Опытный семейный врач, встречаясь с пациентом, думает одновременно о трех взаимодополняющих подходах.

• Как вылечить человека, не причинив тем самым непоправимый вред здоровью?

• Как провести реабилитацию утраченного здоровья?

• Какие профилактические меры принять, чтобы болезнь не дала рецидив в будущем?

В последние годы селекция культурных растений и их испытания проводятся только в условиях использования самых современных минеральных удобрений и пестицидов. Все мы подсели на «химическую иглу». Современные гетерозисные гибриды и тем более ГМО-растения при чисто органических методах растут хуже, и приемы их выращивания без минеральных подкормок почти не описаны, поэтому любой опыт в этом направлении особенно ценен.

Мой метод состоит из четырех важнейших положений. Чтобы восстановить даже самую убитую химией и пахотой деградированную землю, надо не сразу, а постепенно, из года в год делать следующее.

• Постоянно вносить в почву органические вещества.

• Добиваться как можно более плотного состояния корневой массы растений на всей площади участка. Не только выращиваемых культур, но и сорняков или сидератов.

• Не отказываться полностью от минеральных подкормок, а научиться внесению долгоиграющих удобрений локально. На минеральные вещества смотреть не как на питание для растений, а только как на корригирующие добавки для разных культур.

• Постоянно вносить препараты, содержащие живые микроорганизмы.

Окончив медицинский институт в Питере, я по распределению попал на Новгородчину в 1973 г. В магазинах пусто. На второй год жизни в этом месте мы разработали три сотки земли за домом и посадили картофель. Понравилось. Через год привез машину сапропеля, сосед лошадью вспахал пять соток пустоши. Посадили огурцы, помидоры, перцы и картофель – все выросло и созрело.

Через пять лет взяли садовый участок, сразу 11 соток, далеко за городом. Холодная заболоченная глина. Привез по КамАЗу опилок, песка, шлака, навоза. Все плугом перепахал и стал садоводом.

Теоретических знаний никаких, родители – шахтеры под Донецком, на небольшом огородике все росло само собой. Увлекся теорией. И еще через пять лет стал чемпионом на городских выставках среди местных садоводов.

Первые годы при обильных минеральных подкормках и избытке покупного навоза на вновь освоенной земле все росло великолепно, быстро заплодоносил и сад. Землянику собирал ведрами. Гладиолусы были лучшими на рынке и стали приносить доход. Земля начала давать прибыль, мы приступили к строительству дома.

Но затем пошли болезни. Капуста с килой, картофель и томаты с фитофторой, сад быстро погибал от морозобоин и черного рака. Лук и смородина были белыми от мучнистой росы. То, что в почве есть биота, – я тогда не понимал. Надеялся на лопату, на современные пестициды и минералку.

Глинистая почва трудно поддавалась улучшению, при малейшей засухе превращалась в камень, навоз, вносимый под перекопку, не помогал. Замучили многолетние неистребимые на глине сорняки.

К началу 90-х я защитил кандидатскую диссертацию по педиатрии, стал заведующим детским отделением больницы, но медицинская зарплата семью не могла прокормить.

Увлекся всерьез селекцией гладиолусов, вышел на рынок, подписался на журнал Родейла об органическом земледелии – «Новый садовод и фермер». После 1990 г. я взял гектар земли в 15 км от города на берегу речки Щука, оформил крестьянское хозяйство, пошли приличные доходы, достроил новый дом с 12 сотками земли и переехал туда.

В 2000 г. взял еще 40 соток земли, где посадил новый сад. Старый участок на глине забросил, к ошибкам больше не возвращался. Все стал делать по-новому, с заботой о почвенной биоте.

В результате я опишу три варианта своего опыта, как из деградировавшей земли сделать в очень короткий срок Живую Землю. Чтобы не было недопонимания, в первой главе я не ставлю цель рассказать в подробностях о выращивании конкретных растений на грядках, вначале просто поделюсь опытом, как, заботясь о почвенной биоте, приумножая разнообразие почвенной жизни, мне удалось создать Живую Землю.

– Дедушка! Надоели сухофрукты, когда поспеют новые яблоки и груши в нашем саду? – начинают спрашивать меня внуки начиная с марта.

– Собирайтесь! На улице солнышко, снег стаял, поедем в сад, будем яблони, груши и сливы прививать, посмотрите, сколько посылок с черенками мне прислали.

– А они в этом году зацветут и дадут плоды?

– Зима была мягкая, ничего не подмерзло, я научу вас прививать так, чтобы и в этом году новые сорта попробовать. В мае, надеюсь, сад зацветет очень обильно, будем любоваться и фотографироваться.

– Старший брат своих одноклассниц в цветущий сад первый приведет, – пошутила внучка-шестиклассница.

– Дедушка! Посмотри в окно! Вокруг дорожек зацвели подснежники!

– Это первые апрельские крокусы! Разве ты не помнишь, как помогал мне их высаживать осенью, – напоминает бабушка младшему внуку.

Опишу на паре примеров, как я выращиваю зелень и томаты на грядках у дома.

Прелесть зелени в том, что она круглое лето растет в метре от крыльца, видна в окно. Всегда есть желание сделать пару шагов, можно босыми ногами, и украсить стол ароматными веточками кинзы, петрушки, базилика, укропа.

На грядке у южной стены дома без всяких парников, под нетканым материалом, к началу мая у нас всегда есть первая редиска и десяток видов салата. Чуть подальше – множество ароматных трав, мангольд, капустные.

Грядки для зелени я после схода снега мульчирую слоем 5 см самого старого рыхлого компоста, чуть подраспушив землю плоскорезом, убрав сорняки. Высаживаю семена, которые барботирую в АКЧ, и землю проливаю из лейки АКЧ с добавлением ложки мелассы (кормовой патоки).

Активные микроорганизмы, подкормленные сахарами и прикрытые агрилом, начинают работать сразу.

Зелень на старом компосте я обычно никакой минералкой не подкармливаю и пестицидами не травлю. Никогда не поливаю «вонючками из бочек» и настоем навоза. Гнили и анаэробы неизвестного состава мне не нужны. Самые полезные микроорганизмы присутствуют только в старом компосте в «мешках, лежавших в зарослях сорняков».

Томаты (занимаюсь ими более 40 лет) на грядках без пленки всегда зреют к середине июля. Теплицы – это чтобы урожай продлить до новогодних праздников без консервации.

Вкус и целебность, насыщенность витаминами и микроэлементами определяет почвенная биота. Это верно для всех растений, включая и помидоры. Но в природе томаты не растут на компостах, как огурцы, тем более современные сладкие крупноплодные сорта – их без подкормок фосфором, калием и кальцием, на одной органике не получить. Поэтому грядки под них я делаю иначе, чем под зелень.

Важно, чтобы предшественниками для томатов не были перцы, баклажаны и картофель. Хороши для этого капуста, огурцы, кабачки, под которые я вношу много органики. Поэтому под томаты я компосты и любую свежую органику не закладываю, хватает питания от старой, прошлогодней.

Высаживаю в грунт цветущую закаленную рассаду поздно, в конце мая. Никогда вразброс минеральные удобрения не вношу, а только в пару лунок у корня, любые долгоиграющие. Хорошо работает «Буйское ОМУ для томатов». Это не для питания томатов, а для коррекции по фосфору и калию, которые этой культуре важнее азота.

И только к лету, с началом налива плодов мульчирую старым перегноем и дополнительно локально вношу минералку с калием, кальцием, магнием. Иногда делаю внекорневые подкормки этими элементами.

Но главный агроприем – это регулярное опрыскивание АКЧ с ложкой мелассы. Если кто-нибудь хоть раз попробует полить почву мелассой, слабым 0,25 %-ным раствором, он от этого приема не откажется.

В почве бурно развиваются бактерии и грибы, выделяют много слизи и формируют почвенные микрогранулы, за ними приходят роющие норки хищники, поедающие микробы и выделяющие копролиты, к ним устремляются корни со своими корневыми выделениями.

Не проходит и пары недель, как почва делается рыхлой, пористой, воздушной, структурной, с грибным запахом актиномицетов – показателем зрелой живой почвы.

На живой почве, с небольшой коррекционной подкормкой отдельными минералами, первая кисть томатов созревает в середине июля. Создавать почву на грядках у дома – это не труд, а приятное удовольствие и элемент воспитания внуков. Занятие, сплачивающее всю семью.

– А журавли и аисты уже ходят по нашему полю? – спрашивают нас внуки в начале мая.

– Конечно, уже ходят, скоро поедем, посмотрим, как они лягушек ловят, и наберем вкусной воды из нашей речки Щука. А пока помогайте выносить семенную картошку на веранду, пусть ростки дает.

В почве несметное число видимых и невидимых живых организмов. Все эти живые существа миллиарды лет эволюционировали вместе с растениями, которые мы сейчас называем культурными, и ради повышения урожайности, извлечения прибыли из почвы травим почвенную живность пестицидами и минеральными удобрениями.

Пытаемся сложнейшую отлаженную за миллионы лет экосистему заменить простыми схемами применения химических удобрений.

Что я хотел бы понять сам и рассказать читателям? Как, ни в коей мере не отрицая, не отбрасывая современную агрохимию, разобраться в роли живых существ в природных экосистемах и научиться управлять этими процессами, мягко применяя минеральные, органические удобрения и средства защиты. При этом думая не столько о прибыли и урожайности, сколько о качестве получаемых продуктов со своей земли.

Современные промышленные сельскохозяйственные технологии основаны на идеях управляемости урожаями и рентабельности производимой продукции. Это немыслимо без фундаментальных научных достижений в области агрохимии. Поэтому промышленные агропредприятия (голландские, польские) используют минеральные удобрения и пестициды без всякой меры, применяют искусственные грунты, капельный полив, автоматизированные сложнейшие системы. Они не могут себе позволить задумываться о почвенной биоте, жизнь микроорганизмов очень сложна, ранима, трудноуправляема и малопредсказуема.

Для садовода-любителя – все наоборот. Ему не по силам создавать автоматизированные агросистемы, не нужно перенасыщать свои почвы минералкой и пестицидами, а достойные урожаи очень хорошего качества он может получать, используя современные знания по биологии почв.

Вообразите, что вы путешествуете по лесу с опытным ученым-лесоводом. Он вам сможет наглядно показать все сложнейшие взаимосвязи жизни леса, вы своими глазами увидите и деревья, и подлесок, и травы, и птиц, и насекомых, и крупных и мелких животных. Но увидеть живой мир ваших почв вы не можете. Поэтому садовод все многообразие этого мира подчас сводит к полезной роли дождевых червей.

Более продвинутые слышали, что очень важную роль играют грибы, вступающие в симбиоз с растениями, что есть полезные бактерии и можно применять ЭМ-препараты. А вот о роли мелких почвенных животных и о влиянии бактерий, обитающих в ризосфере, мало кто знает.

Теперь представьте себе, что мы можем изменить свои размеры и проникнуть в мир живой почвы изнутри, посмотреть на него «глазами» самих микроорганизмов и мелкой почвенной живности. Давайте разберемся, что такое плодородие почв с точки зрения почвенной живности.

Здравый смысл нам говорит, что лесная почва для пшеницы мало плодородна, а ель на ней великолепно растет, и наоборот, жирный чернозем плодороден с точки зрения пшеницы, а вот ель на такой почве будет чувствовать себя плохо.

Поэтому, когда мы говорим о плодородии, надо всегда уточнять: для каких культур? На каких почвах и в каком климате эти культуры эволюционировали? Миллиарды лет корни растений отлаживали симбиотические связи с почвенным микромиром в конкретных условиях среды обитания. Убьете грибы и бактерии почвы, и ель на песке не вырастет. А пшеница на черноземе заболеет.

Еще надо сразу понять: когда мы говорим о биологическом разнообразии жизни, прогуливаясь, например, по лесу, – это один порядок цифр и связей, когда мы перемещаемся в мир почвы, число живых существ и многообразие таких связей возрастает в сотни, в тысячи раз. Все это описать, изучить и охватить разумом ученые пока не смогли.

Поэтому смиримся с тем, что нашей задачей будет лишь прикоснуться к тому новому, что выяснили ученые о жизни живой почвы, и уяснить главные механизмы, которые определяют плодородие почв.

В лесу, например, мы своими глазами видим, что разные лесные животные строят для обитания различные домики из подручных материалов. Кто-то гнезда из веточек и перьев, кто-то норки, утепленные клубком травки.

Надо понимать, что и почвенная живность создает для себя в тысячи раз более сложную и разнообразную среду обитания, используя почвенную матрицу, т. е. частицы песка, глины, ила, обломки горных пород, минералы, органические вещества разной степени разложения и воду.

Я это подчеркиваю многократно, чтобы садоводы знали, что любое наше вмешательство в структуру почвы с целью улучшить ее (копаем, вносим удобрения) всегда приводит к обратному результату.

Лопата для почвы – это то же, что огонь для леса. Мы ухудшаем среду обитания почвенной живности на длительный период, и вместо того, чтобы в симбиозе с корнями повышать урожай наших растений, почвенная живность тратит время и энергию на восстановление среды обитания.

Когда мы закладываем сад, то в долгосрочной перспективе можем продумать, как нам исправить плохую почву, улучшить ее состав с учетом растущих культур, добавить песка или глины, органики или извести, сделать канавы на влажных участках и т. д. Но в последующие годы надо использовать только самую щадящую минимальную обработку почвы и щадящие методы добавления удобрений.

Только тогда почвенные макро– и микроорганизмы вместе с живыми корнями растений и их секретами приступят к очень быстрому и эффективному повышению плодородия наших почв. Одни будут перерабатывать почвенную матрицу, улучшать ее агрегатное состояние и добывать из нее минеральные соли. Вторые станут участвовать в кругообороте элементов питания, преобразовывать одни питательные вещества в другие, более доступные, и перемешивать слои почвы естественным образом. Третьи будут помогать корням усваивать эти элементы, вступая с ними в симбиоз. Четвертые – улучшать капиллярность почвы, увеличивая проникновение воды как сверху, так и снизу, и сохранять эту воду в коллоидном состоянии вокруг микрогранул почвы.

И главное, все это вместе будет нейтрализовать токсичные вещества, охранять растения от болезней. Такая система вырабатывалась эволюционно, неспешно, закреплялась генетически. И воссоздать ее человеческому разуму пока не по силам.

Еще одно важное замечание по плодородию почвы сада. Надо четко осознавать, чего хочет садовод, когда вносит в почву удобрения и улучшает структуру почвы. Долгосрочно – иметь приемлемые урожаи с высоким качеством продукции для своего потребления? Или краткосрочно – получить от земли высокую отдачу при минимуме затрат на ее сохранение, то есть для производства дешевой продукции на рынок?

Плохого фермера заботит сегодняшняя прибыль, плохого чиновника – только откаты и распилы. А нас, простых мудрых садоводов, должна заботить продовольственная безопасность своей семьи.

Очень важно понимать тонкие отличия между биологическими процессами в почве в нетронутой человеком природе и подобными процессами на наших грядках и в наших садах.

Дикие растения всегда растут при дефиците питательных веществ в почвах, и у них эволюционно выработалась высочайшая способность вступать в симбиоз с почвенной биотой и получать питательные вещества.

Культурные растения растеряли многие природные способности. Селекция культур была направлена на получение высоких урожаев, естественно, при повышении потребностей растений в питательных веществах.

Поэтому, говоря о заботе и сохранении микромира почв, мы говорим лишь об улучшении биологической составляющей плодородия, в дополнение к физическим и химическим компонентам. Таким образом, мы не должны слепо копировать процессы, как в дикой природе. Наша задача – научиться выявлять только те главнейшие механизмы, которые помогают повысить урожайность культур на наших грядках в долгосрочной перспективе.

Надо понимать, что садоводу легче оценить свои почвы по химическим и физическим параметрам (узнать, глинистые они или песчаные, много ли в них органики, гумуса, каково содержание азота и фосфора). Научиться оценивать биологическую составляющую плодородия очень трудно.

Научить садовода оценивать биологическую составляющую плодородия по косвенным признакам и является целью моих последующих рассказов, в которых мы поговорим детально и о грибах, и о бактериях, и о почвенных животных всех размеров, и о той роли, которую они играют в жизни растений.

Еще Аристотель говорил: «Корни растений – это кишки, вывернутые наизнанку». Но все ли знают, как правильно кормить корни или какая пища нужна человеку? То, что мы говорили о растениях и химических удобрениях, справедливо и для человека: все забыли, что наши предки жили на берегах озер Центральной Африки и были собирателями мелкой живности, обитающей в природе, а нас кормят сейчас фаст-фудом.

По сей день продолжаются дискуссии о значении микрофлоры в жизни человека, которые активно велись еще на рубеже XIX–XX вв.  Л. Пастером, Р. Кохом и И. И. Мечниковым. Ученых того времени интересовал вопрос: кишечная микробиота – наш обязательный и жизненно важный спутник или же причина заболеваний и преждевременного старения?

Пастер, опираясь на знания о бактериях, живущих в симбиозе с растениями, предположил, что обитатели желудочно-кишечного тракта – симбионты нашего организма и необходимы для поддержания здоровья. Мечников же заподозрил другое: микрофлора кишечника, особенно толстого, вредна и приводит к выработке ядов и токсинов, сокращающих продолжительность жизни человека. И рекомендовал принимать полезные простокваши. В те годы среди ученых преобладали идеи главенства человека над природой, идеи антропоцентризма. Все знают знаменитые лозунги Мичурина.

Прошло 100 лет, но если сейчас опросить и простых людей, и образованных врачей, то окажется, что большинство населения считает нормальную микрофлору кишечника если не вредной, то, по крайней мере, глубоко чужеродной нам массой микробов, куда, как на грядку, можно подсаживать недостающие бифидобактерии или лактобациллы. Одни медики ратуют за исследование состава микрофлоры кишечника и борьбу с дисбактериозом (или дисбиозом). Другие не считают дисбактериоз патологией и предпочитают его игнорировать. Третьи настойчиво объясняют, что «дисбактериоза не существует», что анализ кала на дисбактериоз не надо проводить, так как «бактерии в баночке с анализом сами по себе вырастут на столе у батареи», и что «основой кишечной микрофлоры являются не классические бактерии, а бактероиды».

А если спросить агрономов и садоводов о почве и ее обитателях? Мнения будут такими же взаимоисключающими.

Разница в мнениях нормальна, страшно другое. Мы живем в век засилия монополий, производящих препараты для лечения, с отлаженным маркетингом и рекламой. И отовсюду слышим, что и кишечник, и почву надо лечить, лечить, лечить. Обращаемся к ученым-профессионалам, а они говорят – вопросов и белых пятен куда больше, чем точных ответов. Например, до сих пор неясно, можно ли менять на длительный срок состав микрофлоры кишечника с помощью пробиотических продуктов или препаратов? Таких вопросов существует множество, и, как и во времена Мечникова, в большинстве случаев приходится ограничиваться гипотезами, концепциями, личным врачебным опытом или просто здравым смыслом.

Ученые сходятся во мнении только в том, что к настоящему времени накоплено достаточно информации, чтобы не сомневаться, что подавляющее большинство кишечной микрофлоры не относится к паразитарной, а эта флора очень даже нам нужна, как, собственно, и весь наш кишечник… Новые исследования показали, что всем известные лакто– и бифидобактерии составляют всего 1–5 % флоры кишечника, а главную роль играют бактероиды вокруг ворсинок кишечника. (Их исследовать очень трудно.) А между ними и клетками кишечника существует постоянный обмен информацией через выделения, которая меняется в динамике. Главный вывод ученых: активность кишечных ферментов находится в зависимости (по типу обратной связи) от активности кишечной микрофлоры.

Бактерии кишечника столь же активно взаимодействуют с иммунокомпетентыми клетками макроорганизма, поддерживая в рабочем состоянии систему врожденного иммунитета. Иммуномодулирующая функция микрофлоры – одна из самых интенсивно изучаемых в настоящее время проблем.

Человек как таковой не существует без его микробиоты. На деле мы – часть комплексной системы из макроорганизма и его микромира, и слова «полезность» или «вредность», носящие эмоциональную окраску, не очень уместны. С «точки зрения» бактерий, мы – просто полезный термостат, поставляющий им питательные вещества. Каждому из компонентов сложнейшей микробиоты человеческого кишечника приходится решать массу задач, начиная от борьбы с соседями и заканчивая дележом питательных веществ с макроорганизмом во имя главной цели – размножения. Абсолютная безвредность некоторых видов бактерий – такой же миф, как и их любовь к организму хозяина.

Бактерии руководствуются лишь биологической целесообразностью и степенью патогенности, а в определенных условиях и при определенном состоянии иммунной системы организма хозяина могут приводить к тяжелым заболеваниям. Однако, к нашему счастью, биологическая целесообразность для микрофлоры такова, что ей энергетически выгодно поддерживать «шагающий термостат с продуктами» в рабочем состоянии, а не убивать его в надежде отыскать нового хозяина. Даже предмет нашей особой гордости – интеллект – косвенно зависит от особенности нашей микробиоты.

Процесс пищеварения любого организма подстроен под основные источники энергии или, другими словами, ту пищу, которую организм чаще всего потребляет. Хорошо известно, что у травоядных существенно более длинный и сложно организованный желудочно-кишечный тракт, чем у хищников. Микробиота травоядных также отличается от микробиоты хищников по видовому составу и по ферментативной способности, например по способности гидролизовать целлюлозу из листьев и травы.

Анализ пищевого поведения приматов четко показывает, что эволюция, приведшая к появлению Homo sapiens, сопровождалась изменением пищевого поведения наших предков. В силу тех или иных обстоятельств они переходили от потребления листьев сначала преимущественно к фруктам, а потом к практически любым продуктам, и особенно к мясу. Должен разочаровать любителей вегетарианской пищи, но человек никогда бы не начал говорить или писать книги, если бы не стал самым страшным хищником на нашей планете. Если бы листьев хватало, мы просто не слезли бы с дерева. Соответственно, и сам кишечник, и его микробные обитатели в процессе эволюции адаптировались к разнообразной пище, богатой животными и растительными белками. Интеллект наших недавних предков и нас самих – лишь инструмент для лучшего обеспечения такими продуктами.

Наше пищевое поведение отчасти регулируется миробиотой, способной, как недавно выяснилось, синтезировать различные нейрорегуляторные вещества. Получается, что кишечная микрофлора – неотъемлемая часть нашего организма, причем ее состав и функции определяются нашим пищевым поведением. Даже видовой и количественный состав микроорганизмов в кишечнике строго индивидуален. А недавно появилась информация о том, что состав микробиоты наследуется.

Научно-техническая революция последнего столетия внесла существенные изменения в пищевое поведение человека, за которым не поспевает наша собственная физиология и наша микробиота.

Мы стали потреблять меньший объем пищи, меньше клетчатки, а также меньше калорий. Обменные нарушения, такие как гиперхолестеринемия, атеросклероз сосудов, диабет, а также частые аллергии – расплата за удобства цивилизации. Получается, что наши микроорганизмы помогли человеку стать разумным, чтобы он кормил их натуральными продуктами из своего сада и огорода, они кричат человеку: не ешь фаст-фуды и «баночки с консервантами», протестуют, вызывая у него метеоризм, запоры и колики. Но человек, зомбированный рекламой, забыл об их существовании.

А как в саду? У вас есть мусорная куча, куда вы годами выбрасываете выполотые сорняки и ботву. В ней эволюционируют и сорняки и биота вместе. На 5–10-й год «лопухи» там вырастают до небес, потому что растения своими выделениями усиленно кормят биоту, чтобы она эффективней разлагала органику, а биота своими гормонами заставляет растение формировать огромные листья, чтобы больше получить энергии солнца. Биоте нужно больше углеводов через выделения корней и органики листового опада. Умные цветочники в свои горшки не берут «торфяной субстрат» из магазина. Они ищут в саду не тронутые человеком мусорные кучи, заросшие лопухом и крапивой, и берут оттуда грунт с особой активной ризосферной биотой. Это те садоводы, у которых мозг не отравлен «консервантами» и сохранились нейрогуморальные отношения с биотой своего кишечника.

Зачем я провожу эти параллели? Чтобы садоводы помнили, если вас заботит ваше здоровье и здоровье вашего сада, не стоит слушать советчиков, предлагающих «чудо-препараты» или простые примитивные агротехнологии. Начинайте с простого и учитесь всю свою жизнь. Когда кормите себя и свои растения, не забывайте, что у них есть друзья, симбионтные микроорганизмы.

Я жду весну. Я знаю, что каждый год, вот уже 20 лет, в мае в 50 м от моего дома запоет соловей в зарослях ивы на берегу озера, а затем в кроне старого тополя заплачет иволга. Эти птицы из поколения в поколение прилетают к моему дому. Потому что я охраняю их гнездовья, у озера нет свалок мусора, никто не рубит деревья.

Я призываю всех так же охранять живые существа, как в почве вокруг корней, так и в вашем кишечнике. Пусть везде поют соловьи, плачут иволги и земля рождает гениев – поэтов.

Часто слышу вопросы: как и чем опрыскать растения, чтобы они не болели, что добавить в почву, чтобы она стала плодородной? Такие же вопросы задают и врачам. Какие продукты самые полезные? Какие витамины и биодобавки лучше? На это я отвечаю: научитесь органическому земледелию. Полюбите землю. Хотя бы целебные овощи летом научитесь выращивать для своих детей.

Задумайтесь о целях, ради которых вы занимаетесь садоводством. Возможно, ради получения доходов и просто пищи для существования. Или ради удовольствия от отдыха среди природы и ради творчества в саду. Я предлагаю благоустроить свою землю для сохранения своего здоровья. Своя земля – это физические упражнения на грядках, это хорошее настроение и снятие стресса, это здоровый воздух и фитонциды, это экологически чистые целебные фрукты и овощи.

Мы с женой по профессии педиатры, последние 20 лет профессионально занимаемся вопросами не только, как вырастить чужих детей здоровыми, но и как сохранить свое здоровье после 60 лет. Очень многое проверили на себе и своей семье. И теперь наш образ жизни – это постоянное оздоровление организма.

Я попробую рассказать о своем опыте сохранения здоровья именно благодаря созданию здорового сада. Если меня попросить расставить в приоритетном порядке не все, а хотя бы первые три главных фактора, благодаря которым ваш сад делает организм здоровым, то я, без сомнения, скажу следующее.

• На третьем месте – положительные эмоции, снятие стресса, постоянное переключение от «жвачки» бытовых проблем на творчество в саду, это полезные для здоровья гормоны, эндорфины вместо адреналина.

• На втором месте – постоянные движения, когда задействованы все мышцы, когда работают клапаны всех мелких вен, и нет застоя крови, вся она многократно очищается, проходя через печень и лимфоузлы. При спокойной работе в саду в тренирующем режиме работают сердце и легкие, свежий воздух с кислородом заставляет усиленно работать все глубинные структуры клеток и омолаживать организм. А движения совместно с положительными эмоциями, когда адреналин не приводит к спазму сосудов, работают на оздоровление организма вдвойне.

• На первом месте конечно же – здоровое питание продуктами из своего сада.

Я имею общебиологическое образование, поэтому, интересуясь жизнью микроорганизмов почвы, я также интересуюсь жизнью микроорганизмов в кишечнике человека и провожу параллели. На стыке разных наук можно отыскать много интересных мыслей.

Например, на изучение микробиома человека развитые государства мира тратят намного больше денег, чем на исследования ризосферы растений. И новых открытий здесь много.

Микробиом – это то, что прежде называлось микрофлорой кишечника. Сейчас, с началом масштабных геномных исследований самых разных бактериальных сообществ (например, дна океанов, сточных вод), слово «микробиом» стало более популярным. Оно подразумевает совокупность не столько самих микробов, сколько всех микробных генов, оказывающих влияние на среду, в которой они существуют.

Оказывается, и ворсинки кишечника человека, и корневые волоски у растений взаимодействуют с окружающими их микроорганизмами по одним и тем же законам, контролируются сходными древнейшими генами.

Именно по результатам генетического анализа было установлено, что в организме человека обитает более 10 тысяч видов различных микробов. Такое обилие микробов обеспечивает жизнедеятельность человека гораздо большим количеством генов, чем может предоставить сам по себе человеческий организм. По подсчетам ученых, если в геноме человека 22 тысячи генов, кодирующих белки для обслуживания нашего метаболизма, микробиом привносит около восьми миллионов уникальных кодирующих генов, иными словами, бактериальных генов в человеке в 360 раз больше, чем собственно человеческих.

Такие же процессы происходят и в почве, в ризосфере растений, ферменты микроорганизмов кормят растения. У людей нет всех ферментов, необходимых для переваривания того, что мы едим, отмечают ученые. Большая часть белков, липидов и углеводов нашего рациона расщепляется до питательных веществ, способных всасываться кишечником, микробами, которые обитают в кишечнике. Более того, микробы производят полезные вещества вроде витаминов и противовоспалительных соединений, синтез которых наш геном обеспечить не может. Фаст-фуд, консерванты в продуктах из супермаркета угнетают наш микробиом в неменьшей степени, чем пестициды убивают микроорганизмы в почве.

Окружающая среда, наш здоровый сад формирует здоровый микробиом нашего организма, но об этом – в следующих главах. А сейчас прозвенел сигнал, хлебопечка испекла ароматный цельнозерновой хлеб (из смеси пшеничной, кукурузной и овсяной муки). Я подкрепился стаканом козьего сырого молока с хрустящей ароматной корочкой своего «деревенского» хлеба и включил компьютер. И стал писать о том, как придет лето, и как рано утром меня разбудит внук, мол, посмотри в окно, курочка сидит на ветке и квокчет, значит, снесла яичко в саду и зовет, выходите, ищите. Мы знаем все ее потаенные места, внук находит первый, приносит домой яичко и стакан земляники и из свежайшего желтка и свежайших ягод готовит коктейль для проснувшихся братишек. А вечером мы садимся на крылечко, вдыхаем ароматы своего сада, и, как обычно, старая индейка взлетает на ограду, вытягивает шею в нашу сторону, подслушивая наши разговоры.

Садоводы умеют оценивать свои почвы по химическим и физическим параметрам, знают, глинистые они или песчаные, много ли в них органики, гумуса, каково содержание азота и фосфора. А вот представить биологическую составляющую плодородия своих почв садоводу очень трудно, плохо учат этому даже студентов в сельскохозяйственных вузах и мало рассказывают в книгах по земледелию.

Итак, попытаемся разобраться в этой невидимой биологической составляющей. Раньше почвенные микроорганизмы ученые изучали с помощью микроскопов и размножали в чашках Петри. Последние пару десятков лет появилась новая наука – молекулярная генетика. И оказалось, что с помощью генетического анализа можно обнаружить в почве на два порядка больше микроорганизмов, чем предполагали раньше.

Современным биологам стало понятно, что экологические взаимодействия между этими группами организмов очень сложны и многообразны. Они осознали проблему, что подавляющее большинство из них (по некоторым оценкам, это не менее 99,9 %) не могут быть выделены, выращены и идентифицированы при их культивировании даже с помощью современных лабораторных методов.

В западной литературе уже не пишут просто о бактериях, а пишут всегда о бактериях и археях (археи не могут быть идентифицированы при их культивировании, они не имеют ядра, имеют свою независимую эволюцию и характеризуются многими особенностями биохимии, отличающими их от других форм жизни).

Другими словами, мы знаем, что в почве живут и взаимодействуют между собой миллиарды живых существ, но мы только начинаем понимать, что всего лишь 0,1 % из этих миллиардов микроорганизмов действительно что-то делают в почвенной экосистеме.

Наука экология нам подсказывает, что чем больше индивидуальных цепочек «хищник – жертва» содержится в почве, тем сильнее они будут подавлять фитопатогены и защищать наши растения, это показывает практика.

Ученые знают также, что в экологии существует важное понятие о том, что целое больше, чем сумма его частей.

О роли бактерий и грибов для жизни почвы написано много. О функции дождевых червей знает каждый садовод. Но если спросить, кто играет «роль волка в лесу», является главным хищником в почве, ответят не все. Оказывается – это простейшие и другие мелкие почвенные хищники. Именно они определяют главный экологический тезис, что целое – всегда больше суммы частей.

Миллиарды бактерий, миллионы грибов, которые разрушают почвенный опад, контролируют гораздо меньшее число мелких (микро), средних (мезо) и больших (макро) животных-хищников.

Их размеры варьируются в диапазоне от нескольких микрометров до более метра. Список включает в себя: простейших (жгутиковые, амебы, инфузории), нематод, клещей, коллембол, моллюсков, мелких червей – энхитрей, дождевых червей, многоножек, сороконожек, изопод, муравьев, термитов, жуков, личинок двукрылых и пауков.

А вот когда в эту живую почву с миллиардами живых существ проникает живой корень со своими выделениями – система усложняется многократно.

Приведу лишь один пример, который стал понятен мне совсем недавно. Концентрация азота в клетках простейших (и круглых червей) ниже, чем в бактериях, которых они поедают (соотношение углерода к азоту в клетках простейших составляет 10:1 и более, а у бактерий – от 3:1 до 10:1). Бактерии, потребляемые простейшими, содержат слишком много азота в соотношении с количеством углерода, необходимого простейшим. Поэтому простейшие высвобождают излишки азота в виде иона аммония (NH 4+). И человек, и корова выделяют мочу, пахнущую аммиаком, и это лучшая азотистая подкормка для растений.

Эта концентрация бактерий и хищников с их выделениями происходит в слоях у корневой системы растения. Бактерии и другие организмы быстро перехватывают и поглощают большую часть аммиака, но часть потребляется и растением.

Таким образом, в реальной живой почве корни не берут азот непосредственно «из трупов погибающих бактерий», а получают через выделения простейших. Задача корня сводится лишь к регулированию бактерий и простейших своими выделениями.

Еще одна роль, которую играют простейшие, – регулирование популяций бактерий. Когда представители этого класса потребляют бактерии, они стимулируют рост их популяции (следовательно, и темпы разложения и агрегации почвы). Этот процесс можно сравнить с обрезкой дерева: если обрезать немного – это улучшает рост, переусердствовать – снижает.

Простейшие к тому же – важнейшее звено в системе почвенных пищевых цепочек. Они помогают снизить заболеваемость растений, поскольку конкурируют с патогенами или питаются ими. Все это налаживалось и регулировалось миллиарды лет совместной эволюции растений и почвенных животных.

Я по профессии врач. Поэтому, интересуясь жизнью микроорганизмов почвы, невольно провожу параллели с микроорганизмами в кишечнике человека. Чтобы увлечь читателей этой интереснейшей темой, приведу небольшую выдержку из научного журнала.

«В пищеварительном тракте человека углеводы расщепляются группой ферментов под общим названием гликозидазы, которая насчитывает более 260 веществ. Эти ферменты не производятся клетками нашего организма, а вырабатываются микрофлорой кишечника, в том числе бактериями рода Bacteroides.

Каждый из таких ферментов расщепляет определенный вид углеводов, поступающих в организм с растительной пищей.

Гликозидазы, участвующие в переваривании морских красных водорослей, были выделены у бактерий Zobelliagalactanivorans, которые обитают на поверхности этих растений. Французские специалисты провели сравнительный анализ генома указанных бактерий, а также представителей микрофлоры кишечника.

В ходе анализа гены ферментов для переваривания водорослей были обнаружены у бактерий Bacteroides plebeius, населяющих пищеварительный тракт жителей Японии, тогда как у аналогичных бактерий, живущих в кишечнике североамериканцев, эти ферменты отсутствовали.

По мнению исследователей, представители микрофлоры кишечника японцев получили эти гены в результате обмена наследственной информацией с бактериями, обитающими на водорослях, которые используются в приготовлении многих блюд японской кухни, в том числе различных видов суши. Когда именно произошел обмен генами между бактериями, исследователи не уточняют…»

Поэтому многие годы я выращиваю на своей земле не только стандартный набор из десятка культур, а стараюсь вырастить сотни сортов и видов зелени, плодов, ягод, корнеплодов и других вкусностей.

Потребляя растения с более разнообразным микробиомом, я формирую и свой микробиом. Адаптирую свою кишечную флору к своему образу жизни и образу питания. Даю возможность обмениваться с помощью горизонтального переноса генами этим двум микробиомам. Делаю свой организм более богатым генами, обслуживающими мой метаболизм. Это лучшая профилактика различных заболеваний.

О роли бактерий и грибов подробнее поговорим в следующей главе.

А сейчас я продолжу рассказ о самом важном и ценном для практики, что стало известно науке касательно роли отдельных, малоизвестных садоводам микроорганизмов, таких например, как тионовые бактерии, фотосинтезирующие бактерии и почвенные водоросли.

Почвенные водоросли вы можете встретить на любой почве, лишь бы были свет и влага и не применялись гербициды. По сравнению с грибами и бактериями их меньше, всего от 100 до 10 тыс. на грамм почвы.

Как и все растения, они получают СО2 из воздуха и благодаря солнечной энергии синтезируют питательные вещества. Занимают свою важную нишу в пищевых цепочках, имеют свой особый геном и свои продукты обмена.

Высшие растения эволюционировали вместе с ними и нуждаются в присутствии их продуктов. Если водорослей мало, то растения начинают страдать и болеть. Собственно, как болеет и человек с обедненным микробиомом.

Видов и родов водорослей много, особенно в тропиках. Некоторые роды, например, на рисовых полях научились фиксировать атмосферный азот, они играют большую роль в плодородии почв.

В умеренной зоне преобладают зеленые водоросли (Chlorophyta) и диатомовые водоросли (Bacillariophyta). Что они дают почве? Почему их не стоит травить гербицидами? Да, их мало, но в целом их опад увеличивает накопление органики в почве. Большее значение их в том, что они выделяют слизь, что «цементирует» микрогранулы и делает почву более гигроскопичной. Корни продуцируют углекислый газ в процессе своей работы и требуют много кислорода, в почве кислород всегда в дефиците. Поэтому корни выделяют особые вещества, привлекающие водоросли, а водоросли прямо в зоне ризосферы производят кислород для корней. В благодарность водоросли дают корням еще один «бонус»: они имеют гены, позволяющие синтезировать антибиотики, защищающие корни от патогенных бактерий и грибов.

Но, хотя не все водоросли сами фиксируют азот воздуха, создавая углеводы, они косвенно, через симбионтные с ними почвенных азотофиксаторы, увеличивают накопление азота в почве. Прижизненные внеклеточные выделения водорослей содержат разнообразные органические вещества: органические кислоты, слизи и растворимые полисахариды, жирные кислоты и вещества липоидного характера, растворимые полипептиды, аминокислоты, вещества высокой биологической активности. Состав и количество освобождаемых водорослями внеклеточных веществ равны количеству внутриклеточных (опаду).

Внеклеточные продукты водорослей используются бактериями, которые в естественных условиях являются постоянными спутниками водорослей, населяя поверхность клеток и колониальную слизь. С другой стороны, метаболиты бактерий, в частности азотофиксирующих, могут быть использованы клетками водорослей.

На почвах, где нет трав и корней растений, водоросли, пожалуй, единственные выполняют роль «почвенных сидератов», создают структуру почвы.

Надеюсь, я убедил всех, что к почвенным азотофиксаторам надо относить и водоросли.

В последнее время список известных азотофиксаторов, как свободноживущих, так и симбиотических, значительно расширился. Среди азотофиксирующих микроорганизмов особый интерес представляют организмы, сочетающие в одной клетке фотосинтез и способность к усвоению молекулярного азота, – наиболее «совершенные» автотрофы. К ним относятся фотосинтезирующие (фототрофные) бактерии, которые все садоводы применяли в виде ЭМ-препаратов, но не задумывались об их роли.

Один из видов таких бактерий – пурпурные бактерии были обнаружены при изучении бескислородного фотосинтеза. Доказана анаэробность многих из них.

Так, в экспериментах сначала выявили реакцию бактерий на разные концентрации кислорода, и оказалось, что даже при следовом содержании его в среде бактерии перемещались в бескислородную зону чашек Петри. Затем на одну сторону чашки фокусировали свет, оставляя другую темной – бактерии стремились переместиться в световую зону.

Основатели ЭМ-технологий говорят об их роли следующее.

«Почвенные фотосинтезирующие бактерии синтезируют полезные для себя вещества, используя органические вещества из корневых выделений, но главное, используя энергию солнечных лучей и тепла, выделяемого почвой. Полезные вещества, выделяемые ими, состоят из аминокислот, нуклеокислот, биоактивных субстанций и сахара, и все это способствует росту и развитию растений. Эти бактерии концентрируются непосредственно в ризосфере растений и являются ключом для повышения количества бактерий. Увеличение количества фотосинтезирующих бактерий в почве способствует увеличению количества других эффективных микроорганизмов.

С другой стороны, они сами используют питательные вещества, производимые другими микроорганизмами в процессе жизнедеятельности. Этот феномен называется «сосуществование и сопроцветание».

Для чего я акцентирую внимание на этой группе бактерий? Чтобы садовод понял, что в почве в зоне корней происходят сложнейшие процессы, когда вокруг древнейших микроорганизмов, способных аккумулировать энергию солнца, концентрируются стабильные группы из других организмов, и все это способствует длительному взаимному процветанию как растений, так и почвенных организмов. Нельзя на почву смотреть примитивно, как на «желудок коровы, где происходит пищеварение».

Приведу выдержку на эту тему из последних номеров научных журналов по генетике.

«Некоторые бактерии, несмотря на их огромную распространенность в естественной среде, до сих пор не удается культивировать в лабораторных условиях. Так, например, обстоят дела с родом Prochlorococcus, которых называют самыми многочисленными фотосинтезирующими организмами на Земле.

Они выполняют большую часть работы по насыщению атмосферы кислородом, океан кишмя кишит этими бактериями, но на протяжении десятилетий попытки вырастить их в искусственных условиях заканчивались неудачей.

Ученые объясняют это тем, что в природе бактерии взаимосвязаны намного сильнее, чем мы можем представить. Разные виды микроорганизмов буквально не могут обойтись друг без друга.

Происходит это от того, что бактерии избавляются от некоторых генов, если понимают, что другой вид в сообществе способен выполнять ту же функцию. Например, бактерия может не выдерживать даже малых количеств перекиси водорода в среде, но при этом у нее нет никаких генов, чтобы ликвидировать токсичное вещество. Это значит, что микроб целиком полагается на своего соседа, который обезвредит яд вместо него. (По сути, микробные ассоциации – на самом деле реальные надорганизмы).

Всякая способность, всякая адаптация чего-то стоит: чтобы синтезировать нужный фермент, необходимо потратить ощутимое количество энергии и ресурсов. Ресурсы же конечны, невозможно с одинаковым успехом отбиваться от всех «сюрпризов» среды обитания.

Схема круговорота серы

Поэтому бактерии «не упускают случая» отказаться от лишнего белка, раз уж он все равно есть у других. Эксперименты показали, что дублирующий ген не приживается, если в сообществе уже есть кто-то выполняющий похожую работу. В итоге может случиться, что все сообщество окажется в зависимости от одного вида, который обезвреживает токсины.

Ученые, опубликовавшие статью в журнале mBio, подчеркивают, что это вовсе не предполагает кооперации и даже межвидового взаимодействия, ни о каком симбиозе и речи нет. Бактерии скорее соревнуются, кто быстрее переложит на другого часть своих функций.

С другой стороны, тот, кто оказался крайним, становится необычайно важен для сообщества. Такой вид может быть не слишком многочислен, но без него все остальные не выживут.

Впрочем, такая эволюционная игра довольно опасна: в ней могут проиграть все, если одновременно «скинут» из своего генома один и тот же ген…»

Я рассказал о роли для растений нескольких таких малочисленных крайних: это простейшие, почвенные водоросли, фотосинтетики и тиобациллы.

Закончим разговор на «новинке» под названием тиобациллы. Кто изучал в школе биологию, помнят схемы круговорота углерода в природе. Но ведь есть еще круговорот серы и железа. Если без кислорода где-то гниет белковый продукт, то все почувствуют запах сероводорода. Ведь в белках есть аминокислоты, для синтеза которых нужна сера, и при распаде таких аминокислот выделяются простые продукты, содержащие серу.

Эволюционно появились и микроорганизмы, которые черпают энергию для своего обмена не из углеродистой органики, а из соединений серы. Миллиарды лет назад, на заре становления жизни вокруг вулканов с сернистыми выделениями зародилась жизнь не на основе углерода, а на основе серы.

Ученые открыли сотни тысяч таких микроорганизмов, которые называются тионовые. Большинство из них живут глубоко в иле озер и океанов, не нуждаясь ни в кислороде, ни в органике. Они используют только восстановленные соединения серы как источник водорода.

Но в последние годы биологов привлекла редкая группа серных бактерий, которым дали название тиобациллы. Их сейчас усиленно изучают и размножают и все больше находят в озерах Средиземноморья.

Их основная особенность в том, что для своего обмена они нуждаются в кислороде. Легко растут на средах с органическими субстратами и ассимилируют СО2.

Наиболее изучены Thiobacillus thioparus, оптимальные значения рН, при которых возможен их рост, – от 3,0 до 6,0, они великолепно растут на средах с тиосульфатом.

И Thiobacillus ferroxidans выживает даже в концентрированной серной кислоте, растет на средах с сернокислым железом.

Почему я так подробно остановился на тиобациллах? Да потому, что в продаже появились препараты для сельского хозяйства, сделанные на основе этих бацилл. У меня есть эти препараты под названиями «Бионур» и «Тиофер».

Оказывается, при нанесении на растения и на почву эти бациллы начинают жить и размножаться, а так как они содержат гены и ферменты, которые обычные микроорганизмы и растения утратили, то происходит изменение многих свойств растений.

Бациллы, размножаясь на листьях, выделяют биологически активные вещества, это дает растениям больше возможности для фотосинтеза. Увеличивается качество фруктов и овощей, вкус, цвет и запах. Листья становятся толще, крупнее и здоровее. Лучше противостоят любым стрессам и болезням.

Имеет значение и бактерицидный эффект тиобацилл. При размножении тиобацил в почве подкисляется среда и усиливается ассимиляция азота воздуха, в пересчете на мочевину около 6–8 кг на 1000 м2.

Все эти препараты называют антифризом за их главное свойство: после опрыскивания растения начинают накапливать в клетках большие концентрации углеводов, белков и других питательных веществ, становятся нечувствительными к заморозкам.

В последнее время ученые активно изучают так называемые антифризные гликопротеины (АФГП), в иностранной литературе – «связывающиеся со льдом белки» (ice-binding proteins – IBPs). Даже при очень низкой концентрации в клетках растений эти белки снижают температуру замерзания жидкости, модифицируют форму кристаллов льда и останавливают их рост. Появились эти белки эволюционно сравнительно недавно, когда растения приспосабливались к оледенениям на планете.

У растений экспрессия генов АФГП происходит во время низкотемпературной акклимации, или закаливания. Но так как антифризные белки родственны белкам, которые синтезируются растением для защиты от патогенов, то, как было обнаружено недавно, некоторые бактерии, в частности Thiobacillus thioparus, заставляют растения вырабатывать антифризовые белки.

Подведем итоги. Большую часть того, как живут и взаимодействуют почвенные микроорганизмы с корнями растений, мы не знаем. Но даже те крупицы знаний, которые нам дает современная наука, мы можем использовать.

Например, я осознанно ранней весной опрыскиваю почву качественными ЭМ-препаратами с фотосинтетиками, так как эти бактерии создают вокруг себя стабильные островки жизни и резко повышают обмен питательными веществами между почвой и корнями.

Я осознанно не поливаю почву гербицидами и азотными удобрениями по всей площади. Это убивает почвенные водоросли, а без их генов и энзимов обедняется почвенная жизнь, накапливаются болезни обмена и вредители.

А вот опрыскивать поверхность почвы слабым раствором фосфорных удобрений стоит, это приводит к бурному размножению водорослей и действует на почву не хуже посадок сидератов.

Все лето я опрыскиваю растения АКЧ, но только таким, где есть простейшие. Эти организмы охраняют стада бактерий в ризосфере не хуже, чем опытный волкодав охраняет стада овец.

Вот уже три года я получаю удовольствие от качества плодов, выращенных на моем участке. Ведь АКЧ вносит миллиарды полезных аэробов с сотнями новых полезных генов, и все это опосредованно улучшает и мой микробиом, и микробиом членов моей семьи.

Правда, не забывайте, что, внося АКЧ, надо создавать и доступную еду для бактерий в виде настоев сладких сорняков и веточек клена или просто старого разбавленного компота.

В новом сезоне я буду шире применять тиобациллы на своих посадках – весной для защиты от заморозков, летом для защиты от болезней. Таким образом смогу резко уменьшить пестицидную нагрузку на свой сад.

Теперь вам стала понятна роль гумуса в эволюции растений? Нет? Поговорим еще.

В свежем опаде находится много разных органических молекул, некоторые из них быстрее перерабатываются почвенными организмами, чем лигнин или целлюлоза.

Например, крахмал и аминокислоты – это простые органические молекулы, первыми вступающие в процесс разложения. Очень много почвенных бактерий и грибов имеют ферменты, необходимые для этого процесса. Все видели, как быстро скисает мясной бульон или ягодный сок.

Разложение крахмала и аминокислот обеспечивает большую часть энергетических потребностей микроорганизмов почвы. Поэтому так эффективны подкормки растений настоями, например крапивы или окопника, где много сахаров и белка.

В противоположность этому фенольные соединения, воски и лигнин состоят из более сложных органических молекул, в почве не деградируют в течение очень длительного периода времени. Но бактерии, грибы, черви с клещами перерабатывают органику, если есть влага, воздух, нужный уровень pH и температура. Об этом часто забывают начинающие.

Органика, тонким слоем положенная на песок, высохнет, закопанная глубоко – заплесневеет, сгниет. Опилки без азота закислят почву, пищевые отходы и зеленые листья из-за избытка азота загниют.

Процесс разложения органических веществ называется минерализацией. Во время минерализации элементы, которые были частью структуры органических молекул, пройдя серию пищевых цепочек, постепенно окисляются до менее сложных форм, в конечном счете превращаясь в неорганические молекулы, которые и усваиваются корнями.

Цель у микробов чисто утилитарная – забрать из органики энергию углерода, NPK и микроэлементы и построить свои тела, прежде всего нуклеиновые кислоты, белки и клеточные стенки.

Главный дефицит для них – это углерод с его энергией, второй лимитирующий фактор – азот, хотя в почве, богатой биотой, при достатке энергии сахаров дефицита азота нет, аммоний синтезируется из воздуха.

Если в органике достаточно лигнина, то образующийся гумус иммобилизует избыточные азот и фосфор, и почва быстро наращивает плодородие.

Целинные черноземы – бесценное богатство России. Моя Живая Земля, где содержание гумуса быстро прирастает, – мое бесценное богатство.

Наряду с процессом минерализации идет и процесс иммобилизации, то есть происходит накопление питательных веществ в клетках организмов почвы, и эти вещества становятся временно недоступны для растений.

Таким образом, питательные вещества в начале разложения органики накапливаются в микробной биомассе грунта.

Иммобилизация азота почвенными организмами часто представляет значительную проблему для растений. Азот является важным элементом для всех организмов, за него всегда идет борьба между биотой и растением.

Дикие растения имеют множество способов отнимать азот у микробов, привлекают хищных амеб, вступают в симбиоз с азотофиксаторами, секретируют много сахаров в почву.

Культурные растения не сохранили эти приемы. Поэтому садовод должен следить за процессами в этой конкурентной борьбе и подкармливать растения азотом, но помнить, что лишний азот угнетает биоту, нарушает почвенные пищевые цепочки. А перекормленные азотом растения привлекают вредителей.

Поэтому иногда подкормки компостными чаями с микроорганизмами работают намного мягче и эффективней, чем подкормки минеральными солями.

Поговорим о соотношении углерода к азоту (C/N) в органическом веществе. Разные растения имеют разные соотношения углерода к азоту в составе своих клеток. Например, бобовые имеют более высокую долю азота, чем злаковые травы.

Различие в C/N растительного опада влияет на круговорот азота (и других питательных веществ) в почве. Органическое вещество с высоким C/N не может удовлетворить потребности микроорганизмов в азоте для своего роста. А опад из растений с низким C/N, таких как бобовые, обеспечивает быстрый рост микроорганизмов.

Если почвы окультурены, гумуса много, доступного азота в почве достаточно для удовлетворения роста растений, то минерализация органического вещества, даже бедного азотом, не повлияет на рост растений в краткосрочной перспективе.

Наоборот, на бедных почвах внесение соломы и опилок вызывает острую нехватку азота у растений. Такие почвы надо мульчировать вначале готовым компостом и постепенно добавлять грубую углеродистую мульчу, сочетая ее с богатыми азотом зелеными травами.

Понимание этих процессов приходит к садоводу не сразу. Умение вносить органику с нужным соотношением С/N – сродни умению ездить на велосипеде. Набьете шишек – научитесь.

Ученые доказали, что регулярное внесение органики с высоким содержанием азота часто не меняет общее содержание углерода в почве, гумус не накапливается, а плодородие растет. Почему?

Оказывается, весь вносимый углерод входит в состав живых почвенных микроорганизмов, гумуса при избытке азота становится меньше, а биомасса микробов нарастает.

И наоборот, при регулярном мульчировании почвы щепой лиственных веточек, в которых много лигнина и сахаров, содержание стабильного гумуса нарастает. При этом и биомасса микроорганизмов тоже может возрастать. Это сохраняет плодородие почвы в долгосрочной перспективе.

В природе подобные процессы происходят на Сахалине. Горные ручьи выносят в долины глинистые частицы, песок и ил, на них вырастают гигантские широколиственные травы. Появление таких трав – это маркер хорошего соотношения ила, песка и глины в наносных почвах.

Опад зарослей гигантских горцев и борщевика содержит много лигнина, много сахаров и достаточно белка. В почвах быстро накапливается одновременно и гумус, и почвенная биота. Формируется особое очень активное почвенное сообщество с очень сложными и стабильными трофическими цепями.

Разнообразие микроорганизмов и почвенных животных в этой системе очень высокое. В таких почвах обнаружены «высокоскоростные» марганцевые бактерии, которые перерабатывают органику с высокой скоростью.

Перенос подобной почвы на грядки и в сад приводит к гигантизму культурных растений в течение 2–3 лет. А если продолжать мульчировать эти грядки опадом горцев и не убивать биоту химией и лопатой, то стабильные урожаи без болезней можно получать очень долго.

Есть ли принципиальные различия в разложении органических веществ в тонком слое мульчи на грядке и в большой компостной куче?

И там, и там органическое вещество разлагается почвенными организмами. Разница в том, что процесс компостирования в куче происходит при более высоком проценте азотистых веществ (правильно, на 30 частей углерода 1 часть азота), большем содержании доступных для быстрого разложения сахаров и белков, при достатке фосфора и извести, частом рыхлении, позволяющем насытить компост кислородом, и более толстом слое компоста, когда происходит его самосогревание.

Это приводит к гибели нестойких к высоким температурам бактерий и грибов, гибели патогенов и семян сорняков, селекции термофильных микроорганизмов, которые становятся доминирующими. Но при этом теряется энергия сахаров и азот аминокислот.

Все эти искусственные условия обычно создает опытный садовод, чтобы получить так называемый качественный перегной или компост. Без сорняков и патогенов. С высоким содержанием NPK, доступных для растений. Однако без сложившейся экосистемы, как в мусорной куче.

Почему садоводы любят компостировать органику? Так их учат учебники. Так удобней вносить небольшие количества перегноя на грядки под зеленные культуры. Так безопасней в плане патогенов и сорняков. И вроде это не минералка, а органика.

Для почвы это, конечно, органика. Почвенную биоту компост не угнетает, а вот для растений внесение компоста похоже на внесение слабых растворов минеральных удобрений, так как содержание азота в компосте из «горячих куч» очень высоко и приводит к азотистому перекорму.

Почему среди любителей органического земледелия распространяется мнение, что органику надо вносить сразу на грядки? Да потому, что такая органика сразу включается в пищевые цепочки, и нет потерь сахаров и азота аминокислот. И в этом они правы.

Даже на тучных черноземах корни за лето выедают 2 % гумуса, а тут мы сразу даем энергию в виде доступных сахаров и аминокислот. Беда в том, что не всякую органику можно внести на грядки и не под всякую культуру.

• Что делать с выгребными туалетами? В компосты они пойдут. На грядки – нет.

• Что делать с опилками и стружкой? На дорожки и в компост пойдут, на грядках – заберут азот.

• А свежие сорняки? Проще в компост, на грядках избыток зеленых сорняков в случае дождя вызовет гниение стволиков растений.

• «Вонючки из сорняков» также опасны на нежных культурах, часто при попадании на листья они провоцируют развитие грибковых заболеваний. В «вонючках» содержатся анаэробы, а их действие непредсказуемо.

О роли грибов в жизни растений сейчас в популярной садоводческой литературе написано очень много. Еще больше распространено мифов о важности грибов для культурных растений. Попытаюсь помочь простым садоводам в этом разобраться.

Думаю, стоит начать с простых примеров, с обычной практики.

Вы посадили, например, гладиолусы на четырех грядках. В почву первой внесли плохо перепревший навоз и растительные остатки типа картофельной ботвы. Итог плачевный – луковицы сгниют. В такой свежей органике много болезнетворных грибов.

Кроме грибов, наиболее важными членами почвенной микробиоты являются актиномицеты. И те, и другие обладают мицелиальной организацией, характеризуются сложным жизненным циклом развития, способны к интенсивному синтезу самых разнообразных биологически активных веществ.

Экологические ниши этих двух групп организмов частично перекрываются, что и определяет их важное влияние на структуру и функционирование всего микробного почвенного сообщества. Поэтому без подробного рассказа об актиномицетах эта глава будет неполной.

Актиномицеты – это микроорганизмы, которые раньше относили к грибам, а теперь – к бактериям. Это объясняется тем, что их строение и жизнедеятельность больше напоминает бактерии, нежели грибы. Хотя сами актиномицеты, подобно грибам, выстраивают мицелий, но он существенно отличается от гифов грибов.

Актиномицеты, в отличие от множества бактерий и грибов иных видов, работают на последних стадиях разложения органики и превращения ее в гумус. Их время наступает, когда в органике не остается доступного азота и легкоусвояемых сахаров, и бактерии из-за больших затрат энергии перестают ее перабатывать.

Актиномицеты эволюционно выработали более богатый ферментативный аппарат, позволяющий минерализовать труднорастворимые органические вещества, таким путем нашли свою нишу в почве. В то же время из-за медленного роста актиномицеты не способны конкурировать с немицелиальными бактериями за легкодоступные вещества.

Почвенные актиномицеты могут существовать в почвах с различным составом, так как некоторые их виды являются аэробами, а некоторые – анаэробами. К тому же развитые формы актиномицетальной колонии могут включать в себя сразу оба вида микроорганизмов, так как в микрогранулах почвы есть всегда и аэробные, и анаэробные микрозоны.

Все без исключения актиномицеты обладают высоким уровнем приспособляемости. Благодаря этому колонии данных микроорганизмов могут выживать в экстремальных условиях низких температур, на скальных породах в горах, в условиях недостаточного количества питательных веществ.

Важное свойство этих живых существ в том, что актиномицеты вырабатывают несколько разновидностей антибиотических веществ, такие, как стрептомицин, тетрациклины, нистатин, левомицетин, олеандомицин, эритромицин, неомицины, мономицин.

Высшие растения и водоросли постоянно налаживают с ними симбиотические отношения, что делает их особенно интересными для садовода.

Актиномицеты (рода Streptomyces, Streptosporangium, Micromonospora, Actinomadura) являются постоянными обитателями кишечника дождевых червей, термитов и многих других беспозвоночных.

Разрушая целлюлозу и другие биополимеры, они являются их симбионтами. Представители рода Frankia способны к азотофиксации и образованию клубеньков у небобовых растений (облепиха, ольха и др.).

Меня спрашивают, как определить, по каким анализам, хорошая почва в саду или плохая? Я отвечаю: не надо анализов, определяется все посредством кожи стоп и носа. Летом, в июле, после теплого дождика походите босыми ногами по своей почве. Если ногам приятно, почва теплая, податливая, не липкая, влага быстро впитывается, а от почвы исходит запах свежих грибов – это значит, все в порядке, органика дошла до последних стадий образования гумуса, заработали актиномицеты. Именно они определяют особый запах хорошей спелой земли.

От этого аромата щемит сердце у садовода и в теплые апрельские дни, и после первых майских гроз, и иногда в период тихого сентябрьского бабьего лета. Поэтому мы, садоводы-труженики, так любим свою Живую Землю и работу на ней.

Я решил по-новому взглянуть на интересующую многих садоводов тему о накоплении и роли гумуса в почве, обсудить новый мировой опыт по этой проблеме.

Гумус – это не питание для корней, утверждают теперь многие приверженцы органического земледелия! Гумус для меня – не только накопленная в почве энергия стабильного углерода, но и важнейший почвообразователь. Он в огромной степени определяет стабильность почвенных агрегатов.

Эволюционно без агрегатов не могут жить грибы, простейшие, бактерии, водоросли, вирусы. А без микроорганизмов нет почвообразования, не растут растения и не производят органику, не бывает опада.

Поэтому на вопрос, что делать практически, я отвечаю: внося органику, нужно, чтобы она не только сгорала до CO₂, но и оставляла после внесения много стабильного гумуса. По-простому, чтобы накапливался чернозем.

Процесс компостирования приводит к потере органических материалов, это плохо. Но ферментативное сгорание способствует разрушению полифенолов (их много в опилках) и патогенных организмов, это хорошо. Поэтому органику в некоторых случаях компостируют.

Нельзя забывать, что для капризных овощных растений хороший компост с высоким содержанием доступных и сбалансированных NPK – лучший способ подкормки, когда корни берут питание непосредственно из компоста, минуя микробные пищевые цепочки.

Последнее время я использую АКЧ. Для его производства беру компост не из компостной ямы, а из мусорной кучи, где главное богатство – сложившиеся системы хищник – жертва. Позднее я подробно пишу, как на практике делать такой компост. Таким образом, компост бывает разный по биоразнообразию, и гумус бывает разный по стабильности, и цели у садовода разные, краткосрочные и долгосрочные.

Идею о важности динамического поступления органики из мульчи я разделяю и применяю на практике, но чуть иначе. Когда я вношу сильно перепревшую органику, я понимаю, что «динамическое плодородие» страдает.

Микробные цепочки в питании корней участвуют слабо, они уже поработали с органикой вне зоны корней, энергия углерода частично потеряна. Поэтому при любой возможности я стараюсь мульчировать грядки органикой слабой степени разложения, где энергии углерода побольше, но не в ущерб нежным культурным растениям.

В моем компосте из подстилочного навоза всегда достаточно органики, постепенно включающейся в пищевые цепочки. Суть «динамического плодородия» я объясняю проще.

Мульча из слабо разложившейся органики, точнее энергия углерода углеводных цепочек, в аэробных и влажных условиях включается в трофические цепочки без потерь. Без потерь и трофические цепочки – для меня ключевые понятия, а энзимы сапрофитов – второстепенные.

Естественно, органика хорошо работает в оптимальное для растений теплое время года, в нее прорастают корни и через многочисленные и сложные симбиотические механизмы (один из главнейших – простейшие) мульча кормит растение в динамике. Снабжает растение не только NPK, но и гормонами, и витаминами.

Нельзя забывать, мульча и компостная куча – разные вещи. В реальной почве при мульчировании грубой органикой за питательные элементы идет жесточайшая борьба. Поэтому растение «покупает у микроорганизмов нужные вещества, платя им сахарами и гормонами», как более развитое существо – растение управляет процессом разложения органики в динамике.

Если в предыдущих главах я делал акцент на процессах в ризосфере, сейчас несколько слов стоит сказать о практике накопления гумуса в почве и улучшении ее структуры.

И наши предки, и современный лесник знают, что на месте хвойного леса получается «короткое» поле. Два – три года даст бедный урожай пшеничка – и все.

На месте широколиственных лесов гумуса побольше, он стабильней, дольше противостоит пахоте.

А вот на месте дубовых лесов всегда были самые стабильные сельскохозяйственные земли.

Еще южнее, в тропических вечнозеленых лесах при сверхвысоком опаде почвы не образуются. Микроорганизмы перерабатывают органику очень быстро, до ее падения на почву. Основной обмен энергией углерода протекает не в почве, а в кронах деревьев.

Ученые открыли, что дело не только в температуре и осадках (скорости минерализации и вымывания), но в строении лигнина и, естественно, в структуре конечного гумуса, который из него образуется.

Личное наблюдение. Мои козы едят ветки сосны только в самое голодное время. А ветки дуба едят всегда, предпочитая их свежей траве. Так же, как и веточки клена, липы. Чем они тоньше, тем в них больше растворимых углеводов и короткоцепочечного лигнина. Это нравятся микроорганизмам желудка коз (так же, как и биоте почвы). Из них получается самый реакционноспособный гумус и строятся самые удобные для проживания микроорганизмов агрегаты почвы.

Бросьте такие веточки в большую компостную кучу. Термофильные бактерии сожгут всю целлюлозу и весь лигнин. Углекислый газ, вода и часть азота уйдут в атмосферу. Полученный компост очень нестойкий, корни съедят все, что успеют, остальное вымоется дождями и минерализуется при первой перекопке.

Но учебники нас по-прежнему убеждают, что главное – это быстрая минерализация органики. Чем быстрее сапрофиты превратят органику в минералы, тем скорее и лучше мы накормим растения. Для редиса и салата – это хорошо, для почвы и растущих на ней многолетних культур в долгосрочной перспективе – очень плохо.

Я предлагаю задуматься о том, как, внося органику, насытить почву именно стабильным гумусом.

Ученые-почвоведы доказали, что почвы, сформированные из лугов, из травянистых растений, имеют гумус с быстрой степенью минерализации, то же касается и грядок, куда мы кладем навоз с соломой. А почвы широколиственных лесов содержат более долговечный гумус, то же происходит в саду и на грядках, куда вносят опад лиственного леса, а еще лучше – щепу из тонких сладких лиственных веточек.

Например, опад лиственного леса перерабатывают базидиомицеты, «белая плесень», именно ее ферментные системы производят из лигнина фульвокислоты и гуматы, оптимальные для создания стойких агрегатов почвы, стабильного гумуса.

А траву, как и навоз жвачных животных, перерабатывают в основном бактерии, минерализация идет более быстрая, полная и глубокая, стойких гуматов остается мало.

И еще открытие. Хвойные леса не любят конкурентов. Им не нужен подлесок. Все питание из почвы они оставляют в стволе и хвое. Почва под ними, насыщенная смолами и кислотами, мало пригодна для жизни. Это относится и к хвойным опилкам. Я хвойные опилки в подстилку животным или в мульчу на грядки добавляю не более 20 %.

Стратегия эволюции и выживания лиственных лесов – это повышение биоразнообразия. Хвойные леса, пройдя цикл накопления питания из почвы, подвержены нападению короедов и пожарам.

Наоборот, лиственный подлесок из кустарников и трав усиливает стабильность экосистемы, создавая почву из опада, он накапливает NPK из воздуха и глубоких маточных пород, продуцирует почву.

Хвойный опад, перегнивая, отдает СО2 в воздух, а лиственный – переводит в гумус.

То же и на грядках: мелкая щепа из лиственных веточек, положенная как мульча в саду и прикрытая почвой или соломой, если ее инфицировать «белой гнилью» (базидиомицетами), т. е. пролить АКЧ или добавить почву из лиственного леса, быстро пронизывается гифами плесени, и они без потерь вещество мертвого дерева переводят в живое тело гриба.

Вы наблюдали тело гриба в лесу? Оно всегда подвергается нападению мелких животных (клещей, червячков, комариков), которые в виде копролитов разносят тело гриба в толщу почвы. Грибы и мезофауна всегда создают идеальные для почвы, гармоничные пищевые цепочки. А этого нам и надо.

Внося мульчу из лиственной щепы на грядки или в сад, мы тут же привлекаем в почву и дождевых червей, и сотни других невидимых глазу животных, которые, производя копролиты, делают нашу почву высокогумусной и высокоструктурной.

Когда мы вносим хвойные опилки – мы угнетаем мезофауну в целом, когда мы вносим мульчу из травы – мы угнетаем грибы, сдвигаем маятник в пользу бактерий, чем усиливаем минерализацию и снижаем гумусонакопление.

Мульча из щепы, внесенная на дорожки сада, зачастую не перегнивает годами, та же щепа (лучше тонкие дробленые веточки) с добавлением сахара (мелассы) или отходов зерна и пролитая грибным АКЧ – разлагается за летний сезон, при этом оставляет после себя максимально возможное количество высокоструктурного чернозема.

А если мы это будем делать из года в год, произойдет эволюция грибов, микроартроподов, насекомых почвы, настроится почвенный «компьютер» на более сложную «программу», почвообразование ускорится и стабильность гумуса возрастет.

Если мы положим в щепу избыток азота в виде мочевины и не добавим простые сахара, нужные нам базидиомицеты хорошо расти не будут, произойдет «простое пищеварение сапрофитами почвы». Растения получат импульс от азотистого питания, быстрый рост с последующими дисбалансами и болезнями.

В прошлой главе я акцентировал внимание на эндогрибах. Сегодня я говорю о других грибах, о плесени, точнее о базидиомицетах, о том, как их привлечь в сад и заставить вступить в симбиоз с макро– и микрофауной. Разговор вроде снова о грибах, но о разных грибах и о разной их роли.

Я совсем недавно понял, в чем глубинный смысл Терра Прета Амазонии и в чем феномен моей мусорной кучи.

Фирмы, продающие древесный уголь, доказывали его ведущую роль в феномене амазонских черноземов. Но мудрые ученые-исследователи говорят о другом. Индейцы Амазонии тысячи лет сбрасывали на свои грядки не только уголь, но и обгорелые веточки и отходы со своей кухни. Постепенно сложилась новая экосистема, где появились особые грибы с гигантскими гифами и гигантские черви, ими питающиеся. Естественно, эта система усложнилась, появились и другие грибы и почвенные животные. Тропические дожди ни уголь, ни животных вымыть из почвы уже не могут.

Все это объединилось в самодостаточную саморазвивающуюся систему. В основе лежало то, что если раньше весь тропический опад проходил полную минерализацию в кроне деревьев, то на грядках индейцев грибы и черви стали производить из опада стойкий к минерализации и вымыванию гумус. Появилась Терра Прета, удобная для жизни почвенная экосистема даже во влажных тропических лесах.

Поэтому я и говорю: внося щепу из сладких мелких веточек на свои грядки и дробленку из сухих стволов того же «сладкого» борщевика, которого вокруг разрослось немало, сдабривая его отходами со своего стола (особенно ценны для грибов рыба и злаки), вы очень быстро любую почву и на засушливом юге, и на холодной дождливой Новгородчине превратите в Терра Прета.

Микроартроподы (микрочленистоногие) – все они с наружным скелетом размером до нескольких мм, такие как коллемболы, пауки и клещи.

Клещи – наиболее многочисленная группа членистоногих.

Их плотность в лесных почвах может достигать нескольких сотен особей на 1 м2. Известно 50 тыс. видов клещей, а если включить еще не открытых, их число может достигать 1 млн видов.

Клещи обычно живут на поверхности подстилки или в верхних слоях почвы.

Коллемболы обычно образуют скопления в результате выделения аггрегационного феромона.

У микроартропод различаются пищевые предпочтения. Большинство являются растительноядными, некоторые питаются грибами или хищничают.

Коллемболы и клещи в основном поедают гниющую растительность и таким образом ассоциированные с ней бактерии и грибы. Время от времени они поедают нематод или других микроартропод.

Без всех этих животных не будет биологической регуляции пищевой сети, именно они стабилизируют размножение микробов в основном через хищничество.

Микроартроподы и более крупные членистоногие потребляют подстилку и микроорганизмы, которые активируются в процессе пищеварения.

Развитие микроорганизмов продолжается в фекалиях, которые повторно случайно могут заглатываться беспозвоночными, что увеличивает микробиальную биомассу.

При низкой плотности хищники стимулируют скорость роста популяции их жертв (в т. ч. организмы, питающиеся бактериями, стимулируют рост бактерий), но при высокой плотности они снижают плотность популяции жертвы.

Хищничество часто подавляет развитие микробиальной популяции в большей степени, чем ресурсы.

Например, простейшие и нематоды благодаря хищничеству на микробиальных сапрофагах помогают распределять в почве органическое вещество и сапрофагов. Таким образом, они косвенно влияют на доступность питательных веществ, которые иначе будут отлагаться в микробиальной биомассе.

Сложность трофических сетей может стимулировать минерализацию, которая в свою очередь может стимулировать продуктивность.

Энхитреиды – небольшие (1–50 мм), в основном бесцветные, кольчатые черви. Они преобладают в кислых почвах в лесах и на заброшенных пастбищах, где могут достигать высокой плотности.

Поскольку они в основном питаются детритом, бактериями и грибами, они стимулируют круговорот азота и углерода.

Энхитреиды обитают в верхнем (5 см) слое большинства почв и играют важную роль в процессах разложения и гумификации. Они являются микрофагами и повторно используют экскременты других животных (дождевых червей или микроартропод).

Активность этих мелких червей как биологических регуляторов может влиять на биоразнообразие, в том числе на взаимодействия между растениями и вредителями и болезнями. Такое разнообразие важно для длительной стабильности функционирования почвы, для регулирования количества видов и сохранения биоразнообразия.

В каждый промежуток времени только небольшой набор видов является биологически активным, или активны только те виды, которые могут использовать доступные в настоящее время ресурсы. Их рост и размножение обычно следует за доступностью ресурсов, которая носит сезонный характер.

Например, питающиеся бактериями простейшие и нематоды растут с максимальной скоростью в течение нескольких недель после добавления органического материала. Затем большинство простейших вступает в фазу отдыха, образуя цисты, в то время как другие группы организмов могут иметь периоды с пониженной активностью, в виде яиц или нимф.

Инженеры экосистем – организмы, которые изменяют условия окружающей среды для других организмов механическим путем. Инженеры экосистем могут строить устойчивые микрогранулы в почве и проделывать ходы, перемешивая почву.

Наиболее важными инженерами экосистем являются дождевые черви, термиты, муравьи и корни растений.

Размеры дождевых червей варьируются от нескольких миллиметров до нескольких десятков сантиметров. Мировая фауна насчитывает, по крайней мере, 6 тыс. видов червей, объединенных в 5 семейств.

Их численность широко варьируется, может составлять 30–300 особей на 1 м2, а биомасса – 110–1100 кг/га. Черви преобладают в почвенной фауне в регионах с выпадением не менее 800 мм осадков в год, причем предпочитают хорошо аэрируемые почвы с высокой влажностью.

Дождевые черви питаются органическими растительными остатками и почвенными минералами и выделяют копролиты, которые обогащены бактериями, органическими веществами и питательными веществами, доступными для растений. Обширная система ходов глубиной до 1–2 м позволяет улучшить аэрирование почвы и дренаж, что исключительно важно для повышения почвенного плодородия. В течение одного года черви могут переработать 55–1125 т опада на 1 га.

Черви могут быть подразделены на 3 основные группы:

1) эпигейные – живут в подстилке и питаются листовым опадом и компостом;

2) эндогейные – живут в верхних слоях почвы и также питаются в почве в основном геофитами;

3) анейные – проводят большую часть своего времени в почве, в глубоких ходах, которые они проделывают, причем питаются подстилкой, перемешанной с почвой.

Корни – один из основных инженеров экосистем. Количество корней в почве может быть таким же или даже превышать количество наземных частей растений. На поле, занятом под усредненную злаковую культуру, после сбора урожая в почве остается 2500–4500 кг корней/га.

Корни выполняют две основные функции: поглощение воды и неорганических питательных веществ и удержание растений в земле. Корни разрыхляют почву, приводят к образованию почвенных комков и способствуют круговороту органических веществ.

Продолжительность жизни корней различна, корневые волоски живут 1–2 дня, другие части корня могут жить несколько дней или недель.

Итак, подытожим, что делают в европейских почвах экосистемные инженеры.

Чтобы вы поняли, насколько мир хищников почвы интересен, подробнее расскажу о коллемболах. Их больше 10 000 видов, но мало кто из садоводов рассматривал хоть один из них.

Раньше их считали примитивными насекомыми, потом было установлено, что это самостоятельный класс. Размер – от одной десятой миллиметра до чудовищных гигантов в 17 мм длиной.

Возникли в девоне, более 400 млн лет назад. Живут на почве и питаются детритом. Они есть всегда в глубине лиственного опада.

Их кушают все – от птиц до муравьев и мух, множество жуков только ими и питаются. У жужелиц есть особая борода из ресничек на подбородке^ жужелица бежит над субстратом и, как снизу, за бороду зацепит коллемболу – хватает челюстями и в рот.

Кто-то охотится на коллембол, догоняя их, кто-то подстерегает в засаде. Снизу под брюшком у многих ногохвосток прикреплена вилка – орган для прыжков. Если появляется опасность, вилка высвобождается из зажима на брюшке и распрямляется, коллемболу бросает в воздух на невозможную высоту. Этакие десантники.

Кроме вилки, на брюшке есть еще трубка, выделяющая липкую жидкость. Приземляется ногохвостка на брюхо и тут же приклеивается и присасывается липкой присоской, чтобы не отскакивать и не падать. Ну, а другие коллемболы без всего этого обходятся и просто ползают.

Насколько можно понять, разные группы видов приспособлены каждая к своему субстрату. Есть роды и семейства, живущие на листьях, живых и мертвых. Есть виды-«грибники», которые специализируются на поедании грибов. А есть даже виды, обитающие в основном на кладбищах и поедающие трупы.

Среди них есть и хищники. Эти крошечные членистоногие охотятся на нематод, энхитреид и некоторых червей. Правда, без особых приемов, охотничье поведение – собирательство, то есть ползет себе, ползет, а когда мелкая вкусность на пути зашевелится, сразу хватает.

Чудес в их жизни много. Коллемболы, которых все едят, сами хищничают, а их в то же время едят грибы. Есть такие особые хищные грибы – делают из грибных нитей ловушки в почве, петли, и когда коллембола пролезает через переплетение гифов – петля вдруг затягивается, а потом гриб прорастает через пойманную жертву и высасывает ее.

Надеюсь, понятно, что жизнь и борьбу за выживание можно описать отдельно, по каждому виду из сотен тысяч мелких животных, населяющих наши Живые Почвы.

Наши грядки далеки от природных экосистем, где вместе сосуществуют сотни и тысячи различных растений. У нас культур всего 2–3 десятка, при этом все заморские, капризные, требующие разных наборов NPK, например томат, огурец и капуста.

Наибольший вред приносит дешевая минералка плохого качества. Но для малого участка можно приобретать различные «Кемиры», «Фертики», «Акварины», они достаточно очищены от вредных примесей, не оставляют балластные вещества в почве, особенно если применять разные составы под разные культуры.

А если садовод освоит метод «локального питания растений», то он сможет создать райский сад, здоровый сад, бесконфликтный сад для себя и своих внуков.

Залогом всего этого является «биосферное мышление, знание и понимание адаптивного, генетического потенциала растений и естественных природообразовательных процессов», как пишут ученые в своих научных статьях.

Попробую и я научить своих внуков, учеников младших классов, биосферному мышлению.

Рядом с нашим участком – колхозное поле с картофелем, всего в 10 метрах. Более 10 раз за сезон на нем тарахтит трактор с огромными баками и постоянно что-то сыплет, опрыскивает. Я попросил внуков по закрайкам колхозного поля половить ящериц, лягушек, пособирать жучков, накопать червей. Вернулись дети ни с чем, только устойчивых к химии колорадских жуков нашли.

Затем стали бегать по нашему полю. Везде мышиные и кротовые норки, под камушками – ящерицы, много лягушек и страшных жаб, а жуков насобирали больше 10 видов.

Задал я им вопрос: если все живое с соседних полей прячется на нашем поле и питается нашей травкой, будем ли мы вместе трудиться на нашем участке или купим картошку в колхозном магазине?

Локальное питание растений. Кто-нибудь сможет ответить, что это такое? Или что такое высокосолевые корни у растений?

Спрошу иначе: что лучше для растений и для почвы – когда вносят удобрение по всей площади корней или когда удобряют локально, понемногу под каждое растение?

Подавляющее большинство и простых садоводов, и ученых-агрономов ответят, что кучками минеральные концентрированные удобрения в почву не вносят, если внесем локально – сожжем корни, привычней применять минеральные соли в малой концентрации, распределяя по всей площади.

За последние пять лет я поставил много опытов по локальным подкормкам в своем саду и убедился, что растения легко адаптируются к высоким концентрациям солей в почве и способны образовывать высокосолевые корни.

Если набрать в поисковике слова «локальное питание растений» или «высокосолевые корни», то окажется, что многие ученые и производственники знают тему локальных подкормок, используют их давно и успешно. Есть серьезные монографии, есть масса новейших диссертаций по локальному использованию удобрений. В магазинах, особенно зарубежных, некоторые удобрения так и называются: «палочки и таблетки длительного действия для локального внесения». Многие из вас о них слышали и применяли, например, «апионы», палочки «Агрикола», не понимая, почему все это так хорошо действует.

Поделюсь своим и практическим, и теоретическим опытом, собственными секретами их применения.

Обратимся вначале к нашему опыту и здравому смыслу. Все бывали в лесу. Масса дерева составляет тонны, корни уходят на несколько метров вглубь. Но для формирования всей этой массы основные элементы питания растение берет из тончайшего верхнего слоя органики, пронизанного всасывающими корешками.

Задайте себе вопрос: корни потребляют основное питание локально из лесной подстилки или равномерно из всей глубины залегания корней? (Воду и микроэлементы в расчет пока не берем, говорим сейчас об основных макроэлементах.)

Сосны растут на дюнах, голый песок. Вся органика и азот с калием давно вымыты, опад листвы ветром унесен. Но, оказывается, в любом песке есть «блюдца», вкрапления из глины, корни их находят, оплетают и «питаются локально». Так же, как самые здоровые и высокие деревья растут на старых кладбищах или тянут свои корни к деревенской выгребной яме, под тепличные грядки, под компостные кучи, да просто под фундамент.

Такая «локальность питания» всем понятна и естественна. Но большинство садоводов делают по-другому: при посадке деревьев в саду копают большие ямы и заполняют их органикой, равномерно пересыпая комплексными минеральными удобрениями.

Зачем? Так делают все соседи, ведь считается, что надо обеспечить питанием весь объем корней!

В природе семена диких растений распределяются неравномерно, а человек сеет квадратно-гнездовым способом. Так ему удобно, и семена равномерно высевать, и удобрения равномерно распределять.

Углубимся в почву с микроскопом. Дождевые черви проделывают ходы и откладывают в них гранулы копролитов. Это десятки тон ценнейшей готовой пищи для корней. Естественно, корни научились охотиться за такими «локальными подкормками», оплетая их своими ворсинками.

Остатки растений и останки животных распределены в почве не равномерно, а сосредоточены в отдельных микроочагах из песка и глины, покрытых пленкой из гумуса. Микробные сообщества минерализуют органику, создавая локальные концентрации солей.

Минералы – в отдельных сгустках или вкраплениях. Органика – отдельными кучками или полосами: мертвые стволы, ветки, наносы и скопления органики в каждой ямке в лесу и за камнем на горном склоне, помет или трупы животных всегда распределены локально.

Кроме того, концентрация веществ постоянно меняется: после дождя состав солей один, настала засуха – концентрация выросла в десятки раз. И растения научились извлекать максимум пользы из этого хаоса, эволюция, конкуренция, отбор научили корни быть «умными и подвижными». Коровья лепешка на лугу долго не лежит, едоков много, но мелкие корешки от ближайших растений при достатке влаги успевают прорасти в нее.

Все это называется хемотропизм – рост корней в сторону больших концентраций питательных веществ в почве. Вопрос о хемотропизме всем понятен и не вызывает отторжения.

Ну а «высокосолевые корни»? Могут ли растения их образовывать?

Эту тему фундаментально исследовал уфимский ученый, доктор биологических наук В. К. Трапезников. Он доказал, что корни ищут минеральные элементы с помощью хемотаксиса. Найдя концентрат, новые корешки физиологически перестраиваются – становятся высокосолевыми: образуют массу мельчайших разветвлений, способных поглощать высокие концентрации солей.

Итак, в природе концентрация солей всегда разная, распределена неравномерно, корни растут в сторону больших концентраций питательных веществ, надо задуматься о следующем. Ну, подойдут корни к высоким концентрациям, а дальше что? Погибать? Нет! Корни эволюционно научились потреблять большие концентрации солей, так им быстрее, удобнее, энергетически выгоднее. Не надо тратить энергию на отращивание множества корней для поиска и всасывания малых концентраций элементов питания.

Раз в природе встречаются вкрапления питательных веществ и солей, проще сформировать корни с другими клетками, с другими вакуолями и митохондриями, которые способны всасывать высокие концентрации веществ.

Обращаю внимание на ключевые слова: способны сформировать. А для этого нужно время. Адаптационные возможности уже имеющихся корней невелики. Все знают, что растение в горшке погибнет, если вы случайно полили его утроенной концентрацией минерального удобрения или котенок постарался.

Если вы доставите минералку к имеющимся в почве корням – они погибнут вместе с ризосферой. Но когда вы в лунку в саду внесете горсть минеральных удобрений (и завернете в полупроницаемую кальку), они, медленно растворяясь, распределяются по почве, создавая градиент концентраций.

Корни, постепенно подрастая к растворам солей, начинают формировать высокосолевую прядь с другими адаптационными возможностями по всасыванию этих разных концентраций солей. Это и есть высокосолевые корни. Картинки таких корней можно посмотреть в интернете и в монографиях.

Я часто пытался маленькие сосенки с болота пересадить на свой песок, но 90 % из них гибло. Сосенки с песчаных опушек, пересаженные на гумусные грядки, тоже не выживают. Но если просто ветер заносит семена на болото, на песок, корешки успевают адаптироваться, сформировать особые корни и вступить в симбиоз с микоризой и будут расти в любых самых непригодных условиях.

Для чего нам надо об этом знать и как это использовать? Расскажу о своем опыте. Я за многие годы занятия садоводством, приобретая опыт и знания, все более отходил от минеральных подкормок и переходил на органические методы.

Я понимал, что любая минералка, внесенная в почву и в саду, и на грядке, увеличивает урожай на первое время, но в отдаленной перспективе угнетает биоту и ухудшает почвенное плодородие.

И вдруг меня осенило. Решение очень простое, эти две непримиримых технологии можно соединить, если применять локальные внесения как минеральных удобрений, так и органики тоже. Вносить их локально и раздельно.

Попробую на примерах объяснить еще одно замечательное свойство локальных подкормок. У вас органический сад или грядка. Гумуса много. Вы высадили картофель или рассаду томатов. Растение не сразу сформирует ризосферу, не сразу вступит в симбиоз с микоризой. Нужна энергия, чтобы корни начали выделять секреты. Питание перераспределяется в пользу корней. Значит, в этот период не будут расти листья, на все запасов питания не хватит. В почве весной эффективных почвенных сапрофитов тоже мало. Нет азота, нет тепла, не сформированы пищевые цепочки.

Садовод начинает перебарщивать с подкормками азотом. Растение тут же дает рост листвы в ущерб корням, и резко угнетаются почвенные азотофиксаторы. Мы качнули растение в одну сторону своим действием и вызвали серию последующих волн дисбалансов. Вызвали ненужные стрессы.

Я научился делать иначе, на грядках с картофелем и томатами вношу комплексные удобрения локально, в 5 см от стволика на глубину 7–10 см. Корни очень быстро находят «локальные подкормки», адаптируются к ним и потребляют нужные минералы в нужных количествах.

Корни способны потреблять азот, фосфор и калий раздельно, если они сами находят «залежи» этих солей, а не мы «делаем капельницы» на весь объем корней. Ведь в природе градиент концентраций и распределений разных солей всегда различный, где-то больше азота, где-то калия.

Все вышесказанное доказал ученый Трапезников, он выяснил, что независимо от положения высокосолевой пряди, питание от нее поставляется всему растению. В норме разные корни заняты поиском и поглощением разных веществ. Если одна прядь корней нашла много питания, силы и рост остальных направляются на добычу влаги или других элементов.

Найдя концентрированное питание, растение может решать и выбирать, сколько и когда из него взять. Эта свобода выбора исключительно важна для нормальной саморегуляции растительного организма. Смешав почву с порошком или пролив раствором, мы делаем растение заложником наших агрохимических измышлений. Тогда оно вынуждено поглощать удобрения, как человек на капельнице, и терять иммунитет, разрыхлять ткани, наращивать лишнее тело, ломать цикл развития.

Например, я в сентябре в саду по периметру кроны в лунки вношу мочевину. Высокосолевые корни вокруг нее формируются медленно, но работают долго даже зимой и обеспечивают запасы азота на зиму. Весной эти запасы используется и на создание ризосферы (выделение углеводов), и на ремонт погибших корней. Азотофиксаторы не угнетаются ни в почве, ни в ризосфере, наоборот, стимулируется их рост.

Поэтому при локальных подкормках корни и листья растут одновременно, сбалансированно, без волн и стрессов. Почвенная биота на большой площади не угнетается «избыточной химией», а главное, высокосолевые корни, потребляя дефицитный азот и имея крупные листья и большой объем обычных всасывающих корней, начинают всей массой этих корней выделять секреты и формировать ризосферу.

Итак, самое важное свойство локальных подкормок – это стимуляция секреции углеводов у всех остальных корней и усиление их всасывающей способности. Это не мой вымысел, это доказано учеными в экспериментах.

Познав и научившись применять этот главный секрет на практике, конкретно в своих условиях, на своих растениях, вы сможете чудеса творить в своем саду, а главное, не нарушая экосистему сада, подавать на свой стол продукты, полезные для здоровья.

Расскажу интересную историю. Угощал меня знакомый дагестанец огромным арбузом. Уж больно сладким он оказался. Спросил я его, а много ли в нем, таком большом, нитратов? Ответил, что проверяли, нитратов нет, иначе врача бы не угощал. Неужели совсем минералку не используете, ведь раньше всегда селитру сыпали, поинтересовался я.

И он меня удивил своим рассказом. Раньше дешевую селитру сыпали вразброс по всему полю. Арбузы были с нитратами, почва портилась. Сейчас идут по полю два человека, один ломиком делает лунки у посаженного семечка арбуза, второй несет мешок селитры и маленькой мерной ложкой вносит селитру локально. И урожаи стали больше, и нитратов нет.

Конечно, прежде чем посадить яблоню на песке или глине, почву желательно подправить, мелиорировать. Идеальная почва под яблони – среднесуглинистая, достаточно гумусная, с низким стоянием подпочвенных вод.

Я ямы не копаю. На место посадки желательно насыпать сверху небольшой холмик «почвы с гумусом» до10 см высотой и диаметром с крону и посадить, лучше весной, свой молодой саженец яблони. (Я прививаю сам.)

Главное – первый месяц не кормить, а поливать. Замульчировать мульчей. Какой угодно. А через месяц замульчировать уже перепревшим навозом, немного, это как начальная затравка для биоты и для стимуляции формирования ризосферы. А на перегной положить (замульчировать) сухое сено, солому или старые опилки, но тонким слоем, не более 5 см. Это стимулирует грибы и микоризу естественным образом.

Питания из внесенного навоза, перегноя на первый год с лихвой хватит. Главное, не пересушить корни. И чтоб «лебеда и крапива» не выросли выше саженца и его не заглушили.

А вот осенью в двух местах по периметру кроны (размер ваших саженцев мне неизвестен) я делаю лунки глубиной около 15–20 см и вношу по 1 чайной ложке мочевины. (На 3–5-летний саженец и по 1 столовой можно.) Передозировать мочевину, внесенную локально, трудно.

Весной следующего года надо формировать почву всей территории сада. Лучше держать сад под залужением. Не люблю что-то сеять специально, если подкашивать триммером сорняки, то всегда естественным образом сформируется злаковое разнотравье из местных аборигенов.

В мае и июне эти естественные сорняки я во время дождя подкармливаю первые годы мочевиной, очень понемногу, не более 5 г на 1 м 2 и 1–2 раза скашиваю. Траву оставляю на месте или подгребаю в зону корня.

Если сад под лугом и скошенную траву не выносить на сено животным, то и калия, и фосфора в почве всегда хватать будет. Никакой нитрофоски не нужно. Только мочевина вразброс по лугу вне периметра кроны, а под кроной строго локально осенью в лунки мочевина до 20 г/м 2. И растениям NPK с избытком хватит.

Огромный опыт ученых-садоводов показал: рост и здоровье деревьев стимулирует внесение только азотных удобрений. А внесение фосфора и калия может приводить даже к их угнетению. Особенно если сад пашут плугом.

Сколько вносить органики? А сколько у вас есть? Несите всю, любую. Но по периметру кроны, и всегда отступите от корневой шейки, навоз вносить не более ведра на 1 м 2 в год. Его лучше прикрыть опилками или скошенной травой. Но опилок тоже не более ведра в год. Иначе биота ни навоз, ни опилки не переработает, можно растения отравить и азотом, и «кислотностью».

Я навоз вношу холмиками. Просто высыпаю ведро, один год – справа от яблони, на следующий год – подальше слева. Такая локальность и для органики полезна. Дождь прошел – эту кучку не размыл, влага стекает в почву рядом, затем под навозной лепешкой эта влага вверх по капиллярам пойдет к мелким корешкам и почвенной живности. Там всегда влажно и комфортно для мелких корней. Такая кучка органики – великолепная экозона для формирования и сохранения разнообразной биоты. Если это ведро навоза я бы разбрасывал, он бы быстрее сгорал и вымывался. Особенно на моем песке. Через 5 лет черви этот навоз на глубину до 30 см вглубь равномерно растаскивают, не нарушая почвенной структуры, а создавая ее.

А междурядья сада тоже очень желательно подкармливать органикой. Луговые травы дадут прирост органики гумуса всего по 1–2 мм в год, нам желательно больше и быстрее. Поэтому все излишки опилок, торфа, сорняков, навоза в сентябре разбрасывайте тонким слоем не более 5 см и в междурядьях. На такой энергетической подкормке в почве возникнет небывалое разнообразие жизни, возникнет естественная устойчивая экосистема, комфортная для корней, и ваши яблони дадут вам райские яблочки без червячков и парши без «химических опрыскиваний».

Не слушайте тех, кто говорит, что корни вглубь не пойдут, а все будут под поверхностной мульчей. Я свои яблони в 5 лет выкопать уже не могу. Толстый корень идет вглубь более чем на метр, и его рубить приходится. Он нужен на случай засухи. А мочковатые корни с микоризой и ризосферными азотофиксаторами оплетают кучи навоза с опилками снизу, высокосолевые корни оплетают очаги азотистой минералки в глубине и накапливают сахара в листве и запасы в древесине. С такими запасами, складами питания никакие природные катаклизмы деревьям не страшны. Мои молодые яблони на голом песке пережили без полива жесточайшую жару и засуху 2010–2011 гг., когда рядом все березки и рябинки засохли и погибли.

Есть такая удивительная штука, как освоение участка растениями. Аборигенными сорняками. Сколько фермер ни пашет, гербицидами ни обрабатывает, ни культивирует, но приходит май – июнь, и все клочки земли покрыты густой щеткой из однолетников (миллионы мельчайших семян по многу лет лежат в глубоких слоях и ждут, когда плуг их назад откопает) и многолетников (каждый разрубленный кусочек корня дает почку и всходит).

Поменяйте технологию обработки почвы, и появится новый набор устойчивых к этой технологии сорняков. Поэтому я не сею сидераты, я разрешаю сорнякам приспособиться к моей агротехнике и расти в широких междурядьях спокойно. Пока я их не скошу леской триммера. Сейчас на моем картофельном поле, которое не знало плуга 10 лет, я нахожу более 30 однолетних сорняков, и с каждым годом куриного проса (однолетний злак) становится все больше, ему культивация в мае на пользу, все взошедшие сорняки гибнут, а он всходит в июне.

Основная ценность сидератов в междурядьях в том, что сладкие выделения корней сидератов в тысячи раз усиливают размножение азотофиксаторов. Они дают толчок развитию пищевых цепочек микроорганизмов и другой живности, которая и делает почву комковатой, стабильно структурной. Опад сидератов приносит не очень большой прирост почвенного гумуса, на миллиметры в год, растения ведь забирают на свой рост почти столько, сколько дают. Даже черноземы в естественных условиях формируются за тысячелетия. Поэтому я на них не рассчитываю, дополнительную органику вношу, но без соломы от сидератов и корней – почвенных инженеров почва не была бы такой воздушной.

Весной знакомый фермер особым роторным культиватором на глубину до 5 см рыхлит мой участок. Любой из вас может это сделать мини-культиватором или плоскорезом.

Затем я делаю бороздки тяпкой и раскладываю вручную картофель, «типа по Миттляйдеру», в две строчки лентой оставляя междурядья шириной до метра. Лентой на картофель кладу выдержанный в мешках навоз и просыпаю лентой мочевину не более 10 г на погонный метр (тяпкой сделать бороздку в рыхлой почве нетрудно и туда подсыпать мочевину, лучше современную «Кемиру картофельную», а сверху картофель). Получается навоз лентой локально, мочевина лентой локально, и все слегка окучиваю почвой с междурядий. Затем всходы еще раз пропалываю и подокучиваю. Посадки неглубокие, над картофелем образуется 7–10 см почвы после двух окучиваний.

Картофель элитный с ростками, обработанный «Фитоспорином» и «Рибавом», всходит быстрее сорняков. Мочевина в лентах рядом дает ему энергию для роста, и он стоит в июне густой стеной, глушит даже пырей, плоскорез ему помогает лишь чуть. Рядом в междурядьях начинают с отставанием всходить сорняки, и я их под дождь тоже мочевинкой подкармливаю. А через неделю – две скашиваю. К концу цветения, в июле от этих малых доз мочевины в почве ничего не остается, к наливу клубней работает только ризосфера, давая им нужный калий и фосфор (это очень упрощенно, но более-менее верно).

Если у вас такая система работает несколько лет, гумус накапливается, картофель не нуждается в дополнительном калии и фосфоре. Его в гумусе более чем достаточно. Если почва малогумусная, в ленты картофеля стоит внести не мочевину, а готовое комплексное удобрение (для картофеля), лучше с гуматами. Типа ОМУ.

Подчеркну, я не вношу нитрофоску в рекомендованных фермерам дозах. Дозы минералки у меня в 3–4 раза меньше и распределены узкими лентами на расстоянии 140 см друг от друга. Влияние их на почву сводится к нулю!

Томаты все любят. Мы их выращиваем ради удовольствия, коллекционирования, постановки экспериментов, повода пообщаться с соседями. Труда и затрат на удобрения не жалко!

Основная проблема начинающих – это перекорм томатов азотом, что затягивает цветение, дает бурный рост пасынков и «вечнозеленые помидоры». На чистой органике, без подкормок фосфором, калием, магнием и кальцием – это бывает почти всегда. Имейте поэтому максимально безвредные минеральные удобрения. Это кальцийная селитра, калимаг, аммофос. А лучше AVA. Почитайте схемы подкормок в любом справочнике по томатам, затем прочитайте мой опыт ниже, намотайте на ус и сделайте по вашему разумению, набейте шишек и чуть иначе поэкспериментируйте на следующий год.

Почва у дома на грядках у меня, естественно, окультуренная. Лопаты не знает много лет. Органики вношу много и всякой, сверху под предшествующие овощи и цветы, но в основном все свободные площади осенью мульчирую доступным навозом. Не жалею, что вымоется и потеряет азот, почвенный комплекс основное перехватит.

Разбиваю площадь, как и под картофель, две строчки томатов и широкое до 80 см междурядье. Но! Так как я сорняки-сидераты на культурных грядках у дома не выращиваю (вся польза от ризосферы сидератов и их опада у меня перевешивается избыточным внесением органики и мульчи), ограничиваюсь внесением перепревшего подстилочного навоза (полукомпоста).

Понимая, что рядом с томатами много компоста не положишь, я делаю неглубокие канавки по центру междурядья и в них сыплю компост, где-то до 1 ведра на погонный метр. Канавка отстоит в пределах 40–50 см от рассады, и когда корни к навозу подойдут, то он для них будет считаться внесенным локально, уже переработанным, и они возьмут не только азот, а именно то, что им нужно.

После высадки рассады я рядом с каждым кустом, отступая 5 см, делаю лунку и вношу по 1 ч. л. помидорного ОМУ. Без преобладания фосфора и калия в таких локальных подкормках коренастый куст с ранним цветением не получить. Все рядки с томатами после посадки у меня мульчируются обычно старым полуперепревшим навозом (в котором более половины составляют опилки или солома). Если есть торф – то и торфом все прикрываю. Поэтому в рыхлой, замульчированной, регулярно поливаемой почве воздушность всегда поддерживается, биота, сформированная и заботливо подкармливаемая в прошлые годы, эту почву структурирует и быстро формирует ризосферу (так как азот вразброс не вносится). При поливе добавляю только гуматы и стимуляторы ризосферы.

С началом налива плодов по листве определяю визуально, нужно ли профилактически внести калий и магний в виде внекорневых подкормок, иногда калимаг вношу в бороздку рядом с корнями.

Если бы я делал подкормки растворами солей, поливая ими почву и растение или рассыпая равномерно по почве и прикапывая их, я бы угнетал почвенную биоту, быстро бы насытил почвенный комплекс избытком фосфорных удобрений и часть микроэлементов необратимо связал, а часть вымыл бы в подпочву.

Пока я на томаты не жалуюсь, потому что они питаются не прямой химией, а солями, прошедшими через цитоплазму многих цепочек бактерий, и непосредственно аминокислотами этих погибших бактерий.

У меня в середине июля всегда в траве, среди цветов, созревают первые красные помидорчики, под солнцем они необыкновенно сладкие и запашистые. С южной стены дома поспевают и первые кисти желтоплодных черри. Я звоню внукам, они прибегают вечерком, и мы проводим дегустацию, сравнивая их с крупными тепличными.

Маленький внучек бросает черри в вольер с курами и индюшками, смеется, радуется суматохе. А внучка постарше учит, мол, видели, как петух первый всех позвал, но сам курам место уступал. Так и вы, мальчишки, учитесь у петуха галантному поведению.

А как внести локально минералку под салат, редис, ведь они посажены густо и растут всего 30–40 дней? Как их замульчировать органикой? Как сделать так, чтобы и под ними не убить, а сохранить почвенную биоту?

Ну, во-первых, и салаты и редис я высаживаю, как и томаты, в две сдвоенные строчки с относительно широким междурядьем. Разница лишь в том, что никакой навоз ни в строчки, ни в междурядья вносить не стоит, за 30 дней культура салата и редиса созреет, а биота к разложению навоза только приступит. На грядках с зеленными культурами я применяю только компост, которым покрываю грядки перед посадкой, а междурядья тоже неплохо замульчировать, но уже грубой малоразложившейся органикой. Щепа из веточек, перепревшие опилки как мульча в этом случае тоже неплохи.

Компост из компостных ям я не люблю применять под зелень, в нем опасная «гнилостная биота» и слишком много доступного нитратного азота.

Поэтому я заранее формирую и всегда имею старые сорные кучи из листвы, сена и скошенной травы, заросшие лебедой и другими широколиственными сорняками в уголках сада, которые не ворошу год (мои фирменные мусорные кучи).

Отдельно имею рыхлый подстилочный навоз в мешках, который у меня пролежал на почве в тенистых уголках сада и весь в ходах дождевых червей. По биологической ценности такая органика очень отличается от искусственных компостов, создаваемых в компостных ямах, которые не были пронизаны живыми корнями растений с эффективными ризосферными бактериями и грибами. Прошу на это обратить особое внимание.

Когда я вношу на грядки с салатом такой естественный перегной, растения, по моему опыту, и урожай дают больший, и лучше внешне выглядят, почти не имеют болезней и дисбаланса питательных элементов.

А нужно ли на такие грядки дополнительно вносить минеральные удобрения и как?

Все зависит от ваших целей и приоритетов (урожай или качество?) и плодородия почвы на ваших грядках. На моих старых высокогумусных и структурных почвах, на которые по многу лет вношу органику, не копаю, и не «насилую минералкой ради высоких урожаев», я минеральные удобрения не вношу и необходимости в них не вижу.

Но если почва новая, еще малогумусная, не сложившаяся «в экосистему», я всегда применяю локальные минеральные подкормки.

Зайдите в садоводческий магазин, где продаются комплексные удобрения, посмотрите состав. Вы увидите, что, например, для капусты соотношение такое: азот-фосфор-калий 22:10:16. А для редиса чуть отличается 20:10:8. Для свеклы и моркови 18:16:18.

Подбирайте пакетик, подходящий вам по соотношению минералов, и лучше не дешевую смесь с суперфосфатом, а ОМУ и вносите эти долгоиграющие гранулы в бороздку между рядками с посаженными семенами на глубину около 5 см. Количество необходимой минералки всегда указано на пакете и в справочниках.

Таким образом, рядковое внесение минеральных комплексных удобрений, особенно качественных ОМУ, всегда лучше для корней и почвенной биоты, чем просто посыпать на почву и перемешать эти удобрения или регулярно поливать растворами таких удобрений.

Чем больше у вас внесено компоста, тем меньше надо удобрений минеральных, фосфор часто совсем не нужен на богатой гумусом почве.

И не верьте тем, кто утверждает, что минералка и компост несовместимы. Малые дозы, внесенные локально, реального, доказанного вреда не приносят. Появится в грядке перегной, сформируется биота, тогда и от минералки откажетесь совсем.

Гладиолусами я всерьез увлекся в конце 70-х гг. Участвовал в столичных выставках, торговал на рынках. Занимался селекцией, знал всех наших корифеев. Агротехнику использовал по их советам, до 5 жидких подкормок за сезон, строго уменьшая азот и увеличивая калий, а осенью и фосфор. Чем больше обрабатывал почву и «химичил», тем сложнее было противостоять болезням. Я не понимал, что гладиолусам нужна ризосфера и жизнь в симбиозе с биотой, что и органические методы позволяют иметь выставочные сорта.

Конечно, гладиолус – не томат, мы его на стол не кладем, и обрабатывать от болезней луковицы иногда можно, важно понимать, как и здесь максимально уменьшить химическую нагрузку на почву.

Впервые я задумался о пользе органики для луковичных благодаря интересному феномену, который знают все гладиолусоводы. Если луковицы соприкасаются со свежим коровьим навозом, то они почти всегда сгнивают, и наоборот, даже больные луковицы, если их поместить в свежий конский навоз, выздоравливают и великолепно растут.

Сейчас я понимаю, что дело в микрогрибах, точнее, грибах-аскомицетах, а еще точнее – в триходерме. Корову кормят не зерном, а чаще всего силосом, в ее навозе преобладают анаэробные и гнилостные микроорганизмы. Такой навоз подавляет ризосфару гладиолусов и способствует развитию грибов-патогенов, прежде всего фузариоза.

Коней без овса содержать ну никак нельзя, поэтому в их навозе много остатков зерна – лучшей пищи для триходермы, а триходерма паразитирует на патогенных грибах типа фузариума. Получается, что внесение в почву дробленого зерна для подкормки полезных грибов приводит к лечению почвы и луковиц. На Западе есть целые клубы любителей таких методов, правда, я не фанат этих увлечений. Просто констатирую опыт.

Другой мой опыт на эту тему. Я раньше увлекался бонсаем. Там тоже идут споры, как лучше вносить в почву сложные минеральные подкормки. Но ведь японцы тысячи лет делают иначе, они не минералку вносят в почву с бонсаем, а свои древние «японские шарики», состоящие из сложной органики. (Органику вносят локально.)

Наши опытные бонсаисты тоже делают подобные органические подкормки, например, рекомендуют перемолоть в кофемолке семена рапса, сои, хлопчатника, сушеную рыбу и сухой птичий помет, и этим порошком несколько раз за вегетационный период посыпать почву. (Перемешивают с почвой, локальность не понимают.)

Таким образом, и у бонсаистов мука из зерен, богатых белком, считается лучшей органической подкормкой для стимулирования полезной почвенной биоты.

Куча, пронизанная живыми корнями растений, в которой ризосферной микрофлоры в тысячу раз больше, чем в «горячем» компосте, содержит погибшие микроорганизмы и их ферменты – это тоже белок, поэтому «черная земля» из такой кучи и является самой целебной добавкой на грядки с гладиолусами, да и любыми другими растениями.

Сейчас я гладиолусам уделяю совсем мало внимания, но они не болеют. Начинаю с деток, очищенные и обработанные фунгицидом («Витарос») детки высаживаю в грядки, на которых картофель и гладиолусы не росли более 3 лет. Делаю лунки, на дно кладу кристаллики AVA и ОМУ с преобладанием калия и заполняю лунки землей из старой мусорной кучи, кладу детки и мульчирую торфом. Иногда рядом высаживаю семена укропа или кинзы (источник полезных ризосферных микроорганизмов), которые впоследствии срезаю в салаты.

За лето несколько раз мульчирую, но уже старым навозом, из-под кроликов, который в мешках пролежал в уголках сада. И никаких подкормок минералкой. Лучше не мешать ризосфере.

Таким образом, получаю крупные ювенильные луковицы, несущие на себе только споры полезных микроорганизмов и полностью очищенные от фитопатогенов.

Ведь я весь сезон заботился, кормил и не тревожил биоту почвы, давал возможность корням укропа и кинзы добавить в почву полезные ризосферные грибы.

На следующий год ювенильные луковицы гладиолусов высаживаю в две строчки на глубину до 10 см. Почву не перекапываю, просто делаю глубокие канавки, луковицы по возможности засыпаю «мусорным компостом», но можно и торфом, нельзя засыпать землей с грядок, где росли овощи, в ней много спор патогенной микрофлоры и грибов. Рядом делаю канавки, бороздки, куда кладу ОМУ с преобладанием калия, и рядом, не ближе 10 см, в канавки по междурядьям не боюсь закладывать любой навоз, главное – всю грядку замульчировать грубой органикой. И никаких жидких минеральных подкормок не делаю.

Органики рядом и сверху достаточно много, запасов солей в ОМУ более чем достаточно, все это потребляют только неспешно отрастающие высокосолевые корни, а влагу берут другие глубокие всасывающие влагу корни, поэтому перекосов в питании не возникает. При аномальной жаре и засухе, конечно, не боюсь опрыскивать растения «Эпином», проливаю почву стимуляторами ризосферы и делаю внекорневые опрыскивания микроэлементами. Обязательно несколько раз делаю профилактические опрыскивания от трипсов. Эта агротехника применима для молодых оздоровленных ювенильных луковиц.

Грядки со старыми 2–3-летними луковицами стараюсь отделять расстоянием от «чистых» грядок и фунгицидами, конечно, обрабатываю.

Примерно по такой же схеме работаю и с лилиями, и с тюльпанами, но важно понимать их отличие по периодам роста и особенностям в минеральных потребностях.

Итак, локальное внесение и органики, и минеральных удобрений вполне возможно на любых культурах – от яблонь до цветов. И в любом случае оно позволяет уберечь и почву, и растения от накопления болезней и «вредных для биоты» солей.

Сейчас моя жена и дочь поняли преимущество таких локальных подкормок. Перед домом в большие вазоны они каждую весну высаживали рассаду петунии и герани из горшков. Раньше много сил тратили на составление почвы из разных компонентов и подкармливали сложными жидкими минеральными смесями. Сейчас в вазоны насыпаем почву с мусорной кучи, втыкаем в нее несколько «минеральных палочек длительного действия» фирмы «Агрикола», сверху несколько раз за лето мульчируем старым перепревшим навозом и регулярно поливаем АКЧ. Цветы в вазонах у крыльца дают буйство красок и радуют всех наших гостей.

Одичавшие котята летом выходят на крылечко погреться и поиграть с многочисленными бабочками, со всей округи бабочки и шмели слетаются попить сладкий нектар наших ухоженных целебных цветов.

За котятами тянутся и внучата, любуются насекомыми и приучают одичавших котят к человеческой ласке.

Итак, поделюсь своим опытом, как в домашних условиях приготовить подобный «чудодейственный» настой. Вначале – о правилах приготовления компоста для этих целей. У меня свои секреты, которые я вам открою. Я держу кроликов. Кроличью подстилку, где много не только помета, но и остатков сена и комбикорма, собираю в белые мешки из-под комбикорма и выношу их в тенистый угол сада, где растет окопник. Раскладываю в один слой на землю под окопником.

В опаде листвы окопника за 20 лет его роста сформировалось особенно активное микробное сообщество, много дождевых червей. За пару недель в этот мешок с кроличьей подстилкой заползают тысячи червей и другой живности. Вместе с собой они разносят десятки тысяч микроорганизмов, и начинается естественная переработка органики аборигенными микробами, адаптированными для моего сада. Летом в жаркие дни компост бывает готов через пару месяцев, он делается рыхлым, сыпучим, с великолепным запахом хлеба (от кормов) с оттенком весенней земли от актиномицетов. Учтите, что я не затрачиваю никаких усилий на перелопачивание большого бурта с навозом и строительство сооружений для компостирования.

Вынося мешок весом 30 кг, я получаю 15 кг компоста, в котором 50 % полуразложившейся органики, а 50 % – это гумус разной степени разложения и огромное количество живых микроорганизмов. Так как корни окопника всегда проникают в этот мешок, прорастая снизу, то они многократно ускоряют компостирование и насыщают компост особо ценной ризосферной биотой, создавая «эффект мусорной кучи».

Что немаловажно, в моем компосте через месяц работы червей, нематод и других хищников не остается болезнетворных бацилл, грибов, гельминтов, опасных для человека и растений. Все это в первую очередь будет съедено и переработано хищниками в условиях влажной, пористой, хорошо аэрированной среды. Так как я чищу клетки каждые две недели, у меня всегда имеется конвейер компоста разной степени разложения. Поздней осенью мешки с компостом я заношу в сарай, и он до весны не теряет эффективности.

Возникнет вопрос у начинающих: у нас нет окопника и кроличьего навоза, что делать? В любом саду или рядом с участком есть уголки, куда вы сносите мусор и ботву растений, здесь растет крапива, лебеда и другой бурьян. Их ризосфера нисколько не уступает окопнику, а если такая мусорная куча существует лет 5, то там уже сформировалось естественное, богатое по разнообразию микробное сообщество. Положите туда свои мешки с органикой. Не обязательно навоз. Хватит и листвы сада, скошенных сорняков, чуть добавьте туда остатков со стола, хлеба, косточек, в крайнем случае, купите немного дешевого комбикорма из отрубей – этим вы привлечете всех червей в вашу мусорную кучу.

Можете сделать и ящик для компоста и производить компост по всем правилам. Но когда он созреет, не поленитесь, соберите семена подорожника с ближайшего луга или семена тагетеса (бархатцев) и посейте на компост. Пусть они взойдут, и корешки, несущие грибы-симбионты и активную ризосферную биоту, проникнут в компост поглубже. Так будет надежнее: вы насытите компост фиторегуляторами и гормонами природного происхождения и вам не надо будет покупать «гормоны» в магазине.

Теперь поделюсь еще более важным секретом: как эти миллиарды полезных микроорганизмов из компоста перевести в раствор, многократно их размножить, чтобы пролить или опрыскать ими свои растения.

Технология примерно такая же, что описана производителями ЭМ-препаратов. Нужна вода без хлорки. На 10 л воды желательно добавить 50 г солодового экстракта, он продается во всех магазинах, можно настоять несколько корок хлеба или использовать остатки варенья. Углеводы нужны, чтобы микробы быстро размножить. Но у моего способа есть принципиальное различие с ЭМ-технологиями. Наши полезные микроорганизмы в компосте живут в хорошо аэрированной среде. Если их поместить в раствор с солодом, они быстро погибнут, загниют и будут съедены гнилостными микробами. Поэтому, как только вы компост помещаете в раствор, нужно тут же включить компрессор и пропускать воздух.

Итак, размешиваем 1–2 л компоста на ведро воды с солодом и включаем аэрацию. Микроорганизмы и различные вещества (органические и неорганические, растворимые и нерастворимые) попадают в водную среду, насыщенную кислородом воздуха. В этих условиях они начинают активно размножаться, особенно те микроорганизмы, которые являются аэробными, то есть способны жить и размножаться в условиях высокого содержания кислорода в воде. Анаэробные же микроорганизмы в таких условиях либо погибают, либо съедаются компостными хищниками – жгутиковыми. Те, кто верит в вермикомпост, могут использовать настой вермикомпоста.

В процессе размножения организмы используют углеводы как пищу, активно потребляя при этом кислород. На этой стадии особенно важен контроль содержания кислорода в воде, при отключении аэрации уже через 30 мин. уровень кислорода в воде падает настолько, что начинается массовая гибель аэробных организмов и размножение анаэробных, крайне нежелательных для наших целей. В большинстве случаев такой раствор не поддается коррекции, его использовать нельзя.

В среднем при температуре окружающей среды +20  °С, цикл приготовления микробного настоя длится около суток. При температуре +30 °C это время сокращается примерно до 15–18 ч. Если процесс происходит слишком долго, микроорганизмы расходуют все питательные вещества и перестают размножаться, при этом многие группы просто исчезают, становясь пищей для хищников.

Учитывая время, необходимое на доставку к месту применения, иногда приходится использовать настой прямо «с колес». В этом и разница между своим микробным настоем и покупными ЭМ-препаратами. В масштабах сада мы можем сохранить живыми все нужные нам микроорганизмы, в промышленных установках сохраняют в основном дрожжевые клетки и споры бацилл.

Каждый микробный настой, приготовленный собственными руками, сам по себе неповторим – это что-то индивидуальное, творческое, комбинировать и экспериментировать можно как угодно. Аэрированный компостный чай по цвету похож на обычную заварку чайного листа, поэтому его приятнее называть не настоем, а чаем.

С осени сад и грядки я мульчирую своей органикой, полученной от животных. Если с конца сентября бывают теплые деньки, то я эту мульчу опрыскиваю АКЧ. Но главное, опрыскать всю почву с мульчей в апреле, когда земля начинает прогреваться. Этим вы температуру в корневом слое растений повысите на 5–10 °C, и весна в вашем саду наступит на две недели раньше, а осень на две недели позже.

Естественно, настой перед заливкой в опрыскиватель надо профильтровать, но через крупное сито, чтобы нематоды и амебы в раствор попадали. И распылять поэтому надо не самыми мелкими каплями, а дождевателем покрупнее.

Я опрыскиваю и почву, и листву 3–4 раза за сезон. Стараюсь подгадать под дождь, чтобы микробы проникали в почву. Огород можно опрыскивать чаще, до двух раз в месяц. Опрыскивание листвы тоже приносит пользу растениям. Пленка из микробов-анаэробов защищает листья от болезней, а огромное количество фитогормонов-элиситоров резко повышает их устойчивость к вредителям.

Не забывайте перед применением развести настой водой без хлорки. Для листвы я разбавляю в 10–50 раз. При весенней обработке почвы – не более чем в 5–10 раз.

Представьте лес, в котором живет стадо диких кабанов, а рядом деревню с охотниками. Охотники ждут, пока кабанчики соберут корешки и желуди с больших площадей леса, наберут массу калорийного мяса и жира в несколько тонн, и только тогда опытные охотники начнут привлекать, прикармливать кабанов овсом, делая корытца и высыпая туда зерно. Не любят охотники есть кашу из геркулеса, а любят свежее мясо, подчиняются природным инстинктам. Не любят они также бегать по всему лесу за животными: проще их обмануть, привлечь в свои сети.

Все знакомы с росянкой на болоте, которая обманывает комаров, привлекая их каплей ароматного сока. На болоте дефицит азота, но комары летают далеко, пьют кровь из тех же кабанчиков. Собирают для умной росянки белковый корм с большой площади. В природе таких растений-охотников насчитывается тысячи видов. И открывается все больше и больше способов, с помощью которых растение охотится за животной белковой пищей.

Но по-прежнему более 90 % наших садоводов, да и агрономов все еще считают, что растению достаточно минеральных азотистых подкормок, чтобы оно хорошо росло и давало большой урожай, и никакой белковой животной пищи ему не требуется.

Когда я в свой слабенький микроскоп стал изучать микромир в АКЧ – то увидел, что уже через 6–8 ч после аэрации в капле настоя шевелятся миллиарды различных видов микробов. К концу суток в чае появляются крупные, быстрые, подвижные хищники – инфузории, амебы, нематоды. В почве эти охотники, в отличие от малоподвижных бактерий, передвигаются также на приличные расстояния.

Я вместе с внуками пробовал на стекле проделать опыт: капал две капли, в одной чистая культура инфузорий, во второй – культура сенной палочки. Если сделать между каплями тонкий мостик из воды, то инфузории большой «толпой» с огромной скоростью устремляются к бактериям и начинают охотиться за ними.

А теперь вернемся к почве моего сада. Сверху у меня мульча из навоза, листьев и травы. Я ее весной обработаю, допустим, «Байкалом ЭМ». Бактерии начнут разлагать органику, создавая минеральные соли, которые доступны для корней. Так нас учат создатели ЭМ-препаратов.

Проделаем другой опыт. Например, я регулярно опрыскиваю органику хорошим АКЧ, в котором не только тысячи видов компостных бактерий, но и много амеб, инфузорий, нематод и прочей быстро двигающейся микрофауны. Через некоторое время эти хищники съедят доступные бактерии, станут концентратами белка и жира и проголодаются, как кабанчики в лесу, когда съедят все желуди.

Голод всю эту быстро двигающуюся микрофауну погонит за поиском пищи. И, думаете, не найдется на жирных инфузорий охотников на моих грядках?

Охотниками будут корни моих растений. Но корни не станут гоняться за шустрыми инфузориями: подобно тому, как росянка притягивает комарика сладкими выделениями, корни своими секретами привлекут бактерий в ризосферу. Концентрация бактерий в зоне ризосферы возрастет в тысячи раз по сравнению с окружающей почвой. И все хищники (амебы, инфузории, нематоды) – концентраты белка, накопленного с большой площади, устремятся в зону всасывающих корней. Но хищники, питаясь чистым белком бактерий, всегда выделяют лишний азот на корни растений.

Поэтому растения, растущие на почве, пролитой АКЧ, обогащенной «почвенными быстро передвигающимися хищниками», перестают быть бедными собирателями малодоступных минеральных солей, конкурируя за дефицитный азот с почвенной биотой. Корни моих растений становятся умными «охотниками» за жирными «кабанчиками» – амебами и инфузориями, которые приносят им прямо «в рот» накопленный на большой площади азот в виде более ценной белковой пищи.

То, о чем я здесь написал, известно ученым – почвенным микробиологам и экологам. Но совсем не знакомо ученым-агрономам. А таких примеров, как умные корни охотятся за пищей, можно привести множество.

Вывод: внося готовый компост, вы приучаете растения к «манной каше», а на органике, пролитой АКЧ, вслед за бурным ростом мелких хищников начинают размножатся и крупные хищники, дождевые черви и другие почвенные инженеры, которые в сотни раз быстрее перерабатывают опад до очень ценных копролитов. Внося АКЧ, вы приучаете растения вступать в симбионтные отношения с почвенным микромиром.

Садоводы знакомы с опытом применения различных ЭМ-препаратов, сенного настоя, настоя сорняков, через которые пропускают воздух или просто квасят сорняки в бочке. Некоторые применяют настой сапропеля или вермикомпоста. Многие описывают чудесный эффект от полива почвы этими настоями и спрашивают, а нужен ли именно настой компоста в виде АКЧ? Чем он лучше известных и испытанных способов, перечисленных выше?

Давайте поговорим о препаратах, содержащих живые бактерии, чуть подробнее. Поразмышляем, в чем отличие.

Вначале о сенной палочке. Если в бочке с водой настоять сено, то там за 3–4 дня бурно размножится сенная палочка. Если, соблюдая инструкцию, в воде растворить один из препаратов с сенной палочкой, например «Фитоспорин», то вы также получите чистую и активную культуру этой палочки. Зачем вам это может понадобиться?

Во-первых, если вы опрыскиваете этим настоем листья огородных культур, например картофеля или томатов, то сенная палочка подействует как конкурент, препятствуя размножению болезнетворных грибов, например, она подавляет фитофтору. Но 100 % защиты этот метод не дает. Скорее всего, недели на две отсрочит появление болезни.

Качественный АКЧ действует зачастую с большей эффективностью. Однако вместе их применять нет смысла, а точнее – нельзя. Одни микроорганизмы уничтожат другие.

Не следует также смешивать АКЧ и ЭМ. Не потому, что они не совместимы, а потому, что это ничего не даст. Объясню, почему я так думаю. В состав ЭМ входят три самых главных компонента: дрожжи, лактобактерии (молочнокислые) и фотосинтетики.

В «Фитоспорине» – только штаммы сенной палочки. В «Сиянии» – 3–4 вида почвенных организмов, совместимых друг с другом и размножающихся в почве после внесения.

В здоровой почве все эти микроорганизмы есть, но в спящем, подавленном состоянии. Когда мы вносим на грядки свежую органику и затем ЭМ-препараты или сенную палочку, мы преследуем цель быстрее переработать эту органику, подавить патогенные грибы, оздоровить почву, понимая, что, выполнив эту функцию, наши препараты долго работать не будут, а перейдут в спящее состояние.

А АКЧ – это экосистема здоровой почвы в миниатюре. Опрыскивание или полив почвы АКЧ – это перенесение здорового комплекса микроорганизмов на нездоровую, бедную биотой почву. То же делали в старину, разбрасывая небольшие количества плодородной почвы по нездоровому участку. АКЧ позволяет это сделать намного лучше и эффективнее.

Всем хорош АКЧ, но он не хранится. Аэробы гибнут за 4–6 часов в растворе без аэрации. Хотя для меня нет никаких проблем, имея хороший компост и аквариумный компрессор, в любой нужный момент приготовить свежий АКЧ.

Но, повторюсь, надо четко понимать, что, например, сенная палочка изобретена для других целей. Она ускоряет перепревание соломы, которая остается на полях после уборки урожая, чем повышает урожай на следующий год. Поэтому, если на ваших грядках поверхностно лежит весной или осенью сухая трава, солома, опилки, то стоит их опрыскать сенной палочкой, это дешевле и надежней, чем использовать ЭМ-препараты или готовить АКЧ.

Сенная палочка быстро начнет разрушать грубые волокна целлюлозы, подключатся другие микроорганизмы и грибы, и по пищевым цепочкам грубая органика станет доступна для корней растений. При этом в почве увеличится и количество, и качество другой полезной биоты, а вот сенная палочка будет съедена более активными «едоками», если не успеет превратиться в споры.

Не удержусь, чтобы не напомнить об углероде. Долгое время в учебниках по агрономии писалось, что солому нельзя запахивать в почву или можно запахивать только определенную часть, часто приходилось видеть, как солому жгут. А аргумент был такой – в соломе содержится много углерода и мало азота, и если соломы много, то бактерии начнут из почвы быстро потреблять азот, а это приведет к уменьшению количества азота в почве и замедлению роста культурных растений.

Это не совсем правильно. Понятно, если бактерия усвоит азот, то он все равно никуда не денется, наоборот, углерод соломы позволит быстро накопить огромную биомассу высокобелковых микроорганизмов. Бактерии зимой впадают в спячку, а по весне их начнут поедать амебы и нематоды, что приведет к сбалансированному выделению азота для растений. Умные аграрии не жгут солому и не запахивают, а оставляют лежать сверху, обрабатывая ее сенной палочкой. Тогда даже кратковременных перебоев с азотом в почве не возникает.

Теперь более подробно поговорим об ЭМ-препаратах – без мифотворчества, которым грешат их производители. Все квасили капусту, некоторые видели силос, которым кормят коров. Что между силосом и ЭМками общего?

Хозяйки знают, что не из каждой капусты можно сделать вкусный продукт. В неумелых руках капуста быстро становится мягкой или приобретает гнилостный запах. Хорошей капуста бывает тогда, когда в ней достаточно сахаров, а на листьях много диких молочнокислых бактерий, которые молниеносно начинают размножаться в сладком капустном соке и выделяемой молочной кислотой подавляют все другие гнилостные анаэробные бактерии.

То же справедливо и для силоса: лучший силос получают из борщевика, в котором много сахара и мало белка, а вот из крапивы силос получить трудно. Там много белка, сахаров мало, в крапиве преобладают процессы гниения, которые погубят лактобактерии. Для чего это надо знать садоводу? Чтобы «сладкие» сочные травы класть в бочку на квашение, а травы типа крапивы – в компостную кучу как белковый компонент для получения высокоазотистого перегноя.

И что нам делать с засилосованными травами? А чудеса творить на своих грядках! Опытные огородники знают, что вокруг томатов, картофеля, капусты, огурцов в течение сезона надо раскладывать жирные сочные сладкие листья сорняков и, полив их ЭМ-препаратами, обязательно слегка мульчировать навозом или перегноем, ЭМ не любят доступ воздуха.

Но лучше на грядки внести уже заквашенные сорняки из бочки, куда как закваску внесли ЭМ-препараты. Сорняки, заквашенные, разложенные сверху и замульчированные любой мульчей, перегниют молниеносно. Когда появится ценнейшая пища для почвенной микро– и макрофауны, процесс из пищевых цепочек по переработке этой сладкой пищи пойдет со страшной скоростью. И ваши растения на грядках просто выстрелят в росте и дадут рекордный урожай.

В сочных сорняках сравнительно мало клетчатки и лигнина, а много доступных простых сахаров, корни ваших растений через цепочки почвенной биоты будут потреблять энергию углеводов из силоса напрямую, экономя на корневых выделениях, и все сэкономленные продукты фотосинтеза направят на плодоношение.

Именно для таких целей и стоит использовать ЭМ-препараты. Не вносить их просто на голую почву, чтобы ЭМ занимались «мифическим пищеварением», а вносить ЭМ, когда есть органика с высоким содержанием углеводов. Те садоводы, кто закапывает такую органику в почву без применения ЭМ-препаратов, способствуют накоплению анаэробных гнилостных микроорганизмов. Продукты гниения будут долго отравлять биоту почвы и растения.

Если этот силос соприкоснется со стволом или корнем растения, то анаэробы силоса начнут поедать и живые ткани ваших питомцев. Вносите ЭМ-силос подальше от стволов и не закапывайте глубоко, где корни. Вносите тонкой мульчей, присыпая почвой или соломой.

Шаблин где-то писал, что в отечественные ЭМ-препараты фотосинтетические бактерии не включены, поскольку якобы они в почве к оставшимся двум «присоединятся». Дрожжи, вообще-то, тоже входят в любые почвы, логично предположить, что молочнокислые бактерии – главное, что есть в ЭМ и чего нет в земле. Получается, что, поливая почву ЭМ, мы используем один вид бактерий – лактобактерии.

Значит, ЭМ-препараты не могут быть панацеей для почвы, они хороши для силосования сорняков.

А как же миф, что в ЭМ-препаратах микроорганизмы имеют «статус лидеров», они являются началом некой пищевой цепочки, и продуктами их метаболизма питаются другие организмы? В результате, имея одного такого лидера, мы вроде как получаем целую цепь разнообразных микроорганизмов. Активные – это действительно реальное понятие. Бактерии, грибы и т. д. редко живут в подходящих для себя условиях. Но чтобы каким-то образом выжить в неблагоприятных условиях, при отсутствии питания например, они способны впадать в «спячку», в которой многие из них могут находиться столетиями. На самом деле (как показывают результаты разных тестов) они, как правило, в этом состоянии и находятся. Процент активных микроорганизмов даже в свежайшем компостном чае равен 10 %, а например, в почве, куда длительное время не добавляли свежую органику, таковых – доли процента. Все остальные «спят», и толку от них мало. Что касается «лидеров», то эту байку запустили с целью рекламы ЭМ-препаратов.

В чем реальные достоинства ЭМ-препаратов?

• Вызывают анаэробное брожение без образования токсинов.

• В ЭМ нет патогенов.

• В них присутствуют и аэробные, и анаэробные бактерии.

Пришла очередь поговорить о вермикомпосте. Многие верят в рекламу чудесных свойств калифорнийских червей. В лесной подстилке живут тысячи представителей мезо-, микро– и макрофауны. Все они питаются органикой и выделяют копролиты. Без этой живности органика все равно будет переработана бактериями и грибами, но в десятки раз медленнее. Представьте, с какой скоростью трава перерабатывается в рубце коровы и, например, в силосной яме. Скорость несопоставима. Так и в кишечнике червя особые микроорганизмы органику быстро обогащают аминокислотами и витаминами, а главные минералы переводят в хелатные формы, да и микрокомочки копролитов делают структуру почвы пористой.

Но никто не сравнивал, какие копролиты лучше: выделяемые мелкими нематодами или крупными червями. Поэтому утверждение, что правильно сделанный компост заведомо хуже вермикомпоста, не всегда верно. Например, мой компост из кроличьей подстилки, где много остатков комбикорма, всегда привлекает много почвенной живности, он состоит из копролитов микро– и мезофауны и отлично работает на грядке с редисом или салатом, лучше, чем покупной вермикомпост, сделанный неизвестно из чего.

Описаны опыты, говорящие, что если грядки посыпать старым подпорченным комбикормом, то по влиянию на рост растений такой прием дает больший эффект, чем внесенный в почву вермикомпост. Этот способ для корней естественней, ведь когда биота непосредственно на грядке перерабатывает питательные вещества, растение адаптируется к этим процессам, а когда садовод дает корням «пищу» уже готовую, переработанную, это вызывает стрессы. Так и ребенку полезнее давать не калорийную сдобную булочку, а грубую овсяную кашу без масла.

Я не отрицаю пользу вермикомпоста, я развеиваю его ореол «чуда». На практике у фанатов навозных червей вермикомпост дает потрясающие результаты, и я им верю, но предпочту старую мусорную кучу.

Подведем итоги. Любая органика должна применяться садоводами. Любые препараты, содержащие живые микроорганизмы и настои органики, надо использовать в саду. Но делайте все сознательно, понимайте процессы, которые при этом происходят в почве.

Однако АКЧ – тоже не панацея. Те, кто давно занимается аэрированным компостным чаем, говорят, что это отличное средство, но оно не заменяет мероприятий по созданию плодородия земли. На первом месте конечно же плодородная земля, которая создается «органистами» регулярным внесением навоза, сидератов, грубой органики, плюс отказ от глубокой вспашки, применение мульчи из любой органики, включая компост.

Тем не менее признается и рекомендуется применение АКЧ как стимулирующее и омолаживающее средство для растений, улучшающее их здоровье, внешний вид и, в конечном счете, урожай и вкусовые качества. Компостный чай – это уже последний штрих и высший блеск для «органиста», который заботится о своей почве.

Бывает ли плохая почва? Любой огородник скажет, что рыхлая почва – хорошая, а твердая – плохая! Что почва с большим содержанием гумуса, черная по цвету – хорошая, а малогумусная, серая – плохая. Что суглинок всегда лучше, чем глинистая почва или чисто песчаная.

А растения так не считают: на горке песка одуванчики и полсотни других аборигенных сорняков каждое лето вырастают, на заброшенной куче торфа заросли мощных высокорослых сорняков поражают гигантизмом.

У меня в саду была глинистая почва, когда копали пруд, то образовалась большая гора глины, которая на следующий год заросла мать-и-мачехой, а теперь заселяется и другими растениями. Не в почве дело. Бывают плохие и хорошие растения, пригодные или непригодные для каждой конкретной почвы. И биота быстро формируется в любой почве, особая для этой почвы биота.

Даже в самой стерильной гидропонике в ризосфере корней есть различные бактерии, эволюция предусмотрела сохранение на семенах спор жизненно важных бактерий.

Чем больше сорняков-аборигенов растет на «плохой», по садовым меркам, почве, тем быстрее почва структурируется и набирает гумус за счет корневых выделений, опада листвы и перегнивания корней. Если садовод на такие «бросовые» участки добавит осенью «садовый мусор» – листья и ботву растений, хотя бы слоем 5–10 см, а еще лучше, если прольет эту органику АКЧ несколько раз за сезон и не будет трогать этот участок лопатой, то буквально через 2–3 года на любой тяжелой глине или чистом песке, или болотистом торфе можно будет высаживать капризные садовые растения.

Первые 30 лет занятий садоводством я был глуп, пытался такие непригодные земли рекультивировать «по правилам», завозил тонны глины, песка, чернозема, навоза, торфа. Все копал, перемешивал, сыпал удобрения, уничтожал сорняки. Делал все, чтобы нарушить и уничтожить почвенную биоту. И только через 20 лет почва вроде становилась черного цвета, якобы гумус прибывал, но плодородие не прибывало. Всякие попытки вырастить на этой почве растения без применения больших доз компоста и минеральных удобрений к успеху не приводили. Увеличения почвенного плодородия не происходило.

Сейчас, наоборот, на любой почве, подготовленной за 2–3 года по описанной выше схеме, я легко выращиваю и сад, и овощи без минеральных удобрений, просто ежегодно добавляю сверху мульчу из органики и использую препараты из живых микроорганизмов. Лучшим считаю АКЧ.

Плодородие почвы тесно увязано с биоразнообразием, как растений, так и биоты в почве, биоразнообразие формируют живые корни растений и опад. Я позволяю сорнякам приспосабливаться к почве, выживать в конкурентной борьбе. Но, чтобы ускорить процесс почвообразования, я сверху даю мульчу из органики и добавляю с АКЧ миллиарды бактерий и грибов – пусть они тоже приспосабливаются, выживают, вступая в симбиоз с корнями сорняков.

Если почва совсем голая и аборигенов на ней нет, то стоит осенью накосить сухой бурьян с семенами с соседних заросших участков, близких по структуре почвы, и замульчировать ими рекультивируемый участок. Пусть и семена сорняков конкурируют в борьбе за почву.

Вот мы и подошли к главному. В чем секреты применения АКЧ? Какие нюансы применения АКЧ для конкретных культур надо знать? В чем их преимущества по сравнению с известными препаратами?

Напомню конспективно для новичков главные тезисы. И в убитой плугом почве есть бактерии и грибы, они есть всегда. Но их мало и по количеству, и по видам. Особенно мало грибов. Часто преобладают болезнетворные микроорганизмы и грибы-паразиты. Наоборот, в компостной куче или в вермикомпосте, и особенно в нетронутой заросшей мусорной куче, таких организмов в тысячи раз больше не только по количеству, но и по качеству, по функциональным группам, и все они сложились в стабильные экосистемы.

В зрелом компосте нет патогенов, они – тоже органика, и их съели активные голодные аэробы и мезофауна. Поэтому, внося компост на свои грядки, вы не только даете растениям питание, но и быстро улучшаете биоразнообразие и стабильность экосистем почвы.

Компост готовить и вносить достаточно трудоемко. Поэтому процесс можно упростить, если компост со всеми микроорганизмами поместить в емкость с водой, добавить туда углеводы и пропустить кислород. Через 24 ч микроорганизмы размножатся в 100 тыс. раз. Получится АКЧ, который легким ранцевым опрыскивателем нетрудно внести на почву и на листья растений.

АКЧ занимаются серьезные ученые во многих странах, определяют число и виды микроорганизмов в растворе. Если раньше на чашке Петри выращивали и типировали несколько сотен видов микроорганизмов, то по генетическому анализу ДНК определять стали до 30 тыс. видов, размножающихся в АКЧ. А последние новейшие методы позволили определить около 50 тыс. видов бактерий и столько же видов грибов. И бесчисленное количество видов микрофауны.

А мы, российские садоводы, по-прежнему опрыскиваем почву лактобактериями или «Фитоспорином». В саду высаживаем лесные грибы или в виде сидерата засеваем участки горчицей и думаем, что если к 100 тыс. видам почвенной биоты мы добавим еще один гриб, один сидерат или одну бактерию – мы изобретем революционную биотехнологию.

Когда я отказываюсь от препаратов, содержащих один микроорганизм, в пользу АКЧ с 100 тыс. видов живых существ, я предполагаю, что получу следующие преимущества.

• На листьях моих растений всегда находятся сотни видов болезнетворных микроорганизмов, которые ветром заносятся из зараженных садов и ждут любого стресса, чтобы вызвать вспышку болезней. Внося сотни тысяч симбионтных растениям аэробов на листья и почву, я знаю, что всегда найдутся бактерии, которые вытеснят патогены из пищевой ниши (а микрофауна будет охотиться за ними и съедать) и ослабят инфекционный фон и риски заболеваний. Я увижу улучшение роста своих растений.

• В почве всегда есть незанятые пищевые ниши. Органика в одних микрозонах, микроорганизмы – в других. Я не жду, пока макрофауна перемешает почву и разнесет нужные микробы в нужное место. Опрыскивание почвы АКЧ всегда приводит к вспышке размножения микроорганизмов. Я увижу «ризосферный удар» и улучшение роста своих растений.

• Растение своими корневыми выделениями формирует ризосферу, но не всегда в почве есть оптимальное разнообразие микроорганизмов. АКЧ сразу дает огромный выбор для растений, из каких бактерий и грибов формировать ризосферу, затем подключается микрофауна, и система хищник – жертва резко улучшает питание растений. Я увижу улучшение роста своих растений.

• Насыщение почвы разнообразной почвенной биотой, особенно микрофауной (микрочервями), быстро связывает накопившиеся за прошлые годы пестициды, гербициды и токсичные металлы. Я смогу безбоязненно рвать плоды с огорода для своих внуков.

• Аэробы, прижившиеся на листьях, не только защищают растения от патогенов, но и поставляют растению ценнейшие биоактивные вещества, которые поглощаются через устьица. У таких растений устьица дольше бывают открытыми, что улучшает воздушный режим, усвоение углекислого газа и, как следствие, фотосинтез. Доказано, что потери влаги при этом сокращаются. Смотреть на здоровые зеленые листья – получать эстетическое удовольствие.

• АКЧ, как никакой другой препарат, быстро делает почву комковатой, пористой, микрогранулы покрываются микробной слизью. Все это существенно повышает влагоудерживающие свойства почвы и способность усваивать атмосферную влагу. Корни весь сезон находятся в хороших условиях.

• Улучшают структуру почвы не только почвенные сапрофиты, а прежде всего микрогрибы, простейшие и нематоды. В структурной почве быстро нарастает не только количество видов микробов, но и число функциональных групп, формируются стабильные пищевые микросистемы.

• Чем больше и разнообразнее биомасса от размножившихся микробов АКЧ формируется в почве, тем быстрее и качественнее накапливаются в почве гуминовые вещества, а их роль в плодородии почвы неоценима. Как следствие, система почва – растение делается стабильней, надежно противостоит стрессам. Пестицидная нагрузка на сад уменьшается.

• АКЧ легко менять по составу в зависимости от вида почв и растений, которые у вас растут.

Эта глава продолжает серию моих рассказов о почве, о почвенных организмах, об их симбиотических отношениях с живыми корнями растений, о минеральных и органических подкормках растений, о почвообразовательных процессах на участке садовода.

Меня постоянно волнует тема о взаимном непонимании между приверженцами органического и природного земледелия, а также между фанатами пестицидов и минеральных удобрений и сторонниками исключительно органических подкормок.

Подобные «споры о второстепенных вещах» зашли в тупик и мешают обычным садоводам разобраться в простых практических рекомендациях, как вырастить достойный урожай продуктов, полезных для здоровья.

Об аэрированном компостном чае заговорили в американской литературе чуть более 10 лет назад. Появились в эти годы и переводы этих статей на сайте садоводов. Но тема не вызвала интереса. В 2012 г., когда я набирал в поисковике слова «аэрированный компостный чай», открывалось пяток ссылок на русском языке. Сейчас, после опубликования моих статей на эту тему, в Гугле любой сможет открыть уже сотни сайтов, как с перепечатками моих статей, так и с рассуждениями и опытом других садоводов по АКЧ. Тема нашла признание у российского садовода.

Сейчас АКЧ – это не просто «шаманство садоводов», но серьезная академическая наука, которая базируется на последних достижениях в почвоведении, микробиологии, молекулярной биологии и пр. Как бы сложно не было популяризировать идеи об АКЧ, суть которых мало понятна не только садоводам, но и ученым-аграриям, попытаюсь это сделать.

По работе я иногда захожу в бактериальную лабораторию в больнице. На полках десятки чашек Петри с разными средами для выращивания разных микробов. Все понимают, что если в эти среды добавить настой травы или ЭМ-препарата, то нужные микробы расти не будут, поэтому лаборанты среды готовят строго по инструкции. Так и с АКЧ. Тысячи опытов ученые с микроскопом проделали, чтобы выяснить, на каких жидких средах с аэрацией компостные бактерии, грибы и простейшие растут лучше всего. И доказали, что хороший АКЧ оптимально получается на средах с добавлением 3–5 % компоста, 0,5 %–1% мелассы и 0,06 % рыбной эмульсии. Только при таком сочетании все имеющиеся в компосте бактерии, грибы и простейшие в первые 24 часа размножаются вместе, экспоненциально.

Грибы быстро наращивают свои гифы, бактерии делятся надвое каждые 20 минут, а простейшие, поедая бактерии, удваиваются каждые 2 часа. Через 24–36 часов возникает так называемая пищевая петля, когда простейшие начинают поедать бактерий больше, чем их появляется. Этот момент – наилучший для садовода по эффективности применения АКЧ. Ведь в таком чае есть вся живность, что была в компосте (равномерно размноженная в сотни тысяч раз), и когда вы поливаете почву таким чаем, это равносильно внесению больших доз хорошего компоста.

Сразу подчеркну, равносильно по стимуляции урожая и по скорости почвообразовательных процессов и, конечно, не равносильно по количеству элементов питания, которые вы вносите с компостом, так как в чае NPK практически нет, да они там и не нужны. Мы для того и готовим аэробные живые чаи, чтобы вносимые микроорганизмы помогли корням взять элементы питания из воздуха и маточных пород, а не только из органики почвы.

Я уже очень подробно рассказывал, что самые большие урожаи садовод может получить в первые несколько лет на вновь разработанных почвах сахалинского разнотравья или на старых садовых участках, куда много лет сбрасывали сорную органику и которые заросли дикими сорняками (феномен мусорной кучи). Именно в таких почвах наиболее полно представлено все разнообразие почвенных микроорганизмов и сложившихся пищевых цепочек. Именно эта почва имеет идеальную структуру в виде почвенных микрогранул, где много капиллярной влаги и идеальные условия для жизни простейших (микро– и мезофауны).

В западной литературе АКЧ предлагают готовить из искусственно сделанных компостов, или вермикомпостов. Все садоводы знают, что хорошие компосты (вермикомпосты) существенно повышают урожай и улучшают структуру почвы. Но они ни в какое сравнение не идут со старой, годами нетронутой почвой Сахалина или земли на месте старых свалок листвы в саду. Я просто подчеркиваю, что если у садовода есть проверенный компост или участок с нетронутой черноземной почвой, где растут гигантские сорняки, то такой же эффект даст и АКЧ из этого компоста. В то же время всякая попытка улучшить рост аэробов в чае путем добавления в воду кроме компоста и мелласы всяких лекарственных растений или микробов всегда ухудшает качество АКЧ.

Я понимаю, что в головы садоводов вбили пользу от ЭМ-препаратов, научили делать настои травы, как их называют «вонючки», настои сорняков с лекарственным эффектом, настои свежего навоза. В продаже много всяких вытяжек из коровяка, куряка, конского навоза и вермикомпоста. Я не отрицаю их пользы, просто говорю, что там есть споры анаэробов, гуматы и немного минеральных солей, но там нет живых простейших!!! Нет микро– и мезофауны.

Итак, еще раз расскажу о микрофауне и мезофауне. Это основная идея АКЧ, главный его эффект. Почему растения на почвах Сахалина дают сверхвысокие урожаи и гигантизм? Потому что там очень активные марганцевые аэробы-азотофиксаторы, которые сформировались из-за многолетнего листового опада широколиственных сорных трав. Потому что микрогрибы, гифы которых много лет не разрывались лопатой, смогли за эти годы (совместно с микроводорослями и нематодами) разрыхлить почву и сформировали идеальную структуру из микрогранул, покрытых слизью и гуматами, и, как результат, в такой структурной влажной почве появилось много жгутиковых и других простейших, которые питаются азотофиксаторами – аэробами.

Поразмышляем. Откуда азот в бактериях-азотофиксаторах? Конечно, не из листового опада, бедного азотом, но богатого энергией углерода. Азот в старой почве накапливается благодаря ризосферным азотофиксаторам не из органики, а из воздуха, так как энергии (углеводов) для синтеза аммонийных солей более чем достаточно.

Кто питается богатыми белком (азотом) бактериями? Конечно, в основном жгутиковые и амебы. Именно они преобладают в таких почвах. Куда жгутиковые пойдут, виляя хвостиками, когда съедят жирных (азотистых) аэробов почвы? Поползут в ризосферу корней растений. Почему? А потому, что свободного азота в естественной целинной почве нет, он тут же потребляется почвенной биотой и недоступен корням. Поэтому растения выделяют секреты, и в ризосфере всегда в тысячу раз больше азотофиксаторов, чем в окружающей почве вне зоны корней. И простейшие устремляются в ризосферу. Съедая бактерии, богатые белком, простейшие потребляют только 20–30 % питательных веществ этих бактерий и ежесекундно делают микровыделения в ионной форме, богатые доступными для растений аммонийными солями. (Как и у человека, который объедается мясом, моча тоже содержит избыток аммония.)

В ризосфере корешки окружены плотным слоем азотофиксаторов, которые не подпускают других «едоков», и эти выделения простейших на 80–100 % усваиваются корнями растений. Кроме того, с помощью различных гормонов и биоактивных веществ между растением, азотофиксаторами и жгутиковыми налаживается система обратных связей. Жгутиковые дают растению азот, чтобы листья были большими и улавливали больше энергии солнца, превращали ее в сахара и выделяли эти сахара в почву, для лучшего кормления азотофиксаторов, которые синтезируют азот из воздуха и через пищевую цепочку с простейшими кормят растения.

Все наши почвы и в садах, и на грядках имеют нарушенный биоценоз. Весной нарастание микробной биомассы идет медленно, да и летом при засухе или затяжных дождях растения с трудом противостоят стрессам. Садоводы часто жалуются, что листья мелкие, хлоротичные, неровные. Ученые доказали, что при поливе любой почвы хорошим АКЧ питательный «ризосферный удар» проявляется через 2–4 ч, так быстро двигаются жгутиковые и достигают ризосферы. Эффект длится несколько недель. Затем внесенные микроорганизмы переходят в спящий режим и ждут благоприятных условий – новой порции доступной органики. Если садовод ежегодно регулярно мульчирует почву углеродистой органикой, такие условия для микробов из АКЧ есть всегда.

Итак, кто главный в этой системе круговорота азота и гигантизма растений? Бактерии? Нет. Опад? Нет. Главные – это жгутиковые и амебы, без них корни потребить азот, синтезируемый азотофиксаторами из воздуха с помощью энергии секретов корней, не смогут. Главное – отрегулированная связь между корнями. Азотофиксаторами и простейшими.

Когда мы нарушаем структуру почвы, разбиваем микрокомочки и их капиллярную влагу, когда поливаем растения минералкой и травим пестицидами – мы нарушаем жизнь простейших, и растения голодают.

Опыт и ученых, и садоводов-практиков показывает: если вносят на грядки компост без простейших – он не стимулирует урожай, как и АКЧ без жгутиковых хорошего эффекта не дает. Если в первых главах я писал, что забочусь о ризосфере, забочусь о биоте ризосферы, то теперь уточняю – я забочусь и о простейших в ризосфере.

Когда фанатичный «природник» мульчирует почву органикой, опилками и не любит компосты, он говорит, что заботится о почвенном пищеварении, о динамических процессах. Мол, именно почвенные сапрофиты переваривают органику постепенно и в динамике поставляют корням продукты питания (минеральные соли, которые становятся доступными из органики). Это умозрительное, ненаучное представление о процессах в почве и питании растений.

Я тоже вношу грубую органику в виде мульчи, но под овощи не боюсь вносить и компосты. Свой навоз, смешанный с соломой и опилками, не закапываю в землю, не рву гифы микрогрибов, не уничтожаю простейших, а кладу кучками по саду или покрываю им с осени грядки на огороде. Микро-, мезо– и макрофауна, поедая этот навоз, строит из этой органики «дома и города», пригодные для жизни жгутиковых, в этот рыхлый слой из микрогранул, богатый фауной, устремляются корни растений и кормят сами себя, секретируя углеводы, и с помощью цепочки азотофиксаторы – жгутиковые получают крайне дефицитный азот. В такой почве азот не теряется, а прибывает из года в год в составе белковой биомассы почвенной биоты. Фосфор и калий растению достаются легче, из огромных просторов маточной породы их ему доставляют грибы. Но это отдельная тема.

Вернемся к АКЧ. Итак, если мне удается достать старый богатый биотой перегной, поймать вершину пищевой петли в АКЧ, когда в чае и грибы, и бактерии, и жгутиковые размножились до возможного максимума, и внести такой чай в зону корней растений, я произведу пищевой «ризосферный удар».

Растение, почувствовав приход новых активных азотофиксаторов, микрогрибов и простейших, делает выброс секретов, происходит новый импульс размножения ризосферной флоры и, как следствие, обилие высокоазотистых секретов от простейших. Мы видим, как растения оживают, приобретают изумрудную листву, быстро идут в рост, быстрее проходят фенофазы и дают ранний урожай.

Теперь еще раз поделюсь опытом и секретами приготовления хорошего аэрированного компостного чая, который я приобрел в самые последние годы.

Я раньше не задумывался над этим. Что здесь непонятного? Берешь плохую землю, привозишь машину торфа – и она сразу черная. Как чернозем. Но много ли в ней гумуса?

Далее, каждый год вносишь по ведру навоза на метр грядки, через 2–3 года земля темная на штык лопаты. Но непонятно, что в ней прибавилось: гумус или перегной? Это ведь разные понятия.

Имеешь компостные кучи с 1–3-летней выдержкой, вносишь черный рыхлый компост под корень. Что ты вносишь? Гумус ли? В чем разница между компостами выдержки одного и трех лет?

Мульчируешь землю скошенной травой, почва быстро чернеет, прекращаешь вносить траву, и почва превращается в серый песок. Мульчируешь листьями, соломой, опилками, они тоже перегнивают, любая земля (и песок, и глина) меняет цвет и структуру, последействие длится дольше, чем от травы. Что есть в опилках такого, чего мало в траве? Одинаковый ли гумус образуется на песчаных почвах, на глинистых или подзолистых? Почему гумус образуется разный в различном климате? Всегда ли «черноту земли» определяет гумус?

Я ищу и нахожу ответы на эти вопросы. Некоторые мои оппоненты-огородники говорят, неважно, почему чернеет земля, важно, что наш личный опыт показывает: в любом из приведенных выше примеров внесение органики повышает урожай и делает бедную землю более плодородной. Но всегда ли это происходит?

Многие ответы на вопрос, как применить свои знания о природе гумуса в своем саду, я нашел только в последние годы. Попробую донести эти ответы до простых садоводов, понимая, что это не так легко. Итак, как я возвращаю почве органику? Раньше я смотрел на это примитивно: раз органика содержит NPK и другие соли, она просто более естественным, «природным» образом накормит мои растения.

• Во-первых, через пищевые цепочки почвенных организмов, которые дадут и нужные минералы, нужные витамины, гормоны.

• Во-вторых, в органике, в отличие от минеральных удобрений, концентрация солей в разы меньше, и она не убьет корни и микроорганизмы.

У меня есть аквариум, первые годы его создания мне приходилось часто обновлять воду и менять фильтры, но при малейшем перекорме вода мутнела, рыбки болели. Сейчас в нем сложилось так называемое биологическое равновесие.

Если дети случайно бросят лишний корм или на дне окажется трупик рыбки, вода остается кристально чистой. Вся органика молниеносно перерабатывается микроорганизмами, но вода от бактерий не мутнеет, их быстро поедают простейшие, простейшими кормятся рыбки, выделения рыб усваивают растения, растения тоже едят рыбки. Воду и фильтр я теперь месяцами не меняю.

Корни секретируют углеводы, и в ризосфере происходит взрывное размножение бактерий, которые перерабатывают органику в сотни раз быстрее, чем сапрофиты вне корней. А если сахарами опрыскать почву? Улучшит ли это рост растений? Такие опыты ученые проводили и доказали, что если в саду под корни в почву впрыскивать раствор сахара, то растения растут лучше. Это отработанный агроприем. Если компостную кучу полить сахарами, то компост созреет в разы быстрее.

Сейчас в продаже появился агрозин и оксазин (очищенные углеводы из отходов свеклы), полив ими почвы приводит к повышению урожая всех культур. Когда садовод делает настои из перебродивших сорняков – он, по сути, поливает почву углеводами из этих растений.

Если раньше я осенью в саду в лунки локально вносил мочевину, то сейчас мочевину смешиваю с мелассой и так же вношу в лунки. Эффект лучше. Если раньше я сад опрыскивал АКЧ, то сейчас я в АКЧ перед применением добавляю ложку мелассы. Компостные микроорганизмы размножаются у меня не только в ведре, но и в почве.

Если раньше я в саду подкашивал все сорняки, то сейчас высаживаю под каждой яблонькой окопник, горец Вейриха, мальву Мелюка, которые с максимально возможной скоростью наращивают глубокие корни и переносят минералы из глубины в свои листья, формируют высокобелковый и высокоуглеводистый опад. А своей ризосферой и микоризой ускоряют накопление гумуса и обогащают почвенную экосистему. Также вокруг деревьев высаживаю ирисы, лилии и георгины, не столько для украшения сада, а из-за понимания того, что они имеют очень активную микоризу.

Если раньше я вырубал все сорные березки-рябинки в своем саду, то сейчас по периметру сада у меня высажены сотни хвойных и широколиственных растений, липы, клены, ясени и пр. Десятки видов кустарников растут по аллеям и дорожкам в саду. Ирга, калина, сладкая и черноплодная рябина, крупноплодный боярышник и шиповник радуют и внуков, и птиц. Это не только корм, но и гнездовье.

Раньше у себя в саду я видел редких синиц и горихвосток, а в этом году у меня свили гнездо и запели соловей и иволга, всего же я насчитал 18 видов только насекомоядных птиц. По три вида дроздов и пеночек, пять видов синиц, славки, горихвостки, овсянки, мухоловки теперь поют в моем саду.

Но все-таки главное мое агротехническое достижение последних лет, позволившее перевести экосистему сада на более высокий уровень, – это производство хорошего компоста, получение на его основе АКЧ с богатейшим набором систем хищник – жертва и разумное использование готовых гуматов.

Грибы обладают рядом своеобразных черт, отличающих их от растений и животных. Почвенные грибы представляют самую крупную экологическую группу организмов, участвующих в минерализации органических остатков растений и животных и в образовании гумуса. Основная вегетативная структура грибов – гифа. Их совокупность образует мицелий, или грибницу. Установлено, что только грибы способны образовывать продукты разложения растительных остатков, окрашенные в темный цвет, которые входят в состав гумуса.

В процессе жизнедеятельности грибы выделяют различные физиологически активные вещества – ферменты, органические кислоты, витамины, антибиотики, токсины, влияющие на развитие других микроорганизмов и высших растений.

По сути, корень любого растения в естественной почве – это единый «корнемикробогриб». Этому симбиозу столько же миллионов лет, сколько самим растениям. Главные переработчики органики, и особенно лесной подстилки, – грибы. Это самые древние, самые многочисленные и удивительные существа на планете. Не относясь ни к растениям, ни к животным, грибы объединяют в себе способности и тех, и других. Самый мощный ферментный аппарат – у них. Самые приспособляемые и изменчивые, самые устойчивые к природным стрессам – они. Питаться могут чем угодно, живут везде, где есть хоть какая-то влага. Пронизывают почву и древесину, создают симбиозы и паразитируют, развивают многотонные грибницы.

И именно грибы, окутывая микрогранулы почвы своим «войлоком», производя гуминовые элементы, делают почву структурной, влагоемкой, повышают способность почвы связывать и удерживать элементы питания. При этом важно знать, что дружественные растениям грибы-симбионты живут только в естественной среде и не выносят перекопки, удобрений и особенно – пестицидов.

Постулат третий: если вы приверженец органического земледелия, научитесь заботиться о полезных грибах в вашей почве. Научитесь их подкармливать, готовя органику с добавками для грибов (отвар рыбных отходов), рыхлите почву не глубже 5 см, научитесь строго локальному внесению минеральных удобрений очень хорошего качества и медленного действия, используйте самые щадящие методы внесения. Научитесь размножать и вносить полезные грибы в почву в виде АКЧ.

Из многочисленных показателей биологической активности почвы большое значение имеют почвенные ферменты. Их разнообразие и богатство делают возможным осуществление последовательных биохимических превращений поступающих в почву органических остатков.

Источниками почвенных ферментов служит все живое вещество почв: растения, микроорганизмы, животные, грибы, водоросли и т. д. Почва является самой богатой системой по ферментному разнообразию и ферментативному пулу. Функциональная роль ферментов как катализаторов в почвенных процессах, огромна. Ферменты почв участвуют в превращениях минеральной массы, обеспечивают доступность микроэлементов и других питательных веществ для растений.

Главнейшая экологическая функция ферментов – разрушение первичного органического вещества и синтез вторичного, обогащение почв биогенными элементами и гумусом. По сути, они создают почву из маточной породы и органического вещества. В почве присутствуют и функционируют системы ферментов, последовательно осуществляющие биохимические реакции. Система связанных между собой ферментов защищает почву от внешних негативных антропогенных воздействий. Таким образом, природные почвы представляют собой живое сообщество разнообразных диких растений-аборигенов, почвенных животных и микроорганизмов с их активными ферментными системами.

Совершая вертикальные миграции в почве, животные заносят растительные остатки в глубокие горизонты и перемешивают органические и минеральные частицы. Передвижение животных способствует улучшению аэрации почвы, что, в свою очередь, стимулирует аэробные процессы разложения органических остатков, а также разложение маточных пород.

Все это сообщество почвенного животно-микробного мира и растений составляет устойчивый симбиоз: животно-микробный мир обеспечивает растения питательными веществами, а растения дают корм животно-микробному миру в виде перегнивающих остатков растений и корневых выделений. Так происходит процесс почвообразования в нетронутой степной или лесной почве.

Мой четвертый постулат: научитесь заботиться о почвообразовательных процессах в вашем саду, повышайте естественное плодородие почв. Приближайте эти процессы к естественным, не тронутым человеком почвам. С помощью современных технологий ускоряйте их в сотни раз без вреда для почвенных обитателей. Помните, у вас в саду растут не дикие сорняки, а капризные садовые культуры, они сами, без вашей помощи, почву не создадут.

Микробы ризосферы (тончайшей зоны вокруг корня, куда доходят корневые выделения) хорошо изучены еще в прошлом веке. Это разные сапрофиты, любители легкодоступной органической пищи. Роли у них распределены. Кто-то фиксирует азот воздуха и через пищевую цепочку с простейшими и нематодами переводит его в простые, доступные корням соли, кто-то растворяет фосфор и калий, кто-то поставляет микроэлементы, кто-то разлагает прочные гуминовые соединения. И все вместе они охраняют своих кормильцев от нападения патогенов – выделяют целые комплексы фитонцидов и антибиотиков. Например, псевдомонада – до 40, триходерма – до 60, а сенная палочка – около 80 таких «лекарств». В природе растения не страдают от корневых гнилей, как на грядках!

Сейчас учеными изучается более интересная тема: как ассоциация ризосферных микробов управляется самим растением и наоборот. Выделяя то или иное вещество, растение буквально «заказывает», что ему сейчас нужно. Например, необходим азот – выделяет углеводы и сигнальные вещества для азотофиксаторов. Те съели всю свою порцию, дали азота – и сошли со сцены: аутолизировались, окуклились в цисты. Теперь нужен фосфор – и растение подкармливает фосфоромобилизаторов. Псевдомонадам нужен азот – и корни выделяют аминокислоты.

Иначе говоря, ризосфера – не просто поставщик, но и дозатор. Как только садовод создает условия для процветания микробов, растение использует их по максимуму. И наоборот, микробы своими фитогормонами направляют растение в сторону процветания и здоровья. Эволюционно гены растений адаптируются к генам микробов, а в процессе естественного отбора сохраняются самые оптимальные наборы взаимосвязей.

И все же главнейшая и важнейшая роль ризосферы – быть поставщиком самого дефицитного в почве элемента – азота. Крохотным бактериям и микрогрибкам, хоть их и триллионы, недоступен большой объем почвы вне ризосферы, это не грибы с их микоризой. Они так и остаются в микрозонах, то в спящем, то в активном состоянии. Их судьба – выживать и вечно пульсировать при поступлении новых порций органической пищи.

Корень с ризосферой я представляю как походы рыцарей-крестоносцев в компьютерной ролевой игре.

Корень ищет лучшие условия для «кормления» – новые порции рыхлой влажной органики, уже частично переработанной и структурированной сапрофитами («дикими племенами аборигенов»). Проникает в их жилища, неся на себе ризосферную биоту, сохранив и дав импульс к ее росту с помощью корневых выделений.

Почуяв новую пищу, эти полчища «едоков», быстро уничтожив «аборигенов», размножаются импульсом в несметных количествах, выполняют все «задания», которые дает им корень, переработав органику, несут назад к корню все нужные питательные продукты, гормоны и витамины. Затем корень привлекает полчища «головорезов-убийц» (жгутиконосцев), которые «добивают» и аборигенных, и ризосферных бактерий и ценнейших архей, и дают корню самое драгоценное и дефицитное «золото» – аммиачный азот. При этом как алхимики у рыцаря, так и азотофиксаторы при корне, хорошо им прикормленные углеводами, сами производят аммоний из воздуха.

Азот из почвы, пронизанной корнями с активной ризосферой, потребляется растением не по закону бочки Либиха. Это забывают как «химики», так и «природники». Растение, имея запасы азота, строит новые ветки и листья, как рыцарь благодаря завоеванному золоту строит новые замки и города.

Рыцари, покорив аборигенов, создали европейскую цивилизацию. Так и корень, освоив новые залежи органики, обсеменяет ее тысячами «мастеровых», их привозят на себе следующие за корнем разные тихоходки и ногохвостки. Обсеменяет свежей, очень активной и разнообразной ризосферной биотой, вступающей в сожительство с аборигенными бактериями, простейшими и грибами. И под присмотром макрофауны эта биота «строит дома и города», налаживает сложнейшие симбиотические связи, создает плодородный слой почвы.

Защита от грибковых болезней – это профилактика. Минимум химии – максимум биологии. Я микродоз пестицидов не боюсь. Как врач утверждаю, микродозы вредных веществ к нам в организм поступают ежеминутно. Мы дышим выхлопами автомобилей, и даже в хлебе всегда есть плесень (спорынья в микродозах), в комнатах бытовая химия – везде и всегда. Я потребляю 90 % продуктов со своего огорода, но крупы, хлеб, жиры, сахар покупаю, а это десятки вредных добавок. Я знаю, что ежедневные пара яблок из сада и пара своих помидоров, сразу с ветки в рот, все эти яды нейтрализуют, помогут работе печени.

Поэтому я не боюсь в середине июля опрыскивать для профилактики, вначале альтернариоза в теплице, затем фитофторы в грунте все свои томатные растения системными фунгицидами типа «Ридомил Голд». Они искореняют рост грибов на пару недель. Но до и после этого я ведь опрыскиваю регулярно листья АКЧ. Аэробы и грибы подавят остатки ослабевших патогенов, это им по силам. Одновременно они связывают и нейтрализуют пестициды.

Но сколько бы раз я ни пробовал избавиться от фитофторы одним АКЧ, одним «Фитоспорином» – ничего не получается. У соседей вспышка болезней, в воздухе концентрация спор нарастает, приходит холодный циклон, и все мои томаты покрываются пятнами. Нельзя быть максималистом. Все вокруг нас – и яд, и лекарство одновременно, важна доза.

Внесение активных почвенных аэробных бактерий и грибов в виде АКЧ приносит пользу только в одном случае – если они взяты из созревшего компоста или биогумуса, где сложилось равновесие их с почвенными животными-хищниками, где есть много пищевых цепочек, дополняющих друг друга. Тогда через день вы видите эффект «ризосферного удара». «Умные» корни привлекают своими выделениями нужные им активные пищевые цепочки бактерий, грибов и мезобиоты. Уже через сутки в ризосфере все это размножается, увеличиваясь числом в тысячи раз, размножаются и мелкие червячки – полезные нематоды, амебы, жгутиковые, поедая жирных бактерий, выделяют мочевину на корни растений. Да и вся органика начинает активнее разлагаться микроорганизмами, особенно если в АКЧ есть следы сахаров. Вкусная органика с жирными микробами привлекает дождевых червей и других почвенных инженеров с окружающей почвы. Все они строят норки и выделяют копролиты. В эти норки устремляются корни за вкусными «подарками». Растение наливается плодами. Плоды – биоактивными веществами природного натурального происхождения. Растения избавляются от вредной химии, предпочитая питаться органикой.

Рассказал я это все внукам, пока они мне помогали в уходе за грядками. Старшеклассник говорит мне, улыбаясь:

Меня постоянно преследуют белокрылка и паутинные клещики. В квартире много комнатных цветов, с вредителями борюсь «химией». Помогает. Но на рассаде баклажанов и перцев, растущих на подоконниках, каждый год единичные вредители все же появляются. Стоит такую рассаду занести в теплицу, как через месяц на жирных листьях огурцов появляются миллионы вредителей, а убойная «химия» своим огурцам противопоказана.

Наиболее распространенные проблемы, с которыми часто сталкиваются любители огуречного культивирования в теплице, это:

Антракноз – возле верхушки плода образуются бледно-зеленые язвочки, которые затем покрываются плесенью и розовеют, а впоследствии чернеют, и на них образуется мучнистый налет. По мере развития болезни пораженные плоды желтеют и погибают. Профилактика: субстрат для выращивания рассады должен быть стерильным, теплицу регулярно проветривать.

Вирус мозаики огурцов – на коротких уродливых плодах образуются характерные темно-зеленые бородавки. Зеленая кожица покрывается белыми, желтыми и темно-зелеными пятнами. Симптомы болезни проявляются ярче по мере повышения температуры в теплице. Способов борьбы не существует. Профилактика: покупать устойчивые сорта и стерильный субстрат.

Серая гниль (Botrytis) – плоды покрываются пушистой серой плесенью, болезнь часто поражает также стебли. В теплице серая гниль поражает огурцы в условиях повышенной влажности воздуха. Инфекция проникает в растение через травмированные или отмершие участки. Профилактика: избегать переувлажнения почвы. Мне помогает АКЧ.

Гуммоз – серьезное заболевание, поражает огурцы закрытого грунта в условиях повышенной влажности и пониженной температуры. На пораженных плодах образуются язвочки, из которых сочится янтарная камедь, покрывающаяся затем темной плесенью. Профилактика: следить за тем, чтобы температура в теплице не была слишком низкой, регулярно проветривать. АКЧ у меня хорошо помогает.

Увядание молодых плодов – плоды огурцов иногда приостанавливаются в росте и сморщиваются, начиная с верхушки. Причины могут быть разными: плохо дренированный переувлажненный субстрат, в котором корневая система работает неэффективно, сквозняки.

У меня на старом компосте, пролитом АКЧ, всех этих поражений нет. Начинающим посоветую научиться использовать современные системные фунгициды, следить за температурой и влажностью, использовать устойчивые сорта.

В открытом грунте у огурцов две основные беды, обычная и ложная мучнистые росы.

Мучнистая роса – белый налет с обеих сторон листа и пероноспориоз – ложная мучнистая роса. Для первичного поражения достаточно, чтобы капельно-жидкая влага находилась на листьях не менее 6 ч. Поэтому поливы следует проводить не позднее 16 ч, чтобы до ночи листья успели просохнуть. Первые проявления болезни – на верхней стороне листа появляются округлые или угловатые буро-желтые пятна, а на засыхающих листьях и побегах – беловатый налет. Особенно сильно развивается болезнь при сухой и жаркой погоде.

Меня спасает только посадка относительно устойчивых к этим болезням сортов и регулярное опрыскивание АКЧ. Очень помогает замена пленки и нетканого материала на затеняющие сетки. Пленка – это всегда температурный стресс, а сетка – уменьшение стрессов. Поэтому я полностью отказался от пленочных малогабаритных укрытий. Только теплицы из поликарбоната и открытый грунт, где шпалеры накрыты сеткой.

В заключение расскажу историю. Летом внук-старшеклассник привел к нам в сад подружку-одноклассницу – посмотреть котят, возможно, подарить котеночка. Но котята, родившиеся в подвале, в руки не давались. Настроение у ребят испортилось, и я предложил им пройти в сад продегустировать смородину необычного коричневого цвета. Протянув руку за ягодами, девушка вдруг увидела в кустах смородины несколько блестящих длинных огурцов. Внук пояснил, что так у нас растут английские салатные огурчики, сорви и попробуй. Далее они подошли к высокой колонновидной яблоне, она, как гирлянда, была увешана красными сладкими райскими яблочками и среди них висели китайские ребристые огурцы полуметровой длины. Девушка от радости захлопала в ладоши. Я предложил им нарвать разных огурчиков и разных яблочек и отнести в подарок родителям девушки.

Уходили они, улыбаясь, с корзинкой плодов и букетом роз, девушка что-то шептала на ухо внуку, до меня донеслись лишь слова, что она впервые побывала в райском саду…

Одним из самых распространенных заболеваний считается фитофтороз перца – эта болезнь обычно начинает развиваться сразу после цветения культуры. На основаниях стеблей появляется мокрая гниль, листья желтеют, стебли могут начать ломаться, на плодах можно наблюдать водянистые пятна.

Вторая наиболее распространенная болезнь, которая атакует перец, это мучнистая роса. Болезнь проявляется на внутренней стороне листьев, которые постепенно желтеют и отмирают. На начальной стадии заболевания часто на листьях также могут проявляться светло-зеленые пятна, причем обычно они имеют неправильную форму.

Еще одной неприятной болезнью перцев считается бактериальная пятнистость. Она поражает преимущественно молодые части перца, где сначала возникают водянистые мелкие точечные либо неправильной формы пятна, затем становящиеся черными. На плодах поначалу появляются черные выпуклые точки, которые окружает водянистая кайма, позже они достигают все большего размера, получают вид язвочек, а кайму заменяет зеленоватая зона. Под этими язвами загнивает ткань.

Я семена барботирую, слежу за качеством почвы для рассады, не высаживаю перцы после томатов, опрыскиваю регулярно АКЧ, слежу за температурой и влажностью почвы и воздуха. Этого более чем достаточно, чтобы мои перцы не болели.

На примере перца, у которого слабая корневая система, и он плохо растет на бедной органикой почве, поговорим о дефицитах питания.

Дефицит фосфора. Листья приобретают синевато-зеленый оттенок, а затем вместе со стеблями и черешками становятся фиолетово-красными. Впоследствии листья скручиваются, цветение запаздывает, урожай созревает медленно. Корни покрываются как бы ржавым налетом.

Дефицит азота. Листья бледнеют, потом желтеют от главной жилки к краям и опадают. Плоды тонкостенные, изогнутые в виде полумесяца.

Дефицит калия. Нижние листья желтеют, края засыхают, но около жилок остаются зелеными, побеги деревенеют, прекращают расти. Все растение как бы подсыхает, на плодах появляются пятна. Чаще встречается в период плодоношения у растений, выращенных в теплице, особенно с торфяной или песчаной почвой

Дефицит кальция. Прекращается рост, на листьях появляются желтовато-серые крапинки, молодые листочки приобретают шиловидную форму. В дальнейшем точки роста отмирают, у плодов загнивают верхушки. Для предупреждения и устранения кальциевого голодания я периодически поливаю и опрыскиваю растения раствором кальциевой селитры, как и томаты.

Дефицит цинка. На старых листьях появляются желтовато-зеленые пятна, которые позже превращаются в бурые, а затем листья отмирают.

Дефицит железа. На карбонатных, зафосфаченных или переизвесткованных почвах у молодых растений листья меняют цвет, ткани между зелеными жилками желтеют или белеют, становясь словно сетчатыми. При сильной нехватке светлеют и жилки, сначала на главных ветвях, потом на боковых; листья, начиная с края, отмирают.

Встречается у начинающих и перекорм минералами. Растения наращивают мощную листовую массу, а завязей мало? Это переизбыток азота. Стали появляться мелкие листья темно-зеленого цвета? Скорее всего, перцы перенасытились калием. Слабо развиваются верхушечные почки, прирост останавливается, листья желтеют и опадают – перенасыщение кальцием.

Но самый страшный враг перцев в теплице – это белокрылка, занесете – убить полностью не сможете. Отравите и себя, и почву надолго.

О сортах перца я говорить не хочу, их очень много и все они примерно одинаковые, особенно гибриды F1, на которых написано – «крупные толстостенные». Опытным путем подберете для себя любимые.

Есть важный закон. Надо иметь три теплицы, отдельно для перцев, томатов и огурцов, и это правильно. Я часто нарушаю это правило. Делаю средние условия по температуре и влажности между тропиками и субтропиками. А вот под каждую из культур даю разное количество органики, воды и минералки, и все у меня уживается великолепно, особенно когда я научился использовать АКЧ.

Подготовили мы с женой семена перцев к посадке. Решили в теплице посадить пять самых крупноплодных гибиридов, а на открытых грядках смесь мелких разноцветных перцев, полученных из Китая.

Теперь для вас, дорогие читатели, очень важный мой секрет в подарок. Если в томате есть важнейший антиоксидант – ликопин, который после кулинарной обработки лишь усиливает свои свойства, то в перцах найден капсантин. Капсантин окрашивает жиры в 10 раз интенсивнее каротина моркови и составляет более 85 % всех красящих веществ перца. Растворяясь в жирах и маслах, он придает пище очень красивый вид, не разрушается при термической обработке и обладает более сильными антиоксидантными свойствами, чем ликопин.

Если делать заготовки из перца с томатом, антиоксиданты взаимно усиливают друг друга. При этом в заготовках сохраняется более половины витамина С и вся группа В, чего не происходит, если делать заготовки из одних томатов или из одних огурцов. Так что различные виды лечо из своих томатов и перцев не только всю зиму украшают наш стол, но и укрепляют наш иммунитет и продлевают молодость и работоспособность.

В середине февраля я начал готовить семена баклажанов к посадке. Внуки рядом, но работу я им не доверяю, с баклажанами все надо делать аккуратно, это капризная культура. Спрашиваю детей: почему баклажан капризный? Откуда он родом? Старшеклассник учит младшего работать на планшете, набирает в поисковике слово «баклажан», и оба читают Википедию.

Я перечислю болезни, которыми болеет баклажан на юге, лечение описано в статьях о перце и томате.

Семена у сельдерея мелкие, быстро теряют всхожесть, поэтому я их храню в холодильнике не более двух лет, ежегодно докупаю несколько пакетов новых и высеваю в несколько плошек. Всегда оказывается, что один из трех пакетов был невсхожим. Перед посадкой семена просто сутки барботирую, без стимуляторов и АКЧ. Этого более чем достаточно. Грунт любой, но лучше торф или кокос с поливом комплексным жидким удобрением.

Беру мелкие плошки, где грунта не более 3–4 см, добавляю перлит или вермикулит, ведь потом рассаду надо будет пересаживать в грунт, чем более рыхлый грунт, тем легче делать пикировку. Насыпаю на грунт тонкий слой снега, на него аккуратно раскладываю мельчайшие семена с расстоянием 1–1,5 см друг от друга, сверху чуть припорашиваю 1–2 мм торфом или кокосом. Снег растает, и семена будут идеально ровно посажены. Накрываю пленкой – и на теплый светлый подоконник. Особого тепла не надо, но свет обязателен. Главное – не пересушить. У меня всходят на 5–7-й день.

Пару слов о количестве семян. Мне нужно много корней на хранение в зиму, поэтому высаживаю две грядки по 10 м2. А черешкового сельдерея много не надо, редко летом на стол в салаты или в супы, немного на заготовки осенью. Обычно 10 кустов черешкового сельдерея и столько же мангольда на семью хватает с избытком.

Высаживаю семена в конце февраля, чтобы в мае, когда сильных заморозков не бывает, высадить в грунт в возрасте 2 месяцев.

Сельдерей живуч, даже оброненная на дорожке рассада после дождика прихватывается и вырастает, но крупный корень получается только из сильной рассады. Если у вас возможности есть, то лучше всходы семян в возрасте первого листа распикировать в стаканчики. Я обычно пересаживаю из плошки переросшую и загущенную рассаду, агротехникой ее исправляю уже на грядке.

На светлом окне в марте рассаду сельдерея не досвечиваю, поливаю и подкармливаю раз в 10 дней органическими и минеральными удобрениями. Так как рассада растет медленно, ей небольшой подкормки хватает, это не томат. В конце апреля я ее переношу в теплицы из поликарбоната, опрыскиваю и поливаю АКЧ, провожу органические подкормки (настоем перебродившего навоза), и она за две недели набирает силу и готова к высадке в грунт.

Грядки рыхлю поверхностно, не перекапываю. Очень тщательно убираю многолетние корневищные сорняки, иначе потом вам не справиться, они за первые 1,5 месяца, пока сельдерей растет медленно, его убьют. В августе и сентябре сельдерей заглушает любой сорняк. Добавляю обязательно рыхлой органики слоем до 5 см сверху и в нее высаживаю рассаду. Если заморозки не ожидаются, никогда ничем не накрываю, если заморозки до –5 °C, то плотный лутрасил обеспечивает сравнительно холодостойкую рассаду защитой от небольших заморозков.

Корневой сельдерей высаживаю на узких грядках в две строчки, так же хорошо растет в три строчки, квадратами 20–25 см друг от друга. Междурядья широкие, до 80 см. Мульчирую их щепой или опилками.

Сельдерей любит уход в первые месяцы роста, рыхление, подсыпку органики 2–3 раза летом и строжайший хороший полив. Если органики много, я никакой минералки не вношу. Если почвы бедные и рост слабый – подкармливаю органическими и минеральными удобрениями, составом как для овощных культур. За несколько недель до уборки сельдерея нужно оборвать нижние боковые листья и побеги, а также частично отгрести землю.

Уход за корневым сельдереем имеет особенности. Точка роста всегда должна быть над землей. Он не нуждается в окучивании, наоборот – оно противопоказано, иначе образуется много боковых корней, корнеплоды вырастут некрасивыми и с плохим товарным видом. Во избежание этого следует даже отгребать землю от верхушки корневого сельдерея и обрезать лишние придаточные корни. Также во время роста корнеплода – в период с июня по октябрь – следите за состоянием почвы. Она обязательно должна быть влажной, но не мокрой. В сентябре он растет быстро, ночи влажные прохладные, корни наливаются, если лист густой и вы листья не обрывали, корни наполовину выступают из почвы.

До использования АКЧ сельдерей рос у меня плохо, выполненные корни встречались не более чем у 50 % растений. Когда стал опрыскивать АКЧ до 4–6 раз за лето – то урожаи выросли раза в три. Если почву в апреле до посадок опрыскиваю гуматами типа «Агровит Кор», то корни становятся еще больше.

Выкапываю корни как можно позже, в конце октября. Смотрю по прогнозу погоды. Легкие заморозки сельдерею на пользу, а вот если ожидаются морозы в –5…–7 °C, то срочно убираю весь урожай – подмороженный корень при хранении загниет. Вызревшие корни хранятся как свекла или морковь – в ящиках в песке или опилках. Едим до весны.

Листовой сельдерей не высаживаю. Всегда есть более нежная зелень: укроп, базилик, петрушка, кинза, куст любистока. Пара листиков и с черешкового сельдерея подойдет для украшения стола, а насушить можно лист и с корневого, выбрав молодые нежные листочки осенью.

Черешковый сельдерей лучше высаживать на отдельной маленькой грядке и для отбеливания заворачивать в крафт-бумагу или в фольгированный поролон, подвязывая все выше и выше по мере роста. Завернутый в черный полиэтилен сельдерей перегревается и сгнивает.

Отбеленный сельдерей долго хранится, на вкус нежный, без горечи. Если за ним ухаживать и подкармливать по схеме, как описано для корневого сельдерея, то вы получите великолепнейший, до двух килограммов, овощ, интереснее, чем привозная пекинская капуста. Его изысканный пряный аромат оттеняет вкус блюд из мяса, рыбы, птицы, особенно гуся и утки. Семена сельдерея можно истолочь с солью, быстро высушить, хранить в закрытом сосуде как интересную пряность.

Болезни, особенно при опрыскивании АКЧ, у меня не наблюдаются, а вот на юге их много. Слизни и улитки к сельдерею сползаются со всех грядок. Я собираю их руками. У соседей его поражает сельдерейная муха, у себя я этого вредителя не встречал. В аномальное лето поражается сердцевинной гнилью, нужна строгая агротехника, химия для сельдерея опасна, корень ее накопит.

Высаживаю рассады мангольда немного, специальные грядки делаю редко. Обычно «пристраиваю» его поближе к крыльцу, среди грядок с другими пряными растениями или на клумбе среди цветов, чтобы все лето по-быстрому нарвать зелени для стола. Осенью он идет на заготовки вместе с сельдереем.

Мангольд особенно любят в Швейцарии. Разноцветные огни листьев и черенков мангольда – великолепная находка для ландшафтного дизайнера, он украсит и клумбу, и рабатку, приживется в любом контейнере.

Семена мангольда высеваю в ящики с любой огородной почвой без всякого замачивания, обычно в конце апреля, ставлю в теплицу – и через три недели великолепная рассада под рукой, особенно если ее подкормить органикой и АКЧ. Это попутная культура, затраты времени – 5 минут.

Уход такой же, как за свеклой или капустой: прополка сорняков, полив, рыхление, мульчирование органикой и опрыскивание АКЧ. Без полива летом в жару листья горчат, лучше высаживать под защитой деревьев. Без органики черешки мелкие и грубые, зато при органической мульче осенью черенки и листья вырастают огромных размеров всех оттенков радуги.

Убираю после легких заморозков, срезая черенки. Черенки хранятся в подвале недолго, завернутые в газету, а вот корни можно выкопать, прикопать во влажный песок и хранить всю зиму в холодном месте, там же, где картофель, зимой посадить в горшок на окне, и будет у вас свежая зелень. То же можно делать и с корнями черешкового сельдерея.

Особенно детям нравятся такие опыты. Ребятишки всегда торопятся, посадить семена и ждать осени – это целая жизнь. А тут зимой достали, намыли, посадили – и через неделю попробовали в салате молоденькие ароматные листочки.

В статьях о томатах и огурцах я кулинарии почти не касался, любая хозяйка на мои советы ответит десятком своих рецептов. О пищевых пристрастиях можно спорить бесконечно. А вот точка зрения врача, думаю, многим интересна. Мысль моя проста: наш стол беден набором овощей зимой. Повседневная еда перенасыщена сложными блюдами на основе мучного, сладкого, жирного, жареного. Страшнее всего привычка есть каждый день соусы и майонезы из покупных баночек, где пищевых добавок и усилителей вкуса более десятка, а трансжиры и соль зашкаливают выше всяких допустимых норм.

И вот зимой из подвала вы достаете обычные картофель, морковь, свеклу. Из кладовки – тыкву и свои баночки с томатными заправками и грибами. Из морозилки – спаржевую фасоль и брокколи. Затем посылаете внука принести из потаенных складов в погребе лук-порей и сельдерей. И всей семьей из такого богатства сочиняете каждый раз новые блюда, всегда без магазинных майонеза и кетчупа, без вредных добавок.

При этом вы вдруг понимаете, что раньше у вас на еду уходило ведро картошки за пару дней, а теперь – в пять раз меньше. А если вы попросите школьника посчитать на калькуляторе, сколько витаминов и микроэлементов вы получали раньше от картошки и макарон, и сколько теперь, когда на столе сельдерей, мангольд и прочие овощи, вы помолодеете просто от улыбки на лице и хорошего настроения.

Осенью надо делать голубцы, чередуя листы капусты, винограда и мангольда. Можно и в одной кастрюле сделать все три варианта. Все будут в восторге от оттенков вкуса и нежности.

Берете зеленые черенки сельдерея, черенки мангольда четырех цветов – красные, розовые, желтые, белые, режете кубиками и заливаете маринадом по вашему вкусу, как для томатов, закатываете в банки. Зимой – это великолепное украшение любых блюд.

Я лишние черенки мангольда и сельдерея прокручиваю через мясорубку, и сок или пасту после варки добавляю во все переработки томатов. Томатные кетчупы с добавкой сельдерея и мангольда приобретают особый пикантный вкус. В банках с мелкими томатами черенки или сок этих растений также придают изысканность заготовкам.

Я сравнил по составу (витаминам и минеральным солям) знаменитые листовые растения – шпинат, пекинскую капусту и мангольд, все они используются в кулинарии примерно одинаково, и состав их примерно одинаков, однако мангольд чуть уступает шпинату, но содержит больше полезных веществ, чем пекинская капуста.

Сельдерей зимой мы используем и в сыром виде. Приносим из подвала корень, моем, чистим и натираем на современных шинковках в виде миллиметровых вермишелинок вместе с морковкой. В холодильнике в закрытой банке нашинкованный сельдерей хранится 2–3 дня. Главное – он всегда под рукой, и его легко подсыпать в любое блюдо и любые салаты. Получается, за неделю полкилограмма сельдерея оказывается в нашем желудке.

Самые толстые черенки стоит зафаршировать и запечь, получается изысканное оригинальное и полезное блюдо. Мы черенки сельдерея добавляем понемногу в любые тушеные и печеные овощи. Если в утку положить не яблоки, а сельдерей, запах мяса дичи с диким ароматом сельдерея кружит голову и мужчинам, и женщинам.

На 2 л воды идет 400–500 г сельдерея, 2 помидора, 1–2 морковки, лук-порей и зелень. Лук обжарить в оливковом или подсолнечном масле. Овощи мелко нарезать, залить водой и поставить на медленный огонь закипать. После закипания положить туда обжаренный лук, добавить специи, лавровый лист и кипятить минуть десять. Вот и все, суп готов.

На семь дней недели к нему добавляются по очереди: фрукты, овощи, йогурт, постное мясо, рыба, бобовые, рис. Для дорогих гостей можно приготовить изысканный золотой суп с тыквой и сельдереем.

На 2 порции: 1 л воды, 2 шт. (150 г) картофеля, кусок тыквы (200 г) размером с 1–2 картофелины, 1 морковь (80 г) среднего размера, 1,5–2 стебля или 80 г черешкового или корневого сельдерея, 1 ч. л. натертого корня имбиря.

Если вы живете в зоне от Краснодара до Архангельска и хотите с гарантией вырастить лук-порей, приобретите сорт Каратанский. Очень неприхотлив, холодостоек и рано созревает. Да, стволик толстый, но густооблиственный и длиной в среднем 30–40 см. Если вы сможете обеспечить рост лука с февраля, от посадки семян до конца октября, до сильных морозов и хотите вырастить лук длиной до 1,5 м – можете приобретать импортные гибридные сорта. Я покупаю и то, и другое. Поэтому урожаи имею последние 20 лет с гарантией.

Родина этой культуры – Передняя Азия, откуда лук-порей попал в Средиземноморье, там и сейчас встречается его дикорастущая исходная форма – лук виноградный (Allium ampeloprasum). Культурный же вид развился из него очень давно, в Древнем Египте лук-порей уже был одним из важнейших овощных растений. Лук-порей был известен и в античные времена в Греции и Риме, а в средние века его возделывали уже по всей Европе.

Если земля бедная органикой, то в рядки с семенами локально бороздками вношу долгоиграющие органо-минеральные удобрения типа «Буйских ОМУ», состав для лука. Очень хорошо в рядки добавить стеклышки АВА. Они улучшают симбиоз почвенных грибов и лука, так как имеют труднодоступный фосфор и микроэлементы, которые привлекают грибы.

Семена лука-порея всходят плохо. Я их сутки барботирую, как всегда, в емкости с АКЧ. Высаживаю в рыхлый грунт – торф, кокос и перлит. Хорошо добавлять и биогумус или хороший компост. Лук менее чувствителен к черной ножке. Чем рыхлее грунт, тем меньше обрываются корешки при пересадке. Высаживаю в плошки пореже, чтобы успешно рос март и апрель и был высажен в мае. Сроки высадки в грунт у меня разные – в зависимости от погоды и возможности прикрыть лутрасилом. При заморозках до –3 °C лук может погибнуть.

Плошки с рассадой держу на светлом подоконнике без подсветки, первый месяц он растет медленно. В апреле выношу в теплицу, где в тепле и достатке солнца сеянцы грубеют и быстро растут. Опрыскиваю АКЧ и подкармливаю органо-минеральными удобрениями раз в 10 дней. Особо ценные сорта высаживаю в стаканчики объемом 250 мл.

Грядки делаю узкие, высаживаю в две или три ленты, обычно погуще, для Каратанского –15х15 см. Для гигантов – 25 см друг от друга. Делаю тяпкой бороздку, кладу рассаду, стараясь не смять корень и не глубже 1 см заглубить донце, и аккуратно засыпаю. Проливаю бороздку до посадки и мелкой лейкой – после. Если нет сильной жары в первые дни после посадок, лук пристает на 100 %. Он очень живуч. Рассада боится только мелких однолетних сорняков типа мокреца. Станете полоть переросший мокрец и оставленные на грядках корни сорняка-пырея – выдернете половину посадок сеянцев лука. Грядки под рассаду луков готовьте очень аккуратно, сорняков, особенно многолетних корневищных, быть не должно.

В первый месяц важно бороться не только с сорняками, но и с засухой, градом, кротами, кошками, слизнями, бегающими малышами. Многие хотят нарушить покой молодого лука.

Когда корень начинает утолщаться, я делаю подкормки каждые две недели. Обязательно опрыскиваю АКЧ, на него у луков реакция замечательная. Если есть компост – пару раз мульчирую грядки. А вот междурядья я мульчирую даже свежей подстилкой от животных, лишь бы она с корнем не соприкасалась. Мульча органическая – незаменимая вещь для лука.

Высокие сорта можно в августе отбеливать, делая колпаки из картонок (газеты размокают, черная пленка вызовет перегрев и гибель, идеальное укрытие, но дорогое – это тонкий фольгированный поролон). Длинные отбеленные стволики – деликатес во всех блюдах.

Убираю урожай поздно, после небольших заморозков в октябре. Заворачиваю по 10 стволов в газету и – в подвал, чуть пересыпаю опилками. Хранится до весны хорошо. Особенно последние годы, когда использую АКЧ, стволик перестал подгнивать.

Болезней мало. Редко пероноспороз и гнили ствола. Химией не опрыскивал ни разу.

Родина лука репчатого – Юго-Западная Азия. В диких формах он произрастает в Афганистане, Иране, Туркмении. Лук репчатый выращивают практически во всех странах. В России десятки острых, полуострых и сладких сортов этого наиболее распространенного вида лука возделывают повсеместно.

Латинское видовое название этого лука в переводе с кельтского означает «голова», что связано с формой луковицы. Русское название «репчатый» происходит от слова «репка», так как луковицы по форме похожи на корнеплод репы – овощного растения, которое издавна возделывали на Руси.

В Европе лучшие луки растут в Испании. Поля огромные, лук один к одному. Европейский стандарт.

На Руси всегда славился лук Ростовский местный. Выращивали его на заливных лугах в Ярославской области. Поэтому помните, лук и сапропель – родные братья. У меня рядом с садом озеро. Зимой делаю лунки и сачком в ведра набираю ил. Выношу на берег, иногда до сотни ведер за зиму. Весной он подсыхает, обветривается. Я им мульчирую луковые грядки до посадки слоем 5 см, а после прополок прикрываю оголившиеся луковки. Никогда никакую органику под перекопку не вношу. Лук любит длинный 15-часовый день, поэтому на Новгородчине растет отлично.

В последнее время мне привозит качественный севок знакомый, владелец сети магазинов по продаже садоводческой продукции. Надежные сорта – залог урожая.

О первой я уже упоминал – гниль шейки. Надо вовремя убирать лук и не кормить его навозом и азотом.

Страшный вредитель для лука – луковый скрытнохоботник. Этот вид жука выедает на листьях отверстия, при высыхании вокруг них вы можете наблюдать белесые пятна. Такие повреждения очень опасны при появлении всходов лука. Личинки проделывают внутри перьев лука продольные узкие ходы, которые с внешней стороны выглядят, как белые продольные полосы. Признаки заражения вредителем: белые продольные полосы и пятна, перья лука желтеют на самых кончиках, скручиваются и усыхают раньше времени.

Жуки зимуют в верхнем слое почвы или в неубранных остатках лука, по краям полей в траве или кустарнике. Весной жуки питаются проросшим прошлогодним неубранным луком и постепенно перемещаются на свежие посевы.

Самка выгрызает отверстия в перьях лука и в них откладывает яйца. Период развития яиц – около двух недель, потом личинка питается пером лука и улезает в землю на окукливание. Через 20 дней появляется новое поколение луковых скрытнохоботников. Жуки могут зимовать на расстоянии 200–300 м от посевов.

Еще один опасный враг – луковая муха. У растений, заселенных личинками луковой мухи, наблюдаются раннее пожелтение и увядание листьев. Муха повреждает не только перья, но и луковицы. При этом луковица гниет, и растение выдергивается из почвы практически без усилий. Муха длиной около 7 мм желтовато-серого цвета с продольной темной полосой; личинки – белые червяки. На заднем конце личинки расположены 14 конусовидных выростов.

Куколка мухи зимует в верхнем слое почвы на глубине до 20 см. Весенний лет совпадает с массовым цветением одуванчика. Яйца самка откладывает на почву прямо около свежей грядки. Период развития яиц – около одной недели. После личинки питаются луковицей. Развитие личинки происходит 15–20 дней, окукливаются личинки в почве. Через 2–3 недели муха полностью взрослеет.

Я не верю в народные способы борьбы с такими вредителями. Ни соль, ни мочевина не помогают. Весной сад опрыскиваю от цветоеда, в тот же период этими же современными пиретроидами опрыскиваю и лук – один раз за сезон. За 10 дней запах препарата и отпугнет, и убьет муху. А потом и ее лет прекратится. Лучше использовать качественный импортный препарат – «Карате». Действующее вещество – лямбдацигалотрин. Препарат малотоксичный, до осени его следов не остается.

Лук нередко поражается пероноспорозом. После того как я стал покупать новые стойкие сорта к данному грибку и опрыскивать АКЧ, у меня на грядках этой болезни не стало совсем. Если я купил случайный дешевый севок на рынке и высадил из жалости на подвернувшейся грядке, то обязательно в период появления парши на яблоне во влажное лето опрыскиваю лук теми же препаратами, что и яблони. Иначе все побелеет, и лука не будет. После опрыскивания просто не надо есть зелень лука, в луковицу химия не попадет, да и современные препараты почти безвредны для человека, аналоги этих препаратов детям внутрь в таблетках назначают при грибковых болезнях. Самый доступный – это «Ридомил Голд», тот же, что от картофельной фитофторы.

Идут споры: шалот – это новый вид или просто вариант репчатого лука? Ответ прост: лук-шалот, или лук аскалонский, считается культурной разновидностью репчатого лука (Allium cepa var. ascalonicum) и в дикорастущем виде в природе не встречается. Выращивается с древнейших времен в странах Ближнего Востока. В Европу луковицы шалота попали в XIII в. вместе с крестоносцами во времена походов на Святую землю. Они называли этот лук eschalot – по названию библейского палестинского города Ашкалон, в окрестностях которого его в ту пору разводили. Со временем в большинстве европейских языков это название трансформировалось в шалот.

Размножали этот лук гнездами, отбирая лучшие и по вкусу, и по пригодности для зимнего хранения, и по устойчивости к болезням. На Руси он прижился под названием «семейный лук», иногда его именуют «кущевка» или «квочка». В зависимости от агротехники и сорта в гнезде может сформироваться от 5–7 до 12–20 и даже 30 луковичек. Сегодня чуть ли не в каждом поселке можно встретить различные сорта и сортосмеси шалота, отличающиеся друг от друга размером, формой и окраской луковиц, вкусовыми качествами.

Издавна шалот снискал славу лука для гурманов. Внешне он миниатюрнее репчатого лука, перо более узкое, нежное и долго не грубеет. Луковицы отличаются приятным ароматом, шелковистой текстурой мякоти и менее острым, часто полусладким вкусом. Шалот не заставит вас плакать при резке, как репчатый лук, а ваше дыхание останется таким же чистым, как и до его употребления, поэтому хозяйки любят добавлять его в салаты из свежих овощей. Многие рецепты мировой кулинарии включают именно лук-шалот. После варки или пассеровки он приобретает особенный, неповторимый аромат и вкус, не заглушающий вкуса других продуктов. Свой знаменитый луковый суп французы готовят только из репки шалота, а из мелких луковичек – великолепные маринованные «пикули», которые подают к мясу в качестве приправы.

Мы берем шалот у знакомых в местных новгородских деревнях. Иногда выписываем по почте. Но он у нас занимает не более 10 % посадок лука, поскольку мы его считаем просто кулинарным изыском.

Шалот любит рыхлые и плодородные земли. Культура эта светолюбивая, на хорошо удобренных почвах формирует большую розетку зеленых листьев, поэтому ему требуется не только открытое, солнечное местоположение, но и значительно большая площадь питания, чем для репчатого лука. На приусадебном участке его выращивают с междурядьем 25–35 см, оставляя между растениями в рядке как минимум 15 см. Для крупноплодных сортов расстояние между луковицами в рядке следует увеличить до 20–30 см. Глубина посадки шалота весной составляет 5–8 см, а при озимом выращивании – 8–10 см, считая от донца луковицы. Желательно, чтобы шейку луковицы при посадке прикрывал слой почвы 2–3 см.

Лук-шалот, в общем-то, не неженка, но держать выкопанные луковицы на открытом солнце на грядке, как это принято с репчатым луком, не стоит. Для исключения ожога его следует сушить под навесом. Несмотря на то, что луковица шалота одета всего в две «рубашки», он неплохо хранится при обычной комнатной температуре. А в сухом и холодном помещении (+1…+10 °C, влажность 60–70 %) шалот может лежать даже больше года.

Лук-шалот дает очень большой доход, если освоить технологию его ранней выгонки на перо. Мы этим не занимаемся. На луковых грядках весной у нас всегда появляются всходы затерявшихся в почве луковиц обычного репчатого лука. Так как на этих грядках мы высаживаем рассаду фасоли в начале июня, то на богатой органикой земле лук в течение мая без всякого ухода выгоняет зелень до полуметра. К тому же у крыльца на клумбах с цветами у нас есть небольшие куртинки лука-батуна, шнитт-лука и растет лук-слизун. Поэтому весной луковой зелени у нас хватает.

Летом, естественно, пера лука всегда много в саду. Зимой мы достаем из подвала лук-порей. Там всегда есть зеленые нежные вершки, в салатах они приятнее выгоночного зимнего репчатого лука.

Раньше других многолетних видов весной формирует перо и лук многоярусный. Внешне он похож на репчатый лук, но наряду с подземными луковицами у него на семенных стрелках образуются еще и воздушные луковицы, которые располагаются в 2–3 яруса. Прикорневые луковицы достигают массы 20–40 г и имеют по 2–3 зачатка. Для получения пера используются как прикорневые, так и созревшие воздушные луковицы (обычно у них при полном созревании начинают отрастать корешки). Их высаживают на заранее подготовленные грядки. Подготовка почвы и удобрения такие же, как и для репчатого лука.

Лук репчатый к весне иногда начинает прорастать. Мы весь его не высаживаем на зелень. Обрываем верхние жирные чешуи, не повреждая донца. Это идет в пищу, а серединку с зачатком зелени высаживаем в горшки на кухне у окна, и через пару недель свежая зелень готова.

После лука самое время поразмышлять о чесноке.

На кухне в красивой корзинке рядом со столом у нас всегда лежит по несколько головок чеснока. Мы его кладем во многие блюда каждый день. В основном стараемся использовать в сыром виде.

Больше всего чеснока идет в студень. Когда студень сварен и разлит по емкостям, я чищу 5–10 зубков чеснока и давилкой выдавливаю его в эти емкости. Перемешиваю и ставлю на холод. Передозировать чеснок в холодце невозможно.

В зимние вечера в просоленное свиное сало всегда втирается чеснок. Когда зимой едим это сало или варим густые борщи со свининой, корочка черного хлеба натирается зубчиком чеснока. Это придает столу и быту деревенский шарм. То, что это полезно для пищеварения, думаю, понимают все.

Летом в весенние салаты мы всегда добавляем чуть натертого чеснока, часто с имбирем и луком разных видов. Я натертый имбирь и чеснок добавляю в льняное масло, после чего его в салатах не отличить от оливкового. Чистое же льняное масло горчит и пахнет рыбой. Вообще, льняное масло надо использовать в пищу регулярно, так как в нем содержится высокий процент омега3 жирных кислот, которых почти нет в подсолнечном и оливковом маслах.

Когда дедушка устал рассказывать о чесноке, на помощь подоспел десятиклассник.

Перечислю болезни и вредителей, которые досаждают садоводам при выращивании моркови.

Морковная муха. До сих пор не выяснено, почему в некоторые годы она размножается в особо больших количествах. Мухи вылетают в начале мая из зимующих в земле куколок. Первый признак поражения корней личинками мухи – появление бронзового оттенка на листьях. Вскоре после этого растение стоит с поникшей листвой и гибнет. Когда из яиц появляются личинки, они поражают корнеплоды.

Морковная листоблошка. Ранней весной с сосны перелетает на молодую морковную ботву очень мелкое насекомое (всего до 1,5 мм длиной!), похожее на муху, – это листоблошка. В отличие от мухи у этого насекомого имеются прыгательные ноги, как у блохи. Самка листоблошки откладывает яйца, из которых вылупляются личинки. Они начинают высасывать сок из черешков листьев, которые в результате съеживаются и засыхают.

Галловая нематода. Это насекомое вредит целому ряду растений, в том числе и моркови. Галловые нематоды внедряются в корни, вызывая своими выделениями утолщения на корнях – галлы, в которых черви живут и размножаются. При разрушении галл яйца попадают в почву, откуда личинки распространяются дальше. Пораженные растения чахнут и погибают от недостатка питательных веществ в результате отмирания поврежденных корней. Быстрому размножению нематод способствуют тепло и сырость.

Фомоз (сухая гниль) моркови. Проявляется на черешках и жилках листьев в виде удлиненных серовато-коричневых пятен, иногда малозаметных. С листьев болезнь переходит на корнеплоды

Белая гниль. При этом заболевании корнеплоды покрываются белым налетом, похожим на вату, под которым можно обнаружить слизь.

Вот уже много лет морковь хранится у меня всю зиму без всяких проблем и очень просто: после уборки и обрывания ботвы морковь подсушиваем и сортируем, для себя оставляем ровную, а поломанную и кривую – для животных.

У меня много старых пластиковых 10-литровых ведер. В них вертикально ставим корни моркови, переслаивая и накрывая газетами, и заносим в подвал, где температура +2…+5 °C. Раньше я морковь в ящиках пересыпал опилками или песком, она часто отсыревала и загнивала. Думаю, что в улучшении качества хранения сыграла роль обработка почвы АКЧ и более строгая забота о почвенной биоте в поле.

Все родители понимают, что ребенок должен потреблять пищу здоровую и полезную. Но беда в том, что мы не приучаем ребенка считать полезные продукты вкусными, отдаем его в руки маркетологов супермаркетов, они быстро меняют вкусовые пристрастия ребенка, внушают ему, что вкусное – это сладкое, ароматное и в красивой упаковке.

Ребенок не будет есть вкусную, сладкую, красивую морковь, если родители ежедневно приносят из магазина баночки и бутылочки в красивой упаковке, сами едят жареную картошку, разогревают по-быстрому вчерашние макароны и котлеты и постоянно перекусывают булочками и бисквитами длительного хранения.

Всегда имейте на столе мытые овощи, которые можно просто взять и съесть, именно этим ценна морковь. Всегда и во все блюда добавляйте овощи с минимальной кулинарной обработкой. Привычка получать вкусовые удовольствия от овощных блюд закладывается с детства.

Насильно заставить ребенка полюбить овощи невозможно и не нужно. Будьте для ребенка примером для подражания, вы всегда для него авторитет. Да и вам лишний вес и постоянная усталость в результате питания продуктами из супермаркета тоже не нужны.

Свекла известна с незапамятных времен. Первоначально люди употребляли в пищу только ее листья, а корни использовались в лечебных целях. Все современные виды свеклы происходят от дикой свеклы, растущей на Дальнем Востоке и в Индии, которую использовали в пищу 3 тыс. лет назад. Первые упоминания о свекле относятся к Средиземноморью и Вавилону, где ее уже использовали как овощное растение. Свеклу очень ценили древние греки, приносившие ее в жертву богу Аполлону. Первые корнеплодные формы описаны Теофастом в IV в. до н. э.

К началу н. э. появились культурные формы обыкновенной корнеплодной свеклы; в X–XI вв. они были известны в Киевской Руси, в XIII–XIV вв. – в странах Западной Европы. В XIV в. свеклу начали выращивать в Северной Европе. С конца XIX и в XX в. все виды свеклы распространились на все континенты, кроме Антарктиды.

Дикие предки современной красной свеклы росли по берегам морей, почву постоянно орошали брызги морской воды, в которой много микроэлементов и щелочных солей. Поэтому свекла не может существовать без бора и любит нейтральную почву. Так как у нас на Северо-Западе, почвы кислые и бора мало, часто свекла болеет, урожаи не дает. Поэтому почву надо подщелачивать и вносить бор.

У меня много органики в почве, буферность высокая, почва нейтральная, в органике микроэлементов хватает, поэтому сейчас я ничего не вношу, но 20 лет назад без доломитовой муки и борных удобрений свекла не росла. Об этом помните всегда, когда выращиваете свеклу.

В магазинах сортов свеклы меньше, чем моркови, но пару десятков пакетов всегда найдете. Качественные сорта российской селекции по вкусу зачастую привычнее, лучше импортных и более адаптированы к нашей зоне, сейчас появились и импортные сорта, хорошо адаптированные к нашему климату.

Испытанные сорта – свекла Детройт с шаровидными гладкими плодами, красно-фиолетовая сахаристая Египетская свекла с крупными плоскими корнеплодами, целебный сорт Красный шар, а также Баргузин, Бордо, Одноростковая и Подзимняя свекла.

Из среднеспелых выделяется свекла Мулатка с крупными округлыми темно-красными плодами прекрасного вкуса, известная своим гармоничным вкусом свекла Несравненная, сочная и нежная Богема, высокоурожайный сорт Бона с красивыми ровными корнеплодами, гибрид БонБон.

Лучшие позднеспелые сорта – голландский сорт Цилиндра, Атаман, Торпеда.

Из новых гибридов отдельного внимания заслуживает раннеспелая свекла Кестрел с корнеплодами интенсивного темно-красного цвета, очень сладкими, с хорошим товарным видом. Жаль, что сейчас семеноводством у нас не занимаются, и почти всегда вы встречаете подделки, покупая эти сорта. Поэтому я перешел на импортные современные сорта и гибриды, в основном голландской селекции.

В этом году для хранения посажу: Ред Клауд и Цилиндра, а для осенних заготовок и хранения до февраля интересный сорт польской селекции Опольская, среднеранний, цилиндрический. Сорт нежный, насыщено-красный, с очень высокой урожайностью в нашей зоне.

Свеклу я высаживаю круглую и удлиненную, цилиндрическую. Женщины утверждают, что цилиндрическую легче обрабатывать и она вкуснее. А женщинам надо потакать!

90 % свеклы мы высаживаем на хранение, но небольшую грядку отводим для сверхранних сортов, в первые июньские жаркие дни так хочется холодного свекольника, когда еще не надоела редиска, зеленый лук и есть яйца от своих кур и своя сметана.

И в этом году я приобрел ранние сорта – Игл F1 от японской фирмы «Саката» и Заден F1, Водан от «Бейо», поспевающие через 50 дней после высадки месячной рассады.

Почвы свекла предпочитает рыхлые супесчаные, с умеренным содержанием органики, без застоя воды. Так уж получается, что свеклу я высаживаю в поле после картофеля. От 5 до 10 соток кормовой свеклы и иногда – до 0,2 сотки красной свеклы. Для нее выбираем самые лучшие участки, где рос картофель, а до этого капуста, там много хорошо перепревшей органики. Под свеклу свежий навоз я на поле не вношу, органики для свеклы хватает.

Последние четыре года, когда стал применять АКЧ, минеральных подкормок не делаю, и свекла вырастает замечательная без полива и минеральных подкормок. Как и морковь, в непаханой почве по каналам от корней сорных трав прошлых лет и по ходам червей свекла должна устремляться вниз за влагой, давая длинный стержневой корень и минимум обрастающих мелких корешков в верхней части почвы.

Вам советую на бедных почвах вносить старый компост и долгоиграющие комплексные удобрения для корнеплодов. Их сейчас в продаже много, но вносите минералку только локально в бороздки, отступив 5 см от корней. А потом всходы мульчируйте органикой.

У дома под раннюю свеклу я выбираю небольшую грядку, высыпаю по ведру на 1 м 2 перепревшего компоста, опрыскиваю АКЧ и накрываю на недельку пленкой. Для ранней свеклы никогда не вношу минералку и пестициды. Никакая культура не накапливает так много нитратов, как свекла.

Я свеклу высаживаю только рассадой. Семена барботирую и поэтому фунгицидами не обрабатываю. Иногда покупаю одноростковые сорта. Но современные импортные гибриды, если семена посадить пореже, дают сильную рассаду, и пучки по 2–3 проростка хорошо разделяются.

Обычно забарботированные семена в тепличке всходят на 4–5-й день. Высаживаю в фазе 2–3 настоящих листьев, в 3-недельном возрасте, поэтому для раннего сорта, высаживаемого в начале мая, который можно при заморозках укрыть пленкой, семена сею в начале апреля, среднеранние сорта рассадой в грунт высаживаю в конце мая, их сею на две недели позже.

А поздние сорта высаживаю рассадой в первой декаде июня, подгадывая под наступление дождей. Это важный агроприем. Созревать поздняя свекла должна в конце августа – сентябре, в холодную погоду, тогда сахаристость ее выше и она хранится лучше. Да и урожай намного выше. Все корнеплоды на зиму запасают «антифризы» – это сахара, аминокислоты и другие вещества, тоже ценные для нашего организма. При уборке в августе вы не получаете этих ценнейших веществ.

В апреле рассаду за 3–4 недели вырастить легко. Солнца хватает, в тепличке или парнике место всегда найдется для пары ящиков. Но свекла боится черной ножки, иногда гибнет вся. Поэтому я никогда не сею семена в почву с садовым грунтом. Только в стерильный импортный торфяной или кокосовый субстрат.

Для импортных семян барботирования в АКЧ хватает, для российских необходимо протравливание в фунгицидах. Марганцовка не поможет. После всходов я пару раз подкармливаю свеклу жидкими комплексными удобрениями, перед высадкой рассаду всегда закаливаю – и днем, и ночью держу на улице, лишь бы не было морозов больше –2 °C. Если рассады вам нужно немного, то лучше ее строго проредить. Сильная рассада с толстой ножкой – залог красивой выровненной свеклы. Из тонкой рассады крупная свекла не растет, поражается болезнями. Поэтому, когда из одного семени появились три проростка, выберите один сильный, а остальные состригите ножницами, если будете выдергивать – повредите сросшиеся корни у сильных проростков.

И рассада друг от друга должна расти через 2 см. Тогда свекла вырастет толстая, с мощным пучком корней, риск черной ножки уменьшится, а приживаемость при поливе всегда будет 100 %. Я всегда удивляюсь: роняешь или выбрасываешь мелкую рассаду в поле на междурядье, за ночь от росы она укореняется, летом мы видим мощные кусты, выше сорняков.

Рассаду свеклы я высаживаю, как морковь – в две строчки с расстоянием 30 см между ними и 60 см междурядье. Если вы любите некрупную свеклу, то погуще, 3–4 см между растениями, если вам важен урожай – то пореже, 6–7 см.

Современная свекла окрашена одинаково и крупная, и мелкая. И вкус одинаков. Все зависит от влаги, почвы, тепла. Свекла любит свет, воздух и равномерную влажность в почве. Корка на почве в начале роста корнеплодов делает их жесткими и невкусными. Поэтому надо подумать о поливе и мульчировании или частых рыхлениях и окучиваниях, так называемых сухих поливах.

Выращивание на поле для свеклы более комфортно, чем на грядках у дома, но только на не тронутом пахотой поле. Предки свеклы росли по берегам морей, обдуваемые всеми ветрами.

Из всех моих культур свекла самая неприхотливая и урожайная. Час тратим на посадку рассады, три раза по часу – на прополку плоскорезом и полчаса на уборку. В подвал заносим 3–5 мешков свеклы, оборвав на поле листву, храним просто в мешках рядом с картошкой. Никогда никаких гнилей не наблюдал. Все дело в севообороте, качестве семян и стерильности рассады.

Раньше мне досаждал пырей и однолетники, сейчас поле очистилось, а однолетники уничтожаю, рыхля грядки пару раз в мае и июне до поздней посадки рассады. Затем междурядья обрабатываю леской триммера.

Кратко расскажу о болезнях свеклы, которые изредка встречались в моей практике.

Ложная мучнистая роса, или пероноспороз. Появляется на молодых, еще не достигших полного развития листьях. Типичный признак заболевания – образование серо-фиолетового налета на листьях с нижней стороны.

Фомоз. Заболевание проявляется в конце сезона. На нижних, более старых листьях образуются круглые, светло-бурые (в дождливую погоду черные) концентрические округлые пятна. Из-за них фомоз иногда называют «зональной пятнистостью». Обычно это заболевание провоцирует недостаток бора.

Церкоспороз. Болезнь начинается с образования на листьях округлых светло-серых пятен диаметром 2–5 мм с красно-бурой каймой. Осенью пятна становятся очень мелкие, иногда точечные, темные, почти черные. Во влажную погоду, преимущественно с нижней стороны листа, образуется темно-серый налет.

У меня 20 % корней свеклы подгрызают мыши, но это не страшно, я их скармливаю животным вместе с кормовой свеклой. Кормовой свеклы я выращиваю для животных несколько тон. После картошки целую неделю по два часа в день вручную высаживаем рассаду, общей длиной строчек в километр. Затем полем иногда плоскорезом, но часто ползаем километр и вручную. Зато наши козы, кролики и овцы всю зиму с сочным кормом, а мы – с молоком и мясом.

Белая, оранжевая и золотая свеклы ценятся за их мягкий, ореховый привкус. Поскольку такая свекла не «кровоточит красным соком», она лучше подходит для запекания с другими овощами. Я знаю чудо-рецепт, который поразит ваших гостей и родственников. Все умеют варить густой борщ, если есть свиные ребрышки.

Возьмите две небольшие кастрюльки и сварите в них борщ по вашему любимому рецепту. Но в одну кастрюлю сделайте заправку из красной свеклы, пассерованной с красным луком, а во вторую кастрюлю положите золотую свеклу с оранжевой морковкой и для усиления окраски добавьте ложку сока лимона или апельсина. А теперь самое главное – посередине тарелки выложите как горную гряду свиную мясную косточку, слева налейте красный, справа желтый борщ, можно одновременно двумя половниками, а на мясо положите густую сметану и укроп. Необыкновенно красиво и вкусно, разные, но сочетаемые вкусовые ощущения.

Свекла в кулинарии универсальна. Мы едим ее преимущественно в сыром виде, мелко натирая в любые салаты. Когда готовим первые блюда – свекла их украшает, естественно, в тепловой обработке. Тушеные овощи, жареные блюда легко сочетаются со свеклой. Белая сметана с красным борщом у всех славян в Европе вызывает приступ слюнотечения. А желток круто сваренного яйца? А если к борщу добавить укроп, петрушку и чеснок, то слов не хватит для описания эмоций!

У нас в подвале всю зиму есть свекла, поэтому заготовки делать перестали. Неразумно дважды теплом обрабатывать этот целебный овощ. Я не считаю свеклу лекарством и не верю «народным лекарям», которые ее советуют применять больным в «разных снадобьях». Просто это ценный пищевой продукт, если его правильно употреблять, зная полезные свойства и недостатки.

В сырой свекле, как в зеленых несладких бананах или в сырой картошке, сахара находятся в связанном виде, это продукты с низким гликемическим индексом, и они полезны для организма. Вареная свекла, так же как переспелые бананы или белая булка, или картофельное пюре имеет высокий гликемический индекс, при частом неумеренном употреблении приводит к ожирению, диабету, атеросклерозу сосудов.

Большинство ярко окрашенных овощей и фруктов ценны прежде всего своими пигментами. Томат богат ликопином, баклажан – антоцианином, морковь – каротином, свекла красно-малинового цвета – бетаином и бетацианином, свекла желтого цвета – бетаксантином. Все эти пигменты являются антиоксидантами и улучшают здоровье человека, это не миф, а доказанный наукой медицинский факт. В частности, бетаин свеклы снижает уровень гомоцистеина крови и этим уменьшает риск тромбозов и инфарктов.

Сотни тысяч лет назад древние люди питались множеством корешков, листиков, плодов, которые встречались в природе, и наш обмен веществ сформирован во времена собирательства пищи, а не выращивания десятка калорийных крахмалистых корнеплодов и злаков. Поэтому надо уходить от однообразного мучного и крахмалистого питания и разнообразить свой стол яркими овощами и фруктами, содержащими многие десятки различных витаминов, пигментов, минералов.

Свекла содержит много клетчатки и в сыром виде всего 45 килокалорий на 100 г, в ней нет вредных жиров, зато очень много фолатов, необходимых для правильного синтеза ДНК, свекла как бы омолаживает наш организм.

В свекле, как и в других овощах, присутствуют почти все витамины и минералы, и особенно она ценна калием и магнием, благодаря которым нейтрализует натрий из поваренной соли, препятствует гипертонии. Кстати, микродозы оксида азота, который всегда есть в свекле, имеют тот же эффект для сосудов, что и нитроглицерин.

Брокколи удается не всегда, вырастить ее легче цветной, но надо знать секреты. Цветные капусты не переносят жару и засуху, поэтому брокколи ранних сортов мы высаживаем 45-дневной рассадой у дома в начале мая и регулярно поливаем. Если подкормить ее микроэлементами, кальциевой селитрой, замульчировать навозом и каждые 7–10 дней опрыскивать АКЧ, то уже в июне она дает плотную головку большого размера, и через пару недель из пазух листьев можно срезать десяток мелких, но таких же вкусных головок.

Для поздних сортов у нас в саду места нет, в поле она не удавалась на бедной «колхозной земле». Но когда земля у меня стала живой, перестала пахаться плугом и получила много органики и АКЧ, то брокколи, высаженная в поле в конце июля, политая водой всего пару раз после высадки, замульчированная навозом в конце августа и до конца сентября, стала давать нам несметное число крупных головок. Каждые три дня в прошлом году мы собирали по 2 ведра с площади 0,5 сотки, забили все полки морозильной камеры, раздали всем родственникам и знакомым. Зимой едим каждый день.

Родина брокколи – Италия, там свои поздние сорта, например Калабрезе. Мне иногда удается достать импортные поздние гибриды, дающие осенью красивые крупные головки. Из известных ранних сортов для нашей зоны – Витаминная, Линда, Тонус, Лазарь F1.

Все лето у нас конвейер брокколи, больше трех дней не храним, потребляем летом только в сыром виде. Мелко режем, ошпариваем кипятком, она делается изумрудно-зеленой и добавляется во все летние салаты: с редьками, огурцами, томатами и перцами, салатными капустами, луком. В выходные на большой стол брокколи иногда готовится как кулинарный изыск. Рецепты найти легко, и можно включить фантазию.

Зимой мы употребляем замороженную брокколи, ошпаренную кипятком, полусырую. Никаких консервов с ней никогда не делаем. Консервируем только томаты с перцами. Брокколи для нас – кладезь витаминов группы В и очень активных биологических веществ. Только брокколи, так же как бразильский орех, может удовлетворить нашу потребность в селене. Серотонина больше всего тоже в брокколи, а это гормон счастья и хорошего настроения, поэтому семьи, которые постоянно употребляют брокколи, живут дружно и долго. К тому же у них хорошее зрение из-за особых антиоксидантов, охраняющих сетчатку. Брокколи не дает аллергии, ее мы даем детям с 6-месячного возраста.

Цветная капуста мне раньше не удавалась. Сейчас вырастает ежегодно – и на грядках у дома, и на просторе, на большом поле среди других капуст. Просто земля стала живой, с очень активной и разнообразной почвенной биотой и активными почвенными инженерами, поэтому все климатические стрессы наша цветная капуста переносит легче, вегетацию заканчивает быстрее.

Цветная капуста произошла из влажных теплых мест Южной Европы. На Новгородчине ей не хватает суммы активных температур летом, плохо на нее действуют июньские холодные ночи, еще хуже – длинный световой день и июльский зной с сухим воздухом. Наши бедные кислые суглинки не для нее. Почву для этой капусты надо готовить почти как для огурцов. С осени произвестковать и внести органику.

Родина цветной капусты – Малая Азия. Для севера она адаптируется труднее. Сейчас в Европе появились сорта с ярко-фиолетовыми и ярко-желтыми головками. Много сортов с оригинальной звездчатой головкой, группа Романеско, это гибрид цветной и брокколи, но у нас они растут плохо, точнее – дают очень маленькую головку, хотя вкусную и полезную.

Для России из поздних сортов есть Осенний Гигант, среднеспелых – Снежный шар, Роберт, ранних – Сноуболл, Мовир, Гарантия, Гибрид F1 Малима.

На примере цветной капусты расскажу подробнее о рассаде. Семена я выбираю только крупные и барботирую в АКЧ. Субстрат – самый лучший импортный торф с перлитом и удобрениями. Попадутся единичные споры килы в некачественном субстрате, и уже на стадии рассады вы увидите вместо корешков – килу, а затем черную ножку.

Строго по одному зернышку пинцетом раскладываю семена в специальные рассадные соты для капустных. Они конусовидные, так удобнее рассаду вынимать. Не пользуйтесь торфяными горшочками, плотный торф корень пробивает медленно, такая рассада пересыхает за один день без полива.

Поздние сорта растут с конца апреля по начало июня просто на улице, на ночь прикрываются лутрасилом. На улице надо поливать их ежедневно и опрыскивать пиретроидами от блошки и бабочки. Иногда приходится на ночь поддоны с рассадой заносить в теплицу, а днем выносить на солнце.

Рассаду надо еженедельно подкармливать комплексными жидкими удобрениями с микроэлементами для капусты, можно вдвое уменьшать рекомендуемую концентрацию.

Цветная капуста капризна, без подкормок не растет. За неделю до посадки подкармливаю отдельно кальциевой селитрой и АКЧ. Но важнее не пересушить, не перегреть, не заморозить. Холод в –1 °C уже смертелен для этой неженки. Вынесете из теплицы, где рассада нежилась неделю, на яркое солнце – сгорит. Густо посадите, ближе чем 3х3 см – заболеет черной ножкой или мучнистой росой.

Все капусты в поле я высаживаю на сдвоенных рядках через 40 см между строчками и широким междурядьем в один метр. А вот расстояние между растениями зависит от сорта. Для кольраби это иногда 15 см, для брокколи обычно около 40 см. Для цветной поздних сортов до 60 см. Широкие междурядья три раза за сезон подкашиваю триммером. Это легко и быстро.

Что касается предшественников, все капусты, особенно цветная, не выносят посадки после крестоцветных. Быстро накапливаются болезни, споры килы сохраняются 2–3 года. У меня в поле обычно после капусты идет свекла (морковь), затем картофель, под него вносится навоз, затем капуста, которую с июня пару раз обкладываю навозом. Органики более чем достаточно и питания хватает, но при избытке азота может проявиться дефицит калия, магния, фосфора. Смотрю по росту, иногда в лунку кладу стекляшки AVA (фосфор и микроэлементы), но в идеале чередую подкормки кальциевой селитрой и монофосфатом калия. Фосфор нужен для формирования «цветка» – головки.

Если на капусте появилась кила, на это место капусту возвращаю не ранее чем через 5 лет и при посадке картофеля или свеклы обрабатываю гербицидами от однолетней сурепки. Для этих культур гербициды есть в продаже.

Любой однолетний крестоцветный сорняк тоже заражается килой, является ее переносчиком, и вы никогда от нее не избавитесь. Только через три года применения гербицидов можно санировать почву. Прополки недостаточно, корни остаются всегда.

На капусте со злаковыми сорняками особо не борюсь, подкашиваю междурядья леской триммера и у корня рыхлю плоскорезом. Главное, чтобы сорняки не были выше капусты, не затеняли ее, а затеняли почву. Небольшое количество сорняков даже улучшает урожай.

Получаю удовольствие, когда стоит умеренно теплый и дождливый конец августа и сентябрь. В такую погоду поздние импортные гибриды цветной капусты показывают чудеса, особенно при применении АКЧ. Огромные лопухи листьев отрастают по пояс. И вдруг появляется зародыш цветка, в прохладную погоду он все растет и растет, но остается очень плотным. После морозцев я вырываю капусту с корнем, ставлю в холодный подвал, присыпая корень влажным песком, и головка капусты продолжает наливаться еще целый месяц.

Но основной урожай мы замораживаем. В этом году купили вторую морозильную камеру. Специально для брокколи, цветной капусты и спаржевой фасоли. А первая морозилка идет под землянику, малину и жимолость.

Рецептов приготовления цветной капусты слишком много, ее умеют готовить во всех странах Европы три тысячи лет. В любом виде капуста ценна своими аминокислотами, клетчаткой, витаминами группы В, которые не особо разрушаются при тепловой обработке. Только в ней много фитостеролов – растительных конкурентов холестерина. Но особенно ценна эта капуста наличием изотиоцианатов (сульфорафан) и индолов, которые защищают нас от рака.

Нам важно, что если есть как гарнир сытную цветную капусту, меньше начинаешь употреблять хлеба и крахмалистых овощей и больше свежей зелени в виде салатов.

На нашем столе всегда есть ранние капусты нескольких видов. Мы ежегодно высаживаем раннюю белокочанную капусту, любим самый ранний сорт Низами. Если рассаду высадить в грунт в начале мая и прикрывать по ночам лутрасилом, то в начале июня уже появляются первые кочаны до килограмма весом.

Но в европейских странах белокочанные капусты для летнего потребления высаживаются редко, самой вкусной и питательной для салатов в начале лета является савойская капуста. Мы стали тоже выращивать ранние сорта этой капусты, в салатах и голубцах ей равных нет.

В саду у нас, как в Италии, всегда есть место для капуст листовых. Такой капусты много не надо. Листья листовой капусты начиная с июня должны украшать сборные овощные салаты каждого огородника в нашей стране. Вырастить ее проще пареной репы на любой грядке у дома, особенно капусту с красными листьями.

Поздние капусты хороши для квашения. На Руси принято выращивать осенние белокочанные засолочные сорта. Осенью эта капуста рубится на крошево с зелеными листьями и идет зимой на щи – зеленый лист дает особый, вызывающий аппетит привкус. В некоторых семьях предпочитают чисто-белые, с сильным хрустом сорта, их шинкуют на шинковках и солят с морковкой, чтобы есть всю зиму.

Раньше и мы так делали. Но сейчас, осознав вред от лишней соли, мы выращиваем особые долгохранящиеся сорта и всю зиму, раз в две недели, делаем квашеную капусту с уменьшенной вдвое нормой соли. В холодильнике она великолепно сохраняется и идет каждый день на стол в виде сборных зимних салатов с луком-пореем, сельдереем, тыквой, свеклой, брокколи (из заморозки) и растительным маслом. Ее уходит в зиму много, раздаем такую малосольную капусту в семьи детей, им ведь лень капусту квасить каждую неделю.

Да и кочан свежей, плотной поздней капусты из подвала намного вкуснее в свежих салатах, чем кочан из магазина. Последнее время для салатов на зиму выращиваем краснокочанные сорта.

Внуки привыкли есть салаты из капусты всю зиму, и из свежей, и из квашеной. Смесь свежей и квашеной капусты, если ее потушить со свининой, намного полезнее, чем надоедающая зимняя картошка. Но во всем мире на смену белокочанной капусте в зимнее время приходит брюссельская капуста в замороженном виде.

У нас и савойская капуста поздних сортов, собранная в октябре, хранится до декабря, и стебли брюссельской капусты с кочанчиками, убранные в ноябре, в подвале до Нового года сохраняются хорошо.

А вот листья капусты кале у крыльца стоят до сильных морозов, до декабря, морозы до –5…–7 °C они переносят и продолжают вегетировать, их можно все это время срывать и подавать на стол свежими. Вот такие конвейеры капуст советую делать всем. А в морозильную камеру помещать только цветную, брокколи и брюссельскую капусты.

Поговорим об особенностях каждой из капуст, истории ее введения в культуру.

Идут споры среди ученых: англичане утверждают, что предки современной капусты росли по берегам Англии, французы доказывают, что капуста осовременена на берегах Средиземного моря в районе Ниццы. Грузинский ученый Г. Джапаридзе считает, что родиной капусты является не побережье Средиземного моря, а Колхида, поскольку именно в этих местах встречается редкое многообразие сходных с капустой растений, которые называются «кежера».

Однако все доверяют археологическим раскопкам, которые свидетельствуют о том, что капусту люди стали использовать со времен каменного и бронзового веков. Возделывали капусту древние египтяне, а позднее освоили технологию ее выращивания греки, им было известно всего от 3 до 10 сортов капусты. Из греческих колоний в Крыму капуста распространилась выше по Днепру, стала любимой пищей на Руси. В отличие от других салатных растений в ней до 4 % белка и до 8 % углеводов, то есть она позволяет выжить в неурожайные по злакам годы.

История происхождения и распространения краснокочанной капусты почти такая же, как и у других видов капусты: ее родина – Средиземноморье. Оттуда она распространилась в страны Западной Европы. На территорию нашей страны попала в XVII в. Краснокочанная капуста является разновидностью белокочанной капусты, но используется не так широко – только в салатах и гарнирах. Хотя мы ее и солим, и квасим, и маринуем, хранится она лучше белокочанной.

У краснокочанной капусты ярко выраженный вкус, и по своим питательным свойствам она схожа с белокочанной, однако содержит дополнительно пигмент антоциан, в этом ее основная ценность, да и в кулинарных блюдах она смотрится более эстетично. В европейских странах краснокочанную капусту используют чаще, чем белую.

Савойская капуста – ближайшая родственница белокочанной, но листья у нее тонкие, гофрированные. Тот, кто ее научился выращивать и попробовал в салатах или в голубцах – больше к обычной капусте не возвращается.

Брюссельская капуста дает высокий стебель с саблевидными листьями на черешках. Многие не понимают ее главную особенность. Если в период роста рассады было прохладно, не выше +15 °C днем и +10 °C ночью, летом не очень жарко, около +22 °C, то осенью, когда температура по ночам становится ниже +10 °C, капуста всегда завязывает множество кочанчиков. В этот период морозы в –5…–7 °C ей не страшны. А вот если капусту выращивать в летнюю жару и ждать кочанов – то можно кроме листьев ничего не дождаться.

Предком брюссельской капусты была дикая листовая капуста, в средние века огородники Бельгии отобрали формы с кочанчиками, и она стала модной по всей Европе. Эта капуста – рекордсмен по белку, его в ней до 17 %.

Брюссельская капуста – деликатесный овощ, по биологической ценности превосходит все другие виды капусты. Она рекордсмен по содержанию солей калия, магния, железа, источник полноценного растительного белка, витаминов А, С, РР, других питательных веществ, легко усваивающихся организмом человека. Кроме того, это еще и красивое растение, особенно во время завязывания кочанчиков. А если по краю грядки с капустой посадить яркий салат типа Лолла Росса или анютины глазки, в середине грядки несколько высоких бархатцев, то у вас получится настоящий цветник, а не овощная грядка.

Капуста декоративная является также популярным садовым растением. Декоративные сорта используются в странах с умеренным климатом – для осенних клумб. Эти сорта ведут свое происхождение из Японии, где впервые оценили декоративные свойства капусты. В конце сезона, когда в садах становится мало цветущих растений, декоративная капуста является незаменимым растением для украшения клумб. Выведено множество сортов с яркой расцветкой, преимущественно – с зеленой окраской наружных листьев и белой или красно-пурпурной палитрой неплотной головки в центре. Растения формируют красивую розетку, напоминающую по форме раскрывающийся цветок. Особенностью декоративных сортов капусты является то, что наиболее интенсивную окраску растения приобретают при температуре ниже +10 °C.

Я, как врач, смотрю на все эти виды капуст без мистики, не считаю, что некоторые из них прямо-таки лечат и предотвращают болезни. Все проще: если на грядках у вас десяток видов капуст, от брокколи до кале, и все это может сохраняться в подвале и в морозилке, то вы получите великолепный продукт питания, содержащий белки и углеводы и при этом достаточно пищевых волокон. Этим капуста ценнее белой булки или картофельного пюре. Укропом, петрушкой и редисом сыт не будешь. А подавая на стол блюда из капусты разных видов, мы и сыты, и полностью удовлетворяем потребности в витаминах и микроэлементах, в антиоксидантах и пищевых волокнах и даже в белке.

Мы высаживаем следующие проверенные и доступные в продаже сорта капуст.

• Краснокочанная: Жар-птица, Ранняя Красавица и Калибос F1.

• Белокочанная: Ранняя Спринт F1, Нозоми F1.

• Позднеосенние засолочные сорта: Застольный F1.

• Зимние сорта для хранения: Доминанта F1, Килатон F1.

• Савойская капуста: Золотая ранняя, Вертю, Петровна.

• Брюссельская капуста: Боксер, Геркулес.

• Капуста кале: Красная F1.

• Капуста декоративная: Крейн биколор F1 смесь, Санрайз F1.

– Дети! А что полезнее: зеленый горошек или стручковая фасоль? – спросил я.

Основное достоинство тыквы для нас в том, что она хранится в комнате почти год и ее можно есть в сыром виде в зимнее время. Тыква вкуснее кабачка, в ней больше сахаров, и тыквой легче заменить вредные сладости для детей-сладкоежек.

Мы тыкву мелко натираем в сыром виде во все салаты, в основном в зимнее время. Любимое блюдо – тыквенная каша из пшена с кусочками кураги. Все оранжевое, все сочетается по вкусу.

В любые рагу из овощей стоит добавлять тыкву, чтобы уменьшить долю крахмалистого картофеля. Кроме этих простых, часто используемых блюд из тыквы описаны тысячи кулинарных изысков, как из тыквы, так и из кабачка. И все они полезны, относятся к диетическим блюдам, кроме витаминов и минералов обогащают рацион пектином, пищевыми волокнами и органическими кислотами.

Все, что я говорил об агротехнике кабачка, относится и к тыкве, но есть и особенности. Тыква дает плети, стелется иногда на десять метров, на опорах стремится вверх, поэтому высаживают ее реже или дают возможность заползать на заборы и сараи с южной стороны.

Тыква зреет 5 месяцев, у разных сортов разная потребность в САТ (сумме активных температур). Испытайте вначале, какие сорта вызревают в вашей зоне и на вашем конкретном участке при вашей агротехнике.

В любом случае, если подобрать скороспелые неприхотливые сорта и в начале июня высадить месячную рассаду, тыква вызревает и в Архангельске. Лишь бы вы защитили ее от поздних июньских заморозков. Заморозки – проблема и для меня, в городе ночью +5 °C, а приедешь на поле, листья в низинах у тыквы подморожены. Правда, взрослые растения обычно восстанавливаются, а вот высаженная рассада при –1 °C гибнет полностью.

Сортов тыквы много, интереснее купить гибриды F1 – Лесной орех, Конфетка, Румяная пышка или проверенные сорта – Волжская серая, Голосемянка, Витаминная, Лечебная, много и декоративных тыкв.

На грядках тыквы, как и кабачки, требуют регулярных поливов и органических подкормок, в поле, замульчированные навозом, растут сами по себе.

Идеальный способ выращивания тыквы на севере – это большую компостную кучу весной накрыть домиком из поликарбоната и посадить 3–5 тыкв семенами. Пусть корни растут все лето в тепличке, а в конце июня, приподняв торцы, надо выпустить плети во все стороны, чтобы тыква цвела и зрела при ярком солнечном освещении, а корни были в тепле.

Я увлекаюсь выращиванием гигантских тыкв. Раньше использовал минеральные подкормки, но когда перешел на органические методы – эффект проявился ярче, тыква не только росла крупнее, но, что немаловажно для северной зоны, ускорилось созревание растений, прохождение фаз развития.

Поделюсь наработанными секретами. На тыкве все нюансы органических методов проявляются нагляднее, чем, например, на томатах. Итак, под куст гигантской тыквы надо не меньше 10 ведер органики высыпать на площадку с хорошей супесчаной окультуренной почвой слоем 50 см.

Я делаю кучи с осени, весной сверху высыпаю пару ведер старого компоста и проливаю АКЧ, накрываю пленкой, чтобы куча рано прогрелась, биота активизировалась. Выращиваю рассаду тыкв сортов-гигантов в емкости не менее 2 л.

Сорта можно приобрести у любителей через интернет, на пробу можно купить Русский размер F 1.

Я делаю укрытие из пленки и высаживаю месячную рассаду тыквы, обычно 2 штуки на площадку, дальнейшая отбраковка имеет значение. Дожидаюсь, когда тыква даст по 2–3 плода на каждом растении, выбираю только один, который опережает все остальные в развитии, и все плоды и отстающее растение безжалостно удаляю. Затем удаляю все новые цветы и завязи, укорачиваю все боковые побеги, оставляя на них по 6–7 листьев. Главный побег у меня растет до августа без боковых плетей, потом и ему ослепляю верхушку. Получается большой куст с листвой, занимающей огромную площадь, и одной тыквой.

Каждую неделю на грядку высыпаю в виде мульчи по ведру компоста, точнее, перегнивший в течение года подстилочный навоз от коз и кроликов, стараюсь прикрыть плети, которые дали придаточные корни, получается, 12 ведер компоста я внес изначально и еще 10 высыпаю за лето.

Пару раз за лето локально добавляю по 3–4 ложки ОМУ картофельное, закапываю на 10 см рядом с центральной плетью с тыквой, по мере ее отрастания. Поливаю 2–3 раза в неделю обильно из бочки подогретой водой и всегда с добавлением АКЧ, разбавленного в 10 раз (в бочке). Идеально организовать капельный полив из этой бочки.

Но самый важный агроприем – это поддержание воздушности грунта под тыквой, влага без воздуха не может в полной мере активизировать почвенную биоту в компостной куче.

Поэтому я весной до посадки делаю из прочной пластиковой сетки (от старых оград) как бы пористые колбаски длиной 50 см и диаметром 3–4 см и втыкаю их в кучу компоста по 4 штуки на 1 м 2. Через них на всю толщу кучи постоянно проходит воздух, кроме этого компост у меня рыхлый, так как в нем много неперегнившей соломы и тонких веточек, которыми мы кормим животных. В таком компосте в теплых влажных условиях толстые белые корни распространяются длинной густой сетью и потребляют максимально возможное количество элементов питания, которое им поставляет почвенная биота, входящая в симбиоз с растением. Недостающие фосфор и калий высокосолевые корни берут из гранул ОМУ.

Частые опрыскивания листвы обычно предотвращают развитие мучнистой росы, которой страдают тыквы, растущие на минералке. С каждым годом результаты по выращиванию гигантских тыкв у меня все интереснее. Через год-два опишу эти опыты подробнее, с примерами и на других растениях. Этот пример я привел как классический опыт использования органических методов для выращивания овощей.

Хороший доступ воздуха к корням. Поэтому его лучше сеять на плодородных супесчаных почвах. У меня в поле такая почва создана. Рыхление почвы. Это способствует свободному доступу воздуха к корням растений. Я рыхлю только 5 см плоскорезом, лопату не использую. Под мульчей из полуперепревшего навоза глубокое рыхление делают почвенные инженеры – червячки и коллемболы, по-научному – мезобиота, которую я накормлю.

Арбуз – растение теплолюбивое. Для прорастания семенам арбуза необходимо, чтобы почва, как минимум, прогрелась до +15…+16 °C на глубину 10 см. Оптимальная же температура для появления всходов +25 °C. При такой температуре арбуз взойдет через неделю. При температуре почвы +13 °C арбуз не взойдет, а при +10 °C семена погибнут.

Для нормального роста и развития растению необходима температура +25…+30 °C. Среднесуточная температура не должна быть ниже +15 °C, а число солнечных, безморозных дней не должно быть меньше 120 (для ранних сортов – 100). То есть на протяжении всего вегетационного периода должна стоять сухая и солнечная погода. При снижении температуры до –1 °C растение погибает.

С учетом 30-дневной рассады, при высадке ее в начале июня и уборке урожая в конце августа у нас такие условия бывают в среднем четыре года из пяти. Риск уместен.

Арбузу требуется хорошая освещенность, поэтому его следует сеять только на солнечных местах. На моем поле солнца больше, чем в теплице и на грядках в городе.

Арбуз – растение засухоустойчивое, поливать его следует умеренно. Наибольшая потребность во влаге у него в начальный период и в момент образования завязей. Как только образовалась завязь, она начинает расти буквально не по дням, а по часам. Арбуз любит, чтобы корень был в тепле, это очень важно: «Ноги в тепле, голова в холоде». Лист резкую смену температуры между днем и ночью переносит вполне стойко, так как растение происходит из пустынь, которым это явление свойственно.

Поэтому главный мой секрет, который я применяю на поле, – мульчирующие агропанели из поликарбоната, которые повышают температуру почв. К тому же я поливаю почву АКЧ – это тоже повышает температуру почвы и стимулирует обменные процессы всего растения. Мои арбузы на неделю раньше зацветают, чем такие же на грядках у дома, и на 2–3 недели раньше созревают. Короткого северного лета им хватает.

• кислых, плотных или уплотняющихся почв, его не следует сажать на глинах или суглинках;

• сырых, переувлажненных мест;

• холодных почв;

• застоя холодного воздуха;

• полива холодной (ниже +20 °C) водой;

• свежего навоза (ни в почве, ни в качестве подкормок);

• избыточных доз минеральных удобрений;

• длительного похолодания, длительной пасмурной либо дождливой погоды.

Подробнее расскажу о первом моем опыте использавания агропанелей из поликарбоната в 2013 г. До этого я пробовал и черную пленку, и толстый полиэтилен в качестве мульчи для почвы. Не понравилось – много недостатков и неудобств. Сейчас я все свои гряды мульчирую рыхлой органикой (полуперепревшим навозом от кроликов и козочек). Такая мульча меня устраивает больше пленки.

Но для арбузов нужна более высокая температура почвы, особенно в мае – июне. Я взял куски старого поликарбоната, который отслужил свой срок на теплице, разрезал его на панели размером 1 х 0,5 м, проделал два отверстия (5 х 5 см) и положил на почву.

Траву в конце мая я скосил ножом мотокосы, но срезал растения у самой почвы. Выровнял участок. Разложил панели сравнительно редко (в 1,5–2 м друг от друга). Место, где положил панели, не перекапывал, а замульчировал ведром перегноя и прорыхлил поверхностно плоскорезом.

Сделал две лунки ломиком и на глубину 10 см положил по чайной ложке комплексного удобрения «Фертика» (локальная долгоиграющая подкормка). Все это закрыл панелями из поликарбоната, в отверстия высадил рассаду, а края панелей засыпал почвой, чтобы ветром не сдуло.

Получилось у меня все быстро и технологично. Нарезать 30 панелей с отверстиями болгаркой я смог за 30 минут. Подготовить участок в 1,5 сотки мотокосой, разложить панели и высадить рассаду мы с женой сумели за час.

За лето я два раза междурядья скашивал мотокосой, пока они все не покрылись плетями арбузов. И регулярно, обрабатывая картофель АКЧ, каждые 10–14 дней я попутно опрыскивал им и свою бахчу. Арбузы росли великолепно, через две недели зацвели. Рассада бурно пошла в рост через три дня после посадки.

Сорта арбузов бывают разные, сейчас мне нравятся сорта китайской селекции, такие как Пекинская радость, Деликатесный – очень вкусные и никогда не подводили. Но начинающим лучше использовать проверенные ранние – например, Сахарный малыш. Вот эти сорта я высаживал в прошлом и высадил в этом году.

Итак, более полутора месяцев – с середины августа – наша семья полностью обеспечивала себя арбузами, выращенными без пленки в поле, без особого ухода, без полива и подкормок. С себестоимостью ниже, чем на юге и в магазинах. А вкус? Не сравнить с привозными!

Семена дыни я никогда не замачиваю. Раньше барботировал в перекиси водорода, а в последние годы добавляю на 0,5 л воды 5 % биогумуса или старого компоста (полезные аэробные организмы), 0,5 % сладкой патоки (мелассы), помещаю в раствор подписанные семена в мешочках и сутки пропускаю воздух аквариумным компрессором. Получается обработка семян и «варка» АКЧ одновременно. Посадив семена, сразу поливаю этим АКЧ.

Очень важно самому провести калибровку семян. Для себя отобрать только самые крупные, отбраковать легковесные.

Субстрат для дынь должен быть на 100 % стерилен. Все тыквенные боятся корневых гнилей. Я беру импортный торф или кокосовое волокно и добавляю перлит (вермикулит) для рыхлости. Очень хорошо добавить глину в виде цеолита (из кошачьего туалета). Никакого биогумуса я не добавляю, на три недели роста в нем нет смысла. Достаточно поливать раз в неделю АКЧ и подкармливать огуречным кристаллином в концентрации не выше 0,1 %. Главное – обеспечить рыхлость и влагоемкость субстрата.

Первые 2–3 недели рассада дынь находится в теплице из поликарбоната; последнюю неделю перед посадкой – и днем, и ночью – на улице (лишь бы температура не падала ниже +5 °C). Высаживаем со 2 по 10 июня, риск заморозков в этот период снижается до 20 %.

Очень важно своевременно прищипывать побеги и удалять лишние завязи. Если арбузы я формирую в 3 плети, то у дынь, как и у огурцов, оставляю одну сильную плеть, а все боковые побеги прищипываю после появления на них первого цветка с завязавшимся плодиком. На кусте оставляю от трех до пяти плодов.

В поле у нас тыквенные никто не выращивает, поэтому специфических вредителей не замечал, а значит, и химических обработок делать не приходилось. В теплице досаждает паутинный клещ, на огородах – тля.

Основная беда в поле с органикой: кроты обязательно несколько агропанелей поднимут, выбрасывая почву холмиком. Вороны и грачи с соседних полей прилетают, увидев навоз сверху,  они пороются, достанут червяков и улетят.

Поливаю посадки обычно в первые недели, затем под теплыми агропанелями дыни дают стержневые корни и ищут воду на глубине. В земле с органикой элементов питания для дынь более чем достаточно, поэтому минеральных подкормок не делаю.

В этом году мы с внуками сделали 30 агропанелей и высадили 60 кустиков рассады дынь и арбузов. Сейчас середина июня, пошли первые плети с бутонами. Быстро пролетят два месяца, и мы будем дегустировать свои дыньки с настоящим дынным ароматом!

Ямы и траншеи под виноград я не копаю. На место посадки желательно насыпать сверху небольшой слой перегноя (если почва совсем неокультуренная) и посадить (лучше весной) приобретенный молодой саженец винограда.

Главное – первый месяц не кормить, а поливать. Замульчировать любой мульчей. А через месяц замульчировать уже перепревшим навозом, немного. На перегной положить сухую солому или подсушенную траву, но тонким слоем – не более 5 см. Это стимулирует грибы и микоризу естественным образом.

Не надо торопить события, не стоит поливать молодой саженец «органо-минеральными растворами»: этим мы его избалуем и можем задержать развитие полезных микроорганизмов. Однако я всегда использую полив стимуляторами ризосферы. Любыми, типа «Рибав» или «НВ 10».

Питания из внесенного перегноя на первый год с лихвой хватит. Главное – не пересушить корни. И чтобы лебеда и крапива не выросли выше саженца и его не заглушили.

Осенью в двух местах, отступая от стволика на 10–15 см, я делаю лунки глубиной около 15–20 см и вношу по 1 ст. л. долгоиграющих удобрений («Буйские ОМУ»). Пройдет 5 лет – черви и другие почвенные инженеры эту органику равномерно распределят на глубину до 30 см вглубь, создадут теплую пористую Живую Землю. Нужно только органику вносить регулярно! Немного! Поверхностно! Без перекопки! На такой энергетической подкормке в почве возникнет небывалое разнообразие жизни, возникнет естественная устойчивая экосистема, комфортная для корней.

Не слушайте тех, кто говорит, что корни вглубь не пойдут, а все будут под поверхностной мульчей. На моем винограде толстый корень идет вглубь более чем на метр. Он нужен на случай засухи. А мочковатые корни с микоризой и ризосферными азотофиксаторами проникают в теплую органическую мульчу снизу. Высокосолевые корни оплетают очаги долгоиграющих органо-минеральных удобрений и накапливают сахара в листве и запасы в древесине. С такими запасами, складами питания никакие природные катаклизмы винограду не страшны.

Итак, секреты мои просты:

• Приобретать только ранние сорта, непременно с рано вызревающей лозой.

• Заботиться о сумме активных температур воздуха.

• Заботиться о почве, сделать ее живой, воздушной, теплой.