Максим Калашников: Добрый день, дорогие друзья! Сложившаяся вокруг Сирии и Новороссии ситуация, вообще новое положение Российской Федерации, требует коллективного размышления. И вот сегодня мы в студии «Рой-ТВ» решили устроить мозговой штурм или круглый стол, в котором участвуют наши дорогие гости: Игорь Иванович Стрелков, лидер движения «Новороссия».

Игорь Стрелков: Здравствуйте.

Максим Калашников: И Алексей Сороковой, начальник штаба движения «Новороссия».

Алексей Сороковой: Добрый день.

Максим Калашников: А также с нами, вполне зримо, на расстоянии участвует и знаменитый Эль Мюрид. Здравствуйте, Анатолий.

Эль Мюрид: Здравствуйте.

Максим Калашников: По Skype из Питера.

Ну что же, друзья мои, предлагаю обсудить возникшую ситуацию по нескольким главным темам. Итак, первый, наверное, главный вопрос, что дает Сирийская операция реально Российской Федерации? Чего она достигает? Соответствует ли она национальным интересам?

Вторая. Что это реально дает Крыму, Донбассу, Приднестровью – вот этим трем частям большой Новороссии, которая сейчас не под Киевом?

Третий вопрос. Достижимо ли заявленное европейское лидерство, перехват глобального лидерства в мире и достижение какой-то гегемонии России в этом вопросе?

Четвертый вопрос. Что же на самом деле, какие цели на самом деле преследует операция?

Друзья, ну что же, давайте попробуем высказаться по этому поводу.

Игорь Иванович, начнете?

Итак, первый вопрос, что это дает Российской Федерации, с точки зрения национальных интересов?

Игорь Стрелков: С точки зрения национальных интересов, пожалуй, что уже ничего. Операция в Сирии, на мой взгляд, крайне запоздала. Те силы, которые сейчас в ней задействованы, это где-то полусотенная группировка авиации, плюс около 2000 наемной пехоты – этими силами переломить ход военных действий невозможно. Невозможно даже в сколько-нибудь серьезной перспективе поддержать статус КВО. Но то, что можно было сделать этими силами 3 года назад, сейчас уже не сделать никак.

В перспективе, как я уже говорил, для того чтобы реально рассчитывать на какую-то победу, на перелом в Сирийской войне – необходимо сосредоточить полсотни тысяч военнослужащих, создать полноценную общевойсковую группировку, которая будет вести боевые действия высокой интенсивности, общевойсковые, наступательные, закрепляя территорию за собой, штурмуя укрепленные города и поселки боевиков, ведя боевые действия в горнолесистой местности, с соответствующими, естественно, потерями. Ну, а поскольку, у нас уже заявлено, что формат операции серьезно меняться не будет… Хотя, конечно, верить нашим политическим заявлениям наивно после последних событий, последних пары лет. Но, тем не менее, если исходить из того, что хотя бы частично говорится правда, то тот ограниченный характер, который сейчас имеет Российское военное вмешательство в Сирийскую гражданскую войну – оно никакого долгосрочного результата не принесет. Соответственно, для России – это будет только напрасно пролитая русская кровь, которая сейчас уже льется, чтобы там не говорили наши штатные пропагандисты. Для России это будут огромные военные расходы, потому что расходы по хотя бы логистике, по обеспечению группировки всем необходимым – очень велики, чтобы там не говорили. Поскольку группировка в значительной степени снабжается по воздуху, да и по морю как-то далековато, мягко говоря. Ну а для более насущных, как я считаю, внешнеполитических задач и внутриполитических, эта война только будет являться катализатором недовольства и внутри страны… Со временем естественно, сейчас пока пропаганда работает хорошо. И сделает позиции России на всех площадках, на внешнеполитических, более уязвимыми. Сделает Россию, может быть, более уязвимой и в военном отношении, на основном направлении противостояния с Западом на Украине. Ну, примерно так.

Максим Калашников: Понятно, Игорь Иванович. Мало того, я хочу добавить. На самом деле, мы говорили с Вами в одном из прошлых передач, что американцы могут, или хозяева Соединенных Штатов, нажать на перепускной клапан и перенацелить там потом боевиков, перенести боевые действия в Афганистан. И сейчас утором, сего 16 октября, уже было сообщение с утра, что Обама, предвыборным обещанием, задерживает вывод американской группировки из Афганистана, очень на это похоже. На самом деле, если в ответ на Сирию нам могу преподнести наступление исламского радикализма в южном подбрюшье нашем – Таджикистане. Это теперь уже становится практически, ну еще не свершившимся фактом, но очень и очень большой вероятностью.

Но я хочу передать слово Эль Мюриду. Анатолий, Ваша позиция по первому вопросу?

Эль Мюрид: Ну по Сирии, позиция очень проста. У любой войны должны быть внятные, понятные стратегические цели, то есть, чего мы хотим достичь в ходе ведения боевых действий. Только я понимаю, на сегодняшний момент, никаких внятных целей и задач у этой операции ни с военной, ни с политической точки зрения нет, естественно брать интересы России. Потому что, та война, которая сегодня идет в Сирии, она идет уже 4 года. И мы упустили все возможности для того чтобы эту войну прекратить на более ранних стадиях. Если вспомнить, у Асада была одна единственная критическая проблема – это полностью открытая граница. В начале войны он не обладал достаточными силами для того, чтобы решить одновременно две задачи – разбить боевиков внутри Сирии и закрыть границы. То есть, в этот момент, мы, безусловно, могли ему помочь тем, что ввести какие-то военно-политические силы, которые бы взяли на себя контроль над ситуацией в Сирии, а Асад занялся бы наиболее критической проблемой на тот момент – это границами. И я думаю, что где-то в течении года, полутора он тихо и спокойно, гораздо меньшими усилиями мог ситуацию, по крайне мене, стабилизировать. Но прошло 4 года. Ситуация в Сирии коренным образом изменилась. На сегодняшний момент помочь Асаду, на мой взгляд, уже невозможно. Вопрос с разделом Сирии, он уже не просто стоит, он неизбежен. Вопрос только заключается в том, на какие части будет Сирия разделена, кто эти части будет контролировать и т. д. Поэтому наше участие, конкретно сегодня, в этой не очень понятной операции, скорее всего, заключается только в том, что мы попытаемся каким-то образом застолбить за Асадом хотя бы какие-то небольшие территории, не более того.

Вся мишура словесная по поводу борьбы с Исламским Государством, она, безусловно, не имеет никакого смысла, тем более, что собственно с Исламским государством мы и не воюем. То есть, сегодня все авиационные удары, все наземные действия войск Асада, они направлены не против войск Исламского государства, а против прозападных террористических группировок.

Максим Калашников: Да. Самое интересное.

Эль Мюрид: Да. Я честно говоря, имею очень скептическое к этому отношение, потому что мы делаем все настолько поздно, что можно обсуждать только кратковременные локальные последствия.

Максим Калашников: Анатолий, а есть ли какие-то соображения. Например, распасться Сирия, так получается что Асад может сохранить свою власть в Алавицкой части – это побережье, а нефть там останется в руках ИГИЛ. Я не знаю, вот я смотрю на свой непросвещенный взгляд. Вы пробовали прикидывать?

Эль Мюрид: Ну, на самом деле нефти у Сирии очень мало. Она даже в самые лучшие свои дни добывала 400 000 баррелей в день. Для мирового рынка это очень немного, да и для Сирии на самом деле это очень немного. Плюс ко всему прочему, эти месторождения потихонечку истощались еще до войны. Поэтому сейчас, конечно же, они настолько разрушены, инфраструктура разрушена. Исламское государство добывает на сегодняшний момент не более 30 000 баррелей в сутки, на всех этих Сирийских и плюс еще арабских месторождениях. То есть, там все деградировало, все рухнуло уже в 19 век. Я не думаю, что будет как-то лучше.

Поэтому вопрос нефти, он для Сирии на самом деле, на сегодняшний момент, совершенно не актуален. Сирия, она на самом деле обладает одним единственным очень важным значением – это перекресток. Это инфраструктурное значение, это так называемый – Сирийский Крест, то есть два основных пути с юга на север и с востока на запад. Как источник сырья, Сирия в общем-то, никакого значения не имеет.

Максим Калашников: И тогда уточняющий вопрос. Нам говорят о том, что Сирия это путь газопровода из Катара в Европу, соответственно в ту строну. Во-первых, насколько это реально? Ведь если Сирия превратиться в котел, в хаос, в смуту, в территорию распада – кто же там построит такой газопровод? Или есть альтернативные пути газопровода в Европу?

Эль Мюрид: Нет, сейчас эту тему уже закрыли. Сам Катар закрыл, потому что, они рассчитывали, что Сирию они победят так же как и Ливию, в ходе короткой, пусть даже ожесточенной войны. После чего к власти придут хоть какие-то их марионетки. И тогда действительно, можно прокладывать этот газопровод, на относительно не разрушенной территории. Но сегодня это не актуально, потому что война, опять–таки, перешла на другой качественный уровень, что говорить о каких-то проектах, особенно такого масштаба уже не приходится.

Максим Калашников: Спасибо.

Эль Мюрид: Это уже можно забыть.

Максим Калашников: Спасибо Анатолий. Алексей, как Вы считаете? Что это может давать России с позиции ее национальных интересов.

Алексей Сороковой: Вы знаете, в Новороссии я занимаюсь гуманитарным направлением, в первую очередь. И в свете этого, часто общаюсь с нашими региональными представителями по внутренней ситуации, по ситуации внутри страны. Я наблюдаю, что теряется акцент, который раньше присутствовал на Новоросских событиях. Это акцент очень сильно и мощно основные СМИ перенесли на Сирийские события. По внутреннему направлению получается, что Сирия для нас имеет какое-то первостепенное…

Михаил Калашников: Сакральное.

Алексей Соколов: Огромное значение. И это очень здорово вдалбливается в головы всего населения страны. С точки зрения же национальной безопасности нашей, если опять–таки, обсуждать то, что выборы в следующем году будут происходить и то, что сейчас эта предвыборная машина уже начинает потихонечку свои обороты набирать – то Сирийская ситуация, она очень здорово отвлекает внимание от каких-то ошибок и просчетов нашего ближнего круга, как минимум властного в предыдущую часть нашей жизни, когда были события вокруг Новороссии последних пары лет, может быть последнего года, когда были самые жаркие события в Новороссии.

С точки зрения внешнеполитической по Сирийскому вопросу, ну опять–таки, в связи с тем, что я очень много общаюсь с нашими коллегами и неравнодушными гражданами, то я том числе получаю и некоторые советы, иногда смешные. Ну, например, совет связанный с тем, что Сирии сейчас нужно немедленно начинать мирные переговоры с Израилем, с последующей сдачей в аренду Голландских высот. Так чтобы Израиль, как минимум перестал играть на стороне наших партнеров из-за океана, а просто встал в какую-то нейтральную позицию. Такой вот взгляд из глубинки, что называется на ситуацию.

Мне, как человеку более гуманитарному, кажется когда мы не решили проблему здесь в стране, в России, вопросы Сирийские, наверное, интересные, но они не находятся на первом месте.

Максим Калашников: Да, к сожалению, я тоже должен констатировать, что этот накал который был, тот же Лайф Ньюс летом того года, сейчас повторяется в Сирийском варианте. С большой горечью должен констатировать, что с 91-го года разделение русских дало о себе знать. Нынешних Россиян очень легко удалось убедить, что сирийские арабы, алавиты, назовите их как хотите, они ближе, чем русские для нас. Это страшно на самом деле. То есть, чувство национального единства утрачено, это своего рода экзамен для нас.

Алексей Сороковой: Но с другой стороны, если опять–таки, рассматривать ситуацию, игра идет на мой взгляд… Мы уже взрослые мальчики, у нас есть воспоминания о Советском интернационализме, когда в общем-то мы были готовы снять последнюю рубашку и порвать любого угнетенного и обиженного в мире. На этих чувствах очень здорово играют наши официальные СМИ. И действительно народ с кем я общаюсь готов и за Сирию заступиться, за тех кто ее обижает. Готов и понимает, что, в общем-то, есть угроза и со стороны Исламского государства, которое может здорово с юга прийти на наши территории.

Максим Калашников: Теоретически.

Алексей Сороковой: Да, теоретически. Ну и на территории стран СНГ, которые находят с юга от России. На этом здорово пиарятся и здорово отвлекаются от жизни нашей.

Максим Калашников: Да, Игорь Иванович, Вы хотели добавить?

Игорь Стрелков: Хотел просто сказать, что самым, конечно, крупным специалистом по Сирийской тематики является, Анатолий. Я должен с ним во всем солидаризироваться. Абсолютно с ним согласен, с тем что именно в данной ситуации… Еще раз повторю, что уже говорил в прошлый раз, когда мы с Вами общались, именно в данной ситуации и данными силами наше вхождение в войну в Сирии, является авантюрой, граничащей с маразмом. Я вынужден это повторить, не смотря на то, что уже выслушал очень много критики по этому поводу, вплоть до измены Родине в особо крупных размерах. Ну извините, изменять Родине и критиковать те действия, которые являются на мой взгляд самоубийственными для страны – это немножко разные вещи.

Максим Калашников: Ну мы можем сказать, что мы не изменяем нашей родине. Не Сирия наша родина великая, а Россия.

Игорь Стрелков: Наша родина не Сирия, наша родина Россия. И первую очередь мы должны заботиться о интересах России, а не об интересах Сирии. Повторяю, ничего не имею против Асада, ничего не имею против Сирийской арабской республики и ее армии. В целом они воюют против нашего общего врага. Но для России этот враг не является первоочередным и угроза со стороны ИГИЛ не является первоочередной. А вот последствия, которые могут наступить для России в результате незаконченного противостояния с Соединенными Штатами в Украине и одновременного влезания в гражданскую войну в Сирии, где уже все согласны – мы не можем победить не имеющими силами и средствами, ни даже большими. Это я считаю – граничит с преступлением. Поскольку результат все равно один. Это грозит крупнейшим военно-политическим поражением, одним из крупнейших военно-политических поражений.

Максим Калашников: Я могу добавить, Игорь Иванович и друзья мои, то что в общем сейчас операция начатая в Сирии… Я смотрю с позиции сторонника индустриализации и как экономист-любитель, я проработал экономическим обозревателем Центральной газеты 7 лет. Что ни одна проблема сейчас, ни создание источника длинных денег, ни проведение индустриализации, ни преодоление кризиса с регионами бюджета, которые могут разориться, ни проблемы бюджетного дефицита, ни демографическую проблему, ни проблему нехватки инженеров, ни проблему нехватки станков – ничего из этих проблем столько для нас насущных, операция в Сирии не решает. Наоборот, первое лицо занято внешней политикой как Горбачев. Туда все силы уходят, а экономика бросается на произвол судьбы системных либералов.

Игорь Стрелков: Так что, Максим, делаем вывод, что мы видим очередной симулятор?

Максим Калашников: Да.

Игорь Стрелков: Очень кровавый.

Максим Калашников: К сожалению, да. Причем, еще более бессмысленный, чем Афганистан. У Афганистана была хоть какая-то тень смысла, а здесь получается, что это чистой воды театральная война. Или шоу-война.

Игорь Стрелков: Но на этой войне погибают люди.

Максим Калашников: И вполне прилично.

Игорь Стрелков: Люди – граждане России. Они действительно там погибают, не смотря на весь пиар, все съемки с беспилотников – гибнут люди реально. И расходуется экономический потенциал. Это очень дорогой ()

Максим Калашников: Игорь Иванович, мы специально посчитали тонны керосина, фрахт, прочее. В принципе затраты около 3 000 000 000 долларов, будет даже если там введут еще.

Игорь Стрелков: За сколько?

Максим Калашников: В год. Это не очень серьезно.

Игорь Стрелков: Ну как Вам сказать?

Давайте еще обязательно остановимся на одном вопросе. У нас Олимпиада обошлась во сколько?

Максим Калашников: В 50 000 000 000 сейчас.

Игорь Стрелков: У нас обошлась она дороже, чем первая проектная смета.

Максим Калашников: По-моему, в 4 раза. По некоторым объектам я знаю, что до 8. Я в среднем беру.

Игорь Стрелков: Воруют у нас так, что даже Олимпиада. Поэтому, Ваши расчеты 3 000 000 000, надо смело умножать на 4. Плюс еще, наверняка, не все туда входит. Пусть даже зарплаты тем же самым наемникам, которых сейчас активно называют добровольцами, которые туда едут или которые уже там находятся.

Максим Калашников: Ну я считаю, что Американцы, в свою время, они считали несказанной удачей, что они втравили СССР в войну в Афганистане и довели его затраты до 3 000 000 000 долларов. Но это тех, 80-х годов. Это надо увеличивать. Был доллар другой. Это примерно 3 нынешних. Они радовались по этому поводу. Ну и Россия сейчас более хилая, безусловно. И я хочу сказать, что 3 000 000 000 долларов сейчас с нефтяников пытаются содрать дополнительными налогами, вызывая недовольство в отрасли. Уже Сечин грозит тем, что будет падение добычи в отрасли. Как раз те самые 3 000 000 000 долларов в год.

Но, друзья мои, давайте перейдет ко второй части нашей дискуссии. А что означает операция в Сирии для Новороссии. Вот сейчас только 3 части Новороссии не оккупированы Украиной. Это Приднестровье, это Крым – Крым часть Новороссии, как не крути и Донецкий кряж – ЛНР, ДНР. Что это даст?

Игорь Стрелков: Давайте, Анатолий выскажется, я думаю.

Максим Калашников: Думаю, да. Анатолий, попросим высказаться Вас первым.

Эль Мюрид: Ну, современный бывший Советский Союз перед современной Россией, как бы к нему не относится, имеет одно очень важное преимущество. Которое проявляется на сегодняшний момент именно ситуацией в Новороссии, в Сирии, и скорее всего, будет и в Центральной Азии проявляться. Потому что на сегодняшний момент Путин уже сказал о том, что нас ждут неприятности в Центральной Азии. У Советского Союза была идея, была модель, он каким-то образом, но пытался выстрелить впереди себя. И предлагал в качестве некоего конкурирующего проекта конкурирующего с Западом. Сегодня Россия не может выставить такой проект не перед кем. Поэтому в Новороссии… Что мы можем предложить Донбассу? Такую же олигархическую власть, которая была при Киеве. В Сирии мы тоже ничего не можем предложить, потому что мы можем предложить против идеи Ислама? Против идеи этого ваххабистского ислама, который сегодня заполонил весь ближний Восток? Мы тоже ничего не можем им предложить, потому что для ближнего Востока, мы такие же Крестоносцы как и Запад, с которым они пытаются воевать. Поэтому основная проблема заключается в том, что мы не можем людям предложить ничего. Поэтому они не очень понимают, что именно они будут строить – и в Новороссии, да и в Крыму тоже, я так понимаю, не очень все хорошо. Ностальгия по украинским временам там потихонечку уже начинает появляться. Особенно на фоне того, что Крыму обрезают финансирование, это сегодня было сказано.

Поэтому война в Сирии, она конечно же полностью отвлекает внимание от Новороссии. Скорее всего война в Сирии и является прикрытием проекта «Новороссия».

Максим Калашников: Хорошее выражение. Спасибо. Прикрытие, закрытие, Анатолий. Великолепно.

Эль Мюрид: Да, да, да. Это медийная война. Она, безусловно, необходима Путину, необходима тем людям, которые отвечают за Донбасс. Просто прикрыть эту тему, для того чтобы переключить внимание людей в телевизоре от одной горячей темы, от которой все уже устали на какую-то другую. Сегодня это Сирия, завтра, возможно, это будут теракты, завтра еще более возможно, это будут события в Средней Азии. Новороссию уже прочно забыли и что там будет происходить, уже мало кого волнует.

Я думаю, как раз у Игоря Ивановича гораздо больше информации, что происходит сейчас там в Донецке, в Луганске. Насколько я понимаю, ситуация очень безрадостная. Фактически, действительно идет такая предпродажная подготовка. В каком виде будет осуществляться сдача, это еще большой вопрос. Есть разные варианты, хотя, конечно, коридор решения очень узкий. То, что Донбасс отдают Украине, я думаю, нет смысла обсуждать.

Максим Калашников: Анатолий, Греф очень интересно высказался, примерно полтора месяца назад. Он сказал: «Первое лицо аккуратно сливает Донбасс, тоненькой струечкой».

Эль Мюрид: Еще год назад высказался.

Максим Калашников: Еще год назад. Ну, у меня отложилось в памяти. И действительно, не смотря на все это переключение внимания… Ведь получается что? Приднестровье, где 180 000 граждан Российской Федерации с паспортами, они сейчас в блокаде, в ужасном положении. Сейчас социальная система Приднестровья держится на каких-то импульсах из Москвы, подачках.

Эль Мюрид: Но Вы же заметили, что про Приднестровье в Российских СМИ нет ни слова. А раз чего-то нет в телевизоре, значит этого не существует вообще в природе. Логика здесь очень проста. Да, в Приднестровье ситуация очень тяжелая. Об этом не говорят, значит, этого не существует.

Максим Калашников: Я хочу обратить особое внимание наших телезрителей на то, что Сирийская операция, например, не решает проблемы водоснабжения Крыма пресной водой. Обратите внимание, идут переговоры по газу, но в этот пакет не включается доставка воды по Северо-Крымскому каналу. Все, ничего об этом не говорится. Нас совершенно увели прочь от вопроса о том что будет с экономикой ДНР, Донецкого кряжа, как она будет выживать? Все. Наше внимание полностью пытаются переключить на Сирию. Это тоже о многом очень говорит. Игорь Иванович, как Вы считаете?

Игорь Стрелков: Я считаю, что Анатолий абсолютно прав, как это профессиональным языком. Отвлечение внимания на негодный объект, в данном случае Сирия, действительно как декорация, призванная прикрыть нашу позорную сдачу ЛНР, ДНР. Которая может быть действительно, опять же, как я указал, проходить в двух вариантах. Ситуация мирной сдачи, то есть передача границы и последующая зачистка ЛНР, ДНР Украинскими силами, при полном молчании Российских СМИ. Либо, что мне кажется все-таки, более вероятным вариантом, шансы на это постоянно возрастают – атака Украинских войск, украинской группировкой. Потому что в отличии от откровенно лгущих Российских СМИ – Украинская сторона не только не отводит вооружение с линии фронта, но и не собирается этого делать.

Максим Калашников: Мало того, она плюет на выполнение Минских соглашений.

Игорь Стрелков: Минские соглашения соблюдаются, вернее пытаются соблюдать только Россия и ЛНД, ДНР. Украина никогда не соблюдала никакие Минские соглашения. Она не одного пункта до сих пор не выполнила и даже не приступила к выполнению. Украинская группировка на данный момент сохраняет полную боеготовность, демобилизация если и происходит, то с немедленной заменой. Сейчас нет очередной волны мобилизации, но ползучая мобилизация она все равно проходит. То есть, без широкоформатных компаний, они набирают людей для замены демобилизованных. То есть, сохраняя численность подразделений. Постоянно идет переброска новых резервов к линии фронта – артиллерии, танков, бронетехники. Продолжается массированный ремонт военной техники. То есть, продолжаются все мобилизационные мероприятия, которые говорят о том, что Украина продолжается готовиться к большой войне.

Максим Калашников: Они их для посевной компании, естественно.

Игорь Стрелков: И на этом фоне явно деградирует с каждым месяцем все больше, так называемая регулярная армия ЛДНР. Сокращается численно, оттуда вымываются идейные кадры, добровольцы. Оттуда вымываются местные ополченцы идейные, которые не видят смысла для себя служить в этой армии, которая не воюет, не может защитить население от обстрелов и которая не может обеспечить ни самих бойцов, ни их семьи даже минимумом материальных ресурсов, которые необходимы для выживания. Деградирует практически вся инфраструктура этой армии. Гигантская зашкаливающая коррупция, огромное количество мертвых душу в войсках. То есть, в некоторых подразделениях и частях две трети личного состава – это мертвые души. То есть, они есть на бумагах, но отсутствуют физически. Боевая подготовка зависит фактически только от командиров, где-то она ведется, где-то не ведется. Но в целом, фактически 5-кратно на фронте силы ЛДНР уступают украинской группировке.

Тут еще просто я подчеркну, что так получилось, каким-то странным образом, что ко мне по прежнему приезжают люди – командиры, рядовые бойцы. Я знаю обстановку почти по всем подразделениям, по всей линии фронта. Реальную обстановку. Я знаю, где есть боеспособные подразделения, какие участки более менее прикрыты. На каких участках 1,5 человека на километр. На каких участках украинские подразделения продолжают продвигаться вперед тихой сапой. Например, в районе (32:14), они недавно продвинулись на 2 километра. Просто заняв, не понятно по какой причине оставленные позиции ополчения, в районе Красного Пахаря. Украинские войска постоянно занимают все новые позиции, фактически отрезая подразделения ополчения друг от друга, поскольку ополчение по своей убогой численности не способно держать сплошной фронт.

Максим Калашников: Два корпуса нам говорят. На самом деле это едва полторы дивизии.

Игорь Стрелков: Я читаю в наших СМИ цифру 50 тысячи человек, что это составляет два корпуса. Но реально на фронте и 10 тысяч нету. То есть, где я так понимаю, что как минимум половина из этих 50 000 – это мертвые души, а из оставшихся это тыловой персонал и охранники казино и ночных клубов, которые с пулеметами сейчас охраняют собственность Ахметова, собственность Захарченко, Плотницкого, кого еще кто там. Много там разных деятелей сейчас.

То есть, фактически мы имеем (32:17) армии, как уже говорили. И рассчитывать на то, что в случаи, очень слабо мотивированные морально, в наступлении очень слабо мотивированны морально, но организованные и обученные украинской армии, эти симулякры удержаться – по крайне мере наивно.

Поэтому с каждым месяцем все более возрастает вероятность варианта Сербской Краины, когда за три дня хорватская армия зачистила непокорную территорию. Правда с меньшим населением, но по территории примерно такую же.

Максим Калашников: Получается, что Киеву сейчас достаточно, яблочко само дозревает надо подождать, когда оно дозреет и упадет. Когда Российская Федерация завязнет в Сирии и дай Бог, еще в Таджикистане, все – удар и ринулись частя. Причем я читаю в серьезном журнале, я не буду называть какой: «Ура, Москва нашла решения с проблемой ЛДНР. Она экономически будет жить, так чтобы она вела через Киев свои дела. Но Киев не хочет и пока никто не знает как». А как же без экономики жить? Как эту проблему преодолеть?

Но я хочу передать слово Алексею. С Вашей точки зрения, что дает нам Новороссия?

Алексей Сороковой: Просто с моей точки зрения, я вижу это на практике. И то, что Игорь Иванович говорил о наличии большого количества мертвых душ, на которые видимо по документам существует и довольствие, и амуниция, и какие-то другие расходы у официальных военных властей ЛДНР. Помимо этих мертвых душ, существует еще некоторое количество живых душ, на которых просто ничего не приходит: ни довольствия, ни одежда. Учитывая те запросы, заявки которые приходят к нам иногда – диву даешься, а чем же они тогда воюют? То есть, у них остаются в ассортименте, наверное, палки, какие-то хозяйственные предметы типа лопат, потому что все: и одежду, и средства личной защиты. Вооружением мы не можем каким-то образом им помочь, поскольку все-таки это отдельное самостоятельное государство, но элементарные средства защиты, как каска или бронежилет, отсутствующие у…

Игорь Стрелков: Да обуви не хватает. Питания не хватает.

Алексей Сороковой: Обуви не хватает, питания не хватает.

Игорь Стрелков: На позициях люди зачастую голодают.

Алексей Сороковой: Подразделения занимающиеся беспилотной разведкой, сообщают о том, что, не буду говорить какого полка, не нужно это. Сообщают, что мы все время находимся впереди, мы же запускаем вот эти беспилотники, поэтому, когда мы возвращаемся в свое расположение, а нам ничего не достается. Вы нам дайте чего-нибудь и машину, чтобы мы могли…

Максим Калашников: Господи, это реалии монгольской армии.

Алексей Сороковой: Вот.

Максим Калашников: Биафра какая-то из Конго пополам.

Алексей Сороковой: Вот, и самое главное…

Максим Калашников: То есть, там снабжение не наладили.

Алексей Сороковой: Да. Снабжения нет. Всем чем можем, той же самой обувью, теми же самыми продуктами питания, мы пытаемся в меру наших сил.

Другой еще момент, помимо того, что там всего этого не хватает и мы пытаемся каким-то образом им помогать и поставлять из России. Эффект отвлечения внимания приводит к тому что многие наши благотворители говорят: «А зачем? Там же все наладилось. Там же все хорошо. Сейчас в Сирии проблемы, а в Новороссии, в общем, плюс – минус – нормально».

Максим Калашников: Дозревание.

Алексей Сороковой: Вот. Понимаете? А с точки зрения практики, с точки зрения вопроса вашего по поводу того, каким образом там налаживается или не налаживается экономическая ситуация. Боевые командиры, не равнодушные к ситуации попадают там «на подвал», что называется. По надуманным предлогом пытаются арестовать, а когда им удается оттуда уйти, они переходят в Россию, начинают заниматься обычным своими гражданским бизнесом, кто чем занимался до войны. И в общем-то понимают, что обратно то им деваться некуда. То есть, бизнес уже налаживается здесь, для того чтобы деньги, которые они заработают здесь, на этом бизнесе вложить в свое подразделение, чтобы его накормить, одеть, обуть.

Максим Калашников: Но чудес не бывает. Так невозможно содержать армию.

Алексей Сороковой: Безусловно, да.

Максим Калашников: И уже началась фактически компания по заманиванию добровольцев. Некие частные военные компании.

Игорь Стрелков: Да, на это я хотел обратить внимание. Действительно идет компания на Донбассе, по вербовке добровольцев в Сирию. Добровольцы это красиво сказано. Идет речь о вербовке наемников. То есть, людям обещают суммы, в зависимости от уровня подготовки в частных военных компаний, в которые они попадают – максимальный тариф 200 000 рублей в месяц, минимальный 120 000 рублей. Где-то называют цифру – 150 000 плюс страховки, соответственно. Ну я это уже озвучиваю, еще раз повторю, страховки в случае смерти, в некоторых там 3 000 000 рублей.

Максим Калашников: Сейчас по Бизнес-ФМ, Игорь Иванович, сказали, что от 70 до 150 000 в Донбассе уже.

Игорь Стрелков: Вот видите, уже от 70 до 150 000. Учитывая, что в тех подразделениях платят положенную зарплату, она составляет для рядового бойца или сержанта в районе 15 000 рублей. То, конечно, для голодающего фактически Донбасса суммы даже 70 000 рублей, тем более 120 000 представляются просто, не говоря уже о 200 000, представляются запредельными. А 3 000 000 страховка, кому-то кажется достойной обеспечения семьи в случаи гибели кормильца. Учитывая, что этой страховки в ЛДНР не платят вообще.

Максим Калашников: Люди в ужасном положении, деваться некуда. Россия не признает, работы нет. Они в шахидов превращаются. Им кажется 3 000 000 рублей – это…

Игорь Стрелков: Люди едут проливать русскую кровь за сирийцев и они туда действительно едут. И там действительно уже погибают. Хотя я сейчас не обладаю доступом к какой-то секретной информации. Все равно не буду озвучивать некие цифры, которые у меня есть о потерях. А они есть. Серьезные. Война там очень серьезная, тяжелая в Сирии. Намного по потерям больше чем в Донбассе. Там вся наша авиация бомбит, но на земле происходят контактные ближние бои, где уровень подготовки не влияет, а влияет тупо количество пехоты, вооруженное автоматами. Когда находишься в одной комнате с противником, не важно кто ты, ополченец или спецназовец, на уровне комнаты все стреляют одинаково. Соответственно, уровень подготовки на потери мало влияет.

Возвращаясь к тому, что фактически наиболее обученные, наиболее подготовленные люди, высасываются из Донбасса в пользу Сирии. Что еще больше ослабляет армию ЛДНР. Что еще больше увеличивает шансы украинской армии на наступление.

Максим Калашников: Возникает экспресс вопрос. Я хочу его тоже всем адресовать. Прежде всего, начну с Игоря Ивановича. В случае, если все пойдет по такому сценарию, когда ЛДНР будут смяты в результате, да? Киев дождется, а Крым-то что ждет? Вот реально организовать диверсионную войну в Крыму. Ведь невозможно все побережье прикрыть этим слабым флотом: моторные лодки, чего угодно можно.

Игорь Стрелков: Ну какие, зачем здесь побережье? Мы все-таки не воюем в условиях Второй Мировой Войны, где немцы целую кучу румынских дивизий ставили на охрану побережья. Сначала мы, потом немцы ставили не очень боеспособные, не очень надежные, но хотя бы части для охраны побережья, для береговой обороны. Сейчас речь об этом не идет. Граница с Украиной в принципе открыта, войны у нас не объявлено. У нас свободно может любой человек пересечь любую границу. Может он заехать и с территории через Крымский перешеек, и территории России. Любой гражданин Украины может приехать в Крым, без каких либо проблем.

Дальше. В Крыму сосредоточено большое количество крымских татар, среди которых значительное влияние имеют те же самые салафиты, которые ведут войну в Сирии. Салафитское движение в Крыму, оно при Украине развивалось достаточно активно.

Максим Калашников: И Турция, кстати говоря… Игорь Стрелков: То есть при случае поражения на Донбассе… Ведь поражение на Донбассе, оно будет воспринято, как поражение именно России. И в том числе оно будет воспринято на Украине крымскими татарами, населением Крыма, которое гораздо ближе к Донбассу, чем благополучная Москва. И всем абсолютно станет ясно, что Россия терпит поражение, что Россия в перспективе может сдать Крым. И все сейчас тихо сидящие подрывные элементы подымут голову. То есть, у них появится перспектива, они убедятся, что Россию можно бить. Что Россия слаба, что Россия непоследовательна. Думаю что сейчас, нынешнее спокойствие в Крыму, очень быстро начнет размываться. А перебросить контрабандой, тем более что контрабанда на перешейках мощнейшая, ничего не изменилось с приходом Российских пограничников, таможенников. Хотя бы потому что там те же украинские кадры работают. Они никуда не делись. Можно перебросить все что угодно. Вот если бы у меня стояла задача, что-нибудь перебросить в Крым, я вам честно скажу, я бы туда перебросил все что угодно. Причем, особо не напрягаясь.

Максим Калашников: Да. И надо добавить, что…

Игорь Стрелков: Причем, перебросил бы скорее всего, через территорию России.

Максим Калашников: Если учитывать нынешнее состояние отношений с Турцией, что Турция сразу же вспомнит проект Крымского ханства. Она уже это не скрывает.

Игорь Стрелков: Поражение на Донбассе однозначно вызовет продолжение. Как костяшка домино, оно опрокинет следующую костяшку, это будет Крым и Приднестровье. Победив на Донбассе Украина не остановится, она начнет отвоевывать Крым, что она и не скрывает.

Максим Калашников: Анатолий, Вы не хотите добавить по возможности. Вот Крымского продолжения кризиса в Крыму, если такое случиться с падением Донецкого кряжа?

Эль Мюрид: Ну и (44:12) и Запад, они ведь четко сказали, что вопрос с Крымом для них вопросом не является. То есть, они все равно будут его возвращать обратно. Поэтому здесь вопрос заключается только в том, по какому сценарию они будут пытаться это сделать. На самом деле, в общем-то, если соединить все что существует, то вырисовывается только два сценария. Первый сценарий – военный и скорее всего через исламистское восстание, которое будет выдано за восстание угнетенного народа против оккупантов. И сценарий второй, это дождаться пока в России не произойдет смена власти тем или иным путем. И новая власть сама отдаст Крым Украине. Возможно сначала через какое-то совместное управление, затем через референдум, затем Крым опять вернется Украине. То есть, два таких сценария, военный и политический, безусловно остаются. И в том случае, если Россия будет продолжать терпеть поражения везде где только возможно, то безусловно, Крым мы не удержим. Это однозначно.

Максим Калашников: Я тоже как житель Новороссии, которые вырос в общем в этих местах, могу сказать в руках Украины, враждебной сейчас уже, бандеризованной, не до войны в Донбассе Украины, этот очаг, (45:49) база очень хорошая, мощность северного флота Турции, северный флот Турции черноморский флот, а у них есть еще возможность со Средиземного, совокупная мощь флота где-то в 4 раза больше остатков Черноморского Российской Федерации. Фактически флотилия. И если Игорь Иванович говорит о контрабанде через перешейки, я например вижу, все побережье Крыма нельзя, там вполне возможно высаживать из катеров, допустим из партии снабжения, партии диверсантов среди крымских татар. О том что существует соответствующие группировки протурецкие, способные вступить в бой, я знаю, еще со сводок разведотдела черноморского флота конца 90-х и никуда все это не давалось. Так что на самом деле… И соответственно в Крыму позиции размягчены, а пришедшие Московские наместники, они уже действительно вызывают так раздражение по сбору подписей (48:47) это видно. С Севастополем, Кластер там строится не начинает, там идет скандал за скандалом. Размягчение тылов. Я занял время. Алексей Иванович, Вы хотите что-то по Крыму добавить?

Алексей Сороковой: Маленькая добавка, состоящая в том, что по моему опыту, если у меня в Крыму пару сотрудников, которые там работают и работали еще когда Крым был Украинский и потом они работали, когда Крым стал Российским, работают сейчас. Их точки зрения – цены у нас поднялись до Московских, а заработки у нас отстают и очень сильно. Поэтому, эта бытовая часть, которая вызывает недовольство. А где недовольство, там возможны в дальнейшем какие-то симпатии к нашим друзьям.

Игорь Стрелков: Я не думаю, что речь идет о симпатиях. Вряд ли люди хотят обратно в Украину. Я думаю, что на многие годы растянется процесс. Не думаю, что очень сильная ностальгия по Украине.

Максим Калашников: Скорее деморализация некоторая.

Игорь Стрелков: Скорее, население, которое раньше было активно за Россию, оно сейчас станет пассивным. И в этой ситуации именно активные подрывные элементы будут чувствовать себя намного более комфортно, нежели во враждебной среде.

Ведь почему состоялся переход Крыма под Российскую юрисдикцию, почему он прошел так гладко? Именно потому что те, кто был против, они чувствовали себя изгоями. Они чувствовали себя диссидентами. Общество в целом Крымское было «за» вхождение в Россию. Когда общество станет пассивным, когда ему будет все равно, что воля, что неволя, все едино, они наверняка активизируются и будут чувствовать себя намного лучше.

Максим Калашников: Да, согласен с Вами, Игорь Иванович. Согласен. Нельзя на одних пенсионерах строить поддержку, когда активное население начинает терять. Моряки Крымские, которые не могут теперь наняться на зарубежные суда, поскольку они их формально считают гражданами Украины. Крым никто не признает, вхождение в состав торгового флота нет, это сказывается.

Но мы перейдем к следующей теме нашего круглого стола. Нам сказали, ладно мы пожертвуем Приднестровьем, Донбасс на фига нам нужен? Шахтеры поганые, которые не русские, оказывается украинские – на фига нам все это? Нам Крыма хватит. Столько затрат. Зато мы участники в Сирийской экспедиции или операции перехватим некое мировое лидерство, сломаем глобальную гегемонию США и станем Европейским гегемоном освободителем. И вот мне, друзья мои, тоже кажется странным, а какие проблемы может решить Сирийская экспедиция. Мировым эмиссионным центром, сравнимым с долларом, или с евро Брюссельским, Российская Федерация не является. У нее источника (49:45) нет. Что может быть мировым лидерством? Технологическое лидерство? Оно утрачивается на глазах, было утрачено. Какое-то цивилизационное лидерство? Кому нужны такие выборы, с которыми мы все столкнулись. Суды Басманно–Шемякины. Что может дать лидерство? Эта Сирийская может дать чудо мирового лидерства.

Прошу высказываться. Игорь Иванович, начнем с Вас.

Игорь Стрелков: По-моему даже нет особого смысла обсуждать заявление наших средств массовой информации и отдельных чиновников среднего и околосреднего звена, которые такие идеи высказывают. Это просто пиар, не более того. Опять же видимость, кулиса какая-то, которая прикрывает истинные цели операции. Здесь говорить о каком-то мировом лидерстве России из-за того, что она перебросила 50 самолетов в Сирию. Соединенные Штаты до недавнего времени, как опять же, Анатолий отмечал в своих статьях держали там авианосную группировку. Который один авианосец больше по количеству самолетов, большее значение имел. Не говоря уже о военных авиабазах сухопутных, которые были у Соединенных Штатов в Афганистане и Ираке. Это просто пиар, откровенный, не имеющий никакого основания под собой. То же самое касается постоянных заявлений и намеков, что Россия перетянет Европу под себя, вытащит ее из под Соединенных Штатов. Ну полная глупость. Соединенные Штаты настолько прочно держат Европу в своих руках, что Европа марширует к своему светлому концу семимильными шагами и с постоянным ускорением. Та же самая мигрантская проблематика, то же самое участие Европы в разгроме Ливии, Сирии. То есть, Европа сама породила свои проблемы и продолжает их усугублять.

Максим Калашников: Победа в Сирии никоим образом не разорвет зависимость европейской элиты от хозяев США.

Игорь Стрелков: Президент Франции как обычный американский агент, Франсуа Олланд, он стал президентом только благодаря тому что его наиболее вероятному сопернику, имевшему намного больше шансов чем он Стросс-Кану, устроили откровенную провокацию в Соединенных Штатах. Грубый…

Максим Калашников: С горничной напомним.

Игорь Стрелков: Которая потом, естественно, не подтвердилась. Но как в старом анекдоте – ложечки нашлись, но осадочек остался. Стросс-Канн оказался полностью удален с политического поля Франции, из электорального поля. Его место занял Олланд, который своим местом обязан Соединенным Штатам. Естественно, он выполняет все распоряжения Соединенных Штатов.

Максим Калашников: Если состоится некая победа в Сирии, мы не ждем, что Олланд прослезится, раскается, порвет…

Игорь Стрелков: Во-первых, победы в Сирии не будет. Даже теоретически, не будет ее. Мы можем не обсуждать эту тему. Победы в Сирии просто не будет. Как факт. Вот. Просто, возвращаясь, вторая крупнейшая страна Европы – Германия. Меркель дама, о которой уже открыто известно о ее сотрудничестве со спецслужбами. Бывшая ГДР–овская комсомолка, которую наверняка вели, после того как на нее собрали необходимый компромат, она тоже полностью идет в русле действий Соединенных Штатов и на йоту, ни шаг, ни на пол шага не отходит от основного курса. Великобритания, которую еще в Советское время называли «Непотопляемым авианосцем США», она такой и осталась. Кемерон, он полностью за англосаксонское трансатлантическое сотрудничество. Нет даже никаких малейших предпосылок для того, чтобы Европа, европейские элиты могли рассматривать Россию, как альтернативу Соединенным Штатам Америки. Нету. Объективно Европе выгодно сотрудничество с Россией. Если исходить из того, что у Европы есть свои национальные интересы. Но Европейская элита нисколько не озадачена национальными интересами Европы. Вообще. Национальными интересами своих стран. Это тоже, в какой-то степени, оккупационная элита, которая замыкается на мировой центр управления, который сейчас сосредоточен в Соединенных Штатах.

Максим Калашников: Я засмеялся, потому что представил себе Кемерона, который пишет заявление с просьбой войти в состав Северо-Западного Федерального округа Российской Федерации. Или принять Полтавченко постпредом.

Игорь Стрелков: Давайте Анатолия выслушаем, он всегда…

Максим Калашников: А я хочу передать слово естественно, Анатолию. Я хочу напомнить, что действительно, главный торговый партнер Европы – Соединенные Штаты, по объему торговли. Российская Федерация, по-моему, всего лишь 10 %.

Игорь Стрелков: Газ.

Максим Калашников: Понятно, что здесь еще и объективно, никакая Россия не изменит пока соотношение. Российская Федерация своих станков роботов пока не может предложить Европе. Советский Союз, кстати, мог – космические корабли, легкие космопланы предлагали совместно разрабатывать и так далее.

Но, Анатолий, я прошу Вас высказаться. Действительно, что насчет перспективы?

Эль Мюрид: Наша проблема, она заключается не в Сирии, не в Соединенных Штатах, даже не Исламском государстве. Она заключается в том, что в экономическом отношении, мы безусловно не просто слабы, а продолжаем слабеть. И поэтому никакая война эту проблему не решит. До тех пор пока у нас будет нынешняя экономическая система и соответственно обслуживающая ее политическая, социальная система… В данном случае, при всем моем не совсем боголепном отношении к идеям социализма, естественно, Маркс в этом отношении абсолютно прав – экономика стоит во главе всего. Поэтому, до тех пор, пока мы не решим вот эту проблему, внутреннюю проблему с нашей экономикой, с нашей способностью справляться с трудностью внешними и внутренними – до тех пор никакие войны для нас никакой роли играть не будут. Мы все равно будем продолжать деградировать, потому что мы будем лечить не причину, а последствия. Причина только в одном, то что сегодня Россия является, как это принято говорить, сырьевым придатком, сырьевой колонией Запада. И в общем-то именно на эту роль наша номенклатура еще в 90-е годы наша номенклатура вполне сознательно согласилась, для того чтобы легализовать и приумножить свои личные капиталы, которые она совершенно спокойно обменяла на суверенитет страны. То есть, к сожалению, проблема остается прежней. Сирия нам ничем не поможет в этом смысле. И я достаточно скептически к этой войне на сегодняшний момент отношусь.

Игорь Стрелков: Я хочу добавить, что в Сирии мы воюем на остатках Советских заделов. Ничего принципиально нового в Сирии не используется.

Максим Калашников: Даже если учесть, что Су-34 «Утенок» – это на самом деле модернизированный глубоко Су-27.

Игорь Стрелков: Я имею ввиду даже хотя бы состав тех подразделений которые воюют. Соединенные Штаты сейчас используют больше 1000, насколько я знаю, беспилотных аппаратов, в том числе сотни ударных. То есть, они не рискуя людьми, могут спокойно себе позволить наносить мощные авиационные удары сотнями единиц дронов, сотнями боевых дронов. У нас боевых дронов нет вообще.

Максим Калашников: Ударных дронов ни одного.

Игорь Стрелков: Нет вообще. Да и разведывательная беспилотная авиация – очень слабо.

Максим Калашников: Хотя Китай показал 2 сентября, по радио дроны с ракетами. То есть, они уже делают.

Игорь Стрелков: Я знаю, что у нас разработаны боевые дроны. У нас разработаны разведывательные дроны. У нас много что разработано, но все это остается на уровне опытных экземпляров.

Максим Калашников: Но главный вопрос. Анатолий, простите.

Эль Мюрид: Если можно, я перебью. Дело в том, что с дронами ведь ситуация еще хуже. То есть, пока мы обсуждаем, нужны ли нам ударные беспилотники, американцы перешли уже к экспериментам со стаями беспилотников. Это совершенно другой уровень. То есть, когда один оператор может управлять целой группой ударных, разведывательных и прочих беспилотных аппаратов. Это качественных скачек. И в этом отношении, в этом компоненте, американцы конечно же нас уже давным-давно обогнали. И к сожалению мы продолжаем отставать.

Игорь Стрелков: Ну, фактически мы скатываемся, как смеются над тапочниками. Да? Исламских боевиков называют «тапочниками», в принципе Россия скатывается, не продвигается к тем, кто воюет против этих «тапочников», а скатывается на уровень войны вот этих «тапочников». То есть, штурмовые атаки силами наемников за 120 000 – это уровень «тапочника». Только единственное, что «тапочники» могут легко пополнять любые свои потери. Через 15 минут после того как они понесены. А у нас тут за наемниками гоняются, назвал их добровольцами, гоняются с сетью.

Максим Калашников: Я хочу просто дополнить, что и стой и с другой стороны – одно и то же оружие, советское. Да? Конечно, применили крылатые ракеты типа «калибр» Club по НАТО–вской классификации. Ну единственное, что показать.

Игорь Стрелков: Ну это же опять – это советские ракеты.

Максим Калашников: 83-й год КБ – новатор, безусловно. Вот. Я хочу Анатолию специально сказать, что эксперименты со стаями в России начались в 2005 году, но не были поддержаны. Мы бы первыми создали стаю. И я естественно, согласен, что если бы Российская Федерация вложила бы деньги в себя, поднялась бы как новая индустриальная сила, научно-индустриальная, с промышленностью будущего, с транспортом будущего, с городами будущего, с сельским хозяйством будущего – естественно в Европе она бы представляла гораздо больше привлекательную альтернативу, реальную альтернативу, чем Соединенные Штаты. Но пока Россия, действительно углубляется в сырьевую зависимость. Последние годы нашу сырьевую зависимость еще более усугубили. Это видно из статистики.

Игорь Стрелков: Еще один момент, который я хотел бы отметить в данной связи. То, что война требует мобилизации экономики. Нельзя вести серьезную войну даже на одном фронте, не проведя хоть какие-то мобилизационные меры. Даже убогая Украина, она для меня всегда была и останется убогой, даже если дадут победить Россию, от этого ее убожество нисколько не изменится. Даже убогая Украина провела мобилизационные мероприятия.

Максим Калашников: Она пресекла ненужные расходы, в том числе и нужные.

Игорь Стрелков: Она мобилизовала людей. Она мобилизовала технику, организовала ее ремонт. Я не замечаю никаких мобилизационных мероприятий в промышленности Российской Федерации. Никаких.

Максим Калашников: Меня больше всего поразило, что в Днепропетровске стали выпускать примитивные, но беспилотники.

Я прошу Алексей высказаться, действительно по поводу этого, якобы лидерства.

Алексей Сороковой: Я хотел чуть-чуть вернуться к теме последнего вопроса. Я согласен и с Анатолием и с Игорь Ивановичем. И хочу еще раз их два мнения еще раз напомнить, совместить. То что, Анатолий сказал, что наша страна, к сожалению, фактически является колониальным государством, живущим по колониальным законам, придуманными не нами, а нашими партнерами – с одной стороны. И с другой стороны, то что Игорь Иванович сказал, что как и на Украине или в Европе – или ты не заинтересован в своих государствах, так в общем-то и в России, элиты не заинтересованы в нашем государстве, поскольку они все уже давно прозападные, все свои блага и результаты своего труда имеют за границей, и семьи, и деньги, и прочие вещи.

Максим Калашников: Это положение не меняет.

Алексей Сороковой: Да. Не меняется, да. Но самое главное в этом во всем, что когда Владимир Владимирович Путин в 2000-м году стал президентом, и у него появилась идея работы с Центральным банком и изменение его статуса, вроде бы шаг правильный в сторону суверенитета страны, по-крайне мере попытка экономического суверенитета добиться – это шаг был моментально заблокирован нашей продвинутой Государственной Думой. И после этого, таких шагов не делалось видимых. И даже идейно нигде не высказывалось о том, что мы что-то хотим построить. У нас как не было идеологии в плане понимания…

Максим Калашников: И плана развития страны.

Алексей Сороковой: И плана развития страны, так ее и не появилось за все 15 лет.

Игорь Стрелков: Максим, разрешите, у меня мысль интересная возникла. Метафора. Я поверю в то, что Россия может перевытянуть Европу из под Соединенных Штатов и стать главой коалиции тогда, когда узнаю, что Меркель приобрела себе дачу в Крыму, а Олланд зарегистрировал свою яхту в Сочи.

Максим Калашников: А я, Игорь Иванович, поверю, что Россия станет мировым лидером, когда она наконец поменяет правительство Медведева, примет закон о…

Игорь Стрелков: Ну у нас позавчера…

Максим Калашников: То есть, получается совершенно приличная ситуация. Нам рассказывают, что все – разорваны цепи мирового империализма, мы в Сирию ворвались, добились мировой победы – Россия сильная держава! Но поменяйте правительство Медведева. Мы не можем оказывается. И законов некоторых принять не можем. И очистить эти системно-либеральные штабы.

Игорь Стрелков: Будем прямо говорить, война в Сирии согласована с Соединенными Штатами. Если все сказки по поводу того, что мы влезли в Сирию вопреки Соединенным Штатам и Запада – это откровенная чушь. Все это сделано с санкцией Запада, по согласованию с ним. И более того, Запад в любой момент, вот просто в любой щелчком пальцев просто прекратить нашу операцию, просто перекрыв (1:05:08). Все.

Максим Калашников: Или предприняв некоторые экономические шаги.

Вот мы подошли к заключительной части нашей передачи, нашего круглого стола. В чем же реальная цель этой войны. Но мы уже фактически ответили. Что этой война, которая прикрывает полный провал Новороссии, практически полный. Войну изрядной долей отравленную предательством. Она прикрывает провал в социально-экономическом курсе Кремля, индустриализации страны, то что сейчас происходит вообще в экономике, то что мы нищаем. Да – это театр. Да, Игорь Иванович сказал совершенно правильно, Штаты только делают вид, что они против этой войны. Они наоборот хлопают пробками от шампанского и радуются – русские дураки, влезли в ненужную войну. Элита, антинациональная элита втолкнула…

Алексей Сороковой: Что сказал Трамп? Он же сказал, что русские лезут в Сирию, давайте дадим из возможность там повоевать. Это же его было выступление, когда…

Игорь Стрелков: Да. Причем, у нас его подают как друга России. Фактически.

Максим Калашников: А ведь он фактически как Труман – давайте помогать то немцам, то русским, пусть они друг друга убивают. В 41-м году. Устами Трампа говорит настоящий лидер, Обама таким не является и их правителем.

Но друзья мои, я все таки не могу не затронуть одну тему. Почему это происходит. Вот давайте коротко, хотя бы коротко и емко и зло ответим. Можем быть зло с моей стороны. Почему, когда нужно было, когда погибали Осетины, Российская Федерация пришла на помощь в 2008 году, поддержала Южную Осетию, бросили экономическую помощь. Когда Асад попросил как законный правитель Сирийско-арабской республики – ему дали ВВС, ему бросили помощь. Когда законный еще лидер, лигитимный представитель Украины Янукович попросил об аналогичном шаге, он еще не знал о Сирии, конечно – но отказали. Что это? Антирусскость? Я очень уважаю Советский Союз, но вот эта антирусскость – не смог изжить до конца, встроенную в эту идеологию. С моей точки зрения Российская власть она эту антирусскость довела до предела. То есть русский это тяговое быдло, которое… Осетинам мы поможем, сирийцам поможем, а русские потерпят.

Вот давайте попробуем.

Алексей Сороковой: Мы терпеливая нация.

Максим Калашников: Да. Может быть, мы попросим Анатолия высказаться по этому поводу?

Эль Мюрид: Ну я уже сказал, честно говоря о том что операция в Сирии не имеет под собой никакой стратегической цели. Она, безусловно, является пиар-акцией. Настоящая цель этой пиар-акции естественно понятна только тем людям, которые ее спланировали, заказали, спроектировали. Мы можем только предполагать. Вполне возможно, что речь идем именно о том, чтобы прикрыть провал в Новороссии. Вполне возможно, что речь идет, чтобы прикрыть провал в экономике, подправить рейтинг тому лицу, которое прямо скажем, выглядит очень сильно нарисованным.

Понятно, что любая война – это всегда чисто психологически способствует тому что народ, нация сплачивается вокруг лидера. Так что у этой войны, на мой взгляд, нет никаких других целей, кроме исключительно медийных.

Максим Калашников: Но когда медийщина правит жизнью, Анатолий – это плохо кончается, в конце концов.

Эль Мюрид: Плохо заканчивается, конечно, но с другой стороны у нас вся политика заменена политтехнологией. Несмотря на то, что у Игорь Ивановича, товарищ Сурков является просто каким-то демоном, на самом деле это действительно так. Именно политтехнология, как не странно, рулит всей политикой Российской. Все делается исключительно на телевидении.

Игорь Стрелков: Заметьте, не я это сказал.

Эль Мюрид: И людей приучили уже к тому, что жизнь за пределами телевизора как таковая отсутствует. И поэтому, переключением тем на ток шоу можно очень легко добиться того, что люди попросту начинают забывать о каких-то другие проблемах. Мы же видим сами, что украинская тема полностью исчезла, ну процентов на 90, по сравнению с тем что было еще полгода, год назад.

Максим Калашников: Ну это переключение внимания, Анатолий.

Эль Мюрид: Теперь нам впаривают, уж извините за это слово, сирийскую тему. Когда потребуется, нам точно таким же образом вкладывать в голову все что угодно. Эти манипуляции, они к сожалению, заменяют реальную политику. И закончится все это плохо, конечно. Что делать?

Алексей Сороковой: А с другой стороны, при все при том, что у Путина и рейтинг высокий и, Анатолий сейчас говорит, чтобы его подправить… Нарисованный, не нарисованный – это не важно. Я не думаю, что кто-то сейчас в студии видит другого лидера в стране, кроме Путина. Другой вопрос, чтобы Путин видел народ и слышал потребности в текущих изменениях, которые уже в стране созрели. И отдавал себе отчет и видел желание у народа, чтобы страна стала все-таки немножечко сувереннее, чем она задумывалась.

Игорь Стрелков: Хотя бы так, как он сам заявил.

Алексей Сороковой: Хотя бы как заявил. А во-вторых, чтобы была видна наглядно его политика по ту сторону, внутренняя политика. Внешняя политика – это одна ситуация, одна сторона медали, одна часть его работы, согласно нашей конституции. Но ведь и внутренняя политика не менее важна. Для нас она наверное более важна, чем внешняя, потому что мы здесь живем, в этой стране, как говорят наши либералы. Вот, а мы хотели бы говорить, что мы в нашей стране живем, а не в их.

Игорь Стрелков: Я могу только добавить, что конечно, мы должны четко сказать, что за последний год, может быть даже больше, может быть даже начиная с весны 14-го года, с момента признания Петра Алексеевича лучшим выбором Украины и дорогим партнером – мы наблюдаем откат от патриотической риторики. И самое главное, даже не от риторики, практических действий в сторону восстановления суверенитета страны. Мы можем, я думаю, четко сказать, что намеченный с присоединением Крыма суверенитет – он просто закрыт. Этот тренд прекращен. И болен того, сейчас Россия на словах, продолжая в средствах массовой информации трещать о восстановлении независимости, противостояние с Западом реально стремиться загладить на международной арене, в следствии своего неконтролируемого прыжка в Крым. Фактически мы можем говорить о том, что президент и Российская элита, которая возглавляет просто испугались, струсили собственной храбрости и отступают. Отступают перед Задом. И идут, твердо встали на тот же путь, по которому прошли многие, другие люди, которые реально противостояли Западу, которые были Западом уничтожены – Милошевич, Саддам, Каддафи.

Алексей Сороковой: А при этом еще вопрос, что народ то стоит в позиции, как в известном фильме – ты наиграй, а мы подпоем. И все никак не слышат со стороны президента вот этой вот мелодии суверенной России, большой и мощной державы.

Максим Калашников: Ну что же друзья мои, мы, в общем-то, с вами обсудили все. Я хочу добавить, что мы знаем правителей, которые увлекались внешними эффектными внешнеполитическими военными акциями, забывая о том, что страна не развивается, она отстает. Это Николай I, которой сколько он совершал этих акций, но Крымская война была проиграна и стоила ему жизни. Он, говорят, ушел из жизни – не хотел видеть поражения страны, позорного. Пусть оно было не решающее, но неприятное для русского престижа.

Мы знаем Наполеона III, который действительно развивал Францию больше в финансовом плане, а не в промышленном. Но при этом он воевал. Он взял Вьетнам нынешний, Аннам и Кахенхиму, воевал в Италии. Но главную войну, Франко-Прусскую он проиграл, потому что Франция была отсталой, оказалась отсталой в 1870 году. Мы здесь тоже можем попасть в то же положение, в конце концов время идет очень быстро. Сейчас Запад уходит в отрыв и научно-техническим направлением мы действительно попадаем в положение сходное с тем…

Игорь Стрелков: И самое главное, что не смотря на все наши отступления и все наши попытки каким-то образом с Западом договориться, в частности, если уж не получается договориться о главном, мы оказываемся в растущей международной изоляции. Потому что страны, которые не имеют собственной международной политики – никто никогда не будет поддерживать. Никто никогда не станет с ними заключать союзные договора, устанавливать твердые союзнические отношения. Никто никогда не пойдет под их высокую руку, как принято говорить, потому что в мире уважают слабых, решительных.

Максим Калашников: Сильных.

Игорь Стрелков: Сильных.

Алексей Сороковой: А нужно-то всего, на самом деле, совсем немного. Надо подправить наш экономический суверенитет, принять идеологию.

Максим Калашников: Совсем немного.

Алексей Сороковой: Которая была бы понятна людям.

Максим Калашников: И действовать, действовать в этом направлении.

Игорь Стрелков: Хотя бы начать что-то надо. А не топтаться на месте. Не разрываться между патриотической риторикой и либеральной практикой.

Максим Калашников: Вот. Так мы приходим к выводу, что на самом деле эта война прикрывает страх и смятение самих российских верхов. Они не знают что делать и пытаются выехать на этом шоу, этом пиаре. И замириться с Западом, заработать прощение за Крым. Это очевидно.

Игорь Стрелков: При этом еще восстановить, убив одновременно трех зайцев одним выстрелом – восстановить поддержку населения, убедив его, что мы продолжаем двигаться к суверенитету великой России.

Максим Калашников: Анатолий, Ваше заключительное слово?

Эль Мюрид: Да, собственно говоря, чего тут говорить и так понятно. То есть, то что касается Сирии. Война очень странная, война непонятная, война без цели. И по правде говоря, она еще аукнется нам, судя по всему. Новороссия, опять же все понятно, тут говорить бессмысленно.

Максим Калашников: Спасибо за заголовок – «Странная война».

Эль Мюрид: Все упирается в нашу внутреннюю политику. До тех пор пока мы ее не изменим, и не переделаем – все внешние шаги не имеют никакого значения.

Максим Калашников: Ну что же друзья мои, вы наверное теперь сами многое уже поняли, что это странная война. И чем она кончится? К сожалению, дальнейший прогноз наталкивается на некие противоречия с уголовным кодексом. Завершаем дозволенные речи. Достаточно. Спасибо, друзья мои, за участие в передаче.

До следующих встреч, дорогие друзья!

Максим Калашников: Добрый день, дорогие друзья!

Сегодня у нас очень интересная передача. Экспертами нашими выступит лидер движения «Новороссия» Игорь Стрелков и академик РАН Сергей Юрьевич Глазьев. А темой нашей будет – Кто же загнал русских воевать в Сирию? И главное, каким образом?

Итак, война в Сирии. Можно ли ее считать вторым изданием Афганской компании? Вопрос ведь на самом деле очень важный. Как известно, тот Афганистан был гигантской ошибкой Советского Союза. Которая привела, во-первых, к разложению советского общества, истощению сил Советского Союза, к столкновению Советского Союза с миром ислама. И, в общем-то, тогда, Советский Союз, вторгшись в Афганистан, работал на тогдашних своих врагов, в первой холодной войне, на хозяев Соединенных Штатов. Мы теперь уже знаем, что к вводу Советских войск в Афганистан в декабре 79-го подтолкнул тогдашний шеф КГБ Юрий Андропов, который устроил настоящую истерику. Он приводил совершенно бредовые аргументы, что вот в Турции был создал Халифат. Что американцы в уже воюющий расколотый Афганистан введут ракеты средней дальности с ядерными зарядами, возьмут под прицел Байконур. Ну и прочую-прочую ерунду. Но, тем не менее, ввод войск состоялся, и последовали трагические события, которые стали прологом к крушению Советского Союза.

У меня есть личные воспоминания. В 80-м году я читал замечательную книгу «Победные трубы Майванда» об экспедиции англичан в Афганистан в 1879 году, очень тяжелой экспедиции. Которая формально была победой, но привела к очень тяжелым жертвам. Кстати, во время той экспедиции, англичане заживо людей в Кабуле жгли, вот как нынешние деятели ИГИЛ. Тем не менее, вот тогда в 80-м, у меня и было предчувствие, что Афганистан кончится очень плохо. Ведь прогноз-то оправдался. Все пошло по самому трагическому сценарию, принесло много вреда для нас.

А что же теперь Сирия? Возможно ли, что гораздо слабая чем Советский Союз Российская Федерация превратит войну в Сирии в нечто победоносное? Ну, хотя бы в подобие Чечни?

Игорь Стрелков: Давайте просто рассуждать логически. Отбросим штампы, которые средства массовой информации у нас активно муссируются. Отбросим ура-патриотическую пропаганду немного в сторону. Именно ура-патриотическую. Включим здравый смысл.

Давайте вспомним Афганистан. Огромная горная страна. Кстати, не только горная, там и пустынь хватало, относительно густо населенная. Огромный Советский Союз, имевший с Афганистаном общую границу, налаженные средства коммуникации, многолетний опыт взаимодействия и обучения Афганской армии, офицеров Афганской армии. Большой советский контингент в течении 10 лет вел войну в Афганистане против моджахедов, поддерживающимися Соединенными Штатами и Пакистаном в качестве ближайшего тыла. Войну эту выиграть не удалось. Да, проиграна в чистом виде она не была. Но выиграть мы тоже не смогли. Почему?

Два основных момента. Первое. Значительная часть населения, может быть не большая но значительная часть населения – являлась противником того режима, который мы поддерживали и в частности российских войск, которые считали оккупантами. (4:14) с исламом.

Вторая – невозможность перекрыть границу от постоянного потока вооружения, пополнений, инструкторов для ротации тех отрядов, которые базировались на территории Афганистана, потом уходили отдыхать в Пакистан. Ротация шла постоянно. То есть, полностью перекрыть границу мы не могли.

Поэтому, не смотря на все могущество Советского Союза, не смотря на весь тот огромный контингент – 100 000-ая армия… Если не ошибаюсь, до 100 000 доходил контингент. Но здесь я не специалист, могу ошибаться. Но то, что там Афганистан бомбили не один авиаполк, а авиадивизии. Там действовали десантно-штурмовые бригады в полном составе, а не отдельные батальоны. Огромная группировка была, мощнейшая. Все равно победить не могли.

Могли очистить на время какую-то территорию, которую передавали потом под контроль афганской армии Царандой и через какой-то время боевики, либо выбивали Царандой, либо блокировали. Но, во всяком случае, хотя бы частично возвращали территорию. А были территории, которые вообще на протяжении всей войны оставались полностью неподконтрольными центральным властям афганской армии и никогда не были заняты Советскими войсками. То же Панджшерское ущелье. Там проводились операции, но закрепиться там не удавалось.

Теперь возьмем Сирию. 4 года идет война. 4 года назад армия Асада, которая была многоконфессиональной, то есть там служили все представители всех национальных групп и религиозных концессий, была вдвое сильнее чем сейчас. Это была действительно мощная, по ближневосточным меркам армия, строившаяся для полноценной войны против очень мощной армии Израиля.

Сейчас, спустя 4 года, эта армия по численности вдвое меньше, регулярная имеется в виду. Потеряно две трети территории страны. Потеряно примерно половина населения. Там могут цифры разниться, но в данном случае это не принципиально. Потерян ряд крупнейших городов, в том числе целиком потерян второй по величине город страны Эр-Ракка, который стал столицей исламистов. Нет сплошной линии фронта. Большая часть пустынных территорий, то есть, наиболее удобных для регулярных военных действий сейчас неподконтрольна правительству. И боевые действия сейчас идут в основном в городских районах Дамаска, Алеппо и в горной местности. Ватаки – это горы, пусть это не Памир, не Тянь-Шань, но это горы. Такие же как в Крыму, как минимум, по высоте и по пересеченности.

Сейчас мы ввели туда контингент в составе авиационной группы прикрытия, защиты, но и, если можно так выразиться, частных военных компаний. Причем, последнее время поступает информация о том, что они, возможно будут выведены. Но пока я не могу на этот счет ничего говорить. Я вообще не считаю себя компетентным в данным случае говорить об этом. Они туда были введены, по крайне мере.

Общая численность этой группировки не составляла и одной десятой, не составляет и, наверное, не будет составлять, одной десятой от того, что имел Советский Союз в Афганистане. Да, Сирия, конечно, не Афганистан по территории, но это довольно большая страна, намного больше Чечни, которую можно было насквозь проехать с Запада на Восток по равнине в течении двух с половиной часов.

Максим Калашников: Таким образом, дорогие телезрители, Москва уже бросает экспедиционную группировку своих войск в настоящую трясину, вот в такое вот болото, в месиво. А вообще, если ли надежда спасти власть Асада?

Игорь Стрелков: Асад всегда опирался на наиболее надежное алавитское меньшинство – 10–15 % населения по разным оценкам, которое его всегда поддерживало, поскольку он выходец из этого меньшинства. Опирался на христиан, армян, друзов. Большая часть населения, по разным опять же оценкам, даются не менее 60 % – это сунниты и арабы. Есть еще сунниты курды, которые тоже Асада очень не любят. Да, они сейчас на данный момент против него не воюют. Но именно сейчас. В начале этой войны курды воевали против Асада. Но сейчас у них есть более серьезный, более опасный противник – арабы сунниты исламисты, которые воюют против курдов. И поэтому в отношении к Асаду, курды сейчас соблюдают вооруженный нейтралитет. Союзниками Асада курды не являются. Оценивая ситуацию в самом лагере Асада – там тоже все не очень просто. Если алавиты традиционно служили в армии, это довольно, по местным меркам, воинственный народ, если друзы тоже прирожденные солдаты, то большая часть христиан и армян никогда в вооруженных силах особенно не служило, не любило это дело. Занималось в основном торговлей, туризмом и всем прочим. То есть, надежного контингента для армии Асада эти общины никогда не давали.

Довольно большой контингент в армию поставляли туркоманы. Туркоманы, их по другому еще туркменами называют. Действительно родственный туркменам народ. Это тюркоязычный народ, родственный туркам, в какой-то степени, которой пришел в Сирию в средние века, в эпоху крестовых походов, может быть даже раньше, может быть с турками сельджуками, наверное. И осел на территории Сирии, их по разным оценкам от 1,5 и более миллионов. Арабы их никогда не любили, считали за низшую кость. Тем не менее, туркоманы и сунниты, и туркоманы – один из тех контингентов, которые воюют в ИГИЛ, в других исламистских группировках. На них тоже не смогли опереться.

То есть, мы имеем ситуацию, когда, как минимум, две трети населения категорически против Асада. Да, эти две трети расколоты на множество группировок, которые воюют, в том числе, и между собой. В том числе ненавидят друг друга не меньше чем Асада, но они против Асда все.

Максим Калашников: Ну что ж, а теперь давайте попробуем трезво оценить шансы Москвы в нынешней сирийской войне.

Игорь Стрелков: В этой ситуации, что мы стремимся добиться? Как мы можем вообще победить там, если те силы, которые мы предоставили в помощь Асаду, они даже, они способны дать только временный тактический перевес. Да, если сейчас делать каждый день по 200 самолетовылетов то, наверное, можно остановить наступление исламистов где-то на каких-то участках локальное поражение. Причем наносить-то должны именно войска Асада, плюс ударные подразделения Корпуса Стражей Исламской революции, Хезболлы, хазарейских добровольцев из Афганистана, их даже туда притащили иранцы. Но переломить ход военных действий, который был стабильно последние два года – не выгоден для Асада. Не то что невыгоден, а вел Асада к поражению. Не сможем мы переломить ход этих военных действий. Мы можем только дать тактические преимущества, на какое-то время задержать агонию, которая уже была.

Теперь давайте посмотрим задачу, которая сейчас ставится. Сейчас разрекламировано наступление. Но вот месяц идут боевые действия, две недели идет наступление. Да, есть достигнутые определенные тактические подвижки. Где-то 5 деревень взяли, где-то 7, какой-то городок небольшой захватили. 2 или 3 квартала в Алеппах продвинулись, в Джабаре продвинулись, где-то еще продвинулись. Но, не где наступление не завершено, не перешло в оперативный успех. Везде продвижения тактические. Для того, чтобы оценивать это – необязательно находиться на месте. Любой человек, хоть какое-то имеющий отношение к военному делу и знающий его закономерности, развития боевых действий – он может дать эту оценку, просто глядя на карту, на динамику боевых действий. Пока только тактические успехи. Стратегического успеха нет. Возможно, он будет. Возможно, даже удастся освободить, может быть полностью Алеппо, я не исключаю этого. Хотя мало вероятно, я не исключаю. Возможно удастся деблокировать фактически блокированные из трех сторон Дамаска. Зачистят восточную Гуту или еще что-то. Тоже, без огромных потерь, только с воздуха не получиться. Но стратегически войну переломить – не получиться.

Максим Калашников: Но нам все время говорят, что русские не будут входить с Сирию крупными сухопутными силами. Что на самом деле будут воевать иранцы, иранские союзники, вроде движения Хезболла. Они будут пехотой, мы будет только прикрывать с воздуха и руководить, снабжать разведданными. Но, сразу рождается вопрос. Вообще-то, война в Сирии идет с 2011 года. И за 4 минувших года иранцы, а Иран крупное государство, крупная страна, население – Германия предвоенная, которое очень легко может поставить под ружье миллионную армию. А в Сирию послать 100 000… Почему Иран, со своими боеспособными силами не смог переломить ситуацию в Сирии? Почему не смог сам победить ИГИЛ? Ей понадобилась помощь Российской Федерации?

Игорь Стрелков: Иран воюет. Но у Ирана… Не забывайте, что Иран с Сирией не граничит. Между Сирии и Ираном лежит Ирак. Между Сирией и Ираном лежит северный Ирак, достаточно большой по протяженности. Территория между Сирией и Ираном, часть этой территории, которая лежит между Сирией и Ираном занимает Курдистан, Иракский Курдистан, который к Ирану относится, мягко говоря, не очень положительно.

То есть, возможность маневрировать резервами, возможность поддерживать крепкие коммуникации у Ирана очень ограничена. Не говоря уж о том, что кроме Курдистана иракского, там еще находится территория ИГИЛ. То есть, фактически Иран тоже имеет с Сирией на данный момент коммуникации только по воздуху. Ну, или по морю, вокруг через Персидский залив Суэцкий канал, через Красное море. То есть, фактически тоже, коммуникаций нет. Соответственно, снабжать свою группировку, пополнять ее, Иран тоже не может до бесконечности. Далее, основной фронт для Ирана это все-таки Ирак. Северный Ирак, где сунниты воюют против шиитов, верных Ирану. И ему там необходимо держать достаточно серьезный контингент. Там пытаются они наступать. Фактически Иран, воюя в Сирии, он воюет на второй фронт.

Максим Калашников: Но, у нас рождается второй вопрос. А не хитрит ли Иран, не ведет ли он собственную игру? Специально, не торопясь, крупными силами участвовать в сирийской войне. Может быть Иран, для Российской Федерации постольку поскольку союзник? Он ждет сейчас снятия санкций западных. Он хочет торговать нефтью, не хочет ссориться с Западом. А ведь ИГИЛ проект по сути Соединенных Штатов. Может он сейчас предоставляет русским право таскать каштаны из огня для себя любимого? Или все-таки цель Ирана в чем-то другом?

Игорь Стрелков: Иранцы на самом деле, как и персы, достаточно прагматичные люди. Они прекрасно понимают, что в данный момент… Я думаю, что прекрасно понимают, что подчинить себе всю Сирию они не смогут. Хотя бы одной простой причине, что если они введут контингент более чем несколько тысяч, может быть даже 10–15-20, я не знаю, сколько там людей на территорию Сирии. То туда, такие же контингенты на помощь боевикам введут те страны, которые их поддерживают. А это все страны, которые окружают Сирию. Турция поддерживает свои группировки. И оружием, ИГИЛ снабжается через нее. Саудовская Аравия поддерживает свои группировки. Катар свои группировки. Иордания свои группировки. Фактически все арабские страны, которые окружают Сирию – враждебны Асаду, враждебные его алавитскому меньшинству. И желают его свержения, каждый исходя из своих собственных соображений, но тем не менее. Иран фактически, в случае масштабного ввода войск в Сирию – рискует большой войной. В которую, опять же, могут вмешаться Соединенные Штаты, Израиль – готов ли Иран к такой войне? То есть, Иран здесь в данном случае идет как по болоту, по кочкам, по тоненькой жердочке. Ему надо балансировать, чтобы не оказаться ввязанным в большую войну – которую не факт, что он сможет выиграть. Вы помните, что 10 лет Иран воевал с намного меньшим Ираком? Который намного меньше и по людским ресурсам и в итоге война закончилась вничью, со знаком минус для Ирана. Поскольку завершающие сражения той войны закончились победой Иракских войск на полуострове Фала, разгромом всего южного фланга Иранской армии. Об этом сейчас мало кто вспоминает. Об этой вообще мало кто знает.

Максим Калашников: Это 88-й год.

Игорь Стрелков: Да. Но это было. Поэтому я думаю, что, поскольку во главе Ирана стоят, пусть исламские, но прагматики, верующие люди, но прагматики, то они трезво оценивают свои возможности. И не станут рисковать большой войной, именно большой войной ради Сирии.

Полагаю, что сейчас они поставили просто себе задачу сохранить в руках Асада, хотя бы какой-то анклав, населенный единоверными алавитами. Хотя алавиты, такие же шииты, как и д’Артаньян и мушкетеры в одном лице, но они признаны из политических соображений. В 70-х годах алавиты признаны единоверцами шиитов. Соответственно, принята видимо концепция, что сохранить хотя бы что-то, хоть какую-то территорию, на которую в последствии Иран может опираться как на союзника.

Максим Калашников: Само собой рождается вопрос. Значит, вопреки всем утверждениям, что у нас там будут только летчики, Российской Федерации все-таки придется вводить войска в Сирию? Но если это случиться, допустим – это случилось. Тогда, появится ли у этой войны какой-то смысл, с точки зрения русских национальных интересов?

Игорь Стрелков: Как можно ввести туда всю сухопутную армию? Еще раз подчеркиваю. С Афганистаном у нас была, во-первых, общая граница. То есть, можно было вылететь из Кабула на самолете и через час уже быть в Ташкенте. А еще через час в Москве или через два. У нас были железнодорожные, автомобильные пути сообщения. То есть, и то мы несли большие потери на дорогах. Конвои постоянно попадали под обстрел на горных трассах. А как снабжать большую группировку по воздуху и по морю? Нет, ну теоретически с военной точки зрения это возможно. Но гонять постоянно транспорт из Новороссийска или Севастополя на Тартус, Латакию – не очень то мощные порты. Но, тем не менее, для снабжения 4 и 5 тысяч – это нормально. А на 100 000 или 50 000 – требуется совсем другое количество кораблей, совсем другое количество экипажей, совсем другие расходы. И так-то я думаю, это война не дешево стоит. Не имею цифр. Это просто невозможно. А еще не надо забывать, что эти грузы необходимо, кроме того, что их доставить морем до Латакии их нужно будет разгрузить, их надо будет довезти, эти коммуникации надо будет охранять. Надо будет создать построить базы хранения, снабжения, распределения. А наладить полностью всю логистику, которой у нас не было, наверное, со времен Чеченской компании. Опять же, Чеченскую компанию мы вели на своей территории. Это, извините, воевать придется не 3 дня, как во время событий 888. Такая война – она затянется на годы. Опять же, без малейшей гарантии на победу в итоге. Поскольку боевиков, опять же будут снабжаться через совершенно дырявую границу, ее просто нет. Больше того, большую часть границу Сирии почти 9/10, если не больше с Ливаном, под контролем боевиков. То есть, сначала надо будет эту границу взять под контроль, потом наладить ее охрану и оборону и только после этого появится возможность, надежду на окончательную победу. Но до этого, как, извините за выражение – как до Китая и обратно. Об этом даже задача такая не ставится. У нас пока ставится чисто пиар задачи. Сейчас мы разгромим ИГИЛ, потом Асад со всеми договорится, принудим всех сесть за стол переговоров, одержим серьезную дипломатическую победу. И я так понимаю, смоемся оттуда, пока нас не разбили. Но вот примерно так это выглядит сейчас.

Ну, еще могу сказать, что в любой момент американцам достаточно щелкнуть пальцами и даже та наша группировка, которая находится сейчас в Сирии окажется в оперативном окружении. Снабжать ее придется таким же образом, как снабжали вторую тихоокеанскую эскадру русскую в Русско-Японскую войну, посылали вокруг света. Когда чтобы пополнить, помочь Порт-Артуру сформировали в Санкт-Петербурге в Балтийском море, на базе Балтийского флота эскадру, и она пошла у нас мимо Англии, вокруг Африки. Вот нам щелчок пальцев – Дарданеллы закрывает Турция, союзник Соединенных Штатов. Второй щелчок пальцев – Англия или Испания, союзники США по НАТО закрывают Гибралтар. И вот мы через нашего друга маршала египетского Сиси будем вокруг Африки гонять транспорты? Здорово!

Максим Калашников: Вывод, к сожалению, напрашивается сам собой. Война в Сирии для нас с точки зрения национальных интересов – бессмысленна. И только разворошим осиное гнездо. Вступаем в жуткую войну всех против всех. Кроме того мы можем быть втянуты действительно в большую войну, в шиитско-суннидскую. Да? Войну, которая перенесется действительно на нашу территорию.

Если же в ходе этой затяжной Афганской войны II, российская экономика развалится, а к этому в общем-то и ведет политика нынешнего правительства Российской Федерации и Центрального банка, то исламские террористы неизбежно, вне зависимости от всякой Сирии, появятся на нашей территории. Ну, помните, когда Советский Союз рушился, вся эта нечисть, исламские боевики, весь этот экстремизм и попал сюда и поднялся. И Чечня тогда же возникла. Будут башкирские, татарские исламисты, я уж не говорю – северокавказские. Именно развал экономики, который нам сейчас обеспечивают власти предержащие и создает для этого все условия. Тогда сирийская затея никого не остановит. И что же тогда получается? Москва втянула нас в Афганистан II и даже, наверное, хуже того. Это значит, что война, вот эта война в Сирии, начатая сейчас Кремлем, она объективно ведь выгодна скорее нашим врагам уже во второй холодной войне. Ведь очевидно, что Сирией наша власть просто замещает тему Донбасса и Новороссии. Донбасс-то ведь бросили. Превратили в дикое поле, некий концлагерь для местного населения. Бросили их буквально подыхать.

А кому невыгодно было создание Новороссии? Вообще кому выгодно отступление Москвы на Украине? Хозяевам США.

Игорь Стрелков: Когда мне говорят, что США выступают против, когда я слушаю по телевизору, что США выступают против этой войны, что мы им наступили на любимую мозоль, что мы всех сделали, я думаю, вы что нас за придурков опять считаете? Ладно население, но не все же население идиоты.

Дело в том, что ясно же, что Соединенные Штаты без договоренности с Соединенными Штатами эта операция вообще не могла начаться, как таковая. И возникает закономерный вопрос, а что дали Соединенным Штатам, потому что они никогда не делают ничего бесплатно, за то, чтобы провести эту операцию? Какая цель тогда для этой операции? Всех победить и Соединенные Штаты в Сирии? Да нет. Естественно, американцы наверняка аплодировали Владимиру Владимировичу. Просто, массовые аплодисменты, как это раньше писали. Помните? Массовые непрекращающиеся аплодисменты, переходящие в овации. Ну, если русские настолько тупы, что сами голову в петлю суют, конечно, американцы им помогут. Конечно, они будут, причем выиграют в любом случае. То есть русские и арабы будут убивать там замечательно. При этом не те, ни другие не смогут победить, одержать победу. Американцы ослабляют частично вышедшие из-под контроля ИГИЛ руками русских, ослабляют русских руками ИГИЛ. При этом, Асада все равно, рано или поздно, свергают, путем переговоров или еще там чем-то. Сирию делят на какие-то анклавы. Все задачи все равно выполняются, но на это Россия тратит остатки своих золотовалютных резервов. Кстати, не с этим ли связано, что мы так здорово вложились за последние месяцы в американские ценные бумаги?

Максим Калашников: Только с апреля по август плюс 30 000 000 000.

Игорь Стрелков: Вот видите, 30 000 000 000 мы вложили и бросили в этот сортир, извините. Помните как в этом самом… Пришло в голову сравнение из «Бравого солдата Швейка», где бравый сапер Родичка был. Даже не он Балоун был такой денщик обжора. И он когда увидел, что его хлеб, который он мочил в котле с мясом дали другому:

– Господи! Мой хлеб схватили.

Вот примерно так должны воскликнуть русские люди, увидев, что 30 000 000 000 долларов ушло в США безвозвратно. Никогда мы этих денег больше не увидим, никогда. Мы, получается, может мы под это решили Сирийскую операцию провести? Разрешили нам Сирийскую операцию провести нам же в ущерб. То есть мы потратимся на Сирию, еще в американскую экономику вложимся. Еще все это, опять же подчеркиваю, на фоне того, сдача Донбасс, ползучая. Когда Владимир Владимирович заявляет о том, что в марте, он за то что передать границу под контролем украинских войск – у политиков не может быть таких слов. Дипломаты могут. А у политика масштабов Путина, он не посол, ни министр иностранных дел, которому лгать просто по должности положено, он глава большого государства. Глава государства. И каждое его слово, весит на вес золота. О чем он думает, когда такие вещи говорит. Если он не собирается передавать границу украинским властям, что на мой взгляд смерти подобно для него и для страны, то ему эти слова поставят в вину. И сделают поводом для санкций очередных и прочего. А если он собирается передать – слов нет тогда. Зачем тогда все было? Дальше-то Крым.

Максим Калашников: Понимаете, друзья мои, в нынешнем мире, царствует скрытая политика. Надо верить не словам всяких Обам, Псаки, премьеров, Саркази, не важно кого. Надо верить делам. Слова сейчас скрывают, на самом деле, суть происходящего. Сейчас наступила эра скрытой политики. Но если вы следите за делами, вы все прекрасно поймете.

И если нам говорят, что США на самом деле ошиблись, что ИГИЛ это их ошибка, что весь этот хаос на ближнем Востоке – это их просчет, все это фигня. На самом деле, они этого и добивались. Они этого добились, потому что хаотизировать Евразию и оставить США островом стабильности в пылающем разбитом на разные обломки мире – это и есть главная цель Соединенных Штатов.

Стрелков, кстати говоря, не зря упомянул о том, что власть РФ вложила в бюджет главного противника по холодной войне II, в бюджет Соединенных Штатов огромные суммы. Я немножко ошибся, поменьше, чем 30 000 000 000, но вложила их в казначейские облигации США, так называемые трежерис. Это огромные деньги. И они пошли именно в апреле 2015 года. Вот я специально выписал себе: «По официальным данным РФ с апреля по август 2015 года увеличила вложение в трежерис Соединенных Штатов с 66,5 до 89,9 миллиардов долларов».

То есть, Москва в данном случае, прокредитовала своего врага. А зачем она это делала? Ну, естественно, есть объяснение, что Москва, втравившись в ненужный Гаагский арбитраж, по делу «ЮКОСа», который она проиграла – она сама себе создала угрозу того, что у нее просто отберут 50 миллиардов долларов. Сейчас дело о «ЮКОСе» уже слушается в юрисдикции Соединенных Штатов. И Соединенные Штаты могут эти 50 миллиардов долларов в виде своих Трежерис отобрать у Российской Федерации. Может быть, Москва пытается сейчас откупиться, кредитуя практически бюджетный дефицит США? Нам все больше кажется, что Вашингтон сломал Москву. Шантажировал ее и вынудил отказаться от Новороссии и сунуться именно в это сирийское месиво, в безнадежную для себя войну. Это, наверное, главная цель сейчас хозяев Америки.

Я, кстати, говорю именно о хозяевах Америки. А не о клоунах, типа легкого дебила Буша младшего, типа шута Обамы. Ведь на самом деле, Соединенными Штатами с 74-года как минимум правит уже не президент. Они, скорее, представительные функции выполняют. Правит корпоротократия, сообщество «Тени», крупные финансисты, вот то самое закрытое сообщество за спиной официального государства. Это и есть истинные хозяева, истинные наши противники. И они, прежде всего, командуют финансами.

Российская Федерация кинулась в войну сначала за Новороссию, потом уже за Сирию, имея совершенно гнилой финансовый тыл. И действительно, имея во главе Российской Федерации коррупционную проворовавшуюся элиту, которая хранит кубышки за рубежом. А это самое нежное место, за которое можно взять.

Давайте напомнит о визите 7 мая 2015 года президента Швейцарии и на тот момент главы ОБСЕ Дидье Буркхальтера. Давайте вспомним события марта, апреля и начала мая 2015 года.

Итак, в Донбассе сначала бушуют митинги за Россию, за воссоединение с Россией, сбрасываются вот эти желтые (33:45) флаги и водружаются флаги Российские. Лозунги-то какие! Мы русские! Мы с вами! Идут манифестации гигантские в Донецке, невиданные за последние четверть века. Павла Губарева провозглашают народным губернатором. Начинается вооруженное сопротивление. Назначается референдум на 11 мая 2015 года об отделении от Украины и фактически о присоединении к Российской Федерации.

Но, приезжает 6 мая президент Швейцарии, что-то показывает нашему высшему начальству и Москва вдруг начинает давать задний ход. Да, к этому времени уже и Стрелков воюет в Славянске, началось вооруженное сопротивление, а из Москвы раздаются слова – не надо проводить референдум 11 мая 2014 года, надо подождать и вообще не надо спешить. И всячески Кремль начинает намекать на то, что рассчитывать на помощь по крымскому сценарию не надо и Донбассу стоит остаться в составе Украины.

Мы, конечно, не видели сами, что президент Швейцарии, глава ОБСЕ мог показать нашим первым лицам. Мы не можем этого доказать, что это были счета высшего начальства Российской Федерации, номерные секретные в Швейцарских банках. Хотя это очень и очень вероятно.

Но, все-таки это не главная проблема. В финансовом плане Российскую Федерацию держат гораздо более тесно и проблема намного страшнее, чем просто счета высшего начальства, которые могут отобрать. Запад мог, действительно, пригрозить гораздо более серьезным финансовым ударом, чем просто конфискация денег у высшего начальства.

Если говорить очень коротко, то за годы, так называемой российской независимости, вот этой новой России была создана совершенно колониальная финансовая система. Когда и политика Центробанка и налоговая политика государства и коррупция – вынуждает русских, русские предприятия и банки, кстати говоря, России – сначала выводить деньги в офшоры и потом, под видом иностранных инвестиций вводить их обратно. То есть круговорот денег образовался с некой почкой, или селезенкой скажем за пределами Российской Федерации. Деньги внутри Российской Федерации при политики нынешних правительств, начиная, не знаю, от Ельцинского до Путинского – не могут вращаться внутри России. И вот это самое страшное. Круговорот порочен. Ведь его можно перерезать.

Сергей Глазьев: Недееспособность наших денежных властей, которые потеряли управление в макроэкономической сфере, потеряли управления и кредитом и денежными потоками, и курсом рубля. То есть, сегодня ситуация стала неуправляемой, хаос быстро нарастает. Это связано как раз с принципиальными ошибками, которые были заложены изначально в политике таргетирования инфляции. Дело в том, что политика таргетирования инфляции, не имеет под собой никакого научного обоснования, кроме эмпирического исследования международного валютного фонда. Который на статистике европейских стран в 30-е годы обнаружил, что не одному национальному банку европейских стран не удавалось одновременно обеспечивать автономную денежную политику, то есть управлять кредитной активностью и обеспечивать устойчивость валют.

Исходя из этого эмпирического исследования, делается такой вывод, что в ситуации, когда у нас нет золотого стандарта, когда у нас свободное движение денег по счету капиталов через границу, то невозможно одновременно управлять монетарными индикаторами, то есть денежной массой, процентной ставкой и одновременно поддерживать падение курса валюты.

Но степень (37:46) доказательства этой триллемы, так называемой, оставляет желать лучшего. Это не больше чем эмпирическое наблюдение, из которого на самом деле можно сделать следующий вывод, что в ситуации которая сегодня она отличается от 30-х годов колоссально денежной комиссией ведущих валют мира. Если вы держите открытым счет капитала по трансграничным операциям, вы не можете управлять ни курсом валюты, ни монетарными агрегатами. Вы отдаете управление, по сути, тем силам – это спекулятивные структуры, у которых огромная финансовая мощь. И как следствие мы видим – это волатильность курса валюты. Потому что манипулирование процентной ставкой для иностранных спекулянтов – не чувствительна. Поскольку главный денежный поток идет оттуда, то и процентные ставки нашего Центрального банка на процесс управления финансовым рынком влияния не оказывает. Кроме этого, отказ Центрального банка от выполнения своей конституционной обязанности – обеспечение устойчивости валюты, дали возможность спекулянтам договариваться, о чем только что поднималась речь, и просто манипулировать нашим рынком.

Слабость нашей финансовой системы и ее карликовость по отношению к мировой, доказывает как раз то, о чем я говорил. Что если мы не ограничиваем движение иностранного капитала через границу и никак его не регулируем, то при карликовости наших банков и нашей финансовой системы, которая меньше 1 % от мировой – Российский финансовый рынок становится объектом манипуляции из-за рубежа. Вот так наш финансовый рынок выглядит. Видите? Даже не найду нашу великую страну, которая самая большая в мире. На фоне американоцентричной финансовой системы мы находимся карликовым островом на периферии американоцентричной финансовой системы.

Максим Калашников: Вот что говорит Глазьев. Именно угроза дезорганизации, полной дезорганизации финансовой жизни в Российской Федерации, экономики, расчетов – вот что вынудило Москву пойти на попятную в Донбассе и послушно попереться воевать в Сирию.

Вот поэтому по новому смотришь на лихорадочное вложение Москвы в американские облигации трежерис, это тоже, видимо, попытка задобрить врага, вот этого могущественного финансового хозяина.

Наши правители забыли о том, что в современном мире войны ведутся не только оружием, не только самолетами, пушками, танками, не только войсками. Нет, войны ведутся экономикой, прежде всего – финансами. Это тотальные войны. Не в том смысле, что все отправляют стариков и детей на фронт. Нет. Каждая клеточка национального организма должна работать на войну. А у вас нет суверенной кредитной системы, ни при Ельцине вы ее не создали, ни при Владимире Владимировиче Путине. За 2000–2014 годы наша нынешняя элита не воспользовалась дождями нефтяных и газовых долларов, которые триллионами обрушивались на Российскую Федерацию. Она их проела, расточила, угнала за рубеж, вложила во всякие имиджевые проекты, начиная от саммита АТЭС во Владивостоке, Сочинскую Олимпиаду, и заканчивая нынешними футбольными игрищами. Ведь на круг на самом деле сотни миллиардов долларов, на эти деньги можно было создать свою суверенную финансовую систему – с банками развития, с корпорациями развития, которая могла бы давать кредиты, собственные кредиты предприятиями – и рублевые и валютные. Но вы видели, что делалось за 14 лет вот этих высоких цен. Ведь ушел Ельцин, а новый-то правитель, вот этой суверенной финансовой системы не создал. А она осталась зависимой, как говорит Глазьев, с нежным местом за рубежом. Вот за это нежное место запад видимо и схватил. Схватил Российскую Федерацию и вытолкнул ее – воюй в Сирии, где ты голову положишь, где ты себя истощишь и фактически распылишь ресурсы даром. Еще новую войну можешь заработать на своей территории.

Понимаете в чем дело? В 2014 году, когда Майдан сверг Януковича, наша элита бросилась в войну нового типа, действительно имея, простите за выражение – голую задницу. Фактически Центральный банк выступал как филиал федеральной резервной системы США. Но разве можно так вести войну?

То есть, РФ специально сделали совершенно беспомощной в финансовом плане. Вот поэтому нас и заставили отступить в Донбассе и всей Новороссии. А чтобы сохранить свое лицо, здесь Стрелков 100 % прав, власть теперь устраивает вот эту зрелищную театральную войну, совершенно бесполезную для русских национальных интересов – в Сирии. Закрывает свой позор в Новороссии.

Игорь Стрелков: У меня создается впечатление, может быть я, конечно, ошибаюсь, Сирийская операция имеет только одно логическое объяснение – как прикрытие сдачи Донбасса. Вот под этот шум, под бомбежки, под массовые репортажи, под истерию, которая там идет – сдается Донбасс. Где самолеты наши не применяли по одной простой причине – нас же там не было. То есть, мы можем бомбить одних арабов, для других арабов, а за русских мы бомбить как-то не готовы. Никого и никак. Кстати, я ничему уже не удивлюсь, если потом… Мы сейчас гуманитарную помощь же в Сирию направляем, если выяснится, что мы должны и ИГИЛ что-нибудь дать. У них там нефть и газ свои есть, а потом не удивлюсь, что им что-нибудь поставим, чтобы спасти замерзающих арабов. Логика абсурда. Я всегда говорю, что воевать надо полностью, надо на 100 % воевать, воевать на четверть, на половину – нельзя. Вот мы на четверть отвоевали в Донбассе, а теперь на 1/8 или даже на 1/10 решили воевать в Сирии. При этом выдаем это за… Тогда назовите это, что это ограниченная операция, контингента какой-то, а не ставьте глобальных задач. Разгромить ИГИЛ, добиться умиротворения. Не будет там никого умиротворения, не будет там никакой победы имеющимися силами, а на большие силы мы сейчас вряд ли раскачаемся.

Максим Калашников: Что же получается? Война, разрешенная хозяевами Америки? При всей дикости вывода, действительно истинен, в свете того, что говорят Игорь Иванович и Сергей Юрьевич. Этакая маленькая, но совсем не победоносная получается война для Российской Федерации.

Может быть мы не правы? Может быть, правы все эти официальные интепретаторы, того что происходит в Сирии, вот эти вот патетические патриоты? Но когда слышишь аргументацию – остается впечатление вот такого воспаленного великодержавного бреда. Ну, давайте посмотрим (45:30). Нам говорят, что у нас теперь единый фронт войны от Приднестровья до Донбасса и до Сирии. У меня сразу вопрос – ну какой же идиот растягивает фронт на такую протяженность, распыляя силы? В результате ты не одержишь победу ни на одном направлении и теряешь Приднестровье, Донбасс и в Сирии не выигрываешь. Нарушен главный канон военного искусства – ты бьешь врага по частям. Сначала решаешь одну проблему, вторую, а потом обрушиваешься на третью. Когда ты гонишься за 7 зайцами сразу, ты не ловишь ни одного, а получается именно это.

Обратите внимание, хотя Кремль втравился сейчас в такую затяжную войну сразу в нескольких фронтах, от имиджевых проектах он при этом ведь не отказывается. И официозные патриоты об этом молчат. Значит, десятки миллионов долларов улетят в футбольные затеи, во все эти футбольные стадионы. На фоне войны – очень здорово.

Что нам еще говорят? Якобы в Сирии мы останавливаем террористов, которые иначе бы приехали бы сюда и принялись воевать здесь. Но простите, с нынешней политикой, террористы здесь будут. Понимаете? Кстати, с оружием и с танками и с самоходками они сюда приехать не смогут, приедут как туристы. И дело их остановить – это дело пограничников и спецслужб.

А если же правительство вместе с правительством и Центробанком развалят экономику, то начнется развал и политической системы. Государственная машина тогда террористов не остановит. Но, какая же Сирия, простите, решает эту проблему? Она ее усугубляет, она приближает крах.

Хорошо. Мы говорили, о том, что США могут организовать переток боевиков, это показываем на карте, из Сирии в Афганистан. Это может произойти с юга, с юго-востока. Но простите, если война в Сирии будет продолжаться, они все равно организуют этот переток. Какой же смысл тратить силы на разваливающуюся страну? Надо же крепить оборону в Средней Азии тогда.

Есть еще одна бредовая версия. Если мы не будем воевать в Сирии, злые турки пропустят через свою территорию армию ИГИЛ и она начнет войну уже против Кавказа. Попрется в Дагестан, Карачаево-Черкесию, а может быть в Чечню. Ну к чему этот бред сивой кобылы? Турки должны покончить жизнь социально-экономическим самоубийством, политическим, кстати, если решаться после падения Сирии создать у себя базовые лагеря ИГИЛ в районе Ардагана и Карса. Кстати, в районе Ардагана и Карса живут курды, ненавидящие и турок и ИГИЛ. И, между прочим, сначала надо будет победить курдов в очень непростой горной войне.

Но ведь такая война, такие лагеря не территории Турции – крах турецкой экономике. Крах экономике турецкого туризма. Пойдут ли на это турки? Они ведь в сумасшествии замечены пока не были.

Ну, хорошо, даже если допусти, что турки сошли с ума и боевики каким-то образом оказались на территории северо-восточной Турции. И вот для прорыва в Дагестан, в Чечню, в Карачаево-Черкесию им придется сначала завоевать Грузию и Армению, кстати с Абхазией тоже повоевать. А это уже друзья мои, не научная фантастика. Это фантазии умалишенного.

Турки де-факто, окажутся ведь еще в состоянии войны с Российской Федерацией. А им это не нужно. Так что отметем опасность прохода войск ИГИЛ через Турцию, как полный бред. Но не пройдут они, естественно и через Иран.

Итак, наш вывод. Никакой угрозы номер один ИГИЛ для русских не представляет. Воевать за чужие интересы сейчас в условиях нелегкого, очень опасного системного кризиса для русских просто форменное безумие. Так что Стрелков здесь прав на 100 %. Сирийская авантюра в интересах, прежде всего, Соединенных Штатов.

Думаю, что вот эта Сирийская экспедиция, именно маленькая, но не победоносная война. Но мы все помним изречение царского министра внутренних дел Плеве, когда он толкал, в числе прочих, Россию в войну с Японией, что надо прикрыть неудачи власти в экономике, в социальной сфере, в политике, в экономике маленькой победоносной войной с японскими макаками.

А вот теперь рождается другой политтехнологический инструмент – маленькая не победоносная война. Когда тоже надо прикрыть провал в экономике, в Новороссии, в Донбассе, весь маразм который творится сейчас в Российской Федерации – новой военной истерией. Только эта война должна быть без победы. Она должна продолжаться как можно дольше, занимая место в телевизоре, в радио, в газетах, в интернете. Мало того, если в рамках этой войны, здесь в Российской Федерации, будут крупные террористические акты – взрываться метро, захватываются заложники, дома со спящими людьми – это тоже хорошо. Потому что под прикрытием этой войны можно бороться с недовольными, усиливать цензуру, полицейщину, бросать в тюрьмы тех, кто еще думает и мыслит. На самом деле – это очень здорово, технология именно не победоносной, но затяжной войны.

Однако такая маленькая непобедоносная война для Российской Федерации тоже кончится трагически. Потому что она могла идти, если бы цены на нефть стояли в 100 долларов за бочку, баррель и выше. А когда в результате такой войны будет продолжаться крушение экономики, пока Центральному банку никто не мешает, пока всему этому правительству, даже не Медведева, а Медведева-Шувалова… Шувалов-то ведь – истинный премьер, ставленник Ельцинской семьи. И надо говорить о широком правительстве, не только о Шувалове, не только о официальных министрах, вице-премьерах, но и главах крупных банках, государственных корпораций Грефа, Костина, да и Кудрин, я считаю, тоже в этом расширенном правительстве. Так вот это расширенной правительство, вместе с Центробанком, оно сейчас фактически подрывает тыл Российской Федерации, делает все, чтобы здесь разразилась экономическая катастрофа. Какая маленькая непобедоносная война поможет решить эту проблему? Наоборот, она может ускорить этот крах.

Нельзя воевать если центральная власть в РФ не контролирует кредитно-финансовой системы в собственной стране. Если Центральный банк Российской Федерации – это филиал федерально-резервной системы США. Если правительство РФ работает на подрыв экономики, а президент упорно не желает сместить это правительство, то РФ обречена. И никакая вот эта сирийская авантюра здесь ей не поможет.

Экономический тыл Российской Федерации сейчас, к сожалению, вот такое гнилое индустриализованное полуколониальное болото. И на затяжной конфликт, на затяжную борьбу Российская Федерация не способна. И политтехнологические войны тоже добром поэтому не кончатся.

К сожалению, страна наша сейчас, с отказом от Донбасса, с отказом проекта Новороссии – заведена в тупик, в данном случае сирийский. Надо помнить, что судьба Российской Федерации определяется сейчас не в Сирии, она определяется, прежде всего, внутри Российской Федерации, в ее экономике, в Новороссии, в Донбассе. Помните об этом.

Ну а пока, события пошли по самому неблагоприятному для нас сценарию.

До следующих встреч, дорогие друзья!

Максим Калашников: Добрый день, дорогие друзья. Начинать эту передачу ну не очень весело. Мы записываем её на следующий день после известной речи на генассамблеи ООН, где нам сказали, что Украина теперь будет общим полем, что главная проблема – это ИГИЛ и Сирия. Что вообще России следует защищать незыблемые принципы всемирной торговой организации. Что это означает. То, что проект Новороссия и проект русский мир окончательно закрыты. Во что это выльется. И действительно ли ИГИЛ и Сирия – это проблема номер один для Российской Федерации сегодня. Об этом мы говорим с нашим уважаемым экспертом Игорем Ивановичем Стрелковым. Здравствуйте.

Игорь Стрелков: Здравствуйте.

Максим Калашников: Так что же. Как же всё это оценивается? Вот на чашах весов лежит Донбасс. Донбасская Новороссия и Сирия. Действительно ли ИГИЛ – это вот так угроза, которую можно сравниться с 22 июня, с Гитлером.

Игорь Стрелков: ИГИЛ, конечно, является несомненно серьезной угрозой. Цивилизационной угрозой. В том числе и для России. И в первую очередь для христианства. А том числе для православного христианства. Ближнего востока. Для колыбели христианской цивилизации. Однако. Конкретно для Российской Федерации, как государства и для России в более широком понятии – это угроза не то что бы второразрядная второстепенная. Но она серьезно удалена по времени. То есть, если говорить об ИГИЛе с точки зрения как бы непосредственной угрозы непосредственно нависшей над нашей границей, то её просто нет. На данный момент ИГИЛ представляет у нас опосредованную угрозу. Как возможный источник террористов. Как возможное место для обучения и подготовки наших внутренних экстремистских кадров. Выходцев из радикального ислама. Но не более того. По одной простой причине. Каковы бы не были формирования ИГИЛ прежде чем непосредственно вступить в боевые действия с Россией и с её ближайшими союзниками. Хотя бы. Со странами СНГ. ИГИЛу необходимо пройти либо каким-то образом через Средиземное море. К которому они до сих пор не имеют выхода. Они вообще ни к какому морю до сих пор не имеют выхода.

Максим Калашников: Либо через Индийский океан.

Игорь Стрелков: Да, но не будем рассматривать такие экзотические варианты, когда у ИГИЛа появится свой мощный военно-морской флот, а это будет очень и очень не скоро. Даже когда это государство целиком состоится. Если оно состоится. Обычно такие государства заканчивают сразу после победы и началом внутренней резни. Собственно говоря всё построено государство на резне и новый халифат, который они строят с высокой вероятностью сразу после своего расширения судьбу предыдущего халифата.

Максим Калашников: Первого, собственно говоря.

Игорь Стрелков: Будем говорить про менее экзотические. Для того, чтобы добраться до российских границ, для того, чтобы нанести удар по непосредственно по России, по её союзникам. Ближайшим союзникам. Там по сферам её жизненных интересов, то есть, у границе бывшего СССР. Им надо пройти либо через Иран, либо через Турцию. Других вариантов нет. То есть, им надо нарваться либо через мощный в военном отношении и на национальной и на религиозной Тегеран, что невозможно без полного уничтожения Ирана. Как такового. Либо через Турцию. И многонациональную и обладающую мощной армией. И традиционно, скажем так, не ровно дышащую в отрицательном отношении к любым арабам. Неважно, они сунниты или шииты.

Максим Калашников: Да. Турки по отношению к арабам надменны.

Игорь Стрелков: Мы имеем то, что ИГИЛу объективно противостоит две мощные региональные державы. С мощными армиями, с мощными экономиками. С мощными вооруженными силами. В данном отношении, извините, будем говорить цинично – Россия с юга прикрыта. В отличие, скажем так, от Талибана. Который на днях взял Тунгус и фактически грозит нам открыть, если считать Сирию вторым фронтом. Который у нас сейчас существует. Открыть третий фронт. Там действительно мы не от чего. Талибан выходит к границам Таджикистана. И через какое то время он несомненно развернет экспансию в этом направлении. И мы получим тоже самое, что сейчас получает Европа, в виде беженцев из Сирии, мы получим тоже самое беженцев из Таджикистана. Возможно в последствии из Киргизии. Из Узбекистана.

Максим Калашников: Повториться девяносто третий год. Когда фактически ваххабиты там гуляли как хотели. И оттуда шел поток беженцев. Они резали головы русским.

Игорь Стрелков: Талибан – это даже не Талибан – это гораздо хуже.

Максим Калашников: Но они, Игорь Иванович, в Таджикистане могут сомкнуться с исламской партией Возрождения.

Игорь Стрелков: Ну, естественно, здесь в данном случае тактические вопросы можно обсуждать достаточно долго, фактически и стратегический фронт наметился. Соединенные Штаты совершенно спокойно сформировали нам новый фронт. Сдав Кундус талибам. Можно говорить смело о том, что американцы сдали Кундус. Поскольку там в Афганистане по-прежнему находятся американские войска, которые продолжают выход. И ничего против талибов не делая.

Максим Калашников: Они толкают их на север.

Игорь Стрелков: Правильно.

Максим Калашников: Если американцы заходят, а ИГИЛ – это проект в их интересах, они его и кормят через прокладку оружием и кадрами. То есть, если они захотят то они лагеря допустят на территории Афганистана. И если ИГИЛ столкнется с военным противостоянием русских спокойно будет организован переезд туристов в лагеря подготовки туда и всё.

Игорь Стрелков: Ну. Тут можно дальше обсуждать строить стратегию за Америку, очень удобно обладая её ресурсами. И самое главное бесконечным печатным станком. Бесконечным долларом. Который можно нарезать в любых количествах. Они могут, пока этот доллар гуляет в качестве национальной валюты они будут решать всё.

Максим Калашников: Я, Игорь Иванович, просто пытался прикидывать, но ведь как сказал Владимир Владимирович Путин ИГИЛ люди жестокие, но не дураки. И если они натолкнуться на превосходство, военное превосходство. Противник. В данном случае – это экспедиционный корпус. Ну, иранцы, соответственно, иранские войска. То они будут отвечать куда – ударом в больные места. А это терроризм. Террор и так будет. Они итак перенесут его сюда. В данном случае бороться экспедиционным корпусом в Сирии с террором внутри.

Игорь Стрелков: С террором, во-первых, необходимо бороться не экспедиционным действительно, как вы сказали, корпусами, а системой внутренней безопасности. У нас извините ваххабитов кое-как победили, действительно победили, на Кавказе ваххабизм в значительной степени уничтожен. Сведен до отдельных ячеек. Но зато у нас замечательное салатофийской движение. Которое, кстати, является движущей основной силой ИГИЛа и в Сирии и это именно салафиты. Вот у нас салафизм цветет и пахнет. И в Татарстане и в Башкирии. И в Москве, кстати говоря, есть салафитские ячейки, по крайней мере были, и насколько я понимаю, никуда они не делись. Потому что о массовых депортациях салафитов за пределы Российской Федерации я вообще не слышал.

Максим Калашников: Ну, на нем же не написано.

Игорь Стрелков: Нет, на нем не написано, но спецслужбам все прекрасно известны.

Максим Калашников: Надо просто нашим зрителям.

Игорь Стрелков: Просто у нас же демократия, у нас права человека в первую голову поставлены. Поэтому у нас пока эти люди не взялись за оружие они являются законопослушными гражданами. И даже зная о том, что в идеологии салафизма заложено, что переход к Джихаду происходит тогда, когда салафиты составляют, мусульмане составляют как минимум половину населения, а лучше большинство, то есть, он просто прописан. Вот когда их они почувствуют в салафизме четко прописано. В чем его отличие от ваххабизма. Что ваххабит, как только он осознает себя воином ислама, он немедленно должен браться за оружие. В любых условиях. И сражаться. Начинать военный Джихад. В салафизме только одно разница. Которая заключается в том, что салафит тоже обязан вести Джихад, но военный Джихад, то есть, он должен мирный Джихад вести, пока он не будет в силах начать военный Джихад. После этого он должен обязательно сразу же перейти к военному Джихаду. Когда будет ощущение, что вот пора уже открыто выступать с оружием в руках.

Максим Калашников: То есть, введение таким образом корпуса, каких-то там советников, ВВС, они в данном случае не снимают эту проблему.

Игорь Стрелков: Они не снимают эту проблему, они на самом деле фактически усугубляют эту проблему. Они усугубляют проблему. Мы сейчас вернемся к ситуации на Украине. Как я её вижу. Они усугубляют проблему катастрофического поражения России на Украине.

Максим Калашников: Вот именно. И мы действительно должны вернуться к этой теме. Потому что получается, что.

Игорь Стрелков: Сейчас фактически если речь идет о том, что естественно, для войны требуются самые подготовленные, самые боеспособные части. Сейчас они будут переброшены в Сирию. Уже частично перебрасываются. В то время, как у нас не решена, никак не решена ситуация на Донбассе. Вернее она не решена с точки зрения государственных интересов России, с точки зрения русского народа. Она решена с точки зрения интересов нашей олигархии. Она решена. Она решена путем фактической сдачи Донбасса, в состав Украины. Всё, теперь к сожалению, не осталось никаких сомнений. Вот согласно тем данным, что я получаю, что решение принято окончательно и практически бесповоротно. Хотя время его изменить еще есть.

Максим Калашников: избавьте нас от этого чемодана без ручек. Он нам только мешает.

Игорь Стрелков: Причем ручку оторвали сами. Очень долго старались. Чтобы пока была еще малейшая возможность за неё уцепиться и её, ей никак не пользовались. Вот теперь когда делается всё, чтобы исключить даже гипотетическую возможность провести в Донбассе. Вот давайте просто возьмем формальную логику. Вот сейчас про Новороссию, про Новороссию вообще уже никто не говорит, как сказал пан Бородай вот и так же другие там это самое господин Соловьев и прочие пропагандоны, извините за выражение.

Максим Калашников: Ну, это уже устойчивое выражение, это уже термин.

Игорь Стрелков: Ну, извиняюсь как говорится всё равно, Новороссии не было и нет, проект закрыт. То есть, ну и что что погибли тысячи людей, ну и что что сотни тысяч стали беженцами.

Максим Калашников: Четырнадцатый год приснился.

Игорь Стрелков: Мы закрыли проект. Мы его открыли, не они его, кстати, открывали, но они его закрыли. Почему, он им не удобен. Потому что он им мешает им вернуться в счастливое прошлое сырьевого придатка. Которое кстати не удастся вернуться. Но это отдельная тема. Никто их обратно туда не возьмет. Ну, а теперь, что с этим дальше делать. Теперь надо создать информационный фон. Отвлечь внимание.

Максим Калашников: Надуть новую проблему.

Игорь Стрелков: Надуть пузырь, надуть проблему. При этом с совершенно явными подтасовками. Вот четыре с половиной миллиона жителей Донбасса Россия кормить не могла. Они дармоеды. Ну, вообще, они непонятно кто, они не русские, они не крымчане, они даже не крымские татары. Которые тоже теперь наши соотечественники. Все, видимо, поголовно. Они вот просто непонятный контингент, какие то шахтеры непонятные. А вот зато вот Сирия. Вот там вот арабы, там суниты. Алавиты. Арабы там христиане. Они вот срочно нуждаются в защите.

Максим Калашников: Ну, ведь есть люди, которые говорят, что скоро включим Сирию в Южный Федеральный округ. На полном серьезе.

Игорь Стрелков: Я уже давно предлагал присоединить республику пингвинов создать и присоединить к России Антарктиду.

Максим Калашников: Да, Игорь Иванович, я с вами совершенно согласен. В данном случае идет надувание информационного пузыря.

Игорь Стрелков: Взрыв от которого должен заслонить реальную проблему. Реальный вопрос то, что русская весна слита. Что сейчас идет техническое согласование с Украиной по поводу передачи обратно ДНР в состав Украины на правах автономии. Но при этом Украина не соглашается. Даже ни одного слова не прописано. Ни о каких автономиях, ни о каких федерализации.

Максим Калашников: И к этому времени к моменту передачи получается, что от Донбасской народной республики остается только скорлупа. С вытащенным оттуда содержимым. Людей перебрасывают.

Игорь Стрелков: Так вот самое интересное, что просматривается другая концепция, сейчас мы влезем в войну в Сирии. Украина мобилизационные мероприятия не прекратила. Вот у меня есть данные о том, что в Харькове происходит дополнительная мобилизация. Что идет пополнение войск. Что демобилизация не начата. Что вся девяносто тысячная украинская группировка сосредоточенная вокруг Новороссии она, правда, отведена с фронтовых позиций, но она никуда из прифронтовой зоны не ушла. То есть, не исключено, что сейчас мы влезаем в Сирию. То есть, начинаем там активно воевать. Про Сирию надо будет еще вернуться, поговорить. Начинаем там активно воевать. В это время украинская армия начинает наступление. ВСН сейчас небоеспособно. Они доведены до такого состояния, начиная с весны, где-то начала лета текущего года ВСН сознательно деградирует. То есть, не сами деградировали, было сделано всё, чтобы они деградировали. Чтобы они сокращались в численности. Чтобы они теряли боеспособность. Теряли мотивацию. И действительно, сейчас украинская армия без российской поддержки способна уничтожить как это не больно мне об этом говорить за три дня.

Калашников: То есть, пустую скорлупу раз

Игорь Стрелков: Да, раздавить. И единственное что собственно говоря беспокоило украинскую сторону – это наличие российских сил. Сейчас российские силы будут вовлечены в Сирию. Вот я бы на месте украинских войск во дождался бы, когда мы залезем туда поглубже. Когда уедет туда побольше, когда мы втянемся в эту войну. И ударим. И тогда нас будет господин Соловьев и прочие пропагандисты убеждать, что как же так. Мы сейчас ведем войну против всемирного джихада, за интересы всего христианского мира. Там или прочего мира. Ну, не можем мы отвлечься на Донбасс. Не можем мы сейчас воевать с Украиной, тем более, это украинская земля. Тем более, что там какие то шахтеры. Это вот просто настолько примитивно, я уже ничему не удивляюсь. Потому что если вернуться к Сирии. Более идиотского плана операции придумать невозможно.

Максим Калашников: Я хочу сделать моментальную прокачку ситуации. Нам сказали, вот буквально накануне, что теперь Украина, нам обычно говорили, что сейчас власть будет бороться за Украину, она нам нужна вся. Говорили. Теперь нам сказали, что это будет общим, должна Украина вот в Нью-Йорке на генассамблее это должно быть общее поле. Так и было сказано. И в рамках ВТО прежде всего. Это между западом и Российской федерацией. Соответственно, когда вы говорите, что при этом действительно шел демонтаж вооруженных сил Новороссии вообще деорганизация.

Игорь Стрелков: Был сначала демонтаж государства. Но пока речь шла только демонтаже государства, пока сохранялись более-менее, надежные вооруженные силы в ВСН. Можно было сохранять надежду, что.

Максим Калашников: Хоть в военном плане.

Игорь Стрелков: Сохраняется второй вариант развития событий. Последнее время я наблюдаю то, что у меня приходит информация, а информации мне приходит много. Информации достоверной. Я не знаю, кстати, что Путину докладывают, возможно, что он предполагает, что у него там на бумаге два боеспособных корпуса. Но реально там близко нету. Это всего лишь бумаги. Это очередной симулятор. Понимаете. Мы сначала создали симулятор республик. Двух республик. У нас страна симуляторов. У нас везде реальная политика, эффективные менеджеры. То есть, они везде создают фасады и симуляторы. А потом ВСН, которое было реальной боеспособной структурой, пусть не организованной, пусть сырой. Пусть. Превратили в очередной симулятор. Всё. Под видом создания регулярной армии.

Максим Калашников: Господи. Если сейчас.

Игорь Стрелков: Вот мне интересно, насколько, дело в том, что ДНР и ЛНР, они на самом деле отражают в какой то степени пусть гротескно. Но являются слепком нашей российской действительности. Там то же создана своя абсолютно бездарная, непрофессиональная и вороватые чиновники. Там опять же та же самая олигархическая власть. И там же такое же манипулирование общественным вниманием. Такое же манипулирование выборами. Которое ничего не решает, поскольку все люди.

Максим Калашников: Коррупция, прокладки.

Игорь Стрелков: А теперь мне интересно вот такое вот если сравнивать, то есть, ДНР гротескно российскую действительность, гротеск, но похожий гротеск. Вот теперь мне интересно, если гротеск в виде ВСН перенести на российскую армию, получается в принципе, что ВСН слепок российской армии. То есть, у нас получается, что вместо армии у нас один симулятор остался.

Максим Калашников: А вам не кажется, Игорь Иванович, что победа вообще в Новороссии и Донбассе она просто была социально опасной для определенных кругов, для вот этих прозападных, олигархических, называйте как угодно. И что Сирия то просто на просто сбросить туда и уничтожить опасный пассионарный материал человеческий.

Игорь Стрелков: Сирия опасна с точки зрения не только сброса туда пассионариев. И отвлечения внимания. Сирия опасна просто для военной машины России. Хотя бы тем, что чем больше войск мы туда введем, тем больше угрозы их потерять полностью, вообще. Потому что Россия никогда не имела опыта ведения полномасштабного ведения заморских войн. За тысячи километров от своей территории. У России для этого ничего нет. У нас нету ни флота. Даже того, который был у Советского Союза. Хотя Советский Союз тоже не стремился вести заморские войны.

Максим Калашников: Ну, там обычно выезжали советники и контингенты небольшие.

Игорь Стрелков: Контингенты часто бывали достаточно большие. Но они непосредственно не воевали.

Максим Калашников: Ну, да. Эфиопия, Ангола. Как правило. То есть, Мозамбик.

Игорь Стрелков: Ну, воевали спецподразделения, воевала немного морская пехота, воевала авиация. Но полноценных общевойсковых операций не проводилось. И ничего для этого у СССР в принципе не было. Хотя были и десантные, большие десантные корабли. Целая эскадра десантных кораблей. Была морская авиация, какая никакая. Но она была. Сейчас у России нету, вот эти вертолетоносцы, кстати говоря, они бы сейчас в Сирии очень пригодились для ведения войны. Вот я когда услышал о войне в Сирии, то есть, о том, что у нас там корпус, я подумал, и вот тут бы единственный способ применения мистралей. Вот единственный вообще. Они не совсем вертолетоносцы. Они скажем так суда-базы.

Калашников – Нету уже тех пароходств, черноморского морского, я не знаю, Ленинградского пароходства.

Игорь Стрелков: То есть, для снабжения, то есть, теоретически, наверное, можно зафрахтовать какое-то количество торговых судов, привлечь какие-то компании. Теоретически можно. Но оно будет во первых а безумно дорогое, что для нашей экономики сейчас вот как то вот совсем.

Максим Калашников: Подарок американцам.

Игорь Стрелков: Да. Подарок, во вторых, сама линия коммуникаций у нас получается только одна. Потому что полноценную группировку снабжать по воздуху мы сейчас не в состоянии. Тем более, обходными путями, когда каждая Болгария стремится нам закрыть воздушное пространство и мы ничего не можем ей ответить.

Максим Калашников: Только по морю, через Черное море.

Игорь Стрелков: Так вот. По морю, через Черное море. У нас все коммуникации проходят не только через Черное море. А через Босфор и Дарданеллы и Мраморное море. То есть, Турция в любой момент может закрыт и ничего мы ей не сделаем. И вся группировка, которая окажется в Сирии, окажется просто в оперативном окружении.

Максим Калашников: Здесь может быть только один политтехнологический момент. Если всерьез воевать, а нам сказали, что серьезных формирований мы туда посылать не будем.

Игорь Стрелков: У меня другая информация.

Максим Калашников: Ну, вот я чисто как.

Игорь Стрелков: Хорошо, а если мы не собираемся серьезно воевать, то как мы предотвратим поражение Сирии. Вот реально сейчас, да. Давайте реально рассматривать ситуацию. За последнее время Асад, войска Асада, правительственные войска Сирии терпят поражение за поражением.

Максим Калашников: Могу сказать да, что в руках ИГИЛа оказались все нефтяные промыслы Сирии, так называемая долина Джазира, которая отрезается Евратом – это северо-восток Сирии, плодородная, кстати, долина. Тоже в их руках. У Асада – это полоска вдоль берега. Прерывистая. Прерывающаяся да. И вот коммуникация некоторые. Дороги там в его руках. Всё.

Игорь Стрелков: У Асада остались более менее места компактного проживания, причем места компактного проживания христиан в значительной степени сданы. Места компактного проживания армян тоже в значительной степени сданы. У него остались те, которые более менее могут сами обороняться. Остались аравийские территории в основном. И всё. И крупные города. И то не полностью. Если города спутники Дамаска контролируются, пригородные поселки контролируются боевыми группировками исламистов, пусть не ИГИЛ, но близких, то в принципе. Асад находился и находится сейчас на данный момент на грани полного поражения. Причем заметьте. Ни вмешательство масштабное корпуса стражей исламской революции, ни масштабное вмешательство которое в критический момент бросило свою пехоту на помощь Асаду. Не изменило соотношение сил. То есть, получилось, что даже широкомасштабная, военная вооруженная помощь Ирана, людьми, в первую очередь пехотой не смогла переломить ситуацию. А теперь получается так, что за счет если ставить вопрос о вообще выигрыше военном. Об уничтожении ИГИЛ. О чем заявлено было широкомасштабной и там заявляется, что мы вступаем там действительно в какую-то некую полномасштабную войну. То одной авиацией, одной артиллерией, одними ЧВК, частными военными компаниями эту войну не выиграть никак. И армия Асада не смотря на всю артиллерийскую и авиационную поддержку всё равно будет проигрывать и отступать. По одной простой причине. За четыре года значительная часть его боеспособной пехоты выбита. Просто выбита. И новой ему взять негде. А если перебрасывать туда полноценный общевойсковой контингент, то он должен быть настолько значительный, чтобы переломить исход боев.

Максим Калашников: Сравнимый по численности с численностью российской армии нынешней.

Стрелков – Ну, не нынешней. Ну, думаю, тысяч сто.

Максим Калашников: А я думаю, Игорь Иванович, что это полит технологическая война. Там тоже никто не ставит задачу победить.

Стрелков: А если полит технологическая война, то мы её проиграем практически неизбежно.

Максим Калашников: смотрите, как хорошо. Во первых, если у нас такие СМИ, никто о поражении не узнает. Мне, какая задача у меня, как у совокупного элитария я сбрасываю моторол, гиви, туда, они мне опасны здесь, пусть они там сложат головы. Пусть они занимают внимание публики. Почтенной. Мы там объявим какую-то войну. Нам победить всё равно не надо. Наша задача не в этом. Наша задача создать информационный повод. И сжечь ненужных пассионариев. И плюс к тому, как они говорят ну мы тут техникой поддержим, а Иран свою пехоту.

Игорь Стрелков: Замечательно, вопрос следующий. А тратить деньги кто будет? Иран с Ливией деньги тратить не будут. Персы очень рациональны.

Максим Калашников: Это немцы Ближнего востока.

Игорь Стрелков: Да, они там сражаются действительно за свои интересы. Вот кто кто, а Иран объективно заинтересован в том, чтобы Сирия не пала. А у нас то ну, кроме там опять же осознания да, это общий враг, но это враг не первый, а очередной. И какие у нас теоретически, опять же повторяю – теоретически, если бы два года назад принимались эти меры. Я бы им только аплодировал. Но теперь имея незакрытый фронт с Украиной, имея Киев, перешедший полностью в стан врагов России. Имея вот сейчас вот только что обозначившееся угрозу со стороны Афганистана. Потому что взятие Кундуса – это очень серьезно. То мы лезем в Сирию загоняя туда любые войска. И мы начинаем проводить там операцию.

Максим Калашников: Дежавю, Игорь Иванович. Это начало восьмидесятых годов, когда США загоняли Советский союз в тупик. Когда вот тебе фронт, противостояние с НАТО, ну такого холодного, да, на грани, вот тебе фронт противостояния с Китаем, ну, тогда во всяком случае. Вот тебе второй фронт и вот тебе третий фронт. Афганистан. Ну, еще был четвертый фронт. Это Польша. Тоже самое. В ту же ловушку.

Игорь Стрелков: Опять же. Не надо забывать, что РФ не Советский Союз.

Максим Калашников: О чем и речь.

Игорь Стрелков: Это дистрофик по сравнению с боксером условно говоря тяжелого веса.

Максим Калашников: Это понятно, и в данном случае у вас нет чувства, что это критическая черта?

Игорь Стрелков: У меня критическая черта, ощущение именно того, что Владимир Владимирович через тире теперь должен писаться Путин-Милошевич. Вот всё он делает, всё. Именно то, чего мы боялись. Что предупреждали, но думали, что он этого не сделает. Он всё делает именно так, как делает Милошевич. Один к одному. Вот просто уже не то что бы опасность этого. Это он уже реализует стратегию отступления. Стратегию постепенного отступления перед западом. В надежде на то, что запад его простит. Собственно говоря, его речь на генассамблее ООН она собственно и звучит, вы, ребята, за что вы нас обижаете, мы хорошие.

Максим Калашников: Мы свои, мы отстаиваем ваши.

Игорь Стрелков: Мы в ВТО хотим.

Максим Калашников: Мы ваши принципы отстаиваем.

Игорь Стрелков: Давайте как-нибудь договоримся. А ему говорят, вот здесь мы в Сирии договариваемся. Ты туда загони побольше войск. Побольше там народу положи. Побольше денег истрать. А на Афганском направлении мы талибам сдадим Кундуз и пусть он тебя и на украинском направлении вот здесь мы договариваемся, а здесь не договариваемся. Как хочешь так и вертись.

Максим Калашников: Меня страшная честно говоря картина в голове крутится. Хорошо. В эту ловушку Москва сунет лапу. Или голову.

Игорь Стрелков: Она уже засунула.

Максим Калашников: Дальше ведь все эти телодвижения они не помогают в борьбе с системным кризисом в Российской Федерации. Здесь начинается смута. А в это время, да, если что то случается с центральной властью, вон там уже с юго-запада стоит Киевская группировка. Всё. Входи. Входи сюда. И здесь дезорганизация. А там готовые силы. И никаким ядерным оружием ты здесь не сработаешь.

Игорь Стрелков: Нормальное явление. Что вы хотите. Самым боеспособным военным противником внешним во время гражданской войны была Польша. И Финляндия, кстати говоря.

Максим Калашников: Да, Польша и Финляндия.

Игорь Стрелков – Ну, имеется в виду из внешних, внутреннюю для советской власти представляли только белые. Потому что они русские.

Максим Калашников: Как не парадоксально, как не воевал с осведомителями а их план теперь, что сейчас еще прирежем Кубань, Воронеж, Белгород и Брянск, Кубань, Ростов, и всю фактически до Брянска. Вот так вот.

Игорь Стрелков: Всё Черноземье.

Максим Калашников: То есть, на самом деле теперь это уже не безумная.

Игорь Стрелков: Нет не безумие, безумие то, что делает наша власть. Которая сначала подняла патриотическую волну, подняла народ, теперь всё это сливает, в надежде, что Соловьев всех у болтает и всем объяснит, что Путин – гений.

Максим Калашников: Ну, в принципе, давайте, Игорь Иванович попробуем.

Игорь Стрелков: И что через сто лет, когда мы все умрем, наши внуки увидят плоды политического гения Путина.

Максим Калашников: Давайте попробуем сейчас критикуя предлагай. Что сейчас можно сделать в принципе.

Игорь Стрелков: Первое, что необходимо сделать – это ограничить действительно, по-настоящему, а собственно на что рассчитана наша беседа. Она рассчитана на. Я не надеюсь, что нас услышат. Нас в качестве экспертов там и не будет. Мы там чужие. На этом празднике жизни, который они себе устроили. Эта гедонистическая шваль. Они я рассчитываю на то, что они нас услышат. Хотя бы. А они нас слушают.

Максим Калашников: Да, я знаю, они на не пускают на телевизор, они потом наши многие идеи они потом говорят с телевизора выдавая с умным видом. Вот что они такие гении. И по крайней мере поймут действительно, что есть красная черта. Вот реально сейчас, я хочу эту мысль провести. Реально сейчас и Путин и вся власть российская подошла к красной черте. Она уже на грани. Перейдя за которую, а они уже занесли ногу. Они полностью обнулят весь эффект Крыма. Они полностью потеряют поддержку всех настоящих патриотов. У них останутся только официальные, на зарплате. Которые разбегутся при первом же хлопке петарды. И как только им денег перестанут платить.

Максим Калашников: Что же в Сирии просто оставить какую то, неудобно назад какую то миссию.

Игорь Стрелков: Сирию необходимо поддерживать. Сирию необходимо поддерживать и может быть даже необходимо поддерживать более менее серьезно. Но. В первую очередь что мы должны учесть, что Сирия на данный момент, к сожалению, для России второстепенный фронт. Первостепенный фронт – это у нас Украина. И первостепенный фронт – это Новороссия. Второстепенный у нас фронт – это сейчас становится будет в ближайшее время Таджикистан. И только третьестепенным фронтом, куда можно будет отправлять излишки или просто действительно поддерживать Асада, потому что сдавать Асада нельзя раз уж мы туда влезли. Должна быть Сирия. И ни в коем случае нельзя ставить ИГИЛ в качестве главного врага России на данный момент, это враг, но это не главный враг. Главный враг России – это запад и Соединенные Штаты Америки. И в данном случае их инструмент – это Украина, как была так и осталась. Капитулировав Украине замазать это Сирией, где мы неизбежно в этом случае потерпим поражение. Усугубив поражение на Украине. Еще поражением в Сирии. Это просто я бы сказал, что это не то что не умно, это преступно.

Максим Калашников: Значит. Нужно перебрасывать ресурсы на поддержку Донбасса. Как не крути.

Игорь Стрелков: Сейчас надо срочно, необходимо срочно отказываться от Минска два. Тем более, что Киев его не собирается соблюдать. И открыто об этом говорит, последовательно, чисто, в глаза, при любом удобном случае Киев говорит, что он не будет и не соблюдает его. Необходимо сделать Новороссию. Необходимо, если уж как говорится на Киев мы сейчас не можем идти, по каким-то причинам. Вот уже.

Максим Калашников: Ну, пропущенное время.

Игорь Стрелков: Мы упустили время. Действительно, сейчас идти на Киев – это действительно серьезная война. Не то что полтора года как говорится когда в ходе легкой прогулки двух мотострелковых бригад всё можно было до Одессы делать Новороссию. А сейчас действительно, это будет серьезная война.

Максим Калашников: Сейчас один выход.

Игорь Стрелков: Держать Новороссию. Экономически удавить Украину. Действительно, экономически удавить Украину. И не так её давить, что они нам запрещают блокируют Крым, а мы им уголечек, газ.

Максим Калашников: Да, на переговорах с газом, проблема ни продовольственной блокады, не иной блокады не стоит. Не электрической блокады.

Игорь Стрелков: Над нами просто издеваются. Да, за ними стоит большой американский пахан, они просто издеваются над Путиным. Который всех переиграл. Самое главное даже не это. Самое главное даже не то, что мы должны сменить полностью, вернуться к тому внешнеполитическому вектору, который у нас был полтора года назад. И от которого мы отказались и на этом отказе не заработали ничего. То есть, скупой платит дважды. Предатель предает трижды. Подлец получает по роже каждый раз, когда его видят. Вот мы приобрели всё это. Мы уже позор поимели в полной степени. И в войну вот сейчас попытка подменить одну войну другой за три моря. Реально, Черное, Мраморное, Средиземное. За три моря. Это вот отражение попыток выскочить из капкана, куда сами себя загнали. Вытащить себя из болота как барон Мюнхаузен за волосы. Причем залезли мы в это болото мы сами. Начав вот скакать по кочкам. И потом струсив. И застряв на одной из кочек и начав с ней погружаться в болото. Никто в общем то нам в этом не помогал. Всё сами. Но я хочу сказать, что главное не это. Главное не внешняя политика. Еще раз вернемся давайте к тому, что с тем кадровым составом, который у нас сейчас есть, с тем МИДом, с той администрацией президента, с той внешней политикой. С тем правительством. С таким экономическим блоком. Что бы мы не делали, всё будет заканчиваться вот так. Всё. Потому что эти люди, правительство у нас абсолютно прозападное. Любое указание, любое, если даже сейчас представить, что президент даст абсолютно патриотическую задачу её просто будут саботировать. Они сделают так, что провалят и скажут. Извините, вот это настолько было глупо, что мы никак не могли это реализовать.

Максим Калашников: Стремление сейчас во что бы то ни стало заслужить прощение запада – это в следствии того, что запад отрезал госкорпорации Российской федерации их нефтекомпании, источники дешевого кредита. А своих нет. Не создали.

Игорь Стрелков: Маленькая ремарка в этом же отношении. Опять же к вопросу о Сирии. Вопросу о войне, в которую мы собираемся влезть и которая у нас на всех каналах, извините. Мы собираемся опять воевать в условиях мирной экономики. При этом, экономики страдающей от санкций. Страдающей от нехватки кредитов. Как вы опять же сказали. Никаких мобилизационных мер мы не предпринимаем. А как мы вообще воевать собираемся. То есть, мобилизации нет. Экономика в кризисе. Это же самый верный путь к тому, чтобы вообще все развалить. Чтобы кризис нас добил в течении вот буквально считанных месяцев.

Максим Калашников: Боюсь деградация качества человеческого, управленческого материала там до такой степени, что никто ничего не решает.

Игорь Стрелков: Там непонятно, там есть хорошие мозги. Но это мозги врагов.

Калашников: Да. Вся администрация насыщена ставленниками.

Игорь Стрелков: Там каждый второй знаете как говорится через одного, дурак – враг, враг – дурак. Бездарь, гедонист. Система строилась на то, чтобы сидеть на трубе, сосать из неё как упыри сосали и вот вывозить на запад.

Максим Калашников: А понимание на верху просто посчитать силы и ресурсы выдержим ли, уже способность утрачена.

Игорь Стрелков: Вот мы и слышим давайте жить дружно. Вот мы и слышим сейчас на мы же за ВТО, мы же за то, что давайте сотрудничать. Мы хорошие. Мы за интеграцию. Мы Милошевич. Вот Минск Два и Дейтон будут приравнены между ними можно ставить знак равенства. Причем самое смешное, что если Сербия, действительно Милошевич находился совершенно в отчаянном положении, за ним никого не было. Россия его не поддерживала. Маленькая Сербия – Югославия тогда была ну одна совсем. У него вообще шансов не было. Он вынуждено отступал. То у нас совершенно обратная система. Мы отступаем не потому что мы вынуждены отступать. А потому что мы струсили. Мы испугались. То есть, мы имеется в виду как государство.

Максим Калашников: Потому что гниль оказалась, что называется в штабах, гниль оказалась наверху.

Игорь Стрелков: Тогда вот задается вопрос. А зачем тогда все было начинать. Ну зачем.

Максим Калашников: На нахрап, Игорь Иванович, надеялись.

Игорь Стрелков: Ну да, то есть, сделать пиар-акцию. Чтобы у нас все было и ничего нам не было.

Максим Калашников: Если люди привыкли всем управлять пиаром, они привыкли, что сейчас всё получится и наткнулись.

Игорь Стрелков: Это политика симуляторов. Настолько привыкли создавать симуляторы, что решили, что их можно строить бесконечно. Что можно реальную внешнюю политику подменить симулятором. Реальную пропаганду – симулятором. Войну – симулятором. Люди разучились что то делать. Учатся только строить фасад красивый. Подмазать его. Позолотить немножко. И отмыть.

Максим Калашников: Разучились отвечать за свои слова.

Игорь Стрелков: Ну, а собственно говоря, давайте посмотрим, у нас что не провалил человек, его тут же переводят, хорошо если не с повышением. Хорошо, если на равнозначную должность. На его место ставят такого же.

Максим Калашников: Я думаю, наши зрители прекрасно смогут достроить эту логику дальше, чем кончится эпоха увеличения симуляторами. Эпоха безответственности, эпоха неорганизованности. Я думаю, что здесь мы уже как то начинаем приближаться опасно к 282 статье.

Игорь Стрелков: ну, знаете, честно скажу вам. Я совершенно спокойно к этому отношусь. Потому что в той ситуации, когда Новороссия сдана я вообще не вижу смысла для своей общественной деятельности. Я уже понимаю, что просто молчать и наблюдать за этим ну пожалуйста. Можно молчать, наблюдать за этим. Извините, я не Навальный. Я не буду говорить, как говориться фильтровать свои слова, опасаясь, что меня из под домашнего ареста переведут на камеру. Свою границу, свою красную черту я перешел полтора года назад. Называлась она украинская. Обратно мне дороги нет. Мне наплевать. Я говорю правду и пока тактически я считаю, что необходимо поддерживать Путина, пока есть надежда, что он образумится. Потому что в отличие от всего своего окружения он обречен. Вот он обречен. Просто обречен. То, что он этого не понимает это субъективно другой вопрос.

Максим Калашников: Задача сейчас сохранится и дальше мы можем уже не гадать на кофейной гуще, последуют очень бурные события.

Игорь Стрелков: Последуют, уже не изменит. То, что началось – это маразм.

Максим Калашников: Точка невозврата пройдена.

Игорь Стрелков: Пройдена. То, что началось – это маразм системы. Вот в чистом виде. Сирия, сдача Донбасса, под любым предлогом. Сдача и в это же время авантюра Сирия, это знаете, у меня хорошее сравнение вылезло. Мексиканская авантюра Наполеона Третьего.

Максим Калашников: Точно.

Игорь Стрелков: Я, кстати, нахожу в последнее время очень много черт у нашего Владимира Владимировича с Наполеоном Третьим.

Максим Калашников: Мы как-нибудь снимем об этом отдельную передачу. Я только что читал книгу о режиме Наполеона Третьего. Действительно очень много параллелей. Действительно, он туда втерся в Мексику и потерпел в 1863 позорнейшее поражение. Но нам сейчас главное действительно, сохранить силы для того, чтобы драться за существование уже Российской федерации.

Игорь Стрелков: Уже да. На самом деле то, о чем мы говорили, то, что плацдарм Донбасс это то место сдача Донбасса приведет к автоматическому переносу поля боя на Российскую федерацию.

Максим Калашников: И то, что мы сказали то чего боялись то и случается. Ну что же друзья мои. Мы обречены продолжать эту тему. Потому что жизнь будет подкидывать всю новые и новые события. И темы. В данный момент для разговоров, не для действий. Спасибо, Игорь Иванович.

Игорь Стрелков: До свидания.

С точки зрения русских национальных интересов эта война бессмысленна. Что она изменит в судьбе РФ? Да ничего. Не сменится «пятая колонна» в правительстве и Ценробанке РФ, которая успешно валит нашу экономику. От того, что Запад будет аплодировать «прорыву» Путина, у нас не появится доступных кредитов для реального сектора или нужного для новой индустриализации налогового маневра. На своих местах останутся и Набиулина, и Улюкаев, и Греф, и Кудрин, и Дворкович с Шуваловым, и Улюкаев с Силуановым. От «успехов» в Сирии у нас не станет больше агромашин (парк их – всего лишь треть от необходимого), продолжится безумное «палево» денег в мундиали-2018. Все так же продолжат гибнуть наука и образование. Никто не спасет два десятка регионов РФ от предбанкротного состояния. Никакая Сирия не напоит Крым пресной водой.

Чего нам с той Сирии? Сомнительные «победы» не принесут нам ни заработков, ни рабочих мест. Так же будут падать наши реальные доходы, таким же темным и бесперспективным останется будущее для 90 % граждан РФ. Что, нужда наша отступит? Или вдруг появятся честные и справедливые суды и неподкупные чиновники? Или нас перестанут бросать за решетку по обвинениям в «экстремизме»?

Оставим восторги штатным льстецам и «подобострастцам» типа стариков из Залдостана, типа всяких кургинянов. Типа нодовской шизы жени федорова. Их за это Господин кормит. Нам же – по барабану все это.

Нам важнее судьба РФ, Донбасса и Приднестровья. Вы хотите сказать, что в Донбассе – «ничья»? Идиоты, если русские Донбасса вынуждены теперь жить в нищете, платить втридорога (по сравнению с Украиной) за товары, продовольствие и топливо, да еще и быть под властью уголовщины, то это – ничья? Да это позорное, с треском, поражение! Причем именно Москвы, которая ничего не может принести русским, кроме очередного паханата и экономической разрухи.

Меня призывают плакать над сценами насилия в Сирии. Простите, но я не забыл сцены расправ над русскими в Новороссии, перед моими глазами стоят картины искалеченных и убитых детей. И мне русские Новороссии как-то ближе арабов. Авторы геноцида в Донбассе остались безнаказанными. И на хрена мне какая-то Сирия, где уже никогда не будет ни базы русского ВМФ, ни вообще единого государства? Меня не волнует судьба династии Асадов, мне важнее судьба моей нации. Судьба русских Приднестровья, которых вы своей «ничьей в Донбассе» тоже ввергли в ад блокады. Не отношусь к числу легковерных дураков и на эту сирийскую истерию реагирую выключением радио и ТВ. Потому что Кремль ввергает нас в совершенно чуждую нам войну. Отношение к Сирии для меня – лакмусовая бумажка, отделяющая кретинов от нормальных русских.

Итак, перед русскими сейчас стоят первейшие по важности задачи.

– Побороть системный кризис РФ, угрожающий ее гибелью и провести новую индустриализацию.

– Очистить наше общество от ворья и нелюдей, национализировать государство (ибо пока оно – частное ООО, некая Ост-Индская компания-2 в интересах кучки мерзавцев).

– Спасти Донбасс и присоединить его к РФ.

– Выручить Приднестровье.

НИ ОДНУ из этих задач сирийская авантюра не решает! Наоборот, создает еще одну «топку» для сжигания русских ресурсов.

Вы посылаете ВВС в Сирию? Ах, как трогательно! А почему у ЛДНР не появились своя авиация? Хотя бы в виде эскадрильи истребителей, пары эскадрилий штурмовиков и пяти эскадрилий боевых вертолетов? Почему у них нет ударных дронов? Может, вам сирийцы ближе русских, но только не для меня. И вы, нами правящие, меня сирийской туфтой не купите.

Восторги в западной прессе по поводу «триумфа Москвы на Ближнем Востоке» считаю довольно простым приемом: затягиванием нашего дурного начальства подальше в западню. Сии восторги – такое же рефлексивное управление, как и объявление на Западе лучшими министрами финансов мира Чубайса и Кудрина, а лучшим центробанкиром – Набиулину. Я бы Западу их подарил.

Но правящее дурачьё млеет от западных похвал и делает то, что губит нас.

Мне уже ясно, что вы пытаетесь внешней политикой отвлечь наше внимание от полного своего провала в антикризисной политике. Это как мордатый Мадуро в Венесуэле: они с покойным Чавесом прожрали нефтяные доходы прошлых лет, оставили страну сырьевым придатком, довели дело до кризиса (до нехватки еды и товаров) – и вот теперь Мадура пытается выехать за счет задирания Гайяны и Колумбии. Мол, войной отвлеку электорат от кризиса. Ну, клоуны везде одинаковы.

Если серые правители начинают перегружать проседающую экономику РФ огромными затратами на войны, внешпол и архидорогие спортивные игрища, то результат будет аналогичен плодам тех ошибок, что совершили старцы-правители позднего СССР. Вы даже хуже делаете. Все-таки Брежнев сначала потратил деньги на бесполезную Олимпиаду-80 в 1976–1980 гг., и только в 1980-м начал тяжелую для экономики Афганскую войну плюс форсированные затраты на горы оружия (так и не пригодившегося). Но Брежнев не додумался при этом проводить в СССР еще одну олимпиаду или чемпионат мира по футболу, выкидывая на это еще десятки миллиардов долларов.

Нынешние носители «неземной мудрости» изнасиловали экономику мегазатратами на Сочи-2014, начали войны и большие траты на оружие – и теперь вот еще мундиаль намереваются провести. Если Брежнев был маразматиком, то вы-то – кто? Если посчитать на круг те средства, что вы бездарно пустили по ветру (или собираетесь пустить), все эти универсиады, саммиты, мундиали, олимпиаду, бессмысленные игры Набиулиной на ММВБ, вывод средств за рубеж, то выйдет гигантская цифра – 300 млрд. долларов как минимум. (То, что вы просто воруете, оставляю за кадром). То есть, вы пустили коту под хвост годовой докризисный бюджет РФ.

Помню, как резко стала ухудшаться ситуация в экономике СССР с 1979 года. Да, было некоторое улучшение в 1983–1986 годах, но дальше провал возобновился. То же самое будет и с РФ. С одной разницей: в СССР у людей были деньги, но в магазинах мало что можно было купить. Очень многое приходилось с трудом доставать или брать с переплатой из-под прилавка. А потом, при Горби, вообще пришли пустые прилавки. В РФ товары будут лежать свободно. Просто у людей не будет денег, чтобы их купить. Мы нищаем на глазах. Мы все вынуждены тянуть от зарплаты к зарплате. Уже останавливается бизнес тех, кто производил что-то для внутреннего рынка: мебель, стройматериалы, одежду и обувь, окна – сказывается обнищание граждан. Лихие времена приходят и для бизнесменов, не связанных с вывозом сырья и освоением бюджетных денег.

Так что можете засунуть свою Сирию сами знаете, куда! А то, что произойдет с экономикой Эрэф, выльется в политических крах власти.

Вы уже ничего не можете сделать с завалом экономики, и вас уже ничего не спасет.

В чем смысл «сирийского броска»? Это – всего лишь жалкая попытка нашего «бомонда» оправдаться хотя бы в глазах европейцев и заслужить от них и похвал, и снятия санкций с РФ. Сказались-то санкции – заметались власти Эрэфии. Американцев же жалобить бессмысленно: они сами питают ИГИЛ кадрами и оружием, это – нужный им проект. А ЕС Москва пытается расположить к себе, кидая русских ванек в сирийские пески и бросая как Донбасс, так и Приднестровье. Хороня Русскую весну и Новороссию.

Американцы продолжат кидать (через прокладку «умеренной сирийской оппозиции») оружие и кадры на помощь ИГИЛ. Они с успехом сделают нам Афган-2, пускай и меньших масштабов.

Так что, с моей точки зрения, нынешняя власть собирается русской кровью (и истощением русской экономики) воевать за европейские интересы. Как тот придурок Николай Первый, что тратил ресурсы не на развитие России, а на борьбу с революциями в Австро-Венгрии и Франции. (После чего австрияки и французы его шибко «отблагодарили» в Крымскую войну).

Если ИГИЛ – проблема прежде всего Европы, то пусть эти престарелые пидары создают коалиционный корпус и размещают его в Ираке (коль им Асад не нравится). Какого дьявола русские должны за них воевать? За этих выживающих из ума европейских импотентов? Они нам ничего за это не заплатят, и «крымнаш» не признают. Нам сейчас выгоднее продавать оружие туркам да иранцам. А ИГИЛ вообще выгоднее разворачивать на Юг – пусть поднимают цены на нефть. Что для нас – спасение, выигрыш времени. Какого черта мы должны защищать европейцев? Они нам что-то доброе принесли? Только лжедмитриев, интервентов, Гитлера и либерастию.

Война в Сирии – война глубоко нерусская. Война в интересах «малого народа», эрэфианской «элиты», давно отделившейся от нас. В этой войне она из кожи вон лезет, чтобы выслужиться перед Европой.

Зачем ей выслуживаться перед каргой-Европой? Самыми болезненными и опасными для расейской камарильи санкциями стало отлучение РФ от западных рынков капитала, от источников долгих и низкопроцентных кредитов. Запрет на поставки бурового оборудования тоже тяжел, но все-таки не так опасен. Если доступ к источнику полноценных кредитов открыт не будет, то придется выдавать отечественным корпорациям кредиты из финансовых резервов (хотя бы и через механизм РЕПО Центробанком). Но потребности одних лишь «Газпрома» и нефтяных госкомпаний таковы, что от финрезервов очень скоро ничего не останется. А это – смерть для режима. В общем, и все предложения Сергея Глазьева сводятся к необходимости создания своего источника нормального, долгосрочного кредитования реального сектора.

Свой источник долгих, больших и низкопроцентных кредитов «элита» не создала, хотя для этого у нее были и 14 «жирных» невоенных лет, и несколько триллионов долларов притока средств. Сейчас плоды долголетней верховной лени оборачиваются против режима. Он смертельно боится действовать «по Глазьеву», он трусит ввести меры по расходованию валюты лишь на производственные нужды и задействовать механизм эмиссионного рублевого кредитования реального сектора (со введением ограничений для спекуляций валютной на ММВБ). «Элите» хочется снова получить доступ к западной кредитной системе. Она-то знает, что с ее «умениями» любая попытка что-то поправить в экономике РФ оборачивается лишь провалами и ухудшением положения.

Но Европа это тоже видит. Она работает (в угоду США) на сокрушение РФ. Потому она продолжит душить путинство финансовой удавкой. Никакие усилия Москвы в Сирии не откроют ей доступ к кредитам и ЕС, ни США. Китай кредиты дает лишь связанные и вообще тихо стал на сторону Запада. Соответственно, Европа никогда не признает присоединение Крыма. Смешны упования Москвы и на то, что она сможет торговаться с Западом, создав в Сирии аналог ЛДНР или учиняя контролируемую смену Асада Второго. Хозяева-то США не остановят «накачку» ИГИЛ. Но стремление камарильи РФ услужить западникам в Сирии самим западникам говорит одно: ага, санкции угодили в цель! Есть накрытие цели. Теперь – беглый огонь секторальными санкциями, стрельба на поражение.

Могу побиться об заклад, что нынешние бонзы РФ засыпают нынче плохо, терзаемые мыслью: «Устоим ли?»

Уже не устоите. Ситуация перешла критическую черту.

Но, поскольку наши «вожди» хотят выслужиться перед Европой за русский счет, мы должны занять позицию посторонних. Никаких добровольцев в Сирию! Наша война – это Донбасс и Новороссия. Крым есть лишь часть Новороссии. Приднестровье – тоже Новороссия. Туда мы должны отправлять гуманитарку.

Однако власть не изменит убийственного для РФ курса. Она только приближает момент Большого Песца. Помешать ей мы не можем, да и сил тратить не стоит на сей мартышкин труд. Теперь главное – организация снизу, сплочение сил для будущей схватки за власть в стране, запасание всего необходимого для лихой годины. Она неминуема, меня не обманешь: я уже видел, как СССР упорно толкал себя к катастрофе. Идиотизм правителей – фактор номер один в грядущих потрясениях.

Патологическим охранителям поясняю: нам до дурноты не хочется переживать еще одну смуту, еще один крах страны. Но если выхода нет, если все наши попытки не дать власти завалить РФ наказуемы тюрьмой, то мы сейчас умываем руки и готовимся к смуте. Мы не опускаемся до революционной шизы расейских студентов 1904 года, славших поздравительные телеграммы японскому микадо по случаю победы над нашими войсками. Мы – не пораженцы, желающие разгрома РФ. Мало того, мы сделали все, чтобы страна победила. Но верховные «мудрецы» все пустили прахом. Они-то и сработали на врагов русского народа. Что ж, они сами выбрали себе дальнейшую участь. Смута беспощадна и опасна. И начнется она с перестройки-2. Благо, никто из нее «наверху» уроков не вынес.

На сей раз НАМ важно не повторять ошибок четвертьвековой давности. А тем обывателям, что нами правят – хоть кол на голове теши. Они неисправимы. Они обречены историей. Тень Горбачева отчетливо нависает над нами. Сирийская истерия – ее сгущение.

Ну, а среднему звену силовиков скажу еще раз: думай, голова, думай. Один есть путь сейчас к спасению. Правительство национального спасения. Переходное. Надо и кризис побороть, и войну выиграть. Не в Сирии…

Кажется, безумие окончательно обуяло режим. Политика пошла за пропагандой.

По поступающим к нам данным, началась активная переброска «отпускников»-контрактников из ЛДНР в Сирию. Фронт обороны республик ослабляется. Зато РФ готова влезть во вторую войну, получив «черную дыру» для экономики – сирийский Афган-два.

Все, господа, это – безумие.

Волосы становятся дыбом: что они творят? Значит, Донбасс – это слишком накладно для экономики РФ. А создание, по сути, заморской группировки войск РФ для безнадежной войны в Сирии (а в ней будут десятки тысяч «контрабасов») – это недорого? Ведь снабжать ее придется с огромными трудностями. Самолетами всего не обеспечишь, да и разорительно это. Своего торгового флота у РФ – с гулькин нос. Это не СССР с его мощными пароходствами. Если Турция закроет проливы, тащить грузы придется с Балтики, огибая Европу. При этом продолжая вести войну в Донбассе и спасая блокированный с суши Крым (а это – тоже еще те затраты). При этом огромные суммы по-прежнему пустят по ветру – на футбольную «мудиаль-2018».

В общем, власть сделала все, чтобы в условиях и без того тяжелого экономического кризиса окончательно опрокинуть экономику РФ. Чтобы создать еще одну «топку» для сжигания средств, ресурсов и пассионариев. При этом есть риск потери ЛДНР: как сообщают из бригады «Призрак», в случае начала наступления карателей они продержатся не более нескольких часов. Дальше их обойдут с флангов. Состояние частей ВС Новороссии – моральный упадок.

Зачем Кремль лезет в Сирию воевать с ИГИЛ? Очевидно, что это, во-первых, попытка очередного «пиара» (ах, русский солдат защищает Европу на Ближнем Востоке!). А, во-вторых, это – неуклюжая попытка замириться с Западом и добиться снятия санкций. Они все-таки сказались: расейская «элита» испытывает страшные неудобства и страх от того, что ее могут отрезать от активов в Европе и США, от источников дешевых кредитов; могут сделать ее «невыездной». Ну, а для этого можно окончательно кинуть под танк Донбасс (его жестоко завоевали «укропы», мы возмущены и скорбим), а русских солдат – как пушечное мясо в Сирию.

Естественно, ИГИЛ ответит терактами в РФ, и в Москве – скорее всего. Теракты можно использовать для установления полной полицейщины в стране, полного «затягивания гаек».

Все это будет сопровождаться «триумфальным» выступлением в ООН с очередной «прорывной инициативой». Воспаленным бредом охранителей о новом ХПП.

Но только все это не поможет. Налицо полное банкротство сановных «архистратигов». Ведь ИГИЛ – проект США. Сила, которая угрожает не Америке, а ЕС, русским и светским арабским странам. (Беру дела хозяев Америки, а не словеса ее политиканов). Воевать придется с исламскими садистами, объективно работающими на владык США, превращающими Евразию в хаос обломков. При том, что Европа себя защищать не собирается.

Зато Кремль обеспечит экономический коллапс страны, и в ходе него может начаться распад силовых структур. При угрозе новых уличных акций протеста после «выборов» осени 2016 года. Зато власть рискует с позором проиграть ЛДНР и предать русских Донбасса.

Мне тут очень уважаемый мною человек сказал: «А что, если Путина во время поездки в ООН американцы просто арестуют? По обвинению в преступлении против человечности и за сбитый рейс МН-17? Никто в Москве ядерной войны не начнет. Власть по конституции перейдет к премьеру Медведеву. А это значит, что господство над РФ перейдет к клану системных, прозападных либералов. Одним махом…»

Здравое опасение. А если такое случится? Силовики ничего не смогут сделать. Глава Минобороны Шойгу – человек ельцинской Семьи. Глава АП РФ Сергей Иванов? Ему придется устраивать переворот и смещение Медведева, но вряд ли он на это пойдет. Сечин – вроде как в полуопале и занимается «Роснефтью», доступа к командованию армией и к ядерной «кнопке» у него нет. (То же самое – и я Якуниным). Главком ВВ Золотов? Но тут против него могут пойти части МО РФ, которые «питерским» неподкомандны. Придворных олигархов вообще списываем со счетов: Ротенберга во главе ВДВ как-то трудно вообразить. А едва сменится власть, тьма генералов, держащих нос по ветру, что твои флюгеры, кинутся присягать в верности новой власти.

Но допустим, что американцы на такое не пойдут. И что? Все равно они получают успешное «второе издание» стратегии Рейгана 1981 года. Уверенное экономическое сокрушение, правда не СССР, а РФ. Гораздо более хилой. Хватит и года войны в Сирии, чтобы сего добиться. А если Москва введет чрезвычайное положение в стране, то при управлении ее экономикой такой откровенной «пятой колонной», как Центробанк, Минфин и Минэкономики эта чрезвычайка быстро перейдет в экономическое крушение. Архизатраты на футбольный ЧМ-2018 окончательно сорвут РФ в штопор. Поражение ЛДНР и внешнее торжество Киева обеспечат тяжелейшую фрустрацию в РФ.

В 1980-м янки ликовали: удалось втянуть Советский Союз в тяжелую по затратам Афганскую войну и в очень накладную помощь Польше. Спустя 35 лет режим в РФ повторяет все ошибки позднесоветского руководства, причем в ускоренном темпе и в гротескно-гипертрофированном виде. Власть РФ делает все, чтобы вослед за Украиной превратить в банкрота и Росфедерацию. Чтобы последней уже не помог и гипотетический рост цен на нефть до 70 долларов за баррель. Афган-2 сожрет и эту прибавку. Внутри РФ обнищание масс и дурная полицейщина создадут все условия для бунта.

Власть повела нас к новому 1991 году. Нужно ли более яркое доказательство ее полной бездарности?

Думаю, что в Вашингтоне нынче откупорили шампанское и предвкушают новую победу над «империей зла-2».

А что? Ведь почти все за американцев делает сама «элита» РФ. Сонмище глупых и жадных обывателей.

Знаете, что меня приводит в бешенство в нынешней официозной военной истерии «за ридну Сирийщину»? Ее подлость. Ее лицемерие. Ее адресованность тупому быдлу с короткой памятью. Ее «пиарность».

Эники-беники – и картинки авиаударов (старыми Су-24М) по позициям ИГИЛ становятся аналогом футбольных матчей для восторженного россиянского быдла. Оно уже забыло о русских Донбасса, о том, что Кремль подвесил их между небом и землей, обрек на нужду и страдания и теперь впихивает под пяту антирусского Киева. Значит, сирийцам можно помогать авиаударами, а ВС Новороссии – нельзя? Значит, часть исторической России – Донбасс – может страдать без своих ВВС и поддержки с воздуха, терпя артогонь карателей, а вот арабам можно кинуть авиацию на помощь? Это – подлость. Быдло, ты хоть понимаешь, чему рукоплещешь?

Кстати, Дима Ренц прав: какого черта ВВС РФ в Сирии работают по командным пунктам ИГИЛ, когда нужно (по логике) бомбить те нефтепромыслы, что оно захватило на востоке Сирии (а это – 30 млн. тонн нефти ежегодно минимум) и лишать ИГИЛ экономической базы?

Смотрю на тебя с презрением, стадо, потому как война в Сирии нам нации нужна, как рыбе зонтик. Мы уже показали, что ИГИЛ не является горящей угрозой для РФ, что дела в Донбассе стократ важнее.

Нам ясно, что война в Сирии затеяна перетрусившей «илиткой» РФ для того, чтобы выслужиться перед Европой, вымолить у нее снятие санкций, а заодно – заставить электорат забыть о провале Москвы на Украине и о том, что власть ввергла РФ в кризис. Ну, а заодно нужно положить в сирийские пески добровольцев-ополченцев из РФ, убрав их с Донбасса. Это – война нам чуждая, чисто «пиарная». Причем почерк расейского бомонда, способного лишь на пиарщину и мозгокрутство, я за двадцать лет отлично изучил. Все их ходы видишь наперед.

Ясное дело, что ИГИЛ даст сдачи терактами в РФ. Исламские ультрас – не идиоты, они в ответ на авиацию используют живые бомбы в московском метро, взрывчатку в подвалах домов, подрывы электричек, поездов, а то и самолетов. Благо, затеряться террористам среди орд гастарбайтеров в Москве – легче легкого.

Причем «илитка» РФ при этом не пострадает. Ей такие теракты даже выгодны. С точки зрения пиара и переключения внимания масс.

Ну, а заодно рано или поздно в сирийской пустыне упадет сбитый (или поломавшийся) штурмовик или фронтовой бомбардировщик ВВС РФ. Летчик (или пилоты) попадут в лапы ИГИЛ. Их торжественно сожгут заживо перед видеокамерами. В железной клетке или подвешенными на перекладину.

Вот это будет пиар! Особенно если теракты и казнь случатся почти одновременно. О-о, это будет действо! Терабайты страстей в Рунете и соцсетях. Буря эмоций по телевидению. Слезливая статья о новомучениках в «Завтра». Стихийные шествия и волнения с требованиями покарать грязных исламских чурок. Требования ковровых бомбардировок. Все напрочь забудут о Донбассе, о ЖКХ, о воровстве родного начальства, о развивающемся в РФ кризисе. Весь пар уйдет на сей гнев народный. Пиарщики власти подкинут изрядно вульгаризованный мем о «бремени белого человека».

Умело раздутой истерии хватит на много месяцев. А дальше – чего-нибудь еще придумают.

А о Донбассе стадо забудет. Прочь с экранов дебилоящика – из сердца вон.

А эти сказки о том, что Москва якобы ведет войну в Сирии, чтобы враги Асада не смогли через нее построить газопровод из Катара в ЕС и не вышибли РФ с европейского рынка газа? Чушь. Еще вспомните о том, что война в Чечне (вспоминаю «аналистов» 1995 года) ведется затем, чтобы контролировать грядущую «трубу» от каспийского «кувейта» (оказавшегося блефом) на Новоросийск. Как затрахало это «трубопроводное мышление», везде видящее только газо– и нефтяные «нитки»!

Кто в здравом уме будет строить газопровод через Сирию, которая на много лет станет Диким полем, ареной усобиц разных «исламских армий»? Да если ЕС захочет выбить «Газпром» со своего рынка, он протянет «пайплайн» из Ирана, Азербайджана и Туркмению через стабильные Иран да Турцию. Или построит терминалы для перевозки СПГ с месторождений у берегов Кипра, Израиля и Египта!

Оставьте ваш трубопроводные бредни для лохов.

Но кто-то должен остаться вменяемым среди толп «телеуправляемых» идиотов. Кто-то должен не заражаться наведенным безумием. Мы останемся таковыми. Ибо знаем, что сирийская шоу-авантюра ни на йоту не решает главных проблем, от которых зависит судьба РФ в новой Холодной войне. Авантюра не помогает избавиться от статуса жалкого сырьевого придатка Запада и КНР, не очищает страну от вельможного ворья, не обеспечивает индустриализации РФ и никоим образом не спасает русских Донбасса. Которые, по Кремля, как бы и не русские.

Плевать нам на недалекое быдло. Нам-то ясно, что ничего хорошего война-спектакль нашей нации не принесет. Нам ненавистно лицемерие власти, которое своих, русских, бросает под танк, а чужих – спасает. Мол, Асад – союзник. Но свои, русские Донбасса, стократ важнее всех союзников!

Смотрю с презрением и на «вострогальщиков» военной мощью РФ. Пока какая техника воюет в Сирии? Да советская. 30–40-летней давности. Те же «грачи», что в Афгане, те же Су-24. Пускай и модернизированные.

А где ударные беспилотники, намного более дешевые и эффективные в такого войнах? Они уже есть и у китайцев, и у иранцев.

А у «державной» РФ – нет.

У Обамы-абизяны есть в распоряжении полевые авиаотряды из разведывательно-ударных дронов.

Беспилотная авиационная система (БАС) MQ-1/RQ-1 «Предейтор», состоящая на вооружении ВВС США, разработана компанией «Дженерал атомикс аэронотикл систем» (General Atomics Aeronautical Systems). Каждая такая система включает четыре средневысотных БЛА типа MALE (medium-altitude, long-endurance) «Предейтор», наземную систему управления и основную спутниковую систему связи PPSL (Predator Primary Satellite Link). Для развертывания системы она загружается в контейнер, который доставляется к месту дислокации на транспортном самолете габаритов C-130 «Геркулес» (Hercules). В 2009 году стоимость одной БАС «Предейтор» составляла 20 миллионов долларов. Аппаратом управляет экипаж в составе летчика высокой квалификации и оператора систем полезной нагрузки (ПН). Группа специалистов обеспечивает готовность к вылету в нужный момент.

Хотя изначально БАС «Предейтор» разрабатывалась для разведывательных миссий, она способна также выполнять ударные задачи. Поэтому сначала аппарат обозначался RQ-1, где R (reconnaissance) означает разведывательный, а Q – дистанционно-управляемый. В последующем обозначении MQ-1 буква M (multirole) означает многоцелевой. Оно появилось в 2002 году после оснащения «Предейтора» управляемыми ракетами AGM-114 «Хеллфайр» (Hellfre). «Предейтор» стал первым в мире БЛА, применяемым для ударных операций.

БАС MQ-9A «Рипер» представляет глубоко модернизированную версию «Предейтора» и первоначально называлась «Предейтор-B». «Рипер» совершил первый полет в 2001 году. Эта БАС крупнее по габаритам и оснащена более мощным двигателем. Может применяться для решения широкого спектра задач и лучше подходит для выполнения ударных миссий. Спутниковая система навигации обеспечивает «Риперу» возможность круглосуточного функционирования на большой дальности. Он был разработан специально для оснащения вооружением и имеет семь узлов подвески, включая одну под фюзеляжем, которая не используется, и по три под каждой консолью крыла.

Высокотехнологичное оборудование «Рипера» включает в том числе систему целеуказания AN/DAS-1 компании «Рейтеон» и радиолокационную станцию AN/APY-8 «Линкс» (Lynx II) с синтезированной апертурой, способную работать в режиме картографирования, в носовом обтекателе. В разобранном виде «Рипер» в контейнере транспортируется самолетом типа C-130 «Геркулес».

Дальнейшее развитие «Предейтора» привело к созданию БЛА MQ-1C «Грей игл», который ранее имел обозначение MQ-12 «Уорриор» (Warrior), «Альфа Уорриор» (Alpha Warrior) и «Скай Уорриор» (Sky Warrior). Он совершил первый полет в октябре 2004 года. БЛА оснащен дизельным двигателем с толкающим винтом. Максимальная продолжительность полета – 36 часов. Может оснащаться разведывательными системами или вооружением. В июле 2013-го в небо поднялась усовершенствованная версия с улучшенными характеристиками IGE (Improved Gray Eagle). В текущем году США закупят 29 БАС «Грей игл» и доведут количество систем в строю до 152 единиц к 2022-му…»

Можно до посинения скалить зубы над Псаки и «ничтожным Обамой» – но где у МО РФ вот такие же системы, так нужные и в Сирии, и в Донбассе? А нет их. А вот китайцы 2 сентября их на параде провезли. Пока наша «илитка» продолжает потрясать оружием, разработанным еще в СССР.

Так что она еще навоюет – будь здоров…

Ненавижу эту «подловойну»!

Кремлевские пропагандоны совершенно зря пугают нас возможностью Третьей мировой. Ибо мы уже живем в условиях Четвертой мировой. Она, как и Третья (1946–1991), тоже Холодная. С одним отличием: ее оружием становится разжигание мятежей, расколов и междоусобиц везде, кроме Северной Америки. Это – мировая мятеже-война, некая мировая революция-2.0. Она намного выгоднее организаторам, нежели ядерная бойня с гибелью человечества и радиоактивным заражением нашего мира.

Другое дело, что организаторы Четвертой мировой (хозяева США) смогли создать технологию ведения такой войны, которая не воспринимается основной массой людей как война. Это – их величайшее достижение.

Давайте изучим, как ведется Четвертая мировая.

Необходимость новой мировой войны

Как известно, хозяевам США периодически нужны глобальные войны. Чтобы сбросить американские кризисы во внешний мир, чтобы переделить его и придать новую структуру реальности. Корпоратократы и финансисты полностью захватили власть в Америке в 1974 году, уничтожив последнего президента США как национального государства – Ричарда Никсона. Как и его попытку ввести «имперское президентство» (см. А. Шлезингера-младшего, «Циклы американской истории», у нас изданы в 1992-м).

Американцы отлично использовали уже Первую мировую войну, фактически превратившись в сильнейшую страну Запада и мировой финансовый центр, невиданно нажившись на бойне. Но особенно хорошо Соединенные Штаты смогли использовать Вторую мировую. В этой войне они вели настолько умелую политику, что их главные враги и конкуренты уничтожали друг друга к выгоде янки. СССР, Британская империя, Германия, Японская империя, колониальные империи Италии и Франции настолько избили и разрушили друг друга, что Соединенные Штаты стали мировым гегемоном и обладателями мировой валюты – доллара. Они разрушили стенки прежних империй ради свободного движения своих капиталов.

И тут они столкнулись с проблемой: СССР не упал от изнурения после 1945 года. При этом классическая война стала невозможной: ядерно-ракетное оружие превратило обычные «горячие» столкновения в конец света. И тогда, чтобы добить СССР, хозяева Америки применили механизм Холодной войны. Разрушения противника внешне невоенными способами, используя слабости и пороки правящей верхушки противника. Сам способ был посмотрен у разрушителей Российской империи в начале XX века. Что ж, с СССР Холодная война удалась: наша страна разрушилась из-за взрыва изнутри, коему Запад лишь немного пособил. Что выиграли владыки Запада после 1991 года, очевидно всем. И какие богатства приобрели.

Понаторев на Холодной войне, хозяева США (новая цивилизация – Великая Глобалия) пришли к выводу о начале Четвертой мировой. Примерно в конце 1990-х годов.

Отключение «иммунитета»

Новый способ ведения «невоенных» войн был открыт в XX столетии. Для агрессоров «невоенная» война – сущая находка. Ибо не только русские, но и все прочие народы, повинуясь архетипам коллективного бессознательного, не воспринимают «холодные войны» как войны.

Что для основной массы людей война? Лязгающие гусеницы танков, вой ракет и пикирующих бомбардировщиков. Канонада и тучи снарядов, поднимающих фонтаны земли. Колючая проволока и окопы. Шарящие по небу лучи прожекторов. Кровавые бинты. Падающие с неба бомбы. Черные силуэты пожарных, тянущих шланги на фоне бушующего пламени. Хиросима, Дрезден, Гамбург. Все – в этом роде. Там, где ясно: вот – линия фронта, вот – враг с оружием в руках и в чужом мундире.

Любая война включает иммунитет нации, мобилизует ее. Какие-то нации давно угасли и при начале войны опускают руки, цепенеют или паникуют (европейцы). А вот русские (РФ, Украина и Белоруссия) – наоборот. Они собираются, стискивают зубы – и воюют. Посмотрите на ту мобилизацию, на то военное сплочение, что случилось и в Донбассе, и на Украине, по обе стороны фронта. Ибо ведь воевали русские с русскими (украинцы – это малороссы). О том, что произошло в СССР 1941 года, говорит не стоит – это хрестоматия. Война включает у наций, подобных нашей, волю к сопротивлению, готовность драться и терпеть лишения ради победы.

Хозяева США понаторели на ведении холодных войн, которые большинство людей (как элит, так и простецов) воспринимают как массу не связанных друг с другом, «нестрашных» событий. А если люди не воспринимают холодную агрессию как вторжение и как битву за свою жизнь, то и не мобилизуются. Война становится как бы невидимой. Агрессору в таком случае гораздо легче и безопаснее уничтожать жертвы своих нападений. Это как какие-нибудь прионы-носители болезней: организм не воспринимает их как опасную заразу и не борется с ними.

Создатели Великой Глобалии, поднявшейся после падения СССР и прочно владеющей Соединенными Штатами, давно поняли: цель войны – сломить и разрушить противника. Причем в рамках метадействия, любыми способами и путями. Оказалось, что для этого годятся финансы, экономика, культура, область смыслов и сфера духа, идей, технологий. Все, что ведет к достижению цели войны, допустимо. И коли врага можно уничтожить, взорвав его революцией и гражданской войной, это – то, что надо.

Она началась в 2001 году

Поэтому Четвертую мировую решили провести как глобальную гражданскую, как мятежевойну, как цепь взрывов целых стран изнутри. Благо, правящие верхушки почти везде пользуются ненавистью низов, ибо зарвались и оскотинились. Разрушение стран выпускает на свободу транснациональные создания – армии воинственных архаиков типа ваххабитов, талибов, аль Каиды или ИГИЛ. Запускают механизмы межплеменной и межнациональной резни.

В этой войне используются механизмы организации смут-революций и гражданских войн, причем теперь усиленные информационно-сетевыми технологиями, технологиями воздействия на массовое сознание и управления поведением масс в режиме реального времени. Об этом – моя книга «Мировая революция-2.0».

Чисто военные («горячие») акции применятся лишь изредка и, как правило, для добивания жертв, уже подорванных и обессиленных изнутри. Ядерное оружие здесь нужно лишь как потенциальная угроза, война обходится без него. А зачастую ядерные арсеналы не помогают жертве – она все равно уничтожается (как СССР). Холодная война растянута во времени и управляема, она отличается от привычной нам Второй мировой примерно так же, как управляемая цепная реакция в реакторе АЭС от взрыва ядерной бомбы.

Цель Четвертой мировой очевидна: спасти США от опасного упадка и гибели (ибо вместе с ними погибнет и Великая Глобалия, сообщество кощеев-чужих), превратив Америку в остров порядка за двумя океанами среди мира смут, разрушений, усобиц. Среди бушующего океана глобальной гражданской войны. Это обнулит долг США и сделает их гаванью капиталов и мозгов всего мира. Ну, а потом можно, кода «дрова выгорят» и человечество сильно сократится в числе, установить действительно мировое правительство. Когда разрушения и смуты в мире достигнут апофеоза, хозяева Соединенных Штатов легко могут применить новое оружие (вирусы) для обезлюживания целых материков.

Но это – дальняя перспектива. А в ближней перспективе надо посеять хаос в Евразии. Взорвать исламский мир. Покончить с тенью СССР – РФ, причем ее падение автоматически породит суперхаос, втягивающий в себя и Украину, и Казахстан, и Белоруссию, и ЕС с Китаем. Одновременно хозяевам США нужно расколоть Евросоюз и прибрать к рукам его самые богатые остатки. Ну, а дальше надо заняться Китаем, распираемым внутренними проблемами.

Итак, началом Четвертой мировой считаю «Перл Харбор-2» – 11 сентября 2001 года. Мегатеракт в Америке, устроенный ее хозяевами. Дальше агрессорам удалось создать базы в Афганистане, хаотизировать Ирак и превратить его в питательный бульон для ИГИЛ. Они смогли взорвать Ливию и Сирию, создав не только очаги войны, но и потоки беженцев в ЕС, который хозяевам США надо развалить. Им удалось усилить сепаратизм в европейских странах. У них получилось взорвать Украину и создать перспективу перебрасывания смуты из нее на РФ. При этом собственно Америка благополучно избежала краха после пароксизма кризиса 2008 года и сумела начать новый научно-технологический рывок вкупе с запуском реиндустриализации США (эскалация научно-технического превосходства). Опасно завибрировал Евросоюз.

Чего пока не удалось? Взорвать Египет, Иран, Алжир и Тунис.

Теперь нужно уничтожить самую удобную цель: расслабленную, лишенную индустрии и науки РФ, этот огромный сырьевой придаток Запада и КНР. Благо, сама власть РФ этому сильно помогает.

РФ накануне войны

Четвертая мировая втянула РФ в свою воронку непосредственно лишь в начале 2014 года.

Но до этого власть РФ сделала все, чтобы проиграть войну и превратиться в легкую мишень. Здесь, конечно, огромны заслуги ельцинского режима. Но и сменивший его режим Путина тоже постарался. («Президентство» Медведева не считаю, ибо ДАМ – марионетка ВВП и шагу без него не ступит).

Во-первых, угроза Четвертой мировой не была осознана правящим бомондом Эрэф, в ряде случаев просто помогавшего хозяевам США (в случае с Ливией и Сирией). Интеллекуальное и организационное превосходство глобалов над Кремлем тут очевидно.

Во-вторых, Путин не тронул команду ельцинских сислибов, управляющих экономикой и финансами РФ. Тем самым обеспечив себе поражение в экономической войне и открытую пятую колонну противника в самой «головке» РФ.

В-третьих, нынешний режим сначала профукал шансы на реиндустриализацию страны в 2000–2014 годах, когда страну заливал приток нефтедолларов. А затем, с 2012 года, режим сам нанес экономике РФ тяжелейшие удары.

В-четвертых, режим обеспечил невозможность реиндустриализации РФ, начал доламывать науку и образование страны, стал расточать ресурсы на нелепые «имиджевые мегапроекты».

Начальный период участия РФ в Четвертой мировой насквозь проигрышен. Провал Москвы в создании Новороссии и разделе Украины, позорище в Донбассе (отступление с поджатым хвостом), переход к затяжной экономической войне с Западом при пятой колонне в экономике и финансах, при разгуле воровства и некомпетентности в госаппарате, втравливание РФ в совершенно бессмысленную для нее войну в Сирии (Афган-2) – вот вехи «славного пути». Москва получила у себя дома развивающийся системный кризис, против коего бессильна. Глобалы вытащили ее на то поле битвы, где «чекисты» абсолютно беспомощны.

Врагу удалось добиться падения вдвое мировых цен на нефть, нанеся сильнейший удар по всей «вертикальной стабильности» в РФ. Он сорвал внешнеполитические планы Кремля с Южным и Турецким потоками. Он добился того, что Китай мягко отстранился от Москвы и предпочитает иметь дело с Европой и США. Наконец, украинский национализм одержал крупную моральную победу, в то время как защитники Донбасса деморализованы, попали в криминальную зону и заталкиваются Москвой обратно на Украину. Даже Крым остался без пресной воды, оказался заблокированным с суши. Его ввергли в экономический упадок, да еще и прислали туда наместниками откровенных дуболомов. Врагу удалось оторвать Белоруссию от РФ и создать внешнеполитическую изоляцию Москвы.

При этом огромные оборонные затраты, которые делает Москва, тоже обессмысливаются: враг не собирается вести с нами горячую войну. А в холодной войне оборонные расходы без параллельной гражданской индустриализации РФ скорее подрывают ее экономику (помогая врагу), нежели ее развивают. Что такое тупик милитаризации экономики при недостаточном развитии гражданского сектора, мы проходили в СССР. А в РФ с гражданской индустрией еще хуже, чем в Советском Союзе. Враг, не Кремль (см. доклад Глазьева) контролирует кредитно-финансовую систему РФ, ее Центробанк, курс рубля.

Втравливание Москвы в бесперспективную Сирийскую войну – огромный успех нашего врага. Ибо он создал реальную возможность террора внутри РФ, распыления сил страны, огромных экстренных затрат (эвакуация отдыхающих из Египта, например). Враг добился того, что Приднестровье может быть потеряно, ДНР и ЛНР – ослаблены и сметены ударом Киева, а в Средней Азии появится еще один очаг войны с неизбежным потоком беженцев из Таджикистана и Узбекистана в РФ (вариант европейского «мигрантского кризиса» среди родных берез). При том, что есть перспектива втягивания РФ в шиитско-суннитскую войну. В общем, враг воспользовался глупостью и близорукостью Москвы по полной программе.

Положение ухудшается.

Взрыв аэробуса над Синаем и последующий кризис с вывозом туристов из Египта означает одно: война теперь прямо (а не косвенно) коснулась и рядового обывателя в России, чего не было в случае с Новороссией. Это принципиально иная ситуация, которой Сирийская авантюра также отличается от начатой в 1979 году Афганской.

Стратегия Рейгана в новых условиях

Вопреки воплям пропаганды, начало войны России в Сирии и отказ Москвы от Новороссии – не поражение США, а их крупный геополитический успех. Успех в Четвертой мировой мятежевойне (она же – Вторая Холодная), начатой в 2001 году. О ее главной цели и ходе я уже писал, а теперь мы попробуем изучить: а куда может ударить противник в ближайшем будущем Четвертой Мировой?

Мне очевидно, что в борьбе на сокрушение России хозяева Соединенных Штатов используют тот же «джентльменский набор», что и в созданной для борьбы с Советским Союзом Рейгановской стратегии 1981 года.

Суть её подробно описал в книге «Победа» американский исследователь Петер Швейцер: всяческий подрыв доходной базы Москвы вкупе с принуждением ее к наращиванию расходов. Сюда входит обрушение мировых цен на нефть и удержание их на низком уровне как можно дальше. (Попутно это облегчает процесс новой индустриализации в США). Россия намного сильнее зависит от импорта, нежели Советский Союз, потому для нее и двукратное падение котировок «черного золота» – апперкот, да еще какой. Скачок курса доллара – это на 75 % причина инфляции в России, ибо даже отечественные изделия сейчас имеют импортные составляющие в той или иной степени. А из-за уничтожения ряда отраслей страна полностью зависит от импорта по многим позициям, о чем рассказал последний министр приборостроения СССР Михаил Шкабардня.

Стратегия экономического разорения противника включает в себя и втягивание России в несколько войн по ее периметру. И если для СССР то были Афганистан, Ангола, Эфиопия, Никарагуа (плюс затраты на помощь Польше), то Россия получает Донбассо-Крым, Сирию и в перспективе – войну в Таджикистане и Узбекистане. Причем Москва тут поможет противнику. Она сама сожжет в бесполезных и неокупаемых в принципе чемпионате мира-2018 по футболу и в универсиаде-2019 как минимум полтора триллиона рублей. (Это как если бы Брежнев, получив Афганскую войну и успев выбросить 9 миллиардов ещё тех долларов на Олимпиаду-80, попытался бы провести в СССР ещё и Олимпиаду-1984).

Как и в Афгане для Советского Союза, в Сирии тоже образуется «топка крематория» для бессмысленного сжигания русских сил, ресурсов и лучших людей-пассионариев. В данном случае – прежде всего добровольцев войны в Новороссии, о чём пишут участники движения в её защиту – и «белый» Александр Жучковский и «красный» Борис Рожин.

Так же, как и в 1979-м, американцы успешно сталкивают лбами русских и мусульман, втягивают нас в долгую борьбу с суннитами. Конечно, в Сирию не едут воевать мальчишки-призывники, как было в Афгане, и похоронки не станут стучаться в двери панельных домов. Но зато есть принципиальное отличие Сирии 2015 года от Афгана 1980-х – то, что противник теперь может бить прямо по гражданскому населению страны. (Что, в общем, и было сделано в виде массового убийства пассажиров аэробуса над Синаем). Афганские душманы были в состоянии лишь немного вбрасывать идеи исламского экстремизма в население советской Средней Азии да нападать на пограничные заставы СССР. Но они и в самых смелых мечтах своих не могли планировать уничтожение советских авиарейсов, взрывы и убийства на советских курортах. В крупных городах. В метро и на поездах. В школах и театрах. В ночных клубах и прочих массовых скоплениях людей.

Теперь такие условия есть. Уничтожение лайнера с русскими туристами – лишь начало. Агентура и диверсанты «Исламского государства Ирака и Леванта» (ИГИЛ) – уже на территории России, в её столице и других городах. У них полно сторонников среди гастарбайтеров-мигрантов и местных мусульман. Уязвимых мест – полным-полно. Как внутри страны, так и в местах отдыха россиян за границей или по пути туда. Или все забыли захваты роддома в Буденновске и школы в Беслане? Мировая война теперь впрямую коснется обывателя, и это в корне меняет положение.

Союз исламистов с правосеками

Еще серьезнее эта угроза будет в том случае, если произойдет смычка ИГИЛ и Правого сектора на почве общей борьбы с Москвой. Имея деньги и опыт в террористических делах. Исламские боевики вполне могут использовать для операций в РФ тех же украинских наци – не в роли живых бомб, а как диверсантов, которых по внешнему виду не отличить от местных, а по говору легко спутать с ростовчанами, белгородцами, воронежцами, кубанцами. Так может произойти слияние двух очагов войны (в Сирии и на Украине), причем не в географическом смысле, а в террористическо-сетевом пространстве, не ведающем границ.

Впрочем, еще одна вероятность – это перенос части усилий ИГИЛ на Афганистан, превращение его (при молчаливом согласии США) в базу для вторжений банд боевиков в Таджикистан, Киргизию и Узбекистан. Они уже – пороховые бочки из-за коррупции режимов, нищеты и безработицы. Если взорвать их, то возникает еще один «поражающий фактор» в войне против русских. Если врагу удастся подпалить республики бывшей советской Средней Азии, то сотни тысяч (а то и миллионы) беженцев-выгонцев хлынут не в Европу, а в Казахстан и в РФ.

Этот людской вал, вкатываясь в Россию, тоже объятую кризисом и безработицей (и пораженную страхом перед мусульманским терроризмом), неминуемо вызовет межнациональные столкновения в наших крупных городах. А это – мина под политическую систему страны. Да и с беженцами сюда так же неминуемо придут и боевики ИГИЛ, их диверсанты.

Минская западня

Чтобы избежать этого, нужно уже сегодня тихо готовиться к сворачиванию сирийской экспедиции (или к сохранению минимального присутствия в Сирии). При этом наращивая силы на границе с Афганистаном и решая, наконец, проблему Донбасса.

Уже понятно, что рано или поздно два огрызка двух областей разложатся изнутри из-за нищеты, разрухи, криминалитета во власти. Из-за краха экономики. ЛНР и ДНР и в лучшем случае несамодостаточны экономически, они отрезаны от порта Мариуполя.

Поскольку Россия не признала их, как признала Абхазию и Южную Осетию, бюрократическая машина РФ считает этих территории частью Украины. Поэтому никаких самостоятельных внешнеэкономических (да и просто экономических) сделок республики вести не могут. Таможня, фискалы, бюрократия требуют бумаг из Киева, и Киев республики душит. ЛДНР в рублевой зоне? А разве могут предприятия Донбасса взять доступные кредиты в российских банках? Вы представляете, каково там русским людям, поверившим весной 2014 года Москве? Ждавших помощи? Теперь у них – зарплата в несколько тысяч рублей в месяц при ценах выше московских. Вы представляете, что в ЛНР-ДНР с медициной и образованием? Людей фактически заключили в концлагерь, где наши 90-е по сравнению с ним – еще рай. И это – Русский мир?

Рано или поздно Киев дождется того, что ЛДНР превратятся в пустую скорлупу – и одним ударом сомнет их. Затем переключившись на Крым.

В этих условиях Москва должна:

– либо, разорвав Минские протоколы, включить ЛДНР в свой состав и спасать их уже как часть РФ;

– либо срочно создать аналог Управления специальных операций (УСО) Черчилля, произвести несколько тысяч ударных дронов и, воспользовавшись любым предлогом, якобы силами армий Донбасса полностью уничтожить тяжелую бронетехнику и артиллерию Украины.

Впрочем, во втором случае придется признавать ЛДНР как независимое федеративное государство и расширять его пределы до границ Донецкой и Луганской областей. А желательно – до Крыма, до юга Херсонской области. Но может ли Москва решиться на такую контрстратегию? Ответ вы знаете сами. Ибо Москва объявляет Минские бумаги «окончательным решением» проблемы.

Финансовая бомба Центробанка

Война явно будет продолжаться и в ином пространстве. Там, где РФ сейчас практически беззащитна. В экономике. Прежде всего, это – кредитно-финансовая сфера. При том, что руководство Центробанка РФ сейчас прямо работает в интересах противника.

Очень вероятен удар по курсу рубля. Торговля валютой на ММВБ устроена так, что в ней свободно участвуют иностранцы-нерезиденты, имеющие доступ к неисчерпаемым кредитным ресурсам Запада. Лишь 5 % сделок с валютой на ММВБ связано с покупкой ее для целей производства, для реальных закупок импорта и т. д. Это отлично показал Сергей Глазьев в своем докладе. На валютных спекулянтов (политкорректно называемых «инвесторами») подъем процентной ставки ЦБ РФ действует не более, чем колокольный звон на молнии. Кредиты нерезиденты берут у себя дома. Да и местным финансовым спекулянтам высокие проценты не помеха. В любой момент спекулянты могут начать валить рубль, разгоняя инфляцию в России и высасывая из нее валютные резервы (из закромов государства и выручки экспортеров, как осенью-зимой 2014–2015 гг.). Такая паника в нужный момент может подтолкнуть экономический крах РФ, а значит – и крах политический.

Нужно пресечь спекуляции на ММВБ, ввести куплю валюты только теми, кому она нужна для реального производства и торговли. Создать контроль за движением денег чрез границу. Обложить суровыми налогами спекуляции на бирже. Но ЦБ – против, и Путин считает, что он прав. То есть, сей фланг (или тыл) страны совершенно оголен для возможного удара.

И этого фактора во времена Холодной войны с СССР у нашего врага не было. Теперь его атаки намного губительнее, чем в 1980-е.

Продолжим. В том же докладе Глазьева указано, что Центробанк намерен и дальше сжимать денежную массу, которая и так недостаточна (монетизация ВВП – всего 40 %). Это никоим образом не обуздает инфляцию, не предотвратит спекулятивных атак на рубль, но зато приведет к тому, что предприятия страны окажутся без денег. Ибо кредиты слишком дороги для реального сектора. А это значит, что предприятия, как и во времена дикого сжатия денежной массы в 90-е (до 10 % от ВВП), перейдут на меновую (бартерную) торговлю, на взаимозачеты и вексельные схемы. Снова придет кризис неплатежей, кошмар 1990-х. Что приведет не только к падению производства, но и к тому, что бюджет перестанет получать налоги от промышленности и аграриев. А это – уже цепная реакция последствий. Падение доходов бюджета вызовет остервенение фискальной службы. Она примется буквально высасывать оставшихся налогоплательщиков, убивая их и опять-таки порождая падение доходов казны. Нехватка денег в казне заставит государство бросать деньги в первую очередь на содержание армии, полиции, ФСБ и внутренних войск, Отнимая их у других бюджетников. Тут же придется спасать и два десятка регионов-потенциальных банкротов, где окажутся миллионы недовольных, оставшихся без средств к существованию. Сокращение числа каких-либо доходных предприятий – это войны между силовиками за «кормовую базу», конфликты внутри «элиты», озлобление регионов на Москву…

Здесь власть просто подставляет борт под залпы противника. И если он применит финансовые удары, то что, Москва ядерное оружие применит? Не смешите мои тапочки.

Двинемся дальше. Итак, от западных длинных и дешевых кредитов России отрезана с лета 2014-го. А своего источника длинных денег внутри страны Центробанк не создает. Кредиты непосильны и разорительны. Минимальная (учетная) ставка ЦБ – 11 %, средняя рентабельность по реальному сектору – 8 %. Сами считайте. Объем Фонда развития промышленности при Минпроме, этого квазибанка, где можно взять ссуду под 5 % на пять лет – каких-то 20 млрд. рублей на 2015 год. Меньше затрат на один стадион к ЧМ-2018 по футболу. А нужно таких кредитов уж никак не менее 10 триллионов, которые можно отчасти эмитировать, отчасти – создать за счет отказа от «мундиали» по футболу и прочей ахинеи.

Но ЦБР камнем лежит на пути такой политики. А это значит, что без всякого участия Запада, силами одних системных либералов РФ, экономика РФ будет валиться из-за кредитного голода. Нарушится даже простое воспроизводство реального сектора. Ибо развиваться предприятиям только на собственных средствах невозможно! То есть, политическая ситуация станет накаляться.

За этой угрозой встает и более страшная. О чем тоже говорит Сергей Глазьев. Дело в том, что при нынешней политике ЦБ и правительства наши предприятия, чтобы выжить, вынуждены выводить средства из РФ в оффшоры и затем вводить их сюда под видом иностранных инвестиций. Речь идет о 500 миллиардов долларов ежегодно. Как выразился Глазьев, рот – в РФ, в пищеварительная и детородные системы – за границей. Если Запад захочет, то в любой момент перережет эту циркуляцию средств между оффшорами и РФ, и тогда здесь наступит полная дезорганизация экономики. Эта угроза почище отключения от расчетной системы СВИФТ, пострашнее перспективы конфискации зарубежных авуаров кремлёвского начальства.

Если же эти полтрилиона власть попробует вернуть из западной системы в РФ, и даже если Запад это допустит, то деньги попадут в банковскую систему РФ, где кредиты – непосильны. И где государство отожмет налоги, а полученное – разворует или потратит на очередную олимпиаду-мундиаль, нужную стране так же, как черный перец – умирающему от жажды.

Делает ли Кремль что-то для того, чтобы ликвидировать такую угрозу? Нет! Вместо реальных действий в экономике, вместо нужной антикризисной политики идет раздувание самого карикатурного, самого шизофренического культа личности.

Чтобы ликвидировать угрозу и реально выводить РФ из кризиса, Кремль должен подготовить составы нового руководства ЦБР и правительства. А затем – устроить «ночь длинных ножей»: одномоментно сменить правительство Медведева-Шувалова и верхушку Центробанка.

Потом, спустя какое-то время, Путину нужно покончить и со своим ближним окружением, как когда-то – Сталину. Приблизив к себе настоящих практиков и технократов. Ибо старое окружение слишком проедено коррупцией и управленческой бездарностью.

Но сами понимаете, насколько реален подобный сценарий. Ибо пока премьер Медведев получил орден… Потому я ожидаю удара агрессора в Четвертой мировой именно в пространстве экономики и финансов. Тем более, что накануне начала открытой фазы Холодной войны-2 расейская власть сама громит экономику страны. Чтоб Западу легче было?

Обыватель в Кремле

Знаете, куда еще могут направить свои удары наши враги? На вербовку местных бомондов: губернаторов, региональных чиновников и олигархов, мэров городов. Там полно тайных долларовых мультимиллионеров, есть и миллиардеры. Они ничем не защищены. Зачистку Коми они воспринимают так: пацаны неписаные правила выполняли, с кем надо – делились, проценты на выборах «Едроссии» обеспечивали. А их – взяли, и сейчас будут дербанить их богатства. Так ведь так и каждого из нас федералы могут взять! Москва беспредельничает, ей бабки нужны – она и пошла грабить.

Тут наш враг и может подкатить к региональным царькам да князькам с предложением: мы вам – сохранность ваших богатств, легализацию на Западе. А вы взамен поможете свалить Путина. По нашему сигналу дадите бабла нужным фигурам протеста, а то – и боевикам. Надо помнить, что враг наш очень умен и опытен. А вот совокупная власть РФ – это тщеславный и недалекий Обыватель 70-х, прорвавшийся к кормилу. Он не знает истории первой Холодной войны, он не вынес никаких уроков из падения СССР, его кругозор – убог. Эта «элита» есть еще одна ступенька вниз о сравнению даже с деградировавшей советской номенклатурой 80-х.

Высшей ценностью Обывателя 70-х были финские холодильник и сервелат, чешская сантехника и японский видеомагнитофон. Сейчас, когда совокупный Обыватель правит страной, это расформировалось в миллиарды долларов личных состояний, в виллы и яхты, в «красивую жизнь». Но по сути это – теже брежневские мещане-потребители, не видящие дальше собственного носа. Именно поэтому они наступают на те же самые грабли, что и Брежнев во времена Холодной войны-1 (Третьей мировой).

Это Черчилль мог вести инновационную войну – с применением диверсий и самых безумных научно-технических новинок. С 1940 года он бросил против немцев самые «безумные» по меркам тех времен средства. Самолеты «Лисандер», способные ночами садиться во чисто поле в тылу врага и доставлять боевикам европейского Сопротивления оружие, снаряжение и взрывчатку. Портативные радиостанции. Стреляющие авторучки и сигары. Диверсионные заряды, замаскированные под куски угля. Боевые пловцы на подводных мини-субмаринах. Прыгающие по воде бомбы-бочки эскадрильи «разрушителей бомб» Гая Гибсона для уничтожения плотин ГЭС в немецком Руре. И так далее.

Такую войну умеют вести и американцы. А вот в представлении нашей «элиты» гибридная война – это мужики в камуфляже и с банданами, которых можно бросать на украинскую армию с ржавыми «калашами» и выстрелами к старым гранатомётам, просроченными еще в 2001 году (реалии обороны Славянска). Какие, к черту, дроны-ракетоносцы? А вот американцы эти дроны с успехом используют. Ибо Обыватель и войну ведет глупую – под стать своему интеллектуальному убожеству.

Тщеславными мещанами врагу легко управлять. Подними шум в западной прессе о том, что Вашингтон боится присутствия российской войск в Сирии, что Обама от этого в ужасе – и мещане сами туда рванутся.

У Запада сей трюк получился, причем блестяще. Если Брежнева пришлось вынуждать к вводу войск в Афган, то нынешние всё сами сделали, оставив Новороссию в стороне.

Как победить ИГИЛ?

Победить ИГИЛ бомбёжками невозможно. Это действительно «вирусный» проект, заражающих все больше и больше обездоленных мусульман. Чем больше бомбёжек – тем больше приток в новых адептов. Тут надо идти на полный геноцид на Ближнем Востоке, но на это никто не решится. И уж тем паче, бессильны против и остатки регулярной армии Сирии – они даже при поддержке с воздуха за месяц с лишним ничего не добились.

Победить ИГИЛ можно, лишь создав сверкающую, поражающую воображение, интересную цивилизацию Будущего. Альтернативу как бородатому мракобесию, так и западному декадансу, переходящему в новое рабство и разделение людей на касты. Такая цивилизация Будущего – основная тема книг Максима Калашникова. В таком мире, где людям жить хорошо, где жизнь – полнокровна, качественна и богата, игилы не выживут, лишатся питательной среды. Для этого нужно строить не стадионы для наемников-футболистов, а высокотехнологичные «долины» и новые заводы, вести научно-технические программы – с глобальными прорывами.

Разве в России создается такая цивилизация? Пока мы видим мрачную полицейщину, сырьевое убожество, дальнейшее уничтожение индустрии и науки, мертвящую бюрократию, тошнотворные «выборы» и денно-нощный вой шизофренической пропаганды. А теперь еще и перспективу переноса войны вглубь страны получили – с перспективой террористического психоза. Может, это и есть хитрый план? Правда, цена его – страна в запертом сортире. И крупный успех хозяев Америки, а не нас с вами.

Потому футурология Четвертой мировой (Холодной-2) войны неутешительна. Я не могу сказать точно, когда и в какие уязвимые места Москва получит удары, но мне видны эти места. Значит, видит их и враг.

Ситуация крайне опасна. Война уже коснулась мирного населения. Дальше будет только хуже. Если Путин не решится на «революцию сверху», положение станет безнадежным.

Российская власть в очередной раз копирует ошибки легкомысленно влезших в Афганистан Брежнева и Андропова.

Сентябрь 2015-го – рубеж исторический. Прошу его запомнить. Он таков же, как и ввод советских войск в Афганистан в декабре 1979-го. Место Афгана заняла Сирия, но сие не принципиально. Факт невменяемости власти налицо, равно как и самоубийственный для России характер сего шага. Конечно, сам факт смены помощи русским Донбасса на помощь режиму Асада – величайшая национальная подлость, но тут уж речь идет о гораздо большем.

Мы видим третий шаг РФ в могилу. Первый – весна 2014-го, когда вместо операции «Новороссия наша» провели глупейший «крымнаш». Тем самым Кремль обрек страну на те же санкции Запада, на ту же новую Холодную войну на истощение, что и в случае отрезания от Украины всего Юго-Востока. За малую толику того, что можно было взять, РФ вынуждена платить втридорога.

Второй шаг: отказ от признания ДНР и ЛНР в 2014 году, отказ от принятия их в состав России, превращение Донбасса в зону одичания, разрухи и нищеты, криминала и коррупции. Полная дискредитация идеи Русского мира, который теперь ассоциируется с уголовщиной и сурковщиной. Отказ Путина от решительной смены правительства и зачистки «элиты» от системных либералов, сохранение ЦБ РФ в руках прозападных сислибов. То есть, создание всех условий для уничтожения экономики страны верхушечной «пятой колонной».

Третьим шагом к «самокраху» РФ становится сирийская авантюра, начинающаяся с сентября 2015 года. Начало новой войны (экспедиционной!) на фоне не законченной войны с Украиной и Западом в Донбассе и при угрозе начала гражданской войны в Таджикистане. То есть, перспектива огромных военных затрат на фоне падающей экономики РФ, в обстановке глубочайшего системного кризиса.

Будет и четвертый шаг. Проведение ЧМ-2018 по футболу, равного по затратам ещё одной войне. Официальную смету в 600 млрд. рублей на проведение этого пира во время чумы можно смело выбрасывать в корзину. Стадионы на 75 % – из импортных материалов, множество затрат мундиаля – в валюте. После двукратной девальвации рубля с весны 2014 г. затраты объективно уйдут за триллион рублей как минимум.

Чемпионат никогда не окупится. Стадионы будут давать рост валового продукта лишь при их строительстве (да и то незначительный), а после постройки – начнут вчистую отсасывать средства из народного хозяйства. Если бы на те же деньги были построены (на условиях государственно-частного партнерства) были бы построены заводы, агрохозяйства и инфраструктура, то эти объекты увеличивали бы валовой национальный продукт не только при строительстве, но и после своего сооружения.

В общем, сделано все, чтобы:

– истощенная экономика РФ полетела под откос;

– как можно скорей исчерпались финансовые резервы;

– ДНР и ЛНР погибли из-за внутреннего разложения и социально-экономического кризиса, а в финале – от удара украинских карателей. (По сценарию падения Сербской Краины в 1995 году).

– пала из-за блокады Приднестровская Молдавская республика, где проживает около 200 тысяч российских граждан.

– в самой России началась террористическая война – ответ исламистов на сирийскую экспедицию;

– произошел внутриполитический взрыв.

Все эти радости охранительных болванов по поводу «конца международной изоляции Москвы», по поводу одобрения Западом начала войны России против террористов ИГИЛ и тайного визита делегации ЦРУ в РФ, можно пропустить мимо ушей. Скорее, действия западников можно охарактеризовать так: щука заглотнула приманку на крючке. Теперь главное – чтоб не сорвалась с гака. Поглубже втянуть Кремль в Сирию.

Кремлевские «аналитеги» исходят из того, будто политика хозяев США потерпела крах на Ближнем Востоке, ибо привела к появлению инфернального «Исламского Халифата» и «дуги войн-развалов». Идиоты! Именно этого владыки Америки с 2003 года и добивались. «Халифат», как и «Аль-Кайда» во времена Афганской войны объективно работает на интересы США, создавая хаос в Старом Свете, становясь оружием против тех, кого янки разрушают: Евросоюза, России, остатков светских режимов исламского мира. Для Америки он не несет ни малейшей какой угрозы.

Снова столкнуть Россию с исламскими боевиками – золотая мечта хозяев Соединенных Штатов. А тут Москва сама лезет в эту новую войну, имея в тылу неразгромленные украинские войска, донбасскую проблему, прогрессирующий социально-экономический кризис и рост недовольства среди податного населения.

Всё это при том, что содержание одного бойца в Сирии требует затрат кратно больших, чем в Новороссии. При том, что война с ИГ не принесет русским остановку экспансии агрессивного исламизма. Ибо никакие «ограниченные контингенты» войск не уничтожают главного условия его возникновения и усиления – нищеты и социальных тупиков в огромной массе несостоявшихся мусульманских государств от Марокко до Киргизии, и от Судана до Индонезии. Воевать с «Халифатом» только войсками – всё равно, что гасить пожар бензином. Или обстреливать море. При том, что в России тоже господствует застойная, феодально-сырьевая система, где основная масса граждан обездолена.

Налицо полное повторение истории 1981–1989 гг. Тогда, при президентстве Рональда Рейгана, хозяева Америки стали осуществлять принципиально простую стратегию. Первое – экономически подорвать СССР, в том числе с помощью понижения цен на нефть. Второе – заставить его тратить как можно больше, втравливая его в войны. В Афганистане и Анголе. Заставляя его тратить ресурсы на помощь бунтующей Польше, на содержание весьма своекорыстных союзников в Эфиопии, Мозамбике, Вьетнаме, Южном Йемене, Никарагуа и так далее. Заставляя как можно больше разоряться на производстве вооружений и на содержании своих вооружённых сил. (Подробности в книге Петера Швейцера «Победа»).

То же самое мы видим и сегодня. Изменились лишь частности и страны, но не стратегия. Место Афгана занимает Сирия. Конечно, масштаб тут не тот, что в Афгане 1979–1989 годов, но и Россия – цель куда жиже, чем Советский Союз. И хотя цены на нефть обрушены не в четыре раза, как в 1985-ом, этого хватит: Россия от импорта зависит раз в десять сильней, чем СССР и экономика её куда более застойная, коррупционная и мафиозная.

Став невменяемой, власть начинает впрямую сотрудничать с хозяевами США в работе на уничтожение своей же страны, прежде всего по части её экономической самоликвидации. Как привести к экономическому краху страны, коли она не имеет мирового эмиссионного центра, не является хозяйкой одной из мировых валют? Надо как можно больше сократить доходы страны, при этом заставив ее тратить как можно больше. Тогда страна обанкротится, загонит своих граждан в нищету, все задушит у себя дома налогами и поборами. А потом в ней случится переворот, а то и смута.

Эту задачу Кремль решает блестяще. Хозяева США сделали немногое. Да, они привели к снижению мировых цен на нефть, а Китаю помогли влететь в кризис, тем самым отрезав Россию от источников долгих дешевых кредитов. Создали угрозу российской «элитке» (лишение виз на выезд, доступа к зарубежным активам)… Зато всё остальное «элитка» сделала сама.

Первое. В 2012 году втащила РФ в ВТО, что привело к заметному падению доходов и бюджета, и экономики без всякой войны.

Второе. Тогда же приняла Майские указы, резко увеличившие расходы центра и регионов при падении доходной базы. Что уже создало перспективу краха бюджетов двух десятков регионов и Пенсионного фонда.

Третье. Оставила Центробанк в руках либералов, полностью лишив себя возможности использовать эмиссию для выдачи кредитов реальному сектору во имя борьбы со спадом производства. При этом ЦБР начал сжатие денежной массы, обрекая на банкротство множество предприятий во всех сферах, обеспечивая кризис инвестиций и при том не мешая массовому вывозу из страны денег. И вкладывая нефтедоллары страны в облигации врага – Америки.

Четвертое. Провела бездарную, никак не победоносную войну в Донбассе, превратив изолированный с суши Крым в «топку» для сжигания средств бюджета, получив нависание над западным флангом России приличной группировки теперь уже научившейся воевать украинской армии. При этом и Донбасс нужно содержать, в отличие от полноценной Новороссии, от Харькова до Тирасполя, каковая прекрасно кормила бы сама себя.

Пятое. Спалила в Сочинской олимпиаде 50 млрд. долларов, за которые можно было бы скупить всю украинскую верхушку с потрохами, не говоря уж о создании Новороссии, а теперь власть готовится спалить как минимум половину от этой суммы в разорительном чемпионате мира по футболу.

Шестое. Начинает давить экономику увеличением налогов, идиотским налоговым маневром-2015 (увеличение налога на добычу полезных ископаемых при снижении вывозных пошли на нефть). Если добавить сюда неконтролируемое размножение многочисленных «кошмарщиков» бизнеса в погонах (мастеров отнимать и делить), полностью неработающую судебную систему и усиливающееся воровство чиновников, то картина разрушения экономики получится полной.

Седьмое. В этих условиях на тонущую экономику РФ наваливают еще и траты на войну в Сирии. Отлично!

При этом Запад сорвал планы Москвы по увеличению газоэкспортных доходов путем строительства сперва Южного, а потом и Турецкого «потоков», а кризис в КНР ставит под вопрос перспективы «Силы Сибири». В то же время, перспектива слезания РФ с сырьевой иглы и новой индустриализации намертво заблокированы всем вышеописанным плюс полной управленческой некомпетентностью «элиты» РФ.

Как вы думаете, долго ли продержится такая страна в новой Холодной войне? Ведь никакое «сотрудничество» с Западом в борьбе против ИГИЛ не заставит западников отказаться от санкций «за Крым» и признать его присоединение к России.

Зато вырисовывается еще одна перспектива, что воскрешает изрядно позабытые с 1999–2004 годов реалии терроризма в РФ. Возвращение времен «Норд-Оста», Беслана, взрывов в метро и в самолетах.

Чем ответит «Исламский Халифат» на войну с собой? Правильно: террором в России и боевым сотрудничеством с украинскими наци, с «Правым сектором». Благо, есть опыт еще со времен Чеченских войн и денег хватает.

Что нас ждет? Боюсь, что прежде всего стремительные одновременные атаки террористов на школы и больницы. Боевикам не надо удерживать заложников. Надо просто быстро подъехать к школе, учинить расстрел детей – и попытаться скрыться. Не предъявляя никаких требований, не теряя ни минуты. Получится скрыться – хорошо, не получится – не беда. На место погибшим придут новые группы боевиков. Они сейчас производятся конвейерным методом. Если боевиков набирать из украинских наци, то это обеспечит их полную неотличимость от жителей юга России. Ну, а женщины-живые бомбы, привычные азиатские боевики – это само собой. Тем более, что им легко затеряться среди кавказских обитателей мегаполисов и миллионов среднеазиатских гастарбайтеров.

Поле для операций – огромное. Такое, что МВД и ФСБ РФ никогда его не прикроют из-за нехватки сил. Можно атаковать не только метро, школы и больницы. Можно рвать электрички и поезда. Взрывать электроподстанции и ЛЭП, вызывая веерные отключения электричества. Добраться до химических производств.

Дальше – цепная реакция. Разгул террора сводит социум с ума от страха и ненависти. Русские кидаются бить кавказцев и среднеазиатов, те с помощью «Халифата» и западных спецслужб отвечают десятикратно. Начинаются бои в наших городах. Террор-контртеррор-новый террор. Экономический развал. Банкротства ряда регионов, всплеск антимосковских настроений в русских уже регионах. Рейтинг власти летит вниз. Силовые структуры разлагаются. Моментально всплывают на поверхность боевики в Татарии и Башкирии. Чтобы обороняться, русским приходится создавать отряды самозащиты и добывать оружие всеми правдами и неправдами.

Иностранные кураторы заботливо подкидывают оружие Исламской партии возрождения в Таджикистане, возобновляют там замороженную с 1994 года войну. Идет переток оружия и боевиков из Афганистана. В Чечне против Кадырова тоже начинается война, как и в Дагестане. В такой ситуации Москве не до Донбасса и его добивают, после чего киевская хунта начинает первые спецоперации против Крыма, где среди татар полно исламских радикалов.

В то же самое время российские чиновники продолжают мирно воровать, ЦБР – сжимает денежную массу и создаются все условия для переворота в РФ и захвата власти «комитетом по ликвидации РФ» – режимом прозападных олигархов-сырьевиков. Надо Лешу Навального сделать витриной процесса? Сделают. А то и лучшую кандидатуру отыщут. Какого-нибудь нью-Лебедя. Надо ли продолжать столь волнующую перспективу?

Страна, которой правит Владимир Путин, очень похожа на замшелую китайскую монархию незадолго до её разгрома Японией и последующего раздела.

В последнее время вижу наскоки на мои книги: мол, Калашников бил тревогу в начале 2000-х, но Россия не распалась, и даже вот Крымом приросла. Все нормально! И промышленность растет, и держава крепнет. Считаю, что на этот «пропагандизм» нужно ответить. Ибо мы сейчас стремительно становимся аналогом Китая времен поздней династии Цин. Как известно, сия династия кончила революцией 1911 года, а несчастный Китай оказался в распаде до 1949 года.

Давайте уж по порядку. Насчет крепнущей промышленности (при нынешних процентных ставках) – это, мягко говоря, преувеличение. Страна остается сырьевой, она деградирует и при ВВП. Достаточно посмотреть на темпы снижения численности парка станков с 2006 года. Если брать картину с 1991 года, то и вовсе горько будет. То же самое можно сказать и о производстве лекарственных субстанций. И вообще, ряд отраслей не восстановился с кризиса 2009 года. Ну а Крым без прочей Новороссии – сортир, господа. Тупик. Потому что лишь полный идиот восстанавливает границы РСФСР 1953 года (тогда Россия была в одном СССР с Украиной), а не создает границы новой России. Крым сейчас – болтающийся сбоку на соплях анклав, изолированный с суши и оставленный без воды.

Покончим с этим. Вернемся к моим книгам начала 2000-х годов. Они – не пророчества, а предупреждения о возможных катастрофах. И делались-то они прежде всего для того, чтобы несчастья не случились. Удалось избежать их? Прекрасно. Значит, мои книги выполнили свою миссию. В конце концов, влияние книг Максима Калашникова на действия Путина и на то, как его власть перенимала мою эстетику, очевидно. Мне не зря приписывали «тайное советничество».

Однако успокаиваться рано. Путин лишь подморозил те болезни РФ, о коих написано в моих трудах. Он их не излечил, лишь сняв внешние симптомы и загнав недуги вглубь. Он только отложил катастрофы. Ибо Россия стала аналогом поздней Цинской империи. Мы оказались еще перед одним страшным вызовом: перед угрозой консервации нашего отставания. А это – беда лишь немного менее страшная, чем распад.

Давайте поглядим: а какие проблемы были решены после тридцати лет перестройки, с 1985 года. Что мы имели тогда – и что имеем нынче?

1985 год: СССР в научно-техническом и промышленном плане немного отстает от Запада. Именно что не очень – на корпус, на полкорпуса, на треть его. А в некоторых областях – имеет огромные шансы вырваться вперед. 2015 год – Россия отстает от Запада на километры. Он – на далеком горизонте по важнейшим направлениям. Отставание стало ужасающим. А российская экономика в два раза более сырьевая, чем советская. Мы почти не производим готовых изделий.

В 1985 году мы имели ужасные милицию, суды и места лишения свободы. Мосгорсуд называли «Мосгорштампом», ляпающим одни обвинительные приговоры. А что мы имеем в 2015-м? Басманное правосудие, штамповку обвинительных приговоров, еще более ужасные «правоохранительные» органы, занимающиеся то заказными «посадками», то рейдерством.

В 1985 году в стране – фиктивные выборы. В 2015-м какие? Сами знаете, какие.

В 1985 году в СССР жалуются на коррупцию начальства. Но видели бы тогда совграждане, что будет в 2015-м! Когда у простого губернатора (секретаря обкома по-советски) дома – бюджет приличного города в наличных!

Решена единственная проблема: нет дефицита, магазины полны. Но при этом разрушена школа, и ее разрушают уже до основания. Как и вузовскую систему. Как и Большую Науку. Россия превращается в страну совершенно неограниченного, охреневшего от бесконтрольности и безнаказанности чиновничества. Причем численность бюрократии уже в разы превосходит советские показатели. При населении вдвое меньшем, чем в СССР. При том, что промышленности сейчас – на 40 тысяч предприятий меньше.

То есть, перестройка, начавшись в 1985-м, через тридцать лет, описав нисходящую спираль, привела нас к тому же самому, что было в 1985-м. Но только – в гораздо более уродливой форме. Вернулся весь советский маразм, но без советских промышленности, научных достижений, прекрасной советской системы образования. Теперь – в виде коррупционно-сырьевой клепоткратии, установившей здесь подобие Китая 1890-х годов. Охреневшая чиновничья система создала застойную Россию.

Чем это грозит?

Да, страна не распалась – и в этом заслуга Путина. Но теперь совершенно маразматическая бюрократия, состоящая из вороватых и дебильных приспособленцев, не желает проводить реиндустриализации страны. Все действия (а не речи с трибун) высшего руководства консервируют сырьевой статус страны. А та «элита», что и провела деиндустриализацию, сохраняется. Она управляет экономикой! Никакой Крым сего не отменяет и не заменяет.

Я не верю, что такая Россия сможет справиться с системным кризисом. В такой России не смогут появиться центры передового научно-промышленного роста. (А в нынешнее время промышленность может существовать только в связке с наукой). Любой новый провал в цене нефти – и страна опять влетит в жестокий кризис. Нужны тысячи новых производств с высокой добавленной стоимостью, наукоемких. А их слишком мало! И при нынешней налоговой и финансовой политике правительства их больше не становится.

Я не верю в то, что такая Россия сможет долго противостоять западным санкциям.

Уже сегодня Запад развивает совершенно недоступные для нас технологии. Не только в электронике дело. По части робототехники, сверхъёмких аккумуляторов (уже и для дома), гиперзвуковых летательных аппаратов, искусственного интеллекта он уходит в отрыв. А Москва все «Газпромом» гордится. Понятно, что консервация сырьевого статуса государства и уничтожение в ней слоя технически и научно образованных людей – условие сохранения господства нынешней «номенклатуры». Но это же может привести к тому, что ВПК РФ станет чисто пропагандистски-парадной структурой. А на деле РФ будет отставать и в военном плане. Как Цинская империя. Мне очевидно, что по части беспилотной авиации, авиакомплексов новых поколений и крылатых ракет Росфедерация отстает на глазах. Завтра, когда на повестку дня станут геостационарные боевые платформы с энергетическим оружием (о чем писал академик Борис Черток в последние годы жизни), отставание превратится в фазовое.

История Китая с 1890-х годов до боли напоминает вариант истории Российской империи, но только в растянутом и более трагическом варианте. К 1894 году Китай – огромная держава, но совершенно не развитая, лишенная передовой индустрии, со всевластием коррумпированной бюрократии. Как тогда издевательски писали англичане, главное занятие китайской бюрократии – расхищение казны в разных формах. Правящая Цинская династия в своих интересах законсервировала страну. В итоге молодая промышленная держава, Япония, вдрызг разгромила Китай в войне 1894–1895 годов. Японии не дали много съесть западные державы и Российская империя. Они сами оторвали себе лакомые куски Китая, создали там свои концессии (территории опережающего развития на сегодняшнем языке).

«Воспользовавшись убийством в Шаньдуне двух немецких миссионеров, Германия направила в ноябре 1897 г. в Китай эскадру и высадила войска в заливе Цзяочжоу. В марте 1898 г. она принудила Китай подписать договор о передаче в «аренду» на 99 лет области Цзяочжоу с военным портом Цзяочжоувань (Циндао). Кроме того, Германия получила право строить в провинции Шаньдун железные дороги и разрабатывать ее горные богатства.

Почти одновременно Россия заключила с Китаем конвенцию об «аренде» на 25 лет портов Люйшунь (Порт-Артур) и Далянь (Дальний) вместе с прилегающим водным и сухопутным пространством. Россия получила также право построить железную дорогу, соединяющую Порт-Артур с КВЖД.

В апреле 1898 г. Франция «арендовала» на 99 лет военный порт Гуанчжоувань (Каньцзян). В мае 1898 г. Англия захватила порт Вэйхайвэй, «узаконив» этот захват соответствующим соглашением об «аренде». Кроме того, Англия получила «аренду» на 99 лет так называемую Новую территорию на полуострове Цзюлун и примыкающих островах, присоединенную к колонии Гонконг.

Захваченные империалистическими державами на китайской территории опорные пункты стали их базами для развертывания дальнейшей агрессии против китайского народа. Империалисты разделили Китай на сферы влияния. 10 провинций, расположенных в бассейне Янцзы, стали сферой влияния Англии, провинции Юньнань, Гуандун и Гуанси – Франции и частично Англии, Шаньдун – Германии, Фузцянь – Японии…

…К концу XIX в. завершился процесс превращения Китая в полуколонию империалистических держав. В результате целого ряда захватнических войн империалисты опутали Китай системой неравноправных договоров и разделили его на сферы влияния. На «арендных территориях» постоянно находились их военно-морские силы и сухопутные войска. Империалисты поставили под свой контроль все важные торговые порты Китая, создали в них сеттльменты и концессии, находящиеся под иностранным управлением. Китайское население подвергалось там унижениям и оскорблениям. У входа в обширный парк шанхайского сеттльмента висела надпись: «Вход китайцам и собакам воспрещен».

Иностранцы захватили таможни и внешнюю торговлю Китая, контролировали важные пути сообщения. В конце XIX в. развернулась острая борьба между различными капиталистическими державами за выгодные железнодорожные концессии…

В 1911 году в Китае произошла Синьхайская революция, приведшая к 38-летней смуте, которая сопровождалась вторжением Японии в 1937 году. Китай фактически распался на ряд территорий во главе с генералами. И только с помощью СССР красные китайцы во главе с Мао смогли вновь сшить страну в 1949-м.

Параллели с Россией очевидны. Позорное поражение Китая в войне я Японией в 1894–1895 гг. – позорное поражение России в войне с японцами в 1904–1905 годах. В Китае – катастрофическая революция 1911 года. У нас – катастрофа 1917 года. Но мы быстрее преодолеваем распад: всего за пять лет. Китаю приходится мучиться почти сорок. Хотя мы снова распадаемся в 1991-м. Китай как бы уложил в свои 1911–1949 гг. наши смуты 1917–1922 и 1991-??? годов. И сегодня Китай – динамично развивающаяся промышленная, научная и военная сверхдержава, с первым по величине ВВП в мире. А РФ – аналог Цинской империи 1890-х годов. С огромным воровским чиновничеством и сырьевой экономикой.

Потому пришло время мне сделать следующие предупреждения.

«Цинская» Россия, даже если ей и удастся законсервироваться и сохранить стабильность в ближайшие годы, расплатится за это драматическим усилением отсталости от Запада и КНР. Она не сможет развить индустрию Шестого техноуклада, не сумеет побороть тенденцию на вымирание и старение государствообразующего народа, каковой параллельно будет еще и глупеть (см. «реформы» школы, вузов и науки).

В конце этого «цинского» периода Россия окажется с вооружением прошлой эпохи (ракетно-ядерным) против совершенно нового арсенала противника. Арсенала космического, энергетического, роботизированного и гиперзвукового оружия. Но горячей войны на сокрушение РФ Запад не поведет. Он просто разорит РФ экономическими методами. Особенно – переходом на новую энергетику, выбив из-под ног Москвы ее нефтегазовые сверхдоходы. Одновременно, используя научно-технологическое и культурно-экспансивное преимущество (превосходство в «софт пауэр») он «перекрестит в свою веру» миллионы молодых русских. Вытянет к себе (на пару с Китаем) лучшие мозги. А потом просто устроит в РФ революцию. Аналог 1911-го в Китае и 1917-го в Российской империи. Благо, продажных шкур в стране найдется достаточно.

Это может произойти и по мере дряхления Владимира Путина. А может – и при его активной жизни. Особенно если цены на нефть (невзирая на их колебания) все-таки будут снижаться в общей перспективе. А валютные резервы Россия – сокращаться. Устранение же Путина вообще грозит усобицей в стране: слишком многое замкнуто на одну фигуру. Однако может хватить и простого исчерпания валютных резервов. Если они будут сокращаться так же быстро, как в 2014 году, их достанет максимум на пять лет. В то, что нынешняя «цинская династия» в РФ сможет проводить разумный экономический курс, отличный от гайдарочубайсова мракобесия, на Западе никто не верит. С 2000 года прошло достаточно времени, чтобы переменить курс. Но он остается неизменным. В интересах консервации сложившейся по итогам 90-х Системы. Это прекрасно сознают и в Вашингтоне, и в Пекине.

Они понимают, что сложившаяся в России Система будет вести страну от одного экономического кризиса к другому. От кризиса-падения первой половины 90-х – к катастрофе 1998 года. От нее – к драматическому спаду ВВП в 2008–2009 годах. От него – к спаду 2014–2015 годов и стагнации. Они прекрасно видят, что впереди у Кремля – кризис пенсионной системы, кризис долгов регионов, кризис нехватки квалифицированных кадров, кризис бюджетных поступлений при возможном новом «нырке» цен на углеводороды. Кризис в промышленности из-за недоступности кредитов. Кризис «перепроизводства элиты», жрущей и ворующей в три горла. Демографический кризис – последствия нижайшей рождаемости русских в 1990-е и «нулевые» годы. И так далее. Вплоть до кризиса, связанного с переходом Запада и КНР на новые источники энергии. Он все равно будет, ибо в двери стучатся не только сланцевая, но и газогидратная, и термоядерная, и ЛЕНР-революция. Запад и КНР планируют на десятки лет вперед, а не на три-пять лет, как нынешние «цинские мандарины» в Москве.

Поэтому время моих тревог начала 2000-х не прошло. Просто тревоги видоизменились. Просто Россия, сей остаток моей Родины, попал из огня да в полымя. Угроза распада сменилась угрозой отсталости и новой смуты. Нераспавшаяся страна «с Крымом» может быть просто проворована дотла. И если я в 1999 году (заканчивая «Битву на небеса») опасался военного удара НАТО, то теперь более вероятна угроза того, что расейская «элита» просто выест страну изнутри. А это вновь поставит на повестку дня угрозы 1999 года.

Через тридцать лет перестройки и реформ страна вновь оказалась у разбитого корыта.

Дальше говорить не буду. Ибо по нынешним временам сие чревато большими неприятностями.

Доклад на борту плавучего Города избранных в Тихом океане у берегов Меланезии в мае 2045-го.

Леди и джентльмены! Позвольте поднять этот бокал за окончательное решение русского вопроса. Второй раз, избегая ядерной войны, мы смогли добиться своего. Благодаря торжеству бионанотехнологий мы с вами, войдя в число избранных долгожителей, правителей мира сего, проживем еще около века, успев пожать плоды нашей победы.

То, что не удалось Гитлеру, удалось нам, причем за счет огромного американского превосходства в Национальной инновационной системе, в науке и технике. Отныне мир прозрачен для нас. С появлением квантовых компьютеров для нас не существует никаких тайн, мы, как известно, взламываем любой шифр. Над нашей планетой «висят» на геостационарных орбитах многоцелевые космические платформы, наши летающие крепости, способные поразить любую наземную цель с помощью СВЧ-пучков. Пятнадцать лет назад физики создали гамма-лазер, который, в отличие от обычного, использует энергию не электронов, переходящих на более низкие орбиты, а энергетических переходов атомного ядра. Поэтому гамма-лазер настолько же мощнее, насколько автоматическая винтовка сильнее пращи дикаря. Никакие облака, никакая атмосфера – не преграда для него. Оснастив наши космические крепости генераторами мощного сверхширокополосного электромагнитного излучения, мы, хозяева Глобалии, в силах направить его на любой объект и сжечь наведенными токами любое электронное оборудование. Лишив всякого систем связи, навигации и радиоуправления. Ибо мы разрушаем связи между чипами. Сверхширокополосное излучение, да будет вам известно, легко пронизывает плотные слои приземной атмосферы и диэлектические среды.

Мы – боги, знающие все и могущие покарать любого ударом с небес. Мы шли к этой цели упорно, начиная с первой успешной передачи энергии СВЧ-пучком в 1975 году исследователями Лаборатории реактивного движения и Научно-исследовательским центром имени Люьиса. Вот уже много лет наш космический флот обладает способностью применить СВЧ и гамма-лазеры, нанеся разительные локальные удары и электронно ослепив противника – выводя его системы управления вооруженными силами на всех уровнях. Нимало не рискуя получить радиоактивное заражение планеты или ответные удары. Любой вражеский бункер, ракета с ядерной боеголовкой, нежелательный спутник на орбите, летящий самолет, корабль, танк, или партизанская база – в поле нашего зрения, все может быть уничтожено мгновенно и беспощадно. Наша мощная система глобальной противоракетной обороны исключает возможность ответного удара баллистическими ракетами: это оружие окончательно свергнуто с Олимпа мировой мощи, а танки – безнадежные пережитки минувших эпох, подобные старинным рыцарским доспехам в музейных экспозициях.

Пока глупые русские тратили средства на создание каких-то супертанков, мы открыли эру архистремительных атак беспилотных самолётов-дронов, коим не страшны сверхперегрузки, а танки сменили на стаи боевых наземных роботов с искусственным интеллектом, координируемых с помощью передвижных штабов.

Теперь вся планета дышит лишь с нашего разрешения. Над любым районом Земли могут появиться дроны Глобалии. Они обнаружит и уничтожат все, что угодно. От ударов гиперзвуковых крылатых ракет Глобалии нет спасения. Везде могут появиться солдаты наших военных компаний, облаченные в сверхлегкую ткань-броню и в боевые экзоскелеты. Рыщут наши многоногие боевые роботы: от них не может уйти никакой партизан – ни легендарный талиб, ни вьетконговец, ни какой-нибудь брянский партизан времен Сталина.

С помощью наших космических платформ мы управляем даже движением циклонов. Мы в силах обрушить на головы непокорных даже стихийные бедствия, наказать их засухами и даже эпидемиями.

Все началось с создания центра Глобального прогнозирования вирусных инфекций в Сан-Франциско (Global Viral Forecasting). GVF изначально строился как центр раннего выявления пандемий по всему земному шару. Однако от этого до управления эпидемиями было всего один шаг. Америка и здесь рвалась вперед, овладевая невидимым миром вирусов, пока тугодумные китайцы занимались своими промышленными площадками, а недалекие русские тратили десятки миллиардов долларов на олимпиады и футбол, держа свою науку на голодном пайке.

Прошу, господа, еще раз помянуть заслуги Натана Вульфа. Для нас он стоит наравне с такими титанами американской мощи, как Роберт Оппенгеймер или Стив Джобс. Типичный представитель энтузиастов междисциплинарных исследований. Сначала он был приматологом-обезьяноведом, но затем приобрел еще одну специализацию: микробиолога, вирусоведа. Он работал в экспедициях, нашедших природные очаги СПИДа и вируса Эбола, которые первоначально терзали шимпанзе. А поскольку местные негры охотятся на высших обезьян – то и заразились этими вирусами при освежеваниях и разделке добычи. Вульф показал, что в мире XXI века опасность эпидемий растет с каждым годом. Ибо многие болезнетворные вирусы перешли к человеку от диких и особенно – домашних животных. Попав в наш организм, вирусы изменились. Мы, жители Старого Света (Евразии и Африки) уже принесли свои жертвы и выработали сопротивляемость оным вирусам. Зато мы, белые, превратились в настоящее оружие массового поражения, когда с начала XVI века вошли в контакт с жителями Америки, Океании и Австралии. Принесенные нами болезни выкашивали целые первобытные племена, у которых иммунитета не имелось. Это отлично описано в классическом труде Джареда Даймонда «Ружья, микробы и сталь».

Но затем произошел еще один скачок: из-за глобализации, всепроникающего мирового рынка, развития туризма и доступной реактивной авиации в мир скученных больших городов попали новые вирусы, раньше обитавшие в глухих уголках той же Африки. Те, к коим человечество непривычно. Они и создали угрозу новых пандемий с самыми трагическими последствиями. Птичий грипп, разразившийся в 2003 г., приводил к смертности 60 % заболевших, но распространялся медленно. В 2009 году появился свиной грипп. Он отличается отличной распространяемостью, но от него гибнет не более 1 % захворавших.

Вульф предположил, что оба вируса, встретившись в организме человека или животного, создадут еще один вид смертельно опасного «мозаичного» вируса. Того, что будет и распространяться как огонь в прерии, и убивать 60 % зараженных.

Именно этой возможностью мы и заинтересовались, дабы получить могучее средство очищения Земли от лишнего населения. Сначала в знаменитой Лос-Аламосской национальной лаборатории США, этой колыбели ядерного проекта 1941–1945 годов, возник «Банк генов». Электронная база данных фрагментов ДНК, пополняющаяся ежегодно миллионами новых генетических последовательностей. Уже к 2011 г. сей банк насчитывал более ста миллиардов фрагментов ДНК. С ним можно сличить любую последовательность генов, выявленных в биологических пробах. Банк позволяет обнаружить: а от чего умер вот этот человек? От известного вируса, уже имеющегося в лос-аламосском банке – или же от неизвестного, каковой будет «расшифрован» и тоже помещен в хранилище данных. Наше DARPA, Агентство передовых разработок Пентагона, разработало программу «Предсказание». Ее цель – эффективно прогнозировать естественную эволюцию любого вируса. Как вы понимаете, на самом деле мы занимались управлением эволюцией вирусов.

В те годы Вульф создал в США центр глобального обнаружения пандемий и их отслеживания – GVF. С его помощью мы в Америке следили за ситуацией в режиме реального времени, анализируя медицинские запросы в «Гугле» с «Твиттером» и интенсивность вызовов врачей по мобильным телефонам. Это – четкие критерии вспышек заболеваний.

Именно так мы принялись осваивать громадный, невидимый мир вирусов. Рывок в информационно-вычислительных технологиях сделал это возможным. Оттуда открылся самый прямой путь к созданию нового оружия тайных мировых войн. Ведь мы обретали возможность создавать новые смертоносные вирусы и опустошать ими целые страны. В отличие от прямого военного нападения доказать факт применения вирусного оружия практически невозможно. А того, кого надо, мы вовремя вакцинировали, защитив от поражения.

Тогда наша наука вплотную подошла к познанию вирусной природы рака. Она поняла, что состав микрофауны в организме человека способен влиять даже на ускорение или замедление его старения.

Мы очень спокойно отнеслись к тому, что Россия взбунтовалась в 2014 году и взяла Крым. Потому что прекрасно знали, что в области науки и техники, в незримой для обывателя сфере инноваций, в «мягкой силе» русские нам проигрывают. Пока мы шли вперёд, Москва успешно приканчивала остатки своей Академии наук и душила реальный сектор своей экономики баснословно высокими процентными ставками, продолжая исправно снабжать нас и сырьем, и вывозимыми из страны финансами.

Ответный удар на «неоимперский бунт» Москвы не заставил себя ждать. Сначала мы методично уничтожили постсоветскую Россию экономически, выбив у нее из-под ног фундамент в виде высокого спроса на ее нефть и природный газ. Мы начали энергетическую революцию, используя гигантское преимущество в информационных технологиях. Помните ли вы то, как успешно компания «Локхид-Мартин» создала первый образец термоядерного реактора, величиной с авиадвигатель для коммерческого лайнера? Как в то же время мы вторглись на рынки со сверхъемкими, быстро заряжаемыми графенановыми аккумуляторами? С домашними аккумуляторными станциями? Больше бак с бензином не был самым емким хранилищем энергии.

Помните, как мы совершили революцию в области умных, распределенных энергетических сетей и радикально повысили КПД солнечных батарей? Как вовремя поддержали работы по LENR – установкам низкоэнергетичных термоядерных реакций? Это принесло нам полный успех. Мы стали жить в мире, залитом потоками дешевой и безопасной электрической энергии. В ржавых остатках нефтяных вышек засвистел ветер пустынь и тундр. Отныне исламский мир и русские стали нищими, их углеводороды годились только как сырье для химической индустрии.

Что могли противопоставить нам русские? Футбольные стадионы? Цивилизационно Москва оказалась несостоятельной. Ее собственные граждане пользовались нашими социальными сетями, смотрели наш кинематограф, ставший поистине иллюзионом, пользовались нашими образами и вкусами. Они приняли выгодные нам каноны «информационной прозрачности». Они становились «цифровыми слабоумными», теряли свой собственный язык и превращались в неквалифицированных потребителей, полностью запрограммированных нами. Русские ели наши генетически модифицированные продукты и сеяли семена, произведенные нами, а мы успешно и непреклонно продолжали вытягивать из России лучшие мозги, лучшие изобретения, ибо они не могли найти себе применения на родине. Потому что судьба гениев науки и технологий в странах с сырьевой, косной экономикой поистине трагична. Никакой военно-промышленный комплекс не может заменить полноценного развития всей экономики. Потому мы и стали землей обетованной для всех тех исследователей и изобретателей, для самых талантливых студентов, что не могли найти себе применения в России. Мы заставили русских работать на собственное уничтожение.

Можно с полным правом утверждать, что волшебным ключом к сокрушению русских и китайцев стала наша Национальная инновационная система. Нанеся разящий удар по экономике нефти и газа (петрономике), мы одновременно реиндустриализовали Соединенные Штаты, подорвали этим экспортные доходы Китая – и сделали рывок в новую технологическую эру. Стали завоевывать военное преимущество, опередив противников на целую фазу развития. Овладев искусством устройства революций и управления возмущенными массами в режиме реального времени, умея раскалывать элиты изнутри, мы учинили хаос в Евразии, погрузив ее в купель мучительных страданий. Сделали ее материком развалов, революций, гражданских войн. Благодаря этому так и не случился крах долларовой системы, на который уповали наши недалекие противники. Мы формировали Будущее, управляли историей – а не плыли по течению.

Когда Россия превратилась в нищую расколотую страну-банкрота, мы сначала смогли объединить две зоны хаоса – Украину и РФ – в одну зону. А потом начали наши боевые действия руками частных военных корпораций. Наши формальные государства остались как бы в стороне, но именно русские березки увидели наших боевых роботов и воинов в экзоскелетах. Мы открыли новую страницу в истории войн.

Но особо сильным стратегическим, а можно сказать – и метаисторическим – ходом стал наш успех в создании технологий обеспечения активной человеческой жизни в течение полутора-двух веков. Это стало возможным благодаря прорыву нашего науко-бизнеса в нано-, био-, инфо– и когнитивных технологиях. Мы получили возможность обеспечить элите Мафусаилово долголетие. И за доступ к таким благам, за доступ в клуб господ-долгожителей богатые люди и России, и Китая готовы были отдать все. Многовековые традиции великодержавия. Своих лидеров. Изрядную долю своих богатств. Свою национальную идентичность. Свое ядерное и ракетное оружие.

Теперь, когда в республике Леналенд (бывшей Якутии) взвился вчера флаг нашей Сибирской многофункциональной военно-экологической базы, а Крым получил статус территории для избранных долгожителей Глобалии, я поднимаю бокал за нашу победу. 2045-й навсегда закрывает 1945-й, господа! Население Земли успешно сокращается до оптимальной численности в два миллиарда душ. Фонд Дикой природы разделяет наш триумф, леди и джентльмены.

Рад сообщить вам, что мы – накануне признания нового государства, Великой Манчжурии и предлагаю приступить к десерту.

При нынешнем состоянии российской элиты война, которую ведёт страна, проиграна заранее.

Длинный рубль для Холодной войны

Итак свершилось: отныне мы не условно, а реально воюющая страна. Сразу на двух фронтах. Положение страны, и без того нелегкое после отказа от блицкрига в Новороссии и ее увязания на Украине, теперь, с открытием еще и сирийского фронта, стало намного сложнее. Россия ведет изнурительную борьбу на истощение, и ее ресурсы намного меньше западных. Не дай бог, откроется еще и третий фронт – в Таджикистане.

При этом управление экономикой остаётся в лапах тех, кто открыто сваливает страну в пропасть поражения. Мое убеждение: благодаря деятельности правительства и Центробанка Путин уже проиграл. Решится ли он на сей раз на зачистку «системных либералов» в макроэкономическом руководстве? Или продолжит обреченно дрейфовать?

Способность страны выстоять в войне на истощение зависит от ее экономики. Например, от того, есть ли у нее свой государственный банк и вообще суверенная финансово-кредитная система, способная выдавать реальному сектору длинные и дешевые займы под развитие производства.

Вести войну, пусть и «холодную» без такой системы – всё равно, что бросаться в войну без боеприпасов и консервов. Поражение предопределено. СССР имел свой (пускай и не шибко совершенный) источник долгих денег под низкий процент. Причем и в рублях, и в валюте. А вот в России такой системы не создали ни при Ельцине, ни при Путине. За длинными и дешевыми деньгами её корпорации бегали в западные банки. Как только с лета 2014 года Запад перекрыл сей источник, экономика покатилась вниз. Где взять кредит на развитие? В российских банках под проценты, которые в разы выше западных, да еще и на срок раза в три меньше? Сумасшедших нет. Поэтому производство в стране падает.

Понимаю, что для обывательской публики такая проблематика – смертельная скучища. То ли дело эффектные картинки с войнушки или эстрадные высказывания первых лиц, что можно на все лады обсуждать! Но мы-то знаем, насколько «скучные вопросы» важнее всей этой мишуры. Будет ли создан российский источник длинных денег?

Садистская логика сислибов

Недавно побывал я на заседании одного интеллектуально-экономического клуба. Были там и либералы, в том числе и один сислиб, работавший в управлении региональной политики администрации Путина. Знаете, что они несли? То, что падение экономики РФ остановить нельзя. Мол, источник дешевых длинных кредитов с Запада перекрыт, ВВП будет сокращаться неумолимо и неизбежно. Надо, мол, сдерживать рост зарплат и социальных расходов, резать военные программы. И вообще (и это на полном серьезе!) – у нас бизнес платит слишком маленькие налоги. Дескать, в Европе они больше. А поскольку у нас часть бизнеса налогов не платит совсем, то это портит все, и надо улучшать администрирование фискальной службы – драть повышенные подати со всех…

В общем, простой мысли о том, что можно создать русский источник длинных денег (о чем говорит Сергей Глазьев), не допускается вообще. В принципе такая мысль у сислибов отсутствует. Хотя понятно, что можно создать такой источник рублевых ссуд (изменив работу Центробанка), воспользоваться недомонетизацией ВВП РФ (лишь наполовину он монетизирован). Ну, а валютные кредиты можно обеспечить, используя доходы от экспорта сырья и покончив со спекулянтами (когда валюту покупают лишь под контракты и инвестиционные планы). Нет, это не допускается вовсе!

За что я люблю сислибов и либералов вообще – так за то, что они похожи на однотипных роботов с одной и той же программой в блоке памяти. Говоришь с одним из них – и как будто беседуешь сразу и с Кудриным, и с Грефом, и с Силуановым, и с Улюкаевым, и с Набиуллиной, и с Чубайсом, и с покойным Гайдаром, и с Гонтмахером-Юргенсом и со всей Высшей школой экономики набиуллинского мужа Кузьмина… Потому и тут видно, как будет действовать правительство Медведева (которым реально руководит первый вице-премьер, мультимиллионер и владелец апартаментов в Лондоне Игорь Шувалов) и как оно станет «бороться с кризисом», толкая страну в пропасть. Урезания затрат, дальнейшая демонетизация ВВП, усиление налогового пресса. Что в условиях затяжной горяче-холодной войны есть обеспеченное поражение.

Они для нас – враждебная, садистская форма жизни. Их аргументы ни на йоту не изменились с 1992 года. И теперь понятно, что Путин облеплен такими «экономистами» и ничего изменить не может, и потому страна дрейфует к экономическому краху.

Знаете, что меня еще поразило? Упорные попытки сислиба и его собратьев на обсуждении все время восклицать: «Это политика, а не экономика! Давайте только об экономике!» То есть, в их умишках политика и экономика разделены. Они не понимают, что экономика – это политэкономия, что экономика и политика неразрывны! У них словно перерезана связь между полушариями головного мозга. Теперь мне ясно, почему и Путин не понимает, что невозможно смешивать неолиберальный монетаризм в экономике и империализм-милитаризм в политике. Тут – тот же разрыв мышления. Теперь мне понятно, что ждет Россию дальше, по мере увязания страны в войне и нарастания экономического спада-стагфляции. Начнется удушение всего живого в реальном секторе.

Я немало смутил сислиба, заявив ему, что все их рассуждения о слишком малом налогообложении реального (несырьевого) сектора в РФ – чушь. Что мы моделировали перенос реального тракторного завода «Бюлер» из Канады в РФ, и в «низких» налогах он моментально становился убыточным. Дело не только в дороговизне кредитов (они в Канаде в разы дешевле, чем в России), но и в налогах, которые формально выше. Но в Канаде (как и в иных развитых странах) существует масса вычетов из налогов, если ты инвестируешь прибыль частного предприятия в его модернизацию. (Вплоть до того, что канадское государство дает тебе деньги на условиях долевого софинансирования по научно-техническим, энергосберегающим программам и на повышение квалификации персонала, я не успел дойти).

Путинский экономист смутился ненадолго и объявил: поскольку в России коррупция, никому нельзя давать никаких налоговых льгот. Ибо их получат все.

То есть они готовы погубить экономику страны и ее реальный сектор, ибо уверены в вечной продажности русских. Они поэтому ставят русскую индустрию и агропром в проигрышное положение с иностранными конкурентами. Ибо у них-то льготы есть! И государственные субсидии тоже. Сислибы похожи на идиотов, которые заклинили самолету элероны и срубили ему киль с рулем поворота, пытаясь управлять лайнером только с помощью тяги двигателей. Они искренне не понимают, почему лайнер все время падает раз за разом, начиная с 1992 года! И это – уровень понимания ситуации и в правительстве, и в Центробанке, и в навально-прохоровско-касьяновской оппозиции!

Предложение начать борьбу с кризисом с ликвидации дурацких затрат в виде спортивных «мегапроектов» нарвалось на какое-то беснование, причем невменяемое. То же самое – с идеей тратить те же деньги не на стадионы, а на нужную для реального сектора инфраструктуру. То же самое – с предложением не тратить на программы поддержки реального сектора деньги из бюджета, а финансировать их за счет продуктивной эмиссии. Ремонетизируя ВВП. Применяя для этого специальные инструменты (отлично известные на Западе), предотвращающие нецелевое использование средств и их переток на валютную биржу. Только от упоминания об этом их стало корчить как чертей от ладана!

Поскольку у правительства и Центробанка в мозгах – та же самая программа, очевидно, что они фактически помогут Западу завалить экономику страны при попустительстве сами знаете кого. Весь их «антикризис» сведется к набору гайдарочубасовщины, к шоку без терапии, налоговому гнету и повышению пенсионного возраста. Пока экономика не шмякнется о скалу, а социум не взорвется. Втягивание России в изнурительную «многофронтовую» войну на истощение лишь ускорит процесс.

Напрасные надежды на Путина

Мы ждали, когда президент начнет очищение высшего эшелона управления РФ от этой нечисти после Крыма. Прошло полтора года: сислибы остались «священными коровами» и успешно свалили страну в яму. Теперь некоторые люди ждут, когда первое лицо избавится от сислибов (изменив социально-экономический курс в стране), пользуясь Сирией. Ну, ждите, ждите…

Смены курса не будет. Орден Медведеву – это и плевок нам всем в лицо, и признак того, что власть не намерена ничего менять. А поскольку у нее – тот же разрыв между полушариями, что и у сислибов, она не понимает, что обеспечивает стране экономическое поражение. Давайте забудем об упованиях на то, что в России появится правительство промышленников-практиков и экономистов в духе «Нового курса» Рузвельта. Тех, кто знает практику современной рыночной экономики Запада не в теории, а на деле.

Сислибы-догматики (талмудисты и начетчики, если выражаться языком Сталина) нутром чуют, что им, сислибам, тогда несдобровать. Что под люстрации подпадут не только чиновники-воры (псевдопатриоты), но и «профессиональные реформаторы». Потому они за управление макроэкономикой РФ станут драться всем, чем только можно. Хоть зубами. И Путин будет их одобрять и обнадеживать раз за разом.

Тридцать лет спустя после начала перестройки страна ввергается в очередную, уже четвертую по счёту трансформацию. В ней создается докапиталистическое, феодально-кастовое, отчасти даже рабовладельческое общество. А Крым да Сирия – всего лишь прикрытие этого жестокого эксперимента над нами. Вот та главная угроза, против которой придется воевать.

Нефтегазовое Гаити

После откровений придворного банкира Костина о том, что малый и средний бизнес не нужны, что они умрут, нам ясно, что как минимум с начала 2014 года очередная трансформация бывшей сверхдержавы начата. Россия должна превратиться в страну-концлагерь, в «сумеречную зону». Экономика – исключительно сырьевая «труба» во вспомогательными отраслями в виде села и пищевой промышленности. Все богатства – в руках 0,3 % семей РФ, и у них же – безраздельная наследственная власть. Власть и собственность слиты воедино. Олигархия и высшие сановники государства – одно и то же. Никаких высоких технологий и передовой индустрии! Только ВПК, да и то – неполноценный (без своей электроники, станков, подшипников и т. д.). Средний класс – к самому минимуму! Верхний 1 % населения защищают рати полицейских и жандармов, охранка давит всех недовольных. Есть еще необходимые работники для сырьевых, ростовщического сектора и вспомогательных отраслей, челядь для новых бар (а то и рабовладельцев). Штат манипуляторов сознанием – пропагандистская машина. Вместе с попсой и юмористами. Высшее духовенство РПЦ, проеденное симонией и педерастией. Интегрированные с властью откупщики-коммерсюки с персоналом их фирм. На круг – не более 20 % населения. Остальные 80 % – это нищие, быдло. Те, кто не нужны и живут исключительно на подачки «элиты».

Мафиозно-клановая «экономика доступа» и коррупции, начальство откровенно грабит вверенные отрасли, предприятия и территории (феодальное «кормление»). Свирепствует ростовщичество. Силовые структуры сами заняты бизнесом и собирают дань. Власть – наследственная. Образование, сведенное к самому примитивному, по немецкому «плану Ост». Наука – в виде жалких остатков. При свирепой цензуре и внешней «высокой морали». При «борьбе с курением». Приход этого строя Максим Калашников прогнозировал в 2005 году в книге «Код Путина». Прогноз становится текущей реальностью.

Аналог такой модели есть. Я уже писал в 2012-м, что Папа Док (Дювалье-старший) на Гаити изобрел крайне интересную модель ублюдочного общества. Общества вечной нищеты и отсталости. Управляя одной из самых бедных и коррумпированных стран мира (1957–1971 гг.), Папа Док не стал развивать никакой промышленности. Не стал вкладывать денег в образование и науку. А зачем? Ведь проведение любой мало-мальски успешной индустриализации (да и общего развития страны) потребует сократить потребление и перенаправить ресурсы на инвестиции (в накопление). А гаитяне и так нищие. Зачем им страдать? И Папа Док создал систему, где основные траты государства уходили на поддержание его личной власти, на содержание весьма жестокого репрессивно-охранительного аппарата (тонтон-макутов) и на пропаганду средствами кино и ТВ образа мудрого правителя, отца народа, ревностного защитника гаитянских национальных традиций (культа Вуду).

Вместо того, чтобы строить заводы и школы, клан Дювалье тратил внушительные суммы на хвалебные киноленты и церемониальные парады. На пиар, в общем. При этом все было тип-топ: нищее и необразованное население служило отличным стадом рабов, которые отлично управляются немудреной пропагандой, бессильны что-либо изменить и не имеют ни малейшей возможности повлиять на власть. Репрессивный аппарат тонтон-макутов не только хорошо содержится за счет казны, но и обкладывает проборами местный бизнес, не забывая при этом терроризировать армейское офицерство. Сама семья Дювалье была крайне богатой, держала деньги и собственность на Западе и пользовалась всею тамошней роскошью. Вам это ничего не напоминает? Добавьте сюда «Газпром», «Роснефть» и остатки ядерного потенциала СССР – и вы получите современную Россию. Да, режим не столь брутален, МВД и ФСБ – всё-таки мягче тонтон-макутов, а по философии господствующей системы – то же самое. Та же приватизация власти, те же дебилизация народа и намеренная порча образования, то же архаическое мракобесие, то же засилье полицейских рэкетиров и монополизаторов. Та же бесстыдная пропаганда с карикатурным культом личности расейского. Вместо культа вуду – помесь из казенного православия, культа Победы 1945 года и Ельцина. А самое главное – регресс страны, пресечение всякой возможности ее развития.

У каждой системы есть своя логика развития. Мы проследили таковую для сложившейся с 1992 года российской системы-Голема. В ней есть единственный сложившийся класс: мародеров-трофейщиков. Воров, сырьевиков и ростовщиков. В нем трогательно слились и чубайсоподобные сислибы, и грозные лишь дома «силовики». Система-класс (которой не противостоит никакой иной класс) воротит то, что хочет. А хочется безраздельных господства и контроля. Логика расейской системы, складывавшейся после 1991–1993 годов, – это касты, феодализм и даже рабство.

Малый и средний бизнес – это опасность для Системы-Голема. Это новая индустриализация, порождающая могильщиков банды воров, сырьевиков и ростовщиков. То есть, класс русских буржуа: промышленников и аграриев. Класс настоящих творцов: научно-технических предпринимателей. Средний класс ИТР. Рабочий класс нового типа. Система все это убивает. Дороговизна и недоступность кредита для реального сектора все четверть века истории «беловежской России» – политика совершенно сознательная. Это – уничтожение в колыбели могильщиков для камарильи клептократов, сырьевиков и банкиров-ростовщиков.

Для Максима Калашникова новая индустриализация – битва Добра со Злом. Это – Священная война. Тут левые, которым нужна социальная база (рабочий класс) должны блокироваться с промышленниками и аграриями.

Четвёртая трансформация

Это уже четвертый этап садистского эксперимента над нами. Первый – 1985–1991 годы. Массам внушили желание покончить СССР и «глотнуть свободы».

Второй: 1991–1999. Массы опустили, ограбили, контузили исторически, оглупили, заставили тосковать по «твердой руке». Создали криминальную «элиту».

Третий: 2000–2013 годы. Массы превратили в дебильных жвачных, подкупили их потребительством, отработали технологию погружения их сознания в полную виртуальщину. Общество (и народ) окончательно атомизировали, внушив ему мысль о возрождении былого величия. Хотя на самом деле речь шла о закреплении итогов 90-х.

Четвертый этап: торжество нового феодализма. «Элита» уверена, что массы полностью управляемы и слабоумны и что с ними можно творить всё, чего ни пожелаешь. Уничтожение малого и среднего бизнеса. Урезание социальных затрат. Закрепление итогов деиндустриализации, погружение людей в невежество и новую неграмотность. Эзотерический Сурков как властелин массового сознания. Закрепление итогов расчленения СССР и разделения русского народа в 1991 года.

Особое место занимает грандиозный психоисторический опыт по выведению породы дебильных «постсовков» с совершенно алогичным сознанием, напоминающим кучу изолированных осколков. Вы знаете, почему одно и то же лицо возглавляло шествие «Бессмертного полка» (память героев Второй Отечественной) и поклонение памяти Ельцина в один и тот же год? Это – проверка того, насколько электорат глуп и насколько он готов переварить взаимоисключающие моменты в пропаганде и поведении феодальной Системы. Превратился ли электорат окончательно в податливую глину для лепки? Готов ли он принять новую жизнь: с вечной нуждой, на грани выживания – но под журчание всяких пушковых, кургинянов и стариковых о «духовных скрепах» и о «международной борьбе с терроризмом», бесконечной аки песня про попа и его собаку?

Чтобы скрыть переход к четвертой стадии формирования Российского Феодального Ада и была затеяна вся эта авантюристическая внешняя политика с Сирийской экспедицией. Для этого же и пригасили создание русского государства в Новороссии. Война в Сирии без победы (как можно более долгая и с терактами внутри России) должна оправдать уничтожение малого и среднего бизнеса, работу репрессивного аппарата и окончательное окостенение сформировавшихся каст. Оправдать создание громадного концлагеря на одной седьмой части суши. Громадного социального эксперимента по архаизации некогда развитой, научно-технической страны.

Я знаю, что движение к кастовости идет и на Западе. Но Россия тут – во главе гонки, создавая низкотехнологичный вариант нью-феодализма. Некоторые глупцы называют это «нефтяным фашизмом». Но, во-первых, сырьевых нацизма и фашизма не бывает. Это – социальные устройства развитых индустриальных обществ. Даже в бреду нельзя представить себе Муссолини или Гитлера, упоенно крушащих предприятия Юнкерса, «Фиата», «Алкетта», БМВ, Круппа, «Телефункена», «ИГ-Фарбениндустри», Мессершмитта. Сводящих экономику к добыче угля и выращиванию оливок. Закрывающих научно-исследовательские центры. Сознательно собирающих свои «хейнкели» и «савойи-маркетти» из американских и английских узлов и комплектующих.

Во-вторых, складывающийся в РФ строй враждебен интересам сбережения и развития коренной, государство-образующей нации – русских. Система нового феодализма антинациональна, ибо нации рождаются лишь в буржуазную эпоху, в процессе построения индустрии.

Нет, это – действительно нечто новое для нашего времени. Архаика под видом «возрождения державности», создания «духовных скреп» и т. д. Это и не возрождение СССР: тот был как раз промышленно развитым технократическим обществом с культом науки и техники.

А здесь – чистая, махровая архаика, помноженная на сугубо сырьевую, захолустную «экономику». Да еще и с гипетрофированным ростовщичеством.

Нет, не ИГИЛ – враг номер один для нас, а вот эта Система!

Технология уничтожения

Как она нас уничтожает? Приведу (с купюрами) письмо одного из промышленников Сибири.

«…Специализация завода – это производство оборудования… Все узлы производятся на нашем заводе за исключением редукторов, электродвигателей и гидромуфт, хотя редуктора мы умеем делать, но нет парка оборудования для качественного производства. Мы делаем гидравлику, ремонт гидравлики, ремонт механизированных комплексов. Я сразу скажу: мы не живем на широкую ногу, не было и нет оффшорных схем, нет зарубежных счетов, яхт и прочего… В 2012 мы начали и провели – насколько это было возможно – модернизацию завода. Расширяем производство… На предприятии работает около 460 человек, годовой оборот предприятия составляет около 1 млрд. руб. В 2015 году, несмотря на сложную экономическую ситуацию, наше предприятие погасило 180 млн. руб кредита. И, несмотря на то, что мы выгасили кредит и не хватало оборотных средств, а начало 2015 года стало для нас убыточным, в третьем квартале мы уже вышли на прибыльность. Завод имеет заказов до марта 2016, и большая часть из них – прибыльна.

Но в конце октября мы должны были осуществить перекредитовку на 50 млн. руб. Промсвязьбанку мы отдали кредит (это было очень тяжело), но банк теперь не дает новый кредит! И не дает ответа, ни положительного, ни отрицательного. Все сводится каждый раз к запросу каких-то дополнительных бумажек и пояснений уже как месяц (хотя неформальный ответ был таков: «Вы пока так работайте, улучшайте показатели, а потом мы подумаем»). Хотя они нашу ситуацию знают прекрасно, и про заказы наперед и т. д. Но там, где-то в головном офисе банка, сидит мальчик 24 лет с образованием бакалавра из Англии, и для него это – просто цифры. В других банках – почти тоже самое, сроки рассмотрения непозволительно долгие для нас.

Я прошу Вас, если у Вас есть какие либо возможности, от представителей банков, может других бизнесменов, помочь прокредитовать нас. Мы готовы дать в залог имущество, готовы за 12 месяцев выгашивать кредит, мы готовы взять кредит под чуть больший процент, нежели в банках…»

Такой вот крик отчаяния с гибнущего прибыльного, нужного завода с заказами. Знаю и иной пример: другой завод, производящий дорожные машины, имеет заказы – но не может их выполнить. Нужно брать для этого кредит – а он недоступен. А Путин хвалит Набиуллину: все отлично делается!

Конец русских и слив Путина

Формирование ново-феодальной системы и сырьевизация РФ – это конец истории Русского народа. Его финальное расщепление (крекинг) на абсолютно несмешиваемые фракции с совершенно разными интересами. При этом высшая верхушка – феодалы. А феодалы (вспомним историю) были всегда интернациональны. Они не признавали никакого национализма и легко переходили от монарха английского, скажем, к королю французскому. Максим Калашников прекрасно знает, как господа новой жизни относятся к русским. Все вспоминают о презрении сподвижника Чубайса, Коха, к русским – из интервью 1998 года. Но, поверьте, я в 1994-м от помощников Чубайса слышал мнение о нашем народе куда пожестче. Они уверены, что мы – уже остывшая, вялая биомасса. В 2015-м либерал Гозман (и тоже из кодлы Чубайса) мне на радио сказал: «Всё равно вы вынуждены жить по нашим законам!» Но это – все таки сислибы-прозападники. А патриотические «силовики»? Увы, всё говорит о том, что они относятся к русским так же. С феодальным презрением. Мол, это подлые и глупые «совки». А себя они считают «расой господ», избранными. Впрочем, высший клир РПЦ имеет ту же психологию. Так что складывание Системы покончит с нами как с нацией.

Складывающаяся феодально-кастовая система – это быстрая (по историческим меркам) гибель остатка России именуемого РФ. Почему? Потому что в мире новой научно-технической революции архаичная страна становится островом, где наука и техника – практически в загоне, а образование вырождается в машину по дебилизации. Как вы понимаете, оказавшись в окружении промышленно и научно-технически развитых хищников, феодально-сырьевая РФ повторит судьбу мягкотелой каракатицы, попавшей в клешни омаров. Ведь деградация в конце концов лишит Москву возможности производить и создавать современное оружие. Наши феодалы об этом не думают (их горизонт планирования убог, они не видят дальше собственного носа), но оттого опасность не исчезает. Проиграть научно-техническую гонку в нынешнем мире для РФ – смертельная угроза, но именно такое поражение стопроцентно обеспечивает новое издание феодализма.

Система мафиозного, ростовщическо-сырьевого феодализма нуждается в развитом внешнем мире (Запад и Китай), куда феодалы могут продавать сырье и откуда они черпают предметы высокотехнологичной роскоши, передовые медицинские услуги и т. д. Ведь даже «российский» лайнер «Сухой Суперджет» на 80 % состоит из импортных узлов. Но в этом же – и Ахиллесова пята расейского новофеодализма. Падение цен на нефть и санкции Запада (отрезание доступа к высокотехнологичным товарам) несут коллапс феодальной экономики. Каковая, к тому же, не имеет суверенной финансовой системы.

Поэтому новый феодализм неминуемо проиграет новую Холодную войну, получив коллапс собственной экономики и внутриэлитную войну. Путин действительно рискует получить аналог то ли станции Дно (сценарий Николая II), то ли октябрьского пленума ЦК КПСС 1964 года (сценарий «Хрущев-2 после Карибского кризиса-2»). Сама элита феодалов может счесть его ненадлежащим королем.

Предчувствие гражданской войны

Нынешняя Россия обречена на смерть. Новый феодализм, если ему покориться, гарантированно убьет собственную страну, как гигантский паразит морит до смерти своего «хозяина». Потому нам не надо бояться борьбы за власть. Если впереди – смерть, то лучше попытаться перехватить руль. Бунт дальнобойщиков – это пока еще до конца не осознанное, стихийное выступление против новых феодалов. Против их приватизированного государства. Против уничтожения малого и среднего бизнеса.

Но надо отдавать себе отчет в том, что борьба смертельно опасна. В обществе, которое делится на 1 % сверхбогатых и на 99 % бедных и нищих, не может быть никакой демократии. Никакого иного устройства, кроме деспотии, олигархии, монархии. Даже если феодалы доведут РФ до экономического краха, до усобиц друг с другом и до раскола силовых структур, даже если патриоты смогут взять власть в таких условиях, всё равно придется пройти через этап Проектной Диктатуры. Диктатуры, сознательно ведущей новую индустриализацию, мобилизацию, политику восстановления науки и образования, народосбережения и построения местного самоуправления. Такой Диктатуре придется совершить достаточно кровавую работу по подавлению и элиминации класса трофейщиков, торговцев сырьем, воров и ростовщиков. За счет их «упразднения» мы только и сможем развиться. Иначе новая власть будет состоять из всё тех же трофейщиков и ростовщиков, призовущих на помощь иностранных интервентов.

Не стану скрывать: положение крайне опасно. Попали мы в переплет, друзья! Подчиняться безропотно нынешней власти и цепляться за нее – это рабство и неминуемая смерть в ходе грядущего краха. Ибо уже очевидно, что экономически Холодная война-2 безбожно проигрывается Москвой, а во внешней политике она завела РФ в тупик, в трясину безнадежной ближневосточной войны. А крах этой власти может означать приход нового режима: другого отряда феодалов по-расейски, ставящих на раздробление территории, сдачу ядерного потенциала Западу и переход под его протекторат. Что тоже смерть для нас.

Нам нужно проскочить между этими молотом и наковальней. Третьим путем. Национально-индустриальным и подлинно патриотическим. Как? Но тут прекращаю дозволенные речи. Ибо сильно рискую, причем не только своей головой. Путь есть. Но прошу подождать развития событий. Не с ИГИЛ нам придётся насмерть схватиться, а с внутренним врагом, с «домашней» нелюдью.

А пока представлю книгу (Максим Калашникова и Андрея Емельянова-Хальгена «Робот и крест»), которая выйдет в декабре. Дальше будет мой «Национальный футуризм», после чего я отдохну от литературы. Время книг кончилось. Да и не читают теперь расеяне. Теперь – время действий.

Советую прекратить истерику насчет гипотетической ядерной войны между РФ и НАТО в случае вооруженного конфликта Москвы и Анкары. Давно пора понять, что во втором десятилетии XXI века мы вступили в эру совсем иных войн, иной политики. Скорее, хозяева Запада разыгрывают тот сценарий, что когда-то они разыграли в начале XX столетия, столкнув «старую» Российскую империю с молодым империалистическим хищником – Японией. Каковая 110 лет назад по своей экономике и месте в мире очень напоминала сегодняшнюю Турцию. Унизительное поражение РФ от турок – вот идеальный для нашего врага исход дела.

А Москва в очередной раз наказана за Сирийскую авантюру, с помощью которой пыталась отвлекать внимание электората от экономических провалов власти и от проблемы Донбасса.

Ну, собьют турецкий самолет в ответ

Допустим, ЗРК РФ собьют самолет турецких ВВС, и Анкара завопит о том, что совершена агрессия, что машину сбили в ее воздушном пространстве. Что будет дальше? НАТО войны с РФ не развяжет, пускай турки – и член сего блока. Со второй половины XX века хозяева США (а они и верховодят в НАТО) пришли к выводу, что ядерная война недопустима. Ведь даже победитель в ней остается на ядерных пепелищах, и у него цивилизация гибнет. Владыки Запада разработали для сокрушения противников гораздо более экологически чистое оружие: разложение стран изнутри, подрыв их с помощью революций и гражданских войн. Опробовав это оружие на СССР, они отточили его до совершенства и с успехом применили в ходе «арабской весны» и Май-дана-2. Поэтому, если Путин и собьет турецкий Ф-16 в ответ на уничтожение Су-24, поднимется шум и гам, но НАТО воевать за турок не станет. Санкции новые – это да, но погибать за каких-то турок элиты стран Золотого миллиарда не собираются. Так же, как англичане и французы в 1938–1940 годах не кидались умирать за чехов, австрийцев и поляков. Турки в негласном ценнике Запада стоят куда ниже.

В самом худшем случае достаточно мощные ВВС Турции, не задействованные сейчас ни в одной войне, примутся за операцию по уничтожению ЗРК и авиабаз российской группировки в Сирии, бросят против них (под прикрытием самолетов РЭБ) охотников на зенитные комплексы (даже С-300 можно успешно подавлять) и своих Ф-16 (168 – в боевом составе). А с моря – ударят по крейсеру «Москва» и потопят его. Учинив для Кремля новый вариант Цусимы. Это вполне возможно: в Сирии – небольшая группировка ВВС РФ. У нее нет самолетов ДЛРО А-50 (летающих радаров), зенитное прикрытие – слабоватое. А насколько ВМС Турции превосходят флотскую группировку РФ, даже говорить не приходится.

Опасности переброски значительных партий оружия крымским татарам не вижу: для этого туркам надо перебить Черноморский флот. Вряд ли дело дойдет до морской войны на Черном море.

В таком варианте Путин не решится на ядерные удары по турецким военным целям. (Пределы решительности Кремля мы видели на примере Новороссии весны 2014 года, когда действовать приходилось против гораздо более слабого, чем Турция, да еще и дезорганизованного в тот момент государства Украина). Применение ядерного оружия – это страх и кошмар Москвы, причем очень давно. (В книгах Максима Калашникова это описано не единожды). Эрдоган это знает и умело пользуется сим обстоятельством.

Воздушная война РФ против Турции? Шансов у нее меньше, чем у авиационного натиска немцев на Англию в 1940 году. К тому же, в ответ на неядерные налеты ВВС РФ турки могут одним ударом расправиться со слабеньким ЧФ в Крыму. Их ВМС как минимум вдвое сильнее.

Так что даже в самом плохом сценарии никакой гибели мира в ядерной войне не предвидится. Зато РФ после Цусимы-2 в Сирии получает внутренний армагеддон. Вся законность власти РФ, весь ее «крутой имидж» летят кувырком вниз.

Возможен ли худший сценарий?

Но даже «Цусима-2» – это маловероятная крайность. Эрдоган и Путин сами напуганы и обескуражены. Экономическая война сильно ударит и по Турции, и по РФ (об этом скоро выйдет наша передача с Владиславом Жуковским). Для турок РФ – это экономическая колония в духе позапрошлого века, рынок сбыта и источник сырья. Турки имеют барыши со сбыта в РФ текстиля (даже в Иваново швейники работают на турецких тканях), автомобильных компонентов для «отверточных» российских заводов, от поставок овощей, от строительных подрядов в РФ и от потока туристов из нее. В свою очередь, Москва не может отключить поставки газа в Турцию (это полная катастрофа для «Газпрома»), ей очень трудно перенаправить экспорт зерна из Турции в иные страны. Тем паче, что Украина моментально занимает место РФ на зерновом турецком рынке.

В результате экономической войны кризис ударит и по Москве, и по Анкаре. Поэтому все сведется к взаимной ругани, да к избирательным экономическим пакостям друг к другу. К схватке пропаганд и политтехнологий. Эрдоган и Путин прекрасно понимают, что зашли слишком далеко. И какими могут быть социально-экономические последствия новой русско-турецкой войны для обеих стран.

Не обращайте внимания на дым

Потому не надо шибко отвлекаться на пропагандистскую шумиху и страшилки. Ими сейчас (коли говорить об РФ) от нас скрывают гораздо более неприятные вещи. Например, провал власти в энергоснабжении Крыма. Комплексный кризис в Донбассе, о котором все словно забыли. И намечающуюся трансформацию в самой РФ, где разворачиваются протесты дальнобойщиков и буквально под корень изводится малый и средний бизнес. По убеждению Максима Калашникова, Сирийская авантюра (а теперь уже – сирийско-турецкая) делалась для того, чтобы прикрыть формирование в РФ уже полностью докапиталистического, феодально-кастового, порядка.

Сунувшись в Сирию, бомонд РФ отлично понимал, что бомбами слабой авиагруппировки ИГИЛ победить невозможно. Что террор так тоже не одолеешь, а лишь приведешь его к себе домой. Что ИГИЛ никогда не сможет подойти даже к Закавказью через Турцию. С самого начала сирийская война предназначалась для забивания информационного пространства, как инструмент прежде всего внутренней политики в РФ. Как оправдание для мертвящего господства новых феодалов и окончательного установления у нас дома феодальной деспотии. Здесь чем больше терактов внутри РФ и против нее – тем легче все в стране «закатать под асфальт». Конституционный «судья» Зорькин уже заявил о необходимости ввести «военную суровость». Видимо, турки сбивают наш самолет – а наказывать с «военной суровостью» будут, например, дальнобойщиков. Или каких-нибудь протестующих против непосильных тарифов ЖКХ. Под предлогом борьбы с «агентами Госдепа». Защищаются-то прежде всего власть и барыши правящего бомонда, а не страна…

Так что – побоку турецкую истерию. Наше дело – помочь всем, чем можем, дальнобойщикам. А с Турцией власть сама разберется.

Правда, супротив нее играют игроки куда сильнее – хозяева США. Они вполне могут придумать еще одну «засаду». Им, как вы понимаете, целостность Турции – до лампады.

Путину противостоит очень идейный враг. Конфликт с Турцией легким не будет.

Мы всегда говорили о том, что Сирийская экспедиция русским не нужна. Не наша эта война – в отличие от борьбы за Новороссию. Что увязание в сирийской трясине породит лишь новые проблемы. Так оно и случилось: вспыхнул конфликт (пока еще невоенный) с турками. И вот тут Кремль ждет нелегкий экзамен. В виде фанатика, нового османа – Реджепа Эрдогана. Он, конечно, враг и в спину бьет (как истый сын Востока). Как там Артем Веселый в «России, кровью умытой писал»? Для азиата кровь – что лимонад. Но при всем том сей новый осман – противник идейный, принципиальный. Для него деньги – не цель, а средство достижения главного дела жизни: воссоздания Блистательной Порты (Турецкой империи).

Выдержит ли сей экзамен российская «элита», состоящая из охотников за баблом?

Смешное действо

От пресс-конференции замминистра обороны РФ Антонова остается – как бы это помягче сказать? – странное чувство. Эрдоган участвует в нефтяном бизнесе ИГИЛ, его лицо замазано нефтью. Риторика Антонова напоминает риторику советских коммунистических руководителей из Средней Азии. Цветистая лирика. Правда, цифра прозвучала – доход ИГИЛ от торговли нефтью – 2 млрд. долларов в год. Если учесть, что нефть игиловцы сбывают за половину от мировой цены, то еще где-то столько получают их контрагенты-покупатели и перепродавцы.

То есть, в лучшем случае сын Эрдогана Билял имеет где-то около миллиарда долларов в год. На фоне барышей российских начальников и их деток – цифра скромная.

Вообще, если верить бредням россиянских пропагандистов, то ИГИЛ добывает какой-то безбрежный океан нефти в год, которая тайно заливает мировые рынки, и торгуют этой «левой» нефтью чуть ли не Ротшильды с Рокфеллерами. На самом деле, даже в лучшие времена Сирия добывала не более 40 млн. тонн нефти ежегодно. Сейчас, когда в руках ИГИЛ оказались два нефтяных поля Сирии и немного нефти в районе иракского Мосула, добыча нефти закономерно упала. Ведь исламские боевики не могут использовать передовые технологии, кадров специалистов у них мало. Трубопроводную инфраструктуру они использовать не могут. По самым большим оценкам, имеют они 40 тысяч баррелей в день. Если учесть, что 7,41 барреля иракской нефти по шкале ОПЕК 1999 г. – одна тонна, то выходит, что ИГИЛ имеет примерно 19,7 млн. тонн нефти в год. Даже если игиловцы продают ее по 25 долларов за баррель, то они должны получать 3,65 миллиарда долларов в год. Но МО РФ говорит о 2 млрд. Стало быть, добыча у халифатовцев – всего около 10 миллионов тонн.

Это для мирового рынка – капля в море. Две Чечни. Так что о бредовых фантазиях штатных лизоблюдов стоит забыть. Бизнес семьи Эрдогана на незаконной нефти не очень велик. Да и уязвим: разбомбить вышки на трех нефтяных полях Сирии и севера Ирака – раз плюнуть.

Поэтому выступление Антонова больше напоминает довольно беспомощный скулеж. Вместо того, чтобы сбить турецкий истребитель в ответ, Эрдагана обзывают нехорошими словами, не предъявляя толком никаких доказательств. Мол, пусть турецкий народ решает его судьбу. В ответ Эрдоган, конечно, может заказать перевод российских СМИ, вылезть на трибуну и поведать миру об интересных занятиях кремлевского ближнего круга. Ну, там о Шувалове, «Газпроме», «Роснефти», о состоянии Самого. О Грефе. О страшном воровстве на строительстве космодрома «Восточный». О Ротенбергах. Или вот Навальный историю про семью прокурора Чайки подогнал вовремя. Мол, сами вы – бандиты и мафиози. И вся дискуссия сведется к взаимной перепалке:

– Теневой торговец, гангстер! Ату его, турецкий народ, ООН и НАТО!

– Да у вас самих рыло в пуху! Ату их, русские, ООН и ФАТФ!

Когда судят по себе

Видать, рассейское начальство считает, будто Эрдоган умрет от страха, если возникнет угроза гибели его семейного бизнеса. Если вдруг исчезнут теневые доходы и пропадут миллиарды. Кажется, ребята о Главном Турке судят по себе.

Но тут промашечка выходит. Коварный и жестокий Эрдоган из иного теста сделан. Для него высшая ценность – не деньги, а власть. Причем власть не сама по себе, а как орудие для воплощения его мечты о создании Новой Османской империи. Отбери у него теневой доход – и он, конечно, поморщится, но продолжит дело своей жизни. В этом Эрдоган в принципе отличается от тех, для кого власть – только средство нахапать и набить личные карманы. Эрдоган не делал карьеры на развале и разграблении Турции: он за свое правление (не имея нефти и газа) поднял промышленность страны и удвоил ее ВВП. Он опирается на текстильных, швейных, обувных промышленников, на производителей частей к автомобилям, на машиностроителей (чего стоит турецкая программа «Национальный корабль»!). За ним стоят производители бытовой электроники из Вестел-сити.

Нашего врага-турка никто не назначал преемником. Власть не падала на него с неба, как трофей. Он выдержал жестокую борьбу на пути к власти, он смог согнуть в бараний рог турецких генералов-кемалистов. Слабовольным и нерешительным Эрдогана не назовешь. Что он и показал в случае и с Су-24М, и с защитой туркоманов, и со стремлением оторвать север Сирии (это его Крым и Новороссия разом). Он стремится к построению Турецкой империи-2, а эта цель – никак не корыстная. Да, сей план нам враждебен, но это – совсем не пилеж и не дележ бюджета, как в РФ.

Так что попытка запугать Главтурка уничтожением личного бизнеса – это перенесение представлений россиянской «элиты» о том, что хорошо, а что плохо, на противника. Это – попытка мерить врага по самой себе. И тут промашка выходит. Ведь идейный, целеустремленный и волевой фанатик во главе 81-миллионной страны с 700-тысячной армией всегда будет сильнее оравы циничных ворюг, пускай и обладающих ядерным арсеналом.

Так что экзамен для бомонда РФ окажется ой каким нелегким!

Он ведь тоже наблюдал за событиями вокруг Новороссии…

Коварный, но смелый вражина Эрдоган – не слепой. Он тоже наблюдал за событиями на Украине и в РФ с начала 2014 года. Вывод его очевиден: доблести и воли у Москвы не хватает, раз она бросила республики Донбасса в подвешенном состоянии, в ужасающей нищете. Раз так и не сумела разделить Украину и стала оправдываться некоей «войной с ЕС». Он наверняка расценил сирийскую экспедицию как попытку замазать провал с Новороссией. Как волк с хорошим чутьем (интуицией), он понял: при неожиданном ударе Москва стушуется, растеряется. И коль она отступила в случае с Донбассом, не смогла действовать быстро и ошеломительно весной 2014-го, то применения ею ядерного оружия можно не бояться.

Вот он и ударил в спину. Причем так, что вниз рухнул не один лишь бомбардировщик РФ, но и весь образ ее главы как невероятного крутого супермена. Надо сказать, удар очень болезненный. Эрдоган как бы говорит: «Ну, и что вы со мной сделаете? Мы, турки, свою армию в 90-е до катастрофы не доводили, мы все время ее укрепляли и умножали наши ВМС. Воевать с нами напрямую, без ядерного оружия, вы не в силах. А ядерный потенциал вы никогда не осмелитесь применить…»

С точки зрения приверженца новой индустриализации

Максим Калашников смотрит на Сирийскую авантюру и на конфликт с Турцией глазами адепта новой индустриализации, взглядом среднего и малого бизнеса.

Считаю, что трагедия с Су-24М и конфронтация с Турцией – это закономерное последствие ввязывания российского бомонда в совершенно ненужную стране войну. Войну, которая несет нам только распыление сил, бессмысленное сожжение ресурсов для новой индустриализации, непомерные налоги и поборы. Нам была бы понятна иная война: за присоединение Донбасса. Каковую можно было завершить на несколько дней в апреле 2014 года, просто купив власти городов и местных силовиков. Здесь – очевидная выгода. Мы получали индустриально и аграрно развитый регион, с отличными гаванями, причем бескровно. Совершенно нетронутым. Происходил акт воссоединения русского народа, и мы получали в распоряжение сотни тысяч отлично подготовленных рабочих, техников, инженеров. С неразрушенной системой профтехобразования.

Нам было бы понятно, если бы одновременно Путин выбросил из власти сислибов-ненавистников национального реального сектора. Если бы создал из нашей среды новое правительство и руководство Центробанка, положив начало индустриализации-мобилизации. Подлинному развитию, а не просто импортозамещению. Если бы наш реальный сектор получи живительные доступные кредиты.

Такая война нам понятна. Она – нам по душе. Но вместо этого мы получили увязание страны в заведомо проигрышной авантюре, которая для национальных интересов просто бессмысленна. На черта нам ближневосточный серпентарий из вечно грызущихся племен и кланов? Чего будет стоить военная база в Сирии, если базы НАТО появятся в Одессе, Очакове, Николаеве и Херсоне – на расстоянии выстрела в упор до Москвы? Зачем нам Сирия, если никакой победы на терроризмом исламистов это не принесет, а посуху к нам ИГИЛ никогда прийти не может?

Теперь же мы получили явную перспективу того, что турки начнут перебрасывать боевиков ИГИЛ к нам. Через Азербайджан. Через Туркмению, которая на Турцию молится. Пускай ручейком, а не тысячами с танками и самоходками, но все же! Если теперь возможен тайный сговор Анкары и Вашингтона ради разжигания исламского терроризма внутри РФ? Если в рукаве наших врагов явный козырь: пока вы увязли в Сирии, мы начнем операции через Афганистан и Среднюю Азию. Да еще можем и в Карабахе войну начать.

Нет, такие «успехи во внешней политике» нас совсем не устраивают! Затяжная бессмысленная война только покончит с экономикой РФ, только ускорит ее падение. Мнение Максима Калашникова: чтобы сохранить лицо, сшибите один самолет турок в ответ (войны это не вызовет). Но в Сирии – начинайте постепенный выход из авантюры. Пусть там воюют иранцы и европейцы. Можно помогать Тегерану оружием. Но не более того!

Усилия же надо перенаправить на решение проблемы Донбасса. На борьбу с кризисом своей экономики. На чистку высших эшелонов от сислибов. На выработку Нового курса – индустриализации РФ. Потому что вести войну, имея экономику сырья и ростовщичества, воровства и полной финансовой зависимости от Запада – это гарантированное поражение РФ. Это – угроза ее коллапса и развала.

Не хотите слушать? Продолжите биться в сирийской паутине, аки муха, запутываясь все сильнее и сильнее? Получая все больше и больше новых кризисов? Не имея уже ни сил, ни времени, ни ресурсов на спасение экономики? Вырубая под корень малый и средний бизнес, удушая его налогами и недоступностью кредита?

Тогда – пеняйте на себя, господа. Тогда повторится история вековой давности. Эрдоган – это оселок для вас, бомонд РФ. Нынешняя Турция, конечно – не кайзеровская Германия. Но зато она очень похожа на Японию начала XX века…

Они ведь тоже маразматики

Думаю, особого смысла слушать пресс-конференцию 17 декабря нет. Все равно нужны решений по смене социально-экономического курса не будет. Система впала в то же слабоумие, что и брежневская в конце 70-х. Фарс доиграют до финала – до разрушения Системы под ударами экономического кризиса. Теперь это можно сказать совершенно отчетливо. Сформировалась стойкая примета: нефть и рубль рушатся как раз под декабрьские ритуальные пресс-конференции. Система тупо повторяет судьбу КПСС. Никакая сирийская авантюра, никакие потуги заменить реальные дела внутри страны внешнеполитической шумихой положения не спасают.

Спасать положение должны будут уже иные люди. Если, конечно, смогут взять управление в свои руки после неминуемого финала нынешней клептократии. Втянувшись в Холодную войну-2, Система уже проиграла ее экономически.

Набиуллина как показатель «элитного» слабоумия

Последние высказывания Набиулиной о том, что уровень инфляции важнее курса рубля, что граждане РФ получают зарплату в рублях и тратят ее в рублевых магазинах – показатель того слабоумия, которое поразило бомонд «беловежской России». Набиулина давно была в магазине? Много она видела в них товаров из РФ? Телевизоров марки «Горизонт»? Смартфонов производства Бердского радиозавода? Отечественных лекарств? Этой клинической либерал-монетаристке, кажется, невдомек, что даже отечественные товары содержат в себе тьму импортных, покупаемых за валюту, составляющих. Девальвация рубля, как показал Сергей Глазьев – это 75 % инфляции теперь. Никакое сжатие рублевой массы и запредельные проценты по кредитам не предотвращают такой инфляции.

Да и прочей инфляции они тоже не мешают. Четверть века ЦБ пытается бороться с ростом цен сжатием рублевой массы и огромной учетной ставкой, делающей займы непосильными для науки, промышленности и аграриев. То есть, из-за девальвации импортные и «условно-российские» товары дорожают, но наладить производство своих товаров невозможно, ибо заводы и фабрики не могут получить долгого кредита под 1–5 % годовых. При этом, как ни сжимай рублевую массу и как ни губи из-за этого реальный сектор, инфляция все равно есть. Потому что естественные монополии раздувают тарифы. Их затраты никто не контролирует. Да еще вот и новый дорожный налог Ротенберга на грузовики вводят. Растет немонетарная инфляция издержек. Она росла и в 1996-м, когда денежная масса сжималась до 10 % от ВВП.

Но с маниакальным упорством ЦБ и правительство идут этим курсом, выполняя сто раз обанкротившиеся догматы МВФ. При этом зарабатывая похвалы от президента.

А это и есть слабоумие Системы, ее невменяемость.

Как при Брежневе

Мне это очень здорово напоминает юность и пик брежневского маразма. Помню ноябрьский пленум ЦК КПСС 1981 года. Итак, в стране (кроме Москвы и Ленинграда) с 1975 года с прилавков исчезает мясо. На севере РФ-РСФСР в магазинах – шаром покати, с 1978 года талоны на колбасу появляются в Мурманске. Да-да, именно тогда, а не при Горбачеве в 1989-м. В начале 1980-х первый секретарь Свердловского обкома КПСС Борис Ельцин, по выражению Лигачева, сажает область на талоны. А Леонид Ильич Брежнев в ноябре 1981 года впервые заявляет, что в снабжении городов мясом «наметились некоторые перебои». Мы тогда смеялись: заметил, наконец-то! «Перебои» – это полный голяк.

Параллели очевидны. Сегодня наша власть (вот уже лет десять подряд) говорит о том, что надо уходить от статуса сырьевой экономики. Тогда, в 70–80-е годы, Брежнев глаголал о том, что надо отказаться от экстенсивного развития экономики и перейти к экономике интенсивной, расти за счет увеличение производительности труда, автоматизации, передовых технологий и т. д. Мол, экономика должна стать экономной – снижать издержки. Но тогда Система все равно на 90 % продолжала переть по привычному экстенсивному пути. То есть, строить все новые предприятия, больше добывать, задействовать все больше работников. А прилавки магазинов неудержимо пустели. Потому что Система не хотела интенсивного пути, потому что разрушалась привычная и удобная для нее реальность. Она тупо вбухивала миллиарды в село и в дотации на продукты, хотя это давало все меньше и меньше отдачи. Но не желала начинать нужные реформы: развитие частного сектора, бригадного подряда и аренды, введения системы Чартаева (трудовая собственность). Деньги в агропром вливали огромные – а они пропадали в бесхозяйственности и равнодушии. Но КПСС не желала появления собственников, предпринимателей, «чартаевских» кооперативов. И продолжала тупо двигаться по пути «экстенсивщины». Максим Калашников отлично помнит те времена. Когда в Одесской области просто запахивали поля с красными, вкуснейшими помидорами с два кулака величиной. Ибо сил убрать их не было, а разрешить частным лицам их собирать по принципу «Два ящика – государству, один – себе» власть не желала. Ибо, понимаешь, люди же на рынках торговать примутся собранным, это же частный бизнес, нарушение принципов социализма!

Но сегодня мы видим тот же самый маразм, тот же догматизм, пускай и с либерально-монетаристским окрасом. Система только говорит о слезании с сырьевой иглы, но на деле продолжает насаживать на нее РФ все глубже и глубже. Ибо несырьевая экономика есть смерть нынешней «элиты» воров, сырьевиков и ростовщиков. Так же, как и интенсивный путь развития в 70-е нес конец всевластию КПСС. Коль брежневщина, вопя об интенсивности, продолжала экстенсивщину, то маразматики наших дней маниакально, четверть века подряд, продолжают политику сжатия рублевой массы и дорогого кредита. При этом не создавая ни адекватной системы планирования, ни набора истинных мегапроектов развития, ни решаясь на реальную – а не словесную – индустриализацию РФ.

Скажи, читатель, хотя бы и сам себе: неужели это может кончиться иначе, чем кончилось в 1980-е? Мы видели социалистических маразматиков. Теперь пришли маразматики либерально-монетарные. А маразм заканчивается плохо. Независимо от его идеологической окраски.

Финал неминуем

Экономическое разрушение нынешней Системы уже неизбежно. Есть эффект дежавю. Что в декабре 2014-го падали нефть и рубль, что в декабре 2015-го. Что тогда ни черта не сделали, чтобы вырваться из импортно-сырьевой ловушки, что теперь (Максим Калашников об заклад бьется) не сделают. Никто не отправит в отставку ни Набиуллиной, ни правительства. Никто наверху не подберет новую, адекватную команду. Да не из кого им там ее формировать. Там – один и тот же круг лиц. Сегодня инвалидов называют людьми с ограниченными возможностями. Ныне правящих считаю ограниченными людьми с неограниченными возможностями. И, увы, такие деятели приведут РФ к такому же финалу, как и Брежнев.

Вместо того, чтобы с 2014-го заняться индустриализацией (лучше поздно, чем никогда) и включить Донбасс в состав РФ, бомонд втравил страну в еще одну войну – в Сирийскую авантюру. Бомонд продолжает воровать, расплескивать ресурсы и жить на экспорте сырья. Сколько еще нужно доказательств того, что здесь преобладают шкурно-классовые интересы? Что никакой смены курса даже не предвидится? Что рекомендации Сергея Глазьева, МЭФа, «Деловой России» неизменно полетят в корзину для бумаг?

Если маразм и слабоумие поразили Систему, ее уже ничем не спасти. Даже полной покорностью ей. Система нам обеспечит крах экономики. Вот к нему и надо готовиться. Потому что за таким крахом последует революция. Можно визжать: «Не хочу! Никогда!» – но это мало что изменит. Революции делаются наверху, и сейчас исключений не будет. Экономический крах обрекает часть «элиты» на уничтожение. Именно эта часть и воспользуется экономической преисподней, профинансировав и организовав уличные протесты.

В затяжной Холодной войне-2 сирийские бои – так, ерунда на постном масле. Все решат крепость экономики, ее промышленная развитость, суверенность и мощь финансовой системы. Здесь бесполезно клепать оружие: оно не спасает, коль экономикой управляют набиуллины, улюкавеы и силуановы. И нефть обрушивают в ходе именно экономической войны.

Тут сколько ни пали «калибрами» по ИГИЛ, сколько ни бомби «тапочников» – не поможет. Только быстрее разоришь экономику и приведешь к появлению ИГИЛ в обездоленных, разоренных регионах самой РФ. Но именно это и делает слабоумный истеблишмент. Он попал в такую же колею, как и Брежнев в середине 70-х. Он хочет жить, ничего не меняя. А это и есть вернейший залог катастрофы.

Еще раз призываю всех умных: в преддверии неминуемого – начнем процесс сплочения. Прежде всего – малого и среднего бизнеса. На основе Хартии-2016.

Нам предстоит тяжелый и опасный путь. Но никому, кроме нас, не удастся разобрать руины после маразма теперешней Системы. Нам – а не кому-то – придется потом строить новую Россию.

Решение на планомерное уничтожение малого и среднего бизнеса принято на самом верху?

Когда два придворных повторяют одно и то же друг за другом, это – явно оглашение высочайшей воли. Эстафету речей о смерти малого и среднего бизнеса в РФ вослед за главой ВТБ Костиным принял кремле-политтехнолог Минченко. Стало быть, дело об уничтожении целого социального слоя принято.

Чем ответим, друзья-промышленники и предприниматели? Пишу сей текст с позиции приверженца новой индустриализации и выразителя интересов как раз малого и среднего бизнеса.

Малый и средний бизнес все равно умрет

Банкир Костин в присутствии Путина на форуме «Россия зовет» нагло заявил, что кредитовать малый и средний бизнес нельзя. Лощеный придворный политтехнолог Евгений Минченко на встрече с непарламентскими партиями (ее устроила «Родина» 19 ноября) высокомерно поучал нас. Мол, ставить на малый и средний бизнес нельзя – он все равно умирает. Надо (цитирую по памяти) научиться продавать себя новому электорату, учиться новым политтехнологиям.

Я ему ответил: надо не продавать себя, а быть самим собой. И не превращать политику в балаган. А если в стране будет уничтожен малый и средний бизнес, то в стране появятся политтехнологии в духе Мозгового и Бэтмена.

Охотно разверну свою мысль. Только идиот может думать, что искоренение малого и среднего бизнеса в РФ приведет к советскому социализму. Нет, вы получите царство наглых и ленивых госкорпораций, прожорливых, сращенных с нынешней властью монополий. Намертво пораженных и коррупцией и преклонением перед всем импортным. Даже не капиталистических, а феодальных. Сырьевых, «отверточных», торговых, ростовщических. Совершенно неконкурентоспособных. Естественно, работы всем они дать не смогут, а сделать всех бюджетниками – невозможно. Мы попадем в некую «полпотовщину навыворот», в социальный ад. В новый рабовладельческий строй. Будут уничтожены самые умные и предприимчивые люди, сумевшие поднять свои предприятия в неимоверно враждебных условиях. Без доступных кредитов, без нормальных налогов, в условиях дикого чиновного рэкета РФ. Это – золотой фонд нации, единственный кадровый резерв для национального возрождения. (Об этом может долго говорить глава научного совета треста «Гидромонтаж» Александр Буренков, наш друг). В стране нет иных толковых руководителей, способных поднимать производство. Если их уничтожить, то в стране исчезнут предприниматели, а останутся (как любит говорить Буренков) циничные и бесплодные «коммерсюки». Ну, еще сырьевики, чинуши и ростовщики останутся. И это – финал РФ.

Между прочим, настоящий социализм – это многоукладность. Когда тебе есть и госпредприятия, и народные предприятия, и частные, и кооперативы.

Новый курс власти, таким образом, должен уничтожить Диму Сапрыкина, в компании которого советские специалисты смогли сохранить школу русского лазерного станкостроения. Наших знакомых из «Спецавиа», сумевших сделать русский стереопринтер для «печати» жилых домов. Наших друзей-производителей сельхозтехники. Сергея Серебрякова с его тракторами «Кировец» (уже новых марок). Наших друзей-фитохимиков из «Биоцевтики», спасших советскую технологию холодной углекислотной экстракции для пищевой, лекарственной и косметической отраслей. Моего друга Робура (не называю его имени) с командой строителей дронов-беспилотников. Команду Чистякова, сумевшую сделать удивительные лекарства из экстракта березовой коры. И еще тысячи и тысячи людей, которые появляются на официозном сайте «Сделано у нас». Ибо все они – это производственный научно-технический малый-средний бизнес. Спасший и развивающий то, что расейского жадно-скаредное государство выбросило и норовило уничтожить что при Ельцине, что после него.

Что ж теперь государство почти открыто говорит о том, что малый и средний бизнес ему не нужен. Что оно будет строить (на базе сырьевой недоэкономики) новое кастово-рабовладеческое (или в лучше случае феодальное) общество. Спасибо за откровенность. Никакого капитализма в РФ не было и нет. Население же будет превращаться в туповатых люмпенов и иждивенцев, коим нужны политики-клоуны. Под нож пустят те самые фирмы-«газели», о коих любить писать журнал «Эксперт».

Мрак 2016 года

Что я хочу сказать вам, друзья мои из малого и среднего бизнеса? Мои единомышленники? Политическая кампания 2016 года будет верхом произвола и маразма. Через год – с нынешней-то политикой власти – экономика если не развалится, то будет на грани развала. Политтехнологическо-пропаганлистсий бред (помноженный на военный угар) достигнет апофеоза. На выборах будут валить (не допускать к ним) тех, кто вменяем, и кто не относится ни к одной из тупиковых ветвей: ни к холуям-охранителям, ни к «белоленточным»-навалистам. Последние буду загонять ошалевший электорат голосовать за власть как за наименьшее зло. А война в Сирии на фоне падающей экономики только усугубит ее падение.

Власть знает, что электорату будет плохо – и потому готовится натравить массы люмпенов на малый и средний бизнес, и без того замордованный налогами. Применяется прием отведения от себя недовольства и принципа натравливания одной части подвластных на другую. Нищающий народ должен громить малый и средний бизнес, но зато придворные ротенберги и прочие олигархи останутся неприкосновенными. Массы должны сами установить новое рабовладение.

Никакая «Единая Россия» вас уже не защитит. Вы сами виноваты в этом положении: нужно было раньше создавать СВОЮ общественно-политическую силу, а не надеяться на власть и отсиживаться каждый в своей норке. Но теперь уже поздно заниматься укорами: надо думать, как быть дальше. Если вы, конечно, не собираетесь бежать из РФ.

Наша надежда

Надежда наша – в том, что сейчас у власти наблюдается явная шизофрения (раздвоение личности). То есть, она пытается вести внешнюю воинственную политику почти в духе Сталина или Петра Великого, при этом имея совершенно хилую, сырьевую, неотмобилизованную экономику. При этом огромные расходы на войну она совмещает с огромными расходами на свои «имиджи»: ЧМ-2018 по футболу, фестивалем-2017 и Кубком конфедераций в том же 2017-м, с Универсиадой-2019. Система не понимает, что такое – отказываться от ненужных затрат ради главного. Она вообще не знает, что такое мобилизация.

Это пустит экономику под откос. Причем без всякого нашего участия. И планы власти тут могут пойти насмарку. Никакая пропаганда и теракты не предотвратят экономического финала.

Поэтому именно мы сегодня – потенциальные спасители страны. Вы, друзья-промышленники и предприниматели, смогли выжить в «парке Юрского (Постсоветского) периода», с архидорогими кредитами и без всякой поддержки государства. Но если вам дать те же меры поддержки, что обеспечивает своему бизнесу любое нормальное государство (дешевые кредиты под развитие, налоговые льготы и вычеты, защиту внутреннего рынка, продвижение отечественного бизнеса на экспортных рынках с помощью выбранных нами политиков), то вы просто в клочки порвете изнеженный западный бизнес. Вам равных не будет. И страну вы из мерзости-деградации поднимете.

Если мы создадим свою власть, то у нас не работодатели, а сами граждане, сполна получая заработанное, будут платить налоги. Тогда они преобразятся до неузнаваемости: перестану интересоваться лишь халявой футболом и пивом, перестанут голосовать за пустобрехов и паяцев, начнут интересоваться бюджетом, рациональностью затрат государства, работой начальства. Они станут читать статьи по экономике и понимать, зачем нужны бизнес, промышленность и сельское хозяйство, приносящие работу и доходы в бюджет. Ибо когда миллионы людей будут САМИ (а не через нас) платить налоги – тогда они и думать научатся, и активность обретут.

Что нужно делать сегодня? Всеми способами поддерживать не «белоленточное» и не охранительное направления (это – два тупика), а именно наше. Третью силу. Ту, что совмещает патриотизм, великодержавие, сильную армию – и свободу гражданина. Ибо лишь та страна будет имперской, великой, где гражданин – не раб, не тупой люмпен, а именно гражданин.

На первых порах нужно поддержать такие гражданские протесты, как «антиротенберговское» выступление дальнобойщиков. Они сейчас за всех нас сражаются. (Их представители будут на «Рой ТВ»). Думаю, что будут и иные протесты. Нужно создавать широкий фронт, требуя отставки нынешнего правительства и руководства ЦБ и формирования правительства национального спасения. Это – наш гражданский долг. Так мы спасаем РФ от падения. От того, что потерявшая рассудок власть сама себя завалит – и трон захватят прозападные дегенераты-сислибы. (Как они «умеют» заботиться о малом и среднем бизнесе, мы знаем и 90-х годов и по сию пору: они и сейчас заправляют экономикой в правительстве и ЦБ). Надо совмещать индустриальное, национальное и социальное в одном порыве. Иного выхода у нас нет.

Если мы сможем отправить в отставку правительство Шувалова-Медведева (вместе с кошмарной Набиуллиной), то сделаем первый шаг к смене социально-экономического курса мирным путем.

Альтернатива? Впадение РФ в жесточайший системный кризис, полная невменяемость начальства, коллапс и развал.