Возможность выкроить несколько часов для себя выдается у Элейн довольно редко. И вот как раз такой случай. Это время она хотела бы посвятить тому, что действительно любит. Элейн пока не решила, чем заняться, но найти дело нетрудно — ведь ей нравится очень многое.

Она стояла у большого стола в гараже, глядя на два начатых, но так и не завершенных проекта. Слева манили две плетеные корзинки с яркой пряжей, тюбик клея и упаковка цветного картона. Просто слюнки текли — Элейн всегда нравилось разное рукоделие, к тому же она давно обещала подруге сделать скрап-альбом. А на стеллаж позади стола, где лежали деревянные инструменты для лепки и глина в пластиковом мешке, Элейн старалась даже не смотреть. Когда-нибудь, когда времени будет побольше, она обязательно вылепит эту керамическую штуковину, которую задумала. Идея (надо сказать, великолепная) осенила ее не так давно, когда она листала старинные книги с картинками. Как хочется заняться этим сейчас, немедленно!

Она снова перевела взгляд на стол. Прямо перед ней, все еще в бумажном пакете из магазина, лежали четыре книжки по истории Польши, купленные несколько месяцев назад. Там же, в пакете, осталась нераспечатанная упаковка аудиокассет и диктофон, подключающийся к телефону, — когда-то она собиралась записать воспоминания родственников старшего поколения, польских эмигрантов. С тех пор как Элейн принесла книги из магазина, времени заглянуть в них не нашлось. Она приберегала их, словно лакомый кусок торта, которым можно будет насладиться, расслабившись после обязательных забот. Пожалуй, все-таки надо позвонить родственникам в ближайшее время — ведь они уже очень старые. Элейн задумалась: может, прямо сейчас? Хотя бы договориться, когда потом они побеседуют. Еще надо узнать, как этот диктофон подключается к телефону. Элейн вдруг поняла, что очень соскучилась по тете Джесси.

Взгляд упал на длинную узкую коробку, которая стояла справа, прислоненная к столу. Ее доставили три месяца назад. Там электропианино — подарок на день рождения. Распаковать и установить можно минут за двадцать, если бы в доме было куда его поставить. Элейн понимала, что для пианино давно пора найти постоянное место, ведь если каждый раз, как захочется поиграть, вынимать его из коробки, а потом убирать обратно, пропадет всякое желание заниматься музыкой. Но где взять время, чтобы расчистить уголок для пианино, когда весь дом давно нуждается в генеральной уборке?

Вот будь вместо нее одной хотя бы пять Элейн — они бы все сделали сразу, сегодня, сейчас же. Она тоскливо смотрела на коробку, на черно-белую картинку с пианино и почти слышала его звучание. Пальцы жаждали прикоснуться к клавишам. Может, распаковать и поиграть прямо здесь, в гараже? До обеда еще осталось немного времени.

Нет, не получится. Элейн вспомнила, что обещала восьмилетней дочери сшить костюм на детский праздник, который состоится через пару недель, и решила заняться этим, а остальное отложить на потом. Тем более, что уже три дня как разложила на обеденном столе выкройки и семье приходится есть с подносов, сидя перед телевизором. Неудобно. Надо немедленно приниматься за костюм.

Но неожиданно Элейн переключилась: сегодня, когда она ехала домой после встречи с клиентом, в голову пришла замечательная идея дополнительного дохода — простой в реализации план, почти не требующий вложений. Охватило знакомое чувство: если сразу — немедленно — ничего не предпринять, то план вскоре забудется, как забывались другие отличные идеи, посещавшие ее раньше.

Каждая вещь, на которую падал взгляд, любая идея, проносившаяся в уме, — все притягивало внимание и искрилось потенциальными возможностями. Хотелось заняться буквально всем. Но она впала в ступор и в итоге не сделала ничего. Вот тебе и свободное время… Уж лучше бы убрала дом или съездила на рынок. Элейн вздохнула, вышла на свежий воздух и вдруг спохватилась: она же собиралась сегодня побегать! Собака, лежавшая рядом, поднялась и смотрела на нее, словно пытаясь понять, что беспокоит хозяйку. Элейн и сама хотела бы это понять.

Элейн не страдала синдромом дефицита внимания — врачи давно успокоили ее на сей счет. Кроме того, она знала, что если начинает серьезное дело, то уже не отвлекается ни на какие пустяки.

Так что же ее останавливает? Откуда эта нерешительность? Если на то пошло, почему ее вообще интересует столько разных вещей? Почему всегда одно и то же: она замечательно начинает, но быстро выдыхается и оставляет за собой вереницу незаконченного? Элейн не упрекала домочадцев и друзей за то, что они посмеивались, когда она с энтузиазмом бралась за что-то новое. Она не принимала насмешки близко к сердцу, волновало другое: слишком ничтожны результаты ее деятельности.

Но кто способен выбрать среди стольких интересов что-то одно? Как не ошибиться? Что важнее? И тут Элейн снова отвлекла посторонняя мысль: она ведь собиралась отшлифовать свой испанский — тогда на следующий год можно было бы преподавать его и немного подзаработать.

Элейн покачала головой, она почти злилась на себя за очередную идею. В душу закрадывалось отчаяние: на горизонте всегда возникает что-то новое и интересное, даже когда она твердо останавливается на чем-то и отгоняет мысли, сеющие неуверенность, правильное ли решение принято.

Большинство знакомых Элейн точно знают, что делать со своей жизнью. Почему она не может просто взять и выбрать? И двигаться в одном направлении? В конце концов, сколько раз говорили, что она умна и могла бы добиться чего угодно! По какой причине она не может начать нормально работать?

Не напоминает ли Элейн вам кого-то? Не вас ли? Вам ведь тоже интересно, почему перед вами вечно встает подобный вопрос? Вы не понимаете, что вами движет, чем вы отличаетесь от других людей, которые рано делают выбор и следуют намеченному пути? Почему вы не можете идти к своей мечте, никуда не сворачивая? Как заставить свой пытливый ум сконцентрироваться на чем-то одном, если невыносима мысль отказаться от всего остального? Что вами движет?

Верите или нет, но на эти вопросы есть хорошие ответы. Если вы, подобно другим сканерам, которых я встречала, думаете, что ситуация безнадежна, вас ждут приятные сюрпризы. Первый и самый важный: если сканеры не считают, что должны ограничить себя одной-единственной областью, девяносто процентов их проблем исчезает!

Сканеры любят читать. Любят писать сами. Любят чинить и изобретать разные приспособления, разрабатывать проекты и различные деловые предприятия, любят готовить, петь, организовывать превосходные дружеские вечеринки. Обратите внимание: я не говорю «или», так как сканеры не выбирают одно или другое, им нравится и то, и другое, и третье. Сканер может приходить в восторг, обучаясь играть в бридж или крикет, но, когда начинает хорошо получаться, он остывает, и совсем не факт, что когда-нибудь захочет обратиться к этому снова. Один знакомый сканер с гордостью показал мне прицепленный к груди значок с надписью: «Я это уже делал».

Мир для сканеров — большая кондитерская, битком набитая дивными соблазнами, и сканеры хотят одного — дорваться до всех сладостей и затолкать их в свой карман.

Звучит прекрасно, не правда ли? Проблема в том, что и в кондитерской лавке сканеры голодают. Им кажется, что позволено брать только один сорт конфет. Но хотят-то они весь ассортимент! И если все-таки через силу сделают выбор, то вечно будут чувствовать неудовлетворенность. Впрочем, как правило, сканеры не выбирают ничего вообще, и это тоже не приносит им радости.

В детстве им везло намного больше. В школе никто не возражал против многочисленности интересов, ведь каждый учебный день и так включает разные предметы. Но от старшеклассников и выпускников уже ждут выбора, и с этого времени у сканеров начинаются трудности.

Общественное мнение весьма категорично: если ты хватаешься за все, то хорошим специалистом не станешь ни в чем. Ты навсегда останешься дилетантом, поверхностным человеком — и никогда не сделаешь достойной карьеры. Таким образом сканера, вчерашнего школьника, подававшего большие надежды и учившегося с энтузиазмом, внезапно зачисляют в неудачники.

Одна мысль не дает мне покоя: если бы общество продолжало принимать сканеров такими, какие они есть, у них вообще не возникало бы проблем. Только понадобилось бы освоить приемы управления проектами — а в остальном просто признать свою природу, перестать комплексовать и бороться с собой. Практически во всех случаях, когда сканер уясняет свою сущность и не рвется больше быть кем-то другим, начисто исчезают и низкая самооценка, и стыд, и растерянность, и ощущение собственной неполноценности, и нерешительность, и невозможность приступить к действиям.

Похоже, сканеры принадлежат к особой породе людей. Одна из причин, по которой им трудно это распознать, — они нечасто встречают себе подобных.

Как определить, сканер вы или нет?

Пожалуй, стоит начать этот разговор с тех, кого точно нельзя отнести к сканерам.

Очевидно, что узкие специалисты — не сканеры. Вы из тех, кто счастлив, посвятив себя одному виду деятельности, кто в течение всей жизни поглощен любимой работой? Таких людей я называю дайверами. На мой взгляд, к типичным дайверам относятся профессиональные музыканты, шахматисты и спортсмены, ученые, математики, бизнесмены и финансисты. Они могут «расслабиться» с помощью какого-нибудь хобби, но редко испытывают настоящую страсть к тому, что находится вне их профессионального интереса. Дайверов часто удивляет, как остальные могут оставаться равнодушными к тому, чем увлечены они сами.

Сканеры же, напротив, редко пренебрежительно относятся к интересам и занятиям других людей — им всегда любопытно, что еще существует в мире. Честно говоря, они любят совать нос во все, что их привлекает. Дайверы нечасто задумываются, пропускают ли они что-то важное, поскольку полностью погружены в любимую профессию. Девяносто девять процентов сканеров проводят массу времени, сканируя то, что их окружает, и размышляя, куда двинуться дальше.

Люди, которые постоянно переходят от одной идеи к другой, делают это по разным причинам. Некоторым, чтобы принимать правильные решения, важно обо всем составить собственное мнение. При этом, сделав выбор, они могут сразу забыть об остальных замыслах. Другие мечутся между идеями по мотивам, показавшимся мне удивительными. Приведу несколько примеров.

Люди в депрессии часто ошибочно полагают, что они сканеры. Депрессия вызывает перелом сознания, когда человеку трудно сосредоточиться на чем-то продолжительное время. Некоторым кажется, что причина депрессии в том, что они не могут найти занятия, которое полюбили бы всей душой. Однако обычно все наоборот: им ничего не нравится, потому что они в депрессии. Один из главных симптомов депрессии — неспособность хотеть чего-то. Женщина, работавшая с подобными людьми, рассказывала:

Синдром дефицита внимания. До осознания своей природы многие сканеры полагали, что страдают синдромом дефицита внимания (СДВ), поскольку все вокруг уверены, что интересоваться кучей вещей сразу — примерно то же, что постоянно отвлекаться. В своих наблюдениях я обнаружила, что у многих сканеров действительно есть СДВ, но тем не менее они настоящие сканеры. Мне также встречались люди с диагностированным СДВ, которые выглядели как сканеры, но ими не являлись. Разница в том, что у настоящего сканера нет проблем с обычной способностью концентрироваться, в отличие от гиперфокуса, характерного для СДВ. Стоит понять это, и путаница с СДВ проясняется.

Я сканер, и в то же время у меня диагностирован синдром дефицита внимания. Свидетельствую: абсолютно понятно, впадаешь ли ты в ступор из-за приступа СДВ, когда сознание затуманивается и с трудом помнишь, что делал, или когда застреваешь по типично сканерским причинам — потому что тебя привлекает слишком много всего разного и невозможно решить, за какой проект приниматься.

Конечно, есть много людей, вполне довольных своей профессиональной деятельностью и вдобавок имеющих несколько нормальных увлечений: например, юрист, который интересуется кулинарией и путешествиями, или рекламный арт-директор, коллекционирующий антиквариат. Но человек с нормальным размахом интересов и сканер заметно отличаются друг от друга.

Сильнейшее любопытство к множеству не имеющих ничего общего тем, явлений и вещей — одна из основных характеристик сканера. Любознательность его почти безгранична. Сканеры часто говорят, что их интересует абсолютно все (хотя в действительности это не совсем так). Сканер не хочет специализироваться в чем-то одном, даже если ему нравится этим заниматься, — для него это означает отказ от всего остального. Некоторые даже думают, что быть специалистом скучно, что это ограничивает.

Общество не одобряет сканеров, считая, что они потакают своим слабостям. Но, конечно же, сканер не «потакает» им, он рожден таким, какой есть, и ничего не может (и не должен) с этим сделать. Сканер любознателен, он стремится изучить все на свете — он так генетически запрограммирован. Если вы сканер — это ваша натура. Если вы игнорируете свою натуру, то обрекаете себя на постоянное раздражение и недовольство собой.

Я знаю, это непривычный подход, и современный мир не только не восхищается сканерским поведением, но более того, находит его неприемлемым. Правда, так было не всегда.

Сканеры пали жертвой исторических перемен, и одна из них произошла совсем недавно. До технологической гонки между США и СССР, развернувшейся после Второй мировой войны и изменившей наш образ мыслей, люди, которых сегодня я именую сканерами, вызывали восхищение. Но к середине 1950-х годов все драматическим образом изменилось.

Когда Советский Союз запустил в космос первый спутник, Америка испытала шок. Все ресурсы немедленно были брошены на то, чтобы догнать и перегнать русских. Факультеты университетов превратились в специализированные учебные центры, наука и технологические отрасли — сфера обитания специалистов — вышли на передний план. Кафедры литературы и других гуманитарных предметов, даже истории, попали в разряд ненужной роскоши. Это напрямую отразилось на положении сканеров. Больше никто не говорил о них как о людях с широким кругозором, никто не величал «эрудитами» и «людьми эпохи Возрождения» — в одночасье они стали «безответственными», «бестолковыми», «разбрасывающимися». В наши дни этот сдвиг в мышлении настолько закрепился, что почти все убеждены: сканеры живут неправильно. К несчастью, многие из них покорно соглашаются с этой «непререкаемой истиной».

Можно только догадываться о результатах такой узости мышления — сколько ненужных душевных страданий, сколько потерянных талантов! Вот почему важно не забывать, что на протяжении большей части истории люди с широким спектром знаний и способностей ценились очень высоко. Как вы убедитесь дальше, маятник, качнувшись в середине прошлого века в неверную сторону, сегодня начинает обратный ход.

Свободно следовать всем своим интересам — это замечательно, но как, скажите на милость, осуществить это на практике? Открыть для себя, что вы сканер, еще не все — вам необходимо знать, как, обладая массой различных талантов и устремлений, управлять своей жизнью.

Одним из последствий полувекового пренебрежения сканерами стало то, что модели поведения, пригодные как образец, сегодня редкость. В отличие от более ранних периодов истории, когда разносторонность встречалась чаще, сегодня некому научить сканеров справляться с множеством их дарований. Быть сканером в наши дни — все равно что получить в наследство великолепный сверкающий механизм, оснащенный мудреными приспособлениями, кнопками и панелями, — и никакой инструкции к нему.

Каким образом можно путешествовать и быть фотографом, когда вам еще хочется учить китайский, заниматься историей, вырастить прекрасный сад, писать книги и вдобавок попробовать себя в автогонках? Невыполнимо? Нет, реально. Но если у вас не было такого опыта прежде, вы абсолютно убеждены, что это невозможно.

Как быть с профессиональными возможностями? Почти никто, даже сам сканер, не верит, что реально сделать карьеру, если не выбрать один род занятий и не забросить все остальные. Однако это чистейший случай туннельного видения, поскольку поле деятельности для сканера существует повсюду. Профессиональный мир меняется, и сегодня, как никогда, могут быть востребованы разнонаправленные интересы тех, кто еще недавно называл себя «и швец, и жнец, и на дуде игрец».

Но теперь оно появилось, и в данный момент вы держите его в руках. Вам предстоит узнать, как заниматься всем, чем вы хотите, не теряя средств к существованию. Для этого придется решить проблемы, которые возникли из-за того, что вы не знали, что вы сканер; разобраться, почему вас привлекает столько разных вещей и отчего вы бросаете их, когда бросаете. Вы узнаете об особенностях своего типа сканеров. Мы постараемся развеять мифы, державшие вас в страхе, когда надо было принимать решения, и впредь выбор будет доставлять вам удовольствие. Если вы слишком заняты или увязли по дороге, если кажется, что вам не под силу заставить себя начать задуманное или завершить его, то помощь уже в пути.

Я думаю, вам понравится то, с чем вы познакомитесь в этой книге: новые методы, процедуры, инструменты и стратегии — все, чтобы запустить сканерский мотор на полную мощность. Это интересно и легко (честно!). Понимание своей природы и овладение специфическими техниками помогут стать успешным сканером и жить жизнью, полностью отвечающей вашему необычному и замечательному интеллекту.

Дневник — это обыкновенный чистый блокнот (блокнот-книжка), куда вы будете заносить все, что делаете каждый день — как сканер, конечно. Длинные списки — какие продукты купить на рынке и что отдать в прачечную — не нужны, не нужны и пространные повествования «о жизни». Записывайте лишь то, что связано с вашей жизнью сканера. Прежде всего отмечайте свои лучшие идеи и то, что отвлекает вас от них. Кроме того, иногда я попрошу вас выполнить какое-либо письменное упражнение. Возможно, вы захотите выписать что-то полезное из этой книги (или откуда-то еще).

Это будет ваша личная версия дневников Леонардо да Винчи. Если вы никогда их не видели — возьмите книгу с репродукциями в библиотеке или взгляните на них в интернете. Истинный источник вдохновения.

Записи Леонардо — отличный пример для Дневника сканера. Они располагаются в восхитительном беспорядке, они импульсивны, они несдержанны. (Он даже писал в зеркальном отражении! То ли хотел спрятать свои идеи от любопытных глаз, то ли видел все перевернутым, то ли просто упражнял мозг. От сканера и не такого можно ожидать.) Не смущайтесь тем, что он великий, а вы пока не очень. Пусть он станет для вас просто человеком, который любил размышлять с пером в руке, как это собираетесь делать и вы.

На чистых страницах дневника вы станете фиксировать свои идеи, чтобы они не потерялись, свои открытия — пусть незначительные, любые мысли в духе «а что если», которые постоянно роятся у вас в голове. Вы перестанете отгонять эти мысли и убегать от желаний, потому что от вас не требуется немедленно их выполнять — только записать на бумаге. Никаких активных действий, разве что вы сами этого захотите.

И не стесняйтесь ощущений вроде: «Что я тут себе позволяю?!» Вы здесь не одиноки. Вот что мне написал один сканер:

Поскольку ваш дневник — не обычный дневник, важно выбрать подходящий блокнот. Можно завести дополнительно маленький блокнотик на пружинках, чтобы он был при вас, когда вы выходите из дома, но для «главного» дневника нужна более солидная вещь. Блокнот должен вам очень нравиться, но быть более строгим и официальным, чем привычные для вас, — пусть писать в нем будет даже немножко страшно. (Не волнуйтесь, мы это преодолеем!)

Убедитесь, что он нелинованный и места, чтобы развернуться, достаточно. Чем шире страницы и чем толще блокнот, тем лучше! Подходящий можно найти в магазинах для художников; иногда они бывают с переплетом под кожу, старинного вида, как из контор диккенсовского времени. Проведите пальцами по бумаге — вам должно быть приятно на ней писать — и найдите ручку, которая дополнит удовольствие от процесса. А еще можно соорудить для дневника специальную подставку — на такие ставят здоровенные словари или книги с волшебными сказками. Если вы сделали какие-то заметки на компьютере, вы можете позже вклеить их в свой заветный том. Между прочим, это доставляет творческую радость — вклеивать в блокнот различные заметки и картинки, писать вокруг них, — и дневник будет выглядеть только интереснее.

Сегодня проведем пробное занятие. Возьмите любую недавнюю идею, какую-нибудь небольшую, которую вы еще подробно не обдумывали, и сделайте первую запись в Дневнике сканера.

Откройте блокнот, но не на первой странице, а на второй, чтобы перед вами был разворот. Начните с левой страницы — так получится больше места для записей. В левом верхнем углу поставьте сегодняшнюю дату и текущее время. Вверху страницы напишите заголовок: например, «Истории жизни моих соседей» или «Автобиография моего кота Джорджа. Заготовки для будущего фильма». Выберите проект интересный и перспективный, но такой, который вряд ли бы вырос в нечто большее, чем первое описание. Слева и справа оставьте поля пошире — пригодятся для комментариев.

А теперь — просто дайте себе волю.

Погрузитесь в идею целиком — и пишите. Расчерчивайте рамки со схемами, набрасывайте рисунки, стройте диаграммы — все, что так или иначе относится к делу. Когда придет в голову другая идея и отвлечет вас, зафиксируйте и ее, но не прямо здесь. Вместо этого нарисуйте линию через весь разворот, к самому правому краю правой страницы, и закончите ее наверху листа (чтобы внизу оставалось пространство для стрелок, ведущих к другим отвлекающим идеям). Переверните страницу, продолжите стрелку от края еще на несколько сантиметров. Потом посмотрите на часы или поставьте таймер, засеките 20 минут и запишите свою новую мысль. Теперь она в полной сохранности, и вы вольны обратиться к ней, когда захотите.

Вернемся к исходной идее. Вы можете найти какую-то информацию в интернете и распечатать ее. Можете вырезать из распечатки самое интересное и подклеить к своим записям (не забудьте отметить, откуда взяли материал, — вдруг придется возобновить поиск). Можете, если вам особенно нравится цитата, обвести ее и поставить на полях восклицательные знаки. Если нашли подходящий материал в книге — запишите в блокнот, что думаете по этому поводу, или перепишите важное место. Рисуйте диаграммы, вклеивайте фото или вырезки из журналов. Короче говоря, делайте все, чтобы получить удовольствие от темы, которой занялись.

Всегда старайтесь излагать все подробно, как будто пишете не для себя, а для другого, незнакомого человека. Представьте, что вы исчезли и кто-то нашел ваши записи — он должен суметь закончить ваш проект! Зачем так относиться к ведению дневника? Потому что в противном случае, когда схлынет волна энтузиазма, вы даже не вспомните, что вас так увлекло и потрясло! Пусть мысли льются на бумагу, как возникают — сплошным потоком. Иначе останется сухой список или настолько общие соображения, что позже не поймете, что за идея у вас была и что в ней ценного. Она будет казаться скучной, бесполезной, и возвращаться к ней не захочется. Скорее всего, так неоднократно случалось в прошлом. Дневник сканера как раз и нужен, чтобы вы научились относиться к своим идеям с уважением — ко всем без исключения.

Приведу пример.

Предположим, вы написали что-то подобное. Теперь на другой странице разворота можно начертить карту и заодно прикинуть, где будет происходить каждый эпизод. Или набросать забавные заголовки, вроде: «Мисс Беннет, или Дело о спрятанном базилике».

Помните об одном: неважно, воплотите вы в реальности или нет то, что описали на бумаге, потому что завершение замысла — совершенно другая тема. Мы сейчас говорим о вашем воображении и возможности играть идеями ради чистого удовольствия.

Если вам никто и ничто не мешает и вы можете работать над идеей столько, сколько хотите, самое время понаблюдать, как ваш разум реагирует на новый интерес. В отсутствие внешних помех прервать процесс можете только вы сами, и очень важно выяснить, какие внутренние причины заставляют вас остановиться.

Когда решите закончить записывать, поймайте мысль, которая к этому подтолкнула. Например: «Мне становится неинтересно». Или: «Хотелось бы продолжить, но пора забирать детей из школы». Запишите это внизу страницы, под своим текстом, а рядом поставьте точное время.

На сегодня все.

Итак, вы начали вести свой Дневник сканера. Поздравляю! Вы узнали, что такое поймать идею, пока она вас интересует. Теперь вы поняли, как сохранить мечту, пусть даже мимолетную, пусть даже одну из многих.

Зачем нужно сохранять свои мечты?

Есть много причин. Во-первых, это приятно перечитывать в дальнейшем. Во-вторых, так вы не забудете хороший проект, к которому, возможно, захотите вернуться позже. В-третьих, вы получаете пищу для размышлений о том, что увлекает вас и как надолго. Но, прежде всего, процесс описания — это, как минимум, первый шаг. Вы не отметаете бесповоротно ни одну свою мысль, какой бы непрактичной, нецелесообразной, нереальной она ни казалась. Она не превращается в мертворожденную.

Сканеры не должны отбрасывать свои идеи, словно мусор, — неважно, сколько их и сырые ли они. Уважение к собственным замыслам равносильно уважению к себе. Кроме того, вы научитесь уважать чужие идеи, что может сыграть серьезную роль в жизни других людей.

Перестанем считать, будто идеи, не реализуемые на практике, не имеют ценности. Сохраняйте все задумки в дневнике, как это делал Леонардо да Винчи. Может быть, в иные времена кому-нибудь срочно понадобится идея, и вы подарите ему одну из тех, что вам не пригодились. Или когда-нибудь пра-пра-правнуки станут с любопытством листать ваш красивый Дневник сканера, восхищаясь вашим причудливым умом. В конце концов, можете осчастливить своего будущего биографа.

Собственно, на сегодня это все, что вам нужно сделать с дневником, но, если в вас кипит энергия и хочется большего, предлагаю упражнение, которое принесет неожиданные открытия. Сделайте его прямо сейчас или в ближайшие дни. Оно поможет переключиться с самокритики на интерес к собственной личности. За долгие годы работы с людьми я пришла к выводу: интерес — самая искренняя форма уважения. Это подсознательный — и подлинный — способ сказать кому-то: «Ты заслуживаешь моего внимания».

Кроме того, читая эту книгу, вы как сканер проходите определенную подготовку, и ваши дневниковые записи — часть программы. Я объясню это подробнее позже.

Я хочу, чтобы следующую неделю или две вы ежедневно писали в Дневнике сканера. Как только вы освоите его и осознаете его полезность, то с удовольствием будете ждать часа, когда сядете за записи. Только на этом этапе можно будет менее ревностно относиться к ежедневным записям и иногда пропускать день-другой.

О чем вы напишете завтра? Не паникуйте. Это не домашнее задание школьника, а всего лишь книжка-раскраска, которую дали ребенку, который еще живет внутри вас.

Завтра вы можете решить, что вам нужно больше узнать о моде. Предположим, на это натолкнут записи, сделанные накануне. Можно набрать в интернет-поисковике, скажем, «перуанская одежда» или найти какие-то книги с фотографиями, которые послужат основой для эскизов линии женской одежды и вдохновят вас на их создание. Или вас уведет совсем в другую сторону, потому что по телевизору покажут передачу о вулканах — и вы захотите узнать о них как можно больше. Смело вперед!

И никого вокруг, кто потребовал бы наконец выбирать что-то одно или перестать заниматься ерундой!

Не за горами тот день, когда вы и сами перестанете говорить себе подобное. Сделайте Дневник сканера надежной гаванью, где все ваши идеи, сиюминутные интересы и долгосрочные замыслы будут под защитой. Как только вы перестанете сдерживать и подавлять свою любознательность и активность, вы увидите, на что они способны в реальности.

В следующей главе мы выясним, почему вы ведете себя так по-сканерски странно: все время находите новые интересы и бросаете старые. Из-за этого вам (и всем окружающим) постоянно кажется, что с вами что-то не в порядке. Пришло время это изменить.

Ничто так не деморализует, как ощущение, что жизнь идет неправильно, а вы бессильны это изменить. Конечно, когда постоянно пытаешься быть похожим на «нормальных» людей и раз за разом терпишь поражение, поневоле запишешь себя в неудачники, а то и вовсе сочтешь никуда не годным.

Вот так и видят себя многие сканеры. И это вызывает глубочайшую печаль. Больно смотреть, как замечательные люди изводят себя за то, что не могут придерживаться единственного пути в жизни, и считают смертельным недостатком свои лучшие качества: любознательность, увлеченность новым, готовность исследовать непознанные миры, исключительную способность к изучению неизведанного, энтузиазм в обретении нового опыта — все, что делает их по-настоящему живыми.

В стремлении быть как все некоторые сканеры скрывают свои таланты — правда, с тем же успехом, как пытались бы спрятать коробку со щенками в библиотеке. Это причиняет массу неудобств, поскольку талантам полагается резвиться на воле, как, собственно, и щенкам. Почему так происходит? Кто сказал, что сканеру надо менять образ мысли и образ жизни?

Налицо огромное недопонимание — в истории подобных не перечесть. Когда-то само собой разумелось, что детей должно быть видно, но не слышно, что левшей необходимо переучивать на правшей, что дислексики просто тупы или ленивы. К счастью, человечество умеет преодолевать ложные представления, и благодаря этому множество людей получило возможность жить полной жизнью, без гнета осуждения и самобичевания.

Пришел срок исправить и заблуждения, касающиеся сканеров, чтобы они смогли, наконец, раскрыть свой исключительный потенциал. Если вы считаете себя сканером, то есть тем, кто не может отказаться в пользу одного дела от всех остальных занятий, которые его привлекают, — то, только начав с себя, вы сможете воздействовать на общественное мнение. Конечно, со временем человечество осознает допущенную по отношению к вам несправедливость, но жизнь слишком ценна, чтобы проводить ее в ожидании этого замечательного момента. Вы можете способствовать изменению сложившегося в обществе взгляда на сканеров. Все начинается с вас. Прямо здесь, прямо сейчас вам следует начать разбираться, кто вы на самом деле.

Недавно я с изумлением прочла пост на форуме моего сайта.

Я немедленно написала Памеле, чтобы поздравить с такой потрясающей жизнью и попросить разрешения использовать письмо в книге. Я не спросила, всерьез ли она упомянула про девять миллионов прочитанных книг, потому что боялась того, что услышу в ответ.

— Я думала, вы от всех читателей ждете чего-то подобного, — ответила Памела смущенно.

— Ну да, я получаю хорошие письма, но вот такого — ни разу. А чем вы занимались до того, как прочитали мои книги?

— Я работала в офисе, который терпеть не могла. Но потом уволилась и открыла службу доставки еды для людей, которые не могут выходить из дома, еще стала медицинской стенографисткой, организовывала праздники и сделала две выставки — для тех, кто занимается рукоделием и прикладными искусствами, какое-то время была коммивояжером при магазине хендмейда, да, и еще написала две поваренные книги. В интернете они есть.

— Стоп, стоп! — рассмеялась я. — Лучше объясните, что же я такое написала, что произвело столь мощный эффект? Чтобы я могла и до других это донести?

И она сказала то, что потом мне довелось слышать снова и снова, те самые слова, которые побудили меня написать эту книгу.

Когда сканеры начинают осознавать, кто они такие — и что с ними все в порядке, — происходит удивительная трансформация. Я хочу подтвердить свою мысль словами самих сканеров. Вот выдержки из потока писем, которые я получаю.

Честно говоря, восторженная реакция людей, осознавших, что они сканеры, стала для меня большим сюрпризом. Весть о том, что для них существует название, произвела сильнейшую перемену в их взглядах и самоощущении. Знакомясь с ними, я вновь и вновь убеждаюсь, что сканеры, всего лишь признав за собой право быть теми, кто они есть, способны на потрясающие вещи. Конечно, список Памелы поражает воображение и далеко не все сканеры способны совершить столько же (хотя с тех пор я встретила многих, кто сумел!). Возможно, кто-то даже впадет в уныние, прочитав, сколько всего она успела. Не стоит! Держу пари, вы не отдаете себе отчета, сколько всего замечательного уже сделали, — просто вам не приходило в голову составлять список. Почему? Потому что если вы похожи на большинство сканеров, то наверняка думаете: «Все эти мелочи не в счет». Или, хуже того, убедили себя, что вы неудачник, раз не доводите до конца каждое начинание. Надеюсь, теперь становится ясно: у вас есть право быть собой, и пора уже выпустить своих щенков из коробки. Пора взглянуть на них по-новому.

Возьмите листок бумаги или Дневник сканера и перечислите все, что сделали к настоящему моменту, наподобие списка Памелы. Все ваши достижения, большие или маленькие. Пишите все, что вспомните: дрессировка собаки в детстве, нарисованный портрет, воспитание своих детей, помощь приятелю в сдаче экзамена. Включите обязательно: начатые, но не завершенные работы; коммерческую деятельность, которая ни во что не вылилась; курсы, которые вы бросили; задуманные, но не написанные романы. Не размышляйте слишком долго, просто записывайте все, что приходит на ум. Когда покажется, что все уже перечислено, обязательно всплывут новые пункты, поэтому даже не пытайтесь так или иначе сортировать список. Все, что вспомните, пусть и войдет в него.

Сделайте это сейчас. Возьмите ручку — и стартуйте. Дайте себе минут пять, а когда закончите — возвращайтесь к книге.

Результат вас удивил? Он удивляет большинство сканеров. Шарин, сканер, которая всегда была очень строга к себе, написала:

Немного странно, на первый взгляд, записывать в достижения все, что вы делали или пытались делать, — особенно в нашем ориентированном на результат обществе. Но когда вы читаете о таких сканерах, как Памела, а затем видите, сколько сделали сами, — начинает брезжить свет.

Уверена, вы догадываетесь, как меня радуют такие комментарии. Но одновременно и разбивают сердце. Задумайтесь. Если одно лишь осознание факта, что вы сканер — личность яркая, любознательная, наделенная многочисленными талантами, — оказало такое воздействие, значит, с вами и раньше было все в порядке. Вы вполне нормальный человек.

Элла и понятия не имела, что она сканер. Сидя понуро у меня в кабинете, она говорила:

Я попросила ее описать проблему более конкретно.

И Элла поведала историю — новую в деталях и уже знакомую по сути. Ей нравилось учиться в школе буквально с первого класса — и по предпоследний.

Почти каждый сканер во время нашей первой встречи говорит что-то подобное. Сканеры видят, как почитаются специалисты, как уважается та легкость, с которой люди отвечают на «главный американский вопрос» — «Чем занимаетесь?». Сканеры хотят быть такими же. Кто обвинит их за это? Об обвинении речи нет, но сканеры должны осознать: они сами не до конца честны с собой.

В начале моего семинара для сканеров я спрашиваю у аудитории:

— Кто из вас мечтал, как и большинство людей, всегда точно знать, чего хочет, и уверенно следовать избранному пути?

Все слушатели кивают головой, поднимают руку. Как будто это само собой разумеется.

— Вы уверены? — спрашиваю я.

Они перешептываются и снова кивают, думая о том, насколько легче была бы их жизнь, сумей они однажды покончить с неразберихой.

— Ладно, — говорю я. — Теперь поднимите руки те, кто согласен заниматься одним-единственным делом до конца жизни.

В аудитории повисает мертвая тишина, все с ужасом представляют себе подобную перспективу. Ни одной руки. Потом они смотрят на меня и, конечно, понимают: я разыграла их и вынудила признать, что на самом деле никто не хочет становиться узким специалистом. Все вздыхают с облегчением и начинают смеяться. Слышатся возгласы:

— Это было бы ужасно!

Вот и Элла отреагировала точно так же:

— Вы правы. Я бы не вынесла, если бы пришлось всю жизнь заниматься одним и тем же. И что же получается? Тупик?

— Нет, — ответила я. — Это означает, что вы свободны. Вы пытались быть как все, пытались отказаться от своей личности, своего любопытства и интереса ко всему сразу. Теперь можно расслабиться и делать то, что для вас естественно.

Элла выглядела заинтригованной.

Так что же происходит? Почему сканеры не могут придерживаться выбранного дела? Почему не могут наконец определиться и выбрать что-то? Неужели они действительно боятся обязательств? Может быть, у них проблемы со способностью к обучению? Или безнадежная инфантильность, поверхностность, страх перед настоящей работой? Если нет, то почему бы им не облегчить свою жизнь — не решить как-то свою проблему? Иметь массу разнообразных интересов само по себе непросто, а уж постоянно подвергаться за это упрекам и насмешкам, беспокоиться, что ничего не достигнешь в жизни, — почти непосильное бремя.

Если сканерам так плохо живется, почему они ничего не предпринимают? Хотя многие стараются. Кто-то покупает книги, где объясняется, как найти свою единственную, ту самую «настоящую» страсть. Кто-то идет к психологам или в центры профориентации — но, как правило, советы, которые они получают, рассчитаны на другой тип личности. Основная цель книг и тестов по профориентации — выяснить, где лежат главные таланты данного человека, — и для не-сканеров я горячо рекомендую этот способ. Люди должны использовать свой талант для поиска подходящей карьеры. Но не сканеры. Со сканером этот номер не проходит.

Если когда-либо вы проходили тестирование на профориентацию, то вот несколько вопросов для размышлений. Выдавали ли вы хорошие результаты сразу по многим направлениям? Или все они казались такими скучными, что ничего не выявилось в ходе теста? Разочаровались ли вы, что не пришло волшебное озарение, высветившее путь, по которому следует идти?

Вот что написал мне один сканер.

Но вы никогда не удовольствуетесь только одним занятием. Консультанты призывают клиентов определиться с направлением, иначе в их схеме работы непонятно, каков следующий шаг. Но сканер не может остановиться на одном деле. С тем же успехом можно сказать родителям, что они должны из всех своих детей выбрать одного и кормить только его. Неприемлемая постановка вопроса — любой родитель знает, что кормить нужно всех. А сканер? Сканер тоже должен найти способ следовать всем своим интересам. Впрочем, ему ничего больше и не остается. Тому есть три веские причины.

Советую вспомнить пчел всем, кто жалуется, что не в состоянии сконцентрироваться, быстро утрачивает интерес к занятию, не может найти своего призвания и решить, что делать в жизни. Пчела перелетает с цветка на цветок, но кто в здравом рассудке станет обвинять эту труженицу в том, что она не умеет концентрироваться или слишком легко теряет интерес. Никто не упрекнет пчелу, что она не может решить, какой цветок выбрать, или что она неспособна на подлинное и постоянное увлечение. Само собой разумеется: если пчела покинула цветок, у нее была на то веская причина. Неважно, две секунды она просидела на цветке или двадцать, мы понимаем: столько ей нужно, чтобы получить то, зачем она здесь. Назовем это «наградой», а время, которое ей потребовалось, — «длительностью интереса». Более того, если бы пчела осталась на цветке после того, как добыла весь нектар, мы решили бы, что она уклоняется от своих обязанностей.

Увлечена ли пчела своим делом, предана ли своей задаче? Еще как. Но это страсть к сбору нектара, а не любовь к одному какому-то цветку. Мы никогда не поймем работу пчел, не уяснив этого момента.

Увы, наша культура не настраивает подобным образом относиться к сканерам. Если человек профессионально не занимается всю жизнь одним делом, мы считаем, что у него большие проблемы. Мы настаиваем на преданности единственной работе — желательно на всю жизнь или, по крайней мере, пока дело не будет «сделано». Но если мы не представляем, почему сканера заинтересовало именно это занятие — какой нектар он ищет, — откуда нам знать, какова будет его «длительность интереса», а следовательно, как мы узнаем, когда он закончит?

Элла просияла, услышав от меня о пчелах.

— Значит, никто не имеет права указывать мне, когда заканчивать! Фантастика! Интересно, где мой нектар?

— Не знаю, — сказала я. — Вы можете привести примеры, когда не доводили дело до конца?

И Элла рассказала несколько любопытных историй.

— Так вы решили пойти в страхование? — поддразнила я.

— Да ни за что, — рассмеялась она. — Это не для меня. Но иногда я все еще помогаю знакомым разбираться со страховками.

— Может, это ваша «награда»? — предположила я.

— Точно! Я могу досконально изучить что угодно, если кому-то это действительно надо. Самый большой стимул для меня. Никогда раньше об этом не думала.

Элла начала понимать, что ей нужно, чтобы построить свою жизнь.

Для пчелы «награда» — нектар с цветка. Для Эллы — изучать новое и помогать людям. А какая «награда» у вас? Возможно, ответить сразу трудно, но вы точно знаете ответ. Приведу небольшой коан[3], прочитайте его медленно, и он вам поможет.

Другой клиент сказал мне грустно: «Когда фаза открытия заканчивается, я просто не могу больше продолжать. Это… будто ешь вчерашний завтрак. Нет такой силы, что заставила бы меня дотянуть до финиша».

Мы детально рассмотрели момент, когда он теряет интерес и не может продолжать, и ответ пришел быстро: его увлекало непосредственно открытие. Он любил открытия, словно возникающие новые миры. Любил захватывающее ощущение столкновения с явлением, которого раньше представить себе не мог. И лишь эта часть процесса ему нравилась, а все, что идет следом, казалось бессмысленным.

Я сказала: «Открытие и есть финиш для вас, это ваша «награда». Когда вы завершаете этот этап и получаете ответ, наступает время уходить. Маляр красит стены и уходит — он не остается жить в этом доме».

Как и с пчелами, легко понять, где «награда» сканера, понаблюдав, почему он обращается к какому-то делу и когда его бросает. Если вы теряете к чему-то интерес, не исключено, что вы уже получили то, за чем сюда пришли, ваша миссия закончена.

Попробуйте заглянуть в прошлое и вспомнить моменты, когда начинали терять интерес к делу. Можете указать, чего вам стало не хватать, чего больше нет? Если можете, то скоро определите, какой «награды» ждете, устремляясь к тому, что вас интересует.

Просмотрите свой список «Что же я сделал на сегодняшний момент». Теперь возьмите ручку и постарайтесь вспомнить еще какие-то дела, которые вас интересовали, пусть недолго, — и добавьте их. Потом пройдитесь по всему списку и, останавливаясь на каждом пункте, задайте себе два вопроса:

1. Что было самым интересным или захватывающим в этом занятии?

2. Почему я остановился именно тогда, когда остановился?

Что отличает сканера от остальных людей? Разве не все получают «награду» и разве не у всех есть своя «длительность интереса»?

В общем-то, у всех. Но, за исключением небольшого числа специалистов, пылающих страстью к своей работе, мало кто способен отдаваться делу с таким пылом, как сканеры. Кроме того, мало кто так же не переносит скуку, как сканеры — для них это настоящая пытка. И конечно, по определению, ни у кого нет такой горы разнообразных интересов, как у сканеров. Именно поэтому запал и охлаждение сканеров так бросаются в глаза окружающим.

Однако главное отличие сканеров — а заодно и причина, почему смена их увлечений так заметна, — это скорость, с которой они все постигают. Сканеры обучаются намного быстрее других людей.

Типичный сканер проносится сквозь свои интересы в рекордные сроки, поскольку обладает мощным и ненасытным интеллектом, а перед ним стоит его любимое блюдо — познание. Больше всего на свете сканеры любят изучать что-то новое. И это их главный талант.

Конечно, ни в одном университете вы не найдете специализации «Обучение». Диплом «специалиста по самообразованию» никто не даст, да скорее всего, вы и сами этого не захотите, поскольку, быстро разобравшись в теории обучения, сбежите от него к новому поприщу.

Не беспокойтесь. Обещаю: в этой книге сканеры найдут множество способов организовать жизнь и варианты профессиональных занятий, которые принесут радость и удовлетворение. Но чтобы в полной мере использовать эти подходы, каждому сканеру необходимо понять, в чем заключается его «награда». Определить, что является для вас «нектаром», — все равно что отыскать свое давно потерянное свидетельство о рождении. Это поможет вам понять, кто вы.

Не всегда легко ответить на этот важный вопрос, но в помощь вам я составила список вариантов, наиболее часто упоминаемых сканерами. (Откройте свой Дневник сканера и держите ручку наготове, чтобы делать пометки во время чтения.)

• Знание, что я умею делать множество вещей и благодаря этому всегда могу прийти на помощь, дает ощущение собственной значимости и возможностей.

• Озарение, открытие, откровение, постижение неожиданного — что заставляет восклицать: «Даже представить себе не мог подобного!»

• Что угодно новое — люди, места, ощущения.

• Знание, что влияешь на что-то; чувство, что тебя видят и слышат, — быть учителем, выступать на сцене, быть проповедником, политиком, духовным наставником.

• Тренировать свои интеллектуальные возможности, потому что это большое удовольствие.

• Разные ощущения: слушать, двигаться, обонять, видеть, касаться.

• Использовать все стороны моей личности: логику, интуицию, эмпатию, способности.

• Люблю испытывать себя, узнавать пределы своих возможностей, проверять, чего я могу достичь.

• Изучать что-нибудь необычное — как готовить суши, как петь средневековые песни.

• Создавать то, что еще не существовало, изыскивать решения проблем.

• Включать воображение — придумывать возможности, создавать прототипы, планировать проекты.

• Стремиться к прекрасному — делать красивые вещи, создавать красоту вокруг себя, находить ее там, где она не на поверхности.

• Завоевывать авторитет — создавать репутацию, иметь солидный корпус работ.

• Чувствовать себя среди своих — находить сообщества, где можно быть самим собой, быть частью того, что меня восхищает.

• Узнавать, как что-то происходит в действительности, как работает, как оно устроено.

• Видеть общую картину целиком — со всеми деталями и взаимосвязями между частями.

• Спасать положение — быть компетентным и исправлять ситуации, которые не могут исправить остальные.

• Помогать другим своими знаниями и опытом.

• Учиться на практике делать различные вещи: смастерить стол, приготовить кленовый сироп, говорить на иностранном языке.

Надеюсь, уже проясняется: вы не только умны и продуктивны как личность, но и весьма преуспели в сборе важного для вас нектара. Если вы, как и пчела, хорошо исполняете то, для чего предназначены, можно считать, что вы добились успеха. Тогда почему вас заставляют чувствовать, что вы не так хороши, как могли бы быть? Почему окружающие постоянно портят вам кровь?

Мне кажется, ответ один: все дело в том, что вас принимают за человека, которому уготовано делать совершенно не то, что делаете вы. Представьте, что волка станут описывать как некондиционного кита! Вы ведете себя как сканер и не делаете ничего дурного. И не делали. Вот это и есть правда о вас.

Скажу просто и ясно: самое худшее, что можно предъявить сканеру, — нежелание заниматься одним делом столько времени, сколько, по мнению других, он им должен заниматься. Но, похоже, ошибаются они, а не вы. Возможно, если они узнают о «наградах» и «длительности интереса», их взгляд на проблему изменится.

Или не изменится. Это не так важно, главное — чтобы вы сами понимали свои особенности.

Элла от удивления открыла рот.

— Знаете, когда вы так преподносите… все преображается! У меня чувство, будто всю жизнь я просидела в тюрьме — и только что меня помиловали!

Некоторое время Элла сияла от радости, затем внезапно задумалась. Она смотрела в пустоту за окном, грустно покачивая головой.

— Что с вами? — спросила я.

— Да кое-что из детства, что никак не забыть. Когда мне было лет семь, учитель прочитал нам рассказ про мальчика, который не мог решить, на каком инструменте хочет играть, и ни на каком так и не научился — в итоге его не взяли в оркестр. У меня от этого рассказа всю жизнь мурашки по коже. Я знала — это про меня, и думала, что именно меня никогда не возьмут ни в какой оркестр.

— Рассказу нужна новая концовка, — сказала я. — Я видела совершенно иной поворот таких историй. Мальчик становится известным дирижером. Ему было нужно изучить все инструменты, потому что для него инструмент — целый оркестр.

Элла наконец улыбнулась.

Неплохо ощущать себя сканером, не так ли? Принадлежность к этому славному племени дает вам главное: свободу, которую можно сравнить лишь с райским блаженством. Теперь, когда вас посетит очередная идея, смело погружайтесь в нее — так глубоко, как хочется. Приветствуйте ее, словно долгожданную гостью. Уделите ей максимум внимания, а когда почувствуете, что интерес к ней пропадает, доверьтесь своему чувству — как правило, у него есть причина. Дневник сканера дает возможность фиксировать все, что вызывает любопытство. Он позволит провести с вашей гостьей столько времени, сколько нужно в соответствии с вашим желанием.

Примет ли мир ваш стиль жизни? Будут ли окружающие одобрять вас всякий раз, когда вы, отвечая своему желанию, прекратите работу над чем-то? Сомневаюсь. Но если речь о ваших личных проектах, то кому какое дело? Самое главное, перестаньте осуждать себя за многочисленные и разносторонние увлечения — прорыв во взглядах фантастическим образом изменит вашу жизнь к лучшему. Рада сообщить, что вас ждут прекрасные времена.

Но как быть, если хорошие новости вызывают беспокойство и вы не уверены, что все эти удовольствия и игры приведут к чему-то значимому?

Сканеры постоянно чувствуют бег времени. Каждый раз при приближении дня рождения или Нового года они впадают в панику. Если спросить, в чем дело, они ответят: «Жизнь проходит, а я не нашел свое единственное дело! Мне страшно, что я никогда его не найду!»

Но с этим покончено, правда? Поскольку вы знаете, что не созданы для одного-единственного дела, больше нет причины паниковать. Вам довольно сказать себе: я сканер и всегда буду интересоваться множеством вещей. Вроде бы паника должна утихнуть?

Как бы не так. На самом деле, как только вы признаете, что необязательно выбирать единственный «правильный» путь и что критики просто не понимают вашей природы, как только поймете, что вольны следовать любому своему интересу, случится нечто очень интересное.

На передний план выйдут ваши настоящие страхи.

Я помню, как разревелась, когда кто-то сказал мне, что у каждого должно быть свое предназначение. «А у меня нет», — рыдала я. Я сидела посреди своих начатых и брошенных дел, и все это казалось мне бездарной тратой времени.

Ужас не раскрыть свой потенциал затмевает все другие страхи сканера. Сканер чувствует, что наделен способностями, но его влечет столько разных направлений, что до реальных достижений часто не доходит, их очень мало. Игра почти окончена, а он все еще на скамейке запасных — с годами эта картина вызывает все большую панику.

Сканеры не драматизируют ситуацию. Невостребованный потенциал взывает, чтобы его реализовали. Сканер по натуре своей не может посвятить себя одной цели, а множество целей ставят его в тупик — он не знает, как с этим справляться, и существует реальная опасность, что жизнь пройдет бесплодно.

Но больше не нужно метаться в поисках выхода. У вас в руках руководство. И вы на пути к тому, чтобы привести в действие свой потенциал.

Первые два урока уже пройдены. Во-первых, вы осознали, что являетесь сканером, и во-вторых, знаете теперь о «наградах» и «длительности интереса», которые определяют ваше поведение. Приступаем к следующему уроку: рассмотрим проблемы сканера, связанные со временем.

В своих предыдущих книгах я обсуждала проблему, которую назвала «лихорадка времени» — состояние ума, часто встречающееся у сканеров. Время при этом воспринимается только как текущий момент — «завтра» для них не существует. Отсюда гипертрофированная уверенность сканера в том, что, если сию минуту не приступить к делу, которое его влечет, — возможность будет упущена навсегда. Но обычно в поле зрения попадает намного больше заманчивых вещей, чем сканер может сразу осилить, поэтому «лихорадка времени» порождает панику.

Паническое состояние лишает способности увидеть выход. Воображение начинает рисовать массу препятствий, и сканер очередной раз утверждается в мысли: мечты о реализации всех его планов безнадежны. В этом и есть тайный ключ к панике.

Советовать человеку воспользоваться силой воли или разумом, чтобы «просто успокоиться», — бесполезно. Страх — примитивный и мощный защитный механизм, заложенный природой, и контролировать его нелегко.

Как бороться с внутренним смятением? Единственный надежный способ, который мне удалось найти, — уменьшить опасность, вызывающую паническое состояние. Давайте займемся этим.

На одном из моих семинаров женщина-сканер призналась: «Я только любительница во всем, и больше ничего. И навсегда такой останусь. В исторических книгах упоминают лишь великих мастеров и высоких профессионалов — о таких, как я, там не пишут».

Она ошибается. Многие знаменитые люди являлись сканерами. Но парадокс в другом: самые знаменитые были одновременно и любителями, и профессионалами.

Если бы вы интересовались философией, логикой, физикой, врачеванием, астрономией, прорицаниями, зоологией, театром и поэзией, а заодно жили бы в Древней Греции, никто не называл бы вас дилетантом. Вас называли бы Аристотелем.

Аристотель не только обошелся без выбора главной «специальности», но еще и исследовал предметы, которые до него не изучал никто. И преподавал эти науки без всяких дипломов, потому что не существовало никого, кто мог бы их выдать.

Аристотелю наверняка понравился бы сканер вроде вас. Говорили, что он читал два вида лекций: утренние — с более детальным обсуждением, для узкого круга избранных учеников, и вечерние — для широкой публики, которая просто любила узнавать новое. (Вы на какую пошли бы? Я — точно на обе.)

Если бы вы родились в Америке XVIII века, имели с дюжину интересов, переключались с науки на бизнес, с бизнеса на музыку, философию и политику, никто не называл бы вас человеком нерешительным и разбрасывающимся. Вас называли бы Бенджамином Франклином. Ему принадлежит афоризм, который вызывает панику в душе каждого сканера:

И Аристотель, и Франклин делали это — и человечество помнит о них. Но благодарные потомки не учитывают, что оба великих человека были любителями. У них не было никаких документов и дипломов, которые сегодня обеспечивали бы им уважение или хотя бы помогали получить работу. Все потому, что в современной культуре начисто забыто, какие значения имеет понятие «любитель». Любитель, согласно словарю, — это тот, кто:

1) делает что-либо для удовольствия, а не за плату;

2) обладает ограниченным знанием или умением в каком-то деле;

3) любит что-то или сильно интересуется чем-то;

4) ценит и хочет постичь множество различных вещей, но не может выбрать одну специальную область, — иначе говоря, сканер.

Никак не могу приняться за что-нибудь, боюсь, так и умру, ничего не сделав. Когда я размышляю об этом, чувствую себя просто омерзительно. Но выхода вообще не вижу — не представляю, как измениться. Я столько раз пытался — ничего так и не вышло!

Мне очень важно, чтобы вы осознали: от принятых вами решений не зависит вопрос жизни или смерти. Вам не нужно отказываться ни от чего, что вы хотели бы сделать. Когда паника немного отступит, вы поймете, что времени хватит на все.

Вы поймете, что не станете неудачником, не будете плестись позади всех, а напротив — успеете многое воплотить в жизнь благодаря своим разнообразным талантам. Ваш голос будет услышан.

Можно даже стать богатым и знаменитым, если стремиться именно к этому.

Заниматься всем, что вы любите, гораздо легче, чем вам представляется. В это трудно поверить, потому что паника воздвигает на пути к мечтам препятствия, кажущиеся непреодолимыми. Однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что большинство препятствий присутствуют лишь в воображении сканера — в реальной жизни их не существует.

Вы постоянно прислушиваетесь к ходу времени, но не можете заставить себя взяться за дело. В чем причина?

1. Вы боитесь критиков. Вам кажется, что за вами наблюдают, и потому пытаетесь делать все идеально. Но что бы вы ни делали, получается, на ваш взгляд, недостаточно хорошо — вы бросаете начатое и принимаетесь за что-то другое. При этом чувствуете, что напрасно тратите драгоценное время.

2. Ваш список дел называется «Сами видите, что это невозможно». Перечень того, что вы собираетесь сделать, включает все, кроме разве что «позавтракать» и «почесать макушку». В нем так много страниц, что вы никогда не доберетесь до того, чем действительно хотите заняться.

3. Вы неосмотрительно задумали слишком большой проект. Подразумевается, что для него потребуются серьезный бизнес-план, две докторские степени, огромный кредит в банке и тридцать шесть часов в сутках, чтобы заниматься маркетингом, продажами, бухгалтерией, производством, публикациями и, при необходимости, покраской стен, — и все это нужно сделать в одиночку.

4. Вы чувствуете, что у вас нет права делать то, что вздумается. Нет права заниматься тем, что приносит вам радость. Вам нужно думать о других, а не о себе.

5. Вы думаете, что проблема в вас. В вашем характере отсутствует что-то необходимое. Или вы не прикладываете должных усилий. Что-то в этом духе.

6. Вы разрываетесь между своими интересами. Невозможно решить, что выбрать. Вы отчаянно ищете знак, который подскажет, с чего хотя бы начать.

Если вы кивали, читая мой список, значит, вы сами подпитываете свою панику — как сухие дрова питают огонь. Давайте посмотрим, как избавиться от каждого из этих препятствий и перейти к действиям.

Сканеры слишком часто говорят: «Я сам себе злейший враг». Будьте честны. Вы работаете не по собственным высоким стандартам, вы работаете ради чьего-то одобрения. Это могут быть родители, ваш преподаватель английского в старших классах, ваш начальник — и даже не в меру любопытный сосед. Не исключено, что это голос из прошлого. Найди перфекциониста — неподалеку всегда обнаружишь критика. Можно потратить даром жизнь, пытаясь соответствовать чьим-то стандартам, а для этого кого-то вы недостаточно хороши всего лишь потому, что он вас в принципе не понимает. Как быть в такой ситуации? В последующих главах я дам несколько практических советов, а пока просто осознайте, что в действительности стоит за параличом, вызванным перфекционизмом.

Вероятно, пусть и безотчетно, но вы постоянно пытаетесь доказать, что не можете заниматься всем, чем захотите. Если список чересчур длинный, проверьте, не напихали ли вы туда лишнего, чтобы убедить себя, что все безнадежно, оправдать свое отчаяние и оставаться в ступоре. Один участник семинара жаловался: «Мне никогда не удастся заняться всем, чем хочется. Я хочу заниматься плаванием и бегом, хочу играть на гитаре. А еще хочу изучать иностранный язык, и ботаника меня страшно увлекает, но на жизнь тоже надо зарабатывать».

Однако многие люди делают все это и даже больше, и им в голову не приходит занести это в списки. Ваш же список невыполнимых дел кричит: «У меня никогда не будет шанса заниматься тем, чем хочу! Все безнадежно!»

Когда мы обдумываем то, что хотим совершить, план часто настолько разрастается, что действительно становится невыполнимым. В таком случае сокращайте и сокращайте его, пока не останется только то, что нравится вам больше всего, а потом ищите способ воплотить эту облегченную версию. Если в окончательном варианте сохранена сердцевина проекта, выполнив его, вы получите удовлетворение.

Например, Синди хочет, помимо прочего, вновь заняться подзабытым библейским греческим языком, чтобы перевести старую книгу на английский. Но у нее нет времени, а проект огромен. Может уйти и десяток лет.

Как не превратить мечту в неподъемное предприятие? Средоточием замысла была радость, которую Синди получит, передав перевод своему церковному приходу. Мы с ней перебрали все возможности и остановились вот на чем. Она выберет важный фрагмент, сядет со словарем и за неделю-другую подготовит вдохновляющий текст для церковной рассылки. И приступать можно прямо сейчас.

А разве не эгоистично — делать, что любишь? Для обычного человека в порядке вещей иметь какое-то хобби, но, если вы сканер, этого вам будет мало. Хочется и освоить музыкальный инструмент, и сходить на мастер-класс по ведению переговоров, и провести выходные в Дании, а следующие — в Ирландии, и научиться танцевать степ и еще, и еще, и еще! Неужели такое позволительно?

Если вы занимаетесь всем перечисленным вместо того, чтобы работать, если повесили на кого-то груз своего содержания, не несете свою часть забот или не выполняете законных обязательств, — тогда, конечно, непозволительно. Правда, будь вы так безответственны, то вряд ли мучились бы вопросом, что позволительно, а что нет. А по сути — отказывая себе в праве делать то, что вас радует, вы, возможно, лишаете других шанса на счастье, и вот это непозволительно.

Если вы выполняете свои обязанности, то эгоизмом с вашей стороны будет как раз не делать то, что доставляет вам радость, не реализовывать свой талант. Вы видите то, чего не видят другие. Таланты оказывают влияние на жизнь каждого из нас. И вы должны — должны всем нам — использовать свои дарования.

«Если бы я только мог придерживаться одного курса, вся бестолковщина ушла бы из моей жизни. Если бы я так не боялся поражений, у меня все было бы в порядке. Если бы я перестал колебаться и ринулся в дело, все проблемы уже были бы решены». Но неужели вы не понимаете, что будь вы в состоянии это сделать, то давно сделали бы?

Даже если вы не согласны, поймите: такие стенания — путь в никуда. Вы можете терзать себя бесконечно и безрезультатно. Запишите и пришпильте на самом видном месте — хоть на зеркало в ванной, чтобы видеть всякий раз, как чистите зубы, — слова индийского монаха-отшельника Кирпала Венанди: «Каждый раз, когда ты осуждаешь себя, ты разбиваешь себе сердце». И вы знаете, что он прав.

Но как прекратить самобичевание и двинуться вперед? Хороший вопрос. Есть фокус, который отлично работает. Скажите себе однажды, когда станет слишком жалко себя:

Да, именно так. Я не шучу.

Когда я училась в школе, кто-то написал мелом на асфальте: «Сэкономь себе время — завали учебу сейчас!» Тогда мы изо всех сил старались ничего не завалить, сейчас же (пусть в это трудно поверить) потерпеть неудачу — не такая уж плохая идея. В конце концов, если вы застопорились и все равно топчетесь на месте — что вам терять?

Не рискуйте серьезно, не сжигайте мостов, но возьмитесь за что-то, чего вам хочется, и если не преуспеете — что тут страшного? Иногда неудача — лучшее лекарство от стресса! Пишите книгу, которую задумали, или попробуйте создать безумный проект века — и пускай вы сядете в лужу. Не начав действовать, вы в любом случае потерпите неудачу. А неудач мы все чересчур боимся.

Дарю отличный рецепт провала: выберите любой свой замысел, можно самый сложный — а те, которые полегче, оставьте на потом, когда будет настроение добиться успеха. Теперь все, что вам нужно, — работать спустя рукава, не прикладывая особых стараний. Если хотите, можете поначалу выкладываться, но потом, в финале, вместо ударных усилий просто ничего не делайте. А дальше, когда вы окончательно провалились на глазах у своих критиков (не представляете, как мне хочется, чтобы именно так и случилось!), вовсю бравируйте своей неудачей. Поднимите бокал за праздничным столом и провозгласите: «Итак, меня постиг крах. Какой же я неудачник!» — голос должен дрожать от переполняющего вас счастья. Расписывайте все подробнейшим образом, чтобы хулители мечтали об одном: когда вы, наконец, заткнетесь. А вы сияйте — будто это самый приятный момент в вашей жизни. Недоброжелатели будут бурчать, что вы спятили, но на самом деле вы их обезоружили. Если они выпустят еще несколько критических залпов, соглашайтесь с энтузиазмом и снова превозносите свое поражение. Удастся все сделать правильно — провал сильно изменит взгляд на многое. И еще это забавно. Может даже случиться, что страх неудач пропадет навсегда!

Как только с боязнью осуждения будет покончено, выберите задачу, с которой начнете, — ближайшую, или самую легкую, или самую привлекательную — в общем, любую. Или сразу несколько, если так лучше работается. Не имеет значения. Ведь вы все равно собираетесь все это сделать.

Каким образом? Вам поможет лучший друг паникующего сканера. Напоминаю: это — календарь.

Ничто так не лечит «лихорадку времени» и вызванную ею панику, как обычный настенный календарь. Лучше, если он будет достаточно велик, чтобы отражать все, что вы надеетесь сделать в ближайшие несколько лет. Когда на стене перед вами постоянное напоминание о возможностях, ваша паника сама от вас сбежит.

Вы можете его сделать самостоятельно. Возьмите большой лист бумаги (или склейте его из обычных стандартных листов) и разделите маркером на шесть квадратов — по одному на каждый год из последующих шести. Почему шесть? Потому что неплохо знать, что у вас есть свобода маневра и целых шесть лет. Меньший срок будет создавать ощущение тревоги из-за нехватки времени, будто вас торопят. Больший период сложно охватить мысленно. А шесть лет — то, что надо для сканера.

Надпишите год в каждом квадрате, начиная с текущего. Держите под рукой набор ярких широких маркеров — они пригодятся, когда посетят отличные мысли.

Теперь встаньте перед календарем и подумайте о каждом проекте, которым вы действительно сильно хотите заняться (не обо всех, а о тех, что придут в голову!). Прикиньте, что можно сделать в ближайшее время, а что подождет. Для каждого проекта выделите маркер своего цвета и нарисуйте полосу на календаре — в том периоде, когда вы рассчитываете это осуществить. Например, яркая алая линия, прочерченная через следующую осень, — ваша поездка в Рим; синяя линия — курс по рисованию, который вы хотите пройти.

Это только первые прикидки, ничто не высечено на скрижалях — вы наверняка будете постоянно вносить поправки. Но нужно уже заняться чем-то реальным, и календарь — самый простой и эффективный способ напомнить, что никто не отнимет у вас возможность заниматься тем, что вы любите.

Повесьте его там, где он всегда будет на виду. Вот, собственно, все, что нужно сделать. Велика вероятность, что вы сразу ощутите удивительное спокойствие, потому что все, что вы любите, запланировано и ждет вас.

Вместо метаний в пустоте вы ступили на твердую почву, причем на тропу, ведущую в нужном направлении, и все это благодаря самодельному календарю. Это действенное средство против сканерской паники, в любой момент вы можете охватить взглядом ближайшие годы.

Вот выдержка из письма, которое я недавно получила.

Чтобы воплотить замысел в жизнь, вам требуется структура. То есть планирование, составление расписания и необходимость отчитываться. Без структуры мы теряем направление и не знаем, где находимся. Если вы научитесь расставлять приоритеты и выстраивать проекты в определенном порядке, если разовьете чувство начала и окончания работы и если большой красивый календарь будет у вас постоянно перед глазами — растерянность испарится и сделать первый шаг станет легче.

Вы можете выполнять задуманное последовательно, одно за другим, или поочередно день за днем делать какую-то часть каждого проекта. Нужно всего лишь выловить свои идеи из стратосферы и разместить их в ежедневной жизни рядом с другими обычными делами, такими как завтрак, проверка почты, прогулка с собакой. Возможно, это кажется очевидным, но в состоянии паники очевидное далеко не всегда приходит на ум.

Вот как написал об этом один сканер:

Ну как, появляется ли свет в конце туннеля? Паника начинает уходить? Надеюсь, что так.

Избавившись от паники, вы высвободите энергию и направите ее туда, куда захочет ваш творческий дух, а с четкой структурой сможете один за другим воплотить все свои проекты.

В следующих главах я расскажу, как создать собственную работающую структуру, распланировать время и организовать систему отчетов. Кроме того, вас ждут полезные советы, приемы и инструменты для сканера. Про настенный календарь вы уже знаете, а сейчас предлагаю вам еще один инструмент.

Если что-то из прочитанного сейчас помогло утихомирить панику, выпишите это на стикеры и наклейте их повсюду: на стены, зеркала, холодильник, двери, на монитор компьютера, в свой рабочий ежедневник. Пусть ваш взгляд всегда падает на какой-нибудь стикер — это успокоит, когда паника начнет закрадываться в вашу сканерскую душу.

Может показаться, что дневник, календарь и стикеры — не слишком впечатляющий набор инструментов, но они зададут хороший старт. Для сканера очень важно наглядное подтверждение, что времени хватит на все, чем хочется заняться. Даже напоминание, что достижение цели — всего лишь цепь последовательных шагов, превращает бездействие в действие. Поэтому не стоит недооценивать влияние таких простых вещей на подсознание.

Едва паника утихнет и вы приметесь за работу, вас покинет страх, что жизнь проходит мимо.

Куда вы направитесь? Когда вы поглощены тем, что вам нравится, правильный путь откроется сам.

Что если я подпишусь до конца жизни выполнять жалкую, отнимающую все время работу, где будет невыносимо скучно и мои способности пропадут даром?

Застрять на такой работе — настоящий фильм ужасов, в котором меня похоронили заживо и никто не слышит, как я кричу!

Джоанн избегает того, что считает обязательствами. Ей кажется: что бы она ни выбрала, это ведет к серьезным и необратимым последствиям.

— А что страшного, если вы ошибетесь? — спросила я.

— Господи! — воскликнула она с ужасом. — Все страшно! Во-первых, каждый раз нужны годы, деньги и масса усилий, и если тут обнаруживаешь, что выбор был неправильным, то это все, тупик! Со мной так уже не раз случалось. Я не перенесу этого снова. Я слишком хорошо помню эту скуку, это ощущение, что если продолжишь заниматься тем же, то впереди одна только невыносимая скука — до конца жизни.

— Ну, будь оно так, я не стала бы вас винить, — сказала я. — Если мне что-то наскучит, я не то что до конца дней — до конца недели не стану терпеть. Но многие посылки в ваших рассуждениях мне кажутся неверными.

— Например? — спросила Джоанн.

1. Нужно выбрать единственную область деятельности на всю жизнь.

2. Все, что вам нравится, должно становиться профессией. Делать что-то для удовольствия — не в счет.

3. Если вы не любите всей душой свою работу, это будет ежедневный ад.

4. Нельзя ошибиться в выборе, поскольку овладение каждой профессией требует огромных временных и материальных затрат.

5. Как только вы что-то выбрали, это становится пожизненным приговором без права обжалования.

6. Если вы страстно, на грани одержимости, не увлечены чем-то одним, то отставить в сторону все остальное не сможете никогда.

Если вам удастся побороть свои заблуждения, вы начнете замечать вокруг себя, как многие карьеры развиваются в реальности.

Абсолютно нет. Сканеры должны посвящать себя всему, что их интересует. Бесценная жажда исследовать все новое, способность пленяться тем, что многие не могут даже разглядеть, — это дар. Даже не думайте безрассудно его расточать. Ваши способности не только источник удовольствия, они пополняют сокровищницу ваших знаний. А знания как деньги — пусть вы не знаете пока, куда их употребить, рано или поздно они вам пригодятся. Вдруг кому-нибудь понадобится кусочек головоломки, который есть у вас, — и вы поможете воплотить в жизнь чью-то мечту. Вы всегда, в любой ситуации привносите свежий взгляд, и порой это бесценно.

Сканер похож на пылкого влюбленного или вдохновенного художника. Талантливые художники и влюбленные отдают сердце без остатка предмету своей страсти. Сканер должен поступать так же. Если вы сканер, вам нужно полностью концентрироваться на том, что вы выбрали, полностью этому отдаваться. А когда возникнет желание перейти к новому увлечению — так и поступайте, с той же пылкостью. Меньшее — напрасная трата вашего дара.

Как это работает с точки зрения профессиональной деятельности? Точно так же: либо любишь дело, либо оставляешь его. Однако есть существенная разница между приверженностью к освоению всего интересного на свете и решением посвятить себя определенной профессии, работе. Выбирая профессиональную стезю, необходимо многое узнать, прежде чем брать на себя обязательства. В связи с этим я расскажу еще про один инструмент, нужный сканеру.

На мой взгляд, проблема не в том, что люди боятся выбрать работу, а в том, что они выбирают поспешно. Вместо того, чтобы выяснить все тонкости до того, как принять решение, они гордятся самим фактом решения и считают взятие на себя обязательств чем-то вроде добродетели. Им это кажется свидетельством проявления характера или силы воли, как будто они водрузили флаг на отвоеванной территории и поклялись не отступать, что бы ни произошло.

Вы никогда не будете так относиться к покупке дома, к выбору страны и города, где хотели бы жить, или к выбору хирурга, если нужна серьезная операция. (Думаю, даже новые джинсы не кýпите, не разглядев как следует!)

Но редко кто помнит, что карьеру тоже надо примерить перед «покупкой». Вот способ это сделать.

Откройте сканерский дневник и опишите, как представляете себе свой рабочий день. Пишите в настоящем времени, от первого лица. Представьте, что вы уже заняты работой, к которой присматриваетесь. Мысленно поместите себя в рабочую обстановку — и пишите.

Закончив, вы поймете, чего хотите от данной работы. Теперь можно расспрашивать людей, работающих в этой области, чтобы узнать, как все происходит в реальности.

Но что если вы понятия не имеете, где будет ваше рабочее место или чем вам придется заниматься? Значит, вы не готовы сказать «да» этой работе.

Но и сказать «нет» тоже не готовы.

И не чудесно ли, что вы обнаружили это, прежде чем подписали контракт? А теперь вопрос: как узнать больше? Можно, скажем, сменить имя и устроиться стажером, или изменить внешность и пойти в эту компанию разносчиком почты на несколько месяцев. Боюсь, это не всегда осуществимо, хотя так точно бы удалось взглянуть на корпоративную обстановку изнутри. Есть более реальный способ: можно поговорить с теми, кто там уже работает, и сравнить полученные сведения со своими представлениями. Как найти этих людей? Звоните всем знакомым подряд и спрашивайте, не знают ли они лично кого-нибудь, кто трудится в должности, похожей на интересующую вас. У грумера, стригущего вашу собаку, или у репетитора вашей племянницы вполне может быть родственник, работающий в компании, на которую вы нацелились. Звоните любому, кто рад с вами поболтать, и предлагайте конкурс, «за сколько рукопожатий» найдется кто-то, кто знает кого-то, кто знаком с кем-то из организации, где вы хотите работать.

Не достигнете с этим успеха — потолкайтесь в обед (в своем лучшем рабочем костюме) в ресторанах неподалеку от офиса. Или там, куда заглядывают после работы сотрудники нужной компании, присмотритесь к ним, а еще лучше — познакомьтесь.

Потому что, если вы не представляете своего рабочего места, не знаете, чем будете заниматься фактически, — оценивать обязательства, которые придется на себя брать, слишком рано, и ваш страх перед этим абсолютно оправдан.

Отвечу коротко: нет. Вы знаете не хуже меня, когда работа не предполагает разнообразие и возможность учиться, рано или поздно вам станет скучно, а если вы сканер, у вас совершенная непереносимость скуки. Она вредит вашим мозгам.

Сканер ни под каким видом не согласится с расхожим мнением, что скука — это не слишком страшно и ее можно перетерпеть. Для сканера скука сродни пребыванию на крохотном необитаемом острове с единственной пальмой. Любознательность, креативность и возможность учиться жизненно важны для сканеров, без этого они впадают в уныние.

Но совсем избегать скучных занятий не удается, иначе, ничего не выбрав, зависнешь в состоянии ничегонеделания. Хотя, если у вас боязнь обязательств, вы уже в этом состоянии. Однако у сканера так много ресурсов, что он всегда сумеет сделать работу разнообразной и интересной, пусть временно. Вот несколько хитростей и советов от опытных сканеров.

1. Поставьте перед собой цель завершить работу раньше срока, а освободившееся время уделите исследованию того, что вас увлекает.

2. Придумайте, как сделать что-то интересное для компании: создайте новостную рассылку, организуйте какие-нибудь мероприятия, сделайте веб-страницу или проведите исследование на основе интернет-материалов, — что угодно, чтобы работа была интереснее.

3. Возьмитесь за проект изучения корпоративной культуры. Это интересно само по себе, а кроме того, может пригодиться и в других целях, например, для сценария, который вы пишете. Подмечайте интересные детали, записывайте подслушанные диалоги — все это ценнейший материал!

4. Рассматривайте свою работу как участие в социальной жизни, а после работы, когда вам никто не мешает, занимайтесь тем, что вас увлекает.

У вас нет толкового начальника? Возможно, стоит поискать такого. Если вы в общих чертах представляете, чем вам понравится заниматься, подумайте, как себя презентовать, завести знакомства в этой сфере и предложить свои услуги. Любой умный руководитель заинтересован в том, чтобы нанять и удержать талантливого сотрудника. Если вы работаете под началом человека, которому это безразлично, — вы оказались в неправильном месте.

Дэниел Пинк, автор бестселлеров о мотивации в бизнесе, в книге «Нация свободных агентов»[4] отметил новый феномен, который назвал «принципом исчерпания». Вот он: когда удовольствие исчерпывается, талантливые уходят.

Так что не стоит цепляться за взгляды на трудоустройство, которых придерживались ваши родители. Времена определенно меняются. Надеюсь, фраза «Чем я буду заниматься остаток жизни?» постепенно сотрется из вашей памяти.

Предлагаю: когда бы вы ни задумались о принятии важных карьерных решений, вспомните систему ПППП и мысленно замените слова «принять окончательное решение» и «взять обязательства» на «попробовать» и «примерить на себя» эту карьеру.

Но есть обязательство, которое следует принять прежде всего: обязательство прилагать все свои силы и возможности к тому, что вы делаете, вне зависимости от времени, отведенного вами этому делу. Делать что-то вполсилы вообще не слишком хорошо, но для человека с энергией и воображением — вдвойне неразумно. При ваших способностях и ресурсах выкладываться не на полную означает бездарно тратить ваш интеллект и таланты.

Вы избежите проблем с нерешительностью при выборе карьеры или специальности, если будете держать в голове следующие факты.

1. У сканера может быть много специальностей. Их можно комбинировать, можно обращаться к ним последовательно, можно одну сделать работой, а другие превратить в увлекательные хобби. Вы вольны придумать любую собственную комбинацию.

2. Сканер может использовать любую достойную работу, чтобы обеспечивать себе возможность заниматься в свободное время тем, что нравится. Так поступают многие музыканты и кукольники, писатели и изобретатели, историки и владельцы малого бизнеса. Я называю такую работу «приемлемой» (мы будем часто говорить о ней в этой книге).

3. Сканер может изобрести собственный профессиональный путь. Не тратьте время и не заглядывайте в «Справочник профессий» — своей вы там не найдете. Не заполняйте опросники на склонность к той или иной работе. Вы уже знаете, что вам нравится, но не знаете, где это найти. Поэтому придумайте собственную профессию (дальше вы познакомитесь с несколькими историями о людях, которые это сделали).

Многие из нас так загружены, что ни минуты нет на мечты. А если время и найдется — вы уже не в состоянии вспомнить, как употребить его для себя. Добавьте детей — и вот перед вами жизнь, в которой свободного времени не бывает вообще. Такова реальность.

Или не такова?

Возможно, то, о чем пойдет речь в этой главе, вас удивит. Во-первых, ощущение взмыленности и загнанности не всегда результат непомерной нагрузки. Многие люди делают ровно столько же и при этом совершенно спокойны. Во-вторых, когда вы загнаны, вы не в состоянии мыслить ясно и перестаете различать, что делать не обязательно, — в результате наваливаете на себя лишнюю работу. Вам и отдыха нужно больше, когда вы постоянно на взводе, потому что такой образ жизни изнуряет, а не подпитывает энергией.

Впрочем, это все слова. Как же занятому человеку быть с этой проблемой?

Суть в том, что чрезмерно занятые люди живут в постоянном страхе. Они боятся забыть что-то сделать, или не уложиться в срок, или подвести кого-то. Они боятся чувства растерянности, боятся, что что-нибудь выйдет из-под контроля. Вот почему им не приходит в голову сделать жизнь легче и радостнее, они только взваливают на себя еще больше ответственности.

Когда Джефф — в обеих руках пакеты из супермаркета — выбрался из машины, где двое детей воевали на заднем сиденье, я увидела, что нервы у него на пределе. И кто бы его упрекнул? «Вот так весь день напролет!» — вздохнул он, когда я подошла забрать у него пакет. Он ловко, даже не прервав детскую разборку, водворил семейство в дом (я преисполнилась восхищения) и загнал меня на кухню — я выбрала это слово не случайно; почему, объясню позже. «Как ни расписывай график на день, свободного времени просто нет. Вот такая для вас задача!» — начал разговор Джефф.

Но я хорошо знала людей, подобных ему, и одну проблему увидела сразу. Помните, я сказала, что он «загнал меня на кухню»? Типичный симптом сверхзанятого человека: они не сокращают список дел, а постоянно раздувают его, иногда без всякой надобности. В данном случае Джефф, вместо того чтобы ринуться с сумками на кухню и позволить мне следовать за собой или просто ткнуть в нужном направлении, препроводил меня туда, как пастушья собака, будто опасался, что я улизну через окно.

Когда я обратила на это его внимание, он покраснел:

— Простите, я просто переключился в режим контроля — действую на автопилоте.

— То есть вы позабыли, как что-то в этом мире может происходить без вашего вмешательства? Вот ведь какую ношу вы взвалили на свои плечи. Неудивительно, что вы так загружены! А вы никогда не помышляли пустить какие-то вещи на самотек и высвободить энергию для того, что вам действительно хочется делать?

— Ну конечно, думал — а потом приходил в себя. Да ладно, Барбара, неужели вам кажется, что среди всего этого я мог бы рисовать или писать роман? Или начать свой бизнес? А обо всем остальном кто позаботится? Сами видите, сколько всего мне нужно успеть, чтобы дом нормально функционировал. И бац! — выходные прошли!

Такова реальность, когда у вас маленькие дети. Или нет? Откуда ощущение, будто вы сидите за рулем скорой помощи и на кону чья-то жизнь, когда из проблем всего лишь обед, памперсы и няня, которую надо отвезти домой? Почему многие в такой же ситуации куда спокойнее, чем Джефф? То, что испытывает Джефф, совершенно обычно — любой побывавший на его месте отлично это помнит. Однако его стремление к контролю все же выходит за привычные рамки.

Напряжение Джеффа нельзя принимать за чистую монету, потому что чувство «катастрофической сверхзанятости» таит в себе подвох. Кажется, что именно повторяющаяся изо дня в день ситуация стала причиной нервозности. Но обычно все ровно наоборот.

Да, Джефф очень занят. Но при этом он делает много необязательного. Он признался, что каждую ночь сидит несколько часов в интернете в поисках идей и схем «Как быстро разбогатеть». Кроме того, Джефф считает, что когда он сидит с детьми, то обязан посвящать им все время и внимание. Ему не приходит в голову, что, если бы он занимался своими любимыми делами и подключал к ним детей, для них это было бы здорово.

Джефф сказал:

— Иногда не могу спать ночью, думаю обо всех ужасных вещах, которые могут произойти, если я не буду все держать под контролем.

— А вы всегда были таким? — спросила я.

— Вовсе нет. В детстве я был настоящим разгильдяем.

— Так что же с этим разгильдяем случилось? Когда все изменилось?

Этот вопрос я задаю каждому измученному сканеру. Ответ всегда весьма показателен.

Кроме того, Джефф любил животных и иногда часами возился с соседскими собаками. Он сам научился играть на гитаре и писал песни, однажды даже сочинил мюзикл. Когда ему было четырнадцать, последний из старших братьев уехал из дома, и Джефф остался единственным ребенком в семье.

Джефф подростком взвалил на себя груз ответственности. Ко многим из нас это пришло позже, но чувства мы испытываем удивительно схожие. Думаю, всех ввергает в шоковое состояние количество обязанностей, с которыми мы сталкиваемся, когда вырастаем, взрослеем, особенно когда у нас появляются дети. Мы и сами чувствуем себя детьми, которые пытаются справиться со взрослой жизнью.

Эта ответственность лежала на нас не всегда. Кто-то потерял беззаботность, когда родился младший брат, кто-то — когда начал учиться в школе. Для некоторых золотая пора кончилась гораздо позже. Но у каждого был момент, когда пришлось покинуть Эдем, где от нас ничего не ждали, и выйти в мир, где внезапно потребовалось отвечать за все и не совершать ошибок. Потрясению, вызванному этой переменой, редко придают значение, а ведь именно здесь кроется причина неверных шагов, которые совершают «занятые люди».

Сначала надо определить вашу точку невозврата — когда это произошло. Долго не ломайте голову, просто вспомните, когда последний раз вас не грызла озабоченность и вы занимались тем, что нравится, без необходимости выделять для этого особое время. Сколько вам было лет? Опишите свое ощущение свободы — каким оно было в те счастливые дни?

А теперь запомните это чувство. Я хочу, чтобы вы обращались к нему минимум раз в день.

Вспомните, как вы сидели на ступеньках крыльца в сгущающихся сумерках или играли с собакой и других забот у вас не было, — и возвращайтесь в эти воспоминания. Забыв вкус легкости бытия, вы живете в постоянном авральном режиме и не можете даже обдумать, чего вам действительно хочется и как найти на это время. Получится ли наслаждаться стихами в горящем доме? Конечно, нет.

Но на самом деле ваш дом не горит. Вам лишь кажется, что он в огне.

Стресс и тревога — родственники страха. Страх возникает от чувства опасности. Чересчур занятые люди описывают опасность примерно одинаково: нужно за покупками; потом забрать детей; приготовить обед; сделать все по дому; дописать отчет, так как завтра презентация, а ничего не готово; показать собаку ветеринару. Да, еще сестра сломала ногу, надо захватить ее по пути на работу.

Подразумевается здесь одно: если что-то выйдет из-под контроля — случится беда. Страх перед этим переключает вас в режим выживания и не дает спокойно сесть и найти решения. Однако, отыскав, что именно вас блокирует, и вызвав в памяти то чувство легкости, которое я просила запомнить, вы заметите, что гнет ослабевает.

Давайте посмотрим, что толкает вас загружать себя сверх надобности.

• Вы набираете кучу дел, чтобы не выглядеть плохим.

• Вы нагружаете себя, чтобы выяснить свой предел: сколько вы способны осилить.

• Вы намерены загонять себя, пока не свалитесь, — тогда «они» поймут, как тяжко вы трудились.

• Вы всё ускоряетесь, так как это кажется страшно необходимым, но почему — не можете вспомнить.

Неважно, насколько вы сильны или компетентны, — когда вы действуете на автопилоте и стресс служит вам топливом, рано или поздно либо вы споткнетесь и рухнете, либо кому-то от вас достанется. Если хотите мыслить ясно, оставаться спокойным и рассудительным, как минимум раз в день назначайте себе крошечный нервный срыв. Это очень легко, никто даже и не узнает. Просто попробуйте, и поймете, что я имею в виду.

1. Найдите тихую комнату или ванную, где можно запереться и побыть в одиночестве.

2. Закройте глаза, несколько раз глубоко вздохните и произнесите про себя: «Мне больно, мне плохо». А потом: «Ой-ой-ой».

3. Если что-то почувствуете в глазах, в груди, сделайте вид, будто плачете и всхлипываете. Если появятся настоящие слезы, даже лучше, но особой необходимости в этом нет.

4. Если ничего не чувствуете — представьте себя ребенком лет восьми со всеми своими нынешними обязанностями и скажите тихо: «Кто-нибудь, помогите. Я слишком мал, чтобы все это вынести. Я не справлюсь». Должно получиться.

5. На несколько мгновений отдайтесь горестным ощущениям, поднимающимся из глубины души; пусть они высвободятся, и вы заметите, как спадает напряжение.

Вот набор подсказок, уловок и инструментов, которые помогут отыскать время на все те замечательные сканерские проекты, по которым вы скучали.

Под конец главы я припасла свой самый обожаемый инструмент — он прямо-таки поддержит в вас сканера. На любимые занятия может выпасть пара минут тут, пара минут там — фокус в том, чтобы быть к этому готовым. С набором готовности вы всегда во всеоружии, как пожарный, у которого все организовано на случай сигнала тревоги. Идея очень проста, но она может изменить жизнь: соберите все нужное для своих проектов заранее и держите наготове. Выделите специальное место, сложите все там — и забудьте, пока не появится немного свободного времени.

Когда я говорю «немного», то имею в виду это буквально: урывками, по чуть-чуть, возвращайтесь к тому, что любите. Вы можете сделать набросок или написать строку стихотворения всего за две минуты, и, если полностью сосредоточиться (тут — никакой многозадачности!), вы убедитесь, что и пара минут принесут большое удовлетворение. Ненадолго, но как можно чаще обращайтесь к своему проекту. Ручаюсь, результаты вас поразят!

Хорошая возможность найти такую пару минут (мы, правда, редко об этом думаем) сделать маленький перерыв, когда вы проводите время с семьей. Я окрестила эту технику «Как нарисовать шедевр в рекламные паузы». Все, что вам нужно, — волшебный набор готовности и чуть-чуть времени.

Помните Джеффа? Он придумал, как заниматься живописью при помощи набора готовности, но такой подход годится для любого другого занятия. В гостиной оборудуйте полностью уголок для живописи — с холстами, кистями, палитрой с красками — и не убирайте его. Кисти храните в воде, так, чтобы перед употреблением их оставалось только отжать. Палитры заворачивайте в полиэтилен, чтобы они не высыхали. Всё наготове — вам легко подойти и порисовать несколько минут во время каждой рекламной паузы. Смешно? А вы попробуйте. Это весело!

А потом сядьте и смотрите телевизор с детьми до следующего перерыва. Конечно, вы можете захотеть порисовать и потом, но вы все равно рядом с семьей. И никакого одиночества или чувства вины. (Детям Джеффа так это понравилось, что они в рекламные паузы кидались выполнять свои обязанности по дому!)

Точно так же можно подойти к отделке комнаты, написанию поваренной книги, сканированию фотографий или раскадровке для домашнего фильма.

Не только вечно перегруженные и измотанные родители, но, надеюсь, и все чрезмерно занятые сканеры, пребывающие в постоянном стрессе, обнаружив, что превращаются в фанатиков контроля, прислушаются к моим советам. Под гнетом стресса внутренний ребенок каждого из нас требует внимания всегда, когда мы загнаны, взвинчены и вынуждены торопиться. Если вы пробовали излечить выгорание с помощью отпуска, предаваясь ничегонеделанию, то, конечно, знаете, что это не работает. Скука не лечит эмоциональное истощение, особенно у сканеров.

Когда избавитесь от того, что вредит вашей жизни, в ней найдется место для того, что вы любите. Душевная изнуренность хорошо исцеляется творчеством и познанием, а новое увлекательное занятие возродит вас.

Вот что написала моя подруга Гудрун:

И, подытоживая, приведу свой ответ любящему отцу, письмо которого открыло главу. Думаю, этот штрих внесет окончательную ясность.

Это письмо адресовано и вам, мой читатель. Надеюсь, вы прислушаетесь к тому, что там сказано.

Ральф, инженер по профессии, обратился ко мне, потому что работа не приносила ему радости. Он признавал, что инженерное дело никогда не увлекало его, и хотел знать, не ошибся ли с выбором.

— Похоже, мне нужна новая специальность, — заявил Ральф.

— А есть какие-нибудь варианты? — спросила я.

— Ну… например, пойти в архитектуру. Правда, учиться надо долго, и, кроме того, полным-полно других вещей, которые мне интересны не меньше. Как тут выбрать?

— Может быть, и не надо выбирать, — сказала я. Как и с другими сканерами, я приготовилась навести Ральфа на мысль: заниматься всем, что его привлекает, вполне реально и даже нужно.

— Так я как раз и не выбираю, — ответил он. — Я вообще ничего не делаю.

Ральф никогда не предпринимал ничего, чтобы воплотить в жизнь хоть одну мечту. Ни единого шага для достижения какой-либо цели — для него это означало отказ от всех остальных. Как он сам говорит: «Если выберу архитектуру, то художником-графиком быть уже не смогу. Остановлюсь на одном или другом — не смогу быть ни светодизайнером, ни писателем, ни изобретателем».

Сканеры умны и наделены многочисленными талантами. Почему тогда столь многие из них заходят в тупик? Я начала осторожно расспрашивать Ральфа, и кое-что прояснилось. Причина первая и, возможно, самая значительная: он был искренне убежден, что его интересует абсолютно все.

Это мне понятно. Я сама с трудом держала себя в узде, чтобы не покупать книг больше, чем возможно прочитать за одну жизнь. Теперь всякий раз, увидев неинтересную мне книгу, я испытываю облегчение. А список вещей, к которым меня страшно тянет, сокращается каждый раз, когда я пробую что-нибудь из него. Подумалось, что стоит убедить Ральфа прибегнуть к моей проверке реальностью — пусть взглянет на все под другим углом.

— Знаете, — решилась я, — большинство людей интересуются не всем на свете. Но даже если у вас огромный круг интересов, всегда есть способы попробовать всё, в зависимости от того, что вы хотите от них.

— Вот именно поэтому я — другой. Я почти никогда не сталкивался с тем, что меня вообще не интересовало.

— Вы сказали «почти»? — уточнила я с надеждой.

— Неважно, — возразил он и назвал вторую причину, по которой сканеры его типа отказываются отведать хоть что-нибудь, видя перед собой необозримый шведский стол с любимыми яствами.

— Я не хочу только дегустировать. Мне хочется во все погружаться. Но это невозможно. Жизнь — вроде передач про природу, где гепард охотится на стадо газелей. Если погонится за всеми — как, вам кажется, и я должен поступить, — всех и упустит.

— А предположим, вам бы нравился десяток-другой вещей и вы не пытались бы превращать каждую в профессию? Занимались бы ими по вечерам, на выходных и в отпуске, и так годами, пока не погрузитесь достаточно глубоко? Так вы решились бы попробовать? Тогда можно было бы оставаться на нынешней работе, пока не найдется что-то более интересное.

— Звучит здорово, и, честное слово, я не упрямлюсь, — ответил Ральф, — но у меня не двадцать и даже не двести интересов. Послушайте, прошлой осенью жена заставила меня вынести в гараж 1200 журналов, потому что в коридоре уже не пройти. Я пытался прекратить их покупать, но на обложках всегда попадалось что-то ужасно интересное. И я покупал, и прочитывал от корки до корки, и мне хотелось узнать еще больше о том, что я прочитал. Иногда думаю вернуться в колледж, выучиться чему-то новому, уйти в какую-то другую сферу… но тут же сам себя обрываю: такие мысли — пустое и ведут в никуда.

Тут мне в голову пришла отличная идея:

— А женские журналы? Вы их много читаете?

— Что? Нет! — смутился он.

— Тогда, наверное, спортивные? Про охоту и рыбалку? А как насчет журналов по лоскутному шитью? Их сейчас много в магазинах.

— Ладно, ладно, — согласился он наконец. — Действительно, меня привлекает не все подряд — я помешан на журналах про технологии.

Ральф пустился в объяснения: когда он читает о новых достижениях в электроосвещении, то просто умирает от желания узнать об этом побольше, но тут подворачивается публикация об инструментах для микрохирургии, и он точно так же заинтригован. И так едва ли не с каждой статьей. Он признался:

— К концу журнала я уже просто подавлен. Столько всего в мире, что голова идет кругом. Неважно, одно что-то я выберу или десять интересных вещей, все равно все кончится разочарованием. Что толку выбирать тогда?

Ирония в том, что Ральф постоянно чувствовал себя расстроенным из-за того, что жизнь так богата на интересное. Как бы вы разрешили противоречие? Что предложить человеку, который хочет всего и сразу?

Ну, например, два секрета:

1) на самом деле сканеры хотят не всего на свете;

2) на самом деле сканеры хотят не так глубоко погружаться, как воображают.

Есть такая книжка — «1000 лучших мест Земли, которые нужно увидеть за свою жизнь»[5]. Адаптируем эту идею и посмотрим, что придет вам на ум: «1000 вещей, которые вы, как вам кажется, хотите сделать за свою жизнь». Быстренько набросайте список интересов: всего, чем хотелось бы заняться, о чем больше узнать, что смастерить, собрать коллекцию, создать, — думаю, идея понятна. Позже этот список пригодится — когда у вас образуется свободное время, а вы не будете знать, как его использовать. Но первая цель списка иная. Выполните упражнение и поймете, что я имею в виду.

Я опробовала его на Ральфе.

— Запишите все, о чем хотелось бы узнать побольше, — все, что вспомните, — предложила я.

— Это будет вообще все, я уже говорил, — он взялся за ручку.

— Ну, значит, займет какое-то время. Бумаги у нас вдоволь. Давайте начнем.

За следующие десять минут Ральф записал примерно тридцать пунктов. Потом начал вспоминать журнальные статьи, которые его привлекли, и к перечню добавилось еще десятка два строчек.

— Уверена, вы вспомнили бы еще сотню, если бы журналы были под рукой.

— Две сотни, — возразил он почти обиженно.

— Хорошо, пусть две. Итого, примерно двести пятьдесят пунктов. Я надеялась, мы дойдем до тысячи.

Он улыбнулся:

— Ну ладно, похоже, меня интересует не все подряд, но двести пятьдесят — все-таки ведь слишком много?

Прежде чем я расскажу, к какому ответу мы пришли, попробуйте это упражнение и вы.

Отведите четыре-шесть страниц в Дневнике сканера или найдите очень большой лист бумаги — чтобы добавлять к списку пункты, когда вздумается. Теперь с левого верхнего угла так мелко, как можете, начните писать нумерованный список: все, что вас интересует, что когда-либо интересовало или могло бы заинтересовать, если бы вы жили до 105 лет. Записанный перечень, в отличие от мысленного, реален, что сразу решает часть проблемы, ведь иначе все его пункты довольно туманны и витают в мире грез, где их очень легко потерять.

Обдумайте каждый пункт. Не надо писать что-то вроде: «Я хочу изучать: 1) историю Африки; 2) Азии; 3) Европы… 78) физику; 79) математику; 80) квантовую механику… 128) венгерский язык; 129) греческий язык…» Речь не о перечне всего, что существует на свете. Цель упражнения — увидеть, сколько есть вещей, которым вы с удовольствием посвятите время. Вы должны перечислить:

• Все, чем уже занимались.

• Все, что хотели бы попробовать сделать впервые.

• Все, чем хотели бы заниматься годами.

• Все, что хотели бы сделать всего лишь один-два раза.

Очень полезно приглядеться к своему списку на предмет общих тем, связывающих различные интересы. Ральф обнаружил, что практически все его интересы группируются вокруг одного и того же: ему нравится общаться с творческими людьми и слушать их рассказы о работе. Ральф любит процесс познания, когда человек, увлеченный своей деятельностью, посвящает его в тонкости своего проекта, в подробную историю изобретения, открытия. Обнаружить, что в основе мечтаний лежит именно это, было огромным шагом для Ральфа.

Если выявить общие темы, связывающие различные любимые занятия, трудно, попробуйте пойти от противного и составить список того, что вам неинтересно (вспомните, как я спросила, читает ли Ральф женские журналы). Это поможет быстро уловить, что общего между вашими интересами.

Итак, с чего Ральфу следует начать? Он пришел к ответу раньше, чем я догадалась.

— Я могу написать письма изобретателям, работающим в этой сфере. Думаю, они ответят. Понравилась какая-то статья — можно поискать на интернет-форумах тех, о ком там рассказывается. В сети найдутся или они сами, или кто-то еще, кто знает про эту технологию. Не я же один повернут на технических статьях. Масса людей любит их читать. Должно быть, с ними приятно общаться. Не знаю, почему это раньше в голову не приходило. И вдруг, если мы ближе познакомимся, однажды я смогу попасть в лаборатории и побеседовать с ними.

— Как по-вашему, сколько времени вам понадобится на каждый интерес?

— Хм… ну, если я вместо того, чтобы бесцельно шататься по интернету, сосредоточусь на дискуссиях и разговорах на форумах, которые меня интересуют, то могу получить все, что хотел, даже без дополнительного времени.

— Здорово! Выходит, каждый раз, как попадается увлекательная статья, вы можете тут же найти и форум по данной теме. И, задав вопрос, сможете продолжить чтение. Таким образом, вы никогда больше не почувствуете, что тонете в море информации.

Мы с Ральфом вспомнили о работе, которую он собирался менять. Внезапно оказалось, что не такая она и неприятная, если в остальное время заниматься тем, что нравится. Раньше он думал, что жизнь состоит из одной работы, и его угнетало, что она скучна, лишена интересных идей.

«В общем, я не против этой работы, раз уж появилась отдушина. А если общаться по интернету с исследователями и профессионалами каждый день, то… получается, что нормальная у меня работа. Вполне нормальная».

Вам понадобится новый инструмент, чтобы отслеживать, как продвигаются ваши идеи. Поместите в папку на кольцах «Большой список» всех интересов, это будет оглавление, где легко найти любую тему. Возьмите для начала папку на кольцах с шириной корешка 25 мм, добавьте побольше чистых листов. Можно использовать разделители между страницами, а можно наклеить на страницу стикер для заметок — это здорово сэкономит место.

Каждый лист будет соответствовать одному интересу. Предположим, вы, как Ральф, прочитали в журнале про технологический переворот в электрическом освещении, — добавляете листок и записываете там, что с этой темой связано. В заголовке дата, название статьи и откуда она взята. Можно конспективно изложить самую интересную часть статьи, зафиксировать возникший важный вопрос, наметить, что вы будете делать в следующий раз, когда выпадет свободное время. Задача — скомпоновать все новое, что вас заинтересовало, в одном месте, наподобие картотеки. Если вам удобнее, сделайте это на компьютере.

Для чего? Когда появится свободная минута, можно полистать папку с картотекой интересов, найти тему, которая вас сейчас привлекает, и отправиться в интернет: почитать соответствующую дискуссию, задать вопросы.

В результате вы перестанете беспокоиться по поводу того, что никогда не займетесь своими интересами, и у вас будет постоянная возможность возвращаться к самым увлекательным занятиям — намного чаще, чем представлялось.

Когда одна папка заполнится, легко начать новую, а прежнюю поставить на полку, чтобы она всегда была под рукой.

Это первоклассный инструмент, к которому мы еще не раз вернемся в следующих главах. Он отлично подойдет тем, у кого десятки интересов, требующих более подробного исследования. Двадцать или тридцать папок на кольцах — или столько, сколько позволяет место.

Если вы не пользовались ими раньше, то приятно удивитесь, когда начнете заводить отдельные папки под каждое увлечение. Множество разных папок — непременная часть системы. Всякий раз, вдохновившись чем-то новым, вы достаете новую папку, и у вашего интереса появляется дом. Когда надвигается стресс оттого, что снова возникло новое увлечение, а времени на него нет, — заведите для него папку и поставьте на полку. Простое действие, но почему-то приносит облегчение. Отличный способ сохранять уверенность, что от вас ничего не ускользнет и дождется своего часа.

Самый подходящий тип папок — с окошками на торце, куда можно вставить название и с легкостью поменять ярлычки, если вы решите, что предмет вас больше не интересует или что материалы нуждаются в папке большего размера. Для «начальных» папок понадобятся те, что поуже, с корешком 15 мм. Когда папки тонкие, не так бросается в глаза, что они заполнены лишь отчасти, и на полку их войдет гораздо больше.

Если вы часто бродите в поисках интересного в интернете — держите в принтере бумагу с пробитыми дырочками и нажимайте на «печать», когда хотите что-то сохранить. Прикрепите распечатку в одну из пустых папок, напишите тему на полоске бумаги и вставьте в окошечко на корешке. Такой маленький прием превратит вас в очень довольного сканера.

Эту систему можно применять множеством способов, и я уверена, что вы придумаете и свои варианты. Для примера приведу письмо о том, что получилось у одной моей читательницы, — оно лучше тысячи объяснений.

Вот так. Теперь вы можете не лишать себя того, чего жаждет ваш изголодавшийся ум. Наслаждайтесь!

Приятно знать, что я сканер, а не просто запутавшийся человек. Но что дальше? Уволиться и ринуться очертя голову в неизвестность?

Все мои планы — это списки никогда не сделанных вещей. Я трачу кучу времени на составление планов и на следующий день планирую что-нибудь другое. Как перестать планировать и начать действовать?

Препятствия бывают двух видов — мнимые и настоящие. В первую очередь мы рассмотрим мнимые, которые порождены неверной информацией и эмоциями. С реальными препятствиями намного проще — о них поговорим чуть позже.

Итак, начнем с поиска воображаемых препятствий. Необходимо их проанализировать и полностью с ними разобраться, чтобы подготовиться к встрече с препятствиями реальными. Заставить исчезнуть вымышленные препятствия очень легко.

Лейн, ответственный секретарь в местной компании грузоперевозок, призналась:

— Не могу приняться за дело. Дальше размышлений о том, чего бы мне хотелось, никогда не идет. Я все пишу бесконечные списки возможностей примерно в дюжине разных направлений, куда могла бы двигаться, но ни разу не перешла к действиям. Ведь я не рискну оставить работу и броситься с головой в неизвестное, так какой смысл что-то начинать?

— Надо же, какой бросок! — покачала я головой. — От письменного стола и фантазий — и прямиком в пропасть. Если бы у меня был только один выбор: писать списки или бросить работу неизвестно ради чего, я бы тоже не смогла решиться. Но вот вопрос: кто сказал, что у вас всего два варианта?

— А какие еще? — спросила Лейн.

— Что если держаться за текущую работу, а пока прощупывать почву?

Повисла пауза.

— Даже не понимаю, о чем вы, — призналась девушка.

— Забудьте про прыжок в неизвестность. После того, как рабочий день закончится, отправляйтесь на поиски нужной информации. Покиньте знакомый мир и побродите по тому миру, который вас интересует. Найдите сайты по вашим интересам; узнайте, не намечаются ли в ближайшее время какие-нибудь конференции, которые можно посетить. Попросите библиотекаря подобрать специализированные журналы по интересующим вас предметам и прочитайте их внимательно. Отыщите форумы и сообщества, участвуйте в обсуждениях с людьми, которые уже в теме. Никакого риска, и можно узнать больше о том, что привлекает. Вам нужно вдохнуть в свои списки и планы чуть-чуть реальной жизни.

Множество людей (и особенно сканеров) застопориваются по тем же причинам, что и Лейн. Это одна из самых злых шуток, которую способны сыграть с нами наши страхи: мы забываем, сколько вполне безопасных шагов можно (и нужно!) предпринять, прежде чем сжигать за собой мосты.

Вы возразите: «Но если не ринуться вперед, боюсь, я никогда с места не сдвинусь». Что же, вы ошибаетесь. Красивые жесты хорошо смотрятся в фантазиях, но, когда доходит до дела, большинство из нас не так безрассудны. Мы видели, что происходит с безрассудными людьми, или даже испытали это на собственном опыте. Поэтому, пока риск велик, мы не подталкиваем себя к движению — нет, мы заставляем себя вообще ничего не предпринимать.

Составлять списки и планы, не имея актуальной информации, — всего лишь продолжение фантазий о том, «что бы сделать». Мечтать с карандашом в руке над листком с планами — для множества сканеров такой досуг становится образом жизни. Фактически это способ избегать всякого действия, когда мечта кажется невозможной. И совершенно иное — реальное планирование, с конкретными фактами, задачами, сроками. Такой план уже сам по себе действие.

Итак, как перейти от записывания идей к настоящим действиям? Рассмотрим на примере Лейн. Одна из ее идей: создать онлайн посредническую фирму для перерабатывающих вторсырье предприятий из маленьких городков — централизованную информационную биржу, где они будут получать сведения о технических новинках и законодательной базе, а возможно, и поддерживать связь друг с другом. Мысль родилась, когда Лейн сотрудничала с одним из таких предприятий и собственными глазами увидела, как не хватает подобной информационной структуры.

— Но у меня и других идей полно, абсолютно других, — сказала она. — Только их слишком много!

— Давайте обсудим сначала эту, — предложила я. — Есть отличный способ составить план, который заставит вас действовать. Когда вы поймете его принцип на одном примере, то сможете применить и ко всему остальному. Не относитесь к этому чересчур серьезно, лучше рассматривайте это дело как тестовый заезд. Ладно?

— Постараюсь, — она явно колебалась, но кивнула.

Действие. Одна мысль о нем заставляет цепенеть многих из нас.

Если вы сканер и убеждены, что ради любого действия придется отказаться от остальных устремлений, — ваше нежелание двигаться вперед понятно. Но, как вы уже знаете, никто от вас не требует такого выбора. Однако, даже понимая это умом, все равно бывает трудно завести мотор и выехать из ворот.

Вероятно, перед вами тоже вставала проблема, какую цель выбрать прежде всего. Повторяю снова и снова: не имеет значения какую. Это только проба пера. Чтобы научиться воплощать замысел в жизнь, вам нужно прямо сейчас выбрать любой и попрактиковаться.

С ликвидацией этого барьера у вас могут закончиться и отговорки, но я знаю, что многие все равно останутся в нерешительности и не будут готовы сделать первый шаг. Лейн, однако, всегда гордилась тем, что поступала рационально.

— Если бы я могла привести свои планы в порядок, разумеется, я бы двинулась вперед. Но так много всего нужно принять во внимание.

— Скажите, что вы об этом думаете? — Я протянула ей письмо, которое получила утром.

Она надела очки.

Лейн отложила письмо и посмотрела на меня.

— По-моему, парень сам себя накручивает. Вы думаете, я то же самое делаю, да? То есть даже если разработаю отличный план, все равно пойду на попятный?

— Не знаю, — ответила я. — Но посмотрите: вы предполагаете, что надо непременно оставить безопасную работу и броситься в пропасть, и риск очень высок, да? Настолько высок, что первый шаг кажется просто невозможным?

— Да, наверное, — произнесла она задумчиво.

— Не ругайте себя за это. Движение к цели всегда пугает. Большинство из нас готовы на все, чтобы оградить себя от этого страха: «Я хочу работать с животными, но надо получить профильное образование, так что работу придется поменять, чтобы оставалось время на учебу, но тогда денег хватать не будет и придется искать жилье подешевле, но я не могу это сделать, пока не выплачу кредиты…» — и все в таком духе. Мы выстраиваем столько препятствий, что даже маленького аквариума с золотой рыбкой и то никогда не заведем.

Лейн улыбнулась, и, чтобы еще подбодрить ее, я, со словами: «Даже Евросоюз этим занимается», — протянула ей забавную вырезку из Washington Post, которую когда-то сохранила. В статье Роберта Кайзера «Инновации позволят Финляндии лучше представить свое будущее. Экономика предлагает новую модель для старой Европы» говорилось:

Пока она читала статью, я думала о том, как трудно порой перейти от размышлений к действию и как много причин мы находим, чтобы этого избежать. Конечно, не только у сканеров проявляется синдром «аналитического паралича», но у них проблема умножается еще и на количество целей.

Хороший вопрос. Так в чем проблема?

Защитные механизмы человека предназначены упреждать опасность. У маленьких детей это не работает, поэтому за ними нужен постоянный присмотр. С возрастом и опытом осторожность растет. Подростки могут быть безрассудными, молодые люди — смелыми, но никто из них не представляет такую угрозу для себя, как младенцы. Чем больше знаешь о спотыкании и падениях, тем осторожнее ходишь.

Это был бы ответ на вопрос Кетчела, если бы речь шла о реальном риске, но отчего те же предосторожности включаются там, где нет ни малейшего риска? Почему человек не решается написать роман или придумать линию модной одежды только для себя? Потому что, полностью сформировавшись, защитные механизмы человека включаются каждый раз, когда вы собираетесь шагнуть в неизвестное. Защитные механизмы против прыжков на «тарзанке» — в этом есть здравый смысл. Но они противятся, чтобы вы спели перед публикой в своей гостиной. Почему? Тут уже нет никакого смысла.

Защитный механизм — вещь мощная и примитивная, все новое он воспринимает как угрозу выживанию. Правы ли наши защитные механизмы или нет, но они работают и влияют на нашу жизнь.

Однако если подчиняться всем глупым запретам защитных механизмов, то вообще никогда не займешься ничем интересным. Итак, новое предприятие не несет в себе никакой угрозы, и вы действительно хотите начать что-то делать. Как решиться на первые шаги? Есть практическая трехступенчатая система, которая чудесным образом преодолеет вашу инерцию.

Если вы сканер, который только размышляет, но не переходит к действию, предлагаю три простых шага. Каждый раз, когда нужно действовать, выполните их последовательно — и результат гарантирован.

Шаг 1. Освойте новый способ составлять планы (блок-схема обратного планирования), который не заменит действия, но подтолкнет вас к реальным шагам.

Шаг 2. Выявите с помощью этой схемы скрытые страхи, мешающие вам перейти к делу, — так вы сможете принять меры, чтобы снизить опасность.

Шаг 3. Установите реальный дедлайн, к которому вы должны быть готовы. Тогда же состоится встреча с тем человеком, который обеспечивает вам снижающую стресс поддержку. Необходимость отчитываться заставит вас продвигаться вперед даже при стрессе.

Это моя версия блок-схемы, я разработала ее, когда готовила самые первые свои семинары в 1975 году. (Она приведена в моей первой книге «Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь», которая до сих пор пользуется успехом, отчасти благодаря идее блок-схемы. Подробное описание оригинальной блок-схемы обратного планирования дано и в этой книге.)

Я обнаружила, что графики и блок-схемы, которыми пользуются в различных организациях, слишком сложны для понимания и использования, поэтому начала с чистого листа. Нарисовала круг, вписала в него конечную цель и спросила себя: «Могу ли я достичь этой цели прямо сейчас? Если нет, что нужно сделать перед этим?» И продолжила рисовать круги с вписанными туда целями, продвигаясь в обратном направлении, задавая себе те же самые два вопроса и вновь добавляя круги с задачами, пока не добралась до шага, который можно было предпринять немедленно. К этому кругу я подвела указывающую на него большую стрелку с надписью: «Сейчас!»

Процесс такого планирования выдернул меня из кресла и заставил сделать первые реальные шаги на пути к цели — а это была непростая задача. Я очень гордилась своей идеей. Кроме того, меня окрыляла мысль, что теперь я смогу вывести из тупика любого, кто застрял на пути к цели.

Я собрала маленькую группу, и мы опробовали блок-схему обратного планирования. Выбрав простую тему — подготовка воображаемого званого ужина, я сказала им: «Итак, нам нужно организовать ужин на двенадцать человек. Можем ли мы это осуществить завтра вечером? Если нет, что нужно сделать до этого?» Мы рисовали схему на доске, отмечая, что сначала следует пригласить гостей, закупить продукты и приготовить еду. Чтобы выполнить эти этапы, нужно найти телефонные номера и составить меню. Все происходило не только очень весело, но и очень просто — любой мог бы с этим справиться. Я видела, что у схемы есть большой потенциал, и мне не терпелось начать ее использовать. Но когда в далеком 1976 году я начала вводить эту методику на первых семинарах с «командами успеха», реакция оказалась совсем не той, какую я ожидала.

Поначалу участники семинара несколько часов помогали друг другу искать забавные пути достижения цели. Было много смеха, голова кружилась от ощущения, что повсюду витают манящие возможности. Все отлично проводили время и весело посматривали на меня, ожидая продолжения.

Как и планировалось, я сказала:

— Теперь давайте перейдем к реальности. Я хочу, чтобы каждый из вас поставил цель и выбрал ориентировочную дату, когда этой цели достигнет. Предположим, вы хотите через три месяца выступить с песней на вечере открытого микрофона в местном клубе.

Все слушали с энтузиазмом, пока я мелом рисовала круг в правом углу доски.

— Чтобы прийти в клуб и спеть, — продолжила я, — требуется несколько вещей. Вам нужно разрешение от хозяина клуба и нужно знать, как петь, верно?

Аудитория покивала, с интересом глядя, как я провожу стрелки к двум кружкам и вписываю «разрешение» в один и «умение петь» во второй.

— Теперь, чтобы получить разрешение, нужно переговорить с хозяином, — я провела еще линию и нарисовала новый круг. — А чтобы поговорить с хозяином, нужно найти клуб. Можете ли вы найти клуб, где проводятся вечера открытого микрофона?

Почти все утвердительно кивнули.

— Можно ли это сделать прямо завтра, или нужно предпринять еще какие-то шаги? — продолжала я.

— Это легко, — ответила одна женщина. — Посмотреть в справочнике и выбрать клуб.

— Отлично, — согласилась я. — Значит, с этой линией на схеме мы закончили. У вас есть шаг, который можно сделать прямо завтра. Теперь вернемся к началу и взглянем на второй пункт, который вам понадобится. Чтобы выступить с песней, вам нужно уметь петь.

Как и в первом случае, двигаясь в обратном направлении — от цели к самому первому шагу, я расписала весь путь, включая необходимость найти преподавателя и выбрать песню.

Закончив, я увидела, что произвела на всех большое впечатление, кажусь слушателям ужасно умной, и была очень довольна своим отличным изобретением. Дальше я предложила каждому взять по листку бумаги и нарисовать такую же схему для какой-нибудь из своих целей. Примерно за двадцать пять минут. Когда участники взялись за ручки, я стала просматривать свои заметки. Через несколько минут вдруг возникло ощущение, что в комнате происходит нечто странное. Подняв глаза, я обнаружила, что никто больше не смеется и не улыбается. Более того — никто не пишет. Я наблюдала это с минуту, а потом спросила:

— Что-то не так?

Все посмотрели на меня, лица были встревоженные — я почувствовала себя ужасно. Наконец одна женщина подняла руку:

— Это уже не весело. Начинает пугать.

Остальные закивали.

Я поняла, что слушательница права. То, что мне представлялось прекрасным, рациональным способом перехода от слов к делу, оказалось слишком мощным лекарством. Оно понуждало к действию там, где люди еще играли в игру.

Мне очень не хотелось терять достигнутую динамику, и, чтобы снять напряжение, я рассказала несколько смешных историй, которые заставили участников засмеяться. Затем поделила их на команды по шесть человек и установила: каждый вечер они должны созваниваться и еженедельно встречаться друг с другом. Когда они почувствовали себя спокойнее, я показала, как сделать первые шаги совсем крошечными и нестрашными, чтобы боязнь наконец отступила.

Обратите внимание, я не предлагала им «мыслить позитивно» — я думаю, это не работает. В главе 3 («Паника сканера») мы говорили об этом: чтобы утихомирить свой страх, надо снижать уровень опасности.

Едва участники осознали, какими маленькими будут первые шаги, и поняли, что каждый шаг будет сопровождаться поддержкой команды, они перестали беспокоиться. К концу семинара все снова воодушевились своими идеями и с нетерпением ждали новой встречи с коллегами по команде. Спустя много лет мне все еще приходили письма участников первых «команд успеха» об их замечательных свершениях.

Урок, полученный в тот день, я никогда не забывала. Существует гигантская разница между составлением списков и планов вообще — и реальным внесением в расписание любых практических шагов. Это нелегко. Это всегда потрясение для системы вашей жизни. Чтобы продолжать движение вперед, вам понадобится множество новых техник и инструментов.

К примеру, вы должны назначить дату выполнения для каждого этапа на пути к цели. Календарь без намеченных сроков — что теннис без сетки. (Если никому больше не известно о намеченных сроках, есть опасность, что вы их проигнорируете.) Чья-то поддержка плюс необходимость отчитываться создадут настоящие дедлайны. Приведу письмо, прекрасно иллюстрирующее мою мысль.

Есть ли такая поддержка в вашей жизни? Каждый раз, когда я встречаю человека, неспособного сдвинуться с места, обнаруживается, что он пытался вытянуть весь план в одиночку. Мы не созданы для этого. Предоставленные сами себе, мы нередко уклоняемся от действий и морочим себе голову, чтобы не замечать, как их избегаем.

Изоляция губительна для мечты. В изоляции невозможно двигаться вперед.

Семинары, про которые я говорила выше, были разработаны как раз, чтобы создавать «команды успеха». Они оказались (и до сих пор являются) исключительно успешными. Когда дело доходит до осуществления мечты, ничто не сравнится с еженедельными встречами и поддержкой команды. Если вы не можете присоединиться к такой команде или собрать свою собственную, найдите одного товарища или обратитесь к коучу и назначьте регулярные встречи с ними. Осознание, что есть кто-то, кто ждет от вас новостей, снимет напряжение и заставит перейти к делу.

(Раз мы заговорили об этом, не забудьте об эффективности календаря-ежедневника. Там вы записываете визит к стоматологу. Не отметите в календаре — поход к врачу не состоится. Внесите туда каждую встречу с коучем или с вашим товарищем. Это стимулирует: вы не забудете, что должны выполнить часть задуманного, — ведь к определенному дню вашего отчета ждут.)

Я вспомнила здесь историю с давнишнего семинара по трем причинам. Во-первых, блок-схема обратного планирования — очень полезный инструмент, и рассказать, как он возник, — хороший способ научить вас им пользоваться. Во-вторых, вы можете уклоняться от действий, даже не осознавая этого, а блок-схема обратного планирования прольет свет на ваши скрытые страхи (ничто так успешно не выгоняет монстров на свет, как сессия обратного планирования). В-третьих, я хочу, чтобы вы знали: перспектива немедленных действий — выбор шагов и установление настоящих дедлайнов с вашей «командой успеха» — изгонит все страхи. Разговоры о страхах никуда не приведут — их развеет только активное действие.

Итак, просто ради эксперимента, нарисуйте схему обратного планирования, двигаясь от цели в обратную сторону, шаг за шагом, пока не доберетесь до того, что можно сделать уже завтра. Неважно, насколько мелкими будут эти первые шаги. Пока вы чертите круги и выводите стрелки, внимательно прислушайтесь к себе. Что вы испытываете? Вам нравятся эти первые подвижки по выходу из тупика? Или вы примерзаете к стулу от страха?

Посмотрим, что происходило с Лейн при составлении схемы.

Она решила попрактиковаться на своей идее с перерабатывающими предприятиями.

— Не уверена, что именно этот проект надо было бы реализовать в первую очередь, — объяснила она. — Но нужно выбрать хоть что-то, иначе я вообще ничего не начну.

На следующей неделе она провела три или четыре обеденных перерыва и вечера после работы, разыскивая в интернете информацию по теме и делая заметки.

На очередной встрече Лейн сказала:

— Я уже готова была сделать презентацию в PowerPoint, чтобы чувствовать себя деловой и респектабельной, но потом поняла, что заметки в блокноте ничуть не хуже и это создаст нужное настроение, когда я буду представлять идею.

Она также нашла телефонные номера тех, с кем работала, когда была волонтером в городской программе по переработке вторсырья, выбрала по своему календарю ориентировочную дату для встречи у себя дома. Лейн показала мне свои записи.

— Солидно, — сказала я. — Можно приступать.

— Не знаю… — ответила она. — У меня серьезные сомнения насчет этого дела.

— Почему?

— Кажется, оно не настолько для меня важно, как я полагала, — Лейн старалась не смотреть мне в глаза.

— У вас появились опасения?

— Да нет же! — воскликнула она. — Не о прыжках же с парашютом речь. Всего лишь встреча у меня дома, чтобы поговорить.

Я кивнула, соглашаясь.

— И встречу созываете вы. Стало быть, вы и начнете с объяснения, что это все такое и о чем речь?

— Ну да, — выражение ее лица чуть изменилось.

Помолчав минутку, она продолжила:

— Знаете, а ведь они могли уже придумать, как решить эти проблемы. Будет довольно глупо, если выяснится, что я об этом не знаю. Стоило бы сперва проверить. — Она посмотрела на меня и добавила: — Кажется, перерабатывающие предприятия меня уже не волнуют.

— А вот это неожиданно. Какой неприятный момент вы сейчас представили, Лейн?

— Представила, что они глядят на меня как на идиотку, — призналась она. — Ведь я не очень хорошо знаю этих людей, но они все компетентны. А я? Как я буду выглядеть рядом с ними?

— Ну здравствуйте… Вы что, шутите? Вы прекрасно знаете, что вы человек толковый и способный. В конце концов, вы и сами мне это не раз говорили.

Она слабо усмехнулась.

— Я боюсь. Ну кто я для них? Выскочка со стороны? Что если надо мной посмеются? Господи, я даже не подумала об этом.

— Они такие неприятные люди? Или из какого-то закрытого клуба?

— Да нет. Приятные, доброжелательные. Собственно, поэтому я тогда так активно и включилась в их программу. Ох, кажется, меня детство настигло. В смысле, мой страх — он оттуда, из детства. Ну надо же! Я — и боюсь.

Теперь она выглядела куда менее напряженной.

— Знаете, я думаю, надо позвонить одному из них, чтоб помог с моим планом. Если мы поработаем вместе, мне уже придется все доделать. Все равно как друзья утром заходят за тобой, чтобы вытащить на пробежку, — хочешь не хочешь, а идешь.

Лейн прошла через все три магических этапа. Сначала она использовала схему обратного планирования, чтобы наметить первые шаги. Затем наружу вышли ее страхи, и она осмыслила их, чтобы узнать их природу и уменьшить опасность. Потом перешла к последнему пункту: решила скооперироваться с товарищем, чтобы получить поддержку и отчитываться о достигнутом к реальным дедлайнам.

Если вы увязли в сомнениях типа «а что если…» и не можете от них избавиться, есть способ перевести холостую работу мысли в полезное русло. Я назвала этот прием исследованием действительности.

Вместо того, чтобы постоянно колебаться, хороша ваша идея или нет, — а, надо заметить, подобные внутренние дебаты сами собой не прекращаются, — отправьтесь за настоящими ответами, как любил поступать известный сканер Бен Франклин.

Он хорошо знал: сколько ни читай и ни размышляй об электричестве, этого недостаточно. В конце концов придется выйти в грозу и запустить воздушного змея, чтобы проверить идею громоотвода.

Конечно, я не предлагаю вам гулять в грозу, но настоятельно советую последовать примеру Франклина: оторвитесь от письменного стола и выйдите наружу, исследуя реальность. Можно вечно гадать, сколько зубов у лошади, но лучше найти лошадь, открыть ей рот и сосчитать.

Вот как работает исследование действительности.

Предположим, ваш внутренний аналитик рисков терзает вас вопросом: «Что если я напишу книгу, а она никому не понравится?» Не спешите сразу использовать это как стоп-сигнал, а спросите себя: «Каким способом лучше узнать это?» А затем пойдите и раздобудьте несколько ответов.

Собственно, вот и все, проще некуда. Если у вас войдет в привычку задавать себе этот дополнительный вопрос, вы начнете действовать. И это будут не безрассудные, как прыжок с обрыва, действия (у вас хватит мозгов так не поступать), — это будут действия, ведущие к реальным ответам.

Вернемся к нашему примеру о востребованности книги. Возможный ответ: «Надо показать людям отрывки и посмотреть, понравится ли им».

Отличный, важный ответ. Чтобы показать кому-то отрывок, вам потребуется глава из еще не написанной книги. Чтобы написать хотя бы главу, нужно придумать план и изложить, о чем будет ваша книга. Вот это, вместе с текстом одной главы, уже можно показывать. Я и сама так делаю. Процесс, который я только что описала, называется «создать заявку на книгу».

Следовательно, чтобы решить задачу «Каким образом лучше получить ответ?», требуется действие. Никакими мыслительными ухищрениями ничего не добьетесь. Вся магия в действии.

Испытайте этот метод на своем проекте. Назначьте себе четкий срок. (Привлеките друга, чтобы понизить уровень опасности и не дать себе юлить. Друг может и помочь при случае.) Затем поработайте над идеей, чтобы ее можно было кому-то предъявить.

Даст ли это окончательный ответ? Конечно, нет, но обязательно вытащит ваш проект из канавы и поставит на верную дорогу, где можно начать работать над ним по-настоящему. Ведь вы хотели этого, помните?

Вот и весь секрет — все, что нужно, чтобы перейти от планирования к началу работы над замыслом. Давайте быстро повторим, какие шаги необходимы.

• Выберите прямо сейчас, в эту минуту, одну цель «для тренировки».

• Создайте для нее блок-схему обратного планирования и надпишите над каждым кружочком примерные сроки выполнения соответствующего этапа.

• Проверьте, нет ли в схеме «дыр» — пропущенных этапов или пробелов в информации; а может быть, страхов, которые могут вас остановить.

• Если они есть, проведите исследование реальности и получите нужные ответы.

• Заведите товарища или организуйте любой вариант «команды поддержки», чтобы регулярно отчитываться перед ними за свои реальные дедлайны.

• Сделайте первый шаг.

Собственно, мораль в этом: начните с малого… но начните немедленно. Продумайте проект в обратном направлении до первых шагов, подключите товарища или организуйте команду и предпринимайте первые, небольшие шаги. Это самый сложный этап. Как только выйдете из ступора и начнете продвигаться, пусть очень медленно поначалу, самое трудное будет позади. С поддержкой друга или команды, чувствуя, что вы отвечаете перед ними, вы сможете расширить шаги. Сделайте звонок, назначьте встречу, напишите письмо, даже произнесите речь. Как только вы начнете действовать, все изменится.

Начинать… Для меня это самое возбуждающее. Оптимизм, обещание, страсть, головокружительное чувство полета — вот что я чувствую, когда начинаю нечто новое. Проблема лишь в том, что очарование очень скоро рассеивается — подступают рабочие будни — и все, я ощущаю себя потерянным.

Дома со всех сторон меня окружают незаконченные дела, начатые мной с такой охотой… Все они словно глядят на меня и говорят: и следующее дело ты тоже не закончишь.

Я работаю с огромным подъемом, а потом во мне что-то ломается — и конец, дело кажется глупым, и я сдаюсь.

В вас отозвались высказывания выше? Вы испытывали подобное? Вы не одиноки. Это головная боль почти каждого сканера — приступить к делу с блеском и пылом, а потом утратить к нему всякий интерес. Почему сканеры не заканчивают свои дела?

Джиллиан, австралийская домохозяйка и мать семейства, недавно обсуждала эту проблему у меня на форуме:

Буквально несколькими часами позже, после того, как Джиллиан написала это, вдруг нашлось именно то, что она искала. Кто-то упомянул родственницу, акушерку, и Джиллиан тут же с восторгом отозвалась:

Ей повезло, у меня была знакомая акушерка — моя соседка, причем не просто акушерка, а преподаватель акушерского дела, всемирно известный лектор, и я тут же познакомила Джиллиан с нею.

И Джиллиан, раньше ежедневно появлявшаяся на форуме, внезапно исчезла.

Не так уж редко случается, что трусишь, когда идеальный для контакта человек стоит почти у твоего порога, но обычно это быстро проходит. Однако Джиллиан исчезла надолго. В конце концов, беспокоясь, я отправила ей письмо по электронной почте, чтобы узнать, все ли с ней в порядке. Ответ пришел быстро.

Я снова ей написала, поскольку хотела узнать подробности.

— А что именно вам не подошло, Джиллиан?

— О нет, дело не в акушерстве. Только во мне. У меня всегда так. В прошлом году я затеяла рассылку и закрыла ее через два выпуска. Просто чем дольше я ею занималась, тем хуже мне становилось. Я люблю строить планы, но совсем не люблю само действие. Я чувствую себя так, как если бы родилась олимпийским бегуном, а живу прикованной к инвалидной коляске. Я полна желаний, но следовать им не могу.

— Джиллиан, все больше любят планировать, чем действовать, и никому не хочется продолжать рассылку после пары выпусков, — слегка пожурила я ее. — Что конкретно произошло?

Но я так и не получила настоящего ответа, лишь длинный перечень стандартных ярлыков, которые сканеры обычно навешивают на себя. Она сообщила, что ленива, не старается, не умеет сосредоточиваться, и даже назвала себя дурой.

Из любопытства я поискала другие ее сообщения на форуме, и вот несколько выдержек из того, что мне удалось найти.

Были и другие записи, но я и так увидела довольно. Безусловно, Джиллиан не ленива и не глупа.

Но она ошибалась, когда говорила, что ничего не завершает. Она заканчивала начатое, в точности как собирающая нектар пчела, о которой я ранее упоминала.

Если вы похожи на Джиллиан и включаетесь в новые проекты с искренним энтузиазмом, но вскоре теряете интерес, практически наверняка вы уже все завершили. Просто в глазах окружающих это так не выглядит.

Да, иногда вы бываете перевозбуждены, вас охватывает страх и вы бросаете дело раньше, чем получаете желаемое. Подсознательные защитные механизмы воспринимают ваше радостное возбуждение как сигнал тревоги и, как умеют, стараются уберечь вас. В таких случаях сдаваться не следует, потому что спустя некоторое время интерес вернется в менее жгучей форме и вы сможете продолжить. Но чаще вы не теряете интереса, пока не достигнете того, за чем пришли. Вспомните вторую главу, где мы обсуждали «награды» и «длительность интереса». Когда пчела добыла нектар, она теряет интерес к цветку и перелетает на новый. Сканер бросает проект по той же причине. Но почему миру кажется, что вы бросили слишком рано?

Возможно, вы обрабатываете информацию быстрее, чем остальные. Некоторые сканеры (и не только сканеры) просто слишком быстро соображают для тех программ, в которых заняты. Они заканчивают раньше остальных, и им не хватает терпения дожидаться других.

Может быть, вы вдохновитель или лидер. Сканеры любят начинать, они могут наметить курс и вдохновить команду. Начало для них — единственный интересный этап. Они не хотят проходить весь путь. Лучше начать что-нибудь новое.

Не исключено, что вы проектировщик. Одна моя клиентка рассказывала, что все получается отлично, пока она начинает, задумывает и планирует. Но как только предварительные проблемы решены — интерес к делу пропадает.

— Думаю, мне не хочется делать тяжелую работу, которая идет следующим этапом, — призналась она.

— А может быть, вы просто проектировщик, — ответила я. — Может быть, кому-то другому дальнейшая работа вовсе не кажется тяжелой.

— Никто мне этого раньше не говорил, — произнесла она огорошенно после минутного молчания.

Есть множество причин, по которым сканеры забрасывают проекты раньше, чем от них ожидают, но шаблон примерно один: пока длится интересная стадия — сканер на месте. Стадия заканчивается — он уходит.

Но ни одна из этих причин не объясняла, почему Джиллиан внезапно потеряла интерес к акушерству. Однако я проявила настойчивость и наконец получила от нее ясный ответ.

Вывод, сделанный Джиллиан, нам уже хорошо знаком: «Что-то со мной не так». А как еще, по вашему мнению, должна была закончиться ее история? Джиллиан хотела выучиться медицине и применять свои знания для спасения новорожденных. Она уже показала, что ей это по силам, когда самостоятельно изучила проблему аллергии и вылечила своего ребенка. Просто акушерская программа не отвечала ее ожиданиям. Так почему она должна была продолжать обучение?

Все абсолютно очевидно. Отчего же сама Джиллиан этого не замечала?

Я объяснила, насколько, с учетом фактов, странен ее вывод: «Вы знали, чего хотите. Вы обнаружили, что подготовка здесь не соответствует вашим ожиданиям. Теперь вы можете поискать это в другом месте. Вот что вам нужно делать».

Проблема была не в Джиллиан. Проблема была в другом. Как и у многих сканеров. Если им нужна обувь, а они случайно забредают в зоомагазин, то начинают переживать и винить себя, что не хотят купить собачьих консервов. И, выйдя оттуда с пустыми руками, считают, что спасовали перед трудностями, раз не довели дело до конца.

Да — действительно проблема.

Но кое-что из одного письма Джиллиан подсказало мне ключ к решению.

Не сомневаюсь, что знакомо, если вы как раз такой сканер и ни на чем не задерживаетесь. Но задумывались ли вы, что это чувство означает?

Я убеждена: оно и есть причина того, что сканер внезапно забрасывает начатое. Как бы сканер ни старался заставить себя продолжать, от любой работы или проекта его отталкивает чувство ужаса. Ужас оказаться отрезанным от главного источника энергии и радости — возможности учиться, открывать новое, исследовать и творить.

Жизненно необходимо понять, когда и почему у вас возникает это чувство. Здесь основа того, что делает вас сканером!

Но разбираться в проблеме когда и почему — не совсем то, чем сканеру хочется заниматься. Сканер хочет одного — чтобы неприятное ощущение ушло, оттого и нигде не задерживается, а значит, не успевает выяснить его природу. Результат? Не разобравшись в истинной причине негатива, сканеры автоматически объясняют все ущербностью характера или даже желанием провала. Как и Джиллиан, они приходят к выводу, что с ними «что-то не так».

Если вы чувствуете нечто похожее, я хочу, чтобы вы остановились и серьезно вникли в происходящее.

Найдите тихий уголок минут на двадцать. Откройте дневник и возьмите ручку. А теперь вспомните время, когда вы пытались продолжать проект после того, как потеряли интерес к нему. Представьте снова ту ситуацию, восстановите в воображении, что происходит, когда вам нужно сконцентрироваться на задаче. Что вы чувствуете? Усиливается ли это чувство, если вы продолжаете мысленно проживать ситуацию? Что это за чувство?

Опишите его как можно точнее. Не спешите, торопиться некуда. Конечно, будет не слишком весело, но, если вы один раз это тщательно проанализируете, повторять не придется. Продолжайте, пока не опишете абсолютно все.

Когда закончите, можете посмотреть, что написали другие сканеры.

Если вы написали нечто похожее, вы уже определили это чувство. Для простоты условно назовем его тоска. Противостоять ей чрезвычайно сложно, потому что именно она сбивает вас с пути, уводит от каждой работы, к которой вы потеряли интерес. Она заставляет бежать прочь, даже если вы хотите остаться и все закончить.

Тоска — первая часть загадки, которая называется сканер, и очень важно, что при следующем появлении этого чувства вы его опознаете.

Это приводит нас к некоторым заключениям.

• Вы бросаете дело, потому что продолжать невыносимо.

• Продолжать невыносимо, потому что в данной работе уже нет ничего из того, что вам нужно.

• Если вы продолжаете, вы соглашаетесь быть несчастным.

• Нужно быть ненормальным, чтобы соглашаться быть несчастным.

Возможность. Иногда это замечательное слово несет в себе мрачный смысл. У всех есть болезненный опыт — каждому доводилось видеть, как не воплощенная им идея раскручивается под чужим именем. Как же иначе, считаем мы: если не заниматься чем-то упорно и неотступно, шанс добиться успеха будет упущен. Не хватаешься за возникающие возможности, значит, ты лодырь, и хуже того — неудачник.

Мысль о том, что ты или непременно «делаешь» что-то из любого своего интереса, или даром тратишь время и свои таланты, представляется мне сомнительной. Разберем это подробнее.

Отчего каждая яркая идея обязана дать шанс чего-то достичь, стать богатым и знаменитым? Даже если вы всегда завершаете все, за что беретесь, вы в любом случае не можете использовать все идеи, пришедшие голову.

Отлично сформулировал это художник Вик Мунис:

Ни один сканер, даже с кучей помощников, не в состоянии развить и воплотить каждую идею, пришедшую в голову. И не может стать специалистом в каждой интересной ему области. За бортом останется слишком много невостребованных замыслов, а если вы настоящий сканер, вы никогда не захотите лишить себя удовольствия обратиться к ним.

Однако есть ли смысл загораться безумным энтузиазмом, нырять с головой во все новые идеи, если вы не собираетесь их воплощать? Почему вы с упорством продолжаете так поступать?

Вы легкомысленны? Вовсе нет.

Причина в чем-то ином? Да.

Вашей душе знакомо другое сильное чувство, оно и делает вас сканером — назовем его эйфория.

«Ну и что? Ну и бросит. Но ведь когда она училась играть на ирландской свирели — это было прекрасно! Значит, дело того стоило. Кстати, а где купить ирландскую свирель?» Если вы такой же сканер, как я, то именно об этом сейчас подумали.

Видите ли, ваш мозг иногда загорается чем-то сам, и в число причин не всегда входит достижение успеха. Дайана может сколько угодно мечтать о победе среди исполнителей на ирландской свирели, но ее мечты совершенно не обязательно соответствуют возбуждению «счастливых» отростков нейронов в ее мозгу.

С другой стороны, если всё на пути к соревнованию будет вызывать воодушевление, радость и удовольствие, Дайана пойдет к этой цели, потому что ее будет тянуть сила эйфории.

Вы уже описали, как испытываете тоску. Теперь пришло время поговорить о приятном — как в письмах Джесс, Люсии, Марка и Дайаны. Откройте Дневник сканера и вспомните свои ощущения, когда вы полностью захвачены чем-то и жаждете заниматься этим.

Возьмите ручку и опишите все, что чувствуете, — вдумчиво, не торопясь, чтобы это навсегда врезалось в вашу память. Пора осознать и принять чувства, которые притягивают вас как магнит ко всему новому и неизведанному, — ведь они самая радостная и счастливая составляющая вашей личности. Кроме того, это второй главный источник вашего сканерства. Видите ли, не все так мучаются, как вы, когда вынуждены продолжать заниматься делом, к которому потеряли интерес. И не все с таким энтузиазмом и радостью относятся к новому и интересному.

Именно это отличает вас от остальных. У вашего мозга есть свои резоны любить новые идеи. И наслаждение — один из них.

Я убеждена, что не обязательно заканчивать 99 процентов проектов, которые вы начали под влиянием эйфории. Но вам все равно следует их начинать.

Скажу нечто, что может шокировать вас и уж точно шокирует тех, кто пытался вас «переделать». В предыдущей главе вы узнали, что действовать очень важно, а два важнейших правила для действия — начинать с малого и начинать немедленно.

Пришло время познакомиться с полным процессом.

Сохраните их. Хвастайтесь ими. Отпразднуйте начатое. И будьте признательны за то, что вы сканер. Не каждый способен получать столько удовольствия практически из ничего, имея только голову на плечах.

Никогда больше не грызите себя за то, что не доводите замыслы до конца. Сбросьте с души этот груз. Ведь его не надо было и взваливать.

Проблема никогда не заключалась в вас.

Джиллиан уже это знает. По-новому взглянув на свои брошенные проекты, она перестала морщиться от стыда за то, что не продвигала их дальше. Теперь ей все видится в ином свете.

Надеюсь, и вы вскоре придете к такой точке зрения.

Собственно, это я и должна была вам сказать. То же самое я внушаю участникам на своих сканерских семинарах. И после нескольких секунд потрясенного молчания кто-нибудь непременно вздыхает: «Но ведь я уже купил все необходимое!»

Знаю, вы не мелочитесь, но… Что будет со всеми бусинами, которые вы закупили, когда собрались мастерить украшения (и сделали полбраслета год назад)? И с пачкой фотографий, которые вы самостоятельно проявили и напечатали? А со всеми бачками и фотореактивами? Возились с ними пару дней и потом больше к ним не прикасались. А помните кассеты, которые записали несколько лет назад, когда решили, что можете зарабатывать песнями?

Можно устроить специальную вечеринку, позвать кучу друзей и попытаться возродить что-нибудь из своих полузаброшенных проектов, на какое-то время это может сработать. Но иногда нужно просто признать: с затеей покончено. Если она касалась только вас, катастрофы не произойдет.

Однако если вас тяготит незавершенность, если незаконченные проекты взирают с укором всякий раз, как вы проходите мимо, то существует специальный прием, который позволит решить проблему. Я назвала его сканерский финиш.

Есть способ завершения дел, сильно отличающийся от общепринятого. Опишу его принцип: если велика вероятность, что вы никогда не вернетесь к проекту, соберите все, что к нему относится, заверните в коричневую крафтовую бумагу и перевяжите бечевкой. Прикрепите большую бирку, на которой объясняется, что это за проект, его цель, на какой стадии он заброшен и какими должны быть следующие шаги, если вдруг надумаете продолжить.

И можете отложить его без сожалений. Вы отписались от него, не притворяясь, что собираетесь вернуться. Ваша миссия сканера выполнена.

Пусть кому-то кажется, что дело не закончено, для вас работа завершена. Проект ваш, и только вам решать. Имеете полное право.

Оставив инструкции на упаковке, вы обеспечили проекту возможность не кануть. Если хватит решимости, можете даже подарить кому-то свои материалы. Но есть вариант и получше. Можно начать собирать коллекцию и назвать ее «кладовая проектов».

Для хранения таких пакетов понадобится книжный шкаф или кладовка с пустыми полками и небольшая табличка на видном месте: «Шкаф былых проектов», или «Автобиография», или «Вехи пытливого ума». Или, как у композиторов и писателей: «Собрание сочинений». А что, неплохо звучит!

Каждый раз, когда после сканерского финиша вы собираете пакет, помещайте его на полку, как экспонат в музее идей, проектов и планов, над которыми вы работали и которые вам нравились.

Эта система не так проста и наивна, как кажется на первый взгляд. Возможно, она поможет впервые восхищенно оценить удивительный сканерский тип мышления и воздать ему должное.

В одно воскресное утро, когда эта книга была почти дописана, я, чтобы убедиться, что все важные проблемы освещены, организовала встречу с группой сканеров. Они задавали волнующие их вопросы. Сессия записывалась. Мы обсуждали сканерскую кладовую проектов как способ научиться уважать свое мышление и его результаты. В частности, я сказала:

Во время моего выступления, а оно длилось более трех часов, я заметила, что звукорежиссер слушает с напряженным вниманием. Встреча закончилась, я подошла к нему поблагодарить и спросила, что его так сильно заинтересовало.

Он ответил очень серьезно: «Сегодня я понял, что моя жена — сканер. Я не понимал, что ее замыслы драгоценны. Хочу пойти домой и сделать для нее такой шкаф».

Если вы все еще раздумываете, как не терять впустую свои идеи, почитайте забавный диалог с моего форума.

Один из участников недавнего семинара, инженер, предложил мне создать сканерский сайт с бесплатной библиотекой полуготовых идей, которые могут доделать и воплотить другие люди. Вот, кстати, идея, которая может дойти до завершения!

Уже слышу, как вы говорите:

И вы абсолютно правы. У вас могут быть весомые личные причины бросить чем-то заниматься, но тем не менее иногда необходимо заканчивать начатое, при этом не чувствуя себя арестантом.

Во-первых, сканер вы или нет, но есть дела, которые нужно доводить до конца. Это реальный мир, в нем есть и починка входной двери, и курсовая за семестр, и срочный проект на службе. Конечно, вы попытаетесь мобилизоваться и, сжав зубы, заставить себя работать. Но сканер от такого становится несчастным, а это никому не полезно. Гораздо мудрее подыскать способ, который вам подходит, и у меня есть некоторые идеи на сей счет.

Во-вторых, уметь заканчивать начатое, даже если вы чистопробный сканер, очень важно для уверенности в себе. Такое умение — один из лучших инструментов в вашем арсенале, оно дает свободу выбора.

Если вы сознательно решаете бросить начатое — это одно, а если вы неспособны его закончить — это уже проблема. Но как быть, если начнет подступать знакомая тоска? Не остановит ли она вас снова?

Может быть, и нет.

Вы обнаружите, что теперь, когда вы определили и назвали это чувство, оно во многом утратило свою власть. Вы уже не рветесь любыми способами на волю каждый раз, когда нужно выполнять неинтересную работу. Хотя она не приносит ни малейшего удовольствия.

И как же справиться с этим?

Начало работы — момент восхитительный и захватывающий, но, когда удовольствие уходит, продолжать надоевшее дело — все равно что торчать посреди пустыни в поломавшейся машине, один на один с опостылевшим пассажиром. Сбежать некуда, остается только ждать механика, достать колоду карт и травить анекдоты.

Имя этому пассажиру — скука. Скучающий мозг отвергает все, в чем недостает «питательных веществ». Никто ее не любит, но для сканера она хуже ада кромешного. Скуку необходимо преодолеть, а для этого нужно знать ее приемчики и изобретать свои — против нее.

Вот несколько стратегий, которые помогут довести работу до конца, даже если она больше не увлекает.

Когда нельзя избавиться от скучной задачи, используйте как стимул заманчивый новый проект. Он будет наградой за завершение неинтересного дела.

В процессе работы над книгой я много раз переписываю текст, и, когда какой-то кусок не дается, мы с редактором перебрасываем его туда-сюда между собой, как горячую картофелину. Знание, что можешь послать незаконченный вариант дружески настроенному читателю и получить назад с правкой и комментариями, очень помогает, снимает напряжение.

Важно знать, как далеко вы продвинулись и сколько еще осталось, — иначе задача выглядит уходящей в бесконечность. Заранее определите метки, что осталось семьдесят пять, пятьдесят или двадцать пять процентов работы.

Иногда вы можете привнести в работу новый подход — экспериментировать всегда интересно. Вообразите, например, что завтра предстоит читать лекцию людям, которые не знают ничего по вашей теме и будут с восторгом ловить каждое слово. Или представьте, что ваша работа — важнейшая на земле, ее надо срочно закончить и отдать людям, пока ее не украли злые инопланетяне.

Скучное окружение? Такая атмосфера — прекрасный материал для романа или сценария (поэмы, антропологического исследования, а может, и телешоу).

Наблюдение за банальными мелочами позволит дистанцироваться от среды и оградит вас от ее давления. Если записывать подслушанный диалог, банальности могут даже развлекать.

Используйте таймер и работайте над проектом по пятнадцать минут. Или наметьте работать по полчаса сегодня, завтра и в субботу. Заключите с собой договор и придерживайтесь его, пока не закончите работу.

И не забывайте делиться ими с остальными.

Помните: вы не обязаны доводить до конца все начатые дела, но вы должны это уметь. Вам пригодится это, когда однажды вы набредете на то, что действительно стоит закончить. А до того момента — и даже после него — цените, как вы любите начинать, и радость, которую это вам приносит.

А как быть с тем, чему вас учили долгие годы: «Помни о самодисциплине. Засучи рукава и работай. Сделай что-нибудь со своей жизнью»? Если решения диктуются тоской и эйфорией, не потакание ли это своим слабостям? Разве в стремлении совершить что-то важное люди не должны отметать свои эмоции и сосредоточенно добиваться цели? Чтобы ответить, давайте взглянем, как работает мышление чрезвычайно успешного исследователя и писателя. Приведу небольшую выдержку из опубликованной в New York Times Book Review рецензии Джейми Шрива на книгу Роберта Сапольски Monkeyluv[6].

«Одержимость» профессора Сапольски всего лишь один пример типичного поведения сканеров — поведения, которое и вы, и окружающие столь долго считали предосудительным. Я могла бы привести гору других примеров. Вы обнаружите, что ваше «чудовищное поведение» присуще многим прекрасным, умным и очень успешным людям!

Если вы пришли к выводу, что пора прекратить попытки соответствовать норме, что вы готовы использовать свой ум и свои таланты в полную силу, — самое время взять новый курс. Вместо того чтобы менять себя, как вы хотели когда-то, нужно менять свое окружение. Направьте свою энергию на формирование среды, которая будет поддерживать вас и принимать таким, какой вы есть.

И это подводит нас ко второй части книги.

Обустроить свою жизнь так, чтобы поддержка помогала раскрыться вашему замечательному потенциалу, необходимо и возможно. Однако для этого требуется лучше узнать и понять себя. Прочитанные главы стали неплохим стартом, но полная реализация всех способностей предполагает анализ вашего уникального стиля, ваших особых проблем и ваших конкретных потребностей.

Вы увидите, что не все сканеры одинаковы.

Надеюсь, вы поверили, что не должны ограничивать себя одной профессией, одним увлечением, одним призванием, одним стилем жизни. Вы наконец поняли, что не созданы для этого. Неспособность решиться и выбрать что-то одно вас огорчала, но что-то внутри вас всегда бунтовало и отказывалось выбирать. В чем ваша проблема? Возможно, проблемы и нет. Зато есть невероятно быстро работающий пытливый ум, любознательность, страсть к решению различных задач и исследованию новых идей. У вас так много склонностей, желаний и устремлений, что в одну профессию их не уместить.

Теперь перед вами стоит увлекательная задача так сформировать свою жизнь, чтобы в ней было место для всего, а ваши многочисленные и многогранные таланты нашли приложение. Какой стиль жизни вам подойдет? Одним ответом тут не ограничиться. Все зависит от того, к какому типу сканеров вы относитесь.

Не все сканеры одинаковы, и даже их «награды» — нектар, что их привлекает, — тоже разные. Большинство сканеров объединяет любовь к познанию — она охватывает почти все на свете. Сканеры, в ком сильно творческое начало, любят создавать то, чего прежде не существовало. Многие сканеры хотели бы общаться с людьми схожего склада. Однако в специфических областях у сканеров наблюдается удивительное разнообразие их личных «наград». Один тип сканеров, «серийные мастера» (глава 15), — перфекционисты: если владеть иностранным языком, то на уровне носителя; если быть керамистом, то изобрести идеальный способ глазирования; если заниматься карате, то добиться черного пояса. Сканеры-«дегустаторы» (глава 18) любят все пробовать — на практике узнавать, как что-то делается. Они хотят построить одну небольшую лодку, написать и проиллюстрировать одну детскую книгу, создать сад камней — один раз, и хватит. Но быть специалистом в одной-единственной области — для них означает загнать свою жизнь в узкие рамки.

Более того, у сканеров отчетливо выражены сильные и слабые стороны. «Жонглеры с тарелочками» (глава 12) способны работать над десятком задач одновременно, но при этом почти не находят времени на собственные проекты. «Странники» (глава 17) чрезвычайно восприимчивы к новому окружению, их привлекают новые люди, но у них нет собственного направления в жизни.

Одни сканеры изучают новую область за неделю-две. Другим нужны годы для изучения любимых предметов. Некоторые сканеры переходят от прежнего увлечения к следующему, не вспоминая о прошлых пристрастиях. При этом они могут утверждать, что никогда не утрачивали интереса к тому, что бросили, и часто сохраняют все оснащение, но, попробовав вернуться, признают, что теперь хотят чего-то нового. Сканеры другого типа всегда — раз за разом, по кругу — возвращаются к одним и тем же интересам.

Это не просто поверхностные черты. Такие особенности создают фундамент, на котором выстраивается здание успешного образа действий. Прежде вам всегда рекомендовали следовать общей для всех схеме: выбери что-то одно и держись за это, пока не выполнишь до конца. Но у вас так не выходило. Слишком много было у вас интересов. Да и под «выполнить до конца» вы понимали совсем другое, чем остальные.

Сканеры различаются между собой еще и тем, чего ожидают от своих замыслов. Вас может тянуть к реально существующим проблемам — и ничего более. Другой сканер обожает тайны и загадки, и все, что ему нужно, — узнать, что за ними скрывается. При этом весьма вероятно, что ни вы, ни он не знаете, как справляться с требованиями окружающего мира и к самому себе.

Однако вскоре вы увидите, что произойдет, если вас снабдить нужными инструментами и набором хороших инструкций. Жизненное расписание, которое максимально соответствует вашему естественному ритму, и профессиональная деятельность, занимаясь которой вы можете оставаться самим собой, изменят вашу жизнь.

Определить, к какому типу сканеров вы относитесь, непросто. Наверняка какие-то свои черты вы найдете не в одном типе, а в нескольких, а то и во всех типах сразу. Я продолжаю изучать сканеров и чуть ли не каждый день открываю удивительное, поэтому предложенная мной классификация далеко не окончательная. Откровенно говоря, еще не встречала сканера, который принадлежал бы лишь к одному типу!

Если вы внимательно прочитаете вторую части книги, то в вашем распоряжении будут все материалы по сканерам. В каждой главе представлены полезные инструменты (и варианты профессиональной деятельности), некоторые приемы проходят через все главы. Пусть каждый выберет самое актуальное и близкое для себя. Читайте, отмечая все понравившееся и нужное, чтобы опробовать при первом удобном случае. Выбирая то, что работает, и откидывая то, что вам не подходит, вы сможете составить для себя идеальную программу.

Даже если вы не найдете свой тип на этих страницах, книга будет вам полезна. Но все-таки советую присмотреться к себе и внимательно проанализировать свой способ действий. Возможно, удастся определить более подходящий вам образ жизни. В недалеком прошлом левшей заставляли переучиваться на правшей. У меня в семье были левши, и я хорошо знаю, с каким трудом им давалась эта «переделка», через какие испытания они прошли. Проблема не только в почерке — оказалась затронутой сама их способность обучаться. Пытаться себя перекроить, вместо того чтобы быть самим собой, — очень плохая идея. Если это касается и вас, самое время начать потихоньку расслабляться, пока шаг за шагом вы не вернетесь к своей подлинной сущности. Пусть раньше это не получалось — не беспокойтесь: вы познакомитесь с техниками, которые все изменят.

Каждый сканер, анализируя собственный характер, должен помнить главное: его уникальные способности созданы настоящим мастером — самой природой, которая и не думала на нем отдыхать. Вы сотворены без ошибок. И нужно исследовать, как работает ваша подлинная личность, а не тот человек, которым вы якобы обязаны быть. Пора уважать собственные вкусы, идеи, желания и свое чувство времени. Как любой человек, вы созданы, чтобы делать что-то хорошо. А если вы сканер — вы созданы делать хорошо множество вещей. Не старайтесь себя изменить. Без осуждения наблюдайте за тем, что делаете, и стремитесь себя понять. Чем больше вы узнаете о себе, тем больше шансов выстроить жизнь, которая подойдет вам идеально.

Помните об этом, и давайте посмотрим, к какому типу сканеров вы относитесь.

Я должен выбирать между тем, что «правильно», и своей мечтой. Нельзя просто делать то, что хочешь, — надо думать и о других.

Остаться на нынешней нормальной работе или делать то, что мне нравится? Выберу первое — мне будет плохо. Выберу второе — останусь без средств к существованию.

Мне нравятся две профессии, а посвятить себя обеим сразу просто невозможно. Я как буриданов осел между двумя охапками сена — умру с голоду, но не выберу, из какой есть.

Хелен, подвозившая меня в гостиницу после семинара в Хьюстоне, с грустью сказала:

— Мне очень нравилось жить в Африке. Я два года провела в саванне и только там чувствовала себя по-настоящему живой. Ни до, ни после такого не испытывала. Но в Африке я больше жить не могу, и остается только благодарить судьбу, что в моей жизни были эти два года.

— Очень жаль, — вздохнула я. — А почему вы не можете там жить?

— Родители состарились, и я не представляю, как оставлю их одних. Страшно пропустить их последние годы, хочу быть с ними. Они самые лучшие люди на свете, и, если будут нуждаться во мне, а меня рядом не будет, я… не вынесу. Весь остаток жизни буду жалеть. Отказываться от Африки невыносимо тяжело, но родители важнее. Вот такие дела.

Она подъехала ко входу в гостиницу и остановилась, готовая попрощаться и немного смущенная, что побеспокоила меня своим рассказом. Но меня кое-что зацепило.

— А что вам мешает периодически ездить в Африку на более короткое время… ну, скажем, недели на три, пару раз в год?

— Мне никогда это в голову не приходило, — озадаченно произнесла Хелен.

Я почти слышала, как крутились шестеренки в ее голове, пока она обдумывала новую идею. Затем Хелен прервала молчание.

— Да нет, не получится. Не могу же я на работе брать столько отпусков, — сказала она упавшим голосом.

— Понимаю. Жаль. Погодите-ка. Вы вроде говорили, что вернулись в Штаты всего год назад? И что — сразу нашли прекраснейшую работу?

— Ну, не совсем, — рассмеялась она. — Я помощник администратора в местной больнице. Никаких особых преимуществ. Но это работа, а она мне сейчас нужна. И я знаю, что трех недель отпуска мне никто не даст.

— Похоже, работа не очень годится. А вы пробовали найти что-нибудь получше?

Она снова замерла в изумлении.

— Например?

— Не знаю, но вдруг те же обязанности можно выполнять в качестве временного работника? И устанавливать себе подходящее расписание. А еще бывают контракты, когда вас нанимают на проект — поработали несколько месяцев и берете на несколько месяцев перерыв. И, конечно, всегда можно пойти учителем в школу — тогда целое лето ваше, да?

Снаружи было темно, но огни отеля осветили ее лицо. У нее блестели глаза:

— Знаете, мой брат с женой и детьми с радостью приезжали бы в Хьюстон на праздники к нашим старикам.

После этого ее уже ничто не могло остановить. Хелен попрощалась, как могла вежливо, но я видела, что она рвется прекратить болтовню и хочет немедленно приступить к действиям и, может быть, прямо из машины сделать несколько звонков.

Если вы тоже забыли, что есть разные рабочие графики и две отпускные недели в год не единственный вариант, вероятно, вы застряли на мышлении «или/или». Это отнюдь не редкий образ мысли, но только не для сканеров. Обычно сканеры — творческие личности и не связывают себя стереотипами. Они просто образец нестандартных решений, в частности, оттого, что знакомы с самыми разными областями жизни.

Но снова и снова я сталкиваюсь со сканерами, подобными Хелен — переставшими размышлять еще до поисков альтернативных решений. Я никогда не понимала, почему это происходит. Вспомните: все, что я сделала для Хелен, — это предложила поехать в Африку на более короткое время, если не получается жить там круглый год. Ничего сверхъестественного. Только потом до меня дошло — похожее происходило со всеми нами. И тогда я начала кое-что понимать.

Когда мы сталкиваемся с конфликтом, который кажется неразрешимым, как это было с Хелен, то попадаем в ловушку. Я назвала ее «ложный выбор «или/или»». Стоит только начать думать в таком ключе, как наши смекалка и находчивость куда-то деваются. Если и существует в мире убийца мечты, то он перед вами — мышление в духе «или/или».

Возьмем, например, того самого осла из притчи, который, стоя между двух охапок сена, не мог решить, какую выбрать, и умер от голода. Вы видите, в чем его ошибка? Кто-то забыл сказать бедному ослу, что он может съесть обе охапки. Умять одну и приняться за другую или с полным удовольствием жевать попеременно сено из той и другой, пока обе не закончатся. А затем отправиться дальше и найти еще сколько угодно сена!

Но мышление «или/или» действует гипнотически. Прокрадывается внутрь, пока вы не замечаете, и становится единственным полным искусственных ограничений способом думать. И как только он берет верх — вы уже не пытаетесь увидеть альтернативу.

Почему это происходит? Потому что вы настолько расстроены, что не можете мыслить ясно. Вы встаете в боевую стойку, стискиваете зубы, делаете «правильные» вещи и говорите, что вы больше не ребенок и пора перестать потакать себе.

Но нечто в каждом сканере никогда не повзрослеет. Сканер влюбляется в идею со страстью и искренностью ребенка. Разочарование бьет по нему слишком больно. Поэтому, когда то, что ему очень важно, вступает в конфликт с его интересом (любовь Хелен к Африке не могла соперничать с ее любовью к родителям), он начинает думать, что есть только один выход, и сдается без борьбы.

Но, вслед за Марком Твеном, спешу сообщить, что слухи о смерти вашей мечты сильно преувеличены. У каждого из нас есть идущая из детства история разочарований, которая продолжает влиять на наши поступки. Однако если ваша мысль работает только в плоскости «или/или», неплохо бы вспомнить, что вы уже взрослый и не должны так быстро сдаваться.

Подход «или/или» преждевременно губит многие мечты. Но у вас появится шанс на победу, сумей вы для своих решений держать двери распахнутыми дольше, чем к этому привыкли. Выполните небольшое упражнение в виде игры, которое, надеюсь, навсегда изменит ваш образ мышления. (Предложите сыграть в эту игру своим близким и друзьям. Гарантирую: для всех это будет весьма полезной практикой.)

Если ваше мышление работает по узкому принципу «выбрать можно только одно из двух», нужно привыкнуть искать несколько решений. Прочитайте правила этой простой игры, и вы поймете, о чем я говорю.

Шаг 1. Представьте, что вы заглянули в буфет, а там нет ничего, кроме пачки спагетти, банки тунца и банки собачьих консервов. Вы говорите семье: «Сегодня у нас на обед либо спагетти, либо тунец». Это подход «или/или».

Шаг 2. Теперь посмотрим, сколько вариантов вы сумеете предложить, если измените подход на: «Сегодня у нас на обед либо спагетти, либо тунец, либо что-то другое».

Шаг 3. Придумайте как можно больше вариантов. (Если вы играете с друзьями, раздавайте очки за каждый. Попробуйте поиграть с детьми, только учтите — все очки достанутся им.)

Посмотрим, сможете ли вы помочь с решением следующей задачи в духе «или/или». Моя клиентка Кармен, из Северной Каролины, мечтала работать с большими кошками (да, со львами и тиграми, что заставило меня на секунду онеметь, но какие вопросы, если это любовь!). Она страстно желала поехать в Орегон и поступить на годичные курсы по работе с хищными животными, но, в отличие от Хелен, ее прочно удерживала успешная карьера промышленного дизайнера.

— Пятьдесят недель в году — работа, две недели — отпуск, вот и все. Я уже подумываю уволиться, а там хоть трава не расти, — вздохнула она.

— Погодите, не так быстро! — воскликнула я. — Увольнение — это как развод и суицид, всегда успеете, так что давайте оставим это на самый крайний случай. Может, попробовать стать «двойным агентом» и заниматься обоими делами одновременно? Вы по работе много ездите? Командировок в Орегон не предвидится?

— Нет, в моей компании вся работа на Восточном побережье. А я практически прикована к компьютеру в офисе.

Опять глубокий вздох.

Что бы вы посоветовали Кармен? Оторвитесь от книги и запишите все, что придет в голову. А когда закончите — прочитайте продолжение ее истории.

Модель жизненного устройства — это сочетание управления временем и организации задач, но не только. Жизненное устройство всегда было важной частью моей работы, потому что именно оно определяет, насколько счастливой и продуктивной будет жизнь. В своей первой книге «Мечтать не вредно» я писала, что нужно найти подсказки к тому, какой задумывалась ваша жизнь, какие занятия принесут вам наибольшую радость и что у вас будет получаться лучше всего. С самого начала мне было ясно, что нужно не пытаться перекроить себя, а так организовать свое окружение, чтобы оно помогало функционировать наилучшим образом.

В этой книге я предложу модели жизненного устройства для каждого типа сканеров. Когда вы определите присущие вам паттерны поведения, вы сможете подобрать модель, которая сформирует вашу жизнь и подскажет, какие шаги следует предпринять — как схемы шагов для разных танцев, нарисованные на полу в танцклассах. Шаги-подсказки помогут вам продвигаться, пока жизнь не войдет в свой естественный ритм.

Это не жесткие правила, а всего лишь примерные наметки, ведь ваши шаги — это ваши шаги, и они единственные в своем роде. Уникально все: число ваших интересов, время, которое вы хотите им посвятить, профессия, которая годится именно вам, поэтому вам придется делать поправки на себя, чтобы модель «сидела» идеально.

В «Мечтать не вредно» я советовала провести репетицию жизненного устройства, чтобы выявить и устранить все шероховатости. Сканерам посоветую то же самое — лишь с учетом, что у сканера намного больше интересов, чем у других людей. Многообразие интересов влияет на каждый аспект модели жизненного устройства: как вы распределяете время; где храните вещи; работа, которая обеспечит время на занятия всем, что вы любите, или станет зонтичной работой, включающей в себя все интересы. Каждой модели я дала название.

Кармен нашла собственную модель жизненного устройства, в которую вписалось и ее желание учиться работать со львами и тиграми в Орегоне, и ее потребность продолжать успешную карьеру в Северной Каролине.

Когда Кармен сказала, что все время проводит за компьютером, я спросила:

— Если вы в основном работаете на компьютере, зачем вообще присутствовать в офисе? Нельзя ли работать удаленно из Орегона?

— Не знаю, надо выяснить, — сказала она взволнованно.

Потребовалось немало танцев с бубном, чтобы преодолеть все затруднения, потому что сначала руководитель Кармен не соглашался на такой вариант, но Кармен нашла литературу, где черным по белому доказывалось, что дистанционная работа более эффективна, чем работа в офисе, а следовательно, и более выгодна работодателю. Окончательно решило дело то, что Кармен нашла для своей фирмы отличного клиента в двух часах езды от тигриного тренировочного лагеря (трудиться над заказом требовалось несколько месяцев). Кроме того, она согласилась прилетать в главный офис каждые полтора месяца и проводить неделю на своем рабочем месте. Кармен удалось и сохранить работу, и переехать в штат Орегон, где ее уже ждали львы и тигры. (Давно не получала от нее вестей, так что не знаю, что дальше. Стараюсь не нервничать из-за ее молчания.)

Хелен, которая любила Африку, но не могла покинуть пожилых родителей, решила проблему другим способом.

Уже два года после нашей встречи Хелен проводит летние месяцы в Африке, а остальную часть года — с родителями в Хьюстоне. Она прибегла к модели, которую я назвала «школьный учитель». Эта модель существует с тех времен, как люди стали заниматься сельским хозяйством в климате с холодной зимой. Мой отец провел детство в русской деревне, но то, что он рассказывал, в сущности, мог рассказать любой фермерский ребенок где-нибудь в Висконсине. Дети ходили в школу зимой, когда не требовалась их помощь, но как только начинался сев и до самого сбора урожая они помогали с сельскими работами. А осенью, конечно, снова возвращались в школу.

Поскольку летом учителям было некого учить, они устраивали себе на это время отпуск; такой распорядок остался и в наше время — даже в мегаполисах. Идеальные условия для того, кто хочет жить не только в одном месте или переключаться и вести другой образ жизни. Но, как показывает письмо моей клиентки, большинство о такой возможности просто забывает.

Кстати говоря, фермеры чаще всего свободны зимой, и, если вам больше подходит такой вариант, вы можете выбрать его, назвав «фермерской моделью жизненного устройства».

Если вы хотите вести две жизни одновременно, буквально в один и тот же день, то подойдет «модель параллельных жизней». Понадобится всего лишь переодеться и перебраться в другую комнату (или на другую улицу), когда вы решите, что пора поменять занятие.

Разумеется, часть года учителя и фермеры проводят за работой, которая дает им средства к существованию на весь год, — вам тоже нужно дело, которое будет вас кормить.

Если вы намерены жить «двойной жизнью», то работа, на которой надо находиться в офисе с девяти утра до шести вечера пятьдесят недель в году, не для вас. Вам нужен какой-то менее типичный источник дохода, необычный. Вот несколько вариантов. Я разделила их на две группы. Первая — для «двойных агентов» наподобие Хелен, то есть тех, у кого мечта связана с путешествиями. Вторая — для тех, кто хочет или вынужден совмещать две или более профессии одновременно.

1. Ищите работу, на которую легко устроиться. Одна женщина рассказывала мне, как они с подругой до замужества работали на разных офисных позициях начального уровня — только чтобы получить деньги на поездку в Европу.

Случилось так, однако, что она вышла замуж за человека, который сопровождает туры в Антарктику и вылавливает рыб в южных водах Тихого океана для разных океанариумов, поэтому, на ее счастье, домоседкой она не стала.

Рекомендую продумать еще до увольнения вариант своей следующей работы. Если вы планируете вести вторую жизнь в далеких краях, можете стать фрилансером-консультантом и наладить договоренности о дальнейшей деятельности до того, как покинете страну. Всегда приятно знать, что по возвращении не нужно искать новую работу — она будет вас уже ожидать.

В сканерском разделе на моем форуме недавно была интересная дискуссия на тему «Предметы, которые вы хотели бы изучить». Естественно, я отправилась читать, ожидая увидеть что-то, напоминающее мою реакцию в первый университетский день: «Ах, как все интересно! Хочу изучать это все! Про рыбу-ежа и трубкозубых, философию и агрохимию, и про обувное ремесло в Средние века!»

Вместо этого я читала: «А у вас возникают мысли о новых профессиях каждый день? Я вчера все думал о том, что нужно вернуться к учебе и освоить кулинарное искусство…»

Профессии?! При чем тут профессии? И тут я вспомнила, что большинство сканеров — а впрочем, и большинство остальных людей — считают, что если их что-то заинтересовало, то это надо превращать в профессию.

Как вы уже знаете, с этим у сканеров большая проблема. С одной стороны, у них слишком много интересов, каждый профессией на сделаешь; с другой — слишком мало профессий, способных надолго удержать интерес сканера.

К счастью, существует множество альтернативных вариантов.

Вот несколько полезных инструментов, которые помогут следовать правильным путем в вашей «двойной (или четверной) жизни». Для начала «двойному агенту» нужно, чтобы мечта всегда находилась перед глазами, даже если до ее воплощения остается полгода. Пока новый стиль жизни не перерастет в привычку, вам понадобятся занятия, связанные с вашей второй жизнью, и нечто напоминающее, что недалек тот день, когда вы займетесь любимым делом.

Держать в центре внимания свои замыслы вам помогут настенный календарь и пара чемоданов (или коробки, шкафчики, угол в гараже) там, где вы будете видеть их каждый день.

Самый простой способ поддерживать уверенность, что другая жизнь ждет вас, — настенный календарь, расчерченный от руки на большом листе бумаги. Календарь каждый день сокращает пропасть, которая лежит между двумя возгласами: «О, у меня этого никогда не будет!» и «О, осталось всего восемьдесят четыре дня до поездки в Африку!» Большинству сканеров я рекомендую календарь на шесть лет (вы читали о нем в главе 3). Но «двойным агентам» и «сезонным сканерам» советую ограничиться двумя годами, причем каждый год поделить на четыре сезона. (Строго говоря, достаточно одного года, но каждый раз, когда вы взглянете на стену, календарь подтвердит, что и на следующий год вы сможете вести ту же замечательную жизнь.)

Неплохо повесить копии этого календаря в разных местах дома — а заодно и в офисе, — пока мысль о грядущей реализации мечты не станет для вас естественной.

На календарях нарисуйте широкую яркую полосу для каждого блока времени под разные жизни. Например, желтой полосой отметьте осень, зиму и весну, когда работаете учителем в школе, а синей — лето, когда будете обучать людей плавать с трубкой и маской. Очень важно, чтобы полосы, отражающие суть цели, были видны издали, когда вы смотрите на календарь с другого конца комнаты.

Нужно выделить специальное место для всего, что вам понадобится в другой жизни. Все должно быть под рукой. Если вы, кроме всего прочего, сделаете это место необычным или красивым, вам будет приятнее дожидаться будущего путешествия.

Хелен хранила все, что напоминало ей о любимой Африке — включая пробковый шлем с шарфом от солнца, — в старинном деревянном, окованном латунью дорожном сундуке. Он был покрыт наклейками с изображениями Африки и копиями старинных пароходных наклеек.

Впрочем, простая спортивная сумка подойдет для этого не хуже.

Если вы собираетесь посетить не одно место (учтем и походы в соседний парк для фотографирования, и поездку в арендованную студию, чтобы записать песню), постарайтесь собрать такие «сундуки» для каждого пункта и заполните их вещами, которые напоминают о том, что вас там привлекает.

Это помогает держать все необходимое наготове: в любую минуту вы можете выбежать из дома и отправиться в путь. Хотя у вас полно времени впереди, чтобы собрать все необходимое для каждой жизни, которую вы ведете, трудно переоценить психологический эффект от того, что вы знаете: в любую секунду можно сорваться в дальние края. У меня в доме отведен уголок для весенних и осенних вылазок в маленькую турецкую деревушку. Туда я складываю все, что хочу с собой взять (даже не забыла фотографию, обещанную пастуху, — он сидит с семьей и двумя овцами в кузове своего разукрашенного грузовичка).

Один «сезонный сканер» написал мне такое письмо:

Если до поездки еще долгие месяцы или если вы живете по модели «параллельных жизней», занимаясь любимыми делами каждый вечер (пишете стихи, читаете книги или рисуете), используйте Дневник сканера как возможность быть ближе к своим увлечениям. Возьмите дневник, любимую ручку, устройтесь поудобнее и пишите свои воспоминания или планы, рисуйте графики, эскизы — все это поможет почувствовать вкус любимого дела, вне зависимости от того, каким временем вы располагаете.

Вы нашли способ зарабатывать на свою «двойную жизнь», повесили настенные календари, завели «дорожные сундуки», регулярно ведете Дневник сканера — теперь ваша жизнь настроена на поддержку мечты. А когда жизнь поддерживает мечты, в вашем мышлении происходят важные перемены: вы отказываетесь от подхода «или/или» и заменяете его принципом «и то, и другое».

Этот список охватывает все модели жизнеустройства, типы работы и инструментарий. Просмотрите его, можете пометить галочкой пункты, которые хотите обдумать подробнее. Затем переходите к следующей главе. В ней вы прочтете о сканерах, у которых интересов не два, не четыре и даже не десять — их притягивает столько всего сразу, что они не могут сдвинуться с места. Я назвала этот тип сканера «многогранники».

Меня притягивает столько направлений сразу, что я разрываюсь и практически шага не могу сделать.

У меня гора наполовину прочитанных книг, заброшенных попыток предпринимательства, не доведенных до ума настольных игр и блогов. В итоге ничего не доведено до конца, и мне просто нечего предъявить!

Что бы я ни делала, у меня постоянное чувство, будто я упускаю что-то другое, чем тоже хочу заниматься.

Однажды вечером, не так давно, я консультировала по телефону женщину по имени Линн, у которой были проблемы с избыточным количеством интересов. Линн знала, что она сканер, и все конфликты по поводу выбора сферы интересов уже разрешила — не бросать ничего из того, что ее увлекает.

— У меня даже была идеальная «вполне приемлемая работа». Я называла ее «замечательная работа»! Она давала кучу свободного времени и сколько угодно возможностей заниматься тем, что я люблю.

— Отлично! А в чем проблема? — спросила я.

— Проблем две. Во-первых, мне нравится слишком много всего, и хочется заниматься всем одновременно! Меня может привлечь любой проект, но, если по пути попадается еще один — он меня тоже немедленно начинает манить. Меня неудержимо тянет ко всему. Но обычно все кончается тем, что я не занимаюсь ничем.

Во-вторых, годы идут, и я задумываюсь уже, что в итоге так ничего и не создала. Мне совершенно нечего продемонстрировать — нет ничего доделанного. Даже сосчитать не могу, сколько всего я начинала — пять минут — и откладывала, думая, что вот-вот, через пару дней, плотно этим займусь. Господи, как нелепо. Наконец-то я настолько свободна, что могу делать абсолютно все, что захочется, — но все время уходит на какую-то ненужную ерунду. Могу делать что угодно — и чем занимаюсь? Я в тупике!

Линн точно определила нюанс, который мы часто упускаем: свобода для многих сканеров — не всегда благо. Сканеры-«многогранники» восприимчивы, любознательны и широко мыслят. Они получают удовольствие от того, что видят неожиданные взаимосвязи и знают, что, куда ни посмотри, везде ждут необыкновенные открытия.

— Здорово звучит, — сказала я.

— Первое время здорово. А потом всего становится слишком много, и голова идет кругом. Тут уже совершенно не здорово.

Понятно, что «многограннику» какую-то часть свободы нужно упорядочить. Но какого порядка ждать там, где воюют друг с другом десятки интересов?

Может быть, есть некая основополагающая тема, которая все объединяет? Бывает, «многогранникам» удается найти ее, но это исключение из правил. У большинства «многогранников» интересы никак не связаны между собой (иногда это сознательный выбор). Кажется, что с такой проблемой сканеры, похожие на Линн, так ничего и не завершат и никогда не добьются уважения и восхищения, которого втайне жаждут.

Иногда внешняя сторона обманчива. «Многогранник» может быть самым продуктивным из всех сканеров.

Как и большинство людей, Линн предполагала, что, не сосредоточившись на одном деле, невозможно его довести до конца, и ее опыт это подтверждал. Но у меня было чем ее удивить.

— Сканеры вроде вас, которые обращаются к одному и тому же постоянно, лучше всех приспособлены воплощать поразительные вещи. Даже лучше, чем узкие специалисты, — сказала я.

— Как это? — Линн явно не поверила. — Я уже почти не возвращаюсь ни к чему из своих интересов, разве что иногда, но поверчу в руках и отложу, так и не закончив. Каким образом вы предлагаете разобраться с моими проблемами?

— На обе проблемы существует одно решение. Нужно просто отобрать у вас некоторое количество свободы.

— Исправительная колония? — спросила она с насмешкой.

— Нет, просто правильное управление проектами. Вам нужно расписание, — сказала я.

— Похоже, нужен учитель с ремнем, чтобы я взяла себя в руки, — вздохнула Линн.

— И еще звонок, чтобы знать, когда идти в другой класс, — улыбнулась я.

— Знаете, а может быть, это не такая и плохая идея.

Если кто-то, как и Линн, полагает, что надо оставить один из всех любимых проектов, то битва проиграна, еще не начавшись. Однако очевидно, что и одновременно все делать невозможно. Когда хочется немедленно приступить ко всему, требуется распорядок. Создайте график, который позволит последовательно выстроить дела и заниматься ими по очереди. Но расписание обязательно должно учитывать естественную длительность вашего интереса к делу, иначе оно не будет работать.

— Только не предлагайте выбрать на полгода один проект, а потом заняться другим. Я пробовала. Начинаешь задыхаться.

— А если я предложу заниматься одним в течение часа, а потом перейти к другому? — спросила я.

— Прямо как в школе! — рассмеялась она. — И в колледже. Похоже, вы не шутили про звонок! Знаете, я помню, что мне очень нравилось слышать звонок и направляться в другой класс. Нравилось открывать другие тетрадки и доставать новые учебники.

— Как думаете, часа вам хватит?

— Должно. По крайней мере, раньше так и было. Бывали же уроки, которые длились дольше, — всякие лабораторные или рисование, — и я чувствовала себя неуютно. У меня после часа работы мысли начинают блуждать.

Кажется, эта модель неплохо подходила для Линн, потому что она уже знала, какова ее длительность интереса. Если вы похожи на нее, присмотритесь к такой же модели жизнеустройства.

Я прочитала Линн письмо одной клиентки, успешно попробовавшей модель жизнеустройства «Школьный день».

— Она случайно не моя сестра-близнец? Отлично, я тоже хочу попробовать. Только думаю… может быть, мне на самом деле нужен школьный звонок? — пошутила Линн.

— Знаете, кухонный таймер подойдет не хуже. Но что действительно нужно, так это сканерский ежедневник, чтобы записывать распорядок дня.

— Завтра же куплю.

— Возможно, придется сделать его самой.

К вам это тоже относится.

Вы знаете, что представляет собой обычный ежедневник, но ежедневник для сканера вам не удастся ни купить, ни даже сделать самостоятельно, пока вы не испытаете несколько раз свою модель жизнеустройства. Размышляя над организацией ежедневника, откройте Дневник сканера и отведите место с правой стороны разворота для записи любых мыслей, не связанных с проектами. Отнеситесь внимательно к мимолетным воспоминаниям о том, что вы любите, но давно не делали — например, не пели, не танцевали, не рисовали, не читали любимого автора или просто не сидели пару минут на крыльце перед сном.

Когда ваш сканерский ежедневник будет готов, наверху каждой страницы напишите одно из этих замечательных, но забытых занятий.

Так вы напомните себе обо всем том, что делается ради удовольствия, а не ради какой-то цели: попеть на кухне, включить музыку и потанцевать несколько минут, набросать рисунок кофейной чашки. Подобные мелочи легко упустить из виду, но их нельзя недооценивать. Они открывают двери ощущению, которое и создает разницу между обыкновенной жизнью и замечательной. Сканеру они нужны, как витамины.

Теперь давайте попробуем на деле модель жизнеустройства «Школьный день». Держите карандаш и ластик наготове; посмотрим, сможете ли вы осуществить то, что сделала Линн.

«Многогранники» — лучший пример типичной проблемы сканеров со временем, о которой мы говорили в главе 3.

— Сканерам легче легкого забыть про накопительные перемены, потому что они не вполне понимают, что такое время, — пояснила я Линн. — Они живут в бесконечном сейчас. Особенно это относится к циклическим сканерам.

— Я знаю, — ответила она. — Но я всегда думала, что это хорошо. Все ведь говорят, что надо жить настоящим.

— Скорее всего, люди, которые так говорят, даже не предполагают, что некоторые вообще забывают о будущем.

Собственно, это еще одна причина, по которой «многогранникам» нужно всегда держать перед глазами расписание и календари. Визуальное отображение времени необходимо «многогранникам» не только для того, чтобы понимать, куда они двигаются, но и чтобы контролировать, как далеко продвинулись.

Когда я разрабатывала модель жизненного устройства для художницы Селесты, которой не подошел «Школьный день», перед нами снова встал вопрос результатов и достижений.

Кроме прочего, Селеста создавала скульптуры из разных найденных предметов. Фантастические объекты — одни в два метра высотой, другие значительно меньше. Художница интенсивно работала несколько месяцев подряд, но потом невыносимо уставала от процесса.

Тогда Селеста обычно берет гитару, сочиняет песни и вечерами исполняет их в маленьких клубах. Но через несколько месяцев и это теряет для нее всякую привлекательность.

Были и другие увлечения, к которым она возвращалась снова и снова: ремонт дома, подводное плавание, выпечка.

В действительности Селеста живет согласно своим внутренним часам, и эта идея себя прекрасно оправдывает, если вы свободны так поступать. Если вы похожи на Селесту и чувствуете, что фиксированный распорядок ограничивает возможность подчиняться внезапным творческим импульсам, то вам нужна другая модель жизненного устройства. Для Селесты творческим топливом является внезапный порыв — следуя ему, она создает лучшие работы.

Каждый сканер знаком с таким: неукротимое желание заставляет бросить то, что вы делали, и заняться чем-то иным, что вас привлекает. Часто сканер пытается заглушить эти неожиданные импульсы или стыдится, когда им поддается. Если с вами все происходит подобным образом, я рекомендую вам сдаться. Сдавайтесь и переключайтесь на это другое дело. Посвятите ему час, день, неделю — сколько понадобится, пока оно само вас не отпустит. А когда отпустит — возвращайтесь к тому, что делали раньше.

Это модель «спонтанных дел по велению души». Может быть, для вашего творчества необходимо именно такое жизнеустройство. Однако с помощью этой модели проблему отсутствия прогресса не решить. Селеста чувствовала, что работает впустую и ничего не добивается в жизни.

Я вспомнила, что она рассказывала несколько месяцев назад, при первой встрече.

— Селеста, вы написали два одноактных мюзикла, поставили их и даже играли в обоих. Вы сочинили и исполнили десятки песен за последние пять лет. А год назад вы продали дизайнерам интерьера две скульптуры — между прочим, за весьма большие деньги!

— Да, правда! Почему я об этом даже не думала? Неплохо, а? Надо бы мне почаще вспоминать прошлое. Но все-таки это прошлое, а не будущее. Его я не вижу. И совершенно не понимаю, к чему иду, — кивнула она.

И мне вспомнилось, как одна девушка, гончар, сказала одну простую вещь, из тех, что застревают в голове, потому что в них слышится нечто очень важное. Каждый год она ставила себе задачу слепить тысячу горшков. Это давало ей ощущение направления и цель. Может, Селесте придумать что-то похожее? Может, подыскать способ, чтобы выполнение этой идеи одновременно показывало прогресс?

— Как насчет такого, Селеста? Вы можете подобрать себе цели на год?

— Даже если не представляю, сколько буду заниматься тем или иным? — спросила она.

— Именно. Я предполагаю, что каждым проектом вы занимаетесь как минимум раз в год, да? Чтобы точно все покрыть, можно взять для цели срок больше года — и в конце запланировать сдачу большой работы или еще что-то значительное. А потом отпраздновать это. Например, почему бы не запланировать выставку?

— Тут есть опасность, — задумчиво произнесла она. — Для выставки нужно определенное количество работ. А я заранее такого никогда гарантировать не могу.

— Можно наметить что-нибудь другое. Какое-нибудь мероприятие, куда придут люди. Назначьте жесткую дату — ее непросто будет проигнорировать. Что насчет новогодней вечеринки в честь подведения итогов года? И друзьям предложите поставить свои цели.

Идея захватила воображение Селесты. Она дала себе пятнадцать месяцев: создать и продать еще одну скульптуру; записать диск с пятью новыми песнями; написать две пьесы и продумать их постановку; основательно продвинуться в написании дизайнерской книги и позаниматься подводным плаванием — хотя бы раз.

Через две недели я встретилась с ней и спросила, как идут дела.

— Ну, может быть, мои цели недостаточно амбициозны, потому что я все еще не знаю, когда буду заниматься каждым из этих дел. Но вот срок в пятнадцать месяцев — он здорово поменял мою манеру работать. Я всегда прислушивалась к себе, чем сейчас хочу заниматься: музыкой, скульптурой или чем-то другим, — тут как раз ничего нового. Но теперь я впервые понимаю, где нахожусь и насколько продвинулась. Я даже представляю, что хочу успеть до конца месяца! Моя способность планировать испарилась с окончанием школы, а в школе я это ненавидела. Я знала, что ни при каких условиях не смогу заниматься творчеством по команде, поэтому всегда давала себе полную свободу.

— Для полной свободы у вас чересчур много талантов, — улыбнулась я. — Это только у Пикассо выходило. Впрочем, он не писал песни и книги.

— Ну да, он просто вставал каждый день и шел рисовать. Или не шел. Какая простая жизнь, — рассмеялась она.

У Селесты все еще оставались проблемы с непредсказуемостью взлетов и падений интереса к собственным проектам.

Я посоветовала ей попробовать то, чем пользовалась сама, — «доску чередования приоритетов».

У чередования приоритетов есть ряд преимуществ. Для людей вроде Селесты наглядно отмеченный переход к новому интересу уже придает жизни некоторую четкость и структурированность. К тому же наглядно отраженные приоритеты мягко подталкивают, информируя, каким проектам в настоящее время требуется уделять больше внимания.

Селесте я предложила использовать обычную шахматную доску. Каждому проекту соответствует надписанный стикер. Разместить их на доске, как шахматные фигуры.

— Можно начать, например, с листочка «написать песню», передвинуть его вперед, а остальные проекты пусть останутся сзади, — предложила я.

Селесте идея понравилась. Она сделала шахматную доску с фетровым покрытием, достаточно большую, чтобы видеть с любого конца комнаты, и устроила ее под настенным календарем, где были расписаны цели на ближайшие пятнадцать месяцев. (Сам календарь представлял собой хитроумную сетку, демонстрирующую, каков процент продвижения к каждой цели. На итоговую дату была назначена новогодняя вечеринка.) Для доски чередования приоритетов она сшила четыре квадратика с лентой-липучкой с задней стороны, по одному на каждый из своих интересов, все разного цвета — их можно было перемещать по доске, как шахматные фигуры.

Может быть, доске приоритетов удастся и с вами сотворить нечто подобное. Попробуйте ее использовать и посмотрите, что получится.

Селеста, в отличие от большинства «многогранников», была вполне организованной, и у нее не возникало проблем с порядком. Она всегда знала, где что лежит. Ей приходилось постоянно убирать вещи, над которыми она сейчас не работала, что было слегка неудобно, но в целом все свои материалы она держала под контролем.

Увы, подобным отношением к рабочему месту могут похвастаться далеко не все «многогранники». Неорганизованность и хаос мешают многим из них работать более продуктивно. Если это про вас, то предлагаю еще один мой любимый инструмент.

Чтобы как можно меньше времени уходило на подготовку к делу и как можно больше на само дело, нужно, чтобы все необходимое было собрано и готово к немедленному использованию. Вы можете скомбинировать набор готовности, как я предложила Джеффу, очень занятому родителю из главы 5. Отлично помогает то, что я называю хобби-станция. Сейчас объясню принцип ее работы.

Вот признание женщины-сканера типа «многогранник», которая работала по модели «Школьный день» и на каждый проект отводила примерно час.

Умозрительно я представляю, что где-то на свете существуют дисциплинированные, высокоорганизованные сканеры, но найти хоть одного такого живьем не так-то просто. Гораздо вероятнее услышать, как сканер бормочет себе под нос: «Господи, только что тут была ящерица. Куда я ее дел?» Но если у вас жесткий график, вы не можете терять время на то, чтобы искать все нужное. Представляете, как было бы здорово, если бы больше никогда не пришлось собирать инструменты и материалы для работы, а потом снова наводить порядок и раскладывать их по местам?

Была бы у меня комната — огромная и пустая, и столы вдоль стен, а на каждом столе — все необходимое для одного определенного проекта… Я бы оставляла все на столе как есть и в любой момент, когда захочется, сразу возвращалась к работе.

У меня нет такой комнаты, и у вас, думаю, тоже, но из этой фантазии родилась идея хобби-станции. И я стала придумывать, чем бы заменить столы и как это все разместить на маленьком пространстве. Для некоторых проектов подошел бы ящик для файлов на колесиках, но в других случаях он не годился.

Однажды в каталоге домашней мебели я увидела небольшую выкатную стойку с разными отделениями и всякими забавными штуками. В стойке была полка, которая раскладывалась в письменный стол, были отделения для больших папок и бумаг и полки для книг. В каталоге это называлось «центр для заполнения счетов», но для меня выглядело как вылитая хобби-станция. Я сразу увидела, как выстрою пять или десять секций вдоль стены, как буду выкатывать нужную, когда захочется поработать над каким-нибудь из проектов.

Если у вас масса сканерских проектов одновременно, вам нужно что-то вроде таких секций. Можно соорудить что-то подходящее из небольших шкафчиков на колесах с ящиками для документов или приспособить тележки с сетчатыми полками.

Только представьте! Больше не придется гадать, куда вы положили клей или пачку бисера, не нужно убирать куда-то ножницы, журналы, диктофон или видеокамеру, когда вы закончите. Все может храниться в отведенной для этого передвижной хобби-станции.

Селеста решила создать хобби-станцию для каждой незаконченной скульптуры. Она прикрутила маленькие колесики к четырем тумбочкам для документов. Сверху на каждый из двух ящиков тумбочки она приклеила большую кухонную разделочную доску в качестве рабочей поверхности. (Кстати, тумбочки она нашла на свалке.) Крышки от бутылок, всякие колпачки и другие странные штучки, из которых она мастерила скульптуры, размещались в большом нижнем отделении, клей и инструменты лежали в маленьком верхнем, а сама скульптура ставилась сверху. Когда Селеста хотела вернуться к этой вещи, она пододвигала тумбочку к электрической розетке (во время работы ей требовался сварочный аппарат). Точно так же она разместила звукозаписывающее оборудование и материалы для книги. Если какой-то проект не был в деле, его можно было просто откатить в сторону.

Линн тоже понравилась эта мысль. Она поместила папки по историческому проекту в одну хобби-станцию, а черновики к мемуарам — в другую.

«Удобная вещь! Надо бы организовать их производство», — сказала Линн и бросилась записывать идею в Дневник сканера, с чертежами, расчетами и подробными выкладками.

Надеюсь, у нее действительно получится — я с удовольствием куплю несколько штук. Но пока Линн будет налаживать производство, мы можем сделать хобби-станции самостоятельно. Подойдет что угодно: корзина — для рукоделия, матерчатая сумка — для письменных материалов, или любой другой переносной контейнер, куда поместится все необходимое для одного проекта.

Когда хобби-станции будут обустроены, полезно (и весело) проверить, полон ли ваш набор готовности, устроив испытание. Установите таймер на пять минут. Затем выкатите одну из хобби-станций и поработайте над проектом пять минут. Если обнаружится, что чего-то для работы не хватает, принесите это или запишите.

Через пять минут, когда таймер зазвонит, выдвигайте следующую хобби-станцию и повторяйте процесс. Действуйте быстро, не относитесь к работе чересчур серьезно — вы просто выявляете недостатки и подготавливаете систему к настоящему делу.

Кроме того, теперь у вас есть отличная игра, в которую можно поиграть, когда вы начинаете скучать по заброшенным из-за занятости проектам. Выделите полчаса и проведите еще одно высокоскоростное испытание хобби-станций — с таймером, как и в первый раз. Несколько строк в книге, которую пишете, несколько бусин к украшению, которое плетете, одно-другое фото… Так вы не забудете ничего из своих проектов, а если почувствуете некоторую неловкость за эту детскую игру, скажите себе, что проверяете наборы готовности, чтобы убедиться, что все работает.

Возможно, вам захочется записать результаты первых испытаний хобби-станций и наборов готовности в Дневник сканера — просто на память. Думаю, вспоминать об этом дне вам будет приятно.

Через несколько месяцев после разговора с Линн я получила от нее большой конверт, пришедший по почте. Внутри лежал сложенный лист красного ватмана, который разворачивался во что-то похожее на мини-стенгазету, — к нему были прикреплены всякие забавные штуки: фотографии двух плюшевых игрушек, которые она сделала для внучки, карикатурный рисунок маленькой книги с заголовком «Мемуары, 37 страниц», засушенная веточка укропа. А сверху — черными крупными буквами надпись:

И еще там было очень приятное письмо. Линн рассказывала, как у нее обстоят дела. Заканчивалось оно так: «P. S. Пожалуйста, перешлите мне назад красный лист, я вклею его в дневник. Конверт с маркой и адресом прилагаю».

«Многогранники» — самая большая группа циклических сканеров, она делится на много разных видов. Если вы не обнаружили сходства с собой ни в Линн, ни в Селесте, если их графики вам не подошли, попробуйте другие варианты.

Двадцать или тридцать папок на кольцах. Этот инструмент я нахожу наиболее полезным именно для «многогранников». Почти всем сканерам нравится система папок, но «многогранникам» она необходима больше всего. Первая причина, конечно, в том, что разложенные по папкам проекты хорошо систематизированы и поддаются контролю. Но есть и другая причина.

У «многогранников» в творческой фазе бывают длительные приливы вдохновения, когда одна блестящая идея следует за другой. (Кое-кто из моих клиентов называет это «фонтанировать идеями».) Заставить сканера притормозить и довести до логического конца каждую задумку, прежде чем выдавать новую, — издевательство над талантом. Если же у сканера есть возможность немедленно вытащить новую папку, ни одна идея, появившаяся на свет, не пропадет втуне. Каждая папка — дом для идеи, к ней можно возвращаться и дорабатывать ее, когда утихнет бурная креативная фаза. Это удобное средство позволяет охватывать и контролировать практически любое число проектов.

Я убедилась, насколько это мощный инструмент, после недавней телеконференции с клиентами-сканерами. Одна из них, Клэр, поделилась своей проблемой.

Нечасто встретишь человека с таким набором дел, как у Клэр. Я подумала, что ей потребуется гораздо более сложная система, но все-таки не удержалась и напомнила про папки на кольцах.

Пока я говорила, было слышно, как остальные участники тихо перешептывались. Я предполагала, что моя рекомендация так примитивна во всех отношениях, что в лучшем случае ее воспримут прохладно. Я ошиблась. Всем понравилось.

«А ведь это отличная мысль! Так, похоже, я смогу сделать все управляемым», — загорелась Клэр.

Когда на мою электронную почту стали приходить отзывы об этой телеконференции, почти половина участников как один из самых ценных отметили совет рассортировать все идеи и проекты по папкам!

Среди писем было и такое:

Проектные коробки. Если для реализации ваших замыслов нужны объемные материалы и принадлежности — например, книги или какие-то приспособления, — можно использовать переносные ящики для папок или завести проектные коробки, которые выполняют ту же роль.

Подобно Линн, у всех циклических сканеров есть возможность стать профессионалами и авторитетными специалистами в своей области, потому что их компетентность и навыки, связанные с проектами, накапливаются с годами. Но пока они идут к своим вершинам, им нужно как-то содержать себя и семью, причем работа не должна отнимать много времени от любимых занятий. Вот несколько вариантов, пригодных для «многогранников».

Самые свежие новости от Линн я получила совсем недавно. Прошло два года, как она впервые услышала о возможностях организовать свои увлечения. Ее жизнь полностью изменилась. Она создала коллекцию кукол — исторических фигур периода, который изучала; сделала сайт, где обсуждаются домашние оранжереи и выращивание пряных трав; на небольших деловых конференциях проводит регулярные семинары по рекламе и продвижению своих фирм (плюс дополнительно записывает их на диски и продает через другой свой сайт).

Посмотрим, что получится у вас, когда вы опробуете описанные мной методы и инструменты. Думаю, вы обнаружите, что продвинулись в делах сверх своих ожиданий. Суммирую здесь краткие итоги, чтобы все было под рукой.

Теперь вы знаете о «двойном агенте», который проживает разные жизни и каждой отводит по несколько месяцев в году; знаете о «многограннике», который может проводить с любимым проектом часы, недели или месяцы. Пришло время познакомиться с самым стремительным типом сканера — «жонглером с тарелочками». Всеми любимыми делами он занимается практически одновременно.

В шоу Эда Салливана был жонглер, который ставил тарелку на верхушку тонкого шеста и начинал ее вращать. Потом ставил тарелку на следующий шест и на следующий, пока в воздухе не начинали крутиться пять или шесть тарелок одновременно. Мне всегда кажется, что я тот самый жонглер.

Я мечтаю о нескольких проектах и пытаюсь управлять сразу всеми. У меня есть бумажный дневник, электронный дневник, списки текущих дел, электронные органайзеры… но ничего не помогает! Я человек мгновения. Бросьте мне что-нибудь — и я всегда это поймаю.

Я тот, кто решает проблемы на работе. Мне нравится это… только на собственные дела времени не остается.

Если вы отличный решатель проблем, то, с большой долей вероятности, лишаете свои мозги шанса думать иным способом, хотя они этого жаждут. Вы, как и Лиам, считаете, что решение проблем — единственное стоящее занятие на свете? Прочитайте историю, рассказанную мне Донной — она тоже «жонглер», — и подумайте над ее итогом.

Донна была общей палочкой-выручалочкой, потому что, как и многие «жонглеры», обожала решать сложные задачи, вытаскивать кроликов из шляпы и творить чудеса в последний момент. Если бы людям хватало ума ценить Донну больше, а нагружать ее чуть меньше, думаю, она по-прежнему отдавала бы волонтерской работе буквально все свое свободное время. Но однажды она опомнилась и стала уделять время не только другим, но и себе.

О чем размышляла Донна?

А вы? Вы любите размышлять просто ради удовольствия? Или вас беспокоит, что это непозволительно, поскольку не направлено на решение серьезных проблем? Если бы вы не вращали так много тарелочек и не решали так много проблем, чем бы с удовольствием занялся ваш мозг?

Возьмите Дневник сканера и ручку, и пусть десять-пятнадцать минут вас никто и ничто не беспокоит. Я хочу, чтобы вы пофантазировали.

Вообразите себя на маленьком необитаемом острове, где абсолютно нечем заняться. Корабль придет за вами через два-три дня, еды достаточно, но говорить совершенно не с кем, работать не над чем — лишь два дня, которые надо как-то провести, глядя в море.

Поначалу в голове может быть пусто, но чуть погодя что-нибудь придет на ум, и вот тогда возьмите ручку и начинайте писать.

Что произошло? Вы заскучали или обнаружили, что ваше мышление переключилось в другой режим?

Сначала Лиам не мог ничего придумать, но потом стал припоминать кое-какие идеи, о которых забыл. И тут плотину прорвало.

Некогда он хотел организовать международные передвижные детские театры, чтобы ездить по маленьким городкам и прослушивать местных детей на роли в каждой пьесе.

Потом он перешел к рисованию схем, чтобы показать модель, которую хотел построить, чтобы помочь учителям физики объяснять школьникам про пятое и шестое измерения. (Чтобы быть совсем честной — я думаю, что он объяснял что-то в этом духе.)

Затем рассказал мне про документальный фильм об индейцах из долины Амазонки — они играли на маленьких флейтах с особым, завораживающим звучанием, и он на основе увиденного придумал несколько новых музыкальных инструментов с таким же неотразимым звуком.

Воображаемый необитаемый остров дал уйти от постоянного решения проблем и открыл двери для полета мысли.

Пока мы разговаривали, Лиам рисовал. Бумага в его руках очень скоро покрылась набросками, рисунками и схемами, а лицо сияло. Он продолжал с упоением рассказывать о своих идеях и все это время широко улыбался.

— Ого, — произнесла я, когда поток начал ослабевать. — Да вы просто человек-оркестр — у вас миллион идей!

— Да уж, — вздохнул он и вновь посерьезнел. — Вот именно, что идей. Идеями они и останутся.

Улыбка исчезла совсем. Вдохновенный взгляд погас — передо мной снова был человек в ловушке противоречий.

— У вас такой вид, будто перемена закончилась и пора обратно в класс.

— Так я себя и чувствую, когда думаю о своей неудовлетворенности, — улыбнулся он. — А когда решаю проблемы в офисе, я очень бодр и энергичен.

— Вроде хоккеиста во время трудного матча?

— Пожалуй, похоже.

— Но это не то чувство, от которого вам хочется хохотать.

— Да, другое, — он задумался на секунду, явно заинтересованный моими словами.

— Никогда не понимала принцип переменного тока, Лиам. Вы не могли бы мне объяснить? — спросила я невпопад.

Он поглядел изумленно, но с готовностью попытался просветить меня.

— Представляете себе электрический ток? Вот он бежит в одну сторону, а потом раз — и в другую. Если он так мечется регулярно, то это и есть переменный ток. А почему вы вдруг об этом?

— Я придумываю модель жизненного устройства, которая переключала бы ваш образ мысли, узко нацеленный только на решение проблем, на что-то другое, по крайней мере иногда.

— Хорошая мысль, но тогда мне понадобится другая работа.

— Кто знает, — сказала я.

К этой модели не прилагается ни календарь, ни график, она может означать для вас что-то совсем простое: например, подойти на пару минут к окну и посмотреть вдаль, просто чтобы ненадолго переключить мозг на другую волну. Отличная альтернатива — вытащить карманную «колоду мечты» и поработать с ней. А если вы трудитесь дома, то можно взять за правило регулярно прерывать дела и браться за Дневник сканера. Лиам заметил:

— Мне трудно серьезно относиться к тому, что не направлено на конкретные результаты в реальности. Некоторым сканерам явно нравится изучать все подряд. Но, если честно, по-моему, эти люди просто валяют дурака, лишь бы не приступать к реальной работе.

Однако, как известно ученым-теоретикам, размышления, не направленные на конкретную цель, могут отличным образом служить открытию явлений, о которых вы даже не догадывались. Это прекрасно сформулировал один ученый, отец моего друга:

Лиам слегка улыбнулся.

Но я говорила не о релаксации. Включив компьютер, я нашла интервью, которое взяла незадолго до того у другого «жонглера с тарелочками», и дала Лиаму почитать.

Лучше всего Элизабет себя чувствует, когда двигается быстро. Более того, ей даже неприятно заниматься чем-то медленнее, чем она может. Для нее мучительно работать не в полную силу, как автомобилю — подниматься на холм, используя лишь половину мощности двигателя. Вот что она написала мне:

Но я вспомнила об Элизабет не просто так — последний абзац пришел на ум, когда я описывала модель «Переменный ток».

Лиам задумался.

— Да-да… В таком ракурсе я на это не смотрел. А ведь как раз так я себя и чувствовал, — сказал он.

— Как насчет того, чтобы в специальных рабочих перерывах применять модель «переменного тока», обдумывать в это время все ваши великолепные идеи? — предложила я.

Лиам выглядел смущенным. Я вопросительно посмотрела на него.

— Знаете, я шарлатан, — сказал вдруг Лиам. — Настоящая проблема не в том, что у меня не хватает времени. Она в другом: я начинаю какой-нибудь проект и здорово провожу время за ним, но, как только все усвоено, разработано, как только можно попробовать и убедиться, что все работает, я теряю интерес и сбегаю.

— Всего-то? — рассмеялась я. — Это вообще не проблема. Вам всего лишь нужно передавать свои проекты другим. Просто обучите других, как с этим работать. Еще лучше — поделитесь знаниями с теми, кто будет передавать их дальше, — и пусть они несут ваши идеи. А сами начинайте что-то новенькое.

Его лицо снова просияло, и он рассказал мне еще об одном замысле.

Оказывается, Лиам мечтал заниматься развитием бедных горных поселений в Гималаях (где провел год после университета). Его идея включала новые технологии для открытой разработки ресурсов и организацию мобильного пункта обучения. Таким образом в любом поселении можно было бы готовить местных специалистов, которые потом обучали бы односельчан.

— Мне нравится готовить тех, кто будет учить других! — сказал он. — Это ведь здорово?

И мы поговорили о системе ПППП, описанной в главе 4, — Поучись, Попробуй, Передай, Покинь.

Такие быстрые люди, как «жонглеры с тарелочками», часто страдают от той же проблемы, что и Лиам: рожденные справляться с дюжиной ролей одновременно, они застряли в одной роли. Помочь «жонглерам» проявить их таланты может система ПППП. Применять ее нужно следующим образом. Чтобы определять и устранять проблемы, в какой-нибудь отдел приглашают человека, подобного Лиаму. Он изучает все необходимое для устранения проблем и неполадок. Затем разрабатывает новые системы и проверяет их на практике. Убедившись в их действенности, он обучает обращению с ними кого-то в отделе. После чего, оставив подробные служебные инструкции, переходит в другой отдел.

«Жонглер с тарелочками» будет счастлив, потому что получит возможность изучать интересные вещи, придумывать и тестировать свои изобретения. И вдобавок учить других. Это все, что от него потребуется. Такая работа придется ему по душе, а компания будет работать эффективнее и процветать.

Идея понравилась Лиаму, но он был уверен, что подобных условий ему никто не предложит. И, вероятно, был прав. Похоже, ему стоило бы однажды начать собственное дело — если, конечно, удастся освободиться от ежедневной рабочей нагрузки в десять (и больше) часов.

Это казалось невозможным, но у меня был план.

Если вы «жонглер», вам несложно найти хорошую работу, где нужно выявлять и решать проблемы, но совсем не просто отыскать место, где можно задействовать все таланты разом или, по выражению Элизабет, использовать «всю систему тела и разума». Пусть даже вам здесь повезло, но, объективно, очень мало компаний, где правильно сумеют распорядиться многочисленными талантами сканера. Поэтому любому «жонглеру» следует задуматься над своей проблемой: как перейти от наемного труда к собственному делу?

— Вам нужно отложить деньги, завоевать сердца и построить собственное будущее.

— Завоевать сердца? — озадаченно переспросил Лиам.

Да, именно так я и сказала. Потому что уже знала: если «жонглер» на обычной работе тратит девяносто девять процентов времени на решение проблем, то с собственным делом они превратятся в двести процентов. А в делегировании полномочий никого нет хуже, чем «жонглер».

«Команды успеха», которые я начала организовывать на первых семинарах в конце 1970-х, не имели себе равных, когда требовалась моральная поддержка и нужно было отчитываться о выполнении своих планов. Но Лиам нуждался в особенной команде.

Про поддержку такого рода я прочитала в книге о Джиме Кларке, который стоял у истоков первого серьезного веб-обозревателя — браузера Netscape — и, по мнению многих, практически в одиночку создал приснопамятный «пузырь доткомов» в середине 1990-х. (Вы можете почитать о нем в книге Майкла Льюиса «Новейшая новинка»[7].)

Кларк был блестящим инженером, за которым пошли десятки других великолепных инженеров, потому что им нравилось, как он думает. Большинство из них работали в компаниях, которые Кларк создавал с нуля, а потом продавал и забрасывал. Судя по описанию, он действовал не просто как «жонглер», а как «жонглер» на стероидах.

«Неспособность Кларка жить без движения и перемен и сделала его тем, кем он стал. Перемены были нужны ему больше, чем деньги, которые поступали от этих перемен», — пишет Майкл Льюис. Кларк начинал как компьютерный инженер, а в те времена инженеры не казались важными птицами людям с деньгами, оттого и платили им соответственно. Но к 2000 году, когда была опубликована книга Льюиса, состояние Кларка оценивалось в сотни миллионов долларов и продолжало расти. Он делал деньги, создавая новые компании, и руководствовался почти той же схемой, которую я описала Лиаму, только «П» в ней было не четыре, а чуть меньше.

Все началось, когда он ушел из компании, где им чересчур пытались руководить. Кларк с удивлением обнаружил, что лучшие инженеры компании последовали за ним. Им нравилось работать с Кларком. Тогда он и стал применять систему управления новыми компаниями, практически соответствующую принципу Поучись, Попробуй, Передай, Покинь. Только выкинул середину, оставив первый и последний шаги. Он «учился» — то есть исследовал потребность в новых концепциях программного обеспечения и разъяснял это своим инженерам. А дальше уже не Пробовал это на практике и не Передавал никому знание. Он просто Покидал все. Остальное делали его инженеры.

История Кларка поражает. Конечно, она намного масштабнее, чем хотел для себя Лиам, но основную идею он уловил: Кларк завоевывал сердца инженеров, что давало ему власть воплощать идеи в реальность.

— Честно говоря, никогда не понимала, как Кларку удавалось добиться, чтобы люди за ним шли, — призналась я.

— Это как раз просто, — улыбнулся Лиам. — Все, что нужно, — уважать людей достаточно, чтобы дать им свободу действий и позволить самостоятельно решать поставленные задачи. А еще должно хватать мозгов, чтобы понимать ценность их решений. Я бы тоже пошел за любым, кто так относился бы ко мне.

— Вот как, — сказала я. — Тогда позвольте спросить. А за вами кто-нибудь пошел бы?

— Я одиночка. С другими инженерами общаюсь, только когда они приходят ко мне со своими проблемами, — ответил он, рассмеявшись.

— Вы не думаете, что пришло время все изменить?

Лиам пожал плечами.

Я знала, с чем столкнулась. Еще раньше заметила общую черту у «жонглеров» — они, как и Лиам, в основном были одиночками. Они сами чрезвычайно компетентны и не научились делегировать работу, при этом нетерпимы к тем, кто не может справиться с ней на их уровне.

Лиам снова пожал плечами. Я спросила:

— Так что ж, выходит, вы самый умный специалист из всех, кого знаете?

— Ну, в моем отделе, в моей компании — наверное, да.

— Может быть, пора расширить круг общения?

— На это нет времени.

Тогда я предложила ему план действий.

— Во-первых, организуйте курс лекций для лучших инженеров в вашей компании и научите их самостоятельно решать возникающие проблемы. Через несколько месяцев это даст вам выигрыш в виде освободившегося рабочего времени. Во-вторых, присмотритесь к этим же людям — с кем вы хотели бы работать, когда покинете компанию.

— А что делать, если они последуют из компании за мной?

— Научите их воплощать те превосходные идеи, о которых вы мне рассказывали.

— Как же я им буду платить?

— А вам и не надо. У вас появится своя фирма — она и будет платить.

— Гималайская горнодобывающая? Или Международный передвижной театр? Такие компании еле концы с концами сводят, хорошо если затраты на электричество себе окупят. В любом случае я все равно не знаю, с которой из двух начать.

— Вы должны начать все — и то, и то. Нужен инкубатор. Тогда удастся реализовать все способности. А финансирование как у некоммерческой организации, — сказала я ему.

Лиам наконец рассмеялся и откинулся на стуле. Я нащупала то, что любой «жонглер с тарелочками», подобный Лиаму, был бы счастлив делать: создать инкубатор для пяти-шести креативных фирм и запустить их все одновременно.

— Я же вижу, что вы согласны со мной, — сказала я и напомнила о письме, которое он послал мне за неделю до встречи.

Он задумчиво слушал, пока я читала письмо.

— Вы действительно встречали похожих людей, Лиам?

— Да, и много. Я просто забыл. Некоторые даже предлагали позвонить им, если у меня возникнут интересные планы. Это было несколько лет назад. Надо мне по воскресеньям устраивать бейсбольные игры и пригласить их поиграть.

Он взял ручку и начал писать.

Вот как можно создать проект, который задействует все ваши таланты: вы находите своих людей — не путем деловых связей, а благодаря неформальному общению. Если вы занимаетесь наймом сотрудников — для себя или своей компании, — то у вас есть прекрасная возможность отыскивать потенциальные таланты. Это может занять и год, и два, но, когда все будет готово, у вас появится своя собственная команда, не хуже, чем у Джима Кларка.

Если вы слишком завалены сиюминутными проблемами, но мечтаете о чем-то более творческом, присмотритесь к идее «переменного тока» — перемежайте интенсивное кручение тарелочек более неторопливыми и творческими занятиями. И расстаньтесь наконец с маской «одинокого волка». Начните присматриваться к тем, кто может и хочет вам помогать.

Необязательно работать в технической области, и необязательно нужна команда блестящих инженеров. Иногда все, что требуется, — нанять личного помощника.

На недавнем семинаре для сканеров одна участница подняла руку и рассказала:

Если у этой пары действительно стоящие идеи, то рыться в поисках счетов и бумажек — дурное применение времени и талантов. А кроме того, и потери в деньгах. Если вы плохо что-то умеете (например, управлять своими делами), не стоит нанимать себя на эту работу. Если вы хороши в генерировании идей, организуйте свою жизнь так, чтобы этими идеями и заниматься.

Я предложила участнице семинара нанять ассистента на неполный день, может быть, даже виртуального, работающего через интернет. Когда творческий человек тратит силы на то, что можно кому-нибудь перепоручить, это напрасное расходование талантов и обкрадывание всех, кто мог бы от этих талантов получить пользу.

У вас нет денег на ассистента? Думаю, что есть. Если взять подработку на один дополнительный день в неделю и потратить эти деньги на помощника, вы все равно с финансовой точки зрения останетесь в выигрыше, потому что сможете заниматься важными делами, пока помощник возьмет на себя каждодневные мелочи. А вы перестанете изнурять свой блестящий и острый ум деятельностью, в которой все равно не сильны.

Когда Лиам ушел, я знала, что заставила его задуматься, но полностью он мне все же не поверил. Я сделала все, что было в моих силах. Сказала ему — и повторю вам, — что нужно собраться и принять на себя ответственность за свой необыкновенный мозг. Если не использовать свои возможности, они пропадут даром. Осознайте, что вам нужно, и сражайтесь за это. Не закапывайте свои таланты — они нужны миру. Словом, я сделала все, что могла, — оставалось только скрестить пальцы.

Через несколько недель я получила от него еще одно письмо:

Я сразу отправила ответ:

Назавтра он откликнулся:

Буду болеть за Лиама.

И за вас тоже.

Теперь поговорим о сканерах, которые не возвращаются по кругу к одним и тем же проектам, а постоянно двигаются вперед. Кто-то медленно, как наш «двойной агент», посвящая чему-то одному месяцы или годы; кто-то быстро, со скоростью «жонглера с тарелочками».

Итак — последовательные сканеры.

Похоже, я способен чем-то заниматься не дольше четырех-пяти лет подряд, потом хочется сменить дело. Честно говоря, иногда это угнетает — все время начинать с нуля!

Я беспокоюсь, что никогда не добьюсь хоть какой-то стабильности. Но любая область занятий перестает меня интересовать по прошествии определенного времени.

Когда Гарри получил награду как самый успешный риелтор в компании, его семья устроила празднование. Из безработного художника-графика четырьмя годами ранее (которому вечно недоплачивали, даже когда были заказы) он превратился почти в богача. Продажа домов и офисных помещений давалась ему легко, и дело он постиг досконально.

На вечеринке начальник Гарри поднял бокал шампанского за виновника торжества: «Гарри изучил бизнес недвижимости, стал знатоком истории зданий в нашем округе и даже ведет колонку в местной газете. Он создал первый в штате сайт, где можно смотреть предложения по домам и назначать встречи с риелтором. Такого человека редко встретишь!» Гарри сиял.

— Не знаю, в какую сторону ты дальше будешь развиваться, но надеюсь, ты не метишь на мое кресло! — расхохотался начальник.

— Нет, Джо, не беспокойся. Я вообще ухожу из недвижимости, — с улыбкой ответил Гарри.

В комнате повисла тишина. Родственники выглядели потрясенными.

— Что ты такое говоришь? — зашумели они.

— Я хочу преподавать английский в старших классах. А заодно написать книгу об этом.

Все сидели, мягко говоря, ошарашенные. Но для Гарри все было вполне логично:

— С чего бы мне хотеть снова и снова заниматься одним и тем же?

— Ради денег хотя бы! — вскричал брат.

Присутствующие с облегчением рассмеялись. Когда снова стало тихо, Гарри, все еще улыбаясь, продолжил:

— Денег у меня достаточно. Даже больше, чем нужно. И теперь я хочу попробовать что-нибудь новое.

Это произошло за три года до нашей первой встречи на учительской конференции, где я выступала. Гарри уже не только преподавал в старших классах, но и написал честное повествование об этом. Он не был уверен, что хочет публиковать рукопись, потому что рассматривал ее как пробу пера, познавательный опыт, но предполагал, что в следующий раз у него получится гораздо лучше. Только он оставит преподавание, поскольку собирается на неисследованный остров у южных берегов Южной Америки, чтобы написать об остатках маленького племени, которое там живет.

Для Гарри все выглядело очень просто. Не стоит тратить жизнь на зарабатывание денег, которые уже не нужны, и незачем терять время на то, что уже научился делать.

Гарри — типичный сканер. Он любит жить и любит познавать. С самого раннего возраста он обладал способностью полностью погрузиться в одну тему на несколько недель, а иногда и лет. Он, несомненно, всегда был умен, но помимо того, ему достались и разнообразные таланты. Ему нравятся природа и математика, он любит разбирать и собирать вещи, а еще изобретать всякие устройства для повседневного пользования; он хорошо ориентируется в незнакомых местах. Еще он добр и хорошо чувствует людей (ученики его любили). Похоже, нет на свете того, чего Гарри не умеет или не может.

И только одно на протяжении всей его жизни остается неизменным — поиски нового и неизведанного. Он подходит к этому, как актер берется за новую роль. В чем же заключается его «награда», какой нектар он собирает? У Гарри ответ был наготове.

Я познакомилась с Эдит в прошлом году во время консультации по телефону. Сразу после обмена приветствиями она задала вопрос, рассмешивший меня:

— Где тут записываются на реинкарнацию? Похоже, иначе мои проблемы не решить.

— Чувствуется, что говорит сканер, — ответила я.

Но она так не считала.

— У вас есть название для человека, который занимается лет пять чем-то одним, а потом от этого устает? По-моему, это не сканер. Я уже три раза так делала. Просто не понимаю, что со мной.

Я попросила рассказать подробнее ее историю.

— Может, закончилось то, что вам нравилось? — предположила я.

В голосе ее зазвучал интерес:

— Управляться с этими катастрофами было нелегко, но всегда увлекательно — я чувствовала, что делаю что-то действительно стоящее. Но послушайте, нельзя же просто взять и выбросить налаженное с таким трудом! Я продала дело, поскольку мы переехали в другой штат, там я купила крохотный убыточный магазинчик бытовых приборов — и тут все снова завертелось! Естественно, когда все вошло в колею — вместо того, чтобы успокоиться и зажить счастливо, — я немедленно захотела продать магазин! Может быть, я из тех, кто боится успеха?

— Больше похоже, что вы боитесь скуки. Вы очень упорно работали, чтобы достичь успеха.

— О! А разве можно бояться скуки?

— Однозначно можно, — рассмеялась я. — Для сканеров это страшнее, чем криптонит для Супермена. Им начинает казаться, будто жизнь кончена, — в точности, как это было у вас.

— Ничего себе! А что с этим делать? Как бороться со скукой?

— Делать все возможное, чтобы ее избежать. И вы поступили правильно.

— Вот это да! — изумилась она.

Почему сканеры бегут от успеха? Он их пугает? Они страшатся обязательств? Или все гораздо проще?

Люди, которые хотят делать что-то в свое удовольствие, отличаются от людей с амбициями. Когда вы амбициозны, ваша цель — успех, какое бы определение ни давалось этому слову в вашей культуре. Вы занимаетесь чем-то упорно, несмотря на препятствия и трудности, потому что стремитесь — к деньгам, престижу, наградам и премиям. Для большинства из нас именно по таким признакам и определяется успех. Если вы добились перечисленного, все вами восхищаются. Вы победитель.

Однако у сканера иные устремления — часто непонятные окружающим, и даже иногда самим сканерам. Если вы постоянно меняете свои цели или, как Гарри и Эдит, едва добившись успеха, уходите не оглядываясь, все начинают предполагать, что с вами «что-то не так». Никому в голову не приходит, что вы цените что-то больше, чем успех.

Но именно так и поступают сканеры. Если спросить их, почему они бросили то, чем страстно интересовались и над чем упорно трудились, они объяснят: потеряли интерес. Для окружающих в этом нет никакой логики. Подумаешь, какая важность! Разве можно все время развлекаться? Не пора ли уже вырасти? Сканеры не знают, что ответить. Просто они не могут делать что-то скучное. И знают, что выбора в действительности у них нет.

Они словно существа из научно-фантастической книжки, которые могут летать на энергетическом луче, а сойдя с луча — сразу слабеют и валятся на землю. Возвращаясь на луч, они снова обретают энергию, а с ней и способность летать. Для сканера таким лучом практически всегда служит изучение чего-то, что часто включает решение проблем и изобретательство, творчество и размышления и тому подобное. Это и доставляет сканеру удовольствие.

Сканеры любят не столько знать, сколько познавать. Вот почему Гарри хочется попробовать новую жизнь, а Эдит — спасти загибающийся бизнес. Так что Гарри никогда не станет мультимиллионером в империи недвижимости, а Эдит — хозяйкой преуспевающего магазина. И их это не беспокоит.

В обществе, нацеленном на успех, они дорого платят за подобное отношение к жизни.

Почему, если речь идет о сканерах, я считаю, что родня заблуждается? Почему убеждена, что сканеры отличаются от тех, кто отказывается от успеха по эмоциональным причинам?

Потому что знаю: когда вы отказываетесь от чего-то, чего действительно хотите, все остальное будет казаться вам недостаточным. Если же сканер отвергает что-то — значит, у него есть взамен что-то лучшее.

Чего же хотят «серийные специалисты»? Что для Гарри и Эдит важнее, чем деньги, престиж и успех?

Это заявил Гарри — блистательный продавец недвижимости, который, бросив все, стал преподавателем и писателем. Он смеялся, но именно так и думал. Герой рассказа Джеймса Тербера «Тайная жизнь Уолтера Митти» — муж-подкаблучник, но в своих фантазиях — смельчак, сорвиголова: то не знающий себе равных решительный хирург, то пилот, офицер военно-морской авиации, которому сам черт не брат.

Гарри с большим чувством цитировал строки оттуда: «Зажечь сигнальные огни! Ускорение до восьми с половиной тысяч! Мы прорвемся!»

Мы улыбнулись.

— Хотите вести жизнь отчаянного удальца? — спросила я.

— Да нет, просто интересную, — ответил он.

— А я хочу жизнь удальца… — Эдит сама удивилась своим словам.

В ходе обсуждения мы выявили два любопытных поведенческих паттерна. Гарри нравилось проживать разные жизни, на собственном опыте узнавать, как устроен изнутри чей-то мир. Эдит любила чувство восторга и напряжение, когда нужно подхватить ситуацию, близкую к катастрофе, и в невозможном рывке вырулить в правильную сторону. Если Гарри был социологом, то Эдит — пожарным.

Они точно знали, что им нравится. Но все же у них была проблема, причем серьезная, с которой так или иначе сталкиваются все сканеры. Невозможно добиться финансовой стабильности, если то и дело меняешь профессию. И, конечно, к вам никогда не будут относиться как к авторитетному специалисту.

Гарри произнес целый монолог:

То же волновало и Эдит, которая сформулировала кратко:

Тогда я рассказала им о «серийных специалистах», которые преуспели, не переставая быть сканерами. Некоторые из них создали себе «зонтичную» карьеру.

Глория — консультант по малому бизнесу. Ей, как и Эдит, нравится спасать терпящих бедствие: она поднимает на ноги фирмы, которые терпят трудности, и сделала это профессией. У нее есть интернет-журнал для индивидуальных предпринимателей и сеть семинаров по всему миру для крохотных фирм — от Колорадо до Сибири. Но Глории всегда было трудно подолгу заниматься одним делом.

Среди сканеров с «зонтичной» карьерой и Трейси Киддер — один из моих любимых писателей.

Я всегда говорю о Трейси, когда на семинарах и лекциях объясняю, кто такие последовательные сканеры. Киддер здесь — прекраснейший пример. Как и Гарри, он счастлив, когда с головой уходит в одну тему на несколько лет. Освоив предмет настолько, что это устраивает его самого, Трейси Киддер пишет книгу. Каждая рассказывает о совершенно ином мире. The Soul of a New Machine — первая его книга, посвящена разработке первого домашнего компьютера. Во второй книге, House[8], Трейси описывает проектирование и строительство частного дома. Больше четырех лет он проводил чуть ли не каждый день вместе с семьей, которая возводила дом, с их архитектором и строителями. «Я был повсюду и везде, фиксировал все. Рабочие говорили: на меня надо надеть колокольчик, чтобы знать, когда я их подслушиваю», — рассказывал он на презентации.

Киддер написал много книг, и карьера у него — одна, а каждая книга — ступенька в ней. Каждый раз он погружается в новый, неизвестный мир — но при этом у него нет необходимости начинать карьеру с нуля.

Писатель или журналист может построить свою профессиональную деятельность подобным образом, поскольку умение писать книги, как и консультирование, идеально подходит для «зонтичной» карьеры. А «зонтичная работа» идеально подходит «серийным специалистам».

Положите рядом с собой дневник и возьмите ручку — на случай, если список ниже напомнит о каких-то ваших навыках, подходящих для «зонтичной» карьеры. (Поспрашивайте друзей и домочадцев — вдруг они тоже припомнят что-то важное.) Вот несколько идей, от которых можно отталкиваться.

Писатель. Вы можете несколько лет заниматься одной темой, написать об этом книгу, а потом переключиться на что-то новое.

Преподаватель. Вы можете выбрать область, которая охватывает интересующие вас направления — социологию, массовую культуру, экономику, сравнительное литературоведение, — и вам будут платить за изучение того, что вас привлекает. Вы можете даже путешествовать, отправляясь в другие страны как приглашенный преподаватель.

Историк. Все имеет свою историю: каждый бизнес, семьи, разведение породистых собак, мода — в самых разных мирах могут быть востребованы ваши услуги по написанию исторических исследований.

Лектор. Многим организациям нужны хорошо подготовленные люди для выступлений по абсолютно различным темам. На этом поприще могут быть задействованы многие ваши способности и интересы. Кроме того, впоследствии записи лекций можно превратить в книги, буклеты, доклады, онлайн-уроки, новостные рассылки — что угодно по вашему выбору.

Специалист по решению проблем. Хотя это не профессия, вы можете заниматься этим на любой работе, если вызоветесь выявлять и устранять неполадки по всей системе. Выберите интересное для себя место — зоопарк или главный офис сети языковых школ — и используйте возможность, получая удовольствие, создавать себе репутацию.

Информационный брокер. Так замысловато называют человека, которого просят что-то для кого-то найти. Если вы фрилансер, вашими клиентами могут быть и большие корпорации, и маленькие фирмы, и писатели, и телевизионные шоу. То есть вы будете зарабатывать, не лишаясь при этом главного удовольствия сканера — разнообразия тем и интересов.

Журналист. Разновидность писателя, однако журналист переходит от темы к теме намного быстрее, чем это делает Трейси Киддер. Если вы «серийный специалист» и не желаете застревать на одном проекте дольше нескольких месяцев, то журналистская работа как раз для вас.

Исследователь. Разновидность информационного брокера, но в этом случае можно быть не фрилансером с массой клиентов, а работать на одну компанию.

Библиотекарь. От вас потребуется предоставлять ответы на самые разные вопросы, платить же будут, скорее всего, меньше, чем за профессиональную деятельность, о которой мы говорили выше. Однако у этой работы есть возможность стать «портативной», то есть позволяющей найти относительно долгосрочные позиции по всему миру.

Персональный помощник. Работа на семью, коллекционирующую предметы искусства, занимающуюся благотворительностью и устраивающую приемы для влиятельных людей в разных сферах — опыт одного рода. Работа на актера, профессионального спортсмена или на семью университетского профессора — дает самый разнообразный опыт.

Сотрудник благотворительного фонда. Занимаясь рассмотрением запросов на гранты в крупной благотворительной организации, вы ежегодно будете в курсе сотен невероятно разнообразных программ. При этом вы остаетесь на одной должности.

Владелец бизнеса. Можно, например, организовать школу для взрослых, приглашать преподавателей и лекторов и предлагать вечерние классы по любым предметам и темам, какие только есть на свете. Или стать владельцем фирмы, которая проводит исследования и консультирует общественные телеканалы, какие документальные фильмы давать в эфир.

Консультант. Это значит, что можно отбросить все скучное, что относится к нынешней работе, и помогать другим компаниям, занимаясь тем, что вы находите в своей профессии интересным.

Продюсер документальных фильмов. Вы можете заняться этим в качестве увлечения, но если дело пойдет хорошо, то хобби обернется профессией, которая бесконечно переменчива и всегда нова. Конкурировать с другими в узкой нише телепоказа необязательно. Прибегнув к воображению, вы найдете множество возможностей зарабатывать на документальных фильмах, подобно историку, упоминавшемуся выше.

Однажды я познакомилась с женщиной, у которой было бизнес-образование и высокооплачиваемая должность, но однообразная работа, и корпоративный мир настолько наскучили ей, что она решила уволиться и путешествовать, пока не иссякнут сбережения. Что будет дальше, она не представляла.

Итак, она подала заявление, и тут приятель рассказал ей о вакансии на студии документальных фильмов. Там в бюджетный отдел требовался постоянный сотрудник с возможностью ездить за границу. Это было шесть лет назад. Вот что она говорила мне потом.

Если вы сканер и у вас есть желание написать книги о каждой из ваших специальностей — которых как у «серийного специалиста» у вас много, — но нет предрасположенности к сочинительству, наймите того, кто по собранному вами материалу напишет книги за вас.

Есть множество писателей, согласных на такую работу, их объявления можно найти в профильных журналах. С другой стороны, если вы любите писать, но не хотите оставить нынешний образ жизни, чтобы погружаться в другой мир, можно самому заняться такой литературной обработкой или писать за других.

Гарри все эти варианты показались очень привлекательными.

Так что вполне возможно: однажды мы еще услышим о Гарри.

Сканеры часто жалуются, что у них в резюме слишком много пунктов, а работодатели этого не любят. Но если составить «бесконечное резюме», так сказать, для внутреннего пользования, добавляя в него каждое приобретенное умение, — это будет очень полезный инструмент.

Потенциальному работодателю вы его посылать не станете (по крайней мере, не целиком), но вам в любое время будет доступен полный перечень ваших умений и опыта, из которого можно выбирать то, что захочется.

Причина, по которой я предлагаю свести весь полученный опыт воедино, в том, что так вы не упустите ничего из того, что можно применить в «зонтичной» профессии.

Возможно, вы вспомните, что умеете хорошо ладить с людьми, даже не зная их языка. Или что людям нравится, как вы готовите. Или что вы отличный водитель. Что бы ни вспомнилось — добавляйте в список. Внимательно просмотрите все свои «серийные» специальности. Вы можете найти такую нишу и придумать такую профессиональную стезю, которые никому в голову не приходили. Некоторые на любой работе задают себе вопрос: «Если я отсюда уйду, смогу ли вернуться независимым консультантом? По какой именно линии?»

С каждым годом «серийный специалист» расширяет спектр областей, где у него накоплен опыт. Можно использовать знания, полученные из каждой сферы, чтобы создать сеть консультационных направлений: одно для радиостанций, другое — для художественных выставок, третье — для педиатров, четвертое — для ветеринарных клиник.

Я предрекаю всем вам замечательное будущее.

Начните, не откладывая, вести журнал с записями (и фотоматериалами) любого опыта, который вы получаете, — даже если пока не уверены, что это пригодится в дальнейшем. Когда вы найдете профессию, где все это можно будет использовать, неплохо под рукой иметь перечень.

Но если вы похожи на меня, вести специальные записи вам будет лень, поэтому предлагаю относительно безболезненный способ сохранять все в записанном виде: пишите письма друзьям и близким отовсюду, где бы ни были и чем бы ни занимались. Для этой цели рекомендую отличный сканерский инструмент.

Электронная почта. Выберите любой бесплатный почтовый сервис. Заведите там аккаунт и можете посылать письма друзьям (как, впрочем, и себе) хоть с домашнего, хоть с любого компьютера в мире — лишь бы был интернет.

Делать заметки просто так довольно скучно, но писать друзьям о своих приключениях — лучший способ зафиксировать, что вы сделали. Почему письма? Потому что, сочиняя письмо, вы думаете не об учителе грамматики, а о своем читателе. Письма почти все пишут хорошо. Изложение непосредственное, бесхитростное, и не лень описывать множество деталей. Если у вас есть отзывчивый и понимающий друг, а еще лучше — любопытный, который задает кучу вопросов, — вы, когда понадобится, легко соберете вместе все нужные записи. Этим живым и подробным «вестям с полей» вы очень обрадуетесь, когда отыщете свой «зонт» и будете нуждаться в деталях прежнего опыта.

Таковы некоторые способы вести жизнь «серийного специалиста» — жизнь, которая вам будет нравиться. При этом и окружающие будут воспринимать вас как человека с одной профессией и стабильным заработком. Уверена: скоро вы придумаете и другие варианты деятельности.

В следующей главе мы познакомимся еще с одним серийным сканером. Сканер этого типа выбирает сферы своих интересов, руководствуясь совершенно иными желаниями — не для того, чтобы погрузиться в новую среду, а для того, чтобы достичь в чем-то мастерства.

В прошлом месяце я выиграл в третий раз соревнования по конкуру. Теперь готов заняться чем-нибудь другим. Тренер разочарован, а семья просто думает, что я спятил.

Когда я достигаю в чем-то настоящего мастерства, я неимоверно счастлива. Но в какой-то момент мне хочется попробовать что-то новое. Что именно — я часто не знаю, и это проблема. Наступает время растерянности.

Чем только я ни занимался в жизни (и с большим успехом, хочу заметить) от игры на японских барабанах тайко до торговли на бирже и всего такого. Оставлял каждое дело, когда достигал уровня мастерства, который меня удовлетворял, — переключался на что-то новое. Казалось бы, где-то в реальном мире это должно быть полезным, однако мои личные триумфы так ни во что и не вылились. Я никогда не смогу найти работу, которая мне подойдет.

Таня руководит собственной школой боевых искусств. Школа досталась ей от учителя, весьма уважаемого мастера, который ушел на пенсию и уехал в Японию. Быть выбранной главой школы — большая честь, но у Тани это обстоятельство вызывает смешанные чувства:

Таня никогда не раскрывала своих чувств учителю, но подобные мысли одолевали ее с самого детства, и она поделилась ими со мной.

Джерри, художник-график по профессии, прислал мне цитату из Анаис Нин[9], которая великолепно иллюстрирует, что обыкновенно чувствует «серийный мастер».

«Вот ради чего я встаю по утрам. Я думал, что все ощущают нечто подобное, а если нет, то лишь потому, что с ними что-то не так!» — сказал Джерри. Его больше всего восхищает совершенство.

Эти свидетельства открыли мне то, чего я раньше не замечала. Люди, которые стремятся к мастерству на каком-то поприще — будь то теннис, бридж или поэзия, — говорят, что у них гораздо больше общего с теми, кто хочет добиться совершенства в любой иной сфере, чем с несерьезными любителями в той же самой. Стремящиеся к мастерству прекрасно понимают друг друга и совершенно не приемлют небрежных и половинчатых усилий.

Однако очень часто, если вы любите мастерство ради самого мастерства, практичные окружающие вас не понимают:

— Слушай, а для чего тебе чешский?

— Выиграла конкурс пивоваров? Отлично! Найди финансирование и открой свою пивоварню!

Но «серийный мастер» уже получил «награду», за которой шел, — и давно переключил внимание на другие интересные вещи.

«Серийному мастеру» не следует считать усилия, потраченные на изучение чего-либо, напрасными, даже если он не занимается изученным регулярно, потому что он, как и многие сканеры, — коллекционер. Разумеется, он собирает знания о себе и о процессе освоения нового предмета. Но кроме того, он коллекционирует и настоящие умения: языки, боевые искусства, даже скалолазание! И с каждым из обретенных умений возрастает его ценность как профессионала — так же как профессионализм музыканта возрастает с каждым музыкальным произведением, добавленным в репертуар.

Где вы собираетесь исполнять свой репертуар? Будете ли учить других играть на кларнете или плести кружева? Скорее всего, нет, хотя с удовольствием вызоветесь помочь, когда встанет вопрос, на который никто, кроме вас, не может дать ответ. Но обучать какому-то предмету снова и снова вам хочется ничуть не больше, чем постоянно изучать одно и то же. Как вы скоро увидите, все умения из вашего репертуара могут послужить созданию карьеры, отвечающей вашим потребностям, — такой, которая будет поддерживать любовь к мастерству ради самого мастерства.

Нам всем есть чему поучиться у «серийных мастеров», независимо от того, любим мы бросать вызов своим способностям или нет. Каждый «серийный мастер» знает, что, когда упражняешься, чтобы научиться чему-то — разбираться в математике, слушать музыку, танцевать рок-н-ролл или уметь жонглировать, — это сказывается на общем самочувствии так же положительно, как и физические упражнения.

Если вы не «серийный мастер» и вам несвойственно наслаждаться процессом совершенствования ради него самого, хотя бы попробуйте — в качестве упражнения. Вам не помешает научиться крутить йо-йо или играть на губной гармошке. Вы почувствуете вкус к настойчивости и упорству, которые могут когда-нибудь пригодиться.

Если на это нет времени (ведь у вас масса других, более интересных занятий), совместите приятное с полезным — упражняйтесь, когда играете со своими детьми или племянниками. Пусть они натаскают вас крутить йо-йо и не отстают, пока вы не наловчитесь. Дети очень многое знают о том, как совершенствовать навыки, и могут поделиться своими знаниями.

Однако если вы «серийный мастер», у вас есть проблема, которой нет у большинства других сканеров.

Когда вы достигаете намеченного уровня мастерства и готовы двигаться дальше, часто оказывается, что делать вам нечего. Там, где остальных сканеров со всех сторон манят новые соблазнительные проекты, «серийные мастера» как будто попадают в пустыню. Им непросто найти новый вызов своим силам. А ощущать, что остался «с пустыми руками», крайне неприятно.

Частично причина отчаяния «серийных мастеров» во время простоя между занятиями заключается в том, что они не видят связи между вещами, к которым их влечет, и потому не ведают, в какой стороне искать новое. Нередко они говорят, что на новый интерес нужно «набрести, наткнуться, дождаться, пока он сам объявится». Я часто удивляюсь, почему такие целеустремленные и решительные люди не ищут активно то, что так важно для них. Кажется, будто они не понимают, что лежит в основе того, что их притягивает.

Если вы еще не делали попыток проанализировать, что привлекает вас к тому или иному занятию, попробуйте ответить на вопросы, приведенные ниже. Многим «серийным мастерам» из числа моих клиентов они помогли отыскать следующее увлечение.

• Опишите моменты, когда вы впервые поняли, что вас привлекает каждый из ваших предыдущих интересов.

• Есть ли в этих моментах нечто общее?

• Что самое существенное вы видите в них всех?

• Вы можете перечислить сферы, которые вам точно неинтересны?

• В них есть что-то общее?

Какой великолепной карьерой?

Таня, как и многие из «серийных мастеров», не могла представить, чем займется, если уйдет из своей школы.

На самом деле существует масса приносящих удовлетворение и хорошо оплачиваемых профессий, которые подходят этому типу сканеров. Один из моих клиентов, истинный «серийный мастер», стал агентом для лучших преподавателей в областях, где сам достиг мастерства (йога, тай-цзи и медитация), и теперь подыскивает им работу на лучших курортах страны.

Другая клиентка — коуч. Она работает с профессиональными спортсменами, которые покинули большой спорт, занимается вопросами их карьерного и личностного роста. Хотя сама она никогда в жизни не была спортсменом-профессионалом, дело процветает, поскольку она очень хорошо понимает проблемы людей, которые к ней обращаются.

Некоторые «серийные мастера» сами меняют работу.

Самый передаваемый навык «серийных мастеров» — умение достигать совершенства. «Серийные мастера» по природе своей лидеры и понимают, как сделать, чтобы люди хотели добиться успеха. Они специалисты по разрушению шаблонов и представлений человека о собственных пределах. Они понимают механизм стремления к успеху, как хороший механик понимает двигатель — во всех деталях.

Вы можете стать отличным наставником или школьным учителем, но эти профессии будут отнимать у вас слишком много времени. А вам нужно зарабатывать на жизнь, получать отдачу и уважение — для счастья и душевного равновесия вам требуются новые задачи.

Вот почему я думаю, что самая подходящая профессия для «серийного мастера» — мотивационный оратор.

Не так давно я возвращалась с презентации, которую проводила на женском чаепитии в Рочестере — мероприятие спонсировалось местной больницей. Это было весело, дамы пришли в восторг, что у них есть лектор, заплатили хорошо, а вся поездка, с прилетом и отлетом, заняла всего день. По пути в аэропорт агент, которая сопровождала меня, говорила о знаменитых спортсменах, которых часто приглашала для выступления на мероприятиях. Я удивилась:

— А что они могут рассказать женщинам?

— О, спортсмены постоянно бросают вызов себе! Их истории очень вдохновляют, а все любят вдохновляющее, — ответила моя спутница.

Я поняла, что она права. И что никто на свете не способен так вдохновлять, как «серийный мастер».

Поэтому, чтобы помочь «серийным мастерам», с которыми я работала, я создала специальную программу, объясняющую, какие следует предпринять шаги, чтобы стать мотивационным оратором. Если вас это интересует, запишите этот путь и свои соображения в Дневнике сканера.

Я весьма неплохо делаю массу вещей, но выдающихся достижений у меня нет ни в чем. Не верится, что когда-либо найду то, к чему буду испытывать страсть.

Я всегда надеюсь, что следующее мое увлечение окажется «тем самым» — станет моим призванием, будет блестяще получаться, вырастет в потрясающую карьеру.

Фил не оставляет попыток. Каждый раз, записываясь на новый учебный курс или устраиваясь на новую работу, он надеется, что это навсегда, потому что мечтает прекратить поиски и остановиться на одной профессии, одном образе жизни. Поначалу все выглядит отлично. Ему кажется, что он может быть счастлив, работая на этом месте, с людьми, которые ему нравятся. Но через некоторое время Фил понимает: текущая ситуация чем-то не устраивает его, и он снова начинает потихоньку собираться в путь.

Фил пробовал учиться в бизнес-школе. С успеваемостью все было отлично, но он понял, что не разделяет жизненных установок однокашников — его не привлекает возможность разбогатеть или стать вице-президентом чего-то, — так что через пару семестров он бросил школу. И после этого задумал стать инструктором по подводному плаванию, поскольку любил море, морских животных и был пловцом от природы. Он полагал, что на сей раз сделал правильный выбор, поэтому отправился на Багамы и начал тренироваться. Инструктор сразу отметил, что у Фила есть и склонность, и физические данные, чтобы профессионально заниматься подводным плаванием, о чем не замедлил сказать. В течение месяца Фил активно учился, потом в душу стало закрадываться знакомое неприятное чувство.

У Фила была способность к языкам, и он какое-то время жил за границей.

Фотограф, экскурсовод, импортно-экспортные операции, одно за другим — чего только Фил не испробовал, но все заканчивалось одинаково.

Он не одинок.

Похоже на тупик, верно? Как справиться с неизбежным разочарованием в деле? У «швеца-жнеца» множество талантов, но это еще не все: они из тех, кто остается на посту и выполняет обещанное. Они всерьез работают и завершают свои дела. С такими качествами они должны бы преуспевать в бизнесе, или искусстве, или в любом другом виде деятельности — но это случается редко. Почему?

Потому что «сферы деятельности» и «профессии» совсем не главное для «швеца-жнеца». В реальности они не ищут «правильной» карьеры, даже если сами в это свято верят. Фактически «швецу-жнецу» подойдет любая приятная должность, если его устраивают зарплата, рабочие часы и коллеги. Его не смутит и требующая внимания монотонная работа, которая не всякому по душе. Для «швеца-жнеца» важно в первую очередь окружение, люди, с которыми он работает. А одерживать победы не важно. «И швец, и жнец» вообще не стремится преуспевать — он просто хочет быть счастливым. Лайонел — показательный пример:

Фил устроился на низкооплачиваемую работу корректора в маленьком рекламном агентстве. Он так хорошо вылавливал и исправлял ошибки, что скоро был повышен до редактора. Как-то раз его попросили присоединиться к мозговому штурму — нужен был слоган для рекламы. Раньше он часто придумывал такое для собственного удовольствия, и у него неплохо получалось. Его стали приглашать постоянно и через некоторое время перевели в копирайтеры.

Однажды он заметил, что на корректуру вернулся уже выправленный им прежде текст. Тогда Фил разработал систему, позволяющую избегать подобных накладок в процессе редактирования. Кроме того, он написал инструкцию к одной из изученных им компьютерных систем.

Так как Фил знал несколько языков, его часто звали объясниться по телефону с иностранными клиентами. Он легко налаживал контакты, и его попросили заботиться о досуге клиентов, когда те приезжали в город. Поскольку Филу нравилось бывать в ночных клубах, слушать музыку и веселиться с друзьями, его культурные программы имели у клиентов успех — он знал лучшие рестораны, самые интересные достопримечательности (даже нашел музей обуви для дочери одного клиента!)

В течение первого года ему трижды поднимали зарплату.

— А вы хотели бы перейти на руководящую должность? — спросил начальник.

— Нет, совершенно не хочу, — ответил Фил, к большому удивлению руководителя.

— Но почему?

— Мне нравится все как есть. Это отличная компания и очень интересная работа. Вы даете мне возможность заниматься множеством разных вещей. У меня нет никаких претензий.

Во время нашей беседы он сказал:

И Фил прав. Если бы существовала должность «самый ценный игрок в команде», то Фил идеально бы ей соответствовал. Сканеры этого типа практически без исключений обладают качеством, которое не упоминается в описаниях вакансий: умеют приходить на помощь, выручать других и спасать ситуацию.

Хилари, еще один представитель «швецов-жнецов», была очень рада услышать это о себе.

Марк, еще один «и швец, и жнец», согласен с ней:

Если вы «и швец, и жнец», то запомните: с вашим резюме все в порядке — вы просто искали не в тех местах и, скорее всего, оценивали свои способности не по тем критериям. Ваша цель — не громкая должность и не огромная зарплата: больше, чем сканерам остальных типов, вам необходимо быть удовлетворенным жизнью.

Поставьте на эту главную потребность, и успех придет раньше, чем вы думаете.

Неужели «и швец, и жнец» обречен не встретить свою страсть? Вовсе нет. Возможно, вы в двух шагах от нее. Просто она кроется не в какой-то особенной работе или карьере. Как бы вам ни нравилось учиться и проходить подготовку к профессии, ваша страсть, скорее всего, поджидает вас совсем в ином месте.

Фил нашел ее там, где и не думал искать: они с женой завели ребенка, и Фил вдруг понял, что создан быть отцом. Он стал искать через интернет заказы на редактирование и корректуру и отказался от всякой работы, требующей покидать дом, и теперь мог сидеть с сыном почти безвылазно. «Я хочу находиться здесь, играть с ним и смотреть, как он растет», — сказал Фил.

Ему нравится готовить, и частенько он зовет на ужин друзей. Когда ребенок родился, Фил вытащил давно заброшенную гитару и стал наигрывать малышу разные мелодии, что приносило им обоим массу удовольствия. Джейк, один из друзей семьи, часто приходивший на их посиделки со своими двумя детьми, однажды услышал, как Фил играет, и предложил вступить в группу. Теперь Фил исполняет песни и сам пишет их.

Джейк, кстати, еще один дружелюбный «и швец, и жнец». Он умеет делать практически все, чего не умеет Фил, — вместе они отлично проводят время: записывают песни, создают рисунки для обложки диска, разрабатывают сайт (графика Джейка, тексты Фила). В клубы и рестораны договариваться о выступлениях тоже ходят вместе. Фил с улыбкой говорит, что детей они всегда берут с собой: такая милая компания явно идет на пользу делу.

Как он оценивает нынешний поворот в жизни?

Итак, какие карьерные решения существуют для «и швеца, и жнеца»? Эта современная версия «универсального человека» эпохи Возрождения — галантный парень, который равно хорош и на дуэли, и в танцах, — не вписывается ни в одну профессию. Новые умения, командные проекты всегда будут привлекать этих сканеров. Так где же им искать работу? Ответ прост: везде, где хочется.

Не имеет значения, за какую работу какого уровня вы возьметесь. Как и Фила, вас, вероятно, повысят, едва увидев, на что вы способны. Если у вас нет необходимых навыков, вы их быстро приобретете, потому что умеете учиться. Это одно из мета-умений, приобретенных вами в странствиях. Пока коллеги относятся к вам хорошо и ладят друг с другом, вы будете довольны местом. Если атмосфера испортится, то вы, наверное, уйдете, но без труда найдете новую работу. Всем нужен кто-то вроде вас, а вы любите быть компетентным, помогать людям, разрешать проблемы, с которыми к вам обращаются.

При этом вполне можно продолжать исследовать новые области, если это доставляет вам удовольствие. Главное, не подписывайтесь на них серьезно и не пускайтесь в траты. Если какая-то профессия, или бизнес, или сертификационная программа кажутся вам интересными, найдите способ попробовать, не вкладывая слишком много времени или денег. Даже если ничего серьезного из этого не выйдет, всегда есть возможность узнать что-то новое и завести новых друзей.

Такие попытки бывают совсем не сложными. Вот история сканера, которая иллюстрирует вариант «примерки профессии».

Часто отличный способ для «швеца-жнеца» попробовать новую профессию — контрактная работа.

Продолжайте искать — и однажды найдете. Правда, вполне возможно, что ваше страстное увлечение не будет иметь отношения к карьере, учебному заведению, сертификатам, и даже к статусу или деньгам. Практически всегда оно связано с хорошими друзьями, с приятным домом и семейной жизнью, с каким-нибудь сильным увлечением вроде садоводства, небольшого бизнеса, яхт-клуба или, как у Фила, — игрой в музыкальной группе.

Подумайте. Какая жизнь кажется вам хорошей? Забудьте о положении, о громких должностях, которые так важны для ваших друзей, и решите, что в действительности требуется вам для счастья. Вспомните какой-нибудь хороший период в своей жизни и попробуйте выделить самые важные для вас элементы. Именно они, а не что-нибудь имеют определяющее значение, особенно для человека вроде вас, которому важнее всего набирать один счастливый день за другим. Помните об этих элементах, тогда вы будете знать, что ищете, и постараетесь привнести их в свою жизнь.

Лучшая модель жизненного устройства для «швеца-жнеца» — модель «Самый ценный игрок».

С ней вы можете менять работу и интересы, когда пожелаете, без привычного стресса, спровоцированного сомнениями в «правильности» выбранной карьеры. Если вы живете по модели «Самый ценный игрок», никакой выбор, сделанный прежде, не будет казаться ошибочным, как не будет казаться неправильным и то, что вы уходите, чтобы найти что-то новое, — ведь каждое новое занятие добавляет умений и увеличивает вашу ценность. Накопленные знания рано или поздно понадобятся окружающим, и вы будете счастливы ими поделиться.

Но за пределами работы сканеры данного типа наиболее счастливы с дополнительной моделью жизненного устройства.

У сканеров типа «и швец, и жнец» много талантов, но им следует признать свой главный дар: они умеют жить хорошо. Вот почему эта модель наилучшим образом подходит почти всем из них. В чем же суть модели? С чем бы «швец-жнец» не столкнулся, ему не стоит задаваться вопросом: «Приведет ли это меня к успеху?» Отныне он должен спрашивать себя только одно: «Сделает ли это меня счастливым?» Многие сканеры стремятся хорошо проводить время с хорошими людьми, но у «швеца-жнеца» это более осознанная потребность, и, выбрав данную модель как основную, он будет придерживаться своей главной цели.

Что касается организации пространства, у вас меньше всего проблем с беспорядком. Более того, вам даже календарь сканера не нужен! В вашем случае идеи не возникают с бешеной скоростью, и свои замыслы вы тут же претворяете в жизнь: придет в голову, что неплохо бы построить садовый сарайчик, — вы пойдете и построите его. Таким образом, дневник не так необходим вам, как тем сканерам, что боятся забыть и потерять лучшие идеи.

Как и все остальные сканеры, вы принимаетесь за множество дел — каждое занятие у вас несет те или иные материальные составляющие, — для их систематизации и оценки итогов необходимо специальное место, где будет наглядно представлено то, что вы делаете в жизни. Вам понадобятся сканерский финиш и вариант кладовой проектов.

Как насчет составленного из всех ваших сертификатов большого коллажа в рамке? Яркое отражение всего, чему вы учились. Добавьте фотографии мест, где вы побывали, снимки, напоминающие о той деятельности, которой занимались, — пусть все говорит: вы не просто многое умеете и всегда готовы прийти на помощь — вы успешный и состоявшийся человек.

Оставьте свободное место для дел, которые будете осваивать в дальнейшем, ведь ваше путешествие продолжается. А талант всегда стремится к новым знаниям.

Каждую неделю увлекаюсь чем-нибудь новым. Каким-нибудь проектом, каким-нибудь способом найти свое новое «я»! Полностью погружаюсь в это на неделю, потом теряю интерес и нахожу что-нибудь еще — очередную новую крутую штуковину. Как будто брожу тут и там без внятной цели. К чему я приду в своей жизни?

Хорошо бы, чтобы все, что я узнала в своих странствиях, было не напрасно, а как-то использовалось в жизни. Есть ли на это хоть какой-то шанс?

Если вы похожи на Гэри, то зигзаги ваших интересов совершенно непостижимы для окружающих (и даже для вас!), но в этом безумии есть система, и если вы знаете, что и как искать, то она не замедлит проявиться.

Вам хорошо знакомо чувство очарованности той или иной загадкой, но пытались ли вы когда-нибудь определить, что объединяет все ваши интересы? Если кажется, что они вообще никак не связаны, то вам нужно копать глубже. «Странникам», которые ищут для себя профессию — или пытаются оправдать ее отсутствие в глазах опечаленной семьи, — нужно начать сознательные поиски того подспудного, что притягивает их во всех интересах. Присмотритесь внимательно к тому, что доставляет вам удовольствие в каждом из увлечений (и запишите все в Дневник сканера), — наверняка выявится, что в их основе лежит нечто общее. Самый важный вопрос, который может задать «странник», увлеченный чем-то: без какой составляющей это стало бы неинтересным?

Задайтесь этим вопросом. Перелистайте дневник и подумайте о каждом деле, которое посчитали достаточно интересным, чтобы оставить запись. В чем была самая существенная часть? Без чего ваше воодушевление пропало бы? Найти ответ нелегко, но гарантирую, что он есть. Когда вы найдете его, сможете наслаждаться жизнью «странника» — но уже осознавая (иногда с пугающей ясностью), чего именно хотите от жизни.

Вот какие открытия делают некоторые сканеры.

Видите тему? Мне кажется, самое интересное для Морин — объяснять мир. Она могла бы стать популяризатором и учить тому, что узнала из антропологии, а потом перейти к другой дисциплине. В своих исследованиях она могла бы прийти к литературе и астрономии, религии и геологии — путь, который для постороннего взгляда смысла не имеет, но для Морин абсолютно понятен.

Могла бы Дженет написать книгу, пьесу или преподавать литературу абсурда в колледже? Или, например, выступить перед аудиторией и рассказать о странных контрапунктах и парадоксах, которые вызывают у нее такое восхищение?

Значит ли это, что Мег из разряда картографов или исследователей, которые составляют тщательные описания и отсылают картографу? Что за неизведанные территории манят ее и какое применение можно найти ее детальным заметкам и находкам?

Тридцатипятилетняя Элинор, моя клиентка, сердилась на себя за то, что ни на одном из своих интересов не задерживалась надолго.

— Например? — поинтересовалась я.

— Стала бы учителем. Билингвального обучения. Или хотя бы преподавала испанский.

— Вам нравится преподавать?

— Да нет. Это даже звучит скучно, — вздохнула она.

— Ну так хорошо, что вы вовремя бросили! — улыбнулась я.

Однако ее это не развеселило.

— Но что прикажете мне делать? Работать веки вечные страховым агентом? Моя жизнь катится в никуда.

— Может быть, все, что вас интересовало, имеет под собой какую-то общую основу? Присмотритесь. Что вас интересовало больше всего в каждом из занятий?

— Даже не знаю… Не могу понять. Все казалось таким притягательным — до тех пор, пока я не начинала понимать, как это работает (во всех смыслах), — и сразу хотелось перейти к чему-то другому.

— Скажите, а шифрование не могло бы вас увлечь? — спросила я наудачу.

Элинор подалась вперед, в глазах зажегся интерес. Кажется, мы нащупали важную точку. После короткого обсуждения стало ясно: основным ее интересом была лингвистика. Она вспомнила, что с самого детства увлекалась разными лингвистическими аспектами — но никогда не отдавала себе в этом отчета.

По моему настоянию, она на следующий день записалась на лингвистический курс в Барнард-колледже в Нью-Йорке.

Гэри, с которым вы познакомились в начале главы, рассмотрел больше профессий, чем кто-либо из его знакомых. Все они были интересными, но ни одна не казалась ему годной для карьеры. В конце концов он заставил себя пойти в социальные работники — потому что ему нравилось помогать людям. Однако никакого удовлетворения работа ему не приносила.

Однажды Гэри оказался на встрече, которую консультант по занятости проводила для группы своих клиентов. К своему удивлению, он обнаружил, что почти каждому из присутствующих он подобрал самую подходящую профессию.

Почему? Потому что о самых разнообразных видах деятельности знал больше, чем кто-либо в этом подразделении. Всю свою сознательную жизнь он в сущности только их и изучал!

Гэри занялся лайф-коучингом — работой с клиентами по улучшению всех аспектов их жизни, и счастлив, как никогда.

Если вы «странник», то не исключено, что и у вас есть общая тема, лежащая в основе всего, чем вы занимаетесь. Если вы отыщете ее, станет возможно определить призвание или профессию, на которую указывали все ваши интересы, как это случилось с Гэри и Элинор.

Темы эти не всегда очевидны. Если вы уже составили список своих былых интересов, но все еще ломаете голову, что же в них общего, попробуйте пойти от обратного и составить список того, чего точно не хотите.

1. Для начала пусть это будет как можно более длинный список профессий или призваний, которые вас не привлекают. Начните с того, что отвергли самостоятельно, затем добавьте неудачные предложения родных, друзей и знакомых. Просмотрите газеты и новостные журналы, чтобы найти еще больше разных специальностей. Захотите размаха — добавьте сайты с вакансиями. Главное, не внесите случайно в список то, что могло бы вас заинтересовать.

2. Теперь пройдитесь по списку и напротив каждого пункта напишите комментарий, почему вы не хотите этим заниматься. Не перечисляйте отрицательные стороны («слишком регламентировано», «тема мне не нравится»), а постарайтесь сформулировать, чего здесь не хватает из того, что вам нравится. Например: «слишком мало свободы», «нет интересного содержания».

3. Когда закончите, прочитайте свои комментарии и посмотрите, не появились ли какие-то закономерности.

Посмотрим внимательно на каждый ответ и определим, могут ли они вывести нас на какие-нибудь профессии.

Каре, вычислившей, что все ее интересы должны включать креативность, нужно выяснить, что конкретно для нее означает «креативная деятельность». В ее случае это было решение проблем в бизнесе, и она заметила, что во всех своих странствиях перемещалась от одного бизнеса к другому. Для кого-то это может быть работа, которая позволяет создавать новое физическое окружение или придумывать новые системы.

Джейн решила, что рождена быть кем-то вроде разведчика и следопыта. Она обнаружила, что маркетинговые компании часто отправляют «разведчиков» в разнообразные точки по всему миру, чтобы выяснить, как отзовется местное население на появление какого-либо бизнеса. А еще журналисты сопровождают исследователей и первооткрывателей всех сортов — например, антропологов, изучающих малоизвестные культуры, или ученых-медиков, ищущих новые способы излечения. Так что журналисты тоже могут быть «разведчиками».

Фернандо, чьи странствия обычно пролегали через разные области преподавания, осознал, что ему нравится делать открытия. Он наконец понял, почему не удерживался надолго в преподавании любых предметов: как только он совершал свои «открытия» в математике, театре или истории, он переходил к новой специальности. Он получил подсказку, которую все время искал. Вместо того чтобы продолжать менять темы для изучения, он поменял подход к преподаванию.

Если у вас есть работа, обеспечивающая стабильную жизнь, и вы не уверены, что хотите ее бросить, или если вы хотели такую работу, но отказались из-за боязни зайти в тупик, самое время взглянуть на нее другими глазами. Вполне возможно, что это вариант «зонтичной» карьеры — работы, которую я называю «билет в парк аттракционов» и которая хорошо подходит «страннику».

Я имею в виду профессии типа бухгалтера, адвоката, программиста или медсестры. Многие из нас не догадываются, что даже самые обыкновенные специальности могут привести именно туда, куда мы стремимся.

Например, адвокат может представлять астронавтов, частных предпринимателей, писателей, актеров, аквалангистов и изобретателей. Юристы, которых привлекает бизнес, часто становятся деловыми посредниками-брокерами, потому что у них есть клиенты, в которых заинтересованы инвесторы.

И портрет бедного бухгалтера, корпящего за полночь над балансом и платежными ведомостями, не всегда соответствует действительности.

Приведу историю, рассказанную на одном из моих семинаров.

В конце концов, самые отъявленные «странники» просто случайным образом следуют за своими интересами, и единственное, что их ведет, — любовь к приключениям и очарованность неизвестным. Как быть с этими людьми? Их семьи считают, что они никуда не продвигаются и закончат ничем. Так ли это?

«Странники» открыты для нового опыта, а когда опробованное ими дело позднее становится востребованным и важным, они чувствуют, что их метания были не напрасны. Они любят говорить: «Никогда не знаешь, что выйдет из этого нового приключения. Может быть, когда-нибудь мне пригодится то, что я найду». История Татании началась с небольшого эпизода в фильме и закончилась знакомством с ее будущим мужем.

Некоторые весьма известные и успешные люди начинали как «странники», например Стив Джобс, основатель Apple. В своей речи перед выпускниками Стэнфорда он объяснил, как искания принесли ему опыт, который весьма пригодился впоследствии.

Пока вы не отыщете свой дом, как это удалось сканерам-«странникам», о которых я рассказываю, продолжайте путешествие и доверяйте своей интуиции. Если что-то интересует — занимайтесь этим. Всегда исходите из того, что у любого увлечения есть свой резон, и рано или поздно ответ найдется.

Ваш мозг лучше всего работает, когда вы «странствуете». Вы умеете выходить к развилкам и внутренним чутьем определять правильное направление. У вас и древнегреческого героя Одиссея есть некоторое сходство.

Одиссей не был исследователем пространств, но и не бродил бесцельно. Он всего лишь пытался добраться домой, как, в определенном смысле, пытаетесь и вы. Он знал, где находится его дом, а вы свой еще ищете, но ваше путешествие похоже — как и он, вы останавливаетесь на некоторое время в разных местах, а затем продолжаете путь. Эта модель позволит странствовать сколько хотите, но будет напоминать: надо присматриваться к любым знакам, которые помогут найти путь домой.

В давние времена у маленьких сельских городков и деревушек не было возможности содержать собственных священника, судью, врача. На выручку приходили странствующие священники, судьи и врачи, которые разъезжали и предлагали свои услуги. Обычно они путешествовали верхом из города в город, останавливались на неделю или чуть больше в чьем-нибудь доме, где им отводили комнату и кормили. Такой дом становился центром, где отправлялись церковные службы, велись судебные разбирательства или принимались пациенты.

Если бы вы были странствующим специалистом, за какие умения вам могли бы платить? И какие еще навыки стоило бы получить, чтобы применить в следующем городе?

Вы можете сделать это образом жизни без особых усилий — просто следуйте туда, куда вас влечет. «Странников» ведет любопытство. Они любят стремиться к неизведанному. Если вы соедините эту потребность с каким-то проектом там, куда собираетесь, путешествие принесет больше удовольствия, чем если бы вы были простым туристом.

Давайте рассмотрим образцовый экземпляр «странника», о котором вы, возможно, слышали.

Стадс Теркел[12] написал множество увлекательных книг на самые разные темы: «Работа»[13] — о том, как зарабатывают на жизнь; Race — о расизме; Hard Times — о Великой депрессии; The Good War — о Второй мировой войне; The Spectator: Talk about Movies and Plays with the People Who Make Them — о кино; Will the Circle Be Unbroken? — размышления об угасании и смерти.

Но Теркел не сразу стал писателем. В 1930-е годы он начинал с работы на радио. В 1949 году — короткий период работы на телевидении. После впечатляющего дебюта в роли бармена в телепередаче Saturday Squares ему дали шанс сделать собственную еженедельную программу Studs’ Place — юмористический сериал о жизни работяг, собирающихся в ресторанчике в Чикаго.

Шоу долго не протянуло, и в 1950 году Стадс вернулся на чикагское радио. Несколько десятилетий он вел передачу The Studs Terkel Program. Каждую неделю он интервьюировал известных и не очень известных людей. Его гостями были и философ Бертран Рассел, и художник Джейкоб Лоуренс, и хореограф Марта Грэм, и все величайшие кинозвезды, и член Ку-клукс-клана, который позже порвал свою членскую карточку и стал борцом за гражданские права.

Странствия привели Теркела на радио и телевидение, сделали актером и писателем, но его темой, его первой любовью и величайшим даром стало умение слушать людей. Загляните в книгу «Работа» — она состоит из рассказов людей, перемежаемых его комментариями, — вы увидите там интервью такого уровня, какого никогда ни у кого не встречали.

Теркел до самого конца не уходил на покой — он путешествовал, встречался и разговаривал с людьми, чьи голоса восхищали его и до сих пор восхищают нас.

Лучший пример тому — мой приятель из Лос-Анджелесского университета. Ричард учился в колледже, но знал про себя только одно: он любит кино. С самого детства все свободное время он проводил в кинотеатрах. Снова и снова пересматривал одни и те же фильмы, знакомые уже практически наизусть. Как превратить это в профессию, не знал, но намеревался попробовать.

Один за другим Ричард прошел все связанные с кинематографом курсы, какие только были в университете: актерское мастерство, кастинг, киномонтаж. Даже курсы по спецэффектам, анимации, моделированию монстров, сочинению и редактированию музыки к фильмам. Он написал несколько неплохих сценариев и даже подзаработал, преподавая летом актерское мастерство.

Ричард довольно хорошо успевал по всем предметам, но после завершения каждого курса чувствовал, что продолжать изучать предмет не хочет. Получив диплом, он понял, что не хочет дальше заниматься кинематографом. И перешел в бизнес-школу. Учеба там ему в общем нравилась, хотя он понимал, что отличается от однокурсников — перспектива строить бизнес и зарабатывать деньги вызывала у них несравнимо больший энтузиазм.

Однажды утром в кафетерии Ричард случайно подслушал разговор двух студентов об инвестициях в искусство. И тут в голове у него словно лампочка вспыхнула.

Он внезапно понял, что, не отдавая себе отчет, приобрел все умения, знания и дипломы, необходимые, чтобы стать кинопродюсером! Он знал все о кино. У него было отличное чутье на таланты и хорошие сценарии. Кроме того, у него появилось множество друзей, которые могут стать отличными инвесторами. С тех пор прошло много лет — Ричард работает продюсером, и это ему по-прежнему нравится.

Темы могут не лежать на поверхности, и отыскать их с ходу бывает непросто, но вы уже поняли, какую важную роль они играют. Обнаружив скрытую общность своих интересов, вы сможете найти истинное призвание. Нужна только полная отдача в поисках. Внимательно следите за подсказками, когда вас тянет к какой-то области или когда вы теряете интерес к чему-то.

Но пока истинный путь не найден, вам понадобятся средства на жизнь, которые позволят «странствовать».

Несколько источников дохода. Несколько работ с частичной занятостью, если они требуют изобретательности или необычны, — отличный вариант для «странника». Джейн, например, приобрела столько умений во время своих «странствий», что сейчас один день в неделю сидит за швейной машинкой в бутике винтажной одежды, летом три дня в неделю работает садовником и ухаживает за газонами и клумбами (зима целиком свободная). А в выходные объезжает улицы пригородов в маленьком белом фургончике с надписью «Детский парикмахер — модная стрижка для вашего ребенка — прямо здесь и сейчас».

Не забудьте фиксировать все ваши исследования и открытия в Дневнике сканера или пишите ежедневно «вести с полей» друзьям о том, что делаете, чему учите или что изучаете сами, — и распечатывайте копию для себя. Эти записи помогут отыскать скрытую общую тему ваших увлечений, а когда-нибудь могут даже привести к написанию книги. Назовете ее, например, «Миры, которые я повидал». Истории «странников» всегда занимательны, и всего-то и надо — просто рассказать, что произошло с вами! Вы не представляете, как могут быть полезны другим ваши истории. Я думаю, что письменные свидетельства о нашем времени, путешествиях, взглядах — наш долг перед будущими поколениями.

Когда вас начнут одолевать сомнения, правильный ли путь вы избрали, возьмите себе девизом строки великого поэта Роберта Фроста:

Не считайте себя человеком без цели. Вы исследователь, а процесс исследования в том и состоит, чтобы узнавать понемногу обо всем, что кажется интересным. Если вы отдадите дань уважения своей врожденной любознательности, вы начнете доверять своему энтузиазму. Проследите, что вызывало у вас энтузиазм, и вы получите точное указание, где найти то, что принесет вам глубочайшее жизненное удовлетворение.

Ваши блуждания могут обескураживать окружающих, так как им кажется, что вы никуда не продвигаетесь. Но, как убедились многие первооткрыватели, блуждания и странствия — отличный способ найти что-то выдающееся, даже если вы не имели представления, что ищете именно это.

Когда-то давно, когда еще не было автомобилей, люди ездили на повозках, запряженных лошадьми. И если возница уставал, он мог вздремнуть, не боясь заблудиться, — потому что лошадь знала дорогу домой. Так и ваше сердце знает, к чему лежит душа. Оно приведет вас к цели, просто нужно ему доверять.

Перейдем к следующему типу сканеров — «дегустатору». Если вы «странник», любопытство «дегустатора» будет вам вполне понятно, но модель его жизненного устройства имеет совершенно иной фокус.

У меня чудесные друзья, чудесная семья, чудесная жизнь, да и против своей работы я ничего не имею. Тогда почему на душе скребут кошки, будто я что-то упускаю? Когда я пытаюсь найти, чего же именно не хватает, многое выглядит неплохо… неплохо, но не вдохновляет. Хотел бы я знать, что же ищу.

У меня нормальная работа, но мне этого явно мало. Хотелось бы внести что-нибудь интересное в жизнь. Но снова идти учиться нет желания, да и не думаю, что это что-нибудь может поменять.

Как минимум вам не хватает разнообразия в обычной работе — да и в обычной жизни тоже. Вам хочется, чтобы в ней было больше будоражащего, волнующего, но не из разряда «давайте спрыгнем с самолета». Собственно говоря, вам даже трудно объяснить, чего же вам не хватает.

Совершенно ясно, вам нужно, чтобы в жизни, во всех ее сферах, присутствовало больше творчества — но вы не представляете, как этого добиться. Учились вы в колледже или нет, но вам уже известно, что учеба и курсы не решат проблему. Что же вам конкретно необходимо и где это получить, так и остается неясным.

Когда я впервые разговаривала с Шарлин по телефону, она расстраивалась, что никогда не удастся перепробовать все, что хочется. Я попросила привести хотя бы пару примеров.

— Ну, например, я хотела бы научиться ткать ковры, как у индейцев навахо. Мне хотелось бы понимать символику рисунка, знать, как делается шерсть, чем они красят ее, все в таком духе.

— Ладно. А потом?

— Я бы хотела оставить себе ковер, который соткала. Повесить на стену. И смотреть на него. Я бы знала, что он означает, понимаете?

— Конечно, — согласилась я. — Вы знали бы намного больше, чем если бы купили такой ковер в магазине. А что вы хотели бы сделать потом?

— Взяться за что-нибудь совершенно другое.

Перед обращением ко мне Шарлин уже почти поставила на себе крест. Хотя к своей работе она относилась без неприязни, к концу дня ее одолевало ощущение пустоты. Она попробовала ходить по вечерам на занятия, но не нашла ничего по-настоящему интересного, а диплом ее не интересовал. После разговора по телефону я попросила ее написать мне по электронной почте и перечислить, чем ей захотелось бы заниматься. Вот каким был ответ:

Письмо Шарлин напомнило мне о давно позабытом: много лет назад мне тоже хотелось найти такую школу. Какое-то время я ходила на разные курсы в ближайшем колледже, но потом стала слишком занята, пришлось много ездить по работе, и я это забросила.

Но все же придумала необычный способ удовлетворять свою страсть к учебе.

Одна моя клиентка, оперная певица, рассказала, что преподаватель по вокалу отправлял ее отыскивать в словаре все слова из арий и требовал, чтобы она выясняла их значение, а то и происхождение. Мне показалось, что метод прекрасен, и захотелось познакомиться с ним поближе. Я позвонила нескольким друзьям — узнать, захотят ли они послушать этого преподавателя. Идея пришлась всем по душе, и я пригласила его к себе домой.

Лектором он был потрясающим. «Песни — это поэзия, — объяснял он, — а в поэзии все держится на смысле слов». По его мнению, большинство людей сбиваются с этого курса и ошибочно фокусируются на психологии персонажа. Не могу припомнить, чтобы в университете читались такие же интересные лекции, и все, кто пришел в тот вечер, слушали затаив дыхание.

Все прихватили с собой еды для вечеринки и немного денег, чтобы заплатить ему, так что преподаватель откликнулся на наш зов с энтузиазмом. Под занавес он сказал, что приятно удивлен восприимчивостью аудитории.

— Вы любители оперы? — спросил он.

На лицах слушателей, до сих пор выражавших восторженное внимание, появилось смущенное выражение. Никто из присутствующих оперы не любил.

— Ну, тогда хотя бы поэзию? — уточнил он с надеждой. Смущение не исчезло.

— Думаю, всем здесь просто нравится упражнять свой ум, — заметила я.

— Очень редко удается поразмышлять о таких интересных вещах, — сказал один из гостей.

— Хорошо бы встретиться снова, — кивнул другой.

— Я могу выступить в следующий раз, — произнес Ричард, художник. — Хочу объяснить, как можно слышать картины и видеть музыку.

Конечно, это вызвало интерес, и все решили собраться вновь.

И мы встречались каждый месяц на протяжении двух лет. Восходящая звезда поэзии рассказывал, почему его работа в корпорации из списка Fortune 500 — отличное дело для поэта. Другая участница отвела нас в студию, где ее родители продемонстрировали, как блистали танцоры прежних времен, и учили нас танцевать фокстрот. Еще один член сообщества прочитал лекцию о природе креативности. Это было здорово.

Наши встречи мы назвали посиделками.

Это же можно назвать «Как учиться всю жизнь прямо в своей гостиной».

Разумеется, живи мы на сотню лет раньше, мы бы видели размах такого неформального просвещения. В прежние дни великие ученые, философы и политики давали лекции в зданиях городского совета, театральных залах или за городом, на свежем воздухе, с открытым для всех желающих доступом. Места заполнялись до отказа. В отсутствие кинематографа такие мероприятия пользовались большой популярностью во всей стране. Даже Марк Твен зарабатывал на жизнь, разъезжая с лекциями, когда его издательский бизнес лопнул. Открытые лекции, как правило, читали специалисты в той или иной области (например, флейтист рассказывал о китайской флейте и тут же играл, демонстрируя ее звучание). Ученый мог поведать об электричестве и показать несложный генератор. Лекторы повествовали о музыке индейцев сиу, сопровождая рассказ примерами. Так удовлетворялся познавательный голод широкой общественности без академического образования. А потом традиция просто исчезла.

Такие просветительские центры прошлого с путешествующими лекторами кажутся нам сегодня очень привлекательными. Но и наши «посиделки» были прекрасным времяпрепровождением. Мы приглашали тех, кто горел страстью к своему предмету, охотно делился своими знаниями и с радостью отвечал на вопросы. Это было куда лучше любого официального учебного класса. Наши неформальные вечеринки стали отличной школой последипломного образования для «дегустаторов».

— Звучит потрясающе, — сказала Шарлин. — Вот что-то в этом роде я и имела в виду! Я хочу попробовать так много всего, но поступать в университет, чтобы получить степень в какой-то одной области, бессмысленно. А с другой стороны, мне хочется углубляться в тему серьезнее, чем было у вас на посиделках. Одного вечера мне явно мало.

— А почему бы не организовать «трехмесячный творческий проект»? — предложила я. — И подыскать себе учебу месяца на три или около того?

Шарлин отнеслась к идее с одобрением и начала обдумывать возможности.

Идея «Трехмесячного творческого проекта» не моя. Я вычитала ее лет пятнадцать назад на доске объявлений еще доинтернетовских времен, и она показалась мне чрезвычайно вдохновляющей.

Для Шарлин и множества других сканеров она превратила смутное тоскливое желание в один из самых замечательных опытов для «дегустатора». Шарлин радостно сообщила:

И мы принялись за поиски.

Обнаружилось, что совсем недалеко от дома Шарлин в Аризоне действует проект по ткацкому делу индейцев навахо. Она договорилась о занятиях по выходным, и выяснилось, что ковер размером 180 на 240 см можно соткать за несколько месяцев. Как раз то, что она хотела. Кроме того, она записалась на вечерние лекции в музее, чтобы изучить символику навахо. Каждую неделю Шарлин присылала мне по электронной почте отчеты и через три месяца сообщила, что ковер наконец закончен; и хотя видно, что это работа любителя, еще ни один ковер не был ей настолько дорог.

— Отлично. Похоже, вы нашли то, что искали.

— Именно так.

— А теперь… — я не окончила фразу.

— Хотите спросить, чем я теперь собираюсь заняться? — она сразу поняла, о чем я подумала.

— Можете ли вы построить домик на берегу? — спросила я осторожно.

— Нет, — сказала она. — Но я могу научиться строить дома! Спасибо, что напомнили.

И она пошла волонтером в организацию Habitat for Humanity, занимающуюся строительством простого и доступного жилья для неимущих. В ту же неделю она записалась на вечерние курсы по установке солнечных батарей в летних домиках и договорилась, что в выходные преподаватель частным образом даст практический урок на тему постройки экономичного по энергопотреблению коттеджа. Кроме того, она стала искать других желающих получить эти навыки, чтобы разделить с ними плату за обучение. В общем, Шарлин горела энтузиазмом.

Все это было два года назад. За это время Шарлин успела сделать следующее:

• Написать, проиллюстрировать, рукописно оформить и переплести одну детскую книгу.

• Вместе с волонтерами Habitat for Humanity помочь в строительстве трех домов.

• Установить солнечные батареи в доме друзей.

• Пройти трехмесячный курс разговорного суахили.

• Два раза по три месяца заниматься африканскими танцами (возможно, она будет продолжать это и дальше).

• Три месяца в местном театре изучать, как делаются декорации, и еще три месяца поработать там со светом и спецэффектами.

• Пройти трехмесячный курс кройки и шитья, а потом еще один — по дизайну костюма.

• Три месяца учиться верховой езде.

«Вполне приемлемая работа». Надеюсь, вы помните: «вполне приемлемая работа» не требует значительных умственных усилий, не вызывает отторжения и оставляет достаточно свободного времени, чтобы заниматься чем душа пожелает. Просто идеал для «дегустатора», который тратит весь творческий заряд именно на внерабочие проекты. «Вполне приемлемая работа» призвана снять необходимость извлекать прибыль из любимых занятий. Ваш интерес к чему-то не нуждается в оправданиях — просто называйте его хобби. Будете говорить: «Не волнуйся, это просто хобби». Пока у вас есть постоянная работа, никто не будет вас дергать.

А бывает «вполне приемлемая работа» не только приятная, но и сама по себе совершенно замечательная. При этом она еще и обеспечивает возможность посвящать себя вашим увлечениям. (Стоило бы выделить ее в отдельную категорию — «Вполне замечательная работа». Или подобрать отдельную модель жизненного устройства — «Двух зайцев одним выстрелом», но я решила не усложнять.)

Приведу пример. Мой друг Келли в сорок лет решил стать мануальным терапевтом, сейчас у него успешная практика в пригороде Нью-Йорка. Он любит свою работу, а помимо того интересуется еще множеством вещей. Ему нравятся «мягкие формы» боевых искусств, вроде тайцзицюань, которые он преподает по вечерам в будние дни. Несколько лет он изучал астрономию, затем астрологию и карты Таро, сидя в своей мансарде. Потолок в ней он разрисовал под звездное небо. (Жена в шутку сшила ему мантию как у волшебника и островерхий колпак в звездах.) Два года он был администратором в рок-группе. Тогда же вспомнил про свою детскую любовь к фортепианным сонатам Бетховена и поставил в офисе рояль, чтобы музицировать в свободные часы. Какое-то время он давал концерты в своем округе и даже в Нью-Йорке.

В этом году он увлекся разработкой программы спортивных занятий нового типа и надеется, что скоро ее запустят повсеместно. Все это Келли осуществлял, параллельно практикуя мануальную терапию, что доставляло ему большое удовлетворение.

Множество людей довольны своей профессиональной деятельностью, но не ограничиваются ею. С большим интересом я прочитала статью в журнале New York (за 22 августа 2005 года) про всемирно известного детского нейрохирурга Джеймса Гудрича, который в августе 2004 года успешно провел операцию по разделению близнецов, сросшихся головами. Гудрич много лет посвятил изучению хирургии и бесконечно привержен своему делу. Если и есть на свете человек, сделавший безусловный выбор в пользу дела жизни, так это доктор Гудрич.

Но, перейдя ко второй странице, я обнаружила нечто неожиданное. В Нью-йоркской квартире доктора Гудрича разместился еще один бизнес: он продавал по почте старинные и антикварные книги. Однако это еще не все. В статье Гудрич рассказывает о своем маниакальном любопытстве:

Временная работа. Существует множество вариантов временной работы для людей, которым нравится пробовать различные виды деятельности. Некоторые, например временные исполнительные директора и кризисные менеджеры, весьма неплохо оплачиваются.

Все знают шведский стол на банкете. Выставлено множество блюд, и можно брать что хочешь — в любом количестве, в любом порядке и сочетании. Если вам нужно лишь попробовать какое-то занятие или примериться к чему-то, а ваше воображение способно воссоздать целый мир по крохотному фрагменту — эта модель для вас. Лучше всего она подходит «дегустаторам», которые не выносят жестко структурированного времени. Они любят путешествовать, чтобы погружаться в чужую культуру, или идут на занятие по кулинарии сегодня и по фехтованию — завтра. Узкому специалисту непонятна поверхностность интересов «дегустатора». А с точки зрения «дегустатора», специалист упускает в жизни слишком много чудесного. «Дегустатор» понимает, что единственный способ попробовать все — делать по чуть-чуть.

Это подходящая модель для «дегустатора», если все, к чему тянется его душа, можно узнать из университетских курсов и книг. Иногда ваши изыскания могут занимать и весь семестр. Один сканер рассказывал:

Иногда просто можно взять охапку книг из библиотеки, принести домой, прочитать вступление, последние главы, список тем и терминов в конце книги — и все. Серьезно, я иногда таким образом выхватывала нужное из очень сложных книг, которые целиком никогда бы не одолела. Однажды меня спросили, не из тех ли я, кто учится всю жизнь. Пришлось признаться, что, скорее, я из вечных любителей.

Но есть и те, кто любит учиться всю жизнь, и об одном из них вам надо знать. Это Корнелиус Хиршберг, его книга The Priceless Gift[14] всегда лежит на моем прикроватном столике. Хиршберг был самоучкой, изучавшим математику, философию, музыку, литературу, астрономию, физику, историю и языки на протяжении сорока пяти лет, — и все это по дороге на работу и с работы, в нью-йоркском метро. О нем почти никто не знает, я и сама узнала случайно много лет назад. Он написал всего одну книгу, изданную в 1960 году.

Хиршберг подробно и скромно объяснил, почему нам всем всю жизнь необходимо учиться всему на свете, как делал он сам.

В книге приводится разработанная им программа самообразования, призванная помочь в этом.

Если вы когда-нибудь мечтали узнать «все обо всем», но списки «главных книг» подавляли из-за невозможности перечитать их, позвольте доброму Корнелиусу Хиршбергу направить вас по верному пути. Это удивительная книга, ничего подобного я больше не встречала. Если бы мистер Хиршберг в свое время узнал о сканерах, он бы не понял, почему я выделила их в отдельный тип. Думаю, он сказал бы: «Так держать. Хотел бы я, чтобы и все остальные делали то же самое».

«Дегустаторы», как правило, любят изучать все на практике, и по завершении любой деятельности у них часто остается что-то: глазурованный горшок, сотканный ковер, первый черновик романа, родившийся в ходе участия в тридцатидневном онлайн-проекте.

Большинству «дегустаторов» нравится хранить результаты своего труда, поэтому рано или поздно обнаруживается, что скопилась масса всего.

Где все это держать?

На виду!

Вы же не хотите, чтобы свидетельства ваших проб были свалены в коробке где-нибудь в подвале? Ведь это фактически летопись жизни — где вы побывали, чему научились. И, как и книги, они должны храниться на полках, где их легко увидеть. Сканерская «Кладовая проектов» — отличный вариант.

Вы читали о ней в главе 8. Позвольте напомнить: это может быть полка, книжный шкаф и все, что годится как открытый для обзора запасник на выставке. Здесь вам должно быть удобно держать на виду законченные проекты.

«Кладовая» позволяет демонстрировать результаты ваших «странствий» и восхищаться ими. Более того, это можно рассматривать как коллекцию трофеев или сувениров, напоминающих о счастливо проведенном времени, когда вы учились чему-то новому.

А некоторые сканеры пошли еще дальше и подошли к идее творчески.

Некоторые «дегустаторы» устраивают вечеринку «Покажи-и-расскажи» для друзей и близких.

Мне кажется, что это действительно очень хорошая мысль.

А теперь перейдем к последнему типу сканеров — «скоростным уклонистам». Они напоминают «дегустаторов», только интересы меняют еще чаще.

Я так часто начинаю и бросаю дела, что у вас голова закружиться может… поэтому я чувствую себя неудачником.

Мне интересно буквально все. Только что-то меня полностью захватит — и в следующую секунду я думаю, чем бы еще новым заняться. Я бросаю начатое так быстро, что не успеваю ни во что погрузиться.

Синдром «хочу-чего-то-новенького»? О, как я это понимаю. Я в этом собаку съел. В самый разгар вдохновляющего, захватывающего дела могу остановиться и подумать: ну, а что следующее?

Даже сами «скоростные уклонисты» считают, что у них что-то вроде проблем с обучаемостью. Сканер этого типа не может остановиться на одном деле, не продолжает заниматься им, прогресса не видно ни в чем. Страх неэффективности парализует его. В принципе, трудно представить, что «скоростной уклонист» наделен какими-то талантами. Если не присмотреться к нему поближе.

Джейсон, работник почты сорока семи лет, рассказывал в нашу первую встречу:

Джейсон умен, а его работа — куда ниже планки его способностей, потому что ни на чем другом он долго задерживаться не может.

Доводить дела до завершения у Джейсона не получается явно из-за особенностей его мышления. И это представляет для него (и для вас?) большую проблему.

Однако здесь же, возможно, и кроется его самый большой талант.

Многие сканеры способны реагировать на все невероятно быстро. «Жонглеры с тарелочками», например, — самые быстрые из циклических сканеров (тех, что снова и снова возвращаются к своим интересам) двигаются молниеносно, поддерживая в рабочем состоянии дюжину проектов одновременно. «Скоростные» сканеры совсем другие, обычно даром жонглирования они не наделены. Их талант не в том, чтобы все крутилось безостановочно, их талант — в умении находить золото.

Вместо того, чтобы объяснять эту мысль, я зачитала Джейсону письмо, которое только что получила.

Когда я взглянула на Джейсона, выражение его лица изменилось.

— Какое чудесное письмо, — сказал он задумчиво. — Никогда не слышал, чтобы кто-нибудь о подобном рассказывал.

— Ведь это все меняет, — согласилась я. — Что если «скоростной уклонист» попадает в ситуацию, где нужно как раз быстро находить потенциальные преимущества? Как вы думаете, вы смогли бы работать таким образом?

— Будьте уверены! — ответил он. — А самое хорошее — не надо решать, какой колледж самый лучший! Вот что самое замечательное в такой работе. Мне и в голову не приходило, что можно рассматривать сотню интересных вещей, а выбирать между ними не нужно. Это великолепно!

Оценивать что-то без необходимости выбирать может показаться весьма неожиданным подходом. Однако если у вас врожденная способность видеть потенциал буквально во всем, то принимать решения о выборе — явно не ваш конек. И Джейсон понял это!

Мы стали прикидывать, где сканерский стиль «скоростных уклонистов» будет оценен по достоинству, в каких профессиях они могут преуспеть. После обсуждения выявилось четыре критерия подходящей работы:

• От Джейсона не потребуется выбирать «то или это», он будет заниматься всем.

• Работа должна быть бесконечно разнообразна.

• Умение вдохновлять сотрудников будет высоко цениться.

• Должно вознаграждаться умение быстро оценивать, быстро работать и быстро думать.

Вы можете сделать это в сегодняшней (или завтрашней) записи в Дневнике сканера, но я хочу, чтобы вы оформили это особым образом: на каждом развороте поместите минимум десять идей, расположив их как товары в каталоге одежды. Наверху — заголовок: «Каталог интересных идей». Затем — лучше ручкой, которая пишет очень тонко, — нарисуйте картинку или иконку-символ, обозначающие идею. Неважно, что именно, главное, чтобы вы сами понимали, о чем идет речь.

Теперь под рисунком — строк на десять, не больше, — напишите продающий идею текст, как будто вы изготовитель, а это товар из каталога, который рассылается клиентам.

Немного практики, и у вас начнет отлично получаться. Для вдохновения вспомним издание Whole Earth Catalog — «Каталог всей Земли». Его нерегулярно выпускали между 1968 и 1998 годами. Большой красивый черно-белый каталог — собрание всяческих замечательных вещей — был совершенно невероятным. Стюарт Бранд, составлявший этот огромный великолепный том вместе с группой энтузиастов-учредителей, объяснял назначение издания — снабжать читателя образовательной информацией и доступом к разным инструментам. С его помощью каждый мог отыскать то, что его вдохновляет, находить единомышленников, обсуждать с ними важные соображения, делиться идеями и достижениями. Стив Джобс говорил, что каталог концептуально предвосхитил поисковую систему интернета. Он действительно был обо всем на свете.

Я взяла его описание из «Википедии» (кстати, замечательный сайт для сканеров).

«Каталог всей Земли» мог бы стать библией сканера. А его составление — просто идеальная работа для «скоростного уклониста».

Когда Джейсон пришел на новую встречу, он улыбался во весь рот и держал под мышкой Дневник сканера — здоровенный альбом для рисования, купленный в магазине для художников. «Я определенно нашел себе профессию», — рассмеялся он и раскрыл дневник.

Это было восхитительно. У Джейсона оказался неожиданный дар карикатуриста — его остроумные рисунки привлекали своей естественностью. Тонким пером для рисования Джейсон владел превосходно. Один набросок изображал человечка, стоящего на крыле биплана с развевающимся флагом: «Повидайте скрытые долины Калифорнии!» Ниже размещался краткий рассказ о том, как однажды Джейсон увидел с самолета долины и был поражен их красотой. Он предлагал читателю арендовать маленький самолет, взять фотоаппарат и с воздуха любоваться на эти восхитительные места. Изысканно написанный от руки текст вместе с рисунком смотрелся как произведение искусства.

И чем-то напоминал прекрасный «Каталог всей Земли».

Вместо того чтобы пытаться силком втиснуть себя в рамки обычной работы, вы можете последовать данной модели. В ежедневной газете репортер, отвечающий за местные новости, имеет дело с десятками историй; решает, о какой написать, какую отложить или вовсе не брать, — и каждый день, до дедлайна, должен подготовить те, что пойдут в завтрашний номер. Способность быстро оценивать потенциал новости тут является несомненным преимуществом.

Если вы «скоростной уклонист», вам даже не придется сильно меняться, чтобы использовать эту модель; она поддерживает ваш обычный образ действий и отлично корректирует навязанную самооценку.

Что если вы просто хотите спокойно жить как живете — безумно влюбляться во что-то в понедельник, а к среде уже забывать об этом, потому что увлеклись чем-то другим? Один сканер неплохо сказал:

Надеюсь, теперь вы видите «скоростных уклонистов» (и себя) в новом свете. Вы вовсе не из тех, кто сам не знает, чего хочет; вы — высокоэффективный генератор идей. И только с вами мозговой штурм становится настоящим мозговым штурмом.