10 ЭРОТИЧЕСКИХ СНОВИДЕНИЙ
Сновидение 1. Возбуждающее ДТП
(7 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
Крепкое здание дореволюционной постройки у перекрестка. Между ним и дорогой – глубокий ров. Иду по тротуару с кем-то из знакомых. Мужского, так сказать, пола. Вдруг на перекресток на бешеной скорости (как эта колымага только могла ее развить?) вылетает «Москвич-407». Вписаться в поворот, естественно, не удается. «Что произойдет?!!» – успеваю подумать.
Автомобиль выносит за пределы дороги. Но как! Он несколько десятков метров летит через ров в воздухе, что есть силы ударяется боком о здание, превращается в лепешку, отскакивает, на обратном пути сваливается в ров и там несколько раз переворачивается. Спуститься и заглянуть в салон у меня недостает мужества. И я делаю ход конем, вслух обращаясь к знакомому:
– Я шустро к телефону-автомату – вызывать «Скорую», а ты давай вниз – спасать пассажиров, если кто-то остался в живых.
Вернувшись через несколько минут к месту происшествия, застаю вокруг «Москвича-407» толпу зевак. В салоне замечаю сидящего за рулем, больше никого нет...
Пытаюсь разогнать ротозеев, но слышу, как одна из стоящих девиц говорит подруге:
– Боже, как я, глядя на все это, возбудилась!
У меня от подобного кощунства дыбом встают волосы на голове. Однако, похоже, только у меня. Ибо пострадавший водитель, подняв голову от руля, вдруг произносит:
– А что, милая, я тоже не против!
«Мадам» взвизгивает от неожиданности и удовольствия:
– Тогда я залезу на тебя прямо в этой измятом коробке – ты такой сексуальный!
Слава богу, оказывается, контузило владельца колымаги не окончательно. И у него достает здравого смысла выбраться из салона, чтобы под улюлюканье недовольной публики увести девицу в ближайшие кусты.
Сновидение 2. Взбудораженный пупсик
(9 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
В незнакомом городе, где я живу, проходит акция протеста против власть предержащих. Дворами пробираюсь к месту сбора. Обгоняю двух дам. Слышу их разговор:
– Разве им до нас? Набивают карманы!
– И еще против того, чтобы мы поддерживали оппозицию!
– А ведь никто, кроме ее представителей, о сирых и голодных не вспоминает.
Чем дальше продвигаюсь, тем больше становится народа. Особенно, молодежи. «Наверное, студенты» – думаю.
Вот, похоже, и место сбора – дальше не протолкнуться. Становлюсь рядом с незнакомым подполковником. Потом к нам прибиваются три девушки. Толпа растет, как на дрожжах.
И вдруг я чувствую, как в штанах твердеет и начинает подниматься член. Вскоре девушка, стоящая справа между мной и офицером незаметно начинает тереть рукой по моей ширинке. Дальше – больше. Уже нажимает пальцами на член. Отодвинуться некуда. Да я и не сказал бы, что мне неприятно. Через некоторое время девушки исчезают.
Проходит довольно немалое время. Мой «пупсик» не успокаивается. И надо же: на него рукой натыкается… подполковник. Глаза у него едва не лезут на лоб:
– Ни хрена себе! – произносит он вслух.
– Наоборот, хрена себе! – возражаю я.
– И давно? – уточняет служивый.
– Да почти с самого начала акции протеста …протестует.
– Так…
– Вот-вот, – перебиваю. – Я и думаю, как бы разгрузиться. Тут, правда, стояла одна девица без комплексов, однако куда-то исчезла.
– Тут рядом, – приходит на выручку военспец, – живет мой товарищ, тоже офицер. Смотаюсь быстренько, он всю округу знает, как облупленную. Даст адресок!
Мне его идея не нравиться, однако возразить не успеваю: подполковник уже мчится к домику типа «барак», стоящему позади нас. «На фига мне такие приключения? Еще болячку какую-нибудь подцеплю», – рассуждаю вполне здраво. И начинаю рвать когти с места события.
Поскольку людей много, пытаюсь нырнуть в ближайший двор, однако его ворота оказываются на замке. Передвигаюсь по тротуару, все время оглядываясь. Толпа становится все плотнее – приличной скорости не разовьешь. Молодежь из бутылок пьет какой-то «винт». Я, наконец, выбираюсь на проезжую часть, где немного посвободнее.
И вдруг оказываюсь в Пирятине у водозаборной колонки возле школы №3. Весь скверик украшают не то ледяные, не то хрустальные скульптурные фигуры. Трогаю одну рукой: не холодная. «Значит, хрустальные» – прихожу к логичному выводу.
Мой дом уже рядом. Захожу, на ходу щупая не теряет ли ситуация актуальности. Нет! Жена говорит, что только что закончила уборку и так вспотела, что даже не вышла на балкон за бутылкой пива, хотя очень хотелось. Допила несколько глотков из открытой. Потом обращает внимания на мои топорщащиеся брюки.
– Неси по пиву, – говорит, – глотнем и займемся «делом».
Сновидение 3. Железнодорожный роман
(11 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
Поезд. В купе со мной – дама. Первый поцелуй столь жаден и продолжителен, что просто удивительно, как мы оба не задохнулись.
Рука скользит. Из-под кружевных трусиков, словно Венера из пены, выныривает восхитительный темно-кудрявый треугольник. У меня перехватывает дыхание. И в тот же миг, словно путник в пустыне, я припадаю губами к вожделенно и призывно подрагивающей плоти.
Взаимные ласки, кажется, продолжаются до бесконечности. А может, для нас время попросту остановилось?
Вот тело спутницы начинает сначала мелко, а потом все сильнее и сильнее подрагивать. Вот женщину уже колотит горячечный озноб. И, наконец, она исходит нечеловеческим криком, как будто ее только что четвертовали, предварительно распяв на дыбе.
Я поднимаюсь с колен и осторожно ввожу член во влагалище. Легкий вскрик, неистовые объятия, неумелые движения навстречу мужскому достоинству.
- Хочешь по-другому?
- Да, да! По всякому!!!
Поворачиваю партнершу на бок, а сам стаю возле ложа на колени. Ногу, лежащую снизу, просовываю между своими, а лежащую сверху - приподнимаю. Пылающему взору открываются прелестные половые губы, расположившиеся горизонтально по отношению к поверхности купейного дивана.
Случайная попутчица смотрит непонимающе и немного испуганно. Однако мне некогда уточнять пикантные детали. Что есть силы вгоняю ей между ног напряженный до состояния самопроизвольного взрыва член. Вот гладкоголовый зверек вновь проникает глубоко внутрь и беспардонно хозяйничает в самых тайных закромах горячего и горящего тела.
- Боже праведный! - шепчет женщина. - Он у меня уже здесь!
- Где? - не понимает я, добросовестно и с азартом отдавая всего себя на заклание рубиновой раковине.
- Во …рту! Проник сюда с самого низу.
- Ну и что? Разве тебе больно?
- Нет, что ты! Наоборот, мне еще никогда не было так пронзительно хорошо.
Яростно, в приливе нового исступления, я раз за разом проникаю в нее, не обращая внимания на сдавленные полувсхлипы-полувскрики:
- Остановись! Мне не хватает воздуха! Ты достаешь до горла, перекрывая дыхание. Я умираю, слышишь?! Я не понимаю, это еще оргазм или уже агония?
Сновидение 4. Ренегатская позиция
(14 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
Оказавшись без работы, я – с подачи собкора «Правды» Анатолия Грачева – пожаловал в Москву на ТВ. Там – собрание. Идем по широкой лестнице. Анатолий представляет меня руководству на предмет трудоустройства. Те до окончательного решения вопроса предлагают мне поучаствовать в их сборище.
Рядом со мной - молодая женщина с явно не славянскими чертами лица. Знакомимся. Она называет очень сложное для восприятия имя. Потом протягивает удостоверение. Читаю. Она – технический работник. Фамилия – армянская. Вслух:
– А имя у вас действительно сложное. Такое слышу впервые.
Она соглашается: действительно, редкостное.
Вижу, что я ей откровенно интересен. Походя рассказываю о себе.
С собрания мы выходим вместе. И оказываемся на улицах не Москвы, а Пирятина. Спутница начинает проявлять высокую сексуальную активность: согласна хоть посреди тротуара заняться любовью. Я, как в свое время по другому поводу Троцкий, проявляю пассивность: ни войны, ни мира.
Между тем, дама увлекает меня за собой в настойчивых поисках места. Заглядывает буквально во все дворы, углы, под густые кусты. Но везде что-то препятствует соитию.
Впереди – еврейское кладбище. В обрыве вырыта нора. Но не на голой же земле трахаться?!
Я убеждаю:
– Здесь, поблизости, удобного места не найти!
Стремлюсь незаметно накивать пятами. Дама выражает полное недовольство столь ренегатской позицией и неустанно следует за мной.
Прихожу домой. Ложусь. Рядом на кровати – жена.
Вдруг дверь открывается и появляется «технический работник московского ТВ». Падает мне на грудь и начинает объясняться в любви. Я аккуратно пытаюсь отстранить барышню, чтобы сказать жене, что гостье, помогающей мне с трудоустройством, негде переночевать. Вот она и решила найти приют у нас.
Сновидение 5. Финишировать не смог
(19 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
Пирятин. Родительский дом. У соседки Агафьи – чужие люди: три женщины. Одна – толстая-претолстая, вторая – худющая-прехудющая, третья – просто серая мышка.
Хозяйки нет дома, и эти от нечего делать шляются по двору. Я через забор спрашиваю:
– Чего мучаетесь?
Дамы в один голос:
– Скучно. Хотя бы вы с нами пообщались!
Мы – в родительском доме. Я лежу. Женщины намекают на возможность очень хорошо заработать, занявшись торговлей детьми. Другие, мол, на доходы не жалуются. Собственно, с этим предложением они, по старой дружбе, и явились к Агафье. Но поскольку ее не оказалось дома, а дело не терпит отлагательства, счастливый билет может выпасть мне.
Начинаю громко возмущаться.
– Неужели, – интересуюсь язвительно, – уже и славяне запятнали себя столь низменным, недостойным цивилизованного человека, занятием?! Да вас скопом следует сдать в кутузку!!
Женщины понимают, что им необходимо как-то выходить из ситуации. Худая опускается возле меня на корточки и начинает что-то жарко шептать на ухо. Моя рука в это время непроизвольно оказывается между ее ног. И я начинаю с все возрастающим темпом мастурбировать «чебурашку» сквозь тонкое белье.
Кончается все тем, что непрошеная гостья, вытащив мой член, начинает его исступленно сосать. Не скажу, что происходящее мне совсем не нравится. Однако кончить я так и не смог.
Сновидение 6. Публичное совокупление
(21 июля 1993 года, г. Екатеринбург, РФ)
Явно не славянская страна. Направляюсь в гости к одному из многодетных аборигенов. К 16-летней дочери которого испытываю теплые чувства. Что-то вроде любви.
В то же время не раз замечал, с каким интересом на меня поглядывает живущая здесь же с мужем старшая дочь моего знакомого. Меня это настораживает, если не огорчает. По местным обычаям, за подобные вольности и женщину, и того, на кого она обратила свой пылающий взор, ждет неминуемая и страшная кара.
Захожу. Никого из взрослых дома нет. На полу спят двое детей 6-7 лет. Просыпаются. Спрашиваю, где остальной народ? Они отвечают: в клубе. Ничего не остается, как направить свои стопы туда.
Зал буквально набит – банану негде упасть. Сидят даже на полу. Пробираюсь в ближайший уголок. И вижу рядом старшую дочь аборигена с супругом. Она смотрит на меня полными любви и мольбы глазами. Выражение лица – красноречивее любых слов. Я неожиданно делаю открытие: боже, как она красива! Как я, слепец, не замечал этого раньше?!
Молодая женщина, презрев условности, с каким-то отчаянием и отрешенностью обнимает меня и начинает исступленно целовать. Я отвечаю взаимностью. Хотя в голове не перестает биться тревожная мысль: нас же все видят. Теперь она пропала. Да и моя жизнь отныне не стоит и копейки. И все же не могу ее оттолкнуть.
Между тем, женщина уже добралась до моего члена: она, будто стремящуюся вырываться на свободу птицу, крепко сжимает его в руке. Ласкает. И тут же, не откладывая дела в долгий ящик, начинает сосать. В зале! При массовом стечении народа!! На виду у своей многочисленной родни!!! Нисколько не заботясь о том, что ее ждет через какие-нибудь полчаса. Я тоже отчетливо понимаю: мы оба - обречены.
И тут у меня начинается оргазм.
– Куда? – одними глазами спрашивает меня женщина, подразумевая, конечно, слово «кончать».
– Туда! – так же молча отвечаю я.
Мы падаем набок, и я, не мешкая, ввожу член во влагалище нечаянной и трагичной партнерши. В то же время краем глаза замечаю: народ вокруг начинает подниматься и в зловещем молчании покидать зал. Последним в услужливо распахнутую дверь удаляется муж теперь уже моей любовницы. Или любимой?!
Мы остается вдвоем в пустом помещении. По законам кровной мести – прекрасно это осознаем – нас ждет немедленная смерть. Но женщина не жалеет о случившемся.
Бежать? Куда? Да и как выбраться из здания, если оно, наверняка, окружено возмущенной толпой?
И тут открывается дверь, ведущая к черному (запасному) выходу. Человек в форменной одежде, кажется, полицейской, молча делает спасительный жест рукой. Мы благополучно выбираемся из клуба.
Проходит определенный промежуток времени. Я на детских санках привожу на приемный пункт стеклопосуды пустые бутылки и банки. Среди последних оказывается много битых. Да и завалены они сущим хламом – гайками, болтами, гвоздями и т. д. Начинаю «сортировку груза».
В этот самый момент к приемному пункту подходит еще один клиент. И заводит неторопливую беседу с приемщиком.
– Смотри! – говорит приемщик. – Вон идет …
Звучит имя той, с которой мы так бесстыдно согрешили.
Я резко оборачиваюсь и вижу женщину с потухшим взглядом, опущенными плечами, печатью безысходной тоски на лице.
– Неужели она рискнула сюда вернуться? – спрашивает клиент.
– Представь себе! Более того, вызвал ее этот …герой.
Я с удивлением понимаю, что речь идет обо мне.
– И что? – не унимается сдатчик посуды.
– Да ничего хорошего! – ответствует приемщик. – По крайней мере, для нее. Устроилась тренером в спортивную секцию. Зарплата – крошечная. А он совершенно к ней охладел. Вот и мучается, бедняга, лишившись всего: доброго имени, детей, уважения. И было бы ради кого!
Я быстренько сдаю посуду и удаляюсь на всех парах. Пока меня не узнали. Стыд буквально жжет лицо. И вдруг осознаю, что на самом деле означает выражение «правда глаза колет».
Сновидение 7. Не гусарский ментик
(4 июля 2003 года, г. Екатеринбург, РФ)
Сборище людей на непонятной хазе. Общество – сплошь дамское, из мужчин – лишь я. Одна из дам лежит на полу. Остальные, включая меня, – рядом. То ли хором делаем ей массаж, то ли, не подавая вида, всей компанией ее «разогреваем».
Во всяком случае, я, поглаживая даму, все время пытаюсь незаметно дотронуться до той штучки, что находится у нее между ног. Так продолжается довольно долго. Естественно, у меня в штанах уже не гусарский ментик, а самое настоящее копье, готовое к схватке с неприятелем.
Внезапно весь честной народ от «отдыхающей», как по команде, отпрянул. Я, не будь дурак, в то же мгновенье даму перевернул на спину и улегся сверху, вставил ей свое копье сзади между ног. И – только. Ибо невоспитанная публика расположилась вокруг на некоем подобии садовых скамеек и, судя по всему, с интересом ждет, что же будет дальше.
Мне не остается ничего другого, как тоже изображать «отдыхающего», ни о каком половом акте не помышляющем. Что, само собой, настроения не добавляет.
Дама, между тем, встает, и я замечаю, насколько кривые ее ноги, выглядывающие из-под ночной рубашки.
Сновидение 8. Упражнения с нимфеткой
(9 июля 2003 года, г. Екатеринбург, РФ)
Проходя мимо дома, нечаянно заглядываю в окно. В квартире - девчушка лет четырнадцати-пятнадцати. Что-то сосредоточенно рисует цветными карандашами. На мгновенье отрывается от бумаги и видит мое лицо в окне. Причем совершенно не пугается.
– Что рисуешь? – спрашиваю.
Нимфетка явно не слышит. Поэтому подходит к окну и его открывает. Я влезаю в квартиру. Вскоре мы уже целуемся (я не перестаю думать, что на старость, наверное, сошел с ума).
А дальше… Дальше я залезаю малышке за край трусиков и как бы начинаю ее мастурбировать. Увидев, что процедура ей по душе, вытаскиваю хрена и начинаю водить по промежности. Девочка как бы пытается что-то неуверенно возразить, но я ее успокаиваю тем, что засовывать во влагалище свою ужасную штуку не намерен, и, следовательно, она совершенно не пострадает.
Еще несколько секунд, и я начинаю течь. Впопыхах хватаю лист бумаги и направляю мощную струю туда. Увы, несколько капель спермы попадают между половых губ юной рисовальщицы.
Лихорадочно соображаю, как загладить свою вину. И в это мгновенье – вовремя замечаю боковым зрением – снаружи у окна появляются две дамы. Они проходят мимо, но одна возвращается. Заглядывает внутрь.
В страхе присаживаюсь возле кровати, продолжая сжимать в правой руке бумажку со спермой. Мать (а это именно она!) начинает сквозь стекло разговаривать с дочерью. Я покрываюсь холодным липким потом: во-первых, та может меня заметить, во-вторых, не проинструктированная девочка может запросто проболтаться о происшествии. И тогда мне – хана.
К моему счастью, все на данный момент завершается благополучно. Мать исчезает из оконного проема. Хотя я отдаю себе отчет, что через минуту-другую она зайдет в свою обитель.
Быстро говорю девчушке, что ничего страшного не произошло, что маме об этом лучше не говорить - и начинаю …исчезать. Открываю окно, осторожно выглядываю, скрылась ли в подъезде мать (вдруг она еще болтает с подругой?). Потом, встав на подоконник, спрыгиваю на землю, успев прошептать нимфетке, что отныне буду ей помогать.
Проходит достаточно много времени. Однажды в магазине обращаю внимание на девочку-подростка, ведущую себя крайне вызывающе. Она несколько раз – практически в открытую – пытается стащить товар с раскладки, не сильно заботясь о том, будет замечена или нет. Уже на кассе срывает ценник с одного товара и налепляет на другой - надо понимать, гораздо дороже. Кассирша делает ей замечание. Покупательница огрызается. В конце концов, расплачивается и уходит из магазина.
И тут меня осеняет: кажется, это именно та нимфетка, она меня узнала и таким вот образом протестует. Против того, что произошло, против того, что я обещал помогать, а ни разу даже не поинтересовался, как она живет.
Опять спустя какое-то время - я с друзьями в бане. Среди нас - незнакомый паренек в плавках. Носит тазики, подает веники, кое-кого на его просьбу хлещет ими по спине. Не знаю отчего, но в какой-то момент я подумал, что это вовсе не мальчик, а та девочка. Потому она и в плавках. И выслеживает на меня, так как сама точно не уверена, тот ли я тип.
Вопрос: зачем она это делает? Ведь доказывать случившиеся поздно – это сразу можно было отдать на анализ те несколько капель спермы, которые остались между ее половых губ. Что ей нужно?!
Пробегает еще несколько лет. Однажды жена говорит, что нам нужно поехать на железнодорожный вокзал встретить знакомых чьих-то знакомых и помочь им пересесть на другой поезд. Делать нечего, соглашаюсь.
Встречаем пожилую пару, направляющуюся на один из курортов Черновцов. Они интересуются, нет ли там у нас знакомых, чтобы позвонить и попросить, чтобы те оказали помощь в незнакомом городе.
Супруга отвечает утвердительно, и мы подходим к междугородному телефонному автомату. И тут я с ужасом осознаю, что звонить она намерена матери той девочки. Что если в ходе разговора каким-то образом всплывет старая история? Мне становится не по себе.
Трубку на том конце поднимают. Я предусмотрительно отхожу в сторону. И проклинаю пожилую пару: откуда они взялись на мою голову?
Мать нимфетки, судя по доносящимся репликам, перспективе сопровождать незнакомых людей обрадовалась не очень. А потом и вообще отказалась. Добавив, что ехать в Черновцы нужно было вовсе не через Киев.
Старуха возмущается: почему им раньше никто этого не объяснил? Равно, как и не предупредил о том, что связь с Тбилиси, куда она тоже намеревалась позвонить, есть только поздним вечером.
В конце концов, мы прощаемся и уходим. Я так точно и не знаю, встретятся ли они там с семьей, перед которой я остался в страшном долгу?!
Сновидение 9. Бутон жены товарища
(24 августа 2003 года, г. Екатеринбург, РФ)
Огромный особняк с полным набором наворотов современного нувориша. Хозяин – мой очень хороший знакомый. Он уезжает в другой город по делам, а я с супругами – его и своей остаюсь. Плюс челядь и ребенок.
После плотного ужина располагаемся в гостиной. Каждый из отнюдь не святой троицы – на отдельной тахте. Начинается ничего не значащий треп.
Если не учитывать одного незначительного нюанса – хозяйка то и дело поворачивается так, что всякий раз в разрезе короткого халата мелькает черный треугольник. Я никак не могу взять в толк: это случайно получается или она на что-то намекает?
В конце концов, не выдерживаю, достаю из широких штанин торчащий член, подхожу к тахте, на которой лежит супруга, оголяю ей груди и начинаю водить между ними головкой. Обоим приятно.
А что же «третья сила»? Оглядываюсь: хозяйка буквально извивается на своем ложе, во все глаза неотрывно наблюдая за нами. Мысленно прихожу к выводу, что она уже созрела и направляюсь к ней. Довольно бесцеремонно беру за бедра, чтобы подтянуть повыше. Однако дама начинает слабо сопротивляться. Неужели не хочет?! Грубо бросаю ее на спину. Она шепчет:
– Зачем же так? Я бы и сама улеглась поудобнее…
Ее бутон призывно раскрыт мне навстречу. И, не оттягивая приятного момента, что есть силы всаживаю в него свое напряженное древко. Половой акт проходит под непрерывный аккомпанемент стонов партнерши.
Вскоре уже втроем решаем продолжить общие любовные игры. Однако понимаем: делать это в доме, где полно прислуги и находится малолетний сын хозяйки, более чем опасно, если не сказать – безрассудно. Кому-то приходит в голову светлая мысль перейти в автомобиль, стоящий за углом у входа в особняк. Уже через пяток минут мы там. И тут кого-то из дам осеняет: лучше – для общей же безопасности – немного отъехать. Сажусь на водительское место, жена – рядом, хозяйка особняка – сзади. Не успеваю даже завести двигатель, как в окошко изо всех сил кто-то стучит. Это горничная хозяйки – ее доверенная особа. Опускаю стекло. Горничная шепчет:
– Скорее в дом! Хозяин вернулся!!
– Как?! – недоумеваю я. – Ведь он всего час назад как уехал.
– Посмотрите - и все поймете! – указывает в сторону ворот горничная и исчезает. Смотрю. И вижу на трейлере разбитую машину.
– Попал в аварию, – объясняю дамам.
А сам лихорадочно соображаю, как же теперь поступить: друг, так сказать, доверил супругу, а я уже через час после его отъезда оную поимел. Если все откроется, как минимум, не избежать скандала, как максимум – он меня убьет.
К тому же, нас мог случайно видеть тот же садовник или кто-то из прислуги. Удивляюсь, что не подумал об этом раньше.
Тем не менее, сейчас главный вопрос: как быть? И времени на размышления – секунды.
Вымучиваю версию. Мы не возвращаемся в особняк. Черт с ним, пусть хозяин обнаружит, что нас там нет. И спросит слуг. Те ответят, что мы втроем недавно вышли. Это-то «втроем» и должно нас спасти.
Мы же потом скажем, что после ужина вышли прогуляться. А чтобы история выглядела правдоподобнее, ни секунды не медля, на эту самую прогулку и оправимся.
Идти решаем в обход строения. Во-первых, можем что-то услышать. А, во-вторых, зайдем на территорию с обратной стороны.
Дружно, словно солдаты-новобранцы, топаем. Только я отстаю. Почему-то оказался обутым в не своего размера туфли - да еще разного цвета. Причем язычки обоих залезли внутрь, что причиняет еще большие мучения. Прощу женщин остановиться, пока хотя бы частично не исправлю ситуацию.
Снимаю один туфель – из него выливается около стакана воды. Из другого - наверное, уже целый литр.
Откуда она взялась?! Впрочем, разгадывать загадки некогда – «прогуливаемся» дальше.
С тыла здания – огромная лужайка. Прекрасный вид и тишина. Во дворе – тоже никакого шума. Может, все и обойдется?
Вижу справа у калитки мужчину, рядом – дети.
– Это ваш участок? – спрашиваю хозяйку.
– Нет! – отвечает она. – Наш - немного дальше.
Шагаем. Впереди игрушка – слон – как минимум, в натуральную величину. Он движется.
– Неужели заводной? – спрашивает супруга.
– Увы, – отвечаю. – Там внутри дети - они ее и передвигают.
Необычную игрушку стараемся обойти. Но слон вдруг поворачивается и начинает на нас надвигаться. Мне подобные шуточки не нравятся, и я требую, чтобы их немедленно прекратили. Какое там!
Женщинам удается увернуться, хотя обе испуганно вскрикивают. Я же ныряю под слона. По периметру у него торчат стволы ружей.
– Да вы еще и вооружены! – громко произношу я.
Изнутри слышатся голоса, в том числе, и взрослые. Я недоумеваю: неужели в детские игры играют и дяденьки с тетеньками?! И почему они, в таком случае, не прекратят свои идиотские забавы?
И тут в голове мелькает мысль: а что если весь этот маскарад затеял мой товарищ? С целью столь необычным образом отправить меня на тот свет.
Сновидение 10. Мужчина-проститутка
(21 сентября 2003 года, г. Екатеринбург, РФ)
Комната, принадлежащая мне. Здесь организован бордель. Проститутка, зарабатывающая на продаже собственного тела, всего одна. И это – я. Собственной, как говорится, персоной: нужда довела.
В комнате - две кровати. На одной в полной боевой готовности лежу я. На второй – моя супруга и какая-то старушка. Их роль заключается в том, чтобы после каждого сеанса подготовить меня к следующему. Кроме гигиенических процедур, это еще и оральные «упражнения» для «поднятия духа».
Я расслаблен в ожидании очередной клиентки и с некоторым содроганием представляю, как моего «дружка» будет возбуждать такая старушенция. Мелькает мысль: «Не могли для столь ответственной работы кадру помоложе найти!»
К счастью, член поднимается сам. Даю сигнал, чтобы приглашали очередную даму, жаждущую наемной любви.
Открывается дверь. В комнату проскальзывает женщина – скажем так, средней паршивости. За ней – вторая. Потом – третья. И – четвертая... У меня глаза лезут на лоб. Искренне так говорю:
– Таким сексом мне заниматься еще не приходилось!
Между тем дамы начинают снимать верхнюю, теплую, одежду. Я, между тем, вполне логично интересуюсь:
– Платить как будете – каждая по десятке? Или десятку в складчину?
Ответ звучит полушутливо:
– Лучше, конечно, в складчину!
Вошедшие ведут себя в такой ситуации вполне адекватно, лишь одна, замечаю, стыдится поднять глаза и взглянуть на мой бодро торчащий прямиком в потолок член. Наконец одна из посетительниц – самая молодая – подходит к кровати и… накрывает меня вместе с орудием, готовым к бою, простыней. «Странный какой-то секс», – думаю, но, куда денешься: клиент всегда прав!
Молодуха, между тем, взбирается на меня поверх простыни и… начинает делать массаж. Решаю, что таким образом она хочет меня как следует разогреть для последующих утех. Научный подход к делу (или телу?) – ничего не скажешь.
Однако, закончив массировать, она слезает и уступает место своей подруге. Та тоже садится поверх меня и принимается… исследовать зубы и десна.
– Кто вы? – спрашиваю, окончательно сбитый с толку.
– Врачи! – следует ответ.
«Партнерша» между тем довольно бесцеремонно исследует полость рта, то проникая в нее фалангами, то косточками пальцев проводя по деснам. Я удивляюсь: совсем недавно в одном месте они болели, а теперь – никаких неприятных ощущений.
К кровати подходит супруга и тоже трогает десна, словно желая убедиться, что ее суженому не сделали какую-нибудь бяку. Все как будто в норме.
В конце концов, и эта дама заканчивает свои странные «занятия сексом». Я про себя отмечаю, что к этому моменту мой дружок несколько увял. Оно и неудивительно: столь непривычные нагрузки!
Сажусь на постели, не сбрасывая простыни. Подходит дама, стыдливо отводящая глаза от того инструмента, которым обычно мужчины делают детей. Наклоняется низко к полу и заглядывает под простынь - в мою промежность.
– Вам что, его показать? – обращаюсь к ней я.
– Не нужно!
Отходит от кровати и начинает довольно неуклюже укладываться на длинную узкую скамейку. Боком.
– А мне что, в такой позе ложиться на кровать? – подаю голос.
– Конечно! – отвечает на вопрос уже моя супруга.
Намереваюсь последовать прозвучавшему совету, однако наталкиваюсь на ироничную улыбку «массажистки» и оставляю затею. И тут же понимаю, что поступил правильно. Женщина на скамейке, лежа на боку и вытянув руки параллельно полу, начинает разминать пальцы. «Интересно, что за процедуру она мне готовит?» За этой мыслью следует другая: «Ничего, хоть квалифицированный медосмотр пройду без отрыва от производства».
Увы, остается без ответа вопрос: кто кому в данном случае должен платить? И сколько?!
В это время еще «не задействованная» дама говорит подруге:
– Разве на свою зарплату я могу прожить? Да что там я! У меня есть знакомый академик. Так ему, когда заболел, только лекарств выписали на четыреста с лишним гривен. Даже при его окладе – это еще те расходы! Что уж говорить о таких, как мы...
– А разве академикам лекарства выдают не бесплатно? – интересуюсь я.
Вопрос остается без ответа. И я осознаю, что платить придется мне. Вот только сколько? Неужели каждой по десятке? Так при таких «приколах» я пойду по миру.
И вообще, кто они, эти врачихи, и кем подосланы?!