Мама дергала мое одеяло.

— Вставай, — потребовала Дженнифер. — Почта без тебя не поступит в компании.

— Ты издеваешься надо мной, — прохныкала я. — В свои каникулы я обязана работать!

Откинув с себя покрывало, я зыркнула на мать. Она уже была полностью экипирована для очередного рабочего дня.

— Не обязана, — подтвердила она. Улыбка тронула ее губы. — Но тебе нужны карманные деньги.

После этого она вышла в коридор. Я рыкнула в потолок.

— Вставай, Валери! — крикнула мама снизу.

— Да иду я, иду, — бурчала я.

Моя мать недавно заполучила контрольный пакет акций компании по производству тканей. И решила по этому радостному поводу устроить мне практику на лето. Сегодня пятый день рабочей недели, и я не хочу никуда идти. Именно идти, потом ехать на автобусе раз восемь за день, так как машину мне обещали только после окончания третьего курса в университете. Ждать еще год. Я медленно собралась, мама уже уехала. Будто не могла подбросить. Хотелось плакать.

Через час я прибыла в первую фирму. Они считались лучшим поставщиком хлопка. Я отдавала секретарю новые предложения компании Лафор, когда она решила всучить мне какую-то рекламу. Но ее взгляд внезапно стал мутным, рассеянным, жаждущим. Температура накалилась. Девушка выпрямилась, показывая свою большую грудь. Я повернулась, чтобы посмотреть, кто же на нее так повлиял. В зал вошел молодой мужчина в отличном костюме, своей походкой он заявлял «Я король мира». Его прекрасное лицо было до невозможности серьезным. Я расхохоталась. Напыщенный индюк. Естественно он обратил на меня внимание, у секретаря читался ужас на лице. А на его — недовольство и интерес. Я поперхнулась собственным смехом, неужели я влипла? Так, спокойствие. Заставив себя продолжать дышать, я посмотрела мужчине прямо в глаза. Он направлялся к нам. Твою мать. Плакали мои деньги на машину.

— Мистер Макмеллан, — секретарь тоже взяла себя в руки. Правда, эти руки немного дрожали. Выходит, этот красавчик занимает какой-то важный пост. Но он не глава компании, это точно. Мистера Макмеллана я хорошо знаю. Я хлопнула себя по лбу, у них одна фамилия. Я обсмеяла Макмеллана. Черт.

— Кристина, — обратился он к секретарю, не отрывая взгляда от меня. — У вас все в порядке? — его голос был фальшиво сладким и Кристина это хорошо поняла. Ей достанется, из-за меня. Я решительно взяла ситуацию под свой контроль.

— Да, у нас все отлично. Я привезла почту Лафор инт. — ответила я, широко улыбаясь. А у Кристины началась паника. Я что, все испортила? Макмеллан расплылся в ленивой очень сексуальной улыбке.

— Ух ты! — усмехнулась я. — А челюсть не выпадет?

Мысленно я билась головой об стену. Разве так защищают женщин? Молодец, Валери. Макмеллан заливисто рассмеялся, а Кристине грозил припадок.

Я повернулась к бедному секретарю с извиняющимся взглядом.

— Милая Кристина, — начала я. — Спасибо огромное. Вы мне так помогли. Я рада, что здесь такие умные сотрудники. — Переведя взгляд на мужчину, я уже сказала ему. — Вы можете гордиться своим персоналом.

После этого я решительно направилась к выходу, заставляя себя не бежать, а идти уверенно и спокойно. Чтобы не ставить в неловкое положение маму, я набрала ее номер, шагая к автобусной остановке.

— Да, цыпленок, — сказала она в трубку. Мне стало так стыдно перед ней.

— Кажется, я сейчас испортила отношения с Макмелланом, — убитым голосом произнесла я. — Мам, прости. Но я не сдержалась, он так похож на индюка…

— Ты явно не о Майкле говоришь, — остановила меня мама.

— Да, это не Майкл, но фамилия у них одна.

— Это его брат Чарли. Тот еще индюк.

Я замерла от удивления, даже остановилась посреди дороги.

— Ты сейчас не серьезно.

Мама рассмеялась. — Не переживай, он не станет звонить мне, испугается.

— Я переживаю о твоей репутации, — сказала я. — Не хотелось бы, чтобы они думали о тебе плохо, потому что я посмеялась над каким-то там придурком с большим кошельком.

Мама вздохнула. — Ах, милая. Я люблю тебя. Больше ни с кем не ругайся.

— Идет, — улыбаясь, я отключила телефон.

Со мной поравнялся человек, когда я подошла к перекрестку.

— Значит, я напыщенный индюк? — спросил Макмеллан, ухмыляясь мне в лицо.

Я пожала плечами. — Вам виднее.

— Хочешь я подброшу тебя? — предложил он.

Я рассмеялась. — Нет.

— Да, брось. — За его плечом я видела приближающийся транспорт. — Неужели ты предпочтешь автобус ауди?

— Послушайте, мне не нужна ваша помощь, — отрезала я. Вот прицепился.

— Тогда я постою с тобой, — заявил он.

С умным видом я смотрела на противоположную сторону дороги, Макмеллан следил за мной взглядом.

— Меня зовут…

— Чарли Макмеллан, — закончила я за него.

— И откуда же ты знаешь меня? — поинтересовался он, сузив глаза.

— Я не твоя фанатка. Не мечтай.

— Какой исчерпывающий ответ, — язвил он.

Я вздохнула. — Валери Лафор.

— Дочь Дженнифер? — не верил Макмеллан. Его глаза источали искреннее изумление.

Я разозлилась. — Представь себе, Чарли.

Слова вылетели из моих губ, я задрожала от потока ветра, волнующего мою кожу. Это было приятно, произносить его имя. И, похоже, ему это понравилось не меньше. Он резко выдохнул.

— Ух ты, — прошептала я, заглядывая в его карие глаза.

— Это все ты, — тихо ответил Чарли.

Брр…

Автобус остановился, открывая двери всем желающим.

— Пока, — я махнула Чарли рукой.

— До встречи, Валери, — сказал он. На лице непонятное выражение утраты. Двери закрылись. Чарли уже было открыл рот, чтобы что-то крикнуть, но передумал и помахал мне на прощание.

Я поехала дальше по компаниям развозить официальные бумаги. Дорога, ходьба, и натягивание улыбки помогли выкинуть из головы печальный взгляд Макмеллана. Вечером я встретила маму в приподнятом настроении, она принесла приглашение на банкет в честь заключения контракта на поставку сырья. Дженнифер была довольна собой, и я тоже — все ее поручения выполнены без единой ошибки.

Спустя еще неделю курьерской работы, я приноровилась, мне даже понравилось. В очередной из таких дней, когда я уже освободилась, я решила навестить своего лучшего друга.

Мы с Тайлером Джонсом дружим буквально с детского сада. Наши родители вместе начинали работать. Отцы — лучшие друзья, мамы неплохо ладят друг с другом.

Тайлер встретил меня медвежьими объятиями, так родной дом окутывает своей большой всепоглощающей любовью. От Тая пахло хвоей, приятный такой аромат. Радует, что мужчины умеют пользоваться не только бензопилой и топором, это всего лишь шутка.

Тайлер уткнулся носом мне в волосы.

— Я соскучился, — его голос был добрым и любящим, как у старшего брата, которого у меня никогда толком и не было. Бен разругался с отцом из-за невесты, против которой выступил папа, и брат ушел. Правда, временами он все же навещает нас с мамой.

— И я скучала.

Тай отпустил меня. Позади его огромной спины (Вот те раз!) стоял Чарли Макмеллан, выражение лица каменное. Какого черта он здесь делает, хотелось выкрикнуть мне, но я сдержалась.

— Много работы? — спросила я, стараясь смотреть только на Тайлера.

Он увел меня в кафетерий, подальше от холодных карих глаз.

Тайлер вымученно улыбнулся.

— Слишком. Отец гоняет, будто я уже завтра получаю его бизнес в свое пользование.

Я смеялась, радостно от всей души. Как же с Таем хорошо и просто, и он не напыщенный индюк. Я сжала его руку, этот доверительный жест очень много для нас с ним значил. Тайлер повторил мои движения.

— Я уже готовлю тебе подарок, — вдруг заявил он.

— И какой же? — с фальшивой небрежностью поинтересовалась я.

Тай покачал головой.

— На этот раз я не скажу этого.

Я лукаво улыбнулась, еще не было ни одного года, где Тай не раскололся бы, рассказывая, что подарит мне в тот или иной праздник. Хотя судя по его лицу, он был настроен решительно.

Спустя час, Тайлер проводил меня к лифту. Ему нужно было работать. А я собиралась почитать дома антиутопию, сидя на веранде. Тай крепко обнял меня напоследок и поцеловал в щеку. Мой классный друг. Я улыбалась, как дура. Двери лифта раскрылись, следом за мной в кабину зашел Чарли Макмеллан. Я надеялась, что он уже ушел к очередной своей женщине. По рассказам мамы он трахнул почти весь город.

Чарли проигнорировал меня, встав подальше. В кабине вдруг стало душно. От него пахло одеколоном, по мне так слишком резким. Я подавила рвотный позыв. Он заметил мое выражение лица.

— Тебе плохо? — Чарли приблизился ко мне и запах усилился.

— Не надо, — я накрыла рот и нос ладонью.

Двери разошлись на первом этаже, и я побежала на свежий воздух. Ну, и мерзость эти его духи. Я кашляла, пытаясь выплюнуть изо рта этот вкус чего-то непонятного, но противного.

Тень появилась надо мной.

— Ты как? — Чарли пытался быть дружелюбным.

— Смени туалетную воду, — наконец произнесла я, когда отпустило.

Он виновато смотрел на меня.

— Мне она тоже не особо нравится, — признался Макмеллан. Несмотря на его вроде бы человеческий взгляд, он казался каким-то нереальным со своим идеальным костюмом, где не нашлось бы не единой кривой линии, темно-русые волосы идеально уложены в творческом беспорядке. Лицо все с теми же идеальными чертами, человек просто не может быть таким. Это операция однозначно. Только какой нормальный мужчина будет ложиться под скальпель? Боевые раны временами украшают тело мужчины.

— Ну, и какого черта пользуешься тогда?!

Одним своим напыщенным видом он уже начал раздражать меня. Я пошла ловить автобус.

— Я могу подбросить, — как и в прошлый раз предложил Чарли.

Сверля его убийственным взглядом, я выплюнула.

— Пошел ты!

Резким движением Чарли толкнул меня к ближайшему дереву, его низкие тяжелые ветви закрыли нас от людей. Макмеллан кипел от злости, я решила промолчать. Первое правило: быть спокойной с маньяком. Затем прикинуться сумасшедшей.

Чарли подошел ближе, практически наступая на подошву моих кед. Он наклонился к моему лицу. Зрачки его глаз расширились, я ощутила его мятное дыхание на своих губах. Неужели он собирается убить меня или поцеловать, какие глупые мысли у меня в голове? Я прикрыла глаза, как давно меня не целовали? Я рассталась с парнем месяцев пять назад. Но те губы не сравнятся с этими. Мысль была сумасшедшая, но она пленила мой разум. Я ждала, предвкушая, смакуя этот момент. Спустя какое-то время, Чарли осторожно взял мою ладонь и провел чем-то острым по ней. Тихий стон удовольствия прозвучал, разрушая тишину. Я открыла глаза. Чарли что-то рисовал на моей ладони перьевой ручкой. Мое дыхание участилось, сердце стучало в висках. Он смотрел мне прямо в глаза, в них плескалось истинное удовлетворение. Чарли снова наклонился ко мне. Почти касаясь моих губ своими, он произнес томным голосом.

— Надеюсь, ты воспользуешься этим.

Я задрожала одновременно от возбуждения и страха, что мое тело так реагирует на этого мужчину.

Добравшись домой, я забралась под душ, пытаясь смыть с себя воспоминания о Чарли Макмеллане. Руку с номером телефона, его номером, я терла, пока ладонь не покраснела и не начала болеть. К сожалению, всю дорогу до дома я выводила пальцами эти цифры, написанные красивым почерком. Зачем он это сделал? Негодование бурлило во мне, не предвещая ничего хорошего.

Шли дни, я убедила себя, что Чарли лишь хотел воспользоваться мною. Он снился мне в кошмарах, где я желала его целовать, а он смеялся надо мной, все смеялись. Кажется, я сходила с ума.

Через две недели мама попросила съездить меня к Майклу Макмеллану забрать какие-то брошюры, я сопротивлялась до последнего, но поехать пришлось. Не рассказывать же маме о своем глупом поступке. Я позволила мечте о несуществующем человеке поглотить себя. Набравшись, наконец смелости, я села на автобус, ведущий к «Макмелл и Макмеллан».

Меня встретила Кристина, она улыбалась мне.

— Спасибо тебе, — сказала она вместо приветствия. — Я думала, Макмеллан меня живьем сожрет. Он такой суровый временами, — она нервно хохотнула.

— Такая работа погубит тебя, — сказала я ей с улыбкой.

— Он ждет тебя, иди, — Кристина показала мне на дверь главы компании.

Я нахмурилась.

— Думала, ты мне передашь брошюры.

Кристина пожала плечами в недоумении. — Сама не знаю, что это на него нашло.

Я постучала и открыла дверь, тихо прошла в просторный кабинет. Лицо скрывалось за монитором компьютера. Его лицо. Твою мать!

Собрав всю свою волю, я заставила говорить себя уверенно.

— Брошюры, мистер Макмеллан, — у меня получилось. Я гордилась собой.

Чарли поднялся и медленно направился ко мне. Ох, нет! Все его естество говорило о том, чтобы я доверяла этому мужчине. Он наклонился вдохнуть мой запах. Я тоже вздохнула, теперь он пах пряностями. Убийственный аромат, я потеряла нить своих мыслей. Его глаза искали ответы в моих.

— Ты не позвонила, — печально констатировал он.

— Ты мог это сделать сам, — тихо ответила я.

— Я не хотел давить на тебя.

Уголки губ дрогнули в улыбке, я сдержала ее. Не должна сдаваться, не должна сдаваться, не должна сдаваться. Черт возьми! Как же я его хочу. Нет! Я это подумала или сказала? Мои глаза расширились от ужаса. Как я могла желать этого человека, ему же ничего не нужно, кроме секса без обязательств.

— Валери, — позвал Чарли.

— Да?

— Так я позвоню? — его лицо окрасила ухмылка. О, как тяжело смотреть на него…

Гнев начал кипеть во мне, я ведь могу держать себя в руках. Что же со мной происходит?

— Нет, — грубо сказала я и дернулась к выходу.

Чарли прижал меня к двери. Надо бы кричать и звать на помощь. А нужно ли это?

— Что с тобой? — в его голосе отчаяние и в глазах тоже. — Неужели ты не чувствуешь того, что происходит между нами?

Я не могла сосредоточиться. Все, чего мне хотелось это ощутить его губы своими зубами. Я подавила это желание с огромным усилием. Если он приблизится, я за себя не отвечаю.

— Ничего не происходит, — как можно равнодушнее произнесла я и выскочила за дверь.

Я не могла сдаться ему. Моя семья не поймет, они уважали Майкла Макмеллана, но не Чарли. Он был законченным бабником, несмотря на острый ум.

Через пару дней я все забуду, убеждала я себя. Все тряслось от напряжения, надо поспать.

Я вернулась домой, легла, пытаясь поймать волну спокойствия.

Спустя несколько часов мама будила меня.

— Только не говори, что сейчас уже утро следующего дня, — проворчала я.

— Сейчас вечер, и мы уже опаздываем на банкет, забыла? — спросила она, зная ответ.

— Можно я не пойду? — открыв один глаз, я умоляюще посмотрела на нее.

Мама покачала головой.

— Мы недолго там пробудем, обещаю. Появиться надо.

Шум и веселье заставили меня окончательно проснуться. Мама со всеми знакомила меня, на лице счастливая улыбка.

— Майкл, — к нам подошел старший брат Чарли. Они не были похожи, Майкл хорошо контролировал себя, и был верен своей жене.

— Добрый вечер, Дженнифер, — кивнул он моей маме. — О, Валери, — Майкл обратился ко мне. — Моя секретарша в восторге от тебя, сказала, ты спасла ее от моего брата, — он улыбался, наблюдая за тем, как я смущаюсь.

Мама выгнула бровь.

— Моя дочь мне ничего такого не рассказывала.

— Она у тебя такая скромница.

Мне стало не по себе. Я незаметно ретировалась, когда разговор перешел на более нейтральные темы. Побродила вокруг людей, собравшихся в одном просторном зале, все было пропитано современностью, ни раритета, ни винтажа, сплошная техника последнего поколения. Еще с улицы я заметила широкий балкон наверху, поэтому ступила на лестницу. На втором этаже тянулись бесконечные двери, здесь комнат десять, не меньше. Ну, и в какую идти? Открыв одну, я оказалась в кладовой, вторая была гостевой, но без двери на балкон. А вот следующая как раз вела туда, куда мне и требовалось попасть.

Ночь дышала свежестью после легкого летнего дождя. Я закрыла глаза, ощущая ласкающий ветер кожу. Минут через двадцать в комнате за мной зажегся свет. Пришлось пойти объясняться, еще подумают, что я вор или извращенка какая-нибудь. Раздвинув двери, я встала, как вкопанная. По комнате ходил Чарли, он бросил пиджак на кресло, снимал галстук, его взгляд остановился на мне. Я шарила по комнате в поисках возможности скрыться, в это время я заметила фотографии на рабочем столе, на стенах. Это его комната! Как же я могла так опростоволоситься! Чарли был удивлен не меньше меня.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, когда обрел дар речи.

— Я уже ухожу, — пролепетала я, бросаясь к двери.

Чарли поймал меня на половине пути. Я смотрела ему в глаза, ища признак сумасшествия. Не найдя, я облегченно вздохнула.

— Мне нужны были свежий воздух и тишина, — пояснила я на его вопросительный взгляд.

— Нашла? — Чарли ослепительно улыбнулся мне.

Он точно издевается надо мной. Разве можно устоять перед такой улыбкой. Она заразительна.

Я кивнула, начав улыбаться.

— Что ж, я тоже нашел свежий глоток, — загадочно произнес он.

Чарли поцеловал меня. Его губы были мягкими, но очень настойчивыми. Его запах убивал мою прочность. Я не могла сопротивляться перед этим комплектом страсти. Не помню, как мы оказались в его постели, одежда летела во все стороны.

— О, Боже, — я задохнулась, когда почувствовала его внутри себя. Чарли ухмылялся.

— По душе? — нагло поинтересовался он.

Я влепила ему пощечину. Чарли в недоумении потер щеку, останавливаясь. Выражение лица стало хитрым, затем он многозначительно улыбнулся.

— Ах, так!

Внезапно я оказалась на коленях. Чарли грубо взял меня снова. Я вскрикнула. Не обращая на это внимания, он продолжал свой путь в меня.

— А так? — рычал он.

Я одобрительно простонала.

— Только не молчи. У тебя умопомрачительный голосок.

Чарли сдавил мне бедра, проникая в меня еще глубже. Я громко кончила, голова упала на подушку. Он перевернул меня на спину.

— Это еще не конец, — произнес Чарли, страстно целуя меня в губы.

Спустя какое-то время я достигла оргазма уже вместе с ним.

Он глубоко вдыхал воздух, лежа на моей груди, я водила пальцами по его волосам. Чистые умиротворение и блаженство смешались между собой. Разве может быть так хорошо?

— Прости, что так напал на тебя, — произнес Чарли, затем вздохнул. — Не смог удержаться, — по его интонации о сожалении не было и речи.

— Аналогично, — ответила я.

Он фыркнул.

— Судя по тому, как ты меня отшивала, я бы не сказал.

— Заметь, оно того стоило.

— Согласен.

Чарли перекатился с меня на постель, прижимая меня к себе. Я погладила его по щеке, которую ударила и улыбнулась.

— А ты неплохой подарок.

— В смысле? — на лице вопрос.

Я поцеловала его.

— Завтра мне двадцать.

Чарли искренне удивился.

— Праздничным тортом я еще никогда не был.

Я рассмеялась.

Остаток вечера с моего лица не сходила глупая улыбка. Я прокручивала в голове произошедшее, улыбаясь шире. Когда гости начали расходиться, Чарли увлек меня в одну из комнат для волнующего прощального поцелуя.

— На этот раз ты не отвертишься от меня, — пообещал он, пробегая рукой по талии к бедрам. Мне снова захотелось ощутить вкус секса с Чарли. Подобного я еще не испытывала ни с кем. Теперь понятно, почему женщины сходят по нему с ума.

— Что-то ты чересчур счастливая, — заметила мама, пока мы ехали домой.

Я пожала плечами.

— Папа возвращается ведь завтра? — я сменила тему на более безопасную.

— Он не пропустит твой день рождения, — она погладила меня по руке. — Надеюсь, все пройдет хорошо, — задумчиво произнесла мама.

Сегодня мама объявила мне официальный выходной, но заставила купить вещи для обеда в день, когда соберется вся семья. Я бежала к остановке, надеясь успеть на автобус, который уже проезжал мимо меня. В этот момент зазвонил мобильный, вскочив на ступени транспорта, я поднесла телефон к уху.

— Привет, — его голос заставил меня улыбаться.

— Привет, — я все еще тяжело дышала. Его интонация мгновенно изменилась.

— Где это ты?

Я рассмеялась.

— Я бежала за автобусом, Чарли.

Он облегченно вздохнул.

— Я подумал…

— Я поняла о чем, — перебила я его.

— И куда ты направляешься? — казалось, я вижу его улыбку.

— Купить воздушные шарики на мою вечеринку в выходные. Кстати, магазин в трех кварталах от твоего офиса, — заметила я.

— Тогда жди меня там.

— Долго ждать терпения у меня не хватит, — усмехнулась я.

— Я не заставлю, — Чарли отключился. Он явно имел в виду другое под этими словами.

К обеду уже все присутствовали в нашем семейном доме. Мои родители Генри и Дженнифер, старший меня на восемь лет брат Бенжамин с женой Софией, которая стала причиной неудовольствия и в дальнейшем длительной ссоры между отцом и сыном, также семья Джонсов и Макмелланов. Мой отец очень уважал старшего Майкла, а вот Чарли воспринимал в качестве мрачной тени семьи Макмеллан, так как был известен своей распутной жизнью. Неужели я стану одной из его девиц на один раз? Краем разума я понимала, что совершила самую глупую ошибку за всю жизнь. Не знаю, что я хотела этим доказать. Может быть то, что я способна сама принимать решения и мне никто не указ? От всех этих мыслей я готова была биться о стену, но папа прервал мое самобичевание. Он закрыл мне глаза и вывел во двор. То, что предстало моим глазам просто ошеломило меня. На меня смотрел Додж Чарджер последнего года выпуска, цвета голубой металлик. Я ахнула.

— Папа!

— Генри, — осуждающе проговорила мама.

Я прыгнула отцу в объятиях. — Спасибо, спасибо, спасибо!

А он просто гордо улыбался, вручая мне ключи.

— Езжай осторожно, — предупредил Генри.

— Ну, малявки, — ухмылялась я, глядя на гостей, задерживая взгляд на мужчине, который не выходил из моей головы. — Кто со мной прокатится на этой крошке?

Я уже садилась за руль, когда Чарли направился ко мне. На лицах родителей отразилось недоумение, смешанное с неодобрением. Им потом скажем, решила я. Как только дверцы закрылись, я рванула прочь. Мотор ревел, свобода ощущалась в руках, в ногах, во всем теле. Я истерически смеялась, Чарли подхватил. Заехав в складской переулок, я выключила двигатель и повернулась к Чарли.

— Уделим немного времени друг другу, — предложила я. Хищная улыбка скользнула по его лицу. Он привлек меня к себе, я оказалась сверху. Какой же он горячий, и желает меня. Сейчас вокруг был лишь один момент — это я и он.

Вернувшись домой, Майкл схватил Чарли.

— Какого черта ты творишь? — сквозь зубы цедил старший Макмеллан, он посмотрел на меня с недовольством, затем на брата. — Как ты мог трахнуть ее? — рассвирепел Майкл.

— Прекрати! — потребовал Чарли. — Она другая, отличается от всех этих пустышек.

Я замерла, пораженная. Этого я уж точно не ожидала не слышать.

— Черт возьми, Чарли! — на лице Майкла отразилось понимание. — Ты не сможешь быть с ней. Лафор убьет тебя.

— Посмотрим, — холодно произнес он, обнимая меня покрепче.

Майкл смотрел на меня с болью в глазах.

— Мне жаль, Валери, — произнес он и, развернувшись, ушел из моего дома.

Чарли поцеловал меня.

— Ты это серьезно? — поинтересовалась я.

— Абсолютно, — кивнул он, сознавая, что я имею в виду. — Мы с тобой попробуем серьезные отношения, — решительно заявил Чарли. Его лицо говорило об уверенности в принятом решении.

Странно было слышать подобные слова от человека, отношения с которым начались с постели. Я не могла всерьез воспринимать эту ситуацию, скорее как развлечение. Даже, несмотря на то, как меня тянуло к Чарли. Как быстро это чувство пройдет? Могу я надеяться, что оно перерастет во что-то более глубокое, чем животная страсть? И до сих пор я не могла понять, каким образом можно так сильно желать мужчину. Разделял ли Чарли мои ощущения? Все это осталось невысказанным.

Нас уже заждались. Заходя, услышали поздравительную песню с моим именем. Я задула свечи на большом торте, радостно улыбаясь родителям. Все поздравляли меня, обнимали. Последними шли Тайлер и Чарли. Первый очень волновался, вручая подарок. От Чарли я ждала заявления прав на меня, похоже он был уверен в своих намерениях. Я предвкушала эту сцену.

Тайлер подошел ко мне, нервная улыбка, руки немного подрагивали. К моему удивлению, он опустился на одно колено. Глаза мои расширились от ужаса.

— Я люблю тебя, Валери, — произнес Тайлер громко, по мне так его слышали аж в Канаде. — Ты выйдешь за меня?

Я оглянулась на родителей, папа улыбался, мама нервничала, но пыталась совладать с собой. Так-так. Они в курсе. Я оглядела всех собравшихся, все знали, кроме меня и Чарли. Он же готовился броситься в драку за меня. Уже шагнул ко мне, собираясь что-нибудь предпринять. Стало ясно, что имел в виду его брат, когда говорил, что ему жаль.

— Валери? — позвал Тайлер. В глазах плескалось волнение, надежда начала пропадать.

— Что ж, — начала равнодушно я. — Спектакль удался.

Я направилась к Чарли, он крепко обнял меня, закрывая от всего, что могло мне навредить. Прозвучал общий возглас неверия.

— Что это еще такое? — подал голос отец Тайлера.

— Валери, объяснись, — требовал уже мой отец.

Я повернулась к родителям.

— Я не выйду за Тайлера.

— Почему? — удивилась мама.

— Потому что она со мной, — объявил Чарли. — Валери моя девушка.

С этими словами Чарли вывел меня из дома родителей. Никто не погнался за нами, все еще были в шоке от случившегося. Чарли посадил меня в свою ауди. Весь путь до его милого маленького домика мы не произнесли и слова. В голове крутились вопросы: зачем они это сделали? Почему я? Когда они перестали доверять моим суждениям? А доверяли ли вообще?

— Я ничего не знал, — сокрушенно признавался Чарли, когда зашли в его обитель.

Я просто кивнула. Испуганно он посмотрел на меня.

— Я понимаю, мы вместе всего-ничего, — Чарли прикрыл глаза, когда открыл, продолжил. — Может быть, ты любишь Тайлера и хочешь быть с ним?

Я разозлилась.

— Нет. Не хочу. Я не хочу выходить замуж.

Меня предали.

Папа рвал и метал. Я уже пожалела о своем решении поговорить с родителями на следующий день после семейной вечеринки.

— Моя дочь с этим… — папе не хватило слов и он взмахнул руками.

Мама подошла и обняла его за плечи.

— Успокойся, Генри, — просила она. — Ей еще рано становиться чье-либо женой.

— Как ты не понимаешь? — закричал отец, отстраняясь от мамы. — Мы с Говардом мечтали об этом союзе, когда Валери только родилась.

— Папа, я не люблю его, как мужчину, — встряла я.

Генри зыркнул на меня угрожающе.

— А этого любишь?

Я промолчала. Еще пока непонятно, люблю я Чарли или нет. Но выходить за Тайлера… Нет. Это последнее, что я сделаю.

— Никогда бы не думал, что моя дочь станет шлюхой.

Мама ахнула, а я вспыхнула от гнева, сжав кулаки, процедила.

— Тебе прекрасно известно, что до Чарли, — отец поморщился на его имени, — у меня был только один парень.

Я вышла из кабинета отца, громко хлопнув дверью. Как он может? Я ударилась головой об стену. Так, успокойся, приказала я себе. Собравшись с мыслями, я зашла в гостиную. Чарли разговаривал с Софией, она улыбалась, он напряжен. Увидев меня, Чарли подошел и обнял.

— Все в порядке? — спросил он, всматриваясь в мое лицо.

Я кивнула.

— Мне нужно собрать вещи.

Чарли улыбнулся. — Я помогу.

С остервенением я бросала одежду в чемодан. Слезы грозились политься в любой момент.

— Иди сюда, — Чарли привлек меня к себе на колени. — Что сказал Генри?

— Назвал шлюхой, — спокойно вздохнула я. Злость удерживала эмоции.

Чарли поцеловал меня в макушку.

— Из нас двоих скорее шлюха — я, — усмехнулся он.

В дверь постучали. Я напряглась. Второй раунд с отцом дастся тяжелее первого.

— Цыпленок? — мама заглянула в комнату.

Я выдохнула.

— Заходи.

Мама изучающе рассматривала нас с Чарли, через какое-то время улыбнулась.

— Генри хочет побеседовать с тобой, — мама обратилась к Чарли.

— Ну уж нет, — со злостью в голосе заявила я.

Чарли поднял меня на ноги.

— Все в порядке. Мне тоже нужно поговорить с ним, — он поцеловал меня и вышел.

Дженнифер обняла меня. Моя любимая мама. Несмотря ни на что, она все равно рядом. Не считает меня плохой, позволяет решать самой и учиться на своих ошибках.

— Ты уверена, Валери? — спросила она, заглядывая мне в глаза.

— Да.

Мама кивнула.

— Думаю, отец смирится. Ты все-таки его любимая дочь, — она взглянула на чемодан, потом на меня. — Зачем ты уходишь?

— Я не хочу слышать о том, какой я плохой ребенок каждый день. Папа не успокоится, даже с Беном понадобилось три года.

Мама снова кивнула.

— Ты всегда можешь вернуться. Понимаешь?

— Угу, — я прижалась к ней.

Какие у моих родителей разные мнения и подходы. И тем не менее они тридцать лет вместе. Правильно ли я поступаю? Долго думать не пришлось, внутренний голос ответил еще в разговоре с отцом: «Выйти за Тая — последнее в моем списке».