Жанр: фантастика, мелодрама, боевик

Статус: завершено, отредактировано

Дополнительно: заказ для Miko–san

Охотнице повезло, это был очень сильный демон Оками–но–Ину. Полукровка, полуволк–полусобака. Мифологическая инкарнация эпохи Сенгоку параллельного мира. Вернис дралась с ним без отдыха четыре дня. И это несмотря на то, что когда нашла его, тот был весь в крови и изранен. Его звериная форма была довольно–таки безопасна. Хоть и имела кислотное дыхание, слюну и когти. Она была неимоверно сильна, но неповоротлива и глупа. Чего не скажешь о его человеческой форме. Это был всем воинам воин, умело обращающийся с двумя проклятыми мечами, сеющими разрушения на многие километры вокруг. Один из мечей, как поняла Вернис, отправлял сразу в царство мертвых. Выбираться из царства мертвых древнего параллельного мира ей никак не улыбалось, поэтому она старательно уклонялась от темного клинка, который сжимал в когтистой руке полудохлый демон. Она сразу заметила, что его когти тоже были кислотными и ловко старалась не попадать ему под руки. Однако, шансов у демона не было в любом случае. Вернис была исключительно хорошо экипирована. Нейтронного заряда ее летающего боевого доспеха хватило бы еще на годы. И наконец, один из проклятых мечей демона треснул под ее заговоренным священным мечем, лучшим в Гильдии Охотников. Но сдаваться демон не собирался. Он спокойно стоял и смотрел на нее золотыми глазами. Его гладкие белые волосы развевались плащом на ветру, открывая длинные демонические уши, прижатые к голове. Он будет драться с ней голыми руками? — скептически улыбнулась про себя Вернис. Какой дурак.

— Сдавайся, — предложила она ему, — я вылечу твои раны.

— Мне незнакомы твои слова, — высокомерно произнес он.

— Тогда пеняй на себя, — предупредила Вернис, — у меня заказ именно на такую зверюгу как ты. Я загоняю тебя до смертельной агонии, и потом все равно заcуну в кандалы.

Он ничего не ответил, и ничто не изменилось в его спокойном лице. Вернис активировала на полную мощность силы всей своей техномагии и кинулась в атаку. Он защищался как ураган. Совсем безоружный, если не считать клыков, кислотных когтей и темного меча, который не резал. До которого Вернис решила не дотрагиваться. И наступил момент, когда демон упал, истекающий кровью. На что–то вроде могилы.

Отбросив воздушным кнутом черный меч от него подальше, Вернис надела на побежденного магические кандалы. Но поняла, что сам он никуда идти бы не смог, даже если бы пожелал. И вызвала дроида, которому кислотные когти были не страшны. Черный меч она решила взять с собой, запечатав в антимагическом контейнере для артефактов.

Когда Вернис остановилась, чтобы оглядеться перед отлетом, ее взгляд упал на могилу. На которой она обнаружила демона в истинном обличье, и на которую он упал сраженный охотницей. Ее внимание привлекла изящно выполненная на камне надпись:

«Лиина, девушка, которая любила цветы, которая вырастила как цветок сердце в демоне — я отвечу на твой вопрос. Когда от тебя не останется ничего, останутся мои воспоминания» Это его девушка? — поразилась Вернис. Хотя она часто такое встречала, межвидовая любовь, полукровки. Но эта надпись… «Которая вырастила как цветок сердце в демоне…» почему–то прочно засела в голове охотницы. Ей захотелось непременно узнать, кто такая была эта Лиина. А узнать это можно было только у пленного демона. И надо было еще успеть к аукциону. В магических боксах ее корабля был собран десяток сильнейших демонов Вселенной. Кого обманом, кого удачно застав полумертвым, а с кем пришлось и драться месяцами не на жизнь, а на смерть. Но она заполучила их всех. Этот аукцион должен был стать для Вернис последним. Она рассчитывала получить за свою добычу столько, что смогла бы не работать несколько жизней подряд.

С последним демоном было что–то не так. Его бокс полыхал алым, это бесновалась система контроля за жизненными показателями пленника. Он умирал. Устало вздохнув и снова облачившись в боевой костюм, Вернис зашла в бокс. Истекая кровью, он рвал цепи. Падал, поднимался, и все равно рвал их. Но прочнейший сплав ее мира, улучшенный техномагией, порвать нелегко. Так поначалу делали все они. Нужно время чтобы лекарства начали действовать. У этого времени не было. Он сам уничтожал свое время. Охотница зашла к нему и взяла его голову в свои руки. В ее костюм тут же впились кислотные когти. Ничего, — подумала Вернис, — потерплю, медицинский отсек рядом, а костюм заменим. Лицо у него было таким красивым в его человеческой форме, что он просто таки гипнотизировал девушку. У многих демонов бывают красивые лица, но это было каким–то уж очень особенным. Наверное потому, что в его сердце расцвел однажды цветок человеческий любви. Пока она разглядывала его, демон затих, примериваясь когтями к ее глазам. Она спокойно опустила маску и спросила:

— Кто такая Лиина и где тот цветок, который она вырастила?

— Это не касается тебя, человек, — презрительно скривился он, расслабляясь в ее руках. Похоже, лекарства начинали действовать

— Но ведь Лиина тоже была человеком?

— Она была особенным человеком, — каменея произнес он, с такой тоской и нежностью в голосе, что Вернис вздрогнула.

— Она была твоей любовницей?

Демон брезгливо посмотрел на охотницу и ответил:

— Она была моей душой. С душой не спят. Она была замужем за человеком и была счастлива до самой смерти. И дарила счастье всем вокруг.

И тут Вернис поняла невероятную вещь. Она влюбилась. И даже не в кого–то там неподходящего, а в демона. Сколько великих охотников, военных и политиков предлагали свое покровительство за ее любовь. Как же она смеялась над их глупой фразой, что «каждой женщине когда–нибудь обязательно захочется любви.» Она была убеждена в том, что только слабым женщинам, не умеющим за себя постоять нужна зависимость от кого–то сильного. Однако, коварная поработительница все же выследила и настигла охотницу. И кому отдала свою добычу, сердце Вернис… Если об этом кто–нибудь узнает, ей конец. И тот, кому было отдано ее холодное неприступное сердце, никогда и ни за что не ответит ей взаимностью. Она подняла демона, и положила его на кушетку. Скоро он совсем ослабнет. Медицинский робот его вылечит и накачает наркотиками. До аукциона оставалась пара недель.

Перед сном принимая душ, она оглядывала себя в зеркало. Ничего общего с цветами. Мускулы, сплошные мышцы, где ни тронь. А если все же дотронуться до кожи, бледной от долгого пребывания в космосе, упругой, но не такой уж мягкой, то ее тело на ощупь кажется железным. Хотя нет, обнаружила она вдруг, нет. Не настолько уж она и перекачана. Именно эта гладкая упругая кожа, покрывающая ее мышцы, делала их не такими выпирающими как у мужчин. Ее тело, отшлифованное годами ежедневных тренировок, было совершенным. Грудь хоть и небольшая, но красивой формы и таким же совершенным был зад, которым оканчивались длинные стройные ноги. Дело портили, на первый взгляд казавшиеся седыми, проклятые волосы дымно серого цвета длиной до зада. Обычно она собирала их в затейливую ракушку вокруг головы, чтобы не мешали в бою. Но зато лицо тоже было совершенным, как будто вырезанным талантливым мастером из кости. Она очень берегла свое лицо от повреждений. Оно было пропорциональным во всем кроме больших серых глаз, светившихся серебром, с тонкой черной окантовкой радужки, от которой к зрачку бежали редкие лучи. Казалось, как будто в ее глазах на грозовом небе светит черное солнце. Ресницы тоже были густыми и черными, а вот стрелообразные брови серыми как и волосы. В общем… не то чтобы красавица, но и посредственной не назовешь. Имела ли она шансы у демона? Вряд ли, — ответила она сама себе. Цветочная девушка была наверное такой же нежной как цветок, и такой же прекрасной. Какой Вернис не быть никогда. Она тяжело вздохнула, выключила душ и пошла спать.

Пока последнему пленнику залечивали раны, Вернис каждый день ходила и смотрела в окошко. Он уже был призраком себя, но все равно пытался снять цепи и ничего не ел. И на ее глаза помимо воли наворачивались слезы. Конечно, во время аукциона все десять лотов медицинский робот приведет в боевую форму питательными растворами. Но… Вернис не хотела продавать последнего. Хоть он он и был одним из трех сильнейших, а значит и самых дорогостоящих. Она снова зашла в его бокс. С чего начать? Он молчал, явно не испытывая желания с ней разговаривать. Переодетый в обычную темно–синюю пижаму узника, он уже не казался пойманной дикой зверюгой. И Вернис чувствовала себя тюремщиком, а не гордой охотницей. Она глубоко вздохнула. А потом подошла и сняла с него цепи. И тут же почувствовала на своих горле и груди его когти. Но кислоту они почему–то не выпускали. Он намеревался разодрать ей глотку и вырвать сердце?

— Убьешь меня и что? — устало спросила она, — Ты умеешь управлять космическим кораблем?

— Ты отвезешь меня домой, — спокойно сказал он.

— Не могу, мы пролетели две заставы, два пограничных поста, они забьют тревогу.

— Зачем я тебе нужен?

— Я Охотница, изучаю спрос, ищу заказы и принимаю их. Отлавливаю разную злобную магическую живность и продаю на аукционе или индивидуальным заказчикам. За такого как ты обещали хорошую цену.

— Даже если я потом убью заказчиков?

— Ты не сможешь, — покачала головой Вернис, тонущая в золоте его глаз, — это совсем другой мир, непохожий на твой. Сбежать ты не сможешь. Скорей всего тебя будут выставлять на ринге. Но ты можешь быть и охранным демоном для малопосещаемых, но важных объектов.

— Ты хочешь продать меня в рабство, — понял он, кривясь от отвращения.

— Я не хочу, — невольно возразила Вернис, — но уже ничего не изменить.

— Верни мне меч, я не желаю быть рабом.

Вернис вздрогнула. Потом решилась.

— Ты ведь чувствуешь, как бьется мое сердце? Чем ты ближе, тем чаще. Как учащается и срывается дыхание…

— Ты хочешь меня, женщина? — прямо спросил демон, — если я дам тебе то, что ты хочешь, вернешь мне меч?

— Какой же ты все–таки дурак! — вскипела Вернис, мгновенно забывая о своей непродуманной опрометчивой идее предложить ему совместный побег, — я не хочу тебя! И я не ожидала от тебя такой продажности и нелогичности. Рабом ты быть не хочешь, а моей сексуальной игрушкой — это всегда пожалуйста.

Что же с ней такое творится? Только что помутнение рассудка чуть не заставило ее до основания разрушить свою жизнь ради мимолетного цветочного чувства.

— Не всегда, — спокойно объяснил демон, — только за меч.

Его когти все еще были на горле и груди Вернис, но она все равно врезала ему в скулу:

— Извини, что меня не научили давать пощечины.

Но демон устоял на ногах.

— Значит это не просто желание, — определил он, — ты влюбилась. За пять сотен лет моей жизни и такое случалось. В меня много раз влюблялись человеческие женщины. Но я не люблю людей. А мое сердце принадлежит только одной. Уже умершей от старости.

— Думаешь, я так же глупа как ты? — продолжала холодно кипеть Вернис, — я знаю, что мне нечего ловить от любви к демону. Я просто пыталась объяснить тебе, что не хочу продавать тебя на аукционе. Но пока не вижу другого выхода, как…

— Он есть, — нетерпеливо оборвал ее на полуслове прекрасный демон, — отдай мне меч.

— Ты уйдешь, — печально прошептала Вернис, но потом спокойно повысила голос, — ты уйдешь через мир мертвых. Но это не твой мир мертвых. В свой ты все равно не попадешь.

— Откуда тебе знать? — скептически–презрительно выгнул бровь упрямец, — ты там уже была?

— Я училась в школе множественных миров, — с достоинством подняв голову объяснила Вернис, и добавила, внезапно озаренная новой идеей, — есть еще выход.

— Какой же? — без всяких эмоций спросил Оками — Инугами, склоняя к ней голову ближе

— Ты поклянешься быть моим телохранителем. Поклянешься демонской кровью и заключишь со мной демонический договор, скрепленный печатью демонической сущности. Нерушимый договор. Тогда у меня будет право отказаться от заказа аукциона и не продавать тебя. Задатка мне не давали.

— Телохранителем?

— Приходить ко мне на помощь когда моей жизни угрожает опасность. Не нравится? Тогда садовником, уборщиком, выбирай, кого хочешь. Я просто хочу спасти твои жизнь и свободу.

— А как насчет сексуальной игрушки? — осведомился он бесстрастно, но отравленным ядом тоном.

— Если меня на этом поймают с тобой, то тебя продадут как бесхозное имущество на тюремном аукционе, а меня казнят. Это извращение и оно противозаконно. Потому то я тебя и не хочу. Жизнь ценнее пагубной страсти.

— Тебе просто спорить со страстью? — удивился демон так, что даже шевельнул звериными ушами.

— Я с ней не борюсь, — усмехнулась охотница, — я не склонна к саморазрушению в любом виде. У меня к тебе совсем иное чувство, намного более жизнесохраняющее.

Он замолчал, даже его дыхание стало почти неслышным. Потом отмер:

— Что будет после того, как я дам тебе клятву телохранителя?

— Я доставлю тебя домой. Никто больше не посмеет охотиться на тебя. Но тебе придется по моему вызову являться в нужный мне мир и помогать в битвах.

— У тебя на корабле еще девять сильных демонов, — начал он, испытующе растягивая слова, — и красивых. В человеческой форме мы все такие. Почему ты влюбилась именно в меня?

— Я никогда не видела выращенных как цветок демонических сердец, — спокойно сказала Вернис, — я влюбилась в этот сказочный цветок.

— Значит, теперь кто–то еще будет помнить о Лиине, — слабо, но неожиданно светло, улыбнулся демон, — Я дам клятву телохранителя.

Возвращаясь к себе, Вернис задержалась возле еще одного бокса. В нем был второй из сильнейших, пойманных ею, демонов. В красивой человеческой форме его не портили даже искривленные рога по бокам головы, почему то свисающие книзу, теряющиеся в мягком блестящем мраке длинных волос, и уши, похожие на цветы лилии. Он все равно был очень красив, отметила Вернис. Сражаясь с ним почти 2 месяца, она ему проиграла из–за забарахлившего в самый неподходящий момент доспеха. У этого демона не было сердца–цветка, он питался людьми, от него исходила мерзкая аура людоедства. Последний раз питался он давно, однако всего лишь решил овладеть ею и оставить там, где она потерпела поражение. Но, побежденная Вернис — не значит проигравшая, она обманом заполучила его в кандалы. При этом ей все же пришлось уступить его желанию. Перед прилетом, она намеревалась сделать ему лоботомию. Он упал бы в цене, но никогда не вспомнил, что сделал с ней, и она была бы в безопасности. Она зашла в бокс, откуда–то зная, что он ее не убьет. И освободила его из обездвиживающей камеры.

Он тихо рассмеялся:

— Как тебе сила демонического семени, Охотница? Говорят, она дает человеческой оболочке удивительные временные способности, в обмен на питание человеческой душой.

— Я избавилась от нее. Полностью. Но, из–за этого случая я упаду в рейтинге Охотников в самый низ, — спокойно сказала Вернис, — хочешь знать, что я приготовила для тебя?

— Я хорошо слышу. Даже мысли. Я же слепой демон, несмотря на мои красивые синие глаза. Ты хочешь сделать из меня овощ и продать в рабство.

— Я могу вылечить твои глаза, если попросишь.

— Не попрошу. Меня предал единственный друг. И эта память должна остаться во мне слепыми глазами, такими, каким тогда был мой разум. Чтобы эта ошибка никогда не была повторена.

— Несмотря на твою живую память, тебя все равно предала я. Так ли нужна тебе эта гордая слепота? — пожала плечами Вернис, сожалея, что падение цены за слепого демона сложится с ее падением и за умственно–неполноценного. Недобровольно такую операцию проделать было нельзя, пациент должен находиться в сознании и не оказывать сопротивления.

— У меня есть к тебе предложение, — медленно начала Вернис, после продолжительной паузы борьбы с сомнениями, — ты поклянешься быть моим телохранителем. Поклянешься демонской кровью и демоническим договором. Тогда у меня будет право отказаться от заказа и не продавать тебя. Я доставлю тебя домой. Никто больше не посмеет охотиться на тебя. Но тебе придется по моему вызову являться в нужный мне мир и помогать сражаться.

— Что случилось с тобой, Охотница? — улыбнулся слепой демон, растянувшийся на кушетке бокса, — я слышу твое дыхание, я слышу твое сердце, чувствую температуру твоей крови. Раньше ты была холодной как лед и жесткой как камень. Безжалостной и готовой к победе любой ценой над существами не твоей крови. Что случилось с тобой?

— Не твое дело, — отрезала Вернис, — я даю тебе выбор. Стать рабом–овощем или моим телохранителем и по условию договора молчать обо мне. Иначе тебя ждет рабство без мозгов.

— Ты полюбила демона, — проницательно рассмеялся он, — какая ирония судьбы. И он не из тех, кто отвечает людям взаимностью. Жаль что не меня, ты понравилась мне, Охотница. Понравилась именно той безжалостностью и подлостью. Ты была тем самым, что я хотел для себя, к чему стремился, для чего сохранил слепоту. Именно поэтому я тебя не убил. И не жалел бы об этом, даже став рабом. Я дам тебе демоническую клятву. Но твое размягчение разочаровывает меня, ты теряешь всю циничную заманчивость.

— Мысли ты может быть и слышишь, но язык души тебе не ведом, — сообщила Вернис, с чувством превосходства оглядев лежащего на кушетке демона, — неправильно переводишь услышанное. Если бы не я позволила тебе, а ты сделал что хотел, то я до сих пор бы не испытала никаких сомнений, удалив тебе мозг и отправив на скотный двор. Мне не жаль тебя. Я просто поняла, что цветочные девушки так не поступают.

Его насмешка погасла. Он приподнялся на локте и несколько минут вслушивался в ее сторону. При этом его красивое лицо, с навсегда застывшими сапфировыми глазами, скривилось в презрительную гримасу. Потом все же спросил вникуда:

— Цветочные девушки?.. Ты имеешь ввиду фей? Этих кривляк с мозгом мотылька?! Ну и пример ты нашла для подражания!

— Разве я говорила о феях? — удивилась охотница, — я сказала девушки. Человеческие. В одном из миров такие существуют. И демонам они нравятся.

— Любопытно, — неопределенно прошелестел демон, спуская сильные ноги с кушетки и поднимаясь, — где там твой договор?

Когда на демоне уже стояли все печати, Вернис выпустила его из бокса и пошла в рубку управления.

По пути обернулась:

— Прежде, чем что–то здесь ломать, спроси сначала для чего это.

— Не дурак, — демон пожал плечами и улыбнулся, — я последую за тобой. Мне нравится, как твой костюм обтягивает ягодицы и как они перекатываются при ходьбе

— Ты же ничего не видишь, — подозрительно произнесла Вернис.

— У меня отличный нечеловеческий слух, — снова улыбнулся демон, — скрип твоей одежды, звук трения, движений, — Все это дает прекрасную картинку.

Вернис чувствовала, что он просто издевается над ней, неизвестно зачем пытаясь вывести из себя. Поэтому молча отвернулась и пошла вперед. В рубке ее ждал еще один демон.

— Знакомьтесь. Тот, что без рогов — Оками — Инугами. С рогами — Йоми–яги. Следуйте за мной. Сначала я выдам вам униформу телохранителей, потом покажу ваши каюты, столовую и уборную. Потом спортзал.

— Я не ем человеческой еды!

— Я не ем человеческой еды!

Почти одновременно возмутились демоны.

И хотя оба, как они помнила, очень долго обходились без человечины, силы демонов от этого уменьшаются.

— В столовой есть консервированное мясо демонов и человеческих преступников. Так что меню у вас разнообразное. Вы идете?

Демоны, подозрительно осмотрев друг друга, неохотно поплелись за ней.

Выданная униформа превратила бывших зверюг в прекрасных рыцарей. При виде стройного Оками в черно–золотом, сердце Вернис больно зажглось горячей звездой, плененной в груди, которая стала слишком тесной для него. Белые волосы струями рассыпались по плечам, обнимая сильные руки, золотые глаза светились неприступностью и далеким миром. Мечи им были выданы священные. На связанных клятвой телохранителей очищение не действует. Когда демоны, провожаемые молчаливой охотницей гипнотизируемой великолепием полуволка, добрались до спортзала, в котором можно было спроектировать любые условия и ландшафт, Йоми неожиданно втолкнул Оками в дверь и захлопнул ее. Сенсору незачем объяснять как работает замок, он сам все слышит. Вернис все равно могла войти туда, если надо, но знала, что клятва телохранителей ни за что не позволит им убить друг друга.

Наваждение покидало ее. Девушка встряхнула головой, чтобы окончательно вернуться из далекого золотого мира в реальность. Затем вернулась и на мостик управления кораблем. И задала курс на планету–аукцион.

После приземления корабля, кровь оставшихся в боксах–ловушках восьми демонов начала очищаться от наркотиков. Специальные транспортировщики космического порта планеты–аукциона, потащили боксы–контейнеры в специальные оплаченные Вернис хранилища. Как только демонов приведут в боевую форму, их можно будет продавать.

— Вам лучше остаться на корабле, — сказала Вернис своей новой команде, раны которой затягивались очень быстро, но они еще не успели полностью восстановиться после посещения спортзала, — тут не рай для демонов. А возможно, даже демонский ад.

Но оба изъявили желание посмотреть планету и аукцион. По дороге им попадались демоны–рабы и демоницы–рабыни в цепях, бесцветно поникшие, с потухшими глазами, на которых Оками и Йоми смотрели с презрением. Хотя сами они были спасены Вернис, оба ошибочно полагали, что смогли бы умереть, но не стать такими же как эти полуживотные.

— Вееернис! — кто–то попытался хлопнуть ее по плечу, но тут же был откинут на несколько метров демонами. Охотник моментально зарядил боевой доспех на полную и взвился над поверхностью, намереваясь начать бой. Демоны тоже окрысились, хорошо еще оставшись в человеческой форме. Но между ними решительно встала Вернис.

— Прости, Спайк, — они еще не проходили инструктаж телохранителей. Они только пытались меня защитить.

— Вернис, дорогая, — подлетел к ней Охотник и, опустившись на землю, облапил девушку, — если бы ты вышла за меня замуж, тебе не понадобились бы никакие телохранители! Кстати, им надо срочно пройти курсы, иначе ты рискуешь остаться без своих ручных собачек. И надо надеть на них ошейники. Иначе их постреляет стража, не посмотрев на униформу. Они же теперь — неочищаемые.

— Спасибо тебе, Спайк, — похлопала Охотника по плечу Вернис, — твоя информация была бесценной и я даже могу тебя за нее поцеловать.

Охотник тут же привлек девушку к себе, она не сопротивлялась, и … поцеловала его в щеку.

— Я пойду, Спайк, у меня много дел, — надо найти, где проводят курсы и надо найти ошейники. Еще мне надо зайти в Гильдию.

— Удачи, Верн! — замахал ей вслед Охотник.

— Чертова самодурка, феминистка, фригидная стерва, ничего и не таких обламывали — тихо сказал Йоми

— ЧЕГО? — разъяренно схватила его за воротник Вернис

— Я только повторил то, что твой друг сказал, когда мы отдалились на показавшееся ему достаточным расстояние, — загадочно улыбнулся демон, — за этого замуж выходить не стоит.

— И не собираюсь! И без тебя разберусь! — топнула ногой Вернис, — про ошейники слышали? Не обижайтесь, но придется. Правила нельзя нарушать, если не хотите стать лотами на аукционе.

— Спокойней, охотница, — ненатурально округлил глаза Йоми, — я всего лишь исполнил свой телохранительный долг.

Оками как обычно молчал.

До Аукциона оставалось еще полдня. Вернис нашла курсы телохранителей, оплатила их, и воткнула в тела демонов по кнопке связи. Это было больно. Но зато, она всегда узнает, если кто–то покуситься на ее имущество. Ее приемник был вделан ей прямо в спину. На курсах кроме нее не оказалось ни одного Охотника. Да и глупо было им там оказаться. Ловить демонов с помощью демонов — удел слабаков из самых низов, которых Охотники и за Охотников–то не считали, хоть те ими и числились. Здесь присутствовали только армейские Стражи и Наемники, проводящие зачистки планет Человеческой Империи от всякой инопланетной и мифологической нечести. И сейчас все они недоумевающе рассматривали девушку. Присутствовали еще слабые трясущиеся за себя и свое имущество толстосумы и больше никого из людей.

— Эй, Охотница, — развязно крикнул симпатичный красноволосый Наемник. Высокий и широкоплечий, с полудлинными волосами, собранными в хвост, смуглой кожей и жестким сухим лицом аристократа, — собралась профессию сменить? Хочу взять тебя в пару на зачистку.

— Еще бы ты не захотел меня взять! Мои демоны получше твоих, — скептически усмехнулась Вернис. Это было грубо. Но она дорожила своим временем и привыкла сразу отшивать любых приставал. И при этом всегда рассчитывала на свою собственную силу. Она активировала боевой режим доспеха. Секундой раньше Наемник сделал то же самое.

— Не вмешивайтесь, — велел уязвленный симпатяга своим демонам.

Вернис пришлось сказать своим то же самое.

Но вскоре она уже сидела на трепыхающемся Наемнике с аристократичным лицом и ушами почему–то похожими на эльфийские. И объясняла ему, что она — одиночка, такой и останется. Наемник воспользовался лекцией и, кислотно ухмыльнувшись, облапил ее зад. Он попытался добраться и до груди, но это ему не удалось. Во первых, потому что там была тяжелая броня. Во–вторых, врезав нахалу в лицо, Вернис пулей взвилась в небо и приготовилась к бою за свою честь. Всем было известно как Охотницы, Наемницы и Стражницы относились к подобным провокациям. Даже убежденный мазохист не решился бы получить удовольствие именно таким образом.

Армейские Стражи крутились и нетерпеливо ерзали в креслах ожидания, чуть не падая с них со смеху и азартно надеясь на продолжение. Осторожно посмеивались толстосумы.

Вернис внезапно передумала устраивать представление для этой публики. Цветочные девушки так не поступают. Она спустилась вниз, вытянула руку, сложив указательный и средний пальцы вместе и прижав к ладони оставшиеся, в виде пистолета, и указала демонам на красноволосого Наемника:

— Если этот тип еще раз попытается меня изнасиловать — разорвите его на куски. Цитирую Кодекс Правомерного Убийства: 'изнасилование — любые действия сексуального характера, применяющиеся к жертве недобровольно'. Сначала оторвите руки, потом член! Хотя, возможно, член я ему сама оторву! Когда вспомню куда положила перчатки.

Почти незавуалированное оскорбление было не менее серьезной провокацией, чем сексуальные домогательства до девушек в доспехах. А цитирование КПУ было серьезной угрозой его исполнения. Вернис отплатила Наемнику сполна. И впервые, для этого она пошевелила всего лишь двумя пальцами. Он все еще висел над землей, подняв красную бровь, раздумывая о своих дальнейших маневрах. Потом спустился вниз, пристально рассматривая Вернис, нарочито медленно залез в поясной карман доспеха… вытащил конфету на палочке, развернул ее и сунул в рот. Потом повернулся и направился к своему креслу. Вернис тоже расслабилась и выбрала себе кресло подальше. Демоны встали рядом. Близость Оками заставляла охотницу вспоминать про цветы. Она начала непроизвольно тушить в себе пламя ярости.

— Что–то на жертву ты не тянешь, — громко и спокойно сказал красноволосый, крутясь на кресле и поворачивая во рту конфетную палочку, — статус жертвы еще придется доказать.

— КПУ позволяет сначала убить насильника, потом доказывать, — снисходительно просветила не унимающегося наглеца совершенно успокоившаяся Вернис.

Красная бровь снова поползла вверх. Стражи перестали посмеиваться и насторожились. Нетипичное поведение Охотницы сбивало их с толку. Вместо зрелищной драки они рисковали получить полноценный смертельный поединок.

— Да ладно, сестренка, извини — сдался тоже посерьезневший Наемник, вытаскивая конфетку изо рта, — я же пошутил. Тут скукотища дикая. И что тут вообще делать Охотнице?! Вот меня и понесло.

— Меня всегда несет, — сухо сказала Вернис, — так что, ты тоже извини и не лезь ко мне больше.

Нахал пожал плечами и засунул конфетку обратно в рот. Остальные мужики притихли и больше не перекидывались пошлыми шуточками о Вернис. Наконец появился Тренер. Сдав ему своих демонов и клятвенно пообещав, что они смирные и добрее ангелов, когда на нее никто не покушается, она пообещала разыскать и принести ошейники прямо на занятия.

После разговора с тренером, она отвела в сторону обоих и тихо попросила:

— Не подведите меня. От этого зависят моя и ваши жизни.

— Не волнуйся, цветочек, твоя жизнь в наших надежных когтях, — почти не слышно, с еле уловимой усмешкой ответил Йоми, заставив Вернис вздрогнуть и украдкой взглянуть на Оками.

Прекрасный демон как обычно только молча качнул головой. Вернис продолжала смотреть на него, незаметно для себя растекаясь в лужу под холодным взглядом этих золотых глаз. Йоми пихнул Оками локтем. Тот спохватился. Взял за плечи расслабившуюся Вернис, глядящую куда–то в бездну и рыкнул:

— В моих руках твоя жизнь в безопасности!

У сердца Вернис мгновенно выросли крылья и она улетела еще дальше в золотой мир его глаз. Йоми безнадежно опустил голову и приложил руку ко лбу. Затем принялся ненавязчиво отпихивать Оками от Вернис, заслоняя его собой. Девушка наконец вспомнила, где находится. И с тихим ужасом осторожно осмотрелась. Но никто не заметил ее минутной слабости. Она перевела дух и благодарно посмотрела на Йоми.

Потом Тренер увел всех демонов, их Хозяева разошлись по своим делам, а за Вернис увязался Наемник.

— Тебе мало? — холодно хлестнула она его голосом словно плетью, — что тебе от меня надо?

— Хотел показать тебе, где продаются ошейники. И не говори 'сама найду' потому что не найдешь. Не успеешь на Аукцион. А до него тебе наверняка еще надо сходить в Гильдию отчитаться.

— Хорошо, веди, — устало выдохнула девушка, пропуская Наемника вперед.

— Мои демоны не сильно слабее твоих, — тут же возразил он на ее недавнее заявление, — но я заметил, что они у тебя первые. А у меня уже вторая дюжина забита. Если будешь наемником, нам все–таки будет лучше объединиться.

— Это почему?

— Потому что ты сильнейший Охотник, Вернис, и не говори что я обознался. Я — Сильнейший Наемник. А в космосе начали появляться Мародеры, которые ведут охоту на охотников и наемников. Если у нас будет пара, то даже самые безбашенные не посмеют ничего против нас задумать.

— Я не работаю в паре, — отмела его навязчивость Вернис, — я верю только себе.

— Аналогично. Но мы составим железный контракт и не будем нападать друг на друга.

— Я подумаю над этим, — сказала Вернис, — как тебя зовут, Наемник?

— Рэйф. И мы пришли. Уже минут десять стоим возле магазина. Я пошел. Встретимся в Гильдии Наемников.

Вернис купила узкие большие ошейники, в которые на шеях ее демонов можно было еще просунуть мужской кулак с половиной. И, на всякий случай, купила еще два. Вдруг, разозлятся и порвут первые. И побежала на курсы телохранителей. Там она надела оба ошейника на демонов и погладила их за ушками, к их большому неудовольствию, но она была им благодарна за правильную тактику поведения в неожиданном конфликте.

Потом побежала в Гильдию. Там она шокировала всех своим заявлением об уходе в Наемники.

Охотники были ей семьей долгие годы. И хотя здесь никто никому не верил, но братство было. Охотники всегда поддерживали друг друга и помогали. Она объяснила свой уход тем, что влюбилась в Наемника Рэйфа. Она просто не смогла придумать иной причины, как ни пыталась. В Охотничьей повисла гробовая тишина.

— Ты знаешь кто он?

— Кто?

— Он техномагический полудемон и человеческий статус ему дали только потому что экспериментировали над сыном какого–то высокопоставленного чиновника. Ему стоило немалых связей, средств и трудов добиться признания Рэйфа гражданином. В наемниках его не любят и ни за что не станут помогать. Он одиночка.

— Но ведь он не соврал мне, что один из самых сильных Наемников?

— Конечно, не наврал. Можно сказать Сильнейший. Ведь его папаша оставил ему в наследство кучу бабок и он сам полудемон, ловля демонов — его призвание. Но Вернис, ты же понимаешь, что стоит ему недоглядеть и он получит нож в спину от своих же Наемников. А если с ним будешь ты, то и ты….

— Если с ним буду я, то ножа он не получит, — твердо сказала Вернис. — простите меня, ребята, но если бы знала все это заранее… а теперь… теперь сердцу не прикажешь, — всхлипывая закончила она. А потом и вовсе разревелась, шокировав охотников и охотниц, которые видели такое впервые в жизни. Плакала она тоже впервые во взрослой жизни, разгружая свою психику. Плакала по своей безответной любви к золотоглазому демону, но этого ведь никто не знал, никогда не узнает и никогда не пожалеет. А тут хоть какое–то участие от дорогих ей людей.

— Ой, что с людьми делает любовь… брр… с лучшими людьми… — сказал кто–то, — надо пойти и нахрен вырезать из мозга участок, отвечающий за любовь.

— Он еще и за страх отвечает, — ответила этому кому–то Вернис, начиная успокаиваться, — так что, его нельзя вырезать. Если у тебя не будет страха — не будет интуиции, и ты превратишься в мясо.

Ей еще посочувствовали, обещали все равно помогать, если потребуется помощь. И тут к ней подошел Спайк:

— Понятно, почему ты меня отшила… У Рэйфа то денег куры не клюют.

— Ты идиот, Спайк, — взъярилась Вернис, — отшила я тебя только потому, что по тебе слюнями истекает Мирна, а я не отбиваю парней у подруг.

Мирна не была ей подругой, но она действительно сохла по Спайку. А Спайк был еще тем занудой, избавиться от которого было большой проблемой. Мирна была красивее Вернис и была очень гордой, поэтому ни единым намеком не давала своему обоже понять ее интерес. Спайк удивленно и долго смотрел на Мирну, которая безразлично разговаривала с каким–то охотником. Потом встретилась взглядом со Спайком и опустила глаза, порозовев.

— Я идиот, — сказал Спайк в пустоту, потому что Вернис рядом уже не было и полез пробираться к Мирне.

А Вернис, аккуратно заполнив все бумажки у Охотников, пошла в стоявшее рядом здание регистрироваться как Наемник.

На пороге ее уже встречал Рэйф.

— Позволь мне быть твоим гидом, Вернис? Я слышал краем уха, что переходишь к нам, потому что влюбилась в меня? — откровенно смеялся он.

— Отрежь себе ухо, которым ты это слышал, — снова раздражаясь нагрубила ему Вернис, — я также слышала кое–что. Что ты — полукровка. Дружба с которым до добра не доведет.

Рэйф тут же весь покрылся тонким слоем черного пламени. Лицо его окаменело.

Доспех Вернис активировала еще при выходе из Гильдии Охотников. С Наемниками всегда надо быть настороже.

— Ты права, бывшая Охотница, — спокойно согласился Рэйф, — я полукровка. Но тебе придется иметь дело со мной и озираться по сторонам вместе со мной. Потому что я — полудемон и знаю, что ты любишь демона.

— Ну и что, — брезгливо посмотрела на шантажиста Вернис, — все равно между нами ничему не быть, он терпеть не может людей.

— Ты заблуждаешься, — улыбнулся он, — людей он терпит. А кого–то даже любил.

— Вот когда у нас с ним все случится, тогда и сдашь меня Страже, — отрезала Вернис.

— А до этого я могу распустить слухи о Наемнице и ее увлечении демоном–телохранителем. Более того, я почувствовал ауру второго телохранителя в твоей и наоборот. Ему досталась твоя… мм, невинность, не так ли? Подозреваю, что это было насилие. Но ты простила ему… Почему? Попахивает извращением.

— Не твое дело, полукровка, — холодно процедила Вернис, чувствуя вскипание ярости в висках.

— Я могу подать в психологический надзор Стражи донесение об изнасиловании демоном. Знаешь, кем ты будешь потом в обеих гильдиях?

— Знаю, — сказала Вернис, поднимая глаза Охотницы–одиночки, глаза–убийцы в лицо Рэйфу, — если даже у тебя имеются на меня компрометирующие фото в разных неприличных позах с демонами — иди, блистай своими сплетнями и доносами. Может быть, тебя за них, наконец, зауважают согильдийцы. Я — Охотница. Меня тупым шантажом на понт не взять. Я не боюсь начать все сначала.

Она оттолкнула его со своего пути и прошла в Гильдию оформлять бумаги. Йоми ей придется убить. Участь демона за изнасилование ужасна.

— Стой! — чуть ли не приказал ей сзади красноволосый шантажист.

Она проигнорировала его, но каким–то образом он оказался прямо перед ней. Она приготовилась к драке.

— Стой, — уже шептал он ей, — если я, полудемон, почувствовал ауру твоего демона в тебе и твою ауру в нем, ты думаешь, другие демоны на курсах этого не почувствовали? Не всякий демон промолчит и не скажет Хозяину.

Вернис остановилась. Йоми в любом случае придется убить и она испытывала сожаление. Он казался ей неплохой поддержкой и дополнительным контролем непредсказуемости Оками.

— Тебя в угол ничем не загнать, это я уже понял. Но если я окажу тебе услугу и спасу твоего демона, окажешь ли ты не менее ценную услугу в ответ? Станешь моей напарницей?

— Как ты его спасешь? — недоверчиво поинтересовалась Вернис.

— Отдайся мне и я поменяю принадлежность аур. Я же не только демон, но еще и техномаг. С демонами будет и того проще. Маги взаимодействуют и без телесной близости, достаточно добровольно ослабить энергозащиту, как при клятве. А техномагия способна к трансформации магической энергии. К сожалению, с человеком так не получится.

— Ты больной безумец, — отпихнула его Вернис и прошла вперед.

— Время, — тихо сказал он ей вслед, — у твоего демона уходит время. Он может не дотянуть до сегодняшнего аукциона, а значит и ты туда не попадешь, объясняясь со Стражей.

Внезапно Вернис остановилась, затем решительно развернулась и сказала:

— Веди. Туда, где можно отдаться.

Он взял ее за руку и они побежали. Привел ее на крышу и запечатал вход техномагией. На крыше был домик для инвентаря, туда он ее и затащил.

— Скажи мне только, — спросил он серьезно, — почему ты хочешь спасти его? Если он с тобой так поступил?

— Это не твое дело, — сжав зубы повторила Вернис, — делай, что хотел.

— Честно говоря, хоть ты меня и заводишь, но я тебя не очень–то хотел. Мне нравится другой тип девушек. Похожий не на меня, а на девушек, нежный, — невежливо признался полудемон, — но, как напарница ты мой идеал. И другого выхода из твоих проблем я не нашел.

Она помогла ему себя раздеть. Он провел по ее коже горячими ладонями, но потом остановился:

— Черт, я не могу так. Ты слишком мужественна для женщины, мисс железный доспех, хоть и красива. Но приказать я не могу не только сердцу. А без этого второго у нас ничего не получится.

— А я как–нибудь могу? — спросила Вернис, начиная терять выдержку.

— Ты–то чем можешь… и тут его озарило.

На глазах Вернис он начал терять четкость и преображаться. Стройное тело с красивыми мыщцами юного атлета, длинные белые шелковистые волосы, золотые глаза. По туману, заволокшему взгляд этих глаз, Вернис поняла, что тоже преображается в кого–то.

— Помоги мне, — сказал он, опуская взгляд, прикрытый длинными пушистыми ресницами.

Вернис, завороженная, опустилась на колени и помогла. Потом у них была любовь. Такая сильная, такая яркая, такая нежная и бескрайняя, как море цветов. Такая всепоглощающая, что ее тело еще долго дрожало после этой любви. И долго рыдало, обнаружив, что дарил ее не Оками.

— Время, — напомнил Рэйф, мгновенно одевшись и исчезая за дверью. Ей показалось, или в его бесстыжих глазах блеснули слезы?

Спустившись с крыши, Вернис пошла оформляться Наемницей. Встречные взгляды не предвещали ей ничего хорошего. Наемники и наемницы, все со своими демонами. А она одна, пока одна, а потом… о потом она решила думать потом. И спокойно открыла дверь нужного кабинета, изгнав из головы все посторонние мысли. Пока она оформляла бумаги, на связь через кнопку вышел Йоми:

— Наемник, с которым ты дралась, требует, чтобы мы шли за ним. А еще он требует замены аур. Причем у нас обоих. Поверь, я очень умный демон, но никак не могу понять его намерений.

— Просто делайте как он говорит, и приходите с ним сюда — вымучено ответила Вернис.

Вскоре Рэйф привел своих демонов и демонов Вернис в Гильдию.

Они составили контракт на зачистки и дележ добычи. Вернис казалось, что она учла все нюансы. Потом она пошла оформляться на уровень.

Так как она была сильнейшей Охотницей и ее демоны тоже были из категории сильнейших ее определили на шестой уровень. Но зашел Рэйф и передал рапорт о просьбе напарника с подтверждением согласия Вернис. И вышел.

Направляющий, подтянутый мужчина в годах поздней зрелости, не просто удивился, он был полностью потрясен:

— Я конечно, могу определить тебя на первый уровень сложности зачисток, к Рэйфу… мне, конечно… неприятен он и все что с ним связано. Особенно ты, потому что с ним спишь и без ума от него, как сообщили мои демоны. Но даже тебя мне придется попытаться отговорить, чтобы не стать беспринципным убийцей. Ты представляешь, что за ад этот первый уровень зачисток? Какие там демоны и сколько их? Тебя и твоих телохранителей разорвут в первые же пять минут боя. С другой стороны, если ты всегда будешь позади Рэйфа, ты останешься живой… но не получишь никакой добычи.

— У нас контракт, — сказала Вернис и выложила копию на стол, — я надеюсь, что как старший и более мудрый товарищ по гильдии вы мне укажете на ошибки, которые я упустила, о попытках Рэйфа меня обмануть?

— Люби и проверяй, — расхохотался Направляющий, читая контракт, — нет, все в порядке, а ты молодец. Чем только этот Рэйф тебя взял… уж не приворотами ли он занимается.

Бывшая Охотница ему понравилась. Когда она собирала бумаги, чтобы уйти он ей сказал:

— Я определю тебе 1–2 уровни, на выбор. Выбирай второй. Выбирай так, чтобы ему некуда было деваться. И приходи ко мне иногда, как к старому и более опытному товарищу по гильдии, чаю попить.

— Обязательно! — сверкая открытой улыбкой заверила его Вернис. Могу даже сегодня, после аукциона.

— Иди, деточка, иди, а то на аукцион опоздаешь. А вечером посидим, поболтаем, — сказал Направляющий, мрачнея. И украдкой посмотрел на фотографию дочери, Лайнирс. Тоже любившей Рэйфа и погибшей на совместном с ним задании.

У дверей ждали ее демоны.

— Твоя аура любви переместилась с Оками на того типа, который за нами приходил, — сообщил Йоми, — блистает как солнце в его помойной яме. Он темный как….

— Демон? — усмехнулась девушка, — он техномагический полудемон. Демон, созданный техномагией из человека.

— Что такое техномагия? — подал голос обожаемый Оками.

— Техномагия — наука, созданная человеком, общее название искусственной магии, приказов и манипуляций с запрограммированными нейтронами, протонами, электронами и другими частицами, целью которых является какое–либо воздействие на технологические устройства, предметы, живую и неживую материю, — без запинки процитировала Вернис давнюю школьную программу.

— Он наша подделка?! — презрительно скривился Оками.

— Типа того, но так как изначально был человеком, его статус — гражданин Империи. Прошу вас, будьте с ним как можно осторожней. Он самое опасное и самое коварное существо во Вселенной. И мы с ним теперь напарники.

— Он шантажировал тебя, — понял Йоми, — я больше не вижу своей ауры в тебе, вероятно и твою из меня он забрал. Чем ты пожертвовала ради этого?

— Собой? — раздался рядом мерзкий звучный бархатистый голос, — а может, последними деньгами или кораблем? Как ты думаешь, умный демон? Но разве это важно. Интересней, ради чего она это сделала.

И Рэйф рассмеялся, как нашкодивший мальчика.

Оками и Йоми тут же загородили от него Вернис.

— Он любил кого–то. Думает, что убил ее. В любом случае она мертва, — шепнул ей на ухо голос любимого, — его боль еще не прошла. Можно ударить по ней.

— Да ладно вам, вы же видите по моей ауре, у нас с Вернис все по любви, не так ли, милая?

Продолжая издеваться, Наемник раздвинул демонов в стороны, обнял Вернис и прижал к себе.

— Знаешь, я передумала, Рэйф, — сказала Вернис, — я больше не люблю тебя. До меня дошли слухи, что своих девушек ты убиваешь на зачистке.

Рэйфа передернуло, как будто его сильно ударили по голове. Он побелел как призрак и замер, словно превратившись в камень.

— Я… да, я убил. Это правда, — не стал спорить Наемник, еле заметно двигая губами, превратившимися в тонкую кровавую рану на его бледном лице.

Потом он развернулся и быстрым шагом, чуть ли не бегом, покинул здание Гильдии Наемников.

— Ну что, — безразлично сказала Вернис, успокоенная местью, — идем на Аукцион, продавать восемь моих трофеев?

Пока что по ценности выставленных лотов лидировала Вернис. Ее лоты: Рюджин морской дракон, Аме–онна демон дождя, Ама–но–Дзаку демон упрямства и порока, два повелителя вампиров, одна из которых повелительница Никусуи, два повелителя оборотней и Кийохиме — женщина–змея. Рюджин был ее козырем, полубогом. И он продавался последним, хотя Оками и Йоми советовали ей не продавать сильнейшего демона, раз она хочет стать наемницей. Но Вернис была упряма:

— На втором уровне зачисток демоны еще сильнее, наловим новых, — беспечно говорила она.

За проданные семь лотов, она уже получила втрое больше, чем рассчитывала. И вот, наконец, стукнул молоточек по Рюджину — он обогатил бывшую охотницу в два раза больше, чем все проданные до него демоны. Даже с учетом процента аукциону, она все равно получила невероятный доход за свой последний рейд.

Вернис перевела дух и уже была готова прыгать от радости в сторону кассы, как вдруг заметила, что золотые глаза ее любимого потускнели и пожелтели. Он смотрел на Арену, где продавали инугами–демона. Девушка, уже посчитавшая на что именно она потратит каждую монетку, смотрела на Арену на злобное бьющееся беловолосое черноглазое существо в полу–человеческой форме.

— Полудемон, обладающей силой демона высшего уровня! — объявил аукционист, — и сейчас он проявит себя в битве с оками–демоном. На арене появился волк. Огромный, бурый. Арену закрыла полупрозрачая мерцающая антимагическая клетка. Должен был начаться ринговый бой. Но лоты стояли друг напротив друга и не желали драться. Полудемон и волк драться отказывались. Внезапно, на пол упала мертвая рыжая волчица, и волк кинулся на полудемона. Тот отбивался, но не желал причинять вреда волку. В зале начались возмущенные крики, неинтересный бой никому не нравился. Эти лоты будут скорей всего уничтожены на техномагические обереги. Вернис смотрела на своего Оками, его сузившиеся глаза. И поняла, что сейчас он кинется на Арену. Она подняла табличку. Ее обожаемый Оками прошептал:

— Выкупи волчицу, ее еще можно спасти.

Антимагическая клетка убралась, кресло Вернис выехало в центр Арены. И она сказала:

— Я Наемница, рабы мне не нужны. Если эти двое дадут мне клятву телохранителя, я выкуплю их по предложенной цене. За волчицу заплачу отдельно!

Волк тут же перекинулся человеком и спросил:

— Как мне дать клятву?

Аукционист прошел за ширму к покупателю и пошептался с ним. Потом вышел:

— Заплатите полторы цены за боевых монстров и забирайте всех троих.

— Я снимаю свое предложение, — пожала плечами Вернис, и ее кресло поехало на место. Ее собственное предложение и так было неоправданно щедрым. Насмешливые взгляды, бросаемые на нее другими покупателями, говорили ей что она совершенно не разбирается в демонах. Кроме нее эти лоты больше никого не интересовали.

Покупатель тут же засигналил аукционисту:

— Наемница! Покупатель согласен на сделку по стартовой цене! Изначальная стоимость за боевых и оплата волчицы по цене материала на магические ресурсы.

Прямо на Арене волк дал Вернис клятву телохранителя. Это был не особо сильный волк, демон урагана лезвий, но он был нужен Оками. И Вернис ничего не могла с этим поделать. А полудемон молчал, не желая двигаться.

— У волчицы мало времени — тихо сказала сверху Вернис.

И только тогда полудемон упал на колени и принес клятву телохранителя, позволив внести в свою ауру нужны печати.

— Приготовьте мои лоты на выходе, — сказала Вернис аукционисту.

У выхода полудемон–инугами вдруг стал совсем человеком. Мальчишкой с длинными белыми волосами, ушами торчком, острыми когтями и голыми ногами.

— Брат… — поразился он, увидев моего любимого.

Брат?!

— Я ушам не поверил, когда она сказала, что у мертвой волчицы есть шанс. Но знал, что это можешь делать только ты. Как же тебя захватили?

— А тебя? — холодно спросил в ответ Оками

— Не помню, я спал, — покраснел мальчишка, — я очень волнуюсь за жену и детей.

— А я дрался, с ней, — кивнул Оками на Вернис.

— Тебя победила девчонка?! — не поверил подросток.

— Здесь совсем другой мир, полукровка. Совсем непохожий на наш. А теперь я хочу обратиться к нашей…. рр… Хозяйке

Вернис чувствовала, как неприятно ему так называть ее. Она спокойно сказала:

— Называйте меня Вернис. Этого будет достаточно.

— Ну так вот, Вернис. Волчицу можно спасти только за эти сутки, только черным мечем и сделать это могу только я.

— Метка телохранителя не действует в подземном мире, — сказала она тихо, — ты сбежишь.

— Зато я не сбегу, милая Вернис, — приобнял ее за плечи Йоми.

— Не сбегу, — блеснула лукавая Луна в золотых глазах любимого, — пока сама не отпустишь.

Вернис глубоко вздохнула, принимая решение.

— Хорошо, идем на корабль. Я верну тебе меч.

Когда меч снова оказался в руке хозяина, казалось, он звенел от радости и танцевал.

Оками совершал им над волчицей какие–то движения и вдруг она задышала. Потом открыла глаза и посмотрела на бывшего бурого волка, склонившегося над ней, перекинулась человеком и повисла на его шее:

— Любимый! Любимый!

— Итак, — подвела итоги, Вернис, — всех вас захватили на одной планете?

— Меня на другой — возразил Йоми.

— Значит, мне придется выкупить две планеты, — грустно сказала Вернис, на это уйдет все, что я сегодня заработала.

— Зачем?? — удивились демоны–телохранители.

— Чтобы охотиться на них могла только я, — объяснила Вернис. И чтобы на лице Оками — Инугами появилась красивая улыбка солнца, которая так нравится цветам, — подумала она про себя.

Оками подошел к ней и выполнил ее мысленную просьбу, лучезарно осветил девушку искренней улыбкой:

— На той планете могила Линны. Спасибо тебе, Вернис.

И неожиданно прижал ее голову когтистой рукой к своему лицу. И впился в рот своими волшебными мягкими губами. На этот раз чудо сотворил не проклятый Рэйф, а настоящий обожаемый Оками. Сердце девушки готово было превратиться в целые поляны цветов. Вернис обвила руками его шею и долго не отпускала. Грустный Йоми пошел показывать каюты остолбеневшим новичкам, объяснять случившуюся сцену, и рассказывать как вести себя на корабле и в новом мире.

Потом Оками отстранился и глядя ей прямо в глаза сказал:

— Ты же понимаешь, что это была всего лишь благодарность.

Сказал уходя.

— Конечно, понимаю, — шептала ему вслед, когда–то давно каких–то несколько недель назад железная и ледяная Вернис, не верившая в любовь и насмехавшаяся над ней. Шептала сквозь предательские слезы, обжигающие ее теперешние лицо и потерявшее броню сердце.

Потом она привела себя в порядок, переоделась и отправилась пить чай к Направляющему в Гильдию Наемников.

На следующий день новые телохранители пошли проходить обучение. И покупать ошейник Рыжей Волчице, которая тоже дала клятву, чтобы всегда быть вместе с мужем. А Вернис пошла разбираться с покупкой планет. Вечером, возвращаясь домой одна, она оказалась в окружении незнакомых демонов. Моментально активировав максимальный уровень силы доспеха, она взлетела вверх, чтобы получше разглядеть обстановку. И там ее ждал Рэйф. Расстроенный и злой.

— Это ты попросила направляющего давать тебе задания второго уровня?

— Я! — надменно вскинула голову Вернис.

— Он же знает, что не уровень убил ее. Старый дурак. Лайнирс не умерла бы, если бы не лезла в драку. Я просил ее сидеть на корабле. Мы бы все равно поженились, все равно все было бы общим.

— Но ведь это ты проткнул ее мечем? И зачем вообще таскал ее за собой на такие зачистки, если любил?

— Сказать тебе, что это не твое собачье дело, собирательница аукционной падали? — зло ухмыльнулся Рэйф.

— Но ведь тебе самому хочется выговориться, — пожала плечами Вернис, — иначе бы не стал подкарауливать меня в такое время.

— Она была моим щитом от ножа в спину и осталась им до самой смерти. Ее проткнул мой меч, за моей спиной, но он был не в моих руках. Потом я убил их всех. Но это уже никому не помогло. Она была уже мертва.

— И что ты хочешь от меня? Сочувствия?

— Чтобы ты следила за космосом, за Наемниками и Мародерами. А твою долю добычи я буду отдавать тебе сам. И сражаться буду сам. То, что ты купила вчера умрет в первые 1–2 минуты, остальные в последующие 5–7.

— А я?

— А ты продержишься минут 15. Возможно 20. Но все равно умрешь.

— Я сильнее тебя! — спокойно возразила бывшая охотница.

— Неважно. Меня прикрывает техномагия, которой ты не обладаешь, и больше двух дюжин высших демонов, которыми ты не обладаешь также.

— Сколько длятся бои на втором уровне сложности?

— Как везде. Могут закончится сразу, могут длиться месяцами.

— Тогда я не улечу отсюда, пока все мои демоны не будут дотренированы до тех, кто сражается на первом и втором уровнях зачистки.

— Вам придется драться в подпольных боях, — противно ухмыльнулся Рэйф, официально так не прокачивают. И не у всех демонов есть способности так прокачаться. Но зато деньжат подзаработаешь на экипировку.

— Так и сделаю, — хладнокровно согласилась Вернис с его издевками, — а теперь, Рэйф, иди спать, ты пьян.

— Я провожу тебя, — заявил он, — соседний с вами корабль сегодня улетел и я занял его место.

— Тьфу ты, черт тебя подери, — выругалась Вернис, — ты преследуешь меня как маньяк.

Наемник отправил своих демонов вперед, а сам неторопливо летел рядом с новой напарницей. Они спустились вниз на дорожку между двух кораблей.

— И кстати, — вспомнил Рэйф, — если тебе понравилось на крыше, то приходи ко мне. Мы могли бы просто снимать стрессс…

— Забудь. Даже не мечтай, — отрезала рассерженная Вернис, и направилась к своему кораблю.

В рубке она проверила покупки. Обе параллельные планеты под названием Земля были покрыты знаками ее владений. Она имеет право уничтожить всякого, кто охотиться на ее территории. Хоть сама, хоть наняв Наемников или подав прошение в Стражу.

Вернис вырубила лишнюю энергию, включила все щиты, какие могла. С таким соседом как Рэйф надо быть всегда настороже. Потом пошла свою каюту. Там она сначала приняла ванну, потом отправилась в спальню. Ложиться в кровать она привыкла раздетой, без боевого доспеха. Но хладнокровно спрыгивая на пол, и принимая боевую стойку, она подумала о том, что привычки надо менять. Из ее постели, откинув одеяло, с непониманием смотрело на нее золотоглазое божество души. Прекраснейший из особей противоположного пола во всей Вселенной. Желаннейший и чудеснейший, мужественно пахнущий псиной и лесными цветами. Мягкие белые волосы разметались по кровати, а еще… у него был… хвост! Этого Вернис никак не ожидала. И как только его владелец смог столько времени отводить от него современные человечьи глаза. Если у нее и были какие–то сомнения насчет личности покусившегося на ее честь, то теперь они исчезли окончательно. У Рэйфа перекидывавшегося Оками хвоста не было.

Она зачарованно подошла и пристроилась рядом с обнаженным божеством на кровати:

— Что тебе здесь надо, любовь моя?

— А ты как думаешь? — искушающе ответила любовь, — я ведь обещал, что дам тебе то что хочешь, если вернешь мне меч.

— А завтра меня казнят. А тебя отправят в рабство. Если узнают.

— Долг телохранителя внушает мне, что надо одеться и уйти.

— Нет, — затрясла головой Вернис, — раз уж пришел, то за это можно и жизнью рискнуть. Да и кто об этом узнает, если ты не будешь выходить из корабля… А потом я отвезу тебя на твою планету.

— И тебе уже не обидно, что это только благодарность?

— Если бы ты предложил мне это раньше, не в моей каюте, то получил бы в морду и я бы отказалась. Но вот так… не могу отказаться от тебя… такого.

Он больше ничего не сказал. Потянулся к ней и уронил на подушки. Навис над ней сверху, упершись руками и коленями в кровать. Пушистый мех его хвоста приятно щекотал ноги, по их нервам бежали ручейки страсти. Бежали вверх. Потом он ее поцеловал. И началось такое… И она поняла, что весь ее вместе взятый интимный опыт, состоявший из победного грубого и страстного почти изнасилования Йоми, и того, чем они занимались в инвентарном домике с Рэйфом–подделкой — все это пустое ничто, по сравнению с божественной любовью Оками — Инугами, бога ее души и сердца. Любовью, которая заставляла все ее существо расцветать океанами порабощающе прекрасных невиданных цветов. Сладострастные стоны и рычание не стихали в ее каюте почти до самой середины дня. Хорошо, что каюта звукоизолирована.

Потом он оделся и ушел. Это был первый и последний раз невозможного одуряющего счастья. Она все еще лежала на кровати, которую он только что покинул, вжималась в оставленное им тепло. Вдыхала его запах и плакала от счастья. Возможно, ее и казнят за это. Но она не ошиблась. За это стоит умирать.

Зазвенел переговорник

— Кто там, в такую рань? — промяукала она в него.

— Вот это голос! — поразились на другом конце волны, — наверное, тебе снились хорошие сны, детка, а вот меня всю ночь мучили кошмары.

— Так тебе и надо, Рэйф, — безразлично ответила Вернис.

— Это за что же ты так на меня зла? — расхохотался он, — за это утро я успел только наговорить тебе комплиментов.

— Сейчас я включу видеофон, и ты побежишь стучать на меня Стражам, — обреченно сказала она, — но чем быстрее со всем покончить, тем лучше.

Пока она будет отвлекать всех тут на планете, корабль на автопилоте прекрасно доставит весь ее случайный экипаж по домам. Именно над этим она трудилась ночью, привязывая курс к точкам купленных ею планет.

Она встала с кровати, оделась и включила видео:

Рэйф присвистнул. И полуприкрыл лицо рукой

— Вернис, ты сошла с ума.

— Ничего не могу с собой поделать. Люблю его и все тут. Пусть казнят. Хотя бы перестанет мучиться сердце.

— Дурочка! Ты же не знаешь, что значит казнь на этой планете! Твое тело будут использовать в медицинских и техномагических экспериментах еще много лет. Ты еще лет сто будешь молить глухих о смерти.

— Откуда ты знаешь?

— Я капитально согрешил в юности. Мой отец был вынужден покинуть пост министра. Я провел в 'Казни' много лет. И у меня не было бы ни шанса выбраться оттуда, если бы не отец. А ты, насколько я помню, сирота.

— Значит… я просто выйду на улицу и застрелюсь, — пожала плечами прежняя хладнокровная Вернис.

Видео она выключила.

— Стой! — еще кричал переговорник. Но его она тоже выключила.

Выходя из корабля, Вернис спокойно пожелала ему приятного пути. Взлет через две минуты, трап убрался. Она отбежала подальше. Взлет!

— И тут кто–то крепко обнял ее, сильно прижимая к себе, выдирая из рук пистолет. Это оказалось не так то просто. Оказывая сопротивление, она почувствовала, как ее обволакивают сильные руки демонов, вырывая оружие. И тащут куда–то. Растяпа. Наслаждаясь призрачными следами прикосновений Оками, она забыла надеть боевой доспех.

— Экстренный взлет! — разнесся голос Рэйфа по корабельному пространству.

Потом он вернулся к ней.

— Твой корабль мы догоним. И миссию выполним. Твой грех я снова возьму на себя. И отцом твоего демоненка тоже буду я!

Вернис широко раскрыла глаза:

— Демоненка?

— Ага, залетела. С первого раза? Наверное, действительно, любовь.

Вернис шокировано смолкла, потеряв даже способность ясно соображать.

— Включи связь со своим диким кораблем, — озабоченно велел Рэйф, — скажи им, что это был случайный незапланированный взлет. Что мы скоро догоним и пристыкуемся. Моя команда будет обучать твою команду драться на втором уровень. Я хотел бы оставлять тебя на корабле. Но ведь ты не останешься. Поэтому тренировать тебя буду лично я. Ты сильнее меня, при отличной экипировке ты меня уделаешь. Но не сразу.

— У меня будет ребенок, — как во сне проговорила Вернис, пытаясь привыкнуть к этой мысли, или хотя бы понять что она означает, — ребенок–полукровка… Но кто поверит, что он твой…. Ты же не Оками.

Я техномаг–полудемон. Я могу быть кем угодно, — сжав зубы, ответил Рэйф.

— Теперь идем, покажу тебе мою спальню.

— Я люблю другого, — отрицательно замотала головой Вернис.

— И я люблю другую, — бесстрастно напомнил Рэйф, — но ты сама создала такие условия, при которых спасти твоего любимого можно только так. В следующий раз, как бы сильно тебе чего–то ни хотелось, надо сначала хорошо подумать о последствиях для всех. А не тем, чем думала ты. Ты можешь хотя бы его спасти, а я свою любимую нет. И все равно иду спасать наш контракт. Теперь идем.

У них снова все повторилось как в инвентарном домике.

— Осталось стереть вашу с ребенком ауру из его ауры, и проблема решена — устало сказал Наемник.

— Рэйф, — нервно спросила Вернис, — почему ты преследуешь меня?

— Потому что больше никто в гильдии не согласился прикрывать мне спину. Потому что наша встреча это рука судьбы Вселенной. Ты не чувствуешь этого? Кем бы ты была без меня сейчас?!

— Ты следил за мной? Тебе не нужны были курсы телохранителей?

— Да. Потому что ты из тех, кто не обманет напарника. Поэтому ты нужна мне. Именно ты мне очень нужна. И я никогда не позволю ничему плохому случиться с тобой. Обещай, что ответишь мне тем же.

— Я клянусь, — сказала Вернис, — клянусь быть твоим щитом.

— А теперь вставай, Наемница, и командуй своим кораблем!

Когда корабли пристыковались, почти никто ничего не понял. Кроме того, что у Вернис будет ребенок от ее напарника. Это вызвало небольшое изумление, но потом все успокоилось. И начались тренировки. Каждого члена команды Вернис тренировали до полусмерти сразу несколько демонов Рэйфа. Как ни странно, но Оками — Инугами, Йоми и мальчишка-Инугами почти всегда выходили победителями. Пока демонов в их спортзалах не стало намного больше. Вернис тренировал Рэйф. Он заказал ей космопочтой дорогущий боевой костюм, и в нем она сражалась с ним как будто насмерть. Она никогда не видела его таким страшным. Он превращался в разных демонов со страшной скоростью, а то и в несколько сразу и все они были магами. Вернис с трудом держала оборону и изредка пыталась атаковать. Она никак не могла понять, какой из демонов настоящий. Атаковать надо было именно его. И поэтому проигрывала.

Однажды, сидя с Йоми в столовой, она пожаловалась ему на это. На что тот рассмеялся.

— Это же так просто, сказал он, — магия это энергия. Любой определитель энергии в твоих руках засечет в ком ее больше всего. Он не может оставить себе меньше всех, потому что ему надо всех контролировать.

— А теперь, может поговорим о том, чьим ребенком ты обзавелась? — тихо спросил Йоми? — этот бесстрастный идиот даже не догадывается ни о чем. Может ему рассказать, чем кончилась ночь его благодарности?

— А надо ли? — сомнительно возразила наемница, — ты ведь слышал его снисходительно–отстраненное отношение к брату? Он не любит человечьих полукровок. Это во–первых, во–вторых, ты не забыл что за отношения с демонами людей казнят а их демонов распродают с аукциона? Я надеюсь, ты не станешь тем, кто оповестит об этом Стражей?

Йоми изменился в лице и медленно встал:

— Если бы ты была мужчиной, я бы тебя ударил.

Потом он ушел.

Она побежала за ним. Догнала, схватила за руки и сказала:

— Я не была мужчиной, когда пыталась тебя захватить и это не мешало тебе бить по мне мощной магией и когтями, уродуя мне кожу и кости. Но прости. Прости за то, что притащила в этот мир. Прости за то, что не верю тебе.

— Я дрался совсем с другим человеком, — блеснули невидящие глаза Йоми, — с таким же, как я. Но, ты больше не похожа на меня. Ты все больше становишься похожей на цветок. Который нельзя ударить, потому что он исчезнет и перестанет радовать глаз.

— У тебя же нет глаз.

— Глаза бывают не только у тела. Но и у души.

— Прости меня и за это. За то, что я меняюсь и меняю отношение ко мне. Или лучше не прощай меня за это. Не прощай хотя бы ты. Потому что, сама я себя уже простила. И продолжаю сама портить себе жизнь.

После этого разговора Рэйф не выиграл у нее ни разу и понял, что надо менять тактику. Но как бы он ее не менял, Вернис либо сама, либо с помощью Йоми разгадывали ее. Потом она научилась разгадывать Рэйфа сама. Тренировки подходили к концу, но все же, женатой паре волков велели держаться в центре или охранять корабль. Приближалась планета–задание второго уровня сложности.

Место приземления просто кишело демонами. Не сказать, что они были сильными, но их было очень много. Они двигались сплошным потоком в одном направлении и казалось, что бегут. От чего–то более страшного, чем они сами. Демоны Рэйфа высыпали наружу и минут за десять расчистили место посадки. Что позволило спокойно выйти наружу остальным и приготовиться к бою. Приближалась еще волна демонов. От чего они бегут в такой панике? — думала Вернис. Она поднялась в воздух и полетела по направлению движения демонического потока. Ее догнал Рэйф:

— Ты куда? У нас есть координаты, которые нужно зачистить, остальное не наше дело.

— Я умру от любопытства, если не узнаю в чем дело. Почему они такие перепуганные и… второй уровень, а они такие слабые.

— Их бесконечно много и не такие уж слабые. Даже на твоих демонах раны. Не говоря уже о моих, среди которых лечиться умеет меньше половины.

И тут она увидела причину. Ямата–но–Орочи и Кьюби–но–Курама в смертельном бою. Во время драки они поглощали более мелких демонов, чтобы стать сильнее.

— Это мой мир! — удивленно сказала она напарнику, — эти демоны из мира, купленного мной. Где–то здесь — мародеры. Я намереваюсь их убить, а зверей заберу себе.

— Не так быстро, милая. У нас туча недобитых по контракту демонов, скорее всего тоже не местных и подлежащих отлову. И Мародеры. Надо вызывать армейскую Стражу.

— Стража заберет демонов, — возмутилась наемница, — а они нужны мне. У меня всего три демона такого уровня. Ты должен понимать!

— Хорошо, — не стал спорить Рэйф, — я разберусь на тех координатах, а ты призывай своих хронов. Если явятся Мародеры — зови.

И он воткнул переговорную кнопку ей в ключицу.

— Ай! Садист, — гневно выдохнула девушка.

— Так тебя будет лучше слышно, детка! Не умирай!

И он исчез.

Вернис призвала Оками–но–Ину, полу-Инугами и Йоми:

Их надо доставить в боксы, — велела она.

— Ого! — присвистнул мальчишка Инугами, — наш отец как–то дрался с Орочи и чуть не погиб. Вернее, погиб из–за полученных ран. Прямо из боя побежал спасать деревню своей любовницы от набега. И его одолели люди. А тут еще и Кьюби.

— Во–первых, во время боя вас буду лечить я, во–вторых дроиды. В третьих, Йоми и Оками могут поглощать энергию убегающих демонов. Кьюби на мне и Йоми. Второй на Оками и Инугами. В бой! — скомандовала Вернис.

Два высших демона–полубога перестали драться между собой и обратили внимание на вновь прибывших. Орочи, поняв с кем имеет дело, расхохотался:

— Я уделал вашего отца, а его щенки пришли победить меня?!

Но щенки были экипированы священными мечами и заряжены техномагией, не считая собственной магии. Оками использовал обе формы, поливая Орочи кислотой. Тот тоже плевался ядом. Но корабль моментально находил противоядие и передавал состав дроидам. К тому же, раны залечивались в момент. Полу — Инугами поливал змея огнем и оставлял на нем глубокие пылающие раны от когтей. И вскоре восьмихвостая гидра лежала прижатая к Земле, обливаясь кровью. Дроиды обрабатывали его снотворным и тащили к кораблю.

У Вернис и Йоми тоже было все в порядке. Йоми поглощал магию Кьюби, периодически покрываясь нерушимой духовной сферой. Чем больше щит поглощал магию вокруг, тем прочнее становился. Техномагию он поглотить не мог, она была ему не по зубам из–за иной магический структуры. Вернис летала вокруг лиса словно гарпия, и как заправский ветеринар рубила мечами по самым уязвимым точкам. Вскоре свалился и Девятихвостый. Ударом магического урагана Йоми добил волну мелкой зубасто–когтистой серой нечести.

Ожидаемо, но все равно внезапно, появилась техномагическая сеть, накрывшая наемницу вместе с демонами и демоническими зверями. И объявились Мародеры. Сейчас это были бывшие охотники–аутсайдеры, не удержавшиеся в Гильдии и использующие демонов для охоты на демонов.

— Хорошо поработала, Наемница, — издевательски заржал один из шайки, — самим нам, с нашей–то дешевенькой техникой, такие громадины не под силу. Но ничего, продадим на аукционе этих пять и разбогатеем. Да еще твой доспех. Сними его и передай сквозь ячейки сети.

— Или что? — хлестнул его ледяной голос Вернис. Пять. Значит, они намеревались убить ее и объявить демонов бесхозными.

Это поняли все.

— Или мы знаем еще и подпольные человеческие аукционы, — глухо заржал еще один мародер.

— Твой напарник успел поджать хвост и, зачистив район, скрылся, — продолжал издеваться первый, — как жаль. У него тоже было много хороших демонов на продажу.

— Я выбираю аукцион, — громко и спокойно ответила Вернис, — и остаюсь в своем доспехе.

— Как скажешь, киска, — грубо расхохотался чей–то голос.

Сеть начала сжиматься, превращаясь в кокон, ее ячейки уменьшались на глазах.

В небе появился корабль мародеров, скрытый до этого щитом невидимости. Чтобы поднять в себя сеть. И тут–то по нему начали долбить техномагические орудия корабля Рэйфа, прямо с орбиты. Взрывы заставили выпасть из невидимости еще два корабля. После Рэйфа, из Мародеров в живых остались только те, которые были на земле. Наемник каким–то образом также оказался на земле. Видимо, на его корабле есть транспортный луч, решила девушка, у нее самой такого не было. Рэйф обратил процесс коконизации вспять, поднял сеть и откинул ее в сторону, накрывая Мародеров. Сеть тут же сжалась в мешок.

— Хорошая добыча, — расцвел в белозубой улыбке наемник, — зачистку делим 1 к 10, ваши волки тоже старались. Демонов тебе, мародеров мне. Идет?

— Идет, — равнодушно согласилась Вернис. Она вообще не рассчитывала на какую–либо часть платы за этот контракт, она его не выполнила. Но не отказываться же от предложенных денег.

— Что, даже спасибо не скажешь? — испытующе заглянули ей в лицо зеленые глаза наемника, — если бы не я, щеголяла бы сейчас прелестями на подпольном рабском аукционе.

— Ты сделал меня приманкой, — зло процедила Вернис.

— А ты кем хотела быть, если повелась на приманку? Твои демонические звери ею и были, их сюда заманили телепортом, а взять не смогли. Вызов, похоже, дали Мародеры. Но участок зачищен, плату от Стражи мы получим. Отправляемся домой. Кстати, я тут решился просить твоей руки… все же — у нас будет ребенок.

Вернис скептически посмотрела на зеленоглазого мошенника:

— У нас уже есть контракт, и его условия устраивают меня больше, чем условия брачного.

Она решительно отпихнула наемника с дороги и велела дроидам тащить Орочи и Кьюби в боксы. Телохранителям велела собраться в корабле, а сама полетела сверху, периодически сопровождаемая с земли внимательными взглядами своих телохранителей.

На корабле она предложила зверомонстрам принять человеческий вид для серьезного разговора, пока на них не подействовали наркотики. Орочи принял вид белокожего черноволосого желтоглазого красавца. Без видимых ушей, но зато местами с блестящей перламутровой чешуей и загадочным выражением лица. Он совершенно спокойно лежал на кушетке в боксе, казалось, не замечая цепей. А Кьюби стал высоким рыжеволосым юношей, с рубиновыми глазами и искаженными злобой чертами тонкого красивого лица, ежеминутно пытающимся цепи порвать.

— Ну так вот, — начала объяснять Вернис, — я Наемница и мне нужны телохранители, вы видели их работу. Либо я продам вас на рабском аукционе и куплю себе согласных хронов такого же уровня, либо клятву телохранителя дадите мне вы. Отличие этого мира от вашего вы видели тоже. От хозяев вам не сбежать. Решайте пока. Если нужна будет еда, нажмите на большую желтую кнопку рядом с квадратным отверстием на двери.

До того как наркотики начали действовать усыпляюще, оба демона принесли Вернис клятвы телохранителей и переселились в каюты, знакомясь с командой.

— Ну что ж, — подвела итоги Вернис за общим столом, — до дюжины мне надо еще семь высших демонов и я смогу принимать нормальное участие в зачистках второго уровня. Без помощи Рэйфа.

— Думаю, еще на одного с аукциона тебе хватит, — предположил Йоми.

— Возможно, — согласилась Вернис, — но сначала мне надо доставить волков и малыша Ину домой. И освободить их от клятвы, как показала практика, второй уровень слишком высок для них. Оками тоже может остаться на своей планете, вызов все равно подействует и там. Новичков высадить пока не могу, потому что им еще надо пройти курсы телохранителей. А теперь всем спать.

Как обычно, она проверила корабельные программы, вырубила лишнюю энергию, включила все щиты и пошла в спальню.

Ее кровать снова была занята умопомрачительным Оками.

— Чем теперь я заслужила твою благодарность, душа моя? — печально улыбнулись губы Вернис

— Я пытаюсь тебя полюбить, — спокойно ответил он, — в тот раз мне показалось, что я смогу это сделать. Ты… не похожа на других.

Вернис сглотнула мгновенно пересохшим горлом, и включила переговорник.

— Рэйф?

— Что тебе, детка?

— Если я буду делить каюту с любимым, что мне теперь за это будет?

— Ничего, — отрезал он уже зло, — аура маленькой креветки висит на мне, процесс ее изготовления тоже. Ты можешь делать что угодно, отвечать за твою похоть все равно буду я.

И Наемник отключился.

Вернис уже пожирала глазами Оками. Он влек ее, как в детстве елочная игрушка, как в юности сверкающая далекая полярная звезда. Но, они не могли открыто любить друг друга, и это напрягало. Вот, что было другим, что отличало ее от других женщин, влюблявшихся в Оками. Она знала, что за эту любовь ее ждет долгая мучительная казнь. И любила его каждый день, всем своим существом, как в последний.

— Скажи, — вдруг пришла ей в голову мысль, — как ты вернул волчицу?

— Убил жнецов. Темный меч это может.

— А можно ли вернуть давно мертвого человека?

— Можно, если открыть портал в Мир Мертвых и человек сам согласиться пойти назад.

— Ты можешь вернуть Лайнирс Рэйфу?

— В своем мире я Повелитель мертвых. В этом не знаю.

— Надо попытаться. Я пойду с тобой. Это можно?

— Инстинкт телохранителя говорит мне, что нельзя. Но я ведь не смогу заставить тебя отказаться от этой идеи, Охотница.

— Думаю нет, — лукаво улыбнулась Вернис. Ничто не заставит ее позволить Оками остаться одному в мире мертвых, — когда мы можем пойти за Лайнирс?

— Если ты меня не хочешь, — мягкие белые прядки волос взвились над недовольно шевельнувшимися острыми звериными ушами, — то можем прямо сейчас.

— Кто тебе сказал такую глупость, — возмутилась Вернис, раскидывая доспехи по всему помещению, — я в душик и сразу к тебе, мой обожаемый Повелитель. Мертвых.

Она снова испытала его божественную любовь, уносящую ее куда–то между небом и землей. Ее тело будто танцевало в огне страсти и нежности под светом золотой Луны и странно–мелодичные звуки волчьего воя. И ее огорчало только то, что благодарить за все это немыслимое наслаждение, чтобы оставаться в живых, ей приходится не одного мужчину, а двух.

Демонических волков и полу-Инугами обещал доставить на родную планету Рэйф, ему было по пути. Наемник летел сдавать пойманных Мародеров туда, где за них была назначена награда. Йоми с Кьюби и Орочи отправились в Школу телохранителей. И Вернис, довольная подвернувшейся удачей, осталась с Оками наедине.

И, конечно же, все началось с ее каюты. Когда, уставшие и измотанные негой удовольствий, они расслабленно лежали на большой кровати, она мечтательно сказала:

— Знаешь, если бы можно было вот так летать на корабле вдвоем, я бы развела цветы по всему кораблю. Самые разные. Я бы собирала их со всех планет. Да что там на корабле. Если бы хоть где–то во Вселенной было бы такое место, где человек и демон могли бы жить вместе…

— У нас живут, — влез в мечты ровный голос Оками, лениво щекотавшего ее тело пушистым хвостом, — в мире Йоми тоже живут. Ты можешь просто остаться на любой подобной планете с кем пожелаешь. И выбросить свой жетон гражданина Империи.

— Не могу, — сокрушенно прошептала Вернис, — все миры, на которые когда–либо ступала нога гражданина Империи, принадлежат Империи и должны подчиняться ее законам.

— Видимо, во многих захваченных мирах об этом никто не знает. И они живут по своим законам. Стражи на все обитаемые миры не хватит.

— Жетон выкинуть не могу, — печально вздохнула Вернис, — в регистрационной базе мое ДНК. Для показательной казни изменника найдут на любой планете и в любом измерении. Для постоянного контроля всюду Стражи может и не хватит, но для спецопераций повсюду ее хватает с лихвой. Однако же, не все измерения доступны Человеческой Империи… в них, может быть, можно обрести счастье, но в них невозможно пробиться. Они закрыты изнутри. Есть и другое препятствие цветочному раю.

— Какое же? — из вежливости задал вопрос прекрасный могучий божественный зверь в человеческой форме, глядя в потолок.

— Ты не любишь меня.

— Но, ты уже притягиваешь меня как женщина, — безучастно сообщил он потолку, — ты перестала быть похожей на Охотницу и не стала Наемницей. В тебе все больше цветочных черт… которые влекут меня, заставляя приходить к тебе…

Он резко замолчал, как–будто, спохватившись и оборвав себя на полуслове. Но затем спокойно продолжил:

— Я во всем стремлюсь к самосовершенству. И такие черты заставляют меня вступать в соревнование за обладание их красотой и ароматом с соперниками. Осторожное и напряженное соревнование. Ведь цветок такой хрупкий. Его можно неосторожно помять в пылу спора и он исчезнет. Но он такой манящий, что отступить невозможно. Битва за цветок — как битва с тонкой фарфоровой чашкой в руке. Требует наивысшего мастерства, к которому я всю жизнь иду. Поэтому человеческие цветы будят во мне то, перед чем не могу устоять. Теперь и ты похожа на бутон такого цветка.

— Но, ты не любишь меня.

— Прости.

— Забей, — устало простила Вернис, — идем в Царство Мертвых искать Лайнирс.

— Пойдем когда вернутся твои телохранители. А лучше, еще и твой напарник.

— Это почему?

— Потому что, на нашей Земле даже Бог не смог спасти свою Богиню из Царства Мертвых. И получил множество ран прежде, чем выбрался обратно. Там очень много демонов. Многие очень древние и сильные. И давно не ели свежатины. Если считать по вашим наемническим уровням от десяти до одного, то там будет уровень минус двадцать.

— Но, ведь ты Повелитель Мертвых. Всех мертвых.

— Из иного измерения. Моя кровь оками–ину чует тут другого Повелителя.

Несколько дней спустя, на площадку рядом с кораблем Вернис, которую она заставила желтыми маяками «Занято» сел корабль Рэйфа, уничтожив маяки. Наемник тут же примчался ломиться в дверь:

— Вернис, детка заботливая моя, выйти на трап, я тебя крепко обниму. Соскучился.

Вернис вздохнула и нажала входную кнопку. Рядом с ней стоял Оками и их ауры снова сверкали любовью как солнечные зайчики.

— Понятно, — скривился Рэйф, — ты не скучала. Я развез твой зверинец по домам.

— Спасибо тебе, Рэйф… — осторожно начала Вернис, — ты нам поможешь или нет?

— Иди за мной.

Вернис глубоко вздохнула и резко выдохнула. И посмотрела на любимого. Сузив желтые глаза в линию клинка, тот смотрел вслед Рэйфу так, как будто хотел порубить его взглядом. Но ничего не мог сделать, по–другому никак нельзя. Не в этом измерении. Возможно, поэтому в его лице и жестах никаких эмоций не наблюдалось.

После акта перепроецирования человеческой ауры Вернис откровенно рыдала, одевшись и забившись подальше в угол каюты Рэйфа.

— Я так больше не могу Рэйф. Позволь мне напиться и застрелиться. Чем такая жизнь лучше казни?

— При такой жизни… — на лбу Рэйфа появились морщинки, — тот, кого ты любишь, остается свободным и живым. У меня начинают возникать сомнения в том, что ты любишь этого волка. Да, ты готова на многое ради своего зверя. Но… думаешь в общем и целом, только о себе.

— А у меня вся команда такая, — успокоенная накатившей злостью холодно подняла голову Вернис, — и любимый. И даже напарник такой же. С чего мне–то быть другой?

— Твоя правда, — расхохотался красноволосый наемник.

— И тем не менее, я другая, — тут же решительно опровергла Вернис и себя, и партнера, — я могу смотреть только на него, и поэтому могу думать только о нем. Ему не нравится быть свободным и живым такой ценой. Его это не просто огорчает, его это бесит. Когда ты был с Лайнирс, у тебя были другие женщины? Шлюхи, например?

— Конечно были, но редко. Боялся яда или ножа, пока сплю, — рассмеялся Рэйф, не понявший ее слов, — но они совсем ничего не значили. Значение имела только Лайнирс.

— Ей наверное было больно от твоих измен…

— Не особо. Она была любимицей гильдии, Вроде как ты у Охотников. Так что тех, кто ничего не значил, хватало и у нее.

— Хмм. Но ты хотел бы вернуть ее, Рэйф?

— Вернуть Лайнирс? КАК?! Призвать призрака, сделать клона? — циничная улыбка исчезла с лица наемника и теперь злился он, — Зачем?! Лайнирс умерла. И все, точка.

— Но, ее можно вернуть из Царства Мертвых, — удивленно возразила Вернис. Неужели, он не знал? Он же полудемон, — если она сама захочет. А еще, оттуда очень трудно выйти живым. Как говорит Оками, сложность уровня минус 20.

— А тебе–то там что надо? — в свою очередь удивился Рэйф.

— Я точно не знаю, — пожала плечами Вернис, — возможно, я начинаю видеть в тебе друга. Или у меня развиваются суицидальные наклонности. Или я думаю, что моя жизнь станет легче, если ты будешь занят приставаниями к бывшей подружке. Но если ты захочешь ее вернуть, то я пойду с тобой, со всеми своими демонами.

Спустя три дня Рэйф вызвал ее на трап.

— Собирайся на Аукцион. Тебе нужна хотя бы одна дюжина хронов. Расплатишься потом. Вычту из твоей доли.

На Аукционе они долго спорили, но в конце–концов, у нее появились: Кагуцути — демон огня, вулканов и восьми демонических мечей, Райджин — бог грома и молний, Цучигумо — демон–паук, Юрей — демоница марионеток. Демон Райкири — режущий и разбивающий любой магический демонический удар на мелкие части, к тому же имеющий и сильные атакующие способности, Белая кумихо — девятихвостая лисица, ничем не уступающая ни в силе, ни в магии Кьюби, но только раз в сто злее и коварней, Хэби — демоница–змея, способная рассыпаться в тысячу ядовитых змей. Вместе с ее демонами получалось 11. Но больше на Аукционе ничего хорошего не было. Они обошли даже все работорговые дома. На всякий случай. Но безуспешно.

В присутствии Рэйфа и его демонов никто из новоприобретенных не посмел ничего возразить против службы Вернис, и поторговаться с ней за поблажки. Все принесли ей клятвы телохранителей, надели ошейники и отправились на курсы. После которых еще пару недель вся команда тренировалась в спортзалах обоих кораблей.

Цветочная лихорадка Вернис оказалась заразной. На корабле появились парочки. Орочи и Хэби, Кьюби и Кумихо, Цучигумо и Юрей. Парочки были не то чтобы крепкие, не как у предыдущих волков. Были у них и измены. Но Рэйф сказал, что это все равно очень плохо. В бою они скорей всего будут пытаться защищать друг друга и забивать на приказы. Их нельзя ставить в одну команду. Однако, если команда будет большая, то парочки надо разбивать другими демонами–напарниками. А лучшая тактика — съездить в медцентр и прочистить им всем мозги. Но Вернис не могла пойти на такое. Ее истерзанное запретной любовью сердце запрещало ей рушить чужое счастье. И Йоми, и даже Оками громко кричали на нее вместе с Рэйфом, что ее напарник прав. Но Вернис стояла на своем. Она не будет резать мозги своей команде. Никому. Парочки поклялись за пределами корабля вести себя предельно дисциплинировано. И черный меч Оками — Инугами открыл портал в Мир Мертвых. Всем было приказано надеть герметичные техномагические маски и всех, кроме Оками–но Ину окутал потусторонний черный огонь Рэйфа. Иначе живому в портал было не войти.

Первым шел Оками. От его черного меча демонические сущности либо разлетались в страхе в разные стороны, либо наоборот налетали, чтобы покончить со своей сущностью навсегда. Никто не смел заступить путь Повелителю Мертвых. Сразу за ним шла Вернис и ее команда, затем Рэйф со своей командой. На них с Вернис демонические сущности нападали без конца. Без остановки. Кто–то почти сожрал Хэби. Но Цучигумо, ее напарник на этом задании, успел своей паутиной вытянуть обе части, и срастить Хэби в коконе. Почти все телохранители были изранены и сквозь раны выходила жизнь. У них оставалось не так много времени.

— А где же люди, Оками?

— Я вошел не через главные ворота. Мы идем черед ад. Если здесь и были человеческие души, то они давно поглощены. Если здесь есть Лайнирс, надеюсь у нее было много духовных сил, чтобы продержаться

— Не говори тупостей волк, — взвился Рэйф, — ей нечего делать в аду. Так куда мы идем?

— Мы ищем Повелителя этого Мира Мертвых. Вернис была права. Это не мой мир, я не могу отсюда попасть домой. Значит должен быть второй Повелитель, и он должен знать обо всем, что происходит в его Царстве

Цучигумо пришлось взять в свои коконы еще и двух демонов Рэйфа. И он переместился в центр колонны, приняв на себя обязанности санитара. Однако, при любой удобной возможности атаковал, выплевывая ядовитую паутину на проносящиеся поблизости души демонов. Из преимуществ, у обеих команд были святые мечи и взрывчатые боеприпасы. Одним из таких 8 мечей Кагуцути успел спасти свою напарницу Юрей. Которую чуть было не разорвали на куски, пока марионетки, сделанные из ее волос и нападающих демонов, убивали других нападающих демонов. Теперь у Кагуцути было 16 мечей, 8 проклятых и 8 священных. И ему нравилась битва. В отличие от Юрей, демоница была серьезно поранена, и скоро ее ждал кокон Цучигумо. А ее напарник и Райджин носились по аду, изрыгая громы и молнии. Причем последние они освящали святыми мечами. Они косили демонические сущности сотнями и вслух жалели о том, что в команде нет демоницы дождя. Тогда кумихо вспомнила, что если она плачет то идет дождь, но для этого она должна испытать человеческую боль. Кьюби, не говоря ни слова и немедленно приняв человеческую форму, впился долгим поцелуем в Вернис. И от рева кумихо содрогнулся ад. Дождь, который демоны Рэйфа и Вернис принялись освящать техномагическими взрывчаткой и мечами, все–таки пошел. Но Кьюби пришлось драться с кумихо. Лисица, забыв обо всем кидалась на наемницу, пытаясь разорвать Вернис на мелкие кусочки. Вернис побелела как мел, она забыла что метка телохранителя не действует в Царстве Мертвых и перед спуском не активировала ошейник. Когда она, наконец, включила его, он тут же протряс мощным болезненным зарядом все тело демоницы, свалив ее на землю. Кумихо, в судорогах, упала мордой к ногам Вернис, все еще пытаясь укусить, несмотря на страшную боль. И плакала, и шел дождь.

— Дурочка, бесстрашно погладила ее между ушами бронированными пальцами Вернис. Он же сделал это, чтобы спасти тебя. Смотри. Вокруг нас ни одного демона. Все — очищены твоими слезами!

— Куда и сколько нам еще идти? — поинтересовался пробравшийся к ним, грязный и всклоченный красноволосый наемник.

— Сколько понятия не имею, — бесстрастно пожал плечами Оками, — но он знает, что мы здесь. Здесь также есть место, называемое Глазом Царства Мертвых. Вот туда я и иду. Если Повелитель не объявится раньше, я обойдусь без него.

И тут, из ниоткуда, вылепившись прямо из окружающего мрака, перед ними возникла огромная непроглядная тень. Черный Феникс, объятый танцующими языками фиолетового пламенем.

— А вот и второй Повелитель — надменно сообщил Оками, останавливаясь.

— Второй в нашем случае ты, Повелитель неизвестного мне Измерения Мертвых, а я — Первый, — столь же надменно улыбнулся Феникс. Очеловечивший свою огромную голову и склонивший было ее к колонне живых, но моментально одернувший пылающий глаз от святого меча, — что вам здесь нужно?

— Девушка по имени Лайнирс. Ее проткнули проклятым мечом, поэтому ее душа должна быть где–то здесь, — немедленно ответил Рэйф, успев раньше Оками.

— Это его ошейник надет на тебя, Повелитель Мертвых? — громоподобно и оглушающе расхохотался Феникс, — Хотя… меня такими трюками не проведешь. Ты служишь не ему. И даже не своей любовнице. Тебе просто интересен этот грязный мир. ТАК ЧЕМ ЖЕ ОН ТЕБЕ ИНТЕРЕСЕН, ОТВЕЧАЙ. ВОЗМОЖНО Я ОТДАМ ТЕБЕ ТО, ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ.

— Демоны, — презрительно ответил Оками, — здесь много сильных демонов и мало сильных людей. Тем не менее, демоны служат людям. Мне интересен этот феномен.

— Техномагия. Проклятая техномагия, которая делает нас бессильными, — снова взревел Черный Феникс. Но уже яростно.

Пока Повелители беседовали, команды Рэйфа и Вернис продолжали сражаться. Вместе с боссом пришла и его свита. На ногах еще оставались окружившие Цучигумо Рэйф, Вернис, Лисы, Йоми, Райджин, Райкири, Кагуцути и несколько демонов Рэйфа с закрытами лицами.

— Оставьте их, — вдруг скомандовал Феникс, — принимая нормальную человеческую форму.

Он был очень бледный, разноволосый. Глаза его горели янтарем, а длинные гладкие чуть волнистые волосы разбегались по адскому мраку мерцающими ручейками черных и фиолетовых прядей.

Он поднял черный меч. Оками поднял свой.

— Я просто перенесу вас туда, где находится эта девушка, — спокойно объяснил Феникс.

— А я просто предохраняюсь, — безразлично объяснил Оками.

Феникс не обманул. Лайнирс действительно была там. Раздался дикий нечеловеческий полувой Рэйфа, как будто внезапно сошедшего с ума. И в этот момент на разлаженную команду напала свита Феникса. А на него самого напали Оками и Йоми.

Вернис изо всех сил пыталась оттеснить непосильных ей громад от Цучигумо. В его коконах должны были дожить до медцентра члены их команд. Боевой доспех, работающий на пределе возможностей, сожрал уже половину энергозапаса. Рядом с Вернис, со смертельной решимостью, всеми своими когтями, зубами, мышцами и магией дралась пара Кьюби — Кумихо. С другой стороны Цучигумо все также зачарованные боевым трансом дрались Райкири и Кагуцути. По Райджину, прикрывавшему их сверху, ударила чья–то демоническая бомба и его пришлось отправить в кокон. Вскоре им ничего больше не осталось, кроме как закрыться двухслойным демонически–техномагическим щитом. Сражаться они больше не могли. Всю оставшуюся энергию и магию они тратили на щит. Надежда была только на обратный порт и Оками. Половина свиты Феникса осталась у щита. Половина устремилась за остатками демонов Рэйфа. Но Рэйф вернулся с Лайнирс. Со своими демонами и без остатков свиты Феникса. Тех, что были у щитов, он тоже добил. Таким свирепым, потерявшим всякое сходство с человеческим существом, Вернис не видела его никогда. Сунув Лайнирс сквозь щит, наемник–полудемон с прежним страшным ревом, молниеносно меняя обличья на удобные в нужный момент, накинулся на Феникса. Который все еще успешно противостоял двум соперникам. Но с приходом наемника ситуация быстро изменилась. И, наконец, Оками занес над ним свой черный меч. Останавливающе вытянув окровавленную руку перед мечем, Феникс прохрипел:

— Если один Повелитель убивает другого Повелителя, то устанавливается связь между Царствами Мертвых. Ты хочешь домой, Оками? Наемница, у тебя ведь не хватает еще одного телохранителя до дюжины. Я готов им стать. Решать тебе, кандидат в Повелители Двух Царств.

Меч Оками замер над его шеей:

— Решай, Вернис, — спокойно сказал он.

— Телохранитель! Мне нужен телохранитель! — тут же закричала Вернис, которую пронзило тяжелейшее предчувствие чудовищной невосполнимой утраты.

Феникс принес клятву. Вернис настаивала на том, что с него надо еще раз взять клятву, на поверхности. Царство Мертвых слишком обманчиво. Но, пойти с ними в мир живых Феникс не мог. Он обещал связаться с Оками, чтобы пройти курсы телохранителей. А сейчас ему надо было остаться в Царстве Мертвых, чтобы навести порядок после всего, что они тут натворили. Вернис не верила ему, но ей было все равно. Она взяла еще одного телохранителя только потому, что боялась потерять Оками. Своим черным мечем Феникс открыл портал прямо к трапу их корабля. Последними вышли побитая изломанная Вернис и божество ее души, Первое и Единственное навсегда, в еще более плачевном состоянии. Вернис осторожно подлезла к нему и обняла, чтобы помочь добраться до медпункта. Не потому, что он не мог идти, а потому что не мог ей отказать. А для нее любое его прикосновение было оживляющим.

— Почему ты не убил нас с Рэйфом и не сбежал? Кроме меня и Рэйфа только ты знал, что печати телохранителей не действуют в Царстве Мертвых.

— На твой вопрос я ответил Фениксу, — невозмутимо объяснил Оками.

Рэйф бережно нес на руках белоснежную как призрак Лайнирс в свой корабль.

Рэйф заперся в своем корабле и попросил пару недель его не беспокоить. За это время Вернис успела в одиночку походить по зачисткам второго уровня. С двумя Повелителями Мертвых и всей ее командой она уже рассчитывала на то, что и первый уровень ей по плечу. Денег девушке хватало еще на полдюжины демонов. И, посоветовавшись с Йоми и Оками, она купила демоницу грозы и дождя и еще 5 боевых демонов, поглощающих магию. В Гильдии Наемников за свою отчаянность она начала набирать популярность, ее перестали считать подстилкой Рэйфа. Она уже знала всех по именам и всегда кричала какую–нибудь веселую колкость в ответ на грубоватое приветствие. И, возвращаясь на планету, никогда не забывала приходить на чай к Направляющему и приносить с собой что–нибудь вкусное. Он сообщил, что Вернис начинают принимать за вторую Лайнирс, которую тоже любили в гильдии. И Рэйфа ненавидят не столько за то, что он полудемон–техномаг, сколько за то, что позволил умереть Лайнирс.

На первой же зачистке первого уровня, на которую она решилась для пробы, Вернис чуть было не потеряла всю команду и не погибла сама. Положение спас Повелитель Мертвых Феникс, они ушли с планеты через портал в его Царство. Вернис предложила ему открыть огромный портал для всей территории зачистки и закрыть всех демонов в Царстве Мертвых. Но Феникс сказал, что это невозможно. В портал, какой угодно величины, можно проходить только поодиночке и вряд ли враги на это согласятся.

— Придется платить штраф, — огорчилась наемница, — ничего не поделать. Но, у нас по пути задание второго уровня, хватит хотя бы на штраф.

На месте приземления они застали массу сильных демонов, атакующих затерявшуюся посреди леса одинокую маленькую человеческую усадьбу с одноэтажным домиком. Команде наемницы понадобилось не больше получаса, чтобы одолеть всех нападающих. Но, когда их уже не осталось, заклятья из домика все равно продолжали бить. Вернис, прикрываемая технощитом, ворвалась внутрь, черед искореженный дверной проем:

— Эй, хватит, диких демонов больше нет. Остановись! Немедленно!

В нее тут же полетела молния, которую рассеял Райкири. Как только его присутствие было обнаружено, невидимый маг начал свою войну с новой силой. Ноги Вернис стали обвивать ядовитые лианы, растущие на глазах прямо из пола. Наемница разозлилась и увеличила уровень силы боевого доспеха. Но не смогла оторвать от пола ногу, пригвожденную к нему лианами. Она увеличила мощность доспеха на максимум. Тот работал на полную катушку, это показывали приборы и подтверждал демон–хрон. Но, тем не менее, доспех больше не слушался Вернис. Пока ее демон воевал с ядовитой магической растительностью, наемница вывернулась из доспеха и сняла с него мечи. Рассчитывая всего лишь на одну свою человеческую силу, вытащила на улицу молоденькую брыкающуюся, и изо всех сил сопротивляющуюся девушку лет семнадцати.

Одного взгляда на девушку оказалось достаточно, чтобы ее странное поведение сразу прояснилось. У девушки был тяжелый психический шок. Поэтому ее просто вырубили и отправили на корабль. На всякий случай — в бокс для демонов.

— Здесь причина ее безумия! — крикнул Йоми. Он стоял между домиком и сараем, где валялись разорванные и полусожранные люди. Вернее части людей, — кажется, это была ее семья.

— Скоро успокоится, мы за них отомстили, — объявила Вернис, — задание выполнено! Район зачищен! Возвращаемся.

— А вот нам спокойствие не грозит, — громко сообщил Оками, сбросив под ноги Вернис труп демона в ошейнике. Одетого в униформу Армейской Стражи, — это их командир.

— Мы убили Стражу?! — остолбенела Вернис, — может быть, это ряженый Мародер?

Но, она сама не верила в свое недоверие. Поэтому, не могла заставить себя прикоснуться к телу, не желая подтверждений словам любимого. Тем не менее, и без проверки зная, что он не мог ошибиться. Хладнокровный как всегда, Оками лишь отрицательно покачал головой:

— Похоже, что зачистку надо было проводить против семьи того чудовища, которая сидит у тебя в боксе.

— Но… — продолжала хвататься за свой рушащийся мир наемница, — Но, она же — человек!

— Проверь имперскую базу граждан, — задумчиво попросил Йоми, — возможно, уже не человек. Возможно, природные маги больше не считаются гражданами и приравнены к демонам.

База подтвердила догадку Йоми. Планетарные сканеры показывали множественные значки Армейской Стражи. На этой планете Стражи Империи вели полномасштабную ликвидацию местного населения, людей–магов.

— Я пойду поговорю с девчонкой, — тихо сказал Йоми, — надо привести ее в чувства и убедить стать твоим телохранителем.

— Как же так… — широко раскрытыми глазами Вернис смотрела на планету в мониторах, — они такие же, как мы. Только их магия не техно, не создана людьми.

— Видимо, их существование представляет собой угрозу для техномагии, — вкрадчиво предположил Феникс.

С планеты начали подниматься корабли Стражи. Очевидно, с магами было покончено. Двадцать четыре корабля, пятьдесят боксов на каждом, все заполнены. Население планеты по вчерашним данным составляло два миллиарда человек, — посчитала Вернис, — сегодня все мертвы. А планета заполнена дикими демонами, которых привезли с собой Стражи. Вероятно, на случай, если кто–то выжил после планетарной зачистки. Возможно, на такой же случай были вызваны и несколько наемников. Точки их маленьких юрких кораблей также покидали планету, моментально растворяясь в космическом пространстве.

— Девчонка твоя, — обратился к Вернис возвратившийся Йоми, — хочешь знать за что их так?

— Давай уже, не томи, — выдержка у наемницы и так трещала по швам. Ситуация была опасной и выхода девушка пока не видела. Они убили Стражу. Это значит, что в Человеческую Империю законного хода для них больше нет.

— Их магия способна рассеивать техномагию. Доспехи вроде твоих, Вернис, были там бесполезны. Как и иные приборы и машины, управляемые техномагией. Поэтому на них напустили демонов, у которых тоже природная магия.

— Их надо спасти, — задумчиво произнес Феникс, — сначала это были демоны, потом инопланетные существа, сейчас угрозу нашли в людях–магах, потом найдут в ком–то еще. В погоне за силовым господством Империя разрушит баланс мироустройства до основания. Маги могут остановить ее.

— Да счас! — выдохнула Вернис, — как я, по твоему, нападу с одним кораблем наемника на двадцать четыре боевых корабля Армейской Стражи? К тому же, они сразу пошлют сообщение о моем нападении. Если каким–то чудом всю Стражу убьем, то куда девать магов? И вообще, раз люди–маги теперь нечисть, значит, я должна не думать об измене Империи, а охотиться на них!

— Ты не забыла, что уже изменница, Вернис? — любезно напомнил Феникс, — и тебе от этого никуда не деться. Никак не очиститься перед Империей. Ты уничтожила боевой отряд Стражи, помешала ему выполнить имперский долг. И у тебя шашни с демоном.

— Я помню, — спокойно ответила девушка, обхватив руками плечи, как будто спасаясь от холода, — но, пока об этом неизвестно органам правопорядка, мне ничего не грозит. Мы уничтожим все следы на зачистке и будем молчать. Иначе позавидуем мертвым магам.

— Наемница, ты что… боишься? — сладкоголосо подражая Фениксу удивился Йоми, изображая разочарование, — представь, тебе это будет легко… той человеческой девушке в твоем боксе навсегда запрещено любить гражданина Империи. Под страхом смертной казни или жестоких мучений. А еще вчера было можно. И ведь сердцу не прикажешь. Будут ли они слушаться запрета или нет, для их сердец любовь все равно станет казнью или жестоким мучением. Для ее народа все изменилось навсегда всего лишь за один день. За то, что кто–то счел их угрозой.

У Вернис больно заскулило сердце. Коварный Йоми давил на самое больное место. Она украдкой бросила на это место невольный взгляд.

— Не думаю, что у той девушки вообще будет какой–то шанс полюбить. Рабские аукционы этих магов не ждут, — донесся спокойный голос самого завораживающего существа во Вселенной, ранее хранившего безучастное молчание, — они же антимаги для техномагии. Их ждет нечто более ужасное, чем смерть. Империя захочет выяснить, как именно они разрушают магические связи техномагии. И будет потрошить их, изучать и экспериментировать. А все это время Стража, Охотники и Наемники будут преследовать других магов, возможно не обладающих антимагией, но 100 %-но являющихся людьми.

— Эти двадцать четыре корабля надо остановить, — твердо повторил Феникс.

— Как? — скептически скрестила руки на груди Вернис, испытующе глядя на него.

— Мы с Оками установим связь мечей–проводников и заблокируем его только на моем измерении. Затем клонируем мечи тенями и попытаемся открыть двадцать четыре портала. Выпустим только магов.

— Среди них могут быть предатели, — предостерегающе подал голос Йоми, — нам нужен специалист по аурам.

Вернис начала трезвонить Рэйфу по видеосвязи.

— Вернис, я занят, у меня серьезная проблема! — крикнул тот, отключаясь.

Вернис снова начала трезвонить напарнику, занятому своей ожившей бывшей девушкой.

— Рэйф! У меня множество проблем! И все более чем серьезны. И раз ты мой напарник, то все они касаются и тебя. А потому, иди и помогай! Тем более… картинка на мониторе говорит мне, что это решит и твою проблему тоже. И да, если у тебя есть еще корабли, бери все.

Наемница передала напарнику координаты места зачистки первого уровня, в котором потерпела поражение. Тут же отправив туда Феникса прятать маяк с координатами места, в котором они находились сейчас. То, что она увидела на экране видеосвязи огорошило ее. Белый призрак Рэйфа уже пришла в себя. Она сидела напротив наемника с бокалом золотого вина в тонких пальцах. В ее длинных черных блестящих волосах желтел, как огонек, цветок лотоса. Красивое тело пряталось в длинном облегающем платье горчичного цвета. Бывшая невеста Рэйфа была нежна и прекрасна как орхидея. Но оказалась она вовсе не девушкой. Не человеком.

— Среди демонов ходит легенда, что когда человек убьет собственными руками тысячу демонов, он сам становится демоном. Это происходит постепенно, с каждым убитым убийца все больше походит на демона, пока не станет им полностью, — тихо сообщил Йоми, — это была очень сильная Наемница, в Мире Мертвых ее дух поглощал силу побежденных. Наверное, она уже принесла Рэйфу клятву телохранителя.

Внезапно мир Вернис потемнел, несколько раз перевернулся и упал. Ее бесценный обожаемый Оками, загипнотизированно впился золотым взглядом в уже погасший экран. И шептал своим завораживающим голосом:

— Лиина. Лиина из другого мира. Не стареющая Лиина–демон.

Сердце Вернис падало из груди вниз так медленно, что она чувствовала его падение. Но, руки ее души словно окаменели, как и сама душа, как разум. И она не могла подхватить падающее сердце. Упав на пластиковый пол рубки оно не разбилось. Оно взорвалось на мелкие осколки, обдав все нервы волнами невыносимой боли. И Вернис потеряла сознание.

Ее кто–то тряс за плечи и даже осторожно попытался поцеловать. Она почувствовала легкое прикосновение чьих–то мягких губ к своим судорожно сжатым. И ощутила запах медицинского центра корабля. Но глаза открывать не желала. Ее мир стал некрасиво серым, нежеланным, после того как Оками нашел в нем живую копию своей умершей Лиины. Да еще демона, такую же как он. Смысла в жизни больше не было, цели тоже. Но, раз она все еще жива, все равно надо было вставать. И, несмотря ни на что, жить дальше. Без сердца, которое взорвалось на полу рубки. Потому что, самоубийство только усугубит проблему. Вечность боли в Мире Мертвых будет худшим решением. Проблему надо решить в мире живых. Она открыла глаза. Рядом столпилась ее команда. Над ней склонился Оками.

— Я уже сообщил ему, какой он дурак, — иронично заявил Йоми, кивая на волка, — такие вещи нельзя думать вслух.

— Я не приучен просить прощения, — спокойно сказал Оками, — но если должен что–то сказать, то объясню. Это всего лишь копия женщины, которую я любил. Она никогда не станет Лииной и не заменит ее, она другая. Я был лишь очень удивлен.

Однако, вместо разбитого сердца Вернис новое не выросло. Мир оставался серым. Она смотрела отрезвевшим взглядом на невыносимо красивого божественного Оками и понимала, что особенной и желанной стала для него только потому, что отдавала ему все свои предсмертные чувственность и нежность. Каждый день, ожидая, что за ними придет стража и их разлучат. Он не любил ее и никогда не полюбит также, как и подделку Лиины. Ведь и Вернис была подделкой цветка. Сердцу не прикажешь. Даже демон этого не может. Ей никогда не расцвести по–настоящему. Она другая. Ее научили быть лишь такой.

— Я хочу уничтожить Империю, — хриплым голосом сообщила Вернис вникуда, — где эти двадцать четыре армейских корабля? Начнем с них. Я была Стражем, была Охотником и Наемницей. Теперь я буду Мародером.

— Кажется, она сошла с ума, — обеспокоенно прошептала кумихо.

— Тебя поймают и казнят, — предостерегающе донесся из–за демонических спин знакомый насмешливый голос с нахальными нотками.

Рэйф. Он тоже здесь.

— Кто пустил тебя на борт без моего разрешения?

— Я, понимаешь ли, техномаг, а твои антимагические щиты были выключены. Я зашел сам.

— Без демонов, — выдохнула Вернис, констатируя необычный факт, — каждый уважающий себя напарник из Наемников посчитал бы своим долгом тебя убить.

— Но ты вместо этого валяешься в медбоксе, грозясь уничтожить Империю. Ты не уважаешь себя, Наемница, — рассмеялся Рэйф

Она, пошатываясь, поднялась с кушетки:

— Я всегда не такая как все, кем бы ни была. Поэтому поймать меня будет нелегко. Надо кое–что проверить. Твои корабли идут за нами?

— Да, все мои четыре корабля.

— Йоми? Мы идем за Стражами?

— Да, капитан.

— Скоро застава. У нас почти нет времени. Феникс, Оками! Отработайте ту штуку с тенями в спортзале. А ты, Рэйф, сходи в спортзал с моим новым телохранителем.

Флерис, так звали девушку–мага, вышла через несколько минут из спортзала почти без единой царапины и сказала Вернис:

— Я не убила твоего напарника. Но могла. Физически он силен. Однако, вся его магия искусственна. И потому, конечна для меня. Как, например, механизмы шаровой молнии понять трудно, а устройство и механизм техномагической электросферы просты как таблицы умножения или химических элементов. Поэтому, причинно–следственные связи легко разрушить. Он не мог даже превращаться. Главное было не дать ему подобраться ко мне близко, и все. Он ничего не смог мне сделать.

Вернис побежала в спортзал. Рэйф в своей человеческой форме сидел на полу, истекая кровью и ругался. Ничуть не спеша в медицинский центр. Девушка достала санитарный пакет и начала убирать кровь с его лица и тела.

— Армейская Стража права, — выплюнул он кровь в салфетку, вытащенную из пакета Вернис, — она настоящий супердемон для техномага. Но скоро Империя найдет способ подчинить и таких. Обязательно найдет, разобрав двести сорок захваченных магов вплоть до молекул. Вместе с их телами вскроет секрет, почему их антимагия срабатывает только против искусственной магии. И исправит это.

В спортзал заглянула Флерис:

— Ты не обиделся на меня?

Рэйф расхохотался.

— Чудачка, — покачал он головой.

— Я не очень сильный маг, — тихим голосом начала Флерис, опуская голову, — на кораблях есть антимаги намного сильнее. Они могут вернуть тебе человеческую форму, счистив все искусственное. Ты сможешь, конечно если захочешь, снова стать человеком.

— Твоя аура говорит мне, что ты не уверена, — скептически улыбнулся Рэйф уголком рта, — просто думаешь, что смогут.

— Аура? — удивилась Вернис, — но ведь Флерис подавляет техномагию.

— Он сам рецептивный дальновидец, можно сказать маг ауры, — объяснила Флерис. Поэтому стал техномагом, а не просто полудемоном, в которого его пытались превратить.

— Снова стать слабым человеком и забыть о заданиях первого уровня… какая заманчивая перспектива, — продолжал кисло улыбаться наемник.

— Рэйф, не будет никаких заданий, — вспылила Вернис от его нерешительности. Напрочь забыв о собственной нерешительности до того, как навсегда потеряла Оками. Теперь ей было нечего терять, — когда мы спасем эти двести сорок разрушителей техномагии, мы объявим войну Империи. Мы будем вне закона. Поэтому заданий нам больше никто не даст.

Рэйф аккуратно, по очереди, убрал со лба и заправил Вернис за уши прядки ее растрепавшихся волос:

— Я знаю, детка. Но я делаю выбор, а ты мне мешаешь. Так что, выметайтесь обе отсюда вон!

Беззвучно ойкнув, Флерис исчезла за дверью. Вернис положила санитарные пакеты рядом с Рэйфом, поднялась и молча покинула спортзал.

В коридоре она столкнулась с выходящим из другого зала Оками.

— Мы с Фениксом готовы, — сообщил он Вернис, — только надо подняться над клином Стражей.

— Я вот о чем подумала… — остановилась Вернис, стараясь спокойно смотреть на волка, и ожидая когда к ним присоединится Феникс, — сейчас маги накачаны наркотиками, поэтому техномагические корабли Стражи могут лететь. Но что будет, когда они очнутся. Все наши пять кораблей летают на техномагии.

— Два корабля, — влез уже сделавший выбор Рэйф, подходя к Вернис, — твой и мой. Остальные, во избежание имперского техноконтроля, я специально покупал из тех что летают на древней технологии нейтрино. И уже дал задание своим людям купить еще таких.

— Антимагия это защитная магия. Можно пользоваться ею, а можно нет, точно также как и атакующей, — объяснила Флерис, возникшая рядом в компании Йоми, — они просто не будут применять защиту от техномагии на ваших кораблях. А я попробую с ними связаться.

— Ты не сможешь, — устало возразила Вернис, — боксы изолированы от любого магического вторжения. К тому же, люди в наркотической отключке.

— Я же антимаг. И они тоже, — загадочно улыбнулась Флерис.

— Подожди, — Йоми положил руку на плечо девушки, — ты не можешь ни с кем из них связаться, пока Рэйф не определит, есть ли среди них предатели. Ты же не рецептивный дальновидец?

— Нет, — огорченно подтвердила Флерис.

Договорившись по основным тактическим пунктам, они разошлись. Добравшись до рубки, Вернис поднялась над Стражами. Еще несколько парсеков и застава. Или сейчас, или Империя навсегда.

— Феникс! Оками! Теперь вы!

Повелители Царств Мертвых скрестили Мечи, затем сложили вместе как один, а потом разделили на двадцать шесть теней. Разделив их поровну на оба меча, они направили тени вниз, на корабли стражей. Перед носом каждого корабля открылся огромный лунообразный черный портал. И инерция, невзирая на техномагию, не позволила кораблям стражей увернуться от порталов. Не ушел ни один. Под кораблем Вернис было чистое пространство холодного бездушного космоса.

— Стражи, они же только выполняли приказы, жаль ребят, — горько подытожила Вернис.

— Эти ребята всегда готовы к смерти. Готовы убивать и быть убитыми. Они убили два миллиарда магов. Неважно по чьему приказу. Но своими руками и своими демонами. Они не нуждаются в жалости, потому и сами ее не имеют, — возразил Кьюби, обнимая кумихо.

— Нам надо идти за магами в ад? — поинтересовался Цучигумо, решивший на всякий случай опустошить медцентр и взять с собой дроидов. Так как был официально назначен командным медиком.

— Нет, не надо. Пойдем только я и Оками. Больше там никому не выжить, — пояснил Феникс, — я отправил корабли туда, где ничему живому нет места.

Вернис подошла к Оками, отвела его в сторону и тихо–тихо, так чтобы только волчий слух уловил ее слова, зашептала ему в ухо:

— Ты знаешь, что там тебя клятве не удержать и ты можешь не вернуться… но, это совсем не то, что волнует меня сейчас. Я не уверена в Фениксе. Это его ад, и он полон его тварей.

— Я Повелитель Царства Мертвых, — надменно и бесстрастно, также тихо ответил ей Оками, — меня непросто убить никому. И я вернусь. Потому что хочу вернуться.

— Ко мне? — невольно вздрогнув спросила Вернис.

— Нет, — коротко качнул головой Оками.

— Ну и катись в ад! — зло выдохнула Вернис, она устала волноваться за него, пора было это прекращать. И пошла обратно в рубку.

Оками направился к ожидающему его Фениксу и они ушли туда, куда послала волка Вернис.

Вскоре, посреди космического пространства рядом с кораблями появился небольшой черный круг и из него начали выпадать боксы для пленных. Вернис и Рэйф ловили их магнитными полями и оттягивали от портала. Когда все двести сорок были в космосе, портал свернулся в точку и исчез. Рэйф распределил их снаружи своих древних кораблей, и боксы начали откачку наркотических средств. Предателей было обнаружено шесть. Их боксы Рэйф взорвал, остальные маги показались ему чисты. И с ними наконец–то начала говорить Флерис. Вскоре все маги из боксов были расселены по каютам древних кораблей. Оками и Феникс так и не появились.

Вернис пыталась убеждать себя, что ей все равно, сдохнет он или нет. Но, на самом деле, ей было не все равно. Обманывать себя было еще хуже чем страдать от горькой правды. Он вернется, — упрямо сказала она себе в конце концов, — он вернется. Они оба вернутся, и я убью обоих сама. И она поверила в это. Вера помогла лучше, чем самообман. Прошло три дня. Но они так и не вернулись. Вернис продолжала верить и поэтому больше не испытывала волнений.

За три прошедших дня антимагам успели найти пояс астероидов, в котором они могли бы жить какое–то время не обнаруженные. Но жить им придется на кораблях, пока Рэйф или Вернис не найдут измерение недоступное или с возможностью запечатывания от Человеческой Империи. Магам выбирать было не из чего и они согласились. Сначала на разведку в Столицу улетела Вернис. Потому что Рэйф был более сильным, и в одиночку мог бы продержаться дольше. К тому же, он так и не определился наверняка, стать ему человеком или нет. Ему нужно было дополнительное время на раздумья. Лидер группы магов обещал попытаться очистить тело и дух наемника от искусственной магии. В Столице девушка пробыла несколько дней. Никто не интересовался ни ею, ни Рэйфом. Тогда она полетела на планету Аукциона, где были их с Рэйфом отделения гильдий Наемников и Охотников. Там она узнала об открытии зачисток и охоты на магов, и о пропаже двадцати четырех кораблей Стражи. Все потери списали на магов. Ни о Мародерах, ни о них с Рэйфом ни слова.

Но, это могла быть только информация для простых граждан или уловка, чтобы их поймать. Надо было узнать передавались ли кораблями Стражи какие–либо сообщения о ее корабле в Столицу или на заставы по курсу. Она обшарила всю мнемо–библиотеку наемников на предмет таких переговоров. Сигналы с кораблей стражей были, но до и после посадки на планету магов. Больше ничего. Вернис вздохнула с облегчением. Они с Рэйфом еще могут побыть наемниками. Потом она посетила планетарную библиотеку и переписала на мнемо–карту все известные координаты планет магов во всех известных измерениях. Их было около пятисот. Затем она взяла пару заданий второго уровня и полетела обратно к Рэйфу. Все время отлучки она испытывала некоторое волнение, вдруг там бунт или еще какие–то проблемы, все–таки двести с лишним неконтролируемых анти–техномагов. Но нет, было все в порядке. Тишина и покой царили на ее корабле. В рубке были Йоми и Флерис. Они управляли кораблем, пока ее не было.

— Оками вернулся? — сухо спросила она.

— Да, и не один — лениво ответил Йоми.

— Оками в медцентре, Феникс в боксе, — отчеканила Флерис.

Сердце Вернис взлетело как жар–птица к самому горлу. Но больше ни один кусочек ее организма не шелохнулся.

— Ясно. Были еще попытки бунта?

— Нет, — сказала Флерис, — но… есть кое–что еще. Ты, как капитан корабля… в общем…

Она неуверенно замялась.

— Мы с Флерис решили пожениться, — Йоми решительно перебил девушку, — двум демонам же можно?

Он с надеждой направил свои цветочные ушки сторону Вернис.

— Да, двум демонам можно. Но свадьбы у нас не делают. Я запишу вас в журнале событий и в регистрационной книге экипажа как пару. Флерис, если хочешь, я дам тебе его видовую приставку Яги.

— Хочу, — обрадовалась засиявшая Флерис, — так, мы теперь официально женаты? Я Флерис Яги — жена Йоми Яги?

— Да, — подтвердила Вернис, — так и есть.

— Отпразднуем это в столовой?

В столовой желание пожениться перед концом света выразили еще две пары. Вскоре, к ним присоединились и другие желающие. Брачными парами были записаны Цучигумо и Юрэй, Кьюби и Кумихо, Орочи и Хэби, Райджин и Аме–онна. Отметили за всех сразу. Вернис всех поздравила, пожелала долгой любви и здоровых детенышей.

— Но если меня казнят или я погибну, то продавать вас будут все равно отдельно — предупредила она, — чтобы этого не случилось, нужно изменить мир.

Позже, выходя из столовой и направляясь в каюту, Вернис все–таки не удержала свои ноги, от того чтобы посмотреть на Оками. И они поплелись к нему, а не побежали только потому, что сдерживала она их изо всех доступных ей сил. Золотые глаза с блестящим черным цветком зрачка были открыты и смотрели в потолок. Он заметил ее приближение. Но дернулись только его уши. С ног до головы он был перебинтован как мумия, что доставляло ему массу неудовольствия.

— Феникс предал? — взяв себя наконец в руки, спросила Вернис.

— Если бы предал, я бы его убил. Он хотел выяснить, кто сильнее. Это была дуэль.

Вернис снисходительно улыбнулась. Спросили бы у нее. Она знала кто сильнее с самого начала.

— Пойду, проверю Феникса, — вздохнула она.

Оками промолчал.

Когда она уходила. Он вдруг спросил:

— Та демоница, похожая на Лиину. Не могу забыть о ней. Могу я с ней поговорить? Хотя бы раз.

— Я попрошу Рэйфа, — равнодушно пообещала Вернис.

Феникс в человеческой форме сидел на кушетке бокса такой же забинтованный. Увидев Вернис, он гордо поднял голову, поняв что сейчас на него посыпятся шишки.

— Я же стараюсь тебе помочь, всем вам помочь, хотя мне это нужно меньше всех. А ты меня предал, — устало сказала Вернис.

Феникс встал и подошел к техномагическому стеклу бокса, упершись в него руками.

— Я не предавал. Я хотел остаться единственным Повелителем Мертвых в этом измерении. Это не измена, это страсть. Демонам трудно сдерживать такие страсти. Их трудно сдерживать даже большинству людей, несмотря на то, что сопротивляемость деструкции у них выше. Ты ведь тоже хочешь остаться единственной в глазах Оками.

— У Оками страстей нет.

— Есть. Он тоже хотел остаться единственным Повелителем Мертвых. Если бы победил я, то он сидел бы здесь, а я лежал бы в медцентре.

Вернис открыла дверь:

— Ладно, выходи, страстный демон, и выбирай себе медблок. Только подальше от Оками.

Проходя мимо Вернис, демон вдруг схватил ее и нежно поцеловал в шею. Исполнить задуманный план она ему помешала, успев отвернуться.

— Я никогда не предам тебя Вернис, — тихо и певуче сказал он ей в ухо, — и это не клятва телохранителя. Это моя личная клятва. Она нерушима ни в одном измерении.

Вернис отстранилась и спросила:

— Почему?

— Потому что, ты пытаешься исполнить мою мечту. Не имея на это сил. Я буду твоей силой. Всегда, когда она тебе понадобится.

— Спасибо, — сказала Вернис, изучая внимательным взглядом двуличного, как его двухцветные волосы, демона. Неужели на этот раз он не изворачивается, как всегда?

Феникс понимающе и печально улыбнулся ей:

— Сердце постоянно сгорающего Феникса превращается в тусклый твердый алмаз. Это навсегда. Все чувства обгорают вместе с живым сердцем. Но один раз в жизни этот алмаз можно превратить в бриллиант. Который наполнится чувствами огранщика. Мое наполнилось твоими. И это навсегда.

Потом повернулся и заковылял в медблок.

А задумавшаяся Вернис пошла в рубку, унижаться перед Рэйфом. Ради чего? Потом вспомнила. Она обещала Оками. Обещания надо выполнять. И она нажала на видеовызов.

— Привет, напарник, — пасмурно поздоровалась Вернис, увидев Рэйфа.

— Привет, детка, — напряженно отозвался он, почувствовав, что она сейчас попросит что–то серьезное.

— Одолжи мне Лайнирс на один день, пожалуйста. Очень нужно! Обещаю, ни один волосок не упадет с ее прекрасной головы. Мне нужно с ней поговорить.

— Глупо врать дальновидцам. С ней хочешь поговорить не ты, а судя по твоему унылому виду твой дружок.

— Так и есть, — не стала отпираться Вернис.

— Зачем?

— Нравится она ему. Наверное, хочет сделать ей предложение, — сквозь зубы выдавила из себя Вернис.

— Надо же, я не чувствую лжи. Ты действительно так думаешь. Да нет проблем. Можешь устраивать им свидание в любой день. Человек она или демон, любит она только меня. Но, у меня условие — свидание за свидание. Я приглашаю тебя, Вернис.

— Я не хочу Рэйф, ты сам понимаешь, почему я была с тобой иногда. Сейчас у меня нет для этого достаточной глупости или необходимости.

— Ты не поняла меня, Вернис, я хочу просто свидание. Встретиться и поговорить. По душам, так сказать.

— У наемников есть души? — скептически рассмеялась Вернис.

— Видимо есть, раз и твоя, и моя болят, — серьезно ответил Рэйф.

— Хорошо, напарник, я согласна на посиделки. Как только с моего героя–любовника снимут бинты.

Через два дня изящная смертоносная Лайнирс проплывала по трапу в корабль Вернис. Ее отцу ничего не сказали. Да и незачем. Дочь он похоронил. И вряд ли хотел бы увидеть ее в качестве демона. Вернис проводила ее до каюты Оками. И, не дожидаясь его благодарностей, направилась на выход из корабля. У трапа ждал Рэйф:

— Прогуляемся?

— Идем, — кивнула Вернис.

— Ну и как у тебя с ним? — усмехнулся Рэйф, — что–то давно не приходишь.

— Да никак. Это он давно не приходит, — пожала плечами Вернис, и спросила, выполняя немую просьбу напарника, — а у тебя?

— А я могу только смотреть на нее, целовать, любить и больше ничего не могу. У меня нет гражданки–полудемона, которая могла бы меня прикрыть. Один раз меня уже казнили за связь с демоном. Даже если я не боюсь, боится что–то внутри меня. Сейчас на мне лежит ответственность не только за себя. Я не могу подставить всех, кто мне доверился. Даже ради счастья с Лайнирс. Вот такой парадокс.

— Рэйф, давай купим стеклянных тарелок и сходим на заброшенный рыбозавод?

— Может, сходим в Аукцион, где продают морских демонов?

— Нам морские ни к чему, Рэйф. У нас нет морских зачисток. А на рабов я смотреть не люблю. Я хочу купить кучу тарелок и с криком разбить их все о стену.

— Пойдем, — рассмеялся он, — я тебе помогу.

Полдня они орали как сумасшедшие и били тарелки. Выплескивая напряжение, злость и боль, накопившиеся в душах.

— Он переспит с ней, — неожиданно сказал Рэйф, — и возможно не один раз, она стала очень… очень демоницей, охочей до этого дела. Которое я с ней делать пока не могу. Ему трудно будет устоять. Сейчас все как–то изменилось. Теперь меня задевают ее ничего не значащие связи. Я не хочу, чтобы она в чем–либо заменяла меня кем–то другим. Хочу быть для нее единственным. Столько же, сколько она сейчас единственна для меня. Но, я готов прощать. Пусть это уже и не та Лайнирс, которая умерла вместо меня. Но, когда–то она сделала это для меня.

— Не надо было забирать ее оттуда, — сказала Вернис, — мертвое должно оставаться мертвым.

— Надо было! Хотя бы для того, чтобы в этот раз она умерла не от проклятого меча и могла переродиться. К тому же, ты нашла там себе телохранителя.

— Но знаешь, — продолжал он, — мне иногда хочется убить ее. Она так не похожа на себя прежнюю, что мне иногда кажется, как будто кто–то, нацепив на себя ее личину, издевается надо мной.

— Она осталась совсем одна, в аду, где пришлось убить 1000 демонов. Я даже представить не могу, как было ее душе и осталась ли у нее душа, — объективно попыталась оценить соперницу Вернис.

— Я знаю. Но с каждым днем любви к ней остается во мне все меньше и меньше. Мне трудно не терять чувств к ней, когда вижу, как она обрабатывает хронов. Я больше не хочу этого видеть. Хочу предложить тебе сделку — давай меняться телохранителями.

— И кого ты хочешь за нее?

— Мне все равно.

— Лады, отдам тебе ледяного демона. А что умеет делать она?

— Соблазнять все вокруг. А больше я не выяснял.

— Хм… Она мне может перессорить всю команду.

— Да нет, мою же не перессорила. И к парам она вряд ли сунется. Не любит конфликтов. Не стерва, даже демоном Лайнирс не смогла ею стать. Она же — Лайнирс.

И тут Вернис увидела, как на глазах Рэйфа мерцают искры слез.

Она отвернулась. А он подошел к ней сзади и обнял, положив голову ей на плечо.

— Я просто хочу почувствовать твое тепло, — спокойно сказал он.

Так они простояли молча до вечера. А потом пошли в гильдию брать задания второго уровня.

Как и предсказывал Рэйф, Лайнирс не вылезала из каюты Оками. Иногда она посещала и других демонов. Но видимо Оками удовлетворял ее на все 200 процентов. Душа у Вернис еще побаливала, но взорвавшееся от боли сердце больше не давало о себе знать. Слепо любящего сердца не стало, и душа болела все меньше и меньше. Все больше она общалась с Рэйфом и астероидами антимагов. Магов с пятисот планет, подготовленных под зачистки, успели предупредить. Жителям более чем трехсот из них удалось покинуть планеты и достичь астероидов антимагов. Остальных удалось спрятать в других измерениях, которые еще не были открыты Человеческой Империей. Постепенно Рэйф достал им боевые корабли на древней нейтронной тяге. У Империи техномагического человечества появилась серьезная оппозиция. И если она устоит, не польстившись на приемлемые условия лично для себя, то рабство возможно будет отменено. Ни демонов, ни людей больше нельзя будет использовать в качестве рабов.

Однажды Вернис приказала собрать все ошейники со своих демонов и демонов Рэйфа. Они с Йоми долго разбирались в их устройстве, пока не сделали их бесполезными.

— Не боишься? — спросил Йоми, — помнишь, как в Царстве Мертвых на тебя накинулась кумихо.

— Нет, — пожала плечами Вернис, — не боюсь. Я не думаю, что кому–то из вас тут живется хуже, чем будет от продажи с Аукциона после моей смерти.

— Так то оно так, но демоны сначала делают, а потом думают, — предупредил ее Йоми.

— Я не умру, пока не отменят рабство, — улыбнулась Вернис, — я все еще люблю демона. Ты уже не жалеешь, что не тебя?

— Нет! — улыбнулся Йоми, — Флерис удивительная, такая сильная, но такая нежная, как море. Мое сердце просто расцветает рядом с ней. Наши души насколько сплелись, что кажется, я могу видеть ее глазами.

— Значит, ты сделал правильный выбор, — похлопала его по плечу Вернис, — дважды. Когда отказался вернуть себе зрение и когда выбрал Флерис.

А вот каков будет мой… думала она. Они продолжали встречаться с Рэйфом и гулять по любой планете, на которую садились. Им нравилось чувствовать тепло друг друга, нравилось обниматься. Как… друзья, или бывшие любовники? Или как брат и сестра? И она продолжала любить Оками. И в холодной злости рвать в клочья все, что попадалось под руку, когда видела их с Лайнирс гуляющими вдвоем по кораблю. На зачистках это хрупкое существо отращивало кожистые крылья и длинные когти–лезвия. И больше в ней ничего не менялось. Она летала быстрее ветра и отрывала головы демонам или крошила их на части. С тем же нежным выражением лица, с которым сейчас прогуливалась по кораблю с Оками.

А однажды Лайнирс сама пришла к ней и попросила выделить ей место для оранжереи в корабельном саду. Оками обещал научить ее выращивать цветы. Она не знала, любит ли цветы или нет. Вот он и предложил. Вернис взяла план корабельного сада, вычертила место для цветов и вручила ей. Потом она сделала вид что пошутила:

— Может быть, вас уже пора поженить?

— Зачем? — искренне удивилась Лайнирс, — Оками очень хороший друг, но он не любит меня, а я не люблю его. Моя любовь запретна и невозможна. Мертвецам нельзя любить живых. У мертвецов нет огня чтобы бороться за любовь. Это правильно, неправильно было возвращаться, — добавила она грустно.

Интересно, подумала Вернис, если она такая недовольная жизнью, чем же они занимаются тогда, столько времени, в каюте Оками? Потом она сидела в рубке и наблюдала через мониторы как изящно два прелестных создания, одно из которых было прекраснейшим во Вселенной, копаются в грязи, пытаясь сажать цветы. Как они смеются, играясь мокрой землей. Как… друзья, или бывшие любовники? Или как брат и сестра?

Лидеры антимагов понимали, что если сразу уничтожить всю техномагию, то останется магия демонов. У многих толстосумов были невинные дети. У многих бедняков не было рабов. А были планеты, на которых вообще никогда не было демонов. И после освобождения от техномагии, куда кинется вся эта огромная озверевшая толпа разъяренных демонов? Пожирать людей. Правительство, которое создало такое положение вещей, определенно решено было уничтожить. А также организацию под названием 'Казнь', где проводились эксперименты на людях и демонах и развивалась техномагия. Но как изменить все, не нарушив баланс? Рэйф предложил решать вопрос слуг принесением клятвы телохранителей и получением части добычи за это или оплаты. Развитием гильдии Священников, которые пока что делали для Наемников и Охотников взрывчатые устройства и ковали Священные мечи. Они могли бы накладывать печати на людей от нападения демонов. Создать Священную Стражу. И, вместе со всем этим, можно было… сделать демонов гражданами Империи. И все равно, гражданской войны было не избежать. Вопросов было много, ответов не было. Времени было мало. Потому что, у Казни были захваченные антимаги. И скоро единственное преимущество оппозиции перестанет быть преимуществом.

Рэйф поговорил с бывшими друзьями своего отца. У некоторых дети тоже были в Казни. Проверив почву под ногами, он начал собирать новое Правительство, куда будут включены люди, антимаги и демоны. Йоми и Оками в правительство идти отказались. Оками сказал, что он желает быть единоличным Властителем Вселенной, и если такая возможность пока недоступна, то заменители ему не нужны. А Йоми сказал, что ему хватает быть Королем на своей планете, и наверняка это место уже придется отбивать с боем. Поэтому других проблем ему не нужно. Феникс согласился. На поиски мудрых демонов отправилась в Гильдию Наемников Вернис. И обнаружила там несколько подходящих вариантов. Потом она забежала к Направляющему и спросила, что было бы, если бы он встретил демоницу, как две капли воды похожую на Лайнирс?

— Не знаю, — беспомощно опустил руки мужчина, — наверное, убил бы…

— Она дала клятву телохранителя Рэйфу, — выдохнула Вернис, — и единственное, о чем она просила, чтобы убили ее Священным мечом. Она хочет переродиться человеком.

И она выложила на стол фотографию.

— Но это… это же моя Лайнирс… как же так…

— Неуспокоенные мертвые иногда возвращаются, — сказала Вернис, — то призраками, то демонами. Вы хотите встретиться с ней? Но предупреждаю, ее сердце и душа холодны, как зимний снег.

— Да, детка, я представляю себе, что такое демон, — ответил враз постаревший Направляющий

И вскоре его сгорбленную фигуру Вернис встречала у трапа. Она проводила его в оранжерею, где Лайнирс и Оками все еще учились сажать цветы. И у них уже неплохо получалось. Почувствовав странный взгляд в спину, Лайнирс моментально вскочила на ноги, ее пальцы сначала напряглись, а затем сжались в кулаки.

— Отец?! — прошептала она, — но я же просила, я же просила чтобы никто…

Она с ненавистью посмотрела на Вернис.

— Нет, Вернис, — громко и устало сказал мужчина и его глаза стали влажными, — если бы я ее встретил на улице, я не смог бы убить. Она моя Лайнирс

Вернис вышла из оранжереи. Следом за ней вышел Оками:

— Ты поступила жестоко по отношению к ним обоим.

— Политика, — пожала плечами Вернис, — она всегда жестока. Жестокость нельзя победить добротой.

— Это должны быть мои слова, демона, а не твои, человек, — бесстрастно произнес Оками, — за то время, что мы провели с Лайнирс, она стала почти нормальной девушкой. Я учил ее тому, чему научила меня Лиина, цветок моего сердца. У нее появилась воля, она может больше не поддаваться демонским страстям. Она не стала теплой, но уже не забирает тепло у других. Ты можешь чему–нибудь научить? Сражаться?

Вернис вспомнила Рэйфа, который просил объятий, чтобы согреться. Теперь, наверное, больше не попросит.

— Вернулась она только с одной целью, — продолжал Оками, — быть убитой Священным мечом. Но кто сможет поднять на нее этот меч, если она сможет расцвести?

— Соперница, — грустно улыбнулась наемница, — в мире есть не только мужчины.

— Но они есть в мире, мужчины. И они умеют защищать свое, — невозмутимо возразил он.

Вернис не смогла найти других возражений. И сообщила:

— Я собираюсь передать клятву телохранителя ее отцу, если они этого захотят. Я хочу склонить всю Гильдию Наемников на нашу сторону. Да, я не знаю больше ничего, кроме того, чтобы сражаться. На нашей планете, где родилась я, нет ни цветов, ни демонов, ни рабов, ни семьи. Только воины. Которые тренируются, чтобы разлететься по разным военным Школам и сражаться, сражаться, сражаться. Даже когда не будет техномагии, я все равно буду сражаться. Потому что это единственное, что я умею.

— Хочешь, я научу тебя сажать цветы? — вкрадчиво произнес Оками, — тем более, семя цветка Лиины уже упало в твою душу, когда мы познакомились. Оно растет там сейчас. И когда цветок твоего сердца распустится, он будет очень красивым.

— Мое сердце недавно взорвалось и разлетелось по Вселенной, — недоверчиво покачала головой Вернис.

— Я заметил, — в упор посмотрел на нее Оками, — у меня вообще не было сердца. Поэтому, я и предлагаю тебе дождаться, пока раскроется цветок. Он нежнее, чем сердце. Поэтому с ним тебе придется обращаться намного бережней, потребуется некоторое мастерство.

Потом они вдвоем смотрели, как покидают корабль отец и дочь. Они ни разу не обернулись.

А потом наступил тот день, когда Вернис и Рэйфа объявили изменниками. Предатели бывают везде. Среди заговорщиков они затесались тоже. Вернис и Рэйф были на задании первого уровня, когда на них напала армейская стража. Рэйфа срочно надо было доставить в Столицу, чтобы вычислить предателей. Собственно, переворот можно было уже начинать. Первый уровень. Обычно такие зачистки удавались Вернис только с Рэйфом. Но сейчас Феникс вынужден был увести его. Рэйф крикнул своим демонам приказ подчиняться напарнице. Из признанных умников с ней оставалась ее команда, Оками, Йоми. Из команды Рэйфа Энма, повелитель огня и Рю-о, король драконов. Энма предложил разделиться. Они зачищают уровень, пусть даже за это все равно никто не заплатит, раз наемники вне закона, но можно попытаться взять клятву телохранителей с первоуровневых демонов. Это будет сложно сделать, но возможно. Перед вылетом маги выдали Рэйфу двух антимагов, которые в бою с демонами были малополезны, поэтому вошли в команду Вернис, которая должна была разобраться со Стражей. Ее команда согласилась с распределением и бой начался.

Для начала, пришлось с помощью Оками, Флерис и антимагов, проникать на корабли Стражей через Царство Мертвых. На кораблях пришлось устроить резню, полностью уничтожая весь экипаж. Потому что никто, абсолютно никто из командования не хотел сдаваться. И самое главное — сделать это надо было как можно быстрее, потому что они могли взорвать и корабли опальных наемников на орбите планеты. Вернис впервые убивала людей. И это было мерзко. Но другого выхода у нее не было. Либо она их, либо они ее. Их с Рэйфом самих теперь считали чудовищами и больше не признавали за людей. Когда со Стражей было покончено, а ее корабли были взорваны, они снова с помощью Оками портировлаись на планету. Там уже тоже было чисто и к ним присоединилось одиннадцать новых демонов.

Через заставы возвращаться было нельзя. Йоми и Кенши, сенсору Рэйфа пришлось прокладывать новые курсы к Столице. Но когда Вернис прилетела туда, бои уже были в самом разгаре. Планету окружало множество кораблей Армейской Стражи, которые вели бои с кораблями антимагов. На порядочном расстоянии от них кружили корабли Охотников и Наемников, не успевшие вернуться до переворота. Иногда, кто–то из них выбирал сторону и летел присоединяться к битве. Но это было глупо. Даже боевой корабль Охотника или Наемника не приспособлен к бою с кораблем Армейской Стражи или антимагов. Корабли Рэйфа и Вернис давно уже не работали на техномагии. С помощью Флерис и Рэйфовых антимагов они проскользнули сквозь орбитальное сражение на планету. За ними прошли несколько кораблей присоединившихся к антимагам Наемников. А дальше была обычная зачистка. Только не демонов, а вооруженных людей, стреляющих по ним. Армейской и Полицейской Страже. Вскоре по всей планете прошло сенсорно–акустическое объявление: «Прежнее правительство пало. Новое правительство не позволит продолжаться хаосу в Империи. Империя больше не имеет Названия Человеческой. Теперь это Великая Космическая Империя. И все существа, не нарушающие законы, включены в число ее граждан. Они не могут быть обращены в рабство или убиты без законной на то причины.» Дальше перечислялись новые члены правительства.

Демоны в правительстве объясняли бывшим рабам, что за убийства их ждут казни. Что принесшие клятву телохранителей или слуг могут завести дом и семью на планетах Империи, так как являются теперь ее гражданами. Кто захочет, может вернуться на родину. А также, со следующего дня будут проводиться ежемесячные турниры для демонов, магов и людей. И трем победителям будут предоставлены хорошие материальные призы и голоса в правительстве. Турниры для демонов были страстью. Демоны не могли отказаться от них. Страстью для антимагов была власть, они тоже не могли отказаться от турниров. На турнирах будут сражаться Охотники с Наемниками, это тоже было умно, они постоянно спорили и мерялись силами. Беспорядки на улицах постепенно затухали. На всех планетах империи. К вечеру следующего дня техномагия Империи рассеется по Вселенной, от нее останется только воспоминание. И формулы, которые Рэйф обязательно найдет. Подняв корабли с площадей, и вернувшись в порт, Вернис переставила свой корабль на привычное место, корабль Рэйфа встал рядом. Но самого его все еще не было. А возле их площадки стояла окровавленная Лайнирс.

— Что с отцом? — встревожено спросила Вернис.

— С ним все в порядке. Сидит в Гильдии.

— Ты сейчас к Рэйфу или зайдешь к нам?

Лайнирс прошла на корабль. Вернис отправилась прямиком в медцентр, демоница последовала за ней.

Там демоница позволила усадить себя в кресло и разрешила дроидам обработать раны.

— Вернис… Я хотела тебя попросить вот о чем… помоги мне уговорить Рэйфа снова стать человеком… тогда… он не будет замечать, как сильно я изменилась.

— Я попрошу, — обещала Вернис.

— Я ведь выжила в аду только потому, что любила его, — огорченно заморгала огромными синими глазами Лайнирс, ее тонкий подбородок горько дрогнул, — очень сильно любила. Так сильно, что мне непременно надо было выжить и найти выход. Я искала и поверь, обязательно нашла бы способ выбраться оттуда. Демоны часто выбираются из ада. И на этот раз я бы умерла от Священного меча, чтобы переродиться. И стать человеком, как он. Но он пришел за мной сам. Пришел уже закосневшим матерым полудемоном. И это уже казалось неизменным, я растерялась. Точно также, как он любил не демоницу, я любила не полудемона, а человека в нем.

Девушка была так ослепляюще великолепна, так неподдельно искренна, ее искренность была прекрасна, ее жесты были изящны и нежны. Она настолько восхищала, что поддавшись странному порыву, Вернис вдруг обняла ее и сказала:

— Все будет хорошо. Он смог изменить мир для того, чтобы быть с тобой. Он сможет изменить и себя, и тебя.

Лайнирс обезоруживающе улыбнулась:

— И как я сама об этом не подумала. Да, он сможет. Он же Рэйф. Мой Рэйф.

Когда Вернис провожала ее, между кораблями открылся черный портал, выпуская Феникса и Рэйфа.

На следующий день начались турниры. Участвовали почти все демоны Вернис и Рэйфа. И Вернис пошла смотреть. Сама она от турнира отказалась. А Рэйф и Лайнирс решили пожениться в этот день, ратуша находилась рядом. После турнира решено было отметить свадьбу по–шумному. А до этого они хотели тихого семейного торжества. Турнир освобожденных демонов был потрясающим. Зрелище было абсолютно не сравнимым с аукционными боями. Тут было на что посмотреть. Огонь, Пламя, Ветер, Лед и много чего еще. Все сверкало, гремело и бушевало. И было весело. Вернис решила обязательно принять участие в следующем человеческом турнире. Но тут к ней пробрался какой–то Наемник с очень серьезным и озабоченным лицом. Он схватил Вернис за руку, и она почти бегом побежала за ним. Очередной тур сражения Оками еще не подошел. Увидев, как Вернис куда–то тащит незнакомый человек, он тут же создал черный портал. Возникнув уже на улице, он устремился за Вернис и незнакомцем.

Лайнирс в белом платье лежала на ступенях ратуши, истекая кровью, перерубленная почти пополам. Рэйф, которого она снова закрыла собой, был уже мертв. Меч убил их обоих. Священный меч, отметила про себя Вернис, и слезы навернулись ей на глаза. Рядом лежал мертвый Направляющий. Они все были убиты мечами Стражи, у которой не было проклятых мечей.

— Не волнуйся, — улыбаясь проговорила Лайнирс, бледная, снова становящаяся призраком. И дотянувшись до руки Вернис, обхватила ее холодными дрожащими пальцами с окровавленным обручальным кольцом, — как ты и обещала: все будет хорошо. В следующей жизни мы будем людьми и родимся в лучшем мире.

К ним подошел Оками.

— Еще не поздно вас вернуть, — сказал он, доставая черный меч.

— Я говорил ей то же самое, — сказал Феникс, выходя из тени, в которой лежали убитые Стражи.

— Мертвое должно оставаться мертвым, — отвергла предложение Лайнирс, продолжая слабо, но спокойно улыбаться, — не дайте Вернис умереть. Ее цветок стал таким красивым. Я же демон, я вижу такие цветы.

Потом она умерла.

— Как напарник не имеющего родственников Наемника, ты наследуешь его корабль и команду, — сказал ей незнакомый наемник.

— Команда заслужила свой корабль, пусть выбирают себе капитана и занимаются наемничеством сами, — ответила Вернис, — вот и проверим заодно, возможно ли такое в этом новом мире Рэйфа. Завтра пришлю их регистрироваться в Гильдию.

Потом она пошла на свой корабль, ни на что не обращая внимания, и не останавливаясь.

Оками нашел Вернис в оранжерее, где она пыталась сажать цветы и плакала. Он подошел к ней. И встал рядом со своим неизменным невозмутимым видом. Давая советы, когда она что–то делала неправильно. Вернис прекратила свою работу:

— Сделай милость, уйди, ты меня раздражаешь.

— Куда? — удивился Оками

— В свой мир. Я освобождаю тебя от клятвы телохранителя.

— И оставить тебя одну? Такую слабую Охотницу, без техномагии?

— Я отличная мечница, все Охотники сначала проходят курсы Стражей, я справлюсь со всем сама.

— Ты лжешь.

— Лгу. Но я хочу, чтобы ты ушел.

— Почему?

— Потому что устала от нелюбви.

— Ты больше не любишь меня?

— Люблю.

— И я тебя люблю. Поэтому не уйду от тебя никуда. Ты выращенный мной цветок, который я должен беречь. Только мой, не принадлежащий больше никому.

Вернис, не веря своим ушам, подняла на него заплаканные глаза. Он вытер теплыми пальцами ее слезы и нежно, очень особенно, ее поцеловал. А потом назвал свое тайное родовое имя. Он отдал всего себя ее власти. Которой она никогда не воспользуется. Он знал это, поэтому и доверил ей себя. Потом взял на руки и отнес к себе в каюту. Теперь за это не казнили. И Вернис поняла, почему он так долго не приходил раньше. Не хотел больше ничьего участия в их отношениях. Берег их цветок. Только их.