Екатерина Бронникова «Ягодка опять…» <emphasis>Комедия в одном действии</emphasis>

Большая двухкомнатная квартира в одном сибирском городе, 2‑й этаж.

В квартире пусто. Совсем нет ничего. Будто в бегстве вынесли все, сломали, кинули. Оставили на обоях белые пятна – тут картины, наверное, висели. Справа – балкон, за окном день, деревья на улице стоят в снегу.

В центре большой комнаты – две пустые коробки из-под вина. На одной из них сидит, прижимая сумку к себе, Лида. Ей 40 лет, она в меховом пальто, в зимних сапогах.

За ее спиной стоит и смотрит в окно балкона Альбина. Она в ярко-синем спортивном горнолыжном костюме с надписью «Сочи‑2014». У нее на ногах угги со стразами.

Лида. А голым ты его фоткала тоже?

Альбина. Я вызвала для тебя сантехника.

Лида. У него ведь живот уже висит. Жрет в своем ресторане, остатки подъедает. Домой таскал все время, а я не могла.

Альбина. Фортепиано мы тебе оставили. Играй. Остальное, извини – забрали.

Лида. Что ты сказала про сантехника?

Альбина. Была без радости любовь, разлука будет без печали.

Лида. Ты и Лермонтова, что ли, читала? Странно. Угги со стразами – любимая обувь в гардеробе мексиканской проститутки.

Альбина. Нет такого у мексиканской проститутки. Там жарко – раз. Это дизайнерские. Два.

Лида. Три, четыре, пять, вышел зайчик погулять. Вдруг охотник выбегает… А охотника зовут Альбина. Хорошего человека Альбиной не назовут.

Альбина. Лида, пойми, мы будем жить с Димой вместе. Он не может больше с тобой.

Лида. На чем я спать буду? Он все увез.

Альбина. Зато мы оставили тебе квартиру.

Лида. Мы?

Альбина. Мы.

Лида. Быстро.

Альбина. Давно. Мы с ним уже два года. Ты не знала просто. Я понимаю, все понятно – тебе больно. Да, болит везде! Но. Но сейчас я решила идти, так сказать, до талого.

Лида. До чего?

Альбина. До упора, до конца. Сейчас будет тебе сюрприз, чтобы ты успокоилась, и я уйду. Сейчас будет сантехник.

Лида. Сантехник?

Альбина. Сантехник.

Звонок в дверь. Альбина открывает. На пороге стоит Ринат. Это молодой улыбчивый человек в красном комбинезоне. В руках у него большая сумка.

Ринат (радостно). Чао бамбино синьорита!

Молчание.

Альбина. Лида, это к тебе. Вы – к ней.

Ринат проходит в комнату, открывает сумку, достает магнитофон, ставит его на пол.

Ринат. Дак я чё, начинаю? Чё кого как? Ну и чего кого? Поехали?

Молчание.

Лида. Сантехник? Ванная, кухня – там. Неужели с корнем краны будете выворачивать? Ну, вы даете.

Ринат. Чего кого?

Альбина. Послушай, Лида…

Лида. Делайте, что хотите.

Альбина (Ринату). Я буду снимать, вы не против? (Достает сотовый.)

Ринат. Чё кого? Да ради бога! Так я начинаю?

Альбина (Ринату). Вас как зовут?

Ринат. Марио. Опа-опа-опа-па, зажигаем хорошо!

Лида. Значит, ко мне на ты. А к нему на вы? Интересно.

Альбина. Мы вообще-то с тобой знакомы.

Лида. Ах да, точно. Ты же у меня мужа увела. Как я могла забыть. Прости.

Альбина. Я никогда не желала тебе зла. И сейчас тебе это докажу. (Ринату.) Ну все, давайте-давайте! Жгите!

Ринат-Марио включает магнитофон, начинает танцевать стриптиз.

Лида. Это что вообще?

Альбина. Это символ, знак твоей свободы. Я специально заказала тебе стриптизера, чтобы ты поняла, кроме Димы, есть еще мужчины, что жизнь не закончилась. В сорок пять баба ягодка опять… и все такое.

Лида. Мне еще сорок вообще-то.

Альбина. Да?!

Лида. Ну ты и сучка.

Альбина. Среди сучек я лучик.

Ринат-Марио в танце подходит к Лиде, начинает извиваться перед ее носом.

Лида. Мужчина, вы что, музыку совсем не слышите? Вы же в ритм не попадаете!

Ринат (танцуя). Чё кого?

Лида. Тут ритм две четверти, а вы танцуете на три четверти!

Ринат. Я танцую на все сто! Чё кого! Чё кого! (Наклонился к Лиде.) А если вы закажете приват-танец, я раскрою вам все свои секреты. (Оттягивает трусы.)

Лида. Нет-нет, спасибо. Мне этого достаточно. Перестаньте! Я не могу! Господи, как жарко…

Лида расстегивает пальто, снимает шапку.

Альбина. В жар бросило?

Лида. Принесите мне попить. Я не могу.

Ринат (танцуя). Опа! Опа! Два голубя летели! Один другого в жопу клюнул, тапочки слетели!

Альбина долго смеется.

Лида. Зачем ты снимаешь это?

Альбина. Покажу Диме.

Лида. Это?

Альбина. Это. Лида, расслабься. И получай удовольствие! Вот знаешь, почему он от тебя ушел? Потому, что ты вся такая правильная. Отличница. А мужики плохих девочек любят. Как я. (Ринату.) Правда, Марио?

Вдруг Ринат резко перестает танцевать, выключает магнитофон.

Ринат. Нет. Я не могу. Не могу. Простите. Я не могу. Как? Я так вот? Чё кого? Нет. Вы так похожи на мою мать. Я чё кого?

Лида. Я?

Ринат. Нет, вы. Она, то есть. Не вы. Не моя мать. Она.

Альбина. Мужчина, танцуйте! Вам за это деньги платят!

Ринат. Вы похожи на мою мать. Я не могу.

Альбина. Я?

Ринат. Чё кого?

Альбина. Я выйду на балкон. Давайте, я с балкона буду вас снимать. Вы не будете меня видеть.

Ринат. Моя мать стоит за моей спиной. Чё кого?

Альбина. Это не профессионально!

Лида. Так покажи, как профессионально.

Альбина. В смысле?

Лида. Давай! Станцуй! Покажи мне символ! Новую жизнь! Покажи, какой должна быть женщина!

Альбина. Ты думаешь, мне слабо?

Ринат. Опа-опа-опа-па! Зажигаем хорошо! Руки в масле, жопа в мыле, мы работаем на ЗИЛе!

Альбина. Ладно.

Альбина включает магнитофон. Танцует. Успевает скинуть с себя куртку.

Ринат. Чё кого!

Лида. У тебя глаза как у срущей кошки.

Альбина. Чё?

Ринат. Опа-опа! Срослась п…а и жопа!

Альбина выключает магнитофон.

Альбина. Я же похожа на твою мать!

Ринат. Когда танцуешь, нет.

Лида смеется.

Альбина. Чё ты ржешь? Думаешь это так просто? Я вся вспотела!

Лида. Так тебе не привыкать скакать и потеть. У тебя, кстати, тоже с ритмом проблемы.

Альбина. Слышь, ты, ритмичная ты наша. Сама станцуй, попробуй под эту убогую музыку.

Ринат. Чё кого? Это жаркая мексиканская подборка!

Альбина. Да плевала я!

Ринат. Чё кого как?

Альбина. Слушай. Ты не русский что ли? Ты чё так разговариваешь? Как урод.

Ринат. Я не русский. Я российский!

Альбина. И откуда ты выпал, интересно? Российский.

Ринат. Из Парижа.

Альбина. Танцуй давай. Сыр российский из Парижа.

Ринат. Ее очередь.

Альбина. Ну а что? А? Чё кого? Лида! Давай! Смотри, хороший шанс. Вот молодой мужчина. Потренируйся на нем. Четыре четверти. Раз-два-три! Раз-два-три!

Альбина включает магнитофон, Лида встает. Начинает танцевать. Видно, что ей очень неловко, она зажата, скована, но в какой-то момент в ней будто что-то лопнуло. И она начинает танцевать очень изящно и красиво.

Лида. Меня Дима научил танцевать. Мы с ним познакомились в ресторане. Он пригласил на танец. Это сейчас в ресторанах пьют, а раньше танцевали.

Ринат. И сейчас танцуют, чё кого.

Лида. Он пригласил меня, и сразу сказал: «Ты будешь моей». Это я потом узнала, что он со всеми своими бывшими женами так знакомился.

Альбина. В смысле – бывшими?

Лида. В прямом. Жена либо настоящая, либо бывшая. Какие еще варианты?

Ринат. Фиктивная. Мертвая. Гражданская.

Лида. Фиктивная – это тоже настоящая. Я имею в виду во временном плане.

Альбина. Он не рассказывал, что и до тебя был женат.

Лида. А если мертвая – то это значит, что мужчина вдовец. Можно ли в таком случае сказать, что жена бывшая?

Ринат. Чё кого как?

Лида. А гражданская – это все выдумка, для таких вот писелявок.

Альбина. И сколько их было?

Лида. Кого? Жен? А тебе-то какая разница? У вас же любовь! Ты же его и голым фоткала!

Альбина. Заело у тебя что ли? Фоткала да фоткала! Ничего я его не фоткала!

Лида. Если я не буду считать всех его интрижек, то официальных жен у него было три.

Альбина. Как три? А ты? А вы сколько жили вместе?

Лида. Официально были женаты четыре года, два месяца и два дня.

Молчание.

Лида. Ну что? Кто-то еще будет танцевать? Марио?

Ринат. Я пас.

Лида. Альбина?

Альбина. Только не говори, что у него есть дети.

Лида. Не говорю.

Молчание.

Ринат. Так есть или нет?

Альбина. Вот что лезешь, а? Вот что ты лезешь? Как тебя вообще в стриптизеры взяли? Разговаривать не умеешь, зубы на пятнадцать минут вперед!

Ринат. Чё кого? Я похож на мать!

Альбина. Заткнись!

Ринат. Чё кого как?

Молчание.

Лида (Ринату). Ты плохо слышишь?

Ринат. Чё кого?

Лида (громко). Ты плохо слышишь?

Ринат. Я? Есть такие, кто плохо разговаривает. Мне делают капельницы раз в полгода.

Лида. Зачем?

Ринат. Так лучше. Я так слышу хорошо. Некоторые тихо говорят. С ними тяжело. Переспрашиваю. Чё кого? Они мямлят. А с остальными все о’кей. Ну, шум в ушах.

Лида. Я сразу поняла. И давно это у тебя?

Ринат. В армию не взяли, не расслышал шепот.

Альбина. Ты, правда, глухой? Зашибись! Глухой стриптизер!

Ринат. Я не глухой.

Альбина. Может, у тебя и в трусах пусто? Носков туда натолкал?

Лида. Альбина! Перестань!

Ринат. Чё кого? Да нормалек. У меня в голове появился затык, что я могу не расслышать.

Лида. Ты же слышишь.

Ринат. Да, но у меня в голове затык, понимаете? Я так боюсь не услышать, что проговариваю про себя все, что слышу.

Лида. А это значит, что ты занят не слушанием, а проговариванием.

Ринат. Чё кого…

Альбина. Я, конечно, все понимаю, но это дешевая психотерапия какая-то. Мы так-то стриптизера заказывали, а не ноющую глухомань из Парижа! Должно бы весело, задорно, жарко как… как в Мексике! Должна быть страсть! Соблазнение! Открытие глаз! Новая жизнь! Символ!

Лида. Так ты иди, Альбиночка, раз страсти тут нет. Иди, давай, туда, где есть. Пока есть. На годик, поди, еще хватит.

Альбина. А что ты на меня так смотришь? Как на воровку.

Лида. Я? Ты всю меня ободрала, все забрала! Всю жизнь!

Альбина. Я открыла тебе глаза!

Лида. На что? На что ты мне открыла глаза?

Альбина. Да на то, что твой Дима – говно!

Лида. Так он твоим теперь стал.

Альбина. Сколько у него детей?

Лида. Не переживай, он им алименты не платит.

Альбина. Сколько?

Лида. Трое.

Альбина. Трое?

Ринат. Чё кого!

Альбина. Ты гонишь! Ты специально! Я же смотрела его паспорт, там все чисто. Ну, кроме тебя.

Лида. Так и все, спи спокойно. Или не спи. Фоткай его голым и дальше! Проваливай!

Альбина. Ты чё прицепилась к этим фоткам, а? Привязалась ко мне, как пиявка!

Лида. Я привязалась?

Альбина. Я на паспорт его фоткала! На паспорт!

Лида. Так надо было тогда в паспорт заглядывать, пока он его не обновил.

Альбина. Не учи меня! Да я, да я тебе об этой жизни могу больше рассказать.

Лида. Что же? Интернета начиталась? Мобильной философии?

Альбина. Даже если и интернета, то что? Что? А? Я всему, всему из интернета научилась!

Лида. Как ноги раздвигать?

Альбина. Как себя подать!

Ринат. И как?

Альбина. Себя любить надо, уважать! Вот что! (Ринату.) Вот ты, ты себя в зеркало вообще видел?

Ринат. Видел, а что?

Альбина. Ты же урод! Ты же нерусь! Вот что! У тебя зубы, как у волка. Ты яблоки можешь из корзины доставать зубами, и разгрызать их не моргая!

Лида (Ринату). Собака облаяла – к счастью. (Альбине.) Очень умно. Демонстрация любви к себе.

Альбина (Лиде). Вот что это за шишечка? Почему ты нормальную стрижку не сделаешь? Зачем тебе длинные волосы? Как престарелая русалка. Ты думаешь, ты эту шишку распустишь, и твои жалкие космы кого-то очаруют? Да блевать! У моей матери не было пальцев на одной руке, и она не могла заплетать мне косички. Поэтому я всегда ходила с короткой стрижкой, обскубанная под пацана. А заметь, какие у меня волосы густые, красивые. И вот такие чувырлы, как ты, с шишечками из волос, всегда так сочувственно вздыхали, бедная девочка, мол, и не девочка вовсе. А у самих три волосины. Но длинные, как сопли!

Лида. И что? Дальше-то что?

Альбина. А то, что я ненавижу таких, как ты! Сраных интеллигенток! Которые гнут из себя непонятно что!

Лида. Так это ты гнешь, не я.

Альбина. А кто тебе дал право меня судить? Ты посмотри на себя! Ведь у тебя на роже написано, как ты презираешь таких, как я. Открытых, живых! Я спокойно трахаюсь при включенном свете, в отличие от некоторых. Я не распускаю свои паршивые волосы на ночь, чтобы они расползались, как щупальца по всей кровати, я, наоборот, убираю их, чтобы не мешали. И сделай лицо попроще! Я живая, я все чувствую!

Ринат. У меня дома родители постоянно ругались. Постоянно.

Альбина. Заткнись!

Ринат. Они говорили мне: «Помолчи!», когда я что-то спрашивал или говорил, и продолжали орать. Вы так похожи на мою мать. Вечно орете и затыкаете меня.

Альбина. Тебя наняли, чтобы ты танцевал. Крутил своими причиндалами перед старой и брошенной теткой и воскресил в ней жизнь. А ты вместо этого читаешь мне нравоучения. Привязался со своей матерью! Я не похожа на твою мать! Ясно? Я не на чью мать не похожа. Ни на чью. Я не мать, ясно, ясно тебе?

Ринат. Чё кого как?

Альбина садится на подоконник, и плачет.

Альбина. У меня была немая беременность. Я знаю, что правильно говорить замершая. Но я почему-то говорю – немая. Меня выскребли, а Дима не знал. Я пришла домой, и не знаю, как рассказать. Он так радовался, наконец, мол, у него ребенок будет. И мы говорили о чем-то, о ерунде всякой, и он вдруг рассказал, как в молодости на Кубани с женой жил, – я думала, что с тобой. И как там много яблок было, и он каждое заворачивал в газету, чтобы хорошо они хранились зимой. И я поняла, что если я ему расскажу, то он уйдет. Обратно, к этим яблокам уйдет. И я так ничего и не сказала. А теперь, он точно уйдет, как узнает, что всё, немое там. Тем более что у него уже есть трое.

Лида. Да нет у него никого. Ни детей, ни жен бывших. Я так, специально сказала, тебя позлить.

Ринат. Правда?

Альбина. Стало дедушке полегче, стал пореже он дышать. А, плевать. Я все поняла тогда, мне эти яблоки не победить.

Лида. Ты его любишь?

Альбина. Люблю.

Лида. Так иди, иди к нему. Он же твой, он же ушел к тебе, все же хорошо.

Альбина. А ты?

Лида. А я? А что я? Проживу как-нибудь. Не знаю даже как, но куда деваться. Раньше я так его любила. Я же правильная такая. Учительница музыки. С шишечкой на голове. Да, я не люблю со светом, и много чего не разрешала ему, брезгую. Я думала, что замуж выходят раз и навсегда, что иначе не бывает. Что это другие разводятся, но никак не мы. У нас не было детей, и Дима просил меня от кого-то другого забеременеть, специально. Но я не смогла. Я никогда ему не изменяла, за все 17 лет. Знаешь, мы как-то даже ребенка брали, из детского дома. Там есть гостевая форма, когда берешь ребенка на каникулы, на выходные. Чтобы приглядеться, а надо ли. Но как-то не пошло, не сложилось. А теперь, я даже и не знаю, что теперь, как теперь?

Ринат. Чё кого как?

Альбина. Погоди, почему он просил тебя от другого забеременеть?

Лида. Он стал одержим, что ему нужен наследник его ресторана. И чей по факту он будет, ему плевать.

Альбина. Значит, он все понял.

Молчание.

Альбина (Ринату). Как там тебя, Марио?

Ринат. Так-то меня Ринат зовут.

Альбина. Ринат из Парижа, значит. Станцуй нам, Ринатик.

Ринат. Чё кого?

Альбина. Все хорошо, будет у тебя. Брекеты вставишь, и все хорошо будет. Станцуй.

Ринат. А может лучше я спою?

Альбина. Делай, что хочешь. Мне уже все равно.

Ринат (поет). Опа! Опа! Два голубя летели!

Лида. Нет, не надо! Не про голубей только, я прошу.

Ринат. Про ЗИЛ?

Лида. Я сама, сама спою.

Лида начинает петь, Альбина молча смотрит в окно. Ринат собирает вещи и уходит.

Конец.