Перед Вами продолжение романа «Клетка. 2088». В первой книге молодой ученый Роман Сарт работает над созданием нового поколения препаратов, существенно продлевающих жизнь. Но разве справедливо, что его собственное время полностью посвящено науке?.. Ничего личного – только работа, результатом которой станет среднестатистический долгожитель, не обладающий особыми талантами и до 85-ти лет протирающий штаны в каком-нибудь государственном учреждении. Ведь именно таков теперь пенсионный возраст. Может, бессмертие действительно необходимо лишь таким, как он сам? Об этом читайте дальше!
6. КОСМОС
Воскресенье. 30 мая. 2088 года.
Ника только что вышла из душа. Стоя перед экраном телевизора, она промокала волосы полотенцем и смотрела репортаж с открытия новой станции московского фуникулера. Украшенная лентами кабина зависла над широкой платформой. Первые пассажиры готовились к посадке. Девушка-репортер с микрофоном в руках комментировала происходящее на экране:
– Строительство первой ветки Московского фуникулера закончилось сравнительно недавно. Сначала это была небольшая линия от Парка Культуры до Воробьевых Гор. Сегодня можно с гордостью говорить о трёх полноценных ветках и ещё одной новой станции на ВВЦ. Она открылась одновременно с новым развлекательным комплексом КОСМОС, который на самом деле ни что иное, как экспериментальный образец «Замкнутой биосистемы», разработанной Институтом Космоса при поддержке компании-спонсора БИТУБИЗ. В дальнейшем такие системы появятся в реальном Космосе: сначала на ближайших к Земле планетах, а потом и во всей Вселенной.
Корреспондентка продолжила репортаж, но теперь уже из кабины Фуникулера. Камера оператора устремила взор на уникальный объект внизу.
– Перед нами абсолютно прозрачный жидко полимерный купол, под которым разместился целый город с отелями, кинотеатрами, музеями, парками, пляжами и множеством ресторанов. Сейчас в столице идет дождь, но под куполом отличная погода. Биосистема способна настраиваться на любой климатический режим. Уникальный материал купола обеспечивает герметичность и, при этом, не мешает входу и выходу из системы. Новый комплекс способен разместить 100000 человек одновременно. Сегодня состоится большой праздник по поводу его открытия! Организаторы обещали, что для всех, кто распечатает купон на сайте КОСМОС.РУ, вход на его территорию будет абсолютно бесплатным. Что ж, посмотрим, как это работает!
Диктор в студии прервала прямой репортаж:
– Спасибо, Маша! Мы встретимся немного позже, чтобы Вы поделитесь своими впечатлениями от нового КОСМОСА. А теперь о погоде!
Немного поразмыслив, Ника решила, что в такой чудесный день грех сидеть дома наедине со своей амнезией, когда впереди такое яркое будущее. Она подумала, – Ведь если прошлое исчезает, на его место обязательно придет настоящее. Так что, пора выходить в свет! Вероника закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Мне просто необходим КОСМОС! – сказала она и посмотрела на экран телевизора. Таймер показывал: 13:00_30.04.2088. Время пошло! – сказала Ника и, бросив полотенце на спинку кресла, подошла к окну.
Там был волшебный день – немного пасмурный, слегка туманный, но именно это и придавало ему особое мистическое очарование. Интересно, а где же здесь эта станция? подумала она, вглядываясь в панораму района. Все, что было дальше 300 метров, терялось в густом тумане. Пришлось воспользоваться Интернетом. Ника устроилась в кресле перед компьютерным столом и набрала ключевые слова. На экране сразу же появились всевозможные варианты схемы Фуникулера. Там, действительно, было всего три линии. Две из них начинались на «Парке Культуры» и заканчивались на Воробьевых Горах и на Коломенской. От Коломенской тянулась ещё одна самостоятельная ветка до ВВЦ КОСМОС.
Значит, прямо отсюда можно долететь до КОСМОСа! обрадовалась Ника.
Она встала и отправилась в ванную досушивать голову феном. На ходу причесывая длинные волосы, она вернулась в гостиную и открыла зеркальную дверь шкафа. Взгляд упал на серые джинсы марки COD и небесно-голубой свитшот с изображением амурского тигра и надписью «LAST». Надев все это, она оценивающе посмотрела на себя в зеркало. Цвет толстовки был таким чистым и глубоким, что Никины глаза стали казаться синими. Похоже, в прошлом у меня был неплохой вкус! улыбнулась девушка и, решив, что кое-что из прошлого все же надо оставить.
За окном было пасмурно и было бы не лишним накинуть сверху что-то, вроде плаща. В шкафу прихожей Ника обнаружила новый розовый пыльник. На полке внизу лежала белая сумка-рюкзак и белые кроссовки «Adidas», как оказалось, Никиного размера. Взяв сумку, она вернулась в гостиную, чтобы заполнить его необходимыми мелочами. Паспорт, деньги, мобильник и пластиковый ключ мгновенно перекочевали в рюкзак.
Кажется, все, – подумала девушка и, накинув плащ, вышла из квартиры. На часах было 14:00. Ну, вот, детка, – сказала она себе, – Это твоя первая прогулка. Смотри не заблудись!
Туман немного рассеялся и впереди показалась 400-метровая башня, вершина которой по-прежнему скрывалась в облаках. От башни расходились тросы, по которым, соблюдая дистанцию, перемещались маленькие, похожие на бусины кабинки. Сама башня представляла собой ажурную металлическую конструкцию с тремя ярусами, очень похожую на знаменитую Эйфелеву башню.
Подходя к Фуникулеру, Ника увидела над входом большую желтую букву «Ф». Вместе с другими пассажирами, она вошла в просторный круглый холл и направилась к стеклянному лифту, расположенному в самом его центре. По периметру разместились уютные кафешки и сувенирные лавочки. Все здесь было пропитано духом старой Европы. Однако, современный дизайн и материалы, из которых была создана вся эта красота, отражали свежий взгляд на традиции. Цилиндр стеклянного лифта спустился вниз по ажурной шахте. Двери неспешно раздвинулись, выпустив партию вновь прибывших сразу с четырех сторон. Когда посадка закончилась, Ника оказалась в самом центре большой кабины. Лифт начал тронулся и начал набирать высоту. Сквозь прозрачные стены можно было бы увидеть город, если бы не люди, стоящие непроницаемой стеной. Наконец, двери распахнулись, выпустив пассажиров на свободу. Высоко над платформой вращалось огромное колесо, как в гигантском часовом механизме. Как раз оно и приводило в движение бесконечную череду кабин. Одна за другой они приближались к платформе, замедляли ход, заполнялись пассажирами и, неспешно набирая скорость, двигались в сторону ВВЦ.
Вместе с несколькими пассажирами Ника вошла в кабину и была немного разочарована ее неторопливым ходом. Она устроилась в удобном пластиковом кресле и решила у кого-нибудь уточнить насчет продолжительности этой поездки. Не долго думая, Ника обратилась к рядом сидящему мужчине:
– Извините, а сколько же нам ехать до ВВЦ?
– Где-то около часа, ответил тот, Да Вы не волнуйтесь, как только выйдем на линию, он двинется быстрее.
– Спасибо, поблагодарила Ника и стала смотреть в окно.
Хотя, окно, в данном случае, было условным. Вся кабина была одним большим окном. Она была абсолютно прозрачной, поэтому наслаждаться красивыми видами можно было даже через пол.
Через несколько минут стеклянная бусина фуникулера с Никой и еще тремя пассажирами внутри, как птица, парила над городом, оставляя позади зеленый лоскут парка Коломенское с маленьким белым храмом Вознесения, Нагатинскую набережную, заоблачные высотки жилого квартала. Мужчина справа периодически что-то говорил, указывая на архитектурные объекты внизу. Девушка кивала, но почти ничего не слушала. Она наслаждалась свободным полетом над бурлящим, живым городом. Примерно через тридцать минут они проплывали над ландшафтной зоной парка «Зарядье» и Китай-городом. Потом над Красной площадью и, только что отреставрированным зданием ГУМа. Еще минут через двадцать они вплотную приблизились к Останкинской башне и гигантскому прозрачному шару КОСМОСА ВВЦ.
– Ну, вот мы и приехали! – сказал незнакомец, посмотрев на часы, – Пятьдесят минут, как я и говорил.
Впервые за всю поездку Ника посмотрела на своего спутника. Это был высокий стройный мужчина средних лет в безупречной белой рубашке и черном плаще. Приятное лицо с мелкими морщинками в уголках светло-серых глаз, темные с легкой сединой волосы вполне себе симпатичный парень, – подумала она. В это время голос диктора объявил о высадке. Кабины медленно двигались над платформой выплевывая своих пассажиров. Ника попрощалась со случайным попутчиком и первой выскочила на платформу.
Она прошла немного вперед, но потом почему-то замедлила шаг и обернулась. Незнакомец все ещё шел следом и явно смотрел на нее. Она остановилась и стала ждать, когда он ее догонит.
– Привет, сказал случайный попутчик.
– Похоже, мы уже знакомы, улыбнулась Ника, Вы случайно не в КОСМОС?
– Здесь все в КОСМОС, – улыбнулся он.
– Может проводите меня туда?
Предложение было столь неожиданным, что попутчик немного растерялся.
– Конечно… С удовольствием, неуверенно ответил он.
Его смущение придало Нике уверенности.
– Как Вас зовут? спросила она.
– Евгений.
– А меня Вероника.
Они вышли из здания фуникулера и в общем потоке направились к гигантскому куполу КОСМОСА.
На улице все еще было пасмурно и сыро. Солнце скрывалось за плотным слоем облаков, поэтому свет был рассеянный. Он создавал иллюзию, будто они уже находятся в центре огромного шара из матового стекла, за пределами которого странная и загадочная Вселенная.
– Вы когда-нибудь здесь уже бывали? – поинтересовалась Вероника, – Хотя, что я спрашиваю, ведь все это только что открылось.
– Вы правы. Но, знаете, мне кое-что известно об этом проекте.
– Мне тоже, – усмехнулась Ника, Из последних новостей.
– О, нет. Я не смотрю новости, – улыбнулся Евгений.
– Тогда откуда Вы знаете?
– В некоторой степени я участвую в этом проекте.
– Это очень интересно, может расскажете?
– С удовольствием! Вам когда-нибудь приходилось проходить сквозь стену?
– Пока нет.
– Вот сейчас и попробуете! Стена этого купола похожа на желе, которое, впрочем, не пачкается и не тает. Вы совершенно спокойно проходите через него и попадаете в абсолютно автономный мир.
– Вы уверены?
– В чем именно?
– Ну, что одежда не испачкается, – засомневалась Вероника, оглядев свой чистейший розовый плащ.
– Абсолютно. Я знаю человека, которой это придумал, а он фанат чистоты.
– Конечно же, это Вы?
– К сожалению, нет. Это один мой очень хороший знакомый.
Они вплотную подошли к куполу и вместе со всеми нырнули внутрь. Ника придирчиво осмотрела свою одежду и радостно отметила, что она совершенно чистая. У Евгения был тот же результат.
– Смотрите, Вероника, какой солнечный день! радостно произнес он, оказавшись внутри шара.
– Да, – удивилась девушка, – Погода непредсказуема! Постойте, это же закрытое пространство?!
– Да, здесь свое Солнце.
Он достал из сумки солнечные очки, надел их и продемонстрировал свою ослепительную улыбку:
– Так лучше?
Они засмеялись и направились в сторону небольшого открытого ресторанчика.
Здесь в КОСМОСЕ день был по-летнему солнечный, даже жаркий. Ника сняла ветровку, небрежно сложила ее и засунула в рюкзак. Евгений последовал её примеру. Вот только свёрток у него получился не больше миниатюрного мобильника.
– Ничего себе! – удивилась Вероника, – А что это за чудо-материал?
– Ничего особенного, обычный микролон. Знаете, у марки DOK есть целая линия из микролона «Компактная мода». Не слышали?..
– Нет, – искренне удивилась Вероника.
– Странно. По-моему, Ваш пыльник как раз из такого материала.
– Правда?
– Хотите, проверим?
Они остановились. Ника достала из сумки пышно свернутую куртку и протянула Евгению. Тот моментально соорудил из неё компактный сверток. Оказалось, что там даже была специальная кнопка, которая позволила все это закрепить.
– Ух, ты! – Ника взяла то, что получилось из ее плаща, и бросила в рюкзак.
– Вы правда не знали? Как же Вы это купили?
– Аааа… Это мне бабушка подарила, – на ходу придумала Вероника.
– Я всегда считал, что за бабушками будущее.
– Я тоже так думаю, радостно заявила Ника.
– В наше время любознательность и осведомленность зрелых людей поражает даже подростков.
– А если я Вас обманула?.. Про бабушку.
– Это моя вина. Я слишком любопытен, – он сделал паузу и внимательно посмотрел на Нику, – Можно я приглашу Вас на бокал вина?
– Попробуйте!
– Вам нравится тот ресторанчик?
Евгений кивнул в сторону открытой террасы на берегу искусственного водоема. Это было очень уютное заведение, имитирующее деревянный причал с тремя рядами ротанговых столиков и кресел, между которыми время от времени сновали морячки-официанты. Свободных мест здесь было предостаточно. Возможно, потому, что все посетители тусили на противоположном берегу, где раскинулся шикарный искусственный пляж с золотистым песком, яркими зонтиками и эффектным сферическим баром, по периметру которого разместились танцующие бармены. Под зажигательную музыку они смешивали ингредиенты, жонглировали шейкерами и наполняли бокалы цветными коктейлями. В стороне от стойки на подиуме с широким панорамным экраном демонстрировали новые модели купальников. Чуть дальше разместился ряд спортивных площадок, где уже проходил Чемпионат по пляжному волейболу. Курортный сезон на той стороне был в самом разгаре. Оставалось только удивляться, осведомленности посетителей, которые не забыли прихватить на открытие парадно выходные купальники. На пляже яблоку негде было упасть. Те, кому не хватило шезлонгов, устраивались прямо на песке, на приобретённых здесь же циновках. Такая сумасшедшая популярность пляжа была на руку Нике и Евгению. Они смогли выбрать самый лучший столик, поближе к воде и, как в театре, наблюдать за пляжным шоу. Официанта долго ждать не пришлось. Он принёс им толстое меню в виде судового журнала и скромно ожидал заказа.
– Знаете, Евгений, я ужасно проголодалась! – Ника быстро пролистала меню и остановилась на разделе «салаты», – Я буду лионский… И бокал сухого красного вина… Bordeaux!
– Ну, а я говяжий стейк с овощами и тоже вино. Mouton Cadet Bordeaux Rouge подойдет? – спросил он у Ники.
Она кивнула в знак согласия, а морячок сделал запись в своём блокноте и, повторив заказ вслух, удалился. Ника увидела, как он подошёл к стойке, что-то спросил у своего коллеги. Тот отрицательно покачал головой. Через минуту несколько озадаченный официант вернулся.
– Cadet Bordeaux Rouge нет, – с сожалением произнёс он, – Но могу предложить Cadet Medoc 2086 года.
Евгений вопросительно посмотрел на Нику. Она лишь пожала плечами и улыбнулась, дав понять, что во всем доверяет ему. Тогда он кивнул официанту и через несколько минут им уже принесли вино.
Замена оказалась превосходной! Ника сделала маленький глоток. У вина был мягкий и терпкий вкус. Она не очень-то разбиралась в винах, но в этом бокале чувствовался аромат ежевики и чернослива… Она пытаясь угадать новые оттенки. Конечно же, там были вишня и ваниль! Тонкие ноты сливались в симфонию аромата, наполняли воздух и тут же растворялись, не оставляя следа. Все было необычайно: внезапное лето, неожиданное знакомство, волшебно раскрывшийся вкус Mouton Cadet Medoc… Она сделала ещё один глоток и спросила:
– Послушайте, Евгений, а почему Вы отправились сюда один?
– Я с Вами, – улыбнулся он, не выпуская из рук бокал.
– Наверное, я тоже слишком любопытна… И все-таки?
– Знаете, Ника, я всегда считал, что все новое лучше открывать в одиночестве. Но для Вас я готов сделать исключение.
– Почему? – улыбнулась она.
Евгений пригубил вино, выдержал паузу, пытаясь оценить вкус, и одобрительно кивнул.
– Не знаю, как лучше объяснить… Вот, скажем, у любого вина есть свой «апелласьон», экосистема, идеальная для созревания определенных сортов винограда.
Евгений взял бутылку в руки и стал внимательно рассматривать этикетку.
– Здесь в составе большая доля сорта Каберне Совиньон. Апелласьон для этого сорта – каменистые почвы региона Медок. Камень поглощает тепло днем и отдаёт его ночью, смягчая климат. Это комфортно для Каберне Совиньон, поэтому и вино получается такое превосходное, как это. Мне почему-то кажется, что Вы для меня что-то вроде апелласьон… Часть моей экосистемы.
– Вы это серьёзно?
– Вполне.
– Ну, если так, – улыбнулась Ника, – Тогда, какие у нас на сегодня планы?
– Сначала – природный парк: реликтовые деревья, дикие животные, редкие птицы. Потом Храм искусств с живыми картинами. И, наконец, ужин в кратере спящего вулкана Olympus Mons.
– Ла-лу-ла, план впечатляет! А вулкан не проснется?
– Думаю, что об этом позаботились. Иначе, там не было бы такого шикарного ресторана.
– Так Вы предлагаете начать с парка? Где по аллеям разгуливают амурские тигры – вот такие, как у меня на толстовке?
– Нет-нет! Там порхают бабочки, гуляют пугливые антилопы, гордые павлины и скандинавские белки…
– Какие белки?..
– Скандинавские, – улыбнулся Евгений.
– О’Кей, согласна на парк.
7. ЭФФЕКТ БАБОЧКИ
Они вышли из ресторана, обогнули озеро с золотым пляжем и направились к заповедному парку. Ника услышала, как кто-то за спиной позвал Евгения.
Он обернулся. В пятнадцати шагах, у небольшого стеклянного павильона, стоял невысокий лысый человек. Изо всех сил он размахивал руками, стараясь привлечь их внимание.
– Это мой приятель, – улыбнулся Евгений, – Я буквально на пару слов и вернусь.
Лавируя в толпе, он направился к своему знакомому, а Ника осталась ждать его на дороге. Она видела, как Евгений подошёл к товарищу, пожал ему руку и начал что-то объяснять. Все это время она продолжала стоять на месте, сопротивляясь настойчивому потоку посетителей, который, в конце концов, все же увлёк её за собой. На ходу Ника обернулась. Ее спутник все ещё разговаривал с приятелем.
Она отошла в сторону и остановилась на краю зеленой поляны, которая отделяла солнечный пляж от парка. Отдыхающих здесь было не меньше, чем на пляже. Только вместо стойки с виртуозными барменами по поляне расхаживали бойкие разносчики экологических продуктов. Они толкали перед собой зависшие над землей аэробоксы и громко рекламировали свой товар. Народ охотно покупал эко-сандвичи, овощные и фруктовые салаты и дегустировал фрэши из длинных стаканов КОСМОС-БАР. Дети лакомились замороженным соком и гонялись за бабочками с разноцветными сачками в руках. Поймав очередную бабочку, они весело кричали и с не меньшим восторгом выпускали ее на свободу.
Сразу за лужайкой справа возвышалось готическое здание Храма Искусств. Но эта была не та готика, которая подавляет, превращая тебя в песчинку в океане бытия. Невесомый прозрачный храм был скорее похож на ледяной дворец из какой-то забытой сказки. Сквозь стены отчетливо просматривались вибрирующие полотна тех самых «живых» картин, о которых говорил Евгений.
Ника достала мобильник и, держа его перед собой, приготовилась запечатлеть всю эту красоту. Вдруг перламутрово-синяя бабочка села ей на рукав. Мерцающие чешуйчатые крылья переливались на солнце. Как хороша! – подумала девушка и замерла, боясь спугнуть чудо. Она смотрела на синекрылую и смутная картинка промелькнула в голове. Это была плоская витрина, за стеклом которой хранились несколько тропических бабочек. Они были наколоты на белую подложку и одна из них точь-в-точь, как эта. Видение мгновенно растаяло, а бабочка вспорхнула и улетела. Несколько секунд Ника стояла с вытянутой рукой, а потом, так и не сделав фото, опустила руку и убрала телефон. Надо бы найти моего друга, подумала она. Пройдя немного вперед, девушка окинула взглядом толпу, но Евгения так и не увидела. Людской поток уносил её в сторону арки, за которой начинался парк. Сопротивляться было бессмысленно. Возможно, она уже пропустила своего попутчика в момент, когда рассматривала бабочку.
Зеленые кроны сомкнулись, образовав тенистый тоннель. Ника брела по аллее в уже заметно поредевшей толпе. Многие сходили с дистанции, разбредаясь по прилегающим дорожкам. Кто-то спешил быстрее пройти парк, чтобы сразу оказаться у подножья марсианского вулкана. Ника не торопилась, надеясь, что Евгений её догонит.
Она смотрела по сторонам, выхватывая из лесного массива фигуры любопытных зверей. Пугливый олень высунулся из-за кустарника и тут же скрылся, так и не рискнув приблизиться к людям. У небольшого водоема толпились розовые фламинго. Справа и слева от аллеи деревья начали отступать, освободив пространство сочным лужайкам, оккупированным семействами бурых кроликов.
Ника заметила свободную скамейку. Как раз вовремя, подумала она и села, вытянув вперёд уставшие ноги. Неизвестно откуда появился павлин. Он подошел вплотную и веером расправил свой шикарный хвост. Вероника достала мобильник, нацелив камеру на птицу и быстро щелкнула, опасаясь спугнуть. Но красавчика ничего не смущало. Он продолжал позировать, надеясь получить хоть какую-нибудь вкусняху.
– Извини, друг, – вздохнула Ника, – Угостить тебя нечем.
Павлин все понял, сложил хвост и направился к соседней лавочке, на которой сидела упитанная тетя с гамбургером. Рядом с лавочкой была установлена табличка с изображением точно такого же гамбургера с двумя скрещенными костями, как на пиратском флаге. Сверху красовалась надпись «Кормить животных опасно для их жизни!».
Ника сфотографировала табличку с тетей и огляделась по сторонам в поисках ещё какого-нибудь забавного зверька. В дупле ветвистого дерева сидела пепельно-серая белка. Из-за странного окраса и кисточек на кончиках ушей она напоминала рысь, которая в целях конспирации прикинулась белкой. Наверное, это и есть та самая скандинавская, – улыбнулась Ника, Значит он не шутил.
– Ну-ка, белка, скажи-ка чиииз! – тихо произнесла Ника, нацеливая камеру на зверька.
Белка высунулась из дупла, оценила ситуацию и быстро спустилась по стволу вниз. Сделав несколько прыжков, она обогнала павлина, запрыгнула на спинку соседней лавочки и уставилась на тётин гамбургер. В этот момент она была поймана Никиной камерой.
Что ж, пора двигаться дальше, – подумала Вероника. Она встала и уже собралась идти, но вдруг увидела бабочку, ту самую, с перламутрово-синими крыльями. Вибрирующее перламутрово-синее пятно будто гипнотизировало. Ника последовала за ним.
Синекрылая порхала, беспорядочно меняя траекторию, потом вдруг свернула на прилегающую аллею. Она то поднималась вверх, скрываясь в ветках деревьев, то вновь спускалась, практически касаясь земли. Если девушка отставала, бабочка садилась на красный гравий дорожки. Но стоило Нике приблизиться, Синекрылая вновь взлетала, продолжая игру.
Яркий луч солнца заставил Нику зажмуриться. Когда она открыла глаза, то впереди увидела небольшой скверик, окружённый по периметру лавочками, со спящим фонтаном в центре. Сразу за ним – старинное трехэтажное здание, вход которого охраняли Кариатиды. Вокруг не было не души и бабочка тоже исчезла. Не хватало еще заблудиться, подумала Вероника, поднимаясь по мраморной лестнице парадного подъезда.
Она вошла в небольшой холл и осмотрелась, надеясь увидеть какого-нибудь служащего. Но и здесь никого не было. Широкая лестница вела на второй этаж. Слева стояло гостеприимное чучело медведя с подносом для пожертвований в пользу диких животных.
Ника поднялась наверх и оказалась в просторном зале. Справа и слева на разном уровне висели застекленные рамы с экземплярами редких бабочек. Зал заканчивался белой стеной, служившей, вероятно, экраном, в самом центре которого сидела ее бабочка. Девушка подошла ближе и протянула руку. Касаясь поверхности стены, она ничего не почувствовала. Рука погрузилась в густой и влажный туман. Он продолжал затягивать Нику. Облако сгущалось, окутывая её и постепенно превращалось в жидкость. Ника сделала глубокий вдох и задержала дыхание. Теперь она стояла на дне сферического аквариума, до краев заполненного водой, чуть более плотной, чем та, к которой мы привыкли. В центре сферы зависло огромное ядро, вокруг которого перемещались разнообразные объекты продолговатой, сферической и нитеобразной формы. Они взаимодействовали друг с другом, меняли очертания. Большие объекты поглощали маленькие и через считанные секунды выплевывали их в уже измененном виде, производя, при этом, гулкие и мелодичные звуки. Все это было похоже на гигантскую биологическую клетку и, чтобы вырваться из неё нужно было преодолеть сопротивление довольно плотной жидкости – цитоплазмы. Ника оттолкнулась от дна и поплыла вверх, к свету. Она чувствовала, что не сможет долго задерживать дыхание. Ника зажмурилась, сделала последнее усилие и вынырнула наружу.
Жадно заглотнув воздух, девушка резко подалась вперёд и открыла глаза. Она сидела на лавочке главной аллеи парка. Тёплый ветерок гладил её по щеке. Мимо прогуливались беззаботные и радостные люди. Никто не обращал внимания на девушку, присевшую отдохнуть. В нескольких шагах от нее светловолосая девчушка кормила седую белку. Какое-то время Ника сидела неподвижно, потом поправила прядь, прилипшую ко лбу. Ее одежда и волосы были абсолютно сухими, только легкая испарина на лице. Ей показалось, что только что её словно вывернуло наизнанку. Что это было? – подумала Ника.
Придя в себя, она достала мобильник и открыла папку с фотографиями. Ника с удивлением обнаружила, что там ничего нет. Значит мне все это приснилось? Убрав телефон в сумку, Ника еще несколько минут продолжала сидеть на лавочке. Поняв, что может идти дальше, она встала и направилась в сторону выхода из парка.
Впереди вновь показалась поляна с тропическими с бабочками и Храм искусств, устремлённый в небо. Только теперь он был с другой стороны. Ника посмотрела на часы было восемь вечера. Ничего себе, погуляла! – удивилась девушка и продолжила путь.
Дорога вывела на огромную каменную площадь у подножья искусственного вулкана. В самом её центре возвышалась огромная арка, выдолбленная из цельной скалы. С обеих сторон её поддерживали Кариатиды, как две капли воды похожие на тех, что из странного Никиного сна.
Арка была грандиозна, но даже она меркла на фоне километровой горы, к вершине которой вела длинная и широкая лестница. Каждые двадцать метров она прерывалась смотровой площадкой с каменным бассейном и выпадающими из вулканической породы каскадами кристально чистой воды. Вдоль лестницы, с двух сторон тянулись ленты эскалаторов, устремленные к самой вершине, где разместился величайший в Москве ресторан Olympus Mons.
8. OLYMPUS MONS
Люди толпились у арки с Кариатидами. Высоко задрав головы, они глазели на выступающих из скалы великанш, поражавших не только своими размерами, но и какой-то живой незавершенностью. Словно автор не успел отсечь лишнее, оставив часть великолепия в глубине камня. Казалось, только это и удерживает дев на пьедесталах.
Сидя на ступенях, Ника вглядываясь в каменные лики, поражалась их сходству с теми, что видела во сне. Наверное, все Кариатиды одинаковы, – подумала она. Чутьё подсказывало, что эти скульптуры, и старый музей, и бабочки, и чучело медведя прятались где-то глубоко, в ее подсознании. А клетка всего лишь ячейка хранения. Возможно, этот сон был непроизвольной попыткой заглянуть в себя, чтобы хоть что-то вспомнить. Ника задумалась. Как странно устроен человек, он начинает познавать себя, только если что-то случается, а все остальное время, находится в клетке собственных опасений. Неожиданно нить мысли оборвалась. Кто-то за спиной позвал её по имени. Ника обернулась и увидела Евгения. Он спускался по ступенькам вниз, сверкая белозубой улыбкой.
– Вероника! Куда же Вы ушли?
– Я пыталась остаться, но там была такая толпа… И потом, у Вас были дела?..
– Никаких дел! Тот парень – мой старый друг Иван. Он пригласил меня на экскурсию, но я хотел только с Вами…
– Поэтому Вы от меня сбежали?
– Нет, Вероника! Ну, что мне сделать, чтобы Вы меня простили? – взмолился Евгений и неожиданно встал на колено, – Умоляю!
– А Вы спойте, – предложила Ника.
– Вообще-то, я бэквокал, но ради Вас… Вы что предпочитаете, классику или рок?
– Классику.
– Тогда, пожалуйста!
Продолжая стоять на колене, он действительно запел старинную севильскую серенаду «Я здесь, Инезилья», только вместо Инезильи в песне фигурировала Вероника. Это было не долго, потому что девушка попросила пощады и приняла все его извинения.
– Вероника, так Вы пойдете с мной в Olympus Mons? – поинтересовался Евгений.
– Если Вы не будете петь, – улыбнулась Ника.
Поняв, что она больше не сердится, Евгений встал. Ника с удивлением заметила, на его брюках не было ни соринки.
– Вы рисковали не пройти дресс-код, Евгений.
– Вообще-то, это ткань не пачкается.
Ника с подозрением посмотрела на брюки:
– Опять изобретение DOK?
– Нет, это Armani. Только это не их изобретение. Это Top Material. Наверняка, слышали!.. Бренд института НЕООРГАНИКА.
– Да, что-то слышала, – соврала Ника.
– Не удивлюсь, если Ваши джинсы из такой же ткани, – улыбнулся Евгений, – Это опять от бабушки?
– Проверим?! – Ника засмеялась и встала на одно колено, точь-в-точь, как это сделал Евгений.
Она казалась такой милой и забавной, что он не выдержал и в порыве нежности, подхватил ее на руки и закружил. Ника продолжала смеяться. Это было удивительно, но после всего, что с ней случилось, он был первым человеком, кто мог легко её рассмешить. Это был самый искренний, почти детский смех, который делает людей счастливыми.
Он нес ее до самых эскалаторов и поставил на землю лишь перед самым входом на движущиеся ступени. Через пятнадцать минут они уже были на вершине Olympus Mons. Широкий тоннель, похожий на пещеру, привёл их в огромный зал. Пока они выбирали место, Евгений рассказал, что каждые два часа этот зал вместе с сотнями посетителей поднимается, превращаясь в смотровую площадку. И в течение следующих двух часов гости могут наслаждаться панорамой комплекса, не покидая столики. Пока же платформа была внизу и над головами посетителей простирался круглый лоскут восхитительного звездного неба в обрамлении вулканической стены. Было уже темно и на каждом столике горели свечи. В темноте они казались звездами, упавшими в кратер, чтобы сделать людей счастливыми.
Ника и Евгений болтали о какой-то чепухе. Потом он вспомнил, что ровно в десять намечается фейерверк и салют в честь открытия комплекса и, что это должно быть очень красиво. Странно, но Нике совершенно не хотелось ни искрящихся огней, ни разрывающихся залпов, ни лазерного шоу. Она боялась, что праздничная эйфория разрушит тонкую связь, которая наметилась между ними. Их чувства были легкими, едва уловимыми, как тёплый майский ветер.
Я влюбилась? – подумала Ника и на её лице проявилась едва заметная улыбка.
Играла тихая музыка. В самом центре зала располагался танцпол. Несколько пар уже раскачивались в такт ненавязчивой мелодии.
– Хотите танцевать? – предложил Евгений.
Не успела она ответить, как десятки прожекторов вспыхнули, направив лучи на подиум. Ритмичные звуки встряхнули зал и народ потянулся к танцполу.
– Это же свинг! – воскликнула Ника.
Она не задумывалась, откуда знает про свинг, но была уверена, что этот танец ее заводит. Где-то глубоко внутри нее рождались вибрации, нарастали, резонировали и влекли на танцпол. Ника чувствовала музыку каждой клеткой своего тела.
Евгений взял ее под руку и потянул за собой. И все стало получаться как-то само собой. Синхронный шаг в одну, потом в другую сторону… Свинг: назад-вперед. Полуповорот. Они поменялись местами. Поворот – она, как вихрь, проскользнула под его рукой… Это была химия. Легкость и вдохновение соединились, выбрасывая чистый адреналин. И так будет всегда. Этот свинг был только для них! Другие пары расступились, освобождая пространство. Все вокруг с восхищением смотрели на красивую девушку и элегантного мужчину с ослепительной улыбкой. Когда музыка закончилась, народ зааплодировал.
На смену свингу пришла тихая фоновая музыка. Плотное кольцо зевак постепенно рассеялось, но пара ещё стояла на танцполе, никого не замечая вокруг.
Не видела Ника и Рагина, который все это время наблюдал за ней. Она находилась на расстоянии всего десяти шагов, но Андрей сразу почувствовал, что их разделяет Вселенная. Он совершенно не ожидал встретить Нику здесь. Ему начинало казаться, что эта хрупкая девушка обладает каким-то особенным магнетизмом, который притягивает его туда, где появляется она. Она была как магнит, который повернулся одноименным зарядом. Что ж, сейчас ему просто не повезло, оказаться не с той стороны. Все относительно, – думал Рагин, – Все ещё можно изменить. В этом он был прав, но пока его отбрасывало всё дальше и дальше. Он посмотрел на Никиного спутника, – Откуда он взялся?.. Может этот парень маньяк? Может ей нужна помощь?.. Предположения прокручивались в голове, но ни в одно из них он не верил.
Взгляд снова вернулся к Нике. В ней не было ни тени сомнения или страха. Она не нуждалась в его помощи. Теперь Андрею уже казалось, что спасать надо его самого. Он все ещё сомневался, подойти к ней или нет.
Все стихло. Платформа пола медленно поползла вверх. Сотни людей, как по команде посмотрели на небо. И в эту минуту грянул салют. Миллиарды звезд рассыпались над вулканом. Сквозь нарастающие раскаты, слышались крики восторга и аплодисменты. Рагин увидел, как Ника со спутником взялись за руки и растворились в толпе. А он все ещё продолжал стоять на месте, наблюдая за букетами разноцветных огней. Под грохот пушек платформа достигла максимальной точки, открыв для обозрения панораму ночного города. Андрей подождал еще пару минут и направился к своему столику.
Сарт и Ленка о чем-то оживленно болтали, пытаясь перекричать салют. Рагин сел рядом и стараясь выдавить из себя что-то вроде улыбки, но получилась жалкая гримаса. Но на это никто не обратил внимания. Напротив, друзья были в восторге от его появления.
– А вот и наш Андрюха! Встречаем-м! Праздничным салютом! – воскликнул Сарт, – Ну, как там, на танцполе, старина?
Он сделал небольшой глоток шампанского и безмятежно уставился на друга.
– Всё нормально, – кивнул Рагин.
– У тебя такой вид, словно ты проглотил лимон! – заметил, наконец, Сарт.
– Я там встретил одну знакомую… – начал было Рагин, но очередной залп заставил его прерваться.
– Она угостила тебя лимоном?!
Сарт взял начатую бутылку шампанского, наполнил пустой бокал и протянул его Рагину:
– Запей полусладким и продолжай!
– Она офигенски танцует! – объявил Андрей, чтобы хоть как-то закрыть тему.
– Правда?! – оживилась Ангелок, – А я думала, что ты танцуешь круче всех!
Очередная вспышка не дала ей договорить, но как только она стихла, Ленка продолжила:
– Мы тут с Ромычем как раз поспорили, кто из нас лучший в Lindy Hop. Помнишь, в школе на танцклассе Балерина поставила тебе шестерку?
Андрей пожал плечами.
– Это был я! – запротестовал Рома.
Ленка недоверчиво подняла брови, но предпочла не спорить с гением. В этот момент последний раскат салюта утих и грянул джаз.
– Андрюха, ну ты-то хоть признайся, что лучшим был я! – не унимался Сарт.
В доказательство сказанному он встал из-за стола, качнул головой в такт музыке и попытался воспроизвести несколько базовых движений. Получилось забавно. Ленка одобрительно хихикнула. Рагин все ещё был не в духе и отреагировал формальной улыбкой. Но Рома уже завёлся. Он с надеждой посмотрел на Ленку и добавил:
– Может качнем?!
– Нет, Ромыч, ты мне все ноги отдавишь! – отрезала она и, неожиданно вскочив, подхватила под руку кисло настроенного Рагина и потянула его на танцпол.
Тот пытался сопротивляться, но девушка была настроена решительно. Рагин умоляюще посмотрел на Рому, но тот молчал. На лице Сарта было написано слово «Облом!». Через пару минут спонтанная парочка уже смешалась с толпой.
Какое-то время Рома еще стоял в недоумении, а потом решил напиться.
Подойдя к барной стойке, он сел на единственное свободное место, заказал виски со льдом и стал наблюдать за действиями бармена. Тот явно работал на поток, миксуя несколько напитков одновременно. Как он умудряется ничего не перепутать? – удивлялся Сарт, – Мне бы его способности, и Реконструктор был бы уже в кармане. Что за фигня! Жизнь рушится, я все о работе. Неужели же, этот Реконструктор так много для меня значит?.. Больше, чем женщина? Боже, какой же я идиот! Почувствовал себя великим учёным. Решил, что она обожает гениев. А она?.. Ничего не изменилось! Теперь наука – моя женщина.
Безнадежно глотнув виски, он поставил на стойку пустой бокал. Душа его горела от обид и разочарований, а расторопный бармен только подливал виски в огонь.
– Привет, – приятный девичий голос отвлек Романа от горьких дум.
Сарт повернул голову. Справа от него сидела симпатичная рыжая девушка, совсем юная со смешными веснушками и курносым носом.
– Это Вы мне? – поинтересовался он.
Девушка в упор смотрела на Сарта:
– Нет, просто я косая.
– Шутим, – прокомментировал он.
Девушка улыбнулась и в знак согласия качнула головой.
– Тогда, привет! – он повернулся к девушке, – Хочешь что-нибудь выпить?.. Что-нибудь покрепче?
– Не дадут.
– Ты, что? Школьница? – предположил Сарт.
– Учусь в колледже.
– Та-а-ак, только этого еще не хватало.
– Вы что, против всеобщего среднего?
– Я что, попал на шутки-шоу?
– Да, нет, – девчонка улыбнулась и протянула Роме руку, – Меня зовут Алена.
– А меня дядя Рома! – он пожал ей руку и сделал знак официанту.
– Смешно.
Заказав для девчонки безалкогольный Мохито, Сарт залпом допил виски, не прощаясь, встал и направился к своему столику.
Ленка и Андрюха уже вернулись. Но Рагин был все также хмур. Линди Хоп не пошел ему на пользу. Зато в любви ему везет, – позавидовал Сарт.
Он сел за стол, поднял бокал с шампанским и театрально произнёс:
– Старый гусарский тост!.. Мы с Андрюхой пьем стоя.
– Ромыч, по-моему, тебе уже хватит, – забеспокоилась Ангелок.
А Сарт, так и не встав, опустошил содержимое, поставил фужер на стол и, не мигая, уставился на Ленку. В это мгновение за его спиной раздался девичий голос:
– Роман, а можно мне тоже с вами?
Новая знакомая с недопитым Мохито в руках проскользнула между столиками и плюхнулась на стул рядом с Ромой. Ангелок посмотрела на нее с недоумением, а Рагин – с явным любопытством. Не дождавшись ответа, девушка поставила коктейль перед собой и окинула взглядом компанию. Лимонное настроение Рагина мгновенно растворилось в ее улыбке.
– Послушай, Рагин, – вместо ответа произнёс Сарт, – Ты ведь работаешь с несовершеннолетними?
– Ну, да, – не понял Рагин.
– Вот! Обрати внимание на экземпляр. Время полдвенадцатого, а ребенок не спит!
– Какой ребенок?
– Да, вот же!
Рома указал на рыжую девушку. Рагин чуть не поперхнулся.
– Простите, Вы его ребенок?
Алена загадочно улыбнулась, наблюдая, как друг Ромы пытается угадать в ней черты Сарта. Так и не найдя сходства, Рагин все же заметил:
– Что-то есть!
– Ромыч, ты не говорил, что у тебя есть взрослые дети,− как можно более деликатно пролепетала Ангелок. Однако, в ее голосе проскользнул возросший интерес к Сарту.
– Какой еще ребенок! – возмутился Сарт, – Она не ребенок!
– Вот и я говорю, – подтвердила Алена, – Ребят, правда! Можно я с Вами потусю?
– Нельзя, – отрезал Сарт, – Иди домой, девочка!
– Ромыч, ты чего? – вступился Андрей, – Пусть твоя симпатичная дочь останется с нами.
– Ну, да! – поддержала Ангелок, – Пусть!.. Тебя как зовут?
– Алена, – девушка протянула руку Ленке.
– А я – Лена, очень приятно! А чем Вы занимаетесь, Алена?
– Учусь в колледже. На модельера. Так что, я не ребенок.
– И тем более не мой! – вставил Сарт.
– Да ладно тебе, Сарт! – подбодрил его Андрюха.
– Вы что, сдурели?! Я что, по-вашему, в десять лет ее родил?!
– Откуда мы знаем? Может тебя клонировали? А может тебе уже давно не 25? начал оправдываться Рагин.
– Друзья, с этой девушкой я познакомился только что, пока вы там танцевали.
– Вот как?!!– еще больше удивилась Ангелок, разглядывая Алену. Рейтинг Сарта продолжал расти.
– Кстати, девочка, может объяснишь, что ты здесь делаешь так поздно и без сопровождения? – ёрничал Рома.
– Жду администратора. У меня здесь в пятницу будет показ. Нужно кое– что уточнить.
– Так Вы кутюрье?! – заинтересовалась Ангелок, – А что за коллекция?
– Видели последние шляпки у DOK?
– Конечно, видела! – оживилась Ангелок, – Из цветной соломки?!
– Ну, да! Там несколько моих.
– Так ты – юное дарование! – воскликнул Сарт.
– Ну, да, – Алена подарила Роме почти голливудскую улыбку.
– А тебе не говорили, что «Ну, да» – фраза-паразит? – поинтересовался Рома.
Алена хотела сказать «Ну, да», но промолчала. Ангелок, как человек творческий, не могла равнодушно смотреть на то, как Сарт обижает многообещающего молодого модельера.
– Не обращайте внимание, Алена, – сказала она, – Роман у нас только наукой интересуется. Он гений!
– А я сразу поняла! Знаете, Рома, как раз сейчас я делаю принт для новой ткани. Думаю, наука – это то, что будет в тренде.
– В тренде?.. А что это такое? – Сарт прикинулся дурачком.
– Видите? Он совершенно оторван от реальности, – добавила Ангелок.
– Так, ребят, я правда оторван. Мне пора, – неожиданно заявил Сарт, – Завтра на работу.
– Ромыч, вообще-то, нам всем уже пора!
– Тогда поторопитесь, я уже заказал такси прямо к подъезду, – добавил он, глядя на часы.
Друзья быстро собрались и двинулись к выходу. Алена тоже последовала за ними. Заметив это, Сарт заволновался:
– А ты куда? У тебя же встреча с администратором.
– Да, я уже договорилась. Можно я с Вами?
Она была так трогательна, что Сарт смягчился.
– Тебе куда?
– На Домодедовскую. Рядом с метро.
Компания спустилась к подножью вулкана и направилась в зону парковки, где уже стояло их желтое с шашечками такси. Они загрузились в машину: Сарт устроился впереди, Рыжик плюхнулась рядом, Андрей и Ангелок расположились на заднем сиденье. На пластиковой панели загорелся сигнал посадки.
– Маршрут: Луганская улица дом 5, – объявил авто водитель.
– Изменение маршрута! − перебил его Рома.
– Назовите адрес.
– Кленовый бульвар 47.
– Маршрут изменен, – подтвердил автоответчик.
Машина бесшумно тронулась. Рагин наклонился вперед к Сарту и хитро заметил:
– Так-так, значит ты теперь на Луганской скрываешься?
– А я тебе не говорил?! У нас там целый квартал с шикарными апартаментами. Рядом с метро. Special for LGT!
– Так ты работаешь в LGT?! – оживилась Алена.
– Я там живу, ребенок! – поправил Сарт.
Через двадцать минут они уже были на Кленовом бульваре. Ленка первой вышла из машины. Андрей немного задержался, чтобы дать Роме последний шанс построить отношения.
– Ромыч, может проводишь девушку? – предложил он, кивнув в сторону Ленки.
Сарт сделал вид, что не расслышал. Он еще не простил Рагину тот танец.
– Рагин, ты идешь? – позвала Ангелок.
Андрюха вышел из машины и, заглянув в окно со стороны Сарта, покрутил пальцем у виска, давая понять, что тот полный лох. Потом он перевел взгляд на Алену и сразу расцвел. Он сказал ей «Пока!» и, выразив надежду на скорую встречу, развернулся и быстрым шагом направился к Ленке.
Сарт усмехнулся и громко крикнул ему вслед:
– Не приставай к девушке, Дон Жуан!
– Да пошел ты! – не оборачиваясь, ответил тот.
– Сам пошел, – буркнул Рома и повернулся к Алене, – Ну, что, ребёнок, на Домодедовскую?
– Нет, давай сначала на твою Луговую, – предложила она.
– Боишься, напрошусь в гости?
– Боюсь не напроситесь.
– Ап ту сю, – сказал Рома и озвучил новый маршрут.
Такси остановилось напротив дома Сарта.
– Ну, пока, кутюрье! Удачи, сказал он Алене и вышел из такси.
– Пока, – улыбнулась она, наблюдая удаляющуюся спину нового знакомого.
Сарт, тем временем, подошел к подъезду, поднялся по лестнице и испытал явное облегчение, когда услышал, что машина уехала. Датчик «Ol Di» мгновенно распознал жильца. Дверь автоматически открылась.
– Роман! – девичий голос заставил его обернуться.
Перед ним стояла Алена и виновато улыбалась.
– Ром, можно к тебе на чашечку кофе?
Сарт с мученическим выражением вздохнул и посмотрел на часы.
– Ты знаешь сколько сейчас времени? Мне завтра на работу.
– Только на полчаса!
– Вот скажи, у тебя мозг есть?!!
– Есть!
– Тогда поезжай домой.
– Но мне же теперь надо заказать такси. Можно я кофе у тебя выпью, вызову такси и поеду?
– Ладно, – сдался Сарт, – Только одну чашку и домой!
9. СЕРАЯ ПАПКА
Понедельник. 31 мая. Научный департамент ФСБ.
Капитан Смирнов сложил документы в серую папку именно в той последовательности, в которой собирался представить их шефу. Он вышел из своего кабинета, пересек отдел информации, где во всю кипела работа, и направился в приемную полковника Николаева.
Три дня назад, не считая выходных, Смирнов дал задание аналитикам собрать информацию и составить досье на Эжена Гареля, президента французской компании PharmaCité. По меркам ФСБ за это время можно было бы написать мемуары. Поэтому капитан был спокоен за своевременную подготовку файлов. Как всегда, он заранее предусмотрел все, даже то, что может понадобиться полковнику сразу же после изучения серой папки.
Вызов к шефу случился на день раньше, но уже утром папка с распечатанными файлами лежала у капитана на столе. Конечно, данных будет недостаточно, – подумал Смирнов. Не так давно Научный департамент интересуется разработками PharmaCité. Значит понадобиться время для раскачки новых информационных источников. Пока же, можно было с уверенностью сказать, что французская компания давно и успешно занимается мощными антиоксидантами и ведет серьезные исследования, цель которых – универсальный генетический реконструктор. Однако, в департаменте не исключали, что ученые PharmaCité могли вплотную подойти к разработке новой формулы, способной перезапустить геном. Кое-что об этом удалось найти во французской прессе. Эжен Гарель иногда давал интервью для специализированный и женских журналов. Но он не любил говорить о текущих разработках и не имел привычки кого-либо посвящать в свои планы. Поэтому об последних открытиях PharmaCité можно было только догадываться. Единственным способом хоть что-то узнать было внедрение агента. По мнению Смирнова, таким агентом должен быть не только специалист в обрасти генетики, но и тонкий психолог, способной заслужить особое доверие президента PharmaCité. Гарантией успеха и безопасности в данном случае мог бы стать убедительный предлог для внедрения. И такой предлог уже был. От профессора Кузнецова капитан узнал о договоре по обмену специалистами между PharmaCité и LGT. Каждый такой обмен планировался заранее, с завидной регулярностью и не мог вызвать подозрений. Конечно, иностранные спецслужбы всегда испытывали повышенный интерес к нашим ученым, но уже это воспринималось, как неизбежность. Было бы хорошо отправить в Париж специалиста, который уже проходил проверки и удовлетворил любопытство спецслужб.
Была и еще одна задача, пожалуй, даже более важная: сформировать спецгруппу из российских ученых, которые могут догнать и перегнать PharmaCité. Но эта задача уже была выполнена.
Анализируя ситуацию, Смирнов не заметил, как очутился перед дверью шефа. Он тихо постучал и, не дождавшись ответа, вошел в кабинет.
– Вызывали, Артем Петрович?
– Сергей Иванович? Проходите, присаживайтесь.
Смирнов сел напротив шефа и положил папку перед собой.
– Вам удалось договориться с LGT? – поинтересовался Николаев.
– Так точно, архивы по Реконструктору были представлены специальной группе сотрудников LGT, которая уже приступила к работе. Презентация в Вашей папке на сервере.
– Что по поводу Сторина и его подруги?
– Пока не густо. Мне удалось выяснить, что подругой Сторина была Сонина Елена Николаевна. Год рождения – 1940. В 1963 году она закончила Московский инженерно-строительный институт. Потом работала инженером-конструктором в МосПроекте. В 1967 познакомилась со Сториным. После его гибели в 1972-м Сонина уволилась из МосПроекта и уехала в неизвестном направлении. Сохранилось письмо, из которого понятно, что за месяц до гибели Сторина они расстались. Что же касается самого Сторина, то вот заключение следственной комиссии, что 13 октября 1972 года Евгений Сторин погиб в авиакатастрофе самолета, принадлежащего авиакомпании «Аэрофлот», выполнявшей рейс Париж-Москва. При заходе на посадку самолет потерпел крушение в районе поселка Озерецкое Дмитровского района Московской области. На борту находились 174 человека, включая экипаж. Погибли все. Для уточнения деталей мы сделали запрос в архивы компании Аэрофлот и получили информацию, что гражданин СССР Евгений Сторин был зарегистрирован на рейс, следующий из аэропорта Шарль де Голь в аэропорт Шереметьево. У этого рейса была промежуточная посадка в Ленинградском аэропорту Шоссейная. Точная причина катастрофы так и не была установлена, предположительной причиной являются неверные показания высотомера.
Смирнов положил перед шефом серую папку, предварительно открыв её на нужном документе. Шеф внимательно изучил бумаги. Потом отодвинул папку в сторону и спросил:
– Сергей Иванович, Вы проверяли, была ли дополнительная регистрация пассажиров при промежуточной посадке?
– Вот выписка из архива, из которой следует, что нет. Но это было так давно, что…
– Вы допускаете, что Сторин зарегистрировался на рейс в Париже, но не сел в самолет? – спросил Николаев, разглядывая бумагу.
– Так точно, такой вариант возможен. Тем более, что акт опознания тела погибшего не найден. Его либо его не смогли опознать, либо…Его просто не было.
– Значит Сторин вполне мог остаться во Франции?
– Это не исключается. Из архивных данных следует, что в 1972 году его работа по созданию Реконструктора генома была завершена, но результат эксперимента официально не был заявлен. Я сделал запрос в архив НИИ Органической Химии по поводу государственного финансирования этого проекта и получил ответ, – Смирнов выбрал нужный листок из серой папки и положил его перед шефом.
– Вот уведомление об временной приостановке проекта по Реконструктору генома за подписью замминистра медицинской промышленности СССР. Так что, работа была приостановлена и не по причине неудачного эксперимента.
– Как Вы думаете, могло ли это стать причиной невозвращения Сторина?
– Думаю, да. Есть еще один интересный факт: в 1980 году во Франции был запатентован и запущен в массовое производство аналог препарата МИТАЛОК. Так называемый, AGE-200. Тоже адресный антиоксидант. Только в действующее вещество другое, называется FG-1. Оно было разработано французской компанией PharmaCité, принадлежащей семье Гарелей.
– Вы связывались с нашим агентом в Париже?
– Да, информация уже обрабатывается.
– Подумайте, кого из наших можно было бы отправить в PharmaCité.
– Так точно. Думаю, что завтра у меня уже будут конкретные предложения.
– Отлично. А что известно о Президенте этой французской корпорации?
– О Гареле? Вся информация о нем здесь, – Смирнов вытащил несколько скрепленных листков из стопки и положил перед шефом. Тот просмотрел документ и добавил:
– Нам нужна информация о родословной семьи Гарелей. История давняя, но надо постараться. Да! И обновите вот эти данные, – Николаев протянул листки с досье Гареля, – Здесь декабрь 88-го. За пять месяцев все могло измениться. Возьмите это в разработку, Сергей Иванович.
– Так точно, Артем Петрович.
Выйдя из кабинета шефа, Смирнов направился к себе. Химик по образованию, он работал в Департаменте науки ФСБ уже пять лет. За это время многое изменилось. Его дважды повышали в звании, из открытого офиса отдела информации он переехал сначала в следственный отдел, а потом и в отдельный кабинет руководителя информационной службы департамента науки ФСБ. Вот уже год у него была собственная приемная с солидной офисной мебелью и крутым органолептическим креслом. Такие кресла давали не каждому. Рассчитанное на 24 часа непрерывной и комфортной работы, оно было запрограммировано на 50 видов массажа, а также легко превращалось в кушетку для быстрого сна. Рабочее место капитана было неплохо оснащено: мощный компьютер с выходом на все базы данных, специальное программное обеспечение и масса профессиональных приложений. Для внутренних заседаний был предусмотрен новенький сенсорный флип-чарт, стоящий в углу слева.
Однако, гордостью Смирнова была не продвинутая техника. Справа у входа разместился древний автомат горячих напитков. Опустив в узкую щель машины старинные монетки, достоинством 5 и 10 рублей, можно было выпить чашечку капучино, мокаччино или эспрессо. Монетки выдавал Смирнов и, конечно же, только тем, кто был ему симпатичен. Когда же мелочь заканчивалась, капитан извлекал её из автомата, восполняя свой кофейный бюджет. Что касается, ингредиентов, необходимых для загрузки в автомат, то Смирнов покупал их в ближайшем гипермаркете за обычные электронные деньги. Когда к капитану заходили еще неискушенные сослуживцы, из существующего ассортимента напитков он умудрялся предложить именно тот, который должен непременно понравиться. Интуиция ни разу не подводила капитана. Таким образом он подсадил на автомат практически всех коллег, возродив, старую традицию кофе-брейков.
Себе он делал кофе не больше одного раза в день и его выбор полностью зависел от настроения. Сегодня ему явно не хватало праздника, поэтому, зайдя в свой кабинет, Сергей Иванович сразу же «купил» чашечку горячего шоколада. Любуясь видом из окна на закрытый дворик с аскетическими лавочками и маленьким фонтаном, он медленно опустошил стаканчик и в приподнятом настроении вернулся к делам. Он сел за стол, коснулся пальцем экрана и, разбудив монитор, вызвал по выделенной линии руководителя отдела экспериментальных разработок LGT профессора Кузнецова.
10. ХВОСТ
Понедельник. 31 мая. 2088 год. Отдел экспериментальных разработок LGT.
После бурно проведенных выходных сложно включиться в работу, но Сарту это удалось. С утра он освежил в памяти изученные сторинские архивы, скопировал оттуда нужную информацию, навестил красотку Эмму и сделал ей очередную инъекцию АКС.
Сарт позаботился о том, чтобы его крольчиха не переставала получать препарат даже в выходные. Это было не сложно, потому что дежурным по офису был Гриша Сомин – сосед Ромы по лестничной площадке. Сарт рассказал ему об АКСе и о большой школьной любви, ради которой Сарту пришлось тусить в выходные. Для большего вовлечения Рома добавил, что уже через месяц будет контрольный тест нового препарата, результат которого зависит теперь и от Гриши. Парень проникся и взялся Сарту помочь. Для Гриши это ничего не стоило – он все равно дежурил, а у Сарта решалась судьба. С любовью Роме опять не повезло, но научные эксперименты давались ему легко. Эмма все хорошела и хорошела!
Теперь Рома работал сразу за двоих: за изобретателя АКС и за разработчика Реконструктора. Но львиную долю его времени занимал, конечно же, РГ. И уже назревал момент, когда он вновь мог исчезнуть из поля зрения друзей и близких, в том числе и Рагина. Все развивалось на удивление быстро. Прошло три дня, и формула, предложенная Сартом еще в дипломной работе, теперь уже не должна была показаться профессору Кузнецову фантастикой. Он почти был уверен, что с её помощью вполне реально запустить процессы регенерации в организме человека, активировав определенные гены. По гипотезе Сарта они отвечали за определенные поведенческие свойства характера. И это следовало проверить.
Рома еще раз просмотрел архивы. Там было несколько претендентов на звание Реконструктора, но у каждого из них были свои минусы, самый главный из которых – это развитие неизлечимых болезней. Кроме того, там практически отсутствовали выводы. Создавалось впечатление, что на каком-то этапе профессор прекратил эксперимент или просто перестал вести записи.
И все-таки среди сторинских моделей была одна, которая поразила Сарта. Она парадоксально была похожа на ту, что он предлагал в своей дипломной работе. Разница лишь в небольшом сегменте молекулы, который Роман тут же назвал «хвостом Сарта». Он загрузил данные обоих соединений в ПММ (программу молекулярного моделирования). На экране появились два практически идентичных изображения, но с разными «хвостами».
Хвост Сторина был отмечен красным цветом и по комментариям программы отвечал за блокировку беспорядочного деления клеток, которое, как принято считать, ведёт к развитию злокачественных образований. В этом красном хвосте был крошечный белый кусочек. Программа поясняла, что данный фрагмент может быть заменен без потери свойств соединения.
В молекуле Сарта хвост имел более причудливую форму и был выделен зеленым. ПММ отметила, что хвост может блокировать гены агрессии.
Погрузившись в модели, Рома не заметил, как пролетел день. Он оторвался от компьютера, когда офис уже опустел, и вдруг заметил, что Логинова все ещё на рабочем месте. Она доставала какие-то вещи из своего стола и аккуратно складывала их в сумку. Рома обрадовался, что она еще здесь и есть с кем поделиться своими достижениями. На его лице тут же нарисовалась та самая, загадочная улыбка, которой он встречал своего шефа по утрам после удачных ночных экспериментов.
– Ирин! – позвал Роман.
Услышав голос коллеги, она обернулась. Однако, на лице Логиновой было какое-то странное, отсутствующее выражение, словно она уже не здесь, а где-то далеко-далеко. Она посмотрела на Рому и только его улыбка заставила ее вернуться.
– Ирина Евгеньевна, иди чего покажу! – зазывал ее Сарт.
Логинова оторвалась от сумки, в которую только что складывала личные мелочи с рабочего стола, и подошла к столу коллеги.
– Ну, что там, Сарти? – спросила она, глядя на его монитор с двумя очень похожими молекулами, – Сторинские?
– Ну-у… – помялся Рома. – Та, что справа – моя.
– Шутишь?!
– Отнюдь!
– Кузнецов видел?
– Пока нет.
– Пиши докладную. Надо проверять.
– Ес-сс! – Роман развернул кресло к компьютеру и начал быстро стучать по клавиатуре.
– Рома, только без фанатизма, – добавила Логинова.
– Ес-сс, – не оборачиваясь согласился он.
Казалось, Ирина взбодрилась. Но стоило ей вернуться к своему столу, тень отсутствия вновь пробежала по ее лицу.
– Послушай, Сарти, я не успела тебе сказать… – начала она.
– Ты завтра будешь? – не дал договорить Сарт.
– Нет, Кузнецов отправляет меня по партнерской программе в Париж, – выпалила Ирина.
– Не понял!.. Постой, а как же Реконструктор?!
Роман мгновенно перестал стучать по клавишам, развернулся в сторону Ирины и замер, ожидая ответа.
– С такими как ты, Сарти, за Реконструктор я не беспокоюсь.
– Черт! – взмолился Сарт, – Черт! Черт!.. Ирина, это не восторг… Я же завтра хотел… Мы же банда!
– Сарти, ты совершенно самостоятельный ученый. Кстати, к последним твоим достижениям я не имею никакого отношения. Скажу по секрету, Кузнецов обещал освободить тебя от повинности старшего лаборанта. Ты теперь будешь научным сотрудником и наравне со всеми займешься разработкой Реконструктора генома… В случае успеха это потянет сразу на диссертацию. Главный сказал, что тестирование по всем экспериментам пока будете делать вместе с Николой.
– А что, Никола согласен?
– Думаешь его спросят об этом?
– Да он же мне мозг вынесет.
– А ты его заинтересуй, – Логинова, наконец-то, улыбнулась.
– У меня столько денег нет, чтоб Дорохова заинтересовать!
– Слушай, ты сможешь. А я послезавтра улетаю.
Услышав это, Рома опять забился в истерике. Такого поворота событий он никак не ожидал.
– Мне очень жаль, Сарти, но это важно для всех нас…
Она на секунду замолчала, а потом неожиданно добавила:
– Ты не против, если завтра я привезу тебе Федю?
– Что?!! Мне Эммы достаточно.
– Сарти, пожалуйста, – Ирина умоляюще посмотрела на него.
– Федю отдай Кузнецову. Это же он отправляет тебя в Париж?.. Вот пусть и усыновит твоего Федю.
– Сарти, мне правда некуда его девать.
– Ладно,– вздохнул Рома,– Привози своего бульдога.
Он достал из кармана брюк связку ключей, отсоединил один из них и бросил Ирине:
– Вот возьми дубликат. Завтра привезешь. Только меня не будет. Я завтра ночую здесь. Так что, погуляй с Федей!
Ирина ловко поймала ключ. Бросив его в сумку, она встала и подошла к Сарту.
– Спасибо, Сарти! Через неделю приедет моя тетка и заберет его.
– На сколько едешь?
– Наверное, на год.
– Ладно, давай прощаться, – смягчился Роман и протянул Ирине руку.
Они попрощались. Потом Логинова бросила взгляд в сторону своего стола и, убедившись, что ничего не забыла, вышла из офиса.
Еще пару минут Рома стоял в недоумении. Потом посмотрел на часы – было уже восемь вечера. Задумка раствориться в работе неожиданно рассыпалась в прах. Вместо нее появилось навязчивое желание позвонить другу.
Наверное, не стоит больше вот так исчезать, – подумал Сарт. Теперь он понимал, что жизнь на работе стала возможной и, во многом, благодаря Ирине. Она практически заменила ему Рагина, да, в общем-то, и всех остальных, кроме, разве что, любимой женщины… Которой теперь стала Генетика. Звучит довольно грустно. Ночуй в офисе, наслаждайся экспериментами, мечтай о новых открытиях, а в промежутках между этим отпускай шуточки в адрес коллег, которые теперь вместо друзей. Какое многополярное однообразие!.. А главное во всем этом, что в конце концов ты превращаешься в такого маленького принца на большой лабораторной планете.
Вот и сейчас, совершенно не с кем было поделиться своими мыслями. Он взял мобильник и набрал Рагина.
– Привет, дружище, – шепотом ответил Андрей, – Я в кино.
– Ладно… До связи.
Рома бросил трубу на стол и грустно вздохнул.
11. ЧАС ОТ ЧАСУ МУДРЕНЕЕ
Роман стоял один в опустевшей лаборатории. Никогда раньше он не присматривался к окружающему пространству. Пустой офис выглядел совершенно другим. В нем фактически ничего не изменилось, но, в отсутствии людей, на первый план выступала его неодушевленная сущность. Время словно замедлялось при встрече с ней. Столы и кресла ещё какое-то время хранили тепло людей, но потом, и они замирали. Единственными живыми существами оставались зверьки в боксах лабораторного «зоопарка». Было и ещё одно место, где затаилась жизнь. Она дремала в генетических образцах, которые хранились в специальном шкафу. Но без людей науки все это экспериментальное пространство не имело никакого смысла.
Сарт снова поймал себя на мысли, что желание работать равно нулю. Он судорожно перебирал в голове, кому бы еще позвонить, но довольно быстро убедился, что некому. Весь последний год был полностью посвящен LGT. Он опять вспомнил про Ирину, которая заменила ему всех. Но теперь и она исчезла. Впервые Роман ощущал вакуум. Его транслировал безмолвный мобильник, излучали спящие мониторы, потухший вытяжной шкаф и опустевшие боксы для одежды. Неожиданный звонок заставил Рому вновь почувствовать гравитацию. Первое, что пришло в голову – Рагин!
Сарт с надеждой схватил «трубу», но услышал девичий голос. Это была Алена. Только её не хватало! – подумал Сарт, но все же ответил.
– Привет! – пролепетала Рыжик, – Хотела ещё раз поблагодарить за кофе.
– Рад, что тебе понравилось.
– Чем занимаешься?
– Работаю, как обычно.
– Может пересечемся где-нибудь?
– Давай в другой раз. Я всю ночь буду в офисе, так что…
– Ладно, я не про сегодня. У меня в пятницу показ. Придёшь?
– Администратор нашелся?
– Ну, да. Показ будет в КОСМОСЕ.
– Хорошо, я приду, – согласился Сарт, надеясь побыстрее отделаться.
– Кстати, а можно позырить, как выглядит реальная клетка?
– Это еще зачем?
– Ну, помнишь? Я хотела принт для ткани сделать с биологической клеткой.
– Да, ну! А я-то думал, что клетка – это пересечение полосок.
– Ты устарел. Это единица живой материи.
– А я думал – единица шотландского килта!
– Ты все шутишь, а я серьезно. Так, можно к тебе на работу?
– Рыжик, ты без границ!
– Без чего?
– Без всего!
– Ну, хорошо, тогда на показ приходи, – не унималась Алена.
– Может мы с Рагиным придём? – неожиданно предложил Сарт.
– Конечно! И его девушку возьмите.
– Я что-то пропустил? – удивился Сарт, –У Рагина есть девушка?
– Та блондинка, которая была с ним в КОСМОСЕ.
– Это не его девушка! – возмутился Роман. Своими домыслами Алена начинала выводить его из себя.
– А чья?
– Слушай, бэби, девушка не обязательно должна быть чья-то. Она может быть совершенно автономной.
– Нет, нет, нет! Эта девушка твоего Рагина, – настаивала Рыжик.
– Тогда он пока об этом не знает.
– Такое бывает, – вздохнула Рыжик.
– Ты тоже не знаешь.
– Что я не знаю? – напрягся Сарт.
– Что я хочу быть твоей девушкой!
– Я думал ты хочешь быть модельером или космонавтом, на худой конец.
– Одно другому не мешает, – засмеялась Алена, – Так ты придешь?
– О ‘Кей! Увидимся в пятницу.
– В Olympus Mons! – добавила Рыжик.
– Слушай, ребёнок, может ты лучше будешь менеджером? У тебя неплохо получается!
– Нет, с профессией я уже определилась. Кстати, там будет презентация проекта «Закрытый Космос». Думаю, тебе это будет интересно, ученый!.. Ну, ладно, увидимся в пятницу, – заторопилась Алена, – Пока!
Разговор неожиданно прервался. Вот так, – подумал Рома, – Даже эта девчонка куда-то спешит… А что это она про Рагина и Ленку нагородила? Мой лучший друг решил увести у меня женщину?.. Сначала это показалось полным бредом. Но чем больше Сарт об этом думал, тем более реальной казалась эта идея. Правда, теперь Рома переживал не из-за Ленки. Причина была в Рагине. Он ревновал лучшего друга к своей первой любви. Мысль об этом его взбодрила. Он взял мобильник, нашел номер Анохиной и позвонил. Раньше он ни за что бы не решился на это, даже под дулом пистолета, но сейчас ему было все равно, что подумает Ленка. Когда же Ангелок ответила шёпотом «Ромыч я в кино», Сарту все стало ясно. Рыжик была права. Он сбросил вызов и окончательно вышел из себя.
– Как же он мог?.. Хоть бы сказал, что Ангелок ему нравится… Я бы понял! Это же просто подстава! – закричал Рома на весь офис. В бешенстве он ударил кулаком по столу и чуть не попал по клавиатуре.
В этот момент он чувствовал, что теряет все: уверенность, равновесие, контроль над собой. Чтобы немного успокоиться, он сделал глубокий вдох. Выдохнув, Рома понял, что его немного отпустило. Было так тихо, что Сарт услышал, как в дальнем углу офиса в большом боксе шуршала Эмма. Он подошёл к ней, внимательно посмотрел в карие кроличьи глаза, пытаясь понять, какого ей, вот так – сидеть в замкнутом пространстве без надежды на дружбу и свободу. Но, похоже, Эмму это совершенно не смущало. Она встала на задние лапки, как будто что-то просила. И тут Сарт вспомнил, что пора делать инъекцию. Он решительно направился к холодильнику, взял склянку с АКСом и наполнил шприц. Эмма даже не шелохнулась, когда Сарт делал ей укол. После процедуры он взял крольчиху на руки и устроился вместе с ней на кожаном диванчике.
За последние дни Эмма изменилась. Шерстка и хохолок стали гладкими и шелковистыми, совсем как в рекламе шампуня GRIVA. С первого же дня АКСотерапии у Эммы сохранялся отменный аппетит и здоровая активность. А спустя несколько дней даже начали проявляться несвойственные для кроликов признаки привязанности к хозяину. Эмма определенно радовалась каждому приходу Сарта и явно выделяла его среди других сотрудников лаборатории.
– Ну, что, малышка Эмми? – обратился к ней Рома, – Надоело тебе в этом аквариуме сидеть?
– А ты как думаешь, Рома? – ответил он за Эмму, – Побудь в моей шкурке хотя бы день.
– Ладно, Эмми, не горюй! Благодаря мне, ты войдёшь в историю, – заключил Роман.
– Кроме тебя никто не вспомнит эту историю, – сказал он за Эмму.
Пока Сарт общался сам с собой, Эмма одобрительно подергивала носиком, будто что-то вынюхивая. Сарт посадил крольчиху на диван, решив подарить ей немного свободы, а сам направился к компьютеру. Там все ещё висели две похожие молекулы с оригинальными хвостами: от Сарта и от Сторина. Роман увеличил красный сегмент и начал внимательно его рассматривать. Завтра надо передать все это Петрову и ребятам из отдела синтеза, – подумал Рома, – Ладно, сейчас напишу докладную и домой.
Он закончил свои дела и посмотрел на часы. Было десять вечера. Детское время! – подумал Сарт и развернулся вместе к креслом на 180 градусов. Взгляд упал на диван, где совсем недавно сидела крольчиха Эмма. Но вместо маленького пушистого комочка теперь там дремала девушка. Решив, что доработался до глюков, Роман крепко зажмурился и резко открыл глаза. Девушка никуда не исчезла. Все также безмятежно она продолжала спать, облокотившись на спинку дивана. Темные волосы, собранные в высокую прическу, образовали характерный хохолок, точь-в-точь, как у крольчихи. Старт повернул голову в сторону аквариума, чтобы взглянуть, на месте ли Эмма, но обзор был недостаточным. Спокойно, Рома! – подбодрил он себя, – Ты ведь не пил и, конечно же, не веришь в реинкарнацию. Он медленно встал и начал отступать в сторону лабораторного зоопарка, не спуская глаз со спящей девушки. Оказавшись практически рядом с боксом Эммы, он резко повернул голову и заглянул внутрь. В самом углу своей стеклянной квартирки, как ни в чем не бывало, спала его любимая крольчиха.
– Ну, а что я говорил! – облегченно выдохнул Рома, поправляя халат и ощупывая затылок, – Значит «крыша» на месте.
Он выпрямился, расправил плечи и уверенным шагом направился в сторону диванчика. Подойдя к нему вплотную, он стал внимательно разглядывать незнакомку.
Это была очень привлекательная молодая женщина, чем-то похожая на Эмми Вайнхауз, любимую Ромину певицу из прошлого. Только черты более тонкие и удивительно гладкая и светлая кожа. Рома склонился над ней и непроизвольно произнёс:
– Эмми?
Девушка открыла глаза. Сначала промелькнуло недоумение, но мгновение спустя оно исчезло, и незнакомка улыбнулась.
– Простите, я, кажется, уснула.
– Как вы сюда попали? – спросил Сарт.
– Я из лаборатории синтеза, – пояснила гостья, – Эмилия Голдер.
Девушка протянула руку для рукопожатия.
– Я теперь буду работать с Вами. Вместо Ирины Логиновой.
Сарт с интересом смотрел на Эмилию. Этот день все ещё продолжал его удивлять и уже не казался таким безнадежным.
– Так значит Вы мой новый шеф?
– Да, я решила не дожидаться до завтра… Там мои вещи, – сказала она, указывая на коробку, стоящую в углу, – А Вы Роман Сарт?
Рома кивнул в знак согласия. Возникла небольшая пауза. Наконец, Сарт решил разрядить атмосферу смешным рассказом про реинкарнацию Эммы.
– Знаете, Эмилия! А Вы меня реально напугали. Пару часов назад на этом месте я оставил мою крольчиху. Представляете мою физиономию, когда на ее месте я увидел Вас?
– Так это Вы ее оставили? А я решила, что она сбежала и посадила ее обратно в бокс… Вы так были увлечены, что я решила не мешать и уснула. Простите, если напугала.
– Ну, что Вы! Я больше за Эмму испугался. Знаете, этот препарат так сильно на нее действует.
– Какой препарат?
– АКС.
– Простите?
– Митохондриальный антиоксидант Сарта.
– Понятно.
Эмилия изучающе посмотрела Сарта и вдруг расхохоталась. Так заразительно, что он тоже не выдержал.
– Послушайте, Роман, Вам вредно так много работать, – наконец, сказала Эмилия, посмотрев на часы, – Вы всегда так долго сидите?
– Да нет, – неуверенно возразил Сарт, – Просто хотел завтра на статусе предложить кое-что.
– Митохондриальный антиоксидант Сарта? Вы что, решили увековечить себя при жизни?
– Нет, – улыбнулся Рома.
– Тогда что? Может покажете?
– Конечно!
Сарт сел за компьютер, Эмилия встала рядом с ним и несколько минут рассматривала молекулы на экране. Потом попросила Рому уступить ей место, быстро скопировала молекулу Сторина и изменила в ней маленький белый сегмент. Сарт покрутил картинку Эмилии и подытожил, что шансы есть у всех трех предложенных формул. Она хитро улыбнулась, а потом неожиданно предложила:
– Слушайте, Роман, сейчас уже почти одиннадцать. Может быть хватит?.. Хотите, отметим знакомство?
– Что, прямо здесь?
– Конечно же, нет! Я Вам покажу одно вау-место.
Разве не об этом я безнадежно мечтал три часа назад? – подумал Сарт, – Никогда не знаешь…
Десять минут спустя, они уже вышли и быстрым шагом преодолели длинный путь от офиса до центрального выхода. На совершенно пустынной улице, метрах в пяти от них, стоял желтый в шашечку электромобиль.
– Пойдемте, Роман! Что же Вы остановились? – поторопила Эмилия, решительно направляясь к машине.
Она села на переднее сиденье, назвала адрес и, убедившись, что Сарт уже загрузился, объявила «старт». Машина плавно тронулась. Немного попетляв в переулках, они выехали на широкий проспект и смешались с потоком ночных такси. За все время поездки коллеги не проронили ни слова. При этом, Сарт прекрасно себя чувствовал. Эмилия включила музыку и смотрела на дорогу. А он изучал её изящный затылок, размышляя о том, каким непредсказуемо прекрасным может вдруг стать вечер, даже если день не задался. Час от часу мудренее! он мысленно перефразировал старинную поговорку, представляя, как приглашает Эмилию на танец, провожает домой, напрашивается на кофе… Стоп! – сказал себе Рома, – Никогда не знаешь…
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…