– Мам, я дома! – крикнула я, открыв входную дверь.

– Привет, малышка. Как дела в школе?

Я подошла к маме, обняла ее, и мы поплелись на кухню приготовить мне перекусить. Так у нас заведено, когда я прихожу домой.

Когда мы вошли в кухню, мои старшие братья – Джексон с близнецами Мейсоном и Купером, – занимались за столом уроками. И с ними сидел самый красивый мальчик, какого я когда-либо видела.

– Кензи, прикрой варежку, – рассмеялся Джексон.

А я стояла и глазела на мальчика. Не могла оторвать глаз.

– Заткнись! – прошипела я брату как раз в тот момент, когда мальчик поднял на меня взгляд и, увидев, что я на него смотрю, улыбнулся.

Я быстро взглянула на маму. На ее лице расплылась широкая улыбка.

– Что будешь есть?

– Я не голодна. – Ни за что не буду есть при нем. Из-за него у меня в животе порхают бабочки. – Ничего, если придет Хейли?

Я услышала, как Мейсон застонал и пробормотал:

– Ну нет, опять она!

– Конечно, пускай приходит, – ответила мама, наливая в стаканы сладкий чай.

Взяв с кухонного островка радиотелефон, я позвонила Хейли и попросила ее прийти.

Она вошла в кухню, как к себе домой, но застыла, заметив, кто сидит за столом. Я рассмеялась и убежала к себе в комнату, Хейли, естественно, побежала за мной. Едва закрыв за собой дверь, она развернулась и спросила:

– Эм-м, Кензи, а что за мальчик сидел за столом?

– Понятия не имею. Но симпатичный, правда?

– Еще какой. Надо спросить у твоей мамы. – Смелость у Хейли в крови. Она всегда действует напролом.

– Ни за какие коврижки, – покраснела я и уселась на стул перед туалетным столиком.

– Наверное, он только что сюда переехал. – Подруга взяла со столика щетку, чтобы расчесать мне волосы. – Возле школы я его ни разу не видела.

Кто-то постучал в дверь.

– Войдите.

– Так и думала, что вы здесь. Вот твой чай, милая. Привет, Хейли, будешь что-нибудь пить?

– Нет, спасибо, миссис Си[1]. А кто это там внизу рядом с Мейсоном? – Дайте Хейли волю, и она спросит прямо в лоб.

Мама посмотрела на меня и улыбнулась:

– Хантер. Он только что переехал сюда вместе с мамой и сестрой Джейлин.

– Сколько ему лет? – спросила Хейли, заплетая мне косу.

– Тринадцать, как и близнецам.

Даже в тринадцать лет Хантер свел с ума всех девочек в школе. Его темно-каштановые волосы казались почти черными. А от ясных голубых глаз и симпатичной маленькой ямочки на правой щеке, которая появлялась всякий раз, когда он улыбался, девчонки падали в обморок.

С того дня меня тянуло к Хантеру, и я чувствовала, что так будет всегда.

С тех пор как семья Хантера сюда переехала, летние каникулы наши семьи проводили вместе. В этом году мы отдыхали в Вирджиния-Бич. Недалеко от берега пронесся ураган, поэтому из-за ветра и дождя нам пришлось сидеть в палатках или в трейлере. Взрослые выбрали трейлер. У мальчиков была палатка просторнее, поэтому именно там нас устроили родители, подкинув несколько настольных игр. Однако в дурацкие детские игры никто играть не хотел. Джейлин и Хейли проголосовали за то, чтобы сыграть в «Правду или расплату»[2]. И, конечно же, Хейли начала с меня.

– Правда или расплата? – спросила подруга.

Я посмотрела на нее и улыбнулась, зная, что любой ответ сулит мне неприятности. Что бы я ни выбрала, это затронет Хантера. Хейли была единственным человеком, кто знал о том, что я по уши в него влюблена. Джейлин, возможно, догадывалась о моих чувствах к ее брату, но напрямую я ей об этом никогда не говорила.

– Расплата.

Хейли ухмыльнулась:

– Выйди с Хантером из палатки и под дождем его поцелуй.

Трое братьев дружно заворчали. Хантер уставился на меня широко открытыми глазами, в то время как Хейли и Джейлин рассмеялись и хлопнули друг друга по ладони. Такого я от подруги никак не ожидала, тем более в присутствии моих братьев.

– Ни за что. Этого не будет, – сказал Мейсон.

Все еще смеясь, Хейли посмотрела на него и заявила:

– Расплата есть расплата.

Хантер протянул мне руку и помог встать с надувного матраса. Джейлин отодвинула полог, чтобы мы могли выбраться наружу.

Ливень постепенно стихал, переходя в моросящий дождик. Держась за руки, мы с Хантером вышли и повернулись друг к другу.

– Готова? – спросил он. В ответ я кивнула, и он добавил: – На счет три. Раз. – Хантер шагнул ко мне. – Два. – Я сделала последний шаг, и теперь мы стояли почти вплотную. – Три.

Наши губы соединились, и я почувствовала себя так, словно кто-то ударил меня и вышиб весь воздух из легких. Это было сладко и опьяняюще. И я не хотела, чтобы это заканчивалось. Едва наши губы соприкоснулись, братья тут же подняли шум.

– Ладно, приятель, хорош уже, – буркнул Джексон.

– Чувак, это же моя сестра. Заруби на носу: чтоб я твоего рта и близко к ней больше не видел, – сказал Мейсон.

– Ага, иначе будут проблемы, – добавил Купер.

Этот поцелуй – мой первый поцелуй! – я не забуду никогда. Может быть, для Хантера он ничего не значил, но для меня будто открыл целый мир.

У меня бушевали подростковые гормоны, и в связи с этим Хантер стал огромной проблемой. На самом же деле беда заключалась в том, что он меня не замечал. По крайней мере, я так думала. Он постоянно встречался с девчонками из нашей школы, а я смотрела на все это и кипела от злости. Я хотела быть той, с кем он целуется в кинотеатре. Той, с кем в этом году он пойдет на выпускной бал. Я хотела быть подружкой Хантера.

– Готова идти? – Хейли без стука вошла в мою комнату, выдернув меня из омута жалости к себе.

– Ага, осталось только накраситься. – Я схватила с туалетного столика косметичку, которую мы с мамой купили только вчера.

– Ты же не красишься, Кензи. Не нужно тебе это дерьмо, – сказал Купер, стоя в дверном проеме.

– Пошел вон! – Я шагнула к двери и попыталась ее закрыть, но брат вставил в щель ногу.

– Чувак, ты что делаешь? – услышала я голос Хантера еще до того, как увидела его самого.

Открыв дверь, я скрестила руки на груди.

– Я пытаюсь закрыть дверь, а этот осел не дает.

Купер наградил меня мрачным взглядом:

– Отдай косметику, Кенз, и я уйду.

– Еще чего, – взвилась я. – Вали отсюда!

– Что за крик, черт вас дери? – спросил Мейсон, появившись позади Купера и Хантера.

– Она думает, что в таком виде может пойти с Хейли, да еще и намалеванная всяким дерьмом, – ответил ему Купер.

От отчаяния я сжала кулаки, подошла к шкафу и вытащила босоножки. Моя сегодняшняя одежда ничем не отличалась от той, что я носила каждый день. На мне была обтягивающая майка и узкие джинсы – нормальный повседневный наряд.

Хантер положил руку на плечо Купера:

– Оставь ее в покое. И пошли уже на баскетбольную площадку.

В который раз Хантер оказался на моей стороне, пытаясь сгладить острые углы.

– Ни фига, сначала пусть отдаст мне это дерьмо.

– Боже мой, ребята, может, хватит уже? Мы просто идем в кино. В чем, блин, проблема? – спросила Хейли.

Мейсон оглядел ее, потом меня и вдруг заявил:

– Прекрасно, тогда мы идем с вами.

Они с Купером ушли, а Хантер перевел взгляд с косметички на меня.

– Тебе и правда это дерьмо не нужно. Ты и так красивая.

У меня перехватило дыхание. Я не знала, что сказать, поэтому промолчала. Хантер кивнул мне и пошел вслед за моими братьями. Раньше он никогда мне такого не говорил. Лично я себя красивой не считала. Скорее, самой обыкновенной. Ростом я ниже многих учеников в моей школе, и даже в пятнадцать у меня больше округлостей, чем у большинства девушек. У меня длинные волосы темно-шоколадного оттенка, а благодаря ирландским предкам мне достались глаза цвета голубого неба и бледная кожа с веснушками.

– Не замечает, как же, – рассмеялась надо мной Хейли.

Зуб даю, я покраснела как рак.

В конце лета Хантер уехал в Университет Старого доминиона[3]  в Норфолке, штат Вирджиния. Для меня его отъезд стал сущим кошмаром. Я проплакала весь день напролет. Перед тем как уехать, Хантер зашел ко мне попрощаться, из-за чего ревела я еще больше. Я буду скучать по нашим ежедневным встречам, и мне кажется – но это секрет, – он тоже будет по мне скучать.

Когда Хантер в этом году вернулся из универа, я поняла, насколько в него влюблена. В тот день, когда он приехал домой на летние каникулы, я стояла на кухне в пляжном домике родителей и делала бутерброд. Хантер переступил порог, и я, заметив его, едва не порезалась. Он был... такой сексуальный. Парень, казалось, подрос еще больше и, очевидно, подкачался. Футболка натянулась на широких плечах, рукава туго обхватывали бицепсы. Волосы были немного длиннее, чем обычно, и выглядели так, словно их обладатель только что проснулся. В общем, глаз не отвести.

Он вошел и протянул руку над моей головой, чтобы взять из шкафчика стакан. Я подняла взгляд как раз в тот момент, когда его футболка немного задралась, открыв часть татуировки в виде надписи. На правом локте была изображена звезда, а левое предплечье украшал череп, объятый пламенем.

Взяв стакан и налив в него воды из холодильника, Хантер подошел и поцеловал меня в щеку:

– Привет, красотка.

– Тебе идут татушки, – пролепетала я, изо всех стараясь, чтобы голос оставался спокойным и ровным.

Он вытащил несколько чипсов из открытой пачки, которую я оставила на стойке.

– У меня еще есть. – Сунув чипсы в рот, Хантер стянул через голову футболку и бросил ее на стойку.

Я чуть в обморок не грохнулась. Загорелый мускулистый торс так и умолял протянуть руку и прикоснуться к нему. На левом боку тянулась надпись, которая начиналась под мышкой, шла вниз по ребрам и заканчивалась на бедре. Она гласила «Живи сегодня так, словно завтра умрёшь»[4]. Внизу живота, от бедра к бедру, таким же почерком было написано «Ни о чем не жалея». Я вздернула брови и ухмыльнулась. Улыбнувшись, он пожал плечами и повернулся, чтобы показать мне кельтский крест, занимавший большую часть его спины.

– Мой друг работает учеником мастера в тату-салоне, недалеко от моего университетского жилища, – объяснил Хантер.

– Мне нравится. – Кое-как я дошла до стула и взяла полотенце, висевшее на спинке. – Потом поговорим. Я собираюсь на пляж. – Здесь становилось жарко. Мне нужно было убраться отсюда, пока я не распустила руки.

Позже тем же вечером все собрались сходить поесть, но мне никуда идти не хотелось. Мне хотелось какое-то время провести с Хантером наедине. Поболтав немного с Хейли, я решила наконец рассказать ему о своих чувствах. Мне нужно было выяснить, чувствует ли он что-нибудь ко мне. Больше так себя мучить я не могла.

Я сказала маме, что останусь дома из-за несварения желудка. Хантер, всегда готовый за мной присмотреть, вызвался остаться и убедил маму, что позаботится обо мне. То есть поступил именно так, как я и ожидала.

После того как все ушли, я поднялась к себе в комнату и уже лежала в постели, когда вошел Хантер со стаканом имбирного эля и крекерами.

– Попытайся хоть немного поесть и попить. – Он обошел кровать и поставил все на прикроватную тумбочку.

– Со мной все в порядке. Просто мне не хотелось идти. – Я похлопала по кровати рядом с собой, приглашая его присесть рядом.

Поначалу он не сдвинулся с места. Просто уставился на меня, раздумывая, как поступить.

– Наверное, то, что я здесь с тобой – не очень хорошая идея, – наконец сказал он, садясь.

– Может быть, но в доме никого, кроме нас, нет. – Я села, оказавшись лицом к нему и коленом коснувшись его бедра.

C виду казалось, что Хантер раздражен. Я слегка толкнула его в плечо, чтобы он повернулся ко мне, и, потянувшись к нему, словно мотылек, летящий на свет, прикоснулась губами к его губам.

Когда наши губы слились в поцелуе, клянусь, вспыхнула россыпь фейерверков. Хантер поднял левую руку и положил мне на затылок, притягивая ближе. Правая рука легла мне на бедро, и он начал опускать меня на кровать.

Хантер навис надо мной. А потом внезапно его будто оттащили от меня. Он принялся ходить по комнате, запустив руку в волосы.

Потрясенная внезапной переменой, я спросила:

– Что-то не так?

Он остановился, на лице у него появилось страдальческое выражение. Потом снова начал ходить по комнате и наконец сказал:

– Этого не должно было случиться.

– Хантер, ты же все эти годы знал о моих чувствах к тебе. В чем проблема?

– Твои братья слетят с катушек. Ты забыла, как они отреагировали на наш последний поцелуй? – Его голос звучал так, словно это должно было ответить на все мои вопросы.

Я встала с кровати, расправила блузку и подошла к нему, заставляя посмотреть на меня.

– Что ж, тогда им придется с этим смириться. – Я сделала глубокий вдох. Была не была! – Я хочу тебя, Хантер.

Его глаза распахнулись.

– Что? Твою мать! – Он потряс головой. – Нет, не может быть. Не может, черт возьми, и точка. Ты заслуживаешь кого-то лучшего, чем я.

Такого я точно не планировала.

– Мне нужно идти, – заявил он и ушел.

В тот день он забрал с собой частичку моего сердца. Зато я получила ответ на свой вопрос, хоть он меня и уничтожил.

После произошедшего тем вечером в моей комнате Хантер вел себя как ни в чем не бывало. Продолжал со мной заигрывать, но делал все, чтобы мы больше никогда не оставались наедине. Мне все еще было больно от того, как все повернулось, но я считала, что должна радоваться тому, что есть.

Когда в тот год мы с Хейли и Джейлин вернулись в школу, я начала встречаться с Домиником, которого знала с детского сада. Доминик был полной противоположностью Хантеру. А мне того и надо было, чтобы хоть как-то отвлечься. Ростом он был ниже Хантера, худощавый, с лохматыми светлыми волосами и медово-карими глазами. Всегда заботливый и милый – именно такого парня я и хотела. Доминик был квотербеком нашей футбольной команды. По нему сохли все девчонки, но смотрел он только на меня.

Приехав домой на выходные в честь Дня благодарения, мои братья и Хантер познакомились с Домиником, которого я пригласила на обед. Он смело встречал нападки братьев, когда те угрожали ему по поводу встреч со мной. Большинство парней от таких угроз давно пошли бы на попятную, но Доминик и не думал отступать.

Хантер его ненавидел. Каждый раз, видя нас вместе, он настойчиво буравил Доминика взглядом и уходил из комнаты. Когда Доминика не было поблизости, Хантер флиртовал со мной как ненормальный. Мне это нравилось, но дальше флирта он не заходил. Именно поэтому я и решила остаться с Домиником.

Лето заканчивалось, и в следующие выходные мне предстояло отправиться в колледж. А на этих мы с лучшей подругой Хейли и сестрой Хантера Джейлин готовили вечеринку-сюрприз в честь двадцать первого дня рождения моих братьев-близнецов. До вечеринки оставалось всего несколько дней, и они знали, что мы что-то затеваем. Братья яростно опекали меня, потому что я была самой младшей в семье, к тому же единственной девочкой. Еще когда они были детьми, папа вбил им в голову, что они должны постоянно за мной приглядывать. Даже пытаться что-либо планировать без их ведома практически невозможно, поскольку меня везде сопровождали Хантер или кто-то из братьев.

– Кензи! – крикнул Мейсон.

Я подскочила, уронив блузку, которую держала в руках, и прижала правую ладонь к сердцу.

– Господи, Мейс, ты перепугал меня до чертиков! – Я наклонилась и подняла блузку, чтобы снова ее сложить.

Мейсон прислонился плечом к двери прачечной.

– Какие у тебя планы на эти выходные?

– Мы с Хейли и Джейлин идем на свидания, – ответила я, не глядя в его сторону, потому что знала: схватка только начинается. Братья терпеть не могли, когда я ходила на свидания. И, если на то пошло, им, видите ли, не нравилось, когда любая из нас ходила на свидания.

– Нет, не идете. В выходные у нас день рождения, так что вы, девчонки, будете с нами. Скажи Доминику, что ему придется приехать через неделю. – Мне не нужно было поднимать глаза, чтобы увидеть пристальный взгляд Мейса.

– Нет. В эти выходные он и так планировал приехать, потому что у него нет тренировки по футболу. Свидание я не отменю. – Несколько недель назад Доминик уехал в колледж при Университете Старого доминиона в Норфолке, штат Вирджиния. Он получил полную спортивную стипендию, чтобы играть за университетскую футбольную команду.

Этой осенью мы с Хейли присоединимся к нему и Хантеру. Да, знаю, о чем вы думаете. Я решила пойти туда из-за Хантера, и да, возможно, это ошибка, но мне все равно.

– Еще как отменишь. Скажите своим засранцам, что у вас планы, – заявил брат и отвернулся раньше, чем я успела открыть рот.

И так всю неделю. Мейсон и Купер при каждой встрече расспрашивали меня о моих планах, поэтому приходилось избегать братьев, чтобы поменьше попадаться им на глаза.

Спустя несколько минут после ухода Мейсона у меня зазвонил телефон. Я вытащила его из заднего кармана и прочла смс.

Хантер вернулся в дом, а я осталась стоять на подъездной дорожке, кипя от злости и возбуждения. Все верно, я знала, что он меня хочет. Это было очевидно. Вот только я не могла понять, почему он решил сказать мне это сейчас. Ведь знал, что я встречаюсь с Домиником. Хантер бы никогда не поддался влиянию чувств. Только посмотрите, как все обернулось в последний раз. Перед тем, как вернуться на вечеринку, мне нужно было разобраться с мыслями, поэтому я пошла по узенькой тропинке, которая тянулась мимо дома и вела к пляжу. Немного понаблюдав за тем, как разбиваются волны и танцует луна на поверхности океана, я пошла посмотреть, как там Хейли. Я даже представить не могла, до какой степени она уже нализалась, если все еще не перестала пить.

Я проходила между песчаными дюнами, когда заметила подругу, сидящую на нижней ступеньке с Мейсоном, и нависшего над ней Хантера. Я наклонилась к ней и присмотрелась.

– Мейс, что с ней?

Хейли всхлипывала, а брат выглядел недовольным и раздраженным.

– Не знаю. То ли рыдает по своему бывшему, с которым переспала на прошлой неделе, то ли потому что ее вывернуло наизнанку. Хотя ни то, ни другое не стоит ее слез.

С Мейсоном у Хейли были совсем не такие отношения, как с Джексоном и Купером. Несколько раз я спрашивала подругу о ее чувствах к Мейсону. Она всегда отнекивалась, поэтому я оставила эту тему. Пускай сами разбираются.

– У него… на спинке кровати… зарубки, а ведь он… в этом деле… даже не ахти, – вставляла Хейли между всхлипами и икотой. Она старалась забыть Мэтта, но пошла по кривой дорожке, все время встречаясь с разными парнями. В этом месяце это был уже третий «секс на одну ночь». К счастью для нее, о тех парнях Мейсон не знал. Трудно сказать, что бы он с ними сделал.

Прилагая все усилия, чтобы не рассмеяться, я протянула руку и положила ее подруге на колено.

– Заткнись и давай я отведу тебя наверх. – Я искренне надеялась, что она закончила трепаться, поскольку знала: завтра она будет сожалеть о сказанном.

Подруга попыталась встать, но чуть не упала.

– Даже не знаю, то ли гордиться тобой, что ты все еще ждешь, то ли разочароваться в тебе, что ты сделала свою сексуальную жизнь настолько скучной, Кензи.

– Господи, Хейли! Хватит! Ну же, пошли! – Я схватила ее за руку и попыталась поднять, но мне это оказалось не по силам. Хантер отцепил меня от Хейли и подхватил ее на руки. Теперь мы могли войти в дом. Добравшись до моей комнаты, я полезла в карман за ключом, чтобы отпереть дверь. Ужасно неудобно держать двери запертыми, но нам, ей-богу, не хотелось, чтобы люди занимались сексом на наших кроватях.

– А знаете что? – Хейли обняла Хантера за шею. – Я счастлива, потому что сейчас лягу спать, а когда проснусь, меня будут ждать шоколадное молоко и член Мейсона. – Я ахнула, глядя на подругу, когда та начала хихикать.

– Вот это как раз оооочень неправильно, Хейли, – сказал Хантер, стараясь не рассмеяться. Конечно же, ситуация его забавляла.

Я только покачала головой:

– Скажем так, это крайне неправильно, Хейлз. Просто отвратительно. Никому не хочется слушать о таких вещах!

Как только я открыла дверь, Хантер вошел и поставил Хейли на пол. Она стала подпрыгивать и кричать, что хочет пѝсать. Когда она убежала в ванную комнату, я сделала несколько шагов в сторону своей кровати. Хантер схватил меня за руку и развернул лицом к себе.

– СиСи, сегодня ты выглядишь чертовски сексуально. – Затем наклонился и поцеловал меня в лоб.

От него у меня уже голова шла кругом. Он хотел меня, но в то же время и не хотел. Через несколько секунд я услышала, как Хантер выругался себе под нос.

– Я должен убраться отсюда, пока не сделал то, чего не следует. Если не сможешь справиться с Хейли, позови меня или кого-то из братьев.

– Спокойной ночи, Хантер, – озадаченно проговорила я. И он ушел.

Примерно через час раздался стук в дверь. Я слезла с кровати и пошла открывать. Там стоял Доминик, подпирая стену у моей двери.

– Что, черт возьми, тебя так задержало? – разозлилась я. – Думала, ты появишься несколько часов назад.

Он стоял и смотрел на меня так, словно я спятила и веду себя по-дурацки.

– Могу я просто войти и поговорить с тобой?

Я отступила в комнату, Доминик последовал за мной.

– Только не шуми. Хейли плохо себя чувствует. Перебрала с выпивкой.

– А ты не могла уложить свою подругу в ее комнате, черт возьми? Маккензи, я две недели тебя не видел.

– Нет, не могла, – я покачала головой. – Хантер в комнате для гостей, а эту комнату, ты же знаешь, я всегда делю с Хейли и Джейлин.

Доминик вскинул голову:

– Ну почему ты такая стерва? Я просто спросил. Я проделал весь этот путь, только чтобы тебя увидеть. Ты могла по крайней мере проследить, чтобы у нас была отдельная комната.

– Знаешь что, Доминик? Уходи. Даже не знаю, зачем было утруждать себя и приезжать так поздно. Сегодня у тебя не было тренировки, поэтому твоему опозданию нет никаких оправданий.

Он схватил сумку, которую оставил у двери.

– Отлично. Вообще не знаю, зачем я парился несколько часов в дороге, чтобы попасть на эту идиотскую вечеринку. – И вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Из ванной, качая головой, вышла Хейли.

– Не понимаю, Кензи, почему ты вообще встречаешься с этим козлом?

– Раньше он таким не был.

Когда на следующее утро я проснулась, все еще спали. Прошлым вечером я рано поднялась наверх, поэтому решила приготовить всем завтрак. Каково же было мое удивление, когда, оглядевшись вокруг, я увидела, что в доме довольно чисто. Я-то думала, что придется часами разгребать беспорядок.

Зато теперь не нужно доплачивать уборщикам.

Я трудилась над последним блинчиком, когда в кухню с какой-то девчонкой вошел Хантер. Он повел ее к парадной двери, а затем вернулся в кухню. Как ему удавалось вот так включать и выключать свои чувства ко мне? Не то, чтобы это имело какое-либо значение, но в голове никак не укладывалось.

Хантер взял из холодильника бутылку воды и спросил:

– Нужна какая-нибудь помощь, СиСи?

– Не-а, я справляюсь. – «А еще хочу, чтобы ты объяснил мне, что делал с этой девицей!»

– Ладно. – Он направился обратно в свою комнату, но перед тем, как открыть дверь, остановился. – Доминик вчера появлялся?

Я сняла со сковородки последний блинчик и положила на тарелку.

– Ага, но ненадолго.

Глядя на меня, Хантер покачал головой:

– Что он опять натворил?

– Не хочу с тобой это обсуждать. – Хантер был последним человеком, с которым мне бы хотелось сейчас разговаривать. Наедине. О Доминике.

– Понятно. Пойду упаковывать вещи. – Он ушел в свою комнату. До нашего отъезда я его больше не видела.

Все остальные, включая девчонку, с которой перепихнулся Купер, спустились позавтракать и рассказать нам, что прошлым вечером мы с Хейли пропустили. Поев и убрав за собой, мы все пошли собирать вещи и готовиться к отъезду.

Когда мы с Джейлин направились к моей машине, чтобы закинуть в багажник сумки, следом за мной увязался Купер. Он меня обнял и сказал:

– Еще раз спасибо, что устроила нам вечеринку. Мы тебя любим, сестренка.

– Я тоже всех вас люблю. Рада, что вы повеселились. Знаешь, удивить тебя и Мейса не так-то просто.

Брат кивнул:

– Мы хорошо оттянулись. Ты видела Мейсона или Хейли?

– После завтрака ни разу, – ответила Джейлин.

Закрыв дверцу пикапа, Хантер подошел к нам.

– Сегодня утром она все-таки получила свое шоколадное молоко. Интересно, получила ли она от Мейсона его…

Я шлепнула его по руке и завопила:

– Прекрати! Сейчас же! И слышать об этом дерьме не хочу.

Пока Хантер и Купер покатывались со смеху, из дома с широченными улыбками на лицах вышли Хейли и Мейсон.

Покачав головой, я обошла вокруг машины и села за руль. Джейлин забралась на пассажирское сидение, и мы отправились домой.

Вернувшись домой в воскресенье днем, я все еще была не в духе из-за поведения Доминика. Он названивал все утро, но я все его звонки отправляла на голосовую почту. Ближе к обеду снизу послышался мамин крик, сообщающий о том, что Доминик здесь.

Вздохнув, я встала и спустилась вниз, чтобы узнать, чего ему надо.

Доминик стоял у парадного входа. Я подошла и остановилась перед ним.

– Что тебе нужно? Ты не заметил, что я весь день не отвечаю на твои звонки?

Он посмотрел поверх моего плеча, затем снова на меня.

– Мы можем поговорить на улице?

Я обернулась и увидела, что из кухни на нас пристально смотрят Купер и Хантер. Снова повернувшись к Доминику, я кивнула.

На крыльце мы сели на качели. Дом запустил руку в волосы и посмотрел на меня.

– Послушай, Кензи, знаю, прошлой ночью я облажался. Я не должен был уходить вот так. Мне жаль. Я просто хотел провести немного времени наедине с тобой. – У него вырвался шумный вздох. – У меня больше не получается видеть тебя каждый день, вот я и сорвался. Уже год мы с тобой встречаемся. Я думал, что ты будешь готова сделать следующий шаг. Теперь, когда мы видимся намного реже, чем раньше, мне очень тебя не хватает. Вот почему мне хочется сблизиться с тобой еще больше.

Так и знала. Знала, что так будет. Перед тем как начать встречаться с Домиником, я сказала, что ему придется подождать, пока я не буду готова.

Пускаться во все тяжкие у меня не было ни малейшего желания. Я видела, что братья делали с девчонками, с которыми тусовались, и не хотела становиться одной из них.

– То есть потому, что я тебе не даю, или потому, что мы не спим вместе, ты ведешь себя, как последняя сволочь? Доминик, что за фигня? Ты говорил, что подождешь, пока я не буду готова. А если тебя это не устраивает, ты свободен.

– Маккензи, я не уйду. Ты моя. – Он притянул меня к себе, обнял за плечи и поцеловал в щеку. – Я люблю тебя.

– Тогда жди. И уважай мои желания. Я тебе говорила, что хочу подождать. И ты согласился.

– Я и так долго ждал, – вздохнул Доминик. – Значит, могу подождать еще, правильно?

– Правильно.

Я заглянула ему в глаза.

Он легким поцелуем коснулся моих губ.

– Слушай, мне пора ехать. Завтра утром у меня тренировка.

Мы вместе прошлись до его машины.

– Ладно. Увидимся на следующих выходных. – Я его обняла и поцеловала.

Доминик сел за руль и надел солнцезащитные очки.

– Люблю тебя.

Я махнула рукой и направилась в сторону дома.

Нравился ли мне Доминик? Да. Была ли я влюблена в него? Нет, не думаю. Смогла бы я когда-нибудь полюбить его по-настоящему? Может быть, когда-нибудь. Доминик был моим первым настоящим парнем. Я ни с кем всерьез не встречалась, поскольку все в школе знали моих братьев. Никто не хотел с ними связываться. Вообще никто. В седьмом классе я запала на одного парня, Райана. Мы начали встречаться, по большей части, в телефонном режиме и изредка ходили вместе в кино. Прямо перед зимними каникулами он сообщил, что хочет расстаться. Райан разбил мне сердце. Тогда, в тринадцать, мне казалось, что моя жизнь кончена. Братья узнали о случившемся, и, когда через неделю мы вернулись в школу, Райан мог похвастать сломанным носом и фингалами под глазами.

До сих пор, когда я его вижу, он отворачивается или, увидев, как я приближаюсь, переходит на другую сторону улицы. Я спрашивала братьев, что они с ним сделали, но те, как один, отвечали, что понятия не имеют, о чем речь.

Поднимаясь в свою комнату, чтобы немного вздремнуть, я услышала, как Купер сказал Хантеру:

– Чувак, пока вы в колледже, приглядывай за моей сестрой. Не нравится мне этот придурок.

– Знаю. Мне он тоже не нравится. Я за ней присмотрю.

Следующие несколько дней я упаковывала вещи, которые собиралась взять с собой в Старый доминион, и бегала с мамой по магазинам. Перед началом новой главы моей жизни я нервничала и волновалась.

Наступил вечер пятницы. Я как раз запаковала последнюю коробку, когда в комнату вошла Хейли.

– Кензи, ты готова?

– Почти, – сказала я с широченной улыбкой. – Завтра перед нашим отъездом Джексон, Мейсон и Купер хотят сводить нас пообедать.

– Они ведут себя так, словно мы едем через всю страну, и они нас больше никогда не увидят, – надулась подруга.

– Ты же их знаешь. Я удивлена, что Мейс с Купом еще не перевелись поближе к нам. А Джексон так увлечен Хлоей, что, думаю, до него это пока не дошло.

Для меня это и правда было неожиданностью. Видимо, все потому, что Хантер тоже учился в Старом доминионе. Братья знали: он не допустит, чтобы с нами что-нибудь случилось. К тому же из-за гарвардской бейсбольной стипендии у них не было выбора.

– Когда едем? Мне еще нужно собрать пару вещей.

Я даже не удивилась. Подруга та еще копуша.

– Примерно в час. И дай угадаю, твоей заднице нужна помощь с упаковкой? – У Хейли это всегда хреново получалось. Каждый раз, когда мы отправлялись на выходные в пляжный домик, она вечно забывала то часть купальника, то зубную пасту, то туфли. Но обязательно хоть что-нибудь, да забудет.

– А то! Я напишу Мейсону, что мы с ним встретимся уже на месте. – Она застучала по клавишам телефона. – Когда Хантер заберет наше барахло?

– Он попросил меня поужинать с ним сегодня вечером, так что, думаю, завтра утром, когда приедет за нами.

– Вы вдвоем и правда идете ужинать? – удивилась Хейли.

– Да, а что? – Мы постоянно ходим ужинать. Почему это ее так удивило? Она поспешно перевела взгляд на телефон. – Ох, ну, просто любопытно.

– Хейли, что за черт? Я не раз ужинала с Хантером.

– Неважно. Пошли, – отмахнулась она, все еще избегая встречаться со мной глазами.

Чего? Да что, черт возьми, происходит?

– Хейли. – Я развернулась и уставилась на нее. – Я не выйду из этой комнаты, пока ты мне не скажешь, что происходит.

– Ничего. Забудь, что я вообще спросила. – Она схватила сумочку и направилась к двери.

– Как хочешь, но я не забуду.

Мы вышли и поехали к Хейли домой. Когда возле ее дома мы вылезали из машины, Хейли быстро огляделась и шепотом выругалась.

– В чем дело? – в панике спросила я, опасаясь, что сделала что-то не так.

– Ни в чем. – Она смотрела прямо перед собой. – Можешь загнать машину в гараж?

– Да, – скептически ответила я, глядя на подругу. – Впрочем, твои родители ведь не собираются припарковаться за моей машиной, не давая мне выехать, правда?

– Нет-нет. Все будет хорошо. Я всегда могу попросить их переставить машину, если они все-таки приедут домой, – поспешно сказала она.

Я снова завела двигатель и заехала в гараж. Весь день Хейли вела себя странно, но мне казалось, что все из-за нашего отъезда завтра утром.

– Кензи, мне нужно тебе кое-что сказать. И я не хочу, чтобы ты расстроилась.

– Как ты можешь говорить мне такое и ожидать, что я не расстроюсь? Что происходит?

– Ты говорила с Домиником?

– Да, сегодня утром.

– Что он тебе сказал?

К чему, черт побери, вся эта уйма вопросов?

– То же, что и всегда. Мы поговорили о футболе и о том, как он взволнован, что теперь я буду рядом.

– Он дома.

Да неужели?

– Я в курсе. Завтра утром у него тренировка.

– Нет, он дома. Дома, в смысле здесь, у себя.

Я резко повернулась к ней:

– Откуда ты знаешь?

– Прямо сейчас он в соседнем доме, у Алексис. Я увидела, как он подъезжает, когда мы с мамой выходили, чтобы поехать к тебе. Я спросила, что он тут делает. Он сказал, что ему нужно кое с чем разобраться, а потом вернуться в колледж.

Ну никак он не может быть здесь. Или может?

– Ты уверена, что это был он?

– Кензи, я с ним разговаривала. Конечно, я уверена.

– А сейчас он все еще там? Поэтому ты и затащила меня в гараж?

Кивнув, она повернулась, чтобы вылезти из машины.

– Я сказала ему, что собираюсь все тебе рассказать. Он ответил, что скрывать ему нечего. Поэтому я и рассказываю. Я ему не верю.

– Что ж, если ему нечего скрывать, почему он не сказал мне, что приедет домой? И какого черта он с этой сучкой? Знает ведь, как я ее ненавижу. Это же из-за нее в прошлом году началось всякое дерьмо.

– Вот и мне интересно.

Я выбралась из машины, вышла из гаража и взглянула на дом Алексис. Машины Доминика там не было. Я тут же ему написала.

Остановившись у Хейли и забросив в машину ее вещи, мы начали свое пятичасовое путешествие. Чтобы убить время, мы играли в «Допрос». А раз Хантер был за рулем, то и первой жертвой стал он. Мы с Хейли должны были задать ему по пять вопросов, а он мог отказаться отвечать только на один.

– С кем ты впервые поцеловался? – начала я.

Он бросил на меня быстрый взгляд:

– С тобой.

Для меня это стало неожиданностью. Я была потрясена, что он вообще об этом вспомнил. Ему было шестнадцать, и девчонки за ним табунами ходили. Я никогда не сомневалась, что до меня он уже с кем-то целовался.

– С кем у тебя был первый секс? – пропела Хейли с заднего сидения.

Ну конечно, подруга сразу переходит к делу.

Хантер посмотрел на нее в зеркало заднего вида:

– С Лилли.

– Сколько тебе тогда было? – спросила я с растущим интересом.

Он явно не хотел отвечать, но все же ответил:

– Шестнадцать.

Хейли рассмеялась и задала еще один вопрос:

– Когда в последний раз ты занимался сексом?

Хантер уставился в лобовое стекло.

– Два месяца назад.

Ушам своим не верю.

– На прошлых выходных из твоей комнаты выходила девушка.

– Это не вопрос.

Я закатила глаза:

– Ты спал с той девчонкой, с которой провел ночь на прошлых выходных?

– Нет, – ответил он.

– Моя очередь. – От нетерпения Хейли так и подпрыгивала на месте. – Хотел бы ты заняться сексом с Кензи?

– Серьезно, Хейлз? – Я взглянула на Хантера. – Тебе не нужно…

– Да, – сказал он, не дав мне договорить.

Мне срочно надо было сменить тему:

– Какой твой любимый цвет?

Он посмотрел на меня и подмигнул:

– Синий, как цвет твоих глаз.

Ух, все шло не так, как я планировала. Мне совсем не хотелось, чтобы нам стало неловко.

– У тебя большой член? – спросила Хейли, заливаясь истерическим хохотом.

Блин, хуже не придумаешь.

Обернувшись, я уставилась на подругу. Она пожала плечами.

– Никто не жаловался, – рассмеялся Хантер.

Мне до смерти хотелось поговорить о чем-нибудь другом. От мыслей о его размере становилось невыносимо жарко.

– Что у тебя было на завтрак?

– Кофе, – все еще смеясь, ответил Хантер.

Я вся подобралась, ожидая, что еще может ляпнуть подруга.

– Ты бы встречался с Кензи, если бы не дружил с ее братьями?

Он взглянул на меня и улыбнулся, а затем посмотрел по сторонам, пересекая перекресток.

– Однозначно.

Чертовы братцы!

Как только мы проехали перекресток, Хантер бросил взгляд в зеркало заднего вида:

– Ладно, Хейли, теперь твоя очередь.

– Давайте сыграем во что-нибудь другое, – заныла подруга. – Не хочу больше в это играть.

У меня были серьезные подозрения, что она догадывалась, что наши вопросы будут касаться ее и Мейсона. С Хантером всегда было легко договориться, поэтому мы бросили «Допрос» и стали играть в «Назови песню». Кнопки управления радио располагались на руле, так что Хантер запустил поиск, и мы втроем пытались угадать, какая звучит песня. Так мы и развлекались, пока нам с Хейли не приспичило потанцевать, горланя «Call Me Maybe»[8]. Само собой, Хантер над нами посмеивался. Через какое-то время я сдалась – от крика разболелось горло. Развалившись на сиденье, я высунула в окно ноги и на время углубилась в чтение.

Было уже поздно, когда мы наконец добрались до кампуса. Но это не имело значения, поскольку в эти выходные проводили поселение. Мы подъехали к общагам. Я написала Доминику, что мы уже здесь, и спросила, может ли он помочь мне с вещами.

Родители хотели, чтобы я приобрела опыт студенческой жизни. Но при этом не желали, чтобы я жила в комнате с тремя незнакомыми людьми и пользовалась общим туалетом вместе с остальными незнакомцами на этаже. Они доплатили за двухместную комнату. Идеальный вариант для нас с Хейли. В комнате были две довольно широкие односпальные кровати, отдельные письменные столы, стулья и книжные полки. А еще два шкафа и два комода. У нас даже была собственная ванная комната. Жаль, что под рукой не было прачечной, но на первом этаже нашего здания была одна, так что по крайней мере нам не придется волочить грязную одежду через весь кампус.

Доминик думал, что раз нас поселили в одну общагу, то мы будем вместе проводить все свободное время. В колледже девушкам и парням жить в одной комнате запрещалось, и, думаю, родители с братьями были этим очень довольны. Они бы никогда не разрешили мне делить комнату с Домиником.

Доминик подошел к тому месту, где мы припарковались, и обнял меня.

– Привет, детка, наконец-то ты здесь. Я уже начал волноваться, что Хантер тебя похитил. – Он пристально посмотрел на Хантера.

Я поцеловала Доминика в щеку, подошла к кузову пикапа и передала ему сумку.

– Я же говорила тебе, что мы выедем не раньше обеда.

Он взял еще пару сумок из багажника.

– Ну что ж, давай распакуем твои вещи. Наверняка у Хантера есть дела. Например, сходить на какую-нибудь вечеринку или еще что-то.

Хантер лишь пожал плечами:

– Все нормально. В планах у меня только поехать к себе и распаковаться.

Хейли подошла к Хантеру и положила руку ему на плечо:

– Раз уж Кензи заграбастал Доминик, не поможешь мне с моим барахлом?

Он кивнул и стал доставать ее вещи. Когда все перекочевало в нашу комнату, Хантер попрощался с Хейли. Затем подошел ко мне, обнял и на ухо прошептал, чтобы я звонила ему, если мне что-нибудь понадобится. Все, что угодно. Я ответила согласием, и он ушел.

Доминик казался обеспокоенным.

– Слушай, детка, я поеду, а вы с Хейли сможете немного поспать.

– Хорошо, я напишу тебе утром.

Он поцеловал меня, сказал, что любит, и уехал. Мы с Хейли только переглянулись, на наших лицах явно читалось замешательство. Что только что произошло?

– Очень мило с его стороны показаться нам на глаза. Он сказал, что очень рад, что ты поселилась в том же здании, но у меня сложилось впечатление, словно ему не терпелось отсюда слинять, – сказала Хейли после ухода Доминика.

– Может, он из-за нашего приезда не хотел на меня давить. К тому же мы провели в машине последние пять часов.

– Как скажешь. – Она отвернулась и начала выкладывать вещи из коробок. Я взяла одну коробку и занялась тем же.

До трех ночи мы были на ногах, а потом наконец вырубились. Я планировала встать пораньше и закончить с вещами, но проснулась, только когда зазвонил мой телефон.

– Кензи, какого черта? Я же просил позвонить мне, когда приедешь, – проорал в трубку Мейсон.

У меня вырвался тяжелый вздох.

– Господи, Мейсон, успокойся. Я в порядке. Мы поздно приехали, начали распаковывать вещи, а потом уснули.

– Уже полдень, черт тебя дери. Где Хейли? Она с тобой?

– Да, еще спит. Мы до трех не спали. Может, угомонишься в конце концов? Если ты так сильно волновался, мог позвонить Хантеру. Он бы сказал тебе, что мы на месте.

– С ним я разговаривал, но позвонить просил тебя. Хантер с тобой не живет и не больше меня знает, чем ты занимаешься.

– Серьезно, если ты не прекратишь, я положу трубку. Ты хуже мамы с папой. Доминик со мной в одном здании, так что если со мной что-то случится, он сразу же придет на помощь.

– Прекрасно. Как знаешь. – Он повесил трубку.

Я откинулась на подушку. Через несколько секунд зазвонил телефон Хейли. Я решила, что это Мейсон. Видимо, он и ей горел желанием откусить голову за то, что до сих пор не удосужилась ему позвонить.

Я отправила Доминику сообщение с вопросом, не хочет ли он пригласить меня на завтрак и показать окрестности кампуса. Он ответил, что днем занят, помогает своему соседу по комнате, но сходит со мной поужинать.

Поскольку у Доминика были другие планы, я не знала, чем себя занять. Встав, я направилась в ванную под долгий горячий душ. Я стояла под струями, позволяя воде стекать по голове, и надеялась, что приезд сюда не станет ошибкой. Всего день здесь, а парень меня уже отфутболил. Мне было бы все равно, если бы я ориентировалась в окрестностях кампуса. Я и не ожидала, что Доминик будет со мной двадцать четыре часа в сутки. У него были футбольные тренировки, занимавшие большую часть его времени, но было бы здорово, если бы он мог провести мой первый день здесь со мной.

От мыслей меня отвлек стук в дверь.

– Хейли, дверь не заперта. – Я отодвинула занавеску, высунула голову и пискнула от неожиданности, увидев, что в ванную вместо Хейли вошел Хантер.

– Эй, что ты здесь делаешь? – Я резко задвинула шторку, чувствуя себя немного неловко от того, что единственная вещь, не позволявшая Хантеру увидеть меня голой, – это занавеска для ванной.

Я услышала, как опустилась крышка унитаза.

– Пришел узнать, не хочешь ли ты сходить пообедать. Я cмогу тебе немного показать окрестности кампуса. – Он откашлялся. – Хейли сказала, что, как только я ушел, Доминик дал деру. Если бы знал, вернулся бы обратно.

Я смыла пену с волос.

– Ага, он ушел. Но это ничего. Мы с Хейлз распаковали кое-какие вещи и легли спать. Прямо сейчас Доминик занят, но он собирается сводить меня поужинать. – Отключив воду, я протянула руку и схватила полотенце. – Дай мне десять минут, и я буду готова.

– СиСи, не стоит от меня прятаться. Я что, голой тебя никогда не видел?

Я залилась румянцем, вспомнив, как однажды дома отодвинула занавеску, чтобы выйти из душа, а в ванную ввалился Хантер. Естественно, я пыталась прикрыться, но было слишком поздно. Он успел меня рассмотреть.

Я завернулась в полотенце, отодвинула занавеску и посмотрела на Хантера.

Он стоял, подняв руки вверх.

– Ладно-ладно, ухожу. – Он повернулся и, смеясь, вышел из ванной.

Когда мы с Хейли собрались, Хантер повел нас обедать и до моего романтического ужина с Домиником показывал нам город. Как только он нас высадил, приехал Доминик забрать меня на ужин, после которого мы планировали посмотреть у него какой-нибудь фильм.

Доминик повез меня в «Ворон». Он сказал, что еда там отличная, и оказался прав. Мы наелись до отвала. Ресторан находился через дорогу от пляжа. Поэтому, покончив с ужином, мы решили потратить часть наеденных калорий.

Мы вернулись к нему в комнату, и Доминик направился к стеллажу, где хранил свои фильмы.

– Какой фильм хочешь посмотреть?

– Любой, мне без разницы. – Я знала, что все равно мы его смотреть не будем. Дом вряд ли сумеет всю ночь не распускать руки.

Мы лежали на его кровати, обнимались и целовались, как вдруг кто-то постучал в дверь.

Дом со стоном скатился с меня.

– Сейчас вернусь.

Взяв с пола спортивные штаны, он надел их и пошел открывать дверь.

Я села на кровати и натянула на себя одеяло на случай, если вернулся его сосед по комнате. Дом рассказывал, что у них было правило: если на двери висит носок, то перед входом нужно постучать. Я надеялась, что это правило касалось его соседа, а не его самого. Я ведь приехала только вчера. С того места, где я сидела, Доминика мне видно не было, зато женский голос я услышала четко и ясно.

– Я же говорил тебе, что сегодня вечером буду занят, – услышала я голос Доминика.

– Кто там с тобой? – спросила девушка.

– Какая разница? Слушай, мне нужно идти. – Дом закрыл и запер дверь, а затем вернулся в постель. Я потянулась за своей блузкой, намереваясь ее надеть. Настроение для обнимашек напрочь испарилось.

– Детка, ты куда? – нахмурился Доминик. – Мы же только начали.

Оглядываясь вокруг в поисках своих штанов, я спросила:

– Кто приходил?

Доминик сел на кровать и попытался ко мне прикоснуться, но я отодвинулась.

– Никто. Она искала Томми.

– Ты сказал «Я же говорил тебе, что буду занят». Почему ты так сказал? – Что-то тут не складывалось.

– Потому что я действительно занят и хотел, чтобы она убралась. – Он схватил меня за руку и притянул к себе. – Детка, останься со мной.

– Не могу, – я покачала головой. – Не хочу оставлять Хейли одну на всю ночь. Она еще никого не знает.

Он отпустил мою руку и раздраженно заявил:

– Отлично, я и забыл, что всегда все крутится вокруг Хейли.

Теперь он вел себя, как два года назад, и это действовало мне на нервы.

– Серьезно? Опять собираешься так себя вести? Сегодня я тебе писала и спрашивала по поводу обеда, а ты меня отшил из-за соседа.

Он подошел к двери и открыл ее.

– Забей! Увидимся завтра.

Значит, этот козел даже до комнаты проводить меня не хочет.

Когда я вернулась к себе, Хейли сидела на своей кровати, а Хантер – в кресле рядом с ней. Они играли в карты.

– Рановато ты. Думала, до утра тебя не увижу. – Хейли оторвала взгляд от карт, которые держала в руке, и посмотрела на меня. Судя по выражению лица Хантера, он тоже не ожидал меня увидеть.

Я постаралась притвориться, будто ничего страшного, что какая-то девчонка испортила нашу ночь, поэтому сказала то же, что и Доминику:

– Не хочу оставлять тебя одну. Мы только что приехали. К тому же у нас с Домиником времени еще навалом будет.

– СиСи… – произнес Хантер тоном, в котором явно звучало «Мы слишком хорошо тебя знаем, чтобы поверить этой ахинее». – Я же тебя знаю. Что он сделал?

Я скрестила руки на груди и с вызовом ответила:

– Ничего.

Хейли покачала головой, зная, что больше я не скажу ни слова.

– Тогда ладно. Хочешь сыграть?

Я почувствовала на себе взгляд Хантера и посмотрела на него:

– Чего уставился?

– Ничего. – Он стал рассматривать свои карты, тем самым показывая, что разговор закончен.

Играли мы пару часов, а потом разошлись. Утром у нас первая пара, так что нужно было хоть немного поспать.

Прошлой ночью я почти не спала. Терзалась тем, как мы с Домиником в последний раз разошлись. И еще нервничала из-за первого учебного дня. У нас с Хейли была совместная первая пара, и нам повезло, что начиналась она не раньше десяти. Доминику предстояло встать в пять утра для пробежки с футбольной командой. Потом до полудня у них тренировка и собрания. Проводить меня на занятия у него не будет времени, а жаль: по пути мы могли бы поговорить о том, что произошло вчера.

Я собрала книги и взяла сумочку, готовясь идти на пару, когда раздался стук в дверь. К моему удивлению, у двери с поднятой рукой стоял Доминик с влажными после душа волосами. На нем были мои любимые джинсы и футболка с логотипом «Yankees».

– Кензи, готова идти? Давай чуток прогуляемся.

Все еще недоумевая по поводу его присутствия, я поинтересовалась:

– Что ты здесь делаешь? Я думала, у тебя тренировка.

– Сегодня первый день занятий, так что после разминки нас отпустили. – Он подошел ближе и взял мое лицо в ладони. – Прости за прошлую ночь. Я не так ее себе представлял.

Я пожала плечами:

– Все нормально. Поговорим об этом позже. – Мне не хотелось опаздывать в свой первый день, так что я крикнула, оглянувшись: – Хейлз, пошли!

Появилась Хейли. Выглядела она какой-то растерянной.

– Ладно, ладно, я готова.

К аудитории мы топали минут пятнадцать. Там уже было полно народу. Мы вошли, и Доминик заприметил Логана, члена своей футбольной команды. Мы направились к нему, чтобы Дом мог нас познакомить. Хейли ткнула меня локтем в ребра и, глядя на меня, пошевелила бровями.

– Господи, Хейлз, ты с ним еще даже не разговаривала, – прошипела я.

– Кому нужны разговоры с такой внешностью? – мечтательно отозвалась Хейли.

Посмеиваясь, я подумала о том, что моя подруга – это и правда нечто.

– Ты просто невыносима.

Логан оказался красивым парнем. Высокий и подтянутый, с торчавшими во все стороны волосами, но такая прическа ему шла. Футболка обтягивала рельефную грудь. А еще я заметила у него на плече татуировку, выглядывающую из-под рукава футболки. Как раз во вкусе Хейли.

Когда все перезнакомились, Логан поинтересовался у Доминика:

– В пятницу вечером идешь на вечеринку?

– А то. Я еще ни одной не пропустил.

Повернувшись к Хейли, я наградила ее взглядом, в котором ясно читалось «Какого черта?». Теперь я знаю, чем он занимался каждые выходные после приезда сюда.

Логан посмотрел на Хейли с лукавым огоньком в глазах:

– Хейли, а вы с Маккензи придете?

Я бросила взгляд на Доминика и ответила вместо подруги:

– Нет, со мной она не придет, потому что меня не пригласили.

Доминик положил мне руку на плечо.

– Детка, само собой, ты приглашена.

– Откуда ты знаешь, что у меня нет других планов? Было бы здорово, если бы сначала меня пригласил ты.

– Так у тебя другие планы? – спросил он.

– Нет. Какие у меня могут быть планы? Я здесь никого не знаю.

Он немного сжал мое плечо.

– Хорошо. Значит, порядок. Вы с Хейли идете на вечеринку. Сегодня в девять вечера я вас заберу.

Я посмотрела на Хейли, чтобы узнать ее мнение. Она согласно кивнула.

– Ладно, мы идем, – сказала я.

Доминик поцеловал меня в щеку:

– Прости, я думал, ты не против пойти. Дома ты всегда охотно бегала со мной на вечеринки.

– Ну, о них я знала заранее.

Занятие должно было вот-вот начаться, так что парни попрощались с нами и ушли. После пары нам с Хейли тоже пришлось попрощаться. Направляясь на следующую пару, я услышала, как меня кто-то окликнул. Повернувшись, я увидела спешащего ко мне Хантера. Несколько девушек оглянулись на него, когда он пробегал мимо. На нем были его любимая черная бейсболка с логотипом «Yankees», обтягивающая черно-белая футболка с таким же принтом и темно-синие джинсы.

– Привет, СиСи, как прошла первая пара? Понравилось? – спросил он.

– Ага, Доминик проводил нас с Хейли в аудиторию. – Я посмотрела на двери, затем снова на Хантера. – У тебя занятие в этом корпусе?

– Да, – он опустил взгляд на часы, потом снова посмотрел на меня, – через десять минут.

У меня заурчало в животе.

– Ясненько, не хочешь после пары перекусить?

Он придержал для меня дверь:

– Не вопрос. Встретимся здесь после пары, – обнял меня и попрощался.

Занятие, казалось, длилось целую вечность. Есть хотелось ужасно, и не меньше хотелось провести хоть немного времени с Хантером.

Когда пара закончилась, я вышла из аудитории. Прислонившись к перилам и подперев их снизу ногой, меня уже ждал Хантер.

Остальная часть недели прошла для нас с Хейли довольно буднично. По утрам мы вместе ходили на занятия. После этого Хантер и я устраивали быстрый перекус. А в середине второй недели мы с Хейли познакомились с Грейси и Зоуи, которые тоже жили на нашем этаже, так что с тех пор по утрам мы стали ходить вместе.

В пятницу после ленча с Хантером я вернулась в общагу и обнаружила на своей кровати черную коробку с розовым бантом.

– Что это? – спросила я у подруги, которая лежала на своей постели и читала журнал.

Она положила журнал на живот.

– Когда я пришла, она лежала под дверью. На карточке твое имя.

Я положила сумочку и учебники на свой письменный стол и взяла коробку. Сняв розовый бант, подняла крышку и развернула оберточную бумагу. Внутри лежала пара розовых серег-гвоздиков, розовые туфли на шпильке и маленькое черное платье.

Когда я все это разложила на кровати, Хейли подошла взглянуть.

– Черт, Кензи, это круто. – Она подняла карточку Доминика и прочла ее. – Доминик подлизывается по полной программе. Он и должен это делать после того, как с тобой обошелся.

– Ага, наверное. – Глупо ухмыляясь, я быстро написала Доминику, поблагодарив за подарок. – Что ж, давай готовиться. Я хочу завить волосы, а для этого мне понадобится твоя помощь. – Взяв в ванной плойку, я включила ее в розетку.

Неожиданно у меня за спиной появилась Хейли с улыбкой до ушей:

– Для сегодняшнего вечера ты должна найти мне что-нибудь такое же сексуальное. Надеюсь, некий футболист обратит на меня внимание. – Подмигнув мне, она направилась к шкафу, чтобы порыться в моих вещах.

Я не могла понять, почему она не такая, как обычно – сумасшедшая и счастливая. С тех пор как мы приехали, она немного изменилась. И вдруг меня осенило. Может, она скучает по Мейсону?

– Ну, Хейлз, ты собираешься рассказать мне, что происходит у вас с Мейсом?

Подруга тяжело вздохнула:

– Я говорила всем вам, между нами ничего нет. Мы просто друзья. Да я и не думаю, что ему хочется большего.

– Как скажешь, – улыбнулась я. – Однажды, Хейлз, ты проболтаешься и расскажешь мне все. Это лишь вопрос времени. Я подожду, пока ты будешь готова поговорить со мной о своих чувствах к моему брату. Пока не признаешься себе и каждому, что они у тебя есть.

– Да по фиг. А теперь заткнись и помоги выбрать наряд.

На этом разговор был окончен, а мы погрузились в подготовку к нашей первой университетской вечеринке.

Я написала Доминику, что мы собираемся вызвать такси, и попросила прислать адрес. Мы немного опоздаем, так что я не хотела его задерживать.

Опоздали мы примерно на час, потому что на завивку нам обеим понадобилось вдвое больше времени. Такси остановилось у великолепного ярко-желтого современного дома. Студент колледжа ну никак не мог позволить себе такое жилище. Здание находилось прямо на пляже, и благодаря родителям я знала, что такой дом стоит до фига. Когда мы вошли, вечеринка была в полном разгаре. Люди были везде: танцевали, играли в покер, в кухне парни пили спиртное из рюмок, стоявших прямо на девушках, а на кухонном столе народ играл в бир-понг. Отыскать Доминика в этой толпе было просто невозможно, поэтому я написала ему, чтобы он пришел за нами в кухню.

Мы обошли толпу, окружавшую девочек на столе, и нашли парня с бочонком пива. Он поинтересовался, не хотим ли мы выпить. Мы взяли пиво, а затем он представился, сказав, что его зовут Бентли и что это его дом.

– Ты живешь один в таком огромном доме? – оглядываясь, спросила Хейли. Все было из нержавеющей стали в стиле хай-тек. На кухне имелась даже варочная поверхность, очень похожая на ту, что была у моей мамы.

Бентли окинул Хейли взглядом с головы до ног и хитро улыбнулся:

– Нет, с соседом, но сегодня он на работе. Если тоже захочешь въехать, здесь есть еще одна спальня.

Бентли уж точно не в ее вкусе. Он был высоким и тощим, с ярко-рыжими волосами и карими глазами. Хейли нравились парни, у которых на костях есть мясо.

– Нет-нет, мне и в общаге неплохо, – нервно рассмеялась она. – Но спасибо за предложение.

– Бентли, а ты знаком с Логаном и Домиником? – спросила я. – Они играют в местной футбольной команде.

– Ага, Логан сейчас вон там. – Он указал на парня в углу возле диджея, который разговаривал с несколькими ребятами в форменных футболках команды. – А Доминик несколько минут назад вышел на террасу.

Мы с Хейли еще немного поболтали с Бентли, а потом наконец пришел Доминик. Я стояла у черного хода, так что он меня пока не заметил.

Я попыталась привлечь его внимание:

– Пссс!

Увидев меня, он расплылся в улыбке. Затем окинул быстрым оценивающим взглядом, рассматривая мой наряд.

– Проклятье, детка. Я знал, что ты будешь выглядеть сексуально, но, черт возьми, у меня нет слов.

Доминик притянул меня к себе и крепко прижал к своему телу. Сначала он слегка коснулся моих губ своими, а когда наши языки встретились, углубил поцелуй. Я почти забыла и о вечеринке, и о куче народа.

Забравшись руками под футболку Доминика, я медленно провела ладонями вверх по его груди и, посмотрев на него, одарила лукавой улыбкой. Он схватил меня за руку и быстро потащил через раздвижные стеклянные двери вниз по лестнице. На улице он прижал меня к стене и заключил в ладони мое лицо.

– Выглядишь чертовски изумительно, Кензи. – Он так сильно меня поцеловал, что мы стукнулись зубами. – Не дождусь, когда наконец сорву с тебя это платье.

Я просунула руку между нашими телами и стала гладить его через джинсы.

Он застонал:

– Детка, остановись.

Я начала расстегивать пуговицу.

– Но ты же завелся. – Я оглянулась убедиться, что поблизости никого нет, и потянула «молнию» вниз. Я бы никогда этого не сделала, но мы уже были на грани безумия.

– Кензи, остановись, ей-богу. Я не хочу...

– Заткнись, Доминик, хорошо? – перебила я его.

Опустившись перед ним на колени с сексуальной ухмылкой на лице, я обхватила его губами и стала двигаться по всей длине, помогая себе рукой.

Руки Дома крепко вцепились мне в волосы, удерживая голову на месте. Он застонал, довольный моими действиями. Я продолжала посасывать его и описывать языком круги по всей длине то в одну, то в другую сторону. Судя по тому, как двигались его бедра, я знала, что он долго не выдержит.

– Ох, детка, это потрясающе... Я сейчас кончу. – Простонав несколько раз мое имя, он затаил дыхание и напрягся. – Детка... – Он крепче сжал мои волосы, толкнулся мне в рот раз, другой, а затем отстранился.

Через несколько секунд Дом помог мне встать и обнял, покрывая меня поцелуями:

– Черт, детка, это было офигенно. Теперь давай я позабочусь о тебе.

– Нет. – Я обхватила ладонями его лицо. – Это в благодарность за наряд. Он мне очень нравится.

– Я чертовски сильно тебя люблю, Кензи. И очень рад, что ты наконец здесь, со мной. – Мы еще несколько минут постояли, обнявшись, а потом вернулись на вечеринку поискать наших друзей.

Доминик поправил свою одежду и убедился, что моя прическа приняла первоначальный вид, прежде чем мы пойдем искать Хейли и взять себе пива. Осмотревшись вокруг, подруги я не заметила. А написав ей, ответа так и не получила.

Доминик чувствовал мое растущее беспокойство.

– Эй, Бентли, можешь минутку присмотреть за Кензи? Пойду гляну, где Хейли.

– Не вопрос, приятель, – ответил Бентли.

Дом поцеловал меня и пошел искать мою подругу.

Бентли улыбнулся и вручил мне еще один стаканчик с пивом. Я сказала себе, что это последний. Нам с Хейли нужно в целости и сохранности вернуться домой.

– Вы с ним приехали вместе? – спросил Бентли. – Несколько недель назад? – Он всматривался в меня так, словно пытался сложить вместе кусочки головоломки.

– Нет, – покачала я головой. – Мы с Хейли здесь со вчера. – Я осмотрела переполненную гостиную, пытаясь выяснить причину задержки Доминика. – Так ты здесь живешь постоянно или просто останавливаешься на время учебы?

– Это родительский дом для отдыха, так что я живу здесь все время. Как я уже сказал, у меня есть сосед, но только на время учебы. – Он пожал плечами. – Это позволяет оплачивать счета и всякое дерьмо.

Оглядев толпу, я снова попыталась обнаружить Доминика, но ни его, ни Хейли нигде не было видно. Подруга не бросила бы меня здесь. По крайней мере обязательно предупредила бы. Я начала волноваться, что ни один из них так и не вернулся.

Я развернулась на табурете к Бентли:

– Пойду поищу Доминика. Он уже должен был вернуться.

Бентли положил руки мне на бедра, и я застыла.

– Нет, э-ээ... – Он посмотрел через мое плечо, затем перевел взгляд на меня. – Среди всей этой толпы тебе его никогда не найти. Вдобавок ты не знаешь, где тут что находится. Я приведу его. Оставайся тут. Вдруг Хейли будет тебя искать.

Он отпустил мои бедра и прошел мимо. Я выдохнула, не осознавая, что затаила дыхание. Странно. Я проводила Бентли взглядом и вот тогда увидела, что именно задержало моего парня. Какая-то девица терлась всем телом о Доминика и целовала его в шею. Почти опьянев от всего того пива, которое подсовывал мне Бентли, я понеслась к Доминику.

– Доминик, какого черта? – Я толкнула его в плечо.

Он пытался схватить меня за руку, но я отдернула ее.

– Детка, ты о чем? Я просто говорил ей, что должен тебя найти.

– Кензи, что случилось? – спросила Хейли, стоя позади меня. Явилась – не запылилась.

– Прекрати врать, Доминик. Я видела, как ты с ней танцевал, и она целовала тебя в шею. Ты просто бросил меня в чертовой кухне ждать твоего возвращения. – Я оглянулась на подругу: – Думаю, для одного вечера развлечений с меня хватит. Я ухожу.

– Детка... – Он хотел что-то сказать, но я оборвала его, схватив подругу за руку и потащив к парадной двери. Как он мог так поступить со мной после того, чем мы только что занимались за домом? Что произошло с Домиником, рядом с которым я чувствовала себя так, будто была для него всем?

Хейли дернула руку, вынуждая меня остановиться и повернуться к ней.

– Кензи, подожди минутку. Я как раз шла сказать, что собираюсь остаться на ночь с Логаном.

– Черт! Хейли, вы только познакомились, а ты уже хочешь с ним переспать? Думаешь, это хорошая идея после всего выпитого?

Глядя мимо меня на Логана, она послала ему извиняющийся взгляд, а потом кивнула:

– Ладно, пошли отсюда.

За неделю пребывания в колледже мы с ней просто не успели обзавестись кучей друзей. Было несправедливо заставлять подругу сегодня возвращаться со мной домой.

– Нет, Хейли, все нормально. Оставайся и повеселись. Я выйду и вызову такси. Когда утром проснешься, напиши мне. И, пожалуйста, будь осторожна.

Хейли обняла меня:

– Ты уверена? Я знаю, он поймет. Мы оба довольно сильно напились, поэтому все равно собирались остаться здесь. Логан знает Бентли, и тот предложил нам переночевать в свободной спальне.

– Уверена. – Я поцеловала подругу в щеку. – Увидимся завтра.

От расстройства я была готова разрыдаться. Мне нужно было отсюда убраться как можно скорее. Открыв входную дверь, я уперлась в мускулистую мужскую грудь.

Мысленно обругав себя за невнимательность, я пробормотала:

– Извините, – и попыталась проскользнуть мимо.

Он продолжал преграждать мне путь, так что обойти его не получалось. Я подняла взгляд, пытаясь понять, в чем, черт возьми, проблема. И хотела было сказать, чтобы убирался к черту с дороги, но была потрясена, увидев Хантера.

Под изучающим взглядом его голубых глаз я застыла на месте.

– Ч-что ты здесь делаешь? На вечеринку ты немного опоздал.

Он осмотрел меня с ног до головы.

– Я здесь живу, СиСи. Куда это ты направляешься одна, и где, черт возьми, Хейли?

Пиво начало туманить мозги, и я невнятно пролепетала:

– Мы с Домиником поругались, Хейли остается здесь с Логаном, а я собираюсь домой. Если посторонишься, я выйду и вызову такси, которое увезет отсюда мою задницу.

Хантер положил руки мне на плечи.

– Во-первых, долбаное такси ты не вызовешь. Во-вторых, никуда ты не пойдешь. Сегодня ночью можешь остаться здесь, в моей комнате. Я бы отвез тебя домой, но чертовски устал. И не хочу, чтобы ты в таком состоянии оставалась одна.

– Я могу вызвать такси, – икнув, сказала я. – Ты вовсе не обязан отвозить меня домой. Я большая девочка. – Черт бы побрал Бентли. Кто его просил подливать мне в стакан?

Хантер не ответил, а у меня больше не было сил возражать. Я знала, что проиграю эту битву. Он повел меня наверх. Видимо, в свою спальню. Отперев дверь, Хантер включил свет, втащил меня внутрь и запер ее за собой. Затем подошел к комоду и бросил на него ключи, достал из заднего кармана бумажник и положил рядом.

– У меня есть своя ванная, вон там, – он указал на другую дверь. Открыв ящик комода, достал шорты и футболку и отдал их мне.

– Вот, спи в этом. В том, что на тебе, ты спать уж точно не можешь.

Я быстро схватила одежду и направилась в ванную, чтобы умыться и переодеться. А вернувшись в комнату, увидела, что Хантер взял с кровати подушку с одеялом и положил их на кушетку у стены.

– Что ты делаешь? – спросила я.

Он повернулся и посмотрел на меня так, словно это был самый глупый вопрос на свете:

– Собираюсь спать на кушетке. Можешь занять мою кровать.

– Нет, – покачала я головой. – На кушетке буду спать я. Я меньше тебя.

– Нет, СиСи. Иди в кровать. Я прекрасно высплюсь и здесь.

– Ладно, но я улягусь на кровать только в том случае, если ты будешь спать там со мной. Ты не будешь из-за меня ютиться на крошечной кушетке.

Какое-то время Хантер смотрел на меня, а затем схватил подушку с одеялом и снова положил на кровать. Пока он раздевался до боксеров, я залезла в постель. Он присоединился ко мне. Несколько минут я лежала, уставившись в потолок, потом перевела взгляд на Хантера, который смотрел туда же.

– Спасибо, что позволил здесь переночевать. Надеюсь, тебе это не в напряг? Я и правда не против поспать на кушетке.

Повернув голову, он с мучительным выражением лица посмотрел на меня:

– СиСи, меня это не напрягает. Нам и раньше случалось спать вместе. – Он взял еще одну подушку, которую сбросил с кровати, и положил ее между нами. – Вот, совсем как раньше.

– Там слишком шумно, – вздохнула я. – Так я никогда не усну.

Стараясь не прикасаться ко мне, Хантер взял пульт и включил радио. Заиграла песня «Trying Not To Love You».

Когда он лег обратно, я посмотрела на него и прошептала:

– Спасибо.

Потом повернулась на другой бок. Мне нужно было хоть немного поспать. События этого вечера вконец меня измучили, и мне хотелось хоть на какое-то время отключиться. Со всеми остальными проблемами я разберусь завтра.

Я услышала, как Хантер пробормотал себе под нос:

– Охренительно классная песня.

Это было последнее, что я запомнила.

Когда следующим утром я проснулась, Хантер все еще спал. Он лежал на животе, повернувшись лицом ко мне и подложив под голову правую руку. И выглядел таким расслабленным. Несмотря на похмелье, впервые за долгое время я прекрасно выспалась. Я немного полежала, наблюдая, как от дыхания поднимается и опускается его спина, но природа взяла свое. Тихонько встав, я пошла в ванную. А там заглянула в шкафчики в поисках обезболивающего, чтобы избавиться от легкого похмелья после вчерашней вечеринки. Приняв таблетку, я направилась в кухню чего-нибудь попить.

Спустившись по ступенькам вниз, я не поверила своим глазам. В доме был жуткий беспорядок, и повсюду в отключке валялись люди. Я бросила взгляд на диван в гостиной и от увиденного чуть не грохнулась в обморок. Две девчонки были примотаны к нему скотчем.

– Похоже, проснутся они нескоро, – покачав головой, пробубнила я себе под нос и направилась туда, где, как я надеялась, находилась кухня. А подойдя ближе, увидела парня, приклеенного скотчем к двери ванной. – Что не так с людьми, которые позволяют приклеивать себя ко всякой фигне? – снова пробормотала я.

Вернувшись в прихожую, я прошла мимо спящего на полу парня. Кто-то черным маркером разрисовал ему все лицо, руки и ноги. В кухне несколько человек все еще играли в покер. Я взяла из холодильника бутылку воды и пошла обратно наверх. Проходя мимо огромного окна наверху лестницы, я выглянула наружу и заметила, что ночью стол для пикника подожгли в нескольких местах. А в бассейне на надувном матрасе спали парень с девушкой.

Оставив позади беспорядок, я покачала головой и тихонько открыла дверь в комнату Хантера, надеясь его не разбудить. И удивилась, обнаружив его сидящим в постели. Он провел рукой по волосам и раздраженно заявил:

– Проклятье, СиСи. Я думал, ты ушла.

– Расслабься, Хантер, я всего лишь ходила в кухню поискать чего-нибудь попить, – сказала я как можно спокойнее.

– Черт! Прости, я думал, ты от меня сбежала. – Он указал на холодильник в углу. И как я не заметила его раньше? – Там есть вода и апельсиновый сок.

Я села на кровать и натянула на ноги одеяло.

– Извини, я его не видела. А жаль, – захихикала я. – Тебе не стоит спускаться вниз. В доме полный бардак.

– Неудивительно. – Он поднял глаза к потолку. – Такая фигня происходит каждый раз, когда в начале учебного года Бентли закатывает вечеринку. Для уборки он нанимает фирму.

– Слава Богу! Чтобы убрать весь этот беспорядок, понадобится целая вечность. Ты еще не видел ребят, приклеенных внизу скотчем.

Застонав, он посмотрел на меня:

– Ты серьезно?

Я кивнула:

– А какого-то парня с ног до головы разрисовали маркером. Эту дрянь сто лет оттирать придется.

– На этот раз хоть полицию никто не вызвал. – Хантер поднялся и поправил боксеры. – Я приму душ, а затем отвезу тебя домой.

– Хорошо. Звучит неплохо. Я снова ложусь спать. Когда будешь готов, разбуди меня. – Я легла и натянула одеяло до подбородка, наблюдая за тем, как Хантер пересек комнату и направился в ванную. Боже, от него невозможно оторвать глаз. У парня самая классная задница из всех, что я когда-либо видела. На правом плече у него была одна из моих любимых татуировок – руки с четками, сложенные в молитве, а над ними надпись староанглийским шрифтом: «Судить меня лишь Богу».

Видимо, почувствовав мой взгляд, Хантер обернулся и подмигнул мне. Я натянула одеяло до самого носа, пытаясь скрыть румянец от того, что меня застукали, но не смогла отвести глаз. Когда Хантер закрыл за собой дверь в ванную, я истерически задергалась и завизжала, как малолетка. Поверить не могу, что провела с ним ночь – наедине! – а он так и остался в одежде.

Через какое-то время меня разбудил звонок моего сотового. Перекатившись на свою сторону постели, я взяла телефон. Мне пришло сообщение от Хейли с вопросом, где я. Я посмотрела на часы. Господи, я проспала два часа.

Я могла только гадать, куда, черт возьми, подевался Хантер и почему меня не разбудил. Сев в постели, я подскочила от неожиданности. Он сидел в ногах кровати, наблюдая за мной.

– Черт, ты меня напугал. Почему не разбудил?

Он пожал плечами:

– Мне нравится смотреть, как ты спишь в моей постели. Ты выглядела такой расслабленной.

– Ты все время за мной наблюдал? – Боже мой, надеюсь, я не разговаривала во сне.

– Нет. После душа я пытался тебя разбудить, но не смог. Пошел пробежаться, только что вернулся и снова влез под душ.

– Ну, спасибо, что дал поспать.

Хантер подошел к комоду.

– Хочешь надеть спортивные штаны, чтобы поехать домой? Не думаю, что снова надевать то платье – хорошая идея.

Я промолчала. Ни за что не вернусь в общагу в его шмотках. Доминик слетит с катушек. Я сняла футболку и бросила в угол, где лежала его грязная одежда, оставшись только в бюстгальтере и его боксерах. И услышала, как он судорожно втянул воздух. Обратив на себя его внимание, я решила немного пофлиртовать. Подняла с пола платье и скользнула в него. Затем, запустив руки под подол, начала медленно стягивать с себя боксеры. Я взглянула на Хантера и увидела, что он пристально за мной наблюдает.

Ухмыльнувшись, я подмигнула:

– Нравится то, что ты видишь?

Он кивнул.

– Даже не представляешь как, – пробормотал он достаточно громко, чтобы я разобрала его слова. – Надо отсюда убираться. – Хантер взял ключи, бейсболку, бумажник и открыл дверь, бросив через плечо: – Увидимся внизу, так что поторопись.

Заскочив в ванную и собрав волосы в хвост, я спустилась к Хантеру и, все еще смеясь над беспорядком, царившим вокруг, поинтересовалась:

– Так как вы с Бентли стали соседями?

Хантер выпроводил меня за дверь.

– В прошлом году я, эм-м, выручил его сестру. – Ответ мне не понравился, и расспрашивать о подробностях я точно не собиралась, но, открыв передо мной дверь своего грузовичка, Хантер продолжил: – СиСи, это не то, что ты думаешь. В прошлом году Бентли устроил тут вечеринку. Из-за одного футболиста ситуация вышла из-под контроля. Парень не принял от нее «нет», поэтому я преподал ему урок.

– Где сейчас эта сестра? – Я надеялась, что она не живет здесь вместе с ним.

– Бросила учебу и вернулась домой.

Слава Богу!

– С ней все было в порядке? – спросила я, гадая, что он имел в виду, сказав, что футболист не принял «нет».

– Нет. То есть сначала все было не очень, но ей уже лучше.

Хантер закрыл дверь, сел за руль, и мы вернулись в общагу. Высадив меня, он сказал, что позже позвонит узнать, как у меня дела. Я вошла в свою комнату. Хейли лежала на кровати и смотрела телевизор.

– Где ты была? Вчера ты так и не ответила на мое сообщение.

– Уже уходила с вечеринки, как вдруг наткнулась на Хантера. Домой одну он меня не отпустил, так что на ночь я осталась у него. – Я села на свою кровать и скинула туфли. – Когда ты вернулась?

– Вчера вечером. Я чувствовала себя виноватой, что после случившегося на вечеринке ты едешь домой одна. Теперь об этом жалею.

– Прости. Я должна была тебе написать. – По правде, мне не хотелось знать, но я все же спросила: – Что вчера вечером произошло после моего ухода?

– Лучше тебе не знать, Кензи. – Перед тем как продолжить, она посмотрела на меня: – Открой наконец глаза и посмотри, что происходит. Он больше не тот парень, с которым ты начала встречаться.

– Просто расскажи, что произошло. Я тоже чувствую, что Доминик изменился. Но он мне нужен. Знаю, ты не понимаешь.

– Девчонка, с которой он танцевал… – Когда я кивнула, она продолжила: – После твоего ухода они вместе куда-то испарились. А через некоторое время вернулись.

Я уставилась на нашу с Домиником фотографию у меня на столе, вспоминая, как нам с ним было весело.

– Думаешь, он мне изменил?

– Кензи, посмотри на меня.

Я повернулась к ней, сдерживая слезы. Боже, надеюсь, что нет.

– Нет. Ничего такого я не видела. И не смей плакать! Он не стоит твоих слез. Я серьезно.

После разговора с Хейли я приняла долгую горячую ванну. А пока нежилась в воде, проверила телефон, потому что с самого утра в него не заглядывала. Мне пришло два сообщения. Одно – от мамы, которая хотела удостовериться, что я приеду домой на День благодарения. В ближайшие выходные она собиралась устроить праздник в честь будущего малыша Хлои. До рождения ребенка нам вряд ли выпадет еще один шанс собраться вместе. Другое сообщение пришло утром от Доминика. Он спрашивал, можем ли мы поговорить.

Через несколько часов я проголодалась. Я решила написать Доминику и узнать, не хочет ли он захватить пиццу и приехать. Он ответил согласием и написал, что скоро увидимся.

Примерно через час он постучал в дверь и вошел в комнату.

– Детка?

Я села в постели и потуже затянула хвост.

– Я здесь.

Он положил пиццу на стол и присел рядом со мной.

– Я точно не знаю, что произошло вчера вечером, но нам нужно все выяснить. Я не могу потерять тебя из-за недоразумения.

Я нахмурилась:

– А вчера тебе, кажется, было на это наплевать. Вы с той стервой чуть, блин, дыры друг в друге не протерли. Как ты мог так поступить, Доминик? И это всего через десять минут после того, как я сделала тебе минет.

– Она подружка моего соседа по комнате. – Доминик положил мне на затылок руку. Я сбросила ее. – Помнишь девчонку, которая приходила тем вечером?

Я кивнула, припоминая, кого именно он имел в виду.

– Это Бриттани. Она – никто. Не нужно расстраиваться.

– Она уж точно не показалась мне никем. Не говоря уже о том, что ты выставил меня полной дурой перед своими друзьями. Ты даже не пошел за мной, когда я пыталась уйти. Я налетела на Хантера, и он разрешил мне переночевать в его комнате, потому что я была немного пьяна, чтобы самостоятельно ехать домой.

– Никто не считает тебя дурой. Ты ночевала в его комнате? А где, черт возьми, спал он? – Доминик встал и начал ходить передо мной взад-вперед.

Знаю, злорадствовать нехорошо, но я не собиралась упускать возможность отомстить ему за то, что он вел себя, как придурок, поэтому сказала правду:

– Где еще он мог спать? В своей комнате, со мной.

– Ты надо мной прикалываешься, твою мать? – заорал он.

– Может, вместо того, чтобы обхаживать ту мымру, тебе стоило убедиться, что я нормально добралась домой.

– Прости, Кензи, я вел себя как гребаный идиот. Я слишком много выпил. Я люблю тебя, и только одну тебя. – Он подошел и заключил мое лицо в ладони.

Я вздохнула:

– Мне страшно, Доминик. По-моему, ты изменился, и закончится тем, что мне будет больно.

– Я не сделаю тебе больно, обещаю. Ну же! Давай есть, пока пицца не остыла. – Он поцеловал меня в макушку, затем положил кусок пиццы на тарелку и передал мне.

Пока мы ели, Доминик упомянул, что теперь из-за футбола не сможет проводить со мной много времени. Я сказала, что все равно собираюсь искать работу на неполный рабочий день. Он согласился с этой идеей и предложил взять его машину, пока я буду ездить в поисках работы. В такие моменты я жалела, что моя машинка осталась дома. Так предложил папа, решив, что здесь она будет мне не нужна. Он считал, что Доминик с Хантером выручат меня, если я где-нибудь застряну. Доминик остался со мной смотреть фильм, а после вернулся к себе, потому что завтра ему предстоял ранний подъем.

Позже тем же вечером, когда вернулась Хейли, я спросила, не хочет ли она завтра пойти со мной искать работу. Подруга согласилась, сказав, что может подзаработать немного денег на предстоящие праздники. На маму Хейли рассчитывать не могла, потому что она уже и так очень помогла ей с обучением.

На следующий день мы с подругой оделись и отправились на поиски работы. Доминик, как и говорил, подсунул ключи от машины под дверь. Мы обратились в парочку местных кафе, до которых можно было дойти пешком, но везде нам сказали, что перезвонят. Еще мы заскочили в несколько мест в торговом центре, который находился не слишком далеко от общаги.

Когда мы закончили, то порядком проголодались, поэтому решили остановиться в небольшом кафе около кампуса. Там мы встретили Грейси.

– Почему вы не спросили в библиотеке? Им всегда нужны люди. Все подходящие смены скорее всего уже заняты, но попытаться стоит, – сказала она.

Хэйли посмотрела на меня. Она знала, что на подобной работе я долго не задержусь. Мне нравится, когда вокруг шумно. А эта работа совершенно отличалась от всего, чем я обычно занималась, но попробовать стоило.

– Спасибо. Наверное, загляну туда завтра после занятий.

– Кензи, ты не удержишься на такой работе, – покачала головой Хейли.

– Я справлюсь. Вдобавок, если они возьмут нас обеих, тишина мне не грозит. У тебя рот никогда не закрывается, – улыбнулась я. Подруга знала, что я права.

– В воскресенье там довольно тихо. Можешь сейчас проверить и посмотреть, заговорит ли с тобой хоть кто-нибудь, – усмехнулась Грейси, глядя на Хейли. – Думаю, Логан как раз на работе.

Как я и говорила, рот у Хейли никогда не закрывается, поэтому неудивительно, что Грейси знала о Логане.

– Встретиться с Логаном? Звучит неплохо! – Хейли вскочила со своего места. – Ну что, пошли?

Когда мы подошли к зданию, подруга повернулась ко мне.

– Если дашь говорить мне, то работа нам обеспечена, – подмигнула она и вошла в библиотеку.

За столом сидела девочка-ботаник в очках и с косичками. Мы подошли к ней, и Хейли спросила, не знает ли она, где найти Логана. Заучка перевела взгляд с Хейли на меня и обратно и указала на ряд стеллажей справа от нас.

Подруга взяла меня за руку и потащила туда. Мы осмотрели первые несколько рядов, но Логана не увидели. Нашли его только в последнем ряду. Он стоял к нам спиной. Мы направились по проходу к нему, но Хейли вдруг резко остановилась.

Я чуть не врезалась в подругу, но она повернулась и уставилась на книгу. Еще и шикнула на меня и указала глазами на Логана.

– Черт возьми, оставь ее в покое, Бритт. Она о тебе ничего не знает, – сказал Логан достаточно громко, чтобы мы его услышали. Хейли посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

– Он обязан рассказать ей. Я должна была это сделать еще тогда, когда вечером пришла и застала ее в его комнате, – упрямо проговорила Бриттани.

Я удивленно подняла брови, Хейли сделала то же самое.

Логан развернулся как раз в тот момент, когда подруга повернулась на него посмотреть.

– О, привет, Хейли. Что ты здесь делаешь? – Он немного откинулся назад, чтобы взглянуть на меня. Чертыхнувшись, Логан посмотрел на Бриттани, затем обратился ко мне: – Привет, Кензи.

– Привет, Логан. – Я пристально посмотрела мимо него на Бриттани. У нее был такой вид, будто ее поймали на горячем.

– Мы ищем книгу… – Хейли схватила с полки первую попавшуюся книгу. – А вот и она. «Большая книга лесбийских лошадиных историй».

Ну молодец, подружка! Сделала ситуацию еще более неловкой. Я фыркнула и отвернулась, чтобы уйти. Но услышала, как Хейли, понизив голос, что-то сказала Логану. Затем, тяжело вздохнув, подошла ко мне сзади.

– Больше никогда не вернемся в библиотеку без крайней необходимости, – сказала она.

Я остановилась и посмотрела на нее.

– Мы сюда пришли искать работу, Хейлз. Я хотя бы попытаюсь. Что сказал Логан?

Она зажмурилась:

– Ничего. Теперь иди и заполни заявление у заучки, чтобы мы убрались отсюда к чертовой матери. Мне нужно выпить.

Я попросила у девушки бланк заявления и заполнила его, а Хейли убежала прятаться от Логана. Отдав заявление, я нашла Хейли, и мы вернулись в общагу. Сначала мы заскочили к Доминику отдать ключи. Войдя к нему в комнату, я подошла к столу написать ему записку с благодарностью.

– Хм, Кензи, а это еще что за фигня? – спросила Хейли, указывая на трусики, лежавшие на полу у кровати Доминика.

Я была потрясена. Что, черт возьми, женские трусики делали у его постели? Они уж точно не мои. Доминик ведь не настолько глуп, чтобы приводить кого-то сюда. Или он действительно мне изменял? И так все думали, что он морочит мне голову, но я все время отмахивалась, потому что, когда мы вместе, он совершенно другой.

Мне казалось, что я сверлю трусы взглядом целую вечность. В конце концов я посмотрела на Хейли:

– Ладно. Думаю, нам обеим нужно выпить.

– Я обо все позаботилась. Написала Хантеру. Он уже едет. – Хейли взяла меня за руку, чтобы увести от трусов подальше.

– Я тебе когда-нибудь говорила, что обожаю, когда ты обо мне заботишься?

Подруга кивнула и внезапно остановилась.

– Что еще? – спросила я.

Хейли отпустила мою руку и вернулась к столу. Взяв ручку, она зацепила ею трусики и положила их на ключи. Потом снова взяла меня за руку:

– Теперь можем идти.

Когда мы с Хейли спустились вниз, я краем глаза заметила Доминика, идущего в нашу сторону. Дернув подругу за руку, я припустила к грузовичку Хантера.

– Торопитесь? – спросил он с озорной ухмылкой.

– Ага, давай скорее, Доминик идет, – ответила я, нарочно не глядя в окно в сторону Дома.

Хантер посмотрел в зеркало заднего вида на Хейли.

– Куда направляемся?

– Как можно дальше от этого придурка, – ответила подруга, указывая пальцем на Доминика. Я немного напряглась от мысли, что он увидит, когда окажется у себя в комнате.

Хантер завел двигатель и отъехал от обочины.

– Тогда возвращаемся ко мне. Мне совершенно не хочется никуда ехать.

Остальная часть поездки прошла довольно тихо, только Хейли на заднем сиденье подпевала песням. Я услышала, как в сумочке под ногами зазвонил сотовый. Конечно же, это был Доминик. Я все думала, что он скажет, когда я наконец с ним заговорю. Что трусики принадлежат девушке его соседа по комнате? На сей раз не прокатит. Они ведь лежали у его кровати.

Хантер вытащил меня из раздумий, положив руку на мое голое бедро. По моему телу тут же промчался ток, и я не смогла сдержать дрожь.

– Ты в порядке?

Осмотревшись, я заметила, что мы уже подъехали к его дому. Я натянуто улыбнулась Хантеру и вылезла из машины.

– Фильм и попкорн? – спросил он, войдя вместе со мной в дом.

– И мороженое, – пробормотала я в ответ.

– И выпивка, много выпивки, – добавила Хейли откуда-то из-за моей спины.

Когда мы оказались в кухне, Хантер направился к шкафчику и достал пакет попкорна. Хэйли пошла к бару в гостиной за стопками и водкой, а я – к морозилке за мороженым. Открыв дверцу, я увидела в морозилке свое любимое банановое мороженое с шоколадом и грецкими орехами, и на моем лице заиграла слабая улыбка.

Поставив мороженое на кухонный стол, я заметила наблюдавшего за мной Хантера.

Улыбнувшись, одними губами я произнесла:

– Спасибо.

Он подмигнул мне.

– Итак, в течение следующего часа каждые десять минут я буду говорить «стопка», а потом нам неплохо бы вернуться домой. Правда, Кензи? – спросила Хейли, наливая водку в рюмки.

– Думаю, сегодня вечером вы никуда не поедете, – заявил Хантер, доставая попкорн из микроволновки.

– Здесь у меня нет никакой одежды, а утром у нас пара, – сказала я ему и повернулась к подруге: – Напомни-ка мне еще раз, чья это была идея выбрать по понедельникам первую пару?

– Занятия выбирала ты, а не я, дорогуша. – Она взяла свою стопку и опустошила ее, затем налила еще одну. – Что ж, давайте начнем вечеринку.

Мы с Хантером взяли по рюмке и опрокинули их одновременно с Хейли. Вытерев рот тыльной стороной ладони, я положила себе в миску мороженое. Хейли взяла бутылку водки, Хантер – попкорн, и мы пошли в гостиную смотреть «Суперполицейских». Нам всем было необходимо хорошенько посмеяться.

Посреди фильма Хейли заснула в мягком кресле в обнимку с бутылкой водки. Хантер сидел на диване, а я удобно растянулась, положив голову ему на колени и поплотнее закутавшись в одеяло, которое он взял для меня со своей кровати. Я уже засыпала, когда из дремы меня вывел завибрировавший у Хантера в кармане сотовый.

Немого сдвинувшись, он полез за телефоном. Я начала приподниматься, чтобы Хантер мог его достать, но он придержал мою голову на месте и вытащил телефон. Тяжело вздохнув, он отклонил вызов и положил сотовый на подлокотник дивана.

Он уже собирался что-то сказать, но опять зазвонил телефон. Хантер громко выдохнул и показал, что это звонит Доминик. Я покачала головой, и он снова отклонил вызов. Я опять опустила голову ему на колени и поплотнее закуталась в одеяло.

Минут через десять телефон Хантера снова загудел. Он взял его и на этот раз ответил:

– Привет, Куп.

Подняв голову с его коленей, я села и беззвучно сказала:

– Сейчас вернусь.

Он кивнул.

В кухне я взяла свою сумочку со стола и нашла телефон. У меня было двадцать шесть пропущенных звонков, два сообщения на голосовой почте и шесть эсэмэсок. И все от Доминика.

Я пробежала глазами несколько сообщений, где говорилось, что трусики не имели к нему никакого отношения и я все неправильно поняла. Он сожалел и просил позвонить, чтобы все мне объяснить.

Готовая покончить со всем этим, я набрала номер Доминика.

Он ответил сразу же:

– Детка, ты все не так поняла. Это были трусики Бриттани. Можешь с ней поговорить. Я ей сказал, чтобы прекратила творить такое дерьмо.

Он бормотал с бешеной скоростью. С ним так всегда бывало, когда он что-то скрывал.

– Доминик, мне нужен перерыв. Ничего не получается. Мне кажется, ты от меня что-то скрываешь.

– Ладно, перерыв. Это я могу. Я не хочу тебя потерять, – его голос звучал расстроенно.

– Не звони, не пиши. Вообще ничего. Мне нужно время. – Я отключила телефон и, положив его обратно в сумочку, направилась в гостиную. Но из-за угла с прижатым к уху телефоном вышел Хантер.

Он передал мне телефон:

– Мейс хочет с тобой поговорить.

– Привет, Мейс. Как дела? – Я старалась казаться веселой. Мне не хотелось, чтобы он думал, будто я расстроена из-за ссоры с Домиником.

– Через пару недель я приеду. Ничего не планируй, – сказал он.

– Знаешь, не мешало бы сначала у меня спросить, – рассердилась я.

– Кензи, скажи спасибо, что сейчас меня нет рядом, – процедил он сквозь зубы.

– И что, черт возьми, это значит? – спросила я и посмотрела на Хантера, который стоял, прислонившись к холодильнику.

– Думаешь, Хантер не сказал бы мне, что этот придурок вытирает об тебя ноги? – Мейс был в бешенстве. Доминик ему никогда не нравился, а то, что, видимо, рассказал ему Хантер, только подпитывало его ненависть.

– Я большая девочка, Мейс, и могу сама о себе позаботиться. Слушай, мне нужно идти. У Хантера в телефоне садится батарея. Люблю тебя. – Прежде чем он ответил, я нажала отбой.

– Мило, – заметил Хантер, поймав телефон, который я ему бросила.

Раздвинув стеклянные двери, я спустилась по лестнице на пляж. Мне нужно было разобраться с собственными мыслями.

Могла ли я верить словам Доминика? Может, да, а может, и нет. Я знала, что футбол занимает почти все его время. Если у него не было времени на меня, хватало ли его еще для кого-нибудь? Может, да, а может, и нет.

Я прекрасно понимала, что он уже не тот парень, с которым я начала встречаться год назад. Он сильно изменился. Я тоже становилась другой. Мы отдалились друг от друга.

– Привет, – сказал Хантер, стоя у меня за спиной, и положил руки мне на плечи.

– Привет. – Я откинула голову назад, чтобы взглянуть на него.

– Ты в порядке? Ты же знаешь, я рассказал Мейсону, потому что у меня не было выбора. Я не отвечал на его звонки. Наверное, он понял, что что-то происходит, поэтому заставил позвонить Купа. – Хантер пытался оправдаться, но ему не нужно было этого делать. Это моя семья, и это никогда не изменится.

– Я знаю. – Я посмотрела на океан. – Я сказала Доминику, что мне нужен перерыв.

– Я слышал. Шел дать тебе телефон, но решил, что тебе нужна минутка. – Хантер принялся массировать мне плечи. Боже, это было превосходно. – Ты как натянутая струна, СиСи. Расслабься.

Я постаралась расслабиться и насладиться ощущением его рук. Но мои глаза тут же наполнились слезами. Стараясь не думать ни о нем, ни о Доминике, я стряхнула руки Хантера со своих плеч. Он не знал, что от этого мне только хуже. Я хотела оказаться в его объятиях. Хотела, чтобы он избавил меня от боли, которую причинил Доминик. Но он не мог этого сделать, потому что не хотел.

Я спустилась к океану. Волны, которые омывали мои ноги, были ледяными, но мне было все равно. Я и так уже онемела. Но продолжала идти, пока не перестала чувствовать под ногами дно. Хантер подошел сзади и прижал меня к себе. Мне хотелось этого, и сегодня вечером у меня уже просто не осталось сил продолжать его отталкивать. Я стояла в его объятиях, почти не чувствуя, как плещется у ног вода. Через некоторое время я начала дрожать, и мы направились обратно к дому. Когда мы вошли в гостиную, Хейли все еще крепко спала в кресле.

– Думаю, лучше оставить ее здесь. Я принесу из своей комнаты одеяло, – сказал Хантер и пошел к лестнице.

Я решила последовать за ним наверх, чтобы одолжить кое-какую одежду и снять мокрые тряпки.

Толкнув дверь, я вошла в комнату.

– Могу я снова одолжить у тебя одежду?

– Ага, не стесняйся. Футболки лежат во втором ящике, боксеры – в первом, – сказал он из гардеробной. – Я вниз, так что можешь переодеться здесь, – и вышел с одеялом для Хейли.

Достав одну из его футболок и боксеры, я быстро переоделась. Затем пошла в гардеробную взять себе еще одну подушку и одеяло. Открыв дверь гардеробной, я заметила фотографии. Они были приклеены к двери. На них мы с Хантером были вдвоем, и сделаны они были летом несколько лет назад. Пока я на них глазела, вернулся Хантер.

– Эм-м… – Он собрался с духом и продолжил: – Хочешь спать здесь или внизу с Хейли?

Я повернулась к нему и несколько долгих секунд просто на него смотрела.

– Почему они здесь?

– Это просто фотографии, СиСи, – отозвался он, направившись к комоду.

Я молча закрыла дверь гардеробной.

Хантер выдвинул один из ящиков, взял боксеры и пошел в ванную. Пару секунд спустя он вышел в одних трусах и направился к кровати.

– Так как? Остаешься или идешь вниз? – снова спросил он.

Я не ответила. Просто подошла к кровати, откинула одеяло и забралась в постель. Хантер потянулся к лампе на журнальном столике и выключил свет. А затем лег. Я знала, что ему неудобно, потому что он все время ворочался.

– Я тебе мешаю? – спросила я после того, как он начал трясти ногой, отчего вся кровать ходила ходуном.

– Нет, а что?

– Из-за твоей ноги трясется вся кровать. Я не прочь поспать внизу.

– Нет, ты мне не мешаешь. – Он повернулся на бок лицом ко мне.

Ни за что не усну, если Хантер будет на меня смотреть. Я отвернулась, но легче от этого не стало. Я знала, чего хочу, и жалела только о том, что Хантер не хотел того же. Словно прочитав мои мысли, он коснулся моего бедра и притянул меня к себе.

– Так нормально? – прошептал он мне на ухо.

Я кивнула и прижалась еще ближе. Как раз то, что мне было нужно. Через несколько минут я уже спала.

На следующее утро я проснулась от того, что кто-то щекотал мои ступни. Пытаясь отбиться ногами, чтобы снова заснуть, я услышала, как кто-то чертыхнулся.

Я села в постели.

– Прости, Хейлз. – Оглядевшись вокруг, я на миг пришла в замешательство, но потом поняла, где я. – Который час?

– Половина седьмого. Я подумала, что должна тебя разбудить, чтобы мы могли вернуться в общагу и подготовиться к паре, – сказала она, потирая ушибленное плечо.

Тяжело вздохнув, я откинулась на постель, взяла подушку, лежавшую рядом, и ударила ею Хантера.

– Хантер, просыпайся!

– Уже проснулся, – отозвался он, прислоняясь к спинке кровати, взял подушку, которую я в него швырнула, и положил себе на колени.

Хейли истерически захохотала. Я опять села и уставилась на нее.

– Что, черт возьми, тут смешного?

Вытирая слезы, она указала на подушку на коленях Хантера:

– Вот это.

Подруга развернулась и ушла, продолжая хихикать.

Хантер передвинул подушку, чтобы встать с кровати, и я увидела, что так развеселило подругу.

– Знаешь, я могу тебе с этим помочь, – рассмеялась я.

– Очень смешно, – ответил Хантер, подойдя к комоду, чтобы надеть джинсы.

Наконец успокоившись, я встала с кровати и пошла в ванную справить нужду и умыться. Вспомнив, что моя одежда промокла и возвращаться в ней домой не представлялось возможным, я вернулась в спальню и увидела прислонившегося к комоду Хантера.

– Моя одежда еще мокрая. Могу я одолжить у тебя спортивные штаны?

Он покачал головой и рассмеялся.

– Нет, ты и в этом неплохо выглядишь.

– Ну и фиг с тобой, – пожала плечами я и вышла из комнаты, демонстративно покачивая бедрами.

И услышала стон Хантера, а через минуту захлопнулся ящик комода. Я села на табуретку у кухонного островка, где Хейли ела мюсли.

– Так ты вчера вечером поговорила с Домиником? – спросила она, сунув в рот полную ложку мюсли.

– Ага, предложила ему сделать перерыв. Мне нужно время подумать.

– Гм! – вот и все, что она ответила.

Я посмотрела на часы на плите, потом – снова на Хейли.

– Нам пора ехать. Перед началом занятия мне еще нужно принять душ.

Я поднялась со стула и достала из сумочки телефон. Подруга тоже встала, поставила миску в раковину и пошла в гостиную. В кухню вошел Хантер, бросив мне сумку и спортивные штаны.

– Так я и думала, – рассмеялась я.

Он сердито посмотрел на меня.

– Я буду в машине.

Хантер высадил нас и сказал, что позже позвонит. А мы с Хейли собрались и пошли на занятия. Весь день Доминика я не видела. Думаю, он давал мне перерыв, о котором я просила. На протяжении недели он почти все время был занят футболом, но маленькая частичка меня надеялась, что он хотя бы попытается со мной поговорить.

Прошел остаток недели, но от Доминика не было ни слуху ни духу. Хейли старалась меня отвлечь, однако отсутствие попыток со стороны Дома немного уязвляло. К этому времени я уже надеялась получить ответ из библиотеки, но его все не было. К концу недели мне просто необходимо было сходить куда-нибудь и немного повеселиться.

В пятницу днем позвонил Хантер и поинтересовался нашими планами на выходные. Так как ему не нужно было работать, мы договорились позависать у него дома. Я повесила трубку и сказала Хейли упаковать сумку. Хантер приедет через полчаса. На выходе из общаги мы столкнулись с Домиником. Я посмотрела на него, но он опустил глаза и ушел.

Когда мы сели в грузовичок Хантера, мне в нос сразу же ударил аромат его одеколона. И я не единственная, кто это заметил.

– Проклятье, Хантер, ты что, на свидание собрался или еще куда?

– Ха-ха! Все-то ты знаешь, но, нет. Сегодня вечером мы кое-куда идем. – Хантер бросил на меня быстрый взгляд.

– Что? Куда? – поинтересовалась я.

– В бар, где я работаю.

– Не знала, что ты работаешь в баре. Мы не взяли подходящую одежду. – Я повернулась и посмотрела на Хейли. – Давай вернемся.

Мы поехали назад. Я прихватила черную мини-юбку, черно-зеленую майку и черные лодочки. Еще бросила в сумку белое платье, которое так нравилось Хейли, и белые туфли на высоком каблуке. Подруга взяла пакет с нашей косметикой, лаком для волос, утюжком и всем тем, что могло нам понадобиться. Пять минут спустя мы уже возвращались к машине, когда Бриттани открыла дверь общаги и пискнула от неожиданности.

– Стерва, – пробормотала Хейли, подталкивая меня пройти мимо Бриттани.

Приехав к Хантеру, мы поднялись в его комнату и начали готовиться. Я пошла в душ, а Хейли принялась раскладывать вещи. Мне нравилась ванная Хантера, она была просто огромная. Три распылителя омывали струями все тело, а сама душевая кабина была настолько большой, что в ней могло поместиться человек пять.

Вытащив наконец себя из душа, я в одном полотенце вышла из ванной. Заметив меня, Хантер замолчал на полуслове. Мысленно улыбаясь, я подошла к сумке, стоявшей возле его ноги, достала черные трусики, бюстгальтер и мини-юбку с майкой и вернулась в ванную переодеться.

После меня в душ пошла Хейли. А я принялась сушить волосы феном, чтобы, когда она выйдет, можно было приступить к их выпрямлению утюжком. Все это время за мной пристально наблюдал Хантер.

– Девчонки всегда так долго собираются? – спросил он, усевшись на кровать.

– Совершенство требует времени, – подмигнув, ответила я.

Через час мы с Хантером были готовы отправиться в бар. Когда мы подъехали, стоянка была переполнена. У двери стояла очередь, но Хантер обошел ее. Подойдя к вышибале, он пожал ему руку точно так же, как постоянно делал это с моими братьями.

– СиСи, Хейли, это мой друг Зик. Он сделал мне татуировки.

Зик был настоящим плохим парнем: высокий, темноволосый, кареглазый, весь в татуировках и пирсинге.

– Так это СиСи? – спросил Зик у Хантера.

– Она самая. – Хантер посмотрел на меня и подмигнул.

Зик взял мою руку, поднес к губам и поцеловал, потом сделал то же самое с рукой Хейли. Для нужного эффекта этого было достаточно.

Я оказалась права. Подруга бросила на меня мечтательный взгляд. Покачав головой, я посмотрела на Хантера. Он кивнул мне, чтобы я шла первой.

Мы вошли в бар, и Хейли спросила у Хантера:

– А пирсинг он тоже делает?

– Он все делает, – ответил он.

Подруга посмотрела на меня, и, прежде чем она задала вопрос, я обратилась к Хантеру:

– На этих выходных можешь нас к нему свозить?

– Ага, устрою вам встречу. – Он посмотрел на дверь, потом на меня.

Когда он заметил мою невинную улыбку, его глаза расширились.

– Что? – спросила я.

Хантер зажмурился, а потом открыл глаза. Я видела, что он борется с собой.

– Ничего.

Он послал девушке за барной стойкой горячую улыбочку, и она подошла к нему.

– Привет, красавчик, тебе чего?

– Как всегда. – Он посмотрел на меня и подмигнул, а потом перевел взгляд на барменшу. – А еще «Секс на пляже» и «Космо».

– Будет сделано. – Она отвернулась и принялась за наши напитки.

Я покраснела, всерьез задумавшись, каково было бы заняться с Хантером сексом на пляже. Я не должна была даже думать о таком, учитывая весь текущий бред с Домиником, но ничего не могла с собой поделать. Я посмотрела на Хейли, но она лишь улыбнулась.

– Пойдем потанцуем, – предложила она после нескольких бокалов.

Я взяла ее за руку, и мы вышли на танцпол.

Мы потанцевали пару песен, и к нам начал подкатывать один урод. Танцевал он отвратительно. Сегодня для подобного дерьма у меня не было настроения. Я посмотрела на Хантера, одними глазами умоляя его прийти нам на помощь, но он лишь подмигнул мне. Этот осел мне подмигнул! Я покачала головой и продолжила танцевать с Хейли, в то время как этот долбаный урод пытался влезть между нами.

Я танцевала спиной к Хантеру. Кто-то схватил меня за бедра и притянул к себе. Я попыталась развернуться и заехать парню по морде, надеясь, что до него дойдет с первого раза. Но руки на моих бедрах впились мне в кожу.

– Черт возьми, ты меня с ума сводишь.

Я тут же расслабилась, поняв, что это Хантер, и посмотрела на него через плечо.

– Ага, но ты этого заслуживаешь. Почему раньше не подошел?

Хантер принялся тереться о мой зад.

– Поэтому.

Слава Богу, что от танца я уже разрумянилась, иначе ситуация стала бы совершенно неловкой. Я посмотрела в сторону и увидела Хейли, танцующую с Зиком. Он что-то шептал ей на ухо, а она смеялась, откинув голову назад.

– Это рискованно, ты же знаешь, – произнес Хантер достаточно громко, чтобы я услышала.

На секунду я замерла, а потом повернулась к нему лицом. Я ожидала, что Хантер отстранится, но он положил руку мне на талию, просунул колено между моих ног и стал двигаться в такт музыке.

Мы танцевали так, казалось, целую вечность. Я попросту растворилась в нем, и для меня больше ничего не имело значения. Я совершенно забыла о проблемах с Домиником. Забыла, что Хантера беспокоило мнение моих братьев. Передо мной было то, чего я хотела больше всего. Мне хотелось, чтобы он всегда был со мной.

Хантер передвинул руку с моего бедра на поясницу и очень медленно начал опускать ее на задницу. Я прижалась к нему еще сильнее, уткнулась лицом ему в шею и поцеловала. И тут же услышала, как он резко втянул носом воздух. Отстранившись, я посмотрела на него, но его взгляд был обращен на что-то за моей спиной. Я повернулась узнать, что привлекло его внимание, и увидела Доминика, сверлившего меня взглядом.

– Вот блин! – Я отпустила Хантера и повернулась лицом к Доминику.

Он подошел и крепко схватил меня за руку. Утром там наверняка появится синяк.

– Ой! Доминик, мне больно. Отпусти. – Я попыталась выдернуть руку.

– И как, черт возьми, это называется, Маккензи? – процедил он сквозь зубы, все еще буравя Хантера взглядом.

– Мы просто танцевали. Успокойся и отпусти, черт тебя дери, мою руку, – прошипела я, пытаясь разжать его пальцы.

– Отпусти ее, Дом, – потребовал Хантер.

Доминик отпустил мою руку:

– Ты сказала, что тебе нужен перерыв. Я сделал, как ты хотела, а ты такое вытворяешь?

– Ничего я не вытворяла, – огрызнулась я.

– Бред собачий. Мы уходим, – заявил Доминик и потянулся к моей руке.

– Я не пойду с тобой, когда ты в таком состоянии. Остынь, черт возьми! У тебя нет права злиться. Я нашла в твоей комнате гребаные трусики, а ты в моей мужских трусов никогда не видел! – заорала я.

Он молча потащил меня к выходу. Я посмотрела на Хантера, последовавшего за мной, и отрицательно покачала головой. Мне не хотелось, чтобы они подрались, а именно к этому все и шло. Когда мы вышли из клуба и завернули за угол в переулок, Доминик припечатал меня к стене и с силой впился в мои губы.

Он застонал, пытаясь углубить поцелуй, и, как только его язык оказался у меня во рту, я поняла, что он пил. Я чувствовала вкус алкоголя. Левой рукой Доминик зажал в кулаке мои волосы, а правую опустил к подолу юбки. Я сжала ноги и толкнула его в грудь, пытаясь его остановить. Прервав наконец поцелуй, я завопила:

– Проклятье, Доминик, какого хрена?

Доминик убрал руку с моего бедра и сделал несколько глубоких вдохов:

– Ты не представляешь, что со мной делаешь. Черт, надо убираться отсюда.

– Там Хейли. Я не уйду, не предупредив ее. – Доминик и правда думал, что я с ним уйду?

– Отлично, давай предупредим ее, что уходим. И скажи тому идиоту, чтобы держался от тебя подальше, – велел он.

– Ничего я не буду ему говорить. Хантер не сделал ничего плохого. Мы просто танцевали.

Я шла за ним обратно в бар. Он остановился прямо перед дверью.

– Не сделал? Ты шутишь? Он лапал тебя, Кензи. – Доминик зарылся руками в волосы и потянул их. – Я знаю, что у него есть к тебе чувства. Давно знаю. Хантер никогда не предпочтет тебя твоим братьям. Он тебя просто использует.

Не ответив, я прошла мимо него и открыла дверь, собираясь пойти и сказать Хейли, что ухожу. Я знала, Доминик прав. Хантер никогда не предаст моих братьев. Я злилась на Доминика за то, что он затронул эту тему. Злилась на себя за мысль, что сегодняшний вечер для Хантера что-то значил. Я словно напрашивалась, чтобы мне опять причинили боль.

Добравшись, наконец, до подруги, я сказала ей, что ухожу, и попросила ее забрать мои вещи у Хантера. Она ответила, что все сделает, и что мы увидимся уже утром. Когда я шла обратно к Доминику, Хантер преградил мне путь.

– Ты куда? – спросил он с выражением легкой паники на лице.

– Ухожу с Домиником. То, что сегодня произошло, не должно было случиться. Ты знаешь об этом, Хантер. – Я попыталась обойти его, но он меня остановил.

Он смотрел на меня так, словно хотел возразить, но промолчал. Это разозлило меня еще больше. Я хотела, чтобы он сказал, что я не права, но он этого не сделал. Как всегда.

– Черт возьми, держись от меня подальше, Хантер. Хватит морочить мне голову. То ты флиртуешь со мной и ведешь себя так, будто хочешь меня, то отталкиваешь. Мне это до смерти надоело. – На этот раз, когда я проходила мимо, он меня не задержал.

Возвращаясь в кампус, мы с Домиником не проронили ни слова. Я злилась на себя за то, что опять позволила Хантеру разбередить мою душу. И злилась на Доминика, что он больше не был тем парнем, каким был когда-то. Когда мы подъехали к общаге, я вылезла из машины, хлопнула дверцей и побежала в свою комнату, заперев за собой дверь. Доминик еще долго стучал, но я не открыла, и в конце концов он ушел.

Следующим утром Хейли вернулась домой довольно притихшей, мне тоже сказать было нечего. Да и что бы я сказала? Я была вне себя от того, что теряю Доминика, который сам, между прочим, указал на тот факт, что Хантер никогда не захочет быть со мной. Мне хотелось знать, что произошло после моего ухода, но что это изменит? Ничего. Нужно выбросить Хантера из головы, сосредоточиться на Доминике и надеяться, что это сработает.

Хейли планировала встретиться с Зиком, парнем из вчерашнего бара, и поинтересовалась, не хочу ли я составить ей компанию. Я ответила, что не в настроении куда-либо идти и собираюсь всю ночь читать в постели. Она сказала, что у меня есть время пораскисать до понедельника, и баста. Если к тому времени я не прекращу дуться, она позвонит моим братьям. Я пообещала, что все будет в порядке. Мне просто нужно побыть одной.

В понедельник после обеда мне позвонили из библиотеки и предложили работу. Единственная неприятность – она была с шести вечера до полуночи с понедельника по четверг. Чтобы как-то отвлечься, я согласилась.

Начинать нужно было уже в следующий понедельник, и оказалось, что именно Логан будет меня обучать.

Когда Хейли вернулась после последней пары, я рассказала ей о работе в библиотеке и о Логане. Подруга лишь покачала головой и посоветовала быть предельно осмотрительной. С того дня в библиотеке она с ним ни разу не заговорила. Меня это немало удивляло, потому что с самого их знакомства она мне все уши им прожужжала.

Остаток недели прошел в режиме «общага – занятия – общага». Хейли я почти не видела, потому что она в последнее время зависала у Хантера. При встрече с ней я притворялась, что все в полном порядке. Думаю, она верила. А если и нет, то не подавала вида.

Субботним вечером мне пришло первое сообщение от Доминика. Видимо, перерыв в отношениях меня беспокоил больше, чем его. Я наконец сдалась и написала ему, что нам нужно поговорить. Я не доверяла ему на все сто процентов, но все равно скучала. Скучала по его объятиям и по тому, каким милым и заботливым он был. Мне даже не хватало разговоров о футболе. Наконец устав ждать ответа, я поставила телефон на зарядку и легла спать.

Меня разбудил сигнал пришедшего сообщения. Я села, потерла глаза и увидела, что сообщений было два. Первое – от Мейсона. Он предупреждал, что на две недели остановится у Хантера. Второе – от Доминика. Оно пришло около четырех часов утра и было ни о чем.

Я быстренько настрочила брату эсэмэску, рассказав о новой работе и что дам ему знать о своем расписании. А еще написала, что после их приезда выкрою время пообедать с ним, Купером и Джексоном. Мне не хотелось говорить ему, что с Хантером я не общаюсь. После этого я написала Доминику, чтобы он, когда проснется, заглянул ко мне.

Я сушила волосы, когда в дверь постучали. Выключив фен, я пошла открывать.

– Привет, я думала, ты придешь позже, – сказала я Доминику, открывая дверь шире, чтобы он смог пройти.

– Сам удивился, что проснулся так рано. Ну? Ты хотела поговорить? – Он подошел к моей кровати и сел.

– Ага, думаю, пора бы. Ты так не считаешь? – спросила я, садясь рядом.

– Вообще-то, прямо сейчас мне не хочется разговаривать. – Доминик с сожалением посмотрел на меня. – Можно мне просто ненадолго тебя обнять?

Я пододвинулась и прислонилась к спинке кровати, Доминик сделал то же самое. Он притянул меня к себе и обнял, а я положила голову ему на грудь.

– Мне не хватает этого, Кензи. Не хватает тебя. Здесь все совсем не так, как дома. – Он поцеловал меня в макушку.

Я согласно кивнула, и он продолжил:

– Найденные тобой трусики принадлежат Бриттани. Я говорил соседу, чтобы он держал свое дерьмо на своей половине комнаты. Я объяснил ему, что именно ты нашла, и он попросил перед тобой извиниться. – Приподняв мой подбородок, он заставил меня посмотреть на него. – Я не могу потерять тебя, Кензи.

– Я тоже по тебе скучаю. Когда мы были дома, у нас все получалось. Здесь все иначе, и я пытаюсь верить тебе, но это тяжело. Увидев трусики у твоей кровати, я не представляла, что и думать. Но знала, ты не настолько глуп, чтобы оставить их на виду.

– Я тоже не представляю, как бы поступил, обнаружив здесь чьи-нибудь трусы. Может, просто все забудем и двинемся дальше? – шепотом спросил он.

Я видела, как отяжелели его веки.

– Доминик, я пытаюсь, но нельзя же постоянно все портить. Я отшила Хантера, поэтому можешь о нем больше не беспокоиться.

– Я люблю тебя, детка. – Он моргнул раз, второй и уснул.

Я снова положила голову ему на грудь и стала прислушиваться к его дыханию. Я лежала и долго размышляла, пока наконец не заснула сама.

Проснувшись, я приподнялась и посмотрела на Доминика. Он все еще крепко спал. Наверное, я отключилась на несколько часов, потому что за окном стемнело. Я попыталась подняться, не разбудив Доминика, но когда села, он взял меня за руку.

Я посмотрела на него, и он улыбнулся:

– Ты такая красивая.

– Неправда, – покраснев от смущения, я покачала головой и отвернулась.

– Даже не представляешь, что я чувствую, когда смотрю в твои прекрасные голубые глаза.

Именно такого Доминика я и любила, Он знал, что сказать, чтобы я почувствовала себя красивой. Именно таких отношений я хотела, а не тех, в какие они превратились.

– Я люблю тебя. Мне жаль, что в последнее время у нас все разладилось.

– Мне тоже, – улыбнулась я.

– Я проголодался. Не хочешь где-нибудь перекусить? – спросил он, растянувшись на постели.

– Ага, в последние дни у меня не было аппетита, – созналась я. Он всегда пропадал, когда меня что-то беспокоило.

– Детка, мы об этом говорили. Ты и так тощая. Тебе нужно есть.

– Ты же знаешь, как у меня это бывает. Вот сейчас я умираю от голода, так что пошли.

Мы поехали в «Ворон». Это место уже становилось моим любимым. Ради их бургеров можно умереть. Когда мы приехали, Доминик попросил столик у окна – мое любимое место. Мне очень нравилось сидеть и наблюдать за проходящими мимо людьми. Последовав за официанткой, я удивилась, увидев в одной из кабинок Хантера, Хейли и Зика.

Доминик остановился, когда тоже их заметил. Он повернулся и посмотрел на меня:

– Не хочешь пойти в другое место?

– Нет, мы же уже здесь. Я проголодалась и не могу вечно его избегать. Он мне как семья. – Я знала, что когда братья приедут в город, я не смогу игнорировать его, пока они будут здесь.

– Хорошо, наверное, ты права. Хотя мне это все равно не нравится.

Я прижалась к нему и поцеловала:

– Клянусь, волноваться нет причин.

– Знаю. Но это не значит, что ситуация должна мне нравиться.

Я понимала, ему нужно время, чтобы выбросить увиденное из головы, и знала, что еще не раз услышу об этом снова.

Мы пошли дальше за официанткой к нашему столику, который, как оказалось, находился прямо позади их кабинки. Доминик прошел мимо, а я остановилась поздороваться.

– Привет, солнышко, – сказал Зик.

– Как дела? – Хейли смотрела на меня, пытаясь оценить мое настроение.

– Хорошо, – ответила я.

Хейли вскочила со своего места.

– Раз уж ты здесь, а Зику нужно возвращаться на работу, давай проколем носы.

Я посмотрела на Доминика, который только пожал плечами. Видимо, это и был ответ.

– Хорошо, но сперва нам нужно поесть. Мы проголодались.

– Не вопрос. Мы как раз собирались уходить. Зику надо вернуться на работу, а мы с Хантером немного прогуляемся. Напиши, как закончите. – Подруга встала и, обняв меня, прошептала на ухо: – Ему очень хреново.

Я кивнула и посмотрела на Хантера, который сидел за столом, опустив голову. Думаю, это самое долгое время, что мы с ним не разговаривали.

Я подошла к Хантеру и положила руку ему на плечо.

– Привет.

Он посмотрел на меня, и мое сердце сжалось. Выглядел он дерьмово, и я не могла этого исправить. Мы оба знали, что у нас ничего не получится, потому-то я и должна была оставаться с Домиником.

Я хотела убрать ладонь с его плеча, но он схватил меня за руку.

– Мне очень жаль, – сказал он так, чтобы услышала только я.

– Знаю. Все будет хорошо. Нам просто нужно время. – Я подмигнула ему и направилась к своей кабинке. Мне не нравилось видеть его таким, но вместо меня он выбрал братьев, а я вместо него – Доминика.

Хейли с Зиком и Хантером ушли, а я села, чтобы поесть с Домиником. Я заказала свой любимый бургер, а Доминик – крылышки.

– Так ты собираешься проколоть нос? – спросил он, выпив стакан газировки.

– Ага. Зик – друг Хантера. Это он сделал ему все татуировки.

Он глядел на меня какое-то время, а потом взял крылышко и принялся есть. После этого мы почти не разговаривали. Пока Доминик оплачивал счет за обед, я написала Хейли, что мы готовы.

Снаружи мы встретились с Хейли и Хантером, а потом прогулялись несколько кварталов до «Океанской мистерии», где работал Зик. Мы шли в полнейшей тишине, отчего всем нам было безумно неловко. В воздухе так и витало напряжение.

Войдя в салон, мы с подругой направились в заднюю часть помещения, где Зик для нас уже все подготовил. Комната была маленькой, поэтому Хантер с Домиником ждали в холле. Увидев приспособления, лежавшие на подносе, Хейли разнервничалась и пропустила меня вперед.

Я залезла на стол. Зик подошел и спросил, какую сторону колоть. Я указала на правую. Взяв маркер, он сделал точку в том месте, где будет гвоздик, и вручил мне зеркало.

– Идеально, – улыбнулась я.

Он вернулся к подносу, взял иглу, зажим и оглянулся на меня.

– Самое страшное, что может произойти, – твои глаза наполнятся слезами, и ты почувствуешь небольшое давление.

Я понимающе кивнула.

Зик прижал зажимом крыло носа:

– Сделай глубокий вдох.

Я сделала и ощутила, как игла с давлением прошла насквозь.

– Теперь выдохни. – Он повернулся к подносу и взял гвоздик. – Сейчас снова почувствуешь небольшое давление.

Зик медленно вытащил иглу, одновременно продевая гвоздик.

– Готово. Быстро и безболезненно. – Он вручил мне зеркало, чтобы я оценила его работу. Мне понравилось.

– Еще я хочу проколоть язык.

Он уставился на меня так, словно я сморозила какую-то глупость.

– Что? – спросила я, пожимая плечами.

– Ты уверена? Это будет больно, и язык на несколько дней распухнет.

– Уверена.

Зик вышел из комнаты и вернулся со штангой для языка. Мы повторили ту же процедуру. Когда все закончилось, я слезла со стола.

– Твоя очередь, – ухмыляясь, сказала я подруге.

Она запрыгнула на стол. Зик проделал те же действия и с ней. Когда он закончил, мы вышли в холл, чтобы расплатиться.

Я достала из сумочки кошелек и взглянула на Зика, ожидая, что он назовет сумму. Он покачал головой и посмотрел мимо меня. Я повернулась к Хантеру, и он мне подмигнул. Не желая бесить Доминика тем, что Хантер оплатил процедуру, я снова повернулась к Зику и вручила ему чаевые. Таким образом, я вроде как ему заплатила.

Подойдя к Доминику, я обняла его и спросила, как ему результат.

– Смотрится прикольно. Мне нравится. – Он наклонился и поцеловал меня.

Через секунду я отстранилась:

– Хорошего понемножку.

Потом показала ему язык и, смеясь, выскочила из салона.

Я услышала стон Доминика, когда он подошел ко мне сзади. Положив руки мне на бедра, он притянул меня к себе и сказал:

– Детка, это чертовски сексуально.

Мы попрощались с Хантером и Хейли, которая залезла на байк Хантера. Откуда, черт возьми, здесь появился мотоцикл? Я немного ревновала, потому что он едет с ней. Только мне одной было позволено садиться с Хантером на мотоцикл, больше никому.

По пути домой я решила рассказать Доминику о приезде братьев. Поскольку у нас, казалось, все снова стало налаживаться, мне не хотелось от него что-нибудь скрывать.

– Детка, ты же знаешь, мне плевать, если ты зависаешь с братьями, но мне не нравится, когда ты с Хантером.

– Я тебе уже раз сто говорила, волноваться не о чем. – Я сжала его руку, когда мы возвращались к его машине.

– Дело не в тебе, а в нем. Просто никуда не ходи с ним одна, хорошо? – Он сжал мою руку в ответ.

– Обещаю. – В последнее время я давала много обещаний. И надеялась, мне удастся их все сдержать.

У нас с Домиником наконец все наладилось. Мы много времени проводили вместе. Близнецы продолжали откладывать поездку из-за Джексона. Из-за беременности у Хлои были проблемы с артериальным давлением, и он не хотел оставлять ее, не удостоверившись, что она в порядке. Трижды отложив поездку, Джексон в конце концов сказал близнецам ехать без него. Братья должны были явиться сегодня. Нам предстояло все выходные предаваться всякой ерунде, пока они здесь. Они обещали позвонить, когда наконец доберутся до дома Хантера, а потом мы встретимся в «Вороне», чтобы перекусить.

Мне нужно было кое-что подучить, потому что в выходные будет не до этого. В последнее время Хейли все больше и больше времени проводила с Зиком и Хантером, но сегодня была дома. Хотя подруга и не признавалась, но, думаю, она будет рада увидеться с Мейсоном. До встречи у нас еще было время, поэтому Хейли решила заскочить в душ.

Когда она вышла, я услышала всхлипы и увидела, что у нее покраснели и опухли глаза.

– Хейлз, что случилось? Почему ты плачешь?

Она лишь покачала головой и подошла к своему комоду, повернувшись ко мне спиной. Встав, я приблизилась к ней и положила руку ей на плечо. И тут слезы потекли в три ручья.

– Пожалуйста, солнышко, расскажи, в чем дело.

Хейли снова покачала головой. Я потянула ее к кровати и села, а она свернулась клубком и положила голову мне на колени. Какое-то время мы просто молчали. Она плакала, а я гладила ее по голове. Я знала, что подруга поговорит со мной, когда будет готова.

Наконец она успокоилась, и я дала ей салфетку. Она вытерла слезы, села ровно и стала крутить ее в руках.

– Я люблю Мейсона, – произнесла она так тихо, что я едва расслышала.

Так и знала!

– Ох, Хейлз, я уже знаю. – Я обняла ее. – Думаешь, я не замечала, как ты дома на него посматривала?

Она пожала плечами.

– Почему ты раньше мне не говорила?

Вздохнув, Хейли посмотрела на меня:

– Я не хотела, чтобы ты злилась и психовала из-за того, что я запала на твоего брата. Знаю, тебе не нравилось, когда девчонки в школе крутились вокруг них.

– Ты моя лучшая подруга, и ты совсем не похожа на тех девчонок. Я рада, что ты наконец мне рассказала. Но как же Зик? Вы же много времени проводите вместе.

– Мы просто друзья. Да и Хантер почти все время с нами. С Зиком весело, и он помогает выбросить Мейсона из головы.

– Так как? Ты рада приезду Мейсона?

– Черт, да. Не дождусь, когда увижу его сексуальную задницу.

Я поежилась, а она рассмеялась.

– Ладно, давай договоримся, – вздохнула я. – Если ты говоришь со мной о моем брате, то опускаешь все шокирующие подробности. Мне ночные кошмары ни к чему.

Подруга вмиг посерьезнела:

– Так ты действительно не против моих отношений с Мейсоном? Он, кажется, думает, что тебе это не понравится.

– Возможно, он считает, что для меня это проблема, но это не так. Я люблю тебя, Хейли. И знаю, что ты о нем позаботишься. Это все, о чем я прошу.

– Я люблю тебя, Кензи. – Подруга еще раз меня обняла. – Как у тебя с Домиником?

– Как ни странно, но в последнее время никаких нервотрепок. Так что все хорошо. Его немного беспокоит, что я провожу время наедине с Хантером. – Вчера вечером мы с Домиником много об этом говорили, и я все время повторяла, что волноваться ему не стоит. Я никуда не денусь.

– Вот и хорошо. – Она опустила взгляд на колени, потом снова посмотрела на меня. – Хантер безумно по тебе скучает. Я никогда его таким не видела. Даже после прошлого лета не было ничего похожего.

– Я тоже по нему скучаю, – вздохнула я, – но, чтобы Доминик оставался доволен, а мое сердце – целым и невредимым, я больше не могу крутиться возле Хантера, как раньше. Хантер ясно дал понять, что между нами никогда ничего не будет. С Домиником у меня все наладилось. И я не хочу создавать ненужных проблем. Время покажет, продолжатся наши отношения с Домиником или нет, но сейчас я хочу быть с ним. Он не побоялся дать отпор моим братьям, когда хотел встречаться со мной, Хейлз. Хантер никогда бы этого не сделал.

– Понимаю, правда. Я просто хочу, чтобы он вытащил голову из задницы и разобрался со всем своим дерьмом. У него такой вид, словно кто-то пнул его щенка.

– Он разберется. Хантер кого-нибудь встретит и думать забудет о чувствах, которые испытывает ко мне.

Хэйли опустила голову на подушку:

– Надеюсь, это скоро произойдет. Он такой зануда! Я думала, что это мне было тяжело, но ему намного хуже.

Мой телефон пискнул, и я поднялась глянуть, от кого пришло смс. Купер написал, что они только что приехали к Хантеру. Они собирались заскочить за нами, чтобы мы не вызывали такси.

Мы с Хейли стали готовиться провести время с моими братьями и Хантером. Я проследила за тем, чтобы для Мейсона подруга принарядилась особенно сексуально. Мы выпрямили ее длинные светлые волосы и нанесли темный макияж на глаза, чтобы сделать их более выразительными. Она натянула узкие и очень короткие черные шорты и сексуальный розовый топ с бретелькой через шею, в котором ее грудь выглядела великолепно.

Одевшись, подруга помогла мне выпрямить волосы. Я надела кое-что маленькое и не менее сексуальное, хоть и очень милое: короткий сарафан на тонких бретелях и черные туфли на танкетке. Шел конец октября, но, к счастью, для летних вещей все еще было достаточно тепло.

Прежде чем отправиться на ужин, я заскочила к Доминику. Он пожелал мне хорошо повеселиться и сказал, что мы увидимся на вечеринке у Хантера. Встав на цыпочки, я поцеловала Доминика и сказала, что люблю его и что мы обязательно сегодня встретимся.

Как только мы вышли из общаги, Хантер поднял голову. Ткнул Мейсона локтем и кивнул в нашу сторону.

– Черт, он такой сексуальный, – услышала я бормотание подруги.

Покачав головой, я рассмеялась.

– Что? – с ухмылкой спросила она.

– Ничего, – ответила я. – Беги охмурять своего любовничка.

– Дважды просить не нужно. – Она помчалась прямиком в объятья Мейсона. Он поймал ее и закружил.

Купер с Хантером смотрели на меня. Думаю, они ждали от меня какой-то реакции. Подумаешь, большое дело! Они взрослые. Он – мой брат, а она – моя лучшая подруга. Даже если у них ничего не выйдет, они все равно останутся в моей жизни. Да, это может показаться странным, но что есть, то есть.

Купер обнял меня и спросил:

– Ты не против? – Потом просмотрел на них и скривился. – Потому что я не знаю, что и думать. Она мне как сестра.

– А в чем проблема-то? – поинтересовалась я.

Немного подумав, он содрогнулся.

– Все равно мне это не нравится. Это странно.

Я поцеловала его в щеку:

– Ну, мы с этим справимся.

Потом подошла к Хантеру, обняла и его тоже. Он вцепился в меня так, словно я вот-вот исчезну. Потом сделал глубокий вдох, будто ему целую вечность не хватало воздуха.

– Прости.

Я отодвинулась и посмотрела в его ясные голубые глаза – те самые, о которых мечтала каждую ночь, даже если он и не тот человек, о ком стоило бы мечтать.

– Все нормально. – Я вздохнула. – Почему ты все время это говоришь? Я понимаю. Нам никогда не быть вместе.

– Я о многом сожалею. – Он обнял меня крепче, а потом отстранился.

Я развернулась и подошла к Мейсону и Хейли. Они все еще обнимались. Я прочистила горло:

– Привет-привет.

Мейсон посмотрел на меня и опустил Хейли на землю.

– Привет, сестренка.

Я крепко его обняла:

– Я люблю тебя, Мейс, – и, понизив голос, чтобы только он мог меня услышать, прошептала: – Не обижай ее, ладно?

– Так ты не против? – Он убрал руку с моей талии и отступил назад. – Это не будет казаться странным или еще что?

– Не понимаю, почему все думают, что у меня могут быть с этим проблемы. Я считаю, что это потрясно. Моя лучшая подруга может стать моей невесткой. – Я подмигнула Хейли, и она в ответ улыбнулась.

– Притормози! – Мейсон испуганно поднял руки. – О свадьбе разговора не было. Давай не будем сходить с ума.

Мы все рассмеялись и направились к машине Мейсона. Когда я, открыв дверцу, хотела забраться внутрь, Хантер взял меня за локоть, кивнул в сторону своего мотоцикла и выгнул бровь. Я посмотрела на байк и удивилась, увидев на сиденье свой шлем.

Я перевела взгляд на сидевшую в машине Хейли.

– Вперед, девочка! – улыбнулась она.

Как я могла отказаться? Мне нравилось ездить с ним, нравился выброс адреналина от ощущения свободы. Я подошла к байку, взяла свой шлем и посмотрела на свой наряд. Черт, как бы мне хотелось, чтобы сейчас на мне были шорты. Ну, отступать из-за этого я не собиралась.

Хантер сел на мотоцикл и выровнял его, чтобы я могла вскарабкаться сзади. Что я и сделала так грациозно, как только смогла. Усевшись, я прижалась к Хантеру и сразу же подоткнула под себя подол сарафана, чтобы во время езды он не задрался. Я прижалась ногами к его бедрам и обняла за талию. Мышцы его живота сжались. Я ослабила хватку, решив, что он не хочет, чтобы я его обнимала, но он накрыл мои руки своими и на секунду прижал к себе.

О чем я только думала? Это была плохая идея.

Я почувствовала, как он глубоко вдохнул и выдохнул. Потом отпустил мои руки и завел двигатель. Мы направились к «Ворону», а Мейсон последовал за нами.

Ужин прошел отлично. Все хорошо проводили время, смеясь и подшучивая друг над другом, как в старые времена. Мы с Хантером прекрасно поладили, словно ничего и не случилось.

– Почему не приехала Джейлин? – поинтересовалась я у мальчишек.

– В эти выходные у нее футбольный матч, – ответил Купер, уставившись на Хантера. Ну надо же!

Я попыталась выведать у Купера подробности:

– Ты много времени с ней проводишь?

– Ага. Он ходит на все домашние матчи и старается не пропускать выездные, – заговорил Мейсон. Я поглядела на Хантера, который сердито смотрел на Купера, а тот в свою очередь сверлили взглядом Мейсона. Мне это показалось забавным.

– Как тебе здешние вечеринки, Кензи? – спросил Купер, пытаясь разрядить обстановку.

– Вечеринки как вечеринки, – рассмеялась я, вспоминая, чем закончилась последняя в доме Хантера. – Хотя последняя у Хантера была немного дикой. Кого-то примотали скотчем к диванам и дверям, других разрисовали маркером.

– Да ладно!

– Ага. Сам сегодня увидишь этот дурдом, – ответил Хантер, выбираясь из кабинки. – Кстати о дурдоме. Нам нужно закрыть все комнаты.

Купер оплатил счет, и мы ушли из ресторана. Я направилась к мотоциклу Хантера и уже надевала шлем, когда он посмотрел на меня.

– Я рад, что мы помирились. Не думал, что ты захочешь.

Что, черт возьми, я только что видела?

– Покажи язык, – потребовала я.

Хантер пошевелил бровями и усмехнулся.

Я уперла руки в бока.

– Покажи язык, или перемирие отменяется.

– С чего вдруг? – Очень медленно он высунул язык и провел им по нижней губе.

Я застонала. Боже мой, у него проколот язык!

Хантер посмотрел на машину Мейсона, в которую уже все залезли и приготовились ехать, потом снова на меня.

– Залезай, пора ехать.

Чтоб меня! Сейчас мне хотелось проехаться не только на его мотоцикле. Вот блин, не должна я так о нем думать!

Я покачала головой и села на мотоцикл. Наша поездка заняла минут десять. Добравшись до дома, Хантер проехал между двумя машинами и припарковался в гараже. Я слезла, отдала ему шлем и ушла, чтобы не оставаться с ним наедине. Страшно представить, что я могла бы с ним сейчас сделать.

Все, кроме Хантера, спустились к пляжу, где развели костер.

– Ребята, так между вами мир? Кажется, все наконец пришло в норму? – спросила Хейли, пока Мэйсон с Купером были заняты разговором о бейсболе с какими-то парнями, сидевшими возле нас.

– Похоже на то. Кстати, когда, черт возьми, он успел проколоть язык?

Она повернулась ко мне:

– Ты его поцеловала?

– Хейли! – завопила я. – Господи, нет. Увидела во время разговора.

Хейли глотнула пива, которое несколько минут назад вручил ей Мейсон.

– Ну, ладно, он сделал пирсинг тогда же, когда и мы.

Неожиданно у Хейли и близнецов одновременно запищали сотовые. Что за черт? Хейли прочитала эсэмэску, зажмурилась, а потом взглянула на Мейсона. Он, казалось, очень разозлился. Купер – мой братец-пофигист – выглядел так, будто хотел кого-то убить.

Я встала, все остальные тоже.

– Да что, вашу мать, происходит?

– Ничего, – отозвался Мейсон. – Мы все уладим. Оставайся здесь вместе с Хейли.

Мейсон с Купером направились к дому, а мы стояли, словно к месту приросли.

– Хейлз, что случилось? – Если кто-нибудь не скажет мне, что происходит, ей-богу, я могу слететь с катушек.

– Пусть Мейс с Купом сами разберутся. Через пару минут они вернутся, и все будет хорошо, – проговорила она с затравленным видом.

Она избегала моего взгляда, значит, что-то было не так. Мы пробыли здесь всего двадцать минут. Что за это время могло случиться?

И тут я вспомнила, что здесь Доминик. Боже мой, он, наверное, видел меня на мотоцикле Хантера. Я посмотрела на подругу, потом на дом и побежала за близнецами.

Я вошла в дом и стала их искать, но в такой толпе мало что можно было увидеть. Наконец я заметила футболку Купера. Он поднимался по лестнице наверх.

Я пробралась сквозь толпу и уже хотела подняться, когда услышала крики. Черт, это плохо.

Мейсон увидел меня первым и жестом попросил подождать. Я остановилась и через секунду услышала женский плач. Поднявшись еще на несколько ступенек, я уже могла расслышать, что происходит.

– Твою мать! – услышала я и тут же узнала голос Доминика.

Я застыла. Мейсон снова посмотрел на меня и покачал головой, показывая этим, чтобы я оставалась на месте.

– А что, по-твоему, должно было произойти, Доминик? – снова заговорила девушка.

– Уж точно не это. Мы были чертовски осторожны. Этого не может быть! – кричал Доминик, а потом последовал звук удара, как будто он что-то пнул.

– Угомонись, Дом, – сказал Хантер.

Видимо, это он разослал всем сообщения.

– Ага, как же. Я угомонюсь и буду спокойно наблюдать, как моя девушка уходит из моей жизни, и на этот раз навсегда.

Господи, что он натворил?

– Нужно было подумать об этом до того, как ты меня обрюхатил, козел, – заявила девушка.

Стоп, что она сказала? Она беременна? Я уйду из жизни Доминика? Вдруг на меня словно тонна кирпичей свалилась. Покачнувшись, я вцепилась в футболку Купера. Он обернулся, подхватил меня и, потянув наверх, поставил перед собой.

И вот я стояла в коридоре рядом с Домиником, Бриттани, Хантером, Мейсоном и Купером. Сделав глубокий вдох, я перевела взгляд с Бриттани на Доминика, затем посмотрела на Хантера и снова на Доминика.

– Детка, – вздохнул Дом, направляясь ко мне. – Боже мой, детка…

Я отшатнулась:

– Стой! Не смей подходить ко мне.

Я взглянула на девушку, которая сидела на полу, вся в слезах, с размазанной по щекам тушью.

– Значит, подружка соседа по комнате, да?

Бриттани горько рассмеялась:

– Так вот что он тебе сказал?

– Заткнись! – заорал на нее Доминик. – Детка, я могу объяснить…

– Нечего объяснять, Доминик, – перебила его я.

Я стояла и таращилась на него, а все остальные смотрели на меня. Оставаться здесь я больше не могла.

– Мейс, дай мне ключи.

Он засунул руку в передний карман и передал мне ключи.

– Нет! Детка, подожди…

– Пусть уходит, Дом, – сказал Купер.

Я сбежала по лестнице, снова протиснулась сквозь толпу к парадной двери и направилась к машине брата, стоявшей в конце подъездной дорожки. Там меня ждала Хейли.

Я отперла дверцу и села за руль. Хейли постучала в окно, но я ее проигнорировала. Завела двигатель и уехала. Мне нужно было поскорее отсюда убраться.

Домой я сразу не поехала. Не могла. Там меня наверняка будут искать. В обычных обстоятельствах я бы побежала поплакаться к Хантеру. Но не в этот раз. Я съехала с Атлантик-авеню на стоянку у пляжа. Заперев автомобиль, спустилась к океану и села на песок, пытаясь разобраться в произошедшем.

Доминик мне изменил. Бриттани от него залетела. Бриттани – подружка его соседа по комнате. По крайней мере так он мне сказал. А говорил, что любит меня и никогда не обидит. Ха! Какой же дурой я была, когда верила ему. А ведь знала. Все признаки были налицо, но я предпочитала их не замечать.

Мне было больно. Но, думаю, больше всего меня удивило то, что ему хватило глупости устроить беременность. Получив полную стипендию, он приехал сюда, чтобы играть в футбол. Времени на меня у него не было. Так откуда оно возьмется на ребенка? Вот идиот!

Доминик уже не моя проблема. Сам заварил кашу, пускай сам и расхлебывает.

Стоило мне решить, что у нас все наладилось, и на тебе, случилось такое. Я не видела Бриттани с того самого дня, как столкнулась с ней в дверях, выбегая из общаги. Держу пари, она шла к Доминику. Я вспомнила ту первую ночь, когда была у него. Это ведь она постучала в дверь, а Доминик сказал ей, что занят. Уже тогда я поняла, что что-то происходит, но не придала этому значения.

Сгорел на обмане – стыдится пусть лжец, попался вторично – лей слезы глупец.

Могу поклясться, с Алексис он мне тоже изменил после того, как уверял, что с ней у него ничего нет.

Какое-то время я сидела, предаваясь жалости к себе. Я знала, что мне нужно собраться и встретиться с трудностями лицом к лицу, и лишь надеялась, что мне хватит сил храбриться перед всеми. В такой момент мне бы очень хотелось оказаться дома в своей комнате, где я могла бы укрыться от всего мира.

Снова сев в машину Мейсона, я растеряла всю решимость. И кого я дурачу? Я чувствовала себя просто раздавленной. Я думала, что в итоге у нас с Домиником все наладится. Мне и правда хотелось, чтобы мы были вместе.

Сделав несколько глубоких вдохов, я вытерла слезы и поехала в общагу. Как я и думала, все были там. Хейли скрутилась клубком рядом с Мейсоном на ее кровати. Купер сидел в ногах моей, подперев руками голову, а Хантер мерил шагами комнату.

– Со мной все в порядке, – сказала я. Это все, что я сумела выдавить, не разразившись слезами. Вот залезу в душ, тогда и наревусь вдоволь.

Хантер остановился и посмотрел на меня, ожидая разрешения утешить. Я кивнула. Он подошел и обнял меня, слегка покачивая в своих объятиях, как делал всегда, когда был мне нужен.

– Ты в порядке? – прошептал он мне на ухо.

– Буду. Нужно только немного подождать. Время лечит.

Я убрала руки с его талии и села на кровать рядом с Купером. Он обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.

Какое-то время все сидели молча, каждый думал о своем. Мне это не очень помогало. Нужно было чем-нибудь себя занять.

И заскочить в душ, чтобы смыть весь этот вечер. Встав с кровати, я достала из комода свои вещи, но замерла, увидев в зеркале лицо Купера. У него была разбита бровь, и рана кровоточила.

– Что случилось? – спросила я брата.

– Ничего, – покачал головой Купер.

Ответ меня не удивил. Брат защищал меня. Я стояла и пристально смотрела на него.

– Скажи мне, пожалуйста, – наконец проговорила я, отведя взгляд от зеркала.

– Ничего не случилось, Кензи, – заговорил Мейсон впервые с тех пор, как я вошла.

Я перевела взгляд на него и заметила, что его футболка порвана и заляпана кровью.

– Чья это кровь?

Хейли выпуталась из объятий Мейсона, подошла ко мне и обняла. Я не пошевелилась, злясь на подругу за то, что она даже не попыталась предупредить меня о случившемся. Может, она и не совсем понимала, что происходит, но знала, что меня это касается.

– Прости. – Хейли отпустила меня и вернулась к Мейсону.

– Ты могла предупредить меня, что Доминик что-то натворил, Хейлз.

– Знаю, и мне очень жаль. Я пыталась оградить тебя. Если бы ты знала, то пошла бы за братьями.

Она права, но мне все равно было обидно.

Я вошла в ванную принять душ, надеясь, что когда выйду, в моей комнате никого уже не будет.

Включив максимально горячую воду, какую только могла выдержать, я залезла в душ, встала под струи воды и наконец дала слезам волю. Свернувшись на полу, я лежала, пока вода не стала холодной. Поднявшись и быстро вымывшись, я вылезла из душа и натянула спортивный костюм.

Набравшись храбрости опять встретиться со всеми лицом к лицу, я вышла из ванной. И с удивлением обнаружила, что, кроме Хантера, в комнате никого нет. Я молча забралась на кровать и, накинув капюшон на голову, удобнее устроилась на подушке. Мне лишь хотелось уснуть и забыть сегодняшний день.

Хантер выключил свет. Я ожидала, что услышу, как откроется дверь, но этого не произошло. Он подвинул мой стул к кровати и принялся растирать мне спину, стараясь меня успокоить.

Слезы вернулись, потекли по щекам, капая на подушку. Я попыталась вытереть их так, чтобы Хантер не понял, что я снова плачу, и услышала, как ему на сотовый пришло смс. Он перестал растирать мне спину и вытащил телефон. Потом тихо выругался:

– Сюда идет Доминик.

– Мне нужно поговорить с ним. – Я привстала и посмотрела на Хантера. – Наедине.

– Нет, – серьезным тоном отозвался он.

Я промолчала. Мне не хотелось снова препираться. Может, и хорошо, что Хантер остался тут со мной. На самом деле оставаться с Домиником наедине у меня не было никакого желания.

Я собрала все вещи Доминика, оставшиеся у меня: его свитер, который я любила надевать каждое воскресенье, и несколько футболок, в которых я спала. Подойдя к комоду, убрала с зеркала фотографии, на которых был Доминик. И сняла с пальца кольцо, подаренное им на день рождения. Мне нужно было избавиться от всего, что меня с ним связывало.

В дверь постучали. В коридоре раздались крики, которые меня напугали. Я думала, что все ушли, но это было не так. Наверное, они ждали в холле перед телевизором.

Дверь открылась, и вошел Доминик. С синяком под глазом, разбитой губой и глубоким порезом на переносице. Уверена, нос у него тоже был сломан. На футболке виднелись пятна крови.

– Детка…

– Я тебе не детка! – процедила я, не дав ему договорить.

– Я могу объя…

– Нет, ни хрена ты объяснять не будешь, – снова перебила я. – Тут нечего объяснять. Что сделано, то сделано, Доминик.

– Она врет, Кенз. Не могла она залететь. Мы всегда предохранялись. Это невозможно. А если она и беременна, то не от меня.

Я скрестила руки на груди и уставилась в пол.

– Не имеет значения, беременна она или нет. Между нами все кончено. Ты сказал, что она подружка соседа по комнате. Теперь утверждаешь, что вы всегда предохранялись. Она хоть была подружкой твоего соседа?

Он проигнорировал вопрос.

– Так что, теперь ты меня бросаешь ради этого придурка? – спросил он, глядя на Хантера, который все еще сидел на стуле возле моей кровати.

– Нет. Я говорила, что ты можешь мне доверять. Я свое слово держу.

– Я тебя умоляю! Сама увидишь. Твои хреновы братья не могут запретить тебе делать все, что пожелаешь. Ты побежишь к нему. Это лишь вопрос времени.

– Следи за своим языком, Доминик. Можешь поливать меня грязью как угодно, но не втягивай в это моих братьев. У нас своих проблем хватает, черт возьми, – огрызнулась я.

Дом подошел ко мне. По его глазам я видела, что он уже сдался, но не отвела от него взгляд. Я не собиралась отступать. Он сделал мне очень больно.

Доминик опустил взгляд, потом посмотрел на меня и снова в пол. Затем полез в карман, вытащил маленькую черную коробочку и встал на одно колено.

Это что, шутка? Боже мой, только не это. Такого просто не может быть!

Доминик посмотрел на меня, одна слезинка скатилась по его щеке. Позади меня выругался Хантер. Послышался звук отодвигаемого стула, дверь открылась и с грохотом закрылась.

Я потерла руками лицо и попросила:

– Пожалуйста, не делай этого.

– Детка, я люблю тебя. Я облажался, но это больше никогда не повторится. Я хочу провести с тобой всю жизнь. Хочу заботиться о тебе, создать семью и вместе состариться. Когда ты со мной, я прочно стою на земле, я чувствую, что все в этом мире правильно. Когда тебя нет рядом, все не так, весь мир катится в тартарары. Маккензи, ты выйдешь за меня замуж?

Я разрыдалась, да так, что даже не могла разобрать, как выглядело кольцо. Я отрицательно покачала головой и услышала, как он прошептал:

– Пожалуйста, Кензи.

– Не могу, Доминик. Ты меня предал. Разрушил наши отношения. Ты не хочешь жениться на мне.

Я вытерла щеки рукавами толстовки и встала перед ним на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне.

– Ты не любишь меня… – Он начал спорить, но я приложила палец к его губам, заставив замолчать. – Да, ты влюблен в меня, но мы не любим друг друга. И не думаю, что когда-нибудь любили.

Я убрала палец с его губ, и он опустил голову. Я посмотрела вниз и увидела на полу капли слез. Мне почти было его жалко. Почти.

Дав Доминику несколько минут, я подошла к комоду, где оставила сумку со всеми его вещами, и вернулась к нему. Он встал, и я отдала ему сумку.

– Мне очень жаль, что я так все испоганил.

– Мне тоже.

Он направился к двери, но обернулся еще раз взглянуть на меня, перед тем как уйти навсегда.

После ухода Доминика я выключила свет и снова заползла в постель. Просто лежала и вглядывалась в темноту, как вдруг открылась дверь.

– Кензи?

Я услышал глухой удар. Хантер, должно быть, споткнулся о кровать Хейли.

Взяв телефон, я включила его, чтобы Хантер видел, куда идет.

– Ты в порядке?

– Не хочу сейчас об этом говорить. Просто хочу уснуть и все забыть. – Я отвернулась от него и услышала звук отодвигаемого стула.

Хантер сел и стал водить пальцами вверх и вниз по моей спине. А я медленно погрузилась в сон.

Проспала я недолго и проснулась вся в слезах. Вытерев глаза и щеки, я повернулась и осмотрелась. Хантер сидел на стуле и пристально смотрел на меня.

– Вот, держи. – Он взял с прикроватной тумбочки обезболивающее и стакан воды и передал их мне.

Хантер знал меня слишком хорошо. Знал, что я наверняка проснусь с ужасной головной болью.

– Спасибо. Ты не обязан всю ночь здесь сидеть, – сказала я. – Со мной все будет в порядке.

– Я сам решу, обязан или нет. Просто постарайся еще немного поспать.

Я чувствовала, что он раздражен. И что мне с этим делать? В голову не приходило ни единой идеи.

Поэтому я лежала, пока снова не уснула, но опять ненадолго. На этот раз я хоть не плакала.

Я глянула на Хантера, который все еще сидел на стуле, подперев голову рукой. Он спал.

Глянув на кровать Хейли, я встала, отбросила с ее постели покрывало и пошла будить Хантера.

– Эй, просыпайся.

Хантер шевельнулся и открыл глаза.

– Давай же. Если собираешься остаться здесь, ложись в кровать Хейли.

Он так и сделал и повернулся ко мне. Я залезла в постель и легла лицом к нему. Прекрасно зная, что раньше меня он не уснет, я закрыла глаза и притворилась спящей. Так я валялась, кажется, целую вечность, но потом услышала его размеренное дыхание. Сосредоточившись на вдохах и выдохах, я в итоге тоже уснула.

Когда я опять проснулась, комнату заливал солнечный свет. Видимо, пришла пора заползти в душ. Братья не явились помогать мне вылечить разбитое сердце. Сегодня мы собирались сходить в парк аттракционов «Буш Гарденс», поэтому я должна была взять себя в руки. Если бы я отказалась, то чувствовала бы себя виноватой. Конечно, они бы меня поняли, но мне все равно нужно было проветриться.

Выйдя из душа и приведя себя в порядок для прогулки, я открыла дверь ванной и увидела, что Хантер все еще спит. Мне не хотелось его будить, но нам нужно было пошевеливаться.

Я взъерошила пальцами его волосы.

– Хантер, просыпайся. Нам надо идти.

Он потянулся и зевнул, а потом посмотрел на меня.

– Давай останемся. Все поймут.

От одной только мысли о том, чтобы сидеть здесь и заново прокручивать в голове случившееся, мне захотелось расплакаться.

– И что мы будем делать? Сидеть и таращиться на стены? Не могу. Не могу я сидеть здесь и реветь.

Нет, нам просто необходимо куда-нибудь пойти.

– Уверена, что готова встретиться с миром? – с сомнением спросил он.

– Я в норме. – Скоро буду. – К тому же, папа дал мне денег на экстренный случай. А сегодня как раз такая ситуация, так что я собираюсь потратиться.

– Ладно, только заскочим ко мне. Мне надо в душ.

Когда мы приехали, Мейсон, Хейли и Купер все еще копошились наверху. Вообще-то, я была удивлена, что после вчерашней вечеринки дом оказался цел. Несколько людей все еще спали на диване, по всей кухне валялись коробки от пиццы и пустые стаканы, но все равно было чище, чем в прошлый раз.

– Офигенное дерьмо на тебя свалилось, – выдал Бентли, сидевший в кухне за столом.

– Ага. – Неужели люди не понимают, что говорить о разрыве отношений, как правило, нет никакого желания? Мне не хотелось ни грубить ему, ни вдаваться в подробности по поводу случившегося, так что я вышла на террасу подышать свежим воздухом.

Через несколько минут позади меня открылась раздвижная дверь.

– Ты в порядке? – спросил Хантер, встав рядом и прислонившись к перилам.

– Да.

– Как я понимаю, вчера вечером ты сказала Дому «нет»?

Серьезно? Как Хантер мог хоть на секунду подумать, что я скажу Доминику «да»?

– Совершенно верно.

Хантер заправил прядь волос мне за ухо и придвинулся ближе, коснувшись плечом моего плеча. Затем взял меня за руку, и мы стояли в полной тишине, пока не появился Мейсон.

– Хантер, что за хрень? – рявкнул он.

Я резко обернулась, гадая, что успела пропустить.

– Что? – спросил Хантер, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, в чем дело.

– Сам знаешь «что». Отвали от нее. Хватит с нее всякого дерьма.

Какого черта?

– Мейс, что, блин, происходит?

– Ничего. Иди за мной. – Он развернулся и в бешенстве умчался в дом.

Я посмотрела на Хантера, но он лишь покачал головой и направился следом за Мейсоном. Да в чем, черт возьми, дело? Мне не хотелось разбираться с очередными проблемами, а если придется, то уж лучше просто вернуться домой.

– Эй, ты готова? – поинтересовалась Хейли, выглядывая из-за двери.

– Наверное, да. Что, черт возьми, вчера произошло? Похоже, Мейс готов оторвать Хантеру голову.

– Не обращай внимания. Они во всем сами разберутся.

Я покачала головой и пошла за подругой к машине Мейсона. Почти всю дорогу к парку Хантер обсуждал с Купером предстоящий бейсбольный сезон, а вот с Мейсоном они не перемолвились ни словечком. В воздухе витало такое напряжение, что мое плохое настроение неумолимо ухудшалось. Меня только чуточку успокаивало, когда Хантер гладил меня по колену, видя, как я сверлю взглядом затылок Мейсона, или когда мы все смеялись над глупыми шутками Купера. Единственным человеком, с которым разговаривал Мейсон, была Хейли.

Наконец мы добрались до парка, но когда я хотела заплатить за билеты из своего экстренного денежного запаса, Хантер остановил меня:

– Я заплачу, – забрал у меня кредитку и положил себе в задний карман.

Я протянула руку:

– Нет. Отдай мне карту.

– Кензи, не лезь, пусть купит билеты, – сказал Купер, маячивший у нас за спиной.

Я наградила брата укоризненным взглядом, но все же вошла вслед за Хантером в парк. Как-нибудь придумаю способ вернуть ему деньги, и не важно, хочет он этого или нет.

В парке мы отлично провели время. Как раз то, что мне было нужно. Думать мне удавалось только об очереди на русские горки или о том, кто выпрыгнет из-за угла и напугает меня до смерти, раз уж мы попали сюда в канун Хэллоуина.

Между Мейсоном и Хантером все еще чувствовалось напряжение, но я не обращала на это внимания. Мне не хотелось возвращаться в общагу и вспоминать о Доминике, и уж точно не хотелось наткнуться там на него.

Хейли, должно быть, прочитала мои мысли. Она предложила заночевать у Хантера и насмотреться фильмов до полной отключки, как мы частенько делали дома.

– Звучит здорово, Хейли. Твоя кровать жесткая, как камень. У меня плечи до сих пор ноют, – пожаловался Хантер.

– Ничего подобного. Мне моя кровать нравится. Я сплю, как принцесса, – лучезарно улыбнулась Хейли.

– Наверное, это потому, что ты полночи на стуле просидел, – добавила я.

– Чувак, я говорил тебе, что мог и сам с ней остаться, – заметил Купер.

– А я сказал, что оставаться с ней – плохая идея, Хантер, – процедил Мейсон, выходя к нам из уборной.

Больше никто не сказал ни слова. Хейли потащила Мейсона вперед, а я поплелась за Купером и Хантером.

– Народ, кто-нибудь скажет мне, что произошло? – спросила я у Хантера с Купером.

Купер опустил взгляд, но заговорил первым:

– Мейсон не хочет, чтобы вы с Хантером были вместе.

Я остановилась, но Купер продолжал идти, пока не заметил, что я не иду следом. Хантер даже не притормозил. Или не заметил, что я стою, или больше не хотел меня слушать.

– Секундочку, ты о чем? Хантер не хочет быть со мной. – Видимо, я и правда что-то пропустила.

– Еще как хочет. – Для убедительности Купер даже кивнул. – Вчера вечером он сам нам сказал, – и уставился на меня в ожидании какой-либо реакции.

Я искренне обалдела, но вслух сказала:

– Не важно, хочет или нет. Нам никогда не быть вместе. С вами, ребята, он так не поступит.

Хантер сказал им, что хочет быть со мной, и это после того, как прошлым летом говорил, что между нами ничего нет и быть не может. Почему теперь, когда Доминик разбил мне сердце?

– Ты права, это не важно. Мейсон по-прежнему против. Я хоть и отношусь к этому вопросу попроще, но все равно мне это не нравится. Я знаю, он всегда рядом, когда нас нет, но ты наша сестра, и это просто неправильно.

– Ну, что ж, ребята, вам не о чем волноваться, – сказала я и метнулась на всех парах вперед.

Догнав Мейсона, я слегка толкнула его в плечо и прошептала, бросив взгляд на Хантера:

– Тебе не о чем волноваться.

В ответ Мейсон лишь кивнул. Сейчас мне даже думать не хочется о том, чтобы с кем-нибудь встречаться, даже если это тот, с кем я хотела быть больше всего на свете, а он наконец ответил взаимностью.

Когда мы вернулись к Хантеру, в доме был Бентли с несколькими друзьями. Они собирались куда-то на всю ночь, так что он предложил нам чувствовать себя как дома. Хейли вытащила бутылку водки, оставшуюся после нашего последнего визита, и налила мне стопку. Я посмотрела на нее и слабо улыбнулась. Подруга знала, что я все еще расстроена, и, как всегда, когда она была мне нужна, оказывалась рядом.

Я заглянула в морозилку. К моему большому удивлению, Хантер пополнил для меня запасы мороженого. Закрыв дверцу, я увидела Хантера.

– Черт, ты меня напугал.

Он ухмыльнулся. Им всем нравилось ко мне подкрадываться.

– Ты как? Держишься? – спросил он.

– Ага. Сегодня никаких слез. – Весь день я старалась по возможности не думать о том, с чем мне придется иметь дело, когда вернусь домой.

Хантер забрал у меня мороженое и выложил на тарелки понемногу нам обоим. Вошел Купер и попросил попкорн. Хантер бросил ему упаковку для микроволновки, а я ушла в гостиную.

Все расселись, и мы начали смотреть фильм, но меня хватило ненадолго. Я была измучена недостатком сна и походом в парк. Разбудило меня чье-то прикосновение. Кто-то водил пальцем от моего виска вниз к шее и обратно.

Я открыла глаза. На меня смотрел Хантер. Я обвела взглядом комнату. Все ушли, только Купер спал на диване напротив нас.

Я прижалась к руке Хантера.

– Расскажешь, что произошло у вас с Мейсоном?

Какое-то время он молча смотрел на меня, словно решая, говорить или нет, и наконец сказал:

– Я сказал ему, что люблю тебя, и уже давно.

Мои глаза распахнулись от удивления:

– Зачем ты это сделал?

– Само вырвалось. – Он отвел взгляд, а затем снова посмотрел на меня. – Я взбесился, когда Доминик сделал тебе предложение. Вышел из комнаты и сорвался.

Я приподнялась, ушам своим не веря. Я хотела быть с ним, но почему все происходит именно сейчас? Мне просто отчаянно было нужно время, а все происходило слишком быстро.

– Ты не должен был им говорить.

– Знаю, я и не думал, что проболтаюсь. Мейсон был в бешенстве. – Хантер опустил глаза. – И я понимаю, что сейчас тебе и так хватает всякого дерьма.

– Ты прав. На сейчас с меня хватит. – Я снова легла, но от него отвернулась.

Некоторое время он сидел на полу рядом со мной, а потом я услышала:

– Мне жаль, CиCи.

Хантер встал и ушел в свою комнату.

На следующее утро напряжение между всеми, казалось, немного спало. У Мейсона значительно поднялось настроение, и я уверена, благодарить за это нужно Хейли. У Хантера мы зависали до обеда, после этого Мейсон с Купером должны были возвращаться в универ.

Когда все попрощались, Мейсон отвел меня в сторонку. Так и знала, что так будет.

– Мне это не нравится, Кенз. – Он запустил руку в волосы. – Знаю, ты не понимаешь. И наверняка злишься, но я просто тебя оберегаю. У тебя разбито сердце, и я не хочу смотреть, как тебе снова делают больно.

– Мейс... – Прежде чем я успела с ним согласиться, он меня перебил:

– Я в курсе, что случилось прошлым летом. Я все слышал. Тем вечером, когда ты думала, что все ушли, я был там.

Вот дерьмо! Ужасно стыдно, что он слышал, как я признавалась Хантеру в чувствах.

– Я сказал Хантеру держаться от тебя подальше. Как ни крути, тем вечером он разбил тебе сердце, потому что ему не хватило смелости рассказать о своих чувствах. Так что я просто пытаюсь оградить тебя от неприятностей.

Вот поэтому у нас с Мейсоном были отношения в духе «люблю/ненавижу». Иногда он слишком сильно меня опекал.

– Мейс, я тебя люблю, но позволь мне хоть иногда учиться на собственных ошибках. Ты не можешь уберечь меня от всего на свете.

– Ну, пока я здесь, именно этим я и буду заниматься. Пожалуйста, держись от него подальше хотя бы ради меня и подумай о себе, а не о ком-то еще. Да, он сказал мне, что любит тебя, но ведь тебе он этого не говорил.

Он прав. Хантер не сказал мне напрямую о своих чувствах. Я понимала, что имеет в виду Мейсон. Сейчас я не готова думать о любви. Мне надо сосредоточиться только на самой себе, а не на ком-то другом.

– Иди сюда, обними меня на прощание.

Я стиснула Мейсона в объятиях, попрощалась с Купером, и они уехали в Бостон. Мы с Хейли вернулись в дом помочь убрать учиненный нами беспорядок, а после этого Хантер отвез нас в общагу.

Господи, как же мне не хотелось туда возвращаться!

Перед отъездом Хантер попросил меня выйти с ним на пару минут на пляж. Хейли лишь улыбнулась и кивнула.

Я спустилась на пляж, сбросила вьетнамки и ступила на песок. Мне нравилось ощущение песка под ногами. Он словно массировал мои ступни. Хантер подошел сзади, обнял меня, и какое-то время мы просто молча стояли.

Он положил подбородок мне на плечо.

– Я понимаю, что ты хочешь побыть одна, и я не буду тебе мешать, но знай: я подожду, пока ты не будешь готова. Мое сердце всегда принадлежало только тебе, СиСи. Прости, что никогда не говорил тебе о своих чувствах.

Я молча смотрела на океан.

– Почему теперь? – наконец спросила я.

Он ответил не сразу:

– После всего, что устроил тебе этот придурок, я просто не могу позволить тебе снова переживать то же самое. Видеть тебя такой невыносимо. Да, прошлым летом я облажался, отказавшись от тебя, но ты застала меня врасплох. – Он сделал глубокий вдох и сознался: – Я не знал, что делать.

– Понимаю, но ты сделал мне очень больно. Еще раз я этого не переживу. Мне нужно время.

– Ты права, я сделал тебе больно. И с того самого вечера меня это просто убивает. Я думал, что поступил правильно, оставив тебя в покое. А когда уехал в универ, ты встретила Доминика. Мне показалось, что я тебе больше не нужен, вот я и не стал вмешиваться. – Он поцеловал меня в висок. – Я буду рядом, когда ты захочешь поговорить, но не стану говорить то, что сказал в бешенстве из-за предложения Доминика. Я серьезно, CиCи.

– Что ты сказал Мейсону? Я хочу услышать это от тебя. – Сейчас я больше всего на свете хотела, чтобы он сказал мне эти три слова.

– Ты еще не готова.

Он взял меня за руку и повел к дому. Когда я снова обула вьетнамки, он сказал:

– Когда ты будешь готова, я тебе все скажу. И скажу миллион раз, если захочешь. Но ты должна знать: когда ты услышишь эти слова, в них не будет ни капли лжи.

В том-то и проблема. Мне надо было услышать их сейчас. Но он не скажет, а я ничего не могу с этим поделать. Сердце у меня уже разбито. Я и не могу позволить Хантеру разбить его еще раз. Мне нужно время, чтобы во всем разобраться.

– Ладно, пошли. Я хочу домой.

В ближайшие несколько недель я сосредоточилась только на себе, учебе и работе. Мне очень повезло, что за это время я ни разу не столкнулась с Домиником. Иногда я видела его у кампуса, но каждый раз разворачивалась и шла в другую сторону. Зато с Хантером я продолжала видеться. Мы по-прежнему ходили перекусить после занятий, но это все. Я никогда не ходила к нему домой, когда у него зависали Хейли с Зиком. Честное слово, я не пыталась вести себя, как стерва, но мне нужно было разобраться со всеми своими проблемами.

В среду после занятий мы с Хантером и Хейли собирались ехать домой на каникулы в честь Дня благодарения. Я так соскучилась по дому, что уже не могла дождаться. В последнее время я часто разговаривала с мамой по телефону, и мы вместе придумывали, как организовать вечеринку по случаю рождения будущего ребенка Хлои. Для меня это был отличный способ отвлечься. Ясное дело, как только я приеду домой, у меня не будет ни единой свободной минутки. В четверг все соберутся на ужин, в пятницу – поход по распродажам, а в субботу – вечеринка для Хлои. Мама запланировала ее как раз на те выходные, когда все соберутся дома. А всего через три недели Хлоя должна родить. Я нервничала, потому что стану тетей. И, конечно же, Джексон был ужасно взволнован предстоящим отцовством, но, несмотря ни что, намеревался стать прекрасным отцом.

Во вторник Хантер позвонил узнать, упаковали ли мы вещи, чтобы выехать как можно раньше. Он не хотел попасть в пробки на дорогах.

– Ага, складываю в сумку последние шмотки.

– Хорошо, уже еду. Скоро увидимся, СиСи.

– Ладно. Пока! – Я отключила телефон. – Хейлз, ты готова? Хантер уже едет.

– Да, сваливаем отсюда. Я скучаю по своей домашней кровати.

– Это все, по чему ты скучаешь?

– А по чему мне еще скучать? – спросила она, сев на кровать и накручивая прядь волос на палец.

– Ну не знаю, может, по моему брату?

Она покраснела, и я поняла: она по нему скучает, даже очень.

– Нет, с чего ты взяла? – захихикала подруга.

– Ну да, конечно, – я закатила глаза.

Раздался стук в дверь.

– Открыто! – крикнула я.

Я ожидала увидеть Хантера, но это оказался Доминик.

Хейли спрыгнула с кровати, встала рядом со мной и сердито спросила:

– Какого черта ты тут делаешь?

– Зашел пожелать Кензи счастливого Дня благодарения и узнать, едет ли она домой.

– Еду, нас отвезет Хантер. А теперь, пожалуйста, уходи. – Как только я закончила говорить, дверь распахнулась, и вошел Хантер.

Он посмотрел на Доминика так, будто хотел убить.

– Какого черта ты здесь забыл? Мне казалось, я предельно ясно объяснил, чтобы ты от нее отвязался. – Он подошел к Доминику и толкнул его в сторону двери.

– Угомонись, Хантер. Я всего лишь хотел узнать, едет ли она домой. Я знаю, что в эти выходные у Хлои вечеринка, а Кензи ее очень ждет. Я бы ей позвонил, но она сменила номер телефона.

На следующий день после случившегося Купер сменил мне номер, поэтому Доминик не мог мне дозвониться.

– Скажем так, у нее на это была причина, Дом. А теперь убирайся.

Доминик посмотрел на меня, развернулся и ушел. Я не могла понять, почему он не оставит меня в покое. В том, что с нами случилось, виноват он, а не я. Что он вообще себе думает? Через несколько месяцев у него появится ребенок.

– СиСи, ты в порядке? – спросил Хантер.

– Да. Хейли, готова ехать?

– Ага, давайте уже выметаться, пока не случилась еще какая-нибудь хрень.

Поездка домой прошла в тишине. Я сидела спереди возле Хантера, а Хейли свернулась в клубок на заднем сидении и уснула. После неожиданного визита Доминика настроение у меня испортилось. Хантер это чувствовал, поэтому оставил меня в покое. Я тоже пыталась вздремнуть, но никак не могла усесться поудобнее. А когда наконец устроилась, Хантер взял меня за руку, переплетя наши пальцы, и я уснула за считанные минуты.

Хантер сжал мою руку, и я начала медленно просыпаться.

– CиCи, мы дома, – услышала я.

Я потянулась и спросила:

– Ты зайдешь поздороваться или поедешь домой?

– Высажу Хейли и поеду домой. Меня ждут мама и Джейлин. Увидимся завтра.

– Хорошо. – Я положила ладонь на ручку двери и отпустила его руку, которая все еще сжимала мою, но, прежде чем вылезти из машины, остановилась.

– Еще раз спасибо тебе за все, Хантер.

Он улыбнулся той своей улыбкой, которую я так любила:

– Всегда пожалуйста.

Я вылезла из грузовичка и поплелась к багажнику, где Хантер собирался отдать мне сумки. Перед тем как я их забрала, он обнял меня и поцеловал в макушку.

Я тоже его обняла:

– До свидания, Хантер. Когда разбудишь Хейли, скажи, что завтра я ей позвоню.

– Конечно.

Я пошла к дому, радуясь, что на несколько дней могу забыть про учебу. Когда я вошла, мама читала на диване, папа сидел рядом и смотрел телик.

– А вот и наша малышка, – заметила меня мама.

– Привет, мам, привет, пап. Я выжата как лимон. Поднимусь наверх и сразу в постель. Поговорим утром, – зевая, сказала я.

– Хорошо. Принести тебе чего-нибудь перекусить? – спросила мама.

– Нет, по дороге мы останавливались поесть. Мне только надо немного поспать.

Я поднялась к себе. Дома мне всегда было уютно и спокойно. Открыв дверь в комнату, я бросила сумки на пол, завалилась на кровать и спокойно уснула.

На следующее утро, проснувшись и приняв душ, я спустилась вниз. Мама в кухне готовила завтрак. Когда я вошла, вся моя семья, включая Хантера, Хейли, Джейлин и миссис Маккормик, сидела за столом.

– Что ж, только посмотрите, кто наконец почтил нас своим присутствием. – Папа поднялся из-за стола и обнял меня.

– Доброе утро. Похоже, я устала сильнее, чем думала. Сегодня чувствую себя намного лучше. Ну, Хлоя, готова к выходным? Как вел себя мой племянник?

– Ох, он постоянно шевелится. А это ужасно неудобно. Жду не дождусь, когда все закончится. Вечно ноет спина, и мне все время приходится будить Джексона, потому что сама не могу подняться с постели.

– Да ладно тебе, оставь моего племянника в покое. Ему несладко придется, перед тем как он станет членом нашей семьи. И ему понадобятся мышцы, чтобы справиться с дядюшками, – улыбнулась я.

– Не могу дождаться, когда возьму его на руки.

– Не сомневаюсь. Ну, мам, какие на сегодня планы? – Я села на единственный свободный стул, который оказался возле Хантера.

Он наклонился и прошептал мне на ухо:

– С добрым утром.

В ответ я под столом сжала его руку. Бросив быстрый взгляд в сторону Мейсона, я увидела, что он пристально смотрит на меня.

– В общем, нам с тобой надо забрать украшения для вечеринки, заглянуть в банкетный зал и быстренько все проверить. После этого вернемся за девочками и поедем делать педикюр.

Похоже, нам предстояло расслабиться – как раз то, что нужно.

– Отлично. Хейлз, ты тоже идешь?

– Нет, обойдусь. Надо побыть с мамой, – с недовольным видом отозвалась она.

Завтрак прошел за разговорами. Мы с Хантером не могли насмотреться друг на друга, и он находил способы незаметно ко мне прикасаться. Я не находила объяснений чувствам, которые зарождались во мне к Хантеру, но точно знала, что с ним мне легко и спокойно. Наверное, мое сердце начало исцеляться.

Убрав после завтрака со стола, мы с мамой отправились в магазин товаров для вечеринок, чтобы забрать украшения, воздушные шарики, подарки для гостей и все то, что еще могло понадобиться для вечеринки Хлои. Заскочив в великолепный и идеально подходящий для вечеринки зал, мы поехали в продовольственный магазин купить все необходимое для Дня благодарения. Через час мы наконец возвращались домой, но когда подъехали к дому, увидели снаружи Джексона, шагающего туда-сюда.

– Привет, Джексон, что случилось? – Я подошла к багажнику забрать кое-какие сумки.

– Хлоя все время плачет, потому что у нее болит спина. Выгнала меня из дома и велела пойти прогуляться.

Мама взяла его за руку и потянула к машине, чтобы он помог с сумками.

– Джексон, тебе надо успокоиться. От волнений ей только хуже. Помоги мне и сестре отнести сумки в дом, а потом я поговорю с Хлоей. Может, она захочет съездить в больницу.

– Мам, я к этому еще не готов.

Джексон был на грани нервного срыва. Прикольно было наблюдать, как большой крутой парень сходит с ума от беспокойства.

– Мы еще не обустроили квартиру. У нас даже душа нет.

– Джексон, расслабься. Мы все здесь, и мы вам поможем, – заверила его мама.

Когда сумки оказались в доме, мы с Джейлин и миссис Маккормик убрали продукты, а мама с Джексоном поднялись наверх проведать Хлою. Через полчаса мама с Хлоей спустились вниз узнать, готовы ли мы ехать на педикюр.

– Хлоя, ты точно хочешь поехать?

Она выглядела так, словно ей все еще больно. Это было видно по раскрасневшимся щекам и прищуренным глазам.

– Ага, мне нужно выйти отсюда и забыть о боли. Доктор сказал, если до завтрашнего утра мне не полегчает, придется ехать в больницу. Я только в понедельник была у врача. У меня раскрытие всего два сантиметра, так что это скорее всего болезненные схватки Брэкстона-Хикса. Они редкие и нерегулярные, поэтому волноваться не о чем.

Брэкстон Хикс? Это что еще за фигня?

– Понятия не имею, что это, черт возьми, такое, но если ты все еще хочешь ехать, то вперед, – рассмеялась я.

К тому времени, когда мы закончили делать педикюр и заскочили съесть по мороженому, Хлоя сказала, что чувствует себя намного лучше. Мы вернулись домой и убедили Джексона, что с его невестой все в порядке, поэтому ночевать они уехали домой.

Поднимаясь в свою комнату, я, кажется, услышала смех Хейли. Остановилась и прислушалась. Я хотела убедиться, что это она, прежде чем войду и обнаружу Мейсона или Купера с какой-нибудь девчонкой. И снова услышала хихиканье. Без сомнения, это была Хейли. Я постучала в дверь братьев-близнецов. Купер открыл мне, и я увидела Хейлз и Мейсона на кровати Мейса. Купер вернулся к своей кровати, на которой сидела его подруга Эми, а Хантер с какой-то блондинкой расположились на полу.

– Привет, Хейлз, мне показалось, я услышала твой голос. Чем занимаетесь? – Я намеренно не смотрела в сторону Хантера.

Что, черт побери, он делает?

– Просто тусуемся. Я пришла к тебе. Думала, ты уже вернулась, но Мейсон сказал, что вы с мамой и Хлоей еще не приехали.

Я перевела взгляд на Хантера, потом на девушку, сидевшую возле него, и снова на подругу.

– Ясно. Что ж, не хочу вам мешать, ребята. Увидимся позже. – Я развернулась и пошла к себе.

Какого черта Хантер делает с этой девчонкой? Это так он меня ждет?

Только я собиралась открыть дверь в свою комнату, как меня окликнул Хантер.

Я повернулась к нему:

– Хантер, что бы ты ни собирался сказать, лучше не надо. Просто возвращайся к ним. Увидимся позже.

Я вошла в комнату, заперла дверь и взяла iPod. Включив музыку на полную громкость, начала убирать в комнате. Если он и пробовал стучать, я не слышала. Около полуночи обессилев, я провалилась в сон.

Следующим утром я проснулась рано и спустилась вниз помочь маме готовить ужин ко Дню благодарения. Мне надо было чем-то занять себя, чтобы не думать о Хантере. Сосредоточиться только на себе. Если мне снова разобьют сердце, я этого не переживу.

– Доброе утро, малышка. Как спалось? – поинтересовалась мама, ополаскивая под краном индейку.

– Просто отлично. Чем тебе помочь?

– Начни делать начинку.

До полудня я была занята на кухне, помогая маме готовить. Несколько часов после обеда я провела наверху, принимая душ и приводя себя в порядок, пока все не соберутся. Спускаясь по лестнице, я столкнулась с Хантером.

– Привет.

– Привет. Есть минутка поговорить?

– Нет, мне надо помочь маме расставить блюда… может быть, позже.

– СиСи, пожалуйста, не делай этого. Я не хочу, чтобы ты на меня злилась. Та девушка меня не интересует. Мы разговаривали, вот и все. Она пришла с Эми. Я не мог просто не обращать на нее внимания.

Я знала, что она ничего для него не значит. Да и когда бы она успела ему понравиться? Здесь мы не были несколько месяцев. Но все равно меня это беспокоило.

– Хантер, мы не встречаемся. Мне до лампочки, с кем ты разговариваешь. А теперь прошу меня извинить. Маме нужна моя помощь.

Я отказывалась поддаваться эмоциям. Мне хотелось обнять его и сказать, что я ему верю. Но я не могла рисковать своим не до конца излечившимся сердцем.

– Мы поговорим об этом позже, СиСи, – заявил он.

Кивнув, я обошла его и спустилась на кухню помочь маме накрыть праздничный стол. Мне нравились наши праздничные ужины в честь Дня благодарения. Мы всегда собирались вместе, наедались до отвала и смотрели футбол. Когда я накрывала на стол, вошла мама с индейкой. Как только стол был накрыт, мы сели ужинать. Все шло просто отлично. Джексон с Хлоей тоже присутствовали, но было заметно, что чувствует она себя неважно, а брат выглядел так, словно в последнее время совсем не спал.

Весь ужин я чувствовала на себе взгляд Хантера. А еще заметила, как то на меня, то на него посматривает Купер и качает головой. Я ничего такого не делала, поэтому понятия не имела, что у него на уме.

Наверное, Мейсон заметил напряжение, повисшее между мной и Хантером.

– Кензи, с тобой все в порядке? – спросил он. – Ты сегодня какая-то молчаливая.

– Все нормально. Просто в последнее время много чего случилось. Но несмотря ни на что, со мной все в порядке. Справляюсь.

– Доминик все еще преследует тебя в колледже? – спросил брат.

– Большую часть времени он меня не беспокоит. А как дела у вас с Хейли? – Ответ я знала, просто не хотела говорить о Доминике.

– Хорошо. – Мейсон глянул на Хантера и поинтересовался: – Ты с кем-нибудь встречаешься?

– Нет. Я надеюсь, что девушка из колледжа даст мне шанс, но в последнее время она со мной очень холодна, так что поживем – увидим.

Мейсон лишь сердито уставился на Хантера, а я не удержалась и спросила:

– Я знакома с этой девушкой? Не помню, чтобы видела кого-нибудь рядом с тобой.

– Значит, ты просто не обращала внимания.

Телефон Хантера запищал. Он прочел смс, выругался себе под нос и встал.

– Я должен идти. Мистер и миссис Кэхилл, спасибо за ужин. Мам, Джей, увидимся позже. Я вернусь до десерта, а потом отвезу вас домой.

– Чувак, в чем дело? – Купер встал, держа в руке тарелку, и последовал за Хантером в кухню. Я не слышала ответа Хантера, но когда Куп вернулся, то посмотрел на Мейсона и кивнул.

– Что, черт возьми, происходит? – спросила я, отчего-то начиная паниковать.

Когда в последний раз случилось что-то подобное, я узнала, что мой парень сделал ребенка другой девушке. Случись что-то еще, я точно сорвусь.

– Ничего, все хорошо, – ответил Купер. – Хантеру просто нужно кое с чем разобраться.

– Хватит нести чушь, Куп. Что случилось? – Я уставилась на брата.

– Расслабься. Ничего страшного. Он вернется. И если захочет, то сам тебе все расскажет.

– Да ну тебя! – рявкнула я.

Потом отнесла свою тарелку в кухню и пошла в гостиную смотреть футбол. Мне было слышно, как папа с мамой спрашивали у всех, что происходит, но близнецы сказали им, что все отлично. Видимо, я заснула на диване, потому что проснулась, когда Хантер гладил меня по руке.

Увидев разбитую губу и опухшую щеку, я тут же села. Он явно с кем-то подрался.

– О боже, Хантер, что произошло? Ты в порядке?

– Да, просто надо было кое с чем разобраться.

Я коснулась его губы. Он вздрогнул и поцеловал мой палец. Я встала и заставила Хантера сесть на диван:

– Сейчас вернусь, – а сама побежала в кухню за льдом.

Мама просмотрела на меня и спросила, все ли у меня в порядке. Я кивнула и пулей вылетела из кухни.

– Вот, приложи к губе и щеке, – сказала я.

Щека Хантера уже становилась черно-синей.

– СиСи, я в порядке, правда. Теперь мы можем поговорить? – спросил он, взяв у меня лед и приложив его к губе.

– Да, но не здесь. Давай выйдем.

– На улице дождь.

– Мне нужно свалить отсюда, – настаивала я.

Мне и правда не хотелось говорить о нас, когда кто-то мог подслушать.

– Ладно, пошли.

Взяв меня за руку, Хантер под проливным дождем повел меня к своему грузовичку, припаркованному в конце подъездной дорожки. У машины он остановился. Подняв взгляд на мои губы, он подошел ближе, заставляя меня пятиться, пока я не уперлась спиной в холодный мокрый металл автомобиля, и заключил мое лицо в ладони.

– Я устал от попыток держаться в стороне, – вздохнул он. – Я больше так не могу. Ты нужна мне, как будто от этого зависит моя жизнь.

Мы стояли под дождем, промокшие до нитки, но в этот момент мне было наплевать.

– Ты нужна мне. – Он притянул меня к себе и прошептал: – А сейчас я собираюсь тебя поцеловать.

И поцеловал. Я устала бороться со своими чувствами к нему, устала от ссор. Просто устала. Поцелуй был удивительным. В нем были вся страсть и тоска, которые мы сдерживали так долго. Плотину во мне наконец прорвало, и я расплакалась. В то мгновение я знала: Хантер единственный, кто мне нужен. Единственный, с кем я хочу прожить долгую и счастливую жизнь.

Все, о чем я могла думать, – это губы Хантера. Легкое покалывание распространилось от моих губ вниз к груди и животу. Хантер тихо простонал. Я понимала, что он чувствует то же самое. Поцелуй стал глубже, язык Хантера скользнул внутрь и нашел мой. Встав на цыпочки, я зарылась пальцами в его волосы. Мне хотелось, чтобы поцелуй длился вечно. Кто знает, что произойдет, когда мы оторвемся друг от друга? Если он скажет, что это ошибка, мое сердце опять разобьется. Меня не волновало, дома моя семья или нет. Мне нужен был этот поцелуй так, будто от него зависела моя жизнь.

Хантер начал отстраняться, но я притянула его голову ближе. Отпускать его было страшно. Он убрал мои руки и положил их себе на грудь, потом немного отодвинулся и поймал зубами мою нижнюю губу. Я застонала. Он прижался лбом к моему лбу. Мы оба тяжело дышали.

– Знаешь, – посмеиваясь, сказал он, – у нас прямо своя фишка – целоваться под дождем.

Мы промокли до нитки, и, если честно, мне было все равно, но тут я вспомнила о его разбитой губе.

– О боже, я не сделала тебе больно? – спросила я, прикоснувшись к ранке. Господи, какая же я идиотка! Так вот почему он отстранился.

– Это того стоило. – Хантер наклонился и снова меня поцеловал. – Судя по всему, я прощен за вчерашний разговор с той девчонкой?

– Думаю, да, но больше так не делай, – ответила я. – Так что с тобой произошло?

Он убрал челку с моего лица.

– Хейли написала, что столкнулась с Домиником. В стельку пьяным. Он направлялся к тебе поговорить. Так что пришлось его остановить, пока он сюда не добрался. Скажем так, какое-то время он больше никуда поехать не сможет.

– Хантер, не стоило этого делать. – Я была благодарна ему за то, что он разобрался с Домиником, но мне не хотелось видеть его с синяками.

– Очень даже стоило. Я не мог позволить ему приехать и наброситься на тебя. Такого я не выдержу.

– Кензи! – с порога рявкнул Мейсон.

– Черт! – выругался Хантер, отступив назад.

– Тащи сюда свою задницу. Ты нужна маме. – Мейс пристально смотрел на нас. Конечно же, добром это не кончится. Оставалось только надеяться, что он не устроит сцену при всех.

– Иду! – в ответ крикнула я. – Наверное, нам лучше вернуться в дом.

Хантер достал из кармана ключи.

– Я вернусь позже. Поеду домой и переоденусь. Передай моей маме и Джей, что я скоро буду.

– Хорошо. Тогда до встречи. – Я не знала, что делать: поцеловать его на прощание или просто уйти в дом?

Долго ждать не пришлось. Хантер взял меня за руки, переплел наши пальцы и, притянув ближе, поцеловал.

– Знаешь, можешь вытаскивать меня под дождь и целовать, когда пожелаешь, – сказала я, когда мы оторвались друг от друга.

– Я запомню, – ухмыльнулся Хантер.

– Хорошо, увидимся позже. – Я повернулась и пошла к дому.

Быстро поднявшись в свою комнату, я переоделась и высушила волосы.

Раздался стук в дверь. Я открыла ее и увидела Джейлин, которая стояла и хмуро глядела на меня, уперев руки в бока и приподняв брови.

– Куда ты удрала с моим братом?

– Он поехал домой переодеться. И просил передать вам, что скоро вернется, – ответила я, стараясь не улыбнуться.

– И зачем ему понадобилось переодеваться?

– Потому что мы…

– Стой! Не отвечай, – перебила она меня. – Даже знать не хочу.

Рассмеявшись, я покраснела – ничего не могла с собой поделать. От поцелуя Хантера я была на седьмом небе от счастья. Джейлин лишь покачала головой.

– Ну, я рада наконец увидеть, что ты снова смеешься и что это благодаря Хантеру, – подоспела Хейли и прислонилась к дверному косяку.

– Давай не будем забегать вперед. Мне все еще надо спуститься вниз и встретиться с братьями. – Я собрала волосы в хвост. – Ладно, пора схлестнуться с миром лицом к лицу.

Все болтались в гостиной и как будто расслабились, когда мы появились. Хейли направилась к Мейсону, чтобы уговорить его не сильно на меня напирать, а Джейлин пошла к Куперу.

Я села в кресло возле Джексона и Хлои.

– Как ты сегодня себя чувствуешь? – спросила я у нее. – Тебе лучше?

– Совсем нет. Ужасно неудобно, – тяжело вздохнула она. Бедняжка, она была совсем не готова к появлению ребенка.

Я попыталась хоть как-то ее приободрить:

– Тогда надеюсь, вечеринка в субботу хоть немного тебя отвлечет.

– Я тоже очень на это надеюсь.

Пришел Хантер. Даже в спортивных штанах и футболке он выглядел сексуально. Сесть ему было негде, поэтому я вскочила:

– Вот. Садись здесь.

Хантер подошел и сел в кресло. Я собиралась устроиться на полу возле его ног, но вместо этого он усадил меня к себе на колени.

Я покосилась на Мейсона. Тот взвился с кушетки, скинув Хейли на пол.

– Чувак, это, чтоб тебя, моя сестра. Какого черта ты творишь?

– Мейсон, следи за языком, – послышался папин голос.

Я окинула взглядом комнату, все уставились на нас. Потом посмотрела на Хантера и подумала, что лучше было сесть на пол. Громадные семейные ссоры нам ни к чему.

Я поднялась с его колен. Хантера это, видимо, удивило, потому что он посмотрел на меня так, будто я сделала что-то не то.

– Кензи, что ты делаешь? На пол ты не сядешь, – сказал Купер.

– Куп, все нормально. – Я не хотела, чтобы случилась такая вот хрень, тем более на День благодарения, да еще и в присутствии всей семьи.

Решив разрядить ситуацию, я пошла в кухню разбираться с посудой, которая не влезла в посудомоечную машину. Мейсон двинулся за мной. Я решила, что он хочет закончить нашу ссору, но он был не один. С ним пришли Хантер и Купер.

– Что, черт побери, между вами происходит? – процедил Мейсон сквозь зубы.

Купер положил руку брату на плечо:

– Чувак, оставь их в покое.

– И не подумаю. Ты прикрываешь их только потому, что трахаешь его сестру, – выпалил Мейсон.

У меня отвисла челюсть.

– Какого черта, Мейс?! – заорал Купер.

– Куп, черт тебя дери, это же моя сестра! – заорал в ответ Хантер.

Мне уже казалось, они передерутся, но, к счастью, прежде чем все слетели с катушек, появились папа с Джексоном. По-видимому, о Купере и Джейлин папа ничего не знал. Сама же я догадывалась об этом, но уверена не была.

– Что, черт возьми, происходит? Почему все орут? – поинтересовался отец.

Я лишь покачала головой. Вмешиваться я не собиралась, так что занялась посудой.

– Твоя дочь хочет быть с Хантером, – сказал Мейсон папе.

– Минуточку, разве ты не встречаешься с Домиником? – обратился ко мне папа.

– Нет, мы расстались несколько недель назад. Но раз уж мы подняли эту тему, то Мейсон хочет быть с Хейли, – огрызнулась я, глядя на брата.

Отец потер лоб. Наверняка у него от нас уже разболелась голова.

– Ну а ты? – спросил папа у Купера.

Я рассмеялась. Фиаско по всем фронтам.

– Он хочет быть с Джей, – ответил за него Хантер.

Отец вскинул руки и вышел из кухни. Я рассмеялась, чем заработала свирепые взгляды от всех, кроме Джексона, который тоже считал ситуацию абсурдной.

– Полный абзац, – заявил он и вернулся в гостиную.

Мейсон с Купером бросились вон из кухни, оставив меня наедине с Хантером. Он обнял меня, а я продолжала мыть посуду.

– Что ж, все прошло как нельзя лучше. – Он убрал волосы с моей шеи и поцеловал, потом положил руку на столешницу. – Ты знала о Джей и Купе?

Я прижалась к нему спиной и покачала головой. Хантер тяжело вздохнул и прошептал:

– Перестань так делать.

– Как? – с невинным видом поинтересовалась я.

– Ты знаешь как, – тихо простонал он мне на ухо.

Позади нас раздалось покашливание.

– Хантер. – Это была миссис Маккормик.

Хантер отодвинулся от меня.

– Да, мам?

– Можешь сейчас отвезти нас с Джейлин домой? Нам рано утром ехать с девочками за покупками, поэтому сегодня надо пораньше лечь спать.

– Конечно. Бери Джей, встретимся в машине.

Миссис Маккормик подошла ко мне, обняла и поцеловала в щеку:

– Увидимся завтра утром, милая.

Когда она вышла, Хантер поцеловал меня в губы. Я тихонько застонала, когда его язык скользнул мне в рот. Он приподнял меня, и я обхватила его ногами за талию. Он прижал меня к двери. От поцелуя и от мысли, что нас могут увидеть в любой момент, в моем теле напрягся каждый мускул.

– Господи, похоже, я никогда не устану тебя целовать, – пробормотал Хантер.

– Хорошо, потому что я тоже.

Он поставил меня на ноги и снова поцеловал.

– Пора сваливать. Увидимся завтра?

– Может быть. Я еду с девочками за покупками, а потом мы должны все подготовить к субботней вечеринке Хлои.

Хантер встретился со мной взглядом. В этих великолепных глазах я могла утонуть навсегда.

– Увидимся завтра. – Это было утверждение, а не вопрос.

Четыре утра – слишком рано, но это семейная традиция, поэтому я стащила задницу с кровати. Через несколько дней у меня день рождения. Пока мы делали покупки, мама всегда позволяла мне выбрать себе подарки. Прошлую ночь Хейли спала у Мейсона, поэтому нам оставалось только заехать к Хантеру за его мамой и Джейлин.

Мы остановились у его дома, и я побежала сообщить о нашем приезде. Уже хотела постучать, но тут дверь распахнулась. Это был Хантер. Он схватил меня за руку и втащил в дом. А как только позади меня закрылась дверь, обхватил ладонями мое лицо и поцеловал.

– Вау! – Только это я и смогла выдавить из себя в такую рань.

– Доброе утро, – Хантер медленно опустил руки мне на бедра. – Черт, на тебе даже штаны для йоги смотрятся сексуально.

– На мне все смотрится сексуально, – подмигнула я.

Он застонал и снова меня поцеловал. Когда наши языки соприкоснулись, я забыла, где нахожусь, пока не услышала покашливание. Хантер не остановился. Он или не услышал, или проигнорировал. Зато повторное покашливание наконец-то привлекло его внимание.

Хантер слегка отодвинулся и посмотрел, кто это. Уперев руки в бока, перед нами стояла Джейлин.

– Может, прекратишь приставать к Кензи, чтобы мы могли отправиться за покупками? Или ты весь день собираешься держать ее при себе? Уверена, Мейсон с удовольствием...

– Заткнись! – перебил ее брат.

Джейлин рассмеялась и пошла прочь.

– Ну, я, эм-м, уже ухожу, – сказала я, чувствуя себя немного неловко.

Он еще раз наградил меня быстрым поцелуем:

– Ладно, увидимся позже.

Вслед за Джейлин и миссис Маккормик я вышла из дома, спустилась по ступенькам и обернулась к Хантеру.

– Почему ты вообще встал так рано?

Он улыбнулся той своей улыбкой, от которой я начинала трепетать, и ответил:

– Потому что мне нужно было кое-что сделать. – Потом повернулся и закрыл дверь.

Я покачала головой и пошла к машине.

Утренний поход по магазинам прошел замечательно. Я купила себе почти все подарки, но перед Рождеством все равно предстояло сделать парочку покупок. Мама на день рождения купила мне новую сумку, потому-то мы и встали так рано. Хейли вместе с миссис Маккормик тоже прибарахлились.

Перед тем как ехать домой, мы отправились перекусить, зная, что по возвращении должны будем начать приготовления к завтрашней вечеринке. Все утро мама Хантера не сводила с меня глаз. Я не знала, в чем дело, но что-то определенно было не так.

Где-то около обеда мы вернулись домой. Когда мы вошли, Джексон перед камином вышагивал туда-сюда. Мейсон сидел возле Хлои, потирая ей спину с одной стороны, а с другой стороны то же самое делал Купер. Хантер в это время держал ведро у ее лица.

– Что происходит? – Мама поспешно положила пакеты на обеденный стол.

Хантер посмотрел на меня и покачал головой.

– Ее с самого утра выворачивает, – сказал Купер.

Мама подошла и наклонилась к Хлое. Хантер отодвинулся и передал ей ведро.

– Милая, в чем дело? У тебя что-нибудь болит? – спросила мама.

Хлою всю трясло, а на руках выступили мурашки. Прежде чем она успела ответить, заговорил Джексон:

– С тех пор как она встала с постели, ее все время рвет. Доктор сказал давать ей больше пить, а если через несколько часов не наступит улучшение, ехать в больницу.

– Хорошо, милая, давай вернемся в постель.

Близнецы подхватили Хлою под руки и помогли подняться по лестнице, пока Джексон пошел принести ей несколько бутылок воды.

Хантер подошел ко мне:

– В жизни не захочу проходить через все это дерьмо. Неудивительно, что с тех пор, как она забеременела, Джексон от нее ни на шаг не отходит.

– Ага, ей непросто.

Миссис Маккормик села туда, где только что сидел Куп.

– Эй, мам, ты мне что-нибудь купила? – поинтересовался Хантер.

– Конечно, нет. Я не настолько сильно тебя люблю, – рассмеялась она.

– А мне мама кое-что купила, потому что меня она любит, – послышался голос Джейлин у нас за спиной.

– Подумаешь! – Хантер положил мне руку на плечо. – Не хочешь сходить в кино?

– Не сейчас. Может быть, позже. Нам нужно приготовить подарочные пакеты для вечеринки.

Сдвинув брови, Хантер глядел на меня, но нам просто позарез надо было приготовить эти пакеты.

В конце концов мама поднялась наверх, а мы принялись готовиться к вечеринке. Отец с парнями вышли на улицу вешать рождественские украшения. Закончив с приготовлениями, мы заказали пиццу, а я сбегала наверх принять душ. Войдя после этого в свою комнату, я обнаружила Хантера, сидящего на моей кровати.

– Что ты здесь делаешь? – От того, что он находился в моей комнате, я чувствовала себя немного неловко. В конце концов, мы были в доме моих родителей.

– Не волнуйся. Хейли с Мейсоном ушли в кино, Купер повез мою маму и Джей домой, а твои родители слишком волнуются за Хлою, и им не до меня.

Ну что ж, видимо, он все предусмотрел.

Поднявшись с кровати, он запер дверь. Потом встал передо мной и приподнял мой подбородок, чтобы я взглянула на него.

– Я заставляю тебя нервничать? – Наверное, он почувствовал, что я дрожу, но холод тут был ни при чем.

– Нет, – прошептала я.

Хантер обхватил меня руками и стал наступать, вынуждая пятиться к постели. Мои ноги уперлись в кровать, и он осторожно положил меня на спину. Как только моя голова коснулась подушки, во мне взорвалась буря эмоций. Я хотела его. Всегда хотела, и вот теперь он рядом.

Он навис надо мной, не прикасаясь. А мне ужасно этого хотелось. Я провела руками вниз по его спине и скользнула пальцами под футболку. Он на секунду напрягся, а потом сел и стянул футболку через голову.

Хантер был красивым парнем с загорелой кожей и классными татуировками. Я провела руками по его груди вниз к кубикам на животе. Он снова навис надо мной, держа меня в клетке, как птичку.

– Ты со своим полотенцем меня просто убиваешь. Я не должен быть здесь… – он коснулся поцелуем моих губ, – но и не могу больше оставаться в стороне.

И словно в доказательство своих слов опустился между моих бедер. Я почувствовала через джинсы его твердость и толщину. Попыталась сдвинуться, чтобы он оказался именно там, где я хотела, но Хантер лишь сильнее прижался ко мне.

– Не надо. – Он втянул носом воздух и медленно выдохнул. – Я себя почти не контролирую, а ты еще не готова.

Хантер поцеловал меня в уголок рта, потом в щеку. Оперся на правый локоть и развязал полотенце. Прежде чем потянуть его, он посмотрел на меня, словно ждал разрешения. Вытаскивая из-под меня полотенце, он нечаянно задел рукой мою грудь, и соски тут же затвердели.

– Черт побери, CиCи, – сказал он и взял один сосок в рот. Он водил языком вокруг соска и посасывал его, потом сделал то же самое с другим.

Не успев толком сообразить, что делаю, я обхватила ногами его бедра и принялась тереться об него. Из груди Хантера вырвался глухой стон. Я зарылась пальцами ему в волосы.

Он потянулся губами к моей шее, потом ко рту. Наши языки сплелись, и это было чистое блаженство.

На какое-то время он прижался своим лбом к моему, а потом сказал:

– Я должен уйти.

– Что? Почему? – запаниковала я. – Не надо.

– Поверь, мне не хочется, но я должен. – Он быстро поцеловал меня в губы и начал подниматься. Я сомкнула руки у него на шее.

Вздохнув, он на какое-то время опустил взгляд туда, где упало полотенце:

– СиСи, мне действительно надо идти. Мы не должны этого делать.

Тут же отпустив его, я дала ему с меня слезть. Мне вдруг стало стыдно, и я, быстро схватив в ногах кровати одеяло, прикрылась.

– Что ты делаешь? – спросил он.

Я лишь молча покачала головой. Хантер только что меня отверг. Я дура, раз поверила, что он меня хочет. Моим братьям он сказал, что любит меня, а мне не смог.

– CиCи, не стоит. Какие бы мысли ни роились в твоей прекрасной головке, ты ошибаешься. – Он наклонился, чтобы поднять с пола свою футболку.

Я лишь кивнула. Он подошел и поцеловал меня:

– Увидимся завтра.

– Хорошо.

Он направился к двери, но, прежде чем выйти, обернулся:

– Не думай, а просто чувствуй. Я знаю, что ты делаешь. Вижу по твоему лицу. – Он подмигнул мне и вышел за дверь.

Я легла на подушку, и на моем лице расплылась широкая улыбка.

Следующим утром меня ждало смс от Хантера.

Перед тем как уехать домой, я успела повидать племянника. Все произошедшее меня вымотало. Хлоя и Джексон тоже выбились из сил, к тому же им надо было побыть наедине с Алексом.

Все вернулись к нам домой, где мы решили заказать пиццу. Мейсон с Хейли исчезли после того, как явился курьер, а Купер с Джей в гостиной смотрели «Утиную династию»[9]. Папа с мамой ужасно устали, поэтому поднялись наверх хоть немного поспать.

Мы с Хантером все еще сидели за столом, причем я засунула ноги ему между коленей. Мы разговаривали и смеялись над тем, как они втроем пытались собрать детскую кроватку. Первая попытка закончилась тем, что стенки оказались прикручены вверх ногами, а потом они не могли понять, как крепится решетка под матрас. Хантер сказал, что сборка заняла у них часа два.

– Поедешь со мной праздновать Новый год? – спросил Хантер.

Я уставилась на него, пытаясь понять, что он имеет в виду. Мы всегда праздновали все вместе у нас дома, так зачем куда-то ехать?

– Куда?

– Хочу сделать тебе сюрприз. – Он поцеловал меня, чтобы я не начала спорить, потому что хорошо знал, как я не люблю сюрпризы.

– Хантер, ты же знаешь, я ненавижу сюрпризы, – все-таки захныкала я.

Ухмыляясь, он посмотрел на меня из-под густых черных ресниц:

– Знаю, но этот тебе понравится.

Я улыбнулась и поцеловала его.

– А что ты скажешь остальным? Нам не нужна еще одна такая же ссора, как в четверг.

– Я об этом позабочусь. Есть у меня один знакомый, который поможет нам ускользнуть, – подмигнул Хантер.

– Ладно, но только при условии, что семья не будет против.

– Не волнуйся. Они согласятся.

Через какое-то время он ушел вместе с Джейлин. Но перед этим сказал, что заедет за мной утром, потому что в обед нам предстояло отправляться обратно в колледж.

На следующее утро мама разбудила меня пораньше. Так как я уезжала раньше всех, мне хотелось попасть в больницу первой.

– Так значит, ты с Хантером, да? – спросила она, как только мы приехали в больницу. Я удивилась, что она не поинтересовалась раньше.

В ответ я молча улыбнулась и вылезла из машины. Правдиво ответить на вопрос я не могла, ведь на самом деле мы официально о наших отношениях не объявляли. Мне не хотелось сглазить, откровенничая о том, чего еще нет.

– Ну хоть расскажи, что случилось с Домиником, – попросила мама, открывая двери больницы.

Ощутив укол боли, я посмотрела себе под ноги.

– Он, ээ-э... изменил мне… И девушка от него забеременела. Хотя он все равно продолжает твердить, что не делал этого, и что я должна ему верить. И я верила всем сердцем, пока однажды на вечеринке все не развалилось на куски.

– Да уж. – Мама посмотрела на меня, а потом отвела взгляд.

– Ничего страшного. Со мной все в порядке. Повезло, что когда все это случилось, со мной были все мои друзья. Больно, конечно, но надо смириться.

Мама улыбнулась и обняла меня:

– Малышка, мне очень жаль. Запомни: на все есть причина. Мы должны взять себя в руки и позитивно относиться к жизни.

Я пожала плечами. Хотя боль никуда не делась, я была благодарна Хантеру, что он оказался рядом. Не будь его там, все было бы намного хуже.

Какое-то время мы с мамой провели у Джексона, Хлои и Алекса, а потом подтянулись и остальные. Хлоя очень надеялась, что появятся ее родители, но Джексон, похоже, сомневался. Как только она сообщила им о беременности, они отказались иметь с ней дело.

Направляясь к машине, я спросила у мамы, не смогла бы она кое-что сделать вместе со мной. Она, разумеется, без вопросов согласилась. Мы вернулись в больницу и подошли к регистрационной стойке, где я поинтересовалась, в какой палате находится Доминик.

Мама была в шоке.

– Почему Доминик здесь? – спросила она, когда мы шли к лифту.

– На День благодарения, – я не знала, рассказывать маме или нет, но была уверена, что она все равно догадается, – Хантер с Домиником не сошлись во мнениях. Для Дома это закончилось не слишком... хорошо.

Кивнув, она спросила:

– Так вот почему Хантер исчез во время ужина?

– Ага. Я не знала об этом, пока вчера не столкнулась с мамой Доминика. Она не очень обрадовалась нашей встрече, но сказала, что ее сын обо мне спрашивал. Я хочу окончательно порвать с ним, чтобы наши отношения остались в прошлом. Теперь ему надо думать о ребенке.

Какое-то время мама молча улыбалась мне, а потом проговорила:

– Я так горжусь той юной леди, в которую ты превращаешься. Мы с папой очень тобой гордимся. Знаю, братья могут немного перегнуть палку, но они любят тебя не меньше и тоже гордятся тобой.

– Спасибо, мам, – улыбнулась я.

Мы подошли к палате Доминика. Я вошла внутрь, а мама осталась в зале ожидания. Мама Доминика сидела на стуле в ногах кровати. Доминик лежал в постели. Под глазами у него были синяки, рука сломана, а на переносице и под бровью наложены швы. Ничего себе! Хантер и правда хорошенько его отделал.

Его мама оторвала взгляд от книги, сняла очки и, извинившись, вышла из палаты.

– Удачи, – сказала она, проходя мимо меня.

Доминик глядел в окно, потом посмотрел на меня и снова отвернулся к окну. Пожалуй, не стоило сюда приходить.

Я обошла кровать и отодвинула стоявший у стены стул. Дом выглядел очень подавленным.

Несколько минут мы молчали. Он смотрел в окно, а я – на него. Я и правда не знала, что ему сказать. В конце концов он сам повернулся ко мне и заговорил:

– Мне очень жаль, Маккензи. Я не хотел, чтобы с нами такое случилось. Никогда не хотел причинить тебе боль. Ты была для меня всем.

– Знаю, – прошептала я.

– Уехав из дома, я ужасно радовался самостоятельности и тому, что нам с тобой предстояло жить под одной крышей. Но через несколько недель все изменилось. Почти каждый день я пил и ходил с парнями на тусовки. И больше ни о чем не думал. Я футболист, девчонки за мной стаями бегали. Висли на мне и готовы были на все, чтобы быть со мной. Я стал безответственным. Однажды на какой-то вечеринке Бриттани начала флиртовать со мной, и все вышло из-под контроля. В тот день, когда я должен был приехать на вечеринку твоих братьев, я проснулся в одной постели с Бриттани. И только тогда осознал, что натворил. Вот почему я опоздал на вечеринку. Не знал, что делать. Но понимал, что не могу снова тебя подвести, пропустив вечеринку, так что в итоге решил приехать. Всю дорогу домой я ругал себя за свой поступок, а когда добрался до пляжного домика, мы даже не смогли побыть наедине. От этого я еще больше слетел с катушек. Потом ты наконец приехала в кампус и пришла в мою комнату. Я думал, все будет хорошо. Но, когда появилась Бриттани, понял, что скоро ты обо всем догадаешься.

Я согласно кивнула, потому что именно тогда наши отношения начали портиться.

– Я сказал ей, что это больше не повторится. Бриттани разозлилась и заявила, что я ее использовал. Это ее трусики лежали возле моей кровати. Она поймала Томми на выходе из комнаты, и он впустил ее. Она знала, что я одолжил тебе машину, потому что чуть раньше просила меня куда-нибудь ее свозить.

Вот же хитрая стерва!

– В тот день, – продолжал Дом, – она не на шутку меня разозлила, и с тех пор я с ней не разговаривал. Когда ты попросила дать тебе перерыв, мне пришлось смириться, иначе я бы тебя потерял. Пока мы были врозь, я понял, чего могу лишиться, и захотел быть с тобой… всегда. Тогда-то до меня и дошло, что я хочу на тебе жениться. Подумал, если ты согласишься выйти за меня, мы сумеем пережить то, что я натворил.

Как ему вообще такое в голову пришло? Неужели он думал, я просто-напросто обо всем забуду?

Дом приподнял мое лицо и заглянул в глаза:

– Когда я явился на ту вечеринку, и она сказала, что беременна, я понял, что сделал самую большую ошибку в своей жизни. Даже моя футбольная карьера меня больше не волновала. В голове была только ты. Конечно, я сделал тебе больно, но не нарочно. Ты всегда была рядом и поддерживала меня.

У меня на глазах выступили слезы. Как бы я ни хотела быть сильной, сдерживаться больше не могла.

Он взял мою левую руку и потер безымянный палец.

– Я все еще люблю тебя, Маккензи. И думаю, что всегда буду любить. Но понимаю, что должен тебя отпустить. Ты в хороших руках. Только посмотри, что эти руки со мной сделали, – ухмыльнулся Дом.

Я рассмеялась. Да, согласна. Я в хороших руках. Только надеюсь, они хотели меня так же, как и я их.

– Я тоже люблю тебя, Доминик. И надеюсь, у тебя все наладится. – Я встала и коснулась поцелуем его лба.

Затем вышла из палаты и сказала маме, что готова идти. Она посмотрела на меня и улыбнулась:

– Пошли домой.

Когда мы приехали, Мейсон, Хейли и Хантер были дома. Мы загрузили вещи в грузовичок Хантера и со всеми попрощались. Я знала, что буду скучать по дому и по Алексу. Но через несколько недель начнутся зимние каникулы, так что скоро мы все увидимся.

Возвращаться в общагу было неприятно. Ни капельки не хотелось опять здесь находиться. Слишком много воспоминаний.

У меня за спиной вздохнула Хейли. Видимо, она думала о том же.

– Нам и правда надо здесь оставаться?

Хантер бросил на нее взгляд в зеркало заднего вида, потом посмотрел на меня.

– Девчонки, вы всегда можете остаться у меня. Вы же знаете, Бентли не станет возражать.

– Ты не против, если мы переночуем у тебя? – спросила я. Мне хотелось убедиться, что мы не бежим впереди паровоза.

– Конечно, нет. Иначе не предлагал бы. – Затем он наклонился и прошептал: – Ты будешь в моей постели. Черт возьми, я был бы дураком, если бы не хотел, чтобы ты осталась со мной.

С заднего сидения послышался стон Хейли.

– Ребята, пожалуйста, кончайте уже.

Я рассмеялась. Подруга мне завидовала, а все потому, что здесь не было Мейсона.

– Ладно, поехали к тебе.

Чуть позже тем же вечером Хантер устроил Хейли в свободной комнате для гостей. Я же решила поотмокать в ванне. Включила музыку на планшете. Рядом горела свеча, зажженная Хантером, и стоял бокал вина. Чистый релакс.

Хантер постучал в дверь и вошел. Присел возле ванны, наклонился и поцеловал меня. Когда наши губы соприкоснулись, снова полетели искры.

Я отстранилась, и он застонал.

– Залезешь ко мне? – Мне бы нервничать, потому что я лежала перед ним голая, но ничего подобного я не чувствовала.

Сначала Хантер и ухом не повел. Я думала, что услышу возражения, но он поднялся и начал раздеваться. Чего-чего, а стыдиться причин у него нет. У него было идеальное тело: начиная со взъерошенных волос, рельефной груди, кубиков пресса на животе и заканчивая тем, что находилось ниже. Хантер наблюдал, как мои глаза прошлись по его телу. Мои щеки вспыхнули румянцем. Черт побери, он слишком сексуален.

Хантер подмигнул мне ясными голубыми глазами:

– Нравится то, что ты видишь?

– Что тут может не нравиться, Хантер? Ты великолепен.

Когда он ступил в ванну, я передвинулась, чтобы он мог сесть позади меня. Господи, может быть, эта идея вовсе не была такой удачной. Усевшись, он притянул меня к своей груди. От прикосновения к его коже я застонала.

Какое-то время мы сидели не двигаясь. Скорее всего мы не знали, чего хотел каждый из нас. Хантер проявил инициативу, помогая мне сесть ровнее. Потом взял позади себя гель для душа, вылил немного себе на ладони и начал намыливать мне спину. Он водил руками по кругу от моей шеи вниз по спине до самой задницы. А когда остановился, я тихонько захныкала. Но Хантер снова прижал меня к своей груди и повторил действия уже спереди. Он ласкал мои плечи и особое внимание уделил груди, слегка пощипывая соски. От нахлынувших ощущений у меня выгнулась спина. Он скользил пальцами вверх-вниз по моему животу, и я приподнялась, пытаясь заставить его спуститься ниже, туда, где мне больше всего хотелось его почувствовать.

Я услышал, как Хантер часто задышал. Потом сжал мои бедра, не давая пошевелиться.

– Не двигайся, детка.

– Пожалуйста, Хантер, мне нужно, чтобы ты ко мне прикоснулся, – заныла я. – Это меня убивает.

Он покачал головой:

– Не сегодня, малыш. Ты еще не готова.

Не готова? Он издевается? Да я готова как никогда!

Какое-то время он целовал мои плечи и шею, потом вытащил из ванной пробку, чтобы спустить воду, и включил душ. Помог мне ополоснуться от пены и вымыть волосы. Как бы мне ни хотелось, чтобы он прикоснулся ко мне в том самом месте, он этого так и не сделал.

Взяв гель для душа, я принялась массажировать Хантера. Он возбудил меня до чертиков, и раз я не могла заставить его прикоснуться ко мне, то хоть постараюсь довести его до такого же состояния. Я начала с широких плеч, спустилась к груди и провела пальцами по четко очерченным кубикам пресса, а потом опустила руку ему между ног. Я остановилась и посмотрела на него, встретившись с его полуприкрытыми глазами.

Он был так напряжен, что я знала: он не станет меня останавливать, поэтому я решила рискнуть и обхватила его рукой. Голова Хантера откинулась назад, дыхание со свистом вырвалось сквозь стиснутые зубы. Несколько раз я провела по нему рукой, прежде чем спуститься к ногам, а потом отступила назад и вымыла ему волосы.

Мы вытерли друг друга, и Хантер дал мне одну из своих футболок. Мы забрались в кровать и, обнявшись, сразу же уснули.

Я могла лишь надеяться, что наши отношения закончатся нескоро. Так или иначе, я собиралась взять от них все.

C тех пор, как в День благодарения Хантер поцеловал меня под дождем, прошло три недели. Самые счастливые, по-настоящему идеальные недели. Мы с Хантером почти все время проводили вместе. До Рождества оставалось несколько дней, и я уже горела желанием отправиться домой. Мне хотелось побыть с семьей, особенно с малышом Алексом. Хлоя, Джексон и мама постоянно слали мне прикольные фотки моего племянника.

Но важнее всего то, что я не могла дождаться, когда уеду из колледжа и проведу немного времени наедине с Хантером. Мы виделись по воскресениям, а на протяжении недели – только во время обеда. Кроме воскресения, он каждый вечер работал в баре, а я – c понедельника по четверг в вечернюю смену в библиотеке. Хейли все еще тусовалась с Зиком, так что он приглядывал за нами, когда Хантера не было поблизости.

В пятницу перед отъездом домой мы с Хейли решили куда-нибудь выбраться. Поинтересовались у нескольких девчонок, с которыми дружили, не хотели бы они составить нам компанию. В этот день Хантер с Зиком работали в баре. Из-за официального начала зимних каникул ожидалось целое столпотворение.

Мы с Хейли пошли ловить такси, чтобы поехать в бар. Когда машина остановилась у бордюра, я заметила ругающуюся на стоянке парочку. Мне показалось, они похожи на Бриттани и Логана, но я решила этим не заморачиваться.

Очередь в бар растянулась до угла здания, так что Хейли попросила таксиста высадить нас у входа, а не у последних желающих попасть внутрь. Выбравшись из машины, мы направились к двери, за которой, само собой, должны были найти Зика или Хантера. Едва меня заметив, Хантер улыбнулся, как довольный кот, и кивнул, чтобы мы входили. Я посмотрела на девчонок. Все, кроме Хейли, захихикали, а она лишь закатила глаза.

Поднявшись с табурета, Хантер приобнял меня. Я даже и не думала, что он это сделает.

– СиСи, что ты здесь делаешь?

Я пожала плечами:

– Нам с девчонками захотелось куда-нибудь выбраться, а куда лучше всего пойти?

Он посмотрел мне за спину:

– Привет, девчонки. Давайте руки, поставлю вам печати для входа.

Грейси, Хейли, Зоуи и я получили свои печати и направились в бар. Проходя мимо Хантера, я услышала, как он по рации сказал кому-то, что мы здесь, и попросил не спускать с нас глаз.

Немного потанцевав, мы пошли к стойке за напитками. Мы с Хейли планировали заказать содовую, потому что до алкоголя еще не доросли, но барменша покачала головой, глянув в сторону двери. Не спросив нас, сделала напитки и поставила перед нами. Когда я начала доставать деньги из сумочки, барменша снова покачала головой и посмотрела на вход.

Я услышала, как рядом откашлялась Хейли. Потом ткнула меня локтем и кивнула вправо. В конце стойки торчали Бриттани и Логан. Что, черт возьми, она здесь делает?

– Хейлз, это ведь Логан? Что он делает с Бриттани? – спросила Грейси.

– Ага. Понятия не имею, да и пофиг, – ответила ей Хейли.

– Разве Бриттани не беременна? А если так, какого лешего она здесь делает? – удивилась Зоуи.

Я только пожала плечами. Я пришла сюда не для того, чтобы волноваться о Бриттани и Логане. Взяв Хейли за руку, я потащила ее на танцпол. Пока мы вчетвером танцевали, Хантер встал около барной стойки. Бар был забит до отказа, поэтому сегодня ночью сюда больше никого не пускали.

Хантер следил за каждым моим движением, так что я решила немного его подразнить, устроив шоу. Вцепившись в парня, который весь вечер маячил поблизости, я стала тереться об него всем телом, откидывая голову и проводя по нему руками. И все это время смотрела только на Хантера.

Остановить меня он никак не мог, потому что ему надо было работать. Парень, с которым я танцевала, видимо, заметил, что я смотрю на Хантера, потому что спросил:

– Это твой парень? Он весь вечер раздевает тебя глазами.

– Не-а, – отозвалась я, развернув его к себе и обвившись вокруг него, пока снова не заметила Хантера.

– Точно? – Он наклонился ко мне.

– Ага. – Я все еще наблюдала за Хантером, который стоял у бара и сверлил меня мрачным взглядом.

Не успела я понять, что происходит, как парень, с которым я танцевала, испарился, а я оказалась в объятиях Хантера и потрясенно уставилась на него. Он лишь покачал головой и повел меня в служебное помещение, которое, похоже, было чем-то вроде раздевалки.

– Что, черт возьми, это было, СиСи? – кипел он.

– Ничего, я танцевала.

Черт! Я не хотела его разозлить.

– И это, по-твоему, танец? Выглядело так, будто ты готова трахнуть его прямо на полу.

– Ничего подобного. Разве ты не заметил, что я все время смотрела на тебя?

Все шло не так, как я планировала.

– Ага, заметил. Но парень уж чертовски сильно получал удовольствие. А ты заметила, что он тебя чуть не поцеловал? Если бы я его не оттолкнул, он бы точно успел.

Проклятье!

– Думаю, нет. Хотя он знал, что я смотрю на тебя. – Я опустила глаза. – И что ты наблюдаешь за каждым моим движением.

Хантер сделал глубокий вдох и подошел ко мне, затем тронул за подбородок и приподнял мне голову, чтобы заглянуть в глаза.

– Из-за тебя я завелся и весь издергался, но ни хрена с этим поделать не могу, пока я на работе.

Вот как раз на это я и рассчитывала!

Я улыбнулась и встала на цыпочки, целуя его в губы. Не прерывая поцелуй, Хантер наступал, пока не прижал меня спиной к шкафчикам. Затем подхватил под колени и притянул к себе. Я обхватила его ногами за талию. Хантер водил руками вверх и вниз по моей заднице. Мне хотелось большего, так что я сильнее прижалась к нему, пока не почувствовала, как что-то твердое уперлось мне между ног. Хантер замер и отстранился.

Потом поцелуями спустился от губ к шее и принялся пощипывать губами мое плечо. Мы продолжали так несколько минут, прежде чем он стал опускать меня по себе вниз.

– Ты меня просто убиваешь, ты знаешь об этом? – Он еще раз поцеловал меня в плечо.

– Ну мы же не можем позволить этому случиться, правда? – улыбнулась я.

– Хитрюга.

– У меня был хороший учитель.

– Ладно, давай убираться отсюда, пока нас кто-нибудь не хватился. Уверен, Зику уже наверняка пришлось прикрывать мою задницу.

– Прости, не подумала, – сконфуженно ответила я.

– Только не делай этого с кем-нибудь, кроме меня.

Еще раз коснувшись поцелуем моих губ, Хантер открыл дверь. Я вышла, и он шлепнул меня по заднице.

Глянув на него, я покачала головой и пошла искать девчонок, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.

– Что, черт возьми, случилось? – спросила Хейли.

– Хантеру не понравилось, что я танцевала с тем парнем. – Я пожала плечами и, обойдя ее, направилась к барной стойке.

– На сегодня Зик уже закончил. Сказал, что по дороге домой закинет нас в общагу.

Допив свой напиток, я слезла с табурета, взяла подругу за руку и двинулась к выходу.

Следующим утром меня разбудил телефон.

– Слушаю, – сонно проговорила я.

– Доброе утро, солнышко. Вытаскивай свой зад из постели, – бодро проговорил Хантер.

– Чего это ты такой радостный? – застонала я. – И вообще, который час?

– Девять утра. И я хочу отправиться домой, так что вытаскивай свою маленькую сексуальную попку из постели и спускайся.

Потерев глаза, я нажала «отбой», даже не попрощавшись. Утро я ненавидела, особенно если рядом оказывались счастливые люди.

– Хейлз, вставай, здесь Хантер, – пробормотала я и двинулась в ванную.

Через полчаса мы с Хейли закинули свое барахло в грузовик Хантера и отправились домой на зимние каникулы.

На следующее утро я проснулась с высокой температурой и болью в ухе. Каникулы начались совсем не так, как хотелось. Спустившись вниз, я попросила маму записать меня на прием к врачу.

Я села за стол, а мама позвонила маме Хантера, работавшей у нашего врача медсестрой, и рассказала ей о случившемся. Меня попросили приехать прямо сейчас, чтобы доктор мог осмотреть меня перед уходом. Завтра Рождество, и сегодня был сокращенный рабочий день.

Через два часа, когда Хантер пришел меня навестить, я лежала на диване, напичканная антибиотиками и жаропонижающим.

Он принес тарелку куриного бульона и фильм. И я опять влюбилась еще сильнее.

Свернувшись на кушетке, я положила голову Хантеру на колени. Тут в комнату вошли Хейли с Мейсоном, Купер и Джейлин.

Мейсон сел на кушетку у моих ног:

– Вставай.

– Мейс, не начинай. Мне плохо.

– А мне до лампочки! Положи голову на этот конец кушетки.

Серьезно? Он что, издевается?

– Оставь ее в покое, чувак, – отчетливо произнес Хантер.

Мейсону это совершенно не понравилось. А Купер лишь взглянул на Хантера, как на сумасшедшего.

Стремясь разрядить ситуацию, я приподнялась и поинтересовалась у Хейли и Джейлин:

– Девчонки, у вас все готово к завтрашнему Рождеству? Завернули подарки?

– Ага, только что вернулись из торгового центра, докупили необходимое, – отозвалась Джейлин.

– У меня еще не все завернуто. Кенз, поможешь с последним подарком? – спросила Хейли.

Откинув одеяло, я пошла с Хейли и Джейлин в свою комнату.

По идее, она должна была зайти к Мейсону забрать подарок, который нужно завернуть, но вместо этого полезла в сумочку и достала оттуда лист бумаги и какие-то билеты.

Я бросила взгляд на билеты. Лыжный курорт в горах Поконо. На ближайшие выходные. В канун Нового года. Выходные, которые я собиралась провести с Хантером.

Она подмигнула мне:

– Надо же как-то отвлечь Мейсона. Еще чуть-чуть, и я из-за него ходить не смогу.

– Господи, Хейли! Не хочу ничего слышать об этом дерьме! – рявкнула я. Мне было противно от ассоциаций, возникающих в голове.

– Да нет же, серьезно. Я обещала Хантеру помочь. Не уверена, что это сработает, но должно получиться, ведь Мейсон даже не догадывается, что ты едешь с Хантером, – объяснила подруга.

Я посмотрела на Джейлин, ожидая, что она расскажет, как собирается отвлечь Купера. Они утверждали, что между ними ничего нет, но я знала, что это не так. Купер не из тех, кто может остепениться, но именно Джейлин может это изменить.

– У меня нет никаких планов. Купер сказал, что занят, – расстроенно проговорила Джейлин.

– Джей, Купер ничего не планировал. Так что вы оба едете с нами. Только не говори ему, что я проболталась. Он хотел сделать тебе сюрприз. А ты, – указала на меня Хейли, – лучше с пользой проведи время.

Я подошла и крепко ее обняла:

– Я люблю тебя, Хейлз.

Джейлин присоединилась к нашим обнимашкам:

– Я тоже тебя люблю, Хейлз.

Завернув последние подарки, мы спустились к парням, немного посидели и пошли спать.

– Так ты с мамой и сестрой завтра приедешь на завтрак? – поинтересовалась я у Хантера, топая с ним к двери, подальше от братьев-близнецов, чтобы можно было украдкой его поцеловать.

– Ага, тогда и откроем наши подарки.

– Хорошо, увидимся утром.

Притянув меня к себе, Хантер бросил взгляд поверх моего плеча, потом поцеловал меня и отстранился:

– Увидимся утром. Не забывай пить лекарства. До выходных тебе надо поправиться, – прошептал он.

Я улыбнулась и кивнула. А после ухода Хантера и Джейлин поднялась наверх, чтобы немного поспать. День завтра будет длинный.

Рождественским утром я проснулась, чувствуя себя немного лучше. Жар наконец-то спал. Я была очень взволнована. Мне нравилось Рождество, и я собиралась провести его со своим маленьким племянником. Приняв душ, я спустилась вниз как раз в тот момент, когда в дом вошли Хлоя и Джексон с Алексом. Подойдя к брату, я забрала у него детское автокресло. Мне не терпелось потискать малыша.

– И тебя тоже с Рождеством, Кензи, – съехидничал Джексон.

– Подожди. Сперва племянник. – Я расстегнула ремни кресла и взяла Алекса на руки. Прошло всего несколько недель с тех пор, как я видела его в последний раз. За это время он значительно подрос.

– С Рождеством, малыш Алекс, – проворковала я, и он ухватился за мой палец. Малыш был такой прелестный и симпатичный! Очень похож на Джексона и немного на Хлою.

Я вошла в столовую, где находились мама с папой, Джексон с невестой и Купер, который тут же отобрал у меня племянника. Теперь, когда руки освободились, я подошла к Джексону, обняла и поздравила его и Хлою с Рождеством.

В дверь постучали. Я решила, что это Хантер с мамой и сестрой. Но на пороге стоял Доминик.

Вот черт!

– С Рождеством! – сказал он.

– Э-эм, с Рождеством. Что ты здесь делаешь? – спросила я, начиная слегка паниковать. Мне не нужны были ссоры на Рождество. Но одна уж точно случится.

– Я заскочил сказать спасибо. – Он провел ладонью по подбородку.

Чего?

– За что? И не мог ты выбрать для этого другой день? В любую минуту может появиться Хантер, а я не хочу, чтобы вы еще раз подрались.

Купер встал позади меня:

– Какого черта ты тут делаешь? Не усвоил урок на День благодарения?

– Я здесь не для того, чтобы начинать какую-нибудь хрень, Купер. Я пришел сказать твоей сестре, что Бриттани не беременна. – Доминик посмотрел на меня и добавил: – Она врала.

– Хорошо, теперь понятно, почему в баре она была с Логаном.

– Она была с ним в баре? Ты уверена? – спросил Доминик.

Пожалуй, стоило держать язык за зубами.

– Ага. Послушай, тебе и правда надо уйти до прихода Хантера. Я рада, что в этом году на Рождество ты получил особый подарок.

Отступив назад, я закрыла дверь и повернулась к Куперу:

– Ни слова о том, что он приходил. Понял?

– Ага. Все равно это не мое дело. У меня своих проблем по горло. – Купер двинулся в сторону кухни.

Хейли помогала маме и Хлое готовить завтрак. По-видимому, она спустилась в тот момент, когда я говорила с Домиником.

– С Рождеством, Хейлз. – Я подошла и поцеловала ее в щеку.

– Прочь от моей девчонки, – шутливо рявкнул Мейсон, подкравшись ко мне.

– Твоей девчонки? Думаю, сперва она была моей. – Я обняла Мейсона. – С Рождеством, Мейс.

– С рождеством, Кенз. Какие планы на Новый год?

Блин!

– Ну, пока никаких. Может быть, потусуемся здесь с родителями, Джексоном, Хлоей и Алексом. А у тебя какие?

– Наверное, такие же. Может, нам следует пригласить всех сюда и устроить вечеринку? Мне совсем не хочется никуда идти.

Я покосилась на Хейли. Та сосредоточенно пялилась на смесь для блинов, которую помешивала в миске.

– Ну ладно. Звучит неплохо.

Когда с готовкой было почти покончено, появились Хантер, миссис Маккормик и Джейлин, нагруженные подарками.

Войдя в кладовую, я взяла рулон бумажных полотенец, и тут сзади подкрался Хантер и обнял меня.

– С Рождеством, СиСи.

– С Рождеством. – Повернувшись в его объятьях, я встала на цыпочки и поцеловала его. Одна рука легла мне за затылок, а другая прошлась вниз по моим ребрам, обвила талию и опустилась на задницу. Его язык скользнул по моим губам, явно намекая на более глубокий поцелуй.

– Какого черта?! – заорал Мейсон.

Мы с Хантером отскочили друг от друга, но он взял меня за руку и потянул обратно в кухню, мимо Мейсона. Однако брат встал у нас на пути.

– Я сказал тебе оставить мою сестру в покое, чувак, – процедил Мейсон.

Хейли попыталась взять его за руку, но он отстранился. Стиснув зубы, он смотрел на меня и ждал, чтобы кто-нибудь из нас ответил.

Никто не сказал ни слова. Это же Рождество. Я не хотела ссориться. Хейли вышла из кухни. К Мейсону подошел Джексон и положил руки ему на плечи, оттаскивая назад. Все еще держась за руки, мы с Хантером направились в столовую.

Через несколько минут из кухни вышел Мейсон и молча сел рядом со мной. Хейли, сидевшая по другую сторону от него, послала мне сочувственную улыбку. Даже когда все сидели за столом, в воздухе все равно чувствовалось напряжение. Как обычно, Купер старался всех развеселить, но на этот раз у него ничего не вышло.

Доесть свой завтрак я все равно не могла, так что встала, чтобы очистить тарелку и поставить ее в посудомоечную машину. Мне нужно было подышать воздухом, поэтому я вышла через черный ход. Через несколько минут ко мне присоединилась Хлоя, до этого кормившая в кухне малыша.

– Ты как? – спросила она, застегивая куртку.

– Вроде бы ничего. Хотелось бы мне, чтобы Мейс не заморачивался так по поводу нас с Хантером. Я же не возражаю по поводу его отношений с Хейли.

– Он всего лишь тебя оберегает. Ты же знаешь, какие они. Джексон тоже мне говорил, что не приветствует твои отношения с Хантером, но предпочел бы, чтобы это был он, а не кто-нибудь другой.

– Видишь, вот этого я и не понимаю. Я что, должна остаться одна до конца своих дней? – Сильнее вцепившись в перила, я старалась сохранять спокойствие. Вот почему мне не хотелось ходить с ними в школу. Мне надо жить своей жизнью, подальше от братьев, вечно лезущих в мои дела.

– Нет, конечно. Им придется с этим смириться. Тебе хватает ума принимать разумные решения. Они должны доверять тебе и давать хоть немного свободы. Но они тебя любят, – Хлоя локтем ткнула меня по руке, – иногда, наверное, даже слишком сильно.

Улыбнувшись, я сделала несколько глубоких вдохов:

– Ух, на улице мороз. Лучше зайти внутрь, пока за нами не послали поисковую команду.

Смеясь, она взяла меня под руку, и мы вернулись в дом. В прихожей были братья-близнецы и Хантер с Джексоном, и, похоже, все очень оживленно о чем-то беседовали. Я прошла мимо них в гостиную, чтобы приступить к вручению подарков.

Ко мне подошла миссис Маккормик, обняла меня и вручила маленькую квадратную коробочку:

– С Рождеством, солнышко.

– Спасибо, но не стоило беспокоиться.

– Я и не беспокоилась, – подмигнула она и ушла.

Какое-то время я стояла, пытаясь сообразить, что она имела в виду, но потом глянула на карточку и поняла, что это от Хантера. Думаю, он попросил маму отдать мне подарок, чтобы братья не устроили ему головомойку. Я отложила коробочку в сторону, чтобы посмотреть, когда останусь одна.

В течение следующих нескольких часов все подарки уже открыли. Мейсон был взволнован, получив от Хейли путевку в Поконо на следующие выходные. Джейлин тоже радовалась, хотя заранее знала, что поедет. Она притворилась, что в восторге от подарка, а я изо всех сил сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Она явно переигрывала. Хейли понравилось подаренное Мейсоном ожерелье, а Куперу – новая бейсбольная перчатка, купленная для него Джейлин. Родителям пришлась по душе путевка на двоих на все выходные, которую мы купили для них вскладчину. Джексон с Хлоей тоже получили от нас поездку на выходные. Мы подумали, что после рождения Алекса им просто необходимо побыть вдвоем. Миссис Маккормик понравилась купленная нами электронная книга. Мы с Хантером на глазах у всех подарками не обменивались. На эти выходные я запланировала для него кое-что особенное. И у меня был подарок, который дала мне его мама и который я открою, когда останусь одна.

После вручения подарков Мейсон с Хейли отправились к ней домой, чтобы провести время с ее семьей. Теперь, когда они уехали, напряженность, казалось, тоже сошла на нет. Само собой, Куперу с Джексоном не нравилось, что я встречаюсь с Хантером, но, похоже, не так сильно, как Мейсону.

Я сидела в гостиной на диване и смотрела «Рождественскую историю». Хантер сидел рядом. Но не на диване, а в кресле, чтобы не подливать масла в огонь.

– Ты не сказала, понравился тебе мой подарок или нет, – сказал он, глядя на меня.

– Я его еще не открывала, – улыбнулась я. – Сделаю это вечером, когда буду одна. Но если хочешь, могу открыть сейчас.

– Нет, вечером так вечером. Просто я подумал, что тебе не понравилось или еще что, – немного смутившись, проговорил он.

– Мне нравится все, что ты мне даришь. Помнишь черепаху с качающейся головой, которую ты мне купил, когда несколько лет назад ездил на Багамы?

– Ага.

– Люблю эту вещичку. Даже взяла ее с собой в колледж.

Оглянувшись вокруг и убедившись, что никто не подслушивает, Хантер спросил:

– Как думаешь, до Мейсона дошло, что в эти выходные мы не едем вместе с ними?

– Не-а. Но надеюсь, Хейли удастся его хорошенько отвлечь. Я как можно дольше постараюсь не попадаться ему на глаза, так что, если захочешь увидеться, придется делать это у тебя дома.

Хантер подошел ко мне и прошептал:

– Дождаться не могу, когда увижу тебя в моей постели.

Со стоном я сомкнула руки у него на шее, притянула к себе и поцеловала. От одних его слов моя кожа пылала.

После обеда народ потихоньку начал прощаться, а мне до смерти хотелось подняться к себе и открыть подарок Хантера. Около шести вечера все наконец разошлись, и я пообещала Хантеру позвонить, как только увижу подарок.

Я помчалась в свою комнату и, едва за мной захлопнулась дверь, вцепилась в открытку.

Лицевая сторона была чистой, а внутри почерком Хантера было написано:

За неделю мы с Хантером много времени провели вместе. В основном у него дома. Предстоящая поездка в Поконо занимала все мысли братьев-близнецов. Они до сих пор ни разу не заикнулись о том, что мы с Хантером едем с ними. И это мне было только на руку.

В пятницу я проснулась рано. Не могла спать. Была слишком взволнована приготовленным для Хантера сюрпризом. Притворяясь, будто все нормально, я слонялась по дому, пока в гостиной мама не приперла меня к стенке. Терпеть не могу эту комнату. Я и сидела здесь только из-за окна, в которое выглядывала посмотреть, не приехал ли Хантер.

– Значит, твои братья в эти выходные едут в Поконо. А у тебя какие планы? Я думала, ты поедешь с ними.

– Ну, мы с Хантером решили не мешать парочкам провести время вместе, – сказала я, словно никаких других причин у нас не было.

– Почему-то мне кажется, ты что-то замышляешь. – Она подошла к дивану, взяла подушку и снова положила ее на место. – Я знаю, что вы с Хантером много времени проводите вместе. Вы встречаетесь?

Я никогда не врала маме и начинать сейчас не собиралась.

– Нет, не встречаемся. – Это правда. Никаких официальных заявлений мы не делали. – Но хотим посмотреть, к чему это приведет. Сложновато иметь какие-либо отношения, когда рядом находятся братья, вечно сующие нос во все мои дела.

Мама вздохнула:

– Присядь.

Я села в конце дивана и положила подушку на колени.

– Братья тебя любят. И хотят защитить от всего на свете. Может быть, виноваты мы с отцом, потому что все время велели им за тобой присматривать. Но я, малышка, ничего бы менять не стала. Конечно, сейчас ты не понимаешь, но когда у тебя появится дочь, все будет по-другому.

– Я понимаю, мам. Но иногда рядом с ними чувствую, будто задыхаюсь. Мне нужно учиться на собственных ошибках. А когда они постоянно дышат в затылок, у меня нет ни единого шанса набить собственные шишки. Я знаю, что им не нравятся мои отношения с Хантером. Но хочу посмотреть, что из этого выйдет, даже если в итоге мне разобьют сердце.

– Знаю, малышка. Просто постарайся взглянуть на это их глазами. Ты собираешься встречаться с их лучшим другом, с человеком, которому они рассказывают обо всех своих девушках и всяких дурацких вещах, о которых говорят мальчишки. Из-за ваших отношений они больше не смогут делиться с Хантером всем на свете.

Что ж, если так, то я тоже должна переживать из-за отношений Хейли и Мейсона. Она моя лучшая подруга, и мне не хочется слышать о том, чем они там вдвоем занимаются. Но я же не слетаю с катушек из-за этого, а стараюсь привыкнуть к мысли, что вместе они счастливы.

– Я понимаю, мам, правда. Но тут ничего не поделаешь, просто так вышло. Ты знаешь, как давно мне нравится Хантер. И теперь, когда у меня наконец появился шанс быть с ним, я им воспользуюсь. И мне плевать, бесит это братьев или нет.

– Ох, Кензи, ты вся в меня, – усмехнулась мама. Она тоже росла с тремя братьями, поэтому понимает меня, как никто другой.

– Вот и хорошо. Тогда, может быть, ты поможешь мне выбраться отсюда, когда появится Хантер? Не хочу, чтобы братья устроили сцену.

Поднявшись с дивана, я подошла к маме. Она встала, и я обняла ее.

– Да, но сначала ты должна сказать, куда собираешься. Мне не нравится, что вы едете только вдвоем.

– В том-то и проблема. Я не знаю, куда мы собираемся.

Она вздохнула:

– Что ж, может быть, так даже к лучшему. Потому что тебе там наверняка понравится. – Она подмигнула мне. – И я достаточно доверяю вам обоим, чтобы отпустить тебя одну.

– Погоди, ты знаешь, куда я еду? – Откуда она узнала? Я ведь даже не смогла заставить Хантера дать мне хоть какую-нибудь подсказку.

– Знаю. А теперь иди за вещами, пока братья не проснулись.

Направившись к лестнице, я остановилась и посмотрела на маму:

– Я люблю тебя, мам. Спасибо за понимание.

Она улыбнулась и поправила подушку, которую я бросила на диван. Взбежав по лестнице, я взяла свои сумки, а когда спустилась вниз, в дом вошел Хантер вместе со своей мамой и сестрой.

– Здравствуйте, миссис Маккормик. – Я подошла к ней, чтобы поцеловать в щеку.

– Привет, солнышко. Повеселитесь там на славу.

Я улыбнулась и пошла к Хантеру.

Когда мы уже собирались уходить, мама вдруг окликнула его:

– Хантер.

Он обернулся.

– Позаботься о ней.

– Позабочусь. – Единственное слово, но от него у меня руки покрылись мурашками.

Мы погрузили вещи в грузовичок, и я принялась расспрашивать Хантера о поездке.

– Так ты уже скажешь, куда мы едем? – спросила я, чуть ли не подпрыгивая на месте.

– Не-а. Но устраивайся поудобнее, поездка будет долгой, – улыбнулся он.

Умостившись, я вытащила телефон глянуть, нет ли сообщений от Хейли. И обнаружила пять эсэмэсок от Мейсона. Он хотел знать, где я и почему меня не оказалось дома, когда он проснулся. Я решила не отвечать, раз уж сама сбежала. К тому же не хотелось опять выслушивать его нотации. Достав планшет, я на какое-то время углубилась в чтение. По дорожным знакам, попадавшимся на глаза, было ясно, что мы направляемся на юг. Часов через пять мы остановились заправиться и перекусить. А как только снова двинулись в путь, я уснула.

– СиСи, просыпайся. Приехали. – Хантер провел рукой по моей ноге.

Зевнув, я потерла глаза. А когда открыла их, испытала шок: повсюду одни деревья и горы. А дом был просто великолепен – огромный двухэтажный деревянный коттедж с верандой по периметру и зеленой крышей.

Обойдя грузовик, Хантер открыл дверцу с моей стороны и протянул руку. Я взяла ее и выскользнула из машины.

– Ух ты! Какой красивый дом! – Я попала в рай. На много миль вокруг ни одной живой души, только мы с Хантером. Целых три дня.

– Рад, что тебе нравится. Погоди, ты еще внутри его не видела.

Он пошел к багажнику за нашими сумками.

– Как ты отыскал это место? – спросила я, взяв у него одну из сумок.

– Есть пара знакомых, – пожал плечами Хантер.

Когда мы вошли внутрь, у меня отвисла челюсть. В доме были деревянные полы и высокие потолки с балками. В кухне – гранитные столешницы, все приборы из нержавеющей стали. В столовой – стол на восемь человек. С порога в глаза бросался камин с теликом над ним, софа и двухместный диванчик, а справа виднелась раздвижная стеклянная дверь, которая вела на заднюю часть веранды с джакузи в углу.

На втором этаже находились две спальни. В хозяйской стояли большая двуспальная кровать, два комода и шкаф, в углу – камин и над ним телевизор. Ковер оказался таким мягким, что я просто обязана была снять обувь и пройтись по нему босиком. В конце спальни находилась ванная комната с джакузи, где спокойно могло поместиться четыре человека, а рядом – душ с видом на горы из окна. А еще была отдельная комнатка с туалетом и двойной раковиной.

Вторая спальня была такой же, как и хозяйская, но без джакузи и камина. Зато с раздвижной стеклянной дверью с выходом на небольшую закрытую террасу.

В подвале нашлись бильярдный стол, бар и огромный киноэкран с двумя рядами кресел. Задняя стена полностью состояла из панорамного окна с видом на горы.

– Фантастика, Хантер! Дом, наверное, стоит целое состояние. Тебе и правда не стоило все это делать. – Я обняла его за талию.

– Забудь о деньгах. Просто наслаждайся. – Хантер поцеловал меня в макушку. – Что ж, давай закинем наверх наше барахло.

Мы поднялись на первый этаж за сумками, а когда распаковали вещи, Хантер спросил:

– Есть хочешь? Могу спуститься и сварганить нам что-нибудь.

– Нет, я еще не успела проголодаться, но с удовольствием опробую джакузи, – ответила я. Едва его увидев, я до смерти захотела забраться внутрь и расслабиться после десяти часов, проведенных в дороге.

– Ладно, иди поплескайся. Я что-нибудь перекушу и подойду через несколько минут.

Пока Хантер был внизу, я вошла в ванную, включила воду и скинула одежду. Какое-то время в джакузи я сидела одна, пока не появился Хантер. Мне уже начинало казаться, что он вообще не придет.

– Почему так долго? – спросила я.

Хантер принялся стаскивать джинсы и черную футболку. Мне всегда нравилось, как она обтягивала широкие плечи.

– Я же сказал, что проголодался. К тому же куда нам спешить? Впереди все выходные.

Он залез в джакузи и расположился между моих ног лицом ко мне.

В такой позе я чувствовала себя выставленной напоказ. Подтянув ноги к груди, я обхватила колени руками. Хантер нахмурился. Взяв за руку, потянул меня к себе, так что мы оказались очень близко друг к другу. В то мгновение, когда наша кожа соприкоснулась, я вздрогнула. Он и правда не догадывался, что со мной творит.

– После долгой дороги самое то, – с удовольствием заметил Хантер, положив голову на бортик ванной.

Покрывая его шею поцелуями, я принялась водить правой рукой по его груди и животу. Прижав мою руку к своей груди, он пристально посмотрел на меня:

– Чувствуешь?

– Бьется так быстро, – выдохнула я, положила голову ему на грудь и стала слушать биение его сердца.

– Так всегда, когда ты рядом.

Хантер поцеловал меня в лоб, стал гладить по спине, и я опять задрожала. Снова провела ладонью по его груди и животу, и на этот раз он тоже вздрогнул.

– Хантер, – попросила я, когда он поцеловал меня в плечо, – займись со мной любовью.

Перестав меня целовать, он втянул носом воздух, закрыл глаза и выдохнул.

– СиСи…

– Прошу тебя, Хантер. Я хочу быть с тобой. Я готова. Я ждала слишком долго. И больше ждать не хочу.

– Уверена?

Я кивнула:

– Просто это кажется правильным. Нам это нужно. Мне это нужно.

Он не ответил. Слова нам были больше не нужны. Он помог мне выбраться из джакузи. Потом мы не спеша вытерли друг друга, попутно целуя каждый сантиметр кожи.

Глядя на меня, он провел руками по моим бокам вниз к бедрам. От того, что последовало дальше, я облегченно всхлипнула. Хантер поднял меня на руки и понес к кровати. Осторожно положил на постель и накрыл собой, устроившись между моих ног.

– Если вдруг передумаешь, только скажи, – попросил он, целуя меня в шею.

Я сдвинулась, чтобы ему было удобнее.

– Просто расслабься, хорошо? – добавил Хантер. – Эта ночь только для тебя.

Ладони накрыли мою грудь, а мгновение спустя Хантер обхватил губами сосок. Мои глаза закрылись, спина выгнулась…

Я резко вдохнула, когда до меня начало доходить. Неужели сейчас действительно все это произойдет? Много лет я мечтала, что мой первый раз будет именно с Хантером. Мне этого очень хотелось, но в то же время я нервничала.

– СиСи, мы еще можем останови…

– Я не хочу останавливаться, – перебила я. – Я хочу это сделать, просто немного волнуюсь.

– Я буду очень осторожен.

Положив руку ему на грудь, прямо напротив сердца, я почувствовала, как сильно оно бьется. Он тоже волновался. Запрокинув мне голову, Хантер принялся покрывать шею поцелуями.

– Торопиться не будем. Если станет больно, скажи, и мы остановимся.

Я ощутила давление и услышала слова Хантера:

– Сейчас может быть немного больно.

Когда он это сказал, я впилась ногтями ему в спину, переживая первую вспышку боли. Прорвавшись внутрь, он остановился, давая мне возможность привыкнуть. Затем стал медленно двигаться, и боль начала стихать. Мне казалось, будто мы два кусочка мозаики, идеально подходящие друг другу.

Мои стоны становились все громче. Хантер переплел наши пальцы и вытянул руки у меня над головой. Он продолжал двигаться, и я обвила ногами его бедра, облегчая ему доступ. Но все равно хотелось быть еще ближе. Почувствовав растущее между ног напряжение, я зарылась лицом ему в шею и принялась покусывать кожу.

– Кончи со мной, СиСи. Я хочу это почувствовать, – тихо простонал Хантер мне в ухо.

Еще несколько ударов, и я словно сорвалась с обрыва. Хантер толкнулся еще пару раз и замер под натиском своего оргазма. Через несколько минут он скатился с меня и тут же теснее прижал к себе. Я положила руку ему на грудь там, где билось сердце, чувствуя, что оно колотится так же сильно, как и мое.

– Ты как? Я не сделал тебе больно? – спросил Хантер, когда его дыхание пришло в норму.

– Лучше и быть не могло. – Улыбаясь, я зарылась пальцами в его волосы. – Спасибо.

Мне хотелось сказать ему, что я его люблю. После случившегося у меня не осталось сомнений, что и он меня любит, но скажет об этом, когда будет готов.

Он поцеловал меня:

– Спокойной ночи, СиСи.

– Сладких снов, Хантер.

Через несколько часов я проснулась от того, что Хантер прижимал между моих ног теплый компресс. Боже, как хорошо! Там у меня, конечно, саднило, но не так уж и сильно.

– Прости, не хотел тебя разбудить. Мне нужно было убедиться, что с тобой все в порядке. – Когда он поднял полотенце, я заметила на нем кровь.

Ой, как стыдно! Мне даже в голову это не пришло. Покраснев, я потянулась за полотенцем:

– Все нормально. Я сама все сделаю, – и начала сползать с кровати, но он меня остановил.

– Не нужно стесняться, CиCи. – Взял с журнального столика стакан воды и обезболивающее и вручил мне.

Глядя на него, я невольно улыбнулась. Дайте Хантеру волю, и ни о чем не нужно волноваться.

– Ты меня балуешь. – Выпив обезболивающее, я вернула ему пустой стакан. – Спасибо. Наверное, мне стоит принять душ.

В ванной я не задерживалась, потому что не терпелось вернуться к Хантеру. Вытерла волосы полотенцем и собрала их в хвост. А когда вышла, Хантер уже успел сменить простыни и теперь лежал на спине, прикрыв рукой глаза. Простыня едва прикрывала его бедра. Я подошла к комоду и достала футболку.

– Что ты делаешь? – спросил Хантер.

Повернувшись к нему, я пожала плечами:

– Одеваю футболку для сна.

– Не нужно. – Он откинул простыню. – Иди сюда.

Бросив футболку на комод, я залезла на кровать и свернулась у Хантера под боком.

Слегка касаясь пальцами, он провел рукой по моей спине и, вздохнув, сказал так тихо, что я едва расслышала:

– Из-за тебя мне на других и смотреть не хочется.

Я промолчала. Не думаю, что это предназначалось для моих ушей. Тем более ощущала я то же самое. Мое сердце в его руках, и я надеялась, что Хантер его не разобьет.

Проснувшись следующим утром и даже еще не открыв глаза, я поняла, что в постели лежу одна. Судя по холодной простыне, Хантер встал уже давно. Я натянула кое-что из одежды и пошла его искать.

Внизу стояла такая тишина, что можно было услышать, как упадет перышко. Где же он? Я пошла в комнату отдыха, думая, что, может быть, он там смотрит фильм, не желая меня будить. Но его и там не оказалось. Вернувшись в нашу комнату, взяла телефон, чтобы ему позвонить. Набирая номер, я услышала звук закрываемой двери и быстренько спустилась вниз.

Хантер весь вспотел и раскраснелся. Должно быть, бегал. Футболка промокла и прилипла к груди, а шорты съехали низко на бедра.

– Доброе утро, красавчик.

– Доброе утро, СиСи. Я тебя разбудил? – Хантер направился к холодильнику, достал бутылку воды и залпом осушил ее.

– Нет, но мне не нравится просыпаться, когда тебя нет рядом. Почему ты меня не разбудил? – поинтересовалась я, усевшись на табурет возле стола.

Тряхнув головой, он провел руками по волосам:

– Нужно было проветрить голову.

Мое сердце забилось чаще от мысли, что он сожалеет о прошлой ночи.

– Прекрати. Дело вовсе не в том, о чем ты думаешь.

– Тогда в чем? – спросила я.

Вздохнув, Хантер подошел и повернул меня вместе со стулом к себе.

– Что такое? Скажи мне!

У него был такой вид, будто его сейчас удар хватит.

– Мы… э-ээ... – Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох и посмотрел на меня. – Прошлой ночью мы не пользовались презервативом. Я был так одержим тобой, что совсем забыл. Мне очень жаль.

Так вот почему он так странно себя вел.

– Не волнуйся, я на таблетках. Нужно было еще вчера об этом упомянуть. Но я посчитала, что раз ты знаешь, что я ни с кем не спала, и вообще все обо мне знаешь, то это вроде как само собой разумеется.

Он пристально смотрел на меня с минуту, а затем ответил:

– Не важно, СиСи. Я все равно должен был вспомнить. Мне очень жаль.

– Перестань. Я ни о чем не жалею. – Я положила руки ему на плечи. – Пошли, нам нужно принять душ. – Я отпихнула его и, смеясь, взбежала по лестнице.

Застонав, он поспешил следом. Как только мы выбрались из одежды, недавний разговор был позабыт. В душе мы вымыли друг друга, исследуя и запоминая каждый сантиметр кожи.

Я хотела его, и он тоже меня хотел. Это было видно по тому, как он стонал, когда моя рука двигалась вверх-вниз по всей его длине. Хантер развернул меня и приподнял, прижав к стене. Обняв его руками за шею, я обхватила ногами его бедра.

– У тебя там не очень болит? – спросил он.

– Нет, – ответила я и опустилась на него.

Погрузившись глубоко в меня, он прошептал:

– Боже, какая ты узкая! – и застонал. – Это будет жестко и быстро.

Я зарылась лицом ему в шею, поцеловала и слегка прикусила кожу. Его толчки – резкие и быстрые – приближали к оргазму. Внутри все звенело от напряжения.

Хантер откинул голову назад и выдохнул:

– Давай же, СиСи. – И мы одновременно словно сорвались с обрыва.

Когда мы стали приходить в себя, Хантер коснулся моего лба своим.

– Мне всегда будет мало. – Несколько раз он поцеловал меня и отпустил мои ноги.

Мы снова вымылись, и он вышел из ванной в одном полотенце, а когда вернулся, на нем были боксеры, а в руках – фен. Включив его в розетку, Хантер принялся сушить мне волосы.

Для меня такого раньше никто не делал, только мама, и то – когда я была маленькой. Мне не нравилось, когда мне сушили волосы, потому что делали это неправильно. Но с Хантером мне было все равно. Я видела только улыбку и взгляд, наполненный любовью.

Хантер взял меня на руки, понес к кровати и осторожно положил на постель.

– Оставайся здесь, а я пока сделаю нам завтрак. – Он вышел из комнаты, но тут его голова вновь появилась в дверном проеме. – И ничего не надевай. Вообще ходи так все выходные. – И снова ушел.

Рассмеявшись, я откинулась на подушки и потянулась за телефоном. Пришло сообщение от Хейли.

Несколько последних месяцев прошло как в тумане. Я успевала по всем предметам, получая в основном «четверки» и «пятерки». Мы с Хейли поселились у Хантера и Бентли. Только вот раз в неделю для галочки нам все же приходилось ночевать в общаге. Я предложила Бентли заплатить за проживание, но он сказал, что будет достаточно, если мы трижды в неделю будем готовить ужин. Иначе им придется по-прежнему каждый вечер давиться пиццей.

Мейсон до сих пор не разговаривал ни со мной, ни с Хантером, ни с Хейли. Подруга постоянно твердила, что с ней все в порядке и по поводу Мейсона она не волнуется. Но я знала, что ее это мучает. Несколько раз поздно ночью я заставала ее в слезах. Она упомянула, что пару раз они с Мейсом перебросились словами, но подолгу никогда не говорили, потому что он был слишком занят из-за бейсбола. Я поговорила с Купером, и он сказал, что Мейсон еще не остыл и продолжает вести себя как придурок. Постоянно огрызается на него и Джейлин. И Купер уже сыт этим по горло. Я поинтересовалась, чем же он все время занят, раз утверждает, что загружен под завязку, и он ответил, что бейсболом. Ну а в остальное время тусуется на вечеринках и напивается до чертиков.

С того вечера, когда они с Мейсоном сцепились, Хантер был сам не свой. Места себе не находил. Думаю, когда несколько дней назад он застал Хейли в слезах, на него это повлияло, потому что он принялся вымещать свое настроение на мне. По любому пустяку затевал ссору. А вчера вечером, когда я поздно вернулась с работы, у него вообще крышу снесло. Все время выспрашивал, где я была.

От возникшего между нами напряжения меня уже тошнило. Желудок так и не смог с этим справиться. Буквально на днях я еще не успела толком разлепить глаза, как пришлось бежать в ванную.

Вот и этим утром, едва проснувшись, я тут же бросилась к унитазу. Хантер примчался следом и, пока меня рвало, придерживал мои волосы, как и последние пару раз. Потом помог мне принять душ и извинился за свое мерзкое поведение. Ну а я, как всегда, его простила. А как не простить, когда он смотрел так, что внутри все переворачивалось? После душа Хантер снова отнес меня в постель и занялся со мной любовью. Он всегда уделял мне внимание после наших ссор или после того, как мне становилось плохо.

Должно быть, я уснула, потому что Хантера в постели не оказалось, а простыня на его половине кровати была холодной. Меня снова начало подташнивать, поэтому я оделась и спустилась вниз чем-нибудь перекусить. Хейли сидела на табурете, жевала бутерброд и читала книгу.

– Привет, Хейлз.

– Привет, спящая красавица. Хантер всю ночь не давал тебе покоя? – рассмеялась она.

Я покачала головой. Только Хейли могла такое ляпнуть.

– Вообще-то, в последнее время как раз нет.

– Ты хоть высыпаешься? Как ты себя чувствуешь? – спросила она.

– Не очень хорошо. Все это напряжение между нами и Мейсоном меня просто убивает. Если бы он только смирился с этим, чтобы мы могли двигаться дальше! С той перепалки прошло уже два месяца, подулись – и хватит! – ответила я и отвернулась, чтобы достать из шкафчика миску.

– Понимаю. И не оставляю попыток до него достучаться. Но как только об этом заикаюсь, Мейсон извиняется и бросает трубку. – Подруг закрыла книгу и положила ее на стол.

– Хейлз, разберись с вашими отношениями. А о нас не волнуйся. Я его сестра. Рано или поздно он свыкнется. Как только мы на лето вернемся домой, мама этой фигне положит конец.

– Знаю... – начала Хейли, но в дом, хлопнув дверью, вошел Хантер.

– Какого хрена, CиCи?

– Хантер, что, черт возьми, происходит?

– Это ты мне скажи. Что еще ты от меня скрываешь? – Он подошел и встал прямо передо мной.

– Не понимаю, о чем речь. – Меня опять начало подташнивать. – Что случилось?

– Утром на Рождество приходил Доминик, а ты мне об этом не сказала.

Я схватилась за живот, стараясь не думать о новом приступе тошноты.

– Подумаешь, большое дело. Со мной был Купер. Доминик заскочил рассказать, что Бриттани наврала о беременности. И все. Он пробыл не больше пяти минут, а потом я указала ему на дверь.

Боже, меня сейчас стошнит! Я помчалась в ванную, и меня снова вывернуло.

Раздался стук в дверь.

– Входи, – простонала я, распластавшись на полу и прижавшись щекой к холодной плитке.

– Солнце, ты как? – спросила подруга, положив мою голову себе на колени.

– Хейли, ты должна вытащить меня отсюда. Я больше так не могу. – Меня снова затошнило. – Каждый раз, когда он рядом, желудок завязывается в узел, и мне становится плохо.

Я расплакалась. Я не хотела, чтобы так вышло. Старалась не обращать внимания, но это все продолжалось и продолжалось. Хантер бесился из-за случившегося два месяца назад, то есть из-за того, что, по сути, не имело значения.

– Ладно, иди, собирай вещи. Встретимся внизу, и я отвезу тебя в общагу. Думаю, тебе просто нужно немного свободы. – Хейли пробежала пальцами по моим волосам.

Поднявшись с пола, я умылась и пошла собираться. Быстро побросав вещи в сумку, я уже шла вниз, как вдруг услышала голоса Хейли и Хантера. Я не могла разобрать, о чем именно они говорили, так что тихонько вышла на улицу ждать подругу. К дому подъехал Бентли. Я бросилась к нему, пока он не вылез из машины.

– Бентли, пожалуйста, отвези меня в общагу! – Не дожидаясь ответа, я забралась внутрь.

– Не вопрос. Ты как?

– Не очень, но все будет путем.

Он высадил меня, и я сказала:

– Не говори Хантеру. Если спросит, не видел ли ты меня, просто скажи «нет».

– Кензи, ты же знаешь, я не могу этого сделать.

Я знала, что не должна просить его врать, но не хотела, чтобы за мной приехал Хантер.

– Все нормально. Не волнуйся об этом. И спасибо, что подвез. – Как только я открыла дверцу машины, позади нас припарковались Хантер с Хейли. – Вот черт!

Хантер направился ко мне.

– Никогда больше не сбегай. Я не шучу, CиCи. И мне плевать, из-за ссоры это или нет. – Он вернулся к своей машине, и из нее выскочила Хейли.

– Пойдем, солнце. Поднимемся в нашу комнату. – Она взяла меня за руку, и мы пошли к зданию общежития. В последний раз я обернулась, чтобы взглянуть на Хантера, но кто-то закрыл мне обзор. Я подняла взгляд и увидела перед собой Доминика, а чуть поодаль – Бриттани.

«Чертовски вовремя», – подумала я.

Мы не виделись с рождественского утра, и вот теперь он стал свидетелем моей ссоры с Хантером. Стоит прямо передо мной, хотя не прошло и часа, как Хантер о нем упоминал.

– Маккензи, как ты себя чувствуешь? Выглядишь неважно.

Я бросила взгляд мимо него и увидела, что Хантер поспешно отъезжает.

– Дом, сегодня не очень удачный день. Мне и правда нужно отвести ее в комнату. – Хейли открыла дверь, и мы вошли внутрь.

Доминик молча последовал за нами. Оказавшись в комнате, я забралась на кровать и натянула одеяло на голову, надеясь, что усну.

Целых две недели от Хантера не было ни слуху ни духу. По дороге на занятия я несколько раз видела его в окрестностях кампуса. Но он ни разу меня не заметил, поскольку всегда был с опущенной головой.

Из-за стресса от потери Хантера меня по утрам все еще мучила тошнота. Я надеялась, что с нами ничего подобного не случится. Но когда Мейсон уперся рогом, стало ясно, что в итоге нам все-таки придется расстаться.

Однажды я работала, сидя за стойкой и сканируя коды, когда с чизбургером в руке вошел Логан. От запаха еды меня тут же замутило. Я даже не успела добраться до туалета. Выблевала все в мусорную корзину, стоявшую возле стола.

После этого я подняла взгляд на Логана, и увидела, что у него отвисла челюсть.

– Прости. В последнее время мне нехорошо. Желудок бунтует от всего подряд, – сказала я, покосившись на чизбургер.

Закрыв рот, Логан кивнул и ушел в подсобку. Я двинулась за ним, чтобы извиниться за случившееся, и услышала, как он говорит по телефону. Выждав минуту, я вошла.

– Чувак, думаю, она беременна. – Я покачала головой, предполагая, что от него, должно быть, залетела какая-то девчонка. – Ты должен заставить ее сдать тест на беременность.

Интересно, а почему он сам ее не заставит? Ведь это же от него она залетела.

– Потому что, когда я был дома на Рождество, с моей сестрой творилось то же самое.

Проехали. Поговорю с ним позже, потому что, похоже, он надолго завис на телефоне.

Где-то минут через десять он вернулся и сказал:

– Иди домой.

– Что? – Черт, не нужно было ждать, пока он закончит разговор. – Моя смена закончится через два часа. Можешь не волноваться, что мне снова станет плохо. Этого не случится.

– Я и не волнуюсь. Просто иди домой. Я тебя прикрою. – Логан взял меня за руку и помог встать со стула.

– Уверен? Я и правда не против остаться. К тому же чувствую себя намного лучше.

– Уверен, – с угрюмым видом ответил он.

Я достала из-под стойки свою сумочку и закинула на плечо.

– Ты в пятницу уезжаешь на весенние каникулы? – спросил он.

– Да, мы с Хейли едем домой. А что?

– Завтра я тебя тоже прикрою. Увидимся, когда вернешься. – Логан, взяв студенческий билет, чтобы его просканировать.

– Ну раз так... Хейли хотела отправиться домой пораньше, так что это было бы здорово.

– Не переживай. Еще увидимся.

– Спасибо.

– Эй, Кензи! – крикнул Логан. Я остановилась и, обернувшись, посмотрела на него. – Береги себя.

– Хорошо.

Выйдя из библиотеки, я решила отправить Хейли сообщение, чтобы узнать, где она. Я шла и набирала текст, когда сзади подкрался Доминик.

– Черт возьми, Доминик! – вскрикнула я.

– Прости, думал, ты слышала, как я подошел.

Отправив эсэмэску, я засунула телефон в сумочку.

– Идешь в общагу? – поинтересовался Доминик.

– Ага, только что написала Хейли. Логан меня прикрыл, поэтому мы можем пораньше свалить домой.

– Ты еще не говорила Хантеру? – спросил Доминик, пнув ногой камешек.

– Нет. – Я наблюдала за камешком, поскакавшим по тротуару, и увидела Бриттани. Она стояла в конце дорожки и смотрела на нас.

– Тогда как вы доберетесь домой?

– Попросила Джексона нас забрать.

– Ну, я могу вас подкинуть. Вообще-то, я готов ехать домой уже сегодня. Чуть раньше успел вздремнуть и теперь как огурчик, поэтому и думал отправиться вечером.

– Хм, давай я позвоню Хейли. – Достав телефон, я позвонила подруге.

Она, по-видимому, куда-то пошла с Зиком или Бентли, потому что я услышала, как работающее на заднем фоне радио сделали тише.

– Привет, – сказала Хейли.

– Привет, ты где?

– Гуляю с Зиком. Сейчас он везет меня обратно в общагу. А что?

– Ну, Логан отправил меня домой, потому что на работе меня стошнило, и завтра сказал не приходить. А Доминик предложил сегодня вечером нас подбросить. Хочешь поехать?

– Черт, да! Буду через десять минут. Люблю тебя. Пока! – Она отключилась. Наверное, спешила поскорее добраться домой.

– Думаю, мы примем твое предложение. Спасибо, Доминик.

– Не за что. Мне еще нужно упаковать последние вещи и кое-что сделать, так что я загляну к вам через час.

– Договорились. – Я направилась в сторону общаги, а Доминик – к Бриттани.

Мы с Хейли собрали сумки и поставили их около двери. Доминик появился через час, как и обещал. Погрузив вещи в его машину, мы поехали домой.

Поздно вечером мы наконец вернулись в город. Прежде чем закинуть нас по домам, Доминик заявил, что должен заехать в аптеку. После этого мы сначала завезли домой Хейли. Как по мне, в этом не было никакого смысла, потому что Дом жил здесь неподалеку.

– Что ж, думаю, увидимся утром. Купер сказал, что они тоже завтра приедут, – сказала я подруге, когда она вытаскивала из багажника последнюю сумку.

– Ага, я только вещи распакую и появлюсь.

– Хорошо, тогда увидимся позже, – ответила я.

– Еще раз спасибо, Дом, – поблагодарила его Хейли.

– Не за что.

Мы сели в машину, но, проехав дом Хейли, остановились на соседней улице.

Я покосилась на Доминика:

– Что ты делаешь?

– Мне нужно с тобой поговорить. А это намного проще сделать, когда ты сидишь в моей машине. Кроме того, теперь нам никто не мешает.

– Доминик, пожалуйста, отвези меня домой. Сейчас мне не до разговоров.

– Просто выслушай меня, хорошо?

Скрестив руки на груди, я уставилась прямо перед собой.

Он откашлялся:

– Знаю, что это не мое дело, но ты спала с Хантером?

Я со стоном откинула голову на спинку сидения.

– Я не буду говорить об этом с тобой, Доминик. Тебя это не касается. Я же не спрашиваю, что происходит у вас с Бриттани. Вот и ты не спрашивай.

– Знаю, но просто ответь на вопрос. Это важно.

– Черта с два. И это не твое дело, – выплюнула я в ответ.

– Проклятье, Кензи, да ответь же ты на вопрос! – повысил голос Доминик.

Я кипела от злости, но, зная его достаточно хорошо, понимала: если не отвечу, просижу тут всю ночь, а мне очень хотелось домой.

– Да, спала, – раздраженно ответила я.

Он запустил левую руку в волосы, а правой достал из-под приборной панели пакетик из аптеки и вручил мне.

– Ты должна это взять.

Я открыла пакет и тут же посмотрела на Доминика:

– Издеваешься? Я не беременна, придурок. Ты знаешь, как я себя чувствую, когда расстраиваюсь из-за какой-нибудь фигни. – Я закрыла пакет и засунула туда, откуда Доминик его взял, а потом снова скрестила руки на груди.

Он что, спятил?

– Я не могу быть беременной. Я же на таблетках, и ты это знаешь, – через пару минут добавила я.

– Пожалуйста, – Дом посмотрел на меня. – Просто сделай тест. Только чтобы убедиться. Я знаю, как ты себя чувствуешь, когда чем-то расстроена, но сейчас все изменилось. Ты изменилась.

– Ладно, я сделаю чертов тест. Но я и так знаю ответ. А теперь, пожалуйста, отвези меня домой, – повторила я, все еще глядя прямо перед собой.

Доминик завел двигатель.

У дома я вылезла из машины и пошла за сумками. Ко мне подошел Дом с пакетиком из аптеки. Я взяла его и засунула в свою сумочку.

– Спасибо, что подвез. Увидимся, наверное, уже в универе.

– Ага. Дай знать, если нужно будет отвезти обратно.

Кивнув, я взяла у Доминика последнюю сумку и вошла в дом.

– Кензи, – позвал меня Доминик.

– Что?

– Если нужно будет поговорить или понадобится что-нибудь еще, звони.

Не дожидаясь ответа, он сел в машину и уехал.

Когда я вошла, мама мерила шагами комнату. Увидев ее, я поняла, что что-то не так.

– Мам? Что случилось?

– Слава богу. – Она поспешила ко мне и обняла.

– Мам?

– Хантер звонил и звонил. Искал тебя. Сказал, что твой телефон выключен, и он не может с тобой связаться.

Вот здорово! И какого лешего он теперь трезвонит?

– Что ж, Хантеру не стоит обо мне волноваться. Ведь последние две недели он этого не делал. Нас с Хейли привез Доминик.

– Что значит «последние две недели он этого не делал»? Вы поссорились?

– Ага, из-за мейсоновских заморочек.

– Малышка, мне очень жаль. – Мама принялась медленно меня укачивать. Она делала так каждый раз, когда меня утешала. На это движение мой желудок никак не отреагировал.

– Послушай, я очень устала и хочу спать. Давай поговорим позже. – Я поцеловала ее в щеку и начала подниматься по лестнице.

– Что сказать Хантеру, когда он позвонит? – спросила она.

– Что хочешь. – Мне плевать, почему он разозлился: из-за моего повторного побега или из-за того, что нас подвез Доминик.

– Хорошо.

Поднявшись наверх, я бросила сумки, скинула обувь и свернулась калачиком на кровати. Удалось немного поспать, но пакет из аптеки не давал мне покоя. После трех часов утра я наконец не выдержала и встала, чтобы сделать тест и тем самым доказать Доминику, что не беременна. Ладно, возможно, и себе тоже.

Я взяла пакетик и пошла в ванную. В прихожей Хейли разговаривала с Мейсоном. Какого черта они так поздно здесь делают?

Я попыталась пройти мимо, но брат схватил меня за руку, притянул к себе и крепко обнял.

– Прости, в последнее время я был настоящим придурком.

Я немного отстранилась.

– Не нужно извиняться, Мейс, если на самом деле так не думаешь. Я знаю, ты говоришь это только потому, что мы с Хантером больше не вместе.

Немного устыдившись моего замечания, он нахмурился:

– Прости. Я всего лишь не хотел смотреть, как тебе сделают больно. А судя по тому, что мне рассказала Хейли, так оно и вышло. – Он снова притянул меня к себе и поцеловал в лоб. – Мне очень жаль. Завтра я с ним поговорю.

– Не парься. – Я покачала головой, пытаясь сдержать слезы. – Между нами все кончено.

– Я все исправлю. Это моя вина. Просто я думаю, что он не пара моей маленькой сестренке. Но я не хочу каждый день видеть тебя такой.

Я все-таки расплакалась и намочила ему футболку.

– Пожалуйста, не надо. Оставь все как есть. Ради меня.

Мейс вздохнул:

– Хорошо, – и вытер мои слезы. – Раз ты просишь, я ничего ему не скажу.

– Спасибо, Мейс.

– Можно тебя на минутку? – Я повернулась к подруге.

– Конечно.

Взяв Хейли за руку, я потащила ее за собой в ванную. Включила воду, чтобы Мейсон не смог нас услышать, и достала из пакетика тест на беременность.

– Ты прикалываешься? – У подруги от удивления округлились глаза.

– Ш-шш, Хейли. – Я перевернула коробочку и прочитала инструкцию, а потом достала тест и положила на раковину. – Отвернись. Когда я закончу, нужно, чтобы ты посмотрела на него и подтвердила, что он отрицательный.

Она отвернулась и кивнула. Я спустила трусы, села на унитаз, пописала на палочку и быстро надела колпачок. Не глядя на отложенный в сторону тест, я привела себя в порядок.

– Ну все, а теперь посмотри и скажи, что он отрицательный.

Медленно повернувшись, Хейли ахнула и прикрыла рот рукой. Не совсем та реакция, которую я ожидала.

– Он отрицательный, ведь так?

Подруга лишь молча уставилась на меня.

Прекрасно, видимо, мне придется узнать самой.

– Вот черт! – вскрикнула я и тоже прикрыла рот рукой. Не знаю, сколько прошло времени – пять, десять, двадцать минут, – а мы все еще продолжали с недоверием таращиться на тест.

Но тут принялся колотить в дверь разволновавшийся, судя по всему, Мейсон. Мы аж подскочили.

– Девчонки, у вас все нормально? Вы сидите там уже целую вечность.

Испугавшись и забеспокоившись, что он вскроет замок, я бросила тест в пакетик и засунула себе под футболку. А потом посмотрела на подругу:

– Никому ни слова, Хейлз.

Открыв дверь, я пошла прямо в свою комнату, положила тест в ящик с нижним бельем и до утра мерила шагами комнату. Тест, по всей видимости, ошибается. Я всегда принимала таблетки в одно и то же время и ни разу не пропустила. Должно быть, это какое-то недоразумение.

На следующее утро около восьми я все еще даже помыслить не могла о том, чтобы лечь спать. Мне нужно было с кем-нибудь поговорить. С мамой – не вариант. А Хейли о беременности совершенно ничего не знает. Хлоя! Я подошла к сумочке, взяла телефон и позвонила Хлое.

– Кензи, почему, черт побери, ты звонишь так рано? – проворчала она, зевнув, и я услышала на заднем фоне плач Алекса.

– М-мм, можно я приеду? Мне нужно с тобой поговорить. – Я уже спускалась вниз за ключами.

– Само собой. Но сперва захвати нам кофе. Большую часть ночи Алекс не спал, а дежурить с ним была моя очередь.

– Конечно, захвачу. Взять еще один и для Джексона? – Я завела двигатель.

– Лучше возьми, иначе, когда проснется, начнет из-за этого собачиться.

– Хорошо. Скоро увидимся.

Спустя пятнадцать минут я припарковалась у недавно купленного маленького домика Джексона и Хлои, взяла кофе и вошла в дом. Алекс лежал на спине на своем коврике для игр, а Хлоя в кухне готовила бекон. Выглядела она так, будто давно не спала. Учуяв запах бекона, я помчалась в кухню, поставила кофе на стол, немного расплескав, и метнулась в ванную, где меня вырвало.

Снаружи послышалось бормотание, а потом кто-то постучал в дверь.

– Кенз, впусти меня, – сказала Хлоя.

– Минуточку. – Я быстро поднялась и, прополоскав рот, открыла дверь. – Прости, мне нужно было пописать.

– Меня не проведешь, – покачала головой Хлоя. – Ты беременна, да?

– Ш-шш, я не знаю. Поэтому и приехала. – Взяв за руку, я затащила ее в ванную и включила воду. – Я сделала тест, но, Хлоя, это какая-то ошибка. Я каждый день пью таблетки. И что, черт возьми, теперь делать? Мне нужна твоя помощь.

– Вы не пользовались защитой? – Она удивленно приподняла брови.

Я покачала головой. С моей стороны было огромной ошибкой заверить Хантера, что все в порядке.

– Кенз, ты же умнее, чем кажешься. Хотя не мне тебя учить. После этого ты делала еще тесты?

– Нет, только один. Пока Доминик не упомянул об этом, мне даже такая мысль в голову не пришла. Кстати, это он дал мне тест.

– Он… что? Как он узнал? – растерялась Хлоя.

– Если честно, не знаю. Я не спрашивала. – Я присела на край ванны. – Что мне делать? Я в панике.

– Паника тут не поможет. Сейчас я обуюсь и скажу Джексону, что забыла купить яйца. Мы сбегаем в магазин за еще одним тестом. Хотя уверена, что и тот не ошибся. Отказываясь верить в собственную беременность, я за три дня сделала двадцать тестов.

– Хорошо, идем.

Мы вышли из ванной. Хлоя направилась в гостиную, чтобы взять Алекса и отнести его к Джексону, который все еще валялся в постели. Я закрыла нос футболкой, чтобы не чувствовать запаха готовящегося бекона.

– Ты беременна, – заявила она, увидев, как я прикрываю нос. – У меня было так же. Все запахи казались отвратительными, и от них начинало мутить.

– Хорошо, доктор Оз[10], теперь мы можем идти?

Она рассмеялась, явно забавляясь тем, что я начинаю паниковать.

За пятнадцать минут мы съездили в ближайшую аптеку и вернулись домой.

– Иди, делай тест, а я отвлеку Джексона, – велела Хлоя.

Войдя в дом, я направилась прямиком в ванную. Спустя пять минут у меня был все тот же результат.

Беременна.

Что мне делать? Мы с Хантером не готовы иметь ребенка и не сможем его обеспечить. В этом году Хантер заканчивает универ и будет поступать в полицейскую академию. Я даже не знала, где он собирается жить. Мне до выпуска осталось три года, а потом я могла стать учителем, о чем мечтала с детства. Да, мы с Хантером подрабатывали, чтобы хватало на всякие нужности, но этого недостаточно, чтобы позаботиться о малыше. Захочет ли он вообще иметь ребенка? Или мне придется стать матерью-одиночкой? Я бы ни за что не согласилась сделать аборт или отдать малыша на усыновление. О таком я даже помыслить не могла.

Родители вместе с миссис Маккормик во мне очень разочаруются. Все, чего им хотелось, – увидеть, как мы закончим учебу и пойдем каждый своим путем. А я все испортила. Рассказать им, что я натворила, было жутко страшно, но, так или иначе, придется. Это я виновата, что втянула нас с Хантером в эти неприятности.

Братья просто прибьют его. Да, Купер с Джексоном были не против, чтобы мы встречались, но как рассказать им о таком? Боже! Мейсон прикончит Хантера. Ни в коем случае нельзя, чтобы они узнали.

Нужно убраться отсюда. И понять, что делать дальше. Положив тест в коробку, я засунула его в сумочку и открыла дверь. Запах бекона и яиц тотчас снова ударил в нос. Я тут же ее закрыла и сделала несколько глубоких вдохов, стараясь не думать о тошноте.

Желудок успокоился. Я опять сделала глубокий вдох и выдохнула через рот. И так несколько раз. Я справлюсь. Выйду и скажу, что мне нужно помочь маме. И буду молиться, чтобы меня не стошнило.

Я открыла дверь и снова несколько раз глубоко вдохнула. Я это сделаю. Войдя в гостиную, я легла на пол рядом с Алексом.

– Привет, малыш, тете Кензи нужно идти. Бабушке нужна моя помощь, чтобы сходить в магазин. Увидимся позже, хорошо? – Я поцеловала легкий пушок у него на голове.

После этого подошла к Джексону и поцеловала его в щеку:

– Поговорим позже. Мама хочет, чтобы я съездила с ней по кое-каким делам.

– На завтрак не останешься? – Как только он об этом упомянул, желудок сжался.

– Нет. Если честно, я не голодна.

А потом поцеловала в щеку Хлою.

– Позвони мне позже, – прошептала она мне на ухо.

– Ребята, поговорим потом. Хлоя, пока я дома, может, мы с тобой как-нибудь пообедаем или поужинаем?

– Конечно. Звучит здорово. Все равно нам нужно поболтать о свадьбе, обсудить идеи для платьев подружек невесты. – Хлоя подошла и обвила руками Джексона за талию.

Господи! Ни за какие коврижки не появлюсь на свадьбе огромная, как кит.

– Хм, ага. Звучит здорово.

Я шла по подъездной дорожке и тут услышала позади чьи-то шаги. Проклятье, я-то думала, что ни с кем больше объясняться не придется. Притворившись, будто ничего не заметила, я быстренько забралась в машину и завела двигатель. Но Джексон уже стоял рядом и стучал в окно.

Я опустила стекло.

– Кензи, ты уверена, что все в порядке? Ты же не любишь вставать раньше полудня.

– Ага. Просто не могла уснуть. С тех пор как мы с Хантером разбежались, я плохо сплю. Ничего особенного. – Пожав плечами, я молилась, чтобы он на это купился.

– На этой неделе я поговорю с Мейсоном и Хантером, и все улажу. Не хочу, чтобы на моей свадьбе возникли какие-нибудь проблемы.

– Нет! – вскрикнула я. – Все в порядке. Мейсон сказал, что сам поговорит с Хантером. Пусть они сами во все разберутся, ладно?

– Отлично, – фыркнул он. – Но если к концу недели эти идиоты не поговорят друг с другом, я их заставлю.

– Прекрасно. Делай, что хочешь. Но сначала пусть они сами разберутся.

В сумочке пискнул телефон. Это оказалась Хлоя. Она меня просто спасала.

– Послушай, мне пора. Меня уже мама ищет.

– Хорошо. Люблю тебя. Увидимся позже. – Джексон отошел от машины, и я отправилась домой.

Когда я приехала, у дома стоял грузовичок Хантера. Мне не хотелось входить внутрь. Но поскольку Хейли была здесь, податься мне было некуда. Остальные друзья разъехались на каникулы или все еще учились. Я припарковалась рядом с его машиной и решила прошмыгнуть через заднюю дверь, чтобы сразу попасть на лестницу.

Но не повезло. В кухне за столом сидели Хантер и Мейсон с Хейли. Закрыв дверь, я опустила голову и направилась вон из кухни. Но тут услышала, как ножки стула заскрипели по полу.

– Постой, – сказал Хантер.

Я и не подумала остановиться. Как только ноги коснулись ступенек, помчалась наверх и заперлась у себя в комнате. Я прислонилась спиной к двери, и тут же послышался стук.

– СиСи, нам нужно поговорить. Впусти меня! – заорал он.

Я прижалась затылком к двери. Почему сейчас? Я не могу. Не могу о нем беспокоиться. Мне нужно побеспокоиться о себе. Пока во всем не разберусь, придется его игнорировать.

– СиСи, пожалуйста, открой дверь. – Он пытался крутить дверную ручку.

– Хантер, уходи. Мне нечего тебе сказать. – Голос у меня сорвался. Я лишь хотела, чтобы он вошел и сказал, что все будет хорошо. Впрочем, он этого не сделает, потому что не знает. А если узнает, то попросту сбежит.

– Прекрасно. На этот раз я оставлю тебя в покое. Но это не конец, – расстроенно произнес он.

Скинув туфли, я легла на кровать и разревелась. Я думала о том, как сильно все испортила. Как только Хантер узнает о беременности, он меня бросит, вероятно, навсегда. Как я могла так сглупить? Я вставила в уши наушники и постаралась уснуть.

А когда наконец проснулась, в комнате было уже темно. Вытащив наушники, я включила светильник. На сундуке в конце кровати, подперев руками голову, сидел Хантер.

– Что ты здесь делаешь? – приподнявшись, спросила я.

Он посмотрел на меня:

– Ты не отвечала, поэтому Мейсон вскрыл замок. Когда мы вошли, то поняли, что ты в наушниках. – Он покачал головой и продолжил: – Я подумал, что ты сделала какую-нибудь глупость.

– Что ж, теперь ты убедился в обратном, так что можешь идти. – Я не хотела, чтобы он здесь находился. Мне хотелось остаться одной.

– Так вот до чего у нас дошло? – вздохнул он. – Мы даже не можем находиться в одной комнате? Я люблю тебя, СиСи. Мне жаль, что все это встало между нами. Я не знал, как с этим справиться.

– Хантер, теперь уже поздно извиняться. – Не плачь, Кензи! Держись! – Ты сказал, что больше не разобьешь мне сердце. Но сделал это. Сказал, что на этот раз выберешь меня. Но не выбрал. – Слезы покатились по щекам. – Пожалуйста, уходи, – попросила я.

– Нет, не уйду. Я выбрал тебя. Я выбираю тебя. – Он подошел и сел возле меня на кровати, но я отодвинулась, и Хантер нахмурился: – Знаю, что поступил, как идиот. Я и есть идиот. Я не должен был на тебе срываться. Ты этого не заслужила. Мы с Мейсоном поговорили и, похоже, до него наконец дошло, что я не собираюсь тебя обижать. Послушай...

– Но ты сделал именно то, о чем он говорил, – перебила я. – Обидел меня. Я не могу...

Не дав мне договорить, Хантер накрыл мои губы своими. Он попытался углубить поцелуй, но я не поддалась. Не смогла, когда между нами стоял этот секрет. Хантер кончиками пальцев прошелся до края моей рубашки и прикоснулся к животу.

Я его оттолкнула. Не могла позволить к себе прикасаться, особенно там.

– Этим ты ничего не исправишь.

– СиСи, я люблю тебя. Ты мне нужна, – ответил он, тяжело дыша.

– Но ты мне не нужен, – прошептала я, отвернувшись к окну.

– Неправда. – Он резко втянул носом воздух. – Я знаю, что это не так. Ты порозовела, и кожа покрылась мурашками, а значит, ты говоришь не то, что думаешь на самом деле. СиСи, детка, пожалуйста, поговори со мной. Мы должны все исправить. Мне плохо без тебя.

Хантер должен был уйти. Его слова меня убивали. И я знала, что должна сказать то, что сделает ему больно.

– Больше нечего исправлять. Доминик позаботился обо мне, когда ты не смог, – всхлипнула я. Неужели, я это ляпнула?

Хантер выпрямился и провел рукой по волосам. Как же мне хотелось пальцами зарыться в эти волосы! Боже, ну почему он не уходит? Меня просто убивает, когда мне вот так приходится причинять ему боль. Хантер уставился на меня. Я видела, что его трясло от гнева, а в глазах бушевала буря. Как раз это и нужно, чтобы держать его подальше от меня.

– Черт возьми, ты серьезно? – наконец спросил он.

Я кивнула. Хантер встал и вылетел из комнаты. Через пару минут я услышала, как завелся его грузовичок. Я бросилась к сумочке, чтобы позвонить Доминику.

– Кензи, погоди. – Должно быть, он на какой-то вечеринке, потому что оглушительно гремела музыка. – Привет, все в порядке?

– М-мм, не совсем, – ответила я, скрестив пальцы. – Ты где?

– На вечеринке у Джейсона, вместе с Бриттани. Что стряслось?

– Я как бы только что Хантеру ляпнула, что ты обо мне позаботился. Прости. Не знала, что еще ему сказать. Он бы не оставил меня в покое, – взволнованно сказала я.

– Об этом не переживай. Так ты сделала тест? – Я услышала звон ключей.

– Ага. И уверена, что ответ ты знаешь. – Вот уже в сотый раз я старалась не расплакаться.

– Да. Не против, если я заеду? – спросил он, когда я услышала, как завелся двигатель.

– А как же Бриттани? Не думаю, что это хорошая идея. Может вернуться Хантер. И тогда все шансы, что разразится третья мировая. – А как раз этого мне сейчас и не хватало.

– О Бриттани не волнуйся. Она поймет. Почему бы нам не встретиться в парке за углом? Я подберу тебя там, и мы поговорим.

Я посмотрела на часы. Всего девять вечера. Спала я долго, так что совершенно не устала.

– Хорошо. Через десять минут буду на месте, – ответила я.

– Буду ждать. – И Доминик отключился.

Скользнув в туфли, я собрала волосы в хвост и надела толстовку Хантера, которую стянула у него из дома. Она все еще пахла им. Меня окутал его запах, и я немного успокоилась. Боль в груди ни капельки не уменьшилась, но однажды я с ней справлюсь.

Похоже, все куда-то ушли, поэтому я запросто выбралась из дома и в два счета добралась до парка. Доминик уже был на месте. С крекерами и имбирным элем он ждал меня на одной из скамеек.

Взглянув на парня, я улыбнулась. Это был мой прежний Доминик – милый, заботливый и любящий.

– Это всегда помогало, когда я болел, – пожал плечами он.

– Спасибо, – искренне улыбнулась я. – Но, думаю, сейчас, когда желудок успокоился, лучше не рисковать.

– Что ж, ладно. Значит, ты беременна? – спросил он, не глядя мне в глаза.

– Да. Но ведь ты и так знал. – Я взяла Дома за руку, и он посмотрел на меня. – Как ты догадался?

– Ну, вообще-то, это не я, – усмехнулся он. – Это Логан.

Что?

– Логан знал? – растерялась я. Я ведь сама только-только узнала. – Откуда?

Доминик положил руку обратно себе на колено.

– Он позвонил мне в четверг, когда ты работала, и сказал, что ты беременна. Его сестра чувствовала себя точно так же, когда он на рождественские каникулы приезжал домой.

– Вот как...

Значит, Логан говорил обо мне. Никто от него не залетел. Теперь понятно. Может быть, он вовсе и не плохой парень. В конце концов, Логан вполне мог посчитать, что это не его дело, и тогда бы я все еще пребывала в неведении.

– Что ж, – Дом, казалось, нервничал, будто сомневался, затрагивать эту тему или нет, – и что ты собираешься делать?

– Честно? – Я посмотрела ему в глаза. – Понятия не имею. Мне очень страшно. Я еще не готова стать мамой, но... – Я сделала глубокий вдох. – Теперь у меня нет выбора. Тебе не кажется странным, что я… ну не знаю, говорю об этом с тобой?

– Нет. Думаю, глубоко внутри я всегда знал, что в конце концов ты переспишь с Хантером, но продолжал надеяться, что это буду я, – подмигнул мне Доминик.

Мы проговорили два часа, пока я не поняла, что уже очень поздно. Телефон я не взяла, поэтому знала, что братья будут меня искать. Хотя я и отказывалась, Доминик все же меня подвез. Когда мы подъехали, все были дома, а грузовичок Хантера снова стоял на подъездной дорожке.

– Наверное, мне лучше пойти одной. – Я обняла себя руками.

– Согласен. В этом году Хантер уже достаточно надрал мне зад, – рассмеялся Дом. – Кроме того, меня ждет Бриттани.

– Очень смешно, – съязвила я. – И все же, как у тебя с Бриттани?

– Сейчас не очень хорошо. Она специально приехала сюда, чтобы сказать, что ты беременна.

– Что? А она как узнала?

– Никак. Я все отрицал. Она только думала, что знает.

– Что ж, спасибо за все, Доминик. Обязательно еще поговорим.

Он засунул руки в карманы и кивнул.

– Думаю, ты должна ему сказать, Кензи. Поначалу Хантер может взбеситься. Черт, да он может тебе даже не поверить. Но ему нужно знать. Чтобы вы могли вместе во всем разобраться. Он точно так же причастен к этому, как и ты.

Несколько слезинок скатилось по щекам.

– Спасибо. Посмотрим, как все пройдет. – Я поцеловала его в щеку и пошла домой.

Когда той ночью я вошла в дом, все сидели в гостиной и смотрели фильм. Я поискала глазами Хантера и, к счастью, нигде его не обнаружив, села на подлокотник дивана рядом с Мейсоном.

– Привет, ребята.

– Привет. Где ты была? – спросила Хейли.

– Прогуливалась, чтобы проветрить голову. – Не поднимая глаз, я принялась мять в руках край футболки.

– Кензи, можно тебя на минутку? – спросила Джейлин, поднявшись с коленей Купера.

– Хм, конечно. – Засунув руки в карманы, я опустила взгляд и вышла вместе с ней из гостиной.

– Я знаю, что ваши отношения совершенно испортились. Но то, что ты ему сказала… Тут ты сильно облажалась, Кенз. Ты же в курсе, как сильно Хантер ненавидит Дома за то, как он с тобой поступил. И что ты делаешь? Бросаешь ему прямо в лицо, что Дом был рядом, а он – нет. Это подло, Кенз!

Я и не ожидала, что она меня поймет. Лишь надеялась, что, когда все прояснится, мне не придется объяснять очевидные вещи.

– Ты не понимаешь, что происходит. Да я и не ожидаю, что поймешь. Но я не вмешиваюсь в ваши с Купером отношения, вот и ты не лезь.

– Знаю. И я стараюсь, – с виноватым видом ответила Джейлин. – Лишь хочу, чтобы ты знала, что ему очень плохо. Он в раздрае. Недавно нам с Купером пришлось забирать его из бара. Он никогда так не напивался, Кенз. – Мимо пробежала тень, загородив льющийся с террасы свет. – Хотя бы поговори с ним, пожалуйста!

– Не лезь в это, Джей! – Голос Хантера оглушительно прогремел в вечерней тишине. Он спустился к нам во внутренний дворик, и сразу стало ясно, что он в бешенстве. – Занимайся своими гребаными делами.

Бросив взгляд на брата, а потом снова на меня, Джейлин закрыла глаза и покачала головой:

– Я только пытаюсь помочь. Но вы, похоже, и сами прекрасно со всем справляетесь. А знаете что? Разбирайтесь, черт возьми, сами, – бросила она напоследок и направилась к дому.

Не ожидая, пока Хантер начнет орать и на меня, я двинулась за Джей и пошла прямиком в свою комнату. Во мне теплилась крохотная надежда, что Хантер все же попросит с ним поговорить, но этого не случилось. По-моему, так даже лучше.

Взяв шортики и майку, я решила расслабиться в горячей ванне. Как бы то ни было, придется с этим разобраться. Такие проблемы со временем сами по себе не решатся. Я даже не представляла, с чего начать, поэтому решила поговорить с мамой. Она хорошо восприняла известие о беременности от Джексона и Хлои. И я лишь надеялась, что к моей новости она отнесется так же хорошо.

Когда вода остыла, а кожа сморщилась, я вылезла из ванны, собираясь одеться, но поняла, что забыла вещи на комоде. Приоткрыла дверь, чтобы взглянуть, нет ли кого в коридоре, я бросилась в свою комнату.

Скинув полотенце, я как раз натягивала майку, когда дверь распахнулась.

– Какого черта, Хантер? – вскрикнула я от неожиданности. – Убирайся отсюда!

Он застыл на месте, уставившись на мой голый зад.

– Хантер! – опять рявкнула я.

Покачав головой, он двинулся в мою сторону.

– Почему ты не заперла дверь?

Я быстро натянула шорты.

– А зачем? Нормальные люди стучат, перед тем как войти, придурок.

Хантер заправил прядь волос мне за ухо и глубоко вздохнул. Я замерла, не зная, чего еще от него ожидать.

– Боже, СиСи, ты меня убиваешь. Ты должна поговорить со мной, сказать, что между нами происходит. Знаю, я облажался, да еще и сорвался на тебе. Но мы можем все уладить. Только перестань от меня бегать.

Его начинало заметно пошатывать.

– Хантер, ты пьян. Я ни о чем с тобой говорить не буду. А теперь убирайся. – Я слегка толкнула его в плечо, давая понять, что настроена серьезно, но руки не убрала, боясь, что он может упасть.

– Я не пьян, – слегка невнятно пробормотал Хантер. Может, он и не пьян в стельку, но явно навеселе. – Проклятье, СиСи, я до боли тебя хочу.

От его слов сердце сжалось так сильно, что я почувствовала, будто задыхаюсь. Я тоже его хотела, но не раньше, чем он узнает мой секрет.

– Я не могу Хантер. Мне тоже больно, но я просто не могу этого сделать.

Мне хотелось, чтобы он обнял меня и сказал, что все будет хорошо. Что мы вместе во всем разберемся.

Я сжала в пальцах футболку Хантера и притянула его к себе. Мы стояли очень близко, но не касались друг друга. Закрыв глаза, я вдохнула его запах – чистый и мужественный, с примесью моего любимого одеколона, – и он меня успокоил. Хантер приподнял пальцами мой подбородок. Кажется, он дрожал. Или, может быть, дрожала я?

– СиСи, пожалуйста, пусть только сегодня. Мне просто необходимо держать тебя в своих объятиях.

Я сделала глубокий вдох. Это я могу. Мы ничего делать не будем. Да и сомневаюсь, что утром он вообще что-то вспомнит. Знаю, это плохая идея, но он тоже мне нужен. Я выскользну из постели раньше, чем он проснется, и буду надеяться, что он ничего не вспомнит.

– Ладно. Но ничего не будет, Хантер. Ничего. – Я отпустила его, сдернула одеяло и залезла на кровать. Было слышно, как позади меня Хантер пытается что-то снять. Пожалуйста, пусть это будут только ботинки! Я не могла допустить, чтобы он прижимался ко мне голым телом. Но мне не повезло. Когда Хантер забрался в кровать, на нем были одни боксеры.

– Хантер, тебе нужно одеться. Не хочу, чтобы родители застали тебя тут в таком виде.

Родители сюда не сунутся, но ему об этом знать необязательно. Я лишь хотела, чтобы он оделся.

– Да все в порядке, СиСи, просто ложись рядом, – сказал Хантер, полуприкрыв глаза.

Кипя от злости, я достала из-под головы одну из подушек и всунула между нами. Хантер посмотрел на нее и скинул на пол. А потом прижался грудью к моей спине.

– Перестань со мной бороться, – прошептал он.

А потом скользнул рукой по моей талии и положил ладонь на живот. Я напряглась.

– Не наглей! – Я сдвинула его руку вниз, чтобы она легла на бедро. Зная о беременности, я интуитивно хотела защитить живот.

Несколько минут мы просто лежали, а потом Хантер прошептал:

– Я люблю тебя.

И через секунду уже посапывал. А я наконец смогла расслабиться и уснуть, но не удержалась и теснее прижалась к Хантеру.

Следующим утром я проснулась намного раньше Хантера. И, едва открыв глаза, рванула в ванную, где меня стошнило. После этого тихонько вернулась в комнату, взяла кое-какую одежду и снова пошла в ванную, чтобы подготовиться к тому, что могло стать самым худшим днем в моей жизни.

Мама прислонилась к кухонному островку, читая газету и попивая кофе. В кухне она была одна и, слава богу, ничего не готовила.

– Доброе утро, мам.

Она сняла очки и положила их на столешницу.

– Доброе утро, малышка. Хочешь чего-нибудь на завтрак?

Я сделала глубокий вдох, стараясь не думать о еде.

– Нет, спасибо. Я собираюсь пойти прогуляться. Хочешь со мной?

– Конечно. – Она допила кофе, поставила чашку в раковину, и мы пошли на улицу.

– Итак. – Она скрестила руки на груди. Мы шли в сторону парка, где я прошлой ночью встречалась с Домиником. – Не хочешь рассказать мне, что происходит между тобой и Домиником?

Похоже, делать нечего. Судя по всему, лучше начать с самого начала.

– Что ж, мы с Хантером поссорились из-за Мейсона. Ситуация какое-то время оставалась довольно напряженной. Время от времени мы ругались, и я постоянно паниковала, потому что в любую минуту он мог сказать, что с него довольно. Я все время нервничала и чувствовала себя ужасно. Хантер узнал, что ко мне домой на Рождество заходил Доминик, и взбесился, что я об этом не рассказала. Я сказала Хейли, что мне нужно немного свободы, и как-то вечером сбежала из дома Хантера. Наверное, это разозлило его еще больше. Потом он две недели со мной не разговаривал. Вчера парень из колледжа подменил меня на работе, поэтому я смогла уйти пораньше. – Мы остановились у знака «Стоп» и, убедившись в отсутствии машин, перешли дорогу. – Тем вечером по пути в общагу я столкнулась с Домиником, и он предложил подвезти нас домой. Хантер, по-видимому, заходил в общагу, а когда меня не нашел, запаниковал и позвонил тебе.

– Хантер сказал, что у него предчувствие, будто ты с Домиником. Он пошел к нему, но его тоже на месте не оказалось. Убедиться в своих подозрениях Хантер не мог. Солнышко, я знаю, что это не мое дело, но он действительно любит тебя и твоих братьев. И разрывается между вами.

– Знаю, мам. Жаль, что все закончилось именно так, а не иначе. Мейсон, кажется, наконец смирился, но теперь уже слишком поздно.

– Если не сдашься, то еще не все потеряно. Я знаю, что ты его любишь, – улыбнулась мама.

Заплакав, я села на скамью, мимо которой мы проходили.

– Мам, он возненавидит меня за то, что я сделала. Подумает, что я решила заманить его в ловушку. Я не знаю, как ему сказать. Очень боюсь, что он окончательно меня бросит.

Она села рядом и обняла меня.

– Расскажи мне, малышка, что происходит.

Я сделала глубокий вдох. Была не была. Вытерев слезы, я посмотрела на маму:

– Мне очень жаль, мам. Я не хотела, чтобы так вышло, но… я беременна.

Мама несколько раз моргнула, пытаясь осознать сказанное. На ее лице промелькнуло разочарование, а потом до нее дошел весь смысл моих слов. Какое-то время она молчала. На нервной почве меня уже начало трясти. Она разочарована или злится? Мне нужно, чтобы она хоть что-нибудь сказала. Что угодно!

Мама взяла меня за руку, и я вздохнула с облегчением. Может, все обойдется. Я могла справиться с ее разочарованием, потому что сама в себе была разочарована.

– Маккензи, – она сжала мою ладонь, – я вижу, как ты расстроена. Так и должно быть. У тебя впереди блестящее будущее. Я не говорю, что теперь его нет, но придется за него побороться. – Несколько слезинок скатились по ее щекам. – Я не хотела, чтобы с тобой такое приключилось. Я разочарована, но раз уж это произошло, то нам придется с этим справиться. Нам, солнышко, а не только тебе. C тобой вся твоя семья.

Я расплакалась, а мама обняла меня и стала успокаивать.

– Как я понимаю, ты еще никому не сказала? – спросила она, гладя меня по волосам.

– Не совсем. Только Хлое, Хейли и Доминику, – между всхлипами ответила я.

– Доминику?

Я знала, что мама удивится. Она ведь знает, что я с ним больше не общаюсь.

– Ага. Вообще-то, он и купил мне тест. Логан, парень с работы, быстро обо всем догадался. Он сказал Доминику, что со мной то же самое, что было и с его сестрой, когда он приезжал на зимние каникулы. Думаю, именно поэтому Доминик подвез нас домой. Иначе он не стал бы рисковать и нарываться на Хантера и братьев.

Мама кивнула:

– Солнышко, тебе нужно рассказать Хантеру. Нельзя скрывать от него такие новости. Если он откажется принимать в этом участие, пускай. Но не думаю, что он так поступит. Твои родные с тобой. И сразу тебе скажу: да, все расстроятся, но никто из них не отвернется ни от тебя, ни от моего маленького внука, – добавила мама, поглаживая мой живот.

Немного успокоившись, я вытерла последние слезы и крепко ее обняла.

– Я люблю тебя, мам.

– Ох, солнышко, я тоже тебя люблю. – Она снова меня обняла. – Ты уже ходила к врачу?

– Нет. И понятия не имею, что нужно делать. Потому-то и решила сначала все рассказать тебе.

Мама сжала мою ладонь обеими руками.

– Что ж, во-первых, нужно записаться на прием к гинекологу. Там тебе сделают еще один тест и возьмут кровь на анализ. – Она поднялась и потянула меня за собой, глянув на часы. – Давай вернемся домой и запишемся на прием. Наверняка до полудня там кто-то принимает.

Впервые за последние несколько дней я искренне улыбнулась:

– Давай.

Мама остановилась и понимающе улыбнулась:

– Тебе придется рассказать отцу и братьям. Но я буду рядом.

– Ну, Мейсон и без того на меня злится, так почему бы не дать ему еще один повод? Лишь бы только он не прибил Хантера. Я знаю, что Купер с Джексоном во мне разочаруются. А папа… Бр-р-р, даже думать об этом не хочу.

– Вместе мы со всем справимся, солнышко.

На следующее утро я проснулась в объятиях Хантера. Моя ладонь все еще была прижата к его сердцу, а его – к моему. Шевелиться совершенно не хотелось, но я знала, что в любой момент меня может затошнить. Стараясь об этом не думать, я сосредоточилась на Хантере, лежащем рядом со мной, и на воспоминаниях том, как ночью мы занимались любовью.

– М-м… – Хантер легонько провел пальцами по моей руке и еще теснее прижал меня к себе. – Люблю просыпаться, держа тебя в объятиях.

Я подняла голову, чтобы посмотреть на него, но тут же об этом пожалела, почувствовав тошноту. Закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить желудок. Не помогло, поэтому пришлось мчаться в ванную комнату.

Опустошив содержимое желудка, я заметила Хантера, сидящего на краю ванны со стаканом воды в руке.

– И так каждый день?

Я кивнула:

– Ага, иногда по несколько раз. Врач сказал, перед тем как вставать с кровати, я должна хоть что-нибудь съесть. Но когда двигаюсь или просто переворачиваюсь, уже ничего не могу поделать.

Тут до меня дошло, что я стою в ванной комнате на коленях, и при этом голая. Я попыталась подняться, чтобы вернуться в спальню и взять свои вещи, но Хантер положил руку мне на плечо и не дал сдвинуться с места.

– Примешь со мной душ? – спросил он, когда наши глаза встретились.

Я взяла его руку, лежавшую у меня на плече, и он помог мне встать.

– Где полотенца?

Хантер открыл дверцу встроенного в стену шкафчика позади меня. Прошлым вечером я даже не догадалась, что они там. Вытащив два полотенца, он включил кран. Несколько раз отрегулировал воду, взял меня за руку и помог вместе с ним забраться в душ.

Хантер провел губами по моей шее и прижал к кафельной стене душевой. Его руки медленно скользнули вниз по моей спине, прошлись по заднице и остановились на бедрах, а через мгновение меня уже оторвали от пола. Я обхватила его ногами за талию, и он толкнулся внутрь.

Простонав мне в шею, Хантер начал двигаться медленно и жестко, словно опять просил прощения за то, что предпочел мне моих братьев.

– Никогда не прощу себе, что оттолкнул тебя, CиCи. Я вел себя, как конченый идиот.

Я немного сдвинулась, чтобы он мог войти глубже.

– Теперь все хорошо. Проехали.

– Знаю, но тебе не понять, что со мной творилось. Я думал, что мы никогда не будем вместе, – тяжело дыша, сказал он.

Громко простонав его имя, я напряглась всем телом и стукнулась затылком о кафель. В тот миг, когда меня настиг оргазм, перед глазами все поплыло. Еще несколько толчков, и Хантер кончил внутри меня.

Пока мы ловили ртом воздух, он медленно опустил меня на ноги, все еще прижимая к стене. Учитывая, что мои ноги напоминали желе, я испытала прилив благодарности. Хантер помог мне вымыться и помыть голову, уделив особое внимание животу. Мне нравилось, с каким трепетом он смотрит на мой пока еще плоский живот, и нравилось думать о том, что мое тело будет меняться с каждым днем.

Когда мы вышли из душа, он завернул меня в огромное темно-синее пушистое полотенце, и мы вернулись в комнату. Я пошла за своими вещами, но Хантер вручил мне мои штаны для йоги и свою футболку:

– Ты оставила их у меня дома. Я хотел вернуть, но пока не представлялось возможности.

Держу пари, он заметил мой ироничный взгляд.

– Что ж, я рада, что ты этого не сделал. Но, если честно, зубная щетка мне сейчас нужна больше, чем штаны, – отозвалась я, до сих пор чувствуя себя отвратительно после рвоты.

– Да, извини, в ящике в ванной есть запасная.

Я мигом двинулась в ванную, чтобы почистить зубы. Хантер подошел сзади, обнял за талию и положил ладони мне на живот.

– Не могу поверить, что в тебе растет маленькая частичка меня. – Он поцеловал меня в шею.

Я выплюнула зубную пасту и прополоскала рот.

– Понимаю. Сначала я жутко испугалась, но теперь мне это нравится все больше и больше. – Я развернулась в его руках, встала на цыпочки и поцеловала. Он приподнял меня и посадил на край раковины. Я притянула его к себе между ног и захихикала, почувствовав, что он снова стал твердым.

Хантер отстранился и подмигнул:

– Ничего не могу поделать.

Он снова поцеловал меня, на этот раз жестче, но я успела его оттолкнуть, пока мы опять не поддались безумию.

– Знаю, знаю, – вздохнул Хантер, поцеловал меня еще несколько раз, а потом помог слезть с раковины. – Наверное, нам пора съездить к твоим родителям и рассказать всем правду.

Я знала, что он прав, но боялась разрушить то, к чему мы пришли.

– Думаю, ты прав. Рано или поздно Мейсон и Купер все равно сюда явятся.

– Доверься мне, хорошо? Я знаю, что не заслуживаю этого, но хочу сам всем рассказать. Наверняка на нас свалится немало дерьма, но речь идет о нас с тобой, СиСи. Я никому не позволю встать между нами.

Надеюсь, на этот раз он прав.

– Ладно, поехали.

По дороге к родителям я сказала Хантеру, что собираюсь доучиться до конца семестра в универе, а потом переведусь поближе к дому в колледж в Нью-Джерси, чтобы нам могли помочь с ребенком. Казалось бы, план неплохой, но мне предстояло узнать, смогу ли я продолжать обучение, не отдалившись от Хантера.

Когда мы приехали, родители обедали в кухне. Мама улыбнулась, а папа нахмурился.

– Привет, мам. – Я подошла и поцеловала в щеку маму, потом – папу: – Привет, пап.

– Мистер и миссис Кэхилл, нам, гм, нужно с вами поговорить. – Хантер, который никогда не нервничал, сейчас от волнения покрылся потом.

– Рад, что вы помирились, – заговорил папа. – Не люблю смотреть, как вы ссоритесь. Даже с Мейсоном вы так страшно не ругались.

– Видишь ли, пап, как только Мейсон узнает, что происходит, все может стать еще хуже. – Я взяла Хантера за руку, чтобы ощущать между нами связь.

Он сжал мою ладонь и прочистил горло:

– Мы с СиСи собираемся жить вместе, когда через несколько месяцев я закончу колледж.

– Кензи учиться еще три года, – задумчиво сказал папа и посмотрел на меня, ожидая ответов. – Ты хочешь перевестись ближе к дому только для того, чтобы быть с Хантером? Это на тебя не похоже.

Я перевела взгляд с папы на Хантера, а потом посмотрела на маму. Она улыбнулась мне и кивнула. Я снова посмотрела на папу:

– Пап, я беременна.

Его реакция была такой же, как и у мамы, – разочарование и боль.

– Если честно, я не знаю, что сказать.

– Прости меня, пап. Я знаю, что ты во мне разочарован, да и сама чувствую то же самое. – Я расплакалась. Папа отвернулся, встал из-за стола и подошел к маме, которая стояла у раковины. Хантер обнял меня и крепко прижал к себе.

Папа потер пальцами лоб – он всегда так делал, когда кто-то из нас с братьями его расстраивал.

– Ты знала об этом? – спросил он у мамы. Она кивнула. – Что ты собираешься делать с колледжем? Тебе нужно получить диплом, Маккензи. В наше время без образования никуда.

– Кензи закончит колледж. Я за этим прослежу. Мы сделаем все возможное, чтобы она получила высшее образование. Получив диплом, я устроюсь на новую работу, и еще я сэкономил часть денег от наследства. У нее будет все необходимое, мистер Кэхилл, даю слово, – уверенно сказал Хантер.

Я гордилась тем, как он дал отцу отпор, и влюбилась в Хантера еще сильнее, услышав, что он искренне обо мне заботится. Если бы меня спросили об этом в четверг вечером, когда я вернулась домой, я бы рассмеялась.

Папа взглянул на маму, и та взяла его за руку. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, словно вели беседу без слов. Мои родители – прекрасный пример того, чего я всегда хотела. Им необязательно говорить. Их связь настолько сильна, что они и без слов знают мысли друг друга. Их любовь невозможно разрушить, а ведь иметь четырех детей – то еще испытание. Они всегда сначала думают о нас и делают все, чтобы мы никогда ни в чем не нуждались. Во всех наших делах родители принимали активное участие и никогда не отказывали в поддержке, но в конце дня всегда находили время для себя. Пусть даже каких-нибудь десять минут. Мне хотелось, чтобы у нас с Хантером, моим будущим мужем, было точно так же.

– Это будет непросто, Маккензи. По сути, ты отказываешься от своей жизни. Ты ведь понимаешь, правда? Уверена, что хочешь именно этого? Ты готова к такой огромной ответственности?

Я посмотрела на Хантера и тускло улыбнулась, а потом повернулась к отцу:

– Да, я этого хочу. Хочу воспитывать, – я сжала руку Хантера, – нашего малыша вместе с Хантером, пап. Я знаю, что будет нелегко и от меня потребуется много усилий, но я должна это сделать.

– Не ты, а мы. Навсегда вместе, – тихо напомнил Хантер, чтобы услышала только я.

– Хантер, ты понимаешь, что увяз по уши? Тебе придется заботиться и о моей дочери, и о внуке, – строго сказал папа.

– Да, сэр. Никто и никогда больше не встанет между нами.

– Сам знаешь, ты мне как сын, но я рад, что в этом замешан ты, а не какой-нибудь другой идиот. Я не в восторге от этого, но дам согласие при условии, что ты дашь мне свое слово.

Хантер прочистил горло и незаметно подмигнул мне:

– Даю вам слово, сэр. Кензи – все для меня.

– Как я понимаю, твои братья еще не в курсе? – спросил меня папа, а потом поинтересовался у Хантера: – Мама с сестрой тоже не знают?

– Пока нет, – хором сказали мы.

– Я как раз собираюсь к ним, – добавил Хантер, – но сначала мы хотели рассказать вам.

– Я хочу поехать с тобой, – сказала я ему, а потом повернулась к маме: – Может быть, организуем ужин, чтобы рассказать сразу всем?

– Да, я позвоню твоим братьям и скажу, чтобы приехали. – Мама подошла к Хантеру и поцеловала его в щеку. – Спасибо, что берешь на себя ответственность и заботишься о ней. Я всегда знала, что ты станешь настоящим мужчиной.

– Спасибо, для меня это очень много значит.

Вскоре после этого мы с Хантером поехали поговорить с его мамой. Джейлин где-то гуляла с Купером, поэтому сегодня вечером узнает обо всем вместе с братьями. Его мама восприняла новости довольно хорошо. Она была разочарована, чего и стоило ожидать, но гордилась тем, что сын взял на себя ответственность. На ужин к родителям она поехала вместе с нами.

Когда мы приехали, Купер, Джейлин, Хлоя, Джексон и Алекс уже были в доме. А Мейсон поехал за Хейли. Мама готовила на папином гриле, чтобы от запаха у меня не скрутило желудок. Я только-только рассказала ей о беременности, а она уже вовсю начала помогать.

Наконец появился Мейсон вместе со слегка раскрасневшейся Хейли. Заметив, что я на нее смотрю, она приподняла брови и пожала плечами. Почему я раньше не догадалась ее предупредить? Знала же, что ей попадет по первое число. Она ведь в курсе происходящего, потому что все это время я делилась с ней новостями. Но Хейли даже не подозревает, что сегодня вечером я собираюсь все рассказать. И не знает, что я уже все рассказала Хантеру, потому что я так и не выкроила минутки ее предупредить.

Накрыв на стол, мы сели ужинать. От волнения меня трясло. Я решила подождать и сделать объявление после того, как все поедят. За столом беседовали о том, кто чем занят. Близнецы полностью погрузились в бейсбол. Джексон с Хлоей работали над последними приготовлениями к свадьбе, которая состоится всего через несколько месяцев. Все внимание мамы с папой и миссис Маккормик было приковано к Алексу.

Съев последний кусочек, я положила вилку. Хантер сжал мою левую руку, а Хлоя, которую я предупредила о том, что собираюсь сделать, – правую. Я бросила взгляд на Хантера и откашлялась. Все замолчали.

– В общем, ребята, я, хм... – Хантер сжал мою руку, подбадривая, чтобы мне хватило храбрости закончить предложение. Я зажмурилась и прошептала: – Я беременна.

Наступила тишина. Мейсон застыл, не успев прожевать. Купер опустил вилку. Джексон поставил чашку на стол. Хейли с Джейлин уставились на меня с широко распахнутыми глазами. Папа вздохнул. Хлоя сжала мою руку. А мама с миссис Маккормик смотрели друг на друга. В наступившей тишине слышно было только тихое воркование Алекса.

– Это шутка, да? – спросил Мейсон.

Я покачала головой.

Джексон перевел взгляд с меня на Хлою, а потом посмотрел на наши руки.

– Ты в курсе? И ничего мне не сказала? – сердито уставился он на невесту, и тут до него начало доходить. – Так вот почему она заявилась к нам в воскресенье в такую рань!

– Все верно, – кивнула я. – Я была напугана и не знала, к кому обратиться. Мне не хотелось объявлять об этом, не убедившись на все сто. А вдруг бы оказалось, что я не беременна, и это всего лишь ошибка?

Я взглянула на Купера. Он смотрел на меня, но не в глаза, и молчал. Я не знала, хорошо это или плохо.

Переглянувшись, они с Мейсоном встали из-за стола, а через несколько минут я услышала, как перед домом завелся двигатель автомобиля. Я отпустила Хантера и Хлою и облокотилась одной рукой о стол, сжав переносицу. Хантер поглаживал меня по спине, стараясь успокоить. Я надеялась, что братья захотят меня поддержать, а не взбесятся. Что ж, мечтать не вредно.

Джексон о беременности больше не заикался. Да я и не ожидала. Хлоя сказала, что заедет за мной как-нибудь на неделе. После этого они с Алексом уехали. Хейли с Джейлин были за нас рады. Мы с мамой убирали со стола, когда на кухню вместе с Хантером вошли братья-близнецы.

Оба держали руки в карманах, никто друг в друга взгляды не метал. Все это определенно было хорошим знаком, за исключением того, что у Хантера была разбита губа. Он подошел ко мне и забрал из рук тряпку для мытья посуды, а потом кивком велел идти за ними. Поскольку в гостиной народ смотрел телик, мы пошли в комнату отдыха.

– Ребята, прежде чем вы что-нибудь скажете... – начала я, но Купер меня перебил:

– Мы поговорили с Хантером, так что все нормально.

– Ничего подобного, но я с этим справлюсь. Он дал нам слово, и для меня этого достаточно, – сказал Мейсон.

– Тогда что случилось с его губой?

– Ничего, – как обычно, ответил Купер. Они всегда так говорили, когда влезали из-за меня в драку.

– И это называется «ничего»?

– Кенз, завязывай, – махнул рукой Мейсон. Зато теперь я знала, кто ударил Хантера.

Мне не понравилось, что Хантера били, но теперь все закончилось. Сейчас, когда все стало известно, у меня словно гора с плеч свалилась. Все меня поддерживали, и, говоря по правде, впервые в жизни мне самой хотелось, чтобы меня защищали.

Позже тем же вечером мы с Хантером поехали домой, и я сразу отправилась в постель. Напряжение последних нескольких дней совершенно меня вымотало. Хантер помог мне раздеться и настоял, чтобы я спала голой. А кто я такая, чтобы возражать?

– Итак, расскажи подробнее о приеме у врача. Я ничего в этом не смыслю. – Он взбил подушку и лег. Я свернулась калачиком у него под боком и положила руку ему на сердце – видимо, это входило в привычку.

– Срок еще маленький, поэтому к врачу нужно ходить раз в месяц. Где-то на восемнадцатой неделе мы сможем узнать пол ребенка. – Я приподняла голову и посмотрела на него. – Хочешь узнать, кто у нас будет?

– А ты? Мне все равно, лишь бы с ним все было в порядке.

Я улыбнулась:

– Ты сказал «с ним». Значит, хочешь сына?

– Ага, – ухмыльнулся Хантер, – хотелось бы.

– Что ж, сам решай, хочешь ты узнать пол ребенка или нет. Времени полно. Хотя есть одна загвоздка: я хочу наблюдаться у врача здесь, так что следующие два месяца нам придется дважды приезжать сюда на обследование.

– Здорово. Пока будем здесь, я смогу проверить, как продвигается ремонт и все остальное. Кстати, все забываю спросить. Как ты узнала, что беременна?

Черт! Я могла соврать и сказать, что мама догадалась, увидев, как меня тошнило, но не хотела начинать отношения со лжи.

– Пообещай, что не будешь злиться. – Он кивнул, и я продолжила: – Вообще-то, мне об этом сказал Логан.

Хантер ошарашенно уставился на меня. Пришлось рассказать обо всем, что происходило до того момента, как он сам узнал новости. Ему не понравилось, что именно Логан догадался первым и втянул в это Доминика.

Я прислушивалась к сердцебиению Хантера, и мои глаза начали закрываться.

– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, СиСи, – прошептал Хантер.

И это было последнее, что я запомнила в тот вечер.

В эти выходные мы с Хейли и Хантером вернулись в колледж. По дороге я посвятила подругу в свои планы на следующий год. Объяснила, что собираюсь перевестись в Джерси, поближе к дому, чтобы мы с малышом могли быть рядом с Хантером. Она согласилась, что так будет лучше, и сказала, что тоже переведется, потому что здесь ее больше ничего не держит, а Мейсон с тем же успехом может ездить и туда.

На неделе мы с Хейли договорились о встречах с нашими профконсультантами, чтобы объяснить им ситуацию и организовать перевод в местный колледж.

После возвращения в универ Хантер запретил мне оставаться в общаге, потому что хотел, чтобы я была рядом, а у него была возможность полноценно обо мне заботиться. Он поговорил с Бентли, и оба согласились, чтобы мы с Хейли переехали к ним. Я чувствовала себя не в своей тарелке из-за того, что лишила Бентли выбора, но он заверил меня, что все в порядке. И даже пошутил, что был бы не против, чтобы мы с Хейли отрабатывали жилье приготовлением ужинов. При упоминании о еде я поморщилась, насмешив подругу и Хантера. Им пришлось объяснять Бентли, что готовка вызывала у меня отвращение, но Хейли сказала, что все возьмет на себя. Честное слово, дома я точно буду скучать по Бентли. Он оказался классным парнем, хотя по-прежнему закатывал сумасшедшие вечеринки.

С момента возвращения у нас с Хантером случилась первая маленькая ссора, потому что я хотела продолжать подрабатывать в библиотеке.

Хантер упер руки в бока и нахмурился:

– Я не хочу, чтобы ты работала. Это совершенно ни к чему.

– Глупости. Я не собираюсь увольняться, пока у меня все отлично получается.

– Мне это не нравится, Кензи. Тебе нужно отдыхать.

– Хантер, со мной все в порядке. Если почувствую, что становится слишком тяжело, то сразу напишу заявление.

Убедительных аргументов у него не нашлось, так что в итоге я победила. В свой первый рабочий день я оттащила Логана в сторонку и поблагодарила за то, что рассказал Доминику о моей беременности. Как-то вечером Хейли заглянула узнать, как я себя чувствую (с таким условием Хантер согласился, чтобы я продолжала работать), и они с Логаном обсудили причастность Бриттани к тому, что произошло чуть раньше. Оказалось, это огромное недоразумение. А еще несколько раз забегал Доминик. Хотел узнать, как у меня дела. Хантеру это не нравилось, но он держал себя в руках. Доминик рассказал, что они с Бриттани опять поругались. Она отказывалась признавать, что я забеременела не от него.

– Я могу сама сказать ей, что беременна от Хантера, Доминик. Только скажи, – как-то вечером предложила я Доминику, когда он проводил меня к грузовичку Хантера.

– Нет. Не хочу, чтобы ты даже близко подходила к этой чокнутой стерве. Я ее предупредил, если она будет продолжать в том же духе, то между нами все кончено. – Стоя у пассажирской двери, Доминик неловко переминался с ноги на ногу.

– Ладно. Что ж, предложение еще в силе. – Я открыла дверь, и он помог мне забраться в машину.

– Не бери в голову. Я сам со всем разберусь.

Хантер с Домиником пробурчали друг дугу что-то на прощание, и мы поехали домой.

– И из-за чего сыр-бор? – спросил Хантер, положив ладонь мне на бедро.

– Бриттани доставляет ему проблемы. Она уверена, что это ребенок Доминика. Я предложила ее переубедить, но он не захотел.

– Вот и хорошо. Держись подальше от этой мерзкой шлюхи, СиСи.

Я даже не пыталась спорить и оставила все, как есть.

Несмотря на то, что из-за головных болей и утренней тошноты я пропустила несколько занятий, успеваемость у меня все равно была хорошая.

Наступил апрель, и мы с Хантером поехали домой. Нам предстояло сходить на прием к врачу и встретиться с подрядчиком, которого подыскал отец, чтобы помочь нам с ремонтом дома. В клинике нам сделали первое плановое УЗИ. Ничего ужаснее и прекраснее я никогда в жизни не видела. Хантер сказал, что ребенок похож на прозрачного мармеладного мишку, у которого просвечивает сердце. И в тот день мы впервые услышали сердцебиение нашего малыша. После приема у врача мы встретились в нашем новом доме с миссис Маккормик и моими родителями. Показали им снимки, которые дала нам медсестра. Родители дождаться не могли, когда снова станут дедушкой и бабушкой. Подрядчик приехал как раз тогда, когда мы хвастались снимками, так что папа с Хантером объяснили ему, что нам нужно, и сказали, что вернут ему договор, когда внимательно его изучат. Позже тем же вечером мы поехали обратно в колледж.

У нас с Хейли и Хантером в самом разгаре были экзамены, и мы каждую ночь корпели над учебниками. Свадьба Хлои быстро приближалась, поэтому в последнее время она частенько мне названивала. Я пообещала ей, что, как только через недельку с лишним приеду домой, мы сходим с ней купить платье. Искать себе наряд заранее я не планировала, потому что живот становился все больше и больше, а мне все-таки хотелось влезть в платье ко дню свадьбы.

В середине мая экзамены остались позади, и уже на следующей неделе Хантер получал диплом. В те дни в доме было полно гостей. Миссис Маккормик и Джейлин остались с нами, чтобы сходить к Хантеру на церемонию вручения дипломов и помочь нам собрать вещи. Родители поехали в Бостон, чтобы посмотреть, как дипломы вручат Куперу с Мейсоном. Мы решили устроить вечеринку, когда все вернутся домой.

После ремонта наш новый дом наконец стал похож на настоящий. Хантер сказал, что в детскую комнату вход воспрещен, потому что он сам хочет над ней поработать.

На очередном плановом УЗИ мы могли узнать пол ребенка. Когда нас позвала медсестра, мы с Хантером как раз разговаривали об этом в зале ожидания, поэтому принять решение так и не успели.

– Хантер, вам придется подождать снаружи, пока мы не сделаем кое-какие замеры. Потом мы пригласим вас и все покажем, – объяснила медсестра, пока мы шли к кабинету УЗИ.

– Конечно, без проблем. – Хантер поцеловал меня в лоб, и я исчезла за занавесками.

Закончив с измерениями, медсестра позвала Хантера.

– Итак, ребята, пока я буду распечатывать для вас снимки, можете несколько минут послушать сердцебиение ребенка.

Хантер встал возле меня и легонько сжал мою руку. Сердцебиение у ребенка было хорошее и сильное. Словно музыка для наших ушей. Жаль, что нельзя было это записать и забрать с собой.

– Хотите узнать пол ребенка? – в конце концов спросила медсестра.

Хантер посмотрел на меня и улыбнулся. Пусть сам решает. Я уже говорила ему, что лично мне узнавать пол ребенка заранее совсем не хочется.

– Нет, пускай это будет сюрприз.

– Хорошо. Тогда, мисс Кэхилл, мы закончили.

Я привела себя в порядок, и мы отправились в магазин детских товаров, чтобы присмотреться к обилию разнообразных вещей, которые могут нам понадобиться. Мы знали, что нам нужно выбирать нейтральные цвета, которые бы подходили и для мальчика, и для девочки.

Через две недели в пляжном домике мы устроили парням вечеринку по случаю их выпуска и репетицию свадьбы для Джексона и Хлои. И все это в одни выходные.

Когда репетиция закончилась, я взялась покормить племянника, пока Хлоя легла вздремнуть. Вошел Джексон и, увидев меня на его диване с Алексом на руках, удивленно моргнул.

– Тренируешься? – спросил он, скинув кроссовки.

– Можно и так сказать. – Я посмотрела на малыша и поцеловала его в маленькие пухлые щечки. – Или можешь назвать это времяпровождением с моим великолепным племянничком.

– Ты уже помогла ему срыгнуть? – спросил Джексон, присаживаясь рядом со мной.

– Пока нет, он только начал есть. – Я забрала у Алекса бутылочку и проверила количество смеси. Оставалось еще немного, поэтому я вернула ее малышу.

– Догадываюсь, о чем ты думаешь, Кензи. Поверь, это сложнее, чем кажется. Не спать всю ночь, а чтобы выйти на улицу, нужно потратить уйму времени и упаковать чуть ли не полдома, и это только для того, чтобы прогуляться по кварталу. – Он взял маленькую ладошку Алекса, и малыш схватил его за мизинец. – Не пойми меня неправильно. Я не променял бы это и на целый мир, но все это очень нелегко.

– Я знаю, – всхлипнула я, пытаясь сдержать слезы.

– Все образуется. – Он посмотрел на Алекса и забрал у меня бутылочку. – А теперь давай сюда моего сынишку. Тебя, кстати, искал Хантер.

– Спасибо, Джексон. – Я поцеловала племянника в макушку после того, как брат дал малышу срыгнуть, а потом поцеловала Джексона в щеку и пошла искать Хантера.

Выйдя на террасу через раздвижные стеклянные двери, я ожидала увидеть Хантера, но его там не оказалось. Я спустилась к океану, подумав, что, возможно, он пошел туда. Пройдя песчаные дюны, я его все-таки нашла. Хантер стоял на берегу в шортах цвета хаки, черной рубашке и черной бейсболке. Я опустила взгляд и увидела, что он стоит в середине сердца, выложенного на песке из свечей и ракушек.

Приблизившись, я осмотрелась вокруг. Ни души.

Как в разгар сезона ему удалось это провернуть?

Хантер взял меня за руку и притянул к себе. Потом улыбнулся своей неотразимой улыбкой и поцеловал.

– Что происходит? – спросила я.

Посмотрев мне за спину, он указал подбородком в ту сторону, откуда я только что пришла. Я развернулась и, увидев всех наших друзей и семью, вдруг все поняла. Он делал мне предложение. Свободная рука взметнулась вверх, чтобы прикрыть рот. Когда я снова повернулась к Хантеру, он опустился на одно колено.

В глазах защипало от слез. Вынув руку из-за спины, Хантер протянул мне маленькую синюю коробочку от «Тиффани», в которой лежало обручальное кольцо – изящный ободок, усыпанный алмазами, с крупным бриллиантом огранки «Принцесса» в центре. Хантер посмотрел на меня сияющими глазами.

– СиСи, ты – мой мир, мой свет во тьме, моя тихая гавань. Я люблю тебя больше всего на свете. И хочу провести с тобой всю свою жизнь. Ты выйдешь за меня замуж?

Я так расплакалась, что в ответ смогла лишь кивнуть. Он достал из коробочки великолепное кольцо и надел мне на палец. Потом положил обе ладони мне на живот.

– Малыш, ты слышишь? – Хантер посмотрел на меня и подмигнул, а потом продолжил: – Твоя мама собирается выйти за меня замуж. – А потом поцеловал мой живот, и как раз в этот момент малыш впервые толкнулся – именно в том месте, где были губы Хантера.

Он посмотрел на меня округлившимися глазами и спросил:

– Это малыш толкнулся?

Я рассмеялась сквозь слезы и подмигнула:

– Ага, похоже, нашей горошинке нравится, что мы собираемся пожениться.

Хантер обнял меня, а все наше семейство поспешило нас поздравить. Все были за нас рады, включая Мейсона, отчего этот день стал еще особеннее. В эти выходные у нас было много поводов для празднования.

Следующая неделя оказалась ужасно загруженной. Я побывала на последней примерке платья подружки невесты, в пятницу вечером мы устроили девичник в доме Хлои, а в субботу после полудня на пляже состоялась свадьба. Она была необыкновенной. Все девушки – в платьях кораллового цвета. Джексон с парнями были одеты в брюки цвета хаки, белые рубашки и коралловые галстуки. Хлоя выглядела просто бесподобно. Она выбрала белое свадебное платье с завышенной талией и шлейфом, расшитым прозрачным и розовым бисером. Волосы завили и подобрали вверх, открывая шею. Родители невесты на свадьбе не появились, поэтому к алтарю ее вел мой папа. Хлоя держала на руках Алекса, одетого в маленький белый смокинг. От вида малыша захватывало дух.

В медовый месяц молодожены поехали в круиз, и за Алексом присматривала я. Перед отъездом Джексон сам меня выбрал, сказав, что это будет хорошая практика. Проблем с этим у меня не возникало, потому что на этой неделе Хантер начал работать в следственном отделе местного управления полиции. Он был очень взволнован тем, что смог получить эту работу.

Через две недели после того, как ребята вернулись из круиза, Хлоя вместе с моей мамой, миссис Маккормик и Хейли устроили мне вечеринку-сюрприз, посвященную будущему ребенку. Мы с Хантером купили для малыша все, что нужно, и даже больше. Хантер все еще отказывался показывать мне детскую, объясняя это тем, что она еще не готова. Где-то на тридцать третьей неделе беременности меня начали мучить отеки. Врач назначил постельный режим и сказал дважды в неделю ходить к нему на осмотр.

Шла уже тридцать седьмая неделя. Мне назначили прием у врача и еще одно УЗИ – уже последнее, прежде чем мы наконец увидим нашу маленькую обезьянку. Сегодня Хантер работал, поэтому обещал встретиться со мной в поликлинике в свой обеденный перерыв.

Я вылезла из постели и начала собираться к врачу, когда зазвонил телефон.

– Алло?

– Привет, Кензи, как там поживает мой мужчинка? – Вместо того чтобы интересоваться моим самочувствием, Хейли всегда спрашивала, как поживает мужчинка, и отказывалась даже предположить, что у меня может родиться девочка.

– Знаешь, я думаю, что моего малыша ты любишь больше, чем меня, – рассмеялась я. – С ним все в порядке, а со мной – не очень. Ноги сильно отекают, и походка все больше и больше напоминает утиную.

– Приложи телефон к животу. Я хочу с ним поговорить.

Посмеиваясь, я сделала, как она просила, а через минуту снова поднесла телефон к уху.

– Сегодня в обед я иду к врачу, так что у меня для тебя будет больше снимков. Хочешь, потом заскочу к тебе?

– Ага, было бы здорово. Вечером за мной должен заехать Мейсон. Повезет меня ужинать.

– Правда?

Отношения между Хейли и Мейсоном трещали по швам. Что-то происходило, но оба отказывались об этом говорить. Всякий раз, когда я поднимала тему, они утверждали, что мне совершенно не о чем волноваться. Я пыталась поговорить об этом с Хантером, но он заверил, что у них все будет хорошо, и объяснил, что причина их ссор не они сами, а что-то другое.

– Ничего особенного, обычный ужин.

– Ну ладно. Я бы очень хотела, чтобы ты рассказала мне, что происходит, Хейлз. Мне не нравится видеть вас такими.

Хейли глубоко вздохнула:

– Ни к чему тебе лишний стресс. Помнишь, что сказал врач? Ты должна побольше отдыхать и поменьше нервничать. Все сами разберутся со своими делами. Перестань забивать волнениями свою симпатичную головку.

Я начинала немного злиться, что все обращались со мной, как с хрустальной вазой.

– Меня напрягает, что ты не хочешь поговорить со мной, Хейлз. Ты же всегда со мной делилась. Так почему не сейчас?

– Потому что не могу, – раздраженно сказала подруга. – А теперь прекращай беспокоиться обо мне и иди собираться.

– Ладно, но мы еще не закончили. Я позвоню, когда буду ехать к тебе.

– Хорошо. Люблю тебя и мужчинку.

– У меня будет принцесса, – рассмеялась я. – И я тоже тебя люблю.

Я стояла в гардеробной, пытаясь найти что-нибудь из одежды, но вдруг подскочила, услышав раскат грома. Ребенок толкнулся, и я погладила живот.

– Ну надо же, обезьянка, пустился дождь. Нам лучше поспешить, пока мы не опоздали.

Переодевшись, я подошла к входной двери, обула вьетнамки и взяла зонтик. Снаружи шел ливень. Даже с зонтиком я вся промокла. В конце дороги был припаркован автомобиль, что для нашего района довольно необычно. Я завела двигатель и поехала. Мне показалось, что в машине сидит Бриттани, но такого быть не могло. Они с Домиником расстались сразу же после окончания учебы. Выбросив эти мысли из головы, я выехала из нашего района и направилась к шоссе.

Когда я оказалась на шоссе, ливень усилился, и видимость на дороге ухудшилась вполовину. Даже дворники на максимальной скорости не успевали разгонять льющиеся по лобовому стеклу потоки. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, я заметила все ту же машину, которая теперь ехала за мной. До трассы 295 оставалось всего два поворота. Я посчитала, что справлюсь, если не стану паниковать и буду ехать медленно и аккуратно.

Когда до поворота оставалось около километра, я увидела, что ехавший прямо передо мной автомобиль стало заносить. Водитель, по-видимому, запаниковал, потому что начал сворачивать в боковой переулок. Как только он крутанул руль, его машина столкнулась с еще одной. Я ударила по тормозам, чтобы избежать аварии, но в меня сзади врезались, и я слетела в кювет.

Я закричала, готовясь к неизбежному удару. Но, прежде чем остановиться, машина трижды перевернулась. Перед глазами все расплывалось, а тело совсем онемело.

Не знаю, сколько времени я там пролежала. Услышав чьи-то шаги, я попыталась позвать на помощь, но не смогла издать ни звука. А потом увидела в окне с пассажирской стороны чей-то силуэт, успела удивиться, что никто не спешит мне помощь, и услышала женский голос:

– Если он не будет моим, то и ты его не получишь, сука.

Живот пронзило болью такой острой, что перед глазами заплясали звезды, а потом все померкло.

Когда я очнулась, все тело болело. Боль была почти нестерпимой, но что-то все-таки выдернуло меня из сна. Я попыталась открыть глаза, но веки оказались слишком тяжелыми. Я постаралась сконцентрироваться и понять, где нахожусь и что происходит. Было такое ощущение, словно во рту что-то есть. Очень болели живот, грудь и правая нога. Я вспомнила, как вела машину. Шел сильный ливень. Случилась страшная авария, и моя машина перевернулась. Кто-то заглядывал внутрь, а потом – темнота.

Я почувствовала, как по лицу потекло что-то теплое, и хотела вытереть влагу, но не смогла поднять руку. Услышав неясные голоса, я поняла, что Хантер здесь. Где бы я ни находилась, он был рядом со мной.

– Дорогой, почему бы тебе на пару часов не съездить домой? Ты мог бы принять душ, что-нибудь поесть и постараться хоть немного поспать. Я останусь с Маккензи и ребенком. Им обоим нужно, чтобы ты был сильным.

Я узнала этот голос. Моя мама. Но почему она говорила о ребенке?

Голову пронзила сильная боль. Я отчаянно пыталась опять не провалиться в темноту.

Бормотание прекратилось, и раздался голос Хантера:

– Я их не оставлю. Не могу.

Я ничего не понимала. Снова попыталась открыть глаза, но веки все еще отказывались слушаться. Потом почувствовала, как кто-то взял меня за руку. Попробовала сжать пальцы, но не хватило сил.

– Ох, малышка, – вздохнула мама, рисуя пальцем круги на тыльной стороне моей ладони. – Ты должна очнуться, потому что очень нужна своим мальчикам.

Каким мальчикам? Братьям? Промелькнуло еще одно воспоминание. Я ехала, чтобы где-то встретиться с Хантером. Куда мы собирались?

Боль усилилась. Темнота стремительно затягивала.

Шум постепенно стихал, и в конце концов остался только какой-то монотонный прерывистый звук.

– Малышка, если ты меня слышишь, сожми мою руку, – еле слышно попросила мама.

Что-то пикнуло.

Я попыталась сжать пальцы, но не смогла.

Пик.

Я почувствовала, как теплые пальцы коснулись лица. Они двигались от лба к подбородку и обратно.

– CиCи, детка, пожалуйста, открой свои ясные голубые глазки.

Пик.

– Ты мне нужна. Сам я не справлюсь. – Я услышала всхлип. – Он очень похож на тебя. Такой же маленький носик, а головка покрыта густыми темными вьющимися волосиками. – Еще один всхлип. – Я люблю тебя, детка…

Секунду спустя пиканье превратилось в сплошной протяжный звук, и темнота победила.

Моему мужу: спасибо, что всегда на моей стороне. Знаю, я сводила тебя с ума, но без тебя не смогла бы закончить книгу. Я люблю тебя!

Обезьянке: спасибо, что всегда заставляешь меня смеяться. Твоя мамочка очень тобой гордится. Люблю тебя больше всего на свете!

Папе, маме и моим сестрам: спасибо за вашу помощь и за веру в меня. Я вас люблю!

Макайле (Коди), Холи М., Венди Р. и Крисси С. (моим лучшим подругам из другого штата): вы самые лучшие в мире бета-ридеры! Огромное спасибо за всю вашу помощь и за то, что терпели мои буйства.

Хайди (моему личному чирлидеру): спасибо за все замечания и комментарии. Ты даже не представляешь, насколько сильно они мне помогли. А еще ОГРОМНОЕ спасибо за разрешение воспользоваться твоими фотографиями. (Люку и Джаде тоже спасибо!) Дождаться не могу, когда сяду за следующую книгу!

Тэмми Кроуфорд – моему фану №1 (и не важно, что ты моя тетя и у тебя нет выбора): я люблю тебя и искренне благодарю за то, что ты в меня веришь, подгоняешь и поддерживаешь.

Кэти Мак: ты потрясающий редактор! Без тебя мою книгу ждал бы полный провал. Даже не знаю, как тебя благодарить за все, что ты для меня сделала!

Робин: спасибо за создание потрясающей обложки и за помощь с последними правками.

Моим друзьям-писателям: благодаря вашей поддержке я чувствую себя всесильной. Спасибо, что всегда находите время, чтобы мне помочь!

Ким Персон и всем остальным блоггерам, которые помогают распространять информацию и поддерживают независимых писателей: СПАСИБО ВАМ!

Миссис Си ( англ. mrs. C) – сокращенно от Cahill (Кэхилл)

Правила игры «Правда или расплата»: 1-й участник спрашивает: «Правда или расплата?» 2-ой выбирает. Если он выбрал правду, то обязан искренне ответить на любой заданный вопрос. Если выбрал расплату, то должен выполнить то, что загадает первый участник. Далее ход переходит ко второму участнику и так по кругу.

Университет Старого доминиона (УСД) (англ. Old Dominion University (ODU)) – государственный исследовательский университет в Норфолке, штат Вирджиния. Основан в 1930 г как норфолкский филиал Колледжа Вильгельма и Марии (Вильямсбург, Вирджиния), второго по времени основания высшего учебного заведения в США.

Перефразированная цитата Махатма Ганди — «Live as if you were to die tomorrow. Learn as if you were to live forever». («Живи так, словно завтра умрёшь. Учись так, словно будешь жить вечно».)

«Пухлые щечки» – англ. Chubby Cheeks, откуда и сокращение СС (СиСи)

Cabbage Patch Doll – серия кукол (куклы с капустной грядки)

Правила игры: на противоположных концах стола выставляются частично наполненные пивом бокалы, и игроки поочередно пытаются забросить шарик для пинг-понга в один из бокалов соперника. В случае успеха соперник обязан выпить пиво

Call Me Maybe - хит канадской певицы Карли Рэй Джепсен

Реалити-шоу «Утиная династия» ( 2012) о клане Робертсонов, которые превратили утиные манки в мультимиллионную империю. Немного старомодный ситком, сочетающий в себе деревенский шарм и «домашний» юмор.

Оз – американский врач турецкого происхождения, ведущий популярной телепередачи «Шоу доктора Оза»