Nina Blazon

Der Drache aus dem blauen Ei

Der Drache aus dem blauen

© 2013 by Ravensburger Buchverlag Otto Maier GmbH, Ravensburg (Germany)

© Соколов Г., иллюстрации, 2015

© Оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2015

Мachaon®

– Это просто сумасшедший дом! – воскликнула мама.

По утрам в доме Лукасов часто бывала такая суматоха, как сегодня. Аня прекрасно понимала свою маму, которая явно нервничала. Оба её брата и в самом деле вели себя как ненормальные. Александру было уже почти одиннадцать, но он постоянно вредничал. А Леону было всего три с половиной года. Папа называл его Харибо, потому что больше всего на свете малыш любил тягучие жевательные мармеладки в форме медвежат, которые так и назывались – «Харибо». Но для Ани и Александра он был просто Бейби-Бо.

– Поторапливайтесь, дети, давайте скорее, вы уже опаздываете! – покрикивала на них мама. Она надела на голову Бейби-Бо оранжевый шлем. Когда братишка сидел на велосипеде в своём детском сиденье за спиной у мамы, он выглядел в нём как путешествующая тыква. У всех малышей в детском саду были такие же шлемы.

– Посмотри-ка на них, тыквы на колёсах! – говорил Александр, когда родители развозили малышей по домам.

– Эй, томатная рожица! – крикнул сейчас Александр. – Ты готова наконец?

Александр никогда не называл сестру Аней, а постоянно придумывал ей новые прозвища. Сейчас он назвал её «томатной рожицей», потому что вчера за ужином она испачкалась соусом для спагетти, все её лицо было в томатных брызгах. Но это было всё-таки лучше, чем прозвище, которое он дал ей на прошлой неделе. Тогда Александр называл её не иначе как Рюльпсимурц.

Аня схватила свою тёплую куртку и быстро выбежала из дома.

После рождественских каникул сегодня был первый день занятий в школе. На улице было ещё совсем темно. От холода Аня на ходу притопывала.

– Пока, мои солнышки! – крикнула им вслед мама.

– Пока, дураки! – закричал Бейби-Бо. Рядом с мамой он чувствовал себя в полной безопасности.

Дорога в школу проходила через городской парк. Там ещё лежал снег. Повсюду были видны обгоревшие остатки новогодних фейерверков.

– Эй, томатная рожица! – окликнул её Александр, зачерпнул рукой липкий мокрый снег и слепил из него снежок. – Сейчас тебя настигнет белая ракета!

И в сторону Ани полетело снежное месиво. Утренний холод и первый школьный день – всё это само по себе было уже достаточно противно. А тут ещё и снежки?! Нет, только не это!

– Ну подожди! – ответила ему Аня.

Она целилась неплохо и один раз даже попала Александру за воротник. Растаявшая ледяная вода потекла по шее под пуловер брата. Было весело наблюдать за тем, как Александр пританцовывал на снегу. При этом он рычал и казался очень рассерженным.

Аня хотела укрыться от него между двумя кустами и едва не наступила на что-то голубое, мерцавшее на земле. Она лишь в последнее мгновение успела отвести в сторону ногу. Потом девочка просто остолбенела. Прямо на снегу лежало… яйцо! Скорлупа светилась, как небо в летний день. Аня сняла варежку и подняла яйцо. В её руке оно вдруг стало совсем тёплым.

– Что это? – В мгновение ока Александр оказался рядом с ней. – Дай сюда! – И он выхватил яйцо у неё из рук.

– Спорим, я попаду вон в ту ветку, напротив нас?! – крикнул он и замахнулся.

– Нет! – заорала Аня. – Отдай, оно моё!

Но Александр лишь рассмеялся своим противным смехом-старшего-брата, поднял яйцо над головой и начал приплясывать вокруг неё.

– Ну-ка, попробуй отними его, каракатица! Но поторопись, потому что в руках у меня голубая ракета! И через десять секунд она полетит! Десять… девять… восемь…

Всё, с неё довольно! Александр всё ещё как безумный прыгал рядом с сестрой, но Аня уже развернулась и набросилась на него сзади. Она изо всех сил вцепилась в рюкзак и повисла у него на спине, как пассажир на мотоцикле. Александр подпрыгивал и пытался стряхнуть сестру.

– Прекрати! – тяжело дыша, выдавила из себя Аня.

Внезапно Александр поскользнулся на снегу. Они вместе упали. О-о, нет, яйцо! Оно вырвалось из рук Александра и полетело вверх. Аня приземлилась в снегу рядом с братом. Затем она быстро перевернулась и увидела, как яйцо, сделав большую дугу, начало падать. Она вновь вскочила на ноги, оттолкнулась и, как вратарь, бросилась вперёд. И успела вовремя! Девочка на лету поймала яйцо, но потеряла равновесие. Её падение на живот не было мягким. Рюкзак придавил её к земле. А так как руки у неё были заняты, то она не могла ими затормозить и поэтому продолжала двигаться. Подбородок скользил по замёрзшей траве, в рот набился мокрый снег.

– Фу! – выдохнула она и выплюнула снег. Но яйцо, к счастью, было в безопасности. И не дожидаясь, пока Александр вновь начнёт отнимать его, Аня бросилась наутёк.

– Эй, стоять! – крикнул ей вслед Александр.

Но Аня бежала изо всех сил, стараясь как можно скорее унести ноги.

– Ну что? Я победила! – бросила она через плечо. – Яйцо – моё!

В школу Аня прибежала, с трудом переводя дыхание. Яйцо было надежно спрятано в её тёплой шерстяной шапке, которую она крепко держала двумя руками. Девочка с нетерпением ждала того мгновения, когда сможет показать находку своей подруге Жасмин. Они обе учились в третьем классе. Аня бежала так быстро, что пришла в школу очень рано. Ещё почти никого не было. Но когда она добежала до своего класса, то уже издали увидела чёрные локоны Жасмин. Ане казалось, что это самые красивые волосы на свете. У неё, к сожалению, были прямые карамельно-каштановые пряди, как у папы, и к тому же зелёные глаза и веснушки, как у мамы.

Было так приятно после каникул снова увидеть Жасмин. Но Аня была слишком взволнована для долгих приветствий.

– Посмотри-ка! – крикнула она и протянула подруге шапку: – Только что нашла в парке!

Жасмин улыбнулась:

– Выглядит как пасхальное яйцо. Думаешь, его забыл кто-нибудь в парке весной, когда там прятали яйца, и дети его просто не нашли?

Аня покачала головой:

– Тогда бы на нём лежал снег, и я бы его не увидела. Яйцо лежало сверху на снегу, словно его кто-то выбросил.

– Гм, – произнесла Жасмин и низко наклонилась над шапкой. – Это, собственно, и не похоже на краску. Скорлупа и в самом деле кажется голубой! – Она осторожно погладила яйцо, но тут же отдернула палец. – Оно горячее!

– Правда? Только что оно было ещё совсем холодным, – недоверчиво ответила Аня. Она осторожно прикоснулась к яйцу и удивилась ещё больше. Может быть, Жасмин ошиблась? Яйцо было холодным, как сосулька.

– Это забавно, – заметила она. – Оно само по себе становится то холодным, то тёплым. Может быть, в нём есть что-то живое…

– Дай-ка сюда, – сказала Жасмин. Она взвесила яйцо на ладони, затем покачала головой: – Нет, во‑первых, цыплята никогда не вылупливаются в январе. А во‑вторых, если бы в нём был цыплёнок, яйцо было бы совсем лёгким.

– Откуда ты знаешь?

– Моя бабушка из Турции очень хорошо разбирается в птицах, – объяснила Жасмин.

– Гм, – только и смогла ответить Аня. Честно говоря, она была немного разочарована. Она ведь тоже знала, что зимой птицы не откладывают яйца. Но втайне всё-таки надеялась, что это было совсем особое яйцо.

Внезапно Аня замерла:

– Что это было?

Жасмин наморщила лоб:

– Что?

– Я слышала шорох. Он доносился из яйца!

– Правда? – усмехнулась Жасмин. – Или ты опять рассказываешь одну из своих историй?

Аня быстро покачала головой:

– Я действительно что-то слышала!

– Р-р-р-ры-ы-ы-ы!

Школьный звонок настолько их напугал, что они с криком отпрянули друг от друга. Жасмин вздрогнула.

– Фу, как ты меня напугала! – воскликнула она. – Что ты слышала?

– Я точно не знаю, – ответила Аня. – Как будто кто-то пискнул. В нём действительно что-то есть! Послушай-ка!

Аня поднесла яйцо к уху подруги, но Жасмин покачала головой:

– Я ничего не слышу. Может быть, ты это просто придумала? Идём, нам пора на урок!

По коридору топали и шаркали ногами дети, идущие в свои классные комнаты. Аня быстро положила яйцо в шапку и вскочила. Им надо было поторопиться, чтобы успеть к первому уроку. У них было искусство, её любимый предмет, но сегодня Аня не могла сосредоточиться на выборе нужной краски. Она вновь и вновь украдкой просовывала руку в шапку и гладила яйцо. Это было поразительно! Каждый раз оно было разным: то ледяным, то едва тёплым, то холодным, как дождь, то горячим, словно лежало на солнцепёке, то тёплым, как вода в ванне, то холодным настолько, что по коже пробегали мурашки. Внезапно опять послышался шорох. Аня поняла, что она слышала: это было тихое, но дерзкое хихиканье.

На перемене яйцо не издало ни звука, после окончания занятий оно тоже оставалось немым. И тем не менее Аня была убеждена, что она не ослышалась. В этом яйце было что-то живое!

И сейчас она должна была найти ему безопасное место. Ей хотелось незаметно внести своё сокровище в дом. Но по закону подлости Александр сегодня тоже рано вернулся из школы и развалился теперь на диване в гостиной. Бейби-Бо строил из блоков лего на полу дом для своей резиновой черепахи. Мальчики ещё не видели свою сестру. Аня тихо сняла сапоги и на цыпочках пошла к лестнице. Это было совсем не просто, потому что повсюду были разбросаны детали конструктора. Едва она, вытягиваясь и перепрыгивая через игрушки, добралась до лестницы, как из кухни выглянула мама. Она крикнула:

– Привет, маленькая крадущаяся киска!

Александр и Бейби-Бо сразу же подняли головы. Александр противно усмехнулся.

– Скоро вы уже сможете накрывать на стол, – сказала мама. Она была в хорошем настроении. – Через полчаса спагетти будут готовы! – С этими словами она исчезла на кухне.

Сейчас счёт шёл на секунды. Аня стрелой полетела вверх по лестнице.

– Стоять, яйцеголовая! – крикнул Александр.

Краем глаза она видела, как он вскочил с дивана.

– Яйцеголовая, яйцеголовая, – восторженно повторял Бейби-Бо. Ну, просто класс! Опять новое прозвище! Бейби-Бо, конечно, тоже сразу же бросил свои игрушки и засеменил за Александром и Аней. Все трое, громко топая, поднимались вверх по лестнице.

– Эй, что там у вас происходит? – услышала Аня доносившийся снизу голос мамы. Но она уже добежала до своей комнаты в конце коридора. Девочка проскользнула внутрь и со всего размаху навалилась на дверь. Но, как ни странно, у Александра возникла аналогичная идея. Они оба стонали от напряжения, упираясь в дверь с противоположных сторон. Наконец Ане удалось хоть немного прикрыть её.

– Сдавайся! – ревел Александр.

– Нет! Ты больше не прикоснёшься к яйцу! – крикнула Аня, с трудом удерживая дверь.

– Я тоже хочу увидеть голубую ракету! – ныл в коридоре Бо.

– Идём, Бо, помоги мне! – крикнула Аня. – Тогда я покажу её тебе!

Здорово, это подействовало! Её младший брат протиснулся в комнату сквозь щель в двери и тоже навалился на неё изнутри.

– Подлый изменник! – выругался в коридоре Александр.

Но теперь силы стали неравными. Дверь с грохотом защёлкнулась, и Аня мгновенно повернула ключ в замке.

– Вы ещё пожалеете об этом! – раздался из-за двери приглушённый голос Александра. Бо усмехнулся из-под своего велосипедного шлема.

Что ж, слово надо держать! Аня сняла с плеча ранец и достала из него свою шапку, в которой так надёжно было спрятано яйцо.

– Это вовсе не ракета, а яйцо, – прошептала она младшему брату. – Оно лежало на снегу.

У Бо округлились глаза, он протянул к яйцу руки.

– Можно только посмотреть, – остановила его Аня.

– Я хочу его потрогать, – заныл Бо, у него уже начала дрожать нижняя губа. Этим приёмом, угрожая рёвом, малыш всегда добивался своего. Не успеет он заплакать, как тут же появится мама. Бо был настоящим шантажистом!

Аня засопела и протянула ему яйцо.

– Хорошо. Но только погладить. И очень осторожно! – напомнила она брату. Когда она посмотрела на маленькие пальчики-колбаски, хлопающие по красивому яйцу, у неё возникло неприятное предчувствие. Ну конечно, потом брат захочет ещё и облизать яйцо. Так и произошло.

– И-и-и-и! – взвизгнула Аня. – Слюнтяй!

Она отняла у Бейби-Бо яйцо и вытерла его о свой пуловер. И тут она опять услышала этот звук – хихиканье. Совсем тихое. «Хи-хи-хи» – словно яйцу было щекотно.

– Посмотри-ка, – пропищал Бо и взволнованно указал на яйцо.

– Что вы там делаете?! – крикнул Александр. Он сердито барабанил в дверь.

Аня поднесла яйцо к свету.

– У него меняется цвет! – Она была поражена. В самом деле: чем дольше оно лежало у неё на ладони, тем больше изменялась его окраска. Яйцо стало сначала фиолетовым, а затем огненно-красным. Но словно и этого было ещё недостаточно, на огненно-красной скорлупе внезапно появились солнечные искорки.

Бо уже открыл рот. Скорее всего, он хотел крикнуть: «Мама, посмотри!» – и побежать в сторону двери. Но Аня остановила его.

– Послушай, Бо, это секрет, – прошептала она и серьёзно посмотрела своему братишке в глаза. – Александр не должен найти яйцо, иначе он разобьёт его. Возможно, в нём живёт голубой цыплёнок. Мы должны его хорошо оберегать. Ты понял?

У Бо ещё шире открылись глаза, затем он серьёзно кивнул.

– Эй, о чём вы там шепчетесь? – гремел за дверью Александр.

Бо огляделся в комнате, затем потянул Аню за рукав.

– Нам надо поскорее спрятать яйцо, – озабоченно произнёс он.

Эти слова вызвали у Ани улыбку. Если речь шла о том, чтобы защитить зверей, то она могла полностью положиться на братишку.

– Хорошая идея. Только куда? – Она оглядела комнату.

– Мама! – закричал Александр. – Аня и Бо закрыли дверь на ключ. И здесь так странно пахнет спичками. Мне кажется, что они там внутри что-то жгут.

Как это похоже на Александра! Если он хотел выйти из игры победителем, то все средства были хороши. На лестнице уже слышались твёрдые шаги мамы. Вслед за этим послышался громкий и настойчивый стук.

– Дети, откройте сейчас же! Я слышу, как вы поджигаете там спички!

– Мы не поджигаем спички! – закричала Аня и с шапкой в руках бросилась к батарее.

– В самом деле? – строго сказала мама. – А зачем вы заперли дверь? Бо? Впусти меня в комнату!

Бо испугался и тут же забыл, что он защитник-цыплёнка-в-яйце. Он подошёл к двери и повернул ключ в замке. Аня в мгновение ока спрятала шапку с яйцом за батареей. И как раз вовремя, ещё до того, как мама и Александр вошли в комнату. Мама быстро оглядела комнату, недоверчиво вдохнула воздух, затем раздражённо покачала головой.

– Эти двое ничего не поджигали! – строго сказала она Александру.

Александр сделал вид, что он осознал свою вину, и опустил голову. Но Аня, конечно, заметила, что он пристально рассматривал её школьный рюкзак. Ха, пусть себе так и думает! Яйцо за батареей ему не скоро удастся найти.

– Дети, скажу вам только один раз: я не хочу, чтобы здесь наверху кто-то из вас закрывался на ключ, – строго сказала мама. Она вытащила ключ из двери и опустила его в карман своих джинсов. – А теперь все вниз! Если вы можете здесь ссориться, то с таким же успехом вы можете помочь мне накрыть на стол.

Накрывая на стол, Аня и её старший брат бдительно следили друг за другом. И когда Александру вдруг надо было сходить в туалет и он поднялся наверх, Аня сразу же последовала за ним. Она застала брата за тем, что он рылся в её рюкзаке.

– Оставь мой рюкзак в покое, – возмутилась она.

Александр только ухмыльнулся. Он с такой силой пнул рюкзак ногой, что из него выпали тетради и книги.

– Только не показывай маме беспорядок в твоей комнате, – язвительно бросил он и опять спустился вниз.

Аня с облегчением вздохнула и осмотрелась. Брат был прав, в её комнате и в самом деле был бардак. Но она всегда знала, где найти нужную ей вещь. Девочка быстро подошла к батарее. Её шапки и яйца там не было! Аню словно холодом обдало. Это не мог сделать Александр, он ведь только что искал яйцо у неё в рюкзаке. Может быть, Бейби-Бо… Ну конечно! Её младший брат, видимо, взял яйцо, когда они ещё были в комнате. О-о-о, нет! Хочется надеяться, что с яйцом ничего не произошло.

Она бросилась к лестнице и крадучись заглянула сверху в гостиную. Александр как раз пошёл на кухню, чтобы принести столовые приборы. А слева от лестницы, рядом с диваном, сидел Бо и неторопливо перебирал своих игрушечных зверей. Он снял свой шлем – очень подозрительно! Его тёмно-каштановые волосы беспорядочно торчали в разные стороны. Ещё более подозрительным ей показалось то, что он был таким притихшим. Рядом с диваном он осторожно складывал в большую гору своих игрушечных зверей.

Аня бегом спустилась по лестнице вниз и схватила тряпичного льва, который восседал на самой вершине горы.

– Зачем ты украл яйцо? – прошипела она. – Где оно?

Бо вскочил и возмущённо выхватил у неё из рук льва.

– Лупи защищают его! – серьёзно сказал он. Никто не знал почему, но Бо всех своих мягких зверей называл Лупи. Сейчас он вернулся к дивану, поднял льва высоко над головой и вновь с размаху посадил его на самую вершину пирамиды из мягких игрушек. Размах был, видимо, слишком большим, так как Бо потерял равновесие и упал животом на свои игрушки. В то же мгновение они оба услышали этот звук: отчётливый треск, словно разбилась скорлупа.

Бо выглядел таким же испуганным, как и Аня. Выдержать дольше было уже невозможно. Аня стащила брата с горки, затем начала хватать одну игрушку за другой и отбрасывать их в сторону. Лупи-крокодил, Лупи-лев, Лупи-кошка, Лупи-собака и Лупи-лягушка совершали в воздухе большую дугу и приземлялись на диване. Наконец показался велосипедный шлем. В нём лежала Анина шапка. А в шапке…

– Ох, нет! – вырвалось у неё.

Внезапно раздался смех, Аня вздрогнула.

– Бо оказался проворнее меня, – язвительно ухмыльнулся Александр. – Теперь яйцо разбилось. Выглядит так, словно оно взорвалось.

Аня не произнесла ни слова, она всё ещё смотрела на бесчисленное множество мелких кусочков яичной скорлупы. Они были повсюду: на шапке, в шлеме и на всех остальных Лупи. Бо начал душераздирающе всхлипывать. У Ани тоже было тяжело на душе.

Из кухни пришла мама.

– Что у вас тут опять произошло?

Бо бросился к ней и обхватил её колени.

– Оно… оно… было голубым, – лепетал он, – а потом красным и жёлтым. А потом горячим и холодным. А теперь оно разбилось.

Мама наморщила лоб.

– Я ничего не поняла, – сказала она и погладила Бо по голове. – Что было голубым?

– Яйцеголовая нашла в парке какое-то гнилое яйцо, а Бо его расквасил, – объяснил Александр и усмехнулся.

На кухне что-то с ужасающим грохотом упало на пол. Мама вздрогнула и, преследуемая Бо, побежала на кухню.

– Ух ты, с кастрюли упала крышка! – удивлённо крикнула она детям в гостиную.

Аня всё ещё смотрела на шлем. Странно, что всюду были только кусочки скорлупы, но нигде не было видно следов вылившегося желтка.

– И-и-и-и! – вдруг испуганно закричала на кухне мама. В то же мгновение раздался ужасный звон. Видимо, разбилась посуда, затем послышался приглушённый хлопок и крик Бо. Аня и Александр бросились на кухню. Перед плитой стояли два привидения – большое и маленькое, мама и Бо – оба с головы до ног обсыпанные мукой. Разорванный пакет с мукой лежал на полу. Вероятно, он упал с полки – прямо на них.

Теперь с полки одна за другой, словно их кто-то сбрасывал, падали коробочки со специями. Перец и соль, ярко-жёлтый карри и красный порошок паприки струйками сыпались на стол и плиту. Мама попыталась поймать мешочек с лавандой. Но тут из кастрюли, в которой варились спагетти, раздалось громкое «шмяк». Кастрюля была наполнена водой, с одной стороны над её краем торчали ещё твёрдые макароны.

– Но такого ведь не бывает! – в замешательстве воскликнула мама. – Дети, марш с кухни!

Но ни Аня, ни Александр не послушались. Ведь то, что они увидели в кастрюле, было уму непостижимо. В воде между спагетти с удовольствием плескался огненно-красный зверёк, покрытый чешуёй. Он, должно быть, вылупился из яйца и отправился прямиком на кухню. Но это был не голубой цыплёнок, а крошечный дракон!

Мама сразу же выключила плиту и поставила кастрюлю на стол. Маленькое существо нырнуло и, описав элегантную дугу, опустилось на дно. Крошечные крылья поднимались и опускались, как плавники. Казалось, он чувствовал себя прекрасно.

Мама схватила ложку и извлекла дракончика из кастрюли. Ему это не очень понравилось. Он бросил на маму возмущённый взгляд. Затем он попытался, сделав кувырок через голову, вновь прыгнуть в кастрюлю, словно ложка была трамплином в бассейне.

– Стоп, оставаться на месте! – скомандовала мама и пальцами обхватила чешуйчатую спинку. – Ой, – тут же вскрикнула она и потрясла свою руку, – да он горячий, как варёное яйцо!

Дракон совершил красивый прыжок и плюхнулся животом на спагетти, которые торчали из кастрюли. Вскрикнув от радости, он заскользил по ним, как по горке, и вновь оказался в воде.

– С меня довольно! – Из маминых глаз сыпались искры. – Сито для спагетти! – скомандовала она.

Александр достал из кухонного шкафа металлическое сито.

– Только осторожно! – попросила Аня.

Мама схватила две прихватки, нащупала ручки кастрюли и вылила всю воду вместе со спагетти и драконом в сито. Послышался сердитый писк. Затем они увидели дракончика, который сидел среди макарон, совершенно сбитый с толку. Он с грустью наблюдал за тем, как вокруг него исчезала вода.

– Так, теперь мы дадим ему возможность остыть, – сказала мама и подняла Бо, чтобы он тоже смог наконец что-то увидеть.

Аня наклонилась над ситом со спагетти и разглядывала дракона. Какой красивый малыш! Никогда ещё она не видела таких удивительных глаз! Они были синими, а зрачки – как тёмные звёзды. Кроме того, у него были крошечные коготки и уморительная рожица, почти как у морского конька. Сейчас он встряхивался, так что последние капли воды скатились с его чешуи. Затем он произнёс:

– Брррр!

Только что он был ещё огненно-красным, но постепенно цвет его кожи бледнел. Когда дракончик полностью остыл, то начал излучать сияние, которое было почти белоснежным. На спине у него были серые и чёрные пятнышки, напоминавшие снежинки. А на ногах – чёрные кольца, словно полосатые носки. С него всё ещё капала вода. Передними лапками он зацепился за край сита и выскочил на рабочую поверхность. Он побежал по столу, то есть попытался побежать. Но затем споткнулся и, упав на живот, заскользил по маленькому пятнышку оливкового масла, пока не попал прямо в открытый мешочек с лавандой. Он чихнул «Ап-чхи!», и вокруг него поднялось целое облако из порошка лаванды. Послышался слабый кашель.

– Александр, быстро спустись в подвал и принеси старую клетку хомяка! – приказала мама.

Дракончик разинул свою маленькую пасть и глубоко вдохнул. А затем – «Ап-чхи-пфи-и» – он выдохнул Ане прямо в лицо целое облако лаванды.

– Это не может быть дракон. Драконов не бывает, – сколько раз папа сегодня уже это произнёс?

После того как он пришёл домой, они вместе с мамой принялись листать книги о животных. В мамином кабинете было бесчисленное множество книг, кроме того, было много компьютеров. Когда она здесь работала, на экране появлялись бесконечные ряды с цифрами, картинками и таинственными знаками. А когда она заканчивала свою работу, все эти цифры и картинки превращались в новую компьютерную игру. И тогда Александру и Ане первым разрешалось в неё поиграть.

– Может быть, это… э-э-э… варан? – бормотал сейчас папа.

На нём всё ещё был тёмно-серый костюм, в котором он ходил на работу в офис. Его обычно растрёпанные светлые волосы были гладко причёсаны.

– Здесь написано, что они достигают трёх метров в длину и они опасны. – Папа поправил очки на носу и сравнил гигантскую зелёную ящерицу на картинке с крошечным белым драконом. Затем он беспомощно покачал головой и провёл по волосам обеими руками. Гладкая причёска была испорчена. Теперь, с взъерошенными волосами, он выглядел почти как обычно. – Нет, это не варан, не гигантская ящерица и не огненная саламандра.

– Я ведь говорю тебе, что это летающий дракон, – сказала Аня, – совершенно точно.

– Они бывают только в книгах и фильмах, – настаивал папа.

– Ап-чхи-пфи-и! – чихнул дракон. Мама положила ему в клетку маленький носовой платок, и дракон завернулся в него целиком, укрывшись до самого кончика носа. В клетке он выглядел так, словно находился в заточении. Ане стало его жалко. Но родители не хотели, чтобы дракон бегал по квартире.

– Понятно же, что это должен быть дракон, – сказал Александр. – Обычный зверь ведь не будет с удовольствием плавать в горячей воде.

Мама задумчиво кивнула:

– Да, это, конечно, так.

– Теперь наша яйцеголовая должна быть начеку! – с ухмылкой произнёс Александр. – Ведь что едят драконы? Маленьких девочек!

Бо от испуга открыл рот. Александр надвинулся на Аню, как Год-зилла.

– Я съем тебя, яйцеголовая! – прогнусавил он и вытянул лицо в ужасную гримасу.

– Ва-ха-ха-ха! – раздалось из клетки.

Все удивлённо оглянулись. Дракон просто трясся от смеха. Он держался за живот и так широко открыл свою пасть, что были видны и его крошечный, раздвоенный на конце язык, и розовая глотка. Он хватал воздух ртом и лапкой показывал на Александра. Тот всё ещё стоял в позе монстра с выгнутой спиной и поднятыми вверх руками. Сейчас он был просто сбит с толку. Дракону это, видимо, показалось очень забавным.

– Ва-ха-ха-ха! Ха-ха! – вырвалось у него опять, от смеха дракончик упал навзничь. Он лежал на спине, как жук, пищал и хихикал и никак не мог успокоиться.

Александр опустил руки. Уголки губ у Ани дрогнули. Смех был заразителен. И с этим она ничего не могла поделать.

– Но ящерицы ведь не могут смеяться, – ослабевшим голосом произнёс папа.

Бо прыснул. А дальше все они уже не могли удержаться. Аня разразилась громким смехом. Даже Александр вдруг загоготал, как петух.

Дракон озадаченно посмотрел на смеющихся детей, затем, заражённый уже их смехом, опять начал хихикать. Он вскрикивал ещё громче Александра, топая при этом лапками по дну клетки. Лицо мамы тоже расплылось в неторопливой улыбке.

Дракон поперхнулся, закашлялся и громко отрыгнул бледное облачко пряностей. Тут уже и папа не мог оставаться серьёзным.

– Он съел, видимо, слишком много лаванды, – сказала Аня, с трудом переводя дыхание.

– Хе-хе-хе-хе! – разносилось по комнате хихиканье дракончика.

– Какой же ты забавный зверёк! – сказал папа, качая головой.

– Лавундел, – раздался в ответ писклявый голос.

Теперь уже никто больше не смеялся. Все удивлённо смотрели на клетку с дракончиком.

– Это он только что сказал? – спросила мама.

Дракон гордо засопел.

– Лавундел, – раздалось ещё громче. Потом он опять захихикал, словно ему удалась очень удачная шутка.

– Он не только хихикает, он ещё и разговаривает! – растерянно произнёс папа. – Это случай для господина Майзенбайссера!

В этот вторник всё было не так, как всегда. Мама разлила свой утренний кофе. Папа неправильно завязал галстук. А Бо канючил до тех пор, пока ему не разрешили остаться дома.

Это разозлило Александра.

– Это же надо, у меня сегодня допоздна занятия в школе, – ворчал он, – а наш тыквоголовый останется дома и будет смотреть с драконом мультфильмы!

Ане тоже очень хотелось поменяться местами с Бо. Но никакие просьбы не действовали – ей тоже надо было идти в школу.

– Настоящий дракон? В самом деле? – спросила Жасмин на перемене. – И он извергает огонь? А что он ест?

Аня только беспомощно пожала плечами:

– Он такой крошечный. Он и белый и чёрный. До сих пор он ещё не извергал огонь. Мы положили ему в клетку овсяные хлопья и кусочки яблока, но он ни к чему не притрагивается. Бо попытался положить ему в клетку хлеб с вареньем, но и этот бутерброд, описав большую дугу, оказался на ковре.

Жасмин была полна энтузиазма.

– Я позвоню моей бабушке. Она всё знает о зверях и животных. Она нам наверняка посоветует, как обращаться с драконом.

– После занятий в школе я сначала отнесу его к господину Майзенбайссеру, – таинственно понизив голос, сказала Аня. – Он самый великий дрессировщик драконов на свете! И у него есть ресторан специально для ящериц.

Это было, конечно, преувеличением, но звучало как классная история. Аня любила выдумывать различные истории и удивлять ими людей. Хотя рассказ о ресторане для ящериц в какой-то степени всё-таки соответствовал действительности.

У Жасмин загорелись глаза.

– Я хочу пойти с тобой!

Едва раздался школьный звонок, как Жасмин и Аня бросились бежать. Не прошло и десяти минут, как они уже были дома.

Мама встретила их в фартуке. Кухня больше напоминала лабораторию: всюду в большом количестве были расставлены блюдечки и мисочки с натёртой морковью, кошачьим кормом, дольками огурцов, рыбой и листьями салата.

– Привет, Жасмин! – крикнула мама. – Посмотри-ка на нашего маленького гостя! Может быть, у тебя есть идея, что бы ему могло понравиться.

Бо сидел в гостиной на диване рядом с клеткой и вместе с дракончиком смотрел фильм-сказку.

Клетка для хомяка скорее напоминала маленький дворец. Бо положил в неё красные шёлковые подушки. Перед этой горой подушек, словно придворные короля, выстроились пластиковые динозавры и фигурки рыцарей. А на самом верху пирамиды из подушек уютно устроился дракончик. Он выглядел как принцесса на горошине. На нём был крошечный красный плащ, украшенный серебряным шитьём.

Минуточку, Ане он показался очень знакомым…

– Это ведь плащ моей принцессы Барби! – воскликнула она.

Бо гордо кивнул и засунул себе в рот целую горсть мармеладных медвежат.

– Да, прафда, он ему подходит? – промямлил он. – Теферь дракон больше не будет мёрзнуть.

– Ах, как хорошо, что никто не знает, что меня зовут Румпелштилцхен, – донеслось из телевизора. Дракончик захихикал, помахал Ане и ещё плотнее запахнул на себе красный шёлковый плащ. Аня увидела, что в качестве подушки он использовал маленький мешочек из-под лаванды.

Жасмин засмеялась.

– Ух ты, какой же он милый! – воскликнула она.

– Тссс! – с упрёком произнёс дракончик и показал на телевизор. – Румпелштулцхен.

– Он и в самом деле разговаривает, – прошептала Жасмин, полностью сбитая с толку, – я полагала, что ты это придумала!

– Ничего я не придумала, – возразила Аня, слегка задетая словами подруги.

В этот момент из кухни пришла мама и принесла крошечную миску с водой. На самом деле это была красная крышка от пластиковой бутылки. Но для дракончика она была такой же большой, как суповая тарелка.

– Может быть, ты хочешь хотя бы пить? – спросила его мама.

Дракончик вытянул лапки и благосклонно взял мисочку. Но, вместо того чтобы выпить воду, он просто вылил её одному из рыцарей на голову и надел красную крышечку себе на голову, как шлем.

– Красная шупочка, – гордо провозгласил он.

Мама вздохнула.

– На сегодня вам обоим уже хватит смотреть мультфильмы, – сказала она. Когда мама взяла пульт и выключила телевизор, Бо и дракончик громко запротестовали.

– Верните Румпел-шупочку, – возмущался дракон.

– Это называется «Румпелштилцхен», глупец, – поправил его Бо.

Он хотел сказать ещё что-то, но внезапно послышались такие громкие раскаты, что все вздрогнули.

– Ой, это прогремел гром? – удивилась мама.

– Нет, просто он голодный, – объявил Бо. Так оно и было: эти грозные раскаты доносились из маленького живота дракона.

– Самое время, чтобы Аня отнесла его к господину Майзенбайссеру, – сказала мама.

– Я тоже пойду! – крикнул Бо и спрыгнул с дивана.

– Нет, я пойду с Жасмин, – запротестовала Аня. – Бо было разрешено всю первую половину дня смотреть с драконом фильмы. А когда домой придёт Александр, я опять не смогу одна поиграть с дракончиком.

Мама погладила Аню по голове и кивнула.

– Твоя сестра права, – сказала она Бо. – Это она нашла дракона и теперь хочет спокойно с ним познакомиться. Для этого ей надо немного побыть с ним вдвоём.

Самым хорошим в маме было то, что она почти всегда знала, как себя чувствует Аня.

Девочка просияла. Она подбежала к шкафу и достала из него большой платок.

– Не бойся, – сказала она маленькому дракону, – мы накинем этот платок на твою клетку, тогда никто не сможет заглянуть в неё. Кроме того, господин Майзенбайссер живёт совсем недалеко от нас.

Дракончик смотрел на неё большими блестящими голубыми глазами. Ей показалось, что он при этом улыбался, и Ане стало тепло на душе.

– А-ня, – проникновенно сказал дракон. Затем он умиротворённо зевнул, закрыл глаза и мгновенно уснул.

У господина Майзенбайссера была смешная фамилия, означающая «кусающий синиц», но ни одну птицу он в своей жизни не укусил. Наоборот: оба зелёных попугая и множество волнистых попугайчиков чувствовали себя у него просто прекрасно. Кроме того, в больших стеклянных ящиках у господина Майзенбайссера жили ещё и редкие ящерицы. Он хорошо знал мир зверей, так как раньше ухаживал за ними в зоопарке.

– Это весело, – сказала Жасмин и показала на входную дверь. Верхняя часть ящика для писем была оформлена в виде головы хищной рыбы. Тот, кто хотел бросить в ящик письмо, должен был просунуть его через разинутую пасть. – Разве у него нет дверного звонка?

– Есть, – ответила Аня, – да такой, который при этом ещё и хвостом виляет! – С этими словами она постучала в дверь.

– Гав, гав, гав! – тотчас же раздалось по ту сторону двери.

– Это Могли, – объяснила Аня. – Такса господина Майзенбайссера.

Правильнее было бы сказать: танцующая такса, так как не успела дверь открыться, как навстречу им, словно порыв ветра, вылетел красно-коричневый комок. Он лаял и одновременно крутился вокруг своей оси, подпрыгивая попеременно то вокруг Ани, то около Жасмин. Затем такса, как балерина, засеменила на задних лапах.

Аня из предосторожности подняла клетку, чтобы держать её подальше от Могли. Но дракон не издал ни звука.

– Могли, задержи хоть на мгновение свое дыхание. – Этот глубокий приветливый голос принадлежал господину Майзенбайссеру. Он был, как всегда, в клетчатой рубашке и зелёном жилете. Его волосы выглядели как общипанный белый ковёр из войлока. На носу восседали маленькие круглые очки.

– Ах, какой милый сюрприз! – воскликнул он. – Приятный визит. И кто тут у вас?

– Маленький дракон, – объяснила Аня, – мы хотели бы узнать, что он ест.

Брови господина Майзенбайссера вздрогнули и поползли вверх.

– Дракон? – пробормотал он.

– Он ужасно голоден, – добавила Аня. – Вчера он вылупился у нас из яйца и перевернул на кухне всё вверх дном. И у него меняется окраска. В зависимости от того, горячий он или холодный. Он даже плавал в воде, в которой варились спагетти, и с ним ничего не случилось.

Брови господина Майзенбайссера от изумления поднялись ещё выше.

– Ну, бывает же такое! Сейчас мы осмотрим этого удивительного зверя.

Могли продолжала танцевать, а Аня и Жасмин прошли вслед за господином Майзенбайссером в комнату. Там стояли только аквариумы и стеклянные ящики, в которых жили ящерицы. Ящерицы гекко и саламандры лениво лежали на камнях или сидели на ветках. Жили здесь даже два хамелеона, которые мирно дремали под включенной лампой. В огромной клетке порхали волнистые попугайчики. Господин Майзенбайссер освободил большой стол в гостиной, чтобы Аня и Жасмин могли поставить на него клетку.

– Ва-у-у-у! – завыла Могли.

– Вау! – раздался хриплый голос из угла, где сидели попугаи. Но после того как господин Майзенбайссер произнёс «Тссс!», все птицы сразу умолкли. Только Могли всё ещё виляла хвостом.

– Надеюсь, лай Могли его не испугал, – заметила Жасмин.

Но тут в наступившей тишине они услышали громкие звуки.

– Р-р-р-р, – доносилось из-под платка, – р-р-р-р!

– На страх это не похоже, – заметил господин Майзенбайссер.

Аня и Жасмин переглянулись и прыснули. Аня сняла с клетки платок. Дракончик лежал на подушках, свернувшись клубочком. Он всё ещё храпел и причмокивал во сне. И только когда господин Майзенбайссер начал громко смеяться, он проснулся и часто заморгал.

– Что тут у вас за принцесса? – Господин Майзенбайссер наклонился над клеткой. Дракончик увидел своё отражение в толстых стёклах его очков. Он издал озадаченный возглас: «Уф!» Затем он быстро дополз до края подушки и вытянул вперёд свои лапки.

– Аня, – пропищал он.

Это настолько озадачило господина Майзенбайссера, что у него рот открылся от удивления.

– Ого! – воскликнул он. – Я столько лет проработал в зоопарке, но говорящего пресмыкающегося ещё никогда не видел!

– Гав! – поддержала его Могли.

Аня быстро открыла дверцу клетки и не колеблясь протянула дракончику свою руку. Она и оглянуться не успела, как он спрыгнул с горы подушек на её ладонь. Его кожа была на ощупь прохладной и гладкой, как шёлк.

– Не бойся, – успокоила она дракончика, – это Могли и господин Майзенбайссер!

– Хайзенрайссер? – взвизгнул дракончик.

Жасмин захихикала.

Господин Майзенбайссер между тем оправился после первого изумления.

– Такого я ещё не видел! Это научная сенсация! – Господин Майзенбайссер растерянно почесал затылок. – Но самое странное – я тоже не знаю, чем питаются маленькие драконы. Это надо будет установить опытным путём.

– Мы пойдём сейчас в ресторан для ящериц?

Господин Майзенбайссер тихо рассмеялся и подмигнул Ане. Он, конечно, догадался, что Аня рассказала своей подруге очередную историю.

– Не то чтобы для ящериц… И тем не менее! Это лучший в мире ресторан! С большим количеством лакомств в меню. Мои ящерицы вылизывают себе после еды все десять пальцев на лапах. Идите за мной!

Рестораном была, собственно говоря, небольшая кладовая с множеством коробок и стеклянных банок. В них что-то шуршало и шелестело. Аня знала, что сейчас произойдёт. Она уже часто наблюдала за тем, как господин Майзенбайссер кормил своих ящериц.

– Лучше отвернись! Это достаточно противно, – прошептала она Жасмин. Но её подруга не дала себя запугать. Она с интересом наблюдала за тем, как господин Майзенбайссер брал насекомых и червей и перекладывал их в маленький ящик. Затем он взял пинцетом жирную личинку и помахал ею прямо перед носом дракона.

– Смотри, тут для тебя припасён симпатичный червячок! Это вкусно, вкусно, очень вкусно!

– И-и-и-и, – взвизгнул дракончик.

Следом за этим господин Майзенбайссер попробовал предложить ему дрыгающегося кузнечика.

– Фу-у-у, – прыснул дракончик и сморщил нос.

Не понравились ему ни сверчки, ни тараканы. Когда господин Майзенбайссер поднёс наконец к его носу кусочек сырой печени, дракон возмущённо покачал головой. При этом он сделал вид, словно ему плохо.

– Тяжёлый случай, – прошептал господин Майзенбайссер и убрал кусочек печени в коробку. Желудок дракончика урчал всё жалобнее. Ане хотелось помочь дракону, который смотрел на неё большими голодными глазами. И тут она вспомнила о Бейби-Бо. Когда тот был ещё совсем маленьким и был голодным, то всегда так же жалобно смотрел на неё. И тогда мама его всякий раз кормила.

– Ну, конечно! Ему нужно молоко! – воскликнула она. – Он ведь ещё младенец.

И Аня помчалась с маленьким драконом на кухню.

На кухне господина Майзенбайссера Аня достала из холодильника пакет молока. Затем она сняла с полки одну из пёстрых чашек с изображением коровы и налила в неё немного молока. Сделать это одной рукой было не так-то просто, так как на второй всё ещё сидел дракончик. Но едва он увидел молоко, как у него вырвался радостный крик – и он прыгнул.

Плюх! – разнеслось по кухне, и белая жидкость брызнула через край. А в чашке сидел маленький, очень счастливый дракон, молоко доходило у него до самого подбородка. Его, очевидно, очень мучила жажда, так как он сразу же начал жадно пить.

– Это и в самом деле более чем поразительно, – удивился господин Майзенбайссер.

Некоторое время все трое наблюдали за малышом. Он причмокивал и захлёбывался. Время от времени он складывал губы трубочкой и выпускал в воздух тонкую струйку молока.

Господин Майзенбайссер положил Ане и Жасмин руки на плечи и повернул их к себе. Его голубые глаза за толстыми стёклами очков были серьёзными.

– Вы ведь понимаете, что произойдёт, если кто-нибудь узнает об этом маленьком удивительном зверьке?

– Тогда его тут же засунут в какую-нибудь исследовательскую лабораторию, – мгновенно ответила Жасмин.

– Мы никому о нём не расскажем, – заявила Аня. – Пусть дракончик останется у нас до тех пор, пока не сможет вернуться в свою семью. Мы будем заботиться о нём и хорошо его изучим. Во всяком случае, мы уже знаем, что ему нравится молоко.

Господин Майзенбайссер задумчиво поправил свои очки.

– Да, мне кажется, это хорошая идея. Когда он немного подрастёт, мы посмотрим, что нам делать дальше. Сейчас он прежде всего не должен от нас убежать!

Жасмин и Аня кивнули. Затем все трое посмотрели на чашку.

– О нет! – воскликнула Жасмин.

У Ани от испуга по спине пробежали мурашки. Чашка была пуста. Только на поверхности стола и на плитках пола были видны белые молочные следы крошечных лапок. Как он смог так быстро и так незаметно исчезнуть?

В то же мгновение в гостиной возник оглушительный шум. Волнистые попугайчики жалобно щебетали, гигантские попугаи издавали резкие крики. Могли лаяла так, словно в дом ворвалась банда взломщиков.

Господин Майзенбайссер, Жасмин и Аня столкнулись в дверном проёме, когда все они одновременно хотели попасть в гостиную. Обменявшись взглядами, они друг за другом вбежали в комнату.

– Гром и молния! – в ужасе воскликнул господин Майзенбайссер. – Дети, прячьтесь скорее!

Аня слышала возбуждённое порхание волнистых попугайчиков и громкое «хлоп-хлоп-хлоп» больших птиц. Из предосторожности она ничком упала на ковёр. И как раз вовремя – через секунду было бы уже поздно, так как прямо над её головой пронёсся зелёный попугай. За его лапы, воровато усмехаясь, ухватился дракончик.

– Он выпустил всех попугаев, а теперь, как лётчик, управляет большими птицами! – закричала Жасмин. Она упала на пол рядом с Аней.

Попугай испуганно носился по комнате взад и вперёд. Он пытался сбросить дракончика, но у него ничего не получалось.

– Быстрее, ещё быстрее! – только покрикивал малыш. С потолка на пол со звоном упала люстра. Птица на лету задела стопку книг на самой верхней полке, она опрокинулась, и тяжёлые книги, издав глухое «бум-бум-бум», упали на паркет. Могли лаяла во всё собачье горло. При этом она беспорядочно носилась из стороны в сторону между книгами. Дракону, видимо, понравилось летать на птице. Аня видела, что он даже взмахивал своими крошечными крыльями, словно сам летел.

Когда попугай наконец пронёсся над головой господина Майзенбайссера, тот вытянул руку, пытаясь поймать дракона. Но, прежде чем он успел схватить виновника суматохи, дракон просто отпустил лапы попугая. Малыш просвистел в воздухе и прыгнул прямо на спину Могли!

Бедная такса не могла понять, что ей делать. С диким завыванием она бросилась наутёк. Дракончику ничего не оставалось, как вцепиться в ошейник собаки. Но это не помогло Могли. Она с лаем крутилась вокруг своей оси и пыталась скинуть дракона. А тот, как ковбой во время родео, крепко держался в седле. Собака прыгнула в сторону, затем выбежала через дверь в коридор. В мгновение ока она оказалась возле лестницы, ведущей на второй этаж.

– У-ух! – вырвалось у дракона.

Аня надеялась, что теперь он спрыгнет с Могли. Но дракончик, очевидно, не отважился на это.

– Пумогите! – послышался в коридоре его жалобный голосок. Могли прибавила ходу и помчалась наверх. На каждой ступеньке лестницы дракончика основательно встряхивало.

– А-а-ня-ня-я-я! – заикаясь, испуганно взывал он.

Аня помчалась вдогонку за Могли. Когда девочка достигла верхней площадки, она заметила, что такса в этот момент как раз прошмыгнула под массивный шкаф. По росту она точно могла пробежать под ним. Дракончик, напротив, под ним не помещался…

Бом! – раздалось следом за тем, как его попросту смахнуло со спины собаки и он плюхнулся на пол.

Жасмин, тяжело дыша, вбежала в комнату вслед за Аней:

– С ним ничего не случилось?

– Нет, думаю, у него только немного кружится голова, – облегчённо вздохнув, ответила Аня.

Могли – до смерти обиженная – выглядывала из-под шкафа. Она покинула своё укрытие только после того, как в комнату вошёл господин Майзенбайссер. Поскуливая, она прижалась к ногам своего хозяина.

Дракончик качал головой и стонал: «О-о-о-о». Его чешуйки постепенно приобретали мшисто-зелёное мерцание.

– О-о-о, ему совсем плохо от тряски по лестнице, – с сочувствием заметила Жасмин.

– Но он получил по заслугам, – строго сказал господин Майзенбайссер. Он нагнулся и в знак утешения потрепал Могли по голове.

– Пойдём домой! – слабым голоском попросил дракончик.

Затем он качнулся вперёд, и его вырвало на красивый светлый ковёр господина Майзенбайссера.

Вечером дракон всё ещё чувствовал себя не совсем хорошо. Он сам залез в клетку. Ему, видимо, нравилось это укрытие. Аня открыла все её дверцы. Малыш теперь опять восседал на своих шёлковых подушках. Он не предпринимал никаких попыток к бегству. Наоборот, он зарылся глубоко в подушки и обнял свой любимый мешочек из-под лаванды. Вся семья собралась вокруг клетки и решала, что делать с драконом. Папа и мама долго обсуждали это между собой и ещё дольше говорили по телефону с господином Майзенбайссером. Аня, Александр и Бо, конечно, хотели, чтобы малыш непременно остался у них. Но папа всё ещё не был в восторге от того, что у них появится ещё один член семьи.

– Мы будем хорошо следить за ним, – обещала Аня.

Даже Александр проявил настоящее мужество:

– Я никому ничего не выдам, честное слово! А если он захочет питаться мухами или червями, тогда я наловлю их для него.

– Бэ-э-э-э! – затошнило дракона, и он стал ещё зеленее.

– А я буду играть с ним, – быстро заверил всех Бо. – Я отдам ему всех моих Лупи!

Папа вздохнул и провёл пятернёй по волосам.

– Ну хорошо, – наконец сдался он. – Я в любом случае в меньшинстве. Но каждый из вас будет помогать! Исключений не будет. Даже во время каникул, понятно?

Аня ещё ни разу не видела, чтобы её младший брат так энергично кивал. И Александр в виде исключения обошёлся без своих обычных глупых шуток. Он серьёзно поднял руку для клятвы.

– Честное слово крутого капитана! – провозгласил он.

– Хорошо, значит, это мы выяснили, – заметила мама. – Но если он остаётся у нас, тогда ему необходимо имя. Есть предложения?

– Ракета, – выпалил Александр.

– Лупи! – Предложение Бо было для всех очевидно!

– Может быть, Снежок? – предложил папа. – В конце концов, Аня нашла его в снегу.

Аня смотрела на чудо-зверя. Его нос всё ещё был болотисто-зелёным, но, судя по всему, постепенно ему становилось лучше. Во всяком случае, он усмехался. Аня улыбнулась ему в ответ.

– Мне кажется, надо спросить самого дракончика.

– Классная идея, яйцеголовая! – насмешливо съязвил Александр.

– А почему бы и нет? Он ведь может говорить, – возразила Аня. – Он понимает всё, о чём мы говорим. Я убеждена, что через несколько дней он сможет по-настоящему разговаривать с нами.

Она спросила малыша:

– Какое имя тебе нравится?

– Лавундел. – Ответ прозвучал молниеносно, как выстрел из пистолета.

– Это слово он уже произносил раньше. Он имеет в виду лаванду? – спросила мама. – Из-за того что ему так нравится эта приправа?

– Очевидно, у него небольшой дефект речи, – заметил папа. – Произнеси ещё раз: Лаве-е-ендел!

– Лавундел, – настаивал дракончик.

Мама засмеялась:

– Итак, теперь у нас есть новый член семьи. Его имя… Лавундел Лукас!

Таким оно и осталось.

Зато в доме Лукасов теперь многое изменилось. Папа и мама действительно серьёзно говорили о помощи. Каждый получил задание: мама утром кормила Лавундела молоком. Вела она и дневник дракона, куда заносила всё о новом члене семьи, она также ежедневно звонила господину Майзенбайссеру. Кроме того, мама каждое утро усаживала малыша на кухонные весы, взвешивала его, а затем измеряла линейкой от носа до кончика хвоста. За первую неделю он вырос на полсантиметра и поправился на двадцать граммов. Красный плащ Барби был ему уже мал.

Время до обеда Лавундел любил проводить в рабочей комнате мамы. Он смирно сидел рядом с ней и, открыв рот, смотрел на экран компьютера.

Клетка Лавундела уже давно превратилась в настоящие царские покои. Мама вынула из неё все двери и решётку с одной стороны. Домик дракончика выглядел теперь действительно уютно. Справа и слева от кровати развевались маленькие занавески. Из его мешочка для лаванды мама даже сшила ему крошечную куклу.

После обеда Лавундел спал. Затем с ним играл Бо. Александр и Аня делали в это время уроки. Было весело наблюдать за тем, как маленький дракончик кряхтя брал двумя лапками один за другим кирпичики лего и тащил их к башне, которую они строили с Бо.

Александр был сильным и делал всё очень быстро. Ему ведь было уже одиннадцать лет. Кроме того, больше всего он любил играть в футбол. Поэтому он должен был следить за тем, чтобы Лавундел не выбежал в сад. Соседи ведь не должны были его увидеть.

Папиной задачей была закупка продуктов. Он приносил домой бесчисленное множество бутылок с молоком. Лавундел был, конечно, маленьким, но выпивал невероятно много молока. Никто не мог понять, как такое количество жидкости помещается в таком маленьком животе. Но белый напиток самым магическим образом исчезал в широко разинутой пасти дракончика.

Лавундел был особенно привязан к Ане. Каждый день он с тоской ждал, когда она выполнит свои домашние задания. Ведь после этого у неё появлялось время для него. Они вместе слушали музыку или играли втроём с Жасмин в игру «Поймай шляпу». При этом Лавундел получал удовольствие, надевая на голову один из островерхих колпачков. Он выглядел в нём как маленький волшебник.

Через несколько дней Лавундел произносил уже целые предложения, хотя иногда он ещё заменял в словах буквы. Дракон говорил не «бранить», а «брунить», не «лакрица», а «лукрица». Когда он произносил слово «окорок», то слышалось «окурок». Жасмин, почти ежедневно приходившую к ним в гости, он называл «Жасмун», при этом «у» было у него необычно протяжным. Зато он очень чётко произносил звук «и» – если он этого, конечно, хотел!

Восклицания «И-и-и-и!» или «Ах, боже мой!» вырывались у него всякий раз, когда он видел на тарелке шпинат или брокколи. Слово «мороженое» он произносил без всякого усилия. Он выкрикивал его часто, так как с удовольствием ел на ужин молочное мороженое, особенно если оно было густо посыпано лавандой.

По вечерам, когда папа и мама укладывали Бо спать, Аня и Лавундел проводили время за чтением книг. Лавундел уютно устраивался в своей постели среди подушек, укрывался клетчатым носовым платком и радостно восклицал:

– Кнуга!

При этом он имел в виду не нугу, которую едят, а книгу со сказками.

Тогда Аня доставала с полки толстую книгу и перелистывала страницы – сказку за сказкой, пока Лавундел не показывал на какую-нибудь картинку, которая ему в этот раз особенно понравилась. Затем девочка читала ему эту историю вслух.

Таким образом Лавундел прослушал уже множество сказок и выучил при этом много новых слов. Особенно любил он сказки о хитром гномике и отважном портняжке. В один из вечеров он обнаружил в книге картинку, которая его невероятно опечалила: рыцарь на коне, держа в руке длинное копье, сражался с драконом!

Аня вздрогнула. О господи! И почему она не додумалась сразу же перелистнуть сказку, в которой рассказывалось о битве героя с драконом? Может быть, Лавундел теперь боится? Аня быстро захлопнула книгу.

– Мы защитим тебя! – заверила она Лавундела. – Никто тебя не обидит! Таких рыцарей теперь уже не бывает!

Но настроение Лавундела было испорчено. Он залез под одеяло, больше ему не хотелось слушать сказки.

И на следующий день он выглядел несчастным и плаксивым. Играя, он раздражённо толкал из стороны в сторону львёнка Лупи и ссорился с Бейби-Бо. Вопли обоих разносились по всему дому до тех пор, пока мама не позаботилась о покое в семье. Но Лавундела не отвлекло даже любимое мороженое с лавандой.

– Может быть, он заболел? – озабоченно спросила мама.

– Нет, просто вчера он немного испугался, – ответила Аня и вздохнула. Она незаметно достала книгу со сказками и склеила вместе страницы, на которых были изображены поединки с драконом.

Все были обеспокоены самочувствием Лавундела, но ровно в семь раздался его тоненький голосок:

– Кнугу! Сей-час же!

Аня почувствовала облегчение. Но радовалась она слишком рано, так как на этот раз Лавунделу не нравилась ни одна из сказок, которые она ему показывала. Над сказкой «Хензель и Гретель» он запричитал:

– Заблудились в лесу! Глупая сказка! Хочу другую!

Тогда Аня попробовала почитать ему «Белоснежку».

– Там егерь выстрелил, – канючил дракончик. – О-о-о, больно!

А при чтении сказки «Снежная королева», в которой королева увезла маленького Кая в своё царство, он совсем расплакался.

– У-у-у-у! – как сирена, завывал Лавундел. – Совсем один во льдах и снегу. Бедный Кай!

Аня озадаченно наблюдала за тем, как из его глаз катились крупные слёзы. И тут она вдруг поняла, чего не хватало дракончику, – он вовсе не боялся рыцаря! Что-то иное на картинке опечалило его!

– Тебе не хватает других драконов, не так ли? – тихо спросила Аня. – Ты чувствуешь себя одиноким, тебе не хватает мамы, да?

Лавундел быстро кивнул, он смотрел на Аню большими круглыми глазами. Затем он вытер нос своим одеялом и вылез из постели. Он сел Ане на колени, скрестил ножки, как волшебник-сказочник, и серьёзно взглянул на неё.

– Я расскажу тебе скузку о Лавунделе, – торжественно произнёс он своим хрипловатым писклявым голоском. – Как-то раз жил-был маленький дракончик. Он жил в яйце. А яйцо лежало в гнезде друкона. Это вулкан с горячей лавой. Там было приятно тепло! Мама каждый день пела ему песни. И она обдавала его своим огнём. А однажды мама взяла яйцо с собой. Высоко в небо!

Аня представила себе маму дракончика. Она, видимо, тоже была белой, и на её чешуйках был красивый узор из снежинок.

– Друконы каждую зиму летят к самому красивому снегу на земле, – продолжал Лавундел свой рассказ. – В Сибурь. Туда, где есть ледяное море. Мамы друконов несут яйца на своих спинах. Друконы очень долго были в пути. Но внезапно раздались залпы – везде, очень громко! Всё гремело и шипело!

Аня задумалась. Затем её внезапно осенило.

– Это был новогодний фейерверк! – воскликнула она. – Конечно! Вы, видимо, летели над нашим парком ровно в полночь.

– Потом стало мучительно хулодно, – продолжал Лавундел. – Вутер завывал «И-и-и-и-и-и», и у Лавундела всё сжалось в животе, потому что он падал – вниз с большой высоты! А затем – плюмс! Снег. Холод. И я один. Как Кай или Белоснежка – один в лесу.

Теперь и Ане стало грустно. Вот как Лавундел, оказывается, попал в парк. Его мама от испуга потеряла яйцо, когда летела над парком! Бедный! Она пальцем погладила зубчатую спинку дракончика.

– Твоя мама тоже скучает по тебе, – утешила она его. – Она тебя, видимо, всюду ищет. Она обязательно вернётся!

Но при этих словах у неё по спине пробежали мурашки. Что произойдёт, если мама Лавундела и в самом деле появится на их улице? Гигантский дракон, который может извергать огонь? Она вспомнила, как Александр изображал чудовище, пожирающее людей.

У Лавундела вырвался глубокий вздох.

– Мама друкона не заметила, что Лавундел исчез. Она полетела вместе со всеми дальше, в Сибурь. Я должен дождаться, когда она вернётся. Если я быстро научусь летать, я смогу найти маму!

Следовательно, обстоятельства складывались так: Лавундел должен был расти и учиться, чтобы улететь затем со всеми другими драконами. Аня задумчиво осмотрела маленькие крылышки – до этого дня было ещё далеко. Было не слишком хорошо думать так, но втайне она радовалась, что Лавундел ещё долгое время будет находиться в их семье. Но она, конечно, была готова сделать всё для того, чтобы он больше не грустил. Только как можно было разогнать его тоску?

– Значит, ты настоящий дракон, извергающий огонь? – спросила она. – Поэтому ты так любишь тепло?

Лавундел быстро кивнул.

– Люблю, чтобы было жарко! – сказал он. И его взгляд, по крайней мере, немного потеплел.

– И в твоём драконьем гнезде всегда было очень тепло? – задала Аня свой следующий вопрос.

Глаза Лавундела просто засияли.

– Тогда я знаю, как мы можем устроить тебе здесь по-настоящему хорошее гнёздышко, – воскликнула Аня.

Она вскочила и помчалась напрямик в ванную комнату. Там на полке лежали две большие грелки. А в коридоре, в шкафу, она нашла мягкое шерстяное одеяло, подаренное бабушкой Траудел. Через некоторое время она переоборудовала домик Лавундела в настоящую пещеру дракона. Одеялом она укрыла всю клетку. Теперь в клетку можно было заглянуть только с одной стороны. В ней царил полумрак. И там, в тёплом углу, лежал маленький счастливый дракончик. Он уютно устроился между двумя грелками, как кусочек окорока между двумя ломтиками хлеба, и чувствовал себя просто прекрасно.

– А теперь я расскажу тебе настоящую сказку про драконов, – начала Аня. – Как-то раз маленький дракон летел в яйце вместе со своей мамой и другими драконами в Сибирь. Мама потеряла его в пути, но не заметила этого и полетела дальше. Но когда она обнаружила, что потеряла яйцо, она заплакала горючими драконьими слезами, так как ей очень не хватало её маленького сыночка. Она очень беспокоилась о нём. Но маленькому дракону повезло, потому что он попал в семью Лукас. С каждым днём он становился всё больше и всё сильнее и научился наконец летать. Когда он в первый раз поднялся в воздух, то увидел высоко в небе другого дракона! Он не верил своим глазам – это была его мама! Она совершила этот далёкий перелёт назад из Сибири, потому что всё это время искала его! Они обрадовались встрече и полетели дальше вместе. При этом они кувыркались в облаках и скатывались вниз по радуге, как по горке. Вечером маленький дракон заснул в вулкане. Его мама пела ему драконью колыбельную и обещала, что никогда больше не оставит его одного. И с той поры они, довольные и счастливые, жили в стране драконов.

– Страна друконов, – донеслось из разогретой пещеры счастливое сонное бормотание. Потом послышался негромкий храп.

– Это и в самом деле хорошая сказка, – прошептал кто-то за спиной Ани. Она оглянулась. Её родители стояли в дверях и тихо слушали её историю. Мама смотрела на неё сияющими глазами.

Вскоре Лавундел так хорошо освоился в семье Лукас, что почти забыл о своей ностальгии. По утрам мама теперь поила его хорошо разогретым молоком. Между тем наступил уже февраль. Дракончик выучил почти наизусть большинство сказок из Аниной книги, поэтому девочке каждый вечер приходилось придумывать ему новые истории. Лавундел уже не так часто играл с мягкими игрушками Бо, теперь ему больше нравились настольные игры. Особенно ему понравилось играть с кубиком, он пинал его, как футбольный мяч, и гонял по всему столу. Но, несмотря на это, ему всё чаще становилось скучно. Он жаловался на то, что ему нельзя выходить в сад. Жасмин часто приходила к ним в гости, чтобы у дракона было какое-то разнообразие в играх.

– Фу, здесь действительно жарко! – вздыхала она и обмахивалась тетрадью для математики.

– Он ведь настоящий огненный дракон, – объясняла Аня. – Чем жарче у нас, тем ему приятнее.

– Он бы с удовольствием плавал в воде, где варятся спагетти, – добавил Бейби-Бо. – Но мама не разрешает.

– За это я ей тоже очень благодарна! Лапша в драконьем отваре, фу!

– Драконий пи-пи, – дерзко вставил Лавундел.

– Бэ-э-э-э, – вырвалось у Жасмин и Бо, обоих передёрнуло.

Аня и Лавундел заговорщически переглянулись. Девочка не могла себе представить, как они раньше жили без дракончика. У неё было ощущение, словно у неё появился третий брат – но этот для разнообразия был нежным и не таким нервным, как остальные. В любом случае Лавундел был братом, о котором никто не должен был узнать. И постепенно это превратилось в проблему. Ане становилось тяжело на душе, когда она думала о своём дне рождения. Уже в течение нескольких недель она думала о большом празднике и заранее радовалась ему.

– Я тоже хочу праздновать! – каждый день с сияющими глазами восклицал Лавундел. – Я тоже хочу развурачивать подарки! – Именно об этом мечтала и Аня.

А когда Бейби-Бо к тому же рассказал, что все гости в этот день должны прийти одетыми в костюмы пиратов и что ожидается даже торт в форме черепа, дракончик совсем потерял голову. А так как у настоящих пиратов в книгах всегда были попугаи, то он притащил в свою пещеру тряпичного Лупи-попугая из красного плюша. При этом его совершенно не смущало, что тряпичный попугай был чуточку больше, чем он сам.

– Скузку про пиратов! – требовал он теперь каждый вечер. И Аня выдумывала самые невероятные истории о капитане Драконьей Бороде.

За несколько дней до ожидаемого торжества вся семья сидела в растерянности за ужином и подавленно ела лазанью. Только Лавундел был в прекрасном расположении духа. Он уютно устроился на диване между двумя наушниками и с удовольствием слушал детский компакт-диск, поэтому не слышал проходившего за столом обсуждения. Аня чувствовала себя почти предательницей, так как речь шла о нём и об Анином дне рождения.

– Итак, дети, – сказала наконец мама, – мы с папой долго над этим раздумывали. Но как бы нам не было жалко, мы не можем позволить Лавунделу присутствовать на празднике у Ани. Никто не должен знать о его существовании. Это ведь всем нам понятно. Нам становится всё труднее прятать его даже в обычные дни. А во время праздника это будет просто невозможно.

Но Аня была полна решимости сражаться за дракончика.

– Мы с Жасмин кое-что придумали, – начала она. – Его никто не увидит. Мы посадим Лавундела на абажур лампы. Жасмин попробовала сделать это дома с куклой Барби, и всё прошло великолепно. Родители Жасмин до сих пор ещё не обнаружили куклу. Никто не смотрит наверх! Особенно если внизу все празднуют.

Папа и мама посмотрели наверх, на лампу. Вокруг неё висел пузатый плетёный абажур. Подарок к Рождеству от бабушки Траудел. Но папа покачал головой.

– Хорошая идея. Но тем не менее – не получится.

– Почему не получится? – возмутилась Аня.

– Ты ведь сама не веришь, что Лавундел сможет сидеть там спокойно! – возразил папа. – А на раскачивающийся абажур все обратят внимание, поверь мне!

– Он будет сидеть совсем тихо, – настаивала Аня.

– Но он ведь как маленький ребёнок, – включилась в разговор мама. – Если он возбуждён, остановиться он не может!

– Точно! Он ведь ещё маленький, – очень кстати вмешался в разго-вор Бо.

Аня бросила на младшего брата разъярённый взгляд. Маленький предатель! Конечно, он опять хотел стать любимчиком у родителей, поэтому он должен был подчеркнуть, что он старше Лавундела и ему больше разрешено.

– А если я буду следить за ним? – спросил Александр.

– Как? – поинтересовался папа. – Ты хочешь простоять целый день под лампой?

– Нет, но я надену костюм пирата, в который входит бочка с порохом. Я просверлю в ней несколько дырочек и посажу в неё Лавундела. А он прекрасно знает, что со мной ему не разрешено делать глупости.

Лицо Ани начало просто светиться от счастья. Она бы никогда не осмелилась носить Лавундела по комнате между гостями, но идея была крутой!

– Я не знаю, – протянула мама.

– Это ведь нечестно, если его не будет с нами, – добавила Аня. – Мы ведь не можем всегда лишать его всех развлечений.

– И тем не менее, – со вздохом произнёс папа. – Мы должны это делать.

Аня и Александр обменялись возмущёнными взглядами. Это было последней каплей. Лавундел ведь не был матерчатым Лупи, которого можно было просто положить в ящик шкафа, если он не был больше нужен!

– Он ещё очень маленький и слишком неосторожный, – заметила мама. – Он не может остановиться.

Аня начинала всё больше сердиться. И тут у неё вырвалось достаточно глупое восклицание:

– Но тогда Лавундел не единственный, кто не может остановиться. Давайте запрём и Бо в его комнате и запретим ему появляться на празднике.

Бейби-Бо от неожиданности захлебнулся своим соком, закашлялся и чихнул. Вырвавшаяся из его рта оранжевая струя обдала лазанью.

Александр тоже закашлялся – но не от испуга, а от смеха.

– Эй-эй! – закричал он. – А ведь это решение! Мы запрём тыквенную голову в подвале, а Лавунделу наденем жёлтый шлем. Гарантирую, никто не заметит подмену!

Аня всё ещё негодовала, но, представив себе эту картину, она тоже прыснула.

– Нет! – заорал Бо.

– Старшие, прекратите немедленно! – приказала мама.

Но было уже слишком поздно. Аня и Александр хохотали, зажав уши, потому что Бо ревел и звучало это как циркулярная пила.

– Ведь это была только шутка! – воскликнул Александр.

Теперь Бо выглядел действительно недовольным.

– Дураки! – заплакал он ещё сильнее и от злости нарочно опрокинул бутылку с водой. Звякнув, она упала, и вода полилась на великолепную лазанью.

– Прекратите! – загремел папа. – Все трое!

– Я ведь ничего не сделал! – крикнул Александр.

– Бутылку опрокинул Бо! – воскликнула Аня, тоже возмущённая замечанием.

И тут все заговорили разом. Папа всех ругал. Бо заорал так громко, что его не могла успокоить даже мама. Наоборот, он начал дрыгать ногами, а затем спрыгнул со стула. При этом он нечаянно схватился за скатерть, в которой запуталась его нога. Оранжевый сок брызнул на Анины брюки.

– Осторожно! – закричала мама.

Но на пол уже летели тарелки и столовые приборы. Стоял оглушительный шум!

Бо вылетел из-за стола и потопал вверх по лестнице. С дивана раздалось хихиканье: «Хи-хи-хи». Лавундел снял наушники и с интересом наблюдал за происходящим. Аня предостерегающе приложила палец к губам, потому что папа выглядел так, словно он сейчас взорвётся. О-о-о, вот тогда их ждут настоящие неприятности! Лавундел понял и захлопнул рот своей маленькой драконьей лапкой. Мама бросила салфетку на стол и вскочила.

– Это просто сумасшедший дом! – крикнула она и побежала за Бо. Притихшие Аня и Александр вместе с папой остались сидеть за столом.

– Вы видите, – строго сказал папа. – Вы втроём, даже без дракона, устраиваете такую неразбериху! И вы хотите следить за Лавунделом? Нет, праздник состоится без него. А чтобы вам в голову не пришли новые глупые идеи, он покинет наш дом до воскресенья!

И вот в пятницу вечером на пороге их дома появился господин Майзенбайссер, чтобы взять к себе несчастного Лавундела.

– Не беспокойся, – сказал господин Майзенбайссер, заметив, что у Ани опущены уголки губ, – у меня ему не будет скучно.

– Но завтра я хочу быть пиратом, – заявил Лавундел.

– В воскресенье мы устроим ещё один праздник, – попыталась утешить его Аня, – праздник только для тебя и меня. И я оставлю тебе большой кусок торта.

– Фу-у, – обиженно протянул Лавундел.

– Всё обойдётся, – заметил господин Майзенбайссер. Он подмигнул Ане. – Сегодня вечером мы посмотрим фильм о пиратах. Это доставит ему удовольствие.

Но для Ани это был тем не менее грустный вечер. Ей очень не хватало Лавундела. И она не могла себе представить, что без него получится действительно хороший день рождения. Но когда она проснулась утром, её настроение было всё-таки намного лучше, чем накануне. Она выпрыгнула из постели и закричала:

– У меня сегодня день рождения!

Но, как ни странно, ей никто не ответил. Босиком и в пижаме она пробежала по коридору. Была суббота, но не работало даже радио. Спальня родителей была пуста, Александра и Бо тоже не было в их комнатах. На двери ванной висела табличка. На ней было написано: «Грот, наводящий ужас». Что здесь происходит?

– Эй, где вы все? – позвала она. – Мне уже исполнилось восемь лет!

Не послышался ли ей сдавленный смех внизу, в гостиной? И Аня, перепрыгивая сразу через две ступеньки, побежала вниз. Когда она вбежала в гостиную, то от неожиданности остановилась, она не могла поверить своим глазам. Её родители ночью тайком превратили комнату в сокровищницу пиратов!

Повсюду висели цветные фонарики с нарисованными черепами. В ящиках и прямо на ковре были разбросаны поблёскивавшие монеты, их охраняли попугаи Лупи. Но самым классным был диван. Он стоял теперь посреди комнаты на покрывале цвета морской волны. Между валиками торчала длинная ручка метлы, к верхней части которой был привязан настоящий флаг с черепом. Её собственный пиратский корабль! Анина кукла Барби была прикреплена скотчем к верёвке. Правильно, на носу корабля обязательно должен быть гальюн – женская фигура!

– Капитан Эй! Сердечные поздравления с днём рождения! – зазвучало вдруг со всех сторон. А затем из-за кресел и штор выскочила орда диких пиратов. Её родители и братья – все в пиратских костюмах. Страшнее всех выглядел папа. Он закрасил себе зубы чёрной краской, а на правый глаз надел чёрную повязку. На его плечи был накинут красный плащ, а на ногах были полосатые пиратские штаны. Александр даже наклеил себе пышную бороду. Мама была невестой пирата, на ней была пёстрая юбка, сшитая из лоскутков. Только Бо не смог, конечно, расстаться со своим велосипедным шлемом, но на нём тоже красовалась картинка с черепом.

– Ваша шляпа, капитан Драконья Борода! – сказала мама и, сделав реверанс, протянула Ане пиратскую шляпу.

Затем все заревели:

– Да здравствует капитан!

– Слушай мою команду! – закричала Аня и прыгнула на диван. Она была очень рада всему. Но всё-таки ей было чуточку грустно. Здесь явно кого-то не хватало – Лавундела, самого маленького пирата из всех.

Сразу же после полудня всё закрутилось полным ходом. С приветствиями прибежали гости: Жасмин в костюме матроса, Кристина, которая обычно всех подкалывала, но была очень весёлой. Наоми – знаменитая спортсменка. И Салли – Большой Рот с крутыми рыжими локонами. Это был самый классный день рождения в её жизни. Даже Бейби-Бо вёл себя соответственно. Он разливал ром из бутылок и провёл бой со страшным морским монстром. Хорошо, Аня должна была согласиться, ром имел вкус яблочного сока. А морским монстром был на самом деле Александр, который натянул себе на голову Лупи-крокодила, но это не имело значения. Мама даже включила настоящую пиратскую музыку. Папа был пиратом Чёрный Зуб и рассказывал истории о монстрах. Даже торт выглядел устрашающе с множеством черепов из марципана!

– Так, а теперь, пираты, приказываю покинуть корабль! Ё-хо-хо! – крикнула мама. Она держала в руках букет из воздушных шаров. В каждом из них лежала скрученная трубочкой записка. – Кто первым найдёт спрятанные сокровища, того ждёт сюрприз!

Кристина схватила шарик, и он тут же лопнул в её руках.

С сияющими глазами Аня развернула карту. Она просто заверещала. Мама нарисовала карты на компьютере, и они выглядели как настоящие! На самом верху было написало «Проклятый остров». Но было очевидно, что имелся в виду их сад. С грохотом лопались остальные шарики, и вся ватага с воинственными криками выбежала в сад. Все получили огромное удовольствие. Аня наблюдала за тем, как её подруги с энтузиазмом считали шаги и искали между кустами стрелки и записки с указаниями. При этом она подумала о Лавунделе – его бы очень обрадовали поиски сокровища. Эта мысль опечалила Аню.

– Гав! Гав! Гав! – раздался внезапно грозный лай.

Наоми от испуга вскрикнула. За забором прыгала огромная лохматая собака и отчаянно лаяла. Самая отвратительная в мире собака!

– Это только Принц, – попыталась успокоить своих подруг Аня. – Собака наших соседей.

Прошло всего несколько секунд, и по снегу к забору подбежал хозяин Принца. Господин Хек. Самый отвратительный сосед в мире! Такой же громкий, как Принц, и такой же волосатый. А детей он переносил ещё хуже, чем его собака.

– Что означает этот шум? – рявкнул он.

– Аня празднует свой день рождения, – попыталась успокоить его мама.

Господин Хек уставился на её юбку, всю в заплатках, затем взглянул на Анину маму так, словно она сошла с ума.

– И всё-таки это нарушение спокойствия! – настаивал он.

Аня скосила глаза в сторону соседнего дома. Штора шевелилась. Фрау Хек конечно же с любопытством наблюдала за всем из окна. Они её, собственно, звали не просто фрау Хек, а фрау Хек-Заноза.

– Гав! Гав! Гав! – неистово лаял Принц.

– Единственные, кто нарушает здесь спокойствие, – это вы и ваша собака, – сказала Салли – Большой Рот.

Господин Хек стал пурпурно-красным.

– Если этот гам в саду сейчас же не прекратится, я вызову полицию!

Мама подозвала девочек к себе.

– Идёмте в дом, – тихо сказала она. – Мы не будем здесь ссориться, а пойдём праздновать дальше в доме.

– Какой дуралей! – не могла успокоиться Салли.

– Тссс! – произнесла Жасмин. – Ты хочешь, чтобы он тебя услышал?

– Мне всё равно! – проворчала Салли. Другие девочки захихикали.

– Не злись, – прошептала мама. – Мы подождём. Когда господин Хек пойдёт гулять с собакой, мы продолжим наши поиски в саду. А сейчас мы поиграем в ужасном гроте – мы попробуем потопить бумажные кораблики!

В это мгновение Принц опять начал лаять как сумасшедший. Но только когда Кристина пронзительно закричала: «Смотрите! Там, наверху!» – Аня тоже заметила, что происходит что-то необычное. Окно в соседнем доме распахнулось, и фрау Хек высунула свою голову. На голове у неё были бигуди, а помада на губах была размазана.

– Гельмут! – крикнула она своему мужу и показала наверх.

Аня подняла голову и остолбенела. По небу летели два зелёных попугая, которые были ей слишком хорошо знакомы!

– Это ведь попугаи господина Майзенбайссера, – прошептала Жасмин.

Аня вздрогнула, предчувствуя недоброе. И точно, она уже слышала, как тоненький голосок воинственно вещал:

– Пират Эй!

– Ой, посмотрите! К маленькому попугаю что-то привязано! – закричала Салли.

У Ани перехватило дыхание, ей не хватало воздуха. Да, к нему было что-то привязано. Остальные, к счастью, ещё не могли этого разглядеть. Но она слишком хорошо знала, кто это был – это был самый маленький в мире пират. И сейчас он как раз пытался взять на абордаж её праздник!

– Это ведь Лавун… пчи! – крикнул Бо. Закончить он не смог, потому что мама закрыла ему рот рукой.

– Девочки, идёмте в дом! – торопливо крикнула она.

Большие попугаи, широко расправив крылья, разлетелись в разные стороны. Один направился в сторону девочек. Крича и смеясь, те побежали в дом, в безопасное место. Только Аня пошла назад в сад, так как второй попугай летел прямо к окну, из которого выглядывала фрау Хек-Заноза!

– В укрытие, Хильдегард! – крикнул господин Хек.

Но несчастье уже произошло. Возбужденно хлопая крыльями, попугай завис в воздухе. Прямо перед носом фрау Хек-Занозы. Она могла видеть Лавундела, так сказать, крупным планом – глаза в глаза.

– А-а-а-а! – заорала она так, что бигуди на её голове закачались. – Чудовище!

– А-а-а-а! – заорал Лавундел, по крайней мере так же неистово. От испуга он отпустил ноги попугая, и, просвистев по высокой дуге в воздухе – с-с-с-ст! – дракончик камнем упал в снег. Затем он исчез.

Не прошло и пяти минут, как перед их дверью появились полицейские, потому что фрау Хек-Заноза в панике сразу же схватилась за телефон. Попугаи сидели на крыше дома и напряжённо наблюдали за переполохом в саду. Принц всё ещё лаял. Фрау Хек-Заноза дрожала от страха и возмущения. Папа пытался успокоить соседей. Подруги Ани находили всё это просто великолепным, но Аня беспокоилась о Лавунделе. Где он мог спрятаться? Мама сразу же побежала в дом, чтобы позвонить господину Майзенбайссеру.

И вот уже в их сад вслед за господином Хеком вошёл полицейский. Сначала он достал блокнот и ручку, затем осмотрелся.

– Ещё только что оно было прямо перед моим носом! – жалобно причитала фрау Хек-Заноза. – Ядовитое маленькое чудище! Он держался за лапы попугая.

Полицейский с сомнением наморщил лоб.

– Вы хотите сказать, что оно летело? Вместе с попугаем?

Фрау Хек-Заноза быстро кивнула – и бигуди закачались в такт.

– Да! На глазу у него была повязка, как у пирата. Из половинки грецкого ореха, как мне показалось. И нарисованная борода.

– Повязка на глазу, – повторил полицейский, – из ореховой скорлупы. И борода!

Хек-Заноза кивнула:

– Он хотел схватить меня. Это дети натравили его на меня!

– Мы не делали этого, фрау Ужасная Заноза! – закричала Аня. О чёрт! Она прикусила нижнюю губу. Что за слова у неё вырвались!

– Как ты меня назвала? – разозлилась соседка. – Ты, наглая девчонка, ты…

– Ну-ну-ну, – раздался внезапно за спиной Ани низкий приятный голос. – Ну, кто может сказать такой милой и приветливой соседке такие злые слова?

Аня оглянулась через плечо. За её спиной стоял настоящий пират! Его глаз закрывала чёрная повязка, на голове красовалась огромная шляпа, а к подбородку была приклеена чёрная борода. Вдобавок ко всему – длинный красный плащ. Пират заговорщически подмигнул ей одним глазом. Этот глаз был голубым. У пирата не было очков, и одевался он, по-видимому, в большой спешке. Борода явно принадлежала Александру, а плащ – папе.

– Простите меня, милостивая государыня! – приветливо сказал он фрау Хек-Занозе, приподнял шляпу и глубоко поклонился. При этом можно было полюбоваться красным пиратским платком, который он повязал вокруг головы. – Я Мартин Майзенбайссер. Боюсь, что это я повинен во всей этой кутерьме. Эти смелые пираты отмечают сегодня день рождения. А я должен был дать небольшое представление со своими попугаями. Но обе мои птицы упорхнули.

Он взглянул наверх, в сторону крыши, свистнул, и оба попугая, громко хлопая крыльями, опустились ему на плечи. Подруги Ани и Александр дружно зааплодировали.

– Именно так, – поспешно подтвердила Аня. – Это было моё пожелание ко дню рождения. Шоу… э-э-э… в воздухе с большим волшебником-пиратом Красным Фраком…

– Да, чудовище! – Господин Майзенбайссер хлопнул себя по лбу, словно он только сейчас вспомнил о нём. – Правильно, это я должен объяснить. Смотрите сами. – И он, как маг-волшебник, опустил руку в свою шляпу. А когда он её вынул, на его ладони сидел ручной хамелеон. Он был тёмно-синим.

– Это ведь была моя Лола, – объяснил господин Майзенбайссер. – Она совершенно безобидна. Вместе с попугаями она совершила небольшое путешествие. Я только что нашёл её в снегу около забора.

Фрау Хек-Заноза возмущённо затрясла головой.

– Это не чудовище! Тот зверь был белым, и у него были крылья!

– Крылья? – спросил полицейский, – я думал, что он летел, уцепившись за попугаев?

– Сейчас он, конечно, не белый, – вставил Александр. – Ведь это было бы нелогично. В конце концов, Лола – хамелеон. А они принимают окраску окружающей среды, Лола сейчас опять тёмная, потому что пряталась в тёмной шляпе.

– Но у того были крылья, – настаивала фрау Хек, – а у этого животного их нет!

Теперь даже господин Хек с сомнением наморщил лоб. Полицейский убрал в карман блокнот и карандаш.

– Возможно, вы от испуга ошиблись, – сказал он. – Я, во всяком случае, нигде не вижу чудовища. И уже тем более не вижу чудища с крыльями и бородой.

Затем он повернулся к господину Майзенбайссеру и строго сказал:

– А Вы должны лучше следить за своими животными!

Когда полицейский повернулся и ушёл из сада, Аня вздохнула с облегчением.

– Идём домой, Хильдегард, – сказал господин Хек. – Кто знает, что ещё в шляпе у этого типа с хамелеоном.

Но фрау Хек-Заноза не могла позволить так быстро уговорить себя. Прежде чем уйти домой, она ещё раз повернулась к Ане.

– Я до вас ещё доберусь, – продолжала она браниться. – Мне безразлично, что вы от меня прячете, но я ещё выведу вас на чистую воду!

Все с облегчением вздохнули, когда за господином Хеком, его женой и собакой закрылась дверь их дома.

– Дети, идёмте со мной, – позвала всех мама. – После такой кутерьмы у нас будет горячий яблочный пунш.

– Лавундел сорвался, а теперь прячется где-то в саду, – шепнула Аня господину Майзенбайссеру.

– Я знаю, – пророкотал тот. – Этот маленький сорванец стащил у меня ключи от входной двери и выпустил попугаев.

Аня осмотрела сад, но дракончика нигде не было видно. Она надеялась, что с ним всё было в порядке! Занавеска на окне соседнего дома опять зашевелилась – Аня видела, что фрау Хек-Заноза наблюдала за ней. Следовательно, сейчас она не могла пройти по саду и позвать Лавундела. Но затем у неё появилась идея.

– Вы взяли с собой Могли? – спросила она господина Майзенбайссера. Тот только кивнул. – Тогда я выпущу таксу в сад. Она, конечно, сможет найти след Лавундела!

– Хорошая идея, – откликнулся господин Майзенбайссер и посадил Лолу назад в шляпу. – Ты поищешь этого пройдоху, а я в это время развлеку твоих гостей.

Могли пришлось выманивать в сад, засыпанный снегом. Но, несмотря на это, она сразу поняла, кого она должна была искать. Когда собака начала рыскать по саду, снег летел во все стороны из-под её лап. Это выглядело так, словно Аня просто вывела Могли погулять. И скоро занавеска на соседнем окне опустилась. Фрау Хек-Занозе, видимо, надоело шпионить за Аней.

Затем собака бежала по свежему следу вдоль забора. Около яблони, где было углубление в снегу, она остановилась. Здесь можно было разглядеть на снегу крохотные следы. Могли начала подпрыгивать и отчаянно лаять. Теперь и Аня увидела мамину шкатулку с украшениями, которая была хорошо спрятана между ветками на нижнем разветвлении дерева. Сокровища!

– Хорошая работа, Могли! – прошептала она и потрепала собаку по спине. Девочка подтянулась и, приложив некоторое усилие, сумела вытянуть шкатулку. В ней что-то перекатывалось и позвякивало.

– Ой! – Из-под крышки послышался приглушённый стон. У Ани отлегло от сердца. Она открыла крышку и увидела Лавундела. Нарисованная борода совсем размазалась, а повязка съехала набок. Он лежал между шоколадками и лакричными ракушками и просто сиял.

– Пират Эй! – пискнул он. – Хочу праздника!

– Для тебя он уже закончился, – прошептала Аня. – Пока мои подруги не уйдут домой, ты останешься в этой шкатулке, не будешь даже шевелиться. Понял?

Лавундел молча кивнул.

– Принц, взять! – раздалась команда по ту сторону забора. Ну, просто класс! Собака вернулась! Она залилась лаем. Бедная Могли испугалась и спряталась за Аней.

– Гр-р-ры-ы! – раздалось внезапно грозное рычание.

Принц мгновенно перестал лаять и недоверчиво посмотрел на Могли.

– Гр-р-ры-ы! – услышала Аня новые раскаты. Это напоминало грозное рычание собаки-монстра. Но звуки эти исходили не от собаки, их издавал Лавундел. Вернее, пустой желудок Лавундела. Но Принц видел только маленькую таксу. Он испуганно поджал хвост и, поскуливая, побежал к дому.

Могли была озадачена, но затем поняла, что Принц испугался именно её.

– Гав, гав, гав! – залаяла она вдогонку противнику. Потом такса гордо выпрямилась.

Аня была уверена: если бы Могли умела смеяться, то она непременно сделала бы это.

После дня рождения Ани Лавунделу запретили не только гулять, но даже сидеть на подоконнике и смотреть в сад. Мама боялась, что Хек-Заноза могла его увидеть. К сожалению, это означало, что все дети семьи Лукас тоже находились под домашним арестом. Они постоянно были заняты дракончиком, стараясь не спускать с него глаз.

После празднования дня рождения Ани у Лавундела появилось новое любимое словечко. Он произносил его при любой возможности. Оно звучало так: «скучно».

– Скучно, – жаловался он, когда Аня хотела поиграть с ним. – Ску-у-учно! – начал он капризничать, когда Жасмин пришла к ним в гости и разложила перед ним настольную игру. – Ску-у-учно! – ныл он, когда Бо предлагал ему посмотреть фильмы-сказки.

– Раз ему всё время скучно, то пусть помогает нам в работах по дому, – проворчал за ужином папа. – Вот тогда он узнает, что такое «скучно».

Аня ковыряла вилкой в своём картофельном пюре, но при этих словах папы она бросила взгляд в сторону дивана. Лавундел, надув губы, опять устроился между своими грелками. Аня вспомнила, каким счастливым было его лицо с нарисованной пиратской бородой. Она понимала, что ей надо что-нибудь придумать. Настало время, когда к дракону было уже нельзя относиться как к пленнику.

– Я точно знаю, что с ним происходит, – начала она.

– Мы тоже, – одновременно нервно ответили папа, мама и Александр. – Ему ску-у-учно.

– Да, но это ведь неудивительно, – продолжала Аня. – Ему нужны развлечения!

– По-моему, приключение с фрау Хек-Занозой было достаточно острым, – заметил папа.

– Но ему надо разрешить выходить из дома, – настаивала Аня. – Попробуйте представить себе, какие чувства он испытывает: его заперли и им командуют. При этом он ведь дракон, а не комнатная собачка. Ему нужен свежий воздух. И напряжение, и удовольствия!

– Но ты же сама видела, что произошло, когда он вышел из дома, – напомнила мама.

– Тогда мы должны выпускать его там, где его никто не увидит, – сказала Аня.

– На луне? – спросил Александр.

– Это не смешно! – раздражённо воскликнула Аня. – Я говорю серьёзно! Мы не можем запереть его навсегда.

– Да, всё это так, – согласилась мама и вздохнула. – Но как мы сможем выпускать его из дома, чтобы этого не видели фрау Хек-Заноза или другие люди?

– Может быть, выпускать его в саду господина Майзенбайссера? – предложил папа.

– Нет, его сад слишком маленький, – ответила Аня. – А Лавунделу нужно много места, чтобы он мог карабкаться по деревьям и бегать. Ему нужно место, где он сможет открыть для себя много нового.

– Мой детский сад! – закричал Бо и поднял руки вверх. – Я незаметно возьму его с собой. В коробке для завтрака.

– Даже не думай об этом! – произнесла мама, и на лбу у неё появилась предостерегающая морщинка.

– Футбольный стадион, – предложил Александр. – Там, по крайней мере, много места.

Аня напряжённо размышляла.

Было ли это самым привлекательным местом для маленького Лавундела? Возможно… джунгли? С лианами, по которым он мог бы перебираться с дерева на дерево. Но они здесь не росли. Хотя…

– Детская игровая площадка с аттракционами в городском парке! – выкрикнула она затем. – Там он сможет карабкаться и шалить. А на лужайке Александр сможет играть с ним в футбол.

– Да, пока не придёт следующий игрок и не обнаружит его, – ввернул папа. – Не говоря уже о том количестве детей, которые там постоянно играют.

Теперь просветлело лицо Александра.

– Но ночью там никто не играет, – заметил он, таинственно понизив голос. Он встал и поднял руки, как маг-волшебник. – Дамы и господа, добро пожаловать на большой футбольный матч с участием дракона! Матч состоится в полночь в городском парке! – низким голосом торжественно провозгласил он.

Наконец наступил вечер пятницы. Лавундел уже в течение нескольких дней был так взволнован, что почти не мог спать. Когда в половине двенадцатого у входной двери раздался звонок, он закричал: «Эгей!» – и бросился в коридор.

– Гав! Гав! – приветствовала его Могли и, виляя хвостом, начала плясать вокруг него. После происшествия с Принцем они хорошо понимали друг друга.

– Всё готово? – спросил господин Майзенбайссер и деловито потёр руки. – Тогда вперёд!

Бо при этом не было, он даже не мог помахать им вслед, потому что уже давно спал. Сегодня на ночную прогулку отправились только папа, господин Майзенбайссер, Аня и Александр. И конечно, Могли, ведь кто кроме неё мог бы быстро найти Лавундела в случае, если он вдруг опять потеряется?

Дракон тем временем был надёжно спрятан в корзинке для пикника, которую несла Аня. Выйти на прогулку тёмной ночью – это было захватывающее приключение! Фонари уже выключили, по неосвещённым улицам только изредка проезжали автомобили. Полчаса энергичного пешего марша, и они достигли городского парка, большого, как настоящий лес. Господин Майзенбайссер включил карманный фонарик. Луч света скользнул сначала по выложенной камнями дорожке, а затем по стволам деревьев. На ветках поблёскивал иней. Когда они бежали между деревьями к игровой площадке, им было не по себе. Ночью она вызывала ещё большую тревогу, чем лес: на ветру одиноко раскачивались качели, подвесная канатная дорога скрипела, а хижины индейцев были пусты.

– У-у-у-у, здесь кто-то бродит! – замогильным голосом угрожающе произнёс Александр. – Дух леса пожирает маленьких девочек!

– Прекрати! – прошипела Аня и поставила корзинку на землю. Не успела она поднять крышку, как Лавундел выскочил из неё и побежал. Он ловко вскарабкался на канатную дорогу и проворно, как белка, пробежал по тросу.

– Поднимайтесь тоже! – подстёгивал он Александра и Аню. Вскоре страх улетучился. В свете карманных фонариков они наперегонки бегали друг за другом по канатной дороге, протянутой вокруг всей детской площадки.

– Посмотрите! У меня тут есть футбольный мяч, который без проблем сможет пинать и Лавундел, – сказал папа. Он достал из сумки красный мяч для игры в водное поло и надул его.

– Я – вратарь, – заявил Лавундел и встал в проёме одной из индейских хижин.

– Ну, тогда держись, Ракета! – крикнул Александр и ударил по мячу, который полетел в сторону дракона. Эта игра доставила всем огромное удовольствие. Могли лаяла и танцевала. Глаза Лавундела сияли.

Придя домой очень уставшей, Аня легла в кровать и ещё долго вспоминала о том, какой счастливой была улыбка Лавундела, когда он засыпал в своём домике-пещере. Уже почти во сне перед её глазами вновь всплыла лужайка, по которой, словно танцуя, в свете карманных фонарей кружился красный мяч.

Теперь по пятницам поздно вечером, почти ночью, они отправлялись с Лавунделом в парк. В свете фонариков они бегали, играли в прятки, карабкались по жердям или, сидя под елью и тепло укрывшись одеялами, рассказывали друг другу страшные истории. Вскоре все уже боялись ужасных сказок Ани. Даже Александр по дороге домой воровато оглядывался по сторонам. А Лавундел целую неделю заранее радовался следующему приключению. Слово «ску-у-учно» он больше не произносил. После обеда он теперь любил сидеть рядом с Аней и делать вместе с ней домашние задания. Это означало, что огрызком карандаша он учился писать буквы. Карандаш был для него такого же размера, как большая палка для Ани. Но тем не менее буква «А» ему удавалась уже хорошо. Когда через неделю он начал выводить дрожащую «В», огрызок карандаша в его лапках уже не казался таким огромным. А когда он выучил букву «Н», Аня поняла, что Лавундел значительно вырос. Дракон уже не помещался на её ладони, он достиг размера карликового кролика. Между тем наступило начало марта. Лавундел поглощал такое количество молока, что папа с трудом справлялся с закупками.

– Если так будет продолжаться и дальше, то нам придётся купить корову, – стонал он. – Вот фрау Хек-Заноза обрадуется животному в нашем саду!

Крылья дракона тоже выглядели уже не такими крошечными. Аня заметила, что он всё чаще старался хлопать ими, видимо, мысленно он уже готовился к будущим полетам. Крылья были ещё очень нежными – почти прозрачные, они были похожи на крылья летучей мыши. Но самые большие изменения произошли ровно за неделю до Пасхи, первого апреля. Во всех садах уже цвели тюльпаны, и солнце с каждым днём пригревало всё больше. В эту субботу Аня проснулась поздно. Ночью они опять ходили на прогулку в парк. Все остальные в доме тоже ещё спали. Девочка вспомнила, что сегодня к ней в гости должна была прийти Жасмин. И не только на день – её подруга должна была остаться у неё ночевать. Аня вскочила с кровати и побежала к пещере Лавундела, чтобы разбудить его. Странно, но пещера дракона изменилась. Собственно, её уже нельзя было назвать настоящей пещерой. Лавундел скинул с кровати грелки. А на красных подушках лежал теперь… нежно-зелёный дракон! Точнее говоря, он стал светло-зелёным с тёмно-зелёными крапинками. Это было похоже на узор леопарда. Только его живот был не зелёным, а розовым, как земляничный пудинг. Исчезли и чёрные круги на его ногах. Теперь у него были по-весеннему зелёные лапы дракона. Но самое удивительное изменение девочка увидела, когда он открыл глаза. Они больше не были небесно-голубыми, а стали золотисто-зелёными!

– Что с тобой произошло?! – воскликнула Аня. – Ты стал совсем другого цвета!

У дракона округлились глаза.

– А что случилось с тобой?! – так же удивлённо воскликнул он. – Ты совсем не изменилась, ты всё того же цвета! – Он показал на её волосы. – Они всё ещё светло-каштановые. – Затем он показал на её глаза. – А они всё ещё зелёные!

Лавундел быстро перебрался к ней на колени и легко ущипнул её за руку ниже локтя:

– А твоя кожа? Она всё ещё розовая!

Аня была полностью обескуражена.

– А почему у меня должен был поменяться цвет волос и кожи? – спросила она.

Лавундел спрыгнул на пол, потянулся, зевая, и захлопал своими крылышками.

– Потому что наступила весна! – объяснил дракон. Он, видимо, думал, что весной все меняют свою окраску.

На маму и Жасмин эти изменения дракона тоже произвели большое впечатление, а Бо, открыв рот, уставился на Лавундела, а потом закричал:

– Я тоже хочу быть зелёным!

– Лавундел выглядит, по крайней мере, как леопардовый салат, – заметил Александр, криво усмехаясь, – а о тебе подумают, что ты огурец в тыквенном шлеме.

Бо показал ему язык.

– Для Лавундела новая окраска очень практична, – сказала Жасмин. – Теперь он будет полностью сливаться с зеленью на лугу и в лесу. Может быть, скоро мы сможем брать его на улицу и днём?

В глазах Лавундела, конечно, тут же вспыхнула надежда. Но родители Ани решительно покачали головой.

– Возможно, когда-нибудь, когда он ещё немного подрастёт, – сказала мама.

– А взрослые драконы весной тоже становятся зелёными?

Лавундел быстро кивнул.

– Все друконы! – серьёзно сказал он. – Сначала мы летим в Сибурь. А весной направляемся туда, где всё зелёное. Много травы и много-много деревьев. Красивые озёра и водопады. Люди там с удовольствием едят рис и любят друконов. Они говорят, что мы приносим счастье. Они танцуют для нас на празднике друконов.

– Мне кажется, это похоже на Китай, – заметил папа. – Много воды, горы. Люди там поклоняются драконам. Они считают, что они приносят счастье. И праздник драконов там тоже есть.

– Точно. – Лавундел кивнул головой и с тоской прошептал: «Кутай!»

Жасмин с уважением присвистнула.

– А в Турции драконов считают опасными, – сказала она затем. – Бабушка мне сказала, что в сказках они чаще всего злые.

– Но мы не злые, – с достоинством произнёс Лавундел. – Моя мама тоже приносит счастье. Но теперь она в Кутае. Так далеко отсюда!

Он вздохнул, и Аня начала опасаться, что дракон опять может опечалиться. Ей срочно надо было что-то придумать. Зимой было достаточно обустроить ему тёплую пещеру. А теперь – конечно же – решением был Китай!

– Самое время, чтобы и Лавундел попал в Китай, – заметила она.

– Как мы можем это сделать? – спросил папа. – Маловероятно, что мы сможем купить ему билет на самолёт.

Но Жасмин уже поняла подругу:

– Этого и не надо делать! Мы позаботимся о том, чтобы Китай возник у нас!

Это был бурный день. Мама отправилась на поиски шёлковой шали, папа пошёл в город и купил комнатный фонтанчик и сине-белые китайские мисочки. Александр удивил Аню тем, что смастерил несколько действительно хороших китайских фонариков. Он даже сходил в китайский ресторан «Бамбук» и выпросил там пару кексов с сюрпризами. Бо помог Лавунделу убрать его пещеру. Дракон оставил в ней только игрушку из лавандового мешочка. Сначала пещера выглядела довольно голо, но уже после обеда домик Лавундела засиял в новом блеске.

В комнатном фонтанчике нежно плескалась вода, над кроватью висели кексы с сюрпризами. Кровать была убрана красивой сине-белой шалью, а матрасом служил мягкий душистый мешочек с лавандой. Клетку мама накрыла зелёной шёлковой шалью. И повсюду развесили картинки с китайскими драконами, которые папа нашёл в Интернете и распечатал. Сейчас он листал ещё одну книгу о сказочных китайских зверях.

– Дети, посмотрите-ка, – сказал он, – в Китае дракон имеет признаки многих животных. У него рога, как у оленя, голова лошади, шея змеи, когти орла, уши мыши и чешуя, как у рыбы.

– У нашего дракона есть, по крайней мере, чешуя, – заметила мама.

– А ещё – китайские драконы летают, – добавила Аня. – В словаре написано, что они поднимаются высоко в небо, встряхивают облака, и поэтому идёт дождь.

– Вот обрадуется фрау Ужасная Заноза, – заметил Александр, и глаза его при этом заблестели. – Может быть, Лавундел сможет вызвать дождь только над одним домом?

Представив себе эту картину, все разразились дружным смехом. И наконец, на ужин папа приготовил рис и ростки бамбука с курицей и ананасами. Они сидели за столом все вместе, Лавундел тоже был с ними – он расположился в пустой фарфоровой мисочке.

Внезапно мама вскочила из-за стола.

– Нам надо сделать фотографию! – воскликнула она. – Кто знает, будет ли он завтра всё ещё зелёным!

– Я сосчитаю до трёх, а затем вы скажете «Китай»! – Мама была в самом хорошем настроении. – Один, два, три…

– Ки-и-итай! – крикнули все.

– Ух! – выдохнул Лавундел, когда блеснула вспышка.

Все дружно рассмеялись.

Лавундел и на следующий день оставался зелёным. Но за завтраком их ждал очередной сюрприз. Дракон больше не желал пить горячее молоко. Он и в самом деле казался очень несчастным.

– Бэ-э-э! Противно! – сказал он, и его всего передёрнуло.

– Нет – значит, нет, – нетерпеливо сказала мама. – Он даст о себе знать, когда проголодается. А мы сейчас покрасим яйца к Пасхе.

– О да! – воскликнула Жасмин.

Она происходила из турецкой семьи, поэтому у них дома яйца не красили. Но ей доставляло огромное удовольствие смешивать краски. Аня, очень любившая рисовать, тоже заранее радовалась этому. Вскоре на столе уже стояли мисочки – тут были самые разные краски: розовая, светло– и тёмно-зелёная, лиловая, голубая, жёлтая и оранжевая. Аня и Жасмин окунали ещё тёплые яйца в красную и жёлтую краски. Мама выбрала мисочку с голубой. Но когда она захотела покрасить одно из яиц в тёмно-зелёный цвет, нужной мисочки с краской на месте не оказалось. Только что обе миски с зелёной краской ещё стояли на краю стола, а теперь обе исчезли. Но времени для удивления у мамы было немного, так как ей надо было удержать Лавундела от прыжка в миску с жёлтой краской. У него от возбуждения совсем крыша поехала!

– Крусный! – кричал он всякой раз, когда окрашивалось очередное яйцо. – Рузовый! Жёлтый!

– И зелёный! – внезапно прокричал кто-то с особой гордостью. Все обернулись к кухонной двери.

– Бо, ради всего святого, что ты наделал! – воскликнула мама. Но это и так всем было видно с первого взгляда.

Лавундел начал смеяться.

– Вот это здорово! Теперь мы близнецы! – гоготал он.

К сожалению, это было правдой. Маленький воришка стащил зелёные краски и втёр их себе в лицо. Зелёными у него были шея, уши, нос и руки. Даже волосы были измазаны зелёной краской! Лавундел спрыгнул со стола и вскарабкался на Бо. Он присел на его плечо и удивлённо гладил ухо мальчика, сияющее травянистой зеленью.

– Счастливый друкончик Бо! – восторженно пропищал он.

– Скорее Бо-лягушонок, – прошептала Жасмин Ане на ухо и засмеялась. – Теперь он может выступать на улице Сезам.

Мама не знала – ругать ей Бо или смеяться. Наконец она решилась на глубокий вздох.

– Довольно, марш в ванную! Я надеюсь, мы сможем отмыть краску. В таком виде ты завтра не сможешь пойти в детский сад!

Все вздрогнули, когда неожиданно послышались мощные раскаты.

– Не бойся, – сказала Аня, обращаясь к Жасмин. – Это у Лавундела урчит в животе.

– Девочки, принесите ему молока! – попросила мама. Она схватила Бо и повела его в ванную комнату.

Лавундел не хотел молока. Он сморщил нос и тоже побежал по лестнице вверх, в ванную.

Там мама пыталась оттереть краску с кожи Бо. Мыльная пена уже окрасилась в зелёный цвет, но Бо, несмотря на это, не становился чище.

Лавундел разбежался, нырнул в ванну к Бо и плескался теперь там среди гор зелёной пены.

– Вылезай, Лавундел, – ругала его мама, – это ведь не парк с аттракционами.

– И тем не менее, – пропищал дракон и опять нырнул.

У мамы лопнуло терпение. Она нащупала Лавундела в воде, когда тот подныривал под колено Бо. И хотя он вырывался из её рук и был скользким, как рыба, мама просто вынула его из ванны. Обиженный Лавундел снова спустился в гостиную.

– Это относится и к вам, девочки, – сказала мама. – Не стойте здесь и не хихикайте! Надо ещё докрасить оставшиеся пасхальные яйца.

Аня и Жасмин тоже пошли в гостиную. По урчанию желудка Лавундела они смогли понять, что он снова залез в свою китайскую пещеру.

– А где голубые яйца! – удивилась Жасмин. Мама успела покрасить три яйца, но их нигде не было. Они посмотрели под столом, но и там ничего не нашли. – Может быть, их стянул Бо? – спросила Жасмин.

– Нет, для этого у него просто не было времени, – возразила Аня.

В это мгновение из драконьей пещеры раздался нежный голосок. Звучала незнакомая мелодия, слова тоже относились к незнакомому языку. В них было много шипения. И много лепета. Отчасти это звучало так, словно кто-то отвечал радостной песней. Жасмин и Аня переглянулись. Затем они на цыпочках подошли к китайскому домику Лавундела и заглянули под зелёную шаль. Дракончик сидел там в своей мисочке, как в гнезде. Вокруг него лежали три голубых яйца. Он поглаживал их скорлупу и тихо им что-то напевал.

– Ты ведь поёшь на драконьем языке, – тихо сказала Жасмин.

Лавундел замолчал, сурово на них посмотрел и предостерегающе произнёс: «Тссс!» Затем он приложил ухо к скорлупе и сказал:

– Друконья колыбельная для братьев и сестёр.

Аня вспомнила: яйцо, из которого вылупился Лавундел, было голубым.

– О-о-о, он думает, что из голубых яиц вылупятся маленькие дракончики, – шепнула она Жасмин.

К счастью, смех девочки заглушили новые раскаты в животе Лавундела.

– Если бы там действительно были маленькие драконы, то теперь бы твои братья и сёстры в любом случае проснулись, – заметила Жасмин Лавунделу. – Но их там нет.

Аня быстро толкнула подругу в бок. Надо было по возможности бережно объяснить Лавунделу, что он ошибался.

Дракон посмотрел на Жасмин круглыми глазами.

– Но уни там, внутри! – сказал он и дотронулся лапкой до одного из яиц.

Как могла ему Аня объяснить, что это просто окрашенные пасхальные яйца? Он ведь опять ужасно опечалится.

– Это не драконьи яйца, – нежно начала Аня, – это куриные яйца. Мама купила их вчера на рынке. Если бы из них и могло что-то вылупиться, то это были бы куриные птенцы – цыплята. Но из этих яиц в любом случае не вылупятся цыплята, эти яйца – только для еды. А голубые они потому, что мы их покрасили. Так же, как красные и зелёные.

– Это неправда, – настаивал Лавундел, – уни совсем тёплые!

– Потому что их сварили, – объясняла Аня.

Но Лавундел смотрел на неё так, словно у неё не всё было в порядке с головой.

– Ты рассказываешь мне сказки, – заявил он.

Аня не знала, что ей ещё сказать. Но Жасмин протянула руку и выудила из клетки одно яйцо. Лавундел и глазом не успел моргнуть, как она стукнула яйцом по столу. Раздалось негромкое «кнакс». Жасмин в мгновение ока очистила варёное яйцо от голубой скорлупы и откусила от него. Затем она показала дракону желток.

– Смотри, – с набитым ртом сказала она. – Никакого дракона, никакого цыплёнка, это просто обычное куриное яйцо. Вкусно!

Лавундел рот открыл от удивления. Потом его маленькое лицо помрачнело. Он был так зол, что просто выпихнул оставшиеся яйца из своей пещеры.

– Пасха – это глупо! – заявил он потом. И ничто не могло изменить его мнения.

Несмотря на то что Лавундел был голоден, пить молоко он отказывался. Не хотел он есть и ничего другого. Аня очень беспокоилась за дракона и на ночь взяла его клетку в свою комнату.

Когда она утром проснулась, во дворе уже светало. В комнате было подозрительно тихо! Лавундел ещё мирно лежал в своей клетке. Он скинул шёлковую шаль и набросил на себя в качестве одеяла Анину футболку. Девочка не видела Лавундела, но под одеялом отчётливо проступал его живот. Он был довольно округлым. Неужели он всё-таки выпил молоко, которое ему поставила Аня?

В это мгновение внизу отчаянно зазвонил дверной звонок. Аня вскочила с кровати и выбежала из комнаты. В коридоре она едва не столкнулась с Александром. Проснулся и Бейби-Бо. Его лицо и волосы всё ещё были зелёными, как у лягушки. Внизу, в гостиной, за утренним кофе уже сидели мама и папа.

– Кто там звонит так рано? – недовольно проворчала мама.

Папа уже встал из-за стола, но Бо опередил его. Он обогнал папу, подбежал к входной двери и распахнул её.

Аня спустилась как раз вовремя, она ещё увидела, как фрау Хек-Заноза при виде ядовито-зелёного мальчика издала испуганный вопль и сделала гигантский шаг назад, прямо в клумбу с цветами.

– Что это такое?! – закричала она.

– Я дракон, приносящий счастье, – гордо заявил Бо.

Мама оттащила его от двери и надела на лицо победную улыбку.

– Доброе утро, фрау Хек, – сказала она и помогла соседке подняться.

Той всё ещё не хватало воздуха.

– Ваш ребёнок зелёный, – с трудом переводя дыхание, сказала она.

Мама была невозмутима.

– Да, я это тоже уже заметила, – ответила она. – Странно, не правда ли? Что привело вас к нам в столь ранний час?

– Вы, видимо, ещё не были в саду? – спросила фрау Хек-Заноза.

О-о-о, это не предвещало ничего хорошего. Через несколько минут вся семья Лукас вместе с фрау Хек-Занозой стояла в саду. Господин Хек маршировал за оградой, вдоль грядки с тюльпанами, то есть ещё вчера это была грядка с тюльпанами. Сегодня, однако, не было видно ни одного цветка. Словно кто-то начисто срезал все тюльпаны.

– Ух, что же тут случилось?! – воскликнула мама.

– Это мы тоже хотели бы знать, – проворчал из-за забора господин Хек.

– Это совершенно точно сделали ваши дети, – добавила фрау Хек-Заноза.

– Что за ерунда! – возмутился Александр. – Зачем нам нужны ваши тюльпаны?

На душе у Ани стало нехорошо, у неё почему-то возникло недоброе предчувствие, что каким-то образом они всё-таки были связаны с этими цветами, точнее говоря, не они, а их дракон. В любом случае Лавундел ведь ещё крепко и сладко спал наверху. Или его уже не было в кровати? И именно поэтому в комнате было так тихо? Может быть, он засунул вместо себя под одеяло носки, чтобы не было заметно, что он исчез?

Пока папа ссорился с господином Хеком, она тайком осмотрела сад. Мама тоже посадила тюльпаны, которые уже несколько дней назад расцвели под яблоней. Было семь красивых красных цветов. Они легко раскачивались на ветру. Затем взгляд Ани упал на дом и на окно её комнаты. Что-то длинное и зелёное свисало из приоткрытого окна.

Шёлковая шаль!

– Вчера вечером цветы были ещё здесь, а сегодня утром они исчезли, – упрямо настаивала фрау Хек-Заноза, – кто бы это мог сделать?

Аню бросило в жар. На шёлковой шали было множество узлов. Это выглядело так, словно кто-то спускался вниз по канату. И девочка с ужасом осознала, что вчера вечером она неплотно закрыла окно. Господи! Лавундел был в саду!

– Мы не прикасались к вашим тюльпанам, – уверенно заявил папа.

– Ах так? – сказал господин Хек. – Тогда почему исчезли только наши тюльпаны, а ваши целы?

И он обвиняющим жестом показал на сад семьи Лукас, но сразу же ошарашенно раскрыл глаза.

– Ну и ну! – пробормотал он. – Но ведь только что они ещё были здесь!

Мама побледнела, а папа сглотнул. Все семь тюльпанов внезапно пропали. На ветру раскачивались только голые стебли. Аня скосила глаза в сторону дома. О нет! По шёлковой шали вверх по стене карабкался очень толстый, объевшийся дракон. Кроме Ани, его ещё никто не обнаружил. Она незаметно толкнула Александра в бок. Он проследил за её взглядом и мгновенно всё понял. Сейчас всё сводилось только к одному – надо было отвлечь соседей.

– Э-э-э, это были, совершенно точно, языкастые черви, – сказала Аня.

Как она и надеялась, теперь все уставились на неё. Никому не пришло в голову посмотреть на дом. Никто также не заметил, как Александр украдкой отошёл в глубь сада.

– Языкастые черви? – недоверчиво спросила фрау Хек-Заноза. – Языкастые черви жрут тюльпаны?

– Ну, некоторые из них точно жрут, – заявила Аня. – Но они встречаются очень редко.

– Блеф! – Фрау Хек-Заноза стояла теперь перед Аней, скрестив руки на груди. – Языкастые черви жрут только корни.

– Только не эти. – Аня уверенно продолжала нанизывать подробности на нить своей истории. – Совершенно очевидно, это был… языкастый червь-султан. Обычно они живут только в Турции, в садах старых дворцов. Садовники разводят их специально. Больше всего они любят сорняки, например львиный зев. Но в вашем саду нет сорняков, поэтому бедняге пришлось съесть тюльпаны.

Фрау Хек-Заноза, открыв рот, уставилась на Аню. А девочка могла видеть за спиной соседки, как Александр дошёл до стены дома, подпрыгнул и поймал Лавундела. Дракон дрыгал ногами, но, прежде чем он успел издать хотя бы звук, Александр засунул его себе под свитер и поспешил в дом. Аня перевела дух.

– Вы же видите, наши цветы тоже исчезли, – вмешался в разговор папа.

– О да, – печально произнесла мама, – мои прекрасные тюльпаны!

Фрау Хек-Заноза ещё раз фыркнула и пожала плечами.

– Гельмут, – сказала она своему мужу, – ты поймаешь этого подлого языкастого червя. Ещё сегодня! – Она нагнулась к Ане: – Но скорее всего, милая барышня, мы ничего не найдём.

– Тогда вы должны поторопиться, – ответила Аня, – они очень проворные.

– А это что такое? – спросил господин Хек и показал на шёлковую шаль, которая развевалась в окне.

– Она сохнет там, – быстро ответила Аня.

Фрау Хек-Заноза недоверчиво прищурила глаза.

– В последнее время в вашем доме происходят странные вещи, – сказала она маме. – Не думаете ли вы, что мы этого не замечаем! Позавчера я выглянула в окно и что же я увидела? Ваших детей, среди ночи, с корзиной для пикника!

– Да, мы любим устраивать хороший пикник в полночь, – сказал папа, приветливо улыбаясь. – Но сейчас мы спешим на работу, а дети должны идти в школу.

– Успехов в ловле языкастого червя, – пробормотала мама и в комнатных тапочках пошла по росистой траве к дому.

– История, которую ты придумала, была просто классной, – сказал папа и похлопал Аню по плечу. – Что бы мы делали без нашей девочки-сказочницы?

– Турецкий языкастый червь-султан. Просто супер! – Александр умирал со смеху, Бо тоже хихикал. Только мама была не в восторге. Она смотрела на Лавундела. Тот лежал на диване и держался за свой круглый живот. Когда он икал, из его рта высовывался маленький красный лепесток. Но, судя по всему, сыт он всё ещё не был.

– Я есть хочу, – пропищал дракон и показал на свой живот.

Аня не решалась сказать что-нибудь. Мама, очевидно, сердилась на неё, потому что она не закрыла на ночь окно. Но, к её удивлению, мама направилась к дивану. Она глубоко вдохнула, а затем отругала Лавундела! Да так основательно, что он весь съёжился и стал ещё меньше. А глаза сделались огромными. Александр, Аня и Бо затаили дыхание. Господи, вот это была гроза!

– А если ты убежишь хотя бы ещё раз, – в заключение строго сказала мама и подняла указательный палец, – то ты попадёшь под домашний арест, тебе будет запрещено выходить из дома вплоть до летних каникул. Я говорю это серьёзно, мой друг! И никакого футбола по ночам и никакого телевизора. Я надеюсь, мы поняли друг друга?

Лавундел сглотнул и молча кивнул.

– Извините, – едва слышно прошептал он.

Мама засопела и ушла на кухню. Аня могла поклясться, что она при этом тихо прошептала: «Сумасшедший дом».

Папа последовал за ней, а все дети семьи Лукас, конечно, на цыпочках тотчас же пошли за ними. Они подкрались к кухонной двери и, как шпионы, прижались спинами к стене и навострили уши.

– Ну, это была настоящая головомойка, – тихо сказал папа маме.

– Возможно, – ответила мама. – Но он сбежал. А он уже достаточно большой, чтобы понимать, что его никто не должен видеть. Кроме того, он член нашей семьи, поэтому он так же, как и другие дети, должен усвоить, что в доме Лукасов существуют определённые правила. Мы достаточно долго баловали его.

Затем мама добавила очень озабоченно:

– Представь себе, что фрау Хек-Заноза обнаружила бы его в своём саду!

– Это было бы настоящей бедой, – подтвердил папа. – Но теперь мы, по крайней мере, знаем, что маленькие драконы зимой пьют молоко, а весной питаются тюльпанами.

Мама вздохнула:

– И что нам теперь делать? Не можем же мы каждый день покупать ему тюльпаны для еды. Мы просто разоримся.

В этот день Аня на всех уроках размышляла над этой проблемой. Возвращаясь из школы, она нарвала столько маргариток, сколько смогла найти. Но для Лавундела это была только лёгкая закуска на один зубок.

На обед мама приготовила цветную капусту. Она, вероятно, надеялась, что Лавундел поест её. Ведь в названии этой капусты было слово «цветная» – от слова «цветок». Но дракону капуста не понравилась. Без всякого удовольствия он жевал маргаритки и жалобно заметил:

– Другие цветы были вкуснее.

Затем он залез в свою пещеру.

Пока мама, Аня и Александр ковыряли вилками цветную капусту на своих тарелках, Бо вдруг слез со стула и побежал на кухню.

Они слышали, как открылся и опять захлопнулся холодильник. В комнату Бо вернулся с большим кочаном салата. Затем он совершенно спокойно вновь сел за стол. Он с наслаждением жевал листья салата.

– И что это означает? – спросила мама. – Ты ведь не любишь салат.

– С сегодняшнего дня я тоже ем только цветы, – пояснил Бо.

Александр засмеялся.

– Это у нас салат из тюльпанов, – насмешливо заметил он. – Теперь головастик во всём будет подражать дракону. Но это ведь не цветок, дуралей!

– Посмотри получше, – решительно заявил Бо, – это большая зелёная роза.

Аня и мама внимательно посмотрели на кочан салата. Он и в самом деле был похож на большую зелёную розу.

– Бо, это гениально! – Аня вскочила и крепко обняла своего удивлённого братишку. – Какая прекрасная идея! Лавундел будет питаться салатом. Мы только должны ему сказать, что это огромный цветок.

Мама рассмеялась и с любовью погладила Бо по голове.

– Хорошая работа, находчивый дракон Бо. – В её голосе была слышна признательность.

Бо засиял от гордости. Казалось, что он сразу стал немного старше.

– Я в этом не очень уверен, – с сомнением произнёс Александр. – Мы ведь однажды уже пробовали, не понравятся ли Лавунделу листья салата. Тогда он их не ел.

– Да, потому что он видел только листья, – объяснила Аня. – А если бы салат благоухал, как цветок…

– Это мы можем исправить очень быстро. – Мама вскочила и побежала наверх, в ванную комнату. Вскоре она вернулась с несколькими флаконами в руках.

– Вот, – сказала она и вынула бутылочку с розоватой жидкостью. – Попробуем начать с этого флакона. Это розовая вода.

Мама со всех сторон обрызгала салат. И он действительно начал пахнуть, как цветок. Держа кочан салата в руке, она подошла к пещере дракона.

– Лавундел, пора обедать, – приветливо пропела мама. – Посмотри-ка, лучшая роза из всех. Спорим, она намного вкуснее, чем мои тюльпаны?

Дракон вылез из своей пещеры. Он прыгнул к салату и обнюхал его.

– Гм, – недоверчиво произнёс он, – но она зелёная.

– Конечно, это ведь роза, которая приносит счастье, – объяснила Аня, – садовники называют её Rosa salatea. Поэтому она зелёная. Такая же, как ты. Ты просто попробуй её.

– Вкусно, – пришёл ей на помощь Бо, – намного вкуснее, чем медвежата из мармелада.

В качестве доказательства он сорвал пахучий зелёный лист и затолкал его себе в рот.

Лавундел некоторое время наблюдал за тем, как малыш жевал. Затем он тоже оторвал небольшой кусочек и осторожно попробовал его, потом он оторвал второй листочек и проглотил его. И наконец он сорвал третий листок – салат был одобрен.

– Вкусно! – закричал Лавундел и вскочил на кочан.

– Ух! – воскликнула мама и попыталась укрыться от летящих во все стороны листьев салата. Через несколько мгновений от кочана осталась одна кочерыжка. Дракон отпихнул её.

– Фу, – выдохнул он и улыбнулся детям, – я наелся досыта!

Бейби-Бо был теперь, конечно, абсолютным героем. И даже через неделю, когда его лицо уже больше не было зелёным.

– Несмотря на это, ты был, есть и останешься навсегда нашим почетным драконом, – вновь и вновь повторял папа. – Если мы не будем знать, что нам делать с Лавунделом, мы просто спросим тебя.

Весь дом пропах розами. Ведь Лавундел съедал в день не меньше пяти пахнущих розами кочанов салата. Ел он и брюссельскую капусту – если она была, конечно, предварительно обработана туалетной водой. Его крылья стали немного длиннее, этот факт мама сразу же занесла в свой дневник наблюдений. Во всём остальном жизнь семьи шла своим чередом.

– Мне тоже надо пойти в школу, – сказал Лавундел однажды после обеда. – В школу для драконов. Я должен научиться тому, что умеют делать настоящие драконы.

– А что должен уметь делать настоящий дракон? – спросил Александр.

– Лутать! – воскликнул Лавундел. – И задерживать дыхание, и извергать огонь. Можно мне пойти в школу вместе с вами?

Аня отложила в сторону свою ручку и задумалась.

– У нас в школе ты не научишься ни летать, ни извергать огонь, – объяснила она. – Только считать и писать. А ещё рисовать и религии…

– Не научусь лутать? – недоверчиво переспросил дракон.

– Люди ведь не летают, фантазёр ты наш! – сказал Александр. – Разве что вылетают из школы, если слишком много шалят.

– Может быть, нам сможет помочь господин Майзенбайссер, – предположила Аня.

Александр щёлкнул пальцами.

– Нет, у меня есть идея получше. – Он повернулся к Лавунделу: – Тебе повезло – ты вытянул счастливый билет. Я ведь лучший в мире учитель, я обучаю драконов летать!

Аня разразилась смехом.

– Фу, – фыркала она, – я сейчас лопну от смеха. Учитель, обучающий драконов летать, – ну, конечно! На самом деле ты лучший в мире воображала!

И тут же в Аню полетела раскрывшаяся на лету тетрадка. Она пригнулась, схватила скоросшиватель и метнула его в сторону брата.

– Летающие вещи! – восторженно крикнул Лавундел и сразу же присоединился к боевым действиям.

– Ты не сможешь научить его летать! – смеялась Аня, стоя под градом летящих в неё ластиков.

– А спорим, я всё-таки смогу, – настаивал Александр. – Спорим?

– Договорились! – крикнула Аня. – Но если ты проиграешь, то ты будешь целую неделю выполнять мои домашние задания.

Александр снисходительно усмехнулся:

– Хорошо. Но если выиграю я, то ты будешь целую неделю мыть мой велосипед. Да так, чтобы он блестел.

Аня ненадолго задумалась. Велосипед Александра всегда был покрыт коркой грязи. Но затем она кивнула. В этом споре у неё были преимущества, она даже не сомневалась.

Начиная с этого дня в доме Лукасов стали происходить удивительные вещи. Александр притащил домой из кабинета труда невероятное количество картонных коробок. В них что-то постукивало и позвякивало. Из его комнаты в течение долгих часов доносились странные звуки. На двери появилась табличка, на которой было написано:

Лавундел должен был торжественно поклясться, что он никому ничего не расскажет. Он был единственным, кому разрешалось входить в комнату Александра. Аня и Бо уже много раз подкрадывались к двери и с любопытством прислушивались. То, что они слышали, звучало очень таинственно.

– Быстрее! – глухо раздалось однажды из-за двери. Затем был слышен шорох, который звучал как «фр-р-р-р». Может быть, это были взмахи крыльев? Возможно, Лавундел тренировался? Во всяком случае, настроение у него после посещения комнаты Александра с каждым днём становилось всё лучше. Наконец дракон заявил, что скоро он будет играть в футбол с облаками.

У Ани, напротив, настроение становилось всё сумрачнее. Что, если она проиграет пари и ей придётся целую неделю вкалывать на своего брата? Об этом она даже думать не хотела!

– Этого не будет никогда! – шептала она Бо. – Крылья Лавундела ещё недостаточно окрепли. Он не сможет подняться в воздух.

Родители Ани тоже были заинтригованы, особенно когда Александру понадобилась мамина старая красная дождевая куртка. Это была совсем тонкая куртка из лёгкой, как шёлк, синтетической ткани. Не хотел ли он сшить костюм для Лавундела? Всё это показалось ещё более странным, когда Александр принёс из библиотеки книги о птицах. Затем он попросил у мамы нитки, иголку и шнур.

И вот к очередной пятнице у него всё было готово. Это произошло как раз перед их ночной прогулкой с Лавунделом. Александр вошёл в гостиную в помятой куртке, за спиной был виден огромный рюкзак.

– Сегодня нам понадобятся велосипеды и карманные фонарики, – объявил он. – И поедем мы на этот раз не на детскую площадку, а немного подальше.

– И куда же мы поедем? – поинтересовался папа.

– На аэродром! – раздался радостный голосок. Лавундел прыгнул на диван и протянул Ане свои лапки. Ух, как необычно он сегодня выглядел!

– Что всё это означает? – растерянно спросила мама.

– Ух ты! У него теперь тоже есть шлем! – обрадовался Бейби-Бо. – Такой же, как у меня!

Лавундел с гордостью кивнул. На его голове красовался ярко-жёлтый пластиковый шлем – часть игрушечной фигурки, полученной по какой-то акции. Но это было ещё не всё. На носу у дракона были крошечные лётные очки, а за спиной висел красный рюкзак. Он был такого же цвета, что и мамина старая куртка.

– На аэродром? – переспросила Аня. – Ты купил ему билет на самолёт? Но это не считается! Лавундел должен полететь сам.

Александр изобразил на лице гримасу, которая, видимо, должна была охладить пыл Ани.

– Конечно же он полетит сам, копуша! Мы поедем на старый аэродром для планеров за лесом. – Он поднял обе руки, как конферансье в цирке. – Сегодня мы увидим единственное в своем роде шоу лучшего в мире летающего дракона. Дамы и господа, разрешите вам представить…

– Лавундел, Лавундел! – радостно закричал дракон, вскочил на спинку дивана и поклонился.

Этой ночью на прогулку отправились всей семьёй. Все надели на головы специальные фонарики. Дополнительно взяли с собой и карманные фонари. Ехать ночью на велосипеде по гравийной дорожке вдоль опушки леса – это было захватывающе!

С каждым метром Аня всё больше нервничала. Когда они наконец доехали до пустыря, её сердце уже было готово выпрыгнуть из груди. Раньше отсюда взлетали и сюда приземлялись маленькие спортивные самолёты. Сегодня площадка была пуста, а на ясном небе, усыпанном звёздами, висела огромная луна.

Они быстро положили свои велосипеды в траву на опушке леса и пошли к кромке поля. Там высилось несколько заброшенных строений. Эти ангары выглядели как огромные гаражи.

Александр снял свой тяжёлый рюкзак.

– Это на самом деле не опасно для Лавундела? – ещё раз уточнил папа.

– Конечно, нет, – небрежно отмахнулся Александр.

– Встаньте ближе к опушке леса. Там, где заканчивается дорожка. Мы начнём через пять минут.

Аню постепенно начал одолевать страх. При этом перспектива, что в течение целой недели ей придётся чистить велосипед Александра, уже не казалась девочке такой ужасной. Нет, теперь её беспокоило нечто иное: что, если маленький дракон сегодня действительно научится летать? Неужели он тогда улетит и просто покинет Аню?

Александр привёл свой велосипед. Затем они вместе с Лавунделом исчезли за ангаром. На опушке леса стояли Аня, Бо и их родители. Они прислушивались. Вскоре раздалось жужжание. И словно в ответ вдали послышались крики совы.

– Пять! Четыре! Три! – начал Александр обратный отсчёт. – Два! Один! Старт!

В свете луны и фонариков семья Лукас увидела, как Александр выскочил на велосипеде из-за ангара. Он мчался по гравийной дорожке на немыслимой скорости. Лавундел балансировал за его спиной, держась лапками за продольную перекладину. Над ним возвышались два длинных прямых крыла и пропеллер, который громко жужжал. Вот, значит, что за шорох «фр-р-р-р» слышался в комнате Александра!

– Моя старая модель самолёта, – глухо прошептал папа.

Александр удлинил её крылья и покрасил в серебристый цвет. И на этом самолёте он хочет отправить Лавундела в полёт?

Даже в лунном свете было видно, как побледнела мама. Она прижала к себе Бо.

Александр ехал всё быстрее и быстрее. Настолько быстро, что модель самолёта неторопливо покачивалась от порывов ветра.

– Вперёд! – скомандовал Александр и сильным нажатием педали придал Лавунделу ещё большее ускорение. Порыв ветра подхватил и понёс самолёт.

– Йо-хо-хо! – ликовал Лавундел, двумя лапками вцепившись в перекладину.

– Фр-р-р! – гудел пропеллер. Самолёт описал в воздухе большую дугу. В какое-то мгновение показалось, что он парит посредине луны.

Александр резко затормозил и остановился рядом с Аней.

– Спокойно, он летит! – выдохнул он.

– Но это не считается, – прошептала Аня. – Он ведь висит на самолёте.

– Подожди! – засмеялся Александр.

В это мгновение Лавундел просто отпустил перекладину и камнем полетел вниз.

– О-о-о! – одновременно застонали мама, папа и Аня. Бейби-Бо закрыл глаза руками.

– Порхать! – крикнул Александр.

Лавундел начал послушно вибрировать крылышками. Это на самом деле замедлило падение, но он всё-таки продолжал по спирали быстро опускаться вниз.

– Птицы тоже так учатся летать, – объяснил Александр. – Они просто спрыгивают с дерева.

На настоящий полёт это, однако, не было похоже. Лавундел скорее напоминал пьяную летучую мышь.

– О-о-о! – вновь застонала мама. – Он падает вниз!

– Нет, нет! – успокоил её Александр. – У него есть парашют.

С глухим «хлоп!» и в самом деле раскрылся маленький красный парашют, который остановил падение Лавундела. Значит, вот для чего Александру нужна была куртка! Он вырезал из неё парашют, который четырьмя шнурками был прикреплён к куртке Лавундела.

– Я не лечу! – печально пропищал Лавундел, когда до земли оставалось всего несколько метров. Но внезапно, едва не задев дракона, мимо него пронеслась неуправляемая модель самолёта. Лавундела подхватил порыв ветра, и он потерял равновесие.

– Ух! – испуганно пропищал дракон.

– О нет! – застонала Аня.

Но Лавундел уже крутился в воздухе, как волчок. Шнурки за его спиной переплелись, и купол парашюта сложился. Дракон кувырком летел вниз. Он уже не понимал, где верх, а где низ, так как весь запутался в красном парашюте.

– Быстрей! – крикнула мама.

И вот они уже все вместе бежали по полю, вытянув вперёд руки, чтобы поймать маленького дракона.

Но в это мгновение самолёт, сделав полный круг, вернулся к ним и… подхватил Лавундела. Тот схватился за него, и они полетели к опушке леса.

Аня бросила свой фонарик в траву и помчалась вперёд. Обычно её брат бежал быстрее неё, но сейчас она обогнала Александра и бежала следом за Лавунделом. Он летел так низко, что вскоре она уже могла дотянуться до него. Она прыгнула, поймала в воздухе самолёт – и резко приземлилась в кучу веток. Самолёт вырвался у неё из рук и повис на ветках в нескольких метрах от неё. У него с треском обломились крылья, и теперь он выглядел как серебристая космическая ракета. А так как у Ани на лбу всё ещё горел фонарик, она смогла чётко разглядеть обломки самолёта.

– А-а-а-а! – вдруг испуганно закричал кто-то рядом с ней.

Аня отпрянула и посмотрела из своего укрытия в кусты. На Лавундела и самолёт были направлены два громадных стеклянных глаза. Бинокль. А мужчина, который держал его в руке, был совершенно бледным от испуга.

– НЛО, НЛО! – закричал он и нетвёрдыми шагами попятился назад. – Инопланетянин! Не нападай на меня!

Затем он повернулся и ринулся в глубь леса.

Аня и Лавундел были слишком ошарашены, чтобы произнести хоть слово.

– НЛО! – на бегу кричал человек и размахивал руками. – На помощь! НЛО с другой планеты!

– Быстро уходим отсюда! – закричал папа, остановившись на дорожке. – Быстро выходите из леса!

– О’кей! Смываемся, курносая, – буркнул Александр и галопом помчался к своему велосипеду.

Аня выудила Лавундела вместе с самолётом из переплетённых веток. Она взяла в руки обломки крыльев и самолет, а дракона посадила в свой капюшон. Затем все они побежали к своим велосипедам и что есть мочи помчались домой.

За завтраком они уже почти не помнили о ночном испуге. Они сидели все вместе за столом, пили какао и слушали радио.

Мужчина, который был вчера на аэродроме, позвонил в редакцию и сейчас возбуждённо говорил с ведущим.

– Я ведь вам говорю, – твердил он вновь и вновь, – я был сегодня ночью в лесу, чтобы наблюдать в бинокль за совами. И вдруг я вижу, что на старом аэродроме вспыхнули лампочки. И на поле приземлились зелёные человечки из космоса!

Мама не могла остановиться, она смеялась до слёз. Казалось, радиоведущий не очень верил мужчине.

– Как выглядели эти пришельцы? – спросил он.

– Я не смог разглядеть всех. Меня ослепил свет фонариков, – ответил мужчина. – Но одного из них я видел совершенно ясно. Он летел на маленьком серебристом НЛО. Он был, совершенно точно, маленьким зелёным человечком с другой звезды. На нём был шлем. И длинная красная накидка.

– Это ведь был парашют, – захихикал Бейби-Бо.

– Красная накидка? Как у супермена? – спросил ведущий.

– Да, – утверждал мужчина. – И этот человечек спланировал прямо с неба!

Папа фыркнул.

– Спланировал? – засмеялся он. – Ну если это называется планированием, то тогда я балерина.

Бо и мама смеялись, а Лавундел наморщил свой зелёный драконий лоб, счастливым его никак нельзя было назвать. Александр тоже дулся, потому что проиграл пари.

Но затем мама стала совершенно серьёзной.

– О, прости меня, пожалуйста, Лавундел, – сказала она. – Ты всё ещё печалишься, потому что не сумел вчера научиться летать, верно?

Лавундел тяжело сглотнул и кивнул. Тогда мама взяла его на руки и погладила указательным пальцем по голове.

– Знаешь что, Лавундел, – начала она, – всему нужно время. Дети ведь тоже ходят в школу только тогда, когда они вырастают, и им только тогда можно кататься на русских горках, когда они становятся достаточно большими. Смотри: Бо ещё слишком маленький, чтобы ездить на велосипеде. Но скоро он будет этому учиться. Каждый ребёнок учится этому, когда приходит время. И каждый маленький дракон однажды учится летать. Наберись терпения. Скоро твои крылья станут достаточно крепкими, чтобы нести тебя по воздуху.

Аня едва могла дождаться начала летних каникул. Но перед ними она и Александр должны были ещё напряжённо поработать, чтобы написать последние диктанты и контрольные работы. Дракон составлял им при этом компанию.

Он уже мог сам написать своё имя, начинал уже и читать.

– Здорово, правда?! – кричал он всякий раз, когда ему удавалось нарисовать очередную дрожащую букву в своей тетради для письма.

Наконец, наконец-то наступил последний день учебного года!

– Сегодня появятся табели, – возвестила мама за завтраком.

– Что такое та-буль? – поинтересовался Лавундел.

– Никакого буля, горе-пилот, – сказал Александр, – а табель! Это бумага, на которой написано, как много всего нового ты узнал за год.

– Или как мало, – заметила мама.

Ни Аня, ни Александр на это, к сожалению, ничего не ответили.

– Во всяком случае, учитель записывает, как ты учился в школе, – объяснила Аня. – Если ты учился хорошо, то ты получаешь хорошую отметку – единицу или двойку[1]. Три – это ещё неплохо. Четыре – это уже нехорошо, пять – это уже плохо. А шесть означает, что ты вообще ничему не научился.

В этот день, после того как Аня получила свой табель, она испытала чувство облегчения. По математике отметка была не такой плохой, как она опасалась. Во всяком случае, ещё тройка. У Жасмин по математике была, конечно, единица. Но при этом учительница похвалила Анины рисунки.

Дома за обеденным столом Аню уже ждали Александр, Бо и мама. Тут же сидел, конечно, и Лавундел, который был очень взволнован.

– Показать! – потребовал Бейби-Бо. Сестра и брат положили на стол свои табели. У Александра на этот раз были не очень хорошие отметки, но мама его не ругала.

– По крайней мере, по физкультуре и математике у тебя все хорошо, – заметила она. Мама очень обрадовалась Аниной единице по рисованию и двойке по немецкому языку.

Лавундел всё это время семенил по столу взад и вперёд.

– А где мой табель? – наконец вырвалось у него.

Все озадаченно посмотрели на него. Ох, малыш думал, что сегодня он тоже получит табель!

– Ты не получишь никакого табеля! – сказал Александр.

Лавундел мгновенно побледнел и выглядел теперь как светло-зелёная плесень.

– Что? Но я же всё это время учился! – жалобно протянул он. – Александр и Аня получили табели. Только я не получу?

– Я тоже хочу! – радостно заявил Бо. Это было так похоже на него! Он всегда во всем подражал Лавунделу.

– Табель! – заревел Лавундел. – Я тоже хочу табель!

Мама подняла руки.

– Ну хорошо, хорошо! Я напишу его тебе! – пошла она на уступки. – И Бо тоже получит табель.

Но на этот раз она недооценила дракона, он был очень рассержен.

– Нет! – заревел он и упрямо топнул своей маленькой драконьей лапкой. – Я хочу нустоящий! От нустоящего учителя!

С этими словами он спрыгнул со стола и, всеми недовольный, засеменил из комнаты.

– Ух! – выдохнула мама. – Таким я его совсем не знаю.

Лавундел дулся всю вторую половину дня. Даже визит к господину Майзенбайссеру не мог отвлечь его от грустных мыслей. Могли приветствовала его своим танцем, но дракон лишь сумрачно взглянул на неё.

– Какая муха тебя укусила? – удивился господин Майзенбайссер. – Идём, я покажу тебе, чему научилась Могли. Думаю, это тебя взбодрит.

Он поднял указательный палец:

– Могли, поклонись!

Могли грациозно прижала переднюю лапу к груди и наклонила голову.

– Здорово! – воскликнула Аня.

– А теперь катись! – сказал господин Майзенбайссер.

Могли вытянулась на полу и так ловко покатилась по ковру, что уши при каждом обороте шлёпали её по голове. Затем господин Майзенбайссер вынул из подставки зонт и, держа его параллельно полу, приказал:

– А теперь – хоп!

Могли разбежалась и перепрыгнула через зонт.

– Где она всему этому научилась? – спросила Аня.

– Я ходил с ней в собачью школу. – Господин Майзенбайссер показал на стену, где на видном месте висела новая рамка. – Вот её свидетельство об окончании учёбы.

– О-о-о-у-у!

Аня и господин Майзенбайссер вздрогнули. Но эти звуки издавала не Могли, это взвыл обиженный Лавундел.

– О-о-у-у! Даже у Могли есть свидетельство!

Он помчался в гостиную и залез под диванную подушку. Там он вполголоса продолжал с горечью причитать.

Аня тяжело вздохнула и рассказала господину Майзенбайссеру, что так разгневало дракона.

– Ох, – вздохнул тот, – а я ещё показал ему свидетельство Могли.

– Ему обязательно хочется получить настоящий табель, – тихо добавила Аня. – Но ведь не бывает школы для драконов.

– Гм, – задумался господин Майзенбайссер и лукаво ей подмигнул: – А почему бы и нет?

Он наклонился и что-то прошептал Ане на ухо. Аня была крайне удивлена. Это можно сделать так просто?

– Это действительно прекрасная идея! – прошептала она. – Мне надо сразу же позвонить Жасмин.

Таким образом на следующее утро в половине восьмого сон Лавундела прервал резкий звонок будильника.

– Просыпайся! – крикнула Аня. – Нам пора идти в школу!

– Что… что? – сбитый с толку Лавундел часто моргал.

– Пора в школу! – повторила Аня и оделась с быстротой молнии. На кухне уже ждали приготовленные для школы бутерброды. Её родители и братья поднялись сегодня тоже очень рано.

Наконец на кухне появился заспанный Лавундел.

– Но ведь сейчас каникулы, – пробурчал он, зевая.

– Но не в твоей школе, – сказала Аня. – Вперёд, принеси свою тетрадь для письма.

Лавундел скрестил на груди лапы и недоверчиво прищурил глаза:

– Это одна из твоих выдумок, да?

– Нет. – Аня уже надевала сандалеты.

– Ты ведь не разыгрываешь меня, не выдумываешь? – недоверчиво пропищал дракон.

Аня пожала плечами и посмотрела на Лавундела:

– Можешь верить, можешь не верить. Я, во всяком случае, не хочу опаздывать в школу. Пока!

С этими словами она побежала к двери.

– Пудожди! – закричал Лавундел и помчался вслед за ней. – Я иду с тобой!

Через мгновение он уже притащил свою тетрадь для письма и залез в ранец к Ане.

Фрау Хек-Заноза, как назло, тоже уже проснулась. Она стояла около своего почтового ящика и вынимала из него газеты. Когда она увидела проходившую мимо неё Аню с ранцем за плечами, она рот открыла от удивления.

– И что всё это означает? – ворчливо начала она. – Девочка, ты что – с ума сошла? Ведь уже начались каникулы!

– Нет, – ответила Аня. – Иначе я бы не надела ранец, разве не так?

Фрау Хек-Заноза, сбитая с толку, почесала затылок.

– Но…

– Съешь свою шляпу, Страшилище-Заноза! – донеслось из ранца негромкое бормотание.

– Что, что это было?! – возмущённо закричала соседка.

Уши у Ани мгновенно стали пурпурно-красными.

– Э-э-э… Я только сказала: всего вам доброго, фрау Хек, – быстро ответила Аня и убежала.

Когда господин Майзенбайссер открыл ей дверь, у Ани рот открылся от удивления. Как он изменился! Господин Майзенбайссер был в чёрном костюме и галстуке, на носу – прямоугольные очки. Кроме того, вид у него был очень строгий.

– Ты, однако, поздно пришла в школу, – укоризненно произнёс он. – Все остальные уже здесь. – Он заглянул в список, который держал в руке: – Как тебя зовут?

– Аня Лукас, господин учитель.

– Хорошо. А кто второй ученик? – Господин Майзенбайссер показал на ранец за её спиной.

Лавундел уже вылез из ранца и во все глаза смотрел на него.

– Это ведь господин Майзенбайссер, – шепнул он на ухо Ане.

– А в этом ты очень ошибаешься, мой мальчик, – ответил господин Майзенбайссер. – Я господин Плюсминусквадрат, ваш учитель математики.

– Не пререкайся с господином Плюсминусквадратом, – предостерегающе прошептала Аня Лавунделу, – он, к сожалению, совсем не понимает юмора.

Теперь Лавундел уже полностью лишился дара речи. Но тут он увидел огромный плакат, висящий поперёк коридора.

– Школа драконов, – вслух прочла ему Аня.

Его глаза округлились ещё больше.

– Итак, как же тебя зовут? – спросил господин Майзенбайссер.

– Лавундел Лукас, – едва слышно прошептал дракон.

– Поторопись, Лавундел Лукас, – приказал господин Майзенбайссер. – Карандаш и бумагу положи на стол. Сейчас начнутся занятия.

Когда Аня вошла в гостиную, она не могла поверить своим глазам: она превратилась в классную комнату. Мама, папа, Жасмин, Александр и Бейби-Бо были уже здесь и сидели на скамеечках перед маленькими столиками. У стены перед ними была установлена большая классная доска.

Когда господин Майзенбайссер вошёл в комнату, весь класс хором продекламировал:

– Доб-ро-е ут-ро, гос-по-дин Плюс-ми-нус-квад-рат!

– Доброе утро, – ответил учитель. – Аня, твоё место рядом с Жасмин. А ты, Лавундел, садись впереди за этот стол.

Лавундел сначала немного растерялся, но затем собрался с духом и сел на указанное место.

Учитель достал пакет с мармеладными медвежатами и высыпал их на стол прямо перед драконом.

– Сегодня мы будем учиться считать. Я кладу перед тобой сначала двух медвежат, а затем ещё трех. Посчитай, сколько медвежат лежит теперь на столе?

Откликнулась мама.

– Четыре? – с наигранной невинностью спросила она.

Александр захихикал.

Господин Плюсминусквадрат покачал головой:

– Неверно!

– Семь? – предположил папа.

– Неверно!

Тут Лавундел нерешительно поднял палец.

– Да? Лавундел Лукас? – поднял его учитель.

– Пять? – пропищал Лавундел.

– Очень хорошо, – довольно кивнул учитель. – Это называется сложением. А теперь мы сделаем наоборот. Это будет называться вычитанием. Здесь пять мармеладных медвежат. – Он положил перед драконом пять медвежат. – А теперь я двух убираю. – Он убрал красного и зелёного медвежонка. – Пять минус два. Сколько осталось медвежат?

Лавундел вскочил, схватил медвежат и одним махом засунул их себе в рот.

– Ни одного! – радостно выкрикнул он.

Маме и Жасмин пришлось зажать рот руками, чтобы не расхохотаться. Но их смешки были тем не менее услышаны.

– Тишина! – прогремел учитель. – Неверно!

Голос подал папа.

– Но, господин Плюсминусквадрат, – сказал он, – я не вижу ни одного.

Учитель задумался.

– Хорошо. В этом случае ответ действительно равен нулю, – согласился он.

На лице Лавундела появилась улыбка до ушей. Учитель предостерегающе поднял палец.

– Но запомни, Лавундел, во время занятий нельзя есть!

Целый час все решали примеры. Дракон занимался усердно, хоть иногда и ошибался.

Затем раздался гонг. Господин Плюсминусквадрат попрощался и ушёл.

– Что будет дальше? – шёпотом спросила Аня у Жасмин. Её подруга прошептала в ответ:

– Немецкий.

– Доброе утро, милые ученики, – прозвучал приятный мягкий голос. – Я – господин Тинтенфасс[2].

И опять Аня с трудом узнала господина Майзенбайссера: очков не было, а волосы он тщательно зачесал назад. На нём был коричневый пуловер, под который он положил себе, видимо, подушку, так что действительно выглядел как бочонок.

– Доставайте ручки, мы напишем небольшой диктант, – пропел он. Взглянув на Бо, он добавил: – Кто ещё не умеет писать, тот будет рисовать. Итак, начнём: летом ярко светит солнце…

Лавундел, конечно, писал. Одолел он, правда, только первое предложение, но был невероятно горд, когда поставил в конце предложения точку. Следующим уроком была музыка. Для него господин Майзенбайссер придумал себе особый наряд. Он надел светлый парик и длинную красную юбку! В руке он держал дирижёрскую палочку.

– Итак, дорогие ученики, я фрау Ария, – пропел он изменённым голоском. – А теперь все вы споёте мне хорошую песню.

– Я! Я! – прокричал Бо.

– Выскочка, – пробормотал Александр.

– А и Б, Г и В, дракон сидел на дереве… – затараторил Бо так громко, что Могли убежала из-под дивана в другую комнату.

– Да, интересное представление, – сказала фрау Ария, когда Бо допел до конца. Настал черёд мамы. Она пропела действительно красиво песню «Лиса, ты украла гусыню…».

Папа пробормотал матросскую песню, Александр пропел заставку одного из мультфильмов. Затем настала очередь Лавундела.

Он ударил себя в грудь и, сделав глубокий вдох, громко и фальшиво запел: «Все драконы дружно плавают в пруду…»

– О нет! – крикнула мама и зажала себе уши руками.

– Плавают в пруду…

– Это похоже на сирену пожарной машины, – прошептала Жасмин Ане. К сожалению, это было именно так.

Могли начала громко выть.

– О-о-у-у-у! – разносилось по классу.

– Ах, э-э-э… этого достаточно! – прервала дракона фрау Ария. – Перемена!

Вновь прозвучал гонг, и все достали свои бутерброды.

– В школе хорошо, – признался Лавундел Ане.

После перемены в класс вошёл следующий учитель. Без парика и юбки, но зато в вязаном жилете. Под носом были приклеены усы. На плече сидел попугай.

– Привет! – рявкнул он грубым голосом. – Я – господин Валросс[3], ваш учитель природоведения. А это Паула. Вы видите, как хорошо она умеет махать крыльями?

Он подтолкнул птицу, и Паула несколько раз послушно взмахнула крыльями. Затем она начала чистить перья.

– Этому вы сейчас тоже научитесь, – сказал господин Валросс.

– Чистить себя? – спросил Александр.

– Конечно, нет! – буркнул учитель. – Вы научитесь махать крыльями. Начали! Все на стол!

Жасмин так смеялась, что чуть не свалилась со стола. Но когда все начали махать руками, это и в самом деле выглядело очень смешно.

– Быстрее! – скомандовал господин Валросс. – Посмотрите на Лавундела. Он делает это просто прекрасно!

И неудивительно! У него ведь были крылья!

– Очень хорошо! – похвалил его господин Валросс.

К концу занятий в школе Жасмин и семья Лукас полностью обессилили, но зато они узнали много нового о жизни драконов. А Лавундел? Он получил небольшой табель. От настоящего учителя! Табель был совсем маленьким, едва ли не меньше, чем половина почтовой открытки. Господин Майзенбайссер приложил немало усилий, чтобы написать названия предметов таким мелким шрифтом.

– Юпи-юпи-эй! – ликовал Лавундел и от радости на спор станцевал с Могли. Им все аплодировали. Только Александр недоверчиво покачал головой.

– Невероятно! – заметил он. – Лавундел, видимо, единственный малыш на всём белом свете, который непременно хочет иметь табель!

Начались летние каникулы. Лавундел всё ещё был зелёным. Каждый день он съедал по пять кочанов салата. В эту жаркую погоду он больше всего на свете тоже хотел бы лежать на солнце или купаться в бассейне, как Александр, Аня и Бо. Но это было невозможно. Аня каждый день наполняла для него ванну, и Лавундел мог уже часами задерживать дыхание. Иногда он всё послеобеденное время лежал на дне ванны и моргал в воде своими золотисто-зелёными глазами.

Но тут наступил самый жаркий день в этом году. В субботу термометр показывал в тени сорок градусов. Воздух мерцал от зноя. Все лежали в тени, с трудом переводя дыхание, и выпивали одну за другой бутылки с охлаждённым лимонадом.

– Довольно, дети, – сказал наконец папа. – Собирайте купальные принадлежности, мы поедем на велосипедах на Баггерзее. Лавундела мы завезём к господину Майзенбайссеру.

Ящерицы господина Майзенбайссера забились в щели. Могли смогла произнести только одно «гав», затем, почёсываясь, опять легла на кафельный пол в коридоре. Попугаи и волнистые попугайчики, вялые и сонные, тоже сидели в своих клетках.

Господин Майзенбайссер обмотал себе вокруг головы, как тюрбан, мокрое полотенце.

– Это хорошо охлаждает, – пояснил он. – А семейство Лукас, значит, направляется на озеро плавать?

Аня испытывала угрызения совести, когда кивнула.

– Мы поедем ненадолго, – пообещала она Лавунделу. – Мы проплывём только несколько кругов на детском озере и сразу приедем за тобой.

Лавундел вздохнул.

– Но я тоже хочу поплувать, – пожаловался он. – Все друконы летят сейчас через много стран и огромное море на острова. Там много белого песка и пальмы. Вода светло-синяя и бирюзовая. Там много красивых рыб и кораллов. А люди иногда носят на шее гирлянды из цветов и пёстрые платки и с удовольствием танцуют. Друконы плавают глубоко в воде, там они играют с рыбами. Со скатами и с акулами. Только Лавундела там нет.

– Острова с белыми песчаными пляжами и пальмами. Может быть, он имеет в виду Карибские острова? – спросила мама.

– А где это? – поинтересовался Александр.

– Очень далеко от Китая, – ответил папа. – Уже почти рядом с Америкой. Великий мореплаватель Христофор Колумб много столетий тому назад доплыл туда на парусниках. Раньше там бывали и пираты.

Аня прислушалась. Пираты – это здорово!

– Так-так, значит, драконы, как перелетные птицы, летят зимой в Сибирь, – сказал господин Майзенбайссер. – А лето они проводят в Карибском море. В качестве плавников они, скорее всего, используют свои крылья. Очень интересно.

– Тогда Лавундел тоже должен научиться плавать, – сказала Аня, – может быть, мы всё-таки возьмём его с собой? На озере есть очень уединённые уголки. А если он нырнёт, его ведь никто не увидит. Он ведь может часами не дышать, задерживая воздух.

Папа, казалось, задумался над этими словами, но мама покачала головой:

– Сожалею, дети, но сегодня для таких экспериментов на озере слишком много людей.

– Тогда я лучше останусь здесь с Лавунделом, – внезапно сказал Александр. Аня озабоченно взглянула на него. Её старший брат заговорщически подмигнул ей. Он, видимо, что-то задумал! Это она поняла по блеску в его глазах. Только что?

– Я тоже остаюсь, – быстро сказала Аня.

– Как хотите, – удивлённо сказал папа. Господин Майзенбайссер тоже удивился, но ничего не сказал. Вместе с Александром они помахали вслед папе, маме и Бо.

– Ну, тогда мы прежде всего сделаем себе холодный чай, – заметил господин Майзенбайссер и исчез на кухне.

– Что ты задумал? – прошептала Аня Александру.

– Тайную пиратскую акцию, – тихо ответил он. – Мы отвезём Лавундела на озеро и дадим ему поплавать.

– О да! – пропищал дракон.

– Тссс! – одновременно зашикали на него брат и сестра. – Мама это запретила. Кроме того, нам одним не разрешают ездить на озеро.

– Мама это запретила, – передразнил её брат плаксивым голоском. – Ты и в самом деле маменькина дочка. Мы ведь сами не полезем в воду. И я знаю место, где никто не увидит Лавундела. Ты со мной или нет? – Он протянул ей ладонь для хлопка.

Аня сглотнула и посмотрела в глаза Лавунделу. Они светились ожиданием.

– А как мы поступим с господином Майзенбайссером? – прошептала Аня.

– После обеда он ведь всегда ложится поспать. Он даже не заметит, что мы исчезли. К тому времени, когда он проснётся, мы уже успеем вернуться.

Это звучало вполне разумно.

Господин Майзенбайссер вернулся с холодными напитками и сел на диван. Вскоре он зевнул и сонно сказал:

– Дети, я тут прилягу на одно ушко. Следите за драконом, хорошо?

Он вытянулся на диване и положил себе на глаза влажное полотенце. Через несколько минут он уже сладко посапывал.

– Идём, Лавундел, вперёд! – прошептала Аня и приоткрыла для него пляжную сумку. Лавундел не заставил себя долго ждать. Затем они проскользнули мимо дремавшей Могли и побежали к своим велосипедам.

Вскоре Аня уже понимала, куда решил поехать её брат. Их путь лежал не к мелкому озеру Баггерзее, на котором они обычно купались, которое они называли «детским» озером. Они ехали к следующему озеру, которое было больше и глубже. Вода в нём была тёмно-зелёной. С одной стороны озеро заросло густыми кустами. Это было действительно хорошим укрытием для Лавундела.

Свои велосипеды они поставили недалеко от воды. На другой стороне озера берег был полон людьми. Они лежали так плотно друг к другу, как сардины в банке, и загорали на солнце.

Полная женщина в жёлтом купальнике качалась на волнах, лежа на надувном матрасе. Но на тенистой стороне озера среди густых кустов никого не было.

– Воздух чистый, – прошептала Аня в свою пляжную сумку, – но ты должен мне обещать, что быстро вернёшься. И что будешь оставаться под водой, чтобы тебя никто не заметил, хорошо?

Лавундел торжественно поднял свою маленькую лапку для клятвы:

– Большое честное слово друкона!

Аня ещё раз оглянулась и вынула его из сумки.

– Давай быстрее! – поторопил её Александр. – У того толстяка напротив видеокамера, он снимает свою жену на матрасе.

Лавундел с победным криком вырвался из Аниных рук и, изогнувшись, словно щука, красиво нырнул в воду. Как господин Майзенбайссер и предполагал, в качестве плавников он использовал свои крылья. Каким он был прекрасным пловцом! Скорее всего, он проскользнул вдоль берега, где был насыпан щебень, и исчез в тёмно-зелёной заводи.

После того как Лавундел нырнул в тёмно-зелёную воду, Ане всё-таки стало неспокойно на душе. Сдержит ли он своё слово? Они ждали его довольно долго, но дракон не возвращался.

Внезапно на середине озера – там, где было очень глубоко, – из воды поднялись высокие брызги.

– Ой! – закричала женщина на надувном матрасе. После этого она с громким «плюх» упала в воду. – Меня кто-то столкнул! – крикнула она.

– И-и-и-и! – завизжала девочка, плывущая в середине озера. – В воде крупная рыба! Она прикоснулась к моему животу!

– Кто-то толкнул в воде мой мяч! – возмутился мужчина.

– Кажется, этот маленький головастик дразнит купающихся, – озадаченно простонал Александр. – Надо немедленно достать его из воды!

– Хорошая идея! Но как мы это сделаем? – прошептала Аня.

Беспокойство на пляже всё возрастало. Один из мужчин крикнул:

– Кто-то щекотал меня за пятки!

Две женщины торопливо выбрались из воды на прибрежный песок.

Вдруг из воды стремительно выскочил Лавундел, с молниеносной быстротой он взобрался на Александра и устроился на его плече.

– На пумощь! – пропищал он. – За мной гонится огромная лягушка!

На поверхности озера забулькала вода, затем недалеко от берега показалась голова в маске для подводного плавания. Настоящий ныряльщик! На спине у него были закреплены баллоны с кислородом.

– Внимание! В воде зелёный крокодил! – крикнул он толстяку с видеокамерой. – Он может укусить мальчика.

Мужчина, который перед этим снимал озеро, повернулся вместе с камерой – и снял Александра с Лавунделом. Аня окаменела от испуга.

– Мальчик, не двигайся! – приказал ныряльщик и поплыл к берегу. – Я помогу тебе!

– И-и-ик! – пискнул Лавундел. Он быстро прыгнул назад в воду и исчез в глубине.

– Вызывайте полицию! – крикнул ныряльщик мужчине с видеокамерой. – И ветеринарного врача, и пожарную команду. Нам надо найти родителей мальчика. Если зверь его укусил или поцарапал, то его надо отвести к врачу. Укус может быть ядовитым.

Александр схватил Аню за руку.

– Бежим отсюда, – приказал он.

Они стрелой понеслись к велосипедам и быстро уехали. Через некоторое время они остановились и спрятались в густом кустарнике.

– И что мы теперь будем делать? – в отчаянии прошептала Аня. – Лавундел всё ещё в озере.

Лицо Александра было совершенно белым.

– Мы должны сообщить об этом маме и папе, – сказал он, – и как можно скорее!

Они помчались на велосипедах к детскому озеру. К счастью, они знали, где могли найти своих родителей. Они всегда выбирали место на плоском пляже, чтобы Бо мог там поиграть. Ещё издали Аня увидела мамину большую жёлтую шляпу и красные плавки папы. Она знала, что её ждёт гнев родителей, но почувствовала бесконечное облегчение, когда увидела их.

– Что случилось? – воскликнула мама, увидев подбегавших Александра и Аню.

Аня с трудом перевела дыхание, затем выпалила всю историю.

– Мы ведь только хотели, чтобы он немного поплавал, – убеждала она маму, – а теперь его ищет ныряльщик. И полицейские. И пожарные.

Мама даже забыла поругать их.

– Дети, идёмте! – сказал папа и встал.

Когда они вернулись к большому озеру, там и на самом деле уже были и полицейские, и пожарные.

– Просим всех покинуть озеро, – доносилось из мегафона. – Здесь запрещено купаться.

Плавающие устремились к берегу. Они собирались в группы и гадали, что же произошло.

– Говорят, в озере плавает чудовище! – сказала одна из женщин.

– Видимо, крокодил, – добавил мужчина. – Или ящер.

– Как чудовище Несси, – вставил его друг.

– Подождите здесь, – сказал папа. Не привлекая к себе внимания, он прогулялся вдоль берега озера, скрылся затем в кустах. Но Лавундела он не нашёл. – Он, видимо, нырнул и отсиживается в воде, – сказал он, вернувшись. – Пока пожарные здесь, мы не можем его искать. Подождём до вечера, когда стемнеет. А теперь идёмте домой.

– Не хочешь ли ты сказать, что мы оставим его здесь? – возмущённо спросила мама.

Папа пожал плечами.

– До тех пор пока он прячется на дне среди водных растений, он в безопасности. Не забывай, он всё-таки дракон. Драконы лучше нас знают, как им надо прятаться от людей на природе. – Он лукаво улыбнулся. – Они делают это так хорошо, что их ещё никто нигде не заметил – ни в Сибири, ни в Китае, ни на Карибских островах. Разве я не прав?

Папа был прав. Лавундел, видимо, очень хорошо знал, зачем он прыгнул назад в воду, вместо того чтобы укрываться на берегу.

Было нелегко ждать дома наступления темноты. Ведь летом день длится невероятно долго. Мама всё ещё очень беспокоилась о Лавунделе, поэтому она совсем забыла отругать Аню и Александра. Аня была этому очень рада, хотя прекрасно знала: гроза ещё не миновала.

В девять часов папа включил телевизор. На экране появилась ведущая, затем репортёр. У папы из рук едва не выпал пульт.

– Только этого нам не хватало, – пробормотал он. Репортаж шёл с озера, ныряльщик как раз рассказывал репортёру, что он видел.

– Это был не обычный крокодил, – сообщил он. – Я недолго видел его под водой, но плыл он очень быстро. И он как-то странно под водой махал двумя крыльями.

Затем на экране появился толстяк.

– Я видел это совершенно ясно, – взволнованно рассказывал он. – Сначала это чудовище столкнуло с матраца мою жену, потом оно выскочило из воды и вскарабкалось на плечо мальчику, стоявшему на берегу. Я тотчас же снял это на камеру.

Показали прыгающие кадры. Лавундел, к счастью, был не очень узнаваем, но Александр был виден очень чётко.

– Это невероятно, – растерянно сказал Александр. – Меня показывают по телевизору.

– Это нехорошо, – прошептала мама. – Это очень нехорошо.

Было уже больше одиннадцати, когда папа, Александр и Аня смогли наконец выехать из дома. Папа предусмотрительно упаковал в сумку несколько кочанов салата. Мама обрызгала их дома розовой водой. Лавундел ведь, скорее всего, был голоден. Кроме того, они захватили с собой большую пляжную сумку и полотенце. В темноте озеро казалось совсем пустынным и заброшенным. Они положили велосипеды и осторожно пошли вдоль берега между кустами.

В кустах, кажется, раздался шелест!

– Лавундел! – шепнула Аня. – Ты здесь?

Папа взял кочан капусты и опустил его в воду.

– Если он голоден, то найдёт его, – пояснил он.

– Может быть, надо немного поплескаться в воде, – предложил Александр. – Так приманивают рыб.

Аня опустилась на колени у самой кромки воды и окунула руку в озеро. Она расплёскивала ладонью воду, разбрызгивая её. В течение долгого времени ничего не происходило. Внезапно на футболку Ани брызнула вода, и на руки ей прыгнул совершенно мокрый дракон.

– Ха-ха-ха, – засмеялся он. – Мне понравилось плавать!

– К счастью, с тобой ничего не произошло, – сказала девочка и прижала Лавундела к себе. Он пах не цветами, от дракона исходил немного затхлый запах ила и водорослей. И довольно сильный запах рыбы.

Они быстро усадили Лавундела в сумку и поспешили домой. Аня изо всех сил нажимала на кнопку звонка, пока мама не открыла им дверь.

– Мы нашли его! – радостно крикнула Аня и побежала в гостиную. – Он чувствует себя хорошо.

Лавундел засмеялся и выпрыгнул из сумки.

– О, что с ним случилось? – вырвалось у мамы.

Здесь, на свету, это заметили все. Лавундел больше не был зелёным. Чешуйки на его теле стали синими, как морская вода. В них поблёскивали отдельные серебристые чешуйки, образуя волнистый узор. Крылья были украшены этим же тончайшим узором. Глаза дракона тоже приобрели другой цвет. Они были уже не золотисто-зелёными, а стали серебристо-серыми.

– Значит, так выглядит настоящий дракон летом.

Папа кивнул и со смехом констатировал:

– Вместе с Лавунделом мы сможем пережить это синее чудо.

– Ну, будем надеяться, что головастик на этот раз не разрисует себя чернилами, – сказал Александр и тоже рассмеялся.

Лавундел представил себе чернильно-синего Бо и тоже захихикал. И внезапно все рассмеялись. Дракон хихикал так сильно, что у него выступили слёзы и он поперхнулся. Аня осторожно постучала ему указательным пальцем между крыльями. Лавундел кашлял и кашлял, при этом он выплюнул рыбью кость и несколько чешуек. Аня всю дорогу недоумевала, почему от него так пахло рыбой. Очевидно, он использовал время, проведённое в озере, для того, чтобы поймать рыбу и устроить себе вкусный ужин.

– Думаю, с сегодняшнего дня он больше не будет кушать цветы, – заметила она.

Лавундела передёрнуло, словно цветы были самым несъедобным продуктом в мире.

– Бррр, цветы, нет! Начиная с сегодняшнего дня, Лавундел будет кушать только вкусную рыбу!

Уже на завтрак мама приготовила Лавунделу рыбные палочки – пусть и замороженные. Он проглотил их мгновенно. Жасмин уже тоже была тут. Вчера она по телевизору видела выпуск новостей и утром сразу же пришла к ним. Вместе с Бейби-Бо она удивлялась тому, что дракон стал синим.

– Хорошо хрустят, – произнёс между тем Лавундел и засунул себе в рот ещё одну рыбную палочку.

– Ну вот, теперь мы точно знаем, что драконы едят летом, – заметила мама.

– У нас есть проблема, – сказал папа и положил на стол воскресную газету. На первой странице красовалась размытая фотография, на которой были Александр и Лавундел.

Этот заголовок был размещен над снимком. А под ним следовал вопрос:

Папа прочёл текст:

– Весь город дрожит при мысли о монстрах на Баггерзее. И сегодня ныряльщики продолжают искать чудовище. Купание на озере запрещено.

– И это в самые жаркие летние дни, какие только возможны, – заметила мама и стала обмахиваться. – О плавании на озере Лавунделу на неделю придётся забыть. Будет лучше всего обсудить с господином Майзенбайссером, что нам теперь делать. Кроме того, Александру и Ане ещё надо извиниться перед ним за то, что они с Лавунделом просто убежали от него.

Аня и Александр исподлобья переглянулись и виновато опустили головы.

После завтрака вся семья вместе с Жасмин и Лавунделом отправилась к господину Майзенбайссеру. Но визитёров ожидал неприятный сюрприз. Ещё издали они увидели, что перед его дверью стоит толпа людей. Они держали в руках микрофоны и фотоаппараты.

– Я ничего не знаю о чудовище на Баггерзее, – вновь и вновь утверждал господин Майзенбайссер. – Я никак не могу это прокомментировать.

– Но вы ведь считаетесь в нашем городе экспертом по ящерицам! – крикнула женщина-репортёр. – Вы ведь можете, по крайней мере, сказать, крокодил это или ящер.

– Дети, нам ничего не остаётся, как уйти отсюда! – прошептал папа. – Быстро идём назад домой.

Они отправились в обратный путь. К счастью, никто из репортёров не оглянулся в их сторону.

Но – о ужас! – около их дома тоже стояли репортёры и звонили в дверь.

– Быстро, спрячемся за изгородью! – пролепетала мама. Они присели за живой изгородью и сквозь кусты стали наблюдать за домом. Только теперь они заметили, что с репортёрами разговаривали фрау Хек-Заноза и её муж.

– Это совершенно точно тот же монстр, которого я видела в своём саду весной, – утверждала фрау Хек-Заноза. – А мальчик, которого показали по телевидению, – это однозначно Александр Лукас.

Папа нервно засопел.

– Ну, теперь мы знаем, кто вызвал людей с телевидения.

– Эта семья что-то скрывает, – продолжала фрау Хек-Заноза. – Они часто устраивают пикники в полночь. А в апреле они раскрасили своего младшего сына в зелёный цвет, как пасхальное яйцо. Их дочь в первый день каникул рано утром отправляется якобы в школу! А мои тюльпаны перед Пасхой сожрал, конечно, не турецкий языкастый червь.

– Турецкий языкастый червь? – прошептала Жасмин и рассмеялась.

– Говорю вам, в доме Лукасов происходят неправедные дела, – без остановки тараторила соседка. – Я даже могу себе представить, что этот монстр живёт в их доме.

Теперь перестала хихикать и Жасмин. Аня побледнела. Как соседка могла догадаться об их тайне?

– Теперь мы ни в коем случае не должны подходить к дому, – заключила мама.

– Нам надо где-то спрятаться, – тихо произнёс Александр.

– Но к господину Майзенбайссеру мы тоже не можем пойти, – напомнил папа. – Что же нам теперь делать?

Почётный дракон Бейби-Бо тоже выглядел беспомощно.

– У меня идея, – прошептала Жасмин. – Вы все вместе пойдёте ко мне. – И очень тихо добавила: – Мои родители никогда вас не выдадут, совершенно точно. И… – она покраснела, – моей бабушке я всё равно уже рассказала по телефону про Лавундела.

– Гм, – заметил папа, – возможно, это хорошая идея – пойти к Асланам.

– Это просто суперидея, – сказала Аня. – Родители Жасмин нам непременно помогут.

После этого обсуждения они незаметно отошли от изгороди и отправились к дому Жасмин. Семья Аслан жила в красивом высоком доме, на верхнем этаже.

– Подождите здесь, – попросила Жасмин, когда они вышли из лифта. Она пошла вперёд и открыла дверь квартиры. Затем Аня услышала голос фрау Аслан. Жасмин и её мама разговаривали на турецком языке. Потом что-то сказал её отец. Сразу после этого на пороге показалась Жасмин. Она махнула Ане и всем остальным: – Заходите!

Приглашение не надо было повторять дважды. Ане очень нравились родители Жасмин. У фрау Аслан были такие же локоны, как у её подруги. Мама Жасмин улыбнулась Ане. На руках она держала Зибель, младшую сестру Жасмин. Ей было всего полгода. Господин Аслан был довольно упитанным, у него были гладкие тёмные волосы и приветливо поблёскивавшие глаза.

Как только входная дверь за ними закрылась, Лавундел выскочил из сумки.

– У-у-у! – удивлённо протянула маленькая Зибель.

Фрау Аслан тоже удивлённо рассмеялась.

– Эйдера! – воскликнула она по-турецки.

– Это означает «дракон», – перевела Жасмин.

Фрау Аслан вместе с малышкой Зибель присела на корточки.

– Привет, Лавундел! – сказала она. – Как хорошо, что ты решил навестить нас вместе со своей семьёй.

Лавундел сразу же подскочил к ней, схватил обеими лапками её указательный палец и с силой его потряс.

– Привет! – сказал он. – Меня зовут Лавундел Лукас.

В глазах господина Аслана появилась лукавая улыбка.

– У малыша поистине хорошие манеры, – констатировал он. Затем он также наклонился к Лавунделу: – Хочешь знать, как сказать по-турецки «Привет»?

Дракон быстро кивнул.

– Мераба, – как по команде сказали все Асланы.

– Мераба, – сказали папа и мама. – Спасибо, что разрешили нам спрятаться у вас, пока не уйдут репортёры. – Они выглядели немного расстроенными.

Но господин Аслан широко улыбнулся:

– Добро пожаловать! Мы оба очень рады познакомиться с вами. Теперь мы понимаем, почему Жасмин в последнее время так часто пропадала у своей подруги Ани.

– Да, мы уже заметили, что у неё появился секрет, – добавила фрау Аслан. – Но сначала мы пройдём в гостиную и выпьем по чашке холодного чая. А потом, девочки, вы нам всё подробно расскажете.

Было действительно приятно сидеть в квартире Асланов и в полном спокойствии пить холодный чай. Родители Ани были того же мнения и спрашивали себя, почему они раньше не познакомились с родителями Жасмин и не приходили к ним в гости. Аня вновь подумала: если пытаешься держать в тайне такой большой секрет, как маленький дракон, то необходимо иметь много единомышленников – чем больше, тем лучше!

Они долго смеялись, когда Аня и Александр рассказывали о голубом яйце на снегу, о дне рождения Ани с пиратами и о любви Лавундела к тюльпанам фрау Хек-Занозы.

Лавундел тем временем любовался квартирой: красным ковром с роскошными украшениями и маленькими чайными чашечками. Но больше всего ему понравилась картина, висевшая над диваном. На ней был изображён маленький солнечный городок на берегу синего глубокого моря. Ане казалось, что море имело тот же цвет, что и чешуйки на теле Лавундела. Там он, наверное, чувствовал бы себя привольно.

– Это город в Турции, – сказала Лавунделу фрау Аслан. – Там, на самом берегу моря, живёт моя мама.

– Моя Аннеанне, – добавила Жасмин. – По-турецки это означает «бабушка».

– Хорошо, что там много вуды, – с тоской в глазах сказал дракон.

Это напомнило всем о происшествии на Баггерзее.

Мама опять стала серьёзной. Все умолкли. В комнате мгновенно установилась полная тишина. Только малышка продолжала что-то радостно лепетать.

– Да, мне кажется, мы оказались в западне, – наконец сказал папа. – Весь город ищет монстра Баггерзее. Репортёры не успокоятся, пока что-нибудь не найдут. Было бы лучше всего спрятать Лавундела на несколько недель.

– В ближайшие два дня он может, конечно, остаться у нас, – предложил господин Аслан. – Мы только в среду отправляемся в отпуск.

– Да, до этого времени мы с удовольствием присмотрим за ним, – подтвердила фрау Аслан. – У нас он тоже будет кушать рыбные палочки. Кроме того, у нас даже есть ключ от маленькой террасы на крыше нашего дома. Там он сможет загорать и никто его не увидит.

– Не хочу уходить от Ани, – начал канючить Лавундел.

Фрау Аслан улыбнулась:

– Если Аня захочет, она тоже может пожить у нас в это время.

– Да, хорошо! – обрадовалась Жасмин.

– Спасибо, это очень мило с вашей стороны, – от всей души поблагодарила мама. Аня тоже находила эту идею прекрасной.

Но внезапно слово взял Александр:

– А что мы будем делать, если через два дня репортёры не успокоятся?

Все посмотрели на Лавундела. Тот вместе с Бо корчил гримасы, таким образом они смешили малышку Зибель.

Папа глубоко вздохнул.

– Александр прав. Даже если мы сегодня без Лавундела вернёмся домой, там нас всё так же будет поджидать фрау Хек-Заноза. Она не оставит нас в покое. А что произойдёт, если кто-нибудь из нас в следующие дни или недели проговорится?

Папа не произнёс имени, но все понимали, что он имел в виду Бейби-Бо, он ведь был ещё очень мал. Бо мог ненароком сказать что-нибудь и выдать Лавундела, с этим ничего нельзя было поделать.

– Это означает, что вам всем надо на некоторое время исчезнуть из города, – задумчиво сказала Жасмин. – На столько, чтобы люди забыли о монстре Баггерзее. А если вы всей семьёй уедете на некоторое время из города?

Мама вздохнула:

– Мы бы с удовольствием совершили путешествие в горы. Но в этом году для длительной поездки у нас, к сожалению, нет достаточных средств.

– Гм, – произнесла Жасмин. Аня внимательно наблюдала за своей подругой. Жасмин пристально смотрела на картину над диваном. При этом она наморщила лоб и покусывала нижнюю губу. Так она обычно выглядела, когда решала сложную математическую задачу. Но над чем она размышляла сейчас?

– У вас ведь сейчас как раз отпуск, господин Лукас, не так ли? – спросила Жасмин.

Папа кивнул.

– А вы, фрау Лукас, тоже в отпуске? – продолжала допытываться Жасмин.

Мама тоже кивнула.

– Да, следующие три недели мы все свободны. Мы хотели устроить себе хорошие спокойные каникулы дома. Но спокойствия у нас, видимо, не будет.

Жасмин ещё несколько секунд над чем-то размышляла, затем её лицо осветила лучезарная улыбка. Она повернулась к своим родителям и возбуждённо что-то сказала по-турецки. При этом она отчаянно жестикулировала и показывала вновь и вновь на картину над диваном. Её родители ошарашенно выпучили глаза. Потом вдруг одновременно заговорили все Асланы. Семья Лукас могла только наблюдать за этим и гадать, что же тут обсуждается.

Сначала господин Аслан наморщил лоб. Но чем дольше Жасмин ему что-то говорила, тем больше ему, казалось, нравились её предложения. Фрау Аслан тоже теперь внимательно слушала свою дочь. Наконец господин и фрау Аслан взглянули друг на друга, и оба согласно кивнули. Жасмин спрыгнула с дивана и издала победный клич.

– Эй, Жасмин, – пожаловался Александр, – мы не понимаем ни слова.

Жасмин захлопала в ладоши и показала на картину.

– Просто вы поедете в отпуск вместе с нами, – ликовала она. – В Турцию. К бабушке Филиц.

– Что? – одновременно воскликнули родители Ани.

– Спокойно! – крикнул Александр.

Лавундел и Бо вместе закричали: «Да-а-а!»

У Ани в животе вдруг побежали мурашки, и появилось ощущение счастья. В Турцию! К морю! С Лавунделом и лучшей подругой!

– Но… но это невозможно, – запинаясь, сказала мама. – Бабушка Филиц ведь не знает нас. Мы никого не хотим обременять.

– Точно, – подтвердил папа. – И кроме того, билеты на самолет слишком дорогие, а машины у нас нет и…

Господин Аслан отмахнулся:

– Я беру взаймы у брата микроавтобус. Туда мы все поместимся. Дорогу я знаю наизусть. А дракона надо будет хорошо спрятать.

– Но… но… – все ещё заикалась мама. – Мы ведь не можем поехать просто так… Где мы будем там жить?

Фрау Аслан развела руками.

– У моей мамы! В её доме достаточно места. Иногда она даже сдает комнаты отдыхающим. Она всегда рада гостям.

– Это действительно так, – подтвердила Жасмин. – После того как умер дедушка, она иногда чувствует себя одиноко. И очень интересуется Лавунделом.

– Но мы и в самом деле не хотим никому быть обузой, – сказал папа.

Фрау Аслан покачала головой.

– Гости не могут быть обузой, – отчасти с осуждением, отчасти с улыбкой сказала она. – Просто скажите «да!».

Лавундел вскочил и прыгал теперь взад и вперёд перед мамой.

– Ну, пужалуйста, пужалуйста, – умолял он. – Я хочу к бабушке Филиц. И на синее море!

– Мы ещё никогда не были в Турции, – вмешалась в разговор Аня. – И кроме того, подумайте о Лавунделе! В конце концов, он ведь дракон. А другие драконы проводят лето на море.

Мама и папа выглядели слегка ошарашенными. Но им не оставалось ничего иного, как сказать «да». Соседи Асланов наверняка удивились тому, что в квартире рядом с ними вдруг раздался победный крик множества детей. Прошло довольно много времени, прежде чем можно было разобрать хотя бы одно произнесённое кем-то из них слово.

– Итак, это дело решённое, – с улыбкой сказал папа и встал. – Вы все оставайтесь здесь, а мы с мамой пойдём домой и соберём чемоданы для нашего отпуска.

Аня ещё никогда не была так взволнована, как в это время. В следующие два дня они с Александром и Бо жили у Асланов. Братья Ани спали на надувном матрасе в гостиной. На обед мама Жасмин сварила для всех вкусную курицу и овощи с йогуртовым соусом. Больше всех волновался, конечно, Лавундел. В конце концов, это было самое большое путешествие в его драконьей жизни.

– Тебе обязательно понравится, – сказала ему Жасмин. – Ты ведь огненный дракон. Летом на море так жарко, что на твоей лысине можно будет поджарить яичницу.

– Но это называется яучница, – поправил её Лавундел. – И у меня совершенно точно нет лысины. – При этом он гордо погладил свои голубые чешуйки на голове.

Ранним утром в среду наступил долгожданный момент: внизу около дома стоял белый автобус, полностью загруженный чемоданами, надувными матрасами и игрушками. Были там и две сумки-холодильника с рыбными палочками для Лавундела.

Мама и фрау Аслан были в летних платьях, папы – в ярких рубашках, на носу у всех – солнцезащитные очки. Лавундел смирно сидел в пляжной сумке, в ней его и занесли в автобус. Затем он уютно устроился рядом с Бо в куче матерчатых кукол Лупи. Среди них он не бросался в глаза, он мог даже иногда выглядывать в окно. Вскоре они тронулись в путь!

Это была не только самая волнующая отпускная поездка, но и самая длительная. Сначала все вместе пели песни и слушали музыку.

– Светофур, зелёный! – кричал Лавундел всякий раз, когда на светофоре загорался зелёный свет и они могли ехать дальше.

Пятьдесят раз они сыграли в игру «Я вижу то, чего не видишь ты», и по крайней мере сто раз они отгадывали загадки. Когда автобус останавливался, Лавундел прятался в пляжную сумку. Кроме этого для него было приготовлено ещё одно укрытие. Среди кукол Бо лежал тигр. Это был тигр Жасмин, но она уже давно с ним не играла. Когда они в обеденное время подъехали к австрийской границе, Жасмин взяла в руки этого тигра и открыла «молнию» на его спине.

– Ты залезешь в тигра и не издашь ни звука, – тихо сказала она. – Моя мама и я вынули из игрушки все содержимое и приготовили тебе уютное укрытие.

Лавундел недоверчиво обнюхал тряпичного зверя, но затем влез в него. Внутри он пошевелил лапками. Когда игрушка вдруг начала двигаться, это выглядело немного жутковато.

– Классно, Лавундел теперь тоже кукла Лупи! – крикнул Бо.

– Но здесь внутри немного колется, – глухо донеслось из тигра.

– Тссс! – дружно зашипели все.

– Задержи дыхание, у тебя это получается просто отлично, – прошептала ему Аня. – И не двигайся, слышишь?

Тигр кивнул, и больше он не шевелился.

На границе никто ничего не заметил, и они поехали дальше. Затем Лавундел вылез из своего укрытия, они опять играли в различные игры и любовались высокими горами. На следующей границе Лавунделу опять пришлось влезть в тигра, после этого они въехали в Италию. Они всё ехали, и ехали, и ехали. Они уже давно не пели. В автобусе было жарко, все вспотели. Бо и Лавундел начали хныкать.

– Пить! – по очереди ныли они.

– Кушать!

– Скучно!

– Хочу в туалет!

– Нам ещё долго ехать?

– Осталось ещё немного, и мы будем на корабле, который доставит нас в Турцию, – утешала обоих фрау Аслан.

Наконец после обеда вдали показалось море – тёмно-синяя полоска у самого горизонта. А на нём – большие корабли и паромы.

– Быстро залезай в тигра, – приказал господин Аслан. Затем он подъехал к длинной веренице автомобилей, которые заезжали на паром. Лавундел вздохнул и послушно влез в тряпичного зверя. Александр и Бо с интересом наблюдали за тем, как автобусы въезжали на паром. При этом их осматривали. Мужчина в униформе недоверчиво осмотрел их автобус и о чём-то спросил господина Аслана. Дети задержали дыхание. Господин Аслан вздохнул.

– Он хочет осмотреть наш багаж, – пробормотал он.

Аня взяла тигра на колени.

– Лавундел, ни звука! – прошептала она.

Служащий осмотрел автобус, все сиденья и чемоданы. Наконец его взгляд упал на игрушки.

– Это мои, – тотчас же заявил Бо.

Мужчина улыбнулся и наклонился к окну автобуса.

– Che bella tigre che hai, – сказал он по-итальянски. – Какой красивый тигр!

Аня слегка покраснела.

– Да, это моя любимая игрушка.

Мужчина улыбнулся ещё шире. И только он хотел пойти дальше, как раздалось громкое урчание. А затем ещё раз: ур-р-р! Мужчина изумлённо оглянулся.

Ане стало почти плохо. Лавундел был голоден, у него урчало в животе, но звучало это так, словно рычал настоящий тигр. О нет! Что, если мужчина захочет внимательнее осмотреть тигра?

На этот раз Лавундела спас Бейби-Бо. Он схватил свою игрушку – тряпичного львёнка и сделал вид, словно он играл с ним.

– Ур-р-р-р! – урчал он. – Я Лупи – страшный лев!

Мужчина в униформе почесал свой затылок, затем пожал плечами и вышел из автобуса.

Ух, пронесло, им опять повезло! Господин Аслан быстро завёл автобус и въехал на паром. Лавунделу наконец разрешили вылезти из его укрытия.

– Дайте ему быстрее рыбные палочки! – настаивала Аня. – У нашего маленького дракона волчий аппетит.

– Нет, я тигр! – гордо объявил Лавундел. И словно в подтверждение этих слов, его желудок заурчал громче, чем самый ужасный тигр.

На следующее утро после ночи, проведённой на пароме, они достигли турецкого побережья. Как здесь было тепло! Какими сияющими были краски! Аня была удивлена, когда увидела множество кипарисов и кустов жасмина. Миновав набережную, они поехали дальше вдоль моря, пока не достигли маленького городка.

– Скоро мы будем на месте! – объявила Жасмин.

Сразу после этого они свернули на заброшенную ухабистую дорогу на окраине города, которая привела их к белому дому с множеством окон. Перед ним плескался фонтан, и всюду были яркие цветы. Господин Аслан посигналил, и все они вышли из микроавтобуса. В то же мгновение открылась входная дверь, и во двор вышла невысокая старая женщина с седыми локонами. На ней был красный фартук. Сама она была кругленькой.

– Хосгелдинец – добро пожаловать! – приветливо воскликнула она. А затем она просто подбежала к автобусу и стала обнимать их, одного за другим. – О, ты должна быть Аней! А это, совершенно точно, маленький Бо. А тебя зовут Александр, я права? Специально для тебя я приготовила футбольный мяч!

Лавундел очень осторожно выглядывал из окна автобуса, но старая дама его мгновенно увидела и восторженно бросилась к нему.

– Ух! – вырвалось у дракона, когда он уже сидел у неё на руках, а дама его тискала.

– А ты, значит, маленький Лавундел! – воскликнула старая женщина. – Жасмин по телефону так много о тебе рассказывала! Заходите все в дом! Я приготовила для вас вкусный обед – рыбу с рисом и шафраном.

Так семья Лукас познакомилась с бабушкой Филиц. Это был самый весёлый вечер из всех, которые помнила Аня. За домом находился небольшой сад, со всех сторон обнесённый высоким забором. Тут никто не мог увидеть Лавундела, и он мог свободно бегать. Дети играли с ним в прятки и догонялки. Затем они до поздней ночи сидели вместе в саду, ели медовые сладости, пили яблочный чай и апельсиновый сок. И беседовали.

– Я долгие годы жила в Германии, – рассказала бабушка Филиц. – Но меня тянуло назад, и я вернулась в Турцию. Здесь всегда так хорошо, тепло. И море! Так приятно окунуть ноги в прохладную солёную воду. Дети, завтра вы пойдёте на пляж и будете купаться.

Лавундел при этих словах опечалился.

– А я? – спросил он. – Я ведь туже хочу на море!

Бабушка Филиц погладила его по голове и лукаво улыбнулась:

– Мы позаботимся о том, чтобы ты тоже мог немного поплавать.

На следующее утро Аню разбудил мужской голос, протяжно певший где-то вдали.

– Это муэдзин, – объяснил ей папа, когда она, ещё заспанная, пришла на кухню. – Он созывает жителей города на утреннюю молитву.

Солнце уже взошло, Александр и Бо тоже вскоре проснулись. На завтрак они ели симит – испечённые хлебные кольца, посыпанные семенами кунжута. Взрослые пили чёрный чай и кофе, а дети – яблочный чай. Бабушка Филиц уже упаковала для них огромную пляжную сумку. В ней нашлось место и Лавунделу.

Мама, ещё совсем сонная, маленькими глотками пила свой кофе.

– Это будет не слишком опасно, если мы возьмём с собой на пляж Лавундела? – спросила она.

Но бабушка Филиц успокоила её.

– Йок я, – сказала она, отмахнувшись, – не беспокойся! Мы пойдём на дальний пляж. Там очень мало туристов. Они загорают, и их совершенно не интересует, что происходит вокруг.

Так они все вместе отправились к морю. Они долго шли вдоль берега и добрались наконец до маленькой бухты. Белый песок просто светился на солнце. Море сияло синевой, а когда волны тихо набегали на берег, оно отливало серебром. На ветру мерно покачивались листья пальмы. Это было намного-намного красивее, чем на Баггерзее дома!

Лавундел осторожно выглянул из пляжной сумки.

– О, как на Карубских островах! – задумчиво произнёс он.

Аня радовалась за Лавундела. Он, конечно, представлял себе, как его мама и другие драконы сейчас тоже отдыхали на морском побережье.

Семья Лукас – Аслан разбила свой лагерь и установила зонт. Папа накачал матрас. Мама смазала Бейби-Бо солнцезащитным кремом так сильно, что тот стал блестеть, как корочка сала.

Аня и Жасмин осмотрелись. На пляже было лишь несколько туристов, которые лежали на песке или плавали в море. Но увидели они на пляже и несколько необычных пёстрых водоплавающих – огромную утку, рыбу и даже зелёного надувного дракона.

Жасмин и Аня переглянулись, им в голову в одно и то же мгновение пришла одна и та же идея. Аня наклонилась к пляжной сумке, в которой сидел Лавундел.

– Ты ведь получил в школе высший балл за задержку дыхания, – тихо сказала она. – Значит, сейчас ты задержишь дыхание и не будешь двигаться. Ты не должен даже моргать. Ты будешь нашим надувным зверем для плавания, так мы сможем донести тебя до воды. Никто ничего не заметит.

Лавундел просиял.

– Не моргать! – повторил он, глубоко вдохнул и надулся. Аня поразилась, какими круглыми стали его щеки, он выглядел так, словно проглотил воздушный шарик.

Аня взяла его в руки. Мама испуганно зажала рот руками. Папа хотел что-то сказать, но бабушка Филиц засмеялась.

– Очень хитро! – похвалила она. – А теперь топ-топ – и в воду!

Это не надо было повторять девочкам дважды.

– И я с вами, и я с вами! – Бо догнал их. Сегодня на его голове не было шлема, но зато на руках были надувные крылышки, и выглядел он, как летучая мышь.

Так они вчетвером дошагали до воды. Сердце у Ани было готово выскочить из груди. Но трюк удался. Никто не удивлялся, глядя на Лавундела. Только маленький мальчик показал на дракона и сказал своему отцу: «Бен де истиёрун!»

– Он сказал, что тоже хочет такого надувного зверя, – с усмешкой перевела Жасмин.

Неожиданно на их пути возникла женщина. На носу у неё были очки в форме бабочки. Когда женщина увидела Лавундела, она остановилась.

– О! Какой у вас красивый надувной зверь! Где можно купить такого? – спросила она по-немецки.

– В драконограде, – выпалил Бо.

– Тссс! – зашипела на него Аня.

Туристка засмеялась.

– В самом деле?

Аня озабоченно посмотрела на Лавундела, но тот оставался невозмутимым, на его лице не дрогнул ни один мускул. Дама, смеясь, пошла дальше.

Как и следовало ожидать, вода брызнула во все стороны, когда Аня, Бо и Жасмин бросились в море. Около берега оно было мелким. Вода была приятно тёплой и такой прозрачной, что было видно дно. Папа и Александр подбежали с надутым матрасом, и они все вместе отплыли подальше от берега.

Лавундел немного побарахтался в воде, а затем с протяжным «пф-ф-ф» выдохнул. Он погрузился в воду и осторожно пошевелил крыльями.

– Ка-а-ка-ая мягкая вуда! – пропищал он, сияя от счастья. – А там внизу лежит ракушка.

– Смотри только, чтобы тебя не увидел какой-нибудь ныряльщик! – озабоченно крикнул ему вслед папа. Но синий дракон, медленно помахивая крыльями, уже опускался на дно.

Это были самые классные каникулы в их жизни! Бабушка Филиц каждый день готовила новое турецкое блюдо. Мама, папа и родители Жасмин ежедневно совершали поездки, а вечером все вместе играли в настольные игры. Александр вместе с четой Аслан навестил тётю и дядю Жасмин. Целыми днями он играл с её кузенами в футбол. Вскоре все дети Лукас уже знали по нескольку турецких слов.

Но самым счастливым был Лавундел. Вначале семья Лукас ещё беспокоилась из-за того, что дракон так много плавал, но через некоторое время все привыкли к этому. Часто он возвращался с рыбой, которую бабушка Филиц зажаривала им потом на ужин.

Неизвестно, с чем это было связано: с кулинарными способностями бабушки Филиц или с длительным плаванием, но крылья дракона внезапно резко выросли! Однажды, примерно через две недели, он исчез на два дня и две ночи. После этого Лавундел рассказывал о дельфинах, спрутах и светящихся рыбах. В доказательство он принёс с собой несколько ракушек и морских моллюсков.

Потом он придумал для детей игру: в надутых нарукавниках и ластах они барахтались в воде в маленькой бухте в том месте, где дети ещё доставали до дна. И он нырял с ними. Им доставляло удовольствие, когда дракон брал их за руку и тащил за собой под водой.

Но в один из дней их развлечения закончились. Несколько подростков, катаясь на моторной лодке, сделали бухту небезопасной. Они проносились на большой скорости рядом с плавающими в море и обдавали их фонтанами брызг. Поднимаемые лодкой волны опрокидывали надувной матрас.

– Какое хамство! – ругала их мама, вынимая плачущего Бо из воды. Но угрозы взрослых не останавливали подростков. Моторная лодка появилась и на следующий, и на третий день тоже, поэтому Александру и Бо больше не хотелось ходить на море. Они с большим удовольствием оставались в саду и играли с папой в футбол. Однако мама, Жасмин и Аня пошли в этот день на пляж. Но Ане не хотелось, чтобы Лавундел плавал.

– Что, если они на лодке просто переедут через тебя? – сказала она. – Лодка мчится на очень большой скорости, ты даже не заметишь, как она к тебе подплывёт.

Лавундел вопреки своей воле остался в пляжной сумке. Аня вырезала ему дырочку, чтобы он мог наблюдать за внешним миром.

Мама через некоторое время задремала под зонтом. Как она могла спать! Шум мотора так раздражал. Женщина в очках-бабочках громко ругала подростков после того, когда волна сбросила её с матраса.

Лавундел фыркнул и посмотрел из сумки вверх на Аню и Жасмин.

– Довольно, – сказал он. – Мы дулжны им показать, что это не весело.

– И как ты хочешь это сделать? – спросила Аня.

Лавундел махнул Ане и Жасмин. Они низко наклонились над сумкой, чтобы посторонние его не услышали.

– Я позову на помощь моих новых друзей, – прошептал он.

– Друзей? – с ноткой ревности в голосе переспросила Аня. – Но ведь это мы – твои друзья!

Лавундел тихо захихикал, затем прошептал ей на ухо, что он задумал.

Через некоторое время отдыхающие увидели двух девочек, которые бодрым шагом шли к воде. Они несли красный надутый матрас, синего дракона для плавания и скакалку.

– Будьте осторожны, следите за моторной лодкой! – крикнула им вслед немецкая туристка в очках-бабочках. Жасмин сладко улыбнулась в ответ. Аня была очень взволнована, когда бросила в волны матрас.

Они вместе сели на него. Жасмин обвязала скакалкой переднюю часть матраса и опустила её конец в воду. Лавундел нырнул. Теперь оставалось только ждать.

В отдалении из конца в конец бухты сновала моторная лодка. Прошло некоторое время, прежде чем трое подростков увидели красный матрас. Лодка развернулась и понеслась прямо на Аню и Жасмин.

– Где пропадает Лавундел? – прошептала Аня. – Они ведь сейчас опрокинут нас в воду!

Жасмин вцепилась в Аню и не произнесла ни слова. Она уже видела отвратительно ухмыляющиеся лица трёх наглецов в лодке, которая плыла всё быстрее, но потом она неожиданно повернула в сторону. Поднялась огромная волна, которая мчалась к матрасу. Сейчас их смоет!

– А-а-а-a! – вскрикнули Аня и Жасмин. Но, прежде чем матрас опрокинулся, неожиданно натянулась скакалка – и они понеслись по волне, как на сёрфе!

– Держись крепче! – воскликнула Аня.

И тут началось! Под водой они могли видеть Лавундела. Он с невероятной быстротой махал крылышками и с немыслимой скоростью мчался вперёд. И без труда тянул их за собой. Матрас тоже поднял большую волну – и плыл он быстрее, чем моторная лодка!

У мальчишек рты открылись от удивления, когда они увидели, как матрас проносится мимо них. Они тут же пустились вдогонку.

– Получилось! – торжествовала Жасмин.

Затем в воде вдруг появились белые пятна. Они становились всё крупнее и были видны всё отчетливее – светло-серые удлинённые тела, которые плыли теперь вокруг матраса. Дельфины! Лавундел сказал правду, он позвал в маленькую бухту своих новых друзей из моря. Их было очень много, они резвились вокруг них, выпрыгивая из воды и вновь ныряя.

А потом они взяли курс на лодку. Лавундел тянул матрас, делая с ним крутой вираж. Тут Аня и Жасмин увидели, как дельфины прыгают через моторную лодку. Подростки в ней не на шутку испугались. Три дельфина одновременно выпрыгнули из воды прямо перед лодкой. Мальчишки с криком отпрянули, поскользнулись и с громким «плюх» упали в воду. Пустая лодка поплыла в открытое море.

На этот раз настал черёд Ани и Жасмин смеяться до слёз.

– Что, хвастуны, теперь вы уже не такие смелые?! – крикнула им Аня.

– Да, держитесь подальше от нашей бухты! – злорадно добавила Жасмин.

Дельфины носами подталкивали мальчиков в воде, словно они играли тремя мячами. С той лишь разницей, что мячи обычно не кричали и не толкались ногами. Лишь через некоторое время они оставили подростков в покое. Те, ругаясь и шлёпая по воде руками, поплыли к берегу.

Лавундел вынырнул и вскарабкался к девочкам на матрас.

– Теперь мы их не скоро увидим! – гордо сказал он.

– Лавундел, это было здорово! – крикнула Аня и с любовью прижала его к себе. – Теперь бухта опять наша, и мы даже видели дельфинов!

– Да, это муи друзья! – объяснил дракон и погладил нос дельфина, который совсем близко подплыл к ним. Девочки тоже осторожно погладили дельфина.

– Кожа кажется совершенно гладкой, – задумчиво произнесла Жасмин. – Почти как варёное яйцо.

– Ки-ки-ки, – вырвалось у дельфина, это очень напоминало смех.

– Я ещё немного поплаваю, – радостно объявил Лавундел.

После его героического поступка они не могли ему это запретить. Девочки пожелали дракону хорошо провести время с его друзьями.

Мама всё ещё спала под зонтом, другие отдыхающие тоже ничего не заметили, так как следили за моторной лодкой, которая без управления описывала в море большие круги.

– Послушай, что я тебе скажу, Урзел, – сказал немецкий турист своей жене. – Это были дельфины! Они выпрыгивали из воды прямо перед лодкой.

– Ах, не говори глупостей, Эрвин, – ответила жена и отмахнулась от него. – Тебе показалось. Я вижу там, в море, только трёх хвастунов, которые выпали из своей лодки.

Женщина в очках-бабочках тоже наблюдала за морем. Но теперь она увидела двух девочек.

– О, бедняжки, – притворно сладким голосом произнесла она, – вы потеряли своего надувного зверя для плавания.

Аня небрежно отмахнулась:

– Он ещё вынырнет.

– Он проплывёт с дельфинами всего один круг, – усмехнулась Жасмин.

К сожалению, когда-то должен был закончиться и этот отпуск. Маме и папе надо было выходить на работу, поэтому они начали упаковывать чемоданы и прощаться. Ане было грустно, она знала, что ей будет очень не хватать бабушки Филиц.

– Но я ведь скоро приеду к вам в гости в Германию, – утешала её бабушка Филиц. – А следующим летом вы снова приедете сюда.

Это взбодрило, по крайней мере, Александра и Бо. А Аня с тоской подумала о том, будет ли Лавундел через год всё ещё с ними?

Но для длительных грустных мыслей времени уже не было. В этот тёплый летний вечер обе семьи устроили в саду прощальный ужин. Лавундел вновь и вновь рассказывал историю с моторной лодкой, а Аня и Жасмин в лицах изображали сбитых с толку подростков. Все дружно смеялись. Только Александр всё ещё был немного кислым.

– Ну, просто класс! Матрасные сёрферы гонятся за моторной лодкой и гладят дельфинов, – надувшись, ворчал он, – а я играю в футбол и пропускаю такое зрелище!

На следующее утро они уехали.

– До следующего года! – крикнула им вслед бабушка Филиц.

На обратном пути Лавунделу также пришлось время от времени залезать в тигровый костюм. Но это было уже не так просто, так как его крылья настолько выросли, что с трудом умещались в матерчатой игрушке. А когда он в неё влезал, тигр выглядел так, словно у него вырос горб.

Чем ближе они подъезжали к дому, тем более серым становилось небо. А через два дня, когда они, усталые после долгой дороги, добрались до своего города, там шёл проливной дождь.

Семья Лукас сердечно попрощалась с Асланами.

– Теперь вы знаете, – сказала им на прощание фрау Аслан, – что Лавундел и дети в любое время могут прийти к нам и даже переночевать у нас. В случае если вам придётся спрятать дракона от фрау Хек-Занозы.

Потом они пошли домой. Из предосторожности Лавунделу пришлось ещё раз влезть в костюм тигра. Сад перед домом был слякотно-зелёным. Ещё были видны следы от ног репортёров, вытоптавших несколько недель тому назад газон и цветы. Дождь стекал по окнам. Ане уже сейчас не хватало моря и солнца.

– Гав! Гав! Гав! – раздалось из-за забора. Все вздрогнули. Ясно – это был Принц, который враждебно уставился на семью Лукас. И конечно же, сразу открылась дверь соседнего дома, и под дождь свои бледные носы высунули господин Хек и его жена.

– Ага, – язвительно сказала фрау Хек-Заноза. – Вы были в отпуске, правда? Что, делать вам больше нечего?

Она посмотрела на детей Лукас, словно те были троллями.

– У нас был прекрасный отпуск на море, – ответил папа. – А вы? Вы нашли монстра Баггерзее? Может быть, вы искали его в нашем саду? – Он показал на полностью вытоптанные кусты перед домом.

Господин Хек засопел.

– За это мы не отвечаем, – сказал он. – У вас происходили странные вещи. Это был наш долг – рассказать обо всём репортёрам.

– Именно так, – вмешалась в разговор его жена. – Во всяком случае, языкастого турецкого червя мы в нашем саду не нашли.

Аня ещё крепче прижала к себе тигра.

Мама открыла дверь их дома.

– Идёмте, дети, – сказала она. – Быстро заходите! Сейчас я сделаю всем вкусный горячий чай.

– Только не думайте, что вы сможете что-нибудь скрыть от нас, – пригрозила им вслед фрау Хек-Заноза.

– Гав! Гав! Гав! – вновь залаял Принц.

Тут они наконец вошли в дом и закрыли за собой дверь.

– Фу, только её мне сейчас не хватало! – нервно произнесла мама.

Папа скорчил недовольную гримасу.

– Фу, добро пожаловать домой! – сказал он.

В это мгновение в небе прогремел гром, и началась настоящая гроза с крупными каплями дождя.

Было скучно, скучно, скучно! Загар с кожи у детей Лукас скоро сошёл. Мама целый день работала за своим компьютером. Папа опять носил галстук и ходил в офис. Лавунделу не хватало плавания в море и свободы. Теперь он опять должен был оставаться дома или у господина Майзенбайссера. Каждый день после обеда он часами играл с Александром в компьютерные игры. Остаток времени он лежал в ванне и задерживал дыхание.

Аня вздохнула почти с облегчением, когда начались занятия в школе. Но теперь она уже больше не могла воодушевлять Лавундела на выполнение домашних заданий. С ним происходило что-то странное. Сначала он ещё с отвращением проглатывал рыбные палочки, но осенью уже вообще перестал кушать. Его желудок урчал так сильно, что Бо по ночам просыпался. Но дракон не ел ничего из того, что ему предлагала мама.

– Фу-у-у, котлета! – возмущался он и морщил нос. – Бэ-э-э-э! Пицца! – отворачивался он.

Когда Аня предложила ему шоколад, он залез под диван и три дня просидел там.

Наконец мама сдалась.

– Мы просто должны дождаться, когда он сам нам скажет, чего он хочет, – сказала она.

Это было легче сказать, чем сделать, и в результате настроение Лавундела день ото дня становилось всё хуже. Он ссорился с Бо до тех пор, пока оба не начинали ругаться и плакать.

– Сумасшедший дом! – как-то вновь произнесла мама, казалось, уже забытые слова.

И словно всего этого было недостаточно, Лавундел вдобавок ко всему подхватил ещё и ужасную простуду. Когда Аня пришла из школы, он уже немного кашлял. Выглядело это достаточно смешно. Сначала это было жалобное «кхе-кхе-кхе». Но смеяться никому не хотелось.

Мама позвонила господину Майзенбайссеру. Он пришёл к ним вместе с Могли, в руках он держал маленький врачебный чемоданчик.

Лавундел лежал на кровати в комнате Ани с раскинутыми в разные стороны крыльями.

– Привет, Лавундел! – сказал господин Майзенбайссер. – Что это ты вздумал болеть?

– Кхе-кхе-кхе, – только жалобно ответил дракон. Его не смог взбодрить даже дикий танец-приветствие Могли.

– Александр, выпусти, пожалуйста, Могли в сад, – попросил господин Майзенбайссер. – При таком лае я ничего не услышу.

Как только Могли выбежала из дома, господин Майзенбайссер достал свой стетоскоп. Он засунул его концы себе в уши и приложил плоский диск к груди дракона.

– Кашляй! – приказал он.

– Кхе-кхе-кхе, – закашлял Лавундел.

– А теперь открой рот и скажи «а-а-а»!

Лавундел так широко раскрыл свой рот, что был виден его острый язык.

– Э-э-э-э, – произнёс он. Его горло было огненно-красным.

Господин Майзенбайссер кивнул и достал из своего чемоданчика маленькую бутылочку.

– Кажется, ты подхватил ангину. Я дам тебе ложку моего особого сиропа от кашля, и тебе сразу станет легче.

Господин Майзенбайссер накапал в ложку несколько капель зелёного сиропа. Он пах мятой. Но не успел он поднести ложку к носу Лавундела, как тот завопил:

– И-и-и-и! Противно!

– Если ты хочешь выздороветь, то открывай рот! – строго приказал господин Майзенбайссер.

К удивлению Ани, Лавундел и в самом деле широко открыл свой рот. Ложка находилась как раз напротив его носа.

– А-а-а… – Лавундел с трудом переводил дыхание. – А-а-а… а-а-а…

– Осторожно! – воскликнула Аня.

– …пчхи! – чихнул Лавундел.

– И-и-и-и! – кричали теперь уже Аня и Бо, стараясь найти безопасное место. Но было уже поздно. Лавундел разбрызгал весь сироп с ложки. Зелёные капли висели теперь повсюду: на стене, на велосипедном шлеме Бо и на очках господина Майзенбайссера.

– Вот так сюрприз! – проворчал господин Майзенбайссер.

В это мгновение в саду раздался оглушительный лай.

– Это Могли и Принц! – крикнул Бо.

Господин Майзенбайссер вскочил, распахнул окно и выглянул в сад.

– Прочь, бестия! – бранилась внизу фрау Хек-Заноза.

– О-о-о! – сказал господин Майзенбайссер. – Тут надо разобраться, кто прав, а кто виноват.

С этими словами он выскочил из комнаты. Бо последовал за ним.

– Подожди нас здесь, Лавундел! – сказала Аня. – Мы скоро вернёмся.

И они все вместе поспешили в сад. Александр был уже там. Огромный отвратительный Принц и крошечная Могли облаивали друг друга через забор.

Из своего кабинета прибежала мама.

– Что здесь происходит?! – крикнула она.

– Гав! Гав! Гав! – громом ответил ей Принц.

– Вау-ау-ау! – с чувством собственного достоинства завывала Могли.

Фрау Хек-Заноза закрыла себе уши руками.

– Уберите вашего ядовитого карлика, – ругалась она. – Он доведёт моего бедного Принца до бешенства.

– А что случилось с бедной Могли? – вмешался в разговор Александр.

Среди этого лая и ругани вдруг наступила крошечная пауза, всего на долю секунды. И тут Аня услышала долетевший сверху звук, словно лёгкий шорох – «пф-ф-ф…». Потом опять возобновились лай и крики.

Аня оглянулась на дом и увидела Лавундела. Он, конечно, знал, что ему надо прятаться, поэтому он завернулся в штору. Никто бы не распознал в окне дракона. Но Аня ясно его видела.

Он осторожно выглядывал в окно. Затем его рот снова открылся – он был огненно-красным! Лавундел набрал в лёгкие побольше воздуха… а затем начал ужасно чихать. К счастью, эти звуки перекрывал лай собак. Только Аня увидела, как из маленькой красной глотки дракона вырвался пучок огня. Он зашипел около окна, пронёсся над садом и угодил прямо в яблоню, растущую за забором.

Выдохнув «ух-ш-ш-ш», яблоки, висящие на дереве, запеклись. Лавундел испуганно зажал лапами свой рот и быстро скрылся в комнате. Запах печёных яблок заставил маму, господина Майзенбайссера, Александра и даже обеих собак замолчать.

Только фрау Хек-Заноза ничего не заметила и продолжала изливать свои претензии:

– Эта маленькая шавка однажды уже испугала Принца.

Тем временем ветки начали дымиться.

– Вы не должны пускать в ваш сад чужих собак, фрау Лукас, и вообще…

Мама подняла вверх свой указательный палец, словно она в школе поднимала руку для ответа.

– Э-э-э, ваше дерево горит, – вежливо сказала она.

Фрау Хек-Заноза, не понимая, уставилась на неё. Затем крылья её носа начали подрагивать. Она принюхалась и наконец обернулась.

– Это ужасно! Моя прекрасная яблоня!

– Ну, теперь это скорее яблоня с запечёнными яблоками, – поправил её Александр.

Пожарную машину пришлось ждать не слишком долго. Все соседи стояли около окон или вышли в свои сады и наблюдали за тем, как тушили горящее дерево. Это было впечатляющее зрелище. Мощная струя воды с шипением падала на дымящиеся ветки и сбивала запёкшиеся яблоки.

– Здорово! – воскликнул Бо и захлопал в ладоши, – я тоже хочу стать пожарным.

– Я ничего не понимаю, – дрожащим голосом вновь и вновь повторяла фрау Хек-Заноза. – Я ведь только что стояла тут, и всё было как всегда. А затем, уже через секунду, загорается яблоня.

Господин Хек, совершенно сбитый с толку, стоял рядом с ней, почёсывая затылок, и растерянно смотрел на дерево.

– Может быть, это была молния, – предположил он.

Но фрау Хек-Заноза со злостью смотрела через забор на семью Лукас и господина Майзенбайссера.

– Нет, нас вы подозревать не можете, – резко сказала мама, – или вы будете утверждать, что эта маленькая такса плюётся огнём?

У Ани перехватило дыхание. Боже мой, подозревала ли мама, как близка она была к истине? Господин Майзенбайссер, видимо, тоже предполагал, что это как-то было связано с Лавунделом, потому что он быстро сказал:

– Дети, идёмте в дом.

Аня тут же побежала к дому и стремглав понеслась наверх, в свою комнату. Как она и предполагала, Лавундел очень испугался и поэтому спрятался. Так что Ане пришлось наклониться и заглянуть под кровать. Маленький дракон сидел там, забившись в угол. В потёмках она могла видеть только его контуры.

– Вылезай, Лавундел, – тихо попросила она, – тебе не надо бояться.

– Но там, на улице, – так же тихо откликнулся он, – там бульшие красные друконы.

Аня удивилась. Она не видела других драконов.

– Они плюются водой, – прошептал Лавундел.

Теперь Аня поняла.

– Ах, это! Нет, это не водяные драконы, а пожарные машины, – объяснила она. – Они тушат возгорания. Расскажи-ка лучше, как ты вдруг научился извергать огонь?

– Я сам не знаю, – пропищал Лавундел. – Это получилось само собой. В горле у меня першило и горело, а потом я чихнул. Теперь у меня в горле уже не першит.

– Ну, вылезай же, Лавундел, – поманила его Аня. – Теперь твоё горло больше не горит, значит, ты больше не будешь извергать огонь. Тебя никто не будет ругать. Я знаю, ты сделал это не нарочно. Но ты никогда, никогда больше не должен извергать огонь в доме, ты ведь это понимаешь?

Лавундел серьёзно кивнул.

– Это слишком опасно. – С этими словами он выбрался из-под кровати. Аня не поверила своим глазам.

Дело было не только в том, что Лавундел теперь умел извергать огонь. Нет – его чешуя больше не была синей. Волной проходивший по всему телу дракона серебристый узор исчез. Лавундел теперь весь был огненно-красным и пылающе-оранжевым. Каждую отдельную чешуйку украшал крошечный узор вспыхнувшего огня. Даже на его крыльях красовались красивые жёлтые языки пламени.

– Как это могло произойти так быстро? – вырвалось у Ани. На неё доверчиво, но непонимающе смотрела пара золотисто-жёлтых глаз. Вдруг Аня осознала, что Лавундел ещё не знает об изменении своего внешнего вида. – Жди здесь! – крикнула она и выбежала из комнаты. При этом она едва не столкнулась с господином Майзенбайссером.

– Ты, однако, очень спешишь, – заметил он.

– Мне нужно зеркало, – бросила она, – Лавундел опять изменился.

Меньше чем через минуту вся семья собралась в Аниной комнате и удивлялась, глядя на дракона. Аня держала перед его носом зеркало.

– Посмотри-ка, – сказала она. – Теперь ты настоящий огненный дракон.

Глаза Лавундела от удивления широко раскрылись. Но затем он расплылся в счастливой улыбке. Вертясь перед зеркалом, он с изумлением осматривал себя со всех сторон и гордо гладил свои чешуйки.

– Я этого не понимаю, – сказала мама, качая головой. – Один раз чихнул, и всё стало другим. Дети, только не старайтесь повторить это!

В глазах Бо появилась лукавая улыбка.

– Следовательно, у него не было ангины, – констатировал господин Майзенбайссер, – очень интересно. Это огонь щекотал ему гортань, поэтому его горло было таким красным.

– Огненно-красным, – добавил Бо.

Лавундел кивнул.

– Теперь я выгляжу так же, как моя мама. – Дракон был совершенно счастлив. – Все друконы осенью такие. Потому что мы летим тогда в страну, где растут большие леса. У всех деревьев там огненно-красные листья.

– Это может быть Америка, – вслух размышлял господин Майзенбайссер. – Возможно, это Новая Англия – местность на Восточном побережье страны. Там деревья осенью особенно часто окрашиваются в ярко-красные тона.

– Но я надеюсь, что вы поджигаете там не все деревья, – озабоченно пробормотала мама, – как ты это сделал с яблоней в саду фрау Хек-Занозы.

Лавундел виновато опустил голову и смущённо погладил свой красный живот.

– Это была ошубка, – едва слышно сказал он. – Это никогда, никогда больше не повторится.

– На самом деле ты действительно хорошо прицелился, Красная Шапочка, – с признательностью в голосе произнёс Александр. – Взгляни-ка! – Он показал совершенно обугленное яблоко и бросил его Лавунделу. Дракон поймал его и обнюхал. Затем он надкусил яблоко. Очень осторожно, вытянув губы трубочкой. Но потом он начал причмокивать и засунул себе в рот всё яблоко, без остатка.

– Вкусно, – сказал он. – Хорошо запеклось.

– Теперь мы знаем, что осенью драконы любят есть яблоки, – сказала мама.

Лавундел уже облизывал пальцы.

Но тут он немного срыгнул.

– Осторожно! – крикнул господин Майзенбайссер.

Все отпрянули в сторону, но короткий язык пламени задел только лежавший на столе пакетик с мармеладными медвежатами. Он обуглился, в комнате запахло палёным, а медвежата превратились в комок чёрной массы.

– Упс! – произнёс Лавундел и ещё больше покраснел, так неприятен был ему этот промах. – Простите!

Но затем он подскочил к столу и съел обугленных медвежат вместе с упаковкой.

– Яблоки, груши, мармеладные медвежата – безразлично что, – сказал он. – Главное – чтобы они были обугленными!

Затем у него опять была отрыжка. Но на этот раз она не превратилась в язык пламени, а просто растворилась в воздухе. Могли испуганно завыла и спряталась под кроватью.

– Теперь наша жизнь с тобой станет действительно весёлой, – сказала мама Лавунделу. – Будь очень осторожен, старайся не чихать и не кашлять, когда ты стоишь рядом со шторами.

– Или во сне, – добавил Александр. – Тогда наш маленький поджигатель подожжёт дом, даже не заметив этого.

Никто не засмеялся, даже Бо. Что, если Лавундел по неосторожности на самом деле устроит в доме пожар?

– А как вы смотрите на то, чтобы он некоторое время спал в ванной? – предложил господин Майзенбайссер. – Плитка в ванной не может загореться. Конечно, только до тех пор, пока он не научится управлять своим пламенем.

Лавундел ненадолго задумался, затем кивнул.

– Хорошо, – согласился он. Затем на его лице появилась лукавая улыбка. – В ванной так много зуркал!

В следующие несколько дней Лавундел стал самым тщеславным маленьким драконом на свете. Он не мог насмотреться на себя в зеркало. Особенно он нравился себе, когда выпускал из ноздрей круглые кольца дыма. Но это получалось у него только после того, как он съедал много обугленной пищи. При этом дракону раз за разом удавалось обуздать пламя, вырывавшееся у него изо рта. Свою еду он теперь обжаривал в гараже на гриле, ему было достаточно просто слегка подуть на неё. Больше всего ему нравилась сгоревшая котлета. В его меню были теперь и поджаренные овощи, и обугленные на гриле брокколи.

Происшествие с загоревшейся яблоней было, конечно, в течение целой недели главной темой в разговорах соседей. Из окна было видно, как фрау Хек-Заноза говорила с соседями и каждый раз показывала на дом семьи Лукас.

– Она, кажется, опять что-то задумала, – озабоченно заметил папа.

– Гм, может быть, было бы лучше, если бы Лавундел на некоторое время переехал к Асланам? – вслух размышляла мама. – На тот случай, если опять появятся репортёры?

– Да-да! – воскликнул Лавундел. – Там я смогу подняться на крышу. Смотреть на звуздопад.

Аня хихикнула. Конечно, ведь Лавундел вчера узнал, что осенью на небе можно увидеть особенно много падающих звёзд. А было уже начало октября.

– Тогда и я пойду с тобой, – сказала она.

Таким образом, на следующий день они оба переселились к Асланам. Малышка Зибель прыгала от радости, когда опять увидела дракона. Она так крепко сжала его, словно он был игрушкой.

У Асланов всегда было хорошо. У них была совсем не такая еда, как дома. После отпуска Аня особенно любила розовые и белые кубики из желе, которые назывались лукум.

Специально для Лавундела фрау Аслан запекла в духовке большую картофелину, конечно, до полной черноты.

– Вкусно, – сказал Лавундел и с аппетитом принялся за неё.

– Кажется, он съел кусочек угля, – озабоченно сказала Ане Жасмин.

– Именно так! – изумлённо подтвердила фрау Аслан. Она зажмурилась и выглядела при этом так же, как Жасмин, когда у неё возникала какая-то идея.

После ужина Жасмин, Ане и Лавунделу разрешили подняться на маленькую террасу на крыше дома и полюбоваться небом. Укутанные одеялами, они лежали на надувном матрасе и вместе с Лавунделом считали звёзды. Жасмин как настоящий исследователь разбиралась в этом, конечно, лучше них.

– Вон там Большая Медведица, – объясняла она. – А самая яркая звезда называется Полярной звездой.

– Ух ты! – прошептал Лавундел. – Какая она яркая!

И внезапно это произошло: в небе вспыхнула «падающая звезда», она с лёгким шипением пронеслась по небосводу.

– Быстро! Загадай желание! – словно по команде закричали Аня и Жасмин. Затем метеорит погас.

Лавундел затих. Он смотрел на небо большими влажными глазами.

Когда Аня прошептала: «Ты успел загадать желание?» – он молча кивнул и вздохнул. Он, конечно, не мог выдать своего желания, иначе оно не исполнится. Но Аня могла предположить, что он загадал. Она сжала его маленькую лапку.

– Скоро ты научишься летать, – тихо сказала девочка. – И тогда ты снова увидишь свою маму.

Дракон повернул к ней голову, в его глазах светилась надежда.

В это мгновение открылся откидной люк, и на крыше появилась фрау Аслан. Она несла небольшой поднос с двумя мисками.

– Так, я вижу, вы охотитесь за «падающими звёздами». Я принесла вам немного лакомств, – таинственно сказала она. – Это для вас, девочки. – С этими словами она протянула Жасмин миску, доверху наполненную картофельными чипсами. – А это для нашего маленького дракона.

Жасмин принюхалась.

– Это совсем не пахнет палёным. Пахнет так, словно…

– … это древесный уголь для гриля, – подтвердила фрау Аслан. – Готова поспорить, что он покажется Лавунделу очень вкусным.

Дракон также принюхался. Затем он взял один уголёк, высоко подбросил его и быстро поймал на лету губами.

Когда он с наслаждением начал жевать, послышался хруст и скрежет. Казалось, что дракону уголь и в самом деле понравился. В глотку Лавундела летел один уголёк за другим. Он выглядел очень довольным. Его золотистые глаза блестели так же красиво, как звёзды на небе.

– Как только полетит следующая звезда, я загадаю, – радостно прохрумкал дракон. – Я загадаю, чтобы мне всегда давали древесный уголь.

Возможно, это было связано с большим количеством съеденного угля – Лавундел продолжал быстро расти. Его крылья стали крепче и длиннее. Он вырос сразу на несколько сантиметров. Каждый день дракон поглощал по целому пакету угля для гриля. И каждый вечер он сидел с обеими девочками на крыше и считал звёзды.

К концу недели его рост уже приближался к росту небольшой кошки. А когда он расправлял свои крылья, они были такой же длины, как раскинутые руки Ани.

В пятницу их навестил Александр, он очень соскучился по Лавунделу.

– Ты не представляешь себе, как мне скучно без тебя, Красная Шапочка! – сказал он и развалился на надувном матрасе рядом с драконом. – Мама целыми днями работает над новой компьютерной игрой, Бо постоянно в детском саду. Дома не происходит ничего нового! Никаких приключений, никакой возни. Даже деревья больше не загораются! Просто скучища!

Маленький дракон захихикал.

– Я ведь скоро вернусь, – пропищал он и, потягиваясь, раскинул в разные стороны свои крылья.

– Как сильно ты вырос! – изумился теперь и Александр.

В это мгновение все они почувствовали порыв ветра, который подхватил Лавундела. И маленький дракон… немного оторвался от поверхности крыши! Он был так ошарашен, что не проронил ни звука. Следующий налетевший порыв поднял дракона ещё выше и закружил его в воздухе.

– Сложи крылья! – крикнула Аня и вскочила. – Не бойся, я поймаю тебя!

Но Лавундел поднимался всё выше.

– Он улетит от нас! – испуганно закричала Жасмин.

Они начали прыгать, пытаясь дотянуться до дракона, но он поднялся уже слишком высоко.

– Пустите-ка меня, курицы-наседки, – совершенно спокойно произнёс Александр. Он добежал до угла террасы, где лежала свёрнутая в моток бельевая верёвка, и быстро схватил её.

– Эй, лови конец! – крикнул он дракону и бросил ему высоко в воздух конец верёвки. Лавундел поймал его и заскользил по воздуху, как собака, которую ведут на поводке.

– Теперь он от нас не улетит, – уверенно сказал Александр.

Аня и Жасмин смотрели на всё это, открыв рты от удивления. Это выглядело так, словно Александр поднял дракона на дыбы!

Лавунделу это внезапно тоже понравилось. Он начал осторожно испытывать свои крылья, размахивая ими в восходящем воздушном потоке. Получалось просто замечательно. Он парил в воздухе, потом описал круг и только один раз вошёл в штопор. Во время особенно сильного порыва верёвка натянулась, но Александр крепко держал второй конец, чтобы ветер не смог слишком высоко поднять дракона над крышами домов и унести его прочь.

– Я лучу! – ликовал Лавундел.

И как красиво он летел! Только с приземлением у него возникла проблема. Когда дракон после целого часа тренировок сложил крылья и в пикирующем полёте со свистом понёсся вниз, он не смог затормозить.

– И-и-и-и! – визжал Лавундел, словно он падал вниз на русских горках.

– Ух! – вырвалось у Александра, когда дракон наскочил на него. Оба кувырком полетели на пол и некоторое время лежали там, тяжело дыша. Они полностью запутались в бельевой верёвке, но Аня ещё никогда не видела Лавундела таким гордым и счастливым. И своего брата тоже.

– Нам ещё надо будет научиться тормозить, – произнёс Александр, с трудом переводя дыхание. – Во всём остальном – высший класс! – Он поднял руку. – Итак, капитан Огненная Молния, кто лучший в мире лётчик-инструктор драконов?

– Капутан Алуксандр! – крикнул Лавундел и хлопнул по ладони Александра.

В этот вечер в семье Аслан отмечался праздник первого полёта дракона. Родители и Бо, конечно, тоже пришли. Господин Майзенбайссер и Могли также с удовольствием во всех деталях выслушали сообщение о лётном искусстве Лавундела.

– Дети учатся кататься на велосипедах с опорными колёсами. А Лавундел учится летать с помощью бельевой верёвки, – сказала мама и в знак признательности потрепала Александра по голове. – Ты и в самом деле классный лётчик-инструктор!

– Да, – крикнул Бо, – я тоже хочу научиться летать!

Все засмеялись при мысли, что Бейби-Бо может парить над крышами. Аня тоже смеялась. Она очень радовалась за Лавундела. Теперь он научился всему, что должен уметь дракон: нырять, извергать огонь и летать. И ей не хотелось думать о том, что всё это означало. У неё внезапно пропало всякое желание лакомиться вкусным сладким лукумом, который лежал на её тарелке.

Жасмин увидела её печальное лицо и пожала ей под столом руку.

– Он ведь ещё не улетает, – прошептала она Ане в утешение. – Зима ещё не наступила.

Аня кивнула, но, несмотря на это, она была безутешна. Внезапно она ощутила такую ностальгию по своей комнате, своему дому и даже по своим братьям, что едва не расплакалась. Мама взглянула на Аню. Она, как всегда, сразу же заметила, что происходило с её дочерью.

– Идём с нами, сегодня ты будешь спать дома, – сказала мама после ужина. – Я хочу тебе что-то показать.

В семье Аслан всегда было хорошо, но только дома Аня ощущала себя действительно защищённой. Она уютно устроилась на диване.

Мама и папа укладывали спать Бо. После этого мама сварила большой кофейник какао и села рядом с Аней на диван. Некоторое время они просто сидели рядом и наслаждались сладким напитком.

– Ты опечалена тем, что Лавундел скоро улетит, не так ли? – спросила затем мама.

Аня хотела быть твёрдой. Она на самом деле хотела радоваться за дракона и быть разумной. Но теперь у неё на глазах всё-таки выступили слёзы, и она засопела.

– Я не хочу, чтобы Лавундел улетел, – всхлипнула она. – Он ведь теперь член нашей семьи.

Мама кивнула:

– Да, это так. Мне тоже будет недоставать этого малыша. Но представь себе, что ты испытываешь те же чувства, что и Лавундел. Представь себе, что по странной случайности ты бы попала к драконам. Где-нибудь в чужой стране. Ты была бы совсем одна. Семейство драконов хорошо бы тебя приняло и хорошо бы о тебе заботилось. Они бы любили тебя и научили всему, что должен уметь делать человек. Ты нашла бы там друзей. Ты бы, конечно, тоже полюбила свою новую семью драконов. Аня, попробуй хорошо себе всё это представить.

Аня закрыла глаза и прижалась к своей маме. С закрытыми глазами она видела больших дружелюбных драконов.

– У драконов хорошо, – прошептала она. – Они каждый день куда-то улетают, и мне разрешено ежедневно есть лукум и шоколад. Столько, сколько мне захочется. И мне не надо ходить в школу.

Мама тихо засмеялась.

– Это звучит заманчиво. Но не будешь ли ты испытывать ностальгию? Не будешь ли скучать по папе и мне? А также по Александру и Бо? Ты можешь себе представить, что навсегда останешься у драконов?

Аня ещё крепче зажмурилась и попыталась представить себе и это. Но как бы она ни старалась, это ей не удалось.

– Нет! – крикнула она. – Никогда в жизни! Я бы никогда, никогда, ни за что на свете не осталась бы у драконов навсегда! Я хочу назад к вам!

Она открыла глаза и была бесконечно счастлива, что мама была с ней, совсем рядом.

Мама кивнула и нежно погладила её по голове:

– Видишь, то же самое чувствует и Лавундел! Ему так же не хватает его папы и мамы, как бы тебе не хватало нас. Ты с радостью бываешь у Асланов…

– …и тем не менее я испытываю ностальгию, – закончила Аня начатое мамой предложение. – Даже если я отсутствую всего несколько дней.

И внезапно она перестала грустить. Наоборот, теперь она знала, что Лавунделу непременно надо вернуться домой. И она всё сделает для того, чтобы помочь ему в этом.

– Хорошо, что моя маленькая киска опять улыбается, – сказала мама и с улыбкой стёрла со щеки Ани уже почти высохшую слезинку. – А теперь идём в мой кабинет. У меня для тебя сюрприз.

В мамином кабинете всюду лежали листы бумаги и карандаши. В прошедшие недели мама действительно много работала. Сейчас она включила компьютер. На мониторе вспыхнул таинственный свет.

– Я покажу тебе новую игру, которую я сейчас создаю, – интригующе начала она. – Игра уже почти готова. Надеюсь, она тебе понравится. Будь внимательна!

Анино сердечко ёкнуло, когда на мониторе возникла квартира, которая показалась ей очень знакомой. Ведь это была её комната! Их коридор и ванная. Даже ведущая в гостиную лестница выглядела так же, как их лестница в реальности. Ещё больше она поразилась, когда на экране внезапно появился Лавундел и помахал ей. Это был, конечно же, не настоящий Лавундел, а только персонаж в игре. Но он был очень узнаваем. Такой же красный и такой же смелый. Он махал крыльями. Мама нажала на кнопку, дракон изверг длинный язык пламени и сказал хихикая:

– Упс! Извините!

– Игра очень простая, – объяснила мама. – Ты должна заботиться о драконе и понять, что он любит есть. Ты можешь учить его летать и окрашивать в различные цвета. Каждый, кто будет играть в эту игру, может вырастить дракона, заботясь о нём. Так с ним смогут познакомиться многие дети. А когда он всему научится, он сможет улететь.

– Классно! – сказала Аня, не подумав о том, что это звучит так же, как если бы это сказал Бейби-Бо. – Лавундел будет очень горд. И если я буду слишком сильно тосковать по нему, я сыграю в эту игру. Тут я, по крайней мере, смогу видеть его.

Мама кивнула и лукаво улыбнулась.

– Но это ещё не всё, – сказала она. – Продавая эту игру, мы, я уверена, заработаем много денег. И тогда мы сможем в будущем году отправиться всей семьёй в долгое красивое путешествие. Может быть, мы даже навестим Лавундела и его семью. Там, где они будут летом.

Аня засияла. Её сердце готово было выскочить из груди, она больше не грустила.

Мама взяла её руку и крепко сжала.

– Я уверена, мы не потеряем связи с Лавунделом, – весело сказала она. – Кроме того, готова поспорить – следующей зимой он навестит нас.

После ветреного октября наступил морозный ноябрь. На террасу, расположенную на крыше, они поднимались теперь только в зимнем пальто, укутав шею шарфом и надев варежки. Но Лавундела мороз, кажется, совсем не беспокоил. Каждый день он с удовольствием тренировался с Александром, своим лётчиком-инструктором. За это время он научился мастерски совершать пикирующие полёты и делать «мёртвые петли». Он порхал и парил в воздухе, играл с бельевой верёвкой, словно она была скакалкой. И Александр захотел взять его с собой в парк.

– В конце концов, именно оттуда ему придётся подняться в небо и улететь к другим драконам, – заявил он однажды в воскресенье за завтраком. – Поэтому он должен поупражняться.

– Ага, – с сомнением в голосе произнёс папа. – А ты уверен, что он должен?

– Само собой! – настаивал Александр. – Я его инструктор, и я считаю это логичным.

– Да, мне нужно пойти в парк, – серьёзно сказал Лавундел. – До сих пор я всегда летал только высоко над крышей. Но ещё ни разу не взлетал снизу.

– И как вы себе это представляете? – поинтересовалась мама. – Ведь его никто не должен видеть.

– Мы просто нарядим его, и он будет выглядеть как обычный бумажный змей-дракон, – сказал Александр. – Ни один человек не заметит разницы.

Лавундел энергично кивнул. Затем он спрыгнул со своего детского стульчика и побежал к выдвижной полке, где у мамы лежала обёрточная бумага. Раз-два, и он уже достал целую кучу бантов и тесёмок.

– Эй, они ещё понадобятся нам на Рождество, – запротестовала мама.

– Как здорово, мы нарядим Лавундела! – воскликнул Бейби-Бо и тоже слез со своего стула. Аню и Александра было уже не остановить.

– Это щукотно, – пищал Лавундел, когда дети завязывали бантики на его лапках и длинном зубчатом хвосте. Вскоре он действительно выглядел как бумажный дракон: всюду развевались пёстрые ленты. На его уши Аня повесила даже по две розовые ленты.

У мамы вытянулось лицо.

– Хорошая идея, но всё-таки… я не уверена, – наконец сказала она.

– Это мы ещё должны обсудить с господином Майзенбайссером, – добавил папа. Он взял в руки телефон и ушёл на кухню.

Дети семьи Лукас и Лавундел навострили уши, но слышали только, как папа произносил: «Гм», «Ах так» и «Ага». Но затем он вернулся в гостиную и кивнул:

– Хорошо, пусть будет так, но мы дождёмся господина Майзенбайссера. Он хочет пойти с нами.

Спустя несколько минут они уже были в пути. Лавундел, конечно, был надёжно спрятан в сумке. На улице было так холодно, что у всех сразу покраснели носы. На Могли была надета маленькая зелёная шерстяная кофточка. Бейби-Бо отказался выходить из дому без своего велосипедного шлема. Вдобавок ко всему он трижды обмотал вокруг головы и шлема свой шарф.

– Эй, Головастик, – поддразнивал его Александр, – смотри не улети.

Что-то хорошее в этом холоде всё-таки было: парк был пуст. На его дорожках не было видно ни одного любителя пеших прогулок, поэтому они рискнули выпустить Лавундела из сумки.

Александр достал деревянный крест и сунул его в лапы Лавунделу.

– Крепко держись за него, – сказал он. – Это деревянный крест от моего бумажного дракона, которого я запускал в прошлом году. Хороший камуфляж. Снизу никто не увидит, что ты живой.

Аня была вынуждена признать, что её старший брат всё детально продумал. К кресту, который взял в лапы дракон, даже был привязан тонкий белый шнур.

После этого Александр принял торжественную позу.

– Глубокоуважаемая публика! – проникновенно произнёс он низким голосом. – Приходите, смотрите, изумляйтесь! Вот он – презирающий смерть капитан Огненная Молния со своим сенсационным шоу!

Лавундел поклонился. Все дружно зааплодировали.

– Ну, я заинтригован, – пробормотал господин Майзенбайссер. Он ведь ещё не видел, как Лавундел летал.

Дракон согнулся на дорожке, как бегун на старте.

– Три, два, один… – начал отсчёт Александр, – старт!

И Лавундел понёсся стрелой; он сделал настоящий разбег, как самолёт на взлётной полосе. Затем он распрямил крылья. Он побежал ещё быстрее – топ, топ, топ – и… по широкой дуге поднялся в воздух! Теперь он принялся как сумасшедший махать крыльями, пытаясь подняться выше. Он махал и махал крыльями, и кряхтел, и издавал душераздирающие вопли, с трудом переводя дыхание.

«З-з-з-з…» – с жужжанием разматывался шнур с мотка, который держал в руках Александр.

Все зрители в напряжении примолкли, даже Бейби-Бо не издал ни звука. Справится ли со взлётом маленький дракон?

Между тем он поднялся уже до верхушек деревьев.

Тут тихое «з-з-зт» шнура превратилось в быстрое «зур-р-р». Лавундел сделал это! Налетевший порыв ветра подхватил дракона и быстро уносил его всё выше. Он уже не махал крыльями, а парил, описывая над парком широкие красивые круги и поднимаясь всё выше. Ане послышался долетевший сверху тихий возглас ликования. Она представила себе, как Лавундел смотрит на них сверху. Они должны были казаться ему такими же маленькими, как игрушки Бо.

– Он летит! – восторгался Бейби-Бо.

Внезапно все они начали восторженно кричать и хлопать в ладоши.

– Ва-а-а-у-у! – завыла Могли, прыгая вокруг них.

– Ур-ра-а-а! – закричал Александр и пустился в пляс, как дикий индеец.

– Гав! Гав! Гав! – раздался вдруг в парке громкий лай.

Все в испуге замерли. Радость мгновенно улетучилась, когда они увидели, кто, несмотря на холод, выгуливает здесь свою собаку.

Господин Хек. Он приближался к ним вместе с Принцем.

Только господина Хека им сейчас не хватало! Принц дёргал поводок и лаял так, словно хотел немедленно съесть Могли. Могли не осталась в долгу и тоже изо всех сил лаяла. Но господин Хек не позволил нарушить его планы. Он спокойно и уверенно шёл в сторону их группы. Закутанный в тёплую одежду, их сосед выглядел как йети. Он неторопливо приближался к ним. Шапку он низко надвинул на лоб, из-под неё недоверчиво мерцали его глаза.

– И что вы тут празднуете? – ворчливо спросил он.

Принц перестал лаять и тоже заворчал.

– Мы просто радуемся, что наш дракон так хорошо летит, – ответила мама.

Господин Хек запрокинул голову. Лавундел в это время спокойно описывал наверху очередной круг. Нарядные ленточки трепетали на ветру, поэтому издали он действительно казался бумажным змеем.

– Уже осень, не слишком ли поздно вы запускаете змея? – заметил господин Хек. – Погода неподходящая. Слишком холодно и сыро.

– Но не для китайских драконов, – сказала Аня. – Это особая модель, сделана специально для холодной погоды.

Господин Хек фыркнул.

– Гм, летит и в самом деле высоко, – бросил он. – Поразительно высоко для бумажного змея.

– Гав! – усилил это мнение Принц.

– Это связано со специальными лентами, – пояснила Аня. – Дракон сделан из специального материала. Он… э-э-э… морозостойкий и необыкновенно хорошо развевается на ветру. Такой дракон может летать даже в снежную пургу.

Александр предостерегающе толкнул её локтем в бок. Но Аня уже и сама заметила, что на этот раз она зашла слишком далеко со своими фантазиями. Потому что после этих слов господин Хек стал проявлять особое любопытство.

– Это меня заинтересовало, – быстро сказал он. – Я останусь здесь и дождусь, пока вы не спустите своего змея. Я хочу внимательно его разглядеть.

– Но это может продолжаться долго, – сказал Александр.

– У меня есть время.

– Принц может у вас замёрзнуть, – высказал своё мнение господин Майзенбайссер.

– Ерунда, я хочу увидеть дракона, – шмыгнул носом господин Хек.

Да, они бы дорого дали за хороший совет. Но тут вперёд вышел папа.

– Хорошо, – приветливо сказал он, – мы сейчас спустим его вниз. Дай-ка мне шнур, Александр.

Брат Ани, огорошенный, растерянно посмотрел на отца, но затем передал ему моток со шнуром. Папа подёргал за него и сделал несколько шагов по газону. Затем он… внезапно споткнулся и замахал руками.

– Осторожно! – крикнула мама и бросилась к нему. Но папа уже сидел на земле и потирал коленку.

– Надо же, – проворчал он. – Какая неловкость с моей стороны, просто упасть на ровном месте.

Он бросил украдкой взгляд в сторону Ани и Александра и лукаво им при этом улыбнулся. Он споткнулся намеренно. Теперь Аня увидела, почему он это сделал: папа выпустил из рук моток. Шнур запутался и больше не разматывался. Моток вместе со шнуром поднялся вверх и исчез за деревьями. Мама, конечно, тут же разгадала трюк папы.

– О, какое невезение! – крикнула она. – Теперь ты потерял шнур. Ну, дети, я боюсь, что вы больше не увидите нашего дракона.

Все постарались придать своим лицам самое грустное выражение, в то время как Лавундел становился в небе всё меньше и меньше.

Господин Хек разочарованно засопел.

– Как же вы неуклюжи! – бросил он. Затем он вместе с Принцем, тяжело ступая, с ворчанием пошёл прочь.

– Фу, нам повезло! – сказал господин Майзенбайссер.

Папа усмехнулся и потёр руки.

– Но поскольку наш «змей», к сожалению, улетел, как вы смотрите на то, чтобы выпить по чашке горячего чая в семье Аслан? Готов поспорить, там мы снова сможем встретить небезызвестного вам капитана Огненная Молния.

Так оно и произошло. Лавундел был достаточно умён и полетел напрямик к высокому дому. Там он снаружи постучал в окно гостиной на десятом этаже.

Когда семья Лукас и господин Майзенбайссер добрались до Асланов, фрау Аслан и Жасмин занимались тем, что освобождали дракона от лент. Малышка Зибель весело играла с ними.

– Почему ты не позвонила мне, – упрекнула Жасмин Аню. – Мне тоже очень хотелось посмотреть, как Лавундел сам летал в парке.

Аня была обескуражена.

– Я не подумала об этом, – призналась она.

Господин Аслан, который только что налил в стаканы горячего чаю, поддержал Жасмин.

– Мы бы все с удовольствием посмотрели, как наш маленький дракон летает. В следующий раз мы хотим быть с вами, хорошо?

Теперь и мама была обескуражена тем, что не пригласила семью Аслан в парк.

– Конечно, – извиняясь, сказала она, – мы ведь все заботимся о Лавунделе.

Фрау Аслан улыбнулась и взглянула на дракона. Он в это время сдирал розовые бантики со своих ушей.

– Как вы относитесь к тому, что мы ещё раз покажем наше лётное шоу? – спросил Александр. – Тогда вы увидите дракона в настоящем полёте.

– Да-да! – воскликнул Лавундел с сияющими глазами. – Я буду лутать. Совсем один. Я покажу вам это.

И он побежал к двери гостиной.

Несколько минут спустя все стояли, тесно прижавшись друг к другу, на маленькой террасе на крыше дома. Руки они грели о горячие стаканы с чаем. Все с удивлением наблюдали за тем, как Лавундел, уже без шнура, поднялся в воздух и делал между облаками один круг за другим. Аня с напряжением всматривалась в белое небо. Она даже представила себе, что видит маленькие светлые точки. Они танцевали у неё перед глазами. Внезапно на кончик её носа упало что-то холодное. Аня скосила глаза и увидела снежинку.

– Снег пошёл! – крикнула она. С неба, медленно кружась, падали всё более крупные хлопья. Попадая в стакан, они растворялись в горячем чае.

Лавундел вскоре вернулся, он уверенно приземлился на плечо Александра. На его крылья тоже опустились снежинки. И там, где они прикасались к его чешуйкам, краснота внезапно бледнела, и появлялось маленькое белоснежное пятно со снежным узором.

– Он опять изменяется, – задумчиво прошептала мама.

Все молча наблюдали за этим чудом.

На Лавундела падало всё больше снежных хлопьев. И постепенно его тело покрывалось всё большим числом белых пятен. Наконец от огненно-красного и жёлтого не осталось и следа. Перед ними сидел белоснежный зимний дракон. Поморгав, он лапками протёр свои глаза. А когда он их вновь открыл, они уже не были золотисто-жёлтыми, а сияли глубокой синевой. Лавундел с удовольствием осмотрел свои белые крылья и улыбнулся так широко, как может улыбаться только счастливый дракон.

– Наконец-то наступила зума! – ликуя, воскликнул он.

А снег всё валил и валил, снегопад никак не прекращался. По утрам жители города не могли справиться с уборкой сугробов. Семье Лукас в этом отношении было легче, так как Лавундел умел извергать огонь. Утром, когда все ещё спали, он из открытого кухонного окна просто направлял своё горячее дыхание на тротуар. И – хлоп! – весь снег в одно мгновение таял.

А господин Хек каждое утро занимался тем, что расчищал лопатой снег перед своим домом.

– Я же говорю тебе, здесь что-то нечисто, – слышали они затем ворчание фрау Хек-Занозы. – Ни один человек не смог бы так основательно и так быстро вычистить тротуар. Он выглядит так, словно его вылизали.

Лавундел испытывал теперь ещё больший голод, чем раньше. Ему всё ещё нравился обугленный древесный уголь, но ел он теперь всё подряд – всё, что попадало ему в лапы. Однажды Аня остановила его в тот момент, когда он пытался сжевать её Барби. Бо из предосторожности спрятал все свои мягкие игрушки – всех Лупи – под кровать. Папа ежедневно в огромных количествах приносил домой уголь для гриля, хлеб и брюссельскую капусту, чтобы заглушить невероятный голод дракона.

И хотя прощание с Лавунделом приближалось с каждым днём, эта зима была поистине весёлой. После обеда Аня уходила со своими подругами кататься на коньках. А по вечерам, когда папа приходил с работы, мама выключала свой компьютер, и они играли с Лавунделом. Или устраивали в саду снежные сражения.

Однажды, когда дети, громко смеясь, бегали друг за другом по саду, запущенный Бо снежок заблудился и нечаянно попал прямо в окно фрау Хек-Занозы. Тотчас же залаял Принц.

– О-о-о, о-о-о, – испугался Бо.

Не прошло и десяти секунд, как из дома выскочила соседка. Она угрожающе размахивала веником.

– Вы дерзкие, невоспитанные дети, – набросилась она на них. – Сейчас же прекратите так глупо буянить в саду.

Дети сразу же остановили свою игру. Но этого фрау Хек было недостаточно.

– Начиная с сегодняшнего дня, я никого из вас больше не хочу видеть в саду, – приказала она. – Сад – это место для отдыха, а не цирк для стада орущих обезьян.

– Нет, это место для полётов ведьмы, – прошептал Александр, бросив взгляд на веник соседки. Бо разразился смехом.

– Что ты сказал? – прогремела фрау Хек-Заноза. – Ну, подождите, нахалы!

С этими словами она размахнулась и ударила веником по небольшому дереву, растущему рядом с забором. Его ветви склонились вниз под тяжестью снега. Но после удара они пришли в движение.

– В укрытие! – закричал Александр, то есть он хотел это крикнуть, но у него получилось только «укрыт». Снежная лавина настигла всех троих. Точно в лицо. Фу, это было противно и холодно! Аня только успела протереть глаза, как налетела следующая лавина.

– Ха-ха-ха, прямое попадание! – ликовала фрау Хек-Заноза. – Это будет вам наукой!

– Все в дом! – приказал Александр. Ане и Александру пришлось подхватить с двух сторон испуганного и уже плачущего Бо. В гостиной им навстречу выскочил очень взволнованный Лавундел.

– Я всё видел! Из окна. Какая подлость!

– Это правда, – произнёс расстроенный Александр, вытряхивая снег из волос. – Пришло уже время, чтобы мы её проучили.

Аня засопела. Весь её воротник был противно мокрым. Она была так рассержена, что готова была взорваться.

– Да, мы сделаем это, – сказала она. – Только как?

Лавундел усмехнулся.

– У меня есть идея, – произнёс он и подмигнул Ане. – Но вам придётся сегодня ночью, по крайней мере, в течение часа отвлекать суседку.

План был окончательно утверждён за ужином.

Папа не мог удержаться от смеха.

– Всё это не слишком хорошо, дети, – сказал он. – Но, с другой стороны, я считаю, наши недружелюбные соседи заслуживают того, чтобы мы их проучили. Итак, я с вами!

– Уголь для гриля у нас есть, – подтвердила мама. Она была в хорошем настроении. – Позвоню-ка я Асланам.

И в результате поздно вечером перед их домом собралась небольшая группа. В руках все они держали чашки с фруктовым пуншем или чаем и весело общались. На горячей решётке в гриле, поджариваясь, шипели мясо и овощи. Как и следовало ожидать, через некоторое время открылась дверь соседнего дома, и на пороге появились господин Хек и его жена вместе с Принцем.

– Эй, что вы там делаете? – рявкнул господин Хек. – Жарить мясо запрещено.

– Забрасывать наших детей снегом – тоже, – вызывающе возразила мама. – Впрочем, вы ничего не можете нам запрещать. В своём саду мы жарим мясо тогда, когда нам захочется.

Как они и ожидали, после этих слов их соседи действительно рассвирепели. Вскоре все взрослые были затянуты в длительные скучные пререкания. Аня прошмыгнула назад в дом. Лавундел уже нетерпеливо ждал её перед дверью в сад.

– Ну, начали, – прошептала Аня. – Заноза и её муж в течение следующего часа совершенно точно не появятся в саду.

Лавундел быстро залез в снег. Ане оставалось только удивляться его сноровке. Он летал и бегал, разгребал снег и кувыркался в нём. Сад выглядел так, словно в нём бушевала пурга. В темноте Аня не всё могла разглядеть, но видела, как перед самым забором всё росла, росла и росла гигантская куча снега. Через час Лавундел, совершенно обессиленный, вернулся в дом.

На следующее утро все встали очень рано и с напряжением ждали у окна, что произойдёт дальше. Наконец наступило продолжение. Соседи, как всегда, выпустили в сад Принца. Огромный пёс побежал к забору. Но лай застрял у него в глотке. Он растерянно взвыл, а затем, жалобно поскуливая, забился под куст.

– Ой, что это произошло с нашим Принцем?! – крикнула фрау Хек-Заноза. Вместе с мужем она поспешила в сад. А так как они искали собаку, то не сразу заметили фигуру около забора. Но затем господин Хек оглянулся.

Его минуту назад раскрасневшееся лицо в одно мгновение помертвело. Оно стало таким же белым, как гигантский снежный дракон Годзилла, который поднялся над ним из-за забора. Лавундел приложил действительно немало усилий, и теперь чудовище выглядело так ужасно, что даже Ане стало страшно. Дракон стоял на задних лапах, он был почти таким же высоким, как их дом. Над забором протянулись огромные снежные когти. Пасть дракона-монстра была раскрыта, словно он хотел проглотить соседей.

– Что, что… – заикаясь, бормотал смертельно бледный господин Хек. Он подтолкнул локтем свою жену. – Хильдегард! Хильдегард, там… там…

Фрау Хек-Заноза, которая только что пыталась вытащить из-под куста Принца, резко выпрямилась и нервно обернулась.

– Что там опять произошло?

Но затем её глаза стали такими большими, что Аня испугалась, не выкатятся ли они на снег.

– Хи-хи-хи-хи, – засмеялся Лавундел.

Этого они никогда не забудут.

– А-а-а-а! – закричала соседка так громко, что замолчали даже птицы в саду. Затем от испуга она просто упала в снег.

– Бух, – разнеслось по саду, дальше они видели только торчащие из сугроба ноги фрау Хек-Занозы.

– Ух, – озабоченно выдохнула мама. – Упала в обморок. Может быть, мы всё-таки немного переборщили?

– Они ведь хотели увидеть монстра, – невозмутимо произнёс папа. – Вот они его и получили. И какого красивого!

Он с уважением похлопал Лавундела по плечу, тот гордо поднял голову.

Наконец соседка пришла в себя.

– Прочь отсюда, Гельмут! – закричала она.

И они оба вместе со своей поскуливающей собакой скрылись в доме. Аня была убеждена, что их соседи никогда больше не будут жаловаться, когда дети Лукас в следующий раз опять устроят в саду снежную баталию.

Наступил тёмный декабрь. Одна за другой пролетели три из четырёх предрождественских недель. Начались рождественские каникулы. Семья Лукас хотела в этом году устроить совершенно особый роскошный праздник. Ведь это было первое Рождество Лавундела! Двадцать третьего декабря папа принёс домой самую большую рождественскую ёлку, которую Аня когда-либо видела. Бо и мама приволокли из подвала большие ящики с украшениями, а потом Аня и её братья нарядили ёлку имбирными пряниками, свечами, серебристыми шариками, колокольчиками и золотистым дождём.

– Эта ёлка безумно красива, она самая лучшая на всём белом свете, – задумчиво произнёс Бо. Между тем Бо тоже уже был похож на странствующее рождественское дерево. Даже свой велосипедный шлем он украсил серебристыми звёздами и дождём.

– Соберитесь, дети! – поторопила их вечером мама и захлопала в ладоши. – Нам надо ещё установить новый вертеп и подвесить к люстре ангелов!

Александр вытер рукой лоб.

– Рождество в этом году – это сплошной стресс, – проворчал он.

– Оно должно стать совершенно особым, – строго сказала мама. – Нам предстоит ещё много работы. Нужно испечь печенье. По крайней мере, десять противней!

Папа, тяжело дыша, только что вошёл в дом с большими пакетами. Он купил новую гирлянду. Кроме того, ещё множество свечей и все продукты для праздничного стола на следующий день.

– Я сделаю самое большое в мире жаркое, – заявил он и стряхнул снег с головы. – Сегодня мы натрём мясо чесноком и лавандой, за ночь оно пропитается, и тогда завтра оно будет по-настоящему вкусным.

При этих словах раздалось громкое урчание в животе Лавундела.

– Есть хочу! – крикнул он.

Но мама только глаза закатила.

– Неужели опять, Лавундел? – простонала она. – Ты же видишь, у нас так много дел. Рождество должно быть действительно прекрасным!

– Но у меня в животе урчит, – упрямо повторил дракон.

Мама фыркнула.

– Если ты совсем не можешь ждать до ужина, то возьми себе в подвале немного угля для гриля. И не вертись под ногами.

У Лавундела вытянулось лицо, он приуныл, но затем принёс себе из подвала немного угля и перекусил. Сытым он себя по-прежнему не ощущал, но ни мама, ни папа этого, казалось, не замечали. Они слишком увлеклись тем, чтобы превратить весь дом в настоящую рождественскую страну.

Александр прав. Это был действительно очень напряжённый день. Мама всем давала поручения: печь печенье, пылесосить, убрать дом, подвесить ангелочков, помочь папе развесить ёлочную гирлянду. Когда они закончили, гостиная выглядела как рождественский отдел в торговом центре.

Мама устало кивнула:

– Видите, как красиво, лучше быть уже не может!

И это соответствовало истине! Всё вокруг сияло и блестело. Вкусно пахло корицей, цитрусовыми и сладостями. Но самой красивой была гора печенья, которое испекла мама. Так много сладких звёзд с пёстрой глазурью!

– Есть хочу! – опять пропищал Лавундел и протянул лапку к печенью.

– Даже не думай, – приветливо, но твёрдо сказала мама. – Это приготовлено на завтра.

Папа придвинул дракону миску с орехами, которые он проглотил в один присест.

– Ему, очевидно, нужно больше еды, – сказала Аня. – Он испытывает больший голод, чем обычно. Может быть, он опять начал усиленно расти.

– Ну хорошо, – вздохнула мама. – Идём со мной на кухню. Я сделаю тебе большой бутерброд и посыплю его сверху угольками.

Это казалось странным. Всё выглядело так красиво, всё блестело и переливалось, но всё же они не могли по-настоящему радоваться. Они слишком устали для этого. Бо уснул прямо на диване. У Александра не было сил даже для компьютерной игры. Да и папа в этот вечер не приготовил на ужин горячей еды. Они съели бутерброды и старались ни к чему не прикасаться, ведь все гирлянды и ангелочки должны были оставаться до завтрашнего дня на своих местах. В окно они видели, как к их соседям пришли гости. Их дети и внуки стояли около дома и смотрели на снежного дракона. Малыши бегали по заснеженному саду.

Но даже для этого дети семьи Лукас слишком устали. Они уже довольно рано на цыпочках поднялись наверх и проскользнули в свои кровати. Перед сном Аня ещё слышала рычание Принца, который бегал по саду. А может быть, это был желудок Лавундела?

Когда Аня вновь открыла глаза, наступило долгожданное Рождество. И она была, конечно, не первой, кто заметил это.

– Вставайте, – кричал внизу в коридоре Бо, – сегодня будут подарки!

Родители устало вылезли из-под одеял. Александр, зевая во весь рот, появился на пороге своей комнаты, волосы его были растрёпаны.

– Боже, у меня болят все мышцы! – заявил он.

– Ну что же – с Рождеством вас, дети! – пробормотал папа. – А теперь идёмте завтракать.

Спотыкаясь, они все устало, но в хорошем расположении духа спустились вниз. Но что здесь произошло?

– Печенье! – испуганно вскрикнула мама. – И всё красивое рождественское убранство!

– Жаркое, – вырвалось у папы. – И совершенно новый вертеп.

– Рождественская ёлка! – закричал Бо. – Гирлянда с лампочками!

– Не съел же он рождественскую ёлку? – растерянно произнёс Александр.

Но обугленный пенёк был ему самым красноречивым ответом. И вертеп с деревянными фигурками, и золотистый дождь, и шарики, и гирлянда, и даже свечи – всё исчезло. Повсюду валялись остатки гигантской трапезы: кости от мяса для жаркого, крошки печенья, огрызки ёлочных украшений.

– Он всё слопал! – закричал Александр. – Лавундел сожрал наше Рождество!

Ну и ну! Ане стало совсем нехорошо на душе, так как лицо у мамы уже покраснело, глаза у неё блестели.

– Значит, он был голоден, – попыталась Аня защитить дракона. – Он не смог справиться с этим. Немного угля было ему недостаточно.

– Где он? – Голос мамы был подобен грому.

– Ух! – жалобно донеслось из-за дивана. Все бросились туда. За диваном лежал Лавундел и гладил себя по круглому, как шар, животу. Произошло нечто поразительное – за ночь он очень вырос и теперь был почти вдвое больше, чем Могли. Выглядел он очень подавленно.

– Вы видите? – сказала Аня своим родителям. – Он рос. А вы его вчера едва не уморили с голоду. За убранством, печеньем и гирляндами вы ничего не заметили.

– Но ты ведь тоже не заметила, садовая твоя головушка, – фыркнул Александр.

И это было правдой. Никто из них не обратил внимания на голод Лавундела. Теперь вся семья Лукас подавленно смотрела на дракона. Все чувствовали себя неловко. Мама опустилась на диван рядом с Лавунделом. Он всё ещё выглядел так, словно ждал большой грозы. Но мама не стала его ругать. Нет, она… начала смеяться!

– О, теперь она сойдёт с ума, – прошептал Александр Ане. – Это было для неё слишком. Ужасный шок.

Но мама, казалось, была всем довольна. Она смеялась до тех пор, пока на глазах у неё не выступили слёзы. Потом она потрепала обескураженного Лавундела по голове.

– Бедный маленький дракон, – сказала она. – Мы всё-таки попытаемся устроить прекрасное Рождество. Но маленький голодный дракон должен был нам напомнить, с чем связано это торжество. – Она оглянулась вокруг на царящий в комнате беспорядок. – Совершенно точно – не со всем этим убранством и не с лучшим в мире печеньем. И не с тем, чтобы купить самые дорогие украшения или сделать первоклассное жаркое. Нет, сегодня всем должно быть хорошо, потому что мы любим друг друга. И никто, никто не должен голодать. – Она наклонилась и поцеловала Лавундела в нос. – Прости, Лавундел, – сказала она. – Сегодня ты получишь столько еды, сколько захочешь.

Лавундел выглядел так, словно ему было плохо уже при одном упоминании о еде.

– Не получится, – простонал он. – Я сыт по горло.

Теперь рассмеялся и папа. Он потёр руки в предвкушении новых затей.

– Мама абсолютно права. Нам не нужна огромная рождественская ёлка. У нас и так получится чудесный праздник, не так ли, дети? Нам надо будет что-нибудь придумать.

– Во всяком случае, мы можем радоваться тому, что Лавундел не съел диван, – заметила мама.

– И что ангел не успел положить под ёлку подарки! – крикнул Бо.

Это было так похоже на него! Подарки – это было, пожалуй, самым важным, что интересовало маленького сорванца.

В этот вечер они отмечали, видимо, самое необычное Рождество на всём белом свете: ёлкой служила комнатная пальма из маминого кабинета.

– Она для этого очень подходит, – заметил папа, – ведь в Вифлееме, где родился Иисус, не растут ели, а только пальмы и оливковые деревья.

Бейби-Бо и мама вырезали из бумаги звёзды и повесили их в виде украшения на листья пальмы. Александр из игрушек Бо выстроил новый вертеп. Ребёнка в яслях вместо быка и осла охраняли два пластиковых динозавра. Ребёнком был маленький жёлтый резиновый медвежонок, а Барби была отличным ангелом. Папа нашёл в подвале ещё несколько свечей, зажёг их и торжественно прочёл всем рождественскую историю.

Глаза Лавундела сияли от радости. Мама сварила в этот вечер очень вкусные спагетти с томатным соусом. Затем все вместе тихо спели рождественскую песню. Но вместо слов «О, ёлочка, как хвоя твоя зелена…» спели: «О, пальмочка…» Это было действительно необычное торжество. Но Ане казалось, что оно было и самым красивым, и самым особенным из всех!

И хотя все они очень поздно легли спать, Аня долго не могла уснуть. Кроме неё в этот вечер ещё кому-то тоже не спалось.

Она услышала лёгкий стук в дверь своей комнаты.

– Лавундел? – спросила она.

– Да, – раздался за дверью шёпот дракона. – У меня холодные ноги.

– Тогда согрейся у меня.

Лавундел прошмыгнул в Анину кровать и уютно устроился под тёплым одеялом.

– Ты ещё хочешь кушать? – тихо спросила Аня.

– Не-е-ет! – Лавундел подавил приступ отвращения. – Я так объелся, что боюсь лопнуть.

А затем он мечтательно произнёс:

– Это была замечательная рождественская скузка! Мне всех вас будет так не хватать! – И он глубоко вздохнул.

О-о-о, Аня так хорошо его понимала, ей уже сейчас не хватало Лавундела.

– Но ты ведь рад тому, что увидишь Сибирь, не так ли? – спросила Аня.

– Очень, – искренне ответил Лавундел. Затем он повернулся на бок и прошептал ей на ухо: – Сегодня я расскажу тебе скузку.

Он откашлялся и начал:

– Жил-был на свете маленький друкон. Он совершал путешествие. Он познакомился с людьми и получал от этого удовольствие. Жил он в одной очень милой семье, он научился извергать огонь и лутать. В один прекрасный день он вернулся к другим друконам, но уже на следующий год зимой он прилетел в гости. Он стал совсем большим. Таким большим, что Аня могла сесть ему на спину. Он и Аню научил лутать. И Бейби-Бо, и Александра, и Жасмин. Им это очень нравилось, им было особенно весело, когда они играли в футбол среди облаков.

Аня улыбнулась:

– Это прекрасная сказка, Лавундел!

Теперь улетучились остатки её печали. Ведь она знала, что это не только сказка, но и обещание.

Тридцать первого декабря Лавундел уже с трудом справлялся со своими чувствами. Для последнего совместного ужина мама испекла огромный пирог с большим количеством сахара и масла. Она, конечно, дождалась, пока он немного подгорит, ведь Лавундел больше всего любил именно такую еду.

– Он должен хорошо подкрепиться, – сказала мама. – В конце концов, ему предстоит дальний перелёт.

Ровно в девять часов вечера раздался звонок. Это были Жасмин с крошкой Зибель и их родители. Но это было ещё не всё. Они сделали всем настоящий сюрприз – из Турции к ним в гости приехала бабушка Филиц!

– Мерхаба, мой малыш! – окликнула она Лавундела и прижала его к себе. – О, ты, собственно, уже совсем не малыш. Но сегодня я должна буду сказать тебе не только «привет», но и «гюле-гюле» – до свидания.

– Но ещё не сейчас, Аннеанне, – утешила Жасмин свою бабулю. – Сначала мы пообщаемся за прощальным ужином.

Родители Жасмин и Ани тоже сердечно приветствовали друг друга. Маленькая сестрёнка Жасмин сразу же поползла к Бо, что тому явно не понравилось.

Вскоре вновь раздался звонок, и в дом вошли господин Майзенбайссер и Могли. У обоих на головах были шапки Дедов Морозов!

– Гав! Гав! – залаяла Могли в знак приветствия, а затем исполнила один из своих лучших танцев. Все дружно аплодировали.

– Прошу к столу, – сказала мама и указала на празднично накрытый стол, где для Лавундела было приготовлено почётное место.

Они ели цыплят с картофелем. Лавундел один съел почти весь пирог. Фрау Аслан принесла лукум и другие сладости, а господин Майзенбайссер поставил на стол сладчайший вишнёвый сок.

Когда все они были настолько сыты, что уже с трудом двигались, мама принесла из своего кабинета дневник дракона. Все склонились над ним и стали рассматривать фотографии и зарисовки, сделанные за этот год. Так, на первой странице – крохотный Лавундел, ему всего один день, после того как он вылупился из яйца. Ане с трудом верилось, что это тот самый дракончик.

– Он ведь и в самом деле помещался в голубом яйце, – удивлялся и Бо.

При этом сам Бо на этих фотографиях годичной давности тоже выглядел намного младше. Да, он за этот год тоже значительно вырос.

– Вот, здесь я записала, сколько Лавундел весил в то время. – Мама показала несколько цифр. – Двадцать три грамма. А сегодня он тяжелее Могли.

Затем было несколько фотографий, на которых Лавундел был запечатлён в красном плаще Барби, он сидел в своём дворце – клетке хомяка. Через несколько страниц этот дворец превратился в китайский домик маленького дракона-талисмана. Все засмеялись, когда увидели фотографию Бо и Лавундела, на которой оба были совершенно зелёными. Дальше шли снимки Лавундела, сделанные у господина Майзенбайссера. Дракон, танцующий с Могли. Или он же в костюме пирата. Мама наклеила в дневник даже вырезки из газет, в которых сообщалось о монстре на Баггерзее.

– Мы тоже принесли фотографии, – сказала фрау Аслан.

– Я тоже, – улыбнулась бабушка Филиц.

На столе лежала уже целая стопка фотографий, рассказывающих об их отпуске. Одна из них была особенно милой: Лавундел возле гриля в саду у бабушки Филиц, уплетающий за обе щёки хрустящую поджаренную рыбу. Были также снимки, сделанные на пляже, где он играл роль надувного зверька для плавания.

– Ты только посмотри, какие надутые щёки! – подтрунивал над маленьким драконом Александр.

Лавундел так смеялся, что упал со стула. Маме пришлось помочь ему вновь взобраться на него. А потом они опять вспоминали и рассказывали друг другу истории, произошедшие в этом – таком особенном – году. Воспоминаний было так много, что они почти потеряли счёт времени.

– Ух! Нам уже надо идти в парк! – воскликнула вдруг мама. – Быстрее, быстрее, через десять минут наступит Новый год!

Год назад Лавундел ещё помещался в кармане Аниного жакета, а сейчас он залез в большой портфель папы. Они поспешили в парк, где Аня ровно 359 дней тому назад нашла голубое яйцо. Было темно и холодно. На небе уже вспыхивали первые огни фейерверков. Вдали были слышны крики и смех, но в этой уединённой части парка, кроме них, никого не было. Лавундел вылез из портфеля и с нетерпением взглянул на небо. Все остальные разделяли его тоску. Анино сердце стучало с такой силой, что у неё перехватывало дыхание. Александр не отпустил ни одной шутки, а Бо был красным от волнения.

– Надеюсь, они на самом деле прилетят, – прошептала Жасмин.

Аня сглотнула и ещё крепче сжала свои большие пальцы, желая Лавунделу успеха. «Пожалуйста, пожалуйста, – вновь и вновь мысленно повторяла она. – Пусть его мама прилетит! Лавундел будет безутешен, если он не увидит её сегодня!»

– Сейчас наступит полночь, – прошептал господин Майзенбайссер. – Десять, девять, восемь…

И тут началось: по всему городу зазвонили колокола, в небе зашипели фейерверки, а затем вспыхнули тысячи ярких огней. Некоторое время они, затаив дыхание, смотрели на всё это и ждали.

Наконец они услышали шипение и шум, который не был связан с фейерверком. Он звучал высоко в небе – были ли это ракеты или это был огонь, извергаемый драконами? И тут внезапно к колокольному звону примешался ещё один звук. Он был ниже по тону и звучал мягче.

– Уни зовут меня, – пискнул Лавундел. – Уни здесь!

Теперь их увидели и остальные. Среди огней фейерверка в небе что-то мерцало. Словно большие облака, но для облаков они были слишком быстрыми. С каждой секундой они всё ближе подлетали к ним. Затем от этого облака отделился большой белый дракон. Сделав несколько элегантных взмахов крыльями, он приземлился на верхушке дерева. Он был вдвое больше небольшого автомобиля, но при этом лёгким и ловким. Добрыми глазами смотрел он вниз на людей, которые наблюдали за ним.

– Это точно его мама, – прошептал Бейби-Бо.

– Тебе надо поторопиться, – тихо сказал Лавунделу господин Майзенбайссер. – Остальные драконы уже полетели дальше.

Мама-дракон наклонила голову, у неё вырвался нежный призыв на драконьем языке.

– Гюле-гюле, Лавундел, – прошептала Жасмин.

– До свидания, – сказала Аня.

– Пока, Лупи-Лавундел! – крикнул Бо.

Даже Александр воздержался от холодной усмешки.

– Так покажи нам, на что ты способен, капитан Ледяная Молния!

– До свидания, мой маленький, – сказала мама и поцеловала Лавундела в нос.

Папа, Асланы и господин Майзенбайссер тоже ещё раз крепко его обняли.

– Я навещу вас, обущаю! – пропищал Лавундел. – На следующий Новый год!

Он улыбнулся, разбежался и полетел навстречу падающему снегу. Как настоящий профи, он расправил крылья и полетел вверх, пока не поравнялся со своей мамой, сидящей на верхушке дерева. Это был демонстрационный полёт, которым мог бы гордиться любой пилот-инструктор. Счастливая мама-дракон приласкала своего малыша, прикоснулась к нему носом и осторожно погладила по спине своей мощной лапой. Аня могла бы поклясться, что она слышала настоящий драконий смех. Как сильно маме-дракону не хватало её маленького сына!

Оба дракона вместе поднялись в воздух и последовали за остальными. У Могли вырвалось длинное прощальное завывание. Лавундел ответил ему маленьким огненным шаром, который вспыхнул высоко над деревьями.

С неба на землю опускалась белая чешуйка. Аня поймала её. Она была гладкой, как перламутр, и такого же размера, как ноготь на её большом пальце.

– Сбереги её! – сказал господин Майзенбайссер и положил Ане руку на плечо. – Это особый прощальный подарок от Лавундела.

Они ещё долго стояли и махали вслед стае. Они продолжали махать и тогда, когда белое мерцание между облаками исчезло, а Лавундел и остальные драконы стали похожи на маленькие, сияющие на небе звёзды.

В Германии самой хорошей оценкой является единица, самой плохой – шестёрка.

Тинтенфасс – в переводе с немецкого – бочонок для чернил, чернильница.

Валросс – в переводе с немецкого – морж.