Горные исполины были еще относительно молоды. Они с интересом взирали вниз на долину…

У подножия хребта, лежал удивительный мир. Волшебница ночь осыпала лунным серебром ледяные шапки, вечные снега. Пустоши, леса долины, облака у горизонта, море – все подчинилось ее дивным чарам. Только Замок на скале, поднимавшейся из белой пены прибоя, жил по своим законам. Он не был частым гостем на заповедном берегу. Горы могли вспомнить не так уж много случаев, когда Замок почтил их своим присутствием. В этот раз гость задержался надолго. Парящий силуэт не то из стекла, не то из странного камня напоминал готический собор и фантастический звездолет одновременно. Лунное великолепие, которое и раньше отражалось в полированных гранях гостя, на этот раз обогатилось светом, шедшим из недр древнего сооружения – у него появился хозяин.

Поленья в камине весело потрескивали, теплый воздух растекался по библиотеке, обещая покой.

– Теперь вам уже известно, почему я оказался в Замке, – вздохнул Марк.

– Хорошо, с причиной твоего появления здесь – все ясно, – подвел итог Ян, помолчал с минуту, продолжил, – какому боевому искусству хозяин Замка тебя научил за службу, я уже видел… Теперь расскажи нам, как далеко продвинулись твои поиски сестры?

– Да собственно и не продвинулись…

– Совсем?

– Похититель не…

– Мы его живо победим! – неожиданно встрял Пуфф, продемонстрировав бицепс.

До этого момента котище тихо сидел в своем кресле, молча, слушая рассказчика.

– Для победы над врагом его сначала нужно найти, – охладил Пуффа демон, – слушайте…

Жизнь Марка в Замке потекла своим ходом. Ничего необычного не происходило, но в тот день Шеф выглядел особенно веселым, в руке он держал папку с надписью «Изида». Он сообщил, будто напал на след.

– Теперь я могу узнать, где сестра? Наконец найду ее? – обрадовался Марк.

– Увы, тут только наметки и загадки, требующие решения, я продолжу розыск, после расскажу тебе, – ответил хозяин.

Эти поиски затянулись на века. Причем, исчезнув, все атрибуты власти хозяин Замка оставил на троне, что в свою очередь вызвало поток претендентов на бесхозное владение. Замок блуждал, где ему хотелось, но толку с этого для Марка, исполнявшего роль стража, не было никакого. Он не мог покинуть свой пост у ворот без владельца Замка. Галерея периодически пополнялась разными нахалами. Один даже достиг тронного зала, его звали Локи. Потом долго никто не приходил. Наконец появился Ян, ставший владельцем…

– Вот собственно и все… – закончил Марк.

– Из сказанного следует – существует папка с интересующей нас информацией, – заметил Ян.

– Если, конечно, он не захватил ее с собой, – фыркнул Пуфф, отпив еще вина.

– Тем не менее, поискать ее стоит, вот только где?

– В библиотеке – маловероятно, может в кабинете…

– Идея хорошая, вот только попадем ли мы туда? Кабинет хозяина Замка – это место особенное…

– Тем не менее, решено. Отправимся туда, – прервал демона Ян.

Он поднялся с кресла, в котором продолжал сидеть в течение всей беседы, выпрямился в полный рост. Исчезли перчатки из тонкой кожи, прикрывавшие когтистые лапы. Чешуя на лапах сверкнула изумрудно-зеленым, когти вытянулись. Человек ощутил – он должен привыкать к роли хозяина Замка. От этой мысли его рост стал словно выше. Жезл власти скользнул в когтистую лапу. Пуфф и Марк невольно отшатнулись.

– Закройте шторы! Дайте свет! – рявкнул хозяин.

Стекла в стенных шкафах ответили жалобным звоном, в такт с ними, в теле погашенных светильников на мгновение замерли искры. Стена в нише бесшумно поднялась из пола, закрыв собой лунный пейзаж. Искра, зеленого холодного огня, пробежала по жезлу власти, когтистой лапе, достигла плеча. Затем, извиваясь, промчалась вдоль тела, пропав в полу. Канделябры вспыхнули, осветив библиотеку ровным, ярким светом.

– Вы готовы?

– Всегда готовы, – отозвался котяра, вылив остаток вина из фужера себе в пасть.

– Тогда в путь!

Бокалы, из великолепного богемского стекла, растаяли в воздухе, мелодично отозвавшись на прощанье. Бутылка улетучилась вслед за ними, оставив на маленьком столике мокрый отпечаток. Через мгновение невидимая губка стерла и его.

Пуфф и Марк, поднявшись, направились вдоль большего дубового стола за Яном. На его полированной поверхности стояли два канделябра, магические свечи ярко горели. Теперь светильники предстали во всей красе: словно ожил элегантный дракон с пятью головами, державший подставки для свечей. Он будто приподнялся, опершись на длинный хвост и задние лапы. Количество стульев вокруг стола осталось прежним – девять.

Лапа Яна невольно легла на спинку стула во главе стола. Он окинул взглядом библиотеку, словно закрепляя в памяти это уютное помещение. По правой стороне комнаты шли высокие книжные шкафы красного дерева. Через их поблескивающие стекла, укрывавшие содержимое от любопытных глаз, виднелись книги. В простенках, прямо перед линией шкафов, парили в воздухе два канделябра, идентичные тем, что стояли на столе. Они также подчинились приказу и ярко светились. Прямо напротив стола, в длинной стене, имелось углубление, высотой равной, высоте комнаты. По обе стороны ниши, размещались такие же книжные шкафы, как вдоль стены справа. По углам проема ниши, в ее глубине, висели в воздухе канделябры. Задняя стена состояла все из тех же шкафов с книгами. Две двери из мореного дуба вели в галерею.

Камин потух, его черный зев стал холоден. Матовые стекла магических экранов по обе стороны камина темны и безжизненны.

Ян отпустил спинку стула, закинул на плечо свою сумку и направился вправо, к дубовой двери. Дверь имела полукруглый верх, плотно пригнанные доски, бронзовую ручку с отверстием для ключа. Ключ не потребовался. Замок оказался не заперт. Демон нажал на ручку – дверь распахнулась перед Яном.

На стене вспыхнул факел, вставленный в кронштейн из кованого железа. Колеблющееся пламя осветило короткий коридор. Отклоняющееся то в одну, то в другую сторону от неведомого ветра пламя, бросало неяркий свет на кладку из красного старого кирпича. Веяло древностью.

Компания проследовала внутрь. Массивная тяжелая дверь за их спиной захлопнулась сама по себе. Факел же продолжал жить по своим законам, его пламя колебалось под действием невидимых магических сквозняков…

Прямо перед собой Ян увидел другую дверь. Она была совершенно гладкой, почти зеркальной, на ней имелась ручка из хрусталя. Он повернул ручку – дверь легко отворилась. Пейзаж, виденный человеком ранее, не претерпел больших изменений, лишь луна того мира переместилась чуть-чуть вправо. Здесь время шло по-своему.

Троица вышла из коридорчика. Пуфф, он шел последним, аккуратно прикрыл за собой дверь. На зеркальной стене не осталось никаких следов от входа в библиотеку, если не считать хрустальной ручки, выступавшей прямо из поверхности стекла.

– Зал тысячи миров… – восхищенно произнес Марк, – я только слышал о нем, а вот попал сюда впервые…

– Как это можно понять, зал «Тысячи миров?» – переспросил Пуфф, озираясь по сторонам.

– Могу пересказать лишь сведения, которые однажды услышал от Локи. Дело в том, что отсюда можно попасть куда угодно, в любой мир, только могут быть трудности с возвращением, – пояснил Ян.

– А миров именно тысяча? – удивился котяра.

– Да нет, значительно больше, – ответил демон, – точное число неизвестно никому, может только создателю, если только этот вопрос его интересует.

– И кто же он такой?

– Мне это неведомо, – грустно ответил Марк.

Ян уже бывал тут, но красота снова завораживала. Его спутникам этот мир был в новинку. Они удивленно оглядывались.

Прямо перед ними, в метрах тридцати, находились лестницы. Совершенно симметрично два лестничных пролета уходили на платформу выше, два точно таких же спускались вниз. Кроме того, эти самые лестничные пролеты были прозрачны, как и пол. Слева и справа, друг напротив друга находились зеркала. В полу, на одинаковом расстоянии от зеркальных стен размещался круг, внутри – шестиконечная звезда. Весь рисунок казался погруженным в поверхности пола, слабо тлел, словно уголь, подернувшийся пеплом. Внизу, под ногами, просматривалось шесть лестничных площадок (звезды, вмурованные в прозрачный пол каждой из них, служили хорошим ориентиром). Дверь из библиотеки выходила на седьмой этаж. Прозрачные платформы с лестницами продолжались и вверх, всего их было тринадцать.

– Удивительно, здесь всегда так все выглядит? – наконец произнес Марк.

– Да нет, – пояснил Ян, – когда я попал сюда впервые, имелись отличия…

– И в чем?

– Помещение, пожалуй, то же, но вот пейзаж – другой. Некий облачный край, только облака, больше ничего. Стены за лестничными маршами не оказалось вовсе, там кружились облака, образуя уходящий к горизонту тоннель. Зеркала вопреки ожиданию отражали лестничные марши, но в них отсутствовало отражения друг друга.

– Любопытное место, – наконец подал голос Пуфф, осмотревшись.

– Да, уж, – согласился демон.

– Что бы отправиться в другие миры, видимо следует броситься с края платформы, – снова подал голос Пуфф, резво направившись к краю перекрытия.

Такой поворот событий явно не устраивал ни Яна, ни Марка, они бросились вслед за котярой. Пуфф достиг края перекрытия и застыл.

Прямо перед ними расстилалась тонущая во мраке долина. Ее пологие склоны образовывали котловину, низ прозрачной этажерки терялся во мраке. Долина выходила к морю. Слабые блики рассеянного света легкими штрихами обозначали его поверхность. На небе сияли звезды. Воздух над морем был настолько прозрачен и неподвижен, что серебряный песок звезд покрывал весь небосвод, до самого горизонта. Над водой, среди всего этого великолепия висел спутник планеты. К нему тянулась волшебная дорога.

– Остаться бы тут, – мечтательно протянул Пуфф.

– Как же я мало видел, – вторил ему Марк.

– Неизвестно даже, мир это или фантом, – попытался охладить их пыл Ян, – Локи мне так толком не смог объяснить это…

– Он так прекрасен! Мне кажется вполне реальным этот мир, даже если соткан только из света, – произнес демон.

– Может ты и прав, все великолепное – реально… – задумчиво произнес Пуфф, почесав лапой затылок.

Ян помнил (с прошлого приключения) местоположение шахты зеленого лифта, она проходила вдоль зала тысячи миров. Последним этажом, доступным из лифта являлся кабинет, но проникнуть туда во время прошлого приключения не удалось. Он решил попробовать войти в комнату, поднявшись по лестницам.

– Давайте прекратим любоваться, – заметил Ян, – я, кажется, догадываюсь, как нам попасть в кабинет.

– Да, в конце концов, у нас есть некое дело, – согласился с ним Марк.

Вся компания направилась вверх по прозрачным лестницам, вслед за Яном.

На самой верхней платформе узкие стороны прозрачного перекрытия заканчивались такими же странными зеркалами, как на нижних этажах. Ян озадаченно остановился.

– Где же кабинет? – поинтересовался Пуфф, иронии в его голосе не ощущалось.

– Понятия не имею! – ответил Марк, – я тут в первый раз.

Ян задумался. Он вспомнил, как ему удалось активизировать зеркальные анфилады. Может быть, этот способ работает здесь…

– Я попробую найти вход, – произнес он вслух и направился к изображению звезды в прозрачном полу.

Как только он достиг звезды, ее контур стал ярче. Ян почувствовал наличие мощного источника энергии. Костер вокруг его разгорелся, охватил тело светящейся полусферой, которая опиралась на кольцо вокруг звезды. Вторая полусфера угадывалась через прозрачный пол, она замкнула пространство вокруг Яна. В звезде последнего этажа, состав энергии оказался несколько иным, чем тот, что отомкнул зеркальный коридор. В тугих энергетических струях присутствовала некая двойственность, словно сила, состояла из двух компонентов. Ян попытался разобраться в своих ощущениях. Сфера вспыхнула еще ярче, по ней побежали полосы двух цветов.

– Вот тут-то ему крышка, – вырвалось у Марка.

– Как бы нам не осиротеть… – поддержал Пуфф.

Человеку было не до них. Одну из составляющих энергетического ключа он узнал сразу – она отпирала зеркальный коридор в иные миры. Внутренний взор потянулся, ведомый этой частью силы, просочился за зеркало. Ян решил проверить наличие кабинета там…

Хаотичное движение зон по поверхности сферы приняло вращательное движение, стали преобладать полосы одного цвета, от них по направлению к торцевым зеркалам потянулись извивающиеся щупальца. Достигнув поверхности зеркал, змеевидные отростки легко преодолели ее, став невидимыми. Зрители попятились к стене. Жуткий спрут лежал на стекле пола, ощупывая что-то в зазеркалье, его тело вздрагивало, переливалось, щупальца непрерывно меняли положение, все глубже и глубже проникая за зеркала.

Восприятие Яна объединилось с механизмом звезды и искало в зазеркалье. Никаких следов кабинета там не было. Тогда Ян переключился на вторую составляющую этого магического источника.

Жуткий осьминог замер, потом втянул щупальца. Полосы на сфере снова принялись хаотично перемещаться, сквозь них стал виден стоящий человек.

– Пока жив… – облегченно вздохнул Марк.

Больше ничего добавить он не успел. Сфера окрасилась в цвет закатного солнца в преддверии бури, медленно подернувшись пеплом. Внезапно внутренний, светящийся шар стремительно сжался, при постоянных размерах пепельной внешней оболочки.

– А может уже и не жив… – возразил демону Пуфф.

По дымчатой скорлупе побежали мелкие трещины, из недр угасающего солнца, проломив оболочку, ударил мощный выброс содержимого. Описав замысловатую дугу, со звуком упавшего на пол теста, порождение красного карлика угодило не в торец коридора, а в боковую стену, растеклось по зеркалу. Стена засветилась, вздрогнула, на ее поверхности вылепился рельеф обычной двери с наличниками и двумя створками, все детали которой (включая дверные ручки) были из хрусталя. При этом сфера приняла прежний вид, который имела в начале эксперимента.

Теперь Ян представил себе, будто сфера гаснет. Зрители увидели, как потускнела и пропала энергетическая оболочка, но контур звезды еще продолжал светиться довольно интенсивно. Ян вышел из него, изображение звезды в толще пола тут же поблекло, вернувшись в исходное состояние.

Марк и Пуфф озадаченно молчали.

– Мы же искали дверь? Вот она!

– Знать бы, куда… – наконец произнес Марк.

– Куда же делся весь энтузиазм? А? – в свою очередь удивился Ян.

– Понимаешь ли, ты с такой легкостью обращаешься с этими силами…

– Просто мороз по коже идет, – подтвердил Пуфф.

– Не перебивай, – произнес Марк и продолжил, – Ян, ты представляешь, что ты творишь и как?

– Далеко не всегда, получается как-то спонтанно, но повторить всегда могу.

– И то хорошо, – вздохнул Марк, направляясь к двери.

Он покрутил дверные ручки, толкнул створки, потом долго смотрел на дверь – она осталась заперта.

– Должен попробовать отпереть сам хозяин, – наконец резюмировал демон.

Ян подошел ближе, протянул когтистую лапу к хрустальному барельефу, лапа легко прошла сквозь поверхность двери… На глубине около десяти сантиметров он обнаружил еще одну дверную ручку, которая вполне соответствовала его лапе.

– Попробуем отворить…

Ручка легко поддалась. Хрустальный барельеф осветился зелеными всполохами, створки двери распахнулись.

– Прошу за мной, – произнес Ян и проследовал в открывшийся проход.

Однажды, во время своих блужданий по Замку (еще в качестве претендента на трон), человек видел кабинет сквозь стену магического лифта, никаких видимых изменений в комнате не произошло.

Слева (примерно по середине стены) стояло кресло, перед ним большой письменный стол. Всю стену за креслом занимали шкафы с книгами. Почти напротив входа, чуть сдвинут от оси комнаты, находился громадный камин. Теперь Ян увидел его во всем великолепии. Он был сложен из прозрачных цветных камней, подобранных по цвету.

– Прохладно, – произнес Марк и поежился.

– Демоны разве мерзнут?! – удивился Пуфф, входя следом.

– Скорее регистрируют температуру, но, тем не менее, предпочитают вполне определенный диапазон, например, тот к которому привыкли…

– Тогда прикроем дверь, после – разожжем камин, – ни то приказал, ни то констатировал Ян.

Открытая створка захлопнулась, подтолкнув котяру. В пустом камине образовались несколько здоровых поленьев, они вспыхнули теплым желтым пламенем. Камин засветился, заиграл цветными переливами. В кабинете стало уютно и тепло.

По правой стене от входа висели полукругом шторы из полупрозрачного материала. Их мягкие горизонтальные складки а-ля «маркиза» закрывали всю стену до самого пола. Тяжелая бархатная штора поднята под потолок. Почти в центре дуги, образованной шторой, стоял большой стол, несколько кресел вокруг. Слева от входной двустворчатой двери разместился громадный бархатный диван, на который незамедлительно уселся Пуфф.

Яну уже приходилось видеть на этом диване котяру, только рыжего окраса… Пуфф потянулся и, выпустив коготки, зевнул. У него оказались такие когти и зубы! Пожалуй, от воспоминания он отличался только цветом. Ян вздрогнул. Котяра захлопнул пасть, оглядел комнату еще раз.

– Ну и как мы будем искать это тут? – наконец спросил он.

На это замечание Ян и Марк, успевшие пройти вглубь комнаты обернулись, замерли как вкопанные, устремив взгляды чуть выше головы котяры. Пуфф попытался рассмотреть предмет, находившийся у него над головой. Над диваном висела картина с изображением довольно необычного пейзажа. Картиной это можно назвать с натяжкой, скорее это был вид из окна какой-то удивительной башни. На переднем плане находились две зеркальные, четырехгранные пирамиды. Они смыкались острыми углами своих оснований, которые утопали в желтом песке. Редкие воздушные облака окружали вершины сооружений. Слева лежало море, прозрачное, совершенно спокойное. На каком-то расстоянии от пирамид песок резко кончался, превращаясь в голубовато-зеленые волны какого-то дивного леса. За ним размещалась полоса изумрудного луга, на краю которого проходила лента дороги, огибавшая идеально ровное скальное плато. После скал снова начинался лес, его прорезала цепочка озер. Край леса резко обрывался, переходя в желтую пустыню, среди песка размещались еще две пирамиды, точная копия первых. Картину дополняли четкие двойные тени, отбрасываемые предметами из-за присутствия двух солнц… Весь пейзаж словно не имел придела, а по разрешению деталей, скорее напоминал открытое окно. Зрелище было потрясающее. Полированные грани пирамид, желтый песок, облака словно взбитые клочья пены – все это отражалось в зеркальных гранях, освещаясь двумя солнцами. Демон и человек оторвались от созерцания полотна, посмотрели друг на друга.

– Узнал? – наконец произнес Марк.

– Еще бы не узнать…

– Вот только… – начал демон.

– Что? – переспросил Ян.

– Что-то изменилось. Раньше выглядело по-другому.

– Ты бывал в кабинете, а сказал, будто не знаешь сюда дороги. Ты видел картину, но ничего не сказал! – начал закипать Ян.

– Тише, тише, дай объяснить…

– Ну и?

– Первое, в кабинет меня приглашали не через дверь. Я просто ощущал приказ явиться, после чего оказывался прямо здесь. Следовательно, дороги сюда я так и не узнал. Во-вторых, дальше двери, меня собственно никто не приглашал, следовательно, видеть картину я не мог.

– Допустим, ну а какие же изменения, мебель тут переставили? – уже успокоившись, вернулся к началу разговора Ян.

– Да нет, над диваном, как теперь я понимаю, перед самой рамой картины висел в воздухе черный кристалл, теперь он отсутствует…

После этих слов демона, котище на диване поежился и замер, но нового хозяина видимо интересовали сейчас другие проблемы, а уж никак не какой-то кристалл, которого он в глаза не видел. Инцидент продолжения не получил.

– Хорошо, займемся делом, – сказал Ян, – только где искать-то?

– Может в столе?

Новый хозяин кабинета подошел к столу, подергал ящики. Все оказались заперты. Он развернулся к книжным шкафам, окинул их взглядом, опершись при этом лапами на стол. Над столешницей сверкнула маленькая молния.

– Как же я не догадался, – охнул хозяин и отдернул лапы от столешницы.

Он переключил свое восприятие на магическое зрение, тут же утратив дар речи… Кабинет был пропитан не только энергией, но и магическими хитросплетениями. Большая часть всего имевшегося в кабинете находилась в состоянии покоя. Плохо представляя, а правильнее сказать, совсем не представляя, как все это устроено, пытаться заниматься тут магическими опытами без особой нужды явно не рекомендовалось. Если только осмотреться… Ян скользнул взглядом по столешнице, почти сразу же обнаружив искомое. Под магическим прикрытием слабо угадывался контур папки, настроившись точнее можно было прочесть «Изида».

– Нашел! – радостно сообщил Ян.

– И где? – оживился Марк.

– Лежит прямо на столе, правда взять ее будет не просто…

– Это почему?

– А ты сам-то приглядись… – произнес человек, указав когтем на середину стола.

Когда коготь почти достиг поверхности столешницы он начал слабо светиться. По мере приближения к некому объекту, свечение усилилось и обрисовало еле заметный контур искомой папки. Пуфф даже привстал с дивана.

– Можно, я возьму, – произнес он.

– А папка уцелеет? – строго спросил Ян, вспомнив судьбу своих противников в сражении за крепость Кролф.

Пуфф озадаченно почесал лапой за ухом, пожал плечами. Все это время внимательно смотревший на папку Марк сделал какой-то вывод и заговорил.

– Тут хитрый магический замок, мне не распутать… – резюмировал он.

– Пожалуй, да… – согласился Ян.

– А если просто взять, без всяких фокусов? – спросил Пуфф.

Вместо ответа Ян извлек из кармана клочок бумаги и бросил на то место, где лежала папка, бумага вспыхнула, не оставив после себя никаких следов, даже пепла. Потом он на минуту задумался. Обстоятельства наделили его в этом новом мире несколько необычными передними конечностями… Лапа сжалась в кулак. Ян решил попробовать взять папку: в конце то концов, когда коготь коснулся защиты, он же не пострадал!

Человек подошел ближе, протянул когтистую лапу к центру стола. По мере приближения лапы к поверхности появился светящийся контур, словно колпак, прикрывающий папку. Когти прошли сквозь защиту и взяли папку. Магическое пламя вспыхнуло, будто костер. Ян дернул папку к себе… Марк с Пуффом отшатнулись…

Когда глаза присутствующих привыкли к обычному освещению после яркой вспышки, никаких следов колдовской защиты не осталось, если не считать обычной коричневой папки с надписью «Изида», обтянутой то ли кожей, то ли чем-то похожим.

– Наконец-то, – обрадовано вскрикнул Марк.

– Я бы сразу так не горячился, – язвительно заметил Пуфф, снова успевший раздольно развалиться на кожаном диване, после магической вспышки.

Но видимо иллюзия близости решения столь долго мучившей демона проблемы помутила его разум. Марка оставило обычное для него благоразумие. Демон бережно взял из когтистых лап коричневую папку, вышел на середину комнаты и раскрыл. Лучше б он этого не делал.

Из открывшейся папки вылетел снежок среднего размера, попав прямо в нос демону. По счастью комок оказался не очень слежавшимся, ударившись о препятствие, разлетелся по всей комнате. Марк от неожиданности раскрыл пасть, за это тут же пострадал. Второй снежок незамедлительно заткнул ее. Демон выронил папку, которая вместо того, что бы упасть на пол, развернулась к нему и, выдав на прощанье огромную кучу снега, величаво взмахнув обложками, словно удивительная птица, полетела к столу. После ловкого приземления папка захлопнулась, предварительно выбросив облачко пыли.

Снежная куча, возникшая вокруг Марка, быстро таяла, превратившись в огромную лужу на полу. Демон, наконец, частично оправился, выплюнул остатки снежного комка, который так ловко заткнул ему рот перед этим. Дар речи к нему все еще не возвращался. Пуфф подобрал лапы и теперь целиком оказался на диване, с нескрываемым интересом наблюдая за дальнейшим развитием событий. Снег продолжал таять. Лужа все увеличивалась.

– Плаваю я, кажется плохо… – наконец подал голос с дивана Пуфф.

– Да уж, сыровато будет, – согласился с ним Ян.

Он извлек жезл, направив его на лужу. Жидкость заискрилась, вспенилась и исчезла, не оставив никаких следов. Последствия опыта пропали. Пуфф опустил одну лапу с дивана, потрогал ковер.

– Сухо! – констатировал он, опуская обе задних лапы на пол.

– Ну и ну, – очнулся, наконец, демон, стоявший до этого, словно памятник.

– Попробуешь открыть еще раз? – участливо поинтересовался Ян.

– Да, в конце концов, это моя проблема.

– Что ж, пробуй.

После того как Ян согласился на продолжение безобразия, Пуфф быстро подтянул лапы на диван, устроившись удобнее.

– Мы готовы, – подтвердил он.

Марк подошел к столу, снова взял папку. Теперь он не торопился ее распахивать. Созерцание длилось долго. Наконец он осторожно раскрыл папку, постаравшись направить вероятный выброс от себя. Ничего не произошло. Демон осмелел и заглянул внутрь. Пару секунд ничего не происходило. Потом кто-то пискнул – неизвестно откуда появившаяся серая мышь прыгнула с лапы Марка прямо ему на голову, приземлилась у него между ушей, вцепилась в шерсть. Марк, явно не ожидавший такого поворота закричал. Он попытался бросить папку, но не тут то было. Его лапы крепко-накрепко приклеились к обложке. Мышь, почувствовав, что ей ничего особенно не грозит, принялась устраиваться основательно. Она стала выщипывать шерсть, намереваясь соорудить гнездо. Демон отчаянно закрутил головой.

– Хихикс, – раздался с дивана сдавленный смех.

Марку было не до насмешек, он даже не обратил на это никакого внимания. Яну стало жаль демона, он поднял лапу с жезлом, направив на голову несчастного.

– Не надо! – отчаянно взмолился тот.

– Я аккуратно.

– Знаю я твое это «аккуратно» – можно в живых не остаться…

Тем временем мышь успокоилась, вырвав достаточно шерсти, приступила к строительству гнезда. Демон застонал. Стукнул себя папкой по голове. Зверек не остался в долгу. Он перешел к уху, взял его край, словно кусок колбасы, продемонстрировал присутствующим зубки… Демон отчаянно закричал, но папку опустил, поняв что, может быть и хуже. Мышь вернулась к прерванному занятию.

Жезл снова указывал между ушей Марка. Мышь продолжала строительство.

– А если потомство будет? – подал голос Пуфф.

– Ой, пропаду. Ян попробуй превратить ее во что-нибудь, только не уничтожай, еще промахнешься… – снова взмолился демон.

– Договорились, вот только в кого? – спросил сам себя Ян, – почему-то только разные земноводные в голову лезут.

– Кто!? Может не стоит? – запричитал демон.

Он опоздал. По лапе, жезлу зазмеились зеленые молнии. Мозг Яна отчаянно пытался превратить мышь в безобидное создание. Объект замер. Вокруг него светилась бледно зеленая сфера, которую с жезлом связывал тонкий энергетический канал. Контур мыши размылся, в сфере стали происходить метаморфозы. Ничего конкретного не получилось. После того, как мышь потеряла свою форму, отступать назад стало нельзя, так как лишенный оболочки сгусток энергии доподлинно оставил бы Марка без головы. Наконец счастье улыбнулось Яну, он сформировал ноги, походившие на ощипанные, сложенные вместе куриные лапы. Потом разместил между ними небольшое тельце. Следующим этапом образовалась жабья голова, украшенная крупными выпученными глазами. В глазах засветилась жизнь. Тварь отряхнулась. Ян предпринял еще одну отчаянную попытку как-то повлиять на процесс, но преобразование теперь шло само по себе – подросло маленькое тельце, голова покрылась склизкой кожей, куриные ноги приобрели вид лягушачьих ласт… Ян бессильно опустил жезл. Энергетический шнур исчез, зеленоватый туман вокруг объекта растаял. Перед зрителями предстал демон, продолжавший сжимать в лапах заветную папку с сидящей на голове крупной жабой. Теперь ему стало легче, жаба затравленно озиралась, издавала урчащие звуки, но при этом хотя бы не строила гнезда.

– Сейчас умру со смеху, – простонал Пуфф.

Жаба, видимо вспомнив свое недавнее прошлое, устроилась удобнее на мышином гнезде и, снесла яйцо. Пуфф рыдал, пытаясь подавить приступы хохота.

Марк повернул рассерженную морду в сторону дивана, на котором восседал веселящийся зритель. Вместе с головой повернулась жаба. В ее поле зрения попал котяра. Жаба поджала уродливые задние лапы, раздавив яйцо, скакнув в сторону дивана, намереваясь разместиться на голове котяры. Но тот видимо быстро оценил изменение обстановки и вовремя раскрыл пасть, прыгун ничего не смог сделать, влетев прямо в нее. Раздался звук сорвавшегося с упора капота грузового автомобиля, пасть захлопнулась, на виду осталась лишь одна куриная лапа с ластом на конце. Котяра аккуратно взял трепещущую жабью конечность в свою лапу, придирчиво осмотрел, продолжив медленно пережевывать остальную часть добычи. Какое-то время доносились хрустящие звуки из пасти Пуффа, потом он обглодал остаток жабы. Затем так же придирчиво, как и лапу, осмотрел кость, бросил ее в пасть, похрустел еще.

– А ничего! На курицу похоже, запить бы… – закончив жевать, выдал он.

– Ну, волшебник… Ну, ты даешь, – начал Марк, но не успел продолжить свою мысль.

Из открытой папки полезла всякая дрянь, пока довольно безобидная, но зато много. Странные вкусы имел создатель всего этого.

– Уже не до шуток, – мрачно проворчал Пуфф, брезгливо раздавив таракана, по форме и размерам походившего на сдобный пирожок.

– Ну, все. Кто в доме хозяин?! – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес Ян, вставая из кресла. Он брезгливо отбросил здоровую крысу, устроившуюся на его ноге. Поднял жезл, направил на папку, которая словно приклеилась к лапам демона. По жезлу пробежала зеленая искра.

– Не надо! – не своим голосом закричал тот.

– Надо, надо, – проворчал Пуфф, забравшийся на диван целиком, раздавив очередного таракана, – иначе скоро весь Замок заполниться этой пакостью.

Если бы сейчас в комнате находился некто другой, то он бы безошибочно определил, что до выхода гнева хозяина далеко и еще вполне можно ввернуть пару колкостей. Жаль только, местонахождения большого любителя шуток после сцены в тронном зале, возможным определить – не представлялось, присутствующим же стало не до шуток. Все это вылезшее богатство как-то незаметно произвело переход качества и разнообразия в количество. Оно незаметно преобразовалось в одну небезызвестную на земле породу, только эти представители оказались значительно крупнее. Весь пол устилала рыжая шевелящаяся масса. Пуфф уже не успевал давить тараканов, а лишь скидывал особенно нахальных с дивана.

– Ты, наконец, что-нибудь предпримешь? – взмолился он.

Ян не ответил, все его внимание было сосредоточено на папке. Внутренний взор человека, усиленный жезлом, сканировал папку – но ничего не находил, перенастраивался на другую поляризацию магического поля, снова искал. Он менял диапазон поля, опять сканировал, рыжая масса шла, словно из иного мира. Марк стоял среди шевелящегося ковра и тихо стонал, по его лапам из папки вылезали рыжие бестии. Они строились на груди в колонну по четыре насекомых, в ногу маршировали по трассе: грудь, живот, пол. Ян снова и снова пытался нащупать источник рыжей напасти. В какой-то момент он ощутил слабую пульсацию в такт с появлением очередного таракана и весь обратился в магический слух. В его памяти всплыли уроки, преподанные когда-то Локи. Разум человека увеличил избирательность почти до своего возможного предела (на данном этапе совершенствования), перед ним замелькали гримасы тонкого мира. Изображения переливались, меняли форму, предметы вокруг то преображались, демонстрируя свои разные сущности, то исчезали вовсе, лишь главный объект исследования неподвижно замер в центре этого дикого хоровода. Контурное изображение папки присутствовало всегда. В какое-то мгновение Яну показалось, будто на объекте, присосалось что-то еще. Тогда человек сосредоточился точнее. Комната расплылась окончательно, от нее остались лишь серые, жидкие тени, потускнела даже сама папка. В данной плоскости мира, столь тонкой, что уловить ее можно было лишь с большим трудом, лежало то самое нечто, и когда картина полностью стабилизировалась, Ян понял, с чем имеет дело. Перед ним находился, конечно, не фиксатор точки выхода из перехода, с которым он встретился в прошлом путешествии, но, тем не менее, весьма хитрый прибор. На краю папки разместился автоподстраивающийся синтезатор мелких пакостей, который при открытии папки выдавал случайный набор разных объектов. Потом устройство проверяло реакцию зрителей и перестраивалось в зависимости от оной. В данном случае прибор счел наиболее подходящим выдать полчища тараканов… Энергия к синтезатору поступала по едва видимой магической нити, которая терялась где-то в тумане. Видимо источником служила некая субстанция в недрах Замка, бороться прямо в лоб, с таким противником не имело смысла. Ян еще раз попытался вникнуть в суть прибора и, наконец, его восприятие интерпретировало некий цилиндрический объект, встроенный в ненавистный синтезатор у ввода энергии. На торце цилиндра имелся символ треугольника, вписанный в окружность, острие, которого словно указывало направление поступления энергии. Ян мысленно повернул символ, тот четко выполнил команду, изменив свое положение на девяносто градусов.

По комнате пронесся вздох облегчения. Тараканий источник иссяк. Из папки больше ничего не вылезало, хотя ровный слой рыжих бестий продолжал устилать пол. Марк переставил затекшие ноги, под ногами захрустело…

– Столько дряни, как убрать-то теперь? – произнес он.

– Как выпустил, так и убирай, – ворчливо заметил Пуфф, смахивая очередного таракана, попытавшегося забраться на диван.

Ян наблюдал эту сцену, все еще находясь в том тонком мире, где размещался генератор. Собственно говоря, наблюдал – это громко сказано, он видел лишь некие расплывчатые тени, которые отбрасывали в плоскость генератора присутствующие в комнате существа. Что же касается звуков, то их Ян, как ни странно, слышал без искажений… Впрочем, звуки ли это были? Может лишь отпечатки мыслей его спутников. Последнее высказывание Пуффа подтолкнуло человека к решению проблемы по заталкиванию всего произведенного полчища насекомых обратно в прибор. Он попытался развернуть символ треугольника, имевшийся на генераторе, еще на девяносто градусов. Изображение снова подчинилось, теперь вершина треугольной стрелки указывала на канал подвода энергии.

Рыжая армия на мгновение замерла, шевеля усами. Затихли даже самые активные, оставив попытки забраться на диван. Пауза длилась несколько секунд, прежде чем начался великий исход… Рыжие пирожки, толкаясь и шевеля усами, двинулись на демона. Марк тихо заскулил. Они взбирались по его туловищу, падали из-за тесноты и отсутствия порядка, снова взбирались прямо по телам своих собратьев. Шевелящаяся шуба покрыла всего Марка, поползла по предплечьям, стремясь к своей единственной цели, что скрывалась где-то за гранью доступного обычному зрению. По пути они съели содержимое яйца. Твари прыгали с лап демона, головы, бесследно исчезая внутри папки. Наконец поток иссяк, самый последний таракан скрылся за гранью реальности. Ян развернул символ, управлявший генератором пакостей в положение «выключено» и вернулся в комнату.

Марк осторожно попытался разжать левую лапу, это ему удалось. Демон осторожно переместился к столу, положил папку. Выглядел он бледно.

– Люди после такого чаще всего принимают что-нибудь спиртное внутрь, – заметил Ян.

В лапе демона появился граненый стакан, заполненный буро-зеленой жидкостью, от которой по комнате мгновенно распространился запах спирта, смешанный с запахом валерианы и еще каких-то трав. Марк опрокинул содержимое стакана в свою пасть, поставил пустой сосуд на стол.

– Самочувствие лучше? – участливо поинтересовался Пуфф, – Рыжий ковер не мерещиться?

Демона передернуло. Он брезгливо отряхнулся, словно выбравшийся из воды пес.

– Продолжим? – спросил Ян, обратившись к Марку.

– Без церемоний, – отозвался с дивана Пуфф.

– Ты-то продолжишь, а вот главный герой?

– Да, – после некоторой паузы выдавил из себя демон, – я не должен отступать от намеченного пути, к тому же если разгадка так близка…

– А вот в этом я сильно сомневаюсь, – донеслось с дивана. Интонация, с которой Пуфф это произнес, не была, как обычно, насмешливой.

– В чем это ты сомневаешься? – переспросил демон.

– Да в том, что мы так легко доберемся до разгадки, – пояснил котяра.

– Да уж, – согласился с ним Ян, – и я сомневаюсь, будто все тайны выложат на блюдечке с голубой каемочкой…

Он сел в кресло, протянув когтистые лапы, придвинул к себе папку. Перед ним оказалась ничем не примечательная папка для бумаг, на правой стороне, которой обычный рычажный скоросшиватель прижимал несколько листов бумаги. Один имел меньший размер, примерно десять на пятнадцать сантиметров. Все листы оказались совершенно чистыми. Ян озадаченно потер нос тыльной стороной лапы, поднял глаза на демона. Тот подошел к правому краю стола и озадаченно посмотрел на содержимое папки.

– Ну, вот, как же теперь действовать? – наконец произнес он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Поищем способ прочесть, – ответил Пуфф, соизволивший встать с дивана.

Он мягким, неслышным движением оказался около стола. Это удивительное существо, так неожиданно оказавшееся на пути Яна, все больше обретало плоть, чего нельзя было сказать о его памяти. Как и прежде, оставалось неясным, из какой плоскости мировой реальности выплыл этот сгусток тьмы, чем или кем котяра являлся на самом деле… Чего только стоила способность Пуффа перетекать сквозь пространство! Обычно он перемещался мягким кошачьим шагом, но стоило котяре забыться, как неизвестная природа брала верх. Видимо любопытство послужило достаточно веским обстоятельством для такого способа перемещения на этот раз. Круглая голова материализовалась прямо над папкой.

– Действительно ничего нет… Словно никогда не было, – произнес Пуфф, оторвавшись от листков.

– Не возможно, – возразил Марк, – я же видел тогда, очень давно, листки выглядели исписанными?!

– Может это не та папка? – заметил Ян.

– Та, я это чувствую, – снова возразил демон.

– Ну и как же отловить информацию?

– Пожалуй, отловить это хорошая идея. Я могу попробовать это сделать. Если на листы что-либо наносилось, то оно оставило след. Если присутствует отпечаток – он должен попасться в сети… – произнес Пуфф.

– Как часть рати того умалишенного из пирамиды? – уточнил Марк.

– Да.

Котяра повернул голову к Яну, внимательно посмотрев на него.

– Вы позволите мне это сделать? – спросил он.

– Конечно! – разрешил тот, убрав лапы от папки.

Пуфф придвинул папку, простер лапы над ней. Пушистые конечности стали терять насыщенность окраски, словно потускнели. Через пару секунд от лап остался мало заметный контур, похожий на облако табачного дыма. Котяра прикрыл глаза, облако медленно опустилось на листы. Окружающим казалось, что ничего не происходило, но это было не так. Прозрачное отображение лап медленно погружалось в листы, пройдя сквозь них на половину своей толщины, застыло, будто завязнув в поверхности стола. Прошло еще несколько секунд, внутри него проявились тусклые контуры странных рун. Пуфф напрягся, пытаясь усилить изображение, но контрастность не увеличилась. Он открыл глаза, убрал лапы. Изображение побледнело, в довершении ко всему в воздухе протянулась нить, очень походившая на жевательную резину, которая приклеилась к лапам. Пуфф печально вздохнул.

– Лучше не выходит!

– А если я отсеку связь? – спросил его Ян.

– Попробуй!

Ян поднял лапу, в ней тут же оказался жезл. Он сосредоточил свое внимание, сфокусировав энергию жезла на тонкую нить, тянувшуюся от папки к котяре. Воздух засветился на пути от жезла к энергетическому фокусу. Раздался резкий хлопок, потом удар, все стихло. Эффект превзошел все ожидания – на месте тусклых и блеклых символов ярко, четко выделялись незнакомые руны. Марк раздвинул листы веером – на них проступил какой-то текст. Листочек поменьше оказался изображением перекрестка. Картинка была черно-белая.

– Ай да молодцы! – восхитился Марк, переводя взгляд с Яна на Пуффа и обратно.

– Может оно конечно и так, только еще прочесть надо, – произнес Ян задумчиво, раздвинув когтем листы по поверхности стола, – мне по силам только надпись на этом снимке…

Он подтолкнул ближе к демону листок с изображением. На нем красовалось здание, от которого веяло разложением, несмотря на то, что этот дом недавно отремонтировали, правда, оставив около подъезда леса и кучи мусора. Ощущение заброшенности складывалось от общего фона, который окружал дом. Между мрачных, покосившихся зданий куда-то вглубь уходила мощеная улица с разнокалиберными и кривыми фонарями, то там, то тут лежали кучи бытового мусора. Особняк на переднем плане стоял на пересечении двух улиц, над его парадным входом (обращенным к зрителю) висела вывеска, гласившая на английском языке – «Торговля недвижимостью».

– Только какое это имеет отношение к делу? – подал голос котяра.

– Сейчас прочтем, – пояснил Марк, – мне знакомы эти руны.

Он взял первый лист, некоторое время смотрел на него и, наконец, пересказал смысл. Автор строк отметил, что необходимо приобрести виллу «Последний приют», причем называлась ориентировочная цена – сто монет. Попасть в нужное место можно, только став владельцем недвижимости, другого способа не упоминалось.

– Для чего? И где эта вилла находится? Всего сто монет? – удивился Пуфф.

– Давай проявим терпение, дочитаем, – ответил демон, беря следующий лист.

Из него следовало – приобрести виллу следует в некой конторе, отыскать которую необходимо по карте тадум. Еще раз уточнялась цена – сто монет отчеканенных в Странвалле… Дочитав до этого места, Марк тяжело вздохнул и схватился за голову.

– Все пропало, все пропало…

– Это почему? – хором спросили оба слушателя.

– Сумма так огромна, даже в общих чертах непонятно, как ее доставать…

– Прекрати расстраиваться раньше времени. Читай до конца, думать, где доставать эти монеты, будем потом, – прервал вздохи демона Ян.

Из дальнейшего текста следовало – нужно искать какую-то рукопись в библиотеке старой церкви. Больше ничего полезного в тексте не содержалось. Остальные несколько листов оказались чистыми, гадать о том, что могло быть на них написано, не имело смысла.

– Так, краткий итог, – произнес Ян, – Первое, придется отправляться в путешествие, но непонятно каким способом – искать сначала контору по торговле недвижимостью, затем рукопись. Второе, отправляться туда без этих самых монет – не имеет смысла. Следовательно, сначала нужно выяснить, как их достать. Кто из вас знает это?

– Лично я – нет, – ответил Пуфф.

Демон опустил голову, промолчав. Ян без труда понял – Марк что-то недоговаривает, и внимательно посмотрел на него.

– Личные тайны – дело хорошее, но, в конце-то концов, мы твою сестру искать собираемся, а не мою!

Демон молчал, продолжая изучать пол.

– Хорошо, попробуем выяснить сами, в чем тут дело.

Ян задумался. Для начала следовало понять что за место этот самый Странвалль. Видимо, ответ на этот вопрос можно было получить в книгохранилище, но отправляться туда ему не хотелось, так как прошлый визит прошел не очень удачно. С одной стороны человек чувствовал себя хозяином Замка, с другой ничего толком об этом места и его устройстве не знал. Он начинал раздражаться. Огромный указательный коготь нервно постукивал по столу. Марк продолжал молчать как рыба.

– Так, я хочу, наконец, узнать, где этот Странвалль! – угрожающе произнес хозяин и поднял коготь вверх, при этом он, видимо, продолжал думать о книгохранилище. Перед его внутренним взором пронеслись залы, в которых он побывал ранее, там никого не оказалось. Само по себе всплыло воспоминание о хранительнице: Ян тут же отметил, где еще ее видел в прошлый раз, и его восприятие отправилось туда. Когда внутренний взгляд хозяина достиг караульного помещения, то обнаружил там искомое. Правда, стоит отметить, что страже урок пошел впрок. Теперь она резалась в карты, не снимая боевой амуниции, булавы стояли, прислоненные к столу, и всегда были под рукой. Он неосознанно протянул конечность туда, поманил когтем…

Дежурство в караульном помещении шло по накатанной колее. Игроки достали новый стол и проводили время за карточной игрой. Их было трое. Два джина вполне человекообразного вида – толстые, ростом под три метра, в доспехах, переливавшихся голубоватыми искрами. Громадные булавы стояли рядом, еще какое-то оружие, вместе со шлемами лежало на столе. Третьим существом, принимавшим участие в игре, оказалась как раз хранительница рукописей.

– Ты думаешь, он не хозяин? – произнес один из охранников, обращаясь к хранительнице.

– Не знаю, я с того момента его не видела больше…

– Но если вспомнить, как он остановил твою булаву, тогда в тронном зале, – заметил другой джин.

– Да уж, до этого я подобных случаев не припомню, – согласился с ним первый джин.

– Вот только что-то никаких указаний не дает, – начала говорить хранительница рукописей и замолчала.

Оба джина вскочили, выкатили глаза поверх ее головы, замерли по стойке смирно. Хранительница обернулась и увидела то, чему салютовала охрана – непосредственно из стены высовывалась когтистая лапа, покрытая сине-зеленой чешуей. Указательный коготь смотрел прямо на нее. Помедлив с секунду, коготь поманил к себе. Джины облегченно вздохнули. Лапа исчезла в стене, оставив на месте своего появления прямоугольник туманного марева, равный по размерам дверному проему.

– Вот сейчас указания и получишь, – съязвил один из охранников.

– Если вернешься, расскажешь, – добавил второй.

Хранительница тяжело вздохнула, потом отправилась к открывшемуся проему, растворившись в нем.

– Мне казалось, – заметил первый охранник, – тут не было потайной двери?

– Мне тоже казалось. Ну что, продолжим без нее? – согласился первый, раздавая карты на двоих.

– Откуда это дует? – проворчал Пуфф и обернулся.

Марк обернулся вслед за ним. На месте входной двери клубился туман. Через мгновение из него вышло существо несколько необычного вида. Ян безошибочно узнал хранительницу рукописей. Она не сильно изменилась с момента их последней встречи, все также напоминала толстенную крысу, страдавшую отдышкой, лишь недоставало очков, правда через мгновение этот недостаток был восполнен – огромные очки непонятно как образовались на морде, глазки все так же бегали. Пышные телеса рельефно вырисовывались под обтягивающим белым халатом. В паучьих небольших лапках ничего не было. Существо довольно резво переместилось к столу, замерло, ожидая указаний. Демон с котярой ошарашенно смотрели на него.

– Жду ваших указаний, – произнесла хранительница, потупив взгляд.

– В прошлый раз ты вела себя значительно смелее… – язвительно заметил Ян.

Он направил жезл прямо в лицо, сильно походившее на крысиную морду. Существо посерело. Пуфф, видимо сообразил, к чему идет дело, слегка разрядил обстановку.

– Шторы подожжешь, – прошипел он.

– Не сожгу. Что-то вы все смирнеете перед должностью, силой… Впрочем, уже перекипело. Нужна справка, – произнес Ян.

– По какому вопросу? – чуть спокойнее произнесла прибывшая дама, почувствовав – бить не собираются.

– По Странваллю.

Хранительница задумалась, почесала нос. В ее лапках появилась толстая книга, раскрытая где-то на середине.

– Даю справку. Язык общения указан вами при регистрации великий QWERTY. На вашем языке можно кратко интерпретировать информацию из книги следующим образом, – пробормотала хранительница, подвинула очки ближе к концу своей крысиной морды, – и так: Странвалль, strand – прядь (берег, прибрежная полоса, – или мель, посадить на мель), valley – долина, но valve – клапан. Берег на краю перехода в любой мир, но отпирается переход с помощью монет (видимо скорее играет роль материал) что чеканятся из металла, добываемого в недрах склона долины из жилы, именуемой Прядью, так как она все время меняет место и цвет, словно волосы на ветру… Иногда прядь задевала переход, клапан открывается, так узнали об этом эффекте впервые. Данное событие происходит крайне редко. В этом удивительном месте образовалось некое сообщество воров, старателей, искателей приключений всех мастей и рас, – закончила хранительница.

– Ну и как туда попасть? – спросил Ян.

Челюсть канцелярской крысы отвисла… Ян протянул жезл, осторожно поднял отвисшую нижнюю челюсть, закрыв пасть хранительнице. Повисла тишина.

– На такой вопрос я не знаю ответа, но могу провести длительный поиск. Вот только…

– Что только? – перебил Ян.

– Далеко не вся информация для меня достижима и, как мне кажется, эта как раз недоступна…

– Да уж, может ты посоветуешь, куда еще обратиться? – желчно заметил человек.

– Это могу, – без всякой язвительности согласилась хранительница и посмотрела на Марка, – он знает, как туда попасть, уже был там однажды!

– Интересно, а ты не лжешь?

– Тебе?! Разве я похожа на самоубийцу? – удивилась хранительница.

– Так, – произнес Ян, – поворачиваясь к Марку, – выкладывай!

– Я могу идти? – перебила дама.

– А послушать не хочешь?

– Меньше знаешь, крепче спишь!

– Пожалуй, иди.

Дама, а может и не дама вовсе поправила очки, одернула халат на толстенных телесах и, грациозно переваливаясь, скрылась в дверном проеме, где, по-прежнему клубился туман. Ян вздохнул, мысленно захлопнул за ней дверь, на месте тумана восстановилась двустворчатая дверь. Он сел в кресло, подумал о необходимости усадить остальных. Диван, до этого момента мирно стоявший в углу кабинета, совершенно бесшумно переместился к столу, захватив в свои объятия Марка и Пуффа. От неожиданности обе жертвы взмахнули лапами, неуклюже упав на кожаные подушки.

– Присаживайтесь, поговорим, – с трудом сдержав улыбку, произнес Ян.

– Да, я действительно посетил Странвалль, – вздохнул Марк.

– Ну и рассказал бы нам как туда попасть. Прочие подробности твоего путешествия узнать не плохо бы…

– Как попасть-то рассказать можно, а вот про путешествие не очень хочется…

– Это почему ж?

– Понимаешь ли, Ян, я там украл монету у одного грабителя и с ее помощью достиг Замка, – пояснил демон.

– Да, некрасиво, – поддакнул Пуфф.

– Ну, чего уж теперь то раскаиваться, надо думать, как твою проблему решать дальше. Рассказывай, как достичь Странвалля.

– Тут возникает две проблемы: первая – добраться, вторая – наш внешний облик… – начал излагать демон.

– А обратно вернуться уже не проблема? – язвительно заметил котяра.

– Монеты помогут вернуться. Если мы их достанем, то сможем попасть куда угодно, по крайней мере, так утверждают легенды, – терпеливо пояснил Марк.

– Давай по порядку, будет ясно, как решить первую задачу – подумаем и о второй, – произнес Ян.

– Хорошо. Для открытия двери необходимо вызвать некую силу, я не точно знаю, что она собой представляет, но в уплату за жертву это создание приоткрывает дверь в мир, где располагается Странвалль. Для вызова силы необходимо провести ритуальный спектакль по определенному сценарию.

– Почему же такой способ перемещения не популярен? Зачем какие-то монеты, все прочее? – не понял Пуфф.

– Дело в том, что: первое – не все знают, как это сделать, второе – если говорить земными терминами, то эта сила капризна, своевольна, не постоянна… Попасть в нужное место с ее помощью очень не просто. В довершение всех сложностей, сделав такой вызов легко быть втянутым в какое-нибудь темное дело и потерять свое лицо…

– В смысле репутации? – переспросил Ян.

– Хуже. В смысле души. Твое «я» попадает в рабство, оно становиться вечным зомби. Если припомнить фольклор одного из народов Земли – то там можно найти мысль о том, будто бы если черту палец дашь, то он всю руку отсечет. Это именно тот случай.

– Но у нас иных вариантов нет, по крайней мере, нам неизвестно никакого иного способа отправиться в эту самую долину, следовательно, придется рискнуть. А собственно что для этого нужно?

– Кое-какие ингредиенты, – задумался на мгновение демон, – вполне могут в моей комнате найтись. Они должны сохраниться от моего прошлого эксперимента. Рюкзачок, который я уронил на дороге к воротам Замка (когда бегал от стражи), потом оказался в моей комнате. Скорее всего, он там лежит в неприкосновенности. Вот только одно «но»…

– Какое же «но»? – уточнил Ян.

– Понимаете ли, нужна жертва и звезда. Второе есть в прихожей Замка, то есть рисовать – не придется, а вот первое где взять?

– Я буду ей! – очень серьезно, неожиданно предложил Пуфф.

– Что!? – не понял Марк.

– Я уже похож на большего кота, его принесите в жертву! Это вряд ли окажет мне вред, да и как никак за мной долг, – пояснил котяра.

– Не нравиться мне эта затея, – нахмурился Марк.

– У тебя есть иные предложения? – осведомился Пуфф.

– Хорошо, допустим, эту задачку мы решили, остается вторая, – неохотно согласился демон, – наш внешний вид.

– Чем же плох наш вид? – спросил Ян.

– Дело в том… Меня там могут узнать, а тебя попытаются съесть. Публика там очень странная.

– Переоденемся!

– Ну, не тот случай! Это не поможет, остается только положиться на удачу. Может местных жителей не встретим…

– На удачу надейся… Есть у меня одна идея, – возразил Ян, – не знаю, насколько понравится, но не узнают нас – это точно, – мрачно закончил он.

Ян вовремя вспомнил о флягах, лежавших в сумке за спиной. Лапа машинально скользнула внутрь и нащупала обе. Мир, из которого он принес эти растворы, остался где-то далеко позади, неизвестно, существовал ли он вообще? Теперь пришло время проверить действие растворов на себе…

– Выбор у нас не особенно велик, проверим твою идею, – прервал его размышления демон.

– Лучше только не здесь. Я думаю, в таком виде нам по Замку лучше не ходить!

– Как знаешь, – согласился Марк.

– Так мы отправляемся к месту ритуала или нет? – не выдержал Пуфф.

– Конечно. Через библиотеку. Оттуда я зайду в свою комнату, возьму необходимые для ритуала компоненты, – успокоил его демон.

Мы покинули кабинет через дверь, забрав папку с собой, спустились на седьмой этаж, прошли в библиотеку. Помещение сразу же осветилось.

– Один момент, – произнес Марк, ступив на треугольник на полу.

Контур фигуры вспыхнул, словно неоновая буква в витрине, раздвоился и повернулся один относительно другого на шестьдесят градусов. Демон вместе со свечением исчез.

– О, дает, – восхищенно вздохнул Пуфф.

– Интересно, сколько мы будем тут ждать… – проворчал Ян, обращаясь, сам к себе…

– Вот и я, – прервал его Марк.

У него на спине висел увесистый мешок, заполненный на половину.

– Ты уверен, что все необходимое сохранилось? Столько лет прошло, – усомнился Ян.

– Сейчас проверим, – ответил демон, открыв мешок.

Около минуты оттуда доносилось невнятное бормотание. Демон шевелил содержимое, перекладывал предметы, снова шевелил. Наконец голова Марка снова предстала перед зрителями.

– Кое-какие ингредиенты надо будет растолочь, другое – заменить, но это решим на месте, – сказал он.

– Но как же мы туда попадем? Я знаю дорогу только через подземелье, – вздохнул Ян, – причем только в одну сторону.

– А лифт для кого? – в свою очередь удивился Марк.

– Ты о зеленом подъемнике?

– Да нет. За мной, – бодро произнес демон и отправился к треугольнику, изображенному на полу.

Как только он ступил на изображение, картина повторилась, с той разницей, что после исчезновения Марка звезда не потухла. Следом за ним, неуверенной походкой направился Пуфф и так же исчез. После котяры библиотеку покинул Ян. В комнате больше никого не осталось, освещение погасло.

Когда Ян сделал следующий шаг и оказался в прихожей, демон с Пуффом уже были там.

– Приготовимся к ритуалу или сначала замаскируемся? – спросил Марк.

– Ну, давай сначала проверим, все ли имеется, так как в новом виде, если все получится мы, вряд ли выйдем из прихожей, – предложил Ян.

– Хорошо, – согласился Марк.

Он стал доставать из мешка различные предметы. В центре звезды демон поставил плошку, налил в нее воду. Затем он соорудил над сосудом из трех засохших прутиков подобие шалаша.

– Что это за ветки? – заинтересовался Пуфф.

– Верба, орех, груша. По поверьям привлекают при определенных условиях некоторые силы – пояснил демон.

Марк снова поискал в мешке, извлек связку довольно грубых железных кинжалов с трехгранными лезвиями. Ручка каждого из них завершалась креплением для свечи. После кинжалов из мешка появилась связка свечей. Демон обошел контур звезды, вставив в углубление у каждой вершины по клинку, украсив ручку каждого свечой. Ян и Пуфф наблюдали за действом с явным скептицизмом.

– Ну, как готово? – спросил котяра.

– Не совсем.

Демон сел на пол, выложил узелочки, скляночки.

– Так: имеется мак, полынь и крапива, неплохо сохранился рыжий камень… – бормотал он, – эх, потолочь бы…

– Дай, потолку, – предложил Ян.

– Как?! – удивился демон, но рыжий кусок протянул.

Ян взял предложенный предмет и осмотрел, он оказался просто ржавым насквозь куском железа. Лапы сами приняли решение, измяв его между ладоней, на подставленный кусок ткани посыпалась рыжая пыль.

– Отлично.

Марк смешал приготовленные им ингредиенты, добавил нечто из черного пузырька, перемешал состав еще раз. Демон встал, осторожно взял ткань и прошел вдоль контура звезды, слегка посыпая линию.

– Все готово. Да, я чуть не забыл! – спохватился он.

– Кого? Дохлых мышей? – участливо спросил Ян.

– Кубок!

Из мешка была извлечена позолоченная чаша, объемом около двух литров и ритуальный нож.

– Это зачем? – удивился Ян.

– Для крови. Ты не передумал? – обратился демон к котище.

– Нет, не передумал – ответил тот.

– Стоп, а кровь то у тебя есть?

– Могу и кровь изобразить, если необходимо, – гордо ответил Пуфф.

– Что ж, теперь я все приготовил. Дело за маскировкой.

– Попробуем рискнуть преобразиться, – вздохнул Ян.

Он достал из сумки флягу, внимательно посмотрел на нее, встряхнул, отвернул пробку.

– Оно, прошу, – сказал он и, отпив, протянул Марку.

– Сколько?

– Глоток, я думаю, достаточно.

Демон последовал совету. Ян закрыл и убрал флягу. Ничего не изменилось.

– Оно не испортилось? – спросил Пуфф.

Никто ответить ему не успел. Первым изменение видимо почуствовал Замок. Прихожая неожиданно преобразилась. Исчезли все двери, пропал выступ входа, зал стал совершенно круглым, с гладкими стенами. Они по-прежнему уходили на недосягаемую высоту. Ян и Марк переглянулись. Теперь прихожая очень походила на камеру для экспериментов.

Наконец, процесс преобразования ощутили и испытуемые. Их тела набухли, одежда натянулась, приготовившись лопнуть. По телам побежали белые искорки, покрыв тело переливающейся, искрящейся оболочкой. Материал тел все больше походил на студень, колыхался, выдавливался через рукава, прочие отверстия костюмов, при этом подопытным удалось устоять на ногах. Марк и Ян все больше походили друг на друга, их рост увеличился, стал больше размах плеч. Первыми не выдержали куртки, с них отлетели все пуговицы. Ян ощущал себя в некой колышущейся субстанции, которая является частью его организма, но неподвластна. В то же время он продолжал все хорошо видеть и понимать. В процессе осознания перевоплощения пришло понимание неудобства, ему мешала куртка! Стоило возникнуть этой мысли, нитки, скреплявшие детали куртки, растворились в новом теле, она распалась. А вот о брюках Ян подумать не успел. Они лопнули с громким треском.

Пуфф с ужасом взиравший на это действо – попятился, и затравленно озираясь по сторонам, высматривал путь к бегству.

Вслед за Яном эту стадию прошел демон. Его одежду постигла такая же участь, она распалась.

Пришла очередь ног. Кроссовки явно не были рассчитаны на столь большое внутреннее давление. Они разлетелись с громким хлопком, предъявив свету мощную пародию на человеческую ногу. Нога имела широкую ступню, длинные пальцы с когтями вместо ногтей.

Продолжавшие колыхаться и светиться, два монстра подросли, налились еще немного, стабилизировали свою форму, приобрели пепельный оттенок. Светящаяся оболочка, как впрочем, искорки, исчезли. На этом месте этап превращения завершился.

Пуфф замер, перестав пятиться, так как любопытство перевесило желание обратиться в бегство.

Ян взглянул на передние конечности, осмотрел их. Лапы выглядели вполне пристойно (по отношению ко всему остальному, например, к бицепсам, имевшим обхват около девяноста сантиметров). К его великой радости кулаки покрывала зеленая чешуя, с пепельным отливом. Даже неизменный перстень остался на своем месте. Когда же свежеиспеченный тролль попробовал выпустить когти, те мгновенно приняли боевое положение, со свистом увеличившись до пятнадцати сантиметров. Ян рубанул воздух, рука обладала непропорциональной подвижностью, он удовлетворенно осмотрел когти и гадко оскалить зубы.

– Писаный красавец, херувим, – отметил почти полный его двойник.

Напротив стоял крупный тролль, как две капли воды походивший на Яна. Два маленьких, глубоко посаженных глаза, разделял жирный, чуть приплюснутый нос. Под ним разместился рот с толстыми губами, украшенный четырьмя клыками. Совершенно лысую голову завершали здоровущие уши, выглядывающие по обе стороны. Для полноты картины следует добавить – уши покрывала густая, жестким ежиком шерсть, более мягкая разрослась на груди и ногах.

– На себя посмотри, Аполлон! – парировал Ян.

– Кто такой Аполлон? – влез Пуфф, окончательно поверивший, что перед ним те же существа.

– Идеал мужской красоты в мире Земли, – пояснил Марк.

– Что значит мужской? – не отставал котище.

– Слушай, милый друг, о физиологии людей поговорим потом, – огрызнулся Ян.

Он попробовал сделать шаг, затем еще один, остановился, присел, потом неожиданно прыгнул через Марка, перелетев через него на высоте, превысившей три роста. Приземление прыгуна прошло, правда, довольно шумно, но успешно. У Пуффа и Марка открылись рты.

– Ну и как оно? – наконец выдавил бывший демон, а ныне тролль.

– Вот так! – ответил Ян и показал большой палец.

– А точнее? – не отставал Марк.

– Сила. Ощущение, будто едешь в танке и сам им являешься одновременно.

– Ну а прыжок?

– Думаю можно дальше, здоровья хватит.

– Что такое танк? – снова заинтересовался котище.

– Военная машина из толстенного железа, весьма мощная и подвижная. Она предназначена для убийства людей, – объяснил Марк.

– Кем?

– Людьми!

– Сами себя?! Не понимаю, зачем?

– Поводы можно перечислять долго…

– Это все интересно, толковый ты наш словарь. Но на мне ничего не осталось, кроме пояса с жезлом и сумки, – проворчал Ян.

– Попробуем.

Бывший демон принялся плести заклинание. Его лапы творили что-то. Через минуту он удовлетворенно крякнул. На обоих троллях образовались кожаные куртки, такие же брюки.

– И эти способности остались, – довольным голосом заключил Марк.

– Вполне, – согласился с ним Ян, осмотрев себя.

– Теперь обувь…

– Мне кажется, в ней нет нужды, – заметил Ян.

Он подошел к вставленному в углубление кинжалу, вынул его и чиркнул по своей подошве острием. Лезвие высекло сноп искр, не оставив на подошве никакого следа.

– Так неприлично!

Марк повторил ранее проделанное заклятие и ноги обоих троллей оказались обуты в огромные, из толстой кожи, подкованные сапоги с отворотами.

– Неизвестно, что крепче, – пожал плечами Ян, предварительно ковырнув подошву.

– Ноги нужно беречь, свои как никак. Поставь клинок на место.

Они осмотрели друг друга, потом вокруг троллей обошел Пуфф. Котище потрогал лапой одного, потом другого, долго изучал.

– Ну, не определить, кто скрывается, не видел бы сам – ни за что бы не поверил. Отлично, – наконец, он вынес вердикт.

– Теперь уж точно все готово, – подвел черту Марк.

Тролли и Пуфф перешли к основанию звезды. Марк простер лапу к расставленным предметам, в ответ свечи вспыхнули, контур линий, изображающий звезду, начал слабо тлеть. Бывший демон принялся декламировать…

– Набор слов, причем тут леший? – возмутился Ян.

– Не перебивай. Леший нужен для того, что бы приоткрыть переход через тонкие миры. Другие духи укажут направление на Странвалль, как ни как там они правят бал… Больше не мешайте! – ответил Марк.

Он начал декламировать сначала.

Появился испуганно озирающийся леший. На нем были надеты соломенная шляпа и кафтан. В руке он сжимал суковатую палку, кистей рук, скрытых длинными широкими рукавами, разглядеть не удавалось. Наконец, он увидел троллей стоявших у основания звезды, заметался по всем лучам. Марк протянул руку к пентаграмме…

– Пришел! Явился сам? Ты в центре встанешь, там, – приказал он лешему.

Тот замер на мгновение и засеменил к плошке с водой, застыв около нее.

– Кто такой этот Рах, – шепнул Яну на ухо Пуфф, – что его так боятся?

– Я читал о нем на Земле. Кажется у древних славянских племен, так назывался дух огненного вихря или чего-то похожего на это, – тихо ответил ему Ян.

Демон сердито посмотрел на говоривших зрителей и погрозил кулаком. Они замолчали. Марк простер обе руки к звезде, продолжил…

Ян чуть не захохотал, но смех застрял у него в горле, когда он увидел последовавшее за заклинанием действо. Первым явилось нечто с огромными, совершенно безумными глазами. Его тщедушное неопределенное тело все время меняло форму, костлявые руки нервно что-то теребили. Сквозь туловище духа хорошо просматривалась стена напротив.

Второй прибывший имел змеиное тело, четыре коротких, кривых лапки и пасть усеянную зубами, загнутыми внутрь. Место над пастью занимали сощуренные глазки. Если его тело имело вполне определенную форму, морда никак не могла остановиться на чем-то определенном. Глазки заметили Марка, тут же метнулись к нему, оставив остальную часть тела позади. Но как только дух достиг луча звезды – его тело размазалось, встретив невидимую преграду. Тварь отчаянно заверещала, восстановила форму и продолжила попытки добраться до жертвы.

Вслед за ним прибыл третий дух. Этот предстал в образе рыцаря с копьем. Как только он увидел лешего, то незамедлительно метнул свое копье в лесовика. Копье достигло разделявшей их линии, но не смогло ее пересечь, оно сложилось в аляповатую кляксу, стекло на пол. Леший продемонстрировал синий язык. В ответ дух опустил забрало и сломя голову бросился вперед. Его напор остановила все та же невидимая стена, крепко встряхнув, словно ударив электрическим током, однако это совершенно не охладило пыл героя. Рыцарь снова и снова бросался на стену, словно пробить ее было делом всей его жизни, лишь появление соседа прервало бесполезный штурм.

Мелкий господин с лживыми глазками – бусинками, одетый в аккуратненький костюм поманил рыцаря, указав ему в противоположную сторону. Рыцарь незамедлительно воспользовался советом и бросился бежать в новом направлении. У окончания луча звезды он застрял, корчась в муках. Мелкий тип распался, превратившись в бестелесное существо трупного вида в рубище, сохранив от прежнего образа лишь глаза. Тип заливисто захохотал.

Его веселье остановил тщедушный дух, замкнувший эту галерею образов. Полупрозрачный старец с козлиной бородкой направился к линии, за которой находился леший, и остановился в нерешительности. Ложь попыталась повторить свою забаву. Старик кивнул, быстро двинулся к острию луча, но не дошел нескольких шагов, остановился, потеребил бороду, подумал и направился обратно. После того как это повторилось три раза – ложь забилась в истерике (терпением она не отличалась).

– Теперь все подготовлено, – подвел итог Марк, – Пуфф, дело за тобой.

Котище взял кубок, ритуальный нож и подошел к основанию звезды. Ян встал рядом с ним.

Последние мгновения в Замке он помнил нечетко. С момента, когда этот странно одетый человек с зелеными лапами, украшенными огромными страшными когтями, заговорил с ним, прошел лишь миг. Может быть, это только показалось в сравнении со столетиями в галерее. Сначала магу казалось, что он сойдет с ума, но став фигурой в непонятной ему большой игре не так просто было из нее выйти. Гедеон отлично помнил тот разговор. Гость спросил: «Во время совершения своего обряда ты искал путь к могуществу?» Странно прозвучал ответ: «Ты стоишь и охраняешь его!» Колдун оказался пешкой на огромном поле битвы за обладание каким-то титулом. Теперь маг понял, как самонадеян и не осторожен он был, знание его – лишь песчинка в огромном карьере, сила – детский совок в сравнении с горной лавиной. Видимо, удивительный гость обладал всеми данными и достиг цели. После его ухода мимо потекла река оживших существ, маг ощутил свободу. Он не собирался штурмовать мифическую цель, а лишь думал, как выбраться из галереи, но проблема решилась сама собой. Подул ледяной ветер, подняв его вместе с остальными героями…

Очнулся Гедеон на холме с редким лиственным лесом, у развалин древнего сооружения. Он поднялся, перед ним лежала гранитная плита… С удивлением маг прочел:

Ужасное предчувствие шевельнулось в глубине души. Сентралль, так звали менестреля, приходившего в его дом… Но буквы уже частью стерлись. Он дома, но, сколько веков прошло? Гедеон упал на плиту, потеряв сознание.

Очнулся он оттого, что кто-то тряс его за плечо. Запах скошенной травы, осеннего леса такой знакомый, но в то же время приобретший новый вкус, окончательно вернул мага в сознание.

– Вы живы? Вам плохо?

Язык, конечно, изменился, но не драматически, маг сносно понимал крестьянина, и открыл глаза. Одежда изменилась сильно.

– Слава богу, – облегченно произнес тот, – не убеги с фермы телка, плохо бы вам пришлось. Как вы?

Пострадавший показал на сердце.

– Немного болит… – он произнес одними губами, надеясь, что другое произношение спишут на боль.

Крестьянин сел на край плиты, отстегнул от пояса прямоугольную коробочку в кожаном чехле, вытянул тонкий штырь, поднес к губам.

– Алло, Джек это ты? Приедь за мной, тут человеку плохо.

– Хорошо, а корову нашел? – ответили из коробочки.

Маг решил ничему не удивляться и привыкать.

– Нет. Это телка, без ошейника. Пеленг не взять.

Гедеон припомнил простой заговор, и отчетливо ощутил – сбежавшая корова недалеко. Бессовестное животное, полакомившись грибами, отдыхало немного впереди по проселочной дороге. Он коснулся руки спасителя.

– Она там.

– Лежите, не волнуйтесь.

Крестьянин пожал плечами, но убрав переговорное устройство, пошел в указанном направлении. Через пять минут он вернулся, ведя молодую телку.

– Спасибо. Она в кустах устроилась, никогда бы не найти.

– Алло, – снова обратился к коробочке крестьянин.

– Уже еду.

– Нашел!

– Отлично.

На дороге показалась повозка без лошадей, сверкающая глянцем и блеском полированной стали. Сходство с каретой все же имелось – колес оказалось четыре. Машина подъехала, открылась дверь, выпустив молодого парня в желтом комбинезоне.

– Это Джек, а меня зовут Вильям.

– Гедеон, – губами произнес маг.

Джек открыл вторую дверь.

– Как нам его погрузить?

– Помогите встать, – произнес пострадавший.

Парни с двух сторон взяли мага под руки, с их помощью он достаточно легко оказался на втором сиденье транспортного средства. Из сумки с красным крестом извлекли какие-то пилюли, приняв которые, он почуствовал, как боль отступает. Теперь его очень занимало, как будут транспортировать телку?

Джек подошел к борту, повернул рычажок, задняя стенка кузова опустилась на землю. Телка встала на подъемник, совершенно не испугавшись, и через пол минуты оказалась в кузове.

– Отлично, – резюмировал Джим, садясь на место водителя, – как тебе удалось отыскать беглянку?

– Гедеон помог.

– Просто волшебник, – одобрительно произнес Джек.

Под ногами еле слышно что-то зашумело, грузовик плавно поехал. Тут маг неожиданно понял, знакомое слово практически утратило прежний смысл. Мир явно отличался от сохранившегося воспоминания, из которого он ушел в свое вынужденное изгнание.

– Уж, не потомок ли вы того, чье имя выбито на плите? – спросил шуткой Вильям.

Маг кивнул. Видимо объяснение следует отложить.

– У нас говорят – место плохое, выдумки всякие рассказывают. Про клад рассказывают. Когда дом разрушен, не помнит уже никто, а легенда живет…

– Может и не легенда вовсе, – возразил Джек.

– Нет там ничего, искали уже все. Я, когда молодым был, тоже искал.

– Ну и как? – спросил Гедеон.

– Ничего…

– Сходим? – предложил пострадавший.

– Вы поправляйтесь, развалины столько веков стояли, еще немного подождут. Мы вас в гостинице поместим, фельдшер посмотрит…

– А как у вас поступают с кладами?

– Обычно сдают в банк. Небольшой процент забирает государство, остальное – нашедший сокровище. Но обычно предметы клада не представляют интереса для непосредственного использования, так как золотую монету не примут в магазине. Счастливец берет стоимость своей доли деньгами…

– Понятно.

– Вы приехали из дальних мест?

– Очень… Решил сам осмотреть местность.

Грузовик въехал на небольшую площадь. Несколько домов, большой корпус фермы, гостиница, она же контора и техническая служба.

– Как вы?

– Значительно легче.

– Тогда мы беглянку выгрузим?

– Конечно.

За коваными воротами, высокой оградой размещался обычный дом в замковом стиле. От решетки через старый парк вела прямая, как струна, дорога. Это поместье выделялось в округе, пожалуй только тем, что его владельцев никто не видел, а дом, казалось, был всегда. Сменяли друг друга дни, года, поколения… Парк старел, обновлялся, дом оставался неизменным, словно только вчера ушел последний рабочий, вымыв ступени парадного входа. По ночам здание освещали лампы подсветки, цепочки фонарей зажигались вдоль дороги, но ни одна живая душа не помнила, что бы по дороге прошел кто-нибудь кроме угрюмого человека, следившего за хозяйством. Как он справлялся с таким огромным парком, содержал здание? Постепенно этот вопрос перестал мучить соседей.

В тот день случилось невероятное событие. Ворота особняка распахнулись, по аллее проехали сразу четыре автомобиля с затемненными стеклами. Но так как это происшествие относилось к разряду невероятных событий – соседи не обратили никакого внимания…

Под кронами деревьев царил мрак, и лишь только поляна скрылась из виду, Ян понял, что для тролля темнота – не помеха. Более того, новое тело обладало носом с острейшим обонянием…

– Словно карта запахов, – восхищенно произнес Ян, принюхиваясь.

– Ты тоже различаешь? – обрадовался Марк.

– Да, целый мир! Словно открылись дополнительные глаза.

– Еще бы суметь их прикрывать, – мрачно вздохнул Марк.

– Да уж, – фыркнул Ян, повернувшись к ноше на плече.

– Можно задохнуться… Уже голова болит!

– Но они как-то жили! Насколько мне кажется, особенно чистоплотными их назвать нельзя…

– Постой, стало легче!

– Видимо обоняние адаптируется, меняя порог чувствительности…

– Ну, тогда выживем, только бы до города добраться.

Никакой тропинки, даже намека на нее, среди корней вековых дубов не прослеживалось. Марк повел носом, задумался на несколько секунд и указал рукой.

– Туда.

Ян принюхался, но ничего кроме своей добычи не почуствовал, пожал плечами и отправился следом, стараясь не терять из виду спину поводыря. Ноша на плече пребывала в бессознательном состоянии, поэтому совершенно не мешала при ходьбе. Минут через десять мох перешел в высокую жесткую траву, и путники ступили на дорогу…

Видимо, неведомый ювелир в момент помутнения ума собрал эти голубые камни почти метрового диаметра, отполировал до зеркального блеска, придал им форму шестигранников, обработал фаски. Потом уложил по шесть штук в ряд, словно пчелиные соты. Довершали картину причудливые клочья тумана, плывшие над дорогой по своим, только им ведомым делам.

– Куда теперь?

– Налево!

– Почему!?

– Там город.

Некоторое время шли молча. Уже давно должна была настать ночь, но вместо нее, на место вечерних сумерек заступила голубая мгла. Все вокруг дороги окрасилось в оттенки синего цвета и слабо флюоресцировало. Небо заменило васильковое марево, поглотившее кроны деревьев…

Ян протянул лапу, осторожно придерживая Марка. Тот замедлил шаг, втянул носом воздух.

– Проклятие, вылез… – одними губами прошептал демон.

– Кто?

– Не чуешь!?

– Точнее не узнаю.

– Упырь. Ну, невезение… Сейчас все соки вытянет!

Воздух впереди них ожил, словно над раскаленным песком. Ян скорее догадался, чем почуствовал, что сейчас их должен сковать могильный холод. Он представил себе, как тело покрывается холодным потом… Путешественники остановились в нерешительности.

– Уже не проскочить, что же делать… Одно прикосновение…

Он действительно пришел, посланец иного мира. Седой саван из синих клочьев светящегося тумана свисал с тощих плеч призрака лишенного головы. Ян потер глаза, но пришелец не исчез. На месте, где у людей находиться шея, набух нарост, раздулся и выбросил подобие бледной поганки. Голова наклонилась, прорезались глазницы, черные и пустые. Запахло смертью. Путники отступили.

Пришелец поднял руки, навис над троллями, свисавшие тряпки придали ему сходство с хищной птицей. К великому удивлению демона упырь игнорировал его и вцепился костлявыми, кривыми пальцами в ношу Яна. Из груди хищник выдвинул тонкий хоботок и присосался к Горо, который, на свою беду успел прийти в сознание. Дикий вопль, наполненный животным ужасом, заставил троллей зажать уши, но не вызвал у упыря никакой реакции. После секундного замешательства, Ян с глухим рыком «мое» вцепился в горло хищнику. К великому удивлению Марка тварь отчаянно забилась, а с его партнером ничего не случилось.

– Моя добыча, сам потом съем, – приговаривал Ян, не переставая молотить огромным кулаком по голове упыря. Глазницы хищника покраснели, полетели искры.

– Сам ешь, только отпусти, – наконец простонала жертва.

– Свободен, живи как жил, – фыркнул тролль и ослабил хватку.

Упырь воспользовался моментом и, сверкнув красными глазницами, ускользнул во тьму.

– Ну, ну, ты даешь, – охнул Марк.

Ян прислонил палец к губам.

– Перед городом съем, – пояснил он.

– И мне не дашь? – ворчливо спросил демон.

– У тебя свой есть, – нахмурился Ян.

– Значит жалко?

– Твоя добыча больше. Хорошо, можешь откусить немного…

Кто-то поперхнулся и закашлялся. Тролли переглянулись. Под ногами закружились голубые листья, неизвестный зритель вздохнул, на миг потемнело и все стихло. До опушки леса герои дошли без приключений. Только вот по пути путешественникам казалось, что дубы перешептываются меж собой… Они действительно обсуждали странных существ, ступивших под кроны древней дубравы.

Деревья расступились, тролли замерли от неожиданности. Пологие складки громадной ткани, расшитой удивительным серебряным узором расстилались до самого горизонта, смыкаясь со звездным небом. Перед путниками лежала «зачарованная» равнина. Лента дороги, обрамленная темной водой, делила ее надвое. Где-то впереди, у самой развилки, словно лезвие странного клинка, возвышался черный обелиск, а еще дальше, правее стелы, светился город.

– Странвалль, – выдохнул Марк.

– Только топать до него и топать…

– Может и не придется, – пошутил демон мрачно.

– Почему?!

– Нехорошее место.

Странный это был луг, да и не луг вовсе… Несметное количество цветов, сильно напоминавших гвоздики, но как бы из стекла всех оттенков синего и фиолетового, росли в бирюзовой траве. Бестелесные существа кружились над цветочным ковром и звали к себе. Мир голубой луны жил по своим, ему только ведомым законам.

Лишь только тролли прошли по дороге несколько метров, путь преградил некто.

– Сестра, – сказал демон и потянулся к нему.

– Странный я приняла вид! – фыркнула женщина.

Не обратив на Марка ни малейшего внимания, она направилась к Яну, явно прицеливаясь к его ноше. Он отступил, злобно скалясь и приготовившись к драке.

– Как будто сговорились. Сказал же – сам съем.

Женщина остановилась в нерешительности.

– Ян, подожди, мы же инкогнито! Все испортишь! – взмолился Марк.

– Так что теперь, целоваться с ней? – возмутился Ян, опуская Горо на плиты.

– Ну, если достанешь…

– Сестра чья? Ты ее и целуй!

«Дама», при всем внешнем сходстве с сестрой демона, была вдвое выше, при ближайшем рассмотрении скорее напоминало восковую фигуру, чем живое существо.

– Лучше скормим твой завтрак, – обиделся Марк, толкнув ногой тело Горо.

Разбойник застонал, перевернулся.

– Не надо, только не отдавайте ему…

– Может ты знаешь, как пройти мимо нее? – осведомился Демон.

– По легенде, если достать цветов, бросить их в стража – он отступит и пропустит.

– Так просто, бросить цветов?! – удивился Ян.

– Да. Только никто еще не возвращался с «зачарованной равнины»… Там смерть или перерождение, не знаю точнее, – разбойник снова потерял сознание.

Ян потянулся к поясу.

– Но оно же дама?!

– Нашел даму! Тоже мне джентльмен. В зеркало давно смотрелся? – ворчал Ян.

Существо явно было озадачено происходящим на дороге. Восковое лицо стало терять форму, оплывать словно свеча.

– Моя внешность к делу не относиться!

– Может за цветочками сходишь?

– Мне нельзя. Боюсь воды.

– Делать нечего, похоже, купаться мне, – проворчал Ян.

Он снял сапоги, потрогал ногой воду, сердито отметил – «холодная» и вошел в протоку, не переставая ворчать. По поверхности стоячей воды, доходившей троллю до пояса, побежали круги. Навстречу герою из зарослей цветов высунулась гнусная морда. Стража дороги от удивления даже перестал таять. Тем временем тролль ловко поймал голову и вопреки ожиданиям, та не ускользнула, а отчаянно забилась.

– Позволите цветочков собрать? – осведомился тролль у добычи.

От такой бесцеремонности голова перестала вырываться, удивленно посмотрела на гостя. Видимо подобное в ее практике случилось впервые.

– И откуда ты такой на меня нашелся, – проблеяла голова.

– Из разорванного кольца!

– Понятно…

– Так как насчет моей просьбы?

– Отказать просителю – невозможно, желание нужно исполнить.

– Ну и прекрасно, теперь иди, – удовлетворенно промурлыкал тролль, разжав лапы.

Голова не стала ждать повторного приглашения. На месте ее исчезновения заросли расступились, вытолкнув охапку странных, очень похожих на голубые гвоздики, словно стеклянных, растений. Ян поймал охапку и, продолжая ворчать по поводу холодной воды, выбрался на дорогу.

– Прошу, мадам или как Вас там… – сказал он, протягивая букет «леди».

– Ты отдаешь мне их в руки?! – подал голос страж дороги.

– Ага.

Лишь цветы коснулись рук восковой фигуры, по ней побежали трещины, точно это была скорлупа. Оболочка рассыпалась. Перед троллями предстал юноша. Он имел красивые аристократичные черты, огромные, миндалевидные глаза и тонкие губы. Тело скрывал свободный плащ. Отнести стража к человеческой расе – мешали синий цвет лица и пейзаж, что вполне отчетливо просматривался сквозь него.

– Свободен! – крикнул на всю округу дух, взвился в звездное небо и, сделав замысловатую петлю, опустился на дорогу.

Он преклонил колено, потом подлетел к троллям и обнял обоих.

– Ух, вы мои милые крокодильчики! Как я рад! Какие вы молодцы, хотя красавцами вас не назовешь…

– Вот, а ты морду бить хотел, – назидательно произнес Марк, – услышали почти комплимент.

– Какой? Крокодильчики?

– Ян, почему ты все ворчишь?!

– Если умный такой, то в следующий раз полезешь сам…

– Это вам, в компенсацию за купание. Не думаю, что оно вам повредило, – прервал их юноша и протянул Яну три цветка.

– Для чего они нам?!

– Вы же идете в город. Посетите трактир на Зеленой улице и отдадите хозяину. Этот трактир одно из лучших заведений в городе. Про букет скажите – пусть повесит над камином.

– А, от кого подарок? – осведомился демон.

– Скажите:

– Догадается?

– Не сомневаюсь он ту ночь хорошо помнит.

– Какую ночь?

– Ночь моего рождения! Да вам это все не нужно… А если проблемы по дороге через это болото будут – скажите: «Именем стража…»

– Заклинание? – удивился Марк.

– Скорее ритуал. До свидания. Будете у нас на «зачарованной пустоши» – милости просим! Да, если закрыто будет – постучите с переулка, попросите Кнопса, – произнес юноша и исчез.

– Пока, – ответил Ян, пряча цветы в свою сумку.

– Ничего не понимаю… – пожал плечами Марк.

– Очнулся, слушает, оказывается! – прервал его Ян.

– Смотри у меня, – глаза демона стали узкими, внутри вспыхнул красный огонь, – поганец, кому расскажешь, найду и душу выну, даже если он тебя успеет съесть!

Пленник потерял сознание в очередной раз.

– Именем стража дороги… – начал Ян, подняв тело Горо.

– У города на пороге, – продолжил Марк.

Несколько плит под ногами путешественников выдвинулись над поверхностью и закачались, словно лодка на водной глади. Покрытие за их спинами образовала вал, он понес плот, словно серфинг. Прошло не больше десяти секунд, как тролли оказались у обелиска.

– Ничего себе катание на водных лыжах, – уважительно отметил демон и постучал пяткой по плите.

– Правда не у города…

– Здесь проходит тракт, покрытие сплошное.

– А обелиск обозначает границу пустоши?

– Похоже. Осмотрим его вблизи.

Четырехгранная стела возвышалась метров на двадцать. Материал очень напоминал гранит. Боковые поверхности камня покрывали руны. Ян попытался вникнуть в смысл надписи. Одна поясняла, где находиться Странвалль, другая в духе хорошей сказки поясняла чего лишиться герой, если отправиться через пустошь. После того как путешественники побывали на синей дороге, сомневаться в правдивости указателя не приходилось.

– Тут не только коня потеряешь, но и голову… – вздохнул Ян.

– Если обелиск столь правдив, может он поведает нам о будущем?

Марк подошел к стелле, положил лапу на поверхность камня… Руны распались, превратившись в бессмысленные изгибы. Завитки какое-то время жили своей жизнью, словно клубок змей, придавленный стеклом. Наконец они сложились в надпись: «Найдешь все что ищешь».

– Не густо, попробую я.

Ян приблизился к камню, какое-то время задумчиво смотрел на руны, наконец, лапа коснулась его. Ничего не произошло. Предсказание отсутствовало. Он постучал когтем по полированной поверхности. Троллям померещилось, что монумент вздохнул, на поверхности всплыли три руны – камня, пустого места и не властен.

– Он тебя не видит…

– Ну и хорошо. Не за этим мы сюда прибыли.

– Согласен. Осталось немного, нужно в город попасть.

– В путь. С болот уже мгла стелится. Не известно, кто еще в ней водится.

Словно подтверждая сказанное, над равниной пронеслось протяжное «Уу… Аа…» Крик плавно перешел в гнусный смех. Клочковатые пряди тумана потянулись над лугом, словно тонкое лоскутное одеяло, укрыв дорогу. Над дымкой возвышался обелиск, где-то далеко – лес, да стены Странвалля. Тролли подняли ношу и быстро двинулись к городу.

Тракт описывал замысловатую кривую, похожую на зеркальное отражение буквы «S», был совершенно гладкий, очень походил на земную автостраду.

– Может, пробежимся?

– Зачем?! – удивился Ян.

– Разомнемся, в роль войдем…

– Какую роль?

– Будто мы сбежали от разбойников.

Путешественники перешли на бег.

– Даже тени усталости нет, – восхитился демон.

– Сам не предполагал…

– Придется притвориться уставшими, впереди мост.

– Нет же ничего, лишь вдалеке стена?!

– Почему – ничего! Звонок есть.

Марк ударил кулаком в колокол на придорожном столбе. Колокол завибрировал и, не издал ни звука. Путешественники озадаченно переглянулись. Они волновались напрасно, звон, донеся из-за городской стены. А вслед за ним…

– Что надо?

– Пустите бедных путников… – заскулил Ян.

Как ни странно, но за стеной услышали. Впрочем, на Земле переговорное устройство не было такой уж редкой игрушкой.

– Синей ночью путники не ходят!

– Нас разбойники захватили, а мы сбежали, когда сторожа уснули.

Зачарованная пустошь надежно хранила город и его тайны, поэтому сторожить ворота было довольно скучным занятием. Караульные лишь оттягивали момент, впуск путников служил как-никак развлечением, особенно в такую ночь.

– Забавно взглянуть, – заметил один, весело щелкнув клешней.

– Сочиняют они, наверное, – фыркнул другой стражник.

Он вообще отличался особой подозрительностью. Торговцы не любили этого огромного ракообразного типа в зеленом панцире. Провозя беспошлинный товар, купцы старались выбрать смену, когда дежурил кто-нибудь другой, а не этот «Зеленый цербер». Вот только не знали они, что цвет доспехов стражники меняли по своему усмотрению.

Командовал сменой угрюмый рыцарь, сегодня пришла его очередь разводить караулы, от этого он выглядел еще мрачнее. Члены отряда без восторга воспринимали дополнительные обязанности и не любили командовать. Пришлось установить график, и должность начальника смены занимали все члены отряда охраны, сменяя друг друга.

Смена проводила ночь за чудной игрой, похожей на шашки. Шестигранный игровой столик был рассчитан на трех игроков, но сейчас за ним осталось двое. Стражник, прозванный «зеленым цербером» теснил рыцаря. Позиция начальника смены выглядела безнадежной, даже пирамида (центральное поле доски) оказалась занята противником.

– Может, наконец, посмотрим, кто пожаловал? – помахивая клешней, спросил первый стражник.

– Хорошо. Поднимай мост.

– А если они – глюклины?

– Поднимем мост, а ворота открывать не будем. Если под арку войдут – бояться нечего.

– Можно подумать ты так боишься.

Тина в протоке пришла в движение, из глубины поднималось нечто огромное. Над гладью канала показался широкий мост без перил. Из недр сооружения на его поверхность поступала вода, потоки с шумом сбегали с переправы, унося ил и песок. Через несколько секунд неведомый источник иссяк. Когда мост поднялся до поверхности дороги, он успел обсохнуть, словно был натерт воском.

– Дорога подана, – усмехнулся демон.

– Купаться бы, не пришлось… – проворчал Ян, ступая следом за Марком на мост.

– Пойдем, пойдем.

– Вот ворот только не видно, лишь глухая стена.

– Там разберемся. Не перелезают же местные жители через нее.

На месте оказалось, что ворота есть. Их тонкий контур стал виден только с близкой дистанции. Более того, на створках красовалась круглая печать метрового диаметра. Замысловатый рисунок на ней казался совершенно бессмысленным. Ян собрался уже изучить изображение, но Марк обернулся и погрозил кулаком.

– Не тронь!

– Коснитесь ворот, – донеслось откуда-то из стены.

Ян подошел ближе и тролли приложили лапы к воротам. Ворота исчезли, перед путешественниками открылась глубокая арка.

Рыцарь потянул рычаг в стене караульного помещения. Подземный поток побежал по другому руслу, повернув рабочее колесо, а вместе с ним барабан ворот на девяносто градусов. Проход в городской стене и в запорном устройстве совместились.

– Стенка уползает вправо, – заметил демон.

– А мост?

Тролли обернулись – по протоке вяло плыли куски тины. Переправы не было и в помине.

– Я же говорил не глоклины.

Марк и Ян оторвались от созерцания протоки. Путь в город открылся, если не считать стражников.

– Кто такие эти глоклины?

– Те, которые на пустоши по ночам глокают.

– Доходчиво… – вздохнул Ян, – теперь вы нас пустите?

– Да, только трофеи оставьте, ракообразный воин указал клешней на Горо и Швана.

– Куда класть?

– Пройдемте, покажу.

Тролли проследовали в караульное помещение и сбросили свою ношу.

– И правда разбойники, – на усатых мордах стражников отразилось подобие удивления.

– Повезло вам, – согласился рыцарь.

Марк покосился на игральный столик с неоконченной партией.

– Разбираетесь? – оживился лангуст по прозвищу «Зеленым цербер».

– Нет, интересуемся.

– Все просто. Исходная позиция – девять шашек на полях наружной грани.

Игроков трое, фигуры соответственно – белые, черные и полосатые. Белые фигуры начинают. Шашки ходят через боковую сторону клетки, когда бьют – перескакивают через поле. Бить обязательно. Центральное поле имеет особый статус, с него можно двигаться на любое свободное из шести соседних. Побеждает тот, чьи шашки уцелели.

– Хорошее занятие провести время.

– Тренируйтесь, потом приходите – сыграем!

– Мы подумаем. А пока нам нужен трактир на Зеленой улице, – ответил Марк.

– Отличное место, дороговато, но класс высший. Пройдете через площадь, повернете налево, от развилки – направо мимо храма, вторая улица направо и есть Зеленая.

– Спасибо.

– Счастливо, у храма не зевайте…

– Почему?!

– Жаль если пропадете…

Тролли покинули караульное помещение и вышли на площадь.

– Что будем делать с этим? – спросил рыцарь, толкнув Горо.

– Сдадим, как обычно…

– И их опять выпустят… – вздохнул стражник по прозвищу «Зеленый цербер».

– К власти всегда приходят вполне определенным способом…

– Но государство же борется со злом?

– Часто таковым являясь.

– А интересы граждан?

– Причем тут граждане?

– Но казалось бы, власть – для народа, значит, она должна бороться с преступниками…

– Вот именно, бороться, а не побеждать. Если переловить всех разбойников, уладить внутренние проблемы, подружиться с соседями и прочее – становится лишним государство с его механизмами, один из которых мы. Правда, данный экземпляр уже ни на что не годен, – закончил рассуждение рыцарь и снова толкнул тело.

Горо окончательно пришел в себя, понял, где находится и к великому изумлению стражников обхватил сапоги рыцаря, громко причитая. Разобрать, толком ничего не удалось, кроме слов «жив, не съели». Оторвать несчастного от сапог, удалось с большим трудом, после этого он затих, но объяснить ничего так и не смог…

Путешественники пересекли большую, полукруглую площадь, мощенную плотно пригнанными, шестигранными плитами За спиной остались городские ворота и два странных здания, вплотную примыкавших к городской стене. Глухие фасады этих архитектурных шедевров до третьего этажа покрывала глянцевая облицовка, отражавшая свет редких фонарей, узкие окна-бойницы присутствовали лишь под крышей, на уровне четвертого этажа.

– Словно в топке, – пошутил Марк.

– Мне кажется ты, где-то прав. Если противник ступит сюда, его можно жечь сколько душе угодно…

– Не слышал я о желающих брать штурмом этот город…

Перед троллями лежала главная улица города. Далеко впереди угадывался не то дворец, не то храм.

– Не видно никого…

– Совершенно другой город, – согласился демон.

– Ты хочешь сказать, главная улица не выглядела, как серая траншея с глухими стенами домов?! – удивился Ян.

– Какая траншея! Прекрасные здания, огромные окна… Теперь они закупорены, словно дома ослепли… Не хочется мне туда идти!

– Почему ты так растрогался? Нам туда и не нужно. Стража сказала – повернуть налево.

– Просто другой город, совсем другой город. Что произошло?! Хорошо, пойдем.

Улица, на которую они свернули, в отличие от унылой и мрачной главной магистрали, была уже, но выглядела лучше. Дома имели окна, некоторые светились. Янтарные фонари, висевшие прямо на стенах домов, отражались в мощеной розовым гранитом мостовой.

– Смотри, кто-то впереди, – насторожился Ян, протягивая лапу к поясу.

– Не нужно, чем меньше мы шумим – тем лучше.

Две двигавшиеся навстречу фигуры в широких и длинных одеяниях неожиданно развернулись и стремительно понеслись в противоположную сторону, исчезнув за поворотом. Из-за длинной одежды создавалось впечатление, будто они плывут, лишь касаясь плит.

– Тебе не кажется это странным?

– Неужели испугались?! – удивился Марк.

– Не думаю.

– А почему они сбежали так резво?

– Я этого не знаю, но предчувствие у меня нехорошее.

Тролли обернулись. Сзади никого не было.

– Как тебе нравится переулок справа? – спросил Ян.

– В каком смысле?

– В смысле спасаться бегством.

– Подходит вполне, так как освещен плохо и подворотни есть.

Следующим дом служил, видимо, трактиром. Витиеватая вывеска гласила «У ворот». На уровне второго этажа здание опоясывал широкий карниз, заполненный раскрашенными статуями всевозможных существ. Руны, выбитые по краю, поясняли – какая знаменитость и когда останавливалась тут.

– А хозяин-то сноб…

Ты подожди критиковать.

Пройдя трактир, путешественники повернули направо и увидели, как к тем двоим в балахонах, присоединились еще несколько. При появлении троллей они, как по команде, перестроились в цепь и поплыли навстречу…

– Интересный поворот событий.

– Хотят пожелать спокойной ночи, – пошутил демон.

Строй загонщиков разделился, посередине возникла трехметровая брешь.

– Прорвемся? – остановился Ян, повернувшись к Марку.

– Ты не на меня смотри, а вперед, – назидательно произнес тот.

– Во дают! Сеть! Да еще невидимая.

– Не на тех напали.

– Сматываемся?

– Ага.

Группа загонщиков пребывала в мрачном расположении духа. Время приближалось к полуночи, а жертва все не поймана. Если служители храма не выполняли свою задачу, то один из них вполне мог угодить на жертвенник.

Наконец, появились тяжело дышавшие разведчики.

– Там двое, приезжие…

– Свидетели? – осведомился монах в капюшоне с желтой окантовкой, видимо предводитель.

– Ни души.

– Приготовились…

В конце улицы, из-за трактира «У ворот» появилась дичь. Прямо на загонщиков двигалась пара крепко сложенных существ.

– Крепкое мясо, подойдет – процедил предводитель, – живее, лодыри!

Загонщики перестроились в цепь, перегородив улицу. Жертвы замедлили шаг. Служители храма «Конец пути» расступились по сторонам, освобождая улицу и растягивая невидимую сеть. Ловцы и дичь неуклонно сближались, еще мгновение – охота завершиться…

Но к великому изумлению охотников в последний момент «мясо» проявило сообразительность. Оно вместо того, что бы проскользнуть мимо служителей, развернулось и метнулось прочь. Охотники от неожиданности замерли.

– Кретины, скорее за ними! Пятеро вокруг трактира, остальные прямо! Брать живыми!

Монахи быстро выполнили приказ, видимо ловить жертву для них было привычным делом. Преследователи прекрасно знали, скрыться в этой части города приезжему негде. У развилки жертвы свернули в переулок.

– Все. Мышеловка захлопнулась. Там их и возьмем.

Преследователи практически одновременно ступили в переулок с двух концов. В пылу погони, они словно вихрь, пронеслись вдоль трактира, но к большему удивлению столкнулись нос к носу с группой, посланной в обход. Возникла немая сцена.

– Упустили, кретины!

– Это вы упустили!

– Тихо, – прикрикнул предводитель, – им некуда уйти.

– Может на карнизе? – подал голос один из загонщиков.

– Высоко, второй этаж, да и уступ узок. Впрочем…

Из складок плаща с желтой окантовкой появилась сухая костлявая рука с перстнем на указательном пальце. Монах запел гнусавым голосом, голубой камень засветился в такт заклинанию, свечение собралось в узкий луч. Действуя им, словно фонариком, обладатель перстня стал водить лучом по статуям. В какой-то момент ему показалось, что цель найдена, но вопреки всем канонам известной магии, осталась неподвижной.

– А ведь они схожи с теми…

– Утром на этом месте ничего не стояло, – подал голос один из загонщиков.

– Точно?

– Ну, я проходил тут, не мог же трактирщик так быстро украсить свой карниз.

Монах вздохнул, задумался. Охота складывалась неудачно, но у него еще оставался шанс, так как две статуи на карнизе очень походили на ускользнувшую добычу. Вот только как они забрались на второй этаж… Да и «луч правды» не выявил никого. Оставалось последнее средство. Он запел новое заклинание, метнул перстень в голову статуи с мешком на плече. Итог получился неожиданный – кольцо попало в лоб гранитному идолу и отскочило на карниз.

– Так, невезение полное. Теперь управляющее кольцо застряло, не отзывается…

– Достать? – спросил один из разведчиков.

– Попробуй… Только быстро, нельзя ссориться с трактирщиком.

Один из служителей ловко, словно паук, взобрался по стене и осмотрел карниз. Через десять секунд он спустился вниз.

– Ничего нет.

– Непонятно, куда же закатилось кольцо? Делать нечего, уходим.

Не прошло и полминуты, как переулок стал пуст.

– Наконец-то удалились, – вздохнула статуя без мешка, – даже ноги затекли.

– Надо было встать удобнее…

– Теперь это уже неважно, лучше скажи, куда перстень пропал?

– Что упало – то пропало.

Ян убрал ступню и поднял кольцо.

– Как тебе это удалось?

– Так, головой поработал, – тролли засмеялись.

Марк взял приобретение в руку, осмотрел. Все оно состояло из тонкого переплетения кружев из желтого металла. Сплошным был выполнен лишь широкий ободок вокруг синего прямоугольного камня. По ободку шла надпись, похожая на арабскую вязь. На обратной стороне камня тоже просматривались какие-то символы.

– Изучать это здесь – неразумно, положи в сумку, может оно сгодиться в будущем.

– Может… Ступню он сильно жег, все к владельцу рвался, пока не прижал посильнее.

Ян спрятал добычу в мешок и тролли бесшумно спрыгнули вниз.

– Вот утром удивятся…

– Не думаю. Мимо храма нам не пройти, пойдем в обход, по переулку.

Обогнув трактир, путешественники оказались на развилке. Вдалеке слева виден храм, справа в конце проезда – деревья.

– Может это и есть Зеленая улица? – спросил Ян.

– Собственно выбора нет.

Тролли вышли на небольшую площадь. По центру поперечного проезда действительно росли каштаны. Вывеска на угловом здании сообщала: «Гостиница на Зеленой улице».

– Пришли.

– Только света там нет, двери закрыты. Похоже санитарный день.

– Какой день? – не понял Марк.

– Когда работать не хотят, занимаются уборкой.

– Постучим?

– Хочешь – стучи, хочешь – кричи… Решетка и вход защищены, они даже светятся. Поищем черный вход.

– Какой?

– Тот, которым пользуется персонал.

Тролли повернули направо и отправились вдоль трактира. Вдоль Зеленой улицы решетки у дома не было, правда, света в окнах тоже.

– Может мы зря ищем трактирщика?

– Может, – вздохнул демон, – только больше идти пока некуда. Смотри – арка.

– Похоже дом имеет внутренний двор. Зайдем?

Проезд закрывали кованые ворота. В одной из створок имелась калитка. Ян потянул за ручку.

– Не заперто!

Двор трактира оказался довольно обширным, с воротами на противоположной стороне. В его правой части – два дерева, одно совсем засохло. На левой половине разместился овальный каменный колодец, примерно три на два метра. Марк заглянул внутрь.

– Глубокий, воду еле видно, – отметил он.

– Ну и куда теперь?

– Поищем вход в трактир.

Во двор выходило несколько дверей, но впечатление используемой производила лишь одна слева, напротив колодца. Над ней висел пыльный фонарь.

– Эта?!

– Ты спрашиваешь или утверждаешь? – спросил демон.

– Просо мне как-то неуютно здесь. Стучим.

Некоторое время стояла тишина. Наконец послышались шаги.

– Кто? – спросил хриплый голос.

– Открывай, хозяин нужен.

– Закрыто. Санитарный день.

– Мы в гости к мистеру Кнопсу.

– Сейчас позову. Пусть сам и пускает. Не работаем мы сегодня.

Через несколько минут снова послышались шаги.

– Кто пожаловал?

– Гости с «зачарованной равнины», мистер Кнопс.

Трактирщик за дверью выронил ключ и закашлялся.

– Моя смерть пришла… – застонал он.

Тролли переглянулись.

– Может все-таки откроешь? Уже надоедает стоять под дверью, – заметил Ян.

– Все одно – не скроешься, – выдохнул Кнопс и распахнул дверь.

Лицо трактирщика вытянулось от удивления. Он явно ждал кого-то другого.

– Войти можно?

– Милости просим, – сказал хозяин, пропуская гостей внутрь.

Потом он зачем-то выглянул во двор, посмотрел на небо, прошептал заклятье и замки на обоих воротах защелкнулись.

Хозяин заведения провел гостей полутемными коридорами в ресторан. Зал был пуст, лишь гнутые ножки стульев, перевернутых на столы, словно стриженный удивительный кустарник, покрывали все пространство.

– И так, господа, я надеюсь, вы пошутили?

– Сожалеем, но это не шутка.

– Но вы же не похожи на жителей пустоши?! – с надеждой в голосе произнес трактирщик.

– Мы проходили через нее по дороге из дубовой рощи, – пояснил Марк.

– Значит вы – не они?

– Не понимаю я вас, – ответил Ян.

– Удивительно!

– Ничего особенного. Правда по дороге нам дали одно поручение. Персонально для вас.

Сковал его холодный сон. Теперь – свободен, ты прощен, И зла не держит больше он.

Ян полез в сумку, достал цветы.

– Повесьте их над камином.

Трактирщик осторожно взял растения, вставил их в подставку для факела. Ресторан наполнился голубым туманом, который растаял так же быстро, как и появился, оставив после себя синие искры. Они, словно маленькие звездочки, вспыхивали то там то тут, перескакивали с предмета на предмет, предавая помещению сходство с волшебным подземельем. Марк попытался ухватить одну – но в лапе ничего не осталось…

– Он простил меня?!

– Да.

– Тяжелый камень вы сняли с моей души. Как я мучился ночами… Спасибо. Я ваш должник.

– Мы тут собственно не причем.

– Поднимемся лучше в ваш номер, – предложил Кнопс.

– Так. Прошу Вас, – трактирщик открыл дверь, пропуская гостей, – две комнаты, гостиная.

– Это не соответствует нашим финансовым возможностям… – начал Ян.

– Вы расплатились на много лет вперед, – прервал их хозяин гостиницы, – теперь вы – мои дорогие гости. За убытки не волнуйтесь, редкая вещь, которую вы принесли, привлечет столько посетителей…

– Спасибо на добром слове.

– Располагайтесь, я сейчас распоряжусь об ужине. Вы ведь не местные? – прищурился Кнопс.

Как только трактирщик избавился от угрызений совести, он на глазах повеселел, расправил плечи, превратившись в типичного германского бюргера.

– Мы не местные, – ответил Марк.

– Тогда что приготовить? В смысле, какую кухню вы предпочитаете?

– Как у местных людей, на ваш вкус.

– Отлично.

Кнопс удалился, аккуратно прикрыв дверь. Тролли осмотрели номер. Марк даже выглянул в коридор, апартаменты оказались последними на этаже.

– Люкс или нет – сказать трудно, но хорош, – отметил Ян, открывая все двери поочередно.

Из прихожей можно было попасть в гостиную и две спальни. Комнаты выходили окнами на Зеленую улицу, имели великолепную обстановку, кроме того, между спальнями располагались две сверкающие ванные комнаты.

Тролли перешли в гостиную и расположились в креслах у потухшего камина из черного камня. Из того же камня неизвестный мастер выполнил столешницу, вазы и еще полукруг перед топкой. Стены гостиной покрывали панели темного дерева, над кожаными диванами висели по картине с изображением монстров, бордовые шторы были плотно задвинуты. Торжественную картину довершал тусклый мрачный свет, лившийся прямо из свободной от лепки зоны на потолке.

– Невеселый интерьер… – вздохнул Ян.

– Но значительно лучше, чем на болоте, согласись?

– Да уж.

– Вот только, как теперь действовать дальше, ведь сидя в номере, монет не найдешь.

– Знаешь, у меня такое ощущение, что сидеть нам тут недолго, максимум час – другой.

– Это почему еще?

– Некто хочет до нас добраться и его активность ощущается.

– Ты ничего не делал?

– Просто слушал мир вокруг.

В дверь постучали.

– Входите, не заперто, – отозвался демон.

Дверь открылась. Появился мистер Кнопс с двухъярусной тележкой, на нижнем этаже лежали поленья, верхний покрывало полотенце. Под полотенцем явственно просматривался графин или бутылка.

– У вас нет персонала?!

– Прислуга здесь лишняя.

Через пару минут в камине весело потрескивали дрова, гостиная уже не выглядела столь мрачно. Стол укрыла белоснежная скатерть, соблазнительный запах жаркого разлился по комнате. Бутылка вина и три фужера, прекрасные столовые приборы, пламя в камине создали атмосферу дружеского ужина.

Кнопс откупорил бутылку, разлил вино. Марк втянул воздух носом.

– Прекрасное вино, откуда вы его берете?

– Люди и спиртное неразделимы, – ответил трактирщик, – а откуда напиток – пусть останется моей маленькой тайной. Выпьем господа за мое освобождение, спасибо Вам!

– Отличное вино, – еще раз похвалил напиток демон.

– Ужинайте, я не буду вам мешать.

– Мы бы хотели выяснить…

– После, после. Кушайте, – откланялся мистер Кнопс, прикрывая дверь.

– Жаркое отменное, – отметил Ян.

– Это, конечно, хорошо, только к цели мы не придвинулись ни на шаг…

– Ты кушай, кушай, а то не успеешь доесть…

– Откуда у тебя эта уверенность?

– Не знаю, дай доесть, – прервал разговор Ян.

Наконец мясо съели. Тролли подвинули кресла и протянули ноги к огню.

– Теперь можно и поговорить. Понимаешь ли, мне периодически мерещатся песочные часы. Каждый раз, когда они появляются, содержимое верхней склянки неуклонно убывает.

– Ну и много еще осталось нам времени? Просто так сидеть скучно.

– Думаю, оно почти истекло и поспать не удастся.

Словно подтверждая сказанное, в камине раздался еле слышный щелчок. Путешественники, словно по команде, повернулись к топке, потом посмотрели друг на друга.

– Поленья? – не то, спрашивая не то, утверждая, произнес Ян.

Ноздри мясистого носа бывшего демона расширились, брови сошлись к переносице, одна приподнялась вверх.

– Нет, – покачал он головой.

– А что?

– Кто. Точнее Кнопс.

– Любопытно.

Камин вместе с полукругом медленно поворачивался… В щель просунулась голова трактирщика. Он был напуган почти так же, как при первом знакомстве.

– Помогите, механизм очень тугой. Давно не открывали.

Общими усилиями потайную дверь развернули на девяносто градусов.

– Отлично. Успел. Нужно уходить.

– Почему?

– Стража правителя. Они уже вокруг дома. Как я узнал, они ищут двух прибывших этой ночью. Вам лучше бежать.

– Почему!?

– Они бросят вас в рудник, где чеканят монеты.

Тролли переглянулись.

– Нам туда и нужно.

– Вы там погибните, никто еще не выбирался наружу.

– Не волнуйся за нас. Ты сделал все возможное – совесть твоя чиста.

– Дело ваше, но может, уйдете?

– Все в порядке.

Тем временем в коридоре послышались шаги.

– Уходи сам.

– Прощайте. Жаль Вас.

Камин повернулся и занял прежнее место. Дверь распахнулась. Солдаты местного правителя, топая сапожищами, ворвались в номер. Экипировка напомнила Яну музейные экспонаты эпохи рыцарства, только эти резво двигались и держали в руках оголенные мечи. Человек, вошедший последним, был в более дорогих доспехах, явно офицер.

– Именем Правителя Странвалля Вы арестованы, – произнес он.

– За что? – осведомился Ян.

Его голос не сулил ничего хорошего. Жаль, рядом не было одного старого знакомого – Локи. Он-то хорошо представлял дальнейший ход событий…

– За нарушение режима.

– Каково же наше наказание?

– Рудники, они давно пустуют…

– Но мы же ничего не нарушали, мы только прибыли этой ночью.

– Вполне достаточно. Оденьте им наручники.

– А вот этого делать не стоит.

В глазах у троллей вспыхнули нехорошие красные угольки. Солдаты отступили на шаг. Ян протянул лапу к ближайшему воину и взялся за клинок. Солдат скривился в злобной улыбке, но когда он попытался высвободить лезвие, усмешка сменилась растерянностью. Остальные стражники напряглись, готовясь к драке. Офицер поднял руку, остановив подчиненных. Тем временем несчастный пытался высвободить свой клинок, он откинул забрало, ухватился за рукоятку двумя руками… Оружие застряло накрепко. На лбу воина выступили капельки пота. Пока воин безуспешно пританцовывал у кресла, тролль отломил кусок лезвия. Воин отлетел в угол комнаты, со страшным грохотом врезался в громадную вазу и повалился вместе с осколками на пол. Ян меланхолично осмотрел обломок, сломал его еще раз, отправив в кучу битой керамики вслед за стражником.

– Сталь никуда не годится, – сказал он Марку.

– Пожалуй, – согласился тот.

– Если все ваше оружие такого качества, – развел руками Ян, – то мы предлагаем сделку.

– Я не могу нарушать закон, – вздохнул офицер.

– И не надо. У вас есть выбор: мы убьем всех или вы мирно проводите нас на рудник.

Кнопс, наблюдавший эту сцену через смотровую дырочку, был ни жив, ни мертв. Теперь он благодарил всех богов за то, что правильно вел себя с гостями. Ну а ваза, так по сравнению с возможными последствиями, это просто мелочь…

Боевой дух солдат после ситуации с клинком сильно упал. Офицер понял это.

– У меня нет выбора.

– А вазу разбил ваш, – желчно заметил Марк.

– За счет казны, – вздохнул командир и бросил на стол мешочек с монетами, – пойдемте.

Колдун проснулся в плохом расположении духа.

– Самочувствие – поганое, – сказал он сам себе и попытался подняться.

О вчерашнем приеме говорил весь вид повелителя колдовских сил. На его беду, рядом за столом оказался какой-то назойливый тип, все время подливавший вино из разных бутылок и предлагавший тосты то за здоровье повелителя, то за успехи государства… Голова колдуна сильно болела, память запутывалась. Он дотянулся до веревки, свисавшей со шторы, потянул. Занавесь отъехала. В комнату ворвался новый день. Прекрасное солнечное утро сменило ночь. От яркого света голове стало еще хуже, и ее владелец рухнул на подушку.

– Радостное начало дня, – проскрежетал зубами несчастный.

Первая волна боли, смешанной с тошнотой, отступила, Люциан попытался до прихода следующей встать. Он перевернулся на бок, свесил ноги и, несмотря на колокольный звон в голове сел.

– Как давно я так не напивался…

Новый приступ тошноты заставил забыть всякие мысли. Наконец внутри все немного затихло, Люциан осмотрел себя. Он находился как последний алкоголик, в сапогах и бальном костюме прямо на кровати… Осторожно, что бы не тревожить содержимое желудка «любитель пиршеств» добрался до ванны и промыл желудок. Почти сразу же стало легче. После душа и переодевания в чистый дорожный костюм к колдуну наконец вернулась ясность мысли, он позвонил в колокольчик.

Через пару минут в дверь спальни постучали.

– Войдите.

В спальню заглянул юноша с озабоченным лицом, в чистенькой, идеально отглаженной форме.

– Доброе утро господин. Вам стало лучше, я очень рад! Какой прикажите завтрак?

– Подожди. Поясни, я же просто напился?

– Понимаете ли, – остановиться на полуслове молодой человек…

– Говори как есть.

Служащий гостиницы «У ворот» тяжело вздохнул.

– Вчера, далеко за полночь, ваше тело доставили в отель. Ваш вид, ну это… Вы оказались весьма потрепаны.

– А кто доставил?

– Дворцовая стража, они сказали, господин похоже немного перебрал, велели не тревожить.

– Ты и не тревожил, почему волнуешься?

– Да не совсем.

– То есть?

– Меня очень смутил ваш вид…

– Сильно напился?

– Да не совсем.

– Рассказывай все подробно, ничего не пропускай.

– Меня поразило Ваше лицо землисто-зеленого цвета, с красными пятнами. Да и солдаты вели себя странно, им было совершенно безразлично, словно они волокут бревно, прием хмельным крылом коснулся и их. А может, – рассказчик запнулся.

– Говори все!

– Я не сильно разбираюсь в магии, но Вы меня кое-чему учили… Мне показалось, будто у солдат отведены глаза.

– Дальше рассказывай…

– После ухода я заглянул в спальню, Вам стало еще хуже. Начался бред. Вы шептали какую-то чепуху, типа «третья полка сверху, в углу» и, труднопроизносимое название. Сообразив, что хуже уже будет только смерть, я отцепил ваш ключ от лаборатории и пошел в нее. Ужас – магический шар пульсировал, по комнате метались какие-то тени… Пришлось зажмуриться и почти вслепую искать полку. На ней действительно оказался искомый сосуд. Вы схватили из моих рук пузырек и осушили половину. Через несколько минут красные пятна потускнели, вы стали дышать ровнее, перестали бредить. Потом я еще раз заходил в спальню, ваше состояние быстро улучшалось.

– Ты этого никому не рассказывал?

– Спаси создатель!

– Будем считать, ты ничего не видел. Не тревожить покой, так не тревожить, – нехорошо усмехнулся колдун.

– Так и будет. Завтрак?

– Яичницу с беконом, жареный хлеб, томатный сок и кофе принеси, пожалуйста, в кабинет. В лабораторию я все перенесу сам, поем там, – произнес Люциан и подмигнул служащему.

– Будет сделано.

Колдун прошел через кабинет и открыл дверь в лабораторию. Справа от входа стоял каменный идол, его глаза казались живыми… Коренастая, крепко сбитая статуя, ростом чуть ниже хозяина апартаментов, наделенная огромными бицепсами. Каким ветром занесло этого красавца в Странвалль, не знал даже сам Люциан. Об условиях их договора и цене оба хранили молчание. Впрочем, если бы колдун увидел тех, за кем собирался поохотиться, по просьбе правителя, то нашел бы много похожего. Единственное общее отличие – пришельцы выглядели крупнее.

– Как самочувствие? – участливо поинтересовался каменный охранник.

– Плохо охраняешь, впрочем, не побывай здесь наш общий знакомый…

– Третий пункт главного заклятья, произнесенный тобою, говорит: если хозяину угрожает опасность, то можно отступить от первого пункта, иначе некого будет охранять. Кто тогда заплатит?

– Ну, бюрократ…

Тут взгляд колдуна упал на стену напротив: там стояли до самого окна полки, забитые литературой в основном юридического и магического толка. Он впервые за сегодняшний день рассмеялся.

– Тебе скоро не будет равных в этих вопросах.

– К сожалению здесь не полное собрание.

– А другие вопросы?

Каменный сторож скривился и пожал плечами. Люциан обогнул огромный диван и подошел к стеллажам…

– Так, третья полка сверху, самый угол, – пробормотал он.

В уголке стоял полупустой пузырек. Аккуратный служащий поставил его на место. Когда колдун прочел надпись, у него все похолодело внутри. Прими он противоядие еще через час, смерть была бы неминуема. Его угостили очень редким составом, только при соединении со спиртом, примерно через два часа и только в желудке, получается этот страшный яд. До этого момента вещество ни как не выдает себя. Специя как специя. Довольно давно ему удалось ради любознательности приготовить противоядие, потом все это забылось и осталось пылиться на полке.

– Кто-то вышел на охоту, – начал хозяин лаборатории, но в дверь постучали.

– Завтрак готов.

– Спасибо.

Люциан принес поднос из кабинета, предварительно освободив дальний конец стола, скинув на пол часть свитков, пустых коробок и прочих мелочей. Придвинул кресло поближе к краю стола, уселся удобнее и поманил огромный прозрачный шар на высокой подставке. Тот медленно, словно нехотя, подъехал ближе.

– Приступим.

Работа с шаром при простом поиске не требовала большего напряжения, колдун успевал попутно поглощать завтрак. Самочувствие, как и настроение, восстановилось полностью.

Первое разочарование постигло Люциана при попытке выяснить, с кем же он сидел за столом на злополучном банкете. Образ получался туманный, словно отпечаток существа расплывался в слоях реальности. Чем дальше – тем больше. Тогда колдун попытался отыскать своего соседа по столу, но ничего не обнаружил, лишь черные хлопья, летящие по ветру.

– Тогда поищем странников. Надо выполнять работу.

После получаса безрезультатных розысков повелитель колдовских сил бросил игры с хрустальным шаром, решив лучше расспросить наемников.

Лики Странвалля были весьма разнообразны, как собственно и сама жизнь. Создатели города весьма заботились о чистоте, система переработки отходов всевозможных существ обитавших здесь, работала безукоризненно. Но, как известно, в семье не без урода. Одно из таких мест называлось таверна «Белый орел». По неизвестным причинам данному месту соответствовал весьма своеобразный запах, за который заведение в народе окрестили «Тухлый козел». Прославившись своими ароматами, место отпугивало приличную публику, да и стража сюда заглядывала не часто. Все обстоятельства собирали под крышей «Белого орла» вполне определенную категорию лиц. Хозяев это вполне устраивало, к тому же запах внутри заведения отсутствовал, но стоило появиться страже…

В заведении имелись отдельные кабинеты, в одном из них собственно и находились некоторые лица.

– Жаль Горо. Теперь он пропал, веселый был парень, – вздохнул Симус.

– С этим вон, ничего не случилось, – указал на Швана командир.

– Всегда выкрутится…

– Меня, между прочим, по голове так стукнули, только в камере очнулся.

– Совсем не помнишь?

– Только засаду и все. Даже, как выглядят, не запомнил.

– Может тут тебе повезло, – вздохнул Хрун, – очнись ты пораньше, составил бы компанию Горо.

Шван, скорее выглядевший, как мохнатый зверь в легких доспехах, чем человек, потрогал голову и поморщился.

– Может, – миролюбиво заключил он.

Хрун неожиданно резко поднял руку к груди и достал амулет.

– Меня зовут.

Наемники переглянулись.

– Вас тоже.

Компания с грохотом отодвинула стулья, встала из-за стола. Тут же в дверь просунулась голова прислужника. Командир бросил ему монету, голова исчезла.

– Так, прибыли…

– Рады служить!

Последние события неведомым способом изменили душу Люциана. Он и сам не мог определить причину – не то попытка избавиться от его персоны, не то противоядие, принятое после, но внутренние ценности претерпели некоторые изменения. Например, прорезалось чувство юмора, отсутствовавшее ранее.

– Прямо уж?! О Шван! Ты, смотрю, не особенно пострадал в эту ночь?

– Это как сказать, голова болит до сих пор…

– Подойди к шару и положи на него руку, – приказал колдун.

Шван попятился.

– Не бойся, я взгляну лишь на события последней ночи.

Подопытный наемник нехотя прислонил ладонь к стеклу. Внутренности шара замутились. Люциан протянул руки к устройству, вены вздулись, на лбу выступили капельки пота – но тщетно. Недра стекла остались туманными и хаотичными. Воспоминания отсутствовали.

– Да, результат равен нулю.

Шван развел руками.

– А где Горо?

Наемники переглянулись.

– Лучше б вам его не видеть… – вздохнул Хрун.

– Почему это? Он мне нужен!

– Хорошо, мое дело выполнять.

– Так, где же он?

– В трактире «У ворот». Но мы к нему не пойдем, нам тяжело на него смотреть…

– Добро, вы свободны.

Колдун выпустил наемников на улицу, а сам прошел внутренним коридором и спустился в обеденный зал. В столь ранний час все места, кроме одного, оказались свободны, и Люциан даже подумал, что его обманули.

– Ищешь Горо? – спросил из-за стойки трактирщик.

– Да.

– Он там, в углу.

За дальним столом сидел седой старик с телом крепкого молодца… Он пил вино, но оставался совершенно трезвым, хотя бутылка уже почти опустела. С большим трудом повелитель колдовских сил признал в человеке Горо. Словно сама смерть обняла несчастного, но в последний момент передумала и отпустила пожить еще. Люциан сел на соседний стул, трактирщик принес новую бутылку.

– Здравствуй.

Глаза несчастного расширились, он диким взором уперся в неожиданного соседа по столу.

– Ты меня помнишь?

Старик немного успокоился и кивнул.

– Расскажи о ночи, – спросил колдун.

Он понял по первой реакции Горо, наемника к шару не пригласить – следовательно, придется расспрашивать, впрочем, и это оказалось не просто. Жертву синей ночи стало трясти, глаза закатились. Люциан быстро налил вина и вложил кружку в дрожащие пальцы. После нескольких глотков наемнику удалось совладать с дрожью.

– Облегчи душу, никто не узнает, – не отставал исповедник.

– Я помню лишь моменты, когда приходил в себя, – наконец выдавил, лязгая зубами Горо.

Шутник и веселый человек за несколько часов стал трусливым трясущимся стариком…

– Коснулся меня синий саван, словно сама смерть протянула костлявую длань. Силы стали покидать меня, а за ними уходила душа, – жаловался несчастный.

– Понятно, упырь. Нечего терять амуницию. Я предупреждал.

Люциан достал фигурку на цепочке и бросил ее на стол перед жертвой.

– Твой амулет?

Горо взял дрожащей рукой украшение, довольно долго смотрел на него и наконец кивнул.

– Но почему тогда ты жив?

Прикосновение талисмана словно вернуло страдальцу часть сил.

– Он защитил мое тело, набил упырю морду…

– Каким образом?! – перебил колдун, его брови от удивления полезли вверх.

– Молотил прямо кулаками до тех пор, пока душегуб не пообещал уйти и оставить обед в покое.

– Кого в покое оставить?

Руки Горо снова затряслись.

– Меня.

– Дальше.

– Потерял сознание.

– Когда ты пришел в сознание следующий раз, – участливо поинтересовался колдун.

– Когда они встретили стража…

– Рассказывай, почему молчишь?

– Я упомянул легенду о стражах.

– И потом?

Горо вспомнил наставление демона, его глаза, обещание вынуть душу… Теперь он и секунды не сомневался как в существовании души, так в способности тех странных и могучих существ исторгнуть ее… Наемника снова стало лихорадить. Он замотал головой.

– Не помню, ничего не помню. Пришел в себя в караульной башне города. Больше ничего не знаю.

– Точно? – спросил колдун, придвигаясь к жертве.

– Нет.

Неожиданно голос жертвы изменился, стал тверже. Во взгляде появился разум. Следователь чувствовал, Горо сказал далеко не все. В то же время стало ясно, он больше ничего не откроет.

– А где тебя несли?

– По голубой дороге.

– Как же я забыл, – воскликнул Люциан и поднялся.

– Прощай. Поправляй здоровье.

Он вернулся в лабораторию, снова подсел к стеклянному шару.

– Как же я мог забыть об обелиске, ну растяпа.

Из дымчатых глубин стекла поплыли образы. Вот к обелиску подходит странное, крепко сбитое существо с ношей на плече. В ноше наблюдатель без труда признал Швана. Второе тело плывет рядом, словно само по себе. Камень рисует предсказание. Тело Горо, словно перекинутое через невидимую лошадь, подплывает к стелле. Ничего не происходит. Колдун видит на камне три руны – камня, пустого места и не властен.

Люциан откидывается в кресле. Случайно, в его поле зрения оказывается статуя, хранящая покой лаборатории.

– Этого не может быть!

– Чего? – вступил в разговор сторож.

– Среди вашей расы есть маги моего уровня?

– Пошел бы я тогда к тебе, стоять у двери.

– Ясно.

Сухой остаток сумасшедшей ночи оказался не велик. Первое – сначала ему дали поручение по поимке пришельцев. Впрочем, в этом ничего удивительного не было. Последний правитель отличался крайней мнительностью. Когда ему предсказали, будто новый властитель придет из мира, чужеземцам стало трудно жить в Странвалле. Все прибывшие в город находились под неусыпным оком сыскного ведомства. Тем более правителя обеспокоило оживление ритуального круга разрушенного довольно давно. Из него мог явиться достойный кандидат на престол. Поймав его, власть могла надеяться на частичное разрешение второй проблемы – знаменитые рудники Великой пряди пустовали не первый год. Все отправленные туда за последнее время «преступники» как сквозь землю провались, не добыв ни грамма знаменитого металла, а власть в Странвалле держалась на двух тельцах – золотом и синем. Синий бык требовал новых жертв. По городу ползли слухи, и не смотря на немалую власть, с ними приходилось считаться. Но выполнить это деликатное поручение колдун не смог, да и сама операция чуть не стоила жизни двум наемникам. Пришельцы оказались со странностями, да и силы им похоже не занимать. Люциан понял – нужно их найти, иначе не миновать беды. Те, кто по ночам прогуливаются по Зачарованной пустоши, могут оказать достойное сопротивление. Только б не опоздать, правитель скор на расправу. Третье – его явно пытались убить. Кому это потребовалось, пока не выяснить. Нужно, по крайней мере, отыскать соседа по столу. Колдун отправился во дворец.

Правитель не любил, когда подданные упоминали о слухах, сопровождавших его восшествие на престол Странвалля. Правда за прошедшие несколько лет его правления проблему удалось решить. Постепенно все явные противники сошли в мир Синего быка, но не без помощи правителя. Недовольных жителей отлавливали, даже судили и приговаривали к исправительным работам по добыче драгоценного сырья, что вполне заменяло смертную казнь… Ни один из отправленных в подземелье не вышел на поверхность. Тем самым решались обе проблемы сразу – избавлялись от недовольных жителей и пополнялась казна. На свободе остались только сторонники новой власти или перешедшие в это качество. Тогда рудники стали пополнять за счет гостей города, преимущественно купцов. Вслед за улицами опустели рынки. Из цветущего города Странвалль превратился в мрачное, пропитанное всеобщей подозрительностью место, только это мало интересовало восседавшего на троне правителя. Значительно больше его интересовала судьба предшественника. Если близкие сторонники прежней власти были вполне надежно пристроены, то свергнутый властелин словно растворился без остатка. Не удалось даже выяснить, имел ли он наследников. В довершение, при гадании о будущем, предсказали скорый приход старого правителя в новом качестве.

Повинуясь традиции и во имя сохранения маски незнакомого с магией, правитель пригласил на службу юного мага, который только окончил обучение в монастыре. Он вполне справлялся с различными не очень сложными поручениями, но постепенно юноша набирался опыта…

На последнем приеме случилось неприятное событие, правда стража проявила не свойственную ей расторопность и отравителя задержали. Вопреки обычной практике царственный гнев принял иную форму. Злодея отправили в подземелье дворца…

Давно не используемые устройства извлечения, выдавливания, выжигания и выбивания правды были приведены в действие. Той ночью жители ближайших домов не раз просыпались от ужасных криков, доносившихся из здания, пользовавшегося у них скверный славой.

Правитель сам присутствовал, руководя всей процедурой допроса. Страшные безмолвные тени встали из небытия дворцового подвала с закопченными стенами. В огромной жаровне тлели угли… Коптившие факелы освещали помещение, усугубляя и без того мрачную атмосферу. Никто из попавших в руки трудившихся здесь во славу государства палачей никогда уже не видел белый свет. Останки сбрасывали в глубокий колодец, на пищу подземным обитателям. Хозяева жизни и раньше не снисходили до похорон своих врагов, а последний правитель в особенности. Тела скармливались червям, души оставались неприкаянными.

Такое расточительное мероприятие, как допрос, применяли последнее время не часто, слишком сильно сказывался недостаток рабочей силы на рудниках. Они просто простаивали. Даже настоящие отпетые негодяи пропали в подземелье, соответственно посылать вниз обычных жителей, не имело смысла, а искатели приключений перевелись. Правда двое прибывших гостей, очень кстати нарушили комендантский час, за что тут же были наказаны. Правитель окинул взглядом зал, палачи ждали его команду.

– Начинайте…

Заплечных дел мастера превратили тело преступника в один огромный антрекот, но ничего нового не добились, словно подозреваемый знал только, что должен отравить колдуна, но не представлял зачем, а уж тем более – кто его направил на это задание. Никто не заметил, как от разорванной одежды бесчувственного тела, лежавшего на решетке для стока, отделился и упал вниз окровавленный обрывок ткани…

Тело поместили в клетку, праведный гнев правителя испепелил его без остатка.

Его беспрепятственно пропустили во внутренние покои. Их величество кушали. На Люциана смотрели так, словно он явился с того света. Собственно это было недалеко от истины…

– Приятного аппетита, ваше…

– Вы живы, – с некоторой смесью разочарования и удивления перебили его.

Колдун смиренно наклонил голову.

– Могу я Вас спросить…

– Мы нашли человека, отравившего тебя. Он во всем сознался, и наказан.

– Как?

– У ворот дворца увидишь. Да, нарушители ночного режима – его пособники приговорены к году рудников, приговор приведен в исполнение сегодня утром.

– Могу я их видеть?

– Я же сказал – приговор исполнен! Еще вопросы есть?

– Ой! Быть беде… Я могу хотя бы поговорить с теми, кто исполнял приговор?

– Да. А теперь покинь нас.

Колдун покинул правителя так ничего и не узнав. Если он попал в немилость – то зачем наказывать его убийц? «Правда может за неудачу», – подумал он и тут же забыл об этом. Искать человека, сидевшего с ним за столом, после наказания не имело смысла.

Выходя из ворот дворца, Люциан заметил нищего. Капюшон скрывал лицо просителя подаяния, холеные руки перебирали четки. Странный нищий – весь идеально ухоженный, чистенький от кончика капюшона до молитвенного ковра и миски для монет…

– Привет злодей!

– Здравствуйте, – ответил колдун и сам удивился своему спокойствию.

– Странно, он еще живой, а как переменился… Может не погибнет, – произнес совершенный набор слов нищий.

– Вам, – сказал Люциан, положив в миску золотой.

– Возьми за щедрость твою, пригодиться. Ему так досталось.

Люциан нагнулся, взял из рук нищего окровавленную тряпку. Случайно, его взгляд проник под капюшон, там оказалось темно и пусто.

– Так, так, – донеслось из-за спины, кто-то коснулся плеча колдуна.

Он повернулся, быстро спрятав в карман кусок окровавленной тряпки. На улице оказалось пусто. Люциан хотел спросить нищего – но тот пропал вместе с ковром четками и миской. Вместо разъяснения ситуация становилась все непонятней. У дворцовых ворот никогда не появлялось никаких нищих… От мыслей об исчезнувшем просителе подаяния его отвлек жалобный скрип. Люциан поднял голову, ветер качнул клетку на дворцовой стене и хлопья черного пепла посыпались вниз. Между зубцов стены появилась голова стражника.

– Кого казнили?

– Праведный гнев справедливейшего испепелил сознавшегося во всем отравителя. Негодяй посмел на пиру отравить своего соседа по столу. Да будет так с каждым отступником.

– Очень справедливо, – согласился Люциан, отметив про себя некоторую двусмысленность ответа воина.

Теперь оставалось последнее из намеченных дел – найти начальника ночного караула, возможно, он прояснит ситуацию.

Примерно через полчаса удача, наконец, снизошла до колдуна, он встретил по пути к себе домой начальника смены, приведшей приговор странников в исполнение.

– Я могу с вами переговорить?

– А пусть я бы и не хотел, колдун, – усмехнулся воин.

Как всякий честный ратник, он не любил фаворита правителя, повелевавшего непонятными силами.

– Расскажи мне о двух странниках, спустившихся в мир иной этой ночью.

– Они сами спустились, это верно. Сильные люди, нет скорее не люди. Мы их только проводили до ворот преисподней и объяснили правила…

– Не понял.

– Они сказали, будто готовы сами пройти к месту, а мы лишь сопроводили их и открыли ворота с барельефом синего тельца.

– Они не сопротивлялись, не пытались сбежать и не возмущались?!

– У меня сложилось впечатление, словно они хотели попасть именно туда.

– Спасибо за рассказ.

– Да, совет на прощанье – прежде чем строить козни, попробуй договориться.

Воин отправился по своим делам, а колдун вернулся в лабораторию.

Люциан уселся в кресло, допил остывший кофе и задумался. Он машинально положил руку в карман, нащупал там скомканный носовой платок. Уже собираясь вытереть губы, колдун удивленно посмотрел на тряпку с запекшейся кровью.

– Это еще откуда? А припоминаю, – сказал он сам себе, – посмотрим внимательнее, чей лоскут и кровь… Все время вертится мысль, а никак не ухватить.

Данное чародейство требовало особого внимания и аккуратности. Вероятно, существовали иные способы узнать истину, но Люциану знал только этот, вычитанный в «Книге Знахаря». Метод полностью соответствовал стилю произведения, откуда был извлечен.

Два десятка порошков из различных баночек пошли в дело, он тщательно перемешал их в фарфоровой ступке. Приготовил древесный уголь, лучину. Протер специальный треножник для окуривания, пылившийся на полке и установил рядом со стеклянным шаром.

Колдун заполнил жаровню, закрепленную в треножнике углем, подложил вниз лучину, высек огонь и принялся раздувать пламя. Комната стала заполняться едким дымом. Ему пришлось открыть задвижку внутри алтаря, дышать стало легче. Когда жаровня раскалилась, Люциан подвесил над ней тряпку и бросил в углубление немного приготовленного средства. Повалил сизый дым, окутал предмет исследования и потянулся к алтарю. Пришлось переставить треногу по другую сторону шара. Новая порция порошка превратилась в дым, клубы окутали тряпку, стеклянный шар… Колдун простер правую руку над шаром и продолжил добавлять на жаровню порошок. Движение дыма стало осмысленным, приняло круговой характер, внутри клубов зародился кольцевой вихрь. Очень скоро он поглотил всю взвесь, кружившую по комнате, воздух очистился полностью. Люциан перестал сыпать порошок, жаровня потухла. Он лепил сферу из вращающегося облака, укладывая слой за слоем на шар. Наконец от дыма не осталось и следа.

– Все, теперь посмотрим, – облегченно вздохнул исполнитель колдовства.

Ему никто не ответил. Статуя осталась безучастна к происходящему действу. Он уселся в кресло и с помощью шара принялся разматывать историю тряпки.

Первая неожиданность его ожидала, когда тряпка попала к нему. Никакого нищего не было! Он подходит к воротам и поднимает окровавленный кусок тряпки. Дальше – еще хуже. Картинки стали очень размытые, словно следы от событий смахивает могучая метла, но можно догадаться: непонятным образом кусок одежды отделяется в пыточной камере, после чего тело испепеляет могучее пламя справедливой кары правителя… «Интересно, лоскут идет взглянуть на казнь сам по себе, бред», – подумал колдун и стал просматривать глубже в прошлое. Несчастный на ком красовалась остальная часть тряпки, признается в отравлении. Еще раньше – пиршественная зала, со странной точки зрения, впрочем, для полы кафтана может быть и нормальной. Некто периодически подливает вино из маленькой бутылочки в кружку соседа. Сосед – он сам, но больше, как Люциан не надувался, ничего увидеть не удалось. Словно данный субъект существовал только этот период времени. Более того – полное отсутствие следов страданий, словно заплечных дел мастера не работали вовсе. Крики, кровь хруст костей – весь набор, кроме боли и страданий, словно бьют куклу.

– Да кукла! – крикнул от неожиданно пришедшей мысли колдун.

Он схватил тряпку, дрожащими руками оторвал кусочек со следами крови, снова раздул угли, осторожно положил образец на огонь. Тряпочка с вполне натуральными следами крови даже не съежилась. Поработав некоторое время мехами, Люциан с помощью щипцов достал образец и понюхал. Потом потрогал – тряпка осталась холодной…

– Муляж, нужно объясниться – резюмировал исследователь и принялся собирать походный мешок.

– А я? – подала голос статуя.

– Когда минет срок – сможешь забрать плату и уйти. Меня не жди. Прощай.

Люциан неслышно прикрыл дверь и вышел на улицу.

Тролли покинули трактир «На Зеленой улице» в окружении воинов, словно под почетным эскортом. Правда солдаты все еще находились под действием демонстрации в трактире и предпочли держаться на почтительном расстоянии от арестованных. Процессия двинулась от главного входа, свернула направо. Неторопливо она пересекла площадь с гранитным столбом посредине. Слева на площадь выходил главный фасад храма поклонников последнего пути. Впереди разместилось тяжеловесное, мрачное здание, украшенное барельефами разных тварей, спускающихся по лестницам под землю. На стенах через равные промежутки горели факелы, свет и тень создавали иллюзию движения каменных существ. Нескончаемая вереница не то жертв, не то добровольцев двигалась в преисподнюю. На расстоянии пяти метров от стены, вдоль всего здания, по мостовой проходила красная линия. Фрагмент полосы точно напротив гранитного столба имел разрывы.

– Вот и пришли, переходить линию – не рекомендуется, – произнес командир отряда.

Он наступил на прерывистую линию, воздух над периметром мгновенно раскалился, дохнуло жаром, словно из открытой топки. Барельефы нижнего ряда, изображавшие воинов в доспехах с клинками наголо, на глазах превратились из каменных идолов в металлических воинов. Вороненая сталь предостерегающе поблескивала в неверном свете факелов.

– Красиво, но войти-то как? – поинтересовался Марк будничным голосом, словно являлся не жертвой, а лишь безучастным наблюдателем.

Командир поднял руку.

– Именем правителя! Примите жертву.

Стальная стража опустила мечи лезвием вниз. Жар от заградительной полосы спал, в месте пунктира полоса потускнела. Прямо напротив конвоя, в месте, где каменная процессия уходила под землю, по стене пошли круговые волны, словно это был не камень, а некая студенистая масса. В эпицентре колебаний образовалась дыра, она плавно расширилась до диаметра железнодорожного тоннеля. Внутри здания находилась широкая лестница, ведущая вниз.

– Так просто войти? – удивился Ян.

– Вперед, – приказал командир.

Вместо перил лестницу украшали огромные изваяния кобр в разных позах. Когда конвой спустился ниже некой критической отметки, на змеиных зубах появились голубые капли яда, приглушенно освещавшие ступени.

– Это и есть знаменитое вещество? – поинтересовался Ян.

– Да. Но взять его нельзя. Оно уничтожает прикоснувшегося осквернителя…

– Так не вы создали это?!

– Мы лишь используем то, о чем знаем.

Спуск заканчивался на арене, которую держало в зубах огромное скульптурное изображение бычьей головы или, скорее, иного существа, но очень похожего. Почти метровое кольцо висело в носу быка. Два факела по краям головы неярко освещали площадку, ненамного лучше, чем капли в пастях кобр лестницу. Липкая тьма заполняла подземелье, в ней, в этом душном киселе плавали: голова, площадка и лестница вверх, к свету.

Двое стражников подошли к быку, с огромным усилием подняли кольцо и отпустили его. Раздался удар набатного колокола. Бычьи веки открылись, голова с видимым интересом посмотрела на пришельцев. Потом она изобразила подобие улыбки, и пасть открылась.

– Дальше пойдете одни. Будете искать такое вещество, как то что капает с зубов кобр.

– Но оно же нас уничтожит? – возразил Марк.

– В подземелье – не уничтожит. Вещество превратите в монеты, там есть некое устройство. На алтарь будете класть монеты, в обмен получите еду. Работать придется много, так как еды за одну монету дают мало.

– Но монеты же так дороги?!

– Там они не стоят ничего. Желаю вам выжить. Ровно через год откроется выход.

Глаза командира стражников выдали ложь, только тролли этого уже не видели и ступили в пасть, челюсти сомкнулись. Вдруг бычья голова повела себя, словно живая – глаза выкатились, ее затрясло, нос сморщился, словно на язык попал жгучий перец. Из очей брызнули слезы. Голова втянула воздух, мотнулась из стороны в сторону. Лестница и площадка содрогнулись. Воины еле устояли на ногах, но через мгновение все стихло.

– Такого представления я не видел, лучше держать язык за зубами, – наказал командир стражникам и они потопали вверх.

– Почти у цели… – начал Марк.

Но тут пол затрясся, послышался свист втягиваемого воздуха.

– Сейчас нас выплюнет, – с ужасом продолжил демон.

– Не посмеет, – спокойно и жестко успокоил Ян.

Он вскинул руку вверх, в ней грозно блеснул жезл. Марк попытался зажать уши, но не обнаружил их на привычном месте и выругался.

– Надо же, забыл кто я сейчас. Даже уши быстро не закрыть, не там находятся.

– Зато голова крепкая, – рассмеялся Ян, – пойдем вперед.

Голова окаменела, внутри ее стало темно, как в склепе, лишь жезл слабо освещал троллей. Ян протянул другой конец жезла Марку.

– Держись крепко и не выпускай, что бы ни произошло, мы не должны терять друг друга.

– Понял.

Ян шагнул вперед, в липкую тьму и пропал. Через мгновение страшная сила дернула Марка, он не устоял на ногах и полетел вслед за Яном, не выпуская из рук жезла. Приземление прошло более-менее успешно: демон пролетел мимо своего поводыря и, так и не выпустив жезл, врезался в большой сталагмит, который обрушился, подняв облако пыли. Тело тролля сослужило хорошую службу, оно явно подходило для таких развлечений.

– Теперь можешь отпустить.

– Правда? – спросил демон, потрогав на всякий случай плечо.

– Правда.

– А назад?

Ян пожал плечами и огляделся по сторонам – они находились на дне громадного темного колодца, усеянного сталагмитами. Один из них оказался разрушен. Вверху, на недосягаемой высоте угадывались лестница, площадка и бычья голова…

– Потом разберемся. Отсюда может взлететь только птичка, если не подстрелят.

– Еще вопрос, как ты уговорил голову?

– Как обычно.

– То есть?

– Пообещал разнести здесь все вдребезги.

– Она поверила?!

– Как видишь. Однако поднимайся, пойдем дальше.

– Куда?

– За твоими монетами.

– Это понятно, куда идти?

– Впереди трещина в стене колодца, в нее и пойдем.

– Теперь я вижу, – согласился, вставая, Марк.

– Глаза привыкают. Тролли мы или нет? Ты кончай хандрить, не время.

Две тени пересекли дно колодца и скрылись в проломе. Стены трещины сомкнулись в высокий свод. Тоннель вывел путешественников в неярко освещенный зал, потолок которого терялся во мраке.

– Вот, алтарь уже нашли, – отметил Ян.

– На него нам изредка будут бросать хлебушек, – плаксиво произнес демон, – не дождетесь, дармоеды!

На большой плите три на четыре метра, с не правильными краями, но совершенно гладкой, полированной поверхностью разместился не то алтарь не то жертвенник. Он напоминал полупрозрачное покрывало, наброшенное на невидимый воздушный шар, рвущийся в небо. Покрывало четырьмя углами навсегда вросло в камень. Алтарь венчала четырехгранная стрелка, указывавшая вниз. На каждой ее грани имелось изображение монеты с руной Странвалля. Вокруг плиты лежал мусор, истлевшая одежда, обглоданные кости, черепа со следами ударов острыми предметами. Скульптурные изображения кобр, воспроизводившие изваяния с лестницы, но поменьше размером, злобно скалились со стен.

– Милое место…

– Пыль, всюду кости и пыль.

– Все преступники оказались тут навсегда.

– Или их кто-то съел до окончания срока, – вздохнул Марк, – втянул я Вас в историю…

– Подожди расстраиваться, мы еще ничего не видели.

Следующее помещение во всем походило на первое, включая обглоданные кости, лишь отсутствовал алтарь.

– Ничего нового.

– А в нише?

Скала в конце маленького грота оказалась отполированной до блеска. На левой стороне разместилась воронка с массивным основанием, справа – отверстие с коротким желобком. Над воронкой изображена капля, над желобом – монета. В клетке из толстых прутьев, освещая мертвенным светом грот, под самым потолком находилась синяя капля размером с кулак.

– Пресс для монет имеется. Дело совсем простое – найти сырье.

Выход из зала оказался только один, причем на две трети перекрытый плитой.

– Хорошо еще остался проход, – заметил Ян, пролезая в щель.

– Подожди!

– Почему?

– Тут полу стертая надпись.

Ян вернулся назад. Действительно, на каменной двери угадывались начертанные строки. Причем часть их оказалась скрыта в нише, откуда плита выдвигалась.

– Надо закрыть.

– Попробуем, – ответил демон, оглядываясь вокруг.

Из отверстия в полу высовывался рычаг. Марк попробовал нажать, ничего не произошло, тогда он налег сильнее.

– Сломаешь! Тут камень попал. Попробуй в другую сторону.

Демон потянул рычаг вверх и тот легко перебросился в противоположное положение, затем нажал. Механизм жалобно скрипнул, и дверь немного приоткрылась. Дальше дело пошло лучше.

– Довольно.

Ян очистил от раздавленной каменной крошки паз.

– Закрывай.

Ян сосредоточился на неизвестном тексте. Эмоциональное возбуждение автора строк, его боль и отчаяние были столь велики, что надпись в другом слое реальности оставила глубокий след. Понять ее – не составило труда.

Надежды нет, оставь ее, нет срока, только смерть. Все двери на замке, ключи в чужой руке. На выбор три пути: обманку взять и яд принять, в потоке лавы утонуть, а если нет – то съест, в конце концов, косматый мохноед… Уж лучше дверь запри и медленно умри.

– Бред, ничего не понял, – вздохнул Марк.

– Посидеть тут месяц. Не то напишешь.

– Подожди, еще не все!

«Пришелец, от всех погибших тут! Далеко не все они были негодяями. Возьми в углу карту, да поможет тебе она и Бог не только выйти на свет, но и рассчитаться с ними».

– Уже яснее, – заметил демон, направляясь в угол.

Он сдвинул плоский камень, под ним обнаружился рулон пергамента на двух тонких цилиндрах, перемотанный примерно до середины. Пергамент оказался очень затертый, по объему походил на рулон обоев, только немного уже. Марк развернул – судя по всему, в середине оказался район вокруг центрального колодца и алтаря.

– Интересно, каждый приходящий получает этот путеводитель, – удивился демон.

– Может там их печатают. Посмотри еще раз, – усмехнулся Ян.

Марк снова заглянул в тайник, карта оказалась на месте…

– Похоже печатают, – сказал он, сравнивая карты и возвратив одну на место.

– Открывать?

– Собственно, если смотреть на карту, больше идти некуда. Впрочем, я бы не доверял ей на все сто процентов.

– Похоже, да и дырок в ней порядком. Все же лучше, чем ничего. Нам наверное, нужно обсудить наши дальнейшие действия.

– Мне кажется нужно попробовать найти немного искомой породы и опробовать систему. Если она по каким-то причинам мертва, нужно сразу искать выход и думать, как поступать дальше.

– Приступим, – согласился Марк и заработал рычагом, открывающим дверь.

Дверь отворилась без особых проблем.

Первая неожиданность подстерегала прямо за ней. На довольно ровной стене обширного, протянувшегося слева на право зала поблескивало несколько синих капель объемом от литра до стакана.

– На ловца и зверь бежит, – обрадовался демон, направляясь к каплям.

– Не спеши…

– А что?! Раньше начнем…

– Позволю себе цитату «обманку взять и яд принять».

– Не вижу связи.

– Сейчас увидишь!

Ян поднял обломок породы и встал на пути Марка.

– В мясо превратить можешь?

– Нашел время…

– Хотя бы вид придать, обманку сделать.

– Зачем?!

– Можешь или слабо?

Демон посмотрел на Яна и наконец понял – тот совершенно серьезен.

– Я попробую.

Марк положил камень на ладонь, потер его и принялся нашептывать заклинание. Булыжник на глазах трансформировался в здоровый кусок говядины.

– Крови, запаха можешь добавить?

Экспериментатор пожал плечами. По пещере поплыл отчетливый запах крови. Демону показалось, что капли на стене мелко задрожали.

– Отлично, – похвалил Ян и взял кусок мяса, – килограмма три будет.

С приманки обильно капала кровь. Он неожиданно резко развернулся и бросил вырезку в самую большую каплю и отступил назад. Демон уже хотел покрутить пальцем у виска, но не успел. На встречу антрекоту из норы метнулась жуткая тень и, примерно в метре от стены, они столкнулись. Когти вцепились в добычу, огромное жало попыталось парализовать ее и сломалось. Тварь вместе с приманкой рухнула на пол. Две конечности, походившие на турецкие ятаганы, только зазубренные, принялись рвать мясо. Тварь покрыли брызги крови, которую исправно выдавал муляж. Воспользовавшись моментом, на спину монстру прыгнули еще два, немного поменьше. Теперь Марк успел разглядеть голубую каплю, она находилась в прозрачном брюхе животного и видимо служила приманкой. Тем временем, два жала с ядом вонзились в спину старшего товарища. Он бросил мясо, попробовал освободиться. Клубок тел, размахивая саблями, когтистыми лапами, при этом не издав ни звука, увлек приманку и принялся кататься по пещере.

– Ну и ну, – только смог сказать Марк, пятясь к двери и подталкивая Яна.

Наконец молодость взяла верх – старший товарищ был съеден. Два соратника по борьбе стояли друг против друга, меж ними лежали кусок мяса и трепещущий голубой студень. Оба борца порядочно пострадали, но уступать никто не собирался.

– Чем-то пахнет, – начал Ян.

– Кровью?

– Еще…

– Похоже на бензол!

Марк неожиданно резво подтолкнул напарника в дверь и вбежал сам. В пещере загудело пламя. Стало светло, словно днем. Два многоногих факела застыли, так ничего и не поняв. Когда глаза вновь привыкли к темноте, на полу остались три голубых, студенистых лепешки. Остальные обитатели подземелья благополучно удалились.

– Хулиган, спалишь все!

– Я аккуратно. Теперь нас на некоторое время оставят в покое.

– Может и так, – согласился Ян.

Он подошел к голубому веществу и потрогал жезлом.

– Похоже на пудинг или желе…

– Есть идея.

Марк развернул пергамент и подсунул его под желе. Три студенистых образования слились в одно, потом расползлись по карте. Демон поднял импровизированный совок и, перекатывая содержимое, понес к прессу. Как только он приблизился к символу капли, изображение засветилось.

– Смотри, то что нужно!

Марк наклонил совок.

– Подожди!

Но содержимое уже оказалось в воронке, послышался всасывающий звук, внутри машины зашумело, потом ударило – из лотка выкатилась монета. Через секунду процесс повторился, выпала еще монета, все стихло.

– Все получилось. А ты – подожди… Правда если это все, то ловить нам этих тварей всю жизнь.

– Ты мне сказать дашь?

– Пожалуйста. Теперь осталось проверить монету, отправив ее в храм.

– Так. Выслушай и потом можешь отправлять монету почтой, ловить пауков – что хочешь.

– Молчу.

– Когда по карте перекатывалось желе, на ней проступили синие символы, но я не успел прочесть.

– Интересно, но чем монета хуже этого пудинга?

Марк развернул карту и приложил монету.

– Держи снизу.

– Хорошая идея!

Действительно, в том месте, где находилась монета, проступали синие точки, иногда прожилки. Причем точки чаще оказывались на стенах коридора, а прожилки внутри скалы.

– Может это пергамент с наполнителем?

– Наполнитель не бегает, – указал Ян когтем.

Одна искорка стремительно перемещалась по залу, за ней гналась другая, более яркая. Какое-то время длился замысловатый танец, потом обе точки слились в одну, она замерла у линии, обозначавшей стену коридора.

– У нас две монеты, поставим эксперимент.

Марк взял вторую монету, отнес ее на крышку тайника с картой и вернулся. Карту перемотали на середину, поборов волнение Ян приложил к схеме синий диск. На изображении появилось два тусклых огонька – один в углу, другой на месте, где был обозначен грот.

– Здорово! – восхитился демон.

Ян подвигал монету по схеме – в ближайшей округе синих точек не оказалось. В углу что-то упало. Тролли резко обернулись. Монетка слетела с камня.

– Я положил ее на другое место!

– Кажется, есть второй эффект, – восхищенно произнес Ян.

Демон уже оказался в углу и пытался накрыть диск ладонью. Монета убегала.

– Это еще что за фокусы?

– Просто мы совершили маленькое открытие – смещение вещества вслед за маркером, назовем монету так.

– Классно, только почему никто не догадался до нас?

– Наверное, только мы решились использовать священную карту как совок.

Тролли весело рассмеялись.

– Сложив две монеты, мы усилим эффект…

– И приведем сюда мелких паучков!

– Действительно, они же сами бегают!

Две фигуры склонились над картой. Диск, словно луч фонаря, скользил по лабиринту, выхватывая то здесь то там синие искры.

– Смотри! – вырвалось у Марка.

– Похоже площадка молодняка…

– Тусклые и мелкие но много.

– Попробуем.

Медленно и неохотно голубые вкрапления потянулись вслед за монетой. Словно металлические опилки по листу бумаги за слабым магнитом. Наконец, образовалась устойчивая группа, перемещавшаяся вслед за диском.

– Только как их мы заведем в пресс…

– Спокойно. Ты веди их сюда, а я подготовлюсь, – сказал Марк и вышел в зал.

Занятие не было тяжелым, но требовало аккуратности. Стая то упиралась в стену, то стремилась разбежаться, стоило повести маркер быстрее. Когда улов почти достиг цели, Ян заметил на карте новый символ – появилось изображение чаши в зале их встречи с пауками. В дверь просунулась голова Марка.

– Пошли. Готово.

В каменном полу появился круглый бассейн.

– Заводи.

Впереди, в левом коридоре уже показалась шевелящаяся масса. Мелкие твари, не больше домашней кошки покорно двигались к своей участи. Перевалив через край, они на две трети заполнили бассейн. Ян убрал монету с кары, в бассейне тут же вспыхнула драка. Снова запахло бензолом. Марк взял маленький камушек и бросил его в тварей. Вспыхнул огонек, побежал по копошащимся и сражающимся монстрам. Через мгновение весело загудело пламя. Взрывались панцири и трещали конечности, метались, давя друг друга, пылающие твари. Агония длилась секунд двадцать, после пламя неторопливо поглотило остатки и на дне воронки осталась лишь лужица голубого сырья для пресса.

Как только каменный бассейн немного остыл, Марк соскочил вниз и собрал желе в неведомо откуда взявшееся ведро.

– С собой носишь? – поинтересовался Ян.

– А как же, без ведра – никуда, – продекламировал демон.

Содержимое емкости отправили в пресс. Устройство выдало десять монет и выплюнуло остаток желе в потолок.

– Не густо.

– И хлопотно, – согласился Ян.

– Может быть, мы изготовляем не то?

– Отправь одну на экспертизу, – пошутил демон.

– В каждой шутке есть доля истины. Сходим, возложим эту штуку на алтарь.

Марк бросил изделие на плиту. Стрелка засветилась и монета пропала. Довольно долго ничего не происходило.

– Только деньги переводить.

– Может экспертиза долгая.

Жертвенник издал мелодичный звук гонга. На плите появилась миска супа и ломоть рассыпавшегося хлеба. Ян понюхал.

– Пахнет чесноком и бобами.

– Да, работать нужно крепко, иначе с голоду умрешь.

– Мы сюда не работать пришли.

– Тоже верно.

Тролли вернулись в зал с прессом. Желе, как и прежде, свисало с потолка прямо над приемным отверстием.

– Слушай, а если попробовать подтащить саму жилу, пусть капает!

При просмотре карты невдалеке оказалась довольно обширная синяя область. На один диск она не реагировала. Тогда Ян сложил все монеты стопкой и приложил к карте. Дело пошло лучше. Выбирая свой, одной ей ведомый путь, синяя змейка, петляя и изгибаясь, приближалась к пещере.

– Вот только, где она тут выйдет?

– Положение по глубине неизвестно…

Но удача была явно на стороне экспериментаторов. Когда кончик синего червяка достиг изображения грота, желе на потолке стало быстро расти. Наконец крупная капля оторвалась и упала в приемник сырья. Аппарат заработал. На потолке начала набухать новая порция.

– Слишком быстро, – забеспокоился демон.

– А мы уберем маркер!

Рост очередной порции желе на потолке резко замедлился. Марк втянул воздух.

– Этот чесночный суп сведет меня с ума, скоро весь лабиринт провоняет.

– Не отвлекайся. Лучше собирай монеты и помоги подобрать необходимую скорость подачи сырья.

– Каким образом?

– Толщиной стопки.

Тролли так увлеклись, что не заметили прокравшегося за их спиной существа.

– Слушай, запах пошел на убыль.

– Привыкли.

Первым делом Люциан посетил главную библиотеку. Ему никто не препятствовал, вследствие чего колдун окончательно уверовал, что тайну покушения на свою персону он узнает, лишь найдя ночных гостей. В библиотеке, среди пыльных полок, он пытался отыскать описание существ, посетивших город той ночью. Все сходилось на том, будто в пасть синему тельцу отослали двух троллей. В то же время не складывалось все это в логичную историю. Тролли никогда не посещали Странвалль, кроме пожалуй одного случая. По имевшимся сведениям поведение гостей никак не вязалось с тем, как себя ведут тролли. Словно под масками скрывались иные существа. Сама собой пришла мысль посетить место жертвоприношения.

Дворцовая библиотека имела потайной проход к храму «Голубого быка» и колдуну он был хорошо известен. Люциан нажал потайной выступ, книжный шкаф повернулся вокруг оси.

Он шел хорошо знакомой дорогой и мог с закрытыми глазами найти путь к храму, но этого не требовалось. Скользкие, влажные стены оплетали флюоресцирующие лианы, поэтому на верхнем ярусе всегда царил не то полусвет, не то полумрак. Растения росли на трубах городских стоков и ниже системы очистки не проникали. Глубже яруса труб царил вечный мрак.

– Теперь двадцать ступеней вниз, второй поворот направо и столько же вверх, – сказал сам себе колдун.

Через смотровую дырочку и занавесь просматривался зал алтаря. Посредине прямоугольного помещения лежала плита из полированного камня. На ней разместился жертвенник, повторявший своего близнеца из подземелья, с той лишь разницей, что стрелка над ним не имела символики. Этот магический лифт служил для поднятия монет, отчеканенных в подземелье. Еще до прихода в Странвалль Люциана лифт окончательно лишился рассудка, он стал отдавать монеты в обмен на чесночный суп и хлеб. Причем, если внизу под купол попадала монета – наверху раздавался мелодичный звонок, но она появлялась в храме только после исчезновения миски супа и хлеба. Ни на какие другие предметы устройство не реагировало. Загадка так и не получила объяснения, на нее махнули рукой.

Колдун вышел из-за занавеса. Прислужник, наливавший очередную порцию супа вздрогнул.

– Всегда вы появляетесь неожиданно…

– Они работают?

– Похоже, уже поступило несколько монет.

– Ничего необычного не произошло?

– Да нет пока.

– Я побуду в книгохранилище храма, сообщи, если что-нибудь заметишь.

Люциан листал старинный фолиант, а в голове кружились разрозненные мысли. Для чего потребовалось убивать его этим пришельцам? Как они, преодолевшие «зачарованную пустошь», согласились с измышленным приговором и спустились в рудник, неужели именно туда они и хотели попасть? Колдун задремал. Ему приснился странный сон.

По коридорам ходил мохнатый зверь. Все его тело покрывали черные насекомые. Несчастное животное бросалось на стены, каталось по полу… Потом оно барабанило в пустую миску и требовало еды, миска заполнилась голубым пудингом. Зверь принялся бросаться пудингом в Люциана, приговаривая: «Зла слуга не туда идешь, шею свернешь, провели тебя, скинули короля, жить тебе – как и мне».

Колдун очнулся, кто-то тряс его за плечо.

– Вам плохо?

– Да сон приснился… Проявились странности?

– Сны бывают вещими… Меня смущает, точная периодичность поступления монет. Словно в подземелье работают не люди, а механизм.

– Посмотрим.

– Он звонит ровно через тридцать одну минуту. В горизонте, где залегает руда, время идет, конечно, по-иному…

– В записях есть описание такого случая?

Монах взял толстый фолиант, принялся листать.

– В нем списки наказанных принудительными работами за несколько веков…

– Их сгноили в рудниках, – поправил колдун.

– Да, конечно, вы посвященный…

– Брось, об этом знает весь город.

– О чем?!

– О том, что из подземелья не выходят. Ты давно не гулял по улицам?

– Много лет.

– То есть со вступления во власть последнего правителя точно… Выйди, подыши воздухом вечером, только будь осторожен.

– Почему это?

– Ты не узнаешь город. Для начала прочти в своем гроссбухе причину, по которой были казнены последние жертвы.

– Нарушение ночного режима, заговор. Удивительно, на всех последних страницах одно и то же…

– Не странно?

– Пожалуй, я запру дверь на ключ, – монах отбросил капюшон и хитро улыбнулся.

Почему сегодня Люциан решил пофилософствовать – неизвестно, но в награду, впервые за много лет он увидел лицо служителя алтаря. Ему казалось, этот «старик» присутствовал тут всегда… Монах оказался мужчиной без возраста. Правильное, даже красивое лицо. Глубоко посаженные голубые глаза. Длинные светлые ресницы. Аккуратная, ровно подстриженная бородка обрамляла подбородок.

– Мне это не помешает.

– Знаю, знаю. А ты не безнадежен!

– Мне кажется вы…

Монах предостерегающе поднял палец к губам и набросил капюшон.

– Не поставили суп, – нашелся Люциан.

– Да колдун, конечно.

– Значит пленники хорошо работают?

– Сносно. Мне необходимо спуститься на кухню за супом…

– Я провожу Вас.

Покидая зал, они даже не услышали, а скорее почувствовали вздох разочарования. Кухня находилась двумя этажами ниже. На ней трудилось безобразное, мохнатое, шестилапое существо, с жабьей головой, выпученными, вечно слезящимися глазами, походившее телом на бурого медведя и готовившее чесночный суп, от которого его глаза слезились еще больше. Как ему удавалось готовить – оставалось тайной. Довольно давно, в один из ненастных дней это безобразие выбралось из потайной двери и склонило голову перед настоятелем, затем прошлепало на кухню. Зверь оказался трудолюбив и покладист, но слушался только служителя алтаря и не терпел посторонних даже в соседних помещениях, следовательно, лучшего места без соглядатаев, чем кухня не возможно было придумать.

Только они вошли в помещение, существо обернулось и издало угрожающий звук, продемонстрировав усеянную зубами пасть.

– Не волнуйся, милая, – попытался успокоить зверя монах, он и сам не знал, почему решил так обращаться к кухарке, – нужно еще супа.

«Медведица» протянула своими кривыми лапами кастрюлю.

– Мы поговорим тут?

Люциану показалось, будто жабья голова кивнула.

– Я видел ваш портрет в рукописи…

– Не говори больше ничего. Нужно попробовать найти тех двух. Они очень сильные, как боги. Может быть нам помогут…

– Злые боги. Они пытались меня убить!

– Мне кажется, приложи они руку, ты бы тут не стоял. Откуда такая уверенность?

– Не знаю. Теперь уже ничего не знаю…

– Ты ведь уже не служишь ему?

– По сути, да.

Кухарка одобрительно зарычала.

– Попробуй, спустись на смотровую галерею.

– Вы знаете про нее?

– И не только.

– Но что это даст? Ведь проникнуть ниже нельзя…

– Появится некоторая ясность…

Зверь заволновался и угрожающе зарычал.

– Суп готов, пора за работу, – буднично сказал монах.

– А я вернусь в библиотеку. Сообщите мне, если лифт опять изменит поведение.

– Обязательно.

Колдун вышел через потайную дверь алтарного зала и спустился в темноту, но повернул направо. В первом тупике Люциан нашел нужный камень и открыл тайник. Здесь он хранил кое-какое снаряжение.

Захватив часть содержимого тайника, колдун выбрался к светящимся лианам. Он нашел молодую ветвь, потер палкой кончик, побег проворно обхватил опору. Люциан быстро перерезал отросток и прижег срез кислотой. Обрубок намотался на древко. Люциан изготовил еще один «факел» и укрыл оба темными чехлами, это продлевало жизнь срезанных растений.

Теперь его путь лежал в самый конец коридора. Пройдя ступени к храму, тайник, еще один поворот, Люциан уперся в стену. Здесь в полу имелась незакрепленная решетка. Колдун поднял ее и пролез в люк, прошептал коротенькое заклинание и его следы до поворота к храму исчезли – стерлось все, даже запахи. Только пыль, вековая пыль лежала в темном коридоре… Крышка люка опустилась.

Вертикальный десятиметровый спуск из скоб и боковой тоннель Люциан преодолел в полной темноте.

– Теперь можно и факел достать.

Он снял мешок и достал одну палку. Шахта озарилась бледным голубоватым светом. Круглый колодец уходил в недра скалы на неведомую глубину. По стене вилась лестница примерно метровой ширины без перил, ступени кое-где отсутствовали, идти по ней без света не стоило.

Спуск занял около часа. Наконец на стене колдун увидел грубо выдолбленный круг с аккуратным углублением в центре. Он достал перстень, который носил на цепочке под одеждой, и приложил его к углублению. Кусок скалы ушел в стену, освободив боковой проход. Колдун быстро юркнул внутрь, вытащив по пути перстень, дверь встала на место.

Смотровая галерея располагалась довольно высоко над залами, имела странные узкие окна. Сквозь них помещения внизу казались освещенными и все в них довольно сносно было видно. При попытке просунуть руку, она натыкалась на твердую поверхность, словно в бойнице находилось стекло. Затаив дыхание, колдун подошел к смотровому окошку и приник к стеклу.

В зал, где располагался пресс, он заглянул вовремя. Над приемником исходного материала, на потолке набухла очередная капля, готовая оторваться и упасть. Через мгновение сырье упало вниз и исчезло в недрах машины. Совершенно бесшумно (на галерею не доходило ни звука) пресс выдал монету, которая упала в желоб и покатилась по нему. Люциан перебежал к следующему окну. Теперь внизу стал виден жертвенник. Голубой кружочек вкатился на плиту, стрелка на лифте засветилась и монета пропала. На ее месте появилась миска с супом.

– С периодичностью все ясно, но кто убирает еду?

Перед тем как уходить, тайный наблюдатель взглянул в окно еще раз… В зал вбежал зверь, приснившийся в библиотеке храма. За ним гналась целая свора мелких бестий. Авангард уже впрыгнул на спину животному. Несчастный бросился к миске и отпил из нее большую часть. Мучители тут же освободили спину жертвы. Теперь жертва и охотники поменялись ролями. Зверь поднялся на задние лапы, прижал миску к груди и принялся брызгать на насекомых супом. В рядах преследователей началась паника. Насекомые, соприкоснувшиеся с чесночным супом, замирали, словно окаменев, зверь топтал их, продолжая кропить все вокруг. Наконец, остатки рати спаслись бегством. Победитель допил суп, миска пропала. Колдун успел внимательно, насколько позволяло расстояние, разглядеть пришельца. Он скорее походил не на героя сна, а на кухарку из храмовой кухни. Мохнатый зверь выглядел также безобразно. Обладал шестью лапами и еще больше походил на медведя.

– Уж, не родственник ли кухарки из храма, – сказал сам себе колдун.

Обитатель подземелья словно услышал это. Он поднял голову, долго и внимательно смотрел в темноту, потом обреченно опустился на все лапы и покинул зал.

Теперь настало время возвращаться. Путь вверх отнимал больше сил, занимал часа три. Но так как лиана первого факела чувствовала себя прекрасного, а в запасе оставался еще один, можно было рассчитывать на успешное завершение подъема.

Он нашел в стене углубление для перстня и отпер дверь на лестницу. Как только плита заняла свое место, колдун снял чехол с факела.

Прямо на него, переливаясь, взирали два огромных фасетчатых глаза… Люциан отступил на шаг и, немного повернув голову, посмотрел назад. Белесое тело червя, состоявшее из здоровых округлых секций, похожих на раздувшиеся автомобильные камеры свешивалось вниз. Хвост, украшенный длинным шипом, лежал ниже входа на галерею. Всего свободно оказалось с пол-оборота лестницы.

– Конец, – скрипнул зубами колдун.

Осталось три пути на выбор: сразу в рот белесой твари, предварительно броситься на шип и, шагнуть в колодец. Червь видимо не знал, на что способна крыса, загнанная в угол, и надвинулся на жертву. Столь вкусно пахнущая добыча появлялась в его владениях очень редко и маленькие мозги охотника сосредоточились на ней.

Колдун отступил еще на шаг и неожиданно перешел из одной крайности в другую. Инстинкт самосохранения подстегнул жертву, она впала в ярость. Крепкая и уверенная сила поднялась откуда-то из глубин ее души, вылилась в заклятье «роста и жизни». Его Люциан вложил в лиану, намотанную на древко, вонзив все вместе в правый глаз подземного обитателя. Червь мотнул головой, чиркнул палкой о стену и заноза вылетела, оставив лиану в ране. Ротовое отверстие открылось, готовясь принять лакомый кусок… Но не тут то было. Чувствительные волоски растения ощутили питательную среду, оно выпустило загнутые колючки. Червь мотнул головой, это не помогло. Корни и ветви уже пошли в рост. Удлиняясь, множась, отростки лианы погружались глубже и глубже в мягкое тело. На третьем сегменте от головы набух волдырь, лопнул, выбросив молодой светящийся побег. Потом – еще один, еще… Ветви устремились вдоль тела, видимо решив опередить корни, присосались в новом месте, словно радуясь обретенной свободе. По туловищу подземного обитателя прошла судорога, он наконец осознал своими куриными мозгами, откуда исходит угроза, развернулся и втянул ротовым отверстием часть свежей растительности. Червь поднял хвост, уничтожая шипом новые побеги. Люциан вцепился в стену, боясь быть сброшенным с лестницы, да так удачно, что раскачивающийся на цепочке перстень попал в углубление в камне. Плита ушла в стену вместе с прилипшим колдуном, у которого после заклятья хватило сил только на то, что бы не отпускать свою опору.

В колодце бушевала битва. Червь забыл о добыче, откусывал вылезавшие то тут, то там из тела побеги. Наконец, он понял, что проигрывает, и принялся вращаться вокруг оси, быстро сползая вниз по спиральной лестнице. Мимо убежища колдуна прошелестело сегментное тело, поворачиваясь и хрустя свежими побегами. Отпав от основного куста, лишенные пищи, они довольно быстро превращались в труху. Как только все тело червя миновало убежище, пальцы Люциана разжались, и он сполз на пол. Перстень выпал из углубления, дверь вытолкнула колдуна на лестницу… Он увидел ввинчивающеюся в колодец, светящуюся спираль.

Победитель поднялся, отряхнул труху, подобрал свои вещи и, держась рукой за стену, побрел вверх. Лишь через полчаса, более-менее успокоившись, он достал второй факел и снял с него чехол.

До прохода к боковому коридору подъем прошел без приключений. Лишь на последнем витке лестницы светящаяся лиана рассыпалась в прах, и до бокового тоннеля колдун прошел в полной темноте. Он поднялся по скобам, посетил тайник – положив древко на место, и уже направляясь в храм, аккуратно стер свои следы в тупике у люка.

Монах все еще дежурил у алтаря.

– Новости есть? – спросил Люциан.

– Период появления монет увеличился…

– Интересно. У вас перекусить не найдется?

– Это можно. Царский стол не обещаю, но кое-что найдется.

– Отлично.

– В связи с тем, что монеты поступают все реже, мое присутствие тут пока не требуется. Прошу Вас на кухню.

На этот раз при появлении гостей кухарка даже не обернулась.

– У тебя найдется какая-нибудь еда? – обратился к ней настоятель.

Кухарка кивнула и принесла хлеб, окорок, мокрые вытянутые, в мелких прыщиках зеленые с желтизной овощи и такие же по форме – но ярко-зеленые. Она поставила на стол две большие глазурованные кружки, насыпала в них коричневый порошок и залила кипятком. Потом «медведица» положила нарезанный хлеб внутрь шкафа с толстой дверцей, подождала с минуту и подала на стол. Люциан взял кусок – хлеб оказался теплым.

– Так быстро!?

– Магия, – развел руками настоятель, – извините за скудность, но сейчас – тяжелые времена. Милая, мы обсудим кое-что, ты проследишь?

Кухарка кивнула.

– По дворцу этого не скажешь…

– Лучше расскажи о результатах прогулки, судя по появившейся седине – дались они нелегко.

– Спустился я без приключений. Вот только заключенных я не застал.

– Кто же кладет деньги?

– Никто.

– Поясни.

– Сырье капает с потолка прямо в приемник пресса, монетки скатываются по желобу к лифту. Никаких работников нет.

– Значит, они подтянули жилу…

– Но это невозможно?

– Для нас.

– Только, зачем они спустились в подземелье – вот вопрос без ответа. Но пришли в Странвалль они именно за этим.

– Не совсем пришли…

– То есть?

– Их выбросили камни великого кольца.

– Ловушка восстановлена!?

– Нет. Но в ту синюю ночь камни ожили и завели свою жуткую песнь. Правитель приказал перехватить гостей, но мои наемники не справились с задачей.

– Не удивительно.

– Более того, один крепко ответил за это и похоже тронулся умом. Гости, прибыв, не только прошли по дубраве, крепко побили по пути одного местного жителя…

– Упыря?

– Да.

– Что значит побили?

– То и значит, непосредственно кулаками.

– А где они побывали еще?

– Прошли по Зачарованной пустоши, договорились со стражем. Вот собственно и все. Из трактира их отправили прямо в подземелье.

– Думаю, они сами туда отправились.

– Еще я видел в подземелье странное существо, очень похожее на него, – начал Люциан и покосился на кухарку, – оно и ело чесночный суп.

«Медведица» вздрогнула и сгорбилась. Настоятель пожал плечами.

– А как прошел обратный путь?

Колдун кратко описал встречу с червем.

– Молодец, не сдался, – похвалил монах.

– Кажется, мне просто повезло.

– Теперь это уже неважно. Очень плохо если черви вышли на охоту. Кто-то кормил их и приучил есть мясо…

– Я ничего не понимаю, – взмолился колдун.

– Придет время – узнаешь. Похоже, судьба забросила тебя в гущу событий. Ты должен пойти за теми двумя. Попробуй уговорить их вернуться сюда. Возможно, они согласятся вызволить город и его обитателей из беды.

– Если они откажутся?

– Плохо. Занявший место правителя – сильный колдун.

– Как, правитель разбирается в магии?

– И очень неплохо.

В голове Люциана все окончательно перемешалось. Этот его новый долг перед неизвестно кем. Способности правителя. Тролли…

– Зачем же ему был нужен я!?

– Для прикрытия, пока он не набрал силу на новом месте. Ты пойдешь по следу?

– У меня видимо нет выбора…

– Пожалуй это так, но тем не менее, ты должен отправиться в путь добровольно и осознанно.

– Прямо каламбур. Выбирать нечего, а сделай это осознанно…

– Можешь стоять на месте, но твое время пошло. В следующий раз тебя отравят успешно и с честью похоронят.

Люциан задумался. Ему предстояло искать союзников по спасению Странвалля, которые еще ни сном ни духом не предполагали, во что их хотят втянуть. Предстояло не только их найти, но и убедить посетить город снова.

– Но позвольте, как я им все объясню?

– Возьми вместо своего кольца – это, – сказал настоятель, протягивая перстень, очень похожий на тот, что висел на цепочке у Люциана, видя его замешательство – добавил, – двери он открывает так же хорошо. В нем хранится запись великого обмана и моего падения.

– На поиски могут уйти годы…

– Иного пути нет. По дороге будешь учиться.

– Может быть, вы пойдете со мной?

– Увы, я не могу покинуть это здание… Держи монеты, пользоваться умеешь?

– Только здесь не получается…

– В городе и не должно. Есть смысл, испытать монету поближе к водопаду.

– Только как найти их след…

– Первый раз, если успеешь, сможешь встретить их у одного из выходов подземелья.

– У какого?

– Если б все решалось так просто. Единственное, что может помочь – звук выбиваемой двери…

– Но двери опечатаны заклятьями…

– Милый мальчик, не будь наивным.

– Второе, мне кажется, могут помочь монеты, изготовленные их руками. Подумай, загадки тебе решать не в первый раз. Во дворец больше не ходи, я объясню, как пройти отсюда за городскую стену под землей. До встречи, я буду ждать.

– До свидания.

Ян свернул карту Они отправились в путь. С точки зрения тролля, подземелье не представлялось темным. Окружающий мир выглядел, правда, весьма специфически, но приспособившись к такому видению можно было без проблем ориентироваться в подземелье.

– Куда теперь?

– Вправо, через мост – потом налево.

На мосту Ян втянул носом воздух.

– Запах характерный, на нефть похоже. Зря мы тут фейерверки устраивали, могло и загореться.

– Вот почему они бензолом пропахли…

Тролли перешли мост и свернули в левый тоннель. Стены имели явные следы обработки, пол медленно поднимался. Никуда не поворачивая, только иногда сверяясь с картой, они двигались быстрым шагом около часа, пока тоннель не сузился.

– Дальше дороги нет, – сказал Марк.

Коридор перекрывала решетка из толстых железных прутьев толщиной в руку крепкого мужчины. На пересечении прутья расплющены и соединены заклепками соответствующего размера. Решетка сохранилась отлично.

– Разнесем? – деловито спросил Ян.

– Не стоило бы шуметь…

– Тогда пусти поближе.

– Я думаю, надо искать другой путь.

– Посмотреть-то дашь?

– Только не громи ничего.

– Хорошо, не буду.

Ян подошел ближе, потрогал прутья. Решетку выковали из обычного железа, даже не закалили.

– Пойдем искать обход.

– Ну, ты замучил. Здесь и без магии можно, отойди в сторонку. Лапами поработаем немного, если ничем другим нельзя.

Хозяин Замка взялся за два соседних прута, напрягся. Металл издал жалобный писк, прутья стали медленно выгибаться. Сначала не выдержала одна заклепка и лопнула, затем – еще три. Ян обернулся, прищурил один глаз, оценивая ширину плеч демона. Потом взялся за горизонтальные прутья и так же легко раздвинул их.

– Влезешь или шире сделать?

Марк молчал, лишившись дара речи.

– Не сердись, тише – ну никак не получится.

– Ну и ну.

– Решетка – дрянь, в Замке крепче. Нет, надо шире.

Он нажал еще, теперь со звонким щелчком лопнул вертикальный штырь.

– Говорил же – плохая сталь. Не та – не та. Теперь оцарапаешься…

С этими словами Ян загнул концы лопнувшего прута наружу. В преграде получился вполне приличный проход. Тролль пролез в него, хотя с трудом.

– Надо было шире сделать. Долго ты будешь стоять с открытым ртом? Иди сюда.

Марк наконец закрыл рот и последовал совету.

– Здоровья у тебя…

– Не пью, не курю, занимаюсь спортом. Пойдем, надоело в этих катакомбах бродить. На свет, к солнышку хочется.

– Похоже почти пришли. Вон там дверь.

– Только до нее еще добраться нужно.

Проникавший откуда-то сверху свет освещал громадную естественную пещеру. Путешественники стояли на краю довольно высокого, вертикального обрыва. Площадка на той стороне находилась ниже метров на пять, почти на уровне вяло текущей воды. Напротив тоннеля с решеткой, на том берегу в углублении скалы имелась дверь, прямоугольная, с округлыми углами, она поблескивала полированным металлом. Насколько можно было судить отсюда, ручки или иные выступающие части отсутствовали.

– Теперь понятно, почему дверь перечеркнута, изнутри не открывается, – вздохнул Марк.

– Вторую посмотрим?

– Не вижу особого смысла.

– Что будем делать?

– Не знаю.

– Думаю, стоит попробовать открыть, не искать же другой выход?

– Его может и не быть, – заметил демон, подтолкнув ногой чьи-то останки.

Кости попадали в подземную реку. Вода мгновенно вспенилась и забурлила, хруст ломающихся костей нарушил подземную тишину.

– Так. До подбора ключа, нужно перебраться через поток. Вплавь не получится точно.

– Может прыгнуть?

– Разбежавшись сквозь решетку…

– Посмотрим, вдруг другие тоннели есть.

Обогнув скальный выступ, тролли обнаружили еще два тоннеля. Решеток в них не оказалось. В левом краю пещеры, на другом берегу, где поток уходил под арку в стене, находилась еще одна дверь. Она ничем не отличалась от первой.

– Узкое место бассейна с крокодильчиками напротив среднего тоннеля.

– Да, пожалуй, – согласился Ян, заглянув вниз.

– Я прыгну первым.

– Почему?

– Если рухну в воду, ты тварей немного постреляешь, только в меня не попади.

– А соблюдение тишины? – желчно осведомился Ян.

– Мне не хочется… Вечной тишины. Прыгай за мной сразу, если я, конечно, перелечу на другую сторону.

Марк отошел в коридор, разбежался и, сильно оттолкнувшись, приземлился немного левее первой двери.

– Отлично, давай сюда, – крикнул он.

Ян повторил полет демона.

– Теперь вторая проблема – дверь.

Вблизи она производила еще большее впечатление. Прямоугольник два на три метра, с массивной окантовкой вырастал из камня, словно из застывшего льда. Ни петель, ни замочных скважин, ничего, даже отдаленно намекавшего на способ открытия не было, лишь несколько глубоких борозд на поверхности металла, да небольшое, словно ограненное углубление в центре.

– Идеи есть? – с надеждой спросил демон.

– Даже неясно, как это вообще открывается.

– Если рушить, то скорее продолбишь гору, а уж шуму будет – подумать страшно.

– Не заглушка же это в самом деле…

– Кто знает, на карте двери перечеркнуты.

– Долго же загорать на этом берегу придется.

– Очень долго не дадут, – прошептал Марк.

– Почему?

– Посмотри…

По полоске суши ползли, только выбравшиеся из воды мокрые «гости». Все новые и новые появлялись в том месте, где совсем недавно тролли перепрыгнули через поток. Разного размера, от полуметра до двадцати сантиметров диски, похожие на большие, двояковыпуклые линзы. На одной стороне, примерно треть, занимал усеянный кривыми щучьими зубами рот. Расположенные по бокам холодные неподвижные глаза позволяли смотреть как вперед, так и назад. Спереди тело опиралось на короткие, коренастые лапы с перепонками, сзади плавно переходило в хвост. Ползший первым, некрупный головастик поджал лапы и прыгнул на Марка. Демон оказался проворнее, успел выхватить клинок и ударил наглеца, но меч на выходе из диска наткнулся на кость. Вследствие чего нападавший боец отлетел, упав прямо на выбиравшихся из воды монстров. Закипела драка за обладание добычей. Ян потянулся за клинком.

– Подожди, – остановил демон, – займись дверью. Я сколько-то продержусь. Будет совсем туго – скажу.

Демон встал за спиной Яна. Головастики перешли в наступление. Страшная лапта началась. Марку повезло, животные нападали неорганизованно. Лезвие со свистом кружилось в воздухе, по нему текла кровь. Некоторые диски разваливались надвое и скатывались с возвышения перед выходом, отвлекая силы нападавших на трапезу, другие, только поврежденные, падали в воду, где их добивали сородичи. Вода окрасилась в бурый цвет, вскипая там, где рвали на куски раненых соплеменников… Поток головастиков немного ослаб, многих съели, другие насытился и отправился спать.

– Надежда есть? – немного переводя дух, спросил Марк.

– Помнишь, как мы стояли на парапете таверны…

– Какая связь? – удивился демон, отправляя очередного нахала на обед сородичам.

Он набил руку так, что тварь надрубалась на две трети и соскальзывала с клинка. Потом отлетала в сторону, а не падала у ног, остальную работу довершали сородичи. Особенно эффектно это получалось, если лезвие входило вдоль пасти. Панцирь от удара о пол раскрывался, разбрызгивая содержимое.

– Перстень монаха очень похож, будь готов.

Ян извлек находку из сумки и вложил в углубление. Камень засветился, кольцо раскалилось, за дверью послышался шум воды. Тогда тролль инстинктивно надавил на дверь, и она сначала медленно, потом все быстрее стала погружаться в стену. Атаки головастиков прекратились, они замерли, словно ожидая чего-то. Кольцо остыло. Ян убрал его из ниши, плита удалилась, оставляя за собой тоннель с идеально гладкими стенами.

– На всякий случай, отойдем с прохода, – предложил Марк.

Тролли встали по сторонам углублявшегося коридора. Стены тоннеля приобрели металлический оттенок, и дверь ушла в бок. Из открывшегося прохода хлынул поток воды, смывая следы пиршества вместе с головастиками в подземную реку.

– Скорее… – позвал Ян.

– А если ловушка?

– Прорвемся.

Тролли успели проскользнуть вдоль стены, подняться по лестнице, оказавшись в небольшом помещении, прежде чем проход закрылся. Дверь заняла прежнее место.

– Смотри, наблюдательное окошко.

– С поручнем вокруг… – добавил демон, заглядывая в окно, – лодка у берега!

– Только этого не хватало…

Тем временем человек, сидевший в лодке, зачерпнул воды, шлюпка тут же отчалила и двинулась влево вдоль берега, выйдя из зоны видимости. Марк оперся на поручень, тот повернулся, а вслед за ним вид в окне.

– Вот здорово! Опять вижу лодку, движется дальше, мимо водопада.

– Покрути снова. Может есть еще кто-нибудь…

– Пусто.

– А наблюдатель?

– Причалил за небольшим мысом. Корма видна.

– Выходим?

– Делать нечего.

– Тогда я открываю, – сказал Ян, вкладывая кольцо в углубление. Кусок стены, словно нос автомобильного парома, не издав ни звука, поднялся вверх, освободив выход на песчаный пляж.

– Десять шагов до свободы, – прошептал Марк.

Несколькими часами ранее, Люциан покинул монаха и вновь спустился в подземелье. Опять воспользовавшись тайником, он сделал факел из лианы. Теперь его путь лежал в сторону, противоположную дворцу. Метров через триста справа действительно оказалась лестница. Скользкие ступени вели в темноту, было слышно, как с потолка, где-то внизу капает вода. Спустившись, колдун увидел, что лестница уходит в зеленоватую воду. К счастью, вдоль стен коридора имелся выступ кладки и по нему вполне мог идти человек. На перекрестке Люциан довольно ловко перепрыгнул через протоку и двинулся прямо. Коридор уперся в глухую стену с прикованным скелетом в истлевших тряпках. Его руки в кандалах висели на двух массивных скобах, вбитых в стену. Кандалы и цепи покрывала ржавчина, скобы выглядели, словно новые. Люциан положил факел, встал на ступень перед скелетом, взялся за скобы, при этом ему пришлось упереться грудью в истлевшее тело, а носом – в оскаленный череп. Наконец скобы поддались, немного выдвинувшись, послышался шум воды, стена вместе с колдуном и скелетом повернулась на сто восемьдесят градусов. Люциан оказался в тоннеле со скользкими, заплесневелыми стенами. Только он сошел на пол, потайная дверь вернулась в прежнее положение. С этой стороны стена выглядела совершенно однородно. Влажный, совершенно неподвижный, затхлый воздух, белесые следы на камне и сырость, всюду сырость. Люциан тяжело вздохнул и пошел вперед, никуда не поворачивая. Через некоторое время впереди послышался плеск воды… Колдун прислушался: если он не сбился с пути, то уже должен приблизиться к городским воротам.

Тоннель завершился круглым залом. Из центра потолка спускалась могучая круглая колонна без единого шва. Низ грандиозного вала уходил в воду, там просматривались неподвижные лопасти громадного рабочего колеса. Когда шлюз в противоположной стене открывался, часть воды городского рва направлялась на колесо, поворачивая его вместе с городскими воротами.

– Пришли, – сказал сам себе колдун.

Он отсчитал от зала с колесом десять шагов и внимательно осмотрел стену.

– Шаги-то у него больше…

Немного дальше Люциан наконец нашел искомое – один из камней кладки несколько выступал. Колдун произнес заветные слова, услышанные от монаха в храме. Ничего особенного не произошло, тогда он попробовал толкнуть камень, рука не встретила сопротивления, от неожиданности экспериментатор чуть не упал, сделал резкий шаг и оказался по другую сторону. Из маленькой комнаты вниз, в проход подо рвом, вела винтовая лестница. Благополучно перебравшись на другую сторону, колдун подошел к двери и не успел заметить, как оказался на полосе песка, у самого моста.

– Обратно не войдешь, – вздохнул он.

Тропка вела вдоль берега к причалу, где можно нанять лодку и добраться до водопадов.

Причал располагался в небольшой бухточке, напротив угла городской стены. У настила из гладких досок, на тихой воде, покачивалось несколько лодок. На углу, свесив босые ноги, сидел перевозчик. Широкая шляпа скрывала от посторонних глаз его лицо.

– Здравствуйте, уважаемый паромщик.

– Привет. За чем пожаловал?

Странный вопрос, подумал Люциан.

– Лодку нанять можно?

– Куда тебя отвезти?

– Мне только лодку…

– До водопадов, в один конец, – продолжил лодочник.

– Откуда вам известно?

– Одна монета и лодка твоя.

– Так дорого?!

– Для тебя – столько… Ты согласен?

– Да.

– Бери крайнюю, весла в ней.

– А как ее вернуть? – спросил колдун, протягивая плату.

– Положишь весла внутрь, потом оттолкнешь от берега.

Люциан уселся на среднюю скамейку, поставил свой рюкзачок на корму, вставил весла в уключины.

– Готов?

– Да.

– А на тряпочку посмотрел? – спросил перевозчик, отталкивая лодку от настила.

Свисавшие поля шляпы отогнул случайно налетевший ветерок и под ними оказалось не больше, чем под капюшоном нищего у ворот дворца!

– Где же лодочник?

– Я его замещаю.

Люциан уже открыл рот для нового вопроса, но неизвестно откуда появившееся течение захватило лодку и вынесло на середину канала. Стало, очевидно – разговор окончен. Путешественник взялся за весла и двинулся в путь. Лодка легко скользила по спокойной воде вдоль городской стены. Справа громада города нависала над водой, слева лежала «зачарованная пустошь», ее голубоватые просторы не сулили ничего хорошего даже средь бела дня. Мысли невольно возвращались к последним происшествиям. Он попал в центр событий, о которых имел весьма смутное представление.

Во время нахождения в Странвалле ему стало казаться, что жизнь налаживается… Свое детство Люциан помнил плохо, да его практически и не было в обычном понимании, отрывочные образы не в счет. Первые четкие воспоминания связаны с монастырем, где он обучался. Кроме него там получали знания еще несколько учеников, но на тот момент он оказался самым младшим, и с ним никто дружить не захотел. К тому же всякое общение между учениками пресекалось в корне, они оканчивали школу, так и не узнав, кто есть кто. Обучение Люциана шло быстро, несмотря на юный возраст. Благодаря таланту и трудолюбию, Люциан завершил обучение, даже не достигнув совершеннолетия. Его вызвали на совет монастыря и предложили отправиться сюда, на службу к правителю Странваллю. Так как собственных планов у него не имелось, молодой специалист в области магии согласился… Все в его жизни шло ничего до этой песни кольца камней. Теперь он удалялся от города, к которому успел привыкнуть и даже полюбил. Путешествие похоже обещало быть долгим и трудным, с совершенно неясным финалом.

Городские стены скрылись из глаз, канал прижался одним берегом к горам, стал слышен шум падающей воды.

Лодка обогнула утес, и перед колдуном предстало заповедное озеро, место слияния трех рек. Равнинной, омывавшей стены Странвалля, подземной, берущей начало у корней гор и воздушной, низвергавшейся с уступа, несущей воду вечных льдов. Воды, перемешавшись и покинув озеро, пересекали «зачарованную пустошь», дубовую рощу, где убегали в неизвестность. С трех сторон водоем окружали неприступные скалы, четвертая примыкала к болотам пустоши, лишь в середине вытянутого озера, прямо напротив водопада, с шумом и брызгами низвергавшего тонны воды, имелась неширокая полоска белого, идеально чистого песка. Пейзаж производил странное впечатление из-за совершенно неподвижной поверхности воды, за исключением места, где сходились три потока. У водопада над водой поднимались тучи брызг, висела радуга, словно ворота в другие миры.

Люциан направил лодку к песчаной полосе, прислушиваясь всем своим существом. Постепенно в нем окрепла уверенность – он успел. Воротами давно никто не пользовался, иначе были должны остаться возмущения среды. Мир же вокруг дышал спокойствием, как никогда.

Осталось искать выходы из подземелья, потом ждать гостей. Лодка уперлась носом в песок. Белое, песчаное дно великолепно просматривалось. Люциан задремал на солнце.

Когда он открыл глаза, то в первый момент никак не мог понять, что же произошло… Вода приобрела бурый оттенок, дно пропало. Колдун зачерпнул пригоршню – в воде явно присутствовала кровь. Бурый поток примешивался к озеру из подземной реки. Наблюдатель оттолкнулся веслом, затем погреб вдоль берега, решив занять позицию между выходом подземной реки и пляжем.

Еще заплывая за мыс, колдун почуствовал, что на озере происходят неуловимые перемены. Надо же было ему отвернуться именно в этот момент…

Все, что увидел Люциан, это угасающее свечение под радугой и две тени уходившие по лучу света в неизвестность, да еще почти закрывшийся выход из подземелья. Ему захотелось заплакать от бессилия.

Свечение угасло, и как только глаза привыкли к нормальному свету, тролли осмотрелись вокруг.

– Повезло, что Замок находится в столь приличном месте! – облегченно вздохнул Марк.

Долина, охваченная словно подковой, лесом, плавно уходила вверх, скрываясь среди гор. Оправа меняла окраску, переходя в луга, затем в пустошь, а еще выше на пути к звездам, сверкали вечные льды. Широкая поляна, поросшая густой шелковистой травой лежала у стен Замка. Окружающий мир отражался в его сверкающих плитах, редкие облака задевали за башни, рвущиеся в небо… За ним простиралось теплое, ласковое море. Замок тысячи миров ждал хозяина. Его воздушная громада, казалось, приготовилась к прыжку, словно удивительный космический корабль на старте.

– Отпей водички, – сказал Ян, сделав глоток и протягивая Марку флягу.

На заповедной поляне, где только что на месте светящийся сферы появилось два странных существа, закружился вихрь, сметая с пришельцев, словно прошлогодние листья – их внешность. Она утратила четкость. Создалось впечатление, будто ветер разворошил два пакета свернутых старых газет, обдирая лист за листом… Лоскуты поднимались в воздух, тут же разрушались – словно истлевший прах, падали на землю.

– Мы так облетим до косточек…

– Все может быть.

– Ты не пробовал до этого?! – в голосе демона ощущался ужас.

– Интересно, где я мог это пробовать? – прокричал Ян сквозь гул ветра.

Но демон волновался напрасно, лишь странный ветер сбросил остатки наносного образа, то сразу утих. Друг перед другом стояли в своем прежнем обличье двое.

Маркольдино в куртке, брюках и кроссовках, в рубашке с пышным жабо. Его лицо снова напоминала кошачью морду. Над пастью красовались роскошные усы. Проницательный взгляд, большие глаза неопределенного цвета. Короткая, густая шерсть щеткой покрывала приплюснутый нос и ежиком вылезала на голове, отливая зеленью. Голову завершали уши. Демон потрогал их лапами, после чего удовлетворенно вздохнул.

К Яну вернулись кроссовки, летние брюки и рубашка с коротким рукавом. От приключения осталась куртка, только размер ее уменьшился пропорционально фигуре. Перчаток не было, лапы сияли естественной зеленью. Перстень с камнем остался на пальце. «Все-таки Локи, при всех недостатках – мой учитель, веселый парень, где он теперь» – подумал Ян. Теперь самоцвет, словно омут осенью, черен и глубок, как тогда, при первой встрече с Марком.

– Спасибо, без Вас мне бы монет не достать…

– Почти как тогда, – вздохнул Ян, пожимая протянутую толстую пушистую лапу.

– Теперь Вы в ином качестве…

– Почему ты постоянно повторяешь Вы, Вас?

– К хозяину Замка, особенно в его владениях, следует относиться с уважением.

– Тебе виднее.

– Нужно постучать в ворота…

Ян поднял лапу, в ней тут же оказался жезл. Над поляной прозвучали три удара, словно звонил громадный колокол. У основания Замка появились огромные ворота, створки распахнулись.

– Луг жалко топтать, – вздохнул демон.

– А мы и не будем.

В полуметре над травой появилась еле заметная, практически прозрачная лента дороги. Она начиналась у ног прибывших героев, тянулась над лугом, исчезая в недрах Замка.

После того, как Ян, освободив хвост Пуффа, пропал вместе с Марком, котище опечалился.

Куда же мне теперь? – спросил он грустно, обращаясь в пространство.

Не успел еще плут закончить фразу, как оказался в библиотеке. Пострадавший осмотрел хвост – рана зарастала на глазах. Пуфф прошелся вдоль шкафов, наугад открыл один, взял книгу, полистал, поставил обратно.

– Не то. Мрачно.

После закрыл глаза, достал новый том. Им оказалась книга «Некоторые рецепты народов мира».

– Уже лучше. Развеем грусть, если нечего поесть, просто полистаю, – сказал он и, прикрыв шкаф, направился к столу.

Почему он понимал печатный текст – котище не знал. Видимо эта способность осталась у него от прошлого.

Открыв книгу, Пуфф уселся удобно, подпер голову лапой и принялся бессистемно листать страницы… Какого мира рецепты вмещал сборник нигде не уточнялось.

Через некоторое время у читателя потекла слюна, несмотря на то, что он далеко не все понимал из прочитанного текста, так как мало видел в жизни. Например: термиты, запеченные в тесте, каким образом готовят тесто, разобраться удалось быстро, но про начинку ссылка отсутствовала… Тем не менее, язык книги оказался очень выразителен. Ко всем прочим достоинствам издания следует отнести богатые иллюстрации, отлично продуманный предметный указатель. Пуфф быстро сообразил, как им пользоваться, и дело пошло лучше.

– «Подготовленную тушку цыпленка надрезать по грудке на две продольные части, развернуть и распластать. Посыпать с наружной, а так же внутренней стороны солью и молотым перцем. Хорошо разогреть сковороду с жиром, положить тушку кожей вниз, прикрыть тарелкой, на нее поставить какой-нибудь груз и жарить», – прочел котяра.

– Тушка цыпленка, очень похожа на ту, которая из папки выскочила.

Воображение Пуффа так разыгралось, что вызвало ответную реакцию со стороны Замка… Напротив читателя в воздухе образовалось туманное облачко, оно обрело плоть, оформилось. Из него, словно молодые побеги весной, выросли две куриные ноги, заканчивающиеся ластами. Маленькое тельце между ногами покрывала густая черная щетина… Котяра оторвался от книги, удивленно посмотрел на подарок.

– Не совсем то…

Пуфф наморщил лоб, потер лапой нос. На тельце набух бугорок, из него вылезла жабья голова, правда щетина стала короче, но видимо жесте, к тому же появилась даже на ластах.

– Совсем не тушка, надо опалить…

Голову словно ветром сдуло. Вспыхнул факел синего пламени, волосяной покров обгорел, теперь это (если не считать ласт) вполне подходило под определение тушки.

– «Надрезать по грудке», – прочел Пуфф еще раз.

В воздухе сверкнул огромный тесак и рассек полуфабрикат. Тот отчаянно заверещал, брызнула кровь.

– Позвольте, но тушка – это уже мертвый цыпленок, – удивился котище, предварительно заглянув в книгу.

Все кровавые, а также звуковые эффекты прекратились.

– «Тушку развернуть и распластать. Посыпать с наружной и внутренней стороны солью, молотым перцем», – прочел он дальше.

Полуфабрикат развернулся, окутался черным облаком. Кулинар чихнул.

– Так, теперь хорошо разогреть сковороду с жиром, положить тушку кожей вниз, прикрыть тарелкой, а на нее поставить какой-нибудь груз и жарить. Сковорода там нарисована, тарелка тоже, только что значит «хорошо разогреть?»

Брови повара сошлись к переносице.

– Больше – не меньше.

В воздухе появилась раскаленная почти до белого каления чугунная сковорода. Через мгновение она встретилась с курицей. Сковорода лопнула…

– Много, дубль два.

В библиотеке запахло горелым мясом.

– Дубль три…

На шестом дубле мясо приятно зашипело. Над ним возникла тарелка и пудовая гиря, через долю секунды они рухнули вниз, туда, где пачкой стояли предыдущие дубли. Тарелка разбилась, а пирамида присела, но не упала.

– Нет, нужно подыскать другой рецепт, – покачал головой Пуфф, – этот слишком сложен.

Какое-то время кулинар шелестел страницами…

– «Сом отварной. Пряный отвар вскипятить»… – начал читать Пуфф, – непонятно, пряный отвар – это кто такой? Посмотрим дальше. Нет, без пол-литра не разобраться.

Он встал, подошел к бару, вытащил первую попавшуюся бутылку, на столе рядом с книгой тут же мелодично объявила о себе коньячная рюмка. Котище сделал маленький глоток.

– Отлично. Может быть теперь получится. «Молочные сосиски вырабатываются из говядины первого сорта и свинины полужирной с добавлением молока, яиц». Так, кто такие эти говядины и свинины тут где-то было описано.

Пуфф заглянул в предметный указатель…

– Ага. Не говядины, а говядина. Это оказывается из коровы, она тут нарисована. Свинина же почему-то из свиньи. Впрочем, это не так уж важно. Смотрим дальше, – сказал начинающий повар, отпивая еще глоток, – «молоко» – делают из той же коровы!? Перемалывают что ли ее, нет не то, это фарш. «Корова дает молоко». Это, в каком смысле?

Рядом с рюмкой возник цилиндрический сосуд из тонкого стекла, заполненный белой жидкостью. Экспериментатор отпил, после чего сморщил нос.

– Ничего, но коньяк лучше. Способ доставания молока из коровы оставим, теперь яйца. «Куры несут яйца»…

Пуфф встал, подошел к остывшей стопке сковородок, поднял за ручку верхнюю вместе с гирей, взял распластанный полуфабрикат за ласт и осмотрел с двух сторон. Результат осмотра явно озадачил котяру.

– Интересно, каким образом он носит эти самые яйца, у него и рук-то нет…

Полистав книгу еще, он узнал, что яйца могут нести (или носить?) и другие птицы. Видимо в данном случае описание, созданное воображением начинающего кулинара оказалось достаточно точным, так как перед столом появилась целая связка сосисок. Он взял одну, осторожно откусил кусочек, медленно прожевал. В изделии явно присутствовало лишняя составляющая. Пуфф просмотрел параграф дальше, там через два абзаца прочел…

– «Искусственную оболочку, перед тем как варить, снимают»…

Повар выплюнул остатки сосиски на сковороду, аккуратно снял когтем целлофан с оставшейся части, отправив ее в пасть.

– Теперь другое дело. «Варить в кипящей воде пять – десять минут». Пять или десять? Пять – сосиски свежие.

Под сосисками образовался большой прозрачный котел с кипящей водой, целлофан слетел на пол, продукт упал в кипяток. На столе появились круглые часы с одной единственной стрелкой, которая ползла к нулевой отметке.

– Ждать, это так невыносимо, – произнес котяра и отпил глоток коньяку.

Как только стрелка часов достигла нулевой отметки, они принялись неистово трещать, прыгать, кататься по столу. С третьей попытки Пуффу удалось накрыть их лапой, словно муху. По столу рассыпались колесики, детали, будильник смолк. Пока котище ловил часы, котел исчез, сосиски оказались на огромном блюде. Рядом с ним появились баночка, бутылка, а так же вилка. Кулинар ощутил манящий запах, вздохнул и отодвинул остатки часов в сторону.

– Это видимо острый томатный соус, – решил Пуфф, заглядывая в бутылку, – в банке похоже горчица. Коньяк с сосисками явно не сочетается. Поищем совет в этой прекрасной книге. Вот, «сосиски являются великолепной закуской к пиву». Открываем пиво. «Пенистый слабоалкогольный напиток», ого, так много сортов… «Все сорта пива могут быть разделены на две группы – светлое и темное. Во вкусе светлого пива преобладает тонкая хмелевая горечь, для темных сортов характерен вкус солода и небольшая сладковатость… Употребляют при температуре десять – двенадцать градусов». Интересно температуре чего? Наверное, все-таки напитка. Далее – «к пиву хороши горячие сосиски с различными гарнирами (тушеной капустой, картофельным пюре, зеленым горошком), изделия из теста». Все, тестом займемся позже. Последний параграф – «пиво относится к алкогольным напиткам: систематическое его употребление в больших количествах является формой пьянства». Ну, это пока не для меня, я еще не разу не пробовал.

За время углубленного изучения книги блюдо дымящихся сосисок пополнилось тушеной капустой, зеленым горошком. Рядом с ним образовались две знатные стеклянные кружки, украшенные густой пеной. Одну заполняла светлая, другую более темная жидкость.

– Все, не могу больше, надо пробовать, – проглотив слюну, сказал котище.

Он отложил книгу, пододвинул стул ближе к столу и притянул лапами блюдо к себе.

– Начнем с пива, – сказал Пуфф, взяв в каждую лапу по кружке, – ваше здоровье, – добавил он, обращаясь в пространство.

– Темный сорт мне нравится больше, – отметил дегустатор, ставя на стол кружки.

Появилась третья кружка, напиток в ней оказался еще темнее. Котище отпил, сморщил нос, посмотрел в потолок и после короткой паузы сказал свое мнение.

– Похоже это «портер», нет, на мой вкус темное пиво лучше.

Кружки отъехали в сторону, на их месте появилась еще пара, обе с темным пивом. Котяра густо намазал сосиску горчицей, прямо перевернув баночку (где-то за кадром послышался сдавленный смех) откусил и остался сидеть с открытой пастью. Правая лапа судорожно сжимала вилку с сосиской, левая делала хватательные движения, из глаз брызнули слезы. Одна из пивных кружек наклонилась, выплеснув содержимое прямо в пасть, вторая подъехала к левой лапе. Пуфф схватил ее, отпил половину и прополоскал рот. Он осторожно положил вилку с надкушенной сосиской и вытер тыльной стороной лапы усы.

– Сурово.

Переведя дух, он размазал горчицу по нескольким сосискам, плеснул сверху соус.

– Нельзя ли на лечение больного еще какой-нибудь сорт пива? – обратился плут в пространство, потрогав свой хвост.

Появилось несколько кружек поменьше. Котище пробовал, нюхал, качал головой, отодвигая от себя после первого глотка, гора сосисок и гарнир стремительно убывали. В библиотеке висел устойчивый запах пива, горчицы, тушеной капусты. Постепенно стол на две трети заполнился начатыми кружками всевозможных фасонов и размеров. Блюдо опустело. Пуфф окинул заставленный кружками стол и произнес…

– Пиво относится к алкогольным напиткам: систематическое его употребление в больших количествах является формой пьянства. Пожалуй стоит прекратить, поскольку сосиски кончились.

Он аккуратно поставил блюдо на пол и придвинул книгу.

– Так, о чем еще пишут? – сказал котище, открывая том наугад.

Листы переворачивались один за другим, котище мечтал… От чтения его отвлек подозрительный звук.

– Ой, это еще откуда?

На столе, напротив читателя расположился крупный краб. Тело пришельца имело диаметр с большую обеденную тарелку. Его усы неодобрительно шевелились, правая клешня пробовала на прочность ручку ближайшей пивной кружки. Пуфф перевернул пару страниц назад – такого там не было. Правда мясо краба упоминалось…

– Сварить что ли?! Так он большой слишком…

Обе просьбы исполнились незамедлительно, котяра облегчено вздохнул, но видимо преждевременно. Если с первой частью пожелания все обошлось вполне благополучно – краб оказался в кипящей воде со специями, быстро покраснел и разделанный угодил на новое блюдо, то со второй… Лишь только Пуфф протянул лапу, что бы полакомиться клешней, как на месте приготовленного краба возник новый гость, еще крупнее. Он просуществовал секунд двадцать, потом рассыпался на целую кучу маленьких крабов, которые незамедлительно бросились, кто куда. Некоторые попрятались по углам комнаты, но большая часть, почуяв воду, расселась по пивным кружкам и, теперь, выставив усы над поверхностью пива, наблюдала за котярой.

– Что с ними теперь делать, – вздохнул кулинар, разламывая клешню, – не варить же их в пиве… Мясо вкусное. Может запечь в тесте?

Пуфф вытер лапы любезно появившимся полотенцем, нашел нужную статью.

– «Тесто включает в себя муку, жидкость, сахар, яйца, жир, дрожжи, специи» – прочел повар.

Рядом со столом материализовался большой бак, Пуфф потер нос и задумался, емкость стала больше. Котище заглянул внутрь – бак на треть заполнился мукой вместе с остальными компонентами…

– Мало будет.

В емкости заработала невидимая лопата, перемешивая ингредиенты, теперь бак заполнился почти до верха.

– «Дать постоять в тепле, тридцать – тридцать пять градусов два три часа». Отлично, можно пока поспать, – сказал Пуфф, подложив лапы под голову, и забылся сном, не выходя из-за стола.

Очнулся котище потому, что кто-то теплый, очень мягкий сталкивал его на пол. Тесто, выбравшееся из бака, предварительно скинув крышку на пол, заняло свободную часть стола и уперлось в спящего повара. Кулинар вступил в неравную борьбу с нежданным противником. Котище принялся вталкивать тесто обратно в емкость, надо отдать ему должное – бился он насмерть, даже достиг промежуточного успеха, водрузив крышку на место.

– Прочтем, как поступить дальше, – начал кулинар, но не успел…

Перемешенное и обмятое тесто, лишившись лишнего углекислого газа, насытившись кислородом, пошло в рост с новой силой. Крышка слетела с бака, со звоном упав на пол. Из емкости высунулась округлая шапка. Пуффу показалось, будто тесто злорадно усмехается. Он бросился в бой. Сначала битва шла с переменным успехом, иногда вымазанному мукой повару удавалось водрузить почти все тесто в емкость, только оно снова и снова вырывалось наружу. Отчаявшейся боец кулинарного фронта попробовал есть тесто, но такое блюдо (после крабов и пива) оказалось не особенно вкусным. Использовать свои способности, Пуфф не рискнул, поэтому вынужден был биться в рукопашную. Некоторая часть теста вырвалась, поползла вокруг стола, заходя с тыла. Сражение приняло драматический оттенок. В довершение всех неприятностей, крабы, поселившиеся в пиве, не умерли, а освоились в новой среде, основательно опьянели и осмелели… Из ближайшей кружки выбрался самый отчаянный (или пьяный?), упав на спину. Котище обернулся.

– Так, начинка перешла в наступление…

Краб перевернулся и, покачиваясь, направился к повару. Добравшись до края стола, он исхитрился прыгнуть прямо на голову Пуффа, крепко вцепился в шерсть, отметив свой прыжок победным стрекотом клешней. Зрители в кружках ответили ему, высунув клешни над пивом. Герой сполз на лоб, больно щипнул своего носителя за нос… Этого котище стерпеть не смог, он бросил тесто, схватив наглеца. Повернулся к зрителям, положил героя в пасть, громко хрустя, прожевал, после чего, со злостью выплюнул остатки панциря на блюдо. В кружках замерли, оставив над поверхностью пива лишь шевелящиеся усы.

– Будете выступать – сырыми съем.

Наглый краб отнял драгоценное время, а тесто им воспользовалось. Котище снова бросился в атаку и начал втискивать непокорного противника обратно в бак. Странный, ритмичный звук снова отвлек его от борьбы. Клешни выглядывали над пивом, выбивая четкий ритм. В мелодии ясно угадывались слова…

Наш брат погиб в бою неравном, В борьбе с пришельцем гадким, Его мы путь, конечно, повторим Пусть даже и погибнем вслед за ним.

Пуфф тряхнул головой. Потер глаза лапами, испачкав морду в тесте и муке.

– Наверное, белая горячка, – мрачно констатировал он.

Тем временем обитатели части кружек выбрались на стол, построились клином. Клешни сыграли что-то похожее на марш, после из рядов воинства выдвинулся второй храбрец. Этому повезло меньше, Пуфф поймал наглеца и, предварительно продемонстрировав войску зубы, разжевал храбреца, выплюнув остатки в замершее войско. Самые хитрые, около пяти штук, один за другим спрыгнув на пол, двинулись в обход, готовясь взять несчастного повара в клещи совместно с ползшим вокруг стола тестом.

– Будет вам наступление, – прорычал Пуфф.

Он оторвал здоровый кусок теста, в мгновение ока слепил из него каравай и запустил им в самую гущу нападавших крабов. Войско бросилось врассыпную, но тем не менее, липкая масса накрыла среднюю часть клина.

– Крабы в тесте, что б с вас панцирь сняли!

Каравай на глазах начал подрумяниваться, покрываясь аппетитной корочкой, но котяре было не до еды. Тесто не знало отдыха и лезло из емкости. Повар оторвал еще кусок и припечатал к полу несколько мелких бестий. Кто-то ущипнул его за шею, и Пуфф услышал победное пощелкивание клешней. Котище не своим голосом закричал, пытаясь ухватить нахала.

Вакханалию прервал мелодичный звонок. Начинающий повар обернулся на звук и увидел, как один из серых экранов рядом с камином осветился.

Перед уже отчаявшимся победить все сотворенное собственными лапами «героем» предстала поляна перед Замком. Над травой пролегала полупрозрачное дорожное полотно, по которому шли к воротам Ян и Марк. Пуфф обреченно оглядел комнату: о том, чтобы все успеть убрать, не могло быть и речи. Юный повар приготовился к худшему.

Путешественники вошли в первый зал – никаких следов колдовства устроенного Марком не осталось.

– Как наш бедный котик, – вздохнул Ян.

– Да он чуть не погиб…

– Оправился ли?

Неожиданно перед ними материализовался Розино. Художник был взлохмачен и возмущен.

– Прошу прощения, но если вы не поторопитесь, с ним точно случится беда, да и нам всем придется туго. Он такое свинство устроил…

– Где он?

– В библиотеке.

Совсем впасть в отчаяние Пуффу не позволило тесто, оно вновь активно полезло из бака. В этот самый момент оба изображения треугольников на полу осветились и превратились в шестиконечные звезды. В одной стоял Ян с жезлом в руке, в другой Марк с обнаженным клинком. Оба были очень решительно настроены. Они оценили предполагаемое поле боя и переглянулись…

Почти весь стол занимали начатые и полные пивные кружки, правее стола лежала огромная гора теста, возвышавшаяся до спинок стульев. Мелкие крабы бегали по столу, полу, тесту. Лежало несколько чугунных сковородок, даже пудовая гиря…

– Где же шалун? – спросил Ян, угрозы в его голосе не было.

Пуфф обернулся, крышка вырвалась и со звоном упала на пол. Демон чуть не поперхнулся от смеха. Котяра предстал весь перепачканный мукой, он развел лапами, за которыми тянулись словно жевательная резинка длинные куски теста. На несчастном сидели, крепко вцепившись в шерсть, несколько крабов. Теперь стал виден громадный бак, так как он лишился крышки, тесто полезло на свободу.

– Не уследил, уснул, – виновато сказал он, готовясь к худшему.

В комнате висел устойчивый запах теста, пива, горелого мяса и тушеной капусты. Ян прошел вдоль стола, заглянул в книгу.

– Понятно. Как самочувствие?

– Не очень, – вздохнул Пуфф.

– Да уж. Свинарник ты устроил знатный…

Марк тоже подошел и отломил кусок каравая.

– Даже крабов почистил, молодец…

– Вы меня спасете? – неожиданно взмолился котяра.

– От чего?

– От него, – пояснил несчастный и толкнул тесто в бок, – а также от этих.

Пуфф поймал на себе очередного краба и прожевал. Усы висели вниз, глаза были грустными.

– Это все пустяк. Скажи, как ты пережил не очень удачное колдовство?

– Хвост уже зажил. Так вы меня избавите от этого всего?

– Вообще-то кто буйствовал…

– Я только книгу читал…

Ян задумчиво оглядел библиотеку. Убирать все это – целый день… Правда все безобразие создано не без участия сил Замка. Внутренний взор направился куда-то к корням разыгравшихся сил, перед хозяином пронеслась вся вакханалия от начала до конца. Он рассмеялся.

Пуффу стало немного легче, если смеется – видимо бить не будет. Он увидел, как Ян поднял жезл, с которого соскочила зеленая искра на ближайшую пивную кружку. Стекло вместе с содержимым засветились сотнями огоньков, затем бесшумно взорвались, покрыв все мелкими зелеными блестками. Свечение перебросилось на остальные плоды поварского творчества, они взрывались, словно петарды, не причиняя никакого вреда. Та же участь постигла и крабовое воинство. Последним ушло со сцены тесто, просто растаяв в воздухе.

– От всей души спасибо, – сказал Пуфф, с удовлетворением оглядывая библиотеку.

– Не за что, шалун.

– Еще бы проветрить, – виновато попросил Пуфф.

– Хорошо, – усмехнулся Ян.

По библиотеке промчался вихрь, унеся с собой запахи, напоминавшие о кулинарных излишествах котяры. Присутствующие сели за стол. Ян достал папку из сумки и открыл ее.

– Ну, Марк, куда мы теперь…

– А я? Меня забыли! – встрял Пуфф.

Ян и демон переглянулись.

– Если оставите одного, я еще чем-нибудь займусь, – противным голосом продолжил котище, оглядывая книжные полки, – например строительством…

– Что ж, – усмехнулся Ян, – как ты думаешь, Марк, для минимизации убытков лучше взять его с собой?

Пуфф протянул заднюю лапу и принялся отчаянно искать под столом ноги Марка. Правда сначала он наступил совсем не тому.

– Ты Марка толкай, я-то согласен.

Котище окрасился в пурпурный цвет, потупил глаза, изображая крайнее смущение.

– А здоровье как?

Пуфф продемонстрировал хвост, достал неведомо откуда бумагу, на которой было напечатано: «Справка. Выдана мне. Подтверждает полное восстановление после курса специальной диеты.» Подпись и круглая, смазанная печать также присутствовали.

– Справку оставь себе. У меня тот инцидент не идет из головы. Кто-то вмешался в процесс.

– Пока объяснения нет – просто запомним этот факт, – сказал Ян, – этого любителя приключений берем?

– Куда от него теперь денешься…

Пуфф облегченно вздохнул, пряча справку.

– Тебе карты в руки, – произнес Ян.

Демон взял из папки картинку…

– Здесь было другое изображение!?

– То есть?

– Перекресток, здание конторы, около подъезда леса, мощеная улица с разнокалиберными, кривыми фонарями, кучи бытового мусора. Особняк имел вывеску – торговля недвижимостью.

Ян взял в руки открытку.

– Тут улица с гладким покрытием, уходящая в туман. Дом справа без вывесок… Хорошо дверь есть. Как поступим?

– Может контора переехала?

– И открытка отследила ее место пребывания, – язвительно заметил Ян.

– Выбора собственно нет, придется разбираться на месте.

– Надо еще попасть на это место. По монете?

– Увы, мне известно только, как открыть ворота у водопада…

– Тогда по карте тадум? Кто бы еще объяснил мне, что это такое!

– Некая картонка или открытка, при определенных условиях позволяющая пройти словно в дверь к месту, изображенному на ней.

– Может открытка она и есть? – подал голос Пуфф.

– Когда смотришь на карту тадум, возникает ощущение открытого окна, причем, если продолжить медитацию, окажешься по ту сторону…

Тем временем Ян открыл свою сумку, принялся в ней что-то искать…

– Ну, где же она?

– Кто?

– Вещь очень похожая, однажды я пользовался такой штукой, на ней даже следы компостера должны остаться… А вспомнил, вот сохранилась ли…

Он встал, извлек из заднего кармана джинсов кусочек белого картона, немного больше обычной игральной карты.

– Вот, нашел наконец, – пояснил Ян, положив картонку на открытку с изображением агентства.

От белого прямоугольника осталась только тонкая рамочка, внутри которой просматривалась улица, туман, да так отчетливо и объемно, словно в открытое окно. Марк осторожно взял картонку, внимательно осмотрел.

– Ничего подобного не видел. Обычно на карте изображены места, куда нужно попасть. Если владелец карты имеет некоторый навык, то у него появляется шанс переправиться по другую сторону «окна».

– Аналог ворот?

– Не совсем, ворота все же существуют по обе стороны транспортного коридора, тут же выпадаешь из окна, которое немедленно захлопывается.

– А монеты?

– Они, мне кажется, скорее ключ к воротам. Хотя возможно и не только это.

– Что тебя так поразило?

– Ваша карта, она как бы козырная, то есть не имеет своего изображения.

– Тогда с нее нет толку, – вздохнул Пуфф.

– Как раз наоборот, она может захватить любое другое изображение! Позвольте спросить, а как этот предмет появился у Вас?

– Очень просто. Я вытащил карту из колоды Клото, по дороге к тронному залу Замка, когда беседовал с ней. Это оказалось не так уж трудно.

– У мойры, она сама предложила?!

– Да.

– Тогда все ясно, думаю не только я, но и никто вообще не видел таких вещей.

– Но она существует, я уже один раз ею пользовался…

– Видимо, придется поверить, попробуем воспользоваться еще раз.

– Я готов, – сказал Пуфф.

Ян закрыл папку, убрал ее в сумку, оставив на столе снимок и карту тадум. Посмотрел на демона, Марк кивнул.

– В путь!

– До встречи, – произнес Ян, обращаясь в пространство, его лапы снова укрыли перчатки.

Он взял двумя пальцами заветную козырную карту и приблизил ее к картинке. Демон одной лапой ухватился за запястье Яна, другую протянул Пуффу. Котяра сделал то же самое. Все трое сосредоточили внимание на прямоугольнике. Улица по ту сторону ожила, приобрела рельефность, путешественникам показалось, словно они выглядывают в окно. Еще через мгновение окно расширилось, за доли секунды поглотив храбрецов. Они выпали прямо на асфальтированную улицу неизвестного города…

Пасмурно, сумеречно – не то день, не то ночь. В воздухе – даже не туман, а капли воды, словно дождь уснул, так и не долетев до земли. Случайный прохожий с собакой юркнул в подворотню при виде упавшей с неба троицы.

– Прибыли, – сказал Ян, убирая карту в карман.

– Ну и климат, – поежился Пуфф.

– Тем не менее, мы на месте, – констатировал Марк, сверяясь с открыткой.

Они стояли на неширокой асфальтированной улице. По одной стороне проезда шла глухая кирпичная стена не то двух этажного дома, не то забора. Красные старые кирпичи местами выкрошились, словно от обстрела, поэтому стена походила на изъеденный мышами сыр. Другую сторону улицы занимали дома.

Нужный дом имел три этажа, штукатурка с него местами обсыпалась, из ржавых дырявых водосточных труб, словно слезы, капала вода. Двухстворчатая дверь покрашена синей, кое-где осыпавшейся краской. Стекла стали матовыми от векового слоя пыли, которая если и не была ровесницей империи, то уж прошлый век видела точно.

– Даже вывески нет, – удивился Марк.

– Поднимемся, может выше есть.

Дверь, жалобно скрипнув, пропустила посетителей внутрь. Большой полутемный холл некогда парадного подъезда встретил вошедших гостей скрипом треснувшей плитки на полу и настороженным блеском глазков в дверях первого этажа. На лестнице оказалось немного светлее. Рассохшийся поручень. Стена выкрашена темно-коричневой краской. Множество подтеков окончательно обезобразили украшавший когда-то ее орнамент. Окно с грязными стеклами пропускало достаточно света, несмотря на промозглый серый день. За ним была видна глухая стена другого дома. Лестничная площадка второго этажа, снова настороженный блеск дверных глазков, множество кнопок звонков.

– Муравейник…

– Значит нам еще выше.

Вниз прошел человек в плаще, с зонтом под мышкой. Даже скорее не человек, а серая тень, лишенная силы и плоти, вся изъеденная духом болот…

Площадка последнего этажа оказалось, как две капли воды, похожа на ту, ниже. Исключение составляла последняя дверь в углу, гладкая массивная, покрашенная серой краской. Около нее располагалась кнопка звонка и бумажка с надписью «Office». Демон позвонил.

Через минуту дверь бесшумно распахнулась, на пороге появилась девица, словно с обложки журнала «COSMOPOLITAN». Чудо в туфлях на огромной шпильке, мини юбке и полупрозрачной блузке наклонило голову, внимательно осмотрев странную компанию.

– Может мы не туда попали? – спросил Марк.

Вместо ответа Ян протянул девице открытку.

– Мы по объявлению.

– Прошу сюда, подождите в комнате, – произнесло чудо, удалившись в темный коридор.

Она ушла, покачивая бедрами и продемонстрировав идеальную линию шва на колготках, которая еще больше подчеркивала безупречность ее ног…

– Мы точно туда пришли? – снова подал голос Марк.

– Сейчас узнаем.

Лишь клиенты вошли в прихожую, в углу которой стояла круглая печь, дверь захлопнулась и заперлась. Комната для ожидания имела более чем скромный вид. Низкий стол, диван с сильно выгоревшей обивкой в цветочек. На отдельной подставке компьютер, стул перед ним. На экране монитора черные черви поедали изображение, сопровождая это аппетитным хрустом. Два окна, с видом на мокрые окрестные крыши, взбиравшиеся к низким облакам. Замазанная лепнина на потолке, обои видевшие падение империи. Над диваном наклеен вид какого-то озера полтора на два метра, прикрывший трещину в стене. Ничто не изменилось за век на этом кладбище, по которому бродят великие призраки, лишь время, ветер, непогода состарили руины и даже сам дух мертвой империи, дух ее столицы. Но болото, на котором она построена, никуда не ушло. Каменные мостовые, дворцы не смогли победить тлетворное дыхание трясины. Оно, как и во время ушедшего величия точит души людей, разрушая их своими цепкими когтями.

– Если долго тут жить, станешь тенью, – заметил Марк.

– Как тот, спускавшийся по лестнице, – согласился Ян.

– Ты заметил…

– Гнилое место…

– Заболоченная дельта реки – не лучшее место.

– Чем могу служить? – прервал обсуждение лысый розовощекий господин, в отличном сером костюме.

Он вошел в сопровождении все той же длинноногой девицы. Она уселась за компьютер, закинув ногу на ногу, и изобразила внимание.

– Мы в агентстве по недвижимости?

– Да, в самом лучшем агентстве!

Пуфф с сомнением оглядел стены и вздохнул.

– Прошу Вас не удивляться нашей странной просьбе…

– Желание клиента для нас – закон.

– Мы хотели бы приобрести виллу «Последний приют» в деревне Вечный покой…

Агент и девица переглянулись.

– У нас есть кое-что…

Теперь посмотрели друг на друга Ян и Марк.

– Только продавец со странностями. Он требует очень необычную плату…

– Такую? – спросил Марк, показав синюю монету с изображением водопада.

– Да, сто штук.

– Мы согласны.

– Свершилось! Вот уж не думал – воскликнул клерк.

– Вызываем? – подала голос девица.

– Звони, конечно, звони, – воскликнул агент и протянул ей радиотелефон.

Девица набрала номер, послышались длинные гудки. Пуфф с нескрываемым интересом наблюдал за ее действиями… Наконец на другом конце линии кто-то поднял трубку.

– Здравствуйте, мадам, есть клиент, – произнесло чудо в трубку.

– Она может приехать через десять минут, – пояснила девица окружающим.

– Ничего, мы подождем.

– Выезжайте.

Девица отдала трубку агенту, и они вышли из комнаты.

– Она вылезет из этой коробочки? – поинтересовался Пуфф.

– Да нет, это лишь телефон.

– Не понял…

– Устройство для передачи речи от одного человека – другому.

– А не человека?

– Это все равно, если для общения использовать речь или иные звуковые эффекты.

– Здорово…

– Не совсем. Для работы системы связи необходима огромная инфраструктура.

На лестнице послышался стук каблуков. Щелкнул замок входной двери. В комнату вошла прекрасно сложенная особа в джинсах, кожаной куртке, туфлях на высоком каблуке. Довольно милое лицо особы обрамляла короткая стрижка. Темные волосы, колючий взгляд карих глаз… В ее облике присутствовало нечто едва уловимое от ведьмы.

– Они? – спросила дева у шедшего следом агента.

– Да.

– В этот раз ты не лжешь. Надеюсь, ты встретил их хорошо?

– О да.

– День добрый, – подчеркнуто вежливо обратилась дама, мгновенно оценившая обстановку по виду покупателей.

Они дружно встала с дивана, ответив на приветствие.

– Вы хотите приобрести «Последний приют»?

– Да!

– Вам известна цена?

– Конечно.

– Нужно время для того, чтобы привезти деньги?

Марк молча поставил на стол мешок, развязал веревку. Леди взяла монету, внимательно осмотрела, потом бросила в дверь прихожей. Монета ударилась о печь и отлетела обратно точно ей в руку. К всеобщему изумлению печь пропала. Дева посмотрела на монету с ребра.

– Она стала тоньше, но это так и должно быть.

– Но слегка потеряла в весе, – начал Марк.

– Это неважно, она пойдет в счет. Как скверно придется кое-кому, – глаза девы зловеще сверкнули.

– Значит вы согласны?

– Я то да. Вот только сможете ли вы взять ключ. Впрочем, если смогли взять это – что вам ключ.

– В каком смысле?

– Сейчас поймете.

Дева сняла с шеи цепочку, на которой висел кожаный чехол. Из чехла выкатилось тонкое кольцо из серебристого металла. Цепочка проходила сквозь него.

– Пожалуйста, попробуйте взять его, но не за цепочку и не за чехол.

– Для чего?

– Без него не попасть на виллу, покупка теряет смысл для вас.

– Это хорошо конечно, а бумаги на виллу у вас с собой?

Дева достала из внутреннего кармана пластиковую папку и положила рядом с кольцом. На лицевой стороне, с угла скотчем был прилеплен ключ от французского замка.

– Только все же попробуйте взять его, я например не могу.

Марк протянул лапу, его зрачки расширились, запахло паленой шерстью.

– Тридцать минут выдержишь? – с мольбой в голосе спросила дева.

Демон покачал головой.

– Не знаю…

– Можно я? – спросил Пуфф.

Леди кивнула. Котище пошел ближе, протянул лапу испытать судьбу. Лапа осталась пуста. Пуфф предпринял еще несколько попыток, потом посмотрел лапу на свет.

– Ничего не понимаю, – сказал он, – видимо ячея у сети очень крупная.

– Придется мне, – вздохнул Ян.

Он снял перчатки, взял колечко, подержал некоторое время. В ободке ощущалось присутствие силы незнакомой хозяину Замка. Времени детально разбираться в ее существе не было, Ян сдавил кольцо. Сила отступила, признав превосходство, цепочка распалась, упав на стол.

– Пожалуйста, на палец оденьте, – попросила дева.

Ян выполнил просьбу и надел колечко на безымянный палец левой лапы. Потом простер ее над папкой. На когтях возникло зеленое свечение, оно перебросилось на документ, когти вытянулись… Кольцо, словно не выдержав, слетело с пальца и упало на стол. Глаза девы с ужасом взирали на происходящее. Она, конечно, предполагала что монеты принесет не простой смертный, но увидеть гостя с того света… Ведьма почувствовала невероятную силу и окончательно осознала – покупатели не простые смертные. Теперь ей хотелось быстро покинуть контору.

– Документ подлинный, – констатировал Ян, убирая когти и надевая перчатки.

– Можем скрепить договор, – предложил агент.

Деву передернуло.

– Кровью из безымянного пальчика – противным голосом подлил масла в огонь Пуфф.

Леди побледнела…

– Ты как себя обещал вести? – сердито спросил демон.

Котище замолчал и надул щеки, изображая полный рот воды.

– Он шутит, просто поставим подписи. Потом вы нам объясните, как туда добраться, – успокоил Ян.

Договор был подписан.

– А почему вы продали виллу? – спросил Марк.

– Получив ее в наследство, я даже не смогла попасть на нее. Если на автомобиле хотя бы можно ездить… Да, ключи от него отдам внизу.

– Приложение?

– Без него и кольца не добраться до вашей покупки. Когда будете ехать по пустыне, наденьте у столба с цифрой семнадцать кольцо на безымянный палец… Некоторые странности не должны удивлять Вас, – дева многозначительно посмотрела на перчатки Яна.

Она достала из сумки толстую пачку серо-зеленых купюр, отдала агенту.

– Здесь по договору, плюс премия, за молчание. Оно в ваших интересах.

Ян убрал договор и кольцо.

– Пойдемте, я передам машину.

Клиенты спустились по лестнице, вышли из подъезда. У тротуара стоял, сверкая хромированными дугами, джип. Дева встала на подножку, вынула ключи из замка зажигания.

– Прямо так оставляете?!

– Его можно, – протягивая ключи Яну, пояснила ведьма, и добавила, обращаясь к автомобилю, – твои новые хозяева.

Ян снял перчатку, положил когтистую лапу на капот, внутри что-то довольно заурчало.

– Это не автомобиль в обычном смысле.

– Его суть недоступна моему пониманию, – ответила дева.

– Но о монетах вам известно не так мало…

Марк попытался обойти вокруг джипа и споткнулся о кучу одежды, прикрывавшую ботинки.

– Это еще откуда?

– Видимо он пытался украсть… Но это теперь ваша проблема, собственность не моя. Все известное – рассказала, – произнесла колдунья, – прощайте.

Рядом остановилось такси, умчавшее бывшую собственницу в сырой туман.

– Сбежала, – констатировал Пуфф.

– Ты к этому руку, извини лапу, приложил тоже, – ворчливо заметил Марк.

– Каким образом?

– Ты не притворяйся, рассказывай, откуда почерпнул про кровь из безымянного пальца?

– Из книги.

– Какой книги?

– Латышские народные сказки.

– Ну, читатель. Когда успел…

– До кулинарной книги.

– Надеюсь, больше твои знания ни чем не обогатились?

– Где же хозяин ботинок? – перевел разговор Пуфф, просовывая голову в открытое окно с другой стороны джипа, – тут никого.

– Есть идея, – предложил Ян, открыл дверь и сел на водительское кресло, – может, простим вора на первый раз?

– Это ты кому? – удивился Марк.

Ответ появился на заднем сиденье в виде голого, перепуганного мужика в наручниках.

– Так, хозяин ботинок прибыл, – усмехнулся Ян.

Котище тем временем влез по пояс в открытое окно, взял за подбородок забившегося в угол голого субъекта…

– Воровать нехорошо, слышишь, – шипящим шепотом выговорил Пуфф, – еще будешь шкодить паразит?

Мужик попытался протереть глаза…

– Не снится тебе, не снится подлая душа, – продолжил котище и оскалил зубы, – все наяву. Так понял, змей подколодный, или нет? Сырое мясо не люблю, но отведаю!

Вор закивал головой, стараясь не задеть кошачий нос, приблизившийся вплотную к лицу.

– Тогда вон отсюда, падаль!

Дверь распахнулась и, получив увесистую пощечину, неудачливый похититель выкатился на тротуар, едва не сбив с ног Марка.

– Одежду не забудь, – хихикнул демон.

Жертва соблазна схватила вещи и бросилась бежать. Через мгновение она скрылась из виду.

– Теперь можно ехать, – удовлетворенно произнес Пуфф.

– Ян, управлять Вам… – Марк развел лапами, садясь рядом.

Ян закрыл дверь, вставил ключ в замок зажигания, повернул. Приборная панель ожила, засветился экран бортового компьютера. Новый водитель повернул ключ еще – заработал двигатель.

– Фокусник, – похвалил демон.

– Едем на виллу «Последний приют», в деревне Вечный покой, – сказал Ян, нажав клавишу с изображением микрофона, под экраном.

После пятисекундного раздумья, на экране появился фрагмент плана города в одном углу и часть плана пустыни с дорогой – в другом. От первого ко второму вела линия, сплошная на фрагментах, пунктирная между ними.

– Что теперь? – спросил Марк.

Ян пожал плечами, потом нажал клавишу «auto». Машина поехала.

Агент, наблюдавший за всем через жалюзи, увидел, как двинувшийся джип повернул поперек улицы и въехал в кирпичную стену напротив. При этом по поверхности стены пошли круги, словно по воде. Автомобиль, подобно камню в воду, ушел в стену без следа. Агент перекрестился, вспомнив еще раз прощальный совет девы.

Ворота захлопнулись. У Люциана появилось нехорошее предчувствие. Надежда на быстрый успех предприятия растаяла, теперь предстояло отыскивать след тех двоих. Если они не остановятся где-нибудь надолго, догнать троллей очень трудно. В отличие от колдуна, они легко перемещались, поэтому преимущество было на их стороне. Так можно стать вечным преследователем, конечно пока не растрачены все монеты.

Люциан обреченно вздохнул и погреб на место, где исчезла радуга. Здесь у водопада смешивались три реки, их силы, по странной прихоти творца создали, могучий коктейль. Его великая мощь, соединяясь с энергией, запечатанной в удивительных монетах из подземелья, переносила храбреца через пространство, могла забросить в иные измерения… Колдун знал еще одно свойство этих замечательных ворот. Он не зря сидел ночами в библиотеке. Довольно долго от путешественника оставался след, словно от подводной лодки в глубинах океана. Возмущения межпространственной среды, позволяли вернуться к водопаду по своему же пути. Но все было не так просто, в иной реальности бушевали бури, имелись течения – отпечаток мог разрушиться. Правда монета, пущенная по следу, закрепляла его, разматываясь словно лента. Как долго могла существовать нить Ариадны – не упоминалось нигде, как впрочем, и другие практические моменты. Трактат, найденный колдуном, имел теоретический характер. В жизни две капризные сестры – теория и практика редко идут рука об руку. Под аккомпанемент невеселых размышлений лодка достигла водопада.

Масса воды низвергалась с огромной высоты, поднимая тучи брызг. В воздухе постоянно висели водяное облако и радуга. Не та, которая погасла вместе с исчезновением троллей, а обычная от преломления солнечного света. Стараясь не приближаться слишком близко к гигантскому холодному душу, колдун осторожно извлек из рюкзака небольшую коробочку. Он очень гордился своим изобретением, хотя никому его и не показывал. Внутри прозрачного ящичка на специальном подвесе размещалась монета. Люциан надеялся обнаружить след пришельцев с помощью этого устройства. Закрепив коробочку на борту лодки, он принялся медленно плавать между водопадом и берегом, иногда останавливаясь, чтобы переместить устройство немного выше или ниже. Наконец монетка повернулась, колдун осторожно развернул лодку и погреб к берегу, индикатор медленно вращался, но все медленнее. Причалив немного в стороне от предполагаемой точки отправки, Люциан вылез на берег, захватив свои вещи. Он прошелся вдоль воды, место, где вызвали силу, открывшую ворота, находилось рядом, но след обрывался на грани песка и воды, словно отрезанный…

– Ну, как же я сразу не догадался, – воскликнул исследователь.

Он поднял индикатор выше, на высоте метров полутора монетка превратилась в голубой волчок. Это уже можно было назвать успехом. Теперь предстояло оживить нить Ариадны.

Заклинание, восстанавливающее след, юный Люциан нашел в одном из манускриптов монастырской библиотеки вместе с еще одним. Не имея не малейшего представления, для чего они могут пригодиться, юноша запомнил оба, больше этой рукописи он не видел, хотя строки, написанные вязью на древнем языке, стояли перед глазами. Учителя на все его вопросы отвечали уклончиво – рекомендуя для поиска следов использовать нечто менее экзотичное. Уже позднее он пробовал прочесть эти строки – результат оказывался нулевым, с таким же успехом можно было читать любые другие стихи. В данном случае предстояло испытать еще раз. Люциан достал монетку, поднял ее на необходимую высоту и начал читать:

– Ой, – вскрикнул колдун, роняя в воду злобно зашипевший диск, – как раскалился. Может, следует прочесть и первую часть?

Подняв остывшую монету, экспериментатор начал сначала.

Люциан посмотрел в воду и пожал плечами, в озере отражалось лишь его лицо – голубые, глубоко посаженые глаза, светлые длинные ресницы… Очень редкий тип лица для Странвалля… Впрочем, место его рождения оставалось тайной, одно слово – сирота. После первых двух стихов, словно пелена упала с глаз, механизм повернулся еще на один шаг, почти как после отравления… Он продолжил декламировать, с изумлением обнаружив, что если напрягает свое восприятие, видит след, оставленный при прошлом открытии ворот.

Синяя монетка больше не жгла руку! Она приподнялась над ладонью, перевернулась на ребро, раскрутилась, словно волчок. Волчок разбух, все больше приобретая контуры клубка, который неожиданно упал. Не долетев до воды, клубок словно оказался на невидимой поверхности и покатился к водопаду, оставляя за собой тонкую нить, которая растекалась, превращаясь в ленту. Стоило отвлечься или расслабиться – все исчезало. Люциан снова настроился, видение восстановилось, потрогал рукой эфирную тропу – она существовала!

– Отступать теперь некуда…

Он сложил в лодку весла, оттолкнул ее от берега.

– Плыви домой – я может не вернусь.

Колдун вскинул свой рюкзачок и ступил на тропу, сделал с десяток шагов, обернулся – берега заповедного озера заполнила вечерняя прохлада, песок поглотил следы, тропа растворилась в воде…

Комок жалости к самому себе подступил к горлу. Люциану стало нестерпимо грустно покидать ставшую родиной землю, захотелось броситься в воду и плыть обратно. Приступ тоски, видимо обострил новое чувство, открывшееся после прочтения заклятия. Он разглядел, что тропа не исчезла бесследно, а снова превратилась в нить, которая медленно опускалась на дно.

– Концы в воду, – пошутил путешественник.

Нить Ариадны давала надежду на возвращение, только как долго она сохранится… Люциан пошел к водопаду, глядя под ноги. Клубок катился вовсе не по прямой линии, тропа повторила изгибы его пути, а купание не входило в планы путешественника. Когда до грохочущей воды осталось рукой подать, колдун всем своим существом почуствовал глубину бездны, над которой прошла его дорога. Из омута повеяло холодом, на плечи навалилась не человеческая тяжесть, ноги подогнулись, и Люциан упал на колени. Сила же гнула его все ниже и ниже, стремясь раздавить, уничтожить… Колдун успел разобраться – это не нападение, сопротивление не направлено лично против него – просто он слишком близко от ворот и попал в совершенно иную среду. Решение пришло молниеносно, собрав волю в кулак, Люциан поднялся, быстро сделал шаг, потом еще и еще…

Водопад пропал, сила отступила… Колдун впервые попал в прослойку между мировыми сферами. Это было нечто невообразимое. Сумасшедшее неистовство света и красок чередовалось с волнами серого тумана, распадающегося на несчетное количество искр. Они гасли, и наступала полная тьма. В ее недрах снова рождался огонь, появлялись звезды, они кружились в диком хороводе, сливаясь в море света. Мчались целые миры, наваливаясь своей мощью, но проносились, словно тень, не оставив после себя ничего, кроме туманного воспоминания… Только лента тропы петляла среди этого неистовства природы, она, словно пришитая к изнанке мироздания, тянулась к своей цели. Первый шаг в этом немыслимом хаосе дался труднее всего, потом стало легче, но лишь до первого поворота… Не все в этом мире призрачных отражений было столь безобидным. Откуда-то из условного низа поднялось нечто черное, переливающееся синими разводами. Люциан не поверил своим глазам. В монастыре он научился видеть состояние души человека, отличать злые мысли, видеть боль. Не прочитать мысли, а лишь отнести к определенному типу. С ужасом он узнал отпечаток ненависти, боли и зла чудовищной концентрации и мощи. Он не мог себе представить такое количество людей вообще, а объеденных таким образом… Тем временем (хотя данное понятие между мирами лишь абстракция) образование поднялось выше, прошло мимо тропы, отчего та перекрутилась, натянулась, как струна, готовая оборваться. Колдун оказался вниз головой. Теперь он видел удаляющимся ужасный айсберг людского горя. Как только образование слилось с окружающим фоном, лента развернулась в прежнее положение.

Решив не испытывать судьбу ожиданием новых сюрпризов, Люциан быстро пошел вперед. Обернувшись, он увидел, как тает тропа. Умом он понимал, что лента переходит в иное состояние, но сердцем… Нервы не выдержали и колдун побежал. Тропа впереди обрывалась, но он уже успел ощутить приближение выхода по силе, придавившей к тропе. Герой смело шагнул в никуда, приготовившись давать объяснение за вторжение.

– Он решил размазать себя по кирпичной стене, – охнул Марк.

– Вместе с нами, любезный демон, – отозвался Пуфф, удобно разлегшийся на заднем сиденье, – словно масло по булочке…

Марк приоткрыл дверь, готовясь спасаться бегством, но кенгурятник машины бесшумно погрузился в кирпичную стену, на поверхности кладки пошли круги, будто по воде.

– Прикрой дверь-то, – заметил Ян.

– Не то ноги промочишь, – донеслось с заднего сиденья.

Автомобиль весь ушел в кирпичный омут, на мгновение стало темно и холодно. Ян успел включить кондиционер, благо знания о земных машинах остались при нем, прежде чем в глаза ударил ослепительный солнечный свет.

Люциан поднялся. Клубок с нитью Ариадны не израсходовал энергию полностью и повис в метре над землей, словно не зная, куда направиться дальше. Поводырь колебался, будто дорога раздваивалась, а он никак не мог решить, куда двигаться. Его тянуло к глухой кирпичной стене, но в то же время к дому…

Колдун осмотрелся. Он стоял на улице каменного города, под серым промозглым небом, непрерывно истекающим слезами дождя. Влага сочилась прямо из воздуха, кирпичной глухой стены, окон дома напротив. Гнилостное дыхание закованных в камень болотных духов, стоны покойников, чьи кости лежали в основании города, тени былой империи, смешались в крепкий коктейль, просачиваясь сквозь камень мостовых, поднимаясь и скапливаясь в подвалах домов, насыщая призраки прошлого. Даже деревья, в сквере за соседним домом, казалось бредили прошлым. Их кривые, уродливые руки мертвыми мозолистыми пальцами тянулись к небу. Люди, камни, улицы, город бредили былым величием, а время точило их, обращая в тени.

Люциан поежился. Место ему не понравилось. Но магическая нить почти не израсходовалась, следовательно, его перемещение оказалось коротким. Поляна, море и это кладбище находились в одном мире. Колдун тяжело вздохнул, решив сначала посетить дом.

Слепые, темные окна неодобрительно изучали пришельца. Здесь не полагалась появляться жизнерадостным существам. Стекла в двери парадной стали матовыми от векового слоя грязи, копоти, жира. Им не вредил даже вечный дождь. Гость толкнул дверь, ступив в полутемный зев подъезда. Теперь клубок отчетливо взял след. Треснувшие плитки жалобно скрипнули под ногами, из холла лестница вела наверх. Осторожно ступая, колдун пересек помещение, на лестнице было несколько светлее, серый день проникал сквозь закопченное стекло внутрь склепа. Стены, рассохшиеся перила покрывал толстый слой осыпавшейся местами коричневой краски. Она каплями застыла на старом орнаменте, навсегда похоронив былое величие империи. Каменные, стертые ступени вели выше, мимо настороженных одноглазых дверей.

На площадке последнего этажа одна дверь отличалась от остальных, совершенно гладкая, массивная, серого цвета. Около нее располагалась кнопка звонка и бумажка с надписью «Office». Не найдя дверного молотка, колдун нечаянно оперся на кнопку.

– Кого еще принесло?

Девица пожала плечами, посмотрела в глазок.

– По-моему, он сродни тем красавцам с того света.

– Открой, а то, как бы хуже не было, – разрешил агент, пряча деньги.

Он отличался отменным чутьем, в данном случае оно подсказывало не спорить с гостем, отвечая на его расспросы.

Дверь открылась. На пороге появилась великолепно сложенная особа женского пола, в наряде, приведшем Люциана в некоторое смущение. Полупрозрачная блузка, лакированные туфли, ну а такой длины юбок он еще не видел никогда, как впрочем и ног. Колдун опустил глаза.

Девица мгновенно оценила обстановку, приняла еще более бесстыдную позу.

– Чем мы можем быть полезны?

– Понимаете ли, я ищу своих знакомых, – солгал Люциан.

– Проходите, мы рады вам помочь, – улыбнулось чудо.

Она грациозно развернулась, оставив за собой шлейф дурманящих запахов.

– Подождите там, – особа махнула рукой с холеными ногтями, по направлению к комнате, удаляясь по коридору.

От спектакля у гостя перехватило дыхание, как бороться против такого оружия в монастыре не учили. Дверь сама закрылась, втолкнув его внутрь. Комната не сильно отличалась от общего состояния города. Лишь в необычном аквариуме, наполненном доверху черной водой, плавали странные, удивительно яркие рыбы. В комнату вошел лысый розовощекий господин, в отличном сером костюме, сел за стол. Девица встала за его спиной, выгнув бок.

– Чем мы можем быть полезны?

– Понимаете ли, я ищу своих знакомых, – повторил свою просьбу Люциан.

– Они были тут недавно?

– Да, совсем. Они несколько странные…

Колдун достал монету, около трех сантиметров диаметром. Протянул агенту.

– Проверить можно?

– Пожалуйста.

Леди принесла емкость с какой-то жидкостью, пинцет. Господин осторожно открыл сосуд, медленно опустил монету внутрь. На мгновение жидкость вспенилась, грязь исчезла, оставив золото в первозданной наготе.

– Прелестно, – отметил испытатель.

Он прекрасно помнил о совете держать язык за зубами, но в конце концов, сами клиенты его об этом не просили. Золото так соблазнительно блеснуло. Дева унесла жидкость, возвратившись со сверкающей монетой. Она наклонилась над столом, положив монету перед шефом. Широкий ворот блузки был обращен к колдуну. Он отвернулся.

Пока шеф мучительно обдумывал что рассказывать, Люциан расценил его сомнения как недостаток золота, и положил на стол еще одну монету. Агент сдался.

– Да. Были трое. Один, видимо главный, молодой мужчина в джинсах – ну ничего особенного, кроме черных перчаток. Второй, похож на кота, только шерсть зеленоватая, ну а третий…

– Очень обаятельный, огромный – с вас, черный кот, – закончила девица.

Люциан не мог понять, куда делись тролли. Может быть, он пошел не по тому следу? Или они изменились… Откуда третий? Но он решил не подавать виду.

– В агентстве они приобрели дом, – сказал господин.

– Интересно, а дорого?

Девица посмотрела на агента, тот пожал плечами.

– Да нет, сто каких-то странных монет, даже не золотых…

– Эта похожа? – Люциан продемонстрировал синий кружок.

– Точно, из-за этого мы лишились печи…

Сердце колдуна радостно забилось. Видимо след оказался правильным. У Люциана не было никаких сведений, чтобы кто-нибудь вынес из Странвалля такую сумму, кроме последних гостей. Пожалуй только сам правитель? Но зачем ему покидать свой трон?

– Они забрали ее с собой?

– Нет, дама бросила в нее монету, печь пропала…

– Куда же они после отправились?

– Думаю на виллу. Они еще приобрели автомобиль, на нем отбыли – пояснил агент и, собравшись с духом, добавил, – въехав в кирпичную стену напротив.

– Отлично, – нисколько не удивившись, отметил гость.

Теперь стало ясно, почему клубок никак не мог решить, куда отправиться.

– Спасибо, – поблагодарил Люциан, вставая с дивана.

– Да собственно не за что.

Он облегченно вздохнул, когда наконец покинул агентство. Определенно он не привык к общению с такими девами. Спускаясь по лестнице, колдун возвращался к главному вопросу – правильно ли выбран след. Нить Ариадны не может ошибаться, монеты из Странвалля, следовательно, он шел по следу не троллей? В то же время поведение гостей на пустоши, в городе, подземелье… Ни одно существо видимо не заподозрило подмены. Человека они бы съели мигом.

Агент немного отвел занавеску. Гость, не сбавляя шаг, приблизился к стене, утонув в ней, точно так же как и джип.

– Ну и денек сегодня, один клиент лучше другого.

– Но платят – отлично, – заметила девица.

– Я согласен, тебе – премия. За достойный внешний вид.

Люциан снова стоял на тропе. Серебристая лента, шириной не больше сорока сантиметров, уходила вперед, теряясь среди звезд. Огромное, необъятное небо с неисчислимым количеством звезд окружало колдуна. Колючие искры, чернота, холод, лента тропы под ногами и больше ничего… Сердце сжалось, идти сквозь эту вселенную можно вечно, но нить Ариадны сама решила эту проблему. Он ощутил сначала едва уловимое, потом все ускоряющееся движение звезд. Источники небесного огня, расступаясь в стороны, освобождали дорогу, но на их месте вспыхивали новые. Серебристая лента словно падала вместе с колдуном в бесконечной трубе из черного бархата, усеянной блестками. Стало еще холоднее. Трудно сказать, было ли это ощущением реальной температуры или отражением иных процессов в необъятной прослойке между мирами, но путешественник мерз. Среди звезд появились кристаллы льда, сначала небольшие… Потом все крупнее и причудливее – они мчались мимо, или он двигался среди них?! Причудливые ледяные звезды переливались в свете далеких источников света, медленно поворачиваясь, исчезали за спиной. Строй ледяных стражей становился все плотнее, лента причудливо изгибалась, обходя острые иглы. Теперь ощущение падения сменилось чувством полета в замысловатом мире холода. Описывая причудливые виражи вокруг кристаллов пирамидальной формы циклопических размеров, путешественник молил судьбу об одном – не остаться бы навечно в этом царстве полированных граней. Правда, сказать с уверенностью, что пространство выглядит именно так, тоже было нельзя. Наверное, его ощущения смогли отразить это место меж мирами лишь с некоторой долей истины. Слишком непривычна среда, где пролегла тропа. Не имей нить Ариадны замечательного свойства крепко держать ношу, Люциан уже давно дрейфовал бы вместе с кристаллами. Полированные поверхности теснились ближе, просветы становились уже… Казалось, конца не будет этому кошмару, но все завершается. Иглы расступились, перед колдуном предстала удивительная картина.

Кристаллическое царство служило оболочкой сферы космических масштабов. Вся ее внутренняя поверхность оказалась усеяна полированными иглами. В центре, словно звезда, висел «стеклянный шар», занимавший некоторую часть объема. Материал слабо флюоресцировал, то фиолетовым светом, то окрашивался бардовой гаммой, после цикл повторялся, при этом он оставался прозрачным. Тропа устремилась к нему. При приближении, стало видно – внутри шара находилось множество объектов. Они, словно экспонаты, залитые прозрачным клеем, покоились на своих местах. Сверху вниз, относительно колдуна, шар пересекала неровная полоса, состоявшая из мелких искорок. По обе ее сторон замерло по странному предмету, похожему на песочные часы. Соединенные вершинами голубоватые конусы уходили в пространство, растворяясь в теле шара, вторые песочные часы были темными. Вокруг, в полном беспорядке, базировалось несколько веретенообразных объектов, опутанных нитью. Каким образом многообразие отражений интерпретировалось в реальном мире – оставалось только догадываться… Нить Ариадны по-прежнему вела к прозрачной планете, Люциан начал беспокоиться, что пополнит коллекцию, оставшись на века со всем этим вселенским мусором. Флюоресцирующий шар рос, превратившись по мере приближения в немного выпуклую вертикальную стену. Серебристая лента уверенно шла по следу, но колдун начал уставать. Стоило об этом подумать, как тропа под ногами завибрировала, готовая рассыпаться в прах. Но на свое счастье, колдун увидел впереди конец ленты. Она обрывалась далеко от поверхности удивительной прозрачной планеты. Осознание мысли, о близости выхода, вернуло Люциану самообладание, нить Ариадны снова успокоилась. Прошло еще немного времени, колдун ощутил приближение перетяжки…

Джип подъехал к воротам в высокой ограде. В решетке на разные лады присутствовали изображения креста. Рядом с калиткой, под шерифской звездой, имелся звонок.

– Похоже мы в Америке, – констатировал Марк.

– Я бы не горячился с выводами… Так как понимание речи происходит вне зависимости от языка, на уровне информационных структур…

– А вывески?

– Могут отражать веяния моды…

– Может, позвоните? – подал голос Пуфф.

Марк выбрался из уютных объятий кресла и подошел к ограде.

– Почему она вся пронизана мотивами крестов?

– Просьба – экспонаты руками не трогать, – произнесла высунувшаяся из окна кошачья голова.

Демон нажал кнопку. Где-то в глубине дома послышались звуки, похожие на сигнал старого телефона. Никто не вышел. Марк позвонил еще. Из-за двери донеслось недовольное ворчание.

– Иду, иду.

Дверь открылась, на порог вывалилась толстенная негритянка в фартуке и чепце стиля прошлого века…

– Что надо?

– Здравствуйте, мадам! – опередил остальных Ян, видимо с его точки зрения после хранительницы рукописей Замка (девица из агентства не в счет), особа в фартуке выглядела, если не фотомоделью, то красавицей.

Марк с Пуфом переглянулись, Ян приложил палец к губам. На его лапах красовались тонкие кожаные перчатки. Негритянка прищурилась, видимо такое обращение повергло ее в ступор.

– Здравствуйте, – рассеянно произнесла она.

– Мы приезжие, хотим видеть представителя местной власти, – продолжил Ян.

– Он в отеле, на чаепитии, повернете направо, потом налево. Тут близко, – ответила негритянка, удалившись, но так и не придя в себя, последнее ласковые слова в ее адрес на прошлой неделе произнес Хаорон с кладбища. Они звучали так «туша свиная, шериф дома»?

Путешественники выехали на перекресток в форме буквы «т». Под транспарантом «Hotel», разместилась стрелка направо. Немного влево, впереди на холме, за высокой, почти трехметровой железной решеткой и деревьями скрывалась вилла.

– Не она ли это? – восхитился Марк.

– Гадать не будем, спросим у шерифа, – ответил Ян, поворачивая руль.

Проехав мимо дома представителя власти, джип оказался на широкой улице, прямо перед церковью.

– Святой отец не отсюда ли?

– Придет время – узнаем.

Следующим домом, за церковью оказалась гостиница. Здание имело кроме высокого цокольного этажа, еще два, на первом размещалась большая открытая веранда со столиками. Путешественники подъехали к ступеням, поднялись на нее. За правым угловым столом сидел мужчина.

– Не подскажите ли Вы нам, где найти шерифа? – обратился к нему Ян.

– Я и есть шериф Джон. Можно просто Джон. Присоединяйтесь, – пригласил он гостей, – указав на свободные стулья, – отец Феофан опоздал, приходится пить чай одному…

Шериф оказался крупным мужчиной лет сорока, крепкого телосложения. Залысины и небольшой живот говорили о бурной, полной излишеств жизни их владельца. Кожаная безрукавка со звездой на груди, ремень, две кобуры с высовывающимися рукоятками пистолетов, шляпа с загнутыми полями на краю стола – полностью соответствовали образу из ковбойского боевика. Но на этих атрибутах сходство и заканчивалось. Лицо представителя власти можно было отнести к азиатской расе, скорее ее монголоидной ветви, волосы собраны в пучок, перехваченный черным шнурком. Толстая серебряная цепочка удерживала, на жирной шее, великолепно выполненное распятие из того же металла. Крест имел сантиметров пятнадцать в длину, у ног Христа вмонтирован красный камень, символизировавший кровь. Крепкие, сильные руки с ухоженными ногтями, лежали на столе, рядом с чашкой. Запах кофе плыл над верандой, соблазнительно щекотал ноздри.

– Ян, – представился господин в перчатках, – это мои попутчики Марк, Пуфф.

Демон и котище кивнули.

– Чай, кофе? – спросил шериф, внимательно рассматривая гостей, пока они приближались к его столику – мы называем это чаепитием, так как святой отец не пьет кофе.

– Нам – кофе, – ответил Ян.

– Мне – чай, пожалуйста, – ответил Пуфф.

Пока прибывшие господа усаживались, Джон достал пистолет, постучал рукояткой в стену.

– Пантелеймон! У нас гости. Пожалуйста, два кофе, чай… Еще что-нибудь перекусить, они с дороги.

– Один момент, – ответил густой бас из недр заведения.

– У нас тут мало… – начал шериф, осекся, подбирая слова.

– Местных жителей. Вы их соответственно всех знаете, – подсказал Марк.

– Именно, – облегченно вздохнул Джон.

– Мы хотим к Вам обратиться, как к местной власти…

– Увы, помощь я вам смогу оказать вряд ли. Моему предшественнику даже ограда с изображениями креста не помогла. Меня пока распятие хранит и вера.

– Да нет, мы хотим представиться. Ян протянул договор купчей на виллу.

Шериф осторожно взял лист. Его взгляд последовательно задержался на перчатке, черном камне перстня, на узком, словно обручальном, кольце. Крест качнулся на цепи, подтягиваясь к кистям Яна, словно железо к магниту…

– Вы, какой дорогой ехали?

Путешественники переглянулись и пожали плечами.

– Повернули у столба с меткой «семнадцать», – ответил за всех Марк.

– Значит прямой, – сказал Джон, вернув свидетельство, – Пантелеймон!

– Сейчас, сейчас!

К столу подплыл поднос. На нем расположились две чашки с кофе, заварной чайник. Блестящий прибор в виде шара на четырех ножках, с краником на боку и похожим на корону украшением сверху. Из аппарата приятно тянуло дымком. Порезанный хлеб, ломтики ветчины, сыр, колбаса двух сортов и прочее… Чашки, другие предметы сами перенеслись на стол, что ничуть не испугало гостей.

– Отец Феофан на первых порах пугался, потом привык, – усмехнулся шериф, – но судя по внешности, вас таким подносом не удивишь.

– Почему же – очень даже странно, – заметил Пуфф, перевернув чашку, аккуратно постучав по дну второй лапой, – чая нет.

– Он заварен в чайнике, кипяток в самоваре.

– Где? – не понял Пуфф.

– В этом блестящем приборе, чай из самовара – это роскошно!

Пуфф осторожно похлопал самовар по боку.

– И правда горячий, – сказал он, наливая себе чай.

– Пантелеймон, – Джон снова стукнул рукояткой в стену, – попей с нами чайку, гости интересные…

– Может не стоит, опять проблемы возникнут? – спросили из недр гостиницы.

– С этими, если и возникнут – то иного свойства, – усмехнулся шериф, посмотрев на котищу.

Пуфф тем временем положил в чай сахар, сделал себе бутерброд, составив стопкой хлеб, ветчину, колбасу проложив каждый новый кусок мясного продукта – сыром. Взяв обеими лапами получившийся громадный бутерброд, он понюхал, открыл пасть, откусил третью часть. На морде отразилось блаженство, прижав одной лапой пизанскую башню из колбасы и сыра, котище ухватил второй чашку, отпил, громко втянув напиток. Марк сердито посмотрел на Пуффа…

– На себя не вылей!

– Попрошу меня не учить, – обиделся Пуфф.

Он попытался взять бутерброд, ничего не вышло, тогда котище положил рядом еще кусок хлеба, потом поделил свою стопку на две. Он прищурил правый глаз, оценил высоту бутербродов, выбрал меньший, взял его, продолжив трапезу.

– Пантелеймон, – представился хозяин гостиницы.

Он оказался среднего роста, широкоплечий, мощные мышцы рельефно выступали под кожаной жилеткой. Подбородок и аккуратный рот окаймляла черная борода. Большой, напоминавший клубень картофеля, нос, глаза под густыми бровями, розовые уши… О них следует упомянуть особо. Большие, немного повернутые ушные раковины напоминали человеческие, лишь немного заостренные наверху, но размером где-то двадцать на десять сантиметров. В совокупности с платком, прикрывавшим волосы, завязанным сзади на манер пиратской косынки, они придавали лицу несколько комичный вид. Серые глаза смотрели на публику несколько вызывающе. Пантелеймон приготовился к насмешкам, но на гостей внешний вид ушей и носа не произвел ни малейшего впечатления, они с интересом посмотрели на него, но не боле того. Котище перестал жевать.

– Пуфф, Марк, Ян, – представил шериф, – новые владельцы виллы.

– Ты, наверное, гном? – спросил Марк.

– Родственник.

– Каким ветром занесло сюда?

Хозяин гостиницы развел руками.

– А уши такие откуда?

Гном опустил глаза…

– Не хочешь – не говори, дело твое, – пожал плечами демон.

– А ты волновался, – подытожил шериф.

– Завтрак очень хорош, но все-таки, не подскажите ли вы нам, где вилла? Не тот ли это дом на холме, который виден с развилки?

– Тот, тот. Отсюда он так же виден, на холме за высокой оградой и деревьями.

– Очень милый домик, – заметил Пуфф, – не Замок, конечно, но…

– Зато призраки есть, – вздохнул шериф.

– Это, в каком смысле?

– Нечистая сила там шалит очень сильно. Не боитесь?

Гости пожали плечами.

– Кстати о нечистой силе, где же наш борец с ней… Вы святого отца не видели по дороге?

– У него грузовик?

– Да, небольшой грузовик, с дизелем.

– Колесо на дороге меняет, ржавую гайку мы ему открутили, – пояснил Ян.

– Долго его нет, – забеспокоился Джон.

– Он так истово нас крестил, теперь, наверное, трясущимися руками гайки на место завинтить не может, – объяснил Пуфф.

Со стороны дома шерифа послышался звук работающего дизельного двигателя. Через минуту машина остановилась напротив церкви. Человек в черной сутане вышел из автомобиля и направился к гостинице. Священник был явно чем-то расстроен. У входа на веранду он увидел джип, перекрестился.

– Что я вам говорил? – тихо спросил Пуфф, продолжая жевать.

Тем временем святой отец подошел ближе, потрогал ветровое стекло автомобиля.

– Дьявольское порождение…

Широкий рукав сутаны лег на капот автомобиля, который неслышно приоткрылся и зажал ткань. Отец Феофан попробовал высвободить одежду, ничего не получилось.

– Пусти, пусти!

Котище, явно не взлюбивший священника обернулся.

– Как жирными грязными руками полировку пачкать так ничего, а как попался – пусти!?

Джип, почувствовал, на чьей стороне симпатии, его двигатель заработал. Отец Феофан попятился, снова попытался высвободить сутану. Машина медленно дала задний ход, потянув за собой отчаянно упиравшегося святого отца. Он замахнулся крестом, но ударить, не успел – железные челюсти разжались, автомобиль быстро отъехал, а отец Феофан упал в пыль. Джип остановился, словно подумал мгновение, двигатель набрал обороты, колеса провернулись на месте, выбросив песок, стальной бык прыгнул вперед. Святой отец проворно поднялся на ноги и буквально взлетел на веранду. Машина остановилась в полуметре от ступеней, проехала вдоль них, после чего вернулся на прежнее место.

За угловым столиком Отца Феофана ждал сюрприз… Священник попятился, готовясь к бегству, но вовремя заметил Джона.

– Господин шериф, что же это такое!? – взмолился он, демонстрируя рукав сутаны с аккуратными дырками, словно от зубов огромного крокодила.

– Сами виноваты, отец Феофан, – пытаясь сдержать улыбку, молвил представитель власти.

– Обзываться такими словами не прилично, – заметил Пуфф, наливая себе, еще чаю, – тем более на своих соседей.

Священник непонимающе посмотрел на шерифа.

– Прошу любить и жаловать, – молвил представитель власти.

– Почему вы побледнели, право? – участливо поинтересовался котище, – чаю?

– Можно еще чашку, любезный хозяин?

Гном, безмолвно наблюдавший эту сцену, наконец, пришел в себя. Он составил на поднос грязные чашки, пустые тарелки и оттолкнул его. Загруженный транспорт величаво, словно дирижабль уплыл внутрь дома. Через мгновение он вернулся не только с чистой посудой, но и свежей едой. За ним, из кофейника, словно из пароходной трубы, стелился полупрозрачный шлейф пара. Поднос затормозил, остановившись возле Пантелеймона. Облако манящего благоухания свежего кофе растеклось по столу. Хозяин проворно расставил кофейные чашки. Пуфф поманил лапой что-то с подноса. Чайная чашка, грациозно покачиваясь, подплыла к котяре.

– Святой отец, Вам сколько заварки?

– Хватит, – заикаясь, ответил священник.

– Прошу, – произнес Пуфф, добавив кипятку.

Он поставил чашку с блюдцем на лапу, кокетливо подул на нее. Феофана передернуло. Чай проследовал к священнику и по плавной дуге опустился прямо перед ним. Тот перекрестил чашку, осторожно отпил глоток.

– Да прекратите вы, святой отец – читайте классику. С нечистой силой связаны не коты, а кошки. К тому же они должны быть абсолютно черными, а у меня белое родимое пятно есть.

Пуфф поднял правую лапу, продемонстрировав под ней клок белой шерсти. Отец Феофан, уличенный в невежестве, надул губы и принялся молча пить чай.

– Нельзя быть таким мрачным, прямо как туча, – обратился к священнику шериф.

– Да, на западе опять гроза собирается. За приятной беседой почти весь день промелькнул – заметил Пантелеймон.

– Нам тоже пора, осмотреть приобретение. Покупка была в некотором роде «котом в мешке», – согласился Марк.

– Как я, – прокомментировал Пуфф.

– Ты – скорее кот из сетки, – вздохнул Марк.

Котище приподнял одну бровь, прищурил другое веко, закатил глаза, приставил лапу ко лбу, изобразив мыслителя.

– Пожалуй, – наконец изрек он.

– Позвольте один вопрос, – начал шериф, – если не хотите, можете не отвечать. Какой интерес привел Вас в это забытое богом место, кроме виллы?

– Немного археология, немного история. Точнее некоторые документы, хранящиеся в местной церкви.

– Ну, это к отцу Феофану…

Священник поперхнулся.

– Друг другу нужно помогать, – назидательно произнес Пантелеймон, – они же колесо помогли заменить? Сейчас бы там еще стоял. А если гроза?

Святой отец поежился.

– Так-то.

– Мы посетим Вас завтра? – обратился Ян.

Феофан затравленно кивнул.

– Вот и хорошо, – произнес Пуфф.

Компания села в джип и отбыла на виллу.

Гедеон немного уменьшил громкость, на экране началась очередная рекламная пауза. Стук в дверь повторился.

– Входите, не заперто.

В комнату вошли два господина в серых одинаковых костюмах. Только теперь их лица приобрели некоторую индивидуальность, словно последние события разбудили давно уснувшие души.

– Здравствуйте, мы по очень важному делу, – произнес один, прикрывая плотно дверь.

– Дело? Ко мне? Да я тут совсем недавно! – честно ответил маг, садясь на диване.

– Потому, мы хотели бы с вами побеседовать…

– Пожалуйста, – согласился хозяин, откладывая пульт, – присаживайтесь.

– С чего начнем? Первое – меня зовут Сальери, он – Антуан.

– Гедеон.

Гости переглянулись. Их рукопожатие оказалось крепким, вполне естественным.

– Вы ведь прибыли сюда недавно?

– На ферме – второй день.

– Нет, в двадцатый век?

Маг подумал, что господа хорошо осведомлены, следовательно, скрывать свое прошлое, не имеет смысла.

– Тогда же.

– Камень в подвале вы положили?

Гедеон вздохнул, кивнул.

– Куда вы клоните?

– Просто мы хотим убедиться, правилен ли наш выбор. Позвольте еще нескромный вопрос? – подключился к разговору Антуан.

– Личная жизнь пока отсутствует…

– Нет, о прошлом. Это про вас баллада на той одинокой могиле у развалин?

– В общем, да.

– Отлично, – хором подвели черту гости.

– Теперь суть нашего предложения, – начал Антуан, – вы уже неплохо освоились с некоторыми предметами нашего быта, и наверное, поняли – магия в нашем мире не существует.

– Но я же пробовал? Все получилось!

– Да, но официально ее нет, поэтому мы, как хранители этого древнего ремесла, хотим предложит вступить в наш круг.

Гедеон задумался, он не очень любил все эти «клубы» колдунов, ведьм…

– Не станете же вы в самом деле пасти коров, – присоединился Сальери, – или работать бухгалтером?!

– Да уж.

– Вы станете членом совета ордена. Мы нуждаемся в вас, а вы – в нас.

Маг понимал, это чистая правда. Собеседники говорили совершенно искренне. Ложь бы он почуствовал. Его выбор был невелик. Для адаптации в новых условиях требовалось время, даже коров теперь пасли не так…

– Я согласен.

– Тогда в путь.

– Вещей у меня нет, только скажу «прощай» моим спасителям.

– Только, – Сальери прислонил палец к губам.

– Догадался, – вздохнул маг.

Они вышли из домика. Прямо на площади стояла стальная птица, с обвисшими крыльями, большими стеклянными глазами не только на голове, но и на боках… Вильям удивленно, с недоверием смотрел на черный, с незнакомым гербом в виде креста на рыцарском щите, летательный аппарат.

– Вильям, – крикнул Гедеон, – спасибо вам за помощь. Привет Джиму, Лизе. Я уезжаю.

Они поднялись по короткой лесенке внутрь машины. Винт начал медленно, потом все быстрее вращаться. Фермер отошел в сторону, помахав рукой на прощанье.

Вибрация усилилась, железная птица плавно поднялась над лесом. Ферма внизу стала маленькой, словно игрушечная. У мага потемнело в глазах. Антуан заметил это, протянул пластинку в блестящей обертке.

– Разверните и жуйте, только не глотайте. Меня тоже укачивает.

Маг взял жевательную резину, вкус мяты действительно облегчил страдания, тошнота отступила. Он устроился удобнее, любуясь расстилавшейся внизу картиной.

Темно-синяя, почти черная стена клубящихся туч покинула подвалы преисподней, поднялась на западе, заняв полнеба. Солнечные лучи закатного солнца время от времени находили просветы в надвигающейся громаде, озаряя багровыми отсветами непрерывно менявшуюся изнанку грозового фронта. Редкие, изломанные змеи небесного огня, совершенно беззвучно устремлялись к земле. Они бросали отблески мертвенно-белого света на фантасмагорические скульптуры нависших туч. Неведомый пухлый зверь гигантских размеров навис над деревней. Перед тем, как исчезнуть за горизонтом, светило в последнем порыве пробило окно в облачности. Словно кровавая пасть исполинских размеров открылась, готовая навсегда поглотить солнце. От красно-оранжевых отсветов еще больше усилилось предчувствие беды. Наконец день потерпел полное поражение, огромная глотка сжалась, вобрав последний луч света, и под синими тучами начала скапливаться тьма. Как будто из того же подземелья выступил второй эшелон черного воинства. Торжествующе ударил гром. Буря набирала силу, уже не стесняясь звукового сопровождения. Огненные змеи чудовищной длины пересекали небо, но практически фронт не продвинулся вперед, он навис над поселком, словно зацепившись за крест церкви. Под напором задних рядов штормового воинства, гора облаков над деревней, казалось, достигла самих звезд, наконец передний фронт преодолел невидимую преграду, накрыв долину. Теперь молнии переместились внутрь туч, деревня оказалась в огромной пещере с непрерывно меняющимися стенами, внутри которых хаотично рождались белые всполохи.

Шериф, успевший вернуться на веранду, с тревогой наблюдал за надвигавшейся бурей. Необычные грозы случались и раньше, но такую мощную он видел впервые. В глубине души Джон надеялся, что обойдется, просто грянет буря, но видимо, его надеждам не суждено было сбыться.

– Пантелеймон! Не пойти ли нам на виллу?

– Я еще ужин не приготовил… – донеслось из недр гостиницы.

– Выгляни на веранду, если мы опоздаем – ужинать будет некому…

Встревоженный гном выскочил на веранду, в руках он сжимал странный топор, словно сотканный из тумана. Шериф раньше никогда не видел такого оружия…

– Может мы уже опоздали, все часы показывают двенадцать часов. Пришло Их время.

– Но ведь солнце зашло недавно!?

– А они уже тут…

Налетел порыв холодного ветра, небесные вспышки прекратились. Мир погрузился во мрак и тишину. Она длилась несколько секунд, ни одна песчинка не посмела сдвинуться с места в это мгновение… Сразу четыре молнии сверкнули над виллой на холме. Еще на половине пути к крыше основные каналы разделились, боковые щупальца пересеклись, сформировав узловатое кольцо. Поток небесного огня иссяк, но его творение не распалось, выровнялось, приобрело правильную форму. После короткой паузы к светящемуся кольцу со всех сторон потянулись извилистые огненные змеи. Оно стало напоминать исполинскую корону…

– Идем за отцом Феофаном. Быть беде.

Уже с порога церкви, они увидели, как из короны посыпались, кружась над домом, большие листья. Священник молился у алтаря.

– Святой отец, идемте, они пришли, – глухо произнес шериф.

– Не могу…

– Это ваш долг – противостоять им!

– Я не хочу защищать этих нелюдей!

– Над виллой королевская корона…

Отец Феофан побледнел.

– Ваш долг сразиться с порождением преисподней!

– Господи, помоги…

– Вы должны, наконец, понять – великая вера укрепляет не только бога, но и чудовищ, от которых он призван спасти. Чем могущественнее Создатель, тем более сильных противников он вынужден сокрушать. Вы и ваша паства породили это. Вера иссякает, редеют ряды ее последователей, вместе с ней умирают монстры, противостоявшие богу. Но с вами сыграли злую шутку, слишком много людей преклонялось этому богу, перейдя критический предел, породили целое измерение, живущее само по себе и наделенное всеми свойствами ада.

– Как вы смеете! Откуда вы это взяли?

– Если я полицейский – это не значит, что у меня нет разума, а сюда я приехал довольно давно и успел многое тут познать.

– Как же действовать!?

– Эта мысль – лучше, идемте.

На ступенях храма их ждал Пантелеймон, его призрачный топор блекло светился. Священник перекрестился.

– Эх, святой отец… – начал укоризненно говорить гном.

Его прервал душераздирающий, нечеловеческий вопль такой силы, что заложило уши. Десятки молний ударили в корону над виллой, окрестности осветились, словно днем. Треск электрических разрядов, гром, крики – наполненные болью и ненавистью, слились в сумасшедшую какофонию звуков.

– Око Ада, глаз темного мира…

– Где ваше мужество, ну? Вдвоем мы точно погибнем, а они может быть уже! Там в доме живые существа! Пусть он черный кот… Культ ваш, а им умирать?

– Да. Я проявил слабость. Идемте, – побледнев еще больше, наконец, согласился священник.

– Теперь пора бежать, – мрачно произнес гном, – на часах уже полночь!

Первое препятствие неожиданно преподнесла ограда, ворота оказались заперты, и накрепко проржавели, хотя ненавистный джип стоял у входа в дом. Шериф с недоверием посмотрел на топор гнома. Пантелеймон размахнулся, нанес удар в стык створок. Лезвие прошло сквозь запор, кто-то закричал. Наслоения ржавчины исчезли, освободив ограду, створки распахнулись…

Внутри ограды стояла звенящая тишина. Занавеси в окнах дома опущены, словно хозяева спали.

– Может нам привиделось, – с надеждой прошептал отец Феофан.

Гном молча указал топором в небо. Над крышей, на фоне грозовых туч, озаряемая вспышками молний, медленно поворачивалась двадцатиметровая корона. Внутри ее явственно просматривалось чужое небо…

– Похоже они уже здесь, – скрипнул зубами шериф, беря в одну руку крест, в другую кольт.

Парадный вход оплели толстые серые лианы, росшие прямо из стен. Топор гнома рассек и эту преграду вместе с дверью, растения отдернулись, все трое ворвались в вестибюль. На полу, опутанный отростками серой лианы, завершавшейся головой очковой змеи, лежал эконом. Серебряная пуля разнесла голову монстра, тело рассыпалось в прах само.

– Где они?

– В гостиной, там, – указала, пытаясь подняться жертва.

Быстро преодолев столовую, спасатели снова оказались перед запертой дверью. Гном взялся за топор. Под могучими ударами дрожала вся стена, летели дубовые щепки, но препятствие не сдавалось…

– Джон, надо вместе! – стукнул себя по лбу святой отец.

Они встали за спиной Пантелеймона, направив каждый свое распятие на дверь…

– По-моему, дело плохо, – заметил Марк.

– Нас засосет вслед за ними, – согласился Ян, – а ты котик?

– Тошнит меня от них…

Помощь пришла неожиданно. Створки двери сорвались с петель, упав на пол. На пороге появились участники чаепития во главе с гномом, державшим светящийся топор. Перед ними предстала жуткая картина. В гостиной, словно резвился слон. Вся мебель была разбита, стол перевернут. По комнате летали похожие на скатов твари, величиной немного больше обеденной тарелки. Марк и Пуфф кружились вокруг Яна, отбиваясь от этого нашествия. Демон размахивал клинком, но упавшие на пол части соединялись и снова поднимались в воздух. Пуфф был удачливее, он обломал у кованого канделябра лишние части, изготовив подобие креста. Этим самодельным приспособлением котяра ловко отделывал нападавших зверей. При встрече с импровизированным крестом на скате вспыхивал огненный отпечаток, после чего нападавший пикировал на пол и уже не поднимался.

Ян участия в битве не принимал. Он стоял посредине, широко расставив ноги, держа в зеленых лапах с синими страшными когтями рукоять странного меча. На его лице отразилось огромное напряжение. Невольно проследив взглядом, куда уходило лезвие клинка, подкрепление чуть поголовно не лишилось рассудка. К потолочным балкам, за которыми вместо крыши и второго этажа просматривалась корона с небом другого мира, точно в перекрестие, был пригвожден царский скат. Колышущееся черное покрывало имело размах крыльев около трех метров, в головной части барельеф чудовищно исковерканного человеческого лица исказила гримаса боли.

– Добивайте мелких скатов! – прокричал Ян.

Помощники приступили к делу. Работая крестом, топором и кольтом, прибывшее подкрепление быстро справилось, покрыв пол черной листвой с выжженными красными крестами и оторванными частями.

– Попробуйте этого.

Священник, перешагивая через поверженных скатов, отошел в один угол комнаты, шериф – в другой. Они подняли каждый свое распятие, но тварь лишь дернулась…

– Это для нее – комариный укус, – вздохнул отец Феофан.

– Наверное, я смогу закрыть окно и выдворить пришельца, только это может привести к не предсказуемым последствиям, вплоть до нашей гибели вместе с деревней…

На пороге комнаты появился эконом. Он нес большой футляр, примерно тридцать на семьдесят сантиметров. Тварь заволновалась, корона в небе ярко вспыхнула, озарив все вокруг, футляр выпал из рук эконома и открылся. Человек упал на колени рядом с коробкой.

В бархатном углублении лежал простой, без украшений крест. Монолит из двух полированных брусков пересекающихся под прямым углом. На торцах длинного бруса имелось по круглому цилиндру и все.

– Мне на поле боя его даже не поднять, – произнес эконом, на губах выступила кровь, – святой отец…

– Это оружие – не по моей руке, – удрученно опустил голову священник.

– Что вы, сговорились? – возмутился Ян, – мне теперь так все время стоять!?

В его глазах вспыхнул зеленый колдовской огонь. Жаль, рядом не было одного старого знакомого, он бы мигом догадался, к чему идет дело и успел соорудить укрытие, но увы, не ведомы пути пропавшего Локи.

Ян отпустил рукоять клинка, нанес по торцу удар кулаком. Лезвие на треть ушло в балку, скат дернулся, концы черных крыльев затрепетали, лезвие начало медленно выходить наружу. Тем временем Ян инстинктивно сложил зеленые чешуйчатые кисти крестом, поднял над головой, резко опустил перед собой. Ярчайший свет ударил из точки пересечения в футляр на полу. Неведомая пружина выбросила оружие на двухметровую высоту. Крест резко повернулся в одну сторону, другую, завертелся на месте, ища своего хозяина. Он чувствовал могучего врага и великого мастера…

Меч, лишившись опоры, выпал из потолочной балки и исчез на поясе Яна. Рана на теле ската затянулась, он повернулся на месте, послышался бархатный голос.

– Жалкие человечки, не вам тягаться со мной, пробил час. Теперь талисманы обратятся против вас… Ни один из вас не смог даже поднять могучее оружие. Молитесь, прежде чем пополнить легионы.

Но Ян не слушал пришельца с изнанки веры…

– Ко мне! – прорычал он, простирая руки к искавшему себе хозяина кресту.

Плана действий не было, но некая уверенность пришла, лишь только эконом внес футляр. Теперь оружие почувствовало достойную руку! В мгновение ока крест оказался в лапах Яна, сопроводив свою радость грохотом вылетевших рам. Две силы соединились. Глаза хозяина Замка тысячи миров расширились, вокруг него закружился вихрь, подняв в воздух мертвые черные листья.

Скат понял – перед ним не простой смертный, привлекшая сюда стервятников сила оказалась не по зубам. Он сложился и попытался ускользнуть в окно своего мира, но опоздал.

– Распадись без следа, хек проклятый – подняв крест над головой, произнес Ян.

Он ощутил, как миллионы верующих сложили свои силы в едином порыве. С оружия слетела тень, словно стальная лента, спеленала монстра, он забился, предчувствуя конец. Широкий луч света поджег связанного ската, его тело наполнилось мириадами искр, пепел унесся в открытое окно меж мирами. Ян поднял в правой лапе крест (теперь стало ясно назначение цилиндров на длинном плече – они служили ручками), направил вверх.

– Разбей оковы силой верующих в твою мощь…

Зеленая молния сорвалась с вершины удивительного оружия и ударила в обод короны над виллой. Кольцо лопнуло, резко выпрямилось, грянуло так, что пол под ногами покачнулся. Окружающий мир потускнел, по нему словно провел кистью неведомый художник, смывая последствия битвы. Когда очевидцы протерли глаза – следы погрома исчезли без остатка, восстановилась крыша. С улицы послышался шум дождя. Ян подошел к футляру, положил крест на место, помог подняться эконому.

– У нас найдется…

– Лекарство для нервов, – встрял Пуфф.

Он аккуратно поставил канделябр у камина. Все оторванные с него детали вернулись на свои места.

– Какого лекарства?

– Кружку валерьяны, коньяк, бутерброд…

– На ночь есть вредно! – фыркнул Марк.

– Стоять под листопадом из летающих скатов тоже вредно…

Ян улыбнулся, на руках у него снова были черные тонкие перчатки.

– Неси ему валерьяну, может успокоится…

– Лапы у меня дрожат, зубы стучат, нос мерзнет…

На лице эконома, наконец, появилось подобие улыбки.

– Сейчас камин затоплю, – сказал он удаляясь.

– Ох, худо мне, – простонал котяра, сползая с кресла.

Пантелеймон и Джон забеспокоились.

– Березовых розог ему надо, а не валерьяны, – вздохнул Марк.

Пуфф приоткрыл один глаз.

– Животных бить нельзя, у них от этого портится характер…

Вошел эконом, толкая перед собой сервировочный столик. Он подошел к больному, протянул ему маленький стаканчик. Пуфф жестом немощного, умирающего больного взял посуду. При попытке отмерить лекарство оно немыслимым образом все оказалось в обычном граненом стакане. Разбавив содержимое водкой, котяра вылил жидкость в пасть, помахал лапой, словно проветривая. По гостиной распространился лекарственный запах, настроение больного на глазах улучшилось. Он опустил лапу за кресло, достал жирную нечищеную селедку с головой. Откусил треть, громко хрустя жабрами и костями, прожевал… Приготовился выплюнуть кости, но увидев кулак демона, проглотил со страдальческим выражением.

– Поделиться? – спросил он, держа остаток перед собой за хвост.

Присутствующие поморщились.

– Ну и зря. Здоровье надо беречь. Стресс снимать, впрочем, было предложено, – сказал Пуфф, доедая остаток рыбы и вытирая лапу о живот.

– Пожалуй стоит заняться твоим воспитанием…

– Лучше я камин помогу затопить.

– Дом не сожги!

Котище проворно уложил поленья с тележки в топку, через мгновенье они весело горели. Когда он вернулся к столу, на нем красовалось несколько бутылок и рюмки.

– Отметим победу, – сказал шериф.

– И снимем стресс, как это принято на Земле, – добавил гном.

– Святой отец – кагор для вас, не стесняйтесь, – наливая, заметил эконом.

– Даже после гибели мелких скатов, в их прошлые посещения, некоторое время нас не тревожили, теперь долго не придут. Спасибо вам, – поблагодарил Джон.

– Без вашей помощи – могло бы повернуться по-иному, – покачал головой Ян, – успех совместных действий очевиден, за удачу!

– Дождь перестал, пора домой, – обрадовался Пантелеймон.

Компания вышла на улицу. Небо очистилось. Звездная крошка устилала весь небосвод. На траве, деревьях – всюду была вода. Чистая, умытая природа дышала покоем.

– Не мне вам объяснять, что лучше происшествие сохранить в тайне, – произнес Шериф.

Ян кивнул.

Дождь смыл пыль, плитки сияли в свете фонарей.

– Джон, а ведь признай, они уложили бы «буревестников» и без нашей помощи? – после молчания спросил Пантелеймон.

– Крепкие ребята, ничего не скажешь.

– Кстати, святой отец, вот и ответ на ваше замечание о перчатках, у Яна…

– Да, на мои уши варежки не наденешь, – вздохнул гном.

– Святой отец? Вы на них все еще злитесь? Признайте, приди тот огромный монстр, нам не справиться…

– Может он по их душу явился, – огрызнулся отец Феофан.

– Гордыня – плохой советчик, – продолжал шериф, – ну не нравится вам черный кот… Характер у него – не подарок, это точно. Но из этого же не следует его принадлежность к легионам зла. Вы вот все нас наставляете, а на себя посмотрите. Вы много можете сделать крестом из канделябра? Так то.

– Ох, тяжела моя доля. Служил бы себе тихо в деревенском приходе.

– И тут тихо…

– Да, конечно. Если не считать врат ада, демонов, мертвецов и прочего, прочего… Причем все перемешано самым причудливым образом…

– Вы думали все будет как в конспекте? Налево черти, направо ангелы… Вообще, кто кого должен наставлять?

– Власть духовная – светскую… – усмехнулся Пантелеймон.

– И наоборот, – продолжил священник.

– Вот наставляйте друг друга, а мы уж – как-нибудь сами. Спокойной ночи, господа, – сказал гном, отправляясь спать.

– И нам пора, – согласился шериф.

Часы на площадке второго этажа пробили десять. В холл выглянул Ян и заметил эконома.

– Доброе утро, – произнес он.

– Здравствуйте.

– За вчерашний вечер кончился завод у часов…

– Да уж, ночка длинная…

Ян имел помятый вид. Сон явно не пошел ему на пользу. Когда-то на Земле, без ночного отдыха было просто невозможно жить…

Эконом осмотрелся по сторонам, поманил Яна пальцем и указал на стенную панель под часами. Хозяин Замка тысячи миров подошел ближе, протянул лапу к стене. Он даже без помощи второго зрения понял, что там хранится.

– Теперь, если позовете, придет куда угодно, – одними губами прошептал эконом.

Ян кивнул.

– Марк там?

– Да.

– Дверь открылась, на пороге появился демон, выглядевший не в пример лучше.

– Привет, может быть, Вам принять душ?

– Да я пробовал…

– Ну и как?

– Как видишь… Есть, правда, захотел.

– Поедем в гостиницу?

– Только платить чем?

– Простите, что встреваю, – произнес эконом, – но вам перешла не только вилла, но также сейфы, счета и прочее… Даже кредит в местном ресторане. Вот ключи от сейфа.

– Пусть у тебя, – вздохнул Марк, – хозяйство-то ты ведешь, а он без ключа откроет, если потребуется.

– Я оставлен на прежней работе!?

– Без всякого сомнения оставлен, – хором ответили новые хозяева.

– Благодарю Вас.

– Пошли, разбудим шалуна, – предложил Марк.

– Думаешь, он нуждается во сне?

Они пересекли холл, постучали в соседнюю с Марком дверь. После паузы донесся тяжелый вздох.

– Входите…

В другом конце комнаты стояла огромная кровать. Поверх простыни, широко раскинув лапы, лежала черная шкура. Она перевернулась, села на край кровати.

– Попытка провалиться в небытие, удовольствия не принесла, – констатировал Пуфф.

– И по тебе это заметно, – участливо заметил демон.

Пуфф поманил лапой зеркало, взглянул на себя, стал еще мрачнее…

– Может в душ?

– Ты что? – покрутил котяра у виска лапой, – как после этого я буду выглядеть? Нет, определенно не все человеческие привычки мне подходят.

– Например?

– Полежать после обеда – всегда пожалуйста, отключаться совсем – увольте. Еще эти замучили…

– Кто?

– Такие мелкие, зеленые с хвостом и свиным рылом…

– Ты пил еще?

– Да нет, одного даже поймал.

Пуфф подошел к окну, отвязал от трубы отопления шнурок с кисточкой на конце.

– Только хвост остался, сбежал негодяй. Следующей ночью приглашаю развлечься, половим вместе.

– Так ты остаешься тут и завтракать с нами не хочешь?

– Голодом измотать хотите, – противным голосом запричитал котище.

– Таким лохматым пойдешь? – спросил Ян.

Черная шерсть выправилась, в один миг на месте мятого шерстяного ковра появился лоснящийся, довольный котяра с праздничной открытки.

Погрузившись в джип, компания отправилась завтракать.

Пантелеймон ждал их около накрытого углового столика.

– Доброе утро, прошу.

Троица кивнула, рассаживаясь.

– Для жильцов виллы действительно открыт кредит? – спросил Ян.

– Да, на полное питание.

– Тем не менее, – произнес Марк, – мы хотим вас отблагодарить…

В его лапе лежала монета с изображением водопада…

– Я не могу принять столь дорогой подарок, – попятился гном. В его взгляде за мгновение пронеслась буря переживаний.

– Бери, думаю, это поможет тебе вернуться домой, – продолжил демон, – использовать сумеешь?

– Я слышал легенду…

– Вот и прекрасно.

Гном взял диск, зажал его в кулаке.

– Спасибо.

– Только не исчезай сразу, а то нам нечего будет есть, – усмехнулся Пуфф, – может ты знаешь чье это?

Он показал зеленый шнурок с кисточкой.

– Мне кажется, это по специальности святого отца…

– Хорошо обратимся к нему, – вздохнул котяра, пряча веревочку.

Он намазал белый хлеб маслом, соорудил многоэтажный бутерброд, только ниже, чем в прошлый раз.

– Мы уже тут второй день, и еще никаких результатов…

– Ты кушай, кушай. Спешить не стоит, – произнес с набитым ртом Пуфф.

– Вспомни, сколько в Замке просидел… – начал Ян.

– Да уж.

– Мы пока движемся по маршруту, рекомендованному в папке. По пути даже перья выдрали слегка.

– Только неизвестно кому.

– Сам напросился.

– Похоже нас еще много неожиданностей подстерегает.

– Это точно, – согласился котяра, извлекая и внимательно рассматривая шнурок с кисточкой.

– Пришло время посетить храм, – сказал Ян, вставая.

На веранде появился Пантелеймон.

– Спасибо, – за всех поблагодарил Марк.

– Приходите еще.

Извивающаяся змея каравана ползла вперед, вслед за бурей. Тучи собирались где-то впереди, над ведомой только им точкой, громоздясь все выше. Окрашенная багровыми отблесками закатного солнца исполинская гора облаков выглядела особенно зловеще. Огромные огненные жгуты опоясывали темно-синий, почти черный холм, разрывали его внутренности.

– Буря над храмами…

– Только еще дождя нам не хватало.

Солнце опустилось за горизонт, небо усеяли звезды. Теперь облачный холм освещался изнутри вспышками, следовавшими одна за другой. Гром слился в сплошной, непрерывный грохот. Внутри, в недрах холма, количество перешло в качество. Огненные змеи пересеклись, возникло кольцо, в него ударили еще десятки молний, образование стало устойчивым и по форме напоминало корону, просвечивавшую сквозь облака.

– Странная гроза…

Маг почувствовал, как к его душе прикоснулся холод. Он всем существом ощутил – нечто прорвалось в мир. В глубине грозы началось невообразимое сражение, настоящая битва титанов. Потом снизу возникла зеленая молния и перебила обод короны. От грохота потемнело в глазах, в нескольких машинах треснули стекла… Буря постепенно стала затихать.

– Мы приехали несколько позже, но это, видимо лучше…

– Такие стихийные бедствия здесь часто происходят?

– Мы вообще не читали о подобном. Наши летописи не упоминают о грозах. Здесь сухой климат.

– По этой причине нам первым делом нужно восстановить источник для верующих. Его вода дарит блаженство…

На место прибыли поздно ночью. Ветер унес следы бури. Лужи высохли. Несметное количество звезд на куполе неба бесстрастно взирало на происходящее в мире.

Машины укрыли маскировочной сеткой. Из готовых панелей собрали два домика. Верующие установили для себя палатки, и уснули в них, подложив лишь куски рогожи. Охрана под руководством совета приступила к работе. В центре круга палаток поставили фонари, подключили к дизельному генератору, смонтировали портативную буровую установку, заработал ее двигатель.

– Как глубоко тут расположена вода? Хватило бы труб…

Гедеон нашел в перчаточном ящике машины кусок проволоки, согнул его. Потом некоторое время ходил вокруг установки, словно прислушиваясь к звукам, слышным только ему.

– Метров восемь, не больше. Только вода странная. Я ее не понимаю.

– Отлично. Она нам и требуется, – отозвался Антуан.

Лишь бур прошел отметку восемь метров, из трубы стала сочиться грязная, с глиной жидкость. На мага посмотрели с уважением. Еще час потребовался для того, что бы промыть скважину, демонтировать бурильный агрегат, заменив его вентилем, собрать вокруг трубы круглый десяти метровый бассейн, выложить вокруг него плитками круг, прокопать сток до старого русла.

– Проверять будем?

– А закрывать кто полезет?

– Тогда лучше установим карцер.

Рядом с бассейном собрали железную клетку с металлическим полом.

– Это для чего? – насторожился Гедеон.

– Для отступников…

– Они бывают?

– Всякое случается, теперь можно отдохнуть, – завершил обсуждение этой темы Сальери, провожая мага к сборному дому.

– Пить хочется, – вздохнул маг.

– Сейчас принесу термос, с чаем, – сказал Сальери, удаляясь.

Он шел по болотной, еле заметной тропе. Чахлые сосны, кочки, покрытые мхом, редкие кустики осоки. Стелился не то туман, не то мгла. Липкий, мокрый воздух окутывал тело ватным одеялом. Темные окна черной болотной воды, словно пустые глазницы неведомого зверя, провожали недобрым взглядом. Маг обернулся, тропы за спиной не было, только темная вода. Лишь где-то далеко в прошлом, за черным омутом, недостижимая, как воспоминания, дорога…

Правая рука стала деревянной, превратилась в грубый протез.

– Куда мне идти?

– Я помогу тебе, – произнес неведомый голос, – дай руку.

Гедеон протянул руку, почувствовал, как некто потянул его за собой, но по-прежнему никого не увидел.

– Пойдем за мной…

На протезе набухла капля крови размером с хорошую сливу, качнулась и пропала, не долетев до земли. Гедеон шел вслед за невидимым поводырем среди безрадостного, мрачного ландшафта, не имея сил сопротивляться.

В тумане постепенно прорисовывались контуры пирамиды со срезанной вершиной. Его все вели, сил сопротивляться не было. По склону высечены ступени, маг поднялся вверх, но вокруг только туман. На площадке стоит плаха, на ней топор…

– Для кого это?

– Для тебя, для тебя…

Гедеон попробовал вырваться, но ноги налились свинцом.

– Ты сам выбрал, сам выбрал, – шептали голоса.

Его подвели к плахе. Появился человек без лица, точнее не совсем – рот есть, а вместо глаз и носа – плоское, гладкое место.

– Палач, – прошептал несчастный.

Но человек оттолкнул мага и лег на плаху со словами «не твоя очередь»… Он скатился вниз и упал в воду, топор и плаха покатились следом.

Теперь он увидел пирамиду изнутри, словно ее перевернули. На дне стоит арка, под ней сидит на стуле небезызвестный фольклорный персонаж, выкрикивая голосом болотного проводника.

– Кому года, кому богатство. За душу твою или его?

Пятеро господ, один протянул бесу мешок, тот взвешивает его огромным безменом. Гедеон с ужасом понял – что внутри… Страшный груз исчез в появившемся в полу отверстии. Бес вручил пятерым господам в серых плащах по зеленому билетику. Один из продавцов показал на мага, его лица по-прежнему не видно. Стрелка безмена отклонилась почти до половины шкалы. Бес развел руками.

– Не хватает… Но приму, приму.

Маг почувствовал – нужно бежать. Но ноги все еще не слушались и он остался. Пришли двое, они повесили на крюк рюкзак, брезентовый, очень потертый. Стрелка весов отклонилась далеко за красную метку. Гедеон ощутил бурную радость господ, одновременно пропали топор и плаха за его спиной. Из рюкзака высунулась когтистая лапа, стрелка весов закрутилась словно пропеллер, указательный палец погрозил магу, но продавцы не видели этого. Появившийся бес схватился за голову, но лапа исчезла внутри рюкзака, стрелка весов возвратилась на прежнее место. Исчез бес вместе с господами, по пирамиде побежали трещины, она начала разваливаться…

Рано утром следующего дня весь лагерь был уже на ногах, кроме мага. Совет решил не будить Гедеона. Предлог решили обнародовали вполне благовидный – усталость.

Вокруг бассейна собрались все прибывшие вчерашней ночью верующие. Изможденные люди с осунувшимися лицами, впалыми глазами с надеждой взирали на крыльцо сборного дома. Наконец перед ними появился Антуан. Толпа сердито загудела…

– Мессия, где мессия?!

Оратор поднял руку. Недовольство немного спало.

– Братья, – начал он, – как ни горько, но придется нам первую радость – святой источник, открыть без проводника нашего.

Толпа недовольно загудела. Снова выделялся крупный мужчина, бросивший вчера в мага камень.

– Братья, он трудился всю ночь, для нашего счастья. Дадим ему отдохнуть от трудов праведных перед великим деянием – спасением нашим.

– Но бассейн пуст? – крикнули из толпы.

– Кто сомневается?

Из толпы вышел очень худой юноша.

– Иди и наполни его, да окрепнет вера твоя, – позвал Антуан.

– Как? – не понял юноша.

– Подними крест в центре бассейна!

Юноша перелез через стенку, наклонился над металлическим крестом, потом с усилием потянул его… Кран открылся, тугая струя ударила в крест снизу, окатив юношу с ног до головы. Он поспешил выбраться на сушу. Бассейн быстро наполнился, вода перелилась через край на кольцевую дорожку, потекла по новому руслу к старому источнику, потом мимо него к храму.

Верующие совершили торжественное омовение под струями воды, стекавшей через край бассейна, потом испили воды, что окончательно лишило их воли и собственного разума. Правда один воспротивился, даже пытался бежать, с криком «Они обманули нас!» Через час охрана водворила беглеца в клетку, в назидание остальным, а здоровая доза «святой воды» окончательно утихомирила отступника. Из сектантов теперь можно было вить веревки, даже доверять оружие. Они ждали одного, когда мессия поведет их в светлый мир через врата перерождения.

Совет осмотрел сначала Нижний храм. Выяснилось – он восстановлению не подлежит. Пока не подлежит. Разбит камень Корн. Без него система жертвенного кольца не функционировала. Изготовить и доставить новый магический камень могут только вызванные духи… Но в храме уцелели три сегмента защитного кольца, механизмы ими управляющие.

Верхнему храму повезло больше, там оказались повреждены лишь части кольца, уцелел камень Корн. Складывалось впечатление – удастся восстановить Верхний храм, разобрав механизмы нижнего сооружения!

Люди приступили к расчистке, потом демонтажу необходимых частей с арены Нижнего храма.

– Успеем ли? – волновался Сальери.

– Думаю, да… – успокоил его Антуан.

– Может быть, нужно было их все-таки нормально кормить?

– Тогда они смогли бы адекватно оценить ситуацию и покинуть лоно ордена!

– Такой бы «святой воды» привезти…

– В летописях говорится, будто она быстро теряет необычные свойства.

Прошли день и ночь. Верующие работали как заведенные.

Настало новое утро.

– А ты говорил, они плохо работают. Может быть не очень быстро – зато без перерывов.

– Да, все идет – лучше некуда. Осталось перевезти последний сегмент и вечером можно будет опробовать жертвенник, – согласился смотритель.

– Еще же не тот день?!

– Просто результат будет слабее, но мы сможем убедиться в правильности наших действий. Мага будить? Мне кажется, ему лучше ничего не знать до последнего момента…

– Он и не узнает, – мрачно улыбнулся Сальери, – я угостил его снотворным, так что придет в себя наш друг только завтра вечером.

– Не умрет?

– Я проверял – крепко спит.

– Вставайте. Солнце уже всходит! – послышался стук в двери и громкий голос Марка.

Двери комнат одновременно распахнулись, в холле появились сразу две недовольные личности.

– Солнце уже всходит, – миролюбиво заметил демон.

– И правда, – вздохнул Пуфф, приподнимая одну бровь, – первую ночь чертей не ловлю, так ты явился.

Ян мрачно посмотрел в окно, потом на Марка.

– Сам виноват, – констатировал он, – предложил начать на рассвете.

– Откуда ты такой жаворонок взялся, – продолжал ворчать котяра, потягиваясь.

– Ты же спать не любишь?

Пуфф зевнул.

– Ничего, уже привыкаю.

– Я кофе сварил, остынет…

По лестнице поплыл чудесный аромат. Пуфф втянул воздух.

– Ветчину тоже приготовил? – строго поинтересовался он.

– Обижаешь!

– Тогда, прощаем, – вздохнул Ян, – пойдемте.

В гостиной действительно оказался накрыт стол. Турка с кофе словно только что с огня, даже пена не успела опасть. Розовые ломтики ветчины. Нежный сыр. Миска сметаны…

– По земному фольклору, коты любят сметану…

– Процент жирности? – сменил гнев на милость Пуфф.

– Любят или тут?

– У той, которая на столе.

– Не менее тридцати. Прошу к столу.

Пуфф наложил себе в появившуюся перед ним посуду около литра сметаны, вооружился большой ложкой… Миска осталась полна.

– Отлично, – констатировал котище, – фольклор, как всегда прав.

Больше во время завтрака он не сказал ни слова, лишь уши двигались в такт челюстям. Наконец с едой было покончено.

– Когда я путешествовал с Локи, то мне кажется, ел меньше и реже, – вздохнул Ян, его настроение так же улучшилось после кофе.

– Теперь мы пойдем в библиотеку?

– Поедем.

Храм оказался не заперт. Святой отец отсутствовал.

– Тем лучше, тем лучше, – отметил Марк, – свидетели ни к чему.

Ян окинул взглядом стеллажи. Где-то здесь лежал ключ к их дальнейшим действиям. Маловероятно, чтобы автор с такой уверенностью указывал на книгу, просто стоявшую на полке. События, след которых они пытались найти, относились к довольно давнему времени, следовательно, скорее всего это должен быть свиток, папирус, кусок выделанной кожи…

– Мне кажется нужно искать весьма древний манускрипт.

– Только временной период мне не определить, слишком много прошло от начала моих странствий…

– Попробуем поискать самые древние записи…

Переключившись на второе зрение, Ян поплыл сквозь пространственные слои, назад в прошлое. Исчезали вещи, таяли книги, менялась обстановка. Чем меньше существовал объект, тем менее сильный и яркий след он успел оставить. Приспособившись к этой теории, ластик восприятия стирал один за другим предметы, убирая их из кадра. Книжные стеллажи пустели, исчезая друг за другом. Неожиданно растворился сам храм, оставив после себя лишь невысокий прямоугольник каменной ограды с орнаментом из крестов по верхнему краю, похожих на мальтийские. Все, больше ничего примечательного в истории храма не было. Ян вернулся к действительности.

– Храм был построен на основе более древнего здания, если ограду без крыши можно считать зданием…

– С ним наверное, и связана искомая рукопись…

– Только внутри этой каменной коробки я ничего не увидел, – вздохнул Ян.

– А под полом? – подал голос Пуфф, – тайники делают под полом, мне вообще кажется, что под плитами пусто.

– Как же я не сообразил…

Ян углубился в изучение стен и фундамента. Оказалось, мальтийский орнамент прекрасно сохранился под слоем краски, более того, посредине зала, над пустотой, в пол вмонтирован почти метровый диск. От него шли связи к центральным крестам в орнаменте.

– Мне кажется, тут имеется тайник.

– Интересно, как же его открыть…

– Может нужно нажать сразу четыре элемента орнамента… Только как? До всех стен сразу не дотянешься.

– Какие проблемы, – выступил Пуфф.

Котище подпрыгнул, распластался под потолком словно декоративная шкура и четырьмя лапами уперся в стены. Так и не успев возразить, Ян пропал. Марк подошел к месту, где только что стоял хозяин Замка, топнул.

– Так, догадливый ты наш, теперь определи, куда он делся!

Котище вернулся в нормальное состояние, подошел к демону, потрогал лапой пол. Потом почесал затылок.

– Его нет.

– Это я и сам вижу! Дернуло тебя нажать эти кнопки. Только еще Яна потерять не хватало. Хулиган.

– Не виноват я, – опустил голову Пуфф.

– Придется мне отправляться за ним…

Котище замотал головой, отступая на шаг.

– Я один не останусь.

– Ну, голова мохнатая, ну устроил!

Весь вид провинившегося Пуффа выражал крайнюю степень раскаяния.

Через минуту появился Ян.

Уфф. Надеюсь все в порядке? Он меня просто распилил на кусочки!

– Ну, рассказывай…

– Проедемся лучше, надоело пыль глотать, – перевел разговор в иное русло Ян, подмигнув.

Марк пожал плечами, выйдя вслед за Яном. Пуффу ничего не оставалось кроме того, как отправиться следом.

Джип проехал мимо гостиницы, трех домов, на развилке выбрал среднюю дорогу, резво покатил по дну котловины.

– Может быть, ты пояснишь? – наконец спросил Марк.

– Терпение…

Автомобиль, тем временем преодолел довольно крутой склон холма и остановился на вершине поросшей невысоким кустарником. Ян выключил двигатель. Солнце еще только поднялось над горизонтом.

– Изучать окрестности рано, быстро мы сегодня обернулись…

– Нашел?!

– Я не совсем уверен что рукопись…

– Отчего такая поспешность?

– Рассказывать по порядку?

– Пожалуй.

– Пожалуйста, с исчезновения, – добавил Пуфф, – а то этот меня так ругал, так ругал…

– Как только механизм люка активизировался, я оказался в центре подземной камеры, на круглом постаменте. Кругом было темно, тихо. Пришлось воспользоваться жезлом как фонариком. В одной из стен выдолблен маленький грот, в нем и лежало это. Больше ничего в помещении я не заметил.

Ян показал несколько кусков выделанной тонкой кожи, скрепленных у края зажимом из желтого металла.

– К чему же такая гонка?

– Мне показалось, словно мы разбудили кого-то. Будто бы сигнализация включилась…

– Ловушка, поставленная в тайнике веков двадцать назад, наконец позвонила хозяину – усмехнулся Марк.

– Кто знает.

Марк осторожно взял древний блокнот, погрузился в изучение….

– Смогу прочесть, только толку нам с этого…

– Мы внимательно слушаем, – прервал его Пуфф.

– Я попытаюсь изложить смысл этой тайнописи…

Давно пришел он в мир наш, Склонили головы мы – посвященные Перед духом его многоликим. Возвели у тела его кресты жертвенные Во имя службы ему, В ногах один, у головы – другой. Дал силу он тайную и могучую… Что кончается лишь за стеной, у которой пять дорог. Из них недоступна одна – прямая в мир земной. С перекрестка три пути, Главный – через пояс его, тайной тропой ведет. Труден он для посвященных жрецов и паствы Из мира людей, полон он лишений, но и награда неисчислима. Верхний – в храм мыслей его ведет, Нижний – к храму дел его. Лишь за стеной мир лежит иной, Не властен там наш господин, Не покорен нам сей род, как и «Последний приют», Идет из него погибель наша Глубока сущность великого благодетеля и непостижима, Лишь туман виден во мраке души его, Даже слезы забвенья исчезают, не издав не звука, Падая в пропасть неизмеримую. Но не вечна сила его, что питает посвященных участников, Может прерваться жизнь их светлая — Жертвы нужны великие! Только кровь и боль пробуждает его, и часть силы приходит к нам, Но ничтожны люди и мала плата за них, Сильная жертва на камне нужна, лишь она воскресит дух его. Жертвы голове его – короне жемчужной, звезде светлой. Жертвы ногам его – звезде темной, основе всего сущего, Если разжечь аппетит духа великого жертвой демона, Поглотит он и простых смертных, Наградит посвященных силой и жизнью почти вечною! И поможет в деле этом великом Могущественный слуга его, Что под правой рукой покоится Отнимет рассудок он, Довершит работу кровь его – вода забвенья, Что течет ко лбу господина. Пусть приходят они и молятся у правой его руки, Пусть идут вдоль воды, Безропотны, словно стадо, они Легко отдадут себя за силу нашу…

Сегодня великий день, сегодня пришла удача, поэтому я, член ордена позволю себе обновить священную историю. Достойный подарок для великого духа бездны. Она позволит освежить нашу кровь и дать силу, оживить веру. Жалкие людишки, своей кровью лишь продлевают агонию, а это возрождение нас, великий шанс, последний шанс.

Вложу новый лист описанием церемонии после окончания…

– Какие будут комментарии? – спросил, закончив читать Марк.

– По-моему это вообще из другой оперы, – вздохнул Ян, – бред сивой кобылы.

– Это все?

– Да. Текст и рисунок – больше ничего не было.

– Может быть, разыскать остальную часть рукописи?

– Интересно где?

– Не знаю.

Утреннее солнце довольно специфически освещало окрестности. От земли поднимался туман. Яркий свет выхватывал деревья на склонах, вершины холмов. Длинные тени неузнаваемо искажали окружающий вид. Дорога спускалась с холма через полуразрушенный каменный мост, пересекала каньон, мимо палаточного городка убегала в царство длинных теней и уходящей ночи. Остатки ночного тумана укрывали причудливые края разлома в земной коре.

– Палатки какие-то.

– Где?

– Правее дороги…

– По всей вероятности туристы или археологи.

Пуфф достал из кармана на двери огромный бинокль, высунулся в окно и какое-то время молча наблюдал. Потом протянул бинокль Яну.

– Нет там никого…

– Действительно никого не видно.

– Сейчас еще раннее утро, – заметил Марк.

– Может быть, может быть… Тени очень длинные, видно плохо.

– Про раннее утро, это ты правильно, – проворчал Пуфф.

– Как долго ты собираешься ворчать?

– Весь день!

Ян перевел взгляд влево, вдоль каньона. Ему показалось, будто под лучами солнца блеснуло золото.

– Мне кажется, на краю трещины есть стекло или позолота…

Марк взял бинокль и долго всматривался в указанном направлении.

– Действительно.

– Наверное, нам нужно вернуться, подождать, пока взойдет солнце. Все равно прямо нам не проехать, мост разрушен.

– Может спросить у шерифа карту?

– Хорошая идея, только будить его сейчас не стоит…

– Прошу, садитесь. Вижу вам не спалось…

– Сегодня приключений было меньше… – начал Марк.

– У кого – как, – фыркнул Пуфф.

– Опять пришельцы? – насторожился Джон.

– Скорее постояльцы, – уточнил Марк, – Пуфф до часу ночи чертей ловил, а утром, пораньше мы решили осмотреть окрестности. Только без карты это трудно.

– Я для вас приготовил копию. Она не самая полная – но надеюсь, поможет.

– Как мы сможем вас отблагодарить? – спросил Ян.

– Вы уже отблагодарили, отбив атаку в ту ночь…

– Может, не будь нас здесь – и гроза прошла бы мимо, – заметил Марк.

– Кто знает, – ответил шериф, разворачивая лист.

Пуфф как всегда оказался первым.

– Схема точно не полная, палаточный городок не обозначен.

– Откуда вы узнали?

– Утром доехали до разрушенного моста…

– И где палатки?

– Мне кажется – здесь.

– Только этого еще не хватало…

– С ними проблемы?

– Да. Служители одного экзотического культа пожаловали. Будьте осторожны. Говорить вам – не ходите к храмам или еще куда, бессмысленно… Поэтому еще раз прошу – будьте осторожны, а сейчас извините – я должен идти.

Марк расправил карту…

– Мне она напоминает рисунок в блокноте из тайника… – удивленно произнес Ян.

– Боже мой! Кресты, пояс, дороги! А кто такой – «могущественный слуга его, что под правой рукой покоится…»

– Попробуем все осмотреть последовательно. Блеск мы увидели в районе нижнего храма – верно?

– Да.

– Тогда для начала туда и отправимся. В этом блокноте каждая строка несет не то скрытый смысл, не то художественную метафору.

В этот раз, на перекрестке, Ян направил машину влево. Дорога плавно изгибалась между холмов. Да и дорога ли!? Ровная лента серой окаменевшей глины, на которой ничего не росло. Травяной ковер спускался с холмов, но, словно споткнувшись, замирал у запретной полосы. Смешанный лес остановился еще раньше, не рискуя приблизиться к мертвой зоне, в остальном пейзаж ничем не выделялся. Проскользнув между холмов, путь вывел на обширное пространство, усеянное валунами. Размер камней колебался от полуметра до большего грузовика. Они лежали, частично погрузившись в песок, но ни один не попал на серое полотно. Песок искрился золотистыми вкраплениями, маня к себе… Ян остановил машину.

– Не проехать? – насторожился Марк.

– Думаю, дорога свободна от камней, мне другой момент интересен – песочек.

– Полагаешь золотоносная россыпь? Так много!

– Посмотрим.

Ян подошел к краю, зачерпнул горсть, подул на ладонь. На черной перчатке остались лежать желтые крупинки. По песчаному морю прошла легкая рябь. Ближайшие камни немного шевельнулись. Пуфф выпрыгнул из джипа и тоже зачерпнул песок.

– Ну и что это такое? – спросил он.

– Думаю – золото.

– Да, в некоторых мирах за него отбирают жизнь, продают душу, совершают низость, обман…

– Фу, – брезгливо отряхнул лапы котище, – только испачкался зря.

– На Земле оно – мера всего, почти всего. Многое можно купить на кружки, отчеканенные из желтого металла. Власть, сила – рано или поздно падают к ногам желтого дьявола, – Ян стряхнул крупинки, которые, упав, растворились среди своих собратьев.

– Они – как монеты из Странвалля?

– Почти, – подключился Марк.

– Куда же по ним можно попасть?

– В основном на тот свет…

– Как это? – не унимался Пуфф.

– Накопишь богатство, а тебя твои же друзья на тот свет и отошлют. Яду дадут или пулю. Не они – так конкуренты. Не конкуренты – так компаньоны.

– Вляпался, – констатировал Пуфф.

Он бросился к джипу, открыл задние двери, некоторое время громко чем-то гремел. Наконец появился с канистрой и мылом. Канистра повисла в воздухе, наклонилась, из нее полилась тоненькая струйка воды, к великому удивлению потерявших дар речи окружающих, котище густо намылил лапы…

– Что с тобой? – наконец спросил демон.

– Пытаюсь смыть эту вашу находку… Мылом не возьмешь…

В лапах появилась пачка стирального порошка и вся пошла в дело… На мокрой шерсти блестела свеженькая позолота. Котище снова подбежал к машине, вытащил пятилитровый огнетушитель, бросил на землю. Следующим оказался очиститель двигателя, обильно полив им лапы Пуфф принялся читать инструкцию…

– Подождать двадцать минут, смойте водой. Для особо загрязненных агрегатов операцию повторите. Они думают что пишут?

– Почему ты так нервничаешь?

– Тянет меня туда, к вашему золоту тянет… Как он выглядит, этот ваш желтый дьявол?

– Опять придумываешь, желтый дьявол – это скорее психологическая категория, чем физическая… – начал Марк.

– Не совсем. Похоже все-таки, ментально физическая сущность, посмотри… – перебил Ян.

Поверхность песка успела разгладиться, на ней отчетливо проступили выпуклые цепочки слипшихся золотых крупинок, которые сложились в рисунок паутины. В воздухе, между камней поблескивала такая же сеть, с ячейками около десяти сантиметров…

– Хозяина паутины не хватает…

– Ты только подожди разрушать все, может, удастся без шума выбраться.

Тем временем Пуфф извлек из бездонного багажника джипа ножницы, попытался разрезать нить. Они в один миг приклеились к сети. Котище потянул, но инструмент прилип крепко.

– Так, сеточка с секретом…

– Конечно, ты специалист по сетям, насколько я помню – улыбнулся Марк.

– В некотором роде, – пытаясь высвободить ножницы, согласился котяра, – не вытащить, прилипло окончательно и бесповоротно.

– Впрочем, одного ты добился вполне – хозяин паутины объявился…

Левее дороги, в середине открытого места, песок забурлил. Из него появились золотистые волосы, потом голова и пышное тело восточной красавицы… Она простерла руки, маня к себе. Паутина пропала, лишь ножницы остались висеть в воздухе. Пуфф потянул за ручки, отпустил. Ножницы вернулись в прежнее положение, качнувшись, как маятник.

– Идите ко мне, спасите меня, будьте владельцем несметных золотых россыпей, – произнесла красавица на чистом английском языке, у ее ног заблестел золотой песок.

Путешественники переглянулись.

– Пусть придет ко мне самый сильный, самый умный из вас, – продолжила ворковать особа, покачивая бедрами.

– Это еще что за спектакль? – удивился котище.

– Наверное, теперь мы должны перерезать глотки, сражаясь за богатство, – грустно резюмировал Марк.

– К сожалению, люди так поступают всегда, особенно те, кто ищет золото. Исход печальный заложен уже в условиях задачи. Если оно не интересует – за ним просто не отправляются. Любая экспедиция авантюристов обречена на резню в случае успеха.

– Откуда вы это все знаете, – удивился Пуфф, – еще бы рассказали, как поступить с золотой паутиной… Ну и с этой коровой заодно!

Девица надула губы. В заложенный стереотип никак не укладывалось поведение странных личностей. Пуфф тем временем снова принялся искать одному ему ведомую вещь в багажнике автомобиля. Снаружи был виден только хвост, изогнутый в форме вопросительного знака. Ян потянулся за жезлом.

– Подожди, не будем устраивать побоище, нужно подумать, как разрушить структуру этой напасти!

Хвост Пуффа в дверях джипа превратился из вопросительного знака в символ восклицательного. Из машины появился котище с толстой книгой в лапе, складным стулом, на морде присутствовало хитрое выражение.

– Книга по магии? – поинтересовался Марк.

– По автохимии.

Котище поставил стул, сел и раскрыл книгу. Дева направилась к нему, протягивая руки в приглашающем жесте, но не на того напала… Пуфф поднял выброшенный ранее огнетушитель и окатил из него деву. Красавица взвизгнула, отбежала на прежнее место. Под воздействием углекислоты с приманкой произошла метаморфоза. На тех местах, куда попал состав из огнетушителя, кожа осыпалась, подобно осенним листьям, на ее месте наружу выбились золотистые нитевидные отростки. Лицо исказила гримаса злобы, существо зашипело…

– Все равно души ваши мне принадлежат!

– У меня и души-то нет, – вздохнул Пуфф, листая страницы, – наконец нашел – поверхностно-активная полироль с силиконовым маслом. Обволакивает мельчайшие крупинки грязи, после чего они легко стираются, не повреждая поверхность краски. Поставляется в аэрозольной упаковке.

– Хочешь сказать, если распылить на песок, вся структура распадется тихо и мирно?

– Ага.

– Голова…

Баллон с яркими надписями появился в лапах у котяры и незамедлительно был приведен в действие. Ножницы со звоном упали на дорогу. Вторым объектом для опытов Пуфф выбрал свои лапы, полил их, потер друг об друга – золотистые шарики, похожие своим поведением на капли ртути, упали в песок.

– Победа!

– Как ты это достал, Кулибин?

– По почте…

– А на почте об этом знают?

– Вам что, шашечки или ехать нужно? – обиделся Пуфф.

Тем временем дева большей частью избавилась от оболочки, представ в новом виде. Шевелящийся клубок тонких нитей венчала женская золотая маска с пустыми глазницами. Желтые блестящие отростки потянулись к путешественникам.

– Придется мне воспользоваться жезлом, – снова предложил Ян.

– Какие проблемы, – возразил Пуфф, воодушевившись первым успехом.

Банка с составом начала расти, достигнув почти метровой высоты. На морде экспериментатора появились очки.

– Приступим…

У баллончика вместе с размером емкости возросло внутреннее давление и диаметр сопла… Когда Пуфф нажал кнопку, его спас от падения стоявший за спиной джип, так как сила инерции отбросила малоопытного волшебника назад, прижав к автомобилю. Дальше – хуже, средство, конечно, работало, но емкость не выдержала нагрузку, боковой шов начал расходиться.

– Ложись! – закричал котище, бросив баллон в хозяина золотых сетей.

Марк с Яном не заставили себя долго упрашивать, и распластались по земле.

– Это называется бесшумно, – проворчал Марк, касаясь щекой глины.

Виновник лежал как меховая шкура, прижав лапами уши. Взрыва не последовало. Пуфф приоткрыл один глаз, оценивая обстановку. Баллон несколько раздулся в месте бокового шва, но выдержал. Его оплели золотые нити, будто убаюкивая…

– Как мило, – начал котище…

Сотни нитей одновременно прошли сквозь материал емкости и во все стороны, словно из садового распылителя, громко шипя, брызнуло патентованное средство для очистки… Хозяин паутины рассыпался, выпустив метровый баллон, который, вращаясь и разбрызгивая вокруг себя жидкость, принялся летать вокруг джипа. Троица мгновенно оценила ситуацию и оказалась внутри машины.

– Заодно – помоем, – удовлетворенно отметил Пуфф.

– Волшебник, – строго произнес демон, поворачиваясь к виновнику последних событий, – ты хотя бы на один шаг вперед заглядываешь?

Котище сморщил нос.

– Но согласись, бесшумно? Почти бесшумно!

– Да уж.

– Почему только она вылезла, – сам у себя спросил Ян, – к золоту все равнодушны…

– Понимаете ли, – виновато, произнес Пуфф, – когда вы рассказывали о теоретических аспектах проблемы, я мечтал. Немного.

– Тогда, если судить по библиотеке, в которой ты упражнялся в поварском искусстве, нам повезло, – мрачно заметил Марк.

Наконец емкость иссякла и остановилась. Котище выбрался из машины, подошел к краю дороги, набрал горсть золотистого песку, бросил вверх.

– Хорошее средство, каждая песчинка упакована… Огнетушитель, канистру я пожалуй заберу, а баллончик увы – испортили. Котище плотно прикрыл задние двери и вернулся на сиденье.

– Может быть, мы увидели с холма блеск этого золота? – предположил Марк.

– Нет. Тогда сверкнуло дальше, у каньона, а до него, если верить карте – еще довольно далеко ехать.

Полоса глины, словно настоящая дорога, описала меж валунов плавную дугу. Камни неожиданно кончились, остался лишь песок по правому борту и крутой обрыв, высотой около пятнадцати метров слева. Небольшие сосенки цеплялись на самом верху откоса за землю, выставив наружу обнаженные корни. Внизу, у самой дороги, из песка выступали странные камни, очень напоминавшие кости… Ян повел машину медленнее.

– Доисторические окаменелости, похоже на кости древних ящеров, обитавших на земле миллионы лет назад.

– Столь глубокие выводы на основании поверхностного осмотра из окна автомобиля?! – удивился Марк.

Ян затормозил.

– Осмотрим поближе, – оживился Пуфф, пытаясь открыть дверь, – расскажите мне подробнее.

Тут Марк наконец понял к чему идет дело. Только этого сейчас и не хватало… Он ни секунды не сомневался, что у его любознательных попутчиков хватит фантазии вдохнуть жизнь в какого-нибудь хищника, а уж после они подумают, как поступать дальше. Решение пришло неожиданно, демон нажал кнопку центрального замка, в дверях щелкнули запоры. Пуфф попытался выбраться наружу – дверь не открылась.

– Не понимаю, недавно открывалась. Теперь не выйти…

– Отлично, – облегченно вздохнул Марк.

Ян улыбнулся.

– Ты боишься последствий нашей прогулки?

– Вас, с этим черным пушистым на кладбище выпусти – покойников поднимите… – демон осекся.

– Кто знает, может и поднимем, если потребуется.

Марк уже успел пожалеть о сказанном. Случайно брошенные фразы имели обыкновение сбываться. Перспектива принять участие в таком развлечении была демону не по душе, но в одиночку искать сестру Марк уже пробовал. Мучительные раздумья отразились на его физиономии.

– Да не печалься ты так, к тому же интересное место мы уже проехали, – успокоил Пуфф.

– Но выехали к новой достопримечательности, – заметил Ян, остановив машину, – на карте она обозначена как два квадратика.

Дорога оказалась частично перегорожена длинным каменным блоком, разбившимся надвое.

– Это мы уже один раз видели, – вздохнул Ян, – хотя есть и отличия.

– Где это? – поинтересовался Марк.

– Когда я штурмовал свои грезы в стране троллей на пути к тронному залу Замка тысячи миров.

– Это было еще до встречи со мной.

Перед путешественниками предстали остатки некогда величественного памятника. Два камня, в свое время служившие перекладиной ворот, сильно выветрились и теперь лежали внизу, припорошенные песком. В отличие от нее, квадратные столбы, почти двадцатиметровой высоты сохранились хорошо. По полутораметровой стороне столба были высечены незнакомые письмена, напоминавшие перевитые лианы. На самом верху, каждую сторону опоры украшал трехметровый лик, искаженный гримасой злобы. Изображение походило на древнего индейского бога. Когда-то его украшали драгоценные камни, теперь же остались лишь пустые гнезда.

– Кстубтун – жестокий бог несметных богатств, сверкающих сапфиров, алых рубинов и зеленых изумрудов.

– Откуда ты это взял!?

– Читал. Жестокий – потому что убивает всякого, кто посягает на его сокровища.

За столбами грунтовка превращалась в мощеную дорогу к следующим развалинам. Ян подошел прямо к столбам и почуствовал присутствие незнакомой силы.

– Смотрите – указал вверх Пуфф.

На орнаменте под маской бога, по письменам, словно скатывающиеся капли, неслись к земле красные, зеленые и синие искры… На их пути пустые места занимали громадные рубины, сапфиры, изумруды. Ян попытался прочесть начертанные на столбах надписи, злая чуждая воля вложила их в уста мастера. Увы, но теперь забыт, не только мастер, но и растоптан некогда могущественный идол. Время унесло народ почитавший его. Глаза у Пуффа загорелись. Он направился к колонне.

– Не стоит, – жестко произнес Ян.

Котище уступал великому плуту Локи по прозорливости, но кое-что понимать – уже научился и замер, подняв лапу для шага.

– Конечно, он сошел со сцены давно, – продолжил Ян, – уже, когда строились колонны, бог потерял свое влияние, ослабла власть. Его народ перестал существовать много веков назад… Но, к сожалению созданные однажды – боги не могут умереть, их сила остается, ожидая своего часа. Видимо созидатели этого архитектурного шедевра использовали Кстубтуна как сторожа, что окончательно испортило характер мстительного бога.

– Почему ты назвал его мстительным? – спросил Пуфф, отвлекшись от сверкающих камней.

– Я помню одну легенду… Когда-то, очень давно бог был могущественен. Величественный храм в честь его богатств заполняли горы драгоценный камней. Однажды к нему пришел влюбленный юноша, он просил весь день, стоя на коленях, горсть драгоценный камней для удовлетворения тщеславия отца своей возлюбленной, но каменный идол остался безучастен. Тогда отчаявшийся юноша ночью проник в храм, пытаясь украсть драгоценности. Кстубтун убил его.

– Вора – правильно, – заметил котище, как и всякое эмоциональное существо, он легко переключался с одной игрушки на другую.

– Но бог не остановился. Он нашел девушку и покарал, следующим стал ее отец. Последнее деяние – он разрушил город.

Пуфф брезгливо отряхнул лапы.

– Может быть это просто легенда, но кто знает, – закончил повествование Ян.

Котище вытер лапы о грудь.

– Очень мелочный бог. Мне кажется, лучше обойти ворота стороной.

– Приклоняюсь перед твоим благоразумием, – без тени иронии произнес Марк.

– Он, например, таковым не отличался, – согласился Ян, указав на барельеф, завершавший колонну, – неразумно уничтожать своих почитателей. Когда народ, превознесший бога, уходит во тьму или начинает поклоняться новому идолу, старый властелин теряет силу, оставшись не у дел. Без храмов и жертв, лишенные преклонения, боги быстро ослабевают.

Драгоценные камни в глазницах идола вспыхнули. Но блеск сокровищ не прельстил путешественников, они отошли назад. Столбы, словно новогодняя ель, потушили иллюминацию из камней. Троица обошла вокруг памятника и оказалась по другую его сторону, на дороге из плит бурого гранита.

– Другое дело, – отряхивая песок, заметил Марк, – нормальная дорога.

– Впереди еще какие-то развалины…

– Будем надеяться, они не содержат сюрпризов для нас.

– Там, кстати, опять блеснуло.

После столбов, посвященных мстительному богу Кстубтуну, изменилась сама земля. Во все стороны от дороги разбегались трещины, словно некогда здесь произошло землетрясение. Справа был виден каньон Седьмого демона. Слева – еще один. Особенно густая сеть провалов опутывала этот разлом в земной коре.

– Странно – в рукописи Клешня краба вообще не обозначена, – удивился Марк.

– Думаю, она появилась после написания известного нам фрагмента…

– Интересно заглянуть вниз, – заметил Пуфф.

– Шалости в сторону, в старом ритуальном сооружении можно столкнуться с кем угодно.

Они стояли на краю сооружения, очень похожего на стадион, вот только необычной формы. Прямо в скале был высечен большой, похожий на крест в плане, котлован. В каждом луче размещалась трибуна, каменные скамьи начинались в трех метрах от поверхности земли, спускались к центральной арене. Попасть вниз можно было по широкой наклонной плите. Она когда-то имела подъемный механизм, систему противовесов которого, теперь стало видно через отломившийся край. Путешественники, осторожно ступая, прошли на трибуну. Всюду лежал песок, чувствовалось запустение.

– Даже не кладбище, а просто старые развалины, – вздохнул Марк.

– Не торопись… Например, на арене явно кто-то успел подмести.

Центральная площадка оказалась расчищена от мусора. На квадратной арене размещалось кольцо. Собственно его сегмент из желтого металла привлек своим блеском Яна. Похоже когда-то кольцо арены состояло из пяти таких сегментов, остался один. Два правых оказались разрушены неведомой силой, их кривые, потускневшие обломки, высовывались из земли. А вот еще два…

– Смотри, мне кажется, два сегмента демонтированы, а третий подготовлен, – указал Марк.

– Хочешь сказать, здесь давно работают люди!?

– Только зачем им это?

– Наверное, новый храм строят, – ответил Пуфф.

– Точно! Только не строят, а видимо восстанавливают… Хорошо, это мы еще посмотрим. Здесь есть вещи и интереснее…

Сегменты делили кольцо на пять частей, образуя вершины звезды. Рисунок в виде глубоких канавок мастера вырезали прямо в арене. В центре звезды, разместился черный пятиугольный камень с углублением в центре. Глыба треснула почти надвое, и одна ее половина осела.

– Подойдем ближе, – предложил Ян.

– Смотрите, – Марк потрогал кроссовкой копоть в канавке рисунка, – здесь что-то жгли. Думаю, в рисунок наливали нефть или иное горючее вещество.

– Пусть поджигали, – подключился Пуфф, наступая на золотистый сегмент, – лучше объясните, для чего эти штуки убирались вниз?

– Я же не автор этого сооружения…

– Насколько я понимаю, даже не являясь архитектором данного храма, – заметил Ян, – при таком исполнении защитного кольца, возможно, выпускать вызванное нечто на одну из трибун!

– А за зрителями – стена, – добавил Пуфф, – оно этих самых зрителей-то и скушает…

– Это невозможно!

– Кто знает, мир многогранен, как учил меня Локи, – усмехнулся Ян.

Они подошли к центру арены. В середине разбитого, несколько осевшего, камня находилось сферическое углубление, похожее на чашу. Поверхность плиты (если ее сложить воедино) имела слегка вогнутую форму, диаметр составлял около трех метров. В четырех вершинах крепились ржавые кольца с обрывками цепей, а между последней, направленной на вход, и центральной чашей – лопнувшая скоба. Треть скобы осталась на верхней половине камня, две трети – на осевшей части. Пуфф одним прыжком оказался на камне, лег, словно ковер…

– Для лап и головы крепления имеются, а для хвоста – их нет, – с этими словами он стек на нижнюю половину камня.

– А ведь он прав, – мрачно произнес Марк, – не зря шериф так беспокоился…

Тем временем, котище успел обследовать лапой трещину, благо его тело сохранило некоторые прежние свойства.

– О, смотрите, что я нашел! – радостно сообщил он, спрыгнув на землю.

– Прошелся сетью? – пошутил демон.

– Ага, – нисколько не обиделся котище, продемонстрировав находку.

В кошачьей лапе лежал золотой, не больше десяти миллиметров, фрагмент украшения. Очень тонкой работы, уменьшенный и несколько стилизованный листок дуба. Марк осторожно взял его, поднял к свету, долго смотрел.

– Может быть, посвятишь нас? – обиделся Пуфф, – как-никак я нашел…

– Мы на верном пути! – наконец торжественно объявил демон. Изида была здесь.

– Может, укажешь, куда она ушла? – проворчал котище.

– Не могу. Если найти еще один листок, появится возможность – выстроить линию, она укажет направление, куда отправилось все украшение…

– Только направлений будет два, – не унимался Пуфф.

– Один же листок найден первым…

– Только пока мы его не нашли, – прервал их Ян, – лучше объясни свою уверенность.

– Эта цепочка с прикрепленными золотыми листиками была подарена ей еще в юности. Находка несет следы ее «я», слишком долго украшение находилось на шее Изиды.

– Шея то у нее есть? – осведомился котище, – наверное, как у меня? Нужно же знать, кого ищем. Пройдем еще мимо…

Вопреки ожиданию, Марк не обиделся, а лишь пояснил.

– Друг мой! Любая женщина – немного демон, если она настоящая женщина. Ян подтвердит.

Хозяин Замка кивнул.

– Ну, а демон с женским складом ума – это нечто.

– Ничего не понял из ваших объяснений…

Марк развел лапами.

– Только кажется мне, побывавший на жертвенном камне не должен уцелеть, – вздохнул Ян.

– Но ее, как и останков, здесь нет.

– Смотрите, на трибуне напротив чьи-то кости белеют! – радостно сообщил Пуфф.

Видимо с чувством такта у него было не совсем в порядке. Марк привалился к камню. На краю трещины, пересекшей каменные ступени, белел скелет. Он словно пытался выбраться из расщелины, да так и остался на краю. Пуфф мгновенно оказался рядом, потрогал останки.

– Спешу успокоить. Ожерелья на нем нет. Постой, а у тебя-то самого скелет есть?

Демон задумался.

– Ну, наверное, когда имитирую человека…

– В последнее мгновение жизни ты будешь воспроизводить кости.

– Ну, уж нет!

– Тогда нечего в обморок по пустякам падать.

Не принимавший в беседе участия Ян подошел к расщелине.

– Вообще-то скелет мужской…

– Попробуете восстановить картину прошлых событий? – предложил Пуфф.

– Тогда сюда не только скаты слетятся…

– Ну и что же делать? Кости же молчат.

– Мы еще не все осмотрели. Он же умер, явно пытаясь выбраться из трещины, следовательно, где-то находился…

– В крысином лазе, – пошутил Марк, поворачиваясь к котище.

– Вы намекаете мне? Лезть в эту грязь? Моя прекрасная черная шерсть, она погибнет, – раздул щеки Пуфф, воздев лапы к небу…

– А разве ты не сможешь пробраться, я-то думал, – разочарованно вздохнул Ян, пряча улыбку.

– Я не смогу!? Я не спущусь?

Черная тень, словно змея, нырнула под землю. Не прошло и двух минут, как Пуфф вернулся. От обилия пыли, котище стал седым, с усов свисали клочья паутины. Трофеев оказалось два – рыжая крыса и кусок пергамента. Пушистый спелеолог громко чихнул, потом отряхнулся, словно собака, выбравшаяся из воды.

– Там несколько комнат, но все совершенно пусты. Только рыжие бестии живут.

Пуфф сморщил нос, посмотрел на крысу, стукнул ее головой о камень.

– Но ты принес не только ее?

– Да, держите. Он так удачно застрял в узкой щели, что крысы не смогли его достать.

Марк развернул пергамент… Пуфф коснулся его и приложил лапу к губам, повернул голову. Его уши поворачивались, как у всех кошачьих, при появлении постороннего шума. Ян показал на дорогу, котище отрицательно покачал головой, кивнув в противоположную сторону. Путешественники, стараясь ступать тихо, направились к выходу. Около пролома в подъемной плите, Марк указал вниз. Троица осторожно спустилась на дно. Демон водрузил на край несколько обломков – получился прекрасный наблюдательный пункт.

– Теперь молчим, – произнес одними губами Марк, выразительно посмотрев на Пуффа.

Тот в ответ зажал себе рот обеими лапами. На противоположной стороне котлована появилась фигура человека. Он был одет в длинную рубаху, брюки из белого материала, за спиной висел автомат с коротким стволом и глушителем. Обувь на ногах отсутствовала. Человек махнул рукой кому-то сзади. Появились еще двое, как две капли воды похожие на первого. Они опустили вниз грубо сбитую лестницу. Затем на краю котлована собрали простейшую таль с блоком. По лестнице спустились рабочие, все в белой одинаковой одежде, с кольями, короткими стержнями, инструментом в руках и оружием за спиной. Они обступили золотистый сегмент кольца, словно муравьи. Дружно действуя своими кольями как рычагами, приподняли сегмент, завели под него принесенные стержни. Они действовали очень четко, но несколько замедленно, словно одурманенные наркотиком. Один взмахнул рукой, рабочие одновременно подняли ношу и медленно двинулись к трибуне. Но в этот момент пришла в себя крыса, отдыхавшая на солнцепеке. Реакция оказалась мгновенной, раздались глухие хлопки, животное превратилось в мокрое место. Люди в белых одеждах осторожно преодолели трещину, остановившись под талью. Они закрепили полосу желтого металла веревками, слаженно потянули, блок жалобно скрипнул, груз пополз вверх. Непроизвольно Ян перешел на второе зрение…

«Явившееся из HELL, заклинаю» – было высечено на металле. Видимо остальная часть фразы осталась на других фрагментах кольца.

Тем временем рабочие подтянули сегмент, опустив на землю. Надпись исчезла. Они демонтировали еще какие-то части механизма кольца и покинули храм.

– Прочтем наконец свиток? – предложил Марк.

– Один момент, ты ничего не заметил?

– Нет?

– А ты, Пуфф?

– Нет…

– Вы уверены?

– Почему ты так взволновался?

– На металле была высечена надпись…

– Подумаешь, – отмахнулся Пуфф.

– Нет, не подумаешь. Зелененьких гостей помните, а скатов?

Демон и котище помрачнели.

– Надпись гласила – явившееся из HELL, заклинаю…

– Где находится HELL? – спросил Пуфф.

– Это Ад! – хором ответили Ян и Марк.

– Видимо, тут получали силы из вполне определенного источника, – продолжил Ян, – с изнанки веры. Похоже у каждой религии свое светлое будущее, но у всех – один сливной бак.

– Что?

– Одно место устрашения. Светлый, праведный ориентир – у каждого свой, а темные стороны веры…

– Складываются, – продолжил Марк упавшим голосом, – там они и черпали силу.

– Пойдемте лучше в машину, вернемся на виллу, там поговорим.

– Один момент, хотя доказательства уже не нужны, подождите меня немного…

Он выбрался из укрытия, быстро добрался до противоположной трибуны. Присел на корточки, что-то рассматривая. Через минуту демон вернулся назад.

– Смотрите.

На ладони лежали три пули. Скамьи, в которых они застряли, оказались из достаточно мягкого камня. Наружная оболочка немного сползла, оголив, центральный стержень.

– Ну, пуля с сердечником, не более, – заметил Ян.

Марк потер одну о камень.

– Внутри серебряный штырь.

– Хочешь сказать, весь бред по поводу потусторонних сил реален!?

– Точнее, бред породил реальность, живущую по вполне определенным законам.

– Насколько я понимаю, – подключился Пуфф, – скатов, как и прочих гостей оттуда, можно поразить серебряными пулями?

– Кто знает. В королевского ската потребуется тележка таких пуль… А на зеленых человечков может вовсе не подействовать, неизвестно какая у них структура.

– Интересно, у меня какое строение? – спросил сам себя Пуфф.

– Крупноячеистое…

– Поставим опыт.

В лапах котищи появилась рогатка. Он схватил одну пулю, ловко вытянул резину, выстрелив себе в грудь. В глубине помещения что-то ударилось о стену, упав на металл. Экспериментатор прислушался.

– Интересно, она не застряла. Словно на этом месте пусто…

– В голове у тебя пусто, – рассердился демон, – мы же договорились вести себя тихо!

– А я ничего, тише воды, ниже травы…

– Возвращаемся?

Марк с Пуффом кивнули. Без приключений компания подошла к столбам… Земля треснула, песок немного осыпался, открыв глубокие трещины, подобравшиеся к самому основанию столбов. Обходной путь перестал существовать, а каменные блоки исчезли.

– Пойдем прямо? – спросил Марк.

– Прямо ко мне!

В створе ворот появился Кстубтун. Мстительный бог исчезнувшего народа не собирался упускать свою добычу. В левой руке он сжимал пучок дротиков, правая была свободна. Коренастое тело укрывали богатые доспехи, на голове шлем с множеством завитков, драгоценных камней, перьев птиц. Образ вполне соответствовал рисункам на стенах разрушенного города в джунглях, фотографию которого когда-то видел Ян.

– Кажется, будет драка, – тихо сказал Пуфф.

– Не будет, я просто убью вас, – оскалился Кстубтун, – потом заберу души, они станут моими слугами!

После этих слов бог метнул дротик в котищу. Бронзовое оружие со звоном запрыгало по дороге за спиной жертвы. Пуфф озадаченно обернулся, вслед за дротиком.

– Мазила, – противным голосом произнес он.

Лицо бога вспыхнуло праведным гневом, окрасилось в цвет спелого помидора. Еще два дротика один за другим покатились по плитам за спинами троицы. Пуфф хитро прищурил один глаз, прошептал…

– Отвлеките…

После этого слова он вскинул лапы, схватился за сердце, театрально рухнул на дорогу. По мохнатому телу побежали судороги, Пуфф забился в конвульсиях, покатился навстречу богу. Еще один дротик пропел похоронную песню, но вместо того что бы пригвоздить бьющееся существо, просто прошел сквозь него и застрял в почве. Из жертвы ударил фонтан крови, Кстубтун явно был озадачен. Воспользовавшись беспорядком, Ян позвал машину, громко свистнув. За спиной бога дико завыл двигатель, взвизгнули шины, и железный бык, оскалившись блестящими трубами, понесся на помощь хозяину. Пришелец из прошлых веков обернулся и оцепенел на мгновение… Стальное чудовище сбило жертву, она упала на плиты. Джип проворно отъехал назад, готовясь к новой атаке. Тем временем «умирающий» Пуфф оказался у столба с письменами… Он проворно вскочил, продемонстрировал идолу красный язык, опустился на четыре лапы, заработав передними, словно землеройная машина. Вишневый от злости Кстубтун не успел ничего предпринять, как котище углубился в землю, окутавшись облаком песка. Через мгновение столб накренился, постепенно заваливаясь, все больше в сторону второй колонны. Отчаявшись, бог принялся метать дротики в основание, столб наклонился еще больше и упал, сбив вторую колонну. Весь архитектурный шедевр рухнул в расщелину, увлекая за собой древнего идола. Из ямы появилась черная морда, потом сам котище. Он отряхнулся.

– Никакой магии, только копать, копать и еще раз копать!

– Молодец, шахтер!

Путешественники подошли к автомобилю, следов столкновения на кенгурятнике не осталось, они вернулись на виллу.

– Второй храм посещать будем? – спросил Пуфф, усаживаясь за стол.

– Думаю необходимо, может даже сегодня вечером, – подтвердил Ян.

– Там на карте тоже столбы есть, причем перемычка цела. Интересно, их охраняет то же Кстубтун, или какой сюрприз ждет…

– Подождите вы, – вступил Марк. Почитаем пергамент, найденный Пуффом.

Демон развернул лист, приложив к тексту, обнаруженному в тайнике под библиотекой…

– Позволю себе прочесть еще раз, так как безо всякой экспертизы видно – писал один человек. Более того, он торопился и позволил себе вынуть лист прямо из блокнота, сохранился отпечаток зажима…

– Столько времени лежало, и сохранилось, – удивился котище.

– Может листы заговорены? Не отвлекай. Я читаю. «Сегодня великий день, сегодня пришла удача, поэтому я, член ордена, позволю себе обновить священную историю. Достойный подарок для великого духа бездны. Она позволит освежить нашу кровь и дать силу, оживить веру. Жалкие людишки, своей кровью лишь продлевают агонию, а это возрождение нас, великий шанс, последний шанс.»

– Теперь продолжение, как интересно… «Я, великий жрец, хранитель свитка – повествую, но не о том, о чем предполагал. Сегодня семнадцатого числа, второго летнего месяца года Друхна мне даже не представить масштабы беды, постигшей нас. Ничто не предвещало беды. Ритуал протекал как обычно. Успешно прошла первая „котлета“. Внесли основную жертву, но когда кандалы замкнулись, женщина пришла в себя. Это еще не предвещало катастрофу, но жертва сделала невозможное – во время ритуала повредила защиту изнутри, великие силы вырвались на волю. Я увидел все словно с холма. Жертва оказалась отвергнута и исчезла в их мире… Уходя, она разрушила камень Корн, а это значит, что ушла сила из нижнего храма. Если погиб камень верхнего храма, дорога к Ним, закрыта. Лопнул пояс седьмого демона, обрушившись в туман. Высох источник забвения… Кто без него согласится… Поврежден верхний храм. Все присутствовавшие погибли. Я всем своим существом ощутил эти удары, силы оставляют меня, попробую выбраться, может – кто-нибудь уцелел…»

– Узнать уцелел ли кто, он не успел.

– По-моему они не только сохранились, но и восстановили организацию, – вздохнул Марк.

– Вернемся к началу листа. Что такое «котлета» – не совсем понятно, а вот судьба некой леди более-менее ясна. Видимо, она уцелела. Похоже искать ее нужно «по ту сторону камня».

– Но, первое – камень разрушен, второе – та ли это леди…

– Не понимаю твоего пессимизма, даже не все дочитал. Там еще постскриптум есть! Прочти его…

Марк снова углубился в текст. Он долго молчал, наконец произнес: «P.S. Неужели она воспользовалась силой своего ожерелья? Но не было в нем никакой магии. Эти золотые листья – лишь женское украшение. Мы всегда раньше оставляли атрибуты силы на жертве, это увеличивало эффект… Теперь же вместо личной вечной жизни – общая лодка перевозчика душ на кладбище…»

– Она.

– Даже мне это ясно из простого логического заключения, – проворчал Пуфф, – в путь?

– Не торопись, – охладил его пыл Ян, – этот камень Корн – погиб. Что происходит в верхнем храме – неизвестно. Как нам отправиться по следу леди – не совсем понятно.

– Это как раз понятно, – мрачно изрек Марк, – лечь на камень, после – вскрыть вены ритуальным ножом.

– Да, один раз уже пробовали, – вздохнул Пуфф – особенной радости это у меня не вызвало.

– Может быть, еще посетим местное кладбище?

– Ты по поводу последней фразы? – переспросил Марк.

– Да.

– По-моему это просто аллегория.

– Аллергия? – переспросил Пуфф, – это точно, особенно на мелких зеленых человечков и мучное, а так же столетнюю пыль…

– Нет. Он наверное, имел в виду, просто смерть всех участников церемонии. В мифологии встречается образ Харона, перевозчика душ в подземном царстве, но ни как не на кладбище.

– Давайте заедем туда по пути к Верхнему храму?

– Чего ты так хочешь заглянуть…

– Нужно проверять все версии.

Марк внимательно посмотрел на Пуффа.

– Любезный друг, убедительно прошу вести себя прилично.

– Я всегда – сама скромность…

– Все готово, господа! – доложил смотритель.

– Будем ли ждать наступление полночи? – спросил Сальери.

– Нет, нельзя, их силы уже на исходе, – указал Антуан на двух других членов совета, – им следовало бы беречь себя…

– Если все пройдет успешно, это немного продлит им жизнь?

– Да, лет на десять полной активности.

– Кого отправим на камень?

– Отступника из клетки. Он уже дошел до нужного состояния, – предложил Антуан, добавив после некоторого размышления, – ребята поработали, теперь он с радостью отдаст жизнь за мессию, в которого не верил…

– А остальные?

– Они лежат без сил после трудовых подвигов во имя «светлого будущего».

– Значит, обойдемся на первый раз без зрителей… Этот идти-то сможет?

– Думаю – да.

Из клетки вывели изможденного человека. Если бы маг мог взглянуть в его глаза, то понял – это тело и разрушенную душу связывает лишь тонкая нить, разум уже покинул несчастного. Но маг спал крепким сном, оставаясь в счастливом неведении о сути происходящих событий.

Жертву подвели к источнику, сняли рубище, омыли и переодели в белый балахон. Мужчина выпил ковш воды. В глазах несчастного безумие сменилось выражением полного блаженства. Процессия неторопливо двинулась к храму, освещая себе путь факелами, согласно древней традиции.

Свет фар выхватывал из темноты траву, кусты на склоне холма, лиственницы. Ян неторопливо ехал по незнакомой полевой дороге. Марк развернул на коленях карту, подаренную шерифом.

– Сейчас будет поворот налево, потом плавная дуга…

Голова Пуффа возникла над плечом Марка.

– Там еще столбы, если верить обозначениям – совершенно целые…

– Значит, приготовимся к сюрпризам, – продолжил за него Ян.

– Лучше бы без шума, – вздохнул демон.

– Можно на холм подняться, если проблема, конечно, возникнет…

Машина неторопливо ехала по дуге, мошки, ночные бабочки кружились в луче фар. Яну показалось, что столбы, слабо светятся в темноте, он остановился в двадцати метрах, выключив освещение, но двигатель оставил работать. В довершение этих предосторожностей перевел селектор коробки передач в положение «реверс». Глаза привыкли к сгустившейся тьме. Во мраке отчетливо проступили красноватые колонны, близнецы ворот к Нижнему храму. Перевитые письмена покрывали их почти целиком, наверху на каждую из четыре сторон света смотрело по злому лику. Перекладина лежала на своем месте. Теперь стал виден красноватый туман в створе ворот… Владельца этих, великолепно сохранившихся столбов, в отличие от Кстубтуна, Ян не знал. Еле слышно работал двигатель, казалось под звездным небом остались лишь зеленые кошачьи глаза, да красноватые, словно раскаленные, ворота…

– Не хочется мне туда, – прошептал Марк.

– В темноте не объедешь…

– Смотрите, – прервал рассуждение Пуфф.

Красный туман словно сгустился, образовавшееся облако приобрело кирпичный цвет, из него неспешно вылепилась коренастая фигура в вычурных, с огромным числом камней и позолоты, доспехах. Голову украшал шлем, с сооружением из золотых пластин, отдаленно напоминавших дамский веер, из которых высовывался целый куст цветных перьев. Лицо в точности повторяло лик на барельефе с вершины столба, имело цвет хорошо отожженного кирпича. Пришелец, или скорее хозяин ворот, имел громадный лук. Стоило ему заметить гостей, как руки древнего идола потянулись за стрелой…

– Пора сматываться, – заметил Ян.

Он включил все фары, створ ворот осветился, точно был полдень. Сторож замер, потеряв ориентацию. Ян резко нажал педаль акселератора в пол, погасив свет. За несколько секунд машина преодолела расстояние до поворота, правда, сократив путь, помяв траву и несколько кустов. Идол пустил стрелу, которая вспыхнула в воздухе на половине пути к повороту, рассыпалась в пепел. Джип остановился, водитель неторопливо развернул машину.

– Тут незаметно не пройти…

– Проблема, кажется, возникла. Теперь на холод выходить, – заметили с заднего сиденья.

– Остаешься?

– Так и хотите сироту бросить… – отозвался котище противным голосом.

– Холм достаточно высокий, оценить состояние храма мы сможем прямо с него, а если еще бинокль взять…

– Приготовил, – доложил Пуфф.

– Думаю, машину оставим здесь.

Ян, съехал на обочину. Вышел на улицу.

– Прохладно…

– Один момент, – попросил котище, открывая заднюю дверь.

– Только тихо, не греми там.

Некоторое время из машины доносился непонятный шум, завершившийся появлением Пуффа с двумя длинными куртками защитного цвета.

– Нормально? Там много полезных вещей…

– А ты? – спросил демон.

– Ты понимаешь хотя бы, что предлагаешь? Поверх шубы – куртку…

Марк посмотрел на мохнатого спутника, большие зеленые глаза которого поблескивали в темноте, вздохнул.

– Фонарь кому-нибудь нужен?

Спутники отрицательно покачали головами. Ян выключил двигатель и закрыл двери. Экспедиция отправилась в путь. Склон холма с этой стороны был относительно пологий, лиственницы росли на приличном расстоянии. Черное бездонное небо, усыпанное звездами, давало мало света, но особенности зрения путешественников позволяли им без труда подняться на вершину, здесь деревья стояли чаще. Северный склон холма оказался значительно круче восточного, порос лишь низким кустарником. Отсюда хорошо просматривались ближайшие окрестности.

– Дерево поваленное, присядем? – предложил Марк.

– Пожалуй.

– Прямо ложа в театре, – отметил котище, достав бинокль.

– Только пожалуйста, соблюдайте конспирацию!

– Храм только особенно не осмотришь, надо бы днем, да ближе бы…

– Кажется, светлее нам сейчас будет, – произнес Пуфф, прилипший к биноклю, – а вот, ближе, может и не стоит…

От лагеря двигалась процессия с факелами. Пятеро человек в светлых одеждах вели шестого. Следом за ними и по бокам шли еще какие-то люди с оружием. Если все участники шествия двигались быстро, уверенно, то шестой выглядел пьяным. Окажись он один, то уже неминуемо упал бы на дорогу.

– Интересно, куда они направляются, неужели в храм? – удивился Марк.

– Бесспорно, именно в него.

– У меня нехорошее предчувствие, – вздохнул Ян.

Процессия обогнула каньон, перешла ручей, вдоль храма прошла до пандуса. Затем спустилась на арену. Один из сегментов кольца лежал рядом со своим местом. Это, как показалось зрителям, вызвало некоторое замешательство среди пятерки.

Растерянность длилась недолго, охранники, под руководством господина в светлом одеянии, установила сегмент на место. Он плавно опустился до уровня земли. На стыках кольца на мгновение вспыхнули искры, оно блеснуло золотом, все угасло. Люди в темной одежде поднялись из котлована, заняли позицию по его верхнему краю. Редкие факелы очертили под звездным небом знакомый план.

Действо началось. С человека, шедшего к своему концу нетвердой походкой, сорвали балахон, оставив лишь подобие набедренной повязки… Тело подняли на камень. Ян привстал с дерева, намериваясь вмешаться. Его локтя с одной стороны коснулся Марк, с другой – пушистая толстая лапа.

– Не торопись, посмотри внимательно.

– Эмоциям не место в данном случае, – поддержал Пуфф, протягивая бинокль.

Крупным планом лицо жертвы выглядело ужасно, осунувшееся, в кровоподтеках. Но самое жуткое зрелище представляли глаза – они то выражали полное безумие, то – глубокое блаженство. Еще хуже дело обстояло в тонком мире… Изъеденная, разрушенная душа практически сгнила, ничего, кроме материалов, из нее извлечь уже было нельзя. Даже сам творец не взялся бы за ремонт, так как получилось бы иное существо. Ну а тело, просто пустая оболочка, представляло интерес лишь для определенных сил. От него все еще тянулась тонкая связь, не отпускавшая свое сокровище, жизнь все еще теплилась в этом некогда совершенном объединении…

– Неужели ничего нельзя сделать?

– Нет. Человек сам пришел к этому – плата за свободный выбор, всегда ответственность за последствия. Еще при поступлении в секту, вероятно можно было остановить его, но после… Став членом сильной структуры, практически ее частью, уйти нельзя.

– Ну а если напрячься, осознать всю закулисную основу происходящего? – спросил Пуфф.

– В твоем вопросе уже содержится ответ.

– Как это?

– В условии задачи есть противоречие. Если субъект способен к глубокому пониманию мира, некоторому предвидению, ему понятна суть хотя бы некоторых событий и вещей, а это, прошу заметить – минимальный набор для осознания сущности организации. Да, следует добавить еще познания в логике, то он не может оказаться в такой ситуации, насильственный вариант мы не рассматриваем, так как к нему для привлечения новых членов обычно не прибегают. Важен переход тонкой грани к безумию, а его нужно обязательно сделать будущему участнику секты самостоятельно. Это потом придут учителя, вобьют в послушника все, что угодно. Поэтому сначала только разговоры, сказки, помощь и всеобщая любовь. Вложения окупаются позже.

Ян не заметил, как сел обратно на ствол дерева.

– Можно мне взглянуть? – поинтересовался Пуфф.

– Да, конечно, – вздохнул Ян, возвращая бинокль.

Тем временем на камне продолжалась подготовка. Ноги и руки закрепили в цепях старинным способом, раскалив заклепки, скрепившие кандалы. Правда вместо жаровни использовали портативную газовую горелку. Шею прижали большой скобой, соответственно приковав. Человек продолжал находиться в том же состоянии. Люди в белом поднялись на главную трибуну, треугольную в плане.

Пять фигур в светлых плащах встали, словно таран рыцарского войска на острие атаки. В руках первого появилась толстая доска, сантиметров двадцать на десять, он держал ее на вытянутых руках перед собой. Факелы, по периметру креста, одновременно погасли, погрузив храм во тьму.

Откуда-то из недр земли, под расшитой бархатом звездной бездной, негромко, величественно зазвучала мелодия. В каждом плече креста, словно обрамляя сцену, появилось по паре огоньков, они росли, набирали мощь вместе с музыкой. Вырвавшееся из недр храма пламя все ярче освещало арену, каменные скамьи, участников церемонии… Все декорации растворились в ночи, из-за восьми ярких факелов, в мире остался только храм. Над центральной площадкой неторопливо выдвинулся золотой обод, превратив ее в подобие цирковой арены. В вершинах звезды медленно, величественно, словно согласуясь с музыкой, из пола арены появились чаши с пылающей жидкостью. Зеленоватый, почти невидимый огонь, тянулся к темному небу, метался по поверхности жидкости. Уровень в источниках рос, жрец читал заклятье… Слова на таком расстоянии сливались с музыкой, шумом пламени. По телу на жертвенном камне прошла судорога, из многочисленных, неглубоких порезов выступила кровь. Ее, еще живые капли падали на темный камень, стекали в середину, в углубление. Мелодия незаметно отошла на второй план, жрец поднял доску над головой, на обратной стороне светился все тот же герб ордена. Чаши одновременно переполнились, и из каждой, двумя ровными струями горящая жидкость попала в канавки, устремилась по ним к середине арены. Еще не успели стены огня встретиться, углубление камня Корн опустело, капли крови теперь впитывались им, даже не достигнув центральной чаши. В тот момент, когда пламя наконец сомкнуло свои объятья вокруг жертвы, она забилась, пытаясь вырваться, и исчезла вместе с кандалами и постаментом. В пятиугольнике открылся колодец, из его глубин, к ночному небу, поднимались черные хлопья. Некто невидимый, заботливо, лоскуток за лоскутком, складывал их в образ, ведомый только ему. Хлопья, словно осенние листья, облетали, осыпаясь вниз…

Ян скорее не заметил, а почуствовал беспокойство на трибуне. Сооружение невидимого скульптора неожиданно рассыпалось, на его месте появилась огромная голова дракона. Веки существа были закрыты, два веера пластин на месте ушей, вытянутая морда, чешуя, весь образ выдавал родство с персонажами мифов древнего Китая.

– Я чувствую, чувствую их, – произнесла голова бархатным басом.

По крайней мере, так показалось зрителям на трибуне.

– Не лучше ли нам покинуть спектакль, – прошептал Марк.

Ян с Пуффом согласно кивнули.

– Все, они уходят, – услышали, покидая холм путешественники.

Через мгновение они растворились в ночном лесу.

– Ты слышал? – прошептал Сальери, – это еще кто?

– Попробую прекратить, – ответил, мокрый от напряжения, смотритель.

Он принялся водить пальцем по магической доске, и не то так сложились обстоятельства, не то справились с пришельцем устройства храма… Голова тяжело вздохнула, после просто пропала. На месте колодца снова стоял камень Корн. Тело исчезло. Антуан погасил чаши, проделав еще какие-то движения на доске, источники зеленоватой жидкости иссякли. Лишь восемь газовых фонарей освещали поле.

– Смотри, а ты помолодел!

– И ты…

– А они?

– Тоже, только им необходимо немного прийти в себя, нужно время.

– Значит, получилось?!

– Есть еще один критерий… Мозаика на стене.

За трибуной жрецов, на стене располагалась стилизованная карта окрестностей.

– Смотри!

– Что это значит?

– На мозаике некоторое время остаются следы от колдовства!

– Поясни.

– В летописи сказано, – начал Антуан, – в деревне есть тайник со священной историей ордена. Рукопись интересна скорее как литературный документ. Кто-то открыл его. Зеленый камень окрасился в красный цвет. Аналогичная история произошла с обозначением ворот, пришелец потревожил древних богов. Простому смертному это не по силам, следовательно, напрашивается вывод – рядом демон.

– Значит, вместо нашего гостя из прошлого мы вполне можем поймать его…

– Более того, как выйдет с колдуном – неизвестно, а результат использования демона хорошо известен.

– Как вы? – обратился Антуан к остальным серым кардиналам.

– Возвращаемся к жизни…

– Идти сможете?

– Да.

– Вот только как его поймать, – снова выразил сомнение Сальери, – да и идолы ворот – не показатель…

– Еще, какой показатель. А поймать… Есть у меня идея, и ты забыл? Музыка, музыка!

– Мне кажется – сказка.

– Вот и проверим.

Вернулись на виллу далеко за полночь…

– Даже есть не хочется, – вздохнул Пуфф.

– Тебе не хочется?!

– Ну, если совсем немного…

Из своей комнаты вышел эконом. Он был одет и, видимо, спать не ложился.

– Все в порядке?

– Как вам сказать… – вздохнул Марк.

– Все вернулись. Ну и то хорошо. Ужин разогреть?

– А, давай, – махнул лапой Пуфф.

– Ты же не хотел?

– Я передумал. Начну беречь фигуру с завтрашнего дня.

Ян потрогал пушистый бок…

– Ты думаешь, еще что-то можно спасти?

Пуфф втянул живот, в лапе появилось весло, он поднялся на несколько ступеней по лестнице и принял позу девушки с веслом.

– Ну?!

– Ну, если подстричь, побрить… – начал демон.

Котище от такого предложения выронил весло, которое с грохотом упало на пол, едва не попав в эконома, выкатившего сервировочный столик с посудой… После он раздулся, словно воздушный шар, видимо изображая обиду… Ян улыбнулся.

– А ты говорил фигура… Талия сколько?

У разбойника появился портняжный метр, длины ленты хватило где-то на треть. Марк тоже не сдержал улыбку.

– Придется тебе лечь спать.

– Животных голодом морить нельзя, – противно пропел котище.

– С такой талией кушать больше нельзя – лопнешь.

Такой поворот событий Пуффа совершенно не устраивал.

– Давай измерим, у кого толще?

– Ну и что?

Пуфф поплыл на высоте метра от пола к эконому, перевернулся вниз головой и заглянул под салфетку на сервировочном столике…

– Тот, у кого талия больше – отдает свой кусок этого превосходного пирога с брусникой на поправку здоровья выигравшему участнику.

Не то демон забыл, с кем имеет дело, не то плут оказался высшего класса… Ян уже прекрасно понял, чем кончится спор – Марк рисковал вообще остаться без ужина. Но он взял у Пуффа метр, обмотал его вокруг талии.

– Ну, вот столько…

– Теперь я.

– Метр, не вытягивать!

– Ну, зачем…

Лента легла на место предполагаемой талии Пуффа, и обманщик ужался до размера вдвое меньшего, чем Марк. При этом, правда, стал похож на большие песочные часы в черном меховом чехле, с ушками и лукавыми глазами.

– Ах ты, лгун…

– Все честно, – обиделся Пуфф.

– Я тебе сейчас покажу, честно…

– Полно Вам. Пирог большой, – вступился за котищу эконом.

– Дело не в пироге, а в обмане… – начал демон.

– Тогда накажите меня, но я честен, как никогда – простонал котище.

Он снова стал круглым как мяч, потом разорвал на груди с громким треском шкуру… Под ней оказалась полосатая тельняшка. Он упал на пол и запрыгал, словно резиновый, нервно дергая лапами. Тут, наконец, расстроенный последними событиями демон понял – над ним откровенно издеваются, более того все присутствующие это заметили и с нескрываемым интересом наблюдают, что же произойдет дальше.

– Ах, ты, – улыбнулся Марк, но тем не менее, приложил лапу к мячу в районе талии.

Пуфф нисколько не обиделся, а словно теннисный шарик, запрыгал в гостиную, крикнув по дороге.

– Значит пирог – мой.

– Ну, плут…

– Но теперь мы можем спокойно обсудить последние события.

– Это точно.

– Извините, но прошу вас поторопиться в гостиную, – заметил эконом.

– Почему?

– Он ведь не один ускакал…

– То есть?

– Вместе с ужином…

Пуфф не только успел принять нормальный вид, но и великолепно сервировать стол… Возникла неловкая пауза.

– Думали, уже все съел? – сморщил нос котище, – какого вы обо мне низкого мнения, – покачал он головой.

– Я больше не нужен? – спросил эконом.

Марк с Яном переглянулись.

– Лучше останьтесь, может быть проясните нам кое-какие моменты.

– Мы сегодня стали свидетелями жертвоприношения…

– И что в этом такого?

– Человеческого жертвоприношения.

– Позвольте, – оторвался от картофеля с тушеным мясом Пуфф, – по вашей теории других существ убивать можно, а людей значит нельзя…

– Люди – разумные существа.

– Вот уж спорный тезис.

– Пожалуй, ты прав, – усмехнулся Ян.

– К тому же, – продолжил котище, – «разумность» определить очень сложно, например я до сих пор не уверен в наличии таковой у меня.

– Хорошо, подведем черту. Они приносили в жертву себе подобных, можно еще как-то объяснить ситуацию, когда отлавливают представителей иного вида, сильно отличающихся… – произнес Ян.

– Прошу прощения, но тут одна тонкость, – вступил в беседу эконом.

– Пожалуйста, мы слушаем.

– Дело в том, что люди делят себя на враждующие группы. Причем стороннему наблюдателю разделение например, по расовому признаку, с трудом еще можно объяснить.

– Каким образом? – удивился Пуфф.

– Внешние отличия, например – цвет кожи, форма губ…

– Вот уж серьезный повод для войны…

– То дальнейшее понимание причин вражды еще сложнее. Например, по религиозному признаку. Такие противники самые непримиримые, они поклоняются разным богам. Так как доказательства, приводимые сторонниками одной религии, начисто отметаются их противниками – ситуация тупиковая. Компромисса достигнуть невозможно в принципе. Спор переходит в драку, потом в войну на полное уничтожение.

– Причем тут наш случай?

– Ситуация запутана окончательно. Группа людей считает – на них сошло просветление…

– Куда они снизошли? – не понял Пуфф, прекратив жевать.

– На них, – терпеливо пояснил эконом, – они стали избранными богом, или им известна, тайна неведомая другим, или это просто мошенники – одним словом группа людей считает себя выше остальных…

– Ну и пусть считает… А Пирог у вас отличный.

Эконом нисколько не обиделся на мохнатого нахала. Ему этот пушистый плут был даже симпатичен.

– Спасибо. Они не только считают себя выше, но беда в том, что люди, вставшие на такую точку зрения, считают возможным убивать себе подобных. Все остальные просто не числятся больше людьми. Я не понимаю, почему вдруг вас так поразило это событие, ведь история человечества практически полностью состоит из войн. Было убито такое количество людей, а тут какого-то полуживого типа закололи на камне – и столько шума. В средние века целые деревни вырезали только по подозрению в колдовстве…

– Так ты одобряешь? – нахмурился Марк.

– Нет. Но масштаб трагедии, в моем представлении не соответствует вашим переживаниям.

– Боюсь оказаться пророком, но масштаб трагедии может оказаться совсем иным…

– Это почему?

– Они восстановили верхний храм полностью. А в магическом кольце вставлен сегмент из нижнего храма.

– Ну и что?

– В нем скрыто начало заклинания, призванного сдержать и подчинить пришельцев из HELL.

– Вы хотите сказать – Ад существует?

– Мы пришли во время нашего путешествия к такому логическому выводу.

– Логика – вещь странная. С помощью начальной установки «примем за аксиому» дальше можно доказать все или почти все, – заметил Марк.

– Смотря, какая аксиома лежит в начале рассуждения, – возразил Пуфф, справившись, наконец, с куском пирога.

Он отряхнул лапы. Встал из-за стола. Прошелся вдоль стены и продолжил.

– Я не понимаю, почему вы не хотите признать существование этого самого, позволю себе употребить первоначальный термин HELL? Вспомним первые ворота. Я надеюсь, присутствовавшие не успели забыть их. Все мы при появлении того гнусного типа почему-то ни минуты не сомневались в его реальности и охотно поверили в легенду, приведенную уважаемым хозяином Замка на стыке миров?

– К чему ты клонишь?

– Я спросил, да или нет? – поинтересовался Пуфф, расхаживая вдоль стола, заложив лапы за спину и помахивая хвостом.

– Ну, да.

– Так, да или нет?

– Да, да!

– Очень хорошо, – произнес пушистый лектор, съел еще кусок пирога с брусникой, продолжил, – значит, мерзкий тип с непроизносимым именем Кстубтун совершенно реален не только в воображении древнего народа, но и сейчас. Более того, я ни минуты не сомневаюсь, что он нисколько не пострадал от падения в пропасть. Другое важное обстоятельство – «родственник» этого Кстубтуна…

– В каком смысле – родственник, – переспросил Марк.

– В смысле происхождения и места поклонения.

– Оба монстра относятся к культуре индейцев Америки, кажется северной, – подтвердил Ян.

– Так, вы меня сбили с толку. Какую мысль я хотел донести?

– Уж не знаю, – усмехнулся демон.

Но не на того напали. Лектор налил себе апельсиновый сок, отпил, похрустел соленым огурцом…

– Вспомнил! Оба монстра созданы воображением людей, или наоборот – люди отразили реальных существ в мифологии.

– Не понимаю, к чему ты клонишь…

– Уважаемый, вы придуриваетесь? – спросил Пуфф и строго посмотрел поверх неизвестно откуда взявшихся очков с круглыми стеклами.

– Ты не очень…

– Тогда не перебивай. Почему с такой легкостью допускается существование Кстубтуна, а отметается возможность существования Ада. Исходные предпосылки у обоих объектов совершенно одинаковые, дорогие мои.

Марк опустил голову.

– Понимаешь ли, великий теоретик, если твое логическое построение, верно, нас ожидают большие неприятности. Ты хотя бы примерно представляешь что создало человечество в своем воображении за время своего существования?

– Прятать голову в песок – не самый лучший способ бороться с опасностью. Тем более, решать проблему – отрицая ее существование, – возразил лектор, подышал на стекла очков и вытер их о меховой живот.

– Буревестники, явились откуда? Похоже наш пушистый профессор прав, – вздохнул Ян.

– Ну, это не факт, – не согласился Марк.

– Но крест же их уничтожил? – снова вступил в спор эконом.

– Храм так же имеет форму креста, а предназначен для недобрых дел.

– Ребус, – вздохнул Пуфф, – кстати, те мелкие зеленые, очень вредные?

– Твои ночные гости?

– Они же сами сказали!

– Нашел, кому верить. В найденной рукописи ни слова о HELL. Может быть, все эти версии существуют раздельно. Из бездны вызывали какого-нибудь монстра, похожего на тех двух сторожей – и ничего более.

– Позволь, тогда как же золотой листок, найденный у камня?

– Может быть она погибла…

– Но следов-то нет, значит – переход в другой мир.

– Столько времени прошло, какие могут быть следы…

– Самые натуральные. Храм был в полной неприкосновенности, на его территории даже дождь никогда не шел.

– Это точно. В грозовую ночь там ни капли не упало. Вспомните – вековая пыль, как лежала, так и осталась, – согласился Ян.

– Вернемся к ритуалу сектантов. В результате всех манипуляций возник транспортный колодец – это факт?

– Пожалуй, да.

– Значит, переход в иную область вселенной существует, и объект поисков был не уничтожен, а переправлен.

– Все равно, ощущение, что мы в тупике, – вздохнул Марк, – с одной стороны все будто бы ясно…

– Не понимаю твоего пессимистического настроения, – удивился Пуфф.

– Хорошо, Ад есть. Изиду, допустим, отправили туда. Это не меняет ровным счетом ничего. Каким образом открыть ворота? Даже если камень Корн связывает каким-то образом Землю с Адом, нам им не воспользоваться… Кроме того, нужно убить кого-нибудь, да еще запустить механизмы храма…

– А если воспользоваться ситуацией?

– Не понял.

– Сектанты на этом не остановятся, – заметил Ян, – следовательно, будут приносить жертвы снова…

– Попытаться попасть в переход в процессе ритуала, рискованно. Неизвестно, в каком направлении установлен вектор силы… Куда осуществляется перенос объектов.

– Нас может просто вытолкнуть обратно?

– Да. Кроме того, у храма, наверное, установят охрану, следовательно, может возникнуть стрельба…

– Ты считаешь брать штурмом – неразумно?

– Успех не очевиден.

– А если взять в заложники руководство секты и заставить их переправить нас?

– Только одно «но» – куда они нас отправят?

– Очень далеко…

– Какие еще могут быть пути решения проблемы? – обратился к окружающим Пуфф.

– Можно вернуться в Замок, заняться литературным поиском в его недрах. Потом попытаться воспользоваться залом тысячи миров…

– Опять в пыльных книгах копаться, ну уж нет, – возразил котище и чихнул.

– Тогда, остается только воспользоваться услугами камня Корн, иного способа я не вижу.

– Только опять не сходится, – возразил демон, – золотой фрагмент мы нашли в нижнем храме! Почему вы решили, что камни верхнего и нижнего храмов эквивалентны?

– Что с ними случилось? – не понял Пуфф.

– Скажем по другому. Да, камни выполняют ту же функцию, только из этого не следует, будто они переносят объект в одно и то же место! Более того, пусть первоначально система была связана, оба храма работали синхронно, сейчас нижнего устройства не существует…

– А верхний храм на треть собран из деталей разрушенного сооружения, – вздохнул Ян.

– Следовательно, – продолжил Марк, – утверждать, что мы окажемся хотя бы в мире, куда отправили сестру, я бы не стал.

– Значит в библиотеку?! – обреченно произнес котище и налил себе чаю.

– Конечно, свежие сведения об изменении расписания движения поездов поступили туда незамедлительно. Некто изучил проблему, написал монографию, издал ее и разослал по библиотекам.

Демон явно впал в пессимистическое настроение. Ян с Пуффом посмотрели друг на друга…

– Интересно, чем займутся сектанты завтра, точнее уже сегодня, так как уже далеко за полночь? – поинтересовался Пуфф.

– Может осмотреть тонкий мир?

– Нельзя, это нас выдаст, – нахмурился Марк.

– Тогда сам завтра у них и спросишь, – рассердился Ян, – а сейчас пошли спать, утро скоро, а оно, как известно вечера мудрее.

Шоссе уходило в обе стороны, до самого горизонта. День клонился к вечеру, солнце палило уже не так нещадно. На этот раз святому отцу повезло, он не присутствовал на дороге, когда на том же месте, что и несколько дней назад, из ничего материализовался молодой человек в несколько необычной одежде. Прибывший гость с наслаждением подставил лицо солнцу, каждой клеточкой впитывая мягкое тепло. Наконец гость согрелся, осмотрелся. Сердце следопыта радостно забилось, а когда он заметил отпечатки кроссовок двух видов, да еще огромный след кошачьей лапы, оно чуть не выпрыгнуло от восторга. Но первая радость сменилась озабоченностью: судя по следам, компания отправилась на автомобиле, куда-то вперед, а это весьма быстро. Прямая, как струна, трасса среди степи с редкими известняковыми колоннами причудливого вида не сулила скорой встречи жилья. Рука человека чувствовалась лишь в добротной дороге, проложенной неведомо для кого через этот пустынный район. Люциан вздохнул, спрятал клубок во внутренний карман, где невидимая нить продолжала убывать. Он подтянул шнурки на обуви и зашагал по следу, прикидывая про себя, сколько осталось воды…

Если монастырская жизнь плохо подготовила к встрече с полуодетыми длинноногими особами, то к таким приключениям колдун относился философски. Ноги сами отмеряли гладкое серое покрытие, слегка припорошенное пылью. Иногда на пути встречался знакомый след, поэтому Люциану без поводыря было ясно, что направление выбрано верное. Да и куда могла двигаться такая тяжелая машина, минуя шоссе.

Пешеход лишь изредка смотрел вперед, и когда примерно через час он поднял голову, то увидел впереди столб с табличкой. Около него дорога поворачивала налево под прямым углом, смыкалась с горизонтом. Впереди появились камни, один огромный валун лежал немного впереди, прямо на продолжении дороги. Колдун остановился, раздумывая. Следы впереди отсутствовали, он уже направился дальше по шоссе… Но его похудевший клубок, с нитью Ариадны, имел на этот счет свое мнение. Проводник рвался вперед. Пожав плечами, осторожно ступая, Люциан, направился прямо. Степная земля вполне держала человека. Первый сюрприз ждал его метрах в пятидесяти…

Нить Ариадны уперлась в валун. Никаких переходов и прочей экзотики, просто камень на пути.

– Вход в подземелье? Непохоже… Неужели она потеряла след!

Путешественник заглянул за валун – ничего необычного не было. От волнения пересохло во рту. Он обошел вокруг, и нить снова встрепенулась!

– Ничего не понимаю… Но сейчас не время для решения загадок.

Больше на такую уловку колдун не попадался. След вел себя очень странно, он еще не раз проходил сквозь камни, разрезал невысокие холмы. Иногда попадались ловушки из зыбучего песка, они, словно своеобразные болота, ждали жертву. Для существ, прошедших перед ним, всего этого не существовало. Первая зона песка несколько озадачила колдуна, но у него хватило сообразительности обойти кругом, и дальше подобная проблема решалась легко.

Близился вечер. Путешественник морально готовился к ночлегу под открытым небом. Он начал уставать, даже не столько физически, сколько от впечатлений. Редко попадавшиеся на пути сухие толстые палки, выбеленные ветром и песком, колдун аккуратно подбирал, готовясь к ночи. Впереди лежал камень, видимо последний на пути, так как за ним простиралась степь даже без намека на ориентиры. На этот раз нить обогнула камень. Но дальше проводник повел себя как у водопада в Странвалле. Он выскользнул наружу, по невидимой поверхности покатился вперед, оставляя за собой серебристая тонкую нить. Она растекалась, превращаясь в ленту. Тропа доходила до неведомой линии, поворачивая под острым углом.

– Не понимаю, – сказал колдун, но встал на ленту, сделал несколько шагов.

Мимолетное ощущение холода, и Люциан оказался у начала грунтовой дороги в тех же декорациях. Солнце уже почти коснулось горизонта. Он снова почуствовал, как устал. Слева от дороги лежали камни, присыпанные песком, сучковатый пень давно высохшего дерева, к нему сами повернули ноги усталого путника.

Около корней нашлось небольшая, ровная площадка. Здесь Люциан и решил провести ночь. Он сложил принесенные дрова, развел небольшой костер. Сразу стало как-то особенно темно…

Ушел в небытие еще один день. Последняя часть солнечного диска опустилась за горизонт. Ночь вступила в свои права. Небо пока желто-зеленое на западе, совсем потемнело на востоке, все больше появлялось звезд. Колдун попробовал оторвать несколько корней от рассохшегося пня, он легко поддались. Правда горели странно, очень медленно, словно сырые дрова…

– Ну и хорошо, дольше гореть будут.

Путешественник съел несколько кусочков сушеного мяса, запил. Воды оставалось все меньше. Он принес плоских, длинных камней, лежавших вокруг в изобилии, уложил их торцами к костру, очертил вокруг магическую линию, произнес шепотом заклятие и уснул. Не сделай он двух последних вещей – возможно, все и обошлось бы…

От поленьев потянулся сладковатый дымок, он окутал спящего колдуна…

Марк спал плохо, проснулся довольно рано, в мрачном расположении духа. Решив не будить Яна и Пуффа, он спустился в гостиную.

– Может быть кофе меня порадует… Только сварю, пожалуй, я напиток без магии.

На кухне нашлось все необходимое. Ручная мельница – конечно, не самый быстрый способ, но почти бесшумный, а торопиться Марку было некуда. Когда таинство свершилось, демон поставил на поднос сахар, турку, маленькую чашечку, зачем-то банку с кофейными зернами и отправился в гостиную, сопровождаемый восхитительным ароматом свежего кофе.

Удобно устроившись за столом, демон положил сахар, налил кофе. Сейчас ему хотелось именно такого сочетания… Осторожно попробовал, напиток оказался слишком горячим. Марк взял банку с зернами, принялся читать. На котообразной морде образовались очки с круглыми стеклами, левая дужка сползла, правой удалось зацепиться за ухо. Демон открыл банку, понюхал. Взял чашечку, отпил глоток и ощутил, как его мысли затуманились…

Перед магом положили толстую, примерно тридцать на сорок сантиметров, в потертом переплете из дорогой кожи книгу. Никаких украшений, только уголки, обрамленные черненым серебром и массивные застежки из того же материала. Антуан встал рядом, раскрыл фолиант. Листы тончайшего пергамента развернулись, готовые поведать сохранившуюся благодаря им историю, которая словно ряд красочных картин, прошла перед внутренним взором мага…

Сначала записи видимо делались по воспоминаниям, носили отрывочный характер. Из них следовало, что рыцарское братство искателей приключений возникло очень давно.

Первым краеугольным камнем, спаявшим союз, стала вера в бога. Под ее знаменем рыцари совершали свои походы. Впрочем, это нисколько не мешало членам ордена заниматься набегами и грабежами, пополняя свою и без того немалую казну.

Вторым важным событием послужила странная находка… Она изменила цель поисков. В руки магистра, возглавлявшего на тот момент орден, попала очередная партия награбленного имущества. Надо сказать, члены рыцарского братства видимо придерживались принципа единой казны, не особенно стремясь к личному обогащению, но в то же время вооружение, амуниция, питание воинов были превосходными, как впрочем и пенсия…

На громадный стол в подвале цитадели высыпали очередной мешок с добычей. На сегодняшний день это был последний, из приготовленных тюков, время близилось к полуночи. В сортировке привезенного добра принимали участие наиболее образованные члены братства во главе с магистром. Часть оседала в бездонных подвалах, что-то переплавляли, оружием украшался зал. Последним из мешка выпал цилиндр из полированного темного камня, богато украшенный золотой инкрустацией. Изделие скатилось по склону золотых и серебряных украшений и упало на пол, и случилось это ровно в полночь.

Гедеону показалось, что он увидел сразу две картины – записанную и вторую, бывшую на самом деле. Они отличались лишь наличием облачка темного дыма, появившегося из цилиндра и осевшего на присутствовавших рыцарей, больше такого ощущения не повторялось…

Магистр поднял предмет, по его периметру, точно на половине высоты, появилась круговая трещина. Он непроизвольно разнял половинки, цилиндр оказался пеналом, внутри которого лежала хорошо сохранившаяся карта на тонком куске пергамента. Она была намотана на узкие золотые пластины с письменами, скрепленные друг с другом петлями.

Позже выяснилось, что предмет нашли в одном из языческих храмов, его служители оказали отчаянное сопротивление. Последний из них, умирая, просил забрать все, но не трогать эту вещь. Он утверждал, что цилиндр способен принести немало бед… Но рыцарям было не до пророчеств, черный сувенир отправился в кожаный мешок, к остальной добыче.

Находка заинтересовала совет ордена. Лучшие умы долго, но безрезультатно бились над сложной проблемой расшифровки текста… Неожиданно, одного из рыцарей во сне посетило божественное просветление, в котором содержался ключ к прочтению текста. Некоторые моменты не стали особым откровением, члены ордена знали, что Земля – не плоский блин… Часть показалась лишь набором слов, непригодным для понимания. Но главное – указывалось место, где расположены великие и могущественные камни Корн, но их местонахождение не удалось определить однозначно. По поводу предназначения камней разногласий не возникло, текст утверждал, что с их помощью можно получить власть над могучими силами и править миром, безраздельно продлевая свою жизнь. Против совокупности двух таких соблазнов не мог устоять почти никто. С этого момента началась собственно история поисков.

Рыцари, по-прежнему, не гнушались золотом и прочими мирскими богатствами, но настоящей целью стали камни Корн. К сожалению, карта, вложенная в цилиндр, описывала только окрестности священного места. Постепенно варианты местонахождения святыни отпадали один за другим, круг поисков расширялся…

Одной темной дождливой ночью, из неприметной гавани вышли один за другим три корабля. На борту не было матросов в обычном понимании, только посвященные в цель экспедиции. Даже на этом этапе истории никакие сведения не просочились наружу, дисциплина в рядах рыцарей поддерживалась железная. Они даже помыслить не могли об измене, да и цель того стоила. Манускрипт указывал на необходимость наличия многих посвященных, иначе эффект мог оказаться частичным, поэтому крепкое братство сложилось уже тогда.

Каким образом документ смог повлиять на умы стольких людей, Гедеон не понял. Отправиться за мифом, так свято храня тайну? Но страница перевернулась, история продолжалась.

Корабли плыли, избегая встреч с другими судами, обходя районы штормов. Наконец океан остался позади, и был брошен якорь в тихой, неприметной гавани, окруженной скалами.

При высадке один из рыцарей укололся иглой какого-то морского обитателя. От попавшего в рану яда его состояние резко ухудшилось. Внутренний голос подсказал магистру приложить цилиндр к ране. Пострадавший уже к утру вернулся в строй. Увидев это, командир пустил целительную вещь по рукам, все воины отметили улучшение самочувствия, восстановление сил, словно за плечами не было длинного морского перехода.

Далее путешествие особенно не отличалось от подобных экспедиций. Как ни удивительно, но за скалами, на гранитной глыбе, у кромки обширных тропических болот, действительно были обнаружены знаки, упомянутые на золотых пластинах. Это окончательно сплотило рыцарей.

Пользуясь указаниями документа, экспедиция перешла трясину, не потеряв ни одного человека… Это была первая удача, открывшая целый ряд побед. Местные краснокожие жители были поражены и подавлены. Они не посмели оказать сопротивление «богам» в сверкающих доспехах, восседавших на огромных животных, под ногами которых прогибалась земля, но несмотря на это появившихся из бесконечных болот, где не мог пройти даже охотник, застревали лодки и никто никогда не жил.

Отряд двинулся вглубь страны. Несколько раз делались попытки остановить пришельцев, но дисциплинированные, хорошо вооруженные, воины легко разбили противника, усеяв трупами свой путь. Легкие дротики, столь опасные для голых воинов не могли пробить железные доспехи. Бронзовые ножи были детской игрушкой в сравнении с длинными стальными лезвиями. Страшные животные, закованные в броню, топтали краснокожих воинов… В то же время, если на отряд не нападали, местные жители не чувствовали притеснений со стороны пришельцев, словно у «богов» была своя цель известная только им. По этой причине, когда жрецы поняли, куда направляются пришельцы, собрать войско они не смогли.

Каменная пирамида, с квадратным зданием на вершине, окруженным колоннадой, так же упоминалась в тексте. У подножия, на пути отряда стояла гвардия храма… Стемнело. Факелы освещали ступени, готовился обряд. Магистр настроился на битву, но его снова посетило видение…

Он увидел храм внутри. Чаши с огнем освещали обширный зал. Алтарь в виде пасти с огромными клыками. На стенах вырезаны барельефы неведомых богов, каменный стол посредине. Люди в длинных, расшитых золотом, одеждах длинными ножами вскрывали тело. Они тщательно рассматривали внутренности. «Пытаются узнать будущее» – догадался магистр. Результат явно не понравился жрецам. Они сдвинули стол, сбросили тело в люк. Голос невидимого существа приказал идти в храм, подняв цилиндр над головой…

Отряд замер в ожидании, в какой-то миг магистр ощутил, как раскалился черный пенал. Он поднял его левой рукой высоко над головой и шагнул навстречу воинам храма. Дротики пропели похоронную песню, но им не удалось даже попробовать на прочность доспехи магистра… Они вспыхнули, не долетев до цели около метра. Воины повторили попытку, дротики сгорели без следа. Рыцарь в сверкающих доспехах уже в плотную приблизился к охране храма, раздвинул ее, словно высокую траву. В первый момент охранники не осознали происходящее, а рыцарь уже поднимался по лестнице, он шел, словно под ногами были не крутые ступени, а ровная плоскость. Он слышал в мозгу слова: «поднимись быстрее, время ограничено, возьми то, что увидишь на алтаре». Второй ряд охраны расступился перед магистром, он вошел в помещение на вершине. Внутри, обширного зала стоял окровавленный стол. Несколько человек в масках завершали только им ведомый обряд…

На алтаре лежал громадный браслет, украшенный драгоценными камнями, на глазах изумленных жрецов, украшение превратилось в железную перчатку. Магистр подошел и надел ее прямо поверх своей. Двери зала закрылись…

– Вот ты и попался, – пронеслась в мозгу воина чужая мысль.

– Выходи, ты успел, – повторил голос, помогавший ранее.

Жрецы направились к рыцарю, в руках сжимая длинные, немного изогнутые ножи…

Магистр уже без подсказки почуствовал силу, и одновременно осознал – у него мало времени. Он наотмашь ударил тыльной стороной прыгнувшего жреца… Маска раскололась, тело отлетело, перевернувшись в воздухе, ударилось о стену, оставшись лежать неподвижно. Второй маске совсем не повезло, прямой удар сбил ее вместе с головой жреца, обрызгав все вокруг. Это немного охладило остальных. Сверкающий рыцарь подошел к входным воротам, ударил в них кулаком. Тяжелые створки, словно в замедленном кино, покрылись сеткой трещин и с грохотом разлетелись, усеяв лестницу пылью, обломками, каменной крошкой. Железный человек стоял на ступенях пирамиды, краснокожие воины пали ниц перед новым богом. Магистр быстро спустился к отряду. В дверном проеме появились люди в масках, они видимо пытались поднять воинов, но безуспешно.

Эти события еще больше укрепили веру, даже тень сомнения ушла из душ. Каждый подошел к священным предметам и коснулся их. Магистр поднял руку вверх.

– Воины, – произнес он на языке павших ниц людей, – у вас больше нет посредников к богу.

Когда он сжал кулак, здание на вершине пирамиды сотряс взрыв, оно рассыпалось. Огненный шар поглотил вершину, уничтожив все следы.

Краснокожие воины построились и двинулись следом за отрядом.

Последние деревья остались позади, дальше простиралась только степь, где-то в глубине, когда она становится похожа на пустыню, лежали пещеры, в недрах которых должен быть источник воды. Этот переход оказался тяжелым испытанием, но удача не покинула рыцарей. На третий день пути они достигли указанного места.

Внешне место ничем не выделялось… Ничто не говорило о наличии воды, кроме плиты с таинственным знаком, упомянутой в записях на золотых пластинках. Когда плоский камень не правильной формы отодвинули, под ним обнаружилась обширная система пещер и источник питьевой воды.

– Именно здесь в последствии была построена наша база, на которую вас привезли, – пояснил Антуан.

Страницы шелестели, рассказывая, как осматривали подземелье, как готовились к переходу к храмам. Краснокожие воины с готовностью служили новым «богам».

После непродолжительного отдыха отряд отправился в свой главный переход. Местность становилась все более безжизненной (хотя куда уж больше). Много краснокожих воинов погибло в песчаных ловушках, но магистр вел своих людей не останавливаясь. Впереди лежала гладкая, выжженная летним солнцем равнина, которая, казалось, не имела ни начала ни конца. Но внутренний голос уверенно вел магистра по неведомым ориентирам.

Наконец, командир поднял руку, измученные люди остановились. Он приказал копать землю…

За воротами местность немного изменилась, пустыню сменяли пологие холмы, но солнце уже было низко. Пришлось остановиться прямо у перехода, у маленькой часовни неведомого бога.

О том, что случилось в ту ночь, записи умалчивали, лишь упомянули о смерти трех рыцарей, после которой сооружение сравняли с землей.

Но рано или поздно все кончается, экспедиция достигла храмов. О том, как проходит церемония – в записях не было ни слова…

– Это передается устно, ты все увидишь. Пока ты должен хотя бы узнать основные вехи истории, – пояснил Антуан.

Гедеона это нисколько не насторожило. Он воспринял все как само собой разумеющееся.

Из храма вышли только рыцари. Ни один краснокожий воин не вернулся с церемонии. Маг хотел спросить, куда они делись, но вместо этого с губ слетел другой вопрос.

– Церемония прошла успешно?

– Да, читай дальше…

Рыцари почувствовали себя помолодевшими, они прикоснулись к новым знаниям, ранее недоступным, но это было лишь началом.

Они провели некоторое время в пещерах у источника, подготавливая почву для следующей экспедиции. Обратный путь до кораблей прошел трудно, часть членов ордена погибла. По возвращении домой впечатления от путешествия утратили остроту. Рыцари занялись прежней деятельностью.

Вторым рождением ордена, следует считать день, когда по истечении десяти лет магистр посмотрел на себя в зеркало с пристрастием… Он не только не состарился, но даже помолодел. Собрав своих рыцарей, бывших в той экспедиции и еще оставшихся в живых, глава ордена окончательно убедился в правоте своих выводов.

В тот же период были созданы первые устройства, регистрирующие магические проявления. Первого джинна обнаружили в собственном подземелье. Один из восточных трофеев, в виде кувшина с изогнутой ручкой и не открывающейся пробкой содержал внутри требуемую субстанцию.

Эта экспедиция не удалась. В прошлом походе свою роль прекрасно сыграли краснокожие воины, то сейчас решили восполнить их отсутствие захваченными по пути рабами. Если первая часть – захват рабов прошел успешно, то вторая – посещение храма – окончилась провалом. Рабы не годились для такой цели. Даже священная вода не могла компенсировать их ненависть. Обратно отряд вышел без связанных несчастных, но с твердым убеждением, как действовать.

Вернувшись на родину, они сменили род деятельность. Официально орден распался. С этого момента нигде в летописях или иных документах братство не упоминается. На самом деле просто исчезла вывеска. Новые качества давали немало способов для управления, необходимость в рыцарском войске отпала.

Первая проблема состояла в том, что новые знания, способности было нельзя передать человеку, не участвовавшему в храмовом обряде. Более того, продление молодости, как и поддержание способностей, требовало новых ритуальных церемоний. Полагаться на счастливый случай, как в первой экспедиции, больше было нельзя. Возникла необходимость поставить производство паломников на регулярную основу.

В этот период на вооружение ордена приняли новую доктрину. Среди людей периодически возникали новые религиозные течения, иногда как ответвления уже известных учений, реже совсем оригинальные. Большинство из них ожидало прихода миссии, дальше могли быть варианты – ожидание конца света, исход в светлое завтра и тому подобное. Жизнь сама предоставила материал, а осуществить некоторый набор дежурных чудес могли даже люди, минимально приобщившиеся к тайному знанию…

Важной частью плана влияния на паству было питание, рацион формировался таким образом, чтобы исключить из рациона определенные продукты. Деятельность мозга подавлялась. Постепенно формировался определенный образ мыслей, затем люди отправлялись в пещерный город в пустыне. За несколько экспедиций его расширили и оборудовали. Позаимствовав у местных жителей один из сортов грибов, которые вполне успешно разрослись на плантациях подземелья, жрецы храмов не гнушались их добавлять в пищу и без того ослабленным сектантам. Грибы очень укрепляли веру.

Книга шелестела страницами, Гедеон узнавал все новые подробности как должное, ни возмущаясь, не давая им оценки, несмотря на то что его мозг трактовал события несколько иначе, чем авторы…

Наконец перед измученными, накачанными галлюциногенными грибами людьми появлялся мессия. Он повел первую группу паломников к святому месту. Источник забвения довершил работу руководства ордена. Верующие с восторгом отдавали себя… Теперь церемония с джинном прошла успешно. Перед жрецами, посвященными в тайну, открылось новое знание. Великий дух Седьмого демона предстал перед ними. Они поняли, чем отличаются верхний и нижний жертвенники…

– Ну и чем же?

– Все узнаешь. Правда у нас остался только один храм. Считалось – через каждый получают различные силы и знания. Продление жизни, восстановление сил происходит в любом. Для самого великого таинства требуется исправность обоих.

– А другие участники?

Серые кардиналы озабоченно переглянулись. Но они волновались напрасно.

– Каждому – по его вере, одним – могущество, другим – смерть, – усмехнулся Сальери.

– Все понятно, смотрим дальше.

Мысли мага снова попытались вырваться из липкой паутины, но безуспешно. Цепкие руки направили ход рассуждений в удобное для себя русло…

Одна проблема оставалась нерешенной – количество не могло заменить качество. Кроме людей требовались иные существа. Очень подходила раса, некогда населявшая Землю. Но пленить демона – не простая задача. Для начала его нужно было найти. Эту проблему умельцам ордена удалось решить только частично. Они научились обнаруживать и распознавать некоторые следы деятельности существ такого вида, иногда даже вести его непрерывно, только поймать, не удалось ни разу. Во время одного сеанса жрецы сумели получить от духа каньона магический кристалл и на его основе сконструировать прибор, парализующий демонов.

Замечательным свойством излучения было то, что после его исчезновения жертва еще некоторое время вела себя спокойно, а это позволяло провести все необходимые приготовления.

Большая беда постигла орден, когда на камне оказалась особа по имени Изида. Этот день стал самым черным в истории ордена.

Уцелели лишь несколько рыцарей, и только один из них смог открыть дверь к храмам. Он умер сразу после того, как вывел караван через ворота. Отворить дверь, даже просто воспользоваться перчаткой, больше не удалось никому. Потомки тех, переживших трагедию, унаследовали тайну, да кое-какое умение, ничтожное в сравнении с былым могуществом. Постепенно они умирали один за другим. Наследников рождалось все меньше. Они быстро сходили в мир иной. Свойство долголетия передалось лишь нескольким членам ордена, в последствии названного «Советом пяти». Все, на что хватало их сил – поддерживать друг друга. Наконец в мир пришел маг…

– То есть я?

– Да.

– И в чем моя роль?

– Главную задачу ты выполнил, провел нас сюда.

– А еще?

– Роль мессии – необходимо направить толпу по нужному нам пути.

– А я справлюсь со столь сложной ролью? – вдруг начал сомневаться Гедеон.

– Поможем.

– А что я должен делать в храме?

– Пока просто присутствовать при ритуале. Когда он завершиться, надеюсь успешно, перед тобой откроются новые истины. Мы сможем понять друг друга. Ты станешь полноправным членом ордена. Великая сила, божественное прозрение снизойдет на тебя.

Именно сегодня должна была наступить ночь великого таинства. Верившие в чудо их очищения от грехов, спасения души посредством таинственного ритуала в святом месте, ждали этой минуты. Отцы-настоятели разрешили короткий отдых, так как необходимые приготовления оказались завершены.

Все жители палаточного городка собрались на площадке около источника… Сектанты, одетые в длинные праздничные одежды из белого холста ждали чуда. Они толпились вокруг источника, бродили по площади, словно овцы оставшиеся без пастыря. Ощущение потерянности, заброшенности постепенно овладевало людьми. Они испуганно переглядывались, ища поддержку друг у друга, ведомые до этого по жизни твердой рукой ордена, они вдруг остались одни и теперь почувствовали полную беспомощность…

На открытую веранду домика, как на импровизированную трибуну, вышли члены совета ордена. Гедеона с ними не было. Взоры людей один за другим устремились на отцов своих. Но лица членов совета оставались непроницаемы, словно каменные маски. Уже вся площадь смотрела на них, в толпе зародился недовольный гул.

– Где он, где он…

Рыцари молча ждали. Люди протягивали руки с мольбой…

– Верните нам его, как мы пойдем к свету…

Сектантами снова овладело состояние потерянности, отчаяния, готовое перерасти в ярость. Глухое раздражение зародилось где-то в ее задних рядах. Когда нетерпение толпы достигло своего апогея, руководство ордена смиренно склонило головы. Свет на мгновение погас и, когда загорелся вновь, перед верующими появился он.

– Мессия… – пронесся вздох облегчения по рядам паломников.

– Приветствую вас, дети мои! – произнес маг.

– Нам так не хватало тебя…

– Он лежал без сил, искупая ваш проход к святым местам, – прокричал Антуан.

– Мы виноваты в том, что усомнились в твоей святости, – выдохнула толпа.

Первый ряд пал ниц, за ним остальные, словно хлебные колосья под напором ветра. Люди кланялись, как заведенные. Напряжение нарастало… Гедеон рассматривал этих несчастных сломленных людей. В первом ряду, на глаза ему попалась молодая, худенькая девчушка. Широкие рукава едва прикрывали тоненькие, в гноящихся ссадинах руки. Отсутствие средств гигиены, специальное питание давали о себе знать. Маг спустился с крыльца, простер руку над молившейся девушкой. Она перестала истово кланяться, подняла голову. В широко открытых глазах читалась смесь ужаса и обожания. Ничто не могло вдохнуть жизнь в эту погибшую душу… Но эта мысль мелькнула, как метеор, и пропала, не оставив следа.

– Встань, – приказал Гедеон.

Девушка поднялась, ее била дрожь.

– Протяни руки.

Маг принялся водить ладонями вдоль ран несчастной, нашептывая одними губами непонятные слова. На глазах изумленных окружающих раны подсохли, покрылись коркой, потом запекшаяся кровь вместе с грязью отвалилась, оставив после себя молодую, здоровую кожу. «Надолго?» – язвительно поинтересовался внутренний голос. Девушка подняла руки над головой. Сначала это заметили ближние, потрясенные, они смотрели на нее… Потом уже вся площадь с немым восторгом взирала на чудо.

– Еще чуда, – сначала робко, еле слышно, потом все громче требовала паства, – чуда, хотим чуда.

– Я угощу вас святым вином… – начал маг.

– Здесь нет вина, он лжет… – донеслось из задних рядов.

– Нет, нет, – вторили ему.

– Кто кричал? – повелительно спросил Гедеон.

Сектанты замолчали, видимо опасаясь наказания. Повисла мертвая тишина.

– Это ты кричал, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнес маг.

Вокруг человека, на которого указывал перст мага, быстро образовалось пустое пространство. Возмутитель спокойствия остался один.

– Иди сюда!

Народ расступился. Вышел тщедушный мужик без возраста, с осунувшимся лицом и провалившимися глазами. Белый, как у всех балахон, висел на нем, словно на огородном пугале (лечебное питание сделало свое дело). Маг взял приготовленную кружку, прошел к бассейну, набрал воды. Зрители притихли, ожидая чуда. Гедеон прикрыл веки, накрыл правой рукой сосуд, прошептал одними губами непонятные слова…

– Пей!

Мужик недоверчиво взял сосуд, отпил…

– Вино, прекрасное вино!

Кружку тут же вырвали из рук счастливица, завязалась драка за обладание святыней.

– Тихо, – снова повелительно произнес маг.

Он простер руки над бассейном, вода забурлила, окрашиваясь в красный цвет. Люди отшатнулись, но уже через мгновение нашлись храбрецы, подошедшие к бассейну, за ними толкаясь и давя друг друга, устремились остальные. Теперь сектанты оказались полностью во власти мессии. Сумасшедший коктейль из воды источника забвенья, смешанной с красным вином, окончательно помутил разум полуголодных, несчастных людей. Они снова пали ниц, шепча лишь одно слово – «Мессия»…

– Теперь мы пойдем к великой цели – спасению ваших душ. До торжественного часа осталось совсем мало времени. Встаньте, берите факелы. Поднимите наш подарок богу – и в путь, к храму.

Во мраке великой ночи белая змея, чадя огненной шкурой смоляных факелов, повторяя изгибы тропы, выбралась из лагеря…

На самом острие шел Гедеон, за ним совет ордена. Следом паломники несли железную клетку, на полу которой сидели два существа… Один немного напоминал кота, его голову покрывала шерсть, был одет в джинсы, куртку и словно спал. Второй в джинсовом костюме, черных кожаных перчатках, вполне мог считаться человеком. Его глаза были широко открыты, взгляд устремлен в неведомую даль. Создавалось впечатление, словно происходящее не касалось пленников.

Медленно, степенно шествие достигло храма. Первыми, вниз спустились члены совета, они прошествовали на противоположную трибуну. Уже находясь на ней, Гедеон увидел, как на арену внесли железную клетку с пленниками, за ней потянулся факельный хвост. Белые балахоны, капюшоны, обрамлявшие такие похожие лица – худые, осунувшиеся, с впавшими глазами. В них светилось лишь обожание, перемежаемое с преданностью, и не тени сомнения в сущности происходящего. Они все смотрели на него, своего кумира… Сомнение стало закрадываться в душу мага. Он поправил волосы, рука коснулась зажима, откуда он? Но словно легкий ветерок шевельнулся внутри, унося мимолетное сомнение, Гедеон снова принадлежал ордену…

Тем временем зрители разместились на трех остальных трибунах, их внимание переключилось на арену. Люди в темной одежде, под руководством Антуана, открыли клетку, явно готовясь к сопротивлению… Но пленники остались безучастны к своей судьбе. На приглашающий жест они покорно, один за другим покинули тюрьму. Пока демона укладывали на камень, его товарищ по несчастью оставался стоять на том месте, куда его поставили, выведя из клетки.

Магу снова показалось, будто он становится участником злодейства, но мысли разбегались, словно кто-то тщательно следил за ними. Все попытки проанализировать ситуацию, тонули в липком киселе, подаваемом невидимым стражем.

На арену вынесли жаровню с мехами, заполненную углями, ящик со скобами. Помощник принялся работать мехами, угли засветились, раскаляя заклепки. На арене остались Антуан, Сальери и двое в черном одеянии. Стучал молот, смыкались скобы на конечностях несчастного. Наконец, последняя заклепка встала на свое место, прижав шею демона. Палачи извлекли из ящика два куска цепи, подвели человека к грани камня, напротив трибуны жрецов, жертва осталась безучастна к происходящему, покорно подав руки в кожаных перчатках, кандалы сомкнулись на них. Один из охранников, проворно, как кошка, взлетел на крышу клетки, вдавил рукоятку с шаром на конце в тело прибора. Палачи с явным ожиданием сопротивления наблюдали за жертвами, но ничего не изменилось, несчастные, как и прежде, пребывали в состоянии глубокого транса. Клетку, прочие лишние вещи убрали с арены. Антуан, Сальери поднялись на главную трибуну, где их уже ждали остальные члены совета. Антуан занял место на острие клина, за его спиной, по бокам на следующих ступенях заняли свои места другие члены совета, маг оказался внутри треугольника, за спиной смотрителя. Но так как ступени поднимались вверх, то Гедеону хорошо было видно арену через голову Антуана. Крест по периметру освещали факелы, находившиеся в руках охраны. Последний миг настал – паства притихла, рыцари ордена построились перед великим действом…

Через пару секунд, на прямом шоссе, рядом с полицейскими и двумя автомобилями появился третий Из него выбрался шериф.

Они переглянулись и поняли, что будут молчать. Никому не хотелось видеть здесь «умников из столицы». Они все равно ничего не найдут. Командир группы пожал Джону руку.

– Ну, если опять беда, зови. Может и справимся. Извини, мы в этот раз опоздали.

– Тем не менее, спасибо.

Автомобили разъехались в противоположные стороны…