Через два года после проведения всемирно известного Турнира «Голубые против Амазонок».

Вечером в квартире Петра Фурсенко раздался звонок.

— И кого это несет на ночь глядя? — бормотал он, зевая.

Открыл входную дверь, и… честно говоря, чуть не захлопнул. На пороге улыбаясь стоял Олениель.

— Ээээ, привет! Можно войти?

— Да-а-а… ээээ… проходи, — промямлил товарищ прапорщик, нехотя отодвигаясь.

Оли проскользнул внутрь, они вдвоем пошли на кухню. Петр Сергеевич чувствовал себя при этом немного неуютно, и разные мысли мелькали у него в голове. А что в это время думал Оли, он не знал. Надо сказать, что Олениель не в первый раз приходил к нему по делам, в основном, по вопросам лиги. Но обычно он приходил днем, и, как правило, в компании нескольких новобранцев. А тут пожаловал на ночь глядя, да еще одни. Было от чего напрячься.

Олениель присел молча на кухонный диванчик и уставился в угол.

— Вот только не надо говорить про любовь, — мысленно взмолился десантник.

Но эльф так и сидел, тогда хозяин согласно старой доброй традиции решил, что надо заняться чаем. Поставив чайник на плиту, Петр Сергеевич, стараясь не выдать легкой озабоченности, спросил:

— У тебя было ко мне дело, Оли?

— А? — тот очнулся, — Да нет. Вот зашел в гости. Вернее, да… Понимаешь, мне нужен твой совет.

Совет. У прапорщика отлегло от сердца, он даже повеселел.

— Ну, спрашивай, я весь внимание.

Эльф помялся, потом выдавил:

— Знаешь, я решил взять отпуск.

— Так это нормально, к амазонкам съездишь, отдохнешь.

Тот поморщился и продолжил:

— Да нет, мне не отдых нужен.

— Господи, только не это, — подумал Фурсенко, спокойствие как ветром сдуло.

А Оли вдруг заговорил о том, что ему там тесно, в Риверсиле, что ему нужно осмыслить… нужны новые эмоции, приключения…

— Ни *** себе… — слушал Петр Сергеевич и удивлялся.

Дело в том, что все, кто бывал в штаб квартире Голубой лиги Риверсила пару лет назад или раньше, были бы просто потрясены тем, чего новый Глава сумел добиться. А точнее, решили бы, что ошиблись адресом. Нет, дом стоял все на том же месте в центре Риверпонтоса, да только и внутри и снаружи все изменилось. Во-первых, новый Глава Голубой лиги Олениель приобрел кусок земли, примыкавший к зданию, в котором была штаб квартира, и устроил там огромный плац и тренировочное поле. И там ежедневно проводились сначала построения, а потом тренировки до седьмого пота. Новичков теперь принимали только после сдачи спортивных нормативов, и поверьте, нормативы были еще те! И дисциплина, дисциплина, дисциплина!

Куда подевались порочные, изнеженные, ленивые мальчишки! Контингент лиги радовал глаз спортивными фигурами, а по поводу их нравственной чистоты даже возникла поговорка: «Кристально чист, как голубой».

В общем, Олениелю удалось поднять престиж лиги на недосягаемую высоту. Первым делом, сразу по приезде с того достопамятного Турнира он привел в исполнение все свои замыслы: изменил Устав, стиль, а вместе этим изменился и весь образ жизни тех, кто желал быть членом этой организации.

Его Величество Эпамвлитанассиос I даже наградил Олениеля орденом за заслуги перед нацией! И ведь было за что, целое поколение молодых эльфов теперь получило воспитание в духе патриотизма и ориентировано на общегражданские ценности.

Он сделал это. Исполнил свой долг.

И даже вырастил себе смену.

Потому что, получив от жизни новое направление, его личность нуждалась в развитии. Что долго рассказывать, Оли, требовалось некоторое время побыть одному, осмыслить то, что ему удалось узнать, перейти на другой уровень, повидать мир. А после вернуться и продолжить свое дело.

Короче, им овладела муза дальних странствий.

А, говоря человеческим языком, ему захотелось в отпуск. Долгосрочный.

Оставив Голубую лигу в надежных руках, Оли подался в турфирму «Угол» как частное лицо, желающее заказать круиз по измерениям. Надо сказать, что менеджер «Угла» Арнольд к нему прекрасно относился, еще бы, постоянный клиент! И прием Олениелю оказали по первому разряду, никакой «быстрой упаковки». Даже скидку предоставили, 25 %.

Естественно, первый к кому он отправился, был прапорщик Фурсенко. Там, в Риверпонтосе, занимая пост Главы Голубой лиги, Оли часто обращался к нему за помощью, и новобранцев присылал на стажировку, да и вообще, испытывал к Петру Сергеевичу глубокое уважение, как к человеку мудрому, а главное находчивому. А теперь он просто хотел дружеского совета. Ибо, избрав путь одинокого воина на перепутье, следовало проконсультироваться у опытного воина, дабы знать, в какую сторону следует свернуть.

Товарищ Фурсенко слушал Олениеля, пока они сидели на кухне, попивая чай, и вдруг его осенило:

— Слушай, Оли, а ты когда-нибудь попадал в кораблекрушение?

— Что? Нет, конечно! Откуда?

Он даже закатил глаза:

— Какое кораблекрушение может быть в Риверпонтосе? Там же все порталами ходят.

— А вот ты представь… Оли, — прапорщик глядел прищуренными глазами вдаль и вещал, делая пассы руками, — Ты плывешь на корабле. Вдруг шторм! Корабль тонет, а ты спасаешься на обломках.

— Ээээ… спасаюсь на обломках?

— Да! И попадаешь на необитаемый остров!

— … Да…?

— Да. Бушующие волны, и все такое. А когда закончится шторм, ты обнаруживаешь себя совершенно одного на тропическом острове посреди океана. Пальмы, цветы, птички поют, водопад… просто райский уголок. Чем не приключение? Такой отпуск запомнится на всю жизнь!

Глаза эльфа зажглись, но потом в них мелькнуло сомнение:

— Да, согласен, это было бы потрясающе интересно. Но как я там жить буду?

— Прекрасно будешь жить. После кораблекрушения на берег всегда выбрасывает множество всякой утвари. Станешь охотиться, ловить рыбу, кругом красота! Построишь дом, будешь наслаждаться покоем после бури, совсем как в первозданном раю.

Прапорщик Фурсенко по виду Олениеля понял, что того до печенок проняли восхитительные картины райской жизни, осталось только закрепить результат:

— А как надоест заниматься созерцанием и самосовершенствованием, дашь знать. И тебя найдут.

— И что, это можно организовать?

— Можно. Только надо перетереть кое с кем. Ты давай, погуляй завтра по городу, а я все устрою.

За это они выпили. Того самого гномьего самогона, что Оли прихватил с собой из Риверпонтоса. После пели песни, правда, вполголоса. Ибо соседи, знаете ли. А таких магических штучек, как звуконепроницаемый полог или заклинание очистки в нашем мире не водится. Так что, посуду потом мыть пришлось старым добрым дедовским способом.

Петр Сергеевич вытирал стаканы и обдумывал детали плана, спонтанно созревшего у него в голове. И план этот был достоин самой Морриган…

— Знаешь, Петр Сергеевич, — неожиданно начал подвыпивший Оли, которого потянуло на откровенность, — Я ведь сначала был в тебя влюблен. С первого взгляда.

Петр Фурсенко чуть не взвыл, но Оли не собирался останавливаться:

— Но потом, когда познакомился с Ирениссой и девчонками, эти новые отношения меня отвлекли. А когда увидел, как тебя любят женщины… и вообще, — Оли задумчиво почесал макушку, — Когда увидел, насколько женщины тебе нравятся…

Да, товарищ прапорщик припомнил, как он тогда отжигал… Затряс головой, отгоняя картинки, тут же представшие перед глазами. А Оли решил закончить свою речь:

— Вот тогда я и понял, что глупо было бы испортить хорошую дружбу.

Петр Сергеевич крякнул, поставил стаканы на мойку и предложил:

— Оли, за дружбу надо выпить.

Они выпили еще, эльф потом завалился спать на коротком диванчике в кухне. Сам Фурсенко этот диван ненавидел. Как сядешь, так в сон клонит, а заснешь на нем — то ноги свисают, то голова. Просыпаешься весь перекореженный. Но эльфу, видимо, было комфортно, потому что, несмотря на свой высокий рост, он весьма успешно скрючился на диване и тихонько сопел, причмокивая во сне.

А Петр Фурсенко продолжил обдумывать детали своего плана. Когда план выкристаллизовался до хрустального звона, Петр Сергеевич, отечески прикрыл Олениеля пледом, а глаза светились скрытым лукавством. Да и вообще, его просто распирало от удовольствия.

На следующее утро они наскоро позавтракали, а потом товарищ Фурсенко, приняв таинственно-деловой вид, сообщил:

— Я пробегусь по нужным людям, а ты давай, гламор на уши — и по бутикам. Посмотришь, что у нас носят. Кстати, зайди в магазины «Охота и рыбалка»!

Оли оценил совет, сосредоточенно кивнул, а Петр Сергеевич махнул рукой и исчез в толпе.

Пока эльфийский кутюрье методично исследовал все новинки человеческой моды, прапорщик Фурсенко мотался как белка в колесе. Зато к обеду его план был выверен во всех инстанциях до мелочей. Встречались они с Оли в ресторане мегамолла, (представьте себе, это был тот самый гипермаркет, с проектирования которого и появилась на свет небеизвестная турфирма «Угол»!) эльф пришел раньше и теперь, набрав четыре разных вида пиццы, пытался определить, что же ему больше нравится. Петр Сергеевич подошел и сел за столик, эльф, проводивший дегустацию уже по второму кругу, вопросительно на него уставился:

— Ну? — прозвучало немного невнятно, Оли в этот момент жевал.

— Всё, — прапорщик с улыбкой шлепнул об стол пачку проспектов и билетов, на которых угадывался логотип «Угла», — По бонусному пакету. Всё включено!

— Ну, брат, — воскликнул эльф, вытирая губы салфеткой, — Спасибо!

Петр Фурсенко хлопнул его по плечу и хохотнул:

— Оли, это должно быть нечто незабываемое, ты даже не представляешь, какие опции там заказаны! Натурализм полный, все в соответствии с законом жанра. Все настоящее: чертов Мейн, Карибы, испанский галеон, обстановка, персонал, шторм, кораблекрушение. Короче, никакого суррогата!

Оли мечтательно воззрился на пачку билетов, сглотнул слюну и прошептал:

— Никакого суррогата…

Эх, не видел он в тот момент исполненных коварства хитрых глаз прапорщика… Впрочем, Петр Сергеевич был уверен, что бы ни случилось, все будет его эльфийскому другу только на пользу.

— Так, Оли, слушай внимательно.

Оли уже был весь внимание.

— Выезд у тебя сегодня вечером. Нам надо успеть подготовиться, закупить все необходимое.

— Я уже закупил… — под скептическим взглядом десантника эльф сник.

Действительно, откуда ему доподлинно знать, что может понадобиться при кораблекрушении? Однако Петр Сергеевич лишь кивнул и сказал серьезно:

— Хорошо, я все проверю. А сейчас, если ты доел, пошли.

Они прошлись по всем магазинам, которые десантник счел достойными внимания, и приобрели странные вещи, назначение коих для эльфа было загадкой. Товарищ Фурсенко обещал все объяснить позже. Потом в ближайшей примерочной кабинке разложили весь багаж, приобретенный Олениелем, и после долгого препирательства, от всех этих замечательных вещей осталось две пары джинсов и толстовка. Надо сказать, что когда через полчаса жарких споров они взъерошенные вылезли наружу, девушки продавщицы провожали их подозрительными рентгеновскими взглядами. Еще бы, из кабинки неслись такие возгласы!

Петр Сергеевич сделал строгое лицо и спросил:

— Чего уставились, дамы? Что, голубого не видели?

Дамы тут же фыркнули и отвернулись, а Оли зашептал:

— Петр Сергеевич, ты зачем девушек обидел?

— Оли, это разве девушки?

Эльф потрясенно уставился на него, по всем внешним данным это были точно девушки. А товарищ прапорщик продолжал:

— Это ж гибрид акулы с бензопилой! Оли, закрой рот, муха влетит. Поехали домой, Еще надо успеть теорию подтянуть, а времени всего ничего осталось.

Эльф только крякнул, поражаясь познаниям десантника, и молча проследовал за ним, думая, что это потрясающее определение стоит запомнить.

Дома ускоренным методом в голову несчастного эльфа были впихнуты познания по обращению с огнестрельным оружием, причем товарищ прапорщик упирал на то, что оружие любит ласку, чистку и смазку! Оли заслушался, проведя невольные параллели…

Когда Петр Сергеевич заканчивал свой краткий теоретический курс, в голове у эльфа творился полный винегрет. Однако, при всем при этом, вид у Оли бравый.

— Ничего, ничего, — подумал десантник, глядя на полностью оболваненного Олениеля, — Жизнь заставит, научится.

Вслух сказал:

— Сейчас нам пора в «Угол», у тебя через полчаса отправление.

— Ох, я не верю, что ввязался в эту авантюру, — глаза у эльфа блестели, а голос выдавал нетерпение.

— Так, присели на дорожку…

Зачем приседать, Оли не понял, но исправно выполнил команду.

— Теперь поехали. Оли, еще раз. Ты ничего не забыл?

— Нет, — эльф показал аккуратный водонепроницаемый рюкзак, наполненный всем необходимым.

— Хорошо. А теперь, — Петр Сергеевич сделал многозначительную паузу, — Инструкция!

И протянул Олениелю томик «Робинзона Крузо» со словами:

— Оли, это полная инструкция по поведению на необитаемом острове. Откроешь на месте.

Инструкция тоже отправилась в рюкзак. Через десять минут они уже входили в офис «Угла», где Олениеля с распростертыми объятиями встретил топ менеджер Арнольд. Остальное произошло быстро, ибо время — оно деньги. Потому что через несколько минут Оли должен был оказаться на палубе настоящего испанского галеона. Но эти несколько минут еще оставались, чтобы попрощаться, пожелать удачи, дать последние наставления. Последнее наставление Петра Сергеевича эльф услышал, уже почти исчезнув в воронке портала:

— Связь будешь держать бутылочной почтой.

Что такое бутылочная почта, Оли не знал. А если бы знал…

И вообще, если бы он знал, на что подписывается…

Просто за день до этого команда из четверых друзей-бизнесменов, желающих экстремально провести отпуск, с утра посетила турфирму «Угол» и приобрела бонусный пакет на эксклюзивный отдых. Джентльмены пожелали месяц побыть пиратами Карибского моря.

А двумя днями ранее, в турфирме побывала некая дама, тоже пожелавшая приобрести эксклюзивный пакет на экстремальный отдых. Дама пожелала, чтобы ее похитили и доставили на пиратский корабль. Ну, со всеми вытекающими последствиями, а также бонусами!

Команда топ менеджеров «Угла» просто не могла пройти мимо такой гениальной комбинации. Естественно, все три бонусных пакета некоторым образом совместили. Разумеется, с наибольшей выгодой для клиентов!

И, разумеется, прапорщик Фурсенко об этих планах турфирмы был осведомлен. Собственно, идея-то ему и принадлежала.

Проводив Оли в отпуск, Петр Сергеевич пошептался с Арнольдом и, за отдельное вознаграждение, был доставлен в офис госпожи Морриган. Все-таки десантник беспокоился за своего голубого эльфийского друга, да и посоветоваться с опытной свахой не мешало бы…

Олениель не в первый раз пользовался услугами «Угла», а потому совершенно бестрепетно принял приглашение войти в портал. Даже наоборот, он был настроен получать удовольствие от приключений. Удовольствие и только удовольствие.

Удовольствие…???

В первый момент Оли даже присел, ему показалось, что он попал в черный, дымный, кровавый ад.

На палубе того настоящего испанского галеона, где он со своими вещичками материализовался среди ночи, («Никакого суррогата»! Полный натурализм!), царил хаос, было отвратительно грязно, все затянуто дымом и покрыто кровью и потрохами! Вокруг носились чернявые, злобные и ужасно вонючие ублюдки рода человеческого, которых только с большой натяжкой можно было назвать людьми. Оскаленные бородатые рожи, окровавленные кошмарные ножи, пистолеты, пушки…

Шторм!!!

Шторм, тысяча чертей! И пираты, взявшие их на абордаж!

В обычное время Глава Голубой лиги Олениель был не робкого десятка, да и мечом владел отлично, но в такой ситуации… Оли все просчитал мгновенно и, сказав себе:

— Дружище, это не наша война, валим отсюда! — быстренько влез в незанятую еще шлюпку и обрубил фал.

Его с размаху плюхнуло в штормовое море, изрядно залив водой и приложив головой о борт, но главное, что он спасся. Оли теперь прекрасно понимал, почему эльфы никогда не ходят морем, и уж тем более, никогда не устраивают морских сражений. Упаси Господи!

Придя в себя, он стал лихорадочно грести к видневшемуся примерно в двух милях острову, а тем временем с палубы, уже объятой огнем, ему вслед неслись проклятия и пистолетные выстрелы тех самых испанцев, у которых он увел шлюпку. Оли благословил научно-технический прогресс (точнее, его отсутствие), который наступил значительно позднее того времени, куда он от большого ума отправился за свежими впечатлениями. Да, случись это все века через три, пистолеты стреляли бы кучнее и с большей точностью!

Однако, хвала Создателю, стрельба на палубе стихла, потому что пираты попросту согнали команду испанцев в кучку и увели на свой корабль, а чудесный галеон «Санта Лючия», предварительно разграбив, пустили ко дну. Олениель на какое-то время немного расслабился, глядя, как погружается в воду гордая посудина. Его шлюпку пираты не заметили, а если и заметили, то преследовать не стали.

И вот, напевая про себя старую добрую пиратскую песенку, которую он нашел в интернете, Оли налег на весла. Волны вздымались вокруг, клочья пены…

— Дружнее хо. Смелей йо-хо…

Замечательно! Мышцы с удовольствием воспринимали непривычную нагрузку, волосы трепал настоящий морской ветер, шторм бушевал вокруг. Однако в какой-то момент внимание Олениеля привлек странный грохот. У него даже хватило ума наконец-то повернуться к берегу лицом…

— Мама… Мама!!! — завопил бедный эльф.

Как не завопить, когда его несло на рифы, а волны, разбивавшиеся об острые камни, вздымали фонтаны брызг высотой с трехэтажный дом. Сами понимаете, сколь искренними и горячими были молитвы, которые перепуганный эльф возносил к небесам! И вообще, Оли именно тут осознал, что он еще совсем молод, что ему жить да жить, что он еще ничего путного не успел сделать, а уж какие обещания давал… Как говорится, гром не гремит, мужик не крестится.

Сообразительности несчастной жертвы кораблекрушения хватило на то, чтобы лечь на дно лодки и постараться слиться с ней в одно целое, потому что они уже входили в полосу прибоя. И, пока лодка его хоть как-то защищает, он, во всяком случае, не разобьется о камни. Дальше было нечто, почти не отложившееся в его памяти, но весьма напоминающее водный ад.

Утро было солнечным, ярким, безветренным, словно и не бушевало тут ничего этой ночью. Легкий ветерок шевелил пальмовые веера. По глазу Олениеля ползала муха, словно говоря:

— Пора, мой друг, отверзни взоры…

Он шлепнул себя по глазу и перевернулся на другой бок, но муха была упорная дама, она начала с любовью нацеловывать его в губы.

— Тьфу! Тьфу-тьфуууу!

Подскочив и ударившись головой о нечто большое, деревянное и странно нависающее над ним, как домик, Оли наконец-то проснулся окончательно. Все тело ныло, конечности отказывались сгибаться. Не сразу пришло осознание действительности, он довольно долго всматривался в обломки лодки над головой, пока понял, что…

— Ага! Я спасся!

Оказывается, эльфы тоже умеют исполнять ритуальные танцы туземцев. Точнее, все, и даже эльфы, становятся туземцами, когда обнаруживают себя спасшимися от кораблекрушения на необитаемом острове.

Когда припадок эйфории прошел, Олениель решил, что надо исследовать свои владения. Чудесно, мир без магии, никакого суррогата! Для начала кинулся искать свой рюкзак. Рюкзак обнаружился тут же, у самой лодки. Вод лодку, увы, разбило штормом, от нее остался кусок борта. Но это все-таки крыша над головой! Во всяком случае, пока не построит себе дом.

Дом.

Но сначала поесть.

Вот с едой была некоторая проблема, потому что еда где-то бегала, летала или плавала, и добровольно идти на обед к Олениелю не собиралась. Кстати, надо бы и воду найти…

Небольшой экскурс вглубь острова позволил обнаружить запасы пищи в виде недозрелых зеленых бананов и запасы воды в виде небольшого водопада. Жизнь определенно налаживалась. Правда он уже не был столь оптимистично настроен, когда, наевшись недозрелых фруктов, запил их сырой водой и получил то, что и должен был получить — расстройство желудка.

Но то были мелочи. Потому что к вечеру Оли уже соорудил себе импровизированный шалаш из пальмовых листьев и даже наловил крабов. А еще недалеко от того дивного места, которое он для себя облюбовал, обнаружилась поляна, засеянная травой, подозрительно напоминавшей коноплю. Спички в рюкзаке, конечно же, намокли во время шторма, но так за день-то отлично успели высохнуть, и вечером перед его зеленым жилищем полыхал веселый костерок, на котором пеклись крабы. Сам новоявленный «Робинзон» сидел у костра и попыхивал небольшой изящной самокруткой из местной конопли, которую он подвялил на жарком тропическом солнышке.

Вкусная здоровая еда, сизый дымок, веселящий сердце. Розовый закат. Звезды над головой. Пальмы вокруг. Невдалеке шумит прибой. Ни одной живой души. Рай.

Вот сейчас Оли с уверенностью мог бы сказать, что попал в первозданный рай.

— Петр Сергеич, ты просто гений, — пробормотал сонный эльф, заворачиваясь в пальмовый лист, призванный послужить ему одеялом, — Никогда не чувствовал себя таким счастливым…

Он погрузился в блаженный сон.

Утро опять было солнечным, ярким, безветренным. По щеке Олениеля опять ползала муха. В конце концов, ей удалось вытащить эльфа из объятий блаженного сна. И как только он проснулся, муха тут же исчезла. Девственная природа вокруг невольно настраивала на философский лад, а потому Оли, проанализировав действия мухи, пришел к выводу, что она поступает так исключительно из человеколюбия (или может, эльфолюбия?). Ибо! Без нее он проспит и рассвет и все утро до полудня. Нельзя проспать рассвет, каждый рассвет единственный в своем роде, а тем более, если это рассвет на необитаемом острове.

Продолжая мыслить в том направлении, Оли вылез из пальмового листа, служившего ему импровизированным одеялом. При свете дня его жилище, сооруженное вечером второпях, показалось эльфу совершенно несерьезным. Видимо, придется немного погуще положить пальмовых веток на крышу, а то слишком уж прозрачно.

Желудок напомнил о себе. Однако зеленые бананы вызвали неприятие, а крабов ловить и печь слишком долго. Придется искать…

А что искать? Что тут вообще съедобно, кроме бананов?

Инструкция!

Ахххха! Сейчас-сейчас… Мы тут все прочитаем…

Через пять минут Оли был уже не так оптимистично настроен. Даже закралась мысль, что десантник над ним немного поиздевался. Потом, по зрелом размышлении Олениель понял, что люди создают инструкции не для того, чтобы ими можно было пользоваться, а для порядка. Впрочем, кое-что он оттуда все же почерпнул.

В основном то, что выживание в экстремальных условиях требует нестандартных решений и сообразительности.

А потому, мстительно улыбаясь, собрал зеленых бананов, разжег костерок и — вуаля! Печеные бананы безвредны для его нежного эльфийского пищеварения!

Правда, абсолютно безвкусны.

В общем и целом, второе утро на необитаемом острове началось хорошо.

Остров, который принял Олениеля в свои гостеприимные необитаемые объятия, был даже больше, чем ему сначала показалось, и намного красивее. Позавтракав печеными бананами Оли все-таки вернулся к изучению инструкции. Даже выработал план действий. Сначала надо сходить на берег, посмотреть, что за дары вынесло вчерашним штормом, потом, отсортировать, потом…

В общем, тем эльф и занялся, и, поскольку нашел он на берегу множество интересных предметов, назначения большинства из которых он просто пока еще не знал. Но тащил в дом все! Потом разберется.

Незаметно подошло время кушать. Море в лагуне больше не вздымалось кошмарными волнами и столбами брызг, а ласкалось у самого бережка, словно котенок. Вода прозрачная, синяя, песок желтый, рыбки, крабы… Рыбок разноцветных было полно, если изловчиться, их можно ловить прямо руками. Котелок с корабельного камбуза на редкость удачно приплыл в ящике с посудой. У него будут даже тарелки, даже ножи и вилки! Нет, жизнь точно прекрасна.

Особенно после еды. А еще и самокруточку засмолить…

Кайф.

Оли решил немного вздремнуть после сытного обеда.

Проклятая муха с ее человеколюбием!

Но в общем да, просыпаться надо, иначе, что потом делать ночью? Может и правда, мухи стремятся упорядочить нашу жизнь?

Внимательное изучение всего найденного на берегу добра принесло полное удовлетворение. Тут было все. Посуда, парусина, сундук с одеждой, а в сундуке (поразительно, как оно все не утонуло от собственной тяжести!), обнаружилось потайное отделение, где хранились монеты и кое-какие украшения. Оли умиленно воззрился на свой первый пиратский клад и прошептал:

— Пиастры…

Еще нашлось ящики, оружие, навигационные приборы, бочонок вина (!), перец(!), соль(!) и прочая и прочая. Сундуков, сундучков и ящиков было много. Так что даже некоторое подобие стен можно было устроить, а обрывки паруса пойдут на покрытие.

Но это он собирался сделать завтра. Потому что спешить не было никакого смысла, все, что он будет делать, будет делаться только для удовольствия.

Потом Оли разжег костер, испек крабов. Сегодня вечером у него были крабы под белым вином. А на десерт — немного веселящего дымка.

— Кто бы ни насадил здесь эту коноплю, — думал про себя счастливый любитель приключений, пыхая самокруткой, — Дай Бог ему здоровья.

Хотя, моментами в его голову и закрадывалась мысль, что если есть делянка конопли, есть и те, кто ее тут собирает. Но мысли эти уплывали вглубь сознания, как далекие и маловероятные. Завтра он снова пойдет на берег, поискать, что еще ему подарит море, а потом займется обустройством своего дома. Жизнь точно прекрасна.

Жизнь была прекрасна еще шесть дней.

На седьмой на горизонте появилось резвое трехмачтовое судно, которое на всех парусах неслось к берегу. Оли заволновался, как-то не было желания снова сталкиваться с пиратами, уж очень неприятные ассоциации они у него вызывали. А потому он стал маскировать свое жилище пальмовыми листьями и ветками быстрее, чем ящерица зарывается в песок. Через полчаса дом эльфа напоминал непроходимую чащу из колючих веток, листьев и песка. Так что, когда непонятное судно остановилось в паре миль от берега и спустило на воду шлюпку, Олениель был замаскирован в своем блиндаже и сидел в засаде, готовый дорого продать свою шкуру и все блага цивилизации, подаренные ему кораблекрушением.

Однако пираты были (а это были именно пираты) какие-то странные…

Шлюпка подошла к берегу, из нее выскочили четверо мужиков в живописных лохмотьях, подхватили под руки вопящую и размахивающую руками даму в пышном кринолине с огромным декольте. Быстренько ссадили ее на песок посреди пляжа, быстренько покидали рядом какие-то пожитки и быстро-быстро прыгнули обратно в лодку. И уж совсем быстро заработали веслами, словно стремясь успеть удрать подальше, а то дамочка еще решит броситься за ними вдогонку и накостыляет им по шеям. А дама все это время бегала по берегу, грозя им кулаком и ругаясь, на чем свет стоит.

Оли, скрытый в своем убежище смеялся так, что чуть живот не надорвал.

Однако пираты благополучно добрались до своего судна, с потрясающей скоростью втянули на борт лодку и были таковы. Только паруса мелькнули на горизонте.

Наблюдая все это действо, Оли пришел к выводу, что пираты просто сбежали. Должно быть, были несказанно счастливы, избавившись от дамы в кринолине. Ибо означенная дама и не думала успокаиваться, она металась по берегу, тряся юбками и рыча, как разъяренная тигрица. Эльф в жизни не слышал таких проклятий и таких ругательных комбинаций.

Он еще некоторое время посмеивался, но тревожный сигнал опасности вдруг включился в мозгу и постепенно Оли осознал масштаб катастрофы. Словно капля яда, в сознании оформилась мысль, что в ЕГО первозданный рай проник злобный демон, и теперь ОН с этой фурией заперт на одном острове.

Мама!

И спасения ждать неоткуда.

Инструкция! Эльф судорожно стал искать книжку про Робинзона Крузо. Что там Петр Сергеич говорил про бутылочную почту…

Ха-ха-ха…

Оли был близок к смеховой истерике. Ему еще тогда, в офисе «Угла» показалось странным это словосочетание, но в тот момент он был слишком увлечен, чтобы почувствовать подвох. Так значит, письмо положить в бутылку, закупорить и пусть плывет в море?

Ха-ха-ха…!!!

И плавать она будет до скончания веков!

Нет, бывали конечно случаи, когда бутылку вылавливал какой-нибудь рыбак лет через десять! Ай да Петр Сергеич! Ай да…!!!

Внезапно эльф успокоился. Хорошо. Спасения ждать неоткуда, значит, будем спасаться сами. Так-так-так…

Что там у Даниэля Дэфо в «Робинзоне Крузо»? А… Лодка…

Олениель бессильно простонал. Лодку Робинзон строил несколько лет…

Может, плот?

А может, само рассосется…

А дама на берегу между тем успокоилась и присела на сундучок, опершись подбородком на согнутую руку, второй рукой механически разглаживая складки на пышной юбке. Пригорюнилась. Эльф глянул на нее из своего убежища и снова уткнулся в инструкцию по выживанию.

Потом, не сразу, а через некоторое время в нем проснулось это отвратительное чувство ложной заботы. Оли пытался не поддаваться, но проклятые ростки сочувствия пробивались сквозь броню невозмутимого спокойствия. Под конец он плюнул, оторвался от своей книжки и вылез из убежища.

Не поймите его превратно. Он вовсе не собирался приглашать это шумное зобное чудовище в свой тихий холостяцкий рай. Просто ему стало жаль даму. Одна на необитаемом острове среди океана. Это, знаете ли…

Эльф содрогнулся, представив себя на ее месте. (Самое странное было то, что на своем месте ему эта перспектива очень нравилась). Да. Придется поддержать морально, показать, что… Чисто из уважения к подружкам-амазонкам. Нет! Помощь ей оказывать он не собирался. Просто обозначить присутствие.

Юлия Самохина, так звали даму, купившую бонусный тур на пиратский корабль, чувствовала себя преданной, обманутой и безжалостно выкинутой на обочину жизни.

— Гадские пираты, — бормотала она, — Козлы! Подкаблучники! Еще хуже, чем мой бывший! Тот, во всяком случае, терпел целых полгода, прежде чем побежать жаловаться мамочке. Уроды! Еще пираты называются. Подумать только! Я-то думала, нормальные мужики, а они… Всего лишь заикнулась, что власть на корабле неплохо было взять в свои руки — тут же сдали меня капитану! А этот бородатый сморчок?! Домогался меня, суслик плешивый! А как получил по рогам — так сразу на берег?! На необитаемый остров!? Чтобы вы все там обо***рались… Что ж я теперь, весь отпуск тут просижу?!

Она-то хотела всего лишь приятно провести свой законный отпуск. Есть же у каждого человека тайные желания. Так вот Юле хотелось попасть на пиратский корабль, а потом привлечь на свою сторону часть команды, устроить бунт и захватить его. И плавать под черным флагом, на котором бы жизнерадостно улыбался веселый Роджер.

Ммммм… Быть грозой морей… Морские бои, абордажи, пиастры!

Пленных не брать… Нет, наверное, брать. И требовать за них выкуп! Тройной вес золотом в полной амуниции и с оружием! Нет, пожалуй, без оружия. Эх…

А теперь сиди тут, на песке в блестящем одиночестве. Жди, пока отпуск закончится. И все из-за того, что те четыре урода струсили!

Она собиралась было продолжить возмущаться, как вдруг просто застыла с открытым ртом от изумления. Из бесформенного завала в отдалении вышел мужчина. Высокий, стройный голубоглазый блондин с длинными волосами. Красивый. Ужасно интеллигентный и ухоженный, так ей во всяком случае показалось.

— Аполлон, блин… — подумалось даме, уже не ожидавшей от судьбы такого подарка.

Юля протерла глаза, понимая, что это просто не может быть правдой, потому что таких мужиков просто не бывает! Его волосы блестели, как после салона красоты! Она могла бы поклясться, что у него и ногти чистые!

Однако мужик оказался всамделишный. Важно прошествовал по пляжу, не глядя в ее сторону, взял что-то в дальних кустах и направился опять к той норе, откуда появился.

Нет-нет-нет! Куда это он?!

— Эй! Вы куда…?

Слова замерзли в глотке от того ледяного взгляда, которым ее наградил блондинистый аполлон. Он остановился, повернулся к ней, демонстрируя всем своим видом холодное и неприступное презрение, потом, не произнеся ни слова, исчез среди груды веток.

Вот тут Самохина почувствовала, что мир снова заиграл яркими красками. В душе даже соловьи запели. Какой ухоженный красавчик… У него наверняка есть лодка! Как-то же он сюда попал? И вообще, вдвоем не так скучно, подумала новоявленный капитан Флинт, и даже запела от удовольствия:

— Пятнадцать человек на сундук мертвеца! Йо-хо-хо и бутылка рома!

Бедный Оли, он даже не подозревал, что за птица залетела на его мирный островок.

«Бедный Оли».

Только так и не иначе он мысленно к себе обращался.

Потому что эта дамочка, которую по простосердечию решил пожалеть, превратила его жизнь в кошмар.

Во-первых, она как увидела его, незамедлительно накинулась с расспросами. Как будто не понятно, что он ее игнорирует! Но ей, видимо, не понятно!

Потом пыталась протиснуться в его жилище! Подумать только!

Еле отогнал…

Так она не успокоилась, стала строить свой шалаш в ста метрах от его. Никакой возможности уединиться! Теперь, чтобы сходить… ээээ… сходить, в общем, приходилось отправляться за три девять земель. И прощай вечернее купание голышом, и утренние солнечные ванны!

Не говоря уже об охоте и рыбалке.

Она буквально караулила каждый его шаг. Стоило Оли появиться за пределами его убежища, как дамочка тут же начинала приставать со своими расспросами, навязывать ему свои советы, поучать… Поучать! То он не так наживку цепляет, то удочку не так забрасывает! То лук не так натягивает!

Эльфа… Нет! Нет, не так. НЕТ! ЭЛЬФА она будет учить, как натягивать лук!?!

Но он на все ее речи гордо молчал.

Однако в результате ее громогласных воплей вся рыба пряталась и вся дичь разбегалась. Приходилось эльфу делать вид, что его больше привлекает вегетарианская пища. А эта ехидная мегера начинала над ним глумиться. И что уже самое обидное, ей хорошо удавалась и охота и рыбалка.

Вообще-то, слава Богу, Олениелю еще удавалось держать себя в руках и не терять гламор. Если это чудовище в юбке узнает, что он не просто мужик, а еще и эльф…

Оли где-то читал, что убийство в состоянии аффекта, убийством не считается. Просто руки не хотелось пачкать. С самого первого дня Оли уверился в том, что жизни теперь на острове не будет. Так оно и вышло! И бессмысленно совать письма в бутылку и отправлять по водам! Лодку надо строить! Л-о-д-к-у! И валить-валить-валить отсюда! Хоть на край света!

Вот лодку он и строил. Прямо у себя в шалаше. Правда пришлось шалаш немного расширить и увеличить в высоту, но работа продвигалась быстро. Лодка скоро будет готова, и тогда…

Ой-хо! Ой-хо! Он махнет этому острову ручкой и скроется в голубой дали. А эта мегера пусть сидит тут одна.

Так прошло три недели.

Лодка была уже почти готова. В строительство пошло все, все, что удалось в свое время натаскать из обломков того дивного испанского галеона, на котором он сюда и прибыл.

Перелом в отношениях жильцов острова произошел на двадцать второй день, прямо с утра.

На острове (оставалось загадкой, откуда он тут взялся), появился огромный варан. Заметьте, не крокодил, как логично было бы предположить, а именно варан. Оли мог поклясться, что раньше варана здесь не было, впрочем… И еще ему казалось, что он этого варана где-то видел….

Ничего удивительного, ибо варана этого звали Солер, раньше он работал ездовым ящером у госпожи Морриган, а когда та вышла замуж за черного дракона Хорхеса Черного, варан поступил на службу к богине межмировой журналистики, по совместительству супруге Владыки демонов, госпоже Федре. И с согласия вышеозначенной Федры, принял участие в очередной авантюре, затеянной его бывшей хозяйкой. Да, Солер с удовольствием вспоминал те недолгие, но блаженные времена, когда они с Морриган носились по мирам… Конечно, он согласился!

Так вот, прекрасное тропическое утро Олениеля было отравлено истерическим визгом несносной соседки, потому что именно в ее шалаш зубастое чудовище и решило наведаться. Конечно, некое злорадное чувство разливалось в душе эльфа, но он все-таки решил вмешаться. Все-таки дама в беде… ради его дружбы с амазонками…

Короче говоря, эльф с голым торсом но в полном боевом вооружении ворвался в ту бесформенную кучу пальмовых листьев, которую эта женщина называла шалашом. И застыл. Потому что глазам его представилась интересная картина. Дамочка изо всех сил лупила заблудшего ящера сумочкой по морде, при этом вопя дурным голосом и отрезая ему все пути к отступлению. Несчастный ящер в ужасе метался, пытаясь спастись от разъяренного чудовища.

Оли издал потрясенный возглас.

Его услышали. Сражение мгновенно прекратилось, дама подкатила глазки и красиво упала в обморок, а варан, не долго думая, воспользовался шансом и сделал ноги. И делал он это быстро-быстро, так что пятки сверкали. Умчался прямо под крылышко мамочки Морриган, которая вместе с Верой Громовой, давилась от смеха, наблюдая за всем этим безобразием из укрытия. А потом взяли Солера и ушли обратно в офис «Угла».

Остался ошарашенный эльф с дамой один на один.

Юля Самохина чуть не завизжала от радости, когда ей, наконец (!) удалось выманить мужика из его норы. Она даже перестала лупить этого глупого ящера, посмевшего залезть в ее импровизированную спальню. Она даже была ему благодарна!

— Мммм, а мужик-то ничего, кубики на прессике, бицепсы, трицепсы, и все такое…

Юля не стала терять времени даром. Обморок. Самое надежное и действенное средство.

И как хорошо, что на ней кружевное белье от Шанель…

Черт… И что теперь с ней делать? Олениелю еще не приходилось приводить в чувство обморочных дам. Он судорожно вспоминал все, что знал об оказании первой помощи, и морщил лоб, а сам при этом разглядывал нижнее белье Самохиной.

Ээээ, как специалист, в смысле, как модельер, он высоко оценил стиль и внешний вид, и качество шитья, и красоту узоров на кружевах. Как нормальный голубой эльф, разумеется, возжелал нечто подобное когда-нибудь примерить, а как мужчина, оказывающий помощь даме, задумался над тем, как же это былье снимается.

В смысле, надо же сделать искусственное дыхание, он все-таки вспомнил, как оно называлось. Так. Для этого ее надо вынести на воздух и положить на спину. Оли огляделся, кругом песок, надо бы что-то под нее подложить. А это что-то у него в шалаше. Чуть было не пошел к себе в шалаш с ней на руках, вовремя одумался. Прислонил бесчувственную даму к пальме и пошел за куском паруса.

Юля, когда он ее прислонил к пальме и ушел, чуть не взорвалась от возмущения, но, увидев, что он возвращается с большой тряпкой в руках, тут же закрыла глаза и прикинулась умирающим лебедем.

Оли вернулся. Дамочка и не думала приходить в себя. Он вздохнул, потому как втайне надеялся, то та как-нибудь сама поправится. Увы.

Расстелив кусок паруса на песке (а Юля все это время постоянно следила за ним из-под ресниц), эльф аккуратно поднял даму на руки и устроил на тряпке. Убрал волосы с лица. Долго примеривался, с чего начать. С массажа грудной клетки или с искусственного дыхания. Как-то заниматься искусственным дыханием ему не хотелось, а вдруг дама не стерильна? Решил начать с массажа.

И как… ээээ? Ээээ… как…? Грудь-то у нее совсем не как у нормальных эльфийских парней?! Солидные полушария, плотно обхваченные кружевными чашечками, маячили у него перед носом. Как это массировать? Выпуклости явно будут мешать.

— Тут и до грудной клетки-то не доберешься… Ладно, надо попробовать снять это сооружение… — бормотал эльф, расстегивая бюстгальтер на косточках.

Самохина притворялась бездыханной тушкой и молчала как партизан. Пока все шло просто отлично, немного медленно, правда. Однако, когда этот мужик, сняв с нее лифчик, стал прикладывать его себе и вертеть головой, она не выдержала:

— Кх-Кххммм!!!

Но двигаться не стала и глаза так и не открыла.

Оли смутился, словно его поймали на месте преступления, отбросил в сторону кружевной лифчик и кинулся исполнять массаж грудной клетки, плюнув на то, что торчащие не к месту округлости будут мешать. Как ни странно, не помешали…

Правда дама так и не приходила в чувство. Видимо, все-таки придется делать дыхание рот в рот. Впрочем, оставалось еще одно верное средство! Оли только сейчас о нем вспомнил. Он примерился и слегка шлепнул даму по лицу.

А средство-то оказалось самым действенным!

Дама тут же открыла глаза и возмущенно уставилась на него. Оли чуть не отшатнулся от неожиданности. Юля, видя, что мужик близок к панике, тут же сделала томное выражение лица и пропела:

— Благодарю вас, вы мой спаситель.

А спаситель между тем то пялился на ее голый бюст, то оглядывался на свой спасительный шалаш, примериваясь, как бы лучше удрать.

— Так, мужик не сбежал бы, надо брать быка за рога, — подумала Самохина, — А меня Юля зовут. А Вас?

Главное, побольше сиропа в улыбку. Кажется, подействовало…

— Мме-меня… О-оли.

— О-оли, красивое имя, — она уже вовсю строила глазки, даже и не думая прикрыть свои полуобнаженные телеса, в надежде привлечь ими эльфа.

Голубого эльфа?

— Оли, — четко сказал эльф, протягивая ей бюстгальтер, — Это ваше.

Не удержался и добавил:

— Отличное белье. Где покупали?

— О! Ты не поверишь! Была распродажа в бутике…

Ну вот. Так вот и был сломан лед.

Оказывается, отношения могут быть построены на совершенно разных почвах. И те, что строятся на почве тайн шопинга ничем не уступают тем, что построены на обычной… на датской. В смысле, на эротической. Оли не мог не признать, что эта Юля оказалась замечательной бабой. У нее такие познания в делах моды, и вообще.

Вообще, что говорить…

Утратил эльф бдительность. Сначала дал ей померить свои джинсы (тостовку правда не дал — растянет), потом и вовсе допустил эту змею в святая святых — в свой шалаш. Решил похвастаться своим первым пиратским кладом.

А Юля увидела лодку. Это же то, о чем она мечтала, чтобы убраться отсюда! После этого коварная женщина ни о чем больше думать не могла. Решение проблемы пришло довольно быстро. Поскольку она теперь не мешала эльфу охотиться, тому удалось подстрелить кабанчика. Кабанчик — это королевский ужин! А к королевскому ужину положена выпивка. Ну, выпивки у них было полно, но эльф вспомнил, что есть же еще и конопля! Вот тут-то он легкомысленно и показал ей ту конопляную полянку…

Ужин прошел замечательно, просто отлично! Она даже сама мясо поджарила! Даже на пальмовых листьях разложила, и палочки вместо вилок приспособила. (Посуду и приборы Оли решил не выносить, вдруг разобьет или потеряет) Бананов напекла… Потом свернула два гигантских косяка, один ему, другой себе.

Вот это был кайф!

Перед тем, как заснуть прямо у костра богатырским сном, обожратый, упитый и укуренный Оли даже подумал, что с женщиной вполне можно ужиться.

Юля с теплой улыбкой смотрела на заснувшего блондинчика. Славный, милый парень, такой интеллигентный, прямо до мозга костей. Красавчик.

Но, судя по всему, голубой.

Впрочем, ей до этого не было никакого дела, морские приключения ждали ее. Еще с вечера заметила за дальним мысом кусочек кормы того самого корабля, с которого ее ссадили те трусливые козлы. Ну ничего, фактор внезапности еще никто не отменял. Она им покажет, как надо правильно корабли угонять!

Самохина надела Олины джинсы, немного подумала, и все же надела его любимую толстовку. Чмокнула спящего парня в лоб и прошептала:

— Прости, малыш. Мне пора.

А потом спустила лодку на воду и исчезла в ночи, чтобы объявиться в пиратском мире новым капитаном — Самой страшной грозой морей.

Оли утром проснулся, огляделся…

Ни лодки, ни бабы! Ни джинсов! Ни толстовки!!!

— Коварная мерзавка! Обманщица! Манипуляторша! Стерва! Пиратка! Гибрид акулы с бензопилой!!!

Он поддел ногой корягу, ушиб палец и скривился от злости. Обманутый и ограбленный голубой эльф метался по берегу, изрыгая проклятия и призывая понос, герпес и прочие кары небесные на бесстыжую предательницу. Не зря она все пялилась в сторону корабля, который Оли еще днем заметил, когда ходил на охоту!

Всё!!! Отпуск безнадежно испорчен! Осталось только вырваться отсюда, но как? Оооо!! Но если он вырвется, он страшно отомстит этой гадине! Страшно отомстит…

В этот самый момент Оли заметил паруса на горизонте. Тут же застыл, а потом ловко скрылся в кустах. Корабль медленно, но верно приближался к берегу. Очевидно, желая пополнить запасы пресной воды и пищи.

— Плывите, голуби, плывите, — процедил сквозь зубы Олениель, глядя, как от борта отделилось две шлюпки и направилось к берегу.

В теперешнем состоянии его уже не пугали пираты, наоборот, это им следовало бы его бояться, потому что эльф созрел для того, чтобы самому наводить ужас на тех, кто легкомысленно рискует бороздить воды этих морей.

Шлюпки причалили к берегу, из них вывалились какие-то подозрительные типы в очень странных одеждах и вытащили лодки на песок. Широченные штаны, и как у них только ноги в них не заплетаются? На головах какие-то кули из ткани наверчены, словно капуста. Оли таких еще не видел. Впрочем, ему было плевать, во что эти типы одеты, он зорко следил за тем, что они собираются делать. Ага. Как он и предполагал! Сбились в кружок, покричали, отчаянно жестикулируя, и пошли вглубь острова.

Беззвучный смех, который издал Оли отдавал изрядной долей суперзлодейства и суперковарства. Эльф еще раньше сползал в шалаш, прихватил с собой почти все свое оружие и навигационные приборы, а теперь дождался, когда пестрая толпа скроется из вида, и только потом незаметно подкрался к лодкам. Осмотрелся. Рядом никого, с корабля никто не наблюдает. Тихо спустил одну из шлюпок на воду, какое-то время сидел пригнувшись и греб одной рукой, а, отплыв подальше, со всей своей эльфийской силой налег на весла.

К кораблю подходил осторожно, греб одним веслом, стараясь не плескать. Тихо, даже дежурных не выставили. Непорядок, но тем лучше для нас! Зашел со стороны кормы, вскарабкался по якорной цепи и влез в открытое окно какой-то каюты. И тут пусто! Что корабль вымер, что ли?

Пока Оли соображал, куда девалась остальная команда, в каюту вплыл круглый человечек в таких же странных шмотках. Они уставились друг на друга, разинув рот. Человечек первым пришел в себя и, видимо, решил заорать во весь голос. Но Олениель уже имел некоторый опыт общения с пиратами, более того, угнав сегодня лодку, он сам решил ступить на этот путь! И тысяча чертей! Ему уже нравилось быть пиратом!

А потому Оли вытащил из-за пояса большую саблю, человечек сразу показал, что он готов к сотрудничеству, вытянув руки вперед и зашептав:

— Что ты, что ты, дорогой?! Проходи, садись, гостем будешь!

— Спасибо! — про себя добавил, — Только я буду на этом корабле не гостем, а хозяином.

Человечек расплылся в улыбке. Но Оли еще не все сказал:

— Ты капитан?

— Нет, — человечек состроил гримасу, развел руками и сказал, — Я султан. И это мой корабль.

При этом попятился, и руки его потянулись к дверной ручке.

— А я эльф, — ответил Оли, — Руки. Отойди от двери. Молодец. Где капитан?

— Там, — круглый сделал жест в сторону двери.

— Зови капитана.

Оли внезапно оказался очень близко от круглого человечка, а его сабля прямо у его горла.

— За-зачем? Если тебе нужно куда-то мы тебя доставим без всяких вопросов…

— Мне. Нужно. Догнать одну мерзкую бабу, которая угнала у меня мою лодку. И нагло забрала себе мои джинсы и любимую толстовку! А для этого мне нужен корабль.

— Оооо! Так ты тоже страдаешь по милости этих коварных созданий?! — султан переключился на тему, которая его больше волновала, — Окаянные бабы, они меня извели! Вечно всем недовольны! Все им мало! Чудовища…

Султан стащил с головы капусту из пестрых тряпок и потер лысину, потом поднял глаза на Оли и пожаловался:

— Знаешь, как мне тяжело с ними?! Как султан, я обязан иметь гарем, и я имею… Вернее… Это он имеет меня…

Человечек пригорюнился, вздохнул и совсем уж упавшим голосом проговорил:

— Как я устал от этих ненасытных женщин…

Эльфу Оли стало его по-человечески жалко. Уж он-то мог понять этого султана, сам недавно натерпелся. Вдруг в голове у эльфа промелькнула гениальная мысль.

— Слушай, султан, тут есть необитаемый остров. Я там жил просто прекрасно, пока черт не принес эту мерзкую бабу… Но это к делу не относится… Короче. На острове есть все: еда, шалаш, конопля, — эльф многозначительно поднял указательный палец, а у султана задергался глаз, — И никаких женщин!

— Не врешь?!

— Вот те крест! — Оли очень вовремя вспомнил одно из выражений прапорщика Фурсенко.

Султан застыл в прострации, пытаясь решить, как быть. И тут Оли подтолкнул его к принятию правильного решения:

— Ну что, давай меняться? Я тебе необитаемый остров и полную свободу, а ты мне корабль? — видя, что человечек колеблется, эльф снова вспомнил прапорщика Фурсенко и произнес коронную фразу, — В конце концов, если не понравится, всегда есть бутылочная почта. Напишешь, и за тобой приедут.

Это был забойный аргумент. Султан, по-прежнему подмигивая от нервности позвал капитана в каюту и вкратце рассказал, что на время его отсутствия, хозяином судна назначается:

— Как тебя зовут? — спросил он эльфа.

— Олениель, — ответил тот, изящно поклонившись.

Капитан давно привык к капризам султана, он просто кивнул и спокойно удалился. Пришло время меняться, Оли подвел кругленького султана к окну и показал шлюпку.

— Вот он, твой путь к свободе!

— Спасибо, друг.

Он уже почти вылез в окно, но обернулся и сказал, как-то странно прищурившись:

— Ты не мог бы попрощаться вместо меня с моим гаремом?

Оли был сейчас в слишком хорошем настроении, чтобы почуять в этих словах подвох, кроме того, он совершенно не был знаком с восточным коварством. А потому он обещал. Султан нырнул в окошко, глаза его при этом с надеждой взирали на островок, видневшийся невдалеке, а губы расплылись в счастливой улыбке.

Ну вот. Пиратом оказалось быть совсем не плохо. Даже не пришлось никому кровь пускать. Оли с удовольствием растянулся в кресле, покрутил в руках пресс-папье, отпил шербета. Потрогал кисточки на подушке, на которой сидел, поглазел на карту. Прошелся туда, прошелся сюда, прилег… И вспомнил о своем обещании. Что ж, в том, чтобы попрощаться нет ничего сложного.

На его вопрос, где находится гарем, капитан как-то странно взглянул на эльфа и дрожащей рукой указал в направлении двери, на которой висел большой амбарный замок. Оли подивился, но ничего не сказал, просто взял ключ у капитана и пошел исполнить долг вежливости, не заметив, что капитан смотрит ему вслед испуганными глазами, а губы его что-то шепчут. Похоже, слова молитвы.

Замок щелкнул и открылся, Оли оглянулся на капитана, но того и след простыл, на палубе не было ни души, эльф пожал плечами и вошел.

Тут было просторно. Видимо, помещение, где султан хранил свое главное сокровище, было довольно вместительным и состояло из нескольких комнат. Эльф даже подивился, откуда столько кают на корабле, но не стал заморачиваться на эту тему. В конце концов, поздоровается, попрощается от лица султана и пойдет. Эх, жаль, не спросил султана, как его зовут…

Сначала вроде ничего не происходило, гостиная была пуста. Олениель стал осматривать обстановку. Необычно, интересные ткани, драпирующиеся так, что вся комната получалась как большой яркий шатер. Низкие диваны и множество подушек, ковер толстенный на полу, легкий дымок курильницы, аромат благовоний. Очень стильно и прямо-таки настраивает расслабиться и получать удовольствие.

Оли засмотрелся на орнамент, обдумывая мысль, что дома не мешало бы тоже так спальню обставить. И прозевал момент, когда в комнате появились другие. Отреагировал только когда услышал приятный женский голос:

— Мужчина?

— Что? — эльф не понял, но слегка озадачился.

А дамочек в комнате стало еще больше, и все они были изумительно красивы. А как одеты! Точнее полураздеты. Олениель пришел в восторг от их легких и утонченно-эротических нарядов. А главное, почти что унисекс, вся соль в этих прозрачных шароварах и голых пупках!

Однако дамы его раздумья на тему моды поняли по своему и начали потихоньку окружать его, отрезая пути к отступлению. Эльф же воспользовался моментом, чтобы получше изучить крой этой великолепной одежды. Знойная красавица, стоявшая к нему ближе всех склонила голову набок и спросила чуть хрипловатым контральто:

— Господин?

Тут эльф очнулся и выговорил наконец то, ради чего сюда пришел:

— Ээээ, дамы, я пришел передать вам… Ну… Короче, дамы, султан просил меня передать, что он с вами прощается…

Он так и не понял, что произошло, но только дамы внезапно пришли в движение. И с возгласами:

— Новый господин! Красивый новый господин с желтыми волосами! Молодой и сильный! О, какие длинные ушки! — принялись гладить его со всех сторон, попутно легко и незаметно избавляя от предметов одежды.

У эльфа весь гламор слетел от неожиданности.

— Ээээ… дамы! Что? Что вы делаете?

Та самая красотка, что заговорила с ним первой, промурлыкала:

— Господин нас боится?

— Пфффф! — фыркнул Оли, — Вот еще…

Он только собирался сказать, что доблестный Глава Голубой лиги ничего не боится, даже женского общества, но ему это просто не удалось, потому что дамочки пошли в атаку. Оли и пикнуть не успел, как они дружно облепили его, раздевая и одновременно целуя и лаская везде, куда могли дотянуться, а потом быстро уложили навзничь прямо на ковер и начали насильственно доставлять немыслимое удовольствие.

Нет, он сначала кричал и сопротивлялся. Пытался отбиться. В конце концов, это был первый раз, когда Оли занимался этим с женщиной. Точнее, с целым гаремом ненасытных женщин. Ему было страшно! И в первый момент это можно было даже назвать насилием, в некотором роде. Но потом как-то инициатива плавно перетекла к эльфу. И выяснилось, что голубой эльф просто титан какой-то…

Короче говоря, султанскому гарему никогда еще не оказывалась такая честь, наложницы в жизни не получали столько… столько… ну, в общем, столько. Потом уже они осознали, какого джина выпустили из бутылки! Потом, когда пресыщенные и утомленные, обессиленной кучкой прилегли, облепив могучего эльфа со всех сторон. Все пятнадцать штук. А Оли блаженно улыбаясь, произнес ту фразу из лексикона товарища прапорщика, смысл которой дошел до него только сейчас:

- **ическая сила…

О да, теперь он понимал друга Петра Сергеевича, прекрасно понимал. Он даже понял, для чего существуют эти округлости спереди у женщин. Даже научился ими пользоваться! О… И не только ими… А султанов гарем был не просто в восторге, и возносил благодарственные молитвы, за то, что им был ниспослан такой прекрасный новый господин.

Однако очень скоро выяснилось, что эльфы, попавшие в султанские гаремы, обладают не просто невиданной силой, у них эта сила еще и быстро восстанавливается.

И все пошло на следующий виток. И т. д. и т. п.

Команда, до которой, несмотря на добротную звукоизоляцию, доносились странные звуки, уже мысленно похоронила Оли и молилась за упокой его души. Каково же было их удивление, когда на следующий день полуголый эльф, слегка прикрытый пестрым покрывалом, выскочил на минутку, схватил всю еду, которая была на камбузе, и нырнул обратно.

Капитан произнес нечто непереводимое, что можно было расценить как:

— Даааа…

Или нечто вроде.

Вообще, появление подобного корабля, груженного султанскими наложницами, в водах пиратского Мейна просто полный нонсенс. Но всему есть свое объяснение! Как уже было сказано, султану по штату положен гарем. Чтобы делать его жизнь прекраснее. Но что делать, если этот гарем делает его жизнь ужасной? Распустить нельзя, не положено. Убить всех, придется набрать новых. Они могут оказаться еще хуже старых. Вот тогда-то и появилась тайная мысль, погрузить своих наложниц на корабль и заплыть в самое пиратское море. Потому что дома в Средиземном, ни один пират на султана не посмеет покуситься, а тут как бы инкогнито. И плавать, пока какой-нибудь отчаянный морской разбойник их не захватит, в смысле, женщин. Ну, а когда захватит, можно долго оплакивать судьбу гарема и, объявив священную месть, гоняться за пиратами по морю (на самом деле просто поднять все паруса и двинуть в другую сторону!)

Такой был первоначальный план. А вышло все еще лучше. Может быть.

А пока команда пребывала в замешательстве и благоговейном ужасе, Оли наладил отношения с коллективом женщин, доставшимся ему в наследство с легкой руки султана. Надо сказать, что общение довольно легко перетекло из горизонтальной плоскости в психологическую. И надо ли удивляться, что обиженный эльф рассказал девушкам про ту коварную обманщицу, что втерлась ему в доверие, а потом просто исчезла, прихватив с собой его ценное имущество. Оли не стал уточнять, что это было за имущество.

Но дамы прониклись. Прониклись и стали сочинять планы изощренной мести, один лучше другого. А пока они сочиняли, Оли наслаждался блаженством, покоем и сознанием того, что его проблемы кто-то принимает близко к сердцу. И, конечно же, оказывал дамам всяческое мужское внимание. Даже подумывал, не открыть новым подружкам всю правду о себе, ну, что эльф, что голубой…

Через пару дней такой жизни он пришел к выводу, что отпуск, пожалуй, удался. Даже очень-очень-очень удался!

Но тут снова произошли некоторые события.

Во-первых, девушки-наложницы пришли к некоторым открытиям. Ибо обычные земные мужчины им были понятны и хорошо известны, а вот прекрасный новый господин с желтыми волосами и длинными ушками в общепринятую схему не укладывался, а потому они его незаметно изучали два дня, а на третий решили все-таки озвучить свои вопросы. И выражение их лиц в этот момент стало таким загадочным, что Оли понял, почему поголовно все мужчины терпеть не могут, когда женщины произносят сакраментальную фразу: «Надо поговорить». Эльф напрягся и приготовился к худшему.

— Господин, видишь ли…

— Да… — господин решил быть осторожным.

— У нас, — знойная красотка Забетта, бывшая любимая наложница султана и негласная лидерша гарема озвучила общее мнение, — сложилось мнение, что ты до встречи с нами не знал женщин.

— Допустим, — ответил Оли уклончиво.

— Вот я же говорила! — воскликнула Лейла, бывшая вторая по счету любимая наложница.

— И что тут такого? — спросил Оли, начиная потихоньку раздражаться.

— А то, мой господин, — провещала Забетта, — Что ты просто невероятно талантлив. Ибо, не зная предмета, так хорошо сдать экзамен в первый раз…

Что ни говори, а слышать, что его подвиги оценили по высшему разряду, было приятно.

— О, эльфы вообще талантливы… — проговорил Оли смущаясь, и тут же спохватился, что сболтнул лишнее.

— Ооооо, господин — эльф?

— А это что, что-то вроде джина?

— Ты потому так силен?

— И так прекрасен?

Вопросы посыпались со всех сторон. Оли понял, что придется рассказать все. Впрочем, он и так собирался, правда, не так скоро…

Он рассказывал долго. Про разные измерения, т. е. миры, которые заполняют пространство как слоеный пирог. Что они все время «плавают» относительно друг друга, меняют конфигурацию, могут образовывать петли. Что в некоторых местах слои бывают тоньше волоса, что там образуются линзы, через которые можно легко проникать из одного мира в другой. И т. д. и т. п. Дамы слушали его с открытыми ртами, но через некоторое время глаза их начали слипаться.

Лейла спросила:

— Господин, просто скажи, ты джин или не джин?

— Не джин. Просто из другого мира. А здесь я в отпуске. Ну, пришел на время, отдохнуть, впечатлений набраться.

— А чем ты занимаешься в том, другом мире? — теперь девушек интересовало все.

— Ну, я вообще-то кутюрье, создаю модную одежду. А еще я голубой эльф, Глава Голубой лиги эльфов Риверсила.

Про одежду они пропустили, их больше интересовало второе поприще.

— А что такое голубой эльф, а Голубая лига? Это что, что-то вроде Голубой мечети?

— Нет, дамы. Голубая лига это… Ээээ… Это общество голубых эльфов, таких как я, которые… как бы вам объяснить… Не спят с женщинами.

— Голубые мужчины? Такие как ты? А с кем же они спят?

— Ну… друг с другом.

— А… А ты Глава голубых? И тоже не спишь с женщинами?

Оли кивнул. Дамы заулыбались и высказали мнение:

— Оли, если в твоей Голубой лиге все голубые эльфы такие же как ты… — тут они многозначительно поиграли бровями, — Приводи их к нам. Мы будем очень рады их видеть.

Прекрасные наложницы подкатили глазки к небу и умиленно сложили ручки. А Оли вдруг пришла в голову мысль, что отправлять своих лучших бойцов на стажировку можно не только к товарищу Фурсенко, но и в гарем к своим новым подружкам тоже! Да… Это им будет необычная задача, сложная! Вот тут-то и выяснится, кто на самом деле лучший из лучших. Потому что настоящий голубой эльф должен суметь показать себя с лучшей стороны в любой ситуации! Решено. Как вернется из отпуска, пришлет в гарем на пробу первого кандидата.

О чем он гарему и сообщил.

Дамы-наложницы сосредоточенно нахмурили бровки и посовещались, потом Забетта ответила за всех:

— Присылай. Но ты сам понимаешь, султана Кемаля кому-то придется нейтрализовывать.

— Об этом дамы не беспокойтесь. Это будет входить в программу стажировки.

Поскольку принципиально соглашение было достигнуто, это дело следовало обмыть. Увы, нормального спиртного на корабле не оказалось, однако, порывшись в султанской каюте, Оли обнаружил там древнюю амфору, которую подняли со дна еще в прошлое путешествие. Амфору вскрыли — а там вино! Подумать только, пролежало на дне 2,5 тысячи лет, и ведь не выдохлось!

Выпив сначала за здоровье, а потом за успех стажировки, девушки-наложницы раскрепостились и пришли к общему мнению, что коварную обманщицу, которая посмела огорчить их нового господина, надо как следует проучить. И даже порешили, как. Об этом Оли было по секрету сообщено на ушко. Тот сначала не поверил, но когда все девицы дружно утвердительно кивнули, весело расхохотался и пробормотал:

— Ну погоди, гибрид акулы с бензопилой, ты у меня попляшешь!

А дамы в предвкушении скорой мести уже начали исполнять веселый ритуальный танец живота. Оли пришел в восторг. Они обещали и его научить. Завтра.

Чисто опытным путем доказано, что женская жестокость, усугубленная криминальными обстоятельствами, превосходит всякое воображение. Так вот. Господа пираты, чей корабль собиралась захватить Юлия Самохина, пребывали относительно этого милого свойства дамского характера в полном неведении. Посчитали, что, ссадив скандальную даму на необитаемый остров, отделались от нее, и теперь можно спокойно наслаждаться морскими грабежами и беспробудным пьянством. Хо-хо!

Они и наслаждались, попивая ром и распевая мирные непристойные песни, когда на борту «Розалинды» совершенно ниоткуда возникла эта кошмарная женщина. Все было кончено так быстро, что никто и не успел ничего понять. А дело в том, что на борту оставалось только несколько матросов, остальная команда вместе с капитаном сегодня проводили вечер на берегу. И надо же было такому случиться, что остались на борту именно те четверо, что в свое время отвозили ее на берег.

А теперь, когда она, вооруженная до зубов возникла перед ними, мужики решили, что баба-начальник не самое страшное, что может произойти в их жизни (тем более, что на работе именно так все и обстояло), и без всяких возражений объявили Самохину капитаном. А уж новый капитан велела поднять паруса — и полный вперед! Тем более, что на горизонте нагло маячил чей-то корабль.

Глядя на удаляющийся берег, Юля мрачно усмехнулась.

— Вот теперь посидите-ка сами на необитаемом острове, господа пираты!

Мелькнуло легкое беспокойство, все-таки блондинчик Оли остался там один, вдруг эти бандиты его обидят. Потом вспомнила, что блондинчик показывал ей такие приемчики, размахивая шпагой, что беспокойство сошло на нет.

— И вообще, — сказала она себе, — С каких это пор пираты переживают о ком-то кроме себя?

Бросила грозный взгляд на свою команду, те как-то сразу съежились, хмыкнула и ушла в капитанскую (теперь уже свою), каюту.

Как назло, три дня стоял полный штиль. «Розалинда» торчала посреди моря как прибитая, что хорошему настроению капитана Юлии никак не способствовало, в итоге за отсутствие попутного ветра ответили четыре ее матроса, которым пришлось изображать кипучую деятельность. Драить палубу, чинить паруса, чистить якорь, а потом и вовсе сесть на весла.

Конечно, четыре джентльмена, купившие в турфирме «Угол» бонусный тур не могли предполагать, что будут драить палубу под командование какой-то бешеной бабы. Но в остальном-то, все, как и заказывали. И пираты, и в Карибском море.

Правда, никакой свободы…

Султан Кемаль Великолепный уже три дня блаженствовал на том острове, который он выменял на свой корабль. Вообще-то, раньше ему не везло с торговыми сделками, но эта…

Тут было хорошо, как в раю. Все, как и говорил тот парень с длинными желтыми волосами, Олениель. Птички поют. Кругом пальмы. Невдалеке шумит прибой. Горит костерок. И ни одной бабы на тысячу миль вокруг. Рай.

О том, что на другом конце острова осталась на берегу пиратская команда «Розалинды» во главе с капитаном, Его Величество Кемаль Великолепный даже и не подозревал. А пираты в свою очередь не подозревали о его существовании.

Впрочем, было еще кое-что, о чем не подозревали ни султан, ни пираты.

Живя обособленно и совершенно самостоятельно, и не сталкиваясь друг с другом, обе стороны обнаружили конопляную поляну. Однако, если где-то имеется поляна, засаженная коноплей, значит, кто-то эту коноплю там сажает.

А раз он ее сажает, значит, он и собирает урожай.

Воронка судьбы, втянувшая в себя всех, кто находился в тот момент в этом уголке морей Мейна, заработала на следующий день.

Началось с того, что местные аборигены (ничего особенного, обычные каннибалы без вредных привычек и извращений), проживавшие на соседнем архипелаге, выбрали этот день, чтобы проведать свою плантацию веселящей травы. Решено-сделано. Мужчины племени попрыгали в лодки и приплыли собирать урожай.

Счастье султана Кемаля Великолепного, а также проживавшей на том конце острова бывшей команды пиратского судна «Розалинда» дерзко похищенного подлым и беспринципным капитаном — бабой, заключалось в том, что пристали к берегу господа каннибалы в совсем третьем месте, где-то между ними, но поближе к заветной делянке.

Пришли на свою плантацию, и что же они там видят? Правильно. Какие-то следы! Одиночные, ведущие на север и множественные, уходящие на юг!

Воровство? Оно карается одинаково во всех мирах.

Посовещавшись, решили сперва проследовать по тем следам, которых было много. А уже потом, разобравшись с основным противником, порешить и второстепенного.

Остров был довольно велик, но все же недостаточно велик. Потому что, когда с другой стороны поднялся невообразимый шум, стрельба и топот ног, явно несущихся в его сторону, султан Кемаль заподозрил неладное. А уж когда увидел вдалеке бородатую группу в живописных банданах и полосатых тельняшках, быстро-быстро удиравшую от темнокожих воинственных ребят, потрясавших копьями и имевших явно людоедские замашки, понял, что спасение «Робинзонов» есть дело рук самих «Робинзонов», а потому в несколько секунд спустил на воду лодку и налег на весла.

Только отплыв на некоторое расстояние от берега, бедняга почувствовал себя в безопасности. Теперь уже родной гарем не казался Кемалю таким уж наказанием, он даже грезил о том, чтобы оказаться в спальне, под спасительными юбками своих наложниц. И молил Бога, чтобы тот вернул все на свои места, а его не наказывал за глупость.

— О, Аллах милосердный, помоги мне вернуться на свой корабль! Забетта, Лейла, Айше, Бибигюль… и все остальные мои девочки, чьих имен я сейчас не могу вспомнить, клянусь, я больше никогда не буду пытаться от вас избавиться… Клянусь… Мама, как мне страшно…

Вероятно, Бог внял его молитвам, ибо на горизонте возникли паруса и стали быстро приближаться.

А на острове тоже события развивались достаточно интересно, можно сказать, по спирали. Потому что, удирая от вооруженных копьями людоедов, команда «Розалинды», возглавляемая капитаном как раз добежала до тех лодок, на которых и приплыли туземцы. Капитан, старый морской волк скомандовал на ходу:

— Все на борт! В лодки! Греби быстрее! Кто не успел, тому не повезло!

Повезло всем. За те полминуты, что потребовалось туземцам, чтобы их настичь, пираты были уже достаточно далеко в море. И строили оттуда обидные рожи, и показывали непристойные знаки.

Это они зря…

Потому что вперед выступил шаман. Взглянул на небо, поднял руку, странным образом свернул пальцы в дулю и плюнул. И тут как по заказу погода начала портиться. Вскоре закапал дождик, поднялась волна, лодки стало сносить к берегу. Всем, кто в лодках, пришлось налечь весла а туземцы начали исполнять радостный людоедский танец, покрикивая:

— Мясо плывет!

Господь точно смилостивился над султаном. Корабль, который увидел Кемаль подошел уже довольно близко, правда, к сожалению, это был не его «Исфаган». На нем красовалась надпись «Розалинда». С корабля раздался командный женский голос, прооравший:

— Человек за бортом!

А потом султана Кемаля спасли, чтобы тут же потребовать с него выкуп.

Однако к театру военных действий незаметно подошел еще один корабль. На палубе которого стояла готовая к любым неожиданностям и капризам судьбы команда, а во главе ее — высокий, ужасно прекрасный мужчина с длинными желтыми волосами. Корабль подошел опасно близко к прибрежным рифам и осуществил дерзкую операцию спасения команды «Розалинды» прямо на глазах у возмущенных туземцев.

Впрочем, тем тоже было чем заняться. Раз уж не будет мяса, надо выловить лодки, чтобы было на чем домой вернуться. Да и коноплю собрать… Так что они смачно плюнули вслед удравшей добыче, и занялись тем, зачем сюда и приехали. Проклиная на чем свет стоит бесчестных белых людей, обманувших их лучшие ожидания.

А корабли в море остались в зоне прямой видимости, друг против друга. И тут в один голос вырвались возгласы у Оли (а великолепный блондин, руководивший смелой операцией спасения, был именно он), и у бывшего капитана «Розалинды»:

— Это она!

Только эльф имел в виду коварную женщину, подтибрившую его толстовку, а капитан «Розалинды» имел в виду сой корабль. Они переглянулись, и без слов заняли позиции. Оли успел прокричать:

— Бабу-капитана не трогать! Она моя!

Никто в общем-то и не собирался в этом с ним спорить.

А потом во всю мощь своей эльфийской глотки Олениель заорал:

— На абордаж!

И тут началось нечто невообразимое. Дымный ад. Оскаленные бородатые рожи, кошмарные ножи, пистолеты, пушки… Все как лучших блокбастерах Голливуда про пиратов Карибского моря.

Однако все закончилось на удивление быстро. Потому что четверка офисных джентльменов, решивших отдохнуть на пиратском судне, вовсе не собиралась погибнуть тут смертью храбрых даже понарошку. Так что, сопротивление оказывала только мадам Самохина. Но и та была вынуждена сдаться на милость…

Что? Это вот тот вот блондинчик — аполлон? Это у него она увела лодку и оставила куковать на необитаемом острове? Это вот он и есть тот невообразимо прекрасный, грозный, словно отлитый из стали пират, которому она вынуждена была отдать свою саблю…?

Пока Юля переваривала и осмысливала очевидное, успели освободить пленного султана Кемаля из трюма. А тот, увидев Оли и знакомые лица своей команды, кинулся целовать палубу родного «Исфагана» и громко благодарить Бога. На его вопли из своих кают повыскакивал в полном вооружении султанский гарем, спасать своего повелителя.

О, какие большие рты открылись у пиратской команды, когда их взорам предстали прекрасные девы в полупрозрачных шароварах и вуалях, но зато с кривыми ятаганами в обеих руках. А кое у кого и кинжал в зубах!

Больше всех, конечно, была поражена Юля. Особенно, когда аполлонистый блондинчик обратился к девам — истребительницам, убеждая их опустить оружие и не трогать неразумных.

— И ведь совершенно явно, что его и этих шмар в шароварах связывает нечто гораздо большее, чем деловые отношения! — прошипела она, — Нет, ты только посмотри…

А Оли подошел к одной из них, прижимавшей к себе султана, словно няня перепуганного младенца, и на ухо произнес странную фразу:

— Забетта, наша договоренность остается в силе? Учти, может получиться небольшой недолет во времени, и вы нас не будете помнить, все произойдет, как в первый раз.

Забетта хищно сверкнула глазами, потом передала Кемаля, сомлевшего от счастья Лейле, и торжественно кивнула:

— Железно.

Тогда Оли шепотом обратился к султану Кемалю:

— Ну что? Как вам понравился отдых от своего гарема?

— О…!!! Но больше всего мне понравилось возвращение!

А после обратился к Юле:

— Толстовку можешь оставить себе, — отвернулся и ушел.

А та, которую звали Забеттой посмотрела на нее с жалостью, потом перевела взгляд на удалявшегося эльфа и сказала:

— Самая лучшая добыча, это собственный мужчина. Тем более такой, как Оли. И уж поверь, я бы на твоем месте не стала терять время на всякие там корабли. Впрочем, глупость не лечится, а ты все равно не в его вкусе.

Потом они все удалились, эти полуголые дамочки, и султана своего увели. Утешать. А Юля и четверо офисных пиратов — ренегатов из ее команды остались один на один с настоящей пиратской командой. Капитан «Розалинды», почувствовав палубу родного судна, расслабился и проявил великодушие, он просто пригласил Юлю и четверых джентльменов прогуляться по доске.

— Женщина на корабле не к добру, леди, — так и сказал, галантно указывая в сторону того самого острова.

Можно было лопнуть от злости, можно было строить планы мести или умолять о милости…

Но в этот момент отпуск с бонусным туром закончился. И команда турфирмы, предоставившая им этот тур, выловила сначала четырех джентльменов, а потом и Юлию Самохину, и через секунду они уже счастливо оказались в разных офисах «Угла». А вслед за ними забрали и Оли. Трудно сказать, насколько положительными были эмоции у Юлии и у четверки офисных пиратов, но Олениель доволен был чрезвычайно.