Кто виноват? Вроде бы основные трудности удалось разрешить. Едва лишь ты вздохнула спокойно, надеясь, что вот оно долгожданное счастье. Сделав, наконец, свой выбор, планируешь будущую свадьбу. И тут в радужные мечты о светлом будущем врывается… муж. Все бы хорошо… Вот только проблема в том, что ты считала себя вдовой десять лет. А муж, не просто явился и оскорблено требует развода. Нет! Он крайне решительно настроен на получение выплат, по накопившимся семейным долгам. В принципе, даже после всего жизнь не так страшна. С женихом и воскресшим мужем еще можно попытаться договориться, но козни Богов и грядущий «Сумрачный день» совершенно не способствуют налаживанию личной жизни… На горизонте теперь маячит новый вопрос: «Что со всем этим делать?».
1.0 — создание FB2 (дядя_Андрей)
Прямых речей от женщины не жди:
В её «уйди» звучит «не уходи»…
Она ушла… Я даже не понял, когда дверь с громким стуком зарылась, отрезая ту частичку, к которой я безвольно привязался, за столь короткое время.
Она ушла… Кажется, ее не стало в тот момент, когда решился отпустить… Мне было сложно понять, осознать, осмыслить… Нужно было просто отпустить. Разрешить, позволить… И я слабодушно, без боя, без клятв и разговоров, — отпустил. А сейчас, сердце слепо мечется в груди, как в железных тисках, разрывая и раня…
Она ушла… Я осознал, когда Лика, переступила порог портала, растворилась в пространстве, покидая Залирию. Кольцо больно кольнуло, обрывая связь. Мощная волна грусти и тоски пришла от семейного артефакта, горько и досадно холодя душу. Кольцо, будто призывало вернуть потерянную часть, возвратить не достающий кусочек. Но я не мог. Как последний дурак сидел и всматривался в пустоту, пытаясь найти в себе силы.
«Ей нужно время. Нужен шанс…» — уговаривал мое сознание разум.
Два дня — это не так много.
Два дня, и Лика, возвратиться… Вернется ли она? Уверен. Я буду ждать… Ведь теперь Милолика моя! И отпускать — свое, я не намерен!
Она вернулась… Разве могут счастье, и боль разрывать душу одновременно? Разве может тоска и скорбь, соседствовать радостью и блаженством? Я не верил… Я не хотел обманываться, когда почувствовал ее рядом. Этот свет, это добро, сердечность и душевность… Милолика снова рядом!
Она вернулась… Сейчас, я четко понял, что без нее, без своего Ангела — не жил, а существовал. Просто был… Жил лишь надеждой, мечтой. Порой мне казалось, что Милолика, была лишь сказкой, приятным сном, незабываемым видением. Что я сам ее создал из лоскутов желаний, стремлений и побуждений. Она была моим бредом, навязчивой идеей… Прекрасным фантомом…
Она вернулась… Не помню, в какую минуту, мое дыхание оборвалось, а сердце замерло. Казалось, лишь секунду назад, я молча, оплакивал потерю дорого и единственного родного существа — отца. Он ушел, так внезапно и неожиданно, именно в то мгновение, когда я не ожидал удара. Это была моя вина, мой недосмотр и опущение. Слишком сильно увлекся собственными чувствами и переживаниями, что уже давно перестал оглядываться. Меня не заботила судьба и заботы окружающих, я шел к единственной цели, ломая и круша все на своем пути. И вот, когда казалась еще немного, и я верну все на свои места, мир ушел из-под ног. Одна потеря за другой смертельными ударами обрушились на мою спину. И в этом никого винить, лишь себя…
Она вернулась… В темноте и холоде одинокой комнаты, я почувствовал ее дыхание — легкое и порывистое, казалось она боится и не верит в происходящие. Шаг, еще один, и сердце замирает совсем рядом, лишь спинка старинного кресла разделяет нас.
Она вернулась… Но как мне страшно. Жутко и устрашающе осознавать, что это может быть лишь наваждение — иллюзия, плот больного — воспаленного сознания… А она стоит и не шелохнется, страшась переступить грань, после которой обратного пути уже не будет.
Она вернулась… Первое, робкое движение, и я узнаю родную и любимою фигурку… Как я смог прожить столько времени без нее? Легкие, неуловимые шаги, на грани реальности… Лика, медленно обошла кресло и опустилась на ковер возле моих ног. Кажется, ее первый вдох совпал с моим, когда произошло первое прикосновение…
— Ты пришла, — грустно улыбнулся я своему видению, неуловимо и нежно проводя кончиками пальцев по родной щеке.
Она вернулась… Кажется, я никогда не забуду, того взгляда, который она подарила мне в то мгновение. Как будто не было десяти лет расставания, и безжалостной тоски. Словно бездонная пропасть между нами пропала, растворяясь как мираж. Теплый и заботливый, нежный и добрый, чувственный и родной взор впился мне в душу. А я смотрел и не мог поверить…
— Я не могла не прийти, — тихо произнесла Милолика, и как маленький, беззащитный котенок потерлась о мою руку.
Секунда и я не выдержал. Резкое движение на грани возможностей, привлекаю маленькое тельце к себе, с силой сжимая в объятиях. А Лика не сопротивляется. Мой Ангел, безропотно и смиренно прижимается ко мне, пряча свое лицо на моей груди.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем, наши сердца, перестали выстукивать бешеный ритм, не силах совладать с чувствами, признавая и понимая, что мы вместе, что теперь может все измениться…
Маленькие хрупкие пальчики, медленно начали проводить по золотому узору лилии, изображенному у самого моего сердца, будто возвращаясь в прошлое, в счастливые былые дни:
— Она не исчезла, — спокойно сказала Лика.
Я не понял, что это было: вопрос или утверждение. Моя демоница, продолжила медленно изучать столь любимую и ненавистную печать нашего супружества. Все годы она была живым напоминанием моей ошибки и утраты.
— Милолика, я… — попытался подобрать слова, чтобы объясниться.
— Ч-ч-ч… Тихо, — тоненькие пальчики нежно коснулись моей губы, призывая замолчать. — Обо всем мы подумаем завтра. А сегодня давай лишь тихо помолчим…
«Если это сон, пожалуйста, пусть он никогда не заканчивается…» — мысленно взмолился я, крепче прижимая маленькое создание.
И снова призрачная дымка сновидений укутала меня, приятным и таким необходимым пришел ко мне сон. Иллюзия, мираж — были подобны теплому, яркому солнцу, будто погожий летний денек поселился в моем сознании. Я улыбнулась, с радостью подставляя лицо, нежным желтым лучам.
— Рад, что тебе понравилось, — родной голос прозвучал за моей спиной. — Последняя наша встреча была достаточно скомкана…
Я резко обернулась, ориентируясь на голос. Как и следовало ожидать, за спиной оказался, император Таноса.
Невзирая на свое нереальное состояние, я кинулась на грудь Декара, крепко сжимая родного демона в объятьях. Слезы горячим потоком хлынули с глаз, а голос предательски задрожал.
— Не надо слез. Не стоит грустить, — крепко прижимая к себе, и успокаивающе гладя, проговорил Декар. — Милолика, так должно было случиться. Это моя судьба, мой путь.
— Это не правда, — задыхаясь от переполнявших слез, еле смогла произнести я, — Так не должно было случиться. Я знаю… Я видела…
— Тихо. Тихо моя родная, — спокойным голосом, как в далеком детстве, продолжил Декар, — Нечего не изменить. Все случилась, как должно было произойти уже давно. Слишком долго, я коротал свой не первый век. Слишком многое успел пережить. Теперь настало время отдыха. Время для новых свершений, и новых героев.
— Но, Декар, как… — пыталась найти слова, чтобы рассказать о своих чувствах.
— Не грусти моя хорошая, — немного отстраняя меня от себя и заглядывая в заплаканные глаза, сказал император, — Я просто устал. Жизнь моя давно потеряла смысл, лишь ты и Маркус были надежным якорем в этом мире. Но теперь я должен уйти, оставив вам право выбора. Оставив вам возможность жить…
— Декар, я не смогу. Я не выдержу. Вновь видеть его, это слишком больно… Я не перенесу этого без тебя.
— Не печалься, мой Ангел. Ты сильнее всех, кого я встречал, за свою долгую жизнь. Смерть — это лишь освобождение, и когда-нибудь, очень нескоро, мы вновь повстречаемся на этой дороге. А сейчас живи, слушай свое сердце, не теряй искру надежды, и свет души. И помни: я всегда рядом, горжусь тобой и безумно люблю…
Как утренний туман, родная фигура, начала таить в моих руках. Но на смену ласковому видению, не пришла грусть и одиночество… В душе остался лишь налет светлой скорби и теплоты. Наступило непередаваемое ощущение правильности и завершенности.
И вновь яркий желтый свет поглотил меня, окуная в приятную дымку сновидений…
Утро… Легкий атлас простыней приятно холодил кожу, но под пуховым одеялом тепло, не хочется даже нос вытаскивать. Как я не люблю такое состояние, когда тело, по не понятной мне привычке проснулось, а сознание и разум спит. Теплое, весеннее солнышко, только пробившееся из окна приятно щекочет закрытые глаза, призывая очнуться, и улыбнуться новому дню. Но я до последнего сопротивляюсь, оттягивая мгновение пробуждении.
«Опять Кай хозяйничает. Уже несколько минут ходит из угла в угол, не давая еще понежиться… Стоп! Какой Каин?!» — сознание стремительной стрелой начало возвращаться в мой измученный мозг.
Сразу всплыли моменты прошедшей ночи: Дерек, Ирида, коронация, помолвка, новость о том, что мой муж жив, а Декара больше нет… С последней мыслью, я резко встала и открыла глаза.
«Вчерашняя ночь реальна. А я нахожусь в Таносе, в покоях наследника», — меланхолично подвел итоги увиденного мой разум.
Большая спальня, практически не изменилась за мое отсутствие: те же сдержанные темно — зеленные и золотые тона, много дерева и камня. А вот хозяин…
— Доброе утро Милолика, — обратился ко мне воскресший Маркус.
Я молчала, не в силах себя превозмочь. Это было сильнее меня, демон, которого ты считала мертвым, неожиданно будет тебя совсем обычной фразой.
— Не стоит так на меня смотреть, — медленно, будто боясь спугнуть начал подходить ко мне Маркус.
А я застыла, оцепенела от одного лишь вида. Разум и сознание, отказывались верить в происходящие, будто защищая рассудок от нереальности момента. Передо мной был все тот же демон, которого я полюбила, когда — то давно. Тоже лицо — уставшее, но с неповторимы резкими чертами; волосы черные как уголь; тоже безупречное жилисто — широкое тело; те же движения опаснейшего хищника… Лишь глаза, когда-то в них я видела любовь и нежность, теперь взгляд был тяжелым, гнетущим. Не было больше темных завораживающих омутов, лишь тьма и непроглядный мрак.
Не знаю, что на меня нашло, но демона, приближающегося ко мне я боялась, во мне поднимался практически животный ужас. Мой не отрывной взор, Маркус, прочел по — своему:
— Ну и как я выгляжу? — останавливаясь в паре шагов от меня, спокойно спросил демон.
— Для покойника, — я немного замялась, чтобы не нагрубить, — Отлично.
Маркус, одарил надменной улыбкой и плавно присел на край кровати, не вторгаясь в личное пространство. За это я была ему благодарна, так как нервы мои, окончательно расшатались, и думаю, резкое движение, могло повергнуть меня в панику, которая плавно перетекла бы в побег.
Так мы, молча, «по — домашнему», сидели на разных концах кровати, пытливо разглядывая друг друга.
Маркус, в типичной манере хозяина спальни, не позаботился о своем приемлемом внешнем виде. На демоне были лишь широкие, легкие штаны и небрежно накинутая рубашка, в традициях Темной Империи весь комплект был черного цвета.
«Интересно как я сейчас выгляжу, с учетом сложившихся обстоятельств?», — задал резонный вопрос мой мозг.
Глаза невольно опустились, оглядывая внешнее состояние. Как и подозревала, Маркус не стал пренебрегать моральными принципами демонической натуры и стащил с меня платье. Сейчас на мне было полупрозрачное нижнее белье, которое, на мой взгляд, больше показывало, чем прикрывало.
Проследив за смущенными манипуляциями, демон, лишь довольно усмехнулся и продолжил дальше выжидающе молчать. Я в свою очередь уступать не стала, дотянув практически до подбородка одеяло, упрямо скрестила руки на груди.
— Ну, что будем дальше делать? — первым не выдержал демон.
От такого вопроса, я немножко озадачилась. Интересно, а какого ответа он ждет?
— После сегодняшний поминальной службы, я покину Танос, — твердо и спокойно ответила я.
«Явно нетакого заявления ожидал», — пришло ко мне понимание, когда я увидела, как сознание Маркуса, медленно погружалось в пелену ярости, а наружу начала проступать демоническая — звериная сущность.
Глаза мои медленно начали округляться, а заслуженное возмущение уже готово было шквалом сорваться на явно обнаглевшего демона. Когда Маркус все же взял себя в руки и вернулся к первоначально спокойно — невозмутимому состоянию:
— И это все, что ты мне можешь сказать спустя десять лет?
— Поверь, это лучшее, что ты можешь услышать, спустя десять лет, — не лукавя произнесла я.
Демон отчаянно на меня посмотрел, словно пытаясь прочесть, не шучу ли я.
«Интересно, а чего он ждал? Не горячих же объятий…» — не отрывая взгляда, молча рассуждала я.
— Лика, думаю, мы с тобой не правильно начали… — на сей раз, Маркус попытался повернуть разговор в русло дипломатии, — Сейчас, после того как ты вернулась домой и узнала правду…
— Какую правду Маркус? Что ты оказывается живой, — не сдержалась от окрика я. — Как ты думаешь, мне стало легче от этой правды. Десять лет, я каждую секунду переживала момент твоей гибели. Каждое мгновение хотела умереть вместо тебя… Каждую минуту винила себя за то, что убила…
Стремительное движение демона, в сторону от моей кровати заставили меня прерваться, слова застряли в горле, а к глазам начали подступать предательские слезы.
«Нет. Я не заплачу. Не так… Не сейчас», — пыталась я убедить себя сохранить лицо.
Темный принц, тем временем начал метаться возле кровати. Резкие, порывистые движения выдавали нервозность и обреченность. Маркус, просто не знал, что делать дальше, как поступить. Неожиданно демон остановился и в упор посмотрел мне в глаза. От этого взгляда, моя кровь застыла в жилах, а по телу пробежала дрожь:
— Ты думаешь, мне было легко? — растягивая каждое слово начал Маркус. — Думаешь, я каждую минуту не сожалел о той ночи. Думаешь, я каждую секунду не переживал? Лика, я тебя похоронил! Семь дней, я смотрел на твое безжизненное тело, не в силах ничего исправить. О какой вине ты говоришь? Ангел…
Не знаю, к чему бы, привел столь эмоциональный монолог, если бы входная дверь без стука громко не открылась, и на пороге не появилась она…
На неопределенный промежуток времени, я выпала из пространства, не в силах соотнести картинку с жизнью. Кажется, если бы сейчас в дверях возник воскресший император Декар, я бы изумилась на много меньше. А данная гостья, вызвала у меня просто шок.
«Вот оказывается, как сходят с ума», — подвел неутешительный вывод разум.
Тем временем, не обращая никакого внимания, на явно озадаченного Маркуса, и не менее огорошенную меня, гостья с громким стуком каблуков, прошла в центр комнаты, и угрожающе встала, недалеко от места, наших недавних столкновений с хозяином помещения.
«Специалисты такое состояние называют раздвоением личности, — пытался мыслить рационально мой мозг, — Ничего, травки успокоительной попьем, годик — другой… Глядишь и галлюцинации покинут».
А разум все же не поддавался уговорам, ведь перед ним предстала поистине животрепещущая картина. Только, что в комнату наследника империи, вломилась никто иная, как я сама… Демоница с серебряными волосами, зелеными глазами и соответствующими татуировками. Гостью нельзя было отличить от меня, каждая деталь, каждая мелочь была идентична оригиналу.
— Маркус, как это понимать? — спросил мой разгневанный клон.
«Молодец! Я бы точно такой вопрос и задала, в сложившейся ситуации», — мысленно похвалила я третью сторону.
А Маркус, как истинный мужчина, предпочел отмолчаться. Действительно, что здесь скажешь? Все равно действительность кричит сама за себя.
— Катерина, немедленно выйди! — сквозь зубы прорычал демон, не отрывая от меня взгляда.
«Ах, вот это с кем спутал меня вампир», — сознание начало выстраивать сложившийся сюжет в одну презабавнейшую линию.
Тем временем, от таких слов Маркуса, теперь гостья потеряла дар речи. И действительно было, на что жаловаться. Мало того, что застукала наследника на «горяченьком», так ее еще и виноватой сделают. Молодец Маркус, не разочаровываешь!
Демоница, даже после приказа, осталась стоять на месте. С ее положения, разглядеть меня, не предоставлялось возможным: слишком большой балдахин, да и вуаль над кроватью не способствует хорошему обзору.
— Маркус, мне надоело, — демоница была крайне возмущена ситуацией. — Мало того, что ты за моей спиной спишь с кем попало. Так сегодня еще умудрился приволочь «это» в свою спальню, запретив пускать меня. Как ты смеешь…
— Катерина, я сказал вон! — грозный порывистый крик, заставил девушку не просто замолчать, а наконец попятиться в сторону двери.
На долю секунды в комнате установилась прямо гробовая тишина. Маркус, медленно переводил взгляд от затихшей меня, к отступающей Катерине.
— Что ты милый, — ангельским голоском и с улыбкой хищника произнесла я. — Пускай остается, втроем ведь веселей получается.
Дальнейшего никто не ожидал, в спасовавшей демонице взыграла гордость и безрассудность. Ослушавшись приказа, она моментально пересекла всю комнату. И прежде чем Маркус, успел среагировать, отдернула разделяющею нас вуаль.
— Как ты смеешь дрянь… — остальные ругательства так и застыли в открывшемся рте.
Глаза в глаза, как два близнеца мы смотрели друг на друга. Только в моем взоре была решительность и пламя, а во взгляде моего клона ревность и испуг. Мгновение и демоница устремилась в сторону двери.
— Стоять, — твердо произнесла я, даже несмотря на испуганную беглянку. — Мы еще не закончили. Теперь я задам вопрос: Маркус, как это понимать?
А демон понял, что он провалился по всем фронтам. Теперь ему из этого болота уже не выбраться.
— Милолика, отпусти ее, и мы поговорим, — решил вмешаться принц. — После твоего исчезновение, мне не оставалось ничего, кроме как найти тебе замену — внешнею копию. Думаешь, принцессу Таноса так просто бы отпустили…
— Почему ты перед ней оправдываешься? — настал черед демоницы ввязываться в диалог. — Она бросила тебя. Сбежала. А я была все это время с тобой, рядом. Даже до случившегося…
— Катерина, замолчи… — резко прорычал демон.
Но было уже поздно, последнюю фразу я услышала:
— Истинный облик, — сквозь зубы прошипела я. — Покажи свой настоящий вид.
Демоница испуганно покосилась на своего защитника.
— Милолика, не надо, — проговорил демон, пытаясь спиной оттеснить от меня гостью.
Но Маркус был уже не властен над ситуацией. Не потому, что ему было все равно, или он хотел за счет нашей перебранки самоутвердиться. Теперь это было противостояние не просто двух демониц, а двух женщин. И просто так не одна из нас не отступила.
— Маркус не вмешивайся. Ты прекрасно знаешь, что я в своем праве. И если она не покажет по — хорошему, от плохого варианта даже ты не защитишь.
И чтобы не быть голословной, я потянулась к свой сущности, призывая пробудиться Хозяйку Преисподней — владычицу адского пламени. Яркий огонь в мгновение окутал меня. Кровь начала закипать, превращаясь в расплавленный метал. Волосы от потока бешеной силы развевались, напоминая клубы дыма, а на месте прозрачного белья появилось красно — черное платье.
— Последний раз приказываю, — сталь была в каждом слове. — Яви свой истинный вид.
Демоница на мгновение, оказалась слабей, низко опустив голову, она сдалась. Катерину охватил рой искрящихся огней…
Секунда и все было кончено, передо мной предстала прекраснейшая демоница. Кожа ее — чистейший атлас. Волосы — черненый шелк. Катерина, была просто олицетворением женственности и страсти. Пышная идеальная грудь, чуть сжатая жёстким корсетом, тонкая, специально подчёркнутая, талия и широкие бедра, которые придают ещё более вожделенный облик.
Теперь она не стеснялась себя, представ во всей красе и могуществе: яркие глаза, полные невозмутимости и вызова. Изогнутые брови придавали её взгляду надменность и высокомерие, порой даже близкое к острой насмешке. На ее губах застыла улыбка, наполненная иронией или презрением.
— Узнала? — ее вопрос был красноречивее самих слов.
— Милолика, девочка моя, — шептал Маркус имя прямо в губы юной девушки.
Только, что отгремел бал в честь свадьбы наследника империи. Сегодня, в эту ночь, он связал свои узы с молодой Темной Княжной. Их брак, был благословлен свыше. Их связь, была безоговорочно признана — истинной и высшей. Теперь их судьбы сплетены воедино, их сердца бьются в унисон. Одна жизнь, одна сила, одна безграничная любовь на двоих…
— Маркус, я люблю, — тая от ласк, говорила демоница, — Люблю, люблю, люблю…
— Я знаю, — не отрываясь от своей молодой жены, промурлыкал демон.
В его объятьях, она растворялась, ничего не замечая. Для Лики, юной Княжны, этот день был сказкой. Сегодня у демоницы, исполнилась самая заветная мечта: она вышла замуж за того, кем бредила, кого боготворила.
Все с самого утра напоминало прекрасный сон: красивое платье, уединенная (только для самого близкого круга) церемония бракосочетания в дворцовом храме, незабываемый бал. Все было для нее! Все было ради нее! Но для нее было второстепенно, главное, что теперь они могут быть вместе. И пускай Лики, только восемнадцать, и она еще многого не знает и не понимает, но она всему научится, ведь теперь их двое.
Незаметно, когда ночь уже вступила в свои права, они смогли покинуть праздничный зал. Принц, единственный наследник империи, могущественный демон, не скрывая свои намерения, как только позволил шанс, схватил свою драгоценную ношу, и унес от заинтересованных взглядов гостей. А Лика просто была безгранично счастлива.
Маркус будто обезумел, секунда, и он со своим сокровищем, благодаря порталу, оказался в их новых покоях. Комнаты, специально приготовленные для принца и принцессы Таноса, их семейное гнездо.
— Маркус, — отрывистым шепотом вырвалось у нее его имя.
— Милолика, только скажи, и я остановлюсь, — хрипло выдохнул демон, смотря в изумрудные глаза.
Но растерянность и необузданная страсть застыли в его темном как бездна взоре.
Неуверенный и в тоже время решительный взгляд отбросил все преграды. Маркус с новой силой впился в нежные губы, поглощая, беря свое… Легкий стон, невольно вырвался с ее груди, призывая демона удвоить ласки. Теперь он в своем праве.
Его движение стали требовательны и уверенны. Его горячее дыхание поднимало в Лике, не виданную до той поры взволнованность. Умелые пальцы, быстро справились с непокорной шнуровкой подвенечного платья. Секунда и струящаяся ткань каскадом стала спадать, обнажая юное тело. На какой-то миг, белоснежная ткань, задержалась на бедрах Милолики, создавая иллюзию ожившей статуи… Маркус заворожено смотрел на свою жену, переводя взгляд от рыже — серебристых волос вдоль всего тела, не оставляя без внимания не одного изгиба.
— Как ты прекрасна, — с тихим изумлением промурлыкал он.
Милолика, стояла неподвижно, неумело прижав руки к бокам, но в глубине сердца зарождалась трепетная нежность.
Ее никогда не превозносили прежде, никогда не любовались и не боготворили. Ни разу в жизни Лика, не чувствовала такого изумительного желания, которое овладело сейчас — отдать себя. Она мечтала о нем, хотела лишь его одного, желала быть такой, какая была ему нужна.
— Маркус, я люблю тебя, — ее шепот был практически не слышен, словно дыхание легкого ветерка коснулась уха демона.
Он притянул ее ближе, практически не оставляя пространства между разгоряченными телами. В его глазах горел сумасшедший синий огонь, в ее очах пылали яркие искры. Его жадные губы требовательно припали к коралловому рту. Она сдалась, она уступила, растворилась, с неистовым удовлетворением шепча, что — то неразборчивое. Ее тело маленькое и нежное, с отрадой принимало каждое новое прикосновение, дрожа от волнения и удовольствия. Ее тело звало, откликаясь на ласку, а Маркус, испытав призывную пульсацию сердца, ответил на этот зов.
«Мы созданы друг для друга», — пело ее сознание.
Мгновение и крепкие руки обхватывают Лику, высоко приподнимая над полом, секунда и прохладный шелк простыни касается обнаженной спины.
Долгий миг длится их совместное счастье, пока демон не находит силы оторваться от своего сокровища:
— Лика, подожди мгновение, — тихо попросил демон, чуть отстраняя от себя девушку, — Мне нужно кое — что тебе отдать…
Лика, с непониманием всматривалась в глаза любимого, до конца, не осознавая, что сейчас произошло. Только, что им двоим, было очень хорошо, а теперь демон сидит в отдалении.
— Желанная моя, я сейчас тебя покину. Лишь на долю секунды. Лишь на короткое мгновение. Возьму из своей комнаты необходимую вещь и сразу вернусь.
Не дожидаясь ответа, или какой ни будь реакции, Маркус, быстро развернулся и покинул совместные покои.
Девушка в ошеломительной растерянности смотрела на быстро удаляющеюся фигуру. Маркус, даже не стал одеваться, так и ушел в одних штанах, оставив обнаженную новобрачную.
«Что я сделала не так?», — пришла первая мысль в оторопевшее сознание.
Дрожащими ногами она встала на холодный мраморный пол, попыталась сделать несколько шагов в сторону двери.
«Почему он ушел? Что ему не понравилось? Он не захотел?..» — тысячи болезненных вопросов раздирали нежную душу.
Дрожащими пальцами, Лика накинула, приготовленную на утро ночную сорочку и легкий халат, вышла в темный коридор. Девушка еще не понимала, что она делает, почему решила покинуть спальню и последовать за мужем. Он же обещал вернуться, оставляя ее лишь на мгновение. Но Лику, уже было не остановить, ее тянуло следом…
Удар сердца и глубокий вздох, тяжелая дверь в покои принца, под напором тонких пальцев с легкостью раскрывается…
После увиденного, состояние Милолики, описать невозможно… Лишь представьте, что ваше сердце медленно, с садистским наслаждением, вынимают раскаленными щипцами. Только на миг вообразите, что в светлую душу, в живую начали рвать на части, брезгливо разбрасывая ошметки по углам. Помыслите, что все, о чем мечтали, чем жили, благодаря чему существовали, растоптали и превратили в пепел. Эта боль была сравнима с вырывание крыльев у вольной птицы. Страх. Боль. Обреченность. Весь мир в один момент рухнул в бездонную пропасть.
Милолика молча, стояла в дверях не в силах совладать с собой. Крупная дрожь нещадно била маленькое тельце. На другом конце комнаты, возле кровати, ее единственная любовь, ее новоиспеченный супруг, низко склонился над прекрасной обнаженной демоницей. Ее кожа была бела как мрамор, соблазнительно застывшая на темных простынях. Волосы черные как смола, в беспорядке раскинуты. Мгновение и демоница поворачивается в сторону оцепеневшей гостьи, не скрывая победной улыбки. Это мгновение, у Лики, глубоким рубцом, застыло в разбитом сердце.
— За что? — бледными губами шепчет юная невеста, смотря в черный омут глаз Маркуса.
Секунда и демон устремляется к своей жене… Но уже поздно, весь мир в глазах Милолики начинает блекнуть, погружаясь в темноту.
Ярость и ненависть, боль от предательства затмили создание, супружеская печать требовала возмездия над предателем. Лика, обессилено опустилась на колени, пытаясь обуздать вырывающеюся темную силу. Но Мрак уже выбрался на свободу, предвкушая скорую расплату и неминуемое наказание. Лика, только смогла выставить мощное защитное поле, пытаясь огородить все от безумной бездны.
Стены векового замка не выдержали, крупная дрожь прошлась вдоль каменного свода, образуя трещины, как огромные рваные раны. Огонь в каминах и все факелы, призванные ограждать от тьмы, лишь неистово вспыхнули — адовым огнем, почувствовав свободу, сжигая все на своем пути.
А маленькая демоница, боролась с собой, отдавая последние силы, последние крупицы жизни. Она искренне пыталась, до последнего сдерживая сошедшею с ума стихию, не слыша, не ощущая ничего вокруг себя, лишь упиваясь болью и мукой.
И когда на конец все было кончено, когда последняя черная волна, сожгла крайнею частичку души. Она увидела его… Маркус лежал совсем рядом, его тело было изрешечено от мощных ударов.
Раз за разом, Лика, взывала к их связи, пытаясь почувствовать, ощутить, хоть тихое биение родного сердца, хоть слабый вздох. Но ответом было, лишь молчание и тишина. Новая боль, от осознания вины, вновь заволокло разум. Хотя, на этот раз, мука была приятной, так как демоница ясно поняла, что это было последние ощущение в ее жизни…
— Узнала? — ее вопрос был красноречивее самих слов.
«Конечно, узнала. Твое лицо десять лет преследовало меня в кошмарных снах», — взбудораженным роем в моей голове проносились тысячи мыслей.
Я медленно рассматривала самодовольную демоницу, которая наконец-то скинула явно ненавистный облик. В данную секунду, я понимала ее триумф, она показала свою власть, свое превосходство. Единственное, что ей мешало, быть полноправной хозяйкой и единственной спутницей Маркуса, все это время, — это я. Моя тень — память о Милолики Донат Виленской. Я физически ощущала ее ненависть. Кому же понравится находиться под лучиной соперницы, прикидываться и играть чужую роль?
— Убирайся, — твердо проговорила я, медленно садясь на пустующее кресло.
Кажется, такого исхода не ожидали мои оппоненты, наверняка представляя новую истерику. Но я не планировала вновь падать в туже яму, из которой лишь недавно выкарабкалась.
— Это не тебе решать, — решила проявить характер Катерина.
Маркус, тихо следил за всем происходящем, не вмешиваясь. Хотя по напряженным рукам и острому вниманию к каждому мимолетному жесту, было понятно, что если ситуация выйдет из-под контроля в стороне демон не останется. Действительно, какой был смысл, встать на чью-то сторону, и тем самым давая неоспоримое преимущество. Нет, женские разборки должны решаться, только один на один.
— Вот тут ты ошибаешься, — медленно смакуя каждое слово, произнесла я. — Как могу судить, по столь интересному спектаклю, со мной в главной роли, я еще в империи законная и единственная хозяйка.
Тень понимания исказила красивейшее волевое лицо демоницы. Она начала понимать, чем ей аукнулась столь открытая вражда.
— Ты не посмеешь…
— И на правах принцессы, — со сталью в голосе продолжила я, — Я изгоняю тебя. Запрещая, под угрозой немедленной казни, впредь примерять мой облик… — я на секунду остановилась, улавливая умоляющий взгляд, брошенный в сторону, застывшего Маркуса. — От кого бы не поступил приказ. Призываю в свидетели своего права Темнейшего Принца Маркуса Эдуарда Декар Валийского. Мое слово как Темной Княжны, как Хозяйки Преисподней как Принцессы Империи нерушимо. Да будет так!
Мощная темная пелена окутала демоницу, лишая ее возможности к сопротивлению, на долгою, минуту отнимая даже живительный кислород. Мгновение и все было кончено, темная печать моего приказа, теперь украшала белоснежное плечо.
— Ты пожалеешь… — сквозь зубы прошипела Катерина, исчезая в арке черного портала.
«Так больше нельзя! Как я устала», — беспомощно прикрыла глаза, пытаясь прогнать наваждение.
Но жизнь не подарила мне такой возможности, не избавила от новых мук, не преподнесла сладостного освобождения.
Теплая рука боязливо накрыла мою кисть. И я всем телом ощутила, как Маркус сел совсем близко, касаясь моих ног.
— Прости, — обреченно прошептал демон.
Я устала. Просто устала. Устала от лжи и фальшивых отговорок, устала от боли и слез, устала от поддельных чувств и признаний, устала меняться и убегать, стала от любви в наказание, устала от жизни… Просто устала.
— Маркус, думаю после столь красноречивого действия, ты не станешь препятствовать моей воли, — твердым уверенным голосом начала я. — Повторяю: после прощальной церемонии, я покидаю Танос, и больше в моей жизни ты не появляешься.
Маркус, вздрогнул как от удара, но на данный момент мне было его не жаль. Хотелось лишь одного, чтобы он хоть частично ощутил ту боль которую я пережила минуту назад.
— Прости, это не возможно, — отпуская мою руку, и отходя к окну, будничным тоном сообщил мне демон. — Кстати, может ты не заметила, но кресло под тобой горит…
А меня не волновало столь незначительное обстоятельство. Подумаешь небольшой пожар. Вот двойная игра Маркуса, начала напрягать. Я в недоумении уставилась на демона, не в силах высказать свое накипевшее возмущение.
— Не нужно строить из себя оскорбленную невинность. Прошу заметить это на тебе сейчас печать помолвки и чужое обручальное кольцо, — брезгливо проинформировал меня Марк.
«Все же, семейного скандала не избежать», — подвел итог, моего эмоционального состояния разум.
— Да как ты смеешь?
— Смею Лика, — жестко, практически рыча, изрек демон. — Коль ты заговорила о правах, напомню: ты моя жена, принцесса Таноса, наследница империи. Ты лучше других знаешь, что помимо чувств и желаний, существует долг и обязанность. А так как ты изгнала единственное существо, которое обладало способностью в идеале каптировать тебя, не боясь разоблачения, теперь тебе предстоит в полной мере исполнить свои обязанности.
Волна возмущения, накрыла меня с головой, ломая все возможные барьеры самообладания.
— Завтра ночью, по завещанию императора, должна состояться коронация, — медленно, следя за каждым моим движением, проговорил Маркус. — И ты Милолика, встанешь рядом со мной, пройдешь, путь от начала до конца, принимая обязанность императрицы.
Я быстро вскочила, резко пересекая комнату, (благо кресло подо мной практически догорело, и если бы я не ретировалась, моя неспешность, грозила громким падением).
— Решил поиграть? — сладким голоском проворковала я, подходя в плотную к Маркусу. — Рассчитываешь взять силой.
Демон, от моей неожиданной близости глубоко вздохнул. Я чувствовала, как его сердце бешено колотиться, а внутренний зверь рвется наружу. Но я тоже решила сделать ставки в нечестной партии, медленно проводя пальцем по обнаженной груди. Глаза, наполненные чернотой, начали предвкушающие святиться, каждая мышца застыла в безумном напряжении.
«Ты, когда ни будь, доиграешься Милолика», — предупредил меня внутренний голос.
Но меня было не остановить, желание проучить и наказать, стерли границы благоразумия. Я с глубоким вдохом выдохнула воздух, так что мое горячее дыхание прошлось по обнаженной коже демона, рождая тысячи маленьких мурашек. Легонько приподнимаясь на мыски, я соблазнительно ладонями уперлась в мощную грудь. Секунда, и наши взгляды встретились. Миг и голова демона, низко опускается к моему лицу, нас разделяют всего лишь несколько сантиментов. Одно мгновение и небольшое расстояние преодолено, демон наклоняется к моим губам.
— А ты меня заставь, — выдохнула я свой вызов в губы Маркуса.
Резкое движение, и я с силой отталкиваю демона от себя, стремительно разворачиваюсь и не оглядываясь, направляюсь в сторону двери. Маркус, меня не держит, молча сжигая спину своим яростным взглядом. Лишь воздух, переполненный темной силой, выдает истинное настроение принца.
«Все с меня хватит», — громко закрывая за собой деревянную дверь, мысленно решила я.
«А мне ведь нравился интерьер спальни. Теперь придется все переделывать…» — смотря на последствия моего эмоционального бунта, опустошенно думал я.
Как только, Милолика, скрылась за створками тяжелой двери, моя внутренняя суть вырвалась наружу, круша и громя, ломая и снося. Будто мой выплеск силы мог вернуть утраченное время, мог не дать сделать тех поступков, которые уже произошли. Все, это и есть самое дно.
Предвкушение скорого счастья может быть самой безжалостной вещью в мире. Ведь мы слепо надеемся на самый благоприятный исход наших начинаний, просчитываем каждый шаг и каждое действие. Но стоит лишь оступиться, и все плодотворные задумки решаться как карточный дом, погребая под обломками своего создателя. Вот сегодня это случилось со мной.
Казалось, я крепко держу в руках свое счастье, свое сокровище. Но как я слеп оказался и ведь беда пришла не из Залирии в виде романтичного новоиспеченного короля, не из подполья в облике благородного Алекса, и даже не с небес — в виде стервозной богиньки. Свою напасть я сам пригрел на груди, позволив крепко обвиться кольцами. Казалось, что эту гадюку, я крепко держал за отравленные зубцы. Но уже второй раз она больно жалит меня, отравляя своим ядом все вокруг.
Сегодня утром моя безнадежная надежда погибла.
Я тяжело опустился на усыпанный хламом пол, бесцельно крутя в руках оставшиеся от кровати щепки. Еще минута, и необходимо собираться с мыслями. Ведь предстоит очень сложный и мерзкий день. Вновь столько необходимо решить, в интересах империи, что голова заранее начинает ходить кругам, а руки так и тянуться кого-то задушить…
«Как говориться: на ловца и зверь бежит», — привставая и встречая гостя, предвкушающее подумал я.
Между тем воздух в комнате начал сгущаться, образуя посреди помещения темное облако. Секунда и из портала вышел нервный и встревоженный Герион. Инстинктивно увидев творившейся Хаос, вампир напрягся и беспокойно начал искать глазами своего Хозяина. Но через долю мгновения дилемма вопросом вставшая, «что здесь произошло», решилась, как только вампира пригвоздили к противоположной стене, высоко приподняв над землей.
— Как она здесь оказалась? — прошипел я, крепче сжимая горло Гериона. — Как Катерина, могла пройти в мою спальню, когда ты знал, что здесь находиться Милолика?
Вампир лишь устало на меня смотрел, не в силах проронить не слова. От части вина заключалась в столь крепкой хватке горла, которая дышать не позволяла, не то, что говорить. Но мне было все равно, я решил, четко обозначить свою позицию. А вампир все молчал и не сопротивлялся, давая мне время прийти в себя. А зря. Демоническая вспыльчивость, субстанция не предсказуемая, и плохо поддающиеся рамкам и границам. Но в итоге, на счастье моего советника, разум взял вверх над эмоциями, позволив пальцам, впившимся в вампирскую шейку разомкнуться.
— Высказался? Полегчало? — через пару минут, потирая наиболее пострадавшею часть, с хрипом поинтересовался Гера.
— Не дерзи. А то наш милый диалог, может продолжиться, — отмахнулся я, прислоняясь к оконному подоконнику. — Я жду Герион… Мои вопросы я думаю, ты слышал. У тебя было даже время их обдумать.
Вампир одарил меня очередным снисходительным взглядом, выражая всю нелепость сложившийся ситуации:
— Ты сам хоть себя слышишь? — не стал юлить и ударил по больному вампир. — Ты конечно великий стратег, тактик, но иногда ведешь себя как последний дурак. Со своими бабами мог бы собственными силами разобраться.
— Герион, ты забываешься. Речь сейчас не идет о Милолике — моей жене, — опасно скаля зубы прорычал я, — А я тебе поручил следить за увертливой демоницей.
— А я тебе про тоже, — не стал отрицать Гера, — Ты лучше меня знаешь изворотливость Катерины, но между тем, не потрудился обезопасить себя в данном направлении. Прекрасно понимая, что вопрос встречи с Милоликой дело нескольких дней, а возможно и часов, так и вышло. И две твоих проблемы встретились.
— Не нужно меня тыкать в то дерьмо, которое я и сам знаю, где находится. Ты лучше не увиливай от прямого вопроса и коротко отвечай: как Катерина оказалась в моих покоях? Ведь до прихода в мою спальню, ей было не известно о присутствии Лики в замке.
— А я тебе и отвечаю, я занимался своими прямыми обязанностями, — пытался донести до меня вампир ситуацию со своей точки зрения, — А конкретно, организацией прощальной церемонии, и успокоением наиболее скорбящих, оттого и жаждущим отщипнуть побольше от поминального императорского пирога.
— Ты, что не дал четкой инструкции страже?
— Маркус, повторяю: ты себя слышишь? Какой страже? Кто кроме тебя, меня и покойного Декара, знал о ненастоящей принцессе? Кто ей мог, по серьезному, запретить войти в спальню собственного мужа? К тому же, не будь ты так опечален случившийся оплошностью, смог бы заметить, что караул не менялся, а, следовательно, Катерина очень хорошо просчитала момент прихода, воспользовавшись своим иллюзионным положением и статусом.
Я слушал, молча, прекрасно понимая каждое слово, каждую претензию, по существу сказанную Герионом. Он был прав, во всем, в каждой маленькой детали. Да и сам я это прекрасно понимал. Слишком много воли, я дал подлой демонице. Слишком беспечно подходил к некоторым вопросам. От честного признания своей собственной вины на душе стало гадко. Я обессилено прикрыл глаза, надеясь, что безнадежность исчезнет. И на место безысходности, придет теплый нежный свет, который мне дарила Милолика…
— Что здесь произошло? — понимая, что я пришел в себя, по — дружески спросил Гера.
— Провал и катастрофа, — понимая, что вампир может дать дельный совет начал я рассказ.
Быстро передал основные моменты сегодняшнего утра, я ловил удивленные, искренние и сострадавшие взгляды. Герион, был искренне ошеломлен случившимся, явно только сейчас осознавая все масштабы произошедшего.
— А девчонка в очередной раз меня удивила. Вместо истерики, воспользовалась властью. Так тонко и красиво поставила оборзевшею демоницу на место, проявив поистине не заурядный ум, — явно представляя схватку двух демониц, проговорил Герион. — Хотел бы я видеть лицо Катерины.
— Вот этим ты в скором времени и займешься, — не стал я разочаровывать советника. — Ведь наша знакомая, так просто обиды не прощает и всячески попробует нанести вред Милолике. Как бы ты не восхищался прытью возвратившейся принцессы, она все же просчиталась… Не знаю, пожалела или просто не учла тонкости изгнания, но согласно ее приказу, Катерина, была изгнана лишь из замка. Поэтому я не сомневаюсь, что от оскорбленной демоницы последует удар так сказать «престижа». И так как Катерина, прекрасно знает и меня и тебя, а также очень неприятные для нас двоих мелочи, нужно быть готовым ко всему. С этой минуты ты назначаешься Хранителем Принцессы, со всеми вытекающими последствиями.
Я думал, что вампира напугать не возможно… Зря!
— А не легче избавиться от Катерины? — решил ухватиться за туманный шанс Герион.
— Не легче. Демониц осталось совсем мало. За Катериной стоит достаточно сильная и злопамятная знать, которой лишь дай повод, — тяжело вздохнул я, — Огромных потерь мы конечно не понесем, но затяжные распри нам сейчас не к чему. Для Катерины и для нас будет лучше, если мы найдем ей достойную половину, и высшим повелением ее женим.
— Ты знаешь, что на такой шаг демоница добровольно не пойдет, слишком велики ее амбиции. Так что я настаиваю на кардинальных мерах воздействия.
— Ты не дальновиден мой друг, — утомленно произнес я.
— Милолика, тебя не простит.
— Лучше быть живой, чем обиженной. Напомни мой дорогой советник, сколько было покушений на Катерину, пока она играла роль принцессы? — твердо поинтересовался я у своего советника.
После произнесенных слов вампир понимающе скривился. Конечно, он не хуже меня был осведомлен, об истиной роли демоницы при дворе. Катерина, всегда была лишь тенью Милолики, удачным козырем в придворных играх. Очень многие хотели заблаговременно, пока принцесса не вошла в полную силу, устранить от престола. Тем самым максимально нанести удар по мне и Декару, так как понимали, какая власть сконцентрирована, вокруг хрупкого и нежного создания.
— А тебе напомню, — продолжил я выражать свое мнение, — За десять лет, двадцать одно покушение, — в моих глазах зажглись опасные огоньки, — Двадцать одна возможность оставить Танос, без принцессы, а меня без жены. Так что как не сопротивляйся, ты становишься стражем принцессы…
— А заодно личным шпионом и осведомителем, — уточнил вампир.
— Не без этого, — не стал отрицать я. — Милолика сейчас крайне нестабильна. Ее переполняют противоречивые эмоции. И хоть, мы смогли убедиться, что она повзрослела, но это не делает ее пребывание в замке менее опасным.
— Есть из-за чего, — вампир не упустил возможности потоптаться на «больном», — Ну, думаю, если девчонка отважилась вернуться, шансы, хоть и призрачные, но есть.
— На этом моя надежда лишь держаться, — тихо произнес я.
Я на мгновение ушел внутрь себя, в свои мысли и эмоции. Как долго заглушал я свои чувства, не просто страсть и маниакальную привязанность, а абсолютную любовь. Мне было не страшно признаться в этом самому себе. Намного ужасней было бы раскрыться перед Милоликой. Но я действительно верил, что ее юное, чистое чувство так искренне зародившиеся, не погибло, не растаяло под гнетом обстоятельств, а лишь сильно припорошилась налетом боли, и потерь, случившихся с девушкой. Стоит лишь подождать, когда из-под пепла, проявятся новые ростки былого чувства. Ведь, когда любовь не искренняя, не взаимная — любящий мертв. А я себя мертвым не ощущаю…
— Хорошо, с Милоликой, мы разобрались, — первым нарушил молчание Герион. — Давай тогда решать, дела насущные. Протокол прощания с императором стандартный…
— Забудь, — резко оборвал я вампира. — Декар оставил четкие, за регламентированные, согласно всем нормам инструкции: по прощальной церемонии, и по предстоящей незамедлительной коронации.
Я медленно подошел к валяющемуся в углу уцелевшему ящику стола, и вынул копию завещания, и последней воли, Его Императорского Высочества — Декара Ракарда Валлийского. Не спеша протянул несколько листов, крайне озадаченному советнику. Несколько минут потрясенного чтения, и недоверчивых взглядов в мою сторону, закончились вполне ожидаемой реакцией:
— Маркус, ты с ума сошел? — чуть не кричал вампир. — Ты читал это?
«Конечно, читал. И не один раз…» — устало подумал я.
Завещание Декара было коротко и лаконично. В первой части он говорил прямо о своей смерти, что в ней никто не виноват, и его путь логично подошел к концу. Не забыл упомянуть, что искренне рад столь долгожданному отдыху, вот только судьба самых близких, его сильно беспокоит.
— Маркус, ты понимаешь, что он натворил? — не унимался советник.
Я очень хорошо понимал. Так как вторая часть завещания, прямо указывала, на то, что следующим императором Таноса, Декар ведет меня. Вот только маленькая загвоздка, на коронации должна присутствовать подлинная принцесса — Милолика Донат Валлийская, которая на равных правах разделит всю власть. И данный союз должна благословить Ирида.
— Да Ирида, не упустит такого шанса. О чем думал Декар? На что он надеялся? На что надеешься ты? — кажется, у вампира началась истерика, — Может мы сможем найти лазейку?
На данный бредовый вопрос, я страдальчески скривился. Здесь так же Декар, не дал нам шанса. Предельно четко расписав, чем грозят уловки, описав все в третьей части завещания. Если говорить лаконично, если я не исполню последнюю волю императора, мне угрожает немедленная кара, а конкретнее смерть.
— Данное решение окончательное. И как говориться обжалованию не подлежит, — философски заключил я. — Декар, перестраховался на всех фронтах. Завещание имеет высшею магическую силу и даже при всем своем желании, опровергнуть последнею волю, я не смогу.
Вампир усиленно задумался, раз, за разом пробегая по нерушимым строкам. А я лишь спокойно смотрел на явно разбитого советника.
— Ты уже сказал Лике, о последней воли Декара? Ты поставил ее в известность, в какие рамки загнал тебя отец? — не унимался с вопросами вампир.
— Милолика, не должна ничего знать о завещании, — в моем голосе явно читалась угроза, — Встать рядом со мной должно быть искреннем ее желанием. И специально для тебя поясняю: Лика не должна быть в курсе второй и особенно третьей части.
— Ты самоуверенный дурак, — вампир решил перейти все границы, — Ты понимаешь, что второго шанса может и не быть? За неисполнение последней воли императора…
— Значит так тому и быть… — жестко осадил я распсиховавшегося Гериона.
— Идиот, — коротко заключил советник.
Наша милая беседа явно зашла в тупик. Я понимал, не поддельное возмущение и негодование советника. Слишком однозначной, была последняя воля Декара, слишком большие риски сопутствовали ей.
— Герион, думаю, мы уладили все вопросы, — решил я прекратить наше молчаливое времяпрепровождение, — Тебе был дан четкий указ в отношении принцессы, так, что потрудись его надлежащим образом исполнить.
— С вашего позволения, — поклонился вампир, — Надеюсь у нее в комнате ничего алкогольного не упрятано…
С последними словами вампир исчез из моих личных апартаментов.
А я остался посреди Хаоса. Данное внешнее состояние моей спальни, очень наглядно описывало душевное настроение: беспорядок, бедлам и кавардак. А что самое важное, то, что, легче построить заново, чем восстанавливать разрушенное…
Молча, не обращая внимания на испуганные, а затем искренне недоумевающие лица прошла в крыло, где располагались мои покои. Ни коридор, не принадлежащие моим апартаментам залы, никто не охранял, это давало призрачную надежду, что самозванка не смогла полностью поглотить мою прошлую жизнь.
Глубокий вдох и огромная дверь с легкостью открылась, представляя моему вниманию небольшую, уютную гостиную.
Первый неуверенный шаг закончился легкой трусцой у самого окна. Я быстро отдернула огромные темные гобелены, которые закутывали комнату в мрак. Первые неуверенные солнечные лучи будто опасаясь, проникли в пространство, медленно играя на различных поверхностях.
Здесь, было все, как я помнила, каждая деталь лежала на своем месте. В комнате было свежо и чисто, словно только сегодня, я проснулась в своей спальне, и решила выйти к завтраку.
«Спасибо», — мысленно поблагодарила я пустоту, за столь приятный подарок.
Недоверчиво, будто боясь развеять иллюзию, ходила от одного угла к другому. Действия мои не имели смысла, но позволяли немного успокоиться и задуматься. Секунда… минута… другая… следующая… Время прекратило свой бег. Песчинки жизненных часов будто вернулись в мои далекие восемнадцать лет. Невольно мой взгляд привязался к одиноко стоящему креслу, точнее к скромному блеску под ним. Не чувствуя своих ног, я подошла к манящей искре. Медленно на ватных ногах, опустилась на колени, пальцы потянулись к привлекшему предмету. Миг и у меня перед глазами, маленькая шпилька для волос…
— … вы так прекрасны, — гул голосов заглушал мои мысли.
— … от Вас взгляда нельзя отвести, — чирикала каждая помощница, на перебой друг другу.
— Вы, наверное, рады…
— Я счастлива! — перебила я служанку, разглаживающую не существующие складки на платье, — Я безумно счастлива!
— Мы за Вас искренне рады госпожа, — хором, со всех сторон, начали поздравлять мои помощницы.
А я стою посредине гостиной, вокруг меня роем неутомимых пчелок вьются мои служанки, готовя к самому волнительному дню в моей жизни… К свадьбе. Еще один неуверенный взгляд в зеркало, и в очередной раз не узнаю девушку отраженною в нем.
Легкое, словно облако, словно утренний туман платье, украшает хрупкую девичью фигурку. Белое как снег на вершинах гор, воздушное, словно воздух платье, создано для сказочно создания. Самое изысканное кружево, мягкий тонкий шелк и фатин, не делают образ тяжелым. Наоборот спокойный силуэт, плавно повторяющий изгибы тела вплоть до середины бедра, а после — легко расходящийся и переходящий в аккуратный шлейф. Все платье усыпано мелкими камнями и жемчугом.
Остались лишь небольшие детали: легкий макияж, и уложить волосы в высокую прическу. Алисия, моя любимая помощница мастерски колдует над созданием изысканной и простой формы. Несколько минут и волосы свободным венцом заплетены на голове. Лишь шпильки с маленькими брильянтами украшали серебристо-рыжую шевелюру…
«За что Маркус?», — вопрос болью отозвался в моей душе.
Резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Сердце вопреки здравому смыслу начало порхать в груди, словно пойманный мотылёк.
«Да, что это со мной?», — гневно осадила я себя.
Крепко сжав шпильку в руке, я даже не заметила, как острые концы впились в мою ладонь, и маленькие капли крови начали падать на белоснежный ковер.
— Войдите, — как можно спокойнее постаралась произнести я.
— Госпожа…
Тихо, с низко склоненными головами, с осунувшимися плечами, будто опасаясь удара, в комнату вошли больше десяти служанок. Ровно выстроившись у противоположной от меня стене, девушки испуганно сжались, и не поднимая глаз начали непроизвольно дрожать.
«А это, что за делегация?», — недоумевающе посмотрела я на построение прислуги.
Наш молчаливый антураж, как камень, брошенный в спокойные пруд, разрушил влетевший в мои покои вихрь. В след за ветреной стихией, черной тенью, явился приближенный Маркуса, его любимый вампир.
— Как ты… — начала я высказывать свое негодование.
— Оставьте нас, — твердо распорядился вампир, даже, несмотря на строй девушек.
Так же бесшумно, не поднимая голов, не отрывая глаз от пола, одна за другой, ровной колонной служанки покинули мою гостиную, не забыв за собой плотно прикрыть двери.
Я выжидающе смотрела на советника принца, приблизительно пытаясь понять, что ему от меня понадобилось.
— Ну, здравствуй Милолика, — вальяжно начал вампир, по-свойски обходя гостиную и останавливаясь недалеко от меня. — Я смотрю ты осваиваешься…
Этот вампир меня очень сильно напрягал. Вообще, я ко всей кровопийской братии, всегда относилась должным уровнем скептицизма. Они причислялись к определённому высшему уровню нежити. То есть балансирующих на грани жизни и смерти, в неопределенности между мирами. Одним словом, ходячие мертвецы. Вот только сами кровососущие, о себе были намного более величественного мнения. Вампиры, считали себя уникальными существами, умудрившимся перехитрить саму Судьбу — не уйдя за Грань, а спокойно проживая свой долгий век в виде ходячего трупа. Конечно, это подразумевало определенные неудобства в виде своеобразной диеты и других оригинальных потребностей. Но как говориться: никто не идеален?
— Чем обязана? — жестко прервала я кровопийцу, не двигаясь со своего места.
— Высочайшему повелению и непререкаемому желанию, — развел руками вампир.
— Не поняла?
— Ну что здесь не понятного, — подходя ко мне, практически вплотную промурлыкал мой бледный гость.
Его бесцветные практически синие губы расплылись в задорной ухмылке. Я внимательно осмотрела представшего передо мной гостя:
«А он, мог быть очень привлекателен, если бы не умер», — как можно снисходительней начала размышлять я.
Вампир, был поистине венцом своей расы: не слишком высокий, худощавый, но от его тела, исходила мощное чувство превосходства и силы. Острый нос, тонкие губы, казалось, были предназначены для язвительных усмешек. Черные волосы, доходившие до плеч, слегка убраны назад, открывая волевое и аристократическое бледное, с тонкими синими прожилками лицо. На лице не было и намека на мимику, лишь сухая расчетливость. В каждом движении — змеиная пластика, уверенность и надменность. Но меня пугало и отталкивало в его внешности лишь одно — глаза. Глаза вампира нельзя спутать не с чем, холодные и безжизненные, словно застывший кусок стекла. Если следовать великой мудрости, что «глаза — это зеркало души», то у вампира ее нет. В этих пронизывающих стекляшках не отображаются чувства и эмоции, их нельзя прочесть и предугадать. Лишь сковывающий лед и безжизненность…
— Он сума сошел? — отбрасывая наваждение, возмутилась я. — Да я тебя при первой же удобной возможности сгною…
— Премного благодарен такой нежной заботе и столь чуткому вниманию с вашей стороны принцесса.
Дальнейшие действия вампира повергли меня в животрепещущий ужас. Быстрым движением холодная рука коснулась моей кисти, той в которой была зажата булавка. Не сводя с меня глаз, нежным движением вампир заставил меня разжать ладонь. Секунда и шпилька выпала из моей раненой руки, а губы вампира коснулись маленьких ранок.
«Терпи Лика. Не смей показывать свою слабость», — орало на меня мое сознание.
Но страх быстро сменился удивление, губы вампира оказались теплыми. Едва ощутимое касание и я начала ощущать, как ранки затягиваются, а стоящий передо мной кровопийца не скрывает своей язвительной усмешки.
— Милолика, давай не будем усложнять друг другу жизнь. Маркус, все равно не отступится от своей затеи. Поэтому целесообразней будет взаимовыгодное сотрудничество.
— Ты еще посоветуй: расслабится и получить удовольствие, — не сдержалась я от колкого замечания.
— Ничего не имею против, — в свою очередь не растерялся вампир.
— Клыки убери, — со всей серьезностью посоветовала я. — А то Хозяин тебе их вмиг обломает.
«Однако. Какие еще будут сюрпризы?», — про себя размышляло сознание.
Вся эта ситуация начала нервировать. Ну и зачем мне Хранитель, на не полные двое суток? Или Маркус решил идти до последнего?
«А ты сомневалось?», — включился в мысленную игру разум.
— Тебя хоть как зовут, — отходя подальше от напрягающей меня личности, и садясь в кресло рядом с окном, спросила я.
— Простите мою бестактность, — с присущей всем вампирам грацией, извиняющийся произнес мой персональный кровопийца, — Лорд Герион Данаг Ракшаса, — первый советник его высочества принца, к Вашим услугам.
Я еще раз оглядела свалившиеся на мою бедовую голову «счастье»:
— Ну, здравствуй сосед по несчастью? За какие заслуги тебя понизили, до категории охраны? И как срок коротать будем?
— Надеюсь в мире и согласии, — быстро нашелся с ответом мой вампир, — И это честь для меня принцесса.
— Не сомневаюсь, — недовольно пробубнила я.
Началась долгая минута молчания, в течении которой мы с вампиром обменялись, ну, очень красноречивым взглядами.
— Думаю, все формальности соблюдены. Больше не задерживаю Вас…
— Милолика, ты кажется не до конца поняла всю специфику моей должности, — с откровенной издевкой начал кровопийца, — Теперь мы с тобой неразлучны. Я твоя вторая тень…
— Герион, давай на чистоту, — не красиво прервала я вампира. — Я искренне верю, что ты преданный слуга Маркуса, и будешь следовать его интересам.
Положительный кивок со стороны Гериона, лишь укрепил мои подозрения в открытом шпионаже.
— Поэтому нам не по пути, — коротко заключила я, — Так как я собираюсь пробыть в Таносе максимально короткое время, думаю мы найдем параллельные друг другу дороги.
— Ты уверенна? — не по-доброму посмотрел на меня кровопийца.
Медленно следя за каждым моим движением, Герион вытащил из своего камзола несколько листов. Даже издали я увидела, что это достоверные копии, какого-то государственного документа, скрепленные подлинной печатью Декара.
— Что это? — не уверенная что действительно хочу знать, все же поинтересовалась я.
— Читай, — бумаги плавно перешли мне в руки, — Думаю, много нового и полезного ты усвоишь с этого документа.
Мои глаза медленно побежали по стокам. От каждого слова, от каждого последующего предложения, мне становилась не на шутку дурно. Мое сознание, отказывалось воспринимать прочитанное. Ведь, я в полной мере отдавала отчет, на, что Декар толкал Маркуса, в своем завещании. И чем принцу грозило не соблюдение последней воли императора.
— Почему он не сказал? — у меня был единственный вопрос.
— Иногда Маркус, бывает на редкость принципиален и безрассуден, — серьезно произнес первый советник принца, — И почему-то, всегда по отношению к тебе. Как ты поняла из завещания, можешь сегодня проститься с Декаром, и заодно подготовить скорбную речь в память о принце.
— Декар не мог? — прошептала я в пустоту.
— Ну, это уже дело прошлого. Завещание есть, и оно нерушимо. Как ты смогла убедиться, Декар, очень четко, осознавал последствия, своей последний прихоти.
— На что Маркус, рассчитывает? Неужели считает, что после всего случившегося, я встану рядом с ним, — мое негодование переступило опасную черту.
— Веришь? Он не настолько глуп, — в тон ответил мне вампир, — Думаю, он делает ставку на Ириду, и возможность договориться с богиней.
— Он идиот, — обреченно заключила я.
— Вот здесь, склонен согласиться, — проявил лояльность советник.
После столь эмоционально диалога, мне было необходимо собрать мысли воедино. Слишком витиеватой и замысловатой получалась картинка, будто кто-то хотел пошутить. Но вместо не смешной шутки, получилась ломающая судьбы жесткая игра.
— Я так понимаю, если Маркус сам не пожелал раскрывать суть завещания, — внимательно следя за вампиром, произнесла я, — То данный документ не должен был попасть в мои руки… Ты знаешь, чем тебе грозит подобная выходка?
Герион, оставался холоден и невозмутим, лишь еще больше побледневшие костяшки пальцев выдавали его раздражение.
— Не чем более страшным, чем при народное самоуничтожение принца, и как следствие: борьба сильнейших мира сего, за власть и господство над Таносом.
Я слушала и недоумевала. Опять моя жизнь покатилась под огромную гору, да еще и камнепад проблем грозил обрушиться сверху, навсегда хороня под своим гнетом.
— Так, что Лика, советую хорошенько поразмыслить над сложившимися обстоятельствами. Желательно откинув чувства и желания, вспомнить о своем долге…
— Через сколько начнется прощание? — сухим тоном поинтересовалась я.
— Меньше четырех часов, — лаконично ответил вампир.
— Через три часа постучишь…
С этими словами, я уверенно встала, и направилась к закрытой двери, в спальню. Меня уже не волновало, как выглядит помещение, что с ним стало за десять лет. Все, что я смогла сделать, это добраться до кровати, и обессилено упасть, с огромным трудом закрывая глаза.
Я до последнего не верила в существование особого промысла Судьбы, на свой личный счет. Не верила в то, что мои способности, мой дар, дан мне для какой-то особой, высшей цели. Я до последнего надеялась, что по жизни мне лишь крупно не везет, и удача просто отвернулась от меня. Жила, по мере возможностей, пыталась существовать и приспосабливаться, с камнем непосильной ноши на своих плечах. И вот теперь, неожиданно, камень возрос до размеров надгробной плиты.
Очередной вечер моей жизни, очередной заход солнца, очередное угасание дня. Я стоял у окна центральной башни, и смотрел в след закатному светилу. Уже смеркалось, звезды ультрамариновой пылью проявились на небе, сияя маленькими огоньками.
Сумрак, полумрак поглощал мир, окуная в обитель ночи, это время — трещина между мирами… уход света и рождение тьмы. Именно в это мгновение, они сливаются воедино, даря ощущение необыкновенной целостности бытия.
— Пора, — спокойный голос стражника прозвучал за моей спиной.
Глубокий вздох и я уверенно начал спускаться… Вниз, в глубокие подвалы замка, где под огромной толщей земли располагалась королевская усыпальница.
Конечно, склепом, в полном понимании этого слова, нельзя было применить к главному скорбному залу Таноса. Поскольку короли, императоры и высшие маги, после своей смерти не сохраняли своей земной оболочки. Всего лишь несколько часов, после ухода души из тела, и плоть растворяется в пространстве, отдавая силу и магическую мощь бытию.
Долгий проход через многочисленные залы и коридоры, через пустые лестницы и ходы, и я оказываюсь в большом каменном колодце. Черные, каменные стены и темный мраморный пол, огромное количество факелов освещают печальное пространство. Вдоль всех стен стоят фигуры и статуи умерших правителей, и их самых близких приближенных. Сотни посмертных изваяний, словно живые, взирают на каждого, кто осмелиться войти в грустную святыню. Здесь собрана тысячелетняя история Таноса, именно здесь ее дух и печаль. Сегодня скорбное число вечных изображений пополнила фигура моего отца. Рукой искусного мастера был выточен силуэт: высокий, мощный, властный. Совсем, такой как при жизни. Упорство и напористость выражало каменное лицо, сила и власть застыли в холодных глазах.
— Мне будет его не хватать, — тонкий голос, словно колокольчик зазвучал за моей спиной.
Милолика, медленно обошла меня и подошла вплотную к статуе. Сейчас ее глаза грустно всматривались в застывшее лицо Декара. Казалось, она шепчет, что-то, что понятно лишь им одним. Только то, что предназначено лишь для покойного слуха императора. Я стоял и не решался. Я боялся даже пошевелиться, со скорбью смотря на прощание Лики, со своим вторым отцом.
Не знаю, сколько прошло времени, но Лика, робко, дрожащими пальцами провела по мраморной руке, запечатлевая последнее прощание. И цветок белоснежной лилии, скорбным символом упокоился у ног каменного государя.
Секунда, и девушка резко разворачивается, в ее глазах больше нет скорби и печали, лишь сухая уверенность. Твердой походкой истинной правительницы она, молча, проходит мимо меня, присоединяясь в центре зала к малочисленной группе прощающихся.
— Ты по праву мог ей гордиться, — тихо проговорил я мраморной статуе, — Она в свои малые годы, уже превзошла нас во всем. Прости отец, что не уберег. И прощай…
Минута безмолвной тишины, гнетущим грузом застыла в скорбном зале. Все ждали лишь моего присутствия, а я всячески оттягивал момент, зная, как сильно все измениться после прощальной церемонии.
Глухой стук обуви по мраморному полу, как магнит приковывал ко мне взгляды окружающих. Сегодня здесь собрались лишь сильнейшие представители, старейших династий Таноса. Только им был разрешен вход в усыпальницу правителей. Как хищные коршуны, двенадцать страшнейших демонов, отрезвляли своими колючими взглядами. Среди них словно маленький воробушек, гордо стояла принцесса.
Короткий кивок, и главный настоятель храма начал свою заупокойную речь. В данной традиции я не видел смысла, более того, я ее ненавидел. Сейчас по обычаю будут перечислены все главные заслуги покойного государя, а в самом конце объявлено завещание и последняя воля.
В этом темном пространстве время текло по-особому, растягиваясь и тянулось в печальном забытье. Более десяти минут, я не слышал слова служителя Ириды, не отрывая взгляда от Милолики.
Девушка, предстала перед всеми в строгом черном платье до пола: высокий воротник, застегнутый на все пуговицы, полностью закрывал шею; длинные рукава показывали лишь кисти рук. Весь образ отражал грусть и скорбь по ушедшему отцу.
«Еще один удар. Еще одна скорбь», — пробуждались печальные мысли в моей голове.
Лика распустила волосы, именно так как нравилось Декару, одев лишь сверху тонкий серебреный венец принцессы.
Старые мудреные опытом демоны, уже не раз одарили маленькую фигурку не добрым взглядом. Чувствовали подвох, ощущали интригу исходившею от демоницы. Несмотря на то, что я всячески старался обезопасить жизнь Милолики вне стен родового замка, мне не всегда удавалось безупречно выходить из ситуаций.
Катерина, показывалась лишь несколько раз в год в образе принцессы, сея иллюзию присутствия Лики в империи. Всего лишь несколько балов и особо важных встреч в год, где ее главной задачей было не привлекать внимание. Именно там, представители правящих семей, могли воочию убедиться, в крепости нашей семьи и авторитете власти. Сейчас же главы видели лишь ту же внешность и похожий слепок ауры могущества, но повадки, манеры и умение держать у Милолики были не схожи с игрой Катерины.
Между тем церемония подходила к своему логическому завершению:
— Я барон Барантер Верделет Вуал, — громко заговорил старый поверенный отца, выводя меня из задумчивости, — Последней волей императора уполномоченный изъявить его завещание и предсмертное желание.
Все присутствующие напряглись. А Милолика, впервые за все время нахождения в усыпальнице, посмотрела на меня. Все внимательно слушали, отмечая для себя основные моменты воли Декара.
— … Согласно последнему желанию, коронация, должна состояться на третий день после кончины. Мой трон и королевские регалии я отдаю своему единственному сыну…
— Давайте обойдемся без скучных и всем понятных деталей, — быстро перебил я императорского поверенного, — И перейдем сразу к окончанию документа.
Если барон и удивился, то виду не подал, коротко кивнув, без пререканий преступил к последней части завещания.
— Как пожелаете — спокойно проговорил Барантер, — Если власть, и королевские регалии, не примут принца Маркуса Эдуарда Декар Валлийского, то пусть сила сама найдет достойного и одарит его всей полнотой своего могущества…
— Одним словом, господа, жду Вас завтра на коронации, — поняв, что официальная часть пришла к своему неизбежному концу, быстро обратился я к присутствующим.
— Или… — не удержал своего язвительного замечания, самый молодой из глав — юный демон, Князь Алат Аностер Вейман.
— Или на выборы на высший пост, — пожав плечами, хладнокровно осведомил я гостей церемонии, — Как говориться на все воля Судьбы.
После моих завершающих слов всем стало понятно, что затяжной ритуал прощания подошел к концу. Каменные двери с шумом открылись, впуская прохладный свежий воздух. Первые к выходу потянулись жрицы, не забыв подойти ко мне и по соболезновать. Затем подошел последний приближенный Декара, его поверенный.
— Маркус, надеюсь, ты знаешь, что творишь, — укоризненно произнес старый советник отца, подойдя ко мне вплотную.
— Не волнуйся Барантер, я полностью отдаю отчет всем своим действиям, — сухо проговорил я.
Старый оборотень, лишь устало покачал совсем седой головой, явно в душе не соглашаясь с моими доводами. Но перечить не посмел. Низко поклонившись, он поспешил покинуть императорский склеп.
Вся церемония проходила как в тумане… Не понятные речи. Бесполезные слова. Притворные разговоры. Сухая констатация фактов: родился, жил, умер… Кажется всем присутствующим, было в тягость и в мучительную обремененность, нахождение в этом зале в столь печальные минуты. Оживление произошло только тогда, когда в центр зала вышел старый поверенный Декара. Именно в этот момент, я физически начала ощущать напряжение и предвкушение собравшихся демонов.
«Шакалы. На, что вы надеетесь? Что Декар, на склоне своих лет, решил передать власть одному из Вас? Хладнокровные лисы…» — мысленно вела я войну сама с собой.
Внутри все негодовало, хотелось прервать этот фарс. Разозлиться, хлопнуть дверью и уйти… А затем — вернуться, когда последний лицемерный дурак покинет скорбный зал, и в тишине погрустить…
Но я не могла! Не имела права! Так же, как и все присутствующие, с бесстрастным хладнокровием, взирала на традиционную церемонию.
«Не один мускул не дрогнет. Я была хорошей ученицей, Декар. Я не покажу им свою слабость», — молча, разговаривала с застывшей статуей правителя Таноса.
— Я барон Барантер Верделет Вуал, — словно грозовой рокот, отраженный от стен, прозвучал голос поверенного, государя Таноса, — Последней волей императора уполномоченный изъявить его завещание и предсмертное желание.
«Вот и ваша истинная суть рвется наружу… Лицемерные коршуны — ваше второе лицо», — думала я, следя за предвкушающими демонами.
Взгляд невольно скользнул по темной фигуре Маркуса. Он стоял в отдалении, совсем не далеко от статуи отца, как предписывала традиция. Обтянутый тьмой, будто второй кожей, он без ложной надменности взирал на все действо.
— … Согласно последнему желанию, коронация, должна состояться на третий день после кончины. Мой трон и королевские регалии я отдаю своему единственному сыну…
При последнем слове изъявителя Декара, бестактно прервали:
— Давайте обойдемся без скучных и всем понятных деталей, — со скукой в голосе попросил Маркус, — И перейдем сразу к окончанию документа.
«Решил до последнего играть всесильного и непобедимого? Дурак, ты Маркус», — взирая на происходящее, думала я.
Барон, будто ждал такого поворота событий, без последующих разбирательств, приступил к окончанию оглашения завещания:
— Как пожелаете, — смирно согласился Барантер, — Если власть, и королевские регалии, не примут принца Маркуса Эдуарда Декар Валлийского, то пусть сила сама найдет достойного и одарит его всей полнотой своего могущества…
— Одним словом, господа, жду Вас завтра на коронации, — своим тоном, давая понять, что сегодняшний ночной сбор подошел к концу, заговорил принц.
— Или… — за моей спиной раздалось бархатисто язвительное замечание.
— Или на выборы на высший пост, — пожав плечами, хладнокровно осведомил всех Маркус, — Как говориться на все воля Судьбы.
Принц, и наследник империи, говорил спокойно и небрежно. Ни одно его движение, не выдавало напряжения, или раздражения, от сложившийся ситуации. Лишь глаза подозрительно мерцали, жестким, лютым огнем.
«Как говориться: без комментариев. Спасибо всем за встречу… А теперь поспешите убраться», — мысленно перевела я взгляд Маркуса, подаренный окружающим.
Первыми в сторону открывшегося выхода потянулись жрицы, поочередно подходя к принцу и обмениваясь с ним парой слов.
— Позвольте выразить Вам сваи самые искренние соболезнования, — прозвучал бархатный голос практически над моим ухом, — Я знаю, Вы с его высочеством были очень близки.
Я неуверенно обернулось. Позади меня, мощной горой, возвышался совсем незнакомый демон.
«Ну, почему они все такие высокие?», — нещадно задирая голову, думала я.
Внешность вполне обычная для демонической братии: огромный и широкий стан; крупные и резкие черты лица; черные волосы с едва заметными синими прядками; и глаза с озорными сапфировыми огоньками…
— Благодарю. Это огромная потеря для всех нас, — коротко ответила я, пытаясь спрятать свой слегка растерянный взор.
«Уйди! Да, отойди, ты от меня наконец», — мысленно уговаривала я, явно заинтересовавшегося мной демона.
Вся нелепость ситуации состояла в том, что я не представляла, кто передо мной. Если остальных глав кланов я смутно помнила, то этот представитель княжеского рода был для меня загадкой. Это означало лишь одно, что он совсем недавно занял свой пост, и теперь, всячески будет укреплять позиции. Да, еще, именно этот, представитель темнейшего племени, отпустил сегодня язвительное замечание, в сторону принца.
«Значит молодой и дерзкий. Такой просто не отступит», — отдал не обнадеживающею характеристику мозг.
Я стояла, молча выжидающе смотря в сторону настырного Темного Князя. А демон настойчиво не отходил от меня будто присматривался:
— Простите, если обижу Вас, — начал первым демон, — Но мне кажется, Вы сегодня, на себя не похожи…
«Какой внимательный. Иди, возьми конфетку. И отстань от меня, наконец», — про себя ругала я беса, понимая, что сбегать нельзя.
— Горе заставляет быстро меняться, — как можно спокойнее, уклончиво ответила я.
— Но истина остается, — не сдавался мой оппонент, — Перемены, необходимы, даже не смотря, на, то какие причины к ним подвигли. Жизнь постоянно дает шанс. Даже когда, кажется, что это конец пути и выхода нет… Стоит присмотреться и поймешь, что все, что не происходит к лучшему.
— А я смотрю, Вы мудрец с душой философа, — удивленно взирала я на Князя, — Но думаю, Вы выбрали не, то время и не, то место для столь жизнеутверждающих речей.
— Отнюдь, — настаивал на своем демон, — Именно в таких местах как это, мы стараемся ценить, что имеем и о чем уже не задумываемся.
— И все же мне кается кощунственным, говорить о жизни, на месте последнего прибежища души.
— Простите принцесса, что затронул, столь печальные ноты вашей души, — не унимался мой собеседник. — Думал в нашем Мире, уже не осталось места сердобольности и состраданию. Тем более при в Вашем положении…
«Ах, вот в чем подвох. Решил подловить меня на словах. Ну, нет, не выйдет. В такую игру и я не прочь сыграть. Тем более у меня тоже много вопросов», — уже заинтересованным взглядом посмотрела я на демона.
— Позвольте поинтересоваться, а когда это Вы умудрились меня так хорошо узнать?
— Ну как же…
Демон, резко остановился, его черные глаза застыли, смотря за мою спину. Бес невольно выпрямилась, губы в напряжении замерли…
— Премного благодарен Князь, что не оставили мою жену в столь скорбном месте в одиночестве, — голос был холоден как сталь.
«Вот еще один ценитель красивого словца пожаловал», — закрутилась мысль в голове.
— Приветствую повелитель, — демон коротко поклонился.
Медленно словно тень из моей спины выплыл Маркус. Тихо и не спеша, обходя меня со стороны, он встал в плотную, крепко прижав к своему боку за талию.
«Ну, началось…» — невольная дрожь окутала все тело.
— Позвольте поинтересоваться князь Вейман, — с долей угрозы продолжил Маркус, — О чем Вы так мило беседовали с моей женой?
«Ну, еще раз назови, может легче станет», — дала я мысленный совет принцу.
— О скоротечности времени и неотвратимости жизненных уроков, — быстро нашлась я с ответом.
По-моему, мое высказывание не устроило ни одного из демонов. Оба подарили мне весьма красноречивые взоры.
— Думаю, принцесса устала, — первым нарушил паузу Маркус, плотнее прижимая меня к себе, — Мы не задерживаем Вас князь…
«Молодец! Мог бы просто сказать: Пошел вон!», — очередной раз, удивляясь учтивости в передачи своего желания, мысленно похвалила я Маркуса.
Секунду демон медлил. Пристально смотря на меня затем на Маркуса.
«Нет, мой хороший, с таким противником, тебе тягаться еще рано», — на этот раз мысленного совета удостоился глава клана.
Поняв, что реакции от нас он не дождется. Темный князь коротко поклонился, молча, поспешил исчезнуть в широко распахнутых дверях подземелья.
— Смотрю ты, как и прежде популярен, — освобождаясь от душащих объятий, проговорила я.
— Милолика, может, объяснишься? — громко попросил Маркус, не сходя со своего места.
«Значит мы одни», — сделала я заключение, опираясь на слова демона.
Маркус, решил выяснить отношения, вот только место выбрал не удачное. Я не спеша начала отходить от выжидающего ответа принца, глубже удаляясь в сумрак склепа. Шуршание длинного платья и пронзительный стук каблуков, глухо затухал в темном колодце подземелья. Темная тишина, черный покой — вот какая она жизнь после смерти…
Я сама не понимаю, как остановилась… Пришла в себя лишь в тот момент, когда на глаза начала свисать пелена от слез, а горло с ковалось от беззвучного хрипа.
Две фигуры из белого мрамора возвышались надо мной. Демон красивый, сильный, властный… Даже сейчас в образе безжизненной статуи, чувствовалось его былая мощь, его ушедшее могущество. А рядом с ним она… его спутница, его мечта, его жизнь. Тонкая фигурка миниатюрной демоницы, прижимающийся к широкой груди мужа, была искусно выточена из холодного камня. Тонкие черты лица, длинные волосы, нежный и такой безжизненный взгляд… Их руки были сплетены воедино, и мирно покоились на груди демоницы.
«И даже после смерти вы вместе. Простите меня…» — я не отрывно смотрела на каменные изваяния, изо всех сил старясь не расплакаться.
— Они даже сейчас прекрасны. Ничто не было подвластно их чувству, даже смерть, — сказала я, в черноту склепа, чувствуя, что за моей спиной замер Маркус.
— Над истинными чувствами время не властно, — тихо заговорил демон, — Они лишь перерождаясь, воплощаются вновь. Их любовь сотворила тебя…
— Посмотри на них Маркус, — спокойно попросила я, — И ответь мне на вопрос: Смог ли один из них жить, зная, что второго уже нет на том свете? Смогли бы они, изо дня в день, существовать не чувствуя своей половинки рядом?
— Лика боль забывается, раны срастаются…
— Маркус, как ты не понимаешь? — устало произнесла я. — Все меняется… Я изменилась. Чувства теряются, ломаются, не выдержав натиска. В один прекрасный момент, хочется освободиться от всех своих грехов и просто жить, не оглядываясь назад.
— Я тебя не отпущу, — твердо проговорил демон, не выходя из-за моей спины, — Ты моя.
— Я уже давно, не твоя.
Я знала, что мои слова режут как нож. Знала, что каждая моя фраза как раскаленное железо терзает и мучает, оставляя безобразные рубцы. Или я вновь обманываюсь? Ошибаюсь, и верю в несуществующее? А на деле, это — очередная тонкая игра с замысловатым сюжетом. Ведь так легко представить, что Маркус, не испытывает ко мне нечего кроме собственнических замашек. Даже его сегодняшнее «моя жена», звучало как сухая констатация факта. Если подумать, то неспроста, он вновь появился в моей жизни, когда мне показалось, что я излечилась, развеяла тень прошлого. Он появился, когда в душе начал рождаться робкий свет надежды, на будущее…
Как же хочется снова родиться, уже имея опыт за спиной…
— Маркус, знаешь, когда тебе обрывают крылья, становиться так больно и невыносимо, что мысль о дальнейшем существовании лишь удваивает страдания. Я научилась жить с этой болью. Отступись…
— Ты знаешь мой ответ, — ответил Мрак за спиной, — Никогда…
— Хоть в одном мы с тобой солидарны, — повернулась я, встречаясь взглядом с Тьмой, — Никогда я не буду твоей.
Цок, цок… твердые шаги уносят меня прочь из подземелья. Цок, цок… как удар молота по деревянной крышке, стучит сердце. Цок, цок… лишь звук шагов, раздается в пульсирующем сознании. Цок, цок… душа замолкла, будто испив яду… Цок, цок… веры больше нет…
Место для своего основного времяпрепровождения Маркус выбирал сам. Не слушая бессмысленные уговоры советников, аристократии и самого императора. Все они настаивали оставить основной рабочее место, в исторических, и специально отведенных комнатах. Но этому не суждено было исполниться. Как только Декар, передал часть государственных дел сыну, Маркус поспешил разместиться в старой башне.
Именно здесь он мог собраться, мог легко вздохнуть, находясь вдали от основной части замка.
Данная особенность помещения, сейчас была, как никогда необходима. Ведь если бы он находился, чуть ближе к Милолике, то бы не выдержал и ринулся к своей своенравной жене.
— Как она? — не отрывая взгляда от государственных бумаг, коротко спросил Маркус вампира.
— Пришла вся на взводе. Громко хлопнув дверью спальни, закрылась на пару часов, — Герион, начал поведывать сведения о своей подопечной.
— Так понимаю, на этом, наша принцесса, не остановилась, — прямо в руках испепеляя ненужную бумагу, осведомился принц, — И как умная девочка Лика, не легла спать.
Ночь уже подходила к концу. Последние звезды тускло мерцали на стремительно светлеющем небосводе. Еще немного, не более часа, и восход предвестит рождение нового дня.
— Лика? Легла спать? — искренне удивился лорд вампиров. — Я вообще думаю, что ее основное предназначение в этом замке изводить меня.
— Не обольщайся. Тебе будет полезно… — впервые за все время нахождения в кабинете, Маркус оторвал взгляд от бумаг. — Что она еще удумала?
— Потребовала к себе немедленно лучших портных и модельеров, — пожал плечами Герион, — Затем, обзаведясь группой поддержки, подкрепив свои желания достойными аргументами, спровадила меня из покоев.
— Значит, одумалась?! — невольно выдохнул принц.
Маркус, сам не до конца осознал, какой радостный поток захлестнул его сознание. А затем как ледяной водой его обдало понимание:
— Ты оставил ее одну?
— Не одну, а в компании кровожадных модниц и портних. Или ты хотел, чтобы я лично лицезрел обнаженную принцессу? — быстро проговорил Герион. — Кстати, это было главным аргументом, моего дезертирства. Маркус, успокойся твое опасения уже переходят всякие границы. Ее охраняют лучше и надежнее, императорской сокровищницы.
— Плевал я на сокровищницу… Позволь тебе напомнить: мы не раз уже недооценивали Милолику. Знаешь, чем это закончилось? Быстро исчез! И чтоб на шаг от нее не отходил!
Вампир тяжело поднялся из огромного кресла и укоризненно посмотрел на взбешенного наследника Таноса. Всю полноту чувств, которые наполняли в данный момент демона, нельзя было описать. Да, и спорить с ними было бесполезно. Молча, бесшумно словно дым, Герион растворился, последовав указанию своего будущего императора.
Маркус, тяжело опустился на рабочее кресло, отодвигая подальше надоевшие бумаги, и устало прикрывая глаза.
В туже секунду от дальней стены кабинета, за спиной принца, огромным сгустком оторвалась тьма. Медленно, черная бесформенная субстанция, начала подкрадываться к демону. Остановившись в нескольких сантиметрах от кресла наследника, Тень тихо произнесла:
— Завтра коронация, — создавалось ощущение, что звук доноситься из далека, — Будут особые указания?
— Приглашение новому королю Залирии отправил? — не открывая глаз, спросил Маркус.
— Еще днем, — коротко проинформировала Тень.
— Проследи, — твердо приказал принц.
С этими словами чернота, вновь вернулась в темный угол, медленно растворяясь в первых лучах восходящего солнца.
— Нет, моя хорошая, слово «никогда» не применимо к нам, — тихо проговорил Маркус в пустоту, — Завтра ты сделаешь свой выбор. И я уверен, он будет правильным…
Уже несколько часов Дерек всматривался в огромное количество бумаг, и не улавливал даже крупицу их сути. Все эти прошения, донесения, приказы, грамоты и акты бесполезным многослойным «пирогом» покоились на столе.
День был в полном разгаре, из многочисленных огромных окон в королевский кабинет вливалось желтое солнечное тепло. Причудливо отражаясь от многочисленных глянцевых поверхностей.
Неожиданно в огромную дверь тихо постучали и, не дождавшись ответа, в огромное светлое помещение вошел первый советник короля, лорд Рудольф Вилотский.
— Какие новости? — не дожидаясь приближения советника, быстро спросил король.
— Разные, — ушел от прямого ответа лорд земель Норилии. — С какой соизволишь начать?
Рудольф, быстро преодолел разделяющее с королем пространство, и устало опустился на стул возле рабочего стола государя.
— С ближайшей, — морально готовясь, и заранее не надеясь не на что хорошее, попросил Дерек.
— Ну если с ближайшей… То позволь тебя проинформировать, что должность главного мага теперь вакантна. И как следствие, заявление на отставку от уважаемого лорда Стефана Андри Широл…
С этими словами, лист белой бумаги, исписанный красивым почерком, лег поверх кучи бумаг.
— Причина? — коротко спросил король.
— Личная непереносимость…
— Ты еще на резкое обострение аллергии сошлись, — не выдержал Дерек, — Если конкретнее и с фактами.
— Тебе это не понравиться, — честно предупредил Рудольф.
Дерек, тяжело вздохнул, всем своим видом давая понять, что чаша его терпения сильно переполнена. После столь красноречивого взгляда Рудольф поспешил доложить:
— Ты у него невесту увел, а она из-за тебя впоследствии вены вскрыла.
— Замечательно, — не нашелся с ответом Дерек.
Повисло невольное молчание. Дерек, осторожно взял белоснежный листок, и быстро прошелся взглядом по аккуратным строчкам заявления:
— Хорошо. С этим мы разберемся позже, — белый лист, лег в первый ящик стола, — Что еще ты мне поведаешь?
На стол молчаливо лег очередной лист бумаги. Но на этот раз это был не просто бесполезный документ, а красивая богато украшенная грамота. Темный холст из редчайших пород деревьев, буквы выведенные золотом, а главное императорская печать. Именно такой документ появился перед глазами Дерека.
Король, безмолвно взял только, что полученное послание, и с нескрываемой озабоченностью и напряжением начал его изучать. Долгие минуты длилось постижение короткого приглашения. Но Дерек так и не мог совладать с нахлынувшими эмоциями.
Солнечный свет уже не лил в окна, померкнув под тяжестью возникших грозовых туч. Вдалеке начали греметь первые раскаты грома.
— Распорядись об ответе, и приготовь все необходимое, — резко вставая, и подходя к окну, произнес Дерек.
— Ты понимаешь, что не чем хорошем, это не закончится? — с тревогой в голосе, спросил лорд Вилотский.
Но Дерек, не слышал… Разум был его сейчас с ней, в далеком Таносе…
«Осталось недолго. Совсем чуть-чуть… И мы вновь увидимся», — единственная мысль как птичка трепеталась в голове короля.
Случалось ли с Вами такое, что не успев проснуться, голова уже раскалывается от груза нерешенных проблем. Со мной в последнее время, это происходит с завидной регулярностью. Вот скажите, кому я перешла дорогу, что жизнь моя не успев наладиться, катится в глубокую яму? Или подскажите, на каком из судьбоносных жизненных поворотов я свернула в глубокую трясину, где по сей момент увязла по самую шею?..
Вот и сейчас мысленно копаясь во всем великолепии многосложных проблем, проснувшись, я не спешила открывать глаза. Так и лежала в застывшей позе, истошно перебирая возможные пути выхода из тупика.
Моя вчерашняя тайная разведка, не дала практически не каких результатов. Благополучно спровадив надоедливую «няньку» вампирской наружности. Мне не составило большого труда вразумить приглашенных швеей о моем принципиальном желании в фасоне наряда. И убедительно, а самое главное находчиво объяснить, что платье они будут изготавливать без моего присутствия. Оставив модисток и портних с изумленным, но в осторожно трепетном настроении, я растворилась в коридорах замка. Благо за десять лет моего отсутствия потайные коридоры не исчезли и негласные «черные» тропы остались на прежних местах. Но стоит отдать должное Маркусу и его привратникам, мне понадобилась уйма умений, для соблюдения невидимости. В каждом повороте, на каждой лестнице, в темном углу и дальнем коридоре, стояли стражи замка. Они как бестелесные тени слились с темным пространством, не выдавая себя не звуком, не движением, не дыханием. Лишь темные угольки не дремлющих глаз зорко следили за происходящим, готовые в любой момент исполнить свой служебный долг.
Несколько часов я по «мышиным» тропам, по самым тайным коридорам и комнатам изучала изменившийся за десятилетие моего отсутствия замок. Словно воровка, будто легкая тень, скользила от одного конца замка в другой, пытаясь уловить настроения, услышать сплетни, подслушать приватные разговоры. Но замок, в котором когда-то била жизнь, в котором в каждой комнате за каждой дверью была своя история, будто вымер. Казались, что не только жители, но и сами каменные стены встали в глухую оборону, готовясь к неведомому удару.
«Да, что здесь твориться?», — не уставал теребить мою душу уставший разум.
Слуги испуганно и покорно сидели в своих комнатах, боясь каждого шороха. Императорских приближенных и местной аристократии в замки вообще не наблюдалось. Под каменной крышей остались лишь несколько видимо самых верных Императорских помощников и небольшой штат подручных. Даже портнихи, сидевшие в запрети в моих покоях, были явно внезапно вызваны, и переправлены с помощью портала.
«Маркуса видимо паранойя замучила», — сделал мысленный вывод мой разум.
Действительно в родовом гнезде Императоров Таноса, не было не одной живой (и даже не сильно живой) души, которая знала или была знакома с истинной Милоликой Донат Виленской.
«Мило Маркус, — продолжила я свои мысленные рассуждения. — Видно ты тщательно готовился к моему возвращению. Радушный хозяин, ничего и сказать».
Вот так и не собрав интересующей информации и набив несколько больших шишек о низкие своды тайных тоннелей, я сидела, свесив ножки с одной из громаднейших люстр одного из приемных залов. И когда я уже начала потихоньку впадать в скуку и меланхоличное уныние, огромные деревянные двери с грохотом отворились. Черной фурией в зал влетела моя новоиспеченная нянька.
Вампир ураганом ворвался, и неожиданно остановившись прямо по среди каменного зала. Словно охотничий пес, выслеживающий свою добычу, он въедливо изучал каждую нотку изменяющегося воздуха. Требовательно и строго оставаясь на своем месте, он рассматривал каждую деталь помещения, пытаясь чутко учуять меня. Когда же кроваво красный взгляд взглянул наверх, я невольно сглотнула. На долю секунды мне показалось, что страшный хищник, исполнит свое желание так ярко отраженное в багровом взгляде. Но нечаянное ощущение через мгновение испарилось, оставив лишь после себя уже привычную горечь разочарования и безразличия.
«Зверь. Что с него взять?», — тоскливо рассуждала я, следя за явно вскипевшим от злобы кровопийцей.
Дальнейшее расписывать бессмысленно. Не давая повода советнику Маркуса для обвинительных речей и слишком фривольных в моем нынешнем статусе действий. Я легко и непринужденно спрыгнула на холодный темный пол в шаге от нерадивого охранника. С улыбкой на лице пожелала доброй ночи своему персональному кровопийце, и как не бывало пошла в свои покои. Немного ошалевший и растерянный, но при всем, не удавшийся мститель, вредным псом поплелся за мной. В коридорах дворца он, очевидно, опасался выказывать свое недовольство, явно припоминая пословицу: «Даже у стен есть уши». Но лишь только двери в личные апартаменты закрылись, обиженный и явно уязвленный лорд Герион, подбитым зверем накинулся с обвинениями. Вероятно, в любом другом случае, я бы не потерпела к себе подобного рискованно легкомысленного отношения, но именно сейчас меня накрыла волна равнодушия и душевного холода. Будто впала в прострацию, передвигаясь по каким-то не понятным для самой себя рефлексам.
Портнихи испуганно вжались в угол, трусливо прячась за оборками тканей и за не законченным платьем. А ураган под названием «уязвленный вампир» все продолжал на его взгляд разоблачительную, и поучительную проповедь, направленную на пробуждение моей совести. Аргументы, конечно, были стоящими, ведь узнав о моей выходке Маркус, не только Гериона бы записал в историю, но и весь караул призванный охранять принцессу как пепел развеял по ветру.
«А мне все рано!» — набатом отзывался голос разума.
Пелена спасительно равнодушия приятно закрыла створки души, подарив хоть несколько мгновений спасительной безучастности.
Все так же, не забавляя расслабленный шаг, не смотря в сторону побледневших швей, я вошла в свою спальню. И громко хлопнув огромной дверью перед острым носом явно разошедшегося вампира, я прямо в одежде повалилась на постель. В туже секунду крепкий сон без сновидений закрыл мое сознание от окружающей страшной действительности.
Вот и сейчас проспав от силы несколько часов, я с ужасом осознавала, что сегодня состоится коронация. Сегодня Маркус взойдет на императорский престол. Вот только роль моя во всей этой явно шулерской партии мне совершенно не нравилась.
— Весь день провести в постели не получиться, — резко вывел меня из раздумчивого небытия слатворно — раздражающий голос вампира.
«Вот зараза, — посетило отрезвляющее заключение. — Нечего, осталось лишь ночь переждать, а там…»
Я уже давно потерял счет многочисленным бумагам, докладам, сообщениям… Словно разоренный улей замок гудел с самого утра. И от всего этого беспокойства и неотвратимого кавардака я решил укрыться на дальней дворцовой крыше, чтобы в дали от всего немного подумать.
Передо мной словно бескрайняя, прекраснейшая картина, раскрылся весь вид на сердце Таноса, его главную силу — неприступные горы Тарос, на смертельные реки, глубочайшие озера и тысячелетние леса. Именно здесь под покровом своих грозных стражей возвышался Эволон — главный замок империи Танос. Существовало предание, согласно которому: «Смерть всего Мира наступит тогда, когда бессмертные стены падут, сравняюсь с землей». Весь открывающийся вид был воистину великолепен в своей первоначальной красе. Нет мест более прекрасных и жестоких. Сияющие от снега вершины Тароса называют «убийцами», за то, что они неумолимы в своем покорении. Горные реки получили славу «хладнокровных палачей». А дремучие леса величали коротко — «погибель»… Вот и сейчас оглядывая бескрайние владения, я четко чувствовал, как тень императорской коронации смертельной секирой уже нависла надо мной.
С первыми лучами рассветного солнца, в замок огромной темной волной начали прибывать многочисленные приглашенные. Темный народ, высшая аристократия, главы семей и родов, по-другому все, кто желал воочию убедиться в истинности императорской силы.
Танос — Великая Империя, первородное и первоначальное государство. Именно в ней сконцентрировалась колоссальная сила и власть. Именно Танос — главное детище и важнейший центр концентрации всего Мира. Изначально он имел узловой и судьбоносный смысл для всех живущих. Именно под его началом произошло объединение земель, заложение государственных основ и глобальное развитие всего ныне существующего. Сегодня еще один эпохальный день для всех живущих, ведь смена власти и передача Императорской силы, есть конец одного циклического круга. Еще немного, и вся жизнь встанет на новую прямую, выберет совсем иной вектор своего дальнейшего существования. И не стоит удивляться такому стечению живых масс в эпицентр творящийся истории.
Все увеселительные мероприятия, балы и празднества по причине траура были заранее отменены. Сегодня гостей ожидала лишь церемония инициализации и принятия императорской силы. А все торжества перенесены на месяц.
«А есть ли у нас этот месяц?», — грустная мысль посетила мое сознание.
Сейчас с главной башни замка отчетливо виднелась темная полоска подъезжающих экипажей. Переносные порталы работали в полную мощность каждую минуту наполняя замок приглашенными.
В императорский дворец вновь начала возвращаться привычная суета и колгота. Мой недавний указ о немедленном по кидании императорской резиденции, местная знать и старожилы, приняли за своенравный бред, навеянный смертью императора Декара. И постоянные жители каменного чертога во избежание осложнений и проблем, не осмеяли перечить, благосклонно покинув насиженные места.
— Как она? — спокойно спросил я, уверенный, что мои слова будут услышаны.
— Вообще-то я пришел доложить, что все необходимое для церемонии уже готово и осталось дождаться лишь полуночи, — раздраженный голос вампира шипением отозвался за моей спиной.
Несколько минут назад я почувствовал, что Герион материализовался на крыше, но верный слуга не решался прервать моего задумчивого молчания. О вчерашней выходки Милолики, я был оперативно предупрежден, еще в первые секунды обнаружения ее отсутствия в покоях. Но на счастье и радость Лорда вампиров, его халатность не успела принять размера всеобщего линчевания. Пропажа быстро нашлась, и на удивление спокойно вернулась в свои комнаты.
— Оставь, — ровным тоном попросил я. — Меня сейчас больше заботит настроение принцессы.
Даже находясь на приличном удалении и стоя за спиной, я физически ощущал волнение и беспокойство Гериона.
— Маркус, я надеюсь, ты в полной мере отдаешь себе отчет в безрассудности и сумасбродности своих действий. У Милолики есть реальные причины и основания, не идти к тебе на встречу, а тогда…
На этом месте советник замолчал. Я так же не спешил продолжать его фразу, ведь в действительности будущее нельзя предугадать. Ведь вся наша жизнь как сложная мозаика, собирающаяся из тысячи различных кусочков наших и чужих решений, и только в конце мы сможем узреть и оценить получившийся узор.
— Герион, твои подозрения исходят от наихудшего.
— Если все наши шаги, лишь приближают точку не возврата, а поступки все ближе толкают в пропасть, трудно игнорировать плохое предчувствие, — обжигая мою спину взглядом ровно произнес советник.
С последним словом вампира я резко развернулся, пристально всматриваясь в холодные глаза. Сейчас в них блестел не опыт, не вековая мудрость, а страх в ожидании неминуемого. Вампир как любой зверь, как хороший хищник, остро ощущал Грань, за которой будет лишь пустота и сумрак.
— Никогда не замечал в тебе склонности к скептицизму. Где же твоя беспечность и беззаботность?
— Разбилась сегодня утром о довольно внушительную хрустальную вазу, — возвращаясь в привычно нахальное состояние, ответил вампир. — Думаю, возвращение принцессы обойдется дорого для моего морального и физического здоровья.
Я не удержался от довольного смешка. Настроение и отношение Милолики конечно меня не радовало, но, то, что принцесса до сих пор находилась в замке, и не делала попыток, к реальному побегу внушало надежду.
— А ты предпочел, чтобы она, забившись в угол, утопала в истерике? Моя девочка повзрослела и думаю, в конечном итоге она оправдает возложенные на нее надежды, — спокойно прокомментировал я.
— Не разделяю твоего оптимизма. Как ты сам заметил, она сильно изменилась за прошедшее десятилетие. И могу сказать тебе с полной уверенностью она явно, что-то задумала, и не факт, что это придется нам по вкусу, — не отступал от своего мнения вампир.
— Не будь циником, — слишком беспечно отмахнулся я от слов советника. — Милолика, конечно обиженна, напугана. За последние сутки с ней случилась слишком многое, что в корне изменило ее прежний жизненный уклад, который она с таким трудом самостоятельно воздвигла. Но я уверен, что разум и долг возьмут верх над чувствами. Не забывай, ее воспитывали как принцессу, будущую императрицу. Она последняя в роду Хозяек Преисподней, на ее плечах огромный груз ответственности. И я убежден, что свой путь она пройдет достойно.
Вампиру ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и покориться чужой воли.
— Воля Ваша, — учтиво поклонился, явно несогласный советник. — Слушаю Ваших приказаний.
— Следи. Не на шаг от нее не отходи, — твердо проговорил я каждое слово. — Но постарайся лишний раз не вызывать недовольство принцессы, а то боюсь сегодняшняя ваза тебе покажется серпантином…
Вампир недовольно хмыкнул выпрямляясь. В его взгляде ясно читалось недовольство и раздраженность. Я четко понимал претензии лорда вампиров. Кому понравиться быть в няньках у упрямой принцессы? Но больше никому я довериться не мог…
— Герион, еще ничего не решено, — вновь поворачиваясь в сторону отвесных гор, произнес я. — Прислушайся к совету: Не думай о плохом. То, что должно случится и без наших предсказаний произойдет.
Секунда и я почувствовал, как советник медленно растворился в пространстве, верно и преданно отправившись исполнять приказ.
А я не выдержал… Не прислушавшись к голосу разума, который упорно твердил, что не стоит давить и навязываться, я потянулся к связи. Тут же золотой цветок на груди медленно начал нагреваться, даря родное тепло и не с чем несравнимое спокойствие. Через мгновение вернулся отзвук. Лика сейчас находилась в одиночестве в дальней части замкового парка. Вокруг принцессы были лишь верные стражи, но они, слушаясь приказа, прибывали на значительном расстоянии, не тревожа ее свои пристальным вниманием.
И снова я не внял предупреждением рассудка. Мгновение и портал открылся в парке, в нескольких метрах за спиной Милолики.
— И я тебя рад видеть, — ловя в сантиметре от сердца острый клинок, как можно спокойней постарался произнести я.
«А ты что хотел объятья и поцелуи. И не надейся! Потерянное доверие стоит еще заслужить», — мысленно отыгрался рассудок.
Лика стояла в простом тренировочном костюме. За время, проведенное в оттачивании боевых навыков, туго заплетенная коса растрепалась. И серебристые волосы свободными завитками спускались по напряженной спине. Ярко зеленные глаза горели огнем. В них отражалась злость, сметание и нерешительность. Казалось, девушка до сих пор не верит в происходящее, считая творящиеся плодом грубой шутки. На столе рядом с принцессой лежал десяток тренировочных кинжалов, видимо в метание, сего смертоносного оружия была увлечена девушка.
«Слишком тяжелые и большие, для столь тонкого создания как Милолика. Слишком острые и опасные для моего Ангела», — разглядывая творение лучших кузнецов, подумал я.
— Ты знаешь, — я ловко покрутил острым клинком. — Что подобная выходка, может быть расценена, как покушение на жизнь государя? — язвительно поинтересовался я, ожидая ответа.
— А ты сначала им стань, — быстро нашлась с ответом Лика. — И кстати, смелости хватит привести приговор в силу?
А вот такого разворота сюжета, я уже не ожидал. Оказывается, за время нашей разлуки, Милолика не только закалила характер, но и отрастила множество острых зубов.
«Хорошо. Решила сыграть по-плохому? Я не откажу в столь интригующем желании» — мысленно подумал я, в мгновение, преодолевая разделяющее нас пространство.
Секунда и я грозной тенью навис, над хрупкой фигуркой закрывая ее от всего мира. Наши тела практически соприкасаются. Я потерял счет секундам, которые мы простояли, молча, не шелохнувшись. Как не странно Лика не отвела взгляд, продолжая упрямо испытывать мое самообладание. И должен признать, я проиграл в чистую…
— Ответь мне почему ты еще здесь? Почему не предпринимаешь попытки к побегу?
Она молчала. А мои пальцы медленно провели по тонкому ситцу белой рубашки от маленького плеча до самых пальчиков. Я чувствовал, как сильная дрожь сковала все тело девушки, как сердце трепетало будто мотылек, зажатый в крепком кулаке.
— Не нужно слов, — прошептал я в самое ушко. — Просто признайся себе.
Я практически не дышал. Мой внутренний зверь рвался наружу, сознание практически отключилось. Повинуясь порыву, я устремился вперед, крепко прижимая к себе самое дорогое и священное, надежно заключая в свои объятия. Ее вкус, ее запах как живительная сила наполняла все мое естество.
— Попытаешься повторить этот фокус вновь, — жесткие тон вывел меня из неги иллюзии. — И я уже не остановлюсь.
Только после произнесенных слов я почувствовал, как острый кинжал твердо прижат к моей шеи, в том месте, где бежит живительная артерия. Теплая кровь ровной струйкой стекает на темный камзол. А в глазах Лики застыла — ненависть.
Мгновение и мои объятья разжались. Холодная сталь молниеносным движением была убаюкана как послушный котенок на маленькой ладони.
Легко и мимолетно, словно не было того наваждения, словно для нее ничего не значило, словно наша связь не начала вновь зарождаться, Лика отошла на десяток шагов. Развернувшись ко мне спиной, в сторону деревянной доски для метания кинжалов, принцесса продолжила свою тренировку.
— Почему мои порталы блокируются? — совсем будничным тоном, не отвлекаясь от своего занятия, поинтересовалась Лика.
— Не только твои, — в унисон ответил я, — Но и всех находящихся на территории замка. Меры безопасности перед коронацией.
Лика молчала, лишь на долю секунды остановившись, видимо обдумывая сказанное. Затем вновь холодный метал начал пронзать свою цель на другом конце поля.
— Ангел…
От моих слов Лика, вздрогнула, железный клинок так и остался в крепко сжатой руке.
— Ангел, — как можно мягче повторил я, — Давай не будем все усложнять. В нашей жизни уже достаточно было трудностей. Просто скажи, что ты намерена, делать дальше?
— Я? — искренне удивилась вопросу Лика. — Пережить сегодняшнею ночь и завтра на рассвете отправиться в Залирию, — ответила принцесса так как будто все уже было решено.
— Зачем? — резко бросил я. — Что тебя там держит? Что тебя туда тянет?
Лика не ответила. Да и какого ответа я ждал? Жених? Любимый?
«Этого не может быть! Она любит меня! Одного меня! Я это чувствую! Ощущаю, как воздух. Так как и страх…» — кричало мое сознание.
А мой Ангел молчал, продолжая крепко сжимать холодную рукоять в руках. Ее взгляд пустой и безжизненный был направлен вдаль к границам Таноса.
— А ты так уверен, что я останусь рядом с тобой? — тихо, практически шепча, произнесла Милолика.
— Твой долг быть рядом со мной, — я не узнавал своего голоса. Жесткий и всесильный, он не признавал неповиновения. — Всегда! Рядом! Вместе со своим мужем…
— Мой муж умер десять лет назад, — словно острый клинок, перебили слова Лики.
— А кто же я? Ангел, ответь мне честно, кто я для тебя? — я практически кричал.
Медленно словно примеряясь, осторожной поступью подошла ко мне принцесса. Клинки неподвижно остались лежать на столе. Лишь в шаге от меня девушка остановилась, упрямо смотря сквозь меня:
— А ты лишь сын того кому я благодарна жизнью и детством…
— Прекрати, — жестко перебил я. — Я не верю, — мои губы шептали практически над самым ушком. — А знаешь почему? Потому, что ты всякой раз прячешь свои прекрасные глаза от меня. По тому, что твое сердце бьется маленькой птичкой в груди, готовое в любой момент сорваться в мои объятия. А кровь пылает, словно раскаленный уголь. Ты придумала себе необычную историю о самопожертвовании. Но это не твое желание. Не твоя судьба.
Я замолчал. Милолика словно оцепенела, казалось, что даже дыхание замерло на мгновение, вслушиваясь в мои слова. Секунда, и я склонился ниже, теперь мои губы практически касались мочки:
— И чтобы снять с тебя груз твоей надуманной помолвки, я тебе дам небольшую подсказку, — медленно растягивал я каждую фразу. — Ответь мне Милолика Донат Декар Валлийская, принцесса Таноса, каким именем ты назвалась во время своей помолвки? Под каким именем ты произнесла клятву?
Вдох понимания был для меня лучшим подтверждением собственных заключений. Теперь я со спокойной душой мог удалиться, дав Лики, немного времени прийти в себя. Быстро, пока принцесса не успела надумать очередных фантазий или ухватиться за не значащие фразы, я поспешил уйти.
— Дерек, это мое будущее! — в след попыталась возразить мне Милолика.
Но я уже ее не слышал. Уверенно и твердо я направлялся в сторону замка. Через час на небе зажгутся первые звезды, и часы начнут свой обратный отчет. Еще немного и Милолика осмелиться сделать свой выбор.
— Ты был прав, ваза была великой милостью. В следующий раз я буду уходить от меча или стрел, — из плотных зарослей деревьев ко мне подошел Герион, протягивая белый платок.
«А я уже успел забыть», — принимая лоскут, подумал я.
Рана уже успела затянуться, лишь застывшая на шеи кровь делала мой внешний вид как минимум интригующим. Кто посмел нанести рану принцу империи? Вампир поступил, правильно появившись сейчас передо мной. Не стоит давать повод для сплетен многочисленным гостям. Необходимо привести себя в порядок, прежде чем появляться в толпе сильнейших и опаснейших жителей Таноса.
— Смотрю, твой план как никогда близок к провалу, — философски заметил советник, принимая обратно испачканный платок.
— Еще одно слово, и ты точно не увидишь конца этой истории, — быстро направляясь в сои покои твердо, проговорил я.
«Нет моя родная. Еще рано говорить о будущим. Нам еще долго предстоит копаться в настоящем».
Первым, что чувствуешь, попадая в Темную империю — это Тьму. Не просто пространственную темноту или отсутствие света, а осязаемую, плотную и смертельно холодную Тьму. Именно в такие моменты по-настоящему начинаешь ценить солнце, его яркие теплые лучи. Свет это начало всего: основа жизни, чувств, отношений. А во мраке скрывается лишь одиночество и пустота.
— Добро пожаловать король ДеВир в Танос, — казалось, голос звучит отовсюду.
В ту же секунду темнота отступила. В большом каменном зале без единого окна начали один за другим зажигаться сотни факелов. Только сейчас я смог оглядеться, зал для переноса был не обычной формы. Создавалось впечатление, что он состоит из множества углов, в которых, не смотря на свечение многочисленных огней, затаилась та самая живая Тьма. В каменном колодце было не привычно тихо: не шороха, не звука, не дуновения ветерка, не треска огня.
— Смею, надеется, что переход не причинил Вам неудобств? — и снова голос прозвучал от каждой стены.
Но мое одиночество продлилась не долго, из одного из углов большим сгустком черной массы оторвалась тень. По мере приближения к центру она начала приобретать вполне живые, человеческие очертания. Обычный мужчина, без возраста и особых примет. Все было в нем заурядно: не высок и не низок, не плотен, но и не худ. Все его черты будто ускользали, не за что было зацепиться. Слишком простой и обыкновенный.
— Позвольте пригласить проследовать за мной, — учтивый поклон, явно был лишь данью этикета. — Вас уже ожидают…
Не трудно было догадаться. Видимо сам Хозяин, не малоизвестный принц Тьмы желал побеседовать. Вот только для чего это аудиенция в такой важный день? Почему встреча назначена до проведения церемонии? Ответ был очевиден.
— Простите мою дерзость, — еще один небрежный поклон со стороны встречающего. — Но дайте клятву, что у Вас нет нечего с собой, что могло бы навредить его Высочеству. Сами понимаете, безопасность превыше всего.
Здесь я не удержался от едкого смешка.
«Кажется, будущий император настроен очень серьезно. И по формулировке вопроса видимо меня ожидает приватная беседа», — сделало вывод сознание.
Не делая шага в сторону, я быстро начертил несколько магических символов в воздухе. Данное заклинание на мгновение раскрывает ауру, показывая все магическое оружие и боевые артефакты.
— Этого будет достаточно, — для наглядности я развел руки в стороны.
На мне был закреплен традиционный облегченный меч, но по видимому он не представлял интереса для встречающей охраны. И не мудрено, ведь обычным «железным» оружием (даже древним и богато украшенным драгоценными камнями) вреда столь могущественному демону причинить не возможно. Сейчас это лишь часть парадного костюма, так сказать сопутствующая атрибутика.
— Вполне, — Тень удостоила меня лаконичного ответа. — Прошу, следуйте за мной.
И не оглядываясь, сопровождающий повел меня вглубь замка. Тишина, встретившая в зале переходов, теперь сопровождала вдоль многочисленных коридоров. Даже звук шагов в тяжелых сапогах, по непонятной причине гасился. Казалось, замок впал в скорбь и уныние. Либо затаился перед чем-то неминуемым.
Наше лаконичное путешествие продолжалось не долго. Неожиданно для меня очередной громадный коридор, закончился массивной каменной дверью.
«Интересно, что это за помещение? Не секретаря, не слуг, не других особенностей, которые могли бы подсказать предназначение того, что скрыто за массивными створками», — мысли сумбурно гуляли в моем сознании.
Данное помещение с одинаковой вероятностью могло оказаться входом в парадный зал, или хозяйскую спальню, или в тюрьму. От последнего мысленного замечания рука невольно сжалась в кулак.
Слуга, приветливо встретивший и учтиво проводивший до столь интригующего объекта, не останавливаясь, не делая специальных движений, направленных на предупреждение Хозяина о прибытии гостей, резко дернул за большое металлическое кольцо и рукой пригласил меня внутрь. Я, также, не сбавляя шаг, быстро вошел в открытую дверь. Тут же огромные створки бесшумно закрылись, блокируя меня в огромной комнате.
Одним взглядом нельзя было осмотреть все пространство. Огромный кабинет, непроизвольно создавал не ясные, противоречивые чувства. Вроде бы богато обставлен и со вкусом украшен. В каждой детали история, в каждой вещи традиция: огромная мебель из блестящего черного камня, на стенах многочисленные портреты в резных рамах, на полу явно бесценный ковер, в углу уютно потрескивают поленья в гигантском камине, железная люстра венчает высокий сводчатый потолок. Повсюду тысячи зажженных свечей, трепетно вздрагивают от настежь открытых окон. Все логично и гармонично. Вот только от мерзкого чувства, что это помещение может одинаково подходить и для места последнего прибежища, и для богато обставлено пыточной, и для светских бесед, не давало покоя.
— Приветствую Вас король Залирии.
Жесткий, властный голос принадлежал Хозяину сего кабинета. У дальней стены, за громадным столом в большом кресле вальяжно сидел его величество, принц Таноса — Маркус Эдуард Декар Валийский.
Огромная фигура была облачено в черный военно-парадный мундир. Внешне он вызывал непроизвольный диссонанс совсем окружающим пространством. В нем было столько мощи и силы, скрытой злобы и могущества, что стены кабинета непредумышленно давили. Этот демон гармонично смотрелся бы в гуще схватки, на поле боя, а не среди картин и книг.
— Благодарен за приглашение, — оставаясь на своем месте, я сделал учтивый поклон. — Позвольте выразить мои соболезнования, по случаю кончины императора.
Маркус молчал. Его губы были плотно сжаты, руки плотно сдавливали каменные ручки кресла. А черные глаза, без белков напряженно изучающее, неотрывно пронзительно, следили за мной. Слишком пристально. Будто принц пытался, что-то понять.
— Простите, мое невежество, — резко выпрямился в кресле демон, меняясь в настроении. — Что же Вы стоите возле двери? Проходите, присаживайтесь. У меня к Вам есть очень заманчивое предложение, — притворно сладким тоном заговорил принц.
Я не стал задерживать явно каверзного разговора и весьма напряженной беседы. Быстро пересек разделяющее пространство и сел в предложенное кресло.
— Простите мою грубость, но обычно, когда подобная фраза слетает с губ демона, ожидать ничего хорошего не приходится, — не отрывая взгляда от принца, произнес я.
— Поверьте мне это стереотипы, — отмахнулся демон, — К нашему сегодняшнему разговору подобные клише не относятся, — глаза темного алчно заблестели.
Быстрым движением Маркус протянул мне достаточно увесистую папку документов. Сотни листов были скреплены по всем правилам юридической и магической силы. И явно являлись одним из документов государственной важности.
— Прошу Вас изучите мое предложение, — нахальная улыбка не укрылась от моего взора.
Мне ничего не оставалась. Как медленно, изучающе вчитаться в каждое слово. Чем больше я вникал в предложенный текст, тем сильнее тревога и смятение грызли мою душу. Казалось еще немного и подобные чувства перерастут в панику.
Если быть кратким, то сотни страниц говорили об одном: Залирии, со стороны главенствующей империи, была дарована свобода и полная автономность. Более того, исходя из написанного, Танос становился союзников во всех политических, экономических и военных вопросах. Это было поистине уникальное, исключительное предложение.
— Это слишком щедрое предложение Ваше величество, — отодвигая бумаги, упрямо посмотрел я в глаза принцу.
От моих слов настроение принца вновь изменилось. В движениях пропала былая расслабленность и непринужденность.
— Смотрю, наша беседа может затянуться, — вставая со своего места, подходя к окну, спокойно проговорил принц. — И для начала предлагаю перейти на ты. Я ведь могу обращаться к Вам Дерек?
— Если Вы мне простите ответную дерзость, — следя за каждым движением согласился я.
— Бесспорно, — отмахнулся от моих слов демон. — Так, что признайся честно, что тебя не устраивает в подобном договоре? Кажется, это более чем щедрое предложение.
— Маркус, несомненно, договор заманчив, — не стал отрицать я. — Вот только плата за столь бесценный подарок не как не оговорена.
Темный принц молчал, его взгляд был устремлен вдаль, сквозь меня.
— По слухам вы недавно обручились, — было видно, с каким трудом дается каждое слово. — Так вот, разрыв помолвки будет достойным возмещением всех моих потерь.
— Это не возможно, — как можно спокойней твердо произнес я.
— Дерек, я тебя не убеждаю, — в тон проговорил Маркус, — Я лишь подслащиваю ваш неминуемый разрыв.
— Я повторяю это не возможно, — в каждом моем слове была сталь.
Когда я сегодня отправлялся в империю, я был готов, что визит не закончится на одном лишь присутствии в момент коронации. Внутренний голос неустанно твердил, что, так или иначе я столкнусь с прошлым Милолики. Но я не мог предположить, что данный вопрос достигнет таких поворотов.
— Я убежден в серьезности твоего решения, но дам тебе еще один шанс.
Внешне Маркус выглядел спокойным, даже слегка расслабленным. Вот только взгляд полный злобы и ненависти, выдавал истинные чувства будущего государя.
— Этому не бывать.
Я резко встал. Всем видом давая понять, что торги закончены. Я не отступлюсь от своего. Сейчас мне было все ровно. В душе был готов к любому удару, и даже к войне. Невольно во мне начала просыпаться сила Аватара. Уже привычные электрические заряды побежали по венам, охлаждая рассудок и наполняя тело мощью.
— Хорошо, — казалось, Маркус прорычал каждый звук. — Скоро ты сам поймешь, невозможность подобного союза. Следуй за мной.
Маркус направился к противоположной от окна стены, за огромным бархатным гобеленом была искусно замаскирована потайная дверь. Широкая витиеватая лестница вела далеко наверх. Принц шел впереди, по его напряженной спине было легко понять в каком бешенстве он находился. Но и мои внутренние чувства тоже бурлили. Их можно было описать одним словом — смятение.
«Если бы хотел убить. Предпринял попытку еще в кабинете. Значит, Маркус до последнего надеется договориться», — выдавало версии сознание.
«Какое отношение он имеет к тебе мой Ангел? Почему его так интересует твоя судьба?», — посылал я мысленные вопросы Лике.
Всю дорогу я машинально гладил синий камень на своей правой руке, но кольцо молчало, не отзываясь. После подъема, возле закрытой двери, Маркус резко развернулся, одаряя меня еще одним испепеляющим взглядом. Взор быстро проследил за моим движением. Как только в его глазах отразилась синева фамильного перстня, образ хладнокровного правителя в мгновение исчез. В один миг, передо мной предстало древнее существо, Мрак во плоти — истинный демон. Нас отделяли лишь десяток ступеней. Мысленно я потянулся к своей силе, призывая Аватара. Но как не странно существо не спешило нападать, через секунду, кроваво красные глаза вновь заполнились чернотой. И угрожающий, боевой облик демона, сменился уже обыкновенным строгим и бесчувственным принцем.
— Как было бы легко решить все здесь и сейчас, — философски заметил темный правитель. — Но увы, Милолики данный исход очень не понравиться.
— Так может, закончим с этим вопросом, — спокойно продолжил я. — И ты оставишь нас в покое.
После сказанных мною слов, губы Маркуса в напряжении сжались, а кулаки сомкнулись с такой силой, что было слышно хруст костей.
— В твоих интересах больше никогда не выносить подобных предложений.
Каждое произнесенное слово давалось принцу с колоссальным трудом, но не переходили в угрожающие действия.
То, что Милолика не простая подданная, было понятно, как только, Маркус озвучил цену договора. Будущий император не будет предлагать такое сокровище за обыкновенную приближенную. Да и то, что жительница Таноса станет королевой, должно было сыграть в мою пользу.
— Заходи, — лаконично произнес демон.
Маркус первым зашел в черноту комнаты, легким пасом руки зажигая тысячи огней под потолком. Место, в которое привел меня принц, явно выполняло функцию рабочего кабинета. Но не такого, в котором изначально встречал меня демон, а личного, созданного специально для него.
— Смотри.
Я быстро проследил за направление руки. На ближайшей стене по правую руку от письменного стола располагалась цепь картин. Мой взгляд упал на первое изображение. На огромном полотне в натуральный рост был изображен император Декар, таким, каким он был при жизни: властным, всемогущим. Вот только взгляд не холодный и безразличный, а нежный и ласковый. Видимо причиной сего изменения была маленькая девчушка, зажатая в его руках. Хрупкая, тоненька, словно прозрачная. Огненно — рыжие кудри были растрепаны, и озорными завитушками спускались до самых колен малютки. Огромные зеленые глаза светились любопытством и детской наивностью. Словно котенок, она доверчиво прижалась к громадной груди.
Мое сердце больно сжалось. Понимание, давно уже пришедшее ко мне, болезненной иглой кольнуло в сердце. Но я старался отогнать гнетущие мысли. Еще ничего не известно. Лика не могла обмануть!
Взгляд безвольно упал на следующий портрет. Вторая картина была выполнена явно тем же художником, что и первая. В одном стиле, но уже спустя несколько лет. Император гордо восседал на троне, его волосы лишь слегка были затронуты сединой на висках, возле губ легли глубокие складки. Но силу и мощь не могли скрыть столь не значительные изменения. На его коленях мирно и спокойно, сложив руки, лежала голова девушки. Яркие рыжие волосы, теперь, были наполненными серебристыми седыми прядями, и каскадом струились по полу. Бесспорно, это была Милолика, маленькая, невинная. На изображающем портрете ей было не больше пятнадцати.
Превозмогая душевную боль, я взглянул на третье изображение в золотой раме. Декар, все так же сидел на троне. Вот только Милолика повзрослевшая стояла за его спиной, ласково сложа руки на огромных плечах. Она изменилась, но в глазах застыл все тот, же детский восторг и невинность. И взгляд влюбленный и нежный, такой который может быть лишь у первой любви, был направлен не сторону художника или императора. Он смотрел немного левее. Туда где был написан Маркус. Сила и власть были в его взгляде. А рука властно и оберегающее лежала на талии моего Ангела.
— Отец долго уговаривал меня, согласиться на семейный портрет. Столетиями я ему отказывал, считая это глупостью и старческим вздором, — не отрывая взгляда от изображенного отца, твердо произнес принц. — Но когда она попросила, я не устоял. Портрет был исполнен, когда Милолика отмечала свой восемнадцатый день рождения.
«Сестра!? Пусть она окажется его сестрой!» — взмолился мой разум.
— А теперь раз и на всегда уясни, что она никогда не была и не будет твоей…
Резко Маркус отошел от загороженной его спиной картины. На ней словно Ангел, воплотившийся в живом теле, была изображена Милолика. Легкое, простое белое подвенечное платье как тончайшая паутинка, как облако обрамляло прелестную фигурку. Ее глаза живые с озорными золотыми огоньками, были направлены на Маркуса. Она прижималась к нему всем телом, трепетно и взволнованно. Руки нежно и ласково покоились возле сердца принца, на пальце где недавно сиял мой камень, было обручальное кольцо с изумрудом.
«Этого не может быть. Их союз не возможен. Любовь между ними не может быть истинной!», — орал голос разума.
Но изображение говорила само за себя. В слегка распахнутой черной рубашке Маркуса был ясно виден свадебный золотой узор. Аналогичный кусочек драгоценного цветка прослеживался и от сердца Милолики.
— Эта картина была написана в день нашей свадьбы, — рука Маркуса, видимо инстинктивно, нежно поглаживала застывшее лицо Лики. — Я не могу описать, как был счастлив в тот момент, когда на вопрос жреца, моя Милолика ответила: «Навсегда».
— Это не возможно, — губы не произвольно произносили слова.
— Теперь ты все знаешь. Правда раскрылась перед тобой ровным раскладом, — беспечно пожал плечами темный принц.
Я молчал. А что было сказать? Губы в напряжении предательски сжались, по телу побежали привычные искры, воздух заполнился озоном, а в душе злобным духом закрылось сомнение.
«Не поверю. Не единому слову не поверю, пока не поговорю с ней сам», — мысленно упрямо твердило сознание.
— Не верю, — ровным голосом произнес я.
— А я и не настаиваю, — ощущая свое реальное превосходство, проговорил Маркус, — Тебе нечего не остается, как принять должное. Милолика моя жена! Принцесса Таноса! Сегодня она встанет рядом со мной и примет венец императорской власти.
Маркус словно прошипел каждое слово. Его глаза налились кровью, а к телу медленно начала подбираться покровительствующая стихия — мрак.
— Я должен ее увидеть, — все тем же бесстрастным тоном проговорил я.
— Вот это с превеликим удовольствием, — демон поспешил дать ответ. — Я с тобой и так потерял уйму времени. Церемония должна начаться через несколько минут, — Маркус вновь примерил маску бесчувственного правителя. — Мой поверенный проводит в отведенное для тебя место, где воочию ты сможешь убедиться в силе моих слов.
Не теряя больше времени, уверенным шагом темный принц проследовал в сторону двери. И только, когда огромная фигура пересекла проход, Маркус остановился и презрительно взглянул мне в глаза.
— И еще, встанешь на моем пути, уничтожу! — в смысле сказанного не было повода сомневаться, — Сотру вместе с твоим королевством! Испепелю все, что когда-то было, дорого тебе.
— Если бы ты мог, угроза была бы уже исполнена, — я решил не отступать.
Маркус замер, будто раздумывая: А что его в действительности останавливает?
— Надеюсь, ты меня понял…
Было последними словами будущего императора, прежде чем он исчез. Темная фигура растворилась во мраке дворцовых коридоров.
Тут же в дверном проеме появился уже знакомый мне проводник. Легким, учтивым поклоном приглашая проследовать за ним.
Я еще раз мысленно обратился к кольцу. Связь молчала. Вновь и вновь посылал мысленное сообщение. Блага мой надзиратель лишь молча, наблюдал за мной, не вмешиваясь. По-видимому, приказ от хозяина не распространялся на ментальное общение, или Маркус просто был сильно уверен в своем влиянии.
«Ну же Милолика откликнись! Я знаю, что ты рядом» — раз за разом мысленная просьба пыталась проломить настроенные барьеры.
А затем ко мне пришло осознание — Вода! Вода идеальный проводник. Навряд ли Маркус стал бы вешать щиты на всю жидкость в замке. А мне как магу — стихийнику, не составит большого труда передать послание через водную гладь. Вот только Милолика бы оказалась сейчас рядом с водой…
Я стояла в метре от огромного зеркала, и не могла понять, в действительности все происходит или это лишь мой кошмар. Раньше они мне лишь снились. Приходили глубокой ночью, терзали душу, но затем с первыми лучиками солнца растворялись в сонном забытье. Сейчас же мое страшное видение преследовало наяву. И я боялась, что как это бывает во сне, в конце обязательно явиться чудовище…
Невольная, испуганная улыбка отразилась в зеркальной глади. Сейчас стоя перед зеркалом, я не понимала: «Как докатилась до жизни такой?».
Стеклянная гладь отражала прекрасную, властную демоницу, подлинную принцессу Таноса. Длинное черное платье было сшито из черной полупрозрачной вуали. Необыкновенный контраст: полностью закрытое, но при этом, просвечивало сквозь себя, бледную фарфоровую кожу. Обтягивающие с самой шеи, от бедер оно спускалось пышным каскадом вниз, расходясь роскошной длинной юбкой с небольшим шлейфом. Лишь огненно — красные цветы, будто живые лианы, поднимались вверх от подола до середины юбки. Длинные, черные, кружевные перчатки очень удачно закрывали трясущиеся руки. Сейчас я внешне лишь немногим отличалась от своей кровожадной няньки: мертвецки бледная кожа, большие безжизненные глаза и красные губы, искусанные в кровь. Многочисленные служанки, заканчивали последние приготовления к церемонии. Волосы были уложены в распущенные, крупные локоны, и украшены многочисленными шпильками с черными бриллиантами. Макияж яркий, но не вызывающий притягивал своей простотой и изысканностью.
Я смотрела и не могла оторваться, от представшего передо мной видения. Словно молния в голове пронеслась мысль: «Я боюсь. До ужаса боюсь… Себя!»
— Оставьте меня.
— Но Ваше высочество!?.
— Я сказала прочь!
Служанки в составе всего десятка испуганно прижались друг к дружке, косясь в сторону моей зубастой няньки, ища поддержки и спасения. Была бы я в другом настроении, и при других обстоятельствах, непременно — умилилась. А так, увы…
— Милолика!? — судя по всему, оклик кровожадного тюремщика должен был привести меня к порядку.
Вампир впервые подал голос, за все прошедшее время, с момента моих торжественных сборов на императорскую коронацию.
— Пошел вон отсюда, — теперь я конкретизировала свои желания.
Крайний окрик заставил служанок подпрыгнуть, смешно шурша многочисленными юбками. А через секунду, словно стайка растревоженных мышей прислуга потрусила к выходу.
«Видимо вымолили пощады у разгневанного стража истеричной госпожи», — мысленно я похвалила себя. Кончиками губ улыбнулась. Маленькая, но победа!
— Милолика, это не приемлемо! — после дверного хлопка, в очередной раз призвал меня к порядку лорд.
— Крайнее мои пожелания касались и тебя, — через зеркало я хищно улыбнулась своему надзирателю.
Вампир затих. По-видимому, решив связываться с неуравновешенными, себе дороже. В его случае это было благоразумное решение. Ведь, его «шкурка» от моего плохого настроение может пострадать, а вот мне подобный выплеск эмоций не чем не грозил. Я вновь взглянула на себя в огромное зеркало. Картинка не изменилась, декорации, отраженные в зеркальной глади не исчезли. Так, что осталось лишь смериться.
Не знаю, благодаря чему я продержалась эти два часа. Два часа наедине с собой. Шестьдесят минут молчаливого осознания, что миг не возврата, по крупинке подбирается в платную. И вот тень неизбежности, призрак моей грядущей неволи уже дышал мне в спину. Его пылающий жар горячим ветерком…
— Милолика? — в очередной раз из-за спины я услышала кровососущего. Судя по голосу, вампир все же потерял свое хваленое самообладание. — Я думаю сгореть заживо не лучшая из твоих идей.
Я растерянно обернулась по сторонам. В действительности полностью погрузившись в себя, не заметила, как внутренняя стихия вышла из-под контроля. Теперь от надоедливого лорда, меня разделял не мягкий ковер и пара удобных диванов, а внушительная горсть пепла, и кольцо огня высотой примерно два метра.
— Уйди и без тебя тошно, — сковывая стихию, прошипела я сквозь зубы.
— Тебе не кажется, что истерика сейчас не к месту? — не покидая своего поста, осведомился Герион.
— Ничего, потерпишь, — не меняя тона, проговорила я. — Подожди за дверью. Не беспокойся, убежать мне не удастся. Твой хозяин хорошо потрудился, перекрывая все пути отхода.
Вампир недовольно хмыкнул, оставаясь стоять, от меня на значительном расстоянии, но при этом контролируя малейшее движение.
— Так, что будь любезен, исчезни!
— Резко развернулась в сторону вампира, пристально заглядывая в его безжизненные глаза.
Не знаю, что он увидел в моем взоре, но настоятельная просьба, наконец, подействовала. Теперь к остаткам удушливого дыма, еще исходящего от былой мебели и ковра, добавился серый дымок после исчезновения вампира.
Оставшись в одиночестве мое настроение, приобрело затравленно — маниакальное направление. Разумом понимая, что коронация неизбежна, и уйти все равно не удастся. Я все же попыталась найти пути к отступлению. Глухо. По всему контору моих покоев, стояло мощнейшее защитное поле, черпающее энергию от самого Маркуса. И как следствие малейшее вмешательство и темный принц в тот же миг появится передо мной.
А так быстро и воочию встречаться совсем не хотелось.
— Зачем? — буквально упала я на мягкий стул придвинутый в платную к зеркалу. — Ответь, Декар, почему? Для чего ты написал это завещание? — тихо потребовала я ответа у своего отражения.
Как следовало ожидать, к глубокому сожалению, я еще окончательно, не потеряла рассудок, и отражение осталось безмолвно к моим мольбам.
Да и к чему пустые слова? То, что сделано было неотвратимо.
— Зачем ты включил этот пункт? — в одиночестве не унималась я. — Ведь Маркусу, не составило проблем и без моего присутствия, принять императорский венец и силу. Формально он был женат. Все условия коронации выполнены. А то, что принцесса не присутствует на воцарении, могли списать на любую причину. И все были бы счастливы: Маркус на троне, я в Залирии, — прислонившись лбом к холодному стеклу, продолжала я свой грустный монолог. — Хотел разделить силу? Помирить?
Ровная стеклянная гладь была бесчувственна к моим жалостливым просьбам.
— Не поняла?
От собственного мысленного бичевания, меня отвлек крайне противный звук. Который, достаточно продолжительное время, пискляво раздавался за моей спиной.
Я пристально смотрела в угол комнаты, где несколько минут назад стоял вампир. Ведь именно там, на невысокой тумбочке стоял полный бокал, полупрозрачной темной жидкости.
«По-видимому, с тобой на трезвую голову, даже полумертвые общаться не в состоянии», — логично заключил разум, о наличие сего горячительного напитка в комнате.
Сейчас успокоительное лекарство, оставленное моим надзирателем, тихонько побулькивало, и негромко, но пронзительно звенело.
— Вот и все! — выдохнула я, и в безнадежности отвернулась, закрыв глаза.
Оставшись в темноте, воспаленный мозг попытался собрать частички своего явно разбежавшегося сознания. Но то ли разум окончательно разочаровался в моей несносной жизни, то ли здравый смысл бесповоротно упорхнул из бедовой головки, но пронзительный звук все не исчезал.
— Нет. Так не пойдет, — резко вскочила со своего места, высоко подняв пышную юбку, упрямо направилась в сторону раздражающего сосуда.
— Ну, и что дальше? — гневно поинтересовалась я у жидкости, беря бокал в руку. — Думаешь напиться лучшей выход?
— В твоем случае даже утопиться не поможет, — грозным рыком, ответил мне коньяк.
Вот здесь, ножки мои дали слабину. Медленно подкосившись, я так и села на каменный пол, тупо уставившись на замолкшую жидкость. То, что это обыкновенный коньяк было понятно сразу, как бокал попал ко мне в руки. Древесный, спиртовой аромат перепутать не возможно. Может дело в бокале? Да, нет, обычный хрусталь.
— Прекращай строить из себя не разумную, — в очередной раз рявкнула жидкость.
— Дерек? — мой голос предательски дрогнул.
— Я, — не стал отпираться бокал. — А ты действительно решила, что сошла с ума?
— Поверь, на это есть достаточные основания.
— Охотно верю, — съязвил сосуд голосом короля Залирии.
Ох, как мне не понравился тон. Злой, раздраженный, но при этом настороженный и крайне озабоченный. В каждом звуке слышалось волнение и досада. То, что Дерек узнал правду, или, по крайней мере, ее часть, было очевидно. Бесспорно, король Залирии, находился сейчас в замке, ведь из любого другого места ко мне пробиться было бы не возможно.
— И когда ты собиралась мне рассказать, маленькую деталь о своем семейном положении? — первым прервал молчание Дерек.
— Откуда? — только после того как я произнесла вопрос, поняла на сколько глупо он звучит.
Маркус. Кто еще мог рассказать о моем истинном положении? Кто еще мог пригласить Дерека в замок? Бесспорно, Маркус! Пытался возродить свой статус — мужа? Решил сразу обозначить территорию?
— В ближайшее время, — быстро продолжила я. — Дерек, поверь, все обернулось совсем не так, как я хотела!
— Охотно верю! Вот только Лика о своем замужестве нужно говорить до того, как соглашаешься на помолвку, — заслуженно укорил меня Дерек, но голос его изменился, стал мягче.
— Знаю! Дерек, прости! Все слишком сложно! — голос потихоньку начал срываться на истерику.
Неожиданно в районе груди кольнуло легкое тепло, маленькими импульсами щекоча кожу. Это означало одно — Маркус приближается, и скоро будет здесь.
— Дерек у меня мало времени, — быстро залепетала я. — Точнее его уже нет. Пожалуйста, поверь мне. Прошу тебя не отрекайся от меня. Не сейчас… Не так…
Я глотала слова, не в силах высказать своих желаний и чувств.
— Лика мне нужна, правда! — совершенно спокойно попросил Дерек.
— Скоро! — уверенно пообещала я. — Обещаю, что сегодня до восхода солнца мы поговорим. Дождись…
Молчание было мне ответом. Медленно к моему горлу начал подбираться ком, а глаза заволокла пелена неминуемых слез.
— Хорошо. Я буду ждать, — уверенно пообещал король Залирии.
Лилия на груди начала нагреваться с удвоенной силой. Сидя практически у самой двери, я уже могла слышать звук приближающихся тяжелых шагов. Маркус практически бежал. Неужели почувствовал?
— Дерек, все, что ты увидишь на коронации… — я замялась с продолжением. — Не верь. Просто пойми так надо.
С последним словом я сама оборвала ментальную связь, быстро запечатав канал соединения. И вовремя. Дверь с громким стуком о стену быстро распахнулась, чуть не задев меня. А я так и осталась сидеть на полу, с полным бокалом коньяка, высоко задрав голову.
Передо мной возникла темная скала. Видимо Темный принц, решил самолично проводить меня до тронного зала, когда почувствовал неладное. Сейчас возвышаясь надо мной, Маркус производил, ужасающе — угнетающее чувство. Облаченный в чернильно-черный парадный мундир, с едва заметной вышивкой из атласных нитей, он, как никогда напоминал чудовище из моих кошмаров.
Маркус в первое мгновение меня не заметил, бешеным взглядом обводя опустевшую комнату. Следом за ним, в распахнутом проеме появилась фигура моей бессменной няньки.
— Где она? — казалось от его рева стены пошли ходуном.
Я в тревожном опасении прижала голову и постаралась слиться с пространством. Вампир оказался более наблюдательным, чем его работодатель. Кивком головы, призывая Хозяина взглянуть, что твориться возле ног.
А я сидела и молча, ухмылялась сложившийся картинке. Девица, насмешкою судьбы призванная стать, императрицей Темной империи, утопая в платье для коронации, сидит на каменном полу возле двери, крепко прижимает к себе полный бокал с коньяком, и глупо улыбается, не весть чему.
— Решила напиться? — придя в себя, поинтересовался принц.
— Утопиться, — быстро выдала я версию Дерека. — У меня, кстати, есть парочка знакомых русалок. Милейшие создания замечу.
От моей крайней фразы вампир побледнел и начал бросать нервные взгляды в сторону своего правителя. Интересно с чего бы это?
Маркус тяжело вздохнул, на миг, прикрыв глаза и собирая в себе остатки самообладания.
— Оставь нас.
Молча повинуясь приказу, вампир плотно закрыл дверь, оставляя меня наедине с будущим императором.
— Тебе не надоело? — устало опускаясь на уцелевшие кресло осведомился демон.
— Поверь, я только начала, — я даже не делала попыток подняться. — А все же где я успела провиниться? Неужели вампир настучал? Так авторитетно заявляю, все было исключительно в воспитательных целях…
— Не паясничай. Тебе не идет, — резко остановил мою бесполезную тираду Маркус.
Я покорно замолчала. Смиренно опустив взор на дно бокала.
— А что мне идет Маркус? — прошептала я, зная, что темный принц все равно услышит. — Какой реакции ты от меня ждешь. Наивных, влюбленных глаз? Или затянувшийся истерики?
Минуту, показавшуюся мне вечностью, Маркус молчал, плотно прикрыв глаза. Но до меня пульсирующей волной уже начали доходить отголоски истинных чувств демона.
— Как ты это сделал? Как ты возродил связь? — прошипела я. — Она умерла. Я ее оборвала!
Меня тесло, крутило бросало в холодный пот, от возрождающихся чувств. Мне не дали договорить. Мощным движением я была буквально вздернута вверх.
Бокал, описав невероятную дугу, улетел в сторону. А я буквально была вжата в стену. Маркус, тяжело склонился надо мной, опираясь руками в каменною кладку, по обе стороны от моей головы. Его глаз я не могла видеть, зато чувствовала дыхание: горячее, трепетное.
Новая волна бешенства прошлась по золотому узору от шеи до самого сердца. Это были не мои эмоции. Это чувства Маркуса выжигали во мне дыру отчаянья.
«Как он смог? Как возродил разрушенную связь? Десять лет я его не чувствовала. Десять лет я жила лишь со своей болью. А теперь эмоции темного принца не давали покоя, терзая, буквально раздирая душу», — мысли роем гудели в голове.
— Это подло, — смогла пропищать я, находясь в зажатых тисках.
Маркус дернулся как от удара, но меня не отпустил. Лишь еще ниже склонился так, что мои волосы теперь касались его лица.
— Знаешь, что действительно подло Милолика? — не поднимая на меня глаз, проговорил демон, — То, что я знаю, что ты только, что общалась с Залирииским королем. Я чувствую его влияние. Я ощущаю его кольцо на тебе. Вот, что подло!
Я ничего не могла ответить. Меня буквально накрыла волна эмоций. Золотая лилия на груди буквально вонзалась в кожу, выжигая что — то внутри. Ощущения уязвленности, предательства, разочарования, будто раскаленные иголки впивались в душу.
— Отпусти, — тихо попросила я. — Маркус мне больно…
Услышав последнюю фразу, демон будто пришел в себя. Резко отвернувшись, Маркус, отошел на несколько шагов, замерев спиной ко мне. А я пыталась восстановить утраченное дыхание, усмирить раздавленные чувства.
Как только сердце прекратило свой затравленный бег, а глаза вновь смогли различать происходящее, Маркус, все это время стоявший неподвижно, повернулся. Теперь передо мной возвышался безжалостный и жестокий, бесчувственный и холодный правитель, истинный потомок демонов, будущий великий император.
— Я смотрю, ты сделала выбор, — спокойным голосом проговорил темный принц, небрежным взглядом обводя мой внешний вид. — И могу отметить он не только правильный, но единственно верный.
— Я еще ничего не решила, — как-то смогла выдавить звуки я.
— Разве? — усмехнулся правитель Таноса.
Кого я пытаюсь обмануть? Весь мой облик говорил лишь обо дном: сегодня, я не просто собралась на бал, а была готова принять корону императрицы.
— Сегодня я отдам долг Декару, — я попыталась вложить в каждое слово решимость и категоричность. — Он спас меня, воспитал. Только ему я обязана всем, что у меня есть. И только поэтому в эту ночь я встану рядом с тобой.
— Похвально, — Маркус практически смеялся. — Но ведь выполнение обязательств не распространяется на одну ночь. Это долг длинною в целую жизнь.
Демон был уверен в себе. Более того он был уверен во мне. Для Маркуса не существовали чужие решения, ему было все равно на постороннее мнение. И сейчас он был убежден, что я сдалась, что я уступлю.
— А тут смею тебя заверить ты глубоко ошибаешься, — раздражение начало подпитывать мою уверенность. — Перед рассветом я покину Танос.
Вмиг мрак окутал комнату. Погасли все свечи, камин предательски впустил в себя черноту. Теперь тьма хозяйничала в моих покоях, ощущая себя полноправной хозяйкой. Тема поглотила пространство. Теперь не было стен, мебели, даже воздух казался нереальным, и лишь два кровавых уголька зловеще светились там, где только, что стоял демон.
— Не играй со мной Милолика, — у самого ухо я ощутила горячее дыхание. Губы Маркуса шептали касаясь кожи на шеи. — Я прошу тебя не надо, злить меня. Ведь ты прекрасно понимаешь, что я не отступлюсь.
— Никогда, — уверенно произнесла я.
«Нет, милый в эту игру меня учили играть с самого детства», — настала моя очередь мысленно усмехаться.
Мгновение и я призвала внутренние силы. В ту же секунду картинка поменялась: в камине вспыхнул огонь, на всех свечах загорелось пламя высотой с ладонь, а под потолком зажглись сотни магических светлячков. Мрак отступал, темнота осталась лишь в самых дальних уголках комнаты.
— Услышь и запомни! Я никогда не буду твоей, — смотря прямо в глаза демону, твердо проговорила я.
С последним слетевшим звуком, я пожалела о сказанных словах. Зверь, хладнокровный убийца, предстал передо мной. Маркус выпустил свою сущность. От знакомого мне темного принца, от любимого некогда существа не осталось и следа. Что-то злое и чужое, не мигающим лютым взором смотрело на меня. Я вновь была прижата к стене, без шансов на сопротивление.
— Ты сама вынудила меня, — прорычало чудовище. — Как только ты покинешь Танос, Залирии будет объявлена война. Все порталы будут в миг открыты. А всем темным я разрешу любые действия, ограниченные лишь их желаниями и возможностями. Меньше чем за неделю королевство поддет, разрушенное под основание. Все жители, которые смогут уцелеть станут рабами…
Дальнейшего я не слышала. Будто в бреду мир потемнел. Разум отказывался верить в реальность произошедшего.
«Это не он. Это не Маркус», — орало мое сознание.
Но это был он. Без масок и притворств. Настоящий и реальный. А каждое его слово теперь было приговором.
— Ты не можешь? — одними губами прошептала я. — Можешь.
Ко мне пришло понимание. Маркус легко воплотит сказанное в жизнь. Не одна струна его черной души не дрогнет. Он спокойно отдаст приказ на уничтожение целой страны. Он пойдет на все. Его не остановить.
Тело вновь отказалось подчиняться. Как безвольная тряпочная кукла я осела на пол. Лишь крепкие руки вмиг подхватили бесчувственное тело. Крепко практически до нестерпимой боли сжимая в объятиях.
— Ангел мой… Хорошая моя… — сжимая все крепче и крепче, убаюкивая в своих руках, прошептал мне демон. — Что ты делаешь? На что ты меня толкаешь? Я же могу все вернуть. Я смогу возродить. Дай только шанс. Дай лишь немного времени.
Неожиданно мой мозг начал выдавать идеи, одна бредовее другой. Но как говориться у классика: «Только из глубины отчаяния может родиться надежда».
— Месяц, — я сама не сразу осознала сказанное.
— Что?
Толи от невиданной наглости, то ли от непременной неизбежности, но в мое тело начала возвращаться жизнь. Маленький огонек, теплящийся надежды, разжег практически пожар, в уже готовой окунуться в уныние душе. Словно маленький вертлявый зверек, я выскочила из душивших объятий демона. И увеличив расстояние между нами до приемлемого, гордо вскинула голову, посмотрела в глаза своему шантажисту.
— Месяц будет у тебя, чтобы воплотить свой план в жизнь, — в каждом моем слове был холод и маниакальная решимость.
Маркус молчал. Видимо до него тоже начал доходить смысл выдвинутого мной решения.
— Я ведь могу просто запереть тебя, — вновь алчные, соблазнительные нотки появились в голосе чудовища. — Подождать когда ты станешь… посговорчивее. Ты знаешь, Милолика, я очень терпеливый.
Маркус играл со мной как кот с мышкой.
— Чем такая жизнь, лучше смерть, — я посмотрела на демона.
В этот взгляд я постаралась вложить всю решительность и уверенность.
— Не смей так говорить, — прорычал темный принц.
— Хочешь проверить? Скажи, сможешь ли ты каждою секунду меня опекать. Следить за каждым моим движением, не значительным жестом. Ты знаешь, смерти я не боюсь, — я играла отчаянно и дерзко, пытаясь найти уязвимые места принца. — Так, что пойдешь на сделку? — доводила я до конца, выдвинутое мной предложение. — Поставишь все на кон?
Маркус продолжал неотрывно смотреть на меня, пытаясь прочесть все, что я задумала. Алчная душа демона явно требовала скрепить сделку, но разумом Маркус, был не уверен, что ему удаться довести задуманное до конца.
— Да будет так, — неожиданно, но решительно произнес слова клятвы демон. — Месяц ты будешь вести себя как моя жена. Забудешь о том, что было десять лет назад. Сотрешь из памяти все время нашего расставания. И спать ты станешь в наших покоях…
— Не требуй не возможного, — быстро я перебила явно увлекшегося принца. — Но обещаю месяц буду вести себя достойно императрицы.
— Достойно жены, — не унимался ненасытный демон. — И через месяц, если я захочу, ты даруешь мне свободу, без последствий и условий.
— Да будет так, — явно боясь передумать, подтвердил клятву Маркус.
— Да будет так, — произнесла я, осознавая, как сильно подставилась.
С последней фразой Маркус, одним рывков преодолел разделяющее нас расстояние. Горячие, огненные губы коснулись моих. В этом поцелуе не было нежности и ласки. Губы демона требовали, брали свое, не останавливаясь. Мощные руки крепко держали за плечи, практически впиваясь в кожу. Я держалась и последних жалких сил.
«Только не расплакаться. Нельзя показывать свою слабость», — как заклятие твердил рассудок.
— Надеюсь, в следующий раз ты будешь более нежна, — недовольно отстранился Маркус.
Я открыла глаза. Чудовище исчезло. Теперь передо мной стоял темный принц в своем привычном облике. Надменность, высокомерие, власть и сила были в каждом жесте, в каждом взгляде.
— Нам пора, — небрежно поправляя одежду, проговорил темный принц.
— Дай мне минуту, — прошептала я, понимая, что голос мой исчез.
— Думаю, это будет лишним.
— Я прошу минуту…
— Через шестьдесят секунд, жду тебя по ту сторону двери.
Маркус, быстро преодолел гостиную, широко распахнул дверь, и, не оборачиваясь, скрылся в темноте коридора.
«А сейчас бегом. Времени не так много», — подгоняло меня сознание.
Я решительным шагом направилась в спальню. Ведь именно там, в верхнем ящике стола лежал кинжал. Прекрасное оружие, изготовленное великим мастером. Такой бесценный, но очень неординарный подарок преподнес мне Маркус на мое шестнадцатилетние. От воспоминаний кровь застыла в жилах.
«Знал бы ты, как я воспользуюсь этим оружием, подарил бы мне набор для вышивания», — не, кстати, подумала я, любуясь стальным блеском.
Клинок, сделанный из вулканического метала. По приданию закаленного в огне дракона. Он лучше всего подходил для того, что я намеревалась сделать.
Вооружившись, стремительно подбежала к горевшему камину. Время уходило. Оставались секунды. Быстро сев на пол, максимально близко к живому пламени, я надрезала ладонь. Слова сами собой начали звучать из моих уст, образуя не просто заклинание, а клятву.
Огонь моя стихия, моя колыбель. Моя жизнь. Он примет жертву. Он не предаст, позволив исполниться клятве.
— Я не прощу, — твердо произнесла я. На угли громко шипя, начала стекать заговоренная кровь. — Чтобы не случилось я не останусь с тобой. Не прощу. Не в этой жизни. Лучше смерть.
Пламя резко вспыхнуло, обдавая меня тысячами ярких угольков. Клятва была принята…
Трудно найти подходящие слова для описания того, что происходило в главном зале замка Эволон. Несоизмеримое не с одним живым существом пространство, затаилось в беспокойном ожидании. Огромные угольные стены, выточенные из блестящего черного камня, словно врата в потусторонний мир, будто бесконечная дорога, возвышались над окружающим. Крестово — ребристые арки, точно ребра гигантского животного, поддерживали высокий каменный свод, усыпанный драгоценными камнями словно звездами. Объемные и монументальные витражные окна, состояли из множества цветных кусочков. В каждом медальоне был заключен ключевой эпизод истории становления и развития империи. Между колоссальными оконными пролетами застыли стражи замка, верные и безжалостные горгульи. Адские чудовища, замершие в камне, лишь до того момента, пока их помощь не понадобиться Хозяину.
Сейчас грандиозное внутреннее пространство, которое могло поместить в себе целый город, было переполнено живой массой. Словно огромный растревоженный муравейник, потревоженный пчелиный рой, ревела и бушевала разносущная орава приглашенных.
Время неумолимо неслось вперед, приближая момент главного действа — коронации. Во взволнованном ожидании, в зудящем волнении, зал окончательно заполнился толпой. Живая масса: шумная, огромная, мятежная. Она была подобно высоким волнам на море, состоящим из не сочетаемого, порой опасного и смертоносного. Все происходящее напоминало угрожающий и жуткий коктейль, намешанный из любопытствующих со всех концов Мира. Они прибыли, чтобы в отчею увидеть уникальное действо, свершение новой истории, молниеносный взлет либо сокрушительное падение.
Алчность и корысть, гнали всех вперед, поближе к пустующему трону. В самый центр, где жрицы заканчивали свои последние приготовления. Сейчас зал наполняла гурьба. Живая орава, в многоголосье, галдя, обсуждала последние слухи. Каждый из приглашенных был силен, величественен, велик: глава рода, лорд, граф, князь… Смесь власти и могущества. Аристократия и магическая мощь в крови и сути. Гремучая смесь таланта, знаний, положений.
Неожиданно колокол, который несколько дней назад извещал весь мир о смерти император, снова гудел. Его звук протяжно глубокий, заставлял холодеть кровь, а сердце сбиваться с привычного ритма.
И в один миг гул стих, будто мощный порыв ветра, задул пламя кутерьмы. Все затаившись развернулись в сторону огромной лестницы, берущей начало в противоположной стороне от трона. С последним звуком колокола, огромный створки с шумом распахнулись. В первый момент ничего было нельзя понять, кромешная тьма, стояла по ту сторону двери, черная пустота предстала перед взором приглашенных. Но через миг, будто проявляющийся мираж в огромной дверной раме показались две фигуры. И с каждым последующим шагом очертания проявлялись все четче. И лишь, когда первая ступенька оказалась на их пути, зал смог разглядеть своих Владык.
— Ты знаешь, сколько до трона шагов? — остановишь на миг у края, спокойно спросил Маркус. Его тон был ровным и четким, он хорошо знал, что только она его услышит.
— Нет, — растерянно произнесла девушка.
— Шестьсот тридцать шесть, — уверенный голос, пугал. — С самого детства я знал, что наступит тот час, когда мне предстоит преодолеть это пространство. И сейчас я проклинаю каждый сантиметр отделяющий нас от трона.
— Почему?
— Теперь ничего не будет, так как раньше.
За их спинами была чернота. Уверенной поступью, истинных повелителей жизни они начали свой главный путь. Принц и принцесса не смотрели друг на друга. А зачем? Было видно, что они чувствуют друг друга, будто единый организм. Если глаза — это зеркало души, то походка — это отражение характера и натуры. Они шли ровно, крепко держась за руки. Сильные. Властные. Уверенные в себе. Сейчас для них не существовало преград и условностей, они были победителями.
Он порождение ночи. Она дитя огня. Разные, но при этом целые и неделимые. Принцесса шла ровно, с грацией присущей кошкам. Она словно плыла над каменным полом, высоко подняв голову. Ее платье, словно черный дым, окутывало нежную фигурку и плыло вслед за хозяйкой. Красные цветы светились, будто сшитые из волокон расплавленной лавы, горели, будто раскаленные угли. Белые крылья облаком, расправленные за ее спиной, отражали серебристый блеск волос, в которых будто осколки сумрака блестели черные брильянты.
Он шел рядом шаг в шаг, крепко ведя вперед за руку свою спутницу. Его взгляд уверенный и твердый будто разрезал толпу. Стремительный шаг и каждое движение выражало мощь и силу. Он был одет во все черное, смоленые волосы были откинуты назад, открывая хищный взгляд, и напряжение в каждом мускуле лица.
Шестьсот тридцать шесть шагов на них смотрели тысячи глаз. Но в этой толпе хищников и убийц, демонических тварей они были повелителями. Словно стая бродячих собак они трепетали перед волком и волчицей. Принц и принцесса прошествовали это расстояние спокойно и бесстрастно.
У трона, был приготовлен алтарь, перед которым драгоценным грузом на золотом подносе лежали королевские регалии. Сегодня не будет торжественных речей, поздравительных слов, лишь строгий протокол церемонии. Пройдя свой путь, принц и принцесса остановились в нескольких шагах от ожидающих их жрецов, и повернулись в сторону.
— Приветствуем Вас, Сильнейшие, — ровным голосом проговорил Маркус.
Темный принц не повышал голоса, говорил ровно и спокойно, но казалось, что в самом дальнем уголке огромного зала был четко услышан каждый звук.
Огромная толпа с шумом преклонила головы и колени.
«Никогда не стоит забывать, что все те, кто поздравляет, радуются твоему восшествию на престол, еще с большей радостью и упованием будут смотреть, как ты с него упадешь…» — промелькнула мысль в голове Маркуса.
Каждый шаг давался мне с трудом. Будто сотня иголок впивалась в мои ноги при малейшем движении. Лишь рука теплая и надежная вела вперед сквозь толпу. В громадном зале я не различала отдельных лиц, передо мной предстала лишь единая живая масса собравшихся. Словно стая ворон слетевшиеся, то ли развлечение посмотреть, то ли попировать на чужом несчастье. Наверное, лишь находясь в окружение такого количества народа, понимаешь, насколько одиноким являешься. Всем присутствующим в принципе наплевать на тебя. Если большинство смиренно преданно и покорно, власть в твоих руках, но стоит чаше накрениться в другую сторону, тебя разорвут и уничтожат. Поэтому демоны и верховенствовали, наводя ужас и страх, а, следовательно, уважение и безусловное повиновение.
«И зачем Маркус сказал о количестве?», — ловя себя на мысли, что считаю каждый следующий, раздраженно подумала я.
Мы прошли больше половины расстояния, отделяющего нас от трона. Толпа стала реже, одежда и украшения богаче, на лицах все чаще прослеживались презрительно — скучающие черты.
«Пятьдесят шагов» — словно счетный прибор проинформировал меня разум.
Именно здесь был рубеж, своеобразная черта между сословиями. Если до этого были просто сильные и властные существа, наделенные определенными полномочиями, то сейчас была граница «решающих». Некоторых из них я помнила еще с детских лет: приближенные императора, главы министерств и ведомств, крупные чины. Они как никто другой держали в руках жизни Таноса.
До зловещей точки назначения оставалось, чуть больше десятка шагов. Именно в этом месте сконцентрировалась основная сила и мощь — Главы демонических кланов. Облаченные во все черное, лишь с незначительными отличиями в виде родовых цветов и гербов, они словно горные хребты стояли в самой первой полосе возле трона. Великие, непокорные. Они, молча, смотрели, как медленно к символам власти подбирается будущий император, их Хозяин. Взгляд испытывающий, пронзающий буквально валил с ног, заставлял душу замереть перед первородной силой. Совсем рядом с «почетными» гостями стоял, и король Залирии. По правую руку, от него, беспокойно обводя взглядом толпу, находился лорд Ракшаса, с другой стороны явно «цепной пес» Маркуса. Лицо Дерека было бесстрастным, не выдающим не одной эмоции. Ровное, спокойно — скучающие настроение, как маска застыла во всем образе короля Залирии.
«Один», — про себя выдохнула я.
Медленно, следуя за уверенным движением руки Маркуса, я развернулась лицом к толпе. Зал замер, в молчаливом предвкушении, в трепетном ожидании, действа до этого неведомого.
— Приветствуем Вас, Сильнейшие, — ровным голосом проговорил Маркус.
По толпе прошелся шорох от многочисленных нарядов и мелодичный звон парадного оружия. Словно волна, идущая из глубины моря с самого конца зала, где находилась главная лестница, ряд за рядом все присутствующие мужчины начали преклонят колени, а женщины опускаться в низком реверансе. Древний символ покорности и подчинения. Лишь главы демонических родов были вольны не преклонять колена, низкий поклон головы выказывал их расположение и подчинение.
Лишь двое из оравы пригашенных не опустили взор: Дерек и печально известный Алат Аностер Вейман.
«Милый, ты покойник» — справедливо заключила я, проводя игнорирующим взглядом по первому ряду собравшихся.
Мое заключение касалось в первую очередь молодого, но глупого демона. Дерек конечно поступил не разумно, но к серьезным последствиям его реакция не приведет. А вот от князя Веймана сейчас исходила угроза реальная. От большинства приглашенных подобная реакция, попиравшая сложившиеся устои, не скрылась. Маркус был холоден и сосредоточен, от него как будто ускользнул данный факт. Я прекрасно понимала, что это лишь игра. Парень теперь смертник, не пройдет и нескольких дней, как придется выбирать нового главу. Если… Додумать я не успела, как по залу прокатилось бархатистое обращение:
— Глубокоуважаемый принц, — сделал небольшой шаг вперед князь, — Позвольте обратиться, пока Вы не совершили непоправимую ошибку.
«Плохо», — рассудила я.
Демон обратился к принцу, не дождавшись разрешения. Да еще, в какой момент! Плохо. Очень плохо.
По залу рокотом прокатилось возмущение и недовольство. Лишь Темные князья, молча, взирали на своего собрата, не поддерживая, но и не порицая.
«Заговор» — закралась не хорошая мысль.
Герион словно забыл о Дереке. Сделав несколько шагов, встал практически за спиной молодого темного. Второй стражник наоборот плотнее прижался к присутствующему королю.
— Как ты смеешь вмешиваться в церемонию?
Маркус произнес вопрос ровно и спокойно, будто отмахивался от крайне надоедливой мухи. Но мне даже не нужно было смотреть в сторону принца, чтобы понять Тьма сгустилась за его спиной.
— Принц, как Ваш верный слуга, — склоняя голову еще ниже, все так же уверенно продолжил Алат. — Я не могу позволить обманывать Вас.
«Глупый, глупый бес, ну зачем же ты полез?», — не, кстати, пришли на ум слова детской считалочки.
Маркус знал, о чем пойдет речь. Более того могу поспорить, он ожидал подобного. Значит ситуация в империи действительно плачевная. Если главы начали позволять себе лишнее, то до смуты не далеко.
— Говори, — сквозь зубы процедил принц.
Маркус, не мог проигнорировать столь вопиющий жест. Если Глава просит слова в такой момент, то у него должны быть очень веские основания. Если бы темный принц решил данный инцидент, более лаконично (испепелив молодого демона на месте), данная казнь имела бы самые негативные последствия: слухи, а впоследствии смуту и бунт.
— Принцесса, — князь Веймон начал подбирать слова. — Сейчас перед Вами не Темная Княжна, а самозванка.
«И кто ж тебя надоумил?» — мысленно пожалела я идиота.
Толпа начала подтягиваться ближе пытаясь получше разглядеть происходящее. А я вздрогнула не от бредовых слов Алата, а от ярости, исходившей от Маркуса.
— Ты хочешь сказать, что я не могу признать другую вместо своей жены?
Теперь темный принц не скрывал своих эмоций, призвав силу, он увеличился в два раза и теперь нависал над согнувшимся демоном, посмевшим не покориться.
— Думаю это не Ваша вина, — корчась от боли, спадая на колено, продолжал свою игру князь.
«Все солнышко. Надеюсь, жизнь твоя была длинная и яркая» — разум вел молчаливый монолог.
Князь продолжал корчиться на полу, теряя последние крупицы своей жизни. Маркус не сходя со своего места, разрывал демона на куски изнутри. Короткие, едва уловимые шорохи, прошлись до самого края зала. Словно стайка крыс, попискивала под полом.
«Смута. Подозрение. Как итог много — много смертей» — практически кричало мое сознание.
К чему бы ни стремился молодой Алат Вейман и те, кто им управляли, своего они добились. За несколько минут зерно сомнение крепко проросло в разум каждого темного.
А за тем, был бы повод, а государственный переворот устроить легко. Или хотя бы попытаться…
— Позвольте мне, Ваше высочество, развеять столь смехотворное утверждение, — я сама не узнала свой голос, скучающе холодный.
Главы демонических кланов с интересом посмотрели в мою сторону.
— Милолика не вмешивайся, — твердо попросил Маркус.
Я вскользь прошлась от локтя до кончиков пальцев на руке Маркуса, призывая отнестись к моей просьбе с пониманием.
«Прошу тебя. Я знаю, что делаю» — хоть рука моя была полностью облачена в перчатку, мысленное послание дошло до принца.
Резким жестом, он оборвал творящеюся казнь, отпуская жертву. Маркус сделал несколько шагов назад, передавая мне власть над происходящим. Несколько секунд я стояла, молча собираясь с силами и дожидаясь максимальной концентрации окружающих на себе. За это время Алат успел прийти в себя, собирая остатки силы и самообладания, тяжело поднялся, пошатываясь, встал в линейку Глав.
«Пора», — дала я себе мысленный приказ.
Мгновение и весь огонь, зажженный в зале повинуясь призыву, потянулся ко мне. А я закрыла глаза, призывая стихию. Огонь — вечный источник тепла и света. Огонь — живой и яркий. Секунда и суть Хозяйки Преисподней взяла вверх. Платье, приготовленное для коронации, вмиг растворилось, на его месте появилось красно, черная струящиеся ткань. Золотые татуировки рода ярче засверкали на плече и шеи, а на груди будто вспыхнула огненная лилия.
— Дорогой мой Князь, мне очень жаль, но Вас явно ввели в заблуждение, — я сделала первый шаг в сторону демона.
Языки пламени, будто играя, начали ластиться к моим ногам. Я усмехнулась огню, живому, игристому, и придала более интригующий облик. Теперь два огромных пылающих пса шли по обе стороны от меня.
По залу пробежала очередной рокот: «Хозяйка?! Повелительница Преисподней?! Это не возможно?! Это лишь миф?!».
Действительно, как легко управлять окружающими, когда ты знаешь их слабые стороны. Вот и большинство, вспоминая сказки, рассказанные на ночь, начали со страхом отступать назад.
— Тихо, — спокойно произнесла я, зная, что каждый присутствующий услышит. — Как не предусмотрительно, дорогой князь, было поверить чужим домыслам.
Я встала в шаге от князя Веймона, раздосадовано надувая губки. Демон одарил меня испуганным и затравленным взором. Он понял, какую ошибку совершил, становясь пешкой в чужой игре. Он, наконец, осознал промах.
А я наслаждалась фарсом. Искусным выступлением. Иллюзией. Обманом. Обычная игра на воображении и предрассудках окружающих. С давних времен демоны, всю свою жизнь, заволакивали тайной, порождая в разуме своих подданных мифы и легенды о своем могуществе. А если разобраться я, лишь сменила наряд и создала огненные копии демонических псов. Да такие фокусы любой третьекурсник Академии, обладающий склонностью к огненной стихии, сможет повторить. Но сама обстановка, сам момент заставлял окружающих додумывать, искренне веря в сказку.
Я ласково потрепала загривок иллюзионного зверя, створенного из благосклонной мне стихии. Уже завтра слух о «поддельной наследнице» растает, словно туманная дымка.
— Как вы знаете, принцесса Таноса, единственная дочь Доната Данталиона Виленского, — от моих слов, осознание пришло в недалекий, но амбициозный разум князя Веймона. — Лишь Милолика Донат Декар Валлийская, единственная возможная наследница клана — Хозяинов Преисподней. И ответьте мне любезнейший, что Вам известно о «колыбели силы»?
Легкое, практически не заметное движение в области сердца. Я лишь на несколько градусов нагрела важные кровеносные сосуды, но этого было достаточно, чтобы некогда уверенный демон начал бегать глазами по толпе в ожидании поддержки.
— Ты не можешь?.. — прошептал Алат практически губами. — Я все расскажу…
Потерять силу, лишится могущества, питающего твою жизнь, было хуже смерти. Именно страх оказаться беспомощной пустышкой, отразился на некогда красивом лице.
Я была уверенна, что от Маркуса не скроются столь красноречивые взгляды, на весьма интересных существ. Помощи, от которых явно ждал наш нашкодивший князь.
— Не сметь, — тихо прорычала я, понимая, что демон готовиться трусливо, сбежать.
«Нельзя терять контроль, начала ломать, так уничтожай до конца. Он и так смертник», — годы учебы не прошли бесследно.
Я все больше вторгалась в суть темного князя. Добираясь до самого центра — до магической искры. Сила яркая и мощная, она притягивала, манила. Я упивалась ей, наслаждаясь могуществом — полным подчинением. Огненные псы в ожидании скорой жертвы, радостно запрыгали у моих ног.
— Пощадите госпожа, — корчась от боли у моих ног молил демон.
— Как не достойно, — укоризненно цокнула я.
«Остановись» — орало на меня сознание.
Словно в тумане, вскользь увидела глаза Дерека. Мига хватило на то, чтобы я потеряла контроль.
«Что я делаю? В кого превращаюсь?», — глазами Дерека, я увидела себя со стороны и испугалась.
— Думаю, Ваше надуманное сомнение мы развеяли, — беря себя в руки и заканчивая пытку, ровно проговорила я. — Прошу насладиться церемонией.
Превозмогая брезгливость, я взяла демона за подбородок, заставляя взглянуть мне в глаза. Надеюсь, в них он прочел свой приговор.
Уверенные сильные руки крепко обхватили меня, разворачивая к себе. Уважение и восхищение прочла я во взоре темного принца. Страх и сила главенствует в империи.
Только вызывая панический ужас, ты сможешь руководить.
Все еще находясь в объятиях Маркуса, я заняла свое прежнее место. Вновь этот злосчастный трон, снова встревоженные лица жрецов, опять трепетный страх приглашенных.
Маркус заняв свое место у алтаря, испытывающим взглядом прошел по каждому ряду присутствующих. В полной тишине в гробовом молчании, прошла целая минута. За шестьдесят секунд из зала, словно растворяясь в темноте, без криков и сопротивления, исчезло около пятидесяти гостей. Линейка демонических князей так же поредела. Я не досчиталась трех Глав, а на месте многострадального Алата, находилась горстка пепла.
«Все правильно. Так и должно быть. Лучший рычаг в управлении — это всеобщий трепет и ужас», — слишком спокойно заключила я.
— Думаю, на сегодня сюрпризы закончились, — вновь бесстрастно — холодный тон прокатился по залу.
Жрицы с тревогой покосились на темного принца, и молча, начали проделывать свои традиционные манипуляции. Легкое движение и мы с Маркусом отворачиваемся от всего зала, вставая лицом к подготовленному трону.
— Я горжусь тобой, — касаясь губами моего уха и целуя в лоб, нежно проговорил Маркус.
Дальнейшего я не разбирала. Жрецы делали понятные только им манипуляции: громко на распев проговаривали ничего не значащие фразы, трясли непонятными атрибутами, переливали всякую жидкость из одного сосуда в другой. Все эти действия проходили практически в могильной тишине. Через некоторое время я поймала себя на мысли, что отчетливо слышу звук своего и Маркуса сердца, они бились в унисон, подчиняясь не понятному ритму. Не успела, я удивится, как мощная сила, вытолкнула меня из своего же тела.
«Что происходит?» — мысленно обратилась я к неведомой силе.
Как следовало ожидать, ответом мне было, молчание. Последующие действия, потеряли для меня всякий смысл, я видела себя и Маркуса со стороны. Жрецы спрашивали ерунду. Мы отвечали. Нам предлагали испить из одной чаши. Мы, молча, принимали сосуд.
Равнодушие и холодная апатия, буквально сковали мою душу. Я бесстрастно смотрела на происходящую коронацию и понимала: мне все равно. Не было ни боли, ни ненависти, ни радости. Вообще не было не каких эмоций.
Даже когда главный жрец, преподнес к нам золотой поднос с символами императорской власти. Не одна частичка души не встрепенулась. Сначала на Маркуса легла большая «цепь стихий»: массивное украшение из драгоценных металлов и камней. По — древнем преданиям, цепь представляла собой «ключ», способный соединять в себе все стихии. Он являлся проводником, мог устранять любые материальные либо духовные преграды. Затем свое место на правой руке Маркуса, заняла большая имперская печать: перстень с большим изумрудом и черными бриллиантами. Ну, и в конце на голову темного принца, лег большой императорский венец. Мгновение и сила наполнила жилы повелителя, признавая в нем императора. Его волосы взмыли вверх, словно подхваченные мощным ветром, в глазах зажегся невероятный огонь. А Тьма, признавая своего нового правителя, императорской мантией легла на плечи нового государя Таноса.
Я всю церемонию спокойно стояла, буквально в шаге, от творящийся истории, и никак не реагировала.
«Какая-то я неправильная» — заключил раздосадованный мозг.
Наконец Маркус обратил на меня внимание. Темный принц, что-то сказал, а я покорно подошла, опускаясь у ног правителя в низком реверансе. Маркус взял мою правую руку и одел на средний палец идентичное своему перстню, кольцо.
«Интересно, а как я это теперь сниму? Мне ведь через месяц замуж выходить», — поинтересовался воспаленный разум.
Затем темный повелитель, принял с рук жреца имперский венец, и увенчал им мою голову. Мгновение и темная вспышка окутала все пространство. Казалась, в зале резко исчезло все освещение, погружая все в темноту. Так же резко, как и исчез, свет вновь появился. Теперь на двойном троне восседали император и императрица Таноса. Зал восторженно загудел, зашуршал и все присутствующие с шумом опустились на колени.
Я нашла в себе силы, пробиться в недоступное для меня тело. В тело незнакомки, так уверенно держащуюся в троне, и так повелительно рассматривающую действо, происходящее у ее ног. Лишь на миг, тело подчинилось. С огромным трудом я повернула голову в сторону Маркуса, и посмотрела на него не понимающим взором.
«Поверь. Теперь все будет хорошо», — эхом отозвались в моей голове, слова императора.
«Маркус, что происходит!?» — попыталась я дозваться до явного виновника моего невменяемого состояния.
Но меня явно проигнорировали. И теперь уже тьма пришла по-настоящему, медленно погружая мое сознание в спасительный сон.
Непостижимым, непонятным, невозможным по определению было все то, что я видел в главном тронном зале Эволона. Познать увиденное было бессмысленным. Все происходящее просто стоит признать, как факт. Девушка, с которой я недавно познакомился, которая стала моей невестой, теперь Императрица.
Я видел все воочию и никак не мог понять: быль, это или просто дурацки сон. Мгновение назад, Лика — нежная, трепетная, сострадавшая, крепко держала жизнь огромного демона в своих хрупких руках. И с наслаждением, с непередаваемым превосходством по ниточки разрывала его существование. А затем брезгливо и равнодушно отпустила, заставив, мучится от стыда и позора, в ожидании неминуемого.
Это Лика, милая и сочувствующая, уверенно взошла на престол и встала рядом с темным принцем. Всю церемонию она держалась гордо и твердо. Смело и победоносно отвечала жрецам, что принимает судьбу. Решительно и стойко с помощью обряда связала свою жизнь с демоном. Она гордо смотрела, как Маркус принимает королевские регалии, и силы сходят на него, признавая императора. Именно та девочка, которая пела беззаботно песни на кладбище, и бесстрашно ночевала в шатре боевого орка, сейчас обретает царские символы власти.
«Все, что ты увидишь на коронации… — в памяти всплыли слова Лики. — Не верь. Просто пойми так надо».
Миг и огонь погас. Сначала мне показалось, что это мой разум сжалился и отключил ужасающую картинку. Через мгновение наваждение исчезло. Лика теперь восседала на троне. Ее взгляд безжизненно — холодный, пренебрежительно и властно прошелся по оцепеневшей толпе.
Она была неописуема, красива, но сейчас прелесть ее была холодной и безжизненной. Словно статуя, высеченная из драгоценного камня. Ее глаза живые и озорные, теперь святились ледяным блеском.
Лишь на миг, я подумал, что это всего лишь иллюзия. Лишь на мгновения, Лика стала прежней. Ее глаза в недоумении окинули зал, и она с непониманием во взоре посмотрела на Маркуса, гордо восседающим рядом с ней. Но император лишь крепче сжал руку своей избранницы, и вновь спокойная сдержанность появилась на лице.
Постепенно к трону вереницей начали подходить приглашенные, давая клятву верности и преданности.
А я стоял и не мог осмыслить происходящее. Находясь в состоянии шока, я не заметил, как церемония подошла к концу. Император и императрица не стали долго тяготить своим присутствующим приглашенных гостей. Как только обязательная часть была закончена. Как только последний из Глав демонических кланов признал новых правителей, Лика и Маркус гордо и величественно, не произнося ни звука, покинули тронный зал.
«Не верь. Просто пойми так надо» — словно заклинание мозг повторял одну и туже фразу.
Придет ли она как обещала? До рассвета оставалось лишь несколько часов…
— Думаю Вам пора, — будто издалека донесся голос моего сопровождающего.
Голос заставил меня оглянуться по сторонам. После ухода императорской четы, гости не спешили покидать своих мест. В затаенном шепоте и тихом примыкании, от одной группы к другой можно было с легкостью определить рождение новых новостей и сплетен. Словно базарные бабки, темные передавали впечатления о случившимся, но не забывали настороженно коситься на застывших стражей замка. Лишь демонические князья не досчитавших четырех собратьев, как только захлопнулась дверь за императором и императрицей, поспешили раствориться в пространстве.
— Советую Вам не искать встречи, — голос принадлежал ко второму надзирателю, представленному ко мне перед церемонией. — Сегодня наша императрица вновь возродилась…
Дальнейшее я счел не обязательным слушать. Обратный путь я хорошо запомнил, поэтому, не дожидаясь «почетного» сопровождения, направился к порталам. До рассвета оставалась совсем немного времени.
«Несколько часов. Если ты не придешь сама. То меня никто не остановит», — твердая мысль сложилась в голове. Не знаю, что это было то ли послание? То ли клятва?
Когда-то я слышала, что иногда в крайне невменяемом или душевнобольном состоянии, сны начинают отличаться яркостью, красочностью, множеством мелких деталей, и весьма схожими с действительностью. Вот и мне снился сон, будто я восседаю на императорском троне, ко мне подходят толпы темных и дают клятву верности. Рядом словно ожившая картинка из древних легенд, сидит сама Тьма, в образе Маркуса…
— Бред, — собственный голос глухим ударом отозвался у меня в голове.
Словно ледяной поток, на меня нахлынули образы и картинки прошедшего вечера. Испуганным зверем я метнулась в сторону. Открыла глаза и поняла, что стою возле большой кровати, босые ноги уютно потонули в мягком ворсе, длинной с палец, а в углу приятно потрескивает зажженный камин.
Ощущение нереальности и чужого подчинения исчезли. Мое тело снова слушалось лишь меня. Оставалось понять, как Маркус сумел проделать подобный трюк? А еще более важно, как часто, и в каких целях, он намерен прибегать к подобным уловкам?
Пытаясь прийти в себя, я оглядела окружающее пространство и поняла, что воспоминания не как не вяжутся с представленной обстановкой.
— И где я? — спросила я пустоту.
Ожидаемо, мне никто не ответил. Это было к лучшему. Сейчас я находилась в довольно не стабильном состоянии, и была опасна для себя, не говоря уже об окружающих.
Комната. Большая. Судя по наличию огромной кровати — спальня. Я еще раз провела затуманенным взглядом по комнате, пытаясь различить мелкие детали. Много камня, темного дерева, обилие зеленного тяжелого сукна и изумрудного шелка.
— Только не это, — голос страдальчески дрогнул.
Я, наконец, поняла, где нахожусь. Это была моя спальня. Не правильно: это была наша спальня! Спальня, отведенная для меня и Маркуса, десять лет назад. Именно здесь мы должны были жить после свадебной церемонии.
— Свадьба, — вслух выкрикнула я свои же мысли.
Как ни странно, не смотря на случившиеся, мозг не перестал работать. И я мученически поняла, что обещала Дереку, объяснить все до первых рассветных лучей.
Вот сколько сейчас времени? И сколько я пролежала без сознания, определить было не возможно. Но это было не важно. Главное в кротчайшее время выбраться, пока не случилось не поправимого.
Я судорожно начала соображать, как можно улизнуть из данного помещения. Вот только мысли отказывались двигаться в иррациональном направлении, уступая дорогу, наиболее отчаянным эмоциям.
Мысли все были о Дереке. О короле Залирии, который присутствовал на церемонии коронации. Который, видел своими глазами, мои бесчестные поступки. Интересно, что он подумал? Кого увидел во мне? Захочет ли он после случившегося хотя бы поговорить? Тысячи вопросов рождались каждую минуту, сея все больше сомнения в моей душе.
Словно подбитое животное я носилась из одного конца в другой, не в силах ничего предпринять. Комната была опечатана. Просто магически закрыта от любой попытки выходя из нее. Ни двери, ни окна, ни даже камин с благотворным для меня пламенем, остались глухи к моим попыткам выбраться. Маркус постарался. На славу постарался.
Резко остановилась где-то посредине огромного пространства. Глубоко вздохнула и начала оглядываться.
— Тайник, — выкрикнула на свой взгляд идеальную идею.
Теперь, когда поиски приобрели более узкою специализацию, дело пошло веселей. Я знала, что искать: небольшую коробку, шкаф, сундук, ларец, дырку в стене или в полу — не важно. Ведь главное содержание.
С самой первой минуты нахождения в Таносе, Маркус благоразумно решил, что способность перемещаться, в моем арсенале средств для побега явно лишняя. Поэтому на правах Хозяина замка, он великодушно заблокировал, столь нужный способ перемещения. И вот теперь я с удвоенной силой искала тайник, ведь именно в нем должны были храниться столь редкие и дорогие камни — порталы. Штучка конечно одноразовая, да с небольшими магическими побочными эффектами. Но в моем безвыходном случае, просто необходимая.
— Воровать плохо, — прозвучало язвительное замечание.
От неожиданного тихого голоса за своей спиной я вздрогнула. Медленно повернулась в сторону знакомого властно — надсмехающегося тона. Как и ожидала, в огромном напольном зеркале разместилась известная мне фигура.
— О том, что плохо расскажешь хозяину помещения, — разворачиваясь и вновь окидывая изучающим взглядом комнату, спокойно произнесла я. — А я думала, ты ко мне лишь в Залирии являться можешь.
— Ангел, мои возможности безграничны.
— Вот может тогда, ты мне подскажешь, где Маркус организовал семейный тайник? — придирчиво изучая малейшие детали отделки, спросила я.
— А с чего ты вообще взяла, что у этой комнаты есть хозяин и, что именно здесь он хранит бесценные артефакты, — заинтересованно осведомился мой ночной гость.
Я промолчала, продолжая обшаривать самые дальние уголки не маленького пространства. А, как я могла признать, что чувствую его запах на каждой детали, что ощущаю знакомое тепло, касаясь предмета до которого дотрагивался Маркус.
Марбус в свою очередь тоже замолчал, но следить за моими жалкими попытками из зазеркалья, не перестал.
Через минут двадцать безуспешных поисков, я начала передвигаться ползком, ощупывая «нижний уровень» возможных потайных мест. Меня никто не беспокоил и не отрывал от столь занимательной затеи. Толи рассчитывали на более долгое бессознательное состояние. Толи после фееричного выступления князя Веймаша, дел в подземных казематах скопилась уйма. Но мое активное одиночество никто не покушался.
Наконец обследуя третий раз резную деревянную кровать, я наткнулась на весьма интересные вензеля. Еще через несколько минут боковая стенка кровати упала, открывая моему взору достаточно глубокий тайник. Оружие, одежду, охранные и боевые артефакты, я откинула быстро. А вот резная коробочка не поддавалась на мои провокационные взломы.
Теперь не отвлекаясь на посторонние факторы, все придирчивее стала рассматривать найденный тайник. Сложное магическое плетение, не позволяли с легкостью завладеть скрытыми внутри предметами. Но попытаться определенно стоило.
— И что ты там надеешься обнаружить.
— Портал, — не стала я скрывать своего замысла, потихоньку начала распутывать магическое плетение.
— Лика, ответь: Зачем тебе это нужно? — не унимался мой ночной визитер. — Отпусти несчастного короля. У него и без тебя дел уйма.
— Мне нужно с ним поговорить, — не отвлекаясь от коробки, сквозь зубы произнесла я. — Мне нужно услышать от него, что все кончено.
Кажется, мой ответ не устроил Марбуса, и он продолжил, молча наблюдать за моими манипуляциями. Тем временем внешний слой защиты благополучно был снят.
— А этому ты, где научилась? — вновь решил поддержать беседу силуэт в зеркале.
— Весьма скучное детство в окружении нянек и учителей, с подвигали на неожиданные решения проблемы запирания.
Осталось еще два слоя и магический блок на механическом замке.
— Лика тебе не кажется, что ты просто бежишь от себя, — не унимался мой собеседник. — Хочешь спрятаться от Маркуса за широкой грудью Залирийского короля.
— Еще одно слово, и я решу, что ты на его стороне, — проговорила я, пыхтя уже над защитным контуром замка.
— Почему до сих пор, подобное утверждение, тебя не посещало? — крайне заинтересованно осведомился Марбус.
— Ну, ведь ты до сих пор не проинформировал Маркуса, о моем диверсионном замысле.
— Мне твою красивую попку жалко, — съязвил темный силуэт. — Ведь, если Маркус прознает, стоять тебе целый месяц, не присаживаясь.
Я недовольно фыркнула, молча признавая правдивость слов моего зеркального оппонента.
— Да прекрати мучить бедный тайник, — в очередной раз призвал меня к порядку Марбус. — Милолика, а ты о своем обещании вести прилежно месяц часом не забыла.
Замок с легким щелчком поддался открываясь.
— Я обязательства свои помню. Вот только тебе с Маркусом понятия: благородство и справедливость неведомы…
Не разбирая содержимое шкатулки, я быстро схватила столь вожделенный камень. Секунда и мир вокруг меня поплыл. Множество ярких разноцветных кругов, будто мельчайшая пыль окутали меня, закрывая обзор. Голова начала кружиться, отдавая резкой болью, а к горлу начала поступать тошнота. Ноги предательски дрогнули. Вот и магическая отдача от столь серьезного перемещения не задержалась проявиться в полной мере. Через минуту, все пропало. На место яркого калейдоскопа, пришел успокаивающий свет от свечей. Оглядевшись, я поняла, что взгляд мой направлен на огромную кровать, а сама сижу на огромном светлом ковре.
— Не вышло, — зарываясь руками в мягкий ворс, обреченно проговорила я.
Картинка перед глазами все продолжала расплываться, голова все больше кружилась, отдавая болью в висок.
— Лика, — знакомый голос донесся откуда-то сверху.
В тоже мгновение знакомые руки подхватили, легко поднимая мое тело вверх и прижимая к теплой груди.
— Дай мне секунду. Всего секунду, и я приду в себя, — я сильнее прижималась к надежным рукам, боясь, что Дерек это всего лишь иллюзия.
Меня не торопили, лишь сильнее обнимали. Дерек осознал, что я явно переоценила свои силы, и теперь мне необходимо время на восстановление. Вот только его не было.
С закрытыми глазами, я все плотнее прижималась к надежной груди, вдыхая свежий древесный аромат. А меня несли, не долго, видимо лишь до кресла, установленного рядом с камином.
— Дерек, — слегка приоткрывая глаза, шепотом проговорила я. — У меня мало времени.
— Тихо. Все потом просто отдохни, — моего виска коснулись теплые губы.
И стало так хорошо. Как не было уже давно. Дерек был надежным. Он ничего не требовал, ни на чем не настаивал, не принуждал.
— Дерек мне нужно знать. Что ты думаешь обо мне после сегодняшней коронации? — сердце в испуге сжалось.
— Почему у тебя глаза черные? — задал неожиданный вопрос Дерек, изучая мое лицо.
— Что? — не поняла я сказанного.
— У тебя глаза стали как у других демонов — однотонно черные, — пояснил Дерек.
— Наверное побочный эффект коронации, — задумчиво произнесла я. — Думаю, через некоторое время, они вернуться к своему первоначальному цвету. Дерек не уходи от вопроса: твое отношение ко мне изменилось?
Казалось, Дерек сейчас тактично промолчит или наоборот решит разорвать наши явно нескладывающиеся взаимоотношения.
— Лучше ты мне ответь: Ты, правда, можешь заблокировать всю магию? — с озорством во взгляде поинтересовался король Залирии.
— Знаешь, что самое главное в обучении демонов: умение составлять договоры и блефовать? — честно призналась я.
— Учту при составлении брачного договора, — прижимая к себе крепче.
Вот так просто. Не нужно было пустых слов, объяснений. Дерек просто понял, что я не могу иначе.
— Лика, я дам тебе месяц, — видно было, что спокойный и уверенный тон дается Дереку тяжело. — У тебя будет ровно месяц, чтобы отпустить свое прошлое и понять какого ты будущего желаешь. Я не давлю и не принуждаю. Это будет только твой выбор. Чтобы не случилось за этот срок, я никогда не упрекну и не обвиню тебя. Но если ты выберешь меня. И через месяц вернешься. То тебе придется навсегда позабыть старую жизнь. Тебе придется забыть его. Если ты выберешь меня, то ты станешь, лишь моей, без двойной жизни и отговорок. Принимаешь ли ты мое предложение?
— Да, — уверенно ответила я.
Иногда, кажется, что ночь бессмертна. И тьма, повисшая над миром, может существовать вечно. Но за ночью обязательно придет рассвет…
Лишь мгновение назад Лика покинула спальню короля и Залирии. Обычным дворцовым порталом, она вновь переместилась в Эволон. Именно этот замок станет для нее тюрьмой и жестоким испытанием на целый месяц. Но Лика, больше не боясь, и не пряталась. Она ушла гордо, четко зная, что через месяц будет свободна. А ведь ничего так не пьянит молодую кровь, как ощущение скорого полета. Она была уверенна, что стоит лишь прожить столь короткий срок и жизнь измениться. Она вновь станет хозяйкой своей судьбы.
В одиночестве в опустевшей спальне остался Дерек. Огонь в камине погас, как только за Милоликой закрылась дверь. Будто пламя уже соскучилось по — своей отчаянной хозяйке. А Дерек молча, смотрел на разгорающееся пламя нового дня.
— Выходи. Скрываться больше нет смысла, — не отрывая взгляда от розовых лучей за окном, спокойно проговорил Дерек.
— А ты не так глуп, как кажешься.
От дальней стены, где еще клубился мрак, который не рассеяло рассветное солнце, отделилась огромная фигура. Демон, молча, прошелся по — опустевшей спальни и спокойно сел в кресло, где несколько минут назад Дерек держал на руках Милолику.
— А вот я тебе не перестаю удивляться, — Дерек повернулся и в упор посмотрел на своего собеседника. — Хладнокровно стоять у стеночки, пока твою жену, хоть и формальную, прижимает к груди мужчина.
От безоблачного раннего утра за окном, не осталось и следа. Темные хмурые тучи заволокли все небо. И молнии, яркие, ослепляющие пронзали сумрачные небеса.
— Какие эмоции, — беспечно проговорил Маркус, рассматривая потухший камин. — Какие чувства. Вот только ты забываешь, что сейчас она отправилась в мою спальню.
— Так зачем?
Маркус легко пожал плечами. Кажется, этот вопрос он задавал себе все время, пока молча, смотрел, как его Ангел лежит в чужих объятиях.
— Милолике, нужно было попрощаться, — коротко ответил демон.
— Ты так уверен в себе, — негодования переполняло короля Залирии.
— Нет, я уверен в ней.
Дерек понял, что диалога не получится. Да и о какой беседе могла идти речь? Они соперники. Смертельные враги. Оба признали маленького Ангела, своей. И отступаться от своего не один был не намерен.
— Позволь задать тебе встречный вопрос, — Маркус резко вышел из состояния задумчивости. — Почему ты ее отпустил? Мог бы попробовать удержать, но не сделал и попытки?
— Она сама должна сделать выбор, — ровным тоном ответил Дерек.
— Зачем ты за нее цепляешься? — неожиданно спросил Маркус. — Ведь прекрасно понимаешь, она не любит тебя.
— Ты когда-нибудь, слышал, что самая сильная любовь появляется вопреки.
— Ты так уверен, что через месяц она вернется, — горькая насмешка была в каждом слетевшем слове Маркуса.
— Я верю…
— Почему?
— Я даю Лике то, что она хочет больше всего… Свободу.
Маркус молча, растворился в розоватых лучах, неожиданно появившегося солнца. А Дерек с улыбкой на губах повернулся к голубоватому небу и сияющему новому дню…
Судьба у женщин не легка,
Двум парадоксам нет ответа:
То нету в жизни мужика…
То есть мужик, но жизни нету!
Как приятно просыпаться утром, и чувствовать горячее дыхание на шее. Еще находясь в сонном забытье руки невольно, тянуться к горячему и надежному телу, уютно расположившемуся рядом. А он не сопротивляется, лишь придвигается ближе и носом утыкается в плечо.
Недовольное фырчанье и обиженное ворошение заставляет повернуться на другой бок. И что ты видишь? Расстроенные глаза, молча, смотрят, как ты ласкаешься с другим.
— Не злись мой, хороший, — целуя обиженную мордашку в нос, нежно произношу я. — Я люблю вас обоих.
Кажется, я была прощена. Ведь две огромных головы практически синхронно легли на мою грудь, требуя ласки.
Неожиданно нашу изделию прервали. С громким стуком дверь в мою спальню от варилась. На пороге возник мой не сменный надзиратель. Лорд Ракшаса, как обычно не удосужился даже постучаться, врываясь в мои покои.
— Ты еще в постели? — не замечая ничего вокруг, быстро произнес вампир.
Звериный рык разнесся по всей комнате, заставляя Гериона замереть на пороге. Одновременно два огромных тела встали в боевое положение готовые в любой момент нанести удар.
— Гера, кажется, я тебя предупреждала, — расслабленно потягиваясь на подушках, промурлыкала я. — Не стоит врываться в мою спальню без приглашения.
— Милолика, не смей… — пятясь к двери, потребовал кровопийца.
— Мальчики проучите невежливого дяденьку.
На сей раз радостный рык вновь раздался на всю спальню. Молниеносным движением два огромных хищника слетели с постели и погнались за удирающей жертвой. А я, оставшись в одиночестве, блаженно откинулась на подушки.
Уже в гостиной слыша, что мальчики настигли свою жертву.
— Герион предупреждаю если, хоть с одного слетит волосок, тебе не жить, — громко предупредила я хладнокровную няньку.
Треск разбившейся посуды был мне ответом. Затем тишина. Видимо вампир решил поступить не совсем честно, просто растаять дымкой. Но от моих мальчиков не так просто избавиться. Перемещением в пространстве они владеют в совершенстве.
Все стихло. Из открытой двери, ведущей в малую гостиную, был слышин лишь ленивый ход часов.
Замечательно. У меня есть полчаса, чтобы насладиться одиночеством и тишиной. Сегодня было ровно две недели как я вновь появилась в Таносе. За это время, у нас с Герионом, отношения из холодной ненависти, эволюционировали в открытою вражду. Но иногда, когда я, забывалась, и молча, смотрела в окно. Ловила обеспокоенный взгляд своего надзирателя. Герион смотрел на меня с грустью и жалость. Казалось он и сам не рад такому стечению обстоятельств. Но долг и обязательства, не позволяли нам решать за себя.
— Ваше высочество позвольте предложить вам ванну? Легкий завтрак? Платье? — из раздосадованных мыслей меня вывел спокойный голос служанки.
Элеонора была назначена главной, в свите многочисленной прислуги. Именно ей разрешалось будить меня с утра, следить за моим гардеробом, и напоминать о распорядке дня.
— Позже, — сухо проговорила я, не вставая с постели.
— Простите мою навязчивость, — фрейлина не спешила покидать спальню. — Но Его Величество просил напомнить, что через час ожидает вас на завтраке. После обеда у Вас запланирована встреча с представительством гарпий. На обед, государь, ожидает в министерстве. На три часа по полудню у Вас осмотр конюшен и выбор скакунов для дипломатических подарков. После, правитель, ждет…
— Достаточно, — резко прервала я ежедневный сухой монолог.
Сирена снисходительно опустила глаза, признавая мое право на безосновательные недовольства. Ведь в моем нынешнем положении любой каприз, прихоть и причуда воспринимались как обыденность. Вот и теперь низший демон, благосклонно склонила голову, в ожидании дальнейших повелений.
— Элеонора можешь быть свободна, — справившись с эмоциями, уже спокойно попросила я. — Сегодня я соберусь сама.
— Ваше Высочество, но Его Величество будет недоволен…
— Я сказала прочь.
После последний фразы сирена поспешила раствориться, а у меня не возникло сомнений, что следующие ее действие будет красочный доклад Его императорскому высочеству.
— А так хорошо день начинался…
Я вновь тяжело вздохнула, накрываясь с головой одеялом. В темноте мысли с удвоенной силой начали терроризировать уставший за две недели разум.
С Его Величеством за прошедшее время сложились ровно нейтральные отношения. Мы практически все время проводили вместе. Лишь с утра традиционны тренировки проходили порознь: я с Герионом в парке, а Маркус на крыше.
Далее по списку Элеоноры: встречи, собрания, обеды, ужины, опять совещания и снова встречи. Все наше общение сводилось к минимуму слов. Я старательно кивала на все замечания и решения императора. Всем своим видом высказывая солидарность. Лишь сухое, сдержанные отношения. Нет, Маркус был не холоден и бездушен, по отношению ко мне. Отвечал всегда вежливо, по мере необходимости проявлял галантность и учтивость. Со стороны, наверное, создавалось впечатление «образцовой пары». И это в семье демонов!
Лишь поздно ночью, когда повестка дня была полностью выполнена, мы с Маркусом оставались наедине в «зеленой спальне». Я помню, как боялась в первую ночь. Тогда я не знала, чего ожидать. К каким сюрпризам стоит готовиться. Ведь здесь, в замке, Маркус может делать все, что пожелает. Очень тревожила, способность к безоговорочному подчинению моего тела. Но демон удивил меня. Лишь увидев мое крайне испуганное и нерешительное состояние, не говоря не слова, испарился. Всю ночь я провела, не смыкая глаз, ожидая неизвестно чего. Маркус, вернулся лишь под утро. Устало взглянул на мое встревоженное не выспавшееся лицо, побрел в ванну. А я так и осталась сидеть на кровати, утомленная, растерянная и полностью одетая.
В том же порядке начали проходить и последующие ночи. Лишь спустя пять дней, когда я позволила себе немного расслабиться и уснуть на не разложенной кровати. Я ощутила чужое присутствие рядом. Золотая лилия на груди ноющей болью отозвалась в душе. Мне не нужно было открывать глаз, чтобы узнать, что Маркус находиться совсем близко. Сидит в самом темном углу комнаты и молча, смотрит на меня. До самого утра он не покидал своего места. Не на секунду не сомкнув глаз, просто смотрел. Когда это повторилось три ночи подряд, я не выдержала:
— Маркус, давай будем вести себя по-взрослому. И найдем компромисс, так, чтобы мы оба смогли отдохнуть, — я выпалила все на одном дыхании, только после, заметив, что демон исчез.
Маркус вернулся лишь с первыми лучами рассветного солнца, когда вновь тяжесть сновидений, заставила меня задремать.
После этой ночи, я прекратила всяческие попытки, подействовать на темного императора. И старалась просто не замечать. Но каждую ночь от тоски и одиночества, я до боли закусила губу. Лилия взывала, терзала и мучила. Чувства Маркуса, словно раскаленные щипцы, по кусочку рвали мое сердце. А на утро вновь ледяное спокойствие и вежливая отрешенность.
«Я не выдержу месяц. Просто сойду с ума», — подвел логичный вывод разум.
В гостиной вновь, что-то загремело. По мелодичному пению, я с легкостью распознала Элеонору. Ведь только у этой сирены, получалось, так раздражающе напевать мелодии. Сейчас музицирование моей служанки, завуалировано намекало, что пора бы собираться. До совместного завтрака с Его императорским величеством, оставалось не так много времени.
Я расслабленно сидел во главе большого стола, и поигрывал острым ножом. Уже добрых два часа делегация из далекого клана Дракир — водных демонов, донимала меня на предмет расширения своих границ. Дракир были кланом принадлежащим — низшей демонической иерархии. В Таносе они занимали класс твердого среднего сословия.
Каждые десять лет они подают прошение об увеличении территории клана. И уже лет восемьсот получают отказ. Дело в том, что территория необходимая им для приемлемого жизнесуществования, составляет пятьсот морских миль. Сейчас во владениях клана находилось восемь тысяч миль. И в настоящее время они призывали затопить еще как минимум тысячу. Ибо их стихия и родная среда — вода. Вот они и расширяют размеры своих владений, за счет наземных территорий. А так как вода стихия весьма текучая, так и желания демонов весьма расплывчатые. Скажу одно, позволять затапливать столь огромные территории, я был не намерен.
Вот и сегодня настал момент очередного прошения. И у меня имелись довольно забавные планы, по преодолению сложившихся противоречий.
— Император прошу Вас, войдите в наше положение, — в очередной раз завел нудную песню глава клана. — Это решение принесет…
Лорд оборвался на полуслове, быстро вставая со своего места и замерев с затаенным дыханием взирая на распахнутую дверь. Его примеру быстро последовали и остальные демоны.
А я слегка развернулся, в сторону двери, в полной мере понимая, из-за чего у гостей такая растерянно — пораженная реакция.
В зал для обедов, не спеша, медленно вплывая, вошла Милолика. На долю секунды, даже я оторопел. Ведь казалось, что перед нами возникло не живое существо, а прелестный призрак.
Белоснежные волосы были распущенны и волнами спускались вдоль спины девушки. За эти две недели она похудела и побледнела. Ее кожа напоминала тончайший белый шелк, а фигура была настолько хрупка, что создавалось впечатление, что стоит лишь коснуться, и Лика растает будто иллюзия. Сегодня Милолика предпочла лилейно-белое, длинное, пышное платье, которое лишь больше подчеркивало ее невинность и уязвимость.
Все так же, не издавая не звука, Лика неспешно встала за моей спиной. Легким, едва уловимым жестом она коснулась моего плеча. И я даже сквозь рубашку почувствовал, насколько у нее ледяные руки.
«Дурочка, зачем ты себя изводишь?» — подумал я, инстинктивно сжимая руку в кулак. Слуги, заметив мой жест, потянулись за новыми столовыми приборами, так как нож, зажатый в моей кисти, превратился, в кучку расплющенного метала.
— Доброе утро Ваше императорское высочество, — Лика отступила на шаг и присела в книксен.
— Доброе утро императрица, — я учтиво поклонился.
Все формальности соблюдены. Этикет протокольных приветствий выдержан. И прямо тошно стало…
— Рада поприветствовать Вас дорогие гости. Надеюсь, ваше пребывание в Эволоне будет полезным, удачным и плодотворным, — широко улыбаясь, прощебетала Милолика.
А я скорчился словно от головной боли. Демоница называется! Да с такими приветствиями лишь феи радушия и гостеприимства встречают гостей. Судя по всему, морские демоны ждали подвоха от столь теплой встречи. Свежи были воспоминания с коронации. Побледнев, они опустили глаза еще ниже, и хмуро начали озираться друг на друга.
А я, кипя от негодования, продолжил смотреть, как мой Ангел смирения и безропотности, тихо опускается на стул, складывает ручки на коленочках, низко опускает голову, и покорно ожидает грядущее.
Вот прям, садись и пиши картину: «Невинная жертва жестокого императора».
Что произошло с Милоликой, которую я знал раньше? Что случилось с демоницей, полной жизнелюбия и оптимизма. Где могущественная и решительная принцесса Таноса? Что произошло с упрямой и не покорной императрицей? Где моя жена?!
— Милолика, познакомься, — пытаясь не зарычать от раздражения, проговорил я. — Лорд Абис Ксафан Веррье — глава клана Дракир.
Водный демон резко дернулся.
— Благородный лорд рада поприветствовать Вас, — поднимая изумрудные глаза на демона и мило улыбаясь, промурлыкала Лика, — Вы озарили светом наш дом.
«Правду говорят: что одной улыбкой убить можно», — мысленно прокомментировал я свои ощущения.
Милолика перегнула палку. Я даже склоняюсь к переломала… Демон, окончательно потерял связь с реальностью. Наверное, в подобном тоне с ним даже мама в далеком детстве не общалась. А у демонов логика предельно проста: «То, что я не понимаю — опасно! О чем я не могу и помыслить — убийственно!». Вот теперь представите, что творилась в голове бедного Веррье и всей его свиты. Скорей всего они уже себя представляли, как минимум в тюрьме, как максимум — на плахе.
— Клан Дракир хлопочет на увеличение своих границ, — стараясь держать себя в руках, и не портить очередной столовый прибор, отвлек я Милолику.
— Государь, право не стоит, докучать императрице такими мелочами, — запинаясь при каждом слове, тихо проговорил Ибис, — Мы понимаем…
— Ну, что Вы, — кокетливо захлопала глазками императрица. — Если вы просите дополнительное место, значит, Ваш клан растет. Милейший лорд, Вы в истину превосходный и прекраснейший правитель своего народа.
Ах, как заулыбался. Прям засиял. И если быть честным у меня на душе тоже стало светлее, от предвкушения, дальнейшего поворота решения проблемы.
— Ты так считаешь, родная? — стараясь скрыть ехидную ухмылку, проговорил я. — Стоит одарить Веррье столь щедрым подарком?
— На все Ваша воля господин, — коротко проговорила Лика, вновь опуская глаза. — Но если лорд берет на себя такую смелость, считаю достойным поощрить увеличение территории.
После этих слов мой авторитет у водной делегации упал ниже самой глубокой впадины на дне морском. У них появился новый идол. Новое чудо и сокровище — императрица Таноса. Кажется, после произнесенных фраз они дышать перестали. С благоговением и трепетом взирая на свою благодетельницу.
— Ну, что могу Вас поздравить, — пытаясь сохранить невозмутимость на лице, произнес я. — Земли ваши. Где бумаги?
Тяжелая стопка, оформленная согласно всем правилам и законом передалась мне в руки. Так как уже не однократно сталкивался с этим талмудом, я прекрасно знал все нюансы, изложенные в документе. И, следовательно, незамедлительно и беззаботно передал договор в руки Милолики. Как только бумага коснулась тонких пальчиков, Лика инстинктивно, практически невольно начала бегло почитывать текст. Вот, что означает правильное воспитание, с годами лишь шлифуется, оттачиваясь в малейших деталях.
— Милая, — уже не скрывая своих истинных чувств, промурлыкал я. — Это стандартный земельный договор: «Согласно… Главе клана… Разрешается, занять территорию от… до…»
При каждой последующей прочитанной странице, глаза Милолики все больше и больше наливались зеленью, и в них начал вновь возрождаться демонический огонек. На кончиках пальцев затрепетали огненные искры, грозя перерасти в пожар. Я прямо вытянулся в предвкушении. Улыбка стала запредельной.
Тем временем Лика отойдя от первого шока, молча перевела взгляд на меня — нахмурилась. Затем на договор — сжала плотней довольно увесистую стопку листов, да так что на белой бумаги остались вмятины. Затем яростным и неистовым взглядом был одарен лорд Веррье. Морской демон — сжался вдвое, и невольно начал сливаться с мебелью. Спасибо доминирующей стихии. Снова зеленные глаза пробегали по заветным строкам, будто не доверяя написанному. И теперь яростный взгляд застыл на мне:
— Маркус ты обалдел? — прорычала Милолика.
А я чуть не зааплодировал. Наконец эмоции. Нет больше раздражающего меланхолично — угнетенного состояния. В Лике вновь загорелся огонь жизни. Ну, и пускай разожгла ее искра негодования и справедливого возмущения. Но я вновь увидел в ее глазах жизнь, а в душе желание действия.
— Госпожа ну как же… — попытался встрять растерянный демон.
— Тихо! — рявкнула Милолика. — Маркус, ты случаем головой сегодня не стукался?
— Тебе лучше знать ненаглядная моя, — одаривая Милолику обворожительной улыбкой, спокойно произнес я. — Сегодняшнее утро так же, как и ночь я провел с тобой. Так, что тебя так не устроило?
— Издеваться вздумал? — гневно прищуривая глаза, прошипела Лика. — Ты зачем чужую территорию разбазариваешь? Ты хоть в курсе, что отдал под утопление второй по величине город Залирии?
Делегация в недоумении начала переглядываться, явно не понимая столь бурной реакции на подобную мелочь. А я потянулся за очередным ножом и вилкой, ведь впервые за несколько недель у меня проснулся аппетит. Вот наглядная сила положительных эмоций!
— Госпожа, позвольте, — пропищал водяной черт. — Залирийский король не посмеет даже пикнуть в сторону императора…
— Я сказала молчать! — тихо и очень медленно проговорила императрица. — Маркус, последний раз спрашиваю, ты чего удумал?
Я был не в состоянии говорить. Во-первых рот мой был занят уничтожением довольно крупного куска мяса. Во — вторых не хотелось терять всю сказочность момента. Я чувствовал, как в Лике вновь начала пробуждаться темная сторона. Тьма потихоньку заволакивала душу и сознание демоницы. Я вновь приобрел контроль над татуировкой и как следствие над самой Милоликой.
— Милолика, ну почему с тобой так сложно: не соглашаешься с тобой — тиран и деспот, выполняешь все просьбы — идиот и дурак.
Я одарил Лику ослепительной улыбкой, демона — искусителя. И радостно начал наблюдать, как моя демоница медленно закипает. Ее волосы начали искриться от переполняемой энергии и приобрели лунный холодный блеск. На бледных щеках заиграл румянец. Глаза невероятного изумрудного оттенка, заволокла черная пелена.
Секунда и от большой стопки листов договора, остается лишь пепел. Который медленно словно песок просачивается сквозь хрупкие пальчики.
— Милолика, ты переходишь всякие границы? — нравоучительным тоном заговорил я. — Надеюсь, ты осознаешь, что уничтожила документ, который разрабатывался десятилетиями.
— Не сомневайся, — брезгливо отряхивая руки от остатков бумаги, проворковала Лика.
На самом деле я был глубоко равнодушен, уничтожением, сего юридического документа. Более того он перевыполнил все возложенные на него ожидания. Мне необходимо было пробиться через «холодную броню» равнодушия и смиренности Лики. Мне нужно было вновь увидеть ее настоящею, без преград и помех, которые она столь искусно возвела.
— Значит, ты понимаешь, что за подобные вольности, неминуемо следует наказание, — многообещающим тоном промурлыкал я.
Уже несколько минут мы не замечали творившегося вокруг нас немого ужаса. Слуги испуганно вжались в стены, мимикрируя в ряды мебели. Приглашенная делегация, не смея нарушать протокол завтрака, в ужасе приросли к креслам, надеясь, что их присутствия не заметят.
— Я в предвкушении, — Лика одарила меня завораживающей обольстительной улыбкой.
Мы сидели совсем рядом. Оставалось лишь протянуть руки и…
— Твою!..
Договорить я не успел, в нескольких сантиментах от меня, буквально на столе, материализовался истерзанный Герион. Одежда его была разорвана практически в клочья. По всему телу были многочисленные мелкие раны, словно от когтей. Лорд Ракшаса, быстро перекатился на другой край огромного стола и замер в ожидающей позиции, оголив клинок. Следом за ним словно тени, из воздуха начали появляться две демонические сущности. Секунда и Лика подхвачена мной на руки. Через мгновение мы стояли у дальней стены от стола, и с любопытством выглядывала из-за моей спины.
— Маркус останови это, — не меняя боевой позиции, прокричал вампир. — Или я за себя не ручаюсь.
— Милые мои, хорошие, — Лика буквально кинулась на шею появившихся баргестов, заслоняя их от вампира.
Я застыл. Нелепица и безалаберщина предстала перед моими глазами. Бардак! Руки в напряжении, медленно скрестились на груди. Душа начала наливаться гневом.
«Не замок, а дурдом», — сделал вывод мой разум.
— Убери от меня эту… — кричал вампир.
— Убери от меня этого… — огрызнулась Лика.
— Р-р-р… — подтвердили адские псы.
На этом мое терпение закончилась. Небольшой прищур глазами и тьма, спокойно дремавшая в углу плотной стеной, встала за моей спиной. В комнате мгновенно стало темно и душно. А исполнительные тени уже держали в своих крепких руках, жизнь каждого присутствующего.
Обеденный зал замерла в ужасающем ожидании. От увиденного я невольно усмехнулся. Слуги и делегация Дракир, замерили в одном углу столовой, маскируясь под обстановку. Герион вытянулся по стойке «смирно», раздосадовано озираясь по сторонам. Баргесты, замолчали, смиренно опустив головы на пол, и прижали уши.
Лишь Милолика хмуро взирала на происходящее. От ее тела шло легкое красное свечение разгоняющее тьму.
Тяжело вздохнув, я решил разбирать ситуации с самого «вменяемого звена».
— Герион у тебя десять секунд…
Взгляд вампира на меня. Затем на делегацию. На Милолику и псов. Снова на меня.
— Доброе утро госпожа, — низко преклонил голову вампир перед императрицей. — Здравствуйте Выше Величество. Приношу свои искренние извинения в связи со сложившийся ситуацией.
Я молчал, пытливо всматриваясь в лицо израненного советника. После сказано Герион замолчал, очевидно, раздумывая над творящейся обстановкой. Мгновение и вампир резко разворачиваться, в противоположное от меня направление. И уверенным шагом направляться в сторону двери.
— Ты куда пошел? — громко рявкнул я.
Герион на секунду остановился и обернулся в мою сторону.
— На главную площадь, — негодующе ответил, пояснил вампир.
— Зачем? — видимо неожиданно, даже для самой себя, ошарашено поинтересовалась Милолика.
Если честно я сам от подобного заявления лорда Ракшаса, был немного поражен.
— Насколько помню, главный императорский палач, сейчас находиться именно там, — как ни в чем не бывало, пояснил вампир. — Ваши Величества, прошу разрешения, незамедлительно откланяться. А то мне еще очередь занимать придется. Нынче у императорского карателя весьма напряженный график.
— Хочешь, я поспособствую, — расплылась в улыбке Милолика. — И ты будешь обслужен вне очереди.
— Тронут Вашей заботой и пониманием государыня, — учтиво поклонился советник.
— Не стоит, мой дорогой друг, — ангельским голоском прощебетала Милолика. — Ведь Ваше благополучие, напрямую связанно с моим душевным равновесием…
Договорить Лике я все же не дал. Уж очень раздражал меня откровенный абсурд, сложившийся ситуации.
— Тихо! — рявкнул я.
Мгновение, и на долю секунды в зале наступила кромешная тьма. Через миг темное наваждение сменилось яркой вспышкой света. Лишь только ощутив контраст между тьмой и светом, можно по — настоящему ощутить власть непроглядной мглы.
— Все вон, — многообещающим взглядом одарил я присутствующих.
Второй просьбы не понадобилось. Все находившиеся в зале, шатающиеся вереницей поспешили к выходу. Бергесты милостиво отпущенные хозяйкой, растаяли в пространстве. Герион учтиво пропустив вперед перепуганных слуг и не мнение устрашенных водных демонов, медленно двинулся в сторону распахнутых дверей. Лика так же «под шумок» решила ретироваться.
— Милолика, останься, — вежливо попросил я.
— Нее… — не сбавляя шага, проговорила демоница. — Мне необходимо о дальнейшей судьбе Гериона похлопотать.
Упомянутый вампир, в мгновение переместился по обратную сторону открытых дверных створок. И не дожидаясь Милолики, громко захлопнул их практически перед носом императрицы. Оставляя нас в большом зале наедине. Все же, месть сладка…
— Ангел успокойся, — миролюбиво предложил я. — Давай просто поговорим…
Лика кипела от негодования. Пути к отступлению были перекрыты. Посторонние мешать не посмеют. Значит, разговора было не избежать.
— Маркус, чего ты добиваешься? — скрестив руки на груди, одарила Милолика меня злобным взглядом.
— Отношений, — не видя смысла юлить, ответил я. — Я не могу больше смотреть, как ты изображаешь из себя толи забитую жертву, толи смиренную покорность. Мне нужна прежняя Милолика. Мне нужна моя жена.
— Смею напомнить, что десять лет я являлась вдовой.
— Смею заметить, ты потеряла данный статус более двух недель назад.
— Ну, нет, мой милый, всю ответственность за произошедшее ты на меня не возложишь, — срывающимся голосом произнесла Лика. — Знаешь: от любви невозможно избавиться, а если возможно, то это уже не любовь.
За короткий миг я преодолел разделяющее нас расстояние. Милолика лишь успела глубоко вздохнуть. Я ревностно и жестко накрыл ее губы своими.
— Ненавижу! — сквозь зубы прошипела Лика.
— Люблю!
Я требовал. Я брал свое. Не первоначальное безразличие и холодность не оттолкнули меня от моего Ангела. Не последующие сильные удары в грудь, не заставили меня разжать объятий. Я испытывал потребность в ее прикосновениях. В ее теле рядом со мной. Лика нужна была мне больше воздуха. Важнее собственной жизни.
На долю секунды, маленькие кулачки у меня на груди разжались. Лика крепко схватила ткань атласной рубашки, ближе прижимаясь к моей груди. Опьяняющие, одурманивающие ощущения накрыли меня, погружая в пучину триумфа и торжества. В этот момент я потерял связь с разумом. В этот момент весь мир для меня померк.
Но это был лишь миг. Лишь только чудесное мгновение.
Затем после того как чувства отхлынули, я вспомнил. Как подхватил маленькое тельце на руки. Как прижал его к огромному столу. Как звонко хрустела ткань разорванного платья. Как маленькие ручки нещадно колотили меня…
Я очнулся лишь в момент, когда почувствовал на губах соленый вкус слез. Пелена наваждения спала. Боясь совершенного, я медленно открыл глаза и слегка отстранился. То, что предстало передо мной, я никогда не смогу забыть.
Лика растрепанная сидела на краю стола. Платье было растерзано, и рваными лоскутами свисало с хрупких плеч. На шее, груди Милолики синими пятнами по белоснежной коже, проявились большие кровоподтеки от моих поцелуев. Губы нежные и теплые, были искусаны в кровь.
«Что же я наделал?» — пришла ко мне запоздалая мысль.
Лика молча, смотрела на меня и по ее лицу катились слезы. Я не в силах был и слова вымолвить, лишь опустил голову на маленькое плече, пряча глаза, прочитал заклинание «исцеления».
Через мгновение следы не исчезли. Милолика отвергла помощь. Не приняла лечебную магию. Отстранила ее своей. Я вопросительно взглянул в зеленые глаза.
— Я хочу оставить это как живое отражение твоей истинной натуры, — твердо произнесла Лика. — Я оставлю это как воспоминание, какое ты чудовище Маркус.
Я безмолвно отстранился. На меня смотрела упрямые и несломленная демоница. Она была готова пожертвовать всем, но не быть проигравшей. Именно от осознания этой истинны, я испугался.
Спокойно Милолика спрыгнула со стола, и величественным шагом направилась на выход. Я ее не держал. А зачем?
Из открытой двери послышался шум. По — видимому Герион передумал навещать палача и терпеливо ждал окончания нашего разговора за дверью. Судя по робкому затишью, увиденное его шокировало.
— Милолика он не мог… — вампир явно подбирал слова.
— Не приближайся ко мне! — рявкнула Лика.
Стук острых каблучков, исчезающий в каменном замке, ввел меня в состояние глубокой задумчивости. Что теперь делать? Как все исправить?
У демонов нет пограничных состояний. Мы либо люто ненавидим или убийственно любим…
— Дура! Дура! Идиотка!
Я металась по своей комнате из стороны в сторону. Щеки пылали, губы горели, пальцы на руках и ногах сковало холодом. Не замечая ничего вокруг, бросалась из угла в угол пытаясь унять крупную дрожь по всему телу.
— Бестолочь, — орала я на себя. — Вновь повелась на его провокацию. Болванка, — мое негодование перешагнуло все видимые пределы. — Да он тобой крутит как хочет. Пользуется твоими слабыми местами. А ты вновь наивно введешься. Бестолочь. Ничему тебя жизнь не учит.
По пути попалось зеркало. Мельком взглянув в него, я взвыла. Мне было обидно и больно. А ужас все произошедшего, заключалась не в разорванном платье, не в жутких синяках на моей шеи и груди, а в моей реакции. Я ответила! Я отдалась! На секунду прошлое будто стерлось, оставляя лишь непреодолимою тягу и жизненную необходимость.
Я ответила. Я наслаждалась.
Но резко, словно удар молнии ко мне пришло понимание. Я будто вновь прожила ночь своей свадьбы. Мне стало мерзко и невыносимо от осознания, близости Маркуса, от его яростных поцелуев, от требовательных движений.
И я зарылась лицом в подушку. Умом я все понимала. Но на душе было гадко и одиноко…
Дальше день прошел по стандартному сценарию. Встречи. Бесполезные разговоры. Решения насущных вопросов.
«Четырнадцать дней и все закончиться. Четырнадцать дней, и ты освободишься», — разум отсчитывал дни словно хронометр.
— Почему?
— Знаешь, когда любишь границы между добром и злом, правильным и ошибочным, умными и глупыми поступками стирается. Истинна заключается лишь в том, что любовь нельзя скрыть в своем сердце. Она либо есть, либо ее нет. Ты можешь возводить преграды, выстраивать препятствия, ежедневно убеждать себя в нелепости своих чувств. Но признайся себе Милолика, сколько раз в день ты вспоминаешь о существовании Дерека?
— Ненавижу!
— Кажется, этот момент мы сегодня проходили.
Маркус стоял в дальнем углу комнаты, явно опасаясь приближаться. Еще свежи были воспоминания о утреннем инциденте. Ее слезы. Ее глаза…
Лика сидела на кровати, плотно укутавшись в теплое одеяло. Руки упрямо скрещены на груди, а в глазах горел вызов.
— Маркус смирись, я никогда не буду твоей.
— Ты не замечала, что никогда наступает быстрее, чем ты думала, — философски заметил демон, не покидая своего места. — Ангел, я однажды потерял тебя. Подобное больше допускать я не намерен. Ты моя. Только моя.
— Даже если я не захочу.
— Даже если весь мир будет против.
Демон исчез. Оставляя девушку наедине со своими мыслями.
Если бы он тогда знал, чем все закончиться, поступил бы иначе? Нет. Почему? Просто бы не смог…
— Мне только, что доложили, — сухой голос прозвучал из сумрака комнаты. — По пути в свои земли с делегацией Дракир произошел несчастный случай. Выживших нет.
Изначально темная комната, была практически погружена во мрак. Вещи, предметы, силуэты едва различались в свете не ярких огненных угольков в потухшем камине.
Хозяину кабинета хотелось остаться в спасительном мраке в холодном сумраке помещения. На мгновение забыться и прокрутить события назад. Надеясь найти выход. Пытаясь найти решение.
— Надеюсь, следов не оставалось, — пренебрежительно поинтересовался император.
— Исполненное в лучшем виде.
— Можешь быть свободен, — коротко приказал демон. — Пока не понадобишься.
На мгновение в комнате поднялся легкий ветерок. И тень сливавшиеся с общим мраком поспешила исчезнуть, повинуясь приказу.
— Маркус ты не перегибаешь палку, — вампир, молчаливо слушавший доклад отошел от стены, медленно приближаясь к хозяину.
— Герион, что я слышу, ты их пожалел? — с нескрываемым злорадством произнес демон.
— Я не о водных демонах, — отмахнулся первый советник. — Я прекрасно понимаю, что они видели достаточно, чтобы подписать себе смертный приговор. Я о Милолике. Маркус, девочке сейчас и так нелегко.
— Великий вампирские лорд, проявляет симпатию к истеричной особе? — холодно поинтересовался император, даже не смотря на своего слугу. — Я не ослышался?
Герион стоял, молча, словно ожившая статуя. Его холодные, безжизненные глаза были направлены на хозяина. А его остановившиеся сердце, нервно трепетало от сложившийся ситуации. Он видел несправедливость. Он чувствовал напрасные попытки.
— Маркус ты не прав…
— Позволь поинтересоваться, — легкомысленно спросил Маркус. — Как давно ты симпатизируешь Милолике?
— После сегодняшней сцены, я попросил бы тебя более учтиво относиться к повелительнице.
— На каком основании ты выставляешь мне подобные просьбы, — удивленно поинтересовался демон.
— Я являюсь личным телохранителем императрицы. И никто не смеет причинять вред ее Величеству, — твердо проговорил лорд.
— Даже император и законный муж?
— В особенности.
Мужчины молчали. Их диалог зашел в тупик. Маркус понимал, что он выбрал неверный путь к своей цели. Но признать ошибку он не мог. Герион же по непонятной причине для него самого, испытывал заботливые чувства и импонировал юной демонице.
— Маркус, а ты не задумывался, что может просто вам не суждено быть вместе. Может, стоит позволить Милолике просто жить…
Демон зарычал. Глухо. Порывисто. В ночной тьме ясно послышался хруст сломанного дерева, и скрежет зубов.
— Не переходи запретную черту, — прорычало чудовище в углу. — Тебе многое позволено Герион. Слишком многое. Но когда, ни будь, ты забудешься, и обратного пути не будет. Не будет и ни жалости, ни прощения. И тогда ты умрешь.
— Маркус я не боюсь смерти. Я на половину мертв, — ровным тоном изрек Герион. — Вот только когда ты поймешь, что за все твои ошибки придет расплата, будет уже поздно.
Маркус не стал вступать в бесполезный диалог. У него был план. У него была задача. И в своей победе он не сомневался. Для него не значимо, сколько будет жертв. На какие грехи его толкнет выбранная извилистая дорожка. Он хотел Милолику. Он желал получить своего Ангела. А какой ценой было не важно…
Секунда и демон растворился в ночной мгле, оставляя вампира в пустом кабинете. Он переместился туда, где ровно и спокойно бьется маленькое сердечко. Где под огромным одеялом спряталась хрупкая фигурка. Где беспокойным сном спит его единственный Ангел…
— Ты потеряешь. Снова ее потеряешь. И вернуть больше не сможешь, — в пустоту предрек вампир.
Каждое новое утро в стенах Эволона было похоже на предыдущие. Тяжелое просыпание с неизменной головной болью и грустью на душе.
Я, все так же молча, взирала на утренние приготовления Маркуса, на его молчаливый уход. Будто не было вчера откровенных разговоров, сумасшедших сцен и бесполезных признаний. Наши отношения вновь встали на ступень холодного безразличия. Вежливые фразы, ничего не значащие действия — отношение по протоколу.
«Лика разве ты не этого хотела? Разве ты не этого добиваешься?», — злорадствовал разум.
А на душе было гадко. Вот в таком радужном настроение я вновь начала собираться на стартовую прямую под названием: «Еще один бесполезный день императрицы».
Завтрак мне был подан прямо в постель с объяснением, что государь не сможет сегодня составить мне компанию. У него очень важные дела.
— Ваше Величество, после обеда у Вас примерка платья для встречи глав, — неизменная Элеонора вновь посвящала меня в детали моего расписания.
— Что? — озадаченно переспросила я, отодвигая поднос с едой.
Элеонора одарила меня укоризненным взором, явно не одобряя моей крайней беспечности в посвящении своей жизни служению Таносу и, безусловно, его императору.
— Сегодня вечером будет проходить торжественная церемония по присяге на верность глав демонических кланов, — снисходительно пояснила сирена.
— Вот как. А что уже полный состав демонов собран?
Вопрос был вполне закономерен. После коронации было выявлено, что четверо поддерживали взгляды князя Веймоша. А подобные убеждения в корне противоречили политике нынешнего руководства империи. Следовательно, вопрос о выборе новых глав, встал остро после скоропостижной смерти особо отличившихся.
— Мне не докладывают о подобных тонкостях, — зло прошипела в ответ фрейлина. — Подробности Вам лучше обсудить с его высочеством.
Вот, что за противное чувство — любопытство. Вот скажите: зачем мне знать, кто займет столь почетный и губительный пост? Но интерес и пытливость взяли вверх над рациональными поступками. Получив такое известие, мой разум покинул ряды логичности и последовательности, любопытство начало терзать изнутри. Ведь правду говорят: За смотр денег не берут.
— Благодарю, Элеонара, — спокойно проговорила я. — План сегодняшних встреч мной одобрен. Только вычеркни из расписания примерку платья. Я в это время лучше разомнусь в парке.
— Но фасон платья утверждал его высочество! — возмутилась сирена.
«Интересно, а если Маркус не досчитается в своих рядах шпионов одной маленькой, но очень надоедливой сирены, он сильно расстроится? Навряд ли», — молчаливо думала я, даря своей служанки весьма красноречивый взгляд.
— Элионора, надеюсь, ты меня услышала, — твердо произнесла я. — Никакого платья.
— Да госпожа.
— Можешь быть свободна, я тебя не задерживаю, — предрекая дальнейшие споры, произнесла я. — Я сама соберусь для встречи с послами Багейнна.
Сирена, молча, прикусила губы. В крайней степени недовольства присела в реверансе и поспешила удалиться. Видимо соблюдая неизменную традицию жалоб императору.
— Не составишь компанию?
Внезапно с противоположного конца тренировочного поля прозвучал нежданный вопрос. Лика сегодня изменила своему расписанию, и вместо обеда и прочей придворной суеты, решила провести время за боевой тренировкой. Я, повинуясь желанию повелительницы и настоятельным заветам Маркуса, спокойно взирал на происходящее. Отдавая все свое внимание непосредственно охране вверенного мне объекта.
— Ну, же Герион, не противься, — вновь обратилась Лика, — Обещаю вести себя прилежно и честно. Я давно не тренировалась в спаррингах.
Я не стал перечить и спокойно подошел к своей скорой противнице. Милолика сменила строгое придворное платье темных цветов, на легкие штаны и рубаху свободного покроя.
— И какой вид оружия предпочтет моя госпожа? — останавливаясь в нескольких шагах от императрицы, язвительно поинтересовался я. — Серебряные клинки, отравленные стрелы или осиновый кол?
— Думаю, легкие мячи будут более уместны, — учтиво проговорила Милолика, протягивая мне тренировочный меч.
Я был озадачен. Реакция Лики в последние две недели была логична и предсказуема. Она против воли оказалась заперта и невыносимых условиях, где ей навязывали чужие правила игры.
— Какие условия поединка выдвигает моя госпожа? — откидывая подальше верхний камзол и закатывая рукава, спросил я.
— Думаю, просто немного разомнемся, без определенных правил и требований.
Я коротко кивнул головой, принимая слова Милолики, и молча начал отходить к противоположному концу площадки.
Легкий поклон и бой начался. Лика двигалась легко и уверенно. Она не выпячивала на показ все свое мастерство, каким владела. Она придерживалась тактики: чем проще, тем эффективнее. Говорят, что бой на мечах — это танец. Я в корне не согласен с подобным утверждением. Бой — это жизнь. Именно в движениях, в наносимых ударах, в поворотах и стойках можно читать противника как открытую книгу. А мне существу, которому представилось побывать за Гранью, и побродить по ее границам, было легко распознать истинные намерения императрицы.
Милолика знала цену жизни. Она ценила ее больше всего. Вот только за свою не цеплялась. Я был уверен: если девушке представиться шанс, она с удовольствием перешагнет Грань. Не борясь за существование. Лика не хотела жить.
От подобной мысли я резко остановился. Рука невольно опустилась, теряя меч. В последнюю секунду Лика успела остановиться и не нанести серьезный удар.
— Почему?
Демоница посмотрела на меня с недоверием. Ища подвоха в подобном поведении.
— Что? — озадаченно переспросила Лика.
— Почему ты не хочешь жить?
Тень недовольства и беспокойства скользнула по уверенному лицу демоницы.
— С чего ты взял? — беспечно отмахнулась императрица, опуская свой меч. — Я разве похожа на самоубийцу?
— Это разные вещи Милолика, — серьезно произнес я. — Почему ты дала клятву на крови в ночь перед коронацией?
— Откуда?.. — вырвался первый вопрос.
На секунду Милолика остановилась, припоминая малейшие детали той роковой ночи. До малышки, наконец, дошло, что благодаря своей сути, я с легкостью ощущаю и распознаю кровь на многие километры от себя.
— Маркус знает? — справившись с первыми эмоциями, холодно поинтересовалась императрица.
Я лишь покачал головой. Сам до сих пор не нахожу ответа, на подобную беспечность. Но с другой стороны, ничего вернуть было нельзя. Клятва дана, и она нерушима.
— Благодарю, — тихо проговорила демоница. — Почему не хочу жить? Очень просто. Чтобы существовать в этом мире, нужно быть храброй. А я трусиха. Мне легче отдать свою жизнь, чем цепляться за призрачные идеалы. Да и все те, которые были мне дороги, уже перешагнул Грань…
Лика стояла практически вплотную. Спокойно и уверенно говорила о запретных вещах. Ее глаза излучали безмятежность и покорность к грядущему. Она действительно так думала. Более того она надеялась на скорый итог.
Я слегка отогнул воротник свободной рубахи. Вся тонкая шея Милолики была усыпана отвратительными кровоподтеками. И явно на этом демон не ограничился. Лика проследив за моими движениями и взглядом, плотнее накинула ткань. Девушке явно было неловко и стыдно за подобное «украшение».
— Он был не прав, — твердо произнес я.
— Он был в своем праве, — устало пожала Милолика плечами. — Я его собственность. И мое мнение, так же как желания, не рассматриваются.
Я постарался взять себя в руки. Колдовское очарование девушки оказывается, и для меня не прошло бесследно. Мне хотелось успокоить, приободрить. Заверить, что все будет хорошо. Но я не мог, потому что знал правду. Нечего хорошего в будущем нас не ждет…
— Регенерация идет быстро, — как можно ровнее постарался произнести я. — Но следы не смогут зажить до сегодняшней церемонии. Настоятельно рекомендую найти способы избавиться от столь экстравагантного «украшения».
Милолика лишь недовольно фыркнула, отворачиваясь от меня. Совсем как ребенок. Маленький упрямый демоненок.
— Лика пойми подобным видом, ты лишь подчеркнешь его всласть и внушишь окружающим страх, а не как не покажешь свою собственную силу.
Лика резко развернулась, в глазах ее огромных и зеленых застыла обида и неловкость. Руки ее были сжаты в маленькие кулачки. А алая губа прокусана практически до крови.
«Как же ей плохо. Одиноко и страшно. У нее никого нет в этом огромном замке. В этой стране. Да и во всем мире…» — пришло ко мне понимание.
— Ты не мог бы мне помочь? — смущенно прошептала Лика. — Самолечение я еще не освоила. К Маркусу обращаться не буду, а придворным лекарем не стоит знать о подобном.
Прав был Маркус. Лику не возможно было не полюбить. Она излучала не ведомый свет. Не подвластное пониманию добро. Я не мог понять, как в таком хрупком и нежном создании уживается: юркая и горящая суть демоницы, ровная и стойкая роль императрицы. И при этом она не играла она жила.
На протяжении двух недель я удивлялся, с какой легкостью она решает серьезные вопросы. С каким тактом выходит из сложных ситуаций. Практически все, кто сталкивался с императрицей, в эти дни были поражены ее силе и решимости. Она не шла на поводу, но и не навязывала свои взгляды. Легко и дипломатично решала возложенные на нее вопросы. Нет, такое создание не возможно не любить и не восхищаться. Даже не как привлекательной девушкой, а как чистейшим образцом редкой души.
Не понимая, что творю, я дрожащей рукой коснулся обнаженной кожи на шеи. По моим пальцам побежали исцеляющие импульсы, глубоко проникая в израненную плоть. Чувствуя медленное исцеление, Милолика закрыла глаза. А я застыл…
Резко все оборвалось. Мощная волна откинула меня в противоположную сторону от девушки. Темное пятно острыми когтями впилась в мою шею, разрывая плоть. Я не сопротивлялся. Я знал, что только, что совершил последнею ошибку.
— Я предупреждал тебя Герион, — тиски плотнее сжали мою шею, жизнь по крупицам начала покидать тело. — Ты перешагнул через запретную черту. Ты возжелал, то, что принадлежит мне.
«Дурак, ты Маркус. Лика не вещь. Она не хочет принадлежать. Она просто мечтает быть любимой…» — кажется, это были последние мысли, прежде чем моя голова с легкостью отделилась от тела.
Боль и отвратительный звук рвущихся мышц, кожи, артерии заволокли сознание пеленой. Но так, же внезапно как началась, неожиданно пытка прекратилась. Я не уверенно приоткрыл глаза. На удивление моя голова еще принадлежала телу. Но самое удивительное, рядом со мной, закрыв белыми крыльями сидела Хозяйка Преисподней. А император в своем зверином облике, яростно рычал в нашу сторону.
— Маркус я не позволю.
— Милолика говорю последний раз: Отойди!
— Он пострадал из-за моей беспечности. Так, что наказывать следует меня.
— Не стоит. Он не отступиться, — как не странно голос мне еще подчинялся, и я смог прошептать заветную фразу.
Милолика и Маркус озадаченно посмотрели в мою сторону. Кажется, я смог удивить обоих, тем, что не только дышу, но и нахожусь в сознании с жалкими попытками к диалогу.
— Своим поведением ты делаешь ему только хуже, — прорычал в мою сторону демон, делая решительный шаг вперед.
— Куда хуже? — неистово поинтересовалась Лика, сильнее прикрывая меня собой.
— Я могу убить его не быстро, как намеревался. А долго и крайне мучительно.
— Не позволю, — твердо стояла на своем демоница.
— Милолика подобную наглость я не могу оставить не наказанной, — кажется демон растерялся.
Он физически не мог оттолкнуть демоницу от меня, при этом понимая, что от задуманного она не отречется.
— Это был мой приказ, — упрямо стояла на своем Лика.
— Хорошо. Я пойду тебе на встречу. Я сохраню ему жизнь, взамен на… — Маркус остановился, явно смакуя момент. — На желание.
— Я согласна, — быстро согласилась императрица, понимая, что торговаться с демоном может выйти куда дороже.
— Вот и умника, — довольно проговорил Маркус, возвращая себе привычный облик. — А что касается тебя жертва обстоятельств. Ты изгоняешься из Эволона. Отправляйся к себе в замок и не покидай его стен, сто лет. Тебе даны сутки, чтобы передать свои обязанности. Прощай…
Мне показалось или последние слова прозвучали с сожалением?
— Милолика, если увижу тебя ближе, чем на сто метров от вампира, я в корне пересмотрю свое решение, — властным тоном предупредил император. — Не забывай о своих обязанностях и долге.
— Прости, — тихо прошептала демоница. И эти слова предназначались явно не демону.
Легко словно весенний ветерок моей шеи коснулась прохлада. Медленно боль начала отступать, проясняя рассудок и даря понимание случившегося. Я чувствовал, как раны затягиваются. Как кровь вновь бежит по восстановленным сосудам. Как новый вздох не разрывает легкие.
— Прости, — как видение, пронеся над моим ухом голос Лики.
Практически бесшумно Хозяйка Преисподней поднялась на ноги, ее платье черно — красным пятном скользило по зеленной траве. Последний взгляд полный сожаления, был направлен на мое неподвижное тело, а затем она покорно последовала за своим повелителем…
То, что происходило сегодня вечером в малой гостиной, возле моей спальни, можно было описать одним словом — дурдом. Натуральный и реальный сумасшедший дом, вернее замок. Наверное, подобного абсурда и откровенной чуши не встречали многовековые стены.
Началось с того, что по велению его высочества ровно за час до ожидаемой церемонии принятие присяги, ко мне ворвалась толпа служанок. Щебеча на перевес, с главарем в виде сладкоголосой сирены — Элеонорой, о приказе его высочества, они вручили платье, в котором следовало появиться на приеме.
Мой скептический взгляд и вежливая просьба послать их Хозяина вместе с его нарядом, глубоко и надолго, не были услышаны. В ответ я привела контраргументы вместе со спаленным в мельчайший пепел платьем. Как и следовало ожидать, подобное послание быстро нашло адресата. После многочисленных жалоб на невменяемую императрицу, уже через десять минут, все тот же эскорт, немного обозленный, сопровождал новое творение портного искусства.
«Абсурд. Натуральный абсурд. Вот и компания душевнобольных в комнате пополнилась» — философски взирала я на это нелепое действо.
С невозмутимостью во взгляде, я выслушала гневную тираду и расширенный список санкций, непременно примененных ко мне, если я ослушаюсь приказа, передаваемый императором, через сердобольною сирену. Как и следовало ожидать, второе платье ненадолго пережило первое. С громким возмущенным вздохом делегация «обиженных» отправилась по известному адресу.
Через пять минут, вернулся уже известный мне конвой. Правда, его ряды поредели вдвое.
«Интересно, а две недели в подобном темпе Маркус протянет?» — возник у меня закономерный вопрос.
Не издавая не звука, они, молча, протянули третье платье, пристально следя за каждым моим действием. Я не стала разочаровывать, столь благодарную публику, и спалила третий наряд. И вновь шуршание многочисленных юбок, легкий скрежет зубов и взбешенное дыхание — были музыкой для моих усталых нервов.
Продолжения сего бредового действа я ждала с придыханием. Каюсь, азарт внес свои коррективы в мое не логичное поведение.
«Стоит отдать должное Маркусу, все три платья были произведением искусства. Как жаль, что подобные творения, страдают за правое дело», — печально рассуждала я.
Как по расписанию, через пять минут явилось, четвертое платье. Вот только сопровождение было скудным. Одна Элеонора тащила очередную обреченную ношу. После нескольких минут красноречивых высказываний и весьма нелестных сомнений в мой адрес. Которые, как она уверяла, передал сам император. Я была уверенна, что вредная гарпия, очень много добавила «от себя». Ну не мог Маркус даже думать о подобной чуши.
— Я кажется, ослышалась. Или Вы, моя дорогая смели преподнести мне весьма не точный пересказ просьбы его величества?
Сирена побледнела и прикусила свой раздвоенный язык. Поняла, поганка, чем может грозить подобная самоуправная дерзость. Не сводя с меня взгляда, в полной тишине, протянула платье. Платье было жалко, но эксперимент не был доведен до конца. Только ради удовлетворения интереса, испытания нервной системы Маркуса и стойкости сирены, я испепелила очередное платье.
Бестия меня удивила. С полным безразличием к горстке пепла, она поспешила удалиться. Не забыв громко хлопнуть дверью.
«Первое было черным, второе — темно синим, третье — брусничным, четвертое — белым…» — мысленно оплакивала я наряды, в нетерпении ожидая продолжения забавного сюжета.
— Милолика, ты забываешься…
В комнату, как ураган ворвался его высочество. Маркус был облачен в торжественный черный костюм, на поясе висел традиционный меч, голову украшал императорский венец. И он явно был просто взбешен моими детскими причудами.
«М-да, а до присяги осталось пятнадцать минут. Кажется, пришел конец моей опытной деятельности», — с тоской взирала я на очередной тканевый подарок.
В руках государь, нещадно трепал красивейшее золотосеребряное платье.
— Одевай! — рявкнул на меня демон.
Вот не знаю, что на меня нашло. Такими необходимыми в быту качествами, как истеричность и стервозность, я никогда не обладала. Но как говориться: отчаянное время требует, соответствовать возложенным надеждам.
Я последний раз взглянула на восхитительный наряд. Мысленно попросила прощение у художника исполнившего его. Со злорадством во взгляде и решимостью в душе, я сожгла пятое платье.
Нет, определенные жертвы были необходимы. Стоило лишь увидеть озверевший взгляд Хозяина Тьмы. И на всю жизнь заражаешься острыми эмоциями и непередаваемыми ощущениями.
Вот дальнейшее не передавалось логики. Вместо того, чтобы накричать, угрожать, приказать. Маркус лишь устало покачал головой, отряхивая черные перчатки от пепла. И легким движение сократил расстояние, разделяющее нас. Мгновение и голова императора лежит на моих коленях.
— Лика, что мне с тобой делать? — грустно спросил демон, обессилено закрывая глаза.
— Ты сам знаешь Маркус, — спокойно проговорила я. — Знаешь, но не хочешь признать.
Сейчас он был именно тем, Маркусом которого я полюбила десять лет назад. И следа не осталось от того чудовища с которым я живу сейчас.
— Я не могу…
— Придется, — не понимая себя, я опустила свою на мягкие волосы.
После последний фразы лицо демона вновь кардинально переменилось. На смену чуткому и заботливому Маркусу из моего детства, вновь пришел холодный и расчетливый император Таноса.
— У тебя десять минут. Жду тебя за дверью. И предвидя твое упорство, напомню, Герион еще в Эволоне.
— Ты не сможешь вечность меня шантажировать.
— Пословицу о том, что все методы хороши, слышала? Советую впредь учитывать.
Как только я закрылись двери за моей спиной, в комнате с грохотом, что-то упало. Затем на смену тяжелому удару, пришел звон и лязг. И через минуту все затихло. Я еле переборол желание, убедиться не нашла ли способ Милолика покинуть свои покои минуя меня.
«Вот паршивка», — в сердцах выругался я, следя за тем как нещадно тают минуты перед предстоящей церемонией.
Устало я облокотился на стену, высоко задрав голову к потолку.
«Докатились. Жду у двери как молодой неопытный демоненок» — затылок больно встретился с каменной кладкой.
Кого я обманываю. Даже в молодости со мной подобного не случалось. Милолика обладает уникальной особенностью переворачивать все привычное и знакомое в противоречиво оборотную сторону. И при этом ты ощущаешь себя виноватым.
«Что я делаю не так?», — в голове зудел один и тот же вопрос.
Подхожу к ней пониманием и заботой — встречает безразличием и отстраненностью. Как только пытаюсь объясниться — заканчивается ссорой. Спешу ее обезопасить и огородить — сталкиваюсь со стеной агрессии.
«Что ей не хватает?» — второй по актуальности вопрос вновь родился в моем разуме.
Я рядом. Она дома. У нее все есть. Немного желания и мир ляжет к ее ногам. И, что вместо благодарности — истерика, горы пепла и море битой посуды.
— Сторожишь? — вывел меня из раздумий совсем провокационный вопрос. — Не стоило утруждаться. Дорогу я бы, и сама нашла.
Как-то нерешительно я отлип от подпирающей стены. В ту секунду я был счастлив, что Милолика спалила эти злосчастные платья. Так как представшее перед моим взором «чудо», было ослепительно. Нет Лика не одела ничего яркого, вызывающего. Наряд был прост, но элегантен. Обладал поистине королевским шиком. Платье темно — зеленого, при определенном освящении практически черное, смотрелась на хрупкой фигурке величественно. Строгий силуэт без бретелей, открывал молочную шею, плечи и руки. Жесткий корсет выделял женственные линии, заставляя мое сознание забыть о грядущих делах. Платье было сшито из тяжелого бархата, с небольшими вставками с изумрудами. Идеальные ноги скрывала длинная объемная юбка.
Вот как можно, знать девушку практически с момента ее рождения. Трепетно следить за ее судьбой. Но при этом каждый новый взгляд рождает непередаваемое чувство неизведанности, восхищения и благоговения.
— Вы прекрасны моя повелительница.
Я галантно склонился в поклоне. Пока Лика не успела, предпринять очередную колкость, перехватил маленькое запястье, поцеловал тонкие пальчики.
«Обомлела. Определенно оцепенела», — как юнец я радовался реакции девушки.
Не давая опомниться, я положил маленькую ручку себе на локоть и повел свою императрицу в главный тронный зал.
«Побеждает только тот, кто не задумывается о поражении», — вспомнилась мне мысль отца.
Так и я не могу и представить, что Лика может принадлежать кому-то кроме меня…
И вновь большой тронный зал. И снова огромный каменный свод, уходящий, как мне казалось, прямо в черное ночное небо. Темное громадное пространство сегодня было практически пустым. На принятие присяги допускаются только министры и советники, а так же главные действующие лица — Главы демонический кланов.
И вновь шестьсот тридцать шесть шагов до заветного пяточка. Где придется изображать всесильную и невозмутимую хозяйку. Снова пытливые и алчные глаза будут искать подвох. А я без тени сомнения должна сыграть роль жесткой и всевластной императрицы.
Неужели я когда-то мечтала о такой судьбе? Сейчас совершенно не верилось, что я была готова посвятить себя служению империи. В эту минуту казалось мое прошлое — далеким, прежние желания — не существенными, а мечты — бредом.
Половина пути была пройдена, когда в дали, как горная армада начали темнеть смоляные спины демонов. Все они были облачены в парадные мундиры, черные крылья, словно грозовые облака, были высоко подняты за головой. Сейчас они выражали стихию — неподвластную, мощную, смертоносную. Но сегодня каждый должен будет дать клятву верности и подчинения.
— Ты знала? — не отрывая взгляда от спин демонов, прошипел на меня Маркус.
Рука так нежно и надежно державшая меня, с силой сжалась, весьма болезненно, привлекая мое внимания. Я в недоумении взглянула на разъяренного демона, не останавливая ровного шага. О том, что Маркус был зол, можно легко догадаться, по практически осязаемой тьме, по пятам идущей за своим хозяином. По глазам, наполненным мраком преисподней.
— Что?
— Милолика, запомни обмануть меня все равно не получиться, — тихо прорычало императорское высочество. — Так что прошу никаких сюрпризов.
Наконец император справился с эмоциями. Тьма отпустила. Взгляд снова стал безразличным и холодным. Ровный и уверенный шаг, приближал нас к сегодняшней цели.
Незаметно я постаралась оглядеть привычное за долгие годы пространство. Не каких изменений, ни намека на подвох. Все скучно и лаконично, согласно установленному протоколу введения подобных церемоний. Вот только стражи, темными тенями, слишком яро задвигались по стенам, ища опасность.
— Маркус, ты случаем умом не повредился? О чем речь?
— Убью, — лаконично и коротко заявил мне его охамевшее высочество.
Все логично и предсказуемо. Просто убью. Как говориться: чтобы не напрягаться, будем действовать радикально.
— Кого? — решила я все-таки уточнить, размеры бедствия.
— Всех.
И после этого меня называют взбалмошной и истеричной? Только минуту назад, Маркус выражал полное удовлетворение моим поведением. Душевное расположение монарха было торжественно-приподнятое. Явно введу того, что я, наконец, смогла угодить столь придирчивой особе. Даже невольно поймала себя на мысли, что редкое хорошее настроение Маркуса негоже портить в такой момент. Ведь нашу следующею, ссору можно было спокойно перенести на время после церемонии. Теперь буря вновь сгустилась над моей головой. Вот только причины я понять не могу.
Все строго по согласованному плану. Мы в назначенное время явились в зал. Господа главы кланов спокойно ожидают. Министры и советники смирно трепещут. Так в чем причина такого кардинального ухудшения настроения.
«Один», — также и в прошлый раз, мой мозг вел молчаливый отчет пройденного расстояния.
Также, как и на коронации, Маркус молча развернул меня к ожидающим гостям. Мой взгляд ленивый и высокомерный, молчаливо прошелся по толпе…
— Какого чер?.. — непроизвольно вырвалось у меня ругательство.
Взбешенный взгляд императора и красноречивое сжатие моей руки, я не могла пропустить. Вновь принимая роль холодной и отстраненной правительницы.
И было из — за чего. Среди двенадцати сильнейших демонов. Среди глав демонических родов. Среди второй силы в Таносе после императора, нагло стоял мой нечаянный знакомый Алекс Ковальский.
«Что он здесь делает?» — собрав самообладание, я прокричала про себя.
А Алекс, наглая скотина. Нахально и беззаботно улыбался, явно наслаждаясь произведенным эффектом.
— Почему не доложили? — спокойно спросил повелитель.
Не смотря на то, что том Маркуса был сухой и безмятежный, на месте министра, опустивший столь серьезный момент, я бы уже думала о побеге или как минимум о жесткой отставке.
— Ваше высочество кандидатура князя Кавальского была подана за десять минут до церемонии. Мы пытались Вам донести, но Вы… — пытался оправдаться провинившийся.
«Ну, вот я снова виновата» — устало заключил рассудок.
— Достаточно, — резко прервал спутанный ответ Маркус.
— Алекс, на каком основании ты вновь посмел явиться в Танос? — будничным тоном поинтересовался император, по — видимому, у главного виновника переполоха.
— Ваше высочество, — вместо Алекса слово взял глава сильнейшего рода Сведенборг, — Это по нашей просьбе князь вернулся в родные земли. По нашей рекомендации он взял на себя обязанности клана.
— Причина, — лаконичности Маркуса не было придела.
— Вы сами знаете весьма безрадостное положение истинных демонов. Нас остались единицы. Тем более, после недавних событий, — витиевато начал разъясняться князь, явно намекая на репрессии Маркуса. — Но если на нем лежит вина перед империей?
«Врет и не краснеет», — мысленно подумала я.
Но в чем был, несомненно прав старый демон, дела у сильнейшего рода империи — демонического, состояние было плачевным. Нас действительно осталось лишь несколько десятков. У самого Леонарда Зепар Бауэр Сведенборг было трое сыновей, от темной эльфийки, и не один из наследников и крупицы крови демона и не унаследовал. Насколько я знала до своего побега из Таноса, князь успел обзавестись десятками бастардов, от различных магических существ, но не одного признака демонизма не передалось его отпрыскам.
Постепенно магический мир вымирает, волшебные создания банально вырождаются. Не сохраняя своей истинной сущности.
А вот род людской, не смотря на свое жалкое существование, из года в год растет и процветает. Кровь человека смешивается с кровью магических рас, делая его более выносливым и крепким. Тогда, когда первоначальные существа слабеют и исчезают.
Пройдет еще несколько тысяч лет, и о нас будут рассказывать, так как сейчас о драконах. Причисляя наше существование к легендам.
— Покинуть Танос было личным решением князя, — стальным тоном произнес император. — Александр Даниэль Рауль Ковальский, неужели Вы готовы дать нерушимую клятву абсолютного подчинения и беззаветной верности и преданности? — голосом победителя, не знающего нисхождения и жалости, проговорил Маркус.
— Я принесу присягу, точно такую, как и мои братья, — склоняя голову в учтивом поклоне, уклончиво предрек демон.
Их глаза встретились. Если я раньше предполагала, что с ними произошла история личного характера, теперь я была просто уверенна. Тайна состояла в том, что эти двое не поделили?
«В этой истории я еще покопаюсь. Вот только точно знаю, что разгадка мне очень не понравиться», — предвещал голос разума.
— Приступайте, — приказал император.
Почетная обязанность ввести церемонию согласно установленному протоколу выпала уже успевшему вызвать недовольство Маркуса министру. Вот и его шанс на реабилитацию. Хотя по хищному оскалу, направленному на оборотня. Навряд ли ему удастся избежать императорской кары.
Князь Сведенборг довольно вернулся на свое место по правую сторону от своего «протеже». Его история правления началась параллельно с восшествием на престол Декара. Во все времена Леонард, сохранял нейтральное, но главенствующие положения среди двенадцати всесильных родов. Вот и теперь он взял на себя смелость явно противоречить молодому императору, выражая свою (а главное и остальных) поддержку неугодному демону.
Вот только зачем ему это? Ведь второе и неимение важное качество князя Сведенборга, была расчетливость.
«Ну, что ты улыбаешься? Судя по настрою императора, тебе жить осталось совсем немного», — пытаясь сохранить безразличный вид, про себя жалела я самонадеянного самоубийцу.
Пока все, что я знала о кандидате на главенствующий пост, было только то, что он загадочным образом появлялся рядом со мной. И не просто проходил рядом, а впутывался в комок обрушивавшихся на меня проблем.
«Еще один мазохизм со страстью к самовредительству» — устало заключил мозг.
Церемония тем временем шла своим чередом. Демоны по одному приближались к двойному трону, опускаясь, произносили заветные слова, делали традиционный надрез на руке и кровью скрепляли присягу. Еще одно условие состояло в том, что демоны не только переходили в полное подчинение Маркусу, но и мне клялись в абсолютной верности, как согласно завещанию Декара — равноправной императрице.
По черным, лишенным всякой эмоции глазам, смотрящим на меня, в момент, когда демоны склонялись для поцелуя моей руки, невозможно прочитать искренних эмоций. Пренебрежение и отвращение, что теперь хоть и формально необходимо подчиняться женщине? Зависть и вожделение, так как немного осталось истинных демониц? Страх и трепет, что перед ними последняя из рода — Хозяйка Преисподней.
— … клянусь, — твердый знакомый голос вывел меня из состояния размышления.
Пока я старательно отводила глаза и старалась отрешиться от происходящего, последний глава принес свою клятву. Мой взгляд невольно обратился в сторону Маркуса. Возле него, в поклоне стоял Алекс. Не трудно было догадаться по его напряженному лицу, что данное решение далось ему с огромным трудом. Рука была надрезана, и рубиновые капли с громким звоном окропляли мраморный пол.
«Зачем?» — печально вопрос возник в моем сознании.
Неожиданно черный взгляд, с тысячью красных огоньков, обратился в мою сторону. Кажется, в этот момент я перестала дышать. Легкий, едва заметный поцелуй, заранее протянутой руки, обжог:
— Я обещал, что всегда буду рядом, — отпуская горящее запястье, тихо прошептал Алекс.
Неожиданная вспышка заставила меня на мгновение потерять контроль над происходящим. Воспоминания снежной лавиной накрыли мое сознание.
«Мне четырнадцать. Прекрасный танец… Я в кольце теплых рук… Объятия демона желанные и надежные… Мой первый поцелуй… Нежный шепот: „Я всегда буду с тобой“, заставляет забыть обо всем…»
Острая боль, которую невозможно терпеть, словно тупой нож терзало мое сознание. Ноги невольно подкосились. И я облокотилась на уверенную и надежную руку, прижимаясь к родной груди.
«Этого не могло быть! Это не правда!» — орало сознание.
— Что с тобой? — голос испуганный, пробился в мой явно воспаленный мозг.
Большого труда стоило мне взять себя в руки, голова готова была разорваться от переполнявших ее образов. Будто, что — то очень важное всплывало у меня в сознании, но поставленный барьер не давал полной картины, когда-то произошедшего.
Мимолетный взгляд по тронному залу, привел к неутешительному выводу, что все искренне позабавились подобной реакции императрицы. Лишь Алекс, стоявший в нескольких шагах от трона, был взволнован, но собран. Маркус не спешил разжимать столь надежные объятья, все сильнее прижимая меня к себе.
— Все хорошо, ваше императорское высочество, — натянув вежливую улыбку, я склонила голову в поклоне, пряча глаза.
Короткий шаг в сторону. Идеальная осанка. И бесчувственный взгляд. Вот составляющие успеха истинной императрицы. Спасибо моим учителям.
— Конец церемонии скоро, — пытливо всматриваясь, проговорил Маркус.
— Все в порядке, — одними губами шепчу я, чтобы мог услышать лишь император.
Минуты начали тянуться, словно сладкий сироп, лениво капающий с ложки. Никому не нужные заявления, протоколы, сводки событий. Не забыли обсудить график дальнейших встреч и собраний. В лучших традициях демонической юрисдикции, были составлены сотни договоров, приказов, назначений. Все скреплялось по последнему требованию магических документов.
А я ждала, не в силах оторвать своего взгляда от рутины. Боясь посмотреть в сторону Маркуса или Алекса. Ведь воспоминания новой вспышкой начнут пробиваться, пытаясь показать мне давно прошедшее и забытое.
Еще немного… Совсем чуть — чуть…
— Зачем явился? — неестественно грубый голос эхом отразился от каменных стен.
— Зачем задаешь бесполезные вопросы? — небрежно в ответ поинтересовался князь Ковальский.
Слишком много времени прошло, с прошлой их встречи.
Когда-то давно, два демона, два идеальных хищника. Были не просто друзьями, были боевыми товарищами. Когда-то очень давно, Маркус взял молодого демона под свою личною опеку, увидев в нем немалый талант и большую силу. В течение столетий он вливал в него весь опыт, все знания, которыми владел. В ответ, получая почтение, послушание, уважение. Вскоре отношения ученик — учитель переросли в приятельские. А многочисленные войны и сражения позволили закалиться настоящей мужской дружбе.
— Не дерзи, — напряженным тоном посоветовал император.
— И не пытался…
— Ее ты не получишь, — устало осведомил Маркус своего оппонента.
— Она не в твоей власти, — стоял на своем князь.
— Алекс, когда ты повзрослеешь и поймешь, — голосом мудреного учителя продолжил Маркус. — Твои идеалы далеки от жизни. Милолика сделала давно свой выбор. Она дала клятву верности. Лика моя жена по праву!
— Я уступил, искренне надеясь, что ты сможешь уберечь свое счастье, — скрепя зубами прорычал демон. — Но ты не просто растоптал. Ты все погубил. Ты ее убил!
— Не нуждаюсь в твоих нравоучениях, — резко выкрикнул император. — И Алекс, только помня о прошлом, предупреждаю, встанешь на моем пути уничтожу…
Тьма темным пологом застелила все пространство кабинета. Рождая сумрак, кромешный мрак…
Мне было душно. Даже прохладный ночной воздух не мог призвать мою явно взбунтовавшеюся голову к порядку. Сознание гудело, разрываясь от нахлынувших воспоминаний.
Как только церемония закончилась, я поспешила удалиться. Мне тошно было видеть надменные лица, скользкие взгляды, презренные усмешки. Мне было противно чувствовать кого-то рядом. Казалось, от каждого сплошным потоком изливается лож, обман.
— Прочь — рявкнула я на охранника имевшего неосторожность, подати слишком близко.
Десять теней ровным кругом окружили мою драгоценнейшею персону. Создавалось ощущение, что меня хотели заковать в тиски, полностью отгородить от окружающего мира.
Только сейчас я поняла, насколько с Герионом я ощущала себя свободнее. Он не давил своим присутствием, аккуратно и ненавязчиво выполняя свою работу. С ним мне не нужно было притворяться, не имело смысла играть роль стервозной императрицы.
Невольно я сбилась с шага, оседая на холодную и мокрую от росы траву. Голова вновь заболела. Мысли перенеслись в недалекое прошлое, в минуту, когда я все — таки сбежала с проклятого зала.
— Маркус не сейчас…
— Лика, только без глупостей, — сильная рука, хватает меня за запястье, останавливая и разворачивая к себе.
— Мне нужно на воздух.
Удивительно, но железные тиски ослабли. Молчаливо Маркус показал, что я могу быть свободна. Еще один безмолвный взгляд, и я была взята в кольцо охраны. Дальнейшего я не слышала. Быстро направилась к спасительному, как мне на тот момент казалось свежему воздуху. Императора видимо ждали очень важные дела, так, что от своей компании он меня освободил.
Еще одно мгновение, и я ощущаю, как пальцы буквально врываются во влажную землю. Как по щекам против моей воли, сплошным потоком бегут слезы.
«Барьер. Кто мог создать преграду от воспоминаний в моем сознании?», — раз, за разом ощупывая невидимое плетение, задавала я мучащий вопрос.
Барьер стоял крепко. Если бы не вмешательства эгоистичного демона, на мой бы век точно хватило. Но сейчас прозрачная кладка была нарушена, словно вода, через щели пробивались старые воспоминания.
«Кто?» — громким колоколом бил единственно важный вопрос.
А потом ко мне пришло осознание. Я сама! Я сама, воздвигла барьер. Я сама закрылась от прошлого. Вновь болезненный взгляд на плетение. И легкая едва уловимая нить, теперь не ускользнула от моего понимания. Я легонько потянула за воздушную струну. И прочная кладка, словно песочный замок рассыпалась в моем сознании.
Видения словно рой жужжащих пчел накинулись на мое сознание.
Тронный зал… Тысяча огней… Я в белоснежном бальном платье… Мне весело и легко… Мое четырнадцатилетние.
— Вы прекрасны, — шепчет очередной кавалер, кружа меня в быстром танце.
А я знаю! Я понимаю! Я с радостью ловлю на себе восхищенные взгляды. Декар гордо сидит в троне смотря на искреннее веселее.
Первый танец, открытие бала. Я вальсировала с его Высочеством, со своим названным отцом. Я восхищалась, радовалась, восторгалась. Все было безукоризненно, незабываемо. Словно ожившая сказка.
Мечтательную грусть в душе, вызывал лишь один момент: Маркус не смог присутствовать на моем первом официальном балу. Как объяснил расстроенный Декар, у принца образовались важные дела на границе с Адвохом. Но наследник меня искренне поздравляет, и дарит мне букет лилий. Огромный белоснежный букет лег в мои руки. Под его тяжестью я невольно опустилась на мягкий ковер. С беззаботной радостью вдыхая сладкий аромат. На мои романтические порывы, Декар лишь покачал головой. С того момента лилия стала моим любим цветком. Живым олицетворением надежды, первой люби и безграничного счастья.
Огни горят. Сотни прелестных дам и галантных кавалеров скользят в неустанном ритме, главного тронного зала Эволона. Я даже не заметила, как Декар исчез со своего места. Один танец, другой… Казалось я никогда не устану.
В один момент музыка затихла. В распахнутых дверях появилась огромная темная фигура. Высокий рост, широкие плечи, темные крылья за спиной… На миг мне почудилось, что это Маркус. Но властной походкой ко мне начал приближаться совершенно иной демон. Несколько раз я его видела вместе с Темным наследником, не придавая значения, сей персоне.
Теперь я не могла отвести взгляда. Он был прекрасен. Черные волосы, спадали на плечи. В них, словно огненные змеи переливались красные пряди. Кромешная тьма застыла в темных глазах, и лишь яркие алые угольки мерцали в чернильном омуте. Взгляд озорной и дерзкий кардинально отличал его от Маркуса. В глазах наследника застыла мудрость и решительность. Сейчас взгляд нового гостя был устремлен лишь на меня.
«Алекс. Его зовут Алекс Кавальский» — неожиданно вспомнила я.
— Позвольте поздравить прекраснейшую…
Как не банально, дальнейшего я не слушала. Меня покорила, просто свела сума его улыбка — искренняя и открытая. Это было как наваждение, как сказочный сон…
«Пускай он расскажет, как я повзрослела. Пусть опешит восторг от общения со мной. Пусть поведает, какой я красавицей стала» — детская беззаботная мысль скользнула в мое создание.
И время закрутилось, понеслось, словно непокорный конь. За одним танцем последовал другой. Я упивалась, восторгалась. Мне было легко и просто. Я не ощущала не смущения, не робости при общении с Алексом. Он оказался живым и веселым собеседником. С ним было легко и просто, будто я всю жизнь знала этого демона. Мы незаметно от всех гуляли в парку. Алекс развлекал меня забавными историями. Не на секунду я не вспомнила о Маркусе.
— Милолика подари мне еще один танец.
— Тебе не кажется, что мы и так нарушили все устои, — беззаботно щебетала я. — Больше трех танцев с одним партнером это дурной тон, — голосом своего учителя по этикету проговорила я.
— Всего один.
От его глаз. От его голоса я впала в состояние свободного полета. Хотелось следовать за ним не просто в тронный зал, а хоть на край света. Только позови.
Я не заметила, как держась за надежную руку, мечтательно вплыла в зал. Как музыка вновь заиграла, погружая нас в изумительный мир грез. В это мгновение для меня не существовало никого, кроме демона с угольками в темных глазах. Легкие, воздушные движения. Мы не танцуем — мы летим…
— Моя… — совсем рядом с моими губами шепчут его губы. — Только моя…
«Да! Да! Да!» — мысленно соглашалась я с каждым словом.
— Милолика, ты чудо. Ты свет, — я еле различаю слова нежные слова. — Ты пахнешь словно райский цветок. Словно прекрасная лилия…
— Что? — еще находясь в состоянии сладких грез, прошептала я. — Что я творю?
Резко словно сильный удар ко мне пришло осознание. Наваждение будто туман, рассеялось. Я словно увидала себя со стороны… И ужаснулась!
«Что я творю! На глазах у всех обнимаюсь и целуюсь с демоном», — начинает кричать проснувшийся рассудок.
— Лика, не бойся, все хорошо, — поняв смену моего настроения, успокаивающе шепчет Алекс, не отпуская меня из объятий.
«А как же Маркус? Я ведь люблю Маркуса!» — последняя мысль окончательно приводит меня в чувство.
Не рассчитав силы, я отталкиваю сжимающего меня в объятиях демона. Алекс невольно отступает на несколько шагов, прижимая руку к поврежденной груди. Стыд вместе с осознанием происходящего шквальной волной захлестнул меня.
«Бежать. Быстрей бежать. Из зала… От него…» — мозг нервно начал выдавать, жалкие попытки уйти от случившегося.
Алекс чувствовал мое смятение. Более того он понимал, что поступил не правильно. Слишком быстро. Слишком опрометчиво было связывать свою жизнь с юной демоницей.
— Я всегда буду рядом, — прошептали в мои губы.
«Как он мог? Я была еще ребенком! Наивным несмышленым подростком», — кричало мое вернувшиеся из прошлого сознание.
Боль ушла. Я медленно еще не веря в случающиеся открыла глаза.
«Ночь. Императорский парк. Вокруг десяток стражей», — пытался сконцентрироваться на происходящем мозг.
Теперь картинка той злополучной ночи, отчетливо легла в моем сознании. Вот из-за кого я сбежала с бала. Теперь ясно стало, почему Декар не вмешался в происходящее. Он не мог. Пока я в мечтательном забвении кружилась в тронном зале. На императора было совершенно покушение.
«Как он мог?», — грустно вспомнила я глаза Алекса.
Именно после этого вечера он исчез не только из моей жизни, но из жизни Маркуса. Больше я не видела его в свите наследника. Он просто пропал из Таноса.
«Зачем?» — очередной больной вопрос уколол душу.
Все годы понимать, что та, кого ты осмелился признать своей, тебе не принадлежит, и никогда не будет — жестоко. Сейчас помня все в малейших деталях, я осознала, что в ту ночь, Алекс умудрился принести клятву верности, провести обряд «единения душ». Не чисто, с множеством огрехов. Но провести!
На меня подобный обряд не имел силы. Я не дала демону согласия. Я не ответила на его чувства. Хотя и не остановила. Не прекратила безумие. А вот Алекс, в открытую, перед сотнями приглашенных, связал свою жизнь с моей. Опрометчиво и глупо, во всеуслышание он признал меня своей половинкой.
«Избранницей стал ребенок четырнадцати лет», — истерично усмехнулся разум.
Я вновь оглядела ночное пространство, пытаясь, отстранится от диких мыслей. Воздух был пропитан морозной влагой, казалось, что лето никогда не придет в эти кроя. Словно весна — как вестник переменчивости и непостоянства поселилась в Таносе.
Императорский парк был окутан нереальной тишиной и фантастическим смирением. Не малейшего ветерка. Не тишайшего звука. Все замерло. Словно затаилось…
Плохое предчувствие, отрезвляя, скользнуло, пробуждая чутье.
«Пора возвращаться», — орало сознание.
Глаза инстинктивно искали опасность, а ноги рефлекторно подняли обмякшее тело с земли.
Ничего не понимая, я вновь и вновь оглядела ночной парк:
«Все в порядке. Тени ровным кругом застыли, не чувствуя угрозы. Вот только почему так тихо?» — не находил ответа мозг.
Дальнейшее происходило слишком быстро, чтобы запомниться в деталях…
Вспышка. Мгновение и все тени скопом заслоняют меня, ставя защиту. Я накидываю магический барьер.
Вспышка. Мощный удар откидывает мое тело в сторону. К счастью не причиняя тяжелых повреждений. Успеваю оглядеться, вижу огромный круг ссаженной под основание травы и тысячи маленьких частей, теперь уже бывших стражей.
«Да, кто ты?» — глаза пытаются отыскать источник опасности.
Суть Хозяйки Преисподней пожаром рвется наружу. Сгорая в одном желании — защитить. Но поздно…
Третья вспышка, появляется молниеносно, словно ниоткуда. Я успеваю лишь выставить вперед руки. В туже секунду меня отбрасывает на спину, и я ощущаю тяжесть чужого тела на себе. С трудом открываю глаза и вижу застывшие, мертвые глаза Гериона. С трудом переворачиваю огромное тело на бок, аккуратно освобождаясь от спасительных объятий. Вампир не дышит. Его сердце не бьется. Спина и грудь сплошное кровавое месиво.
«Зачем?» — вновь злополучный вопрос остается без ответа.
Боль так не вовремя ворвалось в мой разум. Оглядевшись, понимаю, левая рука в нескольких местах сломана и безвольно повисла рваной тряпкой. Правая инстинктивно зажимает большую, кровоточащею рану в боку. По характерному головокружению и боли в затылке понимаю, что, скорее всего голова моя пробита.
«Где же Маркус? Возможно, Гериону можно еще помочь» — озираясь по сторонам, ища опасность, пыталась я дозваться до императора.
Взгляд ловит не обычное свечение в правом углу парка. На долю секунды раньше, чем произошла четвертая вспышка, я успеваю создать купол. Магическая броня накрывает меня и неподвижного Гериона ярким светом.
«Слишком сильная. Не выдержу» — слишком спокойно проинформировал мозг.
Секунды атаки тянулись словно бесконечный, истерзывающий марафон. Магическая энергия мощным потоком начала покидать меня. Никогда подобного я не встречала. Никогда не слышала о таких заклятиях, способных не просто выпивать магию, а поглощать ее за секунды.
Краешком рассудка осознала, что остались лишь мгновения, до того, как защита рухнет. Я останусь с нулевым резервом, а, следовательно, можно прощаться с жизнью…
Резко. Будто лютый северный ветер меня окутывает знакомая, родная магия. Беря под защитный полог. Секунда и все прекратилось. Яркий свет померк. На его место пришел спасительный мрак…
«Успел. Все — таки успел» — пришло понимание, что Маркус рядом.
Если честно в тот момент не осознавала, была я рада спасению или наоборот жаждала, чтобы эта пытка, под названием жизнь, быстрей прекратилась.
Практически бессознательным взглядом, окинула представшею взору, картину происходящего.
Выжженная земля. На сотни метров вместо деревьев пепел. Куски стражей разбросаны по всей безжизненной пустыне боя. Я в крови. От платья остались лишь жалкие лоскутки. Из головы, живота, рук, ног течет теплая кровь. Я, находясь в столь плачевном состоянии, закрываю собой уцелевшие останки лорда вампиров. И Маркус с ярой злостью стоит в нескольких метрах от меня…
«Мне будет плохо, когда я очнусь», — последнее, что я увидела, были красные от ярости глаза Маркуса.
«Если очнусь…»
Адская безжалостная и беспощадная буря обрушилась на небесный храм Ириды. Ее любимое пристанище, теперь мало походило на обитель богини. Сейчас мраморный свод, лазурное небо, необыкновенный золотой свет померкли, не устояв перед буйством Мрака.
— Ирида, — казалось, рычала сама Бездна. — Ирида явись!
Богиня, молча, сидела на своем троне, лишь недовольно барабаня длинными пальчиками по драконий кости. Ничто не испортило прекраснейшего лица. Лишь волосы золотым каскадом взмывали вверх от сильнейшего разрушительного ветра.
— Сколько злости Марбус, — безмятежно произнесла Ирида. — А мне казалось, ты уже повзрослел. И гневные истерики в далеком прошлом.
Адская, неуправляемая, злобная мощь стремилась вырваться наружу, хороня под осколками былую безмятежность сего божественного места.
— Ирида как ты смеешь? — шипело живое воплощение Мрака. — Немедленно отпусти ее.
Неожиданно для Маркуса, Ирида обидчиво надула губки и развела руками:
— Милолика не в моей власти, — не отрывая взгляда от чернеющей фигуры в дверях ее обители тихо произнесла богиня. — Марбус, девчонка не у меня.
Темные силы ударили с двойной силой. Теперь в небесной обители царил кромешный Хаос.
— Значит, Она решила вмешаться, — растягивая каждое слово, прорычал бывший бог.
— Сам знаешь: над Судьбой никто не властен…
Также неожиданно, как и начался, ураган прекратился. Исчезла и огромная фигура в золотистом проеме арок. Оставляя после себя лишь разрушение…
Я вновь находилась в спасительной темноте. В безмолвном и беспробудном мраке. Фантастическая невесомость опять заволокло разум и окутало тело.
Я знала, что где-то далеко Маркус пытается вернуть меня назад. Знала, что темный император пойдет на все, чтобы излечить истерзанное тело, влить необходимою магию. Вот только душа была ему не подвластна.
Наверное, это было эгоистично, забыть о том, что уходом ты можешь не просто ранить — убить.
Раньше, я думала, что живу для неведомой Высшей цели. А по сути больше половины своего существования, жила для какого-то… Для Декара — который познал теплоту и нежность, раскрывая свои светлые стороны в чужом ребенке. Для Маркуса, пытаясь быть идеальной и совершенной. Ведь жить только для себя — кощунство. Но сейчас в темном безмолвии оглядываюсь назад и понимаю, что устала. И если вернусь, мир не оставит в покое. Вновь и вновь бросая в пучину страстей, проблем, опасностей и боли. Пятясь сломать, уничтожить.
— Милолика, а ты цинична, — спокойно отозвался голос из темноты.
В один миг, уютная темнота пропала. Я ощутила, как под ногами появился холодный каменный пол, а пространство озарилось теплым светом от многочисленных факелов. Знакомый пол из выполированных самоцветов вновь завораживал, железные стены манили своим зеркальным блеском. В дальнем углу безмятежной грудой лежало драконье золото.
— Смотрю, ты жизнелюб и оптимист, — в предвкушении явно непростого разговора, спокойно произнесла я. — Спрятался в пещере, отгородился от всего Мира. И теперь развлекаешься заманиванием неприкаянных женских душ?
Хищные глаза опасно сузились, рождая алчный блеск. Ящер в обличии человека медленно, бесшумно начал приближаться. В каждом его движении было величественное спокойствие и звериная безмятежность.
Вы когда-нибудь, задумывались, почему все не любят змей? Ведь кажется, что страх и отвращение перед пресмыкающимися заложен в нашей крови. Это и неудивительно, ведь если подобный хищник выбрал тебя своей жертвой, шансы на спасение ничтожно малы.
— Чем обязана Люциан, столь неожиданной встрече?
Мужчина застыл в двух шагах от меня. Пытливый, оценивающий взгляд, медных глаз с зеленым вертикальным зрачком скользнул по всему телу. Ящер был все также великолепно неотразим, как и в прошлую нашу встречу. Широкие светлые штаны и свободная распахнутая рубаха, не скрывали всей прелести хищного тела. Казалось, что подобным комплектом он обзавелся лишь для того, чтобы не смущать меня при разговоре.
Люциан, будто сверкал и переливался, подражая своему любимому металлу. Золотые отблески играли на высоком мускулистом теле. Казалось, что кожа, волосы были отлиты из драгоценного сплава.
— Я не устаю удивляться тебе Милолика, — не отрывая от меня взора, мирно заявил ящер.
— Есть конкретные претензии? — я решила сразу обозначить приоритеты. — Или в общем моя жизнь не устраивает?
Играючи, словно подбирая удобное для себя положение, дракон обошел меня по кругу:
— Я наблюдаю за тобой с момента рождения, — прицениваясь как к дорогой игрушке, промурлыкал змей. — Не спорю, Судьба тебя не баловала, но и не обделяла своим вниманием. Любящие, заботливые родители. Души не чающий, искренне обожающий Декар. Боготворящий и надежный Маркус. Верный и преданный Алекс. Ответственный и понимающий Дерек…
— Не много ли для самолюбивой и меркантильной демоницы? — не понимая к чему клонит дракон, спросила я.
— Лика я не пытаюсь обвинить тебя во всей бедах. Я призываю, взглянуть на свою жизнь под иным углом.
Меня кране не радовал подтекст начавшейся беседы. Вот только понять, чем грозит, дальнейшие детальное рассмотрение моей жизни, я пока не могла.
— На чьей ты стороне Люциан? — я решила прекратить философские изыскания и перейти к основному вопросу.
— Победителя, — закономерно заключил ящер.
— Смотрю, а эгоистические замашки притягивают единомышленников, — в тон дракону произнесла я.
— Лика как ты не поймешь, начавшиеся игра намного масштабнее, чем тебе приставляется. Ты не дорожишь подарками, дарованными тебе Судьбой. Ты не борешься, за то, что тебе ниспослали, — спокойно проговорил дракон, внимательно следя за моей реакцией. — Подумай, была ли ты вознаграждена, когда пыталась спасти Декара? Просто так тебе удалось предотвратить неминуемою гибель Маркуса, вернуть к жизни Каина? Лика вся жизнь борьба. Как бы нам не хотелось, мы не имеем права отступать, жалуясь, что нам тяжело и мы устали. Слишком многое и слишком многие зависимы от наших решений. Как ты думаешь, почему Судьба, именно на тебя возложила тяжелое бремя?
— Издевка, — скептически заключила я.
— Нет, милая ты была рождена, чтобы возродить равновесие. Исполнить предназначение Судьбы, — жестким тоном изрек дракон. — Подумай, как бы ты не отстранялась, не отгораживалась, каждый, кто сталкивается с тобой, впоследствии хочет стать лучше. В каждом помимо воли возрождается свет, и надежда… Вспомни, когда-то беспощадного Декара, жестокого и холодного Маркуса, надменного Дерека. Или наемника — убийцу, который смерено, поселился рядом с тобой в роли обычного прислужника. Какими они стали сейчас?
— К чему все эти красивые слова? — выстраивая в голове далеко не радужную картинку, спросила я дракона. — У тебя ведь есть конкретное послание. Так не проще озвучить требования?
В первый раз в жизни, я видела частичною трансформацию дракона. Хотя и живого представителя сказочной расы встретила только во второй раз. Глаза хищника сузились до маленьких щелок, сквозь который пробивался изумрудный блеск. На руках появились огромные когти, во рту выросло несколько десятков зубов, а бархатная кожа покрылась золотыми чешуйками. Вот правду говорят: красота — страшная сила…
«Если проводить аналогию с демонами. То подобный облик скорей всего означает, что дракон крайне взбешен», — с недоверием оглядела я ящера.
Поддаваясь инстинкту, сделала несколько шагов в сторону от явно недовольного пресмыкающегося.
— Прекращай играть роль жертвы, — прорычало нечто между человеком и змеей. — Заканчивай фокусы с самоубийством. И наконец, исполни свое предназначение…
— Зачем? — искренне возмутилась я. — Ведь Судьба сама устроила подобный порядок. Именно она приняла правила беспощадной игры. По ее смиренному согласию Ирида и Маркус заигрались, забывая о долге и ответственности, окутанные лишь жаждой власти, — кажется, меня понесло, эмоции взяли вверх над разумом. — Пожалуйста, поправь меня, если не Судьба, запускает новый ход истории, когда считает, что этот мир превратился в Хаос. Когда на земле начинает преобладать алчность, корысть, злоба, жестокость…
«Ой, кажется, я перегнула палку», — молча, смотрю на звереющего дракона.
Но кажется, угадила в цель. Значит мой чешуйчатый собеседник, посланник самой Судьбы.
— Прогуляемся… — резко перебил меня дракон, схватив за руку.
— Что? — только успела вымолвить я.
Перед моими глазами, словно яркие видения начали проноситься картинки из различных уголков Мира: Залирии, Адвоха, Таноса. Каждая судьба, каждая история была банальна, но в своей простоте — прекрасна…
Измученная родовой горячкой мать, крепко прижимающая к груди самое дорогое сокровище, свою маленькую кроху…
Избитый парень, глупо улыбающийся своей возлюбленной, но счастливый, что смог сберечь…
Двое стариков, с любовью смотрящие друг на друга обесцветившимися глазами. Готовые сделать последний вздох. Один на двоих. Так же как и прожили свою долгую жизнь, одну на двоих…
Стайка маленьких детей в безмятежной радости плескающихся в лесном озере и искренне радующееся, погожему деньку…
Сияющие глаза молодой девушки с любовью, у алтаря смотрящею на своего избранника, и наконец, услышавшей заветное «Да»…
Мир — это зеркальная гладь. Стоит лишь подумать о плохом, как вокруг начинает скапливаться жестокость, бессердечность, злоба и боль. Но как только, ты осмеливаешься посмотреть с противоположной грани, тогда и можно понять, что жизнь состоит из моментов, ради которых стоит существовать. Пускай, часто наша жизнь похожа на бесконечный бег от одного светлого пятна к другому. Но ведь стоит попытаться… И может быть в конце тебя ждет незабываемый финал?
Картинки жизни чужих судеб, как листы в бесконечной книги, проносились перед моими глазами. Наверное, именно в этот момент я осознала, что как бы ни было больно, нужно пытаться, бороться…
Еще один образ еще одно жизнь замерла перед моим взором. Невольно мое дыхание остановилось: Знакомая спальня в родном замке Эволон. Нереально бледная девушка с серебристыми волосами, лежит без признаков жизни на огромной кровати. Я не сразу поняла, что это мое тело… Возле меня сгорбившись и осунувшись, сидит величественный демон. Огромная рука держит хрупкую ладонь, а губы в напряжении шепчут непонятные слова. Раз за разом он пытается дозваться, но не получает ответа…
— Зачем? — тихо, я вновь тихо задала, явно главный вопрос этой ночи.
— Чтобы в следующий раз, ты знала, что не тебе одной смертельно плохо и больно, — словно из далека, отозвался спокойный голос моего проводника.
Вновь водоворот и другая жизнь…
Я очутилась в императорском парке. В одном из самых глухих его мест. Где росли много вековые иттрии: мощные, огромные деревья с железной корой. Когда-то в древности из иттрии выковывали мечи и клинки. Я в недоумении взглянула на истерзанные стволы, на поломанные ветки. Представления не имела, что за существо могло так истерзать подобные деревья. И вдруг мой взгляд поймал темную фигуру. Спиной ко мне, лбом облокотившись на израненное дерево тяжело дыша, стоял Алекс. С его низко опущенных, разбитых рук огромными каплями на зеленую траву капала кровь…
Вновь радуга перехода. И я безмолвно, молю об одном: «Хватит. Я больше не могу».
Вновь знакомая спальня. В темном, одиноком полумраке мне не сразу удалось различить фигуру хозяина. Дерек стоял, молча, в напряжении скрестив руки на груди. Левая рука накрывала перстень со знакомым сапфиром, нервно его теребя. Его глаза были закрыты, и казалось, что король Залирии где-то далеко… Не рядом. А за окном сплошной стеной шел дождь. Проливной, пронизывающий дождь…
Решительно я делаю несколько шагов к застывшей фигуре.
«Только прикоснуться. Дать понять, что все хорошо», — сознание пронизывает настойчивая мысль.
Но мне не дают. Резко меня затягивает арка перехода. Темнота, жуткая, пронизывающая, и повсюду запах крови и смерти. Меня невольно начало мутить.
И вновь картинки происходящих событий: Я будто бы лечу над полем боя. Смерти. Много загубленных жизней. И ради чего?
Темная вспышка. И жар пожара, огненным вихрем проносится по моей коже. Я стою посреди людской деревни: сожженной и разграбленной. На каждой улице десятки трупов…
Вновь переход. Тишина — угнетающая и скорбная. Я на кладбище. На свежем, огромном погосте. Где сотни матерей, жен, детей, с плачем и рыданием прислонились к своему могильному камню…
— Хватит, — зло прокричала я, зная, что меня услышат. — Я согласна…
Вспышка. Открыв глаза, я понимаю, что вновь очутилась в драконьем логове.
— Все имеет право на жизнь. У всех должен оставаться шанс вернуться. Когда мельница новой войны запуститься, те, кто решил пренебречь — сломаются.
— Но в жернова, часто попадают и совсем лишние зерна? — не отрывая взгляда от дракона, произнесла я.
— Увы, за спасение берется высокая плата… — грустно заключил золотой ящер. — И Лика, должен тебя предупредить: прошлая твоя нелепая жертвенность в этой пещере, была последней игрой со смертью. Спасением Стефана, ты переполнила свой лимит. Нельзя столько раз возвращаться из Граней. Равновесие было потерянно.
— А наша милая беседа, что тогда? Результат ушиба головы? — заинтересованно спросила я. — Или это просто побочный эффект нападения, и сейчас я просто нахожусь в нереальном мире своих же больных иллюзий и фантазий.
— Можешь поверить, все более чем реально, — твердо заключил Люциан. — Мы лишь воспользовались твоим бессознательным положением, чтобы рассказать тебе истинную суть вещей.
Спорить было бесполезно. Пытаться вновь уйти — глупо. Убежать — напрасно. Меня явно со всех франтов огородили от участи обыкновенного наблюдающего.
— Я так понимаю это все, что ты хотел мне поведать, — твердо попросила я. — Люциан теперь мне можно уйти?
Ящер задумался, пытливо рассматривая мое лицо. Явно пытался прочитать мои мысли, желания, дальнейшие действия. К сожалению, это было бесполезно. Даже внутри себя я не могла найти решения. Даже душа моя не знала, по какому пути пойти, кого выбрать…
— Погоди, у меня для тебя есть подарок, — не отрывая колючего взгляда, произнес дракон.
Словно фокусник из воздуха Люциан извлек тоненькую спицу. Обычный предмет для рукоделия был отлит явно из золота. Длинная, с одним заостренным концом, и кровавым камнем, с другой стороны.
— Ты уверен? — с сомнением поинтересовалась я. — Люциан, она же золотая…
— Милолика я не такой жадный и мелочный как это может показаться, — закатил глаза чешуйчатокрылый вестник Судьбы. — И вообще это подарок не от меня. Была б моя воля, ни за что не вручил тебе подобную вещь.
— Ну, тогда все ясно…
— Ты меня слушать будешь, чудовище бестактное? — рявкнул ящер.
Я всем своим видом постаралась выразить ангельское смирение и рабью покорность.
— Как ты поняла — это не обычный инструмент для вязания. С ее помощью сможешь оборвать, связывающею нить, — на одном дыхании изрек дракон. — Другими словами, можешь разрушать связывающие тебя с другими обязательства, прервать любой вид семейной или личностной связи, без смертельных последствий.
До меня начал доходить смысл подобной редкости. Воистину — это был практически бесценный дар.
— Но прошу тебя, используй его благоразумно, — взмолился дракон. — А лучше вообще забудь…
Медленно я взяла искрящеюся спицу с когтистых лап дракона. Мимолетное сияние и спица растворилась в пространстве, оставляя небольшой едва заметный след на правом запястье. Я поняла, стоит лишь пожелать, и заветный подарок окажется в моей руке.
Последний взгляд на задумчивого и грустного дракона и яркая арка перехода, вновь погрузила меня в темноту…
— Думаешь, она поняла? — устало, смотря на место, где минуту назад стояла Милолика, тихо проговорил дракон.
— Поняла она давно, вот только осознания боится, — красивый женский голос трелью прошелся по каменным сводам.
— Что нас ждет в конце? — дрогнущим голосом спросило древнейшее существо у хозяйки равновесия.
— Как и принято — смерть. Вот только вопрос: кто заслужит второй шанс…
Медленно, словно опасаясь, что вновь окажусь на холодной земле, что рядом будет пожертвовавший собой Герион, что вновь увижу яростно-решительный взгляд Маркуса, нерешительно, я открыла глаза. Ощущения и видения не подвели, я находилась в императорской спальне. Десятки свечей мирно дрожали, освещая огромное пространство. В недоумении оглядевшись, поняла, что в комнате совершенно одна.
Хмурясь и пытаясь сопоставить реальное с мнимым, начала потихоньку осматриваться. Изначально было понятно, что Маркус в разорванном платье, в крови и комьях грязи меня не оставит. Поэтому я со спокойным смирением взглянула на свою белоснежную длинную рубашку, на чистое, голое тело. Анализ былых повреждений, показал, что лекарь из императора получился бы отличный. Открытые переломы левой руки, практически срослись, оставляя лишь небольшой отголосок боли при движении. От открытых ран также не осталось следа. Рана в боку затянулась, и розовела не большим рубцом. Который исчезнет через пару дней.
«Значит, прошло не более двух дней» — радостно отозвалось сознание, сверяя время с регенерацией.
Я медленно подошла к открытому окну. За стенами Эволона стояла ночь. Тихая, но холодная. За плотными облаками не возможно было различить сияние звезд и свет луны. Значит по фазам ночного светила, сориентироваться во времени также не получится.
Еще несколько раз прошлась от одного угла комнаты к другому, пытаемся хоть немного упорядочить случившееся.
В последнее время, при происходящих обстоятельствах, на мой взгляд, было вполне разумно, критически взглянуть на собственные представления. Именно сейчас, казалось, я была в одном шаге от душевного срыва и психического сумасшествия. То, что нападение мне не почудилось было ясно по физическому состоянию. Следовательно, возникает вопрос. Кто настолько силен и бесстрашно отчаян, что осмелился совершить покушение в замковом парке? Цепи ударов такой силы я еще не встречала. Работа была сделана очень грязно, но должный эффект несомненно произвела. Ведь если взялся убивать, доводи дело до конца. Либо готовься встать на место жертвы, ведь второго шанса тебе не дадут. Вот только теперь понять, что это был за смертник?
Следующим стоял вопрос о бессознательном посещении драконьей пещеры. Но как только взгляд упал на небольшой, темный след на руке, хотелось не просто напиться, а как минимум утопиться. Но как следовало из моей жизненной практики, после подобных выходок, существование резко ухудшается.
— Да есть же у них совесть? — раздосадовано громко спросила я у пустого пространства. — Оставить одну без сиделки, чтобы хоть кто-то ради вежливости, поинтересовался здоровьем.
Решительно я шагнула к дверям. Сильно потянув на себя огромные створки, с немалым удивлением и еще большей досадой осознала, что заперта. Вполне качественно и надежно механически и магически заблокирована в спальне.
— Вот гад… — вполне искренне вырвалось у меня.
Данная реплика не нашла благодарного слушателя. Более того, кому предназначалось подобное утверждение, по закону всемирного не везения, не явился на мой отчаянный зов.
Устало я опустилась на весьма помятую постель, рефлекторно закутываясь в мягкое одеяло.
— Хоть бы поесть оставил, — вновь попыталась я умилостивить пространство.
Ответом была тишина. Скорее из вредности, чем от необходимости, я начала размышлять. Мысли сумбурно принялись перебирать варианты выхода из замкнутого пространства. И как не странно, я совершенно не заметила, как задремала.
Вскочила, я от плавного и медленного шума открывающейся двери. Быстро села на кровати, выжидающе скрестив руки на груди. Попыталась сфокусировать сонные глаза, на долгожданном госте.
«Спина прямая, в помятом лице — напряжение, во взгляде холод», — тело получало мысленные установки.
Надеюсь, цель была достигнута. И я максимально смогла передать обиженное и раздраженное состояние.
Император был явно не в духе. По откровенно грязному костюму, можно было судить, что последние часы его высочество провел явно не в кабинете. По ободранным и обветренным рукам, шеи и лицу, следовало, что Маркус провел ночь не за подписанием бумаг и ведение политических разговоров.
— Не сейчас…
Отрезало его высочество, даже не дав мне рта раскрыть. Ни обращая внимание на возмущенную меня, Маркус на ходу скидывая испорченную одежду, поспешил в ванну. Дверь быстро захлопнулась, позволяя мне вновь «наслаждаться» одиночеством.
«Мне конец» — пришел к неутешительному выводу мозг.
Подобное холодное отношение и показное пренебрежение, мне еще с детства было знакомо. У демонов по врожденной натуре известно, что крик намного лучше молчания. И нужно опасаться не того, кто высказывает свое мнение, а того кто промолчит.
Но мое уединение длилось не долго. Спустя десяток минут император вышел из ванной мокрый, в одних черных, широких штанах. Быстро преодолев разделяющее нас пространство, демон выжидающе замер буквально в паре шагов от меня.
— Развлеклась? — прорычал на меня Маркус.
Я в недоумении уставилась на императора. Кажется, Маркус детально был осведомлен о моем стабильном состоянии глубокого забытья. И как я должна была развлекаться, находясь без сознания?
— Это ты о чем? — искренне озадаченно спросила я.
Невинный, на мой взгляд, вопрос, судя по глазам, позволил Маркусу шагнуть на новую ступень бешенства.
— Милолика, тебе самой не надоело путешествовать за Грань, — продолжал рычать темный повелитель. — Не надо отрицать, не смотря на все ранения, они не являлись смертельными для тебя. Излечил и восстановил я магический резерв быстро. Так напрашивается закономерный вопрос: чем ты занималась сутки, пока твое бездушное тело, мертвым грузом покоилось на кровати?
— Размышляла о всемирном равновесии, — на всякий случай, отползая подальше, тихо произнесла я.
Кажется, у Маркуса начал глаз дергаться. Если по поводу нервного тика на лице я еще сомневалась. То крепко сжатые кулаки и черное пятно сгустившееся над императором, не оставляли сомнения, что сейчас меня начнут воспитывать: жестко и бестактно.
Мы смотрели друг на друга. Не отрываясь. Черные омуты Маркуса ежесекундно озаряла новая и новая эмоция: ярость сменилась опустошенностью, на место которой пришли недоверие и обреченность.
— Милолика ты бестолочь, — неожиданно заключил демон.
Резко расстояние, разделяющее нас уменьшилось до недопустимого. Я чувствовала обжигающее дыхание на волосах и кожи. Сотни мурашек побежали по телу. А в горле застряли, такие необходимые доводы.
— Глупая, безголовая, — глухо заговорил Маркус касаясь губами моих волос. — Безрассудная, несмышленая, — горячие дыхание обожгло ухо. — Бессовестная, эгоистичная, — руки крепко прижали к обнаженной груди.
Я не просто забыла, как дышать. Я забыла, что нужно думать, что я могу что-то сказать. Сейчас я немногим отличалась, от своего бездушного тела, которое совсем недавно смиренно покоилось на кровати. Тем, что сделать ничего не могла.
— Родная, нежная, единственная, — губы проложили огненную дорожку от виска до щеки. — Желанная, ласковая, родимая, — горячее дыхание обожгло мои губы. — Разве ты не понимаешь, что творишь? Разве не осознаешь, что я весь мир сотру. Я Грань сотру… — Маркус закрыл глаза, его голова безвольно опустилась на мое плечо. — Я уже однажды пережил твою смерть. Я не допущу повтора подобного…
— Маркус не надо, — не знаю, как я нашла в себе силы, вымолвить хоть слово.
— Тихо мой хороший, — рука нежно закрыла мой рот. — Дай мне договорить, — уверенно смотря мне в глаза, прошептал демон. — Прости. Заклинаю прости. Однажды я отпустил тебя, но поверь, больше не смогу. Не стану. Ты моя Милолика… Ты моя Ангел…
— Маркус, — слова растворяются в одном дыхании на двоих.
Одинокая слеза покатилась по моей щеке. Ну как же ему объяснить, что я не смогу. Я не в состоянии вычеркнуть ту ночь из памяти. Убрать огромный рубец на сердце? Как объяснить, что чувствуя его руки на себе, я с болью представляю, как он прижимал к своему телу другую. Как мечтал о другой…
Не знаю, что остановила Маркуса. Но горячие объятья разомкнулись. Подарив мне еще один печальный взгляд, император отступил. Медленно встал с кровати, и отошел на пару шагов.
— Еще рано, — словно убеждая себя, прошептал Маркус. — Но я подожду. Я ждал всю жизнь…
В нагретой комнате мне стало холодно. Словно после летнего пекла, меня перенесли на заснеженные вершины Млечных гор. Дыхание, с трудом начало вновь появляться, отзываясь пронзительной болью в легких. Вот только сумасшедший бег сердца, все не прекращался.
— Сколько я была без сознания? — сказала, и сама удивилась, насколько жалко прозвучал мой голос.
Маркус все понял. Осознал мою жалкую попытку сменить тему.
— Чуть больше суток.
— Кто?
— Фанатики из Агалиарепт.
Ожидаемо. Если быть честной с собой я могла с легкостью представить сотню, другую желающих поприсутствовать на моих поминках. Но только Агалиарепт — клан ненавистников демонов, мог настолько дерзко спланировать покушение. Самый сложный и болезненный вопрос состоял в том: от куда они знают так много о демонических слабых местах?
— Ты сумел найти исполнителя и заказчика?
Мой взгляд красноречиво показал на испорченный костюм. Который еще валялся на полу.
— Милолика не вмешивайся, — буквально испепеляя взглядом, прошипел император.
По тону было понятно, что его высочество не добился желаемого результата. Но зная Маркуса, это дело времени. Очень короткого времени. Они затронули личное. Посмели посягнуть на собственность. А подобного демон не прощает.
— Гериона похоронили с полагающимися почестями? — задала я мучающий меня вопрос, голос предательски дрогнул.
Маркус отошел еще дальше. Императору явно не понравился мой вопрос. А вот мне его реакция.
— Он живучей, чем всем казалось, — сквозь зубы процедил демон.
Я поняла, что подробностей не последует. Но и этой информации было вполне достаточно. Герион сумел выжить. Сумел вновь побродить по границе Грани и вернуться в наш мир. Мысленно выдохнула, а с души будто упал камень.
— Поужинай со мной, — тихо попросил Маркус.
Император стоял возле окна, облокотившись на каменную стену. В рассветной дымке он казался не реальным. Словно самое излюбленное сновидение, нашло свое живое воплощение.
— Что? — отгоняя от себя наваждение, растерянно произнесла я. — Конечно. Мы каждый вечер на протяжении двух недель принимает совместные завтраки, обеды…
— Я не о том, — отмахнулся Маркус. — Ужин только для нас двоих. Там, где выберу я.
«Не смей! Не соглашайся» — заорал разум. Руки по неволи натянули одеяло до подбородка, будто защищаясь от скорого нападения.
— Не думаю, что это будет уместно в свете складывающихся обстоятельств, — я попыталась тактично отказаться.
Я испугалась. Действительно испугалась. В душе больно запела, натянувшиеся струна. Которая как мне уже казалось, давно была оборванна.
— Ну, же Милолика, чего ты боишься? — игривый огонек зажегся в демонических глазах, не обещая мне, ничего хорошего. — Или опасаешься, что не сможешь контролировать свои чувства?
Маркус решил играть не честно. Прекрасно понимая, что самоуверенность и желание доказать ему и себе обратное возьмет вверх над логикой и разумом.
«Действительно, чего ты боишься. Тем более у тебя есть как минимум десятка два очень занимательных вопросов» — попыталась найти вескую причину согласиться сознание.
— Пообещай, что ты не на чем не станешь настаивать, — прежде чем согласиться, я хотела получить хоть какие ни будь гарантии. Призрачные, иллюзорные обещания.
— Все будет лишь с твоего согласия, — с предвкушающей улыбкой на лице промурлыкал демон.
А я нервно сглотнула. Разум молчал, ведь сердце так нервно бьющееся перекричать не возможно.
— Хорошо, — обреченно согласилась я.
Создавалась ощущение, что я собственной рукой подписала себе приговор. Вот только почему я так глупо улыбаюсь?
Теплая рука нежно коснулась щеки. Ласковым, обжигающем движением Маркус провел от скулы до краешка губы, не отрывая от меня глаз. А я застыла. Будто загипнотизированная. Определенно, что-то сходное между демонами и драконами существует. И скорее всего это родственность со змеями. Я слышала, что при нападении эти твари парализуют свою жертву взглядом.
— Умная девочка, — сказал так, как будто угостил конфеткой.
А я вновь позабыла, что дыхание, это жизненная необходимость. И Что сердце, это всего лишь мышца, которая от столь сумасшедших нагрузок может и не выдержать.
«Плохо на тебя влияет состояние беспамятства в течение суток», — попытался найти причину подобной мягкотелости мозг.
Секунда и иллюзия растворилась. Маркус в мгновение оказался на другом конце комнаты. Я озадаченно захлопала глазами, практически руками разрывая многострадальное одеяло.
Кожа еще хранила жар демонических рук, губ, дыхания. Я закрыла глаза пытаясь взять свои явно взбесившиеся чувства под контроль. А в голове прочно застрял образ Маркуса. Прежнего, заботливого, надежного демона, который был не просто опорой, а смыслом существования.
Открыла глаза, а передо мной надменный жестокий император Таноса. От моего Маркуса осталась лишь внешность, но с заостренными и холодными чертами.
— Прекращай строить из себя немощную, — сухим тоном резюмировал император. — Через час нас ожидают…
— Прости?
Вот до чего доводит душевное расстройство. Я уже позабыла, что мы с его высочеством по разные стороны баррикад. И наши цели на ближайшее и далекое будущее в корне не сходиться, а значит, противостояние продолжается.
— Маркус, не мог бы ты изъясняться более доходчиво, — копируя тон, проговорила я.
Его высочество на мгновение остановились, прекращая приводить в себя в порядок. Черный строгий костюм, обтягивал мощное тело, закрывая все до самой шеи. Темные волосы, были зачесаны назад, открывая глаза и лоб. Лишь застывшие в руках кожаные перчатки, не позволяли сказать: что император готов к очередному дню.
— В связи с покушением на тебя, собирается экстренный совет. И сама понимаешь, как важно твое присутствие.
Многозначительный взгляд в мою сторону, не мог остаться без ответа:
— Чтобы шакалы убедились в моей целостности, — иронизировала я. — Может, не будем расстраивать благородную публику?
Маркус напряженно смотрел, сжимая в тонкий кнут черные перчатки.
Немного подумав, я все же решилась произнести:
— Тем более вскоре все равно придется объяснять мое исчезновение.
Плотная кожа перчаток, лопнула в руках демона. Я отчетливо слышала хруст разрывающейся ткани, и звон оборванных нитей.
— И как ты себе это представляешь дорогая? — наигранно вежливо поинтересовался демон.
— Да как угодно, — искренне проговорила я. — Можешь сообщить, что в виду моего взбалмошного и невыносимого характера, сожрал.
— Что?
Прозвучал самый распространенный вопрос за последние сутки. И я довольно ухмыльнулась, видя на лице Маркуса неподдельную растерянность.
— А, что? Подобная выходка, лишь упрочнить твою репутацию.
Маркус устало покачал головой. В черных глазах застыла грусть и обида.
Ой, не такой реакции я ожидала. Совсем иной…
— Ты невыносима.
Мне осталось лишь обреченно пожать плечами. Как я уже сказала: не в этой жизни. Наши пути разошлись десять лет назад, в корне став параллельными.
— Какая есть.
Больше сказать нам было нечего, конечно, если бы мы не хотели очередного скандала.
— У тебя меньше часа.
Сказал повелитель Таноса, решительной походкой направляясь к двери. Семейные посиделки закончились, настала очередь суровых должностных обязанностей.
— Маркус… — неуверенно остановила я императора у самой двери.
Демон резко остановился, и молча, обернулся всем своим видом выражая, что у него совсем мало времени.
— Можно освободить госпожу Элеонору Барсафаэль от своих обязанностей.
— Причина? — коротко поинтересовался Маркус.
— Бесит, — максимально искренне отозвалась я.
В холодных огоньках зажегся лукавый огонь, а кончики губ по неволи поползли вверх.
Маркус ничего не сказал, быстро покидая наши покой. Но, что, то мне подсказывало, что ненавистную сирену я больше не встречу. На душе стало приятней. Маленькая, но победа.
«Царство смерти», «последнее пристанище», «бездонная пропасть», «пристанище миллиона душ» и многие другие названия, так ярко описывали подземелья Эволона. Наверное, не было места Мрачнее и трагичнее, чем это. Темный камень, за тысячи лет как губка впитал в себя, мученические смерти, крик от невыносимых пыток, стоны страданий, молитвы и причитания. Пол темницы уже давно окрасился в темно бардовый — цвет, запекшийся крови. Главная темница Таноса, находилась глубоко под землей. Под толщей земли и камней. Кто попадал сюда, не имел пути обратно. Еще ни один узник, заточенный в неприступной темнице, не покинул скорбного подземелья.
— Ваше величество, может Вам стоит передохнуть? — тихо проговорил начальник императорских «ищеек», отступая и пропуская своего повелителя вперед. — Вы лишь час назад покинули казематы.
Маркус быстро вошел в нужную камеру. В углу стены, тускло горел один лишь факел, освещая убогое пространство и пленника, прикованного к стене.
— Забыл твое мнение спросить, — сухо проговорил император, разглядывая свою жертву.
Тело практически лежало на голых камнях. Лишь руки, вздернутые вверх цепями, и голова, прикованная металлическим ободом, не позволяли сравнятся вампиру с землей. Его тело напоминала, не удачный опыт не умелого взрывателя. Куски кожи, мяса, костей торчали во все стороны.
— Он ничего не скажет повелитель, — робко подал голос «ищейка».
— Герион до чего ты себя довел? — уныло проговорил император.
Вампир прикованный к стене, лишь молча усмехнулся. Впервые за все время нахождения в камере он нашел силы, чтобы открыть глаза. Чтобы взглянуть на свою смерть.
— Удалось выйти на след? — быстро поинтересовался Маркус, у главы поисковых агентов.
— Не малейших зацепок, — отступая на один шаг назад, низко склонив голову, должен был признать начальник. — Это возможно, лишь имея покровителя. Очень высокого покровителя.
Маркус молчал, взглядом лишь разглядывая истерзанную фигуру на полу. В его взгляде не было не жалости, не сочувствия. Лишь росное безразличие и холодность.
— Оставь нас.
«Ищейка» поспешили удалиться, плотно закрыв двери, в одну из самых охраняемых камер.
— Причины твоего появления в парке? — не сводя глаз, жестко спросил демон. — Объясни почему, ты оказался рядом Милоликой?
Вампир не знал. У него не было ответа, на столь простой вопрос. Он понимал, что был дан четкий указ, собирать вещи, передавать полномочия, и максимально быстро исчезнуть из Эволона. Но все пошло совершенно не так, как должно.
— Зачем Герион? — садясь на корточки рядом с бывшим советником, коротко спросил император. — Ты знал о нападении. Хотел помочь сбежать Лике? Хотел забрать с собой? Посмел возжелать то, что принадлежит мне?
Последние слова Маркус прорычал. В черных глазах, заиграли тысячи яростных искр, на лице начали проступать черные вены. А сзади словно броня, словно непроницаемый купол сгустилась Тьма.
— Маркус ты обезумел, — с грустью проговорил прикованный бывший советник.
— Храбришься? Похвально, — вставая, спокойно произнес император. — Вот только, ты лучше любого знаешь, что из этого места нет выхода. У тебя осталось лишь два шанса: умереть — быстро или в полной мере насладиться гостеприимством подвалов Эволона.
Вампир молчал. Он знал, что бессмысленно оправдываться, его слова вновь и вновь останутся не услышанными. Герион лишь надеялся, что состояние его ран не даст ему задержаться в столь «уютном» месте надолго.
— Аластер явись, отходя от вампира на несколько шагов, приказал император.
Из Сумрака из демонического разлома в камеру медленно вплыло черное пятно. Спустя секунду, на месте появился мужчина. Совершенно обыкновенной наружности: не высокий, худощавый, с неприглядными, слишком бледными чертами лица и серым — мышиным цветом волос. Лишь водянистые глаза делали его облик схожим со созданиями Мрака.
— С этой минуты ты отвечаешь за императрицу, — последовало четкое указание. — Каждое ее дыхание, мимолетный жест, любые контакты — теперь твоя забота, — четко проговаривал Маркус каждый приказ. — Пока держись в тени. Следи.
Мужчина низко склонил свою голову, в знак преданности Хозяину и вновь исчез в темноте подземелья.
— Ты глупец Маркус. Вот только осознаешь ты это слишком поздно, — не открывая глаз, прошептал умирающий вампир.
Маркус ничего не ответил бывшему другу. Дав несколько поручений страже, он быстро покинул замковое подземелье. День только начался, а сделать еще предстоит многое.
— Ты прекрасна…
Теплое дыхание, и обжигающие кожу руки медленно коснулись моей шеи позади. От едва заметного прикосновения, по коже прошлись жаркие волны предвкушения. Тело не обращая внимания на крики разума, отозвалось на ласку.
— Ангел… — прошептал Маркус, едва не задевая мое ухо горячими губами.
А я дернулась. Словно надо мной пронесся смертельный удар. Трусливо и испуганно, я отошла от постели, стараясь не смотреть в глаза Маркуса. Руки дрожали, горло свело спазмом, а глаза лихорадочно забегали по пространству пытаясь найти выход. А ведь у меня был план. Лишь минуту назад, я твердо решила, не поддаваться на провокации императора и максимально полезно провести предстоящий ужин. У меня накопилось множество вопросов, которые требовали предельно честных ответов. Но в данный момент казалось, что ожиданиям моим не оправдаться. И скорее Маркус возьмет на себя роль любознательного следователя.
«Самое главное, чтобы допрос не дошел до стадии „с пристрастием“» — мстительно ухмыльнулась сознание.
От подобной мысли, разум накрыло возмущение. Да, сколько можно поддаваться на столь глупые попытки меня вернуть?
Я резко развернулась, чтобы практически вплотную встретиться с глазами победителя. Маркус вальяжно стоял в шаге от меня, со снисходительной ухмылкой следя за моими метаниями.
— Кажется, утром разговор был лишь об ужине, — уверенно посмотрела в наглые глаза императора.
Еще одна торжествующая улыбка, отодвинула мою внутреннюю решимость на несколько ступеней назад. Надо мной издевались. И совершенно этого не скрывали. Не сводя с меня взгляда, демон снял перчатки и откинул их в дальний угол. Так же неспешно Маркус начал расстегивать серебреные пуговицы мундира. Мне оставалось лишь озадаченно хлопать глазами, пытаясь подобрать слова, подходящие происходящему. Как назло, мозг совершенно отказал.
— Я думала нас, ждет ужин, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул.
— Милая, столь желанный вечер я бы хотел провести в более подобающем виде, — разводя руки в стороны, проговорил Маркус. — Поверь, одежда, пропитанная кровью не способствует аппетиту, — явно для достоверности, демон еще покрутился вокруг себя.
Лицо Маркуса не покидала ликующая улыбка. А я лишь сейчас смогла оторваться от завораживающих глаз и чарующих губ. Взгляд опустился ниже. Действительно весь костюм императора, был забрызган кровью, пылью и еще неведомо чем. Вот кровь явно была не его.
«Глупо. По — детски глупо. Решила сыграть в „кошки мышки“, но в игре тебе явно уготована роль серой малютки», — не вовремя включился мозг.
Довольный произведенным эффектом, Маркус, отправился в ванную, приводить себя в порядок. А мне не оставалось ничего как с громким выдохом сесть на пол, так как дрожащие ноги, спрятанные за длинным платьем, явно не сделали и шага.
«Мужика тебе нужно Милолика. Верного. Надежного. А главное постоянного…» — скептически заключил разум.
«Будет мужик. Осталось продержаться десять дней», — несвоевременно проснулся здравый смысл.
А как все хорошо начиналось. После утренней беседы с его величеством в общих покоях, и настоятельной просьбы сопровождать его на демонический совет. Я все же нашла силы привести себя в порядок и с гордым, невозмутимым видом отправиться на заседание демонических кланов. Было радостно отметить, что сирена больше на моем пути не появлялась. Экстренный совет так же прошел предельно гладко. Если не считать надменных и высокомерных взглядов демонов. Скептических и подозрительных заявлений министров. Одно не радовало: молчаливо — холодный и яростно — отстраненный взгляд Алекса. За все заседание он не обронил ни слова, ни разу не взглянул в мою сторону. Лишь с императором произошла кратковременная битва взглядов. Можно сказать, что данное действо прошло благополучно. Все живы, и на том спасибо. Итоги совета были просты: найти всех представителей ордена Агалиарепт, и уничтожить.
— Готова? — от куда-то сверху донеся голос.
Я растерянно подняла голову. Надо мной возвышалась скала, из черного завораживающего, чарующего камня. Маркус не только успел переодеться, но судя по еще влажным волосам искупаться. Неизменная угольная свободная рубашка, открывала верх широкой груди. В тон были одеты и черные штаны с легкими ботинками.
«Значит, долгого путешествия не предвидеться» — мысленно заключила я.
— Куда мы отправимся? — беря за протянутую руку, тихо спросила я.
Ответом мне была лишь колдовская улыбка и теплые родные объятия. Нас окутала черная арка перехода.
«Горы? Крыша замка? Берег озера? Большой каминный зал… Интересно, что придумал Маркус?» — за мгновение пронеслись мысли в моем сознании.
Секунда и мы очутились в прежних покоях его величества. Тысячи свечей освещали знакомое до боли пространство. Мой озадаченный взгляд Маркус явно проигнорировал, медленно подводя к камину, где был накрыт стол с легким ужином.
«Более подлого места ты выбрать не мог» — грустно заключил разум.
Тысячи теней играли на каждой детали, возрождая прошлые воспоминания. Каждая мелочь мне была знакома. Старательно отводя глаза, я присела на галантно отодвинутый стул.
— Благодарю, — я решила придерживаться вежливо — отстраненной манеры поведения.
— Все для тебя, — мурлыча, проговорил Маркус, занимая место, напротив. — Вина?
— Решил споить? — спокойно поинтересовалась я.
Губы императора, медленно поднялись в предвкушающей улыбке. А мне не то, что пить перехотелось, мне вообще данная затея теперь казалось смертельно опасной.
— Скажем так: я был бы не против такого исхода, — наполняя бокал рубиновой жидкостью, томно проговорил Маркус.
А я смотрела, на то, как уверенно и непринужденно держится император. Все в его движениях было идеально, каждый его жест был совершенен. Ласковый взгляд, нежная улыбка. Я все больше понимала, как я смогла влюбиться. Передо мной сидел истинный демон: властный, жестокий, сильный, могучий. А ведь когда-то он был надежным, родным, заботливым. Прошлое сейчас казалось сказкой. Давней, забытой, страшной историей. Но Маркус неустанно старался возродить былое очарование.
— За тебя, — не отрывая взгляда, озвучил первый тост император Таноса.
Я выпила. Не задумываясь о последствиях, пригубила красную жидкость. Это было вино. Сладкое, яркое, душистое. Именно это вино мы пили на нашей помолвке. Этим вином угощали гостей на нашей свадьбе. Мой вопросительный взгляд был явным подтверждение того, что я помню. Что еще живы старые ощущения и воспоминания.
— Почему ты выбрал именно это место для ужина? — следя за каждым движением, спокойно спросила я.
— Все просто Милолика, — в его голосе было море тоски. — Именно здесь все началось. Именно здесь я впервые осознал, что пропал.
Мой откровенно озадаченный взгляд был красноречивее любых слов. Высказывание Маркуса никак не вязались с воспоминаниями. Мы не, когда не оставались наедине в его покоях. Да и вообще если я бывала в личной спальне Маркуса, то только тайно.
«А ты случаем себе больше ничего не стерла?» — съязвил разум.
— Однажды я неожиданно вернулся в замок, — спокойно проговорил демон. — Как ты заметила, во время твоей юности, я был не частым жителем в собственном доме. Походы, встречи, битвы, завоевания… Мне нравилась свободная жизнь за пределами столицы. Долго я убеждал себя в том, что отсутствие в родовом гнезде, это моя тяга к воле. До одного момента. До одной ночи…
Это было уже слишком. Маркус явно решил провести сегодняшний вечер под девизом: ничто не забыто. Вот только я была против!
— Думаешь уместно вспоминать прошлое в данной обстановке, — ища пути побега, попыталась я уйти от темы.
У меня личная спальня Маркуса навевала совершенно иные воспоминания: голая демоница в объятиях моего мужа.
— А почему, нет? Думаю, это самое верное пространство, для решения наших противоречий.
Вот и проиграла. Маркус явно собирался довести задуманное до конца.
— Как пожелаешь, — как можно отстранение проговорила я.
— Так вот. Однажды ночью после практически годового отсутствия в замке, я решил навестить отца, — надежные руки медленно поворачивали практически полный бокал вина. — Не понятная тоска, грустное предвкушение и трепетное ожидание буквально терзали мою душу, — вино было выпито до дна, а столовый хрусталь занял свое место на столе. — И я не выдержал, прямо с военной заставы, перенесся в замок. Но почему, то портал привел меня не в кабинет отца. А в твою спальню?
«Интересно, а к тому моменту, сколько ты уже женщин не видел? Может, тебя иные потребности загнали в спальню молодой девушки», — совсем не подходящий момент выбрал разум для своих острот.
— Я в недоумении рассматривал знакомое пространство. И не мог понять почему, я перенесся в комнату воспитанницы отца? Пока мой взгляд не упал на пустующую постель.
Глаза Маркуса, поглощали своей бездонной тьмой. Я не могла отвести взгляд. Не могла сделать лишнего вздоха. Казалось мир замер. Маркус с силой сжал подлокотники кресла, да так, что я отчетливо слышала хруст векового дерева. А я уже не дышала…
— Не знаю, что со мной случилось, но во мне проснулась ярость. Животное, звериное бешенство. Мгновение, и я понял, что мой внутренний зверь пробудился. И я в полном боевом облике демона Преисподней стою посреди девичий спальни.
Глаза Маркуса блестели, в них отражалась вся палитра пережитых в тот момент эмоций.
— Вина? — совершенно меняя тон, предложил демон.
— Пожалуй, — тихо произнесла я, еще находясь под впечатлением от произнесенных откровений.
А что? По-видимому, мне терять уже нечего. Так может утром я смогу все списать на пьяный бред.
— За тебя, — подняв бокал, произнес Маркус очередной тост.
А я не спорила. Молча, сделала глоток обжигающей жидкости. Как не прискорбно, но состояние покоя, опьянения или беспечности вино не принесло.
— Почему ты не у себя в комнате? Где тебя носит ночью? Тысячи подобных вопросов мелькали в моей голове, — ставя пустой бокал на стол, продолжил Маркус. — Рвать и крушить было единственным желанием. Злость заволокла разум. Не помня себя, я уловил след от твоего перемещения, как разъяренный зверь, отправился следом. Думая лишь об одном если ты не одна… Порву, уничтожу…
Я смотрела и не могла поверить. Маркус холодный и равнодушный, мечется зверем, чтобы найти сбежавшего демоненка.
— Вина? — явно прочитав мое настроение, предложил император.
— Воздержусь.
Маркус игнорируя меня, вновь наполнил бокалы. Я даже не прикоснулась к рубиновой жидкости. Вот демон, осушил свой бокал до дна.
— Представь мое удивление, когда я понял, что нахожусь в своих покоях, — сам себе усмехнулся демон. — Миг и злость ушла. Ярость, спряталась в самый дальний угол души. Именно в этот момент во мне проснулась, что — то светлое, нежное. Я увидел, как на моей кровати, сжавшись в комок, ангельским сном спишь ты. Худенькая, совершенно не весомая, призрачная, не настоящая. Лишь легкий румянец и ровное дыхание подтверждали твою реальность. Волосы в беспорядке раскинуты по подушке. По моей подушке. В этот момент я понял, что все бы отдал, чтобы каждую ночь видеть, как ты засыпаешь.
В этот момент Маркус был не со мной, а с той далекой Милоликой. Его глаза смотрели на все ту же кровать. А губы правителя Преисподней предательски улыбались.
— Сначала подумал, что передо мной видение, сказочная иллюзия. Но с каждым шагом, понимал, что это начало моего конца. Каждый шаг все больше приковывал меня к тебе. «Моя» — орало сознание. «Моя» — твердила сущность. «Моя» — пела душа…
Я слушала и отводила глаза. Для меня это было слишком… Я, помню ту ночь. По обыкновению, я пробралась в спальню наследника. И уверенная, что хозяин покоев еще долго будет находиться в отсутствии, заснула сладким, влюбленным сном. Как всегда, случалось в спальне Маркуса, мне приснился необыкновенно яркий сон. То, что принц вернулся с похода, и увидел меня в своих покоях. Нет, он не стал ругаться. Молча, медленно подошел, склонился над лицом, убирая выбившиеся пряди с лица. Его губы коснулись моих в легком, невесомом поцелуе…
— Я думала, это сон… — зачарованно проговорила я.
Рука невольно коснулась губ. Я будто бы вновь ощутила тот сладкий вкус, тот предвкушающий трепет…
— Как бы я хотел тогда не просыпаться, — грустно заключил император. — Забыться. Остаться. Но тогда ты была еще ребенком. Маленькой и невинной. Я не смог забрать тебя. Я не смог рассказать и признать. Но я знал, наступит день, и ты станешь моей…
— Зачем вспоминать давно минувшее, — ровным тоном проговорила я. — То, что было, уже не вернешь.
— Именно здесь я принял решение, что ты будешь моей, — возвращаясь в действительность, медленно произнес Маркус. — Я поклялся, что никому тебя не отдам. Именно в эту ночь ты стала моей…
Не знаю, чего ожидало его величество, но мое надуманное самообладание буквально снесло шквалом негодования, раздражения и гнева.
— Вот так легко? Не заботясь о моем мнении, ты принял решение за нас двоих? — злость начала медленно вскипать, — А меня спросил?
— Зачем?
Более лаконичного ответа я и не ждала. Действительно, на что я надеялась. На то, что смогла очаровать Маркуса своими успехами? Своим характером? Личностью? Как не прискорбно, но Эмилия была права. Моя генетика, моя природа и сущность лучшая приманка для женихов.
Молча, я отошла к дальней стене, стараясь не встречаться взглядом с императором. Больно. Мне было вновь больно. Но боль была тупой, приглушенной, а не яркой и разрывающей как когда-то.
Глаза смотрели вперед, но как будто не видели ничего перед собой. Как слепой, я выставила ладонь вперед, пальцы коснулись, холодной шершавой стены. Сантиметр за сантиметром ладонь начала изучать уродливый след. Руки нащупали трещины, рваные раны на тысячелетней кладке. Я словно прозрела, смотря на сотворенное мной же.
— Милолика не надо. Не сейчас.
Маркус встал вплотную за моей спиной. Я ощущала его тяжелое нервное дыхание. Но я была не в силах отвести руку.
— Ты прав. Это ничего не меняет.
В этот момент, я решительно повернулась к своему прошлому. Своему настоящему. Но не будущему… Я поняла, что та Милолика действительно умерла в ту ночь, когда на стене появились рваные трещины.
Уверенной походкой, направилась в сторону накрытого стола, совершенно не замечая преграду в виде императора. Ведь мы пришли сюда поужинать, а не предаваться видениям прошлого. Да и вино и впрямь не плохое…
— Ты знал, что Алекс моя истинная пара? — залпом выпила я вино, задавая первый интересующий меня вопрос. — Ты знал, что он провел обряд «единения»?
Жилки на мощном лице напряглись, кулаки предательски сжались, глаза потонули в мраке… Маркус был взбешен.
— Разве это важно?
Я коротко пожала плечами, показывая свое безразличие к ситуации.
— Просто интересно. Ты так понадеялся на меня, что не стал устранять соперника? Или Алекс просто вовремя сбежал?
— Ты не ответила на его чувства…
— Я не сказала: «нет», — резко перебила демона, устав от его самоуверенности.
В один момент демон оказался рядом. Встал практически вплотную. А мне было не куда отступать. Позади стол, впереди скала…
— Разве это, что — то значит? Ты выбрала меня! Сама не зная, ты с самого детства ко мне тянулась. А позже переросло в светлое и вечное чувство, — подбирал слова Маркус. — Ангел, мы были счастливы…
Это был его главный довод и главная ошибка. Мы действительно БЫЛИ счастливы.
— Ангел, но почему ты такая упрямая? — заключая меня в объятия, мученически проговорил Маркус. — Почему не хочешь признать самой себе, что все еще меня любишь. Тебя тянет ко мне Ангел мой. До боли, до крика манит. Прекрати сопротивляться…
А ко мне пришла апатия. Будто душа сковывалась толщей льда. Родные объятия больше не грели, не дарили уюта. Я знала, есть лишь один способ заставить Маркуса отпустить меня.
— Что с Герионом? — задала я самый интересующий вопрос.
Как и следовало ожидать. Как только Маркус услышал имя вампира, он буквально воспламенился. Густые тени, мраком окутали мощную фигуру. Тело императора начало меняться, выпуская внутреннего зверя наружу. Не в силах сдержать силу, Маркус резко отошел к противоположной стене, не отрывая от меня пылающего взора.
А я, наконец, смогла дышать.
— Он сгниет, — прорычал демон. — Ты слышишь? Он сгниет. Последние дни своей жизни проведет в темноте подземелья, обгладываемый крысами. Он кровью смоет свою ошибку.
Я стояла, держась за стол. Казалось еще немного, и я упаду. Я слышала и не верила.
— За что? — жалко пропищал голос. — Он спас меня…
— Он возжелал тебя!
— Герион пожалел меня. Слышишь бездушное чудовище, он просто пожалел!
Я скатилась на истерику. Я стояла и просто не могла понять, как он мог? Откуда столько злобы и ненависти? И как мне дальше быть?
Медленно я развернулась в сторону камина. Не хотелось его видеть. Не хотелось слышать. Просто исчезнуть…
Долгие минуты прошли, прежде чем, я почувствовала, как тьма начала отступать. Маркус вновь взял контроль над силой, принимая свой обычный облик.
— Милолика, как ты не поймешь. Ты самое дорогое, что у меня есть.
Он вновь приблизился, недопустимо близко…
— Не смей, — прошипела я.
Быстро отошла в сторону, не позволяя демону прикасаться к себе. Казалось еще немного и здравый смысл покинет. Тогда действительно настанет конец.
— Аластер.
В тишине прозвучало имя. Я поняла, что Маркус вызвал своего слугу.
Из дальнего угла, на зов пришло создание ночи, скрывающееся во тьме. Вуивр — злой дух, потерявший на веки свою душу, призванный во служение. Обычно Вуиврами становятся самоубийцы, не вынесшие груз вины за свои злодеяния. Вуиры продают душу, пытаясь избежать наказания за свои преступления за Гранью. Жестокие, кровожадные, не чувствующие, они не способны думать и сожалеть. Для них существует лишь приказ Хозяина.
— Теперь Аластер твоя личная охрана, — в каждом слове чувствовалась сталь. — Твоя вторая тень. Он теперь будет рядом с тобой. И отгородит от необдуманных действий.
— Очередной преданный пес, который по первому зову метнется к хозяину, пересказывать детали моей жизни.
Я максимально откровенно, пересказала смысл сего назначения.
— Называй, как хочешь, — сухо проговорил император. — Но на этот раз надеюсь, неожиданностей не возникнет. Милолика, как ты, наверное, отметила, у Аластера нет души, нет желаний. Так, что очаровать и соблазнить не получится.
Короткий кивок моему новому надзирателю и создание тьмы превратилась в черный сгусток, медленно скользивший за мою спину.
— Смею, надеется на этом наш приватный ужин закончен, — сквозь зубы проговорила я.
Разрешения я и не думала дожидаться. Твердой и уверенной походкой, поспешила покинуть покои императора. Я буквально спиной чувствовала тяжелый взгляд Маркуса, но он не посмел меня остановить. Лишь у двери, когда распахнула огромные створки. Император тихо произнес:
— Я никому тебя не отдам.
А я промолчала. Искренне убедившись, что в данный момент молчание действительно — золото…
Ноги несли неведомо куда. Лишь бы подальше оказаться от злосчастной комнаты. Лишь бы перестать чувствовать его присутствие рядом. Сознание только отсчитывало количество дней, оставшихся до моего ухода. Девять дней, и я буду свободна. Девять дней и все закончится.
Очнулась лишь в тот момент, когда в лицо ударил мощный порыв ветра. Я огляделась по сторонам. Тело, явно ориентируясь на внутреннюю память, само привело меня на крышу замка. Именно здесь в юности я предавалась романтическим переживаниям. Именно здесь я выплескивала свою злость из-за неуспехов в учебе. Крыша — свободное от стен пространство, было для меня пристанищем.
Вмиг крылья за моей спиной раскрылись, чувствуя свободу. Ветер будто играл с белой плотью, манил и звал. Забыть обо всем и просто жить. Наслаждаться и не оглядываться назад.
— Прочь, — тихо, но твердо произнесла я.
Мой новый конвоир встал передо мной, сверкая болотистыми глазами и обнажая белые клыки.
— Мне был дан приказ, — коротко осведомил меня злой дух.
— Мне плев…
Прежде чем я ответила, крыша замка озарилась от яркой вспышки. Машинально я прикрыла глаза, строя защитный купол. Но сознание не видело опасности, все инстинкты молчали. Будто признавая «своего» рядом. Я медленно приоткрыла глаза и обнаружила, что помимо меня на крыше присутствует еще один демон, а мой охранник просто «заморожен».
— Алекс, ты выбрал крайне неподходящее время, — хмурясь, проговорила я.
Демон лишь усмехнулся, молча обходя меня по кругу. Я мрачно смотрела за каждым движение демона. И не узнавала, того Алекса, с которым неоднократно спасал мою жизнь. Прежняя беспечность и мягкость испарились, на их место пришли властность и решимость. Он был словно копия Маркуса. Знакомые черты, повадки, движения. Кажется, сегодня у меня намечается ночь откровений.
— Что с Вуивром? — спокойно спросила я.
Не скажу, что мне был интересен ответ. Просто молчаливые «гляделки» уже начали напрягать.
— У меня есть пара фокусов для обхода ловушек Маркуса.
«Интересно, а он мастер класс не хочет устроить», — подключилось к диалогу сознание.
— Ты же все вспомнила?
Алекс, наконец, остановился напротив, выжидающе скрестил руки на груди, в глазах его горел предвкушающий огонь.
— Это, что-то меняет? — спокойно пожала плечами в ответ.
— Это позволяет действовать открыто, — не стал уходить от ответа демон.
Медленно, совершенно не замечаю новой преграды, я подошла к самому краю крыши. Поистине, Танос был прекрасен. Время темной империи — это ночь. Именно в эти часы открывается вся прелесть и величественность огромного мира Тьмы. Ночное небесное полотно с сияющими бриллиантами завораживающих звезд, одинокий и робкий месяц, окутанный рваными облаками, словно вуалью. Я, искренне улыбалась, вдыхая глубже чистый, прозрачный воздух. Только сейчас я поняла, как люблю ночь, ее многогранные оттенки, ее тихий шелест…
— И, что ты намерен делать?
Действительно я не понимала мотивов Алекса. Если хотел за меня бороться начинать нужно, сразу после той злополучной ночи. Сейчас все попытки сблизятся, обречены на провал.
— Пока лишь наблюдать…
От столь неожиданного ответа, я потеряла самообладание. Повернувшись, я в недоумении уставилась на стоящего передо мной демона. Разум отказывался воспринимать услышанное.
— Как подсказывает опыт принуждением, я лишь оттолкну тебя, — в голосе Алекса не было и тени сомнения. Он проговорил все ровно и спокойно, полностью уверенный в своей правоте.
«Куда катиться этот мир? Уже истинные демоны сошли с ума» — подумала я, искренне стараясь предать лицу скучающе — отстраненное выражение.
Мне все больше казалось, четко отрепетированным фарсом. Но не может демон так просто отпустить то, что считает своим, то на что он заявил свои права. Это противоречит самой природе, всему демоническому существу.
— Но я уверен, что в итоге мы будем вместе.
Я расслабленно выдохнула. Мир окончательно не рехнулся. И все высокопарные слова Алекса, лишь четко продуманный план. Мысленно, я даже поаплодировала находчивому демону. Действительно, гениально, стать добрым и пушистым, когда вокруг все злые и колючие.
— Послушай совета: забудь меня. Наслаждайся жизнью, не оглядываясь на прошлое.
— Я не отступлюсь, — твердо произнес Алекс каждое слово.
Началось. Еще один самоуверенный самец на моем пути. И почему мне их жалко? Я невольно стала причиной стольких бед, а ведь не встреть они меня, были бы счастливы. А теперь зациклились, не понимая, что губят себя.
— Удачи.
Самым умным было просто уйти. Еще немного, и магия Алекса источиться. Тогда его уже ничего не спасет от разъяренного императора. И в темном подвале Эволона будут гнить, как минимум два существа, пострадавшие от своей глупости, связавшись со мной.
— Милолика? — окрикнул меня Алекс, понимая, что я действительно ухожу.
А я не оглядывалась. Ведь я четко понимала, что мои слова ничего не будут значить.
Спать. Только спать. Может, во сне я получу немного покоя.
— Как это произошло? — коротко спросил император, разглядывая яркие угли в глубине пылающего камина.
Минуту назад в его кабинет перенесся Вуивр, с неприятным докладом. И, самым необъяснимым в данной ситуации было, то, что Маркус не почувствовал воздействия чужой магии.
— Я ничего не понял. Момент и яркая вспышка. Когда очнулся, на крыше никого не было. Императрица уже спустилась в Ваши апартаменты, — низко склонив голову отчитывался демон, за свою ошибку. — Я уверен, что это дело рук Ковальского.
— У нас нет доказательств, — не отрывая взгляда от игры языков пламени, спокойно заключил император.
Маркус прекрасно знал, чьих это рук дела, но решил не вмешиваться. Слишком важен был сейчас совет, слишком много надежд возлагал император на Глав кланов. Еще пара месяцев и расклад будет завершен. И только тогда можно будет пожертвовать парой другой особо мешающих фигур.
— А разве они когда ни будь требовались? — не успокаивался злой дух. — Можно сделать по-тихому…
— Сейчас он слишком важен, — жестко перебил Маркус своего слугу, не терпя неповиновения. — Еще несколько месяцев мне необходим полный состав демонических кланов.
Аластер склонил голову в низком поклоне, признавая абсолютную власть и силу.
— Следи, — твердо произнес демон. — Взгляда от нее не отводи. При первом признаке, передавай сообщение мне.
— Слушаюсь повелитель.
Злой дух растворился в пространстве, оставляя своего повелителя в одиночестве.
— Как с тобой сложно Милолика, — тихо проговорил Маркус пылающим огненным языкам. — Ты будешь только моей…
Проснулась я еще до рассвета. Сколько я проспала? Час может быть два? А может воспаленное сознание сжалилось надо мной, и я провела в беспамятстве часа три? Без сновидений, без назойливых мыслей, без чужих взглядов. Кресло так полюбившиеся Маркусу в последнее время, пустовало.
«Обиделся, что ли?» — грустно заключил разум.
Это было не важно. На одних рефлексах я заставила себя принять холодный душ и облачиться в тренировочную форму. Утро меня встречало душным, влажным воздухом, предвещавшим знойный день. Наконец лето.
Лето — это время солнца, света, тепла… Вот, только думаю конкретно это лето, в последнюю очередь будет ассоциироваться у меня, со столь положительными образами.
Идя босыми ногами по мокрой траве, я чувствовала, что холодная тень злого духа буквально ползет по моим пятам. Вчерашний фокус Алекса явно не понравился жестокому чудовищу. И я была уверенна Аластер постарается отплатить мне той же монетой.
Легкий бег. Ветер в лицо. Лучше всего приводят разбушевавшиеся чувства в порядок. Сердце бьется вдвое чаще. В такие момента осознаешь, как быстро работает твой организм, черпая силы из природы: воздуха, воды, земли…
Когда разминка была закончена, поняла, что главного добилась: у меня сформировалась дальнейшая цель.
Вот только с ее осуществлением было откровенно туго.
«Это еще мягко сказано. Выкрасть пленника из казематов Эволона — безумие», — не остался в стороне голос разума.
Еще ночью я поняла, чтобы освободить Гериона у меня есть максимум три дня. Больше вампир не протянет. Израненный, изувеченный, без питания ему осталось жить не более трех суток. Маркус по — злобе душевной, страдания советника, навряд ли прервет досрочно. С просьбами и уговорами к императору, так же бесполезно обращаться. Значит остается единственный выход — выкрасть.
Вот только решиться на столь отчаянный шаг, намного легче, чем сделать. Тем более у меня будет лишь одна попытка. Если она окажется провальной, вампиру точно не жить. Значит, будем думать. Но для начала необходимо избавиться от насущной проблемы как Аластер.
Мгновение и натренированный взгляд быстро выявил застывшую неподалеку тень. Темный дух явно был на стороже, готовый в любой момент отвести угрозу от своей подзащитной. Ведь с подобным «хвостом» долго по подземным тюрьмам не побегаешь.
«Интересно, а как поступит вуивр, если ему будет угрожать опасность?» — пытливо начал рассуждать мозг.
Идея была глупой, но лучше явно не будет. И я решила действовать. Методично, а главное четко, метнула пять тренировочных кинжалов в наблюдающею тень. Эффект как говориться: был на лицо. Темный дух поспешил принять живую оболочку, материализуясь в нескольких шагах от меня. Оружие выполнило свою задачу, ран конечно не нанесло, а вот из равновесия вуивра вывело.
— Хотела пожелать доброго утра, — с обворожительной улыбкой произнесла я.
Болотные глаза медленно начали наполняться злобой. Тонкие губы скривились в жесткой ухмылке.
— Решила проиграться маленькая демоница? — в его голосе явно читалась угроза.
Дух, плавно извлек острые кинжалы из своего тела, и один за другим вонзил их в дерево позади меня.
Да, кинжалы данному существу были не страшны, но у меня арсенал крайне разнообразен. Пока Аластер не опомнился, я создала огненную сферу, которая четко поразила грудь духа. Силы вложила немного, огонь лишь оставил большой ожог на костлявом теле монстра. Главное было довести прислужника императора до состояния бешенства, и тогда он начнет делать ошибки.
Мой надзиратель от подобной выходки лишь сузил водянистые глаза, медленно делая шаг в мою сторону.
«Будь, что будет», — подбодрила я себя, перед очередным безумством.
Три огненные сферы, порядком выше по мощности, чем предыдущая с легкостью попали в костлявое тело духа. Вуивр не выдержал и зашипел от боли, хватаясь за израненные места. Но это было лишь мгновение слабости. В ту же секунду темный дух когтями пригвоздил меня к древесному стволу, высоко подняв над землей. Я не сопротивлялась, с легкостью подставляя открытую шею.
Когда теплые капли, начали просачиваться сквозь тонкую ткань, окрашивая ее в багровый цвет, я поняла, что своего добилась.
Маркус просчитался. Такие создания как Аластер и впрямь не знают жалости. Они не могут чувствовать и переживать. Это идеальные убийцы, которые не задают вопросы. Они подчиняются Хозяину. И убить себя позволят лишь Хозяину.
— Ты забылась тварь, — сжимая мое горло сильнее, прошипел мне дух прямо в лицо. — Я не тряпка, чтобы позволять императорской подстилке вытирать об себя ноги.
«Ой, как грозно», — пронеслась шальная мысль.
Я знала наверняка, что Маркус поставил на меня несколько следящих заклинаний. Мое состояние, местоположение и даже особо яркие эмоции, приходили к демону магическими импульсами.
— Поверь, если я захочу, Маркус тебя постелет у моей кровати в виде ножного коврика, — через силу прохрипела я, теряя драгоценные крупицы силы.
От последней фразы, дух обезумел еще больше. Вторая рука впилась мне в плечо, с легкостью разрывая плоть. Кровь начала струиться с удвоенной силой. Еще немного, и я не смогу контролировать ситуацию просто решившись сознания.
— Наконец, я преподам тебе урок, бесполезная выскочка, — вонзая когти еще глубже, прошипел вуивр. — Ты делаешь его слабее. Ты заставляешь его чувствовать. Очень отрицательные качества для темного повелителя…
— А мы смотрю, радеем за благо империи, — чувство боли явно затмило разум.
«Ну, и где же тебя носит?» — мысленно взывала я к Маркусу.
Одна рука крепко держала горло, вторая методично выкручивала плечевой сустав. Болезненно, но не смертельно. Вуивр хоть и был взбешен, но ситуацию контролировал. Все его действия были направлены на причинение боли, а не на смертельный исход. Может в этом к роиться задержка императора? Аластер просто посылает сообщения, что со мной все в порядке.
Я смотрела и не сопротивлялась, когда по жилистым рукам темного духа тонкими ручьями текла алая кровь. Но на моем лице застыла торжествующая улыбка.
— Ты просчитался, — тихо проговорила я. — Свое имущество он никому не позволит портить…
Аластер наконец осознал, но было уже поздно. Темная арка перехода замерцала за его спиной. Мгновение и темный дух был откинут в строну, и распят на соседнем дереве. А мое тело безвольно сползло на землю. Руки зажали кровоточащие раны, и я со спокойствием начала смотреть на происходящее.
— Хозяин она меня вынудила… — прохрипел дух.
Это была последняя фраза Аластера, прежде чем возрожденное тело превратилось в пепел, теперь уже навечно.
«Молодец. Первый пунктик выполнен. Теперь подумай, как от демона будешь спасаться» — сыронизировал внутренний голос.
Злобный взгляд в мою сторону. Маркус все понял, ему было достаточно одного взора на ситуацию.
Надеюсь, император, решил, что я просто не готова мириться с постоянным присутствием злого духа рядом. И решила действовать кардинально. А иначе, мой план грозил провалиться, так и не начавшись.
— Чувство самосохранения в тебе напрочь отсутствует?! — прорычал демон.
Один шаг, и я как тряпичная кукла была вздернута с земли. Маркус с силой сжал мои плечи, немного встряхивая податливое тело. Секунда и глаза у нас оказались на одном уровне:
— Ты не перед чем не остановишься?! — скаля зубы, рыкнул Маркус мне в лицо.
— Смотри, а у нас есть, что — то общие…
Жилки на огромной шее заходили ходуном, в районе висков начали проступать черные вены.
«Ой, как страшно!» — мысленно отозвался разум.
Мгновение и Маркус отвел взгляд от моих крайне упрямых глаз. Глаза медленно прошлись по разорванной шее, по напрочь испорченной рубашке, насквозь пропитанной кровью. Глухой рык сотряс окружающее пространство. Еще один изучающий взгляд и император понял, что его правая рука вся в крови. В моей крови. Миг и крепкие объятья разжались, давая мне свободу. Так как ноги все еще не держали, я с глухим грохотом опустилась на траву.
— Милолика, когда ни будь ты меня доведешь. Когда — ни будь я устану и тогда…
Маркус остановился, понимая, что вновь перегибает палку. С высоты своего роста он обреченно смотрел на истерзанную меня и явно не осознавал: чего мне не хватает.
«Свободы» — хотелось закричать во все горло.
Даже Алекс, признал, что со стороны принуждения, ко мне лучше не подходить. Интересно, когда эта истина дойдет до императора?
— Милолика я уже на пределе, — опускаясь рядом со мной, тихо произнес Маркус. — Твое возвращение, смерть отца, коронация, заговоры, покушения. Все за две недели. Да еще, грядущая война…
Маркус резко остановился, изучающее следя за мной. А я озадаченно подняла глаза на императора.
«Какая война? Когда? С кем? В каких масштабах?», — тысячи вопросов разом обрушились на меня. Но я знала, задай их сейчас императору, ответа никогда не получу.
— Какая ты еще маленькая, — покачал головой его величество. — Мой упрямый и дерзкий бесенок…
А я упрямо не отвадила взгляд. Ведь стоит только дать слабину, и от постоянного покровительства мне уже не избавиться. В тот же миг, огромные руки, подхватили с земли. На этот раз объятия вышли нежными и заботливыми. Маркус уверенно прижал меня к груди. Момент и арка портала перенесла нас в спальню.
Молниеносно демон преодолел пространство, разделяющее точку перехода от кровати, и бережно уложил на атласные, чистые пристани.
А я, наконец, смогла расслабиться и оглядеть себя. Хоть чувствовала себя относительно хорошо: собственная регенерация постепенно остановила кровь, и уже начала восстанавливать плечевой сустав. Но внешний вид явно оставлял желать лучшего: вся одежда буквально была пропитана кровью, вперемешку с землей.
«Мне нужно в ванную» — подал логичную команду голос разума.
Маркус предугадал мои действия, прежде чем я смогла, сделать первое движение.
— Лежать! — рявкнул его величество.
Я замерла, вытянувшись «по струнке». И решила, не сопротивляться. На сегодня лимит терпения демона явно был исчерпан. А мне еще столько нужно было сделать… Так, я заключила: испытывать выдержку императора будет излишне. И все ради того, чтобы в последствии, не испытывать на себе богатую фантазию демона тьмы.
Пока я рассуждала, Маркус перенесся в ванную. Через секунду появившись в открытом проеме, без испачканной рубашки, с горой белоснежных полотенец и сосудом воды.
Я нервно сглотнула, представляя, чем грозит мне подобный набор средств.
— Лежать!
Маркус явно читал мои мысли. От этого стало еще хуже.
— Я сама… — пропищала я.
Мое сопротивление в момент было сломлено. Остатки рубашки быстро полетели в угол комнаты. Хорошо, что хоть тренировочная одежда была одета не на голое тело, а избавлять от штанов и нижнего белья Маркус не стал.
— У тебя сердце бьется как у перепуганного кролика, — промокая полотенца в подозрительно пахнущем растворе, тихо проговорил император.
«Весьма несвоевременное замечание», — пронеслась мысль о гастрономических пристрастиях демона.
Явно не смущаясь моим крайне недовольным видом и недоверчивым взглядом, демон со знанием лекарского дела взялся за обработку ран.
— Лежать…
Последовал очередной рык, после моей попытки хоть немного отползти от неожиданного целителя. Расстояние, которого сейчас между нами было минимальным, с каждой секундой уменьшалось до — угрожающего.
Пытаясь отвести смущенный взор от голого торса демона, я еще раз просмотрела на раны оставленные Аластером. В данный момент помощь Маркуса явно была излишней. Немного сна, еды и отдыха, и раны исчезнут без следа.
— Еще раз дернешься, обездвижу, — скучающим тоном произнес Маркус. — Разве тебе не рассказывали, что когти Вуивров пропитаны трупным ядом. Для тебя не смертельно, но хорошего мало. Яд не дает плоти долгое время срастаться и всегда на месте таких ран появляются достаточно болезненные рубцы.
«Как-то я этот момент упустила» — прекращая попытки бегства, мысленно отметила я.
Дальнейшие действия, лечебного характера проходили в полной тишине. Маркус бережно и тщательно обрабатывал каждый порез. Методично и осторожно промывал каждый миллиметр израненной плоти.
— Что ты не поделила с Аластером? — спокойно спросил Маркус, отправляя очередное испорченное полотенце на пол.
— Скажем так: наши точки зрения о ковриках и подстилках не совпали.
Даже если Маркус был удивлен моим ответом, вида он не подал.
Постепенно тазик с прозрачной жидкостью окрасился в багровый цвет, а все полотенца как ненужная ветошь, были испепелены на месте.
— А теперь отдыхай, — теплое одеяло накрыло меня до подбородка. — От обязательного завтрака я тебя освобождаю. А вот на обеде тебе присутствовать придется…
Я в недоумении округлила глаза. А где гневные тирады, о том, что я безответственная и невыносимая? Где предельно детальные инструкции к моему благовоспитанному поведению? Где описание всего того, что мне предстоит попробовать, если подобное повториться?
— Маркус, ты это серьезно? — не выдержала я. — И, что наказания, никакого не будет?
Глаза демона алчно заблестели. Кажется, я сама того не ведая, подала его высочеству замечательную идею.
— Ну, если ты настаиваешь…
Демон решительно подался в мою сторону. Глаза горели огнем, улыбка расплылась в запредельном предвкушении. А мне оставалось лишь пугливо сглотнуть, ком так неудачно затруднивший дальнейшею перепалку. И натянуть одеяло, как хоть какую-то защиту, до самых ушей.
— Лежать, — новый рык заставил меня замереть, и в ужасе закрыть глаза.
А дальнейшее можно назвать лишь абсурдом. Звонкий смех его величества, был лучшим подтверждением того, что со мной только играли. Быстрым движением меня завернутую в одеяло прижали к широкой груди. А сам император довольно опустился на многочисленные подушки.
«Интересно, а может яд вуивров вызывает галлюцинации?», — решил подкинуть идею воспаленный разум.
— Милолика, прекрати строить планы побега, — отозвалось сверху. — Это бесполезно.
Я увеличила свои попытки отвоевать, хоть маленькую долю личного пространства. Но одеяло, в которое самолично завернулась, не давало просторов для деятельности, сковывая каждое движение.
— Думаю представлять к тебе очередного стража, по меньшей мере, опрометчиво, — слишком спокойно, для данной ситуации, заключил демон. — Подобными темпами, Милолика, ты мне пол Таноса очень скоро истребишь.
Мои жалкие попытки вставить хоть слова, были быстро подавлены, натягиванием одеяла до самого носа.
— Но хочу тебя немного мотивировать, — устраиваясь поудобнее, смакуя каждое слово, произнес демон. — Как говориться: направить твою неуемную жажду деятельности, в мирное русло. Сегодня на обеде у меня должен состоятся разговор с представительством горгон… Так вот если тебе удастся заключить контракт, я готов пойти на маленькие уступки касательно твоей личной охраны.
Я прекратила вырываться, даже озадачена подняла удивленный взор.
«Это то, что мне сейчас необходимо!» — в голове родилась новая идея, к которой отлично подойдет подобный бонус.
От предвкушения и выстраивания очередного замысла, я блаженно заулыбалась, прекратив всяческие попытки к бегству, лишь плотнее прижимаясь к огромной груди. «Теперь можно передохнуть», — нехотя разум погружался в состояние легкого дрема.
— Умница Ангел…
Меня завернутую в своеобразный кокон нежно отпустили, пристраивая поудобнее на огромной кровати.
«Видимо у его высочества неотложные дела», — отозвался засыпающий разум, когда почувствовал, что такое приятное тепло отступило.
— А теперь поспи, — уже сквозь пелену сновидений слышала я. — И помни: к обеду ты должна явиться в столовую…
Кто бы знал, каких трудов мне стоило держать себя в руках. Каких усилий сохранять скучающую невозмутимость на лице, хотя в душе все бушевало и кипело.
За десятилетия я отвык от имперской жизни и если откровенно совсем к ней не рвался. Поиграв на алчности и жажде власти князя Светинборга, конечно не забыв припомнить весьма пикантные моменты из его прошлого, мне было достаточно легко занять по праву принадлежащий пост Главы демонического клана.
Вот, только я совсем не учел, что близость Милолики, не даст покоя моей вымотанной душе. Ее наигранное пренебрежение, холодность и отстраненность, были изматывающим испытанием. Видеть ее так близко, совсем рядом и даже не иметь возможность заговорить — изощренная пытка. Смотреть, как Маркус, заявляет на нее свои права, прикасается при любом удобном случае, обнимает… — жестокая казнь.
Совершил ли я глупость, соединив наши судьбы? Бесспорно. Пошел бы я на подобный шаг, снова? Несомненно.
Лучше жить и чувствовать. Чем все свое существование, ощущать себя наравне с каменной глыбой. Конечно, найдутся противники подобного подхода. Но только после встречи с Милоликой, ее первого невинного поцелуя я понял, что такое жизнь. И ради чего ее стоит терпеть…
Я вновь погрузился в этот сказочный вечер. В нереальный порыв сил и желаний. Если бы не звон, огромных часов я бы пропустил, очень важный момент в своей сложной партии.
— Пора… — решительно заявил я пространству.
Темный камзол, легко лег на плечи. Быстрым движением застегнул многочисленные пуговицы.
«Еще пара минут, и я ее увижу. Немного терпения, и мы останемся вдвоем» — понимая, что спешить не стоит, я уверенно покинул отведенные мне покои.
Ночь — истинная властительница мира, осторожной поступью вступала в свои права. Вновь смерть дня и возрождение мрака, предзнаменовали многочисленные звезды и одинокая луна.
Время, когда кромешная тьма, еще не опустилась на землю, а лишь заглушила яркие, солнечные тона — вечерний сумрак, тонкая грань между реальным и иллюзорным…
Я сидела на каменном подоконнике, подобрав под себя ноги. И печально размышляла над случившимся. Сегодня день можно ознаменовать как: «маленькие победы». Не смотря на личностные, физические потери при устранении Аластера, своего я добилась. Неожиданное предложение императора — увенчалось моим успехом. Не скажу, что переговоры с делегацией горгон прошли гладко, и в дружеском ключе. Но спустя три часа, весьма убедительных доводов, отстроенного молчания Маркуса и ужаса в глазах советников, договор со змееволосыми девами был подписан. В окончательном варианте условия, конечно, были подкорректированы, но главного — подчинения и относительной покорности императорский документ зафиксировал.
Правда придется пожертвовать, во благо увеличения весьма немногочисленной народности — змееголовых, парой сотней сговорчивых воинов в год. Но ведь качество генетического материала не было прописано. И как я заверила, крайне возмущенных советников: что самые нерадивые подданные империи, будут коротать свой срок не в подвалах Эволона и прочих многочисленных «живописных» тюрьмах, а под боком весьма оригинальных дев. Приумножая верных сынов и дочерей империи. В итоге все остались более или менее довольными.
«Вот, только, что нам ночь, грядущая готовит?» — думала я, наблюдая, как Танос поглощает тьма.
Маркус поспешил покинуть меня, как только за последним советником захлопнулась дверь. Совсем не вежливо сбежал, уверив меня, что «бонус» за успешно подписанный документ мы спокойно обговорим за ужином. И прежде чем я смогла, доходчиво объяснить всю неприемлемость подобного подхода, темная арка перехода захлопнулась прямо перед моим носом.
Теперь я одетая в максимально закрытое платье, в традиционных цветах Таноса (все оттенки черного), ожидала совместного ужина. Темная пышная юбка свисала с каменного подоконника, и нещадно трепеталась под сильными порывами ветра.
«Погода нынче не предсказуемая», — беспечно смотря на обрыв в сотни метров, думала я.
И действительно, сегодня, утренняя духота сменилась пылающим дневным зноем, а к вечеру небо заволокли грозовые тучи, нагнанные ураганным ветром.
«Вот только дождя тебе не хватает» — страдальчески отозвался разум.
Крайней месяц подобные «прихоти» природы в виде дождя и молний, складывали в моем сознании один единственный образ. Толи я слишком глубоко погрузилась в свои мысли, толи природа решила немного пошутить. Но неожиданно горизонт пронзила яркая вспышка. Я заворожено начала всматриваться в темную даль, ища ответы на свои чувства и эмоции.
«Прекращай самобичевание и займись делом!» — прорычал здравый смысл.
Лишь сейчас я поняла, что практически высунулась из окна. Строгая, высокая прическа растрепалась, позволяя моим длинным серебристым волосам отвечать на каждое желание ветра, отплясывая с ним его стихийный танец.
Понимая, что времени практически не осталась, и ни к чему хорошему мои душевные изыскания не приведут, я уверенно спрыгнула с подоконника. Комната была погружена в уютный ночной антураж. Теплый свет свечей, делал все предметы необыкновенно мягкими и теплыми.
Легкой поступью, практически бесшумно, я подошла к огромному зеркалу. Стеклянная гладь таинственно мерцала, отражая в себе яркие всполохи буйства природы, и таинственный огненный свет. Казалось, что золотая рама — это дверь в неизведанные миры, грань между жизнью и чем — то большем чем смерть.
— Марбус, — тонким пальчиком, я постучала по зеркальной глади. — Марбус, у меня к тебе есть вопрос…
Прежде чем я смогла закончить фразу, золотая рама тихо завибрировала. А спустя секунду мое отражение сменилось, привычной высокой темной фигурой.
— Скучала!? — на распев произнес бывший бог.
От столь резкого ответа, я даже несколько растерялась. Неуверенно проводя ладонью по холодной поверхности.
— Тебе честно или желаешь лести? — делая несколько шагов назад, так чтобы было лучше смотреть на тень в зазеркалье, произнесла я.
— Любое слово из твоих уст будет слаще меда…
У моего ночного собеседника явно было игривое настроение. Вот только мне столь теплое проявление чувств было в тягость.
— Тогда, рада, что наша беседа будет приятна обоим, — решила я повернуть разговор в более продуктивное русло. — Особенно если удаться получить ответы на неоднозначные вопросы.
— Все, что в моих силах, — проговорила зеркальная тень, тоном выражая благодушие.
— Я бы хотела узнать поподробнее о механизме передачи энергии от меня к Ириде?
На одном дыхании произнесла интересующий меня вопрос. В комнате повисла тишина. Даже сквозь мрак силуэта было отчетливо видно, что мой собеседник напрягся. Туманные плечи расправились, а темная фигура вытянулась.
— Откуда столь специфические вопросы в столь неожиданное время?
От былой беспечности не осталось и следа. Марбус явно не ожидал, подобного вопроса.
— Хотелось бы более подробно знать, что меня ждет, — искренне ответила я.
Маркус молчал, будто взвешивая все плюсы и минусы моего неожиданного интереса.
— Я удовлетворю твое любопытство, — спокойно начал бывший бог. — Как ты поняла, связи с тем, что ни я, ни Ирида, напрямую не можем воздействовать на смертных, нам необходим проводник. Наиболее магически идентичный нашему полю стабилизатор…
— Я так понимаю, моя роль сродни амулету-накопителю, — озвучила я свое предположение. Получить магический заряд, при первом требовании предъявить хозяину.
— В своем роде — похоже, — не стал отпираться Марбус. — Энергия, исходящая от мертвых душ, пучками будет перетекать к тебе, затем Ирида запустит механизм передачи.
— И много живой сущности нужно богине для насыщения?
— Много. Очень много, — внимательно следя за моей реакцией озвучил силуэт. — Обычно остается одна десятая от былого населения. Наиболее магически одаренные существа, умирают первыми.
Как я не старалась, но отстраненно — холодный образ я не удержала.
— Передача силы процесс достаточно долгий. Слишком много свободных сил образуется, так, что Ириде потребуется некоторое время для адаптации к количеству магической мощи, — Марбус не стал юлить, озвучивая мои самые страшные опасения. — Да, и силы освобождаются не равномерно.
— А, что будет, если проводника не станет?
Я не могла не задать вопрос. Я хорошо запомнила беседу с Иридой, учла заветы Люциана, но до сих пор не могла поверить в реальность неминуемого.
— Ничего хорошего. Дни мира будут сочтены. Магическая энергия все равно потребует своего выхода, но не найдя «аккумулятор», станет неуправляема. В итоге мощный выплеск сил разрушит мир и его обитатель на крошечные частички.
Я забыла, как дышать. Картинка неотвратимого конца живой иллюстрацией встала перед моими глазами.
— Увы, таковы законы. Цикличность и неотвратимость — главнее основы существования всего ныне существующего, — ровно произнес Марбус. — Как свет не может без тьмы, как жизнь не реальна без смерти.
— А если я заделаю неверный выбор?
— Милолика ты еще не поняла. Любое твое решение — истинно верное.
Вот так просто. Я умываю руки, а ты расхлебывай все как считаешь нужным. В дверь тихонько постучали. И судя по настойчивому звуку не в первый раз. За столь откровенной беседой, я совсем потеряла ход времен. И на совместный ужин с Маркусом, я уже не успевала.
— Тебе кажется пора, — первым заговорил зеркальный собеседник. — Приятно было пообщаться Милолика. Постарайся не думать о плохом. Что предрешено — не изменишь, что предопределено — не исправишь.
Секунда и в зеркале отразилась, одиноко стоящая фигура. Я задумчиво всматривалась в стеклянную гладь и пыталась понять, разве подобные жертвы оправданны? Да мир, погряз в неурядицах, конфликтах и агрессии. Да жестокость и алчность неотъемлемые спутники каждой души. Но это не обеляет подобной жестокости. Зачем было создавать, чтобы в один миг — уничтожить, сославшись на неудачный опыт?
«Будешь думать о неизбежном, позже. Сейчас тебя ожидают более приземленные проблемы. А конкретно жизнь одного вампира», — подогнал меня в сторону выхода здравый смысл.
Пустынные коридоры Эволона, были погружены в ночной мрак. Несмотря на то, что в многочисленных галереях, коридорах, проходных залах горели тысячи факелов, свечей, магических светлячков, я физически чувствовала Тьму. Она словно живой организм сгустилась в углах, под потолком, у дальних стен. Казалось Тьма преследует меня по пятам, играясь словно маленький котенок, с интересом следит за каждым движение и поворотом…
— Да чтоб, тебя… — непроизвольно вырвалось у меня ругательство, спровоцированное очередной яркой вспышкой.
«Свои!» — орал инстинкт самосохранения, вместе с магическим предчувствием.
А я лишь, усиливала плетение защитного купала. О «своих», мой разум был более пессимистического мнения, чем о посторонних. Особенно, когда тебя застают врасплох, просто игнорируя совершенно неподходящие место и время.
— Милолика, должен признать, что разочарован.
Ко мне походкой ленивого хищника, подбирался новый глава демонического дома. Алекс шел неторопливо, явно наслаждаясь. На губах играла самодовольная улыбка, в глазах мерцали озорные огоньки. Весь его образ просто излучал уверенность и беспечность. Будто его совершенно не беспокоили ни многочисленные слуги, в нерешительности, прижимающиеся к стене, ни моя «теневая» охрана, ни Маркус, который явно не одобрит столь фривольное поведение.
— И Вам доброго вечера князь, — оглядываясь по странам, со скукой в голосе произнесла я.
При моем явно недовольном обращении, улыбка демона стала запредельной. Алекс, упиваясь полученным эффектом, начал сокращать расстояние между нами. Еще пара шагов в мою сторону, и демон приблизился на недопустимо близкое расстояния.
— Князь я бы Вас попросила, — жестко попыталась я предотвратить неизбежные вольности со стороны главы демонического клана.
— Успокойся Лика, — не отрывая от меня взора, спокойно проговорил демон. — Заверяю, наша беседа будет конфиденциальной.
Я удивленно осмотрела окружающее пространство. Слуги перестали затравленным зверем жаться к стене, продолжая свои обязанности. «Тени» следящие за мной в спокойной безмятежности застыли на своем месте, не проявляя опасной активности.
«Иллюзия!», — пришло логичное понимание происходящего.
Но от столь легкого ответа, стало еще больше не по себе. Это какой силой нужно обладать, чтобы проделывать подобные игры?
— Очередной фокус? — спросила я, понимая, что от разговора уйти не получиться.
Мой тон был по-прежнему вежливо нейтрален. Если Алексу и удалось одурачить слуг и охрану, это ровным счетом, ничего не означало. Хозяин замка не дремлет, и любая беспечность может оказаться трагически завершенной. В Эволоне ни то, что у стен есть уши, даже воздух находятся в полном подчинении императора. И, что он еще не явился, является лишь следствием того, что Алекс не перешел допустимых границ. Но стоит лишь обронить незначительное слово, или выдать себя ничтожным жестом, его высочество император Валлийский, в тоже мгновение накажет подобную беззаботность.
— Что Вы императрица, — Алекс все же учел мое настроение. — Более надежные и менее трудозатратные методы — подкуп и шантаж.
Алекс протянул мне руку, явно предлагая прогуляться. А мне ничего не оставалось, если я хотела избежать скандала, как согласиться.
— А я смотрю, Вы талантливы во многих направлениях, — с опаской приняла протянутую руку, с настороженностью следя за передвижением теней вдоль стен, произнесла я.
Алекс уверенно перехватил мой локоть, твердо подталкивая вдоль каменной галереи. У меня создавалось впечатление, что Алекс чувствует себя в замке уверенней, чем я.
— Можете не сомневаться Ваше величество, я идеален практически во всем, — обворожительно улыбнулась самодовольное чудо.
— Самоуверенность — главная причина наших неудач, — решила спустить своего нескромного собеседника на грешную землю.
Алекс лишь подарил многообещающею улыбку: из разряда: «Весь мир у моих ног!».
— Чем обязана такому вниманию?
Пока наше неспешное передвижение не вышло за рамки, стоило обозначить конкретные вопросы.
— Трудно оставаться в стороне, когда на надежду всей империи, — со сталью в голосе произнес Алекс. — Неоднократно за столь короткое время, совершаются весьма дерзкие покушения.
Я удивленно приподняла бровь. Покушения? Значит, Алексу стало известно гораздо больше, чем хотелось. Осведомители молодого Главы, работают замечательно. Вот только еще и внимания князя и его подручных мне сейчас было категорически противопоказано. От одного «хвоста» пускай и императорского, уйти сложно, но реально. А от нескольких групп, особенно любопытных, скрыться будет проблематично.
«А ты попроси Алекса, вытащить вампира. Демон явно нарывается на приключения. Вот и обеспечь ему веселый досуг», — подкинул идею разум.
Подобная мысль имела право на жизнь. Более того была проста и разумна. Алекс, скорей всего откликнется на мою просьбу. Вот только, чем я буду расплачиваться за подобную услугу? И, что будет если мое начинание, провалиться? У Маркуса тогда появиться веский повод разнообразить компанию вампира весьма активным демоном…
— Не беспокойтесь князь, император прилагает огромные усилия для поиска всех виновных.
«Мне кажется или я услышала рык», — не успела в моем сознании образоваться мысль, как демон резко остановился. Моя рука по инерции последовала за движением князя. И я против воли уткнулась носом в широкую демоническую грудь. На мгновение Алекс перестал дышать. Кажется, у демона вообще отказали все жизненно необходимые функции. По-другому крепкие объятия, и протяжный вздох буквально над моим ухом, посредине замковой галереи я объяснить не могу.
Кратковременное мгновение тянулось непоправимо медленно. Алекс будто замер явно, не осознавая реальность происходящего. А вот у меня мозг не отказал и боковым зрением, я четко видела, как замершие «тени» в нерешительности направились в мою сторону.
— Не нужно Алекс… — я подняла голову высоко, пытаясь поймать бездонный взгляд демона.
Алекс будто очнулся от забвения, резко поднял голову и огляделся ища опасность. Крепкие руки лишь плотней прижали меня к груди.
«Что он творит?» — мысли в голове путались.
Но я знала лишь одно, еще немного и вмешательства императора нам не избежать.
— Отпусти!
Я уперлась руками в грудь демону. Сильный толчок. Немного магии. И демону в недоумении от полученного удара отступает на несколько метров. Спасительных метров.
— В наш первый вечер, — потирая грудь, тихо произнес князь. — В ночь нашего знакомства. У тебя был точно такой же взгляд: решительный, упрямый. Ты точно знала, чего хочешь и не боялась за это бороться.
Я сделала несколько нерешительных шагов в сторону, пытаясь унять дрожь в руках.
Вот откуда — это противное чувство «дежавю».
— Между прочем, тогда ты сломала мне четыре ребра.
— Алекс ты дурак, или просто бесстрашный? — не выдержала я. — Тебе не кажется, что время игр прошло, и продолжать идти на поводу своих чувств, крайне безответственно…
За время моей тирады, демон просто меня игнорировал, явно сочтя мои праведные возмущения нелепицей. Пока я пыталась донести, упрямому разуму реальною картину происходящего, демон предпочел воспользоваться моментом и преодолеть разделяющее нас расстояние.
— Лика будь осторожна, — убирая длинную прядь за мою спину, попросил Алекс. — Даже Маркус не вездесущ. Твои слишком открытые игры, привлекают слишком много нежелательных зрителей. Благоразумие и осмотрительность, должны преобладать во всем.
«Какой наглец! И это я беспечная?!» — возмущался внутренний голос.
— Алекс, ты забываешься, — твердо произнесла я.
А демон лишь тяжело вздохнул. Только сейчас ощущая его совсем рядом, я осознала, как ему тяжело. Его привязанность не просто физическое влечение, или жажда самоутвердиться, это истинные чувства.
— Зачем тебе это? — грустно произнесла я. — Ты же мог разорвать связь, обойти клятву. Я была обещана другому, и не ответила тебе взаимностью. Условия «единения» были не соблюдены… Ты с легкостью мог прервать связь. Алекс…
— Тихо… — нежно попросил демон, банально закрывая мне рот рукой. — Милолика ты скоропостижна в выводах.
Темные глаза блестели в свете ночных факелов. Алекс решительно сделал несколько шагов в сторону, позволяя мне немного расслабиться.
— Я не буду на тебя давить. Я не стану принуждать. Просто позволь быть рядом.
А я ничего не могла сказать. Казалось, что каждое произнесенной мной слово, ударит демона словно кинжал. И я трусливо, продолжала отмалчиваться, лишь грустно качая головой. Алекс все знал. Он все понимал. Но не хотел верить.
— Держи.
Демон вновь приблизился, без спроса раскрывая мою ладонь. Маленькая брошка, величиной с ноготок, легла в мою руку. Искусно изготовленные, золотые крылышки, блестели на белой коже.
— Это самый усовершенствованный артефакт переноса, — пояснил демон. — Его невозможно обнаружить. Для всех это лишь аксессуар. Но стоит активировать, сведя крылья вместе, и через момент портал перебросит тебя ко мне, где бы я, ни находился.
Это был бесценный дар. Уникальная возможность. И я его не могла принять. Подобный подарок дарил бы надежду, а я не хотела вновь привязывать демона к себе.
Алекс понял мое молчание правильно. Быстро зажав мою руку вместе с брошкой в кулак, он поспешил отдалиться.
— Иди мой Ангел, — тихо произнес демон, указывая на закрытую дверь столовой.
А я стояла не в силах себя преодолеть.
— Алекс…
Резко развернувшись, демон уверенным шагом пошел в противоположную сторону. А я осталась стоять растерянная и опустошенная. Почему так? Я понимала, что Маркус и Алекс, сами выбрали свою судьбу, решились на отчаянный шаг, привязки жизней. Но мне от этого было, ни капельки не легче. Сколько судеб я разбила? Сколько жизней мне еще предстоит погубить?
И в столь «радужном» настроении, мне ничего не оставалось, как продолжить свой путь. Грустная тоска застыла в сердце. Маркус, Алекс… как якорь цеплялись за удобный для себя «грунт». Стоит ли винить Алекса в упрямом увлечении моей личностью? Я ведь сама хватаюсь за Дерека, как за спасательный оберег. В слепой и неоправданной надежде на свободу, на новую жизнь.
Как было легко догадаться на ужин, я уже нещадно опоздала. Громко распахнув закрытые двери, оглядела пустой обеденный зал. Лишь в углу, возле окна, у небольшого столика в огромном кресле разместился хозяин замка. Маркус сидел в пол оборота от двери и даже не смотрел в мою сторону.
Десяток уверенных шагов в сторону демона, и я замираю в метре от своей цели. Мой рьяный забег, оборвались на полпути. Я настороженно принюхалась и сомнения отпали. В воздухе стоял четкий, а сладковато — древесный аромат.
«Милолика, теперь ты точно пропала», — не радостно заключил разум.
— Доброй ночи, Маркус, — как можно спокойнее произнесла я, придумывая способы немедленного отступления.
Только сейчас император поднял на меня свой глубокий, темный взор. В руках его замер бокал с еще не допитой жидкостью.
Резкое движение, на грани возможного, словно порыв ветра снес меня с места. Когда я все же отважилась открыть глаза, с ужасом поняла, что нахожусь на коленях императора, который так же расслабленно продолжил сидеть в кресле. Вот только глаза… Сейчас они были наполнены не хрустальной, прозрачной тьмой, а плыли словно в дымке тумана.
— Да, Вы пьяны выше высочество, — спокойно произнесла я, даже не пытаясь выбраться из неожиданных объятий.
— Разве?
Я удивленно приподняла бровь. Принюхалась. Осмотрелась. Определенно Маркус был пьян.
— А тогда как называется Ваше нынешнее состояние? — решила подойти я к вопросу дипломатично.
— Крайней безнадежности. Подойдет? — упираясь головой в мое плечо, заключил император. — Знаешь, когда-то я считал, что находиться вдалеке от тебя — сродни извращенной муке. Но сейчас понимаю, что видеть тебя рядом, и ощущать холодность подобно медленной смерти.
«Ой, что — то сегодня всех на лирику потянуло», — предчувствуя не легкую ночь, отозвался разум.
Еще в юности, моя наставница, великая княгиня Маришка Тадеуш фон-Ретерн, не уставала напоминать: пьяный, всегда делает и говорит то, что всегда хотел, но никогда бы не сделал, если был бы трезв. От подобного воспоминания, кровь захолодела в моих жилах. Я вновь захотела оказаться в «теплых» объятиях Аластера. Со злым духом, хоть все было предельно ясно: он ненавидит меня, я его. А вот с императором, столь простые комбинации явно не подействуют.
Но как не странно, Маркус не стал развивать тему: несчастный — демон, и бессердечная — демоница. Он просто закрыл глаза и уткнулся мне в шею.
Признаюсь, первые несколько минут, мне было крайне неловко. Затем обнаружив нулевую реакцию притихшего демона, я легким раздражением начала ерзать, отвоевывая частичку личного пространства. Еще через пять минут игнорирования, я начал медленно закипать.
«Пригласил на ужин, пообещал пойти на уступки, а сам напился и кажется, уснул» — мысленному возмущению не было границ.
— Думаю, я не буду отвлекать Вас… — вежливо, шепотом произнесла я.
Продолжение фразы я не стала подбирать, пускай самостоятельно разбирается в перипетиях своего состояния. Уповая на удачу, которая по жизни была не благосклонна ко мне. Надеясь на то, что демон, разместивший меня на коленях, сильно утомился за последнее время, попросту отпустит меня в надежде хоть немного отдохнуть. Медленно, медленно… Буквально крадучись. Миллиметр за миллиметром я сползала с колен. Моя цель была близка. Кончиками носков я уже стояла на мягком ковре, а все тело подалось вперед… Осталось лишь освободить талию от надежного захвата…
— Сидеть — рявкнуло у меня над ухом.
От столь неожиданного окрика, я невольно подскочила, и как ощетинившийся зверек быстрым и крайне неграциозным кубарем плюхнулась на пол, в метре от ног императора.
Стремительно, надеясь на эффект неожиданности. А скорей на желание Маркуса узнать, чем мои забеги закончатся, подхватывая широкий подол юбки, устремилась в сторону выхода.
Вы, когда ни будь видели испуганных ежей? Как эти забавные зверьки в момент опасности, приподнимают свое тельце над землей, обнажая тоненькие длинные ножки, пыхтя и сопя от неудобства, дают такого деру, что зависть берет.
Вот и я, напоминая самой себе уморительного зверька, понеслась в сторону выхода. В надежде, что хищник, попросту одуреет от подобной выходки.
— Стоять!
Маркус рявкнул так, что будь на моем месте колючий зверек, умер бы от разрыва маленького сердечка.
Я же, лишь пискляво ойкнув, закопалась на месте, немного подминая под себя ковер. Застыла, стараясь максимально слиться с окружающей обстановкой.
— Милолика, тебе не кажется, что твое исчезновение, крайне невежливо? — недовольно отозвалось за моей спиной замечание.
«Попалась» — заключил расстроенный разум.
Натягивая на свое лицо самую доброжелательную и невинную улыбку, скромно опустив глазки в пол, нервно перебирая руками, я развернулась в сторону императора.
«Маришка, ты могла бы мной гордиться», — ярко представляя себя со стороны, подумала я.
Маркус продолжал вальяжно сидеть на своем кресле, лишь пальцы правой руки, нервно барабанили по деревянному подлокотнику, выдавая истинное настроение демона.
— Простите меня ваше величество, — смотря на Маркуса из низко опущенных ресниц, голосом оскорбленной невинности прощебетала я. — Но мне кажется сейчас не самое благоприятное время для диалога.
— Прекращай придуриваться, — раздраженно отмахнулся император. — Милолика, мы кажется стадию холодного — пренебрежения проскочили.
«Если хочешь избежать конфликта, изначально сознательно откажись от участия в нем» — всплыла фраза моего наставника по — темной психологии и дипломатии.
«И как это сделать в подобной ситуации?» — возник у меня весьма резонный вопрос.
— Думаю, все вопросы мы сможем решить за завтраком, — делая незаметный шаг в сторону двери, вежливо обратилась я к императору. — Или обедом, — еще одно движение в сторону. — Но думаю, ужин подойдет больше…
«Правильно Милолика, тихонько передвигайся в сторону двери. Двадцать шагов, и мы спасены» — подстегивал меня внутренний голос.
Тьма сгустилась в комнате. Я физически почувствовала, как каждый источник света в зале, мгновенно померк, поглощенный ночным сумраком. Секунда и чувствую, как сильные объятия вновь пленяют меня. Как горячее дыхание, мурашками отзывается во всем теле.
— Ты вся дрожишь, — не выпуская из кольца рук, тихо спросил демон. — Почему?
От справедливого возмущения у меня прям голос пропал. Медленно в зал начали возвращаться краски, а Тьма нехотя отступала в дальние углы. Я практически породняясь с многочисленным статуям, безвольно смотрела в бездонные глаза Маркуса, не в силах пошевелиться.
— Милолика, ты меня боишься? — очередная гениальная идея посетила державный разум.
— Нееттт, — уверенно заикаясь, проговорила я.
Если честно я сама не знаю причины подобной реакции. Казалось, мое тело существует совершенно отдельно от разума. Как будто кто-то посторонний, взял контроль над каждой частичкой.
— Себя? — Маркус продолжил логический ряд.
Мне лишь оставалось обессилено закатить глаза и удариться головой о первое, что попалось на пути. Широкая грудь демона стойко выдержала удар моей бедовой головы.
Дальнейшие диалоги были излишне. Маркус лишь тяжело вздохнул, и, не смотря на жалкие попытки высвободиться, погрузил мое тело сначала на свое плечо затем в кресло. Сам сел напротив, скрестив руки на груди начал внимательно следить за каждым моим движением.
— Вина? — первым нарушил затянувшиеся молчание Маркус.
Я отрицательно покачала головой, поудобнее устраиваясь на кресле. Скоро ночь подойдет к концу и Маркусу ничего не останется, как отпустить меня, ведь с первыми лучами солнца на плечи демону вновь свалиться ноша имперских проблем. Осталось только выстоять или высидеть…
— Может коньяка? — не унимался император. Видимо сочтя самым легким в данной ситуации просто меня споить. — Слышал, ты не так давно оценила благородный напиток, — в глазах демона заиграли озорные огоньки.
«Вот ведь демон» — мысленно выругалась я.
В то время, когда я считала его безвозвратно умершим, он не переставал пристально следить за каждым моим шагом.
— Как горгульи? — в свою очередь задала я вопрос, решив перейти в наступление. — Благополучно отбыли на свой остров? Копию подписанного договора надеюсь, твои прислужники не забыли передать.
Маркус хищно на меня посмотрел. Судя по реакции демона, он совершенно не надеялся на положительный результат в переговорах со змееволосыми девами. И как следствие, не хотел предоставлять мне мой заслуженный «бонус». Более того, я была уверенна, что он до сих пор старается найти причины, расторгнуть наш маленький договор.
— Хорошо, — явно подобное решение далось его высочеству с трудом. — Ты сегодня сильно удивила меня. Сегодня, я увидел, совершенно новую для меня Милолику. Ты была истинной императрицей: властной, непреклонной, повелительной. Острый ум и находчивость были венцом…
— Не стоит уходить с выбранного курса, — не вежливо перебила я красноречивые песнопения в мою честь. — Прошлое уже позади, мы говорили с тобой о ближайшем будущем. Какое послабление ты готов мне предоставить в вопросе личной охраны?
Маркус задумался. Его губы сошлись в тонкую полоску, что свидетельствовало о крайнем недовольстве императора.
— Можешь сама назвать мне имя своей «второй тени».
От подобного предложения, я невольно округлила глаза. Незаметно ущипнула себя. Явь! Мне не послышалась!
— Любое имя ты примешь? — спросила я, все же не веря в подобный исход.
Демон скривился, словно у него резко заболела голова. Но император отступать не привык, тем более сказанное слово, уже не вернешь…
— Сама понимаешь, все условия вступления на должность должны быть соблюдены. Находящиеся под стражей, осужденных, врагов империи и лично моих недругов прошу не рассматривать. А также…
Дальше демон озвучил еще больше десятка не совместимых с должностью требований.
Мой злой блеск глаз, Маркус, не мог не заметить. После услышанного предложения, я понадеялась, поймать императора на слове, и «протащить» Гериона, на старое рабочее место. А дальнейшие действия можно было спланировать по ходу. Но Маркус предпочел оговорить все нюансы поступившего предложения. И если честно, то в голове осталась, лишь одна фамилия…
— Хорошо. Я выбрала себе «тень»…
— Ты меня в могилу сведешь! — не унимаясь, орало мое «наследство», всячески позабыв о морали и нравственности.
Уже больше двух недель я проводил свой досуг в родовом поместье лордов Широл. После своей отставки, пришлось заниматься сугубо семейными проблемами и делами. День за днем тянулись серые будни моей далеко не радужной отставной жизни. Покой и безмятежное ленивое проживание могли мне лишь сниться. Если бы скука и уныние терзали меня в собственном родовом гнезде, а не крайне нервное «достояние» моего отца, можно было не задумываться о дальнейшем. А так…
Так сложилась судьба, что у меня на иждивении оказалась престарелая, но крайне своенравная мачеха и восемь сводных сестер.
Сейчас сидя на летней веранде, я раз за разом погружался в свое прошлое. Моя мать, хозяйка дома, была обычным человеком, но обладала по — истине ангельским характером. Причислялась она к низшему аристократическому сословию — не наследуемых баронесс. И служила фрейлиной у моей прабабки.
Вот так банально узнала мама, моего отца…
Волей Судьбы молодой лорд не просто соблазнил миленькую прислужницу, но и, пойдя наперекор семье, женился. Правда, сперва стало известно о весьма пикантном положении соблазненной девушки. После моего рождения, стало очевидно, что появившийся вопреки устоям наследник, обладает достаточно сильным магическим даром. Более сильным, чем у любого из членов большой и влиятельной семьи Широлов. По сему, решили, что союз был благословен самой Иридой.
Родители были счастливы, но не долго. Как и все люди, не обладающие смешанной кровью и не наделенные магическим потенциалом, мама была физически хрупка. И я решился самого родного человека, едва мне исполнилось пять лет. Отец после нескольких лет траура взял в жены молодую графиню из рода эльфов. Которая каждый год исправно рожала ему по одной дочери. Все девочки были милы и послушны, вот только в них не зародилась ни малейшая крупица магии.
Десять лет назад отца не стало, и я унаследовал не только титул, обязанности, имущество, но и достаточно большую ораву невест.
Сестры практически не доставляли мне забот. В большинстве своем они были достаточно молоды, и как следствие многочисленные няньки и воспитатели занимали их досуг. А вот их родительница, душу всю мне выела, упреками и требованиями пристроить своих кровиночек в руки понадежнее и пообеспеченнее.
— Был бы жив отец… — неизменная фраза начала многочасового монолога на тему: «Не благодарный отпрыск».
— Ты смерти моей желаешь! — обязательное утверждение окончания сего действа.
Так вот, уже больше пятнадцати дней, я по десять раз на дню слышу практически неизменную браваду, о том какой я плохой.
«Вот зависело бы все только от меня…» — про себя негодовал я.
Я бы не то, что сестер заочно выдал замуж путем составления долгосрочных семейных контрактов. Я бы и матушку пристроил в надежные, а главное очень далекие руки.
Но политика браков среди дворянства была до безобразия проста. Нет ничего ценнее волшебного дара — божественного благословения. Если нет в тебе магической жилы, уходишь в самый конец списка невест. Даже не смотря на громкий титул и солидное приданное причитающееся каждой сестре.
— Стефан, я жизнь тебе отдала… Воспитывала, ухаживала лучше, чем за любой из своих девочек… Холила. Лелеяла. Ночей не спала…
Сейчас начался очередной цикл «Несчастная я, за что мне все эти муки?». Я, зная, что мои доводы и объяснения приведут лишь к затяжной истерике, молчал, пытаясь, отстранится. Мозг потихоньку перебирал возможные пути побега, искал достоверные причины отлучки из поместья.
— … Кровинушки мои несчастные, все слезы выплакали, всю душу вывернули… — продолжался заунывный плач. — До скончания веков суждено остаться им старыми девами…
Разум начинал не просто закипать, он уже превратился в массу напоминающую кашу нашего повара, которую он неизменно подавал с утра.
— Ты надежда моя единственная, — пошел новый виток упреков. — Не оправдал чаянья матери своей. Выгнали с позором тебя с государственной службы. Теперь темное пятно позора опустилась на мою седую голову. Кто же после такого срама, возьмет моих златовласок в жены…
Не знаю, за что мне Судьба послала дальнейшие события. Толи правда за грехи, то ли… Но последующее заставило и меня и мачеху пересмотреть взгляды на свою жизнь.
Темная арка открывающегося портала заставила мачеху замереть на месте, беззвучно открывая рот и в недоумении выпучив глаза. Моя психика была подготовлено лучше. Не теряя времени, быстро подскочил, активизируя охранные заклинания. Моя растерянная и крайне испуганная родительница, правильно оценив происходящее, быстро спряталась за мою спину. А я, мысленно ругаясь, создал боевой пульсар в руке.
Из арки вышел огромное, мощное, статное — создание Тьмы, облаченное во все черное. В темных без белков глазах застыло ледяное спокойствие и легкая брезгливость. По вышивке и характерной татуировке, было легко догадаться, что ко мне прибыл посыльный из Таноса. Причем непосредственно приближенный к императору. Против такого противника, я мог выставить от силы несколько минут, и это без учета моей родительницы за спиной.
— Лорд Стефан Андри Широл, — послышалось стальное утверждение, в практически гробовой тишине.
Явившейся по мою душу спокойно ждал реакции. А я не спешил с выводами, мысленно прикидывая, для чего понадобился полудемону. Ведь если такое создание снисходило до слов, то убивать в ближайшее время он был не намерен.
— Чем обязан? — как можно спокойнее поинтересовался я.
— Вам велено немедленно явиться на личную встречу с императором Таноса, — хладнокровно сообщил посыльный.
От такого заявления моя мачеха села на каменный пол беседки и начала тихо всхлипывать. Мне ничего не оставалось, как глубоко вздохнуть. Затем наплевать на разумность действий, развеяв пульсар, подхватить обморочное тело родительницы, чтобы затем опустить его на диван.
За всеми моими манипуляциями посланец темного императора взирал с холодным безучастием.
— Мог бы узнать причину? — коротко спросил я, справившись с основной своей бедой.
— Без понятия, — честно ответил темный. — Мне велено лишь передать необходимые артефакты и определенные вещи.
Дальнейшее вообще отказывалось укладываться в моем мозгу. Повинуясь приказу моего незваного гостя, из арки портала, медленно начали появляться достаточно увесистые сундуки. Через минуту у ног полудемона стояло четыре ящика. О содержимом и его назначении, я мог лишь догадываться. Тем временем, первый самый маленький ларец, лег в руки моего гостя.
— Велено передать Вам как аванс, — ровно осведомил меня посланник.
В мои руки лег ларец. Я медленно открыл крышку. На черном бархате лежало восемь артефактов.
— Демантоид, — не веря в происходящее, произнес я.
Драгоценный камень, в магической оправе блестел черным светом. Руны, высеченные по серебренному контору, развеяли все сомнения в подлинности, подобного дара. Демантоид — один из самых редких экземпляров артефактов силы. Если верить легендам, то девушка, надевшая данный камень в первую брачную ночь, обязательно произведет на свет наследника с магическим даром.
— Я думал это лишь предание, — невольно озвучил я свои мысли.
Демон лишь раздраженно усмехнулся, явно недовольный происходящим.
Мачеха хоть и была далека от магии, но о подобном свойстве сказочного камня знала хорошо. И количество амулетов в коробке давало ей уверенность, что все ее девочки теперь станут первыми невестами в Залирии.
«Вот только, чего мне будет стоить обладание таким даром?» — задал логичный вопрос разум.
— О своей семье можете не беспокоиться, — резко продолжил темный. — Содержимого имперских даров хватит не только вашим сестрам, но еще пять последующих поколений не будут ведать нужды.
Три оставшиеся сундука распахнулись, демонстрируя свое наполнение. Золото, серебро, драгоценные камни… Громкий грохот заставил меня отвлечься от увиденного и услышанного. Оказалось, что сей глухой звук, принадлежал моей мачехе, которая видимо от радости, все же свалилась в обморок.
— Ваше пребывание в Таносе может сильно затянуться, — не обращая внимания на происходящее, произнес полудемон. — Поэтому у Вас полчаса на необходимые сборы и решения наиболее важных вопросов. И мы отбываем.
С врожденным у всех темных пренебрежением посланник вальяжно разместился на кресле возле обездвиженного тела мачехи, и устало прикрыл глаза. Но его поза, а так, же правая рука на рукояти клинка очень красноречиво говорила, о том, что сбежать мне не удастся.
За полчаса я не только собрал необходимые личные вещи, оружие, но и написал завещание, доверенности и указы на случай моего невозврата. Мачеха, быстро придя в себя, быстро поблагодарила меня за жертву, понеслась радовать сестер. А я в одиночестве остался стоять рядом со своим нечаянным гостем. Темный на подобные проводы моей родни лишь усмехнулся.
«Это, наверное, к лучшему», — была последняя мысль, прежде чем меня поглотил темный портал.
Я впервые очутился в темной империи. Танос встретил меня холодным, мрачным залом переходов. Черный камень, ярко светящиеся огненные факелы, отсутствие звука, кроме биения собственного сердца, заставили застыть кровь в жилах. Образ империи полностью совпал с моими ожиданиями. Вокруг хозяйничала Тьма. Темное облако сумрака, будто живое, клубилось пучками в разных частях, пристально следя за происходящем.
— Приказ императора немедленно явиться, — не оборачиваясь, прорычал мой проводник. — Ваши вещи будут переданы Вам если…
Дальнейшее видимо, мне знать не следовало. Уже полностью смирившись с судьбой, я направился следом за удаляющейся черной фигурой.
Хотя я никогда не был в империи, но с самого детства любого жителя Залирии как страшной сказкой пугали рассказами о темном Эволоне — главном замке Таноса. Как и предполагал, все рассказы были лишь отдаленным пересказом величия и мощи, грандиозности и величия Темнейшего строения в мире. Многочисленные залы и переходы, галереи и лестницы — были пугающе прекрасны. Невероятное сочетание силы и могущества присутствовало в каждом камне, в каждой детали — во всем замке.
Пройдя расстояние равное двум полным обходам столичного дворца Залирии, мы остановились возле массивных деревянных дверей, отделанных мастерской железной ковкой. Металл искусно изображал момент сражения демона и дракона.
«Многообещающе» — пронеслась мысль в моем сознании.
Мой проводник, постояв немного лицом к створкам, с громким звуком распахнул сию громаду, и молча, отступил назад.
А я остался в одиночестве, стоять в середине раскрытого прохода. Теперь сбегать было не куда. Сделав несколько шагов вперед, я ощутил под ногами мягкий ковер. В ту же секунду со звонким грохотом, двери за моей спиной закрылись. В противоположном конце комнаты за громадным столом из железного дерева, возвышался демон. Одного робкого взгляда было достаточно, чтобы понять, что перед тобой восстала погибель, в своем живом воплощении. Огромная темная фигура была облачена в угольный строгий костюм, черные как смола волосы убраны назад, лишь белая алебастровая кожа будто светилась в мрачном образе.
Душа ушла в неведомые мне дали, сердце замерло, а легким перестало хватать воздуха. Такое ощущение я испытывал лишь один раз в жизни, при встрече с драконом. Но теперь паническое ощущение ужаса увеличилось многократно.
«Тогда с тобой была бесстрашная леди Леман. У девушки была уникальная способность: с легкостью развеивать, самый первородный страх», — не, кстати, пришли ко мне мысли о беспечной Лике.
Почему-то, от старого воспоминания стало светлей. И с души, будто упали оковы. Сейчас император, молча, сидел за своим столом, с особым вниманием изучая многочисленные бумаги. Сделав глубокий вдох, мысленно попрощавшись с жизнью, я расправил плечи и направился к огромному столу.
— Приветствую император.
Остановившись в нескольких шагах от своей цели, я опустился на колено, низко склонив голову, и ждал своего приговора.
— А он неплохо держаться, — отозвалось за моей спиной.
Я не отрывал глаз от шелкового ковра, ожидая вердикта его величества.
— Вот ты, какой Стефан Широл, — задумчиво прозвучало сверху. — Поднимись.
Император отвлекся от своих дел и теперь с интересом разглядывал меня. Меня несколько удивила подобная реакция.
«Разве он не знал, за кем посылал?» — задал закономерный вопрос разум.
— Человек? — в голосе, прозвучавшем сзади, была явная брезгливость.
Я немного повернул голову, чтобы взглядом встретиться с невежливым выступающим. Им оказался горный гномом. За небольшим столом, практически погребенным под ворохом бумаг, сидело наглое темное создание. По-видимому, в рабочем кабинете императора, данное существо выполняло функцию секретаря.
— На половину… — не отрывая от меня черного взора задумчиво произнес император. — Но это к делу не относиться.
Гном лишь сердито засопел, вновь погружаясь в свою работу. А я продолжил стоять молчаливым столбом.
— Хочу тебя предупредить, что крайне скептически отношусь к твоему появлению. Более того, я тебе искренне сочувствую и не надеюсь на продолжительное сотрудничество.
«Перспективно» — коротко отозвался внутренний голос.
— То, что ты здесь не моя прихоть и совершенно не мое желание, — спокойно продолжил демон. — Я лишь исполняю волю императрицы…
Император замолчал, по-видимому вновь взвешивая все «за» и «против» моего пребывания.
— Могу ли я поинтересоваться, зачем я был призван? — опуская голову в смиренном жесте, тихо спросил я.
Темный повелитель был крайне удивлен моим смелым вопросом. Ведь я не только не свалился в испуганный обморок у дверей, но и подал голос.
«Общение с Ликой, не прошло для тебя бесследно» — невольно вновь вспомнил, я свою знакомую.
— Императрица пожелала видеть тебя своим личным охранником, — твердо озвучил император, цель моего визита. — А если конкретно, с сегодняшнего дня ты ступаешь в должность «тени» императрицы.
— Недели не протянет, — отозвалось из горы бумаг.
— Асбиэль не пугай нашего гостя, — демон не скрывал хищной ухмылки. — Повелительница крайне положительно отзывалась о молодом маге. Да и ты его наградил комплиментом. Давай не будем пренебрегать вкусами ее высочества.
— Я так понимаю, мое согласие не требуется, — опуская глаза к полу, твердо заключил я.
А, что?! Терять уже было нечего. Меня поставили перед фактом, совершенно не спрашивая мнения. Более того по-видимому свой заработок на должности, я уже получил. Посмертно.
— Правильно понимаешь, — с садистским торжеством отозвался демон. — Расчет ты уже получил. Так, что осталось поставить свою подпись под контрактом. Согласись, тебя не обидели? И можешь приступать к своим обязанностям…
Демон договорить не успел. Все его внимание с меня перешло на плотно закрытую дверь. Гном же поступил совершенно не объяснимо: с головой скрылся под деревянным столом. Тем временем шум за дверью, который словно гроза быстро подбирался к императорскому кабинету, все усиливался.
Если бы я не находился в шокированном состоянии, наверное, уже тогда смог определить источник. А так… Я лишь ошарашено ожидал продолжения.
— Пропустить! — твердо приказал женский голос.
— Ваше высочество не велено…
Дальше слова было не разобрать. Мощный удар по дверям. И огромные деревянные створки с легкостью раздвинулись в разные стороны.
В комнату влетела — фурия! В первую секунду мне показалось, что в дверях застыла сама Смерть. Тонкая фигурка была облачена во все черное, как во вторую кожу, длинные серебряные волосы развивались от исходящей от существа силы. На белоснежном лице хищным зеленым огнем горели глаза…
— Маркус, кажется, мы вчера договорились, — уверенными быстрыми шагами, бестия направилась к императору. — «Тень» поступает в мое личное подчинение…
— Склони колени перед Повелительницей, — шепнули мне откуда-то снизу.
От увиденного я находился в состоянии мощного потрясения. Происходящее просто не могло уложиться у меня в голове. Протекающая картинка никак не хотела сопоставляться с разумом.
— Асбиэль, это лишнее, — беспечно отмахнулась императрица, проходя мимо меня.
Теперь я мог разглядеть своего прямого работодателя. Демоница была прекрасна: губительная красота была в ее внешности, голосе, движениях. Темная правительница была живым олицетворением всей империи. Серебристые волосы венчал императорский венец с множеством изумрудов. На лилейной коже золотом горели единственные своем проявлении татуировки рода и семейного статуса.
«Не может быть», — как мантру повторял одну фразу мозг.
Но отрицать увиденное не было смысла. Все случившиеся стоило признать, как факт. Передо мной величественно стояла знакомая мне девушка — Лика Леман. Я смотрел и не верил, что именно с принцессой Таноса, я сдавал выпускные экзамены. С женой наследника империи путешествовал за «Сферой жизни». И теперь уже императрица, когда-то пожертвовала своей жизнью ради моего существования.
Быстро проскользнув по моей фигуре взором, Лика подошла к столу. Двумя руками облокотившись на деревянную столешницу, она с вызовом взглянула на недовольного демона.
— Маркус не ожидала от тебя, — не отрывая разгневанного взгляда, прорычала демоница. — Решил спровадить меня на переговоры, и тем временем самолично заключить контракт.
— Милолика каждый находящийся в этом замке мой подчиненный, — выжидающе скрестив руки на груди, спокойно проговорил император.
— Стефан, исключение, — императрица была непреклонна.
Пара секунд борьбы взоров. Воздух в помещении накалился, казалось немного и вспыхнет словно свечка. Мгновение, и, кажется, императрица одержала безоговорочную победу. Демон устало закрыл глаза и махнул на все происходящие рукой.
— Ты еще ничего не подписал? — удовлетворенная результатом, быстро поинтересовалась у меня повелительница Таноса.
Мне ничего не оставалась, как отрицательно покачать головой, и продолжить молчаливо взирать на происходящее.
— Асбиэль, — мурлыкающе проговорила демоница, поворачиваясь к столу гнома. — А ну-ка, дай мне договорник почитать…
Гном опасливо выглянул из своего убежища. Вопросительно посмотрел на своего Хозяина, и не получив поддержки, протянул небольшую папку своей императрице. Милолика легким движением, перехватив предложенный контракт, беспечно уселась прямо на гномий стол.
— Так. Вот здесь мы поправим, — в руках Лики появилось перо. — Эти два пункта можно вычеркнуть, — демоница уверенно исправляла, делая необходимые поправки в государственном документе. — В этих, поменять имя императора на мое, — перо быстро бегало по многочисленным листам. — Вот теперь порядок.
Магический пас рукой, и новый документ с поправками императрицы Таноса засверкал. Гном на подобное отношение к императорским документам лишь злобно фыркнул. Император продолжил безучастно сидеть, лишь внимательно наблюдая за действиями Лики.
Тем временем, не обращая не на кого внимания, демоница медленно подошла ко мне, не выпуская из рук контракта, а точнее приговора. Когда императрица встала совсем близко, на расстоянии вытянутой руки, я содрогнулся, понимая, что передо мной вновь милая немного взбалмошная, непредсказуемая, но ужасно добрая Лика.
— Подписывай, — тихо попросила не императрица, а девушка, которую я знал до сего дня.
В ее словах, я не слышал приказа или распоряжения. Демоница смотрела на меня, и в ее зеленных глазах застыло сожаление. Я чувствовал, что ей не просто грустно, ей стыдно. А ощущения эмпата меня еще ни разу не подводили.
Я взял протянутое гномом перо. Небольшой прокол и по тонкой жиле потекла моя кровь. Спустя секунду демонический, нерушимый контракт был подписан. Мою правую руку обожгло словно огнем. Медленно, виток за витком на моем запястье начала проступать печать принадлежности императрице Таноса. Почетная, уважаемая должность, но с множеством подводных камней…
— Теперь он твоя собственность, — твердо произнес демон. — Чтобы с тобой не происходило он в ответе. Твои поступки, его жизнь…
Милолика опустила глаза:
— Прости, — передавая документ в надежные руки гнома, проговорила императрица.
Я, молча, стоял и не понимал, почему ощущение правильности и необходимости волной накрывают меня.
— Милолика, клятву верности он дать обязан, — прервал тишину император.
— Не спорю, — спокойно отозвалась императрица, занимая место по правую руку от мужа.
— Асбиэль проинструктируй, — не отрывая взора от темной повелительницы, велел император.
Пока гном рассказывал мне основные общепринятые моменты: стандартная клятва на верность и подчинение до смерти. Я смотрел, и не мог уверовать. Хотя только сейчас все происходившее ранее сложились в логичную цепь.
Как не странно пугающий, огромный демон и тонкая, хрупкая, словно хрустальная куколка Лика смотрелись идеально. В них читалась врожденная власть, генетическая сила, божественная мощь. Две совершенно противоположные половинки сошлись идеально.
— Все понял? — недовольно пробубнил гном.
Я спокойно кивнул. Подобная клятва была распространена повсеместна. Правда в Таносе она обладала весьма специфическим смертельным колоритом.
— А мне нравиться его покорная молчаливость, — задумчиво отозвался император.
Милолика тепло взглянула на демона, и перевела ободряющий взор на меня.
Клятва была произнесена достаточно быстро. Небольшой порез руки и багряные капли крови завершили клятву императору. Склоненное колено возле императрицы и легкий поцелуй невесомой руки связал мою судьбу с главной демоницей Таноса.
— Прости, — вновь отозвалась грустно Милолика.
— Лорд Широл теперь могу посочувствовать Вам, — довольно проговорил демон. — Как Вы уже догадались должность достаточно проблематичная. Один из Ваших предшественников доживает последние часы в подземелье Эволона, второй скоропостижно скончался…
— Маркус, я бы попросила без подробностей, — прошипела Лика, — Аластер умер от твоей руки.
— Думаешь, Стефан почувствует разницу от, кого примет свою смерть?
— Ты не выносим, — упрямо по — детски топнула Лика ножкой и поспешила отойти подальше от демона.
— Взаимно любимая.
— Дорогой, — по слогам прошипела демоница. — Я так понимаю, формальности соблюдены. Позволь отклониться. У меня через час встреча с кланом Гулумонкулус, необходимо привести себя в порядок.
Опять началась молчаливая война взглядов. Но на этот раз в битве безоговорочную победу одержал император.
— Не задерживаю, — с крайне ехидной улыбкой проговорил демон.
Милолика сделав быстрый, пренебрежительный реверанс, стремительно развернувшись, схватила меня за руку и потащила в сторону все время распахнутых дверей…
— Не больше трех дней продержится, — послышался голос гнома за моей спиной.
— Я ставлю на пять, — в свою очередь сделал ставку император.
— Идиоты, — констатировала Милолика, не выпуская моей руки.
— Я пропал, — тихо отозвался я, петляя за демоницей.
— Лика, ты понимаешь, на, что идешь?
Уже около получаса моя новоиспеченная «Тень» металась вдоль спальни. А я с неприемлемым для данной ситуации, безразличием, быстро готовилась к предстоящей вылазке.
— Я конечно не знаток традиций Таноса и о характере императора знаю лишь понаслышке, — продолжил «ободряющую» лекцию Стефан, — Но мне кажется, он по головке не погладит…
В ответ я лишь усмехнулась. В отличие от Стефана, не понаслышке зная Маркуса, я была уверенна, что я еще изумлюсь фантазии и выдумки императора, в теме наказаний.
Легкий кожаный темный костюм обтянул тело, не сковывая движений. В высоких черных сапогах с легкостью скрылись серебряные кинжалы. На руках быстро зафиксировала железные тэмаки — незаменимая защита для запястий и предплечья, в которых удобно разместились остро заточенные иглы с парализующим составом. Стефан, проследив за моими не хитрыми манипуляциями, громко выругался.
— Общение со мной плохо на тебя влияет, — продолжая снаряжать костюм всем необходимым, произнесла я. — Где же сдержанный и собранный лорд Широл?
— В Залирии остался, — раздраженно огрызнулся мой охранник.
В ответ, я лишь усмехнулась. Вчера, пока я вела мага до императорских покоев, он не проронил ни слова. Его будто совершенно не удивил мой достаточно специфический статус. Словно Стефан все время знал, кем я являюсь. Спокойно прошел в отведенные по соседству с моими покоями комнаты. И с философским спокойствием уселся в кресло и стал ждать дальнейших распоряжений.
— И что тебя ничего не удивляет? — справившись с первым шоком, от неожиданной реакции, поинтересовалась я.
— В общем, нет, — честно ответил маг.
— И ты ничего не хочешь сказать или спросить? — решила я подойти к «тени» с другой стороны.
— А смысл?
Мой крайне задумчивый и изучающее грустный взгляд, лорд Широл, расшифровал по-своему.
— Я нахожусь в своем уме и в здравой памяти, — предупредил Стефан.
— Ага, — совсем не по императорски произнесла я.
Затем после достаточно продолжительного выступления под лозунгом: «Мне жаль, но я не могла иначе». Стефан с присущей ему сдержанностью лишь сказал: «Спасибо».
Я, испытав недолгий шок от подобной реакции и осознав, что моя безалаберность все же носит вирусный характер, еще раз поведала о случившемся, но более неспешно. На этот раз реакция мага, была более объяснима:
— Когда мы перейдем к части: «Зачем я тебе понадобился»? — сжалился надо мной молчаливый лорд.
Здесь я дала волю эмоциям. Стефан видел меня, куда в более отчаянном и менее презентабельном виде, чем сейчас. Поэтому без ложной скромности, повесив заранее на покои «завесу тишины», я кратенько рассказала магу, о двух последних неделях и о предстоящем предприятии.
По сути, для того, чтобы вытащить (точнее попытаться) вампира, мне помощь Стефана была не нужна. Его задача была занять вакантное место, чтобы никто из прислужников императора не путался у меня под ногами. Вот сейчас видимо за ночь, разместив все случившееся в своем сознании, «тень» решила вызваться к моему благоразумию. И отыскать здравый смысл в моем начинании.
— Да и вообще с чего ты взяла, что это возможно? — совсем не тихо пыхтел маг. — Тюрьма Эволона неприступна! Я конечно не фанат истории… Но скажи сколько существ смогли убежать из темного подземелья.
Я честно немного подумала. Еще раз вспомнила лекции своих преподавателей по истории Таноса и Эволона. И с полной уверенностью заключила:
— Не одного.
— Замечательно, — не радостно отозвался маг. — А как ты вообще намерена туда пробраться? Или думаешь Маркус не защитил самые страшные тюрьмы от чужого вмешательства.
— По идее членам императорской семьи вход свободный, — не слишком уверенно, как бы хотелось, заявила я.
— А выход?
Вот теперь я метнула раздраженный взгляд в сторону разумничавшегося мага. Если на легкий «вход» я еще надеялась, вот с «выходом» таких радужных иллюзий не строила. Да и вообще, планировала покинуть, подземелья совершенно иным способом…
— На месте разберусь, — пробормотала я.
Дальнейшие реплики в мой высокородный адрес, не пропустила бы цензура. Подобные повороты речи и красноречивые выражения, я лишь слышала на гномьей свадьбе. Да и то после трехсот литров выпитого гостями самогона.
— Стефан, а ты мне молчаливым больше нравился, — с обворожительной улыбкой произнесла я.
— Я себе нравлюсь живым и невредимым, — устало опускаясь на кресло возле камина, заключил маг. — Кроме того, по твоей прихоти, забота о твоем благополучии моя прямая обязанность. Вот твоя авантюра противоречит основным требованиям контракта. А конкретно несет угрозу жизни и здоровью…
— Какой ты правильный, — стараясь не отвлекаться на разволновавшегося охранника, пропыхтела я. — Когда же ты успел договор прочитать?
Маг ничего не ответил, лишь безнадежно прикрыл глаза. Дальнейшие сборы проходили в относительной тишине. Я изредка звенела и шуршала, весьма интересными предметами, необходимыми мне для диверсии. А Стефан тяжело вздыхал. И вновь я с сомнение покосилась на свою новоиспеченную «тень».
Имя Стефана пришло на ум совершенно случайно. И если честно, то других кандидатур просто не существовало. Я до сих пор осуждаю себя за поступок. Но как говориться: «Сделанного не воротишь».
— Ты мне доверяешь? — полностью готовая, я встала напротив своего случайного охранника.
— Я иду с тобой.
Стефан резко встал. Его глаза излучали непоколебимую решительность, а тон не требовал пререканий. Он за секунду будто бы стал больше, старше, могущественнее. Похоже, маг действительно собирался полезть со мной в темные подвалы замка.
— Спасибо, — тихо произнесла я, благодарно смотря на своего нечаянного друга.
Я встала совсем близко. Правая рука медленно поднялась к скуле мага. Тонкие пальцы ловко очертили небольшой узор на щеке.
— Стефан ты очень хороший, — продолжая плести заклинание, прошептала я. — Но не стоит тебе идти со мной.
Я видела, как мозг мага все еще работал, находился в сознании, пытаясь бороться с заклинанием. Но тело начало отказывать. Заклинание «забвение» медленно начало поглощать, впитываясь в каждую живую клеточку. Специфика заклятия была проста и надежна, нужно было лишь доверие того, на кого оно будет наложено. Еще один большой плюс этого заклинания от обычного «усыпления», что пока объект спит ему практически невозможно причинить вред. Мощный купол закрывал от любого физического или магического вторжения, питаясь напрямую от наносящего заклинания. Это было актуально, по причине явного бешенства Маркуса от моей выходки. Спасибо закрытой секции императорской библиотеки. В свое время я немало часов провела в запрещенной секции. Потратив совсем немного сил, на крепкий сон мага, который должен продлиться не более суток. Этого будет вполне достаточно, чтобы решить все дела.
Онемение уже распространилась по всем конечностям, заставляя, Стефана медленно сползти на ковер возле моих ног. В ту секунду лишь глаза нервно бегали по пространству пытаясь найти выход, но магия брала свое. Минута и погруженный в глубокий сон лорд Широл, безвольно расположился на ковре.
Быстро проверив все необходимое, еще раз прогнав план действий, я стащила одеяло и подушку с кровати, устраивая молодого мага поудобнее.
Еще минута ушла на меня на воссоздание своего магического фантома. Практически идентичного слепка ауры, заклинание продержится не дольше получаса. И я знала точно, что через тридцать одну минуту, разгневанный Марку, по чувствующий обман, явиться в покои, ища след. Этого времени должно хватить для успеха или полного провала…
Жажда, нестерпимая жажда мучила, изводила и грызла каждую частичку тела. Я точно не знал, сколько провел времени в темном колодце Эволона. Разум, то возвращался в мое умирающее тело, то вновь отдалялся на границы сознания… Ища покоя, умиротворения. Но спасительное небытие не спешило, облегчать страдания. С жаркой волной возвращалась боль от разорванной груди, поломанных конечностей, размозженной головы…
Новым витком, новым оборотом, приходила невозможные страдания. За эти бесконечные часы, не раз перед глазами проносились эпизоды былой жизни. И даже двух. С ноющей беспомощностью возвращались воспоминания о времени, когда я еще не стал вампиром. О служении Декару Валлийскому в должности темного мага — некроманта. О моей глупой, практически дурной смерти от возрожденной мной же нечисти.
Затем была Грань — темная, пугающая. Я не знал, что меня ждет за ней. Наверное, из-за трусости и малодушия, мне был дан второй шанс или проклятье. Я помню, как собственными руками вырывал себе дорогу к новой жизни, сквозь толщу промерзшей земли, гонимый лишь жаждой.
Насмешка Судьбы, возродиться в сущности вампира — хищника, постоянно терзаемого инстинктами. Шли годы, десятилетия постепенно врожденная тяга к крови ушла на второй план. Мне захотелось большего, чем проживать жизнь мелкого грызуна, постыдного кровопийцы. Я вновь поступил на служение императору Декару, в роли обычного рядового темной армии. Именно в битвах и сражениях меня заметил императорский наследник. Сначала Маркус перевел меня в свой полк, за тем в лучший отряд. Столетиями мы сражались рядом, прикрывая друг другу спины. За заслуги я был удостоен титула лорда, со всеми вытекающими привилегиями.
Когда Декар призвал сына ко двору, Маркус не спешил со мной расставаться, переведя меня в ближайшее окружение. Спустя годы дворцовых интриг, заговоров, плавно моя должность перетекла в советники наследника престола. Так шли десятилетия… Пока я не совершил ошибку…
За время заточения, Маркус пришел всего один раз. Он долго стоял у входа в камеру, молчаливо разглядывая, то, что от меня осталось.
— Зачем? — задал он закономерный вопрос.
Я не смог ответить. Ни душевных, ни физических сил не осталась. Думаю и сам император терялся в догадках, кому была адресована фраза. Тем не менее, больше Маркус не появлялся, но я искренне был благодарен ему за визит.
Во-первых, понял, что ему не все равно, душа его не окаменела окончательно, значит, у Лики будет шанс сбежать. Во — вторых он запретил до самой моей смерти приближаться к камере ни одному живому существу. Ведь демон прекрасно знал, каких невыносимых испытаний мне стоит чувствовать рядом живое существо.
А сейчас была тишина. Я не слышал плеска спасительной крови в чужих сосудах. Не биения теплого живого сердца. Тишина. Боль. Жажда.
Сколько мне осталось? Не долго. Вся кровь медленно вытекла из многочисленных ран. А на запекшихся останках долго не протянешь.
— Хорошо… — пришло осознание.
Вновь болезненное забытье. Вновь мир окрасился в красно — черный цвет. Снова каждая не отмершая частичка начала пылать, сжигая мое не отмершее сознание, изводя разум.
Неожиданно стук. Живительный стук наполнил мой рассудок. Целебное сердце стучало совсем рядом, на расстоянии не больше сотни шагов. Я простонал. Вновь пытка извращенная и болезненная, терзала мою плоть. А потом к заглушающему стуку, прибавился аромат сладкий, манящий… Он будто дразнил, заставлял вновь ощутить себя живым. Не умирающим месивом. Я дернулся. Оковы еще глубже впились в шею и руки. Но я уже не чувствовала новой боли. Разум от осознания, узнавания знакомого биения, дыхания буквально разрывал остатки еще живой души.
«Не может быть. Только не ты!» — на задворках разума кричало сознание.
Дверь камеры беззвучно распахнулась. Я уже давно потерял способность видеть, но слух и оставшиеся инстинкты хищника, живо описывали добычу так по — глупому ведущую себя.
Сейчас во мне билось два существа: вампир с желанием жить, забрав жизнь безрассудной демоницы. И Герион, пытающийся на осколках воли, обуздать вырывающиеся инстинкты.
— Тихо, — шепотом произнесла демоница. — Не дергайся. Это я.
Лика села на пол возле меня. Уверенными движениями маленькие ручки начали колдовать над оковами. Я ощущал, как цепочка заклинаний не хотела связываться, открывая путы. Как тонкие пальчики не могли подобрать шифр к замку. А самое страшное, я чувствовал запах сгоревшей плоти. Мои кандалы были выкованы из Мусгравита. Уникальный сплав одиннадцати редких металлов, в определенной пропорции, давали разрушающую смесь для плоти демонов.
— Уйди, — через силу, прохрипел я.
— Не в твоих интересах сейчас спорить.
Демоница продолжала упорно бороться с замком.
— Вон.
Получилось жалко.
— Напугал.
Как не удивительно отмычки и цепь заклинаний в итоге, дали свои результаты. Я с неимоверной болью почувствовал, как путы на шеи ослабли, а руки безвольно упали на пол. От новой нестерпимой вспышки, я перестал ощущать происходящие.
«Кажется вот он конец», — пришла светлая мысль.
— Пей.
Мою голову положили на теплые колени, и в нос ударил живительный аромат. Кровь — спасительная, лечебная была так близко. Я ощущал, как прямо из только, что вскрытой вены бьется единственное лекарство.
— Пей, — это была не просьба, а приказ.
А я боролся. В надежде, что сил совершенно не осталось, и инстинкты хищника не смогут причинить вред безрассудной демонице. До скрипа зубов, до боли в деснах, я крепко сжимал челюсть, на последних остатках воли отворачиваясь от теплой струи.
— Пей, — прорычала Лика.
Мою голову с силой зажал, а в сомкнутый рот помимо моего желания начала просачиваться кровь. И я сдался…
— Тихо, — где-то рядом шептала Лика. — Еще немного, — крепко придерживая мою голову, просила императрица. — Герион, пожалуйста, не сопротивляйся, я все равно не отступлюсь.
И вновь я потерял счет времени. Лишь изредка приходя в себя, я видел совсем рядом зеленные словно самые драгоценные изумруды глаза.
«Ты был прав Маркус, ее не возможно не любить» — родилась грустная мысль.
Путь к подземелью Эволона, не составил мне особого труда. Маркус видимо успокоившись, закономерно решив, что до истечения положенного срока, я не сбегу, несколько ослабил охрану.
Тайными тропами, потайными коридорами, я незамеченной пробралась, практически к самому входу в тюрьмы.
Здесь и начиналась вся сложность. Вход в казематы охранялся физически, магически… Одним словом даже на императорской сокровищнице защита была слабее.
Первой линией обороны служили верные горгульи. По приданиям каменные стражи были созданы в одно время вместе с замком и подчинялись лишь истинному Хозяину. На это и была вся надежда…
Глубоко вздохнув, я уверенно вышла из тени. Позволяя своей сути, ауре проникнуть в небольшое пространство. Для пущей убедительности, высоко подняв голову и не обращая на происходящее никакого внимания, я подошла к первой паре грозных стражей. Тридцать три горгульи остались безразличны к моему появлению.
«Нужно в платье и с короной было явиться, тогда бы точно признали», — съязвил внутренний голос.
— Пропустить. Приказ императора, — твердо проговорила я, не отрывая взгляда от каменных морд.
Резко. Мгновение назад неподвижные твари разом повернули ко мне свои каменные морды. В пустых глазах загорелся синий, холодный огонь. А челюсти в злобном предостерегающем оскале, совсем не вежливо, лязгнули в мою сторону.
«Кажется, тебе не поверили» — не весело отозвался здравый смысл.
Отступать было поздно. Маркус на следующем докладе все равно узнает, что я посещала столь оригинальное место. Тогда о крошечном шансе помилования Гериона, вообще не будет и речи.
— Прочь!
«Вперед! Коли решилась…» — ободряюще отозвался разум.
Мне тоже было, что показать каменным, недоверчивым тварям. Призывая силу, я мысленно обратилась к Хранителю замка. Искренне прося поддержки и помощи. Золотые татуировки засветились ослепительным светом, в глазах заполыхал адский огонь, кончики пальцев начали мерцать…
На секунду каменные изваяния замерли. Медленно прикрыли распахнутые рты и еще раз сверкнули по мне синеватым светом. Затем так же быстро, как и началось, горгульи застыли в своих обычных позах, не подавая абсолютно не каких признаков жизни.
Быстро проскочив сквозь каменный строй, я задержалась у металлической преграды. Как и следовало ожидать, на воротах в подземные тюрьмы не было ни замка, ни ручки.
«Нужно было заранее провести экскурсию по столь живописным достопримечательностям замка», — не вовремя пришло озарение.
Рассудив, что самый лучший ключ к любым тайнам Эволона, эта кровь (желательно императорская) я быстро порезала правую ладонь и приставила к решетке.
«Поберегла бы кровь. Сегодня у тебя еще будет шанс с ней распрощаться» — совсем некстати отозвался рассудок.
Секунда и дверь с противным скрежетом распахнулась, освещая лишь первые две ступеньки, ведущие вниз.
Дальнейшее я запомнила, плохо действуя на инстинктах. Прямодушно надеясь, что существам верно несущим свою вахту сильно не досталось.
Главная ошибка стражников была в том, что они меня узнали, поэтому первый удар, был за мной. К моему счастью он был единственным.
«Дураки. Нужно было немедленно взывать к императору», — решив сыграть на стороне Маркуса, дал совет внутренний голос.
Поисковая сеть, так же работала исправно, верно указывая путь в сложных лабиринтах к нужной камере.
Но я не питала иллюзий. Зная, что пробраться в казематы замка, лишь малая крупица моего безрассудного плана. Если темница пустила меня вовнутрь, это не значит, что выпустит. У тюрем есть только один хозяин. Один стражник и палач — император. И осталось совсем немного прежде чем я смогу воочию наблюдать зверства демона.
Минута и тяжелый засов на интересующей меня камере упал к моим ногам. Небольшое заклинание и маленький не яркий светлячок осветил пространство передо мной.
«Лучше бы я этого не видела» — бессильно пронеслась мысль.
В каменном сыром колодце, прикованные к стене располагались останки вампира. На первый взгляд — это был большой кусок пропавшего, растерзанного мяса.
Я невольно сделала шаг назад. Напуганная. Опустошенная. Мне казалось, что я опоздала. И Гериону было уже не помочь. Нельзя с такими повреждениями продолжать существовать. Но едва различимый хрип заставил меня действовать…
Молниеносно подскочив к изуродованному телу, я принялась освобождать. Замок не дался ни с первого, ни со второго раза. Я слишком спешила. Хотелось побыстрее прервать невыносимые мучения. И я ошибалась.
«Нужно было брать Стефана. Он целитель. Мог бы облегчить страдания», — возникали хаотичные мысли.
Герион нашел в себе силы взглянуть на меня. Я готова была поклясться, что вампир узнал. Более того он попытался меня прогнать. Я с большим усилием взялась за взлом. Мысленно отсчитывая минуты появления Маркуса. По всем расчетов выходило скверно. Через пять минут он должен понять, что меня нет в комнате. Минута, чтобы перенестись в спальню и увидеть заколдованного Стефана. Пять минут будет работать поисковая сеть. Но раньше, уже через три минуты после появления демона в императорских покоях ему доложат, что тюрьма Эволона взломана.
Замки поддались и со звонким грохотом упали к моим ногам. Тело вампира, потеряв опору, безжизненным мешком упало на сырой пол. Кажется, в этот момент, Герион окончательно потерял сознание. Покрасней мере, меня прогонять перестал. Быстро устраивая окровавленную голову на своих коленях, я кинжалом порезала руку. Давая густой венозной крови, свободу от замкнутого круга. Лишь увидев тонкую кровавую полоску на своем запястье, я увидела, что мои руки в сильных ожогах. Взгляд на оковы развеял все сомнения.
«Мусгравит! Маркус, значит, ты предполагал, что я найду способ явиться в камеру» — мысленно поставив данный факт на заметку, я все свое внимание перевела на вампира.
Но Герион даже на смертном одре не изменял своим привычкам. Глупо, он всячески пытался сопротивляться моей помощи. Пришлось применить грубую силу. И сквозь плотно зажатые губы все же потекла живительная для вампира влага.
Глоток. Еще один… И Герион сдался. Медленно он начал проглатывать багряную жидкость.
Несколько минут израненный вампир пил не останавливаясь. Внешнего изменения я не заметила, лишь дыхание стало ровнее, и сердце начало чуть чаще биться.
— Прости. Но у нас нет времени, — прошептала я, убирая свое запястье от губ вампира.
Поразительно, но Герион не сопротивлялся. Покорно, вампир перестал делать большие глотки, позволяя убрать руку.
«Сколько же нужно воли, чтобы так спокойно отпустить то, что дарит тебе жизнь?», — укладывая вампира удобнее, подумала я.
По сухим расчетам до появления Маркуса осталось пять минут.
«Для переноса вампира мало», — пронеслась не радостная мысль.
Гериону необходимо время, чтобы хоть немного восстановить силы. Иначе портал его просто убьет. В надежде, что моя кровь была более питательна, для израненного вампира, я начала с нетерпением следить за малейшим изменением. Не переставая отсчитывать секунды до появления императора.
Когда внутренний хронометр, изрек: «четыре». Глаза вампира, еще затуманенные болью и пережитыми мучениями, открылись. А губы начали, что-то упорно шептать. Речь еще плохо подчинялась своему хозяину…
— Идиотка…
— Что? — не поверила, я услышанному.
— Дура…
От такого я вовсе потеряла веру во все доброе и светлое. Я сломя голову, мчусь ему на выручку. А он не благодарная сволочь, лишь придя в себя, начал оскорблять.
Убедившись, что я все расслышала, Герион с довольной ухмылкой снова прикрыл глаза, все силы теперь тратя на регенерацию. По быстрому биению сердца и учащенному дыханию, я поняла, что вампир восстанавливает внутренние органы. Внешне он все так же походил на разорванный кусок мяса.
«Слишком медленно», — обреченно думала я.
— Ты сама хоть осознаешь, какую глупость натворила? — не открывая глаз медленно и очень тихо, спросил вампир.
— Не самое подходящие место для нравоучительных лекций, — быстро произнесла я, пытаясь придумать новый план отступления. — Да, и императорский пленник не лучшая кандидатура в примерные герои.
Быстро оглядев помещение, и стремительно перебирая в голове старые практически утерянные знания, я подбежала к распахнутой настежь двери. Хорошо, что рана на запястье еще не затянулось, позволяя мне не делать новый порез. Воссоздавая старое, не проверенное заклинание, медленно начала выводить кровавые руны на полу.
— Он все равно убьет, — философски предрек Герион.
А я старалась ни обращать внимание, на смирившегося со своей участью вампира, рисуя все новый и новый знак кровью.
«Когда все закончиться не забудь красного мяса поесть, для восстановления крови», — скептически отозвался разум.
А я невольно бросила взгляд на неподвижного вампира и четко осознала, что в ближайший месяц буду, есть лишь овощи. Так как от вида мяса меня сильно воротит.
«Две», — обреченно провозгласил внутренний хронометр.
— Поздно, — спокойно отозвался из угла вампир.
Резко магический светлячок погас. В камере стало темно, мрачно. Своды каменной тюрьмы медленно задрожали, издавая пронзительный звенящий звук. Пол подомной пошел практически волнами. Секунда и все закончилось. Теперь яркая вспышка озарила пространство, заставляя зажмуриться.
Когда я смогла открыть глаза в дверях грозовой тучей, черной каменной скалой появился император. Все еще сидя на полу, я высоко задрала голову пытаясь предугадать дальнейшие действия, так не вовремя явившегося визитера. Смотря в черные как бездна глаза, я поняла, что от Маркуса в черной огромной твари не осталось ни частички. В дверях застыл истинный демон ада. И он был не просто зол и взбешен… Он был уязвлен.
Дальше за меня действовали инстинкты, перебирая пальцами в грудных карманах, я пыталась найти камень перехода. Еще один из трех «позаимствованных» в прошлый раз в тайнике Маркуса. Как только почувствовала в руках холодный металл, начала медленно отползать в сторону замершего вампира, переводя взгляд от кровавых рун на демона.
Император молчаливо следил за моим дезертирством, по всей вероятности все же ожидая от меня действий. Но я не спешила, искренне надеясь на свою память. Маркусу, по-видимому надоела немая абсурдная сцена. И он сделал уверенный шаг в камеру. Я замерла… Маркус тоже. Недоумение и растерянность, отразились на разъяренном лице. Еще одно попытка… Провал!
«Получилось!» — буквально орало радостное сознание.
— Милолика сними защиту! — рыкнуло чудовище.
А я, явно совершенно не осознавая ситуации, расплылась в радостной улыбке.
— И не подумаю.
Не иначе страх и ужас, напрочь убили инстинкты самосохранения. По-другому такую самоубийственную реакцию оправдать не могу.
— Долго она меня не удержит, — многообещающе предсказал демон.
— И не надо, — продолжила я свой лаконичный ряд ответов.
Демон от такой наглости, немного растерял в своем грозном облике. Вот только представьте: раздутую темную, трех метровую машину для убийства, источающею смертельную магию, и пронзающею одним взглядом, в недоумении хлопающею глазами. Жуть, да и только!
Сейчас разъяренный демон явно вкладывал все силы для взлома моей «стены». По тому как начала переливаться солнечная преграда, как рваными лоскутками от нее начали отрываться кусочки, было ясно, что защита долго не протянет.
— Он все равно убьет, — спокойно не открывая глаз, проговорил Герион.
Я крайне скептически посмотрела на спасаемую жертву. Кажется, это стало навязчивой мыслью вампира.
— Не волнуйся, я попробую раньше, — быстро прижимая к себе Гериона, я активизировала портал.
Грозный рык, обрушивавшиеся на голову свод камеры и громкие удары камней в мгновение сменились радужным сиянием.
Рассвет. Как иногда волшебно бывает, простое природное явление. Алые всполохи тонкой полоской уже засияли на горизонте. Воздух уже прогрелся, предвещая по-летнему жаркий день.
А я сидела на холодном, остывшем за ночь камне, и улыбалась. Вампир все так же с закрытыми глазами лежал возле моих ног. После перехода мы еще не разговаривали. Толи боясь понадеяться, что нам удалось. Толи опасаясь дальнейшего…
Как не странно портал я настроила достаточно точно. Арка открылась аккурат за десять сантиметров до тысяча метрового обрыва.
Место в которое я перенеслась с вампиром было одним из многих моих «тайных» убежищ. Каждое из них было расположено на значительном отдалении от основных городов империи и королевств, вокруг не было ничего магического и ценного. Полная глушь.
Сейчас мы располагались, где-то на границе Империи. В нескольких километрах проходила территория Адвоха. Одинокий горный массив с множеством пещер на вершине, лучше всего подходил для восстановления и обдумывания случившегося.
— Что будешь делать? — первым подал голос вампир.
— Вернусь.
— А как же…
— Разберусь.
Герион лишь покачал, не до конца восстановившийся головой. А, что мне оставалось делать? Клятва дана. Да и Стефана нельзя бросать с жаждущим возмездия императором…
Так, что у меня как говориться: без вариантов.
— В пещере под дальним камнем справа, тайник, — вставая на ноги и разминая затекшие конечности проговорила я. — Шифр — руна «гранддедрит». Там немного одежды, денег, небольшой запас необходимых артефактов.
Вампир с трудом поднялся на локтях, и посмотрел на меня светлыми глазами.
«Почему я считала их мертвыми?» — возник неожиданный вопрос.
Все действия вампира, были прорывом. Значит, на относительно приемлемое восстановление уйдет не более двух дней. Затем Герион, самостоятельно найдет способ залечить свои раны.
— Держи, — тихо проговорила я садясь рядом с молчаливым вампиром.
Из внутреннего грудного кармана, я достала небольшой сверток из мягкого бархата. Под черной тканью удобно разместились десять маленьких стеклянных колбочек.
— Здесь немного крови, — кладя сверток рядом с Герионом. — Не моей, но довольно сильного мага. На несколько дней должно хватить. Пещера будет безопасна около трех дней. Больше кристаллы невидимости не выдержат.
Все же я не умею прощаться. Наверное, стоило сказать, что-нибудь ободряющее или попросить прощения. Но я знала мои слова Гериону ни к чему. Медленно я отвернулась от молчаливо лежащего бывшего императорского советника и встала над обрывом. Волосы приятно ласкал ветер. А лицо грело ласковое утреннее солнышко.
— Мы еще встретимся? — донеслось из-за моей спины.
— Боюсь не в этой жизни… — я активизировала портал.
Мужчины уходят быстро, но часто возвращаются. Женщины долго думают, прежде чем уйти, но уходят навсегда…
Ад ничто по сравнению с женщиной в ярости.
Снова Эволон. Снова темный замок, черной империи где правит мрачный повелитель… Вновь я иду, по боли знакомому пути.
Из-за мощной магической защиты, портал не перенес меня прямиком в императорский рабочий кабинет. Нет, он засунул меня на нижний этаж, где располагались кухни. От моего неожиданного появления прямо посреди разделочного зала. Мясники выронили ножи, прикидываясь бездушными изваяниями. Маленькие поварята спрятались за тушками. А грузная кухарка, в бессознательном состоянии свалилась на пол, явно изображая свиноматку.
А меня от вида разделанного мяса, от рек стекающей крови, начало натурально мутить. Чтобы еще больше не провоцировать и так богатую фантазию подданных, и свою внезапную аллергию, поспешила удалиться со столь колоритного места. Не забыв дать четкие указания, чтобы в ближайшую неделю мяса рядом с собой не видела.
Вот теперь борясь со вспышками дурноты, в отвратительном настроении и физическом состоянии, я быстро направлялась прямиком в логово зверя. Многочисленные слуги, спешащие по свои делам, спешно отступали с моего пути мимикрируя под предметы обстановки.
У дверей меня никто не встречал. Так, что вышло, не так эффектно, как бы хотелось. Двери спокойно распахнулись от довольно слабого толчка.
— Успокоился!? — ускоряя шаг и направляясь прямиком к демону поинтересовалась я.
Маркус озадаченно поднял на меня глаза. Кажется, не найдя ответа на свои вопросы, он в ожидании скрестил руки на груди.
— Нужно поговорить, — твердо осведомила я, облокачиваясь руками на толстую каменную столешницу.
Как говорила моя любимая наставница: лучшая защита — это нападение…
Знакомое искажение собственного портала, я почувствовал заранее. Поэтому с легкость, смог подкорректировать точку прибытия. Как не странно, замковая кухня располагалась в самом дальнем крыле.
«Пускай побегает. Может мысль светлая, наконец, в голову придет», — в ожидании уставившись на дверь, решил я.
Не знаю, что увидела Лика на кухне. Или кто еще смог испортить ей настроение, но в кабинет императрица Таноса ворвалась, словно раненая фурия. Костюм грязный, волосы растрепанные, глаза полыхают зеленным огнем, лицо землистого цвета. В общем, красота… Страшна сила…
— Успокоился!? — прямо с порога ни капельки не стесняясь за свое поведение, огорошила меня вопросом демоница.
Я молчаливо посмотрел. Может правда уже успела нарваться на кого-нибудь? Вроде бы — это моя сегодняшняя привилегия быть в ярости. В своем рвении к всеобщему благу и справедливости демоница зашла слишком далеко.
— Нужно поговорить, — сообщила Лика, облокачиваясь руками на толстую каменную столешницу.
А меня начала конкретно забавлять ситуация. Не то, чтобы я был рад сему смехотворному поведению, но сама реакция стоила того, чтобы немного потерпеть…
Между тем Лика решила извести меня взглядом. Толи достойные аргументы не могла подобрать, то ли решала, в каком ключе далее продолжать скандал.
А я пытался держать себя в руках. Данная выходка, с вызволеннием вампира, могла очень дорого стоить не только безрассудной демонице, а всему Таносу. Слишком опасные существа находятся в подземных тюрьмах. И если бы я заранее не подстраховался…
— Милая, я смотрю, ты часто посещала закрытую секцию императорской библиотеке? — решил я все же начать диалог.
По правде сказать, неожиданные и очень неуместные знания Милолике в области черной магии и кровавых ритуалов пугали и восхищали одновременно.
— Больше чем тебе того хотелось, дорогой, — буквально по слогам проговорила Милолика последнее слово.
— И каких еще сюрпризов мне от тебя ждать, ненаглядная моя?
Признаюсь, я начал издеваться. Нежно, посемейному…
— Давай не будем спешить, драгоценный… — глаза демоницы просто полыхали зеленным огнем. — Поверь, самое интересное, я приберегла на потом.
— Чего тянуть любимая? — я уже искренне усмехался происходящему.
Лика сама того не ведая обиженно надула губки. По бегающим глазам, я понял, что все идет не по продуманному заранее сценарию. От этой мысли так светло стало на душе.
— Маркус сознавайся, — резко рыкнула на меня демоница, ударяя кулаком по столу.
— Я убил, — искренне признался я.
— Кого? — опешила Лика.
— Сама решай, — я пожал плечами. — С меня ты хотела лишь признания.
— Долго будешь из себя шута корчить, — самообладание начало покидать демоницу, изумрудные глаза наполнились тьмой. — Ты ведь знал, что я попытаюсь освободить Гериона?! Ты специально ослабил охрану!? Ты подговорил горгулий…
— Нет, родная, это твоя заслуга.
Лика опешила. И пронзительно на меня уставилась. Целую минуту девушка боролась с собой. Сопоставляла факты, вспоминала самые маленькие детали. И наконец, устало опустилась на кресло.
— Зачем? — тихо спросила Лика. — Ты разве не мог просто помиловать Гериона?
— Не педагогично.
— Что?
— Не поучительно и назидательно…
— Ты болен.
— Разве?
Лика бесилась. По-детски наивно и очень мило, надула губки, маленькие кулачки то стискивались, то разжимались. Она сидела в кресле, будто обиженный птенец. Взъерошенный, нервный и потрепанный, но такой милый и родной.
«Только не смейся», — молило сознание, наслаждаясь зрелищем.
Сейчас я невольно вспомнил прошедшие годы, когда Милолика прибегала в мой кабинет, и жаловалось, что у нее что-то не получается. То учитель по фехтованию, слишком тяжелые нагрузки ей поручает. То, преподаватель некромантии и черной магии, заставляет тратить слишком много сил на поднятие нежити, а она так скверно пахнет… То история и дипломатия, слишком нудны и за унылы…
Я все же не удержался и улыбнулся, но по нежному, с заботой и лаской. Совсем как тогда…
Лика замерла. Она неотрывно стала следить за каждым моим движением. А я медленно, чтобы не спугнуть встал и обошел стол. Так же осторожно опустился на корточки совсем рядом с креслом.
— Не злись Ангел, — с неподдельной заботой попросил я.
Лика подняла на меня свои изумительные зеленые глаза, и я пропал. Мысли унеслись в далекую им только ведомую даль. Инстинкты и здравый смысл вообще отключились. Осталось лишь желание…
Не помня себя, я протянул руку к нежной бледной щеке, медленно проводя кончиками от скулы до шеи. Лика вздрогнула, но не отдалилась. Она будто застыла, забыв дышать. Лишь в глазах я читал борьбу и смятение.
А потом, я забылся. Прошлое будто мощная волна накрыла меня. Ведь тогда, давно я не должен был спрашивать разрешения, чтобы прикоснуться, обнять, поцеловать. Лика целиком и без остатка принадлежала мне.
«Она моя! Только моя!» — кричало сознание.
И я впился поцелуем в искусанные губки. Нежно. Боясь спугнуть. Будто приручал, маленького свободолюбивого и независимого зверька. Казалось, время остановилось, или сжалось до размеров нашего маленького мирка. Теплые, родные, всегда желанные губы… Я вновь ощущал их вкус. Трепет. Сердце болью сжалось, душа же пела…
Полностью отдавшись эмоциям, ощущениям. Я совершенно не заметил, как Лика занесла над моим лицом руку. Мгновение и сильный удар кулаком обрушился на мою правую скулу. Императрица била сильно, не ладошкой, а кулаком.
От неожиданности, а не от боли я отступил, смотря не в растерянные, а яростно горящие очи.
— Чертовка, — глупо улыбаясь, я, потирал скулу.
— Всего хорошего Маркус.
Лика быстро спрыгнула с кресла, и молниеносно увеличила расстояние между нами. Она боялась, ее трясло… И скрыть она этого не могла. Потому и бесилась.
— В следующий раз, когда запланируете реализацию очередных педагогических методик, — твердо, произнесла императрица. — Прошу ставить меня в известность.
Быстрые практически убегающие шаги до двери. И тяжелые створки громко ударяются о косяк, скрывая за собой разъяренную демоницу.
— Ангел мой… — не скрывая улыбки, произнес я в пустоту. — А ты же ответила на поцелуй…
— Что это?
Я недоверчиво покосилась на непонятную мутно — болотную жижу.
— Твой завтрак, — Стефан посмотрел за окно. Смеркалось. — Или ужин. Короче выбирай сама.
Поднос невежливо плюхнулся возле меня на одеяло. А моя «тень» предпочла удалиться и продолжить обижаться в дальнем углу спальни. Схватив явно первую попавшуюся книгу, решил даже не смотреть в мою сторону.
— Стефан, бойкот — это как-то по — детски, — решила первая пойти по пути мира.
Маг не внял. Продолжил с грузным видом изучать «Основы животноводства в темной империи», по характерному переплету узнала я сие увлекательные труды.
Поняв, что лорда, сейчас лучше не трогать, неуверенно покосилась на лежащий поднос. Принюхалась. Пахло так же «хорошо» как и выглядело.
«Оптимистично утро… ночь начинается», — подбодрил меня внутренний голос.
— У тебя полчаса, — не отрывая взгляда от книги грозно отозвался маг. — Император ожидает тебя на подписание каких-то бумаг…
В голове медленно начало проясняться. В след за светлыми мыслями всплыло и расписание встреч. Обеденную встречу с лепреконами я проспала. Пяти часовой визит графа и графини Батарель Зепар благополучно пропустила. Оставалось лишь подписание указов на новые должности и небольшие договорники. В общем должно занять не более получаса…
— Стефан по — упражняешься со мной через час в парке? — протянула я еще одну «трубку мира».
Маг недовольно фыркнул. Но книгу отложил. Тень явно ждала объяснений или раскаянья. Но я Тем более в свете выяснившихся фактов.
— О чем задумался?
— Почему Маркус меня не убил? Обнаружив твое отсутствие и мое бессознательное тело.
— Не мог. Стефан вместе с «забвением», я поставила на тебя небольшую защиту. Ее взлом занял бы у Маркуса слишком много времени, которым он не располагал.
Тем более убить тебя не позволил бы подписанный тобой контракт, — увидев удивленный взгляд мага, я пояснила. — Пункт 342.7. Лорд Стефан Андри Широл вступающий на должность… — я несколько сократила сухую трактовку. — «Тени» не может быть причинен вред от членов императорской семьи и их подчиненных… по согласию или попустительству… По воздействию или бездействию…
Поняв, что суть Стефан ухватил и мне не обязательно целиком цитировать довольно нудный текст, я перешла к главному:
— Пункт 578. Лорд Стефан… именуемый «тень»… — снова я попыталась сжать ненужный текст. — Является полной собственностью ее императорского величества…
— Данный пункт могла бы опустить, — недовольно пробубнил маг.
— Нет, Стефан в нем и скрыта вся суть, — спокойно объяснила я. — Так как ты полностью принадлежишь мне. И только я могу распоряжаться твоей жизнью. Следовательно, лишь я могу даровать тебе свободу, — я немного замялась. — Что планирую сделать через восемь дней.
Глаза мага быстро приняли вид огромного чайного блюдца, а книга все время находившиеся в руках с глухим звуком ударилась о пол.
— Через восемь дней Дерек должен… — Стефан осекся. — Лика император тебе не позволит…
Здесь я решила промолчать. С выводами Стефана, нельзя было не согласиться. И над этим мне еще предстоит поработать…
— И Маркус подписался под этим контрактом…
Судя по всему, лорд Широл решил, сразу разъяснить все детали.
— Думаю, он не особо вчитывался в обновленную версию, — ответила я уклончиво.
Я сама до сих пор была удивлена, что мне удался подобный фокус.
— Непостижимо.
— Игры высших, — философски заключила я.
За разговорами я поняла, что времени у меня практически не осталось. И, чтобы не гневить сильнейшего мира сего, и не испытывать его праведный гнев… Я поспешила выгнать личного охранника, чтобы спокойно собраться.
Обычно опаздывать на назначенные мной встречи никто не отваживался. Но Милолика всегда была моей слабостью. Любой ее поступок даже если сначала злил, то впоследствии вызывал как минимум интерес.
Слишком живые взгляды для представительницы старейшей демонической династии. Чересчур непосредственное поведение для госпожи ее статуса. Сверх меры остроумные и нестандартные подходы при решении проблем для ее малого возраста.
— Да, отец, ты с первого взгляда разглядел в ней чистейший бриллиант. Если бы я не был, так долго слеп, мог бы избежать многих ошибок, — проговорил я в ночь, через окно, наблюдая за тем, как загораются звезды.
Вновь тоскливое одиночество в собственном кабинете. Ворох важных и неподписанных бумаг на столе. Еще больше проблем в реальной жизни. А я не мог ни о чем думать. В голове был лишь один образ…
— Позволите, ваше величество?
В кабинет медленно и тихо прошла Лика. Сейчас на ней было платье простого покроя черного цвета с небольшой вышивкой у воротника и манжетах. Ни макияжа, ни украшений. Даже императорский венец был забыт демоницей. Скромно для императрицы. Но очень удачно для Милолики… Она никогда не гналась за стандартами… Скорей стандарты подгонялись под нее…
Вот сегодня, как только прошла сплетня, о том, что императрица желает целый месяц есть овощи. Все дамы высокого чина и положения, скупили всю возможную «травку» себе на ужин…
— Опаздываешь.
Поворачиваясь в сторону Милолики, я как обычно замер. Словно находясь под властью неведомого колдовства, лишь молчаливо взирал.
Лика видимо отошла от столь активной и бурной реакции, которую продемонстрировала мне с утра. И сейчас была скромна и тиха. Практически бесшумно, она преодолела разделяющее нас пространство и грациозно села на свое место за столом, задумчиво разглядывая приготовленные бумаги.
И вновь я залюбовался. За тонкими движениями. За задумчивой морщинкой на лбу. Всегда, когда Лика пыталась, сосредоточатся и собраться она кусала перо.
«Интересно, а она сама догадывается, как прекрасна?» — поинтересовался внутренний голос.
Милолика будто прочла мои мысли, быстро подняла вопросительный взгляд. А я, кажется, не переставал глупо улыбаться. Нежный разовый румянец вспыхнул на лилейном лице, и Лика поспешила отвести взор. Вновь погружаясь в чтение бумаг.
— Я все же думаю назначение лорда Кимарис Наот не целесообразно. Тем более на должность советника в тайной канцелярии.
На данный момент, мне было все равно на советника, лорда или кем он там являлся. Но поймав недовольный взгляд императрицы, я поинтересовался:
— Почему?
— Уж очень мне не нравятся его слабости…
Я попытался вспомнить, с какой стати вообще данный документ попал на подпись Лики? О наклонностях лорда, я был прекрасно осведомлен, так же, как и о его талантах. Попрощаться со старым извращенцем, пока не позволяла политическая обстановка. Да и прииски железа, и прочей руды на его территориях не только приносили богатый доход империи, но и снабжали необходимым армию. А вот назначение?
— Асбиэль, — вслух озвучил я свою догадку.
— Причем здесь гном? — искренне не поняла Лика.
— Вновь врожденная предприимчивость и алчность взяла вверх над страхом, — спокойно произнес я. — Переложи документ в мою стопку, завтра я решу столь щекотливый вопрос…
Милолика пожала плечами, явно ненастроенная на споры. И молча, переложила назначение в мою гору неподписанных бумаг.
Дальнейшие пятнадцать минут прошли в полном молчании. Я безмолвно стоял, облокотившись на раму окна, и наслаждался покоем и умиротворением. Лика была рядом, о большем я, и мечтать боялся…
Но как скоротечно время… Выполнив положенные обязательства императрица, еще раз проверила необходимые бумаги. Видимо оставшись довольна столь быстрым решением проблем, Лика поспешила удалиться:
— На сегодня я закончила, — быстро вставая из-за своего места, проговорила демоница. — Разрешите идти…
Грациозный реверанс и, не дождавшись позволения, Милолика быстро направилась в сторону двери.
— Подожди… — буквально слетело с моего языка.
Лика в неуверенности замерла. В ее глазах явно читался новый план побега.
«Только не спугни! Не напугай вновь», — кричал рассудок.
— Прогуляемся?
Я вытянул вперед руку, в надежде, что демоница протянет в ответ свою.
— Думаю — это будет лишним, — с тревогой отозвалась девушка.
— Я обещаю, по первому твоему требованию перенесу в спальню.
Милолика в сомнении на меня покосилась. Я понял, что нужно идти ва-банк. Другого шанса у меня может и не быть.
— Разблокирую возможность перемещаться…
Наконец озорной огонек зажегся в зеленных глазах. Лика еще раз недоверчиво на меня посмотрела и протянула тонкую, белоснежную ручку.
— Хорошо. Но помни о своих обещаниях.
— Не сомневайся. Тебе понравиться…
Морозный ветер ворохом снежинок и маленьких кристалликов ударил в незащищенное лицо. Сильный студеный воздух в мгновение буквально пробрал до костей. Кончики пальцев, нос и уши уже через несколько секунд я не ощущала.
В полном недоумении, огляделась, но в ночной темноте пейзаж был не узнаваем. Могла лишь предположить, что мы где-то высоко в горах. Ведь только здесь можно утопать по колено в снегу в уже теплое время года.
— Оригинальное место для ночной прогулки, — попыталась я прокричать штормовой ветер. — Теплое море было бы по актуальнее…
— Не бойся, не заболеешь, — Маркус подмигнул, снимая с себя камзол и накидывая мне на плечи. — Кровь огненной демоницы не позволит.
— Заболеть нет, — кутаясь в еще теплую ткань, простучала я зубами. — А вот замерзнуть…
Маркуса явно забавляла ситуация. Казалось, от подобной погоды он получает лишь удовольствие. Ни капельки не ощущая холода в легкой атласной рубашке.
— Тогда поспешим, здесь не далеко… — подбодрил меня император.
И демон, спокойно оставив меня озираться на месте. Направился, в только ему понятную сторону. Долго размышлять я не стала. Быстро похватала тяжелую юбку платья, отправилась за мелькающей впереди спиной.
Действительно через пару десятков метров мы вошли в огромную пещеру. Здесь стало немного комфортнее, из-за отсутствия ветра и снега, но по — прежнему очень холодно.
«Вот еще бы видеть куда я попала», — мысленно не довольствовала я, безуспешно пытаясь разглядеть сквозь тьму.
Маркус огляделся, и, кажется, остался доволен. Я по — прежнему не разделяла демонический оптимизм. Секунда и вверх к каменному своду устремились десятки магических светлячков.
Фантастическая, сказочная красота вместо мороза сковала меня. Я смотрела и не могла отвести восторженный взгляд. Маркус привел меня в царство льда, в королевство мороза. Под впечатлением, я несколько раз повернулась на месте, в попытки найти магический источник сего великолепия. Но его не было.
«Неужели природа могла сотворить такую красоту?», — не верило дитя магии.
Сейчас мы с Маркусом находились в центре огромного ледяного колодца. Яркие белые, бирюзовые, синие, голубые цвета приковывали взор и завораживали. Пол зала, все стены были будто залиты кристальной водой, которая будто замерла в своем неуемном беге. Словно наполированные стены, светились изнутри, играя всполохами фиолетового сияния.
— Пойдем, а то и впрямь замерзнешь, — вывел меня голос из состояния сказки.
Точно завороженная я потянулась к теплой руке. А Маркус улыбаясь, повел меня вперед вглубь пещеры.
С каждым последующим шагом я все больше погружалась в состояние нереальности. Со стен и потолка неописуемыми крупными гроздями свисали ледяные кристаллы. Чем дальше мы проходили, чем причудливее меняли свою форму застывшие водяные изваяния. То острыми иглами, то круглыми шарами, то многочисленными звездообразными узорами, поражали мое воображение. От яркого света магических огней они переливались, светились и играли…
Маркус уверенно вел меня через многочисленные коридоры. Будто ветви замершего огромного дерева тянулись сотни ходов и лазов. А демон твердо двигался вперед к неизвестной мне цели.
Постепенно я начала понимать, что с каждым шагом становится теплей. Уже ушел морозный пар от дыхания. Под тяжелым камзолом стало нестерпимо жарко. В недоумении я остановилась, заинтересованно разглядывая по сторонам. Все те же дивные ледяные кристаллы невероятной величины окружали нас.
«Но почему они не тают?» — задал логичный вопрос разум.
Маркус правильно прочел мой сомнительный взгляд.
— Но как? — удивленно поинтересовалась я.
Кажется, демон именно такую реакцию и ждал. И собственно из-за этого привел меня в это волшебное место.
— Посмотри внимательно, это уже не снег, — не пряча улыбки, произнес император.
Не веря в сказанное, я приблизилась и тихонько коснулась блестящих кристаллов. Гладкий, теплый камень, словно иллюзия соприкоснулся с моей кожей.
— Это не вероятно…
— Я же обещал, что тебе понравиться.
Я вновь с сомнением начала озираться по сторонам. Но сказка оказалась правдой, вокруг нас в не передаваемом количестве блистали чистейшие алмазы.
— На эту пещеру я наткнулся случайно, пять лет назад. И ни проходило не месяца, чтобы сюда не наведывался. Всегда оставаясь здесь в одиночестве, я мечтал, что этот восторг ты разделишь со мной.
И я вновь молчаливо опустила глаза. Маркус не бросал попытки возобновить наши обрушившиеся отношения. В непоколебимой надежде на счастливый конец. А его не могло быть по — определению. Реальная жизнь — это не сказка.
— Так ответь мне Маркус, — я с вызовом посмотрела на императора. — Почему ты не явился раньше? Почему не дал мне даже возможности узнать, что живой?
Маркус вздрогнул. Видимо эта тема была так же неприятна демону, как и мне.
«Хотел начать все заново, не вспоминая прошлого? Не удастся, я очень хорошо запомнила боль предательства», — промелькнула злая мысль.
— Не мог, — коротко, но серьезно ответил демон.
— Или не хотел?
Я решила здесь, и сейчас расставить все точки на место. Положить конец, этому бессмысленному абсурду в который мы играем. Нам просто не суждено быть вместе. Хоть пока Маркус и не хочет этого признавать.
— Ангел мой, я все десять лет каждое мгновение страдал. Каждую секунду жалел о случившимся.
Маркус сделал осторожный шаг в мою сторону. А я не собиралась убегать. Слишком накрутила я себя, чтобы подаваться романтическому бреду.
— Так ответь честно…
— Когда все случилось… — демон уже стоял вплотную, но старался не смотреть мне в глаза. — И ты порвала свою линию жизни вместо моей, — мой взор находился в районе груди, поэтому я четко увидела, как черные вены поднялись вверх по шее. — Я пошел на сделку… — крепкие руки обняли, будто боялись, что я вновь пропаду. — И одним из условий твоего возвращения было не покидать границы Таноса десять лет. Так же были запрещены любые разговоры и встречи. За свою ошибку я должен был дать тебе свободу на десятилетие…
— Непостижимо.
Если бы надежные руки не продолжали держать, я бы позорно осела на землю. А так я смотрела на темную ткань рубашки и не могла осознать сказанное.
«Лика, возьми себя в руки. Сказанное (если это, правда) лишь объясняет, почему он ни искал встречи с тобой. Но не предательства, из-за которого все произошло», — пытался подключиться к чувствам разум.
— Ангел, давай хоть на сегодня забудем о прошлом, — практически до боли сжимая в своих руках, с трепетом в голосе попросил Маркус. — Просто попробуем насладиться тем, что у нас есть сейчас.
Теплое тело на секунду отдалилось, чтобы вновь крепко взяв меня за руку, повести по очередному извилистому пути.
А я подралась не думать. Просто забыть… Холодный блеск манил. Вызывал восторг и обожание, тысячами граней святились многотысячные драгоценные скульптуры. Вновь очередной проход с низким сводом, что даже пришлось немного нагнуться, а Маркусу буквально сложиться пополам.
— Закрой глаза, — резко остановившись, попросил демон.
Его спина закрывала практически весь обзор, к тому, что ждет нас впереди.
— Милолика, прошу, доверься.
«И впрямь, чего ты испугалась? Неужели он привел тебя в такую даль, чтобы…» — окончание мысли, я так и не смогла вообразить.
Глубоко вздохнув, я послушно прикрыла глаза. Позволяя демону вести меня к неизвестности…
В кромешной темноте ощутила, что тесный проход постепенно начал расширяться. А через десяток метров смогла бы с точностью утверждать, что демон вывел меня в достаточно большой зал.
«Слишком много свежего воздуха, для замкнутого помещения» — пояснил свою догадку разум.
— Уже можно открыть глаза? — все же неизвестность пугала.
— Секунду, — нежно шепнул мне на ухо Маркус.
Сквозь закрытые веки, я все равно ощутила, как сотни магических огней, сотворенные демоном, поднимаются высоко вверх. А свежий, но очень теплый воздух приятно щекочет лицо.
— Открывай.
Я открыла глаза и обомлела. Мы стояли посредине оазиса. Будто частичка мифического рая была заключена среди алмазных стен. С земли поднимались диковинные растения, поражающие яркостью зеленных листов и неописуемостью цветов. Они словно великолепное украшение обрамляли истинный бриллиант этого места — фантастическое озеро. Дно природного творения было словно песком усыпано маленькими драгоценными камнями. Это было волшебное место, которое оправдывало свое название.
Я вертелась словно волчок, в попытках разглядеть малейшие детали.
А потом была сказка. Ощущение радости, беззаботности непреодолимой волной поглотило меня. Все земное стало таким пустым и ненужным, когда существуют подобные места. Словно я вновь вернулась в свою беззаботную юность, где было все легко и просто.
— Догоняй!
Я не знаю, почему именно эта фраза сорвалась с моих губ, но я как нашкодивший сорванец, подхватив пышную юбку, рванула от демона в ближайший кустарник.
По азартному блеску в глазах я поняла, что император принял мой вызов. Но я сегодня проигрывать не собиралась…
Не знаю сколько времени прошло час, день, неделя… Но мы уставшие, но счастливые, с тяжелым дыханием стояли на берегу в шаге от кромки озера.
— Предлагаю ничью, — первым отозвался Маркус.
— Где Ваши манеры сударь? — с нескрываемой улыбкой возмутилась я. — Я явно обошла Вас по всем позициям…
И я взглянула в черные как бездна глаза и вновь пропала. Поплыла и потонула. Мгновенное движение и я была прижата к мощной груди.
Поцелуй. Нежный. Трепетный. Маркус словно просил, умолял не бояться. Но я и не собиралась. Здесь и сейчас не было предательства, десяти лет мук и отчаянья. Я жила и хотела быть счастлива. Совсем на чуть — чуть, на короткое мгновение.
Я ответила. Сама. Полностью осознавая и подтверждая случившиеся. Привстав на носках, я крепко обняла огромную шею, пальцами зарываясь в черные, шелковистые волосы.
И вновь о времени было забыто. Мир сузился до нашего маленького мирка. Будто существовали лишь мы. И сейчас мне казалось все правильным. Горячие губы на моем лице, шеи, плечах… Его неуемные, практически на грани боли объятья. Его нежные, ласковые слова. Я отдавалась целиком, без остатка, но получая взамен многократно больше.
Неожиданно иллюзия пропала, словно водный пузырь лопнула, оставляя лишь пустоту и непонимание. Маркус вдруг прекратил ласки, немного отстранившись и пристально вглядываясь за мою спину.
— Маркус, что случилось? — нашла я в себе силы, произнести хоть какие-то слова.
— Тихо, — спокойно попросил меня демон, крепче прижимая к себе, но напряженный взгляд не пропал.
— Все же учуял, — будто из неоткуда послышался насмешливый голос.
Я резко обернулась, не покидая надежных объятий. Из воздуха медленно начали появляться высокие черные фигуры, полностью затянутые в черные плащи. На голову был накинут не проницаемый капюшон, полностью поглощающий лица. Но я и не пыталась его разглядеть, зная, что за одеждой прячется лишь темнота. Фигуры медленно, но уверенно обступили нас по полукругу. Неотрывно следя за черными существами, я насчитала пятнадцать незваных гостей.
— Как мило, — заговорило черное существо, вышедшее вперед. — Неужели мы свидетели воссоединения императорской четы?
Маркус молчал, явно ожидая дальнейших действий не прошеных гостей. Но и черные силуэты не спешили озвучивать, что им понадобилось и какова цель визита.
Я смотрела и не могла понять. Где я могла видеть подобных существ? Почему память снова поставила блок, на явно нежелательные воспоминания? И почему Маркус так нервничает?
Молчаливая дуэль продлилась долгую минуту. Затем император резко развернул меня к себе, сжимая мои плечи, и твердо взглянул в мои глаза:
— Лика уходи в Эволон, — стальная уверенность была в каждом слове. — Замок в состоянии тебя защитить. Возможность перемещаться я разблокировал. Им нужен я…
Я лишь в недоумении хлопала глазами.
«Да кто они такие, чтобы высший демон, император Таноса начал волноваться?», — негодовало сознание.
В ответ на реплику императора, последовал смех всех представителей непонятных для моего восприятия черных сущностей.
— Как ты еще не понял, — вновь отозвался главарь. — Это не тебя мы хотим поймать… Нам нужна девчонка.
Я физически почувствовала, как Маркус буквально озверел. Именно — этого он и боялся, но явно такого ответа ожидал.
— Я бы советовал помолчать! — прорычал демон в сторону оппонента.
Темное существо лишь ухмыльнулась, продолжив вместе со всей «веселой» компанией неподвижно стоять.
— Лика, я, кажется, ясно разъяснился, — в голосе императора явно читалось раздражение и страх…
— А мы долго ждали, когда ты вытащишь демоницу из неприступных стен. Маркус смирись, наша власть велика. Даже тебе не под силу сразить всех нас, — каждой последующей фразой озадачивал меня главарь темных все больше.
А император замер, явно продумывая какой-то план.
— Маркус, что происходит? — в очередной раз не выдержала я.
— Милолика, я не намерен повторять дважды!
Вновь я начала перебирать факты. Кого так сильно мог остерегаться император? Кто обладал достаточными знаниями, силой и властью, чтобы в открытою бросить вызов?
— Агалиарепт, — сорвалось с моих губ.
— Умная девочка, — сложившиеся ситуация явно забавляла главаря. — В принципе я ни не сомневался. Милолика давай заключим сделку. Ты смиренно уходишь вместе с нами, и мы оставляем императора Таноса живым и невредимым.
— Милолика я сказал прочь, — прорычал демон, явно с усилием удерживая внутреннего зверя.
Я лишь упрямо покачала головой. Хоть и мне не нравилась непонятная реакция Маркуса. Но покидать поле боя было не в моем характере. Тем более данные темные личности мне явно задолжали…
— Ангел, прошу, уйди, — родным и любимым голосом попросил Маркус. — Я не могу действовать в полную силу, зная, что ты рядом.
Я еще раз взглянула на темное сборище. И именно в этот момент началась атака. Через долю секунды я была буквально брошена за спину демона. Одного взгляда мне хватило, чтобы понять такого просто не может быть. Они били слаженно все вместе. В воздухе пахло не понятной для меня магией совсем темной, смертельной, древней… Казалось атака не забирает практически у них сил. Тогда, когда Маркус явно быстро терял драгоценный резерв.
«Это нужно прекращать», — вспыхнула злая мысль.
Мысленно я призвала силу. И… ничего… Не какого отголоска. Я попробовала вновь. Пустота. Во мне будто выжгли всю магию. Сущность Валькирии не подчинялась зову. Наследие Хозяйки Преисподней будто потухло…
«Что происходит!?» — в ужасе раздался голос разума.
Я собралась с мыслями, представляя Эволон. Если я смогу перенестись, то по магическому следу, смогу затем выстроить портал назад. Позвать подкрепление…
— Маркус я не могу перенестись, — ошарашено проговорила я, до конца не осознавая случившиеся.
— Что?!
— У меня нет магии, — повторила я. — Я не могу призвать ни силу Валькирии, ни Хозяйки Преисподней.
В эту секунду атака прекратилась. Темные таким же слаженным строем стояли напротив нас.
— Ты еще не понял, мы намного могущественнее, — голосом победителя проговорил главарь.
Маркус яростно взглянул на своих оппонентов.
«Из замка, чтобы и носа не высовывала. Если я не вернусь через три часа. Обратись к Алексу… Он сумеет защитить» — неожиданно раздался у меня в голове твердый голос Маркуса.
Прежде чем я смогла, что — то понять. Прежде чем, что — то смогли предпринять фанатики ордена Агалиарепт… Император сорвал со своей шеи кулон и бросил мне под ноги. Темный камень со звонким стуком разбился, и тысячи осколков полетели к моим ногам.
— Схватить ее…
— Она не должна уйти…
— Ты пожалеешь…
Множество голосов, слились в один пронизывающий крик.
— Маркус нет…
Мой крик застрял в арке мгновенно открывающегося прохода. Вспышка. И я с громким звуком ударяюсь о камень в тронном зале.
— Маркус у тебя нет шансов в одиночку… — в безнадежности кулаком ударила я по мраморному полу.
Истерика начала накрывать меня. Я понимала, что ничего не могу сделать. Никак не могу помочь. Я даже не знаю где он!
— Немедленно привести ко мне князя Ковальского, — быстро отдала я распоряжение. — Живо!
Тени заскользили по каменным стенном, растворяясь в щелях Эволона. Алекс был моим шансом. Не зря Маркус лишь о нем вспомнил, прежде…
От воспоминания истерика вновь начала подбираться. Я постаралась взять себя в руки, попробовать рассудить, сопоставить…
Попробовала обратиться к внутренней силе. Мощь Хозяйка Преисподней отозвалась мгновенно, обволакивая мое тело привычным за последнее время кроваво — черным полотном.
«Значит, магия есть», — немного успокоился разум.
Попыталась сквозь связь пробиться к Маркусу. Почувствовать его состояния. И столкнулась об стену. Кто-то явно меня блокировал. Вопрос: кто? Маркус не желал, чтобы я вмешивалась или злосчастные Агалиарепт применили неведомую силу?
Мысленно я призвала свою личною «тень». Стефан еще не сталкивался с таким способом связи, но думаю, что он быстро усвоит мой приказ.
Минута, казавшиеся, мне вечностью. И из черной арки портала испуганно вышел князь Ковальский. Он был в одних широких штанах на босу ногу и небрежно накинутой рубашки. Но я даже знать не хотела, откуда его выдернули стражники.
— Лика, что произошло? — взволнованно, широкими шагами приближаясь ко мне, быстро спросил демон.
Оценив мой крайне испуганный, потрепанный вид, да еще в облачении Хозяйки. В общем реакция демона была закономерна…
— Маркус… Он… Ему необходима помощь, — пытаясь унять чувства, смогла лишь выговорить я.
Понимая, что демон, кроме моей истерики больше ничего понять не в состоянии. Я постаралась взять себя в руки. Быстро пересказав моменты, нашей встречи с черными существами. Я стала ждать предложений князя.
— Думаю, император в состоянии позаботиться о себе, — спокойно заключил демон.
— Алекс, ты идиот! — вырвалась у меня единственное объяснение.
Я практически кричала. Внутренняя сила под действием эмоций начала выплескиваться. В тронном зале стало светло как днем и жарко как в печи, от яростно — полыхающего огня.
— Милолика прошу, успокойся. Ты недооцениваешь Маркуса.
Алекс протянул ко мне руку и сделал шаг вперед. Я отступила, не по тому, что боялась. А зная: подойдет ближе — уничтожу!
— Лика как ты себе представляешь спасение императора? — прочитав мою реакцию, демон начал приводить доводы. — Сколько у нас уйдет времени для прочесывания всех гор империи? Ты ведь не знаешь где он. Я созываю срочный совет…
— Для чего? — я практически шипела. — Чтобы эти стервятники, посовещавшись, решили, что если император самостоятельно не вернется, замена найдется очень быстро…
— Ты не права, — не прекращал ровным спокойным тоном, взывать к моему разуму демон. — Больше ничем помочь Маркусу не могу…
Не знаю, что отразилось на моем лице. Но демон в замешательстве сделал шаг назад. Стефан как раз, ворвавшийся в закрытые двери с ужасом в глазах замер на месте. Наверное, было от чего вздрогнуть. Огонь за моей спиной полыхал, отражаясь на всех поверхностях.
— Стефан живо за мной в сокровищницу, — прорычала я.
Словно удар молнии, ко мне пришло озарение. Я четко поняла, что спасти Маркуса в моих силах.
— Лика, что ты задумала? — недоверчиво вставая у меня на пути, поинтересовался демон.
Сейчас на моем пути не существовало преград. У меня было четкое понимание, и конкретная цель к ней я шла.
— Не ваше дело князь.
Темная сила из-за наплыва эмоций, практически вырвалась наружу. Необузданная, дикая мощь пьянила. Я чувствовала свою силу и власть. Мой внутренний зверь — своенравная демоница ощутили свободу. Упиваясь лишь одним своим желанием. И сейчас она желала сделать все, чтобы Маркус остался жив…
— Что с твоими глазами? — не отрывая от меня ошеломленного взора, прошептал Алекс. — Лика постой!
Темная сущность, наследие истинных демонов взяло надо мной вверх. Во мне кипели: власть, мощь, сила. Я чувствовала, как мой внутренний демон расправил крылья, почувствовав свободу. Теперь не будет жалости и сожаления. Лишь уверенность и непоколебимость решений.
— Только, что Вы вынесли себе вердикт, князь.
Одним движение руки, я отбросила огромного демона к противоположной стене. И не оглядывалась пошла к выходу.
— Я не позволю! — прорычал Алекс, вставая у меня на пути. — Ты не сможешь унять его силу.
«Быстро догадался. Умный демон», — замурлыкал внутренний голос.
Алекс поняв, что обычной силой меня не возьмешь, решил так же призвать внутреннюю сущность. Огромный черный зверь закрывал мне проход. В черных глазах с кровавыми искрами была железная воля и решительность.
«Бедный Стефан. Быть свидетелем подобного… сомнительно удовольствие», — заключил разум.
— Вас не спросила, — не меняя траекторию движения, проговорила я.
— Милолика, я сказал: Не смей!
Алекс совершил много ошибок за сегодняшний вечер, но это была его крайняя оплошность. Приказывать мне! В моем нынешнем состоянии, было смерти подобно.
Я спустила с поводка демоницу. Радостно рыча, она начал играться с одним из сильнейших существ Таноса как с котенком. А мне даже не нужно было прикасаться к Алексу. Вырвавшееся на волю, не зримая для остальных сущность, как вампир пила силу демона, как хищница когтями рвала магическую оболочку. Сковывая тело, подчиняя душу…
Алекс стоял на коленях не в силах ничего предпринять. Лишь глаза упрямые и непреклонные молчаливо взирали на меня.
«Хватит» — жестко приказала я.
Моя невидимая копия, с жалостью рассталась с вкусной игрушкой, но довольно отступила назад, в самую далекую часть моей черной души.
— Как ты не понял Алекс? — я остановилась в шаге от поверженного демона. — Дважды ты вручил свою жизнь мне. Дважды ты дал клятву верности. Я полностью подвластна над тобой.
Алекс попытался рвануть вперед. Бесполезно. Демоница слишком сильно его потрепала. — Ты ничего не сможешь мне сделать, — спокойно проговорила я. — Может вне стен Эволона у тебя был бы шанс сопротивляться. Но здесь я единственная Хозяйка.
— Лика, ты не ведаешь, что творишь, — прохрипел демон. — Он погубит тебя.
А я не собиралась дальше выслушивать бесполезные для меня аргументы. У меня был план. И я его приведу в жизнь…
— Князь Ковальский, находиться под стражей до моего дальнейшего распоряжения.
Сотни молчаливых теней ринулись к сверженному демону, обступая его по кругу.
— Не выпускать из зала. Никого не впускать.
Черна — алая ткань рваными полосками метнулась по полу. Я резко развернулась и поспешила в сторону выхода. И так потеряв слишком много времени.
Верный маг ждал меня снаружи. Не решаясь подойти близко.
— Лика это ты? — напряженно спросил Стефан.
Глубокий вздох. И я сковала сопротивляющеюся силу, попыталась засунуть внутреннюю темную сущность глубоко в сознание. Сейчас она была мне не нужна.
— Так лучше.
По глазам Стефана, я поняла, что напряжение спало.
— У тебя глаза почернели… — словно не веря в происходящие медленно проговорил маг. — О чем предупреждал демон?
Я попыталась тепло улыбнуться, немного успокаивая Стефана. Если честно, я и сама не верила, что способна решиться на подобный шаг. Но у меня не осталось выбора…
— Держись.
Пока Стефан не успел опомниться, я схватила его за руку, и мерцающая черная арка портала поглотила нас.
— Где мы? — за моей спиной прозвучал настороженный голос.
— Вход в главную императорскою сокровищницу.
Вновь горгульи не сменные стражники повернули ко мне свои каменные головы.
— Только рискните… — твердо предупредила я.
Стефан стоял и молча ждал указаний.
— Стефан, жди здесь. И не при каких обстоятельствах не приближайся, — уверенно начала я давать дальнейшие инструкции. — Если, что-то пойдет не так… Беги. Как только браслеты с твоих рук пропадут, ты свободен. В твоей спальне в подоконнике дальнего окна, тайник. Там все необходимое, чтобы безболезненно покинуть Танос…
— А как я узнаю, что пошло не по плану?
— Поверь, ты не ошибешься, — отгоняя от себя плохие мысли, проговорила я.
— Что ты намеренна делать?
— Очередное безумство.
И я уверенно направилась вперед. Ровный строй каменных стражей даже не дрогнул. Золотые двери, открылись с мимолетного касания. И передо мной предстала чернота комнаты.
Секунда. Твердый шаг вперед. И тяжелые двери за моей спиной бесшумно закрылись погружая меня в кромешный мрак.
— Свет, — громко произнесла я.
И множество магических огней зажглись под высоким потолком.
— Ничего не изменилось, — с грустью сказала я в пустоту. — Совсем как в детстве…
Кто думал, что в главном хранилище Эволона спрятаны горы золота и драгоценных камней сильно ошибался. Подобные пристрастия присуще лишь драконам. Император и его приближенные всегда ценили две составляющие: знания и силу.
В сокровищнице, тысячелетние знания были представлены многочисленными книгами, свитками, фолиантами. Здесь хранились самые важные и драгоценные знания обо все мире, магических существах, колдовстве…
А сила заключалась в сотнях самых мощных артефактах, амулетах, бесчисленных колбочках с самыми сильными зельями и ядами. Смертельное оружие также было наглядным олицетворением императорской силы.
— Милолика, Ангел мой, прошу: только ничего не трогай, — явно заметив нездоровый интерес к весьма опасному предмету, умоляюще попросил император Таноса.
Губки маленького демоненка в надуманной обиде задрожали. На глаза навернулись огромные слезы. Казалось еще секунда и девочка заплачет.
— Нет, тебе явно стоит сократить общение с госпожой фон-Ретерн, — смотря на сей спектакль, качая головой проговорил Декар.
Мгновенно лицо маленькой проказницы изменилось, на смену практически плачущего дитя пришла озорная улыбка.
— Батюшка, только не Маришка! — подняв большие глаза на демона, попросила девчушка. — Она единственная с кем по-настоящему весело.
В смешном пышном платье, явно не по ее возрасту и не по характеру, юная демонесса смотрелась слегка несуразно. Ей бы сейчас штаны и рубаху, и она смогла бы с легкостью, с помощью великолепного клинка, который она рассматривала больше минуты, показать все то, чему так старательно учил преподаватель фехтования.
— Боюсь Милолика, знания, которыми обладает эта демоница не только не скучные, но и весьма смертоносные.
— Ну и придумаете отец. Какая опасность может исходить от улыбок и лукавых взглядов, — демонстрируя сие «грозное» оружие, хлопая огромными ресницами, проворковала девушка.
Демон лишь усмехнулся, он прекрасно понимал, что для Милолики уроки интриг и козней самые необходимые. Если сейчас этот демоненок с легкостью крутит практически всем двором, что будет через несколько лет, когда истинная красота и ум, заблестят ярче чистейшего бриллианта?
Декар вновь отвлекся, сюда он пришел с конкретной задачей, но маленький бесенок, так ловко навязавшийся в сопровождение, с легкостью сумела перепутать все мысли.
— Хоть эту книгу можно взять? — не довольно спросила маленькая Лика.
— Эту? — беря с полки понравившийся экземпляр, спросил император.
«Темное искусство. Начало» — гласил переплет. По названию ничего страшного. Быстрое пролистывание страниц не вызвало интереса. Обычная книга по черной магии. Декар даже немного удивился, что такой заурядный экземпляр храниться в сокровищнице.
— Пожалуй, эту можно, — вручая книгу девушке, проговорил император.
Понимая, что ничего лучше она все равно не получит девушка взяла протянутую книгу.
Теперь все были довольны. Лика была занята чтением, понравившейся литературы и Декар, спокойно мог заняться своими делами.
— Что ты делаешь? — неожиданно прозвучало над самым ухом императора Таноса.
Декар недовольно обернулся назад, чтобы встречаться с живым и крайне заинтересованным взглядом дочери.
— Я снова слишком увлекся? — откладывая чтение весьма интересного фолианта, спросил Декар. — И сколько времени мы потеряли?
— Достаточно, — попыталась уйти от ответа демоница. Но под строгим взглядом отца пришлось продолжить. — Танцы и уроки дипломатии я пропустила.
Юная интриганка даже не стала скрывать победной улыбки. Вот в чем была главная цель визита в сокровищницу. Она понимала, что ни к чему прикоснуться не дадут, а вот пропустить надоевшие уроки отличная возможность. Декар порой терялся во времени, когда был увлечен…
— Милолика я пожалуюсь Маркусу.
Мгновенно смирение и покорность отразилась на шкодливом лице. Имя сына императора творило прямо чудеса со строптивым нравом маленького бесенка.
— Простите отец, — опуская глаза в пол, попросила девушка. — Подобного больше не повториться.
Теперь Декар не мог скрыть радостной улыбки. Маленькое чудо вновь заставило его жить, чувствовать. Серое существование вновь заиграло яркими красками.
— Пошли. Вновь я буду выслушивать от твоих учителей…
— А что это? — явно не давая продолжить весьма нежелательную тему быстро спросила Милолика.
Девушка указала не стопку объемных и весьма древних книг. Не на написанные золотом старинные фолианты. Не на пузырьки с разноцветной жидкостью… А на весьма не приметный продолговатый сосуд из зеленного стекла наполненный черным песком.
Декар немного задумался стоит ли рассказывать девушке историю смертоносного и грозного оружия? Но уловив озадаченный взгляд, понял, что покоя ему все равно не видать. Если, что-то заинтересовывало демоницу, она не успокаивалась пока не находила нужные ответы.
«Пусть лучше буду я. Чем она раздобудет крайне противоречивые слухи», — мысленно заключил император.
— Оробас — Великий Палач Преисподней, — взяв в руки ссуд, Декар начал свой рассказ. — Один из самых древних демонов, темный дух первого порядка. В свое время он причислялся к самым жестоким существам Таноса. Легенды слагались о его безжалостности и беспощадности. Это демон возмездия и мщения.
— А почему, он стал пленником сосуда?
— Жестокость его не знала преград, — продолжил император. — Когда демон перешел все мыслимые границы, мой предок, не смог уничтожить единственного потомка Палачей Преисподней, и потому заточил его в этот сосуд. На демона была наложена печать подчинения и послушания. Оробас стал главным защитником императорского рода. Ему не была страшна ни какая магия. И он везде мог почувствовать своего Повелителя.
— Но почему тогда он находиться здесь? — заинтересованно спросила демоница. — Или Вы батюшка так уверенны в своей неуязвимости?
— Увы, — потрепал демон рыжею макушку. — Спустя сотни лет подчиненный демон, вновь начал набирать былое могущество и практически стал, не управляем. А неподвластный Палач Преисподней не знающий границ своей дозволенности, весьма сомнительное удовольствие. Оробас вырвался на свободу. Черные времена настали для империи, демон, не знающий беспощадности, карал всех, в ком чувствовал силу темной стороны.
— И что никто не смог его обуздать?
— Как гласят легенды демон заявил: что более не чувствует существо сильнее себя. А подчинятся слабейшему ему непозволительно. После последнего вызова лишь твой предок Великий Максимилиан Карро Виленской — Хозяин Преисподней, смог вновь запечатать сосуд. И уже больше четырех поколений императорской семьи, какие бы тяжелые времена не были, не прибегали к помощи обезумевшего Оробаса.
— А какой он Оробас? — под впечатлением от услышанного, спросила Милолика.
— Ангел мой, не стоит забывать это всего лишь легенды, — ставя сосуд в стеклянный шкаф, произнес Декар. — И если им верить, то Оробас, появляется в образе черного льва с серебристой гривой, но по приказу может принять любой облик.
— Наверное красивый…
— Лика ты еще настолько наивна, — подталкивая девушку к выходу, покачал головой Декар. — Но девочка помни: Никогда, чтобы не случилась, не освобождай живущую в сосуде сущность…
— Батюшка снова вы соизволили шутить, — весело прощебетала демоница. — Сами же сказали, что печать подвластна только императорской семье.
Тоненькая фигурка быстро скрылась в арке темного портала, оставляя императора Таноса на мгновение в одиночестве.
— Как знать милая… Как знать…
Быстро проходя по многочисленным коридорам сокровищницы. Мимо многочисленных шкафов, полок, стеллажей, я знала, что мне сейчас нужно. Я искала небольшой, маленький, незаметный предмет, особенно на фоне представленного великолепия.
— Вот и ты.
Маленький сосуд находился все в том, же шкафу в памятном для меня месте. Быстро открыв дверцы шкафа, я трясущимися руками взяла магическую ловушку. Зеленая склянка заблестела в руках.
Понимая, что времени практически не осталось. И что если еще немного я подержу сосуд в своих руках, то зерно сомнения, разрастется, и я не решусь на возможно единственный шанс на спасение Маркуса.
Мгновение и черная печать была сорвана. И словно рой взбешенных насекомых из сосуда вырвался черный песок. Вихрь заметался по сокровищнице, разнося в стороны книги, склянки. Через секунду воздух замер и черное облако осело на пол в десятки метрах от меня. Миг. И из песка начал вырастать силуэт, который быстро увеличивался.
«Кажется я снова сильно сглупила», — прозвучал внутренний голос.
Когда силуэт стал выше меня практически в два раза, яркая вспышка озарила пространство. И теперь на посреди зала, стоя огромный черный лев, с серебристой гривой. Наверное, если бы я не была так напугана залюбовалась фантастическим животным. Огромный. Мощный. Холенный. Густая черная шерсть переливалась в свете магических огней. Серебристая грива просто горела драгоценным огнем.
— Наконец то… — показывая внушительный арсенал больших и острых зубов, радостно взревел лев.
— Я бы так не радовалась на твоем месте, — крепче сжимая пустую зеленную колбу, произнесла я.
Недовольный взгляд опустился вниз. По злому оскалу легко можно было догадаться, что моей компании зверюга крайне нерад. Медленно взор переместился на мои руки. Явно ненавистная стекляшка, натолкнула демона на весьма сомнительные, на мой взгляд, выводы.
— Не думаю, что сожрав меня ты обеспечишь себе свободу, — как можно увереннее проговорила я.
«Что ты творишь!?», — из недр сознания отозвался разум.
Вот и наступил час расплаты. Еще в детстве знала, если я боюсь или очень зла, то инстинкты самосохранения вместе со здравым смыслом и благоразумием, буквально испаряются, оставив как компенсацию: беспредельную наглость, завышенную самооценку, безрассудную храбрость и еще весьма много сомнительных для долгой жизни качеств.
Черный лев замер, и не по-доброму на меня посмотрел, казалось он, только заметил мое присутствие.
— Виленская!? — довольно (по крайней мере, мне этого очень хотелось) произнес Оробас. — Любопытно.
Лев медленно, щуря лукавые глаза, начал обходить меня по кругу. С каждым витком его размер менялся. Он уменьшался до тех пор, пока наши глаза не встретились.
— Только не говори, что Главный княжеский род, истинные Хозяева Преисподней вновь решились занять императорский трон? Восхитительно!
Лев облизывался, словно на его красивом десерте написали: «Очень полезно и незабываемо вкусно…»
— Боюсь, у меня нет времени для удовлетворения твоего любопытства, — жестко осадила я начинающего наглеть хищника.
Лев недовольно фыркнул. Встал напротив меня и в упор уставился своими немигающими глазами.
— Правда? — наигранно изумился зверь. — Боюсь ничем помочь не могу. Понимаешь, за время моего отсутствия… дел накопилось. Рад был увидеться…
От возмущения и негодования темная сила вновь взяла верх. Внутренние границы рухнули, выпуская стихию на свободу.
«Плевать! У меня есть цель. И я своего добьюсь любой ценой», — искренне отозвался разум.
— Ты облезлая кошка, — алое пламя вспыхнуло ярко. — Переросток блохастый, — лев очутился в огненном кольце. — Котяра плешивый! Если еще не усвоил, я крайне дорожу оставшимся временем, — кольцо начало смыкаться, немного опаляя лапы льва. В воздухе запахло жженой шерстью. И если не прекратишь свои замашки всесильного, я вновь запечатаю тебя. И поверь мне, это будет навечно…
Пламя вспыхнуло еще ярче, увеличивая свой немаленький жар.
— А ты умница девочка. Столько огня! — кажется искренне, восхитился Оробас. — Я словно дома побывал.
— Значит, не понял? — прошипела я.
Огонь высоко поднялся вверх, полностью скрыв от меня фигуру льва. Лишь серебристые глаза неотрывно следили за мной.
— Хорошо, — неожиданно для меня произнес демон. — Прекрати, а то щекотно…
Проглотив последнюю фразу. Я призвала силу к себе. Пламя послушно прильнула к моим ногам, и затрепетало за спиной.
— Так… Что случилось? — устало поинтересовался пленник.
— Императору Таноса необходима помощь.
Черный лев на секунду замер, черные глаза с серебристым вертикальным зрачком потускнели, становясь практически белыми. В полном молчании прошла долгая минута…
— И правда печально, — произнес демон. Глаза его стали вновь привычно серебристыми. — Как он сумел себе таких врагов нарыть?
Я до крови прикусила губу, чувствуя неприятный железный вкус у себя во рту.
«Быстро успокоилась! Демон только подтвердил, что Маркус жив», — попытался привести меня в чувство внутренний голос.
— Неужели ловушка была рассчитана на тебя? — лев явно понял весь подтекст ситуации. — Так наш император геройствует. Ни за что не поверил бы в потомков Валлийских, если сам не увидел, — не переставал издеваться вызванный демон. — Милая, а зачем он вообще тебе нужен? Еще немного, и ты станешь полноправной единственной правительницей.
От последней фразы я вздрогнула. Сердце с болью защемилось, отказываясь вновь подчиняться привычному ритму. К горлу подступил ком. А воображение начало рисовать картины: каждая страшнее, предыдущий.
— Еще одно слово, — по слогам произнесла я, высоко поднимая зеленый сосуд. — И я ее разобью…
— Дорогая, а оно тебе надо? — не отрывая взгляда от стеклянной колбы спросил лев. — Разобьешь склянку — подаришь мне свободу.
— Уверен? — улыбнулась я, точно зная, что моя улыбка сейчас более похожа на оскал.
Рука со стеклянной приманкой быстро метнулась вверх. Замах…
— Стой! — прорычал Великий Палач.
Это была моя победа. Я играючи повертела теперь своим главным козырем. Давая понять, что готова пойти на все.
— Ну, зачем же так сердиться? — буквально промурлыкал черный зверь. — Понял. Жди своего императора. Обещаю сделать все в лучшем виде.
Мгновение и зверь исчез. Словно его вообще не было, а все случившиеся лишь плод моего явно нездорового воображения. Я пыталась мыслить… Пыталась держать себя в руках… Но силы явно покинули меня. Словно подкошенная я опустилась на пол.
«Не смей! Шанс есть!» — дал оплеуху разум.
Медленно я поднялась на ноги. Крепко сжимая опустевший сосуд. И на ватных конечностях, с полной пустотой в глазах поплелась вперед. Прочь из сокровищницы…
А я шла, безвольно уставившись себе под ноги. Яркие красно — черные всполохи ткани лениво перемещались за мной следом.
— Милолика все хорошо? — словно из далека, услышала я голос Стефана.
«Не знаю», — лаконично вяло отозвался мозг.
— Во, что ты опять влезла? — голос мага был злым.
«Не знаю», — последовал следующий краткий ответ.
А ноги по инерции все брели вперед, не разбирая дороги. Просто шли, зная, что если остановиться…
«Нет! Лучше не останавливаться», — подключился к мысленному диалогу внутренний голос.
Не знаю, на каком этапе явно уставший от моего игнорирования маг, уверенно подхватил меня на руки и понес прочь…
Древняя очень старая как само мироздание магия уже больше часа атаковала меня. Даже для укрощения Богов должно быть оружие, не говоря уже об обычных смертных. Не знаю, как Орден Агалиарепт сумели обрести подобный арсенал средств, но нужно было отдать им должное, подготовились они отменно и основательно.
Смертельные заклинания, демонические ловушки, магия крови… И еще множество весьма смертоносных приемов потихоньку ломали меня.
«Если бы не был так самоуверен. Смог бы избежать и многих ран, и вообще столь скверной ситуации», — пришло запоздалое понимание.
Агалиарепт знали многое, что не должно быть подвластно. Они обладали тем, что как мне казалось, еще давно было уничтожено. Использовали, то, что было тысячелетия назад утеряно…
С помощью обычной грубой силы, я смог пробиться лишь к одиннадцати из пятнадцати фанатиков. Они сейчас лежали мертвым грузом у ног своих братьев по ордену. На это я потратил практически весь свой магический запас. Пополнение, которого, так же как лечения многочисленных моих ран не понятным образом Агалиарепт блокировали.
Еще одним огромным минусов для моего благополучного возвращения являлось, то, что как только орден начал ощущать приближающийся проигрыш они смогли вызвать подкрепление. Теперь против меня выступало уже тридцать приверженцев культа.
«Не смей сдаваться! Добившись твоей смерти, они отправятся за Милоликой» — данное понимание отрезвляло мой разум.
Я вновь начал подпитывать защитное поле. Если честно, то держался я из последних сил…
Яркая вспышка перехода. И в моем защитном Купале появляется черный лев с серебристой гривой. Сначала я подумал, что минуты мои сочтены. И Смерть явилась ко мне в столь интригующем виде. Наверное, я не полностью потерял рассудок, потому, что осознание невероятного появления, пришло достаточно быстро.
— Не может быть! — не отрывая взгляда от надсмехающихся серебристых глаз, проговорил я.
— Если честно я сам в шоке, — отозвался черный лев.
В голове моей не укладывалось, как Лика смогла освободить демона возмездия, Палача Преисподней. Вообще от, куда она узнала о его существовании?
— Она не могла… — прохрипел я.
— Поверь, она страшна в гневе, — стирая в прах все мои надежды, что это не Милолика, произнес темный дух. — Представляешь, шерсть умудрилась мне опалить, — нашел время пожаловаться тысячелетиями пленный демон.
— Зачем?
Мысли начали путаться. В глазах потускнело. Лишь светлый образ мелькал, где то впереди… Далеко…
— О смотрю ты совсем плох, — отозвалось далеко в сознании. — Ладно снимай блок. Все равно уже их не сдерживает. Пойду, потолкую с братцами, о том, что маленьких демониц обежать накладно…
— Спасибо.
Я благодарил Оробаса не за себя, за Милолику. Теперь я знал, что у демоницы, непостижимым для меня образом, появился новый непобедимый страж. От осознания, стало легче на душе. Темный лев недовольно фыркнул. А я провалился в спасительную темноту…
Я сидела на краю кровати, обхватив ноги руками, и слегка покачивалась. Нет, я ощущала себя вполне нормально. Даже спокойно. Спасибо Стефану, за его дар исцеления не только тела, но и души. По крайней мере, импульс спокойствия смог немного о холодить эмоции. Правда подозреваю, что доза применимая на мне магом, должна была усыпить суток так на пять. Но и на том, что есть, спасибо…
Глаза невольно остановились на большой луже, появившейся на полу рядом с кроватью. Последствие лечения мага…
Практически насильно Стефан занес меня в императорские покои. Не спрашивая моего согласия, хладнокровно и молчаливо, он принялся лечить.
— Да приди ты в себя глупое существо! — бросая меня в холодную воду, зло потребовал маг.
Как не странно, тело отреагировало намного быстрее, чем разум. Через секунду я вынырнула, беспомощно стуча зубами.
— Ты посмотри, на кого похожа! И это жалкое существо — императрица Таноса?
Я лишь развела руками. Показывая, что вот такая и есть. Без фальши и лжи, наигранной могущественности и величия. Простая ранимая девушка. Которую так легко уничтожить. Достаточно забрать…
Видимо эмпат прочитал мои истинные эмоции, не давая, опомнится маг, вновь применил прием: «холодная вода, впоследствии холодная голова — благо».
Я не сопротивлялась. Кому от этого стало бы легче? Затем уверенные руки вновь подхватили мое трясущееся тело и отнесли к кровати. Из шкафа в меня быстро прилетел огромный халат. Затем была минута в одиночестве, когда мне позволили закутаться в сухую одежду. А после этого, Стефан наотрез отказывался покидать меня. Но я попросила узнать обстановку в замке. Не дошли ли до глав кланов слухи…
Умный и проницательный лорд Широл, явно поняв истинную причину, все же тактично удалился. Теперь я сижу одна в комнате и неотрывно смотрю на закрытые двери…
«Я приношу лишь несчастья» — вспоминая последние мгновение рядом с Маркусом, мысленно проговорила я.
Если бы не я, он бы не сунулся сегодня в эту пещеру. Это за мной шла охота. Это я сейчас должна быть там…
Иногда хочется, чтобы ночь длилась вечно. Чтобы время, постоянно бегущее вперед остановилось, а еще лучше пошло назад… Ведь тогда можно было избежать многих ошибок. Но за ночью всегда следует рассвет. Также течение жизни неизменно.
Как бы не хотелось, но за окном обозначалась кроваво алая полоса. Ночь прошла, вместе с тем истекло время, отведенное Маркусом. Три часа подойти к концу, а император не вернулся…
Я обреченно опустила голову на колени, пряча лицо от радостных восходящих лучей.
«Этого не может быть. Пожалуйста. Только не снова…» — молил внутренний голос.
Неожиданно золотая лилия на груди начала медленно нагреваться. Блокирующая стена спала, возобновляя связь… Я боясь спугнуть, столь не верную мне птицу удачи, не дыша, медленно подняла глаза…
Он стоял в самом дальнем конце комнаты. В самой тьме. Сквозь слезящиеся глаза, я смогла различить лишь силуэт. Но это точно был Маркус! Живой!
— Освобождать Орабаса было крайне глупо, — как гром прозвучал спокойный голос императора.
— Знаю, — практически прошептала я, боясь даже моргнуть.
— Неужели испугалась за меня?
— Просто не хотела взваливать себе на плечи груз императорского правления.
Маркус улыбнулся. Тепло и нежно. От понимания того, что он здесь рядом моя душа трепетала, словно пойманная птичка в охотничьих силках.
— Милолика, — вновь зазвучал родной голос. — Ангел ты…
Маркус не успел договорить. Неожиданно глаза демона закрылись, и он упал на пол. Глухой гул от удара совпал с острой болью в сердце. Лилия ярко вспыхнув, потухла, связывающая нить истончилась…
— Этого не может быть, — одними губами прошептала я.
Не помня себя, резко вскочила с кровати и в мгновение приникла к обездвиженному императору Таноса. Сердце не билось. Дыхание отсутствовало. С огромным трудом я постаралась упрочнить тонкую нить. Влить в тело магию, живительную силу. Но я видела, как спасительная энергия просачивается сквозь тело как через решето, ни на мгновение не задержавшись.
— Ты же сумел вернуться…
Мои руки бесполезно блуждали по огромному телу, пытаясь найти причину бессознательного состояния императора. С огромным трудом, я смогла перевернуть Маркуса на спину. И от увиденного холодного, безжизненного лица, паника набросилась с удвоенной силой.
— Маркус, не смей, — поворачивая голову демона к себе, уже кричала я. — Слышишь, не смей. Ты не можешь…
Слова комом, застряли в горле. А сердце продолжало безмолвствовать…
Я прислонилась губами к холодному лбу, на мгновение, прикрыв глаза:
«Маркус где бы ты сейчас не был, знай, умереть я тебе не позволю» — дала я новую клятву.
— Стефан! Живо ко мне!
Сутки. Долгие нескончаемые сутки прошли с момента возвращения императора. Сейчас тело Маркуса неподвижно лежало на кровати, не давая признаков жизни. Сердце не издало ни одного удара за все прошедшее время. Дыхание полностью отсутствовало. Я вообще сомневался, что в демоническом теле, еще теплилась душа. Лишь пустая оболочка вопреки всем законам не растворилась в пространстве, свидетельствуя смерть.
— Лика да прекратишь ты… Нужно, что-то решать. По замку уже поползли слухи.
Раненым зверем метался князь Ковальский по покоям императора, не в силах подойти к кровати.
Лика практически сразу после моего вызова освободила плененного ей же демона, коротко мотивировав, что Маркус не смотря на все, ему доверял.
— Плевать, — не отрывая глаз от безжизненного лица Маркуса спокойно произнесла императрица.
Вообще состояние Милолики меня сильно беспокоило. Не смотря на случившееся она была спокойно собрано, и решительно — холодна. Поняв мое замешательство, а потом скупую оценку как лекаря состояния императора «Ему невозможно помочь». Попросила лишь перенести окровавленное тело на кровать. Затем так же вежливо порекомендовала удалиться на полчаса. Перечить я не смог…
Через оговоренные тридцать минут, в комнату мы вошли вместе с князем Ковальским, который крайне рьяно пытался выбить у меня хоть какую-то информацию о состоянии императора и императрицы. Кроме того, что сейчас они оба находиться в покоях, взбешенному демону я поведать не мог.
Когда мы вошли в разблокированные двери, я с трудом мог различать предметы в комнате. Было нереально темно, не смотря на утро. Лишь в нескольких углах тоскливо горели лампады. Император лежал в постели полностью переодетый в чистую свободную одежду, без следов крови и многочисленных ран. Милолика не ведомым образом смогла излечить тело. Сейчас, казалось, что император всего лишь спит… Но это лишь казалось…
Алекс не выдержал первым, метнулся сразу к императрице. Не смотря на все попытки князя добиться вразумительных ответов, его ждали лишь сухие факты.
За все время Алекс единственный из нас троих покидал императорские покои, выполняя мелкие поручения, пристально следя за обстановкой в замке. Затем шли краткие доклады и эмоциональные попытки уговорить Милолику, одуматься и взять себя в руки.
Императрица с пренебрежительным хладнокровием, каждый раз отвечала жестким отказом. Вообще за сутки Лика не с двинулась со своего места на большом кресле поставленным рядом с кроватью. Она все время не выпускала неподвижную руку императора и практически безотрывно вглядывалась в лицо.
— Милолика, ты сама понимаешь, что ничем помочь ему уже не можешь… — Алекс уже практически умолял. — Его душа ушла.
Лика бросила всего лишь один яростный взгляд. А затем вновь повернулась к безжизненному лицу.
— Еще слово и пожалеешь, — холодно пообещала императрица.
— Сколько раз за сутки ты пыталась воззвать к его душе? Сколько раз ты слышала ответ? — вновь и вновь пытался призвать демон к благоразумию. — Думаешь, я слепой не вижу, что ты вновь пыталась…
— Он будет жить, — жестко оборвала Алекса, демоница.
— Милолика, ты обезумела.
— Не спорю.
Вновь тягостное молчание наполнило комнату. Я продолжал стоять у изголовья кровати. Пристально следя за обстановкой. Но вот, что делать я действительно не знал…
— О состоянии императора не должна прознать ни одна живая душа. Любые слухи отсекать на основании. Алекс назначаю тебя первым заместителем императора, со всеми вытекающими полномочиями…
— Лика я не… — прорычал демон.
— Не смей возражать, — стальной голос оборвал князя на полуслове. — Подготовь бумаги. Как только исполнишь, принесешь на подпись.
Алекс обреченно склонил голову, но возражать не стал. Хоть какие — то действия со стороны Милолики, я уже расценивал как непревзойденный успех.
— Разберись с Главами, — продолжила бесстрастно раздавать поручения Лика. — Ближайшие дни я не хочу о них слышать. Так же узнай, куда делся Оробас. Собери все сведения о загадочных происшествиях за последние сутки в Таносе.
— Милолика тебе надо… — пошел Алекс на еще один круг уговоров.
— Что мне действительно надо, я сама решу, — тоном, не терпящим возражения, изрекла повелительница Таноса. — Ступай.
Алекс еще раз взглянул на императорскую чету. Дал мне беззвучный знак, что, чтобы не случилась звать императорского наместника.
Мы остались вдвоем. Лика молчаливо продолжила о чем-то думать, из редко сжимая огромную ладонь мужа сильней или наоборот слегка поглаживая. В остальном демоница напоминала призрака. За время пока я отсутствовал императрица успела переодеться в черное строгое платье.
— Мне всегда казалось, что демоны, это непобедимые существа, — мой голос прозвучал пугающе в безмолвной тишине. — У вас нет слабых сторон. И лишь время властно над вами.
— Почему же, — не меняя своего положения, неожиданно ответила Лика. — Любое живое существо можно убить стоит лишь знать как.
— Почему? — не удержался я от вопроса. — В вас сконцентрировано столько мощи и силы. Вы древнейшие из существующих…
— Это и делает нас уязвимыми, — быстро перебила императрица, мимолетно касаясь губами руки. — Посмотри на людей. За последнюю сотню лет они не только сумели выжить среди сильнейших и могущественных существ. Они практически в пять раз увеличили свою численность. Просто на них не ведется охота. Люди живут и занимаются тем, к чему привыкли с детства. Лишь мы, чем всевластие, тем больше у нас врагов.
— Лика, а тебя можно убить. Ты же уникальное существо. Единственная в своем роде. В тебе скоплено наследие Хозяинов Преисподней и сути Валькирии.
— Как не печально, но очень легко, Стефан, — грустно улыбнулась императрица. — Например, моя родная стихия огонь очень враждует с водой и воздухом. Для таких заклинаний, я практически беззащитна даже если они не большой силы. Стоит лишь улучить момент.
— Непостижимо…
— Ты сам сказал, что мы одни из самых древних существ, — спокойно пожала плечами демоница. — Значит, можешь представить, сколько всего могло быть выдумано за столь значительный период для нашего уничтожения: магические ловушки, смертельные заклинания, древняя магия крови. Стоит лишь задаться целью и уничтожить можно даже Бога… Точнее Богиню…
Глаза Милолики все время направленные на Маркуса вдруг заблестели. На кончиках пальцев засверкали искры. Губы начали молчаливо, не издавая звука, что — то шептать.
— Что? — огорошено, переспросил я.
Наваждение пропало. Вновь демоница с холодной решительностью сжала руку мужа. И ее взгляд снова стал отстраненным.
— Не обращай внимания… — закрывая тему, проговорила императрица.
И вновь потекли часы безмолвного ожидания. Вот только, чего мы ждали, я не мог понять…
Через несколько часов, дверь открылась, представляя нам явно утомленного князя Ковальского. Состояние Маркуса не как не изменилось.
— Князья созывают экстренный совет, — с порога сообщил он, быстро приближаясь к кровати.
— Причина? — безучастно отозвалась императрица.
Алекс замолчал, явно не решаясь озвучивать.
— Слухи о смерти императора.
— Бред, — спокойно произнесла Милолика. — Вечный огонь императорской власти в Храмах не потух. Главы не могут настаивать на столь смехотворном утверждении.
Впервые за все время Лика опустила неподвижную руку Маркуса и уверенно поднялась с кресла.
— А теперь я хочу услышать истинную причину…
Милолика выжидающе встала на расстоянии шага от демона. Я был не силен в политических играх Таноса. Закрытая империя, крайне тщательно скрывала свои тайны. Но крайне напряженное лицо Лики, не давало сомневаться в том, что повод в действительности веский.
— Адвох на грани объявления войны, — на одном дыхании произнес демон. — Войска уже неделю стоят у границ Таноса. Ходят слухи, что несколько пограничных деревень захвачено.
— Уничтожить, — хладнокровно произнесла императрица.
Медленно Лика вновь вернулась на свое кресло, уже привычно накрыв руку императора своей ладонью.
— Что? — явно не поверил в услышанное демон.
У меня был практически аналогичный вопрос. Который я не видел смысла озвучивать. Сейчас императрица была непоколебима.
— Все кто пересечет границу Таноса должны быть уничтожены, — со сталью в голосе проговорила демоница. — Я не хочу видеть: ни послов, ни дипломатов, ни переговорщиков.
— Милолика боюсь это уже не в твоей власти…
Императрица вновь переключила свое внимание на князя Ковальского. Только такому интересу, я явно не завидовал. В данную секунду глаза демоницы перестали быть зеленными, полностью заполняясь Тьмой.
— Поясни, — по слогам прорычала Лика.
— Князь Светенборг на правах избранного Высшего, еще вчера принял переговорщиков…
Алекс остановился, заметив, как за Милоликой, в одно мгновение распахнулись крылья. Она медленно встала и подошла к занавешенному темными портерами окну. Минуту Повелительница Таноса стояла не подвижно. Алекс не смел, нарушать молчаливой задумчивости. Когда императрица обернулась, ее глаза вновь были полны изумрудного света, а крылья за спиной медленно растворились.
— Через час в тронном зале, — коротко сообщила повелительница Таноса.
— Что?
— Слишком много вопросов, — спокойно садясь в кресло и беря тонкими пальчиками холодную ладонь императора, озвучила Повелительница. Я сказала: через час я созываю экстренный совет в тронном зале. И предупреди Глав, кто посмеет не явиться, будет обвинен в государственной измене.
В большой галереи, ведущей в главный тронный зал Таноса, возле огромных резных дверей стояло два демона. Мужчина явно нервничал и пытался доказать, всю опасность сложившейся ситуации.
Вот его спутница наоборот была величественно спокойна. Маленькая по сравнению с огромным демоном она молчаливо выслушивала весь негатив настоящего положения. Темный Князь пытался привести как можно больше доводов в неразумности поведения императрицы.
— Лика, как ты не поймешь, там за дверьми сидят опасные хищники!? У них за спинами многовековой политический опыт. И поверь, основывался он далеко не на дипломатических и гуманных решениях. Они погрязли в крови и предательстве…
Императрица продолжила безучастно выслушивать начинающего срываться демона.
— Алекс, прошу: не забывайся, — бесстрастно произнесла демоница. — Ты рядом со мной по единственной причине, пока не понятной мне: Маркус — тебе доверял. И не тебе обвинять в двуличии и притворстве…
— На что ты намекаешь?
Демоница лишь повела плечами, продолжая дальше смотреть на затейливый рисунок узорчатых дверей.
— Милолика ты понимаешь, что я тебе не смогу в открытою помочь? — в последней надежде, что императрица одумается, проговорил демон. — Внутри тебя ждут звери, которые столетиями…
— А я и не собираюсь плести интриги и строить козни, — оборвала демона на полу слове Повелительница темной империи.
Едва уловимый жест и Алекс понял, что разговор окончен. Князю ничего не оставалось, как безнадежно замолчать. По опыту прекрасно понимая, если уж Милолика решила, то переубедить ее невозможно. Демон оставил свою повелительницу одну, растворяясь в пространстве, чтобы занять место в совете Глав.
— Я просто укажу им на их место, — в пустоту твердо проговорила Милолика.
По мимолетному движению императрицы огромные двери широко распахнулись, представляя ей практически ненавистный тронный зал.
Глубокий вдох и… Спина прямая, грудь вперед, голова слегка приподнята. Ни одного лишнего движения, лишь доведенные до автоматизма действия. Уверенно, но плавно. Твердо, но грациозно. Чтобы каждый шаг совпадал с чужим вздохом. Вот походка истинной королевы. Меня учили этому с детства и теперь, я пыталась отработать труд, вложенный в меня.
«Декар, ты верил меня. Ты знал, что мне предстоит, составляя завещание. Равноправные права на империю, это был далеко не подарок», — мысленно вспомнила я отца, смотря вперед на пустующий трон.
Наверное, было б проще, если моя «копия» систематично, в течение десяти лет не создавала репутацию, довольно, капризной и недалекой особы. Если бы я изначально была вхожа в круг Повелителей этого мира. Может тогда, я бы смогла у них вызвать уважение и признание.
А сейчас кто я для них? Возомнившая о себе невесть что особа? У которой амбиции и высокомерие достигло таких высот, что сегодня я намереваюсь приказывать существам на сотни лет старше.
«Это самоубийство», — потвердел мои догадки здравый смысл.
Но мне ничего не оставалось делать. Если я не приму меры, боюсь Маркусу придется тяжко после своего возращения. Главы окончательно отобьются от рук, заключат весьма сомнительные решения, далеко не в пользу империи. А в итоге, война подойдет совсем в плотную… Мне остается сделать все, чтобы сдержать, немного обуздать тщеславные замашки князей.
«Или переключить внимание хищников на себя, в роли первоочередной добычи», — пронеслась не веселая мысль.
Шесть сот тридцать шесть шагов как один миг пронеслись перед глазами. Я встала рядом с двойным троном, спокойно развернулась к присутствующим… Двенадцать взглядов, острых как смертельный клинок были направлены на меня. Практический каждый если не призирал, то пренебрегал моим существованием. Сейчас меня мягко сказать «недолюбливали»: за мой статус, за возложенные возможности. Сейчас я была императрицей, а они лишь подчиненными.
И им пришлось покоряться. Двенадцать сильнейших демонов склонили головы в выжидании моей воли.
— Приветствую Вас Князья, — спокойно обратилась я к присутствующим, занимая свое место на троне.
Положенная секунда наигранного почтения прошла. Глаза медленно поднялись на меня. Дождавшись утвердительного кивка, каждый занял свое место за большим столом из драконьей кости. В огромном зале нас было всего тринадцать, подобный формат экстренного совещания, не предусматривал посторонних. Исключение давалось лишь личному секретарю императора. В его задачи входило немедленное составление полученных указов. Поэтому недалеко от трона расположился Асбаэль, с листами уже скрепленными императорской печатью.
— Князь Сведенборг. Уведомляю Вас, что около получаса назад было подписано решение: «Об изъятии некоторых территорий», принадлежащих непосредственно Вашей семье, — холодно проговорила я, не отрывая взгляда от интересующего меня демона.
Гном немедленно передал мне уже готовые бумаги.
— Земли от реки Налы до железного хребта, отходят в пользу империи…
Данные территория действительно были богаты и щедры многочисленными ископаемыми. От этого будет обиднее в двойне. А если считать, что подобное решение единовластно было вынесено, лишь малолетней императрицей… Я грустно улыбнулась. Несомненно, князь прочувствует всю горечь момента.
— Императрица, при всем моем уважении, — немного легкомысленно произнес Леонард, видимо не веря в происходящие. — Это немыслимо?
Легкий кивок и Асбиэль передал уже утвержденное и вступившее в силу решение князю.
— Разве? — наигранно — беззаботно спросила я. — На мой взгляд, вполне логично. Если Вы взяли на себя полномочия принимать посланников враждующего с нами государства, не ставя в известность не меня, не императора. То я вполне могу позволить себе такие мелочи.
Надеюсь, мой намек был услышан всеми присутствующими личностями.
Главы замолчали. Теперь в них не чувствовалось исходившего несколько минут безразличия. Они были напряжены и явно выжидали…
— Кто сейчас отвечает за службу внешней и внутренней разведки? — преступила я к основной цели текущего собрания.
— Я Ваше величество.
Со своего места медленно поднялся Один из наиболее влиятельных Глав. Облаченный в темно сливовый костюм с серебренным узором в цвет герба своего родного дома. Мысленно я еще раз поблагодарила Декара, за политические и исторические уроки. Данный демон мне был хорошо знаком.
— Князь Авдрас Дурсон Гадриэль, — слегка улыбнувшись, удостоила демона отдельного вежливого кивка. — Замечательно. Полномочия по внешнему шпионажу к утру в полном объеме передадите князю Ковальскому.
Оба демона переглянулись. Но молчали. Алекс, напряженно взирая на меня все время, теперь выпрямился и немного поддался вперед.
«Это лишь цветочки мой хороший. Сегодня для тебя подготовлено еще много сюрпризов», — крайне злорадно размышляла я.
— По поводу внешней ситуации жду полный отчет об ордене Агалиарепт к завтрашнему утру, — получил очередное распоряжение князь Гадриэль.
Я вновь обвила многообещающим взглядом всех присутствующих. Теперь демоны напоминали разворошенный улей, готовый через секунду, бросится на своего обидчика. «Считали себя слишком умными?» — думала я, выжидая паузу.
Только почувствовав слабину, не постеснялись нанести удар?! Посмотрим, как ответите…
— Теперь…
— Ваше величество, простите за дерзость, а где сейчас император Таноса? — подал голос князь Леонард, видимо уставший терпеть на его взгляд, не скрываемый абсурд.
— Не стоит беспокоиться, — обворожительная улыбка и сияющее лицо немного сбило с толку моего главного оппонента. — Наоборот я крайне обрадована Вашим интересом. Император сейчас крайне занят: по проверенным данным адепты ордена готовят новый удар, да и действия Корвинского откровенно напрягают. Стоит ли удивляться, что его высочество сейчас отсутствует по весьма важным причинам, — еще одна очаровательная улыбка предназначалась абсолютно все присутствующим. — Но будьте уверенны, обо всех решениях, я его обязательно проинформирую. Что-то еще? — еще одна улыбка больше похожая на многообещающий оскал.
Про слухи никто не решился сказать. На их месте я бы тоже молчала.
— Продолжим, — твердо произнесла я. — Князь Авдрас, пожалуйста поведайте об обстановке на нашем приграничье?
Дальше началось капитальное издевательство. Буквально сея терминами, мне начали читать военный доклад. Для не ведающего в военных и тактических вопросах, данная речь представляя собой собрание весьма непонятных символов. Но не просто так, над моим молодым и крайне любознательным мозгом корпело столько учителей.
Сделав несколько довольно колких замечания, я, кажется, остудила желание слишком военизированного князя пускать пыль в глаза.
— Ну, что могу сказать очень прискорбно, — под вила я итог сказанному. — Решение Вашей судьбы князь, я предоставлю на волю императора. Но могу заверить, свое недовольство, я передам, — холодно пообещала я, наслаждаясь тем, как жилки на лице князя Гадриэля напряглись.
«Если Маркус, еще не разогнал эту шайку стервятников. Значит для чего-то, они ему очень сильно нужны», — немного остудил мой боевой настрой голос разума.
— А теперь по — очереди предложения?
Вот теперь я наслаждалась, вспоминая пословицу: каждый водяной, свое болото хвалит. Вот и сейчас каждый старался отличиться. И ничего, что императрица явно немного не в себе, но корону, то с нее еще никто не снял. Главы разделились на два принципиальных лагеря: первой за идеи Сведенборга. Второй, к сожалению, крайне малочисленный, выступал ключе: «Готов выполнить любой каприз императрица».
Медленно следя за каждым поняла, что слухи о плохом самочувствие Маркуса, веско потревожили умы сильнейших демонов. Одни пытались пробиться к трону с помощью грубой силы и хитрости, подкупа и связей. Другие явно решили пойти более приятным: лесть императрице, поддержка и посильная помощь. По сальным взглядам и крайне блудливым улыбкам, было легко раскрыть основные цели демонов. Данная группка вызвала у меня приступ злости, князья явно решили, что добившись моего расположения на совете, возможно отношения плавно можно перенести на более личную, горизонтальную плоскость. А там если слухи оправдаются… Неконтролируемое пламя вспыхнуло за моей спиной.
— Благодарю за предложенные идеи и дальнейшие действия, — как можно спокойнее произнесла я. — Асбиэль, пожалуйста, составите приказ: о том, что любые действия с территории Адвоха будут считаться военными. Как следствие все вытекающие в таких случаях меры должны быть приняты незамедлительно. Послам, дипломатам, переговорщикам с этой минуты доступ на земли Таноса закрыт.
После моего последнего слова в зале установилась мертвая тишина, лишь звук пера разрушал сложившеюся иллюзию. Игры закончились…
— Императрица, — неожиданно раздался голос князя Ковальского. — Позвольте предложить, не спешить со столь ультимативными решениями. Действия на границе могут быть лишь провокацией.
Теперь князь удостоился всеобщего внимания.
«Лучше бы ты молчал», — мысленно дала я совет Алексу.
— Я своего решения менять не планирую. Но Вы князь натолкнули меня на еще одно решения. Асбиэль оформи приказ, — гном хмуро взял еще один гербовый золоченый листок. — За действия против империи… За преступления против жителей Таноса… За посягательства на государственный строй империи… А так же, действия, направленные на насильственный захват власти или насильственное удержание власти… Демон — отступник именуемый Александром Агарестом Корвинским приговаривается к смерти.
Демон, сидевший в ряду Глав, теперь был не просто зол, он был взбешен. Даже не смотря на выдержанность и наигранное хладнокровие, было заметно, как в глазах буквально сгорают красные искры.
«Хотел поиграть? Так я найду, чем занять, твой крайне скучный досуг Алекс», — про себя едко отметила я.
— И великой чести на сей ратный подвиг, — театральная пауза. — Удостаивается князь Ковальский.
«Решил сыграть в двуличность. Не на ту напал», — продолжила я мысленный диалог, с наслаждением следя за реакцией Алекса.
— Князь у Вас есть возражения? — не сдержала я победной улыбки.
Толи мне причудилось, то ли и, правда, Алекс решил совершенно иначе? Резко напряженное лицо расслабилось, появилась озорная улыбка. Демон, не скрывая своего отношения, к происходящему, беззаботно растянулся в кресле.
— Не смею перечить ваше величество, — буквально промурлыкал князь.
Пока я пыталась разгадать столь разительную перемену настроения Князя Ковальского. Мой главный противник, князь Леонард Зепар Буэр Сведенборг резко встал со своего места. И встал напротив трона. Явно давая понять, что мне был брошен вызов.
— Да это неслыханно! — не сводя с меня ненавистного взгляда, прошипел Глава. — Я как избранный Высший ставлю под сомнения решения, предложенные императрицей…
От подобного накала страстей, даже хладнокровные князья не выдержали. Те трое, кто решил пойти по «мягкому» пути к власти, даже привстали со своих мест, явно, чтобы отстоять честь своей императрицы. Остальные же выбрали нейтральную сторону, планируя прибиться к победителю. Ну, а Алекс лишь беззаботно пожал плечами, всем своим видом говоря: «Я предупреждал. Выкручивайся сама».
— Тихо, — с легким придыханием произнесла я.
Мой голос сделался бархатным, движения плавными. Словно дикая кошка вышла на охоту, почуяв весьма лакомую добычу. Если я сейчас выиграю бой, то итог войны с Главами будет предрешен. Если проиграю…
«Не проиграешь», — замурлыкала Тьма в моей душе, прося свободу.
Но я лишь ослабила поводок, позволяя лишь немного поиграть.
Я крайне медленно спустилась, в зал дождавшись, когда всеобщее напряжение достигнет пика. В такие моменты легче всего играть на эмоциях. Неожиданно, к моему искреннему восторгу мои бравые князья, даже соизволили выйти вперед, заслоняя свою императрицу от «недруга».
«Нужно взять их на заметку», — радовалась внутри меня демоница.
— Благодарю Благороднейшие Главы, но прошу не вмешиваться, — ласково произнесла я, обращаясь к «рыцарям». — Это дело касается лишь нас двоих.
Молодцы не стали особо настаивать, поклонившись, решили уйти на задворки сцены.
— Князь Леонард, — я встала в нескольких шагах от демона, высоко подняв голову, серьезно посмотрела во взбешенные глаза. — Я не сомневаюсь в Вашем опыте и глубоких знаниях. Вот только я Вашего мнения не спрашивала. Мое решение Вы можете опровергнуть лишь обратившись к императору. А пока.
Прежде чем демон смог, что-то мне сказать, я мимолетным движение прикоснулась к широкой груди. На этот раз я не пожалела сил, Леонард не молодой демон, способный повестись на дешевые уловки. Поэтому в невидимый удар был очень мощный. Я чувствовала, как кровь закипела, все быстрее начиная бежать по венам и сосудам, сердце бешено начало колотиться. Князь Сведенборг сделал несколько шагов назад пытаясь избавиться от наваждения. Но было уже поздно, я крепко держала его жизнь в своих руках.
— Что с Вами? — с наигранной заботой спросила я. — Князь? Вы себя плохо чувствуете…
Вновь несколько уверенных шагов вперед. Рука медленно прошла к сердцу. Я поняла, что теперь карать и щадить в моей власти. Сила Ангела Смерти трепетала в моих руках, я живо видела золотую нить, земного пути демона. Маленькое движение и она оборвется.
— Князь ценю заслуги перед империей, — медленно поглаживая сияющею дорожку, холоднокровно продолжила свою пытку. — Но все, же напомню Вам, о клятве верности.
Дальнейшие можно было назвать: «Попытка свержения императрицы». Семь демонов, поддерживающих Леонарда, по мимолетному жесту поверженного князя вскочили со своих мест. Несколько заклинаний в сторону трех моих защитников, и демоны падают без чувств. Лишь Алекс бездействовал, не принимая не одну из сторон.
«Вот ты и доигралась» — печально отозвался разум, понимая, что выстоять против демонов я не смогу.
«Умные идеи будут?» — в надежде внутренний голос в воззвал к разуму. Но в ответ была лишь тишина…
Пока демоны не сделали ничего противоправного, я не могла воззвать к страже, обвинив данных участников в измене. Но четко осознавала, что если демоны захотят нанести удар, мне уже, никто не поможет.
— Я бы не советовал, — тихо зарычал голос за моей спиной.
Демоны секунду назад готовые практически к государственному перевороту опешили. Леонард, явно хорошо видя, что происходит за моей спиной, обреченно преклонил колено. А я была просто благодарна…
— Прррочь от имперрратрррицы, — грозно прорычал мой защитник.
Князья, явно растеряв свой боевой пыл, медленно сели на свои места. В нерешительности наблюдая за происходящим.
— Господа, уверяю, подобного я не забуду, — пообещала я дерзкой семерке.
Понимая, что битву я чудом выиграла. Я отпустила золотую нить, все время зажатую у меня в руке. По венам и артериям вновь побежала кровь. А сердце вновь приняло отсчитывать свой ритм. Леонард медленно поднялся и, не поворачиваясь ко мне спиной, отступил на свое место.
«А теперь контрольный удар» — буквально приказал здравый смысл.
— Асбиэль, — призвала я к вниманию секретаря. — Подготовь указ о назначении младших князей Светенборг главными декурионами на Границе с Адвохом.
— Ваше Величество прошу… — резко подскочил князь Леонард.
— Леонард прошу, не стоит, — на мгновение мне стало жалко старого демона.
Два сына, это единственная истинная ценность, которую он получил за столетия своей жизни. Младшие князья не были демонами, да и по секретным данным не отличались особым магическим даром или физической силой. Ссылка их на Границу, в место, где, если начнется война, придется основной удар. Было подобно объявлению смертной казни. Но своих решений я менять, не намеренна.
— В Ваших интересах, чтобы Корвинский, с его воинственной оравой, находился поодаль от Таноса.
Последние слова, как и взгляд, предназначались лишь Светенборгу. И ему теперь решать, на чьей стороне он будет.
— Драгоценная, — с нежностью прозвучало рядом. — С таким подходом обычно долго не живут.
— Милый не видишь я работаю, — с лаской отозвалась я. — Давай поговорим позже.
— Неее… — лукаво произнес Оробас за моей спиной.
— Императрица… Не может быть… Не возможно, — в один раздражающий шум слились резкие выкрики демонов.
— Заверяю, что зрения Вас не подводит, — быстро остановила я нарастающею панику. — К сожалению, настали отчаянные времена. И я крайне обеспокоена за свою жизнь, — крайне красноречивый взгляд предназначался всем демонам. — И согласитесь, лучшего защитника, чем Великий Палач Преисподней придумать сложно.
— Я тебя обожаю, — довольно промурлыкало за моей спиной.
— Ты не представляешь на сколько наши чувства взаимны, — сквозь зубы процедила я. Я была благодарна Оробасу за участие в моей судьбе, но мог бы вести себя менее фривольно. — Прошу простить господа, я немного отвлеклась. Надеюсь все уяснили, свои роли и обязанности и впредь будут четко следовать заранее обговоренного плана.
Медленно практически не чувствуя земли под собой я поднялась к трону. Боковым зрением отметив, что огромный темный лев в напряжении стоит по правую сторону от императорского помоста.
— Резюмирую все происходящее, — гордо восседая на своем законном месте, твердо проговорила я. — Незаконные пересечения границы теперь караются лишь смертью.
Асбиэль быстро преподнес мне уже готовую стопку свежих указов. Пристально следя за каждым из двенадцати демонов, я под каждым документом поставила свою подпись.
— Думаю, на этом все противоречия исчерпаны. Больше никого не задерживаю…
Еще несколько секунд, показавшийся мне вечностью, и демоны исчезли из тронного зала. Только сейчас я позволила себе закрыть глаза. Мне было плохо…
— Князь Ковальский Вы так же свободны, — устало проговорила я, не размыкая век.
— Милолика…
— Боюсь у Вас слишком много дел, — жестко оборвала все возможные слова. — Чтобы терять его на бесполезные разговоры. Первый доклад, жду уже утром. А пока, Вам были поручены весьма занимательные личности для Вашего пристального внимания.
— Милолика ты не — Ангел. Ты истинный — бес…
Я в недоумении открыла глаза, чтобы увидеть довольную ухмылку наглого демона. Прежде чем я смогла издать хоть звук, арка черного портала перенесла Алекса прочь из зала.
— Еще один умник нашелся, — недовольно фыркнул черный лев. — А если честно, он единственный кто мне понравился.
Теперь настала моя очередь скептически закатывать глаза.
— Девочка, а ты и впрямь достойная продолжательница рода, — то ли комплимент, то ли издевка, прозвучала из зубастой пасти.
— Спасибо, — тихо произнесла я.
Невольно рука потянулась к серебристой гриве. Сквозь пальцы, словно жидкое серебро прошли шелковистые волоски, даря фантастические ощущения.
— Фу! Как пошло, — отозвался Палач Преисподней, но головы не убрал. — Только убедился в твоей стервозности и беспринципности. А ты уже на нежности покушаешься.
— Легенда о тебе лишь вымысел, — продолжая свою неожиданную ласку, спросила я. — Ведь так?
— Сложно судить… — произнес лев, удобнее устраивая свою огромную голову на подлокотнике трона. — Поверь, у каждого была своя правда.
— Как мне быть? — полностью снимая маску властной правительницы, с обреченностью проговорила я. — Я не могу…
Слова застряли где-то в глубине души. Я даже подумать боялась, что Маркус может никогда больше не открыть глаза… Не сделать и единого вздоха…
— Малыш, все не так плохо, как ты уже успела себе на придумать, — огромный лев потерся об мои руки шелковистой гривой. — Спроси ту с кого все началось…
— Оробас!? — невольно глаза наполнились слезами.
— Не разочаруй меня детка, — Палач исчез, оставляя меня с надеждой…
Вам не понять моей печали…
Когда растерзаны тоской,
Надолго вдаль не провожали
Того, кто властвует душой.
Арка переходного портала за мгновение перенесла меня в мою резиденцию. Небольшой овальный кабинет в последнее время стал мне практически домом. Здесь проводились напряженные часы работы, нескончаемые советы и консультации. Здесь я миловал и казнил. А потом выкроив свободную минуту с тоской смотрел на постоянно горящий огонь в камине…
— Повелитель? — смиренно раздался голос за моей спиной.
Ласар, был одним из тех немногих существ, в преданности, которых я не сомневался. Тем более, когда ценной предательства, с легкостью послужит уже отданная душа.
— Не сейчас, — тоном, не терпящим возражений, произнес я.
Жестом указывая, что в ближайшее время беспокоить меня не стоит. Понимающий оборотень, низко поклонившись, поспешил исчезнуть из поля зрения.
Рука невольно потянулась к небольшому бару. Одним залпом я осушил до краев наполненный бокал. Пылающий огонь вновь встал перед глазами:
— Милолика, — мечтательно с губ сорвалось ее имя.
Каждую нашу встречу, она не перестает меня удивлять. Я не понимал, как хрупкая и ранимая, практически сломленная, может в одно мгновение превратиться в жестокую, принципиальную стерву?
Сегодня Лика играла далеко не по правилам, нарушая все ведомые законны и принципы. На экстренном совете казалось, что она или безумно глупа или разумно мудра. Она не побоялась подписать себе смертный приговор. Ведь настроить против себя такое количество демонов, уму было непостижимо. И она не просто показала себя неудобной фигурой в высокой игре, а довольно опасным соперником.
— Милая я в восторге, — поднял я тост за Милолику, не отрывая взгляда от огня. — Вот бы еще понять в какой момент я себя выдал?
На Танос медленно надвигалась ночь. Алый солнечный диск уже скрылся за высокими горами, а с озера повеяло прохладой. В темно синем небе начали проявляться еще блеклые звезды. Практически прозрачный в вечерние сумерки лунный серп, лениво поблескивал на небосводе.
— Милолика тебе необходимо поесть…
«Как же за несколько дней я к тебе привыкла», — возникла благодарная мысль.
Не отходя от окна, я повернулась и увидела вновь обеспокоенного Стефана, с поносом в руках. Его забота, да и просто человеческое участие были словно лекарство для моей уже израненной души.
«Наверное, если бы у меня не было мага, я бы точно сошла с ума», — серьезно заключил разум.
Лорд Широл невероятным образом заставлял всколыхнуться человечности в нутрии меня. Не позволял провалиться в пучину алчности и безразличия. Внушал надежду на то, что все скоро закончиться. И мы с ним навсегда покинем темную империю…
— Спасибо Стефан, — подарила магу признательною улыбку. — Чуть позже.
Стефан не стал спорить, спокойно поставив поднос на стол возле окна.
— Что ты намерена делать?
Я неопределенно повела плечами. План у меня был уже готов, все необходимое уже ожидало своего часа. Вот только магу обо всем, знать не стояло…
— Бороться, — ответила я, вновь разворачиваясь к открытому окну.
Стефан напряженно стоял. Видимо обдумывая несомненно важное решение.
— Не тяни, — тихо попросила я. — Пожалуйста, говори, как есть.
— Милолика думаю, будет лучше, если ты отправишься в Залириию…
«Конечно, будет лучше. Вот только я никогда так не поступлю», — грустная уверенность замерла в сердце.
— Не стоит Стефан. Я уже все для себя решила. А теперь иди…
Я смотрела в сумрачную даль, буквально отсчитывая оставшиеся часы, минуты… Но спиной чувствовала, очередной взволнованный взгляд своей «тени».
— Поешь, — было, последним, что сказал Стефан, прежде чем удалиться из комнаты.
В небе одна за другой все ярче начали блистать холодные и далекие звезды. Луна лениво начала свой неизменный ход.
Я медленно подошла к столику и заставила себя хоть немного перекусить. На то, что я планировала сделать, может потребовать достаточно много сил. Как и ожидала, пища практически не имела вкуса. Да, и вообще все окружающее пространство будто померкло. Раз за разом, я бросала мимолетные взгляды на кровать, в надежде увидеть, что Маркус пришел в себя. Но раз, за разом неизменяемая картина, отчаяньем скреблась по душе.
— Маркус мне страшно, — честно призналась я.
В окна словно подкрадываясь, тихо начала подступать ночь. Несколько взмахов рукой, известные только мне и Маркусу слова, и спальня стала неприступной крепостью. Теперь никто кроме меня или императора не сможет снять защитный купол.
«Пока хоть один из вас жив», — печально отозвался внутренний голос.
До полуночи оставалось несколько часов. В нерешительности, я подошла к кровати. Рука сама потянулась к холодному запястью.
«А он не снял обручального кольца. Как поздно замечаешь простые, но такие важные мелочи», — грустно отметила я.
Медленно, словно боясь потревожить, легла на самый край кровати, не отводя взгляда от безжизненного лица демона. Это повторилась вновь. Когда — то я уже пережила это. И снова самый страшный кошмар повторился. Невольно я вспомнила прошедшие сутки. Как я взывала к Ириде, но в ответ было лишь молчание. Как я просила появиться Марбуса. И снова меня ждала пустота.
Опять перед глазами встал образ окровавленного тела на моих руках. Жалких попыток дозваться… Но вновь и вновь меня ждала неудача. Все заклинания, которые я знала, даже самые древние были бессильны. Словно их заранее заблокировали.
В моих силах оказалось лишь затянуть многочисленные рваные раны. Кровотечение остановилось само, так как практически всю кровь Маркус к тому моменту потерял…
Я вновь до крови закусила губу, прогоняя слезы отчаянья. Когда вновь перед глазами встали два старых, огромных шрама на спине демона. Осознание пришло в туже секунду, как я их увидела.
Маркус пожертвовал своими крыльями для моего возвращения это, несомненно, было еще одно условие воскрешения. А я даже не задумалась за прошедший месяц, почему ни разу, даже на коронации, не лицезрела черные крылья, сотканные из Тьмы.
— Маркус, я тебя не отпущу, — крепко прижимаясь к широкой груди, пообещала я.
Быстрое забытье без сновидений поглотило меня…
Проснулась я словно от сильного толчка. Резко сев, оглядела темное пространство. Никого. Проверила защиту. Тишина. В комнате по-прежнему была лишь я и Маркус. Император все так же неподвижно лежал на постели. Ни единого намека на жизнь, так и не появилось.
«Пора», — твердо дал приказ мозг.
Быстро встав, я подошла к окну, отдернув тяжелые гардины и занавески, я позволила лунному свету беспрепятственно проникать в комнату. Мгновенно на каменном полу протянулась широкая лунная «дорожка». Сделав глубокий вдох, я вновь вернулась к кровати, чтобы на миг прикоснуться к холодным губам.
Ледяная решительность заполнила все сознание. Медленно сняла с себя тяжелое платье, оставаясь лишь в легкой нижней рубашке. В обряде вызова, который мне предстояло выполнить, ничего не должно мешать. Впервые за все время я с легкостью, сняла погруженное в невидимый морок кольцо, подаренное Дереком.
— Клятва и вправду не действительна, — печально проговорила я, смотря на синий камень.
Дальше тянуть было бессмысленно. Подойдя к окну, села на каменные плиты, холодное лезвие ритуального кинжала уже покоилось возле моих ног.
— Услышь меня… — начала я читать заклинание вызова, медленно проводя по ладони острым лезвием.
Лунный свет, яркий очаровательный, ласкал меня своим холодным мерцанием. Фантастическое, мистическое чувство, что словно перенеслась в совершенно незнакомый мир, заволокло разум. Казалось, что окружающее пространство растворилась, померкло.
— Взываю к тебе… — слова сами стали слетать с губ, а руки инстинктивно чертить необходимые руны.
Луна призывающая, влекущая, сияющая, словно улыбающаяся мне. А я будто ощущала все издали, как в тумане. Мой голос, словно сотканный из стали и теней, шептал слова призыва.
Неожиданно Лунная дорожка начала движение, медленно собираясь в одну точку, воссоздавая легкий, изящный силуэт. Ледяной свет становился все ярче, принимая форму. Спустя несколько секунд, передо мной стоял сотканное из ночного светила, сказочное создание. Воздушная словно эфир, сияющая, будто ярчайшая звезда…
— Приветствую императрица, — от бархатистых перезвонов мое сердце замерло.
А я продолжала не верить в происходящие. В нашем мире Судьба не наделялась отдельной жизнью, образом, личностью. Это была некая внешняя сила, которая приводит к неразумной, непостижимой предопределенности. А сейчас она в живую, явилась на мой зов.
— Это и вправду ты?
Фантастическое сознание лишь пожало плечами, словно говоря: «Думай, как хочешь».
А у меня в один момент будто растворились все мысли.
— О Маркусе не беспокойся, — спокойно отозвалась Судьба. — В вашем Мире практически не существует сил способных принести реальный вред его бессмертной душе.
Я с благодарностью посмотрела на сияющий силуэт. Сердце начало бешено колотиться.
— Хоть душа непобедима, но все, же его телесная оболочка, хрупка. И в этот раз он сильно переступил за запретную черту…
Меня словно ледяной водой облили. Так, что это все значит? Как мне вернуть его к жизни? Условие, когда его тело так и останется безжизненным, а бессмертная душа будет витать в неведомых местах, в корне меня не устраивала. Мне было необходимо единство тела и души.
— А как же… — попыталась я сформулировать вопрос.
— Это было уроком императору, — твердо оборвала меня Судьба. — Слишком много он на себя взял. Самоуверенность его и погубила.
Злость внутри начала рваться наружу. Я прекрасно понимала, что разговор с божественными существами вещь далеко не легкая… Но мне были необходимы ответы на вопросы.
— Не бойся маленький Ангел, демон недолго будет без сознания, — словно прочла мои мысли сказочное создание. — Ему потребуется еще несколько суток, чтобы восстановиться.
Казалось теперь точно сознание готово покинуть меня. Теперь на смену ярости пришла неконтролируемая радость.
— У тебя больше нет вопросов ко мне? — с улыбкой на прекраснейшем лице проговорила Судьба.
Я задумалась. Вопросов было множество. Но почему — то я была уверенна, что сотканная из лунного света, не станет на них отвечать. По крайней мере, прямо…
— Не мучь себя Ангел, я сама не знаю, что будет в конце, — совершенно неожиданно прозвучало из уст, того, кто называет себя Судьбой. — Я лишь тку полотно мироздания, а все поступки существующих в мире, сами складываются в узор. И какая картина получиться в конце, не подвластно узнать даже мне.
— Все же должно было быть иначе? — озвучила я свой первый вопрос.
Я не сомневалась, что переливающееся звездным светом существо, поймет мой вопрос правильно. Ведь изначально самой Судьбой, мне предназначался Алекс.
— Действительно твоя истинная доля — это Алекс, — не стала отрицать Судьба. — Вы изначально были созданы друг для друга. Он был рожден, чтобы встретить тебя. Ты появилась на свет для него. Но сама ведаешь, что получилась. Маркус решил иначе, вмешиваясь в законный ход вещей… Да и Ирида решила с жульничать. Именно в этот момент полотно мироздания начало выводить свой последний узор.
Я невольно охнула. Вот оказывается, где мы запустили неминуемое начало конца…
— Но как я сказала лишь поступки и решения дают этому миру жизнь.
— Что теперь?
— Живи, как живешь, — спокойно отозвалась Судьба. — Время лишь сможет рассудить.
— Но я не могу быть с ним рядом?
И снова я знала, что меня поймут правильно. Судьбы долго молчала, явно раздумывая, стоит ли мне говорить, то, что было ей известно… Неожиданно яркий свет появился совсем рядом, меньше чем на расстоянии вытянутой руки.
— Позволь мне тебе показать… — нереальная рука потянулась в мою сторону. — Только не бойся…
Яркая вспышка заставила на мгновение зажмуриться. Секунда и я почувствовала, как очутилась в темном помещении. Постепенно глаза привыкли к сумрачному освящению, и я начала различать предметы. Одного мимолетного взгляда хватило, чтобы понять, где сейчас нахожусь. Спальня принца предстала моему взору в неизменных деталях. Огромная кровать с балдахином из темно — синего бархата, камин с потухшим огнем и огромным креслом рядом.
— Почему сюда? — спросила я пустоту, надеясь получить ответ.
Ответа не было. Я находилась совершенно одна. Немного хмурясь, прошла вдоль всей комнаты, не понимая, что меня настораживает. Провела по каменной столешницы рукой, с изумлением понимая, что не чувствую… Еще одно касание и рука прошла сквозь камень.
— Иллюзия?
Словно мой вопрос не удостоился ответа. Но если Судьба перенесла для какой-то цели. Что я должна увидеть?
Словно ответ на мой вопрос двери в старые покои Маркуса, резко распахнулись, и огромными шагами в комнату ворвался демон. От увиденного я буквально остолбенела, не понимая, что происходит.
«Живой» — радостно кричал рассудок.
Резкий шаг вперед и осознание заставило остановиться и вновь оглядеться.
«Пожалуйста, только не снова», — взмолилась разбитая душа.
Принц Таноса, именно этот статус был у него в эту ночь, не замечая меня, создал небольшой магический светлячок. Помещение озарилось спокойным, холодным светом. Маркус был взволнован, взбудоражен, каждое его движение было резким, рваным. Я не выдержала, легко коснулась обнаженной спины. Ничего. Принц, словно не замечая преграды, прошел сквозь меня и стал открывать свой старый тайник. Я смотрела на практически обнаженного демона, и неконтролируемая злость вновь наполнила душу.
«Зачем ты здесь? Почему бросил меня в ту ночь?», — в отчаянье взмолился разум, будто бы это происходит сейчас, а не было лишь скачком в прошлое.
От понимания того, что будет дальше, хотелось зажмурить глаза. А еще лучше исчезнуть.
Но я как завороженная следила за каждым движением принца. В руках Маркуса, теперь находилась маленькая черная коробочка. Резким движением демон открыл крышку и вытащил содержимое. В слабом свете светильника, блеснул камень на маленькой цепочки. Чистейший изумруд в виде шестиконечной звезды с черной сердцевинной.
— Этого не может быть… — против воли шептали губы. — Он не мог!
Но действительность была иной. В руках принца без сомнения сверкал уникальный артефакт «Дар» избраннице. Единственный в своем роде. Много смелости и мужества требует изготовление подобного подарка. Ведь после его вручения вся жизнь, все существование будет находиться в единственных руках. В руках той, кому ты полностью вручишь себя.
— В эту ночь Маркус хотел отдать тебе свою жизнь, — словно отовсюду раздался бархатистый голос. — Связать ваши судьбы в одну.
Меня била крупная дрожь. Мысли не путались, их просто не было. То, что я видела сейчас, никак не вязалось с тем, что в действительности произошло десять лет назад.
— Тогда почему? — в шоковом недоумении прошептала я.
Дальнейшее события начали разворачиваться словно, размеренно текущие время в мгновение ускорилось.
Мерцание за спиной Маркуса, заставило принца быстро спрятать артефакт и встать в боевую позицию, в полной готовности отразить удар.
— Маркус, неужели ты решился на подобную глупость? — прозвучал мелодичный голос с постели принца.
Словно ожившая фантазия, самая смелая мечта на кровати появилась обнаженная демоница. Соблазнительное, будоражащее тело без намека на стеснение и робость, манило к себе взгляды. Демоница была прекрасна. Кожа словно нежный фарфор, была бела и бархатиста. Демоница, обольстительно застыла на темных простынях. Волосы черные как смола, в беспорядке раскинуты на нежном атласе.
— Катерина, почему я не удивлен?
«Мне показалось или Маркус это произнес с… брезгливостью?» — разум пытался найти хоть один логичный ответ.
— Рада, что оправдала твои ожидания, — демоница соблазнительно выгнулась и подалась обнаженным телом вперед.
— По-моему еще год назад я тебе дал понять, что больше между нами ничего не будет…
Маркус не двигался со своего место. Так и застыл в нескольких метрах от кровати.
— Мужчины, Вы так переменчивы, — руки демоницы потянулись вперед, приманивая свою жертву.
Темный принц, лишь раздраженно сделал шаг назад. Явно начиная не просто сердиться, а медленно закипать от ярости.
«Мне это все кажется?» — проговорил внутренний голос.
— Кто тебя послал? — твердо потребовал ответа демон. На, что соблазнительно лишь надула губки. — А в принципе можешь не отвечать. Лишь передай Хозяйки, что она проиграла…
Маркус явно не собирался дальше продолжать разговор. Быстро активировав охранные заклинания на тайнике, он уверенным шагом направился к выходу. Так же резко прекрасное лицо демоницы, преобразилось. Соблазнительная маска сменилась яростно — оскорбленной.
— Как ты не понимаешь? Она начало твоего конца… — прошипела девушка.
Маркус на секунду остановился, пренебрежительно смотря на ту, что которую я считала разлучницей, и уверенно улыбнулся.
— Если действительно Милолика моя смерть, — твердо произнес темный принц. — Я готов полностью отдаться в ее сладкие объятья.
— Маркус, — заливистый смех, разлился по комнате. — С ней ты и впрямь становишься наивным.
Демоница словно кошка выгнулась на атласных простынях, в лучшем свете показывая, то, от чего только, что Маркус отказался.
— Так, что прислушайся к совету: пока не потерял единственное, чем дорожишь, готовься идти на уступки.
Выражение лица демона изменилась. Не контролируемая ярость заполнила его глаза. Только, что он готов был просто забыть о непрошенной гостья. Но теперь Маркус в бешенстве метнулся к кровати.
— Что? — крепко сжимая шею жертвы, в лицо прорычал демон. — Что вы задумали?
В одно мгновение испуганное лицо демоницы изменилось. Катерина выгнула спину и быстро привлекла душащего демона к себе.
— Поздно Маркус, — превозмогая боль, выдохнула демоница. — Я предупреждала.
Прежде чем Маркус смог понять, что все игра, все слова Катерины были лишь ловушкой. Произошло неизбежное.
Все время, я стояла не шелохнувшись, видя истинную, полною картину того, что произошло в памятную для меня ночь. Понимая, что случиться дальше, я повернула голову, чтобы увидеть свой полный боли и отчаянья свой же взгляд. В тот момент, я больше походила на приведение. Маленькая, хрупкая, наивная демоница в легкой белоснежной рубахе, сейчас более походила на мертвое, чем на живое создание.
— За что? — прошептала я, десять лет назад.
А я настоящая, понимая, что уже не исправишь, обреченно повернулась к Маркусу, чтобы увидеть его взгляд…
И я зажмурилась. Закрыла руками уши. Чтобы не видеть, не слышать, того что случиться дальше. Той жуткой ошибки, которую я совершила…
Яркая золотая арка портала вновь поглотила меня, перенося в императорские покои. Холодный лунный свет продолжал медленно скользить по каменным плитам. На огромной кровати, все так же без движения лежал Маркус.
— Дура! — в отчаянье завыла я. — Какая я дурра. Перепутать удушение со страстными объятьями. Идиотка.
Но не какими словами. Не какими ругательствами прошлое было уже не изменить.
— Ну, скажем в интимных вопросах ты весьма неподкована, — совсем рядом словно из воздуха появилась Судьба. — А Катерина постаралась быть убедительной.
— Почему он мне не сказал? Не объяснил, что было на самом деле?
— А ты бы поверила? — спокойно поинтересовалось фантастическое существо. — В ту ночь твой мир рухнул… А спустя десять лет былое оказалось не важным.
— Но все могло быть иначе?
Судьба медленно проплыла к постели. Секунду ее фигура была не подвижна. Одежды, сотканные из лунного света, даже не касались пола. Неожиданно Судьба наклонилась и, что-то прошептала на ухо безжизненному телу Маркуса. Мне казалось, что сейчас он очнется, встанет. По обыкновению, накричит на меня за мою беспечность. Но император продолжал лежать. Его сердце молчало… А вот мое готово было разорваться.
— Лика услышь мой последний совет, — вновь приблизилось ко мне лунное виденье. — Не отступайся от задуманного. Если решила, борись до конца, ни на что не взирая…
Яркая вспышка и фигура растворилась в искрящемся лунном свете. А я стояла, боясь пошевелиться, даже вздохнуть. Я пока не представляла, как мне жить дальше. После увиденного, я не могла теперь бороться с очевидным.
— Ведь я до сих пор лю… — быстро я остановила свои мысли, на еще не произнесенной фразе.
«Милолика былого не возвратишь», — мысленно приняла я единственно верное решение.
Совершенно не отдавая себе отчета, буквально не понимая, что творю, я подошла к кровати и легла рядом с императором. Руки потянулись к родному телу, крепко прижимая к себе, голова удобно расположилась на широкой груди, там, где должно биться сердце.
— Нужно было все рассказать, — прошептала я. — Может тогда бы удалось исправить…
До утра осталось несколько часов, и я постаралась забыться в сонном дреме…
Утро. Уже несколько часов, я не находил себе места мерия императорскую гостиную шагами. Дверь в спальню была не просто закрыта. Она была очень надежна заблокирована. Алекс, появившийся еще до наступления рассвета, заверил, что защиту может снять лишь Милолика изнутри. По спокойно хладнокровному голосу можно было понять, что демон ни видел, никакой опасности в том, что безрассудная императрица, для не понятной цели заперлась в собственных покоях.
Я еще не понял, как, но Алекс тонко и безошибочно ощущал Лику. Чувствовал ее эмоции и даже мог предугадывать действия. Словно между ними была невидимая связь.
— Стефан не беспокойся, сейчас Лика лишь спит, — отмахнулся от моих разумных доводов демон. — Поверь несколько часов сна, пойдут ей лишь на пользу.
Я — то не сомневался. Вот только представить Милолику в данной ситуации безмятежно спящей не мог.
Утро медленно подходило к своему логичному завершению, но запертые двери до сих пор не от варились. Рядом с императорскими комнатами скопилась уже внушительная делегация. Венцом действа явился князь Ковальский…
Быстро оглядев собравшихся, он заверил присутствующих, что Милолика по уважительным причинам отсутствует. И всех желающих по ее приказу, он примет в большом зале для переговоров. Дождавшись, пока все разойдутся Алекс, плотно закрыл все двери.
— Еще не выходила? — задумчиво осведомился Алекс. — Странно.
Где-то минуту он простоял, молча, гипнотизируя взглядом стену, за которой должна была находиться Милолика.
— Лика всего лишь спит, — резко произнес демон, явно собираясь вновь покинуть императорскую гостиную. — Повода для беспокойства не вижу. Видимо императрица сильно заигралась с магическим резервом. Теперь восстанавливает.
Темная арка портала поглотила демона, оставляя меня в одиночестве. И я принялся ждать…
Ни днем, ни вечером, ни даже глубокой ночью, замкнутые створки так не распахнулись. Несколько раз являлся Алекс, в напряженном раздумье взирал на блокированные покои. Проговаривал неизменную фразу, уже скорей для себя. И вновь исчезал…
Так прошло два дня. Лишь с разницей на то, что каждый новый приход демона теперь сопровождался несколькими мощными магическими ударами, и только на половину известными мне ругательствами.
В напряженном ожидании наступила вторая ночь отсутствия Милолики. Алекс раненым зверем метался по гостиной, грозными ударами пытаясь разблокировать наложенную защиту. Бесполезно.
— Следи. Если, что-то измениться просто произнеси мое имя вслух, — отдал приказ явно уже неадекватный демон и вновь исчез.
Явился князь Ковальский лишь под утро. Смотреть на демона было уже просто не возможно. Злой, уставший, почему-то грязный, он молчаливо вновь просканировал стену.
— Может ты мне объяснишь, что там происходит? — прорычал Алекс. И обращение явно предназначалось не мне.
Прежде чем я окончательно убедился в душевной болезни князя, неожиданно в нескольких метрах от Алекса появился огромный черный лев. Зверь лениво, словно не замечая ничего вокруг, лишь на мгновение взглянул на запечатанные двери.
— А смысл? — неохотно изрекло темное животное.
— Орабас не зли меня! — проревел в ярости демон. — Прошло уже почти двое суток… Ты наверняка чувствуешь свою Хозяйку.
— И что с того? — удивился лев. — Ты ее тоже прекрасно чувствуешь.
Демон захрипел. Теперь в сильном душевном заболевании я не сомневался. Через несколько секунд в гостиной рычало огромное, черное, трехметровое существо.
— Да, ладно тебе изводиться, — неспешно отмахнулся, явно не впечатленный лев. — Спит Милолика. Крепким вполне здоровым сном. Слишком много свалилась на нее в последнее время. Так, что дай девочки отдохнуть…
— Долго еще? — пытаясь обуздать свои чувства, прорычал демон в боевой ипостаси.
— А это мне уже не ведомо…
Огромный черный лев, лениво потянувшись за долю секунды, растворился в воздухе. Алекс не замечая ничего вокруг с истошным воем, ударил в деревянные створки ненавистной двери. Пространство вокруг содрогнулось. Если бы я не сидел, то точно упал. Пол заходил ходуном. Магическая защита, на секунду моргнув зеленым светом вновь потухла, оставаясь не сломленной. Демон глубоко вздохнул, и прежде чем, успел что-либо сказать…
Неожиданно на двери распахнулись, представляя нашему взору… Императора.
Вот теперь я засомневался в своей адекватности.
— Кто мне объяснит, что здесь происходит? — твердо проговорил живой Повелитель Таноса, поочередно взирая на меня с Алексом.
Мы молчали. Не знаю, как князь Ковальский, я просто физически лишился дара речи. Маркус выглядел не просто живым. Император словно святился изнутри. Довольная улыбка, растрепанная одежда. Он выглядел так, словно помолодел на несколько сотен лет.
«Милолика в Залирию не вернется» — предрек мой внутренний голос.
Маркус явно поняв, что ответа от нас он в ближайшее время не дождется. С радостной улыбкой обратился ко мне:
— Стефан, будь любезен организуй плотный ужин. И можешь быть свободен… — император замолчал, видимо задумавшись. — Минимум на сутки.
Я безмолвно кивнул, еще не придя в себя. Маркус видимо решив, что все неотложные дела решены вновь закрыл дверь, оставляя меня с Алексом…
Только после этого я решился взглянуть в сторону, где стоял князь Ковальский. Лучше бы я этого не делал. Даже сквозь защиту, которую поставил на себя демон я смог уловить невыносимую боль и страдание.
— Она спит… — в пустоту прохрипел демон.
Я ясно услышал, как лязгнули зубы Алекса, прежде чем черная арка портала растворила демона из императорских покоев.
Я лежала с закрытыми глазами и не могла поверить, что уже не сплю… Что все, что произошло за последние дни осталось в прошлом. Я продолжала покоиться на широкой груди, совершенно бесцеремонно обнимая Маркуса руками. Но вся сказочность момента заключалось в том, что я слышала ровное биение сердца, осторожное дыхание на своих волосах. Даже запах… Родной, волнующий… Он вернулся! Я окунулась в него словно в живой источник. Это был запах настоящего счастья!
«А что дальше?» — пришла пугающая мысль.
И теперь эйфория сменилась паническим страхом. Все мысли словно исчезли с моей головы. План, который я так навязчиво повторяла каждый день, и который должен был осуществиться в ближайшее время, сломался, словно карточный дом.
Я не знала, что мне делать, когда Маркус откроет глаза? Что я ему скажу? Да, и вообще стоит, что — то говорить?
Мозг начал потихоньку закипать от того объема противоречивых эмоций, что переполняли меня. Хотелось немедленно вскочить с кровати и спрятаться в самый дальний угол замка. Одновременно желала сильнее прижаться к дорогой груди. Мечталось, чтобы время на миг остановилось, а лучше пошло назад…
Неожиданно на меня словно ураган нахлынули чужие эмоции: нежность и отчаянье, страсть и благовоние… И желание на грани боли… Я задыхалась. Я была не в силах совладать со своими чувствами, но эмоции Маркуса полностью решили меня сознания.
И в один миг, я поняла, что нужно уходить. Немедленно и быстро. Ведь стоит задержаться на короткое мгновение, и я уже не смогу решиться…
Потихоньку, неспешно… По-маленькому сантиметрику, я начала отползать на край кровати. Радовало и предавало ускорения, то, что меня никто не пытался остановить. Медленно я подтянула свои руки. Неторопливо оторвала голову от горячей груди.
Первым открылся правый глаз… Маркус лежал практически в той же позе, в которой я его помнила в ночь общения с Судьбой. Открытый левый глаз подтвердил, раннее увиденную картинку.
Маркус умиротворенно лежал на постели и кажется, спал. Решая не испытывать Судьбу, тем более, что только на кануне имела радость общения. Я решила выбираться пока не поздно. Схватившись за край ничего не прикрывающей нижней рубашки, сделала резкий рывок… И бесполезно. Я все также осталась на кровати.
— Доброе утро, — Маркус открыл глаза, с нежностью посмотрел, и лицо демона засияло от ласковой улыбки.
От неожиданности я зажмурилась. Тело сковало словно судорогой. Почему — то мне захотелось кричать. Но хоть этот неадекватный порыв я смогла преодолеть. В остальном же был полный кошмар. Я сама толком не могла понять, что со мной случилось. Еще на кануне была полна решимости… А сейчас лишь стыд и позор.
— Тебе самой не смешно? — возвращая меня на прежнее место, поближе к себе поинтересовался демон. — Милолика, что ты убегаешь от меня словно от огня.
Я открыла глаза и укоризненно взглянула на Маркуса. Зачем мне бегать от огня? Это ведь родная стихия…
— От огня мне нет смысла бежать, — выдала на свой взгляд крайне разумную мысль.
— А от меня есть?
Вот на это, мне нечего было ответить. Точнее было, но подобные выражения Маркус бы списал на ребячество и подростковую неполноценность.
И вот, чтобы не ставить себя в нелицеприятное, прежде всего для себя самой положение, я решила молчать. Вот только Маркусу подобный исход, кажется, очень понравился.
Так как в процессе моего неудачного побега, демон сменил положение, так, что я целиком помещалась на нем. И теперь Маркус поспешил воспользоваться так удобно возникшими перспективами. Ведь было достаточно удобно ласковыми движениями блуждать вдоль всего моего тела. От каждого прикосновения кровь то останавливалась, то закипала в жилах. Меня опаляла огненная страсть, то арктический холод.
— Маркус я не могу, — смогла лишь выговорить я.
— Почему?
А вот с доводами, на которые согласиться его высочество император было тяжко. Чтобы я сейчас не сказала, Маркус бы все равно не поверил и не отпустил.
— Милолика, поиграли, и хватит, — шептали мне в ухо, целуя шею. — Ты моя! Всегда была моей! И навечно останешься…
Мой крик возмущение был прерван довольно требовательным поцелуем. В нем было все злость и отчаянье, радость и счастье, нежность и страсть. Словно долго сжатая пружина, резко выпрямлялась. И в один миг, во мне, что — то оборвалось. И я ответила. Ярко, с той страстью, что кипела внутри меня, превращаясь в пылающий пожар. Мои пальцы до хруста вцепились в обнаженные плечи, наверняка оставляя следы. И сейчас это было так правильно. Так необходимо…
А я что? Я лишь слабая женщина, которая не знает, что ей делать. И сейчас я отдалась на милость сильнейшему.
Мне казалось, что нахожусь в утопической сказке, просто потому, что в реальности такого просто не могло быть. Маркус, словно отгадывал каждое мое желание, обжигал страстью, сжимал буквально до боли. То нежно и трепетно ласкал…
Его нежные губы дарили неземное удовольствия, полностью подчиняя мое тело и душу. А я отдавалась без остатка. Вся. Выгибаясь на встречу, прижимая к себе все сильней.
Очнулась, я в тот момент, когда поняла, что придавлена мощным обнаженным телом к холодному атласу простыней. На мне, по неведомым причинам, также ничего нет. И до неизбежного нам остался лишь миг…
Не знаю, что отразилась в моих глазах. Но Маркус замер недобро хмурясь. Поднявшись на локтях, посмотрел мне в лицо. А я молчала и не шевелилась…
— Ангел, — Маркус опустил голову на мое плечо, пряча лицо в волосах. — Милолика, почему с тобой так сложно?
«Если бы я знала ответ» — мысленно отозвался внутренний голос.
Мгновение демон продолжал лежать неподвижно, затем одним резким движением соскочил с кровати, быстро надевая на себя штаны. А я как — то справившись с одеревеневшим телом, быстро закуталась в простыню, и, подтянув ноги, крепко обхватила колени руками.
Маркус взирал на меня напряженно молчаливо, будто пытаясь предугадать мое следующее движение. А я старательно прятала глаза. Мне было стыдно. И не из-за того, что между нами только, что было. А потому, что это не закончилось, как должно…
— Сколько тебе нужно времени, чтобы себе самой признаться, что ты любишь, и будешь любить лишь меня?
Маркус стоял в нескольких метрах от меня, напряженно сложив руки на груди.
— Ни сколько… Я прекрасно это осознаю.
Кажется, такого ответа демон точно не ожидал услышать. Да я и сама теперь ругала себя за откровение.
— Тогда почему? — в недоумении спросил Маркус. — Милолика ответь мне. Я не понимаю.
— Может просто не судьба?
Кажется, что — то взорвалось? Или просто упало? А может все вместе!? Я не видела, просто опустила голову в колени и постаралась даже не дышать. А пространство вокруг продолжало ходить ходуном. Был слушан грохот, звон, рычание…
— Милолика я долго терпел, — сквозь шум, услышала я рык императора. — Ждал, что ты одумаешься. Но твое упрямство не знает границ. Ты готова пожертвовать мной, собой ради мнимой гордости?!
И в один момент все стихло, словно резко выключили звук. Не открывая глаз, почувствовала, как Маркус резко потянул мою руку, сжатую в кулак. Медленно раскрыл ладонь. В тоже мгновение, небольшой холодный предмет коснулся кожи.
— Извини, позволить тебе этого я не могу, — твердо сказал повелитель Таноса. — Если тебе не хватает смелости решиться. Я сделаю это за тебя.
И прежде чем я смогла, что — либо сделать, Маркус исчез.
— Опять ты решил все за меня, — одними губами прошептала я, сжимая кулак с амулетом до боли. — Это не любовь Маркус. Это лишь эгоизм, переросший в болезнь…
Я медленно подняла голову. Спальня напоминала сейчас жалкое зрелище, не единого целого предмета. Лишь пыль, пепел, разнообразные куски уже не восстанавливаемых вещей. В руке моей как я и ожидала, находилась изумрудная звезда с черной сердцевиной.
«Дар возлюбленной», — обреченно констатировал внутренний голос.
— Маркус как ты не поймешь? — тихо проговорила я в пустоту. — Больше нет той девочки с яркими наивными глазами, с чистой, невинной душой. Ты любишь ту, которую трепетала от каждого твоего слова. Которая была готова на все, ради мимолетного взгляда. Нет, той, которая, лишь только увидев тебя, покорилась. Живя, словно в мечте. Нет больше того сердца, той души, той Милолики… Твоего Ангела… Больше нет.
Вновь время тянулось. Мой наблюдательный пост, за время бесполезного несения службы так и не поменялся. Я все так же сидел в огромном кресле напротив двери в императорские покои. И ждал. Чего ждал? Мне не известно…
После довольно красочного и животрепещущего выражения эмоций Алекса, в попытках сломать защиту комнаты, где все время, по его же словам спала Милолика, прошли сутки. Не смотря на довольно весомый погром, гостиная довольно быстро была приведена в свой первоначальный вид.
«Видимо это обыденная практика выражений эмоций в империи» — заключил я, увидев, как ловко, слуги приводят помещение в порядок.
Милолика так и не появлялась. Лишь Маркус несколько раз на довольно не продолжительное время появлялся, в разных частях замка. Проверяя, что случилось за время его отсутствия, и отдавая необходимые распоряжения.
Когда лучи рассветного солнца настойчиво начали пробиваться через окно, я понял, что Милолика теперь проспит минимум до завтрашнего обеда:
«Для Маркуса — это был бы идеальный расклад», — подтвердил мою догадку разум.
Я вновь недооценил своенравную демоницу. Милолика была верна себе…
Резко двери с неимоверным грохотом распахнулись. В клубах пыли, стуча каблуками по обломкам камней, в гостиную вышла императрица Таноса. Одна. И судя по состоянию открывшейся мне комнаты, император либо вновь без чувств лежит на постели. Либо он успел уйти.
— Стефан прошу без явно лишних вопросов.
Милолика быстро прошла до соседнего со мной кресла и буквально рухнула на него. Глаза устало, закрыты, все тело напряженно. Вдруг императрица насторожилась, словно почувствовала, что — то. Взор стал ищущим. Я в недоумении также обвел взглядом комнату. Понятно, что ничего, что могло так напрячь демоницу, я не увидел.
Совершенно внезапно императрица сорвалась с места и подскочила. Практически не уловимым для моего взгляда оказался бросок к противоположной стороне гостиной.
Когда я увидел причину переполоха, я чуть не засмеялся в голос. На небольшом столе спокойно, до сего момента, стоял большой поднос с различной едой.
— Стефан ты волшебник, — довольно произнесла Лика, хватая поднос руки.
Затем уже спокойно вернулась к креслу, и, забравшись в него с ногами, начала есть.
Мой крайне удивленный, можно сказать ошеломленный взгляд императрица поняла по-своему.
— Прости мне сейчас далеко не до этикета.
Я решил промолчать, старательно пряча улыбку. Сейчас Лика не как не походила на порождение Тьмы, на демоницу, а тем более императрицу темной империи. Это был зверек, маленький, но очень голодный…
— Если я не ошибаюсь, сейчас довольно раннее утро, — умяв половину подноса, быстро жуя спросила Милолика. — Демоны с докладами еще не приходили?
— Приходили, — осторожно начал я. — Только четыре дня назад.
Еще некоторое время императрица медленно прожевывала пищу, смотря вперед не выражающим взглядом.
— Что?
Поднос был немедленно оставлен в сторону. Внимательный, острый взгляд буквально пробирал до костей. Если бы я не был уверен в сытости демоницы, решил, что меня хотят сожрать… Справившись с первым шоком. Убедившись, что Лика, на столь кардинальные меры не пойдет. Как можно более спокойнее растягивая каждую фразу. Для верности дополнительно посылая импульс безмятежности. Ровно проговорил я:
— Милолика тебя не было почти четыре дня.
— Как?
Мне показалось, это был скорее риторический вопрос. Поэтому решил, немного помолчать, ведь в отсутствии лишней информации демоница быстрей придет в себя.
От моего импульса Милолика отмахнулась как от мухи. Резко вскочив, она стала мерить гостиную быстрыми шагами. То и дело, поглядывая на меня, то на запертую дверь.
— Разве не мог разбудить? — не останавливаясь, продолжила негодовать императрица.
Мой укоризненный взгляд, ее высочество, поняла верно. Это было в принципе не возможно. Еще несколько минут метаний, и совершенно невероятных и бесполезных вопросов.
Подобное состояние демоницы к счастью, не продлилось долго. Лика взмахом руки заставила стены святиться, не понятным синим огнем.
«Видимо защиту от просушки поставила» — выдал версию внутренний голос.
Затем решительно направилась в мою сторону.
— Значит, полная инициализация Дерека произойдет…
— Завтра на рассвете, — нехотя подтвердил я опасения Лики.
Милолика так и осталась стоять в шаге от меня. Но теперь былого спокойствия или злой раздражительности не было. На их место пришла паника. Лика стояла, не говоря ни слова, лишь руки тряслись мелкой дрожью, а губы были искусаны в кровь.
«Неужели она все еще хочет покинуть Танос? Оставить Маркуса?» — мысли в голове начали путаться.
— Будь готов, завтра до рассвета мы покинем Танос, — твердо произнесла императрица, уверенным шагом направляясь в спальню.
— Уму непостижимо, — озвучил я свое состояние, смотря в след демонице.
Уже на пороге Лика обвела комнату задумчивым, взглядом, а затем решительно пошла прямо по каменной крошке.
— Стефан, будь любезен пригласи слуг, в императорские покои, кажется, нуждаются в небольшой уборке, — послышалось из спальни.
Я смиренно сидела в собственной спальне, большом удобном кресле возле камина и… вышивала крестиком.
А что? Во-первых нужно когда-то начинать. Во — вторых говорят, успокаивает…
«Да не черта подобного!» — отозвался злой разум, когда очередной стишок не просто лег не ровно, а неведомым мне образом замотался в огромный узел.
Несколько раз за день Маркус лично проверял мое состояние. А я выбрала тактику — молчаливого игнорирования.
В первый раз, увидев меня с иголкой, император долго напряженно всматривался. Не показалось ли ему? Но в итоге, не увидев в моем занятии ничего криминального, ухмыльнувшись, поспешил удалиться.
В следующий раз, явно удивившись тому, что я еще не сожгла свое творчество, обречено махнул рукой.
— Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы побег не организовывало, — проговорил демон, растворяясь в темной арке портала.
В ответ я лишь улыбнулась, и молчаливо продолжила свой созидательно рукотворный процесс.
В третий раз, уже крайне недоумевающий император, долго взирал на меня, явно пытаясь прочесть мысли. Дело оказалось весьма бесполезным. Проскрипев зубами для страху, Маркус вновь исчез из спальни. Теперь во мне проснулся азарт. И ничего, что все пальцы уже переколоты, и больше десятка иголок сломаны. А о результате я вообще бы предпочла не вспоминать. Теперь был важен эксперимент и его выводы.
Четвертый раз, выдался, на мой, взгляд, самым благодушным. Ласковым, нежным голоском его величество поинтересовалось: как я себя чувствую?
Вежливое: «Все хорошо. Спасибо», воспринялось почему-то негативно. И в только, недавно приведенной в первоначальный внешний вид комнате, теперь красовались три больших выгоревших пятна.
В пятый раз повелитель Таноса, притащил с собой Стефана, и потребовал у него как у чтеца душ выяснить, что со мной. Стефан с той же периодичностью, уже наблюдая за моими творческими муками, сначала скептически посмотрел на меня, затем настороженно на Маркуса, и видимо решив, что без диагноза его не отпустят, выдал:
— Сейчас императрица социально дизадаптированна и на фоне совокупности экзогенных и эндогенных факторов, — уловив крайне недобрый взгляд императора, Стефан решил дальше разъясняться более доступно. — Милолика постаралась сублимироваться от происходящего, деструктируя свое поведение.
Для подтверждения крайне сложного психологического вывода, я даже несколько раз утвердительно покивала и наивно захлопала ресничками.
— Ясно, — на удивление спокойно отозвался Маркус, вот только зубы предательски скрепили. — Чем нам это грозит?
— Пока не ясно, — чрезвычайно озабоченно смотря на меня, глубокомысленно заключил маг. — Но я вполне предполагаю ряд негативные симптомов, характеризующихся специфическими изменениями состояния личности. Вполне возможно биполярное аффективное расстройство с признаками гипамании с устойчивыми формами циклотимии и дистимии.
«Стефан ты не подражаем» — мысленно поаплодировала я магу, наслаждаясь реакцией императора.
Маркус все больше начал хмуриться, неотрывно следя поочередно, то за мной, то за Стефаном.
— Всецело возможны проявления, такие как: резкие смены характера личности, совершении нелепых и нелогичных поступков, смена интересов и появление несвойственных увлечений, снижении работоспособности и социальной адаптации, — продолжил свое информационное заключение Стефан. — В крайнем случае, может полностью отсутствовать вменяемость и понимание происходящих вокруг событий.
«Нужно не забыть расцеловать мага, когда все закончиться», — услышав последнюю фразу, сделала я себе заметку на будущее.
Теперь Маркус внимательно, неотрывно смотрел лишь на меня одну. Я продолжала играть роль крайне невменяемой особы. Вот Стефан молодец, такую характеристику выдумал. Значит нужно соответствовать.
— Как долго? — прорычал повелитель Таноса.
— Возможно до конца жизни…
Нужно отдать магу должное не один мускул не дрогнул на его лице. А вот на состояние дорогого императора, любо дорого было понаблюдать. Маркус теперь недоверчиво косился на мага, явно сомневаясь в его уже адекватности. Затем махнув на нас рукой, поспешил исчезнуть.
«Правильно. А то мало ли слабоумие заразное», — похвалила я императора, подмигнув магу.
Стефан обреченно покачав головой, поспешил удалиться.
А продолжила увлекательнейшее занятие.
В шестой раз Маркус появился ближе к вечеру. Поняв, что принципиально ничего не изменилось, загнанным зверем, по метавшись по комнате. Даже соизволив, несколько раз заглянуть в результаты моей деятельности.
— Чтобы ты не задумала, брось, — рычал демон. А у меня очередная иголка вонзилась в палец. — Танос ты не покинешь.
Я не удержалась, крайне недобро взглянула на Маркуса. А что? Мы душевнобольные, можем быть и агрессивны. Особенно когда нарушают нашу тонкую душевную организацию.
— Мои возможности тебе хорошо известны, — встав в шаге от меня, твердо проговорил император. — В ближайшею неделю, империю можно будет покинуть, только с личным моим присутствием.
А я продолжала молчать. А вот в нутрии все закипало…
— Ангел, как ты не поймешь, нет светлой и темной стороны. То, что ты на придумывала, в своем наивном сознании, лишь иллюзия. Считаешь меня плохим? Тираном? Извергом? Не дающим тебе право выбора и упивающимся лишь своими желаниями?
От подобных заключений я даже отложила свое рукоделие в сторону. Пристально глядя на разоткровенничавшегося Маркуса.
— Разуй глаза. Ты думаешь новоиспеченный король Залирии, ангел в плоти? Чистая, понимающая душа, которая всегда оставляет право выбора за тобой? — Маркус присел рядом с креслом, и теперь наши глаза были на одном уровне. — Он лицемер, Милолика. Красиво обыгрывающий происходящее в угоду себе и успокоение твоей наивной душеньки.
«Молчи Милолика. Он провоцирует тебя!», — внутри орало сознание.
— Мне кажется, я знаю ответы на все вопросы кроме одного, — в черных глазах демона засияли бескрайние звезды.
«Кто бы сомневался, всеведущий мой? Скромность никогда не было твоим главным качеством», — мысленно усмехнулась я.
— Если бы тебя поставили перед выбором, — бездонные глаза неотрывно следили за мной. — Кого ты бы спасла: меня, Дерека или Алекса?
Я ни секунды не задумываясь, ответила:
— Предпочла умереть самой.
Резко император навалился на меня, вжимая в кресло.
— Не смей! — прорычал демон мне в лицо, обжигая своим дыханием. — Даже думать о таком, не смей!
Ручки кресла не выдержали такого накала страстей и предательски рассыпались в мелкую древесную пыль. Маркус немного отстранившись от меня, брезгливо смахнул с рук результат своей ярости.
— И Милолика, подобного исхода у тебя все равно физически не получиться, — торжествующе осведомил меня темный повелитель.
Теперь я старалась спрятать язвительную улыбку. Ведь четко понимала, о чем говорит Маркус. В чем он видит свое несравненный козырь. Ибо теперь, ни только он может смотреть за Грани…
Нити связи, так крепко привязавшие меня к трем существам этого мира, горели ярким алым светом. Но только нить, связывающая с императором Таноса, казалось, была соткана из одних золотых плетений. Маркус бы сильно удивился, узнав, что я теперь не боюсь взывать к силе Ангела Смерти. Чему быть, того не миновать…
«Но попытаться стоит» — отозвался внутренний голос.
Не знаю, как, но Маркус на столько плотно переплел наши судьбы, что по связывающей нити было видно, что прежде чем мне дадут умереть… Умрет правитель Таноса.
«Ты еще плохо знаешь о моих козырях», — печально откликнулся внутренний голос.
За окнами черным сукном затянулось ночное небо. Без намека на луну или звезды… Словно небесные жители не хотели быть свидетелями задуманного мной.
Ночь… Безжалостное, жестокое и неколебимое время. Ночь… не терпит ошибок, не прощает обид. Ночью словно выползая из граней сознания, рождаются самые безнадежные и грустные намерения. Ты понимаешь, что сегодня ты уже не уснешь…
Мысли злобным, голодным зверем сгрызают изнутри. И ты не можешь найти себе покоя… Отчаянные движения, бессмысленные действия, нервный огонь внутри не согревает. Душа словно покрылась инеем, не в силах остановить неминуемое…
Руки сами тянуться к ручки двери, а ноги уверенно идут вперед… Зачем? В голове они мысли, и одна противнее другой. Ты идешь, быстро уверенно, даже не задумываясь… Куда?
На мгновение замираешь у закрытой двери. Спит? А может, его тут и нет? В нутрии все разрывается…
«Пройдя босиком по раскаленным углям, по острию ножа… Уйдя за Грань, сумев вернуться. Пережив боль и страх… Только так ты обретаешь Себя…» — думала я, понимая, что другого пути нет.
Бах… Бах… Биение крови в висках. Тяжелая дверь без шума распахивается. Бах… Бах… Сердце нервно мечется, то замирает. Бах… Бах… Звук рвущийся души.
В старой спальне Маркуса, властвует кромешная Тьма. Защищая, лаская своего повелителя. А мне свет и не нужен. На рефлексах, на мышечной памяти, я бесшумно вторгаюсь во владения Властителя ночи.
«Слишком хорошо я успела выучить эту комнату» — печально заключает разум.
Медленные шаги, уверенные движения, и через несколько секунд я замираю в метре от огромной кровати.
В темноте балдахина прямо поверх постельного белья, лежит Маркус. С первого взгляда можно было подумать, что демон расслаблен и крепко спит. Полуобнаженный, в одних свободных штанах. Повелитель Таноса был прекрасен в своей первородной красоте. Я сглотнула образовавшийся нервный комок в горле.
Руки императора заведены за голову, словно даже во сне Маркус не перестает обдумывать очередные ходы. Глаза плотно закрыты. А широкая грудь медленно поднимается в такт умиротворенного дыхания.
«Беги! Эти игры не для тебя», — кричало сознание.
А я явно не привыкла подчиняться голосу разума, делая вопреки. Как дышать я уже забыла на входе. Так, что беззвучно опустилась на постель рядом с демоном. Вглядываясь в родное безмятежное лицо Маркуса. Рука сама потянулась к золотому цветку на груди. Пальцы медленно начали прорисовывать знакомый до боли узор.
«Идеально совпадающий», — невольная мысль коснулась рассудка.
Демон задышал чаще и лишь на мгновение приоткрыл глаза. Взгляд, который способен убить был дарован мне.
— Милолика прошу, уходи! — угрожающе прорычал император.
В его голосе не было ни нежности, ни ласки, лишь злость и холод.
А я молчала. Я знала, что Маркус не даст себя обмануть неумелым соблазнением. Но я все равно пришла. Зачем?
Моя рука, которая была так импульсивно отброшена в сторону, вновь заняла свое место.
«Сегодня я отступать, не намеренна», — твердо решил разум.
Я поддалась немного вперед, прижимаясь к телу демона. Многочисленные шрамы, рубцы, покрывали могучее тело. Не все ранения способна бесследно излечить магия. Можно лишь создать иллюзию. Так и мои волосы уже никогда не приобретут родной оттенок. У Маркуса никогда вновь не появятся, пожертвованные на мое спасение, крылья. Казалось, так неуместно на боевом, мускулистом теле расположился нежный цветок.
Пальцы невольно перебирали каждый изгиб, каждую неровность. Маркус не шевелился, словно и в правду уснул. Лишь неровное, рваное дыхание выдавало истинное состояние.
Неожиданно, с неимоверной скоростью демон перевернулся, захватывая меня в свои объятия. Мгновение, и я лежу на спине, придавленная тяжелым телом.
— Зачем пришла? — дыхание обожгло лицо.
Маркус рычал. В его голосе была сталь, безжалостная угроза. Демон явно был разъярен. В бездонных глазах, словно в ночном небе, ярко загорались и затухали звезды.
— Решила пожертвовать вновь собой! — прижимая меня сильней, буквально до хруста костей, жестоко заключил император. — Но ради чего? Ради кого?
Рядом с головой ударила огромная рука, сжатая в кулак. Кровать тонко заскрипела, но выдержала. Я же даже не вздрогнула, не переставая всматриваться в глубокий черный омут. Понимая, что вновь тону. И теперь не известно смогу ли вновь выбраться…
— Ты хоть понимаешь, что творишь? — не унимался разъяренный Повелитель Тьмы.
Судя по всему, вопросы, так же как аргументы закончились. Демон еще раз взглянул на мое спокойное лицо, и впился в мои губы поцелуем. В нем не было ни нежности, ни ласки, ни заботы. Маркус требовал. Вторгался. Наказывал. Повелевал. Удовольствие на грани с болью…
— А знаешь, я, пожалуй, воспользуюсь столь лакомым предложением, — прорычал мне на ухо демон, давая полную свободу своим рукам. — Тем более ты мне задолжала…
И вновь поцелуй… Болезненный. Жаркий. Резкий. Когда нет сил, вырваться, даже думать о попытке смехотворно.
— Милолика ты моя!
Это был не вопрос. Констатация факта. Жесткое заявление в своих правах. Огненные руки сжимали мое тело. Казалось, что Маркус словно пытался коснуться каждой моей частички. Запомнить каждый изгиб. А я выгибалась вперед, тая и трепеща. Меня била крупная дрожь. Тело стало не подвластно разуму.
— Милолика ты моя!
Где-то на гранях сознания, я слышала, как легкая ткань моей рубашки треснула. Как Маркус всем телом прижался к моей обнаженной плоти, осыпая страстями и огнем чувственных наслаждений.
Резко все прекратилось. Демон словно пришел в себя, освобождаясь от страстного наваждения. Медленно Маркус поднялся на локтях. Его взгляд, ошеломленный и растерянный, был направлен чуть выше груди. Там между ключицами расположился прекрасный изумруд в виде звезды, с чернеющий сердцевинной. Моя рука ненамеренно провела вдоль витиеватой цепочки к бесценному подарку.
— Милолика ты моя? — в третий раз спросил повелитель Таноса.
Но теперь это было не утверждение, робкий вопрос. В глазах Черного Властелина застыла надежда и отчаянье, вера и сомнение.
— Ответь!
В безумной просьбе демона застыла нежность, забота и мольба…
— Твоя! — на выдохе произнесла я.
Мои руки сами потянулись к шее, притягивая к себе, ближе, того, кто был так нужен. Так необходим… Маркус сдался. Всем телом поддался, вперед заключая в объятия. Трепетные, волнительные, мягкие, бархатистые. Губы словно касались в первый раз с восторгом и восхищением. Поцелуи… Едва касаясь кожи… Скользили по лицу, вдоль шеи, по плечам… Они доводили до дрожи… Все ниже. Вдох — поцелуй. Выдох — поцелуй. Я растворилась… Потонула…
Ласки стали более настойчивыми. Движения уверенными. Все мысли просто исчезли, растворяясь в дымке наслаждения. Нас ничто не останавливало. Меня ничего остановить не могло…
— Милолика, здесь и сейчас я твой на веки, — начал шептать Маркус. — Всем телом и душой…
Миг и волшебство разбилось в дребезги. Сердце рухнуло в глубокую бездну.
«Очнись!» — завопил внутренний голос.
Сладкое, манящее, дурманящее колдовство испарилось. Холодное, жестокое, бездушное осознание, заняло место удивительного видения.
«Нет. Не позволяй!» — прокричало сознание.
Легкий рывок и растерянный Маркус был опрокинут на спину, а я тесно прижалась к голой демонической груди. Моя рука накрыла губы, которые секунду назад пытались произнести клятву. Зеленная дымка прерванного клятвенного обещания, медленно растворилась в темной комнате.
— Тихо, — нежно прошептала я, наклоняясь к губам.
Вновь поцелуй… Вновь легкие касание приоткрытых губ… Я вкладывала в него всю душу, всю глубину своих чувств. А сердце разрывалось в груди.
«Ничего. Переживешь. Самое главное клятву ты не дала ему произнести», — пыталась я успокоить взбунтовавшиеся чувства.
— Милолика, — шепчет демон мое имя, крепче прижимая к себе.
«Он не понял. Это твой шанс» — дал жестокую команду внутренний голос.
Наши сердца выстукивали один ритм. Наше дыхание было единым… Моя рука медленно прошлась по родной щеке. Пальцы уверенно начали выводить магический узор — руну «забытья». Маркус прижимался сильней. Припадая губами к шее, ключице… А я не останавливалась. Просто не могла…
В заклинание я вложила практически весь колдовской резерв. По моим расчетам Маркус должен проспать хотя бы сутки. Например, для Стефана, это была бы смертельная доза.
Рука продолжала бесчестно рисовать необходимый узор. Лишь через секунду, когда я уже заканчивала последний завиток, Маркус пришел в себя. Злой рык и резкое движение, я была откинута на противоположную сторону кровати.
— Поздно, — как приговор проговорила я одними губами.
Глаза наполнились слезами. Я видела, как медленно Маркус оседает на еще горячие простыни. Как в его глазах застывает жесткая, беспощадная правда.
— Прости, — медленно поднимаясь, говорю я. — Ты знаешь, я не могу иначе.
Уверенно я обхожу огромное ложе. Неподвижное тело императора покоиться на кровати. И лишь глаза неотрывно следят за мной, пытаясь получить ответ. А я словно в тумане восстанавливаю разорванную одежду. Выходит плохо. Магия на нуле. Остается надежда, что план будет доведен до конца без непредвиденных проблем.
Медленно пытаясь не думать, я делаю все на заученных рефлексах. Всеми силами стараясь, не смотреть в ту сторону, где безвольно лежит Маркус.
«Пожалуйста, пусть он уснет», — молит разум.
Дрожащие пальцы не хотят слушаться. Раз, за разом пробую, но цепочка не поддается. Лишь с пятого раза, маленький замок щелкает, и изумрудная звезда плавно соскальзывает мне на ладонь. Последний взгляд и «Дар» Повелителя Таноса, перемещается в раскрытую руку Маркуса.
«Так надо!», — заглушает разум взбунтовавшиеся чувства.
Теме же трясущимися руками я сжимая безвольную ладонь. Практически ничего не видя, потому что слезная пелена полностью скрывала чудовищную картину, моей подлости.
— Ты говорил, что долг и честь превыше всего, — пытаясь, чтобы голос не дрожал, проговорила я. — Ты всегда учил, обязанности не должны заглушаться чувствами. Маркус молю отступись!
Я решилась сказать, что увидела совсем недавно. Не больше месяца назад. Тогда я точно решила, что буду делать.
— Пойми, — невольно сорвалась на крик. — Если я сейчас не уйду, у Залирии не будет и крохотного шанса выжить. Война между Адвохом и Таносом просто сотрет ее. А так возможно появиться надежда…
Демон безотрывно смотрел, как я беру в руки небольшой кинжал и делаю надрез, на безвольной руке. Тонкая струйка практически черной крови стекает в заранее приготовленный маленький сосуд.
— Маркус прошу, не стоит пытаться меня вернуть, — голоса нет, я шепчу. — Не выйдет. Ты сам прекрасно понимаешь, что мы не сможем… — голос предательски дрогнул, наполняясь слезами. — Я не хочу тебя любить!
От осознания последней фразы, последний огонек, пылающий души погас. Сердце сковало холодом. Словно в тумане, в острейшем напряжении, я собрала все принесенные заранее предметы. Клинок вновь занял место в длинных сапогах. Склянка с кровью демона была помещена во внутренний карман восстановленной рубахи. А из потаенного кармана был извлечено сапфировое кольцо, которое заняло свое место на правой руке.
— Прощай, — тихо прошептала я, склоняясь над ухом демона. — Может быть в следующей жизни.
И я ушла не оглядываясь. Знала: если оглянусь — останусь. Не смогу бороться с собой и отступлюсь. Я ушла и постаралась — забыть. Забыться…
Отточенными действиями, заблокировала комнату, активируя мощный защитный купол замка. Теперь только император Таноса сможет разблокировать щит.
«Сегодня Милолика Донат Валлийская умерла вновь…»
Я стоял в темноте дальней галереи, в месте, где мы заранее обговорили встретиться с Милоликой. Она попросила не больше часа, и отправилась в покои императора.
Мысли путались. Что еще удумала отчаянная демоница? Маркус скорей умрет, чем отпустит… А причинить вред императору, демоница никогда не сможет…
Словно из воздуха в темноте ночного коридора появляется нереальное создание.
«Что ты опять натворила?», — даже сила эмпата не требовалась, чтобы понять, случилось необратимое.
— Лика!?
Призрачное создание подходило все ближе. Лишь по одежде я смог различить, что приближается императрица Таноса. Длинные серебристые волосы были растрепаны и утратили свой сказочный блеск. В безжизненном, бледном лице казалось не осталось ни капли крови. Лишь губы, искусанные, с большими кровоподтеками, алели на лилейной коже. Одежда явно была разорвана и неприглядно восстановлена. Лика шла уверенно, но слегка покачиваясь, словно каждый шаг, причинял ей боль.
— Что ты натворила?
— Все хорошо, — через силу твердо проговорила демоница. — Поспешим у нас мало времени.
Милолику била крупная дрожь. Через открытый ворот рубашки хорошо виднелись синие отметины от страстных поцелуев. На тонкой шее кровавыми подтеками сияли следы от огромных пальцев. Аналогичные отметены были и на руках. С легкостью можно было догадаться, что скрываемая под одеждой кожа, так же сильно пострадала.
Ничего не говоря, я притянул измученную демоницу к себе. На кончиках пальцев затрепетала лечебная магия. Медленно начал проводить по израненному телу, наблюдая как следы содеянного императором, растворяются.
— Спасибо, — тихо проговорила Милолика, когда исцеление подошло к концу. — А теперь поспешим.
Я не переставал удивляться, как в маленьком, хрупком, на первый взгляд невинном и беззащитном теле скрывается столько внутренний силы. Милолика всегда, как бы трудно не было двигалась вперед. Даже на краю гибели, перешагнув запретную черту… Она поднималась, вновь и вновь…
В полном молчание мы преодолели расстояния, разделяющее нас от зала переходов. Темный, огромный колодец, освященный тысячами факелов, встретил нас безмолвием и пустотой. Все порталы были не просто отключены, они были заблокированы.
Но Милолика и не думала отступать. Уверенно вытащила из внутреннего кармана маленькую склянку. Раскупорив крышку, окропила руки багровой вязкой жидкостью.
— Повелеваю, откройся! — твердо произнесла императрица, поднося окровавленную ладонь к центру потухшей арки.
Долгую минуту ничего не происходило. Затем резко арка портала наполнилась тьмой: черной, искрящейся.
— Главный дворец Залирии, — сухо проговорила Милолика.
Портал нехотя, словно не доверяя, заблестел. Начал переливаться тысячами разноцветных искр.
Неожиданно на ладонях демоницы зажегся яркий огонь, поглощая, сжигая остатки бурой жидкости на хрупких ладонях. Через несколько секунд пламя погасло, оставляя после себя девственно чистую кожу.
— Стефан, чтобы не происходило в Лиреи, — повернулась ко мне уверенная императрица. — Старайся держаться рядом со мной.
Последний взгляд полный боли направлен был в глубокий черный коридор. Вздох, и мы с императрицей Таноса, делаем шаг в чернеющею бездну портала…
Пусть мужчина боится женщины, когда она любит: ибо она приносит любую жертву и всякая другая вещь не имеет для нее цены.
Еще совсем немного, не больше часа, и яркая полоска рассвета покажется на горизонте. Сегодняшней ночью я не спал. А если быть честным с самим собой, поддаваться сонному забытью я перестал практически месяц назад…
Месяц прошел с того момента как Милолика покинула Залирию. Время тянулось невыносимо медленно, и с каждым днем все чаще начал замечать, как из глубины сознания, из недр черной души выползают жуткие мысли.
Несколько сотен раз я останавливал себя у арки перехода. Уговаривая, что у Милолики должен быть шанс. Она должна самостоятельно принять решение, и каким бы оно не было, я его приму.
«Трус! Глупец!» — кричало сознание.
Но я раз за разом, возвращался назад в мир пустоты и одиночества. Где грызет тень неминуемого дня, когда решиться судьба.
«Она не придет. Смирись», — грызла душу, сомнение.
Луна меркнуть на фоне сереющего предрассветного неба. В этот момент я практически отчаялся. Потерял всякую надежду. Медленно, словно давая еще пару минут свыкнуться с неизбежной мыслью на небе начали затухать первые звезды.
— Я готов был на «все», — прошептал я в пустоту. — Только этого «всего» у меня никогда не было…
Неожиданно сердце с болью сжалось, когда почувствовал, что в замке активировался портал из Таноса. Душа затаилась. Что это? Награда за мои мольбы? Или жесткая насмешка? Я с замиранием ждал. Пытался почувствовать. Дотянуться.
— Милолика, — против воли прошептали губы.
Кольцо, не снимаемое с руки долгий месяц, нагрелось, оповещая, что вторая часть артефакта активирована, и находиться очень близко.
Лицо засияло в блаженной улыбке.
«Она здесь», — торжественно заключил разум.
Но безграничная радость продлилась всего лишь мгновение, пока я не ощутил эмоции на другом конце замка. Милолика была подавлена, угнетена, сломлена… Ее эмоции черными красками впились в мое сознание. Лике было больно…
Секунда, и я стою в зале переходов, понимая, что не могу пошевелиться. Та, о которой я думал весь месяц. Каждую минуту мысленно повторял ее имя, стояла на другом конце комнаты, замерев. Лишь глаза полные слез, с мольбой смотрели на меня.
Вспышка. И я поднимаю на руки хрупкое, совершенно невесомое тело, крепче прижимая к своей груди. На задворках сознания ощущаю, что тонкие ручки обвивают мою шею, а лицо в надежде спрятаться упирается мне в шею. Осознание того, что Лика плачет, беззвучно, словно ей стыдно за проявление чувств, сжигает душу.
«За каждую ее слезу Маркус, ответишь», — дал я клятвенное обещание.
— Все хорошо, — гладя растрепанные волосы, шепчу я. — Теперь все будет хорошо.
Слезы горькие. Мое наваждение, прижимается ко мне, не в силах отпустить, дрожа всем телом. А я сжимаю все сильнее, пытаясь, наконец, осознать, что это не иллюзия. Лика вернулась.
— Все хорошо.
Краем глаза я отмечаю, что девушка вернулась не одна. За ее спиной в напряжении стоит Стефан, неотрывно смотря на Милолику. Я знал, что мага, две недели назад под конвоем демонических слуг Маркуса переправили в Танос. Для его семьи стало загадкой, такая неожиданная необходимость империи в Стефане. Но более счастливых родственников, особенно после исчезновения, единственного наследника, я еще не встречал. В итоге оказалось, что за Стефана, Танос выплатил просто чудовищно нескромные отступные. Теперь его сводные сестры стояли в первых рядах списков самых завидных невест. А их предприимчивая матушка, обнаглела до такой степени, что решилась предложить мне руку любой из леди Широл на выбор.
— Я боялась, что опоздаю, — не отрывая лица от моего плеча, проговорила Лика.
— Тихо, — прижимая к себе сильней, проговорил я. — Тебе теперь не о чем беспокоиться.
Наверно это чудовищно эгоистично с моей стороны, но я еще никогда не был так счастлив…
По всей вероятности, наступает такой момент, что сознание в один не понятный для тебя миг блокирует все эмоции. Словно невидимый выключатель делает тебя холодно — отстраненной от всего происходящего.
«Наверное, это своеобразный способ самозащиты, чтобы не сойти с ума», — безмятежно заключил разум.
Вот этот момент, ледяного безразличия настал в моей жизни…
Лишь полчаса назад мне казалось, что из болота противоречивых чувств я не выплыву. С одной стороны, перед глазами стоял последний взгляд Маркуса: сокрушенный, безнадежный… А через секунду Дерек, полный трепетной надежды на грани отчаянья. Есть повод призадуматься, почему я не пополняла ряды блаженных шизофреников и маразматиков.
Медленно обвожу взглядом подготовленную заранее для меня комнату. Теплые бежевые, белые цвета, обилие светлой мебели и стекла. Полная противоположность интерьерам Эволона.
Я еще раз вздохнула, поправляя складки пышного платья. Лишь пару минут назад многочисленные служанки оставили меня в одиночестве, полностью подготовив к предстоящему торжеству. Не в силах поверить в происходящее, я раз за разом косилась в огромное зеркало, не понимая: Что я опять творю?
Стоит признать, сегодня не только я сама себе поражаюсь, даже Дерек смог меня сильно удивить. Я практически сорвалась на истерику, когда король Залирии запретил участвовать в предстоящей церемонии подтверждения королевской власти.
— Ты, не понимаешь: Тебе нужен покой и отдых, — крепко держа меня за плечи, и неотрывно смотря в глаза, уверял король Залирии.
— Ыыыы, — глубокомысленно заключала я.
Присматриваясь к чему бы головой приложиться. Потому, что понимание сего предложения, наводило лишь на подобные мысли.
— Церемонию можно провести через несколько дней, — уверенно проговорил Дерек.
— Ыыыы, — еще сильнее завыла я.
— Как ты не осознаешь? — твердо продолжил уговоры король Залирии. — Мне все равно, что подумают, что случиться. Мне плевать на Ириду и ее условия… Для меня важна только ты.
— Ыыыы, — мои стоны, кажется, перешли в разряд — ультразвук.
Подобное внимание было приятно. От нежности с которой произносил Дерек каждое слово становилось теплей. Он не спрашивал, что про то, что происходило целый месяц. Ему было важно, лишь одно, что я сейчас рядом.
«Кто сегодня невеста? Кому положено волноваться?», — мысленно негодовала я, понимая, что в итоге я уговариваю Дерека на проведение свадебной церемонии.
После еще десятка минут моих стонов и бессмысленных уговоров короля… В итоге мы сошлись на том, что ради моего душевного здоровья, церемония будет проведена. Но если хоть малейшая деталь не понравиться Дереку. Или он почувствует хоть тень опасности, угрожающею мне… Церемония останавливается, и я немедленно перемещаюсь в надежное, безопасное место.
«Так, что к текущей минуте мы имеем», — вопросительно взглянула я на зеркало понимая, что времени практически не осталось.
Бледную, явно нездоровую демоницу. Сидящею, посреди пустой комнаты на полу, в пышном бело — золотом платье.
— К нему еще фата прилагается, — тихо прозвучало за моей спиной.
Странно, а я даже шагов не слышала. Стефан был облачен в торжественный, парадный мундир. Грустно усмехнувшись, маг сел рядом со мной, крепко сживая огромную тюль.
— Думаю это будет уже слишком, — недоверчиво покосилась я на кучу кружевной ткани.
Лорд Широл лишь обреченно вздохнул, откидывая белоснежную фату в дальний угол комнаты.
— Твое появление уже слишком… — заключил бывший придворный маг. — Милолика, ты уверенна в том, что творишь?
— Пожалуйста, не сей зерно сомнения, — поправляя жесткий корсет платья, попросила я.
Стефан неотрывно следил за мной больше минуты. Затем маг глубоко вздохнул, и словно тряпичную куклу рывком поставил на ноги. Недоверчиво косясь маг обошел меня со всех сторон.
«Что не нравлюсь?» — хотелось спросить мне, но я предпочла промолчать.
Сил исправлять содеянное со мной не было. Как заверили меня служанки, воздвигая неимоверную сложную прическу и награждая меня килограммами украшений: «Я сражу всех на повал».
Конечно, в последней фразе сомневаться не приходилось, вот только я подозревала, что мой внешний вид будет к этому причастен.
— Не крутись, — немного встряхивая, попросил лорд Широл. — Доверься. Я знаю, что делаю у меня по факту восемь сестер…
Разом перед глазами встала картина того как маг в одиночку собирает на бал своих многочисленных родственниц. И почему-то мне было не весело…
— Сочувствую, — пробубнила я.
— Что — ты они милейшие создания, — творя непонятное, заверил маг. — И между про чем самые завидные невесты королевства.
Стефан по-дружески с заботой подмигнул, колдуя над моими волосами. А я смирилась, поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.
Через несколько минут все было законченно. Маг отошел на несколько шагов, явно любуясь своим достижением.
— Так будет лучше, — уверенно заключил Стефан.
Я посмотрела на себя в зеркало. Платье на мне осталось неизменным, лишь волосы были полностью освобождены от сложной прочески и свободно спадали на плечи. Яркий макияж заменился лишь небольшим сиянием на глазах, легким румянцем и нежным блеском губ. Все массивные явно фамильные и очень древние украшения, нещадно полетели в ближайший ящик.
— Стефан ты волшебник.
Маг в ответ лишь улыбнулся, протягивая мне облаченную в белую перчатку руку.
— Позволишь…
— С превеликим удовольствием.
Я сжала предложенную кисть, и поняла, что за долгое время обрела действительно друга.
Иногда Судьба нам преподносит испытания, и в один момент ты понимаешь, что быть хуже уже не будет… Но проходит время, и ты осознаешь, что будет…
Главный зал Лиреи утопал в солнечном свете. Сквозь многочисленные огромные окна просачивалось утреннее сияние, играя на стекле, хрустале, позолоте…
Сейчас, я вновь стояла на самом верху длинной лестницы, и с величием взирала на собравшеюся толпу. Тронный зал был заполнен народом, что было предсказуемо. Подобные церемонии не проводятся уединено. Чем больше существ засвидетельствовали случившийся факт, тем меньше домыслов будет ходить средь народа.
Стефан твердо держал меня за руку, пристально следя за каждым моим движением. Маг не спешил, давая мне в полной мере свыкнуться с мыслью о происходящем.
«А сколько ступенек от входа до трона?» — невольно возник не уместный вопрос.
— Как говориться: перед смертью… — я быстро замолчала, ловя на себе недовольный взгляд лорда.
Собрав остатки самообладания, подняв голову, я постаралась смотреть лишь вперед. Там впереди меня ждала новая жизнь. Там совсем близко мелькал шанс на новую, возможно даже счастливую судьбу.
Возле трона, опиравшись рукой на воздвигнутый алтарь стоял король Залирии. Облаченный в военный парадный мундир с многочисленными наградами Дерек замер в мучительном напряжении.
А я шла, пытаясь ни о чем не думать, не смотреть по сторонам. Не ощущать…
«Триста девяносто шесть», — заключил внутренний голос, на последнем шаге.
Теперь я стояла, возле алтаря по левую руку от государского трона. Не знаю, что отразилось на моем лице, но Дерек взирал с явной тревогой. Казалось еще немного, и он незамедлительно прервет церемонию. Стефан так же не спешил покидать меня, не выпуская моего запястья из своей руки. Маг боялся. Я была готова поклясться, что он готовился к моему побегу. Всячески планируя, как мне в нем помочь.
«Кажется, пауза слишком затянулась», — от подобной мысли, я нежно улыбнулась своему заботливому стражу, непринужденно освобождая свою руку.
Одобрительный кивок и Стефан угрюмо отходит в сторону. Теперь перед алтарем, только я, Дерек и жрец.
— Мы собрались здесь… — громогласным окриком начал церемонию служитель Ириды.
Но не успел жрец, и закончить фразы, как яркое сияние заполнило все пространство. Создалось впечатление, словно солнечный диск решил материализоваться прямо возле королевского трона.
«А я уж успела, понадеется», — промелькнула мысль на задворках разума.
— Милолика, должна заметить ты меня вновь удивила… — звонкий голосок прозвучал совсем рядом.
Ирида была блистательно сияющей. Голубые глаза, словно бесценные топазы, поражали своей чистотой. Длинные золотые волосы, затейливыми волнами спускались до самого пола. Алые губы растянулись в торжествующей улыбке.
А мне стало до тошноты противно. Я оглянулось, зал вновь замер. Время остановилось. Лишь мы с Дереком продолжали существовать вне колдовства Ириды.
— Ирида давай опустим, лживые поздравления, — не сдержалась я. — И перейдем к сути вопроса.
Понимая, что все равно без присутствия Божественной особы нам не обойтись, я решила не затягивать с процессом. Дерек в корне не разделял моего откровенно пренебрежительного отношения к Ириде. Резко отступив от своего места, он закрыл меня от Прелестнейшей, за своей широкой спиной.
— Ты стала жестокой, — не скрывая улыбки, заключила богиня.
— Было, у кого поучиться, — не смогла промолчать я. — Не все же вам в игры играть…
— Ангел мой, даже твое непослушание, не способно испортить мне сегодня настроения, — Ирида сияла. — Сотни тысяч лет я ждала этого момент…
— Месть — это так низко, — перебила я явно замечтавшееся божество. — Я бы сказала, по-человечески…
Как не странно богиня, словно не замечала откровенно издевательского поведения с моей стороны. Вот Дерек, наоборот, с каждым новым словом, напрягался все больше, пытаясь полностью укрыть меня за своей спиной.
— Ангел, поражаюсь твоим наивным идеалам, — еще одна снисходительная улыбка была дарована мне.
Я уже приготовилась ответить, в уже характерном духе, когда Дерек сильно дернул меня за руку, призывая к молчанию:
— Ирида, для всех будет лучше, если церемония продолжиться, — не выдержав, рыкнул Дерек, — Немедленно.
— Вот скажи мне Ангел: как тебе это удается? — театрально надуло губки божество. — Такого хорошего мальчика умудрилась испортить.
Хороший мальчик, кажется, окончательно потерял свое самообладание и двинулся вперед, на богиню. Вот теперь настала моя очередь переживать.
«Мне то ничего не будет… А вот за Дерека, я не могу поручиться», — промелькнула мысль.
Быстро схватив короля Залирии за руку, я притянула его к себе, буквально впиваясь в кожу ногтями.
Подобная сцена, была на редкость благосклонна, воспринята Иридой. Беззаботно пожав плечами, она сделала легкий пас рукой. И время вновь продолжило свой бег. Гости в нескрываемом недоумении начали перешептываться, потирать глаза, самые впечатлительные поспешили свалиться в обморок. Ирида просто утопала в таком потоке исходящих от собравшихся гостей чувств. Секунда и весь зал преклонил колени перед воплощенным божеством. Лишь мы с Дереком хмуро продолжили взирать на незваную гостью.
— Сегодня великий день для Залирии, — бархатистый голос отразился от всех стен. — Ваш правитель выбрал себе…
А я вновь потеряла связь с реальностью. Послушно ведомая Дереком, я встала спиной к залу перед ликом божества и смиренно склонила голову. Несколько минут Ирида предавалась красивым речам, смешанным с заклинаниями. Королевская сила полностью приняла своего повелителя в Дереке Роберте Де Вире. Настал черед узаконивания брачной связи. На все вопросы я отвечала короткое «да», практически не вслушиваясь в суть. Очнулась лишь в тот момент, когда мои запястья обожгла брачная татуировка, свидетельствуя о законности союза, и на мою голову надели королевский венец.
Громкий гул прошелся по залу. Гремела музыка, поздравляли гости… Ирида была счастлива. Дерек был счастлив. А я натянула радостную улыбку…
Неожиданно сияющее лицо Ириды исказилось, словно она почувствовала приближение сильнейшей опасности. Будто бы пытаясь бороться, богиня медленно начала тускнеть. Ее нереальное, божественное сияние меркло…
— Поздно, — фраза явно не предназначалась собравшимся. — Она сделала свой выбор, — торжествующе заключила Ирида, прежде чем исчезнуть.
«Только не это», — мысленно взмолилась я.
Но моим ожиданиям, явно несуждено было сбыться. Только одного Ирида смогла так опасаться. Лишь одно существо было страшно для богини…
Мысли стали хаотично носиться в голове. Если Ирида испугалась и поспешила удалиться, это может означать, лишь одно, ее власть далеко не безгранична. Значит, церемония должна быть продолжена.
— Дерек, давай проведем церемонию венчания немедленно, — схватила я за руку и буквально приволокла к алтарю и ошарашенному жрецу короля.
— Лика, зачем? — искренне удивился Дерек. — Что происходит?
Я посмотрела с молчаливой мольбой на короля, тело против воли начала бить мелкая дрожь, а глаза вновь наполнились слезами. Видимо мое настроения, было ярко воспринято королем:
— Быстро начинайте церемонию венчания, — прорычал на жреца повелитель Залирии.
Жрец стремительно начал собирать все необходимое. Зал стих и наполнился вниманием, понимая, что еще не все закончилось.
— Лика? — тихо прошептал король.
— Дерек прошу так надо! — заклинала я, понимая, что венчание остается единственным шансом.
— Сегодня мы… — вновь начал нараспев говорить служитель Ириды.
Умоляющий взгляд на правителя Залирии.
— Наш брак был узаконен высшим существом, — понимая, что это слишком долго, твердо проговорил государь, — Так что остались лишь венчальные клятвы.
Жрец, кажется, совсем потерял нить с реальностью. Пришлось мне схватить алую ленту и перевязать запястья. Хорошо, что хоть церемониальная чаша с вином уже стояла на алтаре.
— Я король Залирии Дерек Роберт ДеВир перед лицом…
Стыдно, но дальнейшего я не слышала. В моих ушах стоял лишь грохот собственного сердца.
— …ты самое большое сокровище, — из далека, доноситься голос Дерека, — …любить… беречь…
«Он здесь» — пришло горькое понимание.
— …клянусь: что бы ни случилось, я всегда буду рядом с тобой, — быстрый надрез и кровавые капли падают в золотую чашу.
Зеленная дымка начинает окутывать нас, осыпая искрами. Клятвенная часть венчальной церемонии со стороны Дерека была закончена. Осталась моя доля…
— Я Милолика Донат Виленская, перед… — голос дрожит. — Уважать… — пошел набор общепринятых вещей.
Конечно, Дерек был достоин большего, а не скопированного, сухого обещания. Ему были важны слова, идущие от сердца. Но этот орган в определенный момент просто отказался работать. Я быстро произносила традиционную клятву об уважении, смирении… Но для меня была важна лишь концовка фразы.
Зал замер в ожидании. На долю секунды время словно остановилось, стало осязаемым…
— Милолика не смей! — прорычал демон.
— …До последнего дыхания, до последнего удара сердца, — надрез и бардовая кровь капает в церемониальную чашу.
— До самой смерти! — буквально вырезала из себя я последнею фразу.
— Лика не смей! — прокричал уже Дерек, пытаясь не дать дотянуться мне до церемониальной чаши.
Но поздно. Я быстро выхватила сосуд и сделала глоток. Зеленная дымка заволокла происходящее.
— Да будет так!
Посмертная клятва была дана. Теперь пока я жива, принадлежала лишь Дереку.
Король Залирии медленно принял из моих рук сосуд и сделал глубокий глоток. Зеленная дымка окутала и его, скрепляя клятву.
— Да будет так.
Его губы, словно капли дождя, коснулись моих губ. Когда в душе, что-то умирает, хочется свернуться в комочек и забиться в самый дальний угол. И просто смотреть в темноту. Именно в такие моменты шум дождя, его ровное постукивание возвращает тебя к реальности. Поцелуй Дерека как тот дождь был успокаивающим, убаюкивающим, очищающим…
Когда Дерек медленно оторвался от моих губ, не разжимая тесных объятий, зал раздался громогласным рокотом.
А я смотрела наверх лестницы. Там сжав руки в кулаки, неотрывно следил за происходящим император Таноса. Маркус стоял высоко подняв голову, именно такой каким я запомнила его в последние минуты, прежде чем покинуть… В одних штанах, с босыми ногами, демон внушал холодную мощь и стальное могущество. Я смотрела и не могла отвести взгляд от того как, с широкой груди медленно растворяется золотая лилия. Жаром обдало место, где десятилетие находился мой цветок, подтверждающий связь с императором Залирии.
«Ее больше нет», — обреченно подтвердил внутренний голос. Моя лилия так же бесследно исчезла.
Маркус гордо продолжал стоять практически в эпицентре всеобщего праздника. Гордый, не сломленный. Лишь глаза… Секунда и демон резко развернувшись, исчез в арке чернеющего портала. А боль потери обожгла мою грудь, мне даже не нужно было видеть, чтобы понять… Маркус ушел. Ушел навсегда.
Дальнейшие события развивались строго по протоколу: первый танец новобрачных, всеобщие поздравления, представление народу на площади, объявление праздничной недели с бесплатными угощениями и балами… Все были счастливы. Слишком не часто в нашем мире происходят подобные торжества. Поэтому все существа пытаются по максимуму взять из проведенных церемоний.
Все время пока шла официальная часть Дерек, не выпускал меня из своих объятий. Король был безумно нежен, заботлив. Сотни раз за вечер он предлагал мне нарушить сложившиеся устои и просто сбежать. Мило улыбаясь, я благодарила Дерека за заботу и продолжала следовать намеченному плану.
— У нас еще будет время побыть вдвоем, — кокетливо улыбаясь, ворковала я. — У нас теперь все жизнь впереди.
Если Дерек и не верил в мою искренность, то старался не показывать. Лишь крепче прижимая к себе, не выпуская руку. Словно боялся, что я растворюсь.
«Это был мой выбор. И свой долг я исполню до конца», — твердила я ноющей душе.
Кроме меня наигранно улыбающийся, явно нерад был случившемуся лишь Стефан. Все время, прошедшее с церемонии он хмурой тенью стоял за моей спиной, не проронив ни звука.
Один из моих учителей, как-то заметил: Что каждый счастлив по — своему. Для одних — счастье — это когда семья рядом, для других — если в доме есть хоть кусок хлеба, третьи — рады лишь несметным богатствам. Но все поистине счастливые существа одинаковы лишь в одном, они счастливы везде… В жалкой лачуге и во дворце, в богатстве и нищенстве… Вот и я, смотря словно издали на торжества по случаю собственной свадьбы, молила лишь обо дном, чтобы рано или поздно в моей жизни стало все понятно. Все встало на свои законные места. Чтобы я, наконец, поняла, зачем это было нужно, не только из-за того, что это было правильно…
Ночь и тишина… Ленивое мерцание маленьких магических светильников вдоль опустевшего коридора. Дерек уверенно нес меня на руках, в только ему ведомое место. А я полностью опустошенная за день, неделю, месяц… безвольной куклой поникла на заботливых руках.
— Бах, бах, — гулом раздавалось в тишине коридоров и галерей.
— Бах, бах, — от громкого шума, буквально раскалывалась голова.
Вот только, что это? Звук от твердых шагов Дерека или трепет моего сердца?
Наконец быстрый забег короля Залирии, закончился около большой резной двери. Незаметный пас рукой и Дерек уверенно вносит меня через порог теперь нашей общей спальни. Первое, что меня поразило, помещение не было оформлено в традиционном Залирийском стиле. Не было ни светлых красок, ни излюбленной позолоты, ни шелка. Небольшая, но очень уютна комнатка: огромный камин, деревянная мебель, обилие стекла и меха. Мне казалось, что я здесь уже когда-то была.
«Бред», — закономерно заключил внутренний голос.
Дерек заботливо поставил меня на ноги, давая возможность в полной мере привыкнуть к окружающему пространству.
Неожиданно ко мне пришло понимание, интерьер практически полностью повторял любимую гостиную в моем поместье в пригороде Лиреи. Дерек всего несколько раз, побывав в ней, смог с точностью, воспроизвести мой любимый стиль.
— Не могу поверить, — растерянно озираясь, проговорила я.
— Боялся, что к твоему возвращению не успеют.
— Дерек, — я не могла подобрать слов, чтобы описать свои эмоции. — Спасибо. Это много значит для меня.
Дерек медленно подошел ко мне и положил свои руки мне на плечи. Казалось только сейчас он, наконец, успокоился. Наконец поверил в реальность происходящего.
— Милолика, спасибо тебе за все, — нежно проговорил правитель Лиреи. — За радость и счастье, что ты мне подарила. За надежду, что когда-нибудь я займу хоть маленький клочок в твоем сердце.
Король приблизился, вновь заключая меня в нежные теплые объятья. Поцелуй ласковый, но не настойчивый. Неожиданно крепкие руки отпустили. Дерек сделал шаг назад, с теплой бархатистостью взирая на меня.
— Отдыхай моя родная.
Наверное, чтобы не передумать, Дерек быстро развернулся и уже сделал несколько уверенных шагов к двери.
— Пожалуйста, не уходи, — я мертвой хваткой вцепилась в легкую рубашку короля.
По-видимому, в глазах моих отразился ужас, первородный страх. Я не хотела оставаться одна. Я боялась остаться одной…
— Дерек…
Порывистый шепот вырвался у меня, не произвольно похожий на смирную мольбу.
Дерек вдруг дернулся все телом, сильнее прижимая меня к себе, и принялся осыпать поцелуями. А я не сопротивлялась. Напротив, я стала вдруг податливой, горячо отвечая на его ласки. Ведь нельзя было остаться холодной рядом с ним…
«Главное не медлить. Все должно решиться здесь и сейчас» — мысленно твердила я сама себе. Вновь и вновь пытаясь унять ноющее сердце твердящее, что происходящее — это не правильно.
Дерек неведомым мне способом заставлял мое тело дрожать, чувства с каждой секундой распалялись все больше… Его прикосновение, словно касание небес были похожи на нежный летний ветер, в палящий зной. Поцелуи, прикосновения, ласки слились в один комок непреодолимого желания.
— Милолика давай остановимся, — прохрипел мне на ухо правитель Залирии. — Я не хочу, чтобы ты потом жалела…
— Не буду, — уверенно проговорила я, притягивая к себе нежные губы.
В один миг чувства смешались, невозможно было понять — горячо или холодно, все тело словно забилось в крупной дрожью.
— Родная моя. Родная, нежная, любимая, — шептал Дерек, осыпая мою шею поцелуями. — Девочка моя…
Казалось, правителю Залирии нужна была лишь близость, просто возможность наслаждаться тем, что я рядом… Запахом моих волос, мягкостью кожи… Я чувствовала, как напряглось его тело, как начала бить мелкая дрожь. Дерек гладил меня по голове, пропускал маленькие пряди сквозь свои пальцы. Мгновение и рука скользнула под них, к голой шеи, к обнаженной спине. Моя голова инстинктивно, откинулась назад, подставляя под ласковые губы шею. Если вначале поцелуи был нежными, трепетными, то с каждой прошедшей секундой становилось все жарче. Тело требовало продолжения ласк. Спина выгнулась, во всем теле образовалась невесомость, ноги начали подкашиваться. Я не боялась упасть, зная, что меня обязательно удержат.
— Лика, — прошептал мое имя Дерек, отстраняясь. В глазах его был туман. — Я прошу тебя, подумай хорошо. Еще немного и остановиться я не смогу.
В словах было столько внимательности, заботы, что я невольно таяла. Я понимала, как сейчас было тяжело Дереку, с каким трудом он себя перебарывал. И я решилась… Неуловимое движение пальцами и сложная шнуровка за спиной в один миг развязывается. Тяжелое платье спадает к моим ногам. А я стою посреди комнаты в одной полупрозрачной нижней рубашке…
Гортанный рык. И Дерек схватив меня на руки, быстро понес к кровати. Больше не было слов. А зачем?
Меня положили на белоснежные простыни, аккуратно, как самую драгоценную ношу. Лишь на мгновение король разжал объятья, чтобы еще раз, словно до сих пор не веря взглянуть на меня. А затем рубашка уверенно полетела в угол и Дерек, остался в одних штанах.
«Я смогу. Я научусь любить» — смотря теперь на своего мужа, уговаривала я себя.
И снова поцелуи, теплые, нежные объятья. Дерек продолжил жадно целовать шею, с каждым разом спускаясь чуточку ниже, все ближе к глубокому вырезу рубашки. Я уже не думала, что в любой момент смогу это прекратить. Зачем? Не потому, что мое мнение изменилось, и за секунду я забыла о прошлом. А потому… Потому, что не могла больше думать. Сегодня все должно быть иначе. Я содрогалась от каждого поцелуя, от каждого нежного прикосновения.
Словно из далека я услышала тихий, но настойчивый стук в дверь. Дерек даже не шелохнулся, продолжая ласкать мои плечи. Через несколько секунд стук повторился. Король сделал, едва уловимое небольшое движение рукой и вновь настала тишина. Но это было лишь на мгновение.
Неожиданно Дерек замер. По немного отстраненному, взгляду было понятно, что он получает сообщение по телепатической связи. Миг ожидания. И Дерек с глубоким вздохом, утыкается лицом в мо волосы, крепко прижимая к себе.
«Не поняла. И, что это сейчас было?» — мелькнула странная мысль.
— Лика, нежная моя, мне нужно уйти, — хриплым голосом сообщил мне король Залирии. — Но лишь на мгновение…
В этот момент мне показалось, что я брежу. Тело словно окаменело, а сердце в очередной раз просто перестало биться. Дерек, медленно, начал разжимать, объятия.
«Это не шутка. Он, правда, собирается уйти», — кажется, разум отказывался понимать очевидное.
— Любимая, поверь, всего лишь секунда.
«Нет. Только не снова», — казалось истерика накатит немедленно.
Но вместо того, чтобы остановить, потребовать объяснения, я молчала. В полной тишине смотря как Дерек, быстро накидывает на себя рубашку, легко целует меня в губы и молниеносно исчезает за дверью.
— Я сошла с ума, — растерянно проговорила я пустому пространству.
Интересно, что со мной не так? Если второй муж убегает с семейного ложа в разгар первой брачной ночи.
— Ну, не к любовнице он побежал? — уже совершенно не стесняясь, проговорила я сама себе вслух. — Тогда к кому?
Наверное, стоило, дождаться Дерека и потребовать объяснений. Что это был за стук? Почему нельзя было отложить все дела до утра? Но моя явно неадекватная, крайне расстроенная во всех отношениях натура не могла сидеть на месте. Уверенно я спрыгнула с кровати. Быстро подходя к потайному шкафу. Как я и ожидала, потайная гардеробная была заполнена подходящими мне вещами. Быстро натянув первые попавшиеся легкие штаны и рубаху, поспешила вслед за неуловимым мужем…
И вновь одинокие ночные коридоры. Снова тусклый свет магических светлячков причудливо играет на хрустале и позолоте.
Я не слишком хорошо ориентировалась в замке. Тем более Дерек решил не занимать крыло, принадлежащее раньше королевской чете. Он принял решение основать свое, полностью переделав северный корпус дворца.
Тихо словно крадучись, я преодолевала многочисленные коридоры, галереи, лестницы. Переход напрямую к месту, где был Дерек, в моем нынешнем еще не окрепшем магическом состоянии был рискован. Во-первых, резерв был практически на нуле, во — вторых мало ли какой защиты здесь по натыкали, отражение может сильно преломить нужную мне траекторию. Поэтому я по старинке, ориентируясь на инициализированною связь шла все ближе к своей цели.
«Одумайся. Оно тебе надо?» — не унимался внутренний голос, рисуя картинки одна ярче другой.
«Иди лучше поспи» — дал дельный совет разум.
Но когда я слушала свои внутренние чувства? Когда поступала так, как советовала интуиция?
Тем временем внутреннее чутье вывело меня на нижний этаж замка. Как не странно живой охраны казалось, совершенно не было в крыле. Лишь мощные магические щиты. Вот один такой наложенный на закрытую дверь меня и остановил. По всем моим ощущением выходило, что за вставшей передо мной преградой находиться сейчас мой муж. Попыталась прочесть простенькое заклинание «шпионажа», но кроме того, что в комнате находиться два живых существа, ничего нельзя было понять.
«Вспоминаем навыки мастера артефактов», — разминая пальцы, потянулась я к охранным нитям.
Несколько минут ушло у меня на взлом. Защита не поддалась, я лишь получила небольшую брешь, но и того было достаточно…
— … наступать нужно немедленно, — твердо требовал голос, по другою сторону двери.
Я выдохнула. Значит Дерек убежал от меня не к любовнице, а к мужчине.
«Замечательно!» — внутренняя самооценка грустно усмехнулась.
— Я считаю, это крайне поспешным решением, — в свою очередь отозвался Дерек.
— Твои утехи совершенно не вяжутся с планом, — продолжил гнуть свою линию, до боли знакомый голос. — Сейчас Маркус наиболее уязвим. По моим данным император находиться очень далеко и навряд ли вернется в ближайшие сутки.
«Беспринципная скотина», — мысленно выругалась, я четко понимая к кому обращаюсь.
За дверью с моим новоиспеченным мужем, строил козни против империи правитель Адвоха, Александр Корвинский.
— Ты представляешь, какие будут жертвы? — отозвался сбежавший муженек.
«Конечно, представляет. Но разве его это остановит?», — продолжила я мысленно участвовать в беседе, пытаясь сообразить, что совсем услышанным делать.
— Милолика плохо на тебя влияет, — усмехнулся демон. — Откуда это великодушие?
— Это уже тебя не касается, — по голосу было слышно, что беседа начала выводить Дерека из себя.
— У нас появился уникальный шанс. Восемьдесят процентов Глав демонических кланов на моей стороне. Немного усилий и государственный переворот совершиться уже в эти сутки.
«Я тебе еще это припомню Алекс. Плохо же ты меня знаешь», — думала я, пытаясь разработать действительно дельный план.
— Что будет с Маркусом, когда он вернется? — неожиданно спросил Дерек.
«Неужели совесть взыграла?», — усмехнулась я над вопросом муженька.
— Я бы советовал ограничить тебе общение с демоницей, — пренебрежительно произнес Корвинский. — Благородность нынче не в почете. А Маркус убить его будет сложно, но в каком он сейчас состоянии вполне возможно пленить навечно…
«И не надейся», — прикидывая дальнейшие действия, пообещала я.
— Я согласен, — твердо заключил Дерек. — Дай мне пару минут.
Даже сквозь дверь чувствовалось, как демон усмехнулся. Вот бы сейчас стереть его самодовольную улыбку…
— Не думаю, что успеешь насладиться законной ночью, — съязвил правитель Адвоха.
Дальше слушать не было сил. Порвать охранные заклинания мне сейчас было не под силу. Слишком много стихийной магии, особенно воздушной… Но призвать один подаренный артефакт я была способна. Закрыла глаза, сконцентрировалась, и ладонь обожгло холодом. Еще секунда и в моей руке появились маленькие золотые крылышки.
«Стоит лишь активировать, сведя крылья вместе, и через момент портал перебросит тебя ко мне, где бы я, ни находился», — смотря на переливающийся артефакт переноса, вспомнила я слова Алекса.
«Ну, держись демон лжи и порока. Я тебе сейчас твои клыки то обломаю», — кровожадно подумала я, запуская портал перемещения.
Секунда и мир словно потускнел. Черная вспышка. И я стою посреди небольшой комнатки. Немая сцена. А я наслаждаясь эффектом внезапности, постаралась разглядеть получше предстоящее поле боя.
— Спасибо большое замечательная и очень полезная, как оказалось штучка, — золотые крылышки полетели прямиком в грудь демона.
Дерек быстро вскочил со своего места, огромный стул за его спиной упал.
— Милолика?
— Решила посмотреть, чем мой муженек занимается, — угрожающе скрещивая руки на груди, все своим видом демонстрируя, что никуда не собираюсь уходить, проговорила я. — Не против?
Я была зла. Нет… Я была в бешенстве. Довольный смешок, предсказуемо послышался за моей спиной. Резко поворачиваюсь и натыкаюсь на наглые глаза Корвинского, ехидная улыбка блистала на бесстыдном лице.
— Сними морок тебе не идет.
— Вот скажи: чем я себя выдал? — спокойно поинтересовался демон.
Тем временем, привычный образ начал таить, и через секунду на месте Александра Корвинского появился Алекс Ковальский.
— Боевая ипостась, — коротко ответила я.
Действительно о столь незначительном факте, что я видела в гневе и Корвинского и Ковальского демон явно не учел. Конечно, еще сотни различных факторов полностью убедили меня в своей правоте.
— Лика, что это все значит? — прорычал пришедший в себя Дерек.
«Совсем не время для ревностных истерик», — смотря на мужа, подумала я.
Король Залирии, явно чувствуя, в каком я состоянии нахожусь, попытался приблизиться. Я сделала шаг в сторону, не позволяя королю подойти. Не сейчас.
— Забавно Дерек, — грустно произнесла я. — Вот с этим же вопросом я пришла сюда.
— Я являюсь свидетелем первого семейного скандала? — не смог смолчать демон, явно наслаждаясь сценой.
Дерек словно не замечал обнаглевшего демона. А, что злило больше всего он явно отрицал всю паршивость сложившийся ситуации.
— Милолика, прошу, отправляйся в нашу комнату, — нежно попросил Дерек. — Я через несколько минут вернусь.
«Ага, уже бегу», — отозвался внутренний голос.
Улыбка демона, наблюдающего за семейной разборкой, стала запредельной.
— Нет Дерек, Лика уже на вряд ли вернется в семейное ложе, — спокойно озвучил демон мои мысли. — Да и ваши дальнейшие отношения теперь под большим вопросом? Правда, Ангел?
Я молчала, крепко сжав кулаки, пытаясь обуздать рвущуюся на свободу силу. Еще не время. Дерек же предпочел не отвечать правителю Адвоха. Быстро подошел ко мне и попытался взять за руку. Но теперь все тело противилось близости. Не контролируя себя, я резко отдернула руку и отошла еще на несколько шагов.
— Лика!? — в голосе Дерека была растерянность и боль…
Кажется, только одном у существу сейчас было действительно хорошо.
— Ангел, ты так предсказуема, — Алексу осталось лишь захлопать в ладоши от радости.
— Не дерзи, — прошипела я. — Алекс позволь так же задать тебе вопрос: от, куда ты узнал?
И в этот момент ко мне пришло понимание… Алекс все подготовил заранее. Дождался, пока я покину Танос, разорву связь с Маркусом. Тем самым не преднамеренно ослаблю империю. Ну и конечно с Дереком, эгоистичный демон не собирался меня делить. Зная, как сыграть на моих чувствах, чтобы я сама отказалась от короля Залирии.
— У Катерины порой очень длинный язычок, — не стал скрывать своих источников демон.
Яркая вспышка заставила нас с Алексом, оторваться от нашего «дружелюбного» диалога и переключить свое внимание на резко замолкшего Дерека.
Теперь перед нами стоял воплощенный Аватар. От самых кончиков пальцев Дерека бежала электрическая волна. Теперь по всему телу витиеватым узором яркие синие вены. Глаза заполнили грозовые тучи. А небрежный костюм, сменили белоснежные одежды, на голове сиял золотой венец.
— А теперь позвольте мне, поинтересоваться у вас двоих, — грозно изрек Аватар. — Что здесь происходит?
Алекс кажется зрелищем особо не впечатлялся, беспечно отошел в сторону и сел на широкий подоконник. Я опустилась на кресло и прикрыла глаза, понимая, что спорить бесполезно. По некоторым тактическим соображениям мне было необходимо потянуть время.
План мой был прост: с аккумулировать достаточно сил и отправить сообщение Маркусу об опасности. А потом, можно будет разобраться с этими двумя заговорщиками.
— Восстановление справедливости, — решил все же Алекс ответить на вопрос. — История началась достаточно давно…
— Избавь нас от за унылых исторических сводок, — перебила я явно вдохновленного вопросом демона.
— Ну, что ты Ангел, — мило улыбнулось мне демоническое чудовище. — Думаю королю важно узнать, как он одним не обдуманным действием потерял тебя навсегда…
Дерек прорычал, но ничего не предпринял. По-видимому, действительно решил узнать, версию демона.
«Ну и пусть. Терять мне нечего», — обреченно заключила я.
— Жила себе в далеком замке юная княжна, и в один из балов встретила она своего суженного назначенного ей самой Судьбой…
— Маркус? — невольно выдохнул Дерек.
— Нет, — жестко отозвался Алекс. — В нашей истории он отрицательный персонаж.
— Так вот, — Корвинский решил продолжать фарс. — Встретились два существа, предназначенные друг другу Судьбой. Созданные друг для друга. Две половинки единого. Демон сразу понял, что юное создание его единственная. Именно ее он искал всю жизнь. Именно для нее билось его сердце. Как, только увидел прелестную демоницу душа его вновь ожила, мечтая лишь о ней, — произнося каждое слово, Алекс неотрывно смотрел на меня. — И произнес он клятву единства, соединив судьбы. Девушка поддалась порыву. Ее душа запела в унисон… Но в их жизнь вмешался…
— Давай опустим лирику, — не выдержала я, перебив демона. — Дерек, познакомься это Алекс Ковальский, Глава демонического рода и самолюбивая скотина, которая мнит себя единственным в моей судьбе.
Скотина, радостно заулыбался. Дерек побледнел, его лицо практически слилось с белоснежным одеянием.
— Милая я и есть единственный, — Алекс не упустил случая потвердеть свою значимость. — И твой очередной провальный брак этому живое подтверждение.
Нужно отдать должное Дереку, он быстро справился с последствиями шока. И теперь крайне подозрительно смотрел то на меня, то на правителя Адвоха.
— Я не пойму, что я сделал не так? — задал главный вопрос вечера Аватар.
— Додумался связаться с ним… — быстро проговорила я, кивая в сторону демона.
— Милая, а ты права. Не стоило тебе Дерек вставать между мной и Ликой. А если ты конкретно про эту ночь, то я отвечу на твой вопрос, — с явным удовольствием отозвался Алекс. — Маркус, так же как ты, в первую брачную ночь оставил Милолику одну. И затем она его застукала в очень неприглядном свете…
Намек был предельно понятен. Дереку не составило труда сопоставить все известные обо мне факты, чтобы частично разобраться в перипетиях моей прошлой жизни.
— Лика, ну я же тебе не изменял! — логично отозвался король Залирии.
— А это не важно, — Алекс вновь решил за меня ответить. — Я так думаю, наша маленькая демоница немного подслушала наш весьма занимательный разговор. И сделала соответствующие выводы. А у Лики, очень тонкая душевная организация и она не прощает измены, в каком бы виде она не происходила.
— Долго думал, как все обставить с лучшей для тебя стороны? — спокойно спросила я.
— Если честно не очень. Милая ты предсказуема.
Теперь и до Аватара дошла вся отвратительность ситуации. Дерека просто использовали. Подставили и пустили в расход…
Неожиданно в воздухе запахло озоном. Издалека, послышались мощные удары грома. А в глазах Дерека заблестели молнии.
— Я тебя убью… — прорычал Аватар.
Прежде чем я успела подскочить, к явно обезумевшему Дереку, он успел нанести удар по демону. В один миг комната наполнилась едким дымом. Я посмотрела в сторону, где стоял Алекс и опешила. С демоном ничего не случилось… Более того он торжествующе улыбался. Кажется, не только я одна была поражена…
— Боюсь не выйдет, — довольно заключил правитель Адвоха.
— Дерек, только не это?! — умоляюще произнесла я, смотря в глаза Аватара. — Пожалуйста, скажи, что ты ничего не подписывал…
Дерек промолчал. Неотрывно следя, теперь уже за своим злейшим врагом.
— Подписывал Милолика, — вновь за всех ответил демон. — Свою часть сделки я выполнил. Ты вернулась в Залирию. Мне необходима поддержка для завоевания империи. И пока Дерек не сделает все от него зависящее, он связан клятвой…
— Но это не твоя заслуга. Я по собственной воле вернулась в Лирею.
— А не важно, — коротко произнес демон. — Факт есть, контракт тоже…
— Алекс ты обезумел, — вынесла я не утешительный вердикт. — Разве ты до сих пор думаешь, что я буду с тобой после всего случившегося?
— Будешь малыш, — грустно произнес Алекс. — Я единственный кто тебя не обманывал… Плел интриги, подставлял других, но тебя, не предавал, — не сводя печального взгляда, продолжил демон. — Стоило лишь задать вопрос, ты получала честный ответ. Я всегда был рядом. Я всегда буду рядом…
Я смотрела и не могла понять. Алекс действительно верил в то, что говорит? Он и, правда, был уверен в том, что я смогу быть с ним вместе… Смогу полюбить. И мне стало его жалко. Так искренне обманываться невыносимо больно.
Теперь четко понимая, в какой куче дер… я увязла. Мне не оставалось ничего как состроить подавленную, обиженную личность. Сесть за кресло и закрыть глаза, чтобы хоть минуту никого не видеть. Все манипуляции, проделанные мной, несли четкую цель не только душевно восстановиться, но и передать сообщение Маркусу. Пусть наш семейный союз больше не действителен, но душевная связь не пропала. Маркус не оборвал нить связывающею наши жизни.
Через мгновение, сообщение было передано. Теперь не было смысла оставаться в этом абсурдном бардаке. В комнате продолжало царить молчание. Алекс бесцельно решил смотреть в окна. А Дерек, явно пытался взглядом прожечь дырку то во мне, то в Алексе.
— Дерек о случившимся мы еще поговорим, — уверенно вставая с кресла, проговорила я.
Король Залирии дернулся как от удара. В его взгляде читалось сожаление.
— Алекс, а о том, что я о тебе думаю, вообще вслух в приличном обществе не говорят. И больше выходки твои сумасбродные, я терпеть, не намеренна…
Ковальский нахмурился, оторвавшись от созерцания ночного пейзажа. Пока демон не успел опомниться. Я быстро призвала подарок Судьбы, на пороге смерти врученный мне драконом. Тонкая золотая спица блеснула в моих руках. Алекс все больше мрачнел, не понимая, что будет дальше. Но демона провести трудно, краем глаза я уже заметила, что Алекс готовит блокирующее заклинание. Но я оказалась быстрее. Резкое движение и алая нить, связывающая меня с демоном, оборвалась. Резкая боль заставила меня опуститься на колени. Глаза заполнились невольными слезами. Я не заметила, как Дерек молниеносно устремился ко мне, накрывая своим телом. Пытаясь понять, откуда был удар.
— Как? — обреченно стоя на коленях, прохрипел Алекс, разглядывая порванную нить. — Это не возможно.
— Поверь, так будет лучше, — твердо проговорила я демону.
А дальше, у меня не было ни сил, не желания отвечать на бесконечные вопросы. Убеждать. Выслушивать. Я просто хотела побыть одна.
«На сегодня с меня достаточно» — жестко заключила я.
Быстро собрав остатки магического резерва, надеясь на растерянность Алекса и Дерека, я построила переход. Секунда и арка портала поглотила меня, унося прочь из замка…
Вспышка и я почувствовала, как тело буквально рухнула на прохладную землю. О том, куда выведет портал, я имела смутные представления. Единственная надежда была на то, что сил хватило лишь до пригорода Лиреи.
«Интересно куда, это меня нелегкая занесла?» — подумала я, путаясь свыкнуться с царившей вокруг чернотой.
По мере того как глаза начали различать детали окружающего пространства, пришло и понимание, что нахожусь в своем собственном саду. Портал перенес в мое поместье недалеко от столицы. Я хорошо знала и витиеватые аллеи, и огромные фруктовые деревья.
Но радовалась я по традиции не долго…
«Нужно уходить. Еще немного и здесь будет Дерек и скорей всего не один», — не успела подумать я, как, что — то тяжелое обрушилось на мой затылок, погружая в бездонную темноту…
Почему вы плачете? Неужели вы думали, что я буду жить вечно?
Я была в темноте… Казалось больше черного обволакивающего сумрака ничего не было… Но это лишь иллюзия.
Мои руки по-прежнему были прикованы высоко над головой. Я находилась в маленьком диаметром не больше трех метров каменном колодце. Холод, сырость и кромешная тьма окружали меня.
Время? Я давно уже потеряла счет времени. Сколько я здесь? Неделю, месяц, год, а может десятилетия… Разум хаотично собирал усталые мысли. Но мне необходимо было думать, чтобы не сойти с ума, не потерять себя…
Мне не давали, есть, не давали пить. Меня неведомым образом отрезали от магии. Сделали так, что я не могла призвать ни сущность Ангела Смерти, ни наследие Валькирии. Я не могла даже маленькими частицами черпать из пространства живительную силу.
Оковы были изготовлены из специального сплава не подвластного демоническому взлому. Стены моей темницы были исписаны тысячами рун. Назначение их было простое: скрыть меня от окружающих, и не дать выбраться. Кто похитил меня, подготовился основательно. Зная все самые слабые стороны моей сущности и того, кто меня будет искать? Зная, что мне очень долго не дадут умереть…
Лишь по тому, как медленно начала разлагаться одежда, сшитая из эльфийской ткани, я могла судить, что нахожусь в колодце, больше нескольких лет… Обычно эльфийский материал существовал столетиями, но не в таких условиях…
Понимание сего факта, наверное, должно было окончательно сломить меня. Но спустя какое — то время мне стало все рано. Любое существо может привыкнуть практически ко всему…
Спустя время я научилась погружаться в забвение. Лишь страдание и боль порой выводили меня из ласкового забытья. Каждый раз в определенный промежуток времени, ко мне спускалось существо, облаченное во все черное. Я хорошо помню тот день или ночь, когда он явился в первый раз… В запечатанный дверной проем словно тень скользнула гигантская фигура; во мраке горели лишь глаза, холодный синий цвет сковывал душу. Тогда я ощутила, что холодный воздух камеры стал колюче — ледяным. Не произнося не звука, не снимая с меня цепей, начинал он монотонную пытку. Мне долго и методично скручивали суставы, дробили кости, прижигали кожу… Словно проводили эксперимент: сколько я способна выдержать. Я долго не могла понять зачем? Не одного вопроса вовремя истязания не задавалось. Значит, информация от меня не нужна. Требование так же не выдвигались. Таким образом и правда — это лишь садистский эксперимент…
Наверное, после сотни, таких визитов, я убедилось, что единственная цель сломить меня, измучить, вот только зачем? Я знала, что им подвластно убить меня. Но они не спешили. Словно выжидали, когда я сама отдам душу.
— Милолика. Девочка, мне жаль…
Я подняла тяжелую голову, спутанные кровавые волосы не давали оглядеть то маленькое пространство камеры, отведенное мне. Глаза уже отвыкли от света. Поэтому мерцание единственного магического светлячка, для меня сейчас казался ярче солнца. Но не смотря ни на что, Его я узнала сразу. И пока жива, не забуду…
— Барантер, а Декар знал, какую змею пригрел на своей груди? — проговорила я, искренне удивляясь, что еще на это способна.
У меня не было сомнений, кто сейчас стоял передо мной. Обступленный со всех сторон черной стражей, барон Барантер Верделет Вуал. Долгие столетия этот оборотень был ближайшим советником Декара. Именно ему доверил озвучивать посмертное завещание императора. Именно он был хранителем большинства тайн семьи Валлийских. Теперь стало понятно, почему орден Агалиарепт был так неуловим.
— Значит, я ошибся, — устало заключил Барантер. — В тебе еще достаточно сил, чтобы бороться.
Я молчала не по тому, что не хотела, ответить. Не смотря на то, что думал мой нечаянный гость, просто действительно сил больше не осталось.
— Поверь, я даже делаю тебе одолжение, — неожиданно озвучил свою версию происходящего старый оборотень. — Там, далеко уже давно идет беспощадная война. Жертвы требуют Ангела Смерти. Но мы не позволим. Мир будет наш…
Я рассмеялась, задыхаясь, вновь чувствуя, как каждая частичка словно рвется от боли… Фанатики. Обезумевшие. Они поклонялись неведомому культу, совершенно не задумываясь об истине…
— Так почему я еще жива? — смогла прохрипеть я. — Убили, и проблемы бы ваши решились.
Наверное, улыбка, которой я одарила обезумевшего оборотня, была ужасной. Барантер даже сделал несколько шагов в сторону двери.
— Не все так просто. Если Ангел Смерти поддет от чужой руки, то Ирида сможет призвать нового. А вот если спрятать сосуд с сутью правой руки божества, ослабить его…
— Но все равно держать вечно вы меня не можете, — предрекла я не минуемое.
— И не требуется. Великая битва близка к своему завершению…
Наверное, сил во мне и впрямь осталось мало. Несмотря на всю свою злость, ненависть… Я отключилась. Снова черная болезненная пелена сковала мое сознание.
Когда очнулась в камере вновь царили темнота и одиночество. Дни, ночи, недели потянулись обычным кошмарным чередом. Так же регулярно приходил палач. Так же я оставалась одна, и мысленно сопротивляясь… Затем всеми силами, старалась не давать начаться процессу регенерации. Может, наконец, придет освобождение и смерть сжалиться надо мной? Все равно тело против воли восстанавливало кости, суставы, кожу… Раз за разом я все чаще прибывала в состоянии бреда, болезненного забытья. Мне начали видятся необычные, яркие видения… Маркус, Дерек и даже Алекс… Затем ко мне начал приходить Декар и Фридрих. Они с сожалением смотрели на меня, скрашивая мое одиночество.
— Поднимайте ее!
Я с трудом раскрыла слипшиеся под коркой крови глаза. Толи я окончательно обезумела, толи мой палач размножился. Теперь в моей маленькой камере помимо меня находилось еще четыре черных силуэта. Они нещадно дергали меня за приросшие кандалы и волокли в центр комнаты.
— Быстрее времени нет…
У меня как раз времени было уйма. Но я была не в состоянии, что — то спрашивать, словно поломанная кукла подчинялась любому движению палачей. Да и если честно, то уже было не интересно…
Тем временем, черные существа разделились по обязанностям: двое держали меня за руки, один читал не понятные для меня заклинания, еще один сверкал остро заточенным ножом…
«Неужели это конец?» — я сама не поняла, обрадовалась я этой мысли или…
Додумать я не успела. Помимо моей воли за спиной распахнулись воздушные крылья, поднимая в воздух комья грязи и мутной воды. Кажется, я закричала?
Между тем, палач, который держал в руках нож, с явной целью приблизился ко мне…
Я кричала. Я билась. Не понятно, откуда взялись силы, но я сражалась… Бесполезно. Слишком слаба…
Два огромных белоснежных крыла, залитые кровью, были брошены к моим ногам. Боль… Разве можно описать боль, когда у тебя на живую вырывают сердце? Разве можно описать страдания, когда из твоих глаз текут кровавые слезы?
Мне не дали опомниться. Быстро схватив за кандалы, вновь приковали к сырой, холодной стене. Но сейчас прохлада, медленные струи студеной воды по каменной кладке, хоть немного остужали пожар, горевший за моей спиной. А я смотрела на два белых крыла, которые медленно растворяются в пространстве.
«Хоть они теперь свободны», — промелькнула мысль, прежде чем я вновь погрузилась в болезненное забытье.
После этого ко мне уже никто не приходил. Видимо моим палачам, показались достаточными страдания. Или посчитали, что я и так долго не протяну. Вновь время, наполненное болью потянулось медленно, неспешно…
— Милолика!? Ангел…
Я брежу. Где-то издали, слышится еще знакомый и родной голос. Я его еще не забыла. Не могла забыть.
Звон цепей о каменную кладку, болью отзывается в тяжелой голове. Неимоверными усилиями я чуть приоткрываю глаза.
— Маркус, — одними губами проговариваю я.
Вот сейчас мне было хорошо. Я ведь могу попрощаться… Собрав последние силы я протянула руку к родному лицу, едва прикоснулась, как кисть словно с ковалось свинцом, безжизненно ударяясь о каменный пол.
— Прости.
Меня поглотила тьма. Сил не осталось. Сердце перестало биться… Дыхание исчезло…
Мне казалось, что я нахожусь в состоянии невесомости. Словно качаюсь на сотканных из воздуха качелях. Повсюду было тепло и светло…
«Откуда в темнице свет?» — задает логичный вопрос разум.
Пытаюсь прислушаться к своим ощущениям. И ничего не чувствую. Боль исчезла.
А потом было падение. Словно меня столкнули в глубокое ущелье. Только мне не суждено было разбиться.
Я вновь ощущала свое тело. Точнее тела, я как раз не ощущала, лишь непонятные чувства того, что я в безопасности…
Я с трудом открыла глаза. Яркий свет тут же заставил зажмуриться. Я услышала, чей — то громкий вздох и горячие пальцы начали прикасаться к моей руке лицу…
— Стефан?
Мне показалось или я действительно еще жива? И даже могу говорить…
— Тихо Лика, все хорошо, — успокаивал меня бархатистый тон. — Ты дома. Теперь все будет хорошо.
Голос мага при каждом слове ломался. Движения его были неумелыми, хаотичными.
Я снова заставила себя открыть глаза. Посмотреть вокруг. Стефан был не видением. Маг действительно сейчас находился рядом со мной. Вот только он сильно изменился. Черты лица стали острее, жестче. Вместо длинных светлых волос теперь была короткая прическа. Вместо аристократической белизны, вся кожа была сильно загорелой и обветренной. И на ней были десятки шрамов…
— Стефан сколько меня не было? — смогла произнести я, вновь чувствуя мучительную боль.
Маг дернулся. Крепко сжал кулаки.
— Восемь лет, — прохрипел Стефан. — Восемь лет мы, не останавливаясь ни на минуту…
Меня вновь поглотила темнота. Мне снился сон. Весь мир был словно погружен в кровавый туман. Я видела города Залирии, Таноса, Адвоха в крови. Тысячами трупов была усеяна земля. Погибших уже никто не хоронил, они лежали там, где настигла их смерть. Убирать трупы не было ни сил, не смысла… На их место лягут другие. Казалось, что повсюду лишь кровь: реки, озера и даже дождь из крови стекал по грязным стеклам зданий из костей…
Приходила я в себя тяжело. Тело словно горело. Я не ощущала ни рук, ни ног, лишь сплошной жар.
— Стефан? — позвала я.
Моих губ впервые за долгое время коснулась жидкость. Чудовищно пахнущий, обжигающий отвар буквально раздирал мое горло на куски.
— Милолика я знаю тебе больно, — с надрывом произнес маг. — Прости, но это хороший знак. Значит, все будет хорошо.
И снова огонь. И вновь черное забытье. Теперь мое душу терзала не только физическая боль, но и тысячи вопросов, на которые не было ответа… Почему со мной рядом лишь Стефан? Где Маркус?
Я не хотела просыпаться. Прохладный атлас простыней приятно холодил кожу. Даже сквозь сон я ощущала, как с открытого окна веет прохладой. Значит, на улице холодно и можно позволить себе еще немного понежиться под теплым одеялом… Стоп! Что происходит?!
Вскочила я резко. Не отдавая себе отчет: где я? Ноги, отвыкшие от нагрузки за долгое время, не выдержали моей прыти и уронили все тело на ковер. Я огляделась. Как и в пошлые разы, моего здравого сознания, я находилась в императорской спальни Эволона. На кресле возле кровати сидел уставший, измученный маг.
— Стефан мне нужны четкие и предельно честные ответы, — даже не пытаясь подняться, потребовала я. — Если я их не услышу, пойду получать сама.
Маг тяжело поднялся и медленно сел на пол возле меня.
— Что ты хочешь знать?
— Меня не было восемь лет?
Снова тяжелый, наполненный болью вздох.
— Да.
— Сколько я провела здесь без сознания?
— Четыре месяца, — коротко ответил маг, смотря в пустоту.
Значит еще четыре месяца агонии. Долго. Не терпимо долго…
— Сколько длиться война?
Теперь взгляд измученных глаз изучающе был направлен на меня. Стефан смотрел, долго… Наверное, пытаясь понять.
— Откуда… — остановился маг, не закончив своего вопроса. — Она началась на следующий день как ты исчезла.
Я не удивилась. Вполне ожидаемо. Мое похищение было веским поводом, чтобы начать полномасштабные военные действия. Тем более главных участников теперь не было кому остановить. Мысленно я усмехнулась. Судьба была права. Мое существование сдерживало силу правителей Таноса, Залирии и Адвоха…
— Где Маркус?
Стефан закрыл глаза, опуская голову себе на грудь. Маг устал…
— Лика тебе не стоит лесть в это.
Я улыбнулась нежной заботе. Стефан прекрасно понимал, что это не возможно. Пока я жива, я буду бороться.
— Мне самой решать.
— А вот тут ты не права, — теперь жесткая сталь была в каждом слове мага. — Четыре месяца у нас практически не было надежды. Маркус принес труп, — Стефан сорвался на крик. — Ты слышишь? Император вернулся с истерзанным телом. Месяц. Месяц Лика он от тебя не отходил! Потом у нас не было надежды, что ты восстановишь…
Стефан резко остановился, хватая меня за плечи и сильно дергая. Больно. Но сейчас это даже хорошо.
— Не смей снова подвергать себя опасности! — продолжил требовать Стефан. — Как ты не поймешь? Теперь ты беззащитна. В тебе нет магии…
Мне показалось или глаза мага действительно наполнились слезами?
— Как нет магии? — непонимающе только смогла спросить я.
— Просто! — рявкнул Стефан. — Ты умерла. Твой огонь внутри погас полностью. В тебе не осталось магической искры.
Я прислушалась к своим ощущением. Действительно никакой магии. Лишь пустота.
Наверное, я бы еще долго обдумывала сей факт если бы…
Сильная головная боль заставила меня судорожно закрыть глаза. Руки инстинктивно зажали уши. Потому, что крик, который я слышала, не возможно было терпеть. Словно все существа разом стали в агонии молить о помощи. Я обессилено опустилась всем телом на пол, пытаясь понять, что происходит… Но видение не отпускало… Звезды померкли, на небе кровавым диском сияла луна. Небосвод словно раскололся пополам, пронзаемый черными молниями. И голос… среди хаотичного крика.
Судьба взывала ко мне:
«Может быть, ты еще сможешь спасти… Хоть кого ни будь… Мир на грани… Его заволокла Тьма. Тени Смерти теперь единственные властители. Больше нет порядка… Там, где был свет теперь чернота, где была тьма воцарилась бездна…» — как и появился неожиданно голос исчез.
Резко боль ушла, крики стихли… И пришел холод: пронизывающий, сковывающий, бездушный…
— Время последней битвы настало, — уверенно поднимаясь на ноги, предрекла я.
— Лика, что происходит? — испуганно взирая, спросил Стефан.
Я ничего не ответила. Бессмысленно. Но теперь я знала, что делать. Я протянула тонкую руку к магу, призывая его коснуться моей кисти.
— Прости, — прошептала я, когда почувствовала, как мои пальцы сжали мозолистые руки.
И я начала забирать силы. Выпивать весь магический резерв Стефана. Подпитывать свою погасшею «искру», чужой жизненной силой…
Стефан молчал, даже не пытаясь оторвать от меня слабеющих рук… Лишь не понимающе смотрел на меня заботливыми, сочувствующими глазами.
— Прости.
Наверное, это было последнее, что услышал Стефан, прежде чем безжизненно упасть к моим ногам.
Черные одежды, словно ночное небо окутали тело. Волосы разметались по спине. Время пришло…
Я очутилась посредине Хаоса. Я стояла на высокой вершине. Под моими ногами стелилась бескрайняя равнина. Бесчисленное количество существ, схлестнулись в последней схватке. Каждую секунду умирали сотни. Их место занимали тысячи. Земля уже не могла вобрать в себя всю пролитую кровь. Все новые разъяренные существа шли, по остаткам тел, утопали в лужах крови…
Огонь сражения бушевал. В одном месте схлестнулись магия, сила, мощь… Существа, шедшие в бой утратили свою душу. Осталось лишь желание убивать. Ткань мироздания лопалась, оставляя черные бескрайнее проплешины.
«Еще немного и исправить уже будет не возможно», — в ужасе смотрела я на конец мира.
— Я не позволю! — громко прокричала я.
И казалось мир на секунду замер.
Сила поглощала меня. Черные молнии окрашивали небо, разрывая небесное полотно, словно на части. Темная мощь пьянила. Я уже предвкушал нашу скорую победу. Восемь лет длиться война. Восемь лет нет покоя ни в мире, ни в моей душе. В итоге, Маркус оказался слишком слаб, нерешителен. Он до последнего оттягивал этот неминуемый час. Еще немного, и империя падет. Тогда можно будет взяться и за Ковальского.
— Я отомщу за тебя Милолика. Я искуплю свою вину.
Сотни тысяч воинов шли вперед. Словно упиваясь жаждой схватки. Все они были переполнены яростью, жаждой крови. Казалось, сознание покинуло их давно. Души наполнились злобой и жестокостью. Я вообще сомневался в наличии душ у воюющих…
— Я не позволю…
Голос, который невозможно перепутать. Я замер, пытаясь отыскать источник. Высоко на пике горы стояло видение. Маленькая тонкая фигурка, облаченная в черные одеяния. Серебристые волосы развивались по ветру…
— Милолика, — прокричал я и ринулся вперед.
Лишь на миг мне показалось, что смертельная схватка закончилась. Но это был лишь миг… Наоборот словно с моим появлением у существ появилась другая цель… Я. Они ощутили силу. Они упивались могуществом. Они хотели меня. Меня наполнил бесконечный поток страданий и боли, смешанный с желанием и жаждой.
— Ангел, рада, что ты, наконец, соизволила явиться.
Яркая вспышка и в метре от меня появилась богиня. Ирида сейчас была на себя не похожа. Казалось, что она вместе со мной провела несколько лет заточения. Глаза, волосы кожа утратили свой божественный блеск, лицо осунулось и словно постарело…
— А я уж думала, не доживу до сего замечательного часа, — грустно улыбнулась божество, спокойно взирая как миллионная армия ринулась в нашу сторону. — Ткань мироздания совсем прохудилась, еще немного и конец был бы не изнежен.
— Этого не может быть Марбус не позволил…
— Наивный ребенок, — усмехнулась мне богиня. — Посмотри внимательно, мой братец сейчас собирает силы. Не догадываешься для чего?
— Он не мог…
— Как раз за это решение, я братика, вновь зауважала, — продолжая бесчувственно смотреть, как тысячи существ теперь борются за то, чтобы первыми добраться до нас. — Дать этому миру погибнуть, но самому успеть смыться в другой, да еще прихватив тебя… Правда благородно?
Темная бесчисленная орда начала поступать все ближе. Я уже чувствовала на губах солено — железный вкус пролитой крови.
— Посмотри на них Милолика. Это истинная картина этого мира: жадная, яростная, порочная, — Ирида обвела безразличным взглядом степь. — Поверь, мы делаем одолжение…
Движение рукой и меня словно начали выжимать. Я ясно видела, как сила от тысячи умерших существ черными волнами проникает в меня, и как светлую, чистую энергию забирает у меня Ирида…
Я смотрела и ужасалась. С каждой секундой жар смертельной схватки лишь увеличивался. Хотелось закрыть глаза, зажать уши и исчезнуть… Но я не могла. Еще была надежда. Стоит лишь немного подождать…
Мне казалось, я уже не вижу ничего, лишь кровь и смерть. Черные нити сплошным потоком вливались в мое тело.
«Пора» — мысленно дала я себе отмашку.
Собрав все возможные силы, я постаралась разорвать свою связь с Иридой. Бесполезно. Раз за разом я пыталась взять контроль над исходящими из меня белоснежными нитями. Тщетно. Я пробовала вырваться. Безуспешно.
— Ангел, не стоит, и пытаться выскользнуть, — насмешливо прозвучал звонкий голосок. — Теперь ты в полной моей власти…
Меня накрыла паника. Все чего я ожидала, на что надеялась, оказалось бессмысленным.
Если только… Глазами пробираясь сквозь яростную толпу я искала его. Маркус сражался, беспощадно, зло, неистово… Под его ногами была большая гора трупов. И дорога… усеянная телами. Маркус пробирался ко мне…
«Слишком медленно», — кусая губу до крови, обреченно подумала я.
Я смотрела на торжествующий взгляд Ириды. Без ее участие, подобное положение императора было бы не возможно…
Я шел сквозь озлобленное войско обезумевших существ, оставляя после себя тропу из тел. Как только появилась Милолика, все войска разом обезумели. Выбрав единственную цель… Три армии немедля, потеряли рассудок, ослепленные яростной жаждой они пробирались к Ангелу…
Я не разбирал дороги. Ноги постоянно вязли в слизкой, мокрой субстанции. О том, что это тела я старался не думать. Промокшая в крови насквозь одежда, тянула к земле…
Но, что самое страшное меня лишили магии. Я не мог призвать силу. Приходилось лишь физически расчищать себе дорогу. И я понимал, что времени у меня осталось мало. Ведь рядом с Милоликой была теперь Ирида…
«Маркус», — мысленно я потянулась вглубь схватки.
Туда где демон без разбору уничтожал, пробивая ко мне дорогу.
«Маркус», — взмолилась я.
«Зачем ты пришла?» — неожиданно прорычал голос в голове.
«Ты знаешь», — тихо про себя проговорила я.
Я понимала, что демону не нужно объяснять моих мотивов. Если существовал хоть малейший шанс на спасение, то я была обязана им воспользоваться. И император — это прекрасно понимал, ведь он тоже хотел использовать мизерный шанс на спасение… Не взирая на цену.
«Маркус, пожалуйста, помоги. Мне нужно получить контроль над силой, хотя бы на короткий миг», — озвучила я, то, что мне было необходимо.
«Нет», — прозвучал короткий ответ.
«Пожалуйста», — вновь взмолилась я.
«Решила вновь сыграть в благородство? Не получиться. У меня подлости хватит на двоих. Хотела играть по правилам. Пожалуйста. Теперь выбор будет за тобой. Кого ты выберешь Милолика для создания Нового мира?», — Маркус решил не скрывать своих намерений.
Время недосказанности прошло. Сейчас начала обнажаться истинная правда вещей.
«Маркус, пожалуйста. Мне нужен контроль», — не сдавалась я.
«Нет», — однозначно отозвался демон.
«Марбус, ты создавал этот мир. Ты заботился о нем долгие тысячелетия. Неужели ты можешь его так погубить?», — то, что я озвучила, было жестоко, но мне нужен был этот шанс.
«Ты знала. Как давно?», — прозвучал вопрос в моей голове.
«С того момента, как узнала, что ты живой. Это по силу лишь Богу», — уже не было смысла скрывать.
«Милолика, я не могу» — с болью в голосе отозвался сверженный бог.
«Прошу тебя», — заклинала я.
В этот момент Ириду словно накрыл непроницаемый полупрозрачный щит. Сияющие белые нити, исходящие от меня к богине, от создаваемого напряжения, лопнули. Наша связь оборвалась. Я вновь ощутила контроль над телом.
— Спасибо, — тихо прошептала я, зная, что он услышит.
Теперь осталось лишь решиться, на последний шаг…
Я пробивался сквозь орду. Так быстро как мог. Краем глаза, вонзая меч в очередную жертву, я видел, что не далеко от меня Маркус, и Алекс так же пытаются пробраться к Милолике.
«Все хуже, чем кажется», — логично заключил разум видя, как неистово пробирается император к горе.
Я потерял счет времени… Я потерял счет отнятым жизням… Но Лика была по-прежнему далеко. Слишком далеко…
Неожиданный крик заставил вновь взглянуть на вершину горы, туда, где находилась Милолика. Картина происходящего поменялась. Ирида прекратила святиться, и теперь словно боролось с невидимым противником.
— Лика, нет! — пришло ко мне понимание, что Ангел, вновь решилась на страшное.
— Ты не успеешь! — справа от меня прокричал Алекс, яростно пробираясь через окружившую нас толпу.
Я смотрел и не мог поверить. Демон явно прочищал себе дорогу не к горе, а туда, где находился император Таноса. Туда, где сейчас были сконцентрированы основные силы безудержной, вышедшей из-под контроля армии.
— Мы не успеем! Сейчас важнее помочь Маркусу.
На миг я остановился, ошарашено смотря как Алекс, уничтожает нападающих на Маркуса воинов.
— Дерек очнись, — прорычал в пылу драки Алекс. — Без тебя нам не выстоять. Жизнь императора сейчас важнейшая ценность.
— Я иду к Лике, — прогоняя наваждение, я вновь устремился к единственно важной цели.
— Ты идиот, — продолжил кричать на меня демон. — Мы не успеем ей помочь…
— Это ты не понимаешь! Как ты думаешь, что там происходит?
— Лика пытается уничтожить Ириду, — Алекс произнес это, словно подобное было в порядке вещей.
— Какой ценой?
— А это зависит от нас. Открой глаза. Посмотри на Маркуса. Он питает Милолику. Пока император жив, жива будет и Лика. Он не даст ей умереть. Связь погубит его первым.
Я не удержался на короткое мгновение, взирая на борющегося Повелителя Таноса. Алекс оказался прав. Алая нить, пронизанная золотыми жилами, шла от императора к Милолике, отдавая энергию демона девушке.
— Так, что наматывай свою гордость на кулак и вставай на защиту Маркуса.
Я ринулся в сторону императора…
Ирида боролась. Пытаясь выбраться, но Марбус держал ее не давая питаться. У меня появился шанс. Быстро пока было время, я призвала силу Ангела Смерти, впитывая в себя все возможные сгустки энергии. Словно бурный, неконтролируемый поток на меня обрушилась черная энергия, буквально сбивая с ног. Мгновение и сила начала переполнять меня. Выходить за край… Но нужно было терпеть. Ведь второго шанса у меня не будет. Сквозь слезящиеся от боли глаза, я вновь и вновь видела тысячу смертей в минуту.
Там где стоял Маркус, образовалась гора из трупов. Шокированная я смотрела, как Алекс и Дерек обступив Маркуса по сторонам, отбивают от него сотни обезумевших воинов.
— Спасибо, — проговорила я, надеясь, что они меня услышат.
Время пришло. Я уже не могла удерживать вырывающийся из меня черный поток энергии.
«Милолика знай, я не дам тебе умереть», — прорычал Марбус в моем сознании.
«Знаю», — печально ответила я.
Теперь наши дороги с Маркусом должны были разойтись. Через связь он подпитывал меня, заставлял жить. Но этим преимуществом могла воспользоваться Ирида, сыграв на слабости брата.
«Когда амулет накопитель гибнет… Погибает и маг, питающийся от него» — вспомнила я основной закон мастера артефактов.
Именно его я планировала привести в исполнение. Сначала дать резкий неконтролируемый всплеск силы, который Ирида не сможет поглотить. Затем… По всем законам должен был произойти взрыв…
Но сила, сдерживающая меня… Маркус питающий меня, может помешать. И подобного я позволить не могла.
Ярко в свете кровавой луны заблестела золотая спица в моих руках.
— Сначала Дерек, — мысленно воззвала я к сражающемуся Аватару.
Даже в пылу драки король Залирии дернулся, услышав мой голос.
«Пожалуйста, пойми меня и прости. Поверь, я хотела быть счастлива. Я могла быть счастлива с тобой. Но у нас не было этого шанса. Не об одной минуте проведенной рядом с тобой я не жалею», — быстро проговаривала я мысленное послание.
«Лика нет. Прошу тебя, чтобы ты не задумала… Не смей!» — отозвался голос в моей голове.
«Так надо. Дерек, я не твоя Судьба. Ты встретишь ту, с кем твое сердце найдет покой. Ту, кто станет твоей душой. Десять лет. Потерпи десять лет и прощай…» — проговорив последние слова, я оборвала связь.
«Лика нет», — прокричал голос Дерека издали.
Даже сквозь пыл борьбы. Я слышала, что Дерек пытается предупредить Маркуса. Но поздно. Золотая спица, сверкая в моих руках, обрывает связь. Алая нить рваными спускается на землю. Дерек обессилено падает. Алекс уже не прикрывает спину Маркуса, а рвется ко мне.
Я взглянула туда, где крепко держа Ириду, неотрывно смотрит на меня повелитель Таноса, свергнутый бог Марбус. Теперь он больше не скрывал своей сути.
«Милолика даже не думай. Я не позволю» — рычал Маркус, отбрасывая все преграды и устремляясь к горе.
«Я люблю тебя», — подарила я последний взгляд.
Золотая спица пронзает мерцающую связь, со звонким треском разбивая ее. Новая вспышка боли заставляет зажмуриться. Но у меня нет времени. Собрав в один пучок всю накопленную энергию, я одним сплошным потоком направила ее в Ириду…
Яркая вспышка, сравнимая с взрывом на солнце заставила закрыть глаза и от боли рухнуть на мокрую землю. Поднявшийся жар вынудил вскипеть лужи крови под ногами. Сияние с каждой секундой становилось все ярче и ярче… Больше не было сил терпеть. Инстинктивно я закрыл глаза руками, всем телом разворачиваясь от горы, где секунду назад была Милолика.
«Лика, зачем?» — была одна мысль от осознания происходящего.
Яркая вспышка поглотила меня. Я видела, как ослепительный белый шар вырываясь из моей груди растет все больше и больше… В его свечении исчезла и Ирида. А потом все исчезло… Не было боли. Вообще больше ничего не было… Лишь свет…
Перетерпев велико мук, всю жизнь шагая, то по раскаленным углям, то по острию ножа, забыв дорогу к свету… Теперь моя душа освободилась, исполняя свой заключительный танец…
Этот закат оказался в моей жизни последним. Паря высоко в облаках, я видела три темные фигуры, преклонившие свои колени к окровавленной земле. Их жизнь теперь продолжиться с чистого листа. Им был дарован второй шанс. И я очень надеялась, что они не упустят возможности быть счастливыми…
А как же я? А я ушла в дивный мир, где нет разлук и горя… Последний взгляд, легкое касание… И я стала последний слезой на его щеке…
Яркое сияние погасло. На землю багровой поступью спустился алый закат. Символично. Если рассвет — это жизнь, то закат-…
Лишь несколько мгновений назад земля сотрясалась от ярости схватки… А теперь все стихло. Тишина, возникшая над миром была оглушающей.
Три темные фигуры в бессилии опустились на колени, глубоко вонзая свои руки в красную как драгоценное вино, землю. Они молчали. Слов не было… Лишь низко склонив голову они пытались спрятать свою боль.
…Она ушла. Теперь стало ни важно свет или тьма, день или ночь.
…Она ушла. Сделав вновь все по — своему. И от грустного понимания, что так было суждено, становилась еще больней.
Три существа. Три могучих, сильных характера были сломлены, опустошены. Тихая скорбь черной бездной застыла в их умерших душах… Они понимали ничего исправить уже нельзя. Им остаться лишь одно, жить дальше. Ради нее. Наверное, она была бы счастлива, зная, что у них все хорошо… Но как?
Алые всполохи заката давно угасли. Небо застелило звездное полотно. Ночь укрыла былые зверства под своим пологом… Три фигуры молча шли туда, где закончилась Ее жизнь. Медленно поднимаясь по черным камням, каждый думал о своем. Каждый вспоминал, какой она была: радостной и нежной, заботливой и верной, невинной и отчаянной. Для каждого она останется единственной…
С вершины горы открывался ужасающий вид на поле боя. Лишь место, где сделала последний вздох Милолика, было белоснежным… Черный камень поменял свой цвет став почти прозрачным. Дивный свет шел изнутри, словно в нем была заключена чистейшая душа…
Маркус первым подошел к краю, тяжело вглядываясь вдаль. Секунда и земля разверзлась, хороня под собой свидетельства многолетней жестокости. Неприступные горы начали расти вокруг места, где погибла его единственная любовь.
— Мы еще встретимся… — твердо проговорил император Таноса, растворяясь в арке портала.
Дерек смотря вокруг опустошенными глазами, преклонил колено к тому месту, где высвободилась Ее бессмертная душа. Пальцы легко коснулись белоснежного камня. Секунда и горное кольцо наполнилось кристальной водой, образуя озеро. Теперь вершина с белоснежным пиком была неприступным озером.
— Я тебя никогда не забуду… — с отчаяньем произнес Дерек, исчезая в светлой арке перехода.
Алекс остался в одиночестве. Сегодня Судьба забрала ту, которую ему сама и подарила. Их жизни, такие разные и одинаковые, не нашли необходимого пересечения. А ведь все могло произойти иначе…
Алекс лишь на секунду закрыл глаза, и дно озера окрасилось в зеленый цвет, вода приобрела необыкновенный изумрудный оттенок. Совсем как ее глаза: чистые, сверкающие, манящие… Через год на нем зацветут тысячи белоснежных лилий, но она уже этого не увидит.
— Сегодня я умер вместе с тобой…
На белоснежной скале замерцали искры черного перехода…
В мраке черной пещеры две фигуры задумчиво стояли друг напротив друга. Между ними ярким светом мерцал маленький белоснежный шар…
— Ты уверенна? — с горечью спросил голос. — Может дать ее душе свободу? Ведь она этого хотела…
— Она имеет право на второй шанс, — грустно смотря на нежное свечение, отозвалась Судьба.
— Подобное, даже тебе не под силу, — обреченно заключил дракон, пряча глаза от светлой души.
— Воскресить — нет. А вот подарить новую жизнь…
— Но как же? — растерянно отозвался Люциан. — Это уже будет не она, а совершенно другое существо. В ней не останется ни одного воспоминания о былом.
— Значит такова ее судьба…
Конец второй книги