<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>sf_fantasy</genre>
   <author>
    <first-name>Фабрис</first-name>
    <last-name>Колен</last-name>
   </author>
   <book-title>КОЛЕН Ф. По вашему желанию. Возмездие</book-title>
   <annotation>
    <p>Ньюдон. Викторианский Лондон в забавном фэнтези-варианте. Джек-потрошитель? Банальный людоед, предпочитающий нежную женскую плоть. Шерлок Холмс? Эльф, со скуки изобретающий дедуктивный метод… Оскар Уайльд и Льюис Кэрролл? ВЕЛИКИЕ маги, один из которых посвятил себя Темным искусствам, а другой — Светлым…</p>
    <p>Но теперь друзья и враги вынуждены объединиться перед лицом ОБЩЕГО ВРАГА. ДЬЯВОЛЬСКИ умного, ДЬЯВОЛЬСКИ опасного… КАКОГО?! Империя азенатов, где в ранг «высокого искусства» возведены уже и предательство, и жестокость, и убийство… Говорят — когда-то здесь убили Бога. И теперь некому будет спасти азенатов от мощи порождений Мрака — монстров, обращающих людей в себе подобных… Если не исполнится ПРОРОЧЕСТВО. Если не придет с выжженного солнцем Юга Спаситель — Лев Пустыни Лайшамом, великий полководец, который уничтожит чудовищ — и разрушит Империю…</p>
    <p>Два романа знаменитого французского фантаста Фабриса Колена. Две грани его удивительного таланта.</p>
   </annotation>
   <date>2005</date>
   <coverpage>
    <image l:href="#cover.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>fr</src-lang>
   <translator>
    <first-name>С.</first-name>
    <last-name>Буренин</last-name>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Е.</first-name>
    <last-name>Никитина</last-name>
   </translator>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>pusikalex</nickname>
   </author>
   <program-used>ABBYY FineReader 11, FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
   <date value="2016-09-08">131178123709010000</date>
   <src-ocr>cityman3.14</src-ocr>
   <id>{3A7E765F-5076-4209-9773-8E4BD593A0E8}</id>
   <version>1</version>
   <history>
    <p>1.0 pusikalex. Соответствует бумажной книге.</p>
   </history>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Колен,Ф. По вашему желанию. Возмездие</book-name>
   <publisher>ACT, Транзиткнига</publisher>
   <city>Москва</city>
   <year>2005</year>
   <isbn>5-17-035134-8, 5-9713-1622-2, 5-9578-3528-5</isbn>
   <sequence name="Золотая Серия Фэнтези"/>
  </publish-info>
  <custom-info info-type="">Колен,Ф.

К60 По вашему желанию. Возмездие: [фантаст, романы: пер. с фр.] / Фабрис Колен. — М.: ACT: ACT МОСКВА: Транзигкнига, 2005. — 699, [5] с.—(Золотая серия фэнтези).

ISBN 5-17-035134-8 (ООО «Издательство АСТ»)

ISBN 5-9713-1622-2 (ООО Издательство «АСТ МОСКВА»)

ISBN 5-9578-3528-5 (ООО «Транзиткнига»)

</custom-info>
 </description>
 <body>
  <image l:href="#i_001.png"/>
  <title>
   <p><strong>Фабрис Колен</strong></p>
   <p><strong>По вашему желанию. Возмездие</strong></p>
  </title>
  <section>
   <title>
    <p>По вашему желанию</p>
    <p>(пер. с франц. С. Буренина)</p>
   </title>
   <section>
    <title>
     <p>Без всяких ужасов</p>
    </title>
    <empty-line/>
    <empty-line/>
    <p>Смерть в огне… Почему бы и нет? Однако этот метод несколько затруднителен. Во-первых, вы легко можете поджечь весь дом (что совершенно не отражено в том списке, где я перечислил плюсы и минусы этого метода). А во-вторых, человеку, который внезапно превратился в пылающий факел, трудно сохранять спокойствие. Идиотизм в том, что в данной ситуации на втором плане будут присутствовать живые мертвецы. А лично я вообще не собираюсь давать какое-то представление. Обычно само мое присутствие уже является представлением.</p>
    <p>Но пусть будет так, огонь обладает достаточными преимуществами и очевидностью, вопрос стоит только в том, чтобы достаточно глубоко их изучить. Я схватил перо и начал составлять список.</p>
    <p><emphasis>Неудобства</emphasis></p>
    <p>Проблемы с антуражем</p>
    <p>Неопрятно</p>
    <p>Болезненно</p>
    <p>Необходимость в топливе?</p>
    <p><emphasis>Достоинства</emphasis></p>
    <p>Полная определенность</p>
    <p>Зрелищность</p>
    <p>Героика</p>
    <p>Алкоголь? </p>
    <empty-line/>
    <p>Во всяком случае, решение принято: я взлечу на воздух. По крайней мере, в моей жизни появилось хоть что-то определенное. С какой-то точки зрения это успокаивает.</p>
    <p>Сейчас почти полдень, я сижу за рабочим столом, передо мной лежит пачка чистой бумаги, перо глупо стучит по пустой клеточке. У меня всегда перо под рукой. Ну что же, продолжим, решил я. Взглянем…</p>
    <empty-line/>
    <p>С моей точки зрения, раз уж родители соизволили произвести меня на свет, то хотя бы один из них должен был задуматься о последствиях. А почему не оба, все же это было их совместное занятие?</p>
    <p>Без всяких ужасов. Действительно без всяких ужасов. Это немного напоминает… в конечном счете ничего. Или просто у Джона В. Муна наступила черная полоса: заезженные шутки, претенциозность, лживая лирика. Хуже трехлетнего ребенка.</p>
    <p>Я бросаю взгляд на улицу. Потоки воды барабанят по крышам города, но в комнате не слышно ничего, кроме тиканья настенных часов. Еще несколько часов — безустанно повторяют они. Еще несколько часов — и все решится. Выбор сделан. Нет никакого смысла его пересматривать. Я должен взглянуть фактам в лицо и смело встретить судьбу.</p>
    <p>Для начала: меня покинула Катей. Ничего особенного — в данный момент, она, наверное, млеет в объятиях какого-нибудь красавца — редкостного болвана с остроконечными ушами и колким язычком. Эльфы всегда славились своей способностью утащить что-нибудь у вас из-под самого носа. Этакие шутовские создания. Нет ничего удивительного в том, что они слывут иллюзионистами. И все равно, сказал я себе, Катей должна была подать весточку о себе. Но раз она этого не сделала, рассуждал я в отчаянии, значит, считает меня пустым местом. Наверное, так и есть на самом деле, Катей редко ошибается.</p>
    <p>Возможно, это связано с моими профессиональными неудачами? В этом можно не сомневаться. Команда Огров из Челси, которую я должен тренировать, плачевно располагается в самом низу классификационной таблицы Квартека. С тех пор как я занял эту руководящую должность, команда находится на восьмом месте и болельщики готовы разорвать нас собственными руками. Сегодня вечером проводится решающий матч. Игра в общей сложности будет продолжаться лишь до тех пор, пока мы будем в состоянии защищаться. И успокаивает меня только то, что в лиге Квартека имеется всего восемь команд.</p>
    <p>На улице продолжается потоп. Верхушки деревьев раскачиваются и напоминают балаганных шутов. Редкие прохожие, достаточно безумные, чтобы выйти в такую погоду на улицу, идут, низко наклонив против ветра голову. Да, действительно, мне не стоит сожалеть о принятом решении. Мысль распрощаться со всем этим является самой разумной из всего сделанного мной за этот год. Есть вероятность, что муниципальные власти не захотят даже оттащить мой катафалк на ближайшее кладбище и моя смерть начнется с того, что преследовало меня всю мою жизнь: с очередного фиаско.</p>
    <p>Я опустил голову на руки. Мой письменный стол — настоящее поле боя. В стотысячный раз, не задумываясь по-настоящему, я взял в руки лаконичное послание, которое мне направил старый секретарь очень секретной и очень шу-шу-шу Всеведущей Федерации Освобождения Возможной Ирреальности, и рассеянно пробежал его глазами. Еще один текст нашего знаменитого основателя. Пронон Греймерси, астроном и натуралист, знаменитый своим доказательством того, что Монстр Тамсон является живым существом. Я же прекрасно знаю, что это всего лишь обычная река. И такому типу еще поставили памятник в самом центре города!</p>
    <p>Я присоединился к этому обществу в тот момент, когда испытывал ужасное одиночество, но теперь начинаю немного жалеть о своем поступке. Все члены общества называли друг друга странными кличками (моя была Том Котенок). Они уверяли, что в мире нет никакого смысла, и для большей достоверности своих слов требовали, чтобы я платил совершенно нескромный месячный членский взнос, который мной уже три раза был внесен.</p>
    <p>Послание дрожало в моих руках. Девиз этого общества, начертанный тиснеными буквами в самом начале, всегда приводил меня в замешательство.</p>
    <empty-line/>
    <p>«Мир — сцена» </p>
    <empty-line/>
    <p>Но это мне напомнило еще и о том, что именно благодаря девизу я и вступил в их ряды. Мир — всего лишь сцена, смело заявляли театраломаны (как называли себя члены общества), мы участвуем в непрекращающемся спектакле, вся наша жизнь, вполне возможно, является всего лишь плодом высшего воображения, и когда мы наблюдаем какое-то событие, нам не надо заботиться о том, чтобы увидеть в нем смысл.</p>
    <p>Я встал. Ни о чем не заботиться — это та линия поведения, которая прекрасно мне подходит. Впрочем, сегодня вечером мной будет доказана правильность этого предположения.</p>
    <p>— Заботы, мсье Мун?</p>
    <p>Стоя перед залитым струями дождя окном своей комнаты, я вернул на лицо улыбку и ткнул большим пальцем в потолок:</p>
    <p>— Все, что ни делается, — все к лучшему, Пруди.</p>
    <p>Говори, говори, подумалось мне про себя. Как только ты повернешься спиной, я превращусь в горящий факел. И могу тебя заверить, что на этот раз не отступлю от задуманного.</p>
    <p>Моя горничная робко улыбнулась и согнулась в поклоне. Когда она так наклоняется, то чуть ли не касается лбом пола. Рост у нее всего лишь три фута: для гномессы вполне подходящий.</p>
    <p>— Пруди, — сказал я, одергивая полы двубортного вечернего пиджака, — как вы знаете, у меня сегодня вечером состоится особенно важный матч…</p>
    <p>— О да! — воскликнула она в ответ. — Весь Ньюдон только об этом и говорит!</p>
    <p>— Правда? — переспросил я.</p>
    <p>Хотя на самом деле мне было совершенно безразлично, о чем говорит весь Ньюдон.</p>
    <p>— И какова наша котировка?</p>
    <p>— Шестьсот шестьдесят шесть к одному, — Пруди нанесла мне удар ниже пояса.</p>
    <p>Шестьсот шестьдесят шесть к одному!</p>
    <p>— Черт! — выругался я. — Это уж слишком преувеличено. Все-таки эти безголовые Потрошители не боевые молнии!</p>
    <p>— Но Огры Челси стоят в самом конце классификационной таблицы, — мягко возразила моя горничная.</p>
    <p>— Не последние, всего лишь восьмые. Скажи спасибо, что тебе это напомнили.</p>
    <p>Гномесса какое-то время грустно стояла на пороге комнаты, и я посмотрел в ее большие влажные глаза. Ей будет меня недоставать.</p>
    <p>— Скажи-ка мне, Пруди…</p>
    <p>Она подняла голову и с надеждой посмотрела на меня:</p>
    <p>— Да, мсье?</p>
    <p>— Пруди, моя маленькая Пруди, — сказал я так, словно это случайно пришло мне в голову (кажется, получилось неплохо), — в общем, не хотелось бы вам провести этот вечер в своей семье?</p>
    <p>Она посмотрела на меня так, словно на моем лице чего-то не хватало.</p>
    <p>— У меня нет семьи, мсье Мун.</p>
    <p>— М-м-м. Правильно. Тогда, не знаю, с друзьями, может быть?</p>
    <p>Служанка грустно пожала плечами.</p>
    <p>— Хорошо, хорошо, — поспешно сказал я и снова повернулся к окну.</p>
    <p>На улице с обезоруживающим упорством продолжал лить дождь. На фоне пасмурного неба поднимал купола массивный собор Гаарлема. С наступлением ночи в городе можно будет увидеть только собирающиеся в тишине небольшие группы волшебников и оживителей мертвецов.</p>
    <p>Здесь полно шумных местечек подозрительной деятельности. А что касается хранителей мира, то те при подобных встречах натягивают вожжи своих скакунов и старательно отводят взгляд в сторону.</p>
    <p>— Если вы, мой дорогой, хотите устроить какую-то вечеринку…</p>
    <p>Между нами повисла неловкая тишина. Я постарался припомнить, сколько раз она обнаруживала, как мои гости взламывали мой бар или забирались с ногами на диван.</p>
    <p>— Ну хорошо, в общем, сегодня вечером вы, Пруди, свободны. И не надо благодарить.</p>
    <p>— Но я хотела…</p>
    <p>— Тс, тс, — сказал я, прикладывая к губам палец, — сегодня у вас свободный вечер, вот и все. Вы вполне заработали себе право на то, чтобы немного развлечься. А мне сейчас необходим покой. Надо сосредоточиться перед матчем.</p>
    <p>— Понимаю, — ответила маленькая гномесса и сняла полотняный передник.</p>
    <p>— Великолепно, — одобряюще воскликнул я, в то время как на улице серия чудовищных молний расколола зигзагами черные тучи.</p>
    <p>— Вернусь завтра утром.</p>
    <p>— Прекрасно, Пруди. Развлекитесь немного. Сходите в бар.</p>
    <p>— Но это запре…</p>
    <p>— Шутка, — с усталым жестом успокоил я ее.</p>
    <p>Она скривила физиономию и, как всегда, развернулась прямо на пороге двери.</p>
    <p>— Счастливо провести этот вечер, — пожелала мне горничная.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>Больше нам уже не выпадет случая увидеться, подумал я, когда за ней закрылась дверь и ее грустные шаги начали удаляться. Она совершенно права, говоря о том, что мы последние в списке.</p>
    <p>Подождав, пока окончательно заглохнет эхо шагов Пруди, я уселся за письменный стол, взял перо, которое уже успело высохнуть, окунул его в чернильницу и принялся писать.</p>
    <p><emphasis>Это очень хороший день для смерти,</emphasis></p>
    <p>— начал я.</p>
    <p>Гм… гениальной эту фразу не назовешь…</p>
    <p><emphasis><strikethrough>Это очень-хороший</strikethrough> день для смерти.</emphasis></p>
    <p>Вот так, теперь гораздо симпатичнее.</p>
    <p>Но если как следует подумать, то и это можно немного улучшить.</p>
    <p><emphasis><strikethrough>Этоочень хороший день</strikethrough> для смерти.</emphasis></p>
    <p>Ага, здесь уже чувствуется порыв!</p>
    <p>В конце концов я оставил всего лишь:</p>
    <p><emphasis><strikethrough>Это очень хороший день для </strikethrough>смерти.</emphasis></p>
    <p>И, закрыв глаза, потянулся.</p>
    <p>Что ни говори, а чувствовал я себя ну очень одиноко.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Пинки по фонарям</p>
    </title>
    <p>Карлик, именуемый Глоин Мак-Коугх, попал ногой в самый центр глубокой лужи и извергнул проклятье, в котором упоминалось кое-что из цветущего на равнинах севера: равнинах его снов. На нем были короткие штаны ядовито-зеленого цвета, которые весело контрастировали с огромной рыжей бородой. Он угрожающе поднял к небу кулак. В этот самый момент мимо с грохотом прокатил фиакр и окатил его с ног до головы. На мгновение карлику показалось, что внутри фиакра сидит Джон Мун, но этого просто не могло быть: Джон Мун обязательно бы остановился при встрече с ним. Глоин Мак-Коугх извергнул проклятье, в котором упоминалось то, что цветет на шкуре больных овец, и поглубже натянул модную промокшую шляпу.</p>
    <p>Он остановил взгляд на огромном куполе собора святого Петра и горделивой статуе, изображающей волшебника, некогда практиковавшего в здешних местах, по которой струилась вода. Если в городе существует жизненно важный центр, подумал карлик, то он должен находиться именно здесь, под бронзовым куполом, где совершается поклонение Трем Матерям. Это место прямо излучает грандиозную торжественность. Давит стариной. Тут только недостает малюсенького кусочка зелени.</p>
    <p>Глоин Мак-Коугх последовал дальше своей дорогой, раздумывая на ходу о растениях и о мешочке с семенами, который лежал у него в кармане. Если и на этот раз снова не удастся… Климат здесь, несомненно, очень хорош, три дня в самом Ньюдоне и его обширных окраинах без остановки льет дождь, и однако эти проклятые цветы никак не хотят расти.</p>
    <p>Ничего не понятно.</p>
    <p>Прибавив шагу, карлик пошел вдоль стен Блекайрона, зубчатые, потемневшие от времени, башни которого пронизывали туман и мелкую изморозь. Что за идея — возвращаться домой пешком! Ньюдон огромен, поистине огромен, и никто не может сказать, где пролегают его границы. Насколько люди могут знать, у него просто нет границ. Но ба! Люди, в общем-то, еще очень многого не могут знать. А эти маленькие зернышки тюльпанов вполне заслуживают хоть небольшой жертвы.</p>
    <p>В тот момент, когда летящие птицы скрылись в облаках, растворившись в неясных мыслях и вздохах порождаемых городом, его мысли тоже поднялись к тучам. Может быть, именно поэтому здесь никогда и не бывает настоящего солнечного света: слишком много тяжелых снов, слишком много мыслей поднимается к вечно серому небу. Жители Ньюдона спрятались за своими окошечками, словно напуганные маленькие зверьки.</p>
    <p>Повсюду идет бесконечный дождь, а в уютном бархате своих гнездышек парламентеры эльфы и их коллеги, карлики и люди, пуская дым толстых сигар, заблудились в собственных праздных мыслях. Несколько в стороне стоит Часовая башня, и бронзовые стрелки ее часов, смело подставив себя ледяному ветру, бодрствуют над крышами города, будто некий маяк.</p>
    <p>Несколько дальше поднимается дворец Броад-ин-Гхам, его длинные остроконечные шпили возвышаются над Ньюдоном, а мостики и причудливые башенки образуют на фоне розового камня зубастую паутину. На балконе стоит королева собственной персоной — огромная, пережевывающая цветы мяты — и любуется зрелищем: нескончаемый поток воды, а в небе проплывают, словно киты, огромные толстенные тучи, возможно это просто ее собственные думы. Дождь совершенно не трогает царственную особу: Ее Величество любит прогуливаться обнаженной, неся по висячим садам дворца четыреста фунтов жирной плоти. Но этот серый пейзаж — сама грусть! Однако для человека со вкусом, тем более с королевским вкусом, отсутствие бледных, желтовато-красных или кровавых роз может оказаться той самой причиной, которая погасит свет дня. Королева Астория уже готова была дернуть шнурок звонка и попросить что-нибудь с этим сделать.</p>
    <p>А в других местах, дальше на восток, например в Спиталфилде или в Блекчапеле, банды зеленоватых гоблинов болтаются, выкрикивая непристойности, и пинают фонари: там нет никаких звонков и шнурков от них, за которые можно было бы дернуть.</p>
    <p>Остановившись на середине моста Брукстоун, Глоин Мак-Коугх какое-то время принюхивался к влажному воздуху, а потом перегнулся через перила и взглянул на Монстра Тамсона. Огромная и медлительная река прокладывала путь своим широким величественным водам по самому центру Ньюдона.</p>
    <p>По поводу этой реки существует легенда, одна странная теория, по которой река является в какой-то мере живым существом. Очередная глупая выдумка театраломанов, видимо придающая соли их существованию. Этим типам давно пора прекратить читать Греймерси и успокоиться, подумал Мак-Коугх, переходя мост. Нет ничего удивительного в том, что Джон чувствует себя лишним в подобной компании. Ты только подумай, мир — сцена. Мир — это кровать, вот так! Огромная кровать с лежащим на ней карликом.</p>
    <p>Глоин широким метафизическим зевком отогнал эти глубокие и опасные мысли и улыбнулся. Сейчас он вернется к себе домой, посадит семена и закурит большую трубку. И наконец-то почувствует себя хорошо.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Это всего лишь шляпа</p>
    </title>
    <p>Я со всей очевидностью провалил самоубийство.</p>
    <p>На самом деле мне просто не дали времени осуществить свой план. В тот самый момент, когда я уже собрался опрыскать себя бренди и зажечь спичку, в мою дверь позвонил этот великий придурок — эльф Вауган Ориель. Воспитание не позволило мне оставить его стоять под дождем.</p>
    <p>С тяжелым вздохом я пошел открывать дверь. К тому времени Пруди уже ушла, и мне пришлось самому семенить по длинному коридору. Ориель стоял перед входной дверью с идиотской улыбкой на лице, держа в руках дурацкий цилиндр. Его длинные фиолетовые волосы были насквозь промокшими, впрочем, точно так же как и костюм, шелковая рубашка и шерстяное пальто с клетчатыми отворотами, очевидно купленное по золотой цене в «Вери фэари граунд».</p>
    <p>— Ориель, — сказал я, — каким ветром тебя сюда занесло?</p>
    <p>Он продолжал стоять на пороге все с той же идиотской улыбкой на лице, не обращая никакого внимания на проливной дождь.</p>
    <p>— Привет, Джон Мун, заплесневелая ты старая крыса!</p>
    <p>— Сам такой. Не хочешь ли зайти?</p>
    <p>— Я говорю: «Не хочешь ли зайти?»</p>
    <p>— Ты ничего не замечаешь?</p>
    <p>Вид у Ориеля был ужасно разочарованный.</p>
    <p>Я внимательно его осмотрел. К чему он клонит?</p>
    <p>— Ну ладно, вижу, что ты… ну… совсем промок?</p>
    <p>Он пожал плечами.</p>
    <p>— Мне надо бы уже привыкнуть к твоим афоризмам, — тяжело вздохнув, назойливый приятель энергично сунул мне в нос мокрый цилиндр. — А это что, это что, по-твоему?</p>
    <p>— Это всего лишь шляпа, — ответил я.</p>
    <p>— Именно так.</p>
    <p>— А ты чего хотел?</p>
    <p>— Джон, — начал он и вошел в прихожую, даже не вытирая ноги, — Джон, сегодня утром эта шляпа была цвета морской волны. Слушай, а где Пруди?</p>
    <p>— Отправилась на пьянку, — ответил я, проводя его в комнату. — Цвета морской волны, говоришь?</p>
    <p>Ориель окаменел в явно оскорбленной позе.</p>
    <p>— Ты что же, ничего не видишь? Теперь она черная.</p>
    <p>— Ну и великолепно, — ответил я, взяв цилиндр. — Но, видишь ли, мне кажется, что она больше похожа на шляпу цвета морской волны.</p>
    <p>Он вырвал цилиндр у меня из рук.</p>
    <p>— Просто не понимаю, как только ты можешь… Что?</p>
    <p>— Она цвета морской волны, — повторил я. — Твоя шляпа цвета морской волны. А вовсе не черная.</p>
    <p>Обалдевший эльф поднял цилиндр повыше и уставился на него, нахмурив брови:</p>
    <p>— Цвета морской волны?</p>
    <p>— Определенно.</p>
    <p>— Но с оттенком черного.</p>
    <p>— Цвета морской волны, — настаивал я. — К тому же очень плохо сшитая. У кого ты ее заказывал?</p>
    <p>Какое-то время он посвистывал сквозь зубы, затем начал оглядываться в поисках места, куда можно было бы себя уронить. Наконец Ориель выбрал для этого мое любимое кожаное кресло.</p>
    <p>— Я бы с удовольствием выпил немножечко бренди, — сказал он.</p>
    <p>Мне оставалось только отправиться на кухню. Там с оскорбленным видом меня ожидала оставленная бутылка. Ко времени моего возвращения в комнату Вауган Ориель превратился в огромный разваливающийся каркас, у ног которого стоял цилиндр. Я протянул ему бутылку. Он дрожащими руками взял стакан и осушил одним глотком, глаза его смотрели куда-то в даль. Можно было сказать, что эльф постарел на двадцать лет.</p>
    <p>— Знаешь, — сказал я, — возможно, это была ошибка, моя ошибка. Кажется, она настоящего черного цвета.</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>— Твоя шляпа, — уточнил я, поднимая предмет преступления. — На самом деле это не так уж и важно. Цвет морской волны в действительности просто одна из разновидностей радикального черного цвета.</p>
    <p>— Угу, — вздохнул Ориель, откидываясь в кресле.</p>
    <p>Цилиндр был возвращен на пол.</p>
    <p>— Я полное ничтожество, — продолжил эльф. — Ничтожество, ничтожество. Самое настоящее оскорбление для всех законов магии. Это просто поразительно. Через три дня у меня экзамен за первый курс, а я не могу изменить цвет собственной шляпы.</p>
    <p>На это было нечего ответить. Каждый год разыгрывалась одна и та же комедия. Ориель отправлялся сдавать экзамены за первый курс и с треском проваливался. Насколько мне известно, он был единственным представителем своей расы до такой степени не способным к практическим приемам искусства магии. Его уровень некомпетентности уже сам по себе являлся чудом.</p>
    <p>На данный момент я прекрасно знал, что меня ожидает дальше: он снова провалится (экзамен за первый курс заключался в том, что надо было подняться в воздух и перевернуть вокруг себя стол весом в восемьсот фунтов). А мне придется, о ужас, там присутствовать для того, чтобы собирать обломки. Одна только мысль о перспективе утешать этого двоечника ввергала меня в уныние.</p>
    <p>И все же он, со спутанными мокрыми волосами, чересчур длинными штанами и высоким цилиндром цвета морской волны, вызывал во мне какую-то жалость. С другой стороны, Ориель начал меня раздражать и действовать на нервы. Черт подери, он что, не может понять — я нахожусь на пороге смерти? Разве нельзя его попросить хоть немного подумать о моих собственных проблемах?</p>
    <p>— Очень хорошо. Большое спасибо.</p>
    <p>Эльф открыл один остекленевший глаз:</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Извини. Я знаю, что ты просишь от меня только то, что в моих силах.</p>
    <p>— Да? О нет, нет. Это было бы слишком большим свинством по отношению к тебе, разве не так?</p>
    <p>— Не имеет значения.</p>
    <p>Вауган был настоящим мастером переводить разговор на другую тему. Он поднялся, вытянулся на своих длинных ногах и осмотрел мою комнату и выставленные там ценности (несколько вымпелов за честную игру, да еще подаренную мне матерью вазу, мою гордость) с совершенно безразличным видом.</p>
    <p>— Я стою на пороге смерти, — заявил он, зевая. — И с удовольствием выпил бы еще стаканчик этой гадости.</p>
    <p>Пришлось налить ему следующий стаканчик бренди, который он осушил гораздо быстрее, чем первый. Я собрался задуматься над некоторыми серьезными вещами, но тут, к моему удивлению, Ориель обнял меня, а потом в течение целой минуты крепко держал за плечи, внимательно глядя мне в глаза.</p>
    <p>— В этом городе не бары, а пустое место, — грустно пробормотал он.</p>
    <p>Я кивком согласился с ним.</p>
    <p>— Меня можно только пожалеть, — продолжал эльф.</p>
    <p>Я безуспешно попытался высвободиться из его объятий.</p>
    <p>— Ты просто ходячая катастрофа, старый бобер.</p>
    <p>— Может, обойдешься без подобных замечаний? — заметил я.</p>
    <p>— Не имеет значения. Знаешь, мне довелось прочитать твое интервью в «Утре волшебника».</p>
    <p>— Ну и?</p>
    <p>Он снова уселся в кресле и с удовольствием вытянулся, ища взглядом бутылку бренди, предусмотрительно спрятанную мной за спину.</p>
    <p>— Смех, да и только, — улыбнулся Вауган. — Ради всех Трех Матерей, я просто умираю от жажды.</p>
    <p>Где-то на северной стороне раздался удар грома. Я подумал о том матче, который ожидает меня сегодня вечером. Почва вся размокла. В игре с Потрошителями это, возможно, будет нам на руку. Живые мертвецы, ощутив такую влажность, определенно с ума от радости не сойдут.</p>
    <p>— Вас сегодня разнесут в пух и прах, — весело заверил эльф, рассматривая лепку на потолке. — Ну-ка, старый таракан, достань из тайника свою бутылочку. Твои прогнозы, фу-у-у… Как бы мне развеселиться! У тебя нет сигары или чего-нибудь в этом роде?</p>
    <p>— Ориель!</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>— Можно поинтересоваться, почему ты сюда пришел?</p>
    <p>— На улице дождь, — ответил эльф. — Эх, старый скарабей, мне просто надо с кем-то поговорить, ясно?</p>
    <p>— Еще бы не ясно. Вот уже пять лет как…</p>
    <p>— Только ты один меня понимаешь, знаешь об этом? Мой папаша обещал снять меня с довольствия, если я провалю этот экзамен.</p>
    <p>— Это уже третий раз как он…</p>
    <p>— И поверь мне, это не та угроза, которую отец так просто забудет.</p>
    <p>— Может и так, — согласился я. — Но знаешь, через четыре часа у меня матч, и если мы его проиграем…</p>
    <p>— Только ты, ты, ты один, — простонал эльф, поднимая цилиндр. — Черт подери, эта сволочь прекрасного цвета морской волны. Никогда в жизни не видел более настоящего цвета морской волны, а поверь мне, я все же успел достаточно пожить. Так где та сигара, которую ты мне обещал?</p>
    <p>— Ориель, но…</p>
    <p>— Через три дня, — продолжал он, не обращая на меня никакого внимания. — Через три дня или пан, или пропал. Взлет и падение. На крутящемся камне мох не нарастает. Сколько в кувшин не лей воды…</p>
    <p>— Ради всех дьяволов ада, Ориель! — воскликнул я и внезапно вынул из-за спины бутылку с бренди. — Вся моя карьера зависит от того, как мы сыграем сегодня вечером, ты меня слышишь?</p>
    <p>Он уставился на меня так, словно пытался решить какую-то задачу. Я поднес ко рту бутылку и сделал большой глоток. Не существует ни одного способа удивить этого придурка.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Итак, я… я тебе очень благодарен за то, что ты хоть немного заинтересовался моим ближайшим будущим и перестал тянуть время, так как… так как…</p>
    <p>— Так как что?</p>
    <p>Он поднял на меня большие изумленные глаза.</p>
    <p>Я припомнил заповеди очень секретной Всеведущей Федерации. Во всяком случае, движение — это единственное оставленное тебе удовольствие.</p>
    <p>— Так как…</p>
    <p>Перед глазами встала очень соблазнительная картина: я разбиваю об стол бутылку и выливаю оставшееся содержимое на голову этому кретину. Я слушал, как эльф распинается на тему, что он неудачник и непременно завалит свой экзамен, которому посвятил целых три жизни. И мысленно представлял себе новую картину, как я закатываю ему здоровенную пощечину, вышвыриваю гада на улицу и предупреждаю, чтобы и ноги его больше не было в моем доме. Да, черт бы все это побрал, тысячу раз. Да, настало время преподать ему хороший урок, который он вполне заслужил. Я закрыл глаза и глубоко вздохнул.</p>
    <p>— Ну ладно, хочешь два билета на сегодняшний матч?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Что за город?</p>
    </title>
    <p>Всего несколько часов до встречи. Потерянный друг, неудавшееся самоубийство. Джон Мун и его веселая каждодневная рутина. Я провожу пальцем по краешку прекрасных светлых усов и беру расписанный по датам перечень последних игр, но тут же сбиваюсь со счета и отказываюсь от этого соблазна. В одном можно быть уверенным: смерти я не нужен. Очень хорошо. Она об этом еще пожалеет.</p>
    <p>Положительный момент: умница Вауган Ориель решил навестить родные пенаты.</p>
    <p>— Пожелай мне удачи, — попросил он меня, стоя на крыльце.</p>
    <p>— Ты что, издеваешься?</p>
    <p>Я захлопнул за ним дверь и вернулся в свою комнату, затем бросил взгляд на список матчей: хроника неизменных поражений. Собрал бумаги этой гнусной Федерации. Один из параграфов привлек мое внимание, и я сел, чтобы его прочитать.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>«Мир такой, каким мы его и знаем: лишен всякого смысла. Наши жизни всего лишь игрушки в руках всемогущего создателя, скрывающего наше предназначение за огромным туманным экраном. Вот именно поэтому здесь всегда пасмурно, всегда туман, всегда такая плохая видимость: ниточки. Мы не можем разглядеть эти ниточки, а тем более спрятанный за всем этим механизм. Туман специально предназначен, чтобы скрывать шестеренки настоящего механизма. Наше хаотичное существование в лучшем случае походит на порочную литературную пародию. И все сделано так, чтобы мы не могли проникнуть в замысел Великого Кукловода».</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Великий Кукловод? Эти слова прозвучали как литания. Они постоянно звенели у меня в ушах и проникали в мои мечты.</p>
    <p>Я вздрогнул: стенные часы в комнате пробили четыре часа. Самое время натянуть длинное шерстяное пальто и выйти из дома. Журналист из «Утра волшебника» дожидается меня на краю Колумбийского леса, чтобы взять интервью. Я люблю это место. Здесь живут феи. Таинственно колышутся деревья. Приятное волнение. В былые времена мы гуляли здесь с Катей.</p>
    <p>И вот в данный момент я возвращаюсь туда, сидя на скамеечке трясущегося мелкой дрожью фиакра — взгляд потерянный, испытывающий легкую грусть, оставивший сомнения, вопросы и мысли у себя за спиной, а вода, падающая с неба, стучит по крыше экипажа словно песня.</p>
    <p>В парке Феникса моросит как никогда, на острове пеликанов под плакучими ивами большие птицы отрывисто разговаривают, делясь своими секретами, их пушистые крылья сложены на холоде.</p>
    <p>Дождь идет и около Земляничного цирка, где уже много дней пустует детская площадка, а несколько непутевых нянек толкают перед собой внезапно ставшие слишком тяжелыми детские коляски, на мгновение они останавливаются перед качающейся и качающейся ни для кого прической леса.</p>
    <p>Дождь потоками струится по сверкающей величием площади Греймерси, по статуе астронома, твердо стоящей в своей бронзовой меланхолии, по тяжелым Городским драконам, которые поставлены охранять древние ворота и не двигаются уже несколько веков. Он спустил свои нити на холмы, разорванные тучи плывут над возвышенностью. Дождь поливает кладбище Верихайгейт, а затем медленно переходит на темные аллеи, предпочитая жестокие порывы ветра мшистому уюту вековых склепов.</p>
    <p>Дождь падает на лавочки, расположенные на Башенном мосту, и на растерянных гномов, в который раз пересчитывающих полученную за неделю прибыль и размышляющих о смерти. Дождь льется на единорогов в королевском зоопарке и на открытые всем ветрам стадионы Квартека, на опустевшие верхние парки, засаженные кленами и орехами, и на нижние кварталы, и на кварталы буржуа, на переулочки и на альковы. Он ниспадает на нищих огров и астматических гоблинов, на прекрасных блуждающих эльфов и домашних драконов, на дуэлянтов и обнимающихся влюбленных, падает на беглецов, заливает колокола Ньюдона, которые терпеливо часами терпели удары бесконечного дождя.</p>
    <p>Какой город…</p>
    <p>— Эй!</p>
    <p>Я с трудом сообразил, что мы уже на месте.</p>
    <p>Извозчик повернулся ко мне.</p>
    <p>— Приехали, мсье.</p>
    <p>Колумбийский лес. Я вылез из фиакра, заплатил за проезд, и упряжка снова тронулась. Эхо стука копыт затихло в тумане. Оставшись в одиночестве под дождем, я подумал о Катей, представив себе свою возлюбленную: потерянный фантом идет под свисающими ветвями, и феи поспешно прячутся в подземных убежищах, пышные шевелюры развеваются у них за спиной, тысячи земляных светлячков буквально терроризируют их.</p>
    <p>Я ощутил себя эдаким мрачным кретином.</p>
    <p>Пока парень из «Утра волшебника» подходил ко мне, я промок, как суп, и чувствовал себя довольно странно: меня переполняла смутная, почти как лихорадка, гордость и распирала готовность разнести в пух и прах команды всех Квартеков мира.</p>
    <p>— Андреас Тевксбури, — представился молодой человек и протянул руку, которую мне удалось не заметить.</p>
    <p>— Пойдемте туда?</p>
    <p>Движением подбородка я указал на пивной бар на другой стороне улицы и направился туда.</p>
    <p>— Согласен, — он пустился за мною следом.</p>
    <p>— Хорошее время для соревнований, да? — прокряхтел Андреас у меня за спиной.</p>
    <p>Я пожал плечами. А что еще можно на это ответить?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Разложение, такова жизнь</p>
    </title>
    <p>Усадьба барона Мордайкена доминировала своей абсолютной чернотой над всем кладбищем Верихайгейт. Торчащие горгулии с гримасами на мордах и развернутыми крыльями, готовые вот-вот взлететь; нависающие башенки, казалось, покрытые жирной сажей.</p>
    <p>В парке, заросшем буйной травой, расставлены несколько дьявольские на вид статуи из поросшего мхом камня, внезапно появляющиеся среди пней мертвых деревьев, где между полетами находили себе приют вороны. Предки барона! Могущественные и волевые, эти известные некроманты веками бросали вызов королевскому могуществу до тех пор, пока последний из Мордайкенов, охотно согласившись со злой судьбой, не поступил, в конце концов, на службу к дьяволу. Несмотря на решение и твердый запрет, они практиковали искусство проклятий, и в конце концов целая армия мертвецов была определена на вечный покой, рисуя вытянутыми руками зигзаги на заплесневелых стенах ближайшего кладбища.</p>
    <p>На заржавевшей решетке, окружающей поместье Мордайкена, висела медная табличка, которая доверительно сообщала их семейный девиз:</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Putrefactio Vita Est</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Для барона, как и для его предков, некромантия была искусством существования. Зомби становились его слугами. Он обладал полной командой Квартека, полностью состоящей из живых мертвецов, и оказался в хороших отношениях со всеми монстрами Ньюдона. Королева, к великому несчастью своих советников, сделала его официальным придворным астрологом. Кроме того, могущественные колдуны окружили поместье защитной аурой, и сама Смерть, несомненно по какому-то всеми забытому договору, держалась подальше от этого места. Власти кончили тем, что перед успешными проказами Мордайкенов начали целовать им ручки. Во всяком случае, суверены Ньюдона на все это выразили свою точку зрения, окрестив барона «весельчаком».</p>
    <p>Мордайкены ели крыс на завтрак, финансировали перевозку жизненно важных органов, устраивали вечеринки с водкой на могилах Гаарлема. Это были совсем не те персонажи, которым вы бы доверили свою молодую девственную дочку. Когда бароны гневались, то обрушивали на Ньюдон дождь из алых падающих лягушек. Когда они чувствовали себя счастливыми, то сажали на кол слуг без всяких на то причин и выставляли их на балконе своей усадьбы, мечтая о невероятных и убийственных происшествиях. В общем, в гуманитарном плане от них ничего хорошего ждать не приходилось. Точно так же большие проблемы вызывали своим поведением и собаки Мордайкенов, имевшие по две головы.</p>
    <p>В этот день, как раз когда пробило пять часов и проливной дождь продолжал барабанить по крышам Ньюдона, барон Мордайкен, сто четырнадцатый по счету, предавался освежающей сиесте на своей кровати под балдахином, украшенным детскими черепами. Накануне вечером он участвовал в оргии, пребывая в пьяном и возбужденном состоянии, и теперь его скорбное тело требовало отдыха. Слугам был дан строгий и прямой приказ. Если кто-нибудь, каким-либо образом проявит свое присутствие, то будет немедленно уничтожен.</p>
    <p>Около часа, завернувшись в грязное одеяло, барон предавался беспокойному сну. Ему снилось, что Дьявол собственной персоной, одетый в пурпурные одежды, обращается к нему, своему самому верному слуге. И он видел Князя Тьмы настолько, насколько вообще можно видеть его: водоворот магмы, бешеное движение звезд, но все же тело, одетое в широкий плащ с капюшоном, красный как гнев, и в пару таких же красных высоких кожаных сапог.</p>
    <p>— Мордайкен, — прошептал Дьявол, — Мордайкен…</p>
    <p>— Хозяин? — ответил барон, сжимая руки, веки его вздрогнули.</p>
    <p>— Мордайкен, ты мой слуга, не так ли?</p>
    <p>— Слуга, хозяин, слуга!</p>
    <p>— Мой лакей.</p>
    <p>— В том нет ни тени сомнения, хозяин.</p>
    <p>— Мой раб.</p>
    <p>Диалог начинал раздражать, но все это было во сне, кошмарном, беспокойном, вызывающем ручьи пота, и барон Мордайкен отвечал терпеливо на тот случай, если дискуссия происходит на самом деле, а не является тошнотворным плодом нездоровой трапезы.</p>
    <p>Дьявол и барон находились на карнизе, висящем на склоне громадной горы. Каким-то чудом здесь оказалась установлена скамейка. Отсюда открывалась панорама на бесконечное море лавы.</p>
    <p>— Прекрасно, — сказал Дьявол.</p>
    <p>Они оба любовались пейзажем. Горы были отвесные, пепельного цвета, стаи кроваво-красных облаков и ни единого лучика солнца.</p>
    <p>— Мы в… Мы в аду, хозяин?</p>
    <p>Сидящий рядом с ним Дьявол оставался совершенно неподвижным.</p>
    <p>— К сожалению, нет, — ответил он с печальной улыбкой, — мы всего лишь в твоем сне. Ты сам так изобразил ад. У тебя очень жалкое воображение.</p>
    <p>Барон Мордайкен мысленно проглотил это. Разве его вина, что вся тарабарщина, которая описывает ад, вечно долдонит одну и ту же литанию?</p>
    <p>— Что вы ожидаете от меня, о Носитель серного пламени?</p>
    <p>— Носитель серного пламени? И где вы, сатанисты, только находите такие глупости?</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Не важно. Все, что от тебя требуется, Мордайкен, так это только верная служба.</p>
    <p>— Хозяин, я в полном вашем распоряжении.</p>
    <p>— Действительно?</p>
    <p>Мордайкен скромно, отведя полы своей накидки, кивнул головой. Несмотря на яростные волны лавы, разбивающиеся внизу о прибрежные утесы, его начал бить озноб.</p>
    <p>— Разденься и прыгни в озеро.</p>
    <p>— Что?..</p>
    <p>— Это так, для смеха.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— Мордайкен?</p>
    <p>— Да, хозяин?</p>
    <p>— У тебя все еще есть команда в Квартеке, не так ли?</p>
    <p>— Мы третьи в таблице классификации, хозяин.</p>
    <p>— У меня на этот счет есть одна мысль, — сказал Дьявол, — но ты такого не сможешь себе представить. — Вы сегодня вечером хорошо сыграете против Огров Челси?</p>
    <p>— Несомненно, хозяин.</p>
    <p>— Великолепно. Именно так я и думал.</p>
    <p>Дьявол на какое-то время уставился неподвижным взором на волны моря. Адское пламя сверкало в его злобных зрачках.</p>
    <p>— Мордайкен, — сказал он наконец, после длительной паузы, — ты уже полностью пришел в себя после вчерашней попойки и отдаешь себе отчет в том, что забыл ключ от своих комнат?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Доверие</p>
    </title>
    <p><emphasis>(Отрывок из интервью, опубликованного в «Утре волшебника»)</emphasis></p>
    <p>Утро волшебника. Джон Винсент Мун, ваша команда на самом деле занимает последнее место в списке классификации, отставая от предпоследней команды на три очка. Сегодня вечером она выступает против Спиталфилдских Потрошителей в игре, которая объявлена решающей. Если вы проиграете, то будете дисквалифицированы. Какое у вас настроение перед матчем?</p>
    <p>Джон Винсент Мун. У нас фантастически отличное настроение. За последние дни я очень много беседовал со своими игроками, и уверенность полностью вернулась к нам.</p>
    <p>У. В. Уверенность? Но ваша команда проиграла подряд серию из девяти матчей.</p>
    <p>Дж. В. М. Да, да, но вы сами знаете, как это делается: надо просто подождать, когда сработает тормоз. Такой трюк бывает очень практичным, понимаете? Все наши проигрыши не имеют никакого значения. На этот раз все будет отлично.</p>
    <p>У. В. А что по этому поводу думает Густус Оаклей, владелец команды?</p>
    <p>Дж. В. М. Он дал мне карт-бланш.</p>
    <p>У. В. Карт-бланш?</p>
    <p>Дж. В. М. Да. У вас плохо со слухом?</p>
    <p>У. В. Ну хорошо, я… Прекрасно. Джон, что вы можете сказать в отношении прогноза на этот вечер? За Спиталфилдскими Потрошителями тащится репутация чертовски…</p>
    <p>Дж. В. М. На данный момент тащатся члены этой команды <emphasis>(смеется).</emphasis> Гм-м. Поверьте мне, мы их разделаем как мясник ягненка.</p>
    <p>У. В. Правда? И какие же тактические приемы вы собираетесь для этого применить?</p>
    <p>Дж. В. М. Знаете ли, мой дорогой, такие вещи в принципе держатся в строгом секрете. Но я доверительно сообщу вам несколько намеков. Мы знаем, что Потрошители не обращают внимания на боль, поэтому отбросим в сторону обычную технику запугивания. Будем играть на нашей скорости. У нас есть для них сюрприз. Все, что я вам хочу сказать, так это то, что мы преподнесем им этот сюрприз. И результат не заставит себя долго ждать.</p>
    <p>У. В. Большинство болельщиков Огров объявило: единственное, что их может удивить, так это ваша приличная игра. Что вы скажете на это?</p>
    <p>Дж. В. М. Спокойно, дети мои.</p>
    <p>У. В. А более серьезно?</p>
    <p>Дж. В. М. я так похож на шутника?</p>
    <p>У. В. <emphasis>(после недолгого замешательства).</emphasis> Джон Винсент Мун, за последнее время вы приобрели репутацию самого непопулярного тренера в лиге Квартека. Многие игроки, в особенности из команды Огров, желают вашего ухода, а о болельщиках и вообще нечего говорить. Вы можете сказать что-либо в опровержение этого факта?</p>
    <p>Дж. В. М. Когда я пришел в команду, она была на последнем месте. На сегодняшний день мы твердо занимаем восьмое место. Нельзя сказать, что дело приняло слишком печальный оборот. Настоящий ответ: мы положим соперников на обе лопатки. И я могу вам сказать, что с поля их унесут на носилках. Мы загоним Потрошителей обратно в могилы. Уже по кусочкам.</p>
    <p>У. В. Но ставки делают в размере один к шестьсот шестидесяти шести!</p>
    <p>Дж. В. М. (<emphasis>ухмыляясь</emphasis>). Странно. Я предсказываю блестящую победу, все три тайма всухую. Мы разобьем их в пух и прах. Это будет настоящая мясорубка. Живым мертвецам из Спиталфилдса будет больше нечего делать на землях Квартека. Мы исправим ситуацию.</p>
    <p>У. В. (<emphasis>ошеломленно</emphasis>). Я… Джон Мун, последний вопрос. Что бы вы хотели на прощанье сказать Спиталфилдским Потрошителям?</p>
    <p>Дж. В. М. Пусть готовятся к смерти!</p>
    <p>У. В. Хм-м, Джон. Мне кажется, что они… м-м-м… уже мертвые.</p>
    <p>Дж. В. М. Вы еще ничего в своей жизни не видели.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Четыре — ноль</p>
    </title>
    <p>Двадцать тысяч зрителей, не пожалевших усилий, чтобы добраться в этот вечер до Шадрон де Челсейи, и истративших от восьми до двенадцати ливров на покупку билета, не ожидали ничего, кроме того, что мы осрамимся после нашего объявления. И все равно, думал я, определенные надежды на успех или, по крайней мере, на приличное поражение у нас есть.</p>
    <p>В действительности матч превратился в такую бойню, которой еще не видел никто. То же самое можно сказать и про трех арбитров, высокомерных эльфов, одетых, как и положено, в длинные черные пальто с поднятыми воротниками, — они просто не верили своим глазам. Для того чтобы понять результат первого периода, было достаточно нескольких минут: именно столько времени потребовалось зомби барона Мордайкена, чтобы освободиться от висящей на их ногах пехоты, пробить себе дорогу к башне и выставить свои черные штандарты на всех четырех башенках. Наши игроки, несуществующие, парализованные, до гениальности неловкие, проделывали бесполезные маневры, сознательно проигрывая в тех редких случаях, когда им предоставлялась возможность сделать прорыв. Большинство из них бросалось на землю, даже не попытавшись что-нибудь сделать.</p>
    <p>На самом деле, глядя на Огров, можно было с уверенностью сказать, что все члены команды пьяны как сапожники и единственное действие, какое они еще могут произвести должным образом, — рухнуть на землю и не пытаться подняться. Сидя на традиционно отведенной для тренеров скамейке, по краям которой стояли две гигантские статуи (символизирующие былые местные победы и напоминающие о том, как они нынче далеки от нас), я занимался тем, что щипал себя, стараясь убедиться, что это не сон. Расположившись рядом со мной, герцог Густус Оаклей, владелец команды, тщетно старался сохранить спокойствие.</p>
    <p>— Прекратите нервничать, — сказал он после того, как я пять секунд изрыгал проклятья. — И так ясно, что они выиграли по всем правилам. Остается только выяснить, сколько времени Огры смогут продержаться.</p>
    <p>— Ради Трех Матерей, — вздохнул я.</p>
    <p>— Оставьте религию, — ответил герцог, — вы продули во всех отношениях.</p>
    <p>— Знаю.</p>
    <p>— Собирайте манатки. Обделались, по-другому не скажешь. И несмотря на то что у вас репутация тренера, не вздумайте больше приходить на работу.</p>
    <p>— Согласен, — лаконично ответил я.</p>
    <p>— Согласен? И это все, что вы можете мне сказать?</p>
    <p>Шел бы ты к чертовой матери, подумал я в гневе и посмотрел на наших игроков, которые в данный момент уже спали по всему полю Квартека, напоминая щупальца севшей на мель медузы.</p>
    <p>— Гляди-ка, слышишь, — продолжал герцог, — говорят, один из наших проснулся и… нет.</p>
    <p>— Похоже, мы слишком понадеялись на ноги, — высказал я рискованное предположение.</p>
    <p>Герцог повернулся ко мне, на его губах играла недоверчивая улыбка:</p>
    <p>— Я хорошо расслышал то, что сказали мои уши?</p>
    <p>Он провел рукой по лицу.</p>
    <p>— Джон, вы могли бы мне объяснить, какие инструкции дали им перед матчем.</p>
    <p>«Инструкции?» — растерялась честная половина моей души.</p>
    <p>«Успокойся, — резонно заметила другая половина, — поступай как обычно. Придумай что-нибудь».</p>
    <p>— Я им сказал, чтобы они…</p>
    <p>— Чтобы что?</p>
    <p>«Не-е-е-ет!» — воскликнул второй голос в моей голове.</p>
    <p>— Чтобы они хорошенько расслабились.</p>
    <p>Хорошая шутка.</p>
    <p>— Расслабились? — переспросил герцог, который перед этим, очевидно, на несколько минут позабыл про дыхание. — Вы их попросили расслабиться?</p>
    <p>«Ну что? — тихонько спросил прагматический голос, скрывавшийся в моей душе. — Ты удовлетворен?»</p>
    <p>— Ну, одним словом… Я им советовал не драматизировать… не придавать важности сделанным ставкам.</p>
    <p>Челюсть герцога отпала, и его лицо стала покидать та пунцовая краска, которая начала было заливать разгневанную физиономию.</p>
    <p>— Таких болванов я еще не видел, — проворчал он.</p>
    <p>«Думаю, радоваться здесь нечему», — проговорил голос в моей голове.</p>
    <p>— Остается еще два тайма, — высказал я предположение вопреки собственному желанию.</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— Возможно…</p>
    <p>— Что возможно?</p>
    <p>— Выиграть… два тайма против… одного? Разве никто…</p>
    <p>Конец того, что я хотел сказать, превратился в неразборчивое бормотание.</p>
    <p>— Вы когда-нибудь закрываете рот? — поинтересовался герцог.</p>
    <p>Он повернулся, чтобы посмотреть на находящиеся за нашими спинами трибуны. Большинство зрителей начали складывать свои плакаты с надписью «Смерть Джону Муну» и покидать свои места. Остальные откровенно и просто уснули. Вот так, несколько болельщиков, находясь на грани отчаяния, зажгли огни протеста, но на них, похоже, никто не обращал никакого внимания, и они мало-помалу начали отказываться от своих тщетных попыток. Меня это очень даже устраивало.</p>
    <p>— Послушайте, — спросил герцог, — а что, если я вас прямо сейчас вышвырну на улицу?</p>
    <p>«Послушайте, — подмывало меня ответить ему, — а что, если сейчас остановят матч?»</p>
    <p>На площадке какой-то особенно рьяный зомби схватил за ногу гоблина из команды Огров, и тот закрутился вокруг него как волчок. Когда зомби отпустил игрока, тело гоблина описало великолепную параболу и рухнуло у наших ног. Не успевшая покинуть трибуны публика устроила ему сдержанную овацию. Но гоблин, совсем недавно принятый в нашу команду, все это спокойно пережил. Он поднял голову, и его взгляд встретился с моим.</p>
    <p>— Печально, — пробормотал игрок.</p>
    <p>— Вы слышали, — восторженно воскликнул герцог Густус Оаклей, — вы это слышали? Ему печально.</p>
    <p>На это я только прикусил губу.</p>
    <p>— Это не смертельно, — объявил мой сосед, комментируя полет гоблина. — Как вас зовут, отважный боец?</p>
    <p>— Гормод.</p>
    <p>— Гормод? Дайте-ка вспомнить. Гормод… Ага, вспомнил. Из колумбийских демонов, не так ли? Да, теперь я припоминаю. Джон, бесценный, мой дорогой Джон, вы мне не можете сказать, сколько мы платим этому оборванцу?</p>
    <p>— Двести франков, — мрачно пробормотал я.</p>
    <p>— Патрон, мне очень печально, — нашел в себе силы продолжать настаивать на своем гоблин.</p>
    <p>— Да, — мягко улыбнулся герцог, — вы нам уже говорили.</p>
    <p>— Сэр Оаклей… — жалобно запричитал я.</p>
    <p>— Но это, однако, и вам совершенно не мешает крутиться.</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Конечно, никогда не поздно начать все с начала.</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Нет, нет, нет, — запротестовал герцог, поднимая руку, — не надо ничего говорить, я вас прошу, не надо ничего усугублять. Чем вы занимались перед тем, как прийти на матч в Квартек?</p>
    <p>— Я охотился… охотился на крыс, — тихо ответил гоблин, майка которого вся была выпачкана засохшей кровью.</p>
    <p>— Прекрасно, — воскликнул герцог и сделал восторженную мину. — Гормод — акробат, который явно не стоит и выеденного яйца. Уверен, что вы вполне сумеете раскрыть свои таланты и стать отличным охотником на крыс. Наша раздевалка просто буквально кишит этими чертовыми существами. Я вас нанимаю на работу.</p>
    <p>На площадке гоблины и огры продолжали борьбу.</p>
    <p>— Охотник на крыс, — повторил герцог, его улыбка мало-помалу начала сходить с лица. — А вы, Мун, в какой интересной профессии вы раскрывали свой талант до того, как принялись топтать мое безоблачное существование? Молчите, попробую угадать… Потрошитель трески?</p>
    <p>— В яблочко, — вздохнул я.</p>
    <p>— Первый раз за этот год мне удалось так сразу попасть в яблочко, — фыркнул герцог. — Возможно, действительно у нас есть шанс отыграться, вот только кажется, что они сейчас убьют нашего последнего игрока.</p>
    <p>— Игроки не мертвые, — заметил я, — просто оглушенные.</p>
    <p>Герцог повернулся ко мне. В его глазах плясали какие-то безумные огоньки.</p>
    <p>— Никогда не думал, что возможно кого-нибудь так ненавидеть, как я ненавижу вас, Джон.</p>
    <p>Я бы мог то же самое сказать про него.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Всегда слишком глубоко</p>
    </title>
    <p>А в этот самый момент, совсем недалеко оттуда, два зомби, недавно вылезшие из земли, по приказу барона Мордайкена рушили кирками старую дряхлую стену.</p>
    <p>— Продвигается? — спросил барон через две минуты, его накидка цвета ночи колыхалась в холодном воздухе. — Ради самого ада, вы можете хоть немножко поторопиться!</p>
    <p>Живые мертвецы старались изо всех сил. С совсем несвойственной для них силой они по очереди ударяли по стене, каждый раз с периодичностью метронома отламывая от нее новый каменный кусок. Их зловещие тени в колеблющемся огне изогнутых фонарей разрезали окрестность. Работа продвигалась довольно быстро, но Мордайкен очень волновался. Он волновался и был нетерпелив. Сразу же после своего сна барон решил осуществить священное действо, и к этому желанию примешивалось чувство страха. Освободить Дьявола из его склепа! Это была задача такой великой важности, о которой его предки не могли и мечтать.</p>
    <p>С другой стороны, может быть, он просто вечера перепил. В последний раз кровь девственницы была очень странной на вкус, впрочем, очень много что нынче приобрело странный вкус, и барон задумался о том, не начал ли он потихоньку стареть, в конце концов, он уже отпраздновал свое стотридцатилетие. Может ли в этом возрасте начать проявляться старческий маразм?</p>
    <p>— Ну давайте, — подгонял Мордайкен двух живых мертвецов, — уже виден конец, черт вас побери, живее, матч закончится в ближайшие пять минут. Ноздрев! — повернулся он и схватил одного из зомби за руку, — ты в списке игроков на второй тайм, поэтому совершенно необходимо, чтобы работа была закончена именно сейчас и…</p>
    <p>Монстр повернулся к нему и издал некое подобие бульканья. В его правой глазнице разместился огромный белый земляной червяк, а внутренняя часть челюсти почти полностью отсутствовала.</p>
    <p>— Согласен, — махнул рукой барон.</p>
    <p>Железные кирки снова с бешеной скоростью заколотили по камню. В полумраке засверкали искры, огромный кусок стены упал к ногам барона и его слуг. И тут же в стене образовалась дыра, через которую вполне мог проскользнуть человек среднего роста. Лицо Мордайкена озарила широкая улыбка.</p>
    <p>— Стоп! — приказал он и торжественно поднял руку.</p>
    <p>Оба зомби обернулись.</p>
    <p>— Вот ты, — сказал барон и протянул Ноздреву фонарь, — быстренько разведай обстановку внутри. И не надо уверять меня, что это сон, — добавил он уже ему в спину.</p>
    <p>Живой мертвец исчез в проломе. В темноте свет его фонаря образовал нимб, и сердце у барона забилось сильнее.</p>
    <p>— И что там?</p>
    <p>Какое-то время эхо шагов слуги продолжало удаляться, затем послышался какой-то скрежет, за ним последовал восторженный шепот, после чего шаги начали приближаться, и тут же в дыре показалась голова зомби.</p>
    <p>— Ждешь ждорово, — сообщил он, стараясь говорить как можно более разборчиво, — ошень большое помещение.</p>
    <p>— Фантастика! — воскликнул барон и подпрыгнул. — Быстрее, быстрее. Дайте и мне взглянуть на это чудо! О Князь Тьмы, Князь Тьмы, наконец-то я встречусь с тобой!</p>
    <p>В восторге, взволнованный как блоха, Мордайкен присоединился к слуге, ожидающему его по ту сторону стены.</p>
    <p>— Клянусь адом!</p>
    <p>Барон так вытаращил глаза, что они готовы были выскочить из орбит. Он и его зомби оказались в зале титанических размеров. Подземелье. Наверху некоторые стены были покрыты наполовину стершимися надписями. <emphasis>Introdo ad altare dei,</emphasis> гласила одна из надписей.</p>
    <p>Время сделало свое дело.</p>
    <p>— Это на каком языке? — спросил Мордайкен. — Напоминает надпись в моем поместье.</p>
    <p>— Ни малейшего понятия, — ответил Ноздрев.</p>
    <p>— Гениально, — заявил барон. — Но кто мог знать, для чего создали это гнилое помещение в таком месте? Огры Челси, фу! Да здесь достаточно места, чтобы разместить целую армию.</p>
    <p>— Может шделали ш жапашом, — высказал предположение живой мертвец, освобождая предплечье от лишних лохмотьев кожи.</p>
    <p>— Может быть, — согласился барон. — Давайте-ка заглянем вон туда…</p>
    <p>Мордайкен, сопровождаемый по пятам своим слугой, медленно углубился к центру зала. Там в центре водоема с чистой голубоватой водой, в которой отражались пляшущие золотые отблески фонаря, возвышался гигантских размеров склеп, величественный, весь сделанный из мрамора.</p>
    <p>— Это, должно быть, здесь, — пробормотал барон. — Точно как в моем сне.</p>
    <p>Он осторожно подошел к краю бассейна.</p>
    <p>— Ноздрев, — приказал Мордайкен, подойдя совсем вплотную. — Ну вот. Теперь нагнись. Осторожно… Мы уже на месте!</p>
    <p>Зомби, кряхтя, выпрямился. Барон, сидя у него на плечах, руководил событиями.</p>
    <p>— Хозяин, — пожаловался монстр, вступив в воду, — это ошень плохо для моего кровообрашения.</p>
    <p>— Ты что, хочешь, чтобы я сам все сделал? — удивился барон и высоко поднял фонарь. — Затерянный мертвец, десятый по списку. И вообще, тебя нет в составе участников матча. Давай поторапливайся.</p>
    <p>Слуга застонал, но подчинился приказу. Сгибаясь под тяжестью веса хозяина, он сделал несколько неуклюжих шагов в воде и ценой значительных усилий сумел добраться до другого берега, где и находился склеп. Так как барон, горя желанием скорее добраться до твердой земли, подпрыгивал у зомби на плечах, тот с громким всплеском, так и не отпуская рук, упал навзничь. Мордайкен встал и улыбнулся:</p>
    <p>— Смотри у меня, меньше шума! Мне очень интересно было бы узнать, где ты набрался таких манер.</p>
    <p>— Я… Тону! Тону!</p>
    <p>— Во всяком случае, не у меня, — проворчал барон, копаясь в своих карманах.</p>
    <p>— Оу, я тону! — стонал живой мертвец, пытаясь найти в глубине бассейна твердую почву для ног, чтобы попробовать подняться.</p>
    <p>— Земля, — доверительно сообщил Мордайкен, вытаскивая из кармана пиджака поспешно нацарапанные дворянские грамоты. — Внимание, шу, шу, наступает решительный момент.</p>
    <p>— Я тону! — продолжал Ноздрев у него за спиной, он отчаянно колотил обеими руками по воде и потерял при этом один из своих пальцев. — Хозяин, умоляю! Тону!</p>
    <p>— Смотри, — барон с трудом расшифровывал записи. — Э-э-э… Ради Великого священного огня, который пляшет между гор. Ради того зла, которое наводит столько мостов. Ради ж…</p>
    <p>— О, какая жалость.</p>
    <p>Мордайкен мгновенно замер на месте.</p>
    <p>— Кто это сказал?</p>
    <p>— Я, изнутри.</p>
    <p>Голос, похоже, исходил из склепа.</p>
    <p>— Я?</p>
    <p>— Нет, не я. Не ты. А я, Дьявол.</p>
    <p>Барон тут же упал на колени.</p>
    <p>— Хозяин, — прошептал он, — каким чудом? Я хочу сказать, что ритуал еще не закончен, а…</p>
    <p>— Ритуал? О, отдохни немного, Мордайкен. Ритуал. Хорошо, вынь меня сейчас же отсюда. Мне это уже начинает надоедать.</p>
    <p>Барон, дрожа как осенний листок, поднялся. Зомби, верный слуга, у него за спиной наконец-то сумел выбраться на берег. Промокший, запыхавшийся, он с трудом поднял голову:</p>
    <p>— Хозяин?</p>
    <p>— Да? — ответил Дьявол, который посчитал, что этот титул принадлежит только ему.</p>
    <p>— Ох, ты сейчас все напутаешь, — со злостью прошептал барон.</p>
    <p>— Чего напутаю? — переспросил Дьявол.</p>
    <p>— Нет, это не к вам, хозяин.</p>
    <p>— Не ко мне? Скажи-ка, Мордайкен… Я знаю, что слышал смешок человека, или гнома, или кого-то там еще, в общем, короче… Я знаю, что провел здесь многие тысячи лет, не можешь ли ты хоть немного поспешить?</p>
    <p>— Сию минуту, хозяин, сию минуту! — ответил барон. — Тысячу извинений, великий Князь Тьмы!</p>
    <p>Мордайкен буквально подпрыгивал на месте, в то время как его слуга, с которого все еще ручьями текла вода, поднялся и встал рядом с ним.</p>
    <p>— Хозяин, — прошептал Ноздрев, — я потерял один палец.</p>
    <p>— Ты запомнил, где его потерял?</p>
    <p>— Это о чем? — спросил Дьявол.</p>
    <p>— Нет, это я разговариваю со своим зомби, — пояснил барон.</p>
    <p>— Хорошо, — согласился Дьявол, который явно начал уже терять терпение. — Прекрасно. Великолепно.</p>
    <p>— Спасибо, хозяин.</p>
    <p>Вздох поднял десятитонный склеп и, словно пушинку, опустил его на место.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Мотивы</p>
    </title>
    <p>Первый перерыв. Четыре — ноль.</p>
    <p>Я быстро спустился с трибуны, оставив герцога Оаклей наедине с его причитаниями. Нас разбили по всем правилам искусства. Прекрасно было известно, что у Огров нет ни единого шанса против Потрошителей из Спиталфилдса, но такой полный разгром меня несколько озадачил.</p>
    <p>Наша раздевалка напоминала военный лазарет, спешно установленный в самый разгар войны, например войны с метеоритами. Большинство моих игроков, еще не потерявших сознания, развалились на скамейках, руки качаются, ноги раскинуты, на обескровленных лицах блуждает растерянность. Часть из них была окровавлена, а те, что находились в несколько лучшем состоянии, совершенно расклеились. Трое игроков оказались мертвыми. Четверо из моих запасных попросту исчезли. Одного из них мы нашли, он валялся на краю арены мертвецки пьяный и судорожно сжимал драгоценную бутылку шотландского виски.</p>
    <p>— Где остальные, Ботрек?</p>
    <p>— Ах… Ах, тренер! Я… ик… Я все видел, сами пон… понимаете!</p>
    <p>— Да, да, я тоже все видел, особенно этого бедного идиота. Ради всех Трех Матерей, куда делись остальные запасные игроки?</p>
    <p>— Дья… ик! Сам Дьявол собственной персоной, шеф! Он… Он…</p>
    <p>— Унесите его, — приказал я своим двум помощникам.</p>
    <p>— Дьяв’ в… в этих стенах! — бормотал Ботрек, прежде чем прислониться к стене, продолжая крепко сжимать в руке бутылку виски.</p>
    <p>— Вы слышали? — спросил я, оборачиваясь, но за спиной у меня стоял только карлик, служивший секретарем у герцога Густуса Оаклей.</p>
    <p>— В чем дело?</p>
    <p>— Я принес бумаги, которые вам надо подписать, мсье Мун.</p>
    <p>Бумаги?</p>
    <p>— Это насчет вашей отставки.</p>
    <p>— А, иди ты к дьяволу.</p>
    <p>При этих словах огр Ботрек, похоже, сразу же проснулся.</p>
    <p>— Дьявол! Вы… и вы тоже его видели, шеф!</p>
    <p>— Умолкни, — сказал я. — А вы, — это обращение было адресовано уже карлику, — исчезните из моего поля зрения. Это не доставит вам большого труда.</p>
    <p>Я вернулся в раздевалку и усадил там эту парочку. Ботрек продолжал икать и изрыгать непонятно что (ад, шеф, ад!), а карлик сидел, задыхаясь, парализованный моей неожиданной атакой, и поэтому был не в силах отвечать.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал я и начал трещать суставами своих пальцев, — итак, мсье, не буду этого от вас скрывать, ситуация трудная. Мы провели игру всухую, и все идет к тому, что наша команда проиграет матч. И мне кажется, что мы можем несколько расширить обсуждение этой игры. Вот ты, — проскрежетал я, останавливаясь перед одним из моих гоблинов-акробатов. — Можешь мне рассказать, что ты делал сегодня во второй половине дня?</p>
    <p>Создание с зеленоватой кожей медленно повернуло голову в мою сторону. Один его глаз был полностью закрыт огромным синяком.</p>
    <p>— Ик, — отупело ответил он, после чего выплюнул кусок зуба.</p>
    <p>— Согласен, — ответил я, пробежав языком по губам. — Ну а ты, Янек?</p>
    <p>Огр-пехотинец, которому адресовалось обращение, казалось, крепко спал. Я щелкнул пальцами у него перед носом. Никакой реакции.</p>
    <p>— Янек?</p>
    <p>— Он спит, — пояснил его сосед справа, полуэльф-канатоходец.</p>
    <p>— Так, так, — сказал я и повернулся к говорившему: — Это наш милый Виктор Сук…</p>
    <p>— Не надо все так преувеличивать, — скорчил гримасу мой собеседник.</p>
    <p>— Но все равно пятьсот тысяч футов, — иронично спросил я. — Скажи-ка мне, Виктор, как получилось так, что на тебе… м-м-м, в отличие от остальных, нет совершенно никаких ран?</p>
    <p>— Наверное, потому что я более талантлив? — выдвинул свою версию полуэльф.</p>
    <p>— Или потому, что ты прятался весь первый период, — задумчиво заметил я. — Да, да, это несомненно все объясняет… Поскольку на данный момент, когда я попытался припомнить, что происходило, мсье, в моей голове ожили некоторые сцены и слова. Я очень огорчен, и у меня появилось смутное впечатление, что те советы, которые давались вам вчера вечером, как бы это получше сказать… До вас не дошли.</p>
    <p>— Они не торопились, — сказал чей-то голос.</p>
    <p>— Они просто, к твоему сведению, свернули в сторону, — ответил я.</p>
    <p>— Очень печально, — простонал огр, после чего его вырвало прямо под ноги.</p>
    <p>— Мне действительно очень хочется умереть, — заявил я. — И кажется, что я не смогу найти ничего такого, на что бы вы обратили внимание.</p>
    <p>Некоторые хотели что-то сказать, но в это время дверь распахнулась настежь и ввалился карлик герцога Оаклей, разрази меня дьявол, если я вспомню его имя! Он кинул в мою сторону какой-то странный и довольно неожиданный взгляд, так что у меня на затылке зашевелились волосы.</p>
    <p>— Это всего лишь начало? — спросил он, обводя взглядом зал.</p>
    <p>Зачем мне вмешиваться? Стоило ли в данном случае о чем-нибудь спорить? В данном случае я просто ответил «да», и карлик-секретарь с игривой улыбкой нанес мне короткий удар прямо в живот.</p>
    <p>— Фантастика, — сказал он. — Эти Потрошители сожрут вас сырыми и без соли.</p>
    <p>— Извините?</p>
    <p>Все глаза уставились на него.</p>
    <p>— Четыре — ноль — всего лишь максимум за пять минут игры.</p>
    <p>Он подошел к огру по имени Гораций Плум, вскарабкался рядом с ним на скамейку и так хлопнул того по спине, что бедняга упал навзничь.</p>
    <p>— Ты теперь дичь, старик?</p>
    <p>Огр недоверчиво посмотрел на него, но тут же улыбнулся.</p>
    <p>— Я сегодня в отличной форме, — заявил он. — И с удовольствием закушу бутербродом с зомби.</p>
    <p>Карлик соскочил со скамейки и расплылся в улыбке:</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Именно так, как я тебе и сказал, — повторил Гораций. — Два кусочка мягкого хлебца, разложившийся труп и немного майонеза, чтобы все это хорошо проскочило.</p>
    <p>— Такой лихой, — заметил карлик.</p>
    <p>Игрок посмотрел на него и облизал отвислые губы.</p>
    <p>Я ничего уже не понимал.</p>
    <p>— Не люблю карликов, — наконец заявил огр и потянулся. — Но тебе сохраню жизнь, так как ты сделаешь мне услугу. Бегом.</p>
    <p>— Что вы сказали?</p>
    <p>— БЕГОМ! — во всю силу своих легких рявкнул огр и одним прыжком поднялся на ноги.</p>
    <p>Карлик-секретарь подскочил так, словно в него ударила молния, потом пустился бегом, даже не прося передышки. Гораций и пальцем не пошевелил. Он следил, как карлик пулей вылетел из раздевалки и пустился вдоль по коридору, затем несколько раз плашмя упал; и с совершенно идиотским видом посматривал на своих товарищей по команде, отвечавших ему взглядами, полными изумления. Возможно, настало время, когда следовало взять руководство в свои руки.</p>
    <p>— Отлично, — театрально заявил я и вышел на середину зала, — на чем мы остановились? Ах да, вы были… э-э-э…</p>
    <p>Я не сумел закончить своей фразы. Растянувшись на лавке во всю длину, огр Гораций, теребя свою бороду, затянул куплет.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Умирая раз и навсегда,</v>
      <v>Живые мертвецы — наши друзья,</v>
      <v>Разодетые в прекрасные наряды</v>
      <v>Из червячков, сетей и плешивых мышек.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>— Гораций?</p>
    <p>— Что, шеф?</p>
    <p>— Тебе не помешает, если я сейчас отдам инструкции, которые, может быть, помогут мне сохранить место тренера, в то время как ты можешь… м-м-м… продолжать свои упражнения в пении?</p>
    <p>Он небрежно махнул рукой так, словно отгонял муху:</p>
    <p>— Нет, нет, продолжайте, мне это нисколько не помешает.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Пойдем на кладбище в полночь.</v>
      <v>Они выходят из могил с поднятыми руками,</v>
      <v>Слюни у них на губах, но не доверяй им нисколько —</v>
      <v>Ни мертвым, ни проснувшимся.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Я смотрел на него с широко раскрытым ртом.</p>
    <p>— Если вам интересно мое мнение, шеф, то расслабиться надо именно вам, — высказал свое предположение Гораций. — Думаю, мы полностью владеем ситуацией.</p>
    <p>— Правда? — удивился я, подавляя в себе желание вскочить этому толстяку на пузо и заехать пару раз по зубам.</p>
    <p>— Угу, — подтвердил он и уселся на своей скамейке. — У меня такое чувство, будто сейчас все изменится. Черт подери! — рявкнул огр и настолько резко встал, что все остальные вздрогнули. — Давненько я так не развлекался! Хе-хе!</p>
    <p>После этого он повернулся ко мне:</p>
    <p>— Отлично, пойдем зададим им перцу, а?</p>
    <p>Радостно дыша, Гораций направился к выходу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Шестьсот шестьдесят шесть к одному</p>
    </title>
    <p>Второй тайм начался с опозданием на добрые двадцать минут. Перед этим я кратко изложил новый план игры Огров.</p>
    <p>— Ну вот, — подвел я итог, — э-э-э… нужно полностью изменить нашу тактику. Мы должны, как бы вам это объяснить?</p>
    <p>Мое предложение вызвало реакцию, чем-то похожую на ту, которая возникла бы, если б мне вздумалось предложить им сменить пол.</p>
    <p>— Нам надо больше применять акробатику, — пришел к выводу Гораций.</p>
    <p>— Например, это, — согласился я.</p>
    <p>И мы вышли на площадку.</p>
    <p>Если быть более точным, то Огры выходили и приветствовали зрителей так, словно на них сыпался ливень метательных орудий. Я сидел рядом с Густусом Оаклей и наблюдал, как мои игроки занимают свои места. Противник еще не появился. Зрители приветствовали мою команду истошным злобным воем, и я мысленно поблагодарил того типа, который догадался установить навес над нашими скамейками.</p>
    <p>— Сегодня очень сильный дождь, — заметил герцог, поднимая рваный башмак, упавший откуда-то с неба.</p>
    <p>— Это не дождь, — проворчал я.</p>
    <p>— Без тебя знаю, несчастный дебил. А кстати, где наш противник?</p>
    <p>— Как всегда, в раздевалке.</p>
    <p>— У них приступ смеха, не хватило времени просмеяться.</p>
    <p>Я ничего не ответил. Перед нами, словно в порыве ветра, упала, разлетаясь брызгами, стайка гнилых помидоров. На данный момент мои игроки уже находились на площадке и прыгали с ноги на ногу, стараясь уклониться от летящих в них снарядов. А некоторые даже и не пытались этого делать: один гоблин-канатоходец, и так уже изрядно засыпанный мусором, спокойно стоял на месте, не обращая внимания на валяющиеся вокруг него ошметки. Еще несколько минут, и вся команда исчезнет в омерзительном месиве.</p>
    <p>— Кто это вон там такой?</p>
    <p>Я вздрогнул. Герцог Оаклей показывал на одного из наших огров пальцем.</p>
    <p>— Вон тот? Это Гораций Плум.</p>
    <p>— Да он же совсем больной.</p>
    <p>Я прищурил глаза, чтобы лучше рассмотреть игрока. Гораций крутился во все стороны и улыбался, каждой трибуне он отвешивал поклон, не обращая никакого внимания на тот мусор, который летел в его сторону со всех сторон. Было бы глупостью отрицать, что поведение огра выглядело довольно странным. По крайней мере, подумал я, он сохранил моральное состояние духа.</p>
    <p>— Полагаю, у него для этого есть свои причины.</p>
    <p>— Да, — улыбнулся герцог Оаклей и дружески обнял меня за плечи. — Согласен с вами. На все сто процентов.</p>
    <p>Я был просто поражен тем, с какой скоростью меняются наши с ним отношения. Всегда пребывал в уверенности, что он меня недолюбливает, и чувствовал, что на данный момент герцог готов съесть тренера-неудачника маленькими кусочками, поэтому от его отеческих порывов по моей коже бегали мурашки.</p>
    <p>— Мой секретарь сказал мне, что вы только что имели с ними разговор. Высказали им несколько… крепких выражений.</p>
    <p>Я тоже попытался улыбнуться, но это оказалось не так-то просто, особенно чувствуя, что его рука словно змея обвивает мне шею.</p>
    <p>— Все улажено, да?</p>
    <p>Я кивнул головой, сглатывая набежавшую слюну, литров десять слюны, мягко говоря.</p>
    <p>— Отлично. Очень доволен, что все улажено.</p>
    <p>Сейчас от каждой из этих фраз веяло смертельным безумием. Меня терзали смутные сомнения — сколько ему еще потребуется времени, чтобы он взорвался и дал волю своей пульсирующей ярости?</p>
    <p>— Скажите, это не подействует?</p>
    <p>— Д… должно подействовать, — пролепетал я.</p>
    <p>— И какими же будут ставки в этом случае?</p>
    <p>— Н… не слишком этим интересовался.</p>
    <p>— Я очень люблю вас, Мун.</p>
    <p>И он сильно обнял меня и прижал к себе, очень, очень сильно, я даже подумал, что он таким способом решил сейчас же покончить со мной, но тем не менее герцог выпустил мое измочаленное тело и заглянул мне прямо в глаза:</p>
    <p>— Джон, вы не хотели бы дойти до кого-нибудь из арбитров и спросить, что происходит? У нас появляется слабый шанс выиграть эту игру по неявке…</p>
    <p>Я с энтузиазмом принял это предложение и вскочил со своего места.</p>
    <p>— Ужасно вас люблю, Мун, — повторил герцог.</p>
    <p>— Гениально! — воскликнул я и поднял большой палец к небу.</p>
    <p>— Гениально, — передразнил он меня с широкой улыбкой.</p>
    <p>Клянусь всеми демонами ада, думалось мне во время удаления от трибуны. Больше такого уже не повторится.</p>
    <p>Я пошел искать арбитра, для чего пришлось перебежать широкую территорию под падающими сверху метательными снарядами: плакатами, овощами, свойственными этому сезону, медными бляхами, отходами кухни и обломками кресел. Когда я подбежал к эльфу, которого приметил издали, тот сделал знак пройти на середину поля, куда не мог долететь бросаемый с трибун мусор. Мне оставалось лишь с благодарностью принять его предложение.</p>
    <p>— Где наш противник? — спросил я, когда мы оказались в безопасном месте.</p>
    <p>— Нам самим толком ничего не известно, — ответил арбитр. — Некоторые из них, похоже, все еще бродят в подвалах под ареной.</p>
    <p>— Значит, мы выиграли, — сказал я.</p>
    <p>Он криво улыбнулся:</p>
    <p>— Так хочется?</p>
    <p>— Просто по правилам, — объяснил я. — Наш противник не явился. Мы не можем закончить встречу. Таким образом, команда Огров считается выигравшей.</p>
    <p>Эльф, который был выше меня на целую голову, какое-то время рассматривал мою персону со смесью жалости и удивления.</p>
    <p>— Вы хорошо понимаете, что говорите?</p>
    <p>— Не совсем, — признался я.</p>
    <p>— Мне бы хотелось, чтобы так оно и было. Потому что барон Мордайкен, как вы знаете, очень влиятельный человек.</p>
    <p>— Хе-хе, — ухмыльнулся я.</p>
    <p>— Вот именно. Более того, правила содержат определенный набор процедур для таких случаев.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Уверяю вас.</p>
    <p>— И какие же?</p>
    <p>— Извините, что какие?</p>
    <p>— Эти процедуры, о которых вы говорите.</p>
    <p>— А, — ответил эльф и задумчиво поглядел на небо. — Да, процедуры.</p>
    <p>Его молчание длилось целых две минуты. Я понятия не имел, что же находится наверху, под облаками, но мой новый приятель, похоже, именно там искал ответ на поставленный мною вопрос.</p>
    <p>— Ну и?</p>
    <p>Он вздрогнул.</p>
    <p>— Матч надо переиграть, разве нет?</p>
    <p>— Мсье арбитр, — сказал я, стараясь вложить в свой голос как можно больше властности, — вы мне начали говорить о каких-то процедурах, или не так? Так вот, не могли бы вы мне объяснить <emphasis>grosso modo,</emphasis> в чем заключаются эти процедуры?</p>
    <p>— Нет, — зевая, ответил эльф. — Но не надо беспокоиться, — продолжил он, кладя руку мне на плечо. — Это определенно просто какая-то неувязка… все будет хорошо. Они еще появятся, я вам обещаю.</p>
    <p>Он аккуратно подтолкнул меня в спину.</p>
    <p>— Эй, — воскликнул я, собирая остатки гордости.</p>
    <p>— Вы должны все правильно понять, — шепнул эльф мне на ухо, уже отходя от меня. — Барон Мордайкен, это — барон Мордайкен.</p>
    <p>С таким железным аргументом я спорить не мог.</p>
    <p>— Сила деньги и тяжелая кавалерия, — добавил он, скосив на меня глаза. — Вы понимаете?</p>
    <p>Арбитр широким шагом удалился. А что я мог ему на это ответить?</p>
    <p>Спустя еще дюжину минут Потрошители из Спиталфилдса вышли на поле, к этому моменту трое из моих игроков уже спокойно уснули на лужайке. Исполненный новой энергией, я попытался вполне ясно объяснить герцогу Оаклей, каким именно способом мы должны окончательно покончить с зомби Мордайкена.</p>
    <p>— Способ, который может предоставить нам шанс, — объяснял я, — заключается в том, что мы должны пожертвовать немного денег для того, чтобы на корню их подкупить.</p>
    <p>— Великолепно, — заявил герцог, сидя с полузакрытыми глазами, — за протухшую свинину я бы и гроша ломаного не дал.</p>
    <p>— Вам же самим прекрасно известно, что это невозможно, — рассудительно заметил я. — Так что вы думаете?</p>
    <p>— О свинине?</p>
    <p>— Нет, о подкупе.</p>
    <p>Герцог посмотрел, как игроки из Спиталфилдса рассыпаются по полю.</p>
    <p>— Дорогой мой Джон Мун, — заявил он, одергивая пиджак, — когда вы услышите о моем решении, не надо думать, что я лишился рассудка.</p>
    <p>— И каково же ваше решение?</p>
    <p>— Вы его прекрасно знаете: я хочу покончить с вашей карьерой.</p>
    <p>— Ах да.</p>
    <p>— А заодно, пользуясь удобным случаем, и с вашим существованием.</p>
    <p>— Ха-ха, — заметил я, начищая зубы веточками, поднятыми с земли, — однако вы увидите: Огры еще выиграют.</p>
    <p>Но все было совершенно бессмысленно. Да, мы вне всякого сомнения шли ко дну, медленно, будто брошенный в темные воды Монстра Тамсона огромный булыжник. Как никогда раньше, поучения членов очень секретной вездесущей Федерации Освобождения Возможной Ирреальности вызывали во мне все больший интерес. Театраломаны меня понимали, да, я определенно должен был, если что-нибудь не оборвет мою жизнь раньше, увидеть конец этой комедии.</p>
    <p>Из погружения в глубокое раздумье меня вывел арбитр матча, громким и ясным свистком объявивший о начале второго периода. Боясь бросить взгляд на расположенные за моей спиной трибуны и тем более на сидящего рядом герцога, я уселся на скамью и подготовился к худшему. И все же какой-то части моего сознания очень хотелось узнать, что происходит на поле. Части, которая была наполнена мечтами, наполнена наивностью. Это определенно проявила себя именно та часть, которая до этого момента привлекала мое внимание к нерешенным проблемам.</p>
    <p>Она еще какое-то время руководила моими поступками, но потом, к великому изумлению, куда-то совершенно исчезла. И это произошло потому, что на поле творилось нечто невероятное.</p>
    <p>Мы несомненно выигрывали.</p>
    <p>В течение первых минут я совершенно не обращал внимания на оскорбительные жесты Огров из Челси. В действительности, я просто не замечал их существования, а, как и большинство наших болельщиков, был занят тем, что пытался определить, кто из наших игроков кончил смертью или всего лишь потерей какой-нибудь конечности. Но очень быстро увидел, что таких нет.</p>
    <p>— М… Мун.</p>
    <p>Герцог Густус Оаклей пихнул меня в бок локтем. Я прекрасно видел, к чему прикован его взгляд. Сейчас все взгляды были прикованы к одному и тому же игроку — огру Горацию.</p>
    <p>В то, что происходило на площадке, было не просто трудно поверить, это казалось просто невозможным. Отважный Гораций, игра которого до сих пор только слегка напоминала о его физическом существовании, похоже, собрался в одиночку выиграть этот раунд. С болтающимися на каждой ноге зомби, да еще с полудюжиной других, которые висели у него на спине, голове и плечах, он, держа в каждой руке по знамени, уверенным шагом приближался к башням. Все игроки команды Огров вместе с нами внимательно следили за ним. Его прорыв был просто чудом. Поднявшись по лестнице, Гораций взобрался на вершину первой башенки и там, не обращая никакого внимания на яростных живых мертвецов, пытавшихся порвать ему горло, в самом центре установил эмблему своей команды.</p>
    <p>Насколько я мог видеть, он был весь покрыт кровью. Но это, похоже, ему нисколько не мешало. Незыблемый как скала, Гораций выжидал, пока устанут противники. Время от времени он устало поворачивался и сбрасывал кого-нибудь из соперников на землю, но на этом месте тут же появлялся кто-то другой.</p>
    <p>Клянусь кровью Трех Матерей, раздумывал я, скажите мне, что это сон.</p>
    <p>Колдовство? Невозможно: судья эльф стразу бы такое заметил, да и зрители на трибунах почувствовали бы. Нет, нет, мы на пути к победе, это я понял, когда неповторимый Гораций с триумфальной улыбкой на губах продолжал отмечать свои победные шаги. Вторая башня была покорена в течение считанных секунд. Рука герцога Оаклея сжала мою коленку. Остальные наши игроки начали просыпаться.</p>
    <p>Трибуны разразились торжественным криком. Казалось, что болельщики Огров слишком долго не могли поверить в такое событие и все это время держали себя в руках, но теперь, поняв очевидное, наконец-то отбросили в сторону всякую сдержанность. Как ветер, начавший меняться. Сначала легкий бриз, превратившийся в бурю вместе с падением третьей башни, настоящий ураган — на трибунах разразилось такое ликование, какого этот стадион не знал целую вечность.</p>
    <p>И вот оно свершилось, второй период Огры выиграли. Движимые совершенно иррациональным импульсом, мы с Оаклеем обнялись и превратились в единое существо, целовали друг друга в губы и смеялись.</p>
    <p>Согласен, это очень странно и совершенно необъяснимо, но впервые за столь длительный период неудач я испытывал счастье, и жизнь мне уже не казалась такой невыносимой.</p>
    <p>Окончательный взрыв эмоций произошел, когда Гораций, сопровождаемый своими товарищами по команде, захватил четвертую башню и устало поднялся по всем пролетам каменной лестницы. Настоящее ликование, и мы вместе со всеми громко скандировали имя огра-победителя:</p>
    <p>— Го-ра-ций! Го-ра-ций!</p>
    <p>Это был боевой клич, победный клич, раздававшийся над уже поверженным на землю врагом. Зомби Мордайкена были рассеяны по площадке, как обломки, оставшиеся после урагана, и бессильно смотрели на нашего знаменосца. Когда он одним четким ударом установил знамя на вершине башни, мне показалось, что весь стадион вздрогнул до самого основания. Гораций спустился на землю, и остальные игроки тут же подхватили его и понесли на руках. Повсюду слышались исступленные восторженные крики. Мы вместе с герцогом вскочили со своих мест и воздели руки к небу. Я повернулся к главным трибунам. Забыв обо всякой сдержанности, наши болельщики бросались друг другу в объятия и размахивали своими флажками так, словно Огры выиграли весь чемпионат.</p>
    <p>А на скамейках Потрошителей царила глубокая задумчивость.</p>
    <p>Барон Мордайкен не видел никакого смысла присутствовать на окончании этого периода. После размышлений мне показалось сомнительным, что он присутствовал и на его начале, но разве это важно? Мы должны выиграть третий период. Мы должны выиграть этот матч и все последующие. Мы должны выиграть чемпионат, может быть, не именно этот, но во всяком случае уж все остальные точно.</p>
    <p>Ради всех демонов ада! У меня были все основания говорить этому глупому журналисту из «Утра волшебника» о нашем превосходстве. У меня были все основания говорить о переломном моменте. Не важно как, но это произошло. Все остальное сейчас потеряло значение. Я прекрасно знал, что теперь, что бы ни случилось, герцог ничего мне не скажет. Наконец-то он понял, какой я чертовски хороший тренер. На самом деле, наше время еще только началось.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>За два раза</p>
    </title>
    <p>Потрошители из Спиталфилдса, согласно всем законам логики, выиграли в этот вечер матч у Огров на их площадке, победив в двух периодах и проиграв один. Это новое поражение, в свете которого известие об увольнении тренера Джона В. Муна не вызвало никакого удивления, еще ниже опустило команду Челси в классификационной таблице. Отныне исключение из лиги казалось неизбежным.</p>
    <p>Для живых мертвецов из Спиталфилдса теперь, после одновременного поражения Колумбинских демонов, вышедших на первое место, этот матч растянулся на два этапа. Первый период, чрезвычайно быстрый, закончился со счетом четыре<sup>-</sup>ноль, Потрошители очень легко взяли верх над своим противником. Несколько успешно проведенных на площадке наступательных маневров позволили команде барона Мордайкена без лишних разговоров взять одна за другой все башни площадки. Огры Челси, как обычно, под недовольные вопли большинства своих болельщиков, выглядели в этот период особенно блекло.</p>
    <p>В течение второго периода они предоставили своим болельщикам совсем другое зрелище и те уже поверили в настоящее возрождение команды. Увлекаемые Горацием Плумом, огром-пехотинцем, до этого момента никак не блиставшим, игроки получили настоящий урок, несмотря на все применяемые ими грубые приемы. Плум захватил себе ту роль, которую традиционно выполняла эмблема Огров, на которой были изображены четыре очка нашей команды. После этого периода и особенно после такой метаморфозы можно было ожидать, что Огры сделают еще один рывок в решающий третий период.</p>
    <p>Именно это они довольно эффективно и проделали… но только в течение первых пары минут. После подъема игры, созданного Горацием Плумом в начальные секунды периода, матч снова совершенно изменил свое лицо. Абсолютно необъяснимым образом (рассказывающие об этом событии даже не могли найти для него подходящих выражений) игра Огров стала такой же неэффективной, как и в первом периоде, если не считать нескольких грубых стычек с арбитрами матча.</p>
    <p>Глупый и неловкий, «как и всегда», по ироничному замечанию болельщиков, Плум, к великому ужасу товарищей по команде, похоже слишком на него рассчитывавших, оказался быстро подавлен своими противниками. Без той души, которая была продемонстрирована в течение предыдущего периода, без отважного сердца, над командой, несомненно, повисла аура поражения. Благодаря этому нельзя было рассчитывать на внезапное преображение Огров, и Потрошители, не особо затрудняясь, взяли оставшиеся три башни.</p>
    <p>Таким образом встреча закончилась со счетом 1: 2 (0: 4/4: 0/1: 3), в неописуемом хаосе болельщики яростно пытались пробиться на игровое поле. Джон В. Мун, тренер Огров, отказавшись от каких-либо заявлений, вынужден был покинуть стадион под защитой трех арбитров. Из достоверных источников стало известно, что он собирается навсегда покончить с неудавшейся карьерой. Барон Мордайкен, владелец выигравшей команды и официальный астролог Ее величества королевы Астории, просто заявил, что эта победа не является для него сюрпризом. Он сначала пожаловался на противников, «каким-то грязным волшебным способом пытавшихся изменить ход игры», но потом, через несколько минут, сам себя опроверг. «Мы победим в чемпионате, — сказал он в заключение, — и уверяю вас, это еще только начало».</p>
    <p>А вот для Огров Челси это, наоборот, было окончательным и бесповоротным концом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>На этот раз…</p>
    </title>
    <p>На этот раз все сбылось, печально вздохнул я, глядя на черные бегущие воды.</p>
    <p>Вдали большие башенные часы Парламента пробили три часа, а начавшийся дождь начал постепенно переходить в снег. На этот раз все сбылось: теперь не осталось никакой надежды.</p>
    <p>У меня уже было много шансов распроститься с жизнью: герцог Густус Оаклей хотел убить незадачливого тренера; болельщики нашей команды выражали страстное желание разорвать оного на кусочки и разнести их, еще дымящимися, на все четыре стороны Ньюдона.</p>
    <p>Мне даже не хватило времени попрощаться с моими игроками. Во всяком случае, я не был уверен, что меня в данном случае поймут правильно. Я сумел вложить в них крохи уверенности, но все же не сумел показать себя тренером, достойным всяческого уважения.</p>
    <p>На самом деле моя кандидатура не подходит для этой профессии.</p>
    <p>Покачав головой в молчаливой ночи, я поднял повыше воротник своего длинного шерстяного пальто, чтобы защититься от холода. Крупные хлопья снега умирали на моем лице, и мне казалось, что весь Ньюдон устало вздыхает. Между раскидистыми ветвями вязов, на медленной воде Монстра Тамсона, проглядывали блики холодного лунного света.</p>
    <p>Я поднял глаза к небу.</p>
    <p>В такие моменты все становится непонятным. Священные тексты эльфов говорят, что Три Матери — Смерть, Природа и Магия — ведут нас к своей цели в ночные часы и что Луна, мертвая и волшебная, в это время является их лицом. Такие истории всегда напоминали мне детские сказки, а сейчас и тем более. Если уж кто-то и обладает хотя бы минимальной властью над нашим унылым существованием, так это какой-то священный шутник. Я представил себе, как он, улыбаясь, висит под облаками и дергает за веревочки, которые являются невидимыми нитями нашей жизни — так оно и есть, не правда ли? Мы всего лишь марионетки.</p>
    <p>— Эй! — крикнул я небесам, надеясь привлечь внимание вечного демиурга. — Не хочешь ли ты вот сейчас прекратить смотреть на меня таким образом?</p>
    <p>Никакого ответа.</p>
    <p>Усталый, онемевший от холода, до смерти опечаленный, я поднялся со своей одинокой скамейки и пустился в обратный путь, частично пролегающий по темным лабиринтам Виллингстоуна. Под снегом колыхались сухие деревья, храмы с величественными фасадами, окруженные черными решетками, маленькие зверьки, разбегающиеся при моем приближении, фонари, дома буржуа с чистыми фасадами, где не было видно ни одного огонька, — все это распространяло странную нежность, и казалось мне совершенно неуместным.</p>
    <p>В одном месте, совсем уже недалеко от моего дома, я остановился под ивой и положил руку на ее кору. Под ладонью почувствовалась успокаивающая твердость. Откуда жители Нью дона берут ту невидимую силу, которая позволяет им продвигаться вперед или просто оставаться на ногах? Разве они не видят, что это ни к какому результату не приведет? К чему идут эльфы, карлики, гномы, драконы и люди? Почему у Ньюдона нет ни воспоминаний, ни границ, почему нет других городов, почему ничего не известно о нашем прошлом, кроме того, что мы есть? Архивы библиотек остаются таинственно немыми, когда дело касается этого вопроса. Похоже, им никто никогда не занимался, но вопрос остается, и, в отличие от тех же деревьев, нам не дано никаких корней. Каким образом в нас могут течь жизненные соки?</p>
    <p>Несколько минут я раздумывал о Федерации. Тексты, предлагаемые ею, я выучил уже наизусть. Тексты создателя. А кто сказал, что это был Греймерси? «Во всяком случае, следуйте своим инстинктам. Те элементы, которые вы считаете связанными друг с другом и которые, как вам кажется, образуют единую материю, на самом деле являются всего лишь разрозненными кусочками, зернышками, плывущими по морю хаоса — воображению Великого Кукловода. И для того чтобы уклониться от его руководства, существует только один способ: действовать, ни о чем не задумываясь. Точно так же, когда ты сталкиваешься с новой ситуацией, и твои осторожность и рассудительность подсказывают тебе, что надо, ни на секунду не задумываясь, сделать то-то и то-то: сделай наоборот».</p>
    <p>Согласен. Но таким образом далеко вперед не уйдешь.</p>
    <p>Подойдя к своему дому, номер 33 по Финнеган-роад, я начал рыться в карманах в поисках ключей, с волнением обнаружил, что не могу их там найти, и закусил губы, чтобы не взорваться. Несомненно, они потеряны в суете после матча. Меня хватали руками за пальто. Этим все и объясняется.</p>
    <p>Целых четыре секунды я поздравлял себя с тем, что Пруди ждет меня дома, но потом вспомнил, что дал ей выходной.</p>
    <p>— Только этого еще не хватало! — простонал я, ударяясь лбом об дверь. — Да пропади пропадом тот день, в который мои глаза впервые увидели божий свет и ночь, которая сказала: больное дитя зач…</p>
    <p>Я застыл. За дверью послышались шаги. Прекрасно, метнулась мысль в моей голове. В довершение вечера еще и ограбление.</p>
    <p>Послышался щелчок замка, и дверь приоткрылась.</p>
    <p>— Клянусь кровью Трех Матерей, — простонал знакомый голос. — В Виллингстоуне уже нельзя и поспать спокойно?</p>
    <p>Я с облегчением вздохнул и выставил ногу, чтобы не дать двери закрыться.</p>
    <p>— Глоин Мак-Коугх, — раздраженно прошипел я, — какого черта ты делаешь в моем доме? Мог бы, по крайней мере, предупредить меня об этом.</p>
    <p>— Это ты, Джон? — проворчал карлик заспанным голосом.</p>
    <p>— Именно, придурок. А кого еще ты ожидал увидеть?</p>
    <p>— Если быть до конца честным, то мне бы вообще никого не хотелось видеть.</p>
    <p>— Великолепно, — заметил я. — Но пока не вступил в силу новый порядок, я все еще у себя дома.</p>
    <p>Он отступил к стене и пропустил меня в дом.</p>
    <p>Глоин Мак-Koyrx относился к категории друзей, которых лучше никогда не иметь, но для меня эта категория является единственной. Это карлик настолько наивный и мягкий, насколько только такое возможно для них. Получив наследство, он стал богатым обладателем миллионов, но, похоже, совершенно не представлял, что же это значит на самом деле. Он также был отчаянным садоводом, одним из таких, которым всегда не хватает чего-то, когда идет речь о том, чтобы превратить их увлечение в профессию. Так как Глоин жил довольно далеко, но с регулярностью одержимого посещал пивные в центре города и засиживался там до полного изнурения конкурентов и истощения местных ресурсов, то в один прекрасный день я доверил ему ключи от моей квартиры, для возможности воспользоваться ими в «случае крайней необходимости». В результате он оказывался у меня, по крайней мере, два раза в неделю и не реже чем раз в десять дней.</p>
    <p>Глоин и Пруди Холл прекрасно понимали друг друга (естественно, он был в нее влюблен), и ее компания более чем подходила карлику. Парочка использовала это довольно просторное жилище, подбрасывая в него растения для того, чтобы те быстрее росли: обычно они после такого часа через два умирали.</p>
    <p>Я не знаю, почему Глоин вдруг стал моим другом, но и он этого точно так же не знает. Так уж получилось, и я не задаю себе по этому поводу никаких вопросов. Будьте уверены, мне искренне кажется, что он меня слушает, когда я наконец выхожу из терпения и обещаю в один прекрасный день выставить его за дверь. Но карлик сносит эту угрозу так же, как и все остальные: никто не относится ко мне достаточно серьезно.</p>
    <p>Я повесил свое пальто на вешалку и направился на кухню.</p>
    <p>— А где Пруди? — спросил Глоин, семеня позади меня.</p>
    <p>На нем была совершенно безвкусная зеленоватая пижама.</p>
    <p>— Где ты откопал этот ужас? — поинтересовался я, изучая внутренности продуктового шкафчика.</p>
    <p>— У Пруди, — ответил карлик, пережевывая свою бороду.</p>
    <p>— Понятно, — кивнул я. — Черт возьми, неужели не осталось ни кусочка окорока?</p>
    <p>— Ты шутишь? — удивился Глоин.</p>
    <p>Я провел рукой по лицу и, наконец, выбрал бутылку сервуаза, ломоть белого хлеба, миску с остатками мяса (возможно, утки) и несколько листиков салата, после чего направился к гостиной.</p>
    <p>— А когда вернется Пруди? — спросил мой компаньон.</p>
    <p>— Завтра.</p>
    <p>Я рухнул на диван, поспешно сделал бутерброд с салатом и мясом, откусил его и начал пережевывать с задумчивым видом.</p>
    <p>— Не могу себе представить, как ты можешь есть утку, — заметил Глоин, который, как большинство карликов, был вегетарианцем.</p>
    <p>— А мне вот не удается себе представить, как ты можешь носить пижаму гнома, — отпарировал я, — не говоря уж о том, что она зеленая.</p>
    <p>Большой глоток из поднесенной к губам бутылки с вином смочил мое горло. Похоже, прозвучавшие слова опустили Глоина на дно бездны раздумья.</p>
    <p>— Джон, — сказал он после продолжительной паузы, — я знаю…</p>
    <p>Мне пришлось остановить его жестом руки, чтобы одним глотком до конца осушить бутылку. Алкоголь начал оказывать на меня свой эффект, но этого еще было недостаточно. Я встал.</p>
    <p>— Ну, Джон, — повторил карлик.</p>
    <p>— Минуточку, — прервал я его и снова направился на кухню.</p>
    <p>Впрочем, мое отсутствие длилось всего несколько секунд: они ушли на то, чтобы поставить на стол в гостиной четыре новые бутылки сервуаза. Две из них были уже открыты и тут же приведены мной к состоянию опустошенности.</p>
    <p>— Слушаю, — наконец-то сказал я.</p>
    <p>Глоин три раза проглотил слюну, которая наполнила его рот.</p>
    <p>— Может быть, это поможет?</p>
    <p>Предложенная мной бутылка сервуаза соблазнительно закачалась перед его носом.</p>
    <p>Карлик стеснительно принял бутылку.</p>
    <p>— Как провел сегодняшний вечер? — поинтересовался он, сделав несколько глотков.</p>
    <p>— Полагаю, можно сказать, что это самый худший из всех вечеров, которые у меня были, — вздохнул я. — Еще вопросы есть?</p>
    <p>— Вы… вы проиграли?</p>
    <p>— Меня уволили.</p>
    <p>Похоже, мой ответ оказался для него слишком многозначительным. Глоин еще несколько раз приложился к бутылке, но после этого быстро вник в суть дела.</p>
    <p>— Джон, — пробормотал он. — Джон я знаю, что…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>Все было спокойно, мрачно и тихо. На улице пошел еще более густой снег.</p>
    <p>— В конце концов, я не знаю, может не…</p>
    <p>— Какие симптомы?</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Я тебя спрашиваю, что ты испытываешь. Какие симптомы. Сам понимаешь, это вроде болезни.</p>
    <p>Карлик утвердительно кивнул.</p>
    <p>— Ну что ж, у меня больше нет аппетита, — начал он.</p>
    <p>— Дьявольщина.</p>
    <p>— Да. У меня часто болит живот, и временами я теряю нить своих рассуждений.</p>
    <p>— Под комодом не смотрел?</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Шутка такая.</p>
    <p>— Совсем не смешно.</p>
    <p>— А в довершение ко всему ты окончательно потерял чувство юмора.</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Именно, старик Глоин, это все признаки, в которых нельзя ошибиться.</p>
    <p>— Ты…</p>
    <p>— Я опечален, Мак-Коугх. Но знаю, что ты влюблен.</p>
    <p>Бедное существо задрожало так, словно ему объявили о близкой смерти.</p>
    <p>— О, Джон… я… Ты думаешь, у меня есть шанс? Хотя бы самый маленький?</p>
    <p>Из моей груди вырвался тяжелый вздох. Во всем этом было ужасно трудно разобраться до конца. Я только что потерял свою работу. Мое имя стало синонимом поражения во всех пивных Ньюдона. А в данный момент карлик, который только и умеет, что убивать растения, спокойно пришел ко мне без всякого приглашения для того, чтобы объявить, что он безумно влюблен в мою служанку-гнома. Будто бы я этого и так не видел. Не сомневайтесь, ему не потребовалось много времени для того, чтобы попросить меня уладить это дело. Но, черт побери, я не знаю, как делаются такие дела. Почему судьба так ко мне безжалостна? Катей Плюрабелль жестоко бросила меня: она даже не стала ждать того времени, когда дети Челси начнут кидать в бывшего возлюбленного камнями.</p>
    <p>— Джон, может быть, ты бы смог с ней поговорить?</p>
    <p>— А что мне ей сказать? Сначала Вауган Ориель, а теперь Мак-Коугх… Неужели я могу намного удачнее решать проблемы своих друзей, чем свои собственные? Эй, Мун, вот что я тебе скажу! Не хочешь ли помочь мне стать миллиардером? Ах, Мун, задача именно для тебя: я влюблен, тебя не слишком затруднит, если ты наилучшим образом устроишь мою жизнь?</p>
    <p>Все это начинает в какой-то мере раздражать. И все же…</p>
    <p>— Может быть, она не знает, что я богат? — высказал предположение Глоин.</p>
    <p>Тем не менее это могло несколько изменить дело.</p>
    <p>— О, уверен, что она не обратила бы внимания на деньги, — заметил я, осушая последнюю бутылку сервуаза. — Думаю, все можно устроить в полном соответствии с твоими интересами, да и с интересами всех остальных.</p>
    <p>Испытывая легкое опьянение, я поднялся и подошел к окну. Снег начал редеть. Все тротуары были уже белыми и пушистыми, покрытыми прекрасной пеной. Ньюдон спал, девственно чистый и безмолвный. Фонари бросали ласковый свет на ледяную лакировку. Все тихо, мирно и спокойно.</p>
    <p>— Нам надо поспать, — сказал я.</p>
    <p>И повернулся. Удобно развалившись в одном из моих кресел, Глоин Мак-Коугх задумчиво изучал когти на своей левой ноге. Он поднял свои большие глаза, полные надежды.</p>
    <p>— Ты думаешь, у меня есть шанс?</p>
    <p>Я кивнул головой и улыбнулся.</p>
    <p>Как ни странно, мое самочувствие было почти отличным. Поражение в нашем последнем матче, последовавшие за этим вопли болельщиков и эвакуация со стадиона, не говоря уж о измене Катей, казались мне далекими и нереальными. Завтра настанет новый день. Не знаю уж почему, но я мог побиться о заклад, что он принесет что-то новое и интересное. Черт подери, воскликнул я про себя, поднимая и смотря на просвет старую бутылку, благословен тот тип, который выдумал этот яд.</p>
    <p>— Знаешь, Глоин, жизнь может оказаться очень приятной штукой, особенно для тех немногих, которые удовлетворяются минимумом.</p>
    <p>Он посмотрел на меня с таким выражением лица, что я тут же почувствовал, что мне надо бы его успокоить.</p>
    <p>— Не волнуйся, — сказал я, выливая остатки вина на паркет. — Это была шутка.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>До королевы</p>
    </title>
    <p>Между моментом, когда нематериальный и пьяный от вновь обретенной свободы Дьявол покинул свой склеп, и тем самым моментом, не менее торжественным, когда он смог лично предстать перед четырьмястами фунтами мягкой плоти Ее величества, им постепенно была задействована дюжина мертвецов, и прошло двадцать четыре часа. Это довольно маленький отрезок в сравнении с прошедшим и утерянным временем, но все могло произойти и еще быстрее. Однако Князь Тьмы решил немного повеселиться.</p>
    <p>В течение первых секунд он был просто духом, собравшимся занять тело барона Мордайкена. Оно казалось очень просторным, удобным, и хотя это было не совсем то, что надо, Дьявол на несколько мгновений отдал дань уважения своему наиболее верному слуге.</p>
    <p>Через одну-две минуты, когда барон повернулся, чтобы съездить кулаком своему живому мертвецу, Князю Тьмы пришлось повторить его движения. Ощущения оказалось не очень-то приятным. В этом новом теле отсутствовала важная деталь: там не нашлось никакой души, за которую можно было бы ухватиться.</p>
    <p>Мгновением позже, все еще на площади арены, путь зомби пересек дорогу огру Ботреку. Он был пьян как бочка, что помогало ему быть особо рассудительным в присутствии Хитреца (Малина). Это обещало быть интересным.</p>
    <p>— Кто… кто это идет? — проикал игрок Челси, когда нос к носу столкнулся с идущим.</p>
    <p>Без каких-либо особых причин зомби заехал своим костлявым кулаком прямо в него, и этого вполне хватило.</p>
    <p>Потом появился карлик, секретарь герцога Густуса Оаклей. Дьявол нашел все эти персонажи довольно интересными. Он быстро сообразил по яростному топоту болельщиков Челси (матч Челси/Колумбина, 0–4, О<sup>-</sup>4, 0–4), который несколькими неделями ранее прервал его спокойный вековой сон, что Квартек занимает очень важное место в жизни обитателей Ньюдона. Бесполезная и энергичная пустая трата сил была настолько порочной, что он даже пожалел, что не является ее изобретателем, но потом задумался, а не здесь ли кроется та причина, из-за которой его пагубное влияние на сон мертвых так ослабло в последнее время.</p>
    <p>Короче, там был карлик герцога Оаклей, и Дьявол находился в нем почти двенадцать минут, он сидел сжатый со всех сторон, но уже посмеивался над своими будущими шутками, пока не предпочел более просторное тело Горация Плума, который почти мгновенно превратился в звезду первой величины.</p>
    <p>Огр был очень взбудоражен прошедшим первым периодом, и Дьявол нашел то, последствия чего нам уже хорошо известны: славу и возбуждение. Возобновление его деятельности приобрело наилучшее предзнаменование. Однако на этот раз он не расставлял ловушек Трем Матерям, как делал в период своего первого Пришествия. Теперь Дьявол подумал о них заранее. Впрочем, ему надо было действовать очень быстро.</p>
    <p>После Горация он вселился во Фредерика Льювела, одного из эльфов-арбитров. Это был молодой человек с большими претензиями, что и вызывало особый интерес, наибольшее внимание он уделял своим одеждам и амурным подвигам. Матч закончился. Льювел в самом начале третьего периода устроил стычку с этим непомерным невежей Горацием. Эльф отправился, по всей очевидности наняв кеб, по дороге в Стробери Цирк, в кабаре Транка, к которому имел некоторую привязанность. Здесь, после двух кружек темного пива, он почти с самого начала проявил интерес к одному симпатичному незнакомцу и выразил свое желание образовать новую команду — в конце концов, его отец был довольно богат, так какие еще могут быть вопросы?</p>
    <p>— Нас обоих ждут великие дела! — заявил Фредерик, похлопывая по плечу своего нового друга.</p>
    <p>Да, ему всего-то было достаточно назвать себя.</p>
    <p>Новый друг был таким же эльфом, но пребывал в более приподнятом настроении, чем первый. Дьявол решил, что уже положил хорошее начало и обратил свое внимание на человека, облокотившегося на стойку и погруженного в разговор с молодой девушкой.</p>
    <p>— Эй, — сказал Льювел и похлопал того по плечу.</p>
    <p>Мужчина с видимым раздражением повернулся:</p>
    <p>— Вы что, не видите, что я разговариваю?</p>
    <p>— Хотите сказать, вы что-то из себя представляете, да?</p>
    <p>— Я не… Эй, ребята, — обратился он к окружающим, — этот тип еще спрашивает, представляю ли я что-то из себя! Я владею половиной Ньюдона. В конце концов, может, и не совсем половиной, но…</p>
    <p>— Значит, вы богаты.</p>
    <p>— Миллионер, — улыбнулся мужчина. — И мое достояние постоянно увеличивается.</p>
    <p>— И чем же вы торгует?</p>
    <p>— Ветром. Мечтами. Это не важно. Я начинаю дела, а потом перепродаю их, народ счастлив. Поток денег не прерывается. На взгляд тех, кто обладает вкусом, это просто великолепно.</p>
    <p>Дьявол, сидящий в теле эльфа, в ответ только улыбнулся.</p>
    <p>После этого он кинул в собеседника стакан.</p>
    <p>Мужчина был настолько ошеломлен, что даже не успел отреагировать.</p>
    <p>— Вы гениальны, — заявил ему Льювел и одарил крепким тумаком.</p>
    <p>Финансист какое-то мгновение находился в растерянности, но вскоре, похоже, совладал с собой.</p>
    <p>Менее чем через час он уже развлекался с некой Ловабелль Лити, услуги которой оказались платными, в номере отеля. Дьявол от души порадовался. Деньги и секс были самыми приятными вещами в этом презренном мире. У него совершенно не сохранилось в памяти, сам ли он пригласил сюда партнершу или кто — то еще, или вообще она просто его выбрала, но это не имело никакого значения. Довольствию Дьявола не было границ.</p>
    <p>— Не печалься, — заметила Ловабелль, когда финансист выходил из комнаты. — В прошлый раз у тебя получилось лучше.</p>
    <p>Тот только пожал плечами и хлопнул дверью.</p>
    <p>Примерно в четыре часа утра он был заменен на довольно влиятельного мужчину-депутата, вернувшегося к себе уже под утро с твердым убеждением, что в нем поселился Дьявол. Финансист снова посетил номер, выпив немного молока: его снедало ощущение вины перед своей гостьей, из-за которого он продолжал почти самостоятельно стоять перед ней.</p>
    <p>— Не проси у меня большего, дорогая. Все, что мог, я вам уже дал.</p>
    <p>В течение дня Дьявол переселялся из одного депутата в другого, все они были различных рас и политических формаций, и ему хотелось понять, есть ли между ними какая-нибудь разница. После этого он отправился на Броад-ин-Гхам на торжественный обед и, в конце концов, предстал перед королевой.</p>
    <p>Переселение из тела в тело оказалось скорее развлечением, чем исследованием, должным принести новые знания, подумал Дьявол, улыбаясь Ее слишком объемному величеству, сидящему напротив. Но у него было достаточно времени, чтобы оценить обстановку.</p>
    <p>К тому моменту, когда обед уже подходил к концу, нога Дьявола скользнула под столом и прикоснулась к лодыжке правительницы. Но та была настолько занята расправой с восьмым омаром, что не обратила ни малейшего внимания на эту нежность. Правда, надо отдать королеве должное, в этот момент ее охватил быстро прошедший, но довольно чувствительный трепет.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Хорошее ремесло</p>
    </title>
    <p>В эту ночь впервые за многие дни мне приснился сон.</p>
    <p>Я спал на диване в гостиной, предоставив свою комнату Глоину. На улице продолжал падать снег, и весь Ньюдон уснул под хлопковым одеянием.</p>
    <p>Когда пришло утро, я проснулся бодрым и полным новых сил, пошел и открыл дверь.</p>
    <p>— Доброе утро! — крикнула сотня голосов из толпы, которая выстроилась очередью перед моим порогом.</p>
    <p>Я зажмурил глаза от яркого света.</p>
    <p>— Доброе утро тебе, единственный наш друг во веки веков!</p>
    <p>Это было похоже на хорошо срежиссированный балет. Снег сверкал под ласковыми лучами солнца, а само небо облачилось в нежно-голубую униформу. Не было никакого сомнения в том, что все еще продолжается мой сон. Собравшиеся радостно улыбались в лучах утреннего света.</p>
    <p>— Э-э-э. Доброе утро, — ответил я.</p>
    <p>— Ура! — закричали мои гости и начали подбрасывать в небо разные золотые предметы, которые дождем падали обратно на землю. — День будет замечательным, и мы говорим тебе, наш друг, ура! Да благословят тебя наши слова!</p>
    <p>Теперь снег оказался покрыт ковром из сверкающих маленьких предметов. Было очевидно, что все это золото предназначалось именно мне. Надо ли просто сказать спасибо или выступить с речью?</p>
    <p>— Ты один можешь мне помочь, — выкрикнул один хорошо знакомый голос.</p>
    <p>— Ты меня понимаешь, как личность, — заявил другой.</p>
    <p>— Мне необходимо с тобой поговорить, — взмолился третий.</p>
    <p>Осторожно, подумалось мне. Кто придумал все эти диалоги?</p>
    <p>— Погодите, — попросил я, моргая, — кто-нибудь может объяснить, что все это значит?</p>
    <p>— Это шутка, вот что это значит, — объяснил какой-то голос.</p>
    <p>Маленький мальчик, одетый в маскарадный костюм свиньи, вышел из длинной цепи, растянувшейся по Финнеган-роад.</p>
    <p>— Смысл в том, — сказал он, — что эти люди хотят поговорить с тобой и дают за это деньги. Смысл в том, что они в тебя верят.</p>
    <p>Солнечный свет не позволял мне хорошенько рассмотреть его глаза. Но на нем был костюм свиньи с копытцами и хвостиком штопором, в руках мальчик держал свиную голову и ножик.</p>
    <p>— На мой взгляд, ты очень похож на отъявленного мошенника.</p>
    <p>— Вы абсолютно ничего не поняли.</p>
    <p>— Как тебя зовут?</p>
    <p>Вместо ответа мальчик аккуратно поставил на землю голову свиньи и побрякал двумя ключиками.</p>
    <p>— Эй, — воскликнул я, протягивая к нему руку, — где ты это взял?</p>
    <p>Он знаком предложил мне обернуться, но было уже поздно: дверь моего дома захлопнулась.</p>
    <p>Малыш подошел ко мне и взял меня за руку.</p>
    <p>— Это очень плохо, — сказал он. — Вы забыли свои ключи.</p>
    <p>— Ну и что?</p>
    <p>— <emphasis>Вы забыли свои ключи.</emphasis></p>
    <p>Я подпрыгнул и проснулся.</p>
    <p>Надо мной склонилось лицо моей горничной.</p>
    <p>— Эй, ага, ну, вот, — вырвалось у меня. Подняться удалось с трудом. — Черт возьми, сколько сейчас времени?</p>
    <p>— Половина десятого, мистер Мун, — пробормотала Пруди. — Я приготовила вам кофе.</p>
    <p>— Очень хорошо.</p>
    <p>— Я смотрела матч, — объявила она с сочувственной улыбкой. — Второй период был очень обнадеживающим, вам не следовало бы…</p>
    <p>— Ради любви к небу, Пруди, не надо ничего говорить мне об этом матче и ни словом не напоминайте о Квартеке. Я ненавижу Квартек. Всеми фибрами души ненавижу этот спорт и всех тех, кто им интересуется. С сегодняшнего дня в моем сердце нет даже самого отдаленного уголочка даже для «Ква» Квартека. Это вполне понятно?</p>
    <p>— Да, да, — вздохнула Пруди, помогая мне подняться с кровати, — успокойтесь, мсье Мун, успокойтесь.</p>
    <p>Я сделал несколько шагов по гостиной и замер, взглянув в окно. На улице все оказалось точно таким же, как и в моем сне, если не считать того, что на небе лежал сероватый оттенок и не было ни одной собаки… ах нет, не было даже намека на чье-либо лицо. Не говоря уж о толпе.</p>
    <p>У меня слегка побаливала голова. Детали прошедшего вечера медленно всплыли в моей голове, но опытная горничная уже успела убрать все, что могло бы мне о нем напоминать.</p>
    <p>— Новости про нашего друга…</p>
    <p>— Мсье Мак-Коугх спит в моей постели, — перебила меня Пруди.</p>
    <p>— Что вы говорите?</p>
    <p>— Очевидно, перепутал комнаты. Он надел мою пижаму.</p>
    <p>— Как он мог?</p>
    <p>— О, но вы же знаете, что я же почти такая же маленькая, как и мсье Мак-Коугх.</p>
    <p>— Нет, я просто хотел сказать, как он осмелился так поступить? На этот раз я обязательно…</p>
    <p>— На этот раз вы сейчас примете ванну, — сказала Пруди и повела меня к ванной комнате. — Вы совершенно не изменились с прошлого утра.</p>
    <p>Я позволил ей вести меня как ребенка. К моему великому беспокойству, эту глупую гномессу совершенно не шокировало поведение Глоина.</p>
    <p>— Может быть, вы и правы, — заметил я, — но вот мне же никогда не приходило в голову надевать вашу пижаму.</p>
    <p>Она только пожала плечами.</p>
    <p>— Я сейчас подогрею вам воду, — сказала горничная.</p>
    <p>— Хорошая мысль. Воспользуйтесь удобным случаем и отлейте несколько литров воды для того, чтобы вымыть морду этому проныре. Если вы понимаете, что я хочу сказать…</p>
    <p>Но она уже удалилась.</p>
    <p>Несколько позже этим утром я уселся за свой письменный стол. Пруди была занята тем, что наводила в доме порядок, а Глоин Мак-Коугх все еще спал. Перо было наготове, и я написал объявление в десяти экземплярах.</p>
    <cite>
     <p>Меланхолия? Беспокойство? Отчаяние?</p>
     <p>Доктор Джон В. Мун вылечит ваши душевные недуги</p>
     <p>Двадцать ливров за консультацию</p>
     <p><emphasis>Во время приема (или без него)</emphasis></p>
    </cite>
    <p>Последовали некоторые согласования и улаживание административных мелочей.</p>
    <p>Это была определенно гениальная идея. Во-первых, большинство жителей этого города имело деньги. А те, у кого их не было, определенно газеты не читали. Во-вторых, люди, которые читают газеты, обычно имеют целый набор проблем. А для чего служат газеты? Для того чтобы показать, что в мире существуют люди еще более несчастные, чем вы. В-третьих, как только читатели газет утолят свою жажду из этого скудного источника, они придут ко мне. Простая арифметика.</p>
    <p>В то время когда пробило полдень, я пошел к Пруди и попросил ее подать мое объявление во все ежедневные газеты Ньюдона: «Вечерние облака», «Цвет нации», «Гордый воин», «Малый мир», «Утро волшебника», а также и в прочие подобные издания. Моя горничная пробежала глазами объявление и посмотрела на меня так, словно я, отправляясь на бал-маскарад, нарядился в костюм бациллы чумы.</p>
    <p>— Но, мсье Мун…</p>
    <p>— Что, Пруди?</p>
    <p>— Вы же не можете… Я хочу сказать, что так нечестно.</p>
    <p>— Это еще почему?</p>
    <p>— Заставлять людей платить за то, что они будут рассказывать вам о своих болезнях.</p>
    <p>— Очень хорошо.</p>
    <p>— Ничего хорошего. Но, во всяком случае, я думаю, что никто и не придет.</p>
    <p>— Прекрасно. Тогда в чем же проблема?</p>
    <p>— Так, вообще.</p>
    <p>Мы отвернулись друг от друга. Судя по взгляду с порога двери, Глоин Мак-Коугх все еще спал, глаза его были закрыты. Вот карлик, сказал я себя, который пребывает в глубокой тоске. Его зеленая пижама просто вопиет о немедленной помощи.</p>
    <p>— Эй, Глоин, доброе утро. Как спалось?</p>
    <p>— Джон, — пробормотал мой друг, — мне надо как можно скорее с тобой поговорить. Этой ночью мне приснился такой странный сон.</p>
    <p>— Ну тогда ложись, — сказал я, указывая ему рукой на мой диван.</p>
    <p>— Мсье Мун, — пробормотала Пруди, которая обладала удивительным даром читать мои мысли.</p>
    <p>— Внимательно тебя слушаю, Глоин, — заявил я, не обращая никакого внимания на горничную. — Ты мой друг, и этим все сказано. Но, как тебе уже известно, я потерял работу и поэтому нахожусь в некотором затруднении, ты меня понимаешь?</p>
    <p>Карлик, лаская свою бороду, одарил меня улыбкой:</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>— Всегда готов помочь тебе, — объявил я, закидывая ногу на ногу. — Просто предлагаю тебе раскрыть немного себя.</p>
    <p>— Раскрыть меня?</p>
    <p>— Да успокойся ты, — заметил я. — Так как ты являешься моим другом, то я возьму с тебя всего лишь пять ливров в час.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Не все так просто</p>
    </title>
    <p>Утром, наступившим после того, как Дьявол завладел волей Ее величества королевы, Мордайкен обнаружил во дворце на Броад-ин-Гхам большой переполох.</p>
    <p>— Ради всех демонов ада, что еще нужно от меня этой старой вертихвостке? — спросил барон, явясь по королевскому вызову.</p>
    <p>Мордайкен провел в великом волнении целый день и две ночи. После того как он высвободил Дьявола, его команда, столкнувшись с незначительными трудностями в последнем матче, заняла первое место в классификационной таблице, и барон уже видел в этом то, чего не принимали во внимание остальные: подходящий случай, оправдающий его новый статус в качестве первого министра ада или что-нибудь близкое. А пока, можно уже не сомневаться, они с Дьяволом возьмут бразды правления в Ньюдоне в свои руки, откроют двери низших миров и новое царство ужаса установится на длительное время.</p>
    <p>Единственная загвоздка была в том, что прошло почти два дня, а от Дьявола не было никаких известий. Неужели я допустил какую-то оплошность? — спрашивал сам себя Мордайкен. Неужели я пропустил тот момент, в который должен был взять инициативу в свои руки? Так как такая идея была слишком маловероятной, то она не слишком пугала его. А вот теперь прибежал посыльный королевы и сообщил, что барона срочно требуют во дворец. Как будто ему нечем больше заняться! Скоро, очень скоро жирная мегера узнает, что она больше уже не распоряжается Мордайкеном. О, как ему не терпится, чтобы этот день поскорее настал.</p>
    <p>Однако пока он еще должен подчиняться королевским приказам.</p>
    <p>И вот, пока над раскинувшимся Ньюдоном зарождался новый день, а тяжелые облака укрывали солнце, погрузив в полумрак старое кладбище и его мрачные древние памятники, Мордайкен приказал запрягать коней, а сам погрузился в раздумья. Как ему следует себя держать?</p>
    <p>Он продолжал об этом размышлять даже тогда, когда фиакр, запряженный четверкой чистокровных рысаков, укрытых черными попонами, украшенными его зловещим гербом (червь в яблоке, проткнутом кинжалом), остановился перед оградой головокружительного дворца на Броад-ин-Гхам. Вооруженный лакей предложил ему следовать за ним, и они быстро зашагали в королевские апартаменты, минуя бесконечную череду винтовых лестниц, потайных и подвесных переходов. Несомненно, придворные хотят произвести на меня впечатление. Глупцы, если бы они только знали!</p>
    <p>Наконец небольшой кортеж прибыл в одну из королевских приемных. Это была одна из самых высоких башен дворца, и вид из ее окон охватывал почти весь Ньюдон. Все здесь выглядело очень величественным. На стенах висели пестрые картины, на которых изображались вымышленные безумные баталии, огромный дубовый стол, используемый при банкетах, был завален разными сладостями, похожие на пауков канделябры полыхали огнем хрусталя, диваны сверкали шелковой обивкой, статуэтки казались величиной с огров. Даже королевский кот и тот был слишком большим, он лежал на кресле, спокойно мурлыкая, и вылизывал лапы.</p>
    <p>— Малютка, малютка, — проворковал Мордайкен и попробовал погладить его по головке.</p>
    <p>Животное ответило на это плевком.</p>
    <p>— Болван, — прошипел Мордайкен, — скоро ты, как и все, заходишь у меня на задних лапах.</p>
    <p>— Мсье?</p>
    <p>Мордайкен поднял голову.</p>
    <p>Лакей указывал на дверь, ведущую во внутренние покои:</p>
    <p>— Ее величество вас ожидает.</p>
    <p>Барон вздохнул и направился в комнату королевы. Закрыв за собой дверь, он застыл на месте и вытаращил глаза.</p>
    <p>Сидя на огромной кровати в форме раковины, Ее величество королева Астория, похоже была занята рассматриванием своих вывалившихся из корсажа грудей.</p>
    <p>— Огромные, — вздохнула она, с выражением на лице, которое было необычайно сладострастно и феноменально.</p>
    <p>— Ваше величество, — пробормотал явно сраженный этим зрелищем Мордайкен.</p>
    <p>— А, — сказала королева и подняла голову.</p>
    <p>Властительница слыла очень эксцентричной особой, но Мордайкен никогда не подозревал, что она может дойти до такого.</p>
    <p>— Ваше величество, ваш бюст…</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, титьки?</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Дыши глубже, придурок. Это я.</p>
    <p>— В… вы?</p>
    <p>— Я. Дьявол, посмотри.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>Мордайкен выдавил из себя улыбку.</p>
    <p>— Это тебя удивило?</p>
    <p>— Нет… Нет, хозяин.</p>
    <p>— Я говорю про мои титьки.</p>
    <p>— А-а-а. Ну да… Да, хозяин.</p>
    <p>— Хорошо.</p>
    <p>После того как королева Астория еще несколько минут внимательно изучала, ощупывала, взвешивала на руках и покусывала свою грудь, она решила перейти к делу.</p>
    <p>— Прекрасно, — сказала Ее величество. — Слушай, Мордайкен, ты ведь мой придворный астролог, не так ли?</p>
    <p>— Да, Ваше ве… одним словом, хозяин.</p>
    <p>— Нет, нет, все очень хорошо. Зови меня Ваше величество. Мне это нравится. Это привносит некоторую остроту. Да, да, веди себя так, словно я королева.</p>
    <p>— Как пожелаете, Ваше величество.</p>
    <p>— О, я восхищен! Восхищен! Ты прекрасный слуга, Мордайкен. Так, значит, ты мой астролог. Дела идут просто великолепно. А сейчас, милый мой слуга, скажи-ка мне, что именно говорят астралы?</p>
    <p>Барон положил пятерню на свой лысый череп.</p>
    <p>— Ну что же, Ваше величество, это не так-то просто, стоит в основном облачная погода, и нам придется немного подождать некоего проев…</p>
    <p>— Оставь, — перебила его королева, вставая с кровати. — Это всего лишь проформа. Я хочу знать, есть ли у тебя идеи о том, в какую сторону нам дальше следует действовать.</p>
    <p>— О-о-о.</p>
    <p>— Вот именно, «о-о-о». Я тебя предпочла в твоих снах, Мордайкен. По крайней мере мне известно, что тебе снится. Но это еще ничего не значит, — улыбнулась королева и тряхнула своей пышной шевелюрой. — Мы должны сдвинуться с мертвой точки.</p>
    <p>Она подошла к нему поближе, надменная, огромная как слон, одетая в короткую ночную рубашку из черного шелка… и повернулась к нему спиной.</p>
    <p>— Я чувствую, у меня что-то не в порядке со шнуровкой корсажа. Не можешь ли взглянуть, что там случилось?</p>
    <p>Глотая набежавшую слюну, барон поднял дрожащую руку.</p>
    <p>— Хорошо, — начала королева, в то время как ее астролог нервно расшнуровал ночную рубашку и начал все с самого начала.</p>
    <p>Начало…</p>
    <p>В запыленном архиве своих предков Мордайкен уже нашел следы тех незабываемых событий, относящихся к трагическим временам. Первое пришествие! Дьявол тогда взял в свои руки власть над Ньюдоном. Но он потерпел неудачу благодаря Трем Матерям.</p>
    <p>— Они из породы… Маленькой чумы, — брызгая слюной, выпалила королева.</p>
    <p>— Да, Ваше величество.</p>
    <p>Три Матери правили Ньюдоном и олицетворяли собой три главных принципа. Создатель (Природа), Связь (Магия) и Разрушение (Смерть). На самом деле никто не мог с уверенностью сказать, создали ли эти три существа Ньюдон и его обитателей или все произошло наоборот. Некоторые считали, что Три Матери просто являются мечтой Ньюдона, другие, более радикальные, считали, что они вообще никогда не существовали.</p>
    <p>— Однако, — заверила королева, — могу тебе с уверенностью сказать, что эти самые Матери действительно существуют!</p>
    <p>— О да, я знаю, Ваше величество, я знаю.</p>
    <p>Несомненно, он это знал: один из его предков даже приглашал к себе Смерть. Об этом даже есть наиболее славный эпизод в их семейной саге.</p>
    <p>— И всегда было так, — продолжала королева, — что Три Матери сражались с дьяволом и терпели поражение.</p>
    <p>— Трое против одного, — раздраженно закончила Ее величество. — Ты можешь себе это представить?</p>
    <p>— Возмутительно, — согласился барон, шмыгая носом и затягивая королевский корсаж.</p>
    <p>— Эй, полегче, лакей! Возмутительно, да. Именно это слово я и подыскивала.</p>
    <p>Чтобы лишить Дьявола тенденциозных амбиций и отбить у него желание открыть двери Ньюдона в ад, Три Матери замуровали его в склеп и конфисковали у него ключи от нижних миров.</p>
    <p>— Проделать такое со мной! — вздохнула королева.</p>
    <p>Мордайкен поднял взгляд к потолку. Он знал эту историю наизусть. Все некроманты ее знали. Нельзя ли теперь перейти к делу?</p>
    <p>— Но я не совсем понимаю, зачем ты настаиваешь, чтобы я тебе все это рассказывал, — неожиданно закончила Ее величество.</p>
    <p>— Потрясающе, — пробормотал барон.</p>
    <p>— Это относится не совсем ко мне. А сейчас слушай меня очень внимательно, — улыбнулась королева и склонилась к его уху. — Вот что нам надо сделать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>За работой</p>
    </title>
    <p>Сбоку от моей двери была сверкающая вывеска.</p>
    <cite>
     <p>Доктор Джон Мун</p>
     <p>Специалист по душевным болезням</p>
     <p>Собеседования и откровения с полной доверительностью</p>
     <p>Все виды проблем</p>
     <p>Двадцать ливров в час</p>
     <p>Звонить здесь</p>
    </cite>
    <p>И люди не замедлили воспользоваться звонком. В тот же вечер, как только вышло мое объявление, меня посетило четверо клиентов. Если бы я только ожидал такого! Так как у нас еще не все было готово, я посадил очень недовольную Пруди назначать время сеансов и всех людей направлял к ней. Отлично, я — гений, в этом нет никакого сомнения. Гений, да еще к тому же и мошенник. Но стоп! Раз уж люди готовы платить за то, что они рассказывают о своих проблемах, то что мне остается делать?</p>
    <p>Мое прошлое, в котором я был тренером в Квартеке, теперь казалось бесконечно далеким. Будьте уверены, что я избегал читать спортивный раздел в ежедневных газетах, и так догадываясь, что публика отпускает в мой адрес очень резкие замечания. Ты знаешь разницу между Джоном Муном и тренером? Бабах! Это продолжалось какое-то время, но потом само по себе и затихло. Так всегда и бывает.</p>
    <p>Во всяком случае, у меня теперь были другие заботы. С помощью Пруди я провел весь следующий вечер, переоборудуя мою гостиную в кабинет для приема клиентов. Для этого потребовалось несколько элементарных мероприятий. Подвинуть диван к стенке, купить ковер, убрать этот странный подсвечник, за который так цеплялась Катей (спасибо, есть чулан), передвинуть мой письменный стол, подобрать солидный костюм, надраить кафель и объяснить Глоину Мак-Коугху, что ему отныне запрещено разгуливать по дому в пижаме цвета зеленых яблок до самого полудня.</p>
    <p>На следующее утро я уже был готов принять своего первого клиента.</p>
    <p>Сидя за письменным столом, надев рубашку с откидным воротничком, галстук с большим узлом и брюки, которые были наиболее мне к лицу, я приладил монокль и три раза прочистил горло. Передо мной лежала открытая большая тетрадь в кожаном переплете. Я проверил прическу. Все прекрасно.</p>
    <p>— Приглашай, Пруди.</p>
    <p>Дверь открылась, и в нее вошла моя первая пациентка, человек.</p>
    <p>Я собрался было кое-что возразить, но она не дала мне опомниться.</p>
    <p>— Должна вас предупредить, что я такая же пациентка, как и все остальные, — поспешила сообщить она. — Вот ваши двадцать ливров.</p>
    <p>И бросила мне на стол две смятые банкноты.</p>
    <p>— Скандально высокие цены, — просвистела женщина. — Поздравлений не будет.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Куда можно сесть?</p>
    <p>Я кивнул в сторону дивана.</p>
    <p>— Вы не делаете своим пациентам никаких подсказок, — резко заметила она. — И только сегодня начали свою деятельность. Вы, что, принимаете меня за идиотку?</p>
    <p>Я отрицательно помотал головой.</p>
    <p>— Хорошо, — сказала женщина и разгладила полы своего измятого платья. — Я пришла, чтобы поговорить.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Мы будем говорить о печали матери молодого человека.</p>
    <p>— Что…</p>
    <p>— Очевидно, эта та тема, которую вам будет трудно понять. Мать, испытывающая привязанность к своему единственному сыну. Можете ли вы себе представить более жестокие мучения?</p>
    <p>— На самом деле…</p>
    <p>— Я много об этом думаю. Знаете ли вы, сколько времени мой <emphasis>единственный</emphasis> сын уже не навещал меня?</p>
    <p>— Т… три месяца?</p>
    <p>— Четыре месяца, две недели и пять дней, — заявила она тоном, не требующим ответа. — За это время я могла десять раз умереть, и он бы об этом даже не узнал. К тому же я не уверена, что он вообще обо мне заботится. Вы говорите — цветы?</p>
    <p>— Но я не…</p>
    <p>— Надеюсь, вы шутите. Он никогда не посылал мне цветов. Ни единого раза, за все пять лет с того момента, как уехал от меня. Письмо, открытка, просто сообщение, в котором бы говорилось, что он обо мне думает? Вы только послушайте.</p>
    <p>— Мама, я вас прошу…</p>
    <p>— Мама? Я не ослышалась: «мама»? Но тот, кто говорит «мама», должен быть «сыном», не так ли?</p>
    <p>Она с поджатыми губами огляделась по сторонам:</p>
    <p>— Но я не вижу здесь сына. А вы, вы видите?</p>
    <p>Я встал и схватил купюры.</p>
    <p>— Мама. Мне не нужны твои деньги. Это… Это моя работа, вот здесь, ты это понимаешь?</p>
    <p>Она в упор посмотрела на меня:</p>
    <p>— Не зовите меня «мама», маленькое неблагодарное существо. Я тебе не мать. Я такая же пациентка, как и все остальные, и я хочу, чтобы меня лечили, как это обещано в объявлении.</p>
    <p>Я снова сел за стол, вздохнул и обмакнул перо в чернильницу.</p>
    <p>Первая страница моей тетради была девственно чиста.</p>
    <p><emphasis>Мама.</emphasis></p>
    <p>Написал я и нахмурил брови. Я чувствовал на себе взгляд матери: безжалостный, полный тяжелых упреков.</p>
    <p>— Полагаю, это потерянное время не будет вычтено из общей платы, — вздохнула она. — Ради святой Троицы, кто обставлял эту гостиную?</p>
    <p>— Кто же, кроме меня? — ответил я и улыбнулся, чувствуя, что настал приятный момент.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Охота барона</p>
    </title>
    <p>Сидя на замшелой скамейке кладбища Верихайгейт (которое при дневном свете выглядело как и все прочие кладбища), Мордайкен в тени покрытой снегом ели кидал пригоршни крошек от пирожного содружеству черных воронов.</p>
    <p>Кар, выражали свой энтузиазм птицы. Кар, кар, кар.</p>
    <p>Так как в его венах не было ни капли крови гномов, барон был не способен понять то, что те пытались ему высказать. Однако зычный, мерцающий смысл их речи был совсем простой.</p>
    <p>Быстрее. Быстрее, быстрее, быстрее.</p>
    <p>— Малютки вы мои, малютки, — вздохнул барон и посмотрел на рассеивающиеся в небе облака.</p>
    <p>Если так будет продолжаться, то вполне возможно, что во второй половине дня настанет ясная погода. Клубы оставшегося тумана фильтровали свет и превращали его в лазурные полосы, позолоченные по краям, а очень легкий ветерок шептал беззаботные глупости.</p>
    <p>Внизу, вдали, насколько хватало глаз, простирался Ньюдон: бесконечный, мерцающий. Его изящные башенки поднимались к облакам, сады и леса сверкали белизной под зимним покровом.</p>
    <p>Барон Мордайкен нахмурил брови. Сейчас он выполнял задание.</p>
    <p>— Мне нужна троица, — объяснила ему королева. — Человек, гном и эльф. Ты должен найти их мне как можно быстрее.</p>
    <p>— Это будет не так уж тру…</p>
    <p>— Но! — перебило его Ее обильное величество, — эта троица должна отвечать <emphasis>трем</emphasis> вполне определенным условиям.</p>
    <p>Опа, подумал барон.</p>
    <p>— Понятно, — ответил он.</p>
    <p>Королева на каблуках развернулась к городу.</p>
    <p>— Это меня очень удивляет. А сейчас, запомни хорошенько все, что тебе будет сказано. Эта троица, которую я тебя прошу отыскать, должна быть полной противоположностью тем трем принципиальным элементам, которые олицетворяют Три Матери.</p>
    <p>Барон нахмурил брови.</p>
    <p>— Первый должен быть противоположен Природе. В нем не должно быть ничего напоминающего Природу. Я хочу получить насмешку над всеми законами природы, ты меня слышишь? Аномалию. Контрпример. Чем более он будет поразителен, тем лучше.</p>
    <p>Мордайкен кивнул:</p>
    <p>— Если я правильно понял, то это, скорее всего, будет карлик.</p>
    <p>— Да, именно карлик. Неоспоримо и определенно карлик. Но карлик, донельзя не соответствующий магии Природы. В каком-то смысле карлик только по названию.</p>
    <p>— Как по названию?</p>
    <p>— Это в переносном смысле. Хорошо. Второй должен точно так же быть не в ладах с искусством иллюзионизма. Очень плохой иллюзионист. Неисправимый. Чтобы он даже не мог вынуть кролика из своей шляпы. Ты следишь за мной?</p>
    <p>— Эльф?</p>
    <p>— Именно! Нулевой эльф.</p>
    <p>— Понял.</p>
    <p>— Эльф, про которого Мать Магия может сказать: хе, хе, хе, вот вам большие остроконечные уши, это мой народец, но как можно такое объяснить? Чего-то в нем не хватает, чего-то в нем ужасно недостает.</p>
    <p>— Но тем не менее это эльф.</p>
    <p>— Тем не менее эльф. А что касается третьей жертвы…</p>
    <p>— Жертвы? — переспросил барон.</p>
    <p>— Да, ну ладно, это просто такое выражение.</p>
    <p>— Ага.</p>
    <p>— Не смотри так на свою королеву, лакей. Я объясню тебе все, что ты должен знать, от а до я. Так на чем мы остановились? Ах да: что касается третьей жертвы, то это должен быть человек. Человек, неподатливый для Смерти.</p>
    <p>— Неподатливый?</p>
    <p>— Это есть в словаре.</p>
    <p>Мордайкен тупо посмотрел на нее круглыми глазами.</p>
    <p>— Человек, которого Смерть не хочет забирать, если тебе это понятней.</p>
    <p>— Которого не хочет взять Смерть… — задумчиво повторил барон. — Но как мне такого найти?</p>
    <p>— Не имею понятия. Прояви находчивость. Не знаю, воспользуйся хоть раз своим воображением.</p>
    <p>— М-м-м.</p>
    <p>— Они мне нужны как можно скорее.</p>
    <p>— М-м-м.</p>
    <p>— И как только ты их найдешь, то вот что надо будет сделать…</p>
    <p>Тут началась вторая часть плана.</p>
    <p>Барон Мордайкен вынул из кармана своего пальто небольшой пузырек и начал вертеть его и рассматривать в солнечных лучах. Внутри находилось нечто очаровательное. Это… Это напоминало то, что находится между звездами. Ни жидкость, ни твердое вещество, ни газ. Оно клубилось, мерцало и обещало вам то, что вы не могли даже представить. Оно говорило о бесконечности, и когда вы долго на это смотрели, то начинали испытывать какое-то странное, но невыразимо приятное ощущение. В который раз барон прочитал этикетку, написанную золотыми буквами.</p>
    <p>«Звездный ликер» — гласила надпись. Пузырек звездного ликера. Концентрат вселенной. Уменьшенная галактика, целые миры плавали в вечности…</p>
    <p>Когда королева дала ему этот флакон, то предупредила, что с ним надо обращаться очень бережно.</p>
    <p>— С большим удовольствием сообщаю тебе, — уточнила Ее величество, — что оно содержится совсем не так.</p>
    <p>А как «оно» находится?</p>
    <p>Но на этот вопрос Ее величество ответила молчанием.</p>
    <p>Мордайкен пожал плечами и удалился, прижимая к груди драгоценный флакончик, а ее инструкции были в достаточном порядке уложены в дрожащих шкафчиках его души.</p>
    <p>Он должен был налить содержимое флакончика в напиток выбранных жертв.</p>
    <p>— Как только это снадобье окажется там, где надо, — пообещала Ее величество, — то могу обещать тебе, они станут, уж я-то знаю, такими обидчивыми и тщеславными, что мне точно будет известно, куда направить их гнев. Когда это вещество достигнет цели и наши три смелые жертвы проглотят звездный ликер, у них в голове останется всего лишь одна идея: снадобье расплавит их. И еще до того как они поймут свою ошибку, все трое будут уже нашими пленниками.</p>
    <p>Барон в очередной раз покачал головой. Он так и не понял всего до конца, но вложил свое доверие в туманные объяснения своего хозяина. Задание не казалось ему слишком сложным: сделать так, чтобы три отобранные по нужным признакам жертвы выпили содержимое флакона и после этого ждать дальнейших событии. Как уверяла королева, Три Матери после этого не замедлят проявиться. Они завертятся в своем новом окружении как ошалевшие от удовольствия змеи. А затем… Затем до них начнет доходить: они не могут вырваться на свободу и не могут оттуда связаться с душой своего повелителя. Карлик, эльф и человек: три плохих ученика. Худшее, что только можно себе представить. Осадок, грязь, неоспоримое опьянение. Очевидно, что к этому моменту для них все уже будет потеряно.</p>
    <p>Мордайкен поднялся со скамейки. Его рука была засунута в карман пальто и крепко сжимала маленький пузырек со звездным ликером, который, возможно, в каком-то смысле низвергнет Ньюдон в ад. Все идет очень хорошо. Осталась небольшая трудность: у барона не было ни малейшего понятия, как ему найти эти три жертвы, требующиеся Ее величеству. Карлик, который не может разговаривать с растениями? Эльф, не способный проделать самый простой фокус? А в заключение, человек, «неподатливый» Смерти? Может быть, мне стоит сейчас все и начать, так как я рискую упустить удобный момент? — раздумывал барон.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Рабочая тетрадь доктора Муна — день первый</p>
    </title>
    <p><emphasis>Мама.</emphasis> Обычная болтовня.</p>
    <p><emphasis>Я</emphasis>. Но, мама, у тебя нет никаких проблем!</p>
    <p><emphasis>Она</emphasis>. Погоди. Будешь говорить, когда тебе скажут.</p>
    <p>Обсуждения вдовьей участи: знаешь ли ты, что это такое, когда ты вдова? Нет, ты этого не можешь знать.</p>
    <p>Ее артерии. Слишком долго живет.</p>
    <p>Купить масло для ламп.</p>
    <p>Размышления о моей прическе. «Настоящий позор». Мысли о том, что надо что-то сделать.</p>
    <p>Знаешь ли ты, что это такое, когда ты вдова? Это уже спрашивалось.</p>
    <p>Твой отец: он был таким замечательным человеком (ты г<strikethrough>оворишь: уч</strikethrough>т<strikethrough>ены ли в</strikethrough> эт<strikethrough>ом высказывании</strikethrough> ег<strikethrough>о ночные</strikethrough> п<strikethrough>ро</strikethrough><strikethrough>улки с</strikethrough> п<strikethrough>одр</strikethrough>у<strikethrough>жками по Болланд парку?</strikethrough>).</p>
    <p>Тра-та-та-та-тра-та-та.</p>
    <p>Купить помойное ведро.</p>
    <p>Жалоба на то, что я ее не слушаю. По мнению мамы, я ее никогда не слушаю. Джон, ты меня слушаешь? Джон? Джон? Джон? Джон? Джон? Джон? Джон? Джон?</p>
    <p>Твой отец был настоящим отбросом общества. Единственной его целью было унизить меня, и я очень довольна, что он мертв.</p>
    <p>Рыдания.</p>
    <p>Пруди зашла и вышла.</p>
    <p>Обсуждение Пруди.</p>
    <p>С кем я сплю. Ни с кем.</p>
    <p>Разочарование.</p>
    <p>Другие всевозможные темы.</p>
    <p>Может быть, мне надо поменять работу.</p>
    <p>Обдумываю варианты самоубийства. Повеситься, а почему бы и нет? Для этого я должен сделать скользящий узел. Почти как на галстуке, только немного радикально радикальней радикального. По моему разумению, результат должен быть достаточно летальным.</p>
    <p>Джон, ты меня слушаешь?</p>
    <p>Жизнь становится очень дорогой. Знаю ли я, сколько стоит фунт масла? К тому же способ отыскания свинины. Во всем Ньюдоне. К тому же молочного поросенка. Это чудовищно.</p>
    <p>Чудовищно, мама.</p>
    <p>Это то же самое.</p>
    <p>Ты меня слушаешь?</p>
    <p>Опять про свинину.</p>
    <p>Свиные щечки. Свинина, это так вкусно.</p>
    <p>Размышления о приближающейся смерти. Как выглядит тот свет?</p>
    <p>Жизнь. Смерть. Мечты.</p>
    <p>Джооооон?</p>
    <p>Пустая болтовня.</p>
    <p>Купить кашемировое пальто, ах, ах, ах.</p>
    <p>Час прошел.</p>
    <p>Предложенное лечение: больше отдыха.</p>
    <p>А растительный отвар?</p>
    <p>Если хочешь, мама.</p>
    <p><emphasis>Второй пациент.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Леонор Паллбрук.</emphasis></p>
    <p>Эльфесса, как я полагаю.</p>
    <p>Очаровательна.</p>
    <p>Основная проблема: ее забросил муж. Человек работает в системе финансов. Я уж не знаю, где он что-то перепродает. Союз смешанный, слишком плохо живут для двух семей. «У нас никогда не было детей». (Фраза, к которой она часто возвращалась.) Проблема <strikethrough>со</strikethrough>п<strikethrough>у</strikethrough>т<strikethrough>ствующая</strikethrough> основная: муж никогда не удовлетворяет ее до конца.</p>
    <p>Как давно это уже длится? Ответа нет (улыбка).</p>
    <p>Личность чрезвычайно соблазнительная.</p>
    <p>Видит странные сны.</p>
    <p>«Я знаю, что боюсь себя такой, какая я есть».</p>
    <p>Ответ на вопрос, что она хочет от наших сеансов.</p>
    <p>«Иногда мне хочется того, чем мы здесь и занимаемся. У меня такое ощущение, что я не могу ни на что повлиять. Ощущение, что я какая-то безделушка, второстепенный персонаж. Бесплатное приложение в каком-то смысле» Очень интересно.</p>
    <p>Ужасно соблазнительна.</p>
    <p>Спросил, есть ли у нее любовник. Ответ: «Может быть».</p>
    <p>Так да или нет? «Я еще не знаю».</p>
    <p>Я ей посоветовал завести любовника, если она этого еще не сделала.</p>
    <p>Улыбка. Она роняет носовой платок.</p>
    <p><emphasis>Я</emphasis>. Вы уронили свой платок.</p>
    <p>Дурак безмозглый!</p>
    <p>Обсуждение замечания о необходимом удовольствии.</p>
    <p>Подробное описание снов, но я на самом деле не слушаю.</p>
    <p>Пациентка смотрит на часы. Должна уходить: муж не знает, что она здесь.</p>
    <p><emphasis>Леонор</emphasis>. «Я без ума от нашего с вами разговора».</p>
    <p><emphasis>Джон Мун — кретин</emphasis>. «Для меня это тоже сплошное удовольствие».</p>
    <p><emphasis>Она</emphasis>. «О чем вы думаете?» АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЪЫЬЭЮЯ.</p>
    <p>Первый сеанс закончен.</p>
    <p>Мы договариваемся встретиться на следующей неделе (делаю запись).</p>
    <p><emphasis>Третий пациент.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Глоин Мак-Коугх.</emphasis></p>
    <p>Недовольно наблюдает, как Леонор проходит по приемной. Не может прекратить думать о Пруди. Одержим.</p>
    <p>Я предлагаю ему пройти в мою комнату и попробовать сосредоточиться на своих растениях. Предложение принято, но он настаивает на том, чтобы мне заплатить. Согласен. Спрашивает меня, могу ли я поговорить с Пруди. Говорю, что попробую (или посмотрю). Предложенное лечение: купить себе еще семян.</p>
    <p><emphasis>Четвертый пациент.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Крак’н. Гоблин.</emphasis></p>
    <p>Ужасно вонючий.</p>
    <p>Задумывается о запрете посещений гоблинам и прочим существам.</p>
    <p>Платит вперед. Думает о том, чтобы уладить данное недоразумение.</p>
    <p>«Жители квартала сбросились, чтобы оплатить ему этот визит».</p>
    <p>Очень неприятно улыбается. Постоянно этот запах. Несмотря на холод, я открываю окно. Облегчение не слишком велико.</p>
    <p>Хе, хе, хе, хе, хе, хе, хе (в течение пяти минут).</p>
    <p>Я спрашиваю его, в чем заключается проблема.</p>
    <p>«На самом деле я солгал. У меня нет друзей в нашем квартале. У меня нет квартала. Я сбежал из больницы Бетлхума и деньги нашел».</p>
    <p><emphasis>Я</emphasis>. Нашел?</p>
    <p><emphasis>Он</emphasis>. Хе, хе, хе, хе, хе.</p>
    <p><emphasis>Я.</emphasis> Вы кого-нибудь убили?</p>
    <p><emphasis>Он</emphasis>. Хе, хе, хе, хе, хе.</p>
    <p><emphasis>Я</emphasis>. Хорошо.</p>
    <p>Мы поменяли тему.</p>
    <p>Я спросил, как, по его мнению, можно ему помочь.</p>
    <p>«Хе, хе».</p>
    <p>У него в сапог засунут нож. Подумал о том, что надо бы обыскивать пациентов.</p>
    <p>Я позвонил, чтобы вызвать Пруди, и попросил ее обязательно проводить пациента до самого выхода. Он начал кричать: «Ваша ошибка в том, что вы считаете, что огры стоят на последнем месте, это ваша ошибка!» Вдвоем, а потом и с помощью Глоина, прибывшего на подмогу, мы сумели с ним справиться и вышвырнуть вон. Все соседи высыпали на улицу. Я отправил Пруди в больницу Бетлхума, чтобы их предупредить.</p>
    <p>Назначенное лечение:????</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Политическая новость</p>
    </title>
    <p>В тот день на вторую половину была назначена парламентская сессия. «Парламент, — как писал однажды один из журналистов — это старая машина, состоящая на одну треть из людей, на одну треть из эльфов и на одну треть из карликов, которая ублажает большую меренгу, обладающую правом вето». Это определение достаточно однобоко, статья так никогда и не была опубликована, но тем не менее здесь скрывается доля правды. Парламентариями являются знатные люди, которые очень красочно описывают свой титул, что относится даже к самой королеве. Большинство из них, похоже, вполне удовлетворены своим положением.</p>
    <p>К этому можно добавить только то, что Парламент находился в очень комфортабельном помещении, с рассеянным освещением, с огромными креслами, обитыми красным шелком, с небольшими рабочими столами из дикой вишни и с целой кучей услужливых секретарей, готовых записать вашу любую, даже пустяковую, мысль.</p>
    <p>Все политики в основном делились на два лагеря: консерваторов, которые считали, что все идет очень хорошо, и полагали бесполезным что-либо менять, и ультраконсерваторов, не только убежденных, что ничего нельзя менять, но и уверенных, что <emphasis>раньше</emphasis> все было намного лучше. Существовала еще очень небольшая группа опасных прогрессивистов — умеренные, которые мечтали покончить с монархией, аристократической элитой и слишком дорогими буфетами, но эта группа была настолько малочисленна, что большинство старых парламентариев даже не знало о ее существовании. Чтобы ничего не предпринимать, большинство из них тайно принадлежали к Всеведущей Федерации Освобождения Возможной Ирреальности и в своих выступлениях с трибун давали это понять.</p>
    <p>В общем, Парламент был очень приятным местом, если вы любите роскошь и душевный покой, бесконечные дискуссии и праздные выступления с трибун. Парламентарии в большинстве очень серьезно относились к своей роли.</p>
    <p>На пристроенной к зданию Парламента башне пробило два часа, пробило величественно, с медным звоном. С бархатным шорохом мантий и париков, триста парламентариев вошло в зал заседаний, держа в руках папки с бумагами. Для того чтобы поудобнее усесться, им потребовалось около десяти минут, и после этого сессия открылась.</p>
    <p>Объявили плотную повестку дня.</p>
    <p>Первым делом следовало обсудить безопасность подступов к арене Квартека: уже неоднократно вспыхивали стычки между болельщиками, особенно при игре с Блечапелем, при этом было разграблено множество витрин. Дело требовало немедленного решения. Карлик из числа консерваторов поднялся на трибуну и разъяснил свою точку зрения: зачинщики таких столкновений должны быть не только посажены в тюрьму, но в дополнение к этому и приговорены к принудительному труду. Предложение упало на благородную почву: министру индустрии нужны были рабочие руки для строительства нового моста через Монстр Тамсон.</p>
    <p>Ах да, тут еще присутствовали также и министры. Один для репрессий, один для сельского хозяйства, один для парков и садов, один для развлечений, один, о котором и говорили, для индустрии и последний для финансов. Министры назначались королевой, они корпели над партией власти и таким образом являлись консерваторами.</p>
    <p>Карлик удалился под аплодисменты зала, и его место занял эльф из числа ультра, предложивший не только приговаривать участников беспорядков к принудительному труду, но и подвергать их смертной казни, которую следует проводить на стадионах перед играми Квартека. Это заманчивое предложение было отклонено со ссылкой на какие-то туманные этические нормы.</p>
    <p>Тут же на трибуну поднялся один из умеренных и предложил программу, подводящую социальную базу под работы в интересах населения. После тщетных попыток объяснить суть этой программы он вынужден был покинуть зал под улюлюканье мнимого большинства. Ругаясь, умеренный взял свое пальто и направился прямиком к храму в Гаарлеме. Затем, словно потерявшись в думах, заметно задержался на паперти, после чего вынул из портфеля и надел маску кролика. «Мир всего лишь сцена», — пробормотал он. Но там его никто не видел и уж тем более не слышал.</p>
    <p>Предложение карлика приняли подавляющим большинством и тут же перешли к следующему вопросу: юбилею Ее величества. В этом году королеве должно было исполниться сорок лет, и Ее величество настаивала на том, чтобы народ был об этом хорошо проинформирован.</p>
    <p>Несколько ораторов поднялось на трибуны и предложило возможные программы празднования, включая выпуск разномастных голубей, гигантские буфеты в стиле барокко, концерты на Граймерси-сквер, поздравительные речи и регату на Монстре Тамсоне. Умеренные предложили амнистию трем заключенным в Блекайрон, но их слова потонули в возмущенных выкриках большинства. Вопрос не стоял о том, могут они или не могут освободить этих приговоренных, осужденных за такие тяжкие преступления, как, например, ограбление витрины, а в том, сколько потребуется жареных барашков на грандиозный юбилейный банкет, так как, по полученным данным, свинины в городе не осталось.</p>
    <p>Парламентарии были погружены в мучительное обсуждение этой проблемы, когда сама Ее величество, которая до этого момента держалась в темном уголке, поднялась на трибуну. Двое слуг из числа людей вынуждены были поддерживать ее, так как королеве было очень трудно подняться по ступенькам трибуны. Взобравшись наконец на трибуну, она сделала веселый жест в сторону зала, затем окинула собравшихся удовлетворенным взглядом. Ее величество была одета в огромное платье из красного крепа, в котором казалась великим любителем поесть. Она прочистила горло, и в зале стало так тихо, что можно было услышать, как пролетит муха.</p>
    <p>— Ну что ж, — начала королева, — как вам хорошо известно, я не люблю долгих размышлений.</p>
    <p>Все дружно закивали головами.</p>
    <p>— Я хочу сказать вам очень простую вещь. Вы сегодня здесь собрались для того, чтобы обсудить организацию праздника, и спрашиваете друг у друга, что лучше всего подойдет для моего юбилея. Но ни один из вас даже не задумался о том, что речь идет о моем юбилее, и ни один из вас не догадался спросить меня о том, что я бы хотела увидеть на этом празднике.</p>
    <p>Парламентарии вопросительно уставились на нее. Они не привыкли к таким заявлениям Ее величества. Все в великом волнении ожидали продолжения.</p>
    <p>— Все, что я этим хочу сказать, — продолжала Ее величество, — так это то, черт возьми, что это мой юбилей, так? Для начала я хочу, чтобы вы установили гигантскую статую.</p>
    <p>— Гигантскую? — переспросил кто-то.</p>
    <p>— Минимум в сто шагов.</p>
    <p>Все застыли в своих креслах, глаза у парламентариев начали расширяться.</p>
    <p>— Но статуя — всего лишь формальность, — заверила королева, — а вот что я именно хочу, так это…</p>
    <p>Ее величество задумчиво посмотрела на потолок большого зала, тот был пышно расписан небесно-голубым, пурпурно-красным и желтым с оттенками спелого зерна и золота.</p>
    <p>— Чтобы вы вырубили часть Колумбинского леса и чтобы на том месте могла бы расти трава, понимаете? Прекрасная, очень нежная травка. Ах да, и я хочу, чтобы мы все это покрыли золотой пудрой.</p>
    <p>Это последнее заявление вызвало гробовую тишину в зале. Ошеломленные члены парламента сидели с открытыми ртами и были не в состоянии даже реагировать. По прошествии некоторого времени какой-то человек из партии консерваторов нашел в себе силы, чтобы подняться.</p>
    <p>— Ваше величество, вы шутите, — медленно и членораздельно произнес он.</p>
    <p>— Что вы сказали? — переспросила королева.</p>
    <p>— Так, ничего.</p>
    <p>Мужчина тут же сел обратно и съежился в своем кресле. Ее величество одарило его взглядом, полным королевского гнева.</p>
    <p>— Знаете, кто вы такой? — поинтересовалась королева.</p>
    <p>Парламентер молча едва покачал головой.</p>
    <p>— Да вы насекомое. Уличный точильщик. Несчастная козявка, недоносок, лишенный амбиций и мечты.</p>
    <p>— Но, Ваше величество…</p>
    <p>— Молчать!</p>
    <p>Крик королевы отдался эхом в огромном зале, и это прозвучало как серия неудержимых предупреждений.</p>
    <p>— Так вот значит как, — заявила Ее величество, — насколько я это понимаю, ваш Королевский Властелин должен выпрашивать у вас подарок, так? Обычную любезность, простой небольшой знак внимания. И вот в ответ я натыкаюсь на бурные и бездушные возражения собственного парламента. Увы!</p>
    <p>К ее глазам явственно подступили слезы. Подавленная, с опущенными плечами, она оперлась руками о край трибуны и всем корпусом подалась навстречу ледяному молчанию аудитории.</p>
    <p>— Ваше величество, — начал возражать ультраконсервативный карлик, кандидат в самоубийцы, — дело не в том, что мы не хотим доставить вам удовольствие, наоборот: вы прекрасно знаете, как любит вас народ и насколько мы все, сидящие здесь, ценим вашу мудрость и, в конце концов, ваш динамизм, но… э-э-э…</p>
    <p>Королева подняла голову.</p>
    <p>— Считается, — закончил карлик, — Колумбинский лес является символом нашего города и хм в конце концов, вы знаете, что, более того (смелый оратор в отчаянии попытался найти поддержку у своих коллег, но те уткнулись в свои бумаги), такое просто невозможно осуществить физически, при всем желании.</p>
    <p>— Это еще почему, разрешите поинтересоваться?</p>
    <p>— Ох, — воскликнул карлик, стараясь выдавить улыбку, — я полагаю, что ваш, я хотел сказать <emphasis>знаю,</emphasis> ваш юбилей уже на носу, и не вижу, каким образом мы бы смогли… Во всяком случае, проект должен быть вынесен на голосование в этом высоком собрании, — объявил он, поворачиваясь к своим коллегам, которые демонстративно игнорировали его, — а для этого потребуется определенное время и даже, если допустить, что парламент ратифицирует этот…</p>
    <p>Он замолк на полуслове и сел на место, не ожидая вопросов.</p>
    <p>— Д-а-а-а! — простонала королева. — Золотой дождь на Колумбинский лес!</p>
    <p>Откуда-то из-под юбок она достала древний кусок бумаги и прочитала его, не скрывая улыбки.</p>
    <p>— Это очень старое положение, — пояснила Ее величество так, словно разговаривала с небольшой группой своих друзей, — но я прекрасно знаю, что он до сих пор не потерял силы. Положение 127- Б, внесенное в виде поправки в Третью Конституцию. Гм-гм. «В порядке организации празднований, имеющих отношение лично к Ее величеству, королева имеет право сама принимать все необходимые решения и немедленно ставить его на голосование для получения кредита доверия, чтобы не дать возможность объединиться недружелюбному большинству».</p>
    <p>Парламент выслушал это заявление с раскрытыми ртами.</p>
    <p>— Я понимаю, что некоторые из вас еще и не родились, когда эта поправка ставилась на голосование, но мне известна ваша приверженность к старине, а это ведь самая что ни на есть старина, не так ли? Очевидно, вы хотите принять меры, чтобы отменить мое решение и для этого объединить против меня недружелюбное большинство, но… но я об этом уже подумала. А разве такой ваш ход не дает мне возможности самой выйти из парламента? О, сейчас я думаю, что это самое подходящее. — Она сделала несколько шагов в сторону и приняла такое выражение лица, словно рассуждает сама с собой.</p>
    <p>— Ваше величество?</p>
    <p>Королева вернулась на трибуну.</p>
    <p>— Да, приверженцы парламентаризма. Так отдаете вы моему решению свои голоса, чтобы не дать возможность объединиться недружелюбному большинству и тем самым усложнить королевский замысел?</p>
    <p>— Ну как же, Ваше величество, мы принимаем это с удовольствием, — ответила она сама себе, проделав легкий реверанс.</p>
    <p>С покрасневшим от затраченных усилий лицом королева снова обратилась к парламентариям:</p>
    <p>— Очень забавно, не правда ли? Но один голос у меня уже есть, и я уверена, что другие члены этого великодушного собрания своими голосами поддержат мою точку зрения в данном вопросе. Вы же, конечно, не будете в данный момент препятствовать тем решениям, которые доставят мне удовольствие. Итак? Кто еще кроме меня самой готов предоставить мне свою безусловную поддержку?</p>
    <p>По рядам парламентариев прокатилась видимая волна сочувствия. Некоторые, правда, пытались призвать товарищей к тому, чтобы переголосовать решение о поправке 127-Б, но эти попытки оказались безрезультатными. Поднялась одна рука, потом еще одна, потом еще. И вот все руки дружно взметнулись в воздух.</p>
    <p>Королева наблюдала за этим с улыбкой. Поправка 127-Б была настоящим сокровищем. Чудесное изобретение, плод работы настоящих мыслителей. Ее величество была более чем удовлетворена.</p>
    <p>— Это <emphasis>мой</emphasis> юбилей, — повторяла она так, словно хотела себя в этом убедить.</p>
    <p>Но на первый взгляд все шло удачно.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Еще одна блестящая идея</p>
    </title>
    <p>Вечером второго дня моей работы, в то время когда мы с Глоином обсуждали на кухне последние события (включая постановление Парламента, личные дела, полное отсутствие свинины и чем это может обернуться), а за окном снова начал падать густой и тяжелый снег, в дверь позвонили.</p>
    <p>Пруди вопросительно посмотрела на меня. Мы никого не ждали, а время консультаций давно уже закончилось.</p>
    <p>— Ну ладно, нечего здесь высиживать, — вспылил я, когда посетитель напомнил о себе еще раз. — Идите и посмотрите, кто это такой.</p>
    <p>Пруди быстро исчезла, а я повернулся к карлику:</p>
    <p>— Так больше продолжаться не может.</p>
    <p>— Не может, — согласился он.</p>
    <p>— Когда ты собираешься с ней поговорить?</p>
    <p>Он хотел было что-то ответить, но у него на это не оказалось времени: из прихожей до нас донесся поток громких препирательств. Отчетливо прозвучали слова «Старый кашалот».</p>
    <p>— Это Ориель, — узнал я.</p>
    <p>Глоин спрятал в рукаве пучок лука-порея.</p>
    <p>— Потрясающе, — заявил он, правда, я так и не сумел понять, кому это было сказано, растению или эльфу.</p>
    <p>Мы вышли из кухни. Улыбающийся Ориель поприветствовал нас небрежным взмахом руки. Он был одет в длинное кашемировое пальто, отделанное мехом, точную копию того, что мне давно хотелось купить. Теперь я уже не был уверен, что хочу этого.</p>
    <p>— Благословенный затворник, старик Джон! — заявил эльф. — Ого, а это законченный разгильдяй Глоин!</p>
    <p>— Привет, Вауган, — мягко поздоровался карлик.</p>
    <p>— Ты сегодня без шляпы?</p>
    <p>— Это просто смешно. Да, да, уверяю тебя. Знаешь, мне даже наплевать, что я не сдал свой экзамен по магии. Завалил письменный экзамен, и меня вышибли.</p>
    <p>— А практические занятия? — спросил Глоин.</p>
    <p>— Я их не сдавал, завалил письменный экзамен, и до практики дело не дошло.</p>
    <p>— Понятно, — сказал я. — Значит, ты теперь начинаешь новую жизнь.</p>
    <p>— Как обычная крыса на свежесжатом поле, — вздохнул молодой эльф. — Но, как уже было сказано Пруди, я пришел спросить, действительно ли у меня есть талант.</p>
    <p>В данный момент это прозвучало как шутка.</p>
    <p>— А что по этому поводу думает твой отец?</p>
    <p>— Да ну его, этого старого скрягу. Он обещает лишить меня наследства или что-то в этом роде.</p>
    <p>— Великолепно!</p>
    <p>— Он этого не сделает. Я единственный сын.</p>
    <p>— М-м-м.</p>
    <p>— Но вот скажи мне, скажи! — воскликнул Вауган, так и подпрыгивая на месте. — Говорят, что и у тебя изменился ветер, так?</p>
    <p>— Они могут говорить, что им заблагорассудится.</p>
    <p>— Ох, ох! Вот она у тебя хорошая горничная. Эй, я немало о тебе всякого понаслушался. В пивных барах твое имя стало легендой. Но, в конце концов, есть люди, которые заключали пари, что ваш матч с Потрошителями закончится со счетом три — ноль, и должен тебе сказать, что в данном случае ты их…</p>
    <p>— Ориель?</p>
    <p>— Что еще?</p>
    <p>— Может, мы сменим тему разговора…</p>
    <p>— Ах да. Да, да, да, — несколько раз повторил он, — сменим тему, сменим тему, нет никаких проблем. Видишь ли, если быть честным, у меня вот тут (эльф указал пальцем на свою макушку) всевозможные темы для искренних разговоров, которые не требуют ни наук, ни самобичевания, пожалуйста, но как выбрать нужную? Может, для этого надо принять кружку пенистого пива, а? Как в старые добрые времена?</p>
    <p>— Куда-нибудь пойти?</p>
    <p>— Именно, старый филин. Несомненно, вместе с дорогим Глоином. Будет неплохо отметить мой проваленный экзамен по магии. И я обещаю вести себя с достоинством и рассудительностью, слышите?</p>
    <p>Мы его прекрасно слышали. Надо сказать, что он разговаривал довольно громко. Казалось очень даже возможным, что Ориель уже слегка навеселе.</p>
    <p>Я кинул взгляд в сторону Глоина, который в ответ только пожал плечами. Если вы хотите выйти на праведный путь, то на этого карлика рассчитывать не приходиться. Ба! Но есть один маленький нюанс, в связи с которым я не могу отправиться в пивной бар. Слишком слабый шанс, что люди меня не узнают или что они уже забыли про меня и перешли к обсуждению других событий. Я посмотрел на Ориеля — он ждал моего ответа с легким возбуждением, которое старался скрыть, затем посмотрел на Пруди, уже заранее зная, что она это мероприятие не одобрит. Ну и ладно, пусть идет к черту вместе со своей примитивной напускной стыдливостью и маленькими уроками морали. Мы имеем полное право хоть немножко поразвлечься, не так ли?</p>
    <p>Я прошел мимо собравшихся, схватил свое пальто и настежь открыл дверь. На улицу уже начал спускаться вечер и несколько гоблинов в форме муниципальных служащих с лопатами в руках расчищали Финнеган-роад от выпавшего снега. У меня было большое желание хорошо провести вечер. Сказать по правде, несколько пинт доброго пива, несколько идиотских куплетов и пара совершенно безграмотных собутыльников — это все, что мне требовалось.</p>
    <p>— Пошли, — сказал я, поворачиваясь к моим спутникам. — В «Муллиган» или куда-нибудь еще. Командование беру на себя.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>За ваше здоровье!</p>
    </title>
    <p>— Нет, нет, — я упрямо качал головой, — сказано же вам, что мне хочется умереть. Хочется умереть.</p>
    <p>Ваш покорный слуга стоял рядом с Ориелем, облокотившись о стойку бара, а Глоин взгромоздился на табурет и вливал в себя неограниченное количество пива, мы уже зашли далеко в болота и сидели в баре все втроем. И я хотел умереть.</p>
    <p>Для этого мне не требовалось много времени: после третьей кружки пива в памяти всплывали мои игроки и мучительные поражения, перенесенные нами. Наконец я вспомнил визит матери, ее скандальную склонность вторгаться в мое существование в самые критические моменты моей жизни и ощущение вины, которое она вызывает во мне при каждом своем посещении. И в заключение последние десять минут Ориель сидел, неотрывно уставив свой взор в симпатичного себе подобного малого, устроившегося в другом конце зала, который был занят тем, что рассказывал шутки (как я себе представил) и каждые две секунды проверял время по массивным золотым карманным часам.</p>
    <p>— Слушай, — сказал эльф, расправляясь с пятой кружкой пива, — мне совершенно ясно, почему Катей должна была раствориться в воздухе.</p>
    <p>Поставив на стойку свою кружку с пивом, я попытался одарить его гневным взглядом, но это оказалось не так-то просто, все начало изрядно покачиваться.</p>
    <p>— Ты… н… не забывайся, — предупредил я, представив себе мою Катей. Нагую или в одном только ожерелье из белых жемчужин, купленных по баснословной цене в «Шайни хеппи эльфе», изогнувшуюся аркой в порывистых объятиях своего несчастного придурка. Думающую, возможно, о нас, но не способную противостоять тому, кто шепчет ей в ухо что-нибудь вроде: у меня в кармане брюк достаточно денег, чтобы купить этот отель, хочешь? А может быть, они все еще друг с другом на «вы», да, эльфы часто так поступают, несчастные: «Разрешите мне представиться, дорогая? А как вы отнесетесь к предложению прямо сейчас опрокинуться на спинку, тем более что мое драгоценное и благородное семя…»</p>
    <p>Короче.</p>
    <p>Решено, я хочу умереть.</p>
    <p>Повсюду вокруг нас развлекались люди, осушая кружки с пивом, темным и светлым, черным и красным, и мне трудно было не обращать внимание на всех этих великолепных женщин с пышными, одинаково пенящимися прическами, которые обязательно отвернулись бы от меня в последующие года, но что это будут за года? Как только она узнает, что я настоящий Джон Винсент Мун, идеальный объект для развлечения, дипломированная и живая мишень для насмешек, то сразу начнутся подначки: итак, Мун, сколько же лет вы не выигрывали ни одного матча? А я на это: выигрывать? Что это такое? Ах да, да.</p>
    <p>В какое-то мгновение мне показалось, что в глубине зала мелькнула фигурка мальчика, мальчика в костюме поросенка из моего сна. Но нет, к этому моменту я был, наверное, уже совершенно пьян. И снова повернулся к моим двум собутыльникам. Для того чтобы поднять мне дух, они теперь принялись рассказывать о своих настоящих несчастьях.</p>
    <p>Глоин в этом усердствовал от всей души:</p>
    <p>— Вчера я вернулся к себе, хотел полить тюльпаны и тут обнаружил, что все они мертвы. На самом деле цветы не были так уж мертвы в полном смысле этого слова. Они просто стали черными. И тогда я… я попробовал поговорить с их вождем, самым большим, попытался объяснить ему, что люблю их, понимаешь? И все, что я понял из его ответа, было нечто вроде «тр-р-р».</p>
    <p>— Тр-р-р?</p>
    <p>— Ну, может быть, «бр-р-р». Не знаю. Ох, у меня в саду еще есть карликовая ель, которая начала гнуться к земле.</p>
    <p>— Она хочет вернуться в землю, — заметил я.</p>
    <p>— Нехорошо так говорить, — ответил Глоин.</p>
    <p>— Ох, ты меня совсем утомил, — простонал Ориель, наклоняясь, чтобы мы лучше его услышали, так как нас теперь окружал адский грохот «Муллигана», — и потом, кому интересны эти твои истории про растения? Хочешь услышать про настоящее несчастье? Хочешь услышать историю… ик… жагубленной зизни, полностью загубленной, такой жизни, лучше которой я ничего еще и не знал.</p>
    <p>— Э-э-э… ну, — сказал Глоин, который в этот вечер был самым трезвым из нас троих.</p>
    <p>— Так вот, — начал эльф и поднял свою кружку, — я… Эй!</p>
    <p>Он с негодованием повернулся к здоровому мужчине, который, проходя, толкнул его, огромный мужчина в темном пальто, высокой шляпе и с черными усами.</p>
    <p>— Вас не очень огорчит, если я верну вам тот удар под ребра, который вы нанесли мне, когда я пытался объяснить своим друзьям? — Ориель повернулся к нам со страшной улыбкой на лице. — И почему я являюсь самым поганым иллюзионистом, которого только носила эта земля?</p>
    <p>— Извините меня, пожалуйста, — ответил мужчина, посмотрев на нас. — Я вовсе не хотел…</p>
    <p>— Не надо, не надо мне ваших ля-ля-ля. Идите дальше, освободите поскорее проход.</p>
    <p>Он в свою очередь толкнул мужчину, ведущего на поводке дракона, и тут мы стали свидетелями забавного события.</p>
    <p>— Разрешите, я закажу выпить?</p>
    <p>— Что? — воскликнул пораженный эльф.</p>
    <p>Через несколько секунд Ориель начал рассказывать свою историю, сидя перед подносом с четырьмя кружками, огромными, каждая вместимостью в две пинты, наполненными пенистым ароматным пивом, за которыми наш новый друг, а при подобных обстоятельствах кто угодно может очень быстро превратиться в друга, специально сходил на другой конец стойки.</p>
    <p>— Смертельное пойло, — объявил здоровенный мсье в шляпе, ставя поднос на стол. — Из особой бочки. Вы должны рассказать мне новости. Тем самым я получу прощение за то, что прервал ваш разговор.</p>
    <p>Ориель воодушевленно хлопнул его по плечу и продолжил свою историю. Час спустя мы все еще сидели в этом баре. Мое желание распроститься с жизнью так ни на минуту и не покидало меня, даже наоборот, стало еще сильнее. Эльф с повышенным пафосом закончил рассказывать свою историю, и это напомнило мне о моих собственных неудачах и огорчениях. Глоин на одно мгновение прервал его рассказ, вывалив на нас информацию о шпажнике, протянувшем целых полдня.</p>
    <p>— И еще, — добавил он, — это потому, что я воспользовался некоторыми приемами выращивания!</p>
    <p>Здоровый мужчина в шляпе и с усами восторженно слушал. Очевидно, наши истории его очень заинтересовали, так как под конец определенного периода, за который мы уже успели заказать еще по три круга обычного светлого пива, он объявил, что оплатит очередной круг. Мы уже слишком утомились за этот вечер и были изрядно пьяны, поэтому даже не подумали о том, чтобы отговорить его от этого. Ориель сидел, любовно обняв мужчину за плечи.</p>
    <p>— Ты один из тех, кто совершает в этом мире замечательные вещи, — восторженно объявил он, подняв глаза к потолку. — И среди всей нашей чепухи твоя мысль отличается здравым смыслом.</p>
    <p>— Очень приятно, — ответил наш новый знакомый и поднял свою кружку, в то время как некоторые из посетителей бара наслаждались старыми гвардейскими песнями. — Так за кого пьем?</p>
    <p>— За меня, — быстро заявил Ориель, словно кто-то мог опередить его с другим предложением. — Да, за меня, потому что временами я бываю настоящим поэтом.</p>
    <p>— Я это заметил, — согласился мужчина с усами. — Отлично, за ваше здоровье!</p>
    <p>Мы все подняли свои кружки, чтобы чокнуться.</p>
    <p>И в этот самый момент я почувствовал, что кто-то царапает мое колено, посмотрел вниз и тут же увидел, что это маленький золотистый дракон.</p>
    <p>— Эй, что ты там… чего тебе надо, а?</p>
    <p>После этого я снова присоединился к общей компании.</p>
    <p>— За ваше здоровье, мсье Мун! — поднял тост мужчина в шляпе. — Значит, так оно и есть, вы проживаете на Финнеган-роад?</p>
    <p>— Ага, — промычал Ориель, одновременно подмигивая мне, — мы все у него обитаем, потому что это наш полн… и наилучший… ик… бочонок, уж вы мне поверьте, мсье в тюрбане или как вас там еще называть. Ха, ха. Погодите, впрочем, все погодите, потому что использовать в подобных обстоятельствах… Ух, а почему вы не желаете снять эту идиотскую шляпу, хотел бы я знать. Ха, ха.</p>
    <p>Он попробовал стянуть с мужчины шляпу, но тот быстро и резко отреагировал, и бедняга Вауган вместо этого задел рукой меня.</p>
    <p>— Опа! — удивился он своей ошибке. — Ха, ха… ик!</p>
    <p>— Урод! — высказался я, заметив, что добрая часть содержимого моей кружки оказалась на полу.</p>
    <p>Но похоже, что, кроме дракона, все еще сидевшего около моих ног, никто не обращал внимания на мое присутствие, даже Глоин, который на данный момент, уставившись в меню, громко описывал довольно интимные анатомические подробности Пруди Халлиенн. Я допил остатки своего пива («Смертельное пойло, которое предоставит вам право на прямую дорогу в ад» — говорилось в рекламе, которая была мне хорошо видна) и дернул моего друга карлика за полу куртки.</p>
    <p>— Ты неисправимый лжец, — сказал я ему.</p>
    <p>Он заехал мне в грудь кулаком.</p>
    <p>— Эй, прекратите! — воскликнул мужчина в высокой шляпе, когда Глоин от моего толчка повис на стойке бара.</p>
    <p>— Не вмешивайся в это, — предупредил его Ориель, на треть осушая свою кружку с пивом.</p>
    <p>— Ты забыл, что лакаешь белые ланиты! — воскликнул карлик и начал озираться в поисках собственной кружки, при этом его ноги болтались в воздухе.</p>
    <p>Кто-то отдал ему свою кружку. Он поблагодарил и уставился мне прямо в глаза. Внезапно я почувствовал себя несколько неловко и опустил взгляд. Лакать белые ланиты?</p>
    <p>— Ты мое любимое дерево… э-э-э… друг, — пробормотал карлик и вытер рукавом покрытую коричневой пеной бороду.</p>
    <p>— Ты тоже мой лучший друг, несчастная кроха.</p>
    <p>— А я? — поинтересовался у нас за спиной Ориель.</p>
    <p>У моих ног теперь совершенно неподвижно растянулся золотистый дракон. Можно было подумать, что он находится в глубоком раздумье.</p>
    <p>— Вы все мои лучшие друзья, — заорал я во всю силу своих легких. — И я не люблю белые ланиты, доношу до вас эту важную… ик… очень важную информацию!</p>
    <p>Дракон вздрогнул.</p>
    <p>— Мне нравятся все ланиты, которые… коричневые. Надо возвращаться, — прошептал я Глоину. — И ты должен сделать с ней то, что и положено, с этой маленькой потаскушкой. Я буду вести себя как… э-э-э… сторожевой пес.</p>
    <p>Кружки со звоном сталкивались и опустошались. Я почувствовал, как рука Ориеля крепко обхватила меня, и начал подниматься. Дракон куда-то исчез, и больше не было видно нашего друга с усами, он явно оказался самой изысканной личностью, какую когда-либо заключало в себе чрево Ньюдона, плотное и нежное, бархатистое и такое приятное на ощупь, я… ик.</p>
    <p>А потом кто-то устроил настоящее празднование, и весь бар запел разухабистые песенки.</p>
    <p>И было совершенно не важно, собираюсь я умереть или нет, безразличен момент, когда мне удастся покинуть эту землю.</p>
    <p>— Смертельного пойла! — громко крикнул голос из толпы, который долетел и до нас.</p>
    <p>И я повернул назад. Забрался на стул около стойки бара и начал всем объяснять, почему мы должны выиграть чемпионат и почему Катей должна вернуться. Кто-то сунул мне в руки кружку с пинтой бархатистого пива.</p>
    <p>Мир начал качаться.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Не всегда все так просто</p>
    </title>
    <p>Когда я открыл глаза, то обнаружил, что нахожусь в кровати, у себя дома. Какой-то доброй душе пришла блестящая идея оттащить сюда мое бесчувственное тело. Только вот у меня в голове находились какие-то металлические шарики, которые перекатывались в черепе при каждом движении, о, на самом деле это оказались вовсе не такие уж маленькие гладкие шарики, нет: скорее скрипучие, насмешливые, усыпанные колючками шарики, которые пытались зацепиться за любую неровность поверхности.</p>
    <p>— О-о-о-о-о, — простонал я.</p>
    <p>Часов в комнате не имелось, но, судя по свету, пробивающемуся сквозь оконные занавески, день был уже в самом разгаре. Дверь кто-то оставил приоткрытой. Я попробовал хотя бы потянуться, но ощутил такую острую и пронзительную боль, что эта попытка оказалась просто смешной.</p>
    <p>— Ум… — вырвалось у меня.</p>
    <p>Я хотел сказать «умираю», но это плохо получилось. Господи, до чего же ужасная жажда! Какой-то шутник для смеха за ночь приклеил мой язык к нёбу. Я спустил обе ноги с кровати, открыл настежь дверь и пошел в ванную.</p>
    <p>Навстречу мне, как хищная птица из засады на свою жертву, засеменила Пруди. Я бросил в ее сторону взгляд, основной смысл которого можно было выразить фразой: ради всего святого, что у тебя есть, оставь меня, пожалуйста, в покое, но она прочитала в моих глазах что-то совершенно иное и заговорила:</p>
    <p>— Ваши два первых пациента уже прибыли, мсье Мун.</p>
    <p>Пациенты? Будь я проклят.</p>
    <p>— Я попросила их подождать в гостиной, но они уже начали проявлять нетерпение.</p>
    <p>— М-м-м.</p>
    <p>— Вы не можете появиться там в таком виде, мсье Мун. Вам по крайней мере надо умыться. Клянусь святой кровью Трех Матерей! И надо же было довести себя до такого вида!</p>
    <p>Я показал ей знаком, что хочу стакан воды. Она повернулась к буфету, и я, как это ни смешно, совершенно случайно заметил, что там уже стоит стакан с водой. И тут же обратил внимание, что наполненные стаканы расставлены по всему дому. Пруди очень предусмотрительная гномесса.</p>
    <p>— Кто меня привел? — спросил я, как только смог более или менее членораздельно выговаривать слова.</p>
    <p>— Мсье Ориель.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— Он также привел и Глои… мсье Мак-Коугха.</p>
    <p>— Понятно.</p>
    <p>— И он привел еще одного… еще одну личность.</p>
    <p>— Правда? И что это… что это за личность? — спросил я, не меняя тона.</p>
    <p>— Это очень плохая компания. Насколько я поняла, какой-то молодой эльф. К тому же очень плохо воспитанный.</p>
    <p>— Согласен, — заметил я, входя в ванну, — очень плохо воспитанный.</p>
    <p>— И в довершении всего он нехорошо себя ведет, мсье Мун.</p>
    <p>— О, Пруди, умоляю. Ну что значит — нехорошо себя ведет?</p>
    <p>— Во многих отношениях плохо.</p>
    <p>Я слегка окатил лицо холодной водой. Проклятый Ориель. По крайней мере, это тот экзамен, который, можно считать, ему все же удалось сдать.</p>
    <p>— В-во сколько этот чертов Ориель отсюда ушел?</p>
    <p>— В том-то вся и проблема, мсье Мун: он не уходил.</p>
    <p>Острая, пронзительная боль расколола мне череп.</p>
    <p>— Что вы сказали?</p>
    <p>— Он спит в вашей комнате, мсье Мун. Вместе со своим другом.</p>
    <p>— А Глоин?</p>
    <p>— Мсье Мак-Коугх ночевал в гостиной, но я его разбудила, пока еще не пришли ваши пациенты.</p>
    <p>— И где этот карлик сейчас?</p>
    <p>— Ушел, — тихо ответила Пруди. — Я толком не знаю, куда он пошел.</p>
    <p>— Великолепно, — бодро заявил я, вытирая лоб льняным полотенцем. — Ну ладно. Пруди, вы имеете хоть какое-то представление о том, что за пациенты ожидают меня?</p>
    <p>— О, там довольно старый и ворчливый, но очень хорошо одетый карлик. А еще девица эльф, которая уже была у нас позавчера.</p>
    <p>Леонор Паллбрук. У меня в груди застучало сердце.</p>
    <p>— Ну… э-э-э… ладно, — сказал я, стараясь проглотить набежавшую слюну. — И, это самое, она уже давно, так сказать, ожидает?</p>
    <p>— Целый час.</p>
    <p>— Святые угодники.</p>
    <p>— Она по-настоящему элегантна, эта девица, — жеманно сказала моя горничная, готовая сосватать меня за первую попавшуюся аристократку.</p>
    <p>— Ага, — согласился я, — но моя пациентка уже замужем.</p>
    <p>— Правда? Она сказала мне совсем другое.</p>
    <p>День начинался как долгий вялый сон. Хотя есть и приятные события, такие, например, как предстоящий сеанс с Леонор и обещание, что мы с ней снова встретимся, как можно скорее.</p>
    <p>— От вас пахнет спиртным, — пробормотала она, нежно прижимая свои потрескавшиеся губы к моим. — Вам надо следить за собой.</p>
    <p>Девушка была прекрасна, прекрасна и действительно была замужем, она очень сожалела об этом, но разумно предположила, что Пруди лучше ничего не знать.</p>
    <p>— Ваша горничная, — объяснила она, — очень заботится о вас.</p>
    <p>Леонор — просвет во время бури. Луч солнца, пробившийся сквозь облака. Распускающийся цветок посреди пустыни. Глядя, как она уходит, такая прелестная в своем хлопковом платьице и жакете с двойной складкой, я сам себе заметил, что у меня определенно есть много шансов.</p>
    <p>Несмотря на продолжающуюся головную боль, мне удалось вернуться к своему письменному столу, даже насвистывая какой-то мотивчик.</p>
    <p>Карлик, которого я наконец-таки принял, был раздражен долгим вынужденным ожиданием моего появления, и я так толком и не сумел понять, что именно заставило его прийти ко мне. Вне всякого сомнения, этому пациенту нужен был кто-то для того, чтобы сорвать свой гнев. Я, по всей видимости, очень хорошо подходил. Его супруга промотала деньги, предназначенные для домашнего хозяйства. Он ни на минуту не сомневался, что она его обманывает. Женщины все такие, сами, наверное, знаете.</p>
    <p>Я попытался улыбнуться.</p>
    <p>После этого на свет всплыли все их предыдущие стычки и размолвки, причем это было преподнесено так, что не требовало никакого совета, ну, сами понимаете. В завершение вообще пошли жалобы на общее положение вещей. Так как консерваторы пробрались в Парламент, а ультра потеряли там свое большинство, Ньюдон, поверьте уж мне, превратится в настоящие руины, и не надо будет слишком долго ждать того, что эти банды молодых гоблинов подожгут его и зальют кровью.</p>
    <p>— Более страшной картины нарисовать нельзя, — согласился я.</p>
    <p>Нельзя, да? Он поднялся, чтобы взять сумочку, которую положил перед этим на стул, и достал оттуда демонический пистолет, фирмы «Эшнер и сын», с ручкой, отделанной слоновой костью, очень впечатляющая модель.</p>
    <p>— Эй, эй! — осторожно предупредил я, стараясь держаться так, чтобы эта машина была направлена не в мою сторону.</p>
    <p>Демонический пистолет было многоразовое оружие, но стоило сумасшедшие деньги. Как только вы нажимаете на курок, то высвобождаете маленького боевого демона, который бросается на грудь вашего противника и пытается вырвать у него сердце. У меня не было ни малейшего желания, чтобы этот карлик продемонстрировал мне действие этого оружия.</p>
    <p>— Это единственная штука, которую вы, люди, сумели сделать на должном уровне, — объявил он. — Вот это магическое оружие.</p>
    <p>— Что вы этим хотите сказать? — спросил я и водрузил свой монокль.</p>
    <p>— Люди — мастеровые, а не настоящие волшебники. Вы можете изготовлять предметы, но у вас нет ни грамма того таланта, которым обладает наша раса или эльфы, вы — подражатели.</p>
    <p>— Должно быть какое-то равновесие, — возразил я, стараясь сдержаться, — если бы нас не существовало, от всех ваших талантов тоже было бы немного пользы.</p>
    <p>— Ерунда. Вы сами-то понимаете, что сказали?</p>
    <p>Я смело кивнул головой.</p>
    <p>На самом деле нет, но у меня не было ни малейшего желания втягиваться в пустые разговоры. Было совершенно ясно, что мы что-то не учли, что-то относящееся к нам, людям. То, что нам никогда точно не удавалось понять; не то, чем люди заслужили такое доброе к себе отношение, а что-то лежащее полностью в области магии, и тут следовало признаться, что мы на многое не способны. Наша Мать для нас была Смертью. Увы. Но, с другой стороны, человек, по крайней мере, не трех футов ростом.</p>
    <p>Короче.</p>
    <p>Карлик в течение двадцати минут пытался объяснить, почему мы являемся низшей расой, а мне потребовалось почти в два раза больше времени, чтобы объяснить ему, почему он должен заплатить. Я с облегчением проследил, как он удалился.</p>
    <p>Около часа у меня был легкий перекус: немного сухих фруктов, бисквитов с сыром и чай. После этого я почувствовал себя лучше, авангард моей головной боли отступил, что привело в уныние остальные войска. Вауган Ориель и его новое завоевание появились из комнаты уже далеко за полдень. Молодая девица, подцепленная им, имела довольно умный вид, в особенности внешне. Увидев ее, я вспомнил, что она перешла к нам из небольшой группы, которую мы встретили в «Муллигане», одуревшая компания, напускающая на себя вид «я с тобой уже встречался», что так хорошо получалось у Катей. В какой-то момент я представил Катей в постели с Ориелем, ее изящные ножки торчат из-под одеяла. Нет, мое самочувствие все еще оставляет желать лучшего. Я извинился перед этими двумя голубками и удалился в ванну, где мне вывернуло наизнанку желудок.</p>
    <p>Вауган ушел, не дождавшись моего возвращения, его завоевание тоже.</p>
    <p>— Ориель совершил магическое действо, — объявила Пруди.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Уверяю вас. И главное, вполне успешное. Заставил исчезнуть своего друга.</p>
    <p>Я рухнул на диван в гостиной.</p>
    <p>— Вы, как говорится, его переоцениваете.</p>
    <p>— Он совершенно не подходит для подружки Ориеля, — просто заявила горничная.</p>
    <p>— Он не подходит для подружки Ориеля, — повторил за ней я.</p>
    <p>От Глоина мы так и не получили никаких новостей, карлик, несомненно, вернулся к себе. Вздохнув, я краем глаза заметил «Утро волшебника», которое купила Пруди и положила на мой письменный стол, а у меня пока не было времени просмотреть его. Заголовок передовицы был довольно резким.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«Не сошла ли с ума Ее величество?»</p>
    </title>
    <p>В статье рассказывалось о той идее, которая пришла в голову королеве по поводу празднования ее юбилея. Она просто-напросто хотела…</p>
    <p>— Ради всех Трех Матерей, — воскликнул я, обращаясь к Пруди, — думаете, это шутка?</p>
    <p>— Вы про тот ужас, который она хочет совершить над Колумбинским лесом? Не знаю. У нее был вполне серьезный вид.</p>
    <p>— Совершенно повернутый, хотите сказать! Тут говорится, что работы по вырубке Колумбинского леса начнутся сегодня утром. Понимаете, Пруди?</p>
    <p>— Ох.</p>
    <p>— Что «ох»?</p>
    <p>— Вы не должны так говорить о Ее величестве, мсье Мун.</p>
    <p>— Почему же не должен? Да это просто старая коза. Нет, скорее, старая корова. Корова, точно… монументально. Да ее надо показывать в музее, в клетке, понятно?</p>
    <p>Щеки Пруди стали напоминать пионы. Моя горничная искренне и глубоко уважала Ее величество — результат слишком консервативного воспитания, чувство любви и ответственности, уважение прошлого и все такое прочее.</p>
    <p>— Понятия не имею, как только ей могло прийти в голову вырубить часть Колумбинского леса, — возмутился я, вставая, — Клянусь святой кровью Трех Матерей, надо сходить взглянуть на это.</p>
    <p>Я взял пальто и направился к двери.</p>
    <p>Пруди засеменила вслед, держа в руках мои перчатки и шляпу.</p>
    <p>— И что вы хотите, чтобы я с этим делал? — Мой палец указал на шляпу.</p>
    <p>— Я думала… Так как на улице совсем не жарко…</p>
    <p>— Фьють!</p>
    <p>— Ну, возьмите хотя бы перчатки.</p>
    <p>— Ладно.</p>
    <p>Я вышел на улицу. Она закрыла за мной дверь.</p>
    <p>Мне пришло в голову прогуляться по опушке Колумбинского леса, чтобы хоть немножечко прийти в себя. Неужели королева действительно начнет эти работы? Такое казалось невозможным. Я подумал о феях, обитавших в старом лесу. Обо всех их шествиях в сопровождении светлячков и леших, которые проживают под сенью деревьев и чей хрустальный смех намекает на берега невидимых рек. Совершенно определенно, люди не могут совершить подобного преступления — влюбленные Ньюдона, близлежащие жители, которые каждый день прогуливаются вдоль высокой ограды, скользя взглядом по тенистой зеленой листве, — неужели они допустят, чтобы все это исчезло навсегда? Таинственные заросли, мирное переплетение ветвей вековых деревьев, покрытых снегом, тишина, легкие шаги маленьких человечков… Этот лес, он же из тех редких вещей в этом мире, которые стоят хоть каких-то трудов.</p>
    <p>От меня до Колумбинского леса довольно недалеко, но пройти даже небольшое расстояние, предаваясь размышлениям, оказалось совсем не просто. Я свернул на маленькие, мокрые и пустынные улочки, но все их занесло снегом и пробираться по ним было почти невозможно. Тогда я повернул на широкие главные улицы города, полные дам, эльфов и карликов, ботаников, фермеров подземных шампиньонов или рабочих по уходу за деревьями, богатых финансистов, которые бежали за… ба… да про них самих-то даже забыли, своими ценными служащими, прижатыми к земле высокими черными шляпами, и уличных артистов, гоблинов, терявшихся в серых тонах, и нищих огров, с глупыми улыбками несущих свои обрубки.</p>
    <p>Как ни странно, вспомнилась Катей. Когда мы расстались, то именно в Колумбинском лесу она и оказалась потеряна для меня, исчезнув под сенью темных деревьев, и я иногда представляю себе, что лес тем или иным способом похитил ее. Если это так, то я не хочу забирать Катей оттуда. Действительно не хочу. Почему же получается, что в мою голову постоянно лезут мысли о ней? И почему теперь мне кажется, что поцелуй Леонор был лишен внутренней сущности? А ведь тогда я чувствовал, что она вложила в него всю свою душу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Колумбинский пес</p>
    </title>
    <p>Во второй половине дня на город опустилось изнеможение. Время от времени в тишине, где под облаками темными пятнами проплывали вороны, были слышны бронзовые слова отдельных колоколов. На улице все еще держался снег, он покрывал большими пятнами тротуары, на его фоне, словно нарисованные углем, выделялись хрупкие ветви деревьев.</p>
    <p>Я подошел к Колумбинскому лесу. Перед входом собралась огромная переговаривающаяся толпа. Облаченные в каски полицейские огры устроили заслон, оттесняя любопытных от входа в парк. За оградой парка можно было разглядеть многочисленные машины с колесиками и хоботами, как у монстров из кошмарного сна. Статуя Профана Гайоскина, покойного мужа королевы, казалось, наблюдала за всем этим с какой-то недоверчивой отстраненностью.</p>
    <p>Далее, на берегах реки Змей, начали падать огромные ивы, обессиленные гиганты стонали, и картина их смерти была очень печальной. Я этого не видел, но так рассказывали люди. От них исходило какое-то волнение, во взорах чувствовалась некоторая грусть. Все это было очень трудно понять, но еще тяжелее стало, когда к реке, туда, где лес оставил место для кустарника, направились тяжелые паровые машины, внутренности которых были заполнены магической жидкостью, с длинными пушками, выплевывающими дождь, состоящий из мельчайшей золотистой пыли.</p>
    <p>У всех перехватило дыхание.</p>
    <p>Брюзжание, возмущенные протесты, целый спектр чувств: сожаление, гнев, отчаяние, непонимание — вихрем закружились в головах, некоторые зрители даже, казалось, были готовы ринуться вперед, но… Но я знал, что они ничего не сделают из-за охраны огров со свирепым оскалом, неподвижных, бесстрастных, крепко держащих под мышкой готовые мушкеты. Я знал, что они ничего не сделают, так как никогда еще не отваживались противоречить своей королеве, тем более сейчас, да еще и в данной ситуации, когда что-то предпринимать уже поздно. Они ничего не сделают, думал я, потому что где-то в глубине души им очень любопытно узнать, к чему же все это приведет.</p>
    <p>Вторгнувшиеся в лес оскорбительные железяки своим безумным стуком спугнули мириады фей, которые бросились, подобрав крылышки, искать себе более спокойное убежище; они выскакивали из глубины своих норок, их огромные глаза были наполнены ужасом; и светлячки подвывали от страха перед золотым дождем, ливнем обрушившимся на них. Все это было одновременно и прекрасно, и странно, и пагубно!</p>
    <p>Мы стояли, прижавшись к решетке. Некоторые, для того чтобы лучше видеть происходящее, залезли на деревья или на фонари; где-то в толпе всхлипывали дети, драконы натянули свои поводки, колотили по воздуху бесполезными крылышками и испуганно хрюкали. Многие, стоя у своих окон, тыкали пальцами в сторону реки Змей, их рты были полны оскорбительной бранью, а в душах метались темные пожелания, такие как смерть королевы и даже нечто худшее, но все это и близко не соответствовало тому, что они испытывали на самом деле. Происходящее не было каким-то там ужасным сном, золотой дождь колотил по берегам реки, а совсем рядом топоры врезались в полные сока стволы… и карлики зажимали себе уши.</p>
    <p>— Да они совсем выжили из ума, — доносилось из толпы.</p>
    <p>— Мама, что делают с лесом?</p>
    <p>Маленькие пальчики вцеплялись в отвороты пальто, глаза были полны слез.</p>
    <p>— Бездарная жирная корова!</p>
    <p>— Эй вы!</p>
    <p>— Ух нет, он уже мертв.</p>
    <p>— А это правда будет ее юбилей?</p>
    <p>— Какой декрет? Да вы действительно просто с ума сошли, мой дорогой!</p>
    <p>— Не знаю. Как хочешь…</p>
    <p>— Спасибо, толкаться бесполезно.</p>
    <p>— Так-то нас защищают Три Матери.</p>
    <p>— Ну и что? Ты думаешь, в этом есть смысл?</p>
    <p>— Эй, вон там, похоже, стоит бывший тренер огров, разве не так?</p>
    <p>Я убрал голову в плечи.</p>
    <p>— Потому что они действительно завидуют Старому Тысячелетию.</p>
    <p>— Это машины, которые обычно используют для разбрасывания конфетти.</p>
    <p>— Гм, гм. Маленькие золотые опилки все падают и падают на…</p>
    <p>— Они говорят, что им дали всего лишь три дня на полную вырубку. Поэтому их так много. Вот и машины у них, чтобы побыстрее все выкорчевать.</p>
    <p>— Ради святой крови…</p>
    <p>Ну да, подумал я, правильно, Три Матери! Ах, ах, это и есть как раз тот самый момент, когда они должны бы были выйти на свет, чтобы доказать свое существование, потому что, если не ошибаюсь, здесь происходит двойное оскорбление: Природы, которая кровоточит белыми искрящимися слезами и под зубами и клыками этих машин истекает живым соком, словно мертвой холодной кровью, и глумление над Магией, потому что с народом фей, с маленьким народцем, скрывающимся в папоротниках, теперь окончательно покончено! Вздохи в зеленых альковах, блуждающие огоньки, сверкающие на зеркальной поверхности спокойных вод, безудержные игры в догонялки, Ох! Россыпь бессмертного смеха, искрящийся полет светлячков, которые каждую ночь заполняли наши сны, как только мы вспоминали о них. И все это теперь проклято, изгажено, высмеяно, стоит на грани разрушения, а что предприняли вы, раздумывал я, что предприняли вы, чтобы был услышан ваш голос?</p>
    <p>Но может быть…</p>
    <p>Кто-то похлопал мне по плечу.</p>
    <p>Я повернулся.</p>
    <p>Это был мужчина с обычными манерами, в шляпе цвета спелой дыни, с аккуратной остроконечной не очень большой бородкой, который беспрестанно мигает, словно у него нервный тик.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Хорошая погода для этого времени года, — сказал он.</p>
    <p>— Но в воздухе еще чувствуется свежесть.</p>
    <p>— Добрый день, братец Котенок.</p>
    <p>— Добрый день.</p>
    <p>Мы оба смотрим сквозь решетку. Лесоповальные машины продвигаются вперед, как легион, вышедший из ада, и без всякой жалости давят молодую поросль.</p>
    <p>— Мы давно не видели вас на наших собраниях, братец Котенок.</p>
    <p>— Вы можете не называть меня так?</p>
    <p>— Это ваше имя, — напомнил мне мой собеседник. — Том Котенок. А я Жино Кролик. Секретарь, к вашим услугам.</p>
    <p>— Жино? Ого, у меня могут возникнуть большие проблемы. Соблюдение порядка… м-м-м… членами общества.</p>
    <p>— Это то, о чем мы и предупреждали, — вздохнул мужчина в шляпе цвета спелой дыни. — Но именно вот в такой момент наше братство и может начать действовать.</p>
    <p>— Неужели? Кстати говоря, я уже заплатил свой членский взнос, вы об этом знаете? Бесполезно рекламировать мне все это на краю опушки.</p>
    <p>Мой собеседник какое-то время хранил молчание, затем проверил время по своим часам.</p>
    <p>— Все происходящее чрезвычайно логично.</p>
    <p>— Извините, что вы сказали?</p>
    <p>— Все, что здесь происходит, — он сделал жест рукой в сторону стволов, распыляющих золотой дождь, которые уже начали поливать и саму реку, — это мы давно уже предвидели. Реальность преступна. Великий Кукловод очень устал.</p>
    <p>Великий Кукловод… Ах да, тот, который дергает за веревочки. Тот, кто придумал для нас предназначение, создатель, демиург. Я даже не знаю, что можно сказать о такой глупости. А в конце-то концов, почему бы с этим и не согласиться?</p>
    <p>— У нас есть новичок, — добавил человек в шляпе цвета спелой дыни.</p>
    <p>— Хорошо, — согласился я. — Это было на прошедшем собрании?</p>
    <p>— Да, новичок.</p>
    <p>— Очень хорошо.</p>
    <p>— Наши ряды растут, ах. Мы столкнулись с некоторыми странностями, и без колебаний могу сказать, что…</p>
    <p>Его слова потонули в реве толпы. Толпа, уносимая течением, двинулась дальше, а я остался стоять, устремив взор на лес — огромные деревья, все еще покрытые снегом, в отчаянии качали своими раздавленными, забрызганными грязью ветвями. Последняя дрожь — и все будет кончено. До чего же быстро приходит смерть!</p>
    <p>— Так о прошлом собрании? — спросил я Жино Кролика, уже закончившего говорить.</p>
    <p>— Вас посветят в это в нужное время, братец Котенок. Как обычно.</p>
    <p>Я хотел повернуться к нему и добавить кое-что, но он уже исчез. В какой-то момент мне показалось, что его шляпа цвета спелой дыни мелькнула на другой стороне толпы, она лавировала среди других шляп, словно плохо подобранный аргумент. Я не стал ее преследовать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>На голосование!</p>
    </title>
    <p>— Я вас собрала для того, чтобы более подробно рассмотреть стоящее перед вами задание и те обязанности, которые накладывает ваше пребывание на земле, так как в этом вопросе у нас образовалась полная неразбериха. И очень жаль, если…</p>
    <p>Взгромоздившись на высокую могильную стелу, зомби Атанас обращалась к себе подобным, собравшимся вокруг. На кладбище Верихайгейт пала ночь. Расставленные прямо на снегу фонари отбрасывали хрупкие тени на близлежащие окрестности. Впалые, изъеденные червями лица, на которых порой не хватало целых частей, выражали полное внимание. Сосредоточенные морщины разрезали еще целые лбы. Некоторые проявляли свою сосредоточенность тем, что машинально запускали скрюченные пальцы в остатки шевелюры. Землистые ногти, глаза, с трудом державшиеся в глазницах, — живые мертвецы, прислонясь к деревьям, усевшись на могильные плиты или просто стоя посреди кладбища, скрестив свои лишенные плоти руки на птичьей груди, с мрачным вниманием слушали речь своей предводительницы.</p>
    <p>— …вот почему мы с полным основанием, как мне кажется, должны объявить о создании своей независимой парламентской группы.</p>
    <p>Аудитория застыла в молчании.</p>
    <p>Какой-то зомби присел на корточки и набрал целую пригоршню смешанной со снегом земли.</p>
    <p>Медленным ленивым жестом он разжал кулак и высыпал землю. Это был Селифан, один из самых старых слуг Мордайкена, который вечно был одет в лохмотья, но которого все очень уважали за его великую зомбическую мудрость.</p>
    <p>— Ты дейштвительно увелена, што наш вполне доштатошно для этого? Вот уше девять лет, как я шлушу хошяину, но не вишу…</p>
    <p>— Мы <emphasis>должны</emphasis> это сделать! — заявил Манилов, молоденький зомби, только что покинувший землю. — Это общая мечта, и здесь нечего обсуждать. В конце концов, мы должны иметь те же права, что и остальные… другие…</p>
    <p>— Чтобы получить признание и уважение, вполне заслуженные нами, — закончила за него Атанас. — Мы же все об этом мечтаем, разве не так?</p>
    <p>— Послушайте! — воскликнула Настасья Петровна и подняла руку с тремя пальцами.</p>
    <p>Внизу, вдали, крыши Ньюдона нависли над холмом, на котором он и расположен. Холм этот был полон деревьев и старых могил; а еще дальше стояли заброшенные, частично разрушенные, усадьбы, пропитанные тяжелым запахом смерти. Где-то звонили колокола — быстро, словно пытаясь нагнать утерянные времена.</p>
    <p>— Старуха просто из ума выжила.</p>
    <p>— На самом деле, — повторила Атанас, — это должно произойти или сейчас, или никогда! После того, что она сделала, опа! Королева не понимает, что бы это значило, и я просто не знаю, как она сможет нам отказать…</p>
    <p>— Елунда, — прервал ее старый Селифан из своего угла, — мы вше плекласно знаем, пошему Ее велишештво это шделала.</p>
    <p>— И почему же? — поинтересовался Манилов.</p>
    <p>— Потому што в нее вшелилшя дьвол.</p>
    <p>— Я согласен со стариком, — сказал большой, облаченный в черную тогу зомби по имени Чичиков. — И наступит время, когда он поймет, что мы не…</p>
    <p>— Для своих-то слуг? — спросил безногий живой мертвец по имени Петрович, поднимаясь на кулаках. — Я точно знаю, что он просто не понимает того, что происходит.</p>
    <p>— Несомненно…</p>
    <p>Где мы найдем себе свежей крови, а? Где мы найдем мозги настолько хорошие, чтобы они были приготовлены с любовью?</p>
    <p>— С любовью? — возразила Атанас. — Да нам просто надо держаться на ногах, вот и все.</p>
    <p>— Я тебя прощаю, — согласился безногий. — Очень забавно.</p>
    <p>— Бедняга Петрович. Но, в конце концов, посмотрите на кладбище! Разве это не самая лучшая кладовка с провизией, о которой можно только мечтать?</p>
    <p>— Умолкни. Кости здесь слишком рыхлые.</p>
    <p>— Ты просто не понимаешь, что такое хорошо, а что такое плохо, — заметил кто-то из собравшихся.</p>
    <p>— Что касается меня, то я питаюсь свежей плотью, мой друг.</p>
    <p>— Какой я тебе друг?!</p>
    <p>— Господа, господа!</p>
    <p>— О, все будет прекрасно!</p>
    <p>— Заткнись.</p>
    <p>— Но в конце-то концов, как вы не мошете понять, што мы…</p>
    <p>— Ты тоже заткнись.</p>
    <p>— Тишина!</p>
    <p>Атанас забралась на увитый плющом склеп и прошлась по нему, сверкая гневным взглядом.</p>
    <p>— Ради свежей кожи, попробуйте не вспоминать свой гнев и старые глупые распри, а? Мы же все об этом мечтаем, разве не так? Это мечта о совершенно новом мире, таком, в котором мертвые могут идти плечом к плечу с живыми. Мир, в котором нам не надо будет больше прятаться, мир, в котором мы в глазах обладателей свежей крови станем не просто куском гнилого мяса, мир, в котором мы наконец-то можем почувствовать себя свободными!</p>
    <p>Она на мгновение остановилась, и ее слова повисли в воздухе, взвешенные и хрупкие, как обещание.</p>
    <p>— Вместе зомби всегда представляли силу. Нам больше нечего бояться Смерти, она просто не может ничего нам сделать… если только захотим, мы запросто ее одолеем. Независимость! Ни живых, ни мертвых, настало время получить признание! Настало время, когда наш мир превратится в царство, а наше существование — в новую жидкость, которая потечет по венам.</p>
    <p>— Ура! — закричал молодой Манилов и, под удрученными взглядами себе подобных, подпрыгнул на месте. — Гм-м-м.</p>
    <p>Чичиков пожал плечами. Да, они все мечтали об этом: независимость. Создать парламентскую группу. Ах, войти в политику! Признание живыми. Жалобы покинувших могилы. Растянувшись на могильных плитах, устроившись на корнях или просто в тени старых деревьев, под бледными лучами луны, зомби уже видели себя шагающими в ногу и двигающимися колонной к высоким воротам парламента, громко крича при этом об автономии и требуя признания от людей. Надо выйти из своих склепов. Это они сейчас почти что явные рабы, не более чем кривляки, привязанные к своим подземным мечтам. Но теперь зомби изголодались по жизни. Новой жизни. Они жаждут воскрешения.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Это еще не все, но…</p>
    </title>
    <p>Стоя перед большим окном в одной из башенок своего имения, Мордайкен блуждал взглядом по кладбищу. Королева его предупреждала: слуги преподнесут ему сюрприз. Их требования являлись частью плана: вывести из себя Смерть. Существование зомби и так всегда являлось для нее проблемой, занозой в пятке, оскорблением заповедей. Абсолютно непозволительно, но промах был совершен в далеком прошлом — немыслимая ошибка, за которую приходится расплачиваться и поныне. Барон знал, что это всего лишь ошибка. Смерть совершила… гм, но возможно ли такое? Забытая легенда, улыбка из полумрака. Смерть и Дьявол… Союз против природы, затаившийся в глубинах фамильной усадьбы. В конце концов, какая может быть разница, подумал барон. Заставить Смерть поплясать — это, возможно, уже слишком.</p>
    <p>Кто-то постучал в дверь.</p>
    <p>— Войдите.</p>
    <p>— Хозяин, — простонал гоблин в ливрее, его руки свисали так низко, что почти касались земли, — хозяин, там на кладбище что-то происходит.</p>
    <p>— Я в курсе дела, Орглон.</p>
    <p>— Живые мертвецы…</p>
    <p>— Я в курсе дела, — повторил барон с легким раздражением. — Они там обсуждают, как добиться независимости.</p>
    <p>— Независимости?</p>
    <p>— Да, они… вполне возможно, что в ближайшие дни зомби придут ко мне требовать отставки. В связи с тем что они — ого! — Хотят создать автономную политическую партию.</p>
    <p>— Требовать отставки, хозяин? Но кто тогда будет работать у нас на кухне? Ухаживать за усадьбой?</p>
    <p>— Я все знаю, Орглон, все знаю. Не беспокойся. Это часть моего плана.</p>
    <p>Не успел он договорить, как яркая вспышка прорезала вдали небо. Послышался яростный удар грома, и стены башенки задрожали. Гоблин в полумраке заморгал.</p>
    <p>— Не хотите ли, чтобы я принес фонарь, хозяин?</p>
    <p>— Нет. Совершенно не хочу.</p>
    <p>— Я могу… могу что-нибудь сделать?</p>
    <p>Барон Мордайкен даже не потрудился ответить. Он снова и снова перебирал этапы плана, разработанного королевой. Привлечь внимание Трех Матерей: это сделано, по крайней мере, того, что касается Природы и Магии. Сразу же за ними последует и Смерть: завтра живые мертвецы собираются отправить свою делегацию в парламент. А затем… Ах да: подождать, пока проявится эффект микстуры. Говоря другими словами, убедиться, что Три Матери окончательно вселились в те милые тела, которые для них подготовлены. А после захватить их.</p>
    <p>— Хозяин?</p>
    <p>— Насколько это нас затронет, мой добрый Орглон? Я имею в виду действия живых мертвецов. Сколько таких слуг в имении?</p>
    <p>— Их у нас трое, хозяин. Вы же и сами хорошо знаете.</p>
    <p>— Ладно, — сказал барон словно бы сам себе, — и сколько нам в действительности нужно этих зомби? Возможно, подошло время провести кое-какую модернизацию. Нашим слугам требуется свежая кровь. Живые мертвецы оставляют землю на коврах. Я уж не говорю о запахе. И пальцы постоянно валятся в кашу.</p>
    <p>— Да, — шмыгнул носом гоблин, — но это когда они забывают повторять, что доставляют нам большое удовольствие, пожирая мозги.</p>
    <p>— Пожирая моз… О, Орглон, будьте уверены, что они шутят.</p>
    <p>— Со всем уважением, хозяин, вам надо бы взглянуть на труп Финшей Зумара. Я не уверен, что он вообще знает, что такое шутка.</p>
    <p>— Не знает?</p>
    <p>— У него не хватает немного головы.</p>
    <p>Вновь раздался удар грома. Теперь он приблизился, и молния осветила небо так, словно был полдень. Под молочно-белыми сводами пролетел яростный электрический смерч. Ветер с такой силой тряхнул верхушки обнаженных деревьев, будто хотел вытрясти из них какой-то секрет. Признаетесь или нет? Снег с ветвей посыпался лавиной.</p>
    <p>Барон вздохнул и повернулся к своему слуге, который так неподвижно и стоял в полумраке. Завтра делегация живых мертвецов предстанет перед Парламентом и потребует у него свои права. Возможно, все пройдет не совсем так, как хотелось бы, но определенно настолько выведет Смерть из себя, что она поторопится подняться. Так и задумано в плане, так и было предсказано.</p>
    <p>А ему, Мордайкену, надо обязательно найти новых слуг. Но разве это настолько важно? Есть вещи, не терпящие отлагательства: он должен продумать и нанести такой шокирующий удар, который бы поднял все три жертвы. Нужна элита из его самых верных слуг. Может быть, взять игроков из команды Потрошителей? Барон почесал затылок. А почему бы и нет? Повесить большой плакат с объявлением в игорных домах Спиталфилдса? Он даже хорошо представил себе текст:</p>
    <cite>
     <p>Требуются уверенные в себе гоблины или огры для выполнения трудной миссии, оплата высокая.</p>
     <p>Рекомендации обязательны.</p>
     <p>Обращаться к служителю прилавка.</p>
    </cite>
    <p>Остается всего лишь войти в контакт с владельцами нескольких пивных баров и отобрать кандидатов. Да, идея очень интересна и требует немедленной реализации. Барон раздумывал, глядя на отступающую от Ньюдона ночь и на разрывающие небо молнии. Вид просто замечателен. Такое зрелище всегда доставляло ему чувство глубокого удовлетворения.</p>
    <p>Он отдал приказ, чтобы подготовили объявления.</p>
    <p>— Да, еще и найдите мне девственницу, — распорядился Мордайкен.</p>
    <p>Хорошо, очень хорошо, двери ада наконец-то откроются, и он, обретя душевный покой, сможет приступить к осуществлению своих самых подлых мечтаний.</p>
    <p>Вот только всегда приходится ждать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Да здравствует смерть!</p>
    </title>
    <p><emphasis>(Репортаж Андреаса Тевксбури из «Утра волшебника»)</emphasis></p>
    <p>Когда вчера вечером пешая делегация живых мертвецов под изумленными взглядами возрастающей толпы любопытных колонной подошла к стенам Парламента, политиков охватило оцепенение, и они не поверили своим глазам. Живые мертвецы, а было их около тридцати, потребовали, чтобы Ее величество лично приняла их. И та вопреки всеобщему ожиданию не отвергла требование зомби. Если не считать нескольких брошенных в окна камней и потока плоских шуточек, живые мертвецы, которые, по их собственным словам, покинули Верихайгейт для того, чтобы объявить о своей независимости, терпеливо провели около четверти часа у ворот Парламента, находясь под охраной королевских гвардейцев. Затем они были допущены в здание, где провели приблизительно полчаса, после чего вышли с явно удовлетворенным видом.</p>
    <p>Сначала их предводитель отказался дать какие-либо комментарии к происходящему, поэтому, чтобы хоть что-то узнать, пришлось подождать появления Гуса Рубблина, королевского глашатая. Рубблин объявил, что живые мертвецы пришли к Ее величеству договариваться о создании автономной партии зомби и провели переговоры, в которых попробовали определить свое место в обществе. Партия зомби будет объединять всех живых мертвецов, представлять их интересы и финансироваться из королевских кредитов во имя демократического принципа: «бороться за признание прав мертвецов в обыденной жизни». Королева Астория высказала свое мнение, назвав требования революционеров «очень разумными». С другой стороны, Рубблин заметил, что живые мертвецы были приняты с большим уважением, и тысячи фотографий этой встречи будут распространены через торговую сеть. Вожак делегации, некая Атанас, напомнила, что их популяция в Ньюдоне достигла нескольких тысяч, включая женщин и детей. Активисты зомби вернулись в верхнюю часть города, где, по всей видимости, и разошлись. После чего разошлась и наблюдавшая за происходящим толпа.</p>
    <p>Мораль этой истории? Честно говоря, я не понимаю, в какую эпоху мы живем, и не уверен, что хотел бы это узнать. Но одно можно сказать уверенно, любезный читатель: да здравствует смерть.</p>
    <p>Что мы можем, в конце концов, поставить на голосование.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Расскажите мне о вашем…</p>
    </title>
    <p>Я начал понемногу уставать от своих друзей.</p>
    <p>Вауган Ориель продолжал приходить: он притащил мне старую болезненную ласку, рассказывал о своих новых победах на любовном фронте (по две в день? А может, и по три), про своего отца, который грозился кормить его всего лишь еще один год. Но от последнего заявления я потерял всякое терпение: в моей жизни нет никакого смысла, а моя горничная слишком маленькая.</p>
    <p>— А эта пресловутая Леонор?</p>
    <p>— Ты в курсе дела? О ком это ты говоришь?</p>
    <p>— Слушай, старый кабан, если не хочешь, чтобы…</p>
    <p>Я терпеливо выслушал, уселся на диван и заговорил быстро и без перерыва, как экзотическая птичка. Послушай, старая потрепанная астматическая выдра, если мне потребуется твое мнение, то тра-та-та-та. Именно так, Ориель. Ты прав, Ориель. К концу нашего разговора я аккуратно подвел его к двери и очень вежливо попросил забыть мой адрес. По крайней мере на какое-то время. С одним покончено!</p>
    <p>Со своей стороны Глоин Мак-Коугх оставался безнадежно влюбленным. Жалким. Он чахнул, словно смоляной факел. Как пациенту я определил его состояние словом «нормальное». И предложил ему другое решение.</p>
    <p>— Уверен, что вот об этом-то ты и не подумал, — сказал я в один прекрасный день, когда был в особенно плохом расположении духа.</p>
    <p>— Ты это о чем?</p>
    <p>— Тебе стоило бы привести в порядок собственные дела.</p>
    <p>Он посмотрел на меня так, словно видел первый раз в жизни. Джон Мун — отвратительный богохульник. Я злобно улыбнулся.</p>
    <p>— Ты… ты хочешь, чтобы я вернулся к себе домой?</p>
    <p>Я кивнул:</p>
    <p>— Быстро соображаешь.</p>
    <p>На следующий день карлик исчез.</p>
    <p>И теперь, каждый раз, как мы встречаемся с Пруди, она бросает в мою сторону такой взгляд, что мне приходится опускать глаза. Сначала я подумал, что недолгое уединение мне не повредит. Но на самом деле оставаться одному было не слишком-то хорошо, даже совсем нехорошо. Какое-то время ни Глоин, ни Ориель обо мне не вспоминали, и я понял, что избрал ложный путь. Я сожалел, что к ним придрался, сожалел, что так жестко с ними поговорил. Я-то сожалел, но было уже поздно.</p>
    <p>Пруди стала откровенно меня ненавидеть. Еду она приготовляла наспех. На мебели скапливалась пыль. Некоторые из моих пациентов начали жаловаться. Мне задавали вопрос, почему я ее держу. Я и сам этого не знал и совершенно растерялся.</p>
    <p>А в довершение ко всему еще была Леонор. И Леонор была загадкой. Мои отношения с ней развивались совсем не так, как мне хотелось. Ее посещения оставались регулярными, но при этом она казалась какой-то отдаленной, изменчивой, неуловимой. Однажды, когда я хотел обнять ее, она отступила и села на диван.</p>
    <p>— Джон, — умоляюще сказала Леонор.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Я не уверена, что ты выбрал для этого подходящий момент.</p>
    <p>Черт подери, по какому именно критерию надо выбирать «подходящий момент»? Она постоянно рассказывала мне свои сны: это ощущение потерянности. Я не знала, что сейчас придет ОН.</p>
    <p>ОН? Но кто такой ОН? Ее муж? А еще это абсурдное ощущение, что она нереальна. Вы шутите? — подмывало меня прошептать ей в ухо. Я хочу вас уверить, что ваши бедра более чем конкретны. Не буду уж ничего говорить о вашей груди. Но дальше решительно не шло, по-настоящему дальше; что мешало мне логически закончить цепочку событий, так это ощущение, что кому-нибудь из моих пациентов, вполне определенной части из них, может срочно понадобиться моя помощь.</p>
    <p>Был и еще один пациент, эльф, у которого ушла жена, забрав с собой детей. Он работал в банке. И это его несколько выбило из колеи.</p>
    <p>— Каждый раз, когда я прохожу мимо драконов, ну, вы их знаете, да?</p>
    <p>Да, я их знал: два монстра с золотистой чешуей, которые охраняли вход в банк «Сити». Два часовых. Уникальные остатки эпохи рево…</p>
    <p>— Ну и что же?</p>
    <p>— Я боюсь, что они выплюнут в меня огромными языками пламени.</p>
    <p>— Понятно.</p>
    <p>— И уверен, что это ничего плохого мне не сделает.</p>
    <p>Ну вот, по крайней мере, хоть в чем-то он уверен.</p>
    <p>Я прописал ему неделю отдыха. Что это значит, я не понимал даже сам: пойти спать в парк. Есть овощи, резать чьи-нибудь глотки. Просто отдыхать, неважно как именно.</p>
    <p>Но это еще не все: был целый набор и других неприятностей. Казалось, все безумства Ньюдона назначили мне свидание. Эй, друзья! Все к Джону Муну! Он единственный человек на весь Ньюдон, который еще нуждается в вас!</p>
    <p>Например, была еще карлица. Ее проблема заключалась в чисто нервной болезни. Какую бы самую маленькую проблему она ни описала, та сразу же указывает на кризис. Дрожь, слюна на губах, конвульсии. Впрочем, карлица подтвердила все мои подозрения в тот момент, когда увидела представленный ей счет. «Аххахахахеххейхии!» — взвыла она и рухнула, забившись в судорогах, прямо на паркет. Так оно и есть, так оно и есть, про себя вздохнул я. Не надо больше никаких доказательств. Я отправил ее в больницу Бетлхума, вложив в руку предписание на строгую изоляцию. Хвала небесам, что маленькая дама не умела читать.</p>
    <p>Ну ладно, а еще была моя мать. Эдакая вишенка на пирожном.</p>
    <p>Она приходила ко мне, усаживалась как баронесса и с кислой миной неодобрения на лице изучала самые дальние уголки моей гостиной, а я стоял перед ней, заложив руки за спину и изображая на лице свою известную улыбку номер двадцать девять. Но мама изучила все мои улыбки до кончиков ногтей, и этот фокус действовал на нее не лучше других.</p>
    <p>— Когда ты наконец-то соберешься приобрести себе достойный галстук?</p>
    <p>Но такое случалось только в моменты пребывания мамы в хорошем настроении.</p>
    <p>В остальное время она отпускала убийственные замечания по поводу моей личной жизни: настоящее всепожирающее пламя; досаждала меня как комар, обезумевший от запаха крови.</p>
    <p>— Ты уверен, что не увлекаешься мужчинами? Тебя уже давно никто не видел с девушкой. О, ради Трех Матерей, да тебя вообще никто никогда не видел с девушкой.</p>
    <p>Мнение было довольно преувеличенным. Слишком преувеличенным. Мы с Катей порвали отношения меньше месяца назад. Но мама получала какое-то нездоровое удовольствие от того, что ломилась в открытые двери.</p>
    <p>— Посмотри, — говорила она, — даже твой отец иногда находил себе какие-нибудь развлечения.</p>
    <p>— Да, но ты разве не знаешь, каков при этом был результат?</p>
    <p>— Хочешь получить пощечину?</p>
    <p>— Я пошутил.</p>
    <p>Как лечебный сеанс такие встречи могли бы проходить и получше. Она не прекращала приходить ко мне только потому, что была, в общем-то, очень уставшей. А может быть, эти посещения стали для нее чем-то вроде абсурдного светского чаепития в парке Феникс, когда люди проводят три часа сидя за столом, отставив мизинец и сотрясая воздух рассуждениями о нелепой действительности. Все эти бесчисленные статисты ведут себя так, словно махают дубиной.</p>
    <p>Когда я провожаю ее до двери, то уже ни о чем не думаю.</p>
    <p>— Тебя не слишком затрудняет мне помогать?</p>
    <p>— Но я…</p>
    <p>— Меня уже начинают утомлять твои приступы маленького маниакального мальчика. Ну, до завтра. Если я еще буду на этом свете.</p>
    <p>— Но завтра я…</p>
    <p>Она хлопает дверью, не обращая на меня никакого внимания.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Неудача</p>
    </title>
    <p>Светлая идея: однажды вечером я предлагаю Пруди пройтись в магазин.</p>
    <p>— И зачем мне куда-то идти, мсье?</p>
    <p>— Подумайте сами.</p>
    <p>Большие растерянные глаза.</p>
    <p>— Да, — настаиваю я, — купите что-нибудь поесть.</p>
    <p>— Но у нас и так продовольственный чулан полон до отказа, мсье.</p>
    <p>— Ну, выньте оттуда что-нибудь, — предлагаю я. — И вообще, я не знаю, купите себе нижнюю юбку или придумайте сами что-нибудь. Слушайте, может нам устроить небольшую вечеринку? А?</p>
    <p>— Вечеринку…</p>
    <p>— Ну, тогда пойдите подышите свежим воздухом, — предлагаю я и открываю входную дверь.</p>
    <p>Внезапный порыв ветра поднял на тротуаре снежный вихрь. Пруди смело исчезает за дверью, предварительно бросив в мою сторону взгляд, в котором смешались жалость, усталость и непонимание.</p>
    <p>— Ага, ага! — громко прокричал я и вернулся на кухню. — Итак…</p>
    <p>Я осмотрелся и тут же заметил нож для мяса.</p>
    <p>Джон, старик, тебе придется испытать очень неприятный момент, но смею тебя заверить, что игра стоит свеч.</p>
    <p>Кончик ножа медленно приближался к моему животу. Рубашку поднимать бессмысленно. Во всяком случае, Пруди все равно обожает стирать.</p>
    <p>Хе, хе. Священный нож жертвоприношения. Лезвие прекрасно заточено. Внутренности, конечно, окажут какое-то сопротивление, но это долго не продлится. И потом все мое дерьмо вывалится наружу.</p>
    <p>— Йа-а-а, — закричал я и навалился всем своим весом на рукоять ножа. — Иа-а-а.</p>
    <p>Но ничего не произошло. Абсолютно ничего. Так что же случилось? Может быть, я что-то сделал не так? Может быть, кожа моего живота слишком толстая? Или слишком сильные мышцы? Это что-то новенькое. Лезвие ножа наотрез отказалось втыкаться мне во внутренности. Совершенно непонятно.</p>
    <p>Я попробовал еще раз. Г-р-м-м-м.</p>
    <p>Ничего.</p>
    <p>— Ну хорошо, — сказал я со злобной гримасой, — тогда будет хуже.</p>
    <p>Настала та критическая точка, когда две части моей личности начали громко переговариваться. Самое худшее было то, что я не знал, которая из них которая. Я бы мог стать прекрасным пациентом для доктора Джона Муна, если бы сам не был им.</p>
    <p>— И что ты предпримешь теперь?</p>
    <p>— Подожди немного.</p>
    <p>Позже, этим же вечером я попробовал перерезать вены старой ржавой бритвой и изрядно боялся занести себе какую-нибудь страшную инфекцию. Но вечер явно не удался. Бритва сломалась пополам, а я всего лишь оцарапал запястье, в довершение всего споткнувшись о комод и очень больно ушибив себе мизинец на ноге.</p>
    <p>— А-а-а-а! — взвыл я и, схватившись обеими руками за ногу, как безумный запрыгал по всему дому. — Сволочь, а не комод. Дерьмо собачье!</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Еще одна неудача</p>
    </title>
    <p>На следующее утро до того, как подошел мой первый пациент (карлик с трясущимися руками, который вообразил, что совершил убийство), я попытался повеситься у себя в вестибюле. Это оказалось довольно сложно. Сначала мне пришлось снова отправить Пруди в магазин и уговорить ее купить себе нижнюю юбку для праздника, который мы, скорее всего, никогда так и не устроим. Затем мне пришлось снять с крючка люстру, подвешенную к потолку, бедный подарок моей покойной бабушки.</p>
    <p>Сначала моя затея чуть было не закончилась удачей, хотя и совершенно случайно. Перекладина стула, на который я взгромоздился, резко обломилась, и я рухнул на спину, держа в руках все свое снаряжение. Но в действительности моя голова всего лишь ударилась о стену, а затем разбила эту самую люстру. Посыпался дождь искусственного хрусталя (спасибо бабушке!), который покрыл осколками весь пол, и мне потребовалось целых четверть часа, чтобы вымести сверкающее безобразие. Джон, зачем ты все это делаешь?</p>
    <p>Когда пробило десять часов, мои попытки осуществить задуманное все еще не прекратились. Я привязал веревку к крючку, на котором до этого висела люстра, теперь там плавно раскачивался великолепный узел. Затем снова поставил на место стул и одел на шею петлю.</p>
    <p>На этот раз все шло как положено. Я прыгну в пустоту без всяких трудностей. Стул опрокинется, узел затянется и далее все произойдет согласно задуманному плану. Есть небольшой шанс на то, что от рывка узел переломит мне шею и я больше ничего не почувствую. Просто погаснет свет, вот и все. С другой стороны, в последнее время с шансами мне не очень-то везло. Скорее всего, надо придерживаться гипотезы болезненной и беспокойной смерти. В течение доброй минуты я буду размахивать руками, как марионетка, и, рефлекторно пытаясь высвободиться из петли, начну судорожно перебирать ногами. Короче: полного успеха удастся достигнуть довольно комическим образом, а потом мое тело вытянется, глаза потемнеют от прилившей к ним крови, язык весь почернеет и высунется изо рта, как дьявол из своей норы, и только после этого все закончится, только после этого я смогу умереть.</p>
    <p>Может, стоит связать себе руки за спиной? Как раз в тот момент, когда я собрался это сделать, настежь распахнулась входная дверь.</p>
    <p>Пруди!</p>
    <p>Какая у нее отвратительная манера таким образом раскрывать двери.</p>
    <p>Мой стул покачнулся, опрокинулся, и я полетел в пустоту вместе с ним, почувствовав, как на шее затягивается петля. Горничная издала такой пронзительный крик, что мне рефлекторно захотелось закрыть уши руками. Затем, полный отчаяния, я довольно патетично повис на веревке.</p>
    <p>Немедленно решив, что настало время сыграть главную роль ее жизни, Пруди начала метаться из стороны в сторону, испуская громкое странное попискивание. Помоги! — хотел крикнуть я. Но из-за затянувшейся на шее веревки у меня скорее получилось что-то вроде «Пооууаа!», и мне стало вполне очевидно, что гномесса так ничего и не поняла. Проявив неожиданное проворство, она подпрыгнула и, схватив меня за ноги, потянула вниз. В первый момент эти ее действия показались мне довольно неуместными. Сначала я подумал, что, может быть, она просто хочет помочь своему хозяину поскорее умереть, так как в данной ситуации выбор очень ограничен. Но в данном случае особенно раздражало то, что у меня опять ничего не получалось. Ни в малейшей степени. Я страдал как черт знает кто, а смерть упорно от меня отказывалась.</p>
    <p>На самом деле я был совершенно неподходящим кандидатом для такого рода мероприятия: раздражительный неудачник, да еще и с довольно прочной шеей. С таким набором достоинств у меня, чтобы умереть, уйдет часа три. За это время Пруди вполне может успеть заварить чай.</p>
    <p>Затем, совершенно неожиданно для нас, крючок, к которому была привязана веревка, вырвался из потолка, и мы вместе с горничной рухнули на пол. Если быть точнее, то я свалился на Пруди, издав при этом громкий хрип. Я лежал, уткнув нос между ее грудей, все еще с веревкой на шее, и даже не успел ни о чем подумать, когда открылась дверь и вошел Глоин.</p>
    <p>Я поднял голову и попробовал восстановить дыхание. Мне было не так уж плохо и не слишком страшно за свою жизнь. Пруди смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Она пыталась выбраться на свободу и была явно поражена случившимся.</p>
    <p>— Скажите мне, — простонал я, когда мои голосовые связки снова обрели способность работать, — я совсем конченый человек?</p>
    <p>— О, мсье Мун, — но что это… что здесь происходит?</p>
    <p>— Понятия не имею. Может, вы мне это объясните? — сказал я, неуклюже поднимаясь на ноги.</p>
    <p>Но и она ничего толком объяснить не могла.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Священный огонь</p>
    </title>
    <p>Мы собрались все вместе.</p>
    <p>Я. Самоубийство откладывается, все это чертовски неэффективно и ужасно патетично.</p>
    <p>Пруди. Недоверчива как никогда, не оставляет меня одного более чем на три минуты, несговорчивая, вспыльчивая. Подозреваю, что ночами она стоит на страже рядом с дверьми моей комнаты. Это на тот случай, если я вздумаю умереть во время сна.</p>
    <p>Глоин и Ориель вели себя как сторонние наблюдатели; а что касается Ньюдона, то происходящее в нем оставляло желать лучшего. Поведение королевы стало совершенно странным. Население тоже растерялось. На безумные декреты смотрели как на дурацкую юбилейную забаву. Для меня все это было совершенно непонятным. Что творится в нашем городе? Театраломаны из Федерации Ирреальности от подобных событий, без сомнения, ликовали. Во всяком случае, о них почти ничего не было слышно.</p>
    <p>А в остальном жизнь текла своим чередом. Пациенты продолжали посещать меня. Леонор также продолжала держаться от меня на расстоянии. Она описывала мне все свои беспокойства и страхи, и наши сеансы потеряли атмосферу сексуальности. Теперь у меня пропало ощущение, что я преследую свою мечту.</p>
    <p>Короче.</p>
    <p>Наступило новое утро.</p>
    <p>На этот раз моим первый пациентом был некий Огюст Овен. В чем заключались его проблемы? Я попросил Пруди привести посетителя в кабинет. Дверь открылась.</p>
    <p>— Добрый день, — сказал я, поднимаясь ему навстречу.</p>
    <p>Меня не покидало ощущение, что где-то мы уже встречались. Но где?</p>
    <p>Он поставил на пол небольшого золотистого дракона, которого до этого держал на руках и нервно протянул мне руку. Я опустил глаза и посмотрел на дракона. Снова посмотрел на посетителя. Вид у него был несколько смущенный.</p>
    <p>— Чем могу помочь?</p>
    <p>— Дело в том, что я… В общем, это касается моего дракона, — признался он.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— В последнее время он какой-то странный.</p>
    <p>— В каком смысле странный?</p>
    <p>— Просто странный.</p>
    <p>Я присел, чтобы повнимательней осмотреть маленького зверька. И тут же все понял. Я их видел в тот вечер в «Муллигане». Мужчина с драконом: это произошло тогда, когда мы так отважно пытались покончить с жизнью при помощи пива.</p>
    <p>Маленький зверек стандартного вида. Конечно же, достаточно выдрессированный, чтобы не плеваться постоянно пламенем. Ненамного больше кролика. Золотистая чешуя, рельефная мускулатура, маленькие живые глазки, которые внимательно смотрели на меня.</p>
    <p>— Итак, — сказал я, потрепав его по шее, — что с тобой случилось?</p>
    <p>«Скажи ему, чтобы вышел».</p>
    <p>Я замер. Кто это сказал?</p>
    <p>«Чтобы он здесь не мешался».</p>
    <p>Снова.</p>
    <p>Этот голос звучал у меня в голове.</p>
    <p>Я выпрямился. Хозяин дракона с пристальным вниманием осматривал мою гостиную.</p>
    <p>— Хорошо, мсье… м-м-м…</p>
    <p>— Овен. Огюст Овен.</p>
    <p>— Итак, мсье Овен, думаю, что для первого сеанса вам бы лучше… оставить нас наедине.</p>
    <p>— Извините?</p>
    <p>— Поймите меня правильно, — сказал я, — пока еще, конечно, нет ни малейшего понятия о том, с каким диагнозом мы имеем дело. Но очень часто причины проблем в поведении животных заключаются в их хозяевах.</p>
    <p>— В их хозяевах?</p>
    <p>— В их отношениях с хозяином.</p>
    <p>— Думаете, что я бью животное?</p>
    <p>— Вы сами это сказали.</p>
    <p>— Так вы считаете, что дракона бьют?</p>
    <p>Я покачал головой и закрыл глаза.</p>
    <p>— Все, что мне хочется вам объяснить, мсье Овен, так это то, что ваш дракон…</p>
    <p>— Грифиус.</p>
    <p>— Грифиус… пытается проявить некую…</p>
    <p>«О, кончай это».</p>
    <p>Опять этот голос, странный. В голосе были какие-то повелительные нотки, которые мне ничуть не понравились. Но это только еще больше разожгло мой интерес.</p>
    <p>— В общем, — заявил я, подводя Огюста Овена к дверям моего кабинета, — мне нужно остаться с драконом наедине. По крайней мере на несколько минут. Пруди?!</p>
    <p>Маленькая гномесса появилась почти мгновенно:</p>
    <p>— Мсье?</p>
    <p>Взгляд угрожающий, совершенно сухие руки разглаживают передник.</p>
    <p>— Попрошу вас, проводите мсье Овена в зал для ожидания.</p>
    <p>— Хорошо, мсье.</p>
    <p>Я вернулся в свой кабинет и закрыл за собой дверь. Маленький золотистый дракон уже забрался ко мне на диван и с интересом смотрел на меня.</p>
    <p>— Не слишком-то быстро, — сказал он.</p>
    <p>Я застыл с открытым ртом. У меня в душе выросло что-то наподобие дамбы. Считается, что драконы не могут разговаривать.</p>
    <p>— Ты разговариваешь? — с дурацким удивлением поинтересовался я.</p>
    <p>— А что, сам не видишь, да?</p>
    <p>Я присел на корточки, чтобы опуститься на его уровень.</p>
    <p>Небольшая пасть усеяна острыми клыками. Покрыт чешуей. На шее вдоль продолжения позвоночника жесткий гребешок. Кривой, остроконечный хвост. Перепончатые крылья сложены.</p>
    <p>— Но… как?</p>
    <p>— Как и все. Заставляю вибрировать свои голосовые связки. Ну ладно. На самом деле нам нельзя терять время. Тебя зовут Джон Мун, не так ли?</p>
    <p>— Именно.</p>
    <p>— Значит, я тебя нашел, — сказал дракон и огляделся вокруг. — Первый шаг сделан. М-м-м.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Он фыркнул.</p>
    <p>— Сюда заходил фантом. Совсем недавно.</p>
    <p>— Фантом?</p>
    <p>— Это не важно. Мы здесь для другого.</p>
    <p>Своими высказываниями он уже начал меня раздражать. Я с усмешкой поднялся и поправил свой жилет.</p>
    <p>— Не дракону объяснять мне смысл жизни, — сказал я. — Интересно, что ты от меня хочешь.</p>
    <p>Он бросил в мою сторону довольно враждебный взгляд.</p>
    <p>— Если бы ты только знал, что мне в тебе нравится.</p>
    <p>Я сел в свое кресло и скрестил на груди руки:</p>
    <p>— И что же?</p>
    <p>— Нам надо поторопиться, — ответил дракон. — Во-первых, надо, чтобы ты забрал меня у моего хозяина.</p>
    <p>— У кого?</p>
    <p>— У моего кретина хозяина, который ждет за дверью и собирается отвести меня обратно домой. Но комедия слишком затянулась.</p>
    <p>— А почему это надо сделать? Он… он плохо с тобой обращается?</p>
    <p>— У-у-ух! — простонал дракон. — И почему только все это выпало на тебя. Точнее, не выпало тебе.</p>
    <p>Я наклонился к столу — локти на столешнице, голова между руками.</p>
    <p>— Послушай, — сказал я, — мне ничего не понятно из того, что ты пытаешься сказать. Совершенно ничего. По-моему, тебе требуется серьезный оздоровительный курс.</p>
    <p>Дракон соскочил на пол и раскачиваясь подошел к моему письменному столу.</p>
    <p>— Ты был в «Муллигане», так?</p>
    <p>— Был.</p>
    <p>Отказываться не было смысла.</p>
    <p>— Ты пил «Смертельное пойло».</p>
    <p>— Возможно.</p>
    <p>— И не одну кружку. Я это знаю, видел, когда был драконом.</p>
    <p>Я выдавил улыбку:</p>
    <p>— Не хочу затруднять тебя…</p>
    <p>— Чего? — маленький зверек расправил крылья, словно проверяя, нормально ли они функционируют. — А это видел?</p>
    <p>— Ну да, — согласился я с улыбкой, — ты самый настоящий дракон.</p>
    <p>— Может быть, только внешне, — ответил он и сложил свои воздушные приспособления. — Но внутри, Джон Мун, я вовсе не рептилия. Можешь уж мне поверить.</p>
    <p>Я встал, вышел из-за стола и снова присел перед ним, погладив его по головке:</p>
    <p>— Конечно, конечно. Мы все это с тобой обсудим. В спокойной обстановке.</p>
    <p>Но дракон резко отскочил в сторону.</p>
    <p>— Э-э-эй!</p>
    <p>— Угомонись, Джон. Это тебе не игрушка.</p>
    <p>— Согласен, согласен, — заверил я и замахал перед собой руками, словно отгоняя дурной сон. — Но тогда ты… хм… Кто же ты тогда?</p>
    <p>Маленький дракон прошелся по полу, затем резко повернулся в мою сторону:</p>
    <p>— Ты даже не догадываешься, да?</p>
    <p>Я быстро покачал головой.</p>
    <p>— Возможно, это тебя шокирует.</p>
    <p>— Но мне бы хотелось услышать. По крайней мере то, что касается меня.</p>
    <p>— Очень хорошо, в таком случае ты действительно это услышишь. Знаешь что?</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>— Я — Смерть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Зеленое крещендо</p>
    </title>
    <p>— Святая Троица, — простонал Глоин Мак-Коугх, вставая на колени перед кадкой с геранью. — Ради святой крови Трех Матерей. Какие сокровища нашей расы должны мы отдать вам за такое чудо!</p>
    <p>С руками, возведенными к небу, с залитым слезами преображенным лицом карлик тихо стонал в укромном уголке своего сада. В первый раз за всю жизнь у него распустился цветок. Конечно, такое может проделать любой карлик еще в достаточно юном возрасте, когда он всего лишь осваивает азы жизни. Но для Глоина это было настоящее и большое событие. Обычно растения умирали при одном его приближении к ним. А тут… тут!</p>
    <p>— Ура! — закричал он, подпрыгивая как распрямившаяся пружина. — Ура!</p>
    <p>Мак-Коугх побежал по своему саду. Упал на колени, чтобы обнять куст помидоров. Схватился руками за вяз. Погладил несколько кустиков терновника, задержался перед плющом, который укрывал фасад, склонился над шпажником, смеясь и плача одновременно.</p>
    <p>Это был очень милый маленький садик, засаженный больными растениями, огороженный тремя высокими стенами, у подножия которых еще остались небольшие горки нерастаявшего снега, но карлик любил его всем своим сердцем. И впервые в жизни он почувствовал себя наполненным сверхъестественными силами, бесконечным милосердием, волшебным могуществом, незыблемым, безграничным. Он может выращивать растения. Вот так-то! Вот так-то!</p>
    <p>На какое-то мгновение Глоин остановился.</p>
    <p>Он слышал удары своего сердца, да, но за ними… за ними… Что-то шевелится, да? Карлик прислушался. Как легкий шепот… Шепот растений. Спокойный и тихий шепоток растений. Теплое признание мягкой земли, вздохи стебельков, очарованных ветерком. Распустившийся цветок, вдруг явившаяся миру хрупкая красота, раскрывшиеся в одном порыве лепестки, радостные пестики! Тычинки, переплетенная сеть счастья!</p>
    <p>Хвала Трем Матерям, подумал Глоин. Что же со мной произошло? Я стал таким же карликом, как и все остальные. Он поднял лицо к небу и подставил его под легкий бриз. Черные тучи уплывали вдаль, медленно отступая.</p>
    <p>— Ура-а-а! — закричал Мак-Коугх снова и запрыгал на месте как сумасшедший. — Это просто фантастика, ура!</p>
    <p>Он направился к дому, молнией пронесся сквозь него и вышел наружу Ему надо было хоть кому-то объявить эту новость.</p>
    <p>Все равно кому.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Настоящее горе</p>
    </title>
    <p>Болдур Мак-Кейб развозил покупателям товар.</p>
    <p>Профессия очень тяжелая, не позволяющая ему засиживаться в семье. Это было действительно печально, так как семья у Мак-Кейба, честно говоря, неплохая.</p>
    <p>Четырнадцать детей: великолепное зрелище.</p>
    <p>На самом деле, если посмотреть на Болдура, когда он натягивает вожжи своих двух мулов, изображая на лице радость, а его повозка не менее радостно стучит по мостовой Леопольд-стрит, то вполне можно сказать, что это едет счастливый парень.</p>
    <p>Сорок три года, постоянная работа, миловидная жена и большая, очень большая семья. А кроме того, думал Болдур, еще и здоровье хорошее. Когда доктор осматривал его в последний раз, то, похоже, получил чуть ли не удовольствие. У вас сердце десятилетнего ребенка, сказал он. Вы крепки как кремень. Вы проживете до ста лет.</p>
    <p>Хе, хе, подумал Болдур. Это еще не считая того, что у него есть и любовница. К тому же человеческой расы. И не учитывая пребывания жены в полном неведении на эту тему. И не беря в расчет обожания детей, этих маленьких крошек. И лицо карлика осветила лучезарная улыбка.</p>
    <p>Да. Да, да, да. Жизнь иногда может быть очень приятной. Даже для развозчика стекла. Тем более таким утром…</p>
    <p>— Эй!</p>
    <p>Болдур резко натянул вожжи. Издавая пронзительные крики, прямо под колеса повозки выскочил, как заяц, всклокоченный карлик. Испугавшись, мулы закусили удила и понесли. Болдур натянул вожжи еще сильнее. Напрасные усилия. Мулы припустили с такой скоростью, словно в повозке сидел сам дьявол. Но долго они так не пробежали, потому что дорогу им преградила стена, и потерявшие от страха разум животные со всей силы врезались в нее. Повозка перевернулась. Вместе с ней и Болдур.</p>
    <p>Все это произошло очень быстро.</p>
    <p>В тот момент, когда карлик ударился о землю, перед его глазами пронеслась вся прошедшая жизнь и пустилась вслед за мыслями к морю забвения. Но все, что он сумел разглядеть, так это бедра своей любовницы; напрягаясь, как черт знает кто, он говорил — да, да, ужасно хочу. В это время на землю посыпалось стекло, которое было у него в повозке, все, кроме одного куска, воткнувшегося ему в горло.</p>
    <p>Тут же хлынул ярко-красный поток крови. Болдур поднял руки к горлу. Там была настоящая дыра. И в одно мгновение жизнь начала покидать его, покидать в водовороте горячей крови. Вот это уже жопа. Большая настоящая жопа.</p>
    <p>А у него за спиной стоял другой карлик, тот, который и был виновником происшествия. Пребывая в полной растерянности, он сначала встал на колени, потом снова поднялся, все время бормоча бессвязные извинения.</p>
    <p>— Ради Трех Матерей, что же я наделал? Что же я наделал? О, это настоящее горе, вы даже не представляете, что это за горе. Но вы же, черт возьми, кровоточите, из вас льет кровь как из свиньи! Извините меня. О, у вас ужасное кровотечение. Но вы даже не представляете, как я огорчен, что так получилось. Нет, вам этого даже не представить. О, Три Матери, Три Матери. Что же делать? Что же делать?</p>
    <p>Заткнуться, подумал Болдур, находясь уже почти без сознания. И что только наделал омерзительный тип в грязном зеленом пальто. Это неправда. Нет, это неправда.</p>
    <p>А чуть дальше повалившиеся набок мулы продолжали судорожно в галопе перебирать ногами, пытаясь продолжить свой бег лежа на боку. Они явно сильно страдали. Это был действительно несчастный случай. Разбитое стекло, кровь на тротуаре… Собралось несколько зевак.</p>
    <p>— Что происходит?</p>
    <p>— Да вот мулы. Потеряли контроль.</p>
    <p>— Это не страшно, с мулами-то, вот если бы лошади.</p>
    <p>— О ком это вы?</p>
    <p>— Эй! Кто-нибудь пошел за врачом или кем-то в этом роде?</p>
    <p>— А что толку? Да этот тип умрет уже через несколько секунд.</p>
    <p>— Десять минут.</p>
    <p>— Смеетесь? И двух минут не пройдет.</p>
    <p>— Спорим?</p>
    <p>— На пять ливров.</p>
    <p>— Договорились.</p>
    <p>Казалось, весь мир согласен оставить Болдура Мак-Кейба умирать на тротуаре.</p>
    <p>— Мне очень жаль, — продолжал причитать карлик в зеленом пальто. — Случившееся ужасно. Ничего бы этого могло не произойти, если б… В конце концов, я только хотел ему кое-что сказать. Но однако… Ладно, конечно, я сейчас побегу и… Но мулы! Ох, святая кровь Трех Матерей!</p>
    <p>Он почувствовал, как чьи-то руки мягко потащили его назад, в то время как Болдур Мак-Кейб, уже начиная агонизировать, пытался остановить кровотечение из раны, которая зияла во все горло. В какой-то момент показалось, что кровь останавливается, но, впрочем, то, что он прожил до сих пор, уже было чудом. Под ним расплывалась огромная черная лужа.</p>
    <p>Не прошло и трех минут, как мужчина, споривший насчет времени смерти, достал из бумажника пять ливров и протянул их своему противнику, который наблюдал за Мак-Кейбом с насмешкой в глазах.</p>
    <p>— Спасибо, старик.</p>
    <p>— Я тебе не старик.</p>
    <p>Несколько разочаровавшись, первые зеваки начали расходиться. Однако если судить по виду Болдура, то было совершенно непохоже, что он вот сейчас собирается умереть. События разворачивались, притом довольно странно, здесь можно было проторчать весь день. И никто не удивился, когда жертва происшествия с трудом поднялась, опираясь на изумленного Глоина.</p>
    <p>— Ого! Ого! Неужто! Он бы не должен двигаться, он бы должен…</p>
    <p>Но Мак-Кейб, казалось, чувствовал себя довольно сносно.</p>
    <p>— Оставьте меня, слышите? Вы уже здесь все свое получили, понятно?</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Идите убивать кого-нибудь еще.</p>
    <p>Его ужасная рана почти перестала кровоточить. Он поднялся и встал, опираясь на свою повозку.</p>
    <p>— Черт подери, — выругался Болдур, поддавая ногой осколки стекол.</p>
    <p>— Очень сожалею, — сказал Глоин.</p>
    <p>— Не меньше, чем я.</p>
    <p>Наступила неестественная тишина. Карлик обязательно должен был умереть. Никто не может выжить после такой потери крови. Никто не может выговорить даже «черт».</p>
    <p>— Вы… вы уверены, что с вами все в порядке? — снова спросил Глоин. — Может быть, сбегать за доктором?</p>
    <p>Мак-Кейб покачал головой. Оба его мула все еще лежали на земле, продолжая дергаться как сумасшедшие, но и они тоже, похоже, не собирались умирать. Карлик наклонился и приласкал их. Животные приняли этот знак внимания, закрыв глаза.</p>
    <p>— Черт подери, — сказал, выпрямляясь, Болдур.</p>
    <p>— Угу, — ответил Глоин.</p>
    <p>В его голове мысли метались и кружились, как осенние листья под порывами ветра. Он видел, как большой осколок стекла врезался в горло возчика, и как он его вытащил, и как из раны хлынул поток крови, которая и сейчас еще течет. Этот карлик должен быть уже мертв, шептали ему мысли. Никто не может выжить, получив такую рану. Что же это такое? Что происходит?</p>
    <p>— Уф-ф-ф, — простонал Мак-Кейб и похлопал себя по бокам.</p>
    <p>Все его одежды были пропитаны кровью. Прохожие смотрели на него, качали головой, задавали себе вопрос о том, что здесь произошло, и проходили дальше.</p>
    <p>— Я могу что-нибудь для вас сделать? — еще раз спросил совершенно растерянный Глоин.</p>
    <p>— Я ничего не имею против хорошей кружки пива, — ответил пострадавший.</p>
    <p>У-У-У-У-Х!</p>
    <p>На крыши города спустился вечер. Тоненькие струйки дыма поднимались в небо и, казалось, были привязаны к облачкам. Снег мягким покрывалом укрыл тротуары, а легкий бриз играл среди тонких голых ветвей. В парке Гринвич белки вылезли из своих норок и бегали по еще темным лужайкам. Перед строгим фасадом Школы Магии что-то оживленно обсуждала небольшая группа студентов. Здесь собрались ученики, которые не сдали экзамены за прошедший курс, но которым была предоставлена еще одна возможность показать свои способности и взять реванш.</p>
    <p>— Что тебе осталось сдать?</p>
    <p>— Стыдно сказать. У меня все молнии свернулись в кольцо.</p>
    <p>— У меня то же самое.</p>
    <p>— Фу-у. У вас есть еще надежда. А вот мне надо потрудиться с невидимостью.</p>
    <p>— Круто. А ты, Мауган?</p>
    <p>— Торжественный иллюзион. Как всегда.</p>
    <p>— У тебя должно получиться.</p>
    <p>— В нормальные времена — да. Но тут… Я совсем не понимаю, что происходит.</p>
    <p>— Явно что-то очень странное.</p>
    <p>— А в чем дело?</p>
    <p>— Ну… Похоже, все провалились на экзаменах.</p>
    <p>— Такого раньше не было.</p>
    <p>— И с чего бы они так взъелись?</p>
    <p>— Слушайте, ребята, а может, они заболели?</p>
    <p>— Тихо! Это Вальполь или подделка? Вальполь собственной персоной.</p>
    <p>На ступеньках лестницы появился одетый в черную ливрею распорядитель.</p>
    <p>— Милые цыплятки! Я за вами!</p>
    <p>Молодые студенты привели в порядок свои пиджачки и под шутки товарищей направились к парадным дверям.</p>
    <p>— Пошли, цыплятки! Покажите-ка им класс!</p>
    <p>— Давай, цыплятки, мы с вами.</p>
    <p>— Не забывай: поднимайся вверх и небо тебе поможет.</p>
    <p>— Эй! Ребята!</p>
    <p>Все тут же повернулись в сторону лужайки. Новый студент приближался к ним гигантскими прыжками.</p>
    <p>— Невероятно! — крикнул кто-то. — Ребята, смотрите, кто к нам пришел.</p>
    <p>— Ориель… Вот это номер.</p>
    <p>Подбежал совершенно запыхавшийся Ориель:</p>
    <p>— Что нового?</p>
    <p>— Зачем ты сюда явился? Тебя ведь отчислили, ты разве не в курсе?</p>
    <p>— Знаю, — ответил эльф с широкой улыбкой, — я пришел поддержать вас, ребята!</p>
    <p>— Великолепно! Если не считать того, что, похоже, провалились все. Так ты видел…</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Ты плохо слышишь? Все повально провалились.</p>
    <p>— Хе-хе, — сказал Ориель. — В таких случаях, ребята, говорят, что они снова хотят с вами встретиться. Что касается меня, то я знал, что провалю экзамен по практике. Именно поэтому я и завалил теорию.</p>
    <p>— Нет, — возразил один из студентов, кладя ему руку на плечо, — просто потому что ты худшее несчастье, которое когда либо обваливалось на эту школу.</p>
    <p>Ориель уже начал что-то отвечать, но его заглушил взрыв громких голосов. На ступеньках появился экстравагантно одетый выпускник второго курса, на нем была рубашка с жабо, расшитая куртка, длинная накидка и галстук. Все с надеждой устремились ему навстречу. Но лицо вышедшего не предвещало ничего хорошего.</p>
    <p>— Провалил, — кратко объявил он.</p>
    <p>— Чего? Как?</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Провалился <emphasis>позорно</emphasis>? Даже на три бала не потянул!</p>
    <p>— Я все знал, — ответил студент, вытирая со лба пот рукавом. — Но не смог вызвать даже маленький огненный шарик. Представляете? Они мне сказали, что я позорю всю школу, а еще сказали, что мы самый плохой выпуск, который только был в Гринвиче.</p>
    <p>— Самый плохой выпуск?</p>
    <p>На всех студентов напало подавленное настроение. Они окружили провалившегося, начали его успокаивать, обсуждать между собой это событие. Никто не обращал никакого внимания на Ваугана Ориеля.</p>
    <p>— Эй, — крикнул он и схватил за руку одного из своих товарищей, который шел, опустив голову. — Я тут подцепил девочку, Сиссей, так ее зовут, уверен, что ты такой еще не видел. Ножки, так прямо…</p>
    <p>Студент вырвал у него свою руку и поднял усталый взгляд.</p>
    <p>— Я совсем с ума сошел, старик.</p>
    <p>Ориель опустил руки. Он вздохнул и окинул взглядом обширные лужайки Гринвич-парка. Из сумрака показалась стайка непоседливых серых белок. Зверушки спустились с деревьев и начали резвиться, догоняя друг друга, но вдруг внезапно остановились, насторожились, подняли ушки.</p>
    <p>Вауган Ориель закрыл глаза и вытянул перед собой руки, чуть-чуть разведенные, со слегка согнутыми пальцами. Сделал он это просто рефлекторно. За несколько мгновений эльф сконцентрировался и представил себе маленького зверька, а после этого открыл глаза. И почти в то же самое мгновение на кончиках его пальцев появился огненный шар. Какую-то долю секунды он просто висел в воздухе, затем ракетой устремился в темноту и взорвался у подножья лиственницы, примерно в двухстах шагах от Ориеля. Сидевшая в том месте, среди корней, белка подпрыгнула как сумасшедшая и, позабыв про отдых, умчалась. Ориель был поражен. Но через секунду он уже мчался обратно к студентам.</p>
    <p>— Эй! Эй, ребята!</p>
    <p>Несколько голов резко повернулось в его сторону.</p>
    <p>Эльф бежал к ним, взволнованно размахивая руками:</p>
    <p>— Ребята, вы видели? Видели?</p>
    <p>Он, запыхавшись, остановился, восторженная улыбка озаряла его лицо.</p>
    <p>— Что видели? — спросил кто-то.</p>
    <p>— Огненный клубок! Я запустил огненный клубок!</p>
    <p>— Клу… Ну, не смеши, Ориель.</p>
    <p>— Да уж, действительно забавно.</p>
    <p>— Клянусь вам!</p>
    <p>— В какое-то мгновение я чуть было ему не поверил.</p>
    <p>— А потом вспомнил, что это Ориель, да?</p>
    <p>Студенты громко рассмеялись. Смеялись все, кроме главного действующего лица, который стоял с опущенными руками и даже не мог никак на это отреагировать.</p>
    <p>— Я запустил огненный шар, ребята. Уверяю вас.</p>
    <p>И говорил он это очень тихим голосом.</p>
    <p>Но те всего лишь пожали плечами и вернулись к прерванному разговору.</p>
    <p>— Вы мне не верите? — бормотал Ориель, оставшись в одиночестве. — Так спросите вон тех белок. Спросите и сами увидите.</p>
    <p>Но все усилия были напрасны. Никто больше не обращал на него никакого внимания. Невероятно, подумал Ориель. Он хотел добавить к этому еще что-то, но в этот момент двери школы снова раскрылись и выпустили наружу выпускника третьего курса.</p>
    <p>— Глассворти!</p>
    <p>Его приятели бросились навстречу. Молодой студент в бархатной поношенной тунике, с широкополой шляпой в руке, одарил всех широкой удовлетворенной улыбкой. Он остановился на самой нижней ступеньке и посмотрел на собирающуюся вокруг толпу.</p>
    <p>— Ну и как? — спрашивали его, в то время как он продолжал стоять на лестнице.</p>
    <p>Но Глассворти только продолжал улыбаться.</p>
    <p>— Ну давай. Скажи же хоть что-нибудь.</p>
    <p>Он одел шляпу и радостно оглядел собравшихся.</p>
    <p>— Двадцать на двадцать, — наконец-то объявил студент.</p>
    <p><emphasis>Чего?</emphasis></p>
    <p>— Ну да, а что вы еще хотите? Десять огненных шаров из полной тысячи. А когда я говорю тысяча, то…</p>
    <p>Все присутствующие смотрели на него с восхищением. Тут же поднялся хор поздравлений и завистливого присвистывания. Кто-то повернулся к Ориелю, который остался чуть в стороне.</p>
    <p>— Ты слышал, Вауган? Это ты провел с ним курс занятий?</p>
    <p>— Эй, Глассворти! Расскажи же, как все было.</p>
    <p>Но пока его друзья подсмеивались над Вауганом, выпускник третьего курса сел на ступеньку и уткнул голову в колени. Чья-то рука легла ему на плечо. Вскоре можно было определенно сказать, что мальчик плачет.</p>
    <p>— Глассворти?</p>
    <p>Он медленно поднял голову. Его лицо было неподвижным как камень. Казалось, что внутри у него бушует яростный ураган. Никто ничего не мог понять.</p>
    <p>— Эй, Глассворти?</p>
    <p>Студенты с удивленными лицами столпились вокруг него.</p>
    <p>— Ничего я вовсе не сдал, — ответил тот. — Ничегошеньки, полный провал. Не сумел получить даже малюсенького шарика, самого маленького, представляете?</p>
    <p>Да, они это представили и медленно закачали головами.</p>
    <p>— Самое гадкое, что я проделывал этот трюк тысячи раз в парке Феникс. Тренировался еще вчера вечером. А здесь — ничего. В полном смысле слова ничего.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Они мне предложили подумать о выборе другой профессии. Представляете? Иллюзионизм — это не профессия, а состояние души и бла-бла-бла-бла.</p>
    <p>— О-хо-хо.</p>
    <p>— Круто.</p>
    <p>— И не говори.</p>
    <p>— Печально, Глассворти.</p>
    <p>— Да, вот уж правда, удар так удар.</p>
    <p>— Ну и ну.</p>
    <p>— Во всяком случае, завалили все.</p>
    <p>— Эй! А я еще не сдавал! — запротестовал кто-то.</p>
    <p>— Подожди немного.</p>
    <p>— Я вам вот что скажу, — произнес Глассворти, поднимаясь со ступеньки и обводя товарищей медленным взглядом. — Тот экзаменатор, который хотел показать мне, как это делается, тоже потерпел фиаско. Он думал, что я его не слышал и говорил об астральной связи с Великим Магистром. Я думаю, они над нами просто издеваются. А человек, который сегодня смог был выпустить хоть малюсенький огненный шарик, вероятно, еще не родился.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Просят пока не умирать</p>
    </title>
    <p>На следующее утро в самый первый час приема Огюст Овен со своим драконом уже вытирал ноги об решетку у моей двери. Я попросил Пруди заняться им, но когда захотел было взять из его рук дракона, он отступил и бросил в мою сторону злобный взгляд.</p>
    <p>— Что такое? — спросил я.</p>
    <p>— Что с ним? — в свою очередь спросил Овен.</p>
    <p>— С вашим драконом?</p>
    <p>Он кивнул и вопросительно посмотрел на меня.</p>
    <p>— Это пока еще не понятно, — ответил я. — Сегодня всего лишь вторая консультация.</p>
    <p>— Очень хорошо, но почему мне нельзя присутствовать на сеансе? В конце концов, я его хозяин.</p>
    <p>Пришлось одарить его великодушной улыбкой.</p>
    <p>— Об это не может быть и речи, мсье Овен.</p>
    <p>Мои руки тянулись к дракону, который в ответ посмотрел на меня большими умоляющими глазами.</p>
    <p>— Поверьте, я знаю, что делаю, — это моя профессия.</p>
    <p>Он отступил еще на шаг.</p>
    <p>— Если так будет продолжаться, — снова сказал я ему, — мы скоро окажемся на улице. Давайте. Не надо бояться. Ваш дракон не улетит.</p>
    <p>Огюст Овен подозрительно посмотрел на меня. Я улыбался как последний кретин. Профессиональней, Джон Мун. Профессиональней. Руки вдоль тела, никаких угрожающих движений. Никаких резких жестов. Улыбайся. Рациональней. Не давай ему понять, о чем ты думаешь.</p>
    <p>— И так? М-м-м?</p>
    <p>Одарив меня недовольным взглядом, Овен передал мне маленькое животное.</p>
    <p>— Не надо беспокоиться, — попросил я, неся свою драгоценную ношу к письменному столу. — Это не займет много времени.</p>
    <p>— Эй! Подождите! Дайте мне снять с него поводок!</p>
    <p>— Это не важно, — ответил я, закрывая ногой дверь, в то время как Пруди настойчиво повела назойливого посетителя в зал ожидания.</p>
    <p>Я поставил Грифиуса на пол и пробормотал:</p>
    <p>— Невыносимо.</p>
    <p>— Все в порядке?</p>
    <p>— Какой уж тут порядок.</p>
    <p>Он расправил крылья и немного размялся, помахав ими.</p>
    <p>— Ну, так на чем мы остановились? — сказал я, усаживаясь рядом с ним. — Ах да. До сих пор думаешь, что ты и есть Смерть, так?</p>
    <p>Он одарил меня убийственным взглядом.</p>
    <p>— Я не «думаю», что я Смерть. Я и <emphasis>есть</emphasis> Смерть, болван. Ты читал сегодняшнюю газету?</p>
    <p>— «Утро волшебника»? Да.</p>
    <p>— Прекрасно. Принеси ее сюда.</p>
    <p>Я встал, взял газету, которая лежала у меня на столе, и расстелил ее на полу.</p>
    <p>— Открой рубрику с некрологами, — приказал дракон.</p>
    <p>Я начал искать названную рубрику. Мне пришлось пролистать газету от корки до корки.</p>
    <p>— Здесь такого нет, — сказал я.</p>
    <p>— Вы очень проницательны.</p>
    <p>— Это еще ничего не доказывает.</p>
    <p>Я внимательнее посмотрел на Грифиуса.</p>
    <p>— Ничего? Тогда посмотри и вчерашнюю. И за предыдущие дни. За неделю, месяц, за год. И тогда ты, Джон Винсент Мун, увидишь, что никто за это время не умер. Дела обстоят так, словно Смерти вообще не существует.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Я нахожусь в плену в теле дракона, — сообщил Грифиус и вперся взглядом в мои глаза. — Кое-кто поймал меня в ловушку. Наступили тяжкие времена.</p>
    <p>Я провел рукой по лицу. Нет больше смерти? На первый взгляд, это полный абсурд. В то же время нынче постоянно происходит что-нибудь абсурдное. Начнем хотя бы с этой золотистой штуковины, которая продолжает со мной разговаривать.</p>
    <p>Я поднялся. Все это становится для меня слишком сложным. Но дракон (или Смерть, я уж теперь и не знаю) не дал мне отдышаться.</p>
    <p>— Ну ладно, — сказал он. — Ты не придумал способ, как нам освободиться от этого идиота Овена?</p>
    <p>Это мне подало идею. Я нагнулся и начал внимательно изучать кожаный ошейник с надписью Г.Р.И.Ф.И.У.С., к которому был прикреплен поводок. Затем встал, взял со стола нож для бумаги и начал его аккуратно резать.</p>
    <p>— Что ты делаешь? — спросил Грифиус.</p>
    <p>— Режу твой ошейник. Но не до конца. Просто делаю надрез. Я сделаю это так, что тебе останется просто дернуться, как только ты останешься один, я имею в виду, когда твой хозяин, этот Овен, привяжет тебя к чему-нибудь и отойдет.</p>
    <p>— Грм-м-м, — проворчал дракон. — А потом?</p>
    <p>— А потом ты прибежишь ко мне, и я тебя спрячу.</p>
    <p>— Ты меня спрячешь?</p>
    <p>— Ну да, вот так, поживешь у меня. А я займусь тобой.</p>
    <p>Маленькое животное, похоже, изучило мой план со всех сторон, как это делают с не очень интересной игрушкой, потом медленно кивнуло головой.</p>
    <p>— Идеальным это предложение не назовешь, но у меня нет ничего лучшего для выбора. Во всяком случае этот план мне более или менее подходит. По крайней мере, мы начнем действовать.</p>
    <p>Я быстро осмотрел ошейник — там был отличный небольшой надрез — и встал.</p>
    <p>— Остается только небольшая проблема, — сказал я.</p>
    <p>Дракон протопал к моему дивану и поднял там эластичную ленточку.</p>
    <p>— И что же это за проблема?</p>
    <p>— Не совсем понимаю, почему должен тебе помогать.</p>
    <p>— Ты что, шутишь?</p>
    <p>Я подошел к нему и слегка улыбнулся.</p>
    <p>— Нет, это вполне откровенно, — возразил я. — Разве я похож на шутника?</p>
    <p>Он ухмыльнулся и повернулся ко мне спиной.</p>
    <p>— Придется тебе объяснить, почему ты должен мне помогать, — сказал Грифиус. — Во-первых, жидкость, которую я выпил, или, точнее, выпил дракон, предназначалась тебе. Вот из-за нее-то я и оказалась пленницей этого тела.</p>
    <p>Мы уже обсуждали нечто подобное на нашей первой встрече. Он мне все это объяснял, но многие тонкости и нюансы так и остались для меня очень туманными, хотя саму суть я все же уловил. Кто-то что-то подмешал нам в пиво. Звездная жидкость обладает тем свойством, что безудержно притягивает Смерть. Единственный нюанс: выпил-то эту гадость не я, а дракон. Вывод: Смерть должна была оказаться пленницей моего тела, а не тела Грифиуса.</p>
    <p>— Согласен, — сказал я голосом, сладким как мед, — но, посмотри сам, маленькое чешуйчатое животное, я не имею ни малейшего отношения к этой досадной оплошности. Ты должна предъявить свои претензии дракону. Вернее будет сказать, ты, которая сидишь у него внутри. Потому что если уж говорить об этом пиве, то я и сам с удовольствием бы его тогда выпил. Впрочем, так оно и задумывалось.</p>
    <p>— Это понятно, — согласился дракон, продолжая стоять, отвернувшись от меня. — Но есть и еще одна причина.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Правда. Ты хочешь умереть, Джон Мун. Разве не так?</p>
    <p>Он повернулся ко мне, маленькое существо с золотистыми чешуйками.</p>
    <p>— Ну, скажем так, эта мысль часто приходила мне в голову.</p>
    <p>— Так вот что. Я знаю, почему они выбрали именно тебя для того, чтобы выпить эту жидкость. Потому что ты вызываешь во мне безмерную страсть. Но в то же время я отказывалась от тебя.</p>
    <p>Все это становилось очень интересным.</p>
    <p>— Ага! Значит, так оно и есть, да?</p>
    <p>Дракон кивнул.</p>
    <p>— Мне очень не хотелось, чтобы ты умер именно сейчас, Джон Мун. Не спрашивай почему, я этого еще и сама толком не знаю. Но факт остается фактом. И я хочу сказать тебе очень важную вещь: пока я нахожусь в этом теле, у тебя нет ни малейшей надежды скончаться.</p>
    <p>— Ого!</p>
    <p>— Дело обстоит именно так. Я хочу сказать, что ты можешь с тем же успехом броситься под поезд, нырнуть в Монстр Томсон, набив свои карманы булыжниками, или как дурак резать вены, сидя в туалете, — все это ни к чему не приведет. Если хочешь получить хоть малейший шанс отправить свою душу налево, мой милый дружочек, то ты должен помочь мне выбраться отсюда.</p>
    <p>— Это уже шантаж, — пробормотал я.</p>
    <p>— Нет, — покачал головой дракон. — Это судьба.</p>
    <p>Я встал, прислонившись спиной к стене. Где-то пробило десять часов. На улице шел дождь вперемешку с талым снегом.</p>
    <p>— Таким образом, пока вы находитесь там внутри, — сказал я, внезапно осознав, что обращаюсь к самой Смерти и было бы неплохо соблюдать определенные формы вежливости, — у меня нет никакого шанса…</p>
    <p>Зверек энергично закивал.</p>
    <p>— А у других?</p>
    <p>— Ни малейшего. Нет возможности даже для самой незначительной смерти, Джон Мун. Что бы там ни случилось. А хочешь, я тебе расскажу, что произойдет, если такая ситуация продлится достаточно долго?</p>
    <p>Я сделал ему отрицательный знак: и сам вполне мог представить, что произойдет в этом случае. Перенаселение. Гражданская война. Но война без смертей, война без всякого смысла. Всеобщий хаос! Живущие образуют гору, которая достигнет неба. Это заставило меня подумать о Вампир-Стейт-Бильбинг, самом высоком здании в нашем Сити. Тысячи строительных деталей переплелись, как внутренности металлического цветка. Место, где мы живем, нельзя назвать веселеньким, но при таком развитии событий оно вообще превратится в ад. Ад, в котором все будут приговорены к вечной жизни.</p>
    <p>Я бросил взгляд в сторону Грифиуса. Уютно устроившись на диване, он молча и внимательно смотрел на меня, и в глазах его отражался мир, судьба которого зависит от моего ответа.</p>
    <p>— Согласен, — вздохнул я наконец. — И каков план операции?</p>
    <p>Дракон развернул крылья и с интересом оглядел их.</p>
    <p>— Перво-наперво, — сказал он, — нам надо избавиться от этого Огюста Овена.</p>
    <p>— Очень хорошо.</p>
    <p>— А на данный момент, — продолжал дракон, — он стал чрезвычайно осторожен.</p>
    <p>Я встал в центре комнаты и сказал, раскинув руки:</p>
    <p>— Это еще ничего не значит. Враг пока не подошел к нашим дверям.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Тук-тук!</p>
    </title>
    <p>Кто-то постучал в дверь.</p>
    <p>Я нацепил на лицо улыбку.</p>
    <p>— Все в порядке, Пруди откроет дверь. Так на чем мы остановились? Ах да: на Огюсте Овене.</p>
    <p>— Огюст, — повторил дракон.</p>
    <p>Мы были вдвоем и оба слегка настороже.</p>
    <p>— Она пошла открывать дверь? — поинтересовался мой собеседник. — А почему она ее не закрывает?</p>
    <p>Не успел он произнести эти слова, как послышался громкий крик в зале ожидания. Кричал Овен.</p>
    <p>— Прячьтесь, — сказал я дракону.</p>
    <p>Грифиус бросился под стол, чтобы свернуться там клубочком. Я ухватился за ручку двери, но она распахнулась под ударом, отбросив меня в сторону. Упав на все четыре конечности, я попытался, как краб, ретироваться назад. Ко мне в кабинет ворвались два существа свирепого вида, один из них был вооружен саблей, другой — демоническим пистолетом.</p>
    <p>— Эй! — сказал я, пытаясь подняться на ноги. — Вы на консультацию?</p>
    <p>— Оставайся на месте, — приказал огр с пистолетом и навел на меня свое оружие.</p>
    <p>— Согласен. — В такой ситуации лучше не возражать.</p>
    <p>На обоих ворвавшихся были длинные черные пальто с разрезом на половину высоты и треугольные шляпы, которые, похоже, уже прошли войну. На шутников вовсе не походили.</p>
    <p>— Ты и есть Джон Мун?</p>
    <p>— Это с какой стороны посмотреть. А что вам надо?</p>
    <p>— Точно он, — сказал огр с пистолетом и повернулся к своему товарищу. — Я тебе говорил, что никаких трудностей здесь не будет. Хозяин останется доволен.</p>
    <p>— М-м-м-м… хозяин? — переспросил я и глуповато улыбнулся.</p>
    <p>— Заткнись, — приказал огр с саблей. — Ну ладно, — продолжил он, обращаясь уже к своему коллеге, — и как мы теперь его уведем?</p>
    <p>«Сделай что-нибудь», — произнес голос у меня в голове.</p>
    <p>Я почти совсем забыл про Грифиуса.</p>
    <p>«Ага, только вот что?» — отвечать пришлось тем же манером.</p>
    <p>«Не важно что. Ты не можешь умереть. Не забывай об этом».</p>
    <p>Да, правда? — подумал я, рассматривая своих противников. Но что это даст? Как раз смерть-то мне и не страшна. А вот страдания…</p>
    <p>Движимый внезапным импульсом, в котором было столько же отваги, сколько и подсознательных мотивов, я попробовал подняться.</p>
    <p>— Эй, — прорычал огр с пистолетом. — Сказал же — оставаться на месте!</p>
    <p>— Никаких проблем, — заверил я его. — Мне просто надо немного расправить суставы.</p>
    <p>— Сядь на пол.</p>
    <p>— А пожалуйста, где?</p>
    <p>— Сидеть!</p>
    <p>Я почувствовал, что в меня вошли новые силы, и понял, что теперь уже перешел стадию страха. Или, точнее, просто на него совершенно наплевал.</p>
    <p>— Ну и что ты собираешься тогда сделать, а? Прибить меня? Уверен, твоему хозяину это не очень-то понравится.</p>
    <p>Несколько мгновений огр обдумывал услышанное, затем начал засучивать рукава.</p>
    <p>— У меня есть другая идея, — сказал он.</p>
    <p>— Да неужели? — ехидно ответил я и заметил, как за его спиной тихонько приоткрывается дверь.</p>
    <p>— Именно. Как мне кажется, ты не относишься к тем, кто понимает, когда надо говорить, а когда лучше и помолчать.</p>
    <p>— Возможно.</p>
    <p>Улыбка не сходила с моего лица. Пруди, милая маленькая Пруди, проскользнула внутрь, держа в руке стилет, вынутый из трости. Лезвие поблескивало в полумраке. Идея была не очень хороша, но все же это была хоть какая-то идея.</p>
    <p>— Вы бы лучше обратили внимание на люстру, — сказал я.</p>
    <p>Оба «посетителя» инстинктивно подняли глаза к потолку. Пруди, не теряя времени, воткнула свое оружие в ляжку огра с саблей и тут же его вытащила.</p>
    <p>— Ах ты маленькая шлюшка! — злобно взвыл он и обеими руками схватился за ляжку.</p>
    <p>Я воспользовался моментом и набросился на его коллегу. Мы оба рухнули на пол. Мое сердце не успело стукнуть и одного раза, как я уже оказался внизу, но этого времени хватило на то, чтобы огр лишился своего демонического пистолета. Затем довольно легко, как мешок с сухофруктами, он развернул меня на полу, и его мозолистые руки уже приготовились сделать из моего тела отбивную.</p>
    <p>Все еще вооруженная стилетом, Пруди ринулась ко мне на помощь, но огр, которого она попыталась перед этим насадить на свой вертел, поймал ее за волосы и стукнул об дальнюю стенку. Она осела, как перезревший фрукт. Лезвие оказалось на полу.</p>
    <p>Я вывернулся как раз в тот момент, когда мой противник хотел нанести мне удар своим кулачищем в грудь, и заметил, что демонический пистолет скользнул в дальний угол комнаты и теперь находится вне досягаемости.</p>
    <p>Запахло жареным.</p>
    <p>Грифиус правильно оценил ситуацию. Он, как дьявол из коробочки, выскочил из своего укрытия и вцепился клыками в задницу моего противника. Тот тут же с воем вскочил на ноги. Я нанес ему со всей силы удар точно в солнечное сплетение и метнулся к пистолету, проскользив расстояние до него по паркету. А затем схватил оружие, развернулся и выстрелил в сторону огра. Раздался небольшой взрыв, и через мгновение из ствола пулей выскочил маленький, мускулистый, зеленоватый дьволенок. Он на полном ходу завис в воздухе в нескольких дюймах от огра и оглянулся.</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>И тут «снаряд» начал в полном смысле метаться из угла в угол, летая по комнате как молния от одного конца к другому. За ним даже невозможно было уследить глазами.</p>
    <p>Огр со зловещей улыбкой, потирая ягодицы, направился в мою сторону. Я швырнул в него пистолет, а маленький дракон вцепился ему в икру. Другой огр тоже начал приходить в себя. У меня как-то получилось нанести ему удар ногой точно в челюсть, подобрать стилет, оброненный Пруди, и всадить его в живот своему противнику. Если тебе выпал хоть какой-то шанс, подумал я, если все эти разглагольствования Смерти правда, то ты не умрешь.</p>
    <p>Поносившись несколько секунд сумасшедшими зигзагами, маленький зеленоватый дьяволенок уселся на подоконник. Похоже, ему надо было перевести дыхание.</p>
    <p>Пруди лежала неподвижно, распростершись на полу Я поднял ее на руки — настоящая тряпичная кукла. Но нельзя было терять времени. Огр, который раньше держал пистолет, начал медленно приходить в себя. Грифиус укусил его в последний раз, и мы направились к выходу. Мне никак не удавалось представить себе, что нам дальше делать. В зале ожидания, растянувшись на полу, тихо стонал невыносимый Огюст Овен. Я перешагнул через него и направился к двери, моя драгоценная ноша лежала на плече, а дракон следовал за нами.</p>
    <p>Мы оказались на дневном свете. С неба капал мелкий ледяной дождик, и я поспешно засеменил вдоль Финнеган-роад, а потом свернул направо по направлению к парку Милль Рок. Там в легкой дымке виднелись темные силуэты сосен, такие же хрупкие, как мимолетное видение. Несколько прохожих, мимо которых мы пробежали, с изумлением проследили за нами взглядом.</p>
    <p>— Эй! — протестовал Грифиус каждый раз, когда был уверен, что нас никто не слышит. — Не беги так! Постой!</p>
    <p>Но я не обращал на это внимание. На моем плече Пруди, которую изрядно растрясло, начала приходить в себя. Мы забежали в скверик. Между деревьями вглубь уходила извилистая, обрамленная мокрыми скамейками, дорожка. Я упал на одну из скамеек, стоявшей напротив огромной скалы, которая, казалось, была поставлена здесь специально, и усадил Пруди рядом с собой. Дракон расположился рядом.</p>
    <p>— Уф, — наконец-то мне выпала возможность отдышаться.</p>
    <p>— Уф, — повторил дракон. — Но послушай, Джон Винсент Мун, и чего ты этим добился?</p>
    <p>Я посмотрел на него. Мне припомнился мудрый совет Всеведущей Федерации. <emphasis>Итак, когда перед вами возникает новая ситуация, в отношении которой ваш ум или ваш инстинкт подсказывает, что надо сделать то-то и то-то: сделайте все совершенно наоборот.</emphasis> Коротко и ясно. И в этот раз все так и получилось. На первый взгляд я сделал как раз противоположное тому, что мне подсказывал здравый смысл. Но результат оказался неутешительным.</p>
    <p>— Мы от них смылись, — заметил я.</p>
    <p>— Мы? Но им нужен был именно <emphasis>ты,</emphasis> Джон Мун.</p>
    <p>— Откуда ты это знаешь?</p>
    <p>Дракон пожал плечами, конечно на свой драконий манер. Я задрал лицо к небу. Дождь приятно смочил его. Мои глаза закрылись, но тут же и открылись снова, так как Пруди начала возиться под боком.</p>
    <p>— Где я? — захныкала она, схватив меня за руку, — Глоин?</p>
    <p>— Эх, нет, — сказал я, высвобождая руку, — это всего лишь Джон Мун, дорогая Пруди. Мы в парке Милль Рок. И я должен вас поблагодарить.</p>
    <p>Она с изумлением посмотрела на меня.</p>
    <p>— У меня был странный сон, — сказала горничная с дрожью в голосе.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Да. Мне снилось, что наш дом — это замок и что огры, одетые в черное, берут его приступом.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— И дракон, который сейчас сидит рядом с вами, тоже был там.</p>
    <p>— М-м-м.</p>
    <p>— Но он разговаривал.</p>
    <p>Пришлось позволить маленькой гномессе прислониться к моему плечу.</p>
    <p>— Он не только разговаривает, — сказал я, смотря прямо перед собой. — Но это сама Смерть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Лучше в отель</p>
    </title>
    <p>Мы сняли комнату в «Варлок Хемсли», довольно дорогом отеле на берегу Монстра Тамсона. Наши окна с одной стороны выходили на плавный ленивый изгиб реки с грязной водой, а с другой — на огромное серое здание, украшенное зубчатыми башенками: Музей легенд.</p>
    <p>Денег со мной не было, но я рассчитывал как можно скорее сходить за ними домой. На данный момент не было и речи, чтобы возвращаться на Финнеган-роад. Я был прирожденным пессимистом, и перспектива столкнуться глухой ночью с двумя злющими мстительными вооруженными ограми совершенно меня не прельщала.</p>
    <p>Мы все втроем сидели на кровати. Пруди, похоже, приняла дракона. Она находила его «миленьким», а так как сама Смерть пряталась внутри, то это было практически незаметно.</p>
    <p>— Во-первых, — подвел итог Грифиус, — кто-то хотел тебя похитить, рассчитывая, что именно в тебе я и сижу. А пиво-то пил дракон, не ты, так что фокус с жидкостью провалился. Но потребуется не слишком много времени, чтобы они это поняли.</p>
    <p>— Они?</p>
    <p>— Не могу точно сказать, кто такие «они», — продолжил Грифиус. — Но вся эта история меня ужасно беспокоит. Надо иметь достаточно наглости, чтобы захотеть пленить Смерть, и довольно извращенный ум, чтобы выдумать такой нетривиальный план.</p>
    <p>Я задумчиво почесал кончик носа.</p>
    <p>— А что они предпримут, чтобы найти нас?</p>
    <p>— Джон Мун, — сказал дракон и расправил свои крылья, — тебе совершенно необходимо поднапрячься и вспомнить, кто подлил эту жидкость вам в пиво.</p>
    <p>— Это был мужчина, — ответил я. — С усами и… ну, остальное вспоминается очень расплывчато. После такого количества пива, которое мы выпили…</p>
    <p>— Представляю.</p>
    <p>Воцарилось задумчивое молчание.</p>
    <p>— Джон?</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Ты сказал «мы»?</p>
    <p>— Я… Думаю, да.</p>
    <p>— А кто были эти остальные?</p>
    <p>— Ну, Ориель и Глоин.</p>
    <p>— Глоин Мак-Коугх, — уточнила Пруди.</p>
    <p>— Эльф и карлик, как я догадываюсь?</p>
    <p>— Можно сказать и так.</p>
    <p>— Очень интересно.</p>
    <p>— Это на ваш взгляд.</p>
    <p>— А можешь ты мне описать этих Ориеля и Клейна? — спросил Грифиус.</p>
    <p>— Глоина, — поправила Пруди.</p>
    <p>— Ну, в общем, — начал я, вставая и устремляя взгляд в пространство, — Ориель — студент школы Магии, совершенно не способный к учебе, а Глоин…</p>
    <p>— А Глоин не может вырастить ни единой, даже сорной, травинки, — закончил вместо меня дракон.</p>
    <p>Я повернулся к нему.</p>
    <p>— Откуда вы знаете?</p>
    <p>Грифиус засунул голову под крыло, словно пытался там что-то найти, а потом вытащил ее наружу, и выражение на его мордочке было очень озабоченным.</p>
    <p>— Это подтверждает мои подозрения.</p>
    <p>— Вы можете мне что-нибудь объяснить?</p>
    <p>Объяснить дракон мог. Насколько он сам понимал, человек, который попытался пленить Смерть, решил то же самое сделать и с ее сестрами, Магией и Природой. Жидкость, подлитая в пиво, имела только одну цель: привлечь к себе жертв и захлопнуть ловушку, то есть нас. Мы трое были полными противоречиями к заветам Трех Матерей. Кто-то, кому не хотела помогать Мать Природа. Кто-то, кому не хотела помогать Мать Магия. И кто-то (это я), кого не хотела забирать Мать Смерть, то есть не хотела помогать.</p>
    <p>— Но с какой целью они это сделали? — спросила Пруди, которая еще не до конца оправилась.</p>
    <p>— Все очень просто. Как только мы окажемся пленниками этих тел, то больше не сможем из них выйти. Если личность нечувствительна к тем принципам, которые мы представляем, то это становится для нас как бы непреодолимой преградой, поскольку в этом случае нам очень трудно сделать то, что захочется. Мы не сможем управлять теми телами, в которых оказались.</p>
    <p>— Мы? — переспросила Пруди.</p>
    <p>— Это Три Матери, — пояснил я.</p>
    <p>Маленькая гномесса покачала головой. Все это уже слишком далеко заходит. Представить себе, что Три Матери оказались пленницами, значит понять, что они действительно существуют, понять то, что большинство наших жителей принимало на веру не задумываясь, не ища в этом смысла. Обитателей Ньюдона это устраивало как нельзя лучше. А теперь, когда мы получили полную уверенность в существовании Трех Матерей, теперь, когда мы получили все неоспоримые доказательства, у нас появилась другая головная боль. Это не считая того, что божества, о которых идет речь, оказались в полной беспомощности и находятся под угрозой.</p>
    <p>— Вас заманили в ловушку, — сказал я.</p>
    <p>— Вероятно.</p>
    <p>Мы заказали бутылку бренди. Я налил три стакана, один передал Пруди, а другой поставил перед драконом.</p>
    <p>— Вы же прекрасно знаете, что мои принципы не разрешают мне пить, — жеманно заметила маленькая гномесса.</p>
    <p>— Пейте, а то свихнетесь, — посоветовал я и одним глотком осушил свой стакан.</p>
    <p>Пруди поджала губки и сделала гримасу. Меня охватила приятная теплота. Учитывая льющий на улице дождь (снег теперь остался только в памяти), действие спиртного было необычайно приятно.</p>
    <p>Грифиус лакал свое бренди быстрыми движениями язычка. Мы продолжали беседовать. Обстоятельства начали проясняться. Бурная деятельность Парламента, решение в отношении Колумбинского леса — все это теперь предстало в новом свете. Дракон был твердо уверен, что все эти события являются частью единого общего плана. Королева, замешана ли она в этом? Если так, то Природа и Магия находятся в большой опасности. Остается только надеяться, что еще не поздно что-то предпринять.</p>
    <p>Пришлось налить себе еще один стакан бренди, чтобы более спокойно обдумать сложившееся положение вещей. Буль, буль, буль.</p>
    <p>— Дело дрянь, — констатировал я.</p>
    <p>— Джон, — сказал дракон и соскочил с кровати. — Ты должен найти своих друзей. Может быть, их тоже уже попытались похитить, как и тебя. Мы ни о чем не можем говорить с уверенностью, но риск существует.</p>
    <p>Я взял бутылку за горлышко и сделал большой глоток. Мне чертовски требовалось тепло. Чертовски требовалась забота.</p>
    <p>— Мсье Мун, — стеснительно попробовала протестовать гномесса.</p>
    <p>Поставив бутылку на пол, я сел рядом с ней на кровать.</p>
    <p>— Пруди, миленькая, — ситуация… э-э-э… очень плачевная. Но мы контролируем ее со всех концов.</p>
    <p>Она только покачала головой. Я обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. Где-то в глубине моей души потихоньку начал раскачиваться какой-то механизм.</p>
    <p>— Джон, — настаивал дракон, сидя у моих ног, — что ты собираешься делать? Твоим друзьям нужна помощь.</p>
    <p>Я закрыл глаза, держа в руках уже наполовину пустую бутылку.</p>
    <p>— Ты… Ты — Смерть, так, черт тебя подери со всеми потрохами, почему бы тебе не попытаться что-нибудь предпринять, а?</p>
    <p>— Ты пьян, Джон Мун. Это никуда не годная идея.</p>
    <p>— Это точно, так и есть, — согласился я и склонил свое лицо почти вплотную к Пруди, — в конце концов, если она выйдет из дракона, то тут же всех поубивает и…</p>
    <p>— Джон. Мне <emphasis>не выйти</emphasis> из дракона.</p>
    <p>— Это очень печально, — сказал я задумчиво.</p>
    <p>— Ты должен нам помочь, Джон.</p>
    <p>— Нам?</p>
    <p>— Мне и моим сестрам.</p>
    <p>Я снова встал и, покачиваясь, подошел к окну. Эй! Все это просто великолепно, не так ли? Туман над рекой. Церкви, холмы, башни, дымки из труб, огоньки на фоне серого пейзажа, дремлющие монстры, трудолюбивая жизнь; этот скот, подземные существа; этот сложный механизм, огромная машина, движущая жизнь.</p>
    <p>— Я Джон Мун, — мои слова были произнесены таким тоном, словно ими сказано все, — и меня просят, именно меня просят, подготовить Огров Челси, освободить Смерть! Ого! Тип, который хочет умереть и не может этого сделать. Впрочем, это мелочь и даже несколько смешно, — вздохнул я и прижался лбом к холодному стеклу, бум.</p>
    <p>— Мсье Мун, — умоляюще потянула меня за пиджак Пруди. — Ваши друзья, может быть, испытывают великую опасность.</p>
    <p>Я посмотрел на нее и попытался улыбнуться:</p>
    <p>— Ну, ну. Моя маленькая влюбленная Пруди, а?</p>
    <p>Должно быть, мой вид был ужасен.</p>
    <p>— И… ик… знаю, но остановите меня, если я вас обману, хорошо? Потому что, в конце концов, все и без меня будет очень хорошо и… ну… во всяком случае, мы… ик… возмущены, помните это? Возмущены до смерти! — закричал я и вскинул руки к небу.</p>
    <p>Дракон что-то проворчал, но его никто не слушал. За окном, на другом берегу реки, возвышался огромный и импозантный Музей легенд. Мне надо было немного проветриться, подышать свежим воздухом. Наступил вполне подходящий для этого момент. Я неуверенным шагом направился к двери.</p>
    <p>— Пойду посмотреть, что там они натворили, — заявил я, — а вы оставайтесь здесь, так как, сами знаете, ситуация очень… гмм… э-э-э… очень серьезная, ну, тяжелая. И главное, ни о чем не беспокойтесь. Потому что, вы меня слышите? Все, кроме вас, настолько… ик… да… ага… с вами пока… ик… все нормально. Скоро вернусь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ну и ну</p>
    </title>
    <p>Когда уже далеко за полдень в дверь квартиры постучали, Глоин Мак-Коугх не мог услышать ничего, кроме собственного стесненного дыхания. Он оказался в густом лесу. Его квартира превратилась в настоящие дебри. Деревья расположились в гостиной, их тяжелые корни обхватили потрескавшийся комод. Мхи и папоротники покрыли ванну; живой плющ украсил стены кухни. Прихожая была заполнена кустарником, в то время как сам этаж занимали ели, их там была целая дюжина. Кровати больше не существовало, ее разорвало на кусочки. Большая часть мебели потерпела поражение в битве с растительностью: она развалилась на мелкие кусочки под не воображаемым напором жизни, под напором соков, протекавших во всех этих растениях и деревьях, которые росли так быстро, что это было заметно невооруженным глазом. Везде, где Глоин прикоснулся рукой, появлялось новое растение. Пол оказался застлан гумусом и опавшими листьями, а семенам просто не терпелось прорасти.</p>
    <p>Карлик приподнял ветви небольшого дубка, которые в поисках света поднялись уже до самого потолка, и проскользнул под ними, как змея под водами озера. Он приложил руку к уху. Стук раздался вновь.</p>
    <p>— Черт вас подери, — пробормотал Глоин и вытер испачканные землей руки о свое пальто.</p>
    <p>В голове всплыло утреннее происшествие. Пережитое им за последние несколько часов было так необычно, что время потеряло для него всякое значение. Сколько часов прошло, пока он сажал цветы и смотрел, как они распускаются, прыгал от радости на одном месте и катался по свежевскопанной земле? Может быть, все дело в том черноземе, который он заказал и который ему привезли в больших мешках. Но самым чудесным является то, что растениям, похоже, вообще не требуется земля, они пускают свои корни в пол или, наконец, под пол, и он уж теперь совсем ничего не понимает. Перешагнув через гигантский корень, раздвинув кусты, которые загораживали ему дорогу, Глоин направился в прихожую, где снова раздался стук.</p>
    <p>— Да, да, иду, иду!</p>
    <p>Святая Троица, думал он, а если это семья того бедняги стекольщика, которого я случайно убил?</p>
    <p>Очередная загадка — карлик, который должен был умереть, но вместо этого выпил с ним две кружки пива в баре на углу. Они там очень хорошо провели время, словно два старых приятеля, и там же с интересом рассматривали объявление.</p>
    <cite>
     <p>Требуются уверенные в себе гоблины или огры для выполнения трудной миссии, оплата высокая.</p>
     <p>Рекомендации обязательны.</p>
     <p><emphasis>Обращаться к служителю прилавка</emphasis></p>
    </cite>
    <p>— Хе, хе, — сказал Болдур, чудом избежавший смерти, у него все еще немного текла из раны кровь.</p>
    <p>— Ты о чем?</p>
    <p>— Еще один бедняга, которого ждут удовольствия.</p>
    <p>— Бедняга?</p>
    <p>— «Трудная миссия» — скорее всего, насчет какого-то должника, который не заплатил свой долг. Но теперь, поверь мне, он по-другому посмотрит на этот вопрос. И переживет посещение очень забавных мыслей, когда его голова окажется в мешке. Сумасшедшие.</p>
    <p>— Хе, хе, — подтвердил Глоин в свою очередь.</p>
    <p>— Хе, хе, — подтвердил он и сейчас, когда открывал дверь. — Добрый день.</p>
    <p>Перед ним стоял огр, сопровождаемый угрожающего вида гоблином. Он был одет в длиннющее черное пальто, которое доходило ему до щиколоток, и в подкованные сапоги, к которым прицепился пучок корешков. Руки посетитель держал за спиной. Лицо Глоина озарилось радостью.</p>
    <p>— А я вас знаю, — сказал он.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Вы — Гораций Плум. Вы играете за команду Огры Челси.</p>
    <p>— Играл, — поправил его огр.</p>
    <p>— О черт возьми! Знаете что?</p>
    <p>Вместо ответа громила достал из-за спины джутовый мешок и спокойно натянул его на карлика. Глоин пытался что-то сказать, но никто его не слушал. Гоблин с прыщавым лицом и нервными манерами, протянул Горацию Плуму веревку, которой тот быстренько завязал джутовый мешок, чтобы показать, что не склонен к каким-либо дебатам.</p>
    <p>— Хумм, бумм, пумм, — попытался что-то объяснить карлик, трепыхаясь в мешке.</p>
    <p>— Заткнись, — сказал огр и нанес сильный удар кулаком в то место, где по его расчетам должна была быть голова пленника.</p>
    <p>Для Глоина Мак-Коугха ситуация изменилась с головокружительной скоростью. Еще несколько мгновений до этого он был самым талантливым садоводом в Ньюдоне, а сейчас, вместо безумного радостного потока событий, он испытывает всего лишь презрение.</p>
    <p>— Я видел все ваши игры, — карлик нашел в себе силы выкрикнуть из мешка. — Вы мне очень нравитесь!</p>
    <p>Гораций Плум! Это просто невозможно. Глоин хотел еще что-то спросить, но свет у него в глазах внезапно потух, и на сцену упал занавес.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Не мешайте!</p>
    </title>
    <p>Она состояла из томных изгибов форм молочного цвета. Она лежала, свернувшись на простыне, образуя закорючку в форме буквы S, ее духи издавали тяжелый аромат, серебристые волосы, разметавшиеся локоны обладали деликатным шармом.</p>
    <p>А он сидел на краю кровати, держа в руках высокую шляпу — спина согнута, в глазах светится триумф.</p>
    <p>Она приподнялась и начала ласкать ему шею.</p>
    <p>— Любимый…</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Любимый, не хочешь ли ты…</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>Она опустила руку.</p>
    <p>— Эй, милочка, — пробормотал Ориель, — ради святой крови всех волшебных штук… ох… я обнаружил, что на данный момент в данном регионе со мной не сравнится ни один эльф и…</p>
    <p>— М-м-м… но я не пойму о чем ты говоришь, — жеманно заметила его подружка и повернулась на бок.</p>
    <p>— Милочка, вот посмотри. Внимание! Раз, два…</p>
    <p>— Три, — пробормотала милочка.</p>
    <p>— Три! — объявил Ориель, поднимая свою мохнатую шапку из овчины. — Ну, приятель, выходи!</p>
    <p>Бросив шляпу на пол, он повернулся и преподнес своей подружке животное, или, скорее, оно упало на простыню, а точнее, своей спиной на ее спину.</p>
    <p>— А-а-а-ах! — взвыла молодая эльфесса и рывком вскочила с постели. — Что это за ужас?</p>
    <p>— Это не ужас! Это ондатра из реки Змей, очень миленькая.</p>
    <p>— Убери ее.</p>
    <p>— Относится к грызунам. Делает себе гнезда в тростниках.</p>
    <p>— И ты вытащил животное из своей шляпы? — спросила эльфесса, поправляя волосы рукой, простыня с ее груди упала.</p>
    <p>— Именно, — ответил Ориель с улыбкой полной триумфа. — Каково, а?</p>
    <p>Его подружка снова упала на кровать и вздохнула. Он смотрел на нее, постоянно мигая глазами, не прекращая немного недоверчиво улыбаться.</p>
    <p>— И ты не хочешь поинтересоваться, как я это делаю?</p>
    <p>— Ну и как же ты это делаешь? — вежливо спросила эльфесса, слегка опуская веки.</p>
    <p>— Не скажу, — ответил Ориель и совершенно обнаженным встал во весь рост, — я прекрасно вижу, что тебя это нисколько не интересует.</p>
    <p>Она снова повернулась на бок.</p>
    <p>— Ориель, я уже второй день нахожусь у тебя в комнате. И сколько раз мы за это время занимались любовью?</p>
    <p>— Ну-у-у… два раза.</p>
    <p>— Один и еще немного.</p>
    <p>— Как это «и еще немного»?</p>
    <p>— Ты мне рассказываешь о магии в течение… Ох! — вздохнула молодая эльфесса и закрыла лицо согнутой рукой. — В конце концов, Ориель, ты…</p>
    <p>— Слышишь.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Сняв рубашку со спинки ближайшего стула, Вауган прислушался.</p>
    <p>— Кто-то звонит в дверь.</p>
    <p>— Нет, я…</p>
    <p>Но звонок прозвучал снова, неприятно, настойчиво. Эльф подошел к окну и посмотрел на крыльцо.</p>
    <p>— Огр и гоблин, — сказал он, поспешно одеваясь. — Определенно какие-нибудь торговые агенты.</p>
    <p>— Скажи им, чтобы убирались, — простонала эльфесса.</p>
    <p>Ориель, натягивая трусы, бросил в ее сторону быстрый взгляд. Все равно в этом было что-то необычное. Сия болтушка делит кровать с одним из самых великих волшебников Ньюдона, а все, что она может сказать, так это то, что он занимался с ней любовью всего лишь один раз. Зато какой раз!</p>
    <p>— Пойду спрошу чего им надо, — сказал Вауган, поправляя одежды и надевая шейный платок. — Черт подери, куда подевались мои брюки? Ты меня подожди, воспользовавшись пока этой мягкой кроватью и уютной комнатой.</p>
    <p>Я хочу сказать, это одна из пяти комнат в этом доме, которая достаточно просторна и хорошо обставлена. Думаю, все предшествующие маленькие подружки пользовались такими же. В дорогом и роскошном квартале.</p>
    <p>Молодая эльфесса что-то прошептала ему в ухо, но он уже этого не слышал. Ориель вышел босиком на парадную лестницу, покрытую темно-красным ковром и обрамленную перилами из дикой вишни. Спустившись, он открыл входную дверь.</p>
    <p>У стоящих перед ним гоблина и огра не оказалось с собой никакого товара на продажу. Оба были одеты в черные пальто и черные широкополые шляпы, физиономию огра украшала выразительная рыжая борода.</p>
    <p>— Что вы хотите? — спросил эльф.</p>
    <p>— Вы и есть Вауган Ориель?</p>
    <p>Он кивнул головой и улыбнулся. Так оно и есть. Кто-то же должен был им заинтересоваться. Им, последним настоящим иллюзионистом Ньюдона. Единственный, на кого они еще могут рассчитывать. Уникальный, лучший, с отличными рекомендациями.</p>
    <p>Я знаю, что ты хочешь сказать, думал Ориель, глядя огру прямо в глаза. Но это не беда, все равно заходи. Мне это доставит удовольствие.</p>
    <p>— У вас развязались шнурки.</p>
    <p>Его взгляд медленно опустился на ноги. Шнурки? Но он же вышел босиком?!</p>
    <p>— Я… — начал было Вауган.</p>
    <p>Но больше он ничего не успел сказать: мир в его голове завращался, и эльф потерял сознание.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Легенды</p>
    </title>
    <p>Я спустился на набережную. Воздух был холодным и дул легкий порывистый ветер. В тумане темнел силуэт пересекающего реку моста Томпкин. Меня слегка покачивало, голова совершенно опустела, вопросы кружили вокруг меня словно стая назойливых бесполезных насекомых. На другом берегу располагался Музей легенд: огромное серое здание с колоннами, со скрюченными горгулиями, на лицах которых застыли страшные гримасы. Возможно, они отправлялись по ночам в тяжелый полет, угрожая камням раскинувшегося под ними города.</p>
    <p>У меня было очень неприятное ощущение, что за мной кто-то следует, что за мной кто-то наблюдает. Я неоднократно с дрожью останавливался и оборачивался, но туман мешал мне что-либо разглядеть. К тому же я был слегка пьян. Когда передо мной оказался подъем на мост, два угрожающих силуэта в капюшонах не торопясь отделились от края моста и направились прямо мне навстречу. Возможно, гоблины. Я был не вооружен.</p>
    <p>— Так, значит, прогуливаемся, да?</p>
    <p>Две возможные жертвы, вооруженные рапирами. Они пошли за мной вслед, клинки, висящие у них по бокам, тускло сверкали в полумраке, но схватиться за оружие и броситься на меня преследователи пока не решались. Было явно видно, что опыта у гоблинов пока еще маловато.</p>
    <p>— У меня с собой ничего нет, — сказал я.</p>
    <p>— Да что ты говоришь!</p>
    <p>Один из громил преградил мне дорогу и натянул пониже свой капюшон. На их отвислых губах с обоих сторон были видны надрезы, в глазах плясали безумные огоньки.</p>
    <p>— Именно так, — подтвердил я.</p>
    <p>Он приставил клинок мне к животу.</p>
    <p>— А я тебя знаю, — неожиданно сказал гоблин.</p>
    <p>Его сообщник встал рядом с ним.</p>
    <p>— Тебя узнали.</p>
    <p>— Возможно, — ответил я, — перед вами бывший тренер Огров Челси.</p>
    <p>— Ага, так оно и есть, — согласился второй и почти вплотную подошел ко мне. — Только вот мы-то болеем за Демонов Колумбины.</p>
    <p>Я почувствовал легкое покалывание внизу живота и посмотрел вниз. Дурак гоблин воткнул в меня свой клинок. Он быстро его вытащил, и за лезвием последовала струйка крови. Я упал на колени, красноватый туман застил мне глаза.</p>
    <p>— Ты что наделал? — спросил другой гоблин.</p>
    <p>— Все в порядке, — ответил его товарищ, — мы же за демонов, правда?</p>
    <p>— Так что с того, дурак ты неотесанный! Это же еще не повод, чтобы убивать!</p>
    <p>Напавший на меня пожал плечами. Все это было очень странно. Я должен был уже умирать… однако происходящее казалось сценой из какой-то пьесы. Но где же зрители? Мой живот доставлял мне чертовское неудобство: кровь текла ручьем, пропитывая рубашку и брюки. Но я вовсе не собирался умирать.</p>
    <p>— Бежим, — посоветовал первый гоблин, нервно озираясь. — Бежим, пока никто не видит.</p>
    <p>Второй медлил, он наклонился, чтобы обшарить мне карманы.</p>
    <p>— Нет у меня ничего, — повторил я, держась обеими руками за живот. — Вы что, совсем идиоты?</p>
    <p>— Заткнись, — отрезал гоблин, прищурив глаза, затем выпрямился. — У него ничего нет.</p>
    <p>— Говорил же вам, — пробормотал я, сдерживая тошноту.</p>
    <p>— Что будем делать? — поинтересовался один из напавших на меня.</p>
    <p>— Заткнись, — ответил другой.</p>
    <p>— Но я ничего и не говорю, — запротестовал первый.</p>
    <p>— Тебе же уже сказано — заткнись.</p>
    <p>— Так я больше ничего и не говорю.</p>
    <p>— Заткнись!!! — снова рявкнул гоблин и пнул меня ногой.</p>
    <p>Я повалился на землю. Это оказалось намного приятней, лежа гораздо удобней умирать или, по крайней мере, попробовать это сделать. Шел дождик, мелкий, освежающий. Я начал приходить в себя.</p>
    <p>— Ну ладно, — сказал гоблин. — Делать здесь больше нечего. С ним все ясно.</p>
    <p>— Может, сначала кончим его? — предложил второй.</p>
    <p>Премного благодарен, подумал я.</p>
    <p>Новый удар рапиры проткнул мне бок. Я для проформы издал громкий стон, но к этому моменту уже все понял. Я не умру. Никто не умрет. Мне бы надо к этому моменту вообще сойти с ума, но на самом деле произошло все наоборот. Я никогда не испытывал такого спокойствия. Ко всему можно привыкнуть, подумалось мне. Но сейчас? Валяться грязным, как поросенок?</p>
    <p>Я слегка выпрямился и увидел, что мои грабители исчезают в тумане. На улице никого не было видно. Мимо проехал фиакр, но даже не подумал остановиться. Теперь дождь несколько усилился, он стучал по тротуару и наложил рябь на водную поверхность Монстра Тамсона, круги от капель расширялись и очень быстро исчезали. Ветерок играл ветвями деревьев. Я с трудом поднялся. Вся моя одежда пропитались кровью. Эта ситуация меня все еще занимала, но уже в меньшей степени. Однако рана так никуда и не исчезла. Но теперь уже было определенно понятно, что я не умру. Все происшествие приняло куда менее драматичный оборот.</p>
    <p>Покачиваясь, я направился к Музею легенд, где в небольшой нише можно было найти местечко потеплее, мне нужно было прийти в себя. По лестнице поднималось несколько посетителей. Они все несли зонтики. Я поднялся, волосы у меня были спутаны, на лице чувствовалось страдание. Мое пальто не слишком-то пострадало, и мне пришло в голову запахнуть его так, чтобы не видно было рубашки. Кровоточит ли еще моя рана? По всей видимости, нет. Во всяком случае, никто не обращал на меня внимания. Я подошел к билетному контролю.</p>
    <p>— Билет, пожалуйста.</p>
    <p>Передо мной был огромный зал, с деревьями в оранжерее, с монументальными лестницами, бронзовыми фигурами монархов и шепотом фонтанов, который заглушал шум дождя на улице.</p>
    <p>— Два с полтиной ливра.</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>Я подпрыгнул. У меня, конечно же, не было никаких денег.</p>
    <p>— Послушайте…</p>
    <p>— Так уж и быть, заплачу за него, — сказал кто-то у меня за спиной.</p>
    <p>Я повернулся.</p>
    <p>Это был мужчина в шляпе цвета спелой дыни из Колумбинского леса. Жино Кролик из Всеведущей Федерации.</p>
    <p>— Ага, — а что мне еще можно было сказать?</p>
    <p>Он подтолкнул меня вперед, и нам вручили два билета. Мы пристроились на краю фонтана в виде каменной розы.</p>
    <cite>
     <p>НОВАЯ ВЫСТАВКА —</p>
    </cite>
    <p>гласил плакат, вывешенный над главной лестницей.</p>
    <cite>
     <p>История наших властителей</p>
     <p>Великие имена Ньюдона</p>
     <p>Ошибки, о которых мы сожалеем</p>
    </cite>
    <p>— В сущности, воздух довольно прохладный, — заметил Жино Кролик, протягивая мне билет.</p>
    <p>— Прохладный, — согласился я. — Я вас узнал.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— Скажите, вы за мной шпионите?</p>
    <p>Шляпа цвета спелой дыни быстро отрицательно закачалась.</p>
    <p>— Нет?</p>
    <p>— Нет, нет.</p>
    <p>— Но вы за мной следовали.</p>
    <p>— Все следуют друг за другом, братец Котенок.</p>
    <p>Ответ, рассчитанный на дураков, подумал я и засунул руку под пальто.</p>
    <p>— Вы очень бледны, брат, — заметил Жино Кролик, окинув меня взглядом.</p>
    <p>— У меня анемия, — пояснил я.</p>
    <p>— А-а-а, — протянул он.</p>
    <p>Мы снова посмотрели на плакат.</p>
    <p>— Странная выставка, — сказал мужчина.</p>
    <p>— Странная?</p>
    <p>— Вы еще ее не видели?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Тогда что мы здесь делаем?</p>
    <p>Он, казалось, был искренне удивлен.</p>
    <p>— Видите ли, я…</p>
    <p>— Вы ничего не знаете?</p>
    <p>Настала моя очередь отрицательно покачать головой.</p>
    <p>Жино Кролик поднялся и поправил воротник пальто.</p>
    <p>— Все это является частью общего, Котенок. Итог прошлому.</p>
    <p>— Охотно вам верю.</p>
    <p>— Нет ничего случайного. Никаких совпадений. Никогда.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>Он подтвердил свои слова знаком.</p>
    <p>— Хорошо, согласен, — кивнул я.</p>
    <p>Теперь Жино Кролик повернулся ко мне спиной, но продолжал со мной разговаривать. Несколько посетителей поднимались по большим мраморным ступенькам главной лестницы.</p>
    <p>— Вы заметили, братец, что люди больше не умирают? Растения больше не растут, а магия… нам известны эльфы, которые больше не смеют о ней вспоминать. Через несколько дней, или даже через несколько часов, все рассыплется в порошок. Город погрузится в хаос. Мы знаем, что все это часть Его плана.</p>
    <p>— Его плана? Кого Его?</p>
    <p>— Его, — человек в шляпе цвета спелой дыни многозначительно поднял палец, указывая на потолок.</p>
    <p>Я поднял глаза вверх. Фрески, покрытые позолотой и лазурью. Три Матери указывают предназначение мира. Но я прекрасно понимал, что Жино Кролик говорит вовсе не о них.</p>
    <p>— Его, — повторил он. — Великого Кукловода.</p>
    <p>— Скажите, что…</p>
    <p>Он повернулся ко мне и погладил свою бородку.</p>
    <p>— Здесь мы начинаем более ясно осознавать наши идеи, — сказал человек в шляпе цвета спелой дыни. — ОН себя проявил. Это хороший знак. Очень хороший.</p>
    <p>— Я рад.</p>
    <p>— А когда ОН начинает с тобой говорить, то и ты начинаешь его понимать.</p>
    <p>— Несомненно.</p>
    <p>— Ты читал в последнее время газеты?</p>
    <p>Я пожал плечами. Тогда мой собеседник достал из кармана свернутый номер «Утра волшебника» и протянул его мне.</p>
    <p>— Собрание завтра вечером после полуночи. У пьедестала Великого.</p>
    <p>— На площади Греймерси?</p>
    <p>Не удостоив меня ответом, Жино Кролик развернулся на каблуках и направился к выходу. Завтра вечером. После полуночи. По крайней мере, мой членский взнос хоть на что-то да пригодился.</p>
    <p>Я развернул номер «Утра волшебника», который мне оставил Жино. Номер был довольно свежий, вчерашний. <emphasis>Да здравствует смерть!</emphasis> — объявлял заголовок. — <emphasis>Удивление и замешательство охватило вчера в конце вечера жителей города, когда делегация живых мертвецов пешком прошествовала к зданию парламента…</emphasis></p>
    <p>Я насколько можно быстро пробежал глазами статью. Интересно. Очень интересно. Чувствовалось, что кусочки головоломки находятся здесь, они все в моих руках, вот только я пока не могу ими воспользоваться. Пораженный, я свернул газету, положил ее себе в карман и попытался встать.</p>
    <p>Внезапный приступ, похожий на головокружение, заставил меня ухватиться за мраморную колонну, чтобы не упасть. Это определенно от потери крови. А от чего же еще?</p>
    <empty-line/>
    <p>СОН ГЛОИНА</p>
    <p><emphasis>На сцене</emphasis> гномесса в нижнем белье, в панталончиках и корсете, ее сопровождает певчий хор. В глубине карлик с короной из цветов, одетый в костюм, изображающий растение: курточка, сплетенная из папоротника, и накидка из коры. Еще один карлик с перерезанным горлом, в руке у него кружка, покрытая пеной. И маленький мальчик в костюме поросенка.</p>
    <p><emphasis>Гномесса</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Глоин жаждет тело мое,</p>
    <p>Мои прелести жаждет ласкать,</p>
    <p>Хочет долину открыть</p>
    <p>И в пламени страсти сгорать.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Гном и сопровождающий хор</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Долина нежна и прекрасна,</p>
    <p>И ради нежности той</p>
    <p>Забыта на кружке пена</p>
    <p>И даже подвальчик пивной.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Карлик с перерезанным горлом</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Забыта на кружке пена!</p>
    <p>Какая большая печаль,</p>
    <p>Но ради такого блаженства</p>
    <p>Забыть и кабак не жаль.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Мальчик в костюме поросенка</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Друг мой, сегодня Природа</p>
    <p>Скрылась от всех в тебе,</p>
    <p>Но плакать об этом не надо,</p>
    <p>Смирись лучше с горем, в душе.</p>
    <p><emphasis>На сцену выбегают гоблины и, играя на волынках, подхватывают ведущую тему. Все переходят с места на место. Вперед выступает карлик в костюме растения. Он держит за руку гномессу. Наступает зловещая пауза.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Карлик в костюме растения</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Я голову потерял,</p>
    <p>Но люблю тебя всей душой.</p>
    <p>Звук музыки стих вдали,</p>
    <p>Безумству предался мир.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Гномесса</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Любви не надо бояться,</p>
    <p>Не надо терзать себя,</p>
    <p>Но если ты ошибешься,</p>
    <p>Слетит голова моя.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Хор гномов</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Все потеряло свой цвет,</p>
    <p>Но вернется к жизни опять.</p>
    <p>Коль надежда в тебе не умрет,</p>
    <p>Что Природу можно спасти.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Персонаж в костюме поросенка</emphasis></p>
    <p><emphasis>очень, очень низким басом</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Как ни печально, но Смерть</p>
    <p>Укрылась в друге твоем,</p>
    <p>Но как ей теперь помочь,</p>
    <p>Не скажет, пожалуй, никто.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Все вместе хором</emphasis></p>
    <p><emphasis>однако по щекам гномессы текут слезы</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Как ни печально, но Смерть</p>
    <p>Укрылась в друге твоем,</p>
    <p>Но как ей теперь помочь,</p>
    <p>Не скажет, пожалуй, никто.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Слышны аплодисменты.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Певцы раскланиваются и быстро покидают сцену. Карлик в костюме растения остается на сцене один и долгое время стоит молча.</emphasis></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Шампанское</p>
    </title>
    <p>В художественном смысле эта выставка не представляла из себя никакого интереса: поспешно намалеванные картины и так же в спешке сляпанные статуи. Все несомненно сделано по заказу. Ее величество на трибуне — торжество безумного воображения. Ее величество на лошади, несчастное животное прогнулось под тяжестью своей августейшей ноши. <emphasis>Ее величество в своей кровати принимает</emphasis> с <emphasis>докладами сановников. Ее величество королева Астория,</emphasis> сообщает вывешенная рядом краткая биографическая справка, <emphasis>самая популярная правительница, которую только знал Ньюдон. Веселая, умная, имеющая здравый разум и чрезвычайно компетентная во всех вопросах. Обладает чрезмерной страстью к шампанскому.</emphasis></p>
    <p>Имеющая здравый разум и чрезвычайно компетентная во всех вопросах?</p>
    <p>Я провел рукой по лицу. Огляделся вокруг. Посетители все еще здесь, ошеломленные и пораженные. Согласен, королева сорвалась с цепи. Но все это ничего мне не говорит о том, какую роль она играет в происходящем, и совершенно ясно, что если я хочу пролить хоть какой-то свет на последние события, то мне здесь делать нечего, по крайней мере сейчас, когда мысли в моей голове мечутся как слепые птицы.</p>
    <p>Я поднял воротник пальто и направился к выходу, расталкивая локтями попадавшихся мне на дороге зевак: пардон, простите, сожалею. Люди смотрели мне в след и улыбались. Я вышел из музея.</p>
    <p>На улице все еще шел дождь и Монстр Тамсон, казалось, был покрыт пеной сильнее, чем обычно. Я спустился по белым скользким ступенькам и оставил за спиной грустную и тихую громаду здания Музея легенд и почти бегом перешел на другой берег по мосту Томпкин.</p>
    <p>День клонился к концу. Меня ждали два моих друга, по крайней мере мне хотелось надеяться на это, потому что им было велено оставаться на месте. Вот и Варлок Хемсли. Я прошел мимо стойки портье, воспользовался служебной лестницей и постучал в дверь нашей комнаты. За дверью почувствовалась какая-то возня, приглушенные звуки, тихие проклятья.</p>
    <p>— Ну, что вы там? — спросил я.</p>
    <p>— Джон? Это ты?</p>
    <p>Я узнал голос Грифиуса.</p>
    <p>— А ты кого ожидал?</p>
    <p>— Если бы у меня даже и был выбор, то я все равно предпочел бы, чтобы это был ты. Но на данный момент ты можешь спуститься к портье и попросить его открыть эту дурацкую дверь, так как когда находишься в теле дракона, то сделать это совсем непросто.</p>
    <p>— А где Пруди?</p>
    <p>— Она ушла. К Глоину.</p>
    <p>— И вы ей это позволили? Примите мои поздравления.</p>
    <p>— Как ты понимаешь, выбора у меня не было.</p>
    <p>Я тяжело вздохнул:</p>
    <p>— Хорошо, сейчас вернусь.</p>
    <p>Я спустился к портье и вернулся с запасным ключом.</p>
    <p>Когда открылась дверь, то передо мной предстало вполне достойное зрелище: ужасно запыхавшийся Грифиус растянулся на спине на полу.</p>
    <p>— Скажу прямо, летать в закрытом пространстве очень трудно, — пояснил он. — Уф!</p>
    <p>Я взял его на руки и положил на кровать.</p>
    <p>— Спасибо, — поблагодарил дракон. — Ну и что? Какие новости?</p>
    <p>— Ничего особенного. Меня пытались убить, но, естественно, безуспешно.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>— Ага, гоблины.</p>
    <p>Он ничего не ответил.</p>
    <p>— А вот еще, — сказал я, доставая из кармана скомканный номер «Утра волшебника».</p>
    <p>И положил перед ним газету, раскрытую на нужной странице. Грифиус быстренько пробежал глазами статью.</p>
    <p>— Все это происки проклятого Мордайкена, — с яростью выдавил он из себя.</p>
    <p>— Мордайкен? Барон Мордайкен?</p>
    <p>— А кто же еще? — удивился дракон. — Именно в тот момент, когда его живые мертвецы заговорили о независимости, я и прибыла в Ньюдон. Они сделали это для того, чтобы завлечь меня сюда. Зомби прекрасно понимали, что их уловка сработает. Я не думала, что они дойдут до такой наглости, чтобы объявиться в Парламенте, хотя это ничего в принципе и не изменило. Зло проявилось еще до того, как об этом можно было подумать.</p>
    <p>На мгновение я застыл в удивлении.</p>
    <p>Мордайкен.</p>
    <p>Черт возьми, каким же я был беспросветным дураком! Вот он ответ на все вопросы! Вот он ключ к загадке! Теперь нет никакого сомнения в том, что именно барон заставил нас выпить эту жидкость в «Мулигане».</p>
    <p>Ради Святой крови Трех Матерей, как я мог быть настолько слеп, чтобы сразу не увидеть этого? Вы говорите, что мне никак не удавалось забыть это лицо! Конечно, это так, но в обыденных условиях Мордайкен не носил усов, а теперь, клянусь адом, он встал у меня перед глазами с кружками в руках, и еще все эти доброжелательные взгляды, которые барон бросал нам только для того, чтобы быть уверенным, что мы выпьем это пиво. О Матери, о Святые Матери. Так оно и есть. Теперь все стало ясно. Подлец пытался убрать со своей дороги Смерть.</p>
    <p>— Это барон Мордайкен подлил нам в стаканы это зелье, — твердо заявил я.</p>
    <p>— Вполне возможно, — согласился дракон.</p>
    <p>Я чуть было не задохнулся от возмущения:</p>
    <p>— Но как такое может быть?!</p>
    <p>— Ну раз уж ты его вспомнил, то это действительно был он. Что, впрочем, меня нисколько не удивляет. Именно поэтому его живые мертвецы и пришли сюда, я прекрасно понимаю их и все эти мрачные бредни. Первой целью было завлечь нас сюда. А следующий шаг состоял в том, чтобы пленить нас. Но вот барон… м-м-м. Меня бы очень удивило, если бы этот дурак действовал по собственной инициативе. Знаешь, Джон, я очень хорошо знакома с семьей Мордайкенов. И не представляю, где их нынешний представитель сумел достать звездную жидкость.</p>
    <p>— Звездную жидкость?</p>
    <p>— Очень интересно, — продолжал Грифиус. — Но нет, нет… ее достал кто-то другой, это несомненно. И у меня есть неприятное предчувствие…</p>
    <p>— Расскажи, — попросил я в свою очередь, садясь на кровать, — что это такое, звездная жидкость?</p>
    <p>Маленький золотистый дракон расправил свои крылья.</p>
    <p>— Настой вселенной, — ответил он тихим голосом.</p>
    <p>— А подробней?</p>
    <p>— Звездная сила.</p>
    <p>— Да? И где они нашли такую штуку?</p>
    <p>— Без понятия.</p>
    <p>— Великолепно.</p>
    <p>— Но могу сказать, где видела это в первый раз.</p>
    <p>— И где же? — я взял его маленькие лапки в свои руки. — Расскажи.</p>
    <p>— Но это довольно деликатный момент.</p>
    <p>— Вы же знаете, что я могу выслушать все что угодно. Это моя профессия.</p>
    <p>— Принимаешь меня за дуру? Ты этим занимаешься уже почти неделю.</p>
    <p>— Да… м-м-м… не надо спешить… вы должны мне все рассказать. Важно все, каждая мелочь, понимаете это? Если вы начнете держать в себе свои тайны…</p>
    <p>— Хорошо, — кивнул дракон. — Я тебе поведаю одну маленькую историю. Но ты должен обещать мне, что никому не скажешь ни слова. Никому, даже моим сестрам, если увидишь их, понял? Особенно моим сестрам.</p>
    <p>Я в клятвенном жесте поднял правую руку:</p>
    <p>— Клянусь.</p>
    <p>— Очень хорошо, — ответил Грифиус. — В общем случилось так… не знаю даже с чего начать… Короче…</p>
    <p>— Успокойтесь, я не собираюсь вас осуждать.</p>
    <p>— Ты предупрежден, — сказала она, — рассказ будет не из самых приятных, далеко не из приятных.</p>
    <p>— Я внимательно слушаю.</p>
    <p>Это надо было видеть.</p>
    <p>Смерть начала свой рассказ.</p>
    <p>— Все это произошло действительно очень, очень давно. В те времена я занималась только смертными, такова была эпоха. Я расхаживала среди них по улицам, у меня было длинное черное пальто, которое никогда не снималось, оставляющее после себя неизгладимый след: люди умирали, или вырывали на себе волосы, или били себя в грудь. С начала это очень впечатляет, но постепенно начинает утомлять, и в какой-то момент я почувствовала скуку. Магия и Природа со мной тогда уже не разговаривали. Они не одобряли моих действий. Вот тогда-то я и связалась с Мордайкеном, который умел устраивать дела. Этот барон той эпохи был как безумец, он устраивал оргии…</p>
    <p>— И вы в них принимали участие.</p>
    <p>Смерть замолчала на полуслове. За глазами дракона чувствовался ее взгляд.</p>
    <p>— Откуда ты это знаешь?</p>
    <p>Я пожал плечами:</p>
    <p>— Так, догадался… скажем вычислил логически.</p>
    <p>— Ну ладно, — несколько смущенно сказала Смерть. — Но это еще не все. На этих вечеринках были не только зомби. Там был… Там бывал и лично Дьявол. Вот это-то и начало меня беспокоить.</p>
    <p>Я сидел с невозмутимым видом.</p>
    <p>Дракон снова чего-то поискал у себя под крылом.</p>
    <p>— И вы переспали с ним.</p>
    <p>Он поднял голову.</p>
    <p>— Один раз.</p>
    <p>Я проглотил набежавшую слюну.</p>
    <p>— Ну и как?</p>
    <p>— Что «ну и как»?</p>
    <p>— Каковы ощущения?</p>
    <p>Дракон закрыл глаза.</p>
    <p>— Ужасными не назовешь.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— Он предложил мне шампанское.</p>
    <p>— Шампанское?</p>
    <p>Я вспомнил замечание из краткой справки о королеве. Той справке, которая вывешена в музее.</p>
    <p>— Из уникального бочонка, Джон.</p>
    <p>— Охотно вам верю.</p>
    <p>Дракон поднял глаза к потолку.</p>
    <p>— Ты никогда не задавал себе вопрос, чем именно являются те пузырьки, которые поднимаются со дна шампанского? Ты никогда не задавал себе вопрос об их происхождении?</p>
    <p>— Я бы не сказал, что такие мысли часто приходят мне в голову. Ну, и что же с ними случается?</p>
    <p>— Дети думают, что эти пузырьки становятся звездами. Забавно, — продолжила свой рассказ Смерть. — Но на самом деле то, что он дал мне выпить, оказалось совсем не шампанским, это и была звездная жидкость. Снадобье, которому невозможно сопротивляться, в легендах его пьют влюбленные перед ночью блаженства. И она имеет особый вкус, вкус вечности. Мы с сестрами не смогли устоять перед такой силой. Ты это можешь понять? Потому что это все равно как… Это словно ты утоляешь жажду из самого космического родника. Это…</p>
    <p>— Что <emphasis>это?</emphasis></p>
    <p>Я снял дракона с колен и посадил на кровать. Дьявол. В центре всех этих событий стоит Дьявол.</p>
    <p>— Великое Все, — просто ответила Смерть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Наставник</p>
    </title>
    <p>В конце концов, Дьявол находится где-то далеко. Он грозился открыть двери в ад, но Три Матери конфисковали у него ключи и закопали их где-то в центре города. Однако все это было в прошлом. На сегодня Повелитель Тьмы, очевидно, нашел какой-то способ выйти из своей дыры. А дальше? У меня начал появляться священный голод.</p>
    <p>— Это ни к чему не приведет, — сказал мне Грифиус, когда я в третий раз вызвал портье. — Свинины осталось не более того, что сумели запасти в отелях города. Впрочем, может быть, что-то еще есть в ресторанах, мясных лавках, в колбасных цехах или на самих фермах и скотных дворах, а может быть, что-то припрятано в паршивых тайных обществах обожателей свинины, если такие, конечно, существуют. Вот и все.</p>
    <p>— Но почему?! — простонал я, обхватив голову руками. — Почему? Я хочу свинины. Мое тело требует свинины. Мой организм нуждается в свинине. Неужели никто не может это понять?</p>
    <p>— Никакой свинины, — просто ответил дракон.</p>
    <p>Я продолжал держаться руками за голову.</p>
    <p>— Мне надо кое-куда сходить.</p>
    <p>— Об этом не может быть и речи. Мы должны с тобой поговорить.</p>
    <p>— Поговорить? У меня нет ни малейшего желания разговаривать с вами.</p>
    <p>— Успокойтесь, Джон. Нам нужно подчиниться здравому рассудку.</p>
    <p>На мгновение я задумался, затем поднял с пола брошенное пальто.</p>
    <p>— Согласен. Эта комедия становится слишком неприятной. Во всяком случае, у меня уже нет желания умирать, впрочем, думаю, вы можете следовать собственным советам и ремеслу.</p>
    <p>— Извините?</p>
    <p>Я поднял руку, и на моем лице появилась злобная улыбка.</p>
    <p>— У меня не осталось ни малейшего желания умирать, понятно? Равно как и подчиняться вашим дурацким приказам. С этого момента мы будем действовать согласно моим решениям. Коли хотите умереть здесь — воля ваша.</p>
    <p>— Джон!</p>
    <p>— Нет больше Джона. Эта история превращается в чистое безумие. Город заселен безумцами. Гоблины пытались меня убить, так, без всякой на то причины. Но успеха они не добились, почему? Потому что Смерть, видите ли, лакает звездное шампанское и ей это очень нравится. Ради всего святого, я был бы рад, если бы мне не надо было говорить такие слова.</p>
    <p>Я повернулся к окну и напялил на себя пальто.</p>
    <p>— Говорят поднимается туман. Хорошо. Пойду и посмотрю, что случилось с Ориелем и Глоином, потому что раньше у меня не было времени заняться этим. Я был очень занят тем, что пытался стать жертвой убийц! И посетил выставку, посвященную королеве Астории. Королева Астория на кобыле. Королева Астория в своей кровати. Королева Астория в ванне. Вот!</p>
    <p>— В конце концов, Джон…</p>
    <p>— Нет. Не надо ничего говорить.</p>
    <p>Дракон испуганно отпрянул назад.</p>
    <p>— Ориель и Глоин. Эти два веселых сорванца. Вы не думаете, что для успешного выполнения своего плана злодеи могут сделать с ними все что угодно? И далее, кто такие эти злодеи? Дьявол? Очень хорошо. Я пойду поищу своих двух мудрецов, а вы посмотрите, что можно еще сделать. Говорите, что прошла уже не одна сотня лет, да? После прекрасной вечеринки у барона Мордайкена. А вот теперь шампанское Князя Тьмы оказалось для вас настолько соблазнительным, что вы вместе со своими сестрами вылезли из своих укрытий, чтобы еще раз оценить его вкус? Фу! Черт подери, куда запропастилась эта дура Пруди? Мне надо было с ней тоже провести парочку сеансов. Она словно приклеена к этому придурку Глоину. Ну ладно, вы идете со мной или предпочитаете сидеть в этой комнате до скончания веков?</p>
    <p>Грифиус, не слезая с кровати, отступил на несколько шагов.</p>
    <p>Я вздохнул и, взяв лежащий на комоде поводок, пристегнул его к ошейнику. Дракон тихо заворчал.</p>
    <p>— Что еще?</p>
    <p>Он показался мне несколько взволнованным.</p>
    <p>— Я вообще-то Смерть, — напомнил Грифиус, хотя мне это и так было прекрасно известно.</p>
    <p>— И что прикажите с этим делать? На данный момент вы обычный дракон, согласны? Не забывайте, о том, кто вы на самом деле, известно только мне. И еще, сейчас я в вас вижу всего лишь говорящего дракона и не больше.</p>
    <p>— Ну ты, как показывает практика, полный идиот, — сказала Смерть.</p>
    <p>— Может, и так. Но я единственный, на кого вы сейчас можете рассчитывать.</p>
    <p>Я взял маленькое животное на руки и поднес его к своему лицу.</p>
    <p>— Поставь на место.</p>
    <p>— Без паники, — предупредил я. — Хорошая получится команда из нас двоих, правда? Наши усилия даром не пропадут, это мне точно ясно, по нюху знаю, у меня на такое очень хороший нюх. Мы выставим счет барону Мордайкену, потому что на первый взгляд все это его рук дело. А потом уже займемся и Дьяволом.</p>
    <p>Я поставил дракона на землю и положил поводок в карман.</p>
    <p>— Джон, а что…</p>
    <p>— Для начала пойдем-ка, нанесем визит этому кретину Глоину, — предложил я и повел Грифиуса к служебной лестнице. Возможно, они подготовили для нас и что-то более простое, но это не помешало им напоить нас пивом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Очаровательный прием</p>
    </title>
    <p>На город опустился вечер, и усадьба Мордайкена погрузилась в полумрак. Несколько горгулий, подгоняемых голодом, уже улетело со своих мест. Расположенное ниже кладбище Верихайгейт выглядело практически пустынным. Только небольшая кучка живых мертвецов, старая гвардия, которая отказалась покинуть родные пенаты, вылезла из своих нор. Они занимались тем, что играли в кости. Их угрюмость была почти ощутимой. Несмотря на все последние события, зомби остались верны Смерти. И уже были близки к тому, чтобы поставить себе вопрос, зачем они это делают.</p>
    <p>За импозантными решетками, стоящими на каменной кладке, под легким бризом колыхались беспорядочные буйные заросли травы, медленно качали сухими, сероватыми, тонкими ветвями деревья. Семья Мордайкенов всегда заботилась о том, что создавало атмосферу траура и запустения. Оживленно каркала взгромоздившаяся на крону старого дуба стая воронов. Заброшенный сад казался совершенно неухоженным. Да и сама усадьба, стоящая на переднем плане, была в плачевном состоянии. На стенах вился почерневший плющ, разбегавшиеся во все стороны трещины напоминали целую армию змей. Многие статуи потеряли свои конечности или другие члены, но никто и не думал привести их в порядок. Обветшалые башенки, обвалившиеся террасы, все оформлено с большим вкусом и знанием дела.</p>
    <p>Однако на первом этаже несколько желтоватых огоньков отбрасывали слабое мерцание на стены большого салона. Огромнейший стол из черного дуба был заставлен всевозможной снедью: жареные фазаны, купающиеся в собственном соку, фаршированные курицы, обильно приправленные жирным соусом, растрескавшиеся пироги, птичьи окорочка, тяжелые вина в гранатовых графинах, разнообразные муссы, паштеты и пирожные, залитые взбитыми сливками…</p>
    <p>За столом восседали гости: с одной стороны бравый Глоин Мак-Коугх, в каждой руке у него по ножке косули, челюсти работают как сумасшедшие, по бороде рекой течет жир. С другой — великий Вауган Ориель, перед ним как на параде выстроились стаканы с вином, штабелем стоят опорожненные тарелки, повсюду остатки обильной трапезы. Взгляды у обоих удовлетворенные, как у великих генералов, одержавших победу и осматривающих развалины на поле битвы.</p>
    <p>Карлика и эльфа доставили сюда с завязанными глазами на спинах огров, находящихся в полубессознательном состоянии и страдающих от грубого обращения, но как только они попали сюда, с ними стали обращаться как с королями, и барон лично следил за этим. Конечно же, можно не сомневаться, что никто не говорил пленникам, зачем их держат в усадьбе и сколько времени все это продлится.</p>
    <p>— Если хочешь получить от меня совет, — разглагольствовал Ориель, открывая новую бутылку вина, — то я тебе его дам… ик… ты вот… ик… пардон, так о чем это я… ик… ах да, пользуйся радостями этого существования и жди, когда придет время отбросить концы. Старая ободранная выдра, вот ты кто.</p>
    <p>Его собеседник отрывал маленькие кусочки теплого мяса и время от времени запускал другую руку в гигантскую тарелку, наполненную рисом и овощами.</p>
    <p>— И все равно, — ответил он, проглотив очередной кусок, — разве ты не находишь п-происходящее… ик… довольно странным?</p>
    <p>— Ик. Жизнь сама по себе бывает очень странной, старый ты хорек. Возьмем, для примера, меня. Всего несколько дней назад я был самым плохим иллюзионистом, которые когда-либо посещали этот мир. А сегодня совсем другое дело. Ты только посмотри на меня!</p>
    <p>Довольно неуклюже эльф выпрямился на стуле и ткнул пальцем в сторону нагроможденных перед его другом яств.</p>
    <p>Тот вытаращил глаза. В воздухе повис огромный кусок пирожного. На вершине куска сахарный огр крепко обнимал карлика. Глоин протянул дрожащую руку к левитирующей сладости. Пирожное исчезло.</p>
    <p>— Ах-ха-ха, — усмехнулся Мак-Коугх. — Оч-чень изобретательно.</p>
    <p>Ориель откинулся на спинку стула с удовлетворенной улыбкой.</p>
    <p>— И смею тебя заверить, что это сущие пустяки. Хе, хе, ик. Эх ты, старый ты островной кабан.</p>
    <p>Карлик принялся жевать с такой энергией, словно от этого зависела его жизнь.</p>
    <p>— Вот и со мной с-случилось то же самое, — объявил он притягивая к себе чашу, в которой плавал неопределенный кусок съестного. — М-м-м. Еще неделю назад… ик… я не мог вырастить даже т-тюльпана, а теперь…</p>
    <p>Глоин неподвижно застыл, кажется начав слегка трезветь. Его товарищ закрыл глаза. Вид у него был очень сосредоточенный.</p>
    <p>— Все понял, — наконец-то вздохнул он.</p>
    <p>— Что ты понял?</p>
    <p>— Понял, что кто-то со мной разговаривает.</p>
    <p>— Конечно, кто-то с ним разговаривает! Это я с тобой разговариваю.</p>
    <p>— Да нет, старая фаршированная чайка: кто-то разговаривает у меня в голове.</p>
    <p>— Угу.</p>
    <p>— Что ты говоришь?</p>
    <p>— Я говорю, что тебе надо прекратить злоупотреблять вином.</p>
    <p>— Это тебе надо прекратить говорить мне, что мне надо делать, а что нет.</p>
    <p>— Хорошо.</p>
    <p>— Вот и прекрасно.</p>
    <p>— Великолепно.</p>
    <p>— Просто замечательно.</p>
    <p>Они снова принялись за еду, но сердца у них уже не были к этому расположены. Глоин подобрал маленькие зернышки манны и задумчиво погладил свое брюхо.</p>
    <p>— Слушай, Ориель?</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>— И что он тебе сказал?</p>
    <p>— Кто сказал?</p>
    <p>— Ну этот, голос у тебя в голове.</p>
    <p>— А-а-а. Он мне сказал, сейчас подожди… Я хочу выйти.</p>
    <p>— Ты хочешь выйти?</p>
    <p>— Да нет, не я — голос.</p>
    <p>— Но чтобы это могло значить?</p>
    <p>— Откуда мне это знать? Как я могу у него что-то спросить? Эй, голос! — закричал эльф и постучал себя по макушке. — Ты можешь… ик… объясниться яснее, а то я что-то ничего не понимаю.</p>
    <p>Какое-то время он задумчиво сидел, а потом прямо-таки подпрыгнул.</p>
    <p>— Так вот оно что!</p>
    <p>— Что? — Карлик выпрямился на стуле. — Так что же там такое, а?</p>
    <p>— Голос мне, сказал, что она — пленница моего тела.</p>
    <p>— Ну и?</p>
    <p>Эльф снова закрыл глаза.</p>
    <p>— Что это ты делаешь? — поинтересовался карлик, подвигаясь поближе к приятелю.</p>
    <p>— Тихо, старый разнузданный бандит. Я… ух ты, черт бы вас всех побрал, я… ик… я его потерял. Мне кажется…</p>
    <p>Глоин положил руки на плечи Ваугану. Вид у него был очень заинтересованный.</p>
    <p>— Что тебе кажется? Ну, скажи же, что!</p>
    <p>— Это… Это как будто сама Мать Магия обращается ко мне, — заявил он потерянным голосом. — Но такое же невероятно…</p>
    <p>Карлик опустил руки. Слова Ориеля как-то странно отозвались у него в душе. Алкоголем все это объяснить было нельзя. Он тоже видел странный сон, когда находился без сознания, но в данном случае очень трудно отделить правду от вымысла…</p>
    <p>— Ах, мои друзья, мои дорогие, бесценные друзья!</p>
    <p>Двери салона открылись настежь, давая проход самому Мордайкену, одетому в простой домашний халат из черного бархата. Волосы у него были всклокочены, барона сопровождали два гоблина в ливреях, несущие цилиндр и меч, который, казалось, был заморожен уже не одно столетие. Мордайкен раскрыл объятия, словно Глоин и Ориель были его старыми хорошими друзьями. Но приятели смотрели на вошедшего с нескрываемой злостью. Барон так и застыл на месте.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил он и наклонил голову. — Вам не понравилось угощение?</p>
    <p>Вауган Ориель встал настолько резко, что его стул опрокинулся.</p>
    <p>— Кто вы такой? И зачем нас сюда привели? Ик!</p>
    <p>— Ох-хо-хо! — прогремел Мордайкен, продолжая раскрывать объятия. — Успокойтесь, мои друзья, успокойтесь. Вам все объяснят в свое время.</p>
    <p>— Мои друзья! — воскликнул эльф, направляясь к барону. — Мы никогда не были <emphasis>вашими</emphasis> друзьями. Нас похитили! У меня даже шишка осталась, вот тут, смотрите! — сказал он и наклонил голову, чтобы барон лично смог убедиться в правдивости его слов. — Как это называется?</p>
    <p>— Легкая контузия, — отозвался Мордайкен и задумчиво почесал подбородок. — Очень, очень легкая. Почти незаметная.</p>
    <p>— Зато здорово болит, — заявил Вауган, выпрямляясь. — И еще…</p>
    <p>— Эй, да я же вас знаю, — вмешался Глоин, уставившись внимательно на барона. — Дайте-ка посмотреть…</p>
    <p>Ориель раздосадованно махнул рукой.</p>
    <p>— Браво, Глоин. Просто замечательно. Перед тобой барон Мордайкен.</p>
    <p>— Я это и так прекрасно знаю, придурок. Просто хочу сказать, что где-то его уже видел.</p>
    <p>— Конечно видел, — подтвердил эльф. — В газетах. А знаешь, что я тебе скажу? Это придворный астролог королевы. Вполне возможно, именно тут и скрывается тайна.</p>
    <p>Карлик бросил в его сторону убийственный взгляд.</p>
    <p>— Короче, — сказал Мордайкен и хлопнул в ладоши. — Ганзель! Гретель!</p>
    <p>Два слегка обрюзгших гоблина в ливреях живо подняли головы.</p>
    <p>— Эти бедолаги, которых вы здесь видите, — объяснил барон своим гостям, — должны выполнять все ваши желания, пока вы будете находиться здесь. Женщины, наркотики, питание, все, что пожелаете.</p>
    <p>Два бедных создания с уважением поклонились, изобразив на физиономиях зеленоватые мины.</p>
    <p>— Постойте-ка, — воскликнул Ориель, — вы сказали «женщины»?</p>
    <p>Барон подтвердил свои слова, широко улыбаясь.</p>
    <p>— Ну хорошо, — сказал Глоин, — но все это ничего нам не говорит о том, зачем мы здесь находимся.</p>
    <p>Мордайкен одарил обоих благосклонным жестом.</p>
    <p>— Вы мне нужны, — сказал он. — Может быть, вам трудно это представить, но вы чрезвычайно драгоценные мальчики.</p>
    <p>— Я-то это прекрасно представляю, — усмехнулся эльф, подмигивая и награждая барона тумаком. — Хе, хе! Старый выживший из ума прохвост.</p>
    <p>— Хе, хе, — выдавил из себя Мордайкен, хотя на лице у него было написано явное недовольство.</p>
    <p>— Драгоценные? — переспросил карлик, все больше и больше загораясь любопытством, в то время как Ориель, похоже, совсем успокоился и, насвистывая, сел на свое место. — Так вы запросите за нас выкуп?</p>
    <p>— Фу ты, — фыркнул барон. — Да конечно же нет. Можете не сомневаться: у меня такого и в мыслях не было. Упокойтесь, мой друг Мак-Коугх, — заверил он, беря руку Глоина и отводя его на место. — Будьте как дома, осмелюсь предложить, будьте почетным гостем. Я понимаю, что все это может вам показаться несколько загадочным, но… хотите курочки?</p>
    <p>— Нет, спасибо.</p>
    <p>— Однако я должен извиниться перед вами за не совсем обходительные манеры моих слуг… а фаршированной индейки?</p>
    <p>— Давайте.</p>
    <p>— Держите. И прошу вас, выпейте немного этого вина, вот так, а еще я бы попросил у вас немного терпения. Смею уверить своих почетных гостей — игра стоит свеч.</p>
    <p>— Правда? — удивился карлик и откусил огромный кусок индейки. — Послушайте, а нет ли у вас кусочка жареной свинины?</p>
    <p>— К сожалению, нет. Вы же прекрасно знаете — никакой свинины. Так о чем это я? Ах… да. Вы в каком-то смысле очень примечательная личность, мэтр Мак-Коугх, и…</p>
    <p>— Можно просто Глоин.</p>
    <p>На другом конце стола встал Ориель. Он тыкал пальцем в груду пустых тарелок, стоящих перед его другом, все члены эльфа дрожали мелкой дрожью. Карлик выдавил из себя улыбку и отложил в сторону небольшую косточку.</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— Ты… ты…</p>
    <p>Глоин уставился на своего друга.</p>
    <p>— Что я?</p>
    <p>— Ты ешь мясо?</p>
    <p>Карлик так и застыл на месте. Он с трудом проглотил кусок, который только что пытался тщательно прожевать.</p>
    <p>И медленно, очень медленно, отодвинул подальше от себя тарелку с курицей.</p>
    <p>— Клянусь кровью Трех Матерей.</p>
    <p>— Бросьте, не надо так волноваться, — сказал Мордайкен и пододвинул к нему тарелку с овощами. — Попробуйте вот это.</p>
    <p>Мак-Коугх поднялся, его лицо было бледным как смерть.</p>
    <p>— Что со мной произошло? — спросил он, с трудом переводя дыхание.</p>
    <p>— О, вы… с вами все хорошо, и совсем ничего не случилось. А вот чтобы развлечь вашего приятеля…</p>
    <p>— Карлики не едят мяса, — настойчиво продолжал Глоин. — Никогда. Оно им просто противно.</p>
    <p>— Ну и что же? — сказал барон. — Всегда надо с чего-то начинать.</p>
    <p>— Мордайкен! — воскликнул Ориель на другом конце стола. — Я требую… ик… чтобы вы объяснили нам, что происходит.</p>
    <p>— Все в порядке, все нормаль…</p>
    <p>— Нет! Никак не нормально! — воскликнул Глоин, взволнованно размахивая руками. — С некоторого времени все идет не так, как надо!</p>
    <p>— Ладно, ладно, — быстро проговорил барон, стараясь хоть как-то успокоить своих гостей. — Вы просто немного переутомились, вот и все. Но смею вас уверить, что ничего такого странного не происходит. Ни здесь, ни где-то еще.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>В городе все очень хорошо</p>
    </title>
    <p>Взобравшись на самую вершину часовой башни, обвешенный ремнями и до отказа набитыми сумочками старый Датан Смелгот, который вот уже пятьдесят лет ухаживал за пеликанами в парке Феникс, решил, что настал самый подходящий момент обратиться с торжественной речью к возбужденной плотной толпе, собравшейся в двухстах футах под ним. Оп-па, подумал Датан, отвязывая от пояса большой рупор. Разве он не мечтал всю жизнь проделать это!</p>
    <p>Одной рукой старик держался за привязанную к башенным часам веревку, а другой направил на собравшуюся внизу толпу свой рупор.</p>
    <p>— Народ Ньюдона, — начал он. — Хочу вам сказать, что я очень давно ждал этого момента. Сегодня вы все собрались здесь, и мне хочется воспользоваться этим моментом, чтобы кое-что вам показать. Показать нечто относящееся к полетам. По общему мнению, летать невозможно. Но я позволю себе задать такой вопрос: а какое мне дело до общего мнения?</p>
    <p>Это заявление было встречено горячей волной громких восторженных криков. Люди махали руками, бросали в воздух навстречу уходящему дню шапки. И только в самом центре толпы маленький мальчонка в костюме поросенка оставался совершенно неподвижным.</p>
    <p>— Что вы там говорите? Ах-ха-ха! А теперь гип-гип? — проорал Датан Смелгот, доставая из своей сумочки целую пригоршню конфетти, которые затем бросил на головы толпы.</p>
    <p>— Ура! — взорвалась в ответ толпа, все больше и больше приходя в ажиотаж.</p>
    <p>— Гип-гип? — снова прокричал старик.</p>
    <p>— Ура!</p>
    <p>Смелгот выбросил еще несколько пригоршней конфетти на собравшуюся аудиторию. Благодаря ветру тысячи маленьких разноцветных точек закружились в воздухе. А потом, без каких-либо видимых причин, мерцающее облачко в буквальном слове взорвалось, это был настоящий, прекрасный беззвучный взрыв, полный меланхолического блеска, и старик тут же начал поспешно рыться в своих набитых до отказа сумочках. Его конфетти обещали непременную смерть, но сейчас должным образом выполняли свое предназначение. Складывалось такое впечатление, что они постоянно кувыркаются.</p>
    <p>— Отлично, а теперь, — объявил Датан, когда опустошил все свои сумочки, — настал тот момент, ради которого вы здесь и собрались.</p>
    <p>Люди, столпившиеся внизу, что-то кричали ему в ответ, но он ничего не слышал. Да это было и не очень важно. Старик ощущал себя совсем легким, легче вечернего воздуха, легче зарева рассвета. Он был… да, он был сейчас пеликаном. Фантастическим пеликаном.</p>
    <p>С улыбкой на устах Смелгот выпустил из рук привязанную к часам веревку и ухватился за минутную стрелку. Она была в два раза больше него, целенаправленная, с плавными обводами и острым концом. Внизу повсюду засуетились похожие на муравьев человечки, которые волновались и что-то ему кричали, слова начинали подниматься вверх, но, ощущая свою бесполезность, пугались и останавливались на полпути.</p>
    <p>Стрелка, за которую он ухватился, внезапно подпрыгнула и встала абсолютно вертикально, словно большая буква «I». Внутри часов с металлическим лязгом и дьявольской точностью заворочался механизм. Огромный колокол часовой башни начал отбивать семь вечера, не торопясь, час за часом. От каждого удара все вокруг сотрясалось, и Смелготу пришлось выложиться до предела, чтобы не сорваться. Его барабанные перепонки готовы были вот-вот лопнуть.</p>
    <p>Одновременно с седьмым ударом старик закрыл глаза и начал скользить в пустоту. Когда он разжал руки, в его ушах еще звучал звон седьмого удара колокола. Внизу послышались панические вопли, и толпа начала поспешно рассеиваться. Датан Смелгот испытывал счастье, легкость и свободу. Вполне понятно, что он даже нисколечко и не пролетел, а просто рухнул вниз как тяжелый мешок. Но ему ни капельки не было страшно. Он все знал заранее.</p>
    <p>В конце четвертой секунды падения старик ударился о панель.</p>
    <p>Его кости обнажились.</p>
    <p>Он потерял сознание.</p>
    <p>Из ноздрей, ушей и глаз потекла кровь.</p>
    <p>Датан лежал в очень странной позе, казалось, что она специально придумана для подобного случая. Его конечности, согнутые под неестественным углом, по большей части были переломаны.</p>
    <p>Медленно, очень медленно рассыпавшиеся в разные стороны зеваки начали подходить поближе, образуя вокруг тела плотный круг.</p>
    <p>— Ух ты, — сказал кто-то, нарушив повисшую в воздухе мертвую тишину.</p>
    <p>Смелгот открыл один глаз и попробовал улыбнуться.</p>
    <p>Толпа застыла неподвижно. Зрители были напуганы, но в то же самое время и очарованы этим зрелищем.</p>
    <p>— Он шевелится, — раздалось из толпы.</p>
    <p>— Святые угодники, это же надо совершить такое!</p>
    <p>— Да он герой!</p>
    <p>— Не давайте смотреть детям.</p>
    <p>Старик открыл второй глаз, оказавшийся окровавленным, и нашел в себе силы, чтобы приподняться на локте.</p>
    <p>— Корова, — очень медленно, но ясно проговорил он. — Что же я не так сделал!</p>
    <p>Снова воцарилась тишина. Мальчик в костюме поросенка вынул из кармана тетрадку, что-то поспешно туда записал и растворился в бурлящей толпе.</p>
    <p>— Гип-гип, — слабо пробормотал разбитыми челюстями Смелгот.</p>
    <p>— УРА! — взвыла в ответ большая часть толпы.</p>
    <p>Полубессознательного старика подняли с земли, и, передавая с рук на руки, буквально с триумфом понесли по улице. В считанные мгновения образовался огромный людской поток. А Датан, с переломанными костями, но в центре всего происходящего, был жив как никогда. Он улыбался набежавшим на город черным тучам, а люди вокруг него дрожали от тайного трепетного экстаза, тогда как действительность распускалась перед ними словно неизвестный цветок, по лепестку в день, и от этой действительности можно было сойти с ума — смерти больше не существовало.</p>
    <p>Смерти больше не существовало.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ох-хо-хо</p>
    </title>
    <p>Мы лично направились к Глоину.</p>
    <p>Но тут возникла одна загвоздка. Явление совершенно выходящее за рамки обычного.</p>
    <p>— Великолепно, — прокомментировал Грифиус, оглядев фасад. — Надеюсь, ты сможешь мне все это объяснить.</p>
    <p>Здесь практически ничего нельзя было разглядеть: стены, крыша, окна, все до мельчайших трещин оказалось покрыто мхами, плющом, живыми растениями, вьюнками и цветами. Можно сказать в каком-то роде настоящее произведение искусства.</p>
    <p>Несколько пораженных прохожих остановились перед домом и с интересом начали рассматривать странное сочетание минералов и растительности в стиле барокко, в которое неизвестно когда и как превратился дом Мак-Коугха.</p>
    <p>— Ну и ну, — сказал я, взяв дракона на руки и прижав его к груди. — Признаюсь, что ничего подобного не ожидал.</p>
    <p>Мы осторожно подобрались поближе. Пройдя мимо небольшой кованой железной ограды, украшенной маленькими изогнувшимися рептилиями, я постучал в дверь, увитую особенно пышным плющом.</p>
    <p>— Она определенно побывала здесь, — сказал Грифиус.</p>
    <p>— Кто она?</p>
    <p>— Моя сестра — Природа.</p>
    <p>— У вас волшебное чувство дедукции, — заметил я, пытаясь отодрать от ноги колючую ветку ежевики. — Эй, Глоин!</p>
    <p>Было вполне ясно, что поблизости никого нет. Дверь оставалась закрытой. Я оглянулся через плечо:</p>
    <p>— Будем вламываться силой?</p>
    <p>День клонился к концу. Это чувствовалось в серых тонах, появившихся на небе, в вытянувшихся тучах и в полете воронов в сумеречном полумраке.</p>
    <p>— Почему бы и нет? — ответил Грифиус.</p>
    <p>Хорошо. Я нанес первый довольно сильный удар плечом. Дверь не пошевелилась ни на унцию. Она, казалось, смеялась надо мной. Ну хорошо, пацан, попробуем еще.</p>
    <p>Поставив дракона на землю и оглядевшись — никого, — я собрал все свои силы и нанес сильный удар ногой прямо по замку. Черт подери! Результат был тот же самый.</p>
    <p>— Учитывая такой грохот, можно точно сказать, что если бы карлик был там, то непременно бы уже открыл дверь, — заметил дракон.</p>
    <p>— Вы так полагаете?</p>
    <p>Я вновь собрался с силой и с разбега бросился на дверь. Она открылась сама по себе как раз в тот момент, когда моя нога к ней прикоснулась. Растянувшись во весь рост посреди вестибюля, я поднял голову. Прямо мне в глаза бесстрастно смотрела землеройка.</p>
    <p>— Привет.</p>
    <p>Ничего не ответив, зверек исчез под каким-то корнем.</p>
    <p>У входа росло дерево, массивный дуб. Половицы исчезли под толстым слоем гумуса. Я поднялся на ноги и отряхнул налипшую на одежды землю. Грифиус вразвалочку вошел внутрь.</p>
    <p>— Вы это видели? Дверь открылась сама по себе!</p>
    <p>— Гм-м-м.</p>
    <p>— Согласен, — кивнул я и потер плечо, оглядываясь по сторонам.</p>
    <p>Повсюду были растения и далеко не одни полевые цветочки. Все вместе это скорее напоминало лес.</p>
    <p>— Мы пришли с небольшим опозданием, — сказал Грифиус.</p>
    <p>— Похоже.</p>
    <p>Я провел рукой по коре дуба. Под потрескавшейся броней текли жизненные соки, тонкий ручеек липкой крови.</p>
    <p>Перед крыльцом можно было разглядеть следы, смутные отпечатки на вспаханной земле, но вполне вероятно, это были мои собственные отпечатки, откуда мне знать? Начал накрапывать мелкий дождик. Я потрогал землю кончиком пальца. На улице все оставалось таким же серым и тихим. У меня перед глазами пронеслась картина: убийцы голыми руками расправляются с Глоином. Карлик изо всех сил жестикулирует, но это бесполезно.</p>
    <p>— Поднимайся, — сказал я, встряхнув головой. — Идти к Ориелю нет никакого смысла.</p>
    <p>— Ты должен был сходить к ним еще сегодня утром.</p>
    <p>— Да? Правда? А мне кажется, что этим утром я пытался спасти собственную шкуру. Но теперь поздно о чем-либо сожалеть. Настало время действовать.</p>
    <p>На это дракон ничего не ответил.</p>
    <p>— Здесь нам делать больше нечего, — сказал я и закрыл дверь, а потом снова взял Грифиуса на руки.</p>
    <p>Мы покинули Эглинтон-сквер и поднялись по Дедалус-стрит. Дождь так и не прекращался. Мне на глаза попалась вывеска пивного бара.</p>
    <p>— О’Моллой, О’Моллой, — прочитал я вслух. — Не знаю, кто вы такой, но очень хочу промочить глотку.</p>
    <p>Дракон высказал что-то о моей порочной склонности напиваться где бы то ни было, но я сделал вид, что не расслышал его. Во всяком случае, он находился не в том положении, чтобы что-то обсуждать. В заведении уже собралось полно народу: карлики, вернувшиеся с работы, и небольшие компании надменных эльфов, которые маленькими глотками потягивали у стойки густую беловатую жидкость. Большинство курило трубки. Стены и стенные панели повсюду были украшены старинными гравюрами и большими окнами с витражами. Мы устроились за маленьким отдельно стоящим столиком. Настал момент мечтаний, когда можно наконец залить себе за галстук немного веселой жидкости, хотя в данном случае галстука на мне и не было. В оконные стекла стучал дождь. Я посадил Грифиуса напротив себя и заказал стакан бренди для себя и миску с водой для него. Он кинул на меня гневный взгляд, его мордочка находилась как раз на уровне стола.</p>
    <p>— Ну ладно, — сказал я, после того как официант принес заказ, — перейдем к делу. Мордайкен попробовал нас похитить. И он определенно добился успеха, по крайней мере с двумя моими товарищами. Не надо мне ничего на это отвечать, вас пока еще ни о чем не спрашивают. Учитывая то, что вы мне сказали, барон совершил это не из каких-то личных побуждений, а по приказу, полученному свыше. А кто может быть выше Мордайкена в этом городе? Королева. Но эту гипотезу можно отбросить. Королева могущественна, — мне пришлось понизить голос, так как другие посетители заведения уже начали посматривать в мою сторону. Ну как же, человек разговаривает со своим драконом, ради Трех Матерей, надо немедленно отправить его к доктору, — но совершенно некомпетентна, и она просто не в состоянии разработать такой сложный план, с которым, по нашим подозрениям, мы имеем дело. Тогда кто? Дьявол? Но о Дьяволе ничего не было слышно уже несколько веков. Это сказано именно вами, разве не так? А вы и ваши две сестры не можете с ним справиться.</p>
    <p>— Даже не притронетесь? — поинтересовался я, указывая на миску, стоящую перед драконом, и залпом осушил почти до дна свой стакан.</p>
    <p>Грифиус покачал головой:</p>
    <p>— Вы не очень-то меня любите, да?</p>
    <p>Немая сцена.</p>
    <p>— А у нас нет другого выбора, — продолжил я, наклоняясь к нему. — Вы не можете выйти из тела дракона, а мне самому никогда не придумать подходящий план действий.</p>
    <p>Грифиус превратился в настоящую статую. Я допил бренди и встал, чтобы подойти к стойке и расплатиться. Мы покинули это заведение под подозрительными взглядами некоторых клиентов. На улице все еще шел дождь.</p>
    <p>— Этого мне только недостает, — сказал я, снова беря дракона на руки.</p>
    <p>— Маленький кризис закончился? — спросил он уже несколько более любезным тоном.</p>
    <p>— Какой маленький кризис?</p>
    <p>— Тот номер, который ты хотел со мной сыграть. Я несчастлива, но все равно буду продолжать бороться, — и тра-та-та в этом роде.</p>
    <p>— А мне вот не хочется считать себя несчастным. Вот только на данный момент я снимаю номер в отеле, мои два друга похищены, и горничная куда-то исчезла. А Смерть читает морали. Что же еще надо? Вот грозы разве не хватает.</p>
    <p>И как бы в ответ на это вдалеке небо прорезала желтоватая молния, затем другая, теперь уже несколько ближе. Послышался приглушенный гром, словно барабаном прокатившийся по шкуре облаков.</p>
    <p>— Гип-гип?</p>
    <p>— Понятно.</p>
    <p>— Ну хорошо, — сказал Грифиус. — Так каков же твой план?</p>
    <p>— Мне надо немного подумать.</p>
    <p>Насколько я понимаю, именно этим нам и предстоит заниматься.</p>
    <p>Продолжая шагать по улице, где-то на Ганингхем-стрит мы натолкнулись на маленький заброшенный храм, почти развалины, который, казалось, поджидал нас. Приоткрытая калитка была вся изъедена ржавчиной.</p>
    <p>— Зайдем?</p>
    <p>Грифиус ничего не ответил. Это определенно означало согласие. Оказавшись за шаткой калиткой, мы миновали остатки сада, заросшего буйной травой и старыми, почти умирающими тополями. Дверь храма была деревянной, черной, потрескавшейся, с металлическими набойками. Я осторожно толкнул дверь.</p>
    <p>— Эй!</p>
    <p>За дверью кто-то был. И этот кто-то лежал на полу, перегораживая проход.</p>
    <p>— Тысяча извинений, — сказал я.</p>
    <p>Очередная вспышка молнии осветила карлика, с виду явно мелкого торговца. С ужасной раной на горле. Он попытался подняться, моргая, посмотрел на нас и несколько раз щелкнул языком.</p>
    <p>— Черт подери, — сказал несчастный, покончив с этими жестами. — Который сейчас час?</p>
    <p>Я посмотрел на свои карманные часы-луковицу.</p>
    <p>— Уже восемь часов.</p>
    <p>— Ужас, — посетовал карлик и с трудом поднялся. — Будь все это проклято! Ох-хо-хо.</p>
    <p>— Вы себя хорошо чувствуете? — спросил я и попытался его поддержать, уставившись на глубокую рану, которая пересекала все горло.</p>
    <p>Он резким движением высвободился.</p>
    <p>— Мне не нужна никакая помощь, — отрезал карлик. — Нет, мсье. Старик Мак-Кейб еще может вполне самостоятельно выйти отсюда. Разрази вас всех гром.</p>
    <p>— Как хотите, — согласился я.</p>
    <p>Он задержался на какой-то момент в дверном проеме и, витая в собственных мыслях, посмотрел на дождь. Затем внезапно без всякой причины ринулся вперед и, покачиваясь, начал удаляться, время от времени поднимая к небу кулак.</p>
    <p>— Чертовы тучи, — с гневом повторял карлик.</p>
    <p>Мы подождали, пока он отойдет подальше, и после этого зашли внутрь. Там было темно, почти полный мрак, чувствовалась сырость и пахло гнилым деревом. Повсюду валялись перевернутые разбитые скамейки. В глубине все еще возвышалась статуя Матери Природы с обломанными руками. Она стояла между двух совершенно высохших цветов. Через дыры в крыше капала вода. Кап. Кап.</p>
    <p>Снаружи, словно огромный разъяренный зверь, на колеснице приближалась гроза. Место вполне подходило для серьезного разговора. Я приметил в дальней стене у алтаря небольшие альковы, где после службы скрывались священники-эльфы со своими дубовыми посохами и разукрашенными кадилами. Там мы и решили устроиться. С Грифиусом под боком, прислушиваясь к грому и шуму дождя на улице, я закрыл входную дверь. А затем сказал, потирая руки:</p>
    <p>— Это будет чудо, если мы не наткнемся здесь на смерть.</p>
    <p>Дракон странно поглядел на меня.</p>
    <p>— Мои две сестры находятся у Мордайкена, — начал он после длительной паузы. — Я начинаю чувствовать их присутствие. И больше чем уверена, что все люди барона на данный момент заняты тем, что ищут нас.</p>
    <p>— Да, и они уже чуть было нас не поймали.</p>
    <p>— Если такое когда-нибудь случится… — начал дракон.</p>
    <p>— Забудьте об этом.</p>
    <p>— Случится катастрофа.</p>
    <p>— Я же вам сказал, забудьте об этом.</p>
    <p>Но Смерть, похоже, вовсе не была расположена меня слушать.</p>
    <p>— Мои две сестры…</p>
    <p>— Ох-хо-хо! Я совершенно не уверен, что Глоин и Ориель никак не реагируют на происходящее. Если хотите услышать мое мнение, то знайте — мне кажется, что им уже дана в руки ценная путеводная нить.</p>
    <p>— Вы так думаете? — усомнился Грифиус.</p>
    <p>В этот момент совсем близко ударила молния и раздался оглушительный раскат грома. Мы даже подпрыгнули от неожиданности.</p>
    <p>— Не думаю, а уверен, — ответил я, зажмурив глаза.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Жизнь в замке</p>
    </title>
    <p>— Мне никогда в жизни не было так хорошо, — вздохнул Ориель, прогуливаясь под стеклами зимнего сада, вполне тянувшего на то, чтобы называться настоящим лесом. — Уф… Даю тебе честное слово.</p>
    <p>Он затянулся толстой сигарой и выпустил забавное колечко дыма, а потом блаженно вытянулся в глубине мягкого наполовину сломанного кресла, положив руки на массивные подлокотники. За прозрачными стенами мерцали огни города. В полумраке качались и вздрагивали раскидистые ветви вяза. На улице разыгралась гроза, и дождь порывами барабанил по стеклам. Вауган Ориель опустил свою руку, чтобы дотянуться до стоящей рядом на земле корзины со спелыми фруктами, достал оттуда большое зеленое яблоко и вгрызся в него зубами.</p>
    <p>— А как ты, Глоин, старая развалина?</p>
    <p>Мак-Коугх лежал на животе перед клумбой с цветами, усаженной шток-розами и бегониями, и, закрыв глаза, вдыхал их аромат. Если хорошо сосредоточиться, то можно услышать мысли маленьких питомцев. И это вызывало в нем что-то вроде «ааааххх!» Он то и дело принимался рыться в большой фаянсовой миске, в которой в жирном фруктовом соусе плавали креветки. Вкус был странным, но великолепным.</p>
    <p>— Очень хорошо, цветочек.</p>
    <p>Вауган Ориель затянулся наполовину выкуренной сигарой. С другой стороны его кресла стояла наполовину пустая бутылка с шампанским. Эльф поднял ее и сделал большой глоток, прежде чем снова откусить яблоко.</p>
    <p>— Ооооххх, — вздохнул он.</p>
    <p>Почти как цветы.</p>
    <p>«Отпусти…»</p>
    <p>Очевидно, этот голос поселился у него в душе, все время один и тот же, что-то вроде маленького дьяволенка, который дергается на цепочке и просит, чтобы его отпустили. Ориель не имел ни малейшего понятия, что же подразумевается под просьбой «отпустить», и совершенно не понимал того, к чему все это может привести, у него от создавшейся ситуации просто кругом шла голова. Во всяком случае, они вместе с Глоиным обсудили свою насущную проблему с бароном Мордайкеном, и хоть что-то встало на свои места. Нет никаких причин для беспокойства. В свое время они им все объяснят.</p>
    <p>Ориель закрыл глаза и подумал о своей прошлой жизни, той, которая кончилась всего несколько часов назад. Особого восторга он пока еще не испытывал. Было очевидно, что это все-таки еще не ад, но теперь, по крайней мере, признали его талант волшебника. «Вы самый великий иллюзионист в этом городе, — заявил ему Мордайкен, после того как эльф превратил бумажку в один ливр в монету в один пенс. — Теперь вам надо попробовать сделать обратное».</p>
    <p>Держа в одной руке сигару, а в другой бутылку, разглядывая яблоко на тарелке, стоящей рядом с ним, Ориель закатил глаза к небу и почесал у себя в промежности. Ему нужна была женщина. М-м-м… а почему бы и нет? Настроение у него было если не поганое, то паршивенькое, и хотелось немного расслабиться. Попробовать чего-нибудь новенького.</p>
    <p>Эльф с трудом повернулся, позади его кресла висел шнурок из красного шелка, за который он дернул несколько раз. Ему даже не удалось еще принять прежнее положение, когда один из гоблинов, приставленный к ним в услужение, уже появился в комнате.</p>
    <p>— Ага, вот что, Ганзель…</p>
    <p>— Я — Гретель, мсье.</p>
    <p>— Мой бедный друг, мне это без всякой разницы.</p>
    <p>— Как пожелаете, мсье. Чем могу помочь, мсье?</p>
    <p>— Ты… ик… ты для гоблина разговариваешь очень вежливо.</p>
    <p>Слуга, явно тронутый похвалой, поклонился.</p>
    <p>— Ну ладно, Ганзель, старик Ганзель. Времена сейчас тяжелые. Мне нужна женщина.</p>
    <p>— Хорошо, мсье.</p>
    <p>— Ну да, — добавил молодой эльф, изобразив на лице игривое выражение. — Мне хочется немного поразвлечься, ты понимаешь, о чем я?</p>
    <p>— Прекрасно понимаю.</p>
    <p>— Отлично. А сейчас скажи мне, Ганзель…</p>
    <p>— Меня зовут Гретель, мсье.</p>
    <p>— Повторяю, мне это без разницы, мой дорогой Грезель. Лучше скажи, что ты мне можешь предложить при условии миниатюрных форм?</p>
    <p>— Из маленьких форм, мсье?</p>
    <p>У гоблина на лице выразилось явное удивление.</p>
    <p>— Ну да, я и сам точно не знаю, что-нибудь вроде гномов.</p>
    <p>Глоин Мак-Коугх, который до сих пор любовался всем, вплоть до тычинок вновь распустившейся розы, резко повернулся в его сторону:</p>
    <p>— Что ты сказал?</p>
    <p>— О, не обращай на нас внимания, старая ты сова лупоглазая. Можешь не бояться, я не имел в виду тебя.</p>
    <p>Карлик поднялся. Он моментально скинул свое зеленое пальтишко.</p>
    <p>— Чего, чего?</p>
    <p>Ориель сделал неопределенный жест рукой, который можно было истолковать и как «давай лучше о чем-нибудь другом», и как «исчезни с моих глаз». Однако ни тот ни другой вариант, похоже, Глоина не устраивал.</p>
    <p>Слуга гоблин скромно отошел в сторону. Ориель, широко улыбаясь, потянулся.</p>
    <p>— Я нахожу, что ты… ты отвратителен, — начал Мак-Коугх.</p>
    <p>— Послушай… э-э-э… старый мангуст, думаю, не стоит все это принимать слишком близко к сердцу. И вообще, тебе бы надо смотреть на вещи под другим углом, уф, под более положительным, понимаешь меня?</p>
    <p>— Ты хочешь это проделать… с гномессой?</p>
    <p>— Гномесса, карлица, какая разница?</p>
    <p>— Что, что, извините?</p>
    <p>Лицо Глоина начало приобретать фиолетовый оттенок.</p>
    <p>— Эй, чего это ты? Нет, послушай, я просто хочу сказать, что для того, что мне хочется сделать, уф, это не имеет особой разницы. Понятно?</p>
    <p>Ориель, продолжая курить сигару, поставил бутылку на паркет и принялся где-то у себя между ног искать яблоко. Мак-Коугх, наклонив голову и сжав кулаки, бросил на своего приятеля взгляд, полный ненависти и ярости.</p>
    <p>— Я не хочу больше слышать на эту тему ни одного слова, — заявил он наконец.</p>
    <p>Накинув свое пальтецо, карлик развернулся на каблуках и полный ярости покинул комнату.</p>
    <p>Поместье Мордайкена представляло собой настоящий лабиринт. Пройдя ряд по-настоящему мрачных коридоров и спустившись на один пролет по лестнице, Глоин оказался в огромной комнате. Монументальный камин, обрамленный двумя каменными грифонами, занимал почти всю стену. Огромная мраморная лестница, покрытая шелковым потертым ярко-красным ковром, вела в верхние этажи. Местами стены украшали картины с семейными портретами Мордайкенов. С потолка свисала огромная люстра со свечами, несомненно хрустальная.</p>
    <p>Тут и там потерявшие форму кресла, накрытые черными чехлами, предлагали меланхолический отдых, в то время как начищенная бронза отбрасывала во все стороны фантастические отблески.</p>
    <p>Глоин Мак-Коугх почувствовал себя здесь совсем маленьким. Он прошел вперед и подобрался к потайной двери, обрамленной бордовыми портьерами. Дверь была открыта, но за ней стояла кромешная тьма. Карлик увидел потрескивающий факел, вставленный в металлическую руку, которая, казалось, высовывалась прямо из стены. Он, встав на цыпочки, взял факел и начал спускаться по обнаруженной винтовой лестнице. Стены вокруг были сделаны из плохо отесанного камня, покрытого отвратительной влагой.</p>
    <p>Подойдя к еще одной двери, Глоин открыл и ее.</p>
    <p>Теперь он оказался в своего рода подвале, выходящем в сад. С одной стороны здесь находились сваленные в кучу один на другой джутовые мешки, а с другой слышались какие-то звуки. К потолку были подвешены застаревшие, задубевшие, почти серые туши птиц. В воздухе висел легкий запах разложения. Карлик прислушался и направился дальше, к открытой настежь створке двери из черных квадратов, выходившей, очевидно, на какое-то подобие кухни. Там стоял зомби, на котором был черный колпак. Как только он увидел карлика, на его изуродованном лице появилась зловещая улыбка.</p>
    <p>— Эй, добрый вечер, — поздоровался Глоин.</p>
    <p>Вся усадьба содрогнулась от ужасного удара грома.</p>
    <p>Живой мертвец, не мигая, уставился на вошедшего.</p>
    <p>— Где-то совсем рядом громыхнуло, правда?</p>
    <p>— Кто ты такой? — спросил зомби, сжимая в руке лопаточку.</p>
    <p>— Я… я один из приглашенных гостей барона Мордайкена.</p>
    <p>— Тогда все нормально. А я Чичиков, шеф-повар имения. Вы знаете, куда попали?</p>
    <p>Глоин отрицательно потряс головой. Уходи отсюда, подумал он. Сматывай удочки как можно быстрее.</p>
    <p>— В кладовку для продуктов.</p>
    <p>— А-а-а, — протянул Мак-Коугх.</p>
    <p>— Я знаю, что говорю.</p>
    <p>— Понятно, — кивнул карлик и начал медленно отступать. — Мне очень жаль. Извините, не хотел…</p>
    <p>— А я что, что-то тебе говорю?</p>
    <p>Глоин знаками дал определенно понять, что полностью согласен с собеседником. Зомби сделал несколько шагов в сторону карлика и схватил его за руку. Исходящее от повара зловоние, казалось, можно пощупать руками.</p>
    <p>— Ты находишься в главной продовольственной кладовой поместья, — просвистел живой мертвец, приближаясь ртом прямо к лицу карлика, при этом сам Глоин поспешил побыстрее закрыть глаза. — Тебе совершенно нечего здесь делать. Если, конечно, ты не хочешь стать пунктом меню.</p>
    <p>— Ага, ага, — забормотал, усмехаясь, Мак-Коугх.</p>
    <p>— Ты находишь это забавным?</p>
    <p>— Ни в коей мере, — быстро заверил Глоин. — Я не вижу ничего забавного в зомби и вообще никогда ничего не знал о подобных вещах. Я считаю, что все достойны уважения и нахожу их необычайно храбрыми. Всегда задумывался о том, что такую жизнь легкой не назовешь.</p>
    <p>— Это ты правильно, — согласился Чичиков и слегка отпустил свою жертву.</p>
    <p>— Я читал газеты, — продолжал так же быстро на одном дыхании тараторить карлик. — Независимость, нация зомби и все такое, о-го-го, о-го-го, все очень хорошо, я всегда…</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Независимость? — повторил Глоин.</p>
    <p>Цепкие пальцы зомби снова схватили его за руку.</p>
    <p>— Ты — «за»?</p>
    <p>— Ну-у-у…</p>
    <p>— Считаешь это хорошей идеей?</p>
    <p>Карлик изо всех сил старался припомнить то, что читал в газетах. Прибытие делегации зомби в Парламент. Королева согласилась дать им аудиенцию. Живые мертвецы потребовали избирательных прав. Черт возьми, я бы тоже дал им все что угодно лишь бы оказаться от них подальше!</p>
    <p>— А разве нет?</p>
    <p>— Нет, — отрезал Чичиков.</p>
    <p>— Нет, — тут же согласился карлик, — нет, конечно же нет.</p>
    <p>Костлявые пальцы живого мертвеца несколько ослабили свою хватку.</p>
    <p>— Все это просто абсурдно, — задумчиво продолжал повар. — Нам следует оставаться верными и преданными нашей Матери. Мы предназначены Смерти. К чему какие-то новшества? Зомби принадлежат Матери Смерти.</p>
    <p>Его взгляд стал грустно-задумчивым. Он отпустил руку Глоина и поправил свой колпак.</p>
    <p>— Да, — ответил карлик, принимая озабоченный вид, — нельзя все сваливать в одну кучу. Если уж вы мертвы, то вы мертвы.</p>
    <p>— Такова наша участь, — вздохнул Чичиков.</p>
    <p>Эти мысли навеяли на него странное состояние, он одновременно испытывал грусть и счастье. Зомби осторожно начал осматривать большой джутовый мешок, к которому, похоже, очень давно никто не притрагивался.</p>
    <p>— Мы мертвы, — снова сказал он. — Это наша святая участь.</p>
    <p>— Совершенно с вами согласен, — вымученно улыбнулся Глоин. — Я также не понимаю, в конце концов, хочу сказать…</p>
    <p>— Предатели, — уточнил зомби утробным голосом.</p>
    <p>— Вы тоже их так называете? Очень правильно. Они вполне этого заслуживают. Я вот вам скажу, что совершенно не понимаю, как эти проходимцы могли потребовать избирательные права. А еще меньше я понимаю, как они сумели этого добиться. Надо отдать должное, что наглости им не занимать.</p>
    <p>— За все это еще придется заплатить, — задумчиво вздохнул Чичиков. — Не сегодня, так завтра такой день настанет. Они просто издеваются над красотой мертвой души. Ах, дуралеи, просто позорище! Неизбежная трагедия нашего времени. Ненужная жестокость…</p>
    <p>— Я полностью разделяю ваши взгляды, — подхватил Глоин, уже держась за ручку двери, через которую он сюда и вошел. — Поддерживаю вас на все сто процентов.</p>
    <p>— Смерть — это наши одежды, — продолжал зомби. — О, жестокость полей смерти и нежность снега вечности, от которой у наших душ просто захватывает дух!</p>
    <p>— Ага, но мне надо все же идти. Я ни в коем случае не хочу вас отвлекать.</p>
    <p>Но Чичиков уже завелся. Он вскинул руки к потолку. Клочья мертвой плоти покачивались, свисая с его предплечий, а искалеченное лицо преобразило выражение нескончаемой нежности. Он принялся петь.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Несчастны мы, кого</v>
      <v>Поймали смерти миражи.</v>
      <v>Безумны мы оттого,</v>
      <v>Что к нам уже не вернется жизнь.</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Это был похоронный стон, почти что плач. Глоин подумал о Пруди. Затем он вспомнил о Джоне Муне, и его мысли рассеялись, как высоко в облаках рассеивается стайка маленьких птичек.</p>
    <p>— Очень мило, — заметил Мак-Коугх, тихонечко приоткрывая дверь.</p>
    <p>Зомби прекратил свое пение.</p>
    <p>— Правда? Вам на самом деле это понравилось?</p>
    <p>Карлик показал большой палец.</p>
    <p>— Но мне действительно надо идти, — выдавил он из себя улыбку.</p>
    <p>Собеседник очень странно на него посмотрел, так, словно только что о чем-то вспомнил.</p>
    <p>— Постой, послушай… тебе нельзя…</p>
    <p>Но Глоин не стал ждать, пока тот закончит свою фразу: он выскочил на лестницу и захлопнул за собой дверь.</p>
    <p>— Клянусь своей деревянной трубкой, — запыхавшись, пробормотал карлик, поднимаясь по лестнице, — здорово я сумел от него смотаться.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Еще один левый</p>
    </title>
    <p>Глоин вернулся в большой верхний зал и тщательно прикрыл за собой дверь.</p>
    <p>— Вам не стоило спускаться туда.</p>
    <p>Карлик прямо-таки подскочил. Это был слуга Ганзель, он стоял, прижавшись спиной к стене, и, так же как и Глоин, совершенно запыхался. Его рука лежала на эфесе шпаги. Не снимая руки с эфеса, гоблин медленно повернулся к карлику.</p>
    <p>— Вы за мной следили? — спросил Мак-Коугх и только после этого сообразил, насколько он дерзок.</p>
    <p>Комнату внезапно на краткий миг осветила молния, за которой последовал страшный удар грома.</p>
    <p>— Это моя обязанность — наблюдать за вами, — ответил гоблин.</p>
    <p>— Вижу, — кивнул карлик. — Позолоченная тюрьма, да?</p>
    <p>На это Ганзель ничего не ответил.</p>
    <p>— Там внизу есть зомби, — заметил Глоин скорее для себя, чем для слуги.</p>
    <p>— Еще несколько осталось, мсье.</p>
    <p>В комнате постепенно установилась тишина. На улице все еще шел дождь, который сегодня был сильным как никогда. Он громко барабанил в окна. Сотрясаемые мощными порывами ветра, во все стороны метались ветви деревьев в саду.</p>
    <p>Мак-Коугх начал чувствовать себя чрезвычайно неловко. Они с Ориелем были настоящими пленниками, да, пленниками в этом необычайно мрачном поместье. И он обнаружил, когда хорошо напряг свою память, что находится в руках человека, который подмешал им в пиво какое-то зелье, а потом похитил их. Семья Мордайкенов пользовалась в городе довольно нелестной репутацией. И отношение к ним, если покопаться в памяти, оказалось еще довольно мягким. То, как Вауган воспринял происходящее, нельзя было назвать успокаивающим. На него рассчитывать бесполезно: в данный момент он определенно резвится с этой бедной маленькой гномессой и более или менее этим доволен, беззаботно занимается… нет, нет, нельзя допускать даже мысли об этом. Только не сейчас. Пришла пора действовать. Надо найти способ выбраться отсюда. Пойти и предупредить кого-нибудь в городе, объяснить людям, что здесь затеваются какие-то козни, несмотря на то, что он и сам еще точно не понимает всей сложившейся ситуации. Но кого предупредить-то? — спросил сам себя Глоин. Именем Трех Матерей, кому пойти рассказать обо всем этом? Другу? Джону Муну?</p>
    <p>Ха! Джон Мун несомненно до слез посмеется над ним.</p>
    <p>Тогда Пруди?</p>
    <p>Мак-Коугх замер.</p>
    <p>Что-то здесь не сходится.</p>
    <p>Этот голос у него в голове: сейчас снова наступил тот момент, когда он начал ему что-то нашептывать… Но голос был таким слабым, как легкое журчанье ручейка. Что он пытается ему сказать? Иди? Иди. Да, именно так. Голос приказывает уйти отсюда. Карлик покачал головой. В стороне от него стоял неподвижно слуга, который, казалось, погрузился в свои мысли. Как бы его отвлечь, задал себе вопрос Глоин. Не найдя ответа, он встал напротив гоблина. Решение его было вполне определенным. Нужно покинуть гостеприимное обиталище Мордайкена как можно скорее. Кто такой Ганзель, чтобы помешать ему это сделать? Глоин запихал руки в карманы и посмотрел на гоблина.</p>
    <p>— Вы ничего с ним не делали? — спросил он.</p>
    <p>— С кем ничего не делали?</p>
    <p>— С вашим потолком.</p>
    <p>Ганзель поднял взгляд к потолку, и Глоин тут же нанес ему отличный удар кулаком в живот. Гоблин, задыхаясь, согнулся пополам и получил еще один удар, на сей раз локтем по затылку. Слуга упал и покатился по полу. Глоин схватил его шпагу, вытащил ее из ножен и несколько раз воткнул гоблину в живот. Это безумие. Что он сумел достичь? Карлик хотел убить гоблина, вонзал лезвие в тело снова и снова, и кровь обильно лилась на и без того красный ковер. Совершенно не похоже на Глоина, нет, нет и нет, он делал это так, словно имел дело с мясом. Как будто кто-то заставлял его, и нельзя сказать, чтобы ему не нравилось происходящее.</p>
    <p>Когда гоблин перестал двигаться, карлик спрятал шпагу у себя под одеждами и побежал к мраморной лестнице, ведущей на верхний этаж. Он как можно быстрее поднялся по ней и остановился только тогда, когда ступеньки кончились. Клинок поблескивал в полумраке. Всего несколько факелов освещали длинный коридор, который соединял одну часть здания с другой. Переведя дыхание, Глоин бросил взгляд туда, откуда прибежал.</p>
    <p>— Чтоб мне остаться без бороды! — пробормотал он.</p>
    <p>Гоблин, который казался убитым, слабо шевелился. Но было слишком поздно, чтобы возвращаться его добивать, нужно найти какой-то выход и сделать это очень быстро.</p>
    <p>Не долго думая, карлик решил свернуть налево. Он бежал по толстому войлочному ковру, заглушающему его шаги. Боковым зрением Глоин расплывчато видел мрачные старинные гравюры, из полумрака на него с портретов глядели великие предки семьи Мордайкенов. Подбежав к окну, карлик попробовал его открыть и выругался — ничего не получилось, он был обречен. Пришлось возвращаться обратно. Открывшийся перед ним коридор казался огромным, бесконечным, но другого выбора у него не было.</p>
    <p>Сжимая рукоять оружия, Мак-Коугх снова двинулся вперед осторожными шагами. В усадьбе царила тишина, но внизу Ганзель, возможно, уже поднял тревогу. Найти Глоина им не составит особого труда, и тогда, черт подери, они с удовольствием начнут его мучить, а то и просто передадут в руки зловещего зомби Чичикова.</p>
    <p>Ситуация была не из приятных.</p>
    <p>— Проклятье, — тихо выругался Глоин. — Надо было лучше слушаться мать.</p>
    <p>Он остановился посреди коридора, как раз напротив лестницы.</p>
    <p>— Что я говорю? Мать умерла уже добрых тридцать лет назад.</p>
    <p>Там находился небольшой портал из кованого железа, который трудно было заметить с первого взгляда, а рядом располагался рычаг, просто напрашивающийся, чтобы его потянули. В сложившейся ситуации Глоин не смог удержаться и проделал именно это. В тот же момент пришел в действие механизм. Карлик отпрянул назад. Портал открылся. На уровне пола остановилась небольшая, богато отделанная кабинка: стены обтянуты красным бархатом, освещение, похоже, магическое. Подъемный механизм! Глоин уже слышал про подобные штуки. Такие устройства, металлические, вредоносные, мало-помалу начали процветать в самых высоких зданиях деловой части города, а впервые были применены в Вампир Стейт Билдинг. Карлик с опаской сделал шаг вперед, времени на размышления не оставалось. Не выпуская из руки шпаги, отважный Мак-Коугх — а ведь он был отважным, правда? — вошел в кабину. Дверца закрылась, и устройство с мелкой дрожью начало опускаться. О том, что будет дальше, Глоин даже не задумывался.</p>
    <p>У него было единственное ощущение: казалось, он вдыхает сами внутренности земли. Уносимый в глубины… Его это отнюдь не успокаивало. Через несколько мгновений кабина остановилась, и портал открылся с зловещим скрипом. Снаружи царил полумрак. Еще один коридор, стены выложены грубо обтесанным камнем: похоже, что он попал в какое-то подобие тюрьмы. Воздух был влажным. Тишина? Если хорошо прислушаться, то где-то вдали, казалось, слышались какие-то звуки, возможно, крики, а может быть, и стоны. Но Глоин не был уверен, что это не плод его собственного воображения.</p>
    <p>Он тронулся вперед. Пол покрывали опилки, слабо мерцали небольшие смоляные факелы. Карлик остановился перед тяжелой деревянной дверью. Ему показалось, что за ней раздаются какие-то звуки. Куда его занесло? На какой-то новый уровень поместья? Он почти ничего не понимал, и это было очень досадно. Глоин прижался ухом к двери. Да, за дверью определенно кто-то находился. Мрачный голос, который не предвещал ничего хорошего. В ответ ему слышались стоны. Именно такого он и ожидал с самого начала. Это… это стонет женщина. Стоны удивительно знакомые! Клянусь кровью Трех Матерей! Глаза Глоина затянула красная пленка. Еще не понимая до конца, что происходит, он открыл дверь и, держа в руке шпагу, вошел внутрь.</p>
    <p>Первым, что увидел Мак-Коугх, была зомби в кожаном фартуке, челюсти наполовину обнажены, явно из-за процесса разложения. Ее длинные лишенные плоти руки раскачивались как мертвые сучья дерева. Повсюду вокруг монстра виднелись вызывающие беспокойство механизмы: уродливые устройства, состоящие из шкивов, систем зубчатых колес, древних подставок, напоминающих козлы, и досок с гвоздями. Глоин понял, что проник в зал пыток. Затем он повернул голову и тихо взвизгнул.</p>
    <p>К одному из устройств была приделана штука с лезвием, готовая упасть в любой момент, и, святые угодники! Это же устройство для обезглавливания, а к нему привязана гномесса, большие глаза которой полны слез. Ее рот накрепко заткнули мерзкого вида тряпкой. Карлик почувствовал, что сердце у него готово вырваться из груди. Пруди! Это была Пруди.</p>
    <p>Держа шпагу наготове, карлик ринулся на зомби, у которой не было времени на то, чтобы уклониться. Клинок зацепился за своего рода стенд, увешанный всевозможными клещами и щипцами. Глоин на мгновение остановился, чтобы оценить своего противника. Зомби сжимала в руке нечто наподобие кочерги и обращалась с этим инструментом очень неловко. Хотя вообще-то складывалось впечатление, что в области рукопашного боя она имеет достаточный навык.</p>
    <p>— Иеааааа!</p>
    <p>Карлик издал устрашающий боевой клич, уходящий в глубины веков. Его происхождение затерялось в истории забытых войн, грандиозных битв среди земель, в которых некогда клан Мак-Коугхов переживал славные деньки. Но это еще ни о чем не говорило, от тех войн больше ничего не осталось, и теперь единственная область, в которой Мак-Коугхи показывали и показывают свое мастерство, относилась к поглощению темного пива. Но как бы там ни было, клич произвел нужный эффект. Зомби застыла на месте, и карлик нанес ей сильный удар шпагой по руке.</p>
    <p>— Айё!</p>
    <p>Снова вспомнил Глоин соответствующий случаю крик. Умри же, мерзкая сука. Хотя в ней все же было больше мужского, чем женского. При этом он нанес еще один удар шпагой, но на этот раз даже не прикоснулся к цели. Карлик отступил, зацепился ногой за веревку и во весь рост растянулся на полу.</p>
    <p>— Проклятье!</p>
    <p>Абсолютно никакого результата.</p>
    <p>Спустя несколько секунд он попробовал повторить свою попытку, отыскав подходящую для данного случая реплику:</p>
    <p>— Находите удовольствие в таком ремесле?</p>
    <p>Зомби хотела было что-то ответить, но Глоин не дал ей на это времени. Изо всех сил сжимая рукоять шпаги, он кинулся на своего противника. Прекрасный прием: клинок вошел между глаз мерзкой твари, и та без движения упала на землю.</p>
    <p>Убита. Больше она ничем помешать не сможет.</p>
    <p>Карлик попробовал найти подходящую случаю реплику, но ему так ничего в голову и не пришло. С другой стороны, он, возможно, несколько поторопился, так как зомби за это время успела отскочить в глубину зала. Железная дева, украшенная черными шипами. Карлик, подняв шпагу, бросился вперед.</p>
    <p>— Подожди, — предложила она. — Может, договоримся, а?</p>
    <p>Но огонь, горящий в глазах Глоина, ясно показывал, что о мирном исходе не может быть и речи. Мак-Коугх почувствовал, как в него вливается неестественная сила. Он ни на минуту не забывал, что за спиной находится гномесса. Пруди и ее взгляд, такой нежный, Пруди и ее милые маленькие округлости, Пруди и ее медовые волосы, Пруди и…</p>
    <p>— Иеааааа! — снова завопил карлик и бросился на противника.</p>
    <p>Он наткнулся на мощный удар кочергой, и у него в глазах заплясали искры: одна, две, три, четыре. Но Глоин даже не почувствовал боли. Самым важным было нанести удар зомби, один, другой, а потом еще и еще, до тех пор, пока не настанет тот момент, когда стрелки укажут победителя и жертву. Закрыв глаза, Мак-Коугх вонзил свое оружие в бок образины. Она не смогла сдержаться и от удивления вскрикнула. Карлик вытащил шпагу и навалился всем весом на свою противницу, которая споткнулась и упала прямо на острие клинка.</p>
    <p>Из зомби прыснула струя жидкости, похожей на серый гной. Отвратительная тварь сделала руками жест, говорящий о боли и страданиях. Как у загнанного в клетку зверя, на которого на свободе никто не смел и взглянуть, в ее взгляде заплясала тень страха. Но карлик не обратил на это никакого внимания. Он закончил битву с железной девой и ступил в проход. Из раны зомби вытекала клейкая жидкость. Она издала вопль, от которого леденела кровь. С гримасой отвращения Глоин закрыл за собой щеколду и, задыхаясь, сделал несколько шагов вперед. Затем бросил на пол шпагу. А после этого обернулся.</p>
    <p>Он победил.</p>
    <p>Пруди была там, все так же прикрученная к ужасному аппарату, острое лезвие продолжало висеть у нее над головой. Глоин подошел к ней, медленно опустился на колени и вынул кляп изо рта несчастной маленькой гномессы.</p>
    <p>Она начала рыдать.</p>
    <p>— Пруди, — сказал Глоин и закрыл лицо ладонями.</p>
    <p>Это было не очень-то практично с его стороны: чтобы взглянуть на него, ей приходилось неестественно выворачивать шею.</p>
    <p>— О, Глоин, Глоин, — повторяла Пруди. — Уведите меня отсюда. Я вас умоляю.</p>
    <p>— Что произошло? — спросил карлик, оглядываясь вокруг. — Как вы попали сюда?</p>
    <p>— Я вас… я искала вас, — объяснила гномесса в промежутках между всхлипываниями. — Джон, он… он много говорит, но ничего не делает… а… они пытались похитить и его тоже… и еще у него этот дракон, который выдает себя за Мать Смерть, и…</p>
    <p>— Хорошо, хорошо, — сказал карлик, поднимаясь на ноги. — Вы мне объясните все это позже. Для начала я выведу вас отсюда.</p>
    <p>Бум.</p>
    <p>— Что это такое?</p>
    <p>Пруди только покачала головой.</p>
    <p>Бум.</p>
    <p>Карлик повернулся. Возвращалась железная дева.</p>
    <p>Бум.</p>
    <p>— Тысяча чертей и одна ведьма, — выругался Мак-Коугх, проводя рукой по краю аппарата со стальным лезвием, — ну ладно, а как открыть эту машину?</p>
    <p>— Там есть… там есть рычаг, — шмыгая носом, ответила Пруди. — Вы видите? На самом боку.</p>
    <p>Глоин подошел поближе.</p>
    <p>— Его надо отвести налево, — сказала гномесса. — Таким образом можно освободить мне голову.</p>
    <p>Карлик с нежностью посмотрел на нее. Очаровательная маленькая Пруди. Она попала сюда, потому что шла освобождать его. Его, Глоина Мак-Коугха. Это было вполне очевидно, так как она ни словом не упомянула о Ваугане. Теперь он все понял, и события осветились благодатным светом. У него возникло непреодолимое желание обнять ее и крепко-крепко прижать к себе. Но вместо этого Глоин положил руку на рычаг.</p>
    <p>И потянул его…</p>
    <p>— Эй, это для <emphasis>меня,</emphasis> естественно, налево, — крикнула, уточняя, Пруди. — Я хочу сказать, что для вас это будет напр…</p>
    <p>…налево.</p>
    <p>Лезвие упало с предательским свистом.</p>
    <p>Шмяк.</p>
    <p>Раздались звуки, которых он предпочел бы никогда не слышать.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>В золотом глазу</p>
    </title>
    <p>В общем идея такова: мы идем к барону Мордайкену и освобождаем эльфа и карлика. Каждый здесь преследовал личную цель. Я шел, потому что не хотел оставлять Глоина и Ориеля в руках человека, чей предок переспал со Смертью. А она шла, потому что ее две сестры находились внутри моих друзей.</p>
    <p>— Но, — высказал я свои сомнения, когда мы выходили из разрушенного храма и пригнули головы под потоком воды, падающей с неба, которое теперь стало совсем черным, — вам не кажется, что у нас есть довольно слабые стороны?</p>
    <p>— На этот счет у меня есть одна идея, — ответил Грифиус.</p>
    <p>Ого! Очень хорошо. В таком случае, мне больше нечего сказать: у мадам Смерти есть идея. Ве-е-е-еликолепно.</p>
    <p>Для начала мы наняли фиакр.</p>
    <p>— Куда едем? — спросил я, когда мы устраивались в тепле фиакра.</p>
    <p>— Откуда же мне знать, куда вам надо, — заметил, поворачиваясь к нам, возница.</p>
    <p>— Я разговариваю с драконом.</p>
    <p>— В деловую часть города, — объявил Грифиус.</p>
    <p>Возница повернул свой экипаж, и мы затряслись по мостовой.</p>
    <p>Через двадцать минут фиакр уже въезжал в деловую часть города: квартал, заполненный высокими серыми зданиями, которые под покровом ночи казались еще более мрачными; а в самом сердце этих строений располагалось импозантное величие Вампир Стейт билдинг с грозными горгулиями и необъятным стеклянным фасадом. С того места, куда мы подъехали, можно было разглядеть только вершину здания и маленькую нежную кисточку фонаря, подметающую окрестности. В большинстве окон горел свет. Вампиры работают только по ночам.</p>
    <p>— Всё, выходим, — сказал я.</p>
    <p>И в очередной раз взяв Грифиуса на руки, спустил его на землю, после чего расплатился с возницей теми немногими деньгами, которые еще не успел потратить. Фиакр описал полукруг, и мы остались в одиночестве под дождем. Желтоватые огни фонарей отражались в темных лужах на тротуарах. Наше появление тут казалось странным, даже почти неуместным. Я себя чувствовал очень неловко. Все вокруг было каким-то холодным, отчужденным.</p>
    <p>Рядом со мной хранил молчание Грифиус. Он что-то высматривал. Я медленно поднял голову.</p>
    <p>Два золотистых огромных дракона, охранявшие деловую часть города, замерли в абсолютной неподвижности под моросящим дождем. Своими золотистыми чешуйками, черными силуэтами и грозными огоньками, плясавшими у них в глазах, эти существа казались монстрообразными, ужасными. Статуи, но такие, которые могут в один прекрасный день ожить и испепелить весь город.</p>
    <p>— Грифиус?</p>
    <p>Дракон посмотрел на меня.</p>
    <p>— Что мы здесь делаем? — спросил я.</p>
    <p>— Молчи, — ответило маленькое животное.</p>
    <p>Медленно, под проливным дождем, среди стен высотных зданий, подвесных мостов и стеклянных фасадов, мы двинулись вперед, подавляя уважительный страх, и остановились у ног одного из двух золотистых драконов. Я хочу сказать, что мы <emphasis>действительно</emphasis> стояли у его ног. Каждый коготь стража был длиннее и острее двуручного меча. Этот монстр напоминал нам об эпохе смут и переворотов. О той эпохе, когда все проблемы решались грохотом стали и языками пламени.</p>
    <p>Грифиус поднял голову, чтобы посмотреть на гигантскую неподвижную фигуру, и я понял, что дракон тоже видит нас, так как он вытянул свою длинную шею, и ее золотистые кольца медленно растянулись, а ужасная морда зверя застыла прямо перед нашими лицами. Огромное создание рассматривало нас полузакрытыми глазами. Его зрачки в ожидании испускали золото.</p>
    <p>Я напряженно замер, шепнув Грифиусу:</p>
    <p>— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.</p>
    <p>Легким движением крыльев тот дал мне знак успокоиться.</p>
    <p>Прошло некоторое время, показавшееся мне вечностью, проливной дождь, клянусь Тремя Матерями, так и не ослабевал, и вот огромный дракон широко раскрыл глаза. В какое-то мгновение наши взгляды встретились, и у меня внутри что-то зажглось, словно там родилась новая звезда. Наконец голова огромного монстра снова величественно поднялась. Его огромные бока наводили на мысль о металлической шкуре. А под этой броней билось огненное сердце. Мне даже послышалось это биение.</p>
    <p>— И что теперь? — спросил я.</p>
    <p>Но так и не дождался ответа. Гигантский дракон-стражник покинул свой каменный пьедестал и отошел от него на несколько шагов. Земля сотрясалась под его ногами.</p>
    <p>Я наклонился, чтобы взять Грифиуса на руки, но так и застыл на полпути. Мы до нитки промокли. Разрази меня гром, какое зрелище! Этот гигантский металлический титан осторожно, словно предлагая нам занять место у него на спине, опустился на землю, прямо посреди улицы, заняв всю ее длину, а в нем была, возможно, добрая сотня футов! И вы только подумайте, что мы оказались единственными, кто видел все это! Может, нам просто снится сон?</p>
    <p>В конце улицы в сумраке показался какой-то силуэт и тут же пустился наутек. Мы услышали только громкий крик и больше ничего. Шум драконьего дыхания напоминал работу паровой машины. Мне очень живо представилось, как заработал сложный механизм шестеренок, безостановочно пришли в движение поршни, клапана и пистоны, вороты и рычаги, и от этого из ноздрей зверя вырывались клубы пара. Я мог бы оставаться на месте, стоя с болтающимися руками, и смотреть на дракона до скончания времен, если бы не почувствовал легкое покалывание в икрах. Грифиус, пытаясь привлечь мое внимание, вцепился мне в брюки.</p>
    <p>— Эй! — сказал он.</p>
    <p>— Что эй?</p>
    <p>— Долго мы еще будем так стоять?</p>
    <p>— А что нам надо делать? — поинтересовался я.</p>
    <p>— Садиться.</p>
    <p>Я подошел к дракону и дотронулся рукой до его чешуек. За них вполне можно было уцепиться и, конечно же, забраться наверх, но… а почему бы и нет? Взяв Грифиуса на руки, я начал карабкаться на спину монстра. Огромное существо не выказало никакого недовольства. Естественно, мне пришлось испытать легкое головокружение. Все же все это было довольно странно: взгромоздиться на спину дракона, а он такой огромный, да еще и живой, живой! Я, который всегда считал стражей неподвижными и смотрел на них как на обычные статуи, теперь чувствовал под этой мокрой от дождя металлической шкурой течение бессмертной холодной крови.</p>
    <p>Неоднократно ваш покорный слуга чуть было не соскальзывал вниз, но каждый раз находилась чешуйка, за которую получалось удержаться. И с каждым мгновением я поднимался чуточку выше, пока в конце концов не оказался сидящим на самой вершине с бьющимся сердцем, испытывая победное чувство. Мне удалось усесться, мои ноги лежали на золоченой шкуре, руки из всех сил вцепились в металлического монстра.</p>
    <p>Дракон медленно поднялся, его огромные крылья, задевая соседние здания, пришли в движение, и все огни делового квартала слились в один, так как он побежал. Фонари превратились в искорки, тротуары изогнулись, а деревья, попадавшиеся нам на пути, клонились. Все окружающее нас стало просто одним воздушным порывом, и когда я до боли в руках вцепился в драгоценные чешуйки, то почувствовал, что мы оторвались от земли в одном мощном порыве. Оторвались от домов, садов и от всех жалких, мирных душ, и мое сердце ушло в пятки, а легкие наполнились воздухом священной ночи. Дрожащее небо рассекли голубоватые молнии и облака оказались совсем близко. Наш экипаж из чистого золота и леденящего страха вырвался из нижнего мира, и когда луна, пролетающая мимо, улыбнулась мне, перед моими глазами внезапно, как при дневном свете, встало лицо Леонор Паллбрук. И я понял, что до сих пор жил только для этого момента, и впервые почувствовал себя самим собой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Под громом</p>
    </title>
    <p>Когда я открыл глаза, стояла глубокая ночь, но мою душу еще бередили картины нашего полета. Я лежал, растянувшись на тротуаре, а хлопья снега, нерешительные, как молодые белые бабочки, медленно парили рядом со мной, словно проявляя сожаление.</p>
    <p>Грифиус сидел под боком у меня. Моя голова раскалывалась от сильной боли.</p>
    <p>— Что произошло? Где дракон?</p>
    <p>Я приподнялся на одном локте и начал массировать ноющие плечи. Мы находились на холме, на одном из его склонов. За спиной у нас стояли старые заброшенные каменные постройки. Одиночество, снег, который начал укрывать округу и оседать на ветках мертвых деревьев, неподвижные вороны — все это обрушилось на нас. Перед нами было огромное поместье, серая масса с башенками по бокам, стоящее позади заросшего сада. Серые статуи, казалось, вылезали прямо из земли. Ограда поместья относилась к неопределенному времени.</p>
    <p>«Putrefactio Vita est», — гласила вывеска. Мне стало ясно, что мы добрались до цели. Но как? На спине дракона?</p>
    <p>— Это усадьба барона Мордайкена, не так ли? — спросил я, поднимаясь на ноги.</p>
    <p>Грифиус кивнул.</p>
    <p>Я поплотнее запахнул пальто, мое старое, грязное и изодранное пальто, которое совершенно не подходило к этому месту, и засунул руки в карманы. Стоял собачий холод, пробиравший до костей.</p>
    <p>Маленький дракон поднялся ко мне, и мы вместе посмотрели на усадьбу. Странный сад у Мордайкенов — чернеющие ветви деревьев и обледеневшие измученные стволы, медленно покрывающиеся снегом. Вот уж действительно загадочное место.</p>
    <p>Еще ниже располагалось кладбище: в безумном беспорядке рассеянные замшелые стелы, засохшие кустарники, кривые деревья, забытые памятники, надгробья, обвалившиеся склепы, мавзолеи и надписи — дань уважения и сожаления. Вечность, вечность, вечность.</p>
    <p>— Можно задать вам несколько вопросов?</p>
    <p>— Слушаю тебя.</p>
    <p>— Как мы сюда попали?</p>
    <p>Грифиус ничего не ответил. Он не мигая уставился в невидимую точку, находящуюся где-то за усадьбой, там, где холм резко опускался и где раскинулся в необъятном мраке, пронзенном огоньками, покинутый нами город.</p>
    <p>— Надо попробовать проникнуть в поместье, — пробормотал маленький дракон. — Мои сестры находятся там, внутри. Сейчас я как никогда чувствую их присутствие.</p>
    <p>Он демонстративно мне показал, что настаивать на ответе бессмысленно.</p>
    <p>— Прекрасно, — вздохнул я, — каковы будут наши действия?</p>
    <p>И закрыл глаза, закрыл очень крепко, так, что увидел только светящиеся точки. Зрачок, зрачок с золотыми искорками. Нам ведь не приходилось забираться на спину дракона, не так ли? Или мы все же летали? Летали верхом на огромном металлическом звере над облаками? Согнувшись на его хребте, поднимались к изгибам небес?</p>
    <p>— Так что ты говоришь?</p>
    <p>Мои глаза вновь открылись.</p>
    <p>— Вы что-то сказали?</p>
    <p>— Да. Повторяю, что надо проникнуть вниз. Вон там есть дерево, видишь?</p>
    <p>Я знаком ответил, что вижу.</p>
    <p>— Ты умеешь лазить по деревьям?</p>
    <p>— Мы зайдем с другой стороны, а потом найдем потайной вход. Всегда и везде должен быть потайной вход.</p>
    <p>— И?</p>
    <p>— И заберем Глоина и Ориеля.</p>
    <p>— Все так просто, да?</p>
    <p>— Ты можешь предложить что-то получше?</p>
    <p>— У меня, Грифиус, по этому поводу нет ни малейшей идеи. Я замерз, я хочу есть, у меня болит голова, и я совершенно не представляю себе, как сюда попал. Сначала надо…</p>
    <p>Ноги сами несли меня в обход стены мрачной усадьбы. Грифиус, подпрыгивая, следовал за мной.</p>
    <p>— Ты уверен, что это пройдет?</p>
    <p>— А вы сомневаетесь?</p>
    <p>— Куда ты идешь?</p>
    <p>— На кладбище.</p>
    <p>От этого ответа мне стало даже забавно. Думал ли я когда-нибудь, что попытаюсь таким образом попасть на кладбище?!</p>
    <p>Мы продолжали обходить ограду. Некрополь примыкал к усадьбе. Он хаотично спускался к долине, усеянный холмиками и впадинами, над заржавевшей входной калиткой висела кованая металлическая вывеска с гербом: одна рука что-то выпустила (что именно, непонятно, поскольку оно упало), а другая все еще сжимала лопату. Калитка оказалась закрыта. Внутри ничего не было видно, это место, очевидно, не освещалось. Только похожие на черных часовых кипарисы да нагромождение стел и холмиков.</p>
    <p>— Ты рассчитываешь проникнуть туда через кладбище? — спросил Грифиус.</p>
    <p>Я повернулся к нему со зловещей улыбкой:</p>
    <p>— Ну нет! Мне слишком страшно, мадам Смерть! — Но затем ответил серьезно: — Да, у меня твердое намерение проникнуть туда таким образом. Совершенно не умею лазать по деревьям. У вас есть возражения?</p>
    <p>Дракон отрицательно покачал головой.</p>
    <p>— Но калитка закрыта.</p>
    <p>— Да что вы говорите? — удивился я и начал взбираться на решетку.</p>
    <p>— Эй, — запротестовал дракон, следя за моими действиями. — А как же я-то туда попаду?</p>
    <p>— Разве вы не можете летать? А почему?</p>
    <p>Животное беспомощно зашевелило крыльями:</p>
    <p>— Мне не очень-то хорошо это удается…</p>
    <p>Добравшись до вершины, я одним движением перекинул ногу через калитку. Грифиус сделал несколько шагов по тротуару и начал отчаянно работать крыльями, но так ни на дюйм и не оторвался от земли. Тогда он попытался взлететь с разбега. Результат был столь же плачевен. А я уже стоял на земле с другой стороны ограды.</p>
    <p>— Ждите меня здесь. Кроме всего прочего, мне просто трудно представить, какую помощь вы можете оказать в поместье.</p>
    <p>— Но…</p>
    <p>— Постараюсь надолго не задерживаться, — продолжил я. — А вы остаетесь здесь и караулите, понятно?</p>
    <p>Мне не хотелось ждать ответа. Узкая дорожка змеей извивалась между деревьями и поднималась к усадьбе. Она уже была покрыта пушистым ковром снега. Я пустился в путь.</p>
    <p>— Джон Мун, — прошептал голос у меня за спиной, — Джон Мун! Вернись сейчас же. Приказываю тебе…</p>
    <p>Остальное потерялось где-то в полумраке.</p>
    <p>За кого она себя принимает!? Подумаешь, Смерть, если это действительно она. Я считал, что и один вполне могу во всем разобраться. О чем тут речь? Пробраться в усадьбу и освободить двух пленников? Два раза плюнуть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>В борьбе с фантомом</p>
    </title>
    <p>Я засунул руки в карманы пальто. Б-р-р-р. Было отнюдь не тепло, да и место никак не назовешь приветливым. Могилы справа, могилы слева, большинство из них заброшены или открыты, ветви ив спадают до самых корней, земля ровная, буйно заросшая травой, темные закоулки. У меня возникло такое чувство, будто за мной наблюдают, следят за каждым шагом, и мой великолепный дебют начался с опасного головокружения. Все вокруг было вполне реальным. Пришло пробуждение, и сны закончились. Я шествовал по кладбищу, и это место, именно это, обладало очень, очень дурной репутацией.</p>
    <p>Мне захотелось прибавить шаг, но недалеко во мраке замерли какие-то кусты, и я остановился. В темноте что-то шевельнулось. Казалось, что мое сердце стучит так сильно, словно собирается выскочить из груди. Шорох усилился и из мрака показался силуэт: прямо передо мной, посередине дороги.</p>
    <p>Это был зомби. Зомби старого образца, одетый в лохмотья. Половина челюсти отсутствовала, да и вторая была не в лучшем состоянии. Я уже встречался с подобными существами на площадках Кватрека, но от появления живого мертвеца в нынешних условиях у меня буквально застыла кровь. Создание сделало несколько шагов в мою сторону и остановилось на почтительном расстоянии.</p>
    <p>— Ты кто такой?</p>
    <p>— Э-э-э… хе-хе… Так, просто посетитель.</p>
    <p>— Просто посетитель?</p>
    <p>— Ну…</p>
    <p>Я совершенно не представлял, что можно сказать еще в подобной ситуации. Хорошая погода, для этого времени года, да? Вряд ли такой ответ удовлетворит зомби. Или: я, Джон Мун, тренер огров, вы меня не узнаете? Определенно не пойдет.</p>
    <p>— Я просто вами восхищаюсь, всеми живыми мертвецами.</p>
    <p>— Я чуштвую жапах твоего можга.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>Он протянул ко мне дрожащие руки и начал раскачиваться взад-вперед.</p>
    <p>— Я голоден. Сильно голоден.</p>
    <p>— У меня с собой ничего нет, — заявил я и похлопал себя по карманам. — Очень жаль. И все же я вами восхищен. Вашей борьбой с парламентом. Браво!</p>
    <p>Продолжая все это говорить, я медленно начал отступать. Вот только это животное следовало за моими движениями. Я делаю шаг назад, он — шаг вперед. У меня не было возможности просто отойди на заранее подготовленные позиции.</p>
    <p>— Больба с палламентом!</p>
    <p>Во всяком случае, складывалось впечатление, что он не прочь поговорить.</p>
    <p>— Ага! — заявил я и захлопал в ладоши. — Просто фантастика!</p>
    <p>— Больба с палламентом, говолишь?</p>
    <p>Чушь. Не та тема.</p>
    <p>— Может быть, — продолжил я, не прекращая отступать, — мне кажется, что поведение вам подобных довольно безответственно.</p>
    <p>Мысленно я прикидывал, сколько времени мне надо протянуть до того, как припустить бегом к калитке. Но сначала стоит выяснить, способна ли бегать эта развалина на лапах.</p>
    <p>Я уже готов был проверить это на деле, а он — броситься на меня, но тут из ближайших кустов раздался голос. Который можно было бы назвать и ангельским.</p>
    <p>— Оставь его, Селифан.</p>
    <p>Из сумрака появился молодой прозрачный силуэт. Его длинное белое платье казалось сшитым из тюля с шелковой вышивкой, что выглядело довольно странным для данного времени года. Оно как легкий и воздушный саван развевалось за спиной моего нежданного спасителя. Силуэт повернулся ко мне лицом.</p>
    <p>Леонор.</p>
    <p>— Вы! — пробормотал я. — Что вы… что вы здесь делаете?</p>
    <p>— Тс-с-с.</p>
    <p>Она приложила палец к губам. И подошла совсем близко к зомби. На ее лице не было видно и тени страха.</p>
    <p>— Селифан…</p>
    <p>Старая развалина поклонилась и изобразила подобие улыбки.</p>
    <p>Я был сражен наповал.</p>
    <p>— Это — друг. Очень хороший друг. Он не желает вам никакого зла.</p>
    <p>Зомби посмотрел на меня. Теперь в его глазах я мог прочитать свой шанс. Леонор склонилась над ним и что-то прошептала ему в ухо. На лице монстра появилось выражение удивления, которое постепенно сменилось успокоением. Селифан медленно повернулся в сторону усадьбы. И тут же превратился в тень, ничем не отличимую от других. Я остался один с Леонор.</p>
    <p>Она приблизилась, скорее скользя по воздуху, чем шагая по земле, круговорот снежинок образовал вокруг ее головы некое подобие нимба.</p>
    <p>Прекрасное видение остановилось совсем рядом со мной.</p>
    <p>Мне хотелось ее обнять, но мои руки прошли сквозь призрачное тело. Я одновременно испытывал холод и нежность.</p>
    <p>Меня охватила глубокая грусть.</p>
    <p>— Ты…</p>
    <p>Она кивнула. Леонор не прекращала улыбаться, но в ее улыбке присутствовала какая-то странная тень.</p>
    <p>— Ты мертвая.</p>
    <p>Она вскинула голову, встряхнув волосами, и при этом почти рассмеялась. В ее глазах светилась тихая нежность.</p>
    <p>— Да, Джон, на вещи можно посмотреть и так.</p>
    <p>Я почувствовал легкое головокружение и попытался взглядом найти что-то такое, за что можно было бы зацепиться. Но ничего не нашлось. Там были только мы.</p>
    <p>— И все же я… притронусь к тебе, обниму тебя.</p>
    <p>Мои руки тянулись к ней, но она слегка отодвинулась от меня.</p>
    <p>— Леонор.</p>
    <p>— Доверься своим чувствам, Джон Мун. Ты для НЕГО особенно дорог. Он не может сделать ничего плохого. Ты слишком важен для НЕГО.</p>
    <p>— НЕГО?</p>
    <p>Когда я двинулся в ее сторону, она резко отступила. Теперь Леонор летела в добрых трех футах над землей под ветвями кипарисов и была красива, как никогда. Я почти ощущал ее аромат: тонкий аромат, которым обладала только она.</p>
    <p>— Мне это известно лучше, чем кому-либо, — заверил прекраснейший из призраков. — Ведь именно ОН сделал меня такой.</p>
    <p>— ОН? — переспросил я, словно во сне.</p>
    <p>— ОН всем нам угрожает, Джон. Если ты, конечно, помнишь мой сон.</p>
    <p>— Леонор? О каком сне ты говоришь?</p>
    <p>Ее висящий в воздухе силуэт начал бледнеть и вскоре исчез вовсе.</p>
    <p>Я так ничего и не понял. Этот дракон, который на спине принес нас сюда. А теперь еще и Леонор! Леонор со своими снами. Эй, но сам-то я, у меня тоже были сны! Ну ладно, а дальше? Кто понимает что происходит? А потом мне на память пришли те редкие моменты, которые мы провели с ней вместе. «Я совершенно не понимаю, чего он хочет добиться, каков его замысел». Это она говорила не про мужа, нет. Тут речь шла про кого-то другого. Про кого же? Черт подери, кто же этот «ОН», упоминание о ком так режет мои уши?</p>
    <p>Мне определенно надо будет сходить на это тайное собрание, которое должно состояться завтра ночью на Греймерси-сквер, если, конечно, я к этому времени еще буду живым. Что-то мне говорило, что эти люди отстоят еще дальше, чем я, от происходящего. С другой стороны, не в этом заключается главная трудность.</p>
    <p>Стоило мне погрузиться в свои околонаучные размышления, как на мое плечо легла на этот раз вполне реальная рука. Я подпрыгнул словно сумасшедший.</p>
    <p>Это снова оказался зомби. Чем-то похожий на камнеломку. На самом деле он никуда не уходил.</p>
    <p>— Эй, Корешкообразный! — сказал я, поворачиваясь. — Какой приятный сюрприз!</p>
    <p>Я быстренько отступил назад, споткнулся о булыжник, потерял равновесие и рухнул на спину, задрав верх все четыре конечности.</p>
    <p>— Подожди, — сказал мне зомби.</p>
    <p>Он склонился надо мной, его лохмотья развевались на ветру. Ну прямо пугало на снегу.</p>
    <p>— Вам чем-то можно помочь? — спросил я, делая попытку подняться.</p>
    <p>— Нам надо кое-што шделать.</p>
    <p>— Нам?</p>
    <p>— Ждешь кломе наш никого нет.</p>
    <p>— Согласен.</p>
    <p>У меня не было ни малейшего представления о том, что он хочет сказать. И вот, Джон Мун, настало время тебе блефануть. И я, ну…</p>
    <p>— Она шов’ем лядом, да?</p>
    <p>— Каким лядом?</p>
    <p>— Шовшем лядом, — с трудом выговорил он.</p>
    <p>— А! Ты это о ком?</p>
    <p>— Вы и шами плекласно жнаете.</p>
    <p>Он поднял голову и засопел, к чему-то прислушиваясь.</p>
    <p>— Я это чувствую, — сказал зомби.</p>
    <p>В его взгляде мне показалась какая-то грусть. У меня не вызывало никакого восторга мысль провести эту ночь в прогулке по кладбищу. Особенно вместе с существом, совершенно не подходившим по виду на задушевного дружка.</p>
    <p>— Прекрасно, — сказал я и поднялся.</p>
    <p>Он повернулся ко мне в профиль, если, конечно, это можно назвать профилем, его глаза уставились на решетку калитки у входа на кладбище. Снег падал все сильнее и сильнее, целая армия белых хлопьев в полном хаосе спускалась на землю, поглощая облака, а в особенности луну, при этом за всем наблюдая и все понимая.</p>
    <p>Пальто у меня было в комьях мокрой земли. Я отряхнул его.</p>
    <p>— Там у входа остался мои приятель, — сказал я.</p>
    <p>— Приятель?</p>
    <p>— Да, ручной дракон.</p>
    <p>Зомби покачал головой.</p>
    <p>— Мы ей нужны.</p>
    <p>— Да скажи же, кому, в конце концов.</p>
    <p>Он поднял то, что осталось от его бровей.</p>
    <p>— Шмерти! — воскликнул живой мертвец, возведя к луне свои лишенные плоти руки. — Шмерти!</p>
    <p>Спокойно, приказал я сам себе.</p>
    <p>Внезапно повсюду вокруг нас зашевелились кусты. Костлявые руки раздвинули в стороны ветки. Несколько силуэтов возникло из сумрака и начало зигзагами приближаться к нам. Еще зомби! Прекрасный набор полуразложившихся трупов. В полумраке мне показалось, что я узнал несколько игроков из Потрошителей, акробата и некоторых других, но из-за густого снегопада я в этом не был полностью уверен: уж больно они все походили друг на друга. У одного из них в руках была черная шапочка.</p>
    <p>— Шмерть, — уже спокойней повторил Селифан.</p>
    <p>Остальные, похоже, не обращали особого внимания на мое присутствие.</p>
    <p>— Смерть, в этом можно не сомневаться, — согласился кто-то еще.</p>
    <p>— Вы уверены?</p>
    <p>— А ты что, сам-то не чувствуешь?</p>
    <p>— Смерть!</p>
    <p>Один за другим они начали спускаться по узенькой кладбищенской тропинке. Калитка была закрыта, Грифиус ничем особенно не рисковал. Но я все же боялся оставить его одного, не представляя, что хотят живые мертвецы. Я даже не хотел задумываться о том, на что они способны. И внезапно мне стало очень любопытно узнать, как зомби собираются поступить с ней, со Смертью.</p>
    <p>Я на приличном расстоянии последовал за ними.</p>
    <p>Они шли ровным рядом, с ленцой, сложив уважительно перед собой руки, покачиваясь и что-то бормоча, но что именно — я не мог расслышать. Ну прямо похоронная процессия, только без могильщика и гроба.</p>
    <p>Когда подошли к калитке, первый зомби, Селифан, или как там его, вынул откуда-то из своих лохмотьев ключ и вставил его в замок. Калитка кладбища открылась. Маленький дракон оказался тут, перед ними, и рассматривал прибывших без всякого страха, так, словно давно ожидал их прибытия. Я хотел что-то крикнуть. Но бесполезно.</p>
    <p>Один за другим живые мертвецы застыли в священном ступоре и опустились на колени перед крохотным силуэтом маленького зверька. Они уткнулись лбами в землю. Грифиус бесстрастно наблюдал за ними. Какой-то зомби осторожно поднял голову, ровно настолько, насколько это требовалось.</p>
    <p>— Ваше Величие, — трепетно произнес он.</p>
    <p>Судя по его виду, монстр прекрасно знал, что делает.</p>
    <p>— Поднимитесь, — сказал дракон, потом повернул голову в мою сторону: — А ты что здесь выжидаешь?</p>
    <p>— Но я…</p>
    <p>— Не бойся, — оборвал меня маленький зверек голосом, который я от него еще не слышал: более важным и более низким. — Я уж слишком стара, чтобы пускаться одной в рискованные мероприятия.</p>
    <p>— Может быть, но…</p>
    <p>— Иди, освободи моих сестер, — приказала Смерть, так как, черт подери, на данный момент в драконе находилась именно она, уж зомби-то это прекрасно чувствовали. — Иди, пока еще не поздно, вырви их из когтей Мордайкена. Ты же сам решил, что сделаешь это один. А я, я останусь с ними.</p>
    <p>Живые мертвецы теперь составляли ее свиту. Стоя полукругом на коленях, они источали в сторону Смерти безграничное обожание. Смотреть на это было очень забавно, особенно мне, так как я в принципе был знаком с зомби, но такими их, конечно же, еще не видел.</p>
    <p>Усадьба мрачно возвышалась передо мной.</p>
    <p>В словах Смерти был смысл. Мне нужно туда. И впервые за долгое время я почувствовал себя на своем месте. Не знаю, существовала ли на самом деле Леонор, и не понимаю, кем именно она была в действительности, но это не играет особой роли. Она говорила со мной, верила в меня. Фантом, ну и что с того? Своего рода предзнаменование. Туманное послание, которое, вполне возможно, и исходило-то именно от меня. Леонор пыталась мне что-то сказать. Доверься своим чувствам. Значит, кроме меня, этого никому не понять.</p>
    <p>Я провел рукой по лицу. Святые угодники, какая странная ночь!</p>
    <p>Вот она, настоящая жизнь.</p>
    <p>— Хорошо! — воскликнул я и улыбнулся так, как еще ни разу не улыбался. — Уже иду.</p>
    <p>— Выполняй! — крикнул мне в спину маленький дракон.</p>
    <p>— Как пожелаете, — не оборачиваясь, ответил я.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Бруггс Оакрун</p>
    </title>
    <p>Очень миленькое дельце, подумал я, изучая заднюю часть усадьбы. И с чего прикажете начинать?</p>
    <p>Передо мной находилось окно с цветными стеклами, которые наполовину были разбиты, а рядом с ним расположились буйные заросли пышных растений. Какая-то закрытая небольшая пристройка. Не слишком прочная у нее дверь, стоило ли запирать? А дальше ряд окон, с балконами, балюстрадами и уткнувшими в пустоту носы изогнутыми горгулиями, оскалившимися угрожающими клыками. Ужасные каменные гримасы. А далее еще один ряд освещенных маленьких окошечек, уже на втором этаже. На их бортиках скопился снег. И наконец, третий этаж. С покосившимися башенками, бельведерами, крутыми балконами и несуразными печными трубами.</p>
    <p>Насколько я знал, здесь должен еще быть и подвал, раскинувший под землей свою обширную сеть до самого сада и уж, наверное, до старых кипарисов на кладбище. А под такой изогнутой неправильной крышей, над которой возвышаются турели, определенно должен находиться обширный чердак. Но как узнать, где находятся Ориель и Глоин, если, конечно, они еще тут? Вдруг мы прибыли сюда слишком поздно или ошиблись с самого начала?</p>
    <p>Ядовитой змеей в потаенных уголках моей души начали шевелиться неприятные сомнения. Я понял, что даже не вооружен. А Грифиус остался там, вместе со своей свитой из живых мертвецов… Отсюда наше положение казалось не таким уж и благоприятным.</p>
    <p>Отложив дебаты на более позднее время, я направился к маленькой пристройке. Дверь, как и предполагалось, закрыта. Здесь все двери оказываются закрытыми. Вздохнув, я прошелся вдоль окна с цветными стеклами. Было слышно только слабое похрустывание снега у меня под ногами. Я прижался лбом к окну и, прищурив глаза, начал вглядываться в темноту. У меня не получилось разглядеть ничего особенного. Но зато обнаружилось, что можно забраться на балкон, который нависал над окном. Кто-то подготовил мне легкий доступ?</p>
    <p>— Во всяком случае, — громко сказал я, чтобы несколько себя успокоить, — для этого не потребуется больших усилий…</p>
    <p>Я встал на подоконник одного из окон, ухватился за водосточный желоб и изо всех сил оттолкнулся ногой. Хе, хе. Крыша была скользкой, но если действовать осторожно, то на нее вполне можно взобраться.</p>
    <p>Однако при попытке влезть туда моя нога скользнула в сторону. Осколки стекла со звоном упали на землю и разлетелись на тысячи кусочков. Ты очень осторожен, Джон, браво! Затаив дыхание, я на некоторое время застыл и прислушался. Нигде ничего не зашевелилось.</p>
    <p>— Проклятье, — прошептал я, вытаскивая ногу из дыры, в которую она попала. Еще один упущенный шанс. Может, стоило подумать о том, чтобы сразу попробовать закинуть ногу на крышу, заметил я сам себе. Но как раз в этот момент окно под тяжестью моего веса рухнуло. А вот теперь провал был полный. Я почувствовал, что падаю назад, очень медленно, мой путь освещало облако звезд. Такое плавное падение, словно во сне, может длиться целую вечность, еще, еще, еще… только вот в конце сна ты врезаешься в ветви совершенно черного дерева. И никто во сне не барахтается настолько забавным образом.</p>
    <p>— О проклятье, чтоб тебе пусто было! — выругался я, стараясь выбраться из зарослей.</p>
    <p>Ветви цеплялись мне за одежду. С большим трудом мне удалось высвободиться и, наконец, отчаянно и бессмысленно жестикулируя, рухнуть на землю. В результате я оказался сидящим, прислонясь к толстому стволу дерева, мое пальто было покрыто мелкими блестящими осколками и продолговатыми листьями, которые, в отличие от стеклянной крошки, выглядели почти черными.</p>
    <p>Я повернулся к дереву:</p>
    <p>— Большое спасибо.</p>
    <p>И тут дверь около окна с разноцветными стеклами открылась и ко мне приблизилась огромная тень с факелом в руке.</p>
    <p>— Так, так, так, — сказал голос, который никак не ассоциировался с чем-то приятным. — Прямо в волчью пасть.</p>
    <p>Ко мне приближался здоровенный тип, одетый во все черное, на ходу натягивающий перчатки. Хотя у него теперь не было ни шляпы, ни усов, я его немедленно узнал. Барон Мордайкен.</p>
    <p>Великолепно сыграно, подумал я. Лучше не придумаешь.</p>
    <p>Барона окружали трое слуг, насколько можно судить по их росту, два гоблина и огр. У огра была внушительная борода, и он старался все время держаться в тени. Я поднялся и прижался спиной к дереву.</p>
    <p>— Пожалуй, мне пора домой.</p>
    <p>— Так, так, — покачал головой барон. — Наш дорогой Джон Мун. Очень мило с вашей стороны зайти навестить меня. Мы сбились с ног, пытаясь отыскать вас. Собачье ремесло. Уверен, что вы это проделали нарочно.</p>
    <p>— Послушайте, — сказал я, пощипывая переносицу и прищуривая глаза, — полагаю, что вы ошиблись в выборе нужного вам объекта, вам… э-э-э… так не кажется?</p>
    <p>— Мой милый Джон, здесь никакая ошибка просто невозможна.</p>
    <p>— И все равно, мы практически не знакомы, — заметил я. — Ладно, вы тренер, но меня уволили, вы должны быть в курсе дела. И значит… э-э-э…</p>
    <p>— Но если, — улыбнулся барон, — но если все же мы знакомы?! Вспомните недавний вечер в «Мулигане». Смертельное пойло, а? Такое, такие вечеринки, не забываются, правда? У вас тогда был такой вид, будто вы знакомы со всеми вокруг.</p>
    <p>— А, припоминаю ту вечеринку, — кивнул я и вдруг почувствовал жуткую усталость.</p>
    <p>— Уведите его, — рявкнул, поворачиваясь, барон. — И проверьте, чтобы все было готово для того, чтобы сегодня вечером провести ритуал. Хозяин будет доволен. Ха, ха, ха!</p>
    <p>Эхо его смеха рассеялось в разбитом окне, как выбежавшие после занятий из школы дети.</p>
    <p>— Пустите, — сказал огр. — Я им займусь.</p>
    <p>Его голос мне о чем-то говорил. Это…</p>
    <p>Он поднял меня с земли и, как вульгарный мешок с зерном, взвалил себе на спину. Двое гоблинов обменялись удовлетворенными взглядами и пустились вслед за бароном.</p>
    <p>— Все идет как надо, — прошептал огр, когда те удалились на достаточное расстояние.</p>
    <p>— Нет, — сказал я, провожая взглядом барона и его слуг, — все идет совсем не так, как надо.</p>
    <p>— Патрон, эй, патрон. Это же я.</p>
    <p>— Ты?</p>
    <p>Мы начали подниматься по небольшой каменной винтовой лестнице. Огр на мгновение остановился и посмотрел мне прямо в глаза.</p>
    <p>— Пришлось с рекордной скоростью отрастить бороду, — объяснил он. — Спасибо волшебному капиллярному бальзаму профессора Фитцгибона.</p>
    <p>— Гораций! Гораций Плум!</p>
    <p>Огр тут же приложил палец к губам.</p>
    <p>— Они не знают, кто я такой. Меня наняли несколько дней назад, но я и понятия не имел, в чем будет заключаться моя работа. Мне пришлось похитить одного из ваших друзей.</p>
    <p>— Карлика?</p>
    <p>— Нет, другого, который придурок.</p>
    <p>— А! Ориеля.</p>
    <p>— Эй, — послышался очень громкий голос, — у тебя там какие-то трудности, Бруггс?</p>
    <p>— Уже иду! — заорал в ответ огр.</p>
    <p>— Бруггс? — повторил я.</p>
    <p>— Бруггс Оакрун. Не стоило говорить им мое настоящее имя!</p>
    <p>— Ты просто молодец! — воскликнул я и крепко обнял его. — Ты уж извини, что я сразу не узнал тебя…</p>
    <p>— Слишком поздно, — оборвал огр и снова поднял меня. — Мне очень жаль, патрон, но сейчас вам никак нельзя будет убежать. Надо выждать соответствующий момент.</p>
    <p>— Соответствующий момент?</p>
    <p>— Вы все потом поймете.</p>
    <p>Он снова закинул меня на спину и продолжил подъем. Вскоре мы оказались в огромном зале с широкой мраморной лестницей. Хозяин этого места не отличался вкусом в украшении. На стенах висело несколько старых намалеванных картин, не обладавших никакой художественной ценностью; жалкие кресла и прочая мебель были накрыты чехлами черного цвета; на потолке висела люстра со свечами в стиле барокко, но без всякого хрусталя. Огромный, довольно банальный по форме, холодный камин безо всякого огня.</p>
    <p>— И все остальное в этом роде? — спросил я.</p>
    <p>Гораций ничего не ответил.</p>
    <p>Мы поднялись по широкой мраморной лестнице, Мордайкен и его слуги шествовали во главе колонны. Затем перед нами возник широкий коридор, в котором находился подъемник. Барон открыл дверцу кабины.</p>
    <p>— Для всех здесь места не хватит, — объявил он, в то время как два гоблина удивленно на него уставились. — Найдете меня на чердаке.</p>
    <p>С удовлетворенной улыбкой Мордайкен закрыл дверь.</p>
    <p>Этого и следовало ожидать. Мы сделали разворот, я так и продолжал трястись на плечах у Горация. Шедшие впереди два удивленных гоблина обменивались тумаками и прочими сомнительными комплиментами.</p>
    <p>— Итак, сам Хозяин потребовал к себе мальчика. А скажи-ка мне, Зоетрек, что сделал твой папаша?</p>
    <p>— Охотился на крыс, мсье, — ответил другой. — М-м-м… интересно, что на это скажет Хозяин. А твой, Глоедун?</p>
    <p>— Грабил могилу, которую сделал мальчишка. Хозяин это одобрил. Теперь все хорошо, Гоертель, сказал он. Но маленький Гоертель был готов расплакаться, ну, сам знаешь, хнык, хнык. И тогда Хозяин нагнулся к нему и сказал: что случилось, Гоертель? А мальчишка говорит: мой папа умер. О, сказал Хозяин, вот оно как. Но тут уж ничего не поделаешь. А что он делал, прежде чем умереть? А мальчишка говорит: он сделал а-а-а-а-г-г-г-р-р-р.</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Он сделал а-а-а-а-г-г-г-р-р-р. Прежде чем умереть. Врубаешься?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Значит, придурок.</p>
    <p>— Да ты знаешь, кому это говоришь?</p>
    <p>— Твои коллеги? — шепнул я на ухо огру. Но тот в ответ только устало вздохнул.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Полночь в саду зла</p>
    </title>
    <p>Смерть взгромоздилась на самую высокую стелу на кладбище.</p>
    <p>Смерть — это маленький золотистый дракон, замерзший на снегу и сверливший глазами окружающих.</p>
    <p>Повсюду вокруг нее собрались верные живые мертвецы. Молчаливые, полные внимания.</p>
    <p>— Должна вас поздравить, — начала Смерть. — Вы не попали в ту ловушку, в которую угодили остальные. Вы не бросились в погоню за иллюзорными миражами.</p>
    <p>Живые мертвецы мрачно закивали головами. Рассевшись в высокой траве на могилах, взгромоздившись на старые высохшие деревья, они, оставаясь во мраке, хранили молчание, наслаждаясь полным и безмятежным покоем.</p>
    <p>Смерть напомнила им: зомби — ее посланники. Они должны понимать то, что не понимают другие, они являются ее вестниками на земле и в один прекрасный день они все к ней вернутся. В общем, обычная агитация.</p>
    <p>— Вы все моим солдаты, — пробормотала она. — Вы все мои слуги. И ни в ком случае не должны… Слушайте меня!</p>
    <p>Дракон изрыгнул струю розоватого пламени, затем надолго закрыл глаза.</p>
    <p>— Хе, хе, хе, — сказал он наконец.</p>
    <p>— Что такое, Ваше Величие? — поинтересовался кто-то.</p>
    <p>— Невероятно.</p>
    <p>— Все в порядке, Ваше Величие?</p>
    <p>— Фантастика, — проворчал дракон. — Мне вот-вот удастся выйти из этого тела.</p>
    <p>Животное закатило глаза.</p>
    <p>— Вот так-то! — воскликнул зверек и захлопал крыльями. — Вот так-то! Я могу выйти из этого тела. Я могу… выйти… раз уж у меня получается изрыгать пламя.</p>
    <p>— Но драконы не изрыгают пламени! — заметила одна молодая зомби.</p>
    <p>— Только когда у них насморк, — возразил монстр с черной шапочкой в руках. — А когда у них насморк, они…</p>
    <p>— Слушайте меня!</p>
    <p>Дракон снова изрыгнул струю розоватого пламени, на это раз еще более мощную. Он аккуратно сложил крылья и задрал морду к небу.</p>
    <p>— Мне надо простудиться, — сказал Грифиус. — Мне надо по-настоящему простудиться, и тогда я смогу наконец покинуть это тело. Вы должны мне помочь, — заявил он, обводя собравшихся взглядом. — И сделать это следует как можно быстрее.</p>
    <p>— Быстрее! — воскликнул зомби с черной шапочкой в руках. — Кто-нибудь сбегайте, найдите ледяную воду.</p>
    <p>— Я сейчас схожу.</p>
    <p>Живые мертвецы тут же приступили к действию, стараясь продемонстрировать свою полезность. Дракон слез со своей стелы и уселся в снег. Прибежала молодая зомби и принесла глиняный кувшин, до краев наполненный ледяной водой.</p>
    <p>— Поливай! — приказал Селифан.</p>
    <p>На маленького дракона вылили все содержимое кувшина.</p>
    <p>— У-у-у-у! — взвыл он. — Черт бы вас всех побрал! Холодно!</p>
    <p>— Очень сожалею, Ваше Величие.</p>
    <p>— А-а-а-а-а…</p>
    <p>Зомби поспешно расступились и выбросили кувшин в снег.</p>
    <p>— Апчхи!</p>
    <p>Дракон вновь изрыгнул пламя, подчеркивая свой насморк постоянным шмыганьем носом.</p>
    <p>— Ага, разрази меня гром! Вроде получается!</p>
    <p>Живые мертвецы смотрели на все это со смесью удивления и благоговейного страха. Несколько темных облачков какой-то момент парили над золотистым драконом, прежде чем подобно фантомам раствориться в холодном вечернем воздухе.</p>
    <p>— Великолепно! — воскликнул зверек и огляделся вокруг. — Продолжайте, продолжайте. Чтобы я как можно быстрее вышла из этого тела.</p>
    <p>Живые мертвецы принесли еще несколько кувшинов с ледяной водой и одновременно опорожнили их на дракончика. Маленький зверек не прекращал чихать, и чем больше он чихал, тем больше Смерти казалось, что она выходит их тела, распыляясь туманным облачком под кипарисами, медленно скапливаясь и собираясь в одном месте. Внезапно она почувствовала, что вышла из тела дракона настолько же, насколько и осталась в нем. Это было очень странное ощущение даже для такого старого существа, как Смерть, при каждом чихании маленькие капельки тумана отделялись от дракона, и, пока вокруг продолжал идти снег, укрывая всю окрестность ложащимися друг на друга хлопьями, образующими толстое пушистое одеяло, эти частички души цеплялись за ночь.</p>
    <p>В предвкушении нового рождения присутствовало даже особое торжественное ликование, кусочек за кусочком она объединялась в единое целое под пораженными взглядами самых верных своих слуг. Смерть ощущала уверенность, что через несколько мгновений естественный порядок снова вступит в свои права, и она сможет парить над Ньюдоном, распахнув полы черного одеяния, сможет заключать в крепкие объятия беззащитные души людей, гоблинов, эльфов, карликов и огров, сможет одним дуновением гасить их трепещущий огонь, как гасят на ночь свечу.</p>
    <p>Но внезапно все прекратилось. Смерть что-то почувствовала. Угрозу. Ужасную угрозу, надвигающуюся на нее.</p>
    <p>Котел!</p>
    <p>Мордайкен открыл котел, который только он и мог открыть, и она сразу же заметила изменение в дыхании. Неумолимую близость западни. Потому что внутри, смерть уже это чувствовала, теперь действовала не просто сильная жидкость, а нечто более могущественное. Эликсир Дьявола. Настой забродивших звезд, непреодолимый вкус которого медленно спускался к ней… И вот сейчас она ощутила это в непосредственной близости! Надо срочно что-то предпринять.</p>
    <p>— Слушайте меня!</p>
    <p>Теперь живые мертвецы смотрели на дракона с неким восхищением. Сейчас их Госпожа освободится. И, без всякого сомнения, она щедро наградит их за столь верную службу, разрешит им вернуться вместе с ней в свое королевство.</p>
    <p>— Все идет как положено, Ваше Величие?</p>
    <p>— Унесите меня подальше отсюда, — сказал дракон, чувствуя, что у него в душе зарождается паника. — А еще лучше закройте где-нибудь. Где-нибудь в таком месте, откуда я не смогла бы выйти. Быстрее!</p>
    <p>Зомби вопросительно уставились на нее. Такой резкий поворот означал явные непредвиденные осложнения. Движимые инстинктом, свойственным только мертвецам, они начали медленно поворачиваться. До них постепенно доходил смысл происходящего. Наверху в усадьбе должно было что-то произойти. Что-то ужасное.</p>
    <p>— Не давайте мне двигаться! — простонала Смерть, и тело маленького животного начало извиваться со скоростью молнии. — Закройте меня куда-нибудь! Бы-ы-ы-ы-стро!</p>
    <p>Живые мертвецы молча наблюдали за ней.</p>
    <p>А потом все вместе набросились на дракона.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ну наконец-то!</p>
    </title>
    <p>Мы поднялись на чердак по маленькой потайной лестнице, которая безжалостно скрипела, после чего оказались в огромном помещении. Я широко открыл глаза. Паркет, настеленный на опилки, сверкал под лучами установленных полукругом масляных светильников. Потолок был наклонным с несколькими небольшими окошечками, через которые просачивался или отфильтровывался бледный лунный свет.</p>
    <p>Барон Мордайкен уже поджидал нас. Он стоял в углу чердака, сложив на груди руки, а на его возбужденном лице было написано довольство. Гораций поставил меня на пол. Здесь же лежал связанный, как колбаса, полураздетый Вауган Ориель. Как только он увидел меня, его взгляд оживился.</p>
    <p>— Ну наконец-то! Вот и наша старая каракатица Джон Мун!</p>
    <p>— Молчать! — рявкнул Мордайкен.</p>
    <p>Я незаметно сделал Ориелю знак рукой.</p>
    <p>В центре комнаты, там, где был подметен пол, сияла недавно нарисованная огромная кроваво-красная пентаграмма. Исходящее от нее влияние казалось почти осязаемым. Я сразу же понял, что это не имеет никакого отношения к обычной магии. Возможно, перед нами очень древнее колдовство, откопанное в каком-нибудь зловещем фолианте, какими наверняка изобиловала семейная библиотека Мордайкенов.</p>
    <p>Гораций отыскал где-то в углу веревку и начал связывать мне за спиной руки. Судя по тому, как он завязывал узлы, я понял, что это является частью его плана. Но в чем заключается план? Что именно потребуется от меня? Надо ли мне следить и ждать какой-то сигнал? Надо ли подстерегать удобный момент для побега? Положиться… хм… положиться на мои инстинкты?</p>
    <p>Найти ответы на все эти вопросы оказалось совсем непросто. И только я собрался предаться размышлениям над ответами, как до нас долетел звук падения и громкие крики. Я мог поклясться, что на лестнице происходила какая-то борьба! Мордайкен опустил сложенные на груди руки и пересек чердак, чтобы пойти и посмотреть, что там происходит. Шум приближался. Кого-то протолкнули вперед. Маленького роста, с кляпом во рту…</p>
    <p>Удивляться тут было нечему.</p>
    <p>Это был отважный Глоин.</p>
    <p>— О-го-го! — протрубил Ориель. — А вот и старый пеликан.</p>
    <p>За ним следовали три гоблина в цилиндрах и вооруженные рапирами. Карлика поставили на колени прямо в опилки. Когда он увидел, что и я здесь нахожусь, то в его глазах блеснул луч надежды. Вид у Глоина был не из лучших. Мордайкен подошел к нему и попытался со всей силы нанести удар ногой в грудь Мак-Коугха. Когда его нога оказалась в наивысшей точке, он закачался, потерял равновесие и рухнул на спину. Придя в ярость, барон вскочил на ноги и просто залепил карлику пощечину.</p>
    <p>— Эй, — запротестовал Ориель. — Он тебе ничего не сделал.</p>
    <p>— Ничего? — удивился Мордайкен и, потирая ягодицы, уставился на лестницу.</p>
    <p>Мы все тоже повернули головы в эту сторону.</p>
    <p>По лестнице вели кого-то еще, и теперь этот кто-то стоял уже на самом пороге. И держал в руках собственную голову. Глаза головы были широко открыты.</p>
    <p>— Пруди, — прошептал я.</p>
    <p>Скажите мне, что все это не правда, а сон. У меня сжались кулаки, и вселенная начала вращаться вокруг меня.</p>
    <p>Глоин, продолжая стоять на коленях, смотрел прямо перед собой.</p>
    <p>— Клянусь кровью святых Трех Матерей, — пробормотал эльф.</p>
    <p>— А вы говорите, — проворчал Мордайкен и повернулся к пентаграмме.</p>
    <p>Жестом он приказал гоблинам отвести в сторону мою горничную. Святые угодники, подумал я, глядя на стучащую зубами голову, какой кошмар!</p>
    <p>— Друг Мак-Коугх хотел нарушить нашу компанию, — сообщил барон, выходя на середину комнаты. — И вот вам очень странная форма благодарности, которой он заплатил мне за мое радушное гостеприимство. Какого дьявола вы вдруг решили нас покинуть, мэтр карлик? Что надеялись найти в городе?</p>
    <p>Крепко стиснув челюсти, допрашиваемый оставался неподвижным.</p>
    <p>— Не хотите нам отвечать? Ну и не надо, — продолжал Мордайкен. — Главное заключается в том, что вы наконец-то соединились вместе, все трое. Ах, но можно сказать, что вы задали нам работенку. Особенно мсье Мун.</p>
    <p>— Мордайкен, — заметил я, — вы попросту теряете время.</p>
    <p>— Полагаете? На вашем месте я бы не был так уверен.</p>
    <p>Мне хотелось еще что-то добавить, но на это не оказалось времени. Кто-то поднимался по лестнице. Определенно представление еще не закончено.</p>
    <p>Я кинул быстрый взгляд в сторону Ваугана. Он опустил голову и казался слегка подавленным. Да, то, что мы увидели, нас еще будет не раз преследовать в жизни. Ха! Достаточно уже того, что мы знали, — у нас за спиной, где-то в полумраке, находится Пруди, держащая в руках свою бедную голову…</p>
    <p>На площадке лестницы показались еще двое слуг-гоблинов. Они несли огромный чугунный котел с крышкой. От усилий все их мышцы вздулись буграми. Ориель закрыл глаза и начал тихо постанывать. Глоин уткнулся лицом в пол. Ради Трех Матерей, что здесь происходит?</p>
    <p>— Ага! — воскликнул Мордайкен и зашевелил пальцами, — наконец-то!</p>
    <p>Гоблины поставили котел в центре пентаграммы. Форма и размеры котла были прекрасно рассчитаны. У меня по позвоночнику, словно голодное насекомое, пробежал панический озноб.</p>
    <p>— Что вы собираетесь делать? — спросил я.</p>
    <p>Мои два товарища были готовы от отчаяния извиваться на паркете. У нас за спиной голова Пруди издала громкий протяжный стон.</p>
    <p>Я бы многое отдал за то, чтобы оказаться сейчас в другом месте.</p>
    <p>Гоблины удалились, и Мордайкен остался около котла один.</p>
    <p>— Эликсир Дьявола, — с ликованием сообщил он. — Никогда не слышали про такой бульон?</p>
    <p>— Вы совсем сошли с ума, — сказал я. — Я не знаю, что вы там собираетесь делать, но смею уверить, у вас ничего не выйдет.</p>
    <p>Барон положил руку на крышку котла, а мы, Глоин, Ориель и я, в это время по очереди посмотрели друг на друга. Мои приятели, похоже, страдали, как приговоренные. Мало-помалу я начал кое-что понимать: несомненно, в них кто-то обитал. И этот кто-то сейчас очень хотел выбраться наружу.</p>
    <p>— Наконец-то все в сборе, — с триумфом объявил барон.</p>
    <p>Я краешком глаза взглянул на Горация. Потом подумал о Грифиусе. Чем он в данный момент занят? Все эти зомби на кладбище…</p>
    <p>Барон приложил ухо к котлу.</p>
    <p>— Хе, хе! Знаете, что там внутри? — спросил он.</p>
    <p>— Ага, — ответил Ориель в промежутке между двумя гримасами, — кипящая вода с овощами. Вы собираетесь нас сварить.</p>
    <p>— Эликсир! — возразил Мордайкен. — И не просто эликсир! Это эликсир Дьявола!</p>
    <p>— Ну и что дальше? — поинтересовался я, зевая так, словно за всю свою жизнь так ни разу и не выспался.</p>
    <p>— Вы все поймете, — пообещал барон, медленно поднимая крышку. — Очень скоро вы все поймете.</p>
    <p>Он одним движением откинул крышку в сторону.</p>
    <p>Голова Пруди издала вопль.</p>
    <p>Глоин и Ориель упали на пол так, словно их толкнула туда сильная невидимая рука. Они тоже, широко раскрыв рты, начали подвывать, глаза у них вылезали из орбит. Я решил, что, пожалуй, разумно будет подражать им, и начал извиваться и изо всех сил сучить ногами, одновременно уставившись совершенно безумными глазами на Мордайкена, который плясал вокруг котла словно сумасшедший.</p>
    <p>Улучив момент, я прекратил этот спектакль и повернулся в сторону моих товарищей. Они прекратили кричать и теперь молча боролись с неуловимым противником. И тут внезапно показались две сверхъестественные фигуры, слегка голубоватого или просто какого-то загадочного оттенка, а может, это вообще было всего лишь мерцание, вырывающееся из ушей, рта, носа и прочих отверстий моих друзей. Процесс, похоже, оказался очень болезненным для эльфа и карлика. Но все произошло достаточно быстро. Высвободившись из тел, в которых они находились пленниками, эти существа поспешно образовали два высоких воздушных призрака, напоминающих бесконечные мерцающие пальцы. Они в едином порыве метнулись к котлу и тут же скрылись в нем.</p>
    <p>Возбужденный, со сверкающими глазами, Мордайкен быстро закрыл крышку и, размахивая руками в воздухе, начал приплясывать вокруг своей пентаграммы.</p>
    <p>— Вот оно, чудо! Вот оно, чудо! Просто фантастика! — восклицал он, но через несколько секунд неподвижно замер.</p>
    <p>Ориель и Глоин, лежа на боку, медленно восстанавливали свое дыхание. Я же в свою очередь валялся совершенно неподвижно. Барон уставился на меня.</p>
    <p>— Минуточку, — заявил он теперь уже убийственно серьезно, — а что не так? Почему с вами ничего не произошло?</p>
    <p>— Ничего не произошло? — переспросил я. — Ну нет, что-то все же произошло! Ой, как же оно произошло! А-а-а-а! А-а-а-а! — Я принялся орать и извиваться на полу, — Ну вот. Теперь довольны?</p>
    <p>Лицо Мордайкена мгновенно приобрело фиолетовый оттенок.</p>
    <p>— Вы что, издеваетесь надо мной?</p>
    <p>Ориель нашел в себе силы, чтобы приподняться и поаплодировать мне.</p>
    <p>— Браво! Старый дровосек! Очень убедительно!</p>
    <p>Барон резко развернулся к нему. Вауган сделал жест головой, который явно означал то, что Мордайкен тоже получил свое.</p>
    <p>И вот именно этот момент выбрал Бругсс Оакрун, то бишь Гораций Плум, чтобы перейти к действию. Он схватил двух гоблинов, которые стояли у него по бокам, и ударил их друг об друга как две музыкальные тарелки, после чего какое-то время стоял оглушенный. Оба гоблина выхватили свои рапиры и с угрожающим видом повернулись в его сторону.</p>
    <p>— Что вы там затеяли? — задыхаясь, спросил Мордайкен, поспешно отступая, так как Плум надвигался на него, изображая воинственную мельницу.</p>
    <p>Я воспользовался моментом для того, чтобы избавиться от своих пут, и был настолько взвинчен, настолько шокирован всем происходящим, что очень быстро справился с этой задачей. Вскочив на ноги, я повернулся к своим друзьям. О, уже было поздно. Другие слуги Мордайкена начали реагировать на происходящее. Два гоблина, которые несли котел, направились прямиком к Глоину и Ориелю. Огр, не сразу замеченный мной, широким шагом приближался, а барон оказался так сильно взволнован, что не мог членораздельно отдавать разумные приказы.</p>
    <p>— Ловите его! Да не этого! Свяжите его! Да кого вы вяжете? Эй, что вы стоите как истуканы и ничего не делаете? Осторожней с котлом! Ах, ради всех демонов ада!</p>
    <p>Но времени на раздумье уже не было. Гораций и так много сделал со своей стороны. Гоблины с оружием в руках приближались к нему. Я поспешил к Пруди и схватил ее за руку. Но сделал это слишком резко, потому что она уронила свою бедную голову и та с глухим стуком упала на пол, развернувшись к ней лицом. Святые угодники! Пришлось поднять голову за волосы — особого выбора у меня не было. Но когда я снова повернулся к маленькой горничной, она уже исчезла.</p>
    <p>— Вы что-то ищите?</p>
    <p>Огр! Пруди захватил огр. Он держал гномессу, прижав ее к себе словно обычную куклу. Куклу без головы.</p>
    <p>Верзила, злобно улыбаясь, смотрел на меня.</p>
    <p>— Махнемся?</p>
    <p>Вид у него был вполне серьезный.</p>
    <p>— Проклятье, — выругался я.</p>
    <p>С другой стороны чердака ситуация тоже к лучшему не изменилась. Гоблины махали своими рапирами перед носом Горация. А Глоин и Ориель продолжали лежать со связанными руками. Наверное, стоило им что-то сказать… но что? Что мне очень жаль? Что мы еще встретимся позже? Все это не имело никакого смысла. Я взял голову Пруди двумя руками и попробовал представить себе, каково сейчас карлику, который ее любил. Но априори он провел не слишком-то приятный вечерок.</p>
    <p>Что же теперь делать?</p>
    <p>Я подбежал к котлу и без особой цели со всей силы пнул ногой здоровенную чугунную штуковину. Идеальный способ переломать себе на ноге пальцы.</p>
    <p>— Ну и бордель, — выругался я.</p>
    <p>Время было совсем неподходящим для такого ребячества. Огр, который держал Пруди, непонимающе смотрел на меня.</p>
    <p>— Эй, а это тебя не интересует?</p>
    <p>Я посмотрел в сторону Горация. Он держал гоблинов на почтительном расстоянии, но долго ли ему удастся так продержаться? А что касается моих друзей, то их положение оставалось без изменения. С тяжелой душой, поклявшись, что еще приду за ними попозже, я добежал было до первых ступенек маленькой деревянной лестницы, но мне преградил дорогу Мордайкен.</p>
    <p>— Не пройдет!</p>
    <p>Я нанес ему прямо в лицо отличный удар кулаком, и он покатился по земле. Этот безумный шаг оказался очень удачным.</p>
    <p>Ко мне присоединился Гораций, который продолжал махать руками, словно крыльями мельницы, отгоняя своих противников. Оказавшись достаточно близко друг от друга, мы обменялись взглядами и со всех ног пустились по лестнице.</p>
    <p>— А как же остальные? — пробормотала голова у меня в руках.</p>
    <p>— Не беспокойтесь, Пруди, — ответил я, — мы обязательно вернемся за ними.</p>
    <p>Не надо лишних вопросов: необходимо найти в себе силы, чтобы претворить в жизнь безумную идею. Но только без вопросов. Не стоит и шутить по этому поводу!</p>
    <p>Просто мои лучшие друзья остались в руках безумного, пышущего яростью типа, а Смерть собственной персоной, ростом не выше травы, находится на кладбище в обществе живых мертвецов. Но что касается второй части, то тут дела идут довольно хорошо. Ах да, еще не надо забывать о Пруди, у которой нет больше тела. Надо ее предупредить, что вести хозяйство одной головой будет довольно затруднительно.</p>
    <p>— Где тут находится выход? — спросил я Горация, свернув в коридор.</p>
    <p>— Вон там.</p>
    <p>Он показал в сторону потайной двери, и мы начали спускаться еще по одной, очень крутой лестнице. Я несколько раз чуть было не сломал себе шею. Голова Пруди закрыла глаза.</p>
    <p>На мгновение мы остановились, чтобы перевести дыхание.</p>
    <p>— Черт подери, Гораций! Я должен тебе по гроб жизни.</p>
    <p>— Это все естественно, патрон. Мне все равно казалось неуместным передавать вас со связанными руками и ногами этому психу. Особенно после такого неудачного сезона.</p>
    <p>— Твои слова согревают мне сердце. Мы вышли в сад.</p>
    <p>Снег покрыл все вокруг.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Бордель</p>
    </title>
    <p>Мы продвигались среди теней, скрываясь за деревьями. Живые мертвецы все еще были здесь: залезая друг на друга, они образовывали настоящие горы тел с торчащими руками, более или менее сгнившими ногами и гримасами на лицах. Зловонная масса, кажущаяся неподвижной, покрытая толстым слоем снега. Издали все это выглядело каким-то меняющим формы монстром, хнычущим и стонущим, упрямо отказывающимся сдвинуться с места.</p>
    <p>Я пустился бегом, держа в руках то, что осталось от Пруди, Гораций несся галопом, наступая мне на пятки.</p>
    <p>Из этого хаоса высунулась голова. Она с большим удивлением посмотрела на меня.</p>
    <p>— Что происходит? — спросил я.</p>
    <p>— Вон там сама Смерть, — заметила Пруди. — Эй! Привет!</p>
    <p>Гномесса (точнее, ее главная «деталь») снова принялась плакать. Очевидно, она испытывала какие-то трудности в связи со своим новым положением.</p>
    <p>— М-м-м-м! М-м-м-м-м-м! М-м-м-м-м-м-м! — протестовал кто-то в глубине кучи.</p>
    <p>— Дракон? Дракон… <emphasis>под вами?</emphasis></p>
    <p>Голова сделала утвердительный знак. Пруди тихонько взвизгнула. Гораций озадаченно почесал подбородок.</p>
    <p>— Патрон…</p>
    <p>Я махнул рукой в его сторону.</p>
    <p>— Подожди.</p>
    <p>И после этого снова повернулся к зомби.</p>
    <p>— Но зачем вы это сделали?</p>
    <p>— Она сама попросила нас сделать так. Смерть нам сказала: не дайте мне двигаться.</p>
    <p>— Теперь вы можете прекратить ее держать.</p>
    <p>Зомби бросил в мою сторону злобный взгляд.</p>
    <p>— Ни за что.</p>
    <p>— Патрон, может, нам все же стоит поторопиться?</p>
    <p>Я повернулся к Горацию.</p>
    <p>— Хочу свое тело, — заявила голова Пруди.</p>
    <p>— Ты можешь приподнять все это? — спросил я Горация и показал на кучу живых мертвецов.</p>
    <p>— Могу попробовать, но…</p>
    <p>— Хочу мое тело.</p>
    <p>— Так попробуй.</p>
    <p>— Патрон…</p>
    <p>— Хочу мое тело!</p>
    <p>— Заткнись!</p>
    <p>Пруди посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.</p>
    <p>— Очень сожалею, — сказал я. — И обещаю вам, что попозже мы этим обязательно займемся. — Ну давай! — Это уже Горацию.</p>
    <p>Огр пожал плечами, отступил немного назад, чтобы взять разбег, и ринулся к колышущейся пирамиде. Как только зомби поняли, что происходит, то тут же попытались этому воспротивиться. Но было уже поздно. Гораций на полной скорости врезался в них. Масса тел развалилась, словно выставленный в начале игры треугольник кеглей. Живые мертвецы стремительно разлетелись в разные стороны и тяжело упали в сугробы. Некоторые еще остались на месте пирамиды, но большинство рассыпалось, натыкаясь друг на друга. Я положил голову Пруди на снег и попробовал поймать несколько монстров за плечи, с целью убедить их не разбегаться далеко. Большинство было слишком неполными, чтобы быстро двигаться. Это мне помогло.</p>
    <p>— Эй! — запротестовала одна из живых мертвецов.</p>
    <p>В самом сердце пирамиды, на ее дне, дрожа, буквально зарывшись в снег (торчал только самый кончик хвоста), сидел спрятавшийся Грифиус. Мне показалось, что его распирает от ярости.</p>
    <p>— Зачем ты это сделал? И…</p>
    <p>Он увидел голову Пруди.</p>
    <p>— Все кончено, — сказал я. — Обе ваши сестры захвачены в плен.</p>
    <p>— Патрон! — тревожный вопль Горация заставил меня поднять голову.</p>
    <p>Гоблины барона Мордайкена выскочили в сад, и мы оказались обнаруженными. Они стремились прямо к нам, в их руках, как грозные вентиляторы, сверкая, мелькали рапиры.</p>
    <p>Я схватил дракона на руки и повернулся к живым мертвецам, которые развалились на снегу и потихоньку приходили в себя.</p>
    <p>— Нам надо быстренько найти надежное убежище, — сказал я, указывая Грифиусу на преследователей.</p>
    <p>По брошенному на меня взгляду стало понятно, что он не слишком-то согласен с этой идеей. Может быть, мое обращение с ним, на его взгляд, было слишком фамильярным.</p>
    <p>Я распахнул свое пальто и пихнул в тепло маленького зверька.</p>
    <p>— А котел? — взволнованно спросил Грифиус, — они закрыли котел?</p>
    <p>Пришлось быстро кивнуть головой, застегивая полы пальто. Зомби, размахивая руками, начали собираться вокруг нас. А гоблины продолжали наступать. Столкновение было неизбежным. Я повернулся к живым мертвецам.</p>
    <p>— Они пришли за Смертью! — громко крикнул я. — Они уже захватили в плен двух ее сестер.</p>
    <p>Зомби смотрели на меня с недоверием. Я подхватил с земли голову Пруди и пустился бежать, Гораций следовал за мной по пятам. По раздавшемуся за нашими спинами звуку стало ясно, что моя хитрая стратегия удалась, по крайней мере, на какое-то время: живые мертвецы набросились на гоблинов с твердым намерением рассчитаться с ними за предательство.</p>
    <p>Наша компания с бешеной скоростью неслась по склону кладбища. Гораций распахнул калитку одним ударом плеча. Мы еще на несколько мгновений задержались, чтобы попробовать поймать второе дыхание. У нас под ногами лежал Ньюдон, еще более загадочный, еще более волшебный, чем когда-либо. Силы мои были на исходе. Грифиус высунул голову из-под пальто и огляделся.</p>
    <p>— Я теперь знаю, как выйти из этого тела, — сказал он. — А что случилось с Пруди?</p>
    <p>— Вы знаете…</p>
    <p>— Да… Вперед!</p>
    <p>Дракон изрыгнул в сторону города струю оранжевого пламени.</p>
    <p>— Чтоб тебя, — сказал я. — Конечно, поступайте, как считаете нужным, только будьте поосторожней.</p>
    <p>Вы чувствуете, я в первый раз, можно считать, не выругался.</p>
    <p>— Сожалею, — извинился Грифиус. — Так что там с Пруди?</p>
    <p>— Спросите у нее, — вздохнул я.</p>
    <p>Но находящаяся в моих руках голова горничной закрыла глаза.</p>
    <p>Вот так-то, этот маленький дурачок опять оказался у разбитого корыта. Ага. Природа и Магия была захвачены бароном Мордайкеном. Орды вооруженных до зубов гоблинов мчатся по нашему следу. Смерть спрятана у меня под пальто и уже начала чихать. А он — сожалеет?</p>
    <p>На кладбище возня достигла своего пика.</p>
    <p>Недалеко от нас отходила в сторону маленькая, узкая, плохо освещенная улица. Пришлось воспользоваться этим путем. Снег поглощал все — и нашу безудержную кавалькаду, и гул наших мыслей.</p>
    <p>Мы начали спускаться в сторону города.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Покинутое жилище</p>
    </title>
    <p>Наконец-то состоялось наше возвращение в дом номер тридцать три по Финнеган-роад.</p>
    <p>Дверь оказалась выбита, но внутри все было более-менее в порядке, если так можно сказать о том состоянии, в котором мы оставили дом при поспешном бегстве. Я засыпал на ходу. Голова Пруди не переставала стонать и плакать. Это начинало уже действовать на нервы.</p>
    <p>— Что тут поделаешь? — сказал я и поставил голову на комод.</p>
    <p>— Мне очень жаль, — заявила голова и закатила глаза. — Снова увидеть этот дом и…</p>
    <p>Остальное утонуло в душераздирающих рыданиях.</p>
    <p>— Не надо никаких вопросов, — попросил я.</p>
    <p>В данной партии мне выпало стать чемпионом по даче советов.</p>
    <p>— Как… чих… всегда… чих… вам… чих… доверяю… чих… мсье Мун.</p>
    <p>— Отлично, — согласился я, повесил свое пальто на вешалку и вернулся к Пруди. Так как держаться ей было нечем, голова упала набок. Не очень-то просто жить в таком состоянии.</p>
    <p>— Мы… э-э-э… сделаем все возможное, чтобы найти ваше… тело, Пруди. Где… где вы расположитесь на эту ночь?</p>
    <p>— В своей кровати, — ответила она совсем тихим голосом.</p>
    <p>— Великолепно.</p>
    <p>С превеликими предосторожностями я поднял голову и отнес ее в комнату Пруди, деликатно уложил ее на подушку, а потом поцеловал в лоб.</p>
    <p>— Спокойной ночи.</p>
    <p>Пожелание «приятных снов» показалось мне каким-то неуместным в данной ситуации. Я закрыл за собой дверь и с облегчением вздохнул. А потом вернулся в гостиную, где меня ждал Грифиус.</p>
    <p>Гораций Плум поднялся наверх укладываться спать.</p>
    <p>Мне наконец удалось налить себе огромную порцию бренди, удобно устроиться на диване и закинуть ногу на ногу. Мои глаза закрывались сами собой.</p>
    <p>— Ну, теперь рассказывай.</p>
    <p>Дракон начал свою историю, а я слушал ее со всем вниманием, на которое был еще способен. Хорошая новость: смерть нашла способ, как покинуть это тело. Плохая новость, уже известная мне: ее сестры оставались в плену у барона Мордайкена. Это почти поражение… Скажем так, сейчас обе сестры находятся в котле. Они являются пленницами, и никто не знает, что с ними случится, если они слишком долго останутся там.</p>
    <p>Смерть объяснила мне разницу между простой звездной жидкостью и концентрированным эликсиром Дьявола — это та гадость, которая была налита в котел. Та жидкость, которую они собирались нагревать. Чрезвычайно опасный яд.</p>
    <p>— Знаешь, что приобретает существо, когда начинает кваситься в концентрированном эликсире? — спросил меня Грифиус.</p>
    <p>Не совсем понятно, к чему он клонит.</p>
    <p>— Нет, — признался я. — И что же оно приобретает?</p>
    <p>— Истину.</p>
    <p>— Истину?</p>
    <p>— Именно.</p>
    <p>— И что тогда?</p>
    <p>— Что тогда? — вздохнула Смерть. — Кто знает, какой эффект произведет Истина на Трех Матерей?</p>
    <p>Я ничего не ответил. Именно ради этой жидкости Мордайкен сначала заключил Трех Матерей в физические тела — то был единственный способ иметь их всех трех одновременно под рукой. Котел с эликсиром представлял уже второй этап плана.</p>
    <p>— Это будет пытка, — продолжала Смерть. — И этим он хочет чего-то добиться.</p>
    <p>— Чего именно?</p>
    <p>Дракон, как это часто с ним бывало, расправил крылья.</p>
    <p>— Это только один барон знает.</p>
    <p>Мой стакан с бренди уже давно опустел и стоял на паркете. Закинув руки за голову, я почувствовал, что тоже перехожу ко второму этапу.</p>
    <p>— Что касается этого Дьявола, есть ли способ его найти? Попробовать с ним договориться?</p>
    <p>Грифиус покачал головой.</p>
    <p>— Я чувствую его присутствие, — сказал он. — Он где-то в самом центре города и на данный момент на свободе. Мне интересно, каким образом это произошло.</p>
    <p>Закрыв глаза и развалившись на диване, я попробовал представить себе Дьявола. Бичующее создание с рогами и раздвоенным хвостом, царствующее среди заполненного лавой ада. Каким образом он собирается нагадить?</p>
    <p>— Меняю жизнь на хороший кусок жареной свинины, — сказал я.</p>
    <p>Дракон только махнул хвостом.</p>
    <p>Мы еще какое-то время обсуждали Дьявола: что из себя представляет этот тип и что он может запросить в обмен на свободу Трем Матерям. У Смерти был свой план, но она не больно-то захотела им со мной поделиться. Ситуация зашла в тупик.</p>
    <p>Пойти и привести сюда двух других сестер? Но как это сделать?</p>
    <p>На данный момент мы представляем из себя довольно посредственную команду: голова гномессы, ручной дракон, спящий огр и полный неудачник.</p>
    <p>Я задался вопросом, что Мордайкен может сделать с Ориелем и Глоиным теперь, после того, как тех покинули обитавшие в них существа. По крайней мере, понятно, что убивать моих приятелей барон не станет, поскольку Смерть находится у меня в руках.</p>
    <p>И это уже утешало.</p>
    <p>Мы обсуждали создавшуюся ситуацию до самого рассвета. Постепенно на горизонте появилось бледное сияние. Ночь начала отступление. Я даже не заметил, как уснул, прекрасно зная, что Грифиус еще продолжает говорить.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Дурной</p>
    </title>
    <p>Усадьба Мордайкена.</p>
    <p>Все огни зажжены.</p>
    <p>Вауган Ориель и Глоин Мак-Коугх тщательно связаны, отнесены в их апартаменты и закрыты на два оборота. Барон еще так и не решил, что же ему делать с этой парочкой.</p>
    <p>На чердаке котел по-прежнему оставался на своем месте. Мать Природа и Мать Магия без остановки обсуждали свое положение, но под действием эликсира их силы с каждой минутой ослабевали, поэтому бороться не получалось. Никто не знал, как именно действует изготовленный Дьяволом яд. Определенным было только одно: скоро они это действие почувствуют, вопрос лишь в нескольких часах. Ну, может быть, в одном дне.</p>
    <p>Под котлом так и продолжала сиять, отбрасывая зловещие отблески, пентаграмма. Противодействие магии. Она работала великолепно. По крайней мере, молодой Вауган Ориель даже и не подумал воспользоваться своими магическими способностями. А может быть, в данном случае ему просто помешали связанные за спиной руки. Да и как может работать какая-либо формула, мучился барон, если вокруг исчезла вся магия? Такое положение, когда ничем невозможно управлять, очень раздражало Мордайкена. События, казалось, выскользнули из рук и, похоже, очень хорошо обходились без постороннего вмешательства. И вот уже несколько дней странное ощущение, что он является всего лишь наблюдателем, не давало ему покоя. Танцем заправлял Дьявол. Команды отдавал Дьявол. А ничего не понимающему барону оставалось только слушаться и подчиняться.</p>
    <p>— Все началось очень хорошо, — рассуждал Мордайкен, когда ворота усадьбы открылись, словно створки западни, пропуская фиакр, который бодро тянули четыре волосатых скелета. — Все началось действительно очень хорошо.</p>
    <p>Экипаж рысью направился в сторону дворца на Броад-ин-Гхам. Подпрыгивая, как вульгарный мешок с картошкой, барон хватался за все, что попадало под руку. Прилипнув к своему кожаному сиденью, он в какой-то момент подумал было обругать своего проклятого кучера по имени Кошкарев, но вовремя вспомнил, что это один из немногих живых мертвецов, сохранивших ему верность.</p>
    <p>Фиакр несся с огромной скоростью, из-под ног у скелетов летел снег, но, несмотря на издаваемый ими грохот, мимо проплывал застывший в своем сне город.</p>
    <p>Где-то вдали колокола пробили три часа.</p>
    <p>Мордайкен задумался о том, в каком расположении духа он найдет королеву. Их последняя встреча, казалось, тянулась вечность. Королева как-то неубедительно высказала удовлетворение по поводу того реального прогресса, которого достиг ее слуга. Но она должна умерить свои притязания.</p>
    <p>«Ваше Величество, — бормотал барон, сидя на скамье фиакра, в то время как четыре волосатых скелета тормозили деревянными башмаками, чтобы вписаться в поворот, — двое из Трех Матерей уже схвачены, а вы так до конца мне и не доверяете. Нет, так не пойдет.</p>
    <p>Ваше Величество. Я совершил невозможное. Но все равно потерпел неудачу. Теперь я предаюсь в руки вашего всемогущего правосудия».</p>
    <p>Наверное, лучше сформулировать по-другому.</p>
    <p>«Ваше Величество, прекрасная новость! Нам осталось захватить всего лишь одну Мать». — «Хорошая новость? Но я думала, что ты уже захватил всех трех». — «Я такого никогда не утверждал, Ваше Величество, а просто сказал вам, что у меня прекрасная новость». — «А ты можешь объяснить мне, в чем разница этих двух понятий?»</p>
    <p>Нет, нет, нет и нет.</p>
    <p>Определенно все будет не так просто.</p>
    <p>Мордайкен начал скользить взглядом по старым домам Верихайгейта. Квартал выглядел пустынным; улицы покрывал пушистый снег. Вдали, словно проткнув сумрак, маячили башни Броад-ин-Гхам, казавшиеся в зимнем обрамлении такими веселыми. Барон почувствовал, как у него сжалось сердце.</p>
    <p>Где сейчас Джон Мун?</p>
    <p>Какие темные замыслы лелеет он в своей голове?</p>
    <p>Все должно было так хорошо получиться.</p>
    <p>А теперь совершенно ничего не понятно.</p>
    <p>Ведь он влил эту звездную жидкость в кружки всем троим приятелям, разве не так?</p>
    <p>Так, в этом нет никаких сомнений.</p>
    <p>И он видел своими глазами, как все трое выдули свое пиво, так?</p>
    <p>Несомненно.</p>
    <p>По крайней мере…</p>
    <p>Мордайкен покачал головой.</p>
    <p>Бег фиакра явно начал замедляться. Барон подался вперед и похлопал по плечу кучера. Уродливая фигура повернула к нему лицо. Сквозь запотевшее оконное стекло Мордайкен мог различить только контуры слуги. Он отодвинул задвижку окна. Вожжи натянулись и экипаж остановился.</p>
    <p>— Ради всех демонов ада, Кошкарев, что происходит? Почему мы не едем?</p>
    <p>— Ничего не происходит, хозяин. Это все ваши лошади.</p>
    <p>— Мои лошади?</p>
    <p>— Они устали.</p>
    <p>Барон пожал плечами. Лошади? Устали?</p>
    <p>— Что ты мне рассказываешь? — заерзал он. — Они не могут устать, они мертвые.</p>
    <p>— Ну тогда, наверное, с ними произошло еще что-то, хозяин.</p>
    <p>— Еще что-то?</p>
    <p>— Посмотрите сами.</p>
    <p>Мордайкен высунул голову в окошко и осмотрел свой экипаж. Четыре лошади-скелета с висящими на боках лохмотьями полусгнившей плоти выгнули спины и демонстративно отказывались идти дальше.</p>
    <p>— Что с ними такое?</p>
    <p>— Вы хотите мое мнение, хозяин?</p>
    <p>— Давай, не бойся.</p>
    <p>— Они хотят того же самого, что и все прочие, хозяин.</p>
    <p>— Того же самого? Да говори ты яснее!</p>
    <p>— Независимости, хозяин.</p>
    <p>Барон выкатил глаза, покачал головой и с гневом захлопнул окошко экипажа. Независимость им! Лошадям! Еще одна идея этой шлюхи Атанас!</p>
    <p>Он открыл дверцу экипажа и вышел на дорогу. Живой мертвец, выполняющий роль кучера, сидел на козлах, вытянувшись, как жердь. Лошади стояли, подняв глаза к небу. Мордайкен подошел к одной из них и, подняв ей морду, заставил животное посмотреть себе в глаза. На самом деле, голова представляла из себя череп, лишенный плоти, на котором еще остались несколько пучков от гривы. В глубине глазниц со злостью поблескивали два красных глаза. Все это издавало жуткое зловоние.</p>
    <p>— Ну-ка скажи мне, — попросил ее барон, — мозгов у тебя нет, но ты хочешь независимости?</p>
    <p>Животное медленно высвободило голову и снова опустило ее. Она подняла с земли целую горсть снега и принялась жевать. Барон закрыл себе рот рукой. Его чуть было не вырвало.</p>
    <p>— Сами — то думать не умеют, — проговорил живой мертвец, натягивая вожжи, — вот и хватаются за чужие мысли.</p>
    <p>Мордайкен мрачно посмотрел на него.</p>
    <p>— Сам вижу.</p>
    <p>— Вот так-то, — вздохнул зомби и аккуратно разломал в ладони зуб. — Новые времена.</p>
    <p>Барон повернулся в сторону города. Конечно, независимость живых мертвецов являлась частью плана: наилучший способ заставить Смерть проявиться. Вот только на деле все получилось далеко не так, как было задумано. Смерть в расставленную ловушку не попалась. А вот теперь даже его лошади требуют независимости. Это уже слишком.</p>
    <p>Экипаж продолжал стоять посреди дороги.</p>
    <p>Мордайкен прислонился к уличному фонарю.</p>
    <p>Нижние миры, которые откроются посредством ада, минимум в сто раз компенсируют все затраченные усилия. Дьявол сдержит свое слово, не правда ли? Но пока еще все это произойдет, ведь сам барон не выполнил своей части договора. Он так и не заполучил Смерть. И где она скрывается? Что ни говори, но именно на него свалили всю грязную работу. И в то время как Мордайкен, словно последний вульгарный рабочий, трудится, выбиваясь из сил, это он-то, последний отпрыск знаменитого рода, устраивающий такие роскошные оргии и сеансы пыток, астролог королевы Астории, допускаемый в ее покои, Дьявол просто прохлаждается. Исчадие ада спит на шелковых черных простынях, и его охраняет, по крайней мере, половина дворцовой стражи.</p>
    <p>Одна из лошадей задрала морду и, словно пытаясь высказать свое нетерпение, заржала. Она издала примерно такой же звук, какой издает пловец, пытающийся перевести дыхание в бассейне с лавой.</p>
    <p>Мордайкен раздраженно подошел к ней:</p>
    <p>— Что, какие-то проблемы?</p>
    <p>Лошадь в упор уставилась на него. Ее хозяин со всей силы нанес ей удар кулаком в челюсть и сразу же отступил назад.</p>
    <p>— Бардак! — выругался он, потряхивая кистью руки.</p>
    <p>Барон опустил глаза. Низ его брюк был весь облеплен свежим снегом.</p>
    <p>— Бардак, бардак, бардак, — добавил он к сказанному.</p>
    <p>— Что, хозяин? — поинтересовался кучер.</p>
    <p>— Заткнись, — рявкнул Мордайкен и пошел пешком вдоль улицы. — Будь так добр, заткнись.</p>
    <p>Не отрывая взгляда от высоких башен Броад-ин-Гхам, он попробовал обратить свои мысли к аду: дева с пышными телесами массирует его волосатое тело и нежно вкладывает ему в руки бич, которым можно пользоваться в свое удовольствие. О-о-о-х! Вот это да! Вот это настоящая жизнь…</p>
    <p>Но лицо девы внезапно начало расплываться, и вместо нее появился Дьявол собственной персоной. Барон потряс головой.</p>
    <p>— Шел бы ты подальше, — проворчал он.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Вот это праздник</p>
    </title>
    <p>Как насторожившийся кролик, королева внезапно навострила уши. Ей показалось, что она что-то слышит. Богохульство — самая простая магическая формула. Мордайкен? М-м-м-м. В этот час барон должен быть еще в дороге. Она чувствует, как он приближается, и это не предвещает ему ничего хорошего.</p>
    <p>Мордайкен в полной красе показал свою неспособность. Как, впрочем, и все его слуги, да и подавляющее большинство жителей города. Но это еще не столь большая печаль. Скорее помеха. Ничего особо страшного в случившемся нет.</p>
    <p>Держа в руке бокал с шампанским, Ее Величество вернулась в зал для балов, чтобы продолжить наслаждаться царившим там зрелищем. Большинство присутствующих были голыми, а остальные еще не считали себя настолько пьяными. Королева настояла на том, чтобы спиртное доставили из расчета шесть бутылок на душу, а заодно приказала всем кавалерам явиться в галстуках или, в крайнем случае, в галстуках-бабочках (это уж на их собственное усмотрение), а всем дамам надеть туфли на каблуке. В конце концов, это ведь ее юбилей, не так ли? Ей и решать, как его праздновать. Ньюдону просто необходима хотя бы одна женщина с головой, в этом нет никакого сомнения. Женщина, которая сможет взять в свои руки решение хотя бы части проблем города.</p>
    <p>Как только было объявлено об организации праздничного вечера в зале для балов (а сейчас действо уже переместилось и в примыкающие помещения), большинство королевских сановников, парламентариев, министров и других государственных деятелей вежливо отклонили приглашение, ссылаясь на какие-то мало понятные причины. На самом деле, вечер, выбранный королевой для празднования своего юбилея, был тем самым вечером, в который они все договорились собраться (эта договоренность с самого начала хранилась в глубокой тайне), чтобы обсудить сложившуюся ситуацию (говорящие о ней в большинстве случаев использовали прилагательное «катастрофичная») и поддержать государственный переворот, казавшийся неизбежным.</p>
    <p>Некоторые парламентарии испугались и приняли свои пригласительные билеты.</p>
    <empty-line/>
    <p>КОРОЛЕВА СЧАСТЛИВА!</p>
    <p>Вы удостоились чести быть приглашенным отпраздновать вместе с ней</p>
    <p>ЕЕ ФАНТАСТИЧЕСКИЙ ЮБИЛЕЙ!!!</p>
    <p><emphasis>Приходить голыми</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Остальные удостоили пригласительные билеты всего лишь беглого взгляда.</p>
    <p>Это уже не смешно, это трагично.</p>
    <p>Ситуация чудовищно ухудшилась всего лишь за несколько дней. Мышление Ее Величества, столь активно проявляемое ею в последнее время, не позволяло государственным службам выполнять свои функции. Но вся проблема состояла в том, чтобы доходчиво объяснить это королеве.</p>
    <p>Надо еще учесть, что Парламент в данной ситуации не представлял собой единого фронта. Ультра предложили установить военную республику: они объявили, что согласны взять на себя решение всех «технических» вопросов этой проблемы, а в чем именно заключаются вопросы, они уточнять не стали. Умеренные, которых оказалось на этот раз меньше, чем обычно, были готовы рискнуть и объявили себя защитниками демократии, но они говорили о том, что сначала надо «понять желания населения», а уж потом думать о новом правительстве. При обсуждении вопросов умеренные очень любили театральность и игру на публику, а их любовь к метафорам уже начала действовать всем на нервы. Понять желания населения, смеялись консерваторы. Вы что, издеваетесь? И выстраивались в стороне от своих коллег.</p>
    <p>Но пока проблема никуда не девалась. Как низвергнуть правительницу весом в четыреста фунтов, да еще и склонную к увеличению веса?</p>
    <p>Занятые поиском решения такой щекотливой проблемы, парламентарии были слегка удивлены, когда личная гвардия Ее величества, за несколько часов до назначенного времени, явилась в Парламент и начала отбирать избранников, чтобы силой увести их в Броад-ин-Гхам. Некоторые попытались отбиться. Этих пришлось оглушать и выносить из учреждения на руках. С взбрыкнувшими государственными мужами обошлись примерно таким же способом, то же самое выпало на долю и некоторых чиновников, которых забрали просто для счета. Короче говоря, почти все они достаточно быстро пришли к выводу, что лучше сотрудничать добровольно.</p>
    <p>Ровно в десять часов, когда снег на улице валил большими хлопьями, все собрались во дворце в зале для балов. И когда появилась Ее Величество личной персоной — груди в воздухе, а в руке бокал с шампанским; гости поняли, что праздник, на который их пригласили, будет совсем не таким обычным, как они ожидали.</p>
    <p>К одиннадцати часам большинство гостей оказались уже пьяны. Те, кто по своей воле не хотел много пить, были еще пьяней, чем остальные: их поили силой. Организацию бала продумали до мелочей. Сводный оркестр подбирался с максимально возможной хаотичностью: медные духовые инструменты и цимбалы, дудочки и барабаны, плюс пара певцов, все это одновременно находилось на сцене и исполняло странную смесь, состоящую из польки, вальса и других танцев, которым еще никто не сумел подыскать название.</p>
    <p>Гостям было предложено раздеться догола и отбросить в сторону все социальные условности. Некоторые ловеласы воспользовались этим, чтобы от души развлечься со своими старыми любовницами. Их супруги в это время удовлетворяли свой неожиданно разыгравшийся сексуальный аппетит с конюхами и прочей дворовой прислугой. Эльфы с карликами. Люди с эльфами. Карлики с женщинами. Любые комбинации казались возможными, все пахло серой и било вулканом; и обитые красным шелком большие диваны, равно как и обтянутые звериными шкурами маленькие скамеечки в небольших комнатках, быстро нашли себе применение.</p>
    <p>В глубине своих душ гости Ее Величества, несомненно, ужасались, но, по крайней мере, в их жизни еще никогда не бывало таких волнующих, таких свободных часов. Запреты разлетались как кегли. Голые мужчины и женщины, которые даже не были знакомы между собой, вдруг обнаруживали, что уже находятся друг у друга в объятиях — царапающиеся, кусающиеся, вспотевшие, кряхтящие и стонущие от удовольствия они с удивлением замечали, что всякое понятие чести отброшено, стыд забыт.</p>
    <p>Сама королева, казалось, тоже получала большое удовольствие от своих фантазий. Три мальчика из конюшни по очереди удовлетворяли ее желание и, похоже, были на исходе сил. Шампанское лилось рекой. Новые бутылки появлялись словно по мановению волшебной палочки. Взмокшие от пота тела обильно поливали шампанским и при этом с их стороны раздавался смех и всевозможные выкрики.</p>
    <p>— Да это настоящий ад, — заметил кто-то.</p>
    <p>Ее Величество услышала реплику, широко улыбнулась и даже приподняла голову, чтобы рассмотреть лакея, который изо всех сил трудился между ее непомерных бедер.</p>
    <p>Повсюду раздавались непристойности: оркестр начал играть музыкальные фразы задом наперед, а изумленный хор при этом запел пошлые куплеты. Жены министров пытались построить пирамиду из человеческих тел и потерпели неудачу; без каких-либо целей в зал были впущены мокрые собаки; кое-где возникли импровизированные дуэли, которые закончились морем крови, а оторванные при этом члены ходили по рукам самозваных экспертов для подробного изучения. Но никто из пострадавших так и не смог умереть. Карлики парламентарии оторвали большие куски красной бархатной обивки от стен и нарядились фантомами; кто-то организовал конкурс по поеданию жирных блюд, в котором победительницей оказалась одна из мокрых собак; были произведены несколько выстрелов из демонических пистолетов, и крохотные существа с визгом в растерянности носились от стены к стене, пока, в конце концов, не упали, почти потеряв дыхание.</p>
    <p>Все это так блестяще удалось потому, что действительно открылись двери Преисподней. При этом надо учесть, что настоящие демоны получили наказ никого не забирать к себе по обвинению в дебоше, хотя эта функция тоже входила в их обязанности.</p>
    <p>Ее Величество просто сияла от удовольствия.</p>
    <p>Переходя от группы к группе с добродушным видом и отпуская шутки, она расточала щедрости, поздравляла своих министров с проявлением необычного рвения, подбадривала одних и давала советы другим, поила всех шампанским и смеялась при этом от всей души так, что ее необъятная грудь ходила ходуном.</p>
    <p>— Продолжай в том же духе, Рубблин.</p>
    <p>— Спасибо, Ваше Величество.</p>
    <p>— А это наш Назрам! Скажите-ка, какой старый святоша!</p>
    <p>— Ваше Величество слишком добры.</p>
    <p>После трех часов, уже в половине четвертого, празднование приобрело установившийся ритм. Большинство парламентариев находились в приподнятом настроении и с трудом могли бы выговорить собственное имя, а уж о том, как зовут их жен, и есть ли таковые у них вообще, они и вовсе забыли. Обмен мнениями шел полным ходом.</p>
    <p>— Черт подери, какой праздник! А где Тристрам? Шампанское еще осталось?</p>
    <p>— Шампанское остается всегда. В любом случае.</p>
    <p>— Эй, это не твоя там женушка, та, что снизу?</p>
    <p>— Иди ты подальше…</p>
    <p>Впрочем…</p>
    <p>— Я лизал груди королевы! Я лизал груди королевы.</p>
    <p>— И ты тоже? Поздравляю, старик.</p>
    <p>— Итак, как я вам уже говорил, размеры налогообложения… нет, мадемуазель, пожалуйста, вы разве не видите, что я разговариваю… в конце концов дефицит бюджета рискует… подождите пять минут… мадемуазель, могу я вас попросить… о-о-ох!</p>
    <p>— Дорогой! Куда это ты подевался?</p>
    <p>— Посмотри вон на того типа с тремя эльфессами. Тебе не кажется, что он уж как-то очень странно напоминает секретаря ультра?</p>
    <p>— Все в порядке: это именно он и есть.</p>
    <p>— Во дает! Но что он там делает?</p>
    <p>Или еще…</p>
    <p>— Раз уж это ты, так, может быть, тебя и послать нельзя?</p>
    <p>— Извините, не вы ли и есть тот карлик?</p>
    <p>— Ради святой крови… ик.</p>
    <p>— Эй! Вы только посмотрите, кто к нам пришел!</p>
    <p>— Вот и он наконец! Мордайкен!</p>
    <p>Несколько парламентариев нашли в себе силы, чтобы повернуться.</p>
    <p>Барон, нахлобучив свою черную шляпу, решительным шагом пересекал зал для балов. Его сапоги были перепачканы грязью, а лицо озабочено. Он направился прямо к королеве, опускавшейся в середину кучи раздвинутых бедер и окруженной двумя слугами, у которых был явно изможденный вид.</p>
    <p>— Неужто? — воскликнула она, завидев приближение своего верного слуги. — Я совсем забыла послать вам приглашение. Очень сожалею.</p>
    <p>Барон огляделся. Картина была довольно апокалиптичной. Это ему напоминало милые семейные вечера, только… только размах этого празднования превышал семейные вечеринки раз в десять.</p>
    <p>— Я пришел сюда не за этим, Ваше Величество.</p>
    <p>Королева одарила его улыбкой и приподнялась на одном локте.</p>
    <p>— Нет?</p>
    <p>Мордайкен кинул вопросительный взгляд в сторону двух слуг, которые демонстративно уснули на полу. Королева посмотрела в ту же сторону: один из слуг, так и не просыпаясь, завертелся на паркете.</p>
    <p>— Говорите без стеснения, — сурово приказала она.</p>
    <p>Барон прочистил горло.</p>
    <p>— Мы захватили Магию, Ваше Величество.</p>
    <p>— Она в котле?</p>
    <p>Мордайкен кивнул головой.</p>
    <p>— И Природу тоже, Ваше Величество.</p>
    <p>— Великолепно, — простонала королева и, закрыв глаза, перевернулась на спину. — А теперь объясни мне, что происходит со Смертью.</p>
    <p>Барон проглотил набежавшую слюну.</p>
    <p>— Она… она от нас ускользнула, Ваше Величество. Слишком быстро и неожиданно. На самом деле, звездная жидкость…</p>
    <p>— Замолчи, — отрезала королева, не удостоив его даже и взгляда. — Мне совершенно наплевать на то, что у тебя там произошло. Где она на данный момент? Это-то ты хоть знаешь?</p>
    <p>— Ну, еще нет, Ваше Величество, но в основном, если мы узнаем… в конце концов, у меня есть идея… один из моих зомби разговаривал с…</p>
    <p>— Как?</p>
    <p>— Что как?</p>
    <p>— Как ты собираешься ее найти?</p>
    <p>— Я… это дело лишь нескольких часов, Ваше Величество. Еще надо подождать всего лишь несколько часов.</p>
    <p>Королева тяжело вздохнула и с явным усилием поднялась.</p>
    <p>— Это долго, Мордайкен. Слишком долго.</p>
    <p>— Я очень сожалею, Ваше Величество. Но с другой стороны, мы уже имеем двоих из Трех Матерей и…</p>
    <p>— Ты, Мордайкен, никуда не годен. А как похититель вообще ничего не стоишь. Я даже не знаю, на что такой слуга может быть годен. Сдается мне, что в тебе от рождения заложена посредственность.</p>
    <p>— Ваше Величество слишком добры.</p>
    <p>Нахмурив лоб, королева подняла свою правую грудь и отпустила ее только после внимательного изучения.</p>
    <p>— Этот тип, в которого вселилась Смерть, он…</p>
    <p>— Джон Мун. На самом деле, Смерть больше не…</p>
    <p>— Это не важно. Где он живет?</p>
    <p>— В Челси, Ваше Величество. На Финнеган-роад, в доме номер тридцать три.</p>
    <p>Королева устало махнула рукой в сторону Мордайкена.</p>
    <p>— Иди к себе и жди дальнейших инструкций.</p>
    <p>— Ваше Величество?</p>
    <p>— Я сама займусь этим Джоном Муном, придурок.</p>
    <p>— Как прикажете, Ваше Величество.</p>
    <p>— В конце концов, я все же королева.</p>
    <p>— Да, Ваше Величество.</p>
    <p>— Прекрати по поводу и без повода говорить Ваше Величество, болван. И исчезни с моих глаз.</p>
    <p>Барон даже не моргнул глазом. В каком-то смысле он испытывал даже облегчение.</p>
    <p>— Теперь ты! — приказала королева, схватив за волосы второго слугу, который в этот момент отдыхал на подушке. — Займись-ка своей королевой.</p>
    <p>Слуга, совершенно растерявшись, широко раскрыл глаза. Он смотрел по сторонам и глупо улыбался. Барон продолжал стоять.</p>
    <p>— Ты еще здесь? — удивилась королева, в то время, как очнувшийся слуга скользнул между ее необъятных бедер. — Тебе же было велено исчезнуть! Я сама займусь этим проклятым Джоном Муном. Ты уже доказал, что не способен справиться с ним.</p>
    <p>Барон поклонился и развернулся на каблуках.</p>
    <p>— Жалкое ничтожество, — проворчала королева, вновь откидываясь на подушки. — Если так пойдет дальше, то можно не сомневаться, что я подыщу подходящее место для него в аду.</p>
    <p>Она с недовольством залепила подзатыльник своему слуге:</p>
    <p>— А ты занимайся делом.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ни о чем не беспокойтесь</p>
    </title>
    <p>Я проснулся, когда уже снова наступила ночь, понял, что проспал весь день, резко сел на кровати и посмотрел на часы: половина двенадцатого. Грифиус куда-то подевался. Мое самочувствие было отвратительным: во рту клейко и вязко, глаза слипаются. Волоча ноги, я поплелся в ванную комнату. Из зеркала на меня посмотрел тип, который недельные каникулы провел в желудке у коровы. Мне казалось возможным убить отца с матерью, лишь бы укусить сандвич с жареной свининой.</p>
    <p>— Гораций! — закричал я на весь дом.</p>
    <p>Но его тоже здесь уже не было.</p>
    <p>Немного позже я обнаружил записку, приколотую к входной двери.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Патрон,</emphasis></p>
    <p><emphasis>я ушел вмезте с драгоном, чтобы помоч ему заработат насмарк. Таким оброзом Смерт, которая в нем седит (так он мне сказал) сможет выити из нево. Ни о чем не беспокойтесь.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Преданый вам Гораций.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Гораций, преданный? Я так и не понял: успокоиться мне или наоборот. И, подумав, пришел к выводу, что скорее наоборот. Я направился в комнату Пруди и очень осторожно открыл дверь. Бедная маленькая голова моей горничной все еще лежала там, верная своему долгу. Во всяком случае, трудно было представить, как бы она могла самостоятельно куда-нибудь уйти.</p>
    <p>Я присел на краешек кровати.</p>
    <p>— Пруди?</p>
    <p>Она широко открыла глаза и уставилась в потолок.</p>
    <p>— Мсье Мун.</p>
    <p>— Все идет согласно вашему желанию?</p>
    <p>— А как вы думаете?</p>
    <p>В полумраке гримаса, скорченная мной, не была слишком заметна.</p>
    <p>— Полагаю, что… нет.</p>
    <p>Голова закрыла глаза и тяжело вздохнула.</p>
    <p>— Мое тело по мне скучает, — заметила она.</p>
    <p>Я попробовал устроить ее поудобнее, положив между стенкой и подушкой.</p>
    <p>— Спасибо.</p>
    <p>— Как только вернется Гораций, мы постараемся сделать все необходимое, чтобы вернуть ваше тело, — сказал я и провел рукой по лбу. — Обещаю вам.</p>
    <p>Я поднялся и собрался выйти из комнаты.</p>
    <p>— Мсье Мун?</p>
    <p>— Да, Пруди?</p>
    <p>— Кто-то что-то поставил перед вашей дверью. Несколько часов спустя после того, как ушел Гораций.</p>
    <p>— Откуда вы это знаете?</p>
    <p>— Я слышала.</p>
    <p>— Слышали?</p>
    <p>— Вы же знаете, что у меня очень хороший слух. А когда у вас осталась только голова, то сосредоточиться не составляет никакого труда.</p>
    <p>Я подумал, что рисковать на этой территории нет никакого смысла, поблагодарил Пруди, осторожно прикрыл дверь (но не до конца) и направился к входной двери.</p>
    <p>За порогом действительно лежал пакет. Совсем небольшая штучка, перевязанная со всех сторон. Я закрыл ногой дверь и направился к своему письменному столу, чтобы изучить содержимое пакета. Одного взмаха ножа для бумаг оказалось достаточно, чтобы разрезать шнурок. Бог ты мой! В какой-то момент я мог поклясться, что там лежит отрезанная голова, вся волосатая, как у оборотня или черт знает у кого. Но нет, это была всего лишь маска. Маска кота.</p>
    <p>Прежде чем решиться одеть ее, я какое-то время вертел маску в руках. Она как раз подходила мне по размеру. Несколько удушливая, но отверстия для глаз расположены превосходно. Я отложил маску в сторону. Ее сопровождало краткое письмо, напечатанное на бланке Всеведущей Федерации.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Том Котенок, встреча в полночь у мегалодона.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Оденьте эту маску. Брат.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Потому что весь мир — сцена.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Я скомкал письмо в кулаке.</p>
    <p>Встреча! Скорее всего, надо на нее пойти.</p>
    <p>Гораций исчез вместе с драконом и не оставил мне никакой возможности обнаружить их местопребывание, я совершенно не представлял себе, как в одиночку совершить налет на усадьбу Мордайкена, где моя голова пока что в цене, и не мог говорить с Пруди о шляпках и прическах, пока эта ночь не развеется в клочья. Что ж, мне оставалось всего лишь встать, натянуть свое разодранное в клочья пальто, надеть на лицо маску и настежь раскрыть дверь.</p>
    <p>— Пруди! — крикнул я. — Пойду пройдусь. Вернусь как можно скорее.</p>
    <p>И попробуй мне помешать, мелькнула злорадная мысль.</p>
    <p>Дверь за мной захлопнулась.</p>
    <p>Воздух обжигал холодом, почти колючим, вся улица была изрядно покрыта снегом. Несколько пушистых хлопьев в меланхолическом опьянении еще кружили в воздухе. Я зашагал вперед.</p>
    <p>Меня зовут Том Котенок.</p>
    <p>Том Котенок, так будет лучше, и так будет хуже.</p>
    <p>Черт подери, думал я, может быть, сегодня вечером все и прояснится. Этого никогда заранее не знаешь. По крайней мере, вот эти люди имеют чувство сценария.</p>
    <p>Если бы не Жино Кролик, мне бы никогда не удалось узнать про членов Федерации. В один прекрасный день они установили со мной контакт, даже не знаю, почему они это сделали. Я заполнил и отправил им их анкету, а почему я это сделал — тоже не могу объяснить. Просто все само собой получилось таким образом.</p>
    <p>А в данный момент ноги сами несли меня к моей цели, несли на встречу с истиной, на встречу со светом. «Мы начинаем видеть происходящее более ясно», — заверил Жино Кролик. Я так и продолжал ничего не понимать, но был переполнен чувством странного возбуждения. Надо признать, что на протяжении нескольких последних часов мой интерес к Федерации несколько упал. Но сейчас у меня появилось какое-то новое ощущение — озноб истины.</p>
    <p>Мои шаги глушил талый снег.</p>
    <p>Часы на башне Парламента отважно пробили полночь. Я прибавил шагу, сжав, по своей привычке, засунутые в карманы руки в кулаки. И куда это отправились Грифиус и Гораций?</p>
    <p>Мне почему-то представился взгромоздившийся на камень дракон, который беспрестанно чихает: апчхи! апчхи! апчхи! И с каждым новым «апчхи!» из него выходит Смерть, мерцающий отблеском в полумраке фантом. Смерть освободилась!</p>
    <p>Ах, ах, подумал я, представьте себе типа, ну, например, себя, который решил попробовать проделать идиотский трюк и поставить мировой рекорд ныряния в глубину, он прыгнул с моста, говоря себе: эй, во всяком случае, смерти не существует, так? И в ту самую секунду, когда этот придурок коснулся поверхности воды — бум! Вот она снова и появилась!</p>
    <p>Через несколько минут в поле моего зрения показалась площадь Греймерси. Высокая колона, возвышающаяся в ее центре, доминировала над всем пространством. А на самой вершине торчал Пронон Греймерси и своим дальнозорким взглядом всматривался в недоступные горизонты. И на что он там так смотрит? Речь этого типа просто изобилует странными высказываниями. Астроном утверждает, что звезды, те редкие звезды, которые можно увидеть повсюду, головки булавок, воткнутых в ночной небесный свод, — всего лишь расставленные на небе точки. Вот так? А тогда для чего же они служат? Просто для украшения?</p>
    <p>Но в этот момент мои мысли поменяли направление. Ну хорошо, возьмем теперь типа, который решил себя обезглавить. И вот топор ударяет его по шее, а он думает, фу ты, какая важность, моя голова все равно продолжает жить! И в этот момент Смерть…</p>
    <p>Я застыл на месте.</p>
    <p>Пруди.</p>
    <p>Пруди, святые угодники! Как только Смерть покинет свою темницу, как только она появится тут, то первый же, кто ей встретится…</p>
    <p>— Брат?</p>
    <p>Я повернулся.</p>
    <p>Ко мне рысью приближался человек в маске жабы. Несомненно, карлик. Или <emphasis>действительно</emphasis> жаба.</p>
    <p>— Уф-ф-ф, — выдохнул он, забравшись на мою высоту, — хорошая погода для… уф-ф-ф…</p>
    <p>— Для этого сезона, — закончил я.</p>
    <p>— Но в воздухе чувствуется холод, — констатировала жаба и протянула мне руку. — Меня зовут Жереми. Жереми Рыбак с удочкой.</p>
    <p>— Том Котенок. А кто придумывает имена?</p>
    <p>Жаба попробовала восстановить дыхание.</p>
    <p>— Понятия не имею, — признался он. — Это… уф-ф-ф… мое первое собрание.</p>
    <p>— У меня тоже первое, — мне показалось, что лучше быть честным.</p>
    <p>Мы осмотрели обе стороны высокой колонны. Площадь Греймерси. Жереми потирал руки и подпрыгивал на месте.</p>
    <p>— Какой собачий холод!</p>
    <p>— Собачий? — переспросил я и в этот момент разглядел силуэт на другой стороне улицы.</p>
    <p>Жаба так и застыла с открытым ртом.</p>
    <p>На тротуаре неподвижно стояла собака и разглядывала нас. После недолгих колебаний она решила пересечь улицу и присоединиться к нам.</p>
    <p>— Хорошая погода для этого сезона, — сказала собака женским голосом.</p>
    <p>— Вы смеетесь? — ответил я, и жаба пихнула меня локтем под ребра.</p>
    <p>— Но в воздухе еще чувствуется холод, — вмешалась она. — Жереми Рыбак с удочкой.</p>
    <p>— Софи Канетанг, — ответила девушка.</p>
    <p>Милая птичка, подумалось мне.</p>
    <p>— А это… м-м-м… Том, маленький кот, — продолжила жаба.</p>
    <p>— Очень приятно, — ответила Софи Канетанг.</p>
    <p>Я взял ее ручку и запечатлел на ней поцелуй.</p>
    <p>А вокруг нас ночь расширяла пределы своей империи, туман и снег нарушались только ореолами фонарей.</p>
    <p>Мы пустились в путь.</p>
    <p>Со всех сторон осторожно, храня глубокое молчание, приближались силуэты в масках, и все мы направлялись к колонне на площади Греймерси, с ее четырьмя мегалодонами бронзы. Теперь нам оставалось дождаться еще примерно треть участников. Весь мир казался каким-то потаенным. Среди нас были кролики, белки рыжие, белки серые, ежи и мышки, еще коты и даже одна сова. Одни вели себя довольно спокойно и дремали, сидя на огромных лапах хищников, другие явно нервничали, каждые пять минут поправляли свои маски и без конца курили трубки или сигары. В какой-то момент мне показалось, что в середине этой мешанины мелькнул поросенок. Но это, скорее всего, было мое разыгравшееся воображение. Я так и продолжал сжимать засунутые в карманы руки.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Хунка Мунка</p>
    </title>
    <p>После бесконечного ожидания один из кроликов, который уже довольно давно подошел к нам, прочистил горло и взял слово. На нем был цилиндр, и его уши торчали по обе стороны головного убора.</p>
    <p>— Ну ладно. Полагаю, что все в сборе. Некоторые среди вас являются адептами.</p>
    <p>— В медицинском смысле? — поинтересовался кто-то.</p>
    <p>Кролик пожал плечами и полез на пьедестал одного из мегалодонов.</p>
    <p>— Приступим, — сказал он.</p>
    <p>Ушастик приставил кулаки к глазам зверя и с силой надавил на них. К нашему великому удивлению, мегалодон начал поворачиваться на своем пьедестале, открывая совершенно темное отверстие.</p>
    <p>— Ну вот оно, — пробормотал кто-то из зрителей.</p>
    <p>— Подумать только, я проходил мимо этой штуковины тысячу раз и никогда не обращал на нее ни малейшего внимания!</p>
    <p>— А вы что, животное, что ли?</p>
    <p>— Тише! — приказал кролик, поднимая руку. — Я — Пьерр Кролик, Президент Федерации. Это для тех, кто меня еще не знает.</p>
    <p>Он снял свою шляпу, и уши у него встали торчком.</p>
    <p>Среди собравшихся вновь пробежал шепоток.</p>
    <p>— Как вам всем прекрасно известно, — продолжил Пьерр, — в этот вечер мы собрались на ассамблею, особенную во всех отношениях… Ассамблею, которую я без всяких колебаний назвал бы чрезвычайной.</p>
    <p>Многие из собравшихся животных с внимательным видом закивали головами.</p>
    <p>— С незапамятных времен, — продолжал Кролик, — мы пытались приблизиться к истине. А истина постоянно от нас ускользала. Мы являлись ее представителями, но сами так никогда до конца ее не понимали. У каждого из нас есть своя особенная причина для того, чтобы присутствовать здесь. У некоторых были сны, у некоторых — что-то совсем другое. Одни считают, что их жизнь не имеет никакого значения, другие полагают, что являются игрушкой в руках капризных сил, которые с их помощью пытаются осуществить свои самые темные желания. Но всех нас объединяет одна общая черта: знание.</p>
    <p>— Знание чего? — раздался голос откуда-то сзади.</p>
    <p>— Замолчи, Лесной Орех.</p>
    <p>У меня за спиной люди начали толкаться. Все мы были плотно прижаты друг к другу. Пьерр Кролик торжественно положил руку на край отверстия, продолжая держать цилиндр в другой. Рядом со мной стоял еще один кролик, но на этом была шляпа цвета дыни. Это, должно быть, Жино. Мне очень хотелось подмигнуть ему, но проделать такое в маске было довольно трудно.</p>
    <p>— Нам известно, — продолжал Президент, — что все мы находимся во власти всемогущего высшего существа.</p>
    <p>Неужели, подумал я.</p>
    <p>— И что эта высшая сила не имеет ничего общего с тем предлагаемым божеством, о котором нам настырно прожужжали все уши.</p>
    <p>Как бы подчеркивая сказанное, Пьерр Кролик обвел рукой собравшихся.</p>
    <p>— Сия всемогущая сила зовется Великим Кукловодом, — пояснил Президент. — Создатель нашего мира, который дергает за веревочки наших жизней.</p>
    <p>Я с трудом подавил зевоту. В такой лютый холод, среди ночи, мы пришли сюда только для того, чтобы выслушать эту чепуху? Давайте закругляться, черт бы вас всех побрал!</p>
    <p>— Многие из вас задают себе вопрос относительно Великого Кукловода. В этот вечер, — заявил Пьерр Кролик, — он решил преподнести нам новость.</p>
    <p>Посмотрим, улыбнулся я.</p>
    <p>— Сегодня особый вечер, — объявил ушастый Президент и поднял руку к небу. — В этот вечер некоторые из вас в первый раз увидят его!</p>
    <p>— Увидят кого? — поинтересовался чей-то голос.</p>
    <p>— Эй, вы наступили на мой хвост! — возмутился кто-то.</p>
    <p>— Надеюсь, что ОН способен на чудеса, — пробормотала стоящая рядом со мной дама, одетая в костюм ежа, — мой муж гуляет от меня вот уже тридцать лет.</p>
    <p>Пьерр Кролик водрузил себе на голову шляпу и окинул собравшихся взглядом. Среди членов Федерации установилась тишина.</p>
    <p>— Мы сейчас туда спустимся, — объявил Президент и указал на зияющее отверстие, выделяющееся темнотой на фоне пляшущих безумную польку снежных хлопьев — Но кто возглавит наше шествие?</p>
    <p>Я, даже не раздумывая, пробил себе дорогу сквозь толпу и ухватился за пьедестал рядом с Пьерром. Кролик положил мне на плечо руку.</p>
    <p>— Меньшего от тебя, Том Котенок, мы и не ожидали.</p>
    <p>Этот тип знал все маски наизусть. Я ничего не ответил, а заглянул в огромную дыру и, заметив уходящую в темноту лестницу, поставил ногу на первую ступеньку. Все взгляды были обращены на меня. Я махнул рукой толпе и исчез в темноте.</p>
    <p>Лестница круто спускалась вниз, ступеньки оказались ужасно скользкими. Но внизу можно было разглядеть какое-то свечение, и мне стало немного спокойней. Многие члены Федерации последовали за мной. Лягушки. Белки. Мышки.</p>
    <p>Вся цепочка шла, храня молчание, осторожно, большинство из них явно испытывало страх.</p>
    <p>— Вы уже бывали здесь?</p>
    <p>Собравшиеся покачали головами. Наше присутствие в этом месте казалось каким-то нереальным. Мы ощупывали стены, возможно не столько из-за боязни, что они упадут, как для того, чтобы убедиться — это не сон.</p>
    <p>Наконец мы вышли в огромную тихую комнату, в которой горело всего лишь несколько факелов, установленных наверху. Комнату с обшитыми стенами, украшенную алтарем, возвышавшимся из странного медного обрамления и напоминавшим головку артиллерийского снаряда. Алтарь наполовину закрывал кусок тяжелого красного бархата. По стенам были установлены скамейки, обитые войлоком. Все это очень напоминало корабельную каюту. На стенах висели портреты заслуженных деятелей Федерации в костюмах грызунов, позы на картинах казались тщательно продуманными: стоит прислонившись к дереву, стоит опираясь на трость или сидит в одиночестве в тенистом саду.</p>
    <p>Здесь царила теплая, безмятежная атмосфера. Я себя чувствовал очень хорошо, в тишине этого места было что-то располагающее: правильно расставленные скамьи, маленькая эстрада, запах лакированного дерева, дуновение аромата, исходящего от мерцающих тут и там кадильниц. Да, все это дышало подземным покоем. И я внезапно понял тот секрет, на который намекали старые члены Федерации: подземная нора, такая же, как имеется у маленьких зверьков, — настоящее убежище от хаоса и гама внешнего мира, расположенное где-то в середине земной оси. Хитроумный механизм и своды, где над теплыми складками бархата играют мелькающие блики, только добавляли таинственного очарования.</p>
    <p>Нам предложили усесться на скамейки. Я занял место в первом ряду, а Жереми рыбак с удочкой устроился слева от меня. Мышка, у которой на руки были натянуты перчатки, уселась справа и нежно ко мне прикоснулась. Она смотрела прямо перед собой. В воздухе что-то висело, даже не могу сказать, что именно, но оно будило во мне неожиданные воспоминания. Какое-то время я незаметно рассматривал окружающую обстановку. Потом Жереми дернул меня за рукав.</p>
    <p>— Начинается, — сказал он.</p>
    <p>Жино Кролик решил предстать перед собравшимися. Он поднялся на маленькую эстраду и спокойно сложил на груди руки. Пьерр, находящийся рядом с ним, приблизился к большой изогнутой кабине и потянул за веревку. Бархатное покрывало поднялось и открыло устройство в его первозданном виде. Оно напоминало небольшую, полностью герметичную будку с расположенной сбоку дверцей.</p>
    <p>— У-у-у-у! — раздался дружный рев.</p>
    <p>— Вот уже несколько лет мы ждали этого момента, — начал Пьерр Кролик. — Некоторые из нас, самые старые члены Федерации, уже побывали внутри Святилища.</p>
    <p>Среди собравшихся пробежал одобрительный шепоток.</p>
    <p>— Но большинство из вас даже не представляло о его существовании.</p>
    <p>Жереми повернулся ко мне. Я сделал ему легкий знак головой, в то время как моя правая рука, полностью выйдя из-под контроля, опасно приблизилась к бедру очаровательной соседки справа.</p>
    <p>— Вы уже задавали себе вопрос, почему солнце никогда по-настоящему не сияет над Ньюдоном? Откуда взялся такой плотный туман?</p>
    <p>Мы молча закивали головами.</p>
    <p>— Об этом нам говорил еще Пронон Греймерси, туман является не чем иным, как искусственной завесой предназначенной для того, чтобы скрыть действительный механизм настоящего Создателя. В течение недель, месяцев, а может быть, даже и нескольких лет вы никак не могли понять, что все это значит: бесконечные собрания, загадочные послания… Но именно таким способом мы создаем верных последователей и без устали трудимся, чтобы найти Великого Кукловода.</p>
    <p>Среди присутствующих началось перешептывание.</p>
    <p>— И где находится этот балаган?</p>
    <p>— Тс-с-с…</p>
    <p>Моя рука почти вплотную приблизилась к соседке. Я вот-вот коснусь ее. Святые угодники, что со мной происходит? Мышка. Кот и мышка.</p>
    <p>— Прошу Хунку Мунку подняться сюда на алтарь и присоединиться к нам.</p>
    <p>Моя соседка поднялась и направилась к эстраде. Черт возьми, как она была восхитительна!</p>
    <p>— Спасибо, — поблагодарила она.</p>
    <p>Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди. Это была не просто мышка.</p>
    <p>Леонор Паллбрук. Но, именем Трех Матерей, как она сюда попала? Теперь девушка совсем не напоминала призрак.</p>
    <p>— Хунка Мунка нашла Великого Кукловода, — объявил Пьерр Кролик и повернулся к ней. — Моя дорогая, не желаете ли вы нам объяснить, как все это произошло?</p>
    <p>Мышка посмотрела прямо в мои глаза. Я почувствовал ее взгляд. У меня не было никаких сомнений.</p>
    <p>— Этого я и сама толком не знаю, — сказала она ужасно мягким голоском. — По-настоящему хорошо видеть можно только сердцем. Надо… прислушиваться к своему сердцу.</p>
    <p>— Что за тарабарщина, — прошептал голос за моей спиной.</p>
    <p>— Замолчи, — оборвала его соседка. — Во всяком случае, ты просто не до конца понимаешь.</p>
    <p>— Тс-с-с-с.</p>
    <p>Хунка Мунка отступила на несколько шагов назад.</p>
    <p>— ОН разговаривал со мной во сне, — продолжала девушка. — ОН говорил со мной. ОН мне все объяснил.</p>
    <p>Леонор указала на медный алтарь.</p>
    <p>— ОН мне сказал, что этим вечером будет здесь.</p>
    <p>И снова среди собравшихся пробежал шепоток.</p>
    <p>Пьерр Кролик, стараясь нас успокоить, поднял руку.</p>
    <p>— Умолкните, скептики. Неужели вы забыли одну из великих заповедей нашего незабвенного основателя Пронона Греймерси? Она гласит: «Очень часто Великий Кукловод проявляет себя, давая нам намеки во сне. Только редким особо одаренным членам нашего общества он показывает свое настоящее лицо. В трудные моменты жизни Создатель становится светом во мраке, путеводной звездой на нашей тернистой дороге».</p>
    <p>— Все это так, но почему он выбрал именно ее? — поинтересовался кто-то позади меня.</p>
    <p>— Замысел Великого Кукловода неисповедим, — ответил Пьерр Кролик. — Хунка Мунка является особо одаренной. Но это тоже ничего не объясняет.</p>
    <p>Маленькая мышка, почти пристыженная, опустила глаза.</p>
    <p>Призрак. Но о чем это говорит? И тут мне вспомнились те слова, которые она сказала, когда впервые пришла в мой кабинет: «Я знаю, что боюсь себя такой, какая я есть. У меня такое ощущение, что я не могу ни на что повлиять, словно никчемная безделушка, второстепенный персонаж. Бесплатное приложение в каком-то смысле».</p>
    <p>— А сейчас, — объявил Пьерр Кролик и повернулся к Жино, протянувшему ему что-то вроде салатника, наполненного черными пузырьками, — мы выберем, кто из вас удостоится великой чести первым войти в Святилище. Только члены, которые вытащат номер, оканчивающийся на семь, пойдут сегодня к Великому Кукловоду.</p>
    <p>— Это что еще за мошенничество? — пробормотал кто-то.</p>
    <p>— У него не так много времени, — ответил другой голос. — У него для нас никогда не хватает времени.</p>
    <p>— Вы уже видели Создателя?</p>
    <p>Бокал медленно начали передавать из рук в руки. Люди вытаскивали оттуда пузырьки, раскрывали их, доставали спрятанный внутри клочок бумажки и в большинстве случаев испускали тяжелый утомленный вздох.</p>
    <p>Хунка Мунка вернулась и снова села рядом со мной.</p>
    <p>— Пусть те, у кого номер кончается на семерку, выстроятся в очередь около Святилища. Остальным будет предложено углубиться в священные тексты Пронона Греймерси. Стопка книжек с текстами лежит у входа.</p>
    <p>— Гениально! — заметил кто-то.</p>
    <p>Большинство членов встало и направилось в глубину зала. Я окинул взглядом победителей. На данный момент их было трое: две жабы и одна мышка. Они подняли свои маски, и выражение лиц у них казалось безмятежным и несколько ироничным, словно они поняли смысл шутки, рассказанной десять лет назад.</p>
    <p>— Леонор, — сказал я и на этот раз без всякого колебания взял ее за руку, — Леонор, вы можете мне что-нибудь объяснить?</p>
    <p>Она повернулась ко мне, чуть-чуть наклонилась в мою сторону и просто сказала:</p>
    <p>— Джон, вы помните тот день, когда мы познакомились?</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Джон, эй, Джон!</p>
    <p>Жереми жаба схватил меня за рукав.</p>
    <p>— Жереми, черт бы тебя побрал…</p>
    <p>Он протягивал мне бокал. Я взял один из пузырьков, раскрыл его и внимательно осмотрел содержимое.</p>
    <p>— Семнадцать.</p>
    <p>Леонор взяла бокал и в свою очередь тоже вытянула пузырек.</p>
    <p>Но она даже не попыталась его открыть.</p>
    <p>— Вы не хотите посмотреть? — спросил я.</p>
    <p>— Я уже знаю все, что мне положено знать, — ответила она. — Сейчас ваша очередь.</p>
    <p>Девушка указала на медную кабинку.</p>
    <p>Зажав свой семнадцатый номер, я неуверенно поднялся и направился к эстраде. Люди заходили в Святилище и через несколько минут выходили обратно. Они так и продолжали держать маски в руках. Однако, понять выражение их лиц было невозможно, во взглядах читалось все и ничего одновременно. Мне не было страшно. Конечно же, я испытывал некоторое нетерпение, однако все происходящее казалось таким нереальным… Когда подошла моя очередь, Пьерр Кролик открыл дверь в медную кабинку, взял меня под руку и подтолкнул внутрь. Святилище. Дверь за мной закрылась.</p>
    <p>Внутри царила почти непроглядная темнота. Во мраке колебалось пламя единственной свечи. Маленький мальчик скорчил мне рожицу, маленький мальчик с очень ясными глазами, сидящий за столом. Он склонился над огромной тетрадкой в кожаном переплете и, казалось, что-то старательно туда записывал. Малыш поднял голову. Я его сразу же узнал, маска поросенка была сдвинута набок.</p>
    <p>— Привет, — сказал он. — Садитесь.</p>
    <p>И указал мне на стул. Я осторожно присел.</p>
    <p>Очень забавно выглядел этот маленький мальчик из моих снов: лоб нахмурен, весь вид весьма озабоченный, лицо обрамлено непокорными белокурыми вихрями. Его пальцы, как это обычно бывает у школьников, были перепачканы в чернилах, а в руке он держал ручку. Малыш окунул ее в чернильницу и начал писать.</p>
    <p>— Кхе… — сказал я.</p>
    <p>— Вы Джон Мун.</p>
    <p>— Да. А вы кто такой?</p>
    <p>— Разве не знаете?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Уф, — вздохнул он, его ручка скрипела по бумаге. — Совсем такой же, как и все остальные.</p>
    <p>— Ну хорошо, тогда объясните мне, — попросил я.</p>
    <p>— Подождите.</p>
    <p>Он снова начал писать, бормоча себе под нос: «Смерть и Дьявол, и все люди вокруг них, возможно даже весь город, а с ними и весь мир, были готовы начать обсуждение будущего». Что вы сказали?</p>
    <p>— Ничего не понимаю, — пробормотал я.</p>
    <p>— Возможно, мне следует добавить: «если существует то, что называется миром», не так ли? Чтобы подчеркнуть иллюзорную сторону событий.</p>
    <p>— Но о чем вы вообще говорите?</p>
    <p>Мальчик, высунув язык, покачал головой и вставил ручку в чернильницу.</p>
    <p>— Эта фраза появляется на последних страницах всех романов.</p>
    <p>— На страницах чего?</p>
    <p>— Романов.</p>
    <p>— Что вы хотите сказать?..</p>
    <p>Молчание. Ты спишь, не переставал я повторять про себя.</p>
    <p>Ты все еще видишь сон. Точно так же, как и в первый раз.</p>
    <p>Я попробовал ущипнуть себя, но это не принесло никакого результата.</p>
    <p>— Вы… Вы Бог?</p>
    <p>— Бог — всего лишь уличная молва, — улыбнулся он. — Нет, хотя я бы согласился на такую роль. Ну ладно, судя по всему, вы ничего не понимаете. Должен вам сказать, что это меня нисколько не удивляет. Ни чуточки не удивляет. В данной истории вы являетесь именно тем типом, который ничего не понимает.</p>
    <p>Он воткнул ручку в корешок тетради и со стоном потянулся.</p>
    <p>— Я вовсе не Бог, — объявил малыш. — Не знаю, откуда вы такое взяли. Я просто ваш автор.</p>
    <p>— Мой автор?</p>
    <p>Он пожал плечами.</p>
    <p>— Тот, кто написал эту историю.</p>
    <p>— Ох-хо-хо, — сказал я, медленно поднимаясь. — И такую хохмочку вы вставляете во все ваши пьесы?</p>
    <p>Маленький мальчик в упор посмотрел на меня.</p>
    <p>— Невероятно, — сказал он. — Вы более дерзки, чем я себе это представлял. Это похоже на то… Похоже на то, что вы вышли у меня из-под контроля.</p>
    <p>— Вышел из-под контроля?</p>
    <p>— Вы самый главный персонаж.</p>
    <p>Я закрыл глаза и положил руку на ручку двери.</p>
    <p>— Послушайте, вы правы — я ничего не понимаю, просто думаю, что вы и ваши… ваши друзья не что иное, как обычная шайка веселых… м-м-м… маленьких озорников и…</p>
    <p>— Почему вы так дрожите?</p>
    <p>— Вам показалось, — возразил я и попробовал взять себя в руки.</p>
    <p>На его лице появилась широкая улыбка.</p>
    <p>— Обожаю вас, — сказал он.</p>
    <p>— Ну, это мы еще увидим, — усмехнулся я, открыл дверь и вышел.</p>
    <p>Снаружи дела приняли новый, довольно неожиданный поворот. Большинство собравшихся сидело на скамейках. Многие члены Федерации поднялись и устремились в глубь зала, около лестницы получилась толкучка. Могу поспорить, они там устроили драку! А я, я так ничего и не понимаю! Леонор исчезла, точно так же как Жино и Пьерр Кролик. Проклятая суматоха на заднем плане не прекращалась. Черт подери, что же все-таки происходит?</p>
    <p>Но долго раздумывать мне не пришлось. Внезапно по лестнице спустились королевские гвардейцы в полной форме, вооруженные алебардами, и тут же оттеснили назад членов нашего общества. Нас раскрыли, раскрыли всем составом. Гвардейцы выкрикивали приказы. Глядя на них, можно было с уверенностью сказать, что шутить они не собираются. Кроликов, белок, ежиков — всех выстроили лицом к стене с поднятыми за голову руками и сорвали маски. Я почувствовал, что кто-то тащит меня сзади за пальто и развернулся, готовый оттолкнуть нахала. Но это оказалась все та же жаба.</p>
    <p>— Быстрее, — позвал Жереми. — Сюда!</p>
    <p>Потайная дверь, спрятанная за бархатной завесой, оставалась полуоткрытой. Мы нырнули в нее, и она тут же захлопнулась. Вспыхнуло пламя зажигалки. Это оказался держащий в руках свою маску Пьерр Кролик. Его окружало с полдюжины других животных.</p>
    <p>— Нельзя терять времени, — проворчал наш шеф.</p>
    <p>Мы цепочкой двинулись за ним.</p>
    <p>— Они нас раскрыли, — сказал Пьерр.</p>
    <p>— Кто именно?</p>
    <p>— Ультра.</p>
    <p>— Кто-нибудь знает, где Хунка Мунка? — спросил я.</p>
    <p>— Они взяли Жино?</p>
    <p>Пьерр Кролик кивнул головой:</p>
    <p>— Все хуже некуда.</p>
    <p>Я моргал в полумраке глазами.</p>
    <p>— А что там потребовалось ультра?</p>
    <p>Президент на мгновение остановился и повернулся к нам.</p>
    <p>— Федерация относится к умеренным партиям, — объяснил он. — Мы для ультраконсерваторов как заноза в пятке. Они хотят свергнуть королеву и установить республику.</p>
    <p>— Рес… чего?</p>
    <p>— Публику. Мы не против этого, но знаем, что ничего хорошего у них не получится. Это может привести к еще одному поражению. Члены Федерации пытались им это объяснить, но они и слушать ничего не желают. На данный момент ультра хотят ликвидировать все умеренные партии и вообразили себе, что мы представляем для них угрозу. И вот они применяют против нас все, что в их силах.</p>
    <p>— Умеренные объединились с Федерацией? — повторил один из ежиков, который все еще не снял свою маску. — Так вот оно что.</p>
    <p>— А ты был не в курсе? — спросила его мышка.</p>
    <p>— Я голосовал за ультра, — заметил кто-то басом. — Вот так.</p>
    <p>Большинство, казалось, было шокировано этим известием.</p>
    <p>— Тоннель выходит в пещеру, — сообщил Пьерр Кролик, поднимая зажигалку высоко над головой. — Дом над пещерой принадлежит нам. Каждый из вас сразу же возвращается к себе и ждет дальнейших инструкций.</p>
    <p>Все закивали головами. На мокрых известняковых стенах плясали и изгибались наши тени.</p>
    <p>— Не рассказывайте никому о сегодняшнем собрании, — предупредил Пьерр. — Просто ждите дальнейших инструкций.</p>
    <p>Я дернул его за рукав:</p>
    <p>— А как же с мальчиком?</p>
    <p>— С каким мальчиком?</p>
    <p>— Не притворяйтесь идиотом. С тем, который остался в Святилище. Мальчик с головой поросенка.</p>
    <p>Пьерр Кролик печально покачал головой.</p>
    <p>— Вот вам и результат, — прошептал он. — Вы так ничего и не поняли? Ну, тогда слушайте… Вы так нам и не <emphasis>поверили</emphasis>?</p>
    <p>Не дав мне времени для ответа, Президент резко развернулся и продолжил свой путь. Я так и остался стоять как полный дурак. Опять ничего не понял. Мы молчаливо, как покойники, тронулись дальше.</p>
    <p>Где Хунка Мунка? Я чувствовал себя разбитым, мне хотелось спать, и все казалось таким нереальным.</p>
    <p>— Те, кто разговаривал с Великим Кукловодом, — снова заговорил Пьерр Кролик. — Есть здесь такие?</p>
    <p>Моя рука поднялась.</p>
    <p>— Есть, — сказал я.</p>
    <p>Кролик метнул в мою сторону взгляд.</p>
    <p>— Успокойтесь, Том. Ваши соображения по этому поводу оставьте при себе. Возможно, вам просто приснился странный сон. Там вы и набрались подобных мыслей.</p>
    <p>— Шутить изволите?</p>
    <p>— Кто-нибудь еще? — спросил Пьерр и повернулся к остальным.</p>
    <p>Но никто больше не признался.</p>
    <p>Через несколько минут мы оказались на открытом воздухе. Все было покрыто снегом. В темноте маячил купол святого Павла. У нас за спиной мучительные волны Монстра Тамсона шептали свои секреты. Я решил вернуться домой пешком. Одуревшие от холода, мы разошлись в разные стороны, как развевающаяся на ветру пелерина, маленькие силуэты миллиметр за миллиметром расползались по огромной карте. Когда я добрался до дома, было уже шесть часов утра.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Грустная глава</p>
    </title>
    <p>Я проснулся, свернувшись калачиком на своем диване, слегка замерзший, так как был укрыт всего лишь своим пальто. Часы показывали полночь, в доме стояла полная тишина. Поднявшись, я босиком пошел на кухню, взял кусок сыра, а потом отправился на второй этаж, паркет мерно поскрипывал под моими ногами. Дверь в комнату Пруди оказалась полуоткрытой, с момента моего ухода ничего не изменилось. Голова лежала на том же месте, прижатая между подушкой и стеной, по-прежнему глядя вокруг широко открытыми глазами.</p>
    <p>— Здравствуй, Пруди.</p>
    <p>Она проследила, как я подошел к кровати и уселся на краешек.</p>
    <p>— Хочешь сыру?</p>
    <p>Голова молча моргнула.</p>
    <p>— Открывай рот.</p>
    <p>Я положил ей на язык маленький кусочек сыра, и она с удовольствием съела его.</p>
    <p>— Снег все так и идет? — спросила гномесса.</p>
    <p>— Не знаю.</p>
    <p>— Идет. Я чувствую, что снег продолжает идти.</p>
    <p>Теперь настала моя очередь откусить кусочек мягкого, ароматного сыра. Мне больше не хотелось свинины.</p>
    <p>— Я как-то странно себя чувствую.</p>
    <p>Пруди ничего не ответила. А что тут можно было ответить? Я взял голову и аккуратно поставил себе на колени. Не слишком-то блестящая идея поправить свое настроение, тихо проворчал мой внутренний голос.</p>
    <p>— Сегодня утром придется встать пораньше.</p>
    <p>— А что с Глоином?</p>
    <p>— Я этим займусь. Насколько возможно.</p>
    <p>На самом деле, мысль о карлике только что посетила меня. Интересно, как теперь, оставшись практически в гордом одиночестве, освободить моих друзей. С помощью метания головы?</p>
    <p>— Пруди, — сказал я.</p>
    <p>Она внимательно меня слушала.</p>
    <p>— Пруди, хочу попросить тебя…</p>
    <p>— Что, мсье Мун?</p>
    <p>Гномесса изо всех своих сил хотела мне помочь. Как сформулировать то, что, возможно, ей будет довольно тяжело услышать? Это было непросто, но пришлось рискнуть.</p>
    <p>— Произошло кое-что очень странное.</p>
    <p>— Странное? Что значит странное?</p>
    <p>Я на мгновение задумался. Как же ей все рассказать?</p>
    <p>— Мы кое с кем встретились.</p>
    <p>— И с кем же?</p>
    <p>— С маленьким пареньком. Эдакий малыш с маской поросенка.</p>
    <p>Во время короткого рассказа о моем сне, Пруди слушала не шевелясь, хотя это очень забавно говорить о том, что голова не шевелясь тебя слушала.</p>
    <p>— Всего лишь сон, — наконец-то пробормотала она.</p>
    <p>Очень хорошо, подумалось мне. Тогда оставим Леонор на потом.</p>
    <p>— Скажите, — спросил я, — вы знаете, почему меня назвали Джон Мун?</p>
    <p>— Потому что это имя дала вам мать.</p>
    <p>— Верно, но почему именно это, а не другое?</p>
    <p>— Об этом вы должны спросить ее, — мягко заметила Пруди.</p>
    <p>Она ничего не поняла.</p>
    <p>— А если я — всего лишь герой романа?</p>
    <p>— Герой чего?</p>
    <p>— Романа. Книги, в которой рассказывается какая-нибудь история.</p>
    <p>— Не понимаю.</p>
    <p>Я тяжело вздохнул.</p>
    <p>— Пьеса для театра. Вы видели пьесы в театрах?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Вот и хорошо, теперь представьте, что эта пьеса записана. В книжке.</p>
    <p>Пруди широко открыла глаза.</p>
    <p>— Так говорят театраломаны. Ну, в той Федерации, в которую я вступил, помните? Меня занесло к ним на собрание прошлой ночью. И что там было… Ох, вы мне, наверное, даже не поверите. Я видел этого мальчика с головой поросенка, сидящим за большой тетрадью. Он пишет роман. Так мне объяснили.</p>
    <p>— Роман?</p>
    <p>Все это казалось совершенно абсурдным, но однако нужно был ей все рассказать.</p>
    <p>— Представьте, — продолжил я, гладя ничего не понимающую голову, — представьте себе, что мы всего лишь персонажи романа.</p>
    <p>— Джон, — сказала Пруди, — Джон, вы уверены, что с вами все в порядке?</p>
    <p>У меня словно гора упала с плеч.</p>
    <p>— Ну ладно, оставим это. Просто… просто мы живем в очень странное время. Смерть покинула свое место, и люди теперь начинают выдумывать черт знает что. Я видел этого маленького мальчика при обстоятельствах, ну, скажем, при не совсем обычных обстоятельствах и…</p>
    <p>Голова улыбнулась мне.</p>
    <p>— Это игра вашего воображения. Вы все слишком близко принимаете к сердцу, мсье Мун. И в тот вечер, видимо, слишком устали.</p>
    <p>Она права.</p>
    <p>После всех этих событий я до сих пор чувствовал себя изнуренным, опустошенным.</p>
    <p>Странный маскарад, устроенный театраломанами. Мальчишка, которого они выдают за хорошо охраняемый секрет. Переодетые типы, тайны, Леонор, умеренные, площадь Греймерси, хлам, задрапированный красным бархатом, тайные тоннели, хрупкие свечи…</p>
    <p>— И наплевать, почему мне приспичило вступить в эту Федерацию, — продолжил я.</p>
    <p>Пруди с трудом сдерживала свои глаза, чтобы они не закрылись, но я больше не смотрел на бедняжку, слишком поглощенный своей речью. Надо было выговориться. Так или иначе, но мне надо было выговориться.</p>
    <p>— На самом деле трудно понять, верят ли они сами в то, что говорят. Без сомнения все это звучит совершенно невероятно. Но в то же время у меня был сон. Потому что, сами понимаете, именно мальчик в костюме поросенка намекнул мне на перемену профессии, а иначе сюда бы никто и не явился. Зачем тому же Грифиусу заходить к бывшему тренеру команды Огров? А если бы Ориель и Глоин не были моими друзьями, и мы бы не пошли в этот пивной бар «Мулиган», то никогда… Пруди?</p>
    <p>Но маленькая горничная закрыла глаза.</p>
    <p>— И я никогда бы не поговорил бы с Леонор Пулбрук.</p>
    <p>Леонор. Внезапно, стоило просто произнести ее имя, в моей памяти всплыли те странные слова, которые она прошептала мне на ухо: «Вы помните тот день, когда мы впервые встретились?»</p>
    <p>Я осторожно переложил голову Пруди на покрывало, а затем поднялся на чердак, где лежали все подшивки газеты «Утро волшебника». Подоконники чердачных окон были завалены снегом. На чердаке оказалось темно и холодно, но мне не потребовалось много времени, чтобы найти нужный номер. Номер за тот день, в который мы с Леонор впервые встретились. Для большей уверенности я взял еще и следующий номер, а после этого спустился вниз.</p>
    <p>Пруди продолжала лежать с закрытыми глазами.</p>
    <p>— Вы увидите, — сказал я.</p>
    <p>И открыл номер на той странице, где печатались некрологи.</p>
    <p>Ничего.</p>
    <p>Тогда я открыл другой номер и быстро пробежал взглядом по колонке объявлений. Мои глаза перепрыгивали с одного объявления на другое со скоростью молнии, сердце бешено стучало.</p>
    <p>Я не смог его не заметить.</p>
    <p>Оно было совсем маленьким. Но все же оно там было.</p>
    <p>У меня на глаза навернулись слезы, в горле застрял здоровенный комок. Тем или иным образом, но я это знал с самого начала.</p>
    <p>Неужели это правда?</p>
    <p><emphasis>С великой скорбью сообщаем о смерти Катей Плюрабелль.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Смерть последовала в результате несчастного случая на двадцать шестом году жизни.</emphasis></p>
    <p><emphasis>Да упокоится ее душа с миром!</emphasis></p>
    <p>Не было смысла тратить силы на то, чтобы плакать.</p>
    <p>Не было смысла и впадать в гнев, потому что рядом не оказалось никого, кто мог бы меня выслушать.</p>
    <p>Я встал и подошел к окну. Небо оделось в серую униформу.</p>
    <p>— Но о чем все это говорит? — Мой громкий вопрос, естественно, остался без ответа.</p>
    <p>Повернувшись к Пруди и подойдя к ее кровати, я повторил, опускаясь на колени и гладя ей волосы.</p>
    <p>— О чем все это говорит?</p>
    <p>Моя голова поникла.</p>
    <p>— Святые угодники, вы были правы: все это абсурд чистой воды.</p>
    <p>Я дотронулся пальцем до щеки гномессы, но она так и не открыла глаз.</p>
    <p>— Пруди?</p>
    <p>Ледяной холодок пробежал у меня по спине, словно маленькие холодные насекомые. Преодолевая сковывающий страх, я осторожно положил кончики пальцев на веки горничной и приоткрыл их.</p>
    <p>Глаза были совершенно белые.</p>
    <p>Белые как снег.</p>
    <p>Пруди оказалась мертва.</p>
    <p>До крови закусив губу, я почувствовал себя совершенно опустошенным, испытывая неизбывную печаль и одновременно…</p>
    <p>Мертва?</p>
    <p>Разрази меня гром. Это говорит о том, что кое-кто другой на свободе.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>А теперь наоборот!</p>
    </title>
    <p>Я поднялся, чувствуя себя виноватым, мои глаза наполнились слезами.</p>
    <p>Надо было найти Грифиуса. Мне стоило заняться именно этим, а не бегать по своим личным делам. Ради святой крови… нет, нет, только не этих «мамаш». Хорошо, теперь надо немного пошевелиться и взять бразды правления в свои руки. Но с чего начать? Где Гораций? Где Смерть? Надо что-то быстренько предпринять. Предупредить людей. А как там Ориель и Глоин? Что с ними сейчас происходит? Меня начала охватывать паника.</p>
    <p>Я снова взял в руки голову Пруди, но, не зная куда ее поставить, положил обратно на кровать и принялся яростно грызть ногти. Очень хорошо. Смерть свободна, а мои друзья все еще находятся в плену. Мордайкен потерпел поражение по всем статьям. Что касается театраломанов, то только Три Матери знают, что они задумали. Вот что надо сделать!</p>
    <p>Я запустил руку в волосы.</p>
    <p>Надо кого-то предупредить. Королеву.</p>
    <p>Гм-м-м. Идея довольно плоха.</p>
    <p>«Да, но разве у тебя есть другая?» — поинтересовался тоненький голосок у меня в голове.</p>
    <p>Мне пришлось честно признаться, что нет.</p>
    <p>Я поднял голову Пруди и поцеловал ее в лоб. Затем, не выпуская ее из рук, спустился на кухню и открыл дверцу продовольственного шкафа. Там была такая же температура, как и на улице. Надо начать с этого. Поставив голову между консервированными овощами и банками с вареньем, я пошел в гостиную, надел свое старое пальто и направился к выходу.</p>
    <p>Но стоило мне выйти на порог, как прямо передо мной остановился экипаж с королевскими гербами на дверцах, запряженный четырьмя скакунами с бело-красной сбруей. Дверца экипажа открылась, и оттуда на тротуар выскочил человек в ливрее. Он остановился, уставившись на меня.</p>
    <p>— Вы Джон В. Мун? — спросил посланец королевы, снимая свой цилиндр.</p>
    <p>— Как сказать, — ответил я.</p>
    <p>Да, это и есть вы. Мсье Мун, Ее Величество хочет обсудить с вами вопрос первостепенной важности.</p>
    <p>Ничего себе! Это еще что такое?</p>
    <p>— А сама-то она прийти не могла? — услышал я собственный ответ.</p>
    <p>Мужчина с седыми висками, полный высокомерия, поджав губы, осмотрел меня с ног до головы, а затем оценил взглядом мой дом.</p>
    <p>— Не время шутить, мсье Мун.</p>
    <p>Он мне совершенно не нравился, этот высокий как жердь, с безупречным видом, сияющим цилиндром и взглядом, полным королевской власти.</p>
    <p>— Разве? — удивился я, пытаясь выиграть время для поиска выхода из сложившейся ситуации.</p>
    <p>Он покачал головой.</p>
    <p>И тогда, не особенно задумываясь над причинами, я повернулся к нему спиной и побежал, прекрасно понимая, что подобное решение просто смешно. Но меня охватила такая растерянность, что мне просто надо было что-то предпринять. Все события последних дней только усиливали впечатление, что вокруг сужаются петли сетки. Возможно, это были признаки начинающейся паранойи, но мне казалось, что ловушка вот-вот должна неминуемо захлопнуться. Черт вас всех побери, я не марионетка! Действуй, действуй, пока не стало слишком поздно.</p>
    <p>Обернувшись, я заметил, что тип в цилиндре спокойно пустился за мной в погоню. К моему несчастью, ноги у него оказались просто безразмерные.</p>
    <p>— Именем Ее Величества! — кричал он. — Приказываю вам остановиться!</p>
    <p>Надо заметить и позитивную сторону происходящего: он был не вооружен. Но это не помешало ему быстро сократить между нами расстояние. Я уже явно ощущал его горячее дыхание у себя на затылке.</p>
    <p>— Не надо строить из себя посмешище, — убеждал королевский засланец. — Ее Величество просто хочет поговорить с вами!</p>
    <p>Как бы не так!</p>
    <p>Приняв покорный вид, я резко остановился и повернулся к нему лицом. Мужчина хотел потащить меня обратно. Моя рука рефлекторно поднялась, чтобы остановить его.</p>
    <p>— Минуточку, — сказал я.</p>
    <p>А затем снова пустился бежать.</p>
    <p>— Ради святой крови Трех Матерей, — простонал он и опять пустился за мной в погоню. — Прекратите эту глупую игру!</p>
    <p>В несколько прыжков преследователь оказался у меня за спиной. Я почувствовал, как цепкие руки поймали мои плечи, и мы покатились в снег. От его дыхания исходили облачка пара, и он уселся мне на спину, чтобы не дать возможности двигаться. Это причинило чертовскую боль.</p>
    <p>— Будьте благоразумны, — предупредил мужчина, поднимая с земли свою свалившуюся шляпу.</p>
    <p>— Хорошо, — согласился я.</p>
    <p>Мы поднялись, отдышались и направились обратно к экипажу. Из-за занавесок, закрывающих окна, за нами наблюдали любопытствующие соседи. Мои шансы стать одним из самых уважаемых жильцов квартала таяли на глазах.</p>
    <p>Я смотрел прямо перед собой, словно ничего и не произошло.</p>
    <p>Кучер нас ждал. Лошади проявляли признаки нетерпения. Королевский слуга открыл дверь, и мне пришлось влезть внутрь экипажа. Это была шикарная карета: набитые волосом кожаные сиденья, бархатные занавески, обитые тканью стенки. Человек в цилиндре уселся напротив меня, и наш небольшой кортеж двинулся в путь.</p>
    <p>— Что хочет Ее Величество? — поинтересовался я, когда мы выехали из Челси и мимо наших окон начали проплывать фасады больших зданий.</p>
    <p>— Поговорить с вами, — просто ответил сопровождающий.</p>
    <p>Из своего внутреннего кармана он вытащил небольшую плоскую коробочку и, открыв ее, протянул в мою сторону.</p>
    <p>— Сигару?</p>
    <p>— А почему бы и нет?</p>
    <p>Это определенно итоговая черта. Посланник Ее Величества вежливо поджег мне сигару и внимательно посмотрел в мои глаза.</p>
    <p>— Вы заставили меня попотеть, — заметил он спустя некоторое время.</p>
    <p>Я молча наслаждался сигарой.</p>
    <p>— А вы спортсмен.</p>
    <p>— Так же как и вы.</p>
    <p>Он улыбнулся.</p>
    <p>— Спасибо. Видите ли, я… пфф… я много тренируюсь. А вы? Тоже тренируетесь?</p>
    <p>— Пфф… нет, специально не тренируюсь.</p>
    <p>Он продолжал меня разглядывать. Это начинало действовать на нервы.</p>
    <p>— И как себя чувствует королева? — спросил я. — То есть как… пфф… она оценивает нынешнюю ситуацию?</p>
    <p>— О, у Ее Величества стальные нервы. Люди болтают разное за ее спиной, но смею вас уверить… пфф… она просто смеется над этим. Кстати говоря, вчера королева устроила роскошный бал. Какой замечательный способ заставить замолчать всех скептиков, не так ли? Для нас местами это было очень… м-м-м-м… познавательно.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>Он кивнул и положил руку мне на колено.</p>
    <p>— Это очень важно, познание. Вы любите учиться, Джон? Открывать для себя новые горизонты?</p>
    <p>Его речь постепенно перешла в воркование. Глаза испускали золотистое сияние.</p>
    <p>— Вы мне очень симпатичны.</p>
    <p>Я деликатно убрал его руку с моего колена и положил ее на место.</p>
    <p>— Спасибо, но вы немного ошибаетесь.</p>
    <p>Мой собеседник блаженно скрестил руки на груди, зажав сигару между пальцами, он рассеянно, невидящим взглядом, смотрел на проплывающий мимо пейзаж.</p>
    <p>Вот тебе и еще одна задача, подумалось мне. Это не считая того, что сегодняшний вечер совершенно испорчен, предоставлен в распоряжение королевы. И что теперь за всем этим последует? Я вспоминал о Пруди, вспоминал о моих друзьях, которые остались пленниками в зловещей усадьбе барона Мордайкена. Вспоминал о Леонор, о Катей, о всех женщинах, которые встречались мне на жизненном пути и…</p>
    <p>Ба! У меня еще осталась мама.</p>
    <p>Фантастика.</p>
    <p>— Вы знаете, — продолжил посланец Ее Величества, когда мы уже въехали в пределы Броад-ин-Гхам, — я женат и у меня двое детей.</p>
    <p>— Поздравляю, — мои глаза упрямо рассматривали кончик сигары.</p>
    <p>— Но семья — это не самое главное, — продолжил он.</p>
    <p>— Готов вам поверить.</p>
    <p>Под равнодушными взглядами многочисленных охранников из королевской гвардии — эльфов в золотистой форме, мы проехали сквозь главные ворота дворца. Снова начали падать редкие, воздушные снежинки.</p>
    <p>— У вас есть огонек?</p>
    <p>— Конечно!</p>
    <p>Он услужливо подставил мне зажигалку.</p>
    <p>Наконец наш экипаж остановился. Появился мажордом и открыл дверцу кареты. Я спрыгнул на землю и выпустил ему в лицо струйку дыма, решив разыграть эту комедию до конца. Что бы там ни было, представилась возможность лично обратиться к Ее Величеству. Все равно мне уже нечего терять.</p>
    <p>— Я жду. И где же королева?</p>
    <p>Вот так-то. Обычные дьявольские проделки.</p>
    <p>Человек в цилиндре вышел за мной из кареты и, легонько взяв меня за плечи, развернул в нужном направлении: величественная башня, сверкающая белизной; украшенный горгулиями парадный вход с тремя дверями.</p>
    <p>— Нам туда, — сказал мой сопровождающий. — Не будете ли вы столь любезны, чтобы погасить сигару?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Ну, как хотите.</p>
    <p>— Сожалею… э-э-э-э…</p>
    <p>— Гус. Гус Рубблин, к вашим услугам.</p>
    <p>— Сожалею, Гус, но я ненавижу бросать на полдороге начатое дело.</p>
    <p>Он на какое-то мгновение улыбнулся, потом вырвал у меня изо рта сигару и быстренько наступил на нее ногой. Мы выразительно уставились друг на друга.</p>
    <p>— Мне кажется уместным испортить ваш портрет.</p>
    <p>— Что ж, попробуйте, — ответил Гус.</p>
    <p>— В любой момент по вашему желанию, — пообещал я, поглаживая свои усы.</p>
    <p>Мы вошли в башню.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Кто отрубил ей голову?</p>
    </title>
    <p>Мы поднялись на самый верх. Для того чтобы забраться туда, нам пришлось воспользоваться запутанным лабиринтом обитых войлоком коридоров, подвесными переходами, небольшими комнатами, кулуарами и огромными залами, где слышалось эхо только наших шагов. И все это было таким роскошным, что я совершенно растерялся. Мы взбирались наверх, это все, что можно сказать о нашем пути. Взгляду без стыда представлялось беспорядочное переплетение странных и богатых картин, статуй, гигантских фресок, изображавших истории, которых никогда не было.</p>
    <p>Мы сразу же прошли в приемную Ее Величества. Три подсвечника невероятных размеров мирно сияли у нас над головами. На расшатанном дубовом столе невероятных размеров монументально восседала и внимательно наблюдала за происходящим собака. Рыжая, с красивой белой грудью и удивительно маленькой головой. В другом конце комнаты стояло кресло. Гус Рубблин предложил мне занять его. Кресло было очень удобным, мягким и глубоким, но как только я туда сел, собака спрыгнула со стола и, виляя задницей, направилась ко мне. Она развалилась перед креслом и начала скулить.</p>
    <p>— Собачка обожает это место, — сообщил Гус и наклонился, чтобы потрепать голову зверю. — Правда, малыш?</p>
    <p>В ответ собака плюнула.</p>
    <p>— Как ее зовут? — спросил я, откидывая голову на спинку кресла.</p>
    <p>— Этого никто не знает. Просто собака.</p>
    <p>Я поднялся, хрустнул суставами, схватил собаку за шкуру на шее и сказал, глядя ей прямо в глаза:</p>
    <p>— Ты мне не нравишься.</p>
    <p>— Мркгнао, — ответила собака, и была медленно опущена на пол.</p>
    <p>— А вы знаете, как с ними обращаться, — заметил Рубблин.</p>
    <p>Меня подмывало ему кое-что на это ответить, но тут настежь раскрылись двери в покои Ее Величества, и в приемную вышла королева Астория. Я выпрямился и почувствовал, что мое лицо заливает краска. Королева оказалась голой, абсолютно голой. И она была невероятных размеров. Ее груди раскачивались как тяжелые мешки, слоновьи бедра дрожали на каждом шагу, а лицо с толстенными щеками выражало нечто такое, чего мне никогда бы не удалось понять, что-то сочетающее в себе гнев и веселое озорство.</p>
    <p>— Джон Мун! — воскликнула королева и раскинула, как для объятия, руки.</p>
    <p>Я вежливо поклонился.</p>
    <p>— Э-э-э… Ваше Величество.</p>
    <p>— Счастлива, что, наконец-то, могу с вами встретиться.</p>
    <p>— А-а-а-а… э-э-э-э… да?</p>
    <p>— А это наш милый храбрец Рубблин! — воскликнула она и одарила его могучим хлопком по спине. — Пройдите-ка оба вот сюда.</p>
    <p>Мы проследовали за ней в соседнюю комнату, где огромные, похожие на витрины окна выходили на искрящийся белизной город.</p>
    <p>Королева уселась на кровать и хлопнула рукой по покрывалу рядом с собой.</p>
    <p>— Идите сюда, — приказала она.</p>
    <p>Честно говоря, выбора у меня не было.</p>
    <p>Рубблин сделал двум гвардейцам, стоящим по обе стороны двери, знак выйти и охранять дверь снаружи.</p>
    <p>Пришлось сесть рядом с королевой.</p>
    <p>— Давно горю нетерпением поговорить с вами, Джон Мун.</p>
    <p>Я выдавил из себя улыбку. Пока что ничего стоящего сказано не было.</p>
    <p>Одной своей пухлой рукой она обняла меня за плечи, а другой продолжала чесать себе грудь.</p>
    <p>— Вы читаете газеты?</p>
    <p>— Иногда, Ваше Величество.</p>
    <p>— Великолепно. Значит, вы в курсе того, что происходит?</p>
    <p>— В какой области?</p>
    <p>— О, ну и хитрец! — воскликнула она и запечатлела у меня на щеке звучный поцелуй. — Я вас просто обожаю! Правда, он хитрец, Рубблин?</p>
    <p>Королева убрала руку с моих плеч и без всякого стыда потянулась.</p>
    <p>— Люди больше не умирают, дорогой мой Джон Мун.</p>
    <p>— Раз вы так говорите.</p>
    <p>— Раз вы так говорите? Ха, ха! Невероятно, Джон. Вы просто изумительны. Нет, — повторила она голосом, который внезапно стал очень серьезен, смотря прямо перед собой, — нет, никто больше не умирает, по крайней мере, в течение месяца. Вы не встретите даже самого краткого некролога о случайной смерти, никаких сердечных приступов, никаких утопленников, никаких упавших и разбившихся, все болезни оканчиваются очень удачно. А вы знаете почему?</p>
    <p>Я пожал плечами.</p>
    <p>— Потому что Смерть является пленницей!</p>
    <p>Мне что, надо подпрыгнуть? Королева внимательно смотрела на меня. На данный момент притворяться было бесполезно.</p>
    <p>— Я буду с вами, Джон Мун, совершенно откровенна. Мне известно, где находится эта маленькая потаскушка.</p>
    <p>Это было не совсем то, что я ожидал. Ее Величество медленно несколько раз кивнула головой.</p>
    <p>— И вы это тоже знаете.</p>
    <p>Что она хочет сказать? И с чего королева так заинтересована судьбой Смерти? Черт бы все это побрал.</p>
    <p>— Я не улавливаю, о чем вы говорите. У вас какие-то неверные сведения.</p>
    <p>Она снова положила руку мне на плечи и посмотрела прямо в лицо.</p>
    <p>— А где вы были позавчера вечером?</p>
    <p>Я сделал вид, что задумался.</p>
    <p>— У себя в кровати.</p>
    <p>Ее Величество тяжело вздохнуло.</p>
    <p>— Ну, ну, — покачала она головой. — Врать нехорошо.</p>
    <p>— У меня и в мыслях не было вас обманывать! — возмутился я. — Это истинная правда.</p>
    <p>Королева встала и, обхватив голову руками, посмотрела на Рубблина.</p>
    <p>— Я так ничего и не добилась, — начала она плаксивым голосом. — Будьте свидетелем. Я так ничего и не добилась. Придется принять более сильные меры.</p>
    <p>Гус посмотрел на меня, изображая на лице расстройство. Ее Величество снова подошла ко мне и подняла меня за лацканы пальто.</p>
    <p>— Мне известно, что Смерть находится в твоем драконе, — закричала она, ее лицо внезапно стало багровым. — А сейчас ты скажешь, где спряталась эта паршивая скотина, прежде чем я по-настоящему разгневаюсь. Ты это хорошо понял?</p>
    <p>Она отпустила меня, и я рухнул на кровать, как мешок с отрубями, пытаясь сохранять внешнюю невозмутимость, хотя мое сердце вырывалось из груди.</p>
    <p>— У вас какие-то неверные сведения, — повторил я. — В драконе нет Смерти. Смерть свободна, свободна как воздух, — заявил я и подчеркнул свои слова жестом.</p>
    <p>Королева Астория, казалось, какое-то время обдумывала значение моих слов, потом посмотрела на Рубблина. И вдруг резко повернулась и нанесла мне удар кулаком прямо в лицо. Я с трудом поднялся и потрогал рукой губу. На пальцах появились капельки крови.</p>
    <p>— Вы можете бить меня сколько угодно, но действительность от этого не изменится. Сегодня утром умерла моя горничная.</p>
    <p>«Зачем ты ей все это рассказываешь?» — запротестовал тоненький голосок в моем сознании. Пусть убедится сама!</p>
    <p>Королева подошла к дверям комнаты и распахнула их настежь. Охранники подпрыгнули от неожиданности.</p>
    <p>— Вот ты, — проревела Ее Величество, обращаясь к одному из них, казавшемуся каким-то заспанным, — воткни себе в живот саблю.</p>
    <p>— Ваше Величество?</p>
    <p>— Ты меня хорошо слышал? — огрызнулась королева. — Воткни эту чертову саблю себе в живот, не то, когда я рассержусь окончательно, сделаю это сама.</p>
    <p>Слегка побледнев, охранник вытащил саблю и воткнул ее острие прямо себе в живот. Королева положила свою руку на его и с силой подтолкнула лезвие глубже. Ну вот, этому не повезло, подумал я. Охранник упал на колени, на его губах выступила кровавая пена. Он какое-то мгновение непонимающе смотрел на королеву, затем закатил глаза и повалился набок. Ноги несчастного несколько раз слабо дернулись, после чего он умер, так и не произнеся ни единого слова.</p>
    <p>На какое-то короткое время королева лишилась дара речи.</p>
    <p>Наконец она с явным удивлением на лице повернулась ко мне:</p>
    <p>— Но тогда где же Смерть?</p>
    <p>— Я же уже вам это сказал, на свободе. Везде, где угодно.</p>
    <p>Ее Величество ущипнула себя за кончик носа и покачала головой. Когда королева рухнула на кровать рядом со мной, мне пришлось немного отодвинуться в сторону.</p>
    <p>— Почему когда я соберусь что-то сделать, то кто-нибудь обязательно перейдет мне дорогу? — простонала она и посмотрела на меня так, словно ожидала ответа на этот вопрос.</p>
    <p>Я пожал плечами, не очень хорошо понимая, к чему она клонит, и будучи не в силах уловить, каков же ее интерес во всем этом деле. Во всяком случае, складывалось впечатление, что королева принимает сложившуюся ситуацию очень близко к сердцу.</p>
    <p>— Рубблин, — сказала она почти басом, — отправь-ка этого смелого Джона Муна в тюрьму. Не знаю, сможем ли мы от него получить хоть какую-то пользу, но мне бы хотелось иметь его под рукой.</p>
    <p>— Но… — попытался протестовать я, вставая с кровати.</p>
    <p>— Очень жаль, — сказал мне Рубблин, кладя руку на плечо. — Охрана!</p>
    <p>Все попытки высвободиться из его рук он просто игнорировал.</p>
    <p>— Между нами нет ничего общего! — Мой вопль сопровождался сильным удар локтем в живот Гуса.</p>
    <p>На этот раз попытка удалась, и я бросился к выходу, но стоило мне достигнуть двери, как она распахнулась и ударила мою многострадальную голову. Я на мгновение закачался, затем покатился на пол.</p>
    <p>— Лоуфорт мертв! — воскликнул чей-то голос.</p>
    <p>В какой-то момент мне показалось, что это они про меня, но нет, речь шла совершенно о другом человеке. О том, который получил удар саблей в живот. Охранник поднял мое бренное тело и передал его в руки Рубблина, тот принял успокоенного дверью пленника по-братски и даже похлопал по плечу.</p>
    <p>— Ну, ну, — ободрил он меня.</p>
    <p>Я снова выпрямился и попробовал сделать несколько шагов. Но это оказалось довольно трудно. До меня начало доходить, что бороться бесполезно. Пришлось закрыть глаза и погрузиться в тишину.</p>
    <p>Чуть позже, я почувствовал, как меня кто-то схватил и попытался поставить на ноги. Бесполезно. Тогда мое полубессознательное тело взвалили на чью-то крепкую спину и куда-то понесли. Голос Рубблина тихо прошептал мне в ухо:</p>
    <p>— Мужайся.</p>
    <p>Хотелось сказать в ответ что-нибудь злое, но на это у меня не было сил. И в конце-то концов, этот бедняга не имел значения. И снова я почувствовал, как меня трясет и уносит по воле случая. События развивались очень быстро и очень неприятно. Произошла какая-то ошибка. В этой истории мне достался не лучший персонаж.</p>
    <p>— Я оказался не на своем месте. — Моих сил хватило только на еле слышный шепот и на попытку открыть отчаянно сопротивляющиеся глаза.</p>
    <p>— Не беспокойся, — с усмешкой ответил чей-то голос. — Сейчас мы доставим тебя на твое место.</p>
    <p>Ой, открылись… Собака королевы какое-то время сопровождала нас, но затем, покачиваясь, развернулась и пошла обратно.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Выход</p>
    </title>
    <p>Когда я пришел в себя, то обнаружил, что лежу, растянувшись в темном помещении на соломе полной волос. Кто-то укрыл меня моим пальто: деликатное внимание. Ко мне спиной сидел здоровенный тип, занятый тем, что опустошал свой котелок. Услышав, что я двигаюсь, он обернулся.</p>
    <p>— Вас не слишком растрясло, патрон?</p>
    <p>Это был Гораций.</p>
    <p>Я провел рукой по лбу и вытащил несколько соломинок, запутавшихся в моей взъерошенной шевелюре.</p>
    <p>— Вроде бы не слишком. Где мы находимся?</p>
    <p>— А как вы думаете? Догадайтесь: четыре стены, и выйти нельзя.</p>
    <p>— В какой тюрьме, вот что меня интересует.</p>
    <p>— Блекайрон, — ответил огр. — Самая красивая. Самая надежная.</p>
    <p>— Великолепно, — вздохнул я. — Обед уже подавали?</p>
    <p>Гораций протянул мне свой котелок. Несколько неопределенных кусочков было облеплено солоноватой крупой. Ням-ням.</p>
    <p>— Думаю, что готов убить тебя за кусочек окорока, — признался я. Отчаянно хочется свинины.</p>
    <p>— Вот все, что есть.</p>
    <p>Гораций абсолютно прав: четыре крепкие стены и никаких признаков горизонта. Удобства нашей клетки были скромными: два пука заплесневелой соломы и лавка у дальней стены. Я встал, размял затекшие ноги и уселся на скамейку.</p>
    <p>— Что происходит?</p>
    <p>— С вами или со мной?</p>
    <p>— С тобой. Что происходит со мной, мне в общих чертах понятно.</p>
    <p>Гораций принялся вылизывать свой котелок.</p>
    <p>— Хлюп, — сказал он. — Все очень просто. Когда вы спали, дракон меня… хлюп… попросил помочь ему, ну, сами знаете, заработать насморк.</p>
    <p>— Угу, и ты согласился?</p>
    <p>Огр кивнул головой.</p>
    <p>— А почему бы и нет. Вы храпели как сурок. А это дело казалось очень важным. Если еще и не считать того, что я сам себе сказал: Гораций, старик, это сама Смерть лично просит тебя сослужить ей службу. Так что мне показалось, что отказать ей будет неудобно. Улавливаете?</p>
    <p>Я сделал утвердительный знак.</p>
    <p>— И тогда мы пошли, и моя голова раскалывалась от раздумий.</p>
    <p>Да ну, подумал я.</p>
    <p>— Рассуждения были примерно таковы: Гораций, какое самое холодное место ты знаешь? Место, где ты точно не хотел бы очутиться в этот момент.</p>
    <p>— В школе? — высказал я предположение.</p>
    <p>Он с серьезным видом отрицательно покачал головой.</p>
    <p>— Хлюп. Нет. В Монстре Тамсоне.</p>
    <p>— А. Ну да.</p>
    <p>— То-то, что да. Он сейчас весь ледяной.</p>
    <p>Я похлопал руками себе по бокам, чтобы хоть как-то согреться, и поинтересовался:</p>
    <p>— Но ты этого не сделал?</p>
    <p>— Не сделал чего?</p>
    <p>— Не бросил дракона в воду?</p>
    <p>— Конечно, бросил.</p>
    <p>— Святые угодники! И он ничего тебе не сказал?</p>
    <p>— Перед этим — нет. Но когда понял, к чему идет дело, то закричал. Он даже попробовал меня укусить. И вот тогда я ему сказал: угомонись, это же для твоей же пользы.</p>
    <p>— И что дракон на это ответил?</p>
    <p>— Ничего. Я тут же его и бросил в поток.</p>
    <p>— Боже милосердный. Ну, а потом?</p>
    <p>— Ба! Да он больше и не двигался. И тут я себе сказал примерно так: Гораций, ты не можешь позволить ему утонуть. Все-таки у него внутри сидит сама Смерть.</p>
    <p>— Вполне разумно.</p>
    <p>— И тогда я прыгнул.</p>
    <p>— В реку? В такое-то время?</p>
    <p>Он кивнул головой с явным удовлетворением.</p>
    <p>— Вот именно с драконом все прошло нормально, но только с ним.</p>
    <p>— Но ты же его бросил.</p>
    <p>Огр, похоже, какое-то время был погружен в раздумья.</p>
    <p>— А ты… ты умеешь плавать? — почему-то спросил я.</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— И ты прыгнул, зная, что…</p>
    <p>— Да как-то позабыл про это. Но очень быстро вспомнил.</p>
    <p>— Представляю. А дальше что?</p>
    <p>— Что, что, я начал тонуть.</p>
    <p>— А Грифиус?</p>
    <p>— Дракон? Я его не нашел.</p>
    <p>— Должно быть, ты с ним разминулся. Не знаю уж, как именно. Во всяком случае, Смерть оказалась на свободе.</p>
    <p>Он поставил свой котелок на пол и изумленно посмотрел на меня.</p>
    <p>— Что вы сказали, патрон?</p>
    <p>— Это про твою хитрость. Она прекрасно удалась. Смерть на свободе.</p>
    <p>— Вы уверены?</p>
    <p>— Сегодня я уже собственными глазами видел две смерти. А ты спрашиваешь…</p>
    <p>— Фантастика! — заявил огр и захлопал в ладоши.</p>
    <p>— Тебе так кажется? — поинтересовался я, продолжая сидеть, скрючившись, на скамейке.</p>
    <p>— Но, патрон, вы что, не поняли меня?</p>
    <p>— Пруди умерла.</p>
    <p>— Патрон! Никто здесь не… Чего?</p>
    <p>— Пруди, моя горничная. Ну, знаешь, от нее оставалась только голова. Она мертва.</p>
    <p>— Да ну! — сказал Гораций.</p>
    <p>Он поднялся, чтобы заключить меня в свои объятия.</p>
    <p>— Только полегче, — попросил я.</p>
    <p>— Мне очень жаль, патрон.</p>
    <p>— Боже милосердный! Ну от тебя и воняет!</p>
    <p>— Это все Монстр Тамсон, патрон. Они не дали мне переодеться.</p>
    <p>— Не надо больше об этом, — оборвал я его. — Так на чем мы остановились?</p>
    <p>— Э-э-э… Я упал в воду?</p>
    <p>— Нет, а потом?</p>
    <p>— На фантастике?</p>
    <p>— Да, да, именно на фантастике, только вот почему это фантастика? Не вижу ничего фантастичного в том, что ты оказался закрытым сюда.</p>
    <p>Гораций взял меня за руки.</p>
    <p>— Все совсем не так, патрон, — прошептал он. — Просто здесь еще никто не догадывается, что Смерть снова на свободе!</p>
    <p>— Не догадывается?</p>
    <p>— Именно! Стражники проводят время за тем, что бросают друг другу идиотские вызовы. А утром они хотят устроить турнир.</p>
    <p>— Какой турнир?</p>
    <p>— Я не слишком-то в курсе дела. Но об этом говорили во время дневной прогулки. Охранники все как с ума посходили. И похоже, что директор тоже. Настоящие повернутые. За это время и заключенные дрались между собой. Потому что все превратилось в шутку, вы меня понимаете?</p>
    <p>— Не очень.</p>
    <p>— Патрон, — сказал Гораций, — нам надо выбраться отсюда.</p>
    <p>— Вот это я прекрасно понимаю.</p>
    <p>Он улыбнулся: прекрасная улыбка огра, правда, немного смущенная.</p>
    <p>— Так, может быть, стоит разработать план. Воспользоваться тем, что они еще не в курсе событий, и устроить им сюрприз.</p>
    <p>Да, он был громадных размеров, да, у него был жизненный опыт такой же, как и у пятилетнего ребенка, да, он играл за Квартек очень неуклюже, но Горация никак нельзя было назвать полным идиотом. Никакого другого занятия в Блекайроне не придумаешь.</p>
    <p>И тут огр рассказал мне все с самого начала о том, что произошло с ним после того, как он упал в воду. Он стал барахтаться. Никаких признаков Грифиуса не было видно, и огр почувствовал, как его охватывает паника. Очень скоро авантюра привлекла внимание зевак. Среди них оказалась вышедшая на грабежи банда гоблинов.</p>
    <p>— У меня не было выбора, — признался огр. — Там были типы из компании Мордайкена. Мне было известно, что они именно нас и ищут.</p>
    <p>— Вполне возможно.</p>
    <p>— И когда они мне протянули палку, — продолжал Горациус, — я, не теряя времени на раздумья, вцепился в нее. А уже потом начал думать, после того как они приставили мне к животу свои рапиры.</p>
    <p>Он положил огромную лапу на самое чувствительное место.</p>
    <p>— Я им сказал, что ничего не знаю, и это была сущая правда: дракон-то исчез. Они меня спросили, где вы, и я им ответил, что этого тоже не знаю, сказал, что ничего не знаю. Но это была уже неправда.</p>
    <p>— Понятно.</p>
    <p>— А как они схватили вас, патрон?</p>
    <p>— Ха! Это было не слишком-то трудно. Они просто приехали ко мне домой. Но закончи свою историю.</p>
    <p>— Так я все и рассказал, — ответил огр, махнув безнадежно рукой. — Они меня привезли сюда, а потом пришел какой-то тип и допрашивал меня по поводу дракона. Они пообещали, что если я не буду говорить, то будут меня пытать. Но пока этого делать еще не пытались. Во всяком случае, сюда могут вернуться в любой момент.</p>
    <p>— Они ничего не станут делать, — заверил его я. — Потому как уже и так знают все, что хотели узнать. Теперь мы для них не представляем никакого интереса.</p>
    <p>Гораций встал и, подойдя ко мне, сел рядом.</p>
    <p>Послышался треск, и под нашим весом скамейка развалилась на части.</p>
    <p>— Да, бывают в жизни черные дни вроде этого, — посетовал я.</p>
    <p>Мы, так и не меняя позы, даже не сделав попытки подняться, задрав ноги продолжали разговаривать. Мои ноги задрались, навалившись на брюхо огра.</p>
    <p>— А почему нас посадили в одну камеру? — спросил я.</p>
    <p>— Потому что тюрьма переполнена.</p>
    <p>— Правда?</p>
    <p>Гораций подобрал доску от скамейки и внимательно ее осмотрел.</p>
    <p>— Вместе со мной сюда привезли уйму народа. Каких-то типов с масками животных. Во время дневной прогулки я поинтересовался у них, кто они такие, но те не захотели мне ничего отвечать. Ну и услышали от меня примерно следующее: эй, вам не нужны больше маски; раз уж вы оказались в тюрьме, так чего вам еще бояться?</p>
    <p>— Театраломаны, — вздохнул я. — Мир тесен.</p>
    <p>— Чего?</p>
    <p>— Нет, ничего, это просто так. Ну, а что было дальше?</p>
    <p>— Тогда я спросил, за что они оказались здесь. И один из них ответил мне, что это тайная политика. Я и политика, в сумме трое, — подсчитал Гораций.</p>
    <p>— Двое, — пришлось мне поправить его.</p>
    <p>Огр нахмурил брови и начал считать на пальцах.</p>
    <p>— Вы правы, — наконец признал он. — Как всегда.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Все не так плохо!</p>
    </title>
    <p>Мордайкен вернулся к себе только рано утром.</p>
    <p>Пешком.</p>
    <p>Барону потребовалось целых три часа, для того чтобы забраться на холм и дойти до своей усадьбы, и еще десять минут, чтобы решиться самому открыть себе калитку. Несколько слуг, которые все еще хранили ему верность, очевидно, решили не затруднять себя встречей хозяина.</p>
    <p>Мордайкен вздохнул и пошел через укрытый снегом сад. Пять или шесть воронов, которые клевали какие-то крошки, подняли головы и проводили его взглядом. Он остановился, вытер на крыльце ноги и толкнул большую входную дверь, которую кто-то так и оставил незапертой. Теперь здесь кругом был беспорядок.</p>
    <p>Барон вошел в пустынный зал.</p>
    <p>— Э-ге-гей! — крикнул Мордайкен и осмотрелся вокруг. — Есть тут кто-нибудь?</p>
    <p>Устал.</p>
    <p>Как же он устал.</p>
    <p>Его слуги и их непонятные требования, глупые и совершенно бесполезные пленники, Дьявол со своими абсурдными приемами и безапелляционными приказами, и даже стены, через которые просачивается тоска и скука, — все это отнюдь не способствовало поднятию настроения.</p>
    <p>Ни одной живой души.</p>
    <p>Барон снял накидку и бросил ее на пол. Все несчастья мира одновременно навалились на его плечи. Он медленно поднялся на второй этаж и постучал в одну из дверей. Тишина. И так повторилось несколько раз.</p>
    <p>— Войдите, — наконец ответил ему чей-то голос.</p>
    <p>Мордайкен уже не чувствовал себя здесь хозяином.</p>
    <p>Он открыл дверь. Это была комната для гостей, вся отделанная в черном цвете — подсвечники в форме человеческих черепов, темные портьеры, горгулии с огромными крыльями и кровать под балдахином.</p>
    <p>Кругом чернота.</p>
    <p>Пленники со связанными за спиной руками сидели на кровати, перед ними рубашками вверх лежали карты. Напротив них расположились гоблин и зомби. Эти держали свои карты в руках.</p>
    <p>Все повернули головы в сторону вошедшего. Живые мертвецы возложили свои чешуйчатые ноги на подушки и при виде хозяина неохотно попытались принять достойный вид.</p>
    <p>— Здравствуйте, хозяин, — поприветствовал его, широко улыбаясь, гоблин.</p>
    <p>— Здравствуй. Что нового?</p>
    <p>— Ничего, хозяин.</p>
    <p>— Великолепно, — ответил барон, потирая лоб. — Надеюсь, у вас есть достаточно веские причины, чтобы находиться в этой комнате.</p>
    <p>— Мы охраняем пленников, хозяин.</p>
    <p>— Карты, — потребовал Ориель достаточно властным тоном.</p>
    <p>Гоблин сдал ему еще три новые карты.</p>
    <p>— Спасибо, старый кальмар.</p>
    <p>Эльф начал извиваться, чтобы ухватить карты зубами.</p>
    <p>— Что это еще за игра? — поинтересовался барон.</p>
    <p>— Игра четырех магов, — ответил гоблин. — Мы сами ее придумали.</p>
    <p>— Это чьи? — поинтересовался Глоин довольно любезным голосом.</p>
    <p>— Думаю, что мои, — наклонился вперед зомби.</p>
    <p>Барон все еще продолжал стоять в дверном проеме, но остальные, похоже, совсем про него забыли.</p>
    <p>— Ноздрев?</p>
    <p>— Что, хозяин? — ответил живой мертвец, изучая свои карты.</p>
    <p>— Ты меня огорчаешь. Ты меня очень огорчаешь.</p>
    <p>— Объявляю трио, — заявил зомби, не обращая на него ни малейшего внимания. — Мак-Коугх, вы как?</p>
    <p>Карлик, расплываясь в улыбке, медленно покачал головой.</p>
    <p>— Иду на трио, — объявил он.</p>
    <p>— Ноздрев, ты меня слышишь?</p>
    <p>Никакого ответа.</p>
    <p>— Я встречался с Дьяволом, — в отчаянии сообщил Мордайкен.</p>
    <p>— Хе, хе, хе, — захихикал Ориель. — Давайте посмотрим, я…</p>
    <p>Одну за другой он открыл свои карты кончиком носа, практически сгибаясь при этом пополам.</p>
    <p>— Ладно, — наконец заявил эльф и выпрямился, — я проиграл.</p>
    <p>— Он занят тем, что хочет вернуть Смерть, — продолжал барон. — Вы меня слышите?</p>
    <p>— Ноздрев, почеши мне нос, — приказал Глоин тоном, не терпящим возражения.</p>
    <p>Зомби немедленно повиновался.</p>
    <p>— Тебе нельзя такое позволять, — заметил карлик. — Определенно нельзя.</p>
    <p>— Ох-хо-хо! — театрально воскликнул Ориель. — Нельзя такое позволять! Ты слышал это, друг гоблин?</p>
    <p>— Ага, — добродушно улыбнулся тот. — Только посмотри на меня, я весь дрожу от страха.</p>
    <p>— Ад открылся, — объявил Мордайкен. — Для города наступила новая эра. Эра, где демоны…</p>
    <p>— Постойте-ка, — заметил Ориель. — Мы действительно говорили про трио?</p>
    <p>— Говорили, — подтвердил зомби.</p>
    <p>— Тогда нам и раздумывать нечего! — воскликнул эльф. — Эх вы, банда старых ослов! Я сейчас вам покажу, где раки зимуют!</p>
    <p>— Скажите, меня кто-нибудь слушает или нет? — устало поинтересовался Мордайкен.</p>
    <p>— Карты, — потребовал карлик. — До какого счета играем?</p>
    <p>— Сколько?</p>
    <p>— Две.</p>
    <p>— Вижу.</p>
    <p>— Видишь ты, глазки ясные, — возразил карлик. — Да ты никогда ничего не видишь.</p>
    <p>— Дьявол обещал меня сделать своим… — медленно говорил барон, взор его при этом терялся где-то вдали.</p>
    <p>— Ого, ходи, старая плохо облизанная цесарка!</p>
    <p>— Я хорошо облизанная цесарка, — возмутился карлик, пытаясь одновременно рассмотреть карты, которые ему сдал гоблин. — И если говорю, что ты ничего не видишь, значит, именно так и есть.</p>
    <p>— Ну, и кто играет? — поинтересовался Ноздрев.</p>
    <p>— Вы надо мной просто издеваетесь, да? — спросил Мордайкен.</p>
    <p>— Торгуюсь на ставку, — сообщил карлик.</p>
    <p>Живой мертвец нервно заерзал и почесал то, что у него осталось от носа.</p>
    <p>— Ага! — триумфально заорал Ориель. — Значит, я ничего не вижу?!</p>
    <p>— Ах, да умолкни ты, — попросил Глоин, качая головой.</p>
    <p>— Э-э-э, — сказал барон.</p>
    <p>— Так кто играет? — спросил гоблин.</p>
    <p>— Э-э-э… Я хочу наконец сказать, что… вы свободны, — добавил Мордайкен, обращаясь к двум пленникам.</p>
    <p>— Гениально! — сказал гоблин. — Это мне, да?</p>
    <p>Остальные закивали головами.</p>
    <p>— Вообще-то, — пробормотал барон, — я… э-э-э… с пленниками разговариваю.</p>
    <p>— М-м-м. Дайте мне… тоже две карты.</p>
    <p>Зомби схватил лежащую рядом с ним колоду и выдал две карты.</p>
    <p>— Я разговариваю с мсье Мак-Коугхом и мсье Ориелем, — настаивал Мордайкен, слегка повысив голос. — Мсье Мак-Коугхом и мсье Ориелем, которые отныне свободны.</p>
    <p>Гоблин посмотрел в свои карты и с силой зажмурил глаза.</p>
    <p>— Дерьмо, — выругался он.</p>
    <p>Глоин окинул взглядом своих партнеров.</p>
    <p>— Совершенно смешная попытка блефовать.</p>
    <p>— Они могут, если захотят, хоть сейчас покинуть усадьбу.</p>
    <p>— Ты смеешься? — спросил Ноздрев.</p>
    <p>— Пока я не передумал, — настаивал барон.</p>
    <p>— Нет, вполне серьезно, — возразил гоблин. — Именно это и называют гнилой сдачей. Мне ясно одно, что надо пасовать.</p>
    <p>— И ПОКА Я НЕ ПРИКАЗАЛ ВАС НАЧАТЬ ПЫТАТЬ! — заорал изо всех сил Мордайкен.</p>
    <p>Все четверо игроков повернули к нему головы.</p>
    <p>— Тс-с-с, — сказал гоблин и приложил палец к губам.</p>
    <p>— Ситуация очень деликатная, — уточнил Ориель. — Так что я бы вас попросил.</p>
    <p>Совершенно деморализованный барон все же нашел в себе силы для новой атаки.</p>
    <p>— Или вы сейчас же уберетесь отсюда, или я с вами немного позабавлюсь. В комнате для пыток. С гильотиной.</p>
    <p>— Гильотиной? — повторил Глоин. — А что это такое?</p>
    <p>— Это такой механизм с лезвием, который… у-у-уп!</p>
    <p>Эльф замер на месте.</p>
    <p>— Я ничего не говорил.</p>
    <p>Он положил руку на плечо Глоина.</p>
    <p>— Пойдем.</p>
    <p>— Гильотина, — повторил карлик, становясь багровым.</p>
    <p>— Это всего лишь один из примеров, — уточнил Мордайкен.</p>
    <p>— Ладно, так мы играем или нет? — поинтересовался гоблин.</p>
    <p>— Гильотина.</p>
    <p>— Да, ладно, успокойся же, — вздохнул Ориель.</p>
    <p>— Вот оно как, — вмешался Ноздрев. — Как проигрывать, так сразу бежать.</p>
    <p>— ГИЛЬОТИНА! — продолжал повторять Глоин, приходя все в большую ярость. — ГИЛЬОТИНА! ГИЛЬОТИНА!</p>
    <p>Мак-Коугх попробовал изобразить что-то вроде очень опасного прыжка. Он упал на спину и начал сучить ногами, как новорожденный, не прекращая при этом орать:</p>
    <p>— ГИЛЬОТИНА! ПРУДИ! НЕТ! НЕТ!</p>
    <p>Карты, которые держал гоблин, выпали и рассыпались по покрывалу. Четыре короля и один туз. На какое-то мгновение показалось, что время остановилось. Гоблин посмотрел на Ориеля и выдавил улыбку.</p>
    <p>— Ты же говорил про гнилую сдачу, — засопел эльф.</p>
    <p>— Гильотина, — выплюнул карлик и повернулся на живот лицом к Мордайкену. — Да ты монстр! Монстр! Все это твоя вина. Клянусь, что в ту же секунду, как я получу свободу…</p>
    <p>— Он шутит, — заверил Ориель, стараясь сделать приятное лицо. — Это мой близкий друг. Он и мухи не обидит.</p>
    <p>— Ну нет, обижать я никого не буду, — с пеной на губах корчил рожи карлик, — просто выпотрошу тебя. Собственными зубами.</p>
    <p>— Вижу, — согласился барон, отступая на несколько шагов, — вижу, вижу, вижу.</p>
    <p>— И БЕЗ КАКИХ-ТО ТАМ ЛЕЗВИЙ! — снова взвыл Мак-Коугх.</p>
    <p>— Хозяин, — спросил зомби, вставая с кровати, — какие будут распоряжения?</p>
    <p>Мордайкен только пожал плечами.</p>
    <p>— Вам нужна какая-нибудь помощь, хозяин?</p>
    <p>— Ничего особенного, — ответил тот и аккуратно прикрыл дверь. — Просто освободите… пленников. И сделайте так, чтобы они меня больше не тревожили. Но что я говорю? Во всяком случае, здесь больше никого нет.</p>
    <p>— А переигрывать? — взвыл гоблин и потянулся. — С развязанными руками это будет намного проще, правда?</p>
    <p>Но к этому времени барон уже соизволил удалиться.</p>
    <p>— ГИЛЬОТИНА! — завывал приглушенный голос.</p>
    <p>Мордайкен прошел по коридору и вернулся в большой зал. Цветок фамильного наследия. Усадьба, где сама Смерть испытала свою порочную любовь. Но это было так давно. Священные предки. В те времена они умели развлекаться. С грустным сердцем барон остановился около широкой мраморной лестницы. Затем он по ступенькам сошел вниз и направился к задней двери, которая выходила на кладбище. Мордайкен открыл ее и застыл на пороге.</p>
    <p>Перед ним открылся прекрасный вид заснеженных статуй.</p>
    <p>В глубине около наполовину разрушенного мавзолея в тени склепов собралась группа зомби.</p>
    <p>Верные среди верных, подумал барон. Но верные кому? Во всяком случае, только не ему. Кто заботится о последнем Мордайкене?</p>
    <p>Ледяной ветер привел его в чувство. Хозяин усадьбы предался своим мыслям. Дьявол определенно издевается над ним. Князь Тьмы почти никак не отплатил за все его усилия! Все происходящее — просто гигантское мошенничество. Да… Теперь это становится ясно. Как только двери ада открылись, у его господина не было и мысли взять барона к себе на службу. Дьявол заботился о нем не больше, чем о своих носках. На заслуги Мордайкена даже не обратили внимания.</p>
    <p>Барон повернулся и задержал свой взгляд на вывешенной на стене картине, оказавшейся перед ним. Мои предки, подумал он. Мои славные предки. Что они думают обо мне в данный момент? Усадьба превращается в развалины. Все, что можно сказать, так это то, что мной теперь никто не интересуется. По крайней мере, подумал Мордайкен, пока королева была королевой, у меня было хоть какое-то влияние. Я служил ее астрологом, черт подери. Ее личным астрологом. Барон, вы считаете, что я могу надеть это платье? О нет, Ваше Величество. Астральная ситуация совершенно не годится. Барон, скажите, можно ли мне сейчас завести любовника? Учитывая нынешнее положение звезд, могу только настоятельно рекомендовать вам сделать это, Ваше Величество. А-а-а-ах! Королевский астролог.</p>
    <p>Мордайкен закрыл глаза и внезапно подпрыгнул.</p>
    <p>— Я должен обратиться к Смерти, — громко заявил он. — Я должен…</p>
    <p>Он остановился и ударил себя по лбу.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Да.</p>
    </title>
    <p>Да, конечно, это будет гораздо лучше.</p>
    <p>— Черт подери!</p>
    <p>Каким же он был дураком, что не подумал об этом раньше? Ради всех демонов ада!</p>
    <p>Сжав кулаки и сделав потолку торжественный победный знак, барон поспешил на верхний этаж, открыл маленькую дверцу, ведущую на чердак, и начал подниматься по старой лестнице, перепрыгивая через четыре ступеньки. Здесь царила еще более глубокая тишина. Ему даже показалось, что он находится в стране своего детства. Горгулии на качелях. Игра в Цирк Привидений с маленькими фигурками. Собака с двумя набитыми соломой головами и распоротым животом.</p>
    <p>И котелок все на том же месте.</p>
    <p>Мордайкен медленно шел по комнате.</p>
    <p>На стоящей в глубине комнаты этажерке лежит старый половник из почерневшего железа. Он взял его в руки и пошел еще медленнее. Ему казалось, что все это происходит во сне, и он никак не может проснуться. А может быть, именно так оно и есть, а? Барон медленно поднял круглый котелок и заглянул в него. Там, как ни странно, еще сохранилось какое-то варево.</p>
    <p>Мордайкен опустил в котелок половник и, зачерпнув варево, вытащил его в полумрак. Он был совершенно один, словно в далеком детстве, когда задумывал сделать какую-нибудь большую глупость.</p>
    <p>— Карты поменяли руки, — пробормотал барон и поднес половник к губам.</p>
    <p>В последний момент его охватили сомнения.</p>
    <p>Что ты делаешь, Мордайкен? Ты… собираешься проглотить двух из Трех Матерей? Ты уверен в себе? Не пожалеешь ли потом об этом?</p>
    <p>Ему показалось, что он чуть ли не слышит голос деда. Пора с этим кончать. Надо, чтобы голос умолк. Давно следовало прекратить то, чтобы последнему Мордайкену кто-то советовал, что делать, а что нет. Надо…</p>
    <p>Закрыв глаза, он сделал первый глоток.</p>
    <p>Вкус оказался довольно странным. Приятным его нельзя было назвать.</p>
    <p>Но это еще не самое плохое.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Нежная ночь</p>
    </title>
    <p>Около полуночи королева покинула дворец.</p>
    <p>Она внезапно проснулась и странным стеснительным движением прикрыла свои груди покрывалом. Широко открытыми глазами Ее Величество всматривалась в темноту, потом встала, босиком пересекла комнату и подошла к двери. Наступил финальный момент. Смерть снова была на свободе. Она это чувствовала еще днем, но теперь была в этом уверена. Наступило время для торговли.</p>
    <p>Королева вышла из своих апартаментов. Если бы кто-нибудь оказался в этот час в коридорах дворца Броад-ин-Гхам, то он мог бы увидеть, как она, обнажившись, словно сомнамбула спускается по широким мраморным лестницам, как ее тень скользит по стенам, а Астория настойчиво продолжает продвигаться вперед к известной только ей цели.</p>
    <p>Она вышла на главный двор. Увидев ее, королевские гвардейцы, эльфы, занятые игрой в кости, встали и подготовились к приветствию.</p>
    <p>— Ваше Величество!</p>
    <p>Королева внимательно посмотрела на них.</p>
    <p>— Мне нужен фиакр, — сказала она.</p>
    <p>Астория знала, где находится Смерть.</p>
    <p>— Фиакр? Но, может быть, Ваше Величество найдет время, чтобы одеться, или…</p>
    <p>— Фиакр.</p>
    <p>Комендант гвардейцев повернулся к своим подчиненным и подал им знак исполнить приказание. Эльф снял длинную голубую накидку и набросил ее на плечи королеве. Она позволила это сделать, выказав легким знаком свою признательность.</p>
    <p>Почти тут же подали фиакр, запряженный парой белых лошадей. Открылась дверца, и Ее Величество уселась в карету.</p>
    <p>— В Колумбинский лес! — приказала она кучеру.</p>
    <p>Без рассуждении возница хлестнул лошадей, и экипаж тронулся.</p>
    <p>Путь был не слишком долгим. Им предстояло ехать не более четверти часа. Несколько раз кучер поворачивался и смотрел на свою владычицу.</p>
    <p>— Секретная миссия, а?</p>
    <p>— Замолчи и занимайся своим делом.</p>
    <p>— Хорошо, Ваше Величество.</p>
    <p>В конце концов экипаж остановился перед главным входом в парк: две огромные створки из кованого железа, за которыми можно было разглядеть застывшую в бронзе фигуру покойного мужа королевы. Дальше, в глубине мрака из клубов тумана поднимались в мертвом величии другие металлические монстры. Астория повела плечами.</p>
    <p>— Парк в этот час закрыт, — заметил кучер.</p>
    <p>— Закрыт?</p>
    <p>— Я хочу сказать, что по расписанию парк открывается… э-э-э-э…</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Хе, хе. Очень хорошо, Ваше Величество.</p>
    <p>Возница снял шляпу, чтобы привести в порядок свои волосы. Королева совершенно неподвижно стояла перед воротами.</p>
    <p>— Мне… э-э-э-э… подождать, Ваше Величество?</p>
    <p>— Нет, — не поворачиваясь ответила королева. — Поезжай.</p>
    <p>— Ваше Величество хочет остаться одна. Понимаю.</p>
    <p>Кучер развернул лошадей, и экипаж медленно тронулся с места. Он не знал, хорошо ли сделал, оставив королеву одну в полураздетом виде, но, в конце концов, приказ есть приказ, а он достаточно начитался газет, чтобы понимать, что в последнее время все идет не так, как обычно. Ее Величество хочет собраться с мыслями, подумал кучер. Наедине со статуей своего мужа. Ну и ладно, это ее проблемы. И все равно очень удивительно. Я знал, что она всегда была непредсказуема.</p>
    <p>Как только экипаж пропал из виду, королева подошла к решетке и положила руку на замок. Через несколько секунд тот начал мерцать красным светом и плавиться как воск. Медленно закапали тяжелые струи железной жидкости. Ее Величество, казалось, так ничего и не почувствовала. Когда весь замок превратился в лужицу, она нажала на калитку двумя сжатыми кулаками, и та со скрипом открылась.</p>
    <p>Королева вошла внутрь и начала рассматривать статую.</p>
    <p>Профан Гайоскин.</p>
    <p>Он был установлен в изящно отделанном портике, у подножья которого изобразили весело резвящихся бронзовых маленьких зверьков: кроликов, белок и ежиков. Освещенное поставленными рядом фонарями лицо статуи имело совершенно идиотское выражение. Астория попробовала припомнить, кто распорядился поставить это ужасное изваяние. Может быть, это сделала и она сама. В конце концов, она и есть Величество.</p>
    <p>Но было здесь и нечто большее, чем простая сельская статуя, напоминающая о давно забытых деяниях. Если приглядеться пристальней, то можно заметить, что портик выкован совсем из другого металла, чем все остальное. Это не бронза. И никакое не железо. Нечто более древнее, такое, что излучает пагубную энергию и вызывает в памяти наиболее болезненные воспоминания.</p>
    <p>Дверь! Дверь в Ад.</p>
    <p>Королева положила руку на голову кролика и повернула ее. С боку портика был замок. Маленький зловредный запор.</p>
    <p>Ее Величество сжала кулаки. Как эти три замарашки осмелились конфисковать ключ? Ключ от Нижних миров. Теперь постоянные призывы стали слышней, чем обычно. Настало вполне подходящее время для…</p>
    <p>— Вы что-то потеряли? — послышался голос.</p>
    <p>Королева испуганно подпрыгнула.</p>
    <p>Ее муж, точнее, его статуя сделала жест. Что-то слегка сверкало у памятника в руках. Астория на шаг отступила.</p>
    <p>Вот оно, подумала королева. Это все проделки Смерти.</p>
    <p>— Покажись, — сказала Ее Величество.</p>
    <p>— Но я же здесь, — ответил голос. — Вот он я. Разве ты меня не видишь?</p>
    <p>Статуя Профана Гайоскина слегка поклонилась.</p>
    <p>— Твой обожаемый супруг.</p>
    <p>— Вот оно как.</p>
    <p>— Твой супруг, — продолжала статуя. — Погибший в результате несчастного случая на охоте. Ах, ах, когда я думаю об этом, то верю, что ты действительно хороша: посмотри на того, кого убила.</p>
    <p>— Сейчас не это главное, — ответила королева.</p>
    <p>— А мне все равно хочется об этом поговорить, — возразила статуя. — Я мертв. Но это, в конце концов, не так уж и важно. Во всяком случае, я очень доволен, что ты не слишком-то изменилась со времени нашей последней встречи. Все тот же неумеренный вкус к беспорядку и самоуничтожению.</p>
    <p>— Правда? — ответила Ее Величество. — Но вы меня держали под замком!</p>
    <p>— А ты поищи получше, — ответила статуя. — Хочешь открыть ту дверь в наш мир?</p>
    <p>Бронзовый Профан Гайоскин указал на портик, к которому прислонялся.</p>
    <p>— Твой ад не имеет никакого смысла, — сказал памятник, — это всего лишь декорация и только. Бесполезное место, заселенное кривляющимися демонами, в которое никто никогда не пойдет. Вот поэтому-то тебе и приспичило открыть эту дверь.</p>
    <p>— Ты… ты и есть ключ? — спросила королева.</p>
    <p>Статуя покрутила какими-то двумя металлическими предметами вокруг указательного пальца. Отсвет от фонарей, отражающийся от бронзового лица, придавал памятнику зловещее выражение.</p>
    <p>— Не думаешь же ты, что я тебе их дам?</p>
    <p>Ее Величество продолжала стоять перед огромной статуей. Даже если у нее найдутся силы для прыжка, она все равно не подпрыгнет выше ног своего бывшего мужа.</p>
    <p>— Вот такие дела, — сказала Смерть, — должна признать, что на этот раз изобретательности тебе было не занимать. Но, хе, хе, — добавила она, зажимая в кулаке связку с драгоценными ключами, — изобретательность не заменит таланта.</p>
    <p>Королева закрыла глаза. Ее лицо стало багрово-красным. Что-то происходило с телом Астории. Плечи вздрагивали. Кожа повсюду стала твердеть. На спине начали прорезаться крылья, а на вершине черепа появились рога. Лицо тоже изменилось, волосы совершенно исчезли, живот втянулся. Все это заняло всего лишь несколько секунд. Как только метаморфоза закончилась, накидка упала с королевы на землю, словно саван. И перед статуей стояла уже совсем не Астория, а Дьявол, Дьявол собственной персоной: черный демон высотой в шесть футов, с перепончатыми крыльями, полной ненависти ухмылкой, кривыми рогами и…</p>
    <p>— Боже мой, ну и вид, — удивилась статуя.</p>
    <p>— Иди посношайся, — огрызнулся Дьявол.</p>
    <p>— Я это уже делала, — ответила Смерть, — но настолько давно, что не помню деталей.</p>
    <p>— Раз ты об этом говоришь, то помнишь, — возразил Дьявол. — То были лучшие моменты твоего существования.</p>
    <p>— Лучшие моменты? По правде говоря, это по крайней мере так же утомительно, как провести пять тысяч лет на поле Квартека.</p>
    <p>— Правда? — удивился Дьявол.</p>
    <p>— Правда, — подтвердила статуя.</p>
    <p>Какое-то время соперники измеряли друг друга взглядами. За оградой, со стороны улицы, застыл в удивлении какой-то ночной зевака. Князь Тьмы повернулся к нему:</p>
    <p>— Вам чем-нибудь помочь?</p>
    <p>Бедняга изобразил из себя нечто наподобие горгулии и убежал, размахивая руками. Дьявол снова повернулся к статуе.</p>
    <p>— Кстати, — сказал он, — как там поживают ваши сестрички?</p>
    <p>— Очень весело. Но подожди немного, я еще с тобой о них поговорю.</p>
    <p>Князь Тьмы вытаращил глаза. От статуи отделилось что-то очень напоминающее тень, но более плотное. Высокая шляпка с острым верхом, куртка из парчи с большим декольте, корсаж из китового уса, пышная юбка с бантом сзади и все какое-то эфирное, раскрашенное в серых тонах… только надеты эти наряды были не на создание из плоти и крови, а на скелет.</p>
    <p>— Что это ты делаешь? — поинтересовался Дьявол, когда преображение закончилось. — Ты все равно не…</p>
    <p>Скелет протянул руку к статуе, взял у нее связку ключей и опустил их себе под одежду, они исчезли с легким металлическим звоном.</p>
    <p>— Не-е-е-ет, — простонал Князь Тьмы.</p>
    <p>Смерть посмотрела на него с удовлетворенной улыбкой и сошла со своего пьедестала. Стоя на земле, она была того же роста, что и ее соперник.</p>
    <p>— Ключи еще не потеряны, — заверила Смерть, — но у меня нет никакого желания снова играть с тобой в выкручивание рук.</p>
    <p>— Играть в выкручивание рук? Я…</p>
    <p>— Поговорим о моих сестрах, — оборвал его скелет. — Ты прекрасно понимаешь, что не можешь держать их у себя до скончания времен.</p>
    <p>— Нет? А кто мне помешает?</p>
    <p>— А где ключики? — поинтересовалась Смерть и подняла костлявые руки. Она задумчиво постояла в такой позе. — Ах да, я их слышу: они мне говорят динь-дон, динь-дон из моей грудной клетки. Это меня успокаивает.</p>
    <p>Дьявол довольно долго стоял, поглаживая себе подбородок.</p>
    <p>— Послушай, — наконец сказал он, — я хочу предложить тебе сделку.</p>
    <p>— Это уже интересно, — ответил скелет. — Я хотела тебе предложить то же самое.</p>
    <p>— Ты открываешь эту дверь…</p>
    <p>— …а ты выпускаешь моих сестер.</p>
    <p>Дьявол кивнул и улыбнулся.</p>
    <p>— И мы честно разрешим это дело.</p>
    <p>— Бросаешь мне вызов?</p>
    <p>Князь Тьмы кивнул головой.</p>
    <p>— Если я выигрываю, то мои демоны придут сюда. Ты об этом подумала или нет?</p>
    <p>— Это ты так считаешь, — оскалилась Смерть.</p>
    <p>— А если я проиграю…</p>
    <p>— …то возвращаешься к себе.</p>
    <p>— По рукам! — воскликнул Дьявол.</p>
    <p>— Меня это тоже устраивает, — согласился скелет.</p>
    <p>Князь Тьмы опять тряхнул головой. Смерть казалась элегантной дамой из богатых кварталов, одетой по последней моде. Такая же хрупкая, как тростник… но никогда нельзя полагаться на внешность. Она, широко улыбаясь, повернулась к Дьяволу.</p>
    <p>— Прогуляемся?</p>
    <p>— Согласен, — кивнул тот.</p>
    <p>Они несколько меланхолично пошли рядышком.</p>
    <p>Их прогулку сопровождали протесты фей. Оба это прекрасно чувствовали: их печаль образовала длинную подземную реку. Лес разорен, лужайки покрыты золотой пудрой, кусты вырваны, а все остальное похоже на поле битвы, на котором даже птицы не хотят петь, такого не бывало испокон веков. А они, Дьявол и Смерть, прогуливаются в полумраке. И что это была за странная пара. Скелет, одетый женщиной и украшенный облаком пепла, да потасканный демон, выпускающий и убирающий когти.</p>
    <p>— Настоящая резня, — заметил Дьявол.</p>
    <p>— Должна тебе напомнить, что все это на твоей совести, — отпарировала Смерть.</p>
    <p>Ее собеседник только пожал плечами. Он нагнулся, чтобы подобрать камень, который принялся рассеянно жевать. Они перешагивали через стволы деревьев, валявшиеся на тропинках, и вышли на лужайку, покрытую снегом, образовывавшим серебряный ковер на золотом фоне.</p>
    <p>— Тебе понравилась моя жидкость, а?</p>
    <p>Скелет остановился и повернулся к нему:</p>
    <p>— Ради всех святых! Где ты только смог отыскать такой яд?</p>
    <p>— Секрет художника, — улыбнулся Дьявол и резко наклонился, чтобы схватить руки скелета.</p>
    <p>— Хоп! — воскликнула Смерть, отступая в сторону. — Только без грязных фокусов, согласен?</p>
    <p>— Хорошо, — вздохнул тот. — Просто это у меня в природе.</p>
    <p>Скелет покачал головой. Когда они шли, ключи, подвешенные на одном из ребер скелета, издавали мелодичный звон. Прогулка продолжалась.</p>
    <p>— Старые добрые времена, а?</p>
    <p>Князь Тьмы улыбался во мраке.</p>
    <p>Посреди одной из лужаек находился фонтан. Он тоже был покрыт золотом, но вода оставалась еще кристально чистой, и казалась вечной в бледных отблесках ночного света. Дьявол и Смерть уселись на краешке фонтана.</p>
    <p>— Ну ладно, — начал скелет, — и каков же твой вызов?</p>
    <p>— Так сразу?</p>
    <p>— А есть ли смысл затягивать?</p>
    <p>— У меня появилась одна идея, — заявил Дьявол с триумфальной улыбкой. — Мы с тобой ложимся в кровать, и первый, кто получит удовольствие, проиграл.</p>
    <p>Смерть тяжело вздохнула:</p>
    <p>— И ты называешь это идеей?</p>
    <p>— А почему бы и нет? А как это следует называть?</p>
    <p>— Ловушкой.</p>
    <p>Князь Тьмы пожал плечами.</p>
    <p>— Квартек, — объявил скелет после продолжительного молчания.</p>
    <p>Дьявол возвел глаза к небу и погладил свой подбородок.</p>
    <p>— Идея не такая уж и глупая.</p>
    <p>— Совсем нет, — подтвердила Смерть.</p>
    <p>— Отнюдь не глупая, — повторил Князь Тьмы. — Доверим разрешение нашего спора жителям Ньюдона… в конце концов, ведь именно для них мы и живем.</p>
    <p>— Для них и благодаря им, — поправил скелет, наклоняясь, чтобы почесать лодыжку.</p>
    <p>— Эй вы, там!</p>
    <p>Собеседники подняли глаза и увидели бегущего к ним карлика.</p>
    <p>— Садовник, — сказала Смерть.</p>
    <p>Карлик остановился на почтительном от них расстоянии. В руках у него был фонарь. Он поднял его один раз, потом второй и, похоже, остолбенел от изумления.</p>
    <p>— Ради святой крови Трех Матерей!</p>
    <p>— Возвращайся к себе, малыш, — ласково обратился к нему скелет.</p>
    <p>— О! Святые угодники, святые угодники, святые угодники!</p>
    <p>Карлик бросил свой фонарь, развернулся на каблуках и со всех ног пустился прочь.</p>
    <p>— Ату его, ату! — закричал Дьявол, хлопая в ладоши.</p>
    <p>— Он же тебе ничего не сделал, — заметила Смерть.</p>
    <p>Князь Тьмы снова повернулся к ней.</p>
    <p>— Да, — сказал он, — твоя идея мне определенно нравится. Такая хаотичная. Столько случайного! Мне даже обидно, что я сам не сумел додуматься до нее.</p>
    <p>— Хе, хе, — ухмыльнулась Смерть.</p>
    <p>— Отлично. И когда?</p>
    <p>— Чем скорее, тем лучше.</p>
    <p>— Вполне согласен.</p>
    <p>— Может быть, завтра вечером?</p>
    <p>— А почему бы и нет?</p>
    <p>— По рукам.</p>
    <p>Скелет подставил свою костлявую ладонь, и Дьявол хлопнул по ней. Раздался звук, напоминающий треск сухого дерева: настоящая костяная симфония.</p>
    <p>— Но без всякого жульничества, договорились?</p>
    <p>— И это ты говоришь мне? — возмутилась Смерть.</p>
    <p>Вдали исчез силуэт карлика, который все еще продолжал что-то кричать.</p>
    <p>— А у меня есть еще одна идея, — задумчиво заметил Дьявол.</p>
    <p>— Выкладывай.</p>
    <p>— Каждый из нас выбирает команду для другого.</p>
    <p>— Интересно, — согласился скелет.</p>
    <p>— Кто первый? Я?</p>
    <p>Смерть печально вздохнула:</p>
    <p>— Все та же галантность.</p>
    <p>— Ну ладно, — согласился Князь Тьмы, несколько обиженный этим замечанием, — тогда начнем с тебя. Выбирай.</p>
    <p>— Отлично, — сказал скелет. — Твоим тренером будет Мордайкен.</p>
    <p>Дьявол чуть было не упал, но успел схватиться за край фонтана.</p>
    <p>— Мордай…</p>
    <p>Смерть кивнула.</p>
    <p>— Но это просто невозможно! Я же обещал, что возьму его к себе на службу!</p>
    <p>— Ты думаешь, мне это неизвестно? — улыбнулся скелет.</p>
    <p>— Отлично, — согласился Дьявол. — Пусть так и будет. А ты берешь Джона Муна.</p>
    <p>Скелет опустил голову.</p>
    <p>— Думаю, мне надо было подождать.</p>
    <p>— Как скажешь.</p>
    <p>— Это не очень-то вежливо с твоей стороны.</p>
    <p>— Если хочешь, то можешь набрать новых игроков.</p>
    <p>Смерть, похоже, задумалась.</p>
    <p>— Ну ладно, — наконец-то сказала она. — Почему бы и нет? В конце концов, спорт — это такое идиотское занятие.</p>
    <p>— Я восхищен, — заявил Дьявол.</p>
    <p>— Неудивительно.</p>
    <p>Они покинули фонтан и пошли дальше. Смерть чувствовала, как внутри у нее позвякивают ключи, такие прекрасные, такие драгоценные ключи от Ада. А Дьявол осматривался вокруг. Создание двух команд может и подождать. А сейчас была ночь, ночь для наслаждений: их первая встреча за тысячу лет.</p>
    <p>— Я все спрашиваю себя, что здесь происходит? — вздохнул Князь Тьмы, в то время как они углублялись в остатки леса. — Зачем все это?</p>
    <p>— Что именно?</p>
    <p>— Видишь ли, никто не хочет идти ко мне в Ад, — начал объяснять Дьявол. — А ведь люди умирали и до того, как появилась ты.</p>
    <p>Их словно проглотил мрак.</p>
    <p>— Я не знаю, — призналась Смерть. — Честно говорю, не знаю.</p>
    <p>— И все же мне очень любопытно.</p>
    <p>— Может быть, это необходимо для того, чтобы дать возможность лучше прочувствовать жизнь. Людскую жизнь.</p>
    <p>— Ты и вправду так думаешь?</p>
    <p>— Нет.</p>
    <p>— Успокоила. А скажи-ка тогда, правда ведь я вас здорово заманил в ловушку? При помощи этого трюка с живыми мертвецами в Парламенте! Или вот с этим лесом!</p>
    <p>— Об этом говорить преждевременно. Мои сестры уже не очень-то тебя любят.</p>
    <p>— Им меня будет недоставать.</p>
    <p>— Перестань нести чепуху.</p>
    <p>— Да, да, это так, уверяю тебя.</p>
    <p>— Ха, знаешь что?</p>
    <p>— И что же?</p>
    <p>— Возможно, существует какая-то высшая сила, которая нас и создала. И на самом деле наше существование не имеет особой важности…</p>
    <p>— Что-то я не понимаю.</p>
    <p>— Ну и не надо. Оставим это.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Вперед ногами</p>
    </title>
    <p>Наша первая ночь в тюрьме оказалась довольно беспокойной.</p>
    <p>Проснулась старая привычка: я возжелал умереть. На самом деле это не совсем так. Но мне очень хотелось оказаться где-нибудь в другом месте. Когда находишься в камере, то такие мысли нельзя назвать оригинальными.</p>
    <p>Примерно к одиннадцати часам Гораций начал храпеть.</p>
    <p>Но в данном случае речь идет не просто о храпе: звуки больше напоминали катаклизм, рычанье хищного зверя, заставлявшее дрожать стены камеры, в котором тонули практически все протесты наших соседей.</p>
    <p>— Что там происходит? — спросил кто-то.</p>
    <p>— Война.</p>
    <p>— Ха, это у тебя в голове война, кролик.</p>
    <p>Кролик?</p>
    <p>Я тут же вспомнил, что члены Всеведущей Федерации тоже находятся в тюрьме. Интересно, какое дело им ставят в вину? Вероятнее всего что-нибудь с политическим размахом. Трудно сказать, что я испытывал по этому поводу, огорчение или удовлетворение. Во всяком случае, меня распирало от злости на театраломанов за то, что они посеяли семя сомнения в мою душу. Чума на них и на их шефа с головой поросенка, это же надо додуматься до такой шутки! Ладно, раз уж они такие умники, то почему бы не попросить Великого Кукловода переписать некоторые главы книги?</p>
    <p>Эпилог: Джон Мун выходит из тюрьмы под громкие аплодисменты иступленной толпы. А Катей Плюрабелль бросается к его ногам.</p>
    <p>Вы, конечно, назовете это идиотизмом.</p>
    <p>Но на самом деле моя проблема никуда не делась. Я, как ни крути, был пленником, сидящим в тюрьме, и перспектива провести остатки своих дней в обществе севшего на мель кашалота была, мягко говоря, достаточно реальной. Но мне так хотелось хоть немного поспать! Поспать. Поспать.</p>
    <p>— ПОСПАТЬ! — в отчаянии закричал я в тот момент, когда колокола прозвонили полночь.</p>
    <p>— Чего? — простонал Гораций, просыпаясь и подпрыгивая.</p>
    <p>— Эй, здесь есть хоть кто-нибудь любящий хорошо поспать?</p>
    <p>— Иди в отель, — ответили мне из-за стены.</p>
    <p>— Патрон? Все в порядке?</p>
    <p>Я поднял к потолку большой палец. Успокоившись, здоровенный огр снова принялся храпеть.</p>
    <p>Оглушительное рычание становилось невыносимым. С этим надо было кончать. По крайней мере, просто выйти отсюда.</p>
    <p>Я подумал о Глоине и Ориеле, сидящих там, в усадьбе. К этому часу барон Мордайкен, возможно, уже решил покончить с ними. Смерть на свободе и бродит где-нибудь среди темных аллей. И на самом деле я даже не знаю, можно ли это назвать хорошей новостью.</p>
    <p>Мне так и не удалось уснуть почти всю ночь, мои глаза сомкнулись только за десять минут до того момента, когда всех подняли, чтобы вывести на положенную прогулку. Я был измотан и вышел из камеры пошатываясь, поддерживаемый Горацием, похоже всю ночь проспавшим как сурок.</p>
    <p>Мы направились в умывальню, где нас ожидали чаны с застоявшейся жидкостью. Охранники, по большей части огры, то и дело выкрикивали противоречивые команды, которые я, во всяком случае, мог разобрать с трудом и за свою рассеянность заработал несколько тычков локтями, но находился в таком сонном состоянии, что едва ли почувствовал их. Гораций энергично потер мне спину и вылил на меня почти целый чан с мутной жидкостью.</p>
    <p>— Уф, — сказал я, — это что, суп, который нам вчера давали?</p>
    <p>— Он что, тебе очень понравился? — спросил кто-то из заключенных.</p>
    <p>Нам выдали нечто вроде полосатых пижам и отобрали все, имеющее хоть малейшее отношение к личным вещам.</p>
    <p>— Могу я оставить у себя этот медальон? — спросил какой-то эльф.</p>
    <p>Но огры сорвали с него эту штуковину и оставили беднягу стоять с открытым ртом. Тюремщики Блекайрона, похоже, строго держались заведенных инструкций.</p>
    <p>Среди прочих заключенных я заметил таких, которые еще не провели здесь достаточно долгое время: карликов, явно не потерявших нормальной формы, с аккуратно подстриженными бородами.</p>
    <p>— Хорошая погода для этого времени года, — заметил я одному из них, когда мы выходили из умывальни.</p>
    <p>— Не знаю, о чем вы говорите.</p>
    <p>Далее нас привели в некое подобие крепости. Четыре высокие стены и лужайка, покрытая гравием и старательно расчищенная от снега. Я разглядывал остальных арестантов. Зрелище было довольно любопытным: все одеты в полосатые пижамы и сандалии, и продрогли, как воробьи. Большинство охранников следило за нами вполглаза, но оказались еще и такие, которые стояли на зубчатых башнях. Одна только мысль о побеге уже доставляла удовольствие.</p>
    <p>— Ну и ну, — сказал Гораций.</p>
    <p>— Пошевеливайся, — крикнул сверху тюремщик, — турнир начинается!</p>
    <p>Мы, ничего не понимая, переглянулись.</p>
    <p>Некоторые заключенные, очевидно уже усвоившие местные порядки, устало пригнулись и приняли на спину своих товарищей.</p>
    <p>— Давай, давай, поживее, — вопил охранник, похожий на эльфа, со своего высокого насеста. — Все знаем правила! От участия в турнире освобождает только появившаяся кровь. Кто последний устоит на ногах — победитель.</p>
    <p>— А каков приз? — поинтересовался кто-то.</p>
    <p>Большинство охранников при этом расхохоталось. Щелчок бича.</p>
    <p>На самом деле у нас не было выбора.</p>
    <p>Гораций наклонился, и мне оставалось только вскочить ему на спину. Вцепившись в огра, я возвел глаза к небесам.</p>
    <p>Не знаю, есть ли там кто-нибудь, над облаками, кретин автор или кто-то еще, но если это так, то он там хорошо забавляется. Проклинаю его и готов набить ему морду!</p>
    <p>Очень скоро я пришел к выводу, что те, кто не забрался на огров, не имеют никакого шанса. Мы образовали идеальную пару. Гораций крепок как камень, а во мне нет особого веса.</p>
    <p>Были разрешены любые пары. Мы для начала одолели нескольких противников, свалив их так, чтобы не причинить никакого вреда, но довольно быстро я заметил, что не все игроки придерживаются такой же тактики. Некоторые, явные старожилы данного заведения, не стеснялись наносить сильные удары ногами, хватать соперников за волосы, носы, уши и прочие выступающие части тела.</p>
    <p>Я сильнее обхватил ногами талию своего скакуна, чтобы дать понять ему, что надо двигаться с максимально возможной скоростью. Гораций, по-видимому, понял, что от него требуется. Издав громкое ржанье, он устремился к паре карликов и со всего размаха врезался в них как пушечное ядро. От такого сильного удара они повалились на землю. Один из них поднялся на ноги и вытер со лба несколько капелек крови.</p>
    <p>— Освобожден! — крикнул ему охранник.</p>
    <p>— Хорошая погода для этого времени года, — нагнувшись пониже, сказал я ему, в то время как наш тандем устремился в новую атаку.</p>
    <p>— Шел бы ты подальше.</p>
    <p>Мы снова вернулись в сражение.</p>
    <p>По прошествии нескольких минут вокруг нас расчистилось место, и на площадке осталось только три пары. Все скакуны были ограми. Мы еще только раздумывали, как нам справиться с этой последней фазой турнира, когда наши противники, явно желая поскорее покончить с этим делом, устремились друг на друга. Один из бойцов, эльф, ухватил своего соперника за ворот и начал крутить его как лассо. Бедняга прекратил свое вращение, только столкнувшись со стеной. Его лоб с глухим стуком ударился о камень, и он больше не двигался.</p>
    <p>Совершенно не двигался.</p>
    <p>— Освобожден!</p>
    <p>Мы смотрели на оставшегося лежать на земле заключенного.</p>
    <p>— Пошли! — подгонял нас охранник, торчащий на башне. — Последняя стычка!</p>
    <p>Но все понимали — здесь что-то не так. Я постепенно стал догадываться, в чем же дело. Для тюремщиков Блекайрона смерть — всего лишь обычное воспоминание. Именно поэтому они и организовали этот турнир. Никакого риска потерять заключенного. Никакого риска нарваться на объяснения: все шло как по маслу.</p>
    <p>Арестанты начали собираться вокруг распластавшегося на земле бойца.</p>
    <p>— Встать! — заорал охранник.</p>
    <p>Чувствовалось, что он растерялся. Я слез со спины Горация и подошел к неподвижному телу. Никто не попытался меня остановить, даже тюремщики. Когда лежащего перевернули на спину, то увидели, что весь лоб у него в крови. Он не дышал. Я приложил ухо к сердцу пострадавшего арестанта: тишина.</p>
    <p>— Он мертв.</p>
    <p>— Мертв?</p>
    <p>Удивленный шепоток пробежал по нашей маленькой группе.</p>
    <p>— Что ты такое несешь? — возмутился охранник, расталкивая собравшихся.</p>
    <p>— Посмотрите сами, — предложили ему.</p>
    <p>Тюремщик, огромный огр с натренированной походкой, склонился над телом и тяжело вздохнул. У него на поясе висел нож.</p>
    <p>Я бросил взгляд в сторону Горация.</p>
    <p>Внутри меня заработал какой-то новый механизм.</p>
    <p>Нечто неудержимое.</p>
    <p>Гораций проследил за моим взглядом и в свою очередь тоже заметил нож.</p>
    <p>— Хорошая погода для этого времени года, — сказал я.</p>
    <p>— Но в воздухе еще чувствуется прохлада, — ответил голос у меня за спиной.</p>
    <p>А мы не одиноки…</p>
    <p>Одним прыжком я подскочил к охраннику, выхватил из-за его пояса нож и направил оружие прямо ему в горло. Тот даже не успел сообразить, что происходит. Еще мгновение, и клинок уперся в трахею тюремщика. Несмотря на то что его шея заплыла жиром, я чувствовал, как под лезвием пульсирует вена, и был уверен, что огр все прекрасно понимает.</p>
    <p>— Не двигаться! — раздался мой нервный вопль в адрес других охранников, как на площадке, так и на башнях. — Гораций, следи, чтобы остальные заключенные вели себя благоразумно и обыщи нашу добычу.</p>
    <p>Огр быстренько обхлопал карманы охранника и вытащил оттуда пару ключей.</p>
    <p>— Да понимаешь ли ты, что делаешь? — прорычал один из тюремщиков, приближаясь к нам с поднятой дубиной.</p>
    <p>— Смерть вернулась, болван. Еще одно движение, и я прирежу твоего дружка.</p>
    <p>Тот испуганно застыл на месте.</p>
    <p>— Делайте то, что он говорит, — простонал мой пленник.</p>
    <p>— Именно. Хорошо, эти ключи, — сказал я, делая знак в сторону Горация, — что они открывают?</p>
    <p>Охранник опустил свою дубину и пожал плечами:</p>
    <p>— Откуда мне знать?</p>
    <p>— Сядь, — приказал я своему пленнику.</p>
    <p>Он подчинился. Мне пришлось продолжать держаться у него за спиной, не снимая ножа с горла.</p>
    <p>— А почему это ты ничего не знаешь?</p>
    <p>— Это не мои ключи, — ответил охранник. — Это его.</p>
    <p>— Скажите, — послышался голос из кучки арестантов, — вы принадлежите к Федерации? Правда?</p>
    <p>— Теперь уже поздно выяснять это.</p>
    <p>— Вы тот, кто встречался с Великим Кукловодом, да?</p>
    <p>Ситуация выскальзывала из моих рук. Я усилил давление клинка и произнес, стараясь, чтобы по голосу не было заметно охватившего меня волнения:</p>
    <p>— Хорошо… э-э-э-э… хорошо. Мы все вместе спокойно идем к выходу и…</p>
    <p>— Я и так очень спокоен, — встрял огр.</p>
    <p>— Патрон, это и есть наш план? — спросил Гораций.</p>
    <p>— Ну да, я вас видел вчера вечером. Вы были ежиком, — настаивал кто-то из заключенных.</p>
    <p>— Да нет же, дурак. Ежиком был я.</p>
    <p>— МОЛЧАТЬ! — Крик души…</p>
    <p>Все, похоже, вспомнили о моем существовании. Это, в конце концов, становилось невыносимым.</p>
    <p>— Ну ладно, — сказал я, — мы все сейчас идем к выходу. И при любом подозрительном жесте мне придется перерезать горло этой жирной свинье.</p>
    <p>— Жирной чего?</p>
    <p>— Он блефует! — закричал охранник с башни. — Смерть — ничто. Смотрите!</p>
    <p>Мы подняли головы. Тот, кто произнес эти слова, был эльфом. В данный момент он уже перешагнул через ограду, за которой находился, и приготовился прыгать.</p>
    <p>— На вашем месте я бы не стал делать этого. — Мое предупреждение, похоже, не возымело результата.</p>
    <p>— Может быть, — согласился эльф, продолжая готовиться к прыжку. — Только вот ты не на моем месте.</p>
    <p>Раскинув руки, он шагнул в пустоту.</p>
    <p>— Датан Смелго-о-о-о-о-т! — проорал охранник.</p>
    <p>Он шмякнулся о землю. Легкая судорога пробежала по его телу, и на этом все кончилось.</p>
    <p>Стоящие рядом со мной заключенные медленно начали аплодировать.</p>
    <p>Хлоп, хлоп, хлоп.</p>
    <p>— Еще добровольцы есть? — спросил я.</p>
    <p>— Ради Святой крови Трех Матерей, — взмолился огр, к горлу которого все еще был приставлен нож. — Делайте то, что он вам говорит. Вы что, не видите, что это маг?</p>
    <p>Еще одна неплохая идея.</p>
    <p>— Вот именно, разве не видно, что я маг?</p>
    <p>— Джон Винсент Мун!</p>
    <p>Все повернули головы в сторону, откуда быстро приближался звук торопливых шагов.</p>
    <p>— Джон Винсент Мун, на выход!</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Огр-тюремщик, воспользовавшись моментом, нанес мне локтем отменный удар в челюсть, и я покатился по снегу. Гораций набросился на него, и они сцепились в схватке. В моей руке оставался бесполезный теперь нож.</p>
    <p>На яркий свет вышел директор тюрьмы. Это был человечек маленького роста с седой бородой и цилиндром.</p>
    <p>— Кто из вас Джон Мун?</p>
    <p>Я встал, не выпуская ножа.</p>
    <p>Директор смотрел на потасовку вытаращенными глазами.</p>
    <p>— Но что здесь происходит?</p>
    <p>— Ну… — начал я и бросил нож на землю.</p>
    <p>Вот и началось. У меня опять отобрали владение ситуацией.</p>
    <p>Не спеша поднялся Гораций. Встал на ноги и оглушенный охранник. Остальные заключенные образовали вокруг него могучую кучку.</p>
    <p>— Гус Рубблин из службы Ее Величества.</p>
    <p>— И что дальше?</p>
    <p>— Он хочет вас видеть. На выходе. Вы что, глухой?</p>
    <p>Гус Рубблин, подумал я. Опять у них какая-нибудь гадость случилась?</p>
    <p>— Но что здесь такое происходит? — спросил директор, приближаясь к нам. — Вы все еще продолжаете драться?</p>
    <p>Постепенно к нам начали приближаться остальные тюремщики, держа наготове свои дубинки. Заключенные медленно разошлись. Мы с Горацием остались в одиночестве.</p>
    <p>— Хорошая погода для этого времени года, — сказал я.</p>
    <p>— Вы так считаете? — ответил директор и сильно пнул ногой безжизненное тело огра. — Ну ладно, а этот? Что он тут делает? И почему не в форме?</p>
    <p>— Это Дублдей, мсье.</p>
    <p>— Дублдей?</p>
    <p>— Охранник.</p>
    <p>— А-а-а.</p>
    <p>— Не шевелиться! — выкрикнул другой охранник и храбро зашел мне за спину. — Мсье, этот человек пытался поднять бунт и…</p>
    <p>— Оставьте, — покачал головой директор, — он должен идти на выход. Впрочем, подождите: вы будете настолько добры, что проводите его туда.</p>
    <p>— Но, мсье директор…</p>
    <p>— А-а-а, еще и этот? — воскликнул маленький человечек с седой бородой и указал на распластавшегося на земле эльфа: — А он что тут делает?</p>
    <p>Я закрыл глаза. У меня появилось такое ощущение, что мне выпало быть пешкой на шахматной доске, пешкой, которой суждено проиграть. Хоп! — и Джон Мун в тюрьме. А потом вот решили, что его лучше выпустить. Или, впрочем, может быть, просто захотели запутать все так, чтобы никто ничего не мог понять. А что вы, ребята, думаете по этому поводу?</p>
    <p>Великий Кукловод, говорите! Да не надо никакого Великого Кукловода, чтобы понять, что я всего лишь Петрушка из балагана. Не вмешивайтесь: мне очень хочется, чтобы этот Петрушка сам сказал пару слов. И плевать на поросячью голову.</p>
    <p>Мы с директором пошли на выход.</p>
    <p>Я бросил взгляд через плечо. Гораций провожал меня взглядом и печально улыбался.</p>
    <p>— Может быть, надо снова ввести систему с ядром на цепи, — сказал за моей спиной директор, — она себя не так уж и плохо показала.</p>
    <p>— Меня ведут на беседу с Великим Кукловодом? — поинтересовался я у охранника.</p>
    <p>Но тот даже не удосужился взглянуть на какого-то Джона В. Муна.</p>
    <p>— Бедный старик, бедный старик, — бормотал он. — Мне тебя жаль. Мне очень тебя жаль.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Своего рода симпатия</p>
    </title>
    <p>Безукоризненно одетый Гус Рубблин ожидал меня на выходе. На нем было кашемировое пальто с расшитыми лацканами, точно такое, как я давно хотел себе купить, шерстяные брюки и непременный цилиндр. Нас разделял стеклянный экран, но это не мешало мне прочитать то, что происходило в его маленькой головке.</p>
    <p>— Вы находите меня очень соблазнительным, — начал я, не дав ему произнести и слова. — И хотите меня освободить для того, чтобы иметь возможность жить со мной.</p>
    <p>Он изумленно вытаращил глаза:</p>
    <p>— С вами все в порядке, мсье Мун?</p>
    <p>— Со мной все превосходно, — заверил я. — Так какую тему мы будем обсуждать?</p>
    <p>— За вас внесен залог.</p>
    <p>— В этом я и не сомневаюсь. Сколько?</p>
    <p>— На самом деле, в данном случае речь идет совсем не о деньгах, мсье Мун. Это моральный залог. Вы выходите, вот и все. Приказ Ее Величества.</p>
    <p>Я смотрел ему прямо в глаза, теребя пуговицы своей пижамы.</p>
    <p>— Это кажется довольно странным, особенно если учесть, что именно она бросила меня сюда.</p>
    <p>— Прекрасно понимаю ваше удивление, — вздохнул Рубблин, снимая свой цилиндр. — Ее Величество склонна к странным фантазиям, особенно в последнее время. А мне приходится удовлетворяться всего лишь подчинением приказам.</p>
    <p>— Согласен, — кивнул я вставая. — Значит, я… э-э-э… свободен. Великолепно.</p>
    <p>— Джон…</p>
    <p>— М-м-м-м. Слушайте, у меня тут есть друг. Его зовут Гораций. Может быть, ему тоже можно выйти отсюда?</p>
    <p>— Джон… да, это можно сделать. Но все равно есть для вас некоторые условия.</p>
    <p>— Внимательно слушаю.</p>
    <p>— Ну вот что, Джон… как бы вам лучше это сказать… В общем, полагаю, будет лучше выложить все как есть.</p>
    <p>— Рожай быстрее, старик.</p>
    <p>Рубблин как-то странно на меня посмотрел:</p>
    <p>— Так вот, Джон. Королева хочет, чтобы вы взялись за должность…</p>
    <p>— Задолженность? Как еще задолженность?</p>
    <p>— За должность тренера.</p>
    <p>Я так и упал обратно на свой стул.</p>
    <p>— Что вы сказали?</p>
    <p>— Да, да… Вы были тренером в Квартеке, не так ли?</p>
    <p>— Вы что, никогда не читали газет? Я был самым бездарным тренером из всех, которых когда-либо знал этот город.</p>
    <p>— Знаю.</p>
    <p>— Ну и?</p>
    <p>— Ее Величество королева Астория желает, чтобы вы еще немного поработали в этой должности.</p>
    <p>— Немного? Что значит немного?</p>
    <p>— Это непременное условие вашего освобождения.</p>
    <p>— Понятно, — сказал я и снова встал. — Можете идти и сказать ей, чтобы она шла к такой-то матери. Мне сдается, это занятие ей придется по вкусу.</p>
    <p>Рубблин вымученно улыбнулся.</p>
    <p>— В действительности это условие и того, что ваши друзья…</p>
    <p>— Глоин и Ориель! — воскликнул я. — Они еще живы?</p>
    <p>Слуга королевы кивнул:</p>
    <p>— Живы. И таковыми останутся, если вы примете предложение Ее Величества.</p>
    <p>Я так и застыл с раскрытым ртом.</p>
    <p>— Шантаж. Самый бессмысленный и странный шантаж, с которым мне когда-либо приходилось сталкиваться.</p>
    <p>— Назовите это лучше сделкой, — терпеливо поправил меня Рубблин.</p>
    <p>— На — зо-ви-те э-то сдел-кой, — повторил я с дурацким видом. — Идите вы туда же, куда уже отправлена королева!</p>
    <p>Он продолжал улыбаться, но чувствовалось, что мое предложение не привело его в восторг. На какой-то момент я даже начал испытывать к Гусу своего рода симпатию.</p>
    <p>— Я хочу их видеть, Глоина и Ориеля. Очень хочу их видеть.</p>
    <p>— Но вы их, конечно же, увидите, Джон, как только выйдите отсюда. На это у вас есть слово королевы.</p>
    <p>— Слово королевы? Вы что, полный идиот, Рубблин?</p>
    <p>Он встал и одел свой цилиндр.</p>
    <p>— Итак?</p>
    <p>— Что и так?</p>
    <p>— Мне нужен немедленный ответ.</p>
    <p>Я закрыл глаза и принялся быстренько рассуждать. У меня перед глазами беспрерывно плясали лица Ориеля и Глоина. А за ними маячил Гораций, который делал мне руками какие-то знаки. Можно сказать, семейный портрет. Черт бы все это побрал! Королева хочет видеть меня в должности тренера! Я, Джон Винсент Мун, бродячая беда, сертифицированное несчастье для всех, даже еще неизвестных талантов, который так и не сумел освободить Смерть! Моя горничная кончила тем, что осталась без головы, моя первая невеста просто пропала, а за ней немедленно последовала вторая, превратившаяся в фантом. Я возился с драконом, который в итоге чуть не отморозил в снегу задницу. У меня не получилось освободить друзей, не получилось выиграть ни одного матча, не получилось даже совершить самоубийство. Том Котенок, ищущий глаза редких звезд… мамочки! Неужели все это на самом деле? Неужели идиотка-королева действительно хочет, чтобы я вернулся к профессии тренера? Ха, ха! Клянусь всеми Тремя Матерями, мне давно уже не было настолько смешно.</p>
    <p>Эта женщина не просто безумна: она коронованная сумасшедшая. От такого весь мир сойдет с ума. Мои собственные друзья стали не лучше каких-то патетических марионеток, а Джон В. Мун превратился в подозрительного типа с большим ртом в полосатой пижаме. Пожалуй, он-то станет самым паршивым из всех прочих.</p>
    <p>— Согласен, — сказал я.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Перед началом</p>
    </title>
    <p>К шести часам трибуны Челси были забиты до отказа.</p>
    <p>Я знал, что уже пробило шесть, потому что Рубблин показал мне свои часы. Боя колоколов так никто и не услышал, потому что болельщики слишком шумели. В течение всего дня профессиональные глашатаи, одетые в цвета нашей команды, бродили по всем улицам города и объявляли о назначенном на сегодняшний вечер матче. Бесплатном матче! Сборная Джона Муна против Спиталфилдских Потрошителей.</p>
    <p>Можете не сомневаться, что никто ничего не понимал.</p>
    <p>Зачем переигрывать уже состоявшийся матч?</p>
    <p>И что означает «Сборная Джона Муна»?</p>
    <p>Но это был матч Квартека, и все тут, поэтому вокруг ограды спортивной площадки собралась плотная толпа, привлеченная, возможно, запахом крови, а может быть, и необъяснимым возвращением неспособного Джона Муна, газетного черного зверя, неудачника и прокаженного. А ведь на его место уже взяли другого человека, который должен бы был взять огров в ежовые рукавицы. Но так и оставшемуся неизвестным новому тренеру команды Челси пришлось потесниться.</p>
    <p>Джон Мун вернулся.</p>
    <p>С самых пяти часов он уже сидел на скамейке для тренеров и держал открытую тетрадь для заметок. Джон Мун, понимаете ли вы, какая высокая ставка поставлена на эту игру? Если быть до конца честным, то надо сказать, что когда я разговаривал с Гусом Рубблиным, то все это мне представлялось несколько в другом свете. Игра, в которой на ставку поставлена судьба Ньюдона, так? (Утвердительный кивок головой.) Итак, э-э-э-э… страшно даже сказать, я выстроил свою команду в наиболее, учитывая, конечно, мои скромные возможности и средние таланты, выгодную позицию, а что касается остального, то, как говорится, пусть победит сильнейший!</p>
    <p>Приятно вернуться к старому занятию. А что, если я и есть сильнейший? Такое маловероятно, если вы слышите, что распевают болельщики, собравшиеся на главной трибуне.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Джон Мун вернулся снова,</v>
      <v>И это уже фигово!</v>
      <v>Джон Мун вернулся снова,</v>
      <v>И все пойдет…</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Коротко и ясно.</p>
    <p>Во всяком случае, люди пришли сюда как на праздник, и все они завывают, и наши болельщики, и болельщики противоположной команды; карлики, эльфы, женщины, дети и просто люди, которые горят желанием увидеть, как мы будем глотать пыль. Ну, ребята! Джон Мун в качестве тренера устроит лучший сезон: кровь, тела, разбросанные по полю или, может быть, сваленные в пирамиду; осколки зубов, носилки тысячами — да, я очень хорошо себе представляю, на что все это может походить, привкус горечи поражения никогда не покидал мой рот.</p>
    <p>На поле, между четырех башен, возвышалась металлическая арка, предназначение которой никто, даже арбитры, не мог объяснить. По трибунам, как и среди обезумевших зевак, ходили самые невероятные слухи. Люди говорили, что эта штуковина взята со статуи Профана Гайоскина, бывшего мужа королевы Астории. Но вот для чего ее сюда притащили, это уже другой вопрос.</p>
    <p>Гус Рубблин переходил от одной тренерской скамейки к другой, но я заметил, что у Мордайкена он задерживается намного дольше, чем у меня. Чертов барон! И все-таки испытываешь очень странное чувство, когда играешь против человека, который два дня назад пытался сварить тебя в котелке и на совести которого в какой-то степени лежит смерть твоей горничной. Но о какой совести, черт подери, здесь можно говорить!</p>
    <p>— Скажите, — вежливо поинтересовался Рубблин, когда с листком в руке подошел ко мне в очередной раз, — какова ваша роль во всей этой истории? Вы мне это можете объяснить или нет?</p>
    <p>При этом Гус одарил меня широкой грустноватой улыбкой, видимо, по его мнению, выглядевшей эксклюзивной.</p>
    <p>— Я внимательно слежу за развитием встречи, — сказал он мне. — Вот, возьмите, это список вашей команды.</p>
    <p>— Моей чего?</p>
    <p>— Команды.</p>
    <p>— Очень хорошо, только хочу напомнить, что мне не разрешили самому набрать свою команду.</p>
    <p>Улыбка на его лице застыла.</p>
    <p>— На самом деле все несколько сложнее, чем вы думаете.</p>
    <p>— Как всегда.</p>
    <p>— Это одно из условий наших спонсоров.</p>
    <p>— Спонсоров?</p>
    <p>— Сегодняшний матч является своего рода представлением, Джон. Ну, скажем, двух персон, — прищелкнул он пальцами, — и те, кто устраивает данную встречу, получили право несколько исправить состав команд.</p>
    <p>— И кто же эти спонсоры? Мне бы очень хотелось узнать, на кого я работаю.</p>
    <p>— Прекрасно вас понимаю, Джон. Но наши устроители не хотят такой огласки. Они предпочитают оставаться анонимными.</p>
    <p>Я пробежал глазами список моей команды. Там было двадцать предложенных игроков и несколько неизменных джокеров, среди которых можно выбрать нужных мне дополнительных игроков… а это что еще за глупость?</p>
    <p>— Эй, Гус?</p>
    <p>— М-м-м?</p>
    <p>Он склонился над списком.</p>
    <p>— Я вижу здесь Глоина Мак-Коугха и Ориеля.</p>
    <p>— Ну и что?</p>
    <p>— Откуда в списке их имена?</p>
    <p>— Это ваши друзья, разве не так?</p>
    <p>Я тяжело вздохнул. Чувствуется почерк Мордайкена.</p>
    <p>— Вы знаете, кто до этого додумался? Понимаете, кому <emphasis>действительно</emphasis> принадлежит идея?</p>
    <p>Гус знаком показал мне, что знает.</p>
    <p>— Ваши друзья на свободе, — заметил он. — На данный момент они ожидают в раздевалке.</p>
    <p>Я наклонился, продолжая сидеть на скамейке, чтобы взглянуть на Мордайкена.</p>
    <p>— Что это еще за шулерство? Где королева?</p>
    <p>— Королева не будет присутствовать на матче, — ответил Рубблин.</p>
    <p>Да?</p>
    <p>Гус взял меня за плечи и заставил заглянуть ему в лицо.</p>
    <p>— Подождите немного с этим, Джон. Послушайте, ситуация очень деликатная. Я ничем не отличаюсь от вас и просто подчиняюсь приказам. Как вам уже было сказано, здесь присутствуют большие шишки, — он ткнул пальцем в сторону привилегированных трибун, — очень, очень влиятельные лица, которые чрезвычайно заинтересованы в том, чтобы матч состоялся. Надеюсь, вы меня хорошо поняли? Матч <emphasis>должен</emphasis> состояться. При любых условиях.</p>
    <p>Губы у него при этом почти дрожали.</p>
    <p>— И какова ставка?</p>
    <p>— Будущее Ньюдона.</p>
    <p>— Очень забавно. Вы что, королевский шут?</p>
    <p>Он еще сильнее вцепился мне в плечи.</p>
    <p>— Я необычайно серьезен, Джон. И несмотря на то что мне много раз говорила королева и повторял Мордайкен, очень вас прошу выиграть этот матч. Они, — Гус подбородком указал в сторону трибун, — не знают, чем на самом деле является сегодняшний матч. И даже не подозревают, насколько их жизнь зависит от вас и от исхода этого матча.</p>
    <p>— Не так сильно.</p>
    <p>— Извините, не понял.</p>
    <p>— Я говорю про ваши руки. Вы мне делаете больно.</p>
    <p>— Сожалею.</p>
    <p>Он с сожалением выпустил меня.</p>
    <p>— Раскалывайтесь дальше, — сказал я. — На что же мы <emphasis>действительно</emphasis> играем сегодня?</p>
    <p>Но нас неожиданно прервали. Вот так всегда, на самом интересном месте!</p>
    <p>— Рубблин?</p>
    <p>Это был голос Мордайкена.</p>
    <p>Слуга королевы поднялся.</p>
    <p>— Мне надо идти, — вздохнул он.</p>
    <p>— Эй, погодите!</p>
    <p>Я схватил его за руку.</p>
    <p>— Зачем поставили эту арку?</p>
    <p>— Обороняйте ее, — ответил он и высвободился. — Не знаю, поможет ли вам это знание, но если вы проиграете матч, то для Ньюдона откроется Ад. В полном смысле слова.</p>
    <p>Он направился к другой скамейке.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ад?</p>
    </title>
    <p>Ну ладно. Значит, на почетных трибунах находятся люди достаточно влиятельные для того, чтобы открыть двери Ада? Может быть, даже Дьявол собственной персоной, усмехнулся я про себя. Достаточно того, что у меня нашла приют Смерть. С Дьяволом дела обстоят гораздо сложнее.</p>
    <p>Повернувшись, я осмотрел трибуны. Не скрывается ли Князь Тьмы где-нибудь среди толпы? Перед моими глазами возник его образ: какой-то тип, постоянно заглядывающий в маленький мешочек с крохами жареного яда, скрывающийся под широкой алой мантией.</p>
    <p>Фу ты! Лучше оставить в стороне подобные мысли и сосредоточиться на списке команды.</p>
    <p>— Мсье Мун?</p>
    <p>Мне что-то протягивали. Я медленно поднял голову.</p>
    <p>— Вы! — вырвалось у меня.</p>
    <p>Маленький парнишка с поросячьей головой! На нем была полная форма почтового служащего Ньюдона — куртка из коричневой кожи и фуражка; но это именно он, его голубые глаза и белые локоны. Малыш совал мне под нос какие-то бумаги.</p>
    <p>— Телеграммы, — сказал он.</p>
    <p>Я продолжал стоять, застывший от удивления. Мне с трудом удалось протянуть руку и взять бумаги.</p>
    <p>— Что вы здесь делаете?</p>
    <p>— С вас два фунта, мсье.</p>
    <p>Фунты?</p>
    <p>Я пошарил по карманам и протянул ему пригоршню мелочи.</p>
    <p>— Подождите, не уходите…</p>
    <p>Даже не дослушав фразу до конца, мальчишка уже развернулся на каблуках и со всех ног припустил к трибунам. Я хотел было погнаться за ним, но он уже затерялся в толпе. Проклятье!</p>
    <p>Меня так и подбросило на месте, очень раздосадованного и выведенного из себя. Великий Кукловод, пакость, наряженная в шаловливого мальчишку.</p>
    <p>Но надо было успокоиться.</p>
    <p>Усевшись, я взглянул на телеграммы. Первая оказалась от мамы.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Постоянно где-то бродишь тчк хочешь смерти своей матери тчк узнала потрясающую новость от уличных глашатаев тчк жду тебя в раздевалке тчк</emphasis></p>
    <p><emphasis>Подпись: мама.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Я скомкал эту бумажку и взялся за вторую.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Смелее вступайте в игру тчк верьте в себя тчк не забывайте об общих интересах тчк мы обязательно вернемся тчк</emphasis></p>
    <p><emphasis>Подпись: Грифиус.</emphasis></p>
    <empty-line/>
    <p>Мой взгляд напряженно исследовал трибуны.</p>
    <p>Их надо найти, всех, они точно там. Но что это за матч на самом деле? Игра Дьявола против Смерти?</p>
    <p>Я снова сел и обхватил голову руками.</p>
    <p>— Джон?</p>
    <p>Это вернулся Гус Рубблин. Склонился надо мной как мать над ребенком.</p>
    <p>— Как получилось, что на площадке нет снега? — спросил я. — И куда делся мальчишка? Мальчишка с телеграммами?</p>
    <p>— Джон, о чем вы говорите?</p>
    <p>Мне хотелось ему все объяснить, но из моего раскрытого рта так и не вылетело ни единого слова.</p>
    <p>— Джон, может быть, все же настало время взглянуть на ваших игроков.</p>
    <p>Я кивнул:</p>
    <p>— Конечно.</p>
    <p>Оценив расстояние до входа в раздевалку, я решил, что лучше будет пробежать туда зигзагами, тогда получится уклониться от большинства запущенных в меня предметов. Смертельный номер — тренер-неудачник выскочил из своего укрытия как пушечное ядро. Как ни странно, зрители не торопились запускать ничего из того, что должно было бы в меня лететь. Вообще-то, у меня за спиной плюхнулось два или три помидора, но и только. Я исчез в полумраке.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Перед самым началом</p>
    </title>
    <p>Триумфальный вход в раздевалку. Навстречу мне поднялись игроки и зааплодировали. Некоторые обнимали и поздравляли меня. Казалось, что они очень довольны возвращением опального тренера. На мои глаза навернулись слезы.</p>
    <p>— Патрон!</p>
    <p>Подбежавший Гораций Плюм буквально оторвал меня от земли.</p>
    <p>— Полегче, полегче, — бормотал я, когда он начал кружиться под одобрительные крики своих товарищей по команде.</p>
    <p>— Они нам все рассказали, патрон, — заявил огр, наконец-то ставя меня на землю.</p>
    <p>— Что вам такое рассказали? И кто такие «они»?</p>
    <p>— Густус Оаклей.</p>
    <p>— Густус? Густус сюда приходил?</p>
    <p>— Ну да. И он нам объяснил, почему мы играем сегодняшний матч.</p>
    <p>Это начинало становиться интересным.</p>
    <p>— И почему же, по его мнению, мы играем?</p>
    <p>Гораций мрачно посмотрел на меня.</p>
    <p>— Потому что если нам не удастся победить, то откроются двери Ада.</p>
    <p>Мне многое хотелось сказать, но как раз в этот момент…</p>
    <p>— Рад тебя видеть, хвост старой мангусты!</p>
    <p>— Ориель!</p>
    <p>Эльф, который все это время прятался в темном углу раздевалки, широко раскрыв объятия, вышел на свет. Приветствие получилось на редкость эмоциональным. Наши глаза блестели, и мы обнимались как два старых друга, встретившиеся после кораблекрушения. Не успел Ориель остановиться, как за его спиной появился несколько смущенный Глоин. Я наклонился, чтобы сравняться с его ростом, и тоже изо всех сил обнял его.</p>
    <p>Нужны ли здесь какие-то слова? Все мы были очень взволнованы.</p>
    <p>— Мне казалось, что нашей троице никогда больше не удастся встретиться, — сказал я.</p>
    <p>— Нам тоже!</p>
    <p>И вот только тут до моего сознания стало медленно доходить, что они оба одеты в форму команды огров.</p>
    <p>— Что это значит? — спросил я.</p>
    <p>— Мы будем играть вместе с вами! — восторженно воскликнул Ориель. — Старый ты карп зачуханный! Все равно никогда не знаешь, где поскользнешься!</p>
    <p>Я с недоверчивой улыбкой посмотрел на них.</p>
    <p>— Вы…</p>
    <p>— Не умеем играть?</p>
    <p>У меня вырвался тяжелый вздох.</p>
    <p>— Заметь, независимо от результата игры тебе больше не позволят выступать в роли тренера, — прошамкал Глоин.</p>
    <p>— Я тебе прощаю. Примерно такие слова и ожидает услышать каждый тренер перед началом матча.</p>
    <p>— Прости, — извинился карлик и что-то наугад пнул ногой.</p>
    <p>У него был очень несчастный вид, и причиной этому, уверен, служила нелепая смерть моей горничной. Но тут не помогут никакие слова. Я положил ему на плечо руку:</p>
    <p>— Искренне тебе сочувствую…</p>
    <p>— Да ладно.</p>
    <p>Остальные игроки молча наблюдали за нами.</p>
    <p>— Ну хорошо, — сказал я, — есть ли какие новости о мо…</p>
    <p>Но тут дверь раздевалки открылась настежь, и через нее влетел настоящий ураган. Женщина маленького роста, неопределенного возраста, с чрезмерным макияжем, в свободном бесформенном жакете, почти дымясь от ярости, но удовлетворенная собой, губы поджаты: моя милая мама.</p>
    <p>— Так вот ты где! Никогда не бываешь там, где должен находиться. Вылитая копия своего отца.</p>
    <p>— Добрый день, мама.</p>
    <p>— Не сказала бы, что этот день можно назвать добрым.</p>
    <p>Я дал ей совсем немного времени, ровно столько, сколько нужно для того, чтобы закончить фразу. Затем схватил ее за плечи, открыл дверь, вытолкнул наружу и закрыл дверь на ключ.</p>
    <p>Она начала колотить в дверь:</p>
    <p>— Откройте, немедленно откройте!</p>
    <p>— Не обращайте на нее внимания, пусть развлекается.</p>
    <p>Все игроки, не отрываясь, смотрели на меня. Они выжидали. Они рассчитывали на мою озлобленность. Они рассчитывали на мое безумие. Что-то новое появилось в этой команде, что-то такое, о чем я раньше и не подозревал. Собравшиеся явно демонстрировали только одно: желание броситься в атаку. Что будет дальше, им было безразлично. Все, что их сейчас интересовало, так это только тактика, которую выберет тренер.</p>
    <p>— Хорошо, — сказал я потирая руки, — слушайте инструкции на этот матч.</p>
    <p>— Откройте же эту дверь! — кричала моя милая мамочка из коридора. — Умирающая мать имеет право в последний раз поглядеть на своего сына.</p>
    <p>— А инструкции будут такие, — продолжил я. — Необходимо, чтобы вы выложились до конца. Точно пока неизвестно, что будет, если мы проиграем сегодняшний матч, но, судя по всему, это никому не понравится и уж особенно нам.</p>
    <p>— На каком месте буду играть я? — спросил Ориель.</p>
    <p>— Личные вопросы лучше отложить на потом. Сейчас поговорим об общей ситуации. Кто играет против нас? Потрошители Спиталфилдса. С большинством из них мы уже знакомы. Потрошителями руководит некий барон Мордайкен. Не знаю, правда, каковы результаты чемпионата…</p>
    <p>— Они на первом месте, — уточнил кто-то.</p>
    <p>— Хорошо, — согласился я. — Хочу вам сказать вот что, мне плевать на первом или на последнем месте…</p>
    <p>— Нет, на последнем месте мы, — радостно прокомментировал тот же голос.</p>
    <p>— Слушайте, не надо выводить меня из себя. — Мой тон зазвучал немного агрессивно. — Вам прекрасно известно, что команда Мордайкена не вызывает восторга у большинства болельщиков. Вы все в курсе, что живые мертвецы потребовали автономии в Парламенте. Таким образом, общественное мнение явно не будет отдавать предпочтения спиталфилдцам. Особенно это заметно сейчас, накануне матча. Надо воспользоваться слабостью противника и постараться ухудшить для них создавшуюся ситуацию.</p>
    <p>— И как это сделать? — спросил кто-то из игроков.</p>
    <p>— Вот этого-то я и не знаю.</p>
    <p>— Моя маленькая ласточка! Песенка моя, — медовым голосочком причитала милая мамочка.</p>
    <p>— Вы сами все выясните, — сказал я. — Полностью вам доверяю.</p>
    <p>Но игроки с удивлением смотрели на меня. Доверие… Момент оказался очень хорошо подобран, они совсем не ожидали услышать этого слова.</p>
    <p>— А как насчет атаки? — поинтересовался кто-то, но его вопрос остался без ответа.</p>
    <p>Наступил момент смотра моего войска. Прищурив глаза, как это делают в глубоком размышлении, я вышел на середину раздевалки.</p>
    <p>— Глоин, ты понесешь наш штандарт.</p>
    <p>— Штандарт?</p>
    <p>— Именно. Тебе предстоит немного побыть знаменосцем. По крайней мере, сделай это хотя бы в начале матча, а если не справишься с этой ролью, я тебя впоследствии заменю.</p>
    <p>— А что мне нужно будет делать? — несколько удивленно спросил карлик.</p>
    <p>— Установить знамя, — объяснил кто-то из игроков.</p>
    <p>— Установить знамя и больше не двигаться с места, — уточнил я. — Представь себе, что типы, которые захотят отобрать у тебя знамя, это те же типы, которые похитили Пруди.</p>
    <p>— Пруди? — как-то странно повторил Глоин.</p>
    <p>Мне показалось, что он очень хочет поменять тему разговора.</p>
    <p>— Джон? Джон? Твоя мамочка уже на пороге смерти! — причитала мать за дверью. — Твоя мамочка уже похожа на угасающую свечку.</p>
    <p>Черт подери, подумал я. К чему устраивать еще и этот театр? Можно подумать, мне не хватает неприятностей…</p>
    <p>— Джон, — послышался из-за дверей голос Гуса Рубблина, — ваша мать плохо себя чувствует. Заодно со мной тут пришел кое-кто, желающий с вами поговорить.</p>
    <p>Вздохнув, я взъерошил рукой волосы и направился к двери. С тихим стоном милая мамочка растянулась во весь рост у моих ног. Гус Рубблин неодобрительно посмотрел на меня. А Густус Оаклей просто метнул в мою сторону гневный взгляд.</p>
    <p>— Джон Мун, мне хотелось надеяться, что мы больше никогда не увидимся.</p>
    <p>— Признаюсь вам, что тоже думал о таком удовольствии.</p>
    <p>Через плечо я видел, что мои игроки смотрят на все это с досадой и неодобрением.</p>
    <p>— Заверяю вас, ваше имя было предложено не мной.</p>
    <p>— Не сомневаюсь. Мне даже не приходило в голову ничего подобного.</p>
    <p>— Я бы выбрал любую кандидатуру, все равно кого, но только бы не вас, хотя не особенно держусь за достижения нашей цивилизации. Вы не хотите поднять свою мать?</p>
    <p>— У нее и самой на это вполне достаточно времени.</p>
    <p>Мама со стоном приподнялась и подняла на меня большие молящие глаза. Я отступил на несколько шагов. Она снова рухнула на пол.</p>
    <p>— Унесите ее, — сказал Рубблин.</p>
    <p>— Ваши отрицательные черты неисправимы, — вздохнул Оаклей. — Но похоже, что сегодняшний матч очень важен и его решение в какой-то мере находится в ваших руках. Напомню вам, что мы все уже и так мертвые. Так что у нас есть шанс.</p>
    <p>Гус Рубблин взял мою мать за плечи и попробовал ее увести. Я попросил Горация помочь ему: мама при желании становится убийственно тяжелой.</p>
    <p>Когда ее уводили, она отчаянно вопила, будто обезумевшая. Закрыв за ними дверь, я вновь повернулся к терпеливо ожидающим игрокам.</p>
    <p>— Ну ладно, на чем мы остановились?</p>
    <p>— На Пруди, — ответил Глоин.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Вовремя</p>
    </title>
    <p>Без пяти девять. Вот-вот должна начаться встреча.</p>
    <p>Я сидел на скамейке для тренеров, с одной стороны от меня пристроилась милая мамочка, с другой — Густус Оаклей. Помешать им мне не удалось, а что касается моей матери… Эта проблема тянется уже не один год.</p>
    <p>За нашими спинами болельщики Огров Челси затянули свою великую боевую песню. Я тут же обернулся и заметил среди них огромное количество людей, чьи лица были закрыты масками, кроликов, котят, жаб и прочего дикого зверья.</p>
    <p>— Королева всех их велела освободить, — объяснил мне Рубблин. — Довольна она или нет, но мне почему-то кажется, что в данный момент она просто издевается над нами. В том числе и над так называемым тайным обществом.</p>
    <p>Я рассеянно кивнул головой. Что эти шуты гороховые здесь делают? Может, вообразили, что находятся на гулянье?</p>
    <p>Время текло убийственно медленно. В тысячный раз за последние три минуты я наклонился и взглянул на скамейку Потрошителей. Мордайкен, похоже, был не в своей тарелке. Он даже ни разу не взглянул в нашу сторону и ни разу не поднялся со своего места. Время от времени барон подносил ко рту руку, словно хотел подавить зевок.</p>
    <p>Он тоже не напрашивался сюда. Возможно, у него на этот вечер были совсем другие планы, например какая-нибудь оргия с коктейлями. Мне пришлось прервать свои размышления, потому что на стадионе поднялся невероятный шум. Я почувствовал, как трибуны задрожали под ударами ног обезумевших болельщиков.</p>
    <p>На поле появились обе команды.</p>
    <p>— Никто так и не удосужился объяснить, что делает на поле эта штуковина! — крикнул я Оаклею, указывая на металлическую арку, торчащую посередине поля.</p>
    <p>— Она принадлежит скульптуре, стоящей в Колумбийском лесу, — неожиданно ответил президент огров недовольным тоном. — Присутствие ее здесь совершенно невозможно оправдать. Оно так же неуместно, как и ваше.</p>
    <p>Вечно одни насмешки. Я попытался выдавить улыбку. Колумбинский лес, да? Они собираются открыть эту… дверь? Меня охватило непонятное чувство, которое отнюдь не способствовало моему успокоению.</p>
    <p>На трибунах снова зашумели. Все повскакали с мест. Милая мамочка так и осталась висеть у меня на руке.</p>
    <p>— Отпусти.</p>
    <p>На поле в свою очередь появились арбитры. Команды, не торопясь, выстраивались, готовясь к игре. Вот-вот начнется матч.</p>
    <p>Мы снова заняли свои места, и шум затих. Теперь трибуны безмолвствовали. Матч определенно обещал быть необычным.</p>
    <p>Я быстренько осмотрел игроков противоположной команды. Мне показалось, что с некоторыми из тех, кто не участвовал в предыдущем матче, мы где-то уже встречались. Вероятно, на кладбище? Оставалось надеяться, что их все же проинструктировали, как вести себя во время игры. Но <emphasis>точно</emphasis> ли они знают, за что им предстоит бороться? Может быть, на самом деле никто ничего и не подозревает?</p>
    <p>Прозвучал рожок.</p>
    <p>Наши команды вздрогнули, и Мордайкен застыл на своем месте.</p>
    <p>— Что они там собираются делать? Ой… Да там же все передрались.</p>
    <p>— Замолчи, мама.</p>
    <p>Первый период матча начался. И игроки действительно передрались там на площадке. Очень быстро Потрошители Спиталфилдса взяли инициативу в свои руки. Я назначил Горация капитаном, это мне показалось блестящей идеей, а Ориелю отвел роль акробата, что было немного необдуманно.</p>
    <p>Бедняга явно взялся не за свое дело. После первого же удара он полетел на землю, и ему потребовалось целых пять минут, чтобы снова подняться на ноги. А вот Глоин, тот, похоже, серьезно выдержал первый натиск и показал себя вполне подходящим игроком. Но ему противостояли довольно крепкие ребята.</p>
    <p>Было совершенно ясно, что счастливые случайности происходят только на стороне наших противников. Первая башня превратилась в арену ожесточенной борьбы, пехотинцы там смешались в кучу, это оказалась настоящая дуэль в полном смысле слова. Зомби забирались на арку и оттуда, словно хищники, прыгали на своих противников. Мои игроки катались по земле, рычали и дрались, как разъяренные львы. В какой-то момент из толпы в воздух вылетела рука, сопровождаемая воплем страдания. И все же первую башню мы потеряли.</p>
    <p>Но Огры стремились к победе как никогда. Наши болельщики бушевали, постоянно что-то выкрикивая, и это подгоняло команду Челси вперед. Они набросились на вторую башню, организовав великолепную массовую атаку. Но зомби воспользовались этим, чтобы захватить третью башню. Необдуманный поступок с нашей стороны: слишком много глупых усилий и отсутствие общей координации. Что-то не получалось, и я не мог понять, что именно нам мешает.</p>
    <p>Четвертая башня: мои акробаты проделали там отличную работу, но она не принесла результата. Потрошители Мордайкена применили новую тактику: пирамиды и военные черепахи. Я никогда раньше не видел, чтобы так играли, и, пожалуй, больше уже никогда не увижу. Глоин чуть было не установил наше знамя на четвертой башне, но на нем повис живой мертвец, и он не смог довести дело до конца. Зрители от возбуждения топали ногами.</p>
    <p>— Объясни же мне, что там происходит? — не унималась моя мать. — Это война?</p>
    <p>— Да, мама.</p>
    <p>В заключение зомби атаковали последнюю башню изнутри. Они вытеснили оттуда тех, кто ее занимал, побросали наших игроков на землю и устремились к лестницам. Произошло несколько серьезных падений, и мы уступили. Проклятое знамя Потрошителей Спиталфилдса взвилось над захваченной башней.</p>
    <p>Первый период закончился со счетом три-один.</p>
    <p>Мы снова собрались в раздевалке. Мне особо нечего было сказать своим игрокам, разве что: «Продолжайте в том же духе!», а матери — «Прекрати висеть у меня на руке». Я предложил некоторые замены и дал два или три тактических совета. Но команда ни в коей мере не была подавлена. Это оказался самый лучший матч Огров Челси. Ну и что из этого? Получается, зомби Мордайкена просто и есть <emphasis>сильнейшие?</emphasis></p>
    <p>Запыхавшийся Гораций посмотрел на меня.</p>
    <p>— Патрон?</p>
    <p>Я поднял вверх большой палец. Плум устало улыбнулся в ответ.</p>
    <p>Второй период начался в том же духе, в котором закончился первый. Мы играли хорошо, даже очень хорошо, но нам постоянно чего-то не хватало. Может быть, маленькой крупицы удачи. Несколько раз Огры чуть не взяли первую башню. И однако каждый раз им мешала какая-нибудь мелочь. Неожиданное падение пехотинца. Неловкие действия другого пехотинца с крюком. Странное головокружение у канатоходца.</p>
    <p>— Черт подери! — неистовствовал я на своей скамейке. — Такого просто не может быть!</p>
    <p>В один из подобных моментов мать пихнула меня под бок локтем.</p>
    <p>— Поздно, мама!</p>
    <p>И тут эта чертова башня снова ускользнула у нас из рук.</p>
    <p>— Эй! — закричал я, сложив руки рупором. — Не рассеивайтесь, кучнее, кучнее! Играйте на земле!</p>
    <p>— Миленький.</p>
    <p>— Что еще?</p>
    <p>Моя мать посмотрела на меня расширенными глазами.</p>
    <p>— Извини, мамуля, что ты хочешь сказать?</p>
    <p>— А чем это он там занимается?</p>
    <p>Она показала пальцем на барона Мордайкена.</p>
    <p>Сидя на своей скамье, он медленно водил по сторонам руками и время от времени выдвигал их вперед, словно приказывал взлететь невидимой птице. Невозможно. Черт подери! Я знаю, что означают эти жесты, видел, при мне их довольно часто делал Ориель!</p>
    <p>Я взглянул на площадку. Каждый раз, как барон выкидывал вперед руки и как бы незаметно нервно вздрагивал, что-нибудь происходило: один из моих игроков ронял знамя. Или спотыкался. Или направлялся не в том направлении. Нарушение координации, подумалось мне. Ну, что ты скажешь!</p>
    <p>— Святые угодники, барон использует магию. Эй!</p>
    <p>Я дернул за рукав Густуса Оаклей и заставил его взглянуть на Мордайкена.</p>
    <p>— Магия? Даже такой тип, как вы, Мун, должен бы знать, что только эльфы… — начал Оаклей, но на полуслове замолк. — Клянусь святой кровью Трех Матерей, подождите-ка немного! Черт подери, вы правы!</p>
    <p>Не было и тени сомнения в том, что я прав.</p>
    <p>Может быть, Мордайкен и не был эльфом, но его маленькие иллюзионистские фокусы работали превосходно. Потрошители Спиталфилдса готовились захватить первую башню. Банальная комбинация метателей крючков и канатоходцев, которую мы без труда могли бы отбить, если бы все мои игроки действовали одинаково эффективно. А теперь Огры были готовы потерять вторую башню. Я метал громы и молнии.</p>
    <p>Барон оказался самым настоящим мошенником. Напрашивался вывод, что пришла пора брать управление кораблем в свои руки. Это мой матч, моя последняя надежда! Настал момент действовать.</p>
    <p>Я резко вскочил и направился на площадку.</p>
    <p>Зомби попытался меня толкнуть, но мне удалось грациозно уклониться.</p>
    <p>— Арбитр!</p>
    <p>Эльф в длинной черной накидке, увидев на поле тренера, тут же остановил матч. На трибунах началась буря. Болельщики ничего не могли понять.</p>
    <p>— Извините, — сказал я, когда он подошел ко мне, — но мы вынуждены заявить протест. Владелец противной команды применяет магию!</p>
    <p>Арбитр посмотрел в указанном мной направлении. Мордайкен напрягся на своей скамейке.</p>
    <p>— Это очень серьезное обвинение, — заметил эльф.</p>
    <p>— Я просто прошу, чтобы за ним установили наблюдение.</p>
    <p>Два других арбитра не заставили себя долго ждать и присоединились к нам.</p>
    <p>— Что происходит?</p>
    <p>— Обвинение в нечестной игре.</p>
    <p>Шум на трибунах становился все сильнее. Почему матч не возобновляется? Какое-то время мы обсуждали сложившуюся ситуацию, потом один из арбитров подошел к скамейке Потрошителей и шепнул несколько слов на ухо Мордайкену. Тот посмотрел на нас, растянув губы в широкой улыбке.</p>
    <p>— Все улажено, — сказал мне эльф.</p>
    <p>— Что именно? — поинтересовался я, массируя шею. — Что именно улажено?</p>
    <p>— Он больше не будет.</p>
    <p>— Он больше не бу… Что это значит?</p>
    <p>— Это значит, что барон принес свои извинения. Он сказал, что просто не смог сдержать свои чувства.</p>
    <p>— Хо… хорошо, — согласился я, чувствуя себя совершенно одуревшим, и посмотрел на трибуны.</p>
    <p>— Огры вперед! Огры вперед!</p>
    <p>Никогда раньше не слышал, чтобы наши болельщики скандировали такой лозунг.</p>
    <p>Еще не все потеряно. Я бросил взгляд в сторону команды Огров. Игроки устали, но не больше, чем их противник. Мне бросилась в глаза несколько дурацкая особенность, которой не было раньше: взоры моих игроков сверкали беспричинной уверенностью. Ориель сделал победный знак. Остальные явно разделяли его чувства. Победа возможна. Победа возможна!</p>
    <p>Я повернулся к арбитрам и сказал:</p>
    <p>— Возобновляйте матч.</p>
    <p>И, не дав им времени на ответ, направился к скамейке Мордайкена.</p>
    <p>Когда я остановился перед скамейкой противника, барон и Рубблин посмотрели на меня широко раскрытыми глазами.</p>
    <p>— Дайте-ка мне немножко места. — Кажется, моя просьба оказалась для них совершенно неожиданной.</p>
    <p>Глашатай королевы слегка подвинулся, слишком удивленный происходящим, чтобы как-то протестовать. Я уселся рядом с ним так, чтобы Мордайкен оказался у меня слева. Снова прозвучал рожок. Матч возобновился.</p>
    <p>— Ну, рассказывайте, — попросил я барона.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>После</p>
    </title>
    <p>Мы выиграли второй период со счетом три-один. Была проведена серия молниеносных атак. Комбинированные действия акробатов и канатоходцев, искусные маневры и хорошая перегруппировка. Правда, в центре поля все еще оставалась проклятая арка, но Огры сумели использовать это к своей выгоде: наши игроки взбирались на нее и как сумасшедшие прыгали оттуда на своих противников. Настоящая война, разрази меня все демоны ада! И Потрошители потихоньку начали терять уверенность.</p>
    <p>Именно благодаря Ориелю мы взяли вторую башню. Он настолько отчаянно жестикулировал, что приводил в замешательство своих противников. Тактика его игры была необычна, но довольно интересна: эльф носился от одного поста к другому так, словно от этого зависела его жизнь. Гораций Плум в одиночку захватил четвертую башню, и в тот победный момент, когда он забирался на нее, на всех его конечностях висели гроздья зомби. Мордайкен прекратил производить свои пассы.</p>
    <p>— Я в этом не виноват, — постоянно повторял он.</p>
    <p>Каким-то странным образом становилось понятно, что барон говорит правду. Я наблюдал за ним в те моменты, когда он подавлял свою икоту. Что-то вроде зеленоватой пены появлялось у него на губах. Пены? Мордайкен не очень-то хорошо себя чувствовал, можно даже сказать — совсем плохо. Он потерял большую часть своего превосходства, если, конечно, оно у него вообще когда-либо было.</p>
    <p>— Дьявол меня покинул, — признался мне барон. — Тогда… ик… мне захотелось ему… ик… отомстить. И теперь содержимое котелка находится в моем животе… ик… лучшего способа отомстить… ик… не придумаешь.</p>
    <p>Я не поверил своим ушам. Надо же, придурок умудрился сделать это! Барон выпил эликсир! Его действительно, должно быть, довели до точки, коли он проделал такое. Природа и Магия, пусть и полуживые, соединились в одной личности.</p>
    <p>Хотя я и не просил Мордайкена ни о чем, тот начал мне рассказывать все по порядку. Очевидно, он действительно стал жертвой Дьявола. Дьявола и его обещаний. Дьявола и его абсурдной миссии, претензий и безумств.</p>
    <p>— Уже и не знаю, кто я такой, — признался барон.</p>
    <p>Трудно было понять, что именно он от меня хочет, поэтому просто я обнял беднягу за плечи.</p>
    <p>Начало третьего периода оказалось похоже на сон. Во время перерыва мы даже не удосужились сходить в раздевалки. В чем уж действительно не нуждались мои игроки, так это в советах. Будет просто прекрасно, если они смогут продолжать в том же духе.</p>
    <p>Я бросил взгляд в сторону матери. Она продолжала спокойно сидеть на своей скамейке. Время от времени Густус Оаклей наклонялся к ее уху и что-то, не знаю уж что именно, в него шептал. Моя мать кудахтала как наседка. Последний раз она смеялась на похоронах отца. Невероятно, подумал я. Но тут возобновился матч.</p>
    <p>В первые же минуты произошли изумительные события. Эльфы-акробаты проделали отвлекающий маневр. Зомби, сделав сумасшедший рывок, прорвались в центр Огров Челси. Но канатоходцы покинули две свои башни, чтобы прийти на помощь товарищам по команде. Вполне оправданный риск. На какое-то мгновение живые мертвецы застыли в бездействии. А когда они возобновили игру, то было уже слишком поздно.</p>
    <p>Мы захватили первую башню.</p>
    <p>Я подпрыгивал на одном месте и орал как оглашенный:</p>
    <p>— ДА!</p>
    <p>Рядом со мной что-то бормотал барон.</p>
    <p>— Не думаю, что Дьявол правильно поступил, выбрав это тело, — сказал он.</p>
    <p>Я замер на месте.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>На трибунах ободрительные крики превратились в ликование.</p>
    <p>— Огры, вперед! Огры, вперед!</p>
    <p>Счастливая улыбка продемонстрировала все мои зубы.</p>
    <p>— Дьявол, — продолжал Мордайкен, — зачем ему понадобилось вселяться в королеву?</p>
    <p>На самом деле я его почти не слушал. На площадке праздник был в самом разгаре. Огры чуть не поднялись на вторую башню, но в результате несвоевременно проявленной растерянности (племя карликов плохо понимает команды) мы, в конце концов, ее потеряли. Потрошители еще не сказали своего последнего слова.</p>
    <p>Барона тошнило. Гус Рубблин, похоже, начал беспокоиться.</p>
    <p>— Вам плохо? — спросил я барона из чистой вежливости.</p>
    <p>Да, подтвердил он мне знаком, мне очень плохо. Каждый раз, когда его начинало тошнить, казалось, что появляется некая вспышка магии, и это было очень неприятно.</p>
    <p>— Вы не видели, что я сделал с травой, — продолжал Мордайкен. — Уверяю вас, она выросла намного быстрее, чем обычно. Я заставил исчезнуть весь снег. И никто этого не заметил. Но самое худшее то, что мне совершенно наплевать — выиграем мы или проиграем этот матч. Вы меня понимаете?</p>
    <p>Я сделал ему утвердительный знак.</p>
    <p>С разбега Огры взяли третью башню: великолепная комбинация, начатая Ориелем, выступающим в роли канатоходца (и это несмотря на то, что веревка оборвалась и эльф, держась за ее конец, повис на стене башни; но он крепко держался), и завершенная упорным Глоином, который стоял как скала, благодаря своему гневу.</p>
    <p>Наших болельщиков охватила волна полного безумия. Теперь они кричали так громко, что мы уже не могли разобрать, что именно те кричат. Два — один. Победа была совсем близко.</p>
    <p>— Мы должны выиграть, — сказал я.</p>
    <p>Было вполне очевидно, что барон все дальше и дальше уходит от игровой площадки, возможно, он удалился в страну потерянной мечты. Мордайкен представлял себя старшим офицером Ада, командующим целым двором строящих рожи демонов, живущим во дворце на берегу моря лавы в окружении сплошного борделя. Живые мертвецы, служившие барону, почти все остались, если так можно сказать, верны своему долгу. Но Дьявол совершил безответственный поступок, который ему на данный момент доставил мимолетной удовольствие.</p>
    <p>— Надо сказать, что королева еще до этого была слегка помешанной, — сказал Мордайкен.</p>
    <p>Да, это действительно так, могу подтвердить.</p>
    <p>Еще одна башня. Осталось взять последнюю, но система защиты Потрошителей оказалась очень сильной, почти неприступной.</p>
    <p>— Ради всех демонов, — простонал барон.</p>
    <p>— Что такое?</p>
    <p>Металлическая арка начала светиться. Она излучала розоватый свет, который становился все сильнее и сильнее. Мои игроки остановились, уставившись на это зрелище, и даже болельщики на трибунах перестали кричать.</p>
    <p>— Что ты на это скажешь? Гус?</p>
    <p>Рубблин пожал плечами.</p>
    <p>— Ничего особенного.</p>
    <p>— Вы смеетесь?</p>
    <p>Но арка на поле прекратила испускать свечение, и матч возобновился. Сначала все шло как обычно, но потом Огры взяли инициативу в свои руки, они сломали оборону Потрошителей и откинули в сторону последних защитников.</p>
    <p>Прекрасная комбинация: Гораций в центре схватки. Беспорядочная борьба. Боковая атака. Силовой маневр. Большинство зомби тщетно пытались преградить ему путь. И тут же знамя Огров появилось у основания башни. Бешеный карлик находился в нужном месте.</p>
    <p>— Давай! — заорал я во всю силу своих легких. — ДАВАЙ!</p>
    <p>Наши войска вынесли на вершину штандарт. Все трибуны встали. Все болельщики поддерживали Челси.</p>
    <p>И в этот момент за зубчатой стеной появился Глоин Мак-Коугх. У него в руках было знамя. Клянусь святой кровью Трех Матерей! Мы выиграли! Волна бешеного энтузиазма прокатилась по всем трибунам.</p>
    <p>— Да-вай! Да-вай!</p>
    <p>Да-вай! Ставь этот чертов штандарт. Я тоже встал. Сердце выскакивало у меня из груди. Счастье, просто счастье. Счастье, потому что манипуляции, жульничество за спиной, помехи нашим действиям, различные неприятные совпадения — вся эта грандиозная машина не сработала, не смогла ничего изменить. Мы живем. Мы свободны для радости, если нам этого захочется. Свободны для всего. И Огры выиграли. Никакой фатальности. Никакого злого рока.</p>
    <p>Рядом со мной, почти совсем скрючившись, стонал Мордайкен.</p>
    <p>Я почти не испытывал к нему ненависти.</p>
    <p>Мы выиграли. Восторг переполнял наши души. Болельщики стояли с поднятыми руками. Они орали, срывая голосовые связки. Матч, как и все прочие, а? Нет, нет и нет, это больше чем матч. Казалось, что сами наши души играли на этом поле. Огры Челси против фатальности. И мы посадили ее в лужу.</p>
    <p>Но в этот момент произошло нечто экстраординарное.</p>
    <p>Глоин Мак-Коугх замер на месте. Подняв свое знамя в воздух, карлик не отрываясь смотрел в мою сторону, и я знал, что ему совсем не нравится то, что он видит. Меня, ликующего на скамейке рядом с бароном Мордайкеном. Пруди, должно быть, подумал безутешный влюбленный. Пруди, Пруди, Пруди.</p>
    <p>Я вполне мог это понять и только надеялся, что он правильно поймет мои намерения. Эй, хотелось мне крикнуть, подожди, этот тип вовсе мне не друг, а наоборот, я с тобой, мы, как прежде, в одной лодке, Глоин, друг мой, брат мой! Я быстренько покинул скамейку Мордайкена и вернулся на свою.</p>
    <p>Но чуть-чуть опоздал. Глоин поднял знамя над головой и в смертельной тишине сбросил его со стены.</p>
    <p>Все застыли в полном изумлении.</p>
    <p>Последний акт, подумал я, глядя, как по стене забирается зомби, держащая в зубах собственный штандарт. Все игроки стояли, повернувшись в мою сторону. Своим видом они показывали, что чего-то ждут. Чего-то такого, что я никак не мог им дать. Одним прыжком живой мертвец из команды Потрошителей добрался до вершины башни. Глоин даже не пошевелился, чтобы помешать ему установить знамя Спиталфилдса.</p>
    <p>И зомби водрузил свой ужасный штандарт.</p>
    <p>Он его поставил не торопясь, хорошо и надежно, как можно надежней, словно забил гвоздь.</p>
    <p>Один из арбитров поднял руку, показывая, что очко зачтено. Но жест эльфа не вызвал никакой реакции: ни восторга, ни гнева. Трибуны так и стояли, застыв в изумлении.</p>
    <p>Я смотрел на Мордайкена. Игроки смотрели на меня. Толпа смотрела на игроков. А Мордайкен не смотрел ни на кого.</p>
    <p>Невероятная действительность начала доходить до сознания.</p>
    <p>Все это казалось невообразимым, подобное событие просто невозможно. Не какое-то совпадение, не следствие чрезвычайных обстоятельств — такого не было и в мыслях. Никто в целом Ньюдоне не мог себе представить, что настолько нереальный случай может произойти в один прекрасный день. Ни одна живая душа во всем городе. Ни я, ни барон, ни игроки, ни моя мама, ни мои друзья, ни Дьявол, ни Три Матери… никто.</p>
    <p>Я медленно занял место на своей скамейке и поднял глаза на трибуну.</p>
    <p>Толпа задвигалась, ее охватила легкая паника. Люди расступались, чтобы пропустить какую-то пару. Я прищурил глаза. Что это значит? От болельщиков исходил холодок ужаса. Зрители отступали, наталкивались друг на друга. А пара продолжала спускаться.</p>
    <p>Здоровый тип, весь в красном, в красной шапке и с рогами на голове, и женщина в черном и плаще с капюшоном… не женщина, понял я, когда она спустилась пониже и сердце у меня бешено заколотилось, скелет. Скелет! Смерть собственной персоной.</p>
    <p>Установилась абсолютная тишина.</p>
    <p>Они спускались к нам. Я видел их уверенную походку, радость от вызванного ужаса, они не спешили, так как могли себе это позволить. Дьявол и Смерть: единственные хозяева этого города. Ну, полный бордель, подумал я. Вот и докатились.</p>
    <p>Парочка вступила на поле.</p>
    <p>Спокойными шагами подошла к арке.</p>
    <p>Затем они остановились и сделали нам, мне и Мордайкену, знак, чтобы мы подошли к ним поближе. Но почему именно мы?.</p>
    <p>Моя мать смотрела на меня большими умоляющими глазами.</p>
    <p>Я взял ее под руку и направился в сторону поля. А с другой стороны поднялся и барон. Мы приближались к арке. Не было ни одного болельщика, ни одной души в городе, которая бы отвела от нас взгляд. Я это знал. Я это чувствовал.</p>
    <p>Мы подошли вплотную к двум монстрам.</p>
    <p>Дьявол был действительно громадным. Он поднял свою накидку. Тело, высеченное из мрамора, шкура вместо кожи, огненный взгляд, а на спине два перепончатых крыла.</p>
    <p>Смерть была немного пониже, но зато обладала более угрожающим обликом. Ее движения казались очень медленными. В ее распоряжении было все время мира. Прекрасные женские одежды и тело скелета.</p>
    <p>Начали приближаться и игроки обоих команд. Они образовали вокруг нас круг на почтительном расстоянии. Там были и Гус Рубблин, и Густус Оаклей, и все остальные. Где-то на трибунах, я в этом был уверен, маленький парнишка с головой поросенка тоже застыл, глядя на происходящее. Сердце города замерло. А Смерть и Дьявол смотрели на нас.</p>
    <p>— Итак? — сказал наконец Дьявол. — Что будем делать в данном случае?</p>
    <p>Мы с Мордайкеном обменялись непонимающими взглядами.</p>
    <p>Первый период: три — один в пользу Потрошителей.</p>
    <p>Второй период: один — три в нашу пользу.</p>
    <p>Третий период: два — два.</p>
    <p>Образцовая ничья.</p>
    <p>Единственная проблема в том, что такой вариант был неприемлемым.</p>
    <p>— Так что будем делать? — повторил Дьявол. — Начнем открывать двери?</p>
    <p>— Конечно нет, — ответила Смерть. — Джон, как поступают, когда матч заканчивается вничью?</p>
    <p>Я пожал плечами:</p>
    <p>— Не имею ни малейшего понятия. Такого обычно не случается.</p>
    <p>— Ну вот, — вмешался Дьявол. — Я вполне могу сделать выбор вместо вас. Отличный выбор и безо всяких шуток. Итак, мы открываем двери, но позволяем пройти сюда только части демонов.</p>
    <p>— Об этом не может быть и речи, — ответила Смерть.</p>
    <p>Мать со всей силы сжала мне руку:</p>
    <p>— Дорогой, что тут происходит? О чем говорят эти люди?</p>
    <p>— Успокойся, мама.</p>
    <p>— Джон? — продолжала настаивать она.</p>
    <p>Что касается Мордайкена, то тот оставался неподвижным как столб.</p>
    <p>— Послушайте, — сказал я. — Каковы были условия этого матча?</p>
    <p>— Ты знаешь, что мы должны тебе…</p>
    <p>— Если Огры проиграют, то мы открываем двери Ада. Если они выиграют, — Смерть сделала гримасу и кивнула в сторону Дьявола, — этот мсье возвращается к себе.</p>
    <p>У меня перехватило дыхание.</p>
    <p>Так вот оно как? Вот именно за это мы и боролись, именно за это нас и дубасили?</p>
    <p>Я посмотрел на своих игроков. Огры подошли поближе. Футболки у них были все в грязи, на лицах кровоподтеки, но в глазах продолжал сиять победный огонь. Смесь гордости и гнева.</p>
    <p>— Все нормально, — сказал я с притворной уверенностью.</p>
    <p>Наш матч, подумалось мне. Это был наш матч.</p>
    <p>— Так что будем делать? — снова спросил Дьявол. — Переигрывать матч?</p>
    <p>Я скрестил руки на груди, почувствовав прилив неизвестной силы, и сказал ему проникновенным тоном:</p>
    <p>— Матч закончился вничью, но ваша команда жульничала.</p>
    <p>— Жульничала?</p>
    <p>Я указал на Мордайкена, который старался держаться в стороне:</p>
    <p>— Во время первого периода он использовал магию. По-моему, следует считать, что мы выиграли.</p>
    <p>Смерть изобразила улыбку, если ехидный оскал скелета можно так назвать. А Дьявол в свою очередь стоял растерянный. Не торопясь, он приблизился к Мордайкену:</p>
    <p>— Скажи-ка мне, что ты сделал?</p>
    <p>— Это не моя вина, — затараторил барон, отчаянно жестикулируя. — Это не моя вина.</p>
    <p>— В лучшем случае результатом матча можно считать ничью, — настаивал я. — Раз уж получилась спорная ситуация, то можно оставить двери закрытыми, а Дьявол, если ему очень хочется, пусть остается здесь.</p>
    <p>— Это как? — удивилась Смерть.</p>
    <p>— А вот так, — ответил я. — Обосритесь вы после всего этого.</p>
    <p>И развернулся на каблуках.</p>
    <p>Что-то у меня внутри начало вибрировать. Мы же добились успеха, разве не так? Ньюдон был спасен. Я знаю, что Огры сделали все возможное, а остальное уже не важно. Команда Челси сражалась как никогда. Мои ребята сыграли матч своей жизни, даже не зная толком ставки.</p>
    <p>Дьявол и Смерть готовы были броситься вслед за мной.</p>
    <p>— Вернись сюда! — кричал скелет. — Ты должен все сделать снова.</p>
    <p>— Точка! Ты что, не слышала, матч кончился вничью? Так что сначала дай мне ключи.</p>
    <p>— А ты их найди.</p>
    <p>— Не заставляй меня…</p>
    <p>Я обернулся. Дьявол схватил свою подружку за горло. Один из моих огров, прекрасно знаю, что это был Гораций, буквально оторвал его от земли и отбросил в сторону.</p>
    <p>— Спасибо, — сказала Смерть, отряхиваясь.</p>
    <p>Но в тот же момент зомби нанес ей удар кулаком прямо в грудь. Она засмеялась, но это продолжалась недолго: один из карликов тоже набросился на нее. Потрошители Мордайкена включились в игру, но Огры не собирались им уступать. Настоящая драка! Удары сыпались со всех сторон. Дьявол оказался на земле. Смерть ползла куда-то на четвереньках.</p>
    <p>— Джон!</p>
    <p>Милая мамочка мне на что-то указывала.</p>
    <p>Я улыбнулся. Улыбнулся, потому что с трибун спускались театраломаны. Кролики, лисы, лягушки, утки — все члены Всеведущей Федерации Освобождения Возможной Ирреальности в полном беспорядке, размахивая своими флажками и вымпелами, двигались прямо к нам. Толпа запела боевую песню. Песню войны. Песню грязных улиц.</p>
    <p>Мои игроки ввязались в драку, теперь уже настоящую драку Квартека: разбитые лица, зловещий хруст, тяжелое дыхание. Все, кроме Ориеля и Глоина. Эльф был полумертвым, но еще держался на ногах.</p>
    <p>— Ну как, старая мокрая кошка?</p>
    <p>Я поднял вверх большой палец.</p>
    <p>Мать наконец-то выпустила меня. Густус Оаклей подскочил к ней и повел ее куда-то в сторону. Я почувствовал, как мне на плечо осторожно легла рука Рубблина.</p>
    <p>— Ты только послушай, Джон, — сказал он мне.</p>
    <p>Трибуны были готовы развалиться от криков:</p>
    <p>— ДЖОН МУН! ДЖОН МУН!</p>
    <p>Люди… люди выкрикивали мое имя.</p>
    <p>— Ребята, — взволнованно сказал я. — Мне прекрасно известно, кто сегодня выиграл.</p>
    <p>Глоин Мак-Коугх бросился в мои объятия. Пришлось наклониться, чтобы обнять его покрепче. Вауган в свою очередь тоже тряс меня. Толпа была в восторге! Это уже слишком. И тут к нам подбежала группа театраломанов, и я почувствовал, что меня подняли и триумфально куда-то понесли, подбрасывая к небу, навстречу ночи.</p>
    <p>— Джон Мун! Джон Мун!</p>
    <p>Крики болельщиков превратились в бормотание. Я уже ничего не слышал. Меня поднимали вверх руки. Гораций прыгал как сумасшедший. Мои игроки бросались в объятия друг к другу. Закрыв глаза, я в полном восторге плыл на этой волне. Как бы мне хотелось, чтобы в эту минуту меня видела Катей! Как бы мне хотелось, чтобы она сейчас была рядом со мной. Но все это в прошлом. Сегодня вечером родился новый Джон Мун, и мир, вместе с Дьяволом и Смертью, будет очень хорошим.</p>
    <p>Я чувствовал себя очень легким.</p>
    <p>— Том Котенок! Да здравствует Том Котенок!</p>
    <p>Театраломаны подбрасывали меня к небу.</p>
    <p>Эй, подумал я. Меня зовут вовсе не Том Котенок. Разве вам это не известно?</p>
    <p>И все же, когда я раскрыл глаза, то увидел, что ночь в полном разгаре. Большинство облаков рассеялось, и можно было смотреть на звезды.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Все хорошо!</p>
     <empty-line/>
     <p><emphasis>(Хроника Андреаса Тевксбури в «Утре волшебника»)</emphasis></p>
    </title>
    <p>Вот так! Я видел одну!</p>
    <p>Видел свинью, дорогой читатель.</p>
    <p>Так как мое любопытство гонит меня постоянно на поиски чего-нибудь необычного, я пошел на матч между сборной Джона Муна и командой барона Мордайкена. Сейчас полночь. Я пишу при слабом свете фонарей, положив ноги на пьедестал колонны на площади Греймерси, а свинья стоит рядом со мной. Не знаю, настоящая это свинья или нет, но голова у нее свиная. И если нельзя сказать, что она слишком болтлива, то у меня такое чувство, что эта хрюшка намного умнее своих собратьев.</p>
    <p>Ух! Потрясающая игра, дорогой читатель. Третий период закончился вничью, и весь матч после этого тоже закончился вничью, чего раньше никогда не случалось. Но самое главное произошло после игры. Мы видели Дьявола, видели Смерть, и все болельщики обеих команд спустились с трибун на поле. Вспыхнул ослепительный свет, когда открылись двери, и, достойно завершая праздник, разразилось главное настоящее сражение.</p>
    <p>В этот исключительный момент мы смело покинули трибуны. Вот и вся информация, не так ли? Да, вся информация. Впоследствии, как говорят люди, двери снова медленно закрылись, и на поле установился небывалый покой, такой же покой воцарился и во всем городе. В конце концов болельщики обеих команд посмотрели друг на друга и пришли к разумному решению разойтись по домам.</p>
    <p>Но самое интересное, у меня такое впечатление, будто мы все вместе видели один и тот же сон. Что ты думаешь по этому поводу, свинюшка? Ха, ты думаешь точно так же, как и я. Что ночь великолепна и что впервые за долгое время над нами чистое небо. Тысячи звезд сонно мерцают, озаряя наше существование. Я уверен, полностью уверен, что вместе, все вместе, они служат одной цели, дают нам покой, в котором мы так нуждаемся.</p>
    <p>Вот так-то, свинья.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Эпилог</p>
    </title>
    <p>Я возвращался домой пешком.</p>
    <p>Устремив глаза к небу, блуждал по лабиринту улочек Челси, по ночному Виллингстоуну, а потом вообще покинул этот мир, удалился от людей как можно дальше, чтобы не слышать больше никаких криков, никакого завывания механизмов, никакого шума толпы.</p>
    <p>Надо было видеть, как я шел, ничего не замечая вокруг, занятый только тем, что держал голову высоко поднятой. Вполне достойное зрелище.</p>
    <p>Были моменты, когда мое существование казалось мне интересным и трагичным, абсурдным и глубокомысленным одновременно, а были и другие моменты, когда я считал, что вышел из рамок книги, вы понимаете, о чем мне хочется сказать? Весь этот абсурд и глубокомыслие и составляют нашу жизнь. Но вы-то, читатель, вы видите меня в этот момент? Вы существуете? Вот именно этого мне никогда и не узнать.</p>
    <p>Зато я твердо знаю, что когда состоялось мое возвращение домой, то там была Леонор Паллбрук. Она сидела на тротуаре, прямо на снегу, и держала в руках свою маску грызуна. Увидев меня, девушка улыбнулась. Я тоже улыбнулся и сел рядом с ней. Нам было так хорошо… Фантом Леонор или нет, но мне она всегда казалась настоящей. Любовь, вспомнил я, это такая невидимая штука, которая сильнее самой сильной магии. Катей Плюрабелль больше нет, но зато есть ее фантом. Все в этом свете возвращается на свои места.</p>
    <p>— Все кончено? — спросила она. — Матч завершился?</p>
    <p>Мне очень хотелось обнять Леонор.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— И кто выиграл?</p>
    <p>Когда она смотрела на меня, ее глаза сверкали как два бриллианта.</p>
    <p>Я мог ей ответить что угодно. Я мог сказать: хе, хе, ты ошибаешься, любовь моя, судьбы не существует и эта свинья не играет никакой роли, мир — не только сцена. И даже если какой-то тип в темном углу дергает за веревочки, мы все равно живем своей жизнью: есть вещи посильнее судьбы. Но мне совершенно не хотелось портить такой момент. Это она и так знает, знает лучше кого бы то ни было.</p>
    <p>Итак, я просто созерцал ночь. Дул свежий ветерок, тысячи и тысячи звезд отражались в моих глазах.</p>
    <p>— Мы выиграли, — ответил я.</p>
    <cite>
     <p><emphasis>«Что это такое, молодые господа? Ворованная свинья?»</emphasis></p>
     <p>Битрикс Поттер, «История мягкого поросенка»</p>
    </cite>
    <p>Замечание: ни одно человеческое существо не было убито за время написания этого романа.</p>
    <empty-line/>
    <p><emphasis>Все шутки защищены ©</emphasis> Фабрис Колен.</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Возмездие</p>
    <p>(пер. с франц. Е. Никитиной)</p>
   </title>
   <epigraph>
    <p>…в его груди</p>
    <p>Мятежной страшный замысел, созрев,</p>
    <p>Теперь бушует яростно, под стать</p>
    <p>Машине адской, что, взорвав заряд,</p>
    <p>Назад отпрядывает на себя.</p>
    <text-author>Джон Мильтон «Потерянный рай» (пер. Арк. Штейнберга)</text-author>
   </epigraph>
   <epigraph>
    <p>Это история самого безумного и самого доблестного героя, когда-либо существовавшего в мире.</p>
    <p>Много веков назад мы убили нашего бога; мы думали, что сможем жить без него.</p>
    <p>Мы ошиблись.</p>
    <p>Жившее в нас зло почти полностью разрушило нас.</p>
    <p>В надежде спастись от него мы бежали из родных мест.</p>
    <p>Мы пришли сюда. Мы покорили варварские народы, полагая, что имеем на это право.</p>
    <p>Но дремлющее в нас зло никогда не покинет нас. И мы исчезнем, побежденные собственным безумием.</p>
    <p>И тогда поднялся человек, туземец, сын кочевника.</p>
    <p>Он был чист. Он был невинен.</p>
    <p>И за это мы убили его. Человек вернулся из царства мертвых, требуя возмездия.</p>
    <p>Варвары называли его Лайшам — «лев».</p>
    <p>Он стал нашим искуплением, нашим спасителем.</p>
    <p>Никто не знает, где он теперь. Вот история его жизни.</p>
    <text-author>Анонимный текст, выгравированный на развалинах монастыря Скорбящей Матери в Дат-Аахане</text-author>
   </epigraph>
   <section>
    <title>
     <p>Пролог</p>
    </title>
    <p>Он бежит к деревне, где живут его родители. Он несется быстрее ветра, и сердце его исполнено радости. Ишвен: небо — твоя родина, земля — твой дом, а в жилах твоих течет сок жизни. Солнце опустилось за линию красно-оранжевых скал, и безоблачное небо постепенно окрашивается во все более и более яркие тона. Этот мир называется «Архан» — камень и кровь. Природа, окружающая мальчика, излучает радость жизни. Он держит в руках птенчика и бежит к деревне.</p>
    <p>Склонившиеся над рекой женщины разгибают спины, смотрят, как он бежит, и делают ему приветственные знаки. Они улыбаются, и он улыбается им в ответ. Кажется, что эта весна никогда не кончится. Столб пыли, шафрановый мираж. Мальчик стремглав проносится по деревне, огибая шатры, расположившиеся под сенью высоких деревьев, и останавливается лишь на берегу реки, у последнего шатра, принадлежащего его родителям.</p>
    <p>Он медленно отводит шершавую ткань и входит в полумрак шатра. На ложе возлежит его мать; у нее по лбу струится пот. Глаза ее лучатся от счастья. В ее чреве трепещет новая жизнь. Она жестом велит сыну подойти.</p>
    <p>— Смотри, мама.</p>
    <p>Он осторожно кладет птенца ей на грудь.</p>
    <p>Мать улыбается и приподнимается на локте.</p>
    <p>— Где ты его нашел?</p>
    <p>— Под деревом.</p>
    <p>— Он, наверное, выпал из гнезда.</p>
    <p>— Можно мне его оставить?</p>
    <p>Она проводит рукой по его волосам: в этом жесте — вся нежность мира.</p>
    <p>— Если хочешь, да. Но тебе придется каждый день кормить его и ухаживать за ним. Он ведь остался без родителей, верно? У него никого нет, кроме тебя.</p>
    <p>Ребенок улыбается ей в ответ, берет птенчика на руки и осторожно гладит его по головке.</p>
    <p>— Мама.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— А ты никогда меня не покинешь?</p>
    <p>— Никогда, милый. Никогда.</p>
    <p>Она нежно касается его щеки и медленно опускается на свое ложе, утирая пот со лба. «Еще три луны, — думает она сквозь туман усталости и счастья. — Еще три луны, и на свет появится ребенок. Вечное чудо рождения».</p>
    <p>— Где твой отец?</p>
    <p>Мальчик хочет ответить, но не успевает. Снаружи доносится громкий свист. Мать и сын переглядываются. Тишина, потом снова свист. Три коротких свистка, один длинный. Тревога. Глаза молодой женщины сужаются. Мальчик инстинктивно подходит к ней ближе. Он по-прежнему держит в руках птенца. Снаружи слышны громкий шум, шаги, ругательства.</p>
    <p>— Что происходит, мама?</p>
    <p>Внезапно шатер распахивается и перед мальчиком вырастает массивная фигура мужчины.</p>
    <p>— Папа!</p>
    <p>Улыбка на мгновение появляется на лице воина и тут же исчезает. Его лицо мрачнеет.</p>
    <p>— Любимый, что происходит?</p>
    <p>— Сентаи, — отвечает мужчина сквозь зубы. — Сентаи наступают.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Ей вдруг становится трудно дышать.</p>
    <p>— Ты слышала.</p>
    <p>Сентаи. Сентаи. О нет, только не это. Неправда, не может же все так разом кончиться. О Анархан, молю тебя, пошли нам любые испытания, только не это.</p>
    <p>— Хенукем… Хенукем мог ошибиться.</p>
    <p>— Хенукем мертв, — говорит человек и падает на колени подле своей жены. — Им удалось пройти. Не знаю как, но удалось. Азенатский посланник поклялся, что Шествие Теней под надежной охраной. Но он солгал.</p>
    <p>Он крепко сжимает в объятиях жену и единственного сына. Мальчик выглядывает наружу. Сентаи. Как и все, он слышал об этих ужасных существах. Кровожадные чудовища, которые приходят с востока, разрушая все на своем пути. Но ведь это всего лишь легенда. И потом, разве отец не сможет их защитить? Отец… Мальчик медленно высвобождается из отцовских объятий. По его щекам текут слезы, а он и сам точно не понимает, почему. Он видит, как отец в полутьме прижимает его мать к себе.</p>
    <p>— Да будут прокляты азенаты, — закусив губу, стонет он. — О, моя красавица. Ты не представляешь, какое это для меня горе.</p>
    <p>Между тем деревня охвачена паникой. Люди мечутся туда-сюда, кричат, и крики застревают у них в горле. Повсюду царит смятение.</p>
    <p>— Любимый, — плачет женщина. — Скажи, что это всего лишь дурной сон. Скажи, что это не конец.</p>
    <p>Мужчина сжимает ее в объятиях так сильно, что кажется, еще немного, и у нее хрустнут кости. Потом он бережно опускает ее на ложе и берется за меч. Сжав губы, он оборачивается к ней, полный решимости.</p>
    <p>— Я защищу вас, — говорит он. — Вас никто не тронет. Я не позволю им причинить вам зло.</p>
    <p>В деревне между тем царит полное смятение. Ребенок не видит, но ему достаточно и того, что он слышит. Остальное нетрудно домыслить. Мужчины деревни хватаются за оружие. Женщины спешат в шатры, прижимая к себе детей. Губы шепотом взывают к невидимым духам предков. Объятия. Не волнуйся. Жди меня тут. Обещания, которые невозможно выполнить.</p>
    <p>Ребенок смотрит в глаза отцу. И в этот момент понимает, что все кончено. Все знают, что сентаи всегда нападают большими отрядами. Они сжигают все на своем пути. Убивают мужчин самыми жестокими способами. А женщин…</p>
    <p>Мать приподнимается в глубине шатра.</p>
    <p>— Любимый.</p>
    <p>Мужчина поворачивается к ней. В своих мыслях он уже сражается. Он чувствует, как в его плоть входит вражеский клинок. Спрашивает себя, долго ли ему придется страдать и что будет потом.</p>
    <p>— Ты не оставишь меня им на поругание? Ты ведь поклялся.</p>
    <p>— Убей меня, теперь же. Ради нашей любви.</p>
    <p>Слезы отчаяния текут по их лицам.</p>
    <p>Они сливаются в поцелуе со страстью юных влюбленных. Слезы их, как две реки, сливаются в один океан.</p>
    <p>— Я так тебя люблю, — шепчет отец.</p>
    <p>Он медленно распрямляется. Снаружи доносятся ужасающие крики. Сентаи приближаются. Страшный галоп бешеных, ощетинившихся железом тварей под ними — чудовищ из, казалось бы, забытого прошлого. И их крики — такие пронзительные, что проникают в самое сердце, впиваются как осы.</p>
    <p>— Любимый!</p>
    <p>Не обращая внимания на мольбы жены, как завороженный, мужчина выходит с мечом в руке. Его маленький сын следует за ним. Со всех сторон приближаются сентаи. Как быстро! Стремительная атака, враги налетают как рой шершней. А для отца все происходит медленно, ему все кажется нереальным. Он делает несколько шагов вперед. А вот и первый атакующий.</p>
    <p>Существо с белой кожей и длинными черными как ночь волосами, восседающее на отвратительном монстре темного цвета — гигантском полуящере-полунасекомом, — останавливается на почтительном расстоянии от шатра. У него необычайно длинные конечности; оно улыбается улыбкой, лишенной всякой радости.</p>
    <p>— Там внутри женщина. Я знаю.</p>
    <p>Мужчина не шевелится, только сильнее сжимает в руке оружие. Сентай натягивает поводья, не позволяя своему монстру встать на дыбы.</p>
    <p>— Там женщина, — повторяет он, облизывая губы. — Твоя женщина. Рассказать, что я собираюсь с ней сделать?</p>
    <p>Не помня себя от ярости, отец бросается на врага с мечом.</p>
    <p>Остальное происходит столь быстро, что мальчик ничего не успевает понять. Сентай достает из-за спины арбалет и направляет его на напавшего. Из него вылетает мощная стрела, которая попадает мужчине прямо в грудь. Он издает странный звук и падает замертво. Это даже не стрела, скорее что-то вроде витого дротика. Острая боль. Ишвен истекает кровью. Его сын, оцепенев от страха, медленно приближается к нему. Он по-прежнему сжимает в руках птенца.</p>
    <p>Сентай подъезжает ближе и останавливается совсем рядом с телом своей жертвы. Зверь поворачивает к ребенку свою отвратительную морду. У него черная кожа, блестящая, будто металлическая. Мальчик видит огромные, покрытые слюной клыки. Эти чудовища — не порождение ночного кошмара. Они и есть ночной кошмар.</p>
    <p>— Сейчас я овладею твоей женой, — спокойно говорит сентай. — Одновременно я буду вырывать ей внутренности, так что она и сама не поймет, от боли кричит или от наслаждения. Я разрежу ей кожу…</p>
    <p>Не поднимаясь с земли, отец мальчика поворачивает к победителю залитое кровью и покрытое пылью лицо. Он только что обмочился и дрожит всеми членами. Он закрывает глаза.</p>
    <p>— Не делайте ей больно, — умоляет он. — Она ждет ребенка.</p>
    <p>— М-м-м, — вновь улыбается сентай, облизываясь (мальчик видит черный раздвоенный язык, похожий на змеиный). — Так будет даже интереснее.</p>
    <p>— Умоляю вас, — стонет отец. — Она ждет реб…</p>
    <p>— Я слышал, — сквозь зубы роняет сентай.</p>
    <p>В смятенном сознании ишвена проносятся страшные образы. Он видит перед собой посланника азенатов, его умиротворяющие обещания, спокойные жесты. «Захватчики никогда не осмелятся ступить на ваши земли. Даем вам честное слово. Честное слово».</p>
    <p>— Встань, — приказывает сентай.</p>
    <p>— Не-е-ет! — кричит мальчик, бросаясь к отцу и сжимая его в объятиях. — Не делайте ему больно! Не делайте ему больно!</p>
    <p>Он разжал руки, и птенец выпал из них на землю и больше не шевелится.</p>
    <p>— Уходи, — шепчет человек на ухо сыну; изо рта его каплет кровь. — Иди, беги, спасайся, я…</p>
    <p>Мальчик поднимается. Он не сводит глаз с сентая, чувствуя, как у него странно сжимается сердце. Он понимает, что, если не послушается, сердце у него разорвется. Нечего ждать пощады от этого чудовища. Оно убивает ради удовольствия и ничего больше. Он медленно отстраняется от отца. У него кружится голова. Пошатываясь, он делает несколько шагов назад, продолжая смотреть на странное существо. Внезапно он чувствует, как у него под ногой что-то хрустнуло, и до крови закусывает губу. Тот самый птенец.</p>
    <p>— Хорошо, — говорит сентай.</p>
    <p>Монстр под ним открывает пасть и изрыгает какое-то вещество в сторону отца мальчика.</p>
    <p>Струя попадает ему прямо в лицо. Огненная жидкость. Пламя в мгновение ока распространяется по всему его телу, и ишвен превращается в живой факел. Он встает на ноги со стрелой в груди, машет руками и кричит, но не умирает — не сразу. В воздухе распространяется ужасающий запах. Повсюду вокруг к небу возносятся клубы черного дыма и слышатся крики боли. Мужчины кричат, потом крики смолкают. Женщины бегут и падают лицом в пыль. Они живы, но лучше было бы, если бы они были мертвы.</p>
    <p>Мальчику кажется, что земля разверзлась у него под ногами. Он надеется, что она его поглотит, но этого не происходит. Он медленно поднимает глаза. Со скалы вдалеке за побоищем наблюдают люди верхом на конях. По оружию мальчик узнает азенатов. Потом он оборачивается и видит, как из шатра выходит мать и бросается к факелу, в который превратился ее муж. Неизвестно откуда взявшаяся стрела попадает ей в бедро, и она падает, будучи не в силах идти дальше. Человек, которого она любила, на ее глазах сгорает дотла, а она даже не может быть с ним вместе.</p>
    <p>В отчаянии она протягивает дрожащую руку к сыну.</p>
    <p>— Убей меня, — стонет она. — Убей меня.</p>
    <p>Позади них догорает отец мальчика. Это невыносимое зрелище. Он еще бьется в конвульсиях, призывает смерть, но смерть не спешит.</p>
    <p>— Убей меня! — кричит мать. — Убей меня, убей меня, убей меня.</p>
    <p>Ее последние слова тонут в отчаянных рыданиях.</p>
    <p>Мальчик обводит все вокруг непонимающим взглядом. Все смешалось. Неужели это конец? Этот запах, эти рыдания, эти страдания и бессилие что-либо изменить, — вот так и заканчивается жизнь?</p>
    <p>Словно в ответ, сентай разражается таким пронзительным смехом, что мальчику кажется, будто у него разорвутся барабанные перепонки. Сентай спешивается, хватает женщину за плечи и впивается ей в губы страстным поцелуем. Она кричит. Она до крови кусает его, но он снова ее целует и слизывает слезы у нее со щек. Потом он уводит ее в шатер, и вскоре крики женщины смолкают.</p>
    <p>Оставшись один, мальчик медленно опускается на колени.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Акт I</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Память как сито: просыпавшийся песок так же важен, как и оставшиеся на дне куски породы.</p>
     <text-author>Ишвенская пословица</text-author>
    </epigraph>
    <p>Он проснулся рывком, и сердце у него билось так, будто хотело выскочить из груди. Шум приближающихся шагов. Он приподнялся на соломенной подстилке — и в тот же миг дверь его камеры распахнулась. Ему пришлось прикрыть глаза рукой, чтобы не ослепнуть от яркого света.</p>
    <p>— Встать, Тириус Бархан.</p>
    <p>Вперед выступил один тюремщик, за ним другой.</p>
    <p>— Ну и вонь, Святое сердце!</p>
    <p>Тириус попытался встать, но цепи на запястьях помешали ему. Он смотрел в пол, не разгибая спины, и старался ни о чем не думать.</p>
    <p>— Ну что, Бархан, настал великий день?</p>
    <p>Тюремщик приблизил свое лицо к его лицу. Он был плохо выбрит, от него несло дешевым вином. Он вынул из висевшей у него на поясе связки один ключ и слегка дрожащими руками освободил узника.</p>
    <p>— Все молчишь?</p>
    <p>Тириус не ответил. Он растер затекшие запястья и рывком распрямился. Двое других рядом с ним казались детьми. Первый сплюнул на пыльный пол.</p>
    <p>— Ну и громила. Сразу видно, дикарь.</p>
    <p>Узник молчал. Он хорошо помнил, как его учили: «Что бы ни случилось, молчи. Тебя будут провоцировать, оскорблять, даже пытаться делать тебе больно — будь готов ко всему. Они хотят заставить тебя умолять о пощаде, но ты должен быть тверд как камень».</p>
    <p>— Идем, — вздохнул второй тюремщик, прикрепляя к наручникам на запястьях узника другую цепь. — Пора.</p>
    <p>Тириус Бархан, не оборачиваясь, вышел из своей камеры. Три дня и три ночи он провел в этой зловонной каморке, на пропитанной мочой соломе, которую не навещали даже крысы. Три дня и три ночи, но сам он об этом не знал: потерял счет времени. Неверной походкой он вышел в коридор. Первый тюремщик — тот, что его не любил — шел за ним по пятам с хлыстом наготове. Другой тащил его вперед; казалось, ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось.</p>
    <p>Трое мужчин вступили в темный лабиринт коридоров с покрытыми плесенью стенами. Высоко укрепленные факелы отбрасывали на идущих похожие на привидения тени. Время от времени замыкавший шествие стражник щелкал хлыстом. Его злобный монолог в этом подземелье был похож на надгробную речь.</p>
    <p>— Сукин сын со своими дикарскими лапами. Отсечение головы — я считаю, это еще слишком мягко. Думал, тебе можно спать с белой женщиной? И с какой женщиной — с императрицей! Грязный дикарь, паршивый ублюдок. Ты и вправду думал, что тебе это сойдет с рук? Как бы не так! Думал, достаточно пробраться к ней в постель? Но за кого, Святое Сердце, вы, туземцы, нас принимаете? Подумай-ка — тебе отрубят голову. Подумай — никогда больше ты не сможешь коснуться женщины. Твоя жизнь закончится — раз! — одним махом. И можешь еще считать, что тебе повезло. Я бы на их месте приговорил тебя к пыткам. Эй, Армхен, почему его не приговорили к пыткам?</p>
    <p>Армхен вместо ответа пожал плечами. Он тоже старался ни о чем не думать. До него дошли кое-какие слухи из высших кругов власти — слухи, которые совершенно не были предназначены для его ушей. И он знал, что Тириус Бархан не виновен.</p>
    <p>Но знал он и то, что Тириусу предстоит умереть.</p>
    <p>— Так или иначе, — продолжал первый тюремщик, щелкая хлыстом по стенам, — одним станет меньше. Проклятое отродье! Тьфу!</p>
    <p>Тириус Бархан почувствовал, как у него по спине сползает плевок. На нем не было ничего, кроме набедренной повязки; длинные, распущенные черные волосы стекали ему на спину между лопаток. За долгие годы жизни в городе он нисколько не растерял мощь своих мускулов. Он поступил на службу к Полонию, брату Императора, в шестнадцать лет. Десять лет промелькнули как сон.</p>
    <p>— Шевелись, собака!</p>
    <p>Кнут щелкнул по ступеньке лестницы совсем рядом с его ступнями. Тириус мог бы развернуться, вырвать хлыст из рук стражника, а потом разбить себе голову о стену. Но к чему?</p>
    <p>Ишвен сглотнул. Через несколько минут он будет на свободе. Его высочество пообещал ему.</p>
    <p>«Это просто инсценировка, друг мой. Мы разыграем твою казнь, и я лично разработаю план твоего спасения. Ничего не предпринимай. Не делай ничего, что могло бы вызвать у них подозрения. Мы появимся в самый последний момент. Тебе останется лишь следовать нашим указаниям».</p>
    <p>Вскоре они оказались на самом верху лестницы. Перед ними лежал нескончаемый коридор, по обе стороны которого были камеры, а в конце — ослепительный свет. Ишвен хотел было остановиться, но тюремщик ткнул его в спину.</p>
    <p>— Что, боишься? Тебе есть чего бояться. Шевелись, собака.</p>
    <p>Тириус повиновался. По мере того как свет становился ближе, а нетерпеливые крики толпы — громче, он все яснее и яснее видел лицо своего учителя. Все было решено в мгновение ока! На какой-то миг в его сердце закралось сомнение, а по спине пробежал холодок. А если Полоний не сдержит слова? Ведь ничто не заставляет его это делать — ничто, кроме дружбы, которой он связан со своим слугой. Это и много, и очень мало. Двадцать лет Тириус провел в Дат-Лахане, но так и не смог полностью избавиться от инстинктивного недоверия к азенатам. Для всех равнинных племен они были захватчиками и навсегда останутся ими. Однако он должен был верить своему учителю. У него просто не было выбора.</p>
    <p>Они подошли к концу коридора.</p>
    <p>Армхен вытащил ключ из своей связки и открыл ворота. Выход. Арена. От яркого света Тириус сощурился. Стражник обернулся и виновато улыбнулся ему.</p>
    <p>— Молись, — посоветовал он.</p>
    <p>Его подтолкнули сзади.</p>
    <p>Он моргнул, немного потоптался на месте. Толпа ответила оглушительным взрывом негодования. Жажда крови. Посреди площади был выстроен простой деревянный помост, в центре которого возвышалась плаха. Слегка оглушенный, Тириус двинулся к ней под градом летевших в него предметов. Ему в спину и в голову попало несколько десятков гнилых плодов, а также несколько трупов мелких животных, которые, падая на землю, лопались, будто были наполнены водой. Толпа скандировала его имя. Требовала его смерти. Позади него тюремщик, дышавший винным перегаром, продолжал бессмысленно щелкать кнутом.</p>
    <p>Ишвен по ступенькам взошел на помост и огляделся. Толпа вокруг него на разные голоса обвиняла его во всех смертных грехах.</p>
    <p>«Умри! Презренный сукин сын». Под слепящими лучами солнца толпа казалась одним многоликим чудищем. Чудищем с тысячей лиц и одним голосом. «Пришла тебе пора сдохнуть, дикарь». Искаженные яростью лица, выкрикивающие приговор:</p>
    <p>— Смерть! Смерть!</p>
    <p>Тириус Бархан закрыл глаза.</p>
    <p>Это люди, которых он научился любить. Этот народ не был его народом, но он долгое время считал себя его сыном. Эти мужчины, женщины и дети, которые теперь содрогались от негодования, все эти люди, которые не знают его, но так жаждут его смерти. Бессмыслица. «Дело не в тебе, — пытался убедить себя ишвен. — Не в тебе».</p>
    <p>Он снова открыл глаза. Вокруг него тянулись к небу башенки города, белые крыши отражали лучи солнца. Площадь Бойни. Как же она называлась на самом деле? Прямо перед ним высилась башня здания тюрьмы. Казалось, крепость высечена из одной каменной глыбы. Тириус стал думать, откуда придет спасение.</p>
    <p>Нетерпение толпы нарастало. Раскаленный воздух оглашали яростные возгласы, кто-то то и дело кидал в сторону помоста еще что-нибудь: дохлых цыплят, из которых вываливались внутренности, перезревшие фрукты, липкую требуху. Вдруг по толпе прокатился гул. Из угла к центру площади двигался странный человек, и люди тянули руки из-за специально установленных загородок, чтобы прикоснуться к нему. Человек медленно продвигался к помосту, наслаждаясь своим триумфом. Он был обнажен до пояса. Лицо его скрывал черный как смоль капюшон с прорезями для глаз.</p>
    <p>Палач Фрейдер.</p>
    <p>Фрейдер с висящим на поясе топором и намазанными маслом мускулистыми руками.</p>
    <p>Фрейдер был самым знаменитым палачом в истории города. Без малого шестьсот раз он заносил руку и обрушивал топор на плаху, перерубая мышцы, кости и сухожилия. Всегда с одного удара.</p>
    <p>Приближаясь к помосту, где его ожидал Тириус с двумя стражниками, человек-гора достал из-за пояса топор и крутанул его в воздухе. Толпа стала громко скандировать его имя: «Фрей-дер! Фрей-дер!»</p>
    <p>Палач под своим капюшоном скривился в улыбке. Ради таких моментов стоило жить. За шестнадцать лет службы его рука не дрогнула ни разу. За шестнадцать лет ни единого укола совести, ни единого сожаления, ни единого мига сострадания. Только совершенный, механический удар. И чувство, которое всякий раз следовало за ударом: всемогущество. Кровь, стекающая по помосту. За долгие годы его сапоги почернели от нее. Он никогда их не чистил.</p>
    <p>Палач медленно взошел на помост и поднял топор к небу. Захлебывающееся ликование толпы. Затем раздался звук фанфар, и все обернулись к башне тюрьмы. На балконе верхнего этажа только что появился еще один человек. В длинной пурпурной с золотом судейской мантии. Он добился тишины с помощью единственного жеста. Все опустили головы. Все, кроме Тириуса. Судья развернул свиток, который держал в руке, и начал читать.</p>
    <p>— Тириус Бархан. Сегодня, двенадцатого дня месяца орла девятьсот семнадцатого года после Изгнания, мы, судья, облеченный доверием нашего великого Императора Недема Второго…</p>
    <p>— Хвала Единственному! — пронеслось по толпе.</p>
    <p>— Сегодня мы объявляем тебя, Тириус Бархан, виновным в прелюбодеянии с ее величеством императрицей, и приговариваем тебя к смертной казни через отсечение головы. Приговор обжалованию не подлежит и будет приведен в исполнение немедленно, согласно приказу Императора.</p>
    <p>Человек сделал небольшую паузу, как будто хотел удостовериться в том, что его слова услышаны. Он обвел долгим взглядом собравшуюся у его ног необозримую толпу, после чего скрылся в полумраке башни. Зрители робко подняли головы. Тириус Бархан повернулся к своему палачу. Творилось что-то не то.</p>
    <p>— Вперед, — прошептал голос позади него.</p>
    <p>Ишвен сделал шаг к плахе. Его толкали в спину. Горло свело кислой отрыжкой. Где же его спаситель? Никого, никого, кто мог бы его спасти, толпа скандирует его имя и требует его смерти, и все это похоже на длинный, липкий кошмар. «Когда же я проснусь?» — спросил себя ишвен, опуская на помост колено.</p>
    <p>Он поднял глаза на стражника и склонился над плахой. Стоя на коленях перед толпой, он почувствовал, как чья-то рука схватила его за волосы, а другая резким движением отсекла их. Отрезанная коса полетела куда-то в первые ряды зрителей. Потом ему связали щиколотки. Наступила тишина. Палач Фрейдер попробовал лезвие топора кончиком пальца. Приподнял капюшон и поднес палец к губам, наслаждаясь вкусом крови. После чего повернулся к своей жертве.</p>
    <p>Однажды он был на ее месте. В тот момент, когда ему уже должны были нанести удар, он разорвал путы и одним движением распрямился. И убил своего палача. И занял его место, ибо таков был обычай. Возможно, когда-то настанет день, когда кто-то займет его место. Каждый раз он думал об этом, и каждый раз страх тут же покидал его. Ведь он же Фрейдер — никто не сможет его убить.</p>
    <p>— Давай, — услышал Тириус голос стражника. Час настал. Ишвен покорно положил голову на плаху. Мир завертелся вокруг него. Когда топор опустится на его шею, он не почувствует ничего, ровным счетом ничего. Это будет как вспышка молнии, а потом настанет иное, и все будет очень просто.</p>
    <p>Крики толпы становились все громче: одна глотка на всех, один крик бессмысленной ненависти — так было и так будет всегда. «Этого не может быть, — подумал Тириус, закрывая глаза. — Не может быть».</p>
    <p>Солнце отражалось в стальном лезвии топора. Зрители затаили дыхание. Стражники держали жертву за плечи. Палач Фрейдер почувствовал нарастающее возбуждение, и довольная усмешка искривила его потрескавшиеся губы. В шестисотый раз он поднял топор.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Удар.</p>
    <p>Ужасающий.</p>
    <p>Раненый в плечо, палач упал на спину с искаженным болью лицом.</p>
    <p>Стражники ослабили хватку.</p>
    <p>Чудо. Не думать.</p>
    <p>Тириус собрал все силы и сумел высвободить одну ногу. Рывок — и он стоит. Люди принялись кричать; стражники, обнажив мечи, уже пробирались сквозь толпу, отодвигая зрителей. Ишвен огляделся. Палач лежал на земле со стрелой в плече. Раздался щелчок хлыста. Полоска кожи, как змея, обвилась вокруг его руки, но он сомкнул пальцы и дернул. Нападавший покачнулся вперед. Тириус ударил его скованными кулаками, раздробив челюсть. В следующий миг он наклонился, подобрал топор палача и направился ко второму стражнику, который закрыл лицо руками.</p>
    <p>— Нет!</p>
    <p>Фрейдер попытался подняться. Тириус ударил его ногой в лицо, и палач упал навзничь. Второй стражник отступил назад. В мгновение ока ишвен бросился на него и нанес ему яростный удар. Лезвие вошло в грудь, ломая ребра, раздирая легкие. Кровь хлынула на помост. Варвар поднял голову. К нему бежали другие стражники, а таинственного спасителя и след простыл: Тириус даже не знал, с какой стороны прилетела стрела.</p>
    <p>Освобождать руки было некогда. Тириус спрыгнул с помоста. Один из солдат бросился ему наперерез. Ишвен нагнулся, а потом, как дикий кот, бросился на стражника и одним ударом отрубил тому голову. Убийство превратилось в необходимость. Убийство ради спасения собственной жизни.</p>
    <p>Все происходило с невероятной быстротой.</p>
    <p>Зрители окаменели. Гвардейцы Императора заряжали арбалеты.</p>
    <p>Тириус бросился бежать. Сам не зная почему, он не стал убивать Фрейдера.</p>
    <p>Перед ним вырос другой солдат. В его глазах читался страх. Он уже видел, как ишвен умеет убивать. Зачем ему умирать? В последний момент солдат отступил в сторону и повалился на бок. Топор дикаря просвистел в миллиметре от него.</p>
    <p>Толпа была в полном смятении. Зрители в панике расступались, давая беглецу дорогу. Тириус сумел быстро пробраться сквозь толпу. За несколько дней в заточении он нисколько не растерял свою силу и ловкость. А страх в сердце уступил место ярости.</p>
    <p>Однако нужно было спешить. Ишвен бросился в первую попавшуюся улицу — переулок Потайных ходов. Люди по-прежнему расступались перед ним. Несколько вооруженных арбалетами гвардейцев бросились следом, но стрелять не решались, опасаясь попасть в случайного прохожего. Обернувшись, Тириус с размаху налетел на лоток торговца фруктами, но тут же поднялся. Он вдруг вспомнил о Полонии. Где он теперь, помнит ли о своем обещании?</p>
    <p>Ишвен продолжал бежать. Теперь путь был свободен. Совсем рядом просвистела стрела и вонзилась в ставень в нескольких шагах от него. Послышались ругательства. Игравший в ручье ребенок при виде него упал на спину. Какая-то женщина перевернула амфору. Тириус отпрыгнул в сторону и помчался еще быстрее.</p>
    <p>Вскоре он выбежал на другую площадь. С того места, где он очутился, открывался роскошный вид. Бриллиантовые воды озера Меланхолии отражали солнечные лучи, а вдалеке до самого горизонта тянулся лабиринт каньонов — симфония охры и зелени.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Тириус бегом пересек площадь и исчез в лабиринте переулков, который уходил влево, к верхней части города — туда, где начинались богатые кварталы. Он бросился в тупик, перемахнул через невысокий каменный парапет и оказался на террасе богатого купеческого дома. Он рухнул на землю, пытаясь отдышаться. Совсем рядом с домом послышался звук шагов его преследователей, потом все стихло. Ишвен судорожно перевел дух. Прямо перед ним тихо журчала вода в небольшом изящном фонтане, украшенном фигурами весталок.</p>
    <p>— Кто вы?</p>
    <p>Из полумрака вышел человек в длинной кремовой тоге. По его аккуратно приглаженным полуседым волосам было видно, что он уже не молод. В руке у него была кочерга.</p>
    <p>— Вас кто-то преследует, — сказал он, глядя на варвара.</p>
    <p>— Я… я сейчас уйду, — ответил Тириус.</p>
    <p>— Вы бежали из тюрьмы? Нет, — продолжал тот, качая головой, — значит… Наверное, за вашу голову назначена награда.</p>
    <p>Тириус Бархан вскочил на ноги. Он был на голову выше хозяина дома.</p>
    <p>— Я не причиню вам вреда, — сказал он. — Меня обвиняют в преступлении, которого я не совершал. Я не прошу вас верить мне. Дайте мне лишь спокойно уйти.</p>
    <p>— Будем рассуждать здраво, — улыбнулся человек в тоге, осторожно прислоняя кочергу к бортику фонтана. — Вы успеете отправить меня на тот свет раньше, чем я успею закричать. А умирать мне совсем не хочется. В чем вас обвиняют?</p>
    <p>В голосе человека было что-то странным образом успокаивающее. Тириус решил довериться ему — в конце концов, терять ему было нечего.</p>
    <p>— В прелюбодеянии.</p>
    <p>— Ах вот как.</p>
    <p>— С женой Императора. Но я не виновен.</p>
    <p>Губы человека тронула чуть заметная улыбка.</p>
    <p>— Значит, это вы.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Я слышал об этом. Вы — козел отпущения.</p>
    <p>— Я…</p>
    <p>— Идите за мной.</p>
    <p>Человек знаком велел Тириусу следовать за ним. Сначала ишвен заколебался, затем повиновался. Хозяин дома явно что-то знал.</p>
    <p>— Идите же, — повторил он.</p>
    <p>Тириус пошел. Терраса вилась вокруг всего дома, и вскоре взору Тириуса открылся новый вид. Теперь он смотрел на юг и видел почти весь город — кишащую людьми громаду, мираж, выросший из ничего по воле человека. Налево — величественная арка Золотого Моста, маленькие бойницы, грохот разбивающейся воды. Дальше — другие мосты, ютящиеся на склонах холмов виллы с охряными и светло-серыми крышами. Направо — клочки тумана, плывущие над пастбищами, и могучие горы с покрытыми снегом вершинами — Вечные горы, преграда, которую еще никому не удавалось преодолеть.</p>
    <p>— Красивый вид, правда?</p>
    <p>Тириус молча кивнул. Вдалеке к небесам тянулись золоченые шпили императорского дворца, внушительная глыба донжона, своды и колокольни, а еще дальше виднелись массивные ворота города и окружающая его двойная стена с зубцами и высокими сторожевыми башнями.</p>
    <p>Человек указал на большое полукруглое здание.</p>
    <p>— Сенат, — сказал он просто. — Я там работаю.</p>
    <p>Крепко держась за парапет, Тириус посмотрел на хозяина со смесью недоверия и восхищения.</p>
    <p>— Вы сенатор?</p>
    <p>Тот покачал головой.</p>
    <p>— Нет, я всего лишь скриб, — ответил он.</p>
    <p>— Всего лишь скриб, — повторил ишвен, который знал, какими привилегиями пользуются представители этой профессии в столице.</p>
    <p>— Меня зовут Андроний, — объявил человек в тоге, улыбаясь солнцу. — Я слышал о вас. Собственно, мне известно, что вы не виновны. Не знаю, как вам удалось убежать, но считайте, что вам очень повезло. Я состою в партии противников императорского режима — то есть нынешнего режима. Противников Императора и всей его клики.</p>
    <p>Тириус Бархан судорожно сглотнул. Что он мог ответить — он, верой и правдой десять лет служивший Полонию? Конечно же, Ишвен не мог не знать, какой чудовищной репутацией пользовались члены императорской фамилии — жестокие и порочные прожигатели жизни, которые много веков правили этим городом и чье право на власть не осмеливался оспорить никто, кроме одиноких сестер монастыря Скорбящей Матери. Был ли Полоний лучше других? Ишвену хотелось так думать. Особенно теперь.</p>
    <p>— Идемте, — сказал Андроний. — Пройдем в дом, там вы мне все расскажете.</p>
    <p>Тириус последовал за хозяином. Роскошный мрамор, дорогие ткани, обшитые ценными породами дерева стены — это был дом богатого человека, каких в этой части города множество.</p>
    <p>Скриб предложил ишвену занять место на обитом темным шелком диване. Налил ему чаю. Тириусу было не по себе. За все эти годы он так и не смог привыкнуть к азенатскому уюту. Напряженно выпрямив спину, даже не утерев пыль со лба, он с тревогой смотрел вокруг себя. В ушах у него до сих пор стоял шум погони. Он чудом избежал смерти, и теперь его, наверное, ищут все стражники города: многие десятки посланников несутся по городу, выкрикивая его приметы. Он знал, что уйти из города ему не дадут. Как же выбраться из Дат-Лахана?</p>
    <p>— О чем вы думаете?</p>
    <p>— О том, что мне нужно как можно скорее отсюда уйти. Но я не знаю, как это сделать.</p>
    <p>— Уйти? Но куда?</p>
    <p>— Не знаю. За пределами города я никого не знаю.</p>
    <p>— А ваш клан?</p>
    <p>Тириус грустно покачал головой.</p>
    <p>— Тогда оставайтесь тут.</p>
    <p>— Это невозможно, — ответил ишвен.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Меня тут же убьют, если найдут.</p>
    <p>Азенат вздохнул и сделал маленький глоток чая.</p>
    <p>— Я знаю, что вы невиновны.</p>
    <p>— Вы это уже говорили.</p>
    <p>— Так вы ничего мне не расскажете?</p>
    <p>Ишвен покачал головой. Он обещал своему господину никому не рассказывать об их тайне, и даже смерть не заставила бы его изменить своей клятве.</p>
    <p>— Хорошо, не буду настаивать.</p>
    <p>Мужчины поднялись.</p>
    <p>— Вы спасли мне жизнь, — сказал ишвен, пристально глядя на хозяина дома. — Я всегда буду вам благодарен.</p>
    <p>— Не говорите глупостей. Я просто впустил вас в свой дом, вот и все. Кто знает? При других обстоятельствах, возможно, я бы вас выдал.</p>
    <p>Тириус Бархан прищурился. Два пылающих сапфира…</p>
    <p>— Шучу, — улыбнулся азенат. — Уж этого можете не бояться.</p>
    <p>Ишвен немного расслабился.</p>
    <p>— Я должен уехать из города.</p>
    <p>— Вам виднее.</p>
    <p>— Вы и так уже много для меня сделали, — продолжал Тириус.</p>
    <p>— Буду с вами откровенен, — ответил скриб. — Я ни капельки не верю в вашу историю. То есть я знаю, что вы сбежали, и знаю, что вы тот, за кого себя выдаете. Но я уверен, что вы что-то от меня скрываете. На вас хотели возложить ответственность за преступление, совершенное кем-то другим. И вы знаете, кто этот другой. Я не прав?</p>
    <p>Ишвен не ответил.</p>
    <p>Андроний был прав. Но Тириус ни за что бы не предал своего господина. Он пожертвовал собой ради Полония, потому что Полоний был братом Императора, и он должен был во всем ему подчиняться. Он сделал это, потому что полностью доверял ему. «Будет суд, тебя признают виновным, — объяснял ему Полоний. — Но я устрою тебе побег. Император болен, он не протянет долго. Когда он умрет, на трон взойду я. После этого ты сможешь вернуться. И клянусь тебе всем самым святым, Тириус: я озолочу тебя».</p>
    <p>— Да уж, — пожимая плечами, вздохнул скриб. — Упорное молчание туземцев.</p>
    <p>— Андроний…</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Можно мне остаться у вас до темноты?</p>
    <p>— Разумеется. Можете оставаться, сколько хотите. И взгляните на меня хорошенько: вы можете мне довериться.</p>
    <p>Тириус грустно покачал головой.</p>
    <p>Хозяин дома с разочарованным видом поправил волосы, вернулся на террасу и стал смотреть вдаль. В кулуарах сената много говорили об этом деле. Жена Императора рядом с каким-то ишвеном! Да кто в это поверит? И вот главный герой этой истории перелезает через ограду его виллы и оказывается в доме. Странные штуки порой выкидывает судьба, подумал скриб. Ишвен наверняка хранит секреты невероятной важности. Андроний мог бы попробовать выведать их у него, он мог бы его шантажировать или просто подкупить. Раньше, наверное, он бы попытался. Но теперь знал, что не сделает ничего подобного. В свои пятьдесят семь лет он чувствовал себя все более и более усталым, и хитросплетения борьбы за власть давно уже перестали его интересовать.</p>
    <p>Вернувшись в дом, Андроний увидел, что молодой ишвен задремал. Напряжение последних часов разом спало. Пожав плечами, азенат направился в погреб, положил в большую керамическую чашу фруктов, а на блюдо три больших куска копченого мяса и поставил все это на пол перед спящим беглецом. «У тебя впереди вся жизнь, — подумал он. — Ты прав. Уходи, беги из этого города. Тебе здесь больше не место».</p>
    <p>Через час Тириус резко проснулся. Азенат сидел перед ним в широком плетеном кресле и смотрел в потолок.</p>
    <p>— О Великий Дух, — пробормотал ишвен. — Я, кажется, задремал. Сколько я проспал?</p>
    <p>— Меньше, чем нужно.</p>
    <p>Тириус встал и увидел еду.</p>
    <p>— Ешь, — сказал скриб. — Тебе нужно набраться сил.</p>
    <p>Он стал называть его на «ты». Ишвен кивнул и впился зубами в кусок мяса. Он проглотил половину фруктов и вытер губы тыльной стороной ладони. Андроний принес ему воды. Тириус посмотрел на него с благодарностью.</p>
    <p>— Зачем вы все это делаете?</p>
    <p>— А почему мне этого не делать? — ответил азенат. — Ты, похоже, честный малый. В твоем положении большинство людей пошли бы на убийство.</p>
    <p>— Мне приходилось убивать, — простодушно ответил Тириус.</p>
    <p>— Из страха или из необходимости?</p>
    <p>— Из необходимости. Наверное.</p>
    <p>— Это не одно и то же.</p>
    <p>Они беседовали еще долго. Говорили о жизни и о своих верованиях. Об Изгнании, о смерти Единственного, о его воскресении и о том, что заставляет людей брать свою судьбу в собственные руки.</p>
    <p>— Вы действительно верите, что ваш бог до сих пор жив? — спросил ишвен. — Вы думаете, что Император — ваш бог?</p>
    <p>— Я так не думаю, — сказал Андроний. — Император такой же человек, как и другие. Он смертен. Он совершает ошибки. Но он тайна, неподвластная нашему пониманию.</p>
    <p>Тириус Бархан провел рукой по затылку, по тому месту, где еще недавно была его косичка. Бог азенатов: убитый своим народом, но воскресший и вернувшийся под видом человека. По крайней мере так они говорили. Ишвену было трудно это понять: он сам верил в Анархана, сына мира, Великого Духа, к которому после смерти отправляются души людей. Но никогда в жизни ему не пришло бы в голову, что бога можно потрогать.</p>
    <p>— Может, монахини и правы, — сказал Андроний. — Иногда мне кажется, что это так. Они чтят лишь память о нашем боге.</p>
    <p>— Скорбящая Матерь, — прошептал Тириус.</p>
    <p>— Да, Скорбящая Матерь. Душа Единственного. Для них человек — всего лишь человек.</p>
    <p>— И я с ними согласен, — сказал ишвен.</p>
    <p>— Кто знает, где истина?</p>
    <p>Через некоторое время азенат и ишвен поднялись. За окном темнело. Тириус вышел на террасу и бросил взгляд на горящий тысячами огней Дат-Лахан.</p>
    <p>— Пора, — сказал он.</p>
    <p>Он обернулся и взял руки Андрония в свои:</p>
    <p>— Я никогда не забуду вашей доброты.</p>
    <p>— Да не оставит тебя Великий Дух.</p>
    <p>— Анархан.</p>
    <p>— Анархан.</p>
    <p>— Ступай, — сказал скриб. — Я покажу тебе выход.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Тириус вышел на цыпочках, не оборачиваясь. Он поднял глаза к небу и увидел бескрайний небесный свод, диск луны, тысячи звезд. Вокруг никого не было. Андроний дал ему теплый плащ с капюшоном и полотняный мешок с едой. Кроме того, он дал ему кинжал и пояс, за который его можно было заткнуть.</p>
    <p>Но как выбраться из города?</p>
    <p>Ишвен прекрасно понимал, что все выходы из города тщательно охраняются и что его без труда опознают, несмотря на плащ с капюшоном: уж очень высокого он был роста. Оставался единственный выход — перелезть через двойную городскую стену. В некоторых местах крыши домов поднимались достаточно высоко, так что вполне можно было попробовать — нужно только раздобыть веревку. Но ведь стены две, а между ними — сады и каналы, где часто прогуливаются стражники. Перепрыгнуть с одной стены на другую невозможно — такое не под силу даже Тириусу. Нет, придется идти через сады и…</p>
    <p>Ишвен покачал головой. Он чувствовал, как его потихоньку охватывает тихая ярость. Он попытался было ее заглушить, но это было нелегко. Полоний выполнил только в точности то, что обещал. И теперь Тириус, который спас ему жизнь, должен сам выбираться из этого проклятого места, и никто не придет ему на помощь.</p>
    <p>На какое-то мгновение ишвену показалось, что разумнее всего вернуться в императорский дворец и разыскать брата Императора. Но это было глупо. Никто не захочет его слушать, он и шага не успеет пройти, как его схватят, а может, даже и сразу убьют.</p>
    <p>Весь город ищет его.</p>
    <p>Не сознавая, куда идет, Тириус вышел на площадь Мечей, одну из самых больших площадей города. На ней толпился народ. Тириус тотчас развернулся и пошел назад. Поздно: в дальнем конце переулка, по которому он только что пришел, появился гвардейский патруль. Тириус спокойно продолжил путь. Если он побежит, ему конец.</p>
    <p>— Эй!</p>
    <p>Группа гвардейцев ускорила шаг. Четверо, максимум пятеро. Ишвен закусил губу и шел вперед как ни в чем не бывало.</p>
    <p>— Эй ты! Стой!</p>
    <p>Он застыл на месте и стал подсчитывать свои шансы. Гвардейцы узнают его, несмотря на капюшон. Но если он побежит, они поднимут тревогу. Снова начнется погоня, и на этот раз толпа не даст ему уйти. Тириус медленно развернулся и направился к патрульным.</p>
    <p>Их было четверо, на поясе у каждого был меч. Они были одеты в кожаные жилеты, но все казались новичками. Ишвен умел отличить доблестного воина.</p>
    <p>— Подойди ближе, — рявкнул главный гвардеец.</p>
    <p>У Тириуса в руках ничего не было. Он остановился в нескольких шагах от гвардейцев.</p>
    <p>— Сними капюшон.</p>
    <p>— Уже поздно, — вздохнул ишвен. — Там, на другой стороне площади, напали на человека. Вы разве не слышали?</p>
    <p>— Не валяй дурака, — сказал другой гвардеец.</p>
    <p>— Идите за мной, — не моргнув глазом, сказал Тириус.</p>
    <p>Он отвернулся и сунул руку под плащ.</p>
    <p>Начальник стражи был совсем рядом. Несколько шагов, одно быстрое движение руки… В мгновение ока ишвен выхватил кинжал и развернулся. Для одного из гвардейцев все было кончено: смертельно раненый, он упал на землю, так не успев поднести руку к поясу. Тириус отпрыгнул в сторону. Двое из солдат успели обнажить оружие. Третьего Тириус отбросил к стене сильнейшим ударом ноги в солнечное сплетение. Потом варвар с ловкостью дикой кошки припал к земле. Он схватил меч у первого из нападавших и вскочил на ноги в тот самый момент, когда его почти настиг меч другого гвардейца. Отведя в сторону лезвие меча, он размахнулся свободной рукой и ответил апперкотом в лицо. Стражник застыл, потом повалился на землю. Последний солдат, который еще держался на ногах, помедлил при виде надвигающегося ишвена. Он вдруг забыл все, чему его учили. Тириус крутанул в воздухе меч, и противник отступил. «Отпускать его нельзя», — подумал варвар. Он собирался броситься за ним, когда один из троих солдат — тот, которого он свалил на землю ударом ноги, — достал из-за пояса маленький медный рожок и дунул в него.</p>
    <p>Ишвен замер, после чего поспешил назад.</p>
    <p>Трое гвардейцев, немного приободрившись, бросились за ним. Шансов поймать его у них не было. Тириус во весь опор несся к площади Мечей. В углу площади появился еще один отряд. Ишвен бросился в противоположную сторону и побежал по поперечной улице. Гвардейцы были довольно близко. В тишине раздался еще один звук рожка. На этот раз сигнал тревоги услышат все.</p>
    <p>Из окон стали выглядывать. Мужчины и женщины выходили на балконы, на террасы. Тириус проклял себя за то, что убил не всех гвардейцев. Он снова позволил чувствам возобладать над разумом. «Я не виновен, — снова и снова повторял он. — Я не виновен».</p>
    <p>Это мог бы подтвердить еще один человек, но тот для него больше ничего не сделает. Это Тириус хорошо понимал.</p>
    <p>Он остановился на секунду, чтобы перевести дух.</p>
    <p>Потом снова бросился бежать.</p>
    <p>В голове пронеслась мысль. Это безумие, но вариантов у него не так уж много: можно спрятаться в городе и дождаться окончания поисков, а после этого убежать. А можно убежать сейчас. Несмотря на риск.</p>
    <p>За ним неслось не меньше дюжины гвардейцев, но он прекрасно бегал, да к тому же, в отличие от них, на нем не было тяжелого оружия, затрудняющего движения. Улица вела к бедным кварталам в нижней части города. Тириус не раздумывая побежал по ней — так быстро, что чуть не переломал себе все кости. Теперь за ним несся целый патрульный отряд. Хорошо хоть, что темно: несколько выпущенных из арбалета стрел просвистели у него под ухом, едва его не задев.</p>
    <p>«О Анархан, помоги мне».</p>
    <p>Он был уже близок к цели. Вдалеке виднелся величественный силуэт Золотого Моста, как прекрасный мираж посреди мрака. Ишвен повернул налево, но тут же понял, что попал в тупик. Пришлось развернуться и бежать обратно. Патруль был уже совсем близко. Он, как тигр, бросился на гвардейцев, сбил с ног одного из них, наугад нанес удар кулаком в гущу людей и продолжил свой безумный бег. На этот раз гвардейцы почти наступали ему на пятки. Стиснув зубы, Тириус Бархан снова увидел, как выпущенная из арбалета стрела вонзается в вывеску. Он отскочил в сторону.</p>
    <p>Мост был уже совсем близко. Его охраняла другая группа гвардейцев.</p>
    <p>— На помощь! — закричал ишвен, размахивая руками. — На помощь! Они убили нескольких солдат!</p>
    <p>Гвардейцы на мосту недоверчиво переглянулись и повернулись к преследователям Тириуса.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>Ишвен взлетел по каменным ступенькам, не переставая кричать.</p>
    <p>— Эти люди! Их нужно задержать. Это заговор, заговор!</p>
    <p>Один из гвардейцев, ничего не понимая, вышел ему навстречу.</p>
    <p>— Заговор? — повторил он с сомнением. — А что…</p>
    <p>Ударом кулака в низ живота Тириус заставил его замолчать. Вышедший вслед за ним второй гвардеец тут же выхватил оружие. Варвар бросился на него, отразил его атаку и невероятной силы ударом отрубил сжимавшую меч руку. Человек со стоном рухнул. Тириус ударил его ногой в лицо и продолжил бег. По дозорному пути к нему неслись другие солдаты. Ишвен огляделся. В этом положении выбора у него не было. Подтянувшись на руке, он взобрался на стену и быстрым шагом двинулся вперед.</p>
    <p>— Держите его! — раздался крик. — Теперь ему не уйти.</p>
    <p>Внизу — воды реки, которая протекала под мостом и с остервенением бросалась в озеро Меланхолии, поднимая вихри белой пены. Ишвен замер и медленно опустил глаза. Это безумие. За всю историю человечества такого еще не делал никто. Что будет с тобой там, внизу, когда темные воды сомкнутся над твоей головой? Чтобы избежать еще одной стрелы из арбалета, пришлось припасть к земле. Дальше он полз на четвереньках. Ему навстречу бежали десятки вооруженных людей, и столько же настигало сзади. На этот раз все кончено. Ишвен рывком распрямился. А потом, не обращая внимания на крики и бряцание оружия гвардейцев Императора, слегка помотал головой и, как во сне, бросился в пустоту.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Тириус Бархан пролетел не меньше ста шагов, прежде чем коснулся воды. Его тело пронеслось вдоль всего водопада, так что беглец ощутил ледяное дыхание, услышал рычание прозрачных вод. Он отбросил меч, набрал в легкие побольше воздуха и вручил свою жизнь Великому Духу. Поверхность озера была твердой как камень, но он вошел в нее одним махом, с руками по швам. В тот же миг его подхватил водоворот. Ремешок на котомке развязался, и убогие пожитки навсегда исчезли в стремнине. Будь что будет — а что еще остается? С широко открытыми глазами он опускался все ниже и ниже. Несколько раз его перевернуло, как тряпичную куклу. Ишвен изо всех сил оттолкнулся ногами ото дна и попытался отдалиться от водопада. Впереди ждал еще один водоворот. Тириус замер и отдался течению. Невидимая сила повлекла его вперед. Он снова заработал руками и ногами, и вскоре опасность осталась позади. Когда вода вокруг немного успокоилась, он снова вынырнул наружу.</p>
    <p>Изгой помотал головой, моргнул несколько раз. Позади был нескончаемый скалистый берег и яростный грохот водопада — рядом с ними он чувствовал себя песчинкой. Вокруг, насколько хватало взгляда — темная вода, пенящаяся вокруг пловца, дальше же — спокойная, озаренная лунным светом гладь. Пятнадцать лет назад он учился в этом озере плавать. Кто бы мог подумать, что однажды это спасет ему жизнь!</p>
    <p>Он был еще слишком близок к берегу, чтобы видеть огни города. Но знал, что здесь гвардейцы Императора не могут его обнаружить и уж точно не могут его схватить. Несколько сильных размашистых гребков — и он довольно далеко от водопада. Сердце его билось уже не так часто. На секунду он остановился, чтобы полюбоваться высившейся перед ним громадой скал. Ущелья. Речушки. Леса — страна Тысячи Каньонов. Начинается новая жизнь.</p>
    <p>Полчаса спустя ишвен вышел к маленькой каменистой бухте и на несколько минут растянулся на гальке, чтобы собраться с силами. У него не осталось ничего — ничего, кроме набедренной повязки. Некоторое время он смотрел на звезды. Какая странная, непредсказуемая штука жизнь! Он сел, машинально потер ободранные щиколотки, провел рукой по волосам и вспомнил, что у него больше нет косички. Что же ему теперь делать? Гвардейцы наверняка продолжают его искать. Оставаться тут опасно.</p>
    <p>Наполовину обсохнув, ишвен поднялся, растер затекшие плечи и отошел от бухты. Он никого тут не знал. Его родная деревня находилась отсюда за тысячи километров, да к тому же ее давно уже разрушили — это он знал точно. Ни родных. Ни друзей. Один в целом мире. Только он и Великий Дух.</p>
    <p>Тириус глубоко вздохнул и, помогая себе руками, вскарабкался на вершину возвышавшегося перед ним небольшого холма. За долгие годы цивилизованной жизни подошвы его ног стали более нежными. Теперь он ходил босиком, как азенат, — при каждом шаге кривясь от боли. Он пошел по узкой тропинке вдоль озера, постепенно забывая про боль. Но города еще не было видно — слишком низко.</p>
    <p>Добрую половину ночи он шел по извилистым овражкам, вдоль Южной дороги. Мелкие грызуны разбегались при его приближении, змеи отползали в сторону; к счастью, светила почти полная луна, и поэтому было довольно хорошо видно. Ишвен стремился отойти как можно дальше от Дат-Лахана. Становилось все холоднее, а укрыться от холода в ожидании восхода солнца было негде. «Значит, надо идти», — подумал Тириус.</p>
    <p>Он прошел почти пять километров, когда вдруг услышал стук копыт и спрятался в овраге. Цокот явно доносился с дороги. По звуку он определил, что преследователей около полудюжины. Если сейчас его найдут — голым, стучащим зубами от холода — это будет конец. Интересно, сколько они собираются его искать. Следы, которые он оставил на песке, уже наверняка смел ветер. Когда взойдет солнце, ничего не останется. Можно считать, что ему повезло.</p>
    <p>Перед самым рассветом он вернулся к Южной дороге, перешел ее и устремился на штурм невысоких скал, которые вели к плато. Когда солнце взошло и осветило каньоны и озеро, он был уже там. Его глазам постепенно открывалось потрясающее зрелище. Он находился в самом сердце настоящего лабиринта из каменных кружев, зубчатых вершин, обтесанных временем и стихией. Несколько коршунов вилось в небе в поисках отбившейся от стада добычи. Ишвен приметил небольшую пещеру, забрался в нее и в тот же миг уснул.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда он проснулся, было уже совершенно светло, а ему страшно хотелось пить. До плато Высоких Равнин пришлось идти целых два часа. Но сейчас он, по крайней мере, частично оказался в тени. Справа от него — вершины Вечных гор. Огромная тень от них падала на океан высоких трав. Она не стронется с места еще несколько часов.</p>
    <p>Тириус Бархан бросился бежать. Глядя прямо перед собой, он бежал через долину, и лоб его был покрыт испариной. Через час он вышел к воде. По следам и другим знакам он понял, что ночью сюда приходили на водопой дикие животные. Ишвен сам, как животное, распластался на земле и принялся лакать воду. Когда тело у него затекло, он встал на колени и стал пить с ладони. Как жаль, что у него нет никакого сосуда, чтобы унести воду с собой. Он еще немного помедлил у пруда, опустил в воду ступни, чтобы снять усталость, потом встал на ноги и двинулся в путь. Вероятно, со вчерашнего вечера ему пришлось пройти не менее тридцати километров. Эзарет, последняя застава перед Белой Пустошью, в десяти днях ходьбы отсюда. Выбора у него не было: нужно идти туда, по крайней мере, чтобы сделать там передышку. Конечно же, Полоний уже сделал все возможное, чтобы прекратить поиски. Если ему повезет, ишвен сможет устроиться на службу в Эзарете и подождать там, пока его господин взойдет на трон. На это, возможно, уйдут годы. Ну что ж — посмотрим.</p>
    <p>Когда стемнело, Тириус остановился у одинокого старого дерева и решил переночевать под ним. Уперев руки в бока, он огляделся. Никакого следа всадников, преследовавших его прошлой ночью. Вряд ли они забрались так далеко. Тем не менее, прежде чем улечься в траву, ишвен с некоторой опаской обошел дерево. Потом он закрыл глаза и стал наслаждаться ветром, обдувавшим его голое тело. За весь день он съел всего несколько ягод, да еще безуспешно пытался поймать зайца. Он подумал о своих родителях, о своем племени — перебитом, уничтоженном сентаями. Подумал обо всех тех, кого оставил в Дат-Лахане, о друзьях по гвардейской службе, о товарищах по оружию. Подумал об Андронии и обо всех тех, кто считал его погибшим. Всегда идти вперед — это у его народа было в крови. Тириус скинул с себя старую жизнь, как змеи сбрасывают кожу. Теперь он начнет новую жизнь — какую хочет. Все в руках Великого Духа. Под шелест листьев он заснул.</p>
    <p>Посреди ночи скиталец проснулся от холода, встал, скрепя сердце сорвал с одинокого дерева листьев, и попытался смастерить из них некое подобие одеяла. Продержалось оно недолго. От ветра листья разлетались, и заснуть Тириусу никак не удавалось. Тогда он решил продолжить путь еще до восхода солнца.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Раджак Хассн нарочито медленно поднялся по ступеням императорского дворца. Он мог не поднимать головы — и так знал, что все взгляды направлены на него. На нем были черные доспехи, а забрало на шлеме, как обычно, опущено. На поясе висела палица. А в каждом из сапог было спрятано по кинжалу, смазанному вызывающим паралич ядом. Раджак Хассн был одним из самых грозных воинов, которых когда-либо знала Империя, а ведь ему не было и тридцати лет. Никто не знал, откуда он взялся. Кто научил его обращаться с оружием? Загадка. Он путешествовал из города в город, поступая на службу к тому, кто сулил ему больше денег. Теперь он заламывал невероятные цены, но все знали, что еще никогда он не терпел поражения. Поднявшись по лестнице, наемник остановился и поднял глаза к небу. Императорский дворец был самым внушительным сооружением во всей Империи. В его донжоне было не менее ста метров высоты. Люди приезжали издалека, чтобы полюбоваться его величественными воротами и двумя одинаковыми высоченными башенками. Но на Раджака Хассна все это, казалось, не произвело ни малейшего впечатления.</p>
    <p>Поднеся руку к шлему, он вошел в Зал Побед — необъятную галерею, уставленную мраморными и позолоченными статуями — и на секунду остановился перед огромным гобеленом, рассказывавшим об Изгнании азенатов.</p>
    <p>— Господин…</p>
    <p>Позади него нерешительно мялся слуга в тоге, с лысым черепом, повязанным золотой лентой. Раджак обернулся, держа руку на рукоятке палицы.</p>
    <p>— Его высочество принц Полоний готов вас принять. Соблаговолите следовать за мной.</p>
    <p>Наемник молча кивнул. Мужчины прошли через огромный внутренний сад, в котором ручейки с серебристым журчанием извивались в густых зарослях диковинных деревьев и благоухающих кустарников. По дороге им повстречалась пестрая стая колибри; они вышли к следующей галерее и поднялись по длинной лестнице, стены вдоль которой были сплошь завешены гобеленами.</p>
    <p>Они остановились у массивной двустворчатой двери с инкрустациями из нефрита и лазурита. Слуга сделал глубокий вдох и трижды постучал. Услышав голос своего господина, он распахнул дверь и отошел в сторону, чтобы впустить наемника, после чего осторожно прикрыл за ним дверь.</p>
    <p>Покои принца Полония были обставлены богато, но в то же время скромно. Несколько кресел из темного дерева, большой стол на трех ножках, а в углу — ниша, в которой стояло некое подобие трона. Стены были украшены многочисленными трофеями многочисленных военных кампаний, которыми Полоний руководил, не сходя с коня.</p>
    <p>Раджак Хассн приблизился. Молодой принц стоял перед сводчатым окном, выходившим в сад. У него были зеленые глаза и тонкие, правильные черты лица. Он теребил свою рыжеватую бородку.</p>
    <p>— Ну наконец-то. Я велел искать вас по всему городу.</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>— Как хорошо, что вы все-таки пришли.</p>
    <p>Висевшие на окнах тяжелые занавеси из красного бархата были слегка отдернуты, чтобы впустить немного воздуха. Полоний скрестил руки за спиной и принялся расхаживать взад-вперед.</p>
    <p>— Знаете, что я хочу вам сказать, — начал он, забыв, что стоящий перед ним человек немой. — Я знаю, что скромность не является одним из ваших… э-э-э… качеств. Хорошо, хорошо. Не забывайте, что я вам плачу.</p>
    <p>Раджак Хассн протянул принцу руку ладонью кверху. Казалось, ему совершенно не жарко в его шлеме.</p>
    <p>— Десять тысяч золотых сейчас, — объявил принц. — И еще сорок потом.</p>
    <p>Наемник опустил руку. Пятьдесят тысяч золотых. Никто никогда не предлагал ему такой суммы. А ведь он лучший воин Империи.</p>
    <p>— Тириус Бархан. Ишвен. Десять лет был у меня на службе. Вчера мы должны были его казнить, но он бежал. Он прыгнул в озеро. Конечно, чистейшее безумие, но благодаря этому ему удалось от нас уйти. Не знаю, может быть, он уже мертв. Я хотел бы удостовериться в этом. Я хочу, чтобы вы нашли его и принесли мне его голову.</p>
    <p>Продолжая говорить, молодой принц подошел к маленькой лесенке, которая вела в сад.</p>
    <p>— Разумеется, мы с вами не встречались и я не просил вас его убить. Видите ли, он переспал с императрицей. Мой слуга! Я чувствую себя виноватым. К тому же Император считает его мертвым.</p>
    <p>Раджак Хассн внимательно слушал.</p>
    <p>Внутренняя подоплека задания была ему неинтересна.</p>
    <p>Он думал только об одном: голова этого ишвена стоила пятьдесят тысяч золотых, а такую сумму ему никогда и в руках держать не приходилось. Если понадобится, он достанет его и в аду.</p>
    <p>— Советую вам быть крайне осторожным, — продолжал брат Императора. — Этого человека обучали мои лучшие учителя фехтования, он великолепно владеет оружием, хоть и слегка наивен. Он наверняка будет начеку.</p>
    <p>Наемный убийца на ходу выхватил кинжал из своего сапога — так быстро, что его спутник ничего не заметил. Мужчины остановились у небольшого фонтана. На его бортике сидела колибри.</p>
    <p>— Лично я уверен, что ему удалось спастись. Знаете, эти варвары страшно живучи. Одним ударом ножа вам не обойтись.</p>
    <p>Он вздрогнул.</p>
    <p>Резким ударом кинжала Раджак Хассн пригвоздил колибри к бортику фонтана.</p>
    <p>Серебристая молния, несущая смерть: камень под тельцем птички стал красным от крови. В полной тишине наемник вытащил из тела своей жертвы нож, обмыл его в водах фонтана и водворил на место.</p>
    <p>— Я полностью доверяю вам, — тихо сказал принц. — Идемте, я отдам вам деньги.</p>
    <p>Они вернулись в покои принца. По дороге Раджак Хассн даже ни разу не обернулся. Он сегодня же отправит соколов в Эзарет и к патрулирующим округу гвардейцам. Вообще-то большой спешки нет: десять других его жертв живут и не знают, что Раджак Хассн скоро убьет их. Но это задание важнее всех остальных. Пятьдесят тысяч золотых — можно считать, что ишвен уже мертв.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На следующий день Тириус Бархан увидел вдалеке патруль, от которого еле спасся в первую ночь, и удивился упорству преследователей шаг за шагом прочесывающий территорию. Он думал, что те уже давно оставили поиски, ведь шансы его найти были практически нулевыми. И вот удача улыбнулась им.</p>
    <p>Гвардейцев было пятеро, они двигались медленно, гуськом, на расстоянии шагов тридцати друг от друга. К великому счастью, его не заметили. Ишвен присел и с минуту смотрел на них, а потом бросился бежать, пригнувшись, чтобы скрыться за высокой травой, и собираясь напасть на крайнего солдата сбоку. Такой шанс нельзя было упускать. Какая разница, зачем здесь эти люди: главное — извлечь выгоду из встречи с ними.</p>
    <p>Тириус дважды разгибался, чтобы не потерять из виду преследователей. Из травы торчала только его голова. Он приблизился еще на тридцать шагов и, присев на корточки, стал ждать. Закрыв глаза, попытался представить, что сейчас произойдет. Одна ошибка — и ему придется сражаться с четверыми, если, конечно, первый же из них его не убьет. Ишвен нарочно выбрал именно эту сторону. Ветер дул с востока, и потому лошади не могли учуять запах преследуемого.</p>
    <p>Тириус вскочил на ноги в тот самый момент, когда всадник поравнялся с ним.</p>
    <p>Тот хотел было выхватить меч, но не успел. Ишвен схватил его за шею и скинул с лошади. Не успел гвардеец коснуться земли, как обнаружил свой меч блестящим в руке противника. Патрульный — по всей видимости новобранец — тут же попятился, покачнулся и закрыл лицо руками. Тириус двинулся на него.</p>
    <p>— Пощадите, — прошептал азенат.</p>
    <p>Ишвен поднял руку с оружием и медленно опустил. Патрульный увидел, как он направляется к его лошади, берет ее за уздечку и спокойно садится в седло. Четыре других всадника, внимательно наблюдавших за этой сценой, пустили своих коней галопом. Взгляды Тириуса и поверженного противника встретились. В них обоих читалось удивление. Зажав меч в руке, ишвен дернул поводья и поскакал на юг.</p>
    <p>Один из четырех всадников остался с новобранцем, чтобы удостовериться, что тот цел и невредим. Трое других пришпорили лошадей и понеслись вслед за беглецом.</p>
    <p>Очень скоро они поняли, что такого наездника им не догнать.</p>
    <p>В ишвене было меньше веса, и поэтому коню было легче его нести. Припав к шее лошади и слегка приподняв ноги, вцепившись руками в поводья и прижав меч к телу, он превратился с конем в единое целое и скакал, шепча ему на ухо молитву Великому Духу.</p>
    <p>Трое азенатов быстро отстали, но Тириус не замедлил темпа, остановившись лишь по истечении нескольких часов, когда был точно уверен, что за ним никто не гонится. Дважды он давал коню отдых, и наконец он добрался до отрогов гор, не подозревая о том, что гораздо более опасный враг внимательно следит за ним и поджидает его тридцатью шагами выше.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Раджак напал посреди ночи.</p>
    <p>Весь день Хассн следил за своей жертвой, поджидая подходящего момента. Ждать пришлось долго. Он всегда так делал. Определял слабые места своих жертв. Потом безжалостно атаковал их. Убийца видел, как молодой ишвен спрятался в высокой траве и напал на всадника. Что и говорить, этот варвар весьма талантлив. Ловкость, природная сноровка его народа, помноженная на азенатскую дисциплину и долгое, тяжелое обучение. У него есть лишь одно слабое место — страх перед убийством. Он еще чист сердцем — колебания его и погубят.</p>
    <p>На закате, когда зеленые пастбища стали попадаться все реже и реже, а луга сменились степями, ишвен устроился на ночлег на берегу небольшого горного озера. Он набрал сухих веток, упавших с безуспешно тянувшихся к влаге деревьев, и, прислонив их к окаменевшей коряге, выстроил некое подобие шалаша.</p>
    <p>Небо сначала порозовело, потом покраснело, затем нарядилось в звездный убор, и наконец, свет окончательно уступил место тьме. Раджак Хассн гордился тем, что так быстро отыскал варвара. Соколы не подвели. Азенатские разведчики дважды указали ему на след ишвена. Наемник сразу же бросился вдогонку. Остальное помог довершить инстинкт.</p>
    <p>Теперь он шел вперед уже не прячась, вытащив из-за пояса палицу, и лицо его за забралом шлема дышало невозмутимым спокойствием. С такого расстояния мог бы убить его, выпустив стрелу из арбалета прямо в сердце. Но это было ему не по душе. Такое убийство отдает трусостью. Он признавал лишь поединок лицом к лицу.</p>
    <p>Полученные в юности шрамы пребудут с ним вечно. Когда Раджаку было тринадцать лет, отец, который на самом деле вовсе не был ему отцом, продал его одному торговцу из Тагораса, чтобы тот сделал из него гладиатора. В первом бою ему пришлось сражаться с семетским мужланом с Берега пяти ветров. По счастью, он остался жив, но навсегда лишился языка, и с тех пор он научился обходиться без слов.</p>
    <p>Подойдя чуть ближе, Раджак Хассн достал из-за пояса палицу и принялся вращать ею в воздухе. Движение воздуха разбудило Тириуса, который тут же вскочил на ноги, сжимая в руке меч. Луна отражалась в озере, ледяной ветер колебал серебристую траву. Неподвижный человек в черных доспехах и шлеме.</p>
    <p>— Кто ты? — спросил ишвен, и свист ветра заглушил его слова.</p>
    <p>Наемник подошел ближе.</p>
    <p>— Ты пришел меня убить, да? Ты хотя бы знаешь, почему?</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>— Я не желаю тебе зла, — тихо сказал Бархан.</p>
    <p>Но воин в доспехах продолжал двигаться вперед, перекладывая палицу из одной руки в другую. Он чувствовал, как у него внутри нарастает какое-то холодное возбуждение. Предвкушение убийства.</p>
    <p>Тириус попятился, чтобы немного отойти от озера. Боя не избежать. А противник не таков, как те, с кем ему приходилось иметь дело раньше.</p>
    <p>— Послушай, — начал он, — послушай (тот продолжал надвигаться), ты ведь меня не знаешь. Я никогда в жизни пальцем не тронул императрицу. Могу тебе поклясться. Не вынуждай меня делать тебе больно.</p>
    <p>Хассн за забралом шлема скривился в улыбке. Его противник явно не понимал, с кем имеет дело.</p>
    <p>— Ты ведь наемный убийца, верно? Тебе все равно, кто прав, кто виноват. Ты убиваешь ради денег.</p>
    <p>Несколько быстрых шагов, и человек в доспехах, взмахнув палицей, бросился на него. Тириус присел, и палица просвистела в миллиметре от его головы. Ишвен ответил ударом меча, но Хассн с легкостью уклонился. После этого оба противника сделали несколько шагов назад, чтобы получше оценить ситуацию.</p>
    <p>Раджак сделал маленький шажок в сторону, потом развернулся и нанес новый удар — молниеносным движением, гораздо быстрее, чем мог ожидать ишвен. Тот еле успел отбить его, так что с меча полетели искры. От сильного ушиба заболело плечо. Изумленный силой своего противника, он сделал несколько шагов назад.</p>
    <p>Что же делать? Человек в доспехах перекладывал палицу из руки в руку с такой быстротой, что глаз не успевал следить за его движениями. Новая атака пришла слева. Тириус покатился по траве, и удар лишь слегка задел его. Только он успел оправиться, как висок оцарапала палица, а перед глазами заплясали огоньки. Все происходило слишком быстро. Движения наемного убийцы складывались в какой-то невероятный смертоносный танец под ночным небом. Сила и точность. Враг атаковал. Он был убийцей, и жертвам оставалось только отступление, а потом неизбежная смерть.</p>
    <p>Ишвена стало лихорадить. Тириус то парировал удары, то уклонялся от них, понемногу отступая и безуспешно изыскивая способ перехватить инициативу. Было очевидно, что наемный убийца превосходит его во всем. Внезапно развернувшись, он бросился бежать. Не к своему коню. К дереву.</p>
    <p>Раджак Хассн бросился вдогонку.</p>
    <p>Наемник был удивлен и разочарован тем, что противник так скоро сдался. Ему претила мысль о преследовании раненой добычи. Все становилось слишком предсказуемым, а потому неинтересным. Играть с жертвой, смотреть, как она вырывается из последних сил, — совсем другое дело. В беге с ним никто не мог сравниться, даже молодой ишвен.</p>
    <p>Выносливость его не знала пределов. Он мог пробежать пятьдесят километров за один день. «Куда же ты, идиот? Бросил меч, у тебя не осталось ни капли надежды. Твои внутренности сводит от страха. Я думал, ты храбрее».</p>
    <p>Раджак Хассн вытянул вперед руку в тот момент, когда жертва добежала до дерева. Его пальцы схватили пустоту. Ишвен подпрыгнул, уцепился за ветку и с невероятной ловкостью обернулся вокруг своей оси. Хассн хотел увернуться, но удар обеих ног противника пришелся ему прямо в лицо. Он потерял равновесие, шлем упал и покатился по траве. Тириус Бархан спрыгнул и вцепился ему в горло. Убийца попытался на ощупь найти свою палицу, но она успела откатиться слишком далеко. Противник бил его головой о землю, одновременно большими пальцами надавливая на глазные яблоки. Хассн потерял сознание.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда наемник открыл глаза, занималась заря. Его лошадь мирно щипала траву у озера рядом с конем варвара. Он сам стоял на коленях и был привязан к дереву — по всей видимости, довольно крепко. Грудь перетянута веревкой, а руки и ноги сведены вместе и связаны позади ствола. В горле совершенно пересохло. Ишвен стоял перед ним. В руке у него была палица Раджака. Шлема же нигде не было видно.</p>
    <p>— Пить хочешь? — спросил Тириус.</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>— Не очень-то ты разговорчив, — заметил ишвен. — Но говорить тебе все же придется.</p>
    <p>Он подошел к Хассну, опустился на колени подле него и, нахмурив брови, сунул ему под нос кинжал. Наемник хорошо знал этот запах.</p>
    <p>— Иддрам, да? Кто тебя подослал?</p>
    <p>Вместо ответа Раджак посмотрел ему прямо в глаза.</p>
    <p>«Убей меня, — думал он. — Убей меня, я и так уже мертв».</p>
    <p>— Не понимаю, — продолжал ишвен, рассматривая сверкающий клинок. — Чего ты добиваешься? Я же могу убить тебя. Тут ведь никого нет.</p>
    <p>Хассн улыбнулся и плюнул ему в лицо.</p>
    <p>Тириус медленно вытер лицо рукавом. На нем была азенатская туника, которая, как и веревки, нашлась в одной из котомок, привязанных к седлу коня.</p>
    <p>— Ладно, — процедил он сквозь зубы.</p>
    <p>Затем подошел к убийце совсем близко и приставил острие меча к его горлу.</p>
    <p>— Я не виновен, — тихо сказал юноша. — Я хочу, чтобы ты это запомнил. Я хочу, чтобы ты передал это тем, кто тебя нанял.</p>
    <p>Губы Раджака Хассна вновь тронула слабая улыбка. Потом он вытаращил глаза. Ишвен совсем легонько провел лезвием ему по горлу. Но кинжал был таким острым, что на нем тут же оказалась крошечная капелька крови. Тириус убрал оружие. Иддрам — страшный яд. Наемник не умрет, но будет сильно мучиться.</p>
    <p>Ишвен поднялся и поглядел через плечо.</p>
    <p>— Я ухожу. Там, куда я иду, меня не найти ни тебе, ни другим. Подумай о своей жизни. Ты ведешь себя безрассудно.</p>
    <p>Он подошел к его коню и кончиком меча пощекотал ему бока. Животное встало на дыбы и в мгновение ока с безумным ржанием унеслось за горизонт. Потеряв животное из виду, Тириус подобрал второй кинжал и палицу своего врага. Кинжалы он положил в одну из своих котомок, а палицу выбросил в озеро. Не выпуская из руки меча, одним прыжком сел в седло, затем спокойно подъехал к дереву и кончиком лезвия перерезал веревку, которой были связаны руки его врага. Раджак Хассн стал машинально растирать запястья, не понимая, что это значит.</p>
    <p>— Я сохранил тебе жизнь, — вздохнул ишвен. — Не забывай об этом.</p>
    <p>Наемный убийца закрыл глаза. Яд уже начинал действовать, и чувствовалось, как его все больше и больше клонит в сон. Впервые за долгие годы Хассн пожалел, что не может говорить. Не будь он немым, попросил бы себя убить. Сказал бы ишвену, что ненавидит его, ненавидит за то, что он вот так бросает Раджака живым, без всего, посреди Высоких Равнин, ненавидит за унижение, за одиночество, за поражение, а больше всего — за спокойную силу, которой светится его взгляд. Он сказал бы ему: «Я отыщу тебя. Я отыщу тебя, и ты умрешь». Но с губ не сорвалось ни звука.</p>
    <p>Конь Тириуса Бархана медленно скрылся за горизонтом. Ишвен ни разу не обернулся, чтобы взглянуть на своего противника.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Целую неделю ишвен скакал к пустыне.</p>
    <p>И когда он понял, что пропустил Эзарет, последнюю заставу перед раскаленными песками Белой Пустоши, было уже поздно: теперь ему конец.</p>
    <p>Из единственного источника, попавшегося ему на пути, текла теплая горьковато-соленая жидкость. Выпив ее, Тириус не спал всю ночь, то и дело содрогаясь в приступах мучительной рвоты. От обнаруженных в котомке и раздобытых ранее припасов осталось одно воспоминание. У него кружилась голова. Он развернулся и поехал назад, но в битве со временем ему было не победить.</p>
    <p>Нужно скакать, но скакал ишвен только ночью (днем было слишком жарко), да и конь его двигался с трудом, поникнув головой, изнемогая от жажды. Лошадь тоже захворала, выпив дурной воды.</p>
    <p>Днем нужно было проснуться, выйти из убежища, которым служил какой-нибудь большой камень, под которым вполне могли водиться змеи и скорпионы, взглянуть на солнце и попытаться определить свое местоположение. Полуденное светило превратилось в нечто красноватое и враждебное. Каждое утро оно вставало и чинно и высокомерно обшаривало лучами землю в поисках последних остатков жизни. Горизонт начинал дрожать перед глазами, существование превратилось в пытку: Тириус умирал от жажды.</p>
    <p>К вечеру он выходил из своего убежища и в вечерней прохладе чуть-чуть продвигался вперед, таща за собой коня. Хромая, ишвен шел и шел под звездным небом, бормоча слова, которые даже сам не слышал.</p>
    <p>На третий день околела его лошадь. Легла на бок, в последний раз подняла голову и взглянула на кружившихся над ней ястребов. Потом тело ее пробрала дрожь, и она замерла навеки. Тириус, оцепенев, долго стоял и смотрел на нее. Потом он вытащил меч, проткнул ей бок и прямо из раны сделал несколько глотков обжигающей крови. Жидкость была чудовищной на вкус, но ему стало легче.</p>
    <p>С наступлением темноты ишвен снова пустился в путь. Кожа на ногах была вся ободрана. Горло сводило нестерпимой мукой. Наверное, у него лихорадка. Иногда он без причины вздрагивал, и перед его глазами проносились бессвязные образы. Лицо Полония. Привязанный к дереву медленно разлагающийся труп убийцы. Другие непонятные картины.</p>
    <p>Вокруг была одна пустыня. Сколько времени Тириус так шел? Целую вечность. У него не осталось ничего, кроме меча и туники. Шея перестала гнуться. Щеки заросли грубой щетиной. Он умирал.</p>
    <p>Однажды вечером на песчаном холме посреди необъятного плато, которого ишвен никогда раньше не видел и которое, видимо, не было обозначено ни на одной карте, появилось какое-то животное. За последние два дня он не пил ничего, кроме нескольких капель росы, собравшейся на клинке меча.</p>
    <p>Вот и его конец — спокойно бежит к нему.</p>
    <p>Саблезубый лев. «Лайшам», как называют этого зверя люди пустыни. Что означает «искупитель». Чудовище с медными клыками и гладкой шерстью, которое уже несколько дней ничего не ело.</p>
    <p>Ишвен обреченно смотрел, как тот приближается. Зверь был огромен. Варвар знал, что в его состоянии шансы на победу ничтожны. Он обеими руками вцепился в меч и, хорошенько упершись ногами в землю, стал ждать нападения.</p>
    <p>Лев начал кружиться на одном месте. Тириус замер, не сводя с него глаз. Он знал, что зверь нападет на него сзади. Если так, можно успеть ответить на удар. Затаив дыхание, он приготовился к атаке.</p>
    <p>Внезапно лайшам поднял голову. Он сделал вид, что отходит, а потом в мгновение ока бросился на человека. Тириус успел только развернуться и выставить вперед меч. Клинок вошел в тело зверя, который в тот же миг со всей силы вцепился ему в плечо когтями. Огромная челюсть сомкнулась так близко от лица варвара, что тот успел увидеть блеск слюны на клыках. Он вытащил меч и вонзил туда, где, по его мнению, было сердце. Лев снова ударил лапой. Тириус почувствовал, что падает на спину. Вместе с хищником они покатились по земле. Резким движением ишвен высвободился, и кровь хлынула на песок. Лев попытался было снова вцепиться в свою добычу, но в тот момент, когда он собирался разогнуться, Тириус нанес ему удар прямо в голову. Зверь испустил крик, стал пятиться и наконец рухнул на песок в нескольких шагах от варвара, со стоном упавшего на колени.</p>
    <p>Ишвен поднес руку к плечу и почувствовал, как у него между пальцами течет что-то теплое и липкое. Стиснув зубы, он доплелся до большого камня, вырыл под ним небольшую ямку и забился в нее, даже не слыша собственных стонов. Стервятники. Тириус думал о стервятниках. О том, как ночью они набросятся на его раздувшееся тело. Ишвен наугад вытянул руку и почувствовал, как ему на подбородок стекает кровавая пена. Мир вокруг перестал существовать. Пустыня исчезла. Неведомая сила увлекала его куда-то вдаль.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вырезанные в скале дома.</p>
    <p>Он стоял перед деревней — не той, где вырос, но все же странно знакомой. Ветер вздымал облачка пыли. Тень от скалистого берега накрывала долину. Он стоял на самой границе света и мрака.</p>
    <p>У него за спиной что-то было, или не за спиной, а над головой, или не над головой — точно не понять, где. Смутная угроза. За ним следят, ему желают зла. Какая-то незримая сила готова обрушиться на него и безжалостно поглотить.</p>
    <p>Он закричал, но из горла не вырвалось ни звука. Почему-то он не мог и двигаться. Зной был невыносим, он накрывал как волна, обжигая лицо, и где-то, за много километров от деревни, скал и каньонов, его тело лежало в святилище, как высохшая мумия, и он в самом прямом смысле умирал от жажды.</p>
    <p>Смутная угроза.</p>
    <p>Пошевелиться, выйти из убежища — значит отдаться на милость победителя. Разве этому его учили его родные? Но где они, его родные? Он снова закричал, и снова беззвучно.</p>
    <p>Деревня была мертва.</p>
    <p>Души его предков неслись по воле ветра, танцевали в пыли. От зноя они лишились разума.</p>
    <p>Река в долине остановила свой бег.</p>
    <p>Он видел склонившиеся над рекой деревья, морщинистые руки, погружающиеся в воду, знакомые лица, смех и медленное наступление вечера. Но все это было готово исчезнуть в любую минуту. Невидимая, затаенная угроза все еще была рядом. Ветер яростно выл над землей, и с этим ничего нельзя было поделать.</p>
    <p>Только ждать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На залитой солнцем террасе принц Полоний прикрыл глаза, наслаждаясь умелыми движениями растиравших его опытных рук. Тело принца было намазано маслом с мускусом и распространяло в обжигающем воздухе легкий аромат цитрусовых. Обмахивая его расшитыми шелковыми опахалами, внимательные прислужники сменялись у изголовья, предвосхищая малейшие желания.</p>
    <p>В полусне Полоний видел, как стоит обнаженный перед своим ложем. Молодая женщина с длинными, гладкими черными волосами приподнялась при его приближении. На ней тоже не было одежды, но завидя приближающийся силуэт, она прикрыла свою наготу широкой белой простыней. Принц желал эту женщину. Одним движением он сорвал с нее простыню и упал на колени подле ее лица.</p>
    <p>Приоткрыв глаза, Полоний с удовлетворенным вздохом перевернулся на спину. Его мужская плоть была сильно напряжена, и слуги, юноши с бронзовой кожей, машинально продолжали махать опахалами, избегая смотреть туда.</p>
    <p>Принц проснулся.</p>
    <p>Улыбаясь, он провел рукой по своему мужскому органу и ощутил ожидаемую твердость. Его взгляд встретился со взглядом юноши, поступившим к нему на службу всего несколько месяцев назад.</p>
    <p>— В чем дело? — спросил он, вставая.</p>
    <p>Юноша, оцепенев от ужаса, помотал головой.</p>
    <p>Вдалеке, на нижнем этаже дворца трижды ударили в массивный бронзовый гонг. Это означало визит особы императорской крови.</p>
    <p>Выхватив простыню из рук другого прислужника, Полоний обвязал ее себе вокруг талии. Его лоб был покрыт испариной. Одним жестом он поправил волосы, затем щелкнул пальцами, и ему протянули венец, который принц водрузил себе на голову. Потом он снова сел, не спуская глаз с монастыря Скорбящей Матери, черной громадой возвышавшегося над горизонтом.</p>
    <p>— Ее величество императрица Аларис, — объявил стражник.</p>
    <p>Полоний кивнул. Его прислужники выстроились в линию и напряглись.</p>
    <p>На террасу вошла молодая женщина. На ней было платье из алого шелка, которое не могло скрыть соблазнительные формы.</p>
    <p>Взгляд ее накрашенных глаз был направлен куда-то вдаль.</p>
    <p>Обуви на женщине не было, щиколотки украшены золотыми браслетами. Собранные наверху волосы были черны, как вороново крыло.</p>
    <p>Принц знаком велел слугам исчезнуть.</p>
    <p>Прислужники тут же скрылись. Императрица сделала еще несколько шагов.</p>
    <p>Она была маленького роста, и будущий супруг выбрал ее в семье, где кроме нее было еще шестеро детей. Ей тогда не исполнилось и десяти лет, но его величеству чрезвычайно понравился бледный цвет ее лица. В соответствии с обычаем вся семья императрицы была казнена.</p>
    <p>Полоний не повернул головы, чтобы посмотреть, как она приближается. Это лицо и эти глаза ему выпало знать наизусть. То было его наваждение — смысл и мука его жизни.</p>
    <p>— Ты с ума сошла, — сказал он, когда она была от него в нескольких шагах.</p>
    <p>— Он не знает, где я. Он спит, он при смерти. Он давно потерял разум.</p>
    <p>— Дражайший братец, — прошептал принц. — Тучный, смертельно больной. Что тебе нужно? Говори.</p>
    <p>В лице молодой женщины ничего не отразилось. Она смотрела на своего любовника, как смотрят на статую — с равнодушием, с которым взирают на неодушевленные предметы.</p>
    <p>— У тебя есть новости?</p>
    <p>— Новости?</p>
    <p>— Ты прекрасно знаешь, о чем я. О твоем юном гвардейце.</p>
    <p>— Ах, о нем. Думаю, Хассн уже сделал свое дело.</p>
    <p>— Ты уверен?</p>
    <p>— Хассн не знает поражений. Я посулил ему за голову варвара пятьдесят тысяч золотых. А чтобы подстраховаться, за его голову я тоже назначил цену.</p>
    <p>Императрица взмахнула ресницами.</p>
    <p>— Ты чудовище, — сказала она.</p>
    <p>На губах принца заиграла улыбка.</p>
    <p>— Поверь мне, так было лучше. И для тебя, и для меня.</p>
    <p>— Он бы никогда ничего не рассказал, ты же знаешь. Ты предал его, потому что он не азенат. Ты боялся его. Как боишься всех остальных.</p>
    <p>Полоний медленно приподнялся, вытянул вперед руку и схватил женщину за горло.</p>
    <p>— Довольно, — процедил он. — Если бы ты все не испортила, ишвен давно уже был бы мертв и никто бы ничего не заподозрил. Мне надоели твои капризы, принцесса. Если мой брат узнает, что произошло на самом деле, он велит казнить нас обоих. Ты этого хочешь?</p>
    <p>Пальцы императрицы опустились на его запястье, но он не разжал своей стальной хватки. В глазах Полония сверкал первобытный гнев.</p>
    <p>— Ты просто маленькая дура. Твои капризы могли стоить нам жизни. К счастью, время на нашей стороне. Разве ты не хочешь царствовать вместе со мной?</p>
    <p>Резким жестом он отбросил ее от себя. Женщина поднесла пальцы к шее и злорадно усмехнулась.</p>
    <p>— Царствовать? Я и так уже царствую. Что для меня изменится?</p>
    <p>Принц вновь опустился на свое ложе и вытянулся. Закрыв глаза, он улыбнулся солнцу.</p>
    <p>— Я подарю тебе сына, — сказал его высочество. — Я подарю тебе сына, которого он не может тебе дать. Это выгодно нам обоим.</p>
    <p>Он поднял руки к небу, а потом медленно опустил их, как бы изображая свадебный полет двух влюбленных птенчиков.</p>
    <p>— Ну, а теперь ступай, — проговорил он, усталым жестом веля ей уходить. — Ты больше нравишься мне во сне.</p>
    <p>Императрица долго стояла рядом с ним. Он смотрела на него со смесью гнева и недоверия. Его спокойствие и самоуверенность выводили ее из себя, но по-своему она до сих пор любила принца. Он был на тридцать лет младше своего брата. В расцвете сил: будущий Император — жестокий и беспринципный, способный как на самые высокие, так и на самые низкие поступки. Она пожала плечами и вышла. Когда женщина покинула террасу, прислужники, находившиеся в приемной, при ее приближении опустили глаза. Ей хотелось приказать их высечь.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Эй ты! Проснись!</p>
    <p>Кто-то тряс его за плечо. Ишвен с трудом открыл глаза, подавил приступ тошноты и огляделся. Он лежал в палатке кочевников. Над ним склонился какой-то юноша: акшан.</p>
    <p>— Ну как?</p>
    <p>— Пить, — прошептал Тириус Бархан спекшимися губами.</p>
    <p>Юноша встал, взял бурдюк из козлиной кожи и помог больному приподняться, чтобы тот мог сделать глоток. Ишвен с наслаждением почувствовал, как бесценная жидкость льется в горло. У его губ образовались два желобка. Он одарил молодого человека улыбкой, полной благодарности.</p>
    <p>— Клянусь Великим Духом, — прошептал акшан, — ты выпил больше воды, чем есть у неба.</p>
    <p>Он взял бурдюк и поставил его на землю позади себя.</p>
    <p>Снаружи жара была невыносимой. А внутри шатра ее вполне можно было терпеть. Тириус Бархан лежал на шерстяной циновке, по краям которой были разложены золотистого цвета подушки. Левая рука у него была перевязана.</p>
    <p>— Не понимаешь? — сказал молодой акшан, снова наклоняясь к нему. — Ты проспал больше семи дней. Мы думали, что ты умер. Нашел тебя я. Ты ударился об камень.</p>
    <p>Тебе очень повезло, что Лайшам тебя не убил. Мы тебя выходили, а…</p>
    <p>— А теперь ты должен за это заплатить, — закончил вместо него человек, в этот момент вошедший в шатер.</p>
    <p>Ишвен с трудом поднял голову.</p>
    <p>Вновь пришедший был весьма богато одет. На нем была расшитая туника из дорогой ткани, а на боку висела парадная сабля.</p>
    <p>— Меня зовут Салим, — объявил он с порога. — Я… гм… глава каравана, который тебя подобрал. В Дат-Лахане за твою голову обещаны большие деньги. Хочешь, чтобы я тебя не выдал, — придумай что-нибудь.</p>
    <p>Молодой акшан повернулся к говорящему с явным неодобрением на лице.</p>
    <p>— Ну, и что будем делать? — вздохнул человек, поглаживая свою длинную черную бороду. — Я торговец. Деловой человек. Насколько мне известно, этот парень — преступник.</p>
    <p>— Ну конечно, — процедил юноша, вставая. — Ты же знаешь азенатское правосудие. Происки старых змей.</p>
    <p>— Возможно, — согласился торговец. — Но за его поимку обещаны двадцать тысяч золотых. Такую сумму пятеро наших мужчин зарабатывают за год. Подумай-ка об этом.</p>
    <p>— Салим, ты слишком много думаешь, — громко сказал из-за его спины третий мужчина, грубовато пихнул торговца в бок и в свой черед подошел к ишвену.</p>
    <p>— До новых приказаний пока еще хозяин тут я, — заявил он. — И мое слово — закон. Ты забыл об этом?</p>
    <p>— Н-н-нет, — ответил торговец, пятясь назад.</p>
    <p>— Вот и хорошо, — сказал его собеседник, похлопывая Салима по груди. — Если будешь путать алчность и деловую хватку, ты никогда ничего не добьешься. Я ведь твой старший брат, или нет? Я позволил тебе командовать караваном, потому что верил в твой ум. Пожалуйста, не разочаровывай меня.</p>
    <p>Человек по имени Салим отошел, бормоча себе под нос что-то невнятное. Его старший брат склонился над Тириусом. У него была седая борода, красноватое лицо казалось добрым, хотя по дыханию чувствовалось, что он недавно выпил пряного вина.</p>
    <p>— Меня зовут Хедар, — выдохнул мужчина в лицо ишвену. — На самом деле главный в караване я.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— С нами тебе нечего бояться.</p>
    <p>При этих словах ишвен снова уснул. Он не видел снов: был весь в поту, спал беспокойно, и люди с прикрытыми тканью лицами сменяли друг друга у его изголовья. Снаружи поднялась страшная песчаная буря, которая помешала каравану двигаться дальше. Когда она кончилась, Тириус проснулся. На третий день он смог встать, обошел все поселение и наконец отыскал Хедара, который рассматривал копыта мула.</p>
    <p>— Ах так, — при виде его сказал толстяк, — ты решил вернуться к нам?</p>
    <p>— Я должен тебя поблагодарить, — сказал ишвен, указывая на свою перевязанную руку. — Ты и твои люди спасли мне жизнь.</p>
    <p>Главный караванщик встал и вытер лоб рукавом. А затем поднял глаза к небу, дышавшему непереносимым зноем.</p>
    <p>— Брось. Так сделал бы любой на моем месте.</p>
    <p>— Может быть — кроме твоего брата.</p>
    <p>Хедар усмехнулся.</p>
    <p>— Не обращай внимания на Салима. Он полон добрых намерений, но претворять их в дела не умеет. Пойдем, мой друг. Выпьем вместе. И ты мне расскажешь свою историю.</p>
    <p>Он взял его за плечо и потащил к своему шатру, тяжелому сооружению из белого полотна, и отошел в сторону, чтобы пропустить гостя. Внутри царил невообразимый беспорядок: там были груды одежды и посуды, две зазубренные сабли, сети и корзины со снедью, многочисленные медные блюда и даже живая коза. Возлежавшая на горе подушек грузная женщина с добродушным лицом протянула руки к Хедару и произнесла несколько слов, которых Тириус не понял. Главный караванщик взял ее полные, красные руки в свои и покрыл их поцелуями.</p>
    <p>— Моя жена, — объяснил он.</p>
    <p>Ишвен низко поклонился.</p>
    <p>Мужчины опустились на колени прямо на земле перед одним из больших блюд, и Хедар велел подать горячего чаю. Тириус рассказал ему о том, как попал в тюрьму, и о том, как бежал, а хозяин слушал его, ни разу не прервав, время от времени макая сушеный финик в большую глиняную чашу. Когда ишвен закончил, он выплюнул все косточки разом и встал, чтобы выбросить их на улице.</p>
    <p>— Приговорен к смерти. Ясно. Полагаю, больше ты мне об этом ничего не скажешь.</p>
    <p>— Не могу, — подтвердил ишвен.</p>
    <p>Он хотел что-то добавить, но собеседник жестом остановил его.</p>
    <p>— Нет, нет, мой друг. Я не хочу ничего об этом знать. Правда — это дикий зверь, всегда готовый укусить в протянутую руку. Оставь свои тайны при себе. Я знаю азенатов, а ты похож на честного человека. Не на преступника.</p>
    <p>Тириус поднял свою чашу, сделал ею жест в сторону хозяина и молча кивнул. Мужчины, улыбаясь, сделали по глотку чая.</p>
    <p>— Что ты думаешь делать? — спросил Хедар. — Мы держим путь в Эзарет.</p>
    <p>— Я хочу вернуться на восток, — ответил ишвен. — В страну моих предков.</p>
    <p>— Боюсь, это не так-то легко.</p>
    <p>В глазах акшана мелькнуло беспокойство.</p>
    <p>— Менее чем в четырехстах километрах отсюда видели отряды сентаев. К востоку.</p>
    <p>— Сентай всегда были тут.</p>
    <p>— Но они подошли ближе. И все время подходят ближе.</p>
    <p>— Я знаю.</p>
    <p>— Боюсь, ты не вполне понимаешь, — мягко сказал Хедар. — Я сам никогда их не видел, хвала моим предкам, но знаю одного торговца, который…</p>
    <p>— А я их видел. Они убили мою семью.</p>
    <p>Акшан медленно опустил свою пиалу.</p>
    <p>— Что ты сказал?</p>
    <p>— Это было давно, и я… Я был ребенком и не очень хорошо это помню.</p>
    <p>— Где?</p>
    <p>Тириус горько улыбнулся; по непонятной причине, его самые ранние воспоминания прерывались на этом месте: он не помнил ни своих родителей, ни того, что произошло потом. Юноша видел их лишь в своих снах, а сны часто лгут.</p>
    <p>— Я не знаю, где находится моя деревня. Она была очень далеко отсюда, далеко на восток. Я вижу речку, скалистые берега. Я вижу безоблачное небо и…</p>
    <p>Он опустил голову. Хедар положил руку ему на плечо и осторожно его потряс.</p>
    <p>— Тебе кажется, я все это придумал, — вздохнул ишвен, вставая. — Мой учитель в Дат-Лахане говорил мне то же самое. Но это не важно. Главное, что я никогда не отыщу мою деревню. Прошлое для меня как погребенные под песком развалины. И, наверное, так лучше.</p>
    <p>— Но иногда, — ответил акшан, в свою очередь поднимаясь, — иногда буря сметает песок и обнажает древние развалины, которые, казалось, были погребены уже навсегда.</p>
    <p>Тириус не слушал его. Он вышел из шатра: ему было необходимо, чтобы солнце ударило по коже, как по барабану.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На следующий день караван тронулся. Он держал путь в Эзарет: несколько мулов, пара белых лошадей, а вместо повозок странные сани, оставляющие на песке неправильные борозды. Человек пятьдесят мужчин и женщин в тюрбанах и многослойной одежде из светлой ткани следовали за караваном. Их глаза спокойно вглядывались в пустыню, ноги увязали в песке, и люди медленно шли вперед, думая каждый о своем. Двигались ранним утром, а в самые жаркие часы делали привал. После этого снова пускались в путь, и следующую остановку делали лишь с наступлением темноты на краю какого-нибудь оазиса, зарослей кактуса на берегу полувысохшего озера.</p>
    <p>Природа вокруг была потрясающей красоты. Древние скалы, помнящие сотворение мира, утесы, возвышающиеся над линией горизонта. Иногда духи подавали голос, земля вздыбливалась, и вихри из песка и пыли наугад неслись над землей цвета охры. Тогда караван останавливался. С мулов сбрасывали поклажу, как можно быстрее развязывали веревки, разворачивали длинные, свернутые в тюки полотнища ткани и, когда успевали, вырывали в земле траншеи, в которых прятались и ждали, пока пройдет буря. Пыль была повсюду: в шатрах и в поклаже, в глазах и в пище. Оставалось только свернуться на дне траншеи и ждать, пока этот кошмар закончится. Иногда ждать приходилось часами. И вдруг в какой-то момент, удовлетворив свою жажду крови, буря удалялась так же быстро, как и приходила. Пути ее были неисповедимы.</p>
    <p>Хедар и его люди хорошо знали Белую Пустошь. Много лет они пересекали ее с севера на юг и с востока на запад. Однако, как объяснил Тириусу главный караванщик, каждое путешествие было не таким, как прежние — вечно новым. Ночью дорогу указывали звезды. На вершинах дюн громко кричали одинокие койоты. Ужинали в молчании кашей из кактусов, кукурузными лепешками, кузнечиками и чаем. Чтобы убить время, люди играли в кости, иногда также мерялись силой рук. В этом случае на земле устанавливали небольшие деревянные столики, у которых устраивались противники, а все остальные окружали их и наблюдали за ходом состязания. Проводился лишь один тур.</p>
    <p>На третий вечер Тириус, который за два дня ни с кем не обмолвился словом, присоединился к зрителям. Только что закончилась партия в кости. Начиналось состязание в силе. Ишвен смотрел, как люди встают у столов на колени, как напрягаются их мускулы, как блестит азарт в глазах. Крики досады и триумфа возносились к ночному небу, а костер отбрасывал на дюны странные тени.</p>
    <p>— Уходи, чужеземец.</p>
    <p>Тириус обернулся. Это был Салим, брат Хедара — тот, кто хотел выдать «преступника» азенатам. По непонятной ишвену причине, торговец с длинной черной бородой так и не смог привыкнуть к его присутствию. От него вечно несло пряным вином. Салим много пил, еще больше, чем его брат, и ничего хорошего такое не сулило. Это знали все. В другое время они предусмотрительно держались от торговца подальше, что не мешало им говорить о нем при любой возможности. Хедр обещал в будущем году передать ему руководство караваном. Но при таком положении дел это было весьма проблематично. Тириус отошел, не вступая в перепалку.</p>
    <p>— Эй, эй, — снова начал акшан, — отойдите все. Ставлю пять тысяч золотых против любого из вас. Вы хорошо меня слышали?</p>
    <p>Изумленный шепот пробежал по толпе. Пять тысяч золотых — это же больше, чем большинство торговцев зарабатывает за год. Но Салим был богат.</p>
    <p>— Не валяй дурака, — произнес кто-то из зрителей. — Нам не нужны твои деньги.</p>
    <p>— Он прав, Салим. Иди-ка лучше поспи. У нас впереди еще целый день пути.</p>
    <p>— Что? — резко обернулся зачинщик. — Кто это сказал? Кто посмел бросить вызов Салиму Великому?</p>
    <p>— Салиму Пьянице, — заметил какой-то человек высокого роста, выходя в центр круга. — Все, что я говорю, — для твоего же блага.</p>
    <p>— Разрази меня гром! — взревел торговец, ударяя себя кулаком в грудь. — Джадир Хасем, мой двоюродный брат. Значит, это ты хочешь бросить мне вызов?</p>
    <p>— Нет, — ответил тот, протестующе замахав руками, — нет, послушай…</p>
    <p>— Ты сам напросился! — вскричал разъяренный Салим. — Иди сюда, я преподам тебе урок, который ты заслужил.</p>
    <p>— Салим…</p>
    <p>Но тот уже сидел за маленьким столиком из кедра в ожидании своего противника.</p>
    <p>— Пять тысяч золотых, жалкая мокрая курица.</p>
    <p>— Салим, послушай…</p>
    <p>— Боишься? Джадир Хасем — да будут мне свидетелями духи моих предков — ты всегда был беспринципным ублюдком. Ты не способен даже на…</p>
    <p>— Отлично! — взорвался акшан, в свою очередь вставая на колени у столика. — Хорошо, начнем.</p>
    <p>В мертвой тишине мужчины сцепили руки. Толпа сделала шаг назад.</p>
    <p>— Дайте знак, — приказал Салим. — Пять тысяч золотых.</p>
    <p>К столу подошел человек, в котором Тириус узнал молодого кочевника, который давал ему пить, когда он очнулся. Акшан торжественно поднял руку и резко опустил ее.</p>
    <p>Салим глухо зарычал. На шее у него вздулись вены, он стиснул зубы, изо всех сил напрягая мускулы. Через мгновение победа была у торговца в кармане, или, по крайней мере, всем так показалось. На самом же деле соперник играл с ним. Зрители затаили дыхание. Губы Джадира Хасема искривились в чуть заметной улыбке. Он медленно, очень медленно поднял руку своего противника. Потом так же медленно, но неумолимо стал ее опускать. У Салима побагровело лицо, однако ничего нельзя было сделать. Его рука с сухим стуком коснулась деревянной поверхности стола. С нервной усмешкой он рухнул на спину. Его соперник поднялся, стряхнул пыль с рукавов туники и обвел взглядом замершую толпу.</p>
    <p>— Пять тысяч золотых, — сказал он громко. — Когда ты отдашь мне мой выигрыш, Салим?</p>
    <p>Последний попытался встать, но тут же упал. Кто-то из участливых зрителей помог ему сесть.</p>
    <p>— Поглоти тебя буря.</p>
    <p>— Постойте!</p>
    <p>Пробравшись через толпу кочевников, к столу вышел Тириус Бархан. На его матовой коже играли медные отблески костра. Все взгляды устремились на него. Акшаны успели привыкнуть к нему; крепкое телосложение варвара вызывало восхищение, а таинственное прошлое было предметом пересудов. И он всегда предпочитал держаться в стороне. До настоящего момента.</p>
    <p>— Постойте, — повторил ишвен, вставая на колени перед столиком. — Джадир Хасем, теперь я бросаю тебе вызов. Пять тысяч золотых.</p>
    <p>Акшан с минуту был в замешательстве. Он посмотрел на остальных, затем на Тириуса. Все в караване знали о его мощи. На вид чужеземец был так силен, что мог с легкостью победить любого из них. Но Джадир был одним из самых сильных мужчин племени. А отказаться от вызова значило покрыть себя позором.</p>
    <p>— Хорошо, — в конце концов выдавил Хасем. — Но — две тысячи золотых.</p>
    <p>— Пять тысяч, — повторил ишвен. — То, что ты только что выиграл.</p>
    <p>Акшан снова заколебался. И снова, встретившись взглядом со своими соплеменниками, уступил.</p>
    <p>— Идет.</p>
    <p>Соперники заняли позицию. За спиной у Тириуса нервно тер себе глаза Салим. Когда его хотели отодвинуть, он выругался, и торговца оставили в покое.</p>
    <p>Состязание началось. Рука ишвена, как металлический рычаг, нисколько не напрягаясь, без труда пригнула к столу руку соперника. Джадир Хасем закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, собрать все силы. В течение нескольких секунд он как будто сопротивлялся своему противнику. Но это была лишь иллюзия. Через мгновение его рука коснулась деревянной поверхности стола, и поединок был окончен.</p>
    <p>Тириус поднялся в мертвой тишине. Проигравший так и остался стоять на коленях.</p>
    <p>— У меня нет пяти тысяч золотых, — признался он, опустив голову.</p>
    <p>— У меня тоже, — ответил ишвен. — Тебе нужно всего лишь простить долг твоему первому сопернику.</p>
    <p>Салим в изумлении поднял на него глаза. Чужеземец неопределенным жестом попрощался с собравшимися и отправился спать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На следующий день караван снова пустился в путь.</p>
    <p>До Эзарета оставался один день пути. Теперь акшаны смотрели на чужеземца совсем по-другому. Женщины при виде его начинали перешептываться, а в глазах мужчин светилось восхищение или даже нечто еще большее. Хедар, который только и слышал о подвигах ишвена, молчал. Он просто подошел к гостю, похлопал его по плечу и сжал в объятиях.</p>
    <p>— Отныне, — объявил он, — любой, кто захочет причинить тебе вред, будет иметь дело со мной.</p>
    <p>Что же до Салима, тот не знал, что и сказать.</p>
    <p>Его отношение к чужеземцу полностью изменилось, но ему недоставало слов, чтобы выразить свою благодарность. Такие вещи были для него внове. Все утро он шел рядом со своим благодетелем. Тириус делал вид, что не замечает его, на том все и кончилось. Но их души в этот день связала невидимая нить.</p>
    <p>Пустыня мало-помалу уступала место равнине. Солнце светило уже не так жарко, а на пути то и дело попадались кустики с золотистыми шипами. В полдень караван остановился под сенью оливкового дерева. Мужчины растянулись на желтоватой траве, наслаждаясь ее относительной свежестью. Из рук в руки передавали припасенные на этот случай кувшины с пенистым вином. Тириус выпил наравне с другими. Вино закусили медовыми лепешками и вяленым мясом. Женщины достали дудки и тамбурины, и кое-кто из мужчин стал танцевать вместе с ними. Затем Хедар встал и ударил в ладоши. Пора было продолжать путь.</p>
    <p>Когда вдалеке появились ворота Эзарета, солнце только что скрылось за горизонтом.</p>
    <p>Гордый южный город сверкал вдали как бриллиант. Купола его дворцов переливались в лучах заката, как драгоценные камни посреди зелени. Город был знаменит своими висячими садами и гигантскими рынками, самыми большими и богатыми во всей Империи. Эзарет был последним оплотом цивилизации перед Белой Пустошью и поэтому служил пристанищем пестрой толпе людей. С наступлением темноты откуда-то как по волшебству появлялись веревки, и одетые в черное убийцы пробирались во мрак одиноких башен. Город смертоносных тайн, город многоцветия и непостоянства — таков был Эзарет, и, стоя у подножия его стен, ишвен долго глядел на него, пока маленький караван, каких вокруг были еще десятки, собирался вокруг своего главы.</p>
    <p>Для того, чтобы попасть в город, нужен был пропуск, а на то, чтобы его раздобыть, иногда приходилось тратить несколько часов, несмотря на то что Хедар приходил сюда уже много лет. Нужно было проверить снаряжение, наполнить водой кувшины, починить колеса на повозках — все это тоже требовало времени. Забравшись на холм, Тириус наблюдал за бесконечной вереницей караванов перед воротами города, за нервными стражниками, за изможденными людьми и животными, сгибающимися от жары и мечтающими лишь об одном — поскорее войти в город. Потом он обернулся.</p>
    <p>Позади раскинулась необозримая долина. Тишина, простор. Дорога между холмами была еле заметна, как спящая в траве змея, и терялась среди гор. Ишвен знал, что за ними начинается необъятное центральное плато. Страна Тысячи Каньонов. Земля его детства — бескрайняя и бесконечно прекрасная. Гордая зелень деревьев на фоне красных скал. Глубочайшие ущелья, в которые никогда не проникает солнечный свет. Леса, дышащие живительной влагой, овраги и подвесные мосты. Серебристые речушки, в которых резвится форель и к которым приходят на водопой медведи. Тень и покой. Бесконечные знойные дни, когда можно бежать куда глаза глядят, наслаждаясь абсолютной свободой, солнце и звезды, — да, ему не хватало их, и теперь, когда все это вдруг обрушилось на него, ишвен испытал такую острую боль, что чуть не заплакал. «Посмотрите, братья мои, пришла весна, солнце поцеловало землю, и скоро мы увидим плоды этой любви».</p>
    <p>— Тириус.</p>
    <p>Хедар положил руку ему на плечо. Он повернулся к нему и к городу, который черным покрывалом окутывала ночь.</p>
    <p>— Красиво, правда?</p>
    <p>— По-моему, ты так не думаешь.</p>
    <p>— Не знаю, — признался ишвен, качая головой. — Да, конечно, но… Все так странно. Когда я лежал в пустыне, еще до того как вы меня нашли, я видел сон. Я вернулся в страну моего детства. И она была прекрасна.</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>— Но там было и другое. Какая-то угроза.</p>
    <p>Хедар ничего не ответил. Мужчины смотрели на Эзарет, город, кишащий людьми, чудовище, как мираж выросшее из южных легенд.</p>
    <p>— Это не моя страна, — прошептал Тириус.</p>
    <p>— Что ты сказал?</p>
    <p>— Я хочу уйти, Хедар. Я хотел этого с самого начала. Ты и твои люди спасли меня. Я буду вечно вам благодарен. Но мое место не здесь, не в этом городе.</p>
    <p>— Тебе решать, — ответил торговец, запуская пальцы в свою густую бороду. — Не знаю, вышел ли бы из тебя хороший торговец. В этом мы, акшаны, сильнее всех. У нас это в крови. Наверное, тебе и вправду лучше носиться по равнинам; и пусть с тобой никогда не случится ничего хуже этого.</p>
    <p>— Да будет так, — улыбнулся ишвен.</p>
    <p>Акшан развернулся и подошел к своим соплеменникам. Он несколько минут говорил с ними, после чего вернулся к Тириусу, осторожно неся в руках что-то длинное, завернутое в материю. Юноша наклонился и снял ткань: это был его меч.</p>
    <p>— Твое главное сокровище, — фыркнул глава каравана. — Будь осторожен.</p>
    <p>— У нас ты всегда будешь желанным гостем, — добавил Салим, подходя к ним.</p>
    <p>Он заключил ишвена в объятия и крепко сжал его.</p>
    <p>— Да поможет твоя мудрость тебе простить меня.</p>
    <p>— Считай, что все забыто, — ответил варвар.</p>
    <p>— У тебя благородная душа. Желаю тебе найти то, что ты ищешь.</p>
    <p>Он достал из-под своей туники старый мятый пергамент и протянул ему. Тириус взял его и осторожно развернул. Лицо ишвена прояснилось. Горы, ущелья, луга, пустыня. И там и тут — маленькие башенки: города, затерянные в сердце Архана.</p>
    <p>— Это карта, — объяснил акшан. — Я только что ее купил. Самая верная из всех карт.</p>
    <p>— Я верну тебе ее, когда мы встретимся в следующий раз, — улыбнулся Тириус. — Когда выучу ее наизусть.</p>
    <p>— Да исполнит Анархан твое желание, — ответил Салим.</p>
    <p>Трое мужчин вернулись к каравану. Там тем временем раздобыли пропуск. Через несколько мгновений для Хедара и его соплеменников раскроются врата Эзарета. Ишвен коротко попрощался с остальными. Жена Хедара подарила ему на счастье амулет — оправленный в бронзу кусок нефрита. Джадир Хасем хлопнул его по плечу и сжал руку. Молодой акшан, который дал ему напиться, когда он очнулся, тоже был там. Никто не хотел отпускать варвар.</p>
    <p>— Мы останемся в Эзарете, пока не спадет жара. Ты всегда сможешь найти нас здесь. До скорой встречи!</p>
    <p>На прощание маша им рукой, ишвен стал удаляться. Женщины кричали ему вслед «счастливого пути», а мужчины подбрасывали в воздух тюрбаны, которые опускались на землю как падающие звезды, как метеориты, как предзнаменования.</p>
    <p>Тириус Бархан прикрепил меч к поясу и ускорил шаг. Потом бросился бежать. Он был опьянен свободой, молодостью, предвкушением новой жизни. Ночь навевала сладкие грезы. Воздух был прохладен, небо усыпано звездами. На ишвене были туника и акшанские штаны. Годы, проведенные в Дат-Лахане, вдруг показались ему бесконечно далекими. Мираж, поглощенный туманом времени. Когда он обернулся, его друзей уже не было видно. Все было хорошо.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Раджак Хассн умирал.</p>
    <p>В первую ночь, в полусне, он попытался освободиться, разорвать путы, но ишвен привязал его крепче, чем казалось, и наемный убийца только ободрал себе запястья. Он проснулся утром, дрожа от холода и усталости, с глазами, полными слез.</p>
    <p>Тошнота. Боль в животе.</p>
    <p>Раджака Хассна вырвало прямо на себя.</p>
    <p>Новые попытки. Судороги: он стал извиваться как червь и в конце концов сумел высвободиться. Два часа наемник просидел согнувшись, спрятав лицо в нежной траве. Потом поднялся. Жажда. От иддрама пить хотелось в десять раз больше. Его горло жестоко пылало, и он уже потерял много воды.</p>
    <p>Встав посреди необъятной равнины, Хассн огляделся. Потом вновь упал. Кошмары, липкие сны душили его как удавы. Он не понимал, где находится. Предметы вокруг окрашивались в странные цвета. У него больше не было оружия. У него больше не было коня. У него не было пищи и сил двигаться вперед.</p>
    <p>На закате наемник все же встал.</p>
    <p>И двинулся в путь. Шаг за шагом. Пошатываясь, воздев руки к темному небу, в призрачном молчании бесконечной равнины. Перед ним то и дело, как далекий мираж, вставало лицо ишвена, и даже закрывая глаза, он не мог прогнать этот образ. Хассн видел, как тот скачет куда-то к югу, связанный с ним той таинственной нитью, что иногда скрепляет людей.</p>
    <p>На колени. Встать, не умирать.</p>
    <p>Его мучения продолжались неделю.</p>
    <p>Открыть глаза. Стонать под жаркими лучами солнца. Пить, припав, как дикий зверь, к источнику с горьковато-соленой водой. Смотреть на тени в том бесконечном сне, в который превратилась жизнь. Ему казалось, будто его укусила гадюка или один из тех ядовитых скарабеев, которых так много в высокой траве. Ну конечно — скарабей. Он видел, как тот шевелит челюстями перед его лицом, и зашелся в долгом беззвучном крике.</p>
    <p>Наконец наступила спасительная темнота.</p>
    <p>«Я сохранил тебе жизнь».</p>
    <p>Эта фраза, вертевшаяся в голове, засела у него в сердце как острый нож.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Тело наемника обнаружили несколькими днями позже.</p>
    <p>Прискакавшие из Эзарета азенатские посланники.</p>
    <p>Они спешились, и один из них приложил ухо к его груди. Потом повернулся к остальным, пожимая плечами.</p>
    <p>Азенатцы взяли его тело с собой и отвезли в Дат-Лахан.</p>
    <p>Они прибыли в город два дня спустя, после наступления темноты. Перед ними распахнулись Большие Южные ворота, и они проследовали до императорского дворца.</p>
    <p>Император принял их лично. Взглянул на тело.</p>
    <p>— Мертв?</p>
    <p>Гонцы покачали головами.</p>
    <p>— Пока нет, ваше величество. Но он впал в великий сон. Сон, от которого не просыпаются.</p>
    <p>С помощью своих прислужников Император с трудом поднялся с трона и опустился на колени подле бездыханного тела. Складки на шее делали его похожим на огромную жабу. Остальные в молчании взирали на него. Государь приподнял наемному убийце веки. Потом медленно, но без посторонней помощи поднялся. Он хотел знать, что может сказать этот человек, и ему в голову пришла мысль. Его величество вновь уселся на трон и хлопнул в ладоши. Двери открылись и вбежали советники.</p>
    <p>— Отвезите его в… о-о-ох… монастырь, — произнес Император, указывая на тело.</p>
    <p>— Простите, ваше величество?</p>
    <p>— Скажите монахиням… Скажите монахиням монастыря Скорбящей Матери, чтобы они… о-о-ох… воскресили этого… человека.</p>
    <p>— Но, ваше величество…</p>
    <p>Он схватил одного из своих советников за руку и поднес губы совсем близко к его лицу, чтобы тот хорошо услышал.</p>
    <p>— Любым способом, понял? Я знаю, что… ох… некромантия за… запрещена. Но я — воплощение Е… Единственного. И я хочу… Я хочу, чтобы этот человек… ох… жил. Я хочу знать, что сказал ему мой брат. Я хочу знать, видел ли он этого… о-о-ох… несчастного… несчастного…</p>
    <p>Приступ кашля. Его императорское величество согнулся пополам на своем троне, а прислужники в замешательстве смотрели на него, не зная, что делать. Потом государь выпрямился.</p>
    <p>— Ступайте же!</p>
    <p>Тело Раджака Хассна подняли с земли.</p>
    <p>Больше Император его не видел.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Движение во мрак, бездыханное тело, уносимое черной волной: монахини в масках в молчании шли вперед, низко опустив головы. Шелест их юбок, тихий шорох шагов по холодному камню. Нет больше света. Медленные, почти неощутимые биения Сердца. Лестница, потом другая. Была почти полная тьма, но дочери Скорбящей Матери привыкли к этому. Их мысли в темноте возвращались к одному и тому же, вертелись вокруг одного стержня: смерть, смерть и воскресение. Жертва и искупление.</p>
    <p>Они несли на своих хрупких плечах всю скорбь азенатского народа.</p>
    <p>Тело Раджака Хассна положили на обледеневшую каменную плиту. Рядом с ним медленно догорали палочки ладана. Их едкий дым поднимался к влажному потолку, распадаясь на сероватые клочья и нежные завитки. Одна из старших монахинь сделала знак рукой. И тут же от толпы отделилась какая-то тень с книгой заклинаний в руке. Под древними сводами зазвучали слова воспоминания о Единственном, написанные на священном языке первых поселенцев.</p>
    <p>Я вышла в середину круга моих сестер. Я выпила напиток памяти, кровь, которой было омыто Святое Сердце. Я стала Голосом, моими устами говорила Скорбящая Матерь. Все вместе мы попросили у нее не-смерти, не-смерти для этого человека — чтобы глаза его раскрылись и чтобы он восстал, подобно своим живым братьям.</p>
    <p>Какая странная просьба — не-смерть. Ритуал, уже много веков находящийся под запретом. Но таков приказ Императора, и то, что должно произойти, произойдет. Длинные сверкающие шприцы, входящие в плоть. Еле слышные проклятия, молитвы, снова молитвы. Десятки маленьких флакончиков, открываемых один за другим. Мы дали Раджаку семя наших предков. Такова воля его величества — да будет так.</p>
    <p>Мы стали ждать.</p>
    <p>Мы стали ждать, и Скорбящая Матерь ответила нам. Монахини запели. Грустные псалмы, вполголоса пропетые с закрытыми глазами. Голоса становились громче, смешиваясь с запахом ладана, и наконец присутствие Скорбящей Матери заполнило собой все. Для большинства из нас это было впервые. За стенами монастыря кипела обычная жизнь. Но где-то в глубине земли трепетало вечно живое Святое Сердце нашего мертвого бога.</p>
    <p>Время тут не имело никакого значения. Наши тела были здесь, но души наши принадлежали Единственному.</p>
    <p>Мы взялись за руки. Мы вздрогнули.</p>
    <p>Я Голос.</p>
    <p>Мы, дети Скорбящей Матери, разум принесшего себя в жертву Единственного.</p>
    <p>Мы, память азенатов, ее потаенные глубины.</p>
    <p>Мы, чьи имена давно забыты, а тела погребены в этих древних подземельях.</p>
    <p>Во мраке и скорби.</p>
    <p>Мы вновь призываем тебя в мир, о Раджак Хассн.</p>
    <p>Мы спасаем тебя из чистилища, как когда-то спасли из мрака Единственного. Оставь же нижние миры, и пусть наши шприцы, наполненные мертвым семенем, впрыснут жизнь в твои вены.</p>
    <p>Я возложила руки на его тело.</p>
    <p>Не-смерть была рядом.</p>
    <p>Он открыл глаза.</p>
    <p>Наши руки разжались, дыхание вновь стало ровным.</p>
    <p>Он осторожно пошевелил пальцами.</p>
    <p>Конечно же, ни одна из нас не подняла головы.</p>
    <p>То, что мы знаем, всегда уступает в силе тому, чего мы не знаем.</p>
    <p>Не-смерть.</p>
    <p>Нам было страшно.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Тириус Бархан шел тридцать дней.</p>
    <p>Он углублялся все дальше и дальше на восток, все ближе и ближе подходил к стране своих предков.</p>
    <p>Поначалу ишвен шел по широким лугам, с которых гор даже не было видно. По бескрайним плато, куда не ступала нога человека, где только парящие в поднебесье птицы скрашивали его одиночество. Потом на пути появились горные долины, а на горизонте стали вырисовываться прибрежные скалы. Сердце ишвена сжалось. Он навсегда покидал мир азенатов.</p>
    <p>Тириус снял повязку. Рука больше не причиняла боли. Время от времени юноша разворачивал карту, которую дал Салим. Ему было совершенно не интересно, где именно он находится, но на старый пергамент было приятно смотреть. Так получалось осознавать себя частью единого целого — песчинкой среди миллионов себе подобных.</p>
    <p>Шли дни, менялся ландшафт, дикий и прекрасный. В сердце ишвена как по волшебству возрождались давно забытые ощущения. Запахи. Звуки. Шелест шагов по сосновым иголкам. Природа излучала радость. Высокие скалы рассекали шафрановое небо на куски. Тени облаков резвились на горных вершинах. Как нежданная улыбка, в земле вдруг открывались глубокие расщелины, а на горных отрогах, на охряных склонах каньонов подрагивали темные силуэты деревьев.</p>
    <p>Иногда в небе появлялся орел, круживший над рощицей, следивший за малейшим движением. С наступлением темноты на скалы забирались волки, и их одинокий вой, казалось, доходил до самой луны. По вечерам Тириус разводил костер, расставлял силки, ловил форель в речках, закусывал ягодами с кустов и засыпал под деревьями, слушая шелест ветра в листве.</p>
    <p>На тридцатый день (сам он давно потерял счет дням: его время превратилось в нечто, не поддающееся отчету, в череду мгновений), обследуя близлежащую местность, ишвен наткнулся на найанскую деревню, вырезанную прямо в скале. Долго стоял Тириус без движения на вершине холма, обуреваемый странным чувством узнавания. Он уже видел эту деревню.</p>
    <p>Под сенью огромного утеса, маленькие домики, вырезанные прямо в желтой скале, наползали один на другой. Поселение было окружено лесами и дышало спокойствием. На склоне холма расположилось небольшое кукурузное поле, с одной стороны огороженное неправильной формы стеной. Вечерело. На улице не было ни души, но из нескольких труб шел дымок.</p>
    <p>Первую ночь ишвен решил провести, не покидая своего холма. Он набрал сухих веток и построил себе из них на берегу маленькой речушки нечто вроде шалаша. Тириус поужинал остатками зайца, которого поймал накануне и завернул в листья дикого лавра. Сидя на камне, юноша долго глядел на деревню, и воспоминания его смешивались с сумеречными огоньками. Потом он отправился в свой шалаш и спал очень беспокойно.</p>
    <p>На следующее утро ишвен спустился с холма, но подходить близко к деревне не стал. Ему приходилось слышать о найанах, даже случалось встречаться с несколькими из них в Дат-Лахане, и он знал, что о них рассказывают: что это народ недоверчивый и ленивый, никогда не покидающий своих земель, лишенный честолюбия и неохотно идущий на контакт с другими народами. Но так говорили азенаты, а их словам невелика цена.</p>
    <p>Все утро Тириус провел, спрятавшись на опушке леса. Он смотрел на проходивших мимо женщин с загорелой кожей, одетых в короткие вышитые платья, с волосами, убранными в сложные прически, и тяжелыми глиняными кувшинами в руках. Ишвен также видел несколько мужчин с колчанами за спиной, отправлявшихся на охоту в сопровождении прирученных собак динго. Можно было выйти из укрытия и познакомиться с ними, но что-то его останавливало.</p>
    <p>В полдень Тириус заметил на южной дороге одинокого всадника: по всему было видно, что это чужеземец. Ишвен вышел на тропинку. С собой у него не имелось ничего кроме повязанного вокруг плеч шерстяного плаща, да висящего на поясе верного меча. Он поднял руку в знак мира. Всадник осадил лошадь и тоже поднял руку в ответ.</p>
    <p>— Приветствую тебя, друг. Мне сказали, что где-то тут есть деревня.</p>
    <p>Ишвен кивнул. Всадник явно был из народа равнин. В его жилах текла кровь как азенатов, так и варваров — не такая уж нынче редкая вещь.</p>
    <p>— У меня послание к жителям деревни, — сообщил человек, открывая одну из своих котомок. — Держи.</p>
    <p>Тириус протянул руку, и всадник положил в нее свиток пергамента.</p>
    <p>— Я уже несколько недель объезжаю эти земли, — объяснил он ишвену. — Я и подумать не мог, что в этих каньонах может прятаться столько деревень.</p>
    <p>— Я передам твое послание, — сказал Тириус.</p>
    <p>— Это срочно, — просопел всадник, беря в руки поводья. — Очень срочно.</p>
    <p>В тот же миг он пришпорил лошадь и унесся на север. Ишвен смотрел, как гонец исчезает в облаке пыли, после чего задумался, видели ли его обитатели деревни. Потом развернул свиток и стал читать.</p>
    <empty-line/>
    <p>«Послание ко всем народам каньонов.</p>
    <p>Сентайские захватчики вплотную подошли к нашим землям.</p>
    <p>Их отряды были замечены менее, чем в ста километрах от нашего города.</p>
    <p>По всему видно, что они замыслили крупную наступательную операцию.</p>
    <p>Сейчас, когда я пишу эти строки, наши отряды выступили навстречу врагу. Но наши воины немногочисленны. И поэтому мы призываем вас, народы каньонов, помочь нам защитить наше общее достояние, нашу землю от нечестивых захватчиков. Каждому мужу, пожелавшему биться на нашей стороне, будет выплачиваться жалование в две тысячи золотых в месяц, а самым опытным из вас — даже три тысячи.</p>
    <p>Время не ждет. Мы уже запросили подкрепления, но нам необходимо мобилизовать все силы. Если мы не выйдем навстречу врагу, он придет и разрушит наши дома. В знак дружбы, которая в стародавние времена связала наши народы, я обращаюсь к вам за помощью.</p>
    <p>Оггилус Деметер, губернатор Петрана».</p>
    <empty-line/>
    <p>Тириус свернул свиток.</p>
    <p>Сентай.</p>
    <p>Он поднял глаза к небу.</p>
    <p>Ему показалось, что все это уже однажды пережито.</p>
    <p>Сентай приближаются. В Дат-Лахане об их нападении всегда говорили как о чем-то страшном, но мало реальном. Детские воспоминания ишвена были спрятаны в самой глубине его памяти, как демоны, ожидающие момента, чтобы вырваться на свободу. Варвар не знал, они ли разрушили его деревню. Не знал, где находилась его деревня. Но он знал, что сентай несут зло.</p>
    <p>В одном месте дорога, ведущая наверх, раздваивалась, и одна из тропинок вела к деревне. Тириус пошел по ней, направляясь прямо к небольшой группе женщин с маленькими детьми. Все обернулись к нему. Некоторые из женщин оказались совсем молоды. У них были овальные и чистые лица, большие, чуть раскосые глаза и длинные черные волосы, среди которых у некоторых встречались белые волоски. Ишвен почтительно поклонился.</p>
    <p>— Здравствуйте, — сказал он просто. — У меня послание, адресованное вашему вождю.</p>
    <p>Женщины с большим интересом разглядывали его. Раздались какие-то кудахтанья, потом из группы вышла старуха и протянула к нему морщинистую руку.</p>
    <p>— Дай.</p>
    <p>Продолжая улыбаться, ишвен покачал головой.</p>
    <p>— Я предпочел бы передать его из рук в руки.</p>
    <p>Старуха вздохнула и подбородком указала на деревню.</p>
    <p>— Он там. Занят.</p>
    <p>— Не могли бы вы проводить меня?</p>
    <p>— Я могу пойти, матушка, — заявила молодая девушка, прижимавшая к груди младенца.</p>
    <p>Тириус встретился с ней взглядом. Смеющиеся глаза, тонко очерченные губы: она была так красива, что ему даже стало не по себе.</p>
    <p>— Вот еще, — ответила мать. — Стой тут. Чужеземца провожу я.</p>
    <p>И тут же направилась к деревне.</p>
    <p>— Спасибо! — крикнул ишвен девушке, торопясь вслед за старухой.</p>
    <p>Женщины за его спиной как ни в чем не бывало продолжили разговор.</p>
    <p>Тириус дошел вместе со своей провожатой до дома вождя, оказавшегося ее мужем. В деревне была всего одна улица, по обе стороны которой располагались низкие круглые строения. В середине улицы находилась небольшая центральная площадь с маленьким колодцем. Все было сделано из глины: амбары, двурогие башенки. Выше находились другие жилища, попасть к которым можно было по вырезанной в скале лестнице. Старуха остановилась перед домом, ничем не отличавшимся от остальных, и знаком велела гостю войти. Чтобы пролезть в дверь, ишвену пришлось пригнуться.</p>
    <p>Внутри было темно, как в печи. Жилище состояло из одной комнаты с простой мебелью. В самом светлом углу полдюжины найанов сидели на полу спиной к стене и передавали друг другу белую костяную трубку. При его появлении никто даже не обернулся. Старуха произнесла несколько слов на непонятном языке, и один из найанов, старец с изборожденным морщинами лицом, растирая бедра, встал.</p>
    <p>— Давай послание, — приказал он.</p>
    <p>— Вы вождь… этого племени?</p>
    <p>— Я Коатль, — фыркнул старик вместо ответа.</p>
    <p>Тириус скрепя сердце передал ему свиток. Коатль взял его, даже не поблагодарив, и вышел на крыльцо. Сидевшие у стены не шелохнулись, только продолжали выдувать поднимавшиеся к потолку клубы белого дыма. Старик прищурился. Повертел послание в руках, после чего вернул его ишвену.</p>
    <p>— Азенатские буквы, — проворчал он.</p>
    <p>— Хотите, я прочту?</p>
    <p>Коатль кивнул. Тириус быстро прочел послание, потом вновь свернул свиток, и наступила напряженная тишина. Вождь перекинулся со своими подчиненными парой слов на диалекте и повернулся к ишвену:</p>
    <p>— Кто ты?</p>
    <p>— Странник, — коротко ответил Тириус.</p>
    <p>— Где твоя родня?</p>
    <p>— Они все умерли. Давно.</p>
    <p>— Да пребудут их души с Великим Духом, — вздохнул Коатль. — Ты ведь ишвен, верно? Но ты явно жил в городе.</p>
    <p>— В Дат-Лахане.</p>
    <p>— Ты знаешь язык азенатов.</p>
    <p>— Я много лет прожил среди них. Но теперь вернулся. Я ищу свой народ.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Любовь.</p>
    <p>Чувство, которого Тириус никогда не знал и которое теперь открывал для себя с настоящим восторгом, с ненасытным рвением слепого, впервые узревшего свет. Полет светлячка во тьме, одинокий цветок посреди пустыни: иногда все происходит как бы само собой, будто уже давно было предрешено.</p>
    <p>Ее звали Лания, и она была дочерью Коатля — та, что заговорила с ним тогда, на дороге к деревне. Старик предложил ишвену переночевать у них, и он с улыбкой согласился. Почему бы и нет? Разве у него срочные дела?</p>
    <p>Вечером вся деревня собралась на площади для ужина. Около пятидесяти человек, включая женщин и детей. На ужин были жареная рыба и кукурузная каша с пряностями; мужчины также пили кактусовую водку. Когда солнце скрылось за скалами, женщины достали барабаны и тамбурины. Дети стали танцевать, и Тириус танцевал вместе с ними. Потом выкурили ритуальную трубку с мудреной смесью сушеных трав, рецепт которой держался в секрете. Ишвен вдохнул дым так, как ему показали, чуть не задохнулся и стал кашлять и отплевываться под всеобщий добродушный смех. И что же, увидел лицо Анархана, загадочные черты Великого Духа, камень и кровь каньонов? Он знаком показал, что нет. Старик Коатль положил руку ему на плечо.</p>
    <p>— В первый раз его никто не видит.</p>
    <p>Честность сыграла ему на руку: варвара приняли за своего.</p>
    <p>Потом его усадили по-турецки на бортик колодца, и он рассказал свою историю, на этот раз ничего не опуская. Тириус говорил и сам удивлялся тому, что говорил. Почему возникло доверие к этим людям? Он ничего не знал о них. Может быть, именно поэтому. Или потому, что, каким-то странным и далеким образом, они немножко были его народом. И потом, как забыть улыбку Лании, Лании с ее ослепительно зелеными глазами? Их взгляды все время встречались, им не мешали ни разговоры, ни жесты, и для обоих это было как огонек во тьме.</p>
    <p>Тириус тоже выпил кактусовой настойки и теперь чувствовал себя в полной безопасности. Жители деревни выслушали его историю, вздрагивая и смеясь вместе с ним, и теперь смотрели на него другими глазами. Потом разговор зашел о сентаях: почти все присутствующие слышали о них. Но представить, что эти чудовища вторгнутся на их земли, представить, что они захватят ущелья и долины, представить, что бряцание оружия однажды нарушит блаженный покой этой древней страны, было просто невозможно. Архан слишком прекрасен для сентаев. Нужно пить, еще и еще — чтобы не забыть об этом.</p>
    <p>Когда настало время ложиться спать, было уже далеко за полночь. Торжественная трапеза в честь прихода чужеземца длилась довольно долго, и все вздохнули с облегчением, когда вождь ударил в ладоши, объявляя о конце празднеств. На прощание люди тепло обнялись. Тириус воспользовался этим для того, чтобы сжать Ланию в объятиях немного крепче, чем то позволяли приличия. Ее отец, который ничего не заметил (а может, как раз оттого, что заметил), предложил ему переночевать в его доме. Ишвен с благодарностью согласился. Ему указали на плетеную циновку, и он тут же мирно вытянулся на ней.</p>
    <p>Заснуть Тириус никак не мог. На другом конце комнаты лежала Лания, и хотя он от нее отвернулся, но знал, что она на него смотрит, и от этого каждая клеточка его тела радостно трепетала, и казалось, что время остановилось и нет больше ничего, кроме биения сердца. Наконец ишвен медленно повернулся лицом к ней. Он не ошибся: она смотрела на него. Теперь юноша тоже смотрел на нее, и взгляды их тонули друг в друге, как солнце в озере. Их глаза сияли во тьме: одно сияние, одна молчаливая песнь, понятная лишь им самим, не слышная никому, кроме их душ. Что-то родилось между ними. Что-то началось.</p>
    <p>Они заснули лишь под утро.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Следующие несколько дней Тириус занимался обследованием близлежащей местности.</p>
    <p>Ишвен ни разу сильно не отдалялся от деревни: присутствие Лании каким-то мистическим образом притягивало его, хоть он и старался о ней не думать.</p>
    <p>Через три дня после прихода в деревню он набрел на озеро и обосновался на одном из его берегов. Спокойнее места и представить себе было нельзя: высокие скалистые берега окаймляли бирюзовые воды, скрывая их от глаз любопытных путников. У огромного утеса ишвен построил себе маленький шалаш из опавших веток и разложил там свои скудные пожитки. Затем смастерил себе гарпун, съел немного ягод и искупался в ледяных водах озера. Утром варвар вернулся в деревню.</p>
    <p>Первым, кого он встретил, был Тубальк. Тубальк был братом Дании, и Тириус с самого начала понял, что тот его не жалует. С колчаном за спиной и луком в руке гордый найан шел на охоту. Он с подозрением посмотрел на ишвена.</p>
    <p>— Ты что-то забыл?</p>
    <p>— Я хотел бы видеть Ланию.</p>
    <p>— Ее здесь нет.</p>
    <p>— А где она?</p>
    <p>Найан пожал плечами.</p>
    <p>— Не знаю. С другими женщинами.</p>
    <p>— Пойду к реке, поищу ее, — сказал юноша, улыбаясь.</p>
    <p>— Это не лучшая мысль, — ответил тот, хватая Тириуса за руку.</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Да. Советую тебе держаться от нее подальше.</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>— Вот и хорошо. Я даже дам тебе добрый совет: не пытайся ее снова увидеть. Уходи из нашей деревни.</p>
    <p>Ишвен не знал, что ответить. Хотя он был на голову выше Тубалька, тот, казалось, нисколько не боялся. В его глазах читался вызов. Это же абсурд. Тириус глубоко вздохнул.</p>
    <p>— Послушай, — сказал он. — Я люблю Ланию.</p>
    <p>Тот живо замотал головой:</p>
    <p>— Даже не хочу про это слышать.</p>
    <p>— Но это правда. И мне не нужно твоего согласия, чтобы любить ее.</p>
    <p>Обезумев от ярости, найан развернулся и бросился в лес.</p>
    <p>— Я хочу быть тебе другом!</p>
    <p>Тубальк даже не потрудился ему ответить.</p>
    <p>Следующие несколько дней оказались особенно трудными. Лания и Тириус, любовь которых расцветала не по дням, а по часам, вынуждены были все время прятаться, и, казалось, что повсюду, куда бы они ни шли, рядом тут же оказывался Тубальк. Найан утверждал, что это случайное совпадение: «Я не видел, что ты тут», — ворчал он, удаляясь, ишвену вслед. Всегда, когда только было можно, советовал своей сестре избегать его. На людях он постоянно издевался над Тириусом. Ишвен был уверен, что за его спиной говорится много нелицеприятных вещей. Лания была в отчаянии, но ничего не могла поделать.</p>
    <p>С другими членами семьи все было гораздо проще. Коатль глядел на Тириуса со смесью уважения и суровости, но ни разу не мешал ему ухаживать за своей дочерью. Ее мать буквально не сводила с него глаз. Для Лании это был редкостный шанс — шанс найти достойного мужа за пределами деревни. Долгие годы кровосмесительных браков сильно ослабили клан найанов, и их маленькое племя постепенно вымирало.</p>
    <p>Однажды старуха отвела его в сторону и показала на вершины скал.</p>
    <p>— Уведи ее, — сказала она. — Коатль убьет меня, если узнает, что я тебе это сказала, но я знаю, что так будет для нее лучше. Уведи ее, подари ей сына. Ты мудрый и храбрый человек. Ты ведь будешь ей защитником, верно?</p>
    <p>В глазах у нее были слезы.</p>
    <p>Ишвен пообещал ей все, что только мог пообещать.</p>
    <p>Жизнь с Данией была восхитительна. Закончив хозяйственные дела, она шла к Тириусу, и любовники уходили из деревни, каждый раз чуть дальше, чем в прошлый.</p>
    <p>Однажды вечером он показал ей свое озеро. Она улыбалась, положив голову к нему на грудь. Ишвен гладил ее по волосам.</p>
    <p>— Ты знаешь это место?</p>
    <p>— Да. Это озеро Вздохов.</p>
    <p>— Озеро Вздохов?</p>
    <p>— Говорят, если бросить туда что-то очень для тебя дорогое, исполнится твое самое заветное желание.</p>
    <p>— И ты в это веришь?</p>
    <p>Девушка пожала плечами.</p>
    <p>Тириус взял в руки маленький амулет, который подарила ему жена Хедара и снял его с шеи. Дания следила за движениями любимого с тревогой.</p>
    <p>— О нет, — прошептала она. — Это ведь украшение.</p>
    <p>Тириус приложился губами к нефриту, а потом со всей силы швырнул амулет в темную воду. С тихим «бульком» тот исчез под водой.</p>
    <p>— Я загадал, чтобы… — начал он, но Лания приложила палец ему к губам.</p>
    <p>— Тс-с, — прошептала она. — Если хочешь, чтобы желание исполнилось, о нем нельзя никому говорить.</p>
    <p>Найанка нежно поцеловала его, и они вернулись в деревню.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Через несколько дней Тириус и Тубальк все-таки подрались.</p>
    <p>Гроза собиралась весь день; собственно, несколько раз казалось, что она вот-вот разразится. Ишвен неоднократно пытался помириться с угрюмым братом своей красавицы, но все его усилия были тщетны. Более того, казалось, чем больше он предпринимает, тем больше накаляется обстановка.</p>
    <p>Все остальные жители деревни приняли чужеземца как брата. Поговаривали о скорой свадьбе. Коатль обращался с ишвеном почти как с сыном, что еще больше раздражало Тубалька, черной тенью нависающего над их любовью.</p>
    <p>Однажды утром он, ишвен и еще один найан вместе отправились на охоту. Так велел Коатль — все еще надеялся вынудить молодых людей помириться. Тириус поблагодарил его, Тубальк лишь пожал плечами. Очень скоро они разошлись, и каждый пошел своей дорогой.</p>
    <p>Ишвен любил охоту. Ему одолжили лук и колчан, полный стрел. Варвар был стрелком достойным, но не выдающимся. Особенно ему нравилось бегать по лесной чаще, прислушиваться к шорохам, вдыхать запахи леса. К полудню он не выпустил еще ни одной стрелы. Юноша разглядывал следы какого-то зверя, когда внезапный подозрительный треск заставил его насторожиться и замереть на месте. Он зарядил лук и рискнул сделать шаг в сторону. Результат не заставил себя ждать: у него над ухом просвистела стрела и вонзилась в ствол ели совсем рядом с ним.</p>
    <p>Тириус был так изумлен, что даже не сразу понял, что произошло. Стараясь не делать шума, он осторожно зашел за дерево, которое спасло ему жизнь, и, затаив дыхание, стал ждать. Наступила мертвая тишина, нарушаемая лишь стуком неутомимого дятла. Затем ветки зашевелились, и кто-то осторожно приблизился. Ишвен не вышел из своего убежища. Для того чтобы понять, кто пришел, не нужно было оборачиваться. Тубальк сделал еще несколько шагов, и в явном замешательстве остановился. Когда найан проходил мимо него, Тириус без малейшего шума зарядил свой лук и прицелился найану в голову. Затем тихонько кашлянул.</p>
    <p>Его противник тут же развернулся и замер.</p>
    <p>— Ты не попал в меня, — улыбнулся Тириус.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ты хотел меня убить, но промахнулся. А я-то думал, ты меткий стрелок.</p>
    <p>— Убери лук.</p>
    <p>— Почему это? Теперь моя очередь.</p>
    <p>— Ты не осмелишься этого сделать.</p>
    <p>— Думаешь?</p>
    <p>— Да. Если ты это сделаешь, тебе придется навсегда покинуть деревню. И тогда ты никогда больше не увидишь мою сестру.</p>
    <p>Ишвен медленно опустил лук.</p>
    <p>— Кажется, это первое разумное слово, которое я слышу из твоих уст.</p>
    <p>— Ты меня не знаешь. Я не пытался тебя убить. Только напугать. Если бы я хотел…</p>
    <p>— Послушай, — сказал Тириус. — Не веди себя глупо. Ты же знаешь, я желаю Лании только добра.</p>
    <p>— Ты ишвен, кочевник. Моя сестра не для тебя.</p>
    <p>— Хочешь сказать, чужеземец? Не говори глупостей. Я родился на этой земле, и предки моих предков проливали за нее кровь так же, как и твои.</p>
    <p>— Но теперь ты стал азенатом.</p>
    <p>— Довольно, — выдохнул Тириус, бросая оружие на землю и снимая со спины колчан. — Раз ты ничего не понимаешь, придется объяснить тебе, что к чему, по-другому.</p>
    <p>С кровожадной улыбкой Тубальк в свою очередь освободился от амуниции и, скрестив руки, стал ждать соперника. Ишвен был выше ростом, найан же казался немного крепче на вид. Тириус спокойно приблизился.</p>
    <p>— Значит, так… — начал он.</p>
    <p>Тубальк хотел ударить его в лицо, но тот увернулся. Варвар ответил апперкотом, который пришелся Тубальку по подбородку. Соперники чуть разошлись, чтобы лучше оценить ситуацию.</p>
    <p>— Ты дерешься как девчонка, — процедил найан.</p>
    <p>Тириус сделал вид, что разворачивается, но тут же повернулся обратно и, подпрыгнув, ударил противника ногой. Тот перенес удар, не моргнув глазом, схватил ишвена за щиколотку и, падая, потянул его за собой. Мужчины покатились по ковру из опавших листьев, но тут же поднялись. Они вцепились друг в друга руками, пытаясь покачнуть противника. Когда у них ничего не вышло, они разошлись и снова сошлись, как разъяренные медведи. Тубальк зарычал, когда кулак Тириуса угодил ему прямо в живот. Он согнулся пополам, сделал вид, что падает, и схватил ишвена за пояс, чтобы также повалить его на землю. После этого они оба снова споткнулись. Все это начинало походить на пьяную драку в трактире.</p>
    <p>Тириус лежал на спине, а найан сидел на нем верхом. Ишвен почувствовал сильный удар в челюсть, затем вкус крови на губах.</p>
    <p>— Держись подальше от моей сестры, — произнес Тубальк, готовясь к новому удару.</p>
    <p>Ишвен напряг все свои силы и мощным движением сбросил с себя противника. Теперь он был хозяином положения, схватил найана за волосы и в свой черед сильно ударил его.</p>
    <p>— Я женюсь на ней, — заявил юноша.</p>
    <p>— Через мой труп! — парировал тот, с силой высвобождаясь.</p>
    <p>— Это нетрудно устроить, — выкрикнул Тириус, со всей силы пихая его локтем под ребра.</p>
    <p>Казалось, этому не будет конца. Соперники оскорбляли и покрывали друг друга ударами, как две пьяных скотины, бесконечно спотыкаясь, падая и снова вставая на ноги. В какой-то момент они оказались лицом к лицу — задыхающиеся, с распухшими лицами и покрытыми испариной лбами.</p>
    <p>— Не хватит с тебя? — спросил ишвен, растирая плечо.</p>
    <p>— Что-что? Ты сам еле на ногах стоишь.</p>
    <p>— На себя посмотри.</p>
    <p>— Долго ты… уф… не продержишься, — пропыхтел найан, — но должен признать, что…</p>
    <p>— Что ты должен признать? — спросил ишвен, сплевывая сгусток крови.</p>
    <p>— Что ты не так уж… уф… плохо дерешься.</p>
    <p>— Да и ты, в общем, молодец, — признал Тириус с вымученной улыбкой.</p>
    <p>— Может… уф… отнесем дальнейшее выяснение отношений на потом? — предложил Тубальк.</p>
    <p>— Я как раз собирался обсудить с тобой этот вопрос.</p>
    <p>Противники с некоторой опаской поднялись на ноги и молча растерли ушибленные места. Оба они были по шею в земле и в сухих листьях.</p>
    <p>— Ты же знаешь, — сказал Тириус, подбирая колчан, — я желаю твоей сестре только добра. Для нее я готов на все. Я ее люблю, понимаешь?</p>
    <p>Тубальк криво улыбнулся.</p>
    <p>— Может быть.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Может быть, — повторил найан. — До сего момента я не был в этом уверен, но ты доказал мне, что я ошибался. Ты подрался ради нее, а это для меня много значит.</p>
    <p>С удивлением и по-прежнему с некоторой опаской ишвен подошел к нему, потирая правую руку.</p>
    <p>— Ты серьезно?</p>
    <p>Тубальк кивнул. В его лице не было враждебности.</p>
    <p>Найан и ишвен вернулись в деревню бок о бок. Ни тот, ни другой не осмеливались говорить. Впрочем, в словах не было нужды. И когда они вышли из леса, когда Тириус снова увидел нависающий над деревней огромный утес, он вдруг понял, что нашел свой дом.</p>
    <p>Лания, которая вместе с другими девушками занималась дублением кож, медленно подняла голову и сложила руку козырьком, чтобы лучше видеть своего возлюбленного. Она почувствовала, что это он. Ей было приятно смотреть, как эти два человека мирно ступают рядом. Внезапно ее охватила безумная радость; бросив работу, найанка со всех ног понеслась к ним.</p>
    <p>Тубальк и Тириус переглянулись. Ишвен машинально смахнул со своей туники несколько воображаемых пылинок. Потом он заключил свою возлюбленную в объятия. И пока он прижимал ее к себе, девушка взяла за руку своего брата.</p>
    <p>Так они стояли втроем довольно долго; потом Лания осторожно высвободилась из объятий Тириуса и оглядела обоих мужчин, нахмурив брови.</p>
    <p>— Что произошло?</p>
    <p>— Мы объяснились, — вздохнул Тириус.</p>
    <p>— Объяснились?</p>
    <p>— Это давно назрело, — подхватил Тубальк, растирая себе виски.</p>
    <p>Они рассказали ей, что произошло.</p>
    <p>— Вы просто… вы два неисправимых идиота, — принялась их ругать Лания. — Вы же могли… вы могли…</p>
    <p>С довольным рычанием Тубальк притянул ее к себе и с силой сжал в объятиях. Потом он легонько оттолкнул ее, как надоевшую куклу. Девушка пожала плечами и взяла за руку Тириуса. Затем все трое вернулись в деревню.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Через неделю Тириус и Лания поженились.</p>
    <p>Это показалось всем таким естественным, что никто не стал возражать, а меньше всех Тубальк, который искренне привязался к чужеземцу и стал считать его своим братом. Тириус объявил жителям деревни, что хочет остаться у них. Ему казалось, что в лице найан он нашел семью. Деревня ему нравилась, в ней он чувствовал себя как дома. Скалы цвета охры, зеленые сосновые леса, отблески закатного солнца, молчаливый полет диких птиц на заре над озером Вздохов, — все это согревало ему сердце, все это много говорило его душе и напоминало о родных краях. По крайней мере, ишвен убеждал себя в этом.</p>
    <p>Коатль лично обвенчал их, ибо, ко всему прочему, он был еще и шаманом деревни и знал все обряды и заклинания. Им велели искупаться в кратере с благовонной водой и напоили отваром из сушеных трав. Рука об руку они вознеслись мыслью над землей, над страной тысячи каньонов, над океанами степей и лесов. На Лании было традиционное платье ее клана с особым ритуальным поясом, сплетенным ее матерью. На головы им надели венки из цветов, и вместе со всей деревней они до утра танцевали под покровом небес под звук барабанов. Потом, когда над темной линией скал показались первые лучи солнца, Тириус отвел свою жену в их новый дом на окраине деревни.</p>
    <p>И началась новая жизнь.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Так они прожили четыре года, четыре долгих мирных года, промчавшихся как сон.</p>
    <p>Они попытались зачать ребенка, но у них ничего не вышло, Лания была бесплодна, как большинство девушек ее деревни. Казалось, клан найанов был обречен на медленное угасание. Об этом никто не говорил. Лишь настоящее имело значение: медленная и прекрасная смена времен года, тысячу раз повторенные одни и те же жесты, вкус привязанности и тайных объятий. Однажды, чудесным весенним утром умерла мать Лании. Последние слова старухи были обращены к склонившемуся над постелью Тириусу:</p>
    <p>— Уведи ее.</p>
    <p>Он кивнул и посмотрел куда-то вдаль.</p>
    <p>Прах пожилой женщины развеяли над долиной.</p>
    <p>Тубальк и Тириус теперь были неразлучны. Казалось, их дружба была крепче скалы. Их характеры странным образом дополняли друг друга: найану недоставало страстных порывов, ишвену — спокойствия и предусмотрительности.</p>
    <p>На исходе второго года они вместе отправились в путешествие, решив дойти до самого Петрана, чтобы своими глазами увидеть, как обстоит дело. С горной вершины, нависавшей над городом, их взорам открылось печальное зрелище: руины и запустение. Петран попал в руки сентаев. Струйки сероватого дыма уныло поднимались к небу. Большинство построек обрушились, оставшиеся стоять стены были покрыты копотью. Сощурившись, можно было увидеть, как по широким мощеным улицам, словно крошечные насекомые, туда-сюда снуют захватчики верхом на своих гнусных монстрах.</p>
    <p>Долго смотрели друзья на город. Сентаи, похоже, решили надолго обосноваться в нем. По какой-то таинственной причине, которой ни Тириус, ни Тубальк в тот момент еще не знали, они обычно очень долго оставались в захваченных городах. Им нужно было совершить то, ради чего они пришли: нечто настолько ужасное, что даже через много лет, когда Империя оказалась на грани падения, большинство азенатов отказывались об этом говорить.</p>
    <p>А в тот момент Тириусу и его другу не оставалось ничего другого, кроме как развернуться и отправиться назад.</p>
    <p>По возвращении в деревню они рассказали о том, что видели, своему племени. Самые старые охотники тихо качали головой, не желали верить своим ушам. Другие, помоложе, предлагали взяться за оружие, отправиться на подмогу к азенатской армии. Или же можно было бежать — бежать, пока сентай не напали на Империю и не распространились по каньонам, как гангрена. Этот вариант обсуждали несколько месяцев. Затем Тириус один поехал на восток и заверил всех, что собственными глазами видел, что враг ни на сантиметр не продвинулся вперед. Народ успокоился — народ хотел успокоиться. О бегстве на какое-то время перестали говорить, и каждый вернулся к своим занятиям. Страх перед сентаями превратился в воспоминание, постепенно вытесненное повседневными заботами.</p>
    <p>Но ишвену по ночам снились кошмары.</p>
    <p>Кровавые сны, в которых перемешивались картины прошлого и страх перед будущим. По долинам текли реки крови, смывавшие все на своем пути. Враг истреблял целые народы, а спасти их мог только он, Тириус Бархан, и люди скандировали его имя, люди кричали во весь голос. Ишвен просыпался в холодном поту, и Дания смотрела на него с тревогой. Потом она рукой проводила ему по лбу, заставляла его снова лечь спать, шептала на ухо нежные слова. И он делал вид, что засыпает.</p>
    <p>«Мне нечего бояться, — снова и снова говорил он себе. — Я сбросил с себя прежнюю жизнь, как змея кожу. Кто меня здесь найдет?» Но вопрос не оставлял его. Потом он снова засыпал, и к нему возвращались кошмары, отчетливые как никогда. Сентай вплотную приближались к деревне. Раджак Хассн выходил из тени. Его друзья умирали один за другим. Даже Лания была убита. Ишвен видел все это с таким множеством мучительных деталей, что начинал тихо стонать во сне, и из-под его опущенных век текли слезы. В эти минуты ничто не могло разбудить его. Луна в такие ночи пряталась за тучами и уже из-за них не выходила.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Акт II</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Все время видеть перед собой смерть;</p>
     <p>Не бояться, но и не призывать ее.</p>
     <text-author>Требник Скорбящей</text-author>
    </epigraph>
    <p>Положив руки на огромный мраморный стол, Император Полоний Четвертый закрыл глаза. Зал Славы в самом сердце Апитолия замер в молчании, и большинство генералов, испытывая неловкость, смотрели в окно. Через широкий оконный проем с отдернутыми шторами был виден спящий город — город тысячи огней, расположившийся на склоне горы, у подножья которой было озеро. На левой стене красовался монументальный пурпурно-золотой гобелен. Но время не располагало ни к мечтам, ни к воспоминаниям.</p>
    <p>Двумя днями раньше вернулись остатки отправленных в Петран элитных частей. Из пяти тысяч человек возвратилось лишь триста, а может, и того меньше, и вид у них был жалкий. Лица изуродованы, у иных не хватало рук или ног, у многих на лицах и на руках были ужасающие следы от ожогов. Они вошли в город через Большие Южные ворота, и жители в растерянности смотрели на жалкие остатки былой гордости азенатов. После этого в городе началась паника. Ворота города закрылись. Сентаи непобедимы. Сентаи неисчислимы. Сентаи двигались на запад, и никто был не в силах остановить их.</p>
    <p>«Два месяца на троне», — думал Император. Всю свою жизнь он ждал этого момента — смерти своего брата, когда он взойдет на трон, а толпа будет приветствовать его и выкрикивать его имя. Но все произошло так быстро, что теперь ему казалось, что ничего этого вовсе не было. Никто не скандировал его имя, когда ему на голову возлагали императорский венец. Сенат воспринял новость с ледяным равнодушием, предвещавшим трудное завтра. И даже императрица Аларис, ставшая его женой после долгих лет незаконной связи, лишь зевнула, вытягиваясь на своем ложе, когда он пришел лично сообщить ей о перемене. «Это значит, — вздохнула она, даже не взглянув на него, — мы наконец перестанем прятаться?» Он долго смотрел на ее совершенную красоту, на усыпанные блестками веки, голые плечи, прикрытые шелковой тогой бедра. «Я воплощение Единственного, — прошептал он. — Я твой господин и повелитель». Она перевернулась, подобно ленивой пантере, и, потягиваясь и моргая, взглянула на него. «Для народа — может быть, — ответила она. — Но я — я хорошо знаю, кто ты, Полоний. И я знаю, что ты не Единственный».</p>
    <p>Он мог бы приказать убить ее.</p>
    <p>Он имел на это право. Его слово было законом. Его власть была безгранична. Лишь одно слово, и покорные слуги в тот же миг схватили бы ее.</p>
    <p>Он мог бы приказать ее распять. Или сжечь заживо. Он представлял, как она, полуобнаженная, всходит на костер, как тщетно умоляет его о пощаде с распухшим от слез прекрасным лицом. Он приближается к ней, и прислужники на миг ослабляют хватку. «Я — воплощение Единственного».</p>
    <p>— Ваше величество.</p>
    <p>Император резко открыл глаза и поднес руку к своему венцу. Все генералы смотрели на него. Они чего-то ждали. Полоний IV медленно встал и сделал глубокий вдох.</p>
    <p>— Сколько человек в нашем распоряжении?</p>
    <p>Генерал Леонид, главнокомандующий вооруженными силами Дат-Лахана, кончиками пальцев погладил свою бороду.</p>
    <p>Он был одним из самых прославленных воинов во всей Империи.</p>
    <p>— В гарнизоне пятьдесят тысяч солдат.</p>
    <p>— Императорская гвардия состоит из десяти тысяч элитных солдат, — подхватил генерал Араке, низенький лысый человечек. — Но они никогда не покидали города.</p>
    <p>— Думаете, я об этом не знаю? — оборвал его Император. — Я просто хочу знать, сколько солдат есть у меня во всей Империи. Если сосчитать всех…</p>
    <p>— Триста тысяч, — тихо сказал чей-то голос на другом конце стола.</p>
    <p>Человеком, который произнес эти слова, был губернатор Калидан, специально прибывший на совет из города Эрике, что на севере Империи. Если Леонид был героем, то Калидан был легендой. В свое время он так умело подавил восстание гуонов, что проблема варваров в Империи с тех пор больше не возникала. Перед ним лежал меч с золоченым эфесом, украшенным опалом. Этот клинок, как говорили, был омыт кровью более тысячи врагов: восставших варваров или сентаев. Эрике был вторым по важности городом в Империи после Дат-Лахана.</p>
    <p>— Триста тысяч, — задумчиво повторил Полоний. — Этого недостаточно.</p>
    <p>— Ваше величество…</p>
    <p>— Мы должны довести эту цифру до пятисот тысяч. И еще сто тысяч воинов должны оставаться в Дат-Лахане.</p>
    <p>— Но, ваше величество…</p>
    <p>— Это невозможно, — сквозь зубы процедил Леонид.</p>
    <p>— Генерал, — заметил Император, оборачиваясь к нему. — Это слово вы должны изгнать из своего лексикона. В Империи полно молодых людей, желающих отправиться на войну, чтобы приумножить нашу славу. Я прошу вас всего лишь отыскать их. Я не говорю «сейчас». Я даю вам три года. И вам тоже, губернатор.</p>
    <p>Леонид вздохнул; губернатор Калидан продолжал стоять, скрестив руки и ничего не отвечая. Оба думали об одном и том же: Император был еще слишком молод. На тридцать лет моложе своего брата. Годы и невзгоды умерят его юный пыл. Возможно, когда-нибудь он станет достойным правителем. Нужно только подождать.</p>
    <p>— А пока, — продолжил Полоний, — нужно немедленно прекратить панические настроения.</p>
    <p>— Панические настроения? — переспросил сенатор Эпидон, старик с сухим лицом и ледяным взглядом, который в молодости знавал еще Недема Второго. — Ваше величество, наших людей перебили, вы знаете это не хуже нас. Еще никогда мы не знали более оглушительного поражения. Войны, которые вели наши предки, не идут с этой ни в какое сравнение. Наши враги…</p>
    <p>— Сентаев можно победить, — отрезал Император.</p>
    <p>Почти все генералы опустили головы. Можно победить?</p>
    <p>В спутанном лихорадочном сознании воинов, выживших в Петранской кампании и умиравших сейчас под черными сводами монастыря Скорбящей Матери, проносились кошмарные видения. Всадники с белой кожей, длинными черными волосами и ногтями, похожими на когти хищной птицы; изрыгающие кислоту металлические монстры с блестящей на клыках слюной; зазубренные мечи, кривые сабли, созданные для того, чтобы раздирать плоть, острые железные крюки с ржавыми кончиками; пронзительные крики, разрывающие барабанные перепонки, издаваемые одновременно несколькими сотнями полных ненависти глоток. Можно победить?</p>
    <p>— Может быть, и можно, — ответил генерал Араке, лучший друг которого, губернатор Деметер, погиб в Петране, так и не дождавшись подкрепления. — Но до сего дня мы еще не нашли способа это сделать.</p>
    <p>— Наши посланцы неутомимо бороздят Империю, чтобы заручиться поддержкой варварского населения, — сказал другой сенатор. — Но призыв взяться за оружие не был услышан. Ишвены и семеты отказываются влиться в наши войска. Найаны слабы и плохо организованы. Что же до гуонов, не думаю, что они вообще захотят иметь с нами дело. Они только рады тому, что кто-то наконец заставил нас встать на колени.</p>
    <p>— Неблагодарные, — бросил Полоний. — А акшаны?</p>
    <p>— В войско записались две тысячи акшанских новобранцев. По большей части сыновья эзаретских купцов. Ради жалованья, разумеется.</p>
    <p>— Хорошо. Что еще?</p>
    <p>— Отряды сентаев были замечены на западной границе Берега пяти ветров, — вздохнул Леонид.</p>
    <p>— Отряды?</p>
    <p>— Не армия в полном смысле слова. Мы уже немного изучили повадки врага: когда сентаи занимают какой-либо город, они в нем обустраиваются и… ну, в общем, вы сами знаете, — продолжил генерал, содрогнувшись от отвращения. — Теоретически если все и дальше будет так же, как оно было с восточными аванпостами, то у нас есть еще несколько лет. Гораздо больше меня волнуют передвижения на берегах. Все это очень странно, ваше величество.</p>
    <p>— Где в последний раз были замечены вражеские силы? — спокойно осведомился Полоний.</p>
    <p>— В Кастельском ущелье. В десяти днях пути от Эзарета.</p>
    <p>У Императора перехватило дыхание. В десяти днях пути! Ситуация еще тревожнее, чем он думал — вернее, хотел думать. Сентаи сбоку обходили каньоны, которые считались непреодолимым препятствием. Варвары их не интересовали. То, что им было нужно, оставалось для всех тайной, непостижимой тайной, о которой никто даже не задумывался из-за особой природы этих монстров, из-за того, что азенаты в глубине души чувствовали, но в чем упорно боялись себе признаться. «Из нашего сердца родится худшее из проклятий».</p>
    <p>Полоний покачал головой. Его мутило, он чувствовал себя изможденным и абсолютно беспомощным.</p>
    <p>Император приказал принести карту. Плана у него пока не было, и нужно было срочно его изобрести.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Однажды ненастным вечером азенатский всадник влетел на своем коне на окружавшую деревню тропинку. Вначале он даже не остановился, думая, что здесь никто не живет. Но, заметив на обратном пути возвращавшихся домой охотников, натянул поводья.</p>
    <p>— Приветствую вас! — сказал гонец, останавливаясь рядом с ними (лошадь его била копытом от нетерпения).</p>
    <p>Найаны молчали. Они терпели жителей Империи, но не испытывали к ним никакой приязни. Когда те появлялись в стране каньонов, обычно это не предвещало ничего хорошего.</p>
    <p>— Я хотел бы поговорить с вождем вашего племени, — сказал всадник.</p>
    <p>Позвали Коатля. Тот прибежал мелкой рысцой в сопровождении Тириуса Бархана.</p>
    <p>— Вы вождь?</p>
    <p>— Что вам нужно?</p>
    <p>— Скажите, это дорога на Тагорас? Я не очень-то доверяю моей карте.</p>
    <p>— Да, это дорога, которая вам нужна, — ответил Коатль. — Вы для этого меня вызвали?</p>
    <p>— Не совсем. У меня есть новости. Новости из Петрана.</p>
    <p>— Сентай ушли? — с надеждой спросил охотник.</p>
    <p>Вестник горько рассмеялся:</p>
    <p>— Ушли? С чего им уходить? Они перебили всех наших. Я просто хотел вас предупредить, вот и все. Войска Империи отступили. Петран в руках сентаев. Они захватили все восточные аванпосты. Мы больше не в состоянии обеспечивать вашу безопасность.</p>
    <p>— Войска Империи отступили? — спросил кто-то.</p>
    <p>Всадник кивнул.</p>
    <p>— Да уж, у нашего нового Императора теперь забот по горло.</p>
    <p>— Нового Императора? — повторил Тириус.</p>
    <p>— Как, вы не знаете? Недем Второй скончался. На трон взошел Полоний.</p>
    <p>Тириус Бархан сделал несколько шагов назад и повернулся к деревне. У него кружилась голова. Только сейчас он понял, что все прошлые годы мечтал услышать эти слова. Полоний — человек, который всем обязан ему. И вот он первый человек в Империи. Хоть и, конечно, никакое не воплощение Единственного.</p>
    <p>Ишвен долгое время не двигался. Где-то за спиной продолжал говорить гонец, но слова его не имели никакого значения. По тропинке к деревне спокойно шел Тубальк с дикой уткой в руках. Он подбородком указал на сборище:</p>
    <p>— Что случилось?</p>
    <p>— Недем Второй умер, — как в забытьи, пробормотал ишвен.</p>
    <p>— И что?</p>
    <p>— Императором стал Полоний.</p>
    <p>Найан пожал плечами. Вечерело, и долина постепенно окрашивалась в нежно-золотистый цвет.</p>
    <p>— А что это меняет? — спросил он, потрясая своим трофеем.</p>
    <p>— Не знаю, — ответил Тириус, поднимая глаза к небу. — Правда не знаю.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>С этого дня для Тириуса все изменилось.</p>
    <p>Спокойное течение беззаботных дней прервалось. Лания заметила это первой: ее супруг стал не похож сам на себя. Он стал задумчивым, раздражительным и много времени проводил сидя на камне и глядя вдаль. Она несколько раз пыталась выведать у него, что происходит. Но он отказывался говорить, утверждая, что все идет так, как нужно. В конце концов молодая женщина рассердилась. Она думала, что причина его упорного молчания крылась в ней или, вернее, в ребенке, которого они не могли зачать. Муж успокоил ее, но все равно ничего не объяснил, не зная, как заговорить об этом. На следующий день он доверился Тубальку. Это произошло на охоте, когда друзья на цыпочках шли по следу стада кабанов.</p>
    <p>— Я должен вернуться в Дат-Лахан, — вдруг сказал ишвен.</p>
    <p>Его друг остолбенел.</p>
    <p>— Что ты сказал?</p>
    <p>— Я должен туда вернуться, — повторил Тириус. — Император умер, и у меня нет больше причин прятаться.</p>
    <p>— А главное, у тебя нет никаких причин туда возвращаться, — фыркнул найан.</p>
    <p>Тубальк продолжил путь.</p>
    <p>— Тебе не понять, — сказал Тириус, отодвигая ветку. — Дело не в награде. Это скорее ради… Мне нужно уладить все мои прошлые дела. В Дат-Лахане все считают меня виновным.</p>
    <p>— Ну и что? — вздохнул найан. — Какая тебе разница, что они думают? Главное — что тебе говорит твоя совесть. Сейчас твое место здесь. Рядом с нами. Рядом с Данией.</p>
    <p>Ишвен вынул из колчана стрелу.</p>
    <p>— Пока я не побывал в Дат-Лахане, — ответил он, — мне не будет хорошо. Мне снятся дурные сны, Тубальк. Я вижу во сне моего палача. Я знаю, что я не виновен, но если я единственный, кто об этом знает, значит, я виновен. Понимаешь?</p>
    <p>— Нет, — хмуро ответил Тубальк. — Я думал, что знаю тебя. Я думал, что ты любишь мою сестру. Я думал, что ты нашел тут свою семью.</p>
    <p>— Но ведь так и есть!</p>
    <p>— Не знаю, — сказал найан, качая головой. — Я знаю лишь одно: от азенатов нельзя ждать ничего хорошего. Ты покинул их мир, мой друг. И теперь собираешься вернуться в него. Даже не проси меня сопровождать тебя.</p>
    <p>Как только он произнес эти слова, на опушку перед ними выбежало стадо кабанов. Тубальк выпустил по ним стрелу, и один из двух самцов, раненный в ногу, упал на землю. Тириус не успел даже натянуть лук. Друзья подошли ближе. Животное, дрожа, подняло морду и угрожающе хрюкнуло. Тириус молча стоял и смотрел на него.</p>
    <p>— О Великий Дух, — рассердился найан, выхватывая кинжал, — ты что, так и будешь стоять?</p>
    <p>Резкий удар рассек кабану горло, так что тот рухнул в траву.</p>
    <p>Тубальк встал на колени, произнес короткую молитву Анархану и взвалил еще теплую тушу себе на плечи.</p>
    <p>— Идем, — коротко сказал он.</p>
    <p>Несколько секунд ишвен стоял, не понимая; сердце у него сильно билось. Потом варвар пошел за найаном, и вскоре друзья были уже в деревне.</p>
    <p>В тот же вечер Тириус решился поговорить с Данией.</p>
    <p>— Я ухожу, — сказал он.</p>
    <p>Лания стояла на коленях на крыльце их дома и занималась дублением кож, и ничем не выдала своей растерянности.</p>
    <p>— Ты даже не спрашиваешь, куда?</p>
    <p>Она медленно подняла голову и медленным движением отвела от лица прядь.</p>
    <p>— Я иду в Дат-Лахан. Старый Император умер. Его место занял принц Полоний. Я больше не изгой.</p>
    <p>— Вот и хорошо, — сказала женщина, снова поворачиваясь к своей работе.</p>
    <p>— Полоний обещал мне награду, — продолжал ишвен, садясь на корточки подле нее. — Но не поэтому я хочу вернуться. Я хочу, чтобы прекратились мои кошмары.</p>
    <p>Моргнув, женщина распрямилась и принялась растирать затекшие бедра.</p>
    <p>— Ты скучаешь по городу, — сказала она.</p>
    <p>— Вовсе нет, — ответил он, потрепав ее по щеке. — Я просто хочу… хочу, чтобы люди поняли. Я отправлюсь к Императору, и он отдаст мне мою награду. Золото меня не интересует, я раздам его людям, которым оно действительно нужно. Я просто хочу, чтобы он знал. Чтобы все знали.</p>
    <p>— Я пойду с тобой, — прошептала Лания, беря его за руку.</p>
    <p>— Что? Об этом не может быть и речи.</p>
    <p>— Твое мнение меня не волнует, Тириус Бархан.</p>
    <p>— Лания… — начал ишвен, поднимаясь.</p>
    <p>— Я не позволю тебе вот так исчезнуть, — продолжала молодая женщина. — Куда бы ты ни шел, я пойду за тобой. Я хочу раз в жизни увидеть этот город. Почему бы и нет?</p>
    <p>— Это далеко, — ответил Тириус, потирая переносицу. — Я знаю, что говорю. Твое место здесь, рядом с твоим кланом.</p>
    <p>— Нашим кланом, — поправила его Лания, тоже поднимаясь. — Может быть, ты забыл? Это ведь ты выбрал эту жизнь. И меня тоже выбрал ты. Я твоя жена и хочу всегда быть с тобой.</p>
    <p>Ишвен в растерянности прислонился к стене дома. Закат оставлял на стенах розоватые отблески. Легкий ветерок колебал верхушки деревьев, сумерки были наполнены пением птиц. Лания как ни в чем не бывало вернулась к работе. И вдруг Тириус понял, что провел рядом с ней четыре года — четыре года, которые для него промчались как четыре дня. Он очень любил ее. Кроме нее, ему ничего не было нужно. В ней было его спокойствие, в ней был его свет. Но было и нечто иное. Где-то в самой глубине души он слышал смутный зов. Он провел рукой по затылку и нащупал непокорную копну волос, косичку, которую целую вечность назад отсек палач и которая с тех пор отросла заново. Время пульсировало, время странным образом до бесконечности сжималось и растягивалось в зависимости от происходящих событий. Ишвен вошел в дом. Через некоторое время он вышел из него, держа в руке карту, подаренную ему Салимом у ворот Эзарета. Он разложил древний пергамент на земле перед своей женой и пальцем прочертил воображаемую линию.</p>
    <p>— Мы находимся тут, — сказал он. — А Дат-Лахан вот здесь. Тридцать дней ходьбы, при неблагоприятных обстоятельствах — даже сорок.</p>
    <p>Но молодая женщина не смотрела на карту. Она смотрела на своего мужа. Она протянула к его лицу руку и раскрыла пальцы, как лепестки цветка.</p>
    <p>— Я пойду с тобой, — сказала она просто.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На следующий день они попрощались с деревней.</p>
    <p>Коатль был потрясен случившимся, хоть и пытался казаться невозмутимым. Тириус и Лания пришли к нему посреди ночи рассказать о своем решении. Старый вождь долго при свете костра смотрел на них. Долго молчал. Потом он благословил их.</p>
    <p>Они решили идти пешком и взять с собой мула, нагруженного двумя большими мешками. С собой они взяли пару одеял, веревку и немного еды, а также несколько бурдюков из козлиной кожи. Тириус взял меч и лук.</p>
    <p>Провожая их, найаны торжественно выстроились в ряд и усыпали им путь розовыми лепестками. Тириус и Лания не могли скрыть тревоги: Тубальк все утро не показывался и даже теперь, когда они уже уходили, он так и не появился, и никто не знал, где его искать. Но делать было нечего. Супруги обернулись в последний раз и помахали руками своему маленькому племени.</p>
    <p>— Тубальк… — прошептала женщина.</p>
    <p>Тириус нежно взял ее за руку.</p>
    <p>— Он не придет. Идем.</p>
    <p>Лания покорилась, украдкой вытирая слезу.</p>
    <p>Вскоре уходящие исчезли из виду.</p>
    <p>Менее, чем через час, их нагнал запыхавшийся пеший путник, сгибающийся под тяжестью своей поклажи. Это был Тубальк. Супруги с испугом воззрились на него.</p>
    <p>— Что глядите? — сказал охотник, поравнявшись с ними. — Вы думали, я отпущу мою сестренку одну?</p>
    <p>— Но ты же сказал…</p>
    <p>— Тс-с, тс-с. Знаю. Но я решил, что небольшое путешествие мне не повредит.</p>
    <p>— Небольшое? Тубальк, тут не меньше месяца ходьбы.</p>
    <p>Вместо ответа найан пожал плечами, и трое спутников продолжили путь вместе.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Путешествие прошло без особых приключений.</p>
    <p>В первые десять дней были постоянные ливни, что несколько замедляло продвижение вперед, ибо путники вынуждены были постоянно искать убежища в пещерах или под утесами. Они часами смотрели на дождь и разговаривали о будущем. Связь между ними крепла с каждым днем. Тубальк все еще считал себя покровителем своей сестры, хоть и знал, что теперь она в надежных руках.</p>
    <p>Дважды путь преграждала огромная сошедшая с холмов лавина грязи, и им приходилось идти через лес, чтобы выйти на прежнюю дорогу в другом месте. Однажды посреди дня разразилась ужасная гроза, и прямо у них на глазах, совсем рядом с местом, где они нашли пристанище, разнесло в щепки дерево. В тот день другого пристанища найти не удалось, и к вечеру, когда тяжелые облака, скрывавшие линию горизонта, немного разошлись, они вымокли до костей и были вынуждены расстаться с остававшейся у них немногочисленной провизией.</p>
    <p>К великому счастью, мужчины были в состоянии раздобыть пропитание. Тириус к тому времени научился весьма сносно стрелять из лука, а Тубальк умел ставить силки. Охотники убивали ударом о скалу карликовых коз, иногда зайцев, реже куропаток или других крупных птиц. Дания, которая умела бесподобно жарить мясо, разделывала их туши и готовила еду. Они не брезговали и дикими ягодами, плодами и сладковатого вкуса кореньями.</p>
    <p>Путники пересекали красивейшие места.</p>
    <p>Иногда они шли мимо бесконечных каньонов с нависшими над ними зубчатыми скалами, в которых присутствовали все оттенки рыжего и желтого, только существовавшие в природе. Иногда перекали районы буйной растительности, шли мимо пологих холмов с тенистыми лесами или могучими отдельно стоящими деревьями. Шли по берегам круглых озер, девственно-чистых бирюзовых зеркал, в которые вливались бурные потоки, через веревочные мосты, сотни лет назад построенные отцами наших отцов. Шли то по мощеным дорогам, которые, по замыслу азенатов, должны были пересекать Империю с севера на юг и с востока на запад, но так никогда и не были достроены, то по узким извилистым тропинкам. Но чаще всего дороги у них вовсе не было, и приходилось ориентироваться по солнцу. Карта Салима во многом оказалась неточной, но другой у них не было, и, когда она подводила, они полагались на собственное чутье. Несколько раз они проходили через гуонские поселения, жители которых глядели на них с поросших травой холмов, не выходя им навстречу. Одну ночь они провели в найанской деревне, где старый одноглазый отшельник поведал им о том, как участвовал в походе против азенатов.</p>
    <p>В другой раз они наткнулись на ишвенское поселение, в котором коротко стриженая девочка погадала им по руке. Ее предсказания напугали путников: по словам ребенка, их дни были сочтены; вскоре на всех троих обрушатся страшные трагедии и все они погибнут. Когда это случится? Малышка не могла дать точного ответа. Трое путников в смятении покинули поселение посреди ночи под путаные извинения вождя племени, который просил их забыть о предсказаниях девочки, как будто бы в этом была вина. Лания целыми днями плакала. Возможная смерть ее мужа и брата пугали ее гораздо больше собственного конца. Мужчинам пришлось проявить чудеса изобретательности, чтобы наконец заставить найанку забыть о страшном предсказании. Девочка просто дала волю своей неуемной фантазии. Разве человек не хозяин своей судьбы?</p>
    <p>На следующее утро солнце светило как-то по-новому и легкий ветерок рассеял тревоги и печали. Остальной путь прошел без сколь бы то ни было значимых происшествий. Два дня путники провели на берегах озера Меланхолии, отдыхая и купаясь. Их путешествие было близко к завершению. Когда рассеивалась утренняя дымка, на том берегу становилась видна столица Империи, гордый и таинственный город на вершине утеса. Дат-Лахан, «король у подножия гор» — город сохранил название, данное ему варварами в незапамятные времена. И теперь, после долгих лет изгнания, Тириусу уже не так сильно хотелось поскорее туда вернуться. Его сердце снедала смутная тревога; он решил никому о ней не говорить. Утром третьего дня ишвен понял, что час настал. Ночью ему приснился страшный кошмар. Он увидел себя мертвым, лежащим в луже крови, а мир вокруг него превратился в руины.</p>
    <p>Но и об этом варвар никому не сказал.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На следующий день путники вошли в город.</p>
    <p>Они обошли с юга озеро Меланхолии и теперь под бесстрастными взглядами гвардейцев в мундирах входили в огромные ворота города. Тириус Бархан страшно нервничал. Ему постоянно казалось, что вот-вот через уличный гам прорвется зычный голос и прикажет его арестовать. Разве все взгляды не устремлены на него? В пути он отпустил бороду в надежде, что она сильно изменит его внешность. Но это было излишней предосторожностью. К тому моменту в Дат-Лахане все уже успели его позабыть.</p>
    <p>Почти все.</p>
    <p>Лании и ее брату стоило большого труда скрыть изумление. Город оказался огромным, гораздо больше, чем они думали. У монументальных южных ворот из кованой бронзы всегда была пестрая толпа. Торговцы с повозками, доверху нагруженными тканями и посудой, под обжигающим солнцем хлестали своих лошадей. Солдаты в отпуске пихали друг друга локтями и обменивались сальными анекдотами. Изможденные путники с тревогой глядели на городскую стену, теребя в руках векселя и свитки пергамента с официальными документами. Там были и гордые гуоны на больших черных конях, взиравшие на остальных с презрительным спокойствием, и семеты, входившие в город пешком с длинными шпагами на поясе. Группа акшанов из Эзарета толкала вперед упрямых мулов.</p>
    <p>При виде шпилей и башен верхней части города Тириуса охватила мучительная ностальгия. Дат-Лахан нисколько не изменился. Он по-прежнему, как надменный и прекрасный хозяин, правил этим миром. В вышине переливались под лучами утреннего солнца купола императорского дворца. С его великолепием контрастировала темная громада ютящегося на своем утесе монастыря. Холмы были покрыты роскошными белоснежными виллами. Ниже располагались простонародные кварталы и пригороды с их акведуками. И совсем сбоку — озеро Меланхолии, необозримое и спокойное, как серебристое зеркало.</p>
    <p>— Ну как? — спросил державший Данию за руку Тириус.</p>
    <p>— Огромный, — ответила его жена. — И очень шумный.</p>
    <p>— Что ты чувствуешь, вернувшись? — поинтересовался Тубальк.</p>
    <p>— Не знаю, — задумчиво ответил ишвен. — Мне кажется, я тут уже был, но целую вечность назад. Все кажется каким-то нереальным. Подумать только, ведь я прожил здесь почти двадцать лет!</p>
    <p>— В любом случае, — заключил найан, дергая за поводья своего мула, — когда ты идешь по улице, никто не оборачивается, и это добрый знак. Значит, не больно-то ты им и нужен.</p>
    <p>— Послушай, — вдруг вспомнил ишвен, улыбнувшись, — а ты разве не собирался ждать меня у стен города?</p>
    <p>— Ну да, — рассмеялся найан, — но я решил, что со мной моей сестре будет спокойнее, чем с тобой.</p>
    <p>Тириус легонько пнул его кулаком, и друг упал на колени, будто смертельно раненный. Потом встал, отряхнул пыль со своей туники и повернулся к императорскому дворцу, возвышавшемуся в конце улицы, по которой они шли. Здание со своими колоннами и горельефами, бесчисленными башнями и гигантскими мраморными львами подавляло своим величием. Те, кто приезжал в столицу впервые, при виде него останавливались, будучи не в силах пройти мимо. Многие проводили так несколько часов.</p>
    <p>— Так ты жил тут? — ласково спросила Лания.</p>
    <p>— Сзади. Полоний со своей свитой занимал вон то крыло, видишь?</p>
    <p>Женщина кивнула. Дат-Лахан немного пугал ее, но она старалась не подавать виду. Движение, несмолкаемый шум города, ослепляющие огни повергали ее в смятение, навевая дурные предчувствия и тоску по безмятежности леса.</p>
    <p>— Ну что ж, вот мы и пришли, — вздохнул Тубальк. — Что теперь?</p>
    <p>— Теперь я пойду во дворец, — пояснил Тириус. — Чтобы поскорее со всем этим разделаться.</p>
    <p>— Да, — прошептала Лания, крепче сжав ему руку.</p>
    <p>— Если повезет, — продолжал ишвен, — мы сможем сегодня же вечером отправиться в обратный путь.</p>
    <p>— Разве аудиенции Императора добиться легко? — удивился его друг. — Его императорского величества? Воплощения Единственного? — со смехом добавил найан, делая вид, что кланяется.</p>
    <p>— Надеюсь, что да, — ответил Тириус. — Это ведь совершенно особое дело.</p>
    <p>Он обернулся и заметил маленькую таверну, в которой в свое время часто бывал. «У скрещенных мечей» — гордо гласила вывеска. По его воспоминаниям, это было вполне пристойное место. Он указал на него найанам.</p>
    <p>— Ждите меня здесь, — велел он. — Если, конечно, не хотите осмотреть город.</p>
    <p>— Почему бы и нет? — улыбнулся Тубальк, по-прежнему державший за поводья мула.</p>
    <p>— Нет, — тихо сказала молодая женщина. — Я пойду с тобой.</p>
    <p>— Послушай, Лания…</p>
    <p>— Я хочу сопровождать тебя. По крайней мере до дверей дворца. Дальше, если нужно, ты пойдешь один. Но до тех пор позволь мне быть рядом с тобой.</p>
    <p>Ишвен посмотрел на свою жену. Как же он ее любил! С хрупкой фигуркой, в самой простои вышитой тунике, она выгодно отличалась от местных женщин с их шелковыми тогами, дорогими и сложными костюмами. Пока он смотрел на нее, через толпу, которая тут же расступилась, прошли несколько бритых наголо женщин с опущенной головой и скрещенными руками, терявшимися в глубине чрезмерно широких рукавов их черных одеяний. «Монахини Скорбящей Матери», — вспомнил он. С их тревожной суровостью.</p>
    <p>— Ну что? — спросила Лания.</p>
    <p>— Хорошо, — ответил Тириус, увлекая ее за собой на Большую Эспланаду перед дворцом.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Они договорились с наступлением темноты встретиться с Тубальком у дверей «L-крещенных мечей». Гордый найан решил немного прогуляться по городу. Похоже, размеры столицы его нисколько не впечатляли. На самом деле он вовсе не собирался никуда уходить, а хотел всего лишь найти оружейника и купить у него стрел. Поговаривали, что азенаты в этой области творят чудеса. А Тубальк как раз отложил для этой цели десяток-другой золотых, которые в свое время проезжий торговец отдал ему за какие-то безделушки. Тириус заметил, что на эту сумму он вряд ли сможет купить больше одной стрелы. «Ну и ладно», — отрезал его друг.</p>
    <p>По кривым улочкам Тириус и его жена подошли к дворцу. Они прошли мимо лавок с богатыми витринами, полными изделий из стекла и дорогих тканей, и остановились съесть фаршированных фиников и выпить коричневатой настойки из трав, супруги молчали, боясь нарушить магию этой минуты. Ишвен со страхом ждал момента, когда ему придется подняться по ступенькам и, возможно, встретиться взглядом с кем-то из старых товарищей. А что, если Император откажется выполнить данное обещание? А что, если, прежде чем он успеет открыть рот, его схватят и бросят в тюрьму как обычного преступника? А что, если…</p>
    <p>— Тириус.</p>
    <p>Голос жены заставил его вздрогнуть. Они стояли перед императорским дворцом. Настоящая крепость: во время войны в ней могли затаиться десять тысяч солдат. Два больших мраморных льва находились по бокам главной лестницы, на которой уже собралась разнородная толпа. Направо возвышалась огромная Триумфальная арка и прекрасные террасы Апитолия. Одетые в доспехи стражники с опущенным забралом прямо держали копья, а сенаторы в синеватых тогах в сопровождении своих слуг прогуливались по площади и беседовали.</p>
    <p>— Пора, — сказал ишвен, храбро двигаясь вперед.</p>
    <p>Шея у него напряглась, а во рту был странный металлический привкус, происхождения которого Тириус не мог понять. Вместе со своей женой он медленно поднялся по ступенькам, глядя прямо перед собой. Никто не выкрикивал его имя. Ни один стражник не вышел, чтобы преградить ему путь. Все было хорошо.</p>
    <p>Они вошли в Зал Славы — настолько огромный, что в нем мог бы разместиться храм или даже целая деревня. Потолок был украшен объемной мозаикой, настолько искусно сделанной, что при виде ее кружилась голова. Свод поддерживали мощные статуи, глядевшие друг на друга из противоположных концов зала. Лания подняла глаза и вновь крепко сжала руку Тириуса, которую держала в своей.</p>
    <p>— Ну и место… — прошептала она.</p>
    <p>В противоположных концах зала высились две большие каменные лестницы, которые вели на верхние этажи. Задняя часть зала выходила на необъятный внутренний сад, и из-за кустов было слышно журчание воды в фонтанах. Среди них свободно разгуливали экзотические птицы с длинными разноцветными хвостами. Тириус подошел к одному из стражников.</p>
    <p>— Мне нужно видеть Императора, — сказал он.</p>
    <p>Гвардеец сделал вид, что не слышит. Даже не шелохнулся.</p>
    <p>— Он меня знает. Я раньше служил у него.</p>
    <p>Никакой реакции.</p>
    <p>Ишвен повернулся к своей жене. Какой-то сенатор широкими шагами двигался к внутреннему саду, стуча сандалиями как солдат на марше. Тириус схватил его за руку; тот воззрился на него с видом оскорбленной невинности.</p>
    <p>— Что…</p>
    <p>— Я Тириус Бархан.</p>
    <p>Он медленно разжал пальцы.</p>
    <p>Сенатор оглядел его с головы до ног и задумчиво потер подбородок.</p>
    <p>— Несколько лет назад меня несправедливо осудили. Я служил в личной гвардии Полония, когда он еще не был Императором.</p>
    <p>— Тириус Бархан, — как во сне повторил сенатор. — Да… и вы…</p>
    <p>— Я вернулся. Мне нужно поговорить с его величеством.</p>
    <p>— Мне кажется, что… Подождите, пожалуйста, здесь.</p>
    <p>Сенатор собирался уйти, но ишвен снова задержал его:</p>
    <p>— Постойте. Что вы собираетесь сделать?</p>
    <p>— Я, собственно… я собираюсь предупредить Императора о вашем приходе. Разве вы не этого хотите?</p>
    <p>— Я пойду с вами.</p>
    <p>— Боюсь, это невозможно.</p>
    <p>Тириус глубоко вздохнул и знаком велел Лании приблизиться. Сенатор видел, как она подходит к ишвену и обнимает его.</p>
    <p>— Послушайте… — начал он, проводя рукой по своим редким седым волосам.</p>
    <p>— Что-то не так, сенатор?</p>
    <p>Ишвен медленно обернулся. Ему был знаком тот кто только что подошел: высокий рост, грубые черты лица, длинный белый плащ, скрепленный изящной брошью. Советник. Советник Императора Недема Второго.</p>
    <p>— Он сказал, что его зовут Тириус Бархан, — объяснил сенатор.</p>
    <p>Губы сенатора тронула чуть заметная улыбка. Алкиад! Его звали Алкиад!</p>
    <p>— Он и есть Тириус Бархан, — сказал тот добродушно. — С возвращением, Тириус Бархан.</p>
    <p>— Вы помните… — пробормотал ишвен.</p>
    <p>— Ах, тут многие вас помнят.</p>
    <p>— Меня обвинили в преступлении, которого я не совершал, — объяснил Тириус. — Его высочество об этом прекрасно знает.</p>
    <p>— Его величество, — с презрением поправил сенатор.</p>
    <p>— Конечно, он об этом знает, — ответил Алкиад. — Все об этом знают.</p>
    <p>Ишвен огляделся вокруг с тревогой. Что-то в голосе этого человека ему не нравилось. Его жена, бледная от страха, прижималась к нему, пытаясь не замечать обращенного на нее взгляда сенатора. Она машинально поднесла руку к горлу.</p>
    <p>— Я сейчас поговорю с его величеством, — объявил советник, указывая на одну из больших лестниц. — Подождите меня здесь. Или, если хотите, в саду.</p>
    <p>— Дело в том, что…</p>
    <p>— Вам нечего бояться, — отрезал Алкиад, удаляясь. — Времена изменились, друг мой. Мы все рады приветствовать вас в Дат-Лахане!</p>
    <p>Он поднял руку, и Тириус кивнул. Он мысленно проклял себя за то, что оставил меч вместе с остальной поклажей. Потом он вспомнил, что на территории дворца все равно было запрещено носить оружие всем, кроме стражников.</p>
    <p>Ишвен и его жена смотрели, как советник поднимается на один из верхних этажей. Сенатор некоторое время побыл с ними, после чего показал им, как пройти в сад. Они неуверенно направились туда. Тириус чувствовал себя беззащитной песчинкой во враждебном мире. На нем была найанская туника, и со своей спутанной бородой он, наверное, и вправду походил на дикаря.</p>
    <p>Лания вовсю смотрела по сторонам. Они покинули мрачный Зал Славы и теперь прогуливались по аллеям сада. Повсюду экзотические деревья, пьянящие ароматы, стайки вспархивающих птиц. Полуденный зной плащом окутывал их.</p>
    <p>— Мне страшно, — прошептала молодая женщина.</p>
    <p>Тириус заключил ее в объятия и посмотрел ей в глаза.</p>
    <p>— Я с тобой, — коротко ответил он.</p>
    <p>Но ему пришлось бороться с собой, чтобы не увести ее за пределы дворца и не убежать вместе с ней прочь из этого места.</p>
    <p>По аллеям сада разгуливали стражники в темных доспехах и с мечами на поясе. Ишвену казалось, что они следят за ним, что теперь весь мир знает, кто он. Ты виновен, Тириус Бархан! Человек, который совершил нечто такое, о чем даже страшно сказать. Человек, который убивал и, без сомнения, убьет еще не раз. Какая наглость — вернуться на место своего преступления!</p>
    <p>Он поднял голову. С того места, где он стоял, не были видны ни покои императрицы, ни те, в которых жил он сам, состоя на службе у Полония. Но он не забыл. Пролеты арок над карликовыми деревьями. Башенки с золочеными куполами. Залитые солнцем террасы. Ее величество императрица Аларис. У него перед глазами стояло ее лицо, ее изящная фигура. Где-то она сейчас? Что стало с ней после смерти Недема?</p>
    <p>— Любимая.</p>
    <p>Он отвел Ланию в сторону и нашел для нее маленькую каменную скамеечку, притаившуюся между двумя большими деревьями. Перед ними над небольшим бассейном, заросшим кувшинками, кружилась пара стрекоз. Тириус обхватил руками лицо своей жены и подарил ей долгий, страстный поцелуй. На сад падала тень от одной из башен. С ее вершины за ними наблюдал какой-то человек.</p>
    <p>Через некоторое время, которое показалось им вечностью, ибо они, измученные тревогой, уже собирались покинуть дворец (на самом же деле тень от башенки за это время уменьшилась всего на несколько пальцев), вооруженный стражник со шлемом под мышкой пришел сказать ишвену, что его ждут.</p>
    <p>Скрестив руки, с неизменной улыбкой, советник Алкиад встретил их в Зале Побед в сопровождении солдата в доспехах.</p>
    <p>— Хорошие новости, Тириус Бархан. Император лично примет вас.</p>
    <p>Ишвен сглотнул. Лания посмотрела на него с надеждой.</p>
    <p>— Но ваша спутница…</p>
    <p>— Моя жена.</p>
    <p>— Сожалею, — продолжил советник. — Но она не может вас сопровождать. Пока вы беседуете с Императором, с ней побудет лейтенант Талиус. Вас это не затруднит, лейтенант?</p>
    <p>Солдат с эмблемой императорской гвардии подчеркнуто вытянулся в струнку.</p>
    <p>— Ну а теперь прошу вас следовать…</p>
    <p>Тириус кивнул и крепко обнял жену.</p>
    <p>— Удачи, — прошептала она ему на ухо. — Я люблю тебя.</p>
    <p>— Я ненадолго, — ответил он.</p>
    <p>Алкиад хлопнул его по плечу, и мужчины направились к одной из больших каменных лестниц.</p>
    <p>Они прошли по длинной галерее над садом и вошли в дверь, охраняемую несколькими гвардейцами, пересекли широкую террасу и взошли на подвесной каменный мост, с которого был виден весь город. Вид был так прекрасен, что у Тириуса захватило дух. Он остановился. Советник обернулся к нему и снова улыбнулся.</p>
    <p>— Дат-Лахан, — сказал он просто. — Бессмертная жемчужина Империи.</p>
    <p>Тысячи выгоревших от солнца крыш. Сотни залитых солнцем площадей и столько же фонтанов с прозрачной водой. Башни, минареты с узкими бойницами. Колонны сената, его величественный силуэт. Монастырь Скорбящей Матери, отсюда кажущийся еще более внушительным.</p>
    <p>— Вы идете? — не выдержал Алкиад.</p>
    <p>Мужчины снова пустились в путь. В правом крыле располагались апартаменты Императора, которые соединялись с центральной частью дворца серией мостов и арок. Они миновали еще один отряд вооруженных арбалетами гвардейцев в шлемах, украшенных перьями. Элитный полк. Тириус вспомнил, что когда-то такой шлем носил и он.</p>
    <p>Наконец раскрылась последняя дверь, которую охраняли два вооруженных копьями гиганта, и они вошли в какую-то очень светлую комнату, в центре которой возвышался необъятный мраморный стол. На левой стене — огромный гобелен, изображающий отправляющиеся в Изгнание корабли, на вышивание которого ушло почти два века. Напротив задрапированного шпалерами широкого оконного проема стоял человек. Он был одет в простую белую тогу, а у его ног простирался великолепный Дат-Лахан.</p>
    <p>— Его императорское величество, — объявил советник.</p>
    <p>— Оставьте нас, Алкиад.</p>
    <p>Тот приветливо помахал Тириусу на прощание и на цыпочках вышел.</p>
    <p>Большие двери закрылись.</p>
    <p>Наступила мертвая тишина.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Император медленно повернулся.</p>
    <p>Он почти не изменился. Разве что в углах рта от тревог образовались морщинки, но волосы по-прежнему были огненно-рыжими, как будто время было не властно над его молодостью. На голове у него красовался украшенный яшмой и изумрудами императорский венец. Зеленые глаза с любопытством смотрели на ишвена.</p>
    <p>— Ты, — наконец сказал он.</p>
    <p>Тириус приблизился и опустился на одно колено.</p>
    <p>Император не остановил его, но вскоре ласково поднял.</p>
    <p>— Ваше величество.</p>
    <p>— Тириус. Мой верный, славный Тириус.</p>
    <p>Ишвен понял, что Император не решается сжать его в объятиях. Мужчины обменялись смущенными улыбками. Владыка азенатов поправил на голове венец и сделал несколько шагов к окну. Тириус последовал за ним.</p>
    <p>— Все это, — сказал Император, обводя город рукой, — все это мое, все эти земли на многие сотни километров принадлежат мне. Я их хозяин. Полновластный хозяин. Я воплощение Единственного, — торжественно сказал он, оборачиваясь к Тириусу. — И всем этим я обязан тебе. Тебе, Тириус Бархан.</p>
    <p>— Ваше величество.</p>
    <p>— Я думал о тебе все эти годы. Я узнал, что тебе удалось бежать, и был очень за тебя рад. Я очень боялся, что наша маленькая хитрость не удастся. Но, благодарение Святому Сердцу, ты выжил. И теперь вернулся.</p>
    <p>— Да, ваше величество. Я узнал…</p>
    <p>— Мой бедный брат скончался. Около трех месяцев назад. Мы устроили торжественную церемонию, пламя погребального костра, наверное, было видно за несколько километров от города. Тридцать семь лет — ты слышал, чтобы кто-нибудь еще столько правил? Но народ и не думал проливать слезы. И, хоть это и мой родной брат, я бы солгал, если бы назвал его хорошим правителем. Взойдя на престол, я понял, что передо мной одни руины, Тириус.</p>
    <p>— Вы всегда мечтали…</p>
    <p>— Да, — ответил тот, кладя руку ему на плечо, — и ты это знаешь, верно? Я родился, чтобы взойти на этот трон. И теперь я испытываю огромную гордость. Все это так важно. Теперь все зависит только от меня. Жизнь и смерть миллионов людей. Мир с варварами. Защита наших городов от сентайских захватчиков. Я всего лишь человек, и все же во мне есть что-то сверхчеловеческое. Я воплощение Единственного. Я его голос, я его сжимающая оружие десница.</p>
    <p>Ишвен прогуливался взглядом по крышам Дат-Лахана. Слова Императора казались ему нескончаемой, скучной проповедью. Какое ему дело до славы и ответственности? Какое ему дело до трудностей восхождения на трон? Он пришел во дворец по совершенно конкретному делу.</p>
    <p>— А императрица… — осмелился спросить он.</p>
    <p>— Императрица, — повторил Полоний Четвертый. — После смерти моего брата она стала моей женой. К счастью, за все это время они не смогли зачать ребенка. Нежная принцесса. Когда ты уехал, наша связь прекратилась. Можешь представить, с какой страстью мы вновь соединились.</p>
    <p>Ишвен не ответил; ему нечего было сказать.</p>
    <p>— Император… я хочу сказать, ваш брат… подослал ко мне убийцу, — вдруг сказал он.</p>
    <p>— Раджака Хассна? Его тело нашли среди Высоких Равнин.</p>
    <p>— Он… он был мертв?</p>
    <p>Государь пожал плечами:</p>
    <p>— Можно сказать и так.</p>
    <p>— Вы знали, что ваш брат…</p>
    <p>— Конечно, нет, — ответил тот, глядя прямо перед собой. — Я узнал об этом только потом. В противном случае, уж можешь мне поверить, я бы помешал этой скотине отправиться вслед за тобой. Но должен признаться, я так и не понял, как тебе удалось выпутаться из этой истории.</p>
    <p>— Я тоже, — лаконично ответил Тириус.</p>
    <p>Ему жгли губы другие вопросы (пытался ли он его разыскать, понять, что произошло — а кстати, что произошло?), но Полоний не дал задать их. Император попросил ишвена рассказать о его изгнании: о том, что он делал четыре года, где был. Тириус постарался ответить как можно честнее, но ни словом не обмолвился ни о своих кошмарах, ни о том, что видел в Петране. Государь слушал его с вежливым вниманием, не сводя глаз с линии горизонта.</p>
    <p>— Твоя жена пришла вместе с тобой, — вымолвил он, когда тот закончил.</p>
    <p>Ишвен на секунду зажмурился. Ну конечно, Алкиад не мог его не предупредить.</p>
    <p>— Это хорошо, — прибавил Император.</p>
    <p>Полоний повернулся к большому мраморному столу, отодвинул резное деревянное кресло и уселся в него, знаком предлагая гостю сделать то же самое.</p>
    <p>Тириус последовал его примеру. Император снял свой венец и осторожно положил на стол рядом с собой. Час настал.</p>
    <p>— Мой друг, ты был самым верным из моих слуг. Перед тем как расстаться с тобой, я пообещал вознаградить тебя за твою преданность. Теперь, взойдя на трон, я могу наконец сдержать свое слово.</p>
    <p>— Ваше величество, я вернулся не для того, чтобы…</p>
    <p>— Молчи, — приказал Император. — Я знаю, для чего ты вернулся. Ты хотел, чтобы я сказал тебе спасибо, и я это сделал. Ты хотел, чтобы весь город узнал о твоей невиновности, и это тоже будет сделано. Что же до золота… Твоя награда будет соразмерна твоим заслугам. Но я хочу попросить тебя еще кое о чем, Тириус. Об одной серьезной услуге, которая также будет для тебя честью.</p>
    <p>— Да, ваше величество?</p>
    <p>Император кончиком пальца провел по камням на своем венце. Потом пристально посмотрел ишвену в глаза.</p>
    <p>— Когда мы расстались, Тириус, ты был исключительным воином. Одним из лучших во всем городе, гораздо лучше элитной гвардии моего брата. Я всегда это знал. И поэтому не отпускал тебя от себя. Надеюсь, что годы отдыха и странствий пошли тебе на пользу.</p>
    <p>— Это так, ваше величество.</p>
    <p>На самом деле Тириус имел в виду Ланию. Он имел в виду Тубалька и деревню. Какой далекой казалась ему теперь его жизнь в Дат-Лахане!</p>
    <p>— Перейду прямо к делу, — сказал Полоний. — Недавно в районе Кастельского ущелья были замечены отряды сентаев. Менее, чем в десяти днях пути от Эзарета.</p>
    <p>Тириус сощурился.</p>
    <p>— Я несколько дней обсуждал это с моими генералами, — продолжал Император более жестким голосом. — Мы уверены, что сентаи собираются захватить Эзарет. Ты молчишь?</p>
    <p>Ишвен медленно провел рукой по волосам.</p>
    <p>— Я был в Петране, — тихо сказал он.</p>
    <p>— С войсками? Ты входил в отряд, который…</p>
    <p>— Нет, нет, — покачал головой тот. — Я просто видел город. Вернее, то, что от него осталось.</p>
    <p>— Значит, ты знаешь, чего можно ждать от сентаев, — сказал государь. — Не стану утомлять тебя подробностями разгрома нашей армии. Если эти чудовища положили глаз на Эзарет, кто знает, куда они обратят свои взоры после него. В любом случае, положение еще серьезнее, чем мы думали. Но, насколько нам известно, враг собирается нанести удар не сейчас. Его силы пока еще слишком малочисленны. Сентаи ждут подкрепления, Тириус, и в этом наше спасение. Чтобы выманить их из убежища, мы направим туда хорошо вооруженный элитный полк.</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>— Из всех генералов, которые могли бы взять на себя командование им, сейчас здесь нет ни одного. Одни уехали в Тагорас подписывать соглашения. Другие уже и так на войне. В Петране я потерял многих доблестных полководцев.</p>
    <p>— А Калидан?</p>
    <p>— Губернатор Калидан вернулся в Эрике. По слухам, они собираются захватить и его тоже. Когда у корабля в борту пробоина, вода заливает все его части.</p>
    <p>Ишвен на секунду прикрыл глаза и задержал дыхание.</p>
    <p>— Чего вы хотите от меня, ваше величество? Вы ведь не хотите сказать…</p>
    <p>— Ты лучший воин, которого я знаю, — спокойно ответил Император. — Я хочу, чтобы ты взял на себя командование нашей армией.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На какое-то время Тириус лишился дара речи.</p>
    <p>Невозможно. Это просто невозможно.</p>
    <p>Император пристально смотрел на него в надежде отыскать у него на лице хоть малейший намек на согласие.</p>
    <p>— Ваше величество…</p>
    <p>Что сказать, что ответить на подобное предложение? Ишвен не знал. Ишвен ничего больше не знал. Принять командование азенатским полком? Это одновременно прекрасно и нелепо. В глазах жителей этого города он был всего лишь туземцем, дикарем. «Ты лучший воин, которого я знаю» — это откровенная ложь. Тириус состоял в особом отряде императорской гвардии, но его варварское происхождение помешало ему получить обещанный чин лейтенанта. Он был простым солдатом. Конечно, учителя всегда превозносили его заслуги и видели в нем исключительного мастера, по крайней мере, в деле владения мечом. Но он был не единственным воином в Дат-Лахане. В гвардии наверняка были равные ему. А кое-кто, без всякого сомнения, и превосходил его.</p>
    <p>— Ты будешь командовать первым отрядом, — продолжал Император. — Самым престижным и самым важным. Тем, который пойдет в лобовую атаку. Второй отряд преградит выход из ущелья.</p>
    <p>— Преградит выход из ущелья?</p>
    <p>— Вызвав обвал. Мы все продумали. Мы запрем сентаев в середине ущелья. И когда они начнут отступать, на них набросятся наши воины, засевшие на утесе. Сентай окажутся в ловушке. Твоему отряду останется только перебить их.</p>
    <p>Ишвен некоторое время не шевелился, затем медленно встал. За эти четыре года он нисколько не растерял ни своей силы, ни своей ловкости, напротив: жизнь бок о бок с природой укрепила его тело и удесятерила смелость. Варвар научился стрелять из лука, и в умении владеть мечом теперь мало кто мог с ним сравниться, может быть, даже и никто. Но это была не его битва.</p>
    <p>— Мне очень жаль, — сказал он. — Вы говорите так, будто я уже принял ваше предложение.</p>
    <p>— А это… это не так? — спросил Император, также вставая.</p>
    <p>Тириус покачал головой.</p>
    <p>— У меня есть жена. Мы собираемся зачать ребенка, — соврал он. — Я покинул этот город четыре года назад, и то, что я увидел по возвращении, пугает меня. Я пришел сюда, только чтобы смыть с себя несправедливые обвинения, и больше ничего.</p>
    <p>Император направился к висевшему перед дверью шнурку. Он хотел дернуть за него, чтобы вызвать стражу, но в последний момент обернулся.</p>
    <p>— Я понимаю тебя, — сказал Полоний разочарованным тоном. — Возвращение к природе. Твоя жена. Я все понимаю. Позволь мне сказать тебе только одну вещь, Тириус Бархан. Через несколько лет все, ради чего ты отклонил мое предложение: эти пейзажи, которые ты так любишь, твоя семья, твой клан и все остальное, — все это превратится в пыль. Сентаи взяли Петран. Они собираются захватить Эзарет. Я не знаю, что станет их следующей целью, но я знаю точно: если их не остановим мы, этого не сделает никто. Я не просил тебя рисковать жизнью, ишвен. Я просил тебя показать пример другим. В течение одного дня ты был героем. Ты один противостоял целой армии. Но другие не знают об этом. Знаю только я. И я собирался рассказать об этом всем. Но если ты собираешься закончить свою жизнь в покое, который является не чем иным, как затишьем перед бурей, то я не смею тебе мешать. Стража!</p>
    <p>С этими словами он дернул за шнурок. Послышался звон, дверь распахнулась и в нее вошли два стражника в доспехах.</p>
    <p>— Проводите этого человека на улицу, — приказал Полоний.</p>
    <p>— Подождите.</p>
    <p>Император приподнял бровь.</p>
    <p>— Я не хочу погибнуть в бою, ваше величество. В особенности сейчас, когда ничто меня к этому не принуждает.</p>
    <p>— Кто тебя просит погибнуть в бою? Я прошу тебя командовать полком, а не дать сражение. Ты знаешь, что значит быть генералом, Тириус? Я же не идиот. Я слишком ценю тебя, чтобы рисковать потерять тебя. Кроме того, эта битва просто обречена на успех. Если все пойдет так, как мы рассчитываем, наши потери будут минимальны.</p>
    <p>— Я не знаю… — начал ишвен.</p>
    <p>Полоний знаком велел стражникам удалиться и встал перед Тириусом, который был его выше почти на голову. Он оглядел ишвен с головы до ног, как осматривают солдата, после чего вернулся к столу, схватил свой венец и снова водрузил его себе на голову.</p>
    <p>— Ты будешь купаться в золоте и в славе, — сказал он, поворачиваясь к нему спиной. — Я сделаю из тебя легенду, пример для подражания. В тебе есть все, что должно быть у воина. Ты храбр, стоек и энергичен. Мы победим в этом сражении и вместе взойдем на триумфальную колесницу. После этого, если хочешь, ты сможешь вернуться к себе. Я пойму тебя. Клянусь тебе всем, что есть самого святого, что после этого я оставлю тебя в покое. Ты ничем не рискуешь, Тириус Бархан. Такова воля судьбы.</p>
    <p>Он указал пальцем на тонкий месяц посреди лазурного неба.</p>
    <p>Ишвен закрыл глаза. Ему казалось, что он находится на борту тонущего корабля. Варвар уже не помнил, зачем пришел сюда. Он помнил только о сентаях, которые убили его родителей. Полоний мог бы напомнить ему об этом, но этого не сделал. Он не станет заставлять его принять решение. Лишь сам, Тириус, может решить, идти ли навстречу своей судьбе.</p>
    <p>— Я могу дать тебе время до вечера, — улыбнулся Император.</p>
    <p>— Я хочу сам выбирать себе помощников, — ответил Тириус.</p>
    <p>— Решено.</p>
    <p>— Я хочу, чтобы о моей невиновности объявили глашатаи по всему Дат-Лахану.</p>
    <p>— Все, что пожелаешь.</p>
    <p>— Я хочу, чтобы мне дали столько золота, сколько я вешу, плюс еще столько же, и назначили пожизненную пенсию — если моя миссия увенчается успехом.</p>
    <p>— Ты обязательно победишь, ишвен.</p>
    <p>— Я хочу, чтобы вы позаботились о моей жене.</p>
    <p>— Мы уже это сделали, — ответил Император.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Пока мы с тобой говорили, лейтенант Талиус передал твою жену на попечение монахинь Скорбящей Матери. Она находится в монастыре, в полнейшей безопасности.</p>
    <p>— Вы…</p>
    <p>— Я знал, что ты согласишься, о мой верный слуга. В конце концов, однажды ты уже меня спас. Пожалуйста, не волнуйся. Твоей жене в монастыре лучше, чем где бы то ни было. Она обо всем знает и благословляет тебя на подвиг. Она будет молиться за тебя вместе с монахинями.</p>
    <p>Ишвен также подошел к окну и посмотрел на монастырь, высящуюся на утесе громаду. Он никогда не был внутри, и не случайно: за исключением особых случаев, вход мужчинам туда был воспрещен.</p>
    <p>— Я хочу сказать ей «прощай», — тихо сказал Тириус.</p>
    <p>— «Прощай»? Ты имеешь в виду «до свидания». Тебя не будет всего несколько дней.</p>
    <p>— Я должен поговорить с ней.</p>
    <p>— Как хочешь. Но не раньше завтрашнего утра.</p>
    <p>— Почему?</p>
    <p>— Потому что у монахинь такое правило. Ты сможешь увидеться с ней завтра утром, на восходе. Алкиад расскажет тебе, как туда попасть. Что касается других твоих просьб, то все они будут выполнены. Можешь не волноваться.</p>
    <p>Государь вновь подошел к двери и еще раз дернул за шнурок. Потом он повернулся к Тириусу и схватил его за руку.</p>
    <p>— От всего сердца, — прошептал он, — спасибо.</p>
    <p>У Тириуса Бархана кровь стучала в висках — он еще и сам не знал, почему. Ишвен что-то пробормотал, деланно улыбнулся. «Я найду Ланию, — подумал он, идя вслед за Императором, — сегодня же вечером. Я не стану ждать до завтра».</p>
    <p>Потом отворилась дверь и вошли стражники.</p>
    <p>— Ты и я, Тириус Бархан. Ты и я, наконец-то мы вместе. Нас ждут великие дела.</p>
    <p>И, вытянувшись в струнку, Полоний, наподобие военного, отдал Тириусу честь. Ишвен ответил ему тем же.</p>
    <p>«Неужели все это не сон?»</p>
    <p>Где-то по другую сторону стены какой-то человек закрыл маленькое окошечко, находившееся в самой середине гобелена, прямо в глазу генерала Нептолема, прямым потомком которого был Император. Человек закрыл лицо капюшоном и быстро удалился.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В Зале Побед никаких следов Лании. Полоний не солгал.</p>
    <p>Тириус внимательно огляделся. Огромная галерея по-прежнему сотрясалась под шагами сенаторов, как будто ничего не произошло. Ишвена охватило отчаяние. Он почувствовал себя в ловушке. Кто-то положил ему руку на плечо.</p>
    <p>— Генерал.</p>
    <p>Голос Алкиада.</p>
    <p>— Я не генерал.</p>
    <p>— Теперь уже генерал.</p>
    <p>Ишвен обернулся. Азенат на мгновенье сжал его в объятиях, после чего сделал шаг назад.</p>
    <p>— Поздравляю от всего сердца, — сказал он с теплой улыбкой.</p>
    <p>— Вы все знали, — сквозь зубы процедил Тириус. — С самого начала знали.</p>
    <p>— Скажем так, мы верили в успех. Вы же разумный юноша.</p>
    <p>— Потому что вы так считаете.</p>
    <p>— Ха-ха-ха, — рассмеялся советник, давая ему тычка в спину. — Идемте со мной, генерал. Я выдам вам ваше обмундирование и представлю солдатам, которыми вам предстоит командовать.</p>
    <p>«Постой-ка, — думал ишвен, — я ведь не обязан ехать, нет: я еще могу отказаться. Позже. Посмотрим, как обстоит дело. А потом я отправлюсь на поиски Лании».</p>
    <p>Мужчины вышли из дворца и направились к самой большой казарме императорской армии — месту, которое Тириус отлично знал, ибо учился в нем обращению с оружием. Перед входом в казарму стояли на часах четверо рекрутов, которые при появлении Алкиада и Тириуса вытянулись в струнку.</p>
    <p>— Его величество говорил об элитном полке, — сказал ишвен.</p>
    <p>— Именно так. Бойцы служили в его собственном легионе — первом легионе. Он думает таким образом поднять свой престиж.</p>
    <p>Они вошли в огромный мощеный двор, по периметру которого располагались каменные казармы. Несколько человек в легких доспехах упражнялись на поворачивающихся манекенах. Учитель фехтования выписывал шпагой фигуры перед группой внимательных учеников. Некоторые лица показались Тириусу знакомыми. Все взгляды устремились на него, по толпе побежал шепот, и на ишвена стали показывать пальцем.</p>
    <p>Потом они с Алкиадом отправились к оружейнику. Алкиад отвел того в сторону и сказал ему несколько слов наедине. Тириусу выдали легкую и гибкую кольчугу из металлических пластинок. Перед ним развернули тунику императорской армии, украшенную новой эмблемой — гербом Полония — золотым орлом на пурпурном фоне. Ему показали несколько шпаг, шлем с забралом и метательный кинжал с серебряной рукоятью. Потом ему дали маленькую склянку с неизвестным ядом. «Обычная мера предосторожности, — объяснил оружейник. — Только для командиров». В течение всего разговора он пристально смотрел на Тириуса. Он не был вполне уверен из-за бороды, но ему казалось, что это…</p>
    <p>— Да, это он, — подтвердил Алкиад. — Командующий нашим полком. Тириус Бархан.</p>
    <p>— Т… ах, значит, Тириус Бархан, — повторил оружейник, теребя усы. — Вы, наверное, меня не помните. Я работал в кузнице при оружейном складе. Бригадиром.</p>
    <p>— Да, конечно, — задумчиво ответил ишвен.</p>
    <p>— Нет, вы не помните, и это нормально: что вам делать в кузнице? Но у меня хорошая память на лица. И я прекрасно вас помню, помню, как вы сражались. Тириус Бархан.</p>
    <p>— Его оправдали. Четыре года назад его обвинили в преступлении, которого он не совершал, — уточнил Алкиад. — Можете рассказать об этом другим.</p>
    <p>— Не премину, — сказал потрясенный оружейник.</p>
    <p>— Вот и прекрасно. Закончите, пожалуйста, с Тириусом Барханом все необходимые дела. А я пока пойду соберу гарнизон. Где капитан Пеладон?</p>
    <p>— В… в своей комнате. Я думаю.</p>
    <p>— Хорошо.</p>
    <p>Алкиад развернулся и направился к выходу. Потом обернулся:</p>
    <p>— Вот еще что. Тириус Бархан произведен в генералы. Приказом Императора.</p>
    <p>Судорожно сглотнув, оружейник кивнул, потом повернулся к одной из стоек с оружием и взял обоюдоострый меч. Сделав несколько выпадов, он протянул меч ишвену:</p>
    <p>— Что вы скажете об этой вещице, генерал?</p>
    <p>Через час во дворе собралось несколько сотен солдат в парадных доспехах. Выстроившись в шеренгу, они стояли по струнке и гордо смотрели перед собой. На поясе у каждого висел меч. Кроме того, у всех было по копью и по щиту. Рядом с ними стояли лучники, каждый из которых прижимал к боку лук и металлический колчан со стрелами. Тириус с советником направились ко второму отряду, который должен был спровоцировать горный обвал. Его командир поджидал их: высокий азенат с голубыми глазами и светлыми волосами, смеривший новоиспеченного генерала чуть презрительным взглядом. Алкиад стал знакомить мужчин друг с другом.</p>
    <p>— Это ваш новый генерал, — начал он. — Тириус Бархан. Как вы знаете, Император возлагает на него большие надежды. Генерал, это…</p>
    <p>— Капитан Пеладон, — закончил ишвен вместо него. — Я помню вас.</p>
    <p>— Жаль, что не могу сказать то же про вас, — улыбнулся азенат.</p>
    <p>— Меня некоторое время не было в городе, — объяснил Тириус.</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>— Теоретически вы теперь… гм… его подчиненный, — поспешил уточнить Алкиад. — Надеюсь, для вас не составит труда привыкнуть к новому положению.</p>
    <p>— Не беспокойтесь, — ответил Пеладон.</p>
    <p>Советник проворно поклонился и отвел ишвена в сторону.</p>
    <p>— На самом деле, генерал, у Пеладона опыта гораздо больше, чем у вас. Так что постарайтесь не слишком злоупотреблять вашим положением. Так будет лучше для всех, понимаете?</p>
    <p>В знак понимания Тириус кивнул.</p>
    <p>Мужчины продолжили смотр войск. Во дворе собрались не все солдаты, их было, наверное, не больше пятисот, тогда как Алкиад говорил, что в полку их две тысячи. Но это было не важно. Казалось, воины легиона серьезны и настроены на победу. Ишвен понимал, что все они опытные бойцы. Повинуясь внезапному порыву, он остановился перед одним из солдат.</p>
    <p>— За кого ты будешь биться, солдат?</p>
    <p>— За славу Империи, господин генерал.</p>
    <p>— Каков твой чин?</p>
    <p>— Солдат Лаон, элитный полк первого легиона императорской армии, господин генерал.</p>
    <p>— Кто твой враг?</p>
    <p>— Всякий враг Империи — мой враг, господин генерал.</p>
    <p>— Ты видел хотя бы одного сентая?</p>
    <p>Застигнутый врасплох юноша в растерянности посмотрел куда-то в сторону.</p>
    <p>— Н… нет, господин генерал.</p>
    <p>— Сентаи едят внутренности своих врагов. Их мечи нарочно сделаны так, чтобы причинять страдания, но не смерть. Монстры, на которых они ездят, изрыгают кислоту. Ты знал об этом? Если эта жидкость коснется твой кожи, у тебя на всю жизнь останется страшный ожог. Ты по-прежнему хочешь сражаться за Империю, солдат?</p>
    <p>Новобранец храбро кивнул:</p>
    <p>— Я не боюсь, господин генерал.</p>
    <p>Ишвен слегка улыбнулся и повернулся к Алкиаду:</p>
    <p>— Я хотел бы обсудить с вами нашу стратегию, советник.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Они проговорили несколько часов: он, Алкиад и капитан Пеладон. Мужчины рисовали на картах линии и обдумывали вооружение своих войск. Тириус требовал больше лучников и меньше копьеносцев, как и планировалось вначале, потому что боялся столкновений лицом к лицу. Ему предоставили то, чего он просил. Генерал потребовал замены двух лейтенантов, которые казались ему слишком неопытными для такой ответственной миссии. Эту просьбу также удовлетворили, и он сам выбрал, кого назначить вместо них. Во время беседы ишвен пытался понять, почему Император выбрал именно его. Ведь очевидно, что он больше практик, чем стратег. А его попросили командовать другими. Но может быть, все дело именно в этом? Может быть, его выбрали именно потому, что он был солдатом, потому, что он знает, что значит идти в бой?</p>
    <p>Ишвен в задумчивости вернулся во двор и вступил с капитаном в поединок на мечах. Азенат защищался очень хорошо. Бой прекратили с появлением первой крови, а именно легкой царапины на предплечье ишвена. Пеладон с улыбкой спрятал оружие в ножны.</p>
    <p>Тириус попросил разрешения посмотреть на лучников в действии. Во дворе установили мишени и устроили состязание. Ишвен быстро перестал беспокоиться: большинство лучников блестяще справилось с задачей. Однако кое-что ему не нравилось. Никто не задавал ему никаких вопросов. «Ты знаешь, кто я?» — спросил генерал одного из своих пехотинцев. Солдат ответил уклончиво. Конечно же, люди помнили его. Конечно же, они знали, кто он. С наступлением темноты Тириус Бархан вновь собрал свой полк и поднялся на импровизированный помост. Он попросил Алкиада встать рядом с собой и обвел воинов своего полка взглядом.</p>
    <p>— Я Тириус Бархан, — объявил он. — Возможно, некоторые из вас меня помнят. Четыре года назад я входил в особую часть императорской гвардии, находившуюся под командованием того, кто в ту пору был всего лишь братом Императора. Меня обвинили в преступлении, которого я не совершал, и я вынужден был покинуть Дат-Лахан. Теперь, когда Недем Второй скончался, можно наконец во всеуслышание объявить о том, что произошло. Его величество Полоний Четвертый лично признал меня невиновным. Это все, что я могу вам сказать. Я такой же солдат, как и вы. За четыре года изгнания я много выстрадал и многому научился. Наверное, именно поэтому ваш государь и выбрал меня. Поэтому, а еще потому, что знает, что я человек, преданный ему, и человек слова. У меня нет особых талантов, которыми должен обладать командующий армией. Я доверяюсь инстинкту. В остальном же полностью полагаюсь на капитана Пеладона. А теперь вот что я хотел бы сказать вам на прощание: я решился принять командование, потому что знаю, что такое сентаи. Я знаю, что, если сегодня мы не задушим эту заразу в зародыше, завтра погибнут наши дети. На этом сознании зиждутся все мои поступки. Быть может, кто-то возразит мне, что на одном убеждении невозможно выиграть войну. Я отвечу: если кто-то из вас считает, что у меня нет качеств, необходимых для того, чтобы привести нашу армию к победе, пусть он выйдет из строя и скажет об этом сейчас. Ибо потом будет слишком поздно.</p>
    <p>Тириус умолк. Слова сами пришли к нему, будто и не он их произносил. Но, по всей видимости, они попали в цель.</p>
    <p>В рядах солдат никто не пошевелился. Не было произнесено ни слова, не было слышно даже нервного покашливания. Тириус встретился взглядом с Алкиадом и прочел в его глазах молчаливое одобрение. Не сказав больше ни слова, он сошел с помоста и покинул казарму.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вечерело, небо затягивалось облаками. Тириус Бархан толкнул дверь «Скрещенных мечей» и направился в глубину зала. На него тут же обратились все взгляды. На нем была туника, которую дал ему оружейник, на поясе висел меч. Хозяин таверны, тучный человек с лоснящимся лицом и глазами навыкате, хотел что-то сказать, но увидев на мундире у Тириуса императорский герб, предпочел промолчать.</p>
    <p>Ишвен нашел Тубалька в заднем зале. Найан сидел, обхватив голову двумя руками, и еле поднял ее, завидев своего друга.</p>
    <p>— Что произошло? — спросил Тириус.</p>
    <p>— Я проиграл в кости своего мула.</p>
    <p>— Что-что?</p>
    <p>— В «игру мертвых» — так они ее называют. Я очень расстроился.</p>
    <p>Тириус огляделся. За другими столами сидели игроки с закатанными рукавами, которые жарко спорили и бросали кости. На каждом столе было вырезано по разделенному надвое кругу. Одна половина была выкрашена в белый, а другая в черный цвет — царство мертвых. Ишвену была знакома эта игра: он уже проиграл в нее несколько золотых и знал, как легко ею увлечься. С глубоким вздохом он пододвинул стул к столу, за которым сидел Тубальк, и уселся рядом со своим другом, положив руку ему на плечо; тот медленно поднял голову.</p>
    <p>— Что это на тебе за наряд?</p>
    <p>— Сейчас объясню.</p>
    <p>— Где Лания?</p>
    <p>— Это я тоже сейчас объясню.</p>
    <p>Между столами сновала служанка. Ишвен знаком подозвал ее к себе и заказал ей две кружки пива. Девушка сделала реверанс:</p>
    <p>— Сейчас, ваше превосходительство.</p>
    <p>И, сжимая в руках тряпку, удалилась.</p>
    <p>— Ваше превосходительство? — повторил Тубальк. — Какое еще превосходительство?</p>
    <p>Тириус начал рассказ, лишь когда принесли пиво. Молодой найан слушал с раскрытым ртом. По мере того как ишвен рассказывал, его интерес возрастал. К концу он уже окончательно забыл о своем проигрыше.</p>
    <p>— Ты — генерал, — прошептал Тубальк, трогая мундир своего друга. — Поверить не могу. А Лания…</p>
    <p>— Не волнуйся, — ответил ишвен. — Я вовсе не собираюсь оставлять ее в монастыре.</p>
    <p>— Как это?</p>
    <p>Уверенность Тириуса в успехе возрастала по мере того, как он излагал свой план.</p>
    <p>— Я знаю кое-кого в городе. Человека, которому можно доверять. Сегодня же вечером я отправлюсь в монастырь за Ланией. И отведу ее к этому человеку.</p>
    <p>— Кто это?</p>
    <p>— Его зовут Андроний. Кажется, я тебе о нем еще не говорил. Он служит скрибом в сенате. Четыре года назад он спас мне жизнь. Я уверен, что он помнит меня.</p>
    <p>Ишвен сделал глоток пива и довольно щелкнул языком.</p>
    <p>— Что же касается моего военного похода…</p>
    <p>— Это просто невероятно, — рассмеялся Тубальк, в свою очередь отпивая из кружки. — Никогда бы не подумал, что ты такой доблестный воин. Это оттого, что они никогда не видели, как ты ориентируешься по карте.</p>
    <p>Друзья разразились немного искусственным смехом, после чего найан нахмурился.</p>
    <p>— Я хочу поехать с тобой, — заявил он.</p>
    <p>Тириус поставил кружку на стол. Он ждал этого.</p>
    <p>— Тубальк…</p>
    <p>— Нет, послушай. Ты мой друг. Я не позволю тебе отправляться туда одному. Ты говоришь мне, что Лания тут в безопасности? Замечательно. Но ведь ты едешь в опаснейший поход, а рассуждаешь так, будто война — детская игра.</p>
    <p>— Это не так, Тубальк. Совсем не так. Сентай…</p>
    <p>— Дай мне, пожалуйста, закончить. Мне нечего делать в Дат-Лахане. Думаешь, я могу сидеть тут сложа руки, в то время как ты сражаешься с этими чудовищами? Нет уж. Тебе ведь все равно понадобится моя помощь. Хотя бы чтобы я научил тебя хорошо владеть шпагой.</p>
    <p>Тириус вымученно улыбнулся и залпом допил пиво.</p>
    <p>— Послушай, — сказал он. — Это не игра. Я буду руководить операцией, и мои воины кажутся мне хорошо подготовленными. Я знаю первый легион. Но это может быть крайне опасно. Сентай не щадят никого. Они разрушили Петран, мы оба это видели. И ты не хуже меня знаешь, какие о них ходят слухи.</p>
    <p>Тубальк терпеливо слушал его, затем откинулся на спинку стула, сложив руки за головой.</p>
    <p>— Я все это знаю, ишвен. Твоя забота очень меня трогает, но я не ребенок. Дай мне место в твоем полку, вот и все, чего я от тебя прошу. Я умею сражаться. И не позволю тебе отправляться на войну одному. Между прочим, я думаю и о Лании. Если из этого похода привезут твой труп, если с тобой там что-то случится, а я не буду рядом, то никогда себе этого не прощу. Позволь мне поехать с тобой.</p>
    <p>Тириус на минуту задумался, потом встал и кинул на стол пригоршню золотых.</p>
    <p>— Идем, — сказал он. — Выберем тебе мундир. А со своего жалованья купишь нам нового мула.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вечер прошел в большом волнении. Тириус узнал от Алкиада, что уже на следующий день его полк выступает в поход. Он не был готов к тому, что все произойдет так быстро. У него совсем не оставалось времени, чтобы уладить свои многочисленные дела.</p>
    <p>Тубальк без труда нашел себе место в императорском полку. Советник Императора, согласие которого было необходимо, вначале принял его довольно холодно. Но отношение полностью изменилось, когда он понял, что найан хочет вступить в полк. Учитель фехтования попросил Тубалька сделать несколько выпадов и признал его годным к бою. Ему выдали снаряжение: кожаные налокотники и наколенники, металлические доспехи, метательное копье и широкий меч.</p>
    <p>— Ты будешь во вспомогательном отряде, — объяснил ему Тириус.</p>
    <p>— Что это значит?</p>
    <p>— Это значит, что ты не будешь слишком рисковать.</p>
    <p>Позже Тириус в последний раз обсудил тактические вопросы с капитаном Пеладоном. Были рассмотрены разные возможности. Сентаи могли напасть на ряды азенатов спереди или же с фланга. Все будет зависеть от скорости атаки.</p>
    <p>Нужно было дать указания лучникам. Следовало атаковать как можно быстрее и как можно сильнее.</p>
    <p>— Воины в первых рядах будут довольно сильно рисковать, — заметил Тириус.</p>
    <p>— Это война, — ответил тот. — Не волнуйтесь за них. Они знают, что их ждет. Они сражались на севере с гуонами.</p>
    <p>Ишвен задумчиво глянул в окно, потом обернулся к азенату и посмотрел тому прямо в глаза.</p>
    <p>— Вам случалось сражаться с сентаями, капитан?</p>
    <p>Тот хрустнул костяшками пальцев и облизнул губы.</p>
    <p>— Один раз, — ответил он. — Один-единственный раз.</p>
    <p>— Где это было?</p>
    <p>— В Петране. Я командовал полком, который должен был… должен был прийти на помощь бежавшим отрядам нашей армии. Так сказать, помощь при отступлении.</p>
    <p>— И что же?</p>
    <p>По лицу Пеладона пробежала тень.</p>
    <p>— Ну что ж, — соврал он со всей наглостью, на которую был способен. — Это такие же бойцы, как и другие.</p>
    <p>В тот момент, когда он произносил эти слова, в коридорах императорского дворца появилась чья-то фигура. Какой-то босой человек на цыпочках шел по пустынным галереям, а полы его плаща слегка волочились по земле. Обернувшись, чтобы удостовериться в том, что за ним никто не следит, человек остановился перед дверью личных апартаментов императрицы и несколько раз коротко постучал в дверь. Дверь открылась, и тень исчезла внутри.</p>
    <p>— Ну что? — спросил женский голос.</p>
    <p>— Он уезжает завтра, ваше величество.</p>
    <p>— А его жена?</p>
    <p>Молчание.</p>
    <p>— Ты сделал то, что я тебя просила?</p>
    <p>— Да, ваше величество. Сегодня ночью в «Пурпурных занавесях». Но не задерживайтесь слишком.</p>
    <p>— Я сделаю так, как считаю нужным, Алкиад. А теперь ступай.</p>
    <p>— Хорошо, ваше величество. Ваше величество!</p>
    <p>— Да?</p>
    <p>— Что касается нашего уговора… Я ведь невероятно рискую.</p>
    <p>— Ты получишь свои сто тысяч золотых, Алкиад, как мы и договаривались. А теперь оставь меня. Я должна подготовиться.</p>
    <p>Дверь снова отворилась. Алкиад вышел в коридор, осторожно закрыл ее за собой и вновь пустился в путь. Его взгляд светился жестокой радостью.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Колокол монастыря пробил полночь.</p>
    <p>Тириус поднял голову. С момента возвращения в казарму он и минуты не был один. Теперь пришло время идти искать Ланию. Что делала она в этот момент? О чем думала? Ишвен надеялся, что она цела и невредима. Быть может, она сейчас спит. Найанка такая красивая, когда спит. Ему ужасно хотелось сжать ее в объятиях, поговорить с ней, утешить, несмотря на собственную тревогу.</p>
    <p>— Отлично, — потягиваясь, заключил капитан Пеладон. — Кажется, мы все обсудили. Не пора ли теперь немного поспать?</p>
    <p>Ишвен кивнул и направился к двери. Во дворе казармы никого не было, шел сильный дождь. Тубальк отправился спать вместе со своим полком. Некоторое время назад Тириус попросил его сходить к Андронию, чтобы поговорить с ним о Лании. Но найан обнаружил лишь закрытую дверь. Теперь Пеладон пожелал ему спокойной ночи, и он вновь остался один, наедине со своими сомнениями и кошмарами, наедине с дождем в сердце самого большого города Империи.</p>
    <p>— Тириус!</p>
    <p>Какой-то человек в капюшоне бежал под дождем. Ругаясь, он поднялся по лестнице и снял капюшон. Это был Алкиад. С него ручьями стекала вода, но он широко улыбался.</p>
    <p>— Вы закончили?</p>
    <p>— Кажется, да. В любом случае, до ущелья не менее двух недель ходьбы. У нас еще будет время поговорить. Как мне передали, разведчики уже в пути.</p>
    <p>Советник радостно кивнул, растирая кулаками глаза.</p>
    <p>— Великолепно, — сказал он. — Ну а теперь не пойти ли нам на пару часов встряхнуться?</p>
    <p>— Что-что?</p>
    <p>— Я знаю одно местечко, — продолжал старик. — Пойдем, ты же завтра уезжаешь. Можешь ты напоследок развлечься?</p>
    <p>— Я не знаю…</p>
    <p>Алкиад вытащил из-под плаща кошелек, набитый деньгами и потряс им перед носом у ишвена. Теперь он обращался к нему на «ты». Возможно, он был слегка пьян.</p>
    <p>— Император дал мне это для тебя. Это не твое жалованье. Это чтобы ты хорошенько развлекся. Сегодня ночью на всех стенах города развешивают плакаты, на которых написано не только о твоей невиновности, но и о полном оправдании и о твоей будущей славе. Идем, генерал.</p>
    <p>Он стал быстрыми шагами удаляться, и Тириус поспешил за ним.</p>
    <p>— Это несерьезно, — стал протестовать ишвен. — Мы же завтра выступаем в поход.</p>
    <p>— Брось волноваться, — на ходу бросил советник. — Ты прямо как старуха.</p>
    <p>Они пересекали квартал, состоявший из широких улиц, благоухавших экзотическими ароматами и погруженных в приятную полутьму. Какие-то знатные люди в сопровождении слуг со смоляными факелами, как и они, куда-то спешили под дождем.</p>
    <p>— Куда мы идем? — спросил ишвен.</p>
    <p>— Это сюрприз, — ответил Алкиад.</p>
    <p>— Я не уверен, что люблю сюрпризы.</p>
    <p>— Вот и посмотрим.</p>
    <p>Ишвен подумал о Лании. Когда же у него будет время отправиться в монастырь? Они пошли по небольшой поперечной улочке и остановились у двери, над которой не было никакой вывески. Несмотря на поздний час, перед ней была очередь. Люди в очереди были богато одеты, но лица их были скрыты под масками. Алкиад раздвинул толпу, подошел к двери и несколько раз постучал. В двери открылось маленькое окошечко. Советник что-то тихо сказал в него, и дверь отворилась. За его спиной раздались возгласы возмущения. Алкиад знаком пригласил Тириуса войти; дверь за ними закрылась.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Внутри было темно. Потрескивали редкие факелы. На стенах, обтянутых пурпурным атласом, шевелились тени. Тириус с Алкиадом шли следом за каким-то человеком. У него был лысый череп и подведенные глаза. «Какое странное место», — подумал ишвен, глядя вокруг. Ему было не по себе.</p>
    <p>Они прошли через первый зал, где на расшитых золотом диванах возлежали мужчины, на которых не было ничего, кроме набедренных повязок. Перед ними на тяжелых серебряных блюдах стояли металлические чаши. При приближении Алкиада все взоры устремились на него; советник с присутствующими обменялись взглядами заговорщиков. Потом они вошли в другую комнату, еще темнее предыдущей. С внутренних балконов была видна галерея третьего этажа. С потолка свисали тяжелые бронзовые кадильницы, распространявшие над обнимающимися парами облака благовоний. На полу были грудами навалены пурпурные и золотисто-красные подушки. По углам журчала вода в изящных мраморных фонтанах. Полуобнаженные женщины с золотыми браслетами на щиколотках разгуливали среди посетителей.</p>
    <p>Алкиад приметил в углу комнаты пару диванов, спокойно расстегнул плащ и с довольным вздохом уселся на один из них. Сопровождавший их человек спросил, что они желают пить.</p>
    <p>— Две чаши крови, — ответил советник. Потом, перехватив обеспокоенный взгляд своего гостя, поспешил добавить:</p>
    <p>— Кровь Единственного. Фирменный напиток этого заведения. Ты не представляешь, как это восхитительно. Но садись же и устраивайся поудобнее.</p>
    <p>Тириус почувствовал себя полным идиотом, и ему стало совсем не по себе. Стоя перед диваном, он смотрел на посетителей заведения, вернее на их силуэты, едва различимые в облаках благовоний, разглядывал молодых женщин, их призывные изгибы, и красота их ранила его в самое сердце. Загадочные семетки с миндалевидными глазами и выкрашенными в серебристый цвет волосами. Изящные ишвенки под воздушными покрывалами, робкие и чувственные. Одетые в кожу гордые гуонки, облокотившиеся на перила балконов или поглаживающие знатных жителей города по толстому брюшку. Там были и найанки, такие молодые, что их можно было назвать детьми, и бесстыдные акшанки с покрытыми татуировками спинами, и Тириус видел, как руки прикасаются к нежной девичьей коже, и слышал, как из темноты доносится вульгарный смех, а откуда-то сверху — отзвуки мандолины. Молодая азенатка со светлыми волосами и совершенной формы бедрами подошла к ним и протянула им чашу. Ишвен машинально взял ее.</p>
    <p>— Еще что-нибудь, ваше превосходительство?</p>
    <p>— Н… нет. Спасибо.</p>
    <p>Молодая женщина с улыбкой поклонилась и исчезла среди шелковых занавесей. Тириус повернулся к Алкиаду, который уже успел снять сандалии.</p>
    <p>— Что это за место?</p>
    <p>— Добро пожаловать в «Пурпурные занавеси», генерал.</p>
    <p>— Перестаньте так называть меня. Я… я не понимаю, Алкиад. Меня ждет жена, и завтра я должен ехать на войну. С чего вы взяли, что…</p>
    <p>— Тс-с, — прошептал советник, похлопывая по дивану, у которого стоял Тириус. — Снимай плащ и садись-ка сюда. А то на тебя все смотрят.</p>
    <p>Тириус заколебался, но в конце концов повиновался.</p>
    <p>— Ты не пьешь? — спросил Алкиад, указывая на его кубок.</p>
    <p>Ишвен пригубил напиток, почувствовал, как несколько капель стекает вниз по его горлу. Никогда в жизни ему не доводилось пробовать ничего подобного. Вначале напиток обжигал, но потом пьющим овладевало такое ощущение блаженства, что думать можно было только об одном: сделать еще глоток.</p>
    <p>— Неплохо, правда?</p>
    <p>Тириус кивнул.</p>
    <p>— Рецепт держится в секрете. Люди приезжают сюда за много километров, чтобы попробовать кровь Единственного. Но ты, наверное, уже догадался, что сюда пускают не всякого. Ты не хочешь снять тунику?</p>
    <p>Ишвен пожал плечами и сбросил с себя одежду. У него не было желания оставаться тут и тем более предаваться запретным наслаждениям, которые, по всей видимости, предлагались посетителям. Но было очень жарко. Все мужчины вокруг него сбрасывали одежду.</p>
    <p>— Хочешь женщину? — прошептал Алкиад, пристально глядя на один из фонтанов.</p>
    <p>— У меня уже есть женщина.</p>
    <p>Губы советника искривились в улыбке. Он хлопнул в ладоши, и к ним подошла красивая грациозная акшанка, державшая руку на плече.</p>
    <p>— Да, ваше превосходительство?</p>
    <p>— Здравствуй, красавица. Как тебя зовут?</p>
    <p>— Ариэль, ваше превосходительство.</p>
    <p>— Ариэль. Очень красиво.</p>
    <p>— Алкиад, — запротестовал Тириус.</p>
    <p>— Молчи. Молчи и пей свою кровь. Это Ариэль. Повернись, солнышко.</p>
    <p>Девушка повиновалась. У ишвена округлились глаза. На ее спине красовалась татуировка в виде двуглавого дракона. Тириусу казалось, что его огненного цвета глаза направлены прямо на него. Тириус отпил еще немного крови Единственного. Ожог. По приказу советника, прекрасная Ариэль вновь повернулась к ним. У нее были округлые, упругие груди. В одном из сосков было колечко с бриллиантом. Позади нее в воздух поднимались клубы ладана. Ишвен чувствовал себя дикарем в незнакомой стране. Что он знал о Дат-Лахане?</p>
    <p>— Ваше превосходительство.</p>
    <p>Девушка протянула ему руку. Он легонько оттолкнул ее. Она надула губки и, опустив глаза, на коленях устроилась на его диване. Алкиад сделал знак, она пожала плечами. Тириус сделал еще глоток. Один, потом другой. Пальцы девушки сомкнулись у него на плече. Ему казалось… ему казалось, что он слышит откуда-то доносящиеся стоны. Варвар попытался повернуть голову. Он чувствовал себя необычайно усталым. Где-то слева старик с седыми волосами обвил ногами стан молодой найанки. Ишвен попытался поставить свой бокал, но это оказалось невозможно. Вдруг у него перед глазами возник образ Дании. Дания!</p>
    <p>— Все хорошо, — прошептал Алкиад где-то рядом.</p>
    <p>Ему помогли допить бокал и принесли еще один. Его жена.</p>
    <p>Он должен отправиться на ее поиски. Пока еще не поздно, должен выйти отсюда. Но что-то мешало ему. Что-то в неумолчном журчании фонтанов. Что-то в облаках ладана, в слишком громком смехе и стонах. Как хочется пить! «Все хорошо», — снова сказал голос из ниоткуда. Тириус повернул голову к Ариэль и попытался ей улыбнуться. Поймав ее руку, он положил ее к себе на щеку.</p>
    <p>— Дания.</p>
    <p>— Так зовут его жену, — объяснил Алкиад, отправляя в рот несколько виноградин.</p>
    <p>— Да, — ответила юная акшанка.</p>
    <p>— Дания…</p>
    <p>— Да, любимый. Я здесь.</p>
    <p>— Очень хорошо, — одобрил советник, делая знак приблизиться еще одной девушке.</p>
    <p>Тириус долго бормотал имя своей жены. Ариэль медленно приблизилась и прижала свои губы к его. Потом кончиком языка раздвинула ему зубы. Ишвен, закрыв глаза, покорился ей. Все превратилось в сон. «И не забудь, — говорил все тот же голос, — когда я прикажу тебе, ты оставишь его и уйдешь». Тириус почувствовал нарастающую волну желания и сжал рукой левую грудь прекрасной акшанки.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Шли часы.</p>
    <p>Или это были не часы?</p>
    <p>Не речушка — неистовый поток уносимых вдаль воспоминаний. А вместо берегов — смутные, очень смутные ощущения. Его руки на теле акшанки. Слова, которые она шептала ему на ухо. Теплая жидкость, льющаяся ему в горло и мимо горла. Она пролилась ему на грудь, и девушка, как котенок, вылизывала ему обнаженный торс. Она сидела на нем верхом. Акшанка двигалась взад и вперед, а он держал ее за бедра. Она целовала его, и губы ее источали драгоценный эликсир. Это была Лания, по крайней мере она так говорила. Он не узнавал ее, но это была Лания. Иначе разве стал бы он ее так обнимать?</p>
    <p>По его щекам текли слезы, и их она тоже слизывала.</p>
    <p>А потом Лания ушла, оставив его одного — неудовлетворенного, но слишком слабого, чтобы бросаться ей вдогонку. Рядом стояла другая женщина в маске — тонкой черной повязке с отверстиями для глаз. На ней был длинный, также темный плащ. Она пришла с улицы.</p>
    <p>«Поздравляю. Он почти спит».</p>
    <p>Я думал…</p>
    <p>«Ну что ж. Не думай».</p>
    <p>Хорошо, ваша ми…</p>
    <p>«Замолчи, идиот».</p>
    <p>Голоса. Голоса где-то справа от него. Молодая женщина склонилась над Алкиадом. Потом Алкиад ушел. Женщина заняла его место. И теперь она держала его руки в своих.</p>
    <p>«Тириус. Тириус. Вы меня слышите?»</p>
    <p>Он попытался посмотреть на нее.</p>
    <p>— Тириус!</p>
    <p>Он открыл глаза. Ее лицо было совсем близко.</p>
    <p>— Я хочу пить.</p>
    <p>— Сейчас не время. Тириус. Вы меня понимаете? Вы понимаете, что я говорю?</p>
    <p>Он чуть заметно кивнул. Лицо молодой женщины было как в тумане, и он пытался сосредоточиться на ее словах.</p>
    <p>— Тириус. Вы в большой опасности.</p>
    <p>— Ч… что?</p>
    <p>— Я про ваш поход завтра. Вы не должны отправляться в него.</p>
    <p>Ишвен поднес руку ко лбу.</p>
    <p>— Я очень хочу пить.</p>
    <p>— Потом. Выслушайте меня. Вы не должны завтра отправляться в поход. Это ловушка, понимаете?</p>
    <p>— Ловушка.</p>
    <p>— Ловушка, расставленная Полонием.</p>
    <p>— Не… не знаю.</p>
    <p>— Послушайте меня внимательно. Вы видите мою руку? Вы меня видите? Хорошо. Есть кое-что, что вы должны знать. Это случилось четыре года назад. Вы меня слышите? Когда Полоний и императрица были застигнуты вместе. И когда Полоний попросил вас взять его вину на себя. Он обещал вас спасти, верно? Но он этого не сделал. Он позволил бы вам погибнуть. Палач отрубил бы вам голову.</p>
    <p>— С… стрела. Стрела.</p>
    <p>— Стрелу выпустил не он, — прошептала молодая женщина, приблизившись настолько, что ее губы почти касались его губ. — Будь я проклята, вы же дрожите от холода.</p>
    <p>— Нет, ничего… ничего страшного.</p>
    <p>Она сняла с себя плащ и прикрыла ему плечи.</p>
    <p>— Вас спас не Полоний. А я.</p>
    <p>Женщина огляделась и вдруг резким движением сдернула с глаз повязку.</p>
    <p>— Я. Императрица.</p>
    <p>У ишвена потемнело в глазах. Он стал шарить вокруг себя рукой в поисках опоры. Она помогла ему найти подлокотник, а потом снова надела на глаза повязку. Похоже, их никто не видел.</p>
    <p>— Что? Что? — дрожа, повторял Тириус. — Только не это.</p>
    <p>— Это чудовище, — быстро прошептала молодая женщина. — Его слову нельзя верить, нельзя верить. Вы мешали ему, невероятно мешали. Вы были единственным свидетелем. Его жизнь была в ваших руках. Наши жизни. И он знал, знал, что никогда не станет Императором, если его брат узнает о том, что он сделал. Полоний не мог пойти на такой риск. Он не доверял другим, потому что не доверял самому себе. Тириус. Вы понимаете меня?</p>
    <p>Ишвен помотал головой. Все запуталось. Ему казалось, что он стоит один посреди огромной комнаты. Вокруг только мрамор и гобелены. И мертвецы. Туман. Императрица протягивала ему руку. Касалась его пальцев. Ее дыхание на его коже.</p>
    <p>— Это чудовище, — повторила женщина. — Думаете, он мне хоть чуть-чуть нравится? Так думают люди? Не знаю. Они ошибаются. Полоний вероломен, жесток. Даже его брат был лучше, чем он. Даже его брат. Иногда мне ужасно хочется, чтобы с ним что-нибудь случилось, что-нибудь произошло. Когда умер Недем, я плакала три дня. Не из-за того, что он умер. Из-за того, что меня ожидало. Но теперь он Император, и мы ничего не можем поделать. Тириус!</p>
    <p>Ишвен не понимал, что делает. Он ничего больше не понимал и обхватил руками ее лицо. Глаза императрицы были скрыты повязкой. Он приблизил свои губы к ее и стал целовать. Долго. Нежно. Их языки переплелись. Вначале она схватила его за руки, будто чтобы остановить. Но теперь перестала сопротивляться. Женщина задыхалась. Ее жизнь была беспросветна, а поцелуй этого человека был чем-то настоящим, таким же жестоким, как жизнь, таким же безумным и сладостным.</p>
    <p>— Тириус.</p>
    <p>Что творилось? Ему приходилось делать усилия, чтобы оставаться в сознании. Она гладила ему волосы, бороду, села на него верхом и прижалась к его груди. Одним движением он расстегнул корсаж ее платья и вынул из него две груди цвета слоновой кости.</p>
    <p>— Я велю тебя убить, — прошептала.</p>
    <p>Ты. Ты. Но ишвен не слышал ее. По его векам текла кровь Единственного, и он ничего не мог с этим поделать, со стоном приподняла одну ногу, чтобы он мог раздеться. Она обняла его за талию. Вокруг них множество пар занималось любовью. Это был тот ночной час, в который тела и души тянутся друг к другу. Это был тот самый час, и они потеряли голову и стали целоваться так, что на губах у них выступила кровь.</p>
    <p>Ишвен закрыл глаза. Его мужской орган был на свободе. Он вошел в нее с такой легкостью, что чуть не задохнулся. Тириус больше не думал про Ланию. Он уже ничего не понимал. В тот момент для него не существовало ничего кроме этой женщины, воплощения красоты, этой женщины с лебединой шеей и ее языка у него во рту, и его самого в ней, и это не должно было кончиться никогда, никогда! Они шептали друг другу бессмысленные слова. «Мы делаем ему больно. О, как я тебя люблю. Как я тебя люблю. О-о-о. Завтра, любимый. Завтра — не уходи. Умоляю тебя. Не останавливайся». Их тела слились в одно целое, их дыхание перемешалось, по его щекам и из-под ее повязки стекали слезы, а она все повторяла: «Не уходи. О, я умру без тебя».</p>
    <p>Внезапно где-то вдали что-то зашевелилось.</p>
    <p>Движение.</p>
    <p>Опасность.</p>
    <p>Она повернула голову.</p>
    <p>Там, вдали, что-то происходило.</p>
    <p>Она встревожилась, но — «нет, не уходи».</p>
    <p>Чары были нарушены.</p>
    <p>Она резко поднялась, подобрала брошенный на землю плащ, разбросанную одежду. Тириус встал, изрыгая проклятия. К ним приближались какие-то люди. Вооруженные люди, выкрикивавшие непонятные приказания. «Сюда, — сказал кто-то у него за спиной. — Скорее, ваше величество!» Кто это сказал? Ишвен нагнулся, чтобы подобрать свои вещи, но рухнул как подкошенный, и голова его ударилась о что-то твердое, возможно об угол дивана. Превозмогая боль, он встал на ноги. Его возлюбленной нигде не было. Тириус встал на четвереньки, обернулся и увидел закрывающуюся дверь. Гвардейцы Императора на другом конце зала заметили его и направлялись к нему. Опершись на подлокотники, он сумел встать.</p>
    <p>— Вот он!</p>
    <p>Возвращение давнего кошмара. Ишвен схватил свою тунику и быстро натянул на себя. Начальник стражи, которого он никогда раньше не видел, огляделся и знаком велел своим людям обыскать комнату. Пары в страхе разъединялись и набрасывали на себя что попало: простыни, плащи.</p>
    <p>— Где она?</p>
    <p>Вопрос был адресован ему.</p>
    <p>Начальник стражи наклонился к Тириусу. Его лицо лоснилось от пота. У него в глазах полопалось несколько маленьких сосудов. Ишвен не видел ничего, кроме них.</p>
    <p>— Кто?</p>
    <p>Он чувствовал себя таким разбитым, что был готов упасть и заснуть на месте.</p>
    <p>Солдат распрямился и глубоко вздохнул. Двое из его людей подошли к нему, таща за собой хозяина «Пурпурных занавесей».</p>
    <p>— Это ты? Ты ее спрятал, да? Где потайные двери в твоем чертовом притоне?</p>
    <p>— Ваше превосходительство, я не понимаю, о чем вы…</p>
    <p>Начальник стражи нагнулся к нему и залепил ему пощечину.</p>
    <p>— Говори. И говори быстро. Я устал.</p>
    <p>— Господин лейтенант!</p>
    <p>Какой-то человек пальцем указывал на ишвена. Тириус Бархан почувствовал, как ему на грудь наваливается что-то очень тяжелое. Он открыл рот, чтобы вздохнуть, но воздуха не было. В нескольких шагах от него кричал начальник стражи. Ишвен не слышал его. Действие крови Единственного еще не закончилось, а выпил он много, слишком много. Вытирая лоб рукой, варвар встал во весь рост, пытаясь не обращать внимания на страшную боль в груди. Ему казалось, что там Лания — там, у фонтана, на коленях и со сложенными, как для молитвы, руками. Ему казалось, что она мертва.</p>
    <p>Разразившись безумным смехом, он схватил лейтенанта за ворот мундира и приподнял.</p>
    <p>После этого Тириус далеко отшвырнул его.</p>
    <p>И потерял сознание.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Абсолютная темнота.</p>
    <p>Сон без сновидений.</p>
    <p>Голос. «Тириус. Тириус». Кто-то тряс его за плечо.</p>
    <p>Он открыл глаза, тут же закрыл их и перевернулся на другой бок. Над ним склонился советник Алкиад. Он стал снова трясти его.</p>
    <p>— Вставайте, генерал.</p>
    <p>У ишвена в висках яростно стучала кровь. Опершись на локоть, он сумел открыть глаза. Лицо советника казалось более худым, чем обычно, а голос его болью отдавался в голове.</p>
    <p>— Уже десять часов. Тебя ждет твой полк.</p>
    <p>Ну зачем же так сильно? Нахмурившись, с подступившим к горлу комком, Тириус попытался сесть.</p>
    <p>— Я должен видеть Ланию, — пробормотал он.</p>
    <p>— Ты шутишь, — рассмеялся советник. — Посещать монастырь разрешается только на рассвете. А сейчас уже скоро полдень.</p>
    <p>— Значит, я никуда не пойду, — пробормотал ишвен.</p>
    <p>— Вставай.</p>
    <p>— Я никуда не пойду.</p>
    <p>— Тебя ждет твой полк. На тебя все рассчитывают. Весь город. Встань и посмотри.</p>
    <p>Тириус с усилием поднялся на ноги. Покачиваясь, он сделал несколько шагов и доковылял до окна. Он находился в башне, окна которой выходили на дворцовый квартал. На Большой Эспланаде перед дворцом собралась огромная толпа.</p>
    <p>Невероятно. Чего ждут эти люди? Ишвен прикрыл глаза. В его сознании, как молнии, мелькали образы из прошлого. А толпа за окном скандировала его имя.</p>
    <p>— Бар-хан! Бар-хан!</p>
    <p>Он провел рукой по лицу и заметил, что ему сбрили бороду. У него раскалывалась голова, воспоминания были спутаны и казались почти нереальными. Он был в каком-то странном месте с красными шторами и фонтанами. К нему подходили какие-то женщины. А Алкиад…</p>
    <p>— Вы были все время?</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Вчера. Вчера вечером. Вы все время были рядом со мной?</p>
    <p>— Так мне было предписано, — ответил советник. — Указания ее величества. Чтобы ты хорошо провел время. И, честное слово, — со смехом добавил он, — тебя не пришлось упрашивать. Ну а теперь одевайся. Время не ждет.</p>
    <p>Тириус машинально надел тунику и затянул пояс. Было что-то еще. Он чувствовал это, но никак не мог вспомнить. Что-то, что не должно было происходить. Этот вкус у него на губах. Эти женщины. Сколько же он выпил!</p>
    <p>— А потом? Что произошло потом?</p>
    <p>— О, если не ошибаюсь, ты оказал честь ишвенской куртизанке.</p>
    <p>— Куртизанке.</p>
    <p>— Гм, — сказал Алкиад, кивая. — Ладно, велю принести тебе твои доспехи. Голова болит, да? После такого количества выпивки это вполне нормально. Ничего страшного, не волнуйся. Хорошая конная прогулка — и будешь как новенький.</p>
    <p>Тириус Бархан молча смотрел, как тот выходит из комнаты. Через несколько минут он был готов.</p>
    <p>Воин держал свой шлем под мышкой, на поясе у него висел меч. С его ростом, длинными черными волосами, выступающими из-под кольчуги мускулами и стальными голубыми глазами он и вправду был похож на генерала. Но за всем этим скрывался лишь молодой ишвен. Испуганный и несчастный. И еще никогда в жизни у него так не раскалывалась голова.</p>
    <p>Он медленно двинулся навстречу своей судьбе.</p>
    <p>Стены дворца содрогались, когда он шел по его коридорам. Стражники опускали головы. Стук его шагов, как звук молота, раздавался в мертвой тишине. Тириус ехал на войну. Он ехал, и ничего нельзя было поделать.</p>
    <p>Выйдя во двор, он прикрыл рукой глаза от солнца.</p>
    <p>Сотни, тысячи человек. И его армия, готовая к походу. Кавалерия. Суровые взгляды лучников. Одуревшие от жары, похожие на мертвецов пехотинцы. Еще воины. Разведчики. И в самом конце — его собственный отряд.</p>
    <p>«Моя голова».</p>
    <p>Он шел.</p>
    <p>Он шел под звуки приветствий, которых не слышал, которых не хотел слышать. Куда он шел? В небо взлетели розы, осыпавшие его дождем лепестков. Ишвен сильнее сжал рукоять меча. Чьи-то руки потянулись к нему, но он оттолкнул их.</p>
    <p>Он был спасителем.</p>
    <p>Он шел вперед, прямо на сентаев. Ради славы Империи.</p>
    <p>Лания?</p>
    <p>У него в глазах стояли слезы. Слезы ярости, слезы печали.</p>
    <p>Варвар стал искать взглядом Тубалька и вскоре нашел его. Найан смотрел на него с тревогой, но стоял прямо и через мгновенье с гордостью отдал ему честь. «Ты ничего не знаешь, — подумал Тириус. — Никто ничего не знает».</p>
    <p>Рядом с конем его ждал оруженосец.</p>
    <p>Он хотел помочь ему сесть верхом, но ишвен жестом велел ему отойти.</p>
    <p>Один прыжок — и он в седле.</p>
    <p>Раздались возгласы ликования; толпа, как клещи, сжималась вокруг него. Стража не позволяла людям прикасаться к генералу, не давала ликованию перерасти в мятеж.</p>
    <p>Спектакль. Все это просто спектакль.</p>
    <p>Трубы заиграли смутно знакомый гимн.</p>
    <p>— Генерал!</p>
    <p>Рядом с ним был капитан Пеладон. Он был верхом на белоснежном коне, и его взгляд блестел каким-то странным огнем.</p>
    <p>— Генерал, — повторил азенат. — Нужно дать сигнал к отправлению.</p>
    <p>Тириус кивнул. Подавив чудовищный приступ тошноты, он поднял к небу руку, растопырил пальцы и резко опустил руку, будто в нее попала стрела.</p>
    <p>Толпа взорвалась радостным воплем. В безмятежном небе лениво кружились пепельнокрылые вороны. Тириус рванул на себя поводья, и его пустился вскачь.</p>
    <p>За ним тронулась вся армия.</p>
    <p>Жребий был брошен.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>До Кастельского ущелья полк Тириуса Бархана добирался двенадцать дней. Двенадцать дней гроз и дозоров, двенадцать дней сомнений, печали и ночных кошмаров. Ишвен превратился в тень самого себя. Он несколько раз хотел развернуться и поехать обратно, представлял, как будет скакать в ночной дымке, как будет плакать под звездным небом. Но куда он пойдет? В Дат-Лахан, где его поджидает Император? И что скажет Лании? Однажды Тириус уже предал ее. Если теперь он ее оставит, то никогда больше не осмелится показаться ей на глаза.</p>
    <p>«В любом случае я не вернусь».</p>
    <p>Мрачное предчувствие. Высланные вперед разведчики так и не возвратились.</p>
    <p>«Они заблудились, — разъяснил Пеладон. — Такое бывает».</p>
    <p>И потом, был еще Тубальк. Он не мог покинуть полк хотя бы из уважения к Тубальку, который ради него рисковал жизнью. Идти до конца. Победить сентаев. Это станет первым шагом к искуплению. Вот о чем ему нравилось думать. Обрывки надежды.</p>
    <p>Вечером двенадцатого дня они увидели вдалеке ущелье: величественное зрелище, две каменные стены высотой более чем в триста шагов, расположенные так близко друг к другу, что лошадь с разбегу могла бы перепрыгнуть с одной на другую. Тириус впервые видел все это. Солнечный свет никогда не проникал внутрь ущелья. Там стоял адский холод, а узким оно было настолько, что в него не могли бы въехать бок о бок и пять всадников.</p>
    <p>Однако сентаи были там, внутри. Их армия, сосредоточенная на участке в сто пятьдесят шагов, смотрелась на фоне земли цвета охры как колония черных насекомых. Их было не больше сотни. Монстры, на которых они ездили верхом, чудовища с металлической кожей, лежали прямо на песке и спали глубочайшим сном, не обращая внимания на время, голод и жажду. Никто не знал, что ожидало их врагов. Но Тириус хотел поскорее покончить со всем этим. Так или иначе.</p>
    <p>На скалистом гребне, словно положенные рукой великана, лежали огромные каменные глыбы и будто ждали, чтобы кто-то поднял их и сбросил вниз. Их расположение было весьма удачным. Посреди ночи пехотинцы и лучники под началом капитана Пеладона отправились на разведку. Потом к ним присоединился Тириус, и мужчины обсудили ситуацию.</p>
    <p>«Час пробил, — вздохнул азенат. — Нужно занять позицию». Ишвен устало согласился. Отношения между ними и так никогда не были хорошими, но за последние дни они еще больше ухудшились. Тириус случайно подслушал разговор между капитаном и одним из его подчиненных. Его называли «идиотом» и говорили о его скорой смерти.</p>
    <p>Смерть.</p>
    <p>Тириус все время думал о ней.</p>
    <p>В этом полумраке его поджидала смерть.</p>
    <p>Вечером к нему подсел Тубальк. Но даже его присутствие не принесло успокоения. Ишвен жалел, что втянул его в эту историю. Не нужно было слушать возражения найана. Ведь он помнил о предсказании ишвенской девочки там, в деревне. Ночь в «Пурпурных занавесях». Воспоминания о происшедшем то и дело возвращались к нему: они проходили сквозь него, и он не мог их удержать. Тириус вспоминал Полония, вспоминал Алкиада. Все произошло так быстро. Нарушенные обещания. Внезапная слава: бессмысленная и кровавая. Его отправили сражаться с сентаями. Зачем? Его теперешние кошмары не были ни на что похожи. Они были как кровавые вихри, полные стонов, разверстые как раны.</p>
    <p>Утром тринадцатого дня генерал Бархан лично разбудил своих людей, широкими шагами обойдя весь лагерь. Солдаты проснулись с проклятиями. Им совсем не дали выспаться. Тириус же той ночью вовсе не спал. Он был уже одет. На нем была его боевая кольчуга, а во взгляде зияла пустота. Что тут сказать? Вот оно и пришло, то самое утро.</p>
    <p>Через некоторое время, на ходу заканчивая сборы, к нему подошел Тубальк.</p>
    <p>— Тириус, все в порядке?</p>
    <p>— Не волнуйся.</p>
    <p>— Ну что, час настал?</p>
    <p>— Час настал.</p>
    <p>— Тириус, я хотел тебе сказать… Не знаю, в чем ты себя обвиняешь. Посмотри на меня. Я хотел тебе сказать… что я с тобой. Мы выиграем эту битву. И поедем назад в Дат-Лахан. Мы найдем Ланию и вернемся домой. Навсегда.</p>
    <p>Ишвен взглянул на друга. В его взгляде читались храбрость и прямота. Он отвел его за свой шатер.</p>
    <p>— Уходи, Тубальк.</p>
    <p>— Что ты сказал?</p>
    <p>— Уходи. Беги. Сейчас же.</p>
    <p>— Ты сошел с ума?</p>
    <p>— Напротив. Мой ум ясен, как никогда. Эта битва чрезвычайно опасна. Наш план безумен, и я совершенно не доверяю Пеладону и его людям. У меня дурные предчувствия. Я вижу во сне реки крови, друг мой. И просыпаюсь от криков моих солдат. Они умирают. Все умирают.</p>
    <p>У него в глазах блестели слезы. Он отвернулся, шмыгнул носом.</p>
    <p>— Помнишь ишвенскую девочку? Которая гадала нам по руке?</p>
    <p>— Тириус…</p>
    <p>— Нет, постой. Она сказала, что мы погибнем. Все трое. Помнишь? Ей это казалось неизбежным. Ты спрашиваешь меня, не сошел ли я с ума? Мы идем сражаться с сентаями, Тубальк! Конечно, мы погибнем. Беги, друг мой. Если ты сейчас не уйдешь, ты погибнешь. Как и мы все.</p>
    <p>— Тириус, послушай меня.</p>
    <p>Ишвен обернулся, кипя от злости. Он схватил найана за плечи и припер его к скале.</p>
    <p>— Нет, Тубальк. Я приказываю тебе не вступать в бой, слышишь? Я твой генерал. Ты обязан мне подчиняться. Даже не думай идти за мной. Не думай защищать меня или что-либо для меня делать. Если ты подойдешь ко мне ближе, чем на сто шагов, я за себя не отвечаю. Возвращайся в Дат-Лахан. Забери из монастыря Ланию. И отвези ее в родную деревню.</p>
    <p>Он развернулся и стал быстро удаляться, кусая губы. Тубальк на секунду замер, потом вдохнул обжигающего воздуха и помотал головой.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Меньше чем через два часа начался штурм.</p>
    <p>Люди Пеладона вызвали первый обвал. С помощью рычагов, установленных в нужных местах на вершине утеса, они сбросили вниз огромные валуны, которые, падая, увлекли за собой другие. Четырьмястами шагами ниже каменные глыбы разбились о дно ущелья. Разбились буквально в пыль — сила удара застала сентаев врасплох. В один миг они потеряли, может быть, четверть своих бойцов. А после этого нанесли ответный удар.</p>
    <p>Строившись на небольшом утесе вместе с двумя адъютантами, генерал Бархан руководил первой частью операции. Он видел, как его войска пошли на приступ. Видел, словно сентаи отступили, чтобы вновь двинуться вперед, как отливающая и вновь набегающая на берег волна. Столкновение между двумя армиями было ужасно. Поначалу казалось, что азенаты сразу же стали хозяевами положения. Но на самом деле они слишком далеко углубились в ряды противника. Очень скоро отступление стало невозможно, и ловушка захлопнулась. И началась резня.</p>
    <p>Верховые животные сентаев, изрыгавшие струи кислоты, всегда попадая в цель, казалось, парили над землей. Их хозяева использовали оружие, о котором большая часть азенатов никогда не слышала. Мечи с зазубренными лезвиями. Копья с выдвигающимися крючьями. Арбалеты с тремя стрелами. Они двигались со сверхъестественной быстротой.</p>
    <p>Более того, казалось, для того чтобы общаться друг с другом, им не нужны слова. Они кричали ради удовольствия, но никто не отдавал никаких приказов и в то же время, похоже, каждый знал, что ему делать.</p>
    <p>Ужас в глазах солдат, отступающих перед не чувствительными к ударам монстрами с металлической шкурой. Паника при виде упавших на землю, кричащих что есть сил товарищей с лицом, изъеденным кислотой. Все сентай постепенно спешились. Пронзительный свист, предвкушение кровопролития. Входящие в плоть зазубренные клинки. Вырванные из орбит глаза. Вспоротые животы, дымящиеся внутренности. Крики ужаса, заглушающие бесполезные приказы. Полнейшее смятение.</p>
    <p>Вцепившись руками в поводья, Тириус Бархан понял, что все его люди погибнут. Он оцепенел от ужаса. Вот как за несколько минут можно перейти от заранее спланированной атаки организованной, хорошо обученной армии в несколько тысяч человек к почти сверхъестественной панике, к хаосу обезумевших людей, изуродованных тел, умоляющих о пощаде губ. Песок постепенно пропитывался азенатской кровью. А солнце, бесстрастный свидетель бойни, медленно двигалось к зениту.</p>
    <p>Тириус опустил забрало на своем шлеме и бросился в атаку.</p>
    <p>Он не видел, как адъютант за его спиной выхватил меч и не знал, что ему только что удалось ускользнуть от смерти — на этот раз. Лишь настоящий миг имел значение. Лишь его ярость.</p>
    <p>Он обнажил меч и бросился в гущу сражающихся. На его пути вырос первый сентай. Сильным ударом меча Тириус снес ему голову. Другой гнусно ухмыляющийся монстр попытался сбросить его с коня. Он нанес ему удар прямо в лицо, и чудовище покатилось по пыльной земле.</p>
    <p>— Отступайте! — кричал он. — Отступайте!</p>
    <p>К нему вернулся ночной кошмар. Его вдруг охватило непереносимое отчаяние, отчаяние, к которому примешивались чувства вины, сожаления и ужаса, и варвар думал лишь об одном: убивать, убивать, чтобы спасти своих людей. Но было уже слишком поздно.</p>
    <p>Одной рукой удерживая поводья своей лошади, ишвен развернулся, чтобы снова ринуться в атаку. Он обвел взглядом поле битвы. Три четверти его людей уже лежали на земле. Другие пытались бежать. Когда он вновь занес клинок, в голову его коню попала стрела. Животное встало на дыбы, а затем рухнуло наземь. Тириус упал вместе с ним, но тут же вновь вскочил на ноги. Его шлем был весь в трещинах, но меч он по-прежнему сжимал в руке. Он с размаху ударил им одного из врагов, затем сделал выпад и отрубил другому противнику руку. Третий обрушил Тириусу на грудь свой обоюдоострый топор, и ишвен упал.</p>
    <p>В этот же миг все взгляды обратились к небу.</p>
    <p>Послышался страшный грохот. Сражающиеся замерли.</p>
    <p>Начался второй обвал. Азенаты в недоумении смотрели, как прямо перед ними, преграждая путь, обрушиваются на землю камни. Те, кто еще мог стоять, в полнейшем изумлении смотрели друг на друга. Им сознательно отрезали путь к отступлению. Из этой ловушки не было выхода.</p>
    <p>Бойцы стали искать взглядом своего генерала, но, найдя, поняли, что он тут ни при чем. Их просто решили принести в жертву. Их заперли вместе с сентаями между двух непреодолимых стен, чтобы они перебили друг друга. Ущелье станет им могилой.</p>
    <p>Бой возобновился с новой силой.</p>
    <p>Теперь не оставалось ничего другого: лишь попытаться прожить как можно дольше — еще несколько минут, хотя бы несколько секунд. В глазах азенатских воинов плясал огонь безумия. Преданы. Преданы собственным полком. Своими друзьями, своими братьями. Хотя какая теперь разница.</p>
    <p>Люди бросались на приступ, погибая на лету, сраженные мириадами стрел. Некоторые в припадке безумия вламывались в ряды собственных солдат и убивали своих братьев. Со слезами на глазах новобранцы выпускали из рук оружие и безропотно ждали конца, взывая к милости Единственного. Ослепленные кислотой, солдаты разбегались и погибали, с размаху разбивая головы о каменные глыбы. Бойцы в отчаянии бросались на сентаев со всей энергией молодости, которой не суждено было кончиться, становясь частью легенды, которую, увы, не узнал никто, кроме них.</p>
    <p>Исход боя был совершенно очевиден. Однако надежда отказывалась умирать.</p>
    <p>Среди сражающихся был один человек: человек в раздробленном шлеме, осыпавший врагов проклятиями и бившийся с неслыханным остервенением. Он осыпал сентаев ударами меча с регулярностью совершенного механизма. В его стороны летели струи кислоты. О его кольчугу ударялись арбалетные стрелы. Крики ярости раздирали ему барабанные перепонки. Но человек продолжал наносить удары. Он призывал смерть, но смерть не приходила. Воин бился и бился, сражая своим мечом все новых и новых сентаев. Земля вокруг него превратилось в крошечную полоску, которую он видел из-под забрала своего шлема. «Вот оно, мое поле битвы, — думал он. — Кровь и песок».</p>
    <p>Наконец человек упал на колени.</p>
    <p>Ему на спину обрушился удар меча. Он отклонился, нанес ответный удар и почувствовал, как чье-то тело падает рядом с ним — друг или враг, какая разница.</p>
    <p>Воин дополз до камней, оставляя позади себя широкий кровавый след.</p>
    <p>Оперся спиной о каменную гряду.</p>
    <p>— Сюда, господин генерал.</p>
    <p>Он приоткрыл глаза. Рядом с ним было какое-то лицо. Тириус обернулся снова, чтобы отразить еще один удар. В его изрядно помятые доспехи вонзился топор, а он в ответ всадил свой клинок прямо в лицо нападавшему. Его начало тошнить, и в тот же миг он почувствовал, как чьи-то руки тащат его назад.</p>
    <p>Это лицо.</p>
    <p>Он знал это лицо.</p>
    <p>— Ты.</p>
    <p>— Да, господин генерал.</p>
    <p>Теперь ишвен вспомнил. Высокие Равнины.</p>
    <p>Это был юный разведчик, которого он пощадил четыре года назад.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Зной усиливался.</p>
    <p>— Дайте мне помочь вам.</p>
    <p>У него не было сил, не было больше сил ни на что. Юный разведчик с необычайной осторожностью снял с него шлем. Он был ранен в спину. И в грудь. Кислота разъедала ему лицо. Одна из рук была раздроблена. Склянка с ядом, которую ему дали перед отъездом, разбилась, а ее содержимое разлилось по песку.</p>
    <p>Тириус Бархан поднес руку к губам; его начало рвать.</p>
    <p>— Я хотел предупредить вас, господин генерал. Но меня бы убили. Я думал…</p>
    <p>Ишвен оперся о его плечо и попытался встать. Совсем рядом, в нескольких шагах от них, продолжала бушевать битва.</p>
    <p>— Я хочу… хочу продолжать сражаться.</p>
    <p>— Не шевелитесь. Вы умрете. Не шевелитесь.</p>
    <p>Тириус хотел сказать что-то еще, но силы оставили его.</p>
    <p>Человек, спасший его, осторожно вытер рукавом ему лицо. Он плакал.</p>
    <p>— Это ловушка, господин генерал. Я слышал, как они об этом говорили. Они с самого начала знали, что все произойдет именно так.</p>
    <p>— Они? — повторил ишвен, и кровавая пена выступила у него на губах.</p>
    <p>— Это знали все. Все, кроме ваших людей. Император и не думал вас спасать. Это сделал не он. Вы знаете, кто. (И одновременно со словами солдата Тириус слышал другой голос, вдруг воскресший в памяти). Это чудовище. Конечно, знаете. Его слову нельзя верить, нельзя верить. Но ведь все равно мы все погибнем. Его жизнь была в ваших руках. Наши жизни. Так что какая теперь разница? Однажды вы спасли меня.</p>
    <p>Голова Тириуса упала назад.</p>
    <p>— Лания!</p>
    <p>Юный разведчик отвернулся.</p>
    <p>— Лания! — повторил в агонии ишвен.</p>
    <p>Азенат положил руку на его пылающий лоб и достал из тайника оружие. Все, что он мог сделать для умирающего — защитить его могилу, окропить ее своей кровью. «Лания», — стонал генерал. Юный разведчик закрыл глаза. Этой женщины больше не было. Она никогда не была в монастыре. Ланию два часа насиловали полдюжины солдат в нескольких сотнях шагов от ее мужа, а он ничего не знал. Ее насиловали, а потом стали истязать. Она никогда не была в монастыре. Ее насиловали, истязали, потом снова насиловали. Ей отрубили руки. Под утро, после целой ночи невообразимых пыток она умерла. Вы это хотите услышать, генерал? Вы настолько хотите знать правду?</p>
    <p>И азенатский солдат промолчал.</p>
    <p>Один из сентаев посмотрел в его сторону и двинулся на него с мечом.</p>
    <p>В его глазах горело предвкушение крови.</p>
    <p>Бой длился недолго. Юный разведчик нанес врагу два удара. Потом в ослеплении и ужасе оступился, и противник резким ударом отсек ему руку. Он упал на колени, а сентай ушел, зная, что тот скоро умрет. Превозмогая боль, воин нашел в себе силы доползти до убежища своего генерала и опереться спиной о камень.</p>
    <p>Потом он начал задыхаться.</p>
    <p>«Лания», — произнес голос позади него.</p>
    <p>Это было последнее слово, которое азенат услышал в своей жизни.</p>
    <p>Он медленно сполз на землю, и его тело рухнуло в пыль.</p>
    <p>В нарастающей тьме Тириус Бархан почувствовал, что теряет сознание. Последним, что он видел, был богомол, который сел на камень прямо перед ним и долго тер друг о друга передние лапки, прежде чем повернуть голову в его сторону.</p>
    <p>И все остановилось.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Акт III</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>Ибо сказано:</p>
     <p>Угнетенные народы породят человека,</p>
     <p>Порабощенного, осмеянного и принесенного в жертву</p>
     <p>По моему образу и подобию,</p>
     <p>И его клинок станет моим возмездием.</p>
     <text-author>«Смертоносное евангелие», песнь третья</text-author>
    </epigraph>
    <p>Вечер закутал землю в свой саван, и лес заблестел тысячей огней. Под деревьями собралось несколько сотен человек. Их факелы озаряли лес своим светом. Лица собравшихся были сосредоточенны, никто не произносил ни слова. В центре поляны стояли пять вождей варварских племен и ждали. Там были ишвен Наэвен, юный воин, подающий большие надежды, искусный фехтовальщик и бесподобный наездник; акшан Ирхам с заплетенной в косички бородой, которому удалось объединить под своими знаменами все племена Эзарета; Амон Темный, недоверчивый вождь гуонских племен; семет Шай-Най, человек с ледяной улыбкой, никогда не расстававшийся со своей шпагой, и найан Окоон, почти слепой кочевник, да к тому же, как поговаривали, одержимый духами.</p>
    <p>На зов отозвались все. И каждый привел с собой лучших людей, элиту своей армии, ибо знал, что время не ждет. И каждый знал того, кто созвал их сюда. Это был не простой человек. Это была легенда. Его называли «Лайшам» — «лев».</p>
    <p>— Ну что ж, — прогремел Амон Темный, поднимая глаза к небу. — Мы пришли. Где тот, кто должен привести нас к победе?</p>
    <p>Он говорил больше с самим собой, чем с воинами, сидевшими в темноте вокруг него. В девственно-черном небе сверкали тысячи звезд. Пробормотав несколько ругательств, вождь гуонов провел кончиком пальца по обоим лезвиям своего топора. Рукоятью он был воткнут в землю у его ног. Это оружие сразило больше сентаев, чем было воинов на этой поляне. Но и это их не остановило.</p>
    <p>Акшан Ирхам медленно покачал головой. Больше двадцати дней шел он со своим войском сюда от дымящихся руин Эзарета. Большинство его солдат потеряли в нем свое имущество и всех своих родных. У них ничего не осталось, кроме надежды. И Ирхаму не терпелось узнать, как же в действительности выглядит эта надежда. Из всех вождей, собравшихся на поляне, он один никогда не видел Лайшама своими глазами.</p>
    <p>Его предшественник Джадир Хасем погиб в бою несколько недель назад. Перед смертью тот заставил его поклясться, что он разыщет легендарного воина. Вот почему Ирхам пришел сюда.</p>
    <p>Найан Окоон потянул носом воздух и почувствовал какой-то запах. Одного глаза у него не было, второй видел все хуже и хуже, поэтому он различал лишь размытые контуры предметов, лишь приблизительные цвета. Но отличные слух и обоняние компенсировали слабость его зрения. Он мог ощутить присутствие Лайшама задолго до его появления. Приложив руку к уху, кочевник услышал где-то в чаще шорох и догадался, что это люди расступаются, чтобы дать кому-то дорогу.</p>
    <p>Семет Шай-Най рядом с ним оскалился в своей знаменитой улыбке. Наэвен запустил руку в роскошную шевелюру. По причине, которую он и сам бы не смог объяснить, каждый раз, когда он видел Лайшама, на глаза у него наворачивались слезы.</p>
    <p>В лесу стояла полная тишина. Где-то вдалеке ухнула сова. На центр поляны вошли два человека. Один из них был акшаном. Он был одет в простую просторную тунику, перехваченную поясом с серебряной пряжкой, с которого свисала сабля, и держал в руках загадочный предмет, завернутый в черную ткань. Акшан вспоминал о том, как двадцать пять лет назад пришел к воротам Эзарета; думал о своем брате, который, как и многие, пал в бою. Он думал и о том, какая странная штука судьба: как знать, что готовит нам будущее, и мог ли подумать он, простой кочевой торговец, что когда-нибудь жизнь сложится так, что он станет настоящим воином и сегодня вечером окажется тут — единственный, кто по-настоящему знал Лайшама.</p>
    <p>Его господин шел позади него. Забрало его шлема из черненого железа было опущено. Он никогда не поднимал его. Одна из его рук была обвязана окровавленной тканью. По земле за ним волочился черный как ночь плащ. От него веяло чем-то устрашающим, чем-то таким, что мгновенно внушало уважение тем, кто его видел. Поговаривали, что ни одно живое существо не может победить его в поединке. Амон Темный говорил, что способен на это, но и он сам, и Лайшам прекрасно знали, что это ложь. Однажды в пустыне, вооруженный одной лишь шпагой, он убил дюжину сентаев. За последние пятьдесят лет одинокий воин ни разу еще не чувствовал в себе столько сил. Жажда мести, как и прежде, горела у него в крови. Все, кто посмел встать на его пути, поплатились за это жизнью.</p>
    <p>Много веков варварские племена каньонов вели беспрестанные междоусобные войны. Семеты против гуонов. Акшаны против найанов. А этому человеку удалось объединить их. Этот человек принес им мир, собрал их под своим знаменем. Для того чтобы достичь этого, ему потребовалось двадцать лет. Но теперь уже никто не помышлял о том, чтобы выйти из-под его власти. Он был полноправным господином на сотни километров вокруг. Гордые азенатские города: Тагорас, Калахар, Коринф и даже Эрике, находившийся под властью губернатора Калидана, — пали один за другим, как некогда пал Петран. Теперь настал черед Эзарета. Но он, одинокий воин, лица которого никто никогда не видел, а многие вообще считали призраком, всегда был рядом. И варвары верили в него так, как не верили никогда и ни в кого.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он остановился в центре поляны.</p>
    <p>Не произнеся ни слова, протянул руку к своему слуге-акшану, и тот передал ему то, что держал в руках. Ишвен отдернул ткань, и взорам собравшихся открылся меч с рукоятью из чистого золота и инкрустацией из опала. Ткань, прикрывавшая оружие, упала на землю. Лайшам подошел к затаившим в темноте дыхание воинам и медленно поднял руку с мечом, а потом обернулся к своим генералам.</p>
    <p>— Это, — сказал он хриплым голосом, поворачивая сверкающий под светом звезд клинок, — легендарный меч. Вы все знаете его, и даже те, кто его никогда не видел, слышали о нем. Этот меч убил больше сентаев, чем вы все, вместе взятые. Все, включая тебя, Амон Темный. Он принадлежал губернатору Калидану, а от него достался мне.</p>
    <p>По рядам воинов пробежал шепот изумления. Все знали, что Калидан погиб, защищая Эрике. И все знали об ужасном проклятии, наложенном азенатами на собственный город, чтобы тот не достался врагу. Эрике Мертвый, к которому отныне не осмеливался приближаться никто, кроме безумцев и умалишенных. Меч Калидана!</p>
    <p>— Я был в Эриксе, — продолжал Лайшам. — Я видел тело Калидана. Я сразился с его стражниками и победил их. Теперь этот меч принадлежит мне. Он станет символом нашей победы. Имя ему — Возмездие.</p>
    <p>Возмездие. Легендарный клинок.</p>
    <p>В головах собравшихся одна за другой мелькали картины.</p>
    <p>Возмездие. Вечный символ славы азенатов. В руках дикаря.</p>
    <p>Лайшам поднял клинок к небу, и варвары стали скандировать его имя: клич этих людей, потрясающих оружием, возносился к небесам, взгляд их был полон ярости, и вожди, глядя на них, поняли, что они готовы отдать жизнь за этого человека, что перед ним все они — ничто.</p>
    <p>Вождь варваров знаком потребовал тишины.</p>
    <p>— В этот момент, — сказал он, когда все умолкли, — в этот момент сентаи движутся к Дат-Лахану, грозному бастиону азенатов. По мнению наших разведчиков, они будут там примерно через десять дней.</p>
    <p>— Мы это знаем, — ответил Амон Темный.</p>
    <p>— Да, — подхватил Наэвен. — Но чего ты от нас хочешь? Пусть с азенатами случится то, что должно случиться, а мы…</p>
    <p>— Что мы? — вкрадчивым голосом спросил Лайшам, оборачиваясь к нему. — Что ты собираешься делать, ишвен? Мирно жить в твоей долине? Ты не скроешься там от сентаев.</p>
    <p>— Наэвен хочет сказать, — заявил Амон Темный, — что нам ни к чему защищать Дат-Лахан. Город все равно падет, так или иначе.</p>
    <p>— Ты так думаешь? — спросил Лайшам.</p>
    <p>Гуон пожал плечами:</p>
    <p>— Какая разница, как я думаю? Я знаю, что мы все погибнем. Но лично я не собираюсь спасаться бегством от темного племени сентаев.</p>
    <p>— И я тоже, — фыркнул Ирхам.</p>
    <p>— И мы, — одобрительно сказал Шай-Най.</p>
    <p>Лайшам воткнул меч в землю и положил руку на плечо Окоону:</p>
    <p>— А ты?</p>
    <p>Найан улыбнулся.</p>
    <p>— Я знаю, что жжет тебе сердце, — ответил он. — Я знаю, зачем ты все это делаешь. И я пойду за тобой. Что бы ни случилось.</p>
    <p>Вождь варваров повернулся спиной к своим генералам.</p>
    <p>Поднял глаза к небу.</p>
    <p>Двадцать пять лет. Двадцать пять лет ждал он этой минуты.</p>
    <p>Не думать. Действовать. Только действовать, не думать о прошлом.</p>
    <p>Запахнув плащ, он взял в руку меч и сделал им несколько быстрых выпадов. Несколько секунд в тишине не было слышно ничего, кроме свиста его клинка — яростного свиста, предрекавшего смерть врагам. Воины смотрели на него. Большинству из них уже приходилось видеть его в бою, но демонстрация его искусства всегда производила на зрителей неизгладимое впечатление. Наконец Лайшам подвесил меч себе к поясу.</p>
    <p>— Разбейте лагерь, — приказал он, уходя обратно в лес.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Предрассветная тишина.</p>
    <p>Сидя на простом треножнике из темного дерева, сестра Наджа глядела на небо из малюсенького окошка своей кельи. На полу лежала простая соломенная циновка, у ног монахини стоял полуразбитый кувшин, наполовину наполненный водой. Наджа приближалась к тому возрасту, в котором женщины больше не могут иметь детей. И сейчас она думала о своем сыне: что он делает в этот момент? Глупый вопрос. Конечно, спит, как все молодые в его возрасте. Он спит. Весь город спит.</p>
    <p>Прикрыв лицо, Наджа поднялась и вышла из кельи. Зазвонили колокола монастыря. Три удара, еще три удара, еще и еще. Сегодня день покаяния. Каждый год одно и то же: неизменный обряд, который она безропотно сносила, потому что считала, что вина ее неискупима. Каждый год одно и то же.</p>
    <p>Но на этот раз все было по-другому. Она долго об этом думала. Час настал.</p>
    <p>Скоро над водами озера Меланхолии встанет солнце. Опустив голову, Наджа спустилась по ступенькам большой каменной лестницы. Навстречу ей поднимались две другие монахини. Они приветствовали друг друга легким кивком. Здесь никогда не произносилось ни слова, разве что во время некоторых обрядов или если уж без слов было никак не обойтись. Молчание — еще не значит покой, думала Наджа, углубляясь в темные коридоры монастыря.</p>
    <p>Вокруг все было серым. Стены, пол — всюду один лишь унылый камень. Когда попадаешь сюда, твоя печаль сливается с печалью этих стен. Однажды ты понимаешь, что превратилась в часть своей кельи. У тебя нет больше слез. Тебя больше не преследуют воспоминания о прошедших днях. Но боль не спешит покинуть тебя — она уходит медленно, как уходят из опустевшего дома. И вот наконец остается лишь какое-то оцепенение. Твои воспоминания становятся такими же серыми, как эти стены. Чтобы это понять, нужно много лет провести здесь. Навсегда распрощаться с жизнью.</p>
    <p>Сестра Наджа пересекла пустынный зал и стала спускаться по еще одной лестнице. Монастырь был огромен — настоящая крепость, построенная больше пяти веков назад, в уединении которой жило более двухсот монахинь. Тайны монастыря уходили в прошлое, как корни дерева в рыхлую землю. Повсюду были статуи коленопреклоненного Единственного, из ран которого сочилась окаменевшая кровь. Азенаты убили своего бога. Здесь хранили память о нем. А в недрах монастыря, вечно омываемое кровью, билось его сердце, Святое Сердце Скорбящей Матери — высшая реликвия азенатов.</p>
    <p>Я видела, как Наджа в одиночестве идет по сырому лабиринту подземных коридоров. Она шла среди луж по узким проходам, под обросшими мхом каменными сводами. В редких полосках солнечного света танцевала пыль. Поравнявшись со мной, Наджа протянула руку. Я положила в нее ключ, она сомкнула пальцы. Слова были излишни. Я даже не обернулась, что посмотреть, как она удаляется. Я знала.</p>
    <p>Дверь отворилась и снова закрылась. Келья. Сестра Наджа опустилась на маленькую каменную скамеечку и стала ждать. Рядом с ней лежал кожаный хлыст.</p>
    <p>Снова зазвонили колокола, и на верхних этажах молча собрались монахини. Настал час молитвы. Но сестры Наджи сегодня утром не будет вместе с другими.</p>
    <p>Мы долго ждали так в молчании. Я на своем стуле, она в своей келье. Наконец в конце коридора появилась еще одна фигура.</p>
    <p>Эта была Тирцея, служанка.</p>
    <p>Она никогда не опаздывала.</p>
    <p>Тирцея быстро приблизилась, прошла мимо, даже не удостоив меня взглядом. Лицо ее покрывали глубокие морщины, в глазах была невыразимая печаль. Она в молчании подошла к келье и замерла.</p>
    <p>Сестра Наджа молча сняла свое серое платье. Вместо груди у нее был ужасающий розовый шрам — воспоминание о прошлом, полном страха и угроз, от которого она хотела отречься. Череп ее был гол.</p>
    <p>— Я убила твоего сына, — сказала она.</p>
    <p>Монашка взяла хлыст и начала наносить себе удары по голой спине. В полутьме не было слышно ничего, кроме щелканья хлыста. Она била себя и говорила.</p>
    <p>— Я убила твоего сына, — повторяла она. — Чтобы отомстить. Я убила твоего сына, и теперь я не смогу тебе его отдать. Единственный смотрит на меня безжалостным взглядом. Да принесет тебе облегчение моя мука.</p>
    <p>Мне не нужна твоя мука, принцесса.</p>
    <p>Сколько она могла сказать в ответ!</p>
    <p>Наджа медленно подняла глаза.</p>
    <p>— Я уже не та, что прежде.</p>
    <p>«Для меня, — молча ответила та, — ты по-прежнему императрица. Ты та, что убила моего сына».</p>
    <p>— Да принесет тебе облегчение моя мука. Я отдаю тебе все, что могу отдать. Я ничто. Я не заслуживаю жалости. Моя жизнь в твоих руках.</p>
    <p>Старая служанка почувствовала, как против ее воли к глазам подступают слезы. Зачем она приходит сюда? Зачем приходила все эти годы? В память о своем погибшем ребенке? Чтобы увидеть эту женщину, тень этой женщины, чтобы увидеть как та, что была императрицей, беспрестанно бичует себя и шепчет одни и те же слова раскаяния? Зачем ей все это? Ведь она никогда не забудет.</p>
    <p>Эта произошло двадцать лет назад.</p>
    <p>Императрица сочеталась браком с его величеством Полонием.</p>
    <p>Император отбыл на войну, на несколько месяцев оставив жену одну. Потом была беременность. Когда вернулся его величество, родился ребенок. Императрица Аларис вызвала Тирцею в свою комнату. Одну из своих самых верных служанок.</p>
    <p>Да, ваше величество?</p>
    <p>«Мне сказали, что у тебя родился ребенок, Тирцея. Это правда?»</p>
    <p>Да, ваше величество, два дня назад. Как и ребенок вашего величества.</p>
    <p>«Да. Так мне и сказали, Тирцея. Теперь слушай. Сейчас же принеси мне этого ребенка, ясно? Сию же минуту. Принеси мне его. Я хочу на него посмотреть».</p>
    <p>Желание вашего величества — закон.</p>
    <p>Желание вашего величества.</p>
    <p>Тирцея принесла госпоже своего ребенка.</p>
    <p>Больше она его не видела.</p>
    <p>Страшный замысел: ее сына выдали за ребенка императрицы. А потом убили. Так, чтобы все поверили в скоропостижную смерть. Делая вид, что скорбит по сыну, Аларис на несколько недель заперлась в комнате — предварительно отдав своего собственного сына на попечение служанки.</p>
    <p>Тирцея прекрасно помнила эти несколько дней, самые странные в ее жизни. Она наедине с незаконнорожденным сыном императрицы — и страшные глаза ее мужа. Ее императорское величество осыпала их золотом. Но сломала им жизнь. Через месяц она вызвала супруга к себе в комнату и сообщила ему о своем решении: усыновить чужого ребенка. Например, ребенка служанки. «Какой служанки?» — спросил его величество. «Тирцеи, — ответила Аларис. — Ее муж ишвен (еще одна ложь)».</p>
    <p>Полоний IV чуть не лопнул от смеха. Усыновить нечистого ребенка, полуварвара? Да это же просто абсурд. Но ведь уже несколько месяцев молодая императрица упрямо отказывала ему в утолении плотского желания. И он знал, что, если он не убьет ее и не возьмет в жены другую, у него не будет наследника. Он мог бы это сделать, но не сделал. Уже тогда поговаривали, что Император утратил мужскую силу. Рассказывали о его чудовищных приступах гнева. «Он говорит, что хочет изуродовать меня, — шептала Аларис. — Он хочет отрезать мне одну грудь».</p>
    <p>— Тирцея!</p>
    <p>Служанка покачала головой, глядя, как сестра Наджа поднимается со своей скамейки.</p>
    <p>Та, что когда-то была императрицей, подошла к решетчатой двери и показала ей свою спину, всю в кровавых ранах. Что она могла сделать? Иногда она представляла, как просунет руки между прутьями решетки, сомкнет пальцы на шее этой женщины и будет давить до тех пор, пока у той не подкосятся ноги, а изо рта не вывалится синий язык. Но она знала, что не способна на это. Взгляд убийцы горел каким-то странным огнем — смесью любви и отчаяния.</p>
    <p>— Тирцея. Мы ведь, наверное, видимся в последний раз?</p>
    <p>Старая служанка опустила веки в знак согласия. У нее слегка кружилась голова. От этого мрака. От этой тишины.</p>
    <p>— Сентаи уже близко, мы это знаем. Нам не нужно выходить за пределы монастыря для того, чтобы понять это.</p>
    <p>С нами говорит Голос. Голос Единственного. Тс-с. Разве ты не слышишь?</p>
    <p>Тирцея покачала головой. Она избегала говорить в присутствии императрицы. Она молчала уже около двадцати лет.</p>
    <p>— Послушай, — продолжала худая, бритая наголо монахиня — очень худая и очень уродливая. — Послушай, я хочу поверить тебе тайну. Подойди ко мне. Ближе.</p>
    <p>Старая служанка сделала шаг к двери, но в этот момент почувствовала, как руки принцессы хватают ее руки. Она хотела выдернуть их, уже собиралась сделать это. Но не сделала.</p>
    <p>Сестра Наджа начала говорить.</p>
    <p>Оставалось только слушать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Довольно! — крикнул Полоний, из всех сил стараясь, чтобы его голос не дрожал.</p>
    <p>На лице сенатора Эпидона промелькнула улыбка.</p>
    <p>Несмотря на преклонный возраст, казалось, что старик в лучшей форме, чем его величество. У него не дрожали руки и не было этого похожего на посмертную маску воскового лица, какое бывает у тяжелобольных.</p>
    <p>Снова воцарилось молчание.</p>
    <p>Закатные лучи окрашивали стены города в желто-оранжевые цвета.</p>
    <p>Опершись совершенно высохшим подбородком на скрещенные пальцы, почтенный сенатор довольно мрачно обрисовал положение дел на фронтах. Несмотря на все усилия, Полонию так и не удалось предотвратить падение Эзарета. Руины некогда славного южного города оказались в руках сентаев. И лишь Единственному известно, что они с ними сотворят.</p>
    <p>На лбу Императора выступила испарина. Теперь на пути врага оставался лишь один, последний бастион азенатов — Дат-Лахан. Десяти векам цивилизации, десяти векам процветания мог в один миг прийти конец. Войска Империи были разбиты. Как только эта новость дошла до Дат-Лахана, сотни жителей обратились в бегство. Новый исход — только на этот раз на пути беженцев была непреодолимая преграда в виде Вечных гор.</p>
    <p>Полоний велел преследовать беглецов и силой вернуть их в Дат-Лахан — бесполезная мера, которая только увеличила смятение жителей города. Что же теперь будет? Поговаривали, что сентаи уже в нескольких днях пути от города и что им не терпится покончить с ним. На площадях города пророки с искаженными от ужаса лицами выкрикивали свои предсказания, а люди затыкали себе уши. Враг наступал, спастись от него было негде. Конец был близок.</p>
    <p>— Восемьдесят тысяч человек, — сказал генерал Леонид, теребя остатки седой бороды. — Это все, что у нас есть, вместе с резервистами.</p>
    <p>— Мне нужно сто тысяч солдат, — возразил Император.</p>
    <p>Кто-то ударил кулаком по столу, и это был не Император. Все взгляды устремились туда. Человек, только что так бурно выразивший свое негодование, внушал почти болезненный страх не только всем генералам, но и Полонию. Никто из азенатов не мог сравниться с ним во владении оружием. На его совершенно мертвом лице не было ничего живого, кроме двух злых черных шариков. Все знали, что с ним произошло что-то ужасное: двадцать пять лет назад он вернулся из царства мертвых. Монахини Скорбящей Матери вырвали его из объятий вечной ночи, впрыснув ему древнее таинственное снадобье. Тело его продолжало гнить. Но сердце вновь забилось. Он стал не-мертвым. И теперь поговаривали даже, что он метит на место Императора.</p>
    <p>— Да, генерал?</p>
    <p>Император поднял бровь.</p>
    <p>— Генерал Хассн устал, — вздохнул Адамант, сенатор с тонкими чертами лицами, сидевший рядом с ним. — Устал от вашей трусости и ваших уловок. Он считает, что мы должны отправиться навстречу сентаям и разбить их на Высоких Равнинах.</p>
    <p>Некоторые из присутствующих кивнули. Адаманта в сенате и в окружении Императора боялись и уважали. Все знали, как честолюбив этот немолодой уже человек. Кроме того (и это было главным), он был верным союзником Раджака Хассна, хоть никто и не знал, какие именно отношения их связывают.</p>
    <p>— Глупости, — возразил юный принц с матовой кожей, сидевший справа от Императора. — Мы же знаем, к чему привели подобные маневры в прошлом.</p>
    <p>— Боюсь, что не понимаю вашего намека, — вздохнул сенатор. — До сих пор в боях на открытой местности участвовало не более нескольких тысяч человек. Сейчас же речь идет об очень масштабной операции.</p>
    <p>— Не более нескольких тысяч? — подхватил генерал Араке, поглаживая лысый череп. — Калахар защищали тридцать тысяч человек. А Коринф — еще на десять тысяч больше. Вы называете это «не более нескольких тысяч»? Ну и ну!</p>
    <p>— Глупости, — машинально повторил старый советник Алкиад.</p>
    <p>— Принц прав, — подхватил сенатор Эпидон. — Дат-Лахан окружен двойной крепостной стеной. Здесь, внутри, может быть, у нас еще есть какой-то шанс. Но на Высоких Равнинах враг просто безжалостно перебьет наши войска. Как защитников Петрана.</p>
    <p>Раджак Хассн обвел собравшихся презрительным взглядом. Его рот приоткрылся, но он не произнес ни слова, а повернулся к своему помощнику и что-то прохрипел. Адамант прищурился и кивнул в знак согласия.</p>
    <p>— Генерал Раджак Хассн напоминает вам, что отныне императорская гвардия находится под его командованием. Он заявляет, что, если нужно, отправится навстречу сентаям с десятью тысячами воинов. И спрашивает, желает ли кто-нибудь из сидящих за этим столом ему помешать.</p>
    <p>Старик Алкиад горько рассмеялся. Они с Раджаком Хассном ненавидели друг друга. Но советник был теперь слишком слаб и измучен, чтобы вступать с врагом в конфликт. Однако в этот момент принц Орион встретился взглядом с Алкиадом и вскочил на ноги.</p>
    <p>— Я, — сказал он. — Я хочу выступить против этой абсурдной затеи.</p>
    <p>Император изумленно воззрился на сына и мягко потянул его за рукав туники, призывая сесть. Орион с раздражением высвободился. В его взгляде читалась отчаянная решимость. Он был единственным наследником, с его-то словами станут считаться.</p>
    <p>— Мы что, все посходили с ума? Генерал Хассн, я испытываю к вам глубочайшее уважение. Ваша храбрость делает вам честь, и с тех пор как погиб Калидан, вы, наверное, самый доблестный воин во всей Империи. Но мы знаем, что императорская гвардия не должна покидать Дат-Лахан. Умоляю вас, генерал: вы не должны становиться нашим новым мучеником. Нам нужно объединить все наши силы. Пусть враг сам придет к нам.</p>
    <p>— Тем более что мы кое о чем забыли, — добавил генерал Леонид.</p>
    <p>Сидящие за столом притихли.</p>
    <p>Леонид откашлялся. Полоний знаком велел ему продолжать.</p>
    <p>— О варварах, — сказал он просто.</p>
    <p>— О варварах? — повторил Император. — И что же?</p>
    <p>— О человеке, которого называют Лайшам.</p>
    <p>— Да, да, — сказал Полоний, отмахиваясь рукой от неприятного воспоминания.</p>
    <p>— Его армию видели в нескольких днях пути отсюда.</p>
    <p>— Может быть. И что с того?</p>
    <p>— Мы заслали в их ряды шпиона, — продолжал старик. — Один из его генералов работает на нас.</p>
    <p>— Мне это известно, — ответил Император. — К чему вы клоните?</p>
    <p>— В их армии более тридцати тысяч человек, ваше величество. Это немало.</p>
    <p>— Вы хотите предложить нам… — начал Араке.</p>
    <p>— Заключить с ними союз. Обычный союз, — закончил Леонид. — Лайшам одержал несколько побед над сентаями. Не спорю, мелких побед, но кто за этим столом может похвастаться тем же? Его люди отлично знают местность. Пусть они воюют вместе с нами. Атака ослабит их, но с лишними тридцатью тысячами человек мы победим. Сделаем так, чтобы первый удар они приняли на себя. Эти варвары невероятно тщеславны.</p>
    <p>— Как и вы, — парировал Араке. — С чего вы взяли, что они согласятся?</p>
    <p>Леонид улыбнулся:</p>
    <p>— Не они согласятся. А мы.</p>
    <p>— Не понимаю, — сказал Император.</p>
    <p>— Они собираются предложить нам сделку, ваше величество. Так нам сказал наш шпион.</p>
    <p>— Наш шпион? — спросил кто-то из сенаторов.</p>
    <p>— Тот, кого они называют Амоном Темным. Вождь гуонов.</p>
    <p>— Достаточно ли он надежен?</p>
    <p>— Надежнее не бывает. Мы купили его.</p>
    <p>— Интересно, как это можно купить гуона, — спросил кто-то.</p>
    <p>— На самом деле все очень просто, — фыркнул генерал. — Мы похитили его дочь. Малютка томится в наших застенках. Стоит Амону сделать шаг в сторону, и девчонке конец.</p>
    <p>— Великолепно! — вскричал Император.</p>
    <p>Принц Орион хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Предательства, подкуп, жестокие казни. Человек, называющий себя его отцом, — желчный старик, весь почерневший от злости. И все же он любил его. Пытался любить. Это было нелегко. Конечно, у него была мать, настоящая мать, ласковая монахиня с печальным лицом. Только слишком уж редко он ее видел. Ведь на самом деле принц вовсе не должен был ее видеть.</p>
    <p>Сборище идиотов. «Однажды ты взойдешь на трон, Орион. Если согласишься быть мне сыном».</p>
    <p>Значит, нужно притворяться.</p>
    <p>Юноша закрыл глаза. Генералы продолжали говорить. Постепенно их разговор превратился в еле слышное жужжание. Принц думал о своей матери. Он помнил лишь отдельные эпизоды из своего одинокого детства, лишь несколько одних и тех же лиц.</p>
    <p>Его крестный отец Араке. Его наставник старик Алкиад — тот, кто открыл ему правду. Тайные посещения монастыря. Перешептывание в темноте. Бритый череп его матери.</p>
    <p>— А вы, ваше высочество?</p>
    <p>Принц Орион вздрогнул. У него спрашивали его мнения. Нужно ли заключить союз с варварами? Он не знал. Он видел лицо своей матери. Оно было у него перед глазами. И ее запах: от нее пахло пылью. Какой, наверное, она когда-то была красивой! Какие благородные черты! Советник Алкиад стоял и грозил Раджаку Хассну кулаком. Неужели они это серьезно? Ему снова задали какой-то вопрос.</p>
    <p>— Мне кажется, что да, — наугад ответил юноша.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Варвары: сыновья земли. Они всегда жили в ущельях и долинах. Отцы их отцов любовались этими звездами. Потом пришли азенаты. Они прогнали их, рассеяли по миру, поработили. Теперь дети каньонов вернулись. И жаждали возмездия. Но над их землями нависла новая угроза. Куда страшнее прежней.</p>
    <p>Теперь их были тысячи.</p>
    <p>На склонах каньонов, между кустами, теснились варварские поселения. Семетские юрты соседствовали с шатрами ишвенов. Гуоны выстроили себе хижины из хвороста. Несколько сотен найанов расположились прямо на земле. Повсюду были видны люди, которые веселились, играли, шумели. Завтра, через десять, максимум через двадцать дней придется вновь идти в бой. Многие из этих людей погибнут. Тела тех, кто сейчас радуется жизни, будут валяться в пыли. Веселые лица станут гнить под солнцем, и ястребы растерзают их своими острыми клювами. Но сегодня вечером — сегодня вечером жизнь прекрасна.</p>
    <p>Тут и там у скал стояли маленькие разнородные группы людей. Воины рассказывали друг другу о своих ратных подвигах. Говорили о чудесных походах, о мифических городах, затерянных среди песков. Вспоминали древние сказания и жадно вглядывались во тьму. Духи ушедших, еле видимые, витали над кострами. Воспоминания. Утраченные возлюбленные. Погибшие семьи. Что ждало этих людей? У них не было будущего. Лишь настоящее, которое неумолимо надвигалось на них. До слуха варваров доносилось бряцание оружия. Уже скоро, шептали голоса мертвых. Скоро.</p>
    <p>Чуть поодаль, в большом полотняном шатре на холме, в широком обитом кожей кресле сидел Лайшам. Он положил руки на подлокотники и снял повязку, позволяя генералам любоваться плохо зарубцевавшейся раной. Вождь варваров рассказывал свою историю. Наэвен, вождь ишвенов, сидел на земле, поджав ноги. Семет Шай-Най стоял в углу шатра рядом с Ирхамом. Окоон, натянув на лоб повязку с пустой глазницы, встал во входном проеме. Только Амон Темный остался снаружи. Он долго смотрел на освещенные луной облака, потом медленно перевел взгляд на лагерь, на тысячи огней под соседними скалами. Вождь гуонов думал о своей дочери; слова Лайшама долетали до него будто очень издалека и смешивались с его собственными мыслями. Один во тьме, он глядел на бескрайнюю долину и расположившееся у его ног войско.</p>
    <p>От города остались одни руины, которые с невероятной быстротой заросли травой. Через три года после гибели Калидана это место стало похоже на лес. Огромные каменные арки, приобретшие со временем загадочный коричневатый оттенок, и повсюду сладковатый запах тлена.</p>
    <p>Лайшам подошел к городу по главной дороге. Вокруг него со всех сторон возвышались развалины обрушившихся дворцов. Он не бывал в Эриксе во времена его расцвета, но ему достаточно было закрыть глаза, чтобы представить, как все было: храмы с колоннами, мосты с двойными пролетами — настоящие жемчужины — что осталось от них теперь? Воин думал о поверженных гигантах. А еще — о том, каковы были последние мгновения этого города.</p>
    <p>За восемь веков своей истории Эрике Гордый не знал поражения. Его всегда защищали лучшие генералы. Казалось, какое-то мощное заклятие отводит от города опасность и злых людей. И вдруг в один миг по чьему-то злому умыслу чары рассеялись.</p>
    <p>На третий день Лайшам, нашедший пристанище среди развалин древнего павильона, проснулся от странного шума. По дороге кто-то шел. Какой-то старик. Азенат. Он шел, пригнувшись и поминутно оглядываясь, будто за ним следили. Время от времени нагибался и что-то ковырял на земле. Он явно искал, чего бы поесть. В течение нескольких минут Лайшам наблюдал за ним. Потом, решив, что тот не опасен, вышел из своего убежища.</p>
    <p>От неожиданности старик подскочил.</p>
    <p>Он упал на колени и стал что-то бормотать. Лайшам осторожно подошел к нему, объясняя, что не причинит ему зла. Азенат пал ниц и стал умолять о пощаде. Лайшам поднял его. Старик дрожал всем телом. Все в нем выдавало смертельный страх. «Демоны, — говорил он, указывая на скрытые в дымке спящие холмы. — Демоны».</p>
    <p>Лайшам осторожно отвел старика в свое убежище и уверил его, что здесь он будет в безопасности. Тот, казалось, так и не поверил в это, но все же немного успокоился. Мужчины разговорились, и азенат рассказал свою историю. Его звали Навкрат. Сколько ему лет? Он не знает. Кажется, сентаи ушли только вчера.</p>
    <p>Навкрат всю жизнь прожил в Эриксе.</p>
    <p>Когда азенатские разведчики вернулись в город и сказали, что к нему приближается враг, он заплакал. Губернатор Калидан собрал военный совет. К всеобщему недоумению, он пригласил на него несколько монахинь Скорбящей Матери. В Эриксе находился второй по величине монастырь в Империи. Его монахинь обвиняли в ереси.</p>
    <p>Покинув зал совета, Калидан на три дня и три ночи заперся в самой высокой башне своего дворца. Утром четвертого дня он приказал жителям города собраться на главной дороге. За это время по городу, как вышедшие из берегов речки, растеклись самые невероятные слухи. Монахини захватили власть. Калидан собирался бежать из города. Сентаи уже были в городе.</p>
    <p>Однако утром четвертого дня жители города все же собрались на главной улице. За всю историю города столько людей никогда не собирались вместе, и никто не знал, что все это значит. Когда на пороге дворца появился Калидан со своим легендарным мечом, весь Эрике замер. Лицо губернатора казалось восковым. К нему подошли несколько монахинь.</p>
    <p>Все думали, что Калидан разразится длинной речью, станет взывать к мужеству своих подданных, раздавать приказы и призывать взяться за оружие всех, кто еще способен его держать.</p>
    <p>Но речь его была короткой.</p>
    <p>У сентаев нет самок, сказал он.</p>
    <p>Это чудовища.</p>
    <p>Они истязают ради удовольствия.</p>
    <p>Когда им надоедает мучить своих жертв, они вспарывают им живот.</p>
    <p>Они роняют на их внутренности несколько капель слюны, а потом зашивают животы.</p>
    <p>Через несколько месяцев у их жертв рождается сентайский ребенок. А живот взрывается.</p>
    <p>Над рядами остолбеневших слушателей поднялся ветер.</p>
    <p>Люди смотрели по сторонам, не произнося ни слова. Женщины стали рыдать, дети кричать. Мужчины не шевелились. К небу стали подниматься вихри пыли. По рядам собравшихся прокатился лихорадочный гул.</p>
    <p>«Мне очень жаль», — прибавил Калидан.</p>
    <p>И тут началось безумие.</p>
    <p>В мгновение ока на город обрушилась буря.</p>
    <p>Мужчины, женщины, дети — все упали на колени.</p>
    <p>Магия дочерей Скорбящей Матери, нечестивая, запрещенная магия, волной нахлынула на Эрике и его жителей. Большинство людей потеряли сознание в первые же секунды. Остальные почувствовали, как из всех пор у них вырывается обжигающий дым. Они с ужасом видели, как, обретя форму, этот дым возвращается к ним, чтобы завладеть их телами. И тогда разум покинул их, и люди обернулись к своим врагам с жестокими улыбками. Они больше не были азенатами.</p>
    <p>Они были сентаями.</p>
    <p>Рассказ Лайшама был окончен. Все смотрели на него разинув рты. Наэвен провел рукой по своим длинным черным волосам. Амон Темный вошел в шатер и встал, скрестив руки. Он ничего не пропустил из рассказа Лайшама.</p>
    <p>— Сентаи? — с улыбкой повторил Шай-Най. — Как это?</p>
    <p>— Древние легенды, — прошептал Ирхам. — Азенаты привели сентаев с собой. Это расплата за то, что они убили своего бога.</p>
    <p>— Я слышал об этом, — сказал Шай-Най. — Но я думал…</p>
    <p>— Легенды не врут, — ответил Лайшам. — Навкрат не сошел с ума. Он просто был в ужасе и смятении. Но разум не покинул его.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать, — фыркнул Ирхам, — что внутри у азенатов живут сентаи? Так?</p>
    <p>— В каком-то смысле. Сентай — это проклятые души азенатов. В священных текстах говорится о восставших из бездн демонах. А ведь именно это слово употребил Навкрат — демоны.</p>
    <p>— И что же?</p>
    <p>— Мы поговорили еще о многом. Знания азенатов сосредоточены в руках монахинь Скорбящей Матери. В их «Смертоносном евангелии» говорится, что азенаты покинули свой мир более девятисот лет назад из-за странного проклятия. Никто точно не знает, в чем там было дело. Но все азенаты знают: бездны, о которых говорится в «Евангелии», — их бездны. Бездны у них внутри. В них живут сентай. Это — та их часть, которую прокляли. И в любой момент они могут вырваться наружу.</p>
    <p>— Ты хочешь сказать…</p>
    <p>— Азенаты пришли на наши земли, потому что спасались бегством. Они убили своего бога и думали, что время сотрет их преступление. Но они ошиблись. Сентай, как проклятие, следовали за ними по пятам. Нельзя скрыться от себя самого.</p>
    <p>Амон Темный медленно кивнул.</p>
    <p>— Да, это новость, — заявил Ирхам.</p>
    <p>— И это еще не все, — ответил Лайшам.</p>
    <p>— Постой, — вмешался Наэвен. — Кое-что в твоем рассказе от меня ускользает.</p>
    <p>— Что именно?</p>
    <p>— Если сентай — это проклятые души азенатов, почему сентай не убьют их? И тогда бы…</p>
    <p>— Азенаты нужны сентаям, чтобы размножаться, — ответил Лайшам. — Они рожают им детей. Оказавшись в этом мире, их дети уже более его не покидают.</p>
    <p>— Кажется, я начинаю понимать, почему у них нет самок, — тихо сказал Амон.</p>
    <p>— Их самки — это азенаты, — ответил вождь варваров. — Монахини просто разбудили дремавших в них сентаев еще до прихода врагов.</p>
    <p>— Что это значит?</p>
    <p>— Это значит, что, если бы сентай пришли раньше, они оплодотворили бы азенатов своей слюной, как объяснял Калидан. И из их животов вышли бы новые чудовища. Они бы росли на глазах. Вместо этого демоны воплотились в них. И вступили в бой с теми сентаями.</p>
    <p>— Любопытная теория, — скептически заметил Ирхам. — Но кто сказал, что она верна? Мы столько лет знаем азенатов, что…</p>
    <p>— Если ты ведешь с ними торговлю, это не значит, что ты их знаешь. Азенаты и сами себя не знают. В глубине души они знают, откуда взялись сентай. Но и сами себе не решаются в этом признаться. Как ты думаешь, почему «Евангелие» хранится лишь в монастырях Скорбящей Матери и никто его не читал? Как ты думаешь, почему простого смертного объявляют «воплощением» Единственного? Потому что азенаты боятся, Ирхам. Нет врага страшнее, чем тот, что у тебя внутри.</p>
    <p>Все промолчали.</p>
    <p>Вожди племен молча переглянулись. Амон Темный машинально нащупал рукоять своего топора, как будто чтобы убедиться, что он рядом и не подведет в нужный момент. Слова Лайшама все еще звучали у них в ушах.</p>
    <p>— А теперь, — сказал верховный вождь, — я объясню вам, откуда я знаю, что это правда.</p>
    <p>На следующий день мужчины снова пустились в путь.</p>
    <p>Навкрат спросил у Лайшама, что тот ищет в Эриксе, и воин ответил так, как отвечал всегда, когда ему задавали этот вопрос: «Что я ищу? Не знаю. Пойму, когда найду».</p>
    <p>Они осмотрели развалины города. Азенат держался позади и не переставая говорил. Его рассказ был запутан и полон бесполезных деталей. Но то немногое, что Лайшаму удалось понять, было ужасно. Вся его семья, все друзья подверглись этому превращению. Их плоть, их кости, их жесты сделались похожими на сентайские — неотличимо похожими.</p>
    <p>Ну а монахини Скорбящей Матери медленно умирали где-то поодаль. Заклинание, которое они произнесли, отняло у них все жизненные соки. Когда Лайшам спросил у Навкрата, почему тот не покинул Эрике, тот с болью посмотрел на него.</p>
    <p>В тот же вечер в город вошли захватчики.</p>
    <p>И начался бой.</p>
    <p>Это было ужасное, кровопролитное сражение. Часть азенатов — те, кто не подвергся страшному превращению и не сошел с ума, — взялась за оружие. Но их число было смехотворным. Главным же образом битва была такой, какой и хотели монахини. Брат против брата. Кислота и когти.</p>
    <p>Бой длился несколько дней и ночей.</p>
    <p>Осаждавшие были более опытны, к тому же они сидели верхом на чудовищных монстрах, появившихся на свет в результате таинственных заклинаний. Но защитники города значительно превосходили их по количеству. Их число постоянно увеличивалось: от тел умирающих азенатов отделялось нечто вроде призраков, которые вновь возвращались в их тела. Они нисколько не боялись смерти. Он сражаясь так, будто ее не существовало. Они были сентаями.</p>
    <p>Почему эти существа бились друг с другом? Навкрат не мог этого толком объяснить. Может быть, оттого, что осаждавшие боялись своих соплеменников? Их в каждый миг становилось все больше и больше, они не знали страха и были необычайно жестоки.</p>
    <p>В конце концов враг обратился в бегство и скрылся за холмами. Азенаты, которые к тому времени еще были живы, в слезах смотрели, как те удаляются. Потом вновь бессильно упали на землю.</p>
    <p>На этом рассказ Навкрата заканчивался.</p>
    <p>Лайшам положил руку ему на плечо и тут же отдернул ее, будто обжегшись.</p>
    <p>В рыданиях старого азената, в глубине его взгляда было что-то пугающее.</p>
    <p>В последующие дни он продолжил обследовать окрестности.</p>
    <p>В глубине души воин знал, что ищет. Он искал Калидана. Он искал знак.</p>
    <p>Когда зашел разговор о том, чтобы проникнуть во дворец губернатора, Навкрат дал ему понять, что не сделает больше ни шага. Он сказал, что подождет Лайшама снаружи. «Прекрасно, — ответил тот. — Но если до наступления темноты я не вернусь, считай меня мертвым».</p>
    <p>И растворился в темноте.</p>
    <p>Дворец был огромен. Когда пришелец достиг тронного зала, солнце уже заходило за холмы.</p>
    <p>Стояла мертвая тишина.</p>
    <p>Разрушенный алтарь, заполненный горьковатой водой бассейн, каменные головы леопардов, которые много веков испускали струи, а теперь расколотые лежали на полу. Часть потолка рухнула, и через трещины в зал пробивались лучи солнца.</p>
    <p>Лайшам подошел ближе.</p>
    <p>В глубине зала на троне восседал скелет и глядел на него.</p>
    <p>Губернатор Калидан.</p>
    <p>Сжав обеими руками меч, он нанес себе смертельный удар: клинок вошел ему в грудь, пробил ее насквозь и вонзился в камень. Но самым ужасным было не это.</p>
    <p>Ужаснее всего была его левая рука — странная безобразная конечность гораздо длиннее другой руки. И пальцы уже не были пальцами.</p>
    <p>Это были когти.</p>
    <p>В мгновение ока Лайшам понял, что произошло. Как и все жители города, он начал превращаться в сентая. И не смог этого вынести. Он убил себя во время превращения, убил чудовище в себе. Даже в смерти он остался победителем.</p>
    <p>Повинуясь внезапному порыву, Лайшам протянул руку к мечу. Возмездие! Великолепный, сверкающий клинок. Не меч — легенда с рукоятью из чистого золота.</p>
    <p>Он коснулся меча. За его спиной раздался шорох.</p>
    <p>Воин резко развернулся.</p>
    <p>В дверном проеме стоял Навкрат. Но это был уже не Навкрат. Это было… какое-то странное существо с непомерно длинными руками и скорбной обезьяньей улыбкой.</p>
    <p>— Шы не дожжен шрохащь мещ, — сказал он.</p>
    <p>— Навкрат!</p>
    <p>— Мне ощень жажь, — продолжал тот, подходя ближе. — Шакое быфаещ. Я пышалща эшому помешащь, но оно во мне спищ, и я нищефо не моху пощелащь.</p>
    <p>«Сентай, — подумал Лайшам. — В нем спит сентай».</p>
    <p>По какой-то причине азенат долго сопротивлялся превращению, жил с ним. Но сейчас из-за гнева или страха оно снова началось. И теперь Навкрат уже не мог ничего поделать.</p>
    <p>Лайшам одним жестом выхватил Возмездие из рук губернатора.</p>
    <p>Скелет Калидана зашатался.</p>
    <p>— Нет! — крикнуло чудовище, бросаясь на него.</p>
    <p>Это был еще не сентай. У него вытянулось лицо, на пальцах появились длинные когти, а на верхушке черепа стали расти длинные черные волосы, но под маской чудовища еще был виден азенат.</p>
    <p>— Я не хочу тебя убивать, — объяснил Лайшам, размахивая мечом. — Навкрат! Неужели ты все забыл? Навкрат. Пожалуйста, проснись.</p>
    <p>Странное существо заколебалось. Его противник завладел мечом губернатора. Он мог причинить ему зло. Мог, но не причинял. И все время повторял это слово — «Навкрат». Что это значит?</p>
    <p>Покачав головой, Лайшам обошел вокруг маленького каменного фонтана и присел на бортик.</p>
    <p>— Навкрат, — повторил он.</p>
    <p>Где-то в самой глубине у монстра вспыхнула искорка понимания.</p>
    <p>Его звали. Его звали по имени.</p>
    <p>Что же это такое творится?</p>
    <p>Почему у фонтана сидит этот человек?</p>
    <p>— Нафкраш?</p>
    <p>Странное существо хотело подойти к нему, что-то ему объяснить, ведь оно его знало, и он тоже его знал. Ведь не было же никакого колдовства, правда ведь? Никакого призрака, никакого света — оно просто хотело подойти к нему. Но он, похоже, не понял, отскочил назад и, когда существо подошло ближе, ударил его ногой прямо в лицо, и оно упало в фонтан и стало кричать, и крики его разносились по всему дворцу.</p>
    <p>Лайшам тупо смотрел на монстра.</p>
    <p>Это существо было Навкратом. А теперь оно умирало.</p>
    <p>Почему?</p>
    <p>Оно билось в агонии.</p>
    <p>Оно кричало и билось в агонии, размахивая длинными руками, как будто тонуло, но воды было так мало, что это казалось невероятным, однако же оно тонуло, и казалось, что вода его обжигает, вода его пугает, а он ничем не может ему помочь, ведь тогда оно, наверное, раздерет его своими когтями.</p>
    <p>Это длилось несколько минут.</p>
    <p>Затем Лайшам подошел к тому, что еще недавно было Навкратом, и сильным ударом меча разрубил обезображенное тело пополам. Верхняя часть в последний раз содрогнулась и затихла. На лице застыла маска смерти.</p>
    <p>Тело губернатора Калидана на троне вновь осело.</p>
    <p>Выходит, сентаи смертельно боятся воды. Спасительные воды?</p>
    <p>Лайшам поднял меч к темному небу.</p>
    <p>На могучем клинке играли закатные лучи.</p>
    <p>Возмездие.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Сидя на каменном парапете, принц Орион смотрел на закатное солнце.</p>
    <p>Военный совет закончился очень плохо. Старик Алкиад и помощник Раджака Хассна осыпали друг друга оскорблениями и расстались, пожелав друг другу зла. Потом генерал Леонид стал в чем-то обвинять генерала Аракса. В чем именно? Орион не помнил. Император смотрел, как его генералы поносят друг друга последними словами, с ужасом переводя взгляд с одного на другого. Руки его дрожали. В конце концов, благодаря вмешательству сенатора Эпидона, генералы Императора пришли к соглашению: так и быть, они выслушают, что желают им предложить варвары. Ведь у них в руках дочь Амона Темного. Однажды это обстоятельство может оказаться весьма полезным.</p>
    <p>На горизонте показались грозовые тучи. Солнце медленно опускалось за линию скал, птицы летали все ниже. Ночью будет гроза. Орион потянулся и слез с парапета. В его покоях была только самая необходимая мебель. Он всегда ненавидел роскошь — возможно, в память о матери, которая жила в монастыре в самой убогой обстановке.</p>
    <p>Раскинув руки, юный принц рухнул на кровать. Он думал о битве, которая его ожидает. Думал об уроках фехтования, о взглядах других солдат, об этом странном ощущении, которое преследовало его всегда, а в последние дни особенно. «Я из другого мира». Он думал о дочке гуонского вождя. Думал об Амоне Темном, о том, что чувствует человек, у которого отобрали все и которому еще предстоит сражаться. Думал о своем отце — о том, кого он никогда не знал и, наверное, уже никогда не узнает.</p>
    <p>— Ваше высочество.</p>
    <p>Орион рывком поднялся.</p>
    <p>Кто-то яростно барабанил ему в дверь.</p>
    <p>Натянув вышитый халат, принц бросился открывать. Перед ним стоял слуга. Вид у него был совершенно потерянный.</p>
    <p>— Ваше высочество, ваш наставник…</p>
    <p>— Алкиад?</p>
    <p>Тот кивнул, утирая пот со лба.</p>
    <p>— Что Алкиад? Говори!</p>
    <p>— Ему грозит опасность, ваше высочество. Он послал меня за вами.</p>
    <p>— Где он?</p>
    <p>— Идите за мной.</p>
    <p>Мужчины вприпрыжку сбежали по широкой каменной лестнице и помчались по коридорам. По дороге они сбивали с ног сенаторов, те оборачивались и осыпали их ругательствами, но бежавшие не слышали этого. Они спустились еще по одной лестнице, пересекли Зал Побед и вышли во внутренний сад. Старый советник Алкиад, державший в руке меч, повернулся к ним. Напротив него стоял Раджак Хассн.</p>
    <p>— Учитель! — воскликнул юный принц, хватая старика за рукав.</p>
    <p>— Вы будете секундантом, ваше величество, — сказал появившийся из-за дерева сенатор Адамант. — Ваш наставник велел послать за вами.</p>
    <p>— Секундантом?</p>
    <p>— На дуэли, ваше величество.</p>
    <p>— Нет, постойте, — закричал принц, размахивая руками, — он слишком стар, разве вы не видите?</p>
    <p>— Замолчи, — прошипел Алкиад. — Этот человек оскорбил меня, принц Орион. На карту поставлена моя честь. И я послал за тобой, чтобы ты помог мне защищаться, а не учил, что мне делать.</p>
    <p>— Но, учитель…</p>
    <p>— Ну, раз вы здесь, — улыбнулся сенатор, — мы можем начать бой.</p>
    <p>— Нет! — закричал юный принц, взглядом ища помощи у собравшихся.</p>
    <p>Позади него собралась группка любопытных.</p>
    <p>Прежде чем кто-либо успел помешать ему, Раджак Хассн двинулся на своего противника, на ходу обнажая меч. Советник нанес неловкий удар перед собой. Генерал без труда отклонился и быстрым жестом вонзил меч старику в живот. Без единого звука старик упал на колени. На его тунике выступило кровавое пятно.</p>
    <p>— Чудовище! — взревел принц, выхватывая меч из руки своего престарелого учителя и занимая позицию. — Защищайся!</p>
    <p>Раджак Хассн секунду молча глядел на него. Затем быстрым движением выбил оружие из руки своего противника. Потом, развернувшись спиной, но не сводя с него глаз, пошел в глубь сада. По рядам присутствующих прокатился гул ужаса. Голова генерала была повернута под совершенно немыслимым углом. Помогая себе рукой, Алкиад медленно опустился на землю. Адамант знаком велел зрителям разойтись.</p>
    <p>— Вы все будете молчать о том, что видели, — сказал он. — Ибо вы знаете, что иначе произойдет. И его высочество также будет молчать. Закон Империи запрещает дуэли.</p>
    <p>Орион смерил сенатора презрительным взглядом и склонился над телом своего учителя.</p>
    <p>Люди расходились нехотя, тихо переговариваясь и боязливо поглядывая через плечо. Принц чувствовал, что они боятся. Раджак Хассн метил на императорский трон. Теперь он даже не считал нужным это скрывать. Наверняка очень скоро генерал перейдет к действиям. И кто тогда осмелится встать у него на пути?</p>
    <p>Адамант тоже развернулся и ушел.</p>
    <p>Орион почувствовал, как ему на глаза наворачиваются слезы.</p>
    <p>Алкиад по-прежнему был в сознании. Обхватив старика за плечи, юный принц осторожно оттащил его в сторону. Он был почти уверен, что отец это видит. Сверху, из одной из своих башен. Но он не станет туда смотреть. Не доставит ему этого удовольствия.</p>
    <p>— Орион…</p>
    <p>Принц склонился над умирающим.</p>
    <p>— Зачем? — спросил он, вытирая лицо. — Зачем?</p>
    <p>— Я был очень стар, — ответил учитель, сплевывая кровь.</p>
    <p>— Вы же знали, что он вас убьет.</p>
    <p>— Это был единственный выход, — тихо сказал Алкиад с полуулыбкой. — Я… трус, — добавил он. — Падение азенатской Империи… Я… я не хочу его видеть. Я предпочитаю уйти сейчас, по… понимаешь?</p>
    <p>Орион глубоко вздохнул. Вокруг было тихо. Ночь медленно разворачивала свой длинный звездный плащ, кусты трепетали от легкого ветерка.</p>
    <p>— Орион.</p>
    <p>— Да, учитель?</p>
    <p>— Уходи. Уезжай, беги из Дат-Лахана. Тебе здесь не место.</p>
    <p>— Вы хотите сказать…</p>
    <p>Старик схватил своего ученика за руку и сильно сжал ее.</p>
    <p>— Если бы ты знал, — прошептал он. — Если бы ты знал. Ты… ты только что сказал «чудовище».</p>
    <p>Принц грустно кивнул.</p>
    <p>— Мы все чудовища. Все, понимаешь? И пожалуйста, не думай, что я лучше других. Я сделал много того, о чем теперь очень жалею.</p>
    <p>— Тс-с.</p>
    <p>— Нет, нет, послушай: когда Император предложил мне стать твоим наставником, моя жизнь… изменилась. Я почувствовал, что у меня есть шанс…</p>
    <p>Старик остановился и закашлялся. Из угла его губ потекла тоненькая темная струйка. Орион нежно вытер ему рот.</p>
    <p>— Твоя кожа, — продолжал Алкиад. — Цвет твоей кожи. Орион, в твоих… в твоих жилах течет варварская кровь. Ты знаешь, кто твоя мать. Но твой истинный отец… я всегда думал, что…</p>
    <p>— Учитель!</p>
    <p>Старик закрыл глаза и перестал шевелиться. Его пальцы, сжимавшие руку юного принца, медленно ослабили хватку. Потом его вдруг передернуло, и, собрав последние силы, он попытался сесть.</p>
    <p>— А что… что же я? — бормотал он. — Какой участи заслужили м… мы, все мы, приведшие зло на эти земли? Дитя мое, ступай, поговори со своей матерью, ступай… Варварская кровь… Я думаю… я думаю, что убил… Человека, который, возможно, был… я… возможно, был…</p>
    <p>— Учитель! Учитель!</p>
    <p>— Твоим отцом, — закончил Алкиад из последних сил.</p>
    <p>Он вновь закрыл глаза, и голова его упала на бок.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Ваше величество!</p>
    <p>Перед ним стоял стражник с поднятым забралом.</p>
    <p>— Ваше величество, с вами желает говорить вестник.</p>
    <p>— Вестник?</p>
    <p>— Разведчик, ваше величество.</p>
    <p>Полоний IV тщетно пытался унять дрожь в руках.</p>
    <p>Он повернулся к своему трону и молча уселся на него. После этого, глядя прямо перед собой, разразился смехом — страшным смехом, в котором не было и намека на радость. Стражник судорожно сглотнул. В последнее время, из-за слухов о заговоре и все более и более удручающих новостей с фронта, его величество, кажется, начал сходить с ума. Поговаривали, что с наступлением темноты Император отправляется в темницы нижней части города и самолично истязает узников. Что, прежде чем прикоснуться к пище, он заставляет пробовать все свои блюда трех разных поваров. Все эти мысли со скоростью молнии пронеслись в голове молодого солдата.</p>
    <p>Резко оборвав смех, Император коснулся лба дрожащими пальцами.</p>
    <p>— Пусть войдет. А сам уходи.</p>
    <p>Стражник повиновался, втайне обрадовавшись.</p>
    <p>Двери распахнулись, и вошел человек, одетый в пыльные лохмотья. Волосы на его голове были всклокочены, за спиной болтался рваный плащ. Во взгляде читался сильнейший страх.</p>
    <p>— Ваше величество… — начал он.</p>
    <p>— Что? — невозмутимо спросил Император.</p>
    <p>Разведчик сделал несколько шагов вперед. На вид ему было не более двадцати лет, но за это время он успел побывать в аду. Поле битвы, которое он оставил, было усеяно телами его лучших друзей. Нужно рассказать. Поведать об ужасе и абсурдности этой войны. О выжженных кислотой лицах.</p>
    <p>— Ваше величество, наш полк — третий легион, возвращавшийся из Эзарета…</p>
    <p>— Был разбит.</p>
    <p>— Да, ваше величество.</p>
    <p>— Ничего страшного.</p>
    <p>Юноша медленно поднял голову.</p>
    <p>Ничего страшного? Он подошел еще ближе и опустился на одно колено.</p>
    <p>Позади него с шумом захлопнулись двери.</p>
    <p>— Ваше величество.</p>
    <p>По его щекам текли слезы. Бешеная скачка через равнины. Тела убитых братьев, которые ему пришлось покинуть. Страх и одиночество, которые он испытывал каждый вечер с наступлением темноты.</p>
    <p>Опершись на подлокотники своего трона, чуда из нефрита, инкрустированного драгоценными камнями, Император осторожно поднялся и медленно спустился к нему.</p>
    <p>— Встань.</p>
    <p>Юноша медленно распрямился. Рядом с ним стоял его величество.</p>
    <p>— Дай мне оружие.</p>
    <p>Вестник посмотрел к себе на пояс, будто не понимая, о чем речь. Да, его меч — совершенно бесполезный — висел у него на поясе. Он вынул его из ножен и протянул своему государю. Тот взвесил меч на ладони и замурлыкал что-то похожее на детскую считалку.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>«Пусть Изгнанье нам грозит,</v>
      <v>Пусть на Запад путь лежит,</v>
      <v>Пусть нам дует ветер в спину</v>
      <v>И опасность нам сулит».</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Продолжая напевать, в одной руке он зажал рукоять меча, а другую положил на плечо разведчику.</p>
    <p>«Сами мы убили бога.</p>
    <p>Ммм-ммм-ммм-ммм»</p>
    <p>— Сами мы убили бога, — повторил он. — Ты веришь в то, что я — воплощение Единственного?</p>
    <p>Не зная, что ответить, солдат кивнул.</p>
    <p>И вдруг почувствовал, как острая боль пронзает ему низ живота.</p>
    <p>Он опустил глаза. Меч Императора насквозь проткнул ему внутренности. Другая его рука по-прежнему покоилась у него на плече.</p>
    <p>«За что?» — спрашивал взгляд юного солдата.</p>
    <p>Император вытер клинок краем туники и выпустил меч из рук. Разведчик зажал руками разверстую рану и почувствовал, как по его пальцам стекает кровь. Он согнулся пополам, прижимая колени к животу. Его величество ткнул его носком башмака.</p>
    <p>— Я болен, — сказал он просто.</p>
    <p>И снова вонзил меч в тело. Стон боли.</p>
    <p>«Смерть, — подумал Полоний IV. — Чужая смерть — это единственное, что поддерживает во мне жизнь».</p>
    <p>У его ног бился в агонии скрючившийся разведчик. На каменных плитах пола ширилось темное пятно. Кровь заливалась в желобки между плитами.</p>
    <p>Несколько минут Император как завороженный стоял и смотрел на это. Потом перевел взгляд на клинок своего меча, крутанул его перед собой, полюбовался игрой солнечных бликов. В глубине души он мечтал, чтобы все скорее кончилось.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Она не спала.</p>
    <p>Она не спала, и когда огромные бронзовые колокола монастыря пробили двенадцать, почувствовала облегчение. Монахиня отбросила тонкое одеяло, встала и заглянула в малюсенькое окошечко на двери кельи. Дат-Лахан спал беспокойным сном. Она это чувствовала. Кое-где пустынные площади были освещены дрожащим светом факелов. Была очень темная ночь, начинался дождь: крупные усталые капли ударялись о камень.</p>
    <p>Сестра Наджа вышла из своей кельи.</p>
    <p>Она поговорила с Тирцеей, но легче от этого ей не стало. Она надеялась, что исповедь успокоит ее, но ошиблась. Весь день воспоминания осаждали ее, как крепость. А ведь она всегда стремилась отгородиться от своего прошлого. И теперь, вместо того чтобы давать успокоение, безмолвие монастыря пугало ее. Никто не мог помешать воспоминаниям вернуться.</p>
    <p>Вскоре к ней присоединились другие сестры. Это был час молитвы, час прощения и размышления.</p>
    <p>Монахини шли маленькими шагами, опустив головы и спрятав руки в широких рукавах темных одеяний. Они шли в храм Скорби: помещение, в которое не проникал ни один луч света, созданное для ночных бдений. Двери святилища захлопнулись за сестрой Наджей, а она даже не подняла головы.</p>
    <p>Дочери Скорбящей Матери опустились на колени на каменный пол. Каждая знала свое место. Сложив руки, широко раскрыв глаза, они глядели в темноту, будто пытаясь постигнуть ее тайну. Как того требовал обычай, я одна стояла, и никто из них не видел меня. Я была Голосом. Духом Единственного, который плыл по мутным водам смерти и иногда что-то изрекал моими устами. Иногда я видела. Иногда я знала. Но в нашей жизни от этого ничего не менялось. Мы были всего лишь свидетелями.</p>
    <p>После нескольких минут абсолютной тишины одна из старших монахинь начала молиться.</p>
    <p>«О Дух Единственного.</p>
    <p>К тебе взываем мы в этот час.</p>
    <p>Мы молим тебя за наших сестер из Эрикса, совершивших тягчайший из грехов.</p>
    <p>Мы молим тебя за души наших братьев и наших сестер, ставших сентаями.</p>
    <p>Мы молим тебя за тех, кто не смог изгнать демона из своей души.</p>
    <p>Мы молим тебя за наш город и за наших сестер из Эзарета.</p>
    <p>Да постигнет его та судьба, которой ты пожелаешь.</p>
    <p>Дай нам мужество молча ждать смерти.</p>
    <p>Дай нам мужество быть сильными и даруй нам благодать забвения».</p>
    <p>Забвение, подумала сестра Наджа. Забвение, которого она так жаждала.</p>
    <p>После этого каждая из монахинь прижала лоб к ледяному полу. Они молились за юные души павших в безвестности на полях брани в попытке защитить города Империи. За население Дат-Лахана, которому предстояло вместе со своим городом пережить самые темные часы его истории. За все тех, кто скоро погибнет: да не охватит ужас их души, да примет их Единственный в свою тьму.</p>
    <p>А сестра Наджа молилась за своего мужа.</p>
    <p>Пыталась молиться. Но это было нелегко.</p>
    <p>Она видела себя двадцать лет назад, силилась вспомнить, каким невероятным усилием воли ей удалось заставить себя провести столько лет рядом с этим тираном, последним из бесконечного рода. Он был таким жестоким и таким трусливым. Женщина вспомнила, какое облегчение испытала, когда узнала, что он отправляется на войну. И о том, в какой ужас впала, когда обнаружила, что беременна. Но потом ее охватило странное чувство бесконечного спокойствия, непоколебимого мужества: что бы ни случилось, ребенок будет жить. Ребенок ишвена.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>«О Дух Единственного.</v>
      <v>Даруй всем нашим сестрам благодать твоего присутствия,</v>
      <v>Чтобы в твоем лоне каждая нашла свой свет</v>
      <v>И навсегда подчинилась твоей власти».</v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Воспоминания.</p>
    <p>Ее муж в гневе. «Усыновить ребенка? Ты хочешь усыновить ребенка?»</p>
    <p>Она кивнула.</p>
    <p>В ответ он расхохотался. И пулей вылетел из комнаты.</p>
    <p>Супруга бросилась за ним. «Я знаю, что ты сделал, чудовище, ничтожество! Все знают, что ты сделал! Думаешь, я еще не поняла, кто ты?»</p>
    <p>Император резко остановился и пожал плечами. Он мог бы приказать ее убить.</p>
    <p>«Думаешь, кого-то волнует твое мнение?»</p>
    <p>Его единственные слова.</p>
    <p>Она вернулась в свои покои, натыкаясь на стены.</p>
    <cite>
     <p>«О Дух Единственного.</p>
     <p>Даруй каждой из нас</p>
     <p>Мир, который жил в твоей душе тогда, когда умерло твое тело,</p>
     <p>И прости нам наши ошибки».</p>
    </cite>
    <p>К ее величайшему изумлению, муж согласился.</p>
    <p>Но вскоре она поняла, почему. Во-первых, он уже давно утратил свою мужскую силу и способность к зачатию. А ведь ему нужен был сын. Это была единственная возможность переломить ход вещей в свою пользу. Примитивный тактический ход. Очень скоро Император стал повсюду таскать его с собой. Она вспоминала, как однажды на заседании сената он потрясал им как мечом. Его черные волосы, смуглая кожа. Все знали, что Император усыновил принца. И пусть теперь умолкнут злые языки, упрекавшие его в бессердечии! Да и все полукровки Дат-Лахана будут теперь на стороне Полония.</p>
    <p>Он оставил ребенка себе.</p>
    <p>Ребенок стал его пленником, его заложником.</p>
    <p>Он сам выбрал ему имя — Орион, сам нашел ему крестного отца.</p>
    <p>Когда тому было всего несколько месяцев, Император уже разгуливал рядом с ним. Он отобрал у нее сына.</p>
    <p>(А разве можно забыть эти тайные приказы, которые ей удалось перехватить, — убить настоящую мать будущего наследника: к счастью, им не удалось ее отыскать).</p>
    <p>Однажды она осознала, что не видела своего сына уже больше двух недель, что уже не знает, любит ли его из-за него самого или из-за воплощенного в нем возмездия. Да и любила ли она его? К своему супругу она испытывала безграничное отвращение. Что-то снедало ее изнутри. Ведь что она сделала? Она подарила Императору наследника, которого иначе у того не могло бы быть. Если бы она сказала Ориону, кто его настоящий отец, и если бы об этом узнал Полоний, он немедленно приказал бы его убить. И она замолчала. Так или иначе, человек, которого, как ей казалось, она любила, погиб в Кастельском ущелье. И теперь у нее не осталось ничего, кроме этого мальчика, который взрослел и смотрел на нее с любовью.</p>
    <p>Однажды она поняла, что еще немного, и она сойдет с ума.</p>
    <p>Тогда она попыталась умертвить Императора, молясь, чтобы он ее убил. Он нанес ей несколько ударов в грудь. Она была при смерти, но не умерла. Как только к ней вернулись силы, она довершила то, что начал он, исполосовав себе грудь ножом. Потом она вышла из императорского дворца, побежала в ночь и рухнула на ступенях монастыря в надежде, что кто-нибудь найдет ее и вырвет из этого порочного круга. Когда двери наконец распахнулись, она уже потеряла много крови.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>С глазами, полными слез, сестра Наджа отворила дверь своей кельи. И поднесла руку ко рту.</p>
    <p>Перед ней стоял ее сын. Он подошел, хотел обнять ее. Она осторожно отстранилась, прислонилась к двери и спросила:</p>
    <p>— Что ты здесь делаешь?</p>
    <p>— Алкиад умер.</p>
    <p>В лице сестры Наджи не дрогнул ни один мускул. Старый советник был одним из тех, кто ее предал. Она много лет молилась за него, но не забыла предательства. Не забыла о том, как он хотел выдать ее гвардейцам Императора, когда она дала ему денег с тем, чтобы он разыскал ишвена. Но он был и тем, кто вернул ей сына. И теперь злоба уходила из ее сердца, как армия из города.</p>
    <p>— Ты не имеешь права находиться здесь. Если тебя обнаружат…</p>
    <p>— Он погиб на дуэли.</p>
    <p>— Он был слишком стар для этого.</p>
    <p>— Он это знал, матушка.</p>
    <p>Сестра Наджа сняла капюшон. От взгляда юного принца ей становилось не по себе.</p>
    <p>— Не называй меня так.</p>
    <p>— Почему? Ведь ты моя мать.</p>
    <p>— Не зови меня так. Прошу тебя.</p>
    <p>Орион вздохнул и потер плечо.</p>
    <p>— Я… я долго колебался перед тем, как прийти сюда. Я знаю, что ты не рада этому. Но… Алкиад умер у меня на руках, матушка. И то, что он сказал мне перед смертью, сильно смутило меня.</p>
    <p>Монахиня подошла к маленькому окошечку и стала глядеть вдаль.</p>
    <p>— Что он тебе сказал?</p>
    <p>Принц приблизился и положил руки ей на бедра. Сестра Наджа вздрогнула, но не обернулась.</p>
    <p>— Он велел мне бежать из Дат-Лахана.</p>
    <p>— Не стану с этим спорить.</p>
    <p>— Он сказал, что мы все чудовища, — продолжал Орион. Потом, видя, что его мать не отвечает, добавил:</p>
    <p>— Он сказал, что убил человека и что этот человек, возможно, был моим отцом.</p>
    <p>Наджа по одной убрала руки принца со своих бедер.</p>
    <p>— Уходи, — еле слышно сказала она. — Умоляю тебя.</p>
    <p>— Матушка!</p>
    <p>— Заклинаю тебя, Орион. Оставь меня. Мне нужно побыть одной.</p>
    <p>В течение нескольких мгновений юноша глядел на ее худую фигуру в сером одеянии. Она была единственным существом, которому он доверял. Он знал, что она любит его. Он это чувствовал. Но он также чувствовал и то, что мать ему ничего не скажет. «Она знает, кто мой отец», — подумал он.</p>
    <p>Принц резко развернулся и вышел из кельи. Сестра Наджа долго стояла неподвижно и слушала, как замирает эхо его шагов. Когда все вновь погрузилось в безмолвие, она соскользнула по стене и рухнула на колени.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Через десять дней войска Лайшама вошли в Дат-Лахан.</p>
    <p>Их кони поднимали в лучах рассвета облака пыли.</p>
    <p>Варвары.</p>
    <p>Новость мгновенно распространилась по всей столице, и зазвонили колокола монастыря. Варвары — тридцать тысяч человек, одетых в кожу и сталь, с таинственным вождем во главе, лица которого никто никогда не видел. Тридцать тысяч человек из пяти племен. Гордые гуоны со своими презрительными лучниками. Невозмутимые найаны — главным образом пехотинцы. Акшаны с осадными машинами, чистокровными скакунами и кривыми саблями. Мускулистые ишвены с обнаженными торсами и развевающимися по ветру волосами. Семеты с раскосыми глазами и свисающими с пояса сверкающими клинками.</p>
    <p>А вперед всех — Лайшам — как говорили, самый великий военачальник за всю историю Империи.</p>
    <p>Лайшам, за которого любой из его воинов не задумываясь отдал бы жизнь.</p>
    <p>Одинокая фигура на фоне толпы.</p>
    <p>Он был спасителем, последним защитником от сентайских захватчиков. Единственным, которого они еще не победили.</p>
    <p>Сгрудившись на внешней городской стене, азенаты смотрели, как приближается тот, кто пришел, чтобы их спасти. Там был и Император в окружении своих генералов и толпы сенаторов. Рядом с ним стоял Раджак Хассн, сжав зубы и держа руку на своей палице. Все затаили дыхание.</p>
    <p>Лайшам остановился у Больших Южных ворот. Его генералы держались на почтительном расстоянии. Полоний наклонился к генералу Леониду и указал подбородком на небольшую группу воинов:</p>
    <p>— Это тот самый гуонский вождь, о котором мы говорили?</p>
    <p>— Да, ваше величество.</p>
    <p>Император тяжело вздохнул. Раджак Хассн опустил забрало на шлеме. Несколько дней назад он убил человека, и преступление это осталось безнаказанным. Отныне никто не смел ему перечить. Ненависть смешалась в его крови с мертвым семенем, превратившим его в чудовище.</p>
    <p>Лайшам.</p>
    <p>Он узнал его в тот же миг. И теперь ничто больше не имело значения.</p>
    <p>Император махнул рукой герольдам, и они затрубили в трубы. В сопровождении своей свиты его величество взошел на каменный балкон, нависавший над воротами. Прекратившийся утром дождь опять висел в воздухе.</p>
    <p>— Смотрите!</p>
    <p>Оставшись один перед Большими воротами, Лайшам медленно вынул из ножен меч. Глаза азенатов округлились от ужаса.</p>
    <p>— Это Возмездие! — громовым голосом крикнул вождь варваров. — Я нашел его в Эриксе. Он был воткнут в тело вашего губернатора. Если не хотите, чтобы вас постигла та же участь, советую впустить нас.</p>
    <p>Император повернулся к своим генералам.</p>
    <p>— Он был там?</p>
    <p>— Какое нам дело? — процедил Араке. — Сделайте, что говорит варвар, и посмотрим, чего он хочет.</p>
    <p>— Только его войска пусть останутся снаружи, — посоветовал Леонид.</p>
    <p>— Отец!</p>
    <p>Полоний обернулся. К нему бежал принц Орион.</p>
    <p>— Я опоздал?</p>
    <p>Император пальцем указал на одинокого всадника:</p>
    <p>— Вот наш… гм… так сказать, спаситель. Сейчас мы его впустим вместе с войсками.</p>
    <p>— Простите, ваше величество? — поперхнулся Араке.</p>
    <p>— Вы хорошо меня слышали, генерал. Мы с вами, да и все остальные прекрасно знаем, что так или иначе нам придется их впустить. Так к чему терять время?</p>
    <p>— Но ведь, — начал один из сенаторов, — реакция нашего народа…</p>
    <p>— Извините меня, — перебил его Адамант. — Генерал согласен с его величеством. Он советует открыть все ворота.</p>
    <p>Сенатор хотел что-то ответить, но у него по спине побежали мурашки, когда к нему повернулся Раджак Хассн.</p>
    <p>— Ну что ж, — процедил он.</p>
    <p>Император снова вздохнул и приказал впустить варварские войска. Генерал Араке надулся и скрестил руки, но Полоний не обратил на него внимания. Он хотел показать, что последнее слово в любой ситуации за ним. Даже если все видели, что это не так.</p>
    <p>— Ваше величество, — прошептал генерал Араке. — Если позволите…</p>
    <p>— Уйдите с глаз моих, — отрезал Император. — Приказы тут отдаю я. Или вы об этом забыли? Может быть, вы все об этом забыли? — спросил он, стараясь не глядеть на присутствующих.</p>
    <p>По его приказу стражники потянули за массивные цепи, и ворота Дат-Лахана распахнулись. Лайшам обернулся, и пять лейтенантов двинулись вперед. После них зашевелилось и все его войско — странное извивающееся существо, одетое в металл и присыпанное пылью.</p>
    <p>По другую сторону двойной крепостной стены варваров ждала огромная толпа, стоявшая по обеим сторонам дороги. Для сдерживания толпы сюда были отправлены гвардейцы, но люди и без того вели себя чрезвычайно тихо и спокойно.</p>
    <p>Спустившись со стены, его величество Полоний IV в сопровождении отряда солдат и нескольких генералов вышел навстречу варварскому вождю. Лайшам смотрел, как он приближается, не сходя с лошади. Воин вложил Возмездие назад в ножны и сейчас обеими руками сжимал поводья.</p>
    <p>— От имени моего города добро пожаловать, — объявил Император.</p>
    <p>Варвар не ответил, лишь продолжал пристально смотреть на него.</p>
    <p>— Нам нужно поговорить, — продолжал государь.</p>
    <p>Он развернулся и знаком приказал слугам принести портшез. Затем, вновь оборачиваясь к гостю, сказал:</p>
    <p>— Мы разместим ваши войска в нижней части города. Мы нарочно освободили склады, и я думаю…</p>
    <p>— Склады? — повторил Лайшам. — Мои люди нуждаются в отдыхе и здоровой пище.</p>
    <p>— Мы сделаем все, что в наших силах, — рискнул вставить генерал Леонид. — Не волнуйтесь.</p>
    <p>— Я никогда не волнуюсь, — ответил Лайшам, отпуская поводья.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Часом позже Лайшам был уже в Зале Славы, в самом сердце Апитолия. Император хотел, чтобы при их разговоре присутствовали генералы, но его гость был против.</p>
    <p>— Ведь моих же людей со мной нет, — заявил он. — Разве не вы хозяин Дат-Лахана?</p>
    <p>Полонию пришлось уступить. Когда-то раньше он был уверенным в себе человеком. Но за долгие годы пребывания у власти от его самодовольства не осталось и следа. Заговоры, козни, интриги. Былая самоуверенность с годами уступила место почти болезненной недоверчивости. А теперь даже остатки уверенности в себе грозили его покинуть. Сердце билось слишком сильно. В голосе этого человека было что-то такое, от чего ему становилось не по себе. Почему, например, он не желает снять шлем?</p>
    <p>И вот они остались наедине и встали на разных концах большого мраморного стола.</p>
    <p>Лайшам в кое-как сделанных доспехах и с мечом на плече нависал над столом как гора. Бесстрашный воин в полном вооружении. «А ведь ничто не мешает ему убить меня, — подумал Полоний, поправляя на голове венец, — а я даже не успею позвать на помощь…»</p>
    <p>— Я слышал о ваших подвигах, — слащаво начал Император.</p>
    <p>— В этом нет ничего удивительного, — ответил вождь варваров. — Я единственный человек в Империи, способный дать отпор сентаям.</p>
    <p>— Единственный человек…</p>
    <p>— Ваши войска были разбиты, — продолжал Лайшам. — Ваши гордые города пали один за другим. Петран. Эрикс. Эзарет.</p>
    <p>— Я знаю. Не надо мне это повторять.</p>
    <p>— Я только перечисляю факты, — ответил Лайшам. — Я здесь, потому что моя армия — единственный шанс Дат-Лахана и всей Империи. Ваши генералы знают это, и вы тоже.</p>
    <p>— Чего вы хотите? — спросил Император. — Золота?</p>
    <p>— Я еще не закончил, — отрезал Лайшам таким тоном, что Император невольно попятился. — Вы, азенаты… Вы настолько уверены в своем могуществе, что забываете о главном. Ведь это вы привели сентаев на наши земли.</p>
    <p>— Что вы имеете в виду?</p>
    <p>Лайшам положил руку на спинку кресла.</p>
    <p>— Вы знаете правду не хуже меня. В глубине души вы все это знаете.</p>
    <p>Император пожал плечами и повернулся к гостю спиной.</p>
    <p>— Эти древние легенды…</p>
    <p>Он не договорил. В полушаге от него о стену с грохотом ударилось и раскололось кресло. Лайшам подошел к нему с пустыми руками.</p>
    <p>— Что вы делаете? — спросил монарх, съежившись.</p>
    <p>Прежде чем он успел сказать что-то еще, тот схватил его за плечи и, без малейшего усилия подняв над землей, прижал к стене.</p>
    <p>— Молчи, — сказал вождь варваров из-за забрала. — Кто разрешил тебе перечить мне? Ты ничто. От твоих городов остались одни развалины. Твои воины за стенами города умирают от страха, а к столице вплотную подошел враг. Если я не помогу тебе, сентаи разрушат твой мир.</p>
    <p>— По какому праву…</p>
    <p>Вместо ответа варвар лишь сильнее впился пальцами ему в плечи.</p>
    <p>— Ты ведь знаешь, кто я, верно?</p>
    <p>Император еле заметно помотал головой.</p>
    <p>— Что… Что вам нужно?</p>
    <p>Лайшам горько рассмеялся и ослабил хватку.</p>
    <p>Полоний соскользнул по стене на пол и закричал.</p>
    <p>— Стража!</p>
    <p>Двери распахнулись, и в комнату вбежали четыре вооруженных человека.</p>
    <p>Лайшам обнажил Возмездие и спокойно направился им навстречу.</p>
    <p>— Постойте! — крикнул Император.</p>
    <p>В этот момент в зал вбежали генерал Леонид и принц Орион.</p>
    <p>— Что тут происходит? — спросил старый воин.</p>
    <p>— Спросите у вашего государя, — ответил Лайшам, по-прежнему держа меч в вытянутой руке. — Только попробуйте пошевелиться, и я отправлю вас на свидание к предкам.</p>
    <p>— Ничего, — сказал Полоний стражникам. — Ничего страшного.</p>
    <p>Солдаты осторожно опустили мечи. Варвар также убрал оружие в ножны.</p>
    <p>— Вы остались таким же трусом, — сказал он, обращаясь к Императору.</p>
    <p>— Какое… какое право вы имеете… — вспылил юный принц.</p>
    <p>Лайшам оглядел его с головы до ног. Орион поднес руку к мечу.</p>
    <p>— Ты умрешь еще до того, как успеешь пошевелиться, — бросил варвар.</p>
    <p>Принц хотел что-то ответить, но Император знаком приказал ему молчать.</p>
    <p>— Довольно! Мы… Мы можем спокойно договориться.</p>
    <p>— Разумеется, — ответил Лайшам, возвращаясь к столу.</p>
    <p>Проходя мимо Императора, он поднял забрало на шлеме.</p>
    <p>Полоний IV побледнел и еле подавил крик изумления.</p>
    <p>— Мне нужны десять тысяч женщин для моих воинов, — четко выговорил вождь варваров. — Десять тысяч девственниц на выданье. Ни одной меньше. Если до полуночи их у меня не будет, если они не будут стоять на Большой Эспланаде, мы уйдем. И пусть с вами случится то, что случится.</p>
    <p>С этими словами он спокойно направился к выходу.</p>
    <p>— Уйдете? — спросил Леонид. — Но куда?</p>
    <p>— Сентай не пойдут за нами на край света, — ответил варвар, удаляясь. — Это ведь не мы их породили.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Лайшам ехал по городу.</p>
    <p>В сопровождении своего верного слуги и вождя найанов он двигался к площади Бойни. Шел проливной дождь, и настроение у троих воинов было самое мрачное. Их лошади пригибали головы, пытаясь спастись от дождя.</p>
    <p>— Сколько у нас времени? — спросил Окоон, поднимая глаза к небу.</p>
    <p>— Два дня, — ответил Лайшам. — Может быть, три.</p>
    <p>— Да хранит нас Великий Дух.</p>
    <p>— Мы победим, — ответил слуга из-под шерстяного капюшона.</p>
    <p>— Я рад, что ты так в нас веришь, Салим.</p>
    <p>Город вокруг них спал, будто впав в оцепенение. Укрывшись в своих уютных домах, жители Дат-Лахана ждали. Мужчины тупо смотрели перед собой. Многие из их братьев, сыновей, кузенов уже отправились на войну. Большинство из них не вернулось. И теперь, когда настал их черед, всех охватил страх — страх глубинный, из тех, с которыми невозможно бороться. Ну а женщины глядели на улицу. Им тоже было не по себе.</p>
    <p>Сегодня утром варвары вошли в Дат-Лахан. Хорошо это или плохо? Трудно сказать. Кое-кто говорил, что в них единственный шанс Империи. Но разве это не бандиты и грабители, не бессовестные разбойники? Будущее покажет.</p>
    <p>На площади Бойни Лайшам спешился и несколько мгновений не шевелился.</p>
    <p>Два его товарища хранили полнейшее молчание.</p>
    <p>Вождь варваров двинулся вперед прямо под дождем и остановился посреди площади.</p>
    <p>Как все изменилось.</p>
    <p>Он наклонился, потрогал кончиками пальцев землю, распрямился, посмотрел на своих друзей.</p>
    <p>Резким движением воин обнажил Возмездие и сделал несколько выпадов. Он был похож на сражающегося с самим собой призрака. Лайшам сделал еще несколько выпадов, увернулся от воображаемого удара и отскочил в сторону. Затем он взобрался в седло, по-прежнему сжимая меч в руке.</p>
    <p>Окоон, который пытался следить за ним взглядом, видел только движущееся пятно. Вот уже десять лет он следовал за Лайшамом — львом пустыни. Десять лет скакал рядом с ним. Одним из первых вступил в его армию, и таинственный всадник, казалось, был к нему особенно привязан.</p>
    <p>— Ты мне кое-кого напоминаешь, — часто повторял он.</p>
    <p>Найан ничего не отвечал.</p>
    <p>Однажды во время одного из боев с сентаями Лайшам спас ему жизнь. Окоон потерял глаз, но поклялся следовать, как тень, за вождем варваров, что бы ни случилось. Какая-то неведомая сила заставила его сделать это. Он почувствовал ее в первую же секунду: как будто это решение принимал не он, а спрятавшийся в нем совсем другой человек. Человек со своими воспоминаниями, страхами и надеждами. Человек, который очень хорошо знал Лайшама. Некоторые говорили, что найан сошел с ума. Но ни его, ни вождя варваров это нисколько не заботило. Между ними образовалась нерушимая связь.</p>
    <p>Трое мужчин снова пустились в путь.</p>
    <p>Вскоре они остановились перед богатой виллой в верхней части города.</p>
    <p>Окоон и Лайшам спешились.</p>
    <p>Хозяин виллы, молодой сенатор по имени Алавр, открыл им дверь и остолбенел. Воин в шлеме с опущенным забралом и мечом в руке. Кочевник с перевязанным глазом и лицом разбойника. Пузатый акшан с полуседой бородой. Он хотел тотчас же захлопнуть дверь, но один из воинов придержал ее ногой.</p>
    <p>— Я ищу некоего Андрония, — заявил Лайшам.</p>
    <p>— Я уже был здесь, — пробормотал Окоон.</p>
    <p>— Святое Сердце, но кто вы такие? — ответил молодой человек.</p>
    <p>— Ты его сын?</p>
    <p>Кивок.</p>
    <p>— Я могу его видеть? Мы с ним старые друзья.</p>
    <p>— Друзья? Не такие уж, видно, близкие. Мой отец умер более десяти лет назад.</p>
    <p>Лайшам секунду помолчал.</p>
    <p>— Умер?</p>
    <p>— Он был уже немолод, — объяснил юноша. — Вы говорите, вы его знали? Но как ваше имя? Если бы вы соблаговолили снять шлем…</p>
    <p>— Ваш отец спас мне жизнь, — просто сказал Лайшам.</p>
    <p>Больше он ничего не прибавил. Он повернулся спиной к недоумевающему юноше и вместе с двумя спутниками удалился.</p>
    <p>Найан схватил его за руку.</p>
    <p>— Он явно тебя помнит, — сказал он. — Но в тот вечер…</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Я уже был здесь, — объяснил найан. — Давно.</p>
    <p>Вождь варваров ничего не ответил.</p>
    <p>Окоона часто посещали подобные видения. Найан был одержим духами. Иногда его устами говорил кто-то из мертвых. В этом не было ничего печального или пугающего. Совсем наоборот. Но сейчас делать им здесь было больше нечего.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В тот момент, когда они садились в седло, на возвышавшуюся над городом террасу Апитолия вышел Амон Темный, вождь гуонов. Император и генерал Леонид ждали его в густых зарослях. Полоний самолично приказал засадить это место редкими растениями в ту эпоху, когда казна Дат-Лахана еще не оскудела от долгой войны. Взору открывался восхитительный вид: с террасы был виден Золотой Мост и изрешеченные дождевыми каплями воды озера Меланхолии. Гигантский орел — герб Империи — защищал посетителей своими распростертыми крыльями.</p>
    <p>Принц Орион, которого не пригласили на тайную встречу, спрятался за стеной кипарисов. Он был в крайнем возбуждении. Несколько дней назад Раджак Хассн и его сообщники, среди которых были и сенаторы, устроили заговор с целью захватить власть. Ему несколько раз удавалось подслушать их разговоры, перехватить смущенные взгляды. Император ничего не замечал или не хотел замечать. Но он, юный Орион, который был бельмом на глазу у заговорщиков, чувствовал, что жизнь их обоих в великой опасности. Человек, который называл себя его отцом, отказывался его слушать. А ведь время не ждет. Армия варваров вошла в город. Изменится ли от этого что-нибудь? Принц надеялся застать врасплох Раджака и Адаманта. Но вместо них пришел Полоний. Полоний и Леонид. Бок о бок, государь в длинном белом платье, перехваченном поясом с серебряной пряжкой, с двумя золотыми браслетами на запястьях и генерал в военной форме, кольчуге с гербом.</p>
    <p>Амон Темный выступил вперед. У него на поясе висел боевой топор, а темные волосы были собраны на затылке в кичку. Его глаза блестели почти черной синевой. На нем была туника и кожаная куртка.</p>
    <p>— Вы все-таки пришли, — сказал Леонид, кланяясь. — Это хорошо.</p>
    <p>— Что вам нужно?</p>
    <p>— Что нам нужно? — улыбнулся генерал. — Бросьте, вы и сами прекрасно знаете. Нам нужна ваша помощь.</p>
    <p>— Кажется, мы для этого и встретились.</p>
    <p>Старик вздохнул и вместо ответа сделал слабый жест рукой.</p>
    <p>— Ваш военачальник, этот…</p>
    <p>— Лайшам.</p>
    <p>— Да, — продолжал Леонид, — он предложил нашему государю бесчестную сделку.</p>
    <p>— Десять тысяч девственниц на выданье.</p>
    <p>— Он сказал вам. Амон. Поймите, что мы не можем выполнить это условие.</p>
    <p>— Чего вы хотите от меня?</p>
    <p>Леонид на мгновенье прикрыл глаза и стал глядеть вдаль.</p>
    <p>— Видите ли, — начал он, — ваша дочь находится в одной из наших тюрем.</p>
    <p>В глазах гуона блеснул огонь. Император увидел это. Он сделал несколько шагов в сторону и, не сводя глаз с Амона, захватил пальцами стебелек папоротника.</p>
    <p>— Мы обращаемся с ней точно так же, как и с другими узницами, — покашливая, сказал он. — Вам понравится, если мы отдадим ее проходящей армии? Нет. Поэтому мы взываем к вашему здравому смыслу.</p>
    <p>— Мы ведь говорили вам об этом несколько недель назад, — продолжал Леонид. — Помните, к вам приходил гонец? Убедите вашего начальника отказаться от этой сделки, и мы вернем вам вашу дочь.</p>
    <p>Амон Темный хотел улыбнуться, но не находил в себе сил. Он всегда ненавидел азенатов всеми фибрами души, и стал ненавидеть еще больше, когда узнал, кто они такие на самом деле. Азенаты пришли, чтобы похитить сокровища Архана. В них жило зло, Великий Дух отверг их.</p>
    <p>— А если я откажусь?</p>
    <p>Генерал Леонид поднял бровь.</p>
    <p>— Боюсь, вы не вполне поняли, — сказал он. — У нас ваша дочь. Мы вольны сделать с ней все, что пожелаем.</p>
    <p>— Разумеется, — подхватил Император, — ни вы, ни мы не желаем ей зла. Но мы вынуждены смотреть правде в глаза и…</p>
    <p>Он не договорил.</p>
    <p>Положив руку на рукоять топора, гуонский вождь уходил прочь.</p>
    <p>Император повернулся к своему генералу:</p>
    <p>— Что он делает?</p>
    <p>— Не знаю, ваше величество. Он уходит.</p>
    <p>— Задержите его.</p>
    <p>Леонид кивнул и бросился вдогонку за варваром. Тот шел решительным шагом. В его сердце поселилось чувство, которого ни Императору, ни его генералам было не понять, — абсолютная и безусловная преданность.</p>
    <p>— Подождите! — крикнул семенивший сзади генерал.</p>
    <p>Амон темный закрыл глаза. Он подождал, пока азенат поравняется с ним, и обернулся. Мощным ударом кулака он повалил его на землю. Леонид со стоном схватился за челюсть и попытался отползти в сторону на четвереньках. Вождь гуонов выхватил топор, сел на своего противника верхом и, прежде чем кто-либо успел понять, что происходит, вытянул вперед руку и прижал его к земле.</p>
    <p>— Где моя дочь? — спросил он. — В какой тюрьме?</p>
    <p>— Вы… Вы совершаете большую ошибку, — прохрипел азенат.</p>
    <p>Вместо ответа гуон нанес ему удар топором. Кровь брызнула фонтаном, генерал закричал. Его рука лежала рядом с ним на земле, но он не мог в это поверить. В этот момент подоспели стражники, которые все это видели. Но они не решались вмешаться, поскольку у них не было метательного оружия. А старик Леонид все кричал и кричал.</p>
    <p>Амон Темный схватил его за другую руку.</p>
    <p>— В какой тюрьме? — повторил он.</p>
    <p>— В… В темнице Золотого Моста, — простонал генерал.</p>
    <p>Вождь гуонов распрямился и поднял азената в воздух. Размахивая перед оцепеневшими стражниками окровавленной культей, старик плакал как ребенок. Кое-кто из стражников обнажил мечи. Остолбеневший Император смотрел на все это, не понимая. К нему во весь дух несся принц Орион.</p>
    <p>— Нужно… — начал он.</p>
    <p>Но закончить фразу он не успел. Пока не подоспела подмога, Амон Темный поднял генерала с земли и метнул его в стражников. Двое из них упали навзничь. Третьего гуон обезглавил ударом топора. Оставалось трое, не считая корчащегося на земле Леонида.</p>
    <p>— Будь ты проклят, — прохрипел он между двумя всхлипами. — Будь ты проклят!</p>
    <p>Гуон ударил его ногой в лицо. Раздался ужасающий хруст.</p>
    <p>— Отец! — в ужасе вскричал юный принц.</p>
    <p>— Убейте этого пса, — приказал Полоний бесцветным голосом.</p>
    <p>Амон Темный пригнулся, и его топор, со свистом рассекая воздух, чуть не убил первого солдата. Два других бросились на него. Гуон уклонился от первого удара, схватил нападавшего за руку и с размаху кинул его в стену. Потом отбил удар меча и отрубил руку другому противнику. Третий погиб, не успев нанести ни одного удара: ему в грудь вонзился кинжал, и, размахивая руками, он упал навзничь.</p>
    <p>— Стра-а-ажа! — завопил Император.</p>
    <p>Ни теряя ни секунды, Амон бросился к Залу Побед.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>А в это время Раджак Хассн выходил на арену под одобрительные крики сенаторов. Рядом с ним шествовал Адамант, и у генерала было ощущение, будто он вернулся на сорок лет назад, во времена начала своей карьеры гладиатора.</p>
    <p>Но на этот раз он вышел на арену не для того, чтобы сражаться. Он пришел сюда, чтобы поставить город на колени. И убить Лайшама.</p>
    <p>С тех пор как Полоний назначил его генералом, Хассн лишь изредка удостаивал слуг народа своим присутствием. А теперь они собрались на каменных ступеньках цирка, как жаждущие крови дикие звери. Потому что устали от Императора. Устали от его слабости, его колебаний, от его трусости и его поражений.</p>
    <p>— Да здравствует генерал Хассн!</p>
    <p>Адамант простер руки над толпой.</p>
    <p>«Им нужна, — подумал он, глядя на своих товарищей, стоя перед каменной трибуной с лепными орлами, — им нужна сильная личность, тот, кто напомнит им о былой мощи. Кто — то, кто станет воплощением чести и кем они без труда смогут управлять».</p>
    <p>Вскоре наступила тишина.</p>
    <p>Генерал Хассн скрестил руки и смотрел на присутствующих с презрением. Вид у него был поистине ужасающий. «Прекрасно, — подумал сенатор. — Они боятся его, и меня тоже. Никто не посмеет помешать нам».</p>
    <p>— Я обращаюсь к вашему благородному собранию, — начал Адамант. — Как вы знаете, армия варваров сегодня утром вошла в Дат-Лахан. Эти вспомогательные войска могут быть нам полезны в борьбе против сентаев. Мы должны это признать. Но мы ни в коем случае не должны позволять дикарям диктовать нам свои условия.</p>
    <p>Возмущенные возгласы, яростные крики. Несколько сенаторов топнули ногой. Раздалось несколько «Долой Императора!»</p>
    <p>— Однако, — продолжал Адамант, — однако мы узнали из надежного источника, что войска Лайшама, как они его называют, собираются обосноваться на наших складах и жить в стенах нашего города с благословения Императора!</p>
    <p>Новые крики. Кто-то вскочил, кто-то погрозил товарищу кулаком.</p>
    <p>— Это еще не все, — продолжал сенатор. — Варвары предложили нашему государю совершенно неслыханные условия: они требуют десять тысяч юных девственниц — не больше, не меньше! Более того: его величество, трусость которого лишь теперь открылась нам во всей своей полноте, готов согласиться на эту возмутительную сделку. И теперь я обращаюсь к вам, я спрашиваю вас, благородные сенаторы. Купим ли мы помощь этой банды гнусных разбойников ценой чести наших дочерей? Отдадим ли мы нашу кровь, чистых и невинных детей в жирные руки этих грязных дикарей? И наконец, позволим ли мы править нами выжившему из ума дряхлому старикашке? Я такой же чистокровный азенат, как и все вы. И мне не нужно времени на размышление. Мой ответ — нет, нет, тысячу раз нет!</p>
    <p>Сенат содрогнулся от ярости. Адамант сделал несколько шагов назад, чтобы полюбоваться произведенным эффектом. На большинстве лиц было написано бешенство. Но партия еще не была выиграна. Сенатор знал, какая лень и трусость охватывала сенаторов тогда, когда нужно было принимать важные решения. Кто-то поднял руки. Кто-то стал задавать вопросы. Председатель собрания поднялся на деревянный помост в центре арены. Ему пришлось требовать тишины несколько раз, прежде чем все наконец умолкли. Какой-то пожилой сенатор воспользовался моментом, чтобы взять слово.</p>
    <p>— Но разве мы не можем совсем обойтись без варваров?</p>
    <p>Адамант кашлянул.</p>
    <p>— Как я уже сказал, они могут быть нам полезны. Но не нужно забывать, что хозяева положения — мы. Об этом ни в коем случае нельзя забывать. Мы принесли им цивилизацию. Мы защитили их деревни от сентайских захватчиков. А теперь они навязывают нам эту гнусную сделку? И зачем? Они должны быть нам благодарны за то, что мы их впустили. Ибо, если бы мы не распахнули ворота, сентаи бы их перебили.</p>
    <p>— Когда Император должен дать ответ? — спросил кто-то.</p>
    <p>— Сегодня вечером. До полуночи.</p>
    <p>По рядам сенаторов пробежал шепот неодобрения.</p>
    <p>Десять тысяч девственниц, отданных на растерзание варварам. Подобной жестокости нет оправдания. Но большинство присутствующих знали, как лжив этот вещавший с трибуны человек с выщипанными бровями и напудренным лицом, как он жаждал власти. И выражая свое негодование поведением варваров и свою преданность Империи, на самом деле они чувствовали, что попали в ловушку. Как все быстро произошло!</p>
    <p>— Что вы предлагаете? — спросил кто-то на верхних трибунах.</p>
    <p>Адамант повернулся к Раджаку.</p>
    <p>Генерал глядел прямо перед собой. На его обезображенном лице не отражалось никаких эмоций.</p>
    <p>— Наш лучший генерал — Раджак Хассн, — начал Адамант. — Это очень храбрый человек. Человек простой и прямой, который сможет привести нас к победе. Я предлагаю провозгласить его Императором.</p>
    <p>В тот же миг воздух огласился возмущенными криками.</p>
    <p>Хоть сенаторы и не слишком жаловали Полония, капля уважения к нему у них еще осталась. Он принадлежал к императорскому роду; власть его была законна. Что же до этого человека, которого им сейчас представили, он, безусловно, был выдающимся военачальником. Но, кроме его ратных дел, никто о нем ничего не знал. Трудно представить менее подходящего человека для управления целой Империей.</p>
    <p>— Короче говоря, — крикнул кто-то, перекрывая гул толпы, — вы предлагаете устроить государственный переворот.</p>
    <p>Адамант замахал руками, чтобы его услышали.</p>
    <p>— Нет, нет, но ведь время не ждет.</p>
    <p>— Давайте объявим Императором принца Ориона-! — воскликнул кто-то. — Он все-таки наследник.</p>
    <p>— Принц Орион еще ребенок, — ответил сенатор. — Мы не можем…</p>
    <p>— А вы-то сами, Адамант, — какая вам выгода от всего этого? Или вы думаете…</p>
    <p>— Он прав! Тысячу раз прав!</p>
    <p>— Вы сошли с ума?</p>
    <p>— Я немедленно требую, чтобы вы…</p>
    <p>— Тишина! — крикнул председатель собрания. — Я требую тишины!</p>
    <p>Но никто уже не слушал его. Предложение сенатора Адаманта вызвало в рядах сенаторов настоящее смятение. Люди делились на группки и, толкаясь, спускались по ступенькам. Кто-то уже дрался. Приверженцы Полония колотили сторонников Раджака. Некоторые скандировали имя принца. Председатель продолжал кричать, но услышать его было невозможно.</p>
    <p>Не обращая внимания на сумятицу, генерал Раджак Хассн в свою очередь подошел к трибуне и сжал в руке палицу, висевшую у него на поясе. Он начал раскручивать ее над головой. Те, кто увидел это, замолчали и перестали препираться с товарищами. Потом умолкли их соседи, и через мгновение над ареной повеяло холодом. Раджак Хассн спустился с помоста, подошел к одному из сенаторов и с силой пихнул того назад. Ошалевшего сенатора подхватили его друзья. Наступила мертвая тишина. Генерал обернулся к Адаманту и издал несколько сдавленных звуков. Тишина была полнейшей. Сенатор снова взял слово.</p>
    <p>— Раджак Хассн просит вас объединиться и не тратить силы на бессмысленные стычки. Генерал не говорит, что он лучшая кандидатура на императорский престол. Он говорит только, что время не ждет и что Полоний ведет город к гибели, поэтому мы должны разыскать его сегодня же вечером. Он говорит, что мы должны убедить его отречься от престола и провозгласить нового Императора. Мы — сенат, решение в наших руках.</p>
    <p>Раджак Хассн медленно вернул палицу к себе на пояс.</p>
    <p>— Сегодня же? Разыскать его? — повторил кто-то.</p>
    <p>— Но каким образом? Мы не можем свергнуть Единственного…</p>
    <p>— Да, но послушайте…</p>
    <p>— Бессмыслица.</p>
    <p>— Переговоры. Это не в наших традициях, — подхватил какой-то старец.</p>
    <p>— Отдавать наших дочерей кровожадным варварам, — ответил Адамант, — тоже не в наших традициях.</p>
    <p>Старик с досадой умолк.</p>
    <p>Раджак Хассн сделал знак своему помощнику и двинулся к выходу. Люди поворачивались, чтобы посмотреть, как он уходит. По лицам сенаторов Адамант понял, что его поддерживают не все. Кое-кто явно хотел бы следовать за ними, но их было слишком мало. Над собранием все еще тяготели традиции. «Очень скоро, — удовлетворенно подумал он, — все это разлетится на куски».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Призрак.</p>
    <p>«Что такое призрак?» — спрашивал себя Лайшам.</p>
    <p>Обыкновенное воспоминание, которое смешивается с настоящим и оттого кажется тебе реальным.</p>
    <p>Он видел ее силуэт, явственно видел, как его призрак пересекает площадь и смотрит на него. Руки у видения были отрублены. На щеках запеклась кровь.</p>
    <p>Пораженный в самое сердце, воин долго, не слезая с лошади, провожал его взглядом. Все слишком реалистично. Как больно возвращаться на двадцать пять лет назад! Прошедшая, далекая жизнь, которая была у раньше. Теперь он вспомнил, как ему недоставало, вспомнил о чудовищной пустоте, с тех пор оставшейся в сердце. Память — это чудовище, которое только и хочет съесть тебя живьем. Он увидел ее полные грусти большие глаза и больше ни о чем не думал.</p>
    <p>Салим, конечно, даже не обернулся. Но Окоон замедлил ход и встретился в Лайшамом взглядом. Некоторое время воины молча скакали рядом. Найан вытер лицо рукавом и стал смотреть перед собой.</p>
    <p>После этого они вернулись во дворец.</p>
    <p>Золоченые шпили дворцовых башен возвышались над крышами города. Дождь кончился, и на куполах обители Императора играли лучи робкого солнца, осыпавшие лужи топазами. Когда они оказались на улице Трех Копий, на которой отдельные торговцы уже вновь начинали осторожно раскладывать товары, к ним подъехала небольшая группа всадников. Среди них был Наэвен, вождь ишвенов, очень взволнованный на вид.</p>
    <p>— Мы повсюду вас искали, — сказал он, натягивая поводья.</p>
    <p>— Что случилось? — спросил Лайшам.</p>
    <p>— Амон, — ответил тот, поворачиваясь к дворцу.</p>
    <p>— И что? Говори!</p>
    <p>— Мы точно не знаем, что произошло. Думаю, он ранил одного из их генералов. Потом он скрылся. Император отправил своих людей в погоню за ним.</p>
    <p>Не теряя ни секунды, Лайшам направил коня к дворцу.</p>
    <p>Остальные последовали за ним.</p>
    <p>На Большой Эспланаде он спешился и взлетел вверх по лестнице. Путь ему преградила стража. Вождь варваров вздохнул.</p>
    <p>— Где Император? — спросил он, не поднимая забрала.</p>
    <p>Стражники переглянулись.</p>
    <p>Из Зала Побед вышел маленький сухонький человек, одетый в белую тогу, с кинжалом на поясе, который раздвинул солдат и схватил Лайшама за руку.</p>
    <p>— Ваш друг совершил ужасную ошибку, — сказал он просто.</p>
    <p>Это был сенатор Эпидон — согбенный, но все такой же подвижный.</p>
    <p>— Что произошло?</p>
    <p>— По мнению всех свидетелей, а они весьма многочисленны, ваш друг сошел с ума, — прошептал старик, оглядываясь. — И отрубил руки генералу Леониду.</p>
    <p>— Что он сделал?</p>
    <p>— Варвар, — коротко отозвался тот. — Мы отправили за ним несколько патрулей. О, его разыщут, не волнуйтесь. Но это сильно осложняет наши дальнейшие отношения.</p>
    <p>Лайшам вошел в зал. Друзья шли за воином по пятам.</p>
    <p>— Где Полоний?</p>
    <p>— Его величество удалился в свои апартаменты, — сообщил пожилой сенатор. — В данный момент он не желает никого видеть.</p>
    <p>— Я иду к нему, — сказал варвар, широкими шагами двигаясь вперед.</p>
    <p>Эпидон засеменил следом.</p>
    <p>— Боюсь, в настоящий момент это не самая лучшая идея, — стал объяснять он, помогая себе жестами. — Вы бы лучше побеспокоились насчет вашего лейтенанта. Ему придется ответить за свои поступки по всей строгости за…</p>
    <p>Лайшам резко развернулся и положил ему руку на плечо.</p>
    <p>— Моли своего бога, чтобы с ним ничего не случилось, — сказал он.</p>
    <p>Оставшись один, сенатор нервно рассмеялся.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Амону Темному вскоре предстояло умереть, он это знал.</p>
    <p>Гоун стоял, прислонившись к стене, а напротив него стояла дюжина вооруженных людей, и образованные ими тиски все сжимались и сжимались. Убегая, он думал лишь об одном: освободить дочь.</p>
    <p>Отец боготворил свое дитя.</p>
    <p>Кроме ребенка, у него ничего не осталось.</p>
    <p>Но мысль о том, что азенаты могут использовать ее, чтобы заставить его подчиниться их воле, была невыносима. Амона охватила непреодолимая ненависть к захватчикам. Все, что они говорили, было чудовищной ложью. И от их угроз он тоже устал.</p>
    <p>Несколько недель назад к нему пришел человек, сказал, что им надо поговорить. Как он нашел его? Загадка. Но азенат принес послание. «Твоя дочь в наших руках, варвар. Если не хочешь, чтобы с ней случилось несчастье, ты должен будешь нам повиноваться, когда мы тебя об этом попросим». Разрываясь между преданностью Лайшаму и безграничной любовью к дочери, гуон предпочел ничего не делать и никому ни о чем не говорить. Когда понадобится, поклялся себе Темный, он перейдет к решительным действиям. А потом сам вынесет себе приговор.</p>
    <p>И вот, похоже, час настал.</p>
    <p>Дюжина солдат, вооруженных мечами и копьями.</p>
    <p>Дюжина солдат, преследовавших его по всему городу, до самого Золотого Моста.</p>
    <p>В какой-то момент ему показалось, что он наконец оторвался от погони. Но азенаты все-таки нашли. И теперь они требовали, чтобы он бросил свое оружие, огромный боевой топор и сдался, и поэтому ему не оставалось ничего, кроме как всех их убить.</p>
    <p>Сжав рукоять своего меча, с растрепанными волосами и распахнутой на груди кожаной курткой, Амон не собирался сдаваться. Солдаты императорской гвардии медленно надвигались.</p>
    <p>Он распустил кичку еще на улицах Дат-Лахана. Дождь намочил ему лицо, Темный уже мысленно вверил свою душу богам и попросил прощения у своей дочери. Если ему не удастся освободить девочку, он должен будет умереть. Потому что иначе азенаты убьют ее.</p>
    <p>Вождь гуонов поднял топор.</p>
    <p>Где-то позади солдат он увидел юношу с матовой кожей на белом коне. Подумал сначала, что это ишвен. Но одет тот был настолько безупречно, что мог оказаться только обитателем богатых кварталов.</p>
    <p>Юноша смотрел на него.</p>
    <p>Это был принц Орион, но Амон этого не знал, и узнать об этом ему было уже не суждено.</p>
    <p>Он нанес первый удар.</p>
    <p>Клещи разомкнулись, и кто-то метнул в него копье, от которого тот сумел увернуться, отпрыгнув в сторону. Сильным ударом топора он разрубил копье пополам. После этого гуон схватил обломок копья и так сильно рванул на себя, что державший древко солдат не успел разжать пальцы. Вождь притянул его к себе и швырнул на другое копье, которое вонзилось тому в бедро. Крик боли.</p>
    <p>Амон обернулся и стал описывать топором круги в воздухе, чтобы отпугнуть своих противников. Он искал, нет ли вокруг какого-нибудь узкого прохода, в котором можно укрыться и убивать врагов по одному или по два. Но ничего подобного рядом не было. И этот юноша-полукровка в роскошной одежде, пытающийся успокоить брыкающегося коня, — почему он на него смотрит? Императорский герб — золотой орел на пурпурном фоне.</p>
    <p>Трое солдат бросились на него.</p>
    <p>Гуон встретил первого ударом ноги в живот, а второму отрубил руку, и тот молча упал на колени. Но отразить удар третьего он не успел. Клинок скользнул по его плечу, оставив глубокую рану.</p>
    <p>Амон сжал зубы и быстро повернулся кругом.</p>
    <p>Солдат оставалось десять, и гуон хорошо видел по тому, как они владеют оружием, что это далеко не новобранцы. Еще несколько атак, после чего подоспеет подкрепление, и конец. Они, конечно же, попытаются захватить Темного в плен. Подождут, пока он бросится на них, чтобы вырвать у него оружие. Но вождь не доставит им этого удовольствия. Пока он жив, он мешает Лайшаму.</p>
    <p>Один из солдат рубанул сплеча. Амон отвел удар с помощью своего топора, который направил в сторону двоих азенатов, находившихся слева. Первый из них увернулся от удара, второй же повалился на землю. Кто-то прыгнул ему на спину. Он пригнулся, сбросил противника и, прежде чем тот успел встать, проломил ему грудную клетку. Потом гуон применил прием, которого они еще не видели: опершись одной рукой о землю, он описал в воздухе круг, на лету ударяя одного из атакующих ногами. Лезвие топора вонзилось в череп другого гвардейца, который рухнул на землю с расколотым пополам шлемом.</p>
    <p>Пока гуон вынимал топор из головы поверженного врага, на него уже снова напали.</p>
    <p>Он мгновенно развернулся, но тут кто-то нанес ему удар в предплечье.</p>
    <p>В этот момент солдаты Империи поняли, что живым им вождя не взять.</p>
    <p>Амон Темный сплюнул. Он поднял тело человека с проломленным черепом и швырнул во врагов. Двое солдат упали на землю, но еще двое бросились на него с боков. Гуон уклонился от одного удара, но почувствовал, что ранен в бедро. В эту же минуту стало давать о себе знать и плечо. Его кожаная куртка была вся пропитана кровью — как собственной, так и вражеской.</p>
    <p>И вдруг гуон неожиданно понял, что может победить.</p>
    <p>Он почувствовал это несколько минут назад, отправив на тот свет еще двоих противников. Но жившая в нем сила, как зверь, убралась в свою клетку, когда звук трубы возвестил о прибытии подкрепления.</p>
    <p>Амон увидел, как юноша на белом коне разговаривает с вновь пришедшими. Это длилось несколько секунд. Потом новые солдаты спешились и побежали к нему. Они были вооружены арбалетами.</p>
    <p>— Нет! — закричал юноша, в свой черед спрыгивая с лошади. — Постойте!</p>
    <p>Их было десять, может быть, пятнадцать — какая разница?</p>
    <p>Прищурившись, он направо и налево раздавал удары топором, а боль, словно яд, распространялась по его членам. Амон увидел, как солдаты подоспевшего подкрепления встали на одно колено и зарядили арбалеты. Он вновь ринулся в бой. Конец был уже близок, он это чувствовал. Темный сражался так, как еще никогда в жизни. Он перемещался настолько быстро, что противники боялись стрелять из опасения попасть в кого-то из своих. Под его ударами пали еще трое солдат. Оставалось лишь двое.</p>
    <p>Гуон с улыбкой распрямился и слегка перевел дух.</p>
    <p>Противники расступились, чтобы дать арбалетчикам возможность стрелять.</p>
    <p>— Не стреляйте! — взмолился юноша, стоявший рядом.</p>
    <p>Кто же он? Он не похож на других.</p>
    <p>— Не стреляйте!</p>
    <p>Амон Темный двинулся на солдат, потрясая топором. И вдруг бросился бежать.</p>
    <p>В этот же миг его настигла дюжина стрел.</p>
    <p>Он упал на колени, раскинув руки, в одной из которых по-прежнему сжимал топор. Его тело было все утыкано стрелами. Боль заняла собой весь мир и была такой сильной, что казалась невероятной. Юноша-полукровка закричал, но этот крик никто не услышал.</p>
    <p>Амон Темный встал.</p>
    <p>Его последняя мысль была о дочери.</p>
    <p>Сколько лет сражался, чтобы избавить мир Архана от пожирающей его опухоли, и вот последнее, что он видит перед смертью, — ребенок с широко распахнутыми зелеными глазами, маленькими шажками ступающий по склону скалы.</p>
    <p>Потом еще десять стрел вонзились ему в грудь, в шею, а одна — прямо посреди лица. Нет, не было ни черной завесы, ни спутанных воспоминаний. Ни света.</p>
    <p>Просто небытие.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Раджак Хассн был рожден, чтобы сражаться.</p>
    <p>Генерал чувствовал это, когда, напрягши все мускулы, тяжелыми шагами шел вперед, держа руку на висящей на поясе увесистой палице. Он был рожден, чтобы сражаться, и интриги сенатора Адаманта ему уже порядком надоели. Бой — вот что ему было нужно. Зачем Адамант тратит столько времени на сенаторов? Он, Раджак Хассн, мог подойти к Императору и ударить его палицей в лицо. И водрузить себе на голову венец Полония: кто ему помешает?</p>
    <p>«Нужно смотреть в будущее», — все время шептал сенатор. Куда смотреть? Для Раджака Хассна будущего не существовало. Его же нельзя потрогать, и узнать нельзя — так к чему о нем беспокоиться?</p>
    <p>Раджак Хассн был рожден, чтобы убивать.</p>
    <p>Выйдя из сената, он направился к своему личному оружейнику, на границе богатых и бедных кварталов. После этого генерал без свиты проехал мимо заброшенных складов нижнего города, в которых поселились тысячи варварских воинов. Он встретился с туземцами взглядом и почувствовал, как они его ненавидят.</p>
    <p>Какой-то найан набросился на Раджака с оскорблениями. Тот спешился и подошел к нему. Вокруг собралась группка любопытных. Найан отступил назад и прыгнул на генерала.</p>
    <p>Хассн сумел увернуться; он вытянул руку и сомкнул пальцы на горле дикаря.</p>
    <p>«Ты разве не знаешь, кто я такой?»</p>
    <p>Задыхающийся найан помотал головой; варвары подошли ближе.</p>
    <p>Раджак разжал пальцы. Варвар упал на землю.</p>
    <p>«Я убью твоего хозяина. Так ему и передай».</p>
    <p>С этими словами он сел в седло.</p>
    <p>Кто это был? Когда всадник уехал, никто даже не пошевелился.</p>
    <p>Их было несколько сотен. Они легко могли его убить. Но вместо лица у Хассна было опустошенное поле брани, кошмар смерти. И от всего его существа веяло такой мощью и жестокостью, что никто даже не подумал оказать сопротивление.</p>
    <p>И он ушел так же, как и пришел.</p>
    <p>Генерал направился к своему оружейнику, чтобы забрать шлем, сделанный специально по его мерке: чудо из темного металла с тысячей маленьких дырочек, заканчивающееся чем-то вроде клюва. Он надел обновку и повернулся к кузнецу. «О Святое Сердце Единственного», — пробормотал тот. Раджак Хассн вышел, даже не улыбнувшись.</p>
    <p>«Я убью твоего хозяина».</p>
    <p>Он понял это в тот миг, как увидел Лайшама.</p>
    <p>Этот необъяснимый трепет, который охватывает человека, узнавшего своего заклятого врага.</p>
    <p>Сколько лет бывший наемник мечтал об этом миге.</p>
    <p>Десять лет жизни — вот что отнял у него этот человек. Десять лет тяжелого сна в ядовитых объятиях иддрама. Когда он очнулся в потайной комнате монастыря, ему сказали, что его враг мертв. Он тогда лишь со всего размаху ударил кулаком о стену, раздробив себе фаланги.</p>
    <p>Мертв?</p>
    <p>У него отобрали возможность отмщения. У него отобрали смысл жизни.</p>
    <p>Но кое-что осталось в нем неизменным, несмотря на уродства плоти. В глубине души Хассн не поверил в смерть ишвен: ведь с этим человеком его связывали тайные узы, что сильнее времени и расстояний.</p>
    <p>И наконец сегодня утром он вновь увидел Лайшама.</p>
    <p>И все вернулось. Его лицо.</p>
    <p>«Я сохранил тебе жизнь. Не забывай об этом».</p>
    <p>Да, теперь он вспомнил. «Да, ты сохранил мне жизнь. И теперь ты вернулся ко мне. Не знаю, что тебе нужно. Но я убью тебя».</p>
    <p>Раджак Хассн был рожден, чтобы властвовать.</p>
    <p>Когда Лайшам будет мертв, никто больше не посмеет встать у него на пути.</p>
    <p>Весь народ падет к его ногам.</p>
    <p>Трепеща от жестокой, дотоле неизведанной радости, Раджак Хассн почувствовал, как у него на лице расходится гнилая кожа. Он поднял забрало, почесал щеку, и в руке остался лоскуток омертвевшей ткани. Люди расступались на его пути. Генерала называли мертвым всадником. Дети начинали плакать, окна захлопывались. За ним всегда кто-то шел, кто-то показывал на Раджака пальцем. Иногда в него кидали камни. «Это генерал Хассн! Он вернулся из царства мертвых!» Но все это его нисколько не волновало.</p>
    <p>Раджак слышал, что говорили о вожде варваров — что его невозможно победить в поединке. Исключительный воин с несгибаемым мужеством. Для некоторых — призрак. Для других — герой. Генерал перевел взгляд на высокие башни дворца. Калидан тоже был героем. И где он теперь? Наверное, его останки гниют где-нибудь в развалинах Эрикса Мертвого. Ну а призраков Раджак Хассн нисколько не боялся.</p>
    <p>Он ведь и сам был одним из них.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Руки Императора дрожали. Все его тело дрожало. Может быть, от усталости. Или от страха.</p>
    <p>Леонида отнесли в монастырь, где в военные времена лечили высокородных раненых. Монахини положили его на носилки, прикрыли сверху простыней и унесли в подземелья, чтобы передать в руки целительниц. Все это время он не переставал кричать. Полоний со своей свитой вернулся домой. Несколько раз монах поднимал глаза к серой громаде древнего здания. Он еще ни разу не был там с тех пор, как взошел на трон. Там жила императрица. Но для него она умерла уже двадцать лет назад.</p>
    <p>И теперь его величество сидел в парадной столовой южного крыла, стены которой были увешаны гербами. Он обедал один. Перед ним стояли большие серебряные блюда, полные дымящейся еды, которую он отправлял в рот прямо руками, каждый раз странно прищелкивая языком. Еду Император запивал терпким темно-красным вином, разлитым по бутылкам еще во времена его детства.</p>
    <p>Стража взирала на него с тревогой. Все беспокоились за здоровье его величества. За последние несколько месяцев государь сильно ослаб. Он часто забывал слова и, как древний старик, покачивал головой. Иногда Полоний засыпал прямо посреди собрания, на глазах у своих генералов. А теперь он дрожал в тоге, покрытой буроватыми пятнами от соусов и напитков, и обедал, а вокруг все хотели его видеть — ведь который теперь час, наверное, уже к вечеру?</p>
    <p>— Ваше величество.</p>
    <p>Он сделал рукой жест, означавший «оставьте меня в покое».</p>
    <p>Он думал о смерти и видел бегущих по песку насекомых, чудовищ всех мастей со щелкающими челюстями. Вгрызался в мясо, и ему казалось, что это гниющие под солнцем трупы, а он — нечто вроде ястреба, и все вокруг дрожало, как бывает при очень сильном зное. Огромный дубовый стол засыпали вихри песка и заливали волны крови, исчезавшие как раз перед тем, как поглотить его, но он продолжал есть, кидая кости двум тощим гепардам, дремавшим у ног.</p>
    <p>— Ваше величество!</p>
    <p>Полоний IV подавил громкую отрыжку.</p>
    <p>В дверном проеме стоял слуга в ливрее, тунике с гербом и кожаной куртке. Император подумал, что мог бы приказать убить этого человека. Одно только слово, и его казнят. Никаких объяснений. Слово Императора — закон.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Вас хочет видеть вождь варваров, ваше величество.</p>
    <p>Государь пожал плечами, осушил рог с вином и вытер рот рукавом.</p>
    <p>— Почему вы не заставили его подождать?</p>
    <p>— Мы пытались, ваше величество.</p>
    <p>Император кивнул и, раздраженный и уже изрядно пьяный, держась за край стола, поднялся. По его знаку подошел стражник и дал ему поводок одного из гепардов. Когда государь потянул поводок на себя, зверь зарычал и оскалился. Но тут же покорился, и Полоний в сопровождении нескольких прислужников спешно покинул обеденный зал, что-то бормоча и вытирая рукавом лоб.</p>
    <p>Лайшам ждал его в холле, рядом с фонтаном, в котором три огромных пестрых рыбины извергали струи пенящейся воды. Рядом с ними ухмылялись роскошные атланты высотой в более чем десять шагов. Вышедшее из-за туч солнце проникало в узкие отверстия потолка и высвечивало на полу пыльные полоски. Там было еще трое варваров: вождь найанов, вождь ишвенов и толстый слуга-акшан. Его величество Император в сопровождении стражников засеменил к ним.</p>
    <p>— Мы же договорились на полночь, — сразу же выпалил он.</p>
    <p>— Обстоятельства изменились, — сухо ответил Лайшам. — Где Амон Темный?</p>
    <p>— Кто это?</p>
    <p>— Не валяйте дурака. Варвар подрался с одним из ваших генералов.</p>
    <p>— Подрался? Он его чуть не убил.</p>
    <p>— Где он? — повторил Наэвен.</p>
    <p>Делая вид, что испуган, его величество отступил назад, натягивая поводок своего гепарда.</p>
    <p>— Обстоятельства… гм… изменились.</p>
    <p>— Где Амон Темный? — повторил Лайшам.</p>
    <p>Император моргнул.</p>
    <p>— Мы не принимаем ваше предложение, — заявил он, поднимая руки к небу. — Мы категорически от него отказываемся, и ваш друг-гуон также отказывается от него.</p>
    <p>— Что это значит? — пробормотал вождь варваров, приближаясь.</p>
    <p>— Не подходите! — посоветовал ему государь, а гепард сопроводил его слова тихим рычанием. — Я отдал приказы. Дворец полон гвардейцев, тут их… э-э-э… целая… гм… армия. А вы всего лишь варвары, ничего больше. Вы думаете, что у вас есть право сильного. Но в наших руках дочка… ик… гуонского вождя. Вы не знали? А ведь мы сообщили ему об этом несколько недель назад. Небольшая… хи-хи… военная хитрость. Мы хорошо хранили эту тайну. Ну а теперь о преданности. Да, мучения, мучения, вот что значит быть отцом. Но мы попросили его быть благоразумным. Как говорится. Мы ведь все должны быть благоразумными, верно?</p>
    <p>Он по-прежнему пятился в сопровождении охраны, запинаясь, силясь удержаться на ногах, а вождь варваров с угрюмой решимостью надвигался на него, держа руку на рукояти меча.</p>
    <p>— В последний раз спрашиваю: где Амон Темный?</p>
    <p>— Лайшам!</p>
    <p>Это был Салим. Вождь варваров обернулся. К нему со всех сторон спешили гвардейцы, выходившие из-за колонн с арбалетами наготове.</p>
    <p>— Попытайтесь меня понять, — продолжал Император, который перестал пятиться, но по-прежнему дрожал, а его гепард тянул на себя поводок. — У вас нет выбора. Вы должны нам… гм… помочь. Вам так же нужна наша армия, как вам ваша, то есть наша, а может, и еще больше. Если вы до сих пор этого не поняли… м-м-м… как ваш друг, то мы вынуждены будем заставить вас это сделать. К сожалению. Я знаю, как это бывает. Если вы попытаетесь что-либо предпринять, мы убьем его дочь. У вас есть дочь, вы понимаете, каково это?</p>
    <p>Лайшам закрыл глаза. Он медленно сжал пальцами рукоять Возмездия и тут же услышал лязг направленных на него арбалетов. Воин мог бы резким движением выбросить вперед меч и зарезать Императора как курицу. Но если он чему-то и научился за все эти годы, так это терпению.</p>
    <p>Он подумал об Амоне. Лайшам хорошо знал своего генерала и теперь понял, сколько тому пришлось пережить и выстрадать, чтобы сохранить молчание. Он догадался, и как тот отреагировал на известие — гневом, безудержной яростью. Азенаты считали, что благодаря своему уму могут подчинить весь мир. Но они не знали, что такое настоящий гнев. Не имели об этом ни малейшего понятия. Подавив тяжелый вздох, Лайшам опустил руку.</p>
    <p>— Амон ни за что не согласится на твою сделку, — сказал он.</p>
    <p>Лицо Императора озарилось жестокой улыбкой:</p>
    <p>— А я уверен, что с-с-согласится.</p>
    <p>— Даже если бы он и захотел, — продолжил вождь варваров, — этой армией командую я. Амон всего лишь мой помощник и будет делать то, что ему прикажу я.</p>
    <p>— Но его дочь, — напомнил его величество. — У нас же его д-дочь. И мы… гм… не уступим.</p>
    <p>— Десять тысяч девственниц. До полуночи, — отрезал Лайшам.</p>
    <p>Он обернулся к своим воинам в надежде увидеть одобрительные кивки, но глаза их были пусты и тусклы. Непреклонность их господина ввергала их в растерянность. Они все ненавидели азенатов и все мечтали о том, чтобы кто-то наконец сбил с них спесь. Но десять тысяч девственниц казались непомерным, бессмысленным требованием. А еще они думали об Амоне, о его невероятном мужестве. Как бы они поступили на его месте?</p>
    <p>— Идем, — сказал Лайшам.</p>
    <p>Его воины поспешили за ним.</p>
    <p>— Вы не понимаете, — снова начал Император, и звук его голоса разносился по всему холлу, — вы не понимаете, мы не остановимся ни перед чем. Если нужно, мы будем ее… п-п-пытать. — И подумал: «Один взмах руки — и этот человек будет мертв, чего же ты ждешь, Полоний?» — но ведь тут его армия, а еще монарха мучил необъяснимый страх — о, прошлое, прошлое. — Мы выведем ее из темницы и поставим перед ним, а потом у него на глазах сдерем ей кожу и бросим на съедение муренам.</p>
    <p>— Десять тысяч девственниц, — повторил Лайшам. — Сегодня до полуночи.</p>
    <p>Он больше не смотрел на своих генералов. Он больше ни на кого не смотрел. Воин шел к выходу, к свету, желая поскорее попасть на свежий воздух, скорее вздохнуть полной грудью. Он пойдет к своим солдатам, поговорит с ними, напомнит им, что скоро предстоит самый большой и самый важный бой в их жизни. «Я буду биться рядом с вами. Место генерала рядом с его солдатами, на передовой. Вы увидите, как я мчусь к рядам сентаев и убиваю их. Ибо мой меч — Возмездие».</p>
    <p>Они уже выходили из дворца, не обращая внимания на угрозы Императора, когда перед ними вырос еще один отряд гвардейцев. Во главе у них был молодой сановник со смуглой кожей, которого варвар уже видел. Они посмотрели друг на друга.</p>
    <p>— Мой сын! — воскликнул позади них Полоний, широко раскрыв объятия и бросаясь вперед, не обращая внимания на еле поспевавшего за ним гепарда.</p>
    <p>У Лайшама округлились скрытые забралом глаза. Он? Сын Императора?</p>
    <p>Юноша казался изможденным, обессилевшим и не стал сопротивляться, когда его величество сжал его в объятиях с преувеличенным чувством.</p>
    <p>— Они его убили, — сказал он.</p>
    <p>— Что? — одновременно вскричали государь и варвар.</p>
    <p>— Гуонского воина. Они его убили.</p>
    <p>Император посмотрел на Лайшама и дернул за поводок, заставляя гепарда приблизиться.</p>
    <p>— Он не дался им живым, — вздохнул юноша. Потом, обернувшись к варвару, добавил:</p>
    <p>— Я знаю, вам сейчас невероятно тяжело. Но ваш друг сам бросился на них. Все должно было быть иначе. Я заклинаю вас изменить ваше реше…</p>
    <p>Рука варвара взметнулась вверх как молния. Он сжал пальцами тунику и рванул ее на себя как простую тряпку. Юный азенат оказался в воздухе. Сначала он размахивал руками, потом схватил Лайшама за запястье. Тот в прямом смысле слова держал его на вытянутых руках.</p>
    <p>— Послушай меня хорошенько, — сказал голос из-за забрала. — Ты вместе с твоим народом заплатишь за все, что произошло. Сегодня вечером вы приведете на Большую Эспланаду десять тысяч девственниц. Если этого не будет, наши войска предадут город огню и мечу.</p>
    <p>Железная хватка разжалась, и принц упал на землю.</p>
    <p>Он тотчас же поднялся, отряхнул с себя пыль и бросил на Лайшама взгляд, полный ненависти.</p>
    <p>— Вы сумасшедший, — процедил юноша.</p>
    <p>Полоний, который все это видел, пожал плечами и наклонился погладить гепарда. Потом он развернулся и двинулся назад, а его свита покорно засеменила за ним, перешептываясь и звеня оружием.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>К дворцу двигалась делегация сенаторов. Их было около сотни, и все они шли твердым шагом, пряча волнение за выражением гордой решимости; шли вперед в своих узких тогах, глядя на башни огромного здания и переговариваясь между собой. Час назад к ним пришел сенатор Адамант в сопровождении генерала Хассна и объяснил, что добился аудиенции у Императора. «Спасительное решение», — пояснил сенатор. Его величество был готов говорить, готов обсудить с ними положения устаревшей конституции. Теперь ведь не мирные времена. Пришло время покаяться, объявить о священном единении, передать основные полномочия представителям народа.</p>
    <p>Сенаторы внимательно выслушали своего товарища. Одни восприняли известие скептически. Другие выразили бурный восторг. Но в одном все были более или менее солидарны. Если Император готов говорить, все можно изменить. Нужно соглашаться. «К чему ждать? — сказал Адамант. — Покажем ему нашу решимость! Отправимся к нему во дворец!»</p>
    <p>Многие кивнули. Казалось, планы мятежа решили временно отложить в сторону. Адамант сам признал: устроить восстание — значит рисковать погрузить город в пучину братоубийственной войны. Сенаторы согласились с этим, большинство с облегчением. Адамант назначил им встречу на ступеньках императорского дворца. И теперь они нестройными рядами шли туда под недоверчивыми взглядами прохожих, и на пути их открывались окна, и дети забегали вперед, чтобы объявить об их приближении. Сенаторы идут!</p>
    <p>Они и представить не могли, что их ожидает.</p>
    <p>Тридцатью шагами выше, в одной из башен, рядом с Императором и генералом Араксом, ликовал сенатор Адамант. Конечно, его радость была спрятана глубоко внутри. Наморщив лоб, прикрыв глаза, он пальцем указывал на делегацию:</p>
    <p>— Вот видите, ваше величество, что я вам говорил.</p>
    <p>Полоний IV побледнел и сделал знак приблизиться слуге с большим опахалом из павлиньих перьев. Ему не хватало воздуха.</p>
    <p>— Именем Единственного, — простонал он, — откуда вы узнали?</p>
    <p>Сенатор хрустнул костяшками пальцев.</p>
    <p>— У меня сохранились кое-какие связи в сенате. Надежные люди, которые никогда не подведут. К сожалению, их меньшинство.</p>
    <p>— Кто бы мог подумать? — прошептал Араке.</p>
    <p>Император приложил два пальца к нижней губе. У него дрожали руки, он слышал биение собственного сердца. Весь мир рушился вокруг него, все угрожало ему. В самом городе. За его пределами. В собственном сенате. Широкие стены, которые он годами возводил, широкие стены, защищавшие безудержное воображение монарха от безумия и от демонов, на глазах покрывались трещинами. Государь источал страх каждой клеточкой своего тела, и страх этот вечно преследовал его, как неумолимый рок.</p>
    <p>— Но почему? — прошептал Полоний. — Почему именно сейчас? Что я сделал?</p>
    <p>— Теперь не время для таких вопросов, — ответил Адамант. — Вы должны как можно скорее расправиться с повстанцами.</p>
    <p>— Что вы предлагаете? — спросил старый генерал Араке, поправляя пряжку на поясе.</p>
    <p>— Я предлагаю, — ответил сенатор, — немедленно атаковать. Нужно показать другим пример.</p>
    <p>— Это безумие, — сказал позади них принц Орион.</p>
    <p>Все трое тут же обернулись.</p>
    <p>— Сенаторы пришли, чтобы поговорить. Они безоружны.</p>
    <p>— Ах да, — сказал Адамант, хмуря брови, — вы, конечно, знаете лучше нас? От нас наверняка ускользнула какая-нибудь деталь, которая самым чудесным образом дошла до вашего сведения. Ваше величество, — продолжил он, возвращаясь к окну, — эти люди прячут под своими тогами кинжалы. Подумайте. На входе никто их ни о чем не спросит. Стражники пропустят их, ведь сенаторы не возбуждают подозрений. И при первом же удобном случае они вас убьют.</p>
    <p>— В таком случае почему не отобрать у них оружие? — спросил Орион. — Мы можем приказать их обыскать, попытаться разузнать, в чем дело. Зачем же убивать?</p>
    <p>— А кто об этом говорит? — вскинулся Адамант. — Мы же культурная нация. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы не пролилась кровь. Но я заклинаю его величество как можно скорее принять решение. Через несколько минут делегация будет на Большой Эспланаде. Нужно помешать ей проникнуть во дворец.</p>
    <p>— Наши люди начеку? — спросил Император.</p>
    <p>— Генерал Раджак Хассн и его гвардия готовы выступить сию же минуту. Я держал генерала в курсе ситуации. Если хотите задушить это восстание в зародыше, можете рассчитывать на него.</p>
    <p>— А вы неплохо все устроили, — процедил генерал Араке, глядя на приближающихся сенаторов.</p>
    <p>— Это мой долг, — отозвался Адамант.</p>
    <p>— Да поможет нам Единственный, — нараспев сказал Император, закрывая глаза.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Через несколько минут триста вооруженных до зубов солдат выбежали из императорской казармы. У них были стальные щиты, пики и мечи. На их гибких кольчугах сверкал золотой орел на пурпурном фоне, герб Императора.</p>
    <p>Командовал ими Раджак Хассн, сидящий верхом на чистокровном скакуне серой масти, а на голове у генерала был шлем из черного металла, заканчивавшийся чем-то вроде клюва. С палицей в руке, он походил на призрака, вышедшего прямо из ада.</p>
    <p>Двери захлопывались на их пути, над городом дул сильный ветер, а солнце, почти полностью скрытое тучами, двигалось к закату. Генерал Хассн не повернулся к своим солдатам: лишь его голова обернулась вокруг своей оси, а затем вернулась в прежнее положение. На другом конце улицы показались сенаторы. И тут же замерли.</p>
    <p>Раджак сделал людям знак начать бой. Сам он недвижно сидел на своем коне посреди металлической реки из выхваченных мечей, выставленных щитов, застывших на лицах усмешек. Генерал был одиноким утесом посреди разбушевавшихся волн. В момент столкновения он лишь поднял палицу к небу.</p>
    <p>Потеряв дар речи от изумления, сенаторы не сразу поняли, что гвардия вышла на улицу ради них. Это казалось невероятным, но другого объяснения у не было. Охваченные паникой, они начали пятиться, отпихивая друг друга, а затем развернулись и бросились в беспорядочное бегство. В их рядах царило полное смятение. Они пришли, чтобы поговорить, попытаться обсудить положение дел, и вдруг на них без предупреждения бросаются азенатские воины с мечами наголо, и среди них Раджак Хассн.</p>
    <p>У сенаторов не было никаких шансов. Большинство из них были уже в довольно почтенном возрасте, не слишком смыслили в военном деле и уж точно не могли оказать сопротивления вооруженным людям. У них не было ни оружия, ни даже кольчуги под тогой. Некоторые упали на колени и стали ждать атаки, раскинув руки в знак капитуляции. Мечи безжалостно обрушились, отсекая им руки и головы, и они умерли на месте. Приказ был совершенно ясен. Для императорской гвардии эти люди были опасными повстанцами, покушавшимися на жизнь его величества, и их следовало убить, прежде чем они успеют открыть рот.</p>
    <p>Некоторые умоляли о пощаде, но кровь лилась и лилась на землю. Тела валились одно на другое, кто-то пытался отползти на коленях, но тут же падал навзничь, сраженный смертельным ударом. Нескольким сенаторам удалось скрыться от первой атаки. Они бросились в соседние переулки, но были быстро настигнуты и убиты прямо там. Солдаты таились повсюду.</p>
    <p>Сам генерал Хассн, держа поводья в одной руке и палицу в другой, присоединился к нападавшим. Он обрушивал на несчастных свое страшное орудие с ужасающей точностью. Его жертвы воздевали к небу руки в надежде защититься. Но под яростными ударами головы буквально разлетались на куски. «За что?» — спрашивали умоляющие взгляды. Но ответом им были лишь чудовищный хруст костей и черная завеса небытия.</p>
    <p>Император и те, кто стоял рядом с ним, в торжественной тишине наблюдали за побоищем из окна. Принц Орион прикрыл рот рукой, потому что чувствовал, как к горлу подступает тошнота. Старый Араке, его крестный, медленно качал головой, будучи не в силах что-либо изменить. Император не думал ни о чем. По его сознанию распространялось мучительное жужжание. Он слышал какие-то голоса, сотни голосов, но не мог узнать ни одного из них.</p>
    <p>Сенатор Адамант был неподвижен. Все произошло именно так, как он хотел. Сегодня вечером от слуг народа останется одно лишь воспоминание. Он позаботится о том, чтобы оставшиеся сенаторы были арестованы и как можно быстрее казнены. Император был не в себе. Он не переставал дрожать, не поспевая за ходом событий. Что-то из них ему нравилось, что-то нет. Поражение его армии. Смерть Алкиада. Приход варваров. Бунт гуонского вождя. И теперь еще это — его пытались свергнуть. Полоний боялся за свой престол. Боялся за свою жизнь.</p>
    <p>— Мы застигли их врасплох, ваше величество. Видите? Большая часть была вооружена. Какое счастье, что мы вовремя узнали об этом заговоре.</p>
    <p>— Что вы такое говорите? — недоверчиво спросил юный Орион. — Люди Раджака их просто-напросто перебили. А они даже и не попытались защититься. Большая часть была вооружена? (Он потряс за плечо своего крестного.) Генерал, вы же все видели, разве это так?</p>
    <p>— Не знаю, — начал Араке, будто пробуждаясь от долгого сна. — Некоторые…</p>
    <p>— Но ведь, — воскликнул Орион, хватая Императора за плечо, — эти люди не желали вам зла. И вы это знаете.</p>
    <p>— Убери руку, — выдохнул Полоний.</p>
    <p>— Наш юный принц еще не вполне понимает все тонкости политической игры, — улыбнулся сенатор Адамант. — Только подумайте: некоторые сенаторы собирались обвинить нас — генерала и меня — в том, что мы хотим свергнуть ваше величество. Представляете? Но грязная игра в конечном итоге обернулась против них. Прошу вас, оставайтесь начеку: эти желчные старикашки не остановятся ни перед чем.</p>
    <p>— Я не понимаю, что мне делать, — признался Император, поправляя на голове венец.</p>
    <p>Адамант сложил руку козырьком и посмотрел вдаль. Солнце скрылось за горизонтом. Крики в переулках умолкли. Большая часть сенаторов уже мертва. Их тела были еле прикрыты разорванными тогами, насквозь пропитанными кровью. Императорская гвардия обрушилась на них как смерч. И теперь, когда буря миновала, осторожно открывались двери, испуганные прохожие боязливо выходили на улицу, а солдаты стройными рядами возвращались в казарму, стараясь не обращать внимания на все еще звучащий в голове гул ударов.</p>
    <p>— Не бойтесь, ваше величество. Я рядом.</p>
    <p>Полоний обратил на сенатора взгляд, полный надежды. Адамант, не моргнув глазом, повернулся к нему.</p>
    <p>«Считай, что ты мертвец», — мысленно прошептал он.</p>
    <p>А потом взял своего государя за запястье и накрыл его ладонь своей:</p>
    <p>— Доверьтесь мне.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Ночь надвигалась на город, поглощая все на своем пути. Дат-Лахан в вечернем сумраке осветился тысячью огней. С факелами, которые варвары зажгли у складов и на площадях бедных кварталов, соперничали жирандоли на виллах и дрожащая подсветка фонтанов.</p>
    <p>Монастырь Скорбящей Матери был погружен во мрак. Укрывшись в своих кельях, прислушиваясь ко всем шорохам, монахини молились за души убитых сенаторов. Слухи о побоище успели дойти и до них: теперь об этом уже знал весь город. Сложив руки, преклонив колена подле окна, сестры невидящим взглядом смотрели на беззвездное небо. Лишь печальный, никому не нужный серпик луны вырисовывался на фоне черноты.</p>
    <p>Наджа закрыла глаза. Сидя на своем ложе, спрятав голову между коленями, она пыталась не думать, но у нее это плохо получалось. Несколько минут сестра просидела так, дрожащей рукой проводя по голове, после чего медленно распрямилась, встала и потрогала скрытый туникой шрам у себя на груди. Она отворила дверь, осторожно прикрыла ее за собой и двинулась по темным коридорам.</p>
    <p>Час назад, несмотря на все старания монахинь, почти что у нее на руках умер генерал Леонид. Он потерял слишком много крови, и усталое сердце в конце концов перестало биться. Последние слова умирающего были об Императоре: «Передайте ему, что я никогда его не предавал». «Несчастный безумный старик, — думала Наджа, спускаясь по древним винтовым лестницам, — и все вы безумцы. Скоро ваша Империя превратится в руины».</p>
    <p>Она вошла в огромный подземный зал, попасть в который можно было только через потайной ход. Пол покрывал тонкий слой сероватого пепла. Из каменных стен, как из кожи больного, сочилась влага. Посередине искусственного озера возвышался небольшой храм с куполом. Внутри на нефритовой подставке покоился древний фолиант в кожаной обложке — «Смертоносное евангелие». Была мертвая тишина, и я стояла рядом с ним, положив руку на потрескавшуюся страницу.</p>
    <p>Сестра Наджа остановилась у кромки воды.</p>
    <p>— Я знала, что ты придешь, — сказала я.</p>
    <p>Она на секунду замерла, а потом медленно опустилась на колени.</p>
    <p>— Я никогда больше не смогу спать, — начала монахиня. — Варвары вошли в город. И во главе у них Лайшам.</p>
    <p>— Я знаю, Наджа.</p>
    <p>Она вытянула руку, коснулась пальцами воды, затем своего лба.</p>
    <p>— Я пришла к тебе, чтобы узнать, — прошептала сестра. — О Скорбящая Матерь, даруй мне покой.</p>
    <p>Она пала ниц и прижалась лбом к каменным плитам пола. Мускулы моего лица задрожали. Глаза сузились. Глазные яблоки закатились.</p>
    <p>— Я вверяю себя тебе, о, Дух Единственного. Тебе, лицо которого мы забыли. Я отдаю тебе мои страдания. Я живу в память о твоей муке.</p>
    <p>«Я здесь», — ответили мои губы.</p>
    <p>Это был низкий голос, пришедший из глубины веков. Его Голос. Содрогнувшись всем телом, монахиня подняла голову.</p>
    <p>«Наджа».</p>
    <p>Голос Единственного.</p>
    <p>Лицо Наджи было очень печально. Она вонзила себе ногти в ладони, чтобы не разрыдаться, и подняла глаза к потолку.</p>
    <p>— Ко мне приходил мой сын.</p>
    <p>«Да».</p>
    <p>— Он задавал мне… вопросы. А я не знала, что ответить. Потому что я сама уже ничего не понимаю…</p>
    <p>«Правду, Наджа».</p>
    <p>— Я… Я знаю, что должна… Но это так… о, дай мне силы… Он… он вернулся, да?</p>
    <p>«Наджа».</p>
    <p>— Он вернулся, — продолжала монахиня. — Я почувствовала это в тот же миг, как Лайшам вошел в ворота города. Все эти годы я пыталась не думать о нем. Потому что я отказывалась верить в его смерть. Отказывалась.</p>
    <p>«Истина в тебе самой, дитя мое. Как и в каждом из нас».</p>
    <p>Да, он жив. Он вернулся. Теперь сестра говорила быстро, не поднимая головы с пола, и слова лились потоком, рассказывая давнюю историю о том, как двадцать пять лет назад она пришла к нему, как разделила с ним ложе — без причины, может быть, для того, чтобы спасти его от самого себя, или же наоборот — причин было так много и они были спрятаны так глубоко в ее душе, что Наджа и сама никогда их не понимала. Ей казалось, что она любила этого варвара с печальными глазами, этого безутешного кочевника, любила вкус пустыни на его губах и свободу, что была у него в крови. А потом он погиб, когда она носила под сердцем его ребенка: сына их гнева, сына их отмщения. На какие ужасные ухищрения она тогда пошла! Безумные клубки страдания, похожие на свернувшихся змей. Страдание сына. Страдание матери. И Полоний, который окончательно сошел с ума, то есть он всегда был сумасшедшим, но теперь его безумие достигло ужасающих масштабов!</p>
    <p>Страх, страх управлял Империей, и не было ничего другого.</p>
    <p>«Страх таится в глубине каждого существа, Наджа. Всегда готовый вырваться наружу. И сентай — лишь воплощение этого страха. Проклятие, с которым всегда боролся ваш народ. Иногда вы бежали от него. Иногда убивали ради него — чтобы держать его на расстоянии. Так погиб я. Так вы пытались рассеять страх. Но ведь это вы сами. Вы сами — свой злейший враг».</p>
    <p>Наджа тяжело вздохнула.</p>
    <p>Она знала.</p>
    <p>«Теперь, когда он сумел вернуться, — продолжал Голос, — когда он выжил и вернулся, это больше, чем знак, дитя мое. Это чудо. И поэтому ты должна жить. Помня о его возвращении».</p>
    <p>Где-то в глубине моего существа Скорбящая Матерь медленно покидала меня.</p>
    <p>Мои уста сомкнулись. Мои глаза вновь стали глядеть, как прежде. Я чувствовала себя совершенно обессилевшей.</p>
    <p>Наджа поднялась и стряхнула со своего длинного одеяния несколько несуществующих пылинок.</p>
    <p>— Я должна видеть его, — сказала она. — Я должна видеть Лайшама. Я должна открыть ему правду.</p>
    <p>— Это твое решение, — ответила я, приходя в себя.</p>
    <p>Где-то в вышине над нашими головами зазвонили монастырские колокола.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Семь, восемь, девять, десять, одиннадцать, считал про себя принц Орион, стоя на ступеньках императорского дворца, пока солдаты его отца собирали на площади девушек.</p>
    <p>Одиннадцать часов.</p>
    <p>Смуглый юноша со вздохом повернулся к высоким башням дворца и стал глядеть на их огни, терявшиеся в темных облаках. Мир сходил с ума. Леонид был мертв. Араке не выходил из своих покоев. Сенат опустел после чудовищного побоища, устроенного Императором несколько часов назад. Двери монастыря по-прежнему были наглухо закрыты. Монахини молились за город. Простершись во мраке на каменном полу, они умоляли Единственного о милосердии. В нескольких километрах от города, как говорили, были замечены отряды сентаев, но это, возможно, лишь слухи: в последнее время их стало очень много.</p>
    <p>Лайшам вернулся к воинам. Он обсудил ситуацию со своими генералами. В полночь вождь варваров вновь придет дворцу: его решимость, казалось, не знала границ. Ну а пока гордые воины при свете тусклых фонарей сновали в полумраке, точили мечи, проверяли застежки на доспехах. То, что произошло днем, занимало все умы, и разговоры были только об этом. Пламя костров отражалось в бронзовых лицах, в намазанных маслом торсах. Чистокровные скакуны ржали, фыркали, тянули ноздри к скрытому облаками беззвездному небу.</p>
    <p>Принц Орион перевел взгляд на Большую Эспланаду.</p>
    <p>На площади собралось уже довольно много девушек: силой оружия выгнав их из отчего дома, усталые, озлобленные солдаты заставляли бедняжек строиться плотными рядами, а они в полной растерянности лишь дрожали на ночном ветру. Их глаза были полны ужаса. Они смотрели друг на друга, пытаясь понять. А в домах, вмиг опустевших, их матери ломали руки, взывая к милосердию Единственного, произнося слова забытой много веков назад молитвы: «Умоляем тебя, о Господи, отведи от нашего сокровища гнев варваров, пощади нашу возлюбленную дочь».</p>
    <p>Гвардейцы Императора опустили забрала и достали хлысты. Собравшиеся на площади люди наблюдали за толпой из сотен, тысяч юных девушек с растрепанными волосами, и никто не знал, что с ними будет, почему они здесь; но поговаривали, что Император собирается отдать их варварам, Лайшаму и его воинам.</p>
    <p>Принц Орион почувствовал, как его охватывает отчаяние. Он был сыном Императора и не был им. В руках юноши была власть, но он не мог ничего изменить. Ему было чуть больше двадцати, но он уже ощущал, как груз прожитых лет тащит его к могиле. Медленно, будто чтобы забыть лица девушек — тысячи бледных юных лиц, с тревогой вглядывающихся в ночь, — принц закутался в темный плащ и вернулся в Зал Побед. Пламя факелов исполняло на стенных фресках диковинный танец, высвечивая детали, которых он никогда раньше не замечал.</p>
    <p>Вход во дворец теперь очень тщательно охранялся. Лайшама с его генералами ждали с минуты на минуту. Уединившись в своих покоях, Император стоял у окна и слушал все усиливающееся жужжание в голове. Перед глазами у него дрожал красный туман, то сжимаясь, то сворачиваясь змейкой. Государь то и дело вытягивал руку, чтобы схватить ее, но ловил лишь пустоту. Он смеялся. Тога его была расстегнута, туника порвана, и теперь Полоний глядел на свой мужской орган, который был уже слегка напряжен. С площади до него доносились крики испуганных девушек — тысяч невинных овечек, блеющих от отчаяния, — и по мере того как к низу живота приливала кровь, на лице монарха ширилась злорадная улыбка.</p>
    <p>Призрак безумия, как любовник, сжимал Полония в объятиях. Он чувствовал у себя на затылке его дыхание. «Этого ты хочешь, Лайшам? Да, тебе нужно именно это». А потом не осталось ничего, кроме красного тумана и шепота призрака.</p>
    <p>Император провел по губам языком и обхватил свое мужское достоинство рукой.</p>
    <p>После этого он запел.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Сестра Наджа сидела на каменной скамейке и вслушивалась в безмолвие ночи. Она находилась в змеином саду, потайном месте монастыря, спрятанном меж четырех высочайших стен. Солнечные лучи лишь ранним утром проникали в это средоточие камней и колючих кустарников, старых коряг и высохших деревьев, в котором из живого было только несколько пожухших папоротников. Искусственная река, питаемая водами акведука, с берегами, усеянными продолговатой галькой, безучастно журчала рядом.</p>
    <p>В саду было полно змей. Гадюки, аспиды, ленивые питоны, похотливые ужи, кобры и черные мамбы — десятки экзотических рептилий, плохо ли, хорошо ли, уживались друг с другом, иногда пожирали друг друга и нежились в вечной тьме. Иногда монахини приносили им на обед мертвых грызунов. Сестры приходили сюда с босыми ногами. Вера защищала их от укусов.</p>
    <p>Открылась маленькая калитка. Тирцея, превозмогая страх, осторожно шла вперед. Ее сопровождала одна из старших монахинь, которая держала фонарь и вела старую служанку как слепую. «Нет, я не смогу, — бормотала пожилая женщина, останавливаясь после каждого шага. — Я не смогу». Но она шла, и потревоженные змеи свистели ей вслед, иногда делая стойку и гипнотизируя ее своим мерным покачиванием. Тирцея шла, и они не трогали ее. Опустив голову и сложив руки, сестра Наджа ждала у зарослей папоротника. Услышав, что та уже близко, она не подняла головы. Не считала себя вправе. Старшая монахиня растворилась в темноте, оставив женщин наедине.</p>
    <p>— Мы в змеином саду, — прошептала Наджа. — Сюда приходят те, кто ищет надежду и не находит ее.</p>
    <p>— Ужасное место, — ответила Тирцея — это были ее первые слова за двадцать лет.</p>
    <p>— Потому что оно заброшено. Тут живут одни змеи. Но тебе нечего бояться. Они тебя не тронут.</p>
    <p>Пожилая служанка с испуганным видом огляделась.</p>
    <p>— Чего вы от меня хотите? Я думала, мы больше не увидимся.</p>
    <p>— Я тоже так думала. Но обстоятельства изменились.</p>
    <p>— Обстоятельства?</p>
    <p>Монахиня глубоко вздохнула.</p>
    <p>— Мне нужно попросить тебя об услуге, Тирцея.</p>
    <p>Служанка не ответила.</p>
    <p>— Конечно, ты имеешь полное право отказать мне. Если ты откажешь, значит, такова воля Единственного. Значит, чудес не бывает.</p>
    <p>Тирцея подняла глаза. Бесконечные стены с узкими просветами. В саду было темно как на дне колодца. А вокруг нее шуршали папоротники, и она представляла змей — сотни, тысячи змей. Порыв ледяного ветра ворвался в сад.</p>
    <p>— Говорите, — сказала она. — Говорите быстро.</p>
    <p>— Да благословит тебя Единственный, Тирцея.</p>
    <p>Старая служанка помотала головой, почувствовав острую боль сердце.</p>
    <p>Сестра Наджа схватила ее за плечи:</p>
    <p>— Он вернулся, понимаешь? Человек, о котором я тебе говорила. Тириус Бархан. Он вернулся.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Это он.</p>
    <p>— Кто он?</p>
    <p>— Лайшам.</p>
    <p>Тирцея невольно вздрогнула. Она слыхала о Лайшаме: она не знала точно, кто он, но слышала его историю; это ведь вождь варваров, верно?</p>
    <p>— Лайшам, — повторила Наджа. — Да, это он.</p>
    <p>— О Святое Сердце, — проговорила служанка, поднося руку ко рту.</p>
    <p>— Я в этом уверена, — сказала монахиня. — Тирцея, вот моя просьба. Я хочу, чтобы ты отправилась к Лайшаму. Я хочу, чтобы ты рассказала ему — сама знаешь, что. Я хочу, чтобы он пришел повидаться со мной. Не знаю, что он сейчас замыслил, но я должна с ним поговорить. Говорят, что он велел собрать на площади всех девушек города.</p>
    <p>— Девушек…</p>
    <p>— Мне хочется верить, что он поступит так, как велит ему сердце, Тирцея. Но Лайшам столько выстрадал, что может… может приказать их всех убить.</p>
    <p>— О Святое Сердце, — снова сказала Тирцея. — Не знаю.</p>
    <p>Сестра Наджа отвернулась. Только не плакать, не думать о прошлом. Теперь лишь одно имело значение — избавить мир от еще одной мести, еще одного бесполезного страдания.</p>
    <p>— Делай что велит тебе сердце, Тирцея. Я не стану принуждать тебя. Все мы в этом мире получаем то, чего заслуживаем. Но если ты думаешь, что так будет лучше, если ты думаешь, что еще что-то можно спасти, тогда разыщи этого человека, Тирцея. Скажи ему все, что хочешь. Но приведи его ко мне.</p>
    <p>Старая служанка опустила глаза и тут же вскрикнула. У ее ног ползла молодая шелковистая кобра, черная, как смерть.</p>
    <p>— Не шевелись, — сказала Наджа просто.</p>
    <p>Тирцея замерла, ожидая, пока змея уползет, а потом развернулась и бросилась бежать. Она споткнулась, ободрала колено, увидела, как с ветки лениво спускается питон. Потом поднялась, подобрала юбки и снова со всех ног бросилась бежать. По заросшим мхом ступенькам она поднялась к калитке, открыла ее и не стала закрывать. Ей навстречу вышла старшая монахиня, которая привела ее сюда. Служанка чуть не сбила женщину с ног, буркнула слова извинения и скрылась во мраке.</p>
    <p>Сестра Наджа поднялась. Она была одна. Она сделала то, что должна была сделать. В любом случае, для нее уже ничего не изменится. Через несколько часов здесь будут сентаи. Но для него — для него еще была надежда: для него было завтра и другие места на земле. Монахиня верила в это. Она верила в него. Так же, как верила в Единственного.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Акт IV</p>
    </title>
    <epigraph>
     <p>А потом было Изгнание,</p>
     <p>и корабли уплыли,</p>
     <p>оставив позади труп Единственного.</p>
     <text-author>«Смертоносное евангелие», Книга Вихрей</text-author>
    </epigraph>
    <p>Они приближались.</p>
    <p>Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.</p>
    <p>Когда он закрывал глаза, то видел каньоны — а сам он, как орел, кружил над необъятными просторами, над утесами и водопадами, над лесами и равнинами. Уносимый ветром, он летел над разоренными городами, над землей, превратившейся в смесь пепла и гниющих внутренностей.</p>
    <p>Сентай были похожи на насекомых. Они колонизовали захваченные города, обращали своих врагов в рабство и загоняли их в подземные ходы, в сточные канавы, в заброшенные храмы, а потом оплодотворяли: оплодотворяли мужчин, женщин, стариков и детей, распространяли свое гнусное семя, чтобы взорвались животы, чтобы глотки стали кровоточить от криков, а пальцы истерлись от бесконечных попыток выбраться наружу. И все страдали, стонали от мучений. Огни меркли. Реки пересыхали. Повсюду чувствовалось дыхание смерти.</p>
    <p>Лайшам открыл глаза.</p>
    <p>Найан Окоон, с голыми руками на вечернем ветру, ишвен Наэвен, до сих пор не оправившийся после смерти Амона, акшан Ирхам, теребивший бороду усыпанными перстнями пальцами, семет Шай-Най со шпагой наголо и верный слуга Салим — все они были тут и скакали рядом с ним к верхней части города, к освещенному дворцу, рядом у которого их ждали обещанные десять тысяч девственниц.</p>
    <p>— Все в порядке?</p>
    <p>К нему подъехал Ирхам, выставивший вперед подбородок, равнодушно глядевший на собравшуюся по обе стороны дороги толпу.</p>
    <p>Вождь варваров кивнул.</p>
    <p>По правде говоря, он и сам не знал, что делать. Десять тысяч девственниц! Но ведь эти люди не сделали ему ничего дурного, они подчинились воле своего государя, а он отбирал их дочерей, самое дорогое, что у них было. Тоненькое жало совести, которое сначала казалось не заметнее комариного, превратилось в меч, раздиравший ему внутренности. Ее призрак повсюду следовал за ним. Она. Качающая головой.</p>
    <p>«Не делай этого».</p>
    <p>Он закусил губу, глядя, как солдаты Императора взламывают двери и окна, отрывают дочек от матерей и скидывают вниз, как товар. Ее призрак был тут — смертельно раненный, с отрубленными руками, — но не из-за этого Лайшам так страдал, нет: из-за девушек, которых сгоняли на площадь, из-за животной тупости в глазах солдат, из-за бессмысленности всех этих страданий. А ведь все из-за него.</p>
    <p>Пятеро всадников подъехали к дворцу.</p>
    <p>Они знали, что произошло: знали о восстании сенаторов и о том, каким чудовищным образом оно было подавлено. Лайшам не знал, что и думать. Свергнуть Императора значило избавить его от заслуженного возмездия. Но это было и свидетельством того, каким хрупким стало равновесие сил в Дат-Лахане. В любой момент все могло рухнуть.</p>
    <p>Последняя улица: он не помнил ее названия, но на ней стояли гвардейцы в больших шлемах, вооруженные копьями и хлыстами, которые должны были внушить народу страх.</p>
    <p>К их ногам, иногда попадая им в спину, падали гнилые фрукты, трупы мелких животных; это пробуждало в нем давние воспоминания, и он машинально мотал головой. Азенаты ненавидели их — их, варваров. Теперь все наоборот: они поставили азенатов на колени. «Но зачем? — снова и снова спрашивал себя Лайшам. — О возлюбленная моя, все, что я делаю, лишь для тебя одной — в память о тебе».</p>
    <p>Но правда ли это?</p>
    <p>Народ ненавидел его, как он ненавидел его двадцать пять лет назад. Только на этот раз у азенатов были на то причины.</p>
    <p>Лайшам опустил голову. Он благословлял свой шлем, скрывавший его лицо от толпы и от генералов. О, если бы они видели его глаза! Он, гроза Архана; он, потрясающий Возмездием; надежда и проклятие целой империи. Воин мучился сомнениями. И эти сомнения по кусочку откусывали от его души. Он уже не понимал, для чего все это затеял.</p>
    <p>Но было слишком поздно. Он понял это, глядя на то, как сотни гвардейцев Императора расходятся по переулкам, стучатся в двери, с обнаженными мечами выкрикивают приказы, вытаскивают за волосы девушек из их домов. Он и не думал, что Император исполнит его просьбу. В глубине души он не верил в это. Он нарочно поставил самый невероятный ультиматум. Но Император выполнил его условия. Лайшам надеялся, что тот будет упрямиться, — и тогда он имел бы удовольствие унизить его, подчинить своей воле, доказать свое превосходство. Но Полоний сдался без боя. И, сам того не зная, превратил свое поражение в победу.</p>
    <p>Вождь варваров машинально провел рукой по забралу своего шлема. Азенаты что-то кричали ему вслед, но он не слышал их. Не хотел слышать. Он хотел бы ненавидеть их, как они его, но не мог. Он вспоминал об их оскорблениях, вспоминал о том, как они судили его, не зная сути дела, и как отправили на эшафот, как опасного преступника, и отдали в руки палача. Тогда он чудом остался жив. Разве этого недостаточно?</p>
    <p>— Хозяин!</p>
    <p>Салим держал его лошадь за поводья. Конь Лайшама сбился с пути и чуть не покалечил разгневанных горожан. Вождь варваров буркнул «спасибо» и стал сам править своими конем. На него нахлынули новые чувства, воспоминания двадцатилетней давности. О том, что было до его смерти.</p>
    <p>Лайшам занял позицию впереди всех и оглянулся посмотреть на своих генералов.</p>
    <p>Что они думали? Они поклонялись ему как богу, во всем подчиняясь, потому что он привел их к победе и был для всех варваров символом надежды и отмщения. Но что они о нем знали? Готовы ли они утолить его ненасытную жажду мести? Вот эти пятеро всадников подъезжают к дворцу, чтобы потребовать несправедливой дани, а он даже не знает, что они чувствуют. О, если бы они сказали ему остановиться, встали на его пути — тогда он мог бы все это прекратить. Какое безумие.</p>
    <p>Вождь варваров со вздохом провел рукой по плечу, чтобы убедиться, что его меч по-прежнему на месте. Потом бессильно опустил руку. Отказаться от выкупа значит потерять уважение этих людей. Воины не поймут его. Ведь они проделали ради него огромный путь. И теперь он должен привести их к победе.</p>
    <p>Наконец они выехали на Большую Эспланаду. Там стояли тысячи юных девушек, охраняемых вооруженными солдатами. Они были более или менее спокойны, но время от времени по их рядам, как судорога, пробегала волна паники. На площади не осталось ни одного свободного сантиметра.</p>
    <p>Варвары пустили лошадей галопом.</p>
    <p>Лайшам старался не смотреть на девушек. Всадники ехали по левой стороне площади, и из открытых окон до них доносились выкрикиваемые во все горло проклятия и оскорбления. Девушки глядели на них, не понимая. Одно лишь чувство — страх. Их судьба отныне была в руках этих вооруженных до зубов людей в шлемах, у некоторых из которых были обнажены торсы, а волосы развевались по ветру. На какие злодеяния способны эти варвары? Некоторые пытались успокоить себя. Им случалось видеть туземцев: акшанских купцов, продававших ткани их отцам, странствующих ишвенских укротителей диких зверей, семетских наемников с безупречной осанкой, и им казалось невероятным, что эти люди могут причинить им вред. Но ведь сейчас война. А война сводит людей с ума.</p>
    <p>Подъехав к ступенькам дворца, варвары спешились. Они велели позаботиться о своих конях; азенатские стражники повиновались. К Лайшаму бросилось несколько посланников Императора в длинных платьях. В воздухе Зала Побед витал тяжелый и пьянящий запах.</p>
    <p>— Его величество нездоров, — объявил один из них. — Он не может сейчас вас принять.</p>
    <p>Вождь варваров не сдвинулся с места. Вокруг него слуги снимали со стен тяжелые гобелены. Некоторые прямо на полу сворачивали их и куда-то уносили. Громкие приказы, лихорадочная суета.</p>
    <p>— Полночь уже близко, — ответил Лайшам, не поднимая забрала. — Мы должны видеть Императора. Что это за запах? Что делают эти люди? — Он указал на слуг.</p>
    <p>— Не знаю, господин. Что же касается его величества…</p>
    <p>Лайшам усталым жестом оттолкнул его и велел своим людям следовать за ним. Посланник Императора поднял руку. В тот же миг раздался металлический лязг, и на них оказались направлены несколько десятков арбалетов.</p>
    <p>Лайшам вздохнул:</p>
    <p>— Разве вы не понимаете, что времени осталось мало?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В комнатах и коридорах, в гостиных и столовых — везде сворачивали и уносили гобелены, сшивали их друг с другом, опрыскивали духами. Никто не понимал, что это значит. Советники Императора, даже самые близкие люди не знали, что происходит. Задействованы были все слуги: от писарей и кухарок до садовников и каменщиков. И все они снимали со стен тяжелые гобелены, громоздили рулоны друг на друга. Генерал Араке смотрел на все это, почесывая макушку. «Почему вы так торопитесь?» — «Таков приказ», — отвечали слуги. Раджак Хассн и сенатор Адамант расступались, давая слугам дорогу. Они тоже не знали, что происходит. Император заперся в своих покоях и не желал никого видеть. Перед его дверями выстроилась дюжина стражников. Принц Орион, такой же растерянный, как и все остальные, четверть часа барабанил в дверь под равнодушным взглядом гвардейцев, пока, наконец, кто-то не положил ему руку на плечо и не попросил уйти.</p>
    <p>Сановники сталкивались в коридорах, указывали пальцами на опустевшие залы. Гобелены складывали внизу. Люди задавали друг другу вопросы, обменивались мнениями; рождались все новые и новые слухи. Но никто и представить не мог, что замыслил Император. Стоя перед окном с пергаментом в руке, его величество слагал оду в память о девушках, собравшихся на Большой Эспланаде. Только он один знал, что произойдет. Он был хозяином этого праздника.</p>
    <p>Варвары в Зале Побед постепенно начали выходить из себя. Арбалеты были по-прежнему направлены на них, и теперь уже все знали, как погиб Амон.</p>
    <p>— Не нравится мне все это, — сквозь зубы сказал Шай-Най.</p>
    <p>— Никому не нравится, — отозвался Ирхам, потирая переносицу. — Тьфу ты, ну и вонь! Вы не чувствуете?</p>
    <p>— Это духи, — сказал Наэвен. — Вы разве не видели? Они опрыскивают ими гобелены.</p>
    <p>— Да спасет нас Анархан, — вздохнул Окоон.</p>
    <p>Лайшам наклонился к Салиму и что-то прошептал ему на ухо. Акшан поклонился и тут же исчез. После этого вождь варваров повернулся к своим воинам, но почти тут же метнул взгляд направо. Раджак Хассн! Генерал спускался по большой каменной лестнице в сопровождении сенатора Адаманта и нескольких вооруженных солдат. Лайшам не пошевельнулся. Они смерили друг друга взглядом. Воздух между ними накалился. Их разделял десяток шагов, но ненависть, кипевшая в них обоих, была так сильна, что казалось, еще чуть-чуть, и они набросятся друг на друга. Вождь варваров почти с нежностью вынул из ножен Возмездие, любуясь бликами от факелов на его клинке. Генерал застыл на месте. Его голова сделала полный круг вокруг своей оси.</p>
    <p>Азенатские посланники с тревогой переглянулись. Раджак Хассн долгое время стоял неподвижно, после чего сделал знак своей свите и направился к выходу, по-прежнему в сопровождении Адаманта. Под окнами дворца солдаты брали опрысканные духами гобелены и, развернув, укладывали на толпу девушек, полностью накрывая их. Постепенно на площади образовывалась гигантская мозаика.</p>
    <p>— Он сошел с ума, — прошептал сенатор на ухо своему сообщнику.</p>
    <p>Кольцо любопытных по периметру площади все больше и больше сжималось. Гвардейцы императора не давали горожанам подойти ближе. Никто не понимал, что происходит. Из дворца выходили все новые и новые прислужники и раскладывали гобелены на головах девушек, так что те почти скрылись из виду.</p>
    <p>В тишине своих покоев Император, потирая руки, расхаживал взад и вперед. Вдруг он остановился, открыл двери и отдал приказ дежурившим у них стражникам. Солдаты исчезли и через несколько минут вернулись с тем, что потребовал Император. Его величество вернулся к окну. Гигантский гобелен становился все больше и больше. Скоро полночь. Возможно, к полуночи он не будет закончен, но сойдет и так. Беспокоиться не о чем.</p>
    <p>Кто еще держась на ногах, кто уже упав на колени, задыхаясь, плача, вглядываясь во мрак глазами испуганных ланей, девушки всерьез начали бояться. Почему варвары приказали накрыть их этими гобеленами? Это какой-то их странный обряд в честь Великого Духа? Гобелены были тяжелыми, под ними было трудно дышать, но хуже всего был запах, которым была пропитана ткань. Эти благовония часто жгли во время праздничных церемоний, но сейчас запах стал таким сильным, что вызывал тошноту.</p>
    <p>Без пяти двенадцать. Около десяти тысяч юных девственниц были согнаны на Большую Эспланаду и накрыты гигантским гобеленом, похожим на необъятную пеструю равнину. На соседних улицах теснились родные и близкие, друзья и женихи, пытаясь увидеть, понять, что же произойдет. Гвардейцы Императора с опущенным забралом поначалу безжалостно их отталкивали, но это становилось все труднее и труднее: толпа напирала и грозила прорвать окружение.</p>
    <p>В это же время Лайшам и его воины поднимались по ступенькам большой лестницы к покоям Императора. Его величество только что отдал приказ. Он был готов их принять, и теперь они шли в сопровождении отряда стражников, в окружении азенатских солдат, а за ними на почтительном расстоянии держалась группа взволнованных генералов и советников. Вождь варваров на секунду обернулся и увидел, как принц Орион (он теперь знал его имя) машинально поправляет рукава туники. Лайшам уже не думал о девушках. Жажда мести все еще жгла ему сердце, но теперь она была направлена не на азенатов. Он принял решение: он отправит всех девушек домой. Но заставит Полония выступить перед народом. Он заставит его рассказать о том, что он сделал с ним, перед всеми жителями Дат-Лахана. А еще он отберет у него сына.</p>
    <p>Варвары были уже близко.</p>
    <p>Стражники распахнули двери в покои Императора, и варвары вошли в них с победоносным видом, сознавая торжественность момента.</p>
    <p>В этот же миг на Большой Эспланаде несколько сотен девушек в отчаянии попытались бежать. Солдаты грубо затащили их обратно, некоторые упали на колени, и их тут же чуть не затоптали другие. В ночи послышались крики, которые вскоре заглушили колокола монастыря, возвещавшие полночь.</p>
    <p>Все монахини замерли.</p>
    <p>Остатки луны исчезли за облаками — длинными сероватыми облаками, не обещавшими дождя.</p>
    <p>Лайшам вышел на середину комнаты. Император стоял к нему спиной. Рядом с ним стоял гвардеец с натянутым луком, а его подручный возился с маленькой импровизированной жаровней. Три стрелы, обмазанные чем-то похожим на смолу, уже пылали, четвертая разгоралась.</p>
    <p>Вождь варваров выхватил из ножен Возмездие и бросился к гвардейцам. Поздно.</p>
    <p>Одна стрела полетела вниз.</p>
    <p>Лайшам замер.</p>
    <p>Подобно падающей звезде, стрела описала совершенную дугу и вонзилась в самую середину огромного полотна, которое тут же вспыхнуло.</p>
    <p>«Нет», — зашептали тысячи губ.</p>
    <p>В тот же миг Император выпустил еще одну стрелу.</p>
    <p>Лайшам бросился к нему и обрушил на него удар меча, но Полоний развернулся и увильнул от удара с невероятной ловкостью. Гвардеец в свою очередь вытащил оружие. Прибежали варвары. Гвардеец отпрянул и опрокинул жаровню, гобелен на стене моментально вспыхнул, Окоон сорвал его со стены и попытался затоптать пламя ногами; Шай-Най бросился помогать ему. К ним подбежали и гвардейцы Императора, которые все это видели. А огонь на площади тем временем распространялся с ужасающей быстротой.</p>
    <p>Полоний на четвереньках отполз в угол комнаты.</p>
    <p>Лайшам двинулся на него, но тут же вынужден был развернуться, чтобы отбить атаку первого гвардейца.</p>
    <p>«Огонь», — думал он, отражая удар противника.</p>
    <p>«Они все сгорят».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Темную площадь охватила паника. Вопли ужаса, беспорядочная толкотня и сотни юных дев на коленях, тут же затоптанные другими. Тем, кто находился с краю, удалось вырваться, но они тут же натолкнулись на стену оцепеневших стражников. У тех же, кто был в середине, не было никаких шансов спастись.</p>
    <p>Огонь распространялся с невероятной быстротой.</p>
    <p>Аделии было семнадцать лет, и она стояла в самой середине толпы. Стрела вонзилась в затылок какой-то незнакомой девушки, в нескольких шагах от нее, но девушка не упала, потому что ее неловко поддержали подруги. Когда Аделия поняла, что ей предстоит сгореть заживо, она попыталась развернуться и добраться до ближайшего края площади. Она споткнулась, попыталась подняться, сделала глубокий вдох, но вместо воздуха в ее легкие вошел густой черный дым. Со слезами на глазах она снова упала и почувствовала, как у нее в плече что-то хрустнуло. Ее начало рвать. Слова юного Маркуса, с которым она обручилась две недели назад, звучали у нее в голове. Ничто ни. Дыра в гобелене, увидеть небо, увидеть небо, как быстро все произошло, когда не. Но у нее на спине была зияющая рана, и она уже не могла подняться, и ее все рвало и рвало — дышать, дышать, разлучит нас. Увидев, как пламя охватывает чье-то лицо, она потеряла сознание.</p>
    <p>Яркий свет пламени озарил темный город. Благовония сыграли свою роль. Огонь распространялся во всех направлениях. Люди по бокам площади некоторое время тупо глядели на пламя. И вдруг их как громом поразила ужасающая реальность происходящего. И они тоже стали кричать.</p>
    <p>Она не хотела умирать: она хотела жить, дышать полной грудью, целоваться с мальчишками на Золотом Мосту, глядя, как лучи закатного солнца смешиваются с охрой каньонов. Ее звали Джеласина, у нее были длинные светлые волосы и нефритовые глаза. Она была настолько красивой, что это казалось невозможным. Однажды один человек сказал ей. «Жизнь не имеет конца». Пламя, лизавшее ей кожу, было ненастоящим. Жар, дым и ее прекрасные волосы, охваченные огнем, — всего этого не существовало. Она стала кричать. Ее муки становились невыносимыми. Ее глаза начали плавиться. Внутренности таяли, о мама, мамочка! Для того чтобы описать то, что с ней происходило, еще не было придумано слов. Кинжал прямо в сердце по сравнению с этим показался бы наслаждением. Но здесь не было кинжала. Лишь царство огня и смерти.</p>
    <p>На ступеньках дворца в ужасе пятились советники. Ничто не предвещало такого исхода. Она даже не знали, кто отдал этот приказ. Варвары? Это было единственное объяснение. Но зачем они это сделали, ведь они вошли в Дат-Лахан, чтобы защитить город? Какая им выгода от чудовищной смерти тысяч невинных дев? С округлившимися от ужаса глазами азенаты скрылись в полумраке дворца.</p>
    <p>Она не была красива, она умоляла, висла на руке у качавшего головой солдата, который на вид был чуть старше ее. «Умоляю вас, выпустите нас, выпустите, разве вы не видите, что огонь уже близко?» Он видел. Более того — солдат не видел ничего другого, и его ум работал вхолостую: приказ, приказ, он должен исполнять приказ, «ни в коем случае не разрывайте оцепление», и он знал, что это значит, — а теперь кто-то выкрикивал новые приказы, но до него доносились лишь их обрывки, другие гвардейцы рядом с ним тоже не шевелились, а пламя подступало все ближе и ближе. Окровавленные руки, судорожно сжатые под гобеленом, — нужно его приподнять, под ним ведь столько дыма. Солдат подумал о своей девятилетней сестренке, о том, что бы он чувствовал, если бы она оказалась тут, разве может быть что-нибудь хуже? А теперь перед ним некрасивая девушка встала на четвереньки и пыталась проползти у него между ногами, а лейтенант продолжал кричать: «Что? Я же сказал: никого не пропускать!» Подавляя приступ тошноты, солдат ударил девушку ногой в лицо, и она тут же упала на спину. Волна невероятного жара нахлынула на оцепивших площадь гвардейцев. Охваченный паникой, юный солдат вырвался из рядов, чтобы только больше не чувствовать ужасающий запах горелого мяса, к которому примешивался аромат духов, и даже не обернулся, чтобы посмотреть, как умирает девушка. Пламя охватило подол ее туники, она была некрасивой, ее звали Людимила, ей было двадцать лет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Императора нигде не было. Услышав крики несчастных девушек, варвары и азенаты застыли на месте. Лайшам медленно подошел к окну, боясь смотреть на площадь. Все оказалось еще хуже, чем он думал. Гигантский гобелен, накрывавший несчастных жертв, был весь охвачен огнем. И девушки под ним стали заложницами пламени. Клубы черного дыма смешивались с цветом ночи. Запах был невыносимым.</p>
    <p>Вождь варваров вернул меч в ножны. Император снова предал его, и притом самым жутким образом. Он не просто упредил желание Лайшама: он довел его до чудовищного, непередаваемого абсурда. Бессмысленное страдание тысяч преданных огню невинных жертв.</p>
    <p>Лайшам повернулся к своим генералам. Гвардейцы Императора смотрели на него, не зная, как поступить. Казалось, все вокруг замерло в ожидании, и не было ничего, кроме криков, визга и треска пламени. Вождь варваров понял, что больше ни секунды не сможет выносить этого. Воин направился к выходу и развернулся уже у самых дверей.</p>
    <p>— Идите за мной, — сказал он тоном, не терпящим возражений.</p>
    <p>Все тут же бросились бежать: варвары и азенаты, люди, которые еще несколько секунд назад готовы были выпустить друг другу кишки. Сбежав вниз по лестницам, пронесясь через длинные коридоры без окон, они добрались до Зала Побед и остановились перед Большой Эспланадой. Их ждало ужасающее зрелище. Огонь был повсюду, теперь он уже, как страстный любовник, целовал стены домов. Мужчины и женщины в панике разбегались куда глаза глядят. Гвардейцы тщетно пытались задержать их. Девушек с одеждой в огне либо отбрасывали назад в костер, либо они сами падали на землю, превращаясь в живые факелы.</p>
    <p>Вопли. Агония. Когда гвардейцы поняли, что единственный способ помочь девушкам избежать страшной участи — это разойтись и дать им дорогу, было уже слишком поздно. Некоторые пытались спасти несчастных, но пламя перекидывалось на них самих. Другие застыли, не в силах сдвинуться с места, глядя, как прямо перед ними умирают невинные люди. За криками и визгом слышались — вернее, угадывались — треск плоти, лопанье кожи, хруст костей. А Лайшам, который все это видел, знал, что никогда не забудет этот миг, так же как и миг своей смерти, даже если проживет еще целый век. Он оторвал от своей туники лоскут ткани и, подняв забрало, засунул его себе под шлем. После этого он ринулся в толпу.</p>
    <p>Каждый шаг был как подвиг.</p>
    <p>Он не знал точно, где находится, лишь чувствовал чудовищный жар и невыносимый запах. Он наугад схватил чью-то руку. Девушка с вьющимися рыжими волосами секунду тупо смотрела на него, а потом принялась кричать. Он заставил ее замолчать ударом в лицо и подхватил, когда она стала падать. Он как вещь взвалил ее себе на плечо, развернулся и пошел прочь.</p>
    <p>Генералы Лайшама и азенаты, которые были в состоянии пошевелиться, ободренные его примером, стали делать то же самое. Стиснув зубы, прикрыв нос и рот носовыми платками, они углублялись в толпу, пытаясь спасти тех, кому еще была нужна помощь. Действия их выглядели смехотворными, ничтожными на фоне этого огненного людского моря, но они яростно продирались сквозь толпу, и несколько десятков девушек избежали смерти благодаря им.</p>
    <p>Спасенных складывали на обочине, и добровольцы, которых с каждой минутой становилось все больше и больше, оказывали им первую помощь. А вокруг были лишь обгоревшие тела, обуглившиеся конечности и потерявшие сознание девушки с красными от дыма глазами. Ад разверзся в центре Дат-Лахана.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Теперь уже не существовало соперничества, не было больше азенатов и варваров, история и прошлая вражда были забыты, сгорели в огромном костре — были лишь девушки, которых нужно было спасти. И все, кто видел Лайшама за работой, понимали, что он не мог отдать этот страшный приказ. Рискуя жизнью, он рвался в самое пекло. Хватая безжизненные юные тела, взваливая их себе на спину, иногда по два зараз, он отбирал их у пламени. И его генералы делали то же самое.</p>
    <p>Но центр площади уже полностью выгорел. Сотни девушек нашли там свою смерть. Груды обгоревших тел. Огонь пожрал все. Ободренные примером варваром, азенаты выстроились в цепи, пытаясь потушить пожар, который угрожал перекинуться на соседние кварталы. Женщины хлопотали над спасенными, оборачивали их большими белыми простынями, смачивали им лицо. Мужчины шли в костер в надежде вытащить оттуда хоть пару бездыханных тел. Лица их были закрыты платками. Все молчали. Крики жертв превратились в бормотание, которое с каждым мгновеньем затихало. Казалось, это длится уже много часов, нет, много дней.</p>
    <p>Время остановилось.</p>
    <p>И вдруг послышались звуки трубы. Все подняли голову. На одной из улиц, ведших к Большой Эспланаде, показались всадники в доспехах и черных шлемах, с длинными мечами — личная гвардия Императора. Их было около сотни, и они двигались прямо на Лайшама и его генералов.</p>
    <p>Варвары еле успели занять позицию и выхватить оружие. Через мгновение на них обрушилась атака. Лайшам обнажил Возмездие и со всего размаху нанес удар одному из передних всадников, который тут же упал с лошади. Шай-Наю повезло меньше: еще не успев обнажить меч, он уже лежал на земле с арбалетной стрелой в груди. Окоон, Наэвен и Ирхам смогли выдержать первую атаку. Нескольких азенатов выбросили из седла и тут же разрубили на куски. Часть всадников попыталась бежать; но другие тут же снова зарядили арбалеты. Один из гвардейцев, в руках у которого был Императорский флаг, указал пальцем в их сторону.</p>
    <p>— Сейчас уже поздно пытаться исправить зло, которое вы причинили! — крикнул он так громко, чтобы все его слышали. — Если вы так благодарите тех, кто открыл вам ворота, вы все умрете. Варварские псы!</p>
    <p>Ни минуты не колеблясь, Лайшам и три его генерала бросились к костру. Над самым ухом у них просвистели стрелы. Вождь варваров споткнулся и чуть не упал, но тут же поднялся. С мечом в руке он исчез в гуще пламени.</p>
    <p>Ирхам выпустил шпагу и покатился по земле. Ему в левую ногу вонзилась арбалетная стрела. Он вытащил ее и тут же тоже исчез в толпе.</p>
    <p>Несколько насмерть перепуганных девушек загородили ему дорогу. Он живо отодвинул их в сторону, и одна из предназначенных ему стрел попала в девушку. Она без единого звука рухнула на землю. Акшана же нигде не было видно.</p>
    <p>Наэвен бежал вперед, перепрыгивая через горы трупов. Его гнал не страх, а опьянение — опьянение свободой, бегством через холмы в те блаженные времена, когда человек одним прыжком мог преодолеть каньон шириной в несколько десятков шагов. Три стрелы вонзились ему в спину. Одна попала в кость и отскочила. Но не две другие. Ишвен рухнул на землю и больше уже не поднимался.</p>
    <p>Окоон схватил лежавший на земле меч и, держа его прямо перед собой, отступил. Звон стрел, ударяющихся о щит. Он хотел обернуться, но стрела вонзилась ему в руку, и он упал на спину. Далеко отбросив щит, он зигзагами побежал к центру площади. Жар был таким сильным, что у него все дрожало перед глазами, и подумал, что еще чуть-чуть, и казалось. Но он продолжал бежать. Увидевший его всадник бросился за ним.</p>
    <p>Шай-Най умер так, как всегда мечтал. Вражеский клинок снес ему всю левую часть лица вместе с ухом, но он этого не почувствовал: боли уже не было. Гвардейцы в ужасе увидели, как варвар поднялся и с пустыми руками и странной улыбкой двинулся на них. Кровавая улыбка — еще несколько шагов. Ему в сердце вонзился десяток стрел, и он перестал дышать, даже не заметив этого.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Где остальные? — спросил Лайшам, тряся Ирхама за руку.</p>
    <p>Нога у акшана была в крови, а лицо все измазано липкой сажей. Варвар моргнул и помотал головой.</p>
    <p>— Грязная свинья! — продолжил вождь варваров, переводя взгляд на дворец. — Какими же мы были наивными. Попались в ловушку как дети.</p>
    <p>Они стояли на другой стороне площади, в маленьком переулке, выходившем на более оживленную улицу. К Большой Эспланаде стекались тысячи обезумевших горожан с ведрами воды, одеялами и прочими полезными вещами, но на них, казалось, уже никто не обращал внимания. Пожар удалось локализовать. Пламя продолжало бушевать, но начался дождь. Фонари отбрасывали на мостовую золотые блики. Удары грома. Ночь стала оранжевой.</p>
    <p>— Пойду попытаюсь разыскать других, — сказал Лайшам. — А ты иди к нашим солдатам.</p>
    <p>— Что ты собираешься делать?</p>
    <p>Варвар поправил завязки на шлеме.</p>
    <p>— Мы возьмем дворец штурмом. Я отыщу Императора и заставлю его встать перед жителями города на колени и признаться в своих преступлениях. После этого я убью его. И мы покинем Дат-Лахан.</p>
    <p>— Ты серьезно?</p>
    <p>Акшан тут же пожалел о своем вопросе.</p>
    <p>— А как же сентаи?</p>
    <p>— Это не наш мир, Ирхам. Мы уйдем по ту сторону гор.</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Ты слышал. Мы покинем эти проклятые земли, друг мой. Мы не в силах победить сентаев. Их слишком много, и они слишком сильны. Их создали азенаты: так пусть захватчики исправят ошибки, которые совершили. Если сумеют.</p>
    <p>Ирхам на минуту задумался, поглаживая бороду. Вдруг его лицо озарилось.</p>
    <p>— Ты совершенно свихнулся, — радостно объявил он. — Никто еще никогда не переходил Вечные горы. Но я согласен с тобой: в этой части Архана нам больше делать нечего. Я пойду за тобой, Лайшам. Как всегда, — закончил он, кладя руку на рукоять меча.</p>
    <p>Воины вышли из переулка и смешались с толпой взволнованных горожан, направлявшихся к Большой Эспланаде. Колокола монастыря пробили два. Азенатские всадники, видимо, давно уже уехали. Вождь варваров прошептал на ухо своему помощнику какие-то указания, и воины разделились: Ирхам направился в нижнюю часть города, а Лайшам — к дворцу.</p>
    <p>Дождь, который теперь уже лил как из ведра, не сумел развеять ужасный запах. Сотни горожан с импровизированными масками на лицах складывали на телеги обгоревшие тела тех, кому не удалось спастись от огня. Семь, а может быть, и восемь тысяч девушек погибли за несколько десятков минут. Размокшие остатки необъятного гобелена: подвиги азенатов — почерневшие, рваные, обугленные — теперь валялись в лужах. Завтра, уже, может быть, через несколько часов здесь будут сентаи. «На этот раз Империи конец», — думал Лайшам, поднимаясь по ступеням дворца под непонимающими взглядами стражников.</p>
    <p>«На этот раз Империи конец».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Искупление! — что есть мочи кричал человек посреди площади. — Искупление! — кричал он, срывая рубашку, тряся разметавшимися волосами и бешено вращая глазами. — Зло всегда жило в нас, и теперь настала пора встретиться с ним лицом к лицу!</p>
    <p>Он бил себя в грудь, падал на колени посреди гор трупов, и никто, казалось, его не слушал, но слова его поднимались к самым высоким окнам императорского дворца, и Император Полоний, хихикая в темноте, подпевал им в такт.</p>
    <p>— Искупление, искупление, — мурлыкал он, глядя, как его народ копошится на Большой Эспланаде, и слезы стекали у него по щекам.</p>
    <p>Император еще что-то бормотал, когда дверь приемной, в которой он нашел убежище, отворилась, и внутрь проскользнула какая-то молчаливая, как смерть, тень. Будто что-то почувствовав, государь резко развернулся.</p>
    <p>В зале было довольно темно. На голове у Полония по-прежнему красовался его венец, но тога его была распахнута и местами запятнана кровью; черные пятна на призрачном белом фоне. Он уже не напевал. На него, подняв палицу, медленно надвигался генерал Хассн. Император слабо улыбнулся:</p>
    <p>— О, Раджак, милый, это вы, какой приятный сюрприз! Надеюсь, спектакль вам понравился. Все ведь прошло просто чудесно, не правда ли? Вы такой доблестный воин.</p>
    <p>Хассн невозмутимо продолжал движение, а государь отступал в такт мелкими неловкими шажками, не переставая говорить.</p>
    <p>— Вы знаете, а я еще помню день, когда вызвал вас, чтобы попросить принести мне… ну, в общем, вы помните. Сколько золотых я вам обещал?</p>
    <p>Вместо ответа Раджак Хассн обрушил на него свою палицу. Полоний хотел отступить, но места за ним уже не было, и он смог только отклонить голову в сторону. Ударом ему снесло пол-лица: зубы, глаз, хрящи. Император медленно сполз на землю, оставив на стене кровавый след. Он был еще жив. Генерал Хассн вновь занес палицу.</p>
    <p>— Стой!</p>
    <p>Голова его сделала полкруга.</p>
    <p>В дверном проеме стоял человек с обнаженным торсом и окровавленными плечами. Его глаза горели изумрудным огнем. Его густые черные волосы были до сих пор влажными, а из затылка так и торчала стрела. Он двинулся на Хассна, выставив вперед шпагу, снятую с трупа азенатского солдата. Это был Наэвен, вождь ишвенов.</p>
    <p>Раджак Хассн смотрел, как он приближается, с довольной улыбкой. Потом он полностью развернулся к нему.</p>
    <p>— Я не знаю, кто ты, — сквозь зубы процедил Наэвен. — Но я убью тебя.</p>
    <p>На самом деле, и он это знал, у ишвена было очень мало шансов победить в этом бою. Рана в спине, не говоря уж о затылке, причиняла ему страшную боль. Каждый шаг был мукой, и это было чудо, что ему вообще удалось встать.</p>
    <p>Когда, после падения, он открыл глаза, он решил, что умер и находится в аду. Прямо перед ним билась в агонии девушка с обугленным лицом. Но он нашел в себе силы, встал и огляделся. Все вокруг исчезло.</p>
    <p>— Эй вы, азенаты, — злобно сказал ишвен, приближаясь, и на губах у него выступила кровавая пена. — Сейчас вы все умрете.</p>
    <p>С криком раненого зверя Наэвен бросился в атаку. Раджак без труда отразил его удар, заставив его потерять равновесие. С написанной на лице мукой ишвен поднялся и приготовился прыгнуть на противника. Азенат спокойно ждал. Второй удар меча пришелся по стене. Мощным ударом палицы Раджак выбил меч из рук своего противника и тут же навалился на него. Он не привык давать своим врагам второй шанс.</p>
    <p>Наэвен понял, что настал его последний час. Голова болела так, что он едва стоял на ногах. С новым криком, еще громче предыдущего, он вцепился своему врагу в горло. Раджак Хассн был готов ко всему, кроме этого. Варвар был безоружен — ему не оставалось ничего, кроме бегства. И вот двое мужчин покатились по земле, и ишвен все сильнее давил генералу большими пальцами на глазные яблоки, будто хотел совсем выдавить их.</p>
    <p>Раджак Хассн собрал все силы, сумел вырваться и прижал ишвена к полу. Теперь он был в положении сильного: схватив противника за запястья, он заставил его разжать руки. Потом он нанес ему удар ногой в лицо, после чего зажал его голову руками и стал бить о землю. Один раз. Ишвен попытался высвободиться, но это было невозможно.</p>
    <p>— Будь ты проклят, — процедил он.</p>
    <p>Раджак во второй раз ударил его головой об пол, но и на этот раз ничего не произошло. Взор ишвена мутился, но глаза его по-прежнему были открыты. У него перед глазами плясал красный туман. Он видел скалы своей юности. Его противник резко притянул его к себе, а затем в третий раз ударил его головой о землю. И тут его череп раскололся надвое, как перезревший фрукт.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Лайшам на цыпочках шел по внутреннему саду. Дождь шелестел по листьям деревьев, рисовал бесчисленные круги на прудах, гнул податливые камыши. Вдалеке темноту пронзало дрожащее пламя факелов. Вождь варваров насторожился, крепче сжал в руке меч по имени Возмездие. Ему послышался какой-то шорох. На мгновенье он замер, после чего продолжил свой тайный путь.</p>
    <p>Зал Побед превратился в импровизированный лазарет. Гвардейцы с почерневшими лицами сносили туда безжизненные тела и складывали их прямо на полу, которого за сотнями лежащих людей уже не было видно. Говорили, что в монастыре уже нет места. Говорили, что Император в ужасе укрылся в потайных апартаментах. Чего только не говорили.</p>
    <p>Лайшам поднял голову и посмотрел на верхнюю часть дворца. Полоний наверняка в одной из этих башен. Новый шорох. На этот раз вождь варваров застыл на месте. Звук донесся откуда-то справа. Он вытянулся и сделал вид, что идет дальше. Но тут же развернулся и побежал в ту сторону, откуда, как ему показалось, донесся шорох. Мелькнула какая-то фигура, попыталась бежать. Но Лайшам оказался проворнее. В мгновение ока он был уже рядом и заставил ее обернуться.</p>
    <p>Это оказалась принц Орион.</p>
    <p>— Ты шпионил за мной, — начал вождь варваров.</p>
    <p>Юный полукровка живо замотал головой:</p>
    <p>— Я только хотел…</p>
    <p>— Что хотел? Всадить мне в спину кинжал, как твой отец?</p>
    <p>— Я не…</p>
    <p>— Послушай, — перебил его Лайшам. — Я не знаю, что ты хотел сделать. Но я собираюсь тебя убить. Ты мне не нужен.</p>
    <p>— Я хотел… помочь вам, — с трудом выговорил принц.</p>
    <p>Лайшам воззрился на него, будто видел его впервые.</p>
    <p>В жилах у наследника текла кровь варваров: он и раньше это подозревал, но теперь был в уверен.</p>
    <p>— Мой отец… — продолжал Орион.</p>
    <p>— Твой отец — самое мерзкое чудовище, которое когда-либо порождала земля, — отрезал Лайшам. — Это он отдал приказ об избиении невинных. Я был глупцом.</p>
    <p>— Он мне не отец, — спокойно ответил принц.</p>
    <p>Лайшам нахмурился:</p>
    <p>— Что?</p>
    <p>— Он усыновил меня.</p>
    <p>— Усыновил? А кто же твой настоящий отец?</p>
    <p>Юный принц покачал головой:</p>
    <p>— Не знаю.</p>
    <p>— Он тебе не отец, — повторил Лайшам. — А он сам думает, что он твой отец?</p>
    <p>— Нет, он…</p>
    <p>— Иди за мной, — велел вождь варваров, глядя на острие своего меча.</p>
    <p>— Куда? Скажите мне, что вы собираетесь делать.</p>
    <p>— Послушай, — ответил Лайшам, увлекая его в другую часть сада. — Мне следовало бы тебя убить: потому что ты его сын, только поэтому. Так что не испытывай мое терпение.</p>
    <p>— Но вы… Вы не убьете меня. Потому что вы не такой, как он.</p>
    <p>— Не знаю. И ты не знаешь.</p>
    <p>Схватив принца за запястье, он направился к двустворчатой бронзовой двери. Темноту прорезала молния, тут же раздался удар грома. Дождь потоками стекал со шлема варвара. Он хотел бы, чтобы этот дождь никогда не кончался.</p>
    <p>Дверь оказалась открытой.</p>
    <p>За ней стояли два вооруженных копьями стражника и тихо переговаривались. Увидев две фигуры, они с удивлением направили на них свое оружие. Узнав принца, они опустили копья.</p>
    <p>— Ваше высочество?</p>
    <p>— Все… Все хорошо, — успокоил их Орион неестественным голосом.</p>
    <p>— Где Император? — нервно спросил Лайшам.</p>
    <p>Стражники переглянулись.</p>
    <p>— Никто не знает, — ответил один.</p>
    <p>— Его все ищут, — добавил другой.</p>
    <p>— Все?</p>
    <p>— Генерал Хассн искал его. Кажется.</p>
    <p>— Нельзя терять ни секунды, — сказал вождь варваров, бросаясь к первой попавшейся лестнице. — Отведи меня в его покои. В покои генерала.</p>
    <p>Юный принц сглотнул и поспешил за ним вслед.</p>
    <p>— Я не знаю…</p>
    <p>— Мои друзья убиты, — ответил Лайшам, не оборачиваясь. — Мне следовало бы проткнуть мечом всех мерзавцев, которых я встречу в этом дворце. Но я этого не сделаю. Мне нужен только Полоний. Поэтому помоги мне его отыскать. Или уходи.</p>
    <p>Орион промолчал.</p>
    <p>Не менее часа мужчины обходили дворец в поисках Раджака и Императора. Здание было огромным, полным тесных коридоров, потайных комнат, секретных проходов. Они выходили на каменные террасы, забирались на вершины башен, расспрашивали стражников, которые давали им противоречивые ответы, если вовсе не пытались преградить путь.</p>
    <p>Орион молчал. Он шел за Лайшамом, следил за каждым его жестом. «Самый доблестный воин за всю историю Архана», — повторял он себе. В кошачьей грации этого человека, в уверенности движений, в исходящей от него силе было что-то непостижимое. За один лишь час, проведенный рядом с ним, принц почувствовал, что он ему ближе, чем когда-либо был его приемный отец. Этот человек был добрым — несмотря на его страдания, несмотря на его тайны, несмотря на шлем, который он никогда не снимал. Принц чувствовал это. И знал, что Лайшам никогда не причинит ему зла.</p>
    <p>А вождь варваров испытывал странную симпатию к юному принцу, который по-прежнему шел за ним и явно старался помочь. Юноша просил стражников пропустить их. Предлагал маршруты, подсказывал тайники, о которых не знал Лайшам, потайные комнаты, в которых они еще не были. Почему он помогал ему? Трудно сказать. Но так или иначе он был рад, что тот рядом.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Колокола монастыря пробили три.</p>
    <p>Орион и Лайшам толкнули приоткрытую дверь и вошли в приемную. За окном по-прежнему шел дождь и громыхал гром. Время от времени темноту прорезала молния. У окна, рядом со шторой, в полумраке виднелось чье-то тело. Оно еще шевелилось. Вождь варваров ткнул его носком сапога; тело ответило слабым стоном.</p>
    <p>Это был Император.</p>
    <p>— Принеси света, — велел варвар.</p>
    <p>Орион подчинился. Когда он вернулся, Лайшам стоял на том же месте. С мечом в руке, устремив перед собой невидящий взгляд, он стоял, погруженный в свои мысли.</p>
    <p>— О Святое Сердце Единственного, — простонал Орион, с факелом в руке вставая на колени подле своего отца.</p>
    <p>То, что Полоний был еще жив, было чудом. Удар Раджака снес ему половину лица. У него не было одного глаза. Его лицо превратилось в месиво из костей и кровавого мяса. По подбородку стекала струйка крови, и при вдохах и выдохах он издавал ужасный хрип.</p>
    <p>— Кто это сделал? — спросил юный принц.</p>
    <p>Император попытался что-то сказать, но вместо слов из его горла вырвалось лишь невнятное клокотание.</p>
    <p>— Нужно позвать на помощь, — заявил Орион. — Позвать лекарей. Нужно отнести его к монахиням. Он еще жив.</p>
    <p>Резким движением Лайшам поднял его на ноги.</p>
    <p>— Что?.. — начал было принц.</p>
    <p>Вождь варваров сбил его с ног ударом кулака. Потом он встал на колени и схватил Императора за то, что осталось от его тоги. В руке он по-прежнему держал Возмездие.</p>
    <p>— Ты худшее порождение этого мира, — начал он. — Сколько же лет я мечтал об этом миге.</p>
    <p>Единственный глаз Полония наполнился ужасом.</p>
    <p>— Жаль, что это сделал не я, — продолжал Лайшам.</p>
    <p>В этот момент он почувствовал у себя за спиной какое-то движение. Воин обернулся, выпустив из рук тело Императора. Принц Орион обнажил свой меч и, держа в одной руке факел, а в другой оружие, собирался нанести удар. Лайшам прыжком вскочил на ноги и отразил первый неловкий выпад. Искусным маневром он выбил меч из рук принца. Тот попытался сделать несколько выпадов факелом, но варвар схватил его за руку и заставил встать на колени. Факел упал на пол.</p>
    <p>— Ты знаешь, кто я? — спросил его варвар. — Иди сюда.</p>
    <p>Он поднял своего юного противника на ноги с такой легкостью, будто это была груда тряпок, и подтащил к месту, где лежал Император. Выпустив меч, он притянул государя к себе. Оба — и отец, и сын — отныне были в его власти.</p>
    <p>— Не двигайся, — приказал Лайшам.</p>
    <p>Он разжал руки и поднял забрало. Потом он приблизил свое лицо к лицу Полония.</p>
    <p>— Я тот, которого ты убил, — начал он. — Я спас тебе жизнь, и мы заключили сделку. Но ты нарушил наш уговор. Я вернулся к тебе, и ты снова предал меня. Ты послал меня на смерть. Ты замучил мою жену. Ты истребил мой народ. Ты истребил свой народ. Чтобы описать твою душу, еще не придумано слов.</p>
    <p>— Кто… Кто… — бормотал Орион, увидев лицо варвара.</p>
    <p>— Я тот, кто вернулся, чтобы спасти вас от самих себя. Я палач твоего отца. Ты знаешь, кто я.</p>
    <p>— Фы… фейфяф… умьёф… — простонал Император, силясь высвободиться.</p>
    <p>— Да нет же, глупец. Это ты сейчас умрешь.</p>
    <p>Лайшам поднялся и схватил лежавший на полу меч. Полоний бессильно рухнул на пол.</p>
    <p>— Я предпочел бы подольше наслаждаться этой минутой, — сказал варвар, приставив острие меча к груди своего врага.</p>
    <p>— Не делайте этого! — прошептал юный принц.</p>
    <p>Вместо ответа Лайшам вонзил клинок Императору в сердце, приколов его к полу как насекомое. Тело старика на секунду изогнулось, потом напряглось, как натянутая веревка, после чего мышцы разом расслабились, и он испустил дух. Варвар вытащил меч и вновь опустил забрало на шлеме. Орион поднял на него испуганный взгляд и попятился.</p>
    <p>— Я подарил ему самую легкую из смертей, — сказал Лайшам. — Его следовало убить еще много лет назад.</p>
    <p>Орион подобрал факел и подошел к окну. Без единого слова он поднес пламя к занавескам из пурпурного шелка, которые тут же вспыхнули. Ничто больше не имело значения: он должен был бы оплакивать смерть своего отца, но не мог — у него внутри что-то сломалось.</p>
    <p>— Что ты делаешь? — спросил варвар.</p>
    <p>Вместо ответа юный принц взял свой меч и вышел.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>«Император умер!»</p>
    <p>Когда один из слуг случайно наткнулся на него, лежащего в луже крови, в приемной северного крыла дворца, слух об этом со скоростью молнии разнесся по всему дворцу, и теперь уже все только об этом и говорили. Обугленные тела в Зале Побед пришлось уже складывать друг на друга; вонь становилась невыносимой. Гроза за окном бушевала с такой яростью, что ветер задувал пламя в висящих на фасаде светильниках.</p>
    <p>Советники и генералы собирались маленькими группками и, тревожно озираясь, вполголоса обсуждали ситуацию. Императора убили: такое за всю долгую историю Дат-Лахана случалось лишь дважды, да и то столь давно, что никто об этом уже не помнил. Что полагается делать в таких случаях? Собирать сенат? Но сената больше нет. Совет генералов? Но кто будет его вести? И потом — самое ужасное: по последним сведениям от разведчиков, сентаи уже совсем близко, гораздо ближе, чем все сначала подумали. Люди были в полном смятении.</p>
    <p>— За мной!</p>
    <p>В сопровождении двух офицеров и нескольких гвардейцев сенатор Адамант широкими шагами шел к северному крылу дворца — туда, где обнаружили тело государя. На фоне всеобщего смятения, от этого человека исходило ощущение спокойной уверенности в себе, которая, как он надеялся, делала его самым естественным претендентом на трон — по крайней мере, временным. «Час настал», — думал сенатор, поднимаясь по ступенькам широкой лестницы, усеянной безжизненными телами. На его лице не отражалось никаких эмоций.</p>
    <p>— Мы должны срочно принять чрезвычайные меры. Найдите мне…</p>
    <p>Он остановился на полуслове, и его люди тоже замерли.</p>
    <p>В глубине коридора появился Раджак Хассн, еще более устрашающего вида, чем обычно. Его палица, которую он держал в руке, была вся в крови. Он снял свой шлем, и с его щек свешивались лоскутья омертвевшей кожи. Он медленно приблизился.</p>
    <p>— Святое Сердце, — прошептал Адамант. — Что ты сделал?</p>
    <p>Не удостоив его ответом, Раджак Хассн продолжал идти вперед.</p>
    <p>Он нанес Императору удар, но внезапное появление ишвена не дало ему докончить дело. Потом ветер задул факелы, и Раджак Хассн вернулся назад (он терпеть не мог темноту), думая, что Полоний все равно умрет. После этого он пустился на поиски Адаманта.</p>
    <p>— Ты сошел с ума, — продолжал сенатор. — Это ведь ты, верно? Это ты убил Императора!</p>
    <p>Гвардейцы вокруг него напряглись и положили руки на мечи.</p>
    <p>Раджак Хассн что-то пробормотал. Звуки, которые он издавал, невозможно было понять. Лишь Адамант умел обращать его мысли в слова.</p>
    <p>— Ак… ии… иасе… о… доже… бы… умеефь…</p>
    <p>— Так или иначе, он должен был умереть, — повторил сенатор, утирая пот со лба. — Пожалуйста, скажите мне, что это лишь дурной сон.</p>
    <p>Новое клокотание.</p>
    <p>«И ты был согласен».</p>
    <p>Сжимая в опущенной руке палицу, Раджак Хассн продолжал надвигаться на Адаманта.</p>
    <p>— Ты хочешь взойти на трон вместо него?</p>
    <p>«Нет, нет! Мы должны были оба взойти на трон. Ты так говорил мне».</p>
    <p>— Мы все должны… умереть? — задохнулся от гнева Адамант. — Да будет Единственный мне свидетелем! Будьте осторожны, — предупредил Адамант сенаторов. — Он потерял последние крупицы разума, которые у него оставались.</p>
    <p>Обезумев от ярости, генерал Хассн поднял палицу и ринулся в атаку. Сенатор тут же спрятался за спины гвардейцев, которые моментально обнажили мечи. От удара один из солдат покачнулся и чуть не упал. Но прежде чем он успел даже подумать о том, чтобы выпрямиться, у него уже был расколот череп и он был мертв.</p>
    <p>— На помощь! — закричал Адамант, обращаясь в бегство. — Сюда! Его величество Императора убил Раджак Хассн!</p>
    <p>Перед генералом вырос другой гвардеец. Он сделал выпад, но Раджак отклонился и ответил ударом такой силы, что грудная клетка солдата разломилась пополам. Раджак Хассн развернулся, чтобы отразить еще один удар, раздробил руку третьего гвардейца об стену коридора и бросился вдогонку за сенатором.</p>
    <p>Адамант продолжал кричать. Вскоре двери отворились, и на пороге появились стражники с арбалетами.</p>
    <p>— Стреляйте! Стреляйте! — приказал сенатор.</p>
    <p>Сбитые с толку гвардейцы секунду помедлили. Раньше генерал Хассн был их начальником. Но теперь он, казалось, не узнавал их.</p>
    <p>Один из арбалетчиков выстрелил. Выпущенная почти в упор стрела вонзилась Раджаку Хассну в живот. Тот схватил солдата за край туники и ударил коленом в живот, после чего железными пальцами сжал лицо и отбросил как можно дальше.</p>
    <p>Вторая стрела попала ему в спину. Этого генерал даже не почувствовал. Он бросился за Адамантом, который несся вниз по лестнице, голося изо всех сил.</p>
    <p>— На помощь!</p>
    <p>Один лишний шаг, и сенатор потерял равновесие и покатился по ступенькам. Когда через несколько секунд он пришел в себя и со стоном поднялся, Раджак Хассн уже стоял над ним.</p>
    <p>— Пощады! — простонал сенатор, хватая его за ноги.</p>
    <p>Генерал без труда высвободился и сомкнул пальцы у него на горле. Ему в спину вонзились еще две арбалетные стрелы, но он даже не поморщился. Губы сенатора постепенно синели. Раджак Хассн медленно приблизил свое лицо к лицу Адаманта.</p>
    <p>И впился в него зубами.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Окоон взглянул на девушку, которая только что наложила ему повязку, и улыбнулся. Она была азенаткой, но это не имело значения. Найан был жив. Рука у него онемела, и он ее не чувствовал, но главное, что он жив. Сидя на обочине улицы Трех Копий он единственным глазом глядел на почерневшие от сажи витрины магазинчиков. У некоторых домов обрушились фасады. Магазины были превращены в лазареты.</p>
    <p>Люди ходили взад и вперед, таскали носилки, толкали перед собой тележки, груженные провизией, одеждой, одеялами.</p>
    <p>Варвар встал на ноги. У него за поясом был метательный топорик. Он уже не помнил, где нашел его. Повернувшись к юной азенатке, он ощупал свое лицо и снова улыбнулся.</p>
    <p>— С этой стороны все на месте, — сообщил он. Дождь, между тем, почти кончился.</p>
    <p>— Вам нужно отдохнуть, — ласково ответила девушка, красавица с черными волосами, напоминавшая ему о прошлом. — Вы еле стоите на ногах.</p>
    <p>— Я должен разыскать своих, — сказал Окоон, поворачиваясь лицом к дворцу. — Если они еще живы.</p>
    <p>— Вы измождены.</p>
    <p>Найан вздохнул и погладил перевязанную руку. У него в голове пронеслись какие-то неясные образы. Он, Лайшам и женщина его народа — женщина…</p>
    <p>— Я должен их разыскать, — снова сказал он девушке. — Спасибо за все.</p>
    <p>Потом варвар смешался с толпой и помчался к дворцу.</p>
    <p>В углу площади перед дворцом соорудили небольшую импровизированную часовню. Никто не смотрел на него. Он на секунду остановился, приподнял одну из простыней: под ней спала молодая женщина с лицом, покрытым красными волдырями. Волосы, брови, губы, — все исчезло. Окоон вновь прикрыл ее простыней и пошел дальше своей дорогой.</p>
    <p>На ступеньках дворца он на мгновенье остановился и обернулся, чтобы оценить, что осталось от Большой Эспланады. Площадь была покрыта отвратительной смесью грязи, пепла и обугленных человеческих останков. Дождь кончился, но издалека еще доносились раскаты грома. Найан принюхался: резкий запах, от которого к горлу подступала тошнота.</p>
    <p>Скоро должно было рассвести. Окоон подумал, живы ли еще его друзья. Он был почти уверен, что Шай-Най погиб. Но остальные? Где найти их в этом всеобщем смятении? Как узнать, что с ними? По ступенькам, подбирая полы тоги, спускались азенатские скрибы. «Император умер», — тихо шептали все вокруг. Стражники в доспехах неслись к Залу Побед. Слуги с изможденными лицами тащили носилки в противоположном направлении. Никто здесь не мог ему помочь.</p>
    <p>— Генерал!</p>
    <p>Найан обернулся и чуть не умер от радости.</p>
    <p>Рядом, с распростертыми объятиями и взъерошенными волосами стоял Салим — верный слуга Лайшама.</p>
    <p>Окоон бросился к нему и долго прижимал товарища к груди. Потом мужчины с тревогой посмотрели друг на друга.</p>
    <p>— Где Лайшам?</p>
    <p>— Не знаю, генерал. Я потерял его, как и всех остальных. А у вас что?</p>
    <p>— Ничего. Я был с ними, когда начался пожар.</p>
    <p>— Я тоже там был, — многозначительно сказал акшан. — Лайшам попросил меня узнать о том, что готовится. Но я вернулся слишком поздно: вы уже все ушли. Тогда я тоже отправился на Большую Эспланаду. Это было поистине ужасно.</p>
    <p>— Другого слова нет, мой милый Салим. Но главное, что нас уже двое.</p>
    <p>— Да. Но тут есть еще кое-кто и…</p>
    <p>Он указал на пожилую женщину, которая держалась в стороне, но разглядывала Салима и Окоона с большим интересом.</p>
    <p>— Кто это?</p>
    <p>Акшан сделал старухе знак, и та осторожно приблизилась.</p>
    <p>— Ее зовут Тирцея, — объяснил Салим. — Она, как и мы, ищет Лайшама.</p>
    <p>— Зачем? — спросил Окоон.</p>
    <p>— Можете говорить все без утайки, — шепнул акшан женщине на ухо. — Это один из генералов, о которых я вам говорил.</p>
    <p>— Хвала Единственному, — тихо сказала пожилая женщина — Меня послала сестра Наджа.</p>
    <p>— Сестра Наджа?</p>
    <p>— Из монастыря Скорбящей Матери. У нее сообщение чрезвычайной важности для вашего господина.</p>
    <p>— Сообщение? И о чем же?</p>
    <p>— Это сложно, — сказала Тирцея.</p>
    <p>— Ну, в таком случае…</p>
    <p>— В нем говорится о прошлом Лайшама, — вмешался Салим. — Правда ведь?</p>
    <p>Старая служанка кивнула.</p>
    <p>— Не могу сказать вам ничего больше. Это касается… Тириуса Бархана.</p>
    <p>— Тириуса Бархана!</p>
    <p>Салим скрестил руки на груди.</p>
    <p>— Вот видите, — улыбнулся он. — Когда она мне это сказала, я понял, что это действительно важное сообщение.</p>
    <p>— Великий Дух, — прошептал Окоон. — И кто эта монахиня, о которой вы говорили?</p>
    <p>— Вы не знаете? — с недоверием сказала служанка.</p>
    <p>Мужчины покачали головами.</p>
    <p>— Это императрица, — тихо сказала Тирцея.</p>
    <p>Найан ничем не выдал своего удивления. Его ум работал с бешеной скоростью. Он очень мало знал о прошлом своего друга. Лайшам утверждал, что однажды он уже умер, что перед этим он прожил другую жизнь — жизнь, воспоминание о которой теперь вновь возникало, как развалины из-под песка.</p>
    <p>— Императрица, — повторил Окоон равнодушным голосом. — Как вы думаете, она бы согласилась передать сообщение, адресованное Лайшаму, мне? Дело в том, что в данный момент мы даже не знаем, жив ли он.</p>
    <p>Старая служанка сделала рукой неопределенный жест.</p>
    <p>— Не знаю, — ответила она. — Я и сама долго колебалась, прежде чем отправиться на его поиски.</p>
    <p>— Почему? — спросил Салим.</p>
    <p>— Постойте, — сказал Окоон. — Мы ведь можем попробовать, верно? Я могу отправиться в монастырь вместе с вами.</p>
    <p>Тирцея пожала плечами:</p>
    <p>— Да, попробовать мы можем.</p>
    <p>— Вот и отлично, — обрадовался найан. — Салим останется здесь и будет продолжать поиски Лайшама. Если ты найдешь его, друг мой, скажи ему, что мы отправились в монастырь. Я принесу ему послание от императрицы.</p>
    <p>Акшан кивнул.</p>
    <p>Окоон поправил повязку и удалился вместе со старой служанкой.</p>
    <p>Вдалеке возвышалась черная громада монастыря, а позади нее — величественные и непреодолимые Вечные горы. Салим знал, что его хозяин вполне мог погибнуть в огне.</p>
    <p>Но что-то говорило ему, что он спасся. За долгие годы, проведенные вместе, он понял: все не может закончиться вот так.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Лайшам вышел из приемной.</p>
    <p>Принц Орион смотрел на него, прислонившись к стене.</p>
    <p>Вождь варваров коснулся рукой забрала и остановился как вкопанный.</p>
    <p>Она была здесь, совсем рядом. И он не видел ничего, кроме нее.</p>
    <p>Она. Женщина его жизни, единственная, которую он по-настоящему любил. Она стояла рядом с Орионом, но юный принц явно ее не видел.</p>
    <p>Лайшам сделал несколько шагов вперед.</p>
    <p>Он вытянул руку, желая прикоснуться к ней. На ее губах играла странная улыбка, нежная и печальная, как осень.</p>
    <p>И вдруг варвар содрогнулся с головы до ног.</p>
    <p>Он хотел что-то сказать, но боялся, что видение исчезнет. Молодая женщина нежно положила руку Ориону на плечо, и губы ее зашевелились. Она шептало ему на ухо какую-то тайну.</p>
    <p>Принц вынул руки из-за спины. В руке у него был меч.</p>
    <p>Лайшам уронил Возмездие.</p>
    <p>Орион сделал вид, что поднимает оружие. Он подошел к варвару, но в последний момент пальцы разжались, и его меч также скользнул на пол. Юноша осторожно поставил на пол одно колено, затем другое. И заплакал. Не веря своим глазам, вождь варваров сел рядом с ним на корточки. Молодая женщина все еще стояла за спиной принца. Она глядела на них.</p>
    <p>— Он не был мне отцом, — всхлипнул Орион.</p>
    <p>— Я знаю, — ответил Лайшам.</p>
    <p>— Но у меня никого больше не было. Вы и представить не можете, каково это.</p>
    <p>— Ты думаешь? Посмотри на меня. Посмотри на меня. Я не страдаю, потому что мне больше нечего терять. Азенаты отобрали у меня все, что могли.</p>
    <p>Принц поднял глаза.</p>
    <p>— Вы… много страдали.</p>
    <p>— Больше, чем простые смертные, — ответил Лайшам, поднимаясь. — Жажда мести — вот что все эти годы поддерживало во мне жизнь. А теперь…</p>
    <p>— Понимаю, — сказал принц, поворачиваясь к женщине.</p>
    <p>«Он не видит ее, — подумал Лайшам. — Но она его видит. И хочет мне что-то сказать».</p>
    <p>Не в силах больше сдерживаться, вождь варваров протянул руки к своей возлюбленной. Видение тут же рассеялось. Руки варвара бессильно упали. Мираж. Призрак прошлого.</p>
    <p>— Что с вами? — спросил Орион.</p>
    <p>— Ничего.</p>
    <p>— Вы тоже плачете.</p>
    <p>— Откуда ты знаешь?</p>
    <p>— Поднимите забрало.</p>
    <p>Лайшам пожал плечами.</p>
    <p>— Не проси меня об этом, — ответил он. — Я открываю свое лицо лишь тем, кто помнит его. А ты не можешь…</p>
    <p>Он остановился на полуслове.</p>
    <p>С нижних этажей доносились крики и возгласы. Мужчины поднялись и направились к лестнице. Лайшам машинально поднял с земли свой меч.</p>
    <p>— Тревога! — крикнул кто-то. — Тревога!</p>
    <p>На улице страшно завывал ветер.</p>
    <p>— Град идет, — спокойно сказал принц.</p>
    <p>— Это не град, — отозвался вождь варваров, подходя к окну.</p>
    <p>На каменных плитах пола шевелились какие-то странные штуки. Их становилось все больше и больше. Шпок. Шпок. Лайшам взял одну из них в руку. У принца округлились глаза. В руках у варвара был довольно крупный богомол, который шевелил своими острыми как лезвия задними лапками. Это могло означать только одно.</p>
    <p>— Сентай, — сказал Лайшам.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Последний бой.</p>
    <p>Окаменев от ужаса, жители Дат-Лахана глядели на небо.</p>
    <p>Дети в кроватках, старики на смертном одре, богатые купцы из верхнего города, бродяги, уснувшие у подножия стен, ремесленники и солдаты, проститутки и пророки, раненые, целители, умирающие и монахини — все притихли и смотрели, как огромное облако, которое еще только что виднелось на горизонте, разрасталось и извергало на землю мириады зеленоватых насекомых, десять миллионов богомолов, которые, затмевая собой все, падали и задали на крыши и мостовые.</p>
    <p>Сентай!</p>
    <p>Император умер, а у ворот города стоял враг.</p>
    <p>Обезумевшие от ужаса часовые трубили в рог, искали защиты у своих генералов, показывали пальцем на громаду вражеских войск. Сентай пришли с юга. Они собрались на равнине, у стен, сели верхом на ужасных монстров и теперь, казалось, ждали какого-то сигнала, быть может рассвета, чтобы устремиться на штурм Дат-Лахана.</p>
    <p>Азенатские войска мгновенно приготовились к бою. Генерал Араке взял на себя командование легионами и стал раздавать приказы всем капитанам и лейтенантам, которые ему попадались. По всему городу были разосланы гонцы.</p>
    <p>Когда прозвучал призыв взяться за оружие, большинство солдат и так не спали. В полном молчании, дрожа от страха, они тут же вскочили и надели доспехи. Потом они взяли мечи и арбалеты и стали ждать приказа.</p>
    <p>На двойных стенах города стали разогревать масло, зажигать жаровни. В стратегически важных местах поместили лучников, а у Больших Южных ворот поставили несколько лучших отрядов. Сами ворота укрепили огромными железными поперечинами, а в ров между двумя стенами напустили мурен.</p>
    <p>Дождь из богомолов усиливался.</p>
    <p>И пока свирепые сентайские воины, поглаживая по шее своих дремлющих монстров с отливающими синевой животами и сверкающими клыками, с улыбкой взирали на приготовления своих врагов, пока азенатские солдаты вручали свои души Единственному и в последний раз проверяли оружие, пока Большая Эспланада и соседние улицы постепенно пустели, варвары тоже пустились в путь — и пошли навстречу своей судьбе.</p>
    <p>Акшан Ирхам, который отправился собирать войска Лайшама, даже не поднял глаза, когда начался дождь. Ему уже случалось видеть подобное в ходе его прошлых кампаний. Это означало лишь одно: приказ Лайшама изменился. Сентайская угроза затмила все остальное. Ирхам еще не знал, что Императора уже нет в живых, но это не имело значения. Он раздраженно раздавил насекомое о землю. Затем направился к офицерскому лагерю.</p>
    <p>Укрывшись в одной из башен дворца, в потайной комнате, где стражники ни за что бы его не нашли, Раджак Хассн готовился убить шестого гвардейца. Он ждал только, чтобы его оставили одного. Обычно хватало одного удара палицы. Гнев удесятерял его силу. Император был мертв. Сенатор Адамант тоже был мертв. Теперь пришел черед исчезнуть юному принцу. Он хотел убить его, прежде чем заняться Лайшамом. Варвара он убьет не сразу. Сначала он раздробит ему все кости, потом голыми руками оторвет ему голову. Сколько страданий он перенес! Он заставит его заплатить за них сторицей. При этой мысли Хассн облизал то, что осталось от его губ. К нему приближался еще один гвардеец. Через несколько секунд его сердце остановится.</p>
    <p>В этот же миг генерал Окоон входил в монастырь Скорбящей Матери. Внутри было темно и тихо. Несколько фигур распростерлись прямо на полу, прижав лицо к полу и раскинув руки — монахини молились. Старая Тирцея указывала ему дорогу, а я ждала их рядом у двери, ведущей в сад. Когда они подошли, я встала, и Окоон скользнул по мне взглядом. «Это Голос», — прошептала служанка, когда они чуть отошли. «Голос?» — спросил найан. «Голос Единственного, — пояснила Тирцея. — Он живет в ней». В полумраке Окоон обернулся. Его охватило странное чувство, смесь тревоги и восхищения. Голос Единственного? Вдалеке над холмами небо постепенно окрашивалось в нежно-фиолетовый цвет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда насекомые с острыми лапками перестали падать на Дат-Лахан, когда последний богомол стукнулся о землю у ног азенатского солдата, более чем на полчаса воцарилась тишина — такая, какой этот город еще не знал. Стоявшие на стенах воины переглянулись. Армия сентаев не сдвинулась с места.</p>
    <p>Акшан Ирхам закончил сбор войск. Теперь многие тысячи молчаливых и полных решимости варваров, одетых в кожу и вооруженных топорами, мечами и хлыстами, двигались к Большой Эспланаде. Улицы были пустынны, но никто уже не спал.</p>
    <p>Земля была окутана покровом из бледно-зеленых насекомых, которые, когда на них наступали сандалией или сапогом, издавали отвратительный хруст. Ночь медленно уступала место утру, и заря окрашивала небо в нежные розовато-оранжевые тона.</p>
    <p>Лайшам и принц Орион стояли на ступенях дворца. Вокруг них суетились несколько азенатских советников, скрибов и сенаторов. Теперь уже о смерти Императора стало известно всем, никто не знал, кто его убил, но одно было ясно: это не вождь варваров — юный наследник подтвердил это, и все сановники Империи, казалось, были счастливы оттого, что могут вновь положиться на Лайшама — единственного, кто может защитить город.</p>
    <p>— Что вы собираетесь делать? — спросил один из сенаторов.</p>
    <p>— Мне никогда не случалось бывать в осажденном городе, — ответил варвар. — Но я знаю методы сентаев. Они попытаются взобраться на стены без каких-либо приспособлений.</p>
    <p>— Что-что?</p>
    <p>— Они на это способны. Их пальцы заканчиваются особыми крючкообразными когтями, которые позволяют им с необычайной легкостью лазать по вертикальным поверхностям. Взобраться на стены города не составит им труда. Нужно разместить на верху стены как можно больше наших людей.</p>
    <p>— Командование войсками взял генерал Араке, — сказал кто-то.</p>
    <p>— Я поговорю с ним, — отозвался Лайшам.</p>
    <p>— А ваши люди? Где они? Где обещанная помощь?</p>
    <p>— Они скоро будут.</p>
    <p>— Какая ужасная ночь, — вздохнул кто-то. — Она навсегда останется…</p>
    <p>— На помощь!</p>
    <p>Все разом обернулись. В Зале Побед стоял гвардеец Императора. Он держал под руку другого гвардейца, который бился в агонии с кровавым пятном на груди. Лайшам, а затем и азенаты, бросились к нему и подхватили раненого в тот момент, когда товарищ отпустил его. «Я вместе с ними, — подумал варвар. — Я пришел сюда, чтобы поставить их на колени, а теперь я с ними заодно. Ведь они нуждаются во мне».</p>
    <p>Он осторожно уложил раненого на пол, устроил его руки вдоль тела. С такой раной шансов у гвардейца было немного: у него не хватало части ребер. Солдат широко раскрытыми глазами пристально глядел на варвара. Его губы слабо шевелились.</p>
    <p>— Одеяло! — приказал Лайшам. Потом, поднимая глаза на второго гвардейца, спросил:</p>
    <p>— Что произошло?</p>
    <p>— Раджак Хассн, — ответил тот. — Он спрятался в одной из западных башен. Он совершенно спятил. Он говорит, что трон принадлежит ему. Он уже убил не меньше дюжины собственных телохранителей.</p>
    <p>— Хассн, — прошептал кто-то из сенаторов.</p>
    <p>— Да будет проклято его имя! — вскричал другой сенатор.</p>
    <p>— Мы не должны были доверять им, — добавил кто-то. — Ему и этому змею Адаманту.</p>
    <p>Лайшам не слушал их. Он укрыл раненого солдата одеялом и, прикрыв глаза, держал его за запястье. В ушах у него уже звучал грохот битвы. Погибнут тысячи людей: это неизбежно. Пусть рухнет Дат-Лахан, и тогда с Империей будет покончено.</p>
    <p>— Мы больше ничего не можем для него сделать, — вздохнул варвар, поднимаясь. — Скоро он будет вместе со своими братьями.</p>
    <p>Стоявшие рядом фыркнули и слегка отвернулись. Лайшам медленно покинул Зал Побед и вернулся на ступеньки дворца. К нему подошел Орион. Через несколько минут из-за темной линии каньонов покажется солнце.</p>
    <p>— О чем вы думаете? — спросил юный принц.</p>
    <p>— О битве, которая нас ожидает. О тех, кто уже мертв, и о тех, кому еще предстоит погибнуть.</p>
    <p>— У нас есть шансы?</p>
    <p>Лайшам провел себе рукой по плечу и коснулся рукояти Возмездия.</p>
    <p>— Шансы есть всегда. Главное — понять, где они спрятаны.</p>
    <p>— Все настолько плохо?</p>
    <p>— Все еще хуже.</p>
    <p>С минуту оба молчали.</p>
    <p>Внезапно на другом конце площади показался конь Ирхама. За ним по всем прилегающим улочкам скакали тридцать тысяч человек — тридцать тысяч человек, готовых до последней капли крови сражаться за родную землю. Они были объединены в несколько десятков колонн, и лишь самая большая из них остановилась. Азенаты, стоявшие у дверей домов, выглядывавшие из окон, расположившиеся на крышах, видели, что эти гордые воины пришли защитить их. Теперь уже никто не верил, что пожар на Большой Эспланаде мог произойти по вине варваров. Разнесся слух, что страшный приказ отдал сам Император. Акшан Ирхам разослал по городу глашатаев. «Не верьте тому, что вам говорили. Мы, кочевники равнин, никогда не убиваем без причины. Мы чтим справедливость и Великого Духа, который живет в каждом человеке. Ваша беда — наша беда».</p>
    <p>Выхватив свой длинный меч, Лайшам под пристальным взглядом азенатов пересек площадь. Ирхам спешился и пошел ему навстречу. Мужчины нежно обнялись. Акшан кусал губы.</p>
    <p>— Я думал…</p>
    <p>— Я знал, что ты придешь, — ответил Лайшам.</p>
    <p>Орион так и стоял на ступеньках. Он думал о войне. Ему еще никогда не случалось участвовать в настоящей битве. Уроки фехтования — это одно. А биться за правое дело — совсем другое! «О тех, кому еще суждено погибнуть». Он знал, что его шансы ничтожны. Но это не важно. Лучше погибнуть с мечом в руке, на крепостной стене, чем ждать, пока враг сам тебя найдет. Глядя на Лайшама, он чувствовал прилив мужества.</p>
    <p>— Шансы есть всегда, — пробормотал он.</p>
    <p>— Ваше высочество?</p>
    <p>Перед ним стоял пожилой советник и протягивал ему поводок. Он машинально взял его. На другом его конце был ручной гепард. Он знал его.</p>
    <p>— Мы нашли его… вы меня поняли, — объяснил советник. — Ваш отец…</p>
    <p>Принц кивнул.</p>
    <p>На другом конце площади Лайшам по-прежнему беседовал со своим генералом. Потом он бегом вернулся к дворцу. Мужчины вновь обнялись, и колонна варваров продолжила путь на юг по разным улочкам.</p>
    <p>— Скажите всем, — приказал вождь варваров, войдя во дворец, — чтобы все мужчины, которые в состоянии сражаться, отправились в казармы за оружием. Или пусть берут вилы, рогатины, молоты, ножи — все, что хотят.</p>
    <p>Сенаторы воззрились на него непонимающим взглядом.</p>
    <p>— Все — не только военные? — спросил один. — Сражаться будут все?</p>
    <p>— Вы не понимаете, — сказал Лайшам, обеими руками сжимая рукоять Возмездия. — Нам нужны все наши живые силы. Если сентай проникнут в город, они войдут в ваши дома. А если ваши жены попадут им в руки, их крики будут слышны далеко за пределами Дат-Лахана.</p>
    <p>— Пусть гонцы скорее расскажут об этом всем! — крикнул кто-то.</p>
    <p>— Да, да — и откройте казармы!</p>
    <p>— Пусть раздадут оружие. Оружие!</p>
    <p>— Мы должны объединиться, — сказал Лайшам, поднимая руку в перчатке. — Этот бой, возможно, станет последним, но пока хотя бы один из нас сможет держаться на ногах, он не закончится.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Змея, шипя, сделала стойку, но тут же опустилась на землю и исчезла в чаще.</p>
    <p>Окоон в сопровождении старой служанки медленно подошел к маленькой каменной скамеечке, на которой была сестра Наджа. Она сидела неподвижно, в полном молчании и даже не подняла головы при его приближении. Он остановился перед ней, вдохнул запах сада, провел рукой по своим редким волосам.</p>
    <p>— Я друг Тириуса Бархана, — начал он. — Очень давний друг.</p>
    <p>— Он?.. — начала монахиня.</p>
    <p>— Тот, кого звали Барханом, умер, — ответил Окоон, не сводя глаз с ее голого черепа. — Но Лайшам жив.</p>
    <p>Сестра Наджа медленно встала. Ветви деревьев были еще плохо видны в полумраке, но скоро должно было рассвести. Монахиня повернулась к Тирцее и с величайшим почтением поклонилась.</p>
    <p>— Родная моя, — прошептала она. — Можно мне так тебя называть? Мне не хватит и целой жизни, чтобы искупить зло, которая я тебе причинила. Но я хотела бы тебя отблагодарить. Я хочу этого всем сердцем.</p>
    <p>— Я ухожу, — ответила старая служанка.</p>
    <p>— Ты можешь остаться тут. Здесь время не будет над тобой властно.</p>
    <p>— Я знаю, — вздохнула Тирцея. — Но я предпочитаю умереть там.</p>
    <p>И не сказав больше ни слова, она исчезла во мраке. Окоон и Наджа с минуту молчали. Звук открываемой калитки, шум удаляющихся шагов, пение птиц в предрассветный час.</p>
    <p>— Вы видели? — прошептала монахиня. — В наш сад не упало ни одного насекомого.</p>
    <p>Окоон наклонился, провел рукой по высокой траве.</p>
    <p>— Он жив, — продолжала Наджа. — Я это чувствовала.</p>
    <p>— Лайшам — не простой смертный, — ответил найан, поднимаясь.</p>
    <p>Они сделали несколько шагов вместе.</p>
    <p>— Забавно, что вы это говорите, — сказала монахиня, опустив голову. — Я всегда так думала. Когда я узнала, что он вернулся, я сначала подумала: этого человека хранит Единственный. Может быть, это ересь. И все же. Он прошел через такие испытания.</p>
    <p>— Вы ведь знали его тогда, верно?</p>
    <p>Сестра Наджа остановилась и стала на колени перед змеиным гнездом: в нем были две гадюки, которые так переплелись, что казалось, что они — одно целое.</p>
    <p>— Тогда больше нет, — тихо сказала она. — Прошлое существует лишь в нашей памяти. Но если вы хотите, чтобы я ответила на ваш вопрос, — да, я знала Тириуса Бархана. Держите.</p>
    <p>Она поднялась на ноги и протянула ему пергаментный свиток, который достала откуда-то из своего платья.</p>
    <p>— Что это?</p>
    <p>— Я думала, что он не придет, — объяснила монахиня. — Мое предчувствие меня не обмануло. Я написала ему это письмо. Если хотите, можете его прочитать.</p>
    <p>— Я не стану его читать, — ответил найан, засовывая свиток себе за пояс. — Я не хочу ничего знать о его прошлом. Мне достаточно и того, что я уже знаю.</p>
    <p>Они снова пустились в путь.</p>
    <p>— Я пойду, — сказал кочевник. — Уже светает, и мы оба знаем, что это означает.</p>
    <p>Монахиня знаком остановила его и посмотрела на него долгим взглядом.</p>
    <p>— Как ваше имя?</p>
    <p>— Окоон. Из племени найанов.</p>
    <p>— Окоон, — повторила сестра Наджа, нежно касаясь его руки. — Но ведь есть и другое, верно? Другое имя. И другая история.</p>
    <p>— Верно.</p>
    <p>— Что-то внутри вас. Страдание. Воспоминания. Вы… добрый человек. Мне так кажется.</p>
    <p>Найан пожал плечами и направился к каменной лесенке, которая вела к выходу. Поднявшись по ступенькам, он обернулся. Монахиня подняла руку.</p>
    <p>— Да хранит вас Великий Дух, — сказала она.</p>
    <p>— Да… Да хранит вас Единственный, — ответил найан. — Я передам ему ваше письмо.</p>
    <p>— Окоон!</p>
    <p>Найан обернулся.</p>
    <p>— Передайте ему… Просто скажите ему, что я люблю его.</p>
    <p>Он поднял руку, не оборачиваясь. Свиток.</p>
    <p>— Я провожу вас, — сказала я, выходя ему навстречу.</p>
    <p>— Не надо, — ответил Окоон, вытирая лицо рукой. — Я сам найду дорогу.</p>
    <p>Он покинул монастырь в тот самый момент, когда взошло солнце.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Лайшам был главным.</p>
    <p>Лайшам освободил Аракса от командования войсками.</p>
    <p>Ему не пришлось ставить его на колени. Не пришлось говорить с ним, объяснять, почему все должны поступать так, как он скажет. Когда взошло солнце, он появился на вершине одной из двух башен Больших Южных ворот, и все — и варвары, и азенаты — тут же узнали его фигуру.</p>
    <p>Он медленно поднял меч к небу.</p>
    <p>И его крик нарушил тишину.</p>
    <p>Ответом стал крик многотысячной толпы.</p>
    <p>Потом он повернулся к югу, и войска сентаев тут же пришли в движение.</p>
    <p>Вопли врагов: солдаты на стенах до последнего момента не стреляли, как завороженные, глядя на их черные гривы, замысловатые шлемы, на худых воинов и насекомообразных монстров с острыми клыками, на которых они сидели верхом, на всю эту махину с обнаженными мечами и заряженными арбалетами, которая сейчас обрушится на них, как рой обезумевших пчел.</p>
    <p>Град стрел с одной и с другой стороны. Тысячи стрел рассекли мирный утренний воздух и вонзились в глотки, в кольчуги, в обнаженные руки. Несколько сотен сентаев, сраженные на лету, рухнули вниз, а их монстры продолжили бег до самых стен и уцепились за камень своими черными клешнями.</p>
    <p>Волна осаждающих обрушилась на равнину: море стали, зазубренные мечи, тараны, осадные машины на шести колесах, катапульты, мечущие в стены зажженные ядра. Десятки азенатских лучников (вождь варваров поместил на первую стену больше всего воинов) полетели со стены вниз, и те, кому не посчастливилось умереть сразу же, были безжалостно искромсаны. Потом на приступ двинулись сентайские пехотинцы. Прилепившись к стенам, подобно насекомым, они с ужасающей быстротой полезли наверх. Азенатские офицеры, которыми командовал лично Лайшам, получили приказ дать врагу отпор. С внешней стены вниз вывернули огромное количество кипящего масла. Сотни булыжников из наскоро разобранных внутренних стен полетели вниз, арбалетчики выпустили по врагам новую порцию стрел. Защитники города настолько боялись рукопашной схватки, что делали все возможное, чтобы оттянуть ее.</p>
    <p>В течение примерно получаса сентаи не могли преодолеть их сопротивление.</p>
    <p>Но вскоре у защитников иссякли силы, и первая башня попала в руки врага, а солдаты, защищавшие ее, были безжалостно перебиты. Нападавших было ненамного больше, но их техника была гораздо более совершенной, чем у защитников. Будучи под надежной защитой своей кожи и своих доспехов, они проявляли неслыханные чудеса ловкости, а их атаки были настолько непредсказуемы, что о том, чтобы победить их в рукопашной, нельзя было и мечтать.</p>
    <p>Оказавшись лицом к лицу с противником, Они нападали с ужасающей быстротой. Их оружие было смертоносно: не один десяток защитников испытал на себе действие их крюков с пятью когтями и кривых мечей, раздирающих внутренности. Сентаи нападали даже с голыми руками и сражались до последней капли крови. Их когти вспарывали животы. Шипы на кольчугах впивались в ослабевшие тела. Они нападали, издавая мерзкие крики и раскручивая над головой боевые цепы. Азенаты мужественно защищались, но большинству из них никогда раньше не приходилось иметь дело с таким противником, и Лайшам хорошо понимал, что они должны были чувствовать. Он помнил свой первый бой. Это страшное ощущение их непобедимости. Сентаи родились для того, чтобы творить зло, и этим искусством они владели в совершенстве. Победить сентая можно было, лишь убив его.</p>
    <p>Но к страху примешивалось еще одно неприятное чувство, которое каждый азенатский воин таил в глубине своего существа. Эти исчадия ада на самом деле были не так уж далеки от них. Более того: глядя на них, они испытывали чудовищное чувство родства. Сентаи были частью их самих. В их жилах текла такая же кровь. Если бы не они, не азенаты, — сентаев бы не было. И похоже, что они это знали, ведь их садистские смешки были хуже любого оружия, их кривые клинки со свистом рассекали воздух, в их узких глазах сверкала злобная радость, а глаза как будто говорили: «Мы ваши дети».</p>
    <p>Еще одна башня пала. Чтобы убить одного сентая, нужно было четыре азенатских воина. Иногда пять, или шесть, или десять. Осаждающие сражались, не обращая ни малейшего внимания на опасность и боль, и останавливались лишь тогда, когда в жилах у них не оставалось ни капли крови. Лайшам понял, что помешать им войти в город не удастся. И лучше попытаться извлечь из этого выгоду, пока еще есть время.</p>
    <p>— Откройте Большие ворота! — приказал вождь варваров, и гонцы уже неслись к Ирхаму, чтобы передать ему приказ.</p>
    <p>Азенаты в недоумении переглянулись. Большинство башен были еще в их руках, и они были намерены продолжать бой. Впустить врага значило сдать Дат-Лахан. Генерал Араке заметил это Лайшаму, который взял его под руку и указал на варварские войска, рассеянные по прилегавшим улочкам.</p>
    <p>— Мои воины готовы к бою! — крикнул он. — На стенах мы только теряем людей. В городе они будут чувствовать себя не так уверенно. Они очень удивятся: поверьте мне!</p>
    <p>Генерал Араке ничего не ответил.</p>
    <p>Не дожидаясь его согласия, Лайшам велел открыть ворота.</p>
    <p>Азенаты повиновались. Они видели, как этот человек сражается на стене. Он видел, как подчиняются ему его войска, как они исполняются мужества и за несколько минут расправляются с целым батальоном врагов. Они видели, как он шел впереди, размахивая поверх голов мечом по имени Возмездие, и они поняли, почему этого странного варвара, не снимающего шлема, прозвали львом. Отныне они были готовы во всем ему повиноваться.</p>
    <p>Солнце медленно плыло над полем брани, как безучастный свидетель. Колокола монастыря пробили в последний раз: десять часов.</p>
    <p>Большие Южные ворота медленно раскрылись, и все затаили дыхание.</p>
    <p>В ту же минуту сентай устремились в город.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>«Любимый мой!</p>
    <p>Не знаю, как по-другому начать.</p>
    <p>Как мне называть тебя? Тириус? Твои люди зовут тебя Лайшам, „лев“.</p>
    <p>Да, именно таким я и помню тебя: как гордый зверь, ты впервые покинул город, а гвардейцы шли за тобой по пятам. А еще я помню, как однажды утром ты во главе своей армии шел на верную смерть.</p>
    <p>Но ты до сих пор жив.</p>
    <p>Я не знаю, проклятие это для нас или удача. Наверное, и то и другое. Я думаю о тебе как о нашем спасителе: так или иначе, ты заставишь азенатов взглянуть правде в глаза. Подобно Единственному, ты взвалишь на себя бремя наших ошибок. Подобно Единственному, ты вырвешь из нас темную часть и отведешь нас к абсолютному свету.</p>
    <p>Да, сентаи — часть нас.</p>
    <p>С незапамятных времен в нас живет это могущественное зло. Мы пытаемся скрыть от себя правду. Но зло возвращается. Мы предали тебя. Я виновна не меньше других.</p>
    <p>Я пыталась, клянусь тебе. Я пыталась, когда палач Фрейдер занес над тобой топор. Я должна была сделать гораздо больше. Я должна была отправить за тобой своих людей и убить собственными руками чудовище, которое потом стало мне мужем. Но у меня не хватило храбрости. Это так.</p>
    <p>Когда ты пришел в Дат-Лахан, тебе было лишь шесть лет. Ты был ранен, а твоя деревня стерта с лица земли. Армия Полония, который тогда был лишь юным лейтенантом и полным амбиций наследником, его армия оставалась на горе и смотрела, как враги убивают твой народ. Ты, наверное, этого не помнишь. Когда ты пришел к нам, тебя отвели в монастырь.</p>
    <p>Тебя вылечили, а еще тебе дали особое снадобье, чтобы ты забыл. Что забыл? Гордый нрав твоего народа. Кровь, пролившуюся на этих равнинах. Много веков несправедливости и лжи.</p>
    <p>Настоящие варвары — это мы. Монахини, такие же как я, молятся во искупление наших грехов в тиши монастырей. Но на самом деле ничто не может искупить их. Лишь ты один можешь даровать нам свое прощение. Не знаю, сможешь ли ты. Не знаю, хочешь ли ты этого. Ведь с самого начала мы лгали тебе, с самого начала мы предали тебя. С высоты нашего положения мы смеялись над твоей наивностью, над твоей стойкостью, над твоей несгибаемой волей.</p>
    <p>Я знаю лишь одно. И я хотела бы, чтобы ты вспомнил об этом в тот миг, когда навсегда покинешь нас, живых или мертвых — теперь это не имеет значения.</p>
    <p>У тебя есть сын, любимый».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Сражаться до последней капли крови.</p>
    <p>Сражаться даже без оружия; спрыгивать с крыши на спину врагу; вонзать меч в бока этих монстров и умирать прямо на улице с лицом, сожженным огненной кислотой. Сражаться как лев: брать меч павшего друга и смело бросаться в атаку, не умея, не раздумывая, со своей храбростью вместо щита. Залезать на башни: вспоминать давние уроки стрельбы из лука и выпускать стрелы по фигурам в темных доспехах. Смотреть сентаям в глаза. Не дрогнув смотреть, как они разворачиваются и надвигаются на тебя, рассекая утренний воздух своими зазубренными мечами. Не бояться смерти. Биться за каждую улочку, каждый проход, каждый фонтан, будто он последний. Смотреть, как под ударами врага умирают твои братья, поджигать собственный дом, чтобы вместе с ним сгорели враги. Сражаться как демон, ибо ничто больше не имеет значения, ибо другого выхода нет. Вонзать меч в живот сестре, матери, жене, чтобы она не попала в руки сентаев. А потом вновь идти на бой и рубить, рубить, пока не отнимется рука.</p>
    <p>Старики, дети, зрелые мужчины, даже женщины вышли из домов, чтобы встретиться с врагом и истребить его. На карту была поставлена судьба не только Дат-Лахана — нет, целой Империи, последний оплот которой не желал сдаваться.</p>
    <p>На борьбу с врагом вышли все азенаты.</p>
    <p>И Лайшам сражался вместе с ними. Воин, вернувшийся из царства мертвых.</p>
    <p>Когда Большие Южные ворота отворились, он сам повел варваров навстречу сентаям. Как по волшебству, вдруг отовсюду появились ишвены, найаны с обнаженными торсами, гуоны, обезумевшие от горя, акшаны и семеты. Враг двигался вперед, кольцо вокруг него сжималось. И тогда начался настоящий бой. Очень скоро в этот бой вступили жители города. Миллион человек — оружие взяли все, кто был в городе. Азенаты наконец поняли, что победу нужно оплатить собственной кровью, что Лайшам вознесет их к небесам, если они согласятся умереть за него. Варвары между тем уже делали это — как и всегда.</p>
    <p>Став во главе небольшого отряда отборных ишвенских бойцов, к которому присоединилось несколько азенатских лейтенантов, вождь варваров сражался с таким воодушевлением, что воины боролись за честь умереть подле него. Салим, верный слуга, следовал за ним на некотором расстоянии, готовый в любой момент передать его приказ оставшимся генералам.</p>
    <p>— Смелее! — кричал Лайшам всем жителям города, которые попадались у него на пути. — Сражайтесь!</p>
    <p>Сам он бежал навстречу врагу, бросался на спину всадникам, сбрасывал их на землю, отдавая на растерзание своим солдатам — пять воинов на одного сентая, иначе не победить.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Бой мало-помалу смещался к нижней части Дат-Лахана.</p>
    <p>Войска Лайшама отодвигали сентаев к Золотому Мосту. Расчет варвара был прост: если защитникам удастся прижать врагов к стене, они смогут победить. Широкое озеро Меланхолии было спасением. Он знал, что сентай не выносят воду. Те, кто упадет в озеро, погибнут.</p>
    <p>Несколько тысяч человек сложили головы за то, чтобы обеспечить успех этому плану: одинокие беглецы — мчащаяся по улицам наживка — петляли по сложнейшему лабиринту маленьких мостов и переулков до тех пор, пока несущемуся за ними врагу, которого неожиданно атаковали с тыла, не приходилось в свою очередь бросаться в незнакомые проулки и, не понимая того, подходить к восточным кварталам.</p>
    <p>Жители города сражались с остервенением, на которое многие из них не считали себя способными. Десятилетние мальчишки швыряли во врагов камнями с крыш. Дряхлые старики поджигали дома в тупиках. Неопытные юноши, вооруженные дубинами, отдавали жизнь, чтобы задержать врага хотя бы на несколько секунд. И все это было не напрасно. Каждый подвиг, каждый поступок, каким бы ничтожным или неловким он ни был, прибавлялся к другим, и из них всех вместе сплеталась плотная паутина, в которой враг все больше и больше увязал. Иногда нескольким горожанам удавалось захватить сентая в тупике, и тогда озлобление народа переходило в смертоубийственное безумие. Но чаще люди погибали: охваченные пламенем или с пробитым сердцем, изуродованные, ослепленные, они падали на мостовую, сваливались с крыш, катились по пыльной дороге.</p>
    <p>Однако к полудню первая цель Лайшама была достигнута. Бой отошел от Больших Южных ворот, земля вокруг которых была усыпана трупами, и перешел в город, по которому сентаи двигались не большими отрядами, а мелкими группками, а особенно в восточную его часть, где было больше всего варваров и азенатов и где на самом деле решалась судьба Империи.</p>
    <p>Ирхам сражался на Золотом Мосту. Он не знал, где остальные, не знал, живы ли они, но Лайшам был здесь, где-то рядом, он это чувствовал, и этого ему было достаточно, и он бился, как демон, и его двуручный топор пел над схваткой свою смертоносную песню. Под его началом сражались тысячи варваров и азенатов. Враги были повсюду, их жестокость была безгранична. Однако защитники не сдавались и терпеливо продолжали выполнять свой план. Постепенно сентаев удалось оттеснить к стенам города. Пешим бойцам пришлось подняться на дозорный путь, чтобы было удобнее сражаться. Их мечи наносили врагу непоправимый урон. Но когда один из людей падал на землю, на его место вставал другой, с такой неизменностью, что враг вдруг почувствовал, что может проиграть. Несколько сотен сентаев были оттеснены к озеру, в которое они с криком рухнули. С городских стен бескрайняя водная гладь казалась зеркалом, в котором отражались пылающие лучи солнца.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>А в других кварталах защитникам пришлось иметь дело с крупными отрядами.</p>
    <p>Сентаев было несколько десятков тысяч. Нанесенный противником урон стал огромен, невероятен. Иногда варвары и азенаты оказывались не в состоянии сдержать натиск их монстров. Странные существа с длинными черными волосами, с лицами, скрытыми причудливыми шлемами, в доспехах с шипами, существа с белой кожей, скрытой под кольчугами или же демонстративно выставленной напоказ, защищались, как демоны.</p>
    <p>Но вождь варваров по-прежнему командовал войсками и без устали врывался в ряды врага. Он часто оборачивался к своим и, не прекращая наносить удары, выкрикивал приказы.</p>
    <p>— Оттесняйте их ко рву с муренами! Они ненавидят воду! Они ненавидят воду!</p>
    <p>— Они теснят нас к востоку. У нас сотни раненых!</p>
    <p>— Забудьте! Постойте — забудьте пока о раненых!</p>
    <p>Раздавая указания и бесконечно нанося удары мечом, Лайшам рубил головы, помогал раненым, освобождал целые кварталы, учил жителей строить баррикады, защищаться, убивать врагов и никогда ничего не бояться.</p>
    <p>— Не останавливайтесь! Не давайте им глядеть вам в глаза.</p>
    <p>Он носился изо всех сил. У него раскалывалась голова: от усталости, от жары, от эха нанесенных и отраженных ударов, от проглоченной пыли, от падений, от адского лязга мечей.</p>
    <p>Но, несмотря на все это, не выпускал из рук меча и полуприкрыв глаза под забралом шлема, он продолжал руководить боем, неуловимый как ветер.</p>
    <p>Принц Орион долго бился рядом с ним. Спина к спине, мужчины отразили бесчисленное количество атак и убили (или помогли убить) более тридцати сентаев. Иногда солдаты останавливались, чтобы посмотреть, как они сражаются.</p>
    <p>Вдохновленный примером варвара, исполненный нечеловеческой храбрости, наследник бился с необыкновенным воодушевлением. Он дважды ломал свой меч и брал себе новый у убитого товарища. Его руки и ноги все были покрыты шрамами. Кожаный мундир превратился в лохмотья. От наколенников и вовсе ничего не осталось. Но рядом с Лайшамом он чувствовал себя бессмертным и продолжал сражаться, даже когда вокруг уже никого не осталось.</p>
    <p>Через два часа после того, как сентаи вошли в город, бой в самом деле сместился к востоку, а широкие равнины юга превратились в необъятный погост. Каналы были заполнены трупами. Ими были завалены и внутренние сады, и стены города, и дозорные пути. Их было так много, что иногда тела преграждали путь. Лайшам и принц переглянулись. Они позволили своим братьям уйти, прижали сентаев к стене, заставили врага отступить. Они остались практически одни, и теперь они тяжело дышали и переглядывались, как двое счастливцев, вырвавшихся из ада. Вождь варваров сделал жест в сторону принца и тут же опустил руку.</p>
    <p>Орион сел на парапет и выпустил меч из рук. Они не нуждались в словах. Принц уже ничего не чувствовал, или нет: впервые в жизни он почувствовал, что он — это он. Юноша посмотрел на свои окровавленные руки. Цвет его рук. Они были смуглыми и не только из-за солнца. Он, юный принц-полукровка, — и слова его старого наставника снова зазвучали у него в ушах: «Цвет твоей кожи. Орион, в твоих жилах течет кровь варваров. Ты знаешь, кто твоя мать. Но кто твой настоящий отец?» Он повернул голову к Лайшаму, который склонился над трупами врагов. Вождь варваров так и не поднял забрала. «Как бы я хотел увидеть его лицо», — подумал принц, вставая на ноги. Он машинально смахнул пыль со своей туники. Лайшам удалялся.</p>
    <p>— Я чувствую себя вашим сыном, — крикнул он ему.</p>
    <p>Вождь варваров не обернулся. Он держал в вытянутой руке Возмездие и смотрел, как на его лезвии играют полуденные лучи. Но он слышал. Ориону хотелось так думать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Крик.</p>
    <p>Юный принц обернулся.</p>
    <p>На стене — один перед горой трупов — стоял Раджак Хассн и медленно двигался к нему. Его голова несколько раз обернулась вокруг своей оси, после чего он издал странный хрюкающий звук и, взмахнув палицей, бросился на принца. Лайшам стоял так далеко, что оттуда не мог ничего сделать: лишь бежать, бежать и смотреть.</p>
    <p>Юный принц обеими руками сжимал свой меч.</p>
    <p>Первый удар он отразил еле-еле: Раджак нанес его с такой силой, что из-под лезвия полетели искры. Орион отпрыгнул в сторону и нанес ответный удар.</p>
    <p>Лицо его противника было в буквальном смысле все в лохмотьях. Клочья кожи свисали у него вокруг рта. Он демонстративно оторвал парочку из них и без малейшего труда отразил атаку принца. Лайшам продолжал бежать. Но все происходило слишком быстро.</p>
    <p>Раджак бросился на своего врага, размахивая палицей. Воздух вокруг него дрожал. Он нанес первый удар и промахнулся на один миллиметр: Орион сам бросился на землю, чтобы избежать удара. После этого он рывком поднялся, но все же недостаточно быстро. Второй удар пришелся ему посреди груди. Лайшам закричал. Юный принц покачнулся, выпустил из рук меч и сделал несколько шагов по направлению к варвару. Потому он упал на колени. Раджак ногой пихнул его на землю и поднял палицу, чтобы добить его. Лайшам был еще далеко, слишком далеко, чтобы спасти его. Тогда он остановился и вынул из ножен Возмездие.</p>
    <p>— Раджак!</p>
    <p>Генерал поднял глаза.</p>
    <p>На дозорном пути, шагах в двадцати от него стоял его заклятый враг и ждал его.</p>
    <p>— Раджак!</p>
    <p>Хассн метнул взгляд на лежащего на земле принца. Всю свою жизнь он ждал этого момента. Он с рычанием отпихнул в сторону тело юного наследника и двинулся навстречу Лайшаму. Он помнил свою агонию, запах иддрама и свои долгие мучения посреди Высоких Равнин. Бред. Горячка. Боль. А потом смерть, почти смерть и длинный, нескончаемый спуск в недра монастыря, туда, где даже свет был черного цвета. Каких мук им стоило возродить его к жизни!</p>
    <p>И все это из-за вот этого человека. Только из-за него. Он узнал его в тот же миг, когда увидел.</p>
    <p>Наконец-то пробил час отмщения.</p>
    <p>Мужчины приблизились друг к другу. Они были самыми доблестными воинами, когда-либо существовавшими в этом мире, но один из них должен был умереть.</p>
    <p>Раджак взмахнул палицей. Лайшам заметил, что его спина утыкана арбалетными стрелами, что делало Хассена похожим на дикобраза. Он бросился в атаку. Столкновение оказалось настолько сильным, что оба бойца покатились по земле, но вскоре поднялись. Двумя руками сжимая меч, варвар стал медленно раскачиваться справа налево, как будто для того чтобы лучше изучить своего противника. Хассн сделал вид, что переводит дух. После этого он нанес Лайшаму удар феноменальной силы. На секунду тот потерял равновесие, но все же сумел собраться с силами и отпрыгнуть назад.</p>
    <p>На уродливых губах генерала появилась гримаса отвращения. Он не признавал ничего, кроме грубой силы, и презирал ухищрения такого рода. С гневным воплем он нанес новый удар. От стены, где секунду назад был Лайшам, оторвался кусок камня и раскололся о землю. Варвар нанес ответный удар, ранив противника в левую руку. Генерал зарычал и бросился на Лайшама. Со стены упала еще одна глыба. Каждый удар казался сильнее предыдущего, и Лайшам не мог понять, как человек с такими ранами может биться с таким остервенением.</p>
    <p>С минуту он лишь отражал удары противника, выжидая подходящего момента для нападения. Но генерал не давал ему такой возможности: он наносил удары с такой скоростью, что между ними невозможно было вклиниться. Однако в какой-то момент он опустил руку с оружием. Лайшам воспользовался этим для того, чубы сделать выпад. К его огромному удивлению, Раджак даже не попытался уклониться от удара. Лезвие меча вошло ему между двух ребер. Руки генерала сомкнулись на клинке, и он со всей силы ударил противника ногой. Варвар попятился и выпустил из рук меч.</p>
    <p>У Лайшама участилось дыхание. Сжав обеими руками пронзивший его насквозь окровавленный клинок, с торжествующим рыком он вытащил его из раны и поднял к небу. Он подбросил его в воздух и поймал за рукоять. После этого он двинулся на своего противника. Теперь у него были и палица, и меч. Тогда как Лайшам остался безоружен.</p>
    <p>Генерал Хассн спокойно надвигался на него. Варвар медленно отступал. Он споткнулся о труп сентая, тут же поднялся, но Раджак уже навалился на него всей своей тяжестью, и его палица уже свистела у него над ухом. Лайшам прыжком вскочил на стену. Под ней были каналы, кишащие муренами. Раджак опустил Возмездие и варвар замер. Казалось, время остановилось. Лайшам совершил немыслимый прыжок над головой своего противника, ударяя по дороге его ногой в лицо и приземляясь на той стороне. Раджак с усилием повернулся. Варвар направил ему в лицо устрашающий удар кулаком, но генерал сумел уклониться и в ответ со всей силы всадил своему противнику локоть в живот. У Лайшама перехватило дыхание, и он был вынужден отступить.</p>
    <p>Генерал несколько раз взмахнул Возмездием. Варвар без труда уклонялся от этих ударов, по-прежнему продолжая отступать. Вдруг Раджак распрямился и совершенно неожиданно швырнул легендарный клинок за стену. Лайшам инстинктивно обернулся. Поздно. Обхватив обеими руками палицу, Хассн нацелил ее ему прямо в лицо. Варвар сумел лишь частично уклониться от этого удара. Он ощутил силу удара на своей челюсти и, оглушенный, упал навзничь.</p>
    <p>Шлем спас ему жизнь. Он попытался подняться, но генерал ударил его ногой в лицо. Голова Лайшама стукнулась о землю. И прежде чем он успел что бы то ни было предпринять, его противник уже сидел на нем верхом, занося руку для последнего удара.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Сентай вошли в монастырь. Когда монахини поняли, что произошло, они собрались в большом молельном зале и, держась за руки, встали на колени. Они знали, что двери их крепости не долго смогут выдерживать натиск врага, и время, которое им еще оставалось, казалось им благодатью.</p>
    <p>Они молились. За спасение душ Дат-Лахана. За варварские народы, за Лайшама и тех, кто сражался рядом с ним, за всех тех, кто был еще жив и кому через несколько секунд было суждено погибнуть, за безвинных и виновных, за настоящее и за будущее. В складках их платьев поблескивали длинные жертвенные кинжалы. Скоро настанет время воспользоваться ими.</p>
    <p>Бой охватил уже весь город. На Большой Эспланаде, усыпанной трупами, сентай верхом на своих одетых в сталь монстрах отбивались от варварских пехотинцев, которые выбегали из всех прилегающих улиц. Под предводительством найана Окоона, который направо и налево раздавал мощные удары зазубренным мечом, вынутым из руки вражеского мертвеца, защитники города, превосходившие врагов по численности, мало-помалу одерживали над ними верх. Но сентай были особенно опасны, когда чувствовали себя побежденными. Отбросив всякую осторожность, они превращались в кровожадных монстров и сражались с дикими криками, с дьявольской точностью нанося удары по голове и важнейшим органам. Монстры, на которых они восседали, обезумев от ран, извергали длинные струи огненной кислоты на все, что попадалось им на пути, включая своих собратьев. Охваченные огнем, солдаты падали на землю. Но другие тут же занимали их место. Не ожидавшие такого сопротивления сентай вскоре поняли, что на этот раз победить им не удастся. Один из них на своем лающем языке выкрикнул какой-то приказ. Чудовища со стальной кожей развернулись и направились к монастырю.</p>
    <p>Они двигались мощными прыжками, встав на задние лапы. Варвары и сотни жителей города, пришедших им на подмогу, попытались их задержать. Но несколькими ударами меча враг без труда проложил себе дорогу через ревущую толпу. Монастырь Скорбящей Матери притягивал их, как магнит.</p>
    <p>Взлетев по ступенькам, несколько монстров плюнули огненной кислотой на внушительные двери здания. Монахини внутри поднялись с колен и приготовились к худшему. Повернувшись к сестрам, настоятельница одарила их загадочной улыбкой. Потом она подошла ко мне и вложила мне в руку маленький стальной ключик, который всегда хранила у себя на груди. «Ты знаешь, что нужно сделать. Ступай».</p>
    <p>Двери монастыря недолго сопротивлялись мощным ударам врага. Очень скоро одна из створок подалась и была тут же разломана на куски. Три монстра тут же ворвались внутрь. Сидевшие на них сентаи были вооружены длинными мечами и усеянными шипами боевыми цепами, которыми они потрясали в полутьме. Настоятельница вышла им навстречу. Ей прямо в лицо попало чугунное ядро, проломив ей череп; мозг брызнул на стену. Несколько других монахинь схватили кинжалы и тоже приблизились к врагам. Монстры сентаев двинулись им навстречу. Они были черны как ночь, животы у них были цвета стали, а задние лапы стучали по земле, как металл.</p>
    <p>Их хозяева с недоумением смотрели на десятки монахинь, которые шли им навстречу, преграждая им путь. Очень быстро они поняли, что ничего не сделают с этими женщинами: как только они попытаются овладеть ими, те убьют себя ударом кинжала. Несколько сентаев взмахнули цепами и двинулись на сестер, прижимая их к стенам, раздробляя им члены, сокрушая черепа и грудные клетки.</p>
    <p>Нескольким обезумевшим от ужаса монахиням изменило мужество, и они попытались скрыться на верхних этажах и в многочисленных внутренних дворах, которые образовывали сложный лабиринт. Среди них была и Наджа. Подобрав подол, она бросилась бежать к змеиному саду, а за ней гнался сентай верхом на своем монстре. В последний момент она как будто что-то вспомнила и, занеся руку с кинжалом, решила принять бой. В тот же миг в монастырь ворвалось несколько десятков варваров. Во главе их был Окоон.</p>
    <p>Сентай развернулся посмотреть, кто это, и Наджа воспользовалась этим, чтобы всадить в тело его монстра кинжал. Обезумев от ярости, мощным движением челюстей животное оторвало ей руку.</p>
    <p>Найан заметил это и сделал ей знак. Конечно, было уже слишком поздно. Впрочем, какая разница? Монахиня покачнулась и почувствовала, как все ее существо наполняет невыносимая боль. Окоон что-то кричал ей. Она вонзила в сентая кинжал, тот ответил ударом меча, которым снес ей полголовы. Она умерла еще до того, как упала на землю.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>«У тебя есть сын — наш сын.</p>
    <p>Помнишь ли ты еще ту ночь, когда я пришла к тебе? Мы были двумя одинокими душами в поисках частички тепла. Мы отдались друг другу на алтаре мести. Ты и не знал, что от этого союза родился ребенок.</p>
    <p>Я не знаю, где он теперь.</p>
    <p>Я не знаю, видел ли ты его. Я не знаю, жив ли он. Но думаю, что ты знаешь его имя.</p>
    <p>Его зовут Орион, и он наследник престола Империи.</p>
    <p>Его отец так и не узнал об этом. Это была моя месть, понимаешь? Моя месть за мою поломанную жизнь. Теперь все это кажется таким далеким; мне уже не понять мотивы моих поступков: почему я его прятала, почему убила другого ребенка, чтобы заставить всех поверить, что мой сын умер. Вскоре после его рождения, подавленная чудовищностью того, что совершила, я удалилась сюда, за высокие стены монастыря, откуда теперь пишу тебе это письмо.</p>
    <p>Но наш сын вырос. Я несколько раз видела его: это красивый молодой человек, подающий надежды, с невинным взглядом — совсем как у тебя. Я никогда не говорила ему, кто его настоящий отец. Он знал только, что он не сын Императора. Этого мне было достаточно. Я верила в него, как верила в тебя и как до сих пор верю. Мои две великие любви — два луча света во мраке.</p>
    <p>Я буду помнить о вас до последнего вздоха».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Закрыв глаза, Лайшам приготовился к смерти.</p>
    <p>Но рокового удара все не было. Заслышав какой-то шум, Раджак Хассн повернул голову, и в тот же миг ему между глаз вошел клинок и пронзил ему мозг. Так он и стоял — с телом, обращенным к Лайшаму, и головой, повернутой в другую сторону. Потом, с широко открытыми глазами и негнущейся спиной, он медленно опустился на колени. Он в последний раз попытался взглянуть на своего врага. Но не нашел в себе сил. Окровавленный клинок торчал у него из головы. Наконец он упал лицом вниз, а клинок вошел еще глубже.</p>
    <p>Лайшам неловко отполз, после чего, держась за шлем, встал на ноги.</p>
    <p>Перед ним стоял принц Орион в окровавленной кольчуге. Он протянул к нему руку и тоже упал. Варвар бросился к нему и осторожно подхватил его под руки. Юноше было трудно дышать. У него по подбородку текла темная жидкость, а глаза были налиты кровью. Спасти его не было никакой надежды.</p>
    <p>Лайшам склонился над ним. Он прижал его голову к своей груди и нежно погладил его по волосам. Слова были ни к чему. Слова были бесполезны. Принц спас ему жизнь. А теперь он его покинет.</p>
    <p>Вождь варваров поднял голову.</p>
    <p>Там, на подступах к Золотому Мосту, с удвоенной силой бушевали бои. Сентай, азенаты и варвары стояли над водопадом и безжалостно убивали друг друга. Весь город содрогался от эха этой битвы, но здесь, над Большими Южными воротами, опять воцарилась тишина. Оба дозорных пути были усыпаны трупами. И Орион тоже был при смерти.</p>
    <p>Лайшам посмотрел на него. Юный принц провел по его руке окровавленными пальцами и сжал ее. «Ты, — говорил его взгляд. — Я всегда знал, что это ты». Впервые за долгие годы варвар почувствовал, как ему на глаза наворачиваются слезы. Он взглянул на небо: бескрайняя лазурь и несколько облачков. Десяток ястребов кружит наготове.</p>
    <p>Орион икнул и попытался подняться. Лайшам сильнее прижал его к себе. Он испытывал к этому юноше чувства, на которые давно уже не считал себя способным. Это не имело ничего общего с дружбой, которая связывала его с его воинами, с преданностью, горевшей в их глазах. Это не имело ничего общего с угрызениями совести, с потребностью и с желаниями. Это было совсем другое.</p>
    <p>«И поэтому умоляю тебя, подумай о нем.</p>
    <p>Подумай о нем, когда будешь покидать нас. Подумай о нем, если решишь спасти нас, подумай о нем, если решишь уйти. У этого молодого человека очень доброе сердце, можешь быть в этом уверен.</p>
    <p>Он — это все, что осталось мне от тебя. Моя безумная надежда. Моя память. Воспоминание о наших объятиях.</p>
    <p>О, как бы я хотела, чтобы все было по-другому.</p>
    <p>Но он будет жить, я уверена в этом. Он будет жить — по крайней мере, в моем сердце.</p>
    <p>Не забывай его».</p>
    <p>Орион умер с широко открытыми глазами.</p>
    <p>Последним, что он видел, было лицо его отца. Лайшам поднял забрало, и его слезы потекли на лицо юному наследнику. Когда все было кончено, он осторожно положил голову юноши на землю и вновь опустил забрало. Потом он приподнял безжизненное тело, взял его на руки и пошел через весь город к Золотому Мосту.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Битва за Дат-Лахан продолжалась до самого вечера.</p>
    <p>Лайшам сражался десять часов подряд. Теперь, когда ему пришлось заменить Возмездие обычным мечом, он чувствовал себя гораздо слабее. Теперь им двигала жажда не мести, а всего лишь справедливости. Он боролся со злом. Он боролся с несправедливым устройством мира, и снова и снова без устали наносил удары. Его мускулы стали тверже камня. Он один убил в тот день не меньше сотни сентаев: такого не удавалось совершить еще ни одному воину в истории и никому уже не удастся.</p>
    <p>Он сбросил тело юного принца в озеро Меланхолии. Он долго глядел, как, прекрасное даже после смерти, оно несколько раз перевернулось и навсегда исчезло в темных водах. Потом он распрямился и начал направо и налево раздавать удары, уже не останавливаясь. Те, кто видел его в тот день, никогда не смогут этого забыть, и воспоминание о его доблести навсегда останется во всеобщей памяти как живой символ славы Дат-Лахана.</p>
    <p>И вновь люди мечтали сражаться рядом с ним. Один только Лайшам стоил легиона. Люди вскакивали на крепостные стены, перепрыгивали через горы трупов, чтобы поймать хотя бы один лучик из сверхъестественного сияния, которое его окружало. Сражаться вместе с ним значило стать частью легенды. Это значило стать бессмертным, даже если в следующий миг тебя пронзит вражеский меч.</p>
    <p>Генерал Ирхам, самый доблестный из акшанов, сам узнал эту особую честь. Он умер с оружием в руке, в одиночку сражаясь против четырех сентаев. Он испустил боевой клич, пришедший к нему из глубины веков. Монстры врагов сразу же облили его тело огненной кислотой. Лайшам бросился к ним, мощным ударом меча снес одному из них голову, и сам Ирхам с кровавой пеной на губах, превратившийся к тому времени в живой факел, приподнялся, чтобы помочь ему, и вновь упал лишь тогда, когда удостоверился, что четверо сентаев мертвы.</p>
    <p>Генерал Араке погиб в одном из переулков северной части города, у огромных ворот, через которые сентай пытались прорваться, чтобы спастись от преследовавших их защитников города. Триста солдат — варваров и азенатов — все до единого погибли в ожидании подкрепления, но помешали захватчикам осуществить свое намерение. Когда Араксу в горло попала арбалетная стрела, собрав все силы, он в последний раз метнул свой топор в лицо какому-то сентаю в шлеме, который упал со своего монстра и больше уже не поднялся.</p>
    <p>Бесчисленное множество доблестных воинов полегло в тот день в Дат-Лахане — больше, чем за всю историю Империи, — и в последовавшие за тем недели многие площади города переименовали в их честь. Но чтобы увековечить имя каждого, город должен был бы простираться на десятки километров.</p>
    <p>Генерал Окоон был среди славных и безымянных воинов, которым Дат-Лахан был обязан своим чудесным спасением. Он погиб на ступеньках монастыря, преграждая захватчикам путь. Держа по мечу в каждой руке он с небольшим отрядом мирных жителей целых десять минут выдерживал сопротивление. Мощный удар цепа проломил ему грудную клетку, и он медленно испустил дух, прижимая руки к груди и куда-то вглядываясь единственным глазом, будто пытаясь в последний момент постичь тайну мира. «Тубальк, — прошептали его губы вместе с последним вздохом. — Тубальк».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>С наступлением темноты сентай покинули город.</p>
    <p>Впервые в истории Империи непобедимый враг был разгромлен.</p>
    <p>В считанные секунды десять тысяч еще живых врагов развернули своих монстров мордами к тому, что оставалось от Больших Южных ворот, и обратились в бегство. Защитники города бросились за ними и перебили еще несколько сотен. Затем, обессилев, они долго смотрели, как те исчезают за горизонтом, как опадает на дороге пыль, а потом вернулись к руинам своего города, на который стремительно надвигалась ночная тьма.</p>
    <p>Из глоток оставшихся в живых вырвался крик, такой, которого еще не знал этот город. Четыреста тысяч убитых и многие тысячи разрушенных, опустошенных, выжженных домов. Дат-Лахан превратился в руины, но сентай были побеждены. В едином порыве жители города повернулись к ишвенам, семетам, гуонам, найанам и акшанам и прижали их к груди. Варвары не просто помогли им защитить город: без них он оказался бы в лапах захватчиков. Для азенатской Империи начиналась новая эра. Феникс возрождался из пепла.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Около полуночи снова пошел дождь. Колокола монастыря молчали. Большинство монахинь были мертвы, а те, кто остался в живых, оказались слишком потрясены и слишком слабы, чтобы подняться на колокольню и зазвонить в честь победы. Ну а я спустилась к Сердцу Единственного, в темное святилище, ключ от которого дала мне настоятельница. Отныне лишь я одна знала, где оно находится. Подземелья нашего монастыря хранили много подобных тайн: секретных храмов, потайных комнат, темных лабиринтов. Но это святилище было спрятано так глубоко в недрах земли, что самые молодые из нас даже сомневались в его существовании.</p>
    <p>И однако же я стояла перед ним. Нескончаемый спуск со свечой в руке и с исполненным спокойной уверенности сердцем — и я у решетки, я — последний Голос Единственного, самая обычная монашка, которой ничто не предвещало особой доли. Причуды судьбы. У меня под платьем древний, тяжелый том «Смертоносного евангелия» с чистыми страницами, которые мне предстоит заполнить. Я осторожно вставила ключ в замок и, не закрывая двери, сделала несколько шагов по центральному проходу. Стены из тесаного камня, небольшой мраморный алтарь, несколько скамеек из красного дерева. Много лет никто не приходил сюда. Я была одна, одна — только я и тишина. А передо мной на алтаре было Сердце. Заключенное в раку из чистого золота, омытое вечной кровью — наша высшая реликвия.</p>
    <p>И тогда, сложив руки для молитвы, я опустилась на колени.</p>
    <cite>
     <p>«Ибо сказано:</p>
     <p>Угнетенные народы породят человека,</p>
     <p>Порабощенного, осмеянного и принесенного в жертву</p>
     <p>По моему образу и подобию,</p>
     <p>И его клинок станет моим возмездием».</p>
    </cite>
    <p>Песнь третья.</p>
    <p>Теперь я знала.</p>
    <p>Пророчество сбылось.</p>
    <p>Пришествие Лайшама спасло нас от небытия.</p>
    <p>Его явление было знаком. Его победа — тайной. Я снова видела, как он лежит среди камней и как сентаи ищут его и не находят. Я видела, как, положив голову на плаху, он пытается понять и не понимает. Теперь все стало ясно.</p>
    <p>Юный ишвен пришел, чтобы искупить наши грехи. Чтобы указать нам на наши ошибки.</p>
    <p>Разве не чудо, что ему столько раз удавалось избежать смерти? Разве не чудо, что он нашел в себе силы так любить нас и не пасть жертвой своей жажды мести? Разве не чудо, что сентаи вдруг покинули город, хотя могли нас победить, хотя должны были нас победить, как и всегда?</p>
    <p>Итак, свершилось. Наш кошмар покинул нас. С помощью человека Единственный снял с нас проклятие. Он отозвал сентаев — воплощение наших самых потаенных страхов. Сколько времени продлится эта благодать? Я не знала. Но нам был дарован второй шанс. Лайшам. Лайшам указал нам путь.</p>
    <p>И я стала молиться.</p>
    <p>«Благодарю тебя, о Скорбящая Матерь, чья мудрость не знает границ. Благодарю тебя, о Дух Единственного.</p>
    <p>Благодарю тебя за Лайшама. Благодарю тебя за то, что он был с нами. Благодарю тебя за то, что он сражался за нас. Во тьме наших сердец его пришествие было как молния, раздирающая мрак».</p>
    <p>Я поднялась с колен.</p>
    <p>Мы убили нашего бога, но он простил нас.</p>
    <p>Мы поработили варваров, но один из них, тот, кому мы причинили больше всех страданий, вернулся в Дат-Лахан, чтобы спасти нас от самих себя.</p>
    <p>И теперь кто-то должен рассказать эту историю.</p>
    <p>Я положила на каменный пол рядом с собой огромный том «Смертоносного евангелия».</p>
    <p>Медленно и уверенно я раскрыла его и стала перелистывать древние, потрескавшиеся страницы в поисках чистой.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Праздник длился всю ночь.</p>
    <p>Странный это был праздник: четыреста тысяч человек были мертвы, а у каждого из тех, кто остался жив, был убит друг, родственник, любимый. Варвары достали свои тамбурины и затянули древние песнопения во славу Анар-хана. Азенаты с глазами, полными слез, запели гимны в честь Единственного, которые уже много веков никто не исполнял.</p>
    <p>На всех площадях города разожгли костры. Дождь был не таким сильным, чтобы затушить их, а когда это все-таки происходило, их тут же разжигали вновь — под навесом, как надежду, которую ни в коем случае нельзя терять. Люди жались друг к другу. Не было больше ни варваров, ни азенатов. Лишь пляшущее перед глазами пламя костра.</p>
    <p>Лайшама долго искали. Жив ли он? Казалось, с наступлением темноты он просто исчез. Люди хотели вновь увидеть его. Хотели в знак благодарности взять его на руки и поднять на стены, нет, к самым звездам. Хотели столько — о, сколько! ему сказать, ибо он победил не только сентаев — он победил страх, а эта победа бесценна. И его искали всю ночь, выкрикивая под дождем его имя, его прежнее имя, до самого утра, а еще пели в надежде, что, может быть, это заставит его вернуться, хоть и почему-то ясно чувствовали, что он больше не придет.</p>
    <p>Странный это был праздник.</p>
    <p>Лайшам нашел убежище на заброшенной вилле, где ему уже случалось бывать. Растянувшись на ложе, широко раскрыв глаза, он улыбался своему прошлому. Комната была полна призраков. Одни из них были еще маленькими, они только что родились и боязливо жались к дверному косяку. Другие, постарше, сидели в изголовье его дивана, совсем рядом с ним. И от их легкого дыхания у него шевелились волосы. А за окном пели, танцевали, кричали люди. Он часто слышал свое имя. Они звали его: «Тириус! Тириус!»</p>
    <p>Это имя.</p>
    <p>Дождь стучал по мостовым и по террасе тихо, будто во сне. Бледный лунный свет разливался по земле как молоко. Лайшам думал обо всех тех, кто умер, но продолжал приходить к нему, о тех, кто жил на этой земле. Его мускулы были тверже камня. Меч, почерневший от крови врагов, лежал на низком столике. Вождь варваров больше не чувствовал усталости. Этой ночью он наконец видел своих мертвецов, был с ними наедине, ибо кроме них у него ничего не осталось.</p>
    <p>С рассветом они исчезли навсегда.</p>
    <p>Лайшам нехотя встал. Он взял из вазы плод и стал задумчиво жевать его, глядя туда, где только что были призраки. Дат-Лахан наконец забылся сном. Завтра, послезавтра город начнет залечивать раны. Ну а пока он спал, как изможденный зверь, которого наконец покинула лихорадка.</p>
    <p>Вождь варваров вышел на террасу. Небо было чистым, но поднялся небольшой ветерок, гнавший облака над необъятным озером. Он вспомнил фразу, которую услышал однажды, стоя над еще ярче отливавшими бирюзой водами. «Говорят, если бросить туда что-то очень для тебя дорогое, исполнится твое самое заветное желание». Озеро Вздохов: он загадал, чтобы его молодая жена никогда не умерла. Он загадал…</p>
    <p>Сжимая в руке меч, Тириус Бархан повернулся к горам и медленно разжал пальцы. Меч упал на землю.</p>
    <p>В небе мелькнула тень ястреба.</p>
    <p>Пришло время покинуть Дат-Лахан.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Эпилог</p>
    </title>
    <p>Прочь.</p>
    <p>Он оставляет позади этот древний мир — этот древний, древний мир, превратившийся в руины. Завтра, через несколько месяцев, быть может, через несколько лет сентай вернутся. Возможно, он ошибается, но это кажется ему неизбежным.</p>
    <p>Тогда он переводит взгляд на Вечные горы. Как они красивы, как огромны. Девственные снега. Разломы, вершины, а дальше еще вершины, еще более высокие, еще более величественные, расселины, ледники, каменные чудовища, которые не приснятся даже во сне. Край света. Говорят, что эту преграду невозможно преодолеть. Говорят, что эти вершины так высоки, что на них нечем дышать. Говорят, что за ними нет ничего. Но он не верит, что это так.</p>
    <p>Он разворачивается, глядит на бескрайние каньоны, на это бескрайнее великолепие. Он уверен, что где-то в мире есть что-то еще. Что-то еще более огромное и более прекрасное — но одинокое. То, что находится позади гор, — он еще не знает, что это, но отныне он будет жить там. Так или иначе, по эту сторону гор ему больше делать нечего. Его жена мертва. Его друзья мертвы. Он лишился Возмездия. Ему уже некого ненавидеть.</p>
    <p>Он вспоминает себя ребенком. Вспоминает своих родителей, нападение сентаев, смятение, и ужас, и смерть невинности. Он вновь видит перед собой эти образы, но ничего не чувствует. Он никогда не думал, что это возможно, и однако же это так. Как будто ему суждено возродиться.</p>
    <p>«Когда теряешь все, становишься легким как ветер. Ты становишься одним целым с облаками. И вместе с ними плывешь по воле ветра».</p>
    <p>Он переберется через эти горы. Он уже представляет, как будет стоять, одинокий, словно маленькая точка на бескрайнем белом просторе, и никого не будет вокруг, кроме орлов, горных баранов и шелеста ветра.</p>
    <p>Какое великолепие. Какое непостижимое великолепие.</p>
    <p>Он опирается рукой о выступ скалы и, стиснув зубы, подтягивается. Руки у него все в запекшейся крови. Собственной крови, крови его солдат, крови его врагов. Вдалеке встает солнце и светит для него одного. Он оборачивается и смотрит. Двумя руками он медленно снимает шлем.</p>
    <p>И делает глубокий вдох.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Приложение</p>
    </title>
    <p>КНИГА ЗАБЫТЫХ</p>
    <p>У монахинь Скорбящей Матери есть обычай слагать в честь умерших насильственной смертью (убитых в бою, казненных) небольшие стихотворения об их последних минутах. В центре этих написанных свободным стихом в состоянии нарочно вызванного транса коротких восхвалений обычно находится чувство или конкретное воспоминание. С этой целью сестры, которые их сочиняют, как правило, пытаются войти в контакт с духом усопшего и прочесть его последние мысли, которые как дымка витают вокруг него. В монастырских тайных книгах эти стихотворения обычно собраны вокруг одного смыслового стержня. Здесь речь идет о людях, знавших Аайшама: было написано одиннадцать стихотворений, в общей сложности с девяносто одной строкой.</p>
    <p>Эта цифра, вероятно, имеет символическое значение в посмертной мифологии Единственного. Согласно «Смертоносному евангелию», спаситель родился в году 891 (или девять раз по девяносто девять) после Изгнания.</p>
    <p><emphasis>Сестра Наджа</emphasis></p>
    <p>Не забывай нас слишком скоро.</p>
    <p>Знай: я видела, как ты</p>
    <p>Переходишь через горы,</p>
    <p>Чтобы скорее обрести</p>
    <p>Другой мир и скорее залечить</p>
    <p>Твои раны. Но,</p>
    <p>Быть может, так и лучше:</p>
    <p>Исчезнуть из твоей памяти — значит</p>
    <p>Навсегда соединиться с мертвыми.</p>
    <p><emphasis>Салим</emphasis></p>
    <p>«И продолжай искать Лайшама».</p>
    <p>Я помню эти последние слова и</p>
    <p>Тот давний день, когда тебя</p>
    <p>Увидел я впервые. Я тогда</p>
    <p>Не ненавидел тебя, нет, виновны в том</p>
    <p>Были вино, усталость, гнев,</p>
    <p>Но все исчезло, все пропало вмиг, когда</p>
    <p>Я двадцать лет спустя тебя нашел,</p>
    <p>Чтоб более уже не расставаться.</p>
    <p><emphasis>Окоон</emphasis></p>
    <p>Мне жаль только одного — что я не успел</p>
    <p>Передать тебе это письмо. Я искал тебя, а потом</p>
    <p>Видел тебя на крепостной стене, но ты был далеко</p>
    <p>И уже сражался в новой битве.</p>
    <p>И тогда я прочел письмо, думая (и справедливо),</p>
    <p>Что другого случая не представится, и тогда</p>
    <p>Я наконец понял, что есть прошлое:</p>
    <p>Ненасытный палач,</p>
    <p>Которого только и нужно бояться.</p>
    <p><emphasis>Ирхам</emphasis></p>
    <p>Я знал о тебе лишь по легендам,</p>
    <p>Которые тянулись за тобой как шлейф,</p>
    <p>И должен признаться: себя я тоже не знал,</p>
    <p>Пока с тобой мы вместе не стали</p>
    <p>Сражаться бок о бок на крепостной стене.</p>
    <p>Ты видел, как тяжело им было</p>
    <p>Заставить меня упасть? Я умер за искру,</p>
    <p>Блеснувшую в твоих глазах. Мужество</p>
    <p>Сметает расстояния.</p>
    <p><emphasis>Шай-Най</emphasis></p>
    <p>Огонь и ужас рук, которые</p>
    <p>Взметнулись и, как птицы,</p>
    <p>Упали и разбились</p>
    <p>Об землю. Я бы мог спасти</p>
    <p>Их больше, если бы в меня</p>
    <p>Не выпустили стрелы, и тогда</p>
    <p>Я спас лишь тех, кто мог потом спасти</p>
    <p>Других, и лучше, может быть, чем я.</p>
    <p>Но улыбка никогда меня не покидала.</p>
    <p><emphasis>Наэвен</emphasis></p>
    <p>Меня считали погибшим, я и сам</p>
    <p>Так считал. О, улыбка</p>
    <p>На моем лице, когда я встал!</p>
    <p>Врата ада не открываются</p>
    <p>Просто так. Убить чудовище</p>
    <p>Казалось достойной целью.</p>
    <p>Ранен или нет, какая разница:</p>
    <p>Боль была так сильна, что</p>
    <p>Забвение было благодатью.</p>
    <p><emphasis>Амон</emphasis></p>
    <p>Они забрали у меня дочь,</p>
    <p>Которая была мне больше, чем</p>
    <p>Плоть от плоти моей — темноволосый</p>
    <p>Символ вечной жизни.</p>
    <p>Ну что ж, стреляйте, да, еще стреляйте!</p>
    <p>Я лучше тысячу раз умру.</p>
    <p>Чем предам или отрекусь,</p>
    <p>Ибо мы, семеты, из тех,</p>
    <p>Кто никогда не сдается.</p>
    <p><emphasis>Аракс</emphasis></p>
    <p>Целая жизнь верной службы, чтобы</p>
    <p>Наконец понять — склонить голову</p>
    <p>Перед другим, а потом</p>
    <p>Вместе с остальными воинами</p>
    <p>Сражаться, презрев древние законы,</p>
    <p>Открыть глаза, понять, что доблесть человека</p>
    <p>Не в его крови, но только лишь</p>
    <p>В том, как он Ее проливает.</p>
    <p><emphasis>Эпидон</emphasis></p>
    <p>Ты угрожал мне, как лев рычит</p>
    <p>В лицо своей добыче.</p>
    <p>Что мне за дело? Я мог умереть тогда.</p>
    <p>Но я не умер — дожил до того,</p>
    <p>Как открылись ворота, и ты</p>
    <p>Своим примером заразил других,</p>
    <p>А я взошел на крепостную стену и</p>
    <p>Ранил двух монстров, прежде чем другой</p>
    <p>Не отрубил мне голову.</p>
    <p><emphasis>Пеладон</emphasis></p>
    <p>Вокруг все вопрошали: капитан,</p>
    <p>Мы будем отступать? А я</p>
    <p>Отдавал жестокие приказы. И думал:</p>
    <p>Что мне сделал этот человек? Я бежал,</p>
    <p>Когда первые глыбы рухнули в ущелье.</p>
    <p>Но он не умер и никогда</p>
    <p>Не умрет, а я через десять лет</p>
    <p>Буду гнить под солнцем в Калахаре,</p>
    <p>И не нужны уж будут сожаленья.</p>
    <p><emphasis>Лания</emphasis></p>
    <p>Я не любила этот город,</p>
    <p>Но я шла за моим любимым,</p>
    <p>Шла лишь для того,</p>
    <p>Чтобы следовать за ним как тень.</p>
    <p>Я, умершая так рано,</p>
    <p>Со всей нерастраченной любовью,</p>
    <p>Что у меня вырвали. Я хотела сказать:</p>
    <p>Пусть лучше меня разорвут на части,</p>
    <p>Но ведь это они и сделали</p>
    <p>И развеяли мой прах по ветру.</p>
    <empty-line/>
    <image l:href="#i_002.png"/>
    <empty-line/>
    <image l:href="#i_003.jpg"/>
   </section>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEBLAEsAAD/2wBDAAYEBQYFBAYGBQYHBwYIChAKCgkJChQODwwQFxQY
GBcUFhYaHSUfGhsjHBYWICwgIyYnKSopGR8tMC0oMCUoKSj/2wBDAQcHBwoIChMKChMoGhYa
KCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCj/wgAR
CAMgArEDASIAAhEBAxEB/8QAHAAAAQUBAQEAAAAAAAAAAAAABAECAwUGAAcI/8QAGgEAAgMB
AQAAAAAAAAAAAAAAAQIAAwQFBv/aAAwDAQACEAMQAAABrop5tmAFxSSDumZI3pHERIShkSyO
kQmEqtppwiS9iUGTydU8ka5dZeRGi6/PowDhLareMVTL2vGY6HSVrgxUcPETyDPYENhfBNIO
5odMC4tZKFIjWdc+uy3510cePtz9A+GVrI4CtritzkpWVsOTfVV5JGox57YYi3K7R4na2JwB
9DXrvbmuvMwhI6xqrmJhAGJAoyV3NVWgt5FkSUdTGDPgsMcCpaWRmDERpMwxpoBYlVxfPnnb
IvovNIqySOHsQoIDIORiRiDs91Ysb9NUhdff5NNTKPJroMOrjcz2NWTm89sL4XdDLXCGiq0y
u4hFXjE57iI1kUhrlfB0j5WA7iOJilc6FJEmrsjrrUCq3LwSt5/ekjfHDyK2KfvsLt8WWwYe
Xz7/ADXpqrpa7bFWFJq5yn1rtGTSvrfQ8HUksA7jnKlRbixALEkWmwGoMqNWuVg3XtKZWlCW
jx356yQ+EI5o89sY5UklhfHANyx2M3ouaqx5y+k8rz+lAtQbqqqsrmvddVU32aHwb9pUybvB
0cUZdZnRma9H9HnLMxslci8a3o3ga4YqBWI5yuGq/oGzRuIRVUxr1WCUgWdhMqOW3nK5XQhx
eR4KjR0mW7ByxkTsHstgJVRSRPlpOww2vzV7axyNjglOBOzToyVLeUXR5689badb6L5j6dxt
1YKMOum0ucoTUdVUBVwRRDAtGkZ8zbJGVGUqvhRVHQNHdXyLEVc8Z8D2I2Tmo55Hw/NRculj
7/nkexYLqpvs+jRc9zqJUaCnW2K7qrfFvtRbqjlfObJswqqyg0i8r1RPi5INARGWmV3ME5XE
Mc5xjHK6BquUjnobVZC9j7IWbXH47p54puZrSj0VEujz97E1br+SslNNO5FFo+qympqlu0eP
H0OsRbXbz8RQ6rL3ZEcpDIds8NqsHSR47a9lhGrVq5hIsccgdXre1vRZnTtWqFw5RiVR2dty
38WadYugFrZCLboSKtD5Yo1UfndZVqY0TtcWOaMiu25zRg6PFIpjpXUuyr8nSorurQvsVAtc
7UaaOg6XHSXnumfRz3pFjniQMSTnMzLINhGqIC7rR1FtZ3P1UJz+MQwWwy6AHrHcs8486koo
U7A81LfZXLtxhoHW9TWg0Ehpj5vS6bY4/wBSx4qOv0oGfq1t4EBuz1WbvK+xBW2A71R6CnMq
0XUoh2XW80e6oSnq7WrssYyRtlXWazVBi107UiO6KyhtaXDZKxsi308QfLS2ftq3frMasVVa
ug7J8avYBdRU68IVdYjXr0jJcup+fv6UvWaDMb6rTIQabmsrgNLnoEKx+/erPj0cXU5LukFu
qcxUVnIqultWafPQwpKjpCWDDl1augOusOrIHBSXBuwymozW59iu6/O6aJwhRlatbHZKcaCk
nin5/pDnExmija5F0u9W8p9Wy8yuZVwzoXOfUZNY0hBNq10GuzJrTjFW6CxrJg18dQE5qh05
bLIXwsauxwewob8FZHfhX5y7DOaGq2qMgtlceyEgqIlUXV7Mpfo3l91TZf58HjO6XrKvW2xJ
owviIsK2xqXOZd6kgWz2VA9bNqtPsszHh6W8lyhmbTkNc6n383Q01hcouQjta/o8+J8cYVHt
msr9BxWnyFdrO7r6I6e9zVd8ukyZuPbtp6TVYt9ILaVd2cR6O6fK57XiOFLgMrRyhgKSaObl
eolG0wZromqotk9T8s9Oo5WQG4E9aSdvBob17FqPzNtWBjpJBa9sDHusqNLhlpWvDuKO2iWx
1EmaZajtw9AAYQLfQpgxkQdJjVNYc85DRZ/U5/RSJfU9+yXM0Z/O1jdPyWaPrTuhyKtbFsgY
1pyEWl0XketNDFgrLdn1ldByPrbPy1mPT7NWZn0KtPOxvUfOtlRuZsKl2sp6yVqy1jNup0WZ
uqVTGqusVkc3Q5sti06gNhR6LJrNitc6F5edv5vO5QVfzoaMeeApSu5nK9U/tfVSqliXpbLt
fOrxMHdFKN8wZQYS7zhwLUaqd/ZdUIhlimqoceUkpnW1aa6q8yezuw6erHOwTPVR4mywUM51
9IZTpY0cpYVOuKSGyagCv0QsroJo4NGfTcUJlsI4foPTl5dGVq90i8rZKvx30vy/fmSsKFsB
0dhTGGXWZIk3uy8ytsV3p/m+wxOjPP3R7K4Y5IESQwW9TRCBpc6yska62nozW5teblPpBdc3
eKIo1+g1a7OlfPl3GQ6PKgcsliNe7gc9BPGUo0VvL9VqRaTjSxO5b6m1p7KznWNjFpcu0Kn3
LBT5iJ7JVW05+8o58u+7sc32c6yTFXdecvM22QvUyzDvnsoL2ksiAwdBSMkc0FqLyCLIDMGU
p8xuriDCoAhLMIrk23guvLZCFxUtSda9bX6qsnbMMXPVS1HpJkvPdzg9uSvrLcSG1q+JYVUk
9zHK2Wb21VuQi2OPtzmhWlJZU7kYtZhJAFes1hT4oBRIKWyS5NlO7QrBb5ejnj9DI9NcPfzV
GmuKC7amgdoY9/HpHQy6EzopYL1VvJ3L9XuKmmccwPJy6ai3qn3cojSZOwrs0uhytZW/pOTo
6N0vNJl9TRssZ6m1w6gJbHIPQPpKaG/OM9a65rI+oJVbYVp1V0044NOq7NoCpjsTag+oFVPS
I8RbAyHCSustgadWss3R86aiESLvefNu8wUp2NAmVDOyulF1UYyPWZaq4a0Bt1a2jtG3ZR5Z
qYvtabIa7LpLpiYNGReWcLO+V6aJ4XC4Nxc2YubDkXtl2ZdtoPP9Fx+tqpc6QabqksJjXgbY
DMW3+vY25qWw5tWkdXnKCfVw1Tmkcn1dqFokOTG89F258iCTTwrHR5Db06NNhd3gqrKYEifV
jtSkz9GzZaTDS49uq8/s6q7FoBXWS29WboaieV2ss+7NrKPfZfm7hasnrrR1a18xR9fZ1ooY
xBd04FmsNo7ChWy/Cqktqu+ThLyMt/d4QbbCCStBMEvqYMXSEdSHHU30d8FqlApmdv4ujzdz
59GBtaE6OVeZExSYRqM8l2xkH0OSvEDnVOtc9bit0pxJrUaiMt2rZNY5uPB09gdmic+2wwWx
sNXPz+mx9ky6vKWtzWmIrdbmelzs8rHc302lGpUlaO5gtpJYSNHDYamwV62jsKwGTWZ6thZA
6Wym7ijbn1pc1FhBPqIGYNVlmjMu6C6bIbHVRqaUOiy23A1jA4gIF5bi5qyY1hxoRalvY59G
RErZK7UefbMlJ3ofFVSSLp81IXxsteGdmnrs8tb0CkVyJXo1WhyR8zR3FfcMpnmnqvka3HTh
wEhRRFVXWGsGrWu9EMgNxZhK69JSzMaeaptOfGyi7st8bniXUkWwdXbJpcvncOr1GXzzaBWZ
X0NLKfKj9fjdi3tJDUV3shIjx95V0DYlCx3SzPmDbW/iUlmJp1fGXlICU9Y82vRocpNpK9kG
hYRDLoAJsuu/DrgKNPUk9f0OYbbVBSjV590ufWLfuv6bMNPJY2pWvC0EWGpNBJPFH18XImXm
VZbyq0WWZLPq3lt9pYSunNWDXedsrzocsluIemu6ENTcO5NGpsVItyOt6YgjSeaa3NpbloLG
Gu8HTsMK1ojOlntFvVXHNta2TkkPm/pvk+qnN19uLtrCtKMoOXFCyA2WvOIvbak0FFm/nzGl
5uqt8+9D896/OMo7+u0rRNkj5PqtUPn1lDEbNLs1qsoZo4ZukzN6ZZUgOsR8Mfb0LLOMIbFD
va8RX1lfImXc2tYmjJNWExPVHKTYwUpkForS6CimybLOv0dDW4kAMunPKYLOrOivqZhTHWWz
uz+X+vYstTf9luqs2fUS9bFqc0x8A6SdZTDmtJlKzQyiy0X78yF1maWtnrWaGlJra7SSKdQS
YFYDAdXmK3uFzTXOK1HcsgnjXsXiuqkYO7rr66m6prRWhD1uaZWRPlSy0t6G1trutVm67PZv
MSkmrIaDZUz2VUErOT6jZVrrM5MLPDINefmgJ08LnpbiA2jKSHdVdBcq2cmsGwKDe0MjCg5j
CBS62BpcZ4LJpb6qzOGwyCTZ3QUbqbKJayVp3ORyDC8ul5vpWehuy2nnp2eC3TRiQwnT8ZqT
fO5dmbdvwyq+tZjUauxrhkjjPc5W2JuSkevV11KKlk1VJCJy90lgRTvghk6cN7jd1F1TGJIh
kfjfpHkt1BtPLBdWHDc09duqra99lcEF9yuzX1zrU9JXNavldPzwe1qulyrOk0FAWp+Xub6h
W6rKxE5zRbnZGTavP2VwDbJdl66yjekS9o5SvpeOCuEsDqb2pKuHcwrDHaiB4j4j0JJIFtTZ
Vv1WOjXaVThD60Z19UlzR2FLS1dfrnlpR7jzdkCS3vQcEPqqEgDrzoRZyDKu7WId0lfxzpAO
OWABDkIBQ9wlfx3EApYyA1K2CEV6nvEro7OJqvQNlgtBo4WkpoMs62GTtW6c+Or9wGr5cOxC
pvlMiNdbqM6SzODLI2yMv8tXUafQ6AK8pZaK0qr81Yxy831d11chpHRzF05wsQzT5/RVFxQw
MjWFlskmsodDBe4qp9UJm7Rhnam0piC4GEkN01TY1WmPzT6rN0TSZsobPTuJh1OWvXSxx12l
TVOqzHo7zKXuUqXrsyqGyRzq06tR+4Lrq7osQjP6OIhGBuhlEal54vrb5MH2viajz2v9b8xX
QNLZ0a2lwvlW1rI5DBzong8ORAV2ZwhfR8pFWkD6KGsdGyDxKELKoKyDz6Z7IK9srNlqb6oR
X9XdOmVzG5whsrNVk9MjTUslTJbva3n+o1cGddKGI7hpzBYhGnz5UAiFZVgeQZe03I2rplHJ
Es6aEoYDaaZXzdnczhsjFtqcCkAdAy66jgsK3rYC651kuM+URf0762u0jVYrraTYHRiGxjxQ
6F1RIjFcPzpb2tUbl9N64RmNZo8/B5duMbXvr9Vs4jXk4QM8Lt8mctok1rRXRqri6aeSkzOk
qK+ijhLFdEAxYjU7+ccvo+WqIDI9GcWE4UrmFGZTpuOzWkrDNjn9QExqPLtl2YIWF82j4gW0
lvxgeuorGuR9PyPxektekmOakiZKNOVciavPs6dZIJJ5AY3ztEANaGwJkCli+x2jaOjoX1ng
Nu1At34r7ayeJ5D1HzhlhM37VbCPRjVAGzPBrxrDia2RYyioxTOcx0kjx5hJuToNEeCdi9Zo
vRPLvUb+Dib9lkVk8xdR17tIXq8+1OXG9Hwy6NVjPV/OzVx22yxqy2li28PnD9AOtuBELEXb
vDq6w6XlBc5a1DVDSo5RmIZGjSQdQzCa+YGdshkgVhBY2IllLPIxbnNLfr6SMCLDEvV3aVzE
yeikTuDQkwTkZeOSPV5+51nnWyz9a6JiJz9F88c7508u0WK08pr9htmpyW4jyaWbK28X38k9
l4jbsnqLLUYWy114jV1FhDIrVRzI1sqy5a9bMVkSB78PcnNX3d0nK10k/N6DUngF4fWTew+K
ey28mvqMT621XjcvqvmybvWMrc1VnNvPP9nUCyzrp3K+m8X9k8napvrnnXowbJSRSA4AQsVO
n6JO6u3+apGK84xp2jyUtYZUjROdW2oNwb01uRSw+MvjM+9Xq8L6H50ts4V7VJaNoYrUoKyS
TF6W7V7Wy55JY12ZiKWLV5/ripnDelkREYfRSyNBfP5ro817Pp5Rk8cteiZM/wCcGofV0czJ
jjb/AC9mf24LxuZbvSz8QSJ6JDk8WG9Gk8n0smgMzebjX2UKsWpo+uoCKzriCGtcnNVL3dBq
5Y5MXqe9K8z0zZclv/PLEr7PRWZlvL8rvzvP6ulaaHCwrfqbbAEA6PswhS/1PnDZNXLkukUU
oWW7oBWdTzDeka9EY5YizIhaTMUXOs6q2J2bEc+bl6qMsIsyILbGpcqPaQ1U4iwyMhulZNh9
NGToI2z0UapXtysU0O3zXL3FPUbGlvMPoJM7pKV6BNvES9Egy+Uxa6s69uw+iWWmo1uEnqd4
1PzQm4w5nvV5WWgnmPmXuPj0fe64wau/G6Cp0K2+Qep4vYh4cfrsYtunqrSqS/z1ske7gGdB
0XVyRyYvUwFwrAIskLUX+s87mB0mUScmGZjFslcsIdyDlmuYA4QWS9zoVFJFNWmkrpej5cvg
oLa7OqGz6xgNtV029oc9bka1K4iyosCcGWSBl0FbDsRBERzIZVdcwNmTsfo57CIYGJHIt2Vh
mi2+aWSPim61mC9AydeSZkYJlLa4+ynLU5Q13P7eYbfwesU1xULdnt5hN29WD889OzC2aTY+
NevKwvknsnlpnpAhQVd/lMdOJZnvfTfJvVq9cdVZ4yrXqKuwr1t88Ryb/PT8zouqlimxepSG
WGCSAyOAY+FsMkU8UaWNVV4x3MsyOKimW2KSKcMqcosaMSM1FjbY2x2ecmkkFoSrjuziMhBt
Fc5aaxkuSUoGdoUAMhtDqrOnrTkY4HlRTFdFwmkdHJj9Joh6txpZFLEmrNwzQ7fNua5Ylp6n
497FR0JPKPT/ACMr7Wd5x6XAF5P7U1qvnzXV4T5/oSnsq5bs/usLumrwxOV9LW7xz1fCacDR
ebejebx9+E1td/jAVv6hZn8m9Uwm4r2Nx2uyCX6MEoOvR5+jm7/OSc/oumkjnx+oFLiKKgGI
0MiTDhuUY4hGuDWxqlxNQrJ4w80EkMadEUFRCxWppnws2+bPhhFi3ekwNzWDq0NLRbMAkYS2
dRMGtaC4iLTPDvY2Ug2TQuOi0tapqkSWC+lV2P0mgjWc46GFWLtzUM0OvzshYphrj9W8s9Eq
1EeW+iYGTvb/ABDftT6DM2UW1XkHu+IasPc+LamC4OxdOtg/t/iNjK99TZMON7Zl8BMLLHb+
XElD9Xjc6l9vtfJrQz0DN0EK2boPLuFlQipp5T+i6DWSRux+okcjoXjumV2xnFvRSpIKtsko
pJERjYVsjJToIJE4hHQywOCNENdGySLZ5t0ZxzLRWRwEjBjdTBjrN9a0kEV4j5YZ4I7CldDs
EzFgbJYYIWU2vlRBYTxOwemd2gHNVQrXLpyjXx7PNOMiKlUO0x+iWwvKXtNGaZAUavZrDyj1
EWEI9GXG1u48SFr46kpspkEjCH8jFMc0biJ1hepirrBFsq2Sq4ger4IlY4xvd0icvSacocvF
62JJB4OIBLfLrKK/gbIHnNBTrqHIaxdBIqzgxpAZFURCIYnosjxChTXVRGxbfNWDIUKTVRY8
s9DyulCWG+d+h+eEJCXERA6aIGaQV0E5QstrWcACSHDJGBeOY7n+mtiKmaVxD80XZqKaPX5y
QkeWVESTmKwSScyRyyQkOlDCVt5J5+0WXFOrSI3qrI6xrUi2To7QAeN5pFeVaRo3Z8aCNBIk
pg0iOIhc5YYnPbCnL0GkMCNxetiDJeVFfLKaNSVUrbzqWCxr6unwhfC1g6zGqUWdA/IjYHo1
0LxCxDXA5sm3zj4YzDK1hkMXT7DHTIRchq8swazkgla3oUmibAREiGOREBlSKSS8kjnx+lv4
JJTkpQ5ohqzkcqauBxkUErt7Otts9wSlh6MsEJQMYZpirYJxkcgzpnSAySuKxOcknXudlZNt
zXwBySEqMYJaCLaJOQyQJ7+IiZNEYiMQh3N4zTPb2P1EnR8Gl6KSLcxWrnwZbjq9dyp0q3wD
HAtnlnEmISboA8JK9I4M0KIHI3tnnGEiMgKWLi11YcUq42u9GwDFkDhYJEZ0knN6R8gyyFiv
hkl6PodMSKTi9JDJpSDRkVMBF+eewrX58+1pDUrgsilovFHthbKKsO4vF05RN2e0wYPq+SC5
JdlXsmYdrCLEy9zO/NrxMGpymjNcabAT20egS012sqM7p6DPoFjjjsR8MbnRiWI5ECOZIvM4
zTOauL1A8sKtSZFJAtm06uksw1gU46bZh2kLc8VzoBe5HylvFJTQisIFsYJoTUVjFi1+elgm
HKFqK8zaXeG1qtXYu2qGEUM0MnKnSL3dIqJ0i9yydzuk0JIxWP0ZMMKgzQI+TNNe7X5/i9CC
ivs6wymznkNAfqobavWtTd5rfz7cObTkC+O+6ZtWxg4FpToae3PU6GUdsXaKF90PDHpMs56N
RUi2lTVlZoKK7EEx8diSRSOMi6VAY+k6DQK1cfqIO5z0kjll16LRl/U2c8Ogtq1dKTjOXUOd
XWEQaAodq2EjKUMjdEmiYUkY1Usas1+eljSMiSN3QaSztSQarz7dYcx6NmMGaT0gyTJJDypJ
zk6R/M6TSTwz4/RNnGlFjZImwUltT2mnzx8lkDSemKvYaHbT5lp6HV2NLppqlqdqFUlsLEia
KZW8th1Hmgm3zZwuHoBHU97rxzZa/wAzdnJeJNn3o50BBUSosAitg7MkL0a9b2SKJBxXSWyo
Tj9UIivNUskLhYurmAs5gFDc1o1wsnVbEY1hBcSuW0XuR8pUkM1evhChDXRx8mzzz4nxEPVq
yWehtIFj/PdvhTOkhUwpIFkljYkksfdAiL0KKnSaOYZ+XvEOiatksTkkpLGtuL+FZzOJoe61
uDjsTdYPPkaM9pb4q0Fm0tsNvXSxZEoYpY4hG+I+6YEHz48dAr7LNG2Vm1TmI0FlWEV6rCIr
qOrWTSQ24kcjYkURKX8+GOceBej6HQPYmP08rhSIek7gdSDaZB8BQVzUrqYx8ItjYXCamlBG
hh4ZoWqmIFKW5QjwYM+1zNnnlZLGQjmLJvYBXrHY/aYsxO5DF7ukdzek7uWBO5IeRUk0L4pM
vbkfzBYvOjkpjw7G7i3Zg89Iswza9TnJbh2hKK3PGxdUv0fAXWnDYV44+rIGfia96vVAvOVo
0a0fLKrzhsgtz86BQyo7pLOentqOlPX2gNelkUM92JrR1twysRxSHu6NeovY/SytfAGZd1BJ
TVZzSTPiAzJ9cutkMySdPG9bBymrCPDLE+eQschL3AnAQULVbs88scjCGvYsnoodfrllf5zt
sQwTuWHkVsC9yQrydIqd0nd3SXhI0+bsSMRkMreikCPrCbeXqpa+0SqaElVIqzdGNesvJ7+n
tYJ+zwqiZ4Gikbz71PJgUt/BY0X5Wu1dbRoxw1qFrwBxmHw1jvQb1l8dm9Z80Fkorm5+lGKQ
JZk5qpbjc7mwRc3o2h5W5PSTjkDgyGVllBb2o/Wc+krSqtdJqQPTSjn9JPEsAsijJa+dZ4ZF
t4QoU1Z9rma+CqOaQ1WrJsiIdGsrPO95g2iKnSPY9sHJywpypJy8+Rnc2S5mHno6ciIwPPBy
QB6zJadueWRBJUqmig2JpA2dXbYliaHn9fQNeB2+I4C4CZQMJNMa7N+W6t+rZaiqxGLO6E7K
um0ZLnQ5PbM65W7rFfydZYc+weOVpSNxgsRzF5qhud0bQNVuT0cijEQQPkWDVyYpzZ5obSrW
9j0fCRFDMtonO5803JOmhsLJyHDEDxaGJ7NfBVj2EJyLJq9D55AJsMbdUsndymOZIkDEVJOV
Fh57WQSMTobMgQire98fKyt5hjdZktKMcr2vUEvAJeu4hDYlt9scxr6Nb/Pr/CdHm+jV2drL
K9HDnRansmLRWVLUyV6WWFpTXjIS+Au2jT6ijrjYSPQTqMw41Od32OHDEmr+dfhZFOK9Duj6
Lo2uTL6KFUVqpnxSpZaVR+ubPgxdnmJYJxaCzhTdHFzKX40WpUR0tn5FV5QyRymeY9uvgo17
COVEk1VK3bCeet9ewMmf5VIVEt4alPZvKBK/tPmJHNc0xOVJDpx5q9TZGIGVzEIKt6bWitvM
dVdEYjbMpDgD679IBnLDTnTLXOytz+fHerzV2+VQ7Xz2pwK+cC2lskrIbAsOVqpDaRzrrnY0
5lsbDOXVVp9vpm1asGN6TVacmOxl/labTRHctsXS81V41zcnoYixppHzikB9jS6ens52ZvKy
tXSrw5hYRqcbamm1OkzzU0E8JKbVhWUMg5IZSiardXDc1zCEVrpNyUSas822EOIMY3lMTV5Q
sT1DKXCg0eTMDYcjmyJzkkKlhlS5Y16F7OSQ26zFiKdJIDor81bYXlkmnGE7ary6chuaufdh
y3plSSrWCtRXwuE9Z8+qbJoVK1YbC44ZZmz20WFf7D5bamfWOaqyz9XoNMHKypGNtrvY6/0h
W8crdrjc2mqXVZmzP3L0Frytzejm5IQXTI2Ja64eibLTg3NbL4XzqLI9VktPK7Gju2NlxaPV
drka9XUQwQrQMfHq4cjHsIa5FgL9Irh1kvn+uyJKKimIeFZAei0BWhB8qr76hIVO4nlTpCHx
PDqiKCrVSRtzSWytYHDHGvR51tU1d46pIsq14kUrTXWcGXW67j8526rrMLtMwH85Vj6iDykE
Ng1mUg9Syyk7MuEMnMpt2BlXmrUFlrZ8PR197lMvdmVdhkImhoiTguM4nix7mvy+jbySwQlx
ERd1htrmnxrTaTLrpeo8gtl0Gb2BpHsqAhs9MNzk3MglWB4xA0FExW6uI9kjSrFXpN1ISMhB
x3p3mbRjlYQtlWaMHRPbQCaPzfY4whOVCe7uklcxwKonQuROgUuWEHTmZq4ru0td1XZRrS66
xYVJVEWV23nMoCMzaV+2NYeK2NBXZhYmtlliA6Y1xuFIZbLU4TX6M9qysGz6evJ7am3ET6+I
jCZvV0mrNNWTCUW2+orrILletesz0atTL6h7+jjNKY+LobGsVstKLps0NCI5BY4oPbGrOadR
Wx5QMli7eWKQWKKSLK6JkjdXFerXFY17pL7aY41ZFk/UvLzG8rjEe3Tg1GxsK0R/nu0xBnJ3
GIvdI/kWTuRZFb3SGE15yyS7AmK8h0ckLZJqboBSTrFrrJKI1afUeYzWZvSK6KWwZupuBaNN
LHbF1XZxpottceqAvWrI0OL1ddt11YMjSQ5+r057GHaxB/Pp9mZB2JfnhWvRcLLBFfk9GrYy
ZGljuE1LVSzFHltHmBdK2CcXTWVTspVmrCfpXnWKg1PEmaUlGJGko2Oj08WZW8VieiSa+yrb
JTc+SereVGNc3jFsK++ElrfWPIgLOg3WGMRHtJ5FWRFVJE5Uk7k6SU4ZwXR1dsHYj5K2BWun
U1kIa+tJIAr7AMLDEaJGO1eEnE29TFElk0g8tdg0xcWrLZWFBZiVelzM7DYmY+Ct32tEyyva
i4pZLilfUAkQiko3c7kcmSJae+6XmA8xtg1GhQeI546i9z41K7nLcmtyOgOe5HJpLMeclDLr
6A5A88nDEBwU8b26eNJ3KVjaqyaTQC8pL853mEMZ3cY62qLET1ygR4mUzV9QsFa5sPd3SLyL
J3d0iKnSTuYkF1o8lo7aMlHF1V9gfBC1dyXVNsqFPrrKltPiTm210yyzV6LoYG8UhSMqxLta
y7uogUNtGknoZ7qSAS6Wt9rl9ZFJVauhqFG2rM1culHUHxh4en5LJZIpqe82GSE1rNHYwGbG
sqzmrAdBlxfM+CYWxXlNrzUIBps1KqxqwrrnjR8iikjFKVj49PHkc2QrAirDZ6YgpYT5T6Bg
DETuM6eCwk0R2io1mJAMCad3dJyd0iqiSL3dJ3Isk8oxQiF1aMickwY2FGstnExHr5EStp5x
yCoKRPDyXWfsHTV5kjWvVgbZ8tNtWhlPGnsAjUZkMDnW1KgABGM4F6pUBFSw2aqtgbjg+ixz
wT5vRwRyQtTOSJKr6WTHymo6pkhMdNAQGlv6DWQOj5TnyQpEI1TI6AOSKSLFpWSxaeO+aGQr
E3kh01jiHwbHGcknKnQuLE04ltfUlNAFR7/AQ93cZ3d0nd3SJy9Jyd0jixZhJOkaQCYIbIPI
2ZlVy8VRjmKZpw5IIW9wbp4eI0i0jbqtxJjL6k1FWeOWsI1YjWUVVoLFlHLplsiq5YDXGySJ
bEOBdJouqOau0kjdj9F0BELVuLBthNXHRVTZjKrXZIWuVircy4rNqaauEa8KY2VUXUjGSyOH
IhKUkUsejkuexxSFeWHb2cPnyz0bzX0nzgyNycYs8V6JZksqIAqvbYuFnKhnciyKitk7l6RO
VJFcxZCCwCArkPOMzs5I7K1HQAlND4EuUHiCpwymVhkM7qE2eRGG21bdvTi0eIlsqnQiV80Y
0OvoD6dkSEohGq47UEML3dLF7ug0Dmpm7U0UrYYZT9i2emnmjiY9lxSi1XNeLF2Gbkai0tbX
ERKOR/LrgmRsko5A8WniKE0clXtcVZzvUgfPdsjRKDL+kecEN7uJW0rtSJoxIdEJicuUIw5H
MhVFSRUc2Tu7pE7ukVWuk4qBID76iMKE1N890y6uKV6tJ0V4nskgjMnuXrq6/TQutZqipnqo
c+8Gm5rx+S0wyoJK2pSbLRnqeq6EwiK9HqegaQDVcsErYzeXpNCipn7LnjlyGyRamU4hda6P
i1t6aHmvWTfTCSTNhdRK4zENKDGkmJ48JkL2xaceWK/lu7lK96D576Ip87b6Rxnm6elebyJ3
OI1FjR6xZJ5/6EPDXYfVZUxzOaY9EWTkXpE5VkbzmycqOke5qlXxqgNpYUr7KdJmLW1dKJUE
puias4I74bZheaPypbavTKbLmlQA+WjTFxjRBu7o18C+W2gHSujsqgp5AabiBk5LGq3oy93C
aJipR2OmgdBMPLwZkw6lZmLHC5kc8VWJNCMR0UCPcPInTdI5j4oKiOWK/mK16FE57ZEb3Q85
vQdydDy90nK3pF5Ok5HJInd0i8iyIvdJ3IsnOb0k7WzFYpmpJKSGTFIcKxl0QgFlYmabucbX
ZAQRdER1NqyxAl02PQhqi1X9zjyK3nMBKvs7cW1EV8YYnRotdvNckid3QpydJoeVmfrumGik
JlrJYJ2jRlLCWpeSZIJADaQBPhJeHwBc1bLCS4WeSSB48FcyXr+Y1kkJV7USTu7pORUkXk6R
3NWTl5JOVOkXk6TlasnI5sipyyJ3dIvd0ivYsBEMvQO6HpFfApMpla+LprPHXV2cRumyEftP
kdCJZ4e0qEdOTkscnLIiObCpIqwX1S6SysFHNrtVE6RU50jef0n/xAAyEAABBAECBQMEAgIC
AwEBAAACAAEDBBEFEhATITEyFCIzBiAjQRVCMDQkNRYlQ0A2/9oACAEBAAEFApyKQ+SzJoAT
wimjYeOFj7NqF8LdlB1TAmW913QEwx2j3z2ic5B6SPZkdc4lEThGU5OQ2pRXrbCec1zSXMJc
0lzjXMLPMdNK6aZ00zppyXOJBM6vyu8G99298jI7Letzp5TGOg7qDOJN2TJwApyJzMneEnYN
Rk3S1ptjxG7sUj4aTEkJ7nwmUbu6gHazltaexl9zu+51udbnWXWXWehFlE6d07p1lZ4MmH2c
hN1OQsoev+DCwh3xueMAh6JpExZTIiYBnsEcn6n828sJmWeixxx9mODMtu124NwufDjgXVP0
ZP8AHp6gbo49bbfiiBDDkgBnjvfKoXZo3Vr5KEPs2pwd1BFsFzZlO5GzD7sLplyZkxi6fHAu
2HRZT5X7fqnFYwnyt3Viy2H4twYd0aLLqPkkpYCi+1mzTymQoWQstQkw2PyOpvNvP/EzLatq
wmZM32XPiLx6iscS8NMZRdB2eyeHc1guUcc/Q59tec955UU7sudlo4squH4gjyhHYrMpO9cX
JTJmRH7nk6keVuQSIX3Jy6/qQluQMzs7ZX9XHIv1bay7Lc6/fGq26f8AeFhVbLwlYr4W9RPz
F1MrQcmsmfCF1GSksDGM0m8tzumA3UjYJvP7MLHDHBkLLCwtqxwZC7s2Fc+DK7pkfDH49L7D
3/8Am45HUY/+UMe07JvtfjSj3mVVoqdDrE77RzkWj3Ew4U+cyHlj6PlfpAhT4Fyk6O/Aegi6
/WcJyT8Mp+6bhpsWbFmPZYTtlZyGmWdq1CsLEblDFpvtO4e6VM3DO1jJ3J06LO2Tv/bjjgAs
T/YKb7MLCEFsV5vwl3AXORqFpHRssAovj009rQHlQh7VqgYszRsKvNsIRynZCy0UW5tkd0NZ
uUE8znIFp2UMoGyuSsKfOCfqT5fCwoxyhL3fslnr+2dD3TOnTumF3bY6/fAWfdpZe+3Jun4W
n2FHv21JDJfjOG1BE6LqTJuEnxuyLufc0fdu/wDgbiz8WTIQyhFYWofAXcH2G197Kslbicuh
H2pdq5Mua7KO2tSmaWWcuY+p9SZPw0w8WZDbklLmeMm5j4QmwvYskQi7b5pt/DbhkyZ/aHkX
ec9oRSMbG2GTP13Jn6kmUsjrmycBxu/e7a2nF+eZ8nwljaQQwzyMS0uZyUdNxnkxzOLtli6E
/c+8iJM3X/G3BnQtlMDJhWFhai34HUWGl9ZUdS6lG9U0/wAdRV1uUp5RsxLblagOC41eku53
Yuhw4ci6m/CRkPcCZnJ8uh7k6jwzl1ktMwoI8ETu6Fnd8dZMtJ1WUOSUguES2LGODtkXIRAm
WFjg8bBIwdaccDTW48xcW4H5uu/B03f7McMcf0EkgJ2A4uAoDTPx1H4H792epOKsafZgjLx/
+VTqq/bu59HjboLLUuGEzMyif8oSZR5eRu753fsB905ZMe3GONHEzJxcVHlWpOp85cyZDYmd
ernwFslXsEpi3HHOMbySPItq6ok+FBFzDnr/AI+J5R7hdpnUNmMSrPzpD080QuJJmTI/OTwT
9umAb3GOCwnZsALmurffUbJcBTOhQumWpfB+qDM9kNQkC7p5maPqn+PTh3NXqvt5TRvJ1QHl
AO+LUVjq/RZQeVck3ksbi5JuvFH7i4M2VHFsauW+ey7MucTKOZyOXCLxIfbE2GGPKaDlxwSO
5HASIRFxIM7l1Tk67qHoorUkjbXWE2Iy3iDGQTNJTfMVKQnhc67R3322WaxXwscC+QvdDwwg
brOOR/SDIFFbGRT1XBkyxx05t0x9DQvwjQ4QrWT9ucO3tRdUJkMY5T+Omd6fbU/aMUbOrDNu
Gc2Gw+XaN3RR+0I8p4+sfRC/uZkHRQHmOcmwnTMoI+lkgEK88YGZsSPsHtM+pn8djoIs7oQx
GfWrpgbr1yLbBM2V1AucacGwUeHgdoymbc9cGExwujq4TgW9yVYScQqG6GoYvvIFYjiIaREQ
elF1ai5I5FkTZdujbVy+A+UbbqHE2Z2o23hOzXaREW1ym6D7hM8tVh9PWPqaZB3YuoEp7TA1
wiNEoQ5snpWkuaeAu2UXbTO9Dx1o8FBJtktYYD6LumFTC4jG3t2LYg6FvUGMySe0044WEGGK
/O8ERuUiKMmW8getZ3PYfa+9zLlG7PU5iiqCDaiT895z5dCRwsRz74rMe5pWBliBPAOJQcXJ
G3trF/zbLtGcBC61R2IY1VkHaMzITZ0WHa3BsDTbe2QizHZnMiYEyKYWW8nb8zpsoOpUos1P
26dTZEDZpW0y04q7VaaMheIp5GjhobXK3Jsi+xkZbRMutjt/aM9hfzNlFqtqQC7v46f20/4t
XPdbhkxFYn3kB5WE4ECswPPUEXEmbLOyxk2fDwSderonw5SpyTd7UXMquHLCD8kM8e560W6z
b7QfK84MmuMzS2ZHjuPmRQ+2Q5tgnYnkEasxL0Ei9Q6eRiXKYkUDsj/DZvExKrM8Z3OoyNth
hsFG9e2xoJndorCkmZwnF4LNGzJy56UdhXIZYOA/GBOTyntjbq0PnVZmrS438JGyBm3Lgmy9
TUnJUgGeazpkLlNSKudg9/2srCdlZ8XUIb5rEeybD8H7af40fj1DrYIm5CZ9qk5m6vNILerJ
QlzCiUj4UHulbqox28J/kkyCjYpE0WxS/E4ZQgjFUB/5M/V6/SRoi28l9o1mOTVRYZHQ9C0u
EbLyRxhHE+4cLatvUOjjh1rDCEVqUJJDBemNopYpM+gkdFRnFAU8RDNlNInrhYjByrSQ2RQv
HPFPVkBMP4g25l7h2j7wl/widZ4ZVkCEogFNgVS1CMHkttyp9WiYbLe/iyZTMi72PF+0D7Z5
9VnGeTVbJh1ZP20zqUZbYLRbpP3C2SgmjKwL12c78QoIjsxUwcZNmxi9yAdqi6PIWG7hsYRM
TtW4aQRq0HNjmWxGzMjyqfzm2XccJjTO+4HbdqTbzcVtWjjhiXMj2bxWFhbVhYEhm0+vNHWo
wQrWrYxGRcxthMppi2icu+q9x1zQcyjZgsVGmU1CUHjlliUGpOz3bJ2JKskIxu8EhdkxOzwn
mg/2GLG2RGTDOzgQDpclZg9DFG9yUZZftJsi6n8eD9FjqnWlvgrE2K7vlD4iWwKldzluVOWi
6yRVThhAdpzyMhZyJx68voXVMWGtz7i0SJmW7pIbid7DyEnHKcetZsGSibciBmTd+qkbLcp0
YqvNykUZGmr7S5ZcHZltZbFsW12UsnKjtz7yKR815yxHcONFqhqzbt2FWi92lXJ3nYWdtqt/
7EseRCI5ZWqE6ARJD2qDusm+2o/2nDsmIWTQkTafFXViFyjxj7WT9nU/ihJ2OjqNiWctTtGA
5Z/1VLYikcm/q3QRxt37Re8RsDtz4WeemzdZRwdUROPZg9u1hZlbB2GvFzpmd4xr2Nzz4dEO
Cf2Jjci2bUwoRy7Rup+8bdBw4iPWcdryv1DLmHRmss0nODg/26k2aXkdxhZxTl7ea6CR3VSc
BfTZgc603VW/9ovAMNLGBBLM4mYj7azfktMQHwbgWGUh7jEx2RCMihrgDFJuKxC4n9jJ/FTe
H9Y8Zhm02CR/43Y79H7RISTdoqk0qfTfbPXKNPVNbS30nkAK2XMYWNq4gsg6LDifyWZtyp+2
Imk5cDyOeZQGV5yUY7Td/cDOSatthiCNhldmWOrAmj6Cyst0NuoD7sqaEJV6f7/qCYgg/Zi+
YhyUtfLPGQv/AFrM2atl45fVOxxahDyJX3yl8U/xxk++RB40SEFcx6VYTMuW+PSb1LS2o90b
hIwlHO4lp7tvEgJp60cwyxlEbJuD+L95PB/FvHlHI+1wT9WJRqNnJ6oDJOU3LhpERRHVyoK7
RjbjiIpZo43q2nFR+pmd42BbpBepMRPqkwsED7ipyf8AJIgB+czHXFnK8/4mfph3VQNpb9yI
Mra5Ia7AmBCKkHCIVPF0EMJurTP+PkOscccfqGFjpg3tmHa/ZVpSOOYTyB7XiJ80oTnMdHiK
OSn6aXspPik80XcWfZKQx1yDDbFtQMzAErGin2MM7mij3s9JlXojn0soISkjeGyW/UAaSDHF
/H9yOv1EO8obhBqMVk745X6jbLk7AENgo5Yb4OAahy0Gqhy4tRiKOzNGLRkxnUDDQlg54smU
W1EbcoDOxKMAQKQ9k2HJwHahImTYONgc5YxXZRyOoTYXxhQhuF4VLLg5H3ATCCN2Z5QYnr9G
n6ycH+x+ja5YzX53s3bjmDaqs7wlHMZzWYi59eFmaJ+W9KZlqseRW3fEXuNk/V2Nnq7dzsze
lHC9qm+MpMEzuRQP0jryGmpEmqSChOSNb45WnDlnBuOD0wuiqizC7cw3bGFKPtUZbJZ5Xks0
phrGPtbKjdEWVEO9442wWlPt5JM5dAN3dVugVX9oF+Te7BG+99XIBm0wwrjYMuYcbOBSlEct
kcFJ6iUi2DA+I8p7H5IJvZTlZ7FqcSjgtbGezmQHAlewML5ksDBg5cMTAh6zJ7UmPUyr1Eua
k7yLKtXRxb22QnqmsSAcjuxRt7ooj3DiesORf9Qz8ovWDKE0TxSRliAV3ZmdR+GMHQxLSdmY
o2bmSdRuN+dsudQRxGQsmJMjZnaevhXjcFplpsk2FeuO5vISENvCx2/ar6dJPFaqy1T/AFhC
6dulDHqeTv1PULO2OQnFzLKz1EdtGOXaqxsU4SRutSkeCB3YpYbUUbS2HnkowA6tVDkT5FU8
82Svui65FstajcyiYnQfJ2I6xtX3Q8gnwLkRx1JNjkSnkd53nYGhf8ex+D91GW0r0+6ub8HU
otslbqHco2c9qcUMEhDNlDPJGbWhtMZsyyAsJgSJAPtJumldr3aK5+eWX2WOshtsVS1tYZso
ZU1hBKxcPqGPdFVn2PVuiceo1tyrDtcyZuE0bHwgBpJL1aIzerF6Dov0LZd+8JbJdMZrN+aS
LmyTsSkVasUx6oYx1hsOqx5EJnZWbBSoR3ly8Joh59YMHHtFtQIZJtN9k2Mx24xiUJKeTAvL
gYn2PuZ1YlzHuHFeFiD3KOUIghlZ2s9JpsMMDuUnKlWFtTt1Uvb9I1OfQmQeTgJRiZ42Pvj7
auwicy0j3LVCfmaXDHNFeq2K09a0HLriMkMkPtqOQ25iyzv+SKTcJ9Z7I5XUVHMQoLLSRjJl
hPa7WHdT+8ZICgOi34a0u1naKVrtP0837LgyAqtgLk8LxfrCj4fsZDiYC2UGR9W5gNXtSb5B
bKgf8b93c3TgDwiBSBFE0bhO/O1CTEm/JVPY7XQji9Z6gvSvuKBW64hI5NHEGeZdP3S9t5sM
LgwzRBUoibbRIHGQspl6mRN3YU4o2wpuyftZNxNzyIxgcMUThKMEfpMlWlryFK0kjxQS2ymk
lNs0jKNrr9dLmAVUtwXBsablaX0pszK2/K1KyY86QdyrQmZcpxmkE2JqMrp6E6OpOKjKWMxm
yhJbsp4RkicCqWBsC7xWmTEEkUtI2UkZiiWdrJ+/iv7CjVUWKSxFE8EcrnJD1OeGSJikLlbW
xFLtTEJM8hKCQs0xydOLlqWX2tPtsX5eYTPga2CV0/xiZRSFbGeIZt0Mku5H7U3RTfnGPmOU
bsyi2+lK3JLVfopWZxpnEAabCE0nIgWODp1I2SMgB2MCVyTdJv2tXZykbqqTjNEdcgsQt1sC
5V89WHms4bYrB7jjfDwRFmK5ITVmzALurdGG81vSA5NfR1FXjhGeeJ7k0ssi3SKKbCltSZGz
OJxXjdozeQQDc8ke1WKwzNZpyAsEyC4YKC+xPq9/mljLk+Xbo2GZd0PaNsm4lirG7qTfAxCT
SaMUDahfiAht19i6sm2qb8MfiO13UTMMU0jE7ybVYsszEe5iw6ozOwbheOxFKBQxSHJaqvEz
ngRZ3Y39oEthSDIT7wJ2YYjmkw4lJXnUMUcIxagYL1d1bfa6d+ExNEBtvKNvbN0kZomb1Cqy
OQ/uNQt1ZsjYcgnpTOpjPcXevG8pxBHXCaR86e2aO1YQkmdapc9NXImiX8lIotSYmayBEFeK
RciCJ5dXq1Ql1m7O9DUrMarahDdW11sWoQRtXdussRYtFvX9Y2yT6XKx/wAXJgX6MofkrM5Q
AeyxaAHp7Sw+6Mqmpbo53ImHSi5LxxxGR7pmZxVOJt8j8tRTbIrMruzh0buL/ky26OTIjIQu
Eu4cjYharvtSVdrPuZqdOMorUQsccExjZYhWmWo68Or2K8kNKQzlmhiCvDA/L3smjbBR9HiR
x7RsSvIsIR9uoRsiFncXUY/iFssA9YMM+4WHVwLnM5ExttJmcij06xBDJI65i0n/AK7DLC2p
xWszuVmV3N5RcChk2O0m8CGPHIbPLHLCjr/8fSK7wqImcVqTf8P+6sQMQ/0/tI1I5NkF4V/c
ehwztskZ2VGIrjXtlRHXlsAcex/WFyxuGaJnySo7ZlKLRRh+VSvtieTmIkWM/vKYsJjcWhl2
qvJyit7SNpHc7snTmk0YSPmI3Vp3kEurSe949sNWIjlkpwgFT0VdMuiwr8uGxlbfaXbUHwDO
SYncgZiijbDIe3dayTOFSu8slmF41SijAJ9SPG9idmWk/wDX/ZrzbbkO1nubd4qN0ZNljd1H
lyCcQcZ8hplg5Ail5JC7GOpf6efcv6f1/ZISdnfv+/2D4TllaLZ5E0sz2LOjTgK1JoJJSgCN
Z6t2PaIw7xleT1KgcRVozIh6DuZEKgiZ0FIJQs1ygejE5QzUXjjpTjKgq9LFdonfLORMbtGO
4Ry7ytVGWuZLS6Y5OtWMJaEEcnruVH690Nh09thJ52cJupYWETM6uRc0SxlnLbT/ANfDOnwy
OyLPJf8Ab1naMxjUh84ZHJjdl+xL2aP/ANam4WZeTDfkKa13F293Yq0GYpotqw7IX2r+0WyN
UrTxkVjrpFpjbVLMJVumcL/5t2/sJVZw9XXYnX7/AG6Z8IXUETujrSMtIjictUqcsnZMBKvX
d5LQsE0chiZ2ctNa5qJ8io3dncU3blGUsMVmJyn9PCXQhtzYCGWypgcW08clXj3lYrjCVUuZ
ZhkDl3YRMGvTM8csk5THIxcx0xO6JkHtcsZwsIyEG1C4BARZQvkgbAM6mfLSwjIp67wg78Hd
bkb5TdxdaN/1nG4DyVpxdrBQNtzhO/WtL0tSgwmSF8vK7ZiIVA3NOPTLbtPUswh7tv6x0nf8
KwvRwiThWmHu/wDb9v7kIOZDCLMco1Q5pGcdgoya5JO0sJC0Y4fPs83ccqOTCLDi7uJNKSB2
dhcWOSGWOHruGVxcz9Qj3c0Yt7QT8pTSeolrgVetW/4+nWncnoaezV7xlGEVqTdKJPYhezGn
szE++ugkbncwM7ssXqHFzwzme+zumOKEGRNg2HBc6NoxfMZ1iJo4doXpykJ3415AB7rwyCPf
stF/6vi6tNutmAiUo7iIPePsKABOsULG9mLkkA73irKg7RqpLua3HvGTLFjo3jP8KfuPVOso
erqPoULIh3V7bPzU/elszJLTlrnhnN/xwv1nFDghJnBZyhZdVEcsU1m5OTbXifMRNUqRyxRZ
JW6+xTR744q+YIomkDU7Lb68gCQanYjC3qENhuXuXpCKSQdqKQj4NPYZ2tWs+uuYa/dEXs2X
RWbJLMqzMsSZ/LmK3bjAb1sEV24TFPYJPzXfZItki2yLbIn5riwGtputGbGl8bU25ppPyEb5
3ZOYRZP7UBlthZznuVX21Y22syb2lVsKM2mjvhtJlD4ah8r+LqayFZz6l/UOIB7rcjRxtO+S
5ZrGH6soGMmiqkTT1jwUBAiLLbWZbw28wFzgxWbJV45bM5VI69h6HPitwbChtWKob3keTzYv
w1JJDmv2dtqy35dIojk6NKcdTpHBNpUJRqy8ZxQADi0LOfIZDWAn9FGvRgvSAy9JGvRxr0ka
9GC9EK9EK9EK9GK9GC9GK9GK9EK9EK9Gy9Gy9Gy9GuRhabPJFUjk3h+rNsMFOxKWoGZK8wIH
LfLnBO5PF2CEnLT5swlFhRvub9CbxlWuYRf8xnba9csQ3fJ/D+76pZZNqllfpu/9m7acLqY3
J0PV44eY4D761dq1cp9ssEwylfrCB2o8JnXkuUSjgJyki2jDY5aGziStqA1ms8nUa9ey0CPU
BdpzIjoWqcUPp4obFonmtRRPFNG01o+fJSs2ZRtRWZ/wwE8jWOoD7FvJReboyw/uwz5TiLJt
qysrct3DDLbtTOLraKdgZexYBbGxH2LvTf8A49STB6jOQo34E/sftLEJNOPXCr/IfOaYQJg2
u6dlhSIpXEtKvcqSbByEWAmDc79GZTQmEtSHm2Xwm8/7siPlUnwssyyuZiPTY99i2wkNttpt
Ngp5t1eQ8s3V+ovG0pDUciknm5i92RJ+aVrnVhkOtLb98juINGTFITBNptVtlWMhrRTybpNP
9tfV5N1iGxILS5Y6coxvNh3si4HlR+RPhSoPFyyssnJ3VSjPaX8HaX8JaVqpNWdbnQunZiXu
B2JiRR8A8Im6P5VPgyrMu+R+vAuzqR8NL1WzrAOTlZ2CsQzQqMN5hEDBqFTlKVhRPh6T74bs
jRRxTHM5dv36ig9qGXTorH9W8y84fcUsmD5nQiyhW5abO3MnmISklc3HzcsxP4gLkbg+wZgY
OaIoWfdO/Ru9Q817bOxO/WUuovhV58QPJtilkQZzDqHLhszc6Rsg5CcyyygPeBbpg9NIo/OX
sHuHf7pG6JhwtOYY6Gl2/US3b3I1HWhYqGx3K3p0taJM+eBNhwNSCo/CHsXlVb/jk3tk7cC7
SP0lPI8tyf8AdcXyT7Y2KInjgflVujgtWk2wSOpHWkYaPVpGNVDFi4D7W25Jk3c/KF9rZz9k
TZAmcHisNKEjKTO4jNlSrT2yj0CXDfT8ib6eJP8ATuVe0qzVhy5EZZKBtzelypIxBzfrnpX8
pCRP1bCzldAbKGUgTFhwk6kbOfMNRecE5VpYXCWLYKJgYb9hrU1erLIqkk1SLTTqRWrc1GS6
1wrcnpweSzUB63LB5xrxjp1mtHNf1IxkdRvlhbCjT96TZrSKZuvCTsUjst3SozYsQMSrD0jA
BrWYhJV5S3w95yKOvJYlKSWUXRFuUORG0TctuiHw/rqjv6zTMlePHNFH5v48WTPhOW5s7S5u
Wd0+0h02u1apIfLjpzNYhVO4M8+MrXK41broZCZeo9sdnocIG2x8hgUTp+DdGd078Gbo3fOX
w6j8nbK0CXdCtam5VPTaTWbAAIDNIEYSRtX1izk59ItxwBLfhU+oRcqxPHXlO5C+nz6nA167
ynkIGdeJN1QIvKj/AKjiibJbU7KXopyzIBYaQ3xUyLN7VVxYguRS1ZII2BQd7DE8BFghJmd4
8Im3DaPqh+P9RXI+WV+MImwv2fmthO3KkTRGuVIhhkdPXlT1p0QkBMSDvC7HHrs3JrfSkuYr
JbK+m2+XrLL6jqT2p5oTil0XTqkUGtjp7Vx062UfpLQw16dmyHoLby2a09ZQ0bM4EBRk/wBw
utzqLyX04f8Ayl9QFmbTa3pqxkwBqVkrclCrJdUNerNb1OiVU9NGM7L6LXVp5TfTdM9VFWoV
LBS13jvNocbKnpkdxr9AKcQIvKj/AKr9tqsSkUouW+yf/G2vtYZCaKIY1DIDO3uaGUopJbEk
zx4ULL9Wn2Wt7MQmDDLZIykLJMg+NvEkPZMj81RsbHFMyZkzJkZNGF2b1NhMtD1VoVepxahD
Qgq0itSRRx19FptY1HUo60fNO9S1+oElCeuMFS/SDUNO+nmxpNEnlraTC0EwRsN7VoPU2bxh
Wi12eCwX3N3UXktDLbqCetzNSmmjhDUtSK0cqoRcqpAONf1eLmUtJbmXoZQlj1GLGpxgwR0y
rUp7diGxqL9tGglhHX/hBF5Uv9V36XTcVjrjaUw72Ithc5wfMhKAHeUH2p+7d42ULIWWuVtt
rl9SlYIzkYk/APH9d2/q3f8AcnycNNm5sQpkyZa9Z4aboxTNDplONj0ynI2oULNCPTLUn8n9
UHtqR2ZY1pW63qmod9dfFCw+/T6v/XaL/oaZ/rUf9ljzqtl9t/XetKQCjL/BD5KifLuqG7HN
YuaU8iliOGU2yo/ji/8A6C7/AKlIHjo6I/8AwdUj/wDZK7/taX/uF4fTzu8Wv/ACLy0+PNSd
toyE5E3dm6urgsJn1T9HqvkzbDj7kzdAwojZm5oM2qRc8H8owAk7dcKnp7zRk21O3V6lSNHB
RYsNub5JPk4aWW20KZMn6DaN57GhUOdIyZMsgavRek1D6pl3Mqc71rJarSng1PUatqlpOrxF
SualHBQ+ni3aWGoVYI9N1KsJevrDqGsXo5ADUYbsGu2Qnk+5u6h8ifD9pYz3QtO43a8ozQ3q
cduKeI4C0ubn0o2/97rEvKo+nJ9B0Avwa30GMmOPkPa1IaT0tQLx+nPj1/4QReVB8Ubkrp0K
ZEr5e7cSKTppbs8hN1hFOSHuyzlWnbkYd3hqGcMsbxrT4gZSTNDE+dvZNZqEI2QtomwmHBS/
ImdQntmFMmZakfLpV4SnnrRDDEyZareGtFSvSfyWvux3g0vUrkc2gXoxMCAlFGUsn8FqGR+n
r7qvq0mmxXZmnnZnd6+iXJRLQLTNZrS1jggksH/FXE+mWmaGlPK38bZUtKeMU3CHzlRqrN/6
haBZ4atV58OnXSpzParNcv3CtPR1auNPT9QCpNc1CtarabqnpxCalDdO9z7haxWxpd+vUDUt
Qgtwgi715HanL7nx07LCMcK37pMdQ24pE3NwtuFt6PhlzGR2GFTzvKQC+6E9qtO65uGMiJw+
Nuz9FXhklLa7F1zL8i/TKs+6Bky14ttT6fquEbJlanGvFqFp7Mq0DS2ih+oJThpfTdk7NDWN
LjvRSxvGcRlHJoto7dB19W11jr9OaeIx3C2waDZkmO5Xjsw14yr6o6PtpUhFYdaiZBR4ZjUP
lMm9wVZv/SKnK8UlaYZ4VNpkQ2t+6WbtE3V+pmW1b2dbGdY6yuo+g7WJRdj8qz/8f7J87b+2
KI+ibDKk2bW7ozrKnP3SmWw3chD2PJJuWcoJiYSfenZsB8bMhrQQ17tyZnyv3L8nHSn3UmTK
9Xe3YAWZmU04whql97JrRa/qdRZa6G/TfpH/AEl9U1uXcZuulQ+n09fUMXM06CLmzALRhOPM
j0akdRErwt/NEi7aR0ndaj/1/wCl1UXlMgfD8xwF+ji+Hp3ZKh/zcbDd1R7YPlicnJP7BiZb
sr2OtrimfLE+SPoEPaNH5VnbkPw78JrscatWCnPKZ1pb/kyyyi7NKMYvGEr24RgZ+L92W0to
/DnDRmUT+sGRFgjx1l+Tg2HWhHmFkyZluYVc1OKBrt6Sy/D6RDN1lrP/AF/0l/qL6rDNbTYO
de1m8UEyvDvraUH/ALV1OWI59UsNK2sWVWnOfUXTqGaGQ3V//Q4dVD5TIGw3mJdWQdWHqPiR
+4Y2Re8n9ol0ZR9ifaMbZKVlD4xo/KvK/LKaYnfftlkkYLRFtkiN1FFEzE2HwqG0JHlHDePL
5oTVveQctWJHIk7rHCMsENxtreP7tRDEXXPZf2m+XjoBf8hkyhnjlOWAJhuaC7qeCSCTh9If
7S1j/r/pL/UX1P8A6X0tBuuazJvvRFviPq1Edmuup/ist+daf/uunWldLDq9/wBe/GLymX/y
B8ObYd2wmXRmL3iBYeTxBtqzwbq/9pX6t7QB9wxdo0XeKxtaSYcSt0se1SOUq6isO62ZIITJ
BXkjL8UgwbMSSDGp39spuTk+Sdd067rsmfCj+Ie82oTRs2qXHTvvQOpvkTcNKPbfFF4nOQXq
sozwsrdOK3HqemyUpGZfTEmzU2Wsf9f9Kf6y+qD/AA/TcPLoXm/5WmFvoErH4dddTfHb+bCo
f7r8NM/23Vz/AEOMXlKo3RNhx9w7csA9Tfc/g0gqN3R9UT8A9rN7RBtzy+MfQI/GLsXcsZnk
3BYlA47h+0IdgelbLxRwMfKCObmEoixGbkQg28SAhQYikkjcF+1H3X6TKP4W7xRGRS15oTz7
g8pvlwsdHZV8jKKslsgd8r6dt7ZGTKaEJ4tToHSnqSlBYiNpI9X/AOv+ln/Atfn59qmHKq6/
W5NnQD3ae6+oB22q0zT15/jsC3quVHy7Vca2pOv3p/8AturX+hwwovOXOUXvBssmbepELbW3
Zcc5Lo3Q2JsOLZQ+5zLc4NhpX69o4e0fYu8j+7e7p5nzLO5u1n3erZwkuM6GXqc2U9lnP1Lh
I15DYc2bO6qO9Pp3s9O7GUbgbjl3bC/ai+FSWCqxVbp8yYNkg9FN8vDOAz+OiW+pqpbafdRk
8Z0pmsVmTLUaY3K0kTxFoWotErUXqK2gVZ60mq6iMISF+SrKMtb6g2vT+m5Ww7rWqzzwabce
qW8ZAn0yQ7chiAnJ63Ul+6cRBZdlaEjq8YvKR+qH2MbIDwiDJSv1X9X9w+LuzG2EfQAbDD2H
3HN2i7Rou8nyr+vAMbce5/OIsSSgzSiLZB4nTALJ43NMzAUXVcnejpxkxVh22IuWyEcqB8Rk
mCO/FHTCkiLmF/af5V+/IZQYJNDLdS15/wDjrC+mLCZk3DX6SdSFNRrSahYlZyyjbpUuT1hs
3ZbCF3FytzMmuT4zlRynEpdRnELFqWZC7s737K/kLKG3O0n8haX8hb+yPyl8o2y7+8mIWeRs
PG+WdsoBW7qnZjYMs79hLDuO5SugwLTKLxj7F3l81+uGWYZOjbejATM4blZEWkbLJt24pCZ8
jvafY4TiS5otJLOLvFOWZoYpEUfSH406w3Buqm+YWymUUZG0jZf6cP26+XvxltqqOUUtWUZ4
W4OzEx6IDz/URtzHJMsrKcejIvIcLK/UvWLZtTvwZlhfv7IvKTyfoz+wQHK6G1ajZmVjTrUY
k+4SdM+ELbV0ZCfUo8rcwpwyTvk5fKHtGi7yeaiiKRRRRAiiid7Tsq8ctkn0O2yshJXPeTIi
yUZMKKVMW4OrOo5AYuaLpg3E7bUzolF8XZSHVgDn08yPmT9z/My6Egyyd8loT7bmsvvtR9hb
L9lpd96kkMgSg3CzOFePUrBWLDG7OMrFx7J3QA5p4jZtnTazM8jumpyOzizG/du7r9/ZF5Y9
w9SxlyPKpDzLWqXZBmr6jYhk1mMQtG2EzMzC2VnqbbXjNPH1Z2XaSbvD2BF3KLcbA+Y/cxAG
ciKkfJtO+maK2pXt9iT+S0VO668MuLia6GgFRRrewsR5fA5k6PB8aG9JshtRzHJtaUXy8/zM
md0JZdkGRI3KSR403RZyu6r25qrxfUkotJ9SE7W9QlsllZ64QyOyAmcVtytvt3cBqlKvw1Qt
WilX9nX7X74Y4ReSBsNIWUyhJo5LFRr5xaPJv1S0E9vGHZtzmeUL7mdsi7bUL5bLsRqZRdgR
d5WyWVl1I77jjJFGbKm0eqab/AXN2o8rTNLZltWE7LC2umB0DYW7Cc079cp3Vf4f6xxnI8ta
aFv3H3sfMyZkyifaxVumOnV2ztT4FzkZlnc6dfp07Ju79Xb2qI8vhmFsqMCJBHHEpZidpsr+
r93ZfvCwsccKLyUj4busOox3SVtMOCzcpSzz6hVerKHuEuzNldI11cnbLC+0pGy0RKbtD2BP
3JRxCiZsnFle4VzCVLSDs17FOydO9ox1q3Zbk79f10xlC/B+GOGVX+L+pzlUrVL0wlZDl2I1
P86F1t3KJiFQt7AbKONx4G+Gwh3ImfGHdOydljqzLaui6KsBSIKoit6mDc2z22PIPDuiZbeq
fh04xeX7k7u7A2TUQtKRaJYyOj2RV2A68hPsZvcxEwpmcnywcJGy0ZI22kZM7Q9gT992Xz0f
2NJ7g2LGVW0ea1X/APHLKtaNPUrOPTa6dsfYyz14Z65XTFf4WQNHdhapHUeeR5TbtY+cWytu
V1F4Jt79HZukb9E/Vn6pmTN7sLb7X6Lan7v0ZvHOETioppIDgma1F3RC7rb7bge4AfG0W4Pw
dl2WeMXlI+DPsXuZpEGXMLnMaWqYABZHobC2xGGXJ9nAHwm9rm2HZ94uoe0afv7mfLqXOALM
fClflqp68F5WGmgLd7mJSF1z9mULZTj0dMnVb4H79i2NkuvCx88YGTVNoPqcQSpqKCFwTYZE
KPqzxFvaJ0EHvmp7UFfc0lfamhyiiwRxE8VKmckl8IgaSLY+CFULDwytJEaJmYVabDFknxhO
ssnN1l3WFjh1UXlL3jJOzgt6CT8jy6YoLWnxyatLDNYjbDGO5N0Ug5bgL5bu3iUrZaLtH2fv
n3qXqMRYdn2uqc+mhW9TozPqWpUrNFnZE/8AgYvsrfAmevBHJbCCe0HJsKx/sV5eW7TM5hKT
u7ss4ROGwhZlDDueKnuaLTcr+MjZWKQyqRo/UXq/LkYA2Vq0ZSag4PD68TXpRaxrZBIv3l1H
KQFUNpG2uyswCbzmALe7p2J1hNjO1EydZWVD5TeSY3ZPhxixzG/jDkmHTIJbvpjkPq7e1SNg
uuD4t1YveMboGwgfoXcuhZ4dlnLblTl0xqksekxVbc2lelPon7f4nVb4GUszyoJP+RNI8s6s
/OKYmUcos4zxu/s2u3udulMPYAYYd2xrzhJasM8Wmafy5bFcZo7XMgsgWAdgUZ+lmmmaZXWf
bsXKJenlULzwqG3vCdo5RekAlNgE7p8twc3ddVhbVhReU3lwb4gbJQ1LA2tTqWDvPDJA4dTP
O5/cET+4ujv0dCWH7OfQkCLufnlOiQkt25QUbMkd2nYPRpNOtBFltpN/krfA3D9F0UXVWf8A
YijYyqUK5xtDGuUKiFGKxIQ1KROznHTT3QxfPny0aJMI4DhrWnjcrQuSwhFWp+RYOzLcl5ac
XRb1zDXPJDOo5ulhg2m6L74e8vlwfpGL4Jrl0mK1qOdSGcZg9pueH/TP7nbIl1HgHUG6gB4a
Ps/eTzynfplYWVU1O7HF/I6wrBanLpSZtwuCx/g/SrfC3VnfLr+zOpv9mGs0jbpY0K/bN7Yx
bNOtBhm6ajX9RBJQ5NenCIsG82EWjFn2r9a1HyL8JiSxkbddileRgatWksja0x4gyYu0m59j
PwbcC3MTECJnWODLKyuqi8pfJD3IdyrQiU8uoFDqN3Urde5qPPGVxY00boyw37yn6GTYdM+H
7HI2Hi8X7yfJ2RcW6qOf+L0O5q1hqEti7qdB269uGFtW1Yx99T4X6MCfs/Z362fnqyMMcknM
pCyrwFK9eJ/UW6ITx6ZK8FhzZlLqcAyDPJqEkYNl07mTxgw8Nfi5lYJSiOOxgDLnFIW6WIpG
VmzOpSfLe5xT+5ZcCdsszp2yibg6Fmw/bCh7yeW111Zd0DuDzzlNKM9C22r2mtTLc/AARll/
MC6jw7xn7gi8X7yfIn+z1kpVNJvVmrXNQpVqDvlMmfhnq6yuj/dWfEBrtHnr1cC87HWwNY+U
MMg1xZU5GCOOQWae2Iq1ss2TszypoYWetKO/fk8LDMzNwnjaSKaJxllkyil2RVniBRPGQTHG
alBF0Iu+Ms45QPsc2yhdP1TsiX6dZUPd+i3OmN17SUbYmvT069r11JXZ4ppH2r2LcLIid+ET
pm6vwiUfjH2fvJ8if7KL1IND/lNLVnUqElV/8tb4X8ifhl89ysf7FeVwDd+EGQj+S2cUainn
FE7OEEZkLc0hrNJmrBymd3dwfKc2Fb+ueut1BklKsbFaiKMBy6/XRgiJxIuqikTj0bDtKGVG
/U2QvlOm7P2WFD3csGzitwunDCgNmktzafNMwafI9yCSnNuXRbWdO2OA9CNSeSj8g7gn7yfI
n4sqtuh/D7dEJWdJD03+Wr8P9v3wd1Y/2KuCRMLPC6Z1fullxkmKxE+2uLO/LmdU68jznIAN
JdrML6tDia7KZxaiIx19TDbdtxGT2oGaQoLjSwxC/RmYsE/R0SrS5TdDwpG2kTqPyMllOv0o
u8nksMK3bU4b1X0mIG2AE2q72mcRWxlu4GOOB+EnAPIPNl+5PkT/AGaRpL3A1yhXpNp7TPo3
+Wt8P9yTdF+27Tf7FcWJyFmURLd0diJyHCg+aSrFI/oRzV0t5nHQ4V/DV+YemwyHZgerYPGR
mcTOQXL8K3MLESd1jq754Yy/Z92XdsPOidfGHdM/XK/Si8pPIG2jnArTfbZfe31McbyWNcxG
fdEeeAOhRNtI/A+yDyH5P3+5PkRcWVnc/wBL63/1+jxvDor/AOWu/wCJ0z5Z9yzgf1M3/Ii2
Mm6xxtgstl2cX3KsI812QrTxxG6sbjVeMQC/CNxQ02OOlDErWnwDBLp8aOg7CcEjJ43ZOz4H
uwO6Zk6j7CW4Z1GGFIW4v0Pd0/ZRdz85OxqPqTE/Mg1YBQ6hTiV0jOR5GxvW8l702/MrKTwP
hH5B5r9yfInT8dI1UqTSarpEwanqUmoxf5a/xZ4dcv0N36zv+aGbCq8pN3jfpY97lBhqjflQ
KBsRv2PKy7uPbS35dnT4oyKzDJGIC7q1YjFpDLLmzvJhxpV5JmhpRKvWE1b0mtLHaqHTnifC
f3HKawnTJ0/dR+RfJIj7xeUPtnsV4br16kNKC9ca3Y5bZwLJ8p92S7p8O55yokPiHZ+8nmnT
8GVE6E9Kv9PzlY1K9Vq1OL/4WUHWN074dn65RKb5aNWI4BQdVC/54zYp7T4ap8jqqO6VuzqR
ss+FOXLjs3eaj2vXnuDLWnnc1JNljJDlo9NptZIAFhilGM6j4jImWoQjNEyIsM/RZwhbp9kf
eTyfqBcK5MUjVKMcliGnPJqEMMUvZNI6yLrqKAU5My2s63YTgzrxEugx+L9z834Px0+jQmp8
ql6WzQ00K3+Wv8bus5ba2X9qypvmpTfgYvbt6bGxA5NZs7s13dpFpkfCxYaKR2Z1LJsHUJJJ
5I2AId8tB4ReY7BtGRuzsI4TR82WubC3NwNEXIox6WyYH8pJm2zOzNwEHzs6O3XjH3k8oyRN
hO2FG24xij00SCtq4y15YZtjra6YHTdFITtxEsp2cUJZRv1j8f2be/g/HTtK58EGo6cS1bRi
rD/iZPwh+PKZdU66I2Z5YcR0Ay6LflnULiJ5aR/bzmbrVHbG/Rqc3rtdluR8y1MwxRVMBK2w
Y4ysHcnGNibYxvl4pHEIQ5cTllzLppEW9TO0LXbOZilfdJuKcQZkwp2ZmkT93Weqi7yeSEsp
2wh/GpDKQos7rFgrJOb53uhNF0cX3CmbKxwJsP5BH2R+fB+LzSPCq+ozQ1+Df44nwHDpxN/z
CX42T+MWdsbZlH464/krjuMPHW7HKq6TeCmWo33ZhO3JCNi5MtlqR55WrxeCM9yJ8vXidyz7
q/U4ommOI9seo2HaNndRHmR43Z3bazyojJb15M7e1+6i7yeXCN+rtuktaTZgXYT6DxfqDPhO
2VhETCuhKVlEm6L9n8n209Gnt07NaasX+aLxyu7t3zwfHNhcMiwkjF2CN9qhL8zydYvmgkCN
7GqS2JL5ZREIwxzStBE2oxx1ahxgzlTqsakPL9UPtVd+ucDzBFQz7QhtsyOXmKQn36fg5SAZ
7D6T7T0aQi/jIQOQYqzWrJSzMW4McIe8nlwHyJn3Qz2YigH+RazpXucSYscP60a1eGprbRsU
MAz6Wzblh2QO7uZYUfj+z8/thszRLT9Vu2Fd0SmcWo6VPR+zS6frbld6DSVSYLX1BUjqX1j7
IvFP04smEilrafvacZoHjfczsxMJMywRO/4w+aOqXMU47AqaJBG0cEcQ7el8hhK6wGpTI2fq
mHDKJvxSHwy4rmOhk9jHl4BI1SqhTg5vML2g0kjY1A95EOHj6Nwi7n5LDM2Bdf25lCmreqWJ
EJPnXdvP5iF2JOTCpBO5o2qxkYlF6HRuyaRb2Tio+zovPg/BlpcOnR07H1DsCexYtHoR83Tn
4/Ts4QalRoTVdT0rSp7Fn6lsDPqX2x+H7X7Td9r761h4k08llypGmAyU1OTEYuyxlUdMKeQo
IQqjE9jUs8dXGVrNiOVifcyy7rHRN4RDukv1TikNmwSHoq8e4tLpNVjtQDPHFJhrc2FEMliO
cHAiZF7XZYUPeTyxlM624UZtuM60jHqgQlcueqmmJ3dRvhP1en6yBfyd7beK1YFu5Dlct14i
Hj+y8+D8dBlpPRt3Hpqxr3OrsZM/GvEc0tSzrVcLdnWrAWa8leRfriHj9jI39+32V3cFVsNE
MEwSH6mNn2wTNarRxR15es034OVG02wtzN0/erRHtsyz7i5kxCLQPgTfCbpHW+V445ItVjaK
ZCtDrtGNmYhWoXdjBZNVISnsMAgGvzgDsO17VIZI3BwdRd5PIfaJe5myyyxKvQsTOwhXhttC
8ywmF1twtM1H08U1q6Ay6nNYiMcJidkxpwZ2Dt+z806fjXglnLTaF2qGtz6UY/ZUsFWsR6u9
8Lmo6tUkuWpLcv2j4/aXnnAC+0pjOGxJtcZJ8OE84tNdkcNNIYq+oFIU1ODkM5MprgxqpY5p
LV6sURFY9nIYgL8BRi8guD7YjT2mZa3Hu4RYZ9MKR31YgxPYeQh6Q6H0s6teapXg3TTF1fTD
3wX4/dhRI/I+gs+F0JB7ZJ9SgsNspO9kQAnJ2TZWE7Oq1GOWrWpNXLVqdZ6zEsC62LLCweL9
5PPg/Blo+rV6en2JNNtEdTTeV9mnQhYt/wARp6rDTjh1iCGvc+0e32l5f3qs5HIfqoZAeOt+
gMogjjYgqyxhFQka1r0na5Z2NLYI300G5fYdSlblwhDmWduS4vIojCs/MGeOUOVLXPm08c+h
FXIneaOFqlhgq3bDzn0FxdaVOFc71k7lj0gVqJ99MLFjUo+uFEn85O4hlYcXiHnFDDSrTyYj
u6nAMMptlF1faj6qDTJLNZtEnTUIq1SycZFuW1nXZB4/s/P7dIo1hp/UPIKnpVWK5Qf7NOr+
qt/+OdQ+nWY9clqUZzfcX2D2+0hfIPuGKQdlKHrFFGz2o4OZBomR/hBU9dqkv09X2QWD9l6f
cVVsy02sKacwDUptwF2GITPIwi7uaicohORjfTT2SQvyp4aMcZWCqiF3mTw0NPFqkmlzA8Wl
TE1wGdomffJbImI1pjf8jVB/HylEm+STyb4xfcqpcm2Vc211qh2r2vE3P3EurPvW93QVpbWi
Hp9uIa+f4Z85HKJtrk2Wj8UfnwfjBG9/6c1aGT+L0+uWm6QXfjoP/a6holqe4Wm26sv1X/2n
2t2+0n6xi/OjkYZISLn3bI8itKUZxaoYodYF1qVjmh6zkxvqB7Y4HsHVHpHGTiQ+nk1Gn6mE
si+ehDzZBjGNjL8ld2Y3kaO3YdS3C/jqcE008kXMWejOpcmN/DC3tB2cnk76JXdz1It0m5lF
3d/ySd4+ooMyKpa1CopNSumM28C5i3reyY2TcyUKfqyL1eatgI41l8ydh8I+z95PPgXHTvXQ
O2sant1EtSu/bG5CckFqFtOHWIR1ebTbsx43fY33bvYxOEtkCY6xjJFJhyEMpmJFuVrzy6ib
cVyYQirWRFRXRU9nfFFawrgjYL00xNKKyZN2ZidkOXkqm7hpuAlAsuwO6eMVdnCtH6rbWuN+
ZoFYmbGm0SsyGQV4rFj3cx1F3PyfqAZROKikdpD1i2g1i261982uOWXqv4/S57bx6dzTvaPh
iboC83N8NH2/cnycH4ZVLV7NOv8A+QX1Q1Ce9pz8NvD6bAT1WHVDt6pe1e1Bq31VEI3/ALW+
584nwrMbiNURlHb0basoOpxnuJi62d0AO+SGTamsEtKeGZajSeJY6SOcyaAEwtslbrjqAclV
651prGYSaweN9klK5qetM005SnJViaOGxUgsKPSaoPNOEQ3bW9Fl3Ufc/IfaOdywzKAmEyua
cRPb09lr/W3uQvlzJ2fPQrBT1JWkjTWGh07DrayLoyj8f2fycH7cNOvUYKf8npSrWqtjT3+y
laOpYKC3qE1VmK1rNwrtv7W+4epv3aOQ4a+Mcx2RO7gL5RFthGaKMf5MI1NKc63ddy3dYbLx
vV1ghYrUBORR5z1ypRc5CH0a0+PlK/IJw/JHUk21YucaJmjCzJ6uaZ4ym/kBZpNRUl/KntOa
jPc5M7Oo+/8Acny4NhnfrGzPMWnVN38fVWukPqjbCbvIj7QSjpml65JzFUFpdH7omywEjbDx
9nUnnwLjpum1bNP+H09QV6lOk/2aLWG1qNXUim1Vn2z/AFWLNb/xxsuuI4I0cfIkM8O8mFHO
4qfzd1HWlledmE+65TuOHZOoGYjKqwg3RZQu2T9j/p5ZJCrCAoNuyta5c9y1g4JegBIMZWCT
yE6FjN5KNpSRlGSYuii75/Js9zus4Qs5EGhSOm0Yc6oEDW2WGyfiTZaAA1HTdR02xON7l6dp
mcpnyn6EfjH4v3k80yNfpaZpMt4C+nBBpNPpUdP4stLs+ku06UZahU0F4Zteutdvfbn7s9BU
UsfLsxbqjv1ZtypjunjPmzEJRo55WiJ8qqO4pcjBYfJP0QdE8u6HCZsu03LLoIR92LanfCJ9
5kDO1oG2SlhRk9qkQvmKFmUbDXb+QkIXssKu8uQlhReRt7s7RfoK08hC5an5et6hTkDUNZrh
Vm3O66rszEzqtpU08Xob+25pnJrIM48iN8MHb9n5pu58ecJfTMAFf0DR9N5kD9+NKD1NmLQZ
4Hl0lpFq9SKpP/jZs8BfcpZ3Cu6F8PCXLiqFssBucpH9rd4pWhRWpTTDzCxvPARITN1DWkkC
cyiblIScEzO47sFuQOt7Y5jhEKoQOMVmLlSnbYIzmcJo8zE3poRnfZIQrcou/wD9H6m79V2Y
6FmKCkOo+kuvK9pFjB+I+UOoSwA0dWyrdCzUW1O7um9qk7h2fvJ5pkXGjRsXC0ipqNbUPqD+
RGp9kMhRSDq7Ts2jx3o7laWpLxb/AACpGQkrUmI+EntjFtpu/ukdM+0WTOgfa4ltQN1z7gne
NciKzBIDi8j4eKb2zYZMW5mfqce4pjYphEHKkU0U88xMJyDyxBmGWV3c5+mdyjJmW2BRd28m
7Ie9Xrbs27Q6zqJzfyOuf7TvlC6Z1jD0dNimrndGqNi5PYRuzLen6ifYOz95PPgadMtPllg+
nisXJNB0dpvSP340YPU2/wCPq6c13UNVkVkZhP8Axsh9wiifc6ibccxbpBfJOXv7p365XRbs
rHXhEXsikOF5WhsxekD1c8UMJSxMEIyZOQW355EEYPseM2NrEkUfMNiOGRnLcDE6fquz1nbh
Fw/oo+8J7H/nbTkWt2WWo2yty8B6iDu7VINQmhpDqMp6qV6CCTxX6kdR+L95PkX7LjQ1iejX
/wDJbqP6htSR/ZW5nPsUNWrQwUNT5Wrla9V/kj6PIHukjFolD7RdRfI/lhfpMXTPTPEHUeZx
gkKCxXtCT3BinNnL0+OtfMjzm01gnicGBpXy52QKPn2JXIiLg/CuWHyo1+28UCbwHyN23H34
N7WHoNuxJDpFi48mk1nebRz8RbLt3Pyj8X7yeabvI/2Yf7vpzH8u1+aLXtVtOerfVnWb/IxI
iT/Ei9sT+Nb5sZWML9OhQ5+zqhcxTmRNFP7qLOcz/jlPqRvyoAy0RyLSHZ1KDk1h8J+3B+Av
h+cok3m3kg7wg8hSTVdJTanXtLU6npLLNlYdZZk5O6rFYsxfwtzEs0sFfDu+Fu6yIPF+8vyc
JG46JSg9O/1IIPZiq6vSf7IpDikh0y/qiPQbdV9QtTXLH+T9YUQ5fkOJzvky7wdF/Xe6Z2ZB
Jhb/AGy9SDDuXd1GOBcSWHdCLu+jR4k1FttisPMVrmcwHJwPKoyEEruwxYdGXXP3Rd/7v0Mm
6sqJtFd12E49QrAcsv1B0kyt6yK9qGX+P0d7lglzH1HSOhLL7i8j7R9n7y/JwPrxqi9z6adn
Z/p2Iq1Yu/HR4BsajrupzlbpanZrS/U8Ijax/lZC+F0YKlKOaK7CEJg2IGT8f1lA7Mm6oGy+
Ww/tGGOSd4qgC9eaKIb5cx6+GXPc08XukUZbZp5efHNK8hcnYMXI2kEJKSNw+yNP5H2Jd0z9
K2qnBGWtsAylJJJuXtWBWGVZo9R07+JuM9oA07TeopjTvuI+wdiUvycGTrDqhcmpTf8AkUTr
U9Xn1D7dPsemtX9JbUiqfT0on9QXQt3OL/4spvcpHwFSTatQqOSk9oKQXzxEd3CJn3SeyPKq
wPPLIHphkndTnkv2xYTEhymgewg0mV3j0gWGRqlQS5lqSSLYiyyaR2RjxiR+Q+LeOmf9hct0
oLbX6Dr+SoLVLMc8m90xLYzqtQsWF6GzHaalKAapRmqS+5bWTB1N+sfZ/KboadfpUpK9f6f/
AJnTl/Nacv5mg8b8RZydtAvvHoemWJHsabFdG1CVef8AyMjQ+QhzJYXFmgm5BXKrSsIu5ct4
RfaS5ZMm79lFMBPHRCVS6dO7BpU5KtUGstREDGbondPxhkwUMnInl1EBCzqRGh3WJXDZHPMz
qRfsXwnbDqPufkD9X6Fprf8Asta/7ZE+FudZZ0QplNaKnpWk3yneSc5SEyn+neq3OgJ3RP1D
t/abzTr9MpP/AOSf7cL6aAS1bUNYttf126UmkV5Din+rRZr629P8fcIu8ZuJs7s8cmRhm5Sl
gjtBJHJEUFRyAGYUZZTbVgMiZAVTVCEYdSjJtRthstzOURFgX+2rg45S9oAUrwQNGMxtuOQm
Jyban4xdz8ljI0DELU1zTZpPVaSms6U61SaA5d63rDOmuUXqQ3tNgL1GjKxdpPppPhu7v7Ry
g7KX5E6ZMqOpUY9K9foq9foq9fpG3g60SzHV1A9U0gzPWdMONtT0jP1BdivT/wCHH29hbtjq
fRRu7OBvG7FFbitQzQsG4Y4yYSnkE0z+4J4Xqu2EJuy5hO1k9qIsoVEIOpRFuNN8E8bOooWF
rMru8pMnfKyumOMSPyHycsE/ROTumBMzMidb17XTthMaNuDNhP7n8U75fCj8XUvyJ03F/wD9
Ddn4D0TdEBbVuygxmOwp6z7eIRFI9avHssRMBVInmnvFumTfbF3k7yFy1KeUT/fGj8h7yd29
ws21nLKF+vZE2OAOibDj45YV5P4p+rs2Eaj7EpfkRcG//XHh3KN2J3Q5d37M/tJ0Mm5oJSB7
FWOeMwcHZtzAb7fcyhHmSUYvTwWX/Kh7i2SLlbH4B0TFzFITon4P90fc/IGy8jIXw5ouDPld
07YcG6kTIjymZbsJmymTi6bqIIu8vyMjTf8A7GTl7U3RZ4E78IZnB45cIwC2JgUMgSdGmMjj
r+7UpWFd+Dd/tglcDm2Gx9E/DP2xd5PLfsEZcpzwmkyzmt65i5y5qeUkxLmMyaVcx0xZff0G
V2QmmJluZylb3g2VJ/8Ak7f4u7O2FlZ4frKygPCrTbXl5dqKYXiUDtzKcxHJdk3H+uOftAmU
3f7sL//EADURAAICAQMDBAECBgEEAgMAAAABAhEDEiExBBAyEyJBUSAwMxQjQkNhcUAFUmKB
NJGhsfH/2gAIAQMBAT8Bssv8NNq0IxuJUeTNl17IXHZIv8b7Ypbo47S4OmZzSGdU/wCUdHJy
9p1EtCsTdGTKoIUJZZWxY1DZFFGkUSjSUUafwjKiWHVHXAWOT4R0+N6ZSYhGTKlDSvxv8UIx
+SHuP7HwdPyPLTHJ1Z1eT+hEMkoO0Qya0nIzZGjDV65mvXIivvtQyq7X+TXs7Y8jVSR7aUon
UP08WlfP6i7RjZGFNCW4pzbo+GjpIWrMuCfJLVHGkzqf3Ctx/wBNGPBb1SMmCLWxhwfLP9ll
iHJXpH2ROVI1lDHsq7Y3RhUtVo6x8Jfhf56LVoiRr5MWlmlD3Hjh9n2dH4kY7nVZLZmVtMUT
BwR4GY+Sbt9pyo9RUSlvZ67Hm1EMl8k8nwX2wRUppM6nTaow4XldC6BLZMhHNDZo6jpnk4Rk
xuDp9l+Cr5Hi2uO/fpd8iJLTJrtEUtMbYz0aR8WYcrx8EM3s9Rj6d5UpIy496RLFK6MKcRGR
uO6L2vs2kZJJ9/kcaMPujuN6T1USg0RdMy4NtUCGOuncvs6OTpsnmyIw5E39HUKM3qRKa+EJ
FdpdunbXuRLp4ZfdEj0kKev4OlxRgtRJ6m32sjNykii5vauy8RqsKiY/YtJL2kXqZoIuiSTl
Ze3bqYPUentaMTbW5/suK3Mj3ME9MSeXVwipfRbFFSJTlBOJqdV8EXOD9pi6jVtNH8PG7Qpx
xZmpcGXpYSVwHjlF0bx7ZN0ijDtsYZ6GSbyStbnUyfovu+DH5IZGc2uD4I70ifwiUtO5xuQ8
j/RpfyTRlno4FmjskZFqkSVENkUaScbILeiKVntPSPTEvhmR17UOD5I39kczgthx9T3MleHe
LHnlNbjr5RX0N8LvCZgg0zrGlBJfhj8i6PUndUco6eCtSOZmarTZOSklRh2NWiNjyk8qoUfV
IrS6ZPZ0PchjsUFQ4lUPnYaS5/HJvIjsiLTJRMfUJR0TOokmJ6dzV8GDHrluZsahKl2h0eSe
9Hpzw7tGPPCXJ1eNNJE4OPfH5IfIsW/IzBISb3Re9M9NSewtOiojTn7bJYa3s1ENifaMb3Iy
tbidDaGrRPHTHxuaIlllmV29iL+GVpew5JKzp1HJF7bnVQ0ytfJNbdsMnHxMrcpXI6WFzMfW
Xs0XHT7j+SvE9aX9Ss6vFGcU0ejJHxZj8u3o6Vq+T4Iz0xMWTIlSN+ZIc/T4+Tp3cbJJ3aMu
WueTHfLJPSrFNfBBanuTajyS8UOUnwK/k1WXtuTjeyNJqZGbvcy5K2QpshLUNjkQk4PVEzzW
WG/KG9SKoxPTJMyY4yxuXyjonGMG2Ra1WbZlsS6d/BByxsydQvGfDOohOMRkOTgjn/qbK7YW
tJKSUaKcnSIZlidMck0mSds1W9iXuWlkI6Z0Ysn2Zayx9xtsiqFJmq2TkqPU9xrKKJEVYvah
+57E6PgauJFVRLCpK0KNjlKKOSPiQc47ow9Ve00enGW5/wBQjpijB1OOUPTn8GbpoyVo9KUJ
biHiV/47MxwtWXuatDOXues9NGP3EYE3pVmJ2xvSykaY/A5F2bmqkf5PUfZjIciE9EhvUyMT
e6Evgli9Plmk2ezKUFY9T8S5oXqc2QyuPO5ky+rsPFZ6k8D2Z/EufI1wj1sf2ckYajVWxL7L
1R3NP2csxxrceVJGTI5EJaZWXGZHEkW/kTLL+iUt6G2+D2mlGSMVGyiPPaW4iLt9te+xd9qM
qIvehoSY7OmcdXvMsNLOo8iPJ8HpU+RClTG/oT1GntB6ZFq/8GTJbof+DQyF8GOe+mRlXyix
WKVMc6diWo3+yXUN8GSetdld7dmRh8mmihdl2yXZGV8E7rYxycl2pvgh6iVMyTcmLZ9vYnz/
APsj2UWzZbGpM0/ZkpcCk0hzcuSMU/kpN0KKiT34Pc+RbMtRiSjrfI1pFZv9iwSXwRxO9z0J
npTPTkehL5Q8b+EenL6NEvo9KRol9drMj1cEItEXYoNW7FP22RyuMtQ6/cjwdRj9PI0VsmLg
hl1Lg+R8kNluOnuuybe7JbiNK+xL6I78HBqvg+dxNDbbL+ihxd7HosxdLilG9J6GG60n8Nie
6ij+Hw/MT0On/wC0/h8D4ifw2P8A7RdLifCR/DYv+1H8Li+ImTpsWlNIUve0ZMlbI1Cy/Yhv
clN2cnT5ZQ4OqrJFZPkU7pEdx48SPqh890Kf0OQzYhXwaxstjNGpDahwSerkUtxutzWYnWNs
TjF6/sySadHUSljVjnlUtBgfqQ1EMhtLdClq9szHHRKmZf20T8mTe4uRKxEnuThe6IIXJkXt
IQqJE/h9uRLZH9Q33r57KDZTOCz4JMRKe1IvtZq27Y468TRmjom4nRRUIvNIydZ6vs07Cw6p
ao3waJatONV//CWqlZpnF/8A2QxXDYwvVzyjL4IyeTGijSTi/JGP3SJuuRcdm0R4IlygvTSI
cJEuTRL6NEvo0SKa7RoXvZka1OjItyGOb47Idv8ALp/E6xVkslkvHHFE6TAoReSfI+onNvTs
kQza8etumdFkbyNZD1pztozZ8i0ysxZ5PqKT2M3gjJ5sfbce6OGNtvcRGqIx+xCdI+bIEuWf
9P6n+1IkSOqyW9KI4Wxe3ZkdMnsRlBbkVelH9C/2aKUl/k002Lan/gyS1O/wo6d1A6+NUNS6
epwOkzLLFxZji/ev8GGlj93yxKuqcTpvbdnVNPQ0Yf8A5KM3gjOkrKKIrYfA+yZjEOe9IitS
H6q23IxdIn5MxS0TUhsnKlZihqepjJ1Fbj9kpdo5VGtiGTT8CklG5CzOV7DyyTuiWrI7o9Of
0PDNb13h+0zrVqimOHqRcCE5Yp6kYVjz5HXyZunjJxxL4PQhKbyv4JdLGTuD5MnSwcd/gh0i
UlkXJl8EdQ3r7wewyihYxKihEOEeu3KoHwT8n2hK4JmbeLSFHQqG1FapEpObtmPyXaSp9prZ
MxKmiFvyMEdLaJfuRM/7T7x/ZZp9lMktL2JdPjzbtEMcVCordCtK3yy/TVEWpsy26gJfzTL+
2jIrk+yjYq4Jbo0sjFxV/hZHhUenDJuJKjJ5Pt00rxIkycmuETk5O5EeTH5rtNe2Jk2en6K9
pBbks075Ojdptjk1OK+zqP2pd1+yTeymicL3RD2RskmvcuTaX8wnKzHGuSFu8hH+ky+CL0yY
4L4NJRO0Qs8yq/CPERYMa8iqaSMnk+3SS9rR1T2Qp6lZNWcMxea7Zdqj9E3c2z+lmMjh9Rs6
SOm4syfuwOp/Zl3X7Jh+V8EPZLTLgknFucjE3LdmSel/4Hip/wCBxfiTftUEf3EjL4In5Psy
uyk1wSlJ7MitSo0scWu0YrQmXjSalyY7pN8mTyfbpXUmjqn7kjHKnQ2PcxXYpY4b8su3cic4
qqFlx8GLNo2Ys+OG8TD1ShbkS62LkpVwZP8AqEZxcK7r9o0pKivUjv8A+j+IhWmb3JNQXtIP
UKsftbIpx2nwbqWpif8ANMvgifk+zKfZ79lsLIx6uRuzH4RPXviJCWrcyeb7YXUzqHc2LY1X
2gtMXP8AC/0MCuBP2xtjcpb3uRlijCpcnTQbxKxVBWP+aiFS9szV6i/0L90zeCJP3PtRQ/w+
LHIsh4RPRxp1e5FvZGXzfZxfwX9liFkZKcp8/ikb9679P4mSOuTb4Q8a+CE1qvX/APg6dKte
q0Tipe58Hlvwie/uXwav7iE08toy+KJeTEcd67rvj3hFf4P5cU9fJjvazL5s4PjYoUTSadyk
bFH+hf5E9+1fitsQ5alY8q+SWtPVCNMwZHNaWqFG/a1sZ00zHP4PF38MhHTkMvgifkxPu/zx
eERZvhRE79yMvmyI4qI47iwpxtkliP5dWTSjuLfZEMdr2GWOiVDRCNspDaL/AA/tCbXBl3ol
6ayUpbf7MEVoqL5G9acfofvhbOCElJbmNfD+DL4onz33P9/ni8ImhEI09Bm82Qi3wbojD7M0
4RioolLcS3GrOjw3uZWsU7PQfUvUh9HGHlYoYVK02ieFPeLsf4WL9oSMsG//AESm5VUFudPv
BVyhSkk3MwcOzLH5IOmSbStGTxRLn9PH+3FkHtZq0mbzZj/wSaXI8rqkP8MeaWJ3E9fFlVyM
nU5Z+JDLlUt2Retb7ni9yeO+TJjcO+ogrxntJTpWb5F4mLH7dtjT9sc9tMTzjfaHuRk8US5/
Ti/5SNX0N2ZfNkN0Tg02y38HoZpbpEsc48944nN+0eOVG4jDNJ0x409madEvTlwS39kia0uh
dk6xkZyf+iUVzAhpl7cbZ07nKF2S/wDIlj+UY/Fk+TEzLwiXP6cH7InA2ZN8jE9PJldmKKlJ
RFhnDZHUv3VRISdmLLOD1Il1OSfI9+/TZtSp/B1UfYatUtX0ZHqYu39sn7dkQjtbMcckJVps
wxWONNjqXyQ2EtOonyYvgzcIlz+njfsRf2N0TdTZL7Gtjp71ob2MstUmzjtj9zRmWJLjc09l
JMh7WSya8aXyZJKtEfw/tmUhJVTHJx2jdGKa01RrT4NPwSl8Icb4I+1GTxRLn9OD9iNX0Nkv
NnLHsYX/ADEZ56MfaRqITp2eqp8HG5LI7MTtkp70Rb0lP4J43Hv/AGyMrVMeNjxOe17kY6Y+
/kWg1X7TeyKtbluS0k/FEuf04P2ossl5sok7OnvWjrJ/0je47kSxlWJE38FUKaSpCW+5gxwi
rZk6vDHZE5LJwSjp7f2+27gXkw7yFkjlex6Zmlopn8QtOpoU2/jYteZk4Q+f04PbtZLLGM3a
IPDm2WzMuJ42dPxZky63qZG2UTipQRXaXJpNFbkVuOfwTdcEYyirZknqS7f2yGxe1cEWvrf/
AGeaU3yiOR3uZ5ahJ6dLaMd17TeXmT8UPn9OL2GyyattmqmfxDkkpEeojGJJ7GNbb9kk0NFE
iqaXZe1WZLm9MCPTaX7uR5dqL7f0EpV7S3H/AEO5+apEYxrY9Mnor3IUox+LF9xF/wCZPxRL
n9NF9ob2dPjbb+0ZYe7cqiPu5H7VsK+RlVyccmSC+C9+0pOWx02nFGzLK5bC5HyWR8UbOTsf
tVowy91tmCXs9wpxfJnyUriSft8iEa2RKN/7J+KHz+telsxyUU3EnJyZQkORd8C5HRyWZF8i
920SOIyL00Q3KoZrF4HErEqFjlq4RinKUTf7MmRpfZO5b0RxtfIpcyJ+KJc/rMToT3NK02Yo
RrdmVJOkypLgkpPcxamhY2+0jDNxVDyS+yTciDUSeQjb57JXGhe7ZcDqJ/K/yYbWM1NxM862
Hl1wuRRP3K0T8US5/WZfwI1Pg/8AYhUaSMXH5HOtyU977RdMbso02aEiihOoj9pJ2LU6t8mC
UdPbPpasVcNmORHhk/FD5/XnzsUSOSRCOjdljn9j9xLYjFaTcXBKO5q+hyoj2hwibI8GqWWo
sxT9gnZkqMPcR3ezpDaWw/En4olz+vp37fAl2facRScdh00Y2Pffs43GzkUSqNTIcEiHAscK
4KUdkRMz9qN61fRLdktkT8US5/4DHx3fZ7mgbaVESexCP2yeREV2ZpI+JMi9iEYSXuMTtWy1
8GR6d+SWqHluiKSG7Tsn4ol5f8B7Hx2ooY+0p2Y3UUN3ycoUWWlwKXf+ge5radJEo270kHsc
mRp7CyOftk9hRa4HaTsn4olz/wACTNXwy0n3lOuSM4k52yESiSJTceBRlLyFP6ORdn4EN0TT
12kerLiiM75Gk/E0vS1Q22qoaonxRPxRLn89v0nG0RbhzwR37S2+B4foePdCVF9uJEpueyIR
K7/0CdRHcuOBSSJSYmpCt+1nicf7NO1sn4olz/waKN48EMimSnXBFu7IvVPs3Xaa+SMPxfgb
JURl8EmRmi4rc1WaorgTQqJP2k/J/wDBrs42ShW6I+7kyL6McaX4NWRWnb8f/8QALBEAAgIB
BAAGAgMAAwEBAAAAAAECESEDEBIxBBMgIkFRMmEwQnEUI4FAof/aAAgBAgEBPwGiitq251Li
/klk1lP5LbdGho+V2PvayvRezNTR+VujxTyLNItRPDtOZ4hfJpq8GrJXgS5HtWB+hCEyyVnN
+icOXzRDxHGXl6o9SC7Z4nVXOEV9jNaLaweH0Hz5y/jbNSVL0eK/ITdkVGUTQ01HI0ma01pu
kO3Kjzawjlykacfs4kkURiUMW1bMT9721tFTXE4yj7Znh4+Zq+Y/Q/4GWautWELUv0eJQsEE
8Gl+O3i8ahXyS00+iGl8siWSZQo4vZrZfo4svaOXyLJKzVaqmeFfK5P0P1vV4upIZ4hS+Cdk
JZ2ztriRpQ+CGENniI27Kxsu9qMWNfJpxdHkM8uSGndFOy9tabjDB4dunZray00LxbfaJvTk
rs09Ty+jS1Oav0LaV17SPiM8dTD38a60mRfKKkM16RpR5z9Hi5NPBptvshrcW0RlixSRqe5E
sE5NdEPvaUrdI4NSMURLwObNfU4TSRGPI8g0tdTdIZpazc3GRy/76PF+14E0+xr6Fz03ghB1
7ntgRHN7eJgprizT8TqaD8uZLxWpa4njdSWpJQIx4xSHklpKQtKMFj0eJVyIQ6ZGDSs5EZJo
5ElZLTyZKPD1FfsU80zUSUsEm10VqPBpRXFHidHzGiGnw/JnOH2LSguiepLTNGMdSSmcYp38
lwnH3GpoxX4MaHHztJV2Q8RPTxIWpGStHaEaXb21EauitRZOLgaEP+1OW6JdbY21+yHR2P3Y
oSSTo7Y2WQdkvEZNN0hEvyGyU5GjL2mtL2Nok3RbPMkea/k81xdxNC9R8pEZLqhtRwokvCrU
dvByehLhE0dXzsTR5MNN2j/0Togu2XtKJqzVHhW9SXJ+h9bY21Yts+BXmiCkuycrHJRQ9QUu
To1aiuCJQp5NPCE6JSOXJ4JOhSO1kTfwUyiijw8eMR9jtEZGv4SUp+Zpnhk+yWVW2pqcImlN
yWdpeKhHApx1FhmppS+DRl5bIaqnu/RMnOsIUmee12asXLJKF4bJ6PHJoaeOTNSXuJEcok+K
MywJqI9QjLJHUtCu8HJ/ZwOBwNBVHJIu0Ri2zxDnpvvBoz5RFK8bTjzqzRcePtPEzfGvsl4X
jlMumOc38jIT4OxeLgz5HtezVs1IRfZxjLpi0+XZr4JJp2jT/wCyXEmnKXFdCXLocX8kvb0K
LkNONscW0hRcfyF7lZBpSISzey04k9NVg0tLnljgkTjRFYFjolU1TNOHly9vQlXQyXTPDz46
jgeJg3NFPjROMovIpEpJkNLnDlHs0OHm+4RLrat9XGTTX0YSOHNWamjyZo6fCI4xhkWvUrRO
XsshO8EbjLA7JN2qOP2ShijS085PKwcXtZDoeCbs5KEcitEXkv3EnkjJ/JLVlCRpxhKdlEpV
OiT05YbNTQj3Bj/Z4SdPJr6EuXJGlrS03kjqxmsbJ7zlmhFcj4wccmp7Uak+bpGhpe41lg09
BVZcvkpurFDJVCVHHJ+jjHflQ5WMmucaM1ksbP2RaZLUTYtWWm8HnPVwRhGNchw05qjloL21
/wDhPQ8zrB/x5aPush4txwyPDXjbR/xo6btbVtKVHGxFKLwWdIm79pDRzRCKRKPJUJOBqa0r
Q6H1kVGFlkaeSkuyjKItsq9rEMov4KGOOTgeFjTyNfJFjaE0eNUnp+00JclxZ4b8SXW142as
Wex463kuUaKaX7IQpCwckTaqzUipK4mjNP2nEdCjawKHLBOXH4sv9C04sUFEpGpS9HK/Q+yj
QSokqI95JxS2xWTU0tKTuPZGHAfW2R7OVHZTTHIhb7HFPIopdEm0OTSHKTNMdR6RP8aKbZHV
enisCfN+5FL4P/CU4suJzic0WjzUOVnJFo5Is4nA0Y1kk1tyvBw91EtJOPEzF8WQnzjZyy0M
rd5FjaVdIjja2SY6XYvd2ca7F0ST5UOoxON5HKngjNfJ5qHNnKX2c39nKRymcpfZzf2c5HOR
zYpysccKSIaXPs4Ujy76GhLAlQma+lGfZpXB8fgqhlv0IkOFZYoYI42meWRVdHGJ1g51Jspy
asiq/ElH2kFZxH2ZeBIjTMVZLA0dHWUN2iPZD8UQVLbokQWBaih2OReMkOycqYy9vgrbsu8P
a62oo6ZEZCBW3E452eGRdon9ChWSy/ssscskiPZp9IW3I5Zo8S2tP9EWq9p8iKpknYzvse1l
mPR0RExuOzF6p9kCs2TleEcaGqwiaxaKoSV0Ne0j2af4ocqORgtfR2qIxSwhjbG9nsxGtD+y
304/I5nfQ7RTPs+S+t4ql6ZdkDvDJqsj6Q+z+gyPbP6kezT/ABW7ey2aJFplDwY2RJWtlkk6
VbLJ3W3EcbKbONHFP5FUcHJHJb/2IHWTtErihS+S2sI5V2KTs5fBHshH2I8slGhoW/KhvdlY
zstn2R7LsWcI6RLr0Ilkf6JuxdMh+W/9j52tobzt2PBH7P6keyM5UkeZIlNjIjRfEbbd+hmV
suttRe4Ql9iVdDJdCEL72YoI1RLDIfkt/wCwvoTHli+j9CQx/QyPZz4pEdad5H4lIhq8+kIu
h/RfofyW9l1tq9mmiqE6GS6EIWFsznxRqO8i/FkPyW/9iQ85Qs4JYErLL+RfZ8EexFIelGQl
XRezOyt28mX0MXW08qzT6JLd4Ms/wSZUhx+Ti2S076FpOqFotO9/7bdM4vtCyMeR56P0f1I9
iK3R29rKsaHQ+ziNC6GS/Ej0PItnl1uhq9rrv1S7FlnRlsk6Z2fiPGUdH9SPYut7F6FhWcxy
H2y3suhikryP9C2owt72sx6p9idFjX6JfQnWNkfo/qR7F6F6L25EuzL6GLo7Jd5OVnI5F4LZ
kvabfwOHtPgv0/JRRgkqyfsiNHY3aF2Ie9+uXe66JX2jlJkZ4PMp0heYe/oi28HWWSlm5EJc
lZZOXFEbKK3o+SiIrol2dZOnsxkexfxy72f2LolJIdHJGnCc5WKOB57OjxGpWDTvUVHLy1TP
Mb6HykqZmJH0/wBtkykiXZX0TEx7LsXoXrl2Pb4JP7IxbPJSdvIjsrbU0lNZI6M9OX6IwhD8
iXBxwdHYv0Rd+h9mSjob2r7OtngXYv432VtmlRN0zT1LVH+i1dOPbIasZbz1FBZFNWUtmjkX
atH7Qs7/ACNH+j/ZKhfoTJdiJERehet9vd/iNclg0cMnJxXIetGR4fKtCGzU04zVC0IR6Fvq
Qo03kqkRVb/IhjaY87M7oRIiL+OXe9YI/QpU+jXa4Pbw8eMEihk/amaUtS/0ctuLQ8oSpkV8
v0fJEa2aKLEix5F2L+N97y/E+Be41UvLZox5yS2WRolGzyuPZ2KCokqQo4H2WKV7/Iyy6Lvo
yV879ZF2L0L1vveXRZFUayXFng9P+5WBPijzEdd7RXyXY4WSl9Epti0pMS4id7fO3yYZ0WRK
KP0L03vfoe/l8h6c4EJqWDX+jS0+EeKJbRk4zZ2WReCx6l4JPBGBGCJNN4Eq2+R79YGhLZn+
C9F7v+GC5D0Fdol4ebkQyyfeNpckyyyI/vbshUMyJ67mvacN/kr5O9rL27P9P8EL1P8AgkTl
SIT9pZL29H+nJPGzy8H+GlNvseUURSjk1m5s08RJej42Y1koSP8AzaxelbPr+DsnfyKllHND
lVDyJDsR0UaT+CXtzIlrmjqea+jUwWOyj5PjaxrZIWCyvgXooWz2XrqxxoV8qNSbvCIttZRf
2Qo1GkzzVtE1oKTti0o/RCKgTjyyR0qJ1ZR8nR2ZGVkiis7IQt8C2ey9aWLGUuxNj3lKzjZG
C62llEVx25jbHt8+hrZbMYhb2LZ/w6fWdkVWdpS5YRR5bfQvb2R7slJ8jBLLI6i40eX8s/Qz
IxDOhrbt+hC3sT/jvb5JPZFkHRKCkfjgmrE6wYoxZe+B7M+dmLvZCEL1PZfwrv0oc7WRRzZI
j9jlfSOND9TH+h+pC3Qv5EfO9iIooUa7J5YkdMbvat/nahb16ELa/wCahRdFN7xjfRKEiMKR
J7JkYJ9jcV+JKP36PkYiivQhCFsyxb/oX8KdMaU/9JraKFrfZ5lp+juJGPBWyTv0fJ87r1IX
/wANllqXZKHEjC+yVVSGqh6IP4JS9Pzs1tRTZRT2Yhf/AB3RCd4ZL29EH9k5W/QnRJ8s+n//
xABHEAABAwIDBgMECAMGBQQDAQABAAIRAyEQEjEEICJBUWETMnEwQoGRFCMzUmJyobEFksE0
NUBDgtEkc6Lh8FBTY5MVg6Px/9oACAEBAAY/AruJK/qrycLewn2HFonPDjHJSSmlcRn1w8SZ
7KZXDUcPQr7ap/MvMVqtVqV5itVqtVqtVqVqtU+/LG69FqnhryAUL4RKmcRuQihuTzwgf4Hn
uW9lwO+B0TXtEB4mN6Srn4YjGP8AAuw9EIxchgcDOGbEYABA4cKvrhbcvvabtwu2HQrzN3T2
xAqzTd15KdW9RutP4jvZB/iHYdl2UfPB6G4WowgB0xg4eIUIxgIFysid/K3cccZCuu2HL5bo
Z94EY3XhVb0z1WeldmFtUGM1NkymN3ui4rhafVagK5n/AAZHXB3puynIYNx7KNyF3hDc0wgY
X3PVQN04W9ix3RPHfHK/lp1C8KoZHVeJS16IywhxXG2/fVR03h64R7C5j2z/AEwDW3JX9nqf
yp5dReGi8kYH0wumk4MTe+BxuioPJQOSvdW1wgHiwmPYH2EwtNwRg84uHVZeXJBj3aarshUa
YejOu4UEPX/EP9F8EHgwRostavUoVfvtccp9QnMrVauRwjzyHYO9MBKGUkLj0TSNAmdAFbca
tUeiuua1QAKzPWVumE8/b/VDhFlphfTCUARB1TvXG6yzohlmOyLK1WGnRNqV6vAE4jSdyMBg
P8M/0Q0TS8SAZLeq/u9n/wBhT6Ddja1p045gqUfTESoQmdVHTdCARV1bluFcW7dWQAYFmbrz
V7dl0wF43L2Wu7Se2Ps9091rHdZaty06Jpne+OEq/teVRvQoVaVhoW9PYP8ATCU3NRdxaWWa
tSIb1QR9MRGDe6vvBHcvvfiVyZwBRHNXefmpzlaq8XURZTCldSrkfBc9yJssvQSI3LNlcUq/
GOiiHA+qgdOZXAQocIO4dyyHrucLZV9+uzk5s+wf6YUQ7TOJW0/SKumbKDoDyW0te5zmupOJ
n98D6YBZnSIVkPkoFion2MnA7mZyup6LyhRCPXATg3siTzEqEHOlSSu603C4mAqjmOlnlg45
few0lcGFgQuJeKPMNwojC+LHjmMczDCybUwdnLNT4mb1V3ICE4b+UL4KVLiZKcxjiA7XvgfR
DAd01o95wRLbXKLQdwbpsjI0XfcuoLgESXDREgzgD2WZFD0VOOt1cKR5cqoj4qGicJWuJLmy
o0BVWmOTcOFSVc2QytWqkFRVas7LFFowmQvMPmijfXdefuO3IXhVdF4lAKCFPJZghl1K/EUd
6G3ciXaoKm06EwqtIEtDM3fRV8zQ4Ck51+SsneiCCpt+KYRyBcmdY3LiN481lFtwSh4erual
ziVcclYlZHGxwhQFcq5RAKyG7QEHdFfVAgLK4hc9z0TfxNhXHCU6FCZOikbjnM0QRfT6LjzA
rM/XHhZ81ZgXFrhtA3MwMKYDag+RWSqszbOXhvugBYmy42/Hp7DqSigmvF8plGBR/kTmRSyu
GUwxXR52wCd2T3Hs3CDg3hN02B9Y1ZXCCN07xkxzCcbcKD3XdgAPiiU1CDqYUhvvZbqrFodA
hE9sBC1UAuy9kbQvPhdWwpu6FOCN0e6bGEaFdFdWTgPLMhDogWuyO6ITppmRUq6tgMHRiQpV
7PCyVEbZgNUHZCb6IPojg5wgOm8E1HBjTaTBT2N0a4jEjtgE4preZM4d00N56qNQiTZOJ3Rg
AFdCOaBMp3dGbhcsHeijuhKFvLUTgOT5CqDk7RNDekYAqq6p7miim28ary7uqZUFiDqjlcCD
0XAm52m+gQHhm+ll5f1XkPwUOY75Y8fzRpPu3quUIsdcdCjDZHZfd9Ucr2u9MZVXsN3tqmuG
qlpQAOX4rNPP5rLEu6IGNRO5GDSgjgwnk4KqKZp5MxiGJzXFkER5F1RQUpxxcKmnJXei2kxO
LXAHp1WVwupwJRQVlncdE2k3VyHZWtCtopOFlbpiUE1NI6Y1F2TQN4tqDM08imta3IG/dXC2
XdSqdINzHU9kOORyUoAGOwUtc6fVNc7IWrKa1EnpKER8F0PVWEjsrLjDp6J0kxOi+t4Y6Lgr
fzCFFvggqzhz3YKyDkuFFeFVvPVCrUiBogWeUDfCK+CutFocD0jAAYvd2XEQUINkGMt3Tajq
hynumyZ7qL5ui8qjcyDRqdXd5jYemLcuq5rTA4X3yANUIMKZJwG857tAnvJ4nFcwr1D0R+rZ
VHdcOx0gfRZXvhv3W2C9F4Tvsv2xfP3lLdRdFuWDqswGZo1uoyjN0VlTnSUW/efvFylSfKOS
FV5BdGiHPt7AYBAjkoqObGUmMvZFpqNuNMowPx3AnB2hCBaYKAeUS82TWuJyTNllZ7gvKcR6
ry8fUo5griy7q2pWTvcrsMJCKMkLIeGRKtuWU4XWmAV05lS0LzjfqemAymcYRnRcOqc0Ng9V
keb9cH/mKPoqTiOyPhnKQpcyDzwaehlX8p03jK8kp5a4S4RlJT8jWSdOJBji3L0aiQOHeOBw
GbSUS36ToRyRyjaZi0wpXw3JaIb1Vw0/FQfgrNKyuWXOC1OYzSJKk6LhhcjC0lX5IuJ1sER7
zisxf8IXCQpfWaP9Kze594iEXOMnHM9d9yNwYSZkdFqflv5BYOF1GEKWScICvNlmAWYc0C5/
F0Tnd5R9FC4jPfG/NBwPPcurlHIbqCpAOhXVNc6AFyUaHqi124cDjwNc70CyuEHuvVfDHL7o
TmstCzuPwReeZRe/RZiGwEfCEBOLGkucuElreyPFUB+a+reHfhUOEELKCMx1WZ8loQDhqU9r
iEfCv3Waoc7u6GFl1RAT45CV9YT8FO8JVllAdfn7DN7wV2yFA1OBazzFXujKmFeGMVqr0ePh
PVFH0R3I94pob5IxL3fBXKN1ouOFYoRqrNRzZgmwbIPGo3jgGdTCbsmzgMoMOU2u4p1LaA19
TKTTfzldsYCzI5tUGtKh0JzH804NOqiJwgGLo5YWaozh7LOHSxvPmFAu950Qby6rh1HMK97d
VqVrDUHXnuvTF35k5vvkXRJ0F0ZWqt5eqc7sgDzUFDlhTZ/qWm9dR7pKAVkYXCEAAOq4ovgI
UE2U4QU498WMi64vduqTsQoXEoaMNVIK4gocuE2XUYG6c0kdk4ZhPrhqh6IH4p9VgNMuM2Kd
ULS54aQ1aL4Y90WvHFyQc0u+KhWJlFNPVFGdFlbqVFiOa8Ol/q7o1DLqzrNAX12a3uoERJ5D
3UOkKk+nyPEEA2wKgIdcMpXqVUcT2UMUPasplGAFbnCifI2VmLpTe9lZVXfDDX4rzlecqH64
FrUGuCmmbdFxDCVLNUzxG8bVB064RyQpkzKyuQTo6qMAvULKeRWWbqD6oyhCAQ6bl1mZ8k3N
ZRyKkaFGnOUAoiZJ5qTrgU3DxOFlP7zzErLUji8rhzX7qTi2VTazrzWRtz2CMgz3V8Kbu+AJ
VuSmlAeSpqGxuV9W3TqnVC3iP6Li4n6p7qY8hiEVTV23AsrK6loTWhPy6dk1OqucBzhNLftT
rKAHrZC9pCe58nO6FICbNoQJ6Lud0FNynXErTFri/IOuJIFgu6a7oU1x1QEowumAQVZp1U85
QnpCsm9SV3UOVjuh7NWoKHFOqMEtcLozyUc8HlBBjnZROp5Km1+2UWsYwBrT+6yfTKZDHzPS
2iG4CgSeECSjljJTbmsjaVpCE2CZRatFm0RlylzrclxJlmweiZ4YuQieeVVHO0zKWD4pr3fD
AuI16LiN0QmtZ8SFbVC0khMbVEMCAHzTi58M5QgGHMBdQdQFBKdeU3WVDLFau9lKC4iB6oUy
3xI0cy6yuEYNLfMRdap7eXVBo0CyVm8BF3IsyywDhcByTRV83VMIKMJwaJJ1RlEhQ4pvruXM
O3CCiCpUBRUZEpjmjMzrhUQ9MGfSHupVGjLmAmQm7NsuZzJzOe7mVG7wEidYRjzVD+yGDfRE
qy78xhma2QD0Uky46JpamOHVR2RpTzko9F6BceqLGsmVDnZQjDiWjqh4R4UaYdxHWAmFzrXQ
a7SJVtJUMdwoCm4OPNeKW/WuMSs5JlGRdShltAuvtPYHpg1pIk3UQi6ropY7hOiaXSnPaMxH
JE19e2By813Kc2tmLNbLws3GzyzqU+pSOUT5SqU9MLEN5mVUg2nlhpKjLLuyhwMr7P5q1P5K
fDd8kBB3IqCUQ02XRQSHBZeqmnxBPDgZQQwgK24My+qYM3NMpEfhWVQWlRKkq4WanIcFyKLF
kf8A6U+ddUB92xTukJzucpqOXU6K4BLeaDoXIGE1gA1koeqsmye/oh4bocNQeadAJ/CEfFBE
e6E90fWPdb0R2eqS6DLSg1A3sj4mUnlKLnNEdF9kz5Kd3iKhplQPdsiFmMxopTqNTmixxa5g
6IJ4aYMI2QgFDNwr0w8SiTLb2X14tCpntgPGBkcwmDZRBb15r69/waoY0BVG0TxN1XmIhed3
zWrs3qvOVm8Q/FS7Z2O7wpbTHyXFS+MIQu/VXHxGFwvMR6oCm6ybh33dEGqJmVnZyTnVAIdo
nQS71UjRXXdCmPMdVmBkrxgqdbzR+qD2c7fBEuMdVCvqgG8goPuotsWFQJeEA1sErh0hDMhl
VroI1GODG80bl3dZmxw3gr6lhNkQRdCpVZEm3dOO0NDXNbN1lpRPUr7T9N0uKc46op2bmuJC
LeiBdzw74EJ4IOqcs+AaFDNeuFH8u7bzmwWa/iG8oZmtKuw4SK7BPUri2ukFlpfXvHaArVMj
ejVL6pc38Sbl83TFz8gzdVClqBtovgrriq0R/rUGtQ/nROF07ij1XRZz8sJWWpqjlEtKFSo8
NB0C1mESvwlZSeE6LIw2ThU9GrM4QeiLna4WUqGu+BXGhaHL8UQsjzATvDfPYq6Dq1U+gR8A
kgJzo4W6ppuAbJrTqdVmA40GtsBe+iPjP8Xo3kn1Mks0Xv8Az3YiyMYZkDChDc1C8T3SoBiV
EoABGs6wGqvhQ/Lu/hYvVayUZCuAhFivNhZMKLzaV1wqYucPNOP0p9cfeNKLz0TnMpijtIE5
OTlf5Yvb7zreiuUJM5UIg1DyXiH9FdZbAItqE5T+iMmyshTOqyv+BRDjdZCDqhm5aHCythcW
XVimnMdEHxDTqE2o08SgFACIC5haotBtqU2m0aKCYIsozyFLScz9UGZzllBkDLC8uMqx3B3K
1VgmxonbjQNZWUGD3Xr0Qc/z6+iLPE4NIw8oKoW93dcAhmXCu67LooUKCpaoqBcOnNS1VEcH
epXwxYRY4DcM6J9Rxu4osrWHdHwDm9FxuM/dXZcsygaHRTTPEFeQR+hUuHEFe08ldQV2XEFL
XQoJB9CqjnfZjVeNQJtq08lk0PRXcEcr5nmoJQHwWkwopg3TGUmAk+Ykov8AvdFmqfAFZXsa
Qj4RLT3XhmzhjzWqvuOqe63TujmQ0gJk7ghHMYPdCJlSxwbHuo/rjfVbP+Xce/on1Hm+HpgS
Tj3V1IlWCzcjqsrrc06mHguPRHAz1K+GH/D7JTfU95hdB+CA+gUwfzlXQ3CVK4gfinNf5+SJ
F8BdB1Tyc19XoswTeG4vKHiNzHquEOwAGi4SUBnegxrIcOqcMvAdYKNPK+H6lyHTkVlmfVZp
dI1CvcKTyunVXOgT0WelVD+d7IOqX6KIRdSOWqiDqp6WX1jC3CJwha4WC4zAQp0dBh6psdMA
3kV9W89Cpdcb/dbP+Xce1upCe2prKLmO5LiUqCUOGSumPEfRZKTMx6qzGR3KlzY7IcJx+Kbh
/bqDfjcKK+17OanKo03+K7IYW1UYcI+vOn4Vme4k91Mryj4qXNjFxWsQoqfPCyvdTEJpILhy
jmszmBk6N5olaoglmXooDTHJW1GoKsbowLlVXPEE2Wf3nDK3/dRnTXanVcKjNdPjr1RDHRz7
r/iD4jfTRaImbK8lZmUzEqzGwjNUfJMGYd1Z/aCvrpPYKEJ0TSbDkg5plSKkOj4IO8Tn0Qa4
7k1GZkx9FmXrjs/5d2oB95dQuyPRS1S83V7dlE4XWVQVKIOI7uTcSeqgKeaOELObfdRdyOHV
Znq5uuHRG+HCoKscQ2Ilf8PEgalQ8sLio2gPjsuCydUA42otYMvfmUH03t8QCTdCvSsHajoU
98my2elUsHG6LWPBAtl6BNOQD811LWUarPw6q7HUz819W5jx+qdYnnHVZmTl/ZXOFnNU52/o
o8QR8FlD2x6BXc39Fct/RTaVyU2XJZWkZeihuT5BXyq8QpgLRaLRaINiy8qu1bPP3dx0WaiR
1RnDW0KVIKEmyD2zCurYW1wvi0YeiGzM2em5gAzE6lQ3SbLS+BQKaxur9EDEjQBGWgqRLSrq
FA0OEGyshPJSNFxWXlXkQeRYCV9UIn3uiLXTUI1cs2zuOb7rlD25HLMx2ambXCzy6/JQJHL4
p7SS1wuI0KZTa/hOqa0chdQLzzQO0jh7r6ghrurCocPR3VGs6A3y+q4OF/UJ9OqZzDWFwGR6
YalaleYrzFeYrzFeYrzFeYrzFeYrzrzlecrzrzrzrzrzrzrzrzFUmg2AQIwLW3RBFkSLSuql
ymcIC+rTqdVsjopau+FlrBRDYzdVEXCJTfTD1WlLp5F/lfyKD8UEcH1nf5bVBNm6YydFbRBz
tXKGrLUUt0RIwjASLTdDJ5XHXsFwmFVLrh4X1jXZTzhHw/OPKnMc0a81amxvwRcNEG12fWHU
kLxaDgaZFuyqHWSmGr6woAsotGFJreRlOgzHVAj4o7lsPKrqwlcgvMtSvMtAV0Wk4890qn6K
OSFNvMXx/XCSraYAIGlMoeIOLeh2h5onrdEdU0lBfshTN3dAhSccpNvijGBwYzm/jP8ARaI4
AJs6LW6DuilAk3RlQMC5sw3Uo9kPwiI6LQoTovDDc0alcJQePeQgXV9IVMkXFkb3XAJqHmpQ
cOaPJZQTHRQ7VGeakyFcETpuThDV1OB8JtupX+X81/l/NRVZHfDquH5LocLq2JwZ6YZjuRjO
EtMEKcx8XmDzwhZYsszfKcQZuhe6DZjuggEKxdXLxGjbWQrA7RMzcKcCoVtFpufiWbCFCK4d
VNWLGFlaOFHw25ZTig3n1wLICam9salIyZNoQGANlApkxzlEoO5o1AJA1wIOqDS4S3kuXzxu
FpZW0wuqUWGWVXk85CoU/d974p3UaINy3PReI8sj1wv81ldhBUjA4U/Td+GNldW0XlzBM8Ga
Luc6I5qzXPxydcNESSgByUOMTzTUSgiACedldBFE70jVZX4WVyiKYkdSv7QB6BX2gfyozXH8
qtXH8qzGKjBzarokWwlzgF5/09h3wIabYyCQV5sGvb8R1TXsAgryhEkCEXMs0WauBjnI09qp
P8Hr0Xh7OHkv95yd9IDg9hiRzTvAa3wWDVy2LWXAy7notpc1sOpusqINNhDqZmyriAA2ob84
lbO0tGUNLoTqYZD2PN+2EI40vRRuR2whPcVnYtLQs7xIXi0icvMdE1uuD3U7uiymrxSohaLL
oBf1XfAeiC/CGNy+kKhl6pxnmV8UfVRuXVgtd1jBrqfVFyD24VafNtx6K6eGjhNxhYrUyodo
ppmPZHeqU/uHCObzlX4G+ZBrRACmoQG91TdTP1ZII+KqP6uJVenWOUPFjC2R1J2Y09RC2hrH
S6q63otnqVnwMh5eiqsL4qPdmiO6oVKbszA0tdZF9Iy5ziSe24cKXpuz0To0wyjmoceWmBpn
/wDxZXDVWF8H5NYRtdGVOqaVlGgwHomoU9qo+KxuhBghOZsOz+FmsXuMlQU1O9cLNcvI75L7
N3yX2b/kvs3/ACX2T/5V9jU/lUOBB6HFrhoRKtqVWpHkZT3dkx/Iuy4B1Ck5wFpWSqwsPQpt
bbcrqlS7Wm8D0RFCm0PN5AheI3Z3lkTMLxvCqeH96EXUqTnDSQnUxRcXt1CHj0yydJWenScW
9UWvEOHI+zqt6jChTHcoNPnN3IucYAVrMHlCb4hy02DLKq7MG1A5nvZtV1adCgytmyutbqje
pPqiys8uLLXWesS1nKOaqtZna5nOU3Z6kgExIU+M9POdzS0wmkPc4kooqn6Yww2C1Kcw/NZl
IWZxlyvaMJYocbbjgL31ws0IZvKFODfRBHEeqd64ZH+X9t4udoEXAANx8DaD9Xyd0QBfbUOa
hSo+c6nmvr/IbJu0U3ucAcwE2RDXAv8A2TfEaaDXEXdz9EJHGyIKrOpWfl19E2o4fXZMwcqY
PIn919Ze5C2xjPLnsqjyeNwsOyoUuRN/RU3kcDDoEx9LX2Y72w8Z44WNhvqs1RwAWRnDS/dB
Um9lWP4f9k8823TLcLeIrPTMtT2/egoNGgEKvmrglx6aLZvBOaDc4VfFES5U/VHCn6YNa1Ww
jqspVromEC4qOWEjCcHOzeZaoM86sMWKNxqd64wfM3dFFvqcBU2iWM6cyrUGn811eg0elkX7
JUc6hzafdWzue8njhALgeQFs7apzDMtm/wCYET0Ke4aFkqn/AMv+iH5j+6P5itr/ADJ7fwKh
PNEDVZajS13Q+zYfxYVdn8r2mPVOdTquLujystRpa4IJvoqn5VW/KVtdXmRkCaOhWzP62/XC
r+cql+YIqtP3lT/MjhSPZSpOBRUqcB642x1RfMQuylxtjnJ+CA6FFAVNqLXEAxklQ7a3D/8A
UUcuk2wd64gfetuSnv6leNUH1bdO53HMkHqE4N0a6QqcdBhTqj3DKZUzE5TMcwnsp1L8l9D2
p2R0ZWuTaDH5jlylyY7qT+6ewOOYHylVzUq8TndF43iSHNyplShU42GU2XeHVaZhNy6j2QQT
XdQvGab5pTajdCsr/Nyd0RY4cQVN3MWKqflT+rrKG+c8ae3oVRqfdcg4aEJ9MGMzzdUWl2YE
iCiq35lT/MjhR9FG4UJ1w7oz8MDK6bj83TDO245oZua8StpyQ8N0Js87qU19elUNZtraOXh7
cAHHy1ByRHwQTvXFjuh3Kh7JlNmrim02aNGJAN1RqPfDc3whSwzPRNzsgDQ1Cp8MP/KUQ8EE
cjg2nTEucYCH1P8A1BXDB6uX0WpQDSxF45qyktFMfiKkOpH4rLWYWlZKTczl9l+oX2f6oljL
Axqvs/1WZzLboQKz/dYcDRPqMM7RxtREZmO91fScz80QWZVmPC33QmMqEh7RERqqmcHK7oiz
jB1FlkrAmny7I7U2q53MMyplarLWA2AVw/5KoHZzmdyCAZmDgeYRwpD8K13OyzHy6KyOfVA8
+mFlfcIBnAsLoBXlluXVNLLDopKau5wy02ly00kIJ3ruU3dRiB1KNd/veXEkonlgyvXE1iOG
fdClnVHxTLmuiUSAG1ho5FrhDhYpr2GHNMhMq1RxaYU6wHY4fSqo4j5OyeQtoDzwjRFlQT/R
U2aEPAx2kk64VC0wTbHTAKFtDelvngHt1aZTajNDh9JzQxvEWp5+8Zw9MeJcJQaoUlWKODPT
dyt96yZTVlJuhbS+4QJsjBwzDEt5IYMV/gmValOptLiJhug9UynR+pYWB0U7fqtSmwneu5T7
Wxo0/cF3IACAMJci1p4cKLD5Zk4VFV/P/TDxGiz8KFPmG3wf2umM5uMJrW6Cyc3qqxqxLjbC
h6jHaMKvwU7z6fuvxlhljtWripv+CNNgyM/fHupRtZdFIxAwODdy66lScXdVqpRur5uiMc1w
27b3OExQs1Oo5h7L/iqYq/iHCUYFuQ7IJ3ruVG9DuXK1ujyb0xqO6Mwqqt+f+mFN3QqjTixc
qVOm6LicKjeypDo7BxGsJ2V0CVqCqLqhvmGNQUdRrbCt8MdcZXdThlWU4SFJwhRhJxnA4ANZ
KHBAR4ggVGe5/VXR8QknlGFlJ1WoUyuK3RCahyJxD7jRCd0WlZSxN6YMDZPAHYX1QTvXce3q
MXMaeNuoWV4+Vlm2Z8/hcslVpa7vjX/LhVVb8+A9U+ryY1PvoUx3UYBvc/tg/wBE/wBcKH5h
jXwr/DdGM4ypGFlJWbEN6KFKuijg0SRHREw4BSpM6aKVlxgM1QOXMQjmoifSCh2wDicw/ZHp
gd4YU2bPUbApt5A3X2o/lCdNyTMr0TvXcp97YFGqwwc0ptRujsMlVvoeYV+KmdHYAH32kYVV
W/NgxiL+bynz1VA/hwpu6uwd6J/rhR/MMdow2j4b0YQo5hScZC7LtjmUnXdOGadFTg80LQZQ
PNcWrkDElaSUSykC89Ucz1LBLkIugIjutM880abzwHuracijhc23W4ZWtLj2Q8Sm5vqF2RT/
AF3GP6HBxXeUdncbOu31xdTqiWlZdWHynqmVBq0ymvbdrhKqqsOebAhujbKkwcmheIPK9Afd
JGDHhMqDmE70XFoXLIGNydFS8PylwOO0f+c8No9B++7phKspULMVBWUqyjDsuw3Sjg4d00cg
gguK4UCxhQZJUEo8+iFsvorIcCIDYRzap1Jxs5cDpUKCN1mFKhs5yOLA97+aFOtUNWm+zg66
fTGrSW4P9cAiHIBUnfhT/TAObYtuqdUe8MSw+b3SixwghfR65hnunonsB8wsq3jNyt0Rp0jL
zz6KSqb26EK+s2VWn/qGGZurFkf9mf0UtIIK/wDjnVXKZk0acdoJ64VabGkk791I0XZSow77
mUKykrM7cODt6VrZBHLoFmJCA59kSCVwN+K1zFXdHdcVQlanMoa4g91Abbri1dkzLUazaGty
w73ghW2yozhuGNuXJ73+ZxJKEp/rgE0FQEB90wg3ri7Z3fmbufSWD8yC2d9Kq/jEkFcVQ4xT
eQOi+sN1LTBXnUF5hSuBxCtC43W6KQYK+1K+1KNQVDnPNfbOX2zr704ZcIUHVSVKzBTzVlZX
QvZQvXE4HdG409eahvNQEI5LKSY6LhsuFaqVay1sszTld+i6IL/th/2w1T/VW1wsvRVWfFMa
rLVMezVt02ozQ4kHRZg+Kf3VTpj3RhOFlmVt0rjt7MINC7qTorKaVO3VZjRmPuGVw4zNlKvo
rKFPJAYFHA+uFl9efgsw0QyprKdMv9ApDB6ZkWvbDu61UnVXF1LVHNRhddUYHDuBRzVFrtl8
RzqYcTnhf2H/APqU4tbDSbDov0T/AFw74TqvzBR0Rw0UPvSdr2QfTcC04l7ynOw6Y20wsphe
ZZnOsopA/wBVLuH1UTPspRKzHRdlTZyc6E7Z9nd4bKdrKfEc4dHGVSrUxDa7MxHddlLlLtFB
wg4ZcSjgbgYCTAHRXuUW9MNn8EDx6956LN9JqfNPrVQPHoHXrhZThZGcP0VyoHLcCnmmAUqB
ygN4myUGV9npBptmZwqo2m4FgNiMH+uHbCyzAweyzPMrMCraYzSeWr6ymD3XDTj4LjJx0K7Y
WwtyVr9sG5uFoXIfuoFm+1jBr22LTK+lbG9udw42OWbaSxlMawU0U/sqYyhfhWY6KAoKg64d
8A4IYHcywggRqpIVPZXPybRR8s81H1cdcydsbH569XzdvYX3ghKAY0uPYIOqU3MHovhg/wBV
YYaK4+rKmmcwwyjmobopHlK7q+6MDGEHXDoFwcLeqzHXqUcnD3RnXAbv+y6ewa3qU1/0mnDX
aKo4bSzIdGk6JjcwdmbmsrqBh3wvrhmCjAo4yuS6Kz1dU67KzWz1VClT2vI5nndm1VWu+u18
dOftO+Awo0dnORz253v5oCq91Sm6zg66rN+6Ywf64XVlYSObUXUXcPNpUBZm3HbHuowuVqtT
jrh0XXoeSzOuepXAPiV3wd67tgrq2OuEIYaJo0Mr7SlHeV56P8x/2TKdQgy2bY21wtqswUhQ
VOJwti1HCnVp1G5ejjovtaXzKqVatVmUcm8/bBFMb4rWV2DLxaOCFTbK1PK0yGNMlyfUdq8y
h6p/rhDROGsP/dF7OF2ju6PorG6P7qTrg6FJ0QxAwlaYZqZgrxD5hq3otIxJ7rSMNMOmGu6E
CECFdSvB2pvi0v1ai/ZHePS/6mqSZwuVZQMI5KOWEc8CiijARsh0RhWwyg5qZ1YdFOxVTTq/
+y937J1OsHtPMEqyv7QL9MIAQwf6rhBWYhMLYDyNV5/0XnJThPzwyj4oGfivMURKLSTKGsq6
gNkq4IPRSGmOqHitc1g1lNZbNyaAoNl1ROXXlKk1Gs7FTMjXDhDS48zyWub03LbltyDorLRN
nSUXfRn/AAt/VZqVCq13Wf8Aum1KDcsjiUqyidyCspwkYHA7kYMG1Ui6tecoQP0ar+v+6dTY
x+cRlLwj7UYUadTZw91RuZzydF9GFGmaLIa4kXKqtGgdZNT/AFU3lZhTCtSZ8Uczcp5ZUIMh
NsDK/ojzurj4qzhHorugqeaZs1Hic4w5yc5zAWdEchBd+6mpnqv6RCNIG40a1Ny0zn97snPr
vJvM9U0siBhquEqAYcdQrqXEnsssj0auFuN1wD9FeFrvzCbOkoNFKpxmNTH7p9N1OpLdYcf9
1S+iAhsHNKDQoUroVIxkahTzUI4neZ9La51bnllUq7qdTJU01VX6OxwrRw5p9sEOyptMcDYk
LO+X3k31T6j7SZwf64iZV3/MJuQg2vCaiSgdCbrzgqWtLllqdYyxoi1rtV4z/Ny7LI5Gm6QW
laxPQrhBleMKeZvvBNqsqTT76BXBE9oV9VYFafquoX1gyuCbN1mGnQoiNzt7IBUpovgPF1Wc
yi9zXRBHoh4rC0uuJRKmMex3J5FTgcDvB9Ok5zDzC2Omyk8vaTIjRPqVaTmtaLkqD7UILuVm
UYP9UACnl5fwidV5V5QtQAvM1Q0MQsuISfvEgIRqmOoD61v6qa7879ewQbqcCR9q3ylOluli
O6Cvoh9H8vMHQqXCyutV/wBsNFeRhMCT7DnvAqQah9Grh8b/AOtUm7S4OOSQd6cYwgo4O9d5
tHZjYdGytKv/ANX/AGVaptDop6Fr2wcL+2jAnB89VmpODH/ddoV4b2ub67nX0QfmDzgacTKE
Q2OizOPD7zv6K0U2/quAXUauwluj75cChOihgt2Ul+QKW13E+iN1FRq4DPZQVI0V1b2tNrtC
5eAA0UmwFWpZmw024eSpVqzs4qtlp/opCuoGPY7nriU713tnq0GNNWsbkrZtqoZAH8LhHNVn
OqNyUruYBE7mvshhOMJ6y84t81H3XYcOg1Kp+DSPgt876jfN6KWgMqDQiyIc2ALOJKuV4bXC
ep0WWo1xaTAiwC0gDyhf0QDbLvgX/cOsLilSfX4JzvdiUymNBcpobVPwAV3h3wV9VHaytYqH
WdhLfZ6YSDBWaeJeI7zxEpj9raRXaIMc0zI3LTYIbhrhLlbCcRuO9d4bM85qYMt7J+ybeCaL
jmB6FVNm/hwJ8TzOPthjohGDl4tLiaNeoVOo8+fRvTAMJQk/NQIRfSJza9JWQu4JCNTaHeI8
/JTGmiy/PdLDoVUpOFmHVQ3y6JrbXui+sdeStntdcB+acAdEOwTXcioKjCWrofYTzwuuhTPV
Opu2Km92pMBf3cz5BU3UKPhtDYywrjCwxhEYkYHB3rvUq+07M2txlul1/dw+QVVlHY/Ce4QH
QPbDCCtbLTBydl0c0qk3oMOJzg3tqoFOo+odJcuOcnOUXUXumJuIXDl+ah/7oAKXXctFwX/E
rnElvCT+qjKmFy7c1Y/JENOuuBWU6YSpGqjDv7CVdSE3NpKNV3jybS1Qzaa9M/iFkGVXSHCW
uHNeZeVW3BuFHB3rvU9m2t1Sc2aGL7TamJ207DXFek3zCLj/AABnG2icvDdz0K4dIQw8r9Oa
l1gm+HxAcl9XUyHoVao1U89QxPJcbmt9Sr1mR0B1UNqAen9Fb6pv4ruK+1DnRzCgzm/dXc1v
qV9o1eGakRecqcGvfl0mFr8sDOAQY5EYSpU7h3epV0MlyUxm01vrH+4E8OuGvI/VUhWf4jC2
aZiIGHCVDle4XbEYBFHB3rvOrVX+Fs7dXLZzsz3ObUBMkrajs1XLl+0bHmHthjpgU5Dg+ToQ
JJzHUEQtBGHVd18FLm3XC5y+3cF9ZUqP/ReWG+qjZZpnqEWVWud+KdVZsJ5HwR8Rple8uAnl
vyEx3LGF33DuSp5nCln0zLj5+X0hVWsEu8R37rZKfOnTusztMYWU4jAIo4O9d7ZvC8ubjj4r
+F/8v/ZbfWfZr2wO/thvFXJa5NGZvqFrKu79FMyrgIkNAtjOEN0/da+qFPLwD3ltQa2SzmmO
q05DxYpr2jnyK4T+idovLaYlXWmB+eJb8QgcMzt0rUYjGAmfSqedzNHjVOqbNQPiO5lZ685q
gzfBaLQYaK6GAxcjgfXedTqM8Sg7Vqp+JQcfD8rcuiNLZqOTZqYzH28FRuOUPbmb0KJpEx91
3JarvKYtUfTEYxy7Ky2ulEkuKfsxIcJJa4f0UZwW8sIa6XellLmg3mQVqnOBEro3m4oADO7q
5EOazKPwo8GV33mqDdvJ3VFdgoCjmfYDEPOgKdV2Hhr6upH3vRCttxvyYs5blAGUBarRcJGA
HPDVXwJU4u9d5my7VLKsmKvRFtRzW0BfxOqfsWwNBzWc/wBvpuuRzATEqww7Sv8AUo5r4YDc
vL+zdFmrOFKl06oii3wtnniI1PqqT9mgFmkcgmujy6hcVQgdFH1ZCuCO6zkSNBKz1JFMdOaI
0y+6BYIfstMHs63b64RzUlSdVf2TQ7qszdte0yia38Qe5yYNnqeIzLc98ei6qTrhwlQ4LhUc
9x3rvMqbTtPg1JNpXgf/AJV/g9JCqvo7X4lQNkNn28nGyKKIE3EKCCpk+iBp2KDecygeyAd9
3AuwpU/eqOgK6JFyFx68h0XhBubrKIYc1I/oi8cLCjlJKvH+lXMtQFM8A68kBEACycR6KTg0
94KEcintHVXN1whXCvbfhdsGtHMws20FtWv7rRoFLT4O1j9UaVVsPH64aYRO5DlIXfcd6730
mtVbT2YeY80djfs4bsvJx1nqvH2d3i7N16f4CVpibH5r1wFoarJ2ds2shzCZHIHAYF/uUwYX
hU3NNT1RAN+qzVPMf0UMaFB0Gq8KkpJIfy5hwRiwTsumhQHN9/gg1NHW6zOEgdUC214ULhPN
VI+97SHLqFmGvJFzzJKkGITH1PM1uWeuMHCDjDdVBw74u9d5tLMfDFw3CrQnNSe2IPL/AAhs
mDG3zRH4U773IpiGHhs89ThVV2XM51ggGtHjke77qY6iwuDLk91Z+iANXiLsuXmvBpm/vOUu
16G4cjey7Id1PLQK6AzRl8yAEDkE2/NZ3+9p6JrkeYwstVcq3sITWolrfFZ1Zr8lHNRvTEq/
yUBSNcTg713vHoOabxlKy16bmHv/AICd3iKvmVnR6o9FCd+VQh0Rc9waAvC2IEfiTiDPhjwx
681laOIo0WUQZ5xdZadN+U/hKq+OC3NwkFDPxVzZvYLNLT1a5WsP2Vl3TndAgFYSi+ACTHyR
Wbws8aS6yzOdxKakZGi68OhQAPQf1V6pzell52hvVQfEqn5BE+Gxsdln0A09jIUsquHxQ+l7
ID/8osnDZK7ahH+W43Ra8ZXN1BXJeZdV9K20ZgfK1bM+jTFMOYTACr1NKtHia7ctifXeHh1X
tjoV4VTZxtbOYIQqE/Q3u5E2lZnQ+kdHt03GUdAdT2VfZNmojNTYZfCpkgEZrg81loiGOGYD
2msKW13AqKgZVb1aIIRNJ0jmOYUs+S7oQs3MBOqVqoEaMXiNY1nhNgRzPVU6J80Zz6lA1Mzz
0UU2NaOwwc6p9meE9lwPzNGhHJX4o95WxPchRjCEW5HBtCnDnu1BWVuurndVwafeKl5RLUW8
l2Tt66smjkSvqm+NUHPVWcGM6NQcDDtQVs9Sxc6ncjmrBaKAqPgDNUouu1bCMrp8Pp6Kv4tq
lUZQML4TifXeG0bc6XEmGLw/4fQbSb1IWaq97ytvo1nzTDJDTy3KZeYDuFbUXNJpvY7K5NL6
bmUgZJcITslwwZfa+aw1hQIj7qD9m4Xt76q7MtTmFOUrRZVNbhpj9VkptAbKpVXeV7/0G4fD
dE8joVekWHsFJ3G/mTZUwMvUK4VkR1QgT2WZ16zvMVlcSPRBuvJeaAh4QdH3iix4hwRCI3bK
HKWoZln2XZtnru5iwcsp2FlN3QiEx+QMhuWAhfTcbV2dtQh33RIX9lM/8tyNSuyoA292wBvn
e8KuKDq4JgVP91J/hLA37wiP2VWl9FawPbEgo5TEiDG4KdIS86BBngPe0ffaiz6O+mD9xqyV
25XxMe0KpxzstND10Xuhref3kXuyzyV3Lki8OTGN/wDO6INo4PiqAaPK0n+inFr6YMjopNaO
xarS9DxBIdrHTsiWTlnC/IhN7FFrhKLBbEPeOJMZT1dz6LI12mvVEM169E1rjd1y7sg1ogDk
hTaA6r+yGa/VeJSsFB1G5KkYXQNFp9TZFn8SrtrfgImETsrXtp9HHcuV4Th9X1GoXi0qra9D
7zW3HqE+lUcHU3CNNyRi7ey0WOeewWfaNrGz0ubSZTvAp5q33mWG6yrT8zeqDaW0fRdo6OEt
cstd5b3yiCvErGXxHtWdoK1I5IO9xpjRUqlOwqiDH3lbVZhMIB150aqjn3c67nLZqFIfWv4y
FNR5e/rjJw8XIwUzrw6FPpwDOnZWMu/ZeG5rsup5SpYCU8ERZA80w6g2TKo52OEnXkEBVN/2
QzEBoWVtmBWTrzwI34zoE6q++DmHVHcjDumz1WUVNppj8EXX9qqj8zJTPAq+ICLmIvhcwrOV
0x52ltInk5TS/iNIH0/7p9elUZ9IaJPh6O+C6rotVGJ3vCqeJnJN2DRZqu17ZP4rqo6ltjnP
DSQ0tid2nTquysOp6L+8m/ojRr7fT2ij918WRbszs1IiRefat7hM9QEaZJHNUofmZy7Feqjr
o1F2aanNDxZyAy5Ori7MnDhqoTQdRg8PFoX1mafWydTyAXtda3WXMZ1OXryCnWVB0Kyaltgn
07lzRmCiJPTosrOJ/N3RZ3N8On15uUus3kOiNwR1CbJhvVVXnyBuqLjzs0JrT5ol2Obrvhg8
xsFT2UsFSu7UkSq0ACKhj5qi+jZtZuaOhwAVsGvp1GDkcy+1o/NVau2tbUy3GQlDwaPhx+Il
XCtuO3nbdt96YMNb1Wx1dmpNptfOghbW17frKQzsdu06ObLntKvtlP5ITtlIjohRpbDRc6JJ
cETETyHs9FHNqzNaM+jh/UIGEaVVk0yc4vogzZWkuNgJWapVl51srVP0RDocGNLkdod56n7K
xUKYmLqfDMK7YUT5la6u4j0CqNkteOtyUJ5WCME3P6I3kIgc7/JOHJPfVhzSZE9FmexgpDoP
Mn16nA0DgYiKzZdUF+yIolrmzroV9c9jW69Siynagzn98rPHlRBJ+K5ob8FU3u0DgUyuAXUq
lw4crKsxrT9o6/xVGlT/AMlkbllTZT83iTqvsHO/KZW35pBEWKkLiUhTifXeFKherRdOXqv4
czI7NBtC2qvtIyvqNhrTu7P+ZVqtN1OHOkDMmGtRdlnUXC/0D2nxhMtmJ5dVF4nms1So5jQd
AeSYDep+FF/v/srq6e7/AN1+UeiFJjppxbssqJJysGpTRRmnTn+buVDqxPwCkkvyiRPRePRb
ld9xQeWEBwae6DnnMCYmLJ0PMO/UIWsUCzldNe3mP/P6phBPCchj9F4u1N8uk80wHyh0nHsj
HlH6lAYQOSDyLaoNWo3Iwjmsgo1HNHJzCobQcz0plfWteHOvxLRaLTCGeI5reQR+ivqEjoVU
2f8AiwdSc+wOXVDwdo8X/TG8713vH2RlQjThEq+wGeuRyLtopVQxomMsAbssJDuyD6lOqwHm
Qm1Gte6l9155LO+pWpVRwngRyElvKfZu6yqbgIICl8cXMI+J5xy6qVYrXCkwe42cA0eYrwqe
gTe3NZxcpr3tymYhOYOSzU4D+Y6q1J8dYXcK4uOeMosd7t0abrg6eoVgSuiu9Zg7M4+Uf1VN
hPHV/wDJXhsu1il9lkpWHM9Ve1IalQLBOd7x03bYNIGis5sflXnH8qoE3+qXlXlXlWi2bwWt
mqbkobTs4DKtdwDitp+kQalLia7cgYu9d7wqGUCZ0Xnb/Kv4h9IIOWna3ru0s14kp2yV2NNB
zi2ITwHxTY6MnKE17beIyT7TXDKzytHiBNDuF3J39FdsmeQVj8MB05p7+bjhJEOOgUdFAUCy
IqmSdJ5rxaCdVYz56L6yq49uS5otUH5qE0RmrnRvRUzWu6p+iBYfKUPCaXBwmwX2TQO7l9Y3
i5NYdV4m1Obl1IH7JtZzbPsxNbUaC7mr+IPRZnBzvVZWw0BQ3dvhxJpIgAo/8EDPZf2FUYsP
CWq54s2Y082Uy0t1QZUD2ToHBPowc9f3uULVXKtuH13gzatm8Z+YnRf3d+gW3/RNn8GKd++6
2tTgub1Ttoo7M4ZrnLomeIHOvoNSs7mZMvCG9PaBFMILSMhBvdZXaKHXHXms3iZgOuqlPdzP
CEBU2fN3aSvqKLWHrElB7yTN9wKHcQ7p2Uvp5tYuFap+mIyhS4TWPl6LxKn2rv8ApCGUy9nE
hPXKUWD/AC/2XlDB1ci+pUEgIU8xAzcQPRUB7tO+BuruCsro73dMD+ZRj+IMHyX94U/0/wB1
RLHBzfDiRiEFTrNaHVqxtK2J79XU5W2tNw3iHYqW64RuO3vEr7UKLs0Xi6/vJn6LbG0dsZVd
Upm0jpu0qb/LqVU2RjWtoU2kfJSNQVSfF3U7+1M6lMIEjsV1aV2UtXWeSps+6JOHkgdSFwmQ
FpK+zK0wg2Cza4jPIb2RaDmouugDfLcKG6m6PiOn0T6RN/8AZcWhaQoYXZYCdVf5WfqV9JeL
1DzXJarhBcvsanyRa8EOGEHdgKAgG6lDNXY13TVX2yl8kRs54ct46qCtMW7NnDa9IyxbI1gb
9WzK4yjsrXZq1XzLvvHeL8wp0h7zkM22sE9R/wB1tBrV2VqjhwRyO7Trcgbo7ds1VrqVQGR3
Xj7dUpim28Si5n2beFvtZRz0+LQRZO7NXqimzyuqp56hAusTp1WWoZ/cYgRyvjIQYPjhA1Ro
PylpWquEWMEfecuEoOgZuTh/XCi4DUZfkm0Ro27vVGnzGmA4c7unJccSOmgXAAxv3nJ5mnXJ
1dGimkzK7oN7vhRc/QORqzIkEEdFUDGONOoczYHVUC2zns4x3VgumF0ytQe1vqVDtuAH5iq1
Y7S2o5o0GF8IxO8KdN4zsfxt7SnU28VXZ3yBzhbUdrpFtPLYuEX3adKcucxKttzafov+I/io
d6n/ALprKNTxG5Zze1hAWRdmJbERhKqPGpsE0oueS5597GdXLiK7okriu7orHIswcx/pqsjW
kPPNea6ANwhDiPRObjc3Tqh8rfJPVXWenVY5r7aFMIgg+YvQFEXPNHxONw+Sb4hJb6rIWlzT
pe64Hc0DmBJvuemIA1K8U0iWxJTYfRuOEPF1U+l/ahdApGPhQ19H7jgvqi/Z6h908TUXOZLP
vNuFJUN3CnbxGzszRqiykBTcBxZtIRl9M0Pe8MRutfTMObcFZf4hs7K34hZyNX+H1Hj8NUf1
Xh1xDvaygV4Y6zixnxTTylEQgu61V9FKLufJZna4E0zYrPShrgLq6pxrKHmnmSrW79cWNZZx
Ky60aWvdFjjHRyNCJDtW/wBU6m6DynsmMywRqeqDiobYKFeFpmXl/XAp2NOdMwWQZvBzBuWL
Qqp44aYb2VF7vMaInCFBQX0is5+X7rQsux7G9v4nMKPil0DtYYWU7jsRjUds0+IasSBdPLg/
xs+SYvlW306wf4fhE8XXdpUiYzmJXBslXaqvWJWWns9Sgz8LCv8AiA8Odfi19qRhJwARPJBF
SpIvidwt1Cj3DqgcmaobADmms2o+G3pMoZAUarTmboFBAHoraHROq++6zUMrgQ6xHReUqWdc
rSRyRY/zBZgWB2mqy5w7CMNMSjiHjkZWlP5L/L+Sa+oAHARbGMJ2d7gwacUJ7DWews1zos2k
tqUH2zDliAoxOAV8fCotZrMlaUv5U9lRtPK4Rpus8CfEnhheL4zyBqG1DIQLv4gWVCPIbrLt
t6rBE9fbdAg4EzN8HOwb67pHVW3bAWQeXABvRNLtc2dxRc0AOg6ItF2uvHdXXhEaGc3QIfcb
YJpmHNsgKT+I+4mZhlyiICzGmA1hlE8vYFHA4i+53V1sfgOLA7UhUoqDxi7jvchbayoZa1si
UBhO47AIbmm9Rnv+ycNoqkUs5a4E2hPq0quYA8JBWzP951O/tRg8ehwaOt8B2RKvjqjuaKIA
Ku/Tkm5ll7FPpnD8dT9lpbWcHmxqcuytAH3lkby3LbpRxFNupMIUmUhVrxJJWTbNnbkPPovD
BlhGZh7Ycgu+H0VsvZ93opAZ6Zk7Y3UvCJu6feV12wnE71Tbtu+xZo3qstHZGin6qptGy0/C
2mndzeu6H0yWuGhC8Z8CfffaUKobTrht8rSjUr+bSOnt3NjkhKPyweeylfFfNfFH1XBdW1Vv
2wlT+qnKcKp6CFPVTFl9Y0t6A4w0wXWTQ4w8cKM4c/Z03O0lPqEfV1LtchTpjMStmptu6my6
6FXWmFOpSA8WsdVmFepP5lWNb7fZ+IOwiN04DcdRo3qU3Tl6qCLratrrDLSyQJ57tGm/yzdP
o0nmnSpnLDbJrm1XFvNpNiqdVggVm5vbxCkSEHOe4ORax+eNUT1MKN2VduOoRUMHqTyQdnNQ
i5gQE4B4VlfQISc4PJyPhyBEwrmUHABB8XHNf7LNVsOnMr6xji5cBLfVduu+CrIFeHVYK1Pu
iNl2VlMnmi98lzryuIYarVDZM4bWpmWSsvhD1zWT6AcDtFbXC+6d7xKJ9R1U1diaanWVkjJS
+43dp1vulfS/4fUYc9y09Vn217GUm3N19V9lTGUe3GllCaP/AAo16Vx7w6JjcJFxuWxtrpgA
bDmUaYHCLqz9eRXFquuH7KWniF1NOAeYVyAoqPd+y4YzBGplcWDor52HuMINwpbpvEKh+cJ9
F2xU3OHPKF/YGfyhf2Bv8oVJ2zsyNDYyxphcKyPg0yQOaZSNNzKjvKg2r/EqjXeqBe/xGv0e
r7xxGFGttFBtWDFx3X93N/lC/u9v8oVRrNkFJzmkBwaNyBcrP4Y/Lmun1DWfs9NhgxYospfx
GpUeOTn5gn0qoh7df8BlRynO3pzUzLDz/wB0alHXm1QpzfBfdK6jtjlrt/1LNRqIaWWiDagG
bzAq5gjmjmueR3hVbohlhWK7IB0lvaycbke7CkfJX35VD86r/D9lmWi0VwrYbI2hZ1Qaqo2v
xupjO0oveZc66r+Jfw3DKcNd07tP8/8AXfpZuUn9FU8OrkYx0Bq2Ys4fGu6Ex7DDgUx3N1MT
7b0U9FKkKeenYq0lnToszCA7qiKkyvEeYCMXC0V5XvKziFDiT3K4oVAsvdNRHLeM8ggraK+W
ejgjHAVqrD2NF7rBrrovqbM5zjzhf2V3/nxX9ld/58VSOyNysDIiO+NitnpbSx1RzG8uScad
F7SRBX9nf/58VXobKHMLrwee+d2ls+1NNXmWgd1/Yz/Kv7Gf5U8Utm8N5aYcW7jKtUwwA/si
52xEk3nKE2m7ZXFjfKMosv7D/wBIVOpRmMkEH25xAHJQpZrzb1UHl82rzF1M80ba81LlwjDw
3NgrsrISfRAdBj9YYC4JxhGeRQe02WtxuW9hO5K0XTC6nCTvFH/0HMpdqp1ctVrD+qLXj1HJ
yLtnuzmz7u5wBS85lLdE0cgnewYeuq4TY6j2Yxk4wcYOF1bDvhfcP+PObdhBZXIE6dVmowKn
TqocCHJsussrWz1RmGjoFlfo5Vs/n0KduWG40dFB9tO5Dt6Gq64cL4n/ANAg7oPbG2nRR7/J
3+6DXiOqkodOioxr7yIb5ufdX9iHC3tIOEKNzvhfcurYlG+BV/8A0MY9lLSr2cnNKE6C6cZT
pPsrqRp7D//EACgQAQACAgIBBAIDAQEBAQAAAAEAESExQVFhEHGBkaGxwdHwIOHxMP/aAAgB
AQABPyHLqGVYCyZhTdjyx2lDwwejUycxupbmKmYQILCsO53J+KZJRklzKsFQzUyKeZlUD3EB
98F4Iu+hCibG5f8Ayxb9zyfiWaYOAiP5PyE4/wAyJcu+871DsTDLHWPW5uXXuDu0NyjzMBg+
vuljlXNdjPCGu24IBRcbIQ23BZV/8TUG0GxDYOGUod6JCCRaTeGVu2H1xhzqMmcS/WwFUZy8
R63cFLGYY85nmKZTROYY2jKeZ5Y+GY8sOZl+UZbxPJGqZssSbi3ieREXdSw0We0NQs/KUsZb
4hRQus+iVH0NypXoIdir5FCvhGDyQZjwmOAJRjHUEyop+EX33BlBJt6F9zUqEVA9QSoQB6K0
LF8S8D0Ev8M7kG8G9PMGTSYlcbJ9ePafisNkDwlixhVtm3BWcEE0oq4C9QuyUltIRmexjDOo
QLQzK9Me5ysiiPUqBMYnkgV4TXMxQTjUuWmFagfKeCU1lNglTRfzLjIkoO/KCLETI+T0BlZg
ibjZ+c/iBidjPmMelTmKpZ9apbAWGJxH6f8AZCEsTdERrMbUpOTLKPwuPVagzhwlf8+0r0C4
E8fo8IeogzKlQPxy1a24g0cwb4yyQEeVwFPt+p+1LCaj26hncZZU4xOEaY1Sl2qi1eCbStXE
NBjYFt/UM9NgF8zNEIklQlSu0oWj6PMblF5qwRuJWckxoNAuIdKgdRCsYmoxs4g3dz3AtdSv
T7JU5fBJpXWknkgxUCVidQfgJWVxhCYXPG39JWrVzRmpUwDfUoNMHJL36wHDoZmpMF9QeZmT
a0ReVsL9oOWIO40egF2TUSv+MvQHoqE59AjX0FPQQS1W0IETw8SwVj4ispNZlwK05mw+0aD4
fSPAvRMAG2pYESwmyICQrxxZ9LtiEMxCJnaKUc2JwicBiAKIIFHEZSQvLLZqvqG0NZXnqDnM
c0CFzjl9BZfcXNTMDUIgYKL0gZ6mr1Cgx6Nn/BajkxqOjKJTqUMzKymyDM6YtRGibg0xu1Di
LD2ClWjstQHXoBiAVhvlXcFMHQncYQ0wSfv6VK9AVEBAmfSoTh66uAc+pZMSV+8mIzxDxpgB
yzIbXq0BLt6AEdKM5vaIFVURcF7lLGVlQkdsJxjHGmJdvxEqnfU0dz5LAgPEWpYiiMGKQDal
w7iVFkjXBMAblyAfecAHtPZBXiIrcEov0Yiql2sXBMAjCUxemhZjMEojCedHb0I7A3zK694n
vwzmEXsgkzOTMkFgrt/EaaXQv2hgoYu9y3YIKgganG3CE9PpXTNYMtw/nKgE5lZ9DuEq4IGY
YfTMwggnMlGPST5UN7VF+aixxKMJwEfoPciAlAqE9cPoPhXjQZlwCX6ZcU3KczGKkxzQNQUO
hCjY1OC3ApngF1C2pVRsnSWzZGVglLgRH9SlN5OZbqsFcA+5m5TJOhMeiqFaiJBs5ZgGzCSk
8zXpcBlnoC5foKflPEjGBW+kKtOA5P3DvFjTxLF2oMvMoRzwxe09w67OUcL8DsinL7M7YlvS
T1JZ8JcR7n5k6dyunU3czA95UqVCVKxAlVKhKuEJqd0JSlqVejymf850Ixm4q2N0E/0D9QYB
trdJLJnUZt5TQjhRxblq1UdSjKyDBGp6qI0uZUrOI2pu4gjeo/J1CFVBGV9kQ6lXKKzv0zCl
jjHE1mCbmdJjrUWS4hQNGXbDlS4Fel8DBCW1jXaVp+bFHK/abH7EDkTHcKrXzKzmW/QuLipi
rlN5wx3VTJcOkv1KnOcIKl3XErC3RTb5hg8LBlVAgeg1Fl7pxfP8RbP4R02mzBj7xK9D1Vib
SpUS6DmPl9g/5hJZPKzeoFAx1ArzDeYSrJ+fgsLwEFwNMPo713zw0IjXpGIKK9NsW0unMyzh
V3Uorw33DZdcVKmUoJXY4ZWQyyRpjGGG5SZGZVxy48TD0sOuYgcC1cZ4yeY6m6LL3GbmtkVb
pvXaCJslfU7zm81LDRUxjqNKGjXxDls10ZogroFXMwDizRF8S/dKd/f0DsggjwcmHewtwIkq
oFzhZe0tUBXkiG/NUYWEy8Lz/M56DveIdVB0sXMDYyvQE5GrlwIQuoaa5GNhSnmXXRYFajAR
S6zcOyU3URKCPTAgQK9AgQGTA+UPO57eod63FI1Jjd3jt7EIy6A+YcIHSxxh1iR1yFn2gwr6
mIeXolf5dxIoLfMo7N8s3IlFPeCrTFc1Y9AQ6RVfzOOK/jABwS+Dcb9OCJa2ZJ1ccFRYnvhd
DMj0ZagFhJj/ADuYO0/qX6G0+0JQ/Rgmo09EY4cuKjZQJ7Zezl0HMMko6zEGZ7xGCfKVixmI
meEAShmVoUDjuEBXVSkSW56l2odxYbuKmU0eGZE14mjh4lBQuDxr9c2hBqPb3B2AygHcfo6n
PqJX3gdYX3MQIT6lC1GpkJ4hv188kYI+gMZ+JjSGTykGWQplZZASl82WIG9MXeddQGVZFcsG
T9UxTqXb1Gq+RHE2YzB2qcZwP3mUiBgr6mLy7eZdBGLlKYmbUyKlyS4S3MX8iKRb5RGVFtEN
QRlxmZ1KueIxv0WpVzbDmGaIaIpmNJUA9jC+JO8eVJYWeGOxjJXcthKv0fBWEl0GjhnlzDVF
wZhoMapnwc+Jp0vPPMp3KpBbcfE+8tlkglR2w22KM8SlkExhHiKaJWpujUqgzephc+oZd7YU
bSMyrZyyw0k0TDWRr2YbjPeWs1LoWHDBKGdhzLFAm74jFBhzAlkOfeKToEtxwFrFZ8wJhLVJ
RTE7ZsYcQV90m/smt5X9y3dqrlV/6gAICmwWMVYA7mJVtL6SzdD6DKBmh+Pr+ZTvAzlNMq11
LpW0Tks9NrcwI6hhkVFkgpiJTmo1WUw/Ex3U6EuXdP1IssM/cNyZCJqCfQribhaHkzLi8ahS
7qAoe8fPaaCbq+8GrACqZWpgDxCcZDCe2Rpm/usyzMrqef8A35ml36Gd8S/yyiSWOlmXqCHg
/iMRuDsmvU1MQxOYIcouJoA1PGb+5cDf5S8JLjOGMuzYOpsTsH4gsv8AhDcA94a4hygp8svf
mVVOoBgxNgwxlQmz/IwZcviXxxb7nuSian8paQkGTDnGELviH5nECHvBmZzmLWrVMPbiWh1F
EWAf+xtQ1v7/ADEaCcBhIMXTVw1k2ZgxSY29RxcVInQA+43sRHCowg0bXUZ00nkipWwTWk0z
QlLfE+oi8uYQXtYHATZqK7MqiIhW+IsvOYaqIOveYS898Rn2BvwIxuc1Ca+Ytoa5zMlXc/MV
WUkGiIo20+Y6iv8AaMPI0ETJAyRlFlXnmeJPDNbpjlogTiWUK3PiM8AsyARYlS5h/BahrOOp
mCQsDa5I+niMjK8S+8UG5D5R0VG7FxkAGg4M0AzRMAawRw8InYWPbPA3GTiktg62O/T2egO6
EwqVjMl/3LeyORK7g5cSuVwQtrHSBOK9A59LaJtlWPaz8CaWbolkGnRDtjaU3U5qdaicuniY
VKLTRjmYX8EXbLcER2UBWEqROHUdEUyg8ijhlDfpg6iZMtsuPiVV4jPDmFWOZT7ze4OQxODq
YzzrEAfmcxoC6YIqqUKp1KjK64phHCD5meOU+0EA39rYY9v2Ts74CCEql4VKUK/VBMg4zMre
CPuNSa/CATQKqe0+pY4jAGSE4MQoekUAMV0Wo9iN8S6Mtk5loCQbab8iZA/OhOkdipwR9pgL
mEm80NkZWlxAKyvKUYP8EBaV7h2tgrLgENLtWbVBwEV5wnmsD7igjsiW2zKYJT4jIq7UiDKX
MSFRd1MJfva5TBJomhBdjtRRQFdD0fRNbVuvRmTQ1F97BfsTAfDLD0XHxceuBUGy+5ZFJYGy
GKz3E/HYKsNFjE91JlfgqbOIFhvLn+KZYHtg4PkZDyhpBYG85jQnHMwT4m6PaZAZiZOUWym1
PM2KGa4Jh961AoVowaCLVxNWZ85ldguAUqNbBq1z7OXpgpWYLqYOzqFkFRlhlUszeUJS6sOS
xNO+Ln+sS/XpfGFCPNugsYJZllKmTP3NliZbTZjVvHMKIb+YdUexqYpjBgVbULDyys8e0dAL
+EKzhhgt2ZzBUalE6UZuBAM50mWV4DnfuTGZdVBTmyO1kqEvOoOhYRypxKx6JBjVFno8QaQB
d1LAqG+L4g6fObhI1QIelTiBBUZv72fjR7TFMSuNnECd5b+BL3X4n5CoeTEFxmZjBdu24L3F
CFAR2kfNqNQqi5hXcssWl4R8y3F0DTulsqwsyofaYcs9QNsr1GozXZKRc2XzOLj7MbKzCBxA
ArpmoFo1jBzT2hfDiWTxNobTaFbj+ROCbi5IlmpTuU7C00hcu5vEM5Z4D6lEWtEfklGEGhMS
abiolx9iBt8kf7UFuUQ+FzH8wbQu1/sKl3K8mbYjNbi4HMrB8r/MGyTEg0saS6ejQRCw8liV
MVHUEOyjKe5PxBmVUqVAl4c6itkJcisvb3YpP4q+v/cxiNqDyilTsx/wEEwc/ZN/tPLgubGl
ZcSN4cdiSP6FTSwkoiP4ovFMFC4jGI8RveAmV2lJcAqNqmxL5lZYmEimR+nvNQb4cx6Bpv8A
ggkHequDEaxzsgGg2rJNWjYj07rKGDHBiU14gGi/MW5c48HQbmez9x89SgStQBWJgLhgUB5l
cHmJDIu4ThmYLRFXuDC8xtCxEgusPc/+9OP+h3WqtAWvSzgI4mObzFbLSwv5J1C7cMszGX2e
IsXqw62VqKiLXf8AJB8cUxLfG6uI2ZxF0dxOBH2gyCco5HxHMqaRzsmxc6INQNGy9sa9oqpd
dvAanETOYOx+5drTiuJUIEr1BpfmfjR19oS3lS1M7ByKiKoxaV8XUHUyj805zBKJGA5g7RKC
vd5fHa4DG23faFfA3zK+9g1DTlfeLLH0DM5vDDTdzIvyGEVAMAGx2nVx8cATzF/iGGO2OSIA
TxZBkBBDcs1svYjuPm4gZWxSgnCdv1OwqWhrqZrHzOCLUHNwzZMhI+241vmKSuIViBXog0el
Q9OYFe0t/EK2Y7iF1WMyjTRcJaE8TIMcQuxNsu026MqLquZRUUvzFjsMjLACulD7hcO4oguf
HENazWVzFbrO7lqwgx8upZvKyeZRx6KNwzcPHMMq0YZHRgq7Ub2FF+UnPHoJgWJyZMXHCdw2
8n5gzBCGrOoboEH1sNnPEH5wRvPcjZR0iCjuBXtaKmGq1yy4HBl7gIQMqZ3hjAF6vEEDDqHz
MnbKiOcgHEN0SpOaXBiu05uopM45pSwloFL1LTHA4JYAho7gVx8GoZgVft/sTCgn4E8cpwPi
XZMXKVdst4B5cxxtt5jQgoaz7Q+Y4l1c5q8YBGEVTrMvtgumA3PFy75gunoAnU8EEfBLFT/N
w1lYlegIksneAygme35iMV8EBV9M9qGDUAgWeOpgluWuVhIoMvKzlPPFRqPAwzC6Lt/c2oz/
AB/UKvxBd+OpUtYlCK0lHmWazCHmWqKGcaDQmeA6hUh9yxq7Md8FR5dXiKoLLlKniWs8CRZN
lnzBQ/rmDKnM2HiJkwuWxm6+JVGwhlCuAjKvvMR6kAAuscQo2OenqJmmsysPTYrEBBT4gErz
KFGzhYVcsx+6KsGbpDxGtSg0N91OojVrUGs0/r3GBaHpC6LQ56vuXarWCLZGTDLCHB3LpKRl
5m6i7TAdQFuKi3Kae6jHZh0JaXX0RJPitMK3eYYCiiHW7GEcM2pWly8t6lSgA3xBo8sQNKRc
9Tapb3h6KlSpRFUEqzj5LFNOgZ7szBM39xAlfNwWC8rmPI7EFfcfTEpGQ1AEnG5lahVwYiQu
KQU3uWwSn2t2wytro7qeZlJ2pHtUaMGHM6TEFrDiOiz5iNuJUjAhmwq7iqIsA9jU/SEcu4xF
K7jBIu3A4iI55tjlmmIbPdIwuxBEudPHe8wSdgPKVbAj1OWPTGWJUXGTnEsCLxpYwlDhrxLm
ziWb2SPWWoOgFMBuhVvLcyKWYohOrPlFjoBz24gbgU2Q7+ZZCPl14jEV8yU7l5EYHj5mH2fX
LLD1cPuMtSuzcpS6d+JQFHI/mBYqgXLX4XLFUhRVzSK+aigzNvlgffYfmYEq+24/uJ8RJNyg
BRFdiGMs6lCXuGhgUHJDFjrEAq1Kc2csWcN4eoBp+SXN4mMkc1l7jZsvUJU1upUHMQ6YR321
F3R2RLEdDQdyhGsnklIdrUxr3Q0OJWxqCJ7BCAn9PLnpx8ysa6yO5VAG5Re5lElHLBGQhCYj
mYUElhg50XM3ZWfcvEZ18PenmNUDtTM7W4dRh7Uv6I5yYOWBis1CGLALRZ8ppCxZ8gyiBTvc
Yp2XFCbKMMiNeWFOTwRsE9xsojXMVoMtiZuLXS8PaCn6d9wCyy02wY2qF5NQNboOIep4jAwe
8ZxK9j7Q9B5J7giwxO4IA4q3FswDm5adrN8zyI28RuKZKU+JgqXXD7yselLblCagHT3KRYvK
Mj1FVzicAOjEFyE+pTc2FNyhFtNDBAbyz3oH1EkZEY5LdZgYMvMzUejpbGXQpKnDgl7iKNTI
QAVrl5g8Wy1rAleOksZnFNJApl5ULuF2ZtdxzYnzNgKqcVHs6ZhhBmvaZA90u6NkPKEkgDLM
LeYmLojBuOOcsHM5ik5ZFtdS1D7wiHW+5gLmJluKNZwjw3JxAl0ZRxALfAQ1r5ah3FYhl4/a
WdHB5lh7wFhqrnLfO5oSpaFJ4lRffKinGeA54PuZ7auIm7d3crJ3rF5tMrABdvmaBarmRG9R
tcjSNaADR2zzup6QA0MGuYNAWqvzDSr/AEx9gmHtCA3oVcqSZxAFkVZSjFr0cEoByjLwta5G
Je3qnPUDXslsdVq07vEpedunEoL3ySjk9wge5Z99SsQzZ1K0FVq+/aGgqstsvtkoz6SSpS5p
EpqJ349HMe36l2PMYbGId914hG9dOkvuZDGQMqXMoENEOgIDvhG2C94sLguyZulNtN+8FmcW
lyayprgzDUTZDqziILoOorNDcTVZh7AagrhGsdSu/USG3H4lU5KESIxRbxMREZZcMD57ITyA
9zYF9MovfKoq89njA5GJpTVsdB5jiuEw3zKc+4EWvmNYSnU1UfEwbF8THN8OGLMyZI1TO5iM
4vaBkrbd3gf3DjpBS+ZhmDZ7g7w49ESusPJPkOYGKyDkEJvJpiviFfnde0cw5e1kcuJn9yqE
GBe8EytU+JRKqh+MXiXkIQwcxAYeCxJp3ZczInALx8QmR0b8yyHhy8e8dCIaPMB4wtFYvX8h
ASppbL322wkzC0yzXmXCXGMRX0LLyneohd7J7Z/rUH4Ts4gXCFG5x8ysamx8S3DLUAK2ZlBJ
UzzLTsnUq28fM2F+wTKU8x/IbO8x5UxCcGxmYhtfiAhtYY83ThKGrRc4JzAhVeb4epULpndG
HYSImldxhDbmslRepgKXAEBzj5paSsEnAmZm7F9gnaPcMxrPDor6Scm/MeNSQ8XD6jyHc8kM
Uv8AGUj8kR1coaYo0QoV2cJNfbLA3ctcb5PaJYLo9NwKXSWekWntGjjw8wq0J8ISgDAPqXEl
uqlRSy8zwFEndnULEUjX8QkRja3c2DXRzLZaNrvxAJ8D2lFyuBvDAc7L+IIqXx9pk/LK9WIU
P3HxogpxNkSWYqLrQ/K4NrKo85iLMxlAUtaZvcwLIX4RZ9ZrbHj+oqz6qi/xG6JgYKgTsCeE
LIAVs9/EVQyEuLZVXvKNaNFsSdtwxP8A4GVp8IPoN5ll1KxSzYow6JytKWmWWfBKeYgFeIul
Ux4mdkwrcrwYg9ke5YxANsPQHRF4M0dy56wJfdJqXRGFyI/OGKwzQhYcQTudMzemMGYiL9pm
H3OT5lZR7TWfCvL4mEoaA1MLcCF0u8JZFD4hoInGUx5G8cG07I0FfSk5BnuUFxx6RlUr4px3
6lNfjkww3kfCJpLlCrhkOpYMsJV/xmQN1+45Dq8M0eLIlF1LG19TuBzcyiveBcyrPeInXI6u
L1iYeB1HNc3gyIKaXhUot5JCvtkom281zAQUVgnyJcL/ACJYDBnDfEUk4xe33iA1U7lE0GSZ
1PDNAj1m4tqOR3H+YGcS77BAvX2jkqxadTO6MzA6LJW7c5596jrg6GZSF9N53ErbRdogsYHT
GgBryIpCAd3j3iwIX+Kn+whakCYZgg3BDvojZWtSvuG4Cuzox1mpnMcabGiA9rhKS9y/v5RK
sxzsqCvUzVYlcNhu+I65ozWbqJfN3KbxdvUW5OS5nkITPCeyFWxY1Znllq1iXOBPJEGwhvUo
l681mZYgPxBirNBZHBF5pgEuItFjs8EVLUE4yuC2pmPWHMTMyXKxAMDHMWgzi5cjkgvGaFBq
doPwIpUumjBNT9zKuJxMaPCwiRVmZxKqoGZWWWOe4kU1iFa3iAQsZRNiVfcFeSz55jGCkTV1
CVxbiC98kyDBvpfUfCZ2Dww3C3of9qDeCHP3juYXoDuxK6NczQBeTcpVhcZnDE4Yk8ZBc1Hv
tgqbC+yLA1xSQ22+vEqT7IwHUyLUo1Bi7movG+PaussYk8gHcqA6Vg/mUvRY8cNYsK5uGmPR
MxAWWy6ShPcXS0ck0EdQRFRXRMn7/uHedSgfubRmcYA0xqUGVRWyVyS2AuKgB6g6GKUXzOWZ
l7eYtStREDcqBsr5m/ZW4guBcsax4lhgc3H5K9MaedR1vzM2PzGatl6O4oyuFQ3ThPiW+0fu
KuJQErMwrh/MT8P5iVYaemLLVRl3TSF6VA/F0ytdNCU29osnmP0gQ9I3yhCGgarqKnVsdYEY
F4EbMbH7hh6HM6igwmg8+4Tjg5jMY8pkMO+wmW6pWP3KS8cl8blrYYp1HZRAeqCBy+ZiS7kt
xMsf4oOYuSckfoYH8wPTK5a5nEsAeKyBZs15l3ChAbR3LFjmVMB2aYrLBcf3HksfGZG7S8BL
aBpPG+5Woq8yp4S5K2KtuGS9wtQlTc6JaP2gdsI6nIuExrwS1apvqEpeJboyu6u3xFga8cI/
bkTUXYqQJoTY4/JNot/xKW0kouUK4jv/AIBEW5SDRQzmZ5rxKXnaJaEIVMOUysQVAOQlu7nR
FF0MFbhgZJ90MamD6v5mkeIGY3k9AtsOSLFncUlB2SxW+JX1MrP3lwtzKvbBt8C5ZouVFUnb
B8wXhC/gTn/yGYcQBYlGR7lz2S/iVVZMZiEwGqhY2O39HvGYFrxolaxFrfxcTrCA2GZaZdav
OJTVum6PqGDC7lgEroPkQAbc5eb9oVijVln+zKkJDYTmbRpgSy90XFYDTPBArHdIvicFqtOE
a622uATBBOMQO20tZLg+wz/NSzVv3/5Knk85iNLNdyybyrolOJhEi2lLV+UFCwxltOLubHMu
ORGLjHcz7XtAsKjxFQA9HKEo0dzIJ2XMshpeGohj9xvSajfCZNDNITEt1weYUH2QCylKuMoe
Er3Jjp8TOrLB114n5qDWDDHsWMXGaWe4xUhwIzcwoXxGJ0UK+YCSHKBT0/8ASaDlUvGCUUWn
73aWYI+Y+KiV7cy/yQfzlsX6BChqyowaVywq8ws1/ErRwjHUDxLaiMNdSh2jY7jazz9pau2s
+ZukbySinH5QjR1vklN6gxeXNyssPggstOgCJ0c1VfltZSO4wLfmXE0r2meCBpK4YLsuYIHy
DnmUYiCmNy0ln2amrYo3U7NMF5hMMYPkzCc+8RGxiC3iAwwFCu57H1GIpuJysMu8HcNsku8k
dJN3C2bt8S1mipUjrCATQBKnxGQQxLcvlB2QWomSo91klZxuUZOdhLRUriZGpaPl6MkPSmfs
TQco1qBxgGIq3fUssc3M1y8EGi6bqC3ZhmFl1Kc5JSrRGfHINEM5CQzAcG3ctIh3cuvG9zRK
MNrqXtDK101A1GHtSPBc1F+u0rKQfgl1fzEE3i+6s28EvXPbN9sqdDv3igh8q4BLEjgUHTHy
CpsMxyt4iPMcQLoEPuEqqvUVmsxZZJSqh8kx1cZkChzQhY1q38uoDyxuZXFegDK2+3mVOqNA
zGwHZgJCV+8g4Fw9st3ag8VA085127jIReiM8wWijQlC0p7mAS2swY0BTRp/KEzpymXpbqyX
kMvUKdfC4lrwFDpmsr5mMjddmY4hNDUaAXHBizbF0S84XxGR54NC02l1hdRhsajl3Nl1SvaJ
6a0zLbmGVrPmcl8TRSl1BoGID2SrQb+sqVEmAwMCyv7i8HBaeZh6q04DwiQyUxY5r9TPx4Jg
QThIp+XcC724IXQC/wBzvYhrTNQL5U4LzcujqrjqzkaiWCVE7HJKAXjMQEDRMM2GkcvulLr9
oC0v+5ULbAO/MWDP4JTKAqKAmnUI8TPpIoHSVO2Z7pbuZL1qK8EVsE5KzDSXZDdN8A19zVg4
BmfwFMHbH7THYbs0kvUbIck/RGTatduYPH2PyEVCwfTHLQnxNsLgKmY8DFLythOztDQfEVD7
kSC2+lOIUWNgNiJoxhGK6xlPUHIn4g2LH3TDxejhPbL4Zuz7RZZTyEf+4Ipt+xDVW9yNwoq9
obq2LAw60GsSECp4AgNDxFVCNYscTNdY0VrF5dciqadQMeSSgjNfVoLiiVB9y1uLtkkKl7SV
Y/2JeoObJYKzj2hAlNsrdjzfGYI0x13CDCLJCwrDiKa3qL76pTnHUFnkrcrR4uYH2qf0Q/Ph
cqCt/MqgOQ8szVnBMPmYv3wAW43H3Lh4EPwNbW6wQqXGyoQR6eyGlwy16PPcXRKLTMMPlM9x
i0GYPA2paAFBETcphvc5hyuYtLjzTAgMUeTVw8dN5IqoFpIbtjzJghGAWqlGpi5XFlX0tyNy
E48cwhFVFOIgsz7I4G706JiJNQI7y6YEbqr2pkIHUEZbGB/9ldXvaPpUmCG5j6j1thX/AD+r
1fqb6iReV6w3nTyZ5M8qefPPlO0qq0S0bqsKtZl1Zg2L6am+p+YzBlVHEv6oXiswCDWMkVGR
eIWGBHQ3MEN7qKtWXaI6ad1xLRrDZMORmCFVAQyIuDycxlVMDcsB06iL3cZCH0iwQQaXd+49
K/HNFLioV5J+2GwkAuxgvtwQrawRjM5uiWGlDWbWBCfqg4m5jzUGLlAmh7RsWyRRwfmE74sN
1CCMq/IoJk+JiYxACrqYm9aVS5ocq6eo7ULWC4JHOarnuYHXlqALbTEUwfQ+t5vCTnQUQhq+
2OkNedEpFQOa5JlFLVjOCrV7zcEahARscJTys8noC8MSrAg5qGWaZziSdnDU3BPL+CVgZfyJ
amQeIv2/MtwGboCXcRCn0fJNoufu9FQFXhFtuR+ZciiyHMdwJUjyCILspDklFdBLL1MeBzLI
uuKIcEc6Ji6lOazMuPcl9kqxi+ZZvkxFH08082JcrRUX2YKL+0I60OTLkiLj8k1GLM3m5phj
3IbpMSkt3x6hobQxDtOEEbyQgjDMoVKGoY+8X2mPueJlNEaJfkP3NHTBEWboiEog54iC+MA8
OIulD2nQLiFZ+YMETWBHyvNlXD2Yw7RNgZuE7YK/1KOAsrj2lNtwswKYXlgJpWpYqUUxdq94
bXuM3AuphqC7cy01yncDjhFhcvfkiDmXIUS1WnbUT/L/AMz/AG/8zb00Mj6BGcPMs2+Uwfoj
GGVZzPRX6CNKYezmAJEboJuZoJVdy69Ji2bvqYWME91LbmbITvDH5Aj1zKAnzFFatygZPxS0
SwT6iZTSIXJGFy3HudwaBoMwQInWwA/iMJl4tXDNGr/E+mYe/Gg9MuDMY3GXp1FT7S12ZrUr
rKHEv5sY5vTLFrghLF6pVgvgRQVUJ5gTnfnxEZD3rliXmscyujdrVuZfxnVdDaqslgQmExoZ
AbIVBzj6i0huBWF2XHHU2gikDmFBo3EEdhKnfwQh5hhdwGhoU8cMhPDPYEUUYNR+qU3VQO16
JXUyH8xQWGH0amZMz+CPrQor5mSK1HaDLZwZXKRlOt+IG+3hmGZU2Y9MXoW6fLmYmY6pMVEa
m73QUo6jFNW4uBoviWTCrb0ZJZP3p/aXjqo7ILPaZEMeSuVTHfKc82KjGy9xyhGvCBpuDjug
UJlg+qAOJdXQSgmIb8xr78uvqN1ruX5nswcSmCEmo6Sc6eYJdTkaidJOyGYAgcluxGIoX7/+
ozZvP/1HRSD/ADmOs0XuPchyPywUJlVTEIr3coaQdZljQ2Yyl2EypL2eAgqHATN95QNy2Bgh
7rHC3bAkRTMXKsXfpAv/AFZqlJSDSaEq2OzEu/ogoILWoBBgHjuWKz2GI047o5/+YGETafNE
7L9orGiw1HnuN8XfGHtDgJLCsUYZvMMnOohgZhgNCW4HQb1ByBfO2COJlm5WExGu5v8AeY1O
3SXCJ1M0lTJDaphncbkbjGy7CWqmtRnbazHB6cl0y64CkruvAepnAwU4JdGy+paBFeNwcLZx
K1Fj3UlwpliZLjy+Ur5JtuK8f/S4am3t7TrW49rxOMfmomka9CHPogGxfmDsIIZa3N0Zg2aW
9qAnwR7h2NdkGpYU+8igQWMp3Y448RVKGwin6qVV7WJmQdcTKK11GVDnmcsefQZJYyz0sTqN
dtFEKF7ngfTw7iIN6fZ9LA/wnM5EZKfqAzFQET6+gJl5DgIG4fuIsHkhTmOtuTBqqYHNJFOE
G5RwyCzbB7Uw1zbdTAtgoq/eXgH5rpLStwv2oKXc290eUXuMXOZePptZXOgRatmpYL1M+bTW
57J5qNhGq+zF8NYCZGFCgu/QGDd1SiPR7TUWjqDgdrYutKlxe/yPqhCpcmoXVxey1IniKgDj
GIZoKNT8hLgQq81Bv7EHy/KW/wB2bT7s46/KIP5ERHWwplHmdGjMfezBj0+J7x2Go/O/1O2h
1EsN77OJpMhEwiwX2NQPBKPwIZ/tsNUJqlB2JrVvwS6P/cQBYB5AYIcl8ksDTRoMUiynAkXn
0vBj0IOYRatfE8zNGISjyv6f/fRcwao/EM5y3mBCFascqcX+SCLUTt5/mH4bCth4mRdB5i6D
AfqixHVaY/EURTm1HC5fJBds1a9+ZT2Mc48xXJrwTqniNSs0TIVNvf6RV45dqFi2WuHVHkky
DjUUXU9VKUV7y1HpqCdqr3jMDjuDGruG97daCclyzUpucsFPYV0mdeZYR3Wye0mCWdKGC4MU
M0K+J8WCfuPTf/Gp+c9K1stMCdHrRjgAFqys0NBgX3lTDmUNJP8AVfEWUBsJnj3uV7syoGVe
pj5kNtO6UOIwVcd/SnmL4WB99S0xrZ5KaPqV0wRburr2iboH8o3uPYOLgWVSjqfghEVb9y4t
b4rX9SoDrfFRWhrxuvPrePQ3Xp3SyZGVXM9rGCPq2DvtGR13BRouuffL3AG7Cvu7jmGH+EAo
XhzRhantAVi0xguYfMxL0kS9Z7QmCiAPMNs8QnvYM7h/36m3vm70LIIdhXtmHmj5s+4oqBWZ
cUaaggNm4OsByQ3baIyqHQ3DOJQRU0zs9uoLwS+FKy9PiUWNqppL4incjB7VDA+4LEP5p+Q9
LmZ7w+5BBB6KR+//ABJaxGUZD/gggTOf7IpLbn+qEkXYf/E0dDLWcfzKRd3D66ZxFY5ujrGf
4mJcSojhYaS1j6iB3QIri1/Kn+H3F9T+YyvGP2f3AtuR+GFtitVHoFw0x9H/AIJ8zR6ZD0P3
DUtQqbaeI0sux+Y+cGmIKFzj6pE08f1If9XE19I/vuXcxiUcai+P/UdRO/8A+k/0O5jT1DpK
HOf7PE/fNnoNJOhc/wB1IL0gt0pdnISwa8Qud+I17zcAOaov3KSGnvB5o6BczdI9xjU5Zq9T
guMgC0+LMmp8S00A5D0qymrdSy9ktC+kJv24XiOww/alenTgYPrsZaCf/ElAyxcUgaggm2tK
tmvX5DBOsKfz6EfaNe5d2BjpPMzs+bG4iorbkTzBoCAFDjiXZy/ygdjnluVtL1aV3fzF6mlB
W/8AEJlXBZMcYJl66lFzm8HX/D66Jj0fcDLvQuDFi7Y/zmgRuMgoatqU3vy+YNtg+YhXc4fg
h+yseBS9c5v9TNt2/ZCl7/x+oo92iBKvJcZYGh9RXM/Cn4b9T/Z4n75shZW5qp9sy8HMpf5i
VUKrglwEahqBAh+zLLzNxS9xhGNIapwMsPMCAsViN1cIUiOXE74FkbreAljFsVDbOYV7jXxC
HqC5g1ctUA169r2S2bkX6OYqL95+S9EOvknjpcQYh9LIVOB84gMaHtAcqoQwTzGNfqaBaNtB
YYiIdHK8yxzhA/3Kb8K9mFKyFJMzHww7Y13Pn/0ht0vH9MLY7uFvzuCeh2gICrogpkyYn6jl
L0L+p0QK9PzNVRdXUez/AK8y2P4pe1sLBmI/+MTvDuka9NiZ9B/lH8c5PP4EvMuG7/8AeE8r
v3Opb27I3fiPCZWwuqlfaMW6nISLoSK/8WUC+8I7kbkbi6TKFiL5h089C0CC1L/nMc1bDpjf
3IKLmr8zbDPBQWPanKVTHMUKwFyZLfGVDd9ghsItw4h4xQe0MXCdiORXBMHe5XO3WI1ghXfc
M1QtrXtLQzKsAsMMtE3OiaC3YMem2Fn+0DUWhAtKl8Kr4bn5b0vT0eOF/EME8A5DAzgPHfru
UXWLllWri/3DLzMseBn1fMsOnKoyWV7W/wCYOQsXPh8RvyaPMZgIhwwuA1SGGufQF5zd6Buz
rPDv3iKaQlxRBHW4Q8OnldkXK24cl+nZEZNh/LHMKoL2ZU5/4je5Erc5f6P/AGXF80ETGz+p
slkcJOTMzjFv2jxlnjHv5TAIFoYjmQfDEzxVYOdVBVDpmCg1MsvEGLLb2VlWiAibyvMs7U1O
3E1djaW0ltTLnUWzHgXHWduKluVeIAbBLlsstOe5ZTaxcMOyqgHtqKuqUmnlBQ1o141K2nbm
MUBbbeW7mDiLc/NepieeW/L0CMS71vEJsCgOPS2Y1qb7HL3/AORgi7HwzMGMSoprM/1+HoRV
Bt95dFqlAfc5Ys0TMlHMH7sGqjAeJ40VMM1YDeC8/mIlnOWfv1QRvD/L6cv8txGmg+len4yt
gLVjv4gsGUaTsWRqBje9jFyrvOY96JiWafKblAO2CV5UV2WeId/pTkDKfvm+AtziVq7hVbmd
EiIQU0otVUwzAwBFczBmDkTGo3NWlhhWWCy5hN7TEB6BLh7MKzLuVgWKMWELRfEStVmsekSD
LnmXGEXnGDrf0zI/J8VsQ0OHhn5aEILL+57g/wBn/npMMtqIrIicA9efqDSr9t+8qVMVcX2n
o/DP3P8AT4RmONhN2AX7bYvQmA+f6g4IFNduX09j9DHE1wqhVSIgSn3V/wBy85SK0RxykKzW
lvp/3eYw3Pa+/ReSGrjsNIKeXPor18R3bILd1DRL2YicM024qzvmXHTTELDMvwR3wmyP85sg
UVTOICAfl1Fe0avmYDHQxDOMUVylVUoau4pUXDt5jqbmZcNy5mIHIHyzj25xFPej9ZSdo4P5
i3LRwg4tEdouJYRwl2y3pES+FXvKqHK5V+cHKxS5y9SkDT1LzDSW7I29V6n5KEu/SnzX69Yx
PypHqKeUr8Swsv8AOYgGuIqcRAF5T+4T8M/cP+HXoLv/ANqXZ0vd/wAx3GH+f1PECwWjzPBX
7Xoz9xPscqY3f6YpnMWcf3FMv8NwJuG/XGY8J7ezDNMuTBKi2pmU5SY51CsK2uPN8RbbYMBK
sGtpfRomctssdoPsgx75uh6qPdGOqjOM3BNiXWeoyq44DiWmdmKmhfJDCDNy1lZvUOWFNpBJ
u0GI8V7cCAiV2LsgfGXV6heEiQ6Kv7TWmJ0G5jwjttnaFoHibrlmaxZvVsym9Zna5qDT/Woj
VknTlbja7Q/bnvKzmXXhflBFTeInwGPuIfgv/wAgicT0fgnNoxm/D5ivcstR/I/x6Pwz9zD/
AF16F3m2Xptt+DH9xu9HsrPrEWIxTQ/n/wCxx/eh+5LbJ/jdxRckw/xzHM/a/aVDZ6+xNzly
RZ0clCuhgi1hCvfmjUxgkB8OUt1r0yVviZm5Mi6lJzWO3Pyos4M53wl+FoWQGIFhDPGZQFAr
Xqae/imcyjLBhphl2kAG8RrQj+JZLTMHLGjnLrv6W+0ILr0jEx6tODVS24iv1AOttL31LNY3
RLRlHiY+Gpe5dBtjIA60TLyZJmkrybzSFoUNSjMBtzME0zwGXDte8frWjkQQQ+J6SO3yOl/c
s8p5eI/tAGfjn7IWXgH8TiXHvE+P/YPDt+Iyhz308z/Lpn+Y41nHd+f8TyoXh5lmvtGcGZ9y
g4hWOJqeIOsxS8I695h+lCQJXudGYKrgabzBgGZewjgpSRt5Q/rIXtLEFkJek1Mm0wzL/hBk
ZJQamH5llOo3m2+i/Im6bZASBjmK5hFeuZfkxVuXbn4EzVkkXOVdrMmtXEXZUYgBeHEe0ZGs
xw1dLr/XCm3cy5grEIQi7qIib9DbLS3uDF4lsG4lZNQuBxlq9BF++atyRmZbPNMBU8w/ei9Q
0O4MdTWLIih3PNQmyVdI521M3uB7zQDZXTzBBNR7PQy806Rh9C7L+HtCHuRF62AXywRIqR/u
YjxnEZEQwmK7oGtpUD8P8Qu5iDursjm1TPl3CkLbGBqAyt+I6QAPqNblSl5BtYsWgwaa0r8x
OmBAMceG44YVUv0cP2nMpe98TBflHVO0EA4lvUTmFgxdJoaYX5SA2GWWuWDEMQZypfBBumkm
+ae6VtPyIOM7iFPM58wckd/nmFLD7lRVaBvFmoWKCERRrzEG+UCrULp5he28xntV0OCKqrYx
5eY8TOaqrl9MPhnsoAiZJ8tytxIK/wC0QWplxDIhN6A1TFwZkFjgjCq8FWwzyTT3PysMkPoj
XFH8Qwmy538n8v5lfcH+/EAOdTMZSM3/AOnoCBLjLQon7gyviFhddHsfMrtfox+ozBysy/8A
VG/0EjTa6Nw4gOScg+o25dIp22yufAGpe0uM3F6fwYIXUGRJazd4CP8A8+B0BT2JlZtSWGDd
R3665omYaJeo1KE1NPqXicxraP5lL1zkmOI4b8cyooXJeJcaMzxqWF8Ez00QDXcLRN0/Im+D
P5g3uNtZmAXEhNOqqCz7ghpzMABBmLMGFsPZuJvLcXZq8pYKsYxFGC+Y6NTslgrQy11E9EPb
LxA9EuXYG45SnbCBz5+Llf6kHD+iB6QYb7U9icBOPuJtZDiLxLYjGh5jaUQE2TkJ+Jd7phxu
PthYcor1NCgWP1BAhliikYNXbbTPtcLUhp6gBFWW5bzMf2lgFNyyZzVePQpWIp6JxcvXM4QA
lLrE7t+gMo6nUcSvD6GcHzCUoNp0iG2cJmYl2aIEYclBfUyuQ7l7XBHXiAtTiWkiyE7xjTik
EF0Ed+gfsm2MmMdxxB8xB2EW1z1RAIpXiLSr1AgXPBcRcRWNVMY46jtngzjTR7cC7QzYXGyt
kwZvXEcBR7grVKqW+u2GXZaVzH9T/T2gattvUYEAq2v+pjWr8wzrajwvBLwT8J+cjp6gWW0+
e4+Gkl9ilupi12j+5sWBPlaipwdwKVhM6tAflNbBE9VZINHKy9O28MPuU8xCmC6vFe803xFp
EleHmuZZUtlyU8woM76SJNP9pi4XTyjSsdqMx7voYKGgrqcpxHg/4MzwJmuiFuLXMRYTgL2l
UIi1Vq4UyzNQz4myJWfzLV8pnCdHcwcHAlcDDPZfQk1cQDTcpydzRFDX3TdFWEvmbaqljJAu
HOxbxAOvYi5NEUD22mm/6gGrN1p9Rd8gSqf79Sy96ljwmDG4ZB8kM7agpo4mz2YE5/aZRxFf
QVFBeHxBku5vv+xDTss1ABARvq8xuc2zDzC9FGdZcqDRPzk+kqQhFtd1Al0+ZWKHThEF081K
ykjE52puO7iaVPOedMMHi0w+feX8xytK5Z5jM8iaYhUEVop7iUorgtiBzGfym3cVDXO+oWj3
HbmOeWfan059x0nCeEdZePRmVc1LamPPoOmpgWWKam0WxEFwhTgVyfpjjmJmrOTA/ff8TKv7
TrhqeIT8RMAGhFnc18ZN3BfIg2hyZr7pslBW4VdZ8wIMHLBVUjmYJu3cMiGXveD/AH6mHT6K
MKqtnCXFwlI0wK1H03s57tMzxKDHMCudRdygzMvY/iWWfYmS22rpQJHOEHD0f5SX3ohJu3qU
UsV4xMWzguo2GXONw2Bggg2QElTy8w7B+CEnbiK8HiFW3qmB1K/KBufgS3aE4y8S6EwyrSu8
UlSpZv8AvhFA70V5UK+012iztcrWGYDZMZKm1YYPZKFG3qM+IrrPrSaXcB0LjzDCYaoIbM0d
FOolO9p8I/H2HXceITfujuiNXc3a5mPp6COsnJmiKwmNPM2QHS8zzqHMFpB02nSQHzYivc7m
RO8YIjxKn6QFfzjlyuLLZDMMDM3gu/mBBZdzVlhll+Z1IFs5LL8Q4a4jq/ESa+DgOWg+ohrL
PK5zSOfaY5hg29ypKZ7hkKq/n/2XfmaVapvgezHBzb9plkrz6NvldEsXi/KFFn7mFs+phPsk
ZTh7Tf8Ault7nuQI50h4rNzfldwXOuLMIDf2afqJcXSsXYzbGj9oN/afFCtMxUxMA4JjsfMv
y+CDxYIG1Ky32PaX/j6FnkmRwhRLMxsLAs4gnT2woL+I5d8CP9s9hmHgPiMJMJBfQk4OULrV
zAje2SiGpWybIxndMg4YWoBQTBvvcskfqNLW5l8KuGgMS5z4j/gP1FuDLVXIhSM1cB9su/Ex
q4gaqLqdkdy3CTLwiFalx8P/ABM3C+Y0qOacDM35EkOCADTWdXxBXog1iL33qD5XIzFvya/+
5WiCgwfDuFQfSHF9wTL9FsBpz8HxLmX7ldQr/ClxeHJMQNFsdtSulglHcLANjEDKfwRHNPmG
Eg6dMds6O54mdKPMY3hIWJzUYHeKJMy0PLG1+otGI25J7AIHu+YptHjG2V6NgIr4Kd1kKsMz
ASiB4+t17TFKnsPzHMo0086jNmQon5QhXLubTabnK1M+aYVqBTT6DA9/ph5YbhwJ8x2nRlE+
EG+0vddSzH3uv6lpu9TT7pzTNGSGR/KBShlirj03L8y8QjkSu9xTsxTP2f4mhIHBWICAZzdc
Q3R9TnwITGRSqDLUqbCRAlgexCctIMKHzcpDmxcwZKrzCLlb+EEz2FxmJi4YzcblnFzcTZm9
w6K8cx/KFiNqbWk4bRCrjEpXoCKoq2XyQdRhNSJppB+5T2Dkupj8GFN2e83M2456kss1zw+4
cgewxVdYiZ2zwkQbal2AIpwl9GaPTo7kSvSD6StcSL9opILbtNviCJB2xkYENUreGZ5NmakW
U0+yVV+hfVMM20hz+iW+N+ab5UB3FzXzFZ6QK8HMu1qZnuJNXi8kAi27GFaRZTyc31csY+0O
q6nPpccEWXBrmMmVqPj1/D/iGbHkGDMXWEripyt4R8v5hbMD+H4jin37zmQYC/hRGCHZb/FS
6ZHw/LEjreXfxC1Anwkoblbsg6imPKN5ZknGIQVW0ztCor2GoZSq6YTEqbg5CMyJa8PHmEsh
aHOtEJ2gvQ/MIMZgYE7lK/VCdLwcwCAcjcKAA1iLWye0bGkktOY1iU+YWj/7NVN8wmI4LR7s
w5q9gj1SW94ihwjLhtLXSwltre9ynlKk9vpGqzmeQILv6RBdQX2uZNFKissYTv8AYLh0m6F7
u44EgLZjQZcx4YB/N6qqEJFguYmZnvNss/dup2YtlMvLxClnMAXdjCnKGjS8XLq6SrbHi4wG
wsexdZ6iV44lsjj/AI36Y+fS4EpgqfjRYTw/Ep7oNiXZcoA84y+UD4SsNHRN736JTmoA2/Eo
hUTNS33O8wRXXG7k3uVYeF/Mv1BxLrWw+Y9j0LLYrnYc4uVFzmDIX0JoSagaYhjy94r0cJxC
NKC3nzFr6604/ctFD8Y1cr/9DzAbBtK17vmLvYcLm+ItA9iWu081OAR7wkGrhzDM1i63GIh5
zUGKp3/ZCmJUa3cs3m4LYpPH9DUvhLu8RBKdPp6PaV61fbWpTitKYq9xjQUGHCE5MhtR6QF1
k+VEsPMMA4IMzXEWsSFR0zifsm2pye5sfzHjENOG+5UMNDuaL8hfiVjSvLbcsxsDVQS1mVbl
eh5jv059Q5lx34n4Uw64t9oYt8xB9z+YQCtdzBTsgg2AN3EnG9oTWIeH6INpRdxREfGm42xP
Qs1eKMupgbDY32yzhxFg8nh5g2q3HDqZ7Rw0rv3m0R5qBBVr2eI9DKheE7S99uphR1AVFbZy
wlgetTXD73BafzEBLuatp9QByYA0Yk5Indyl5EzI1qZsIGZxQMTeJXdyvUzvHqnI2NwgYc7/
AOIom3y/qNQa001Y/MVgzGmSYuhxELHpRwNmH1ynviLG7IGUsjtO2bZkQ+hx4mOFktcr8X4N
PpAO/CNYsyYlZmEWphx6EpiXE/5oyuXTNftLBfP6n6N7we6/9lX2JQ3KlSyD3/xwGZbFM02T
ylXSGUum9xubfrJhrocHc0NQVCFLrvWtD5mA2tjt8IjB4PhEBc9q792Es79xxSNcFWbF8b7x
OYz07JUjyUxYND7qVKg/zMz7bjGWY1XdNJXt/MHZO4kut23AXwdw5m4tgVfEIOcvZ9KVzNMx
HEVPlH6gWSJQNTN0AfuZzxys5IEOo2xZMLR6Fd0+ZmDMtZEPkIaRBQwSLA9Khml4jO9zZ6J1
2QNtTO016D1uC01xwfv/AFM/hqvR/wAzFoeMnd/ERXEMtsBbzTFxVNsw5zGq2O/Q9WC65mPw
Tm+Jlwvn3nMd3NF3nzPz4ISND7opFmgt7zM0V0eowRYATF/kzEAQ/iGuJzkQPmr95TgWxyjn
bUJnkWKny+ZnnoDXn3lM8nT+WEhXxMxvtHMNChGslHMN4ayO6/uco4q3iziWSobphCbDU3QP
AJUo3WYQkQ8ty2f8Q3tTF9EYVjDnV7z/ABDOGUOo2zSbX4iMKxK/49Erj6aluqhrAdxVlS32
hHmu4b+TW19oLIsDz2/qWmmNO05lHETxAn2zD5GH0uLa5IKU9DbM7oc4JgUMNTnESomhTSZf
j7lUkj/gix80B18y9lxNt+jceyM7mETwMStzP/GKxZrj0HLw3cqiZn7IKL3KVqtjUMZNKB+0
0yjULf8AvqboOLR4RfNR0LDjT2XKExQM393NwPZK+kXSAFA7dTVN3/h7SgVoICGReOWYIwZ7
DJGQDQoWe/1Fq1AMea5+5QpQWeXcat7JUtr67ihzC7Rg5lyG++v9+YjlH/MS13iuAS9EpQ54
ZXtvhiofZMOVrThhv0+gKuX/AMExIIbcrAdiFkFC9f3DugKpd/E/yH8QiCTAM3uW7SYvM83m
1l7mZXMo7+oKaZeDEV2czJkxDzNkf3J7R3n0uXbFJFHDkymQW6lGKYalw3BzuXqJmN16X6cf
8VXWDfBWYF4LiBUFWo1ubiRzhniMXxHd4znS/wCIG1joaTWJT7ge31ta9iOtwVp5/nU5jn6m
nmWV7QDlqQUhWnz3BsAOYLqnNvEO/wA61KIK38xw3qcPyzC8rai+1jomrRxAmzyQeTqvZG7z
Y0qYG1ikvjmO3kyrtRKpslVFTgTOfxLnzHwdIbzK/eHteY3L9ej7XUG4M0xU7QThfLfUxOoV
ANS1B6qf0ghuIc/xPY+SIs0faPXvTG3PRUMVL8wZejoTX8zD5zdPzEH/AIoiKkOjkyzVyOUH
+I/OxShR/wCM+i3/AMXL9NMO8S20GbMPxUHFXjbE2vZN3zBlMfe6hA4mXlqWPS4WXkgaLGGQ
X9QGD7VV7EGFhzZqX/FwZaPaB2N2Lcs5nYEU2fIsao3S32EzwZIAr4sf+wOV2VzaXZjrJEF4
msZvziYISwLB/uIzNalOfzAX9HlN5k03Dc9hUuvicHMUI9p77yTKUosuE+6G1wIGvMLYGNec
RIfL6+FoHMwDbOJ2+I6o0KOYgEzChFIIkPRHfh+MGMfEGW4lmaI54HyQcc/mbZBv0mNjr1GE
8PnNqfkpzNyOH0DMFnsHP+7lZJBG6rVe87Rhlw8PHMdxl+mo+pGVpnHrCBR7+IFaVDKeEJoX
LdhcNNuEFAvKInkg3wvGoaMZ8RsFgv4zAwSuiVKUHdokDbkxK8P+YkwzmoTKHxDzI7tQfwhT
83K4Y4WjxENPeC7alshivD/E2eTkfqFhyWse8c9C03GWl5Yo3s5I4OnmXlWVWF4ubLNGBGVs
csTIT+UbED7qXZZixHmfol+PU7B7mRJeY7fBnI6ytz0/NxsCEB74bJbP0D9M5+yImBglMoba
Zs5uvVM1f6D0CWpOU/JSssUYejctfztvmfkf1BFqt/gn7Ysx9OJz6cf91e/KFpqeOqWNV8Sz
cv6hh3zG18xpQb5ILpheR0dfMA38VR4pztiP7bLnVkTyPcjmRbXuSiDPpjSPjpVsF8j9Q2h+
14lojIPNV17wNFYUbqZoeylV7RAFNdhv9Snb4wilQa1IwjnqWWtdzBiqeCedVh4jBn0K3Qsb
eo55lPaCNEZxtMC8SoLOZxpRN11CexKGSQ4VBETsQrgyyo+AfhMAWPM1wEE0fiCn+kxMKlmE
wBNg+hxmaQfynKL7UvPU4x36EFNv/wDExjamwHW64jxqhOjvo8R36v8A+TwlANkxga3BpZge
ZfCkjoKByJeSS7JOuJVs5CoQIq2zMMMX5yr8S8xCyv1WPSu1g7NvtBAZHGhKNFjolAXl4q2d
B9yHSlD3tW3FQMnbiMscrlAswX5XtDV7bv3iyLsAVftWIGRR38EeK/F/UFtTqtfqBSNlFV8Q
pk9GhLxdTlQxxAUvJMo8kyzKW3r03TERfnNvpYcxGd7kdHl5Q5mNrnPVcs+ghF5iljCGG/Jl
kFIFZzUbgFyILaemHgmK7ZjtzJT8pGaHp49BhCSrF+HxNDIRsPiH3R5fzyxjL/8Axe/owSPH
DMqsfMtr1yQ0XX6lLKhzPxMDYreZQ4PFSyZm86vqPAwtPxA5ixNvd/49Gs3mYCG4vYeWiB1a
rRUISgBo5iw8w0PdfxBShWX79sMlbVZn/XB6NaBFo4WMUkxj4Qw84aCIDQ1y9RsAtMAgi74B
bEC19zIr5nOoPiH9xIvevQz+DJs2deJhC3ABK7jSe0d/HosJaduIckHM0bIH2jIwsJTXzUGq
cZrH4iKkvbe0FWGBw5nLLSy69yjtTezZhbdTIv4ieWmv6GyfnPQ+olxMDDk9pRyz+trXiLJe
pcv/AA6letxhqAcXE9EVuM5LrQRwEtxKNnMojaUoc7hyrKqQfZhUAQ3bA0HnXM96ElSqvSw6
Cu0quLVeYkEvvOD02QqXjlmtQykHmLXB/wCozuH2vdht6qczfoa0vUKcJppg5OXOx8RLAKb7
gJRucEThgxL1bVL7hdLe3nzKTzAdv5AxPmlnShksvoSu++3LNoLHq+EoVOpe5zMetVZy0iZa
ibR3FJWnZWV8jFhhbNf3JuVbwOxj0zzoveJU7GaD7i9wU1DOyZVxD3hnPieSOVLveRjxLX6E
qn62PDgluBxneR/cb2jNNnz2efUjR/ylepZ9M6SgGfi47aHuQbYxj45g2KOGZBo0FGGPfMPK
1+I8pC3ZnMwwm2AWGnP/AMiZDpg03dBlxlKisVoIudfaJo/cuArCGk8yjy+ItR/tiY1qlt3Y
5ryd/wAxCqnSoF6p+AloAXF3CMcl3k4kooPc0TasWm66E6Sj6opxlqAQbDP1mLrRYhQpVs/M
4W3ti1nE4JO5qLaYF1hj/wATEESrZhV3YZhSCrVlRcshJnI+1LjsGieWM+WFmTbIlNMfSFHZ
2gUWWyziZvQ6WP7k3qPE29VBcvAt5lsufWfMeSOWVKWR2x0R9bxDI+l+mZhXJfUeP/kPZHnS
VjMXfgqoFFral5uP4/8AsSluYW/tmUstd8sRGlqjGlAm4cYySlez8xSeZgCLYZ6eDmOZ16Gv
9xDPcAV1eb7l1WLVwcmPbNVKjthX5J1LEXo8xu5l8I0OyIgrO4+LHAh84MK7gFhS3wGv4niM
uY0seh4Hj3jDQunggCtT7UylyaH8oimLbYUBk2TKSq9mOtoFcEX/AAVEzBHeY3vMykZ7/wCY
XwTNNChGujeB5/pClGuEcJMQem2HtC3u4is3CpkQu0gOkwpNKUJZTNEqHR3Fy9I0xj6UsFuL
LE46Z7JM7l+vMtuLe4nqS/8AjKswFQUXiDbxFj44i3TBZ+GdEVu48AQrul4sbjG5ZcO6sQlB
gmN3BTww0xZVlco/J/qZI5At29v3DJr227QmMV7fDHm8tFfiYoD4RHP3UUa2Wq33IiO9dhl1
Xw3iFTQgNsx5iv5x/MUEFcxxLfbL+MMDgL+5s3FbuEb9wH4R9Gs4MEHMUXiMR/QhR2pwZ4iP
y5Z+IUHyP93BCfZLP22wl0B6ITJitkyH0tb/AIWAv09vXORsPxFABWMk/mKbvYq/Mseqj0kv
xj7T3HxKypbS9xNV7+JT6mA66iiNIcnT3qNpuL9MrDkjuoX2jtPz0PHo+oRLdg5UyEWMj8uv
udc0VPTf6YUHsHf/AI9NS7jW1i+obip6LBtMb3ADsULByRlU2xr0tUDzH1EuyYKOped0zZTu
LCRQpLREN9+ZT79/IVfzcwqeeM8nMwzEJsWsipZqEvyEYJbn7yYPuEXy9txmmfvdH4i8bVmj
8TxzOqJNJZfWUF+6ZgPOHgnUy6+Jn5gv09ETM+JX7l2HtEb0xx81dk4znuOommD9MvX6uUUX
3vhfYmDnsFpqErvR8Qs3XzMdDgmXlL+YjXmPaNS9y3z9zdH6KdFw3ST4YFlt8qOD76+pdntI
fuKfazBfPy2Cn9xp0TAuUIoijoD2mf7mww42vhUS0+yOP7YOFYZ0JaVdR9G/TWWfmpeI6Jx9
BmLsMW7rwRqA8AP0YjAzznNfHEpQTY6OT8f8a1AUvF6iHQhMNt17wfk9MdEAmDXOzf8A0qj+
MHp4ixeT0LHSUZy1Edj/AOEeZiXCYuPvliXOz/f4are4kCFp0+R/iUVa+Q/cFB90oVaSpcKz
T37OveaEWx+YEDln4P1DjLepdzUcg9JqPEJ2VA1CPZiWq7lyM3mXKtyG2zMkGxpZgrqjLoAd
Rq4vwmdT4HPRKqmT0+DxEXm6j34i0msNfxBZYLlYnY1CgL77Zra9O/MF02YYH8h3M5TuLL0R
Kopx4jdZcwXpGWBrLfhJmMPIufqXcy4mN3ARsCi+CMF5jzkXY5K1cJKMl7yMvO2SOisPXcyb
JZUvpLlPy2X6iG4OSEULvyJ4R299yDsUN0fiLi9QWdeh6ceujuAjHAVr5gUwJtF+ZdxUs3mO
ZWUr/gYvmpYw3OUXE+0F25HlgoVww8f3C9Nlni/tCos1GxrmGMhhco15MMUUVohN83mjrt4h
loKD3f8AkomolPB/ZllvpNSh+annGIxNVk+IGWbl0Esk3X3Fv3EAg1t3XFznlgoVdqWsrXBA
LzCVwnLBXlYNa+c8RrDWl8P7lnWpVG188RyA5q1DrHIDJySGaHQDUXjdKXWD8cLuByGNEQXk
L8xesoV7I1xOEplQD7Q+YdDrFn/Keajhnx1KemW6Yo1K8KB2ZXMfuN+kdE0QpAS749MHkliY
Zdp+Uwq8zx9ZA/RN0NEmiNfOCGng/P57+vXPpVnfZTEqJJgnykxLdTj6A1KvKCQq69GV6qoe
czNy7miXiKGo5P5I9AIac/UfBZs/AirdLxhY++yYTPtAqeWKnfJOfL4l/BIMqUWuC+49oBSt
HghzcsKbqM+p1LsllbwCsLaBrbXxNTajl+B5grQWbw4faLQ900XLFkrDEKGukFOqdr/3meDH
dk/8/Urpxc4E638Soes0H09/1MMzy/xAY8QiKubBf097q0igCqvNAirMq8sLDf4cMCwsZbqb
MzhUwyxK04hWMQCyvR4Wj+0XKd/hiH96vaNVHpaXBZIGYtwYIDf5J8B6ZgKGko2+UfThHQbS
nWYg3NzNk/JnMPUpi0eoKPmWpvCAic52dV3H/i+sUtrTcrf5f7RIdKH+huV2wfs8x/5U2cy8
+nEdegZR1EmrNm9f7UBIL1luLW8ANx3vaiKyvtPdiZuav8eINYgwXg0fcRWlW64+Jhe4jQwD
AIYocDKAkKx0xOIrSV+WLgEKRc/y4TeWlQg+X5VT/wCkAAlGfeWGBrHqbfefgyfxGuFgO6v+
LhMdH9iyrBwv6P8AMCNIwvwTTCwOhEDCHZiBYz2aXUNS+Lo3LivoSLrL2PMRr3LgGrla4R7Z
tBZI7mhaxyE5mcDxpdUJSQKIMEHtlXHBdfcVFQ5CY1ZuCgGWAMWwtBN/mf1P6/HFxMt/pY97
jOhtxypjh2lPmnM4jCcz/ZKB3DcktCqxuoQXFGHTh7MQ59KxHcFzIwZrEWICnD/6jLYC6b/M
pLTgmfEMYlXwH/c+Y7g/UZd5VKlY1XBExlHBdY80G5bNeJZ0TILPEGo7YW/1BNXDYHgiNKQg
Kle+DEHDlU8QgtMRjoZk64wXbxDa6zbiezpe5aLLCdjtZFy37lxEMAKf0CZV00TGgB7obYG+
GsJdrQ8r+rlOVlZ7f7HxHgQDp0ucCOgi+jxBivg+DzC9bTsdR00sJp8SqCWzBB3OVvhlGFSv
HcbHOAy4fpioz7pDBUv3Nn0dsXCEIhuiPa5XNLJGmmFTbq4C03DLHu1j6I6I8nPcv1OAhGib
RpjMfPug/lcSqpBCk1Cdm5YR0BCqb9F2x/el3OCCiGobmy4R3t/f4icbi32a4nYkqPH79Bx6
v/bqNCvRRgRAPvHZNsWcf8l4l5Z7QxLmR1ReySlGAZFVVg4UXNdzsRS9VKYb4fMMKWxfTohX
KoJhTEumy9tB1HUtuGNelEfdwYNC+4/U1cXAfxDtRaZrzPiUCqlVAywcJcbzxD5Oq1fmM5wB
gf2xaW4l18EFEZOJgIK1htrhv8/r8IGyG2Ff8fqX8VwKt3UxhgFW6/8AYVrOSBmHjRzK5u0f
kf4jrd7+YPozGJzHLtnlFXie4pj0TZKIO3cyI1AAc3ogd2qug9kl1O8pZVIK4kXO8ykV9B9l
M4cAqH1OzRjY94g4Ki7PdmMTW4uc2EFFLHiTV6Ky9UNF+g0wGUig2VL4Zg1yl0jZpzbmMWMe
IM4QdprJk4uNS+UDfgLcrwvka7JWdgyFKR/409F9WUbuBJr/ACL3mNgyWJY/7MPrBZw+X/sq
AFpbUpW+4Q1fiF7MxVdbnuxSUVVKIDfiU5eWFLC69Juthw4+oawdic04Znq598hYzDA6OvuJ
VOID5UGVzByc89xizcNpb5l2mND2z+rPmYT817gzB+ACa4PdBYMZ21dN/wBJfjzOw5l34azm
VltImgfKQHS/IfBMLwPxL1t4PCeebPTxkgtcWLcs3g1wrYlxSXF/SlabJfzMPor3+M75zdyU
ISWrmBLz+I9ULK1n+GJbVLALtmfDAgcMd4PsejomhKqWIAS+a2Wf/JzJL+BNkVXqBeJw5lWs
FSCqPYQ80DcVpv4iTqXTKAFKHvaiNx/409H0WOYxQw6gwC8URzdumcYKiICndrlFa50Rsfhi
3qeVh+pZZQ/DPwnMq2/EBFl3HbGImH/VDLY/KO4ARjy6lU3CMj+py1XFcTO4VlFg/wAzWV10
+IjK/eGDqtoKfiAOoT7Qt2agln/9O8xeQCpxTiburR9tfipfC8c2GVvyGzACXuL/APPmVrBk
NHAiWDS9aom/Akmb5lLq9ILofDxMFY44i3Jq7V2zYMr17Y+sXgfUN1fiUVEWKVpXdJw/4qIR
ra8ZiLy/qDs+UwHU0rU5IqpD/mBVNtAGEDQKK8B2/wBxny7GWw43BFZetNUQxmJVQglIa4Mc
sOtIuG/qcHqbeg+hO6A0lxwWBL80sIwN8vgIoQRY2Due849ans9X0GCtLvtX+5V0xNaP+uUO
7LiYP6o+Yt6IDD5i5ir59OsNig0Uq37Qj5WNWY2ZYsMa3mWd4sdS41kNCugi/Eugk98OCbwm
4MvEOgCeQOzuMtx3b/guZTxl+47PVr9ft+odoVfa/wDb+4yEQ/xURG6FRBlMPSAhCNtD4qcM
dTFRHtGfvJvlHcBD7ssKV6VW749D224OAXDJWCJ1mEAC9On5hqu+IKFPPWblqzUVCckxlVVI
uH+qMRFhV8TFac/R/wCS8E8iZyqZzJqNejsxfY+gaubzifMDXGqsGO5/9n+8xqMlmF5m3rzC
Vu9HYZqACRAZXCKF+SPzKxAz7peZiosNwiYP+hyti6n+QxEGBacSPKykXAM92f76mbM2pO4b
zU8SmDBZ7xf/AHkyxl0+DiKAeVNM/IRUT80zbB7k24YcV8ELlo+YeOCPSZuS5RmZWYq3vn3I
Fkh3PyTdjI/tggZOHwmTGye//iIbvFOu/uZpkm+ybZcgL7EbC/ATiB9iNZxlCWei4qkrenN9
HBJqdgJjubJhlyS3eoz++I7vLB6VqCDBqXjYgjjDmv8A1CLNRdZ7fxC0n8yraw2KIQ21M7+B
0/649+2jEcf1AH9odc/1D2xpiYJTB9kNzwXFlPz4QZIJd05hD27p7PEcD9MNx0QeDwVTH/hb
xeE8O53WlkUuAfFt7s0TlnYc+nHowafQ+j63MWOss6I6toiJTcslOD8f5lPakqUcyrZGT2gK
b/QQXony+Nyurzv7IizDErMu7LKmZd0VUOI7S4rHZmYCYzhnVSixdh0l8NtXHtKYmBkeCOke
PepYzxyfoj7ljtiPZ/AXwP5jMNcez/ie0Ru1/VS5+1kYSb4xKNxeyfQ0lmNK3WD+MPe/cSZd
kL7K6godt5x9ocnUvNnpWjeWLEbbhHao6vUUZ3aYan/suIR7h5H3BgygapWf3Lkr5pHMqzAC
ARm7uER8QKNJbCJRlybzNehPDCiwlcp+bCapyJzMXN0QA5yf2QsWsWU+P39Sryb4BeT1iG59
3zVLa75p/M4aPN+4ufBzjbb16WV6PoejGXLg6OYWcMMUZpeqpHuZDct4UwxXEEcSkmKX1jOQ
A7ZJdhxw7mXyn0bP7lm1e0Kpyqt3FcwneIc/3M8A8FQ4F6VRpzNR+o8rTiOlvvOOoONSt7dN
j3LOIzgcriN7sn8/y/iZx2IPD/5MC1lyw97ChEb6gVX/ANhZ8tHW5iwrS7QEbp45zCFiWnB8
kBbqLFt1Cqk1q2T2egl+0nwIsUI3IFOMwEsPbcI+woIONTwZ04rivEuzEhlLmc6pYj27BHz3
YL+SebZf7OSIXR4nUncIMuWHBmUmoD7PRUkFGeZz6Juoyug+ZbMJvfw3LU0xcXzfEf8Aherq
HDA43Wq+SHSO6fUPKvxd4mvR8wX/APhuZlJ+cyhVkYmw2e3HoTyTaOM3yEvVhdY6ucArndzI
BfH+5fdju4tm8Br4L3M1zoHuZmR5tjiphiBga0eZQ8hDKmr6TmKrXhLS4siz2fEBlSmQZgrN
dyv2zNqz3gIXr5j5TcBVxfMt1wNx7ISKrbydQljezPsiUiJPpQRXOa2xobBe2XWzBdTwvtNk
+VFk9MgStZf8iaBHKCC/3HWgIQaAGpmLnPdcdZmG2p/Bszxkgh7LfWvbMTcEzn++Zd350w+C
VllxfhFStzMens95+d6BdTX0NoF4vLQKJje9Fj2jTasA1tq/+YKFjiuohp7lV/UOdH1c+6lq
Eue3nMf/AM8Eh8nMHPG4q7H099pUXhKj0xqDtmFbXBF0EYcT5Y8QFnY8EyI6CXzDKWzSbIAY
DCBu4V9kdWlQAM0ySm7jvZL8tVppzYwrgPwgC61x/q9ywCZYXKZMHWMTBSr2B9nzNZUcOEep
h61sLPeUJF4Zgyg+MxOBczsjHS5fmbMNwfJ6fglGrcCaQz3/ANyixZ/3meDhPc3H0V3SeQwo
h0BSxfB1deZoVrdvOCpnb0+/MAPS3T82DqH2RrTpMcS45pFsbn/0X9xol7pDk94+lzmFlng5
LiVZgwgq/wAD9iMbGgtNj+Y//qb22Lm2K6YLQLnkIUQYuZl4R29bYZHUbbS5qmeXUpQo1mG0
uEqyzG0ezUXQ+niuYRoXdjH8SyUPo43E0rTwCcAyMVD6nLmlLcRwHV1FLv38TPEe/wC+pgqe
qHFEUr7HfgnOo3Lsm5d7ivMHM2Mr2Tdgzy9H9U3zVMIEwlYZ1PluJvw3qaYrziGtJBMJe/xF
ueCzV/xHUGY4guz4iXIr0d3vPzvUah61BhRV/wA7nzOnvaaXNjfbKpyuuKNQihX7mP8A+GfU
cTal4VuUeeP8H8yoe+yzADvcFp7pch1GyrCT3RvcF7XxFit1A49PhgaiWfDEcsuzdNJRRMbe
yc88p1VH7ZTEwVIs+3vuLZrBFGYJtSXu1eoZbQrDMMBaFnH/ALLaLlb3fcOrgMPmcjqPeybd
Iaiik9pNmLF4hoY7jr3zid2F+OZvn+JQt4K5hEVePb0+JWurYeAnu42Op2PBQryviV/OWX9R
+Xlv2cV6EMKMftK4QZPRnL3n5PpWpTCVN+HrufzKCRgGmPgh6g0+H+5gp9CcxhZ3sEQHAn/i
GYxl7It+JWDTAFA6lf8Ab/zuDKmoDBFrdymUS8zAOMJn4E+Bf9Ru1t8XBEu9mOXhwG5QLL2u
U08GVuxnEz13fOpdtSr4jKsZ95ktWf1CLnvSbgXwYlOrLER1R+oyXvaKgWGUsljRzBKxKUJh
l3iOaQ5eYlYaTrPEyKgc+IaguI1Dde0dx9aWi1JoeGVKbk0nSsRNj4GtRDK8BKuin+df1HLE
DiBlsCTUHE7463/BPNT2ich0PL/qYID+IZChMcZr9GtveD7fTUZL9CbZ3jYu/wDe0foBsY8J
noSrXoQq4blq47AuVDKGyruWFNkkJVmlHn/VFkT/AL9/+LmbVstCsb25hT1F0tzxKnUVGuiq
ngJ+kYiudTreSZlzeHcFeVMeLnOxlSIO2ewmZkbOpTgK6lDGPA901piWHt3M1wKebntqK5zy
fMtAMLxSpLyzaoAfpR2AjdMWjFVh/wB1K8fQg8vxwfjIcTYC6Moxmno9CVN2c7xBd5mQBQBX
oiMYXRobk8EBn6CKGlZcy1VbC/iEhO4bu+X+uGtfU/8AqEMSq8ETwQaw9QTOz7wfbOIwYB5g
pqVUphgim6TQ8wCF3R/UCGAycnv3H/hzM567OZVK5pVQTxWSynvxARzD35lvcz6bY/5fH/FX
qCJiQ27MpO/6I5XgA8ICV2Fn3e0HiS33YcVMDNOz0S+oDEwzepVNJUyJi4m33Ey2sZLtOCDZ
NdeaYvoKGB3LNwts4jQ7EzpUfqU0lbsb+43nWZdz3HDinxPrWCy7icg0iEL/AMbgVfUEBajX
90dQv1kjux4YQXX+vpc2Y5zpBfMJmP8Ai5XrG92y+oolNf51EWpubtfBa/QF1R2M7spYD8y0
4crw/JE7A6H7zLP3916ZWlEi3iAWuXAPR4vMr2/ThcvVC1zBSqgFcruJf4fxP8b/ABHBClAp
4itnPoZNTAHMxF4uwizljVibJxEyv0Evw2hLl+lel1L/AOlXMGR7hsVEMaDLBLudB5IwZZV+
PHRnlh9vt/UxhT5jha3COpewfojkUdquU2h0aRlGDxTcpRY4YDacJQYEzEPvq2TMQGD+nxKM
/wCBzGCtnmKX1L2xDij7Wzsm8BL1OtZht2gvgmdx48wKuqGz7gKop5i8qDOVp4lzWvTd6NFO
57I7lFOqRp7n6IuTthlnFvPpCS5NIqcMrkumusW/uUyLpM9MXOiywjSnJxk/9i+co5SwuAYk
UvKO/f8ATUhXvn5QX/lt6KlelZ9FCrwPcUF2RIYw1mdF343R/cdeEiQSFIfZlS1pUdTPH/Tr
0JsOYFLouUvbjOZe2k5I1wrZFsuxeX/zL4Xo6feH0D3G6KPuCWUcwBqqxK6BeoPS38THiOmY
gE2QBgou47kzL7QAWxMzmLozoxh6DTLA91EbOvX1KuIM05MCL0HrTLEZfuKYau72Q34Z4S7C
58zZ6N5Kjsbip0z7JtmUxn8xH+qLevpgkFoxUxbohnSQXogTAGGFXdk1ZhV2fco18VwWdKDt
Zzb1MpHg5mlzLKejy+v1J7biBidQWwBlUq/rf3P/AJ7+4PWFE4a947xDeZpGVWSi+UcQylmf
ubfbtH5QQSnn/wBpj/KBSNs+Zb3L9bl+mPiaXK9TH6h87EJtzOAiLqAmVuiO/ceoy2vh+iZ6
ywdP9ThY5GEcgRavkgV75iSq6aj6RkVUGzUYEQcmSWbdzIb41KBsOiJZ/KVb59L3gyk3oWoR
kvqrIIqxYHkiro+5SplqrqODK+ZzmYlHmbPo5iVJxKXhGI7wQm5SYWQh8qI/5nxI18hgK4gn
kjcEoNu41jFBaf8AJHjHTKnITD0JiNcTj/hcejr/APG2q49LSDHlHogjuMunPFxA3cCVV5Js
aW94iQSlofzHUe0pSBXHa+X2eJnOJc8zNF78QVYnic5LrqMQ5n2lLrFx3F11FUPEbr39COpI
Arl/nxENwwhvcsct/wDBnVx8+m76aDNBvNLkh7BjKV0dMPZOpoupcv8AQDOgiatpmVhrcW80
PcXNT0OXoCaEAlOYlZJcv0v/AKc+tRM//kQ3CRy1KBxwzIdGiDyoww3CTaVYbCANONN6l/iG
qx0Ls9Pb5iggaRIACAaeXxKK/axOOoog3O6veB3Ue3TLyKtm4qWOdxmUEAxaG4QWvR2uVByi
9wJJPiMFe8PWs1deZ8x5euuAfSMEtiCnxLlCl9oNdTFojlnUH5YuBiMucRMCZOpSq+0pXdzW
2mAx5xw2nCPFR3iLK/6v/i/TM5tjuViH/wCF+lehxCOtR2lpqZFUCV1KAoj+YOe/fSCUeGX8
QZZloDZ7wBFblZlABmhRAMNsU/MZpgKtof3LytmPpKzNegS+uICRl2LPEDa/QQojj5/5GVzG
OhnuUFNxFUO0xNn2lhloJKd8MGj0isLEdpwdy2J8RcyLIMcstVcSouI0AMzUlZPWIEqMzfoP
q/8A436X6Cr/APEaYV/ZBr58+nlFl7GGW4Zx87il+JFxyUPMf5OB7hEHI+JipNsTOHuWMfM5
9NPEsY+mmPoOIFsZksLEmIsv0N+j/9oADAMBAAIAAwAAABB/+63V75W48SsL11GDtuTfIO99
X99LxjUYV1CqxljE6I7Ci2OsmyLXIiEcTrkeuykeMc23S7Zdl95DugUBwNpun/PXF7m7jg7E
ZAYwPumNnMS6sPe/c3E/Qz/7DbOc3mk74gBjrDv5NutFAuwomiPNbcUZFXuEUei1V6qWU8N/
rl5PhM3wY/8AHw2kc43iOOmbegW3HyvHF5zpDNuwkSH+03Y9SfB/vT/ZrMloiHCHQF4UkKMu
0rQg9q1X4gbYnjvkPF2ubsSPBh68pkpF/wDLwps88m1/o1S48svsX57CR69Rbii4tKKRDVyB
dqdIhVrkpUaeHB8m3sndugGTW0iOGkwz13b2370dwIezhFUEs8lBzAxQ+9HvMBbnpI/+J3cT
I99LS/kZpIeX8pwytr/sDaMLubZLKwBn+akBHL4arg3WoBeKHH/yQuflsDIWZALkM6dKAKt/
l0nWo+CWD7IKATctRh+nCshk5K4TfFnTPPi6OoOVggTqRkUYDdIBAZ1jXhsAne672u4iomzr
gPbPG9LmfmLgh+gqZuQnMHQx6wDEpkZRAbhK1jRibMUnfKFykQuRVajMbhzY9Pi1hzLuN7OW
3NDOPBXT748I7GPXDIy2xbYvcfYuLq7NuLVKu3LFznfHSu/4SuswDTbFLBG6gUdYxLalhp+k
C773meVzl9qP8lGmFa70R9Gb4+qtx7gZQXlTETe5B4J3ZAlfanWNBFxmUJGl8dHqZJ8SCaPi
6NeMTCqn8ZH3k7Lyh7/xHQPE/wAvAApzfXh3xFJGPrAF4mn/AEsBO5+jmCfkXNPUV+vHv9M5
7e0kAz3e/gjrnJ9X7X0LNdb8khB/LWhGtnJ3im8+k3R4BDaO5DYLZNkEj8Mgz732szZ9N6MY
gjJmSjJtnp6eqKy70rzpl/HcMetCiGsy/nAXuKnNX5IyqGKOzptmHgOsb90XpoXd6ghuYYEr
Y5dTYFAuH2QBBBhYlKQo0cf54KKt2XMVEC5ZmdsVjM+WYs5Dx/uZiXsM8OlAwXw9/wBahn7/
AH56k87X8oLO0LA1Co5roQOVewgw4I4aUZNEK9Ygr0E2PD2a4sEugqd3+RUs+qoQGLeR1tlu
pI+U0YX6CYbzlFMVdEReBUiUKM23p3/1CD/WZWjv4GhYwgzQ2BECg2uIcP1FiJZSIPifHzg2
7eJJrLs8A4EL/oaGxjNvY/H00IuMFPSSWM/soxkKuU5nQUeVJD0Yr9mi5mWtXsyXJ8OliqSz
TeMPheB73l+0SNYVC0KY1j4eB923tgOOE02OrZSQ1f8Ard/2uFf9esQIEcp8RkqoSuUBacAQ
f1YyTlaPrU60XlbIkGrLyfPqxIQwgMC9pyhhcovhU0fv/KphRE6y4/pv0C48/TDf8Q2SiIcZ
CcERg2MUiIk4/hGBhrE05EM85o4fCF62f32vpAuEmQY5m1OJxPEx0Y+2LPFPWoyCcuyOyi1m
8FFQ1SG2AUMZ6908MOy1FkDBXwVd+5gZOCK2eCh8ZxtsHeTUMNPvgO98uRYkoE6mXWfqfP8A
cgLlyXVayPODPFAfHDsZtptAinGMontUfJToM8cjDiQkbZthCI5XxJ1NDuSM80x0lqemkvFJ
Fk1BGhChvkSWUUAEa+78cud34I5YPF4qMYE8yekUQsDJzAOgBDos8nixtZNrWky6Jnto3ZIW
AfIR9rRdLMU0HqJa6gJ5F2rCGkolNeV4DLl8LE5mV+23cjtur8//AOTC+u6HUtyVxtvAANoP
9E3AZoxq06jqJipBt7DvZtAVIQSRAdu0mtcVb5wihGk0L9O9jrHf37QOwOLZhfwI4tQBQPY4
lyp2nxC46N/BTDFwOQaHkWca4+UIzF7qv8874ZbzCpRm2wr3H1L7pdVyjzCxwp6/mctHp3N4
Bdx71I8CfHZMNVM5PmufA/57yPSL4bAhb/NDybRl5NYHb+feDL6mVHuZsVWMA7evTkW6qnZI
gLN7fSclE4UdcjwWsK+1UHx6Bwha/vw+7goHC9G4KkKCwTbQzeOUK722D6pS4KRusgDLpzyv
9lwF6s8/Qa9YbcWRRJBwyqVEHRnSK/DpuGwIaoF0FYikMKgkhrfl1Cps+oLbYRQAC2KuMpVx
36jcKEfkOY5gMTyAZLJ978b/AJejuwccW+qzos1HzXEPTiHz4FAwkRizijHSEUozGyL/AGEp
tgirAJrvmvFLX+lMyTGNV0dEnCqnDP/EACgRAQACAgEDBAIDAQEBAAAAAAEAESExQRBRYXGB
kaGxwSDR8OEw8f/aAAgBAwEBPxBUvMpcuLDPNbmJmWS8Ss7CHiUTsRYg2y0sixbg1CBuIF5J
VoFe0Noe0pCLAVK1E0e0OeBEp5zKRdxyrma4jAiDFu0bSj+BcOhZcpC5ZyWTlE5OSbslJMUk
SRk5Rspg0S4sYuLL6BWCfYlVY5mtOJs9GJQRCYDDZLQ0SxNRuR6iKG4BuJMFMEpzCEQwF1BC
2XUzYOanmWRiTAebZkjMAZHbhf8AcwAXs/cNS0JdwhqXFj1uVSBURS1RFS6QPmCnaQIFYZmj
SwZ4xDYQuUkmZliwYg9viZ4VPCNILbgMmZlqNmeiqqXmEFkwJqWqlBiIR65++gQ6BlxY9TLb
qYEcAlSioDBiKNnzEz6OkOTBw8RPAS9gGpxBr3lbqYRYS4+JNm5UAXAsZzMIbgwtsa6bminm
FNX2mcqO8O2Ixnn+5lOgkRyJtLiy4rdkfLp9xehpcTwCsGWvdSoS8kyv3IWCi6JtdxAop5kV
DcvPHAURlGBdTGEHJm9Y9QxiYicTUrDzAILPE7bE8UNyQgvUEWo/DAsco+mZctm+MekIu30y
nVj+e0sOiJBsdw0D3JcRs1xBdS8TcRT3ufffgIvdGGI1LhA6uVbYCdiHP3G6RiKMUDmvuAG2
YjbLDuSnUMLgimEIRhFJuHFR2cc9kEC1DujEtTLBeInTVfCzES2mHEXNttTYcrCr71FBLe9a
jJ79JeRmLaO47zBh9pYibKJea7Qo4IAKBsGoHTOH8hDi4Bc31iWmDBhL7f6hAtSzCU2sVEqq
3CqjNC0QR3S8C+7NxKFRFHmN4EjK49VqBy6ad49sw0WQzTuHwYGW5zLF+uYgo3L5ION5cBbc
QtRi7BKmswDeYnQw/PtOT5fr9+ehHU1esabMstQN45i5HEcjiDkeD8wLgiBC5zKJubmCVUQ7
IgVh1k13aLjEWYG6XDY1WmI5ZCMd4MeiErZNFbqB2SwlOvR7QgBljwjcpDq4F+sZpAhFqHmL
DA+YlhT3P9cGA13nosI6mcBfsljzjUYgUQ9gmyzGcYu4fMvlCYtI3orMQ6IC2oWuYuQxFzKl
Gmc6Bij3QDhxPFDoYTVYwQEiMS8OYMUpn1JUBgX/AHEo8MNxhpamP3OSGIIrmsylvQYqwxb2
lztI7kwhjHgRKhoYt18QWBp73MuUsw2y9GGNtiLdh5NACZHoCd7UfYswwil1HEAgcv8A2XNN
Qm1RVKajaohAbf6l+5Hvw2TozaGbiSprvFtuFUqXGp2Ob3HI4IrBnqpPdYTDq/qV61MRft1J
ykKi+JeDXfuTfMBUl0X/AGot0KvVfuZEtBi2OxgA7qMMYN2jEcJKdY+ie0K2jpoLsaiaqg4m
FDgl7A3cAUQOSUlS+TKwhrLLHVTeqJHszAs8wzQmMgFdp2PwzRHoLTiXTENpOIsAkWsCWLT5
YJWnCfckzEkEec6lI25XXEwYSaJFW1RwFwseY7OUsD0Qjp5lRUNBLq9zWc7luCYG0pGoXdoq
qu8VomatPBKSLiUuAzip1ca7c8BLGAKdS8BBN3vY/cENkAaZjEyXAYPzcxUXz/2Zdehg5Cqm
wbhU1QOAB7hLAOf6jVp4/wB5ggHvCtmGMQI4S9QyQRmDeaIo8/zG/FEXzqUFohBYXQ3cLEjJ
gjRzLKhtj5MRzKiX5/MOxFAJZYUNQGNUdRRgg1C9BqOxhqUmIDUppMQ3MAblGswwp/8AYtxp
mr0hoxpA9iDw6a7e/eK8JqM8qVilbqKMmpd4ZTOzmGpGNGCEYaBjTNei8Sv7Y87pi2lgpuZA
ZlS7plSwhqCPeVCoU1ELLS2oHA3G8EqaS5g9qgQOSLQk5iyg3L6xJcWYDKsK8fgi31p62hxf
DUTL0i8ogWoG6gVEuC5tN/EQxBUJlFqc2Qag4FZ5jy8TutnnFv8AUyBlzKQDcW0uGii2q14l
NgQIqp4YMwPjFCqPMlLYM8iXWOhcIyVyhEYAgdHEsTe3/UoHWz0dTOEVb0/EyTTs94aZx/qm
6UeDkINZIttgXc3piLBjSuBdYTx+5dYUxUtlKtuDUZHBMHgwuZmI5dFggsbwNniUMF7kOE9r
ngfP/YAwf70Zy1r1f/sPt3uxNp+RgxgfdgKrfrKU6tluA13EMC48XNCWFagmu5h8h2OoBlAw
kocJNHgPxHbqyCHYxNkbSMPLLMRS5I7cQ7iC0VvG5aqkBctVFbfeDI0EFSBV7Ruc4qXjmcSw
HEc9P+0QysrEaqwv6uJdwmHtOUbP9zKylPf9MBcveKvYgI2PWYrnMovRFUR61FdBKMztS6Mh
WYkp8H0ROd/+blYGivr+5yvvLm+gUXAmEcNwuwleyZhyzLv1RKqK6JQYNimPd3ERtRmJ5RiE
uBmgsxn9QPJY3f8A99olFR25hmrCvXLb6wMrc0ex+4qlN/0/1RTRSd+ZSkNR+0yxjTMBQhDH
b3GJ3desQ0MxxdZqKJ3oLA8H6lq1c549Ya7Cv1MXLsi+J5nxHsPxHeKgsAq9H4IqK5iODBAn
Y/EBwx34+Y2wJogSqlJ/CyFv6zKOS/1HIXWX1YaF9nb/ALBFoVA9dveE9Ysxy9/eZcmnfHeD
b9lVXGef+w5qKfGYTyj+p9qfdYsyyxhhiFQWU3EsSuHiFBi3cYSsfB+CXfo/78zvn3o7l9P6
iIp2yN+sDtxCi2zxHtwB+i5lwr2495k2lcfUM2eH0RHbAfmNGYKP1+4LB/mYt4r+IFXvLy8p
+4mnDh9Zg0a/1Qj2l+SM3Y/BuU5yv2RW1VCdBP3MPW/XQtIMqxV9DUlxsu4gVEmqMWavpCvD
sfiCxNDeD67zEcmMz7EcLhJdmWHZLPT+44hLy6P2xgA2Y96iJLxZTz/yVc2ps7XEyWqNX67i
CzWA8YFRqPwmarX6QKzr064N5lNco/pgIcmPU1DWBH/EQEgKffiDxR/jL9pYpPEZeY8/Ms18
QP3ESverhb2IReLiMSWRq3EQu4gczQIobIDfMN0dj8EaNvjOD+4aW5xdfHxPuMJ5YCW2BgCZ
xo4O/wDyIdjHVW5ats12mEu7rHx/yoFzUA8llL6uFp4z+IUU7RlE+xA0yOwmR9kWch589pjM
+yLw4Ise3fr2lSSnuYl262IUeDEfyxUNuWUMDZj0QFEW1OM2YyQ6WHUaNyD8REFB7lj+YYVl
xPtPT0RiU7ht3Pn+osS2KPvnS5PD+WVA8D5csbHw/n/5MSBdKIwtuG3VofijLm71iPG4hHjf
zyRLLbo/ccNXcoAGe0R1CHyfT/sAN7R3Z3T04qfdjsxYwS8WGoVVzKRKlsOtXH8REQArvvKc
Fx7E+09PeMpA73KmDmnNF85GDzhn1c/uVRzmB9T9kookbKqovODBXufifQiyps9ZZt234lrn
L/XM6DxGbNfjtELFqZEytS581goNX+IYDoIfvn2GVEmCdkrhmBhjtdobJpIk1NudGXuD2xK8
i7tyu8VFTdCfefzLzPKhLPAnrDpCtckSubM/GYjd7RWPe/xUu6b5iRd1tiBs58H9wVsJcgqy
sCqyz3aLx5O8W5UNuu8yXRl9e0tTQYaRQYh4WN+sGw6d+PMY8r6hj6aAretEuc/Nn2GLB5gR
qGEUjsoQszE5DBYTcvynZR16BC63eL/zMBCeGfdfzPWUrKF6EVLgDcXMsbkQ8rv4JTdwWL2h
Rl24gdpvMun+BZO8qHq15iKKcIVCjsTcFu99plGuDv59Jkvx/UY8xr+o5GlfUOcWmM+ox3L1
dYjbU7IJLuUbhRgisQpRGe1/UaJT1U59/MAs3+59l/MLlS4ut5MQtRN4gHR8RC3qVcrmJzNs
oicpV9LTUsiDPvLAVBg3T1JQuic5Qj5C8VftK5oWlsMPm/Y7wyPdljMVGJnmKrjmUzjMRwYX
URndFzHMVYZ4hdwf5GpdYt36+K/5FV7hn1Z9l/MHlAM8qixbnNGtXAYQBbhtc1tiQOVOFLtl
pqLLlxth3lpXDvw95gKWvEyLX0pPSBPLEC1ThKC64lScuP6mKvk8TDcSsfuMyTjzAgISpUqE
qPF4JkUOWtaNwQcmZ99/MqKPMCsIvKEHq4Cqmh71X7mjb1Heu1h4VvNy0gVsmmieFqcCKZfS
oOXrFbUrZqyEisN90CLlssogp0iS9BjlUQfL+4l8n4TEzzAXa5YmYZg0lL/IR03gmGjG325/
uAA4nP7v5mRjgSINjEfjJDaBELRjUs3UqVJp+vMGNfeBXZ6VPhAIY+maek6X0L7yxAls8CBg
ILMdo86KPiYgu0YhpEG3vNtqcujD+o7vm/1jvqyrJUr+G41Uez2zJcdeu/noIcmLpUSqVDDi
WHrBZ8hB0wobJlJj1R28RE4PVihXL2fS/wC4gTau/J6wH5c94lT0slINa8wzwpEql+ePiWBH
XhqEfQf7jbX+YRwPzFo7sPrxNMWB5Px0e/166l3NS/4vT4IVxwhErePqc/u/mEp5Y7Si43d0
SC6eQiwCjzMS+0wZbLNrBuNCxqDIvMW636TU7718n/JfmWoaPtRekURzTvCNB6IQU9SBK6jv
iGkX5+5Q03/tyo4Y2ntmUvUag8/qGi9Zvj0z3/8AD4MhlOC4MHu/mIooF/URnLCaLPCn1qJR
UTzcDxMoMwMhCMpgMINFS6imuX9OILbkgbGtvWXrBKIa+sdOwfbAWm8fMR8Ssa9YRM847/8A
IktS+keBn4mG4mThx6v1HfuTf1s/8MZ4i0D6T4WJe/LLYEvauYMvvEOgRY7sdKvbvHwex/qj
XcoOY7RFnjEuWP8AsJwTb3Y8weg4esd570xvb5lqwXFZ9BlfpPmAqw+oJaXnvxLtDLa79uZz
OD7Yo7ep/wCAUeIq4twzP138zhiT7xkUho8xalAtlWb5iIoUFotBqJcFBFCJrItpM0wxKl/a
B2rUtPEoUnu/3EMfqhTWYO5wysBuPVscxeWz76XZ1tm/54w3UtqKHM43dlSmDCVmrhqDiDj2
l3GpSXeIbBxKpxmZPSc7I1HlDq5Dn9QbaxWXVMqL9ugvDOYAak+GZsp7Mx2/75nmME7rmDWw
y/jGLE3fwqulSv4JWoIYYMa4YmW5YLdd31H48QhaalzohRYV4lYOefMKGpVkF4xCVLOLzcqL
NTlMwlyRGO5c4esZZT34jRUs8x27nl/RiIYE+YojxErTVOItCG3OXxBcr2lA0qYx3dd8zBrq
+n8MCWFTJIXnIqQmbD5jGAa7lGSXKIuT/cwB8TPJDliwNQOJWxzAcLYVzuAcF1EOJTL+8Cq1
UQ4zBW08Bf3CFTXmB3n6mYYvuOBg9KYBy14iUeHSbOtn8Mcv8FRCLgue+I9Hg9Yi9IiFUI4C
XtooUrlDLsgM6QZSCbgXnEoZUqWxGaCYHoFh5gLcI1M52gAzKtvvepphyxBTMyVaF+JXQvdW
BMu4/EycUI4buuYvQntHfUcS5caKGxl5lKYFaqZlOMTHRAY8JRyY0VDKnUUSppLgKjmVszl5
jWsSJVrxLxUHzHSMMBpd3B0WfNw0qHgIp39IQMWalVRAaagJeEyLrRFcNkel+OoXMGo7631y
VZSSWWTEbZYo4GZXgju4Tdhyc9GbGmESLBNxh/LBQIBmAL5SiUflLK7CIWtS2a+39xgri4Me
IdEW4r1mJtOQZSrC54F26DZHp7y+tTX8lbEXCqKl9RQLadCWCJXGI9WEoWYrYYjbuJbGmxgl
uUEZhljpQU7ygQ9/6iiz4lzDhAy3nzcopAxDftefMwFg3pjLTKC8RQ3dTxHz05iw/hfRJeka
YlkUiXBlqoiqGB5gjbmHxBSlifN5jRmIGKWDEroTY3G1Md5kXmXnrNjFKQN+kAH6hh8y0BzG
h6At/wDz5l5DFBo6Db1CJXVH1/nUyD2jiIxRnoLiQEjnIjFKhICkWqxwLmVXDBSNHRxMWCZU
8MO7FxZRRL3fEcDl7xL2BatQ4yP3eg3+vWuoXKOCJ/IajdzSos2CagQdMFQdtOJcEfESKlDd
REFBn/ZgEILKl4qD5gx6MYdS4bvPaVOWd58zCVJmE0SZDdxAcIobvXq3HpVwfEcfzYzJijB5
iWd8NNx8S2rh4ERHJPXIFpDOfeUOUJx0uLhMd9z8SruXGs1vzK8rPEK0Bg16EiJa8DczX3gW
2YoO36xgd4J3mOOgLron86vMBJUSFQdGa5qCMsxnEEydGHEwymbVEzAMQAamGGXNEsocQ4cl
QbB3EN3PCRy1FUO13D92IzAcxUHl6bf69Brcx3mOOmHfRv8Am9pRCyTCZfhFstjFzVRoNoO3
UTJuUJS66IJcc45WahTq6R7DvPEQ1Qe8Dk95gHDDbABYyyx25hyJmZQ3+v8A76zGnUbbmWIm
X4QzzH0QqTLCtBOJaqumYgtwK61FhBtdsKlwBmky7C81olDKVbP+x2xzAAT7ED/2Zg6KhCmO
+aINbSl4BAxfwIUxFlDrZP/EACkRAQEBAAICAgEDBAMBAQAAAAEAESExEEFRYXEggZGhscHw
MNHx4UD/2gAIAQIBAT8QBYuFngEsh+j/AIthyC0xHbONXMNgToyx8WREKzYZEtbvhY2ClqB/
UiYzAcsbhmekp4lB1rYLv1YjySbGGc2ncfCHpfZBZe8lPCXyS9Y+n0/9N1pe1+H9oC+MOOeD
r8+E1gsgsggsty+KBY4jvPHNEPREN7jX2Y3GDdzFKuzonkWysCR5I2TtnBxa6gwaWfiC4E2X
0WTpf+T7IH+5CvoP6y62a8+F3Fng8FskmHyOZVzLxxcd5Pe3KsHnl+L5np+beIILLVxEb2lL
Lmpl9JMwuDk/1RyXJBzB3J+ONEMNfBkGGuRmfY6tlyL2j15LImHAPA+tvjLxcy8zJ8HLb0R7
h2RNXUsZAjqBlywSbcCFTFxOyuWBwkcziFoQ/TCx8wMye3FjPSFcavqS3isIxKmDmlh5buPV
kPU37iM39p/DHgFPyf3vvwIfMU4NuNDgk4wl3+b6stMR7PETHIN3Fi2x4DkPCOpSrkE4gXS4
YXt3uU4dbGa7jPLzb+fDAaKdydbuZadDoz+kAMZ4hk4oIFjHBoyByzB1LQ+Gyyz37+JVyh0/
Ujiu/wAZC06f5b6hMjOBZGGVzCc84W/HzbpPoXCXm+MM02wcMLacz4vtaqhp7TGGfgiwCRKO
4z4zyQxnuHSGxjn9n+LkfpPOSUU363wcQaJoPj7tjcWm0OCXf82Wht8werqh+LcbmWWXMtUv
Dk8rYoooZ3QepoBGztCaQcpPs236O40gcXIfM9dvd9SnJA6siPdl2Ev5X0+Lj4RoGN9XQ6b5
pf0UuJ3TUsL14QHiB5SYObJ+R8DuV1u3eSUryS+N5u6zfDq+syZOp2bVvsPPu2YWGRA7k3lk
1EMQ5k4MI7HZcXpTjhAYxfHpfR/e4+GX1KPwzXVuk0LeEbkZsKIZvuYM7ePCSk1h1+rFcluW
OqOfm/MS3u6JerUNiHtlQHMQ5hGCGSd295PwSjDszZjpy83yTP2l0mEaI82vvt5ic3mUtNQR
l6XxETGJQc6WCF5sR8QhOT+92/ZAH4TZksB5/wARMvQXuETxrL2oT0uIXNSOmcAXzX8Q6CLj
PTkpeL3dt1JaOSCZXVXVsYdRmCiv9LrCP6/+WTO8vEcWgsQ4nh4w/wDlv3GtzA2HwDn/ABAM
dtH/AL54v2vhSuHGP4FxGcWPi5TEMLT0ly0r+ly/Z5tXIvq524X+80HI8H+ZJDvDxvncxP6F
NaGKe/Tfa7JZHVvN7gr4ZH2OLdTNmpnq4p7/AKzW+7ajVo5nSriJoKnc4hkE7fzc8HcwwQDj
fdbfCwRHJgRO17OH5ifCZ/Ww0sdkyjY7nae95agG4PXP7vuQPMAa7uKX8kBwv7w/dA50uGdH
nj1Y48fFrVMgZ49wgxseFnAszEXyDu7HxP6r/u4qnGWH0koHPqO0ZYBSQs4cmwLn4sv5SnA8
Zj7g9+BxkdOXI+XnsfhjHJrGSFBJZz04G2D4hWnltoNT3bYGSjg/1+Inx7+mA6Te9CfWF8AW
hq2tnji7M6KzHjb6myfV8ndvx/pI/BC4eNLORWTCWBGAcmRRxaIvDYE9R87a+D+IeRZ3JSky
5RDhgZGRZD9oeDLjiJUr5tl7ZxbGnmU49WjkmOvE49Pf4vnA/rDEfcRxPbamRnmPAhHNEkzk
lTp8QkMDV7t9o2SJ7J3zHu7PqXEDu0gA5ZZcPBM8MOvODbnMOdw9kPN0WYa3H9W3rwOXhtPu
9qzCHDBxa85yFYg+IzhIVPCwoxlfEEB5TsbxYGk3WIcLiBAcloIjDGyd8L3Lm5vqStdv+Ywt
wf7f/YT9h+ZXyJB/stfnA5qXRx1HxSrr5wfaY+7xIyN8zE2+mZwEmSAYhvwTr5WO40sClPac
dPgjsS1wYz3EmGSDP1Cepw1LDo3P73APt8XMr0sJDiSC692ArywQdj5u8SBfTxHcG49iPCr4
m+6z8El2t9jZ+7YFsf3iTsw/vILPkkLlZOR8o+Z23rYv1fmK+/oydPtvaMLnnbctDPBBOIZ4
PFoY+p31aeGdn1ZgX7S3OOtuNcZGANXiGh7mPw/vEcLoWfiOkkDh1bEEyIYWHh54NjAtLtgP
4IzCXmc5Q11gXtxG+fk/yer0FypciTAhceJeWYEM8KcLcN0yTwbT1Grn1YfhgOJHBYt1nbvx
HWHUI49RnVzPFuQZqhg5nm4mLJDeUDeP95kp/vzAY3iGPHTdkX9qWEvErU2zye4Ej2NzvJWl
pZ0tdba5rZf5WHNZPnY6LPtk/Ns4ZJ1sxBDm9Ux57jDqw8LYDbuzwnu58C4yMJ2ggAN7Z1hx
FmMg23gcQj06u+WfguoWvm+1k6R5F1F4YEsYz4W5Les8ehH/AHIgsjUA4Ty2AOXmfnlyf4XJ
X1boXen3cBv6TsfNo4VgkKfi25IdjEG4g/U9/wB7smqNmt14OFy7c2EGxy5geo0bLUONZTXb
oWiRHWXEIIPTojgm0eJbvN0N4tGHH3J9oBhysGm+yH43y9JY5Ko+Ehk+4QYF92Q90MZOk9y8
fSXOM/FHsWLmyZWhc2Olpyxg+OK/mzyU93U8DEWQLKWsFwBkQHlBDpdEuyWGQMwD4S0R4ekv
Yh05jqsnJ6ZxcOizewRcNi9i7ZGEzPmPgnGEHthzBubOResLfByXZt5CV3m6PGChEvLiAZFx
dnguUvf5W4v4ulhOIYgQLfH6M9IcqsOG6Uh5dXJcCe9WDL7XbawGzhjtnrv8FvOZ3MNWBx0y
dWz47TU4uxW6vA4NotyZ4nIuTutzVgheyfDOCPAnLo8vR93B7JABA4Fk+42Z7gQYqnlvzdl0
J7MmhTqAcMterl7i4DBiefE8eG0QAayxqHV1TECDE3sgjq4uLjQ4JcCIFZLlydMTx3gmwekN
a7jQfLBV3+LTi/eycOIK1glp6Eu3a0TEmTsuAQmzLSwdz6PAjqBj3Ict8BHlAw1sOrqk+odI
4W3wIZwxPAXrLBLTYIMOY9zLc6mzy5pAkBmSaDq6X/2dWF2tQzf5mdl1X5tWBmMEnwOTOBJ9
QJuX9dCnHU5y3VYj4og42z5s52/zAGBLPPE44ng5nPfEHaXrxtu+TIB22zuTMjV4YzR19s84
emz3/aRMN2XEJbqzYcWyeS2vcub9wGEzzk8M/C3wH+/77gDSdcWnbccCWOmwe7JhleUOTlyW
7GWW2bTDlv0RwxdIeBl9HmYl7rpns8D3XUuUOy+41+vt/Mh2tmcXTbJwZPBW9oloG2nRKXhx
8wv0kxpObePVkwQY9Xc9TRobsP3Btt8qHu9oPkcyeT6g0fKOq3eYI8T9nu7J8BbZc7nr/gHP
83UtJ13DM1ySwYznPHz/AL3MbWWOEYtC6A7tH2P6ww7o9RcaCRnnR/SUWfoLkYc+4Y8vFw5d
MhQnYy2hpAPD7uKhxB40sfrXMj6LNgU45ImjmF46gaizmz39XOQ6sJ1sCOrpvkkDZ5kFpxan
iSf4QzLLJZWAeJzjtz88250Qt2ds8HX4uy6HnNI/WOd9oMmRdGMC7+1gkYzotJHW1bN5YBVg
3lhOE2cOvUyaerRyX2qKeNm4kGgP3CvECcwB6vsteG6LpDu7N084dT/WfEHuWCKhE/zMx6Lk
1z8m3MTR+sk9MOYloOz4h24czy7HNo092EeB7bBktj48uWfOEBq5PWhcnRc7Y4F7Q5boeQR5
gDr9Y5MHuDZScsCrqYw4bcV7yXjw5yduOFtXr+0ka/uufVqyHY8FrvokX3PjLXzMckY945Ku
jKO7gbexjHdyfm7rp56YT1+s8rPmD3JAxppifxjKPhU4trCXqyZ7tOB0J40hyXWF1E7WDtj/
AEIR0g3slKMQfK9Sh1YKdl08ppa6f1jlJZdewnS7+37UmNX4lfug5I2z3LnhzPPLZ8rg/Mi1
gROhMYXJPE3bxNPNA1emxPNzhul3AbJ75sch5Y68ukeC5e31DpvntPPVnFo4M7pyQOu2GuHl
sbu/zE4PiTTFtiNPUutnHhDHWw6seFy7mswdJeelscsinerN57k33xGJ9GEOO7K0EQbO83BO
7HXnhZvfjkRnOt+PL3ZZPARDm2O24hB7epbsWXNhw/76hZ93DufBIR9vGLw9TBfCxAwtDvzH
JrY+Jrh3cflaHTzK23c9jZ8v62+ozs3Ty89w+MZzYjHlPPpEBnD3YDITY/NOLqlGfchkuCLp
8rUBiQP2SV1cH+Lk3UOZuOLHtLZ7bkGXfD3BRM4vUlHVzYwOmxfbGPxd2OvO6n7wefGxZP5j
r9GWSYgkOhY32WBuxYfPMdDPuvEOmQTpnBp3YefdoakJa49YMThAIRpkBfm/Kyd4ZVNkZxsA
wEK2MY8sl9czwnZjrz8pb4WGz7Lp+rpC6n3ZMHmXILb5C3GEHuZvH8X1eRhE20dRzT9ovBv8
xXBk75XuWnD1YlyOcnu57X5WFuE05jAy/e4ON2bp5ycfGM5vklofrbEGwbnu6QbLeZHu33Fy
TY0zLJh5njrqBjA8/wAyvco7lEsLWTcXfMGT7ybbm2OWx4uxdm6fqOnMYd27yfq7sC9LYgm+
2AX2s2wEclyPkLkiAk4j79EaNJaJ1cgebS77+Lvm5s/m29mFwkNJ3ckmMei69bAvMCO3Zuh5
5cSPHhcObMd39fuMCQRhNFJMu18J1lyiY3K0RYSTQ93AfNwwkgcZN5kvxu0XaVg6eBnGgXAu
Tdm6Hng8rDbXm5G/qYY+YcCe9mPCRjwDsCYciPKyZyR8mk9fBaTyxC0c+DH3BvEIy7BiZdm6
HlaWvC4cyYcQ6b/wcuo4jakejLjCwdZG5dyYX4bLq3BjHHUj7nB5CBjYTmwHcmzx3C7IM6lH
uOUy7N0PDhL3uQ74ceGNzn/h11ISQRT1b8xLS3q3n3IuPgi5uceNbEXt4bYnBkZjZ+bHqFO7
Tjm43Zb6u23Zuh4Oo2pb45FtcnT9Za3RXUcf0NhwGMFo95OGHZCDqXyaGQx7t8Pgie0cSKQJ
4lDku4N/FvOFwW6H/Oc8Rw8z6kI7sufy/wC539RPlxHMLKHt8BvPgsYvX6jrzJ3Ay/V0Lj1a
PMjuQYOt0P8A8GvgYa0gHog8ulqZyWTk/Qi0sH6X/8QAJhABAAICAgICAgMBAQEAAAAAAQAR
ITFBUWFxgZGhscHR8OHxEP/aAAgBAQABPxCuAAWX7WZlD5Aobxd1M4lzdKkHYSiNBh23lfLz
AwmHiWUPcsrCUgFvxAJWa5gapWNZt8ERQXBLCSXBeFXvv/EIIqLDQrZ5lHRdMFSAwV2IKZUC
HKqqV20ylBjerq/mX2nQCtRF6pmG207EmK2L/MvdA4oEHOGy7kl8/VwywNNWn4hUCm/95gB5
hbYMlv5lsa76ZRtPGYJwbl1LE1MqbYENb3EjQaJUElRWTD6JnQzML5HZZRva/iEymWL8TTEb
+NRw1XNycRNW1dfzK6a8u+EK0Kdr2bWAa1fPYcyxmHllhQa7ggAGcS3aHuVkxMphLtjYyVWJ
OaWPLWl7jewOZdlvlm6gD8y4nJ1Kta6lgs4bm87NK5mYX5oatq3MhZNXcvTbCha8QIUt7uNc
C6jwHwRyWwDp6vcQNqYq9TYYRCpwG4iLD9kBuy8Ib9zT2dRS3m1ActucR2Sw3lHXrJbuCimr
hnQAAwVxFyEFUaDbEuyy/ceq5O55fmBSGvFTRaQ4RN3AOeZsxvEZOwz8RRiI6R0mvslBvI4b
6lpDkltUv1DOj3OjSam19LKzYAA4dQbC9zW4V1ZCqlz07ljEoOauU/A5V3eCCUzAb+5S0vxG
lHH/AGA2ZiBuCsScFkrXWWMtFWsYAmcrJ2TW6g1Amo1sp5xWNiD9EIecX5RhjeHESoFLB1HB
gtjD0nV4dwbZccfDqYzGkC/cJrChiImwpV+Zi6wqI0qqDo4gE1TmECBuYfVP1E1rESlbWYgm
4KZJVWJf56wjjG8y2yW4GWTUX8dxiBjLLRIergUUF5IwYHByyloOxxGstd3EONdmDNGfMUsq
OaizSndQ6CM9QQKL5uAgJwEwhZar+0aRAZTNS6wVcMyoNVxxBKGKg4+Sf+J/yABDd7OYDhkm
a73vMzoimZYTtNP5qWuwUY0tsK23XEKpmE3PFjLEiM6176fEwcwC+PE4oK3PlhHKKWeFfyxj
BxKwFlCisN5HcOCblnqR8MQFMAt8MsyYdQtNiERyNEC2rAaxKpe44SGhW5l0wSylEBW8TY7l
lmyAiIV/EKhzHAYr4iXkvECsD/icCAQ+5bj9TwK8wJsj4RDSzjMQUfsHUzIJXbR49wju29X2
oCg6/WXJ6hoA0eEewKjiODOuglqWuaVpWyp0AtvonZJjG5iKGzNkOZRgb1KEHNZuyKNIBaaQ
D0o1EvY45jcg9uo2UOMRfAc8+IBFsBYdSKMsvWxhoqj43GjUacRUyEiyM4LiUYDzKAW4YKiU
Zllv8sMDqARwE1pHHOYSdvFDcptKgfpgJ1i31A1JbFGSC+Zf+ojgtC/8ZLic3jmAu2fVAizC
oFSe8j8hFJmm/wAwlBLfcbGRjMV5rWJ6U3xMVkyLeR2Tf9apucm0aGrS/wAQ3WoK1u39xoME
N5eYrf1LGUWxCuVxVcu5ZuCO2A0DqM10QFbowCLlY7pY4ooaqGCvM/hnDMCzipRx+oF+bgsC
oUNEt6+IBcViBzHLmYx7gDbd+IroxM8MSxmXxXEBcDg1BvO8ZlIogVC4/UJ3qGd4vnEyhvAf
xmOUIq2lYIgIsVp54JdLWW9wTqMejHcvH6Ybz4hgMOKUyWumYYGLMRn/ABHLesVS5kRDDE5n
4iIllfzDY04ogsK5+eJmZJeHZKct0Yv6iZVnFyyqJFyYtsE0giYlQciIA2kb1d/SG5A+MxPi
nY4iltJQFm8HiatrS+ZerEuCqrmOOa5uX5qGPKgr8ytHJUEYB58xrXyLmUAtsSGu1wxILFmr
uX6PqBQMoa9QQQvxggUqiBa4IG8ml9VCZVQ9LPOiWwGnGOpdW3jlRdPJ2PxCMKtsKVq2NhZY
ZNvqUcT33nBUqMC2MC5zxvUZwrDeF/zOXQ34gVeG4WDgjF0F73EasEpwc19SqvUnBQDBreY7
tYWupYwtDFsKl8P5hugjbiHNJTDMTEOGaW629QRZhQQDqGq77mSILqVVVLeBP8niA8QOeZWt
Mb9wCIYpKJQ87ILYhDr1Ha7ZyIVOZyog01HJBVhFqr1UIjhGEeUA16lJkDNx0oVcIVIKB1EB
jMQtAw+moSOm9epeAU3CBpGuUC7BcsczDQy56hTW6uD8QFC2sfMUuGIdkFIykJZVXFXTC0BW
tUXi3E8w8GN8avBzzDziazuJcV8UMSpimsu8zKZBm4eOkhK8rU6jRsyJirthRGysQIqJuW8x
7XUurxYOoiAKXJMjyXMVwXESHQb3P/QgSyiAYamSTYSi02B6g26wT4SWdkSMcXFFXECGAh9a
GSaHcVlilto/9htzIQa5EuV/EVcAhovhcATtBX19wtq0r9xR3KMwNFe8c3GlqqB+YKkyX9TJ
PH9MXM27jsjyzdg5z6j0UsrDi4lRqBywcRBhdRAwrKA5VANMMFepRlnYl8DVRr4zHs1EuCKm
N9xBzHFrEoCS0lK3xCCHq9RBxAHN58RGkTkCqfsg4kY0OgGn/wBCNBwIypVaCMtfnDcGZu32
SghjQ85iE61mkx5gVyjV7xLu4Whn/sJFpM7f9UegTPKW2r/Ey0QpOv8AVByE5wy1XF6e6/8A
kVG6uX1L4uCqbX1MyinB3Fg3AfUOQPgW4yS9FE/McyQFSleYzC3nKr5gGgpYilQq5ljLAceY
O1TNKMQaNFQFWOe5cFgOIEGHg6ISs/GGWZ4WkKC3cYX3LWMrCLWZoxRSVDXA3s7n/h/9jzqO
C81qmUpC8EGIs1VdWYfzDhGtasP6lLt2D7iBV7lrNyqSuzj3EFyn5I7Vi7KWJnt3HyOAvZMM
RXQtIefuBh80CsEdTjJBjmobWxuCxFEYhacf+WOippVzMQZC+3mAUbXRcbcydoUcQw9wYYNT
PcQ48uoKeJkPuPTfiGkw7mURM7mA+INKDELQh0Gh6iMB7ln1A1gBmF7dT0pNeJZAhTyQRb5O
AbQ9mI0ap43fiKri0GhpYEXipjoMlwfbXxE0OjMexODmXi0LVzqIBUMMKCLQDtlfJRJXUpKK
Jayry7jSFyBWj9Qhwp5iCENJe7bBFphl3EF1Kl8sQHbzxC3edQ8V1LXUuMNoUMspJlt5FwHS
2YK0QoFoe4AbCX3A4OSdwS7MEiC2gYziX8w2Ba5Xm4qA6KEsziVUYTU0riVLdumAQ3UKg/Ur
ipNljAgIX6grGxq46mhsGPEFVYV4SV5SjY59TdHzHlmGppkX1zGmsU8qqe8/iEvJWWtCVG0L
OjrM2+nbnV8Q8Foyat0Rs2x0gFtut4gJKtwoF48pC5iqVguUm/mFU8bhocdy5lpg6taC35S4
nK6Q57FCh4CahXw3HdeuJyMxKmOaucBUEpiF6NEFbGIXqpiNb6j2QXJxAQ7hD9IsjS1zV9O4
jQwiqJXvMVCYZTC+UfvSVUbw8xNhRiXrTf6YIjG13AV2AHs6jGGFrLug8sSMNYK3V0tdZgaX
o/mEw9v0wAG/1NimIszp+sRZHFr3Fxy+4gYK+oQSsKKIIcloXxm4ZKd6qZQ17gqaVCCbVk/M
RoayZ1iNraoO4VL3ccBVmzbcKzBaqINljqpiaYV8w1PLcW1rcbxuWaNq6jmzkTRLshWwBNqg
by4ruEoWj/CGYFrWcViLzoq/cfqLArhm6pf5qYoAMIW9H8yh2IeXZx4gyiaUb/LdwTo1G1nN
8QHFWymtc4mGBMWp51uFQTKg13Wdc9z/AMzNtDFz9EFdGeqi/LchEXhqvQAJV5wfiOrt6aqz
1LZVcYVbcBsG60mS9IZGGgHpxTH6ltdig8jZ2o7C0l4JWgYLP3OF1qT6uOqOgZIPUqppplH/
ALDVLb+4cbMi9WQJUFlfqMhgKKmO92whUBAxG+hnKGO5cUcqqp8eIkShVN1fiUv7hRPiYHmW
wFvUSzB8zJi4AreJqET8LL+o2gwGH2QbhI9wCEnLRlINwRWPcR236IbD/VMFpawvjuUZpJVd
KeEQPN5iJj/aQW7AZ8yojkBf6TIjP8EIQC0T8syyNuGSZnUJvDr/ALExwMgYOYgIxMa7S1yo
CVd+2WKZak8RQ6iUxk3ioymsVqWixlOVxqGquH+UqAFwIoNDGsytBLDIEQ8qOSF3xlTUBX0d
xDm88xqi/CP2tF11L0MFB0VMZaY96mC7ltXO4EsspTrt7iG6PSs1/WIEZWU31iEEC0Hd43Fu
KAyViEmguvJMWPDRpxf1EgDAXKvR93CBDFY/ZKc/Ph9QSsNds8PU8X/fM4B6qLU68zgQxPac
vNbjaT2xuZ73mM4X1Mms3VVGyhZ/RDDUMo4fGWr+o9YbKcx8kAlQaTdpfEZAgq1F+IhDgyDc
rKy2s3yH1uFljMvPJC3x8ywNLF/MekQXPAjGkUFtV0ShgZ7Dx4igpppqaHikFbRT2W/FS4WY
IVt/CBnP6f8AkLDK0BEeh4f96cumumR81s8n/YKMVL3zthFAXmVeKrzCstxXyuZWJEmr2kMl
YeTzmUsAVKmK1uWtn5iSktiBWsS8V0fRDClAXqJ4ZODSv+5jCy7G5rtzHbDt+Q6zXi4Qq3Mb
09xAYRwd1Kzv/XPjcE2n3zmUsqkuTL8Bh0EaugBbfj8xnHI5r0PEKwPXLHKK/cKtujqWANbt
ink3HaNIkNB1UrCc9QlYK4Fx6m6kBmHxKBfJowfPMrnltZdafcclMLSKpUGMZli1WD3XUMxq
27aWjHzLsxAASzjHMzMZBx7xFdJ6EaKgaJrK3+ZQpiqLll1UOrYrYQSqsYq5v8q0xUW4Y0Fr
/mGNkD5GGhYyLpkRtAzEmrWszJJssz2fn/56sS+aI4bjqoIUVQ15ipcTkZtzBNS3jdcWfzMA
p8wbiE2cA3cB2Tk8QvTrYXuU9bXJ6IZOLnUANqutTeD5SxjQzFRpnPoQ5l1SOSteIauBm0pe
X1URUczSB1ycQJWUwf3DrUhgupRlsdFRVpQCg6hTPo4hATv+ZyWhfCn3U3YWDNJvMpxoTA4X
D5g5lI7q/wB/646Qpa6McpwP7yxLn7Ej4SxW4um7dQqQjlVekd2ks6yZgBCwVWvl5jWV238z
DmCxWIkFMvLUZxkNXcxCi/e5RipXQ9xXKLRrEFVma+ZZ3A1pBBjzUX7MDZcvgtjM6jdpw8N9
SwkIovZ1FpSAu6aitnFOF9yz9NkKe1CyGhHQgEO3ADk21l+7gS5uSKd29x+CvRK75oQs7PEI
ZXMsqmGFD3OFnlhgDDB2IpB0S4jTfYx0bbiJFqXTcQs79LAigAuuoI5lSzQOOLiw9grdgO/f
EW5IgXyHEqM0tOVd2RiLYGyhhnm+74l1FAFdy0xqJXbcag23bAEKrAJ4kDKZWn/MFxUEoxxF
j1DSsufP/YPxABeypRjfpNqShxFKlq3HiwNiu/kn/hsIY64vcZiWXNdl7gbgTK9sjpLgfUhb
dRZSxFM6X+4yF11BBKsF81xLqI6dRpYK6Y/ix4uU4AlZiXN5d/cRFujLp1KsVZD0ww+nSuC6
R96mfH+QIA2VuNZGHFPPqYEkvLL1cy0DLYv9wq6iIdGgEZVJoiV2Wn6iWRtmYzVwMCO8h9cj
xEhbxgENB/wZXVUCtWetYx5lVi4LXg/81fuNiAvwoxy6g9djiltgGAqVQ4KOO3iFRW0WVs5y
7iEz8vcCoyWM24SjZXuWZa0PccByis12sv0oQaWFzzD8ItLFG6+kGoW1HJtfK+e5QanCqBpH
GIN5VLDh7lQbLccVWoqvRdZ9wKbaMBbdD9TESi192f4gKrQcStNjFwALYpLHLgnFMfzTKVfs
vvqJIKk2MZczKqJliquNx+AUWgKdKj+adGPsBN+5iC8D4lIihrEwMDQWnZ8ksGFnkyrkmN6D
AMLYY46g0BYsCYHAtF+JVnshijLUVWSaMWBbFavMSV2DoCrm7GdYrbhAWlIrY4v4lwIW3wPi
ZZHWZbLLR9MY7mJFQyXsgKvFvPzKRVALwngZ/wCLMAGkbp+wlItZ83LACeM3OD8AbSY/cGbm
r1UzIteeLiE6GqfEGORX4SpGDfFjvKoXuCLg7JgYw+piSBWIOlkOhzj5uKusKR1cuvw0q3am
eZermF2f7mJaLJjqVGFZLNZljjTquZSalTHUe8I+dsAsoQoPOeIM6vQ6rmOQA2yoORk8wFc4
xCprtzIzwL4a/uA7qFnW4LQcuQVeDr3wRZFYVhbVB5Oeor7eU99qTyyNGtWxUmFsNg+JQZ7h
kIMc8sKut2S0aNdwZIRVtQmHCfnVCj6Ly5zQFe55mEwFCz7jOU9ohJf4iBQ8q2CJfBi0vNRO
SiXd3iDHldPzFU4K36m820+oQq4A5osL/Eoe1ibttt6m2KGhrMWtxKwiAhNQgCr1X5jQW0Xu
7gp2NqxxK4P8JfXYt9ReZLl5qko3ziIVAKcjFwaE1xAbQ6vLioLnZh71C7n4IzdwpCgU75lu
UuA84uPkQocb0EoTeHu1wP1BGnWPkSgWbhLPSq65sP4icQtRNtP6/MvtkLmei4PXjGIikOWC
lK8vcGAPQuvwmYyBtgNQyEozNhcN6PeiDeUAPx84gqDrUxZtl/8Am/qAqRcYwGWKw9wpiPmC
YpwizljLcQugvO98R+RKgEK14LAt6OoRUACzfjEzsw0N+rhwcmbRh8MvFTwAm5Y1hWYiV6/m
IwRdN/wh6sfHDzEA37Q6fiKRkRLXwjLHWUV8c1LUEqux0rB0xKa0OHaH4m6GBfcBeWc3K7/k
CZqVb6jWwXKLdQcijGpH2IWqLw7mQhZh4G0FLAbCtaAc2VCU2EnYX4MzFDRUzdU/mW94Mi3/
AFK6wu5piB4zBq1ra2Liz1xLhrYr8zKrpCvJLlbvx4jtjgu/MpEtXrA2+oyIxHtU9rOYHQZa
iDkybiwAKUmIRStCHxGytDf5jOWKEyLYp+plDi/lKy9AKrxMDAqjEyoAW/wJUOuEs3DFk0Qw
77iDEViVmklIUp1vxK4AHZzGaRWoN7WL7QL6KnHDK8Gtq2M2kgD4EZAB2yOf4CHbDTvQETX1
djSnJHYAM9t+ZQZVybH7xFtDeBqvuD2JtB378wZiMnr/ANlLRTamIVN3slBACvW2twC2dOfn
9kxAC91jMwKGNRrFEW6DJFDAWTgyxK9hLlAXh+5dSALgVxPMff8AaBIObHPWYg93uLVWIXYd
Vg8jExUU6XsTnURADko9cHxLTtZoZh9typSjC8PZwxjAbc4fUVBDsHu5QvnFYH2zQBhHY0H5
fEXMLS3zL52rPIrgiOnAJaeHshf5kwPrZB67d0rY8+pVQpWw9BCpJaOONQ7iJu3nR+bzLqwA
ND85iBupuwzwkpQyL2qnEOyqaPC4SWYjw4ZV0iD+kpKeGswGsy13mJajCjz/ABE3tb5F4f3q
Gq2FFu001LbAwaANWcv7lUASSs5/5AUdwL3My9wBy6mNYG1lXNwC6D6hq4zfUriwg8m5W1FD
A/gnUNpofhlXKXGWSrjgsR4GZjQ/4kuC0/mZ4Bt+v7lZk3tlw+eC4VWgvLg/LHqEWbr9MO16
DL+Ij7MhF5THQz3o69Z8y6kC2KXJ/cEzPRYHxqVAXLKW/EpJFD7TDQyF+HcUBQ5cELblUn4m
UfGOac+szTWlvuX5f15iBsi1uA06C+d3GUX6m6/2YABktosPiI7adb/LCC9irFI+v7lv80/O
oFoPN+v/AITRfOq8QEF3gxLFBwqodtmqIwsZxmX7w8SjxFVtZ1CLJgoFn+4gh/5je0n/AIb+
pc2DEqKu9TaMRYVbc8TCtzaIFMJT6ifbBfjD6gbazkjmHalcmcwqgFtlHP8AsxDixpZfPEHF
ODEfELcKLsVOvbUC4gBlqWIPA4g5miYW5QVxVQgbCnhzhih17L6NRGQrPabxe4GnLCIm8cnm
pRYmkjK9wVBuaHGZV6vDzSH7mgFgDGB/bM5rdwyWZlt5qPB+pQJVrghZGt087irQq0tuM1C1
JUttx0QfyxGsm18O3REeLkPhftzFGBlG83KpvfxDOsVC6DES8vz3Gq1haOqYxMs2X3UVvzf9
TDwUD3KR0fEsbzD/AOEXyBV4Q5iIe3pgNIee5udHGSD3NHqKqpI5FBcd3zaz0QRDgSX6x+ZV
GIA5nC1r5I1Y1Y56gjbXuNGDPAP3HTrlVocabblFBt4G2Yj5nUlDqH71hgtXtmqqyK8DE4zA
s+dy2FOBxeMvoJci0dMvvzKuAIDgEK82prUFgXI5nnOLPMYWqDZU3o7gG8ASrGcL9PzEwB5s
Mr5hNcpqoC2PEBqeBn6gSqEupnjboirgIq75gwF6imIL9Sgy2v1MJjHfuURWb7zLheFeDszx
v/5EMdLMEjXEcBZKoxuBjNXKxhmvFNzK0oY05lKYC5XxrE41A2+My001VqybTlARWCbgr4uK
WqopY8oZ7eQf5uACXHg9TCNzmrcEMW2Y+Jgo2ziGr9jEY1yOlGk/cJBbiy3s69TBfLmPAk1k
p4iYdpK6LdHTbkma5tuvceJhYAYOZTQh8wF3ow8Qdj1b6M8V4O4AsCwotbTXRHEdURQwLHTb
B9ABF0LrChWLVRQVz4T+YC65gxjmWFmDmXb7gRt1M8JpjWNbJ4j67FL2dj+f7lwhRc6sv+Ya
abNJGTsdOLghNqbByLqw1E4JaHFcRodYAOqm6ukhGTHZlvEAgpPDMSF4rf1UcRIpW/cHBnga
QYCtBuVC+i6MVkgynV+EXfoYspnzcmPiGVPW0QePmGfHggbusw07APzL/YLaUPf6gC0UA4vv
5ieJxbg5TIwAMXhzF5PaIYechrHuHwTgS8sj8xx6HIz6dTFbNZZela8TDrjDV+FyjrVHG7PE
sARWhn7jmslzsymwUHDEkSgvu49yR9q1HYW0JUdf3AOAEd1FDr0rfS44n+P/AFCZt1qNLHtP
O1uVE+UevRKrcgflLbEkC103uKlULUwF4+oF7AtvzKg5BTRSMVuWzW4m27ebqBFc2rHMDiIB
uQUKI4xVu+o0m8WgngmX2omabBDOrS36gR5iqi0S3YFd27/X3FcwV2ctwAff7jGBkqULOP1L
GVEJdmCLG1svuIcjdMdYZ4mQw6NlGAf06jhhMcnzAw4wDx3TBCMOrKAfi7hlL6Ia1PGhW7uo
OSj1EjP1Sj57PEraPs0HSeIiKL8zH7gyG5etLXURalX8sBOiwnm8R8l5Sq7qj+WFxC7GrnxG
qC7gnwxMi6L8VuNYK6XqYm/uAAQbNTAMPzJkUCWxKMMJYHDCtdRMuovpwQTVF1GRhawoh9cM
Wn2d+o2ULpgExf5goEbOVZS17lrDZES+a3FBXxYR6ia+KNO0c79x6Bbtujj5i2so5uB6IpKW
LT0jtFcGRYsp8K+ZflKhYLuWxWXZ9ekXA25viCK9wmcyyO9W58FETzdviFdHEYsHdLLo4+5e
gL38gPg/qYftL7G2UJTvIp58wQrdPGbhhtcMUQYVq1UUDvleoQSrdiQiuDtOmG0JbfRLAFaN
nj6ueZ+0QLCp3Fi+4qcFwTdm5lxFxJZagFziGbPiSrpQQLtgU4CpVJiizsjDlA5ADH9RrF6w
ZXdcSxApg6ZWiuuuHxGgsFr0j7/ERokqo+4r3EddLMG4wwCjxlAbWfriKjfAAfBbgPR7Ly+P
91AtIowHRBHYrrrcrYUNhpcWgeGtbFIUKr7mgMsFX2DawhyCsoRYIocpn0ru8HzK5gOdt/Mu
QV5WpxZnKU4l0QXsMRrl6QTAUjRuAOLjfKtn6fiOElY5YCpQZ16Ydqy1xQGF3DHUqqjUcGGj
+z+YuD2h4tIiaLCohAxhxlrfEqZArdW4WgTUHJsgG0seF4l+OoWgtywBSL1Myi4TidmcDDAh
VyuNxA4gK4vyEVLCg0lOJT/cnbzGpYG26r5lgAphOyoQECtFicj4hbjYXPmpYo55L9jI9QtZ
khKjTW7+8wXJwXb9AZZaFV6ChR+W4+B17PMTjgG2b/mUi24n5EIvCbMK8PMDwEtzJ8aiTnl9
MECUOUDMegI4yMAkRRhrIBn6jHw3tRgycVCPig9efOo6rBpi8OagQeZKpIgwllMl1+ItIKCi
rvmO2xAi1aX9DB+wh7qALW7PIMxSJFysr8yB4Bg/mf8AqEpQl57lKSrlOZoDMR3EZAWrHqBh
SZC6YZAh9ygBoUPLdf3NVJVDdM36iKqs4qsghhqi63l/qA1Cw4cZfzMflmFmSyJBRfx9ShP8
LxLO+wOz/MF+F8kO0NF41UpspRTjGJnA6CvEIrgmVeYLiGjtLYiZh6QMRAFqu3WcF/Eswjq5
gqwOmMoocpTlq3TfidKattqP3RwwEIr6EXlS+5pUarcT56hajM6UNZIXgpkRPFLw7JzMDsOb
qABou9CHLltyYG/GPz5gEtBQG8cTqX4WMMRoERsfsZgC4Y5sbgegBW4yACW2/MGDAILlt6vj
dxSHgFT9S5KUupxZBqYV4mViCrgiOQ1GpNbQtvVQ7UWrlkzkDhgwL4n/AGMAxxao/UmMxSSv
AFI71XhXVdS3QA2p+4u1qaGD6zAgAq5b03iDbM1uW2HutzJWt5XJdK+aPMpqKiKI4t9QgNDa
9C3bW2YFED808SguJZ3ya8l35h5uAdkC6l7szLHHZ3DtLHM2sQ2Fu5mhyjwXILIbg6VmfL8Y
Lf8ABMijeMax9WkdoIC4eCBg/FFh+fOrhPhWitlfgGAR2p2WIR2LSGlp80faHFgbf2Mw2lFU
O4riWWy7bbfeMbr6/M8r6mHYt4GTr/dzBGzjAvqZm1msV6qUwAtVVkAkAtXiJQE5WhrqUSDc
P0jpwGXzfiKgmo/kImJqVRq4XZM+kp4cnmgcQLRlOAHntwZhqWNF34XiWS2z8Rat2LF/MBba
wNW6jpq0a8JkgJMoHJmHMlKL1nEXG2q+2ZoCXb4i42xNfMulMoO8QCbaQvKRD9zNULR1/wBR
RIFsaHECaA1iYLFU1xcdjBPEXBwAB+piIHAQe7o4jmkIyi+URn6WaEUVhq303AHJazwyrz6H
buH+YRLElIxfDV1K8XDQeIywEpvNeozHLbLwQLPXEKfIiqJcXTn0TDHj6uw+oWiGh43UBmPl
b9EBJUViuKhOrNxlLWxjYFQpgJkaKgDK38QmMpUA+sv3LfmZKHMTQhUf8jWoWXN9sSltvBmq
hzhAZZ1K280EYOoVLirwfj5luW6J7H2vcDcyVW0Fl81qY/p0KAUUVl8xsrDzTePRGFBVlcVX
hWcJK1SBkK+yO0VaaN8TFcVDrm/7IjLW1hVJG9OYrD7gQ4HZ0A5PuFroUoNFef8AcxKWw3Jp
R8r8QXPVhvlfmH/XHZzvd49eILvgHATA4KqFU208GizqWdcqsrdlxE18LajTHW4Oc+lUPuFF
r1BFARlyuhdRrHqCyrFTdrueb6wFTAM31BBmnIzwE4llwynzD5sWHIBka8pLAjj8sLdFYx5l
agbUInGjVn3UN+c2tdagggsXeyI5SVFq3xCtoqps1vPcMci7EjF8ge/AcyhlyaS4sM21iIU3
zS61UJttWcdFTIiEYdxYDAobYYqsgzQ4qJaAswEEOrL1EErWLydfUaPoIVsj1iULq95lujSY
YxdKl4lQU6PWIIx7YcwhQUWNyiLaO5jX9BDAojmLu6amdTX1vRmg3gfcQccC3+XNGyBoVF/i
5eYZumdzgNZDcZwZo8xznoFKBYBrtv3CKbNocvBF385wVWmss31UZVFbWQsd0EL4jWRQIlb5
9yuspQ303B1C9XC3WQaIE2XfvMssc5m8XuOQsCIhqrz+kOrvAMVlyvEv0B4WIXMtIKxCIvoQ
SvhS4XGVIMQ6xFjVotsJcwBGbg/2fqMai8V3+9zO7AtbJLz3qHR4SKA/e5wapqul/cUvJWpW
sYMMgNYs1djsQcte4H3LnyPEyzLNDWLhtQyrfRjvzBtkbDzUap0B0sWQSWy2Klq2W/uFIr8w
l+8bh7WI5dlc+pjhBWoZb23j9xk43E27q29f8lKrLsK8ROQJoMdhzvxE1isViKHu8x02EAYo
36EoCgkRWdUHabmsYUDHy/tn+s/uLjOKLmxSmnRGAAlVK1WMRyyCyR0/8itqExYsIKrRsfEo
dXCjFS6NShjkilFJGuGZeyIgwRrOIfAgYB4U/mXLMZ7gA6OiuIygVDHzM8opWmLibPRrUWWL
JaRvmDjCKQeA5JWU7hfGamI28WBm/cYEDVODheoMRGnJNgFOjmNQERrLO3mYs1S2wHPzAjUR
S8kBi2juJdlXD0SiClZZ2+IODT+kQO3p0l+pJ2up5FLBM0eNzDEoPuJaAonuYEY44cCQXSwK
IRDQN1kYjhxo28icw6Joy1OriDxV0cy+M9r5lRSij8xAYHpF0l1NipzJAUBj4jU3tbIAINLe
IJGj/HqOa9xKCmJU8cxWLL3LXbbaohywrKqcA8GYK2tWktQz7QGriJj/ABHZ81sf0QSsqIbV
cy4TlAv5i0oqF1UZSq8HQ4f/ACbrKgWmA4JmDHPaJzLwqMRVbp/MQapsXS7T8M1fwN3RA/ZN
WUCqz/1e47FGnA9HtccyldTRpSa+YG8aYLU2e11cV0GAsDyeNy/2YgKO4mL2KLZqh16vcMOf
StalNoub3qYsiRZFfrrmOZrUlrAl80F4CVcXMXQLz86grCfOWYl7W+jW6LDrTExC201cS1UK
5U2cBnmam3W6zy5oYEW3B0vNwgy9YMdkStBoPB/1/ErQWgNvA346n+h/aC0LL2+5kHLhcems
1uUpy54hGrOlQ4tD7jcBwrILYEa82TcAFeJcDu7IS/xLZKgOiIt5l8olASr6+4qV2qMDcVwk
dNWoUrV+ZXsKN/7cC8O1OArAR55BWib2cawU2HazLGS28f8Ass3R221ezOI2y2xjBROdU1uU
kSbVA4GlxiWOALK8sUl69lRYqDKCDSIososRzjxm4IxnIrFx1x2QiIm3LBr9QFmB234jdqWy
9+luMq0G3KfcaokGk+9QG2t2bZVKYcDUMK0XoiUme+4X9wtM+jsham5NdSfj4iq4mXt1LsHj
LY/7Do1TofUDnojmWHpBJjP3No/y5fmWSOaOoEd54LjA+9Karr1AAFvKbPEFBan6I+t2yoDV
WxDAKRUGZQQdB7gEERMZH+UN668l1X6lDaWNwOmo+xgqrlIhApi7WABtzVMfMq6cg+fcYysM
BlTmUcjg1ZbZiNRc1W6fgw6aue8N49j9wAekUtUZ8lTVGuOS0K8Q6JRvZ4w1JBVd4umMFQ5F
ggUtCvEaVpuFN2KfDKuKzjD3iGgSoxb90lUQGi0Wb8YIgWUPktmYsmEUJbGhPF4m1d3wDVHu
s/MSFVN9h8teHiVMI2arQ0NGJffDQKnLZhvxDmC5SpCoPnBGUNFkGkT0XPcVzyXtdsrC3B5o
fixhE0BqY8HluYpRFNq5Tmf4b+JQFASCMakT1GpRYLctWzeal4MhoIeNXdVxGVQE1FQljPL3
+YNmBVXqErpELfA69w1Kk45rzNim98Nk2uArldNGnxGEIFUHEqcLI1jP4nIRtnwQ1eigsFb8
QGKGtwscfcq4IVbwf3HG5yKYZVqObgDfmI+GKQnnw83wyhRMYoyQGCPco0WGD+lzZBCGobLy
rmY+0f0ioOrLLkvt5hYhh4bbO1VBiwqa/wAY23dS37meUmsjKxY3KrusDqvqa4RJRlWO7rAz
tXEL4C+vwoXLcyzoIbqoLQalKa9R/lSlB6y/Lr5g9W3dqW5CKQs/iX0vx0fhmHYpyj5hB0yf
uMM84hpBMg7FFLAcvfQgCQBq/X6lnsFnxARFlRdXGNf7tqYWrODf4hys1Rx7hoULHAbl4oQ0
+FeFfojpACgpaGItdnhOHqLqQYtFwGTfiVLIj+epUQbYrXiJsVttqjuocIfUGmPV/IROqoAN
BUGPdQ1qankMA+D7j5HMSFuGmKlmAHsePUusCxvuWrUXQ6mvn9ytg2qpswvu7+4pleJUCarf
/kzMaJrrNriFb0JPjf8Au4Hoy1yoqCETQcFtfi5RbRQSVeYIayEdS9jq75FCAZ7j6DRBS1cp
xiu+wjh8W/MfV4aO834IQL9jSI9MqEKgHrQP51mIdcWapkGhfOpciHFYviP9f6YmklmpYghq
IVqytkylUOK5loJYcisst03UKxZqNkOKs2priMXcXbwRtNQHRu2Fg4tVReIU4X2NVCWwLNcC
YeN6JhQjoTDxHVQA1UXNcQQWFZjlVvHEdZBkP+GIlbS7PMRpGkLBy/UXZTuv9IFIUvOZyHWy
Yj3wikZXUxDHi24C2D1Luab1e2vBHEtzDuruFmBzy+a3KByTZRP3AZtS8g9MyKgfoi+4Jrxa
pfoYrdCj8UgmZknS0qHV7iOWJwF1bmGObgXYcq9dQCgmMVm5b8ogqEKFhQXj3GGFrl91K2d1
G0rJHeBs4KYqAixxX7ZoAKbgetoQXqxMYgSjS4KHgDL4hWhh9mGr7UfUz4GD5jpU5KCcnjzB
ZUARdB3/ALipSR43UZMLysphCLMuSBmBvcwD0j4R02VTJfZKMpu0S7riV/EMKv3GQcRJdS5N
4aM58+JRUiy4HNvfE2fVqK8h7r8JMSZuHtL8qgkG1nLtfxLCCX51MtsagaBUA6cSiG0UDGIB
Ut0n4XUcjjA7E6GCJNuZlrT1XEuFEwkVODz/ABAR9+sWBmiEyCkiz0JzfFR5a7tpeIOhajCn
lTfqFWaAtDuzZDTV3tgvR3fUHpKm8IYqZzEUZX+jUpOUhoLwwDoNLl0k9PBFRgM5Ct3t+scx
NQqgNhnI+H/4U9VN7h0X5QbfjUvFaQ28ShwS43wMA6FMn5hWRhT9xuoYbKcQgBTWd37mSSZ5
Pkil2rbN+WIbwNMvqDnFJT2mRMxu8QaxZq8x6haaop6/mbTCBox3HqLqssWMwUAcrDeHoZaF
N63USIFar+ZfBbloc37YR9YYajtNb+IjUGcK6jaqyRbUc59RehaiDX+qDFj1n3EHsh27lvwI
gbYeDYCFBDgrU93L4QdKuFROrppYwC2BWduc/FH3DsorSqN1KlUC0bliwV3FJ9CNsGX93BBF
maANcAdeImFI0IpgAi4I1VWMMeRFN1zG/IC1lv8AE/8AYZijoHASq66Unqo5DKWJh4Kd6BAz
WzjuVS8zY7mOnRtn9nzAB7QXTt6l3OmuAfuAEmZswmSgijzUXwTC6GK8SlAXFoThOhNiwrFp
XUqEFstdKPY1Eu9a1BayB4cH5jEFqISlVHiZIUrl30YKi24eKiodhq+/P3F4g02O5VERzqMT
vairOyG2zSrbR/HuECUV9OVVkBwpaAdV6e4Pdcq1gpPqHjxiR4P/ACB5rFr57ruKZYW+BzUx
CjtV3/uoGsPgNX81LRsvNqu5RYeheE3dRGSoL1m4OVEaVYLo7rVnuHAarbYc196gTADYZ/8A
mWXveKSLUj2hYRVMRSJcd0+paCxziaMqxAY9W25iWkLUV5gBpQX6XKCqm8hmIJCgr8y3tX2d
fqPrAGCOZ2/UBYFOXgjWrTOhy/iMplmqWeX1cvKc4ADmAYnVYHT5ZVrG4LCeOvcsgDLF5/lB
5iCyn8SppqBxDhGpVlkcmSXGgCzQ6PfPzMPQWMMaiFflgNvp+ZYrWtQWZF29RMuVVHHqa+Kv
QRmUF2dGYmFC3i6/7KWhuukd1Cr5geW1nFvf9vPUegeiVMtFN+kr2Cc7dxBnP6htJa4tZYU0
Lf8AqYqLHCXUa9AAMGsS+CgZERlRoAW+IlYzifzF06ylgYDh8Sl2lFrcXDcD3iXIVNsBeAi6
iJgAlScWRF8NbgFq+E/PFfZfEAuFWhzXWYGYBvVvg9QeaGWjypjWnCl26+ZhwNWuh66iVULM
G1xQZRc8V8QjZBo9IphLgVVRZA4HquYEUKGEumG2AYE0S+fARRGLddQKK1ND7NnzMQE5u0wf
Z8sNrBVbWkOIAGya8tr78RDMsQzRungUPxFkSxSrM9d+ZYo4XeKhEFwb6lPUiXIqzYG5jSqy
vJsYD34RHAvt9Efvv2mvC6zqG27BiA7p2xAwUECPSZJS1ldkfh3C0JIObKwnZPM/56lZTy5p
mE4NRAT9Q9yYFLgCBfOYKcV7TE5lnk3cobQ8hqUD47YuyniEA1SuEjEMqLD7zPFX0OBghS1z
iIFa78JvoA/ylKeWgq/Fxz7XppLw/UVxQsVnmvcdRAmjZxS71BCv1bt2B4/cum1Z7LGQqmsJ
/EoK7cAxXmN8N/bFn4gUMDnEwaavZoH3UWVRbWqQKA8S1NQXa9Et5HalNv8AyC0UHUoIYW1I
qNkpuvEMpBdny8S2qtKXxqv7iXZTqFX3YFji8RdGyviwmalIyZ/UUyF9pb/z7mrWwig5TB8y
5CUhfbmYy1twFIcB4tKOfQQo27DfqGFCz7WgEPpHxBKFFKIPK38MulMTDuCQd1GZ3aEV1+oz
VcEdoDl1xKd9DoHoMv4hW9AKl9RZDxNrcrXcnqxAO2oQgvV1DRHMgDj5gHiAF5vmr5qZDrDd
PtENksTCslYggEU0q2LbiFZ0mk/qOyrNQgZ2GC/cVErgtD/f7zHV2C9r1VQ68DmzeKBfgihK
5XOmdlHHEv1Cs8odAe2C0AyIwnjqHRMtDbX4joKLlIGLC/1ERYFej2wErSaUcX819Sol5bEX
FF7al4Qmiq5raXqLdyDIHk+pftJtMR0CL9FeBr5ioU3G7EiiKAqu8/8AkWlWBJ6s80COalEO
MH9kzlYd6lsPoC4FUEFcIq2o1uO0AMo7Zij7bqM0GU4QGiKLc0qBgFKzouUPAA8BX8RQscMV
MtPwiugTmWCAQbC1xcXBhQQt0Z2GZ2QxYw2orlJV0NyxiPW2gJzndMEs8ebTMTSLzcsCWNnv
1AqPJ/bMmLgx1KMkPtVg5d/iWRX62DdJKsV95e4Q8btt8REvJNw8VAW7LX+ZUbWqAruUpEkV
i24GMFV+ZcYVgpzGkonByLKMRLBQa24zArbHy+iPXCppmgeTF/MADSriqecQJXRl9IUTQn1E
yrLF+WFHqv8AcExQy851DKsUYhk04SGzSEpoBo+cMBmlO64isMXd+7YnVQRKxKFUGbjXEMn5
fMNta8WDye4J4IF8evL2XrDuLAq1qX5j7sux1LywHJl4LUaWGeamjeEcUvE6jKLavlNtSbxb
ohKyzUx0QsDfTO/UFulpjsgbAv7gpCmVDXubCACU4IG5EtTW6fhuClstZMYq5cnsd3EzRRUW
zFNeX/kNewFfApKhhCelBt7T1qBsPRXxCzU6GOWvf8y8iCmQN/bGAVxG8VlfAFe5ZwdY8Hj3
LOoUTIpcNHVi+Y7SV5Kczd6yZV8ZgUulikl2cjx3AaBmrNFrhJ43++YfSxmaaBM92slvrUL9
0R2XW2Vl+Wmmz436jVBbWohxRxvmFVySqV3/AD7nmpIB2p44istalMvK3i4oTY8lfEuXLGBs
I6gkZc0fnmVgmIOCI0DmOTDwdRLwxQGi4u+WBxS5LN7PEXNE9O/MNoNHCIIbgXPct8DEFwHg
19wUxJiCJ14zmOuNbe6ilFytxOVf7GKXPUCFVNtQ2ujlhlhb265ZipCNrDTddFwDSvId8VKH
qVRVRfcexVA18Sw6V5MTNfiGMq0YH5fiLa25N6hUK4FTYyGtnzE2NshFK0jHYKzsldEeDFcf
xMMJFoF+Qw5lVIUI3tqKZWRz1mKmVC7uCgi16xrcIDdsLwf+xiYEKxFjeBe8QgFu3+4AWiZR
3LigTd15LFSLBSg3Vvi5qeLjOlV+IA/3iEBUAvpaiIAFtVS161VusQVHYunsmB5sh8Qxbs3V
1mCW6InhOyNInC7Bi2eDcqFj2FS4yZdx01gwtqY4GE/14fEEoIE2dcRMSBYMty3UwlTdOB75
lKPEgrNnmEoooU5DF8h8zANI1lBAmE3L9VPwmeOSMFsapstZ6Yr+QukFyeWiXVxqomgHTglj
DcXZ4vmp08n09v4m9JIQfWGC9qYao9NP1B2AiVcylu0hoo2RFXpgAq+b37nl/UI4WzzjFBIq
bPcsOA0QAeMYlFkK5ee9QJQbwD3f2R587AfuBtG7k/sl7sgL0fMGhe2wdD6gLT9wb+wCgd4c
VCwOJ4DxK27o4auPEqx2uofQZfUCgYV9x66xsr9xdQLKgn9xbIxgyYPuPODHJ/cRJPZQv9wc
Dy3/ANgZ3kyJwRKMFx8swJ1KE1LpUBlj7Hm9OG3x4i0JSenfMUWgKCLjRtXxbLXU2vuBeAIy
+4MIS4OLXL5JrvvcAzC4ys6LxvURNi6YVDmBeYoi0G43XRcHONFDsZQcKtrFmz+YEt7LVpjb
oeVMxvVE1rcyOLEPllEA528j/wBj5w718BrTOYU+FAWgQQbiGDJp/wBcN8udfQOZdbm8MRRF
DkjgMMufbHhijgWesKw/mmzBlVPPcz+IYDU/XkhRPAdQcyYlcvxBgqMBzDMNeQOeKZ3dlTuB
zUU2bKjRY5LbGVCGQq2kxBtIfZACDamM4UxhQ/8AYjdUZZnMLYidCssVrcxynLo+nj5nBgsP
k8S0WLqSnD1iLOnQwrR4l9VBe4s4XOoVfea9ZUdY6gDJ0qDSx9CR0AEKrJx5MfUtTqoDnqDs
WdA8v9Rs4EpgfIYhP8kOB5O4xpOSPQDj3FgTtSm41PdWgiaXCiMJcfai39zyQFVO7P6gFj82
f1Dro+E/qXLAObP6iuR2D+p/7R/Uvc/eQ3Z6T+pbb/FFwtfqJjYnolZVP1CnJV6zNVfgn+Mi
v/GUdPxK1RschHg+shq/GRvKcPBF+9atSp7YCZ8RQlTJ0wFhQZVimlyaVzmHgUJRn0gLKQ0K
rl0WCSUHF4/zUew1UfV+YR4DRv8AczgJoCB0pu9l3C3MkGWEoVd+ebvjiEV2KxKbxKEQlIUk
v7QgAEN+4QcDV4ZVuW6UocfmJSWh2LxKqAQ4ZqPapJ95xKZWaX6Y8jf88EOBQIBRabWgidlN
YPZd4jYAlrDvTAxbcOMRwVZv+5jY4yRBxkxeKmVNclwZz+biLiUXUwzuRsKK4Ly0Kq7fEGOK
6Qw6jqjYeKyWNQGDTqswaid1jEvVm8lbl0tXqyIoCadRiA1FpvBdjNEIrZ6A/UDLxwSmk0IC
sojdw5YnywhGl2+x4YAkuSVVSPTK87MIPLD4hNFMrhd6ggXQFtoHGqySlGI2VBV8lXTLKVQZ
sMH6I7Gpm0rV9WwgDNCrzhGoCgJvob/qB7gyWRrDLaEhRyij9XL+CCBsrV8QOLLuOM/czy01
Bep5f2S4PTDxLL5h6qjqOvO8VmYBPo1MMHq4hsO6i0euZZyg8ENdfURFNPUH5IzMbD1BiVVe
x6mGV6SJcH4ZSkMDs3DTf7izVYszLLDUVKOWKVgqgOvWDgjiDZ2i4L+IZouWOpgtysJPR4DY
/v8AEY+8SD7gKpyvLBROEe3f0EsRqmMbgQsE3geyFLq8ARqGrGPjEbApffEVXoWh5YoLYrQc
R1a8P2dRQRZRw8xC0u0afMvchKtdfxAOMAFOuGEC5aOiupcaswTsuHlYWqMl7h4w696DRyiN
eY5zBs1DQnsqF5gcnhhyPJf4nk6bXzPuFUErTwvYwv7mTqdjKwE6zxL6DlwxlK2VM8JFfLCB
CgdSVPuQMWpdU2EM6CDfZHdYSk3A5N6AxDlBLCJqAdrAwL/MbmG3kcD7hmx8Dhj7ZfmCfnAk
iVCUUmi+2AmYMJ86x6vdoOEg1ApDzz+phImStf6hKwQKNKM2iYvIjZb8wTrMr5NCuP8Astt1
WtTeOkarvi7nFf1ALxsObXqUOAUOnPE0RwWmM8Vg6GIbiooIgko+fcLBGY6V9TyH3Bu1TCBZ
zUUlsRlxVEVR1tTGr2OiFfQMEEtjVAvV8vqW8/ZDtv0vBp2e5S8JCwC0YQK9EMNPbY+JlRVx
G2W1w8MCDW88Me79hzGrplD1SS5jhlT8wL7a/gjnSxs6Ga1KA6AP5uXsYF44lCG23D1DZC6s
PUpiVffDLAspbEMFC7HMc4Uy6TDanNf+xoMlXYICs/q8HR64gSvSkTZzlaDlmDMLJle7jI7W
+3TNSsGxuBcAHwqGRWBLWqcQiAWBm9XDX4Wm8cvwEJUNDB7jM9odrEmKRceXlIF24MuVbDNZ
lAJomtLanH1HifD1U5Ss/wBxNuJs8/1BvRQXagx9RW1M9sFpVPTBttT5RvAoejDXQK8/JE2Y
viGrw/iNzVil5JpHgoWAI4JlW1nB58SuNQNge03WPuGtL2HSrbnJZAbybDLjH7lt0WINt1LY
ojJ6aiSMd0gUWqS0LfmEhthFsJU7ZeIY4j9ZV35uZlI6UXtt+IqCrlLuz/qKRS1OYRTXkNns
gvIKQ1aB3KaBYHKRfNAc4hQcAOA/c1ys9lxGo22ETlKfQu5/5SNqmjFQOqbeCKgR0bJdqDGs
ynFLKCWAJXxKeyupKIE19pafm4n4Ta9L8H3HtZgBw2ovqr+YpSXDTQ/IsWwKr5S4KiujBnFc
VX3KBFxzC1Z0cRnyj2RnyBpjBYWnqA4sc1AX4uLR3Fb+Zc42/oSqqlTiV4Osy30zmo2g0eOY
N2lH8QSIAt8SgOdoTGEuYlhRmwR8TILgviOhiJG1iYVqy3mz297hLN76Re2rfiBp5WY6my0j
2RxhuiDRxVX5ICEBVvqeC0biDE7NsRWSPE6+YaE0t+S41zKl/wB9kWCMIJvr+ZWicbC8oF/p
AgC0KqfwlwXuX8wHVJQ+f9+Y6eQg9tvEM1kf1K1VxXora9zeK6IEQ4hqtbiyWRltiThVqIMp
5lRWKZ7a/wAbgThZT7sv6hYWJts+Yvrxota8+UtyQQW0EXDFkEUq2LryLUELsgOyOkmgWUcM
yhTykQcgbak6lSRdTB7q4atE1YOfuFhOOLmLDnPU6mq/zLFX0qJG78xQW9JDZGwu+pfcvRcx
kJThjiUI2JsjmtWVuMwWxbKsv4nm/aC/RBTpBXyRi8o8THh8xFlfZio3IFAblniwlV4O3czB
unHeL1C5uAiDsaf+IZtimoBofHUrk4rRcEMmbMfcPwtqJTBDkBo95IJpGjgipyX8QJUylV2j
e3LmFZkRSjHNXyzBmpaFVN3WD3BhyABVANbykpvHtGRSVogXixGCr2D7nXt4YC2zFk2LFsG+
YhZqnMoOXl+4q0CjGYX2DqFE44uCV5uSqm4+V1AogC3jN/xLFdNRy339ytLA+1oKnMcNfBFx
CeUWN+HMpRhw70/RNpyoaxPKD5t9cyx1IaX2K19TNpBC3CbTKpiIL77sV1+ogzaUS8tq3MB7
vFSy63Z9wYV3b9v/ACMztZZwcny+kVjCtc0Mq+KuIkSkXI3/AKBH9sPqfB/kladWymC/iWub
Qs6vMtNInIoxQIahy+Zr085lgKlkwLIN0kQGw0CYlQ9FmwC/16CHabgeXgg7lV6CI/kiDgCH
smAOVq/s/JKVBUjkSKm47luHjMQ1R9TAwOmUh8hSPzBIJBY1uMyqWNylV2qpRYRm4VDeXc2W
W7JY3iKrjMC7t1E23FRWjBLaruNwAFeplmfQYqBoO959T/zZUAceKgVcG4Q9Dg4A4+Rm8EuP
iA9L/Ar5mYYJl9Dyyttg6Am6WC8N8eZ0OnYJDxl+IkymJ8plXbtogBEM8n1EVBpLIdmLq+Za
noAVNbBThKlECMsXgY1zFPD4gDSlNEYGIlghHAvJ+GBYtI5mzSFO43ZTyZjzcKz5hUgWXUHw
xRfyyjJYQjA6/uPYUXj1HmEWiyrgtG1q4A3AQWlquJfFa/KPszIg1cArQaNqraMYxKLkfvuH
aqrqLSbjtAdO7dfVwaj2mx4hW1PogW3I3WagMlWqZe02Q2lZPAeMsKQjUDGNX8Qdhg3rNVmc
1jKdm1+oXdqbit3/ACyK7AqzP3K0glo2aci+LITpq+huotPm8dQNYYlcSiqhaeZrf4uKbb4l
2QzRonFYmh9//KCGRfH9UCKZuD+iBoJf9aiawhx/REQv/vqbM3AHsZYbgbpsF9w8QBVkSyOW
oG3lg/a/E07vvQT8h9yvqLR5Sj8wKPDb29frD8QEl5UDAU3lTuviZ6nIqu6f3LJfIBdsMru0
5Ifmd+0IBZi70dWzK+tspuz4lCK/A8O/XnUDq2jKpSjnyfcxLatwjvmJvOIcKvniyHdGgR4t
L+I0rRyjpIznL5uNXj4hwmHbz/8AEVTEBn1Mwq6Esr46n/ov9xViNxY5isuB+f8A0S8EBBwQ
ZVQfphCLHsPj4KI61S1AEdCCjrt5YfAchYi0L57eo4FWcWA6UUpXiVF1FJVOk4SayVKIkLWa
3+IGUy3zOGoFImsbDTXuoO9IFKzbnRKWe4q7TCuxxFIogLRQL/Ppl+7imTfpgCDSz5lHXWoA
LzWZqRTN3LjjAxGUtnxNBUZVjfCA7eZaufLK+LLck3AbQ4dDiWpBVrlj/sovWG9PP7ii2w5t
bgoOILQ38vUoDx2LH45liMEk9iufmCyLLtfUJOAlYlzEoaeBqEOaYB3YdQBtXcXiYPqryqGE
vW4LNymGLa2/n7iZaLDo6m1t6ljOX/H9RWEGw8F/uDIpslXqBMsZvwxVe5yO0AP9mY7qxCZG
XpuX9QUmiCAxn/4V1iJZZoAOZeHgQJe1yvzUwuJGKSyLIWbO/wDCv0XpABs/SZlER6QVRcGD
nBAtj3mwUtvjG4Rh1Mg2N1aDnLKmZqjfle3oiV2YR/gqnNfMfBArV0Xp3ETOo4ggnBWh2wDh
QK2SeVnEvkuY8VijlYvyFAPeMTG6wlApKPqYJNP9wwPiFbccNqfgRX8ZQFChRgx1HB0C00dO
fEcPMqy46Kz3N8FdwWBVveJvZ8yiDtPR9Q0F+oGxZPMEN0N/Jf7P/itpbXMq/C/v1OQAyy+A
2svMXu0hp8OiKyXUOjNPZWvtgEBzflslEkD9Vv8ACyutmTgNj91AV3wRLpp36gp0VnwB/Nwv
wQDoIqIOBgFaWkW3fiL3xgGqGT39xRmlQTc/3RoFXjiJ8mLKXC69y1A7MSm4qqY+qLIYshet
bohLOqRt6zHXLC3hI+TUWVk5msAq52Su83HVQrIUG7eMe8fMODWAOowDXNf3HVYwE68S2ML3
ApAuoljZVEQ1LRwKKCscEULwYtcxs4hVz/hUsQ81x59zZVV1zBFUDz3Gz8iP0RYRZSu5weVP
9kPnZ/hKg6uKg5VfzFh5f2T3d8QQbjJfQr3wP8fEzE745UPX5iVLUpeP8P1AwXg0Qefg1F23
p+ZxuBLvvKOvs6bj4aTKJggTuufI+e5WEChYDvQY1GOxKr2h/cVVBWd/RlZMMXQNK1GANK8P
mNVmi+Ll/YR2N4q+TXopMDXJ/ZEHi/Zgb7keAS3wD+VTDZQ3yzAZ2gLVrVTfuhpfDLDHD/8A
A9xfqO5uSvL6gN2obeoyFC/62/E1N8RMEFpVtRpOpbB1FfE2CZ8xBq/I8nmKrUTUySul9Qt9
vepkkuH96UzyQdz9EjPIo693/M0TeTtsjN11KyqgT7zK3XN6S6U3es+IZfSWulMxbe37TaAX
2ytAyFX5jbKGp6mxqleIW40KCXFcZLOYQV1AWByStpxASwlVaWxUraxRqEmh6BU1CYipWoLq
I0K6hkWcviBpB8sCV28A2y3uDjtjKZNynOvepcvrWyCFkgA15gFjN8eSDMOF1yw+wzhaUulV
4gap9QzAHfETPfLmQ4Hcz2cFkfZiKWjciZC5v0fmU5guj1EU4/kijMo7jLtNc4vZ+pYbqDVQ
DEMpCvUUzdqXxw+gjfG3RWbro/cPQhKYqBjETI4CC04RJWWh8QWP1L2g3OxH+RKu8mIRU0eg
OT5LInA/KB8sUZ5zL4xF6D6zrfMVgMK1EDomvIROXmhFEtlUivMpfMFx2qLpW71Uo3Jaii8N
G1fUI/AELC3bgo/cLZRl2GxKc+of7Q4Kt8h/EIEkrKXgSc+Iuc6/+b1mUvHUxxE3GZMy4yDF
EYKGXJNo35hAbsPsuIcAR7tNeoiNhp08nwwCJFB/4OyHofV8DgPTKoUo3rA/w/MybX3pgIlI
Pd7/AAMDAo+QNH+cRVaxf6eoZnb9lxUqBjpLlrWELoI451ATh3wUSOre8yfd5oDdxb9oATGI
+ZdoKfHcE4N5CtqP2BuYuD/UAb3y9zLClu5fKnceD/VMDXyeXuXCPITFfrwzw/RcO6WjgIQo
rFtc3CVt38swE04u4KBBnEpXEAWsS5axKBtbWOImCdbQrortlaeheLlpKtIu15o6/wBqWDra
lHs+C/xCXCwZux5l1fFBxb2xKLOdHNOyVgL9QylwxNcVadf64pQmKzZQvslCTSUrJF/q5i43
cFwfEf3GQozYDA51CQk0yyUzYfu/6S+IS3TlfAWyk6hVl7Xy7mDH6mbxEcDKSznQ8v6h6AG2
kycaXLDNerwG1Im42je9ygCnQArETEgVKHw0vxcQoVoR0jqCLC6jaRjoWNBbiConocPbDd+F
BK/lHPelYa23pdquMdSg06grPPMUIwAWqwWlbI+Ap8wca45fukWvnk8gMPxLx71YwNtqEAZK
RInHBfX3Ei1ijTZSxrJ/z5mxkb3ppcREljgztldCaMaJUutWlQW0ag00Evkofom56YRvQoXn
Q/T9x+cQFsEijPP/ACIVxc9QHy8czECkOmwVa+OyNaZeKPK9sCBpB4CikxnzUQEtABSbMKYp
YyMAqWhrn4iSk7N+ynZMphMgrtUVllmrlhaw4tXcc1Qq6u4ZLUx1wLnb1KI77gVTm414EYZ3
bERpBXjcToub53LnNlzUWqRqKCM/hHAxLuVNVo1jwH7+ZUccT4zcACpLCKGmQHIUrxqW3YRy
wAdGVf8AYNSGn1ASmBr3B5/YkEBVFC4qLuCncwyn4NYWovcwVhRgd3iYy1KRdXjZpxDKQG9l
5jA1bF8yhv2J9EyaCNjTqvmOFqO3zzFAnYQcW6LhANhYsUc+7zOwMW/kMPHX90aorfMsjGhv
XPuHIsbeL3tEwly7xHHvLegX+COdL18c/lr0eYKrBBDDrmyg8vgiEdlVlzleWcU+0oz9bBNA
fl4ujmcf8sc4aHxefiLDPVtoD6w+CJZOmq5rvX4izAp4DqbNyDA2P4lK0HFqqH+zcDWJshCI
3Wv3G+lEK25B2C8eyNPXuJswqYS6P5jPfJfQn4IKYHHoYThiTwqJYT6Ri3mUaV1LVAo6Gj9B
LMuWWCA6ryUn1GyoagoF4nmwgfUJXtHd8iMmc/1RAM98Sm0QO+z0mPmGBsK5XI+RhVLC1ruk
5F3gsuqgeJD9rmI3mUbQWcZY9bS6mcj+JhlXJDz4LmNStyrW4SKamhQ7ZZu7QBI4HzB8qItt
CKlEbhRd9xKLquyZgLphuzvruYA6tBkXn7gsopxTx1EratHW47wBEPT/AMlNFk0eJhFA1AFW
hhEVm8gbgDcTg4tmWUeW5Sidr0cX5jOLAQA+0d6iDz5l2ClY39fEEINA8LoiqOAN65/mGtyi
n1RGcVsvxZiKEOczRbs/xKxGGFS2NLoqsVF6A+citq3Ggo2iFXFj/wBXMckC06nBNqEUrwq/
FQ0SrMEcAY0KAvtWv/ISogVANBADbCkEsWD5ejzH5uAMFeDwgznJMKDBMV2Hw0HzKyaQQDAs
8Zr+ZWjbZhQFMHSOIVjh/UQCs9TDS56/mFh1ggMycH6/qYYTvFB/MMt1ZAo/UpdBULw8TFoI
bKoq7hXUQHuA7Tef5mbDuGHSA+4LeYQLSiy+MYdgoae3/Mu0z8z0/iE0bmIeJSrUcJHztu+x
Slfc5QEVBzKeEXmp7OnzD71ww+1Jo0pbF5eDxBScJiVnfEAc8svdYMMFAdqw02ZAx8qYzpNx
Fe2HzqTNu1h094z5oBARzdRGyq4oMyi+reyF9LAjzQMreJj0YGH3ApCdISzSUmIdsQ9zwHu3
PxiEQ1VVcoeDqGzRUZ1BCncVS7y/f6lndtEuefcrsWAvtcZf5jW2IMMRcIpruJXpr6jrDVGK
mXLB3pmqAydg8zzNY+iATBjeRmWgVYp91s9w+fSw0tZOzSHuFQjuWi5l5qoNlCo2DfUrn+L3
Ba0Y6hqmFIoBdM11iyURwn1ASiyemUILcrWWLcL0uZw1yC16/tGQx2Ps/jULOyLMJDXF0np/
pTBxqWcXN+ENVlHCAm1TYY5p/hgPYW+L+gYwFB1Xej4MvmAs9XN7DB5C/wCJeN8V7n8EtG4m
NILpqP8ARkyuGsrPgqn8ILxQAoL0HzBTlmJ6m7h3k1l+dbmKyr/vrFjmCwDzUr/qRNXWISPM
zVvHiZ4Zbohk64MqncPadyeEHFMuwbWYVzcZCbUTMD3DB6EYOV4IDEtlSmahVC8ZiRICYojW
MpbKQtjCdRYPMzL7Q06czataWxGRsAZTznnxHV3mVVy2R/KtGRWOf3BC4qpwd4JZFWOYE9Qo
1VYrop2eJwkMHSKG2OTvg4M/8mMb2aD1FQaaB4OZn7JYc+WIw/BcXWTLWH7jlCcVDlV/3EZs
tArb7mABHMswwmLJcrQwX5ghWrqnjxUFHA4dQ9lrsUlitcfEriFgA0VcHXXEPbEF1IaCtA9c
wVRXFBv8S9wqxsU1TyQsCACjjz5gQ/8AVw8zIV1uFlBi9wWsH3kfwsGB5mJacR6lKb7PJ5nM
j32whgTu3Wvo4+z5mybJV8jyeSOWFlFMNEpyug7A/wBwtDUPo/iRDBmv6yvECkxb9owW2CeH
o/BA+LTWVQaK+IETRdlbB1NpgIy1MMU94jpc/wAUTh83ubFZzoiXCvzQFuYNHIwAujA8Zxi7
Z8SX+s94LM7haUXMefzBhjQ6l1FaiaZ0ZjBeMDG97kTIDGq2HBKBiue7gVgPBGsc8M5FOQlj
Sk+pctPRjsmVuOWxYDMCvyZT4OjmEMUUoCtphVVQYMqq3hBuxnVy7hqQij5guWNiiwqu/MrZ
GKKrDdVM5ZHeTgF6q/iGgJDJo5ZTaGGzcAVORa86lpmVNI8MSkBXd6h40hhEw65gM4+oU7If
qKNv5L4jwF5TAJ8cf7cKpIpuFd2+M/iHjRhuoNXAwlyq6CwXAYbOSx0sDR5iYKhcBolggOf5
jKksszxHeBk481NnbGiC6VkoAgSKJRiZXJSOc9wX+FwLGB7ZcFv8DhmT2GSvME2FsxA88BiO
i1UCypX1IfmouGO9w6jNjAasNHwmICpKAbp59hsnf+pgpuFS9rj1plYLw0foeH1AcHTV3DdN
g4Wq/tMgh21X8SGnd45+MGruCA7E+g/bKsAB5OB+T7Sj2qht5tiLttv2P6TJmBUi/mMYWpZf
93iJ/u2ykqStNS9uc/qTBLS8zEmcv7waxECO/wDGNN/U3J8QD8YyrxMiBHVx6gM2VDR0QqYI
zfKR0qZC4IxrogOoqs1CoPcRyFjT1DAU2q4TCgcBLvU0BbBjabtirpZZVV7xBYGdxH826gyx
93EbT54LHFZgh4yjbjHnmFVv5q2yuPNRUS04l+Jby7lvsnxGvH1a6OFEagKqLn2HmD1BIWLb
nFQOqQ4ik1Rx3KGtg2igz8EHt4XbTvG+IV8Z6y7Q6bg1EDZoO13v9wNWg3ls09VAEjdoWM77
qNJCG0zWYDeHtBwRZc3F4JewvEwkNnfqNAGtEVC623mGAIOH0MplaSqunmNsomfdjiIZ+0x5
FxJFtB4kj6H/ALMNYezyx23dVqAHsNRkKMXP02PIx28QseyMkAP9C/4gZF2sc9Zesy6YsRbo
0ezPs8w68yr3GCqR+E6Thiz3L4H/AAaZReCaWLJ86+YecAuRL/8AgpVwo76aH6Z5YlYdBzTl
f2n6h0Bc13S/zcepnNPS/MMZ4z2wZXgjaUgDpph5TAk9A+EZ/oDEpdqGu63/ABAIBrpx9VUZ
xe23eoh4iG9TGvsjMOf2JhaYr/w4SodzJuv4n+BLlNg6YC4qtkcgBHqUyK+Ijq2cVuJNs3c4
sOa5iwc8JTQ1niEn0PiIYBeWsEG4LN9xmD57l6uAtZxdogo8MHmEfJljAdCLpj9x2CaYap50
nL3bHUYCQiESjBrK7lrbY+jNZLv27jE6jMAvH6/coyl8elELDahxldW+4shM3MY5gdIk5vv6
uCrArasVRNCjqxvPMcbAumV6x1zAs5bAWcccqiMq2VlXu4whWobutkay3IsfVwQl2muHgYzs
7pMj5iJiGVriKghrOOoK8UaihZ29ymsuGDPBMetWr5OT3DBjZyqpMAc/XMVdRxBVY5Eu4z0s
OEIY91cZRFcnt69E5gx+6KYwYzAp/t/yAoG3nIY+IFAtF1v/AGodoqdfIU/kmpklni8fzLVK
MABxLAlVpBklKNND4Hw2TJPxQNwyTZ6+HTEv0vZEYByCc0l268uIxDhtsvZ+YwoYIslyU6p3
5i0gO2B9f+IsvV24Yy98p01k+GyWEAQ5wNwhzANWZoPj7ToqmXa5r5A87hD4P29Q/ZAeMawI
zJpThujQbvZLGWm2gdvUyVoZR9kOCXfEskaEZS2XK220fVJOJ9EDB5N6ufgYcF17ljrvEr3L
BxWIwdtbSygl24iRUYWoDka4lzrSZAHKRsSuCbFb4ieUWhAq9OQdTg6SWspOZbRp3Yj5FyqM
jzxNFl06I9mm2KgGFlce7myxdqu4FLFWczYDlZ6lxK2fqNcMtR91Awy24q6VxEt2XGgHDCKR
aTmO4q5Xw4fxczFhq8rFhV1kvpZDSu+bau5ySEHRr6g+rtTHwuP/AGP17NpJ1Z/EDOSOWnTt
ES0s6RTrc34jApjdxqZVvDfkl2LcSmHDx6ihGsfcCLLEw+oOVMZdNRUoS8hV78SwHCiLbsBr
4ia4wVcge6/5KDNutmaHxf4jopuOgR4a/wDSIofuOnC6H6mWtZK6BcXG0sW63i5n+0/jMKg4
yeLWHFaGWKteIJKmRVZSGFh/B/T9zJAnQXFxsDLxx/F+JZdBKWMo6iwS87fFFENAmUrV+hGi
s2LwQmxu9lZhW1zbKewf3GQDiXHjVEsLCiUk0QcXT+oUWDKCvVRi9uq3zD25co8owZLZHL0w
Mk8/xpv5i/j0CMDbEVQ/4m7+L+k0ed9cGKquIORg1k79QCCDQWPFmPiNRee7lVdGblHiO0y0
RUl8QPM8XFfMAFeiurmgZ6i1gDDFDXmHpMQ0ZAxd2JwB3Lkq2nU0PBDAMsMVcXI7WVObgEBO
acy4+Y/+ZI9YqnS5lfPH58XUMyZp9u46Du4ieCufiVl3vfEdrhK/MQrsHHLcvaNkR+YQ3VQ1
qKQQWYcSrAkNWHFQAsGdMHzLKDcOzxHdeMamfUSIDQl5XuChOMdsJegWLo6m+RUaq0+Tejbm
IxmcxxSMQCS1Y9HUUccACOfmGBdKDlXmLaAf8eYY7uy6vcZtJtDbLsBnVBNS73QGJfOXd9xR
hyL8njv1Lh5Bf8QSDsqn184he6MXCUBmXKF5Rk2v0RQbS06KD+2LfTe3PySsujWri7xzevN+
OPmUGEa5XI+SBUoYwNwFiPEWkym9BultedxRciBizg+ggwxjB5jBAUOKuoFRaeVL+JyhK0jW
kyu7+GFNucI/qEQOBbzUVLa8NzAA1xMCunBLVxvFFcjqLFahit/Tj5lR5QNvzKeFO03MrsGK
rWIGcwBDhZmJaqxDkUVKwQkyJmGnWUqc6W6jt2C2Ks4Zt5mFS6TW/FZ/SufiHGqgo+i/Awwy
alVJ2JwwCBWIIy0vCdygOgYVsCMbsxXUEMB2MDvv1xNyllzASYe5UFVRLObExK5bzn1ufM2e
ox1VkihKAbYPzGkL6G4vthUI15Zd6qYCE0KYnT0zqPLxvbMefcGfLX5lfxAWjsgPisAwPUqc
crLiPK0nN6OJgAWZCbWXvsFBW8XLUIWwz9wttReOzW7lLsiBXPU33fu5sd/uIAXOSXF0rrG4
tBcLU05mdsTbUeTeGMTAF846gfaQNoaOe3mAFYcWP1Bsy6XavwVKjWSmFC5z/wDTGBHBwy3X
S7aXn+4tbQYLrCVfn4igOWGt89ERcjjwpQr6Y9Xc0dq7/EddIEfJFS0cNPx7jP4G5Uxo3laq
fs5h6ktd/wDjBY3EphUAfgQEW97Fiz0eAAizRDhwoqnBf9zNDQ5eEUrW20fzFRu2x2SrhQqy
iF2dmrB/MxJObDUSkGyyvv8A5M/DQA2Ojn3CboYC/JjXxOT+Np70cxMgMWKF9TAYxV/ibsyg
kuCWxePEHP4ibbSaWJEWi5nx9y1V/EU8YNzB/CMuig1fMZ5w0S/09inMdxtJYbbAEMeYhyRc
A6zr4gAWg4NinaG/UWgXkEnwCCFJgPXHDxoe5cVvkl3U6YgVX5dkBJgQKF7RVj4jJQ0K6iq5
3G/C6uoQOI486jwnQ0b9wtzttI4FGTOaNS15dhMCYHpRZrlBAdtx4cvYfp+IKyLZGr9WK13A
WS0DMB2y1fLiIhXbcpDdvqJ2lHZAmEdB+YlRDpivEAXegff9TZAKaVTUAAA4+ZY6ErJ/EXEb
6VX5lQGXVdeYyosq2GN8yvKuJTRm6LbSVlWjuZKPTu9LRDbdRGq1gKliYbxK5KXAeM/3H/q5
g1cEOGjviFYiUjL6/uCW0ttXT5XvxFtQKwxxFynL8JV4ipk8gI451GEWAKsDAwN5Zg9JrHiL
il2Lup5NMWrcgl/kjUYGMw+/4RUgRyeisB4JdWmch/2WW5dBpiENzcBUTmLi8Z/UY0i4JmOh
BckvkGs6jWoK7Gkcj5O4I2tFS1iLYphkZHn6iBAJTdqcHG+Yke0n9n7xAXCOOXks7f8AqgQd
8ZgZ7WSibDhXuNHCkTUVLptzROHpsIUpqfc/xZMAXslk9qxHxttrMi0eDmU3tOam0+FCxuBx
M4BChEFoxqnEZiFVIOmgDyyhvDWkpY8YB68wa2JyEItJqMbgH8wLJsz0QwKTcS1QOPMv7USt
QsBo5g1lhIV9x9QDvQt9NMO1M54lwyAYLl2WVgOkYVeF/N/UP8BRV3/iY2CijhKJBdA3LC3m
q5WuSqGslGD1A4OB3q/xCLZ8KK1wUADltYqoS3EFLpOKhsdtHudCexjYoaZYXhLl6xtZWY1z
PYAzKGqjxdssAJbP++YAHLA8nmHuNrMRbVK+47V5YCCUhjYZiPsWhOMKEAHUi+XvRGUatC48
w2KdP8MwnWiKha1f7ipsGQn8wicUI+j5hskRZgc1fnfnqKA/SZA/mIWzgaigqtA8HKvUpcZt
pO1mWnA5fT/cJjJabf6i1W1A0QkBkAeaxALROcyqrM0C89wy2HUC6UpnXt/iFClBnXEceW5F
VcTo2Yh3lJk7mMs1a78EtLdPOSyvwlOxX9v+8wEQ5lLb8HH7gVaYIwO64jOdoKv3Lm4sxNZX
fzmI2UFfzNJuzMsxAHmbJdYccS4CsYC4g23cO/xmI7dmpfr9zTfURXzLu2WCPUi8EFkR6jig
6mwUIiuTINbtndQEp1gICgGti/MVOAJBrQ/7cHLqx7jupAWHiU2t58TUhRKwKtxUE8YfUbJx
h8wkIxmjiAhtNQ5umpYmoN+4r88GLeVSJiYSUK7FZjJVbrV3A6lgo18R6AdbUuKag8NsOxXN
6QZG9eKjxABNpgplrzL1EGwsoXz5liWz/MQG7G/qFyyApl4pvN2kWfouF1UMC7eL8RQAX1dR
N8q5YxcicXBRXeKmdpM3+Ymxs6ZcQ7XdODAUqUb9QnG6FM+5XD19Wd51hZ+twQLm5Kpq7pN4
mTbEO0Kj9VOk3f8AJEXO+ZVxZYMhRDJXw0shOzxiqv8AOux8+YJdoQuUN45rrfJ3FbUvKaOf
7ImuTtwMv6JfVONiG7T6l1aW89QWohROeJeQG5TGFAG6yzGbUzQRfncosYKDIH/sI+SqoV9b
iWs+29pmKyyLtjrV5lbjoJdLf4mlX+EP7gULz7AHmqmiAcU4OfPvMw1WcM+l/P3CboGvF4P9
86iXDRHAXTXW4Qi1aesTH0F/IsBvWmViKyVQslztVXQ+I3I8N5+o0wnFb+Ji3fgiBRYzvMAn
kS0b6MxoKrVRTnv/AOQWFuBZKRYQrOlhFndHcMYK6qIReUKzVxtdqpTiy2fmMAB4ojK06mlo
UPepgoHAipP4EYFBZxFZeeVh1fYytykUYKx91zCO5qLnbb9QzZe88So/Ny8HeMRnmuNCC9Su
Mmqbb77jqq1xReKgWh7VR5hcGOFiCjZY/wAw9ksvBmg4vPG5eUKzS2ZKzHawVNgVbfOoqmcQ
0KNmUjjac/Evg41x6m1ADxVSxpatkBRSF5gnBd7ZfKwTxAkIN5sqCT78wyCHl3MRAusnc3gs
FmNQ8jJRPZmCQELrlacEtPMNiwsNkCjF/wCIADzm1nwKJQqwi2afnLBybviUGXVzfjm/UWmQ
NCpE4YJiAAWmmi+Oj4r0rgDmQ742N+GDYBYKAuQ/QwiodpKZZmrXiVWLoy3LuAgCYC2j4JaV
TiWWoRfTEBlwEXwhSNHZwniAw8UU93/v3EslkdmSItTZm93GJaGKT1xHpKdt5V6hhyFAP5OY
yNk6Yv3b+YXLC5PAmk/xLKYqNnAjp/zBAXsxX/f7nmKVJVAN9mY+2AHu6ju8HmMYR5unzHL0
cD67+IWLtTI/1/qDQAfuVLUl6IDQKuXb+39RYlKO/wCn9zEUYwTbf5iC7fU9WUoeIl+wZlTL
tdxZG7CbQBwS4R++Cglzld7/ALmTQmL4v3jPiUTtjKfMrj1EkFw47IQAU6ItaB7TCwuVhQ3a
sFOXEx5nlo7BksYhpoR3CkaYDFjMGldolyzDbCkke1g1covJcrZiSDapuoCIEMK1DovHb3B5
auXcPtRB1ndcp8fmALcbcaunc+n8Si/KUl16uksscmI6Y14Q2wGq5zOBTh1FoCZ5l1G3+oVz
aFVu3xArmXC1XmpeCznHxMJWAuWRspaH+JfbdO9RHk/ySxiC3+suVZOnnxAQXIKPQi4CJno8
/wARcx0Dy3mBp4zzAEMqLa79SkoVlXlcYDx3MUGCpso/nMyIvxX+5eTaw7S686fMAlUMCmgz
XysVAyORiPbIbeDQnu36l8tAIysv8SsNmmsRj15a2DmNsLCwOLMPqFws9GVz/wBhWAAFmw1W
/CRlUYAKr6gGN2haGKaT3GzlsGBnv3GHKbDXB3GMSKC+lOCJ3xhYhZw4cY9ZxDwWzhm88PxH
kfNyD2WV5WETRWAamhivMWmsGuaIrPS10NKA7bu7IKC1xOHta+WBeweh8pn9QHZl1j/v5j5L
It8f3KiAPcXD4BBmSjzzEMq1wFwWPtcz/wAKV9xLVPEG63hzxLiN+TMtZV7qMjHQC8EuPUGQ
CzsACZUhg/IYJ4ZaW1tLClYcXncBVq++odGPlxKnlS4RcsgbE4n6lp0/Ax5z3dy5mg5fEEPm
mJ1m5kJyIb9stZk0PiBdZLdrZelzur3qVwp6iuHIOqjcpcXvEH38nBPIWNV3CDzRUyckiYnN
LFxmb7HMpVAThVeo4ERwiq9y6FhwbqYj3Cc5hZpIpKiisHC/cYY0gpTu42VXVzevP9kVONL1
5lw3hAQMXJTjH5jBKKagEW8V7amZzKXz+Ql3abte0eVVnGfJr+Q3+phJt0wPLxXC6lje14yP
XFx6xzBRXVNOOWjTuEqA1hQBYmue2HYy2aVeb3+YEPtQwvjaP5lHNkKcNdQlUVwavOrr7uWo
F2Q+xLmcXgAFvSv7iIidIcdf7z3KLAhYuPp3bxEuuI1i8uBWI4hNihPsVuw2ganKUYDWMuwf
4lKDS1oVb/epeSxsC9m3K8y1BsgBwPFJRVOuJQaEw11+JsH5yuZRukXZC68Cn9EyfE3HC8m+
W6ovLnyTMNOBfP1css1L6QFXKmXR8xelrFf4Hfu2X+Ncos3QKyGCZUBuaqC0yhJtWpRDt6Ia
pdP5CZkVYyalCs1jWv8A5dnmIOwFe8zCM1C6s6GYgFIqrqlLOSYu0slsUYFuq+IfCwdHIFej
KyIEK8UqrePMZRjmcUbmEgtOnqYglSoU6hgFXp0zy19Q75iPiqk7IYgAHB+JiS1oZqOBxETe
3EW0csZyrMY1cN99xzopcLMg5wxBXSmr/UX9ZIcmXbhbkEHFSuajXe13o0y7PAA8wgcoY5fC
HcVswW75j6uDjXuLbMJhedInzMLSwhPqXIBniMKw4m2P+DA4Y1K2jUeHlHoTkOLdVuNfQCcU
4VbWAjKJhVXALV0AfEBXII32nPyTW8pYZjwyiLJpMVVINC0dRyNKGTW7oapXXe4bUIKEVX+n
qXWyrDtsX9Ea1AYp9RQ8kunK4MugYKfUD1ihLxqAMolBzFXn3h4YAGQLdOMS1UVdgFNuaYx5
hkIjsKtzW5QtM0HZZWSZu6uXJq6clto98QmMjmlf3n5qBayDloceI/iKQwoUasBS2cCys+DR
HZA0IgcKsgaJ1Cg+5aZEVgPxcEd5BUDFNTgjJRWXQNQLKTsYlcLy7s/lW5nxOitB17mOFKpr
3DqS16hSiDd9x9LbNVD41HJRfBBxgHHmZBtvVT/yodPDEAEPSI6r8wKs20zBymbeVlkdxhqO
COqzGm124BP5GCv3OrAKnGWZTVl0RNBpw1A24qfklpFRm5s+tOmK3E1KDM1e4v52e472kzBG
w3cdlm8pl5ErUsjs+dS1yW4qKTyOZmWwivYwYIabDQWDjR21FWtZjODkG7FHGyd3F1iiu22I
glrGohcCjCcwwudruVHDE2UUTWGN/pCzIzW6zKm2uIZvEWwWJn0f0YKUSwR6EttU1eOpdcdI
bDYB29xCJn/ELJClr+AeO48YWEjV4ov88wDQs2Ws0/Awji0N2znipe3hRYeLrzOCbra5rdV5
3H4wZKhjjuLo8QCeFX6jWGfsTsCwemVugrmm7+Ls6SDL270F2TYb1j1LmfFUbD0aIokV2wkY
hSlbv4a+I4dIAAqr4wJyQzCp2M14hDyq76OP4jQNJ7E0x9wNQ2hYlaFiacMNZ4lm6WKCH5Ic
lQuz/pmsis4pKlmeaSWczWZSUeKUr3MIlqKNvvPUJGiOosjxHRSwaLac1Auihd0cR0oB7W38
Ylnl9Ynr92Uau6xNd9TZRzHIZuKg5SW70hfYwMr0XPxShKrSEaWUAa04VjRlhwMisxgcsUEi
7YhDAjDoaz93KgKmcGovFfMRmwzCNrskxwYIzhUBVF7hRktLL3W0WFQphtWbC2vMbRt4GUjY
mYsa4uOtq2LzxBdN6MFsNog0YcNGZwXmZlXlBG2hmA3Hzn/wU5tmt5j4hl3DBm2cRpfkgwQG
t2WMyegHA+GIfjz4MHgpucQggSUWSlFsGMXWaceIFttBLSrLKloALI8xiYLFoc7+caYa/n0F
hpMOggtrDleYBSoGnn6guzJsWpWvuELBaSbOqNafqMZOU6AOEc2dP1LDQHR1BbEebEbxUVrk
uMKyq5ioiWhtdVl52pnR3Kt7vn8HEOey7JXfJFqabRgt48eoAGWeZf7ohQwEA0tPM17CCuIJ
ZaYfZ+MzTuz1MqFSsNIeP9qVNHkwD3ygE1ccg7ylRUqDBL6wvmNY02UDPzEqKcCk+5WhVemE
bEcKOmI5Rs2fMCQX0Ph/iIFKM27Ja2fqCunGYjBA91KhHzeGoH+mZcou/LL7fQmp4jU+tRtD
MvbIsYYA3B02X2IuIWnuoJs6CyvUpKkpsTezaX4hwbcBEBQYKbFbuA0jnKnGHiMkGlepnsbZ
ayl1Cuel9y3Lq/xGrjD3jcca48ksQY/aVLr3Mk8zCdl+5WLesuYrYCccS1q71UxA43AQEQK6
htmkWgAXW41KlV9am8DWD4ln8kQrWmVplX9SoBGtTcLNWOIUQBq9MSN2HLRUqlB4lOjokamv
9TkJUFGMMx8xdssrn5iiXH8MwUx+A/7mCnIqvzG07c04pZM7yCAnFmZULmsi5U4Hz+I2s2Jr
aecZmUdPbNrNdFQGuc7gE8Ltdtqfr/yIzkUJePgxXedR8gquD2UVfjZEFuvqu2x5Dfp9xCgF
70d+oJEiwXO9u+CnuOx6YiOnF6FzfxBgqa+1p2zng9wFtfc7YEQPKG374gqKZV2r1/cGPHMr
CMVJKNM7T6lwwQYwKZrFENWRFO1hi7Sjd2dOSpn0Mc0UH2p9yqwNosLnNbrB5rzBkllBg2l6
f3Mp+ITL4dVKRAbc3b/5CNeceMRaBN44f6j0KntyVzGYtcnDKztOziAGrlu8wmSeTGY9CLdw
1Xdy6s4KgLG1pDqIBADja8Znr+n9wXvVEEVVrRuFVqfEB7qOLIqj00l4YaTQFeROvMoPUGUn
R8jVx/UREHa2TmnVw1wi02rRrAA/uCbYeyWhi9y1RtY1MBkuObguGO28eemYnI9scNzIOX8Q
sjQu5S9dzgvMSlLkXFYFVeCIvYuGv1MNy7qpnBNSzY+Icw+BK9jhFhvcD+EBXU9jRk89xaRC
gEUq5LWAqi5ZCm1R4aBBvOSF3CF4gGC3cO2XbziLBWT+IDkDxZqOwp7iD1Acbll5jRjfqWnJ
sP3DoVp39RNXKTIUBXnxBlZa30LLjU2GCsrfHxH5Fn0dvk9Q2rfA0KW2VOIq97vH/Iilyuc3
i+r/AKRCF6C08EV8LmyCtr4IpVZ7k3TJxWa4vlj5bwM0AhuTGbM8GamOFMOw1Qwh5v1HV56A
CUD4H8wolSBHL06H5lLQFxCaf+qIACqDiaIVcH20IXYwi5fub0sKdPKy00XFRsUebPz8ygMA
Y7kZWqMfUbzxxAa2jhvibbCR0OQGNcL9w9EwbA+MAeoRLIrVo07TswZa3qIA5B7TAhldkbf1
9nsjpWjX+okNDSwRaFz78MpAOB2wwQNiajlUe8xEUzwQdCq4eyG8vxPYmXxYgYQVF4K+oXQP
NuCpV3EPmxMdjhLradjK87TLj4YAntsLFpWGO2z9VGiWyOUT2Ya2a6mSgAvXUpQxpcwQ0bhG
wJHApieEELb6UzM12KY9tza6/kiu74bGbxy54zOv1B2UZmFjEsSUFxaGXjD9zINM9klLCxqz
JYMqukKf9ndqMKvyiF4Sql2Sinm4PS34irrj8Rb4hblPZ8RwZitXhH6uZT3UFUtgBw7iqzwA
X8SmiyhafNykVEhZqMzSLY+CJ5GhSgKhPhyQrKytmz+ocUFrYuobXlF8L0hAt/2IrGfgu0Fe
iAwbKQNEeSpK3MAWgJEoXa0p+IwZFLeXzQ/xBk8R4/XEAknRN00HyQwf+wCBKeIf35lOBMNA
7e3xwbitaLp+T4efjEoBahc+hPJzVHLwX34imulcnRwRb6QQAu13cFA6Cr8lcev+TWCprFVm
vzKWDW+CtWeY+RxsO7zrXEqNXW4rrHtY05S4F4sf+RuVUdwi330Lx1LxiRT2RAQrk6YVFgtr
kitHT+UO2qJYwtT+QjVptp9wJXhsXHEq/wCECKLQ/E8L7mKHYS+stCyZNFzTH7pVHyOXzL1Z
Es0EhJqhOhQg5mhZlfvNafJEuMLxKvDsWYt3A3QniZFg9uWFq4LVXBtqwmEtMqfwlWunMq9z
oF4irp2hQRYW/VzIzn9kYs7zLUR8VLazAPEYWR9SLXHLjcE5DhI90oB8GjVtTmjLYY7lhrzu
a4luTqF3dQoCmHUqnO5QzxK5GBWyvMApvEtojlgYt8xO51/czWW2Dfn7kEvoOBabBrLqrHUV
TMw8JcoY/oRJYHfVXbw6+SNiuW9qC16zivEzC7bXAcmgWj7l5oQoPNqLnhU8RBzusSPgI+KF
7VzVZvP+qEetuvrkeyUZpyv6JlTKsUvXqWMn/wBRCPIbB4jn7iHVjYzeANvHUCUBoiicplPV
lazGcvAFa3rhxu5QQBgUl0FfgrNkEjgFE9q3AWxhJo6UcRKkmkFlDbtbr2gQdhHHeMqsO5gA
1sJFipSwV2MRMa845f1FJSil51crispd9f65ULUzvfiFpUMJ6ljhROJclMh8wkVIL3N3AN9Q
iFvJi2JV3XxBKcIGsQNmsksjlhwZzBneqNRmIvANQaBwh0ROEXYNRwdANidVApEqzVoWK1y1
HQ1RlcAp4IL+IIoNmAFOXqUhC9sQXhw8RipQ1zEw7aRTJ7jratM1+9w4rZVM4AOU+JbA8wIH
cCh7SgDjcKYsaPmBW51BgaBZxwaecwL3qJTEWLiU7ZurwB2/MQZkGnC0BUDubWyCl03Q0/UK
K7uLkX0w7QLNS7BMm4r8S/uLMVxoIlOqZjaoeiOqnZVfcVKjlnNmzm22FbttqKVKjGAPV5hO
k4+SX1hQaarR3BCA8kOEtr8S+gMvbzRQvLR58QIsMGRQ7zBQAU3QDzE0dF0aIq75qOiizYWv
O4QvQcPkmwjr7fjfzC8V4tIKqxaL5+4G0gF3+QL/ADHpVWS2ujOWVFzdgObBb4oa7YfurpB3
YcOHXdyjndVq8LDmo4tSs4OPjJ9RjWxMHGADwV/Ms+EoozzHo3nPGDcbC1rBxbWuGJEWZPlf
5mJLbwYf+yxLzY8OYjijq+WJ9gT4hjEpbNkJ4ZQ/J/P9MClXqZJoqFUqpsJi2vLuWtDPMzj3
v4jHVteJt6qg+9S3WGkPUeV5wQBJcuWRzqXggm3LCqRdzxmABTQ+ls+n2Q8ryWqwToF08/mf
ihjhCDTbTgJyJ+I29xtzG9HJ6jiXZdkFu+iUPpcxZmWVbuDKdVLGMDF3buG0q/J5hZDNZiaV
obDiY7iwyt0x8DYf4DD5qblW6o6Ha1sXjxSexlyzcor1K4bnldwyLQvli5am+SkLvEu5zv8A
+NjTU9NS4AtDHyxeuFOXohjYI4p46mwa6agOK047RtZlASs7I21wdwVjtaDeyxPZcWxPj7Ab
VU4d6gwBukUt85e4qhZqBLPEI72iNq762zWEMgSX2DzEqO91bo5/qWKF9x6bZZVq6CXvy+YU
stijf/ERXEyte0Aj5ClJ5N0flrgZZv8A+IJQGrpuJDsos8EOLHZ1KJqSGCFa0a9Z3MpuXWMY
UsmO4oZ+VAG8jd/ZAmbCEcq9sYllCXSDI9UwCtLnG3zUGa2aPiUYRN3YGv5+I551jEFUOuGV
ivF3k3GvFSz3UcCqLLgX2DHjzBpHszxOB3mrgw1m4cceyPEZR+rn+FyjPbXMABWwhsPLVQxe
aVM5OxMoHqt3AG2DGDTvTWFHMoeAsyLW7Ut6goC5pWDSjg4PvmBw5iFWfEVMSD6gVjfpKqnd
e5de11M5bWgI1QyErO50GILB5qoWvMLUVpvHB7ghN0cRgWHubFfUNajTWYjF7p4XC2xk2OGV
NzlbVWAuMN9SqVozxNcBwOe5mr3N++4NNs5VVTMe5qah/wDKZWSAe4WnJr3moLr+j5mBmqQ5
lre8RZHikoehoJUgbP1BuTeQ+HY+meFoNReOH94jEmcia4VQYhtnuQ+bK+KgAWGNhX9hKFgt
Vi7hQALN5zFLWVUA1q6lX8j7my6R71GIto1YOuh5hpC/7J1flz4hZapSGPl3/tSk0UHTYXqk
lgQRNC7G0burN+YGsAhRFVk1fGKikUGwtRmr/iWRxIqt+b/MrobQDDtZRzgwuJYSWU3UbZb3
ioWwiIMW5GDRZ5hq5tIvWg7UpotlMPDav0tV7uPyVAGnxHAFbP2GE+JWKjE/9FOoAbtuIbeR
WZjOYg+BEEoQyHiPWrSrmVTfiJb2jRjU/wBqY5NmI+xVTAsGMya76qMFbsxcDcSmtoIynwlE
dltHbh5rcDhqoEUv/AELHzKurr8rZtS5qK2B6I0a5wQ5hEyOIrckVaRMOalTeLCohbhmc1N3
oRj20xcHDbF08ynD/wBJg5/UV8CTQ4luDdbq5RcsJlAzYsJdvYcetwZQCMjkT3Xev3nm91na
vC3o4itWPqGS0OI6zQXmiXHOEmyVOYlFkF4llbDxU0Ya5rJn7jZ4+TtYBa035HqWzaNEy1Lr
XbJgf3EaSN6dw13KgO2iGmUDYgLPizMGPAc4AiogC61qLVQmp20H9Yhk2TN43z7PqA7gQZ1j
cCJgwq6ER0r5jBaqKEKN3UeluDZES68GH8u2VXSPs1qZpAvhX/CUQgFymsJeS6/8Q6NP9R5C
v7x3EsqmjhXT/wADMqSdFels/qLakBIqdJ/cQUqUWBfHDKEFbCLTLXfMVAI1JGjwGLf5lYBi
qXwee3vcQFsL4AFON7a8QEGuWw/MptaweR8wchdFXtY9LIDi9HcFDauSYdq/4qDLrGgtwmAG
RX8w422jBexXvcpesWP1M+Z0IA6IxYeCEMZQuVJUVKAjTxUT0LpaG2cxeZFWd6I5Ylw3rxWv
qN9s0JtKwFUViZQEAaD5JVq15I0KPCNkZf8AImOyeQjrZ6dyuqF4YDzOUQPhxBnkqchq2E0c
w82P5JYQIWvBTUzDGblK1CG8MbCsjDOGwp7hVj4lHyy+So2l5HRzQC+iIDhuPjUrMTKirxeS
O7lHqGmMm7iHOL8agFKx6jBXO5WmcSs4gLGBP5lMMZZBDExW85gAHoU1EAG7VvfqNFRFJ8wk
5Qjj1Cs4Ag0LedGJRSzBH8/1H1iqpDDZYb39RLD+qy/D38/c8YHIFZfVXEYFAMsZeO64hbjZ
mcKX1x+JZQZgJA7XRMzgkh2AX0AfmUiCmSwZVCChz6hW9pMcfQc+XH6JYdpg130+DdUHcXrW
bnqlwubCh298/K+aq4tLMnGEmLS3is86P4hWlEyDx0yokqYAMtC43XcuGYy6L2vP93Csd7kt
r368MBQzrFwpXnzDAuBTxMXdABd6s+lH7hAtRWGjX8zHho61hSVyx7RaeCKLP8keIpOzUx6q
QyU/EsmxqKvXcaS6w3K6TCsNqnNE0Ep1bKxBcr0x+jXmAMAOltXGzGq4jwyH5PV7mrBk0dn/
AGJUHvO7NHOGHG7zfuNSqpTy6lCh5I3RoSFpU+VlIunslIstMdWN4uBARmGjAjtWMLUWD3LB
fY1rMNKedy1Ix6iVGvcTLSONw3Kq+MJtkKq3j9MM5xiNHlF6NnrQXgBcWaaY8D5COBGNDDad
Ss78SlzcRHzAW8QygtS1lH1C6U2+IKow8y7AldQdPJ+2KVAJejHrmPlShbjPiWtAtW1Ucy3X
KUHb9TQAQvuuY52cZAXg7JeNWs9lvmomeRYP5amrprAdMpoyxKivVhsNfzFL14As3nk/lMAk
trajx4TT/wBiTKrzzgT8M70GZwVi2ALAtXQTU0a6DJ7W3z4mr1EK9ZN3cst0oi0uAHa0f9jZ
Wxy2N0b32nPOCGtadgEaAWcAjOlaFocVbfx1uWQIaWeKxit7uyAQZxXwnf7g0NrpcZYvWtka
Ai4w/IovwRUwKFGDFmf6jNloPwfVP5gpSguQQ4NXMvkRaQFK1zcssJVdZP1BQiL22XcFUK17
MtRjFzyRlvJVRS4LnHMTdSji5cK5viE0GbPcPBHnEx1Fb3qLLGK7ibvVczZw4YtQv5NkAWWi
Jkdkd7BO1e5YB4miPFMQiyWtNj5ibxhF4ZtswvqLgb5GeADHerGMxOjjldTVHNxIQXbt3EMF
HEoyWJvDtxAy731KTefgyxybAGfcWLPGo8M3DuGE7mbv6UdlOWAVbHixSup8frTGo5b5mxeJ
gHOZngxGFxTmc6zBw2ZiaKmCKu4TIr4gt4cxtL5jYVgn7gwVAZVhPJEtBWzV/pANbcCwLYoU
t9oAVxR4JUYoBHxFrTk5L0A/aP0ocbmpFWE+SEUSyGgMUc/MTAH0L/uF2wZTlPkij6W295Ss
urPoh1mOopo4C1Zt9Y+YpAa7bK2r74cRw2GgbC5f4dxeq+TOc3dHFO/UHYFbDk7uq4gIJCeP
NgopnenpjLXTWV+DHx4jBKdHsCk/nl07jcwVLWr2H1/txwCjA/7Mp3aW7y649zFpLMuIH+dz
AtSi3F4hfsrCKm1ewe2GXdM0Aaaun+eo7Y2ymglwl117Ba1e0/DAEyRBKXNvmplpTubzctqa
2t4gAN1ao+2BVMk0Py7iwSTlUlaiYdj+vMMx0WSEWvjEqIpO8Tf6J6neW4EpXylmJdQ1bVwv
hPIHkZv5RutNTW+kcktbaTNEDK5qLY1lzjEtZSuAzo9wnjDzDrCmrqOA29NzCp78RwQiUxFT
dRtxVKw0FmWYTcShi7H5mjAzMMah03cDEGeXuX8fld20O+amXOUYT0dPwxRdB7qC55lPH4hp
TKLPJEoC/EQbNRLHGY7zFSfqIrG44rzmZ8Q8xFo2n7mfG1Q9S+VWv3Fo3QDGvMxhq+HjxDr0
UUuhJr6FIC0a/ENXQBTj4r+YQACwKX9XFhAaAPs/mZIFN037qJLdPPmyEqKrDuWvlpH2V+Pz
Cfkoj8d4lirUugOUvT8+ogZxurkfefgEyYcOUUY41rb4I8SBsaaPeM5rmZzltwnFg/7GisOA
zEORL47ZRGlDsdUy1wOPio3aIGUvkwFryNm5TKArNs0XL1vFxEewvBFXZpHVOD/OpWwC73yX
+L4lS43L7fR/MBYeHxA8h+IpdigDkTQeEzkx3KosyGDyqS/ncu8QAnEAeAXg1iJHtm5HiU5V
1nuIyDFvIbR0azyy5qDOv7A3+SesoCzrlf3AF/0g1ecr8Q1PWGXjaeklHcG3dH98w5hBC4vk
jwCmmW9SwAargjy9ELg48xx/KUll7E4Zc9G0GeVYzTCwe8OF8NeJkiWA8Qd/Ie4TvKXfn+zc
Bv5kaKF6QI/lUGbIY2Q8lp3gC4GT6tbWXTeYrYajSpb1sqvV4j/JF5ZeqPJK4tGVgFwKzjJF
Wt5ZlDbVwXTx+yWHa9RLG3E1OPiGtwYuMglTtAZVVEA0PRT2PmFQrCvHRpfoPETlVWF0PKfO
Olm8XTMUUP7ilC03gbBaPNYPMbWUcFYvabd66hlRDEWkHsWZX4yc7EFzVj9yrcTYriWbBCGm
/ie5vzmyvuW7MDZcyab5G44rsHEbYCnPfmXIbIzssFXmpvsIiBx5/uUCkoxDbwewIjeUS1Y9
A8n4hOpwjvlMrLj5kYvx+5RgDF5wblfmo2KFMasVR20Xn5QwPzMlXt3RTKWA4dbmTYgdpoPn
D7jSYWFemcUX5WE7quoV81KAA9S28g7IsQZ3XEW12a192lyw1jXiBVJaGhjhm8c9xBFXR77h
I2t7SDxx3CEbwr4BV91LiIW0BcfxKkobwVALowTzeHcULgHYyHVwno6bQv7MV9cxFKvAxgzm
ofeyRYUwjjJnvWoNyxYBU5XoODgiSW6kHw5fLR7lsa4FXfojDlVcM3/co+pPdKXeYSCxw3FQ
ssRsEC//AICTqqZnVRbQhkzbouElAZoYOa1yEBagORiNIHlhXhHmE1xHnb6qXX5YI2Ox9zw4
TlPYZYsUBB6AEECU46jJ7vhoYOWgneZX6ZN1eRtfiUNWAclEFdgp6iO1DVSsp77gkFfF1UHo
d+ZgxLLuB5llWspgrC951/MofmlMuobgORiX3OkQLZmflqNAWqCeTE+bgqUXdB5TQV0EzMdL
UKg6BF7qClr/AOEAhSaBnl7A+ZacoBWBPGWnqKbIYEN5KVarGoXlu1jY0fCp8Qw3aQulso/+
ViZ6lk4uz9zSd2qlC8FqYiF9y1nYy4wMWEtBQMGzXmPAIYK0XXc/xKiKWEreUV5W/BeYmBnC
ho7FblymWu3FJufx7u1j4iMZFdxrYCKIsKVcyiDbXmyojuyjVRs6PLPXcLaWDsHJduBtepjY
AI0aXpP2h3RL6mbEYQYuMiRi5FstrmvDFEpnAPY/9gnJuJUEbWi2w15imWrdpQVHTYqVPuY5
wQhFKj5xGDKrLBi/SYsZdkKssqvr4g9gKEciFJb0dyqA0373g7VT8ymCMC/a6flzAgWynT5H
D8karcHSFDXTl8wwCEamfHcqhY2LIaLYZ0VcoY7AaV9nXTpl6WbA5GdFXTUKt0HzPP8AxLje
uYQb4JWy3cZ+kviJgTdDmOxg58Mydtmh3/LEKE+H9Nb9kB0TYFkE+4uur1eZaPFq/MTiLF8R
UBy6iFmRmipEPPfxEEHGlC+omwa7ZBYF68sDNC9QkUC8R/MJtCkVp02xgSs+I0Xk/cxydTNB
b7Y8FxN9xngQPTzwUoEBeYKimUKOHGPmoJ9/6UQapZcVRNcySlVwxtghH4XqAUC0XziBxa0I
6Aj9rBgE0idWVPipd+EqIMi/MGwYvVw4FpBQw4/MbvMPLlIxLbKfqBVqTn4igrLFeLgE+Yqu
l5uWpLaMtS73pVnm3OU2Xmee9RDaquy8drOJUHBRogZdikS3OMMceVo+YtrnWzmoRZ2nSeCD
yY2gM5spG39cOr2wm0fYaU9ftAjfgEB+JWVhnVwqubrUGgu29eImL1LIdfG/uOJaigGKUf8A
sy/a6QXa6CMlRU6UOSKvj8O5l02IhW2GLofzGuGKimuRjBFsa1Y/1AlBAq+6/n8Qs4w7cYfd
f1AtqlnCbE8QMgWcvc4RpYbt6laEVQWU74U/HzBAT6quZzvoSnQ0HrD2fL6gjocgneL7fHqP
w9QUVuOjQY2kAK2tAIoB7ATcnS8fcpI3bQpc3CcRAaF6lmIcynSJeuo876lF5OYGoTJLUmDi
5OSDkFs+YH9Jpr6iPC5vnEciSu5b2R4the3b6mQfwQdTPLiBrFdENJb05bs047TNxTh/qqyu
z5CXq9LQzdieoioPMYMBkOyK3nqXAW5zmMdN3Me2Hwf3RCgv58ynelgRLJwQckUpeZT3Wjyw
lZ2ouiL6lYldSitdsK+GXcW3+5dQaKQirHdxYRE9LBWViE9Fxf6mLGF3YdhRlz2AuBQoYuGI
rCiq5hYNyq3KvcuMyg2tnBF5Ljou/wAEMiWLCiy57jjeMQDaxl8Zfhlx60zZqixSZTF1mUIM
0AGxSgLzwGKj2VPABfvgZ5s6IT+45+rhur0HDMQtoYr+G/dVFwS08uMeg0EBY1CEDVugG66l
dTSKEzRwWu8soaD3LYNHwxKi2h63+5y6TzH1yBR2mnFLzXjzKIfC1AG1CgupTbCr8izgP7gF
bVGyUAprfWc+KDClRO66M/iJQqA0iZMOeyFvA3Q5DD7uVpDZoDQj6yF9S2sRq9MgY8ghFrRm
2KwmW0tLVWvZcfmPyYM6E5pz/DzomgIGb6HKxqSM1YPPF+OI+qK8mVcbhgWVWUBFSwYitvb0
blr6eadfUJlKtlwzA1rJCABspNZyT/EmDWIlfMHtoqUdyQ0uuziUbdGzuEocEOBh4woPvK38
MQgbuUlflg+LKYMBZkxEg0PqVdU8VHPCyhvPfcrnFUVcJaH5h902WA6TFIK+Bw1BW6t3Y33c
CU+CZHwTKd0Qyq8RtgyrMrO54e+vcMZSrSxq5qUVuEOY9RevhVN43h4YwtW/pACj4ihQE0Uh
YrfHMBeJW5VXuvMCj+4lM4hQJycYrmGj6cRWhYAPRzj/AFVKi2yQUyA2EWbXP/wWqtqLYQaf
EJYtdQo5LhlLXhrMFMCV55jgDjyTEU6cs364hwxUYMPEdCcoYIgp5o+zCA+rBFtwnO4jepgL
Dvz5fMCsLu27oikG4XL9B+5u5TAf/CUrGn2swg5f0Yvd90MVTllxHhYVAuhwZ3LiKokoUAun
ly/v8QPgbzD1DhX8EDX9g8ujIK8RgICwUOcOW8K48QawVFN+ghDt2ooLkqrbXnxMfiAccjwz
bIBZFd1Dw6QM4BlOynyzF0H5W7V5XCM9o0gPSv8ABMGaQtnGty9/TuVqyVL+j/Ms+BsOgW/O
WUFsCl8YXvcuS32jgoc1GfIYZF0W+WjG5haLItuwe2A++QHmvjXxAAVhgBNkBVD5r+ZfGP21
c9U2XiVZXGZQnRLtAcQwqnh7iHiqnatQ0jAGCubwaaA9xgJ2gAVAaqXmVa2C3hHhqOtMOYAe
d5PEU0S2bdxgzZuow06GpHFIP1AAas4moUooTVVkclIMEhUNLxY68VKMVndR/QeoVdnUu+bH
fLc8w3/cSlFxXb4lF3c6dwLtz4mXhh3mNZDtgPDeIIhRbNHZ9yykq9OzzAw9sooErFkaXwhz
FekQIUBZLI1zqLlymgnxAX83B3k99Q8cSCMqAJ1u4lboupXRatEahbz9wcMC68zg1kiLmsP5
i4t4ZZajX/IzeL5QqKGFhlaGFrBLrWr4El6FCOULmskSYaCLI5ebMkzJtGSBseV+PUvPIOy3
rTtf0sONA5nyGiMEUrOx6zGtVUrLC+DcFZsBYW4x5S/qJwYOSeW3XliUCOWXAA3b+nqFluaN
m/cADWyHL41MLCFvG18yiKSqujX8QEKqgbutkAoptzvI01Wi8mZjamEBQf5lcnChylp1kOnM
QItoFY4ajlqC3xH9vpLLMMHS816pPkmXtkBeaNLXcsk6+FpQWB28/cOGqfViAjjHH+SOpNWw
B4RzfcFgitc7aT5+Jmx6L01V4xjUzzH624T/AAaAY9nzVbi4h921naVnUFZslgW7vb9Msfs/
NyyyiifP/J4X1FV0p71FVBrEQu6QmMy1hYamePAXKhbvsCSGhoRcNwtFY7N6XWuOZYYtM4wP
al+SIRlLi3EuVCHREfmFeSviA6p9EWssFibZfZKAgMp/o/AQ6QtCbwRyR3SOsvQGdRiwW1AZ
6XBS9swcLbjim9nzFtXc3xMrFwsFWv5mO+JX6+pgtYPJc7aQh7e5cGl3H1ayjYgThW1cBEWh
o8kcpKR6IQDV8vlEMUxpW8lVfzGoZrhFMqNfMFeX+T/4xYq29wrmYZ6jrAyTBUVfN6je7JLE
oNRbcvMMq6gaAf8AkPOY0PWrJStWaxL644bbA054zE2N6IAvAa4oszKYZDYAsLiyD861GAs7
h+Ahg/M3A5W7g9sGXW7HySuRHGQqJhY3SbjRs5ePB2v/AGA0pGwY1YGxprSsy6UaN3XxFiyq
zDDPaRvpqClGoKV6rA19yxgMHCJMz5nw4JRoQBJ5wG/FepkgHgNV3egbqg8xbYFpeyy+Bgxq
Dt0AQnf8QBrwDPs+v3Ccu9Dhop+S+E5MTAArzxVITkEAubQeBzW3xgDnEtjeH4MpVQ1BbwAg
O0zhNuPffjHcOSFGejyZw8HmbJAtXK3NoT4P+Tw0h9nqJmLZOj/KV9wg0y3gCX+/xP8A1JZy
ZJVNpq5j8IWWvxEVyJDftFnK6itnhRzoa9NR4OMlvqxPxKGzPGZW2W45Mo3vyzDqTovwlfaq
retuBKBmwweAWj0ygLeQBdAUqtfUqV2AeOltpfX4lyBs5lOJaw0iYqZP2xNPNzlYy/cOZSxL
xGAWWvipZQNdRzjEs7w3MqxBOTfxD0zOAX6/7MNVT0LgVdXlVjb5uIlXFYTIDutw9usegUrF
e4krcHp8vMAOQ1eZpGOqhjCi1NnCoiKmyA8FmUDCltNcRYr/AOB/8dLLMOXFuyNkZfW5ZW2L
zRKBksLwUQTwAjaoP5/EIqNmxlR96TXFqppalSlAyui6LSgSQE0Vy+tzFy2KrBMMVqlEEo1Y
EazKmrW+74xX1DhRa3Zf3HAlk4LcZeoZVfvr/pEDV0hkBLQyjRFZsqm2K0BWts8FI/HzK6iO
qw1uogF/AMub1cBc6jGP035iUyqynXiZBLgpGh6vzOPKOWUC2IHN4LlVwcWN+pZi85TR8yHY
coCJYi84x7ljeHbWoSBlG5f0ZhCGeguWwgQgEO3i97YOKpepbbb3bUPlQK0KMZ5oz8xb9vpw
1MZpr8JfUfvt0UeRyv4laDABigUevBPKYrX+55v3N63U5r0EvnCZh61HK6YCiD1ATIJExhuc
LIBQ9REXTn/hFZVijlawsUf1BL6/EM2fMAgOfEMxQqIYVUEt0fEP5sNAFB5cM3uBNXCBKEar
ODFYYgay9VUYK/tlXUT9ILa2qYvgWVfZMRf/AKQKu4LK8EG9vM2a3xLFD+IJ4XHjWM4rEX/3
/iA2EGpytb0RJoE7gqzT5lyygcYZyVEBuAC8lPpz8RBMsyWvYbEw3hHSQzi7TN+YgYLBu7b6
D/4G39wUbIfeJceZj7jznU02QvS54iXmoqDiUaXTB/iUyCrhpq7TqMeLYrWUt4bfTGrPuAWj
A7P7xxRGOBXwzhQeGr+oFRG19FdPpvxKQRtOOYlNmCc0ZfuWGoB0LQQEsUMcviZq9MTuxa2Z
PnNzPvazt/v3FAj8d7/mVHbPAB2epXcdjrN2/gV53ULXG1SG145qNabR0sfBbt1rt4mm4dId
AwQxU+BX4j4q0HpE5VrGv1NDJgKP6SpAt/K2YyzAXlpH6ce4HsAGRGTpx11iV7phdUX6X+co
wq7FF1fhU+IjhTZqT4vEqAy3puq0dlg91GBELvX0sHH3uYbOgoS0A0aqF8BnqeVd3v8AEKCZ
aRH4j+LIJ9j+5YWqVVocShZcjk79R2Wfct/mbA6n6yNZKvUVeEeEPGxWkoXCuwRcS2lKq2u1
qEXaXsYwdxEG6XxBK36gaCL8JRkdMTeA+ZSZULZl1mykVWoHYQ5g5QaNsu75pCML5aLvqGUF
TVEAr2mYsao6iW3LmNdtc0xonmbvl+4buiEEJS9xLt1TVTarmQMwIrYveUNmxxBb/wBvmIrs
EOdfwp+484PlnBBzgfuNxpQqrEbpOGWuy7kpHOWripocai8yZdfMDT3fg8ubWNiFqIqCc3Az
iW3UVCZX+IOW4rfE8C6mzM4OJ0vZnxFa8JX3XD5mHvQcGq5CqS7gTzsNYfz+vcCFdJbT1Yfh
+IEEswB+MrDq/NR3thShf4mbXGdburlPUQFfYOI2Y+T6AioYRSliBfVGUdEUuRqDba44VZE9
zeJyL4ex2Pkh4lO7WnfiNyS++XjXwkQpmcC31VMYtYzzhSbhVKvslEBpY0G2rXBKCAKCyBG5
Z3oqU7Mhcq7V2+zo8IOYB10Avpb29rFVcUu6cr9UHoQ2Q9l1k/r8CZ63CU14pbGPIbAk6DLl
nNSldGCjFd+IsOwbUsAM/fxAeqdKP+wm2DIY/GP7mUAvDLXg/wCwxOYufo4lu+Sju7mIJWpf
/XHT9QLNAOY6BoaJW8u2B+CuJQs7WgIGAF6q6jpQ3XqAMA8MhaKUSI+TF+JeV2/EtBQjCaMu
I8KcRSQDLms0FqNrMMZ/oFW1KyC1NoJs6cIoUmCssaqckdR7JlxlM2u+pao7jVOv5oWoF+pU
PvcB/a7ggq/MypYccSoctTAIQQ8sqKrhLUgFdCCvf4mTncN+5Wl4lobfTr9lVKJYG6C3g3QE
SIEM6SxA8FeqsKW/7iLF+ot7zepk4uVMpk0BUZo3LQO7mNjTPnMDNQDzK1UKRx5lolsMdHL8
tfmMMAraD5J+oGzErYAR/cWV5eCXUCKCptkenxE9JGMeR0nZKhOK891fqNY1qACqLaUd27+I
E0UwrXXi2ax2dv7gKA5sKxf5r/1mQUBMtR6GwuSeYie2A5DfPxcEUhuAqUOQ8Ygb2BeUC6OL
WjPcSXkpYgsGgyb+qj0mFy0L39M2VKum6t4Nc8GIBkEBunbgM1bb0ERIGvsvIlV2KvzMizCO
Vr6BiAGK4LS7M8ytgUYeF/PxNZ87Z3SjzS/UofhT+Zaq7XQv9wFjMDqX7sVfwpjBgsJ9wXsZ
yw8/pXYz/FMS2GKgGNIGBhvZERM89CGKNomkUfarRUNUtl/kE4yEheNnnNiioou3hotXMuJQ
0uSLQVtZxEsF2NTIvIw2fMjnCbqkNaoZiNA50vKZcSnZHUVWTgope7vuAgXjHPuZ0DhJc1sj
MY4mCwO7riV4HczMOefmCtNsatOdMCh0yopaaf4YLYtfV0jsg5rFthCD3bEDxeUrllLBRwI7
S+KJS2sdf/DqDK4xxAaKYtpVTzTK4oY6VafdqNIwTbfvFWwQAPu9RN1Cwqw3Tyq+qjXWJRbZ
DCW2cwZ6jAlQS980xWBzGt/UGcY4mTOcR8RG2hSTadqOgzX4ghgmcDtPUsO5g1due/SJVqn7
ECpcwXLMpFZTQzCCG7yJr6/UURrrbOKGXwRSXccxoKb4y9u6leoq33YTaV0rQTXXyGzrjOKg
nr4N7Y71Ezq9H1mOB1QdLp9RDpUV0SAHk59sQL/mCTUaBuJZXWIts2uxX39QIGugZPBwuk3z
wxEABLIwTC7Eq/qU/VC02CV4Ly+TxMsGxdlefUpstgCTFTDdhSnJd5qyGrTrq/WPyxl6udOY
a9n8wmpdg5+PjB9ys6zVaQ1MlBaSs3CZ/rYK0vL+JleQkBqwXQ1j4jfOKHADqmVzwGNwqfFd
FUpZ0w6zxCOJrlX6eSG1ilTyv1FsOJxFVDcSwwVK5uVQd4xLYCcYA7mbq/DSQetPdwGwl9IN
hgq3xmBTRTvABOLv2qLBZ5hR/PRVp3txFViRQoEQ3+JicNYVD3iC2QbyIWlPPUe24qGvj1Ar
2YAWV1EKpeZedVmY+/8AuYIxKIWrFdjm+IhpLARiL7E61QptL+mCJ/iBZHLtV4RLPIxblrnB
vjMAIIkQEW2YStxUm3muYy5KW084Q8DVdBSNrX6gYGtAwQQ3xMjzCDMqmIvJiXbjdwoz5Rsd
w4fiAo4jSxVpGTvJiUDebB9Q3qXzV7jhLDY28bruYXP8REEVcDB2fq9/MvJwr80ohBxWt7XB
vBVr/rZsBo00hSvoX7mcnpcRAVGRoHy/iOUlbLYr4YDK2KSzYO87v8RzQVoKo1URY4liw5F8
etviIrLoDH8r8wgGLaA9NgP7itmr8avJbjt5mM7BXuPJvG2tKoO8FQ0tRCmnBdlnCuIGbvrK
y2MqeC3CcCoBps69inzLeAEDu8aPf0QJyhVyAvwB+o2zOeeVgndoXXNjqn2hFIi48S8NGAWD
nMGwoOscsuCsD/VRcugsoQ5K2n8cS9E2zZDgXZHnozZriisdRaHkCuqL7mS/x2bbG+ZXv9TN
WcTZVXJFWcFsZ2JZ5LgAL6txdfBO3rbe2oaiAmgYKjju6lvW04/b2hsi1sdqZYsoo5VipTWI
7F1ccaiUlttO4WaVsV0f2BGEwxgleH7CvMO0YZ4TAHlB6rulKdJU1RuDS7xPsf7g48T2VuUy
m4ulfMTNE2QayZ4U1nqA8S2euL7EarOHWY6n9Xkcbls9PuBtuPUo9wIWZu0DmVzOU635PWIY
dbz3oSn8+WJTJdCVaRHUHJDxcc+4EUDcRbDyuomaM5nuWBhzFuVepqe5RxreCEJPFM+mFQYF
lbz/AFBOKM2uD+fqHLxNqqOiw8Hl1MDAJwUkAaQlZ/xx9y69TZMjV5+5d3HIeLxBqZLKF599
wFhIxTXP/H7lVAGp2Bp/BCFoeW036N/US6biTljKEBV24lKJ6KpWcqz4MeYMTN2B7VfWY2AF
wkKOywfxH6RKgtNViAhTMXSYoDCu88xKYC/a2fZUoks9tOn2RApbV/L/AORs6kpFDHzmr8S6
zFAi95X2t/RL/UzVn+jjPHTA4fcACsJrBkdJLTLcZWdarzuxOKmVa4WFbSaqqzD5EfR14hDG
OTDXcqrN0K43KeOGeT4iJRlM95Mjs8z/ABX8RJ6eps9CIN2tQu7nbMw0AB0+kfXagbeBxnbM
RmH2hDTG7mpFq4u7f2xrbX4gCyvb0xgBETwMveLIFioUWlcFfBEg4YOvxb8xWD2eJdWjBsyx
BZ/1NMA4i66fuK3irMsdt7Y+aHVXeGagbKRqWoq1MwZa44hu+5zRq2kT9eLjpr7uGUXtS/Ma
BAuAMuz10R0gfmbhAihWQbDuuYO7hKC/VPgWChhRqvvh8VBWS4QKpbbh3FTuyXc5yzbB4lSs
ziPVzB/8YgUcQkXTHNMAriZjvxH3vo0Ti5YBd5epooGtdGIl3QH7JqK7L4tP5lppaCGB8TpA
YSIDVBbaxqWFsorWl9RdsVqoMj/ZU2ZnfMFVKXzEqACOg5DNB+ZqdAUdW/msS6kTMCfijK8E
QllsEuC6KGtsbLhGKnMjVX7s8SiwMWsfYlD6SOrTDSl8cQE0AnZafxEtWYV4xQ9c1Eg4DIoZ
c4ffiPElbW48On3KXHJAbotoQhi9FuwUb3n37YBXHaQJkLz4JS4rUbAVy0fUYSuL5j8ykRtg
X6hfZGkuWt2jPHqeiDV1EVGwyxAA7Ze5jzK3el1GGRyuabr8QyUnBZUU0dKyoskjtgLWp05m
zB5IqG8hmRuGLl5mwItWjnPMJzo6QiwMN2ZsxKKioGwQyFZhyQUdMzTeFiFiryhGw3Nj5gz+
Y+GsoooTGsQojhQkRElKoY2tVHTBGD3Fi0tpUCgEDUBKkC8J5oQseWYrbYOG7hpWoAUUebiO
8KIeCvPmC0KppypzXNXL4Asa+Eu+6GAiMyDK4GG+X/1WcOY5LlwTEd//AB8QSsz0w0NxgZaq
4glZuc8lbWN2KKgaso+4iA3Ct/sbELst77h8j5OY5RRYccwwtUPuFA5eItac1jzLaFyXW6fN
Z8jESRokHzLLl0tBFUauW26hsAa4z/ENH6sXb95fxEwmvELTO1qsxcUSZVaj0KD1K4TLsipG
rsXFaic0COXVgfCnnEUXBzjJF6oqPIHSc5lYQVZoqwv9sVYYAFR4cnZ5uLRpoi1poolKc3r1
LA3TRgvoUnPmZTSkto7XKqBfVsPqXUt2q2/m4lUQb+o4hIHMzrUroliVzBrVXP8A3o9KamAv
gYAFZGNu2dENxZaZu3RczsJwJCql05uZGG1BV6gEvOMETUJykapV2SkWNWj9R2ML5QBF26vH
LaVXmAHwl+ZvS6FmfaZY1VgKEQWLj1Ht2x3WajSozhNPqcijJmCiFozLzmU1dYgmPQDaGCNh
n6hUC76gGrqbYqcPrY9D8wtyUWSh0CqSKrQsoKDpX9wZRqOeRf2zKowUjV9TFSvuVWbPuIiX
FBi//tVaN7gCgFJmFh21JXYkSgozWu2vSGnMuurkPWD+Y7Zp/wCJYQVZ+gWVwAEq+H/wguFE
Un3ARaZyX5gqwp01uJbGMbdxSGXKwLbL/ZL1o43KBrL6gYxcdRCLGqlaVsgH0cahZ5WOweQC
ouZFQlXFI+czIWd2gNj5slWM2nnq/wAxWCsl/iXzxGKMIPIML81EmOCFVNW9b+5oMjVrzHXh
UuhxlDl48Te6LaXw8vBcOmlgtpGXXOMHB82SruWWo1UsoAHS9ROME48SoqfKHJxcRjXUt/2Z
ytz2QMyKUjLFEphZcAqCRg2drRD8gUhZ1aFPA43AEByr351ZXY3AooYtDSnlXPIkB0jc2wxr
tG5XsfNuVAvAgYRN1qG8hyd2bm5MyVX+P2jfLsyKzYyxDF85yxXbAbUhug7YRJyauGdjDFQA
dsA6GDMFpmvMEN8Cmf6gMby8O5g6YWYI4uoWHWU8kA5d6g7GsrfSg9ZihRkhiVusNg1QbKZf
HUvPbFg7m6Gpe9YVJ2MGsEJYmBqzDmvmBsAdU5pQKeBtigAMXLgcZXzGE8zQXGrlFsQuhiZ/
+OdznzK/8hqDR3M1M3NvPUY4IDHitvYf7MXDUgLx/qhCyEVaow/mLYVguMdbRhutp/KAYAyt
tL6UUq25qFDY4xV00/khCYFGFmEx9zYC253VxUJA2MJdLZ9/UBRIXCWa0B5xGBbUbqbUPuWN
QUM/w/3Ma9sLVbyM+NyzONtxfGSN5Mzd681/UFDilofNQPtsdYS183Lw0MqN/wBQcSaBN8GY
ColxAdVGemrb1uUkeWVYXcYKjIH85PmXcpn2ZHC2SyuLVirDm/L1BZQedd/LEiFY7KgdTJw5
hHB3smDz4g259y3qJUDruNaBkCInoqIZ05Jg73MUK+8F5Y8pg3OiNuErXUp1yy68+DzC5QIO
dAP3fmCJXidMssYdal4tTDJHUoEFOV+awGrY3TFyAz6uoRjKgABUfYDw4YT/AHlEKgdwlCq6
uXA35h+Yy7hct/8AyTzxc5HGfuKkONbghe48nEPW/wCXDA5wtdtI5rEBSPSSnhQ9GVB2aDtZ
YjlxNvmAvOpgtY4IXJJ+kqfNVGHIRp4KjLnRqoGIDvUCOnyZlUoHKO77R+VwC2zrEQZxuZ8y
hzeepk8zm4mSYpArWGOtS/zCFKx9x0ZHFcQMCALD7CSqWS98armrxldR+lVSw3hpOfca6oWq
TxtuCqvEdC381Lmq2dPEFK0vWXRqoNhympUETPiOVshpKAOmnP4ichRdX4isO2azbQdbJcN0
luwllg3oyVNVQ04WKlsx1wZ18R6EZ4RdpxMNi0QflSCAICy6GEKS1V4CpV0+28MkLIVImpzY
F42OXmGasRCrlEWze8yndopUqYKHZCQxuDeNp32jgRV6x6OVgklF31/QRbItF4OgB/uV704D
90/uWw2qMg/1E+iUd3c/3MxbEoNKpfuAZdZKjBs4pj0ToLWAmmmlHZBHUsqDq0RPZCpxTXB7
oX8sfZ7Z8b9aIokeVTmj7RVIPuBao+SPKDqt8eTIazph0ZVNq85f0mSb94cpfAFh2v0wbppO
Z3F2SrQohonNwgA2PxDzXFkTnCsfcNBfEYCKFkFlhIhQAsa36gsHwN9Ycw8rGKW+1pHB5kGx
pXT4PE3hufFwwmcwnbA71wD5Fi6iGnjNJdPY1nmKvjAwyjgDzcZUQm1VyPHB4JfWVRwwiMN+
4hVKIblvfzG4Nb3HeRX/AMJis/MOBbEAGqgpJsoL9ErbBQ2+jPmOPbrNbKvnLh+HNRAbVay6
m/LpjWlP5c/VS1hCsFZELkru61LHAg7LmQjbnPMQNIWd9RannOb6i1QjY4SKzBVxyYagxGwI
cX87xF5WO7ipcLkf3PAQgSLtWItUKW731B8VWQNUMnPxiW3UYNdPNcwVZdLzDStigaNPHfmE
gKrDZ9sTRxAMW/roilq2l25TDTuFUe8rH6IZ2aCnh21L/MOMt+U2+rnFCRVQwNuCU05DDM+E
uxR0uy+TqNEAU9HzAFo47QvbPh9T59Rmh0Sjcwpl0nLKpF3gYSiuFDDlbmXi/aBrknJ/RE5q
1JsuAxWeIjdgnqYFB3Mh8e4K0SkCerQXGm4tDBlRkxtzZCIGAMroVb7IvNQNRpulWmtZbhVR
1mZ+vhKeVdTECjcdAe4xdE9oa3Zl188wjbC7hcjSbeYlub5hieYbgI1FmK5Loh+hmqIXQQzx
AwHGokJgi6xArU6Agu8aAK+rq/FxjOE/BiwA5WGdRR+TupPcSIiRs8J4Sk9w42ylcsu2NNMD
uAo7irjmo7nxCc41MCvKU1Ss8dxA7XFa36roC1ncA8/invI8wYs3WbcX0OnzKt8KBgVv/Xjq
YrBYCrOokJ8qDRw3uK7dOt+/Z+ZehLqX6lODmUTffifvEBANMI9zPCVc+tRt5mwlvmOWOc1U
AsZRXiEvaWQSkihlLujm2YkhXTSXd42+5UCU8ruW8vWIARTXNkK2LeiKttY2yhwi/JyfJGsk
ba8xJ1XJwng0Q2l5iXxf7la/BuPm2h7z5lz2LoBNg3AaqttPxxAWgVR/x7llDe6CwDwZjudT
iYOuiU/CLCOiKgMlPuOJsniG1AYJ2IXpr9TinzUpMTTqKSg+I+y2uUAoHFqN+YGIEUFCGPDv
yxPjMs28ejQeJmIuI1UD7Hpl+785x4M2CHNRKElwkOrdQZ0vbCBvlmWUWWQaOo7C3KMF3DIn
DbefU5Zm2CJoImhcUAtQHEgznID8OfiH0F7YbYZWrhBBbtELPIq/gjovs5HX/IBzySQL+g+p
davfmVpQvGRjpaXMKENsq5InuJHAdQz6jeSANoeoOGDsFLPUBXIkOCsQcLEzmEGZwlJHp0ch
Ycif7xUQr5E+G8/p+ZRA+Bl66vnfc1NNFeHSdnmBwVqcPlGkLFDf3El2AX1+/wAyoUIIr+c+
oQDFCgZ/PcvSZXV46lX1mEj4piIcoDj74lwSxaKVZ+vxMCBKXxX9w8iqh0+PU4IOMJr3BjNS
w0MbqljBQY5lbKnqu1Kv4zE2pygdP/CRxWG3j15YgUpRyXy/zUL7qqnXoTH2RTcG7Kp5qZbU
rP0x3ROCKlLV27igbGpnt+Iz4Y6vsAuWG2l2cF4l9IlS0H7Y98SuNSh+IQ1LfAI4JuKQnwTb
by2ctJm2F7beuYIqdYSWS48MGm4vtATYcRMe02OzLnAYaBAd9FtZStivCDb315lqBlaIjtI2
SsdFRia3z7iOW8XMtNXAyYgrgItrkxENlS93HU2JtMxe2fcptZfC4rurDIkb5jNhjuMcHySg
Lal9cXYbAA7VCWXrnWbV7MstzZbejSN2Q2aLCm11TJqeNJpiFXtc6lHKbpgoXWpkxYeII93B
0urQycNR7YgdQGrl0tuSxFTFtnw2wiEiLsg05hSnuGPFMpyu5XdriLZVWWsP1dMyv3I6G7XJ
40+HMauV1bOnt4ZWqL4h6hWDKyWESgHCIyfMIrWDZ5e55eRirzf1GbVosTqP2U4adnqPffOu
/wBHzEy1WF8xFe1+JiQNLtFnG0F1e4ksAt4ZPEVhtTxNAJmKtkqc14jFN3A2N/oj/lk/wMZm
WkBuOoeb6cx1IXlNjwzCFhp5IAEtWxHRGDlzHMDA3d56/wDgRWXCr3VYgApRcay84u9eLmYX
XQzNfyIivdGWAIPZBu00Nxv0rLc64EYay4PUAwulCAFXif8AlxB4McBB/f0RGj66g+jellOH
MV4YnO7lGJfY4lHeoi8Nlw3Gu3csqbyXLoy/iWXEQEqCF7Qacy/MvGbgAoSK4uIaXE+pg/8A
g8ZhmKYA1zMnMUeKeoXbOV1xf/w2GLor6g2Ia7l51cef/iSLwY7mMsxnnXtlDmm2dXrwSqdl
uqo/88S0tL73Xh5gAArUXk0+E+IcPD8zu3lxz3OS9ckK8Qu8bL3BZjVbgptvqVKRwweY2Bag
OVXUfWMVYAZgBAGWesYmOGfUVUwyhiuOkZC6GMxU8MovMdkvEZeyQq7aKPOB9zWJiLj2HDLM
2rfgj0L0efmJ5Y2n8sHDbC43LwRI1YmemZ/zxo6qw4Zic3+IgNhJkvHJHAU/iLNh0S6y4kjs
nkyi2stqNsyjtKxcVx069S2gazySpIwJKu/wf/HCdtWiLDc6zC6MXKNfOZk0eYTbz/EXCXDS
063HA0wDFk4uXFLOpndy61j6hZxFOSDw6nHib/uZ45jcSrVXzNVf/wA0IghEThlUd/8A1iWS
8y4F0G4F/EoPUWVaYiAUq0BvfPCkpALxdnmWoSnLoiIyPLi4iBZvHcqlhaU3n+KjYI0svI/q
MTQjZPD49/mZHvwB+seGolNVGpuOv+3YscgOgLjTgNE8jAxwvuGhSRvlffR3xNE1zO9AXpr8
wjWzSta45rnzAUKNBnJqUAdOIqaHPqGIPR7vuAVqNWT5xHF5Ne4xGyfK6/zMj7NYmKOnFajf
HglClMkTqpesEC0LC+5RacnWoBKA7XRMdPuMWJqLbGpUboypLiOCVauHctbl4SBibWR8RNFb
gA47dTNDwvccq18cwEdU5jAtHrxLLAeCGFI/MNozzUSxDyuYkxGtxdnJxzD1DExWqckw/mZp
7P1BYo3BRc2SkWoY6Zb5mbdktlYw6tqZHEapbPU43Mv7nMxL9TBhlxRcEIlXBOZ3M3QBeAiy
xVLU8PxPEY6/+DWpePUPH6gqYVaOYkWVy912Sy4FXuBiNu2E2TDHmzHMaNRWvWSOw2D1crKC
nFg6SVtzkd+54/3mH6sVaDGjk87PMoQ3TQlldHOmN4ZsKD7L7lraG4no/wDZfAIPnL04NkTl
QnE4HrgfxE2oLNVcWBKziYDOOZau89wcCtXGwbz5iN2URdgqNKjRA5gDnJ1l1iMEDbtNTJUL
i+o1Qm7oYi5cRo1uPllvX4lSCx6xErgqsRVq7FxfR0WWA6laV1VQzkBtHcalHIQFpfBHLByd
xyx8ajggHjcqoLXMs0gLzNyQdPcvlwccSm4+pnxZwwA5fiOt0XNs+FoYiJsP1FQOLA5bMShB
MfzKALdd1B0dxq5RZUusS/U23fxKr/4e4IPcE4ij/wDBpxNu5YOvzPKGWim2MENiOeGBMf8A
2sw1OJYgOHuVuaSVV5OlVemBLT4GNlIpMqZYVwajfIVZXUqsIqKpUfZuCqwU1z8QWwerhmIb
QOB/ycYIBoePqWAMD3sH3GBc5MlaSUDXaOGOYRRo3KNoggLqpfnEcQthwdRB/EpbXcKvMEhk
GDhgsDoM3KUwrVS7UH5gYqUTmHePuETdUH5lvH3P/9k=</binary>
 <binary id="i_001.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAZAAAAJYCAYAAABM7LCIAAAACXBIWXMAAAsTAAALEwEAmpwY
AAAgAElEQVR4nOy9d7gkR3W//9bcsHezVnGVs5CEhIQkhAQiCoNAZJMzGLDBNiYbDCYZDBiM
yMkW9s98wYDBgAkSUUSBAiisAqCwiquwSbvadNPU749Pne2avj2p7917d+G8zzPPzHSoqq7u
PqfOqVNVIcaI4ziO4/RLY64L4DiO4+yauAJxHMdxauEKxHEcx6mFKxDHcRynFq5AHMdxnFq4
AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCmQahBDCn2LejuM4AGFnmwsr
F4wxK1wIIcQYY7v900nftrX73yGdkA6Lefny77zsVWWwTTHGZrdy9rKv1/LPJFXKrFwX+fbZ
KJPjODuenVWBPAo4A4jABDAJbEmfSeB24Ps1FUgDOB4YAMZSeqS87HMPsBraC7yUzrHAI1O5
xrJ0Qim9yfRpps9m4EfpN8gSPD2dtwXYlu0j/Y7Z+VYvq2KMk9lxhBAWA+MU9bbDhXaqi0XA
bhTXbGWdRNcTgM3l8jqOs+syONcFSMInmpBLLdZfAc8H9kOCBySUGkjA/kM6t6Xl26OgjMAh
wN8w1YVn6X0O+EKX9CKwFjgV2CedO8WyqDgvAOuAC0yYhhAicB/gOR3OywUz6fv3IYT/B/wm
7VsCvB/V20TaRlZNlwPvLltawKOBZyBhb3mMA3cBH4wxjrZcgO4ZwDzgYcCZwKHAwqycgULZ
mRK9JYTw9hjjPRXX5zjOLsac9oFkAmzPEMIBIYT9Qgj7IEG0EpXPhHhAQug2YBQ4GjgSGKFa
4FaShOd1+abst7WYTwOGuxUfuBM4L/2uqsuyAgoV20juq68D93bIy65xACn+IeC+wLuQAAfY
mNKZj6yBJdlnHvAlWusqALsDLwUORErgMOBwpNA2l5VHYhh4OnAu8Fpk0S3NymafoXTsfHRP
7wPs1eYaHcfZxZgTCyQpjgZSAq9AwmsehXBtIqFjLVmjARwBfIJCGK9Dre2rQwg/AC7poe/i
WArlVBaoIZXrkUg5tMPyOJJWRWff24BvAJvStQ2mtE9BFsvuIYTVWd/HeqQYl1Tk81vkIjqc
omVvCmsI1eEdwNXIGhmkcM3Zda0EbsjqwNJ+BlI2ZQaAi7cnUJxzCPD36dvqa4DCZXVPumZ7
toaAZXRXyI7j7GLMlQtrCPhr5DoZor3LpooGhWukAeyZfu8DPAj4QQjhkzHGsTbnz0et505E
4DEhhO+VO7e3H1C4gYZLZbVr+R5qoZc75/8rlXVDfl5y3VVd8yjwPiSY7w/8I4WryPJbCjwe
uIZCmJfTOgTV1eps28HAWdk150q16rr3Bd4CHEChwOz4u4EPAdcDm7LO8wHgIKSQjwe2VqTr
OM4uyKy6sEICeDLwWNQqNUvCvptIuJYFjQnESdQJnfvXjRHgbDoriIcgN4pZQTcxVdg2gKOQ
S6fj9VD0G5Qtmc3l46MYizHeCoz20WcznvK5FPhmRXlBSsnytmuw/00k2Fdnee4OvBkp1CoF
vgW4MrM8GsBrkPIYpLjmANwKvAH1sWzK+7NSuVciZfpqFADhOM4fAbPdB2IC5wWoZZq3oiNq
xb4ZeCHw49K5jXTcuaiD/f2oEzsXftaKflIIYUneyZ50VwNZKSb81iPBdz2tQrmJlNHJmdJr
vZBi26+Z2mJv5uVqF+Za3kZrneTX1EzHB+AHVFsH1ml+H1rr1RRlM8szAH9B4RLLFbhhkWNW
/kcA98uu1a5pHN2Tu5KCbCl/rKCi7I7j7ILMtgKJqIN6Aa2tdvu2iKLNbco2iXz9m5CC+TRT
3UcRta5Prjh/N+CB2XG/QErkcloV0UD6/vPsd+uFFILwAZQURmIxsrD2BJaFEBb3MPjPlOSU
7LLvpVRHj1lk0+qK/WYJGCcBD2+Tl7EAKRhQHZxGdbDA74BLOqTjOM4fKbPaB5L84jZWoGw5
rAV+lARzTNZC3iq2juNJ65cIIVyE3F1LaFVGEVhcau0G5O8fTumMAd9K+74FPA71LVh5QML/
z4Dzy9eSKYPLkFssH/sRUnqnImU2jFxyN4cQVgArgAtTnVT2sZTqZjIbuPhkWuuugayPr6ft
oxQWSksdpzodBv4yfef3oWwZbESWGSgI4ESK/qe8bBs69Dc5jvNHzFyF8VaNl7iVYjBeL+eA
hPLWNvvKgnkB6rS3vpPLkW8eFI57HdWcQYUVUrJAoNVt1Ezn7IOEb0j5H4P6Z94GvIyp0U9V
1zGJlAJIUZ5a2j8KfB74fZZGbsmY4jFl8XTUoW5cmaU/5TLT99FUR4dBFqnlOM6fFrPeiY7G
OkyUdkUKAWgMVSSRD6Sz/2Wha/0gZe5LMTBxErgKWRwLkXBvp0BOAo5p1xeCLIwyDdRZvAJF
RjWzT0TK5RnA00IIjVJHdRUBhcK+OZXVXGY3pG1fiDGaZTYvnZPnaZyO+o9ModyBIqfy0fhV
LKZ1YKCVCaR8Hcf5E2QuwngvRQIrb9UH4OQY42ezbfnYik6Uo58ialFfURL4Z9Mapvpc4FkU
wnMeU4moM/2haIzFlA7iNkolojDeL6LrPAv4O6Z2kj8Z+DZwR+aianeNz0T9NT8ArgV+lf6X
pwYZKpczcQxwHIVFsg2FBG9ok2+uLCao7ucBOAG58RzH+RNjLvpAtiH//0NpFUiLQgjzKNxY
udsFsnEKmdDeC1kQeRRUQNbF3Vkay5AFklsnA+ljfv08uihXXk3k/8/LlLMKhfxuv0w7Nl3v
JOpDeTDqwM8ZSWW7g8LtVI5ystHxny5PzthGeT2A1rqz7wWlNM8FbkYDFPOQXyPvS7kWKZwR
plp9u8325I2O4+wczHofSBIyn6PV9dFE/QWPoXNkUC7AA4okMpeOCf27gM+g8FI79ukU0UsW
yXU3iuS6DvUDXARckZXH8gD1GZzeUpDCpWX5l4XnRHa9k8AFFceUx7Hkedu+yXL4az7OoiI0
dg3VQQp5mivQZI5G1XOQT+i4GdVZ2T0YULTbSMX5juP8kTNXI9FXoTmUXo1azI30eRbqlL2L
qRaItcxNqB2LxpPk268C/o00ZUdiEYW1E9HAwb+NMY5WtOBHgI8xdQDhAPAkNOYjx8Jnc/eT
5VPuxD+2zfUYVS67KgXTjRspFKpZMnkaE8CXKUaLt0vHBkiCrJEvA2/K9lu6y4EnAF8NIXS1
Qsx66uuKHMfZKZmTKKzUaF4NvB14FfAz1Ik+H3gHxQj1XDnY5yjUsf1eJMDuQdbDO4E3xBiv
zvKIaGp4my0X4DvIOqka5LYV+G5Fnk00iO7YUmd6RJFUVf0wjayDfHcU6mtuKhPuoyh8GaSk
8nSrBvf1gk0zklsyVpcDwFdjjBfFGJupbIfR2h8Vs09ejxcixZy7wez4F6b6oRQUUFSKtjey
3wvbHes4zq7BXE/nPgn8Afin9H93VKZxCmFbHq2+JxJkf4/cNZvRtBstrh3Aph23foeYjvth
2jelJZyE2ZUp/zwKLKb/D0P9AXnH9Z7ZMXkI7wHA/miyxUcjF9okrRbIr5Arzf4PZL9nspVu
wv424KvZ9oDmw2oXPpwzhiyQj6FotpwhNKL/m0hBb6lIz+rnODRv173AJ3u+AsdxdjrmVIHY
oEH7H0JYZz+RFZILXDuugQa5bejkCknK40xkrZhL6UKqhdv205Cvf5Ri9lzb3kTzd/0Ijb7O
XWx5a5z0/yw0CHGAVsVix95KqwA1yyGvkwgMBC0StanL9VpZjyydb+WPqG9oY3ZapJjXqswi
CmVu92pjCOGfkbW3Z9pn1s0eaFr4R6MBkxZt10j7jkCTKS5KdfCmHgZROo6zEzPXFkgLySff
QO6eE2kVhCYgz0Cjrm+mcyv9ZODltIbuHoc6vbd0EMbLaV8v81DfzRuQID6cYhLDlkvJfpcj
vCbRIMZzUBiu8SgKBZMrpyXAU9A0L92skoA6/E1w27aIpm25hKnWTbtp1g9AkWuXl7b/AXgl
WpDrVIqwYUv3oHTuGRXXbWHMNyJLznGcXZidSoGApvYIIdwL/DOtwm4ACf8R1KK9qUtSeyOL
o9y38HDgvA4dvo9AbhiQELZw30BRX3uh8RMHoU5/WzzJFlCy460vp4Gizm4Bfo6E8EQWirsY
RXltSOden9IaTOeegNxDG7pc8zORAlxPEaIcUD/L52KME6U+h73RWBQb2Fm2lp5GSYGkOlsX
Qng36j95KbJ6FlAoiLy+B2hVaKCw5vJgUsdxdjF2ujXRe6GXcQftjul0bigtr1t1jh2T78/H
ZLRJt6WTPXfdZPvyBZi2ltMtn9ftekMIAyktK+9YnLp++jBSOBYFB60RZWMxxlu65Gnuq/uh
gIKTKBSnKY/fowkwb0LKbWVKe9d7+BzH2c4uo0BmI/yzm2KqGsDXa5nyc/NzymlVpT0dhVnO
v5/tdFFa5fJX5d8pysoViOPs2uwyCsRxHMfZuZir2Xgdx3GcXRxXII7jOE4tXIE4juM4tXAF
4jiO49TCFYjjOI5TC1cgjuM4Ti1cgTiO4zi1cAXiOI7j1MIViOM4jlMLVyCO4zhOLWZ1Nt40
L9Iwmn3WyKcCb1kNr8020Iy8AViHplifh2aq3Q3YGGOcMtNrCGEIrXhYTn8SzQwbY4yTHeaG
GkRrWWxI1zCCFlnaNhNzOmUTE1q5Gqm8y9P1HYsWz9o3bctXLSRdg81bNY4mMFxJsb7JmGU1
l+twVEz6OGWOsNKcY+XJJ/Pp+aesE+84zuwxq3NhpZf/mcBzaF08qbyUq63H3cz+52uND6X/
dyGhvgBYjdbm+DHwqbKQDCE8G62rMZHlZ8vKjlMsXVueetzKMISmP78ZWJjyWgt8NMZ45XTq
JZWvka7lEDR9+/FIUSxJh4ylct1A64qNZOW1BaIOp5hafQuaCfdq4LdoMazVcyVw03UuQMre
7u0YuqZtpPuQKZCl6biN2WzIi9GCVren35MxxnVTMnMcZ4cy2+uBRODbwGloDYnVwLkUQhok
FG0a8vloHY2jKASmLYA0ls4/HK08eFD6fz6t1oqxEgkrs36+T7H+hqVtU5DbuhgNpHBWpfT/
Dwm+pyOrYJDua3RMoTRD7QiaCv0J6VoWIKV2BXANhRVxUzp+vIdZeXdDghfglJTu0WhJ3kng
khDCFcCvs/LPlmUSgRej1Rrtv31v/x1CsN+2tPBYCGE8/R5Az8Y9JGs0hHAN8EHg3plWjiGE
k9EaME0KZW2/x1O5zeq130PIatyIrMEFyIJcmsptx92ZztsLPdNL0ZT36ykaLsehFR3/O8a4
uaJ89tzmq0RWrZJp//O6zhtrE2k9nnbLPbebbXlBKY+xZM23LI9QlUan2Zx7mYXamVvmZDbe
EMIewD+gl+LDwE/auC8qKe1/YErrauBfkVurak2PBlpz/TVIYJ+LFEKscqHkp9KqkPZLZQb4
QIzx4j6v3dLeFy1e9dD0+3a00NRlwFV2HdQU7BX1N4yE1JFIAR6ABNbP0Drpd1JRbzNNKtdB
wNuRFXc9cB6FEs8X8VpLoThza2sQKfBhpEgejlag/AoSsjOtQP4KODv9vZXCjbkUNUgGkWV6
OIWC2UxaDjgrM9l+WzLZFiqztVpM+E9SNKzmp99vAq5tI8Qfi1bgtLSsvkxBlC17SvlMoIZL
rmisrFvRAm8bKiz744E3Uqw6CbIkx1KadwP7p/Q2pDqZD1yZth2BrOSVqS53R+9BE1nOV8QY
82WYnZ2IuVIgAQnND6GH8yXdFmLq0C9xLmoBvTbGeGuX9S1AguefkTB9BbC5m8DJzj0UeGtK
483ArTXWA1mGLKZnoxf0auB/gRW0rlJIWbHVpWLNkQHkHjsLCd95yPV3Hlo1cYe1+rKyLEfK
/BjgfcCFvaxX0mY9lQD8O2rtv76qD2yaZR4EXgg8Hq1WeS6FcB1I3xPIGlqABOE6pESgEOYt
yWbf85CVcSPFMscjyPoYQNbpE5Cg/kMbBXI48PeoXq9CjSNTRrZi5kKk+MzCL3/MkhlM+T8s
bf8R8GkqFgELIdg7sRdqhPycQjlaYyBvFOSLmplHYZiiUbAbcHA6divwnhjjbyvqz9kJmJMl
bZMQuxO5kc5CK9qtqTquS1LHoRbLN4HbOwnbzLoYRa38ZwCHxxiv6LG8BwCvRy/fe2KHlfrK
pBd8JITwROCp6OVcgV7KNcBoXu52v+tSTiNqZcLbQwifA76E1mN/BlIm5wNfCyFsmqn8q8qS
7v/7UCPi0Wj54V7K3q48X0drtR+OXEYzSRP4/5DVZkse35nKkwvELekz5VnuwihTr3/UfoQQ
1pCUQYfrvwEpkH8ADkSW3Zo69y9Z6y9Gwv4LwP+WrnM7McaVIYS3Av+ElOdXYoyjVce2yStX
pBE4AzXO7kQuyd/1W35n9piTMN700ET0oi0EltVM6j7o5b4c+hJ2eyH3yI2dXGVGCOFg4L1I
Wf0jcG2f5TwOeCfwAuSqei1y4dyOTP2uZdiBbEWt1dcgIfZU4COo32mHke7VeuA21FewtPMZ
nZNDa9OvR8pwpjH3z2dQUMPTd0AenbAlgrs93+uBT6J36hnUf66ORtbWD4GvUbi1ppDenzuB
j6OG0bP6ySgm0LWNAH+O+ojejJSH93/sxMyZBQIQQriMVn9tv5yC/KpXd+snSK0qUB/GGagD
eUqHZOmcgNxWf48E7TtijDd1K1SmlAaBJwHPR9f5deDLyG1W7uTslA6pHAeiVvAxqM7MVbMZ
+A3yHd9mp1v6Xawy23d3COFjKZ2XAO8C3p/u0Y5yaQ0gYXcbRZhxX2TP0moUZXZyCGEhsLVO
31GXPO5Gvvrl+fZZwJRrN+s6oPL9AUXy9VW+7Hl7ELof/9OtDrO8r0ANubNDCN8gRc31mney
8k9FFuS5wN2zWL9OTeZEgZSYzkMyjARzpXldwXJk4o8jYd6Li+wf0cv0DuSj7pVFqFPzTPRC
/wdyW/VzvTb+40VIgYyiiKxNyHocQUJ4GfAA5F67EvVn/IYuCrJMeokvRNf5ZmQlnQt8O4Qw
owIzCas9gMOA76GO1+kQkQJ5BKqzS6eZXrs87gBOBPYIIaydJSHXk6cg3b8Get4eQxHx1Q8D
KCDhtzHGfl1xl6Dn0Pqleq6b9Dycjt7NH/eZrzNHzLUCsQetbksxlr6nZlC0qvZAnZAHAecA
11d0COYv6rGoz2M9ffR5ZCGVLwEeiaKcPhRjHLP9nYROVt6jUxrHAtelMl8DrI0xjlecsyca
Q3IW8AbkHnsXsMpchr0Iu3TMHSGEtyO31stQJNSKmQyrTMLuFCQcf8LMuCouQn0Qf45aw+Od
D++PLMBhGAWg9NvCH0L3ZzFp8CrF+KNmKu9dyIqwzvRAH+9JVBjuXajxsYw+FEi6vsORlfvr
Xs/Lzt2IZMrR6F70gz3Da1ADydkF2BkUyHSwOPxuL9ZC4HUouuPjwAVdjn8AaoGvQR15t/Za
oPQiPRq1AH8KfNyUh+3vksQA6od4HoqIehfq9J9o505Iea5J5bVW+AvQtf4LfQqDxAbUyf1e
4D3IGrl8ptxCIYT5KDT2JtTp3VeLtQ3bgF+iMSZHIoU705gw79XqzVkMvDT93kxrpJI1PMyt
uAKFBn89HZ+H3/Zaxjp9nIPpc1eNc0l5zq/RyGig/qVrmIVwcmdmmGsFYoPE6j4s+Wj2FrKW
/ACyPO4LfA65S9oNiIrI//t3SLC9G3W290RK41QUwfJbJMC39Hn+Y1GfyUXAR4F7ez0/KZIm
Cru8Eo0beAMKcf1unxZERP0+/4iixZ4N3BxCWDfdlzuV4/7IYvoU9S3Q7WTX/gPUkX5mCOFa
2zfd9DMCChfu+b6WaACfQFbXIEWYq32Gkev0ASh09xEUU/f0o0AGkBXSLxaW3DU6sSVD3dNb
aJ1Spx8OQONFVrjy2HWY68kUT5mBNNopDxsh+zbks/4s8M0s6qPq+LOQ0F2PWu5rq47vwH7A
q9GI+A/FGLuOMSmV4QzUb3Itslw2xoxO59v+7Ng1yGpYgRTa0T1ew/b0Ujr3IkvkSBSZMy2r
MV1nA/UN3U0aRDpTbjFUd5em9Jdmec4UAyg6aLRmugG4M8a4Lca4Kca4Ica4Psa4Nsa4OsZ4
e4zxe8jqewVyQc2nPwstn+amX6xRdlSN69sTNQrrKBDLd0bH8Dg7lrlWIBaeOK0WaGydbC9/
6P8CzSn1Xyh2v5Ol8nDU53Az6mi/sx+hlvzbr0Rm+Kfo0fec5b8/cm+sIo367TXvNkTkJvlo
SvN11A+VvRq5hp6IhMR0OQY1Hn5OG393CGEwhHBEvwmnZ+E81Po+NW2byRZtg2KusTr087zf
hSIA70buuV6VVkCBH3VGcJvy2b+fk1Id70kbj0APWCNuHGZc6Ts7iLlWIEPdD+lIy0ucWRLD
KHLpUcA30EColkFYQZjb4NFobMYq4J9Sa7CnlzxL52HILfMD+otfD0n5vBwJ+I/EGPuNnJlC
atQ3oyJpzkFjWJ5Ony3TlM4kcseNAc8KITSm+YI/DwmKH1aVJ9Xnc4EPhhAOrpHXVUiBP7Eq
/WkSUOd0p0F9nc5toLm+OpYrs8q2omfjWfTgTk3pzkPK4/Y+ywfFKPLJGtc3z86tkS+obraC
z3+1qzDXCmS6+bdrzT0TdUT/BM2PNIXsAX0MshyuQZbH6prleAGavuJzpClJejw3ItfXKajv
4tpukVp9FazwTV+CFGXdQZvWQf1AihmC67AXGqT4HRScUHWdi4HHoYbAE2rksRX4Fho3c58Z
bs227XfrkTrBAtuXHOh2YHpuhlAd7t136QpLoK8+kMT2+b1q1LkdP5EaZW6B7ALMtQKxDsTp
hPEGaPGtPwl4GhJ2H44xtgwoM4shaD6ohyC30QoUqpsP8OuHh6KJAf8H2NSn8G8g19koGmS4
I1pfMZVtGHh6Vgf9vqQ/QILpsXUKkSyL5yDr4zsdrMKHI2vMxgb0q/RiKivA42e4Pi1iqo6b
5b7pu+cGRqygh9MWUUyc2C9mQdTxDpjls6LGueYNmJipPjFnxzPXCmSQmi25TGHk5z8Zua5+
jNw27dK2aKnXIzP/HOr5iy2tM1F/w2Ud8mzHMtRPcz2yYGaU9CJGNFfSL1GgwAh9hkqmY69H
0WnH91uOdL/2Qa6+n9Le0htB1uMNKPprdxSh0y9rkYVzdAhhpMb57QhoXE4djmZ23rkG6kPr
dyAgFBFch9TMd5x6428GkJXVc8i8M/fMtQLJ4977xR70u1Kr9bHIb34x8O8pyqXcurUW43Go
c/Im4M2pz6Nui2cRCrn8ZexjgsWMU5DQ/D71/M5dydK8ELUSH9FvGqnumkh4HoEig/pKArnQ
mmjyy3bHnIoGfX4TjdfZADyxX7dGsiS/ijqDz5yBfhtjkPqRQlaHO3rdlUFa19jph4F07q01
62ucev1DA8jq2atGns4csTMokLovtZ3XRCO+/wZN4fAJ2sfom0vkrajP4930Od1HBfukdH8N
tdxPuyGXwZR1HmaSLMR1M1JadUNQr0RK89g+z12Aghquob31sQBNAng7Uh6bkNK7H31Ef2X1
eCkKyX54n2XtmDx9jM0pYRFOO1qBbA/prnGuyYSOC5d1OLdug9DOm9HZA5wdy1wPJJxui3AQ
rW54OnJ5nIMWven0AL8pfX+ceh3m20kttAcjBbC+y+HtOBVN/HfbTHaet2EdUnQPQq6zngdJ
Jkx4jqOO/65k1/RQ1Pn+ZdoLp5PQbAH/QdHKvwh1qD8Ahef2w2Zk2Z2NOpTrjq4GWtymR9ZN
In0OD5ou30aXW13kE2wemvK6LLaZSr1LGXueUr3i3AAcGrTK4wL0fNsKnFYWE/i2IFVA7sa6
z+8Qeq7q9J84c8RcK5AGCresK3zthbsdRVD10oH9v6iVuw+aGK8WmXl/PLqGun7xYYq1JWaj
4/BGNGCxL+vTyhZC+B0p1LJXQggL0Hr0d8YYr6rYb3X5WKTUfpjtvhyNg3gUUgb9uI8CisR7
GlIin+un3G0YIEUoTeN+vTZ9m/LI58Sy7eYi/OsQwo39dLqn+qw1uzFFKO7L0D1blNJamPbl
Kxzm83iBAh9uJUVS9Vk/YxTL8tZ+L53ZZa4VCBRLk/bLECr/dWjgXa/RT/+NBrK9Dnh3jHE6
C9ZYq+sq6vvFIzO/AFInbqZYZ7vbnGBVBFTvp6N1RHrhcagv4t86HHNUKtNXUL+HKZUxZDWd
jTp2r++jrBFd76VIAX2J6bssh9G9DqH/GYq/mMpSnqfKxi7Z7Mrz0Ziik6nfj1GXFWjxLJAg
vy/qjL8dWZDzmLrKYD6f1z01Fesi9Fztj1shuwxzrUBsSvKeo2Sy1upy5IL6SIzx7m7nWTRS
CGEc+DyaJPCNIYRXkYTKNHzGt0yjNbqA2Z2+4W4klOrMk2REen92lqLQ6j+g1Q7b8RTkwrgg
u1e2DPAvkAI5gT4USJbORUjh3T+E8MtsXx2GqdlBHTVA9OJejg0hDKO+qjohrQ1gW79WQDp2
FVJ0Rp1GRh2GkWVbZ/yJM0fMdSd636SH3AbHvYH+w/4i6sj9N6SEnk39vpjcrO+bks95trgN
lXc6KwD2MxjuZNTf8m3ar/mxbzruh0iAAS3rW1yF+rgeWbO8v0RWzZ8xvdb5EqTwD51GGr1i
/SV1IxTrdILPJRaFdfBcF8TpnZ1FgfT1oKcQzQGKxWv6OTem87+LBps9DkX51GFfFHI6HQIa
Mb3DyQZoNdBywHXYiqyAtvcsFAyhfo1VwE+rwqqTgvgz1AK9oJxu1GDDJppF+ZAQQp2R5RtT
2qeh9WDqsj/qO7srlW1HCuhAj6PP25y7q80nNULRKe/sIsy1AplO2N8wmoKkznQNoAf1C+n7
b+lzksAkPO5AHei1wjJTGj9llhRIibrCZT6aTLDbCoIBKYZjgP+KpUWwMuFr4b2/S592XI7u
1dnUK/sFSCD3PQamRCRNlLmDBbS9G3WerQH6m05nZ8A6/v8w1wVxemeuFUhAobhWxUUAACAA
SURBVKV9xdVnrp/5wJtDCCP9vszp5VoNfAxZEn/Rz2CzdNwmNOZk+TSESQBGQgjLZrHFuIbp
jb+ZR3elH5B1t4kKxZCuNaDZA/Yidch3EHqr0JiQM5DS6ZffI1fYqUDdQYWrkPLYlllzPRNC
WBhCODyEcEgI4aAQwn4hhH1CCLuHEBbb85fVzSr6jEjKZ2jo9xozq7DteeVjejmnRxrIhVVn
1gFnjtgZOtGXoQiMnpaxzF6uw5ECOQZNiPgt+neFxRDCz9DI6qehgXa9RhYZ46ksdbkWLcG6
H/2vX903qf4WUT9eH1T/bSPHUr0egfzZn6diipZ0zAiaBuZ64OIeBPLX0aDAx9FmkswO5QG5
Ld+K5kD7aY1Q043oftd1s7wUralinfDWx2GWxirUX3M+siJ2Q/0uPU1xkymPA4Gba1ggNq7p
L0MI5k6aQGNKNlOE7EZgnxDCwRTjQC4JIYwBt8YY/6vPfEHXuwX1dTm7CHOtQEwZ9GymZ8Lg
NvRwD6D5ry4KWgu6L990Su8raDzHi4BLQwir+kjjcqTE6nZ43oyu/wR2zBKs20kCZgh1/ved
Vzr/qPT30g7HgKKqNtFmHZbEcSiQ4dN0iURL9+k21Bl+Ugjhq7GPKffTzwtRFNqZaC2SOu4h
myakDhZx9970v1H6HInGKD0VuQhH0jn9zJHWRBZ9nTLGVIa90fgZG5thodtbU9oHoffvuymf
BuobeiJqENVRINOZR8uZI+ZagRg9R8ZkFsgEhQJZgJahfRv1QmI3oZHpH0Or+L0uaKRwW2WU
Day7HrWI96Xe+gt3oIiyBwBfDiHUmUeoV0zJNelzFH5W7/dBL/nNHY7ZG7mKvhhjrBx3kTrP
X4wE0o96KUOMcXNQSO/DgCUhhG6zDth5dq8mUAv/scjiu62XfDOsX2K0hvUCxfiPX1QpvxDC
D5Bl9Qo0W8AkfVg7SckuQveoa2h7m/NBQQIfKPdbdSKEMA/NJFDXOjMlvyv12/zJM9d9IAOo
xdLzrKEW249a/QvROhdfQsvWPnoaZbkRzaN1IPBXQKNHAXEzuo66kVwBxb4fAOy3gzs+I7K0
yrMY98OD0f3q1MJ9CuonuaTDMSeicNif0t/gvh8hF9yTqNeP8730fUaN8w9H09nXFZIdO8XT
vV+L1rBfQzEKvycyCzNMo4y5W60fxtC7XNc6cwWyCzLXCsSmna5jNaxCLeGL0PQk16N1NfoO
0yyF9l6Axhuc3mMH4fXI8jgzHdpvnUbgZ6g/57Qd1ZGepXsf5GuuM/r9oPT5Be0F1B7IQjgf
WVZTyhFCGESrEm5Dq0X20yF9LVL2J1Cjzwsp/JtR5Fe/Fvh6JCDrjrHouvZNClteFWN8Xozx
LbGPebCyEG2oL4gH0X3pVxE0UCOobr4D1Bs06cwhc61AmmiqhDrrNSxHD/s46tz8UErvuTWE
eM4nUNTQX5IWMuryUE+ilvZhyA9chxvQWiKnsoPciukahtCkhmvpv8Peoqqgda6qMmeizt+f
dEjnSHTfv02aB6xPvo/6YvoadJaUaBMtrnUAWuK3Hw5F4ePTUfI7WkDaqoB186l77hL0DtS1
QKZjFTtzxFwrkEHUf1FHaNpkcZMAMcaVaAqGM4BH1QktTK2/zSmd3dF07/O6pBORsFyAIrn6
Jvmav4+E6iNgZscYZGkdjYT3d+lxsr2sHg9CCuRnqYU8ZVAgUhxPR3MZ/Y5qQRuBFyK3Vaep
TTrxc2S1PrmfxkJmaV6CLN9T+6zn8uy5dag7OLBXhqg5tirV5QLUWV6nf2c6issWlHJ2IeZa
gYDK0PNkitkLP4oe1rFMmJ2P3BMvRhZKXSF8KYoMOhwphW7p3IDmOHoUfS6/mpX910jwviSE
sG9fpe1AFq8/H/XtrET9AP286AOoX2MCuQvb8UjkivsPNJCtqjW6D1KUP6Ge9QGKSroB9cf0
PadXjHELchsejka39/qc2HF1W9mLgEt3sJvGAlLq9oGcQj0X3TZ0X+rmuy87fp0UZ4aZawUS
kOum5+ncswd7f4rWlrENuaAWotl2p9OS/z7wKzRXVtuWamrVjqHxI4PAU2sOrJpASmsEeDMa
XDhTVsh84OXIivgMPa4VkeV/IlIO30AKqIrFaFDgCtLiWHn5s9/PREL/fOqtXGf8CCnrk2rW
03no+XlIH+dMt3+hQfvFzmpT6quzMjZ3VH9aG7aiDv++lEDWb3h4v+c6c8/OoEA29RrPbySh
Yy9HucVzDRLmx6EWah1XVowxjgKfRK6evwOWdnGX/AaFiJ6NVuur8/LejMI4jwCeBfUVYPZi
BmRFPRZFPF3WS6d1lu8S4C+Qy+drHU55PJoO5ru2oZxHsqzORIr51jrKIyv7RUjpnl4qb6/c
hAIgHkTv74G17usKukFm0H1VaqiE0ntRdxzI9pmQ+zx3NxSg0W2Km3b53or3gexyzLUCmc7k
aRbRUn7oIgrrvQl1hE/HHbQadc4vQosAtR2vkl7eT6DO6bfQpyvLkkHrlZyHBpP9FdObdn0I
tfifjQbRfYr+XtJh4FWoDj9E+zVXdkMK5A5kUVYRUKjzMLJk6gianHXAj5EFsS/9K+yIggEO
ovfZda2vbjp+/plsZS9CDZb70yr0be36Oo2Pu6n3Tg6mT18rIWbBHUfiFsgux1wrEJj+VObb
X+asdboZ+Bc0oO21TC+y6ZfI7/9A4PlB8xVNqbf08m5K+S4E3hFCmB96nF+rZBV8CgnZxwPv
CyEcXXJTTCFk8yil8h0KvA94QSr/e2OM/Vh784C/Ri38/4wx/rbCorC8HonCd79M+3nNhpBV
tZKZWTAooL6qYTT+p9+Q3iayGkFjSnphhOmNsbDV/mpjdR5COACNaP8rNJWPCeMBVBcHUa8j
fB31BfkA6surw/xp5OvMEXOtQLrGxU+Dm5BAOwrNnzQdvobGTTweuafaEVH00ceQT/edqHXe
L5OoI/rjyJJ5L+rTOZr2AigiYXoiWiflY0iJfAA4lz4iXJJSeBYKCvg8necHG0jH3ULnxYce
hCwFm/5iukRkVd2J3JV9PctJEd+KxrScEULo5T7ZJJLTCZEdqnmuMQScBXwQrdDYpHVMj/WD
/Ir+ldU8ZCXWuT+mWJfUONdwBbKLMSdTmaSXdxkSxnfVOBc6TAVvo9VDCF9A5v3LQwiX0udy
m9mo940hhPcjN84bkFWzNoRiOgvrNI4xNkMIF6CX8ZXAe4D3hBBuz9Lsliep/OcjQXBW+jwc
uCWEcE0q1wQS3Iel/I5HVtda1CH/S2B9j/0dFoI5P13jg4HPAl/vYrWchsZU/Cudo3fOJK3L
0W+fVwfGgN+iaeP3pY+pSaycIYTvI+X20BDCt7rUlY0jmU75Tw0hPAPNPjCOBqGOU3qOs/LZ
pIpHokW3TkbW3s3I0h2jda0VUyB7oUGX/WJWSL/YfF6H9JVZ8ewF9GzXmSLGmSPmRIEkYWtr
ofcV+53Otc7hjnHnMcZtIYQPoxb8K4EPhxC29PuApod8FZok7hXIlfXxGGNL2XPhj/oxlqPw
1w8iRXJVP/mm9O4JmuzxKyj89RSkeJegF/bkdPhtyFK6GgmXOi/h/mi22j2Q5fH12Hkk9DAa
93E98PMu9Xoi8J0YY0+zLvdIRPXyeDRA8oudD6/kN6j8L0Yzyt7Z4Tqms5ohyCp8Cuq3eAYa
c7EB9QdNoAitbcB4CMGU1BHoXjfTsb9C7s1xtKrmtUwdFFq2SvphkvprcvQ1MSoUDa90bp1p
+p05ZC4tEDN5N9RIIqJ5gprAQSGEKzq89Dciwfp8NL/QZ/tt5WQP+XmoZfd04DchhF9UpZOs
kAD8J3qRX4zcWd8KIXyRbBBfL+XI0rsqxljZf9DvNdnxKd0R4DnAE1AdvZ6KaUjyc9PPM5Cr
7uO0ERzp2N3T/ht7LV83shb62pTu9vVU+mwgBLQy5d8ga+obUw5o7Xeq3QcSY7wauDpoTM4i
1FrfDc3rNkDRfzFIMbDuSxR1dxMKlwVZowPA90pK3oR4nQbEAGqUnEgWTdeNUud932G8FI3B
RW597FrM5Wy8ZyJB+rOaAv0u9EKdApwfQmjnPrFW6sFonMJ84N9DCJvruLNCCF9GbrFXoA7h
SrdJKmMT+emvRQrsqWgOp2+izkYbDNlr/rX35yQLLgYtOfs0NA33AjS47pOkBZM6JYEE3wuR
YPtxlyxPRddZx6XSjUnUal9G/T6181E017OBnyeltL1OM0V7ClKwnVZO7EqMcSuwNYRgk4j+
MM8PCqFcdR/SvjNRsMhlpe023fxkDWFsA3p77jvJlMcipIB+1meeoPJu7idfZ+dg1jvR0wO3
P4oc+Q1wS51WR3IfrUBTSJ9G9/EeH0UjsM8E3kRp0sUu5+ZsAz6MBOJbQgh7dUon+fvXAR8h
DRBELfx/BR4UFKkVOqWxAxhAkUsfRYrtDtTvcQ4dwmstxCud/xrUofuvdJ8WZRIJpz13wLUt
QhZO3c5tm57kU0iAvQr1LQAt17wATQF/eYyxjtU8NeNMQWVKinxbm1OXozEXlzB1YOL9SIs8
1ajr9cjNehT9Ny4fgqyjvlyU6RrHkBtxKIQwPAvPvzNDzKoCSR2CxyEBOowijSqXxbTf5e2l
/V9AUTivQpFAA+Xj03vYRILxo8gPfTDwiRDCv4QQnhRCOAiYX8qz0a5MyPI5B7mzPhRCOL6q
nGUBgfonXo2E7gDwRjR25CUhhKNCCIPJOpi2EgmtNEIIC0II9wshvB6t7Pc3yHf+BuB1McY/
RM0FVim4UnmshftapLg/Q2oAdBB2AXXmb0H+/+HQx9LBXa5vEPUn7A18zcrfTzpZ2W9F1tf9
kHK0e2HlfCC63xfMpIDLy9tL2VPe90fK+wJaW+0LUEDBxfQxu0OePOr/WEzmEuyBITSH263U
mJ4mq/+DqT8hqTMHzJoLKz2MxwD/RLG62d8iP+8YajWNhRC2oFZhI8gFFFBrylqYTQoftP0f
QS6l+XRe2tYGj12JoppORsuMRvTCbUj5bERuiknk6pmgWC3NFvkxy2Jf4B0oXPbiDnkbo2ge
qF+hDtInI+V3Nnr5rkXjGy4NIUxMwyc8iKKjjkMupCOApancF6OVAn8Lfbm/9kKDMx+I3Fa/
onV98ap0Arrmr6Ap3M3Sme6UHrujMS6PQi3x66aZXkTul2Vo2pfXowbHVjQW5uXIXdSpv222
OBgFdVxBa50/BAVAnFcz3YjCmp8CvAwFf3QbGNhArtk9qBfEYHwP9S0+jhr9lM7cEGbzHoUQ
DkM+9yFkgVinnYUeDpR+239gin90FL1ExyLBa+tUfAq6C8VM6C1DnZlHpd8jSPDujpTKgRSd
fOa+iVk5bft3es27VI4GxdruZ6GxHktTHmtQZ/YEChowBdaktcPyIBSpM4bcLLuj0F7r8F2B
+ip+Bfy+zouZ6usvUUd7yy6KTltT7s3SxzqGF6dzfgu8M/ax4l2pHIdQDNgEBSqsoHCfjCFl
N4ieszWofvZF7rqbKUJnzaq6b1beM1Br/lo0aeNj0X3/Cgr6sL6WUTR1znL0TF9H0bhppu0x
5bknCtkdJc0BZs9gqe9jb9QfMAosjTGutetO5+yFFNuFMcaPpX0WDXc2el7eXL7H3QRyydp4
MVIKV6OG0dqq9FLdPRI1BH8DvJ80uWnVtXXJOyAX76ko2vGbqQ47WbfOHDPbCmR76G2Vz7d0
HB1eslypjKCXbUH6Hi8f3608UVFOjVhEO5ngGUVCysoNhdsvd28EZLV063xuVwZLg3QdeyFF
MoLGdti+QSSoLAR6mGJgmlmTV6ayXI/G2KyicGdEu95+ypiVc38kaG3Es9VLPslgTOWbl8o2
kh07mI5dC3yppgJppHL8NcWaMAPoWhegRsAAEvQ3UjRGliNX17pUtltQ/Q1SdADbtdg50NrI
Gcx+T1CEoZuStO0WXm5pbkUK7B70TJmSyUPR7bNXKvsW1BBYRTHlTxMpor2A98QYL0p18mrk
QhpAytPGceTn5Yo9t+ab2f716P05nmI261uAN8TS0sTpPjwN9aENIiWZz8Y7gWYlGE9lajft
UP7ZB/VnmjV4DprV2RXITsqsKxB/GPpnuvW2M9b7dMqUtcZDu4ZH1f+ZILX2j0QK6yBkzaxD
yvIwNPrfLNXrkVVkSv4QFL12XTr2JqSQjkjf1yGldExK8x5knZ5IYbEHZG19zRoCIYRTkGI3
ZWT5mXWYN37mp7RMwZuCbKB+wj/Q6hXYCHy7rOxT3Z6FLHcrmzVoLD1bXtfyzvOy8pXdn9Z4
2wz8A7CxToPHmR1mVYE4zh8rZWu6bG2XjjFBT5v/U5KvSif7v301v04K1bbl6ZQ9ARXXQDmN
LO0p5e7DdVyZR1Cgjc1aPMn0pvx3djCuQBxnhuiln6Hslq0S6Pa7fH43oT5T5W/3PZN59VIW
SorT2flwBeI4juPUYq5n43Ucx3F2UVyBOI7jOLVwBeI4juPUwhWI4ziOUwtXII7jOE4tXIE4
juM4tXAF4jiO49TCFYjjOI5TC1cgjuM4Ti1cgTiO4zi1cAXiOI7j1MIViOM4jlMLVyCO4zhO
LVyBOI7jOLVwBeI4juPUwhWI4ziOUwtXII7jOE4tXIE4juM4tXAF4jiO49TCFYjjOI5TC1cg
juM4Ti1cgTiO4zi1cAXiOI7j1CIAC4DD0/+YPs30sd/bgDFgSzpnMm0P6Riy88vbyP7n23cH
hlNaa1J6Q+mY8fS7inJ+5W32vwkQY2y2SacjIQTLv5xfM8YYQwihJcMYy2XYIYQQQjkv21a1
z5kZ/lTq9k/lOp2ZIQD/CQykj20z4WgP0hgwko4ZTdsaFBaMKY2IFAJUKyP7TACLKRTGXemc
fdP/VcD+pXTK6edKzH5bPuMpj0lga9qWW1vNtK+cbszSPCJLM6Q6aKbrH0vbbF/Izs/L1sy2
NbPtk1kaExTKeTKVM3+Bm8Ai4LD027ZZ2tuAq4DlSCnfnI63es6vMVScb+WxcufbLP0xWss9
XkovVqSbK3crix0zkdXZALAsfef1X05jMju//G1ls88oUvRdGw/WEOgkNNsdk7aHtGvK+d0a
GWVh3el/uQxVx3a7jm6EEBr5tbgycboRkOC6EQmFrcAgepkDEmZmpYym38uApcAN6di9gIW0
CpMNwDXIwphHoWxClm7MtjVKebZzrV0LHIwslkGk1PJz8o/lZYoxV3b2uwlsTGUdSNdp1zGQ
pRHSdeyR8gYpvwFgU6qTMQrld1LK42Ik0EayerW8rZy2LZS2WzkngLuRcl2dtm9K31bvq5Hy
GElpDHapk7LlFoA7gJXpOu3arHxUpFOu11xRgZ6lsjIwpbslKyvpOkx55vdzvFSGkNLNFZg9
S7nyNmWVl8+wMkxkv3MllP/PLfDLUaOmkZ23BrgXWfC5AssbT+XvJrp/TQplnJ+TPwd5euVG
T17GyVTG0ez6rY7I0m3nGbDf84ADs7THszKOZtu6kd+Pqu3bPztCQbnimz2qHirHmS4RWUVN
CmVgSqmJlN29FIrOsIbKEFIq64H5qMFi3Aqso1AspphNiC5J54fSJ88nlL5J5d2UjhvOykvK
A1qVZyhty4V/AG4HrktpDab0hqlW6Pm2vJEBsJlCYS1GDZ67KOo0ltKz/PMGmZErP/usz66b
VH/zsnTyNEJpe67AqxRvOS9TQBMUSm6Cwpq0tMsKOLfw2ynSsZTWUKqn67O6IcsjV7rlcpO2
HYEs+UOzdLfR2nDJvQ+5tW+Nl4NTOfLrmMzSs+/xbL9RtuhHUlka2fWvQQ3LA7M8JymUvpWn
/Aw0gWPSuUuA21JZre6vQ43VQYrGzSjwkxjjLZRwBeLsCMrPVCjtK7sU8+12fJOpAouK7eXz
Q2l7v2XMW+vldGLp2Hx7KO3P0+83vXyfWWFNpIBGkQUH1W5no0roV6VvFkauEHPrO7+G/He7
e2DfG4EVKb2FFEq9UfoeKH3nirWc929SeU0pl5VuWWkO0Kpc7bmbzI7ZgLwoV6fjF6a08zKF
UlqN0rZlyPMwnNKcyK55JbpfCyuuOf+/EN3bkXT8IFJAC9M1/56iv7oBXEnhAi57cqq8G/Y9
AeyXXVdM9Tov5R9TPg2KhtNm4Csxxv+mhCsQZ2elSuDuavwxXIPTmXb3+I/l3o8D3wM+EmP8
YXmnh/E6Oyt/DC/fH8M1OJ1pd4//WO69uQevrtrpCsRxHMdpxyjqr5ys2ukKxHEcx2mHBRBs
rdrpCsRxHMdph3XAH1a10xWI4ziO044BFKE1r2qnKxDHcRynHRbue1nVTlcgjuM4TjvuQuNC
Kod7uAJxHMdxOtF2rKArEMdxHKcdNitEJa5AHMdxnHaUZwefstNxHMdxytjcYW6BOI7jOD1j
VscIrkAcx3GcPrC5vGy6fY/CchzHcfriRtwCcRzHcfokogWn2uIKxHEcx6kioD6Qypl4wRWI
4ziOU42tlmjL/07BFYjjOI7TjiHaTOUOrkAcx3Gc9gxSrJU+BVcgU/E14h3HcXoYSDhIITA7
LQxfPqa8vbyvXXq9pNsJO6+X9YY7pd0unVg6L2bbTdlaZTZK5+Xfrpgdx9nVsT6Q8RhjpWwe
BK4EFgGbKQaMxPQ7/x+z/5NogMlY+hwD7JFlSuk8y7yZffJjmrTm2UB+t1uB+wHz0/FDyJwi
O9/SnaRVU5bT3pa2jwFHA8MV9RGBdVm6A+n4ieyYUWA3YGP6P57ynkzlrFy5y3EcZxekqwXy
bxQt7HnAocDtaf9SYHckLAeBvYE1tLbSB9LxAymNQYrWe7k1by3zgWx7QEJ7T6TENqXjGkhh
3Jp+DzDVYppM26C19R9KH1N6ptxuodVKsO2TFApjiELxzEvfw2n/OApvyxWkXf/vsrLYNVsZ
cgVqZcqVoB1jCmki5TUKPDjlsSZtG6I1vK6Z9m/L0qD025T+RPrcF1jCVCvNymHnV33y8tvv
0fRZDhxBYelZ2arqoPz/HvQMGPsDN6ftp1Eo/jy9vMzlNPN6yPdPpLKOAadQNFJyrPyTpW35
b1uxbRu6L/kzMZ/WldyqLN52lny/9GL5d8u7G/2m3e/+budNh05pd6r/XsrU7f6V5WA/9Vgu
R7mBXvakRKa+z1X/mx3KkcvvjmUNZpmEEOzAQYoXJlC8HA0k5FcDTTNp7LzcxAkhhPL/9NMU
xyIKpRCBDSntLTHGDe3SLaVlmNKKSLgMUQhzU3B5JTcqfpsyMQtnG1pEZTSlPR8trHIgsBYJ
HbJzFyBluybbbnmTbbMbMpjysu8BpJCsTixd+25k/61T6250n/ZASiCiUaP3AguzOrBGwZ20
Krpc0Q6UymozcOZlHs7KaM/FMMU9zNPNlXMT+D1wAsWDW1begxSC+HbggPR7NbL2VqVrzeum
fH/zl8Pu7wHo2SKr7wZT67TT8zEAbEnfZQVhymh+OsaUkimqPdJnMEuz3JgwJTyCGlLDTFWE
E0iR7kkr+f0pK/92CtQs9bwxMQ4sQ9a+nX8bugd5ujE7P288lPPLvRNN4HjUEK0qa9lTUPZW
kOW5Ne3fv5QeTH1e21G1P6L7tolWT0qvyqMsoDdQeDLGU9mP6SGtTqxCcmZdSucAiuioJW3K
FIH1SB7kDZltFB6TDejZXowMhTvQ/VuA5PTvgJ/EGN9eVajQxrXl0F4RtvMHzhbdlOtslK9c
N3WPTWXeLrBjjBMhhOG0bQIJ37EYY+w3T6TUN9PaUssFef6bNr/L+Q0iIT+PQvlbeQ9ESs+s
XVPKVcq1LPCGUpqDFAp1KDvH0mpk6Vl5ciu3rEhNQS/IzrVryMtllvxtqJFUVrK5GyO/NqsH
S3OYVuVux+flrvIQ2CdvXOSNqLxFPD/lmZcnv+ay692UXTPbb1b+ePosRALTFHietp1XVnhN
JIyHsm35deT3Y3F2TbllbudsyvKdhxSaWdtjWfq2bTylGZnaQMnv2QRF3W/I8h5P+0bSedZY
npfVo13XJcAHqt49VyCOMwOYIowxtvUXdzm3hV4bB50aDaZwc8XbTglninzKvqpzq8pcdXy3
MpePSY0HE4i5tZv/zy1PSv/buW8GkBINFMp0EClMc5nm1me7fPK0Qa32fZFgN+V/fXZMlTK1
7fYZA26zZyeEcGhKdwmytO5EngXzWOTpluul6r89k2tTueal9K0BZN+UzrPPPcDmqmfbFYjj
zDH9WFZ1zp1O+juiPDsT0y1vO0XaT5odXP7blex067QqjV7T7dhI2YXuteM4jrMT4eMVHMdx
nFq4AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCsRxHMephSsQx3Ecpxau
QBzHcZxauAJxHMdxauEKxHEcx6mFKxDHcRynFq5AHMdxnFq4AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdx
HKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCsRxHMephSsQx3EcpxauQBzHcZxauAJxHMdxauEKxHEcx6mF
KxDHcRynFq5AHMdxnFq4AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCsRx
HMephSsQx3EcpxauQBzHcZxauAJxHMdxauEKxHEcx6mFKxDHcRynFq5AHMdxnFq4AnEcx3Fq
4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCsRxHMephSsQx3EcpxauQBzHcZxauAJx
HMdxauEKxHEcx6mFKxDHcRynFq5AHMdxnFq4AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3Gc
WrgCcRzHcWrhCsRxHMephSsQx3EcpxauQBzHcZxauAJxHMdxauEKxHEcx6mFKxDHcRynFq5A
HMdxnFq4AnEcx3Fq4QrEcRzHqYUrEMdxHKcWrkAcx3GcWrgCcRzHcWrhCsRxHMephSsQx3Ec
pxauQBzHcZxa7DAFEirI95WPrZvHdMvpOI7j1CPEGHdMwoVwfzRwHNAEmZaKkgAAIABJREFU
tgETQAS2ApPpmPHs1EY6lrQ/pk8zfWL2fQVwd9xRF+E4juO0ZXAW8rge+BtgGChbDE2kMEL6
xOw7lrabkojpnN8AP3Hl4TiOMzfsMAVigj2EcCNwK3AYUgZN4AZgPbJGxoG7gL2BQ9L+FRRW
ySBwIHACMI/COjk/xji2o8rvOI7jdGaHWyAxxpi8WQ0K99PfUSgCsyBaLJBMAYV07keBoymU
kLm/HMdxnDlgNlxY0NpZ3wSIMTZLx8TSd7EjxsmkhExpmGvLcRzHmSNmS4EYZoXU6bdoUCii
bagPxHEcx5kjZtMCaWthdCK5wMoWR0D9Jy1UhPUuBA4GjqHoU7HIrkngcmA1sopChVXUlSzP
5cAArQqySWsUGcAYcG9+fZ3STte/FHhUloZFpF2F+pI2lNPL6mwRRV0tT8fcWMpnCNg3ld+O
jcAdMcbJ7LgALEZ9UXZdE8DG8nWEEBpZOpXXWbpflfVvx7RJP7ZJt9O+kD1TU+h2P8rHtCtf
J3pJx8rZyzm2vfy/Ks+cdsfUCUzJyzvTddKuvFXndcu7ql673Yde8i7/Lp9fpof3oafrnWtm
24VV66KzfpQ8SqsTC4AnA08Edq8oQxMJyy3Az4B/JxPCNXkTcB8KN1s5osw+W4E/AN8BLqVN
X449KEm4vwI4s6L848DdwJeAH1aktQT1HS1M5y0Cbgwh/HXpARwG3k1SMCn9tcBLU3nzh/uv
gIdQhGNvS9s2lvKOqYzHAY8PIRxNq2I15boa+BXwXaRcp9QB8MoQwl7pnNH0fWE6r+pZCMAT
Qgj7pv8T6ZwVMcZLUrqPQc9GBO4BfgFsKguUinRPSvfErmE9cGObcrRjHrAwhLAZ3bNG+drT
5Q9RPDcNoBlCmCyVbwCw98Oet3YNIavPYeD4lH4eKr8SWNfPtYQQBlMZmpn8y9+BbufbSY30
t3xOXY9Fp7x6GkOWHdNR5qTjBtLvZunYsuwbBCZDCM0Oz9kgsF8IYXda35W7gTWdyjLbzJYC
KQvTvihZIFPSKL30pyJhvjidMw78GliFbvIgcF9kmcxHguRBwIeBn3YRIFMvrGh9/Cfw3pRH
QELJhMKdKAptETACPBA4BfhkCOE7VfmldBvAM4CHopf7ciQMD0nXMALsD7waPWQ/LNXNBqQg
n5m2jwEfqMhvSyr7hylchZ9Hwnp7eQBCCP8BPBwJQYBvxxi3K4/spdsDeCOKnmuiet8G3J7q
ZymwDDgIuD9wTAjhw8C2ivKtBJ5Cq0V3LHAJ1Upnb+AlqX7yUPDrs0OvAt6BIvwG0HilN8QY
p1i2GREFcjyf4nn8fyiqsB9OA15PUYdrU5p53nsDn0DP6ET6vC3GeFV2TAD+CdWhKY7vA1+o
yDOg+/ZkZJHbtlzgjQO/DyF8Abi8R4v8dOCtFPU8CpwD/LiHc43lwN+jax6nqIcJ9Az/CD3H
W1suKIRhFJCzW7rvFlzzcdQwKbMQeF4IYV7KJ6II0P/NjnkOcP9Mv9j1rMnytZ3z0H07CDUe
I/BfqDFECGEE1c0eqVwBNVr+kswLkaV3H+BJ6H1YRlJKFPJzC3Ld/18I4fKdwQqZLQUSaH2R
+6JknlcqoSRsH4FeTGshXgJ8GliVOuItjSEkgN6GFM1C4FUhhHVIsNQpn7U07BrfhQSLKbE9
UGv8pejhGAJeBqwMIVxbflmzst4MvAoJ0WaW176o5X8aEvgvQApke5lSOhspHsCtSIBXlX9N
tmkCWUlV92qUQng2UYh2mUNR3e6X0lgDfCDlvS4dswAJtOel+ng4sCfwj+hF2V4VwD4ULTF7
qfZFwr9FeKdrOR4J3jJrsmPuQILjVel67wucBFxccV7OlbTWZz+C0vg5asA8B927IfQM5lbw
3ej5PRNZDKuAa0oNnAXAAcBeqUwXAv9nCWQNr32BNyDFYffuBiQ8SWW4D7JYT0DvxtdDCP8R
Y8wH+VbxO3S/FqcyzEOWf6/1sid6Z49BQnZNSmNh+oAE6qNCCG8FxrLrH0fK8lPofg8gS3Id
JVJdbEbP4KtsM/Bpq9N0zErghRSWw7eAdaV6tzp8Kmqc2bu7HrjYjosxbgsh/BI18Oy5/QBT
lcf8dMyD0bPQQHX6h5T2IejeLEDW/8nAj0IIn4kxbmtXsbPBbLuw8r6QumnQJo1FwMspxoqs
RC1MM9FzoTqORrH/M3LdDKAW8SuB16CWcr+Y5QFFS2w0278auADYhJRLRA/OicA15cQyt90v
8232E7gDtXZOT9e7iKxesgd+C6111y78OTfpJ1D99aLwtyu+9DIsBd6DBAPA1cgiHCtdw+YQ
wnnAdcAHkbVwPGohf7GUx31TOW5KZbIxRQ+lpECSW+YZ6e/F6di90/lHUNR1EzgfCejj0v7H
hhAu6eLCelD2+1vA7TVagk1kueyD+raWoGf3E0jIQWExgu7ZZkr3FynfvVNZrkDCaXsrPT1D
e6IW9O7puBuRW/OaUqOqATwMDfpdAjwN+D3w0y7X8hAk6M0CADgctcpv7qEuDkHWxTlIIayO
MTZDCMvQs/CslPYJqJHxA7L3OTUExlIZmsAtVLjwMgWR9/81gatK9+9q9M6YQrqlTbkfBTyX
woILSPmtKSmbGymsjyZSrCFdoyn3twJHpeM3AZ9NdWLPwgi6z3+b6mEhUtL7hRDe2oOS32HM
1mSKeYt1ummUzW7bdjZFS2wS9WtMxBin+BpjArgMtdqsbEcgH3edEOHczdYEGjHDskYuEPu9
iQ4vaOnccl7z0UtuD+8IakUWB+k6csuibccipfpNWbe7X9YQCEwNZngWsBu6B03ga+nYIWAw
hDCUPuY7X4laWpb/Y5Lpbwyn9BpI+J+bXcdDQwgLQwZwJHopJ5EiWkvx3JlSI7u+72Z5PRA4
tcP9X4is3AZyUX6zjhsh5T2JhOYPU/n+DPi7EMJAJoDsvjSQQAG29zu8CAkRkFB9W4xxS9ZI
aiRL9bnIwjN3zVuBq1P+25+x9P8CZB1Z3i8KIZgV0EJKfwFwVjr+BtTwaqBn8aysDJ3q4pIY
4zdjjLfFGO+yZy7GuB4p2asp7veRbZ7JQTL3Zrt7ktWpeTHuJbNW0n5z4ZpLcG2Wv70r+yHr
f9g2p+/JLB3jzuyYGGMcz5THIGq0HpmOWQW8Jsb43Rjjpuz934YU2bvQc2DXehLwsFTPdWTW
tJlNF5axiel1AuXCzmigB7mZ9v0OKYf2iRQ+0y+hVrw9OM+MMV7Y6dwu2EO6PIRwZ1am3VG/
x1NSPluRAFnVQ5rzkZ/30PT7EGTGHkHxQjTI3DZZi8uUiinWdkphAXoeut2bUPpdtmhOpujz
CMBbKDrc82PtBQ3I/WHsiQTeHen/MtTP0wQuQm4dm7ngAOCYGOOlmRJ8DlJMl6Hn4AoK/3TV
tf8C9YOdiJTci1IeVfWQd7x/jVblXIcJ4JOoxX8qsoauBL4bik5x+zbLYgD53Z+T/l+IXDij
pngy6/VwpJjsmbwFCfcDgjqr88G8zVSOvE/pAOARoU0/HfDnyMK7F1mdL0Uu1ZDy/V+mV0cL
KJ6RiDrqu/VRdmuklsekjZXSNE9CQHXxu9L5i4C3o7raSuGCbEfuvi+X7RGo0QKyNt6IXJct
ZO/yvcCHkItxr5T3S9B7salDGXYYs61AIn1GeWQMUNz88o1YTNFpDnKLdBypnj0wfwghTFII
z91qlA2mWkRvpHBhNZFrbYTClz9OIWRbzs9abSehFuQe6WN+1AZqlWxCL5nVTZUpa6HFAaa0
jrBtIYSHMXV2gE7XGZEAzN0URyBhb/Obkcpkrei8nyiPTrE0rRM0v7+h4vvHwLPTsS8KIfw2
pbEvUtIDwHmppXdvymsSWBCmhviOI1fW8em8w5AVclHemkfWx5PTNd8DfK9DHfVESn9TUPDA
O1FL9FXpGr+TXbM9MwH1dZmL7vfAOTHGe5lKQMo8n4PuZGSZk67DhJqFbzdolQkRubW+sz3R
QlGPAE9Px3wT9YV9mcKlulv6/W2q+yyrGoGgRtAy5Kp5MmosGeN2qt2bTLhaHhPJjQnVz/Gi
bN9iYLcY4z2lY6yuLYuYDNwR4LXoGRlD/aunISUQqA4AmU/mNUlWm8mmx2VlXBljvJM2ZM/i
FmS1WgNib+C+McZftzt3RzKbCsRayQdSvND9ptGOQ1CLAIqXoBf/fVX6naJwOmHC3fK9DXWq
NdI+E+R7pc8iFHnyOBT9dDtsf7F2Q51qp6bzmqj1cQPyz/4YmfYHIb93J8FvkT7dWmb2LHSr
t/y4QSS0rSPdrtPKshq1SseyNBemMpkLK2+h2f+1WX7HUzwv1sn8c2TJzUOt7ANR/b0iHXsj
Rd/RCgqBcHzF9cV07HNRixvkhru4dNwzkRIPwDeADXXcV21YB/yEwpXxEhQ5OJAdE1GL9ekU
z9IXmBo+TSZQH5idC7LctlC8iybYbkTP/SJa7yHIGmtJPn0/DymRbShKCuBaFCl4Qsrj0Ug5
t5uzbgjdu/2RO24xCsCwMuchrABnAOdW1HveYHkG8ASKhkk5naVkDSrgnpIFspziGbfz7Lqf
mcowjpTq+UhJkh1f5iEUynEeenas3q3cEYWk90o5wux09LzMOrPZiW6VlguTfshb6nmrFWRx
bERKJKKOznPpYtZl/sxc6K2oUTZoDRBoonDZKeGdIYTFSED9edp0AnoZ3w/bW1QvQy2bAWQm
fwVF12zMfcBB4xxMGOStppz8HocqF0Cqh00UD3Mn5T6QHTeBOraNzam887NylVv8m2hzX8pl
S3WxW8pvQ8oron6Tq5CCbaDO9F8DD0innk9yd9B6X6aQ8hhDAQlvS9d0NMkKSYctBR6b0rqb
Nq3qfsla4Ueg1rYJto2ons0atnfnbnRv7J4+DrgshDBq15Il36Dw0Vsan40x/qyUd8cBtG1c
RnujPkdQH9Iqinfy2xTW3JGoLq+suOaDUWTYYRRRk2PI5XUlhVJ9IbqvASmnqnrPZ7gwS9/q
cpLimTVBboE1dzFV6G9I+20MjpX5ERTh8LchSy5XbvY+lLHGkDWSxtN5Q7Qqkn4mhr2SwnKM
yOrqa/jBTDHbYbygMLfpdKbD1Ju+FblS7pf+74leysvbFqgwxU+ieFgaFJ3qdbF02lkyW4DP
oYgSGyh0Uqlcp6W/k6iT/fNQ6X7KTfUpPv4kHHO30VW0tzB+jiKBJuiuQHJFuZzCb3sX6rs4
JB23DIUm/qhNni1UKLYGasFBiq5Jx0yGEL6NlO8QCiZ4SMrjnnQt25O15JDQOgQpoLKi+jka
2Hn/tO9s5FsGxeZbmOp/A1tm6GW1Mr2XwgV7N3J/rqdQxCZorkYNiaei+j0Nday+G7nCynXY
zL4DmULJjut4HW2u84WpbGNMvbc/R+6VQ1Oejw8hrCilcwSKgFyC3pV7gc8ga2cdrc/o6uz6
b2pTHmugDqTyrKBQStehCCfzSpyZytZAUXAjMRvHhAR83qCMKMT4VSnNlaSowvTcDJTOLWP3
1fowno9kwMno3pnsOQX4esX5VSynsMojc2R9wOxFYeUPa18jvrPomk5hvE30Ytu+iFr1C6rS
y/4egFoVxkrgypoRDbmP/mbg7jyd7DpyIW8t9O0PXilSJO88bSl/+s5dQObiKtPIjrHO5Cr2
ofCLt53qg9aWk+VrjANfTeWyEdbPBRaV66JN2lOmN6GIwPodrS/oJRTh1iNIEDfQS7gu7+Oi
GFcySDGArIr/RELRRtDvldJ+eNq/Hvj+DLb0lgGvoxAyK4E3xRjvSuVcQ6sSiMiy/hxFg+H+
aGDaCK00kYvL7gMoam267/zByOKLSFhfT2t9Wqgq6ZoeAhxeuq9PQFadNUY+ifqULCKqnN52
+VF+djLZYNbGb5B76Rsxxm8C18YYv4GCHr5KMWgwIpdb7i6FVsFsLq+3IIW5BXgfeg5ilrcx
VvFsmxUZUePKwrEvpbAoI3BECGFBj7Ln9Kx8W2mvWHc4O1yBBI36tJZyQCOO+813mNY+hip3
zRXoIbTtJwD/HELYx/LLhG8DmeFvRdo8ohv7LloHKnUlUwxl185oab/RQP57CzmOKHwyJxeU
p6eyhlL5rS7MfbUMODSk0MmS4s1bdO0eUItEszJuTye7VnOLmHLbEmNcWUrnV+jFtPP2Qy/d
8jy9crqpuA1gacm1sw/VFtEkRWirHT8K/CwWoaC5W8HqYLDN/Y1I2fw4/V6IRjk/h2Ig4w+Y
Xii6CqLrPQr4CFLqAbmB3h9jtP4km59su9slBVhNIiX5DQol8mjUYGqYKyNd4xW0BjmcDjw1
pFDhDuXLyZ+ngZTPPKS8vxxTmHwO6lPaSmEVnEn2/FJYQnZfL6tIg3TtJ1ix8uJZWUsNriZp
tgFLo/yNnhGzRsYoXJ3GcorBfAvQPbIR8p9Fnd15GfOG42jFszUvO2Zr6dwfUzTuzFrvpkAO
Rn1b5un4NWmgY5fzdgiz4cI6EVWOcTAwYM95j2kcizowge3RE3vSGgI7hloy8yk6ro5HobLn
BQ04mkDXfCoy/63VtgpNCXEr3W9gO8zaMbfEW1Dr5ir0YA+jl2FJyttahldRWE8mWP8HuZMm
kaL5OGo9/TRd5xGo5W/uJivza9Dgthsowg/t5WqgentpUNQZtE4seSSFklmKBvfdAKwImt/H
0jo+TzeE0MhckgG9oB8A3ow6uEP6/jBwHnIRrgK2pWfewiBPQB2pV/3/7d15nGRVfffxz+nu
WWAYVlmVRVkV2URFZTEiiqJooomKJnHLo0bzGOOGa4xGUaJG4240aoxGVNzyiFvcIoq4oSwK
A4osahAY1pmBmenu8/zxO2fu7ZrqmZ7T0zODfN6v17ymuurWrVtV3ed7z3pzzh8r+6s1pkzM
AekHYSb+AGvfxEj5uQ7/7TdT/oL4zhPRVNCfTBY7i+aIyfIZn0D8ntyvPC8T4/k/1Xv92Tgc
eAXxOU8SfR6vItrWqx3oOpQH5z2NE4XZtkThPEk0a91Oae4s7+n2lNL7yr5r/+DTy+3PEs19
05lH1BS+SbQa1M/u6PL49+h91gN+S4TtY8trPowYqVVnvteaY/0+92JguG/5PjLR77VnuXu/
wRfq1errCea0Q2rLPqH7m7kr3UCAuq/dmfp7VkdOngl8aUiZNTLN7bVenrXLls8T319tknoe
8Xfx3WFlY4r+01cQgTZJ1FjfR9e0u8nNWYD0/ngfW+6qb3AHoh3wI2ntNtthFtK1+VZbE+3e
7wD6Q9yWE+3BRxGzNncjzh6f1j80urPI2l7+YeDWsp8N/SIS8TmeSPdLMo+uTf5kul+c/i/R
UuJM8iymzliH+MW6W9knREHzV8Az6c5WX0T8YX+L+CUcJ/7A/rbscwlx9nN4b7/bEqNU+oVw
raVM9O4fI5pw7k107vZrALXGM1mO6/6UNtgaJCml3xLDHR9PnMGPEd/7KeXfjURH+ihxpj+f
+E4vAf5fqYlsQ/RD1M9r2Pyhi4h5HMcRwTpYk4OujbmeoR5Qz9IHNyz3/SSl9BO6szzKMXwi
Dx8uO2PlfR1C9HFsT9cEcWqv5lHV72SM0rSYpg5BHk8pvaU89vDynCcBe6aUTqf7zs4nTgZe
WT6L+WW7k1NK5xKjzW6nG0K9M/E7cy/ibP5z5Ti3JprK6sCOfy/vadhnmYk1uer3tz3waKL5
LZXHTqAbYvzclNJHie//euK735Ho91pF19F8PFGjOi+ldGU53sV0Q/BHgd1yzkum+fxrP1D9
vd+BXo20BMxWTJ0oO1qO9xPThEd/esGUVXnLff2Wk5175WImThxeSpRZ9yD+Fl4BfDKldAlR
I54gavGHEGXJbnT9YafnmHC52cxlDaT+4X+aaNa4lrYRBzsQZ611WGY9Y11rH/UsMud8Tkrp
QmIM+0FlH/csz72CqGmcR7RDLh/czwbKxBnSlcQvfC2Q6y91/SX7fXndceLLv4nuTGzwF3Oc
CMfvEWd8hxF/hCuIX6jTiQBKROHwU2KUyMHEWWw9g9+b6ET8ZTmGOmdkrPy7nviDupWub6rf
IVl/7g+T7HcwjgCHp5R+ktdeTmE1MS/gXLpJcnchTgh2pBtAAPEd/IL4Q6odmrXpqPYBPa5s
M/hZvb33noatY3YMUSDW0TiHEH+sQxdALH/g7yAmxt2dbtTNbAdXQBSozyJqyauJ7+b9eWB5
/eIedDOsR4kC+Fym/r5OAB8ggvyost2xZZv35Jxrm/wPiLPbxxCF8DbE78LxlOYlur/NGrY3
EX1CtWD+a+KkJhN9FTfDtJ3sECc5t9CtSvA44u/jm0QT5yeJIcnziRrIq4mThJXlvouICXs/
Jr7DheU4nkWcgDyP+P09qbzempO06U4Qyvt7SO/nfs2lqq0S9TO5FnhvHr7m1E5EjaX/8xol
8Pv3LSYCoD/f4/fEe38+UcMbI06wJ4jyYYL4rmpIrSRGp70XWLGO97pJpM342jOyKT6gTf0l
1NcbcrYy7XGllHYh1gla77ab0oa8borlqbcnCvGVRFNSAq7KOd+2rueuZ7/ziaVjbh92PCml
XYlCNgGrpymw67b1DPGfiFF9k8Qoqe/M9vMt/R61TfzWvHb/UX/bY4jA7fev/Qi4csj7GyNO
luocq3GiyeW2IdvuQAT6femayUaI7+MqotC6GDi3Hl+KiXmPJ4JnkjiR+fw0hWp/LtNzmVog
Z7qVcjPRtPkc4kShvtdEnDj9c855Wdnf/Yma8MFE+L6bbtHI1xPNr/UzOgv40DRNQH9E1KJu
ogvGbwNnlL/HnYmFHbel63d9N/DjafZ3CjGaCroC/m3Ab8r+diLW45tPd5L0Q8pUgf4+S//S
XkRt8iHlfc4jAuU2IlC/TSxDM5PVKzaJLT5A9IdlWGff5jyDGlSO7whimOkIUWt8Phtv6O6G
HAewpmY92HHc33ak91D/Amxr9TP29lNrynX5mxoMawwUcP3vbb1zR6bbpjbDMbU/YCFTR5Et
I4K+njzVbbcjzsZrawZEIPebidbMMRry3rcmTjRqMK31mfbuqx3pdfXpdX2Waxmyvxqg9aRx
2GdTt60LOe5atv89ZbTjlvS3AgaINrHBP7rN9QfRr/0NHNMC4qxzH6KZ9OVEP8Jm/+PdwNre
0Nrt+mq9073OugJsQ49zfScRg8+fbn8bWuue6X4HH9+Q11/X594PlQ3Z3+b+vVuXTX1NdN3J
bWF/DHuW5pnalDSPqG3sSYTHWcAFW8oxb8hxTLftTPYxbJuN8dqtj8/mvbTsd/DxDXn9mWy7
Mfa3pTBAdKdT+gGeSIxyGyHaplcTwVE7in9IdFBLmoZNWLrTKM0L84mOznoBn/7Q7VFiZM8Z
xKV6N9uFeqQ7AgNEdxq9tvfFxDDZw+hGRS0nhmKfT5lzsqU3H0ibmwEiSWqyqRZTlCT9gTFA
JElNDBBJUhMDRJLUxACRJDUxQCRJTQwQSVITA0SS1MQAkSQ1MUAkSU0MEElSEwNEktTEAJEk
NTFAJElNDBBJUhMDRJLUxACRJDUxQCRJTQwQSVITA0SS1MQAkSQ1MUAkSU0MEElSEwNEktTE
AJEkNTFAJElNDBBJUhMDRJLUxACRJDUZm6sdp5TGgCcCewAJyMBk+X+i3J4stzNwI3AB8Etg
Muc8OVfHJkmavZRznpsdpzQC7Ap8FBglQqLWeOqLTpT76s+TwM+Af845XzMnByZJ2ijmMkBS
ufkZYPt6N3AGUdsYLf/2B+4F7Fi2GQFuBf4euMCaiCRtmeasCatIwHnA8eXnCeCrwJU559wL
md2A1wAHELWRrYEXA38F3D7HxyhJajBnneg5qja1vwMiTFLvMXIBXAOcBiwjmrESESoHz+S1
0oDp7pvpvobte32vPdP9z4X+e96Q7Yf9vCW8H0l3DHM6CquEQ7/f49ryb5iriaatWnhNAMsb
XjaV/hd6+5rxE+v/vYI05fW38222Qrf/ujM4zv7z1nz39XkGh6QNMadNWKVA6ofUbcBtKaU0
pNDan+h0r6Hzv8DlM9j/GLALcGjZxx7A7kQA/Q74PPDz8trr2td+wFHA3ek69TNwe0rpa8Av
c86394+9ZzHw4JTSVUQNakW5/1rg1ukK9pTSIeV4oRuVthL4Xv85gyGRUloA7FOeuxewKqU0
DqwCLiE+t/HB1+0d+87AUSmlg5k6Om4V8B3gspTSivp66/jMtgO2IT7b6bbLA7eX5ZwnyvMX
AvMGtlmZc1495LWm1F6n+R6mvM/ynEXE78MudJ/xJPE5LavbbUj4Sgpz3QcCU2sBazrEe4Vi
Au4KPBeYT1cAnwaMD91h99w9gP9LhEftlB8hwiMRhex9gRtSSp8AvpZzXjlkf4uJPpi7ltcc
oRt6PAKcCCxNKX0S+GJKaXKgwFkJPBbYt/8egS8Cb2dI4ZpS2gZ4JVGwUbYZBc4Cvl/KtMEB
BGMppScBDyea+EbLcdZmv+py4JMppW8BEwNhNAK8BLhPed5o7/UBHgXcTATvp5jmOyhOBJ7V
f1tD3msNKIha5ouBm8p3+FzgIXQBthI4Fbiiv4Oy7XzgqSmlI8vdEymli4D39T+netKSUnoo
cALRr7YV8bs+SXdCcyPwg5TSZ4FfDzluSeuxKQKkbzvgfsBS4ix4T2IE1v2AhcQf+E+AfyUK
wTR4dtg7q3wqUdgtKA9dBXyz3B4hzmwfTHf2+bfA0SmlN+WcbxrY36HleH5P1FZuJwrDvYAD
ic9pVyKsrgO+P/C+VgNfAf66d18GjgE+BNzE2u5BjDwbYer8mLOYGkLVtkTh+yC60LgCuJBo
6tsROBy4CxFkLy/v/x+YGgJ3A+5djukCovYwjwikA4hA2RF4OhEkZw05luozwNFEX1U/PPph
VkN4JfC6/mcPfJwYYLFV2eYzxPc4aAz4OyIQqluA1w4J2QXAs4nfjTp8fDkREqvKe9sT2AF4
BPEdfTyl9GlrIdKGmcuJhLXTfPfe3TsBp7P2GXM9M8zEmebi+sA3ie3hAAAgAElEQVSQpq5R
4JnAo8vtFcRZ/jk55xUDr30GERz1LPe+wCtTSv8ArKid+Cml64BTc87nD3kPjwee03vt41g7
QDJwRO/2JFEob0sUrt8bOK5MnL2PEYXbGF2ADmtOWVA+twPLNjcBbwXO7TUHJaIgfjDwPKJp
6UHAs1NK76cbzLCSqN39KOd8e++5I0Rh+qpye4QosNcVIJko8A8hTgpOI4ZgV48gamYQYXf1
mifG576SrrY3QZw8rNH7vP4YeGjvNSHC/tqBbceA1xPfRQ2ODxEnFvW4xoC9gT8jfi8WEb9P
v08pne2wcWnm5rITvf7xz+vdVwucq4jC5DdEP0WdjZ6JwugtwLvomnf6Hg88ki5w3k8UELcN
tJNnIlzeAny9t/3hxAz5OMh4zmXE2fgwP6SrEUwSM+UHZaL5KwHfJpqucvn5jwc6pzMRBCeU
Y/ocMXmyGjby7EnlOYmo7bwMOIe1ayq3E8OkzyBqHRl4HHB/uu/jWuC7wMqB45okgq4fXr8b
ciyD73t+uX1teR+/Kv8uZ+pnVUOpr4ZpIsJ53yGvcQBwypD7J4YE7SnAYcTv0zgxl+i/mBpq
4znnXwL/ApxfXnsMeCGwswMJpJmbyyasWojvS1dI/Bp4ds55TZNKaZPfmzjDfDjRxJCIAvPN
KaXXA5eWzUeAP6FrmrgQ+PKws8ZyhgvRbPEBovZRJzQeC3wMWDVdZ3WxB/CndJ/T9UQYDVpE
V4NYSpy1n0SE572BvUsHe32tk4iC9wain+GZdDWE0X4QppR2KO+5fp7XlePakQiBSaYW+rkc
by2wJ4gmwu8PG23Vu70zcUZe+wpWAmcOea99o8TAg7oUTb/TPaeU+se1M9GEecPAsfYHLNTn
1aDZDng1USOtTXy1z2awo31b4DF0v2uXEE1we9M1Eeay//p6FxEnFLVZ9Nic8/res6RizgKk
NwqmNldlosAeH9huMqV0BfBvxNn4G4mRUKNE89eLiM7WCeLsfCe6M9lv0BW86zqGG4gC5ajy
0F2BBwL/M/CU+cBTymvcHdiPrkC9GHgbUSgN2o0u+M4nztwvIWpTC4nmtveUbXclmnYA/jPn
fEsJgVHirLnuh1LQHULXpJeI8Pj7ug3d59vvg8gD/x4IvGPgcxkhCtx9ymseQTSBTRI1w3cA
Vw55r33bE81r9X0P6gfybyghM2C0d7ueCGTic3sV3eipNxKB/NKyzeD3/gAicKpDib60ur/U
u13/1d//GrRHsv7QlFRsipnoVQYm1zVkMue8tLTXn07X+boXsF/O+ZKU0qJyzHWU1YUMH/kz
uN+cUjqfCJDa3r/jkE23J5p8FtKNiqqFzZ5EIftbolbT3/dCurb8G8vxfY0o/CeJfomPEG3y
x9L1fdQAW0K3LtiRvV33z8br+7yubF9HYKUht2FqqFzUf5MlVEeJJp+dmdoHleg64peklFas
o3P5kUShPk4sOzO43eD3P6h+F7VprobQfOD/EM1RmRigcDZwcu+5a76DXv9P//VWECcOo8Tn
XR+rrzf4mU0S362kGdqUw3gTpVAc3GDgvguJQnIXurPEbcpjC5jaAX93eh2zw/T2fQtTw2ZY
Z+ltRH/KJWXbxUThv2+5/X+J/oQ3lP3VwutIuvCoTVXfIDpq9yLOjO9PBMaJ5fEf0I3OuqF3
XIOB2D9zngS+kHP+xLD3OjhfZPC+AZno9/kd0Vy1kGjm248ojJ9DdKq/NqV045ChwFsTAQIx
cm3Y6Kn1BUhVv9Nryv8nER3nk8S8lHeX2/0BGYNNWP1FOUeA9xHBM/j++/0ug8e41vwTSdPb
FAFyE13fw0zUzt+qP4+g/8efiQAZbIaazg692xMMb3K5lWim6juT6J95Yfn5fkQt5SO9bfam
m4hXZ8+vJDrg9yLOcP+UOLPfuzz+aWC8FPD9SY5bl38rejUF6M7W7z3dG9zAYagTxKipNc9N
KX2YGGX2EiKs700Ml3774EsRTV87lOP7CqVTfiC4ZlIDqe8L4rNdCTyD+M6vI5rSasF+2Tre
z7yBn/dieEf7UHaeSxtuzkZh9ZoV5rH2WeC67EPXaQpxdn5xOev9GdEHUQueE1i74FjrOMqk
vZPowue3DFlSJQ8o940THeeX997Htr2nLSCaqhKlz6D3/LOJArEOCng2UeCeTSkMy3aXEeuA
QYTMbr3HLirvuX4eB6eUdkspjcyk0Bt8P8PeZ++91mNeQve7sfOQgQYLib6isXJsP2R4QBxY
nwasnqaJq/8eHk7MX9mKCOLXU2p6ve2HjeaiHPM43cnFkcDCDf2c1redpM5cX5FwATG6BabW
JIZKKW0N/CNxBl6bJD5BtyLvzcQQ2doHsgsxO3l07b11uyVGF+1BN5Lnfcxwld9S+OxBTMCD
tTtvt6HrSL544LGLmVrTSeX5X2btz6LfpLJv77WvJUZq1YJxW6ITff7GLvDK6y2mBNjA/cCa
kHkq0dw1Sczgv7n3WF9d22xd33v/8aOJWs040QH+i4Ftd+3dHmyiuwA4l+73Zk9iNecNrZlJ
mqG5DpBVTG3T3z6l9KiU0i4ppZ3Kvx1TSvunlJ5IDK3dtRzXONF8dFY5OaxXKfw00eZeRy49
AfjLlNJ29WyzGEkpzSdmh7+ArrP0DODHxHDOeSml01JKD0wpbVt+HjxbvRsxm3vr8nMCrqov
QhT2i8p7HFxva4KYr9FvdrsWuLie8ZZ9ZKKpr97erVc5mAS+QARR7dA/EDg9pXRoGlBfuPy4
dUrpcSmlR5bP4+9SSieklBanlMaGPHcn4BV0AZKI0VP9BSZPphtKfRFwYZ5+8l2/yXGPlNLd
et9Nv/O6P5x3kpgD9GVYq2Zwv96+a/Nff97PB+jmfIwQs9GfXX7H1vU5jaaUHpxSutc070PS
EHPdB9Lv9EzE8NkXE3/stbmhjgCq/zIxl+KDxNpVUwqnnPOylNKbiPkB+5fn/AVRyziXaA7a
i+h3Oay8JuX1Pkgsl9Ef7joCvI6okVwOXJ5iWDFEf8XDiCaVWkj9nJisV9/TUb19LRl4/4ko
CJ9MNyjgs/QmtpUQWU0U1Hctx7N/SlNGq91O1DpeRPRRjBP9E28iOsEvIprAfpFSqkOg9wYO
Ktu+hK4gP5UYoXRVeb+XEX0MuxIF7g69z+c3RODW2t5riDP7Mbp+kHelGIY8mbo5KbWmV5uw
IIL4XUQQvoVoolrE2sOPlxD9WsOalPq12MH1yCA64V9MNIPtSTRvPo6o2VxMzHS/DbgkpbRH
2dehxHe4A/C8gc9d0jrM5RUJtyY6aQ+mGzrZLyz6t5cShd6vgC8BP8w5T7uUe+/s9WSicN6e
qW3p/dvLiBnR78k5/6oWEL2z0D9j6oKA9fn9ppVJoi/mk8BXc861g/s+RCFem9C+BLx1SJ/B
PnQd0X+Zc7554PGjgNcSw1dzOebX5pwHl/YYJYYBn0wUfLVPoBas9XYNi1uBV+ScLy7PP4YI
3nm97QafU5fR/yJR81laPq9DiAEGg6/Z/7xz7/H+nA56P68mAn8FsZjkA3uP/ZhYL2tK82L5
jHYjRmPVOTFXA8/POS8bsu1OxKCF44nh2nU0Xx0qPU4Xgologjs153wpkmZsLgNkHlED6Y8i
mrJJ+X+cWLq9LrPd79Bd32uMEGex+xNLXhxKVzBcRDQLnQPcOKyZpRQ2I+V5RxJnobUmVEPq
l0T7+pXE+lmTvefuQ/QF1IJ4OfClwWMvx7kH0V+yZCBgRoB7ls+q30F8Wc75V0OOl3Js+5fX
3pmocdVjmCD6Dm4g1sq6pvf8UaJWdr/yXsfovp9RojbzE6JWMqVfI6X050Tfx5XEEGWY2jRX
F7AcJTrZF9LNiIcIxzoP5ynEd30sU5tRzweuGvL5JWIY9N3pwmaUuLLlOQzofU7bEsOw70PU
gHbrPXcFscLBtcTQ6HVeOkDS2uYsQIB1XrOhPl5v11pB//+Z7H+65/b3XbdZ1zFO95qDx7i+
9zfdfes6jsHnDLTtT3s8072/wc+gFwIz/j4G91v6Bx4PvCvnPGxG+bTvp7fvvYjZ5S+mjK7a
0Pfdfy/TbTvN+xlh7aXr16yKYLOVtOHmNED0h2MmBfZMnk/UCm5lmkmlku44DBDNyPpqURvy
/NnsR9KWwwCRJDWZ63kgkqQ/UAaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhgg
kqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiS
mhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpi
gEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEi
SWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSp
iQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYG
iCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCS
pCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKa
GCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKA
SJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJ
amKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJ
ASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaI
JKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKk
JgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBIkpoY
IJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklqYoBI
kpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkBIklq
YoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogkqYkB
IklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQmBogk
qYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKmJASJJamKASJKaGCCSpCYGiCSpiQEiSWpigEiSmhggkqQm
BogkqYkBIklqYoBIkpoYIJKkJgaIJKnJ2OY+gPVJKSUgAdsBpwALgFz+/Q9wfs45b74jlKQ7
p7Sll70lQLYC3g4cAEwSgQJwNfBUA0SSNr07ShPWYcD+5fYIESAJuBvwwM11UJJ0Z7bFB0iv
dpGm2eT+m+pYJEmdzRYgpWmKlNJISmnnlNIeKaV502w3QvR5DMrAZN3X4L4Hb0uSNp7N0ole
O8ZTSvsCRwP3IzrHL0gpfQu4FFjde8roNLsaofSJlJwYBe4D7J5SmgDOA65JKaWc8+ScvBlJ
upPaXKOwEnAk8HRgd2AHovDfHTgE+BXwEyJIlgPbDNlHLvvZr/w/Vvb3Z3T9JMuAdwJfn7u3
Ikl3TpslQHLOkymlQ4iwGANuAyaAHYFdgHsQNYlJ4NfAIrqhu4N2JgLoRcBRvfsnieA5Bfjv
OXkjknQntjmbsFYRtYut6EZV1X8LiXkfY8BuRBgMk4FdgQ+U7fv3p/L/hMN8JWnj25yjsH4O
XAbcWI5jEVHo30aES7/zfLqO8P4kw2H3A3zSjnRJ2vg2y0TC3uzyHYBHAMcTzVbzidrGSuB2
utpJi9uATwMfJ2ohdqJL0ka02QKkNiullMaAuwP3Ag4vt+cTtZC7Ep3r09VC+k1VdURWBn4G
vIfoP8EmLEna+DbrUiYDTUuJ6PSuNZHtgMcTgTLW26avhsYE0Z/yHeAsYhTXBBgekjRXNkqA
1BpFSmlbouCeJGoOy6crwEt43Ac4lAiCCWAF8AWi9kHZx4OBU8s2w/ps/hf4HPD1nPNNg/0d
BogkzY1Zj8LqTQrcDTgduAsRIJPApSmlDxLzOXKv2WoUeALwNCIkajMURO3j42Xb8ZTS1nSd
6YNhkIHX55wvXnOHgSFJm8SsRmH1OsN3Bf4Z2IMYgrtV+f8I4G3A3wMH9576XOAZRHjUSX81
IB408DL3YOqoqr5rKP0ckqRNa1YB0jvb/yui5tGvSdR9zweOBf46pTSWUjoAeExvmyXA98rP
o0RfRl0ja5ToA5nOTXTNXZKkTWhjTCTcBziOrpbwPWLy3750YZKBexId48fQzfG4GTiN6Mc4
jqjJfJuutrEVMTMdhtdAvrURjl+S1GBjBMh96ZqhIJqVDmf4ENsJYrmRVH7+DvCb8rxvlePZ
BlgM3MLUAIGpfSAJGN8Ixy9JajCrAEkpjRB9G/2C/U/L/xPl//71PCaJmef1vsVEs9UEMSLr
OUSfx21Es9jRTA2i/utkunkfkqRNbLY1kG2ICYD963WM042sgqmTAI8FLiaWb4dothonZp2f
QDdpsP4bY3h4QPR9/HiWxy9JajTbtbD2JzrPJ5jaeZ6Jda4+x9QayAOAHxHzPWqfyfHAScA8
osP9RuAfgOuAnRgeHvW4xx22K0mbx2wD5GLgcqb2gUwSHeEvBd5LjKqqzU0PIDrYnw9cTbfK
biJC6CLghcBPy3MeMOQ1675svpKkzWi2TVi3AS8DnkL0XWTgu8AXcs6ryjyR/yqP16aoxcAV
wN8QTVpHA9cT1+y4OOc8AWv6V84hajm1GazORp8gOt9v6q+rJUnadGa9lEkp6OtIK1j72h2j
xMirRxM1iy8SwTNlN2Uf9Garj5Sf11pFt7dcSaI3w12StOk0BchAAV7VHS0kOrj7BX8qVyHs
bz8yuA1rN0kNe95MjAF7EkOBl4JLnEjSxjbbJqxHExeCWkj0hRxO9Fv8BngN8OfAQcCPU0pn
AM8CrgVuJZYyWUI0R80H7gacS/SDvKzc/4GU0oOBlxNh81jgqeW1byE63lcRI7kWl/s/R9R6
nkiM7nojsby7JGkjagqQsvJuIobwHkZcGOo9wG+Jgv8gou/iYUQoHAd8FjiRGGX1IuD+RK3j
aqKP5AZiWO69gR8Qs9Z3J+aZ/BPwmbK/fyMC4+dESPwCuBJ4C1Gr2YFYwfd0Yvb7vhggkrTR
NY/CKk1CiRhVVUdajQBXldu7lccvLf8fTdQS9ir//46oqSwhagr/QwTQvkTn+dXAjsBqYD9i
QcYDiJpHJmapr+697nLgEmJ9rKuIJVYOIi5KJUnayJpqIL2RT6uAHxLDduu1OxaV+19Q9v8M
ooB/HtE8tYiotdSmp+2JIDgIeDWxHtZ/EDWPEWABEUDfJJqxXkaM2vobYg2t6+lGdy0mmsgu
Ima2ryQ67SVJG9lsO9EX0g2xTUQQ1NtvAr5G1DT+BvgoUbMYvAohvefUfyuJQOrPaF9VXmsB
0Uy2euCyuPPq/WCnuSTNteZhvENGYvXXrILow1hO1DK2JZqpVg1sM2UY7pBL3LKuUVjTPG/K
Y5KkubFZr4kuSbrjmu1SJpKkO6nmeSCl2WiUqWtS1fvGYd1NTExdlmRoNag3XLhvAbA10dex
rPe62wK35pwnynMWEPNLlhGd64OTHusqwHsRkw1vLY/tS4zkWko30qted2T/sp/LiJWId6Qb
dTafGABwU3nN7Zh6uV6IJr2VxAi1w8t+fmVzm6Q7ouZRWOXms4g1sPod3KPEIopPLtvVgDiP
GK21gihsX0kMsf0Y3VUIjyOuJ/JB4PyU0kJi+O4NxLXVHwr8BVFwLyfW3XoXMYLrn4DTUkrf
J67N/nJiHslpxMitMbrZ75NEQf4fxPXZ/xP4JPAE4EnA+cS8kjcTw4vPKMf3ImLgwDOAFwMH
As8s7+mFxNUW/52Y+/JepgbISHkvPy3Hc1B5nVM36MOXpC3EbGeiLyPO4o8kguMG4ALijP8o
IjwmymMPIs7m/5uY4Hf/so+jiADJRC1iP6KGAVHo7kMU2tsAf1nu+wpxTZETiUvo1uuI1Oc9
qTyv1lLOLvs4lphHcj6xkvA+dMvIP7Ts/wpiEuIoMSnx4LLPGgK1trAVXRjds7y/epXE+WXb
8+lCcwUxT2VnYO+yj3sDO6WUlloLkXRHM9sA+Vj5/81EIfpiYjLgfkRB+l/AF4jL0r4FOIQI
kKOJgjcR4bM90fRTm8TuQhTAe9ANFV5MTC48k6jNvI7ucrf9i1bdnSjMR4hZ778B3kk0Kd0X
+CXw1tI89qzyeg8vj18DvDnnvCKlVJu9lhLrao0QobGivF4dYjxGBFb9uV4IC+CSnPNX6odV
amTHEDW1euGtPyJm6Rsgku5QZtuJXgu9G4iC+He9x8aIGsVdgUPLtjfTrc67nFg/axHRnAPd
PJBnEUuXvJUobDMRTK8g+g3eCxxR9vEruv6UeUQT2ChR+9iFCJQaLmv6Z0phXu/frtz+AbEs
St8JRAD9C90Frug990SiP+MKumuVTHcVxQVEWE0SzVkriDDd0MUiJWmzawqQPFVtxpnIOU/2
mmIy0Sz0BqJp6GbgW0TT005ETeBTZbsT6K73MUmExXlEONRCuRon+hFuKdsfSBc8TyPO6D9M
1CZuKf/3JzuuOXC6gn607PtYokmpHkutgbyf6AdZ3ntvI0TwPI1oDvvH8ngNkLodqSjHekDZ
pq4FdiDRVCZJdygbaxjvsP1MAr8mOqrfQFyF8ApiBV+IWskLiZrKAURhXAv1fyMK5DPpCuMD
gEcQtZp/JfopElEQ15BZRCyu+JVy36Kyff/4+rWCGiCfAr5EdM7/bW/7BHwV+DLRyb6Mta93
MkHUlhYSfR+3MX0N5Phy3zzg5PKcBDwESbqDmXWA9JqCJntn2rXQ/2bO+RM557NzztfSNVdN
EP0Z5xHDZ7cj+kLmETWMOmy21kjGiQ7n5wKvKrdrraUOHabs96N0S6rk3j7qzxMppZGBWsYK
4ONEP8wRwCN722/Vuw0xeqs+NxO1oR8SNay6vldtUlvVG7E2Rtec9hFibbBPl30c3XDNE0na
rDZWDSSx9sWhRokCve9Aoh/gZ0SN5PVEYVpX9Z2guz56IpqfVpd9fw34CdGhfRrRVLWU7vof
E8QS70uIQvl2unCg3LeUKOhrGFwD/J6uuevDZZuTyj6XARfS1YyuK/8gFnG8hugAh+jkv4Vo
xlpGNNEt6X0edb2uc4nguIIY8rsEuNZRWJLuaDbGJW0TMSx1G+DnZXTTdsSorKtzzr/tbbsL
cQ2RS4iCG6L2cQTR37GMqF2c27um+hFEbeV6oonoMCJsfk6MsFpF1BJ2KdssL8ewPTGs93/r
hMTyfx3pVQ1eGXF++X9VeU8repMT+48tIEJhOayZ9Lgo57x8sDbRf/3Bz266xyRpS+daWJKk
Jht9Lax69m2bviT9YZvVRMJeh3ke1gSTUhqZ7jFJ0h3bbGsgI8BzGBiGmlLaCXgp8NhZ7l+S
tIWa7VImi4GHAYellM4mhrAmYo7Hg4hRR58fvFBUmXw4XTPX0AtUrWdl39pRPdL70VqPJM2h
2QZILbB3IlblvbTs8+FEwf+z3naHEiOlLiCuZV7tSoysWkIsI7KAmDR4ATHR7p7AZSmlbYk1
smqo/JIYAbUQOCaltHfZx4+IuRqSpDk02wCps63HiBnhlxIF+h7EjOy6YOATiIl/1wCPTSm9
kyjsnwQ8hm4V27cQq9U+EXg28HRi8t3riOaw/YhQOg74MfA+Ynn3o4nJfM8jVsA9HRcnlKQ5
NdsAmUfM3fgG3XpORxDzPFYQoXAE0cz1EmJ13CcTgfI5YlmTV5f7TyFqGIuI+RevJi7u9MLy
GolYbuQb5XX3KPddQKz4ex0xCfC+s3xPkqQZ2BhNWEuBs4A3EsuyPxA4h2iWyuX/64kVezNR
c3gQ8CiitnA5MZHv3UQgnEw0Yx1KLC1yfXmteURt46jy2Jl0a2A9neiP2Ru4CGsfkjTnZjsK
a5QIoVuJpTmeQfRf1L6PRLekSH8Z9Am6daiqnYg+khGib+NDRF/GEeXxVUQ4fJhYvPB4YmmU
FxAXjHoVsZDiuB3okjT3ZhsgdZHCUbqaxZXEmlA1HH5A1A72I0LiZCIIvkKEw5FEP8cLiJrF
fKLmcRbRr/H0sv/FRG1kkuiE345o7lpJNF8dSSyDsmNvNJYkaY7MtglrkmjCup0IkFOI65TX
x24i1rg6E3gNUQtZQlzJ8Dbg68Ty6fOIUDmb6BepV/37PHFJ2b2JRRAfTFxj5BZimfjziSsc
vpaofXwZuM8s35MkaQZmtRZWmZNRV8LtXxAqEzWJ1XRNV9uW+26kW6U3Edfg2Iq4muFk2WY+
0XFet1nrpelGgNXXrfscASZtxpKkubUxVuNdM3lv8CGm9nsw8PPQF66r0/aOb/ACTtMdhyva
StImNNu1sMaIZqVDiWasb9FdA+Mg4hKxI8Tw26uI4NgHeEp57XOJJqhJYvLho1JKq8pjVwJv
n+mxGB6StGk1dzaXWsIfAU8lrmE+Rsz12AXYi+gUHyc6uV9FNFUtAl5WdvFr4lrpxxC1kf2I
kDmTuHxsHaYrSdoCNdVAek1M+wBnEJ3Xibj2+fZER/dPiaG4I8RFpB5BXETqFuKKgpNEH8lx
wHeAuwFvo1zxb6ZNV5KkzWO2o7C+TyxPAlHz2IHozL4L0cCq4r0AAAGESURBVGxV+zouJeaH
LGDqJWWXAicSneh7EzWYm4GbUkofzTnfPMvjkyTNkaYmrNz5OTGqajfiGue/Jvou6mTBOlKq
ThrMwIU55/4oqUlihNbPgG8TS5wcADzfi1JJ0pZrtp3oo8BJwJ8A/wqcl3NeXQr+3YGflVFV
k0RQTBKr7/bdTtRi3kxXM/kY8MezOTZJ0txqqoGkMEJcSOpk4HU553NzzqtKePyeWN6dlNJC
YnLf94h1rw5OKW1dnn9PYqb6vcp+6hUOd8MOdEnaojXPAykB8E6iwP8BUbuAWBl3T+DviGt2
zCNGYJ1K1HjeRLd+1nbA3xNNWG8gruVxDVGreT/w3ZxznSAoSdqCzDZAnkxc/2OSrjZzRs55
WUppd2Lk1TJifsjS0py1mBilNQZ8lW7G+X7EqK7VwKqc8zlNByZJ2iSaAqQ0UyXWcenYEjDT
XZZ2ZPC50132VpK0ZWrqRC8Ff17PKKkaGmsFQc55sv/c/jIk5bbhIUlbuFmvhSVJunP6/5D/
Zatc89vlAAAAAElFTkSuQmCC</binary>
 <binary id="i_002.png" content-type="image/png">iVBORw0KGgoAAAANSUhEUgAAAfQAAACGCAYAAAArS3j0AAAACXBIWXMAAAsTAAALEwEAmpwY
AAAgAElEQVR4nOydd5idRfXHP7MtDZIQEhIIEAKhSm+h9ybSlCZSFBQbYsef2BEQEewidiwo
CNIV6UjvofdeUmghJCFls7vz++N7zs7cd9+72Q0k2cB7nuc+9963TDkzc/qcCTFGKqigggoq
qKCCJRsaFncDKqigggoqqKCCtw8VQ6+gggoqqKCCdwE0Le4GFCGEEGKM0b/z6/XeiUug38D6
E2KMHdl/vO/+ezE2sYIKKqiggiUIQl/jGSGEBuBwYBAwHZgH/Ad4C1kUtgFWBLYATgJeWRIZ
XyagDAH2AiIwEZgAzLT/FVOvoIIKKqigR9CnNPSMyTUjJtcOPA9cAgRgS+DziNGPAj4C/Bxj
fksgBKAV2AkYg/rbBhwHPAZ0LL6mVVBBBRVUsCRBn/KhmzYagVtQ2wLwImJ6ACPt3k+AOYj5
dZqoTbvHfoey38VrxXtl1+uZ+0Mt9BaXywCfsb4sB8xF1ohm4HjgMGC7BSi3ggoqqKCC9yD0
KQ09g40QY28EWuz3AGA/4KfAw8D+iOGDeGt/YLQx31ZgUgihnewBYARipNEuBeCtEMJLZFp+
CGFloCGE8EL2rPu3G/xa9u1VNAC4X7wIGXPeCWnhc+x7eeA7SCM/B1kkTgQOBc4LIfzJ3ouV
Cb6CCiqooIIy6KsM/SbkR+8Amo2Rrgm8BtyXPeeMczhwJLAdcBuwMXAN8BsS4wX4BTADeAmZ
70G++U8A05BV4MvAtsD/gFWAU5Fve9kQwvftnUdjjL8MIRwGbA4MBP4I3EE35v8YY0cIYQxy
G7QB5wNPAyvY/xZrwxvA34ATgIOAR4Hbuyu7ggoqqKCC9zb0VXOuM+EGpHV/GvgsYsQx14BN
Y/0gsCNwPfAD4IdImz8Gafn+zo3AL5H2e6OV35zV92FgV+BS4EJgdSuvvz2zOrAa8Lpp9w8A
6wArAa9n7SnvlN7ZBFkbBiLhJCJTe4N9z7O2TrBr7cAOVP70CiqooIIKuoE+x9AzPzr2PQIF
yI0GtgeWsy1tHaa5jwB2AaYCvzdmGBED3BNYPmOyEWiPMbYjDdyZ8lRgKLA7slo8h5j4Kyii
fg1qhYxJWZPbkVBQ19SeQQBWtXLaSCb7RisnAk2+pQ2Z5FuA0dFg/hisoIIKKqjgvQh91eTu
0AH8GFgW+CRinB8Efps9MwBYCjHAcSGECQtY18pIaJgDfBT54ZuByfbbfecdKGBtdWTqbyRp
2PODCDyIBIeIhIYyISDYvYFW9uPuu6+YegUVVFBBBWXQ5zT0EpgF/BsxwjZkfl43u+9abhti
rgsCriW7Bn4G8HEUlHYY2kIGEoCakU/9AWA20qwDPTOJN6Ao/SmIUR+Y1ZtDREx/nv0+G6o9
6RVUUEEFFdSHPsfQs0hwZ66DEGP7p10fCHwshNCQPduGmK1vdXPmOgV4M4SwawhhNNAP6DCT
9s5WR5N9T0HBaI3AISTcjEZBa66dtwNXA3cC12b1Ndn2tSNDCH8JIexYst2tAwXhHYsElHVQ
dPv2pGj5NVBA4D7Am8CvkUsghhC2CiF8OISwVC9QWkEFFVRQwXsA+hxDN9iQ5LPeyX7fAzyC
mPLaKAjOs6udjZjlUMSgd7N7jyAt+ivAp1B2uSlW3kCrawVgMPKXP23X1gK+iZjt90lBcQ4j
7HswSZBYFm0/2xPtK/+E3S9CA0qM8w0UxX6z9ddjB9YGnkUJcz4MXGbvBXvnE8B+3aXCraCC
Ciqo4L0HfZGhj0d7zOci3/WqwKft3nlo29lsxKDH2/V/A48DRyP/+qbA5Ui7dW19Y+AutD0N
pGm/hYSAfvbcKSgzXTvaurY88DPEYHexeudZ+QHYiuRr3wpFut9o5S9LOX7zoL8JJMtAc3Yv
AneT3AlejifYmVuZ3yuooIIKKsihz+Vyh9qDSur9r3NwywYoQO6Wwrtro74+3IO6l0b54ucC
E2KM0+z68jHGyYX6BpOEipdIvvbvW51HxRjfLPat0PY1gbFIiHB4PcY4IX/Hfo6zZ/8XY2yl
ggoqqKCCCgz6JENf0sB8+e5LH4my2V0B/LXSpCuooIIKKlgU0BdN7ksiuJk8AF9HpvQrqfW7
V1BBBRVUUMFCg8WmoRdNz0s6ZGbxMcCLMcb2d1sfK6igggoq6LuwWBi6MT9P1FIlS6mgggoq
qKCCtwmL0+SeR3tXUEEFFVRQQQVvA3qd+jWE0IKSvTg0AG94HvMQwiC0DeytGOPckvcb0Fax
ZYGnsuv9rNwATF2UWnsIYUgejR5CGEza0rZI21JBBRVUUEEFCwI9ZuiFrVqnIYbcBlwFnBVC
mAd8APgQSrxyRgjhClKCmH5oL/cG6MCRs/1eCGFV4EtZe/4XQvgv2nPeefzpO8lYQwh7oaNP
O4CNQggPoD3mTcD66MjSzYDfhxDOe6frr2DJhezwHICN7Ls/OgfA0w+/iHIMNAAd1dzpHkoS
JTXQNZ3ycmiNvgHVeqxg4UOWjRSSRTn04CCusrKcbkQvo+yMjsJaqFkH85vzvdXQA1pMP0JJ
WGYAv7N7I1FCmJusAZ51LaLkMIcDoxAjv42EnP7omNNngTOtjr+gw1J+Qtb5XrZ1fnAt8DGk
hf8IeChrUztwjrXlKhLxrghIBTk0oTk0FjHyVnT2wNIoydDv0Dn2nUJpBV3BiNr3UdbGgHD2
e2rx9imUrvk3wHWLoZkVvMcgY6wRrfHx6JTOV95OscgS3W7Ft1Kbg6T47HikXE6nB27qBfGh
R0S0WoCXs0rWQUz8LOCvwJNW/gDgqyhH+TcRMw/ZewehJCyXIA1nLsrbvi0ph/rCgFbSoS73
AVMsccwU4FXSWeSzF1L9FSzZENH8OAOthSnoIJ9DgW+jefxtdPRvxcy7ARPWR5CE+cv9ln0H
lOJ5MKatVNp5BQsbCnPsYOBItIvp7SqXhyFl9VxgzTr1BqQAHwcsY3XOd873WEPPzykPIfjB
KXfZ7RZ0mMgluSZtz20KrAT8Ax02AiKEbkrYFjHQN62e9hDCbcBR9u5LPW1jb8DqmZd1r5NQ
mGTm55x3mj/sgJdN7FozcKGZTYrZ39YGhgAzUarZydRKVwFltNsJCRMvkA6j8fv54Lmppq3w
jEt2zSh/fQtwcXbfcdzhZVr/GkmJcEKh/GKd9SZv0RSVC2n+2895r9nRUDiAh+y+C1EhKyfY
WDVQi5PG4rNZHEdusqoxbWV98/LJ2lXzXt7GfHyzLISOP08jPNMeuR/4O3A8IgSXZmW3ILNx
Ge6KbevSrux/KDzf+WzRfFe8XjD9UafvxfbUtC3Dad4HfD2U4NirqkeUOoCZMcb/Ffrn5U8x
3PkYF+dQXSuaz7ni/Cjpdw6dc7ZYTrGeAr5L55njq2hp7KYt/k7I7jXEGNvz98r6OL9zHrJ+
lI1x/r+4bovzsLgma8oq4r0IdeZ1cY7XlF+Yw6V9q9fvYn3F64U+Feu+DdgO0Z28qOK867J+
C3W2A2eGEHYDPlN8xtrjbdgM8YZJ9fpUhAU9Dz0iojTA/u+OtOvbS547APNT23MzgeuBS+1+
GzInvF7oWAfyx18CC23fumd4K4OIjkj1I0x3B76ITPUDkf993RDCqTHGTi3eRnoT4Ah0Strr
wCpoQvwI4fyrwGqo30cADwOnIuHm04hwfRK5NH6FJLVb0NnwpwMrIg3wKGTFOBEJPsMQvk9E
k+EjaFy+jVwKwZj5iehAmK+hSTWGdNb8bGQS+iryA/+RxNzXBvawui6y98cbnu5B2fE+Yu3/
p+H3w8CuwGvAP0xYm40OytkCuVy2QrnrNwX2tfo/YmUvFUI4H5m6XgX2RnEY4+3Zdnt2WAjh
LjT597cxmwDcFEI4lHTW/S3oYJ8O4EK0YEIIYWfDCcik9q8Y46zuiKMRAGxM2wsE/1FkBcoF
sH7oZL2x9s5Mw9NsdG7AusD70Jy7E5gQQjjW+vggii3x9gxCc2cAOsDnKRMwxoQQpgHvB64B
XrcYlaYQwq7Wjv9h8wEYEEIYlbUzdzu9glxpjWiuzkJzsSGE0A48Z8+vgubk+0IIf7fnytbq
wKCg2jfpSshy5p8zlBFIOB6J5vwKwOpoLF/M3l+dJDzOQNZDgKVDCMuhMX4auUNG2H9nNF5X
o+G+EQXsNiGX3DJADCFMQoKbM9mlgBWsnInWvmDvrWRlT7FnZiHBvggeR5TjfxCwor0zMRMc
O0IIK6F5NIeM0Nu8qCegeNm5MDQYxSQ8T7JWev1FQSwXoFzAzscoZ9hdBL4yITN/rygohRCa
0FiWtSNvZ/F3QwihvYxPFIXEEEInU7f6m2xO58w8r7sDW+dehNdJOu3Tlad6QkFPISIeswfi
Gz1O872gDB3UsQ8hIjQSHQlaNE+PRot9MvA31PFx6MSwVnSQySBskeRIRshopWRQFyFMRAM0
ArkGHkGnoLUBJyGGdFAI4a+FyXEj8FHgv6jfH0BxAs8hJrM1cj/cg3BxIGKqVyCT7VREkNoQ
IR8F/AsRqv/aO1cgvB2DLCWnAsORy+MT6KS4rRDz+BASGpz4bojG7wUkIPyKWpNOf2BLa7tD
RPOlDTHMu+299dAEvgwxkf2snechoWQy8H9W57FovC9FQsEW6ACd85EJyhf1Z6zcE5El4wTE
uP5K8ivdlbV3Gav7XmQR8cNzLiYtqu3t/gtI2GlHB/k0G/43Rv7Z1dBYjw0hnIWYxvwW5lw0
f3Orxf5IsLmaNH8PRQLXTxFj2g8R/jPRvJpo9a2OhI4fo7lwOBL2nkdzCOvPftauu5GL61A0
5r9GAsJPkTD3Y0QgbkTz4QOG0zvs+klIWHoWWY0akTBwIRqXGcCfgVvR0cLboPn5SXv+k0jQ
3REJur9C8zzH20g0nteiuTE/CNbOw1AAbgeae5ui8R+L5u7NSBD9iP1eC62D7yKhalcU5zAJ
CcujUVBvmdUrtypdipj71kj42dHKOB6YFkJYAwm0o6ycl5Bwto3hfqy9P9XqvAONRT04EQku
1yLB/CNIiPoJwrsrRd9FgtZwdCDVb9Cc3hqt82lo3GdYuSPQWM9DY/ggWocb273HEW25GQnL
u1n5JxpevozG7i00P9c05vgzq9eFjU8a7ucBp4cQXrOynrdxKMLHEe/oMB7dYO/2t7acixSj
w6HTvXUqiuHaF83//yA6tSyavz+MMbZRApnwHZAg85UQQrO1/3LDew4BCT0ftHa8kbX7ECSM
/9Dwspnh7qdIyF6FZKVb0DM3xiAacXdvXlrQfegNiFhNQExuODItNuRSGSLKAE/FGB+IMT6C
CP9NiGiOwfwDBXNYbrLtEgW4sCGry7fRrYkI/T9JGvvZiMF9pET6bCUzc5NMsS8gQvh7tLBW
QBH1HcCmVk5EDMLreZxaU/jrCPf3oQU+zsr5FJp8zWihzENa8XQUlOjWlB2zsqYjIn61/R9o
49Bh1ydlfYgxxvsQ47kKTdxZdn8mGqs9EdE83Nq0DZobO6C50IwY3UDEuF5B2uIzVv8bVlcH
EiYetz40IwtJRAfgRMScHO9zSBaVGVn7X7D7yxvO3GLyPAqsmoVcRYcCP44xPoEEpXNIFgTo
npk32mc1ZE26EAkSeyMidJ69vxFiwOcY/v5sfRmPmNZcRHh/itbHUtbvO9B8GooYnLfncDQv
ptnz6yPm+m0kvD2E1tbx1s8jUSCrC29LWzmvGU6uR0S61fB5luFpBtIyr7Prj9j7pyPGcyxi
Mr8EPoeYxJY5grJ5vRyaK2XWttwc2oEI+5FIm/+g9asR0Y/j0Pw5xN7bxv7/wp5zgRS0DppJ
7sFH0Hx/DgmSf8jw34Hmw5ft+0NW38/QOK5k9bUgIfUmNJ+PRxaKryDm/UtE7BsRw93Xfg+v
6bA0V98BcRkS5I5E6+NMNH++hdbumkjwOgv4LPAFu3YCEireQNadrawNjvePoLm5HGIy+6F5
cjyao/0Q7W5GNGUs8JyNQTuao+uh8f8jyef7EmldRMPlOKAtxujWkS8ggaqLe8Daspp9fw2N
aT80z69B9GNfFFj6Y2v/j5HQsxOKyfoc4iHD0Fr9znzcDQGN4SnW/usQ8/08MLzEYvRRRBt+
h9ZUG7LcfMPaeaQ992HE9P+E1uFgNHeOMKGhnougu7YOQvTsUTIXRjfPAwuuobejhf8IcIFV
vg/Sxq4K8k279Ov+WrxRIYSHkMYx2sppKnTYmeHt3pl32uSe1dcdUldBONoaETN/PiKG4Saa
TsgkQZDWuA6afM8gaWsekriPRQvFJbjclFOcWG8gCZTsXkALogMJB49bO79Gwv0AND6HIUZ+
uT0zBS0Qb+jliLEcEEL4LVrol2IWlxK8n4cY0lesjPcBJyNm+BIa81WtT0vbMzOAG6zuuWhh
9svKbEDMKyJmMQARndUNZ47bZ0hS9kZI624mbRfzstyysxUi+G5WXJYkBD1h5TciTcHx8aLh
dSekvXQ379yP/wDSKhqsrvUR3t+PLAtjrZ6bSXg/FxHp9ZE7ZxpyJ+xgeHJheTIi2tuio4IH
IqbSSBKAPG7Dx38Iycx/OhLO+lv5z5EYnAv1t5BiGB6ytuQabEDa8WF2rQ0R0Q67djgick1I
oOwEc/O8htw4z9XBZ24ODWieDgAmxxinmznUzdntiJl+HM3b+xATcL+jm3NdKehAgqPXsy2a
g1cYXhqQtWyzGGNrCOEJZEEbj2iQKzABaav90Hi4ufppxIDnAtfYPB1q9XUggeo0kpYHdFlX
T2ftPMOuvWzt8C29U62fbWid3YCE6L1IwcbthoPHDO87kOZIRPPqXHt/MFo7YxGNesPwNTPz
407O3nXT+iRq46DIvp/K/v8JKQ1l4PPqWVJMSQfK+/FqCOGzSOAfgdbAw2jb805ofa6FlKq/
o7H5BZp3q2VtKIOjDU+/sXqdfrVmffZx2Q0prS4gH4Dm3SwkuH8R4fIaq/u/yDoGEmb2BW4J
IfgpnL2BHZAi3Cuet6AM3ReWM96zEQH/KOr88/bcjUj6KZodNkfIfJA0sQaTzESr27cH0S2M
bWu5JaAeU5+O+jjQvvtn71LyO4dGpIk9i7SSLZCm+CaSEB9A2uyhJH9bGXSghfZy4Vru67oO
CQw32X2/3o4W/W6Isc1EBMr9iD5ZnrD3N0e+8V2QllJmag5IG2lCZrsBiPjPIvl8XiUR079Z
+c6Q3czVgohJEWcRLdZvIsHnB2ixNheeO9DwMgsx6bytLkhugjSEzyLt4kpEFJ9FC/BTiAkV
/bezs9/zsw4507sPzWcHN18fgIj1jmg82uydDmuLM9GpaA18Ac2TR61/w9Cauh1pV9uS/OC7
ZO2ejcx/Z1pZDm1IGB0OfA+t08sR83Fm14bmpa/nFroS6/UMXxPQXG60toGsNtPRnNgNzccy
Af1peu5TbEWMs+if9e+3EN5Gojm2EzIT96N2rvhc+DQSkKLdH0CiN26Vytv2ANJOD0L0aIz1
YWOrczYSQLHfV/j7BWXBf0/1e3Xmk/ujc8H9ZTROHjMz0/rtZd6MrDY+p+YhgekAxOh2QHNn
BetzRGvqPqQRr43mhccOeLn7INq9IxJ+5yGa7m0cg1xoE61Nc0j+ZDVea/185u+uyudJE9Bs
jHV7FEeyvD3zDFrDTyFFcB6ymGK4uQAx2GHUh4gE2ptJPOnfSHnpXOuZ66wBCaLuF4c0H6ci
vG2IcNuOrFwxux+RUNhbhj7Q3juul++9rdSvESE2ooXxW9TBQxDjiwjpdwEbBmWCy03qr6AJ
cS4atLVJyNgOIfIWaiWmdwxMQIgkbaQMVkc4+hcpZsAXhk/EG3PrQta/NjRprkd+sEakce6B
tMtfoIXgDC7XEIv9zU0uzqg7SEGI30QLM6LJ8GWSVjUdEaeN0ElwU7Lyc4JzNhqHPyITrBOW
IoxA/vm3kIY0BxGePyOLxlGFPiyX4aYf0gYiGn8nqHlbBiBT2o2IOU0jzSVIwuBVSNr+AsJx
Tvj7ISJ4GMLzeMOZuzEiMosfhnxnHifh7XgeCSHFIM8ycM1l56zsiIj8RGuLM+wmw0dHYSxd
kJmOiNLfkcbkPvJ2pAUEu7YrSXPMLWBz0LjNyD5L273XkBn4LKTVfYB03O/orD9Nhq9cw/Qg
xQuQlSkYvtrQ/H3L6pqK1rMLdI5Px1Nv1rHvBsjfcTMwiNE0IPzuZP35KsJfPhdcMJmJ1vpj
1r7cd96M3BPFnRtfRNaT09DaccLeH62zVbP++ZrM34dahhWgW/Nrq/Xb330SzSFnPi2Fd54j
zZ92xAD/gXCyBxI+rkVatluwVkRa5FuIYTxPYsi+RoYjoa0fia74PHJ3zX7IkvBzal1TxcC8
egqTX8/xdBtpzPuh8TrXPufb970ka0nuipxFssyVQiZIDQEa7b8Lm2pEbRxMfm8d5AZzaKJW
qfU++fcEEm33sruzBuewHqIfM+b3YBF6zNCDoMGiVPcima58wJ8m+R6/gRg0SBoaCuwelFJ1
RWTi+IvdvxstsgPRRFkKmfYuizG+EA1627Ee9GcVNCBrAKOsbw79SAu+BWlebyLNcStr5zH2
zISSrQlNJA11MMkE+SjJLLmz4WEHq2NtZMbz94cgQroqYpTrGf5aSJaVSUhyHYl8o39G/vkx
3hw0TpegxfoIkkj7ZfV42x9DQSbNwN8N7R7X0OiIQabQpRCjzJMiPIeY8ObW72vt/pcQYVka
+eoOtffdYgFJYx1tOFjV8BaQUBWR5D4QMcQGkhbWkL3vC2YeItCXIOHE+7oKSRtZx5734Lqt
M5ythhjGHep+2CSEsGKGgxxca6khDNb+FRGTnoRMdB3I35ZH+oIsK/7uDHu20fqA4WMSGr9+
aK09S9LuQQKICzGDrL+bI+btOJ5oz81DTBurYwppvl9H0gwhuU8mI5OiC8IbIGYwDwVEuWCx
IrLK5UTOhbVBGFPqga/zKVKwoT/rMTWQlIahyPVzK7XbYp2Qer/uQWN9BykxiLetwcppyzTo
7ZCWeCMSBnYmmZmft+9tSPOwGfm7va/9DDfFLYrevyIOfI7mUdrjED5fQGtpIMkPHxH9ddqL
9etR+z4c+bvvIMURgKyobyC/sFuIvM3++/wY42VIsPyrtcsF3g7ErL5nn2WQm2cImdBmjLFz
DtRRetyN4p+lst+NSIFywRJkyVza+uOWF6gVbOfaMm0szjFrUwNSbtYMafvuPgW8OjRZXQ3I
Cug0Hau/gxR7UXx3KhqzZ/1Cd3wso7EDEI95FtGuXkFvTO5OtIYiaehB1NlhJKJ5CSLIK6MF
8Bgy+TYhxnUompy/woillfFdZBY93q5dyELMBmUDPYYkcR0ZYzzBrg9DEylav/ZFUu8pKBDs
q9aficgPc0XoutdyVzTwH0aazUP2ud7KXBdJ/09j26aQWWwMYgQjkZ96LiJc7chH3WTltlkb
3dd3MiK6QxG+f4GIwepIi/05IpB3Wv+WQgRnf5LftwNJ6o8hkxzQaTrzibiRlTcDEcjdrayV
EbM8H/nvjkdazfnW/x/Y+y8iKfwcEmEMaDEFJDC1GU7Go8CjLezZgYhRvELSECExFwwHzyKm
0YK0UkiawA6IMW1k5Qw2nNxpY9aOiL77ZR+397+DBM+T6Aoe+DkUWad8N8GRhpeLrT+T0SJf
AzHZiWg3wgykdXyF5J/bkbRNZlk0jssghjoOEdTc4hCQNncdIk7bW32rI3PiF9D8m0KKC3Fi
cTDSBgYgYckFtn4k83sHcsU4Hl2getDe3d7aORUJShdm+HGiuhpa51cjJtEdRDQ3pli5/dCa
CPbdgITh6aQx2gyth/dZe5dHY9Lf/ncGF9kzRRfOAKvHCb/nv/DthBujObgpwv9MpKWuYL+X
J7m8XCD3OAfHWzNa95eYn74IHWibpuNsRYTTvyO6eiJaT2dY+dsjC9b91o6NkVXrBqQg3Wf9
XxNp5KA1Fgw3Kxg+QZazh+z3QGuDa7BzSDEIzVZ3zrBfsPJz0zTI9D8TuKLEZeprPrfCrJeV
Od3a913ki29BcUe+U6ARWWautjZtjdbUQ2jd7YEUnOJ5IhOQK+5jCK9rorXqGR1zCIhWOGNv
JG1NXB8x7FsQHXQrW3+7fhBay/dhilkI4fmYnRlCrQDg67jZyr6IBYDeMHSv/FXSgixKmG1o
srnG5NevRYgfjqTDYkDFTMQA8g721DzRazAmdQ9iTqC9nl7fVGR2/i+ayO4LeRgxmOUR3maQ
Fklnu62ci0iR4wFlofOgCxDxHoaYSitiTq32+QJpYeSJU7yexuy/+xH/Dy2yJlL8wstZWQGl
1nS/6e2IwV+Xlev9v4tarSK//6ThrNWeuQ0tENDknYb22rtp9DzEYN1ac7G104ncZXZ9ecT8
3fT5HUQsJyH/6Ei02M9HPtqLqCUoFyJG59aB60kSP0iz/Q+an8vY8w1ooc1A22EORsLD+ojB
/inD3SXURvzn8Jr1w2MttkTz5ilE4C+xd1pRRPLOyBcdkfB0BhLsAtJ0+pPMj5ejLXy+Zelm
68edVo+bHEcjYcnX3njSrowL7f4hVkYDcsH8CgmDG1hbfoaY2tJW30/QGHp2ti3t3Y+gsW+1
vp+ItMH3WTmXU57pbUXEnB+ug8ccfFx/g4S4X5E0qAORZuwurBeR/3oPJHBdg+b+xlaf5x84
GAm+463tbUjDvRwJOUOtX59CAudMRKs+hASw20n5Au5GTOyLiDlg/z0wbx5i/K32/gOkoNot
rZwnS5hcg/VjlNVxMJr/nsHyj8jNtQHJ4nEKolGbW1/HofmxN7IujENjGA0n1yBB/jQ0Xz2g
dG+SFroVKQ33zqTdKbehuTAezaddrI9nkYJst0KMNCBr0ZV0Hev+pBwSuyCmONjasywSvI9H
4znO2tqGxsrdB23IvTcaMf4t0Dp2a9teSJjN9/4HZJk4AQmep9jzF5KU0vzZM1Hsxd5ozrUj
pXQNw4fHTfQzPByIaMdoJJSfjWi0bzc83cYE6rugPo7o+NUl9+YLi+U89Ar6DkLMSYEAACAA
SURBVJiQMc7+noyI/JOLcptgBYseTPD8DXBSjPHFwvWRSKg6KcbYoyxVIYT1kMA3d0HmTgjh
d4gofp5a/6p/b44sPScjga2Y7WsNRJTfKGGUPanfrXbLIqIcEWFeDzHX1xFhnkoKEBuMGPTr
Mca7CuVtjATKm+rho2AS9hwStyLrl+82yN0DIKbsOx/y8yfWQULTw0j49OvuPsL69Yr1aTiG
RyQk343GfUUk5N6JGOd2SNCYjoSW9Ujm7rtI8UdjrJ6IrCGTEeNrAB6PtRlE+1u57chNMsFw
5W6gydaPZZHAFFHE9zP2/peQoPEL0hkKE0g7M9yFeV8R94bz5ZH1YDXgPzHGq6gDIYTxSAlY
FQkh/7X63kKCwFtoJ8tnkSA4HOF/EhpLn8NboHnjAsYOSOH6FskyAhJG1kBzodcpjt9OYpkK
lnAwH9JxaHF1oAX/5GJtVAWLEv5GeVrJV4Bf94KZB5Lm3WuweQiy3qxjZRXBrT5umSkSOp+3
IfOD9xaeB57PIp0nITOuW9bcGuX/p6PgzLK67oPuCXIhotr79IKVSeG6+5bvrVPcY8gSVcTN
M6Q8Dw4PFZ7x5EdTETP2cWyn1vUZKWi81odg7XbroLf1iex/Dq1Znd6Omch6AAm/r1OLC7L7
jWiLYJ5q2MtrJXMbdjY2PTcFWbOKcS9lcKd9b4fcWXciS0XeT9e2744xPmZ1eYCel5+/45ZW
j38he+5W+3icRa+Y+tuJcq9gyQdfoJPRRD0RSpN+VPDug0DSIMrg4V5E5eb+1gVh6h3IFDkb
7XDIt+t4+9YiRZjnhLIIb2fuOhF1uhgL3/5MF99nnWDJnGF3BxE7gYvUr7L+FYOvckbfUbjW
pS2mJXcKCIV17vdyBpWXmbtPwCLKs34X8V7EUfFejsdin3viem0l+fpLx6Tk3aL7cn6un/w9
L6sluwbCkQcEdgaPU3+ONpCyzbWR3LZ52zvb9K7S0H2yZFJgJyygWa9z4mSS3Xv25CZb4H8h
7Tio4D0C9czSthZ6tR4KZfV6LVmdZ9unBmyN9kdE83rS7odYUsYCQ6HfvWFOpdey9sy3XUbf
vkSKf/h7htNiOfW+O6Gg1RXxVFNu3u862mC9/+3Uh277XDLH5ovvbIdJC4pP8EC4q0pwVa8N
cQHmt9fp21J3QkGHXsYg5LIAuYUer9MerB/tKCD8NuSeeqbOsws0n/u0D71E+ur8/TYYevGk
qLrErYIKKli8kNEA0NrvDKZ9NwjimTY30C8Bsyqa1BUymu24mhtjLAbwLow6XaiEFPXvvKiB
lFa7HZizOOdlX2foNYkecp/TAga+5Ka0YWggJlWLp4IK+ibUMfu7ZW2JXreFvtUoLkt6395p
KAh2nZdJroSFVW+ZyyQ3p3dxDyzOsetzJveSgJZPIDNUS9Axgo+jjFd13yma0m1Q1kKBDVuR
gipejTF+fiF2pwaCjrHcBJlw2pGk958Y47wQwhAULdkIvBxjvKZ+Se8OCErgMwAtiulQrnUF
JTMagBbMnBjjnOIzvay3BUncMwvRt50Ew4THoXS1EHWgKOBGZG7LfXH5N0BrjHFWL9tW04Zu
nmsgZe8CO1Qlm/OuVTSjbVRzMtdVixXf2hu3VpmLytdeoRxPqNRBlsu7rDx7fiDQEmOcll+v
1y4vrvhsGYMstq0cm13de73Rsuq1oV7b6/QtZmX0tOr3DLipvIjrnoxT2Rzvbl4Uyu1iHS5c
r2lf73v2zkKfYuiO4MIiuBL5LZYi7THuF0KYW/Zu4Zr/XBdlr2tG0bBzrKzf93bxvk14lnSM
5ES0baHdCOB3SUkxrgkhXAvvDrNiN7A52rYxz77vD7VRv85sP4G2jExHuHvgbda7L0oGcXSd
+w0hhG3R/v5IOnt6FSQM/sza/FVrZwPahz+QlK+9EZgaQvgcBcFhPrAq2oP/Z7JMUQUNZQja
JrO5/e+w9nk+hT8gnC2P9ui+ZPf6WztXQamGf4MlXLH3Vshwcn0I4cbC/PNAKD8JbRjwRAjB
D7BpCiFsjYTmra29t6Dgu5tCOmAFe35ICOETKB/2iBDC7Ya/G4LOML8GZWT0A1nujDFeaet6
vRDCPlbnf9C+/2Mz3LfbvWfR9qrHSwR/N3dvbXXcYGuxR8TZBJGj0ZnyjWiftM+HNutvE1JC
5pAxbYey9f0uX/NvC3LcFIQoF1Tf57fRbgk3yfscHw2MNP7xMFrruTC+EjA86MyJO6kV0ANK
wDMYRfCvgTJk1ksdvsihTzH0zKQ+FEW6DkVJN17ETsRBWwd2RIEF55OIXpmGBFrcR6MkA9dQ
m6N8UYvCgZRYZw4pVeVoNEmOzJ6pFz36bgLf79uEsuo9RNdDMoYhgW422n7zIG8fNkPMaz26
CgcBJRz5AsoQeB0ar7eQMHYcRhTQ+QWe2/wP1u4foEW+HmK6xfzbdcEIzoFob/ODlG/ZWYd0
5vLpCCcRZQ3bH+HyHLRf+ad2f2+UCe8KxHRWQ8mNdkFbnbzfk9E83NDKv4nasfBI6EOtTEgB
Qn4Ayu7W7k8hYro+mtebISHF19+6KFtXsDJuQcR0S7QH/nqUQGgo2v99HnCH0YcxKDmIJ0V5
EDH01ZHV4vtoC9Z2KFGL5x2/voBL79uR9vte6p8OVgarIhw+iMb8KGvDvfZ/Dft8j7TlrYKF
A40o0Y+ncG5A8/d00nbHQ9E6uQtZbIci4fx+NA/3RMl8bkaJZA5AibJeQ/Njc5T8qRnR7mXQ
Ubl197EvauhTDN1gCMpE9xbS2p5GxPFUlHXrLERQf4KI/Q8QspdDxG5jRGRvI+VxbkeEbE2U
vegatOBmIDo6HJknJ6KEBO3I7P0GemAMMq92IMLRgohPA0pkMcWI8XIoGcK8GGPZfu5IIor5
Psm9rJ9Tii+Ymb4FeDPGONmuualyddIBAJNjbVpBQsqdPzPG+EIZsnOT6WLQDBwfoDEeg6wY
uWD2fkSkG+Dtb6kzfPqhQptjDD2T8jdCTPtRlBoyr28maa/v71DmvdkkZrA+6YjcSUgz7pHJ
3eofgggJ6OyDG2KMxdSVR6NMYscjXEWUqeqfiCF/DQmLPyYdqXkhmmNtpG2KU6k9ltbLfxhl
IlsWMaziUZRDEd6arQzfM74TYvJ/QYKQwzVIgzkR4evXyH3yMSv/06TkKY8i4vhFUsa6C9GY
PIKIaEBRxS8aDhz/IHyPiTFOMHyejZj4rxExv4Gu0dlLW3sc95fPxwRbcwvNET/z/hg0h+8G
LjS8fpyUXvUdPwb6nYB3uk1Ft8M7VW49MDwfjWjyL9G82RZZijxj3GooHesPkfDYH/GUwxBD
H4XG7/soK+Dv0Nh+GiUzAmVJfB3xjbuQ4nV/XxrPvsjQ90HE+0ISMRlt1xps8CYhKWpPJIU/
hQZiCkr7eASSrj6PiM+qaKDvQIvrJKQNnoCY/FeQuXQKkqjbgSdDCN9DRGQvpHm8hsx6w6y+
pYDfhhAuQ/mDv4MI++4hhPuAH8QY/SjOos9sNfteFkn5X81w4MxsZ6vvJWBwCOFVJMC8buV8
m3Sa2SshhJlIKr0AxR18CpldZ5lZ8rdIU/Nc9SfYe79GJqlLgKt7YR5+J8BNkquiscwZOsga
cyOSrDtK/JX+7EaIcTxHwbQZaoMhv4XMZZsCGwQdhjCXZGb13PF/i139684cR2HHjWZteQkx
9M6gmBCCH9c5IoSwLHaMYtEHTTolakc0x15BwukKIYTnSfPB5/KdMcanszI8v/SjSOh9mZQA
JCc2bVn9Nclbsn54Xc3AQSEET7uJXd8CpSp+1fD2BmLyn0OCxEUluL/H2vYBxODXRkLDL6yv
RZz8CxHPgLkHqD3JbFPg5zHGt7J3OoXADKcdVr4frrE1KfWmwyeQVr40wu/lZQwulAfjPkXK
JQ/pEJTO+Rdj/GNIkdINpFMVi0wg30pbjMkogsdFQFdLXr1AO3+mrOxgbpS52T0Kv/M6uoNi
uQ0xxvaM7vl9X5MdhWuOX18TnfEGdStMh658j3R+wy1IkNsSMfQd7LqfUjgHZX07Bq3bY9B4
3pMVfQOy7jSjOb4icGqM8c7cNdiXhLS+yNDXRwjPNdxlsfN6s8VwOZLUP4wOGBmItJKpyB+9
CWKaLh3fgwY4ImZ/BDIDelaewUiyvhwRzb3RIP8AmdQ+gHL7zkaTZg6S7B9CBO5kZHJrs/sf
tfudDL0AIxAB3w8x2hdIC8g1xS8ik89NaDKdgaTKryOC+h979jykme1s7e9nz/zN7h2CzIov
IhPsqojw+0Enj1n/OhYxM49IePoFKZ/6Rcg6E9EpXjORlrU16chDvZw0y5WR5P0qyiseQran
NqZtim7ROAMxoPFofjxvRfZHRN1N7Dn4vJtoH4r11IGBSHBaniRIJQSoD07U9kImwFURQ98F
5e92YriPvX8nteBtexWdthfdfWV9dyGlJ9CAhKrRiAheiASgfnb/w8g69kHSARt7o7nuyWHK
4AnEyNdH5vaZSMspi+ieYnVENLaNJFq1JbB0jPEhuoIfZzkgxjjLxtwta9MQkc9hKaRRn4zw
vpFdm+kPBAVQHojWzk2F99164mPqGe+KVpmNScL1HxAOl0Jr8E/2zGdDCDsh4X1tRKsuJik3
nrf9eqScrEw6h2A3RMvmIKvMlYh+fhsJYH7U8SrIUtKE6NYMhM8ZyEK4sfXlv4h+PmTXL0KK
zq5IkRqF3EmDEH26BllmlkNa7d+QQLYdcFoI4Wlkwfm04XAFK3cgYpSbocxxzyE6+CGrz0+T
vDiE8OJ81pnTdl8Lc0hCQiNaOz4uXs7daAz9pM9p1ApK16A1uZ61cSDwnRDCU4bnC6k9HW+x
Q1/MFOfBUHnWKT8POEfcyiS/373I/OaHG6yFCPdoLDiG2ry6N9uzB1pZ8xAT/j3yM56JiNpm
iJB1UMtsd0RChhOQ3ZA/xdt3ETLbdhKGElgaHbzhhz0UpeGDEKPxwIyX0GIYiRi3B4FMJDFG
l2oPsnvLIKbgRG1bRJic8LjJ2/tXJHgLG3yxzUOCB0j4ADGLndBZ9HOz54oQECM7l5SYpJ7E
fBAiJK/b8+3AQdmzq6FxnUlXX2qxvEhJkFMJtCIt1l0eNXEbmeayFtKs70fzoQ2ZDEdkdTfZ
+xPpBjJLkH/7oRo9hckoz3szIsygMdjB2nIb6ShT95/7WuzSHGrndn80L1sx7Tw30Rq0kUzj
7qPfHTGEjyGiWka7OhCDOCyE8H7EbPywoLtjjEVz+w5oLkxEB+w0IcKfwyir8+MUxq5OXyEd
Z+rwCjIHRyRE/s2u7YuCrCIy9/8R+DJi5B9FloiI/O+tpGN2f4rw43OqHdGbYxH9e79dd2vE
GWg+P4gUnkbMkoUsg9OQxeTryOe8peFjJ3u/BQk9H7D/t6Kxv4N0IM2/rB0vk+bEShleJiBa
OgadF/EUYpaPoeDTO5Bb5IeIJh6LhISdEYPvDjo1+ezbg9cuzp67ndp18Drp4KOlrQ1Qa8Vo
QsrUXdbXqYhOHIasO30K+qKGfj6SIvdEEqIz5OICHo8QfhOSMDdBDPopZA4dnD0b0EA4vIJ8
p8uTpLjnEOF1eJzka80X8rZIerwdHUYwDZngI8ls1op8fvWIfbQ2fAmZ6U9FUfivZc8MQYkT
XOOJIYRb0SJzE2g71BDwdiSFbkw6E3ozREB/Rwog7EBa0mesLD9SMY/8dfDJvS0pvqDZcPYC
sny4ObMd4f9p+z8ECUbPImn9zhhjHoSWCxNXIgK3CdJa3o/MtLdYfyAFcCVESrubRdJ06sG6
SFv5HBr3/ohQjQ8hrIIEplcQ4ZsMvFpiJqzxDQYDu7SOPdPpk7S2dZjrptT6YeU0IUHmBUT0
2khMYG377UQStMujs21ZuXmbctNnzXGX8zERupB6BbIebYUI2DNofZ1LfeGguyQfHVb2QLRu
plMnVay1LXertCGGsxbSNmdm98j6mmtogxCz2NKuDQghLE2tkP0htC4CWs/7IwvNeVlfXkRW
Oh+DvJ01eLC104g0utzC+CJSIsYjlw/I5fFz4P9ijEeHEH6LhJdBpGOTl7Y6p1Frmn4Djef9
VvZvEA1cxptm3x7tP8P+b4O06A5kyXspxtgWQngAae+PIcHhJSQYNSEGvRk68e5OkgUmZO3C
2n406VS5N0nzNSBm3QxMszpn2LuvurUlhHAoYvYvISG9w3AxhG6gxMUTEEOfgYQP5x8548fa
k7uYiuePd45vjPGuoBM6V0TW3S0QLf4L3cTJZGsRr9tpR8EFWxO1n/3ukoulO1z0RYZ+O5oc
2yAmew5aXL51ZSAy8e2AJKr/ocV+DJIi70Pa+opWXrO951qEWwBcUAARjDJfUQO1g7EVsgyc
hCTbV9DErfEZZf9HUhLolpU9F0X+fh8x9i9kdeV+Jofns+tFQeM169cNiDC9jJlfre/OOJci
5cQeSjrfOJ8oRaYOElqGI4Z7r9W9LNIk7kXahJ/d/iCKlH4LEZ1DEBF6shtmMg0RmYORv3wL
JNxhdbUBUxbEX2WL5sNowR5u5c1DYzOSZHZ/FTGa0YiZvkRXIpCXmYNva+tigo8xtlIHrJwN
EV43RMxuDGmP+xakaHMP8nRTN2Vty+45A9iGJATOD9qtL63IpPgVxBRHIQHoBnvOfcoxhDDZ
3mvJ6syhIfu8hObCMCSsPDaf8fQ1ej9iXKcjLe7rpLXlLgbPEXCh1RFREO2nkILwMtKOHefL
Ikazp5XTitb3aER7vH/e57qQuQI7LQ8FiIXfLyCBdbi9eysSMNZDa9TH2p+PSNhoQAqFj7Er
ASsjZugxCyH7gObVjmieD0OCTUeB4XhdTyLhox0J4psgjbSVNL4daE54VPnaaP17353OBuRm
GUptAGNXBCkvwglI6DiaWutiTyFaXw9Fglgu7Dl4fzchCQv5wT/5M60kug6avz9CLoedgS1C
CNd3M4dXRgqEb4fsMNIRM17RjrbP+bGweWwNSLGd2RO61xcZOshXtDtiTNuhiTMbaXDbIMJ7
Jumko/3t/kOIQXkSEpCmcYiV9yRJeh+FgiVAiFsOScQuwbchTXMeKVJ+OyQ4vIGYgJuvPChp
PbSYBiEG0oYYdhm4+e9J68tXkG/fmVgb0D+EMDRawg0kEbajfMExKIDJYYa1cwyStPcxvFxg
73h08m2Gg3uRLw5k3tonw9nS1JqcA3BpjPFi03JmkRaZ42wpktA1y/63272BhqO6+Z+tPzej
hXgsYirus4yIWRQjvnsK/dHYHE+KUu9AROvbaF5NsPZdj4SUzUnujBxaEGEsnvNco1X2VOiw
fm+CdnZckbVtOBIc10FEZxqyGq2NiOi1lONzdWQlyQnqXLQuegKBdKLXlcjcfAQibL9G66yT
WRjhudP+72z9mFsoL6K4gLkIv1tYn0YDj80HX76v/CpETE+xz0fQ/G3NNJ0GNNdWz9oU0dbD
Xa3es+3a3kgheNbw1IAE0J3sU7T49GQ8I1oDjxauD0JWpnxLptOhJjSnvmD4+QmyiJxM0oa9
3LEZPlxB8fJmIyvA/qTYIKddKyNT/PfR3J6FhFvXEuv1JSK62B/N+fxkuQ6E61VIYz8PGB9j
fCQrc0PkkvweyaraHeyLhO6TkaXkl/SOTzUjt8WvSK6PiNb9zqQoeJCVdjrC5UBEO3NlroUk
xHYqbSQ6sXN2rd782BQJav1JFo1Ga+dANOdmI4tyo/338gYg+nkC3btvO6HPMXSbYO0xxv+E
EP6LtO9vIcbxJpLQa6KFQwhu9j4QIWUjNPH3QwPpUbOPIz/IfghpHlTWgSbupmig3o+kdjcv
RmQKvQVJ+aBBXQtpcpehSXs8miQDkBT9pbxvmTRcNDXeiASA/dEE+i/ahvQd4KMhhF9Y/7ZE
A75eCGEEWiD3Wbljrdz10MLeD/kcHRcrIS3nNmo1fNf8HN5n9X4TnUHsEdve3pkF3M+w/9ML
hDl3X8wsmJGKi9oZw3NIINoYWWbyds1FBPlmEyo+irSNf6OxORJ4MMZ4s0u+HhiGxv4ZaiO7
AyLo05EGsSaaKzdb2R9FwlbuImhCfr88Q5vDVmiRlmUt3MTKP4ds4Vv7lrF3T7W2uFntzaDk
QvsBu8cYzwkhTEBzfGM0V84roHMDNHYHUMs4HiExrVLikxUyMntmnuHD/cr/ycrMhYk3UIDX
AcAeIYRLcz8+igPYCFlgZiKmuhEStG8C5hY0xdXRPL4wa3OblXW/fXZB1rxbC5pOGzAjpkBI
r78fyYw+HGlxn6NWcO2HFIZtqGXoOTEvji3ZPbf87RRCuCCmqPU5aP6tQS3MI1n+NkKWhOmk
9ekupib7/BMJViPRPMyFtNcMr0Ptnsc5tFm5xyIBdRwpGDY/DS7fyeDQhMbggyjg9z4S/WtG
Voa/2/+7kG/fzcRuFT0A0cFJVoevdZ+PRaH0M8jCdx8J1+1WbhfzdOF6MxKMbqDrMbMvIeE4
t2ztghjpz9Fc3DB7PiIF7lW6PxGtCdKpcyXWuQtCCFcDa8QY787aPBwJQ6/HGJ8NIayJhNyn
0DycizT7R3pjkeyLQXFFpKyHJN6zUYDDmiXPXICI9YGIIZ6HpKHH7PtfiEkehSKqxyFzTB6R
24CCHH6GtJLfowUE0tZmIAnOT3uaae9vjkx/30ULdDM0UMeTglYcdkSm+jY0eEeQJsbf0QI4
BDHiW60N26NgmZ8hKe94ZG34EhJwHkMTYENrz8qICZ1p9Yy3Nk1CJssdrc7VrB8rI+2lHUmc
boofDMmH4/g233ANU8rvUQcKzDxYX4+xNo4jLbR/IL/grfbOUoghN6EFuTSKkv0AKThwWaRx
HZoxkZyZ7kSSjDubRHJFNKNdAsujsfyDXf8OmhP7I6J2HPJTOhHzvqxBsk5sF0JoDAZ2f3ek
eeTvhKDUsieSJPOij+xVNC/3DyEshRjZL9FiPwQRr32tbV9BcRh/oZbxNCKtvhFpyV2E+Iwg
BjRf9kRbRDusr+2ks6pdeFwLaRij7PqfkPvraGDLEMIgpIFujTTDl9BujoAY1enILfadrKyB
aC6eSHJ3OL7WzOo/hRQItkf2jDO+OVb/ADR/DkCM8Pf23JFIM5+VldmA1u9twPIhhJ1sHIci
gr9XEW9FNJLiMopzfSCK4WhAa9WFjGGG10b7fQASWj9s1/ZC821VqyMX0ppILplhdt3730ay
GjajIMunSWtsLdK4OY5bsvtQa+Y+x/qwb/ZMJAlbAc2xBtJBJY6Hs0nBko3Z+y6MlGnsU0lW
gX5IABuC6NiHSe5UB+/n5xHd+jeae4PQ2hiFhP+51nesrZsjAeUGZPEainDp9GlHJFwMQDTA
3WBYf90q4tbZfc1sXgMxxuk5M7drr8UY744xPmv/H48x3hljnBpjnGzfD/fWvdjnNPQC+ITI
/9eALZrngRNijDOzRfRXEmFrQObCM6n1Pfv9JiTRnUCStCFJyr6FRo2Q9vHVQnseQQLDGNLe
1BoJNMZ4XQjh+qxeN3k1IO3/ZrRAff/9BUhrHYwWxWP23kmIqfmeybnITBVJUbOXIq1gGST1
+7P3IXOW97EDmac6rK7nkdAwgRJ8v4Mw2Oq4j6SpBERof4JSZzagxXglEsg80O9JxLxetncm
WZunUUtwAtL2XkLa5QCStN2AFrAz7zxq+xKkve+DxnOcvXMJ0godXOAYZf1oQILVNYV2XIoI
hkNAhGog0m5bkXByVgFHayCC0oaETHcz3YEEunHIMjQLzY0fIKbvdYC09o1Ie63Xomu2PZ+P
yyPcDgM2MovAdGQ9uC0rcz8kQEer/29ICz0Fab0fN5w0Itxfjkzgbk4MyAw+DzGxn5MCAaei
+XgHshZ9zNq7AmlL2XRkwj0G+TK3QWtgA8PlZ5HA6uvPt6w+gQSALa1tW6A153NlFWSpa0Rm
20lofFZCQaFuoSiDQ0hM/3BET56x/+4yAtGzOxGDfxYpG2vbvQNI0ei+C+deNIc92NVdCU3I
lPsgEg6eQS6MMWiuPWD4ATFAn/sNiPltjubzRoaTNmSV+p2VvYtd2wSNz6XWvil2vR+asz+3
cgdZu5xh7mZ49H6va7/XQetuaytnfWoz+F2LNOOtkUI0FdG0vayfW9r7Z2bvRFI2wgEkobYR
zZfbrf2b2nNTrL2rI0VsNnJ17g6chly3yyMl7ibr9z7WrolW9gaIx/j2uB0MZ5fT/dGyCxX6
+mlrNdKbm/GKUkuJCbf0ndwsUnjn92jifJ1aU3RNOYU6OwPH6ph/6h00krchNw3Xaxtl7SmB
0jaX4bDYziLUw/M7AWX11ulz5yu52b9sPEvKqHmnu/aU1J0z4rrP5XgstKnLvOhubLN3/G89
k25ZuwciBtSKMgV2N7YjkVm2c2dEXk8RfyTBtpgYpNvxsntLkbTGN8jcNCXlNCIrUUR+Xc9B
4DDcymgvGfvBSHPzaO4GxCQmIoLsWRRfyurzdxpQ9sXOA2Gy+vx4zikxxrkhhBWsXdO7WdMr
WH3B2vB6tIN5glxE/0LMyrd3NSDG4lHhK1k/3rBro5DAM8Nw2Y6Yvft8XUt9zf4PzZr0ipUx
0vrSAbxo47iiPT89xviGjdVwe6+DtK3Vt5zNRoJzi5XnlgGnky/Ye5sj684TMcYrQgijrd3L
IeFtECmYc5Lhqx0YFWPszKsQtO//IKRc3I0Y9CA0hxqwvCAxxjOydxqQVekRxPTXJQnot9rz
MegArJWRcDYLCWj5zqLhSEhZ1vr3N6t3tJXva3se8O8Y4yvZfPQ4hT/FGHsagPqOQ59m6AsT
sgU8EJkC5wJfizEWty5UUEEFFSwwmBDxL+CGGOPJ83u+gnIwYeQU4LRYu/21AoO+bnJfFDAC
mWRa6N32iAoqqKCCnoAH7G25sCxf7xGYhuIxiucLVGDwXtbQi+buBoyhVwuuggoqeKcghPBp
5N8FOCvGePPibM+SCh4fFRdteuolCvo0Qw/lWcv8Ox/UPAtQKDybZ/spFXxXVAAAIABJREFU
7Wzuw6zXlPx+5vd0v3Veb+xLAkEWJJhvvYEULJi3v/O7L/Xh3Q5lvv8KKqiggt7CkmByb0FB
LK2k4xMjCojxNJnT6BrM5qkLIwqomUp98HcbSME8WH0e4NCAgiVmG/1tIaWT7UnQ2uKEXODw
/5CigGuEoIqZL3IoDcSroIIKKugN9HUNfSW0B3lbtBfyH4j47Ym2iUxF0aBXoS0/ns51R7R/
2LOVzULH3k3opi7fSnSB1dGOtkZcgQjtR9E2ktftf3+0J/LTpIjQicCv+xpDzCwd45CA4keu
LkXKDX8p2iJTaeeLEDLtfAgwNsZYTIhRQQUVVNAj6HMaekhn226NmOVrKNPRJHtkF7Tf+/to
L+xaKBHFELR/eT/EfH+J9p82o21phwWdUV6aBMXM6H7tGrRf9A3E3JdHiUum2/9rSNnezrU6
vo22LVyLZbLL+tRlW9SiMq1mdW+JhKPz0B7uWWjP5BMoScsGaE/mAz3Z0lavOrru1+/VNsNi
GbwNM3S+Xawn1xcj7I0SYPQHDumD7esxhBBWQ/PpN8gyttj25FZQwXsN+hxDNzgUab9Xosxu
Di12fRApJedDiHFvgszw+yGBwI8KDEjz3AQlZuguYYpfn+N7DO3/pmg/4sfomrjE86x3oL2f
NfnGF3BP+TsNq6OsYp9FbWxDBwz4/s9/obPkjwWOzph2sa/59aKLo5isp5Rxh8LpQdQeHOOB
iWXugQWBYHUWmaP3pWFRCVb1wHD9b7SHd3QJfpYoiDE+HUKYiubbGXRzElUFFVTwzkJfTP26
PDpx61mUdjJPSdiIkhu0Ukv0b0EZ0Xaz/84g/OP5h0fR1Z88PxiEsgQtjTJYHYRM1sUkHG3I
HP9c4X2/PwIJG57OcVGBZy97Bgk47ejAmHtJ49+CtMM817IfIODpJHNTvGeAaiKlcPQjVf0Z
f6+YCrGRJEh63EI+D1uyenszTjVgjNHbUIRodXRJ07gYwfEyvwDNPg2G9/+QsnpVUEEFiwj6
ooa+OWIsA1Gavu1Q2skrUSYg1+hyzaoRZe+Zighi3q+IfOzbIqbVEwgF7fJZJESshvIq74HM
03mu9quAfUvMpBGlFPwcSqs5HNghhHAJdhRlvSxkbwey8sYgi8fvkPl6TtDBEXmd2yBB6af2
fzl7Z2OUIasVuCiEcAvC89dR2sy5SIh5FBHvE9AYHYhMyG8CjSGEc1C2qM/acwPRgTT9kQ//
SZTO9jhkTXgduTfOAu63Zq6BDs3JM1U9GWO8rKTPo6yuTez/eSGEi2KMb1omqoNR2sxpIYTz
UJzEMBR70YCEn22RQHEVcu0MR3EbwXBwJhKUtrdrTyJGNhwJliNIFoj7YozXlYzPcmhu9LN6
RyDXzTTg3hDCrXb9UNLcbUWxJK75Hmn4fBC40cb1WKv7jyjL1c6Gt+eQG2kDlEr3eTTueyDB
dQI6s749hDAObbUaYfX8O8b4jCVJGYEEolfRmjsYWcna0VqZZrg4NIRwB5Zud0l0IVRQwZIE
fVFD3xERwXOAi4AvouCtbyAt+RZETDbN3lmB5HefiBhNfrRdB/Kxz7Br3RGWTg3eCNBbKDvR
55FffTYixDuVvFeGzyHIVH8FYoQXIiZ7oLevYN7usVYaugGSZWB7a5cfm5oT1gOR1cEJ8rX2
zKcQM/8Gyhn+Bjq8ZEsr82LSsX6nowM1XkCMbzV0kMFpaOwmIfPrQUhYOwnlbnZryjEIx59B
Oa1Pt+fHIGbVgpjtyehwiNvQfNgTCQU1KLHvb6LYim+gHOuHAF817fE4e/8rKO/5ZxFTXZ10
ytr30DzcBcVqrIFiOeYi//AkUgrL3az/tyDmeTpiwE8hZrkdlno0Hzcbk58iweEmxHCnA1cj
QehLSDAZY331g4beb31oIR2OsbO10cfejwAdaWPgqUE/Ye0fa/0eiw79GYnm6deAo0II66Iz
x9dFa2dd4LtBKVBXQPm7P5fVvwxKyblHNg6T0TrZjrdhaamgggp6Dn2Roc9B+YSvRicEPYMS
5zch4nemXT8OEaXBiOBEpHWchQjIB0mH0H8PEeNW6J2mYM92IKvBPxATe4t0fvj8iNXeSIN6
yOq/GMUF/Kjwbk1u7Z6At8/aWHQBODQifBaPAAQxibcQcxiODmoYixjvL+292eiwgw7E0KP1
5TXEwJ9EOZf9dKfj7L6fL36i1XUU8tM/YXhsRBreU8gF8CBiijdluFgDaaZrIiZ8F8rN/JaV
7QJaDtujaP4zUJzFT+z7EStjvLW5A82jZiQIPmy/2xGz/xASSvohYSSQznS/zepaHc3LDsSE
xyHt9Qakoc6zTzGzVUAHPiyNdhc8YX1pNRz803BwjH3/O8Z4bYzx74gBb4hO7Yv2XjT8eQCi
57FutfJ/g4SKgAIhv4myI37Irp+OGPgTSJBZBVlJvo0ONXnccNfPnnnNyn/T+tOW4cfn3pPI
IrAaFVRQwSKBvmhy92P3cib1tF0/BG0r+xZKst+BiKJr348izfEziHCPRVrUJERob4QeRTl3
+osLQWBYHROQyTlvYwfQEEKXqO6VSUczunk91yyLbfgi6Qi/PFDMn62JmDcT8hzS0YSTkdbt
5a5v5TXHGOfkLyIm8HVkgj0ZMd2HrD73YUdE9BuQQPVD0ra+DqT5rYqY4WpIg7uBFFcQESPe
EpljXUDKT6J7NMb4iLVpH/sMIAknDyArwTikDUO5/ztm9z1/wOtI83TNtR2Zkjex569DjMfn
3B2IGUXEuF+0fvl9rKyxyILgOI3WznmGg5VJh4aUuWHcv/xCSdkBzfc1EO7/aaZuD/yMSJiI
JGbakZXh5b1u/QMd2OFzqQ1ZZA62eyeg8V4RMe7JiOlHJOxsYu14zsq4C1kKmpF2viMSvPy8
8bwva8Z0LngFFVSwEKEvMvTZiHCvg7SqBkQYZ5HOZJ5Gii7fD5k6/0A6nnEycLERkoORhvcz
ChHZGWPP/fGdhKeOKXwe6VSlnNHvTmIiObjPf5msypxJFyPFH0Yacof135n6xkgouRNpQttb
W/6HmMPDKKDwQWoZ/wNIE2uyPuVBV/kzjyKT90qkYLe8XXOzfkfEcCPS0p5DQpdrcRuh7Xwe
se7HnHqfd0XaYz/SWKyEGMuD6IxsP+c7oHH9ArIUHIOYqB9bWIS5JFNwMbLd/b4/sfr9OsiK
Mo80r4I9MwM6UwR3IAa9P2Kof0RCzo72zhtI4DkGWWGaKLciYG1rAfLMgw02Z+cgrXhVtB4C
8nHvguaAC0uQtPFPAzNDCJ6LwfvnQtOGjg+rrx8aw6uRVWtH5J6Yau+2IbfFJ0lH3foY9kNM
fRQalz8jl5QX78Jwp9BV+c8rqGDhQ19k6OcixrIVYjIeANeCgnicUAcUMX4U8v1eRi2TiiGE
TZCf+BYsAM3ub4E00XrEVgXEzmPxGqxuEM6WQeco59Cf8sNdbkMazh7IdzwLEeaxyJ8O0p6w
9l8NXG2EPXeJXFzo3z+yexdk94qE07VklyYakYDzSFbnAPu0IsK9KTrf96asT/1Ipub1s+uN
9m4Hso68iSwCSyGfsJuAXwE6DKcDEU5nZ+09EAlmn7SyXLP1epZBuP89YjQ7UA6vIca8CWmM
RiLm04YElvFoTnjbtkYMqh+JETrkUfkgoeD9aJxut7JymGf9PxdZAlagfFz6UatV50Km7+bI
t/DNRJapUcjt5EKLl/FzNKej3R/p5dpcepDaqHO3Hsyyz7+zulxYfQz4PyTAeI6F+0nxI1ug
OIB7KaclxdTNFVRQwUKEvuhDfwBFZO+GTILjUADOS4hAe4DPUcARiEn+kqSJ9EfE/tuIAD6E
tCVneJsjM/Pn6Vn/T0Xa/eHIl3o80pz+afedCN6IiHQRHkJEfkVEaD+Ngs5etu+fA++DWi0m
pOxurlV1t186Fr5D9n+e/fe2NaOYgl3s92BEoMciy8ZJSNPcGEW/N1v7WhGzPBiZxF1DHIYY
7M5IS38NMbGtSVrx9sinPMcY1lySkJa31ds3FjHNdjTWQxDe70U+YU9X21KCi7usrF2Aj6Ox
OhVp0i/Yu19DPuwhiFltb+/OIzGriFL9DgFutHZHe/9x5JeOaL753Guxsp9GCXxmUsu0c7jI
rq+ele34akQWg0etfNd0fRyD4dPLdWHK58tMagXbYP3ILU7PoPO490HMegiaC8chgdrLnoLM
9h0kIeExK+f7SFB2K1KRqbvQQQihMYQwtDK9V1DBwoO+qKEH0pamDZE2+Cg6s3wm8k1+HGl/
xwNPFRjh5sj8/QjSal1rwb6fsntbIf/7mwUi49qsM/srkPl/DURYH0HE/FVqNZotKBcQXkYC
xPeQuXQPpOlehISVScBL3oc6jDuPTu+JxpPj4yLEsHZF+/rnoCCoI1HE80qIeVxL0vpPss//
IX/yStbnfvZeEzItg/zv7QiXa9j1zyONewMkyDyCtn8549oYMb9NUcDjDFKugJ8iPE9H2ugf
SNr6zxGO32f/D0Q7Dzq7iwL0/gEchpIQHYCsAxehHRBXo/lxBNp98ALyFzszHYpiMG6z7xYU
iAfJ3O1CmgsujSj4cQN7/ido/o61722QtSOHa1HmvqORmX+c1X2g9bcRCS8fQvPvAqt/X+Qb
v4rkimlA0eTPICFkVWvncDS/WrLn3PIzz8o42vr5ScPpc2gsv0DaReBBgT7/htv1KUjQ29za
uyx0WhlWQBaXP1p9+yJXxCkhhGuhMsNXUME7DX2RoUdkAryIZGaGRFCeR3vA3a9ZlPhvIAVl
Ff3cHij0X+SX7dbkbs//jWT2zTOZ5VpVpPtEKM+gYDfX5vxQl19ZmQstm1aMcVYI4VzE4M6x
+u9ETGlI1vYpJG3+KUR8cw16kj3vWqebs29Dfu8G69ccJMAshwSGi1FkdI63uxAjXo6UJOh8
FDS3EmK6/ZFL5WlkMRiGrDcNpDgCD8LKISDryVtIIGhH4+1bzX6NTOUbIivDZdbugdbGp9B4
bIGEuetIKX9fQYz1QatrGGmOjjYcfg/N0UFoHrbZ7yJEZEHybWRzDXdLIWHzj8j9ca89cyhi
mrejwL2ZVs49hrfphptlSO6nEcjq0oKEqgesnYPs/UvQ2PsWyvuQ4DzHnvk6KYr/ajTmo0nb
7LxfjYa3DbMx2AK5Yv5j195ELhaPUaigggreYehzh7NkDDpnxEVfXKcvuajRFqLSiwFnfu14
tK1pOrXlNiMiNxH5t+9HBLHGN59Xh7Sq1dE2oqnAZ/I2lUTJ5+V0/l5Y2kpW/9HIpPoLuvqJ
6+ZozwK2ihH2nY/k1ZHMr0VLQ1mQWv6++47bs+v1cN55rWCd8QDE/LmydubgdQ5CQsVlyBpR
fK+svXmQWTHYsPO7m1z2+fd3UDT9EXTte3E+F+8Vhdbu5lsk+dUD5Wur3ntleCh7dgSytPyO
JFz7vIhlOKmgggrePvQ5DT1b6Dmh7qiTga3e+13KwHyJxmxPLns3hDAPEfMVgVVQTveJ9eoz
ujwCaVS3InNvzXMlZvJ6vxcKGLMB+BNKLLIXFoxXxKkz9fzbrufb5gDyHQJl/Sk7kGN+4xfp
KgSU4af0wBeDjrL50x1YVHjOKLv4vOu4OorPdFh5oQxfJeV13jdc9kOa9HJkQZJ15vP85tD8
5lsuDNU7PKU3czafF0OR2+Uu4I68/XXWcQUVVPAOQZ/T0Bc3FLXU7ghQmfY9n+C1RQ4FbdAZ
Vqnm+F6EDD/jkZY8D/jgohrHLGDtpyjo7GcxxqtCHzg4ZkEghLAWCmj8BZpjS1wfKqhgSYWK
oS8g5GbobItZFzPw4oYSoaMzDqAitjUMfTjyP7u/eZEIPFZ/CzK3e7T6RJbQ8SkIxEtkHyqo
YEmFiqG/g9CNKbjPQA+y5L0nYXGPXc4I3w1js7jxWUEF70WoGHoFFVRQQQUVvAugLyaWqaCC
CiqooIIKegkVQ6+gggoqqKCCdwFUDL2CCiqooIIK3gVQMfQKKqigggoqeBdAn0sss7ChcCRq
TaY523rme7SL2d7KhJ8uiTI8Y1jZdp08m1gP97fP99li+SWZ8xpJp5z1am/zO7EX2rfzVRHP
FVRQQQULF95TUe7GKDcGTkQM87kY42dCCE3oEI/dUB7rFdEpbo+iAyxGooNK1oHOfPIroVO3
bkUpQx2+iY7NPAulkc3TYp5mZfwjxpgfKpLvaz8KHXYxEqWi/TfKr12W6tTLHosOTZkZYzw1
u74lOnXuHpQPfT102MolwMN1ygLYEx20sjU6IOSfpJzr66ODQJrQEaR5drxobT6GtPd9C2v/
/0iJbYah3OkTs3cDMAblLW9A+d9vAmaXCFcDUG7zW2OMD1MC2TGkB6M95g0oF/k99YSUTOAa
gXKPe4rcJnRIykoo//9klGP9RcpToY5GuB6CcP8yKfd6Ds0oI2ELsC7K0f4cvRSAMoFzVYTf
RtKBN5F0alwTygz3fIyxLA9+Bb0AF7yzNLqdt0oUhWIK3Zqi7LvmmSwdc3fpjstSS4cYY70M
gBW8i+E9o6FnC24CImpNwLmmwe6GGOmXUVKRMSjfeyNi6FOAH6ADRS5Fx6CORWlU/fzuC9Bi
ug2dbnYYymP9pjcBMf4j7NkyGIZORXsceBgR+gfJEtiU9Gc5JIxsapd/RMqZfZD93px0yMYo
xDiKjNATznzQ2ngaYi6fQtnTzjW8/BAxoogygp2KTg7z9uyATpTzPr9IOrUrouNjt0NM+RPo
sBzQKXpnoMNMmhFuIzoUpAjbWzunlPQjhx3QKWh3oJz730ZH4V5X5/mIGOw30SErk5Bg9S1r
0z1IiNkFndR2EppPLgiMQgLEGtau+9HJc7PRUaOzSELNCsAJaFwetGunoQNSfhxCaI0x+hG1
PYVt0Vx4C51S57jbGJ2e1oDm4D8oP9imgt5DCCGMAb6EznOod1zuBkhAXgvRlVaUHjegUxD3
RKcAdqYizoTSJnRk7Rl0TdXr624ZNP8eAxqqNLvvTXhP+dCzCd6GFooT0sF2zZnv84i4+pnh
kBaWa1rPIUYWgR2zat5CZ4K3oBOz1vHqEfFvA+aWHITiDPI2dLzpL4Efk47uLMsvHtDpVb+m
9iQ4Z9yzkGa5t5V9CmIuZQwtIoHiQ/x/e+cdZ2dR/f/33N30QgIhDQidBKkJnSBCUATpYABB
xIKooIAKIkVBkCKigBUpKlVFftKkiHQCUkPvBgglQCiBBFJ3d35/fM65M/e5z91d+KLfL9l7
Xq/72r33mWfmTDt9zojQ3IVuErsDCSeroTvhT0HEZ3ekqQ7L6uhnZX5ubW6PGLhffxqBf9jY
vIGsIRjOWyBhYbK9Mw9ZOorWg8GGIzTOQ+517oqY8i+RVeYsxHAbwQg0RheSrh39HGLyT9r7
j6NrXM8nXajilokjkKb9AzQndyDLTof91odkoTgF3VD2fRuvM5CQsBwSHv3++u5CRGunBVlD
ckHoZmTxeA/4IyWX8zThA0MHMB4x6t0blFkCWa3WAS5FisMfUbrhvZAw/gk0Z4ejGx7HAdcg
IeFPSOkoU8B8X7UioW0zoKXJzHsm9BiGXrhwpMV+do33ZUSQv4eIekAE/UiSJuNlR3uVyLRa
QVqmm72eQ6bdM9G90nt7+2SXf5RsuMHI3Lw1YiqfztqpQhBU/BKQGOMCJCS0IwarymOcEWM8
Msb4nvVhEdrs9zQaIqQlD0cCjbc7HTG2MYgp3mx1zUJMOWe2n7T3J6M760cB7TEDG59odbQZ
vh0xxj/auC1Cd5R3GK7VC0yMse+J5qhubEr6U0GauV9bOwxp9cXx9Lp3QkLebfb+SERorwXO
sS645nM9EgD9rvD10a17fh2r4zYPWXTGIqsCiFgPQYLVa1m9c5D1ZixaB6V4FiEr1mFj+gKJ
0Aeray0y02yhikr2W8XXVwYt3k7+Tjf+L4NKVle1Xf9e0k4djmXP89/yujrBodKgnWI5pxWN
wN06FbRnB5LRVcPnCMTUj4wx3hpjnB9jfBBZgRbYvJwTY7wqxriQJAC3I+HrduT2as9Rhupe
jzHGmUho/D4mCDeh50GPMblD/S1X2d97kQazGtKcLkTM5QF/J4TgG2wiYlYdyLz5BLq9zX1Z
4xDxPAtYA5gEfCWEcBHJMlChXrtciMz5I5HEf6D9f77j6pvYoOiPi+i+6zoBwP7tjRjsXZT7
85wptSBzsZd5PBs+vya0L7JKrI20aidgbyGtdG0bm82Qufq5Ql/bgVWAITHGnMG6pvEpw8PN
8a327BPI934C0o47W78VZHY+Bpm7X0T3dR9YKOfzNhRZMb6T/T7J2ngtxjg7fynG+F4IYQGK
ERiDzNqLSO6HnKG+iISfdZDrwoWAh0sEuwfROG4OXJa1V7zGtj9aTwuz8WlB8+zafcX68FUk
mA2xdwegNbyFvffPEML5SIMHzdkENP5D0Vo/JISwEFlPVkFrYC5yG8wEDkCunUesrVlIgPqD
1bkZsCMSiP8cQrgW6AghfAz4VAhhQ2AaMC2E8BISHHdHgvYjwEPef/vbggTgHYGWEMKvUDzH
xiGEla3NVpIL5wrDe5z1uWLzdznJYrExcjG1W/0XovnsDHa08ZyHhNlVgAezuZqI6MGlpPUM
QIzxrRDC8cBLwOv5I0z4z+b9Agp7NoS69LqvI7P8riGEqSbMN6EHQY/R0LuABYiITUFa92GI
YQwulGtBgUaPIkIxy8qMJfnOWpHm1Y7MqI8Bu9lnfZL0XQVjuvMRsT8Dmc6eQBL/MGq14JB9
KPzeXvK7Q38UHHWlEYEiI3GG0I7cCV5P2ZWmh9inAmwZY2y3IJw7kBb/VUQIRwEH5IJIRoDe
pdz0uy7y4bcghtPLcFoB+C7SYP0ik84i8AMScK4habxnk5hW3p8OZFV4xT6OY69utOMnI9Yj
CWplloM2NJf9EVMBMbTifL2OBIN5NZ1RObc6LAl8C43V0shPPzLryxYk4fJA5Dd/hWSZmmTl
T0IC42Rq4x7moDV8KMka87a1Owm5E45FlpJ9UDxJf+Q6GIwsFbcgoW99JKCtiYS/JwzfTxm+
wxFj/hWKUdiLJJBsiLTfuflQ2N/drP9nG66HIYvaQYb/UCRYPotcQVvZe7ujdTnLcP+S4TEY
MfNLkJbbiix2Y+gctja8z7Tv3i+HT5OCPMvgQdOuG+1bsvp6I0GrFQkOK5aUfdKebVnyrAmL
OfQohl5CPHN4G2l+ByItdj1gv9y8hYjlHSjI6nwUPDUA+dtXszJtiKC5Wfm3SOPaEmnsN1PQ
tp3JZYzWcRmAiN1gxOQPRYTs88CaJf2p3vhWqDsic/gTwCx7b2wI4XP+QYwh1+Y98K3D6s3X
ym8R074d2DuEsIxpEa4xvI2I903I2tC/ZLyfjjG+5V8ybeM+5EP+NyLCQ63t3Qz/GUiL7QBa
bXrGhxBWCCHsEkKYHEJYGzHWvohRXYeYwqGkeSqO0YbAbCRYFQWoGvNt4XVn4EsbTo3ugm9F
AtVSZIFPDcpGNAdlMBiZVgejdfUzNN6vZPhMQRHvRyNT7Z/t2SKr+1ng98il4Vr+k1amA/ni
Z1u9HUi4eM/auwAxMD+hsBFijicjTXoNJPTOQRaGl1FswCTEnAdZnaOsvbsMr1eQNagNmGIB
oI9YGV8nPja+Hv5q7//F2noJxZ9ciSwiC60vl6J9+zoa92uRa+RqFLMA2vdL2LPXUbBnGyle
owrZOlgdKQB/xvY1WkeDSFr2Autf3Xy6kJZp89VHlK+N3sgSsjZ28iaEsHJIR2VdKG9r8H4T
FnPoUQw9A1/srrHsR2KGzyCC2YKCv/qSNOKIfGS+Wacjn6ybfn08V4PqBnsWOA8RsN2Q1lR6
E1XGLAIiRhVEWBcaHoPRZl4VEdlgm9k1wyUa1BmQufq67NEIRGDXszr7I0IM0jra7L0R1t9e
QefSY4xxVozxeXSkrh/SYqq+WRJDvMvGcXwJM2wvMsmsL48icyeIEayLIriXQprYQWjM90Za
+yro/u2votMK69r4HoaEr18j4esdFORWHCK3bniffW5qjgv595B8sO6zXoAi2lvsk5f3tRKQ
5eNlxCjLrCwg68MQClaBLAbjBKSZ/QW5Ezz40ssHNB8/Q5r0JSTBzOFRJDBtirTzXvbd1+8w
xBCx/rVZ+28g0/XJyDXVgvz1blVYaPW02Tr5G1q3wxCTfQZZTH4M3Jz16WnklugwXMZlFokW
xDg/hqwKbg3pR4pvWYCY6vnoOCHZM2KMM2OMM7L6+iFN+tNoHw22scjn7S0k3HlQqx6E6hHB
FmBfZE3YFQmL7s74VPZKb/u0kdZaTZXWrm+FGuG5QBPmoHX+AxuDM9Gpjb0LSkePcqU2IUFP
Z+j+dwMkqTthhxRIlpunFyHGkhObPlhwFynKPIeAzM8e1LIc3ZOenUk/gLTLU5Ab4Bi0oZ8h
MQsMl01K2gf58IYjpuM4TUH+0MMQs3sBMb82ahnZBohQF/3goKj9+WhccsJT7EM1EK/EMuGM
rZrUxz4z7PttaFwXIWFqXSQcLUCEayUkWHzD+vM14AprZwyKjwAxjctRjoEiBHTEsE+GT0TM
CaSF5f2KiMkMR0z6VSTcdaA5yMu56Xspa6MDRS1HZBovwmDE1F6oQTCN23VWx1hkIRlIbRBU
RALZ39AJCWfkZXv9EcTc25HAh+G7KRLGikLHksgadT9yuYCYvO+TPsg1UoRWtAZuRPN5Bxo3
B3dXBatrWva7j+mJwGkocNGtSd6W45kHsPWmfj/6GOxGctsMR8JsL3vHj4fOMBxr5iHDayvE
VG9A+3MmiicAjb+364JOrkWXQf570SLmr0ZrpwNZ/OZYO9tTLiw0oYdBj2PoIYQhaPMsQAEr
AW3mY1GAy2okyf1SUhTqOBLR2Axpg2chYn8OyUc2DhGwAfY9Rp0nvgIxxUZHhtZHftFlkVaz
FzIxu6aUM+8cOpDZ0/29ZQRjM0S4/Ry0M03XyP2dWcjsubPhPwpZ5A7IAAAgAElEQVRpKDcg
k+zmIYRxIYR+Vv5biDhPNZwPQ2Po9X0BaU6LCoQsAANCCH4kMCJNPGdMuxvOb8QYpyItaDKK
cr8RjfHZwDfRHM0AXowxvoCsGm7u3JbagLGiS8LH7E00d8tmZW6y/m1OCqZy4cMZ4ClWx5/Q
GphEmntfL1si68B99vsjaC4mkrkjbDz2Qhr8pQU8HaerrN+TkZn3byiQb2jW3hPINJ5Dzdox
nN0s3mHtdiBteg2S2baSvfsFtN6vR2Prgmwe19Hf+pILeHORv9rXzVrAJlZmCZJ1zN07G1s5
D/Y7B1leIlrLjxvunyVZRDZHZ8F9nMZSb7oOhvPpSLu9DM1rHzQ/i5ArKiBB8WMoDqMMNkf7
4lSkNZ+DBOIpSChzwfESa3c3CmZ3m9Nts7I+ZqtQGw+TC1afRfv2O4gGPYgsBUVhocnceyD0
NNNMBUXZ3mj/+xnq3yPNb1mkQbehjeiZ3pa236+18uva+1ORlvQwiZi1IW1kWAjhvcw/PiuE
cDTyr5VFqPZGUv/6iOk/hkyT72XlaiJcrc0lkZ/dI3M3IZ1dBzHadZBmlCenaRSY92NkBTjD
6rsfmaxBDOgTwEtBEcIzkFDjsBoyN26D1tYtKCteNUYgKJp5EDIrr4eIIIiwfhppuouQ5nS8
jUUxOxaG27RYkvXN2gmIyX4eEVyQyfbvJf0GrYntkNbsJwsqyGx9nI3JRYbPlmg9/DHG+Jq1
OTuEcCw6X3w68s/ORpr8pijQyv3O00kWl+8FRZgPtfEdiYK7Zpb0q8NwvgYJnAutvVlovDew
+pdHZnm3qqxjeAQkpK0TQpiI1u4Q6+dzaG/sg6xCQwzv3sDQEMJgK78DipB/kxSktTVi8qNI
TPdMG9uXEZObhDTs+VbuCGRV2QjtI7eoQAqKW4akda+P9tfz9vmXtXsG2nP9SfMMchWNAEaG
EF61Po6yvxORK2wlG8O5aF3shZjkDdavlwz/ImxnY3paVJa4XDGahgSS/ZEf/hnEdNcDvhlC
uA/txcFIOF0f7RNIAshK9n0FkgBJCGGEPTsGzXEv0h7xNe+C/YsleDdhMYeelvq1LmiM8gCU
3Pfp0Gig8rL5X71UGGBnxLFxrvjc3N1ptqeMGeUmuo6YpX20Mq7FxDIGmOOV4RAQYZ1H7Tjs
gBiSJ+XJYThySdyJtIh2qGPGG2Pn01FGvKet/iFIWIj2/qzs/eJYtdg77d3oz9KIabShwKuH
S8YHNH4HIKHkIPvNU6WCNLIBiIktRNaDl0rqGoQEs80Ro/gXSqaTW0/872Ckca1nuF6HhEEX
EhpG12f9y+NBPLteO2JED1qZXVE8yGOIKd+HtLpNEQN4EQktJyImOp903GsBEnT/iQSavRAz
uRQJNZ9CQs9DSCjb1er4ZoZbQNrzOKQJX4JcIfuguTkFmbbXRXEd1yH3xKk2Rr4GnwH+X4zx
pRDCUjZ269izXyLLBEh4+Y7hPg9Fq2N1T0Tr2l1qN5MsDicg1wjW/7+SfP0+7i3IWjABCQWn
Urv3D0YWjnakEFxn47iHzY+b9tuQInACxpDt/ZWRdWq0/fYTJFjke7OzALoDrY97x2b61x4H
PZGhBzo/hlQKXQSxNWwy1ud09vqKTCrfmM70O92QBbNm9d2SukvxKdSVn3HOwc3VXn/RL5m/
UyrYFAhisf6qIJL1xetKjcRqPoBc8IiNBJ5CuRzXzuZyINKOp5B81Y5TL1I++5q+dtG/XCgo
jk9vxEg8wC7vf1cMPZ+vRkQ+t4z4OOdrjMJv+yLtdEahjvHITH4+JfMLpfnMc1zyvlPy3fdk
XmdxTGLej6w9F4bbs7JefyWr19+plOyPvC2HqvBfnIdcMcisQXnb/qj4bBgSer2955DQ52mZ
izg0UigajeNwJAD8BrinM2WgCYsn9EiG3kBDqylK97XtYnko33x1A11gBF0dXSlj1F1J653h
3AjvMotFMdNel+CEswEBzduvYT5leDfoa2n/GrTjbUU6F2oCMnNOAG6MMb5dVt/7GYPsnc7a
fN/j+9+GEEJrfP+55ZvwH4ZsbwxDFpZbgD81tfOeCT2RoRc7XPwt13rqNIRCfY0YTSOtpNpG
SV1lAYo5s6tjRA0EihoNrME7jRh5DY4l9TXUiOsQz3BrwNCLY1ejbTYQXorwQTT0rhi641am
eX+QMSidh0btdlauCU0oQkbTVkCukNvsUbfXaRMWH+gxDD0jrisgDawFmbuuRhtiIPI9DUZm
0FuRj80jwwdSayL0gZtLSi7SSjqnPheL7g4pVaU/ey+WXF9p/rlepGjggUjyftDLlDAZbxOr
2y+YAZl0+1MrcFRQkhA3H0drLyDfaUeh7CB75v3pFsMJCqKaU8Q566f3bwTyjfrY9kVjMLuB
mX0AaXy7YuiQThwsxLKvdfJOLlQVGXoF+V5bYoxlV6GW1dUfy0zXGXENIQxCmfOaDL0J7wsa
uN0qdBF/04TFE3pMlLst7hhCmIuCTlpRQAwoiOdHKOL6YcTY90EBRB45+wPS2dXcH/kQypz2
BmJE30LRxjcBvw4huG+sH/LPLouSoczI8QspUcnhpCj6dhRQ9RAl5mYkJHwDCSjvGn6nowCm
iM5k72L15jm/T0QCCyiqd4LhfkDUZS9+vG8/FLEMinb/OfWpU/M+BBSlvTWKdP96jPGdglnZ
Txp8CaUD/Qc6790XZRRbDwXITQ2K5vbArtEokcwa1p/HgD+EEKoX45QQsB1Q0NV4FH18HzrO
VcOoS/y/ewO3BOUUBwXx7YiOMb0ZQmgDbo0xTima4kMIm6BI+T7o+NFDKDjq6RI3wDIoYvoT
KEBwbgjhbCTM1DH2oAx425MErNOzdvdHAV0tyP9/f5Og/2eh4H9fDcsN0Ymbaxgpp0FAc94f
0Y5RaP58jz6B9qwfv3uR2hMvhBBaUaDh06TkP2DxBO7CsfZHI8H2mQy1AShJVQUpL49SiA0p
1AHasxEFbr5BY8gFjOXQqYhqCt8SYb2ztVoXo/EBLIXdfuejDD2GoWfgZ68D6azvhujY0N9R
JPTdiBlMQgSyAzG0VRADutp+PwwdO9kGRQDPRyav8YhIz7A2ItJW70BR4HU3ftm/ayKGdSXa
ZA8iRtRoIe6EjnodhKKav4uie6ehzbYhitT17FFrIbPcdHs/Whvb2ri0ZLjsiwjQ322sdkIR
zmeXIZIRtwno6NwgdNb4H/a+M/PlkfD0JBJeptvzLdF4X4eI24Y2Fl9DhGBvRBhutH5MREf2
jm4wPqMM38fR2e3PoPl7GQV+OcSMqFSQUDEUHRsLKLPctkhAOwlF32+MLiuJpCOCvUIIe6Mz
/JehddKCUu6eEkI41cq6iXQSEmr+jtZRsLZ/CZwbQrithKlPQ+toGyScBBt70HnuicgK8Vef
k55AxP63wBgdiBEfgWjADSXjHlDSo4mIRtyDhO+lkDXwx/Z8ddIdEZ5c6GW0D5YE9g8h5Ix7
AIqSfwUFLFaPq/qatr8Hoz15HVpDHYjWTEZ76QFr91uItl2VqqAjhNAH7b+1rezmpDTHl6K9
caz1ZyE6teBHBfdGJyEWonX+bWCUCcUe3T8Y0aGLqE3z62MXQwjbIeHjF4XnDcHwPhLlanik
O+981KFHMfRM2vS7zf0CjF6kSzNeQYvoYaRptaKFdzM607woxjjDVvtfEFMaS+1iecfq2w1F
st5LrU++BjIJeEe0CaajzelJbRr5YXdBGuBz1v5jiIGshzbvqfbcJeAfIiIxPavjXuv/K1l7
WPuPIgLUx3Dr6irJDnRWf3XEfPtkRC8ggrY/siacTNIGKkiAONXw6UBHjTZGx5LeRRrGcUhQ
GYiY67LoWJoLaTnsa334lX1/Egk7n6CWoecwGQkcxxhuw0iXb/whGxs/R/x9RMgft/7uDFyM
jmX1RlrPBcg68320Vp5AxHlflI3tz6S1cyrK2vd1RDir7hNbH/PQ/LVbf/LYh2noGNpNyOLR
NN//h8HmpAMx5xFo/MvW1rZICLsAXS7ksCM6AjcCWb4OROv7e4hpXojW2mhkjcmzKWLWr3uQ
FW1NavNPYOW2QQz1bdLNdwPRXhiJmLhn5lsH0YgOJGhGJJgfhixoRxueF6CI+tOR8Iv9fx5a
+68ZnpMRPToX0dF3kQBwnLV5NFrTE9E+WhNZHMtOHGyEhI8bEV3qDrQjwfcQJNTM7rz4Rx96
XKY4A88aBlq0U9DkH47OtkbE9A4lSZHLoUXplzkEJPVWkObtv0Uk4f4OEfIv2t9I7fGlIgxG
jLAVLb6TgGXLAsqCAUlI8PpuM3xXQIvXU71i/V0Gme6cILh5sANZFfpm+N2PGLx/n42u2Szi
UNQE87//zjT+iDTmYehoTQ7tSHL3FLGBJFgtQqbJH6Gc4RERBk8320gLPRfNgQcVvkA6V51D
7rvfkVqiuDUiXFPcZZN9bkCa1GQr69n63I3jx6U60PoiK/sZ5FaYQu1czEcEfzAyrVcha/9e
0nE3SEx9E7R2qjkHQgj9QwjbhRC2CSGMsinL7xxfMYSwaT6P1UEJYasQwo4hhLElY0tWLhT+
rhNC2KpYXxfvhOLzAi519XT2PJTc395d/Bvh0AkE5MJrQ9apVQr1DEeKwHRkecvX0BVIGOxA
Wq2v7+loT/gRvZcRTSiLYWmzz9YhhOGOd7a3N6Q+ley+SKi8GOVScHgQret9SEm3JiFGei7J
5O8m9z8Am8aUbbED6G3fPS/CL5B770a0Zx9GtGQO6SKkO5FVdDRSRnxcsXpXR9r5QrRHayeg
di3k/WxHgskjKMfEYg89SkPPCH9xo85Al1l8G038VijL2B0kJuza6SZBGcHWRGbOp5F5NQ9O
ARH2MSjRxleQppin0ayCLcjZSGqegJjreOCwEML3yALYSojMBGRefoXk3y87sjIIbYofeV1Z
221I8s6PJflYTUJSdpURhuy0QCZYVH2HIcUNPJ5ZH1ZAGkEb0lb72fhdiqR6jylwBtUfJe54
yBjdvKw9zyR2M/Cq42B/I2Ly1Uxr9vtQG5c/FcbFx/OTiMk+nj0bbfg+BnUBifOQYOEX4kxG
BOsdK7coG5vHEQFcwr7vYXg+UiKMPITmcjwyQVbBxjJaOwOsrqHIMuDBiw5jkaXhVSRofBWt
wVvRLXU/QfPxNnBUCGEWcFCQKfQMRGynAD8NIZxgbf4EWYOGW50zrZ8H25h8EVkVtgxyP5wQ
QngOCbVbW7+WAgaFEP4GXB1C+CUwMIRwFWIaVQghLItMppWgRDIvoTPWJ6FYhmFYcGsIYRGy
bJyBLDdzbaxuBi4MIcxBQtvBaF9WDJfjQwiPFgVnX7dBZlu3Annwa8j+bor2ztWI2UygVpDd
Gq31y4CFhTUUkGZa3NNufclvYpxBObQghrgRcuGcYnW3IHfgskiI90DbPkgTh3QBUg4PIYFz
G7Q3t0Vr+smSsv9ELganjRVkoq8gK8BTWMBrYXw9TiBf+56PYWqhDb+EaaH1dU20XubmddhY
VmKM7aE+p8bfgJNCCKtg1ojF1RXVUzV0SGZsn9hbkWnpDhTgcggye3nZ5+3/p9FCvxURmNGI
mPvicn81yJf5JjLd72C/FROz5PAGylr1ExRoNwaZ1YvvOaO4k7TgJyHBoWK/hax8RBrca6Sg
trz/FbSR88j7XHPthRjHMVl9ef3d0WSWt3qeQkT1W2iz74EsB3m/lrL+TAUWlggxG1h99zdo
v2yz7oWEhukNym5h+OTm+81oELCTjdtySKBqtf7l4Hi5v9Hr6eyMcMBORIQQyq6ddWhHc3I8
Gq/vUWuxGYG0re8iIa6VNM5tiNHfioTY59G6mIWE2VHI9Hox0hr3ROv8Iivvl618HzGffkjr
Wxox0Mvs/60Mp8vQ2H8XuWRakEb2tpXvbX99vJwuHY0sFt9AVq81kbn2fsS8X0HzdaDhsTqy
UvUz/H+LGOq3re7PIreaC+73oDU9JB/YTAgN9uwMtA/GWX25YvA5pGn7NbDrU+uaWsne9bS9
xbVa3EPB6uguRGTqfhCtYb+Rri+iB/9A4+Q4tZLdV1DC2Lzfq6L1vBz1pvwcX6d5/tsySDje
F8UGlJm5izRwFBJgX8rqcryGoHn9I3JD9ULj4/R2Alr7Q4ElQggfL/QDq/dV5MJbrONKejJD
z7Xl4WghPYWCOw5BZs9dScz505gpOsb4KNJ2TkHEaF9gZVsoLSTG+B4iSrOR9DzJfq9ZUCWW
g4gi7F8g+ah+jPytfyX5hf+ApM/VUbS0E+wHqJWA3Qd1Bckvm+NQtsD9t2uQFnEt6ejeioi4
X4AsG7uXmCjL6gzWh4XI5HYPifh4jEALEmL+gd1KVtiAA5Em9HNSDv1BSHPbD5nZNyngMgFp
/EdRfy2pM8A+SCtdkOHe8Hia1d+BmNJsCtpCZi3A+pdfDFOWDyGHhYhwNbKgRbQ+d0FCoOdI
L8ZAnG9t72a43kgSxuZa+YX21/t6A2Jy/dG8j7Dn1yGNbh5a37ORhn6GvfdpxAQOR1rdDLT+
O2KMs0gurhnWL0/aMwvtuzz3uPul/T4A0Ho7Gfmcf0Yi2MHq/xlaD602Fm/aGLxDErQmIvOr
3yh4IVpP2+WDmzHztdElLn9AwvWx1mffs8sg2vEsEoifRUx/nay6SLKw1TCTEjeV/1+WP74R
uLZ7lfX7c/Z9BWQ29+DMfN13dl96Cynq3a13ZRnsynAHCdsHIIG7EUQ0tr9BJvmT0Xr7N7U3
74HM9i8iAfBG+21rUvrnh+ydo+zZBHSJUJ8Mt3akiA0C8qyJix30KJN7bh7GzMv224/QIoxo
8v1KyVXQGLUhAtGLZNoFEaKXkYTZyxZKO7XE+2VEFPZEBO8pb7ZwdKNoggIRT99MF1i9rSQt
ex5iYL8jMbUXSD5fr3ustf3zzAeW+5vKUl9C2lRtSPPZ1r6/iZhxL6vLj8L40Hg/lgo6VgYp
teWIrM1cO37SXt4fbdbfZHj6FbWDEMO4GhFrf78Vad7DEGHomyHjpsijEfMLhXXg4IQsh9uQ
8DAyhPB84dlgw+dhxAzvtrZGkjQNH7/VDbfX7fvrNg6VAi4BrbkRaA6r2k1Wzj+fsXZ/EGNc
FELwteG3dDnTWokkjC5FOmHRG2nowfp9S/beRvbeBeioXiVmWeIy82ZE99pj/T2e2mNRAZ2c
aCdZKPxmsY6oo0h+5OtkxPimIOFxOWrnI6KAv1zozYU2F6J9HR+O1sIILOofMZnnSXvN8aqh
g6ahjyAx8BcMv3uxIFMzG++JBIJDrd0l0TrakHThjPuv81iXIuRrMZDuOuiOJullnkRC1sfQ
utwVCVtzMQaeBahWqHWvFetz83dEe3xD4OzCGizi75/bUd+/hujFdSX98LiSX6M5Xxq5UT6O
1qRf2DQCrd2FaIyXsHdXQcLUC/b9V8gi80MkxO6PxvD0GKO76iLyz7fQuYXsIw2LraRSBhkz
C2gT97b/ByPzlF972dd+f4ZEGD0QyzWNPkhDGmXPfQP2o/asaUCE4I/2XluGSw59SQQhoKMq
q5Ck0qeRoPEAGQO1z0BkLRgB/DTGWDwrPgaYG2N8q/B7rjEOKPwWCs/7ku69no2IxalIM3Li
5e/1sXc2yHB8GY3hDjZGee7uGxHhOAhZJPxKz5XRRm8z/Dw69hZ7vi0yx76FCO7JyBR7a9b+
Aehqy7cMrxMQg/V14JaaaWgdDM768gTS8PI7zh1WQwTGTzBclrVZNBuubGN3k/12kZWdVBg3
bHwCutSlCLnQtxBpJc9mzztI8QU+tk+j2IyIgrcCWsMrk6w1C6Dq59wLEdFT0VrLr/EsChY5
9EGmUB/TvqQkQL7fIAXt5cJkBZmN70SXuuxiZYZndUbEqEZnbZbhAVpLZ1ofZiMLxRCSK8oh
UnKlrvWxHc3B0lZmPhJGhma4fAwxrp+jffBDJOxulNX7DJqXValVBhz6Ue+qeYREB7oCF2Tm
oXU1Clkxlkdz70w57/MCktUo73cF0ZwWtCffRa6QYSYwOj6+d9065tCG1tTNhsv+mFXS+52t
n1dJ9GQmKYp/jwzPr6Jxv9r6cjVyA4GsLT5v85Hg0g8Jyy0okM8Tbnl9A6kXLhYr6FEM3RbT
GqQF/l3SgtoTmX+OAX6KFsnFJPPU7vZ3OxSoczoSAgKSNJ9BRG07JAmuQCLAEWkG/8CSvuQb
25j7ZGTaOxIdM/ky8gFOK9RTfc3aXsFwDobTE9RCH0TQbikbErTwAzJVLZs92xkxjE+iRDf7
IXN53n5RS3IivKr9n/sSn7f3xyBf5vrIp/UgMsNui3yuo5HJ7EikIT2PiMaX7N3lkPZ1FCIY
U6ldx27VWB75VvugAJ8jEYFfxtorrv1/IWKY+1OnIIl/exsHXzcjkeBwPSlBz/NI4PosMic6
LIfWxLVIW+mDhAAPZMrndVl791rSyYkiLImYzRTq4wE8GCkixuNXps5DzGxFK7cusiLMIgUn
Ds0sTC1Iu10JEf2BIYQx2ZrNiTNIuJiJ1tkk68NX0Zx6/1+39zxwc2hWVztivI/Z909bfS3I
370pWi8nIEEq3wdlTM+FzmnImrUsspBMQSZxZ5bDEFO5p2Q/voXowE3IgnQ8Wof7WLHD0Dz5
OM5GpuGr0R74pLVxLWJyW6F9kRAPYUkkpOZCSkS0p7uMJxdIbkZWqE8iAckDQ3ONdC7KdeA0
J4deaO6mkZLM/NN+3ynDz+dxUyQsQooTcVP99Ugg3AeNRw4RWQ1z3/s7yA33DilgcSzpKNxf
EA27xspsRBL0VkFr/HhkTbgRKQJ54ptAUgQWW+hRJnczOT2LmAPo+s0YQjgKaRN5Brg2UpID
EIGdSiLAr9hvd8UYnwGwSNvzEMGY5W3a+++EEM6l3ifscG32/0ikAT/foLybonsh7fEh4K8W
DV6E3ugs5tVlQ4IYxCUkZuCE7S179ytICzwHi1ov1FHNSkVKLDMQbbANgGtiyvL0d2tvB/s8
jrTqBUjiXoiIrF9huQj5/Qciv+Q80pn/iAjP1JguoqjiFpRVzU10E0iWloti/aUrARGfBSjB
zflZfdcjgvtV5J9cYHj9FTtzbJrt3BDCcShA8UjEtIcjAeF24Dwbu3khhPlIuDgUuUtuQUFB
QxExci2kCAEJM70Qs/YuBEQ4FyDGNxEJLftanW5KPw/5H79g3w9H87ys4flP5MdchJinR8iv
hBjSeTYWFWQNGhQUPf4eIqDHIitLh717IRJ2+yONGZKbZuMQwtMoL0BAQuwWaI5vQILpL6y+
46xvD6HgM9DcLoncFpuSLBor29/tSUc1pyMmcK7heSha07ugALuniuva11QI4TdIuH0KWXv2
R3O2ErUxCQ4DEV39io3BA8BZKC7nWGBmCGGKjfdmiEE9b+8GG589rY5lQihPDmRzPg4Joash
erMQuBwJsHeQBLtlgP4hhFEoiNAFyskhhNdsTJdB2vGyKF7H98jjSKj5HJrHu62dL1hff0xi
qi0kgWkBUlBOtDLnhhDuRjRhCbQ3hiGm2wftrxa0ryJSaAYgl5aPjbtJ3kTrfw8r/2VEn+Yh
YfVEYEEW3NiClAc/PrrYQo/J5f5BICP2kHxQRY2gEgs3G4XC9YrdbKcM6upu9F6jdop1lxyb
qSnuxag3uXt/OrtkJA++qaZrLLRZFhAWinUXcKuxAnR3TAvRyqXvF55/HJl89ycRtPzdDRDz
ck2yDOcKIlRrIcJ3DzquVCzn9Y6wsosQU/IAqrpc3DZ2m5DuIXABs4KEQM/978xtRUSgA2Lc
05C/8QGSBuY+xV2RhvlTJFz0R0R/ecQwpiCCuTTJAvEEEhwczzGIofZClos2e395+95hOK2A
jr9NR9aswfb+IsS059j3aLjsgZjKP7Pfl0CCWkDavycb2YIUKOZa423IxDzfcFyJ5Ed+BpjR
2ZrK5tVdGhsgxnUfKXETdmRqO3Q6pgUx8mdsHS6BrDcr2bM2JMTfSe1eG4gEh7tRVP+vS9aB
r59P2mcREn5eR/M2Cglm2FhPRuviQmTOx/qzAxL+sL7NR4rErAwnZ4g7I6Y4DAlK1yAl4W0r
tzVaGytav/z42bbZePzAxmANa/9JxPQ/jyw5l5MsjCfY31uQgOdj0AtZJNvQPJ+J3Hm5q5DC
92FIgD4CKWLdoiEfRWgy9E6gyFScKJcwmyKTqGr63V04JYFadfU2wK3b5YrMuEFwWBlTr/5t
xNBLGKdDGQPNg/CqOHTC0LF3YqP2S/ApnkXNESprx/s4GTHN40mEra76DP9GeamLglRnwkpx
rL3aMoZeKgwVu1jyG4gAjkZErXhEcQgi2Nd646E2GtjN8XVrxgQ3F+b8WUtWxs3s/r0zk7mP
QW9SUqcikfb3yr4XfwfqcoHXlekGQ/d3PANgGTRqH9J49EGCUd1eJ41RPrZ11+oWFY1CHzs7
QVG21vzjke3F94treaiVeTN7DrXWzfxvDr7vy4T1/PfinJcx6TKlo+xI8Ah0vPKfaG13QPcU
rY8i9CiG7ou9gaZdCgUtr2ywajTRop+x7J1OmG9xU3T6XsguFumCoVe1SccvZ0IFvKsbo4QI
dnWvd02ZYluFsg7FjdgZ0a7DuwyXvJ0iISzDpWQ9rIEiaOfQBXSX6ZYIU12uxTJrSk7gy/52
1WZhTsnrbNCfUBzzULBAdWcuyvqRfy+rK8ilVBONXbZuG41To/Y/bGJehkvZfHX1e9k8lPWn
bL676u/7nKPq2nw/9TXqZyO8C89q2iwbm0b1Fn8vrO+d7OcrPshYfNSgpzF0l0Rdw8oZRpk2
F2LKPAT1hJrsnVyDyZ/l9Tvz6hVjXFiCW2dCRixujgbtlN0/XiqQFMrljKhMkq8S8EYIhvrz
nXXvFASEzrTNosZSKrF3RsiK5brayN2ZgyLuJYQl10zTi41N7kUNq6FFpTsQai0T3RmfhmWa
8MEhfAArXRM+XCgTXP+3cPlvQY8JissI2G4oFWU78tccjtb+1EUAABK4SURBVBjH9vZsLvJH
Xgs8E0K4FRHIM5G5MpLMrS3Ix/M75FsdhXxZHSgQxP2UoAjXY5CP7JoQwrnRzvYWCPxuKFhm
eft+JelShSpkmtKayFTaH5nyLg4hvJst3oHIR+Xn4zdF0fBTQwhfo5ZhLkJ+TT8qNxT5Vv25
R/U2gt7IJzoeaVZXokjbXMsajgJa1rA6n0e+uIo92x6ty+tQUNH8rK+rIB+pJ6C5iK616CHA
uKAguRBCeDXGeFkn5YvCgzPIpQzvocgH/Qbl0ch+Hnk9G4+Hrexc6qHV+jwAWCOEcJf1ucbs
+j7B3+uHMmeVWT5i1k4jy1MTPiBkisNiHVH9EYCiSX6xPX/u0GM09IK0dgUitnui6NetEWM/
CAU8rYoSkTxMykq1t308OKeCIleHo0jL31u5nUlXfu6LGI4P8g4oUcnB6Fx40eS0JApaepV0
5OR+FGldpg2ujqJ2/05KqTodOC7G+I6V2cXw8bO0z6HAr4kkYSZn6ndanauiI0PzEUPaCHgz
xvilTsZ4W6vb8VxodbyQmcKOR8zONZgn0NGXDVDQygC08TpQcNcpVs8W6BjaY4hZrYWOvB3Z
yDRo/fkuiqD2PAEvxRj3LynvPuDRKGnLOfZoSTRnayIz/KP2/G10/nhu1rcRSCBZBwVbPY7W
w0zsKGQmnAxHKSuXsjHoQBHqt6No7HkfRKPINPQtUXCVE7FeSOC7Hwlcz6LkPa8XLQGNLBmd
mUy7gdf7NtE2KpdbWxqZZsvKdhfXDwNCCDsg+vEC9Azt8P8a9EQNnRhjj/mQklgciM6E+2UZ
eyKmuTwpF/o4pGF6kpllkdb4ZfveF2m7VyNi7ab8LVAE6JWIefXNnu0EnNYJbp9DR2r8oo3Q
RX+OQ4KEJ0PZDWnXE6y+/kjY2BJFeg5CzLCCGPY6pGQqg5FA8G1SgoeLkSBQsbqvwvIhF3FD
loDjre3BVvf1KELaNZYVUOTveBv7Jey9XsjKsaP9NtbwvhZpxK0oacfPkGbeauN0FYqqDehE
QI5PQMz490gY8T4OKikXrN51UCTwOPutFR2B+Q3puFZAQseJiKH7Ub9eSPg4C8sCZ78PRqlZ
j8vGfig6AnYEKQlRBUUJ/w4Jk/3+B2vc1+Eaht8YG8997NkShvsKWflK4f9Q+BSfdfW3s0+l
8Cl9P5uf4rMW6vFq1I6XrxR+z+uo22dd9LuKdyfzMAYJ9EOKeP9v08HmZ/H9FH2eiy0UTI8D
C49nIk3mAKQ5RXSE50TS+WVnskNI13BuijbrzSQzbSs6fnEzYiT5ZQ6dSYiDEcPfCh3Z+Hgn
Zb0/K6KjKnOs/ReRpre1FdvF8N0FnU3tQ4ocnoaOsLxr7/dGWvvl9nwYYkB+rOUtdIbV86+H
ggT8HnIpPGh1Pk5tVDRIYFmSlMxmDtIaeyMt9Wb77WlkdfAzy+323nJIQOhAEej/QhaJRmbj
vdBcr2V9n0N5fnbH8bPIAvO0/T4eMfcbSClTQVYLZ9y72bsTSELg61nZd5EbZhya34COfQ1H
R8FmZPi/iaxHm1LIL/4+wC0tDwNPxhjfJSWW8X7OQUmL/LpOZ07Fkwch+55DPt6dme1d0Mpj
D/ydzmJXyN4hw8vLdpQ8y9usq66AXyT5tmvKB4MG9Xj9XcaToL04BKWV9ixrdUcRm9CEDxN6
jA89xmoeYxCjzf0pdyLGMB5twPNR8gXPKezm1HZkvm1DTGIoYow3kY7mLEIE83yrb3/EDD3z
V92RFyMgC5G2vw7SnI5APtvfddKfVqTVDbI2p5KyNYEYxANI4x2LhIQjY4xvFqxRASVkeJ2U
fex2JBgchASHzyAm0B2/a2+UeGI6KXd2QEytgjTFHZF74TYkHPklH45YH9KVrcHw2Q9purcY
bod2gcdYa29ndF73AmQ9KYPVUezEaVmba1n9N2ftOEOZTsqdDSl5zZRC2Whj8LaVuQQJAW2k
9ZWP6QNW70R0q98HhbehJiNhL2pT0k6z376JYj+eDCFshCxKJ9nzViTkfMbwvQXFLbSjhDCj
0bq9CglcWyDh4UY0dvug5DMvoCyBj6DxWsfwuw7N0fpW//VI8CRbnzEoYdPfkMtqEHK7PIRi
I8YiIWotq3suEopWRVnD2lCWsZWRdWkBStO7TNDNXIuAa819tRK16+klJDQORHt5B3Rh0AN0
vu4cLiFZpO7p5jtNaMIHhh6joYOJ5JKQ3QTmUvYCdFbxdmRa97Sjfn1lQBpnQITuYaSxLUSB
WhOtrnaST3ohCoybh9JEDsRyJJf5dmKMc2OMF8QYD0VZpp4EPhVCGBVCqNgnQI0W8TIy2a5k
VY2ndk6vR37yryDNeQzwZfOz5jhE5CO+jcRcHkWEuTdiQK8j4lZj1nTcsrpaEaPeERH5Fa1/
HTHGfVFGqFPs/UOQFlN2fnQtJOC8YzhdheIEhiA/9VSUPMPTy/qw5PgcjFwkJ9l8fBMJQDl4
uysDM6Py3btGt7aN5/yYoCNbRx1ojfRDTCpg97aXlK0gU30/tGZCKpbKIivIXMO3IWRrohJC
GBhC+LqtifWRqRfHg2Tu7ZO1AxJsd7K/E9A+WN7GrRcSXvdFQs4PkZC2h/VlFBKw5huuQ5Hr
ajXEJA9FwpNbMr5reIxBjH6U4bAIZW7cCQldy1t9X0HBoTMMP2zcPm9jOBLtrwNJKW6/jAQE
7L0vWB9AFpEvor3SjuZpF7S2PWDqKyjt7AxkWTkYrYu/IWH0arSXV0YZ6iZm+3P/EEJLtjdB
NOIelNegGSDXhP849CiG3gXMRqbuI5AEvi4iAK45fdz+3osY3zFIq1yILghZLmMkHtU9DRGB
vkjz70f3rCJzSP73bazdPYBzgtLH7mJ4XUm6OvAsRERbSGZ1J9xvkYL83E0AiZn5HcZ5hq6A
COVdiJkvbzg4c9oPMdYdEXH199qQMPQTxJy+WGD4byFB4Wgrv0MBV5CA9Bryfzv0Qyb3vyPi
uxHKQBWRu2J7pDVuBvQ3phURYb7Txug1lJO/CNHeq2TEGOtz8ShiDh1o7EbYGHS2nyKyvAyn
82hbH4fWouBXUi4iIeG3yC8+DDGlYj5/EIPO8QvImnATshR8h8SE1yW5OFwbHozmdjTp2thF
JFfEE8gNcrc9vxDN1UP23N0Y95OytEXEKD03/Ux0idG9VvZOtNfOt+8voP0zA63jcxATn4bW
6CLg5UyI6UCCbCCljHVhdHUkjD2F9n6H4XSZ4XIN0sbbUADh+aTb6dYjBVCehhh8fyT8+KVP
ZGtwc+tz0U3VhCZ8qNBk6IJ9SUT7EaSNLELMxm8kcl+63xAUkfT9EtK+B2S/56knz0cmv7Eo
Sn4BUBeBWYCINAg3kwbEON5Fvuq1rcztSNs5FxHCR5F2dzW1PlDH/24kJEzIfg9IO3+PdIUm
iDkORVrQ1xAj/izSkNdHDPQbSOjZL3svIoJ7B9Lo16V+nUVESN+wtsneXwoJLKeSMlcF5A9/
FvmjD7Bn+6L52cZwPBxpUJNC/Zn4lxFDX6sEF9D8tWUaNdTfK1+ECrKkPI8YV6MrKUFC1uMk
U30jqN7o1YW/NSBt82S0Ru5DY9aGpYQtvO/BjQ4xprvg38me/cXqWwsJiecg4fUAtHZc0/QU
tbsgt8xBaG1ENDeXW7kD0Np9Mmvbj3StieIqfK3eiuboDTSmLkx5WldfI/ugQM9rka96vtXX
Fxhh5vP86mMfB78udXmrw+MzfI4rpOOFAZnuZyLhZF/7uDUG6+MMpAj8BZn5f+3t2R6/Hu3j
CTReR01owocCPYqhlwS8+PdNSMFwHmjTi9rN/ixJc/X3P0XyrbvWVbE6cr/oeaS82w0ZeQG/
DvvcbmbSU4FDYowHAT/K6n+LdIxuY6SJPJ+1Tfa3AxHie6klLp+w3+Zlv0/Mni9CNzS12Vjd
hTS6byGt7mzqiVUk+Yir5mHvalb+tuydFRFDPo1kcnbG83HDD0TE/4zmbHlEWA9GJvVvI+0q
xycP7srbywObKkCHm+3tN48n2Nh/y8z6KyKN+G5r6zXk95/o5bLyqyGmdrvVdykayy2sTO5S
GYm0vefoHLzNOTYOr9nvC63uSmE9BetfJYSQB8C5wOhr3c/4tyPf+enI130IaU68vjb73ICE
2wXUru+Aju/NRBYQh3akIR9ACjx110lETNVzhOdr2DX7MUg7HlMYj3a0hvx2vKKA5a6Co6xf
c9E+9/UYSSlaff+BhBaQ0DyfFKPSjoTgIUiofwUJZH4rn8/nAmSZaGrnTfiPQo9h6BlhG0jS
tv24V1+k3WwNjAkhfAJt6stIm3cf0iUWX0ZHqL6BiPjFpMsQVgMmhBD8fnEQYfgFIlJrlWle
IYSNEYEbbfjsjhhX9QpAfy97P2e+R1nZk+z3IYjhbmZ9HIA07Iuo9YMPQb7366mPah5IugAj
Ii3PzfLTgGkxxn/HGF+xMpsgBuvCxhFIEFiEmNQYpOGAzM9LIQ0HZLY8DmmdS1nZrwN7GzNd
gDQgv2zEAxAXIUbzbIzR8Wmzdla0vxEx35FZez7uPg6PoLnM746+HAlHmwF9CgLJxxFD8Ms5
LkZa6Hg0fy1BqUt7oZML75DMvw+htbSJrZOcmeyK5tE13M5gLmKIr6A1eaKN37HUC49Fi00O
fUhjOhBZgh5AZu1IMlc7o4dkPbkKmdvvIlmvvK0I/D9kDl/VxsatAuMRg3yeFHfiOEDKRZDj
799PRub3H5AudvE1ci/ay2dRezc8aJ2MQwKVx8TkbbSiMc3HaV8UbHcxSaDwNbKcPT8ara+t
rO75Wf/Xo9aq14Qm/Megp0W5BxT5eh/aXBshpnk5Iv7jSebsK5APzcHvPY7IX/ky0jxuJ91u
9TGkLS2HGOGUrO03UcS6a0jVzW149UeaxYaIab4CHB5jLDXP2ju9UFDQ5sjU57cSOUHdBGkq
n0XE7CZEgKvDYmVepl4jvMbG42gkrAyzctXboQqCSX+kIS+BTKQVpJXcYs83QtrzfVbHzoj4
TUWM4ngkXLShoDm/KesAw/Ny+/8UxJSXQ1rhc5QzqpWRH/8BG5edkDZ9e0lZd59sgebPmf4c
xCR/a/hdjwj+ioh4H086NveOlT3X2r7Ufl8ZCVzHoDUUY4zPhhB+gVwE37F3lrYxWhEJQp5Y
qA4KVqY5yOWxH/JTfxldMJOvg4k2nn4s8fWsnohM/CNJgsEVSPh0S9Xe1o8OZAX6F0k7Xtrq
GEsKVmtFwtntiMn2R/P6hj3vIGn1/dA8Vy1kVmYl5J93HAPSrt2l9WckuOyD8gQMM1xdAHef
uN/FPcqeT8USNVm7wxDj97aX8WEmaf3tSLgZjNbo20gg/STaJ8+g/fdrZC3L16O7oMr2TBOa
8KFCj2HoUDWl3xhCuClj8JBpQ77hQv1FFr/MnzsUmPNjIYSngN4xxrn+PDNxljETZ/g3Iy3H
CUlZWtHiO21IEzkzxjjPcTW830TMeD3EyGbGGN1knfvw/wHclD+zdu8PIfwQCSl+FO82Gp+l
fQ8xqA1RINULPgbW3q3IStAHEcZTSBnk2tH4emrde0i3OTleVyKz8jIkInk/jYnk48iKMhQJ
Gb8F/h0L19Fm62CqvbMdciH4OL6NhKYtUEzFO4ihfT0bM69jFvLlfxxp2u8gjXE/0hE8H/vb
kEY/GcUptCEf8veB6Z0RfsO5+P/Z9s5bIYSzst9HI8vKPSTf8WlZCEc70p5PRXP8DFpTIP/5
0iiL3yWIXixLEmxfI90/7tabMaS71w8jmfCPQgLNzqTb3jzA7E1klfG1vxSyAK2LTPOP2+8j
kaDzHhIy70bxHCtbuZcQgwatkxmkEyBj7ftCw2dtJJz1RlaJTZHAOg6qdzgE6/cKKIL/PjRv
qyNh9/ysH/sbXlArHKxPspo1oQn/UegxqV+b0ISuIIQwBgU4nQfcWGJFqQpMndSRuy0CXSQT
KZYvChz/U7D63YxdjREJtUf7+iIzdp0WGbq+jtPrbfR/FUzIcB91V++UPaPwW+77LsXN+1ro
c7EeL1c6x4X3cvwaatxW13eQVeC0GOOCsnJNaMKHCT3Gh96EJnQFMcYX0FHETUoev5+Appqy
GdPutHk+5LPKGYPKmV4eKAdyXYxGZvFGjNHpRCX7v6xPxdiOMtdSDS4kploMYmzIpEv6VHxe
xScPTmxQp+OWCz1lAZ7+N2f6nWlDeyOL1OlNZt6E/xY0NfQmNKEAmeuiyIwo/t7o3SJ0450P
3cdahkvB1VRBR7/mI/fE7bH+mte6ccjdUnSuvZc+y94PZeWKzx2nYn8KfSnFoeA2q3tW7GsR
h5LnVXy7mNNxyG3Q1vSbN+G/BU2G3oQm9EDImOlIxKBm2t9m4FYTmvARhSZDb0ITeiA00q6b
zLwJTfjoQtOH3oQmNKHqF+6mv78JTWjC/0H4/wKEr/q/O8XLAAAAAElFTkSuQmCC</binary>
 <binary id="i_003.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEBLAEsAAD/2wBDAAYEBQYFBAYGBQYHBwYIChAKCgkJChQODwwQFxQY
GBcUFhYaHSUfGhsjHBYWICwgIyYnKSopGR8tMC0oMCUoKSj/2wBDAQcHBwoIChMKChMoGhYa
KCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCgoKCj/wgAR
CAJYAX4DASIAAhEBAxEB/8QAHAAAAQUBAQEAAAAAAAAAAAAABAECAwUGAAcI/8QAGQEAAwEB
AQAAAAAAAAAAAAAAAAECAwQF/9oADAMBAAIQAxAAAAHJe1+Le0eLtI6NPPuXmcJ/R8D+j5j1
iUJej4U3RcyVYeZN0KBOsChOkCsm6JETpCrJei5EvR80nJw+R3MijK4BFJ5oNDuCuZZtCrZb
83Xnsajxv2nxr2ToSq0bgsvqF2ivEpUFed3ZtF7mLycCqignKgIvczu7g7l4O5FBeTgcnILl
Tg5UUEVOBeaoKreBU5AXmvBq9wQsc2jyP2DyL13qSjkj8VguDm6IQmEYLaWjIl20VRwWRAYQ
rp2dezRtqnyWMVGlrRLmpQ0MdE5O+7PoGhdnYmajs8IGr7LKGoXMWcForFzpyJwcqcCpyiRe
5ipyIib3M8p9Z8p9V6k+AVOaqd1zHtMI9jJLrY79EUT7twZ/r9BVg96wKR1x1FM62eikOKmR
nprYeyv6yYImntWw6zrOGkEtmqdWy2YwOI9gQSFukqJTH0BzulkBaajHGRSZMdycHl/qvlfq
nSqyO3DwqGSsE1m8aBwXc9OJD0qZWwC1WvqhalM+xmk6qjkum5xKNKmYNC4dnxKNZ2VJRoey
UrNQmVJRoezUQapM7yNF2WlZpezsyd2uYIFoOzl/LlRrofdyBAvcHmPqXlvp/TMg0buagelZ
qmva8BJ5Jmo5BTkRQmQohiIbakYVFIOsZVEbSZEVrTFYDHaBsSd0yYkkRAN7lTgkDKaIfDJD
Y2KWlEQG1hEkkCJlGiC3kEMycLJIw819Q8x9P3KeWzDxYTHw6yeJKIDJo1saax8gyMlpJIzk
DlzjhMO54Vp3Mohv618B1WyUdeaWLSEkdbofPSpnV0tIiLtARgtlqHMtupRw0XV9ajQ9nnsv
+rzYfMVqPOPTvMPUOieHi7mqAqvs7VfwzNFbdW8mctUS0cwIpHOQNlg4WZEi1kjRjKzqLh1X
yLISQVOwgEiZYzVsqCooY2Fxy1YXDK+YDYBoQs31pSIJxX0K8G1DrSqtMaRkkcHmnqPlvqXT
OXm0ImTrLKr6kLKS+wAmaxko5tAkvLH3TQziadWs9JetRRiaZaMbPrkZlmaxEZeDX8FKJo2y
872gbRRWZrZfOY7NqjGtzLFyJlhek5zVE5F5CLyB0UrGeYeoeX+o9Mo1y8djMMWgPi1ZA9yD
ejeQ9WKJ3N5pe5wIjuYjV5nKnA5E4GxvUcLnxgvRNbesDm38xBq6J4SuiVKR0TkPfC9J/NVC
xywOfM/TPMvSOpShQPwoCQ6a5p3SG0RQGLLr5C2tRlIyToXFNRRlQpi2gBTQ7CGUkgsHy62U
zh00hSXUCTNQJGQ22yRqpwvRrXSxkpyjzskSZkqFHJEFaTjTZOWPkS8z9D889B6pqyi241Cg
kdxYOqz05efGnAXVR3Nk+B8hbYwBWqVdkA6DssthBpkWRmYlmtL0UuDhjlGuio2MCIeWLS2E
RSjVroU+kjna57OgeqKCuimQrm8pkaii8z3uB3XUiGRpz0sTuqYpEY1YU56AMw9jQx3PkhjV
lBMr+hhENc5bPA0fPDS2ao4wWsLHRUcDqvUsFri3SqNG2c6BJRE9OQ1YdC+DiKrmrM6jsIo1
RyMzk5oeb7nDbzqmqWKeU2PoWElGdldHJcLSpUvXCpo9A+VWD3rpM8zSo5qG2yFUMWjZRVga
prMq7TxVVE+6SXDR6OJPP9ex6OgItWjrZbaWZzE5NpU1C3TsynG0qozMl85schXZNrZIkee7
jB7XrUwUrsKGhWLVWCMETsWwCCtOq52raQNcg5KhXNv1UgrdlXMnZNEaMsykga08NAU852uE
Wpg0aunJVg6F1NRq3f8AU6ycZTk64Xjc+TltdHZQqS/fn0laHqi3zfRzjp+c7DG67ukOGeSQ
Zhkg68omwgp4b1E8+uiRqnW6Igzst/ynOuvh26ex6NtjiUQApdgTQWNi6Zp5CSaKYbURJZ4T
UhVpmpun3IQTgbyW2q7FItho/PuBJIbQ2KzdjDS1kycQp4ZXm2sy2u75HfOuGwks6hFPyynq
xqc8KtFLLAozmwLKkHlgbj5G6VIjeCUwIiEcQDYYYwxFsJVWQ1MtZbVb0HoNxkehVqInbyuk
iVO5Qay5usXUUWlwGsmHwhehIY8AkEfn+xyWx7aiFkAgiJin0cbZHJMVzWPjkemLJKHUlSc+
KY9zUC891DGq5tZY1TnsQEyRyBTGYzlWtTQeeszc5o8neYfKnZlzZYgsrStsOfc/Q5S85dDh
Q0hNkFdWpIcwwYbdef7Ls5ZICI8LAdbiVQUVyDUCvVmklRQRJSpxYFiXMWOtV1i+nXvs4Jqq
baJVBR2XIhODsI2iVrVEroWJpMKQ2Tnbii0xh6SHp5u5Uat7YC259K9zhs+o9g7opitjdlCk
Bk4vXZPR9vm2kIcXPZXRWgwxLahtTdbCMFhnipTFwzZ0bIOzNlvDnTsRiqzPZrLQC7jcxabS
oFVE8QXlnUNIgu41WGiCrJE6MHI3tMXIvIvbejvsbDEmdG3Mda4XUHWHZ5VdTfZ7XXM6HG2v
o+eQ9SoJb0Q/j6Ox9xnOnDSOztm6kB1QedAPkiZJNUWYExVlVcaKCpfS1suK1vPsOj2rpVV5
WaZUWOWQrJwq0aHNBqDMLXSBWkwOZIjok+MBMjU84InPnEvs3f5hApFdjk/N6LP7dOW0VXpO
zkooNPNDxxt0PpFbWvbvDrCuuJpTgl59CJKgxoSyrix1SGxa5lhzxxa3FdcZ6hdINO5UtbIB
0opMkQpIDp3PjolWeGbFlHs7xiiMpmi0rji32dEQo7RZu7hXQdiNzc4NBp81p1Z/VZ7R9PKS
RXRYaSvFIqca+d/djFdV1pldkG+DC5IuSwWaTmoBShbiaWIqNUOgnz0P6wI5Jwh91leuLIl0
UdKj82tYRiVonbGbDp6y+bvgkmYm0mwlhqBXo5Q+Wkl1n7BRuBCB+XlIyGzzFXndNlNLumyg
RosKa5pRiFhGazOSQ7HYRhwRaGVliaCuMFIHhMbrhFKjEEGizZa2ViM3lgnFXcfSU1hQ6bSo
Xnpz9FY45rdTOYPbkGI6ss1W2FN3c+6zIjpqzIhdjtz42uNmRjy+U22bPrznydzT6XcBcTFl
oRWWQbVWV1jYa+Mjn3Dhth06+Qkaqs2iE55wg6AG5pnwP6JhNjt1C1xA0uEmaedM/bVo2mW0
lq7ThHdSQ3VoKGmmxYZAFXjq3dWvo8Xm93q2ToBHsK/neWiuc/pcpNYS6tbPMWmJHa56yMJZ
YCZZINjBns4mFYZD4+mJ3AWsqGO0qyYp5A9HLAyJ6NDsoK0r7ARNuYmvGdQ46urGWpVfoYKj
R51FFkshWPXHHY1cgdFqsz15z6PzjQ74elQYIYz2lFklNNTkQRtY0zhjsughr25bxafK6PPm
kjJEx1sxhxRXqCk5ULY0TNcbkQMt0UIx7zIDEhtWNXOHdW07Ice2GB97pz4wAug7uM00TYRV
bNHBh0XmZvqVZ7wfK7vlqurbrPvpMzRtd1455JwfQ8zQS091l0X1ZfjYa42r2mL6ecnTZkqb
v2Qw83dDpM1fLkOrFZI9sB7dutSuOtnW2g2uSDjDBbH0l5jVeKhVOB9e61dACuWuh0NbYcmf
nmc1eZ9XH0MjEbXi3iotRTS6QE+Huygvs/JE2o4kkdda2mj7/N12Q3YOd57RUS1Hp0ecFw3h
zBQ3TzzTMtk5uCLw6gLOquq59CFpw8boa48Ec8T4lezoK6wvMWJZJqK7q3yO6JY0LLouHaH5
mv0zI0+P0TOzWmx2k9vPOtEGnOzdjwdbKbU1Gk0kaV/fxXMFaSgasldvicfRzKimaXNxdsAl
unVUO5xjkixry1XNdy1lgknnIqsLmmriM0AQhdP6RNYmYqjVJb1zGHC6bPQKyC6Hnjo9QVV5
fZ0yYtlRdpPVBcXVxxRqypvbzIWvL3aiEALm3hC0+a6uUWeMbp5pRro6Xn9ZU201tcAuWuLE
yv0MaLmNpRBXQbjIsY9zI1i1dPfzkVrMhoM35uXLabTkTtFjR3JENvlqENHEiSMeRq6hqp07
O5Ag5esao6Hr5Iw5ROrmJjncSBPHIw9sUcaW/VWj5uuOWru4rO1iG9vBDc1wgXoYLGo7S5uo
uqly/o9GDYAYzSYuUVI1kb1cp9EepOOoreKt7bO5lx6HLRbJgGY2WCdEQm3PJ2ZesvM/tzS2
yRtafJ0jUtBZZfTFU7DhKiwqDgxiQGg6Q0mF1STZ0rc9b2nHHaNkIMc1YpkNJNHU+hReWGKF
ap5zKi4YjeEqTQKkKHmVo+AtJZ6hXNkPGYg1wcud70jOnSYrYZsSrtw9HR5g/DE6QLX6U6lS
utgMNhOJCpaKoerQIBgdyCjo98LmEAtA5wf0I34VeevpF+LRe3KHjtd7lwvn0f6KS58NsfYV
m/EKn6FQXgAXqfmgmSwTrWGwrbRTLWkTxdkQGbm7XzrSE6RW+gdTazXYr0LK5VNeYvVS6UuO
52igsKXS5XJRXNQhNNfSxeFC0JyeTBs67XNo4Hb53YkfJv8AoL57+hKitqCBE49NnbADqycY
LCot6QDII7oSCRljo/M/TfMpcEsE7ubWYCwrKSYG7y0lthRubegu6I7q57eHL6UNv5/7H4rF
2cEdvjrMAQfeWLmRljNLQkjuz8tpMzPqCjo63pjWUEMpO+NYxJaib6A+fPoJPG11jXgtrV2g
SgWFcFzltRlgXT5bVhR2dbYgN5h6f5lLEnbNVMvI3wlLpSZd1mTquWbAK3SVWWYNfkamRqa3
z1pO2lriKHIhgc3owsVnu+fdtwDnpYJVbcdGNhWdydgYBTjsqiOSoZ7b4t6rU8wtoQHNNGJX
WKgPAeMEkrYhPAMlCj8v9A88B0sJRYEkkymIyZk0OIVDUiL0Wk2PBLIfWH9ND2NZYlXkoRXJ
0ZW1LterlswsnVTXpOVo1VLdVZemb32C56E9UaJmbhgEJOawnbO2EglTuqgIBFle1ZE0JT6o
UKETQ0dxC6dQuKC5BnSEgOZk0PcJwvc0+buASPuaVe5ind0uCDuFMV3JxDdzE7uETP3J8P3B
oKruRGZ3KhIO4FuO5yJW91yOZ3DudB3Z1TR9zTBe4Bhu5ksvcOMPuZ//xAAxEAACAgIBAgUD
BAIDAAMBAAABAgADBBESEyEFEBQiMQYjMiAzNEEwQhUkNUBEUEP/2gAIAQEAAQUC8B/9QGcp
ynOcpynOc5znOc5znOcpznOc5znKcpznKcpynKcpynKcpym9zjXNJONcNdJnQonpsaelxZ6X
Fhw8Qz0WHPQ4UPh+DP8AjsCf8fgiDHx6yy1GeAf+p/i1/wDht8udT6f/APT/APwd9/8AG/5N
Pp3v4n5ZJ44/qHW5swlnymFjZjJ/83+/8Lfm0+mv/R8ryFo5VWxhi8RVilk9OwW2kRraxOok
66cr8gUnqptra1nUTkWXXNePUSJejLzXZYTkJZYtc5TYmx5b8tzf+c/k0+mP/Q8r06lPpC0r
xGQtjvtMWx1OJcV9M6WDDsATCcNfS9hsxbGl1FsOPa4ND+lrrdMX010ONbw9JcTZjWxcWzq5
1Z6ox3i4j9P07C0Y1u8yi12etw/p7t1U3dT0zdLDBRP8hPvM+l/5w8r2CUo61z1N3Ci+wu11
inqWRch56t+K5FtlyZFvJMm1YALMjNbjkNlWCwZVhZMq3ZzGLPmHpYTl6zl2pBkW6TLsKplX
OlLc6TlWiers5+ptLLl2T1pUrk2kDNfa5bRs4iY2QbMizL6dpzytLZ2kbN4zGyDabM0JeM4b
pyEtEf8AOfS38yHLUSzIr402pa65akDKQyq5LIygqEUKa0M4icFMZFM0NtWrHpJs01tGqRhw
SCmoKAJ00hxaTK8equHEp3TStK249diemqleJVW3Qq5NUjMaa+PpqtHFpMTEqSJUiE1ISMan
Rx6jFoXlTSlUbGqaemrBrUIsf859K/y4cRSGoAlKJUy4yqUxQhbEUnmqebMFHVQ1o62LNg/r
EJA/+O/5T6U/leWUCcdubtxbi9dm1W3qZSs14VzGXIEqG2C8MXhYVNl0xGCvlE9XELm0tdxd
7eNtmRx8Qe0Sy1uRZi3qLAENsGRdxfJZBblWGUOzZl+Uy3PlOKnyLttdZ07cu7VmVaBdl8oL
LV8POZax61u2ybNcl/S/yJ9K/wAnyyWK09R67fVbNeWztkWOlzZjcGzCsuy+KZOR0Jc7GmjI
4uuZyleWrzJvNVPqCgXM5CvJQsuZyHWsY5eQ9d3qH4C1qLFzbNvk2K2Hc1qpl1GLlK5peq42
PWttV1VZXLqZb7q6QtivYb6hPUpPUUkC6p6gmNa/WoDeqqA9VVK3FiR/yn0r/JgvqML1WQpj
RvTNbVVTtHqtIqxhOjQQ+NQ0eut4RVDRSWFNAIox1HCvQxq9rh8U9NUCuPXySpUl9SPZ6Uat
xksfhQbRioDRV0l9BXxrxghpxxTLcfm4wWM9GkyMZbzXTxtbEHIYwhxXDf8AHrK6eFtmLzHp
n5jB70UCpY/zPpT+RLcVnlVDK749jBcRxMShqQcV9+hs4NjXCx8Kxjk0PYpxrOApbqCh+NuM
0bFu40VWU25Fbvk5QLZFaMuP6XihxrjHFm0FvJ0t6Zxrdem+4qZK1dG7qh9/59x/mfSn7/ll
NwoxuYx+rbx6zDHGTZ1PUWBUyLXa621MZ3sNtGUyY4yrOJyLVj5lggutND5diFsuyuws11Xq
LEL5rrBe1xTfpqrrRFybS1V7NamY7Q57cL3Ndfq3iZ3K9ct2BzT08S02o2W4b1fdcvajKNmL
dk2cvf0EyXEXKY2rbYkrt6l0fy+lP3vLIs6VQy029qqTfQydXHWI9Vpd6qn61Fs9TTLDRU94
xt8cWuzrYzKLcfXKg1V+nYdSgI3ppvFWK1HL7NlZ6FSK+NXb9mpuOKG6eLomlVVMew/9Thwx
qZwo5L0AzV1MB0OK49Ai1UKtlKOTbU1Va1qf+utZ6ZOMatiOO0+k/wCRPU1EO1VyOKmZqgZR
XQBkUJSBTW9156sSrnRdSjP6ZDLKFvuuxjZkVYlvSGIfTHG/6pxumyYirPTCzHsrtVVxArLh
uJZUWX0h02HYyvTe5bBOkxWW701oc4trVW0swtxnUNjWM+KLRc+NaQ+NZVU2LZYMaixY9Fr1
Cu5WNdpNdTcsdLOcPxPpP+TEqsIspsWx6rHoW7WNvtat1iPXY0f7lz9RLtzVldVNbJjc72If
J418ntxrT1M16+tj2kNxZVr6YHHkgtboXaZ7eNgzLWRzc6yrJdouRa0S61qce0cAeX+ZvL6T
/leWW5rpsyilT5DktzW/nYCr3cscsyebKGUDXmRuBRyVQi/rM7TQmhNDz3N+YPlv9O4fifSf
8ryZQw6Ne/T18UoRYaE6nARfaN/49zf6D/i33/Tv9B+J9Kfyf/hdh5a/wHyYxT5b8v7m/Lc3
+k/jPpb9/flmPwoW2yl1vt0Mq4ocyzaXscb1VnEZdwVsm3kci1Tg3Pcj227py7LLOu/rLMp0
s9a6rQ72SzLPH132zkPBmHqDKsJryGax80hhlOtozGaHJs16xuoMz235HRnqCWGb3XL5KM0b
GZWT1xwszUrgy1NrZKra9/G31y8arVsSf6z6W/fM9UmvUIZ6imWPWkZ8aK1LWXPUinoVMrYw
nUxZzxmsQ4wax8WyUVUgN0VtNVC2UNjuq31g2W49i6xDBTS46FUTHrSChFZserSY1ehirw9N
WC9FZK1KketbJ6evfp036YSvGVQ1CNBUErXGTimOiMaENjVKzU4gWtECfo+lv3mJ16RzLaU6
YxlelMYobcTqD07q2TjdZsrH9RPR+5KG4NhcgMRolD8aKbKTdjGy++rqZXo3MTCMSh+mMSxW
pD1op9vk/wAV/EMshg+ZryMH+P6Z/cm5b3W7qbHUidRlxVbkxv3c9vpxZZuywrVRa7XuWVuo
fRnJbkl78cW8u9ru8S+wQZFqy1i2B6ghbLXSmpwywwdpuExzPmfEBhhgH6v9v0GfTP5wS+zp
pjWuyDM2RmBa/WaDWBqXymI67dWy5xX6i0xMrki5eo2SgleV1Ge7i6Xolb5C69Qm7bVrLZVY
nqKzFyVgzEjXLwTIVjdelbHJrEe9FlditBk1kDJr2MhDOtXxGRXOtWILlNrXhcirKRk69ZIt
Rn/QZ9NflOa6sFdiK1azp0zpVz06ReAjVVuOgpHpkMWhA6UotTY24MQkpSFLUBn9NXcPTgD0
y9V60vsfFEOKhldISenVo1W66auLZWOLXNSMXx7GlNYrgx4uOea4m1GK1YGIekMTZqxeNt+N
1XavVvpuowVuq6oxSsIfIz6b/I9wmK6z077SpuKVsQlLi3IVrFsqZUaqwwixR0LmjVPGSyx8
et1u6FkCMq112NErsFCowxTW5s6b8MupmSzksOzONoPK9LKep1WfZPIRwTKep1j1uJNnSRn6
NnJDe1nDlcG94nKzq2pOixos4veUSo0F+Hk/x9Njvx2LOpz4qWKaAYmrf6RN+Xx57mtzU0Jq
J3hScYRPkDsx+fIQfEUyw9rmlPdDAfM/PmTH+PpqEx1Ui0rUHsqYGygzYWLchZrVUi9GPXrn
qK9GxVU2KFSxXnVTXWrgtrYixTOtVoMjEsnJbqwOamM6CHjHsWkrchnIEm5eZdZyGw45bEBl
j9nMTJWtLGnPiKchLCDGM3N+dnx9PHQUyu2uw3jnHqePj8zYnOV4/B7KuTLjuydGwSrHKraC
0sQvjpj2Bmw2YnFY314bArhsBVjuHpqdbbaXc9GxmbGfTVWXWDEcW52Obmap2uorcX8LFsfH
cIUcLXUedVDCVJbWbS3L3bCs62UWEojDGuDJMar7i1WVSqm7WDVYp1NS38fAPg/iVasbtMNz
RXtnKzjSz9Sx3GTW9jIbbY1t3Gkucl3tUtZZrr279RZ1BktwXKsLY+SHN2S62B3L9d4uSwNF
ztk3ZVlbW5lgNtl0FtikZlhnWssmaWRqrnMXIfiMp+DXMzB/Zi2ru24pfc7Jd1nNaZDqTkkx
8spKXdn8r/x8A/GxitXqSLPUz1CkrkLKsgWlgIfgQj2j4EHlsGfEYKZoCcV5b7L2jKrQIpCq
BOku2Goh5R6kYmlddNZkoIcdVKLWoPBYyISo4rQ+o/Fg6obBVVKsYCekq4emqEVQJqETIHt8
B/EjkvRSdFNGiLQgK0Ks13jT+oIDOU+YYf1VtBB8Mu4BqDzv7vkVdn7foUxH7MTsDvWOxEeJ
D+Uyfx+n/wANeY8h5nzHmG0W/Jv0DvBP7rn9QrPic9NGH3yu0yk0xghiyr5CwD7iD2t8Oeyt
pv7NgByrPZ9O/hNS8bCWshquZk6zz1J2uSdpeXssvZG9QYMw8PVaHq2nXbZyHCZVjKjXsCcj
TC/kOv2N+lXI5TrusOYOiuYRQ2cGPqyYchunj5XN/UubLMzUyMjmesDOfu6n3eqJjZCRMlNJ
3vHw3xaV1uAw95k/h9O/tSyWp2q6MXpdP7GgamKdET7KODSW4Vcv+uRyp3vHA+xyZanGQtVl
b108+FIj11MFWkoaqRONWx07aXqDIlCitEQQY9fLpKiUoElNNXP0yAXVau6KgdIBjWDBUAcW
hZ6ZSa/bb1th2OuU5T/Ws6mWxKeAvwUGWQq7kY9m66itTozWdB942OQbKC721NzsDdX09jQY
zgU0nhTQ4fo2ApS6FaWWjpn09tdjO9L6NTQ1v1Khxr8hPg2DsJX8MfbZ3J/Rijc+JxAfcLbU
mNAZuZR+34N+2HOrIhKw2BgZ1FVGu0zZM9U2vUPOvYwFtplb2cqm7E+QXcCmN2m/0CL3Xy3H
PeVtpWfs35Gf35Yn4mEbbc/1jweWX+34Q3AH532I3CNw8hN9hpzYnv12cRBE+f8AarsSywFI
O8Yewe9WUgzfkZUfbBP7cbOuy/FrahPffmJjfh/ofyb8wPYAY69hSJYvFs38PDU3jqdtdcK4
1vetmlKc2za+FdH7rAdN09v+ynv/AP0lTbLD3KsT2w96UbRburDX6E7FF2Sq6ceR+N+2w95/
Y8hMVtSxx0z7j0jF5BkrnAa/u/sc0/b8HP2uO2ylZmqUkVoZjV6PiBBxaDqy1gtYIsjLph+X
+3KBtT5K/HXRZ61YmSu6MmuwWLuHzH5VtLQWVtgR4x7NNQrKhuFZxlXbyp+SPZcdSr8DCe9o
DDP+MBtUraQRbFtUygDYcLMuwkf3vcxD94qpjULHpJLpqK3envMm3uz8oiHfSKqvaYdnKpzt
pqMIkRpafazSxu2pqcYR2r/J0Imp8RZQRyuPsyTMRuVD/D/HyfEvx8HrD4746melBc49ggL1
mu3Zvb2ibmOfupawqGRt+upVmHGU/GanG5V0VXctYpkNXuInTpMBgfUZ9qs3qWv2Ldj8L5H4
eYdPO/NsJs+RqF9RX0yvzaxtzw1vZZ+KrsX7A8Q/a+nv2GHuVRPaJWiPL8Ma5808sBeT2VFK
uGsjj9pP5B+avjxAcoo8inKxfn/QruGcu8p/GONz4i966oNR5d2TFyd41l1TDKyyVx8jqK2v
KlvuW9n8N+W/Cv8AG9e3iP7PglnDHZuYqXYFfIa4xy3SQeWpgdi/d20IAI/YCJMzuw7QEmAe
VZmPUGl2Ps5Cmm2vTVp7J/S/NoiH2r+SmNMz9rDs0KVR4+HFx+E48HsHkx5Tw9vdF7FhseLD
jV4EoOHoQ8lc3MhFvI7HHUCwDvQeELd37zffW58QTJHcTvsQ6MoXkV7BT28Qo62NRZxBYOpO
lQ937wdpqf2mjMqvnMd8fHouvTlVl21wZjkXZDtZy50+WK2rEPJLezzxwfY+n/4JnblqFRMo
kOIq7ArgWaMbtFadjD3IlvealfvgU+WOwQr+UL6mYvTtx7dHvOBnHcdYF5DTSuwrLBt6qkuy
PFKK6mxveuHTWKsypOrik+mEPyraOJcOnY4Yzx3+N4F2wwZZYEtfI5GZY9/eV7lQ7Gb7HvAO
6d1KGETXbUfQCWHQ7njtqu0ufUFhZrqupUATbjptCYIRqVI28syse9/bFpUPmlepQ/Thy2K1
sNUsPTgxvlpVZqC0k4t2546f+t4L/CqPtvq3KqkrgmT+epUO9YhE4wrCsq/JdEWVqR0doQRD
EgVleu2wEtdq5rZUWMbqA5WjZTbxOgXA9xUGASysGdPgbTquxmrXKW3l7jBXqV1kynDluPah
jwGKdSi8i3xtt4vgqlsVauBt7irRr1LV2eG2RdRTACSVMKzhuCtpzZAF7oQgygId7T5J74/e
mxGrjWCwY9YnEMvtNjMajgPzWxtS7LCsl1pjHI36okZFq24/VUyzCDpieH0cLcUKyUmsv7Fr
yQ9mVXzhO1Vpuf7eIvyw/Av4D2xXJalRyYaUDZFUVdxxpFPu57JEVDG90A73kCy1vt2NyhSO
ugnuFdjIjXgy07ld7oFy/tUjZyMYgU2mmdXqqyanuMoTbXBGl1YCsrLMO5uePY9lt/EABQhv
TVK+5rhXWl3v47C94q7maT0PCH1g8IijnvhkMNgDSv2Wu3YWznihSyBHESzsvumQem3GO59R
cPbubgXcI6b3t9tXFqt7XIjsCuK5rai9GPiNXRswb1Cp1LSKkB3047e60+zL/FbzW2L4lxlv
iDsT4i+mym6nrH3ZYzlT3xbe0qMz/wBvwUboRYy9OXftx21YQDErXY9pxXXoPaJZa3FLyosb
YryNLk2g3mzc6+lrPs5TJfaoSy3no3m82ZWVlWXtSnt5qqUA3WXWN0dlWotF+O3um9hjuy1v
t2+45Pa6r5HFoaByo8MVkz6/TW9E6P5VHicQhixC3Zrbr8GJ9OluyTyVj7abtrkt7q3bibeA
fvkjtQjaNLqrKld+ZdS1MA2rki2xSrrUSVHKPuKCzCn2Zn8j5ONive+BXqZlagrlGtzmhxkP
WxxLnWw6UG1N3Waue3YqJbJzxxyViHurlp4dklZ9Q1sQ+k8P/tNcarO/zL/x8NH2EYcT2Fxd
TVou592N2pW0da/RVObJbS6Vp7IvEHIuFo5ALb7jXd3rbi24GPVx6Ry17fFgGtTjzwumacVd
X21gRaVst4jqXV6lTbiZTGprT1Mg6jZCzAu/7vi2KWPwa2XkliBE468Zo1iZN3/VlUCaNFvG
ZP4+G79O9gNNFoBbdtitqBBYUOxWVD3Yxoe0dRVy21WfuKIxD1DRSxAa1Vne2t6bD1+FC82o
sr3awCZSqGP25i5BpmLZ9wOjGytuaueaq1r3lazy3AZkMOJinTY1htq8TxkSqtexExHazw9v
E7BVZuLK4e4Hzc/KrE36etyqV+G22Jk471McUpWHcE+02t7svKrpx7mtVLEKz8B1FnLWPz9t
ZZTSfudrciosHtWqqkWHqY5Z6b9mrJ/k1PPDW3RjnjbW/wBq+oVV1cqhtL7e3VBUGxy8sp0N
TEv6ZzL+Y1H9swjwnpTZdl4dlSyobCjkNaDGYgJxcMLTmV+JYzzxFldHe4IrcLLFOlMTdl12
/T8iymmvjTWEWy1ySfYtgSBp1ey3mprMhrIOIrqU1VZLDTW9S9vbbiZBVqiwK7ljK6+IDijh
aq6l2vUAltjrSzFpX2hABVTY+L4eWrzqmouy/Y3h4CzNyOqLBp6ZW2iG99kwj/0LK2RlprKi
x6ziXi/FOMOtZWKmxcG7ILpZjEgLCDKUosFjkl+5/p14hbOUxcfqHxPE9hxrpjY4U9SZdu6d
aFzcmWwo+PkxHVpUdHqepycleeRkjg1gUjDYMD7CT3qQs2LQEanppPF8lL8zg1rJyJsxwEuR
ngxbtFShX5f58P74z75raEV6WbHwFqto8SRqa8O1euM6oDxa5b68ZWIfHtFddbGV42LZVmUe
nt921xRMvHFduFV06sq3ndfkbbkzmxgJsE3yz4rHcqVlV3FTeDjo7JBUi0snGcdwNq0iu5q/
DOrDRZi249nGZ3iO17uVVteE1h38QPAYnvfKUg5qqttQ2G+cFiJka6NHhtLXW0L6fINuJdjW
c5ZUa7azY4Y6pw2AoexhWznjVcQb7eTUEGkXnlTWbcjKuHB7VrFhnULxm2Y81Kxo/wBVWdCY
+uKp2rfqG6jqvmMoCATZWU5DUJ69rDl5C2gI0oV65j9LLlmM1bZl7W2UM4e66sPa3JlPFR8+
GoDgrSwxcTMnrAab8e3LbD8HKjL8MURQ6WYjAZD01OjEuHRhChEt0VF7qeDO4rKL+EyrvcmJ
a5ySOQi0WlXoKzeou+W5YvbHt0bV6lScuT5aU4zEs/S2qiOdxELA12TwzBNreJomPWrtTa+S
lnhh91ivwXkd790WYeQ9WL1LOsjCVHbnJHP1yiHPWyJ4cbXycDgmNb0rsgjm/atk6mMTqBxW
MTxFVP8AyFfHO8Q6reD1q2Q+Rzys8125WG3CHNqdesOPGFoGnLkMfHZrDpHHCpeoplamyxXK
xnEJ5FNocetsmC/IwXycs5L3nvVkEYawtANzWp/axG+y3yN7xsR75k45SvlPAlVYMuuXW8lz
Fblg20K1335ja4Po2YuP1DnUKsIG/wAmTlz6NroMSgEUr1zVYJ+LWryHAzpNOToA1pmrd2Fj
PmeHv0jdQjlqgsA1Meo2WYYqprzrlvvqXHY5FHTPHiD5Iu5Z2KjcTvFQekyPnHyjTH++z44A
tTUx244qOTZjAsuZhg0IFR/DWDMd1eI2YxW+nJKSy4NDUEj1WiUL9r1G5vcI0cWh7Rl9QOSN
22NskmL+VZEsvAgXZXFuaCi5buhbxfHtiY1xfo5NUutyZqwxkeYVzcRQ27sUzouZy6anbRPg
ShfsXLsFSIrFZWC7GlXVKX4oi1mnxWqhT4ll3pk2q1mPd7stFsoy03fk0cHoqCJiY75Fji2q
YtCZctpRLW6Ih95xcu4DKy8m0X+wv3jTep3eKgUd2aofb/Try1Nfo+qx/wBT4qSCIy9O79vi
LUNTckxxVi4KvZLq04sp5eHY7WWVeDqw8U8PGKf9hYa8Z33g25L2y8suMjtyNtsq8SXFS+6y
411KJjYl4S7F3dkdWudrMXamEVTikStVlkA4mr9vxAAy5WD8cpRm98fGNhorJai1bq8K3fTV
j1zY74dHqVuve7131X/Fb9quJFRVps/j1sVa/wBwp3ZP2y2W6TMQXZPh6pi0ZHidj2erdp4n
Wq2WO7zwkhsXEwLcq/P8M9MvIFkqqaHw+hHtUvkeH4C0TxNpaorTPerJRVFL5dDBdnyX8SYv
zX+HiWZbQcHxC65crxC6vJ9XZ6hcuzoZOdbVl4eQ9z5HiV1eIfEruF+S1Y8Mz7cpGy3GV9Vf
xm/bT4WeF4wvmS2K1dnENW0qIRzXwobvMW3VubnLw8JrFuT4j4fXwv8A3TgLdMHlTfleItiI
Bl5GME4wpZOo6zwZUQ5fillliYlzYz2+83QEMuVVypNdc0ghYTlMUbsT8fGvnwr8PEP53/3F
/jZ3/oeHfu53/nn9jMn0/wDsOf8Av/VPfHt7V1/AlPZCPtCeG4/XsXu+RkER4tW8P+/CWIvc
L0czfqq7jvn1LM6vbZZNfhGS25VZ3yRuXtqrDrUy98jHpu99nAsUVkFD9SZFfC/KwLKUVSxt
TpzG/JPx8a+fC/2s/wD9D/7i/wAbO/n+H/u5v8E/x875+n/2G/8AQ+pv2cj4SCYNBvgxx1z4
eeRpXGWwmnG2JVjvkvbypHR2tFxpf/l8g0XfdYHi1Tyw8qfEMrqqTtljd67PcnhtLNT4rY3T
YENRY1b2V7iA0SnI7nJUBag65WNZUMQbbKvahLk9RlUoKsWxBbXaqAMhGReA8HKnFupr0+JS
LyeeVgVUri1v1Mj6rP2mO4O0WeEXVVYr+IaBy7LDS1a2ZNxaW27lV71TmXbfGMguXZUgIRMa
UEcM4auHZVMqQOmP4U7ofCrahloKwGl+iotJOS/N8bDN2PkWIli2sWZr1mO2o/ivh5VfF8Fp
67AavrYTVvdjdNfEcHqV24avkZWGytneGtD4lgFlzfDg65fhqinOwKx9U31217n96lO+n/fx
Ku0tJMCkzffl3RtrXZxNo5gdjKPjHH3M2g3R1IODgXZTV4GLhCzPRLLvFmVcjL64mL76XQ87
FfXhtrCrOxg9ulSjNYEYvcvQ72rjrRVWNGu0LM/LJmKDs3PWtx6kcFZUqtXubgbvf9zHggmN
7amrBlFyVixUljbChmjjXlvRlTal1c+JR3nPgXuE9jz/AJgVVZmY+QxYzkTF2SqnkN1WZC8q
cR1Lg9M1n7ZIst7AYh4OXPVaw2M7BY93FakNroeASgljjiHHBmRiGunhOGgolJ9r1wgqQZTZ
SmKL62Y31lusNteGYZKgNcDOoJ1FnUWC0SvJTTukF0F4lV1VZuy+oF0YzKIjpsZKBq8qtHyM
tLWN6k42ZVwNyJY16GyvMSGxHd7KVlbAlDj1i/JrVjfuc+UrtWJfQsrzcUrk5qFxkqQchYXq
Y2FZ1Fi2qC1qbfjrqif/xAAoEQACAgEEAgIDAAMBAQAAAAAAAQIRIQMQEjEiMiBBEzBRQEJh
gQT/2gAIAQMBAT8BgV8aKKKKKKKKKKKKKKK3htZf+LDr4ZM7W9re9lll/pj0XvRRRRRRW1bZ
2oztnbO8eit7LLLLLLLLLLLLLLLL+EOvnn552ztkyZM7w63wY2wYMfHBgssssssveHX68/rW
0Oit6KKKKKKKKKKK/TDr/Ih1+vO1MplMplSKkUymU94LA4/ox8aEivi1vp+oyintRRnbJkpl
MpmRWZLZcjJbLe+n678TgcDicTicTgUKJxKOIoHArJxOJx30/UZkyZMjMmTJkyy3EUmy2c2h
SY50rZB5LZksWRGn6mD/ANEjicSjicGKDPxnFoaHpuOUJ2cbVEbWDUl9Gl7FSKZnZM014iRx
RVfChbslgUhxID8lsiOTUwIkJM0vUkxGf6Z/pkbr7P8A0zR5GTyHBtZI6bOMiWm/oVoyM8kk
akGxadDiJZNKVDYqJHJLBzMMikNJEUjgjih9bJEjU6GiiRpuziUURwWhZJ4dFbLeKwLbtDkl
vq7UakHZp+DySlxHq30QychVYlRqYZGQ4bLJKddHOZp6jeyJL7I5QxxOOTimRNX2Nb1RA0/4
Rj42PSOLQ8kTKLYiqkNWsGks7chs6FkolfSEuIpJq0TzEnmBF0jTeCDdH5MHYoiWziVR9kSP
Y9Rp2Rn5HscRQHgl3ZzSdEpJZHkj5RoX8NKVMh6idE1giUJEeiUbHEshl0Sy6Px0aM67PyM5
4L5Rsl0OlNHKMnQsJEcNo/Em7OLjKiKwcUmT6IaZ0JovZO3W6JDpDd4FpsXJYIU1knprlZCC
RG30U0yMiUbpkFgocBui7G6OY5W0Qj5DVoqisWI44IPNCqPZHydklg/KmqEsZZDWjE1f/p5P
BDyVi6NJ4H0crW9qjmJ4Jyl/qRpxJRNWTTNDvlIZOOLNOZFmrLxHiRFqTJKujWjxo0p8BTI9
FkRyaRyvJa+hF2LUcaHrW8E3bNVZs+sCVo5PohKmKXg2PWk+zUgmuSINxPydWas+TIRtGnIU
qIu9mVWydEZL7HI5o0zWdYNCX0yKwSiiTpjnZ2JvonhEaZqxXaNNkPbA42rJ1JYLwQbawX9F
2NiZpq+yWlF5ZyUVgnLk7LyaGt/SUkzUhR6scb6IYHJydsTpF8sE4KPRp9o+h2+i+LINJ4G/
IbMlihSNSd+MST+jixF8OjTkpITT9hvk7LoyRjWRzI92TlbNJ+a25Doz9EG+30RjfQ8I5OBL
XlLCNPqkOLuymhpro4v7IzSxFE9VvBGDl0OLIDGtn0aPuisClXY85OVDnnBGX+pLsbYlFij/
AA6G76JSdfCL4lllCdDOzR9kR+ySUlZxHGyPl0TiKfJ0ZeCCTMi/iJR/hJUjn/w54qhfo0fd
CIMeEIjKxSwPTi/KJJZFXRxoV9nMY5f8M9i+f0aPsdCr6JM5I4/wUjRlmjW7sbOxqlZdljwP
K+V7M0fYaIjy9rHnJpypk+NjjQp8SWtfQkRXJ0XQ5YLORe1WUUTzk0fYse1FCwNCOyiyzpln
0UVtZfwTp2f/xAAtEQACAgEDBAIBBAICAwAAAAAAAQIREgMhMRMiQVEEEDMgMlJhIzBCcQVA
Yv/aAAgBAgEBPwH58mtTYyZbLLZZkzJmT9mT9mcvZnL2ZMzl7MmdSXs6kvZ1ZezqS9nWn7Or
P2dafs60/YtSV8n/AJD8glZ0pHSl/wCouT5/5SPI8fZs/wDkYw9mEPYoxaOnH2Yr2dOPs6cf
Z043VnTj7OmvYtNPydJeyUEls/1rk+d+UUHZf9HG+JnH0Zx9HUj6FPczh6M4+hyjVJGUPRlD
0JxTMoejKHoyh6MtP0ZRvgy0/Q3Cti9P0Or2EfO/KKbsxfsp85HTTVj0v7FppnS2MNrOkdLw
dKzpHRY9F1Z0WdJnRkdJnRZKDj+j535RKnubPwbXsi4ejsFjVM7PQsfI8C4+EXGhOL8Dca2H
0y42PpnbX9nYVD2XH2Vpjq9hHzvzMU5PtO7hCU+TvLlyd53lzlsK1Vnc+CVvkxaLmxykvA9O
R0pGDujpyFpM6d8HSY1X1878zFFp7jxRUbowVmEeCkvIsWt2dvsqPsxXsxj7FXliS/kVH+Rt
/Ijv5K8pirxIdLfI2rkdLyanP1878zFqtsxci/RKTR1R6tnVXo6iYpqqHrWdU6oppeDOPock
/H3X6vnfmf1kzJl/66K/0fM/KxQafBf/AMm38Tb0bfxHTXB2qO6E4+iXpI28xMoehygXD0XA
7PR2n+MeB2eTsFhW4/6+vl/lZm2ypexppciy2HGT8ndxYlJjUo7nf7O5D02/pFCH9P8AV8v8
rEt9yo3ujsFS5MoknBnYXGzsKiVAxgVGiKi0NRrYqB2DjD2dlmMCUUP6+V+Vls3MndnUZ1Gd
VnUfJ1WdQWqLVrY6p1P6Iyo6mxmdTclOlwdT+jqtHUG/r5S/yMWzpix9nb5EojjApGEb5MYe
zGPspXyYx9mEfYlFopWKCfkcF7MNyUVW501XJLTVWdNeySp19fI/Ib+i68Ep1s0Z7cHUXo6m
/B1F6M16Hi/BtXA5RXgeor4M4+jOPohqLLgbiyKXo1FsJocomUBsR8h/5GZMyZbf3RQvuRJF
iI7M0J3s/t7Gq7KKIrc+S/8AIyCHXo29G3o29CUX4NvQqvg7fR2naVF8oxgdh2qzSwvY2Nie
Nk0UULk+TG5iMm+SMpeCp8ijIeSM5GXsyM2Zsl9UNGivtjRX0uTX3lYoMbxNOpRyFM8DK3Gh
Cd/THIX1BV+hscsR6hpbmpptybHklRqNvY+PCoUS08UR1fZsyUaI6V8nTgjV0sN4/ckLciZF
7FkiO7aHHZFbmjzRqzfUaOu0dWMtmQWKNV9pUWOK8EuBS7UL+zUb+sRoivqzdK0JOQ406Zjv
ZNbE0aXJrV1GYOymhyNSVqhIX0uBk3sZuxd8LL+rHsRl2GEuTByEai2GiC70a35GOLe5p8ky
xEiMi/qa2MbZpvB7mrUdzIy2E7W5B0RtwFCUd2Pl/UtMh+5Gr+5mTaIbMnMbMzKyq3Iz3KJP
2IclY45KiSp0dKVChLwQTFrpRJamRkyLscSUO5M1f3uz/ohKzfk/7JKuCNtkXaaEthSo/cY4
mCmajlF7EoKUc0OVckXbs0mS0fJKNu0PRZp6GK3JbOj/AJGum5MRHTalQ74JaeSMKKVo6aUi
CiNbmWJpxTRqtQVRMbWxoprZo1NPps00aUKF+0axRG3Lc03ZqRyMd0av7jEZ0ldihWxi/JOP
k4MU9hadIndmi+2jXi4s09RrY/snCxRpo6aSISa7WSVmDvYhGkSdMktxxskq+kPc/wCyST4M
TA6UmaqNFXufI08o7E4bmnqN7MUbQoULYpckXbJWjTb8k19KVSZG4vuMdydRe5Sq/pV9aslF
bGjqTSocXJ7kI4qjwa2le6I6fk052coUie4oxiqRyVW5GWQyX7iMlF9xjnEkr5MdqKRSMfZJ
5yshFJXIjwOQyr5NRYsdp9ou1UVZsSfgjAlxRGNIa2GhxRHIuGXczUw/auRuuSDttDjGa3NP
4sIOzVSytinGqLTIuy/Q4N8shp0Smk6YmibEJ/cuC9xw8o4MExaW2/I1fcLZiinuiTlHgzTd
MW4otckF+iUchRor6krFt9S4JeBNxdDl7IuidR5NOXhmpDFZCo1HiRcb2J8WyE9tyHNGP9ii
P/RLgbJrYW7GSiooruHOS7ZEJWkbtWZeiSXAtMWwkWuDz+vyT4LvYldUyCMHe/Bl/Lgx8mrH
azR/iJDePIt5blUVYhbP9PP2ifBkS3I7L6xFtsai2N+URnZLSz5I6EYjfglLFWRVijuKPkwM
VycnAmWR2JcFCRX21Yhqyq4+sUKNFbGIluWy/poor9H/xABDEAABAwIDBQUDCgQFBQEBAAAB
AAIREiEDMUEQIlFhcRMygZHRIEKhBCMzUmJyscHh8DBAgpI0c6Ky8RRQdIPC0iT/2gAIAQEA
Bj8CwvH8P+wdxvku43yX0bPJfRM/tX0OH/aF/h8H+wL/AA2D/YF/hsH+wL/C4H9gX+FwP7Av
8Lgf2Bf4XC/tX+FwvJf4TD8lGH8nwQ057i3sNh8FheP4f9uGzD8f+3DY3oduKRmGlb7SBDbZ
8U8YQBpFcnUQPVOsKdPh6pwc2XCch09f53L+ENn9J24hcJAaZCd2zaXDiVeiP3+ibvyTJzzl
bha4ZZ+KhuI362au9ovGaips9U0TM6jJHce6G1GIyRFbZGYnJbz2jqURW2RndEyICqqFPFDe
F8rqqd3ibKKhZZhZrfMTZZrP+VGw/c24jBm5pCscNom7W5ZJ5DhvNpPkrRTY87LCLqWwGgjl
B9VSS3u0zP2YRLaXAz3zPD0UVCC6onVMmmltMDoVjZXw6GottG9BnisRrW1iHGSeKypzMzxM
rFZMuLpVNILqpjxTBAga+fqiG4bWyIi3DNPtEjlyT7V1VCTFpi6n3e07Txn0VRwu0BcyPNM3
Kd6qbWEkwg14q3cPOLQbp5OGXC/DiEzdhoo14OTPfgG4AHBFz8KznC1r7yAphm6Yn7Rt5FTR
2ckE/wCr9FNHznZRPNUlpGZ/ijY/7m17nWAC/wD53ML6GWbF85Td6l+vwhYlQLoJgCLiSp7Q
wS4abu8AgRimN/heFHbWzrtwyW84B3D+mUGB0CYJjksGXTLWuOWqYXGsOpMW1DvRYeIyq4rk
8IyVRa1wayYJhGnebNrfahM+9BbH2iE2d6qkwBxn0W43cJsf6ZWVJp3p8E6rR1uikw4cAOZU
Syo0EGOKa80xuyIzkIWaHEiLcp4pjjmRK9y8xb7UINpBIMOtzhRuXMC32oWTd2Kue9Ch7Iym
3X0TXHswCwuTW07zjTkeKMtEggf6qUdy8/8A0R+SLbxB8IKLKTYhHEdh28eCrosWuI8FdmRh
3K8K7aZaHi+hXYlu/pdGWboMTPOEIIBM2nYNmJ93ZLmuDZgHioe12dxwUhpBixOoX0b9CMry
mw11/wBwopIniqdMlTAhSWjyWSu0WW80HwU6oFzQSOSmhs8YV8Np8FDmNI6LuhQMNkcIRtmh
uNtyQ+bbA0hCGCRkUPm220hQxUwP2ZQ3BbJNLR3RCBoEhVOaCVTSIiFFK7vxRtM8fNS1sZ/F
SReZUU8s07d70grEc+5c4HyyW4OWaMtznX98FN85z5yobsGzE+7shznFs2B/fNYj8U7sAT01
Xfn3By1hMud0AeSbDjSIMc0ze7vLmiHvuLnbLjACrD20cZVTHAjlst7d1f8Alxsxfu7cQNEm
E6ljwS+oEj7KDSHyQ6kAReyLwHXmekj9U0gO7Ge7ylMeGSMPPn+81EYkmK886vRODe0gtp+J
Tu1biF3Pu8lLm1uJrcFi0nFvU4G7dAsRkPic4NhIRIOJQC+qZ4pl8QNj3OKvXka54yvmy/ta
rg5apzcM4nc7QTnlEeaIFQfS6rkgMKbsdl4JwD3R73K4QJcbfRT728qmvc++8OG/6JhxHvnf
mOSNLpHGZtA/VP8And2HUOOuX6rE7F82fBGkQuUuBtmsTs8UWJAZb6vqj8+A4VGbcE4NMlhH
9UkR8FWMV30TnxAzCcaqb2yyplPjSqD4K3d1HiESIGJVT/qhGmzXERysfRE12hmmUlCHi1Um
M4dC7w9kbMX7u1xbYp2E3f1FZ5J8NbLLX6pm4KTGvFUA9+KeXFG0EcNbfqiezFI5/ZlVYYD8
5vGSEtmQVhlhLS8tXZ4rryYceqszdmkmVTh4d3QfE3/JYb6TciW5lYVcGuN4c+Cb83d0ECeK
qGH3oDjwK+jMmmL8VhOZAa+N3XmoabBoPd5/BY7p7lUCi1uaocW0Tw5E/kmtcG1ukDrMKkUk
9oGnpb1UvI6UEJpY104knyQpY4m85WhQxvdh/moLNACeEotDXC8SesKR+7wvnOFWSLKTxuM0
RHdtkgKXX5ZLuG/u056p7s2gSbaJzKATFJtl+5RBGU+6telOSNzb7J6IObkdg2Yv3dhjEbbm
jhFzST7qLXEWuZddNZm471j4o4mCe0jINdkg7EaWEy1tZzQMjWDWiz4TyTvnD3fr/FM7QyWi
xTBUNy4Eqed97mqg6w+1aUA11NMCzsv3KY2e5cXQgnjErCb2hrEXnhwQgkcpTSD3YHl/ymQe
6IUuc4VimBqnt7R9DpltkHGcwfJOZLpMj804y4lzg4noo7Rzm8DFlEuyj4QiaiZlN7Nx0BnX
P1VVRExI4wh2mJIje6zK/fGUC4mzS3zReXTaE5zXQSZPnIQqM96fFYZa+XA5xoAfVQH2pjK+
UI4lV3Z/kjvak5cV2gxAMQzJp6eidLhDjNhzlC5JHPY3Zjfd2ZiJcSg4kZ/lCcN2KqgZvnKi
GRYm/wAE4OdVMfgmZWzv9qVEtyIHiFVhu1NyenojlcR4ST6LDaIgAhycylv3/JYeHy3ucGxT
PmW7opLZztmnUtzeDaOCDaBZtNvuwqnNmwYOkpjgzdEXtxVXZEhhaKvGUzFa0MdSyn7R/ZT4
YDvN6kWUBsMzj+rJbj2gc2yt97COTf1WLhDDmazV1lAUGmTAty8tUfmhScSctKfVPww07zI/
0eqyNHaV58/RDcd/IDZjdBtfHeyHVFjGw7DfFJ4Z/gq6z3HOiBxWMa5pNLXJorkA52vvQr4l
3AEWHP0RvAjlwBWCWmXuzsOErAOHSScMm5jgocD3BSedMovMCzt3hCeJbLA52WcR6o7n1vxT
cg8vp+KcKcpvoqX0kNJqIHIeq+TdpYufvUmNCqd2JLW8t4NRENLh6o4d2d7ejg6EKnOFTrXv
HCU0WpqcN65smN3KnwZ6g+iAcBSao8CnWaDpY8fiiaBNIcPzUtiZAvzK7rd3vf3R+S7Gne46
a+is1s1Ryyld3eic9I/VPnR0TxRlgpv73AgK7DBMA8bpppzDTnxWM8CktbI8lDa293QTmhDn
A8SLoTU7dd7t89VgsLwKmieMkfvzTC97ng4jmRTwlCkzh0T7GN0G0v4J/vAH3eiYKSasoCAo
JE2EI7vPJU034EcEAW3dazUGkTwlqnlnShU0VER3dERiBsmmbZ3sqCxskzFNkTEj7mcoNbkI
iG2/d0X7pZMZeChjWWE5fvggd2kZW5T+CodTbSE0Q2+6Lc1DaZy80W2LAEwmlrdEWtDRReZy
Ve60u1Tm7tWZv++KI3LTrkoc9vequealkOi9jzXew6RbvIEkN4VPWIHuYRQGxwamuY9oqP1s
ynYeG5tcEZznmm4VTdyLTkrONuLzosTDqERDt7RGc7ZFQ7tIG806nmEN14c4HvfFACq9Lxx5
fgmsjFaQa7DKZ/VBuHV3bTqOPsY3TYTXkmtrG8beCe4Y1N4Jjw/JYf2PRQzFbwsI5I/OMDjl
IvovpmHEBl1r/on4rMbCobA+Mq2IHPIhtPu3Rw+2YNyA3UCEyrFbOYjr+i7QPygRzBQxKhaN
OCZU4A0tERp+yjh13JbeOEeiOE0jvVDzlNJxmt+Gp9UHVVU5x92E1uJijdub6/8ACABYWtEM
k53n8kA54z+sZ1W7iQKYzPNYfZFpIaW3RaHNouQfCEJcDmIrNhb0XdaKqtcv3CcKsw7XjHoi
8kG7vIpha4AUNaTPDkmtNDS0RLeibEWYWp5irhfoqrXJkTll6Jrn4cVBx8zKFNNVz/rBT6G1
WdrzlQ5oi+ucuBWKcQ7zwBPmmgsihlOfeuPRB1JI3obVJGSYw4TrMZk7gU80loLA25k6rDL2
U9nh09cvT2Mb7uwR2mmYy3tFUzeogycze6w8ID6xM/vmq8QEENvZYbfnAQxnuHQpx3poIMt7
w0WIBWT85YtsPFSxroJwx3YyMoubUDvxuTOSe1+GTiF1WWVk0Ul2JU0zHJYzWTUHGOaD2104
jfKclaf3h+qDWvxDhTnPJb7jlvTo6VDiLYTviiGuaWuItF4pF0KqGiGRu6Var56KKXU8DfRO
c4S4dmJ52T8OWubvE05t3tUP+j4mY1tosVuF9HDXen75KA+ndlo+seCl2K6DVoLb8IVY0EDL
61ymVu7MENvbgU7EL4inQaxdGt4MOIB4q38hjfd21NzkZdVhOL4J3z04LGGjKiJHeQwu0Om9
Am8+iq7QkNxAyOKO/UKmgmNdQiXfWd+PsQ7JW9gmLlBrRYfwr5bMgrfyGN93bDk4097NRTZA
3JmZJlV3zmJtK1znP/tGN93+Tt/O43TbVwc38U6by4l3k38ygS7hIjNXcGmC6/SU6ItVmnOc
YdVGSY4xqCPNbzJME6cBzT6S2AwuG7whXpMEA2zsj2kAjlGifSWd8MG70WGC0QYm3JHDgUTG
XKU7uUBxb/plOlskB3u8I9U4upiSBbmhQy8xcJ5jeAkcDuzmpAbBdS3zhBhbf9T6JjaW1Og+
YPooLRSao8ERRlOvNNw3NFTudk0MYKjxOqe5uGIb9pNa5gvzRLxkYt0lAxM81AZa4F9Qmbuf
PnCJazhF+KG7pxQmIOs8liOizCt+zZgFMZF3c0GQZmFTSdL9UC5pbIBEnig5pzE+xjdNjjDr
ckQQ63JfGY5ShIz4BAlhhs2oVIF+iIxIpzMhNlrWnTdQa0NE/Zsqg0S630eandqFpjwTBh0j
UQE0uvf6uZTXYbRbIqp1IxLX6rFL6SXZzzsjS1oabdf3CaGRS7XqhW9pE8U7uWsb+CLgJDry
Cu6hS3JF7Rco7ucrL4qHXNVUi10d3OykjlmrDzuhVPmjY+a180ILgOqgklajoU5rAL8UwGTS
AgQXW0VfvWKLr6fBMqe7tGgCeEIQNInX2MboEac9FDniIjLr6onEc0XHeFluvtxA+zCFOIB/
T+CioZk3EqWuBiS0EcVnG6Qmhx3RohLxAEZJge8GkiLKlzt0ZdJlQ54LbE2vZMD3N3SMgjDg
ZOXiq6rbtuhTM6Y3ufBMqc20C2oAPqmy4WpTGuo3KcuSLpb3pF87z4KN3OfMoVRPL+Zxug2t
j64/FYlPaVXnPLRNntJ93P63pxQoOIZiZJ48U0uL/o25uOa7mH/f+ifYB+kGUJc8PtbiZumT
ivD6C831WJRvDgXc0+p7wysA3yEJpe4gnXJMjF3oAp4mD+iFeNDb7wveBb8U9jrkF155qh7y
1jXUuP78PNMAMNFGmkoGsumkx1lM7UtJrElwt3luFrAAaQ3J90Xdq6oudGWkoEEfzGN4bQ6Y
EiU8u705JlTIq5ofNhsgRvdfRE0Gnj4SnPYQYGiFNQs33eabhzdwEEtjijibpDw4RHCYWE1l
NRBDut/RYmJHzbW/qj2rYKdVhka6Z2TQ1rt6b20VNLjGZGic7s3jUz/ynEYbyBqEAQ4OJAhN
DgbmJV2ukHKFx8OUoAMdcwsnXytmg+8GIQaA6/JODjcNqRz6wjJy9JTqTkYKtPkgAc+Sz+Cq
kx0Xe0nJGXRGaDOOS7Ij3aqk0u3SdPGEd7JAA3PtY/hs7w45qHQRnmjvNueKEHuc0AHQYEQU
6smHZX5Qn4YJP1ihcjICDwRkkkiJlEVOLb24SqhOdSOHmDM85QE1b0knNCrEcc5y6ppkkgEX
5ouqcJzA1W7iO4fCE4VupINlXJm3wVTcTuxl1lXeSeMIxmdfCEL5EnJBnaBzmxYjQf8AKY0O
7sQeiBqkifiVUTpCdhjFGttZhHfbvTO7yhGDmmw67QAJHD/lRO5bTNAOdLYAy0CY3DcKBe41
hbxbMRlyhWdAzjw/RB5dMGfhCJqiYH4+qOHWwA5/3SnB+I13GM0zEdiscGnPwhSXuE8HkKQX
nq4n2MbwRQNjT+Eg+qmYuDH9RKYCwCmPFBwZlp9beTHRYfDP1TTRO6RTwlP3frS76ythwKqh
lbJXwnQI4fWlGG0E9ODk4swiAZhtrWTwGETnPQeikjdjyKljaXEyT/XKDThHeoBHEi5TSGmw
jpmseqanM/JOEHv5crIUBzR7vLNANDxh2kETeD+ibmSMI+dk879W8PPJPDRiQJpzztCfTXUa
p4Z2U3dnoYOSbNdHvfkve8ljwXzJgU/mvm+1gA8VvVU72fVXmPHisGKpJgo1HF7Si39vqnAn
EonieA/VF0unL/T6oi9zFtLImp/dZPibplDnOw7X8VjmPfb+Se+1q7AXzQ7GkslvSbpzcamC
wxbWdE0Pbpn7GN4KEGPp90d7PNGs0lpaBBW5f52O8eCcS51TGCL6/wAjGzL+SHtY3goC32g9
Ux1DJmBNoUPDeJESFUQNzi3JDSSgAblQTdWcm73eyXfUk2VZO7xVnA6rvt813wrPbnCs4ean
tGxlmi0OBI0CpLhVwVVbKeMrvBXc0aZrvDOFD+Bct7cI0cjBBhU34TpKmRHVG4RkrP2IdNhN
hOyTkFAmc7iP4GN4bN17XdCmgOaCDNxKdviHZ25I72c/l6Jo4GU0yLeiJn6vwKbUYW6GwMvO
VE/V+BTSyJaZugy025IQ6LQb9fVNdUKmiB4ZLtpFecafuE2rQ51GdfVN3so15JjnUimBbofV
SYgVRzkrFAph+p0tCJIaJvE8oRvnNp+zCxN2J58QB+Sm1Ndfx9E0t91p87IYjmxcW8D6pznC
AfVPDRuudM+CADR3Wg/FOFAqIznkt4A79XwQDhwmYTbQ2BOXBWdHgru+CxoGbKQn7pN+V7os
i8Gyr+q0R14KMRlf2vC6wqGe6A5N4btlOLN2N9jFRTQZG40WU70jX+lG7zf/AOVYu1CzdXHw
p9V84TAFKAbwFkBWeNjyRubf/lG5rh08sllaSMs04hx96ydRimGhxBEXsnVOpEwDym6aK7Ty
3t5fS508N0zdN3xEeeaguBsFij3RkfBADFt2lM2vaU35zvU/03W/e1j4lM6wf7ZWI0ZtFfhH
qnwIO9APID9UWkRuudPkruFqRlxT5AEAkHjZGKQKgBbRCBbioETMeKDraCPCVvAVHlyQy/bZ
TSZuNAgIdf7JXZhozHko3aRTPinnd3b5IkAEXHwRgCnTzhO3QTePArEDqYaYt7GKnEZgIzdt
gEYbOaIAkzGabYyU2kbptP8ADyFlYKqL7LAK41lTSFkE52Zda6yC3gpLGzxhXY3yXdGzeFXV
CGiy3WtHgrsagBsJgVGF2hElRQE5ze87VMbTZogLuDKESBnc+xiog5FeEL4LdJznopvKEF37
EKaj/MAKfbhD2/FYv8+FHtDY32c9nisXrta0TJdxQb7s6/eTyYtcKndnNZDvDyVxPQckwWgj
8lECP1Qt70fGEDTpJW834J1LRYOPkrtEAwUCWju1G+iIYL0ynCgS2Zv09URTbl1R3bfrCJDM
s75JzqN0c1Ibaxz0QcGCTMXTS0S5wkKcRgqpB7374KjDG915SsMuHf5oO7M3iLpzCII5rtIb
2cTGuacxjPnAQAhY6SVYFARmi3h+CyKvOSe6C4DOEPaCHVYvXa1xaH3iCu41rpyjJPogCLwE
GwPJWiUKaeS0BC0kq8SFu0EfooBblxUEtEyM+KLyW2sboZEAaHRGp4FomVd4sDIqVc2zmqyh
roJvZyJLxJdMgxdXy6qQb52KZAMRIvxQGUZQgHEkjWUM5F80M7ADPgg2+mfJEiVWRdTW7lyR
uYVpUyV4yhclRJiFm7w6QpmVz9rxWJw2tDI43UugQfzTm8RC+zDb+Kl58Qeqmco/BPPHrwhW
iDHwVTRkMuPBBrgABGudkYjKM/swtO/X8EJixGqsREQboEb0aE8lFiZb8I9E9tqnT8VYW/RO
DQIPoj/XbqUy26PRNHAfyBv7Y6p/VCdnFag7AiKVlzRhqtAlW1ss40UOy9jNQf5a+ftjqndd
uey0LJRqhAT9g6o7YlZqxRXP2jsv/EnYYR2Sgdg6pzuDkJQVlfYXi0Jqtx2OF5XijsvojsKP
8G4Uj+EOCmbK2SvrfYCr7JQ6o31VSnQIHZJTwmoOEXN1DTdEpyB2W25qEJCzv7QQjL+KFhng
S3YNt14rxWavdcFINkZKdsuhsyVlOwKnReCG7omkhBb5y1R2zsj+DvCPYCxORDlZN9gdUZGq
BRiQhqtRCujtCdfVNaQLtVWV4TgDfYEfqlTot7JNZ7phGU0fxgX2YFKn2I4hBOCO0dUeqMqV
kjVxTnN926vntMqJvKMe61N5uWKeSGxsbLEoVDLVFDhCt/Ady9iUMqlJbdWFgp4ZqdjUQiii
gm/eVuKaVOyE/mEdrkJXNDknRrtYgtForhQjIQpFlJFnLntOxw47bbIUSFxCgCyFeuW2dpGw
feQPMq+Shp3UVfPYdp2D2QdlhtMaKNhA7wuEEHabTHswE4C79St1y71lKl5THcfYBTTsYftK
PtFckQdkqx0/hjZYhaKDCIK5bSQN1yoOuzJZbOizVJb4qE3CEWujTdUmICJKz8kW+60wPYCb
sZ99f1FZq+RQbha6+xb27ewXahBz8jqpmR7JBVJsVz1ULdWXiuSiLhBB57v4JuJhgh05ysRr
+qcVSHIl2aaB7OapKZ95eJR6qqcwpF/bPs2VtualhCFQDeZyVuzW9CsQocfJNxG+Kq8Dsyur
jZ9pSmNLd11iiMNF+INl0KQu48nyXdMK+e2UCsP7ytlKnZBIn2sj7BvHVQ7zCujaFZbzdllB
FlOCbfVKh265SnOKjRFuihxkhWVrqWtN1LqelSoc2Oi3TlddVNRdJWQnmu6qmjqpAlUwi9u0
bMP7yHU7BKxA4ZLRDZZH2Y4bBGUXsnKJ2FcFlI5LNXBR+qi0jMWXVWzCDwckMuqnDbP2yrmV
k3xW60BWsVKF0GwInNXRkhEAynGUWynqRta3mgBxUoFNOjhGzx2RkUSRchNI4KrNy3s1ITDz
VkWO1CchsK5FEBC2+g1xu5byaBmpLZATjVfQKW/RvuEWYmQu0cVfdZw4L1R3bIbDBV1ZTOyQ
txXOyCp2N6oNdlmiDsDuBQI1TeeywXyjD4GR4pk8FunIoFqublVF03TAbjJMc3ojdCMwhtkX
A1UtXaYmTUSbBMnQIFhjFGvFANs4o4HyhnRwXMFB41VIm3FTfZChHYAANk0ynQykEWRedu8j
Cb1UidVMeKysi1MblCHJXXdKa4e+IQM+CPNEYl2qlu62EZghWCBOhlOEzzU6Lhy2UqANF4Iy
oblqVitcJpsnOwXUltqShiAQ8fFEvAvogcOQmw4hk3ClQidgCer7BqeQUPlYeILjL2M0CEE2
TAVyQrPlpW+b9FeQoCDpsVfLig5pyMqnIIOa6riEKiqp1TJGRKa5vFXVLzIT289kYjt3iqrw
dlbNEKu7qhSsX7yxSBcuWIX5i0ItDCfFEtERorKhxyyWakrVBxyXaN2XlAsWDiDJ9j1VeETS
M2oN2RsyQKbMROqNhZTwW/1UqZv0VIN1GKLfgmkOlpU4dz0RZBTQQmuQhUhu8hiNw3N/BUDW
yp1CksNK+dsxAAhTNkCLT+Cd5JrgZGoT3nJH7ye5mrk+OKcRBAtcoWcHbTwA2ibqpqC5rEYD
DmjtG+CODjd12oVzsG0dU3gobmSgXPo8EA5w6rtA8EahUjipFtmHhO3sUNyWE4OjDxOC+cBv
qVU4z0WdoTAExpUtJjgncc04OIgsRw9dVUaSUb0qcR9hldAjJOB4qnVG+9OadGQJRPKVWBcN
QhF2JNA4LcO6ru3TdFjRufitBs5JrULbMIk2LPzKIsYKk+zCsmH5QQGtUDFHirINLamkWQdd
NdKupJkk5rsz7riqHHkiO2qPSyqxG1cGrfMjgoOmS1PREqR3hZFzrq9m6LvCs6JhxAcoKpB3
e8ql4o80eLrBRxMFNw/rFdkGwXmJR5Iu2NLDulXXJW2Pk3F0WuF0xg91gVZO8vhGwqFGyFvX
HHYaHGlNw2jfBTWuxGwT3hoqRisxL+6pDYbxKexwhbpJdE32EuPZEc81mgoKI1RBzhXyQLYB
Ay4rL4ouxDLgqjOS5u/BSpQc1DWLwVuap09AjOQFLVS3IZlUBQJqTsJ+RRYRkrIBDiqnASFV
o1F7jndBrUSM1IueS7pCudsIDiEGOFSGJENBVJjDdHearYlTOATQ8WVtFLe8EXxYLtANwlXs
F708ZW66oaIRdDtHc7IdmZlXV+61chqtwEreNR/Bctg2SFW241aqcP6QLPkEXTleVU7Mqo2Q
KnJfNuuiHt3gpcV2bPPaQ7Piom6FMDmgK3OLluna0BfJWYXeJuhnKoAsixjyBoqHmaheUWh0
0nNXOSjMo4epuiyd03XJRNtlhDhqs1UXdE1rO9+CpbPipxHf0r6rFy9idhjvO+CxAYq4oukH
QIfVHxRjuNVLc1z2VF3QIOfcjNbghc1W7Dlq+bEOGirZLSNUJzTKeKkHcdM+w54BLxbwQfiC
zu7xapd3k66JYLcSpxXj+lFzXOkog5hDtbNhF/yVwqbmFzXeGxp4IQpaCVr6KXzJyBViK+IQ
dighipbMbJDDHFXz2TxzUa7N5s6Idm63JQ0FNMBEnVNjvFZ+akouaELWQ4KkIYmHYhDFb7wu
iVA9khhgkpu+4jONkF5jgmjSVmqRcrtMQ0u4LOeqc14g6qWskcZVs014KuZUm6u2OakxARGF
ZvFVYgsNSg3eDg66Jw+7xTndkHxrwRDpEqDcqo2Chu36oXY4Lq28TojUUS/wChgko8cuip91
WyUtsVvN3vrCyz8Cpxd1QMk7D5+20Jl4MLiUZccMfijlbWV3k7GfnkFnfZWRkmy0OcPrJ2J2
TA2YBAWNhrd1VLfEqhhB5woF4XBNw8PrUvnMa3Jb2I/wUB+7pIlGGsIGsQrjNZLLZAeI4BZq
dQt92ew8UXDVZbOSl1oROip7ZrT9oKO6fMFZW9iNrHhwziNUzojYQVLo8F3w08F9K0jkhBvK
F0Abo1DRbwTsEu3MUW6pwO6SMliOkUZ53RAtKupN5yC7hEoV4lBAzCpklZoFGnEjE55FdljY
dD+KsrK+3duVvmEB2OJ/avocT+1fRP8A7V9G/wAlHZO8l3XDwVL2O8l3XeS7rvJdjjtJwz3T
9QqC0yOSlrSDwjNGGutorhE7Z8AsPmFdW2F2GDA1KbQy/RTjYrQeAutzCe4qrssHDZ9so1NY
TrRZRu4TPNYXypzqnsdSTxCwgZghWOeiPyjG7rdOJXaYpipG06UnUI6NRGH3QvnFT8nrcOih
obIzUYoln3UHDIrLZYbJ2N6fxcL7/sMp4X6rBPJTqoUWc93AqjFgManBrA4ohRhNqfx4KflG
I5x5I9iSVDlDjuuyTcVoDntuqiBKw8PGcDO8A1MqxCPyQ+cq6o7lWK/NEwGBS65VdsNvNTh4
nzh+K7LHFJ/FWzagHlZrNDpMqyzTeiwpGId73AcvBYoYMcyZnetvCQi4dqRlF/rH9EQC4ZZA
n8EyW0jWZlYraMc0OlslzZkpzAai3Dir3iYWN2fb57knE4J/adqWkfbFNgsKBjDGAA94Snte
AREiTzKwsw0RLRMGVhff9jDIdLjpwWEdgKax1w0KB8E1w4qoXrUCx1KpwMSkckB8o39OaDsP
IoTonMJvMeCLGWjM8F21VWGLIzmSvpMkS7HqjgnUXkwITTiCrF/BBoWC8d8vW+2SFGbHIn6l
jt3nGFZXTeixOzizZv0PosQvp3cHtMtVgMbTD8QNNuQ9V8nZaHuxAf6ck91pDGO81i4baaWt
BHkfRYgdG6PzI/JYeIAyp2I1uXFoKaYZfGdh5aBYMRv5+Y9U04gYJxjh24UyuzhtNUfh6rC+
97Eve1mG3OSqC5oAyhbrgQgCjnKJ1hXQLsgIRax0lQ5VMEKnOCpwXQ+JpKfhPESuywmQXXlY
j8XE+bAuE2c9FIhEElH5RjaZKnAK7XFxzPCFDu8NkPQpMtxGjLiNFnsttCxvufk5Y/8A4o/N
fJP89v4NXyT72MsT/Lw18p+4P9rljdP/ALesH/OZ/sCZ/wCTifgV8m6D/c1Yf/kO/wBi/wDZ
/wDlYI+17LTsJLqWtuU6bj60KkOkbO0BvOwQYR3tOKJPFNIKY8iXCyYYu2yvm8pv2RGwOTGB
S4oB+/gnWMlIK3SFdSJp4c05vkmv7zSL8lDVB72wLG+5+RXyj/xR+a+S/wCePwavknXH/FYn
3MNfKvuj/a5Y/T/7evk/+cz/AGBYf+fi/gV8m6D/AHMWF/nu/wBq/wDZ6LB6lDa0AgcSV2e8
7DGqAY7PiiGYhOIVSDvFb3mqcEA80cIqW+SBV8PCc2NDdA1NA5qxlEoHNYOG5vZhvsCMwgQB
M6lBgi3BcCg4fFA33ryqp1zTSWsdzKcCJZPmsV+CQ0AqXiRxGxpEBsSXFpKh7bPaJB6FYmIM
NlL4w2wDdvSVhY4wAXteST9WOU8gvk+Lhsa7e70/WN0MFjWFhAqzsAsXFcxs4jHwRM7tliYu
E2X1OBsT7x9VgNdhjsN11V4nJYWD2PzZqdNRz1TmfKGgNw2y03Go/RT8mYGuaaqZJiR6LCeW
0uc648V8n+8ht3u9K3Qu8qnvqI0QnVQCjSc1LjJQhSO8FC57CiOF1B23ewdShViM3haFBZIG
ZBUCQeqvdB7R3hK3jaI6Jze6q2zBy5FCBB1R7Ft+KhziFzVOJi5fZKgY0/0lDC7TdGQg2VAf
ueN02pwpFwi4YzajY5qtj7+K+dxoHUhNnHbDchJjyTXf9QyW5Iu/6hpJtvOJTwzGw2V50mFS
z5QzxdKwBhvBgnL2J02WzUuN1UidBtI2SPYHNAgw4DzV182231jkp+UUvdzTBhikLeglGdlJ
4qECLkBODnxepOLKS9wq9U14txTXDNQtFnfbTNyt0So3Wq+LPUK6xC90QLc9oKDvYmJaVUw7
us6JzHYbXVfWU4Zji06L7IR4e1I2cEOSBzvYBOcWBvMprMICyk7YVKptdNxdcnKHe8IVjkVW
XBzxdqxLEMJnouJUqUGrNc1JPiqcPzXFX2NApM72y+xzOKttEv3x7qEyGouz2clHtQ5WdOy6
qJlZ2XeAWcrfmOS3RZAuAdxlAgR0CElFmI4Q4KzgjfNAVZI7wpUME81JcApfiNdyTuzyOy6A
myG+Fu4jfFbrhC7481dwXeC7wIWamV3lJcNn/8QAKBABAAICAQMEAwEAAwEAAAAAAQARITFB
UWFxEIGRobHB8NEg4fEw/9oACAEBAAE/Id82W+0VC4MMal5aXl/QOoqWuCl5aD/5BP8A4X9f
XSMgkU2ntn/mJfv4M2j+yK7nPO0D0Ou2X8XafxX6i0hUzKXojhVwBmU6xVZLP6O6EdQ9KlSp
UqV6K/4V/wAyV6VK9AletSpzKlf8aiQJUHyzGhvtH4Q/4Hrj1JXoEr0zNwx/9+DPpf8A8biw
94fz6RGvRVSJCeJv2B59yvEMhKAaBPmK8cY6rraERtk1KYeI4lSvU/5HrXr59D0r0qHo+itO
HX0uXHPoetegMF+P6oajLY2OoVDGLQewXs7LMxUejXB9V+EqYPya7X/doaqS8brf21cN4F8L
m4iDDs5dIIgZaP52ZhBFaQctQybpxQ8pNdCuhY7zI5+sBmHaIqWQTC2N6nu5yx8yxBeLHIiY
1LWo/MyMjYvUHVlmt89J2W63zBimwHu1KWAM6zuJbHzN2SWdZSWepcuXLlxh6noej6IY94PZ
X5IQlyAAX3Ibg7eGffMbgxDfQH4ZuTym2iNBHrpAXQvlgUuFVvwV15ms6slB379kquk2GmxD
2SokLJg85Pr8x0KD5Nre/qD4tltPR7fog7egZjSj8P1NIZFsa/pK1TQVy5uLFZLk7vF/uXWm
GifLq/DccQAYcEZ+Xmop9lVvI0+OZhXDFbLB9OIMoO+92F7gLGKyM+Zb42A8ifZrHWaIoe0H
xDjsSyI0V1oOekeDkVUyo/hv8RfodGgN029nJmMTzYw3dc46wqSDQcN8PolKVgwKELc53kzj
PTC/6SryULAAvVceJfqf8D/gwizcWIL8j8nqb4RW5bhALaPm9sxz5oUKAIUazY3DxbAzBXnp
Vf8AsWLAhKAua4F3B7GTQoXh1E0zfhwc+yBJzZtWMfyZmCMo7z+7k0XNWg3b+K4mMgLgcjGu
iI5sU7BX7hXN76tx3hnoAUOLDPd3OMnVMCC2+3HSBwyKANeXslqRBaYpwb3K7k0ccdD3lGks
LKuAl3zmWQspMqquvQjxczhozsq+KgkU0JWrLM94x5aHgvTwiUYGq6pEuYzmxRzzncy20wVJ
xZx9xYBXasdfOesQK5wwdlj8XKRbCtQ26nWDBUo3isVcwBsBoLqWnG4gFpNPK1+LjIA4AvyP
j7Rq2a5cKij2RhrJQunSXvUprnwu7GzPf5g5hqO7zDOMczN7GPRHyN+0oR4Jtdm++JubeJuq
8b+u80sD8yvHvL8apuQUuvb0GacQ/wBep6B7WExtr4jdEqnRTnPciXOPqHZLscUq2Sue0z7h
M0YUs23HSzCgTJfmL0ZGnSDBV4qMWb1YA4fEXFmlFmiYcbvHFaVc0VKWyQF5ltov+xGra6p8
zBDApHGpgr6+1fiUiu1qaQdWNyvAKAdFanLYWgq+stua2GQz/sS+C1UVms/UzSDG+xX6lgEX
eDsXykaKh2tc/nMyzfcZG/OI9RgfN/mGwGm3tdflirMzXs8TK5e7fD+QhJbxjDOb69czmlyS
0Xh8w8JG3lb9xEVQXkKgnlKcm4SvxEG6shyNX+CVoHmioW9hYZJoNBeiINlzNrzX+PiDtOCK
w8HvKdUWvy3L9JxD/fr6bNmpUbhbqLLvZXmj4jQuiiTwfaKBXRdcq/M2EwxyChlqqu1fL2lQ
BHJjDr0uISZSrQQUYGzhCiHypcLqxprEv0v0v0tbGwAely6gz3nv6VKl/wDCvXE3r/hXrfov
zCMdgmAcxavyENfzK0ZJClKtX1vPvMjPWu3/AAkDrc+Q8H+10jmqT53R4r6TR1RovI09Mtdo
IG5GXGW/NFe5K3kFlsCv5XeaJkAdqLR26dooEFOEcRquRxKSNnTZkKecXrpL/wBLLK03z/3K
w2FMs3K/e8RRdOJejVV9r1HNa9rXMY6WZ/6TaWLuqNISq9teZYsq7Gk2/PzD0LTuNS6xi6+Y
108S9h06V7ZghSsDOgA82grWGnVtick56DZ1mr/hKMtmg1x87hwDxAmRf5+ZrlXroa+Cv4lg
B7QL+Y1NBCrAUapy8Q/R0jhl+4nUumEVY15+JUG6nDQDMTsDhOMMRQ0Q0brxNJ2Y8QWOQggL
iEsZd438IgqqTSsJ+IQrGoag/fxP/YnvD1HyRz6r8y4MdzSD0tq4O+2E0GSX7fcMOnzfWmOu
owUV12EXMIuZdj+sduZpd6EMnyh+MHvvwwgGU7YKZ4gBJcFO04+4ZVKylBTrByOnRLqgYhu8
U7QVox/bnQKQtCKvi0qitIODUMSryKLWAcxqLr5qW/yEVFrnKaP7rKFKhCmS9fiOvkmWjkvF
EbmKCpG0ZeE2/YzOxroZdqAVK0KoorU6sFIv5lZgMV233uGzWNKHu7nEuGs4c+axDBJodim8
/iPGHIObvzuPmKgjASF563O9bov3dXM8qdWby/IipGB+xR85JXGaeANMWNKrBo3Qe7Mu+PCk
Ob8RLFVAbLCH6Zjn3dUv8S1S1OA/ENV25VWMuY2ClLGy6VdnufM18yrqZ0xnPSZcdWKmvQjP
qvz6Xp5a+iooBmbZSoQve+0xWW71iAGAKNdC5XfbiGMYcpYNbq88ytoCHsaBh1ybCeKdvSNU
Dd3bfB+kjlwLXli9rOdG+kvhIWNcUsS8I+LGLk5Egwttn3gAAgPQavvmH0QByUv/AF8xwNVA
7IHETstqY7LC54eyg49zArTh3E0+YNVgRfQ1HU1nxj/IcowtRvWu8UzFWhlt4uJXcqjjB/1m
S6/w1a2pqrlgoITdK/Ew0Ao/SELVO8ln4Jd5AZrmr14ggqBsKH+ouz4AWWSgqmgrTh73C9VV
uywxnj8wiKiD7S3V2BVYu89e0tx11tp8Ffcq2V0KvnC/gC8Qsxecw8A2fu+nNTPxwGt/9IYL
l9kipURFhSDBeHHrA5UGFe9e+Lh6AKu1fFyvTcz6j8+htVrvA6JiFUteH6Qg9YAsaXWNfiUF
xqrWIfy/M6zIeAfqJyoTtK/JOwBF6sH7iPLw5uTfGdo0jnPO/wCZ7x3RkjtqJzxpLZMCj4h7
xh3OFnmtv5h7X0h0PZ95jrj3OoJzjcT1AkU55c7jKpwTqgPrMvpK69y7vPx3iUaYmNnN6SAr
AFTnvXaFndwaplz6ZY2YRYxkn2v2ibU7X+ggQ8rFI3ZgpKqwrO7a+Ykg4IClxautMj9yqe8c
KgpYgV8NDDe6Q/mtX42l6w3WzUqVPaOosYa9bqXFlxhChzv0tcqKq6ik6sH2xNrOEvMp8olc
GRiCU6RoqrzWcFdttTFKteBb8DibV8nl68RTnZTb3nMULuu55Y4gvKoQfVgBBOZOo54mBA5R
lnf91Ict0F4ircUseKDRTQDnvGPfal8jQ794oA3ONKjzK2DNBeUrPWstkpAe1d3tKTbsBWhF
bzubNkaaaYvwfM3UC44Fh7QY33FWZxyXD1aEFq8t37SpJoqNAmtxiwVTZiz5gByFXyZGvDiC
15t7wPwGHCTPwwH7hQvvb1Y/aIqIGm3kz/N9JUX9Y4X6e0S2pmhpS38gjhZuC2KEfuYmdz2B
Bqu9+0sVMDhCxeu1+8BCp2Jn+Kjx0X31GyIWjx5iuoqsbsX11crm8YwJQ7MSlDLXKN/RBqow
Ba7J2IuRFOOb9BglT+93mvSxKpG/JL6aYRdgFfa5wMFYOsqUth7buukF1oc/EuvZIQAp4doX
4IDwWGe1pCtgUrjd6vwyxuuGl1Vtp+IUj0F+jNGCAF+4eB3yRqSIcodHFGoVQo1ax2Vm6+oQ
MvyFFqs1XD5jVdgnO1beekNlDAxov/fpMxhb6D/ojCliTsNP7GOANHqDb7j0lK69WflPqLgu
lOhx+IqQF/Pc2hVq4cc6fGYl+6FO73G8CGi9n+f6lFChD0AB+Colpld2W+moabxG5Oc5zcTI
ghbqLT8sc3wyTOK5ekHcxN68me+/EolEoMMR+pRg13aC2LlhE1baYI6Ohwo+3EDlik2SlV2j
8mpbClZIRwQbovZ7nzCh7kybTMcIwhfA/FKZVb5LNodU9qUyaXvcEsDAmj2/n0BIVvh61+YI
OlOVWn1D3J4IWFPpMCaFYdcj9ww3XC2Ke/eLNFMA6jfTE2iKjBkWs9FSwAqrzobXi2oxhcuG
lr3mmpaA2rHQN5OYOFNhwMhwXr/UcDTBZqx85SAcKdzJcN83EOdTqoOHOf8AEOKrFdKmKQg4
mA1Sn/oMrolGdaZlgZQjKzXX3ATr0dzotHwggLtSmlPoQgegmBF92N8SmooN3VpWncbMslhs
M/UpqFkM24mBWIt0octvZ3i5vvK7lVWV2/MWbAY2LRm15XEjzR20QBFBH1XpncxLJs2lzpzc
N1ybqgQYjyW70r2lsmcF1kvf9pSE7S6oo4jFRfM6X8EgRRq6s/IykyM3h/EEdCUg6lPxUPct
Xdw9MfaaQcSpTk9xgoqDAXupHG4hwuYxvnb1JYwUzRs8K4/b0dA7xwz6n8xgWLFVPOj5G/gl
EEKlytqVjVEDCXs6Nh+3tEqukvKo2IXYl2G6EzUDGRTlMK4dyhfTJZdJTN/uX5twslXwTtew
rrqfUFnr7K6t/UGupd+TAHpTiL+GHygPzLk6A7zb2A+YEtjeLu1yqun5R6UDZbzL8zMLHDpi
h2hs9xHrSvwyy4cFTlb17TE+dmpkyL3Uu63GkpF3TviiFW1ui0Db8yocGQ0be4XpMIFZTxhv
DmsX1iFKGKcVh8xqyazd1frrOGz1wgKx0eYTSIoA3oeOxqMDOTitr1WaIoNg1gKW073HDego
UGr+6hi0JdYnn0uXLhH0qVKlQhwRMz6H8+qG6mMWuGIVVKLWm/v9S4eDQKceC8+0dy1eMAua
rjFvNBhg0W43bcGGBTFCcHaqiC2hHgQR9URWtkAAMHqGwPMHRcjAgBUHpUr0K4JiNQCZCpVt
EswB6Klg4M7hWGDWoNYFEWPoDL7+gPoGEWY9DExn0P5nMqV4ssfcbgYsimXXcazsVdvJTFgq
5GrpOfLEXFstnkqAjT+WgEC9rlv/AJLgy5cG7puXMYW9Vi6TM5gFenEGNTcqOA9D1uEDf/DG
1mPgfmWRYei+mIkr1p9alVv0xKsoF59VB63FPTE3izDLovouXtLPRcaEMJbZUPS5ug4n1v59
F1MwUFNeM4UBbziCFNylQ5Lv8TkAADNGmHv8TDNTbuCw/upFqBTee6MdYCwy6LOOWea/MVoB
gZYTPumwQRwvMbzuMrESuKbXv+zEEpGtCHqwVQAlS5233ZRUwZTKnDf1C48jt836lh4xu7Ey
r09o5howjoWcEXGpKMsI3LcgjVF0ujPFfPSFE1oOXArw6xZk3c5EzP5iw5nbxgX/ADKqtNlo
ESLMpIc503AbbDfUUCcZXV1P8JpWA4Aoqe1fcYw3b5BnjzKCmgqa2L07QWq8jZ9EokalzTR4
hmElfPqdDcsKudNfEx/krwcnr2rOMRnV2eRhf19y8QYOItP6iRbUGumMxmxdncNNP92jApRw
su6x7fcRqI/M3DzYsoTFqIHUSIFlueNMJRRE5plxcqhPofzNoZA8+3Ofpip1YxzeKmQUWzp/
/AlX6wy1XP3LQRBlq9rVdooI5ucV5zzMosJWCWftJeqrn/O8dNLhXJjpWa94XvJAS2PHP3FB
nKu/R84g+ZdOZK34iGBzCzYb101HQcyjWXH2y/LEW3wPxUsDI7QKHvUfLhzS7Fv19I0dmwpV
2fuVRjDTP8wuTXTw8PqHj2Q63Z0z0gQAcV9Nn2sbVFrLVrCfhcSihdy87o4lZTmnuu5oM+ql
3e/Mscqnbm8PSWA0NLa1WvaXFtmF61Wpd3Zy2/nEX4VmEbiiUXeLUPU6RqIY92c3n3jfVDde
6j7gyjWb4zXwMotxWaOK/DKCzisaqGukAr0b+2EKHUxi6+LiJXl8EcGSr9IBUDGtDrGsu4Vt
GRt5fRUK9MFlqbHbrN0q+78vKCIlt2WCtQwCrWBVv3uIzORChTWl419wsKvvV7wY72QbWyoc
RRDl5lLkApze/iz3hlsBnkAtfmFspKUwEpxOABunL4qbdCjkFH6gnK4dAKjuDyGqyXPNPEvc
Uwpzbfw1NcAdqx/0Ws0Uz+lHywFSwgrtthVclOo/moQrCktP+04hzPaeXkU+4rQHPhB9DlF6
B7wlY9AgOspMcxF4gxcJcuHvNIepGqI4n9TvFhJa5cr8IlcHGwyMPbp3l4Hq7+V38IfDKQC2
1wx07S763Ng2vEvNXlFg12X+kqYHGzVn419S9gXD6K/fxM4GGq2kdMcY8RGsVatb84jx9ZuW
6trF4lmZN7RkmzzCbJbC9AtRe8PaV1oKaBUE4iyI9czapftJbKgtAsj7M+0t6nBBywMdiP8A
SX5AOkaVtAl2GO3jrK6goohbs7HWIwaunTHtMxGXEz9HBNIQTFM4S5lepDvFglQnJUVT6P7S
85imFmSduYPIl1pXaVGxVovQtHE3KAdKRdMbRKdG6TlddeJaDRFWTZRZV3aRo5lYWsYZm1nt
iIGpi1ovLT8wqfQDiU+3OOSe91b8kcBjtStUXW84v4iwBHNwQ93VJcSAsqFqeesFcGEmLX/k
pdirwtJd34Qgj2yKa3zADahBefEUuCoMCtEIsVAQvV/g8wFRebQWhz42phN3ntKJ01Ng3T9M
3cvVMt6ieLeuimm/DGaFpji6mUNAXgwXXxCLhkOOn6IqLPmJYlqIXtvVfEsZumbVnU1brG0b
0+IVAyrTdlwJemy3S/xmpiSyvZQP7IYnpXVq6+JgKOZ5x9Mv7v55rqMAALVZK/tM5z4Yc4uV
Ce8ZpPpftPMMhprLo6wElsx+EfqGzumxpAmuMlwe4AHlouvyypzFQwCx8qhNKbUt31dTiGI6
iz8TDPCWWFR+WZUhQuVzV8xe9nm5pP2zI3bN8n5gZTA/w4we0UVMsNlLGOobmZvRysL+JW2k
GYpdfmNrUAaVx2O8bjxNatMsVt/Ewe4g4JZyRpdjuw6Jk653CbEsx3mGQ2wpQyVUVISoFqyr
IucHM5z1Q7oG+NpK/UetGmnS/wBp8ToNbiVH8xyyCwUq+94gJstf0H6il63S0coGkdryQr7Z
ig9hCl2Y34nd32Vg682sDgFdu3171DdBVwdQfm0yUqRWj+n2iaEaODL5ItYi5byqHzN6yi50
X439StoG2OQ6d50z5SPjM6YJ/sS4zWL4/wBpjjkgVdAAvYoRt6cClcD2uXtSK7w5mPA82Op/
XOBkasrJ114ahLy3CZApz7xzboZBg6I5d7Q2zw32XEtfNI8O50iflaygNX7M7lcuyNMidesz
7tkNJdebEtPvQL4C33/XeOLUoF6Ze06FyNuK98fMriijHCiX5/UqtXUXzYr8TDLo4Vd7Y45x
MV52L2tm8cY8dJgwKKLYxfWMNfrG99zTghEGm1V+oCwQgLFf9IhCWTzbDD/qI1bE0binjmUq
M3Vu34dfaAQGXVnFzCFaDh5KfuH8vFozZXnncvtVhDTWn7+oqLCpacOv2lXeUK7OX6iaETUv
PW/xupU6KpsbxZ8xghu0Fr2wmNFBkgrn8+8sF3+Tiy/xLM5MjWL/ADiWLXceJewoy1rbAsWD
q6s/qpfg4iLJQfEvCEN221Nzc6vWI/w5jZDVlXKgFRVYO7jELPAN2r/3MxgsqqWBYuWPCZuT
85KmZLjLl+ggzr0GYzDmdxiTlnejRxOQQ+DHpVwiKPSSMQju/EyRNSj0OglDYqYEv06CeT0x
AI/tMFfzco6k2YuBcPNa3qealt/HMNXut1AAWljU0rt3IVmNCuXcsSjZiBazrh5wSqDwQ0im
zrmomuA1phKtIcJhXDOoEuI06fwylOAz+X7hR+3vX5lAY6B5/iUSq6+Uvvzsq1c306TJDaju
zmoLrpopq5vNZ37X+Jhc5tTPSXP2nPTzGFgOhwV/ssMmg0m5T2NgdQl5ijpgs1KDhuSMBk3V
wBB8xQWmO8Kr3Ai1zOp2baHtNMqrUFsQPiwXD39AioCUl+mvzPcX7SptjOw5qZWwRnQPEfUH
heLrqdFhhXUBBlNYHXEzhBPkpEBwf2JX1UCgzV2+8VUiul1f9VFbFjRtbLufxEuIrlhP3Dg0
rxg0jxrUVhwIPqqrnuZSWJQtYGXXNzlibHkfp8wAQBYWAPh2eYJOdOFWKOJw3gS2AXqBHLwc
5UMmv3ui/usbjk0WrVxMXN9gz+ydaFjV5Sv4wq3NrfPOKdLo21sj8Q75zXvAH5g9wExVcv3+
ZQC5W6KFV1xOPTKrsLb8kdqWBdgr6lY7EX+8y61LswNXmjz5hkYBwY+V3H0Ie6BrE6YQ77r7
c/7HawrOgqnnHWYtGJ8qlRXOw2H8o6OKycB/peO802xFFXebz0gLLA38NxMQRUt0l4/HzARH
WYjzPvEdI3QcQTMxbY30gQNQzTL0/P2xmOQaBMf9oiip3cW4cyrDo2ercAtyI5bq/eMg1gtv
LePiOCxbZEzvjrWJqqrW1tz/ACfcqAHHWVsfX5lr5E/x2m8ZGBRXMrbLClAduqkoPjYOEXt+
4bNxHQsXrOOkrLNlq7GD4vfSZovB5tdox0ZpNpmB1AVq21a+1jTHVGDxdcS8xGZaNqV/70lI
wUBrdN+9EoXoXzVjzcqiujEh4fCuLOa8qYkOrURDDnvCpkEOXX7fpm4JiYrYrzuIk8qr2gzu
NluJ2Nwgr1NS+V89CMUVyU5c25XGiBh1HMUEyQhhfAcjGZCv6xLAGNeijkGE6sqiHXQHLInB
+5fwoBvFv9jids+pT/UbIRiveD8QDcHpvA/ubiQUM8z7BFGyU+IV18Iy2/UeZpkrwVn7hoXw
B1rPTUvhuQrpcHFtpbmrqDM5i90whZTCEMoyisEAUhGuBEhblZ5hhgbfncDIPf8AP+sp0RAA
AaAmHGkPu94ByQoa1KpCzeosrAOwdIb3dcQ8AcVk4gdklGwIlCD/AMT5AdSpkHzArsLgbZlB
ChriUDGOKixIfEDSwompOqsGstaisSgF8Vf+yro/3+xukMpS6vtMnsDNWI+TMs4csUql+Rqv
16nB8z7xC0IplgFNU24L/wBhcASx24x/hNVPveWJ28M30iKFRgsw7PNS+ZezHYxGJeZLopjl
bCKspvpFjO/S7lzMWmXKsOoyDCVtS1NJcSeRsxAYjXUv1qbl4HcZVHOssx8TUwUXHYkyocbg
XqFpBvykw9VLnfLuWJFmW1xH29A4hqULxFXYx5iy4rywdWYE0wQyjHHSGR6WZigziUojkjPZ
mfTfQ1MoOkWYLla3Lx7ygelrQgvnEae1uUg4mA1uD8KJUrLYARij1m6gYt12N3LDFbAocXM7
pmVNVQ1vvB6mYTylWAFMtqz76jwNlQ4aO/eI0nGr6D33LmoptKb/AFS4s7heukHUt08ute0c
FV4r1VXxKa0BU8pf+Tp36/y3DFJd1qo6apdstjEX0EJlXwOneEi1HrvP9IqpWbv1HGu0XuDe
qrlIsVRchNDMwWF6Td4mg8haxVwdUV2ARF+csRTk2gfcQBRlHrz2lJ0OxHOoFQG9HmoUj4QY
b69o6uACx2vfs4hiUTSClU15JayGhDzDPIdbqcmFrt7D7mazPVGOYfTK3HS/1AUB2qYxfWMo
aqYiI2xMob7Ru4xOa9x1oZN1L9qDl7fxEGHiZCxRpzFYtFVkMk3XaFZDoqMVBb6FsGvb/qbq
2rXv+vqXsRWqeP8AGdn1+Cv8gVvj/P8ApFbkIc8rZ9xsWoVh/moM0A8ibuCCOwO2zLVxOzUd
Z7xdEFWn/pieEJGr95SbETNusue0qYrtO4vr1ImCJt3LvfWeEnxlVvpLVQLFYhx/kxhdDbm/
zMXKsFGCzeuyqxUC5AdiqrxllmBJl1VX4jNIIOXCORIKLaNCPtuiUuAu58ZV43d1F0C8rOV4
x3fmA80cdUVt92AAhWmAItG89aqNK3b+Co4Ylb7alLDVKOcVL6gspw/BL5GnWGIYhCtzHCmK
b0QrlbLFwFWoZF7FktqXuYpw3foff1O+4VfU/uINLzM9KiHRkLsnEGHQqkXA/cCkv/Uf1ChW
9K4PS17zM2Z/UtcdYWqowjS/dloyrJamFa7fcAVVeyr6FdeYuzZon4v3NaVhu4FZXmI+weK7
yh7F7gRYaCHekLVgshesv9jFOl1kN1/MuIWl4vU/TLyyiAVYyEtFcOq6jzzLjxQVKx9y4jmK
C9SElG8RV4mDqIrMdvouMIgYDWIS1+IUzLS91GSKmZvM6PSCwYDdhLFtRYzpj+K8GHbPBjzq
NhrONTJRAsmDg1y5iVBQZvrGhpoGOY2DoVMaY2Z+DnrFDa7cwlVklGiZdEfggDg6kFqj6OJs
iqyEpxcSmn0bVHKe0WyXPf0LgjEhhuH5MJbLymRiF5nwhr0PrAir+PMFTpl5xDFyH0r3nIjy
RYbhVRlMpj5ZhaOWWhcw9sAC94ZBcFQOHOZhIVBOMtSqMjK2hGOEyI9RNr9AGuCEvGJdoCQr
1RTQr0u8W/UynWVYWHvHg9IPcT42Uh49KRhbqEPLLGL+3B5v/CITCtkdtm5qO+Yx0mBfMqba
tSu4qcIYzFsvpMVcBeZVAMBpIYSXXUr6l3HMG+J7yfAyjSHLUvTmXKitJUYKhrhBwGIxVGMX
pnMSAvqFpyNymoz4g6hEoS9IpGEcGpuOkqoBJYUqY3XiJ/HrCHcL464JWgzWdHWUsNRNARLD
JiFLpBXxcxyqI6WUfnUqGvaZg1LjRzKwqDfXMxu9Yrbvi8R1BpM9pbWzuU4IuGbxMWuYQuYQ
K2xUSHBRfppNSC/STmAmBGsUOoId6f0fEuFcMFp29J78QicIK9r8MsN7TEEEyWCEj8ogHexn
XU6gMOKg1c2cy2xZTk4gbeWLX8JkAx1iBWvMQfTiZKdJWwoL1GTRdwhnTI3cyEF5Kg14XP3L
MsvVodCeWFDrMAMxUykbYllGpQ4llCZF+nWVKYRR22z6DKZGZnTKaIB4IsnTEeecxuzzO1rr
GFHH+pkqL/qW4FkpqSrA4h9aTs6RI06q+kSp56zrmcRVmp4TQsTx2HLmLsxWdYGK+BuMHVMh
N5jyxLi7C49m+F4hChf87QZ4zCowFcckqVsDMWZ1I3RBQiMJz6FANywTO0zGBiYQqIxRylee
0cjrMCdMpcqURwSGj5yI7dJd0rDkiIvEQUavc6P+jBd/VKoDXy/McN0KzKHhdzxxAuU2XfEz
TQwy8ENQKhqqxOUR2Z1qOBYuOeJernFNtqxNLFMVE7zC7ZlCI0wGkSvSWRb6DAtyPxB4MhqW
tZg1DMcy+ILtDzcFviIxt8wi4VHwRSX9QMW9oPO8ziEATUE1GrUIEZBGUZ+agqNXFXfnN6QS
tga/ppiYy2oVDTWZSVxAa89oZOmGI5dxIDMGw5faW5QJ0haXT1WSuAzzDyGJv7ygjgu4rirl
v7Mxr6+8vkK7TCCnGpdtWJWMQgVHFHiUCWDRhhylHkg7OPQAvLBNELiLntl2nFuJm8ipSmmT
XtcwihRqXWTctC2kIpEsmadZjJUf5hmkDV+JRjJYjWyjWZWV9mbMPhmLIc8Q9J1mAqYuKlma
OhFR0JKXCeVUNBeSFvwNRoW1fidRaEW4p5RBDpLIIrFd/JCpVoa0wC7qKw5ZhjCFY6Jlcd5u
XBmVM9DuJa4+I2ZK1MsCdAgnQ0R0nDiBbDR2slNDkGo5nAz+p4YpA1g6vMFdcuBjnAs7TK6m
FQXMxLnGZizKrljmEb3BC4W2sQTFF60sOTibKzAEA7I5T9MSnuhjcBTGE9nZl7pFnaFtt8VE
dqDy01ELnaeqZMDwkRwl8iWnsgRgSql8lDVkvni4uUt2xttOCXUMleWOKmd7lDXEoTAKFUVP
qPwzEuAU5SxaHSEAbVMOcamHTxBtnMdmN53DesQB4y1r5mz0lcEqEUOYhjbtNu0XY5j8juGa
8wXGxD8iDacNlYl9eLPMcYFqJYthrsZVayzShSy+jvylTqnUgqd2TUtHuSy2rT+0Jrew+JpK
uBemZjjp5gxBxUuQ16zmJlfMoYsYsxzVwnFU3Gp8R/DCA6y+eRPBKTUcuVVZYquatmJ1xqzB
Dl9jbEOJRKHQS6vXadooXN3cZyRcaiAzCoK+OJ2fYITdLxcoNPazXFcZmCHWCk7o6pRGqQ/0
iRjDALI8I1gYHFeI63dts0DjZUci5LxBoHpc5kOjAwl1O4PQhaoOcWysuw5WMKTyh0NCOk9G
ucp3HQ0HJfphw5GYWR4mSDniMVF6zC7+mAbDwIM0F78SgEEcfcdWz4jRr6mUF2RgArzTSzsv
MIjMlzM0ZVZPJmIwE/EYQJQzKdPppFJuyx7YuNpKqzxMbwmdTaH8iaGPHiULQS2XfaLNj7JV
su6hCodSsrJhFePriVAKUbZz1jEAEaFWAHYgo2Wh2i2pzPm5c13XSX6cSyLoQaDMv4/RiSEY
oZeCc3WLKrkX0h1dHEbcph3akFVDZjgnWbImjlalDnmWPEvbl9oOOiW8sADp0ZTZwXAdBZC3
LpuszzBKUnqxiDLozrpEwt7px+S3TtAzaUKgX7CAf6SOGXfMx7TnIPk8SitoK5Y5pM2ZdGKg
7PsQlvjgYILd48gemHwXpYCmk4iY7PEYRmocLqfoctS5ZGAXov8AUU1m35l75soQZpmwuB3J
RjxF7ekJjlKsZt4t+eZcQLgzIcGSBrKSoYfIuGd6bICkosTROKwTPfZK1uyBQwcsamKU6zxS
PplMGFYsm8g7J1jrWyXYdZH3fsD0lw7/AI5GMBZdIQUW3yiXayNk5nDAcjRuG8FU6+Ty0si3
S2IRBiDfC2x5nekogOdUpcNS6iDN/MQHmz9pk25YxgZd5BMKTWFwgulAASyANRGNVm8GX+wF
kum4Rano95WQrVsRAUTfMBqH3kJ0UvpHApSRQNKogLd1LkDfk6R2DlqKl5cYF7wo50zXiMhZ
wSy5WSKlrzwHSHba44nAdg2mFkYvEwK0zXD0go3dlUc3kYlLUDdMcbYaPRqHVSogyLljAIV2
hQhYshD05av6lReH6iuKVlDVXArX0ML0DRrmZw6jfWWmGsaagtJQisUZS88eYkAG80bCcgdp
0WVF8zlwb2lRCgxyRzRm2JHcs8zIiSh5YHftEQLASkGHhMPb0koasRV2hDk9ZV20hC4dUVM2
l1AwUcpolpTYesais5H9qFa+BFMzm90C7JSQ3rR60eozAZS+kAOdlnYfcc/VuMcaRaU6jABT
iQBVNZi6HOqk8wauWOX0mReyOEhHmo2h6yxqG9c5lTUryxLH3i5ojbIxiaD71LE2isyyVuR3
j/yZBl8EIDPIOk2AK8sEgPggKQ69oUk3qG4oKVHG8QDOe6NvVNVV65moKSlbl6bvUrW67ksO
oHX5lSbZMyt+GWWPGXcg2Icb3io1oxw9iIjX79glpTgW9/8AJdVHfCJfVIaVBjfhfZKLDvRB
vknBg9asRRnCZzYhBm8E4YMPUirAn7eFSCXZg8dIQbb6K22mIu7IQByiXqGLqiih0VsgOluv
Rl1o5L+oy6jM1IoYh03uIJz/ACNRQl2kl7eXw8StCqyKWIu3xN7jmNQXdJKu27bfqNGE5yio
TAu3+IkfW+pzOZ1M+i+23cXVRqNUBHMK+xRO6DoKNIPpX+OsRZLvDfBMYZtucp2/z9TudR9s
f7F00ai4F2XUw+8NhhOkzvfmIRgUYk3c1jaqGBLfqUf9UTuUg+Rk74MprQhiqypo3KWoNNd4
quOIQeYuFtyweYJyKAgp+gygzGdTEqBXZYA56WRU7Es7UxAkpK2prmd8DnM0geBMWpGKGJUj
uwx9QzrpfN/+w4RhIu4R/wBoA5V3/wAQxxLfZlpzJFUyBBXT/IYtT1hShYDL3gKVKZd2MPUc
klFjZxcYTyX4f5BSrS+4bVKEriO9meesuo7rxG7DQQt3zJjiaG6l35yjnPIy3GSLlcpTDRuU
sFvufN2lWoUJ2YVgjQBzHHNC9egGwTAGciDUYzmZLft5z4mCF9n5mQS4OPIKvHtG2itd4ioR
a3B1wydmV7KF/aXa7xI2wTq4gACrTW3mBy5ZtX1ZdbjHQeJdiZZRRsAxSlyVGbzxKbFFu8Ex
VdeJV2S0mVUQccxEIVkyd5TLoWXFEa3q4s1XVqjjdYX2lpoWIcqxUEFl1DlibeoeP4jngA/K
AI9hW4jfHWZQ5ud5RdGbosbgmXWXFYgcDcpBBoPMescI11kr2at/MrKgyXzO5PwS1vFyhRlx
CKXWUEqG4dNr7wls8OYzc26uG3AdmJVHc4957WZCm1cOV1PgAAZfiju/sjSPL3k3ErfPeUtQ
HK3XMpKkGjxHWvcUsVjBE4bOZjjL5RkfLDUwRJeMTqwazRNVEmdGFTBDnoDiLGtxQW6iAXX3
FcqKei8REu1k5qr/AJiUpT9W5ah4F23/AHaA+6rqMS33wQKC0Kmnsx2ZcCFU4lkBJlYYUPOK
hY8LxCyBYwc1EnldsxpuOZbi0vMdO/AjBVQysaljHd+vpZQ9/mU5FVZmCAKIQdYK45ges4YF
89ZXSLgrLy95U1dpqNwUDFQPsbvtDEkMszaOMZpmpo7YculcjObHUydktGFPEv2nkKDjjKuS
CVO7ncGzYwcLGbAaODPkRgrjSqGElrCLValFTpLiJHdcsyFwnWWtRue+2VQA7mb6zTIO4sL3
52g+D47Q73zL2t1OO9I8yhtLi55uMi+YMlzBf9pinv7JfPJi+0aKiP8A4iS+JyhXEEespaEc
5z4uIuW3LnMwIdk4g2DGoVgfSPWhY2X3g6KGGIkMuOOZcH/SP06iIvKPf/Ewh/2lPUhMyvpr
CiHLUUa1HgRlHcqw05lXG1wM/MI3HgcRNQ9SsEDBg/cG47KjFIOMMac8zGY8kIrX89sSyhwa
qIRxhrq6wB1eXqw298+0cUwL17zKdJP3LTeT1IxGrjAot8RpR7nOdvZIQUoUzNE6ql5TgFKE
P+o971g4btxM1G5lfmrXiHUsbuzYkx6uTHk46wylnCUQNfcEYGny2ME/hRiGRUF6mt8DbgE0
WmDVbfFRkFleBeDXMIxfSblm6IISrVK8YNkKXgcRhibf9EYLM92XFY8PEEoEHNioVaKcSysc
zUZ4AmH8VDO+ZUGFu5MBcbUcVrzKAMgWYwQgXUgdYjVsd62P9jlla1FmxTiWUg3TLFmLniMi
e6KyzUfK1fmVL3gPDFl9stINxeYbGXoglGKMnSL22ZlxBYcMplOfVAaYyjxFE5rdBmCwsVyg
VVPZMlbhHPeWCl3giGUvfxNkhhX4/UdpYYQsWqJux5UsIdccxLGm+vxDoVLOpMf5YXFXqukx
DUppi4xPn3uMBEp6TBtDEDa3RhnCdYwwFMBZs5YE3ovTaLqZmo0FbrpSyFMARkp3oVV+pesz
uHAiIr1CWlXT+QSjg8GGErE+5EKL0vWXOwX+YsTA0E5DGQx3TUM/mZ8VyzL2I0gPVqKwVUrs
R2KvhuF5F/BLFA7LiMuSAaDQZuBW8rmRTeCOzDQo0tB9RUlbs9Io16tOJa2QLxQeYNlmkMI8
4H3PM7BKsTTH4EqKmyP2TMUtIUpUfvGw5HSUcvidcD3mx5uGmv5ZQRjJiUD1krhddZjZ5xy6
tdE2UCu0MQ4awvMbCGkI8QyA+/EvHpvHuTrFpkJ3xMMcQ6ynLQYDHlcsI7fyTFCFqJjZYkoY
G6sstxq+feBce6LuYo2tV5+IgCm4BMxiqvM0CzmuJYPzN6OSA82XcQX0mmG2dTW9z5lB94QF
bPlf+ozfMFRAm1lnsMKv2kz/AEilHO2Uu8RJi2LYNM7iNkxIAJvS+ZkIUpS5gar9S1yNyqKD
v1DujyjTftR/+2UgnlzcPcYC6F02jnfelh3eUJz+BnqHbtAN7dCx4oUB2Q2pMmzMIR4pisJt
c6I06zhN2S5bla5YKvv1LMkFlq6SiEd19S+C9KhAnRSlyxIFWIYZU2Mrn9xPH9b+8vxtmMTk
4OJmlznwCddLzv2hBVm9CdJhwplE1UAamq3mc6e24bvNLSgi9YZgwQc1x7zIVhNbYhp0w4CU
xlqOlsIF6rVnwaV6VKlD6KJSIOJUoiEFL+YYlkeJmsr9sfc/8mHp2GFnziCUv3weLjuUMB0j
k5MDAFHDzC/dIxN4b4VEpkN54hh8m52/b17yj4NzphiiF2MPEd1dLgxB1X1jQBrqsBis0wEC
lhxNwvo3LC+2+IW9nTEX1+64SzlgYoqJxpbv2ZVPNbtM1cgiZsmD4EQ1bdnuuKpchmLgNlZK
4uGE5O3cgOcfRgVhXJjfuiBgWi53rmDiwK9YAvaBTFBMgr1DzcYu16o1vvvrA8jaOAFUY3eT
rHzIlWRWaMOb3EDClwt81dKg8TJS8oXVY3npP5u0GUFldZyuUNTbSL2jVk3rEFLAlLCHSXkn
xGchtnmGNIJ8TBxMwdMBo5MasE7VQgHDOpVoUUVN8Y9w/wDZhJPPof7ESmjZ38QPCtmM0kRm
XR9WhUC6IS5wYSjN6jYPa4++x9zyUXSGVws8RImUeHhmSZ4Ybp2i5lcpkbWxfEljNfS82/pN
fpFdz/Juy3cFf2nhvXhMISVZjnaENmgZtT9JhL2FH9sJfnhtVSHPVgs32zQ1zuVTdBsdn9op
0Sq6Lq3ZGgxN6z/bT7T8R5RRygvLAFvYIJwS6ExPWRLUVjK1LdMLbuyxIy1CX4P0gLMYxCoD
5gDbnTmFyOEg8walU0DPT4ieCGbxqUl+67m8pF5g2YIuF5fAY0mLu4wmMS9esw3HXrOuu7SW
VyzCRslx/cnU47zXhPVFZxSurFWypfwmR0gBeifS/wCFyTJ+/wDt9TxMZgRk5YnHB5HX+0yd
afmLAcr8TIII5x0UyzvGaVXvKcMs3AosGIb7nKR8RWCFCdiXe8aK/LLgq3nDSlBw5jMyMV2/
rlNrJ3ISQtaMV0AYV0linBhFrcDEzcXHxLYg1HRUAwDjdCPkKamwa+00Dk4bltWjXQDcxC79
0FzwDlyQ6CrwS6KPQcR15M+nHUb/AAeka8+/4uUWA6Mwl7qYV9yS/dT0AXy/z5nI0Q/ogKud
zAlKlYzS8AuHFbfpvEZWRewmDAn8QzIWWhuC3MFYDzNaUw1m4q6LNxXy6dMEgbRImItZzyTQ
I6zOHSa2uVT1It8DObJec8rMGc/zHcguFWTCwzBFR2Sg1aSliWgKGnW3DgKt4EYxeHMJBUpf
vUrWwFwsSZ5W4jhMzigkqsY69e0oqtEVDjaqPYhUmauTq1m2VnGMqsLwZ4pc9KCRQVg73HZG
ira2b6mMQq9UiiiLzWljKrCtgK9eUcxWpr0jnpUocwWdY4e8DlS9Czw1VpYQMqw5O9iMNXB3
Y9V6calHcX4mJOk4Jlcs+9TBHfVhXK9dJaLlUMX5imnl2IQyvaIWjlLVSNtyyWkU0/mmaREm
KQxHeXaOVuku+g1Ff3mQxNQc1WwcFyV/MIqJ1eOABDqXsauIEgXg8wHVrX7outOujqZ6Dqj/
AFmWDAUDAPMBEVulsZuiXVxLoXAo7g07D2lr7J/jMOMJQ4agHuLSzl16+8xisBSVWSLrSErQ
uvyzaoussLbaNEO7vi/8TgJcYK10R+5a1uLlV3q0rsB1LPUu871xqbLquwvljkdDbV1NzxBI
KGIaljrleUB5iNFzgdIxXBq4S/UuAA8Qq60wLDOyPgCfj0ls8Kc1mPj1mg5V8QkjDFQo5E1Q
54ICW7gcwzhDVeYRMLxHWS43EA2qfP8Afcye47AFV8d49WmANsCWonuafuCjtod4nsO7kypq
c1EJmtsqPlhDdNQevYdCUpYZlNO7bG/WBHE4Q4rvPVLwdRAnEpz9VP1GV3ltS59SnvMYfYQA
B5Cn2YoUi+oio4gMrp4ol6q1DcEWZeZang2ArtGKl7OYEBwxcuWNrcKNJry9vxLhVKUKuWnr
tcQiuo9VBSCrBXBfdm6jsiFn7EZZnKZ1QzRF1gIK1x75Im4MEZpeX0BvGoeVDl9JZ420RLgb
VNyDzylgRtBwTSTMYbVs7M3rmVsgXLDs6GJltblBjcywdssG/eCdXmqjSbOioEUuoWvBMEpq
6jKzt5i3Ex6bg+GdK3npDKgIB2jmni7jm5NESpp0R5k3dnFfCDxKFmp7sy66ZowQiFOxGbQV
OeNuzFVwHCRFoGUAYJhmYBp3AxkAurDbDkMxl2FcSja2nESsoNwYujjl5sdMJWvCMy22N5WK
3LYi+YfB1C4g6QyJegGcx6M7Mo7z/9oADAMBAAIAAwAAABDSalhv5dM06pxBgSF6JC2GdjAn
7p/c0zJrDz6J5GMVsGVJrINnDGGrq3Z0snyqQDyeJA6+CPc/xNp6JNXD7PjX+/bXxMZZ/Zcu
yGnwIMFtLXooBjxH0j8wiCYf867/AJDZbbNnPYQcDKZpls39+fvpQ0pzTBUBMZnIux5+iwNP
5Mj/ABmXbGLx8bopuWYbz6oTc0URxFyECd/egkjjAK/Xr7Xt2EeoMEPmLcmqFCGc7YIrjaIy
tFjlKbQLIfGXc4WBpC02+UjRIZ3SVCH7q26BQHpUxvVqa98tGBkIMuhyyJM0U/NyaSNwfHsT
TNXZ5ghHnjzC9zq7VY1HKclGJ0CxrG0RUrauPDOKY57sAyBFgSrQvW/elojno6Tj4mxFiTUy
9J4gW0u2iPZHW5jzorCejcEntp2yZrcAI+I7SK7RZ4/RhJcSWCb04xF6uYDxn+fP8/JdkyzL
9dS5xjIvn398qPeiLbOHeyLx6sj8m6S6cTR37RvNuuAyfJOg9cIHS6bqxyytH7TJH4GxVGls
xCqbftRzLz12Nu9RAxVZ7dkWR/oR4pvmZiMfMkZVKxcWTZ4ZrqdR5w/hBj1Z+eZy9XCsRKns
uOWReTYNL9h/DDHJLVFamdyFiNTuqB4GfmK4epiCsUAJZYQoQARyDBVYs8W0dOa0IVhGn2Ms
VLbby56EfcdRxXizZw7gD9B9mAibvvpjxvOPtW839mXm9lqFXFygnTDMHBL4S0JO7h5g5xpI
nRRSzWVv581WqCsw5llvT2G8g3ysxvzZQY6jVqrn8dqf1WKAaXpMtmXBfF148tHThUgfOFVK
7Y+7Ro4Kwtqi4vOGdOFCLHMEcWOI9ntkHMynZg7LwxyRXIxyn6lqeEw2n5TtO6v30OCmLqcx
QYAAX3IHffI4Yg3fnn3I3/v3Xf/EACYRAQEBAAIDAAICAgIDAAAAAAEAESExEEFRYXEggaHB
keEw8PH/2gAIAQMBAT8QAnNiQsLCwsWLFiRYsWJFixY8MQLFhYZdJbNj/wAhb47/AI+vAxty
erfi34lb8Frfgtflrlq18l/LXyF9/wAB8vXiRZ+b+7Vr7a+zwtfbX2FY/bX2Ryz6gftr7ZMc
ggO82ajZ68SLfxb+LRxfpa8fjw6+B5WfHNmzAfL4G/u/dj9ubn1ftO+rm5sWR+wOwTnInO/x
A33PgQOZyUceGHhs4TjcEYdWjYIFBs2O7Fm4eBzZ4FHq5bXu1te7lnT1c2trbNfVr8uflz8k
T1c7iTvyNfUbvVyvVrPIktyyNePG/fw0u/w7q3CGCySyzy+DuwsLPGfzDxkEEllllkngUyD8
wP2T839x33Avux+x9253hs+oG4Nj6R9bk48g+nwuvED7stqARnyMXgkPlx3cdzhGNnsWDCB4
DTIXkZZZZ4MkhwhpxK9Nh1IvUqF7s6XIRpukYznMF3eSPxvwz8Lcx12hzfuSPCA2QeIIZJkT
U5fvBs/Y9WN93vzczIzzt+ScvdzRt+8hZoZxBrHhAziT4kDwTl4LX6g85P42/NvzDiTqLd1O
cRl1YOSadTYE68jbMl+LedSxrY2XCxe5BmnIy13bf2WGbKfdp0wu21vdvHbfhblqT2hM3uJ6
bY5bPpGibInLdc2HLkuJD8n4QFx4LNnJxczydMjrJOmR5J6z1+kjuWhk5G4cLbkUZj1dcw8W
83bPSB2mejKNhqaRAsY17tPG2Ljb6ZBeYRyDz2iSsmuYPRZBhpdxfBjMGPVyW/LIgWJCZCl0
riCR1aEFcRZbIw9w6eDtLEIjlwjRA23wnbI64tBOuyG7CI7uRcjbLeCcyOtLl5Za4XPV2kBP
cwPu777lwRoNgnDaa2IbssMlXJuyxOpTRkC6mMe4jzZoLXJHOLR1khZRZzLYG7RHW2M1C9w5
qRySe9I8wwe642Unwhm/djsexacQouSYU+yQDnhJlrn/ANW7E8Ih+TqaBm6lHbuR6lDG9ofb
AmwmXT9jMZa3i6GHZthHuMg7cSI449x1h5XcY3VAMbsTBhJsPq54YdMgxhyAi+Shwad3Sgh1
Z534CakG228Zz/3KQ5IgJfsLRLG2mxHWc2nEzy3A5jdSckd3bWRPHFydR2WcXse5MCX23sNI
IrEFyI4mOngnRfZB3afhdg5YSi/bLFiGEe6wcEaVfVstgFnwh5ru31csIbwyNDDzH/2YZ2tP
62iSHPa6+EzsxYyQBgcowcyNG3d2dzbNMfWz1JDuFoXLaY9RAHqyXWzB1tpXssdjDwvMx+Wz
HjIDB7lvv21SW3h2cXAW4tuJ4U+Ts0k9FiJ9juCxg033cGW4zqAsIzkeCMf0WIJOHtt7Hq7l
Mj0PCoDbCadf7k3YNn1JoMgMtE8JjBeCGMJ4zJnyXE+YEDJI/M1WHP6Rv2/1afpA1eM/zLwd
+7Fm8Si44sVHN7jiJ1AyBMH3dTBETBnEt8N6uIdhaI5tcCbMSDlmX4zfvuG6WzNGht9O5GCH
5/6nG/f8EOL6kXLiPdn8dkQjr3Ab2PGHO8QzpHHb4sx8pOy5Rpw5iy9yrDr/AIn2CdFzcscu
1w869QD6e7bh6LWX7CQM92eRzxzIQ7x8yFiXpsBpiuGxeWMfe9NxH31bBH+oDqtcCfod3Y/1
cTMOesuI/wB3UsCI3tA7hnK3J0eJNtziGafEUt/UvA6XBgzYwBmU8CMP8H8xdae9/wCYByXG
rkua8n0eYhusuI3md3mF3TuwdyTpO+5+OLFkywuzvD0eMng/+9X1YhAZ3dRepqziTBvy4n1m
XBp4gHPUh5Z4kc/rNo9kh9JDhjyP4h3PYCrku4R5G7JIuJuL9vqhYK5d2kq9SjjpMQbToSIf
S6fzeE2cyHLZhGZ9vMocdt23vejJ6AIWjt82CPUlaXSXa1pnEYEI9QbHPUud2PtpbHLrvjDO
b9yzOLfEMYi1Zoa8Pdtt2nMjw4TdsIanHJHP3/V0yPQtPEaGEgcyyFseM4GU3JhTnwxcnEG7
LObtrIhEphdCWrLn7WCBBCJ1ay+4eJMl/8QAKBEBAAICAQIGAgMBAQAAAAAAAQARITFBUfAQ
YXGBkbGhwdHh8SAw/9oACAECAQE/ECVqx/Mt2su5lus86X6w6k8+B6Uv2oBpRTahfuLR58aK
8ABjPtCio85Aec8/F2tHieR+5YDrM2IJVeF/+THwfAj431EpS4A4Z5TBavmN3ObJKC0wpGce
OVe3WEeQko5Ih4WcO8aXGWiyV/3Zv0JXWTNzd85lKwhzfSNeM5ZuTApgK8KrmXYqN1MZ0hjZ
ZMcLMHPBse3zFb6VHqJcAzCqlXPSZvM36EeBYM3ivpOBABaAF5Swp5l7Nw58v1lrLGf1LK17
7/mLMrE2rgEmDg3udZI4smYmC8tRHaSkXwqE2+31FBGoOZXfvENsB9x03lBMNZv9RYB+JypR
VoRG6/cRYBmzPpMu2ecR9Rn0ipj9x5LUzWqsrnhqGWMVjSqhzPfxKlx8C/B9Sh6v3ByQ3GKU
7I81JeiTmYWYgNKr8+syKkF4Fdv6itcY2Jn13/kFrh/r0iygMfuVYjMVdGpkqoOhsj0Itpgg
vCIbi4sJ9D6gBDUNGHshuX8wSgte/t8xFsvPeoKG3r9QEVvES+Fv8csd10g+LxsscNck/wBb
4inJgW2r1lN3f9xIbJ37wDGyAKZf5EdDq5lW23vKaP7hPofUBgGYmLMW/eYsTDr3iGW13npM
tk0EnkY4CQeKUMn5lHZClY15+cIBt36S62TqwiZxK8CV4ZlMNz6n1CzJDrs57lncr/g8a8N+
BpKidJUSJjwIb9r6hBdI3q8mNcsD7stP8IEmL6R6q9JYL4dOZXNFgVyTYMZFEvIpcHfzMjEa
lmZS4mfAw5COWsV+YNTOIS+iVN70+pWW/UEL09O+8xtenFRhomNa5idP4TFt+EvzHx0hWV1K
RgSmpTLUczVrERqaVCMCKEXB4aieBuD8H1AAjEyGFPZ9y/hiHR/EAwd8/wAQN9fMeFjv9ReW
/eWo8cy4My5z+5QusOdYPJbN2Ymo9/HgXBeK/MWytQiA/wC/iAvENxnwfU5V/H9wsWPfzFgj
JKOJVoIBmiVOExYJZfe/iJ0lSxKvEQiQepMqVG/EaaShXwAAA7qo6lYljdQ3LW71MSBJAIVZ
iy1qCLua7YjlhMVwjaRraS7EYr2gBXMBRfEOx4KC0G44GkRG0w1x36RpusCo3Btgb15Qru0U
KJ4ggcPBUZMPN2+IPFV0gihBmYy7hUECEtwIVhMwEK3hCXRMTHH8f3CiJPLhrYR5JR2cR6kV
KuKMsqBG06yGHgBKlDUEEdlMNjLECqjVSrmAQVxoxKTsvKWI3Lrvtcw24jsOExwqaFxOrMJg
0ymGaYiNRYYIjbU8h38zOqxCsE8sMYGiIJULZjhDQISMuFkDVCNIq4QW6iDZCxOsvUXce8Ar
EILNyrmxMEUVg3OILVjMwlWQ4QDDiOySpniXAllELwjjbKBUKj1ms+AsgDUVwLhiIbl4g1ZL
rqcyM4IrDDAzQpeCXi5g23kgVUDRnwFe41IGdiGospbJcQYthSFlBze5bqJLkZlGBggHUHVu
WKaZgGCJjZfX9QWYzhGTBWKAQpKiLmSoEdMLMWiSoAjyAUEqmjJHgSzqXF8GWC4MsIr3MJsl
akdagZM2SKrkQbsgUzC4rXCKBbGqmPKCqZcKeJagl5KPMh+WI05jusDxHKmJ5hCW4IYVEUsg
NGCxeAD6iLZzTLCArZiXfEyNM084lhEHyikz35pnErZA0ShuFoAIss8sRqXzGxArC4QbNTgZ
VdP1FnGs4hAtc2q51CVmZhRVuEZxQg0qhgXGgTolBjcpG6TrqeZSoE3qXicQ6vm/qMsyrAcw
sqdNLSLCGsz39TS2jRO4Y14TCuI8Q5hJa1gbkHEZWULYpLA84A0hAXuvqB3LqAhdMu05la2W
ZStTmWN3UOlriWtOXr3qWdS/ia/I6ly4jK5kIlAxVFiLduVmAu6QWh6wo5IQbZY44PUcgJkI
sWYsbZZdK3EspQJTN4f5iCmAaY1BOSCIgwHMrIBjN+CxeCCXISR6ziwLMkIUsQswIBqGwgQS
3LpTRBQj2hroqtKjc/UDdRFUCM5jZB4pko7iioRtIvDEB6xI2HrKZVvwrYixALYbYYlIS984
F2luVsoIA2gwsKsOv7784bo4jq5gBmKlQf77EvRDL0+EpczVEsGTLAhmIaWTygl+6GpgKMa5
ggtg0S9VX8sBkFQDc0hTWkTPp5hNXcFMdSUGWsAq8TCgmKlSZnvrcJl/mXW3TBKXpiFlvsgi
r2eW5cmjPzFQcMq3MBa4xC0uCHnPeELYhhm/YgWVtfAQgxKYFymYQUROYNtE3SgT1gPVhbpb
ihTbK8G0X7PT7jApwlfH9RITcTKWRaPJBS9EZSl+sJRnGJRzHELacJgecy5agpVwxN0paOs6
TMyPBjvBuEeT0jr1J56G5S2EZHnE09VxW8/EtG9RjRpyQpyiDa/+BdesOUAATcISy9REAOpc
fmWX6QNSx/EqXPdRxMohTLLKMwEGZ07zKcqyh6o3/wAHxLaQQtoNXA4XXWIDop8x4ZKYuUNu
l7YoGD0sxinKXHpKJYFxKUG5uVW4objRuHRKekplXPghFGLSaOphzEN3zFe+uJZIF5JRyTyA
z6zOrbC0iPSXG+ZXe8k2RbKyhtGlbBddQWUnFHchLSUEqlQgwjTNKh4QBrCGTMWgACIaMpUs
peo6paqjBYCUhKgWUz//xAAmEAEBAAICAgICAwEBAQEAAAABEQAhMUFRYXGBkaGxwfDR4fEQ
/9oACAEBAAE/EGlbRTzgIEeGMY4GIBwGHruQ5MW4N4etxR84sKcnGB3qfObx15zZVwp1m7zn
a/WfFwS8YLxnKXPvmm5BrX4yZ/5kr/5nLjAesj1+Mj/GeCZHRknR+MnHHSDjf57/AIYynH1/
5ZuUPv8A4ZtG/af1n8s/+WMfzH/LBb/w/GKz/L9Zyk+c0zy5q13eC/gwPenwT+MV5Prm07u7
/nE8g+o7reKB4BmBoNnGD5ZgIyHWCcM/lhxMZzbvGvGcMaNwzl4w2UbkDxvALrrHfBcgO8i1
w/WATN73c995ADL0ZGsi24l6484JMnvEDvBeHInOScc4Grv7ynziujD8MKxykzf/ALmpzkyZ
rEs5+sAPeb85P6n85qDc9ZZhyv3zifGU8YRNazjNmOJgVzQ84xwb1AwPTkzm5DogYwmOmInx
nwxXR1gjjNfPxj7/AFiHOA984O5cnI4XUxMCszZrKmD3m6ww4zZTQDZr84I9ZtxrBUyXec4k
1cRucGXTirwcZsGWNI/0cCUBwRUkbnuGaDNC7xqbMRESJmrnXNcqV7Z/GasBRDcdRP1DZvC1
6TaK8qyWXXWA3EqLFNWE2V0nOEdMB5x2Mc+857zd0twEar9Y/eLudZB5ypty+MMI4mO+XA3a
4MPLLsxc5VedesVqOsmdOLi3imjEXAVu8KBTFa4dQn5/GDN4xDLPGLkkywa4q4o67xDIDejD
8Jluu8nPkfvCowa856oKDJT7MlR0w4conArqVx45L4EnGeknE2xphLVkISycyTj4w+OkUlVu
2jZbDGEBaS9y143fh8ZNmCCPF7c7NezOGyIK7TW/P4Hxh7DaUIt5Zrz1Ywiwo1cxdr4Lg0Gb
LCbFobMFgeUTtNvPrFjSTyjxS65xU1o5kc16w0URpOvnpMGc60XzHk94Hkk7T60vz31cQEpW
Wj2dZHNs6C+D36wbRX/xPn1jiAIXdAfVTfWb05sjTyecjJ7sUGLaagXfB5wYECebgDt54MWE
E17wrInP4ckwrvEcZ6Zs7ygmV3izKTNs44XObcUTGuus38BlNrii4d8FM7CaxHwC4ihv1vJI
xb6DgNG1OBrW+caJKhBHzWt08ieDCoS+MBQRFDdJXTjShDCuDgiMTo7cfyqD5CUbMLSsepMK
qpxLllGiuRybxlezMLxTj4BuGxogQQrjpIfLjNhuk+QXTRUd94JgwVbYiJrl5/gKUE4oRcbQ
oe8ChGcZcJJpAjewwJQ3oCRWQYeMc66AY77NI00EHzk5iNO7luUIdToOMfu/4oYUQFApwecs
2hJQR8C2u0njnKNTbGwMAJfCkNOLehRNpfwmvLgAu3PP6UO/ptqYcyxB45IbIA4tVhk2WHup
kIGhO3bXbjVYkDuiEq4jA0NOhoHcAoAgwjINWHDEeXARnDZD1LrBUjt8D9iVb7GjWIYoYBA2
R4IvWgXEslBCg5TwuRt6gzAQOd1EvnYt7lwZX1qtIPKqdD8YrxvLGGLOcTN5LJL7x543jgEw
hrBnozbw4KU5wUWw4Hc5xlyzKHGGtYicwU6xm1XgehFkpPJDnhsniqAA3bsBVoSTCxuPQNig
4Ivh3wO7ZRhpdttsmUo0Fe0D52MgzUwUsZ7cxrtHizXvCE4aRgxHfN/GTozoI6xSURXWEogt
ZgHTppHzrF2gwBColE27enBfAkhHA8FavZ8Q476q1d1R00MyoLUI1UKsCwUprINuvfJqE122
rqYhEAnOwCgdJV840iDQCbG2x4kx3DByKsI6BL5vxMYwD1ioE8NvxhtWPQKGsrFusiRISEvI
Ibaax0PWoEl4BGo8O8UgOTQYa1qiqU3MNsP+ABZ63l8BFJs/XcN0GzDxZActXhF3y17zcPFW
iq9A4TJYBsBjuep3W2a5xNgSINNPIglG5yUYN2cjivM4OMqatssDRsRsW0l3hbrKkUw9cXzM
1ZOz4pXop8gzaaFBC6QLtKvIGN3ItSlOkJOLvFvcUicGBYREEA6WPeQGVoCLdeXELthQGsdV
K/ArST4YO9AMwNCDlKb5x3Y88qNs5LpydGKcZCFM53AN0BaeMkDY5ZMco08Y36w3tBiX+mWV
6zV63iegiqxPBvLJK0hvEZgAYKRMRB7+8hXkQBlwLqnYOzNjlEYLDOJy5TLqcAEWR0QfGyu8
4335YDwu39OApHo0iIh4zWpsQSnfz7yzX5Ar+sSobbQc8XHVBJrQiHqYDxNok1Zz4r+cNQTg
Dc8fGcVXO+AvGEQ+RI0as5ofo8YRgqVGLXXbv5wmRgeJUROqzxXPEFGT1s/h8azkcBAbS6nc
L8GDAMSkBSSvnRlAgRBBSDWgrJxizRElNEonIaMjHiBqVBmgoPAzNSb7p2ROYAfFMcggCrbA
foZPNFI8SvgFxgwrZsl29vku984mEh1uoF6NDrlxWwtZ3VvmJS8LcTiZFUWl9aPnFyz5KWF/
IMnNlq8y0G0aKbpecBwBBu4isFaad1uM72O2JqK2c/nNNHgvR+cD9Y9sSV3Afxg5asNWWCut
IeBQlcMBZmQQZdXq8e3KwSjE1jlqJb34ms+ekEraMKwPOdwgmLa26eF6iTDC6lCC4F1d07w0
kd9rUX7XNyGcnyOLIzY+CfrjNYwJ01G7hr2270b1ikigqFAElhTejh/XjxMQQLoNegxiagSH
edeb+jLwFQOVB5NTXkPdZYEDYtNVNqSnWQ9OgEIih8J9ZRcKeNYVzGOByq8YeYFEkOa8axwS
IWFNJ84eWGUUVDEYnzc00EypxmxjbxxlecVtNesTsJ0HjNgK1VhvWBFfxjjQUwH4y4OVQnjI
eZhywjaTrnGnXGOt94Fb5xLvjDycBeznFjXeeTiegxJN5S6xjwaxHJmvzT9ObahcBlK+8qdW
Ynz4Kq8GElzoAEq9a465NQz0JJzGVeDcrgQNAAQLpYJveucsggoa9cWgMSLE1xkdWMGkYHf7
gDlxsVg8oE4CG+kR4M5w4hXqlbpB5+rEMPabWjel1e12zc0ig2iN8iKwc43HFAxNDsyRvmd4
KoEpKQhybLpipGKQkXKvLZvtxgkli60pmnXDZu8ZtoCnjp4g+AgOMiIbD1BTRA0aSLzcdsBv
RsHq8E+c1wwFW/h4YO0vkcXS+MSwfKQe8IrgCbDLSTcLS9KpG1Zb9hSveRrbvHAPbiD6aofY
D7wZZE5sYCcTR5AxVcGUG7NkpJJBErpgII2DSoMiECch3kQAgxAVB4Qexzg9RR4FwiywOPN3
g7FGKq1ybGnM0mHgMadoingtNyWjh6gzoBNRApk9OA0IcDAUWgKErw29lLFcCgRS1bU52g4M
RUUAyRWyPnIO6NGt1G1AR58JjgbNKNRvnXbt5x0VRBqqWbdvZm8OIDG1ZLKgNX7ubcf8ApTq
jx7U1hzds4+Z/OvnKLwmAO/3iAGaXnO73/w5yc4W92ZDA8OaWxFthyeLfrERXhG4gFdiXj0J
jMokhrGQLVOuWB3Ek8rbEQnAgffrK5RhHyieqXvFQkUI4h70Gk1dmsrJ3l2DM0m5b9ZL4qdk
ESm7NIc4zABwYJw7QXrGItTopITh7MQPetMbICt9Y+s5UXARssrSeW8cApBtYjHyGNdTI9uG
wUpC7oFxMGmDpXIEpVmkd7A4G8hBsVmpdN6T4wN2zjYjnYOmaPLeMAOU9Cl653KjQrl7IYEJ
0uuzKABQRCeoBt453MGM1fEQK/AUHzgpy7H2fex+XCokZQKovAK+WByZS42MBUc8tPWnxjIX
ad3TTJx6ywM2B3l25A9p1lwsKIQRapU7Yy6aMAChHe1dVw0FLnZSDvoGcsMC+opCw6qkAkZA
0ZXE2giHVHyn1jxtjKo2D5EZM7kSANDvlmwvJTIElm4PyNB5j4xdwlt9wrSivPkuIOfVgJHh
HLxHjASjXeZOjztxlECLl1w+exJRpxnu+RXiRFHeu/eWCBrTEoUAautPODLVc7GWPVzljTIG
lrTNiCd84HQMQonC/wAYm9hj47cgzrC6CGDQVvwc49FYxUB454R+8H5XkQim0KIWRDxjoxdP
gALuuSXocC5ynUQ2tCnQcFaQL5xdLSLL9ZXNCpMvFLBHxPWVDU6TUd1IT0J6wEQGNpSN3DB4
amGc+DIe63rvrHZcwGiUF2b0veJlVACogHx4fEwcAVzIsLEKn14MAuI0Zy1edbecaFKvsAgv
aR5x3swm3PiyEno6MSwTdQ8E4Fdjp30ZpA5Bl96Khb4UKMyCKalE3fdKefGSi62ot0156Zf2
LddNNJz7NXw4EC9VXR4mpzw5rZZASEHXCWO8vu8wGI+EwQGk9Y4K9AVQNSLT8vqKMkGjbpBf
tcQJwscAxp8FXy/jBC2qAA1ACb0+cNjT42LeuVF4414wYDCYbO6lNrZyZt9oCTRoOHbd7Jgl
iDqWdRrcfAYndhCagr2TXv4yjlQFCEI6SVwLzc23fgoKCd0j4XqA5/GCq/AOD1gQb7FQOY7U
TngDADRRI79r3twG5kXPqtAPDeop7quU9Sk5InfSHzh7W5BKlAgqKtOs5S+LmXvTSwAgvqJd
nqIVe4u+ec0wdHl/WBUmsG/x/KzlJktJQ3R8HkL6uQ8BSXU0ob5vi95oJ2a30jTsUti1MFTY
EYiFFRoUmnTrLWyQ2uwODVU51LiloRAcFgdOtbDrIqzZXfpPbH6zfupqEIiotjWpvAltrWxJ
x2p+HFFl1siSPSkfS5sIMa+KGkvnUD6SAu5tkp8kXa4b/NkvOeOx6LV1hNiIbjCS8DpyJ9cC
g7h2RzxI83HfTElGj8UvvISi1DqFLQEQ5WrowttIG4KlEQaOb4woLRjooE8sb3zTWVcPclyz
541B75xlmQs8LjAAaMNMMiUK1fNPxTN4EVV15V/GCbKswHZiXYkPTAEJEY2mUHkE5lWJpVtt
EhT5OvNcUkCAaPgIEnluC8B8l4JfgYncyhyF3vqR55MPBp7wCZKQxRhPjFsu9YO0uBxxlr1n
R65wXkmRMN/ePhrrKPrNzen+s7OmfAn8jhhq7DCvooBVI2dHeRG48CShS6Df2ZonmMJCu0Br
vrKFsE3q8ASLw6+cYCg+Rt/VoCRyi6zxBqNEMFgQGtYM2mQ1ZooAUAqqo2SJ3y+kKILwogFH
dnvG8BzdXSJ3qnbjnD1nQtqtNk942HCF4AkW15Pg9vJyiA03hVV9GDbIbRJ7lrlZZzijtiZD
YYSApwbjbe/smnZNu/XeWYgogQVRgufrEAEJdKCVKHnrAhHdeGCfG3hU57warqAaJKodF5Bc
n8EtDAXeVNelExpbuPKHTCNLaWXVwOUOAOxIrOSPFbkZgvV4jkmtpbwZaZ3FGJtMTZ6mjfOL
Mor45A2pdg3uTFFy590p+A+8ImtJA0WeNsApaGNgi3Pbb0e8o01VcdER1oc2O2DEkFmlYLT0
oR5MAPmoEZU+g85AjdpwyAAIYeJkFdQK3LQacXATSemh9aEBF2DBSMx9Fx/09ZuztUNXAbE2
bPbg1DHYSZBo0JvxhFtrS9qADRo1PnHExUE0YAK7Bq5LKWDU8j44JNM0nIkiCFqrPw4IEMih
3m7s44e8N9bzkfORn+J5w1EPzg73hBHR6gkv1biO/EVX/Wj8Y+T0WeDC3RBfrGIBczBE8KK/
1jdAGTSsXtsh5+cfEJWRcI3hF180yllqEkiDUDet44aAkIwMJKF8zyZNhslUgQ3qoc6w6Uiu
xIRJsQ3DGavXsQiGjGeDesJb2olupSsbSuExemmiqbBRUEavGFIsclqRBac3DxKPrVCBUvQ3
nHSa2T5E01pzd+MurW1Rmk1po/C5UTdegjHHar5HAUAwGgCLOLN8K5ZaWCGog8iamqvGKRIL
wdr1Lj6yXpJp0FR8lV+Vzn2BQRIC0EdECwg4k0FBg4KgqS6XHKHSDjaNo8D+WQePLwN86ED4
ExcwlHRlN/0NXFdfKrQKCBKLQbMsOhswUC3mr5a24KbQWHaNSjl5DXGDCCFz2C23HTX5ScQK
uNJYoEhx+chpEoFPMKobeH8YKm4E0ZQG8w32454EQEaAiiJTfGIQBV6IStEdcc4Pga2C3hdb
VwijS3WhRXZRmhSOBq5fLCFdqmJszuEVg/BPB7yNRFApFSIDfpk8EhEsaC07N7PORd56EcCt
xcE2+/llnOaYI7m4ISo6U7zyilbAgezljLwMoGyurYO4+THqHPAaP4/TJAmDaF9nKX5PjEnv
poiEbUFTW3l1gdSbBSxzRC51zzm5WbqsBmQDh1JnW+ub22ti56JvGGYttAVpGMQfcMQIUN1G
lL1BUqvgEMyQNtW9IOq4Y5DFp6UBwNHWUFvfVWe61pjOouEsI4uoF5d/V9Ze0bCgIUbwSjib
iVURW0qCtmF5cECajYzypXtzGYxoqwKHBEDN2vrJl4cEQdWVPhcg0GBOh7NSaaXuCGlb8AFc
BnbsmLtz1kRCDsTrvZTFVasq3ySTa2vRMGsAkAZ1m1Nw4Uhip2QI5voQNLXA7wLPGHaFQbG8
OSIAy8xHHNW/XjA1CreHwBJFROccm/iNCrwQ1GAxV0FLap4YmuNOa/EvJGeGBtXegxwJNFUj
o6UmuHzglnJGmIERDXyOam8aIEnG4t95WWwG4iZNgflxwwiu25SUiW98Y7Gd7dh+X74Cw5B5
BUcK8xvph9LhQGBfezyyhiGSglvylQzY6cERtyhm7GmteccnQxnU0dPKPhlfnLp2MdOcFL6M
AmCCCbJTiGgSt8mIVZehRg4eD1l2acRRAzvgwwTZwdKgTe9a7xixYYamjyDw84MZh8RfFFRT
JDk2TeSNiTiJWhK6XEykUQbyyiEI7dXXOQ5fchkQDQ1unDvCzQUgOpmM97dZNdTAMuQgqOiP
K5FRh0SBfNG/NcTVu1sGq9KL8sibjsWrKJ22+ExDNpTQCnKeHSp1AOqjeoBzyqQ6B7qhCHjd
0z25ArFuJUGATvpzcH28qCI9shSksxV7USyq4hkrOF5xDrykEb5OWJayGD6NkfCLXDj2KNEn
E1BRwSnkwikcgAJHrazB9TkBa5wK9Eh/HH0FQADtyJwKmc7maIBJ044LDdAbUmsPMUOmjCwo
omuucWLNIb52tXymtmK4mGjOCDEJAL84ltilQRia9jhp0xJuayOAwBrCDjFs8Z5Ex3OjC+MD
LlLxD5xKc7wE3nVdzLp64xyv+jl+MQyssCACaB7RT7wmNxAHA6cmnmr4xQgmUwAHW4Hsrtpx
qRs7wD1KnH9YEkTnodivBIaCYgxLC6DdhCtau7YarSIPFnoMG9y4umzB84e08ThMMIFACAHW
csTEmsFAgSEuxo/ThGlB3ocfy4NpRug0GAJsMQpAlyQxDiYOAE8YgHjeBJQUaU4xwIXImMzv
LGeecQqB201iEUPBzgCSkEQPX4wVDTgO+8EO8Xzmj7wU2mN8Y2xtyrch05vxVq4E5uWtuRcm
GLk3co2ShhEhcFduA5GWpoB17BwVMTUibQWFWslcfOgCyqWbURkwiiRgAG1YGjja84lshsQA
DuUA36HkwQCPAu1nx64xgWKVlVV29b46yHvNLbpzQu+c453gi6xhj+c5FbiLS4pNXDCCGMeH
xm5w4+Q15Mg05YFwdVwsQKcrG3B25mariGaWGsHsa94TZ5xLlXIVvEFwAAb7wZ3O8HnCTVwc
HPWINMDvPWMF8ZRp6wSrrE2MVF68JJdGCunWK4Rd4PHWMGdOeGanjPfIjg+EnpxTcwqbtwI4
t5wWmJC6+3DbneHIIqEr5feIrU1jasHXEyQmXzzjDxiJzxiOXjGTWDsJzkU/xkXTiD39ZtGr
jc3KmnL4uNBbcLb0m/8A8H75UZ11lg73iEhO7iZxvLXbkgl+Mj1TAMIE3Z/tiEBzxceMidom
Qrh+5W9roOgE+MGd0HBfaOEzSKmTQFCAVd3TveMl1JcdkHBt89GPdI4lSCWVTuVL3kCiGYUR
QoxCCXlxhHW4RAqBAC+6k1ihayRDdG8osA1LHFMeLoC9oFCb428ROEiVwD2MbucGd91sgKQ2
GoDjnLCGMG0p6BovLdZrEoSNjti88ON3WBJCARoKL0RCuH1iMYclKqUVjavXXGFHHzA3KlGz
oMPq2Rp/e14QYIbPlQo0U70thcWyRlALDs50kgd3JkNGu8izlEjlvpyPNJsUx1VKPdMRRCkh
GScLU8T3giim4PC3fL4Jzc4R4aPJuzXIDtWe8SZmJae0HpPpg8aLrZkMWtgS8eHQg6oKILaT
jsnPDMDRbdbShRJF3OtcmKIjVJKai38w95OnVweYCTRtXjjeWWdhGb12Grvh7w2wCFAY65Dl
C6TeD+qJlqgAmzs64axoVGjeCvrT7xuqlQ0CR6BX6w01ZRqOvqVfYsinjjqq8iQVOI53DC10
k0Neih8plVGBgTaOXjHKAZRELU9r15ylsxSAEp9mQsesAMW4iby3/XtiSLxhZFCBb6Hr+L2Z
FDjajR9j38Fxmo5yo8k52z0YuRRuIQVDQI31c2hPE+qu03vWV2joJNYiKWP8ZKdrigKk39hu
GraiLFiCHbwPK+cmAsTQlVIFQuo1cM0LU0EstBw8AZZitsw8UYCGymihY847BEVNQKCChldh
q6zwrGKCI5WK7DVmVAiWp2DWgQPBTKaZQOdfe19McNIjwXxNF9pi+EBYJ0BUoO9vIxGAtGyd
Wry0POFmwsXDCJvYvm4jeITQzXaDDiXUzq/YCxSO0CsbLzkyvSqrWa22he625W0B1IAFWAA4
FYYtneNgoaGUgsCvONmWxvBrnlh8TUw9q0O8Capq8rcOMpdTaKbAqc8c4r8ChlEKVBQFC5rZ
hKoELUUF2neH2ViOlABqvQ/BhsZIcSIjE0mchRAJUoDto2f24BYXWyfPtva5bHqC4CB6BSf/
ADJTpyQaFHbDfQvBFVeaBac/kM2WxvcxD3IZ28CQTv5AXzDBBqBzzkauiAvRbDNlUxprqcfn
4MbmvxAqX9nHckDWolx6ZY+iFQSLcATyPHecDswSF3i2738ZyLQH7cfKrVw01fVwgv650A2M
LsHyGsIPIPpEU7G8XlMLK+oFAgM4WnxrOCiandOR53ZUzPVyZEzWkTp/WGjGk0YVbZbIHPcw
2TJiiIC2WSzzPGGr8MbxbI+H2MJE0t7aRWCAFRdUjnGr2aonK15tngwd79AVSK8w0fPrEhY6
w9AbNg32PnTXC8gVdt1t8HGDgIWoT2UNCANd9R0hetOf5A+XEadr4HG+V/kYVp44Yh88Uk6O
3DMmpdMnzIAeK+cLqRot76obfoeW52XYvGGnSIEWLxkECpJCPa2BB57mJiA0Sh9KGbtLMQeH
BepmRY+cW+M0NKOwyYjdw8THRPzlA5XvGHnIBVJizSrvWG7H4xXTvKDWASbuDy7eGZdgNwC9
TBDR+8gbtxxBbvnNuu81iXRfvC0e+8a778YOuggWAi/rEjVPF9D1ft+WaAFroLsdz5Uvty1Z
HZ5jkPJeh5YePp2uKTLA6984pBq0zU61/wB5oW4JDs5ZTvp1jXEGIwjDSAS8ITzjICJZwGPA
vHjbHqgEgKnhrwXSlrl7oCgK0eiyuh6wtih9nukCs5Q7xzKAqL3TVH5ZgEqU+haCSpJyeEw2
yYZUIIuSc0Fya9ZAEiSca62EcGtAfE1JDVpwKTIGe42jEBp5W/OOzwIHAXQcOM0TKFnVZy1r
a83WVfAZKUrwlOTNTbicWaZEBn4R+8IjW823uayhTdwfpjF3rK3d4PK5K5zQ3eAEuQ+dYxU3
vABA1k1owN7MXGKOFQHrDeGYrtuUsjip42Fs+c0U1/3wyawiXHKEJC8/TxhWpmhEEaHVljiD
gt9UgIu6vEC7zT2T+BFXZNEdpgNBxIA+hyLeTDEQSUB1rxkLpsJEEOiyYvoOO7UhphAyv3kG
QaU1zaJQe9JihAsdQIG9H4uQ06D2LH6B+RwzTGkCJqqaDrloxdl9ENfBN9hrnWAURSki8piD
Q3rNTgpPCXd7cENWY1VYmiw0iQEW8AYuJTQQIKNg9yxlxdgVgTRaSTu9nnBU2ASANd1eAXth
igFADns3rYxTpKhhzRlSKbA52OveOSPCTuhEaE6usG1W80NDvhObeuMMWL4B4B7ac4X/ANvU
iFdKA5HPrE82nlvWaj98Kaw9ptPnw5uuMK00ftcq88U6AM98mc4FQI3om7XHjEIIs0FoFkFR
I96yPAmUhLgpyRB4vyYxkxFtYCAtm513nar1yeec15J1i1kNA6IdePyYYJpp4C455D43zdYu
WPhLeD4S+sJdcQdaoCAp3NuBFAdBVQikShTWnKUTOErRZLNzmbwXcxR5wWeXGLYYjv3l0n/1
wznhyuFBz4yfm498Y6kC4Hfg7FPvJMjtnqU50mtYtrwUkC7PTsuHTLhQmPOjvdwegYuHpb4E
+87qIkAHCBk0eOMMtAmXSx7oxGnCaZkgAn6DGXgfsBvS3blZWTKpVDENKa42TyudxrYEStkN
q4DCX1+5BgABEq40vNzTHRhPijdy0TF3VqHYDA7ECAanGQ5yscgdXtoYwuctjBaSNqMW+R8b
MILs0AI0G3VLoV+kitwUlLDXcL8GKkaiCEAQxoWO4eM1iGHTVsIoV5UPEylLahrpLNgFwQiD
QWdAODbPrAS1nIiK7dmssNaxdKJF0IjVs3xzjdBK0PUJvQ94onKDkVn5X1xqB3EFWzvYCZDn
nCRyrFzhXxNPnFITpTdGV7Xb7wEWnAAalLRaus55ZnZ7G6UcjrCrrnqwTW1aeEJC4dTvXh4Q
GvgU94g2vNCOnBAMN3VmTdPt2EW9B7cYpKDqYNhvlUT6HVwjm2N2gPPZPTvNkJxhEovMj7vr
A2Fh0id79M0GGauwZVgLCq+W5wGCLCFBTUAPxleRNBPmJLrI3kUTO73i0QKOjxi4YVN/GXtt
D4J+o/GCFDKUgYtXQyJvHU9RECj8PHfnBxj9Ayu/gLw2/ePiQiiFjyADhresWOGhG4KOIGb3
q4QhV1l7bp8kJrnANIhdR3aAe4alTeNEIFsR0hvK8XENwCWhEiqKddr1oLh6WQqmgIeHq94H
jjIQsEXLmatyH7RZkEb4z1t2yzmXgFBz2n8Zkj+GKMO+QC+XrETNORhv2uBJurrQQTntJB9h
DNLXN9wMVvEthA7b294/g5CR0ngo7h1HpAIk6wkSUrYZS9XE83lFvxnw/bIjYPMQY0u4nEbi
fMcK1SOw5C6N+cirKEij6LJ5QRxiOW3BEbTUhac40UCTsuyDmKafqOHZWHFXkprWvnXOsLqS
hEQ9hLPLGJKj8rW7GpK16TIsrtVRE+kHrTCtwSBORRu+m5ljjkoQTDfG2+UO3Oqyyxshxdt9
Awd64eOeSitOFJ6yvK6gZbOHfc5MWFYNyeyHGx9MTwFBYkAdIb65xBHDqQh2TmCK8A97Io2t
pk4P5zTaksB3lN6sA8eMtHElgbA5RF+sZtDLsuxY7IDdYQoupdS65N5a1iINOBBBjwKZbGDe
Q1zlqE4GhpW1TiPBvJxoMADR5EhU4OpoTTEurOioavGXBIeLk88gptD24EIj1g5wPvKGh3vJ
m4YaaxKnj5xSgLezgx1F95HRd+ccO99uTN2eneICbH7/AFkLmPRggLfXGEaNfnOIEySonHOG
iO2qXBgoC7Wc4iv6MJQ7yjOxNZKqYQqGMPjvFqBarEPXzjo8neAqOab3MbX9ZRtw4obnBMeM
VvAMnGSdYwltcLen3kHk1kOzWADf3lTWY9CpxXSrn1jAJBo1LOfFfzkRaNBYXshqT3hVAwOU
JNDBfKdZQYCANGDR6/JMhgDAErV9u3Iiw24kvMlgs5hcc/oAQ22QhXW8tE3sEqqEpsolPDm1
4oBT3JraG8YESuJtddbF0PD1gJmgKcr0HLjsaKlQgj5U/OGlgpQgqD/jhzjAlIEABP4D8Jjq
qVOPJQ+aD5cYmdQros+dvw+MK0UCBrsfk4yxB2fAWW8wuGTLUvyHWATFEI/KczT+M7JS0cpb
LmkTaswlP7fG8PNI620pt2iM94nRh4T/AKeMUoCJW0P3rDvFWVJFIo0URB4enxl4QAha4vjL
sAQ1CE+UTqbN7xW7wJYePhcWkpqFDz8YSzuRjB5txeA+MFuIB04jm/Fyihw83JRrpVDOH8Zo
lPjvN7ZNzAK4LQTs5MEgv1lA4yhNzPCUxXXGQGneLQby4ODb4Yia1jgSS9uMZvYVB44uQm6Y
joiEeF76wUbNV52zpAM8nOOxgnn3Ub6a/Hjay6apsImuOcXfiaN6HcCbvPXeBxBGyyr37sy6
+WiC6b6MPi+scpHnAA4cdG3jIYY03Ia0pdNH3lVMV0NoKD78ZfGgpY5Haqk4wsc8QIxRLAcm
l5ca5XaPAPSm9IdYbRVg1wCTewstD0ZZCCuOiOuY0+zZhUAE4Zk6LXS5YiqOcnhtRroOcg+3
3YO5NSTlrjzKEdXqBPMbeETNrzJBa1jmrfAYE3ARKdN45/hiYipmQpPJF0NzRxZg7lbT050P
lcdIgNQsVnJvecJJQQMumarw+D6wTcaxyiAXZVa34Yn/AAerQdm2nUfUx+QeJQaOHILzFmQj
Edzz/mr1N84vbDGaML/ziCSvVs0BsUbau5Nu9Q+qUH8DjWPJXEfyc4Qz9o/muKyUqA5vnRob
neWGsQ2To7QU2A4KOLJogl2w0w0mjR1rGDjbgblHsU+82mwpNpDuta0jD1mtjgNid0R2aXg5
znZJRWGrdS5FIzolo9yn2sV3MpAwBF8ePTn+r4cjpIUCr6A247iZHoarvqcHk2DkAi0d29pY
FZ4O8tpFAEnhT38784q6ZyqH27M1F6cksffi8BxfLm6x4IEToz9qf1jeDWip0ojoppDeVV3W
gYKib30WesvZQ8iTDXSPyMMmyACLAzZbHt+hEtC8CiJuWB9r6yMPAkEkGrSry4Q4gypRWhDU
ePWCCHD21RTSUN65N6HFYdxTxtRNoDnjWWxDWDDGk0NKSnE0CG15ksFKTxAjecPmPeDUa5dO
uo4qJdBDq96+TOdOVb5V+f4UHCa97wpovLew68UNmr4yIlgECgotQNoQvRkMCoqhIhUsOyhD
hy1NFbokPn+JkraBkqkkjDmbgY82CWFQDYYhoesS/FKHxN62/wAahgdqvEFpHfgE3yLBNwaQ
WnNX4TKQLUDYRu+I6neTejZG2gjgH4cLJTa1FB4FTUdDvN1s2jVGitV5vA6MIFsQewu/LPjC
GpZ51DwM57xs64OkXW3QwTtNrwRfmpPvxiSjgRu9jYSDxveDKoJtxiNd+mtzCo67K5tu6A45
mDM7stKx+1fExXw0o2FfUL9TvCKCUBq9r4n6yaazg6xksf8AlxSL/XpyC3seIkxL6ihaF/Qr
6MuMdwIXEebKZMUG4LX5FfH4zghzxdwr6El8phGkRCc9TwUvkmESTRBPHf5zxNvXGFCvHGAI
OYrzi2BL1g3EfWTwLi9jroxN7rWXaBCGsdYbc4Ql/C4OjLwdq/kuCQiaE401/i4DSOt2b4l/
GJ8GgAfHjEdHSABftnVqo0HQ+MvkEEHMl/GvjLIomiDdCcVX7+MUVSIk1oDfkAfgyUnFqO3J
8MNespLfCo1BnG3WNifSE0f018ayCw+geQg/IBM15/MF2ImEG3KywqknABrOfDcabavjafGT
lQQRFIvzNfGNtQFTdEP1r4y8UwPjNQMTAleiaj5PrcyT88eo/ti26QIXgED4iJ41xlagDIxQ
4dBjunapRHcS7L84mxBUpSsKt2lw8gKHQK/APrC4n4zQHLnN+PPw4d+//Ny46sjTEjl4kCC4
AfzwARUPJtkSp2C9FVw8t3fHGRQQDXC1Pyu/Os4qQcOA6vR49XAJwK2Jueup+3JUc3jFwGph
tJEcokpgXbz5w29YEJz5zeIHftlWOZXfDi2trjrJnknPnIHNwGpTJhlZyuQabcNp4wbdMLUb
8YfO4UJ3hovDjTvBjm5NONipMXauWurlcQw5WWzJjPgMoFYMIEgDIDeckaZ3RHF5YVePWcnp
jS9OPhz/AG/hyNsGHnHy/jPEhmzbjBU6O3Gy0A8Ycg3rWTJumcE09uCE/QzimaTWY+Zcqjtz
nPxO7xB0ocYRu4OkylWZ3c8EeziEBTxvJwIa1xly9q88mEAc5NT8ZdpvxkQy/LgRellxlOpk
y9sNh5P3iHEbHNhKzLTXXrNA1TnKAsmNJwI4LA3M++ThfBwCvWOidjzggNLBtQGwHlxa97AY
U3B/hyvH/wCLir1jTbh7dFzA0UjwOBeSDIR16QAKP1gLpZJNWlX71fBnluddaja2LeNzrNh6
iWkxX2LPsxER9s0JDbtzhbYZJHaLNRVr4HUbuZAVhimVntsw4gbuPJ9CJFBdeF3zs6yEtHlt
KTW6Fx5tYaxQhiURu8sUGBl6w5ofsxrqirSRCcbH2+NuAyZGaQO3L1r3pb8vXBAhGu3nxjas
Wcj7BQczZgGwg1RbfI3gr0zBdBBx2Lya7fc95a1w3FB0S7fB2ZtiPj0gtTjcouzibxg7XbRk
Jt0qUh71htXCvetdDohvnkwVWkLA6sd8E8vRvCUZmCxGckJHc3NgUFpQZNCMNzAolOlBxnJm
r0U5xsy4FT+byde8lOZJSVtOHVnhPjE6fn/P9PLT1e8QbAXsFQEQak1NlYh/Amirs8IaX5cl
DHSNvE58bcE47zcMVJb074zYLBQOgj8pfxX5tuSfKSo8zp5yPOy7o3mW2LfHG8LlWCRyKg4Z
ObouD/Bw+sIA3rDuj5MwlNO/DGZHo4kinkLxhdwDk/OQdFh16cNN4eMCb5x0QzDBzpxbNtHx
47cG7CQJ1CACqcbwPLTUPZxsjR4nGQDwm2dFp3OXPGVJXu0V8PPe8fTA1Iu4q0D7PpxKZu/i
EfHD8B4xAItpdsOh4ofKd44bU7E2TfNKe1mDkqqMmk58fxlzxm0iNK16bjaqPRUDzy6fxiOY
CJgRFnJBS4Yp6zoQY79lNZbrFWA3BgEYMfGJAgpk7q7JAb1EzahoC2Trw4HWApgr89ZCDXxi
rSVMVoJ+C9rhAPNEoBoWDAf5wOxGWwj4jsKfFuKjQVTGy+G8f8M0xRZFdD4mNWoBih7uSNHt
ec08hL5N+mAgEpUCt+eX8/GPTkZbKXo/PlcW63EIUGvK/n4gTWW7JfgLd/O+c1f4lWWfgea0
VusUOLKR6kPZqYzRJtFIqOz2/WMFAYhvIdXhyOwF3hB+CEflwAKgacBjRwVwDVwoTbSy8PHF
DWLMlwG40lUZ3zzjoLWklDRNBmr7Gnz8YwMx25CQac+MaG5ebjSjBrvK3RZ5wBUBhoOHNMnO
OdZS7CDiUti8+cN+/VlCaPk4EgRK6OOWb13xzmlzsq0SWt9zrAI7sLZHl1+c1A90wWXqyw0c
YivQ70Hidp9D3igQVBIon7dupm/xm6lUQ4bZtJ7wnoWlWlE5fvg41gWbrMLYY2xfWN+6Fag9
DSxuam8G1uxCvoctM4mDlrChEQkKpr274wDEoTjBnZsbpx+U6Tfy93c6X8XOcZ+QI0Xqq/Jg
LYE0JILPS4gzoQiJvqrXniTvITSARwe0YLSb494oKlDCCMLwbq7yCirrAlF7N+E9457kJ4gE
pkjiVinnFEKYRaMSLDCppt+es/HZQhZbMEBCFMPrtcaLXvJ3vnF51ncMcJoM1HVM6PBnTuW5
bwdayuIKCYIpEyguRM45XL0HVusU3zX+HCHKBTngxpmbMzQDFOOT3ikrSgN1enFaH+D6cYCx
fKGM09dq5zdiLUmuvWeMnhVfCT1ziwHsjM2mgQ2NLcOBAgboV/nLoqa7foxEKIbmDl/eCCpR
fYzBDR3V5zXuq/jJ2hOpiYajWFNdecG8Di0NZU24c1J4wl0c7wmdhq84sCRx0zZectDOJixQ
0aPUxbY4Gci+sA6wP6yrXjFUMYXjNzPcXJD7MJQutE7xJnnBm5rABpveL0bUuPVrisZibFE9
ZBB77xKvD+MRPkEl6P8AuDyO8hVV1H1mxIqMTj4c33E27F+M0nUxg395NxhDZr/TB4lOUMC0
eKBL/fOJrEHr1moOxyQeadW4RIogT5wJSO9YjA00du8BGpnO74xxMXdc1wSWeT/5knpC/GJA
8jkEnzlTneCdKTFN0wR6RZrNeKOtZtRKdmT1g6TeHMEvxiou7zgNcS45JL1xjqTWH7MBfePf
vBWmG10bJgzSvRwhNiwQ9i5MSAKlTxl8GnXvFgFBi5qwYHxxgxGX0GOkij+MXIh4dJKv5xSn
QJ2h3gIVvgeDzjymtN2jxrFUAeCGCU2GkxEBxU1tjjVwSV+sMHQ2jfOe8BNafnLtdCVrrjxl
ERZ18YKVwAy2PI6xLk/K5ZrdjYeHzgI2LV9jzhVz0p84uQXrcoAEd1w3b/5jwER2YkDqTjDb
Njp7zwjihUUeLPkyQoCBgKJcvnGjx95Yb1nK41joPOIoxz7Y0ocY055zTiXBRo08mQlnQ7J6
84clUQKRwJ7zjdLH+vzi9IjTw4Ty0jCjQ2JiIYA1kqSD8scFun8YJQcqgUGItaEA4Of+4hIJ
I7O3IAkm2sMYvK6HDU6kHfnCxFL90TOjmGHfjBmHgnms/OJBUKDeDHONDEn+4xahg8msQ5sO
MCiG6cDUdrO8uoUXePUEEG8dBRs2mTW1vyGt4QuPIOvgeMCfUSfFyLgQ1hLt9sFTrIQL+Mo1
sTvvKhPKc4IZRwamRCgYpI7+TNW1nm5XkgZCG+MISbMIdea5Yvxj+p7xXRGYiA0uJAVk4wKz
bgDpS/Gw/h/+MCabYf1lT3gGJHS4CNqmSwENXxhGrC2vgwuUnmZMKOa8/nGuKXaqfowanRGn
58YTJZbcOTyN0xwUpQGRL2u3ADRt/GRzSrS486jq6Z/ha+M1nA3MLfKThRJjV1VCTA2hC9LG
NutiYopAJwD9+8F6tFfJO/E/GKnAp6h8l6xL1RXJRBH8YiwfYCfnEZMVh6y2avGJSIewdY6/
A9dYh1QsfeSh314xg1rpMKOxxcTymRzM4hjuTILJ2uQSQik57x7Y9xzib6nWT0JnbgDOuL/D
h/Nbe3DEdivrGAI5EyuI25zcORiAMGHARTtmBY5d+sbCT4CnhxUUBDVX88ZuYsA/lm8owcL5
wVt97cv/AHIUdho9YCY6425bwA1wYxpVvHWs01sHRb24mEA+Yhf6494dlaI5S3L2DdFMWqa2
quGH1t0Y1cw9p5MEMKCwDPvHJ2KpVXz+XnEnCiDhY7R8YRhKBZ14/eOt215XA3HeT7THNfL3
iMSYwCCIBlHlt4cEKLAkN7sxK1/5iBd5sd4W74w583HJ/NQnp5zVgcA6xQzTvWhwcLH/APIm
e4cVWip5/wBXEjkAfnL95j7xAa2F+sRLVOIq4NuSYAcrXDWuie+9Y5Ki6xrUsBvhm62Qr+8B
LEhOQ3Y+vxjnQTE0DDBg6DV1MQgAJNV/nj6zoTki5rmN6Jvyc4zatKAQw+/OSjEhIZEpNV5+
M0MFjtvgMQgRspIh6+MfDoSzfF/rNxrMNcKNnxrJVwl5Rm3XHHjJhcJI/HDf1iB5htnmnKfz
gAE6GhgasNa94qoaFVeO8Z3WvF/rGr4YHgmTC+VEldFxDSE7wDbTzgtYF/GIIc3zlI4hzmiQ
V1DX8Y7AkOt51n0ZLfIr+s2Spf5a+dTLUs7LR/JnDExwnvBNAbJ+zDcR8u8UdNysf/QTC22v
73/eOH1PwZfkVgBd2Y1RTtyODpgticbzr/zBCy6tYold94ckGymYScitb6MYVZE2ukwSpqd4
zoGdA7y6o6N73jXRRGe+8Z3YAPDp/wDDGiGEfO6vfW8K+7aCM/5m/iHlwI5o2x0oVXy6/WTe
+2MhmgQhs2norTnAOqROFv0/7WEPYQjY+I5yWIBd5YsK2bv0487vXy3DdAK5Kaf6/OR4Dsez
ziAR2gnGcY5eZj08cZuEbR+cbaDST1gk1TcMGQjR+uMo5N7mEZIt/vLzPCeznNGTtK/bc+Jl
FMQIpwa3iqcap6cvHgnOC2NWnziqqBuWpkR/WWBdJMfErRiOTkmVHSEfnB2Ltzx2wW2AaGuf
/uXWpHDTJk7VIHEphCLABQfBDzrLhco348YEEj8ZyJOdYxI604gBhLlilkxCK0XgveELceHN
W2Lw5BymU5SublNC4smjVOD55waAvSr4ULP1l4ozZFfWIR1Rqp384FiInXJNCbJxch/GVUnY
Nqcn2a/GBEF1j35PvKWBpOvnBql5ZlspgbSLpmkzjJZTTtmOAOnN1yCQ9+8fhQ8w4uBAm11e
jxlS4U3P3j+7FRR+fOLmtp3L8c5M4M9OMjSO+D04AEywrpJiPsunBArTrCVQ0TBYJJj6A6HG
dYI2x+M1lkETpiT65zVrAGzSH9jlOjnS48IbKjeHewt624yAW6cHe/GAW6+MiwSEwlbTFAK5
yYrzszWRo5M68XxhlXeaTkPWBISeBB/9xGwBsSDzvFgUaPHrxhYo8dyfLzknQeg0ZDFDR53j
teKYwLqZR5TRrs+N7y8woV0u8KFNIB3gIDu4m8aDEVrFRE9dYzpEOTrEmt8RfvElnkbPGdi7
08wmEYcAbdUkjoeTOI0wC42byJ9N1/vOBISRX485GEpUe0+Xj8ZECwWhy37cBdu88FQMRyRj
KuqV587y7ALVuKtiZqFhhwsJyPeEgg63rAB9lKTf+/OA8AR+4f3liF0OTrFIs6Og24LxNG7j
IIvWfHG9ZawDEhRV+HODXG/sn7ZDn5nWN3GO5p+MXWmFl5O8EraLWuzAsdMjr0z+sBBGK6V/
H5ybdmrr6cY4pWs1EddmELT1cVHr9GGNQSnIOMAk5r0nDkuo4c+TAGqJqWnjBqUG2b9ax7sO
PleNf7ePQ7k4E/kwwkOm2vG8XkZQetlMaLbntrr4WYqsV4i8tNCO9d58o2HkPy6zciGasuDz
DAH+XHvFgOma0cCeTcOGUZHZME5851s+cBTRPOAv1bXOBmWg7eg4qIrWHxvKSo7A7a/eHGGR
3M2YjkYnnDfjD43lD2PWAc47xy3lxxrhySUlB86DPCJgS6b1j29xucesAMHnplQpPN1+cdOm
VOsUDC+TJhuOOcOiNJKeN94M1ahIPXOCIaxtU9mbKcpwOHhw4eT4xRGLsuOmNARO9W4/tiiC
e+A8fxjN1rHnwsYQTk897za1cPAMD2ixQZiuoCo78YeNbwCGUTE8jnzcbxvJvdE/Gc/e3eSS
/WMBbRQcpuuEeMVBT+1/B/5lmUAv4jgVb4kr6pl2w6Qp9mJNhkR1nFNTkxjjvInyYYxHXOZt
hMDGFjeNGJkWbAQuJWCNA3c4lmB7ZrNVRZzgwLxigGqnzh4ps76xGLHpZixBHZJ/OaRInkZu
A6Yf+ZRFE4cHUa8Ah+cJfPXGPr/7jITUAtIlMlEG0g1DLNMYU1nCDxUHzMXRnGlR9YSB6Zz/
ALeNwMo0cORvJan04UQB676wJCDa6D/3HdSSDIOP3i8xVR0tgv4fzlKDvPJ5MEmAQvPX8cfj
CLSHb1N5BdGgQ/Pf4wCnZIA3xX/bxhQKp0PCUxkmQpBMZVqA8H/xcYBQiaB8YkNImAPc8Z5m
7Vb8Z4aZ3YvRCG3y+cAWEbONN/elAxXW3X74xlbROzGEciro3jcRu43LQMnaaNn3m7B4O8iY
KwfHRjBgNTlrnno/OLNEgNtfrAoFUF8nP8mF9syBScaOccRBKeMMS6U1gAu0J6yOAnZduUWw
Fk7yo4DXX+eMcE7Css+sf2XoPH+hMuKEA9abjVDaqb/PeM8mbZm1BCFNmKzQkA4chqHk2fWb
UD6I4cqOQgf9yW8oHIvjGFBuDhII8e8k1oAHLXN1IB5OzNgudHTv/fGFPJHiKf5XCKq8ugvF
c46q+ncPxgUZHkz84oMKYL94sEw1XPjAVz7Gu/8A3KxtRPeH/EBbN9zXU+8PC2xtzn1FXwZp
B4FwQSE6HDiaLuFwbgU+DjOe0r5ZsBxyZ5KTHB9N7d5SU9/RtmjKzXveJRdqhrb/AFjsEUXl
/g/OICcITCrxSa8mA1k2Xx7cfFVEm5KfzhxQozgCD8jkBWIHFDB5hwRAhpP94wEhnS6Lx+c0
goCmSjrb5ERwOOrbdZcE4o9f+YM7JnQaxhFgOPRQQBuLhW+cZroUTp/0yoUYTG4iSVmzW8ss
QUeIHj1nieqa+8QRURNIvH5y7hJD8p/eDSwEHKNn6mCh5ycd39j59ZGpEHZdv4dz5wdUR2J1
d/17xamDyPuYGcwIOvjFZBRT4zQWQdtOEVuUbpw6AOVxGLB6N5vtnDBmAPaYJKRvgwaIfAXF
t120k9Y6q4LkOHxiRLl1lQcjrJdif5YiuwS6fYxNOhU8JcFKo05IqmPz/wBmdeJ9POF8VGVZ
ZsTWOe8i5uzVTqXD7w+HUq9Y1g7jwGz87xxg2jmrxP8AcYPVvR1r+sOQYgqBfHj8Y6QupZww
+pMcF00Omq/3hWTT1oJiwNHr84Rokt7u8EqIAdmEWxxg/OBjdih3PeI/gB19MOWhA4GyO685
USOCXx/Gb0DcRl/zjCnUd/ud4ROgOg+ePGLJxatM0+/rpwu0bsKf04hFwDiHKW8Ztx6QePjD
A0O09Ye/2MHUwFKeZ7ylVXYZR14mAkB7bwYloRq19YICvJMbJaQ3O4rPzjUSi5HDeFuN3Avr
0+csGJU06DznD4QXrFSpSJ3gmOr/AE4KRd3KFB8jkrSwY1f9Ms10o6WfpwEVEF5Tj9mUbqiE
1L9THAkQQmgcmsYFACRHF64wV2wrEmCfnWQNg/Qn3mjqNs5Hg/HrE5Gh6DXePAbrgHmfuucg
i121YX549ZyJVDg3s/WMhDdJUTs9b/WMmCBJF5+Sy5ZoMLTesLyCbN8b/wCYWiXdqh/ZhJE2
0TvAYJ4nBlJSK0A62zz1m713gkmQvZc8GB/QaM/nzlNxhBml1+Rx5lZI1qp8H7YumtpQOxPh
xw+IUSCXZ4mIm1L2J0m9fGRYmcAiWv5ypNRx3mplpt3h6AFh84UORoRwWbq+WKE4D8O8ZKeU
w6s8DcDNKyChX5/5jpWdAn51lGhq92yP7MpAJxHvJB294Np2DmqD4ecUVUbx9jtPpx0X5Uq0
Y1tHFInQn1hN6UCx01Z94lOJbBPDf+Y1QqCJQ/kjhKyPZicuA5uQTWHrvWCHQ6lvuR9YvpuI
LU47HCzZSBwvHnePz5AY6bSchT+cWkdhG0uz8Yr+XvKBmnxkd2MoR5ZDgkInd69bmHblKCS/
9ZctOyBoI+MtGaS3UMlSkGkiPziEHKK1zNtAa4zUHAIJPE/GNNKF44MqtQrfPm5oKhBynjEK
QhBn1M3oNul3nUPBPMB/WXAkMiar+cMNFRQPG/zgCuCyr8cfzl9AEB78ZzoDRyji/HGNdscg
4mKqQlZ4DDU0eJg36tHowOTap2O45JB9sMwd4vlcAFwivc/2riT8T5gxvyfxgEgUNs7R2+NY
yF6zrKta/MyunQ5BEJT3liiOXGQQ/pcIpiBUFtxX7Bzpd+sIiRWm3rfFMduqIMqXbzhQaWU6
DT+nLfxQis8z+8eO8To08YVNkbrTSR+5H6wekoEgdvjxirWwQQB6XHWUGAlPSZeRhD+WbXug
5xtf6yUkFqx8/Gm5RAi6Oemb9KqqRRun5yTcqIFRYvW5vBJ4Vym6OvWaw2ssL9W5btDUfD+s
iBcAm54x0TW6dXv1lBqOaNIp5517w9hFHsZX4xRd/DGlTGxxPG/7TKtbFFvfSfOEmFOsSMYC
Z7xOtH7w3qKZXlkGplNeA3FfBwrSqxfk+/5mM86ceGs3bIXHbzHzjFsaZ7g6j94+0tt36ezB
vKx4eXWbAqlsox6Zkbwo30fyC5qNQMsU5R6+HG6g106yoYAEd4COgNPJnc51hXKA/pwrwWfk
Ya9FvmfziK4BFudWpkXBAih5Hu42mdlAezzzlUQ6hazDuk1D75P91jmo722x7Nfx4mCaGxjX
5/mYhpShHXSvjLMwoka8LecF2gHkElX4GGOiBkcqa7f7WEbvdgQVO9axU1hzJquvezKttjZE
vThJrJ9QHrk36cYzSdvRjKcJecHkLGmXkeh51k8DoOSDJK4TzaYBj1OHPGDmDsxReHqAHnGl
aBybqdm+so9ugdUv838YgP33A6+nHvBYndSn9sUwFFqx/vWDhe39iuvm5rZhGvZe7gViFQLX
vKq6DGKVX8uaEVx/Mwkk2nZmvq4SiAAFrpXyYHUDZscVV1Gs6wrS2z3hvAtbx5TO0B+Rz06i
bUvHGbYmp1Abm7IwUPTr5w4eSpgAq068YC1iGJAlK+8ux1rH8EaY0RKPTf8A7l5hklQa0LbM
f2HAT/EZcvUR5Hfn/c5YrczXYvhrLAIUPjo1lhBFaRN7/OGCtQvg4d6/ONB+QVW2k84ESnw4
Lv8AHLg5LitTqPqYxJQK9gTXuUOc5aC4gafR67wSyQVB6g0T1myKVTk5p8d4cFXCO3SrcgA4
jjp/24MnoLeCib+sTey9KoT/AA46bGpuHU/EyhdUJj0jz/3COJhoqP7Zzo6ZBwAfeN02k8xe
/wA4iKG41d4F0ZA5c5fJMmIncCRL85DmquwNGjwOVO74dWv5cJmoMhOwcoHeRyFvIE5eucLi
KtUS3/fjGXLMdwLz85pcXAj4MvqvGWTPIjjFtRbMWlWa8HRj4G0N10eHLx9y1f8A3/d458k/
aS+lGAM7Bt8HDFiFXk9uPqacHGIOC6MEjXvJIoLWFLlJMqfI7IZUCopuD59PPODkHL+F+8Sa
SzufZMIhAEWO1TADzinJhFZbGy7n5y/7QJw6rJ+MdG63+hreRzKgFqkTmTNn5LaVWu3VwiYC
usdUc6N1Bt+3nEcLhdRZj8+0XNvKtuz3iMC9eJSm/wAYzDFbOxswKkoV73/eCPJg3SyPF/2s
BFMyCYW5IbC+zLyvDgWJwcsuLW7gcHJ+g+sr5KscqwQ7785QkQo8acOGox47a8rrKyOSSWgP
sAfeIalNfEWG72/rBBFQx7M+UmCeA9Vl0fvCHQvSHR+sAxTS59T85sO2z9Ex1MSOXvOIM4uC
NeEzak6vHrBb+SDlxgDA/wDpo+jxjVmOBa7xnimA5DvWPmjlbp6zkBJwGM5Fgpg5RdzAoG8n
NwniZotoOnf+OLQMBC2kZ8XDiaAM3gB2wNVWvi/3gMzwoKLr2Qwk3apB0iR+yz1hQYbakvEx
URgRqdawAFHDytHz1khQAeBZvLthC9BRJycOIj1TusfXOolfHH6wDHcqfiTi+8JTLp3ipiGu
gzRe59feC7GGJ7fjeLDgyu88Afec65ucH9GDMSEJyFn6xFQWlMH37/284mkanlU19H3gfQBB
89v6wIojUxzesvzgXjaJhu/sePGOiZI/K/eFxWGhhty65X0wyWRRWuzYODn3lreCP587b+sh
qirosdBk3Yu708440ojBzgNXgQjZw5pBlwYfbEwaReD3eMFglRpv6whUeJ25XJpswQAb9MBK
nA1g4/nBGN0Tnuzz/eFvBgER8DuTn3hrKChAqaXc5xgxwqvfeDOoLcoCi3K9H+h+MbALlYQz
f9dZGECZEeZm1LUJ55zY7VkU8BTBkQh3javdkfeIgAR7Fv8AvGDNEUoo8/z+Mseo15R3iiek
6+cfhqHhaZ+X5zclRF67fkv4MDpR5XjBIb5wVYVtdnU9TTim8HHwecFPSB6w2k99pLj1eNEK
7SHW+TD4G3+2V0fjFjCLCh495DXpB37OCSGEPTJB3gMjZ2cODSASa3mwlwB3HH04GSEA0ytP
C6+ZgSoxad+u0HC7HAHSRxtxBYgXV8YcqU8cOmDy/vAxaXQ/pxm5Jpdr5cNwZH2p0/hT6zhG
7hP/AIYgLCx/nAXd0cpgnYpCA71lSIXh/ON+BD1Tn/v1kGDNFwJp635xr0ISATl5wlZak9GU
OowlZscD0nvQlHXCPzijkOQ9U6FOPeCchApPvJJGw5aT/wC4SzZpA1zz+MKKBaV+1P6wATIp
I6uqYrs3Drk/PGcS6RJ1qvq4NIGmbzz1ibBMHRvf83H9sAWNPZ58fecmoH6feQI6nhpymCWX
E8J2ORn6EbB8YDTpADkZ5Zo+cpBoZuNU9BN+8uhW7Ycfjr8GbJ+x4PjnfvIgUnF8MU6a4wIl
QJ8vWNe0B194PoMUr6hAfesUgovROMoYqN184QMNUtdP2YdMjtAUelcE+cK08V+0hz/zDK2X
dri/rePk2lXAlEiHEDbgJjDYO5dJ8ZZINVl6x4NPp6ygbKT+VOcppDXs+8Iovh6xzUZOB2Pz
i7V3mBpPyZ5QqL74zSi7FuHYaGA6cRgJxm0ODjeIWtJjubDSotr94uN6ljVyK26iMTObrsjQ
6uCamRxoNE+coyB23HC2iel8Za9oQXyvFzWwlgo4M8vi5x7YtPFAU/GPOhCIj0f3cffmbyaQ
Q85IqMT8yfrA6ToNcFikwQ68L1jKR0QL8/GV+2I79fAxFnpkZ0R5lv1kRiyYxslrTv7xCRNq
0L4PEwmcjk1sgvp3LhBUQS7HWLHEUhzO/wAZT5lh24Ki9y5cul24tVUZouW4XUdp2B5mSi/K
QtYC1Md6ckqrvT41/WaegjVD7wE8z4bb6MU4slPDvFyENWlYkCTo6w7JaLG4LBnRpfAaf049
17Nv7DZjQ8sfwv8A3CQC6dfB7y9YgfA3+8Q3fYzNNV5rnJOnWWKuMbOuDNDSkwnTgS+F1lqG
yU1oxwtLmLvIgzLXXymsAFAoV4CqejJqJauCB3M+B2/1+cdLFnZjWVODLR48DS/1i04CTeOt
Ous3GEXHwk7d9nxzjmDvTV2H4R/OEnRaJXEwAE0joHK4/WNBTuzDHGSnfwZFGAyzjByWvQr2
Tr1ihoImiw4veK1yvZH5jg3M90U7GhwZyBHR0wx9YwlgwxAS0by4arwMYntT2NYJnAnF+2bw
AoTAuJiFT240gxANuaaNO1y4DwsE7gIzN6CLRF3iSU6q5pIHhh/IXea+BXufHnExMhCzx94b
G9BY6uxgTmhwCePA95WdwCvD8n7zaFfb1gNh1xXvGvuAq+sSl372GIOw7xNtpMM8BDWOUROO
T6y23J/nAiiV52S5qO67D4EuvozpYW1XtYYsfXW57Q/vAINIJsPyyuwprFQUO+cKacJ6aw4P
O5bf+3hdvhl1+wfwGSPnYk1P8L8OU2qaCBActX9YGxgvgODFxyCFbDH/AHHU9ydfyzXSJBqK
wuIaSEHshGY7AhzwL51gGpH25yLFmNSus4C0gsOBOvnI1+h1+S8nHeDQlIVJMYuAj3jC9i1Q
y5ES3eaqAqGbDW5Nn/WCfUIJeesBXtaR/TJKNxJ0frAsOdf+OF7m8P8A544jjb/xYEl04Jfx
ipctEP4xQdPf/D1muU/44xIztrZwk8t8HF3whE7OyHvAYbkEHwfzhRU13Q84ERHSJPr9YiTl
5/5kx2w6E3ivY2jl23/ecObHT8mJxSa4xxZDccIhl37hgLZjj0g85GIo/B1t0ayhBkf6OhnF
Dh6/W3Gq3u4Hopfxmm/QgGx7jcavoToR1Gk+sMgYjtN7+BbxylEZKFZ75T6xAPIO6kztcb7v
0XnChNoUIKQHjr85M+6lEavp3Tzcki3lXdljcggZ7xiSknT6Tebk42SHu5o6IITPIpi06JD9
BU/OBUwqS3LPCZxg9B6yq2eUuAhs6OPxxhrVCXnAdIG+vnCCJo79GSXjIOAvGQbQzxMAHBcf
EGCPBgmhcA9GU0h+MJwHzMggHYZ/rnAF7zmfOIJxPGIGGrraVPr9M4Fun6uBIgSTzipartQD
5XRnDnlnhocPO+MrDUCAeBMfxsBXjr34wANQQSfPjD0A7u92K+X0F/f7xPe6Br8XvEH+UTrf
nDE7VXuRR0BMseo7BoDXUV+nD5lBeC2a56zhjGy1wXXeNJY8CxwTr/3D7bvIPvDOg1zXj35y
EYhN0XZhgmuDZc2Dxp5/j/rKoavRHpmM5CANB5+MhQSU5l59dY8fbzEMVzsOLj9UXvA5gq1c
HY4+jBUrITx/nJ6kyHAYx/u1mmFTUv8AzOfrvNRUNWyBTcTfRqbKGS6LNdlBV2N1MhrINIVJ
xoIp5wFcRMAATzAIOyzGyoECsKWBzBPGJLIHLEEWtuVx7VXSeAm3jwtneA7tH7UADpXLt1cW
aATouSj8meMai9y6i1RJTch5x3LAiDQXLFp8LhpeE/vkb8jcSaXQqB+XBx0dZZzRdRUlu3Xj
BfEsTiZzNfXnGAEecNobognj50P5xKefls+fBkWpJd4HZiwihzyGzrWDx6gVe3NyhQ4+69Y4
9miJO+k/GdMMDydJjITGDB/eWwFovEV/L+mOaLl8zOe14yeBOMA6V+bzi+TGNjP+4NAAUOf1
liEcwq6HbrzkWoG1oAHxrIDPXt6z37w4S6qSfeXAiXoOH6yGHTAxXkf6xCAKwVfkyjVqDlGr
yOvyZ0O8XXsJiA0D1f7WAbIWnjN86Op/zJf6NYchC+VN94JJem2/ffGms77283E3pv6MAAc7
tgQ3XBfOBs7syb5ceMa2TlaFW8X9mACNyhvO34+649ICI0qO1Z6wq2FwXF9G3j1iYtWWl19+
PxGHVOBAJdrgHidYu4CpaKfPP8R9vjOMm53E/vEGD3j0vjAD61Ldam/fB+sEblVWfRz7wqMt
hp9RDGZFBblyxJPQMMNQvdlZhw0cfzldJf1pvBRF2KS+VzRc7Be8QfCvTTwf8wJIzCTkIj1i
R1S1NtP5WsvV+AoWp+rgJls9bGrNrdfWSWyQLtonTZlodHCIur74/OSnFJEP7w9kdOa4l7lT
V8/hlAroE5YoLRCBYoH8rAnmZv3Ii3BY6Cb8B8YwRaVcLa+Rp5mGrSbKXLEQe7cSt+9XFJx6
Bna4rrJPj/xmm4kawS36p+MJA5P4caoc5srfmP6ztbn87/WdXseDRkMZm/dE/wAeM49f9T/e
bKFpMGRD2uT/AOORnVLgLDqhlOGWMmriy2xvrbrOQXQ+eshgLzC3/n6xQHRJT4Au+MNCNDUD
10/nBpyRDA/GVY44JjI94ooDf3+sblOnnzgctIUqfLxggernuuh1izmkdNHJVN4O2qf55zVw
xLukjj7ilenZ+x/OBALvONzj0YxwGm8AmPuZxvEQgAZ3cRfSh2+83lzY3g1vbR6H3+TL+wRo
qOtYHG3Aqn8mCACxpDPY4BAEBdzI+t35xQ37uUvDrnC6EMd96XcdXEIpIc4zBCqU9X3jipMH
q9f4yB1w/wB/ePe8h57L/wDj/wB8gbXNiCQa43Oj/uNj2h/uwkPTxm/QwVMn8HkJY4DBb/Lw
Cj69+/8AnNBCJ+mIvq23lxkH9YIneACxM0EWdu+MeF0mWeV8U4wQKXHi7vf4wo9wEBf+sl4O
00+19Z3yljv6xGqFCDz+XvNZ0wUVy3AC3yH1hVKtt1MpTaII8MWZaOCBEvE245yaQ0s+cshJ
onm4pQJp+d5v3P3lFjJ9aIHw5LUGwcP+3jbl2840OCht6cbZBE95xBfAQ/5mrArVF/vCEUBH
hxqqhLHR+sjipiG0JLyk1/kzO8iHCBLZvnCI0AKXXGuZvnnI7/EGg2K+NcxPGEFOYGeVF6pv
vFwIlr32nDvvICaHbMVyxYQRLEadtHRuPA9LA8gTF3E+TERwLz7aR0gAE4XJIthhnf6UapxF
tFLhA9KbVXF1+sejhw0TddUAbRvFzZwIExrZeGEXvnEL9UHMC0CixY9wM1WOukQIUIlRNi9u
MZEWkcQHhOzq6M2UcWSlF0KzphwuFoEp+TkqtYoL6wktXNmINoC8D3zkPwV/EY44AesaspGl
3i8TpTcut5ImV1Wb1h6huIwDkG3hb9jn8ZWlxH4DCEn6TLDJkM1ii2FVVf8AfvNoxbMnECuF
wbvY94KqNS95wAkxpcLiKdAroO8K5AqkEd0zbtOoZUiMWmvIafHOL4UWxXrhoz/l4cukxuPa
Vb/ePzbHJvNG4hoYg+LcAecHK0oJ6/8AcQ2iJgSFwACeuufOFzpKQNRTxAfeEv41GTz08YxS
6n2PBgLv29PrWEu2s437yvuPNoJe0QcCBSRFY4wchOnRARIRG48hDLYSt82rdr3hwkzgmIAd
IfjFEi5ZVDiafzYu7zPNpbRKwMO1qDqWx1U9OsWLJhshsNohKMhiWhCVAB1PRlYwgAYUKBhQ
ho8YONNFAARh0Did+WglV1RdqqKvzgbmmiAB/nJhdn/T/eOV5cgaRB5w3OKaXdf3kPFDyHOW
0dx8GAhJ3o9n3iyCMLvDmQqj3r+/xjN2ndwlwaAMRqQUwWuRu9/zjo7HfQPwYoOXCYhgfByC
RFf6NYiNvYNJB/LilAqUIUS+QP3gVukfWFtazRD57+seYXVB8Dxm2EBaK0/WMQuAdD384Qlv
GYlE5yTdYX8Pw4GwDsSzjG3YZXARR8H4mOvYgRO/qfnLIhAmol74B7cKhs88vGFfs1PEw7Wj
TzMMDmDGp+M1Rq8G/wDGSQWtPOS+gytxojBDjoG7huv9R9HGOFJ9A/VzWRDJw/GCbMl2rx71
fyYyRTifqZUG738bwWUVQ+8Irez64T94AD56YgeXeICt+MDMDR+osTRwaKl/f84dmjY9L0fD
hxHrtUqj2YB3jAHL/wC4KFtA1DjJVgHOBRreaYA8mD3H7yWNRNhvKoGm8cYKd7d4VBtdGn4N
4koTFpEbX8YJp0XrZI98B+MHHTIB5TYfvHjjKmO5uYCWjgaGVouhvDdqcLsGAPORC1NQH3gt
QBVU50j8hk5R0HQ0P2ZRlBtqxkM3MpIehR135+s1ypuAGq8wp8mE1vohTiy+gEbrFo1eLjTw
qsx4436MJGYH5y4h+E9uc/ZiSEVw8tfxgdlyXKCQuSMR8Y1VGXrg379XNnCDSTLHEee8WmA8
GJ3GkfOONMNR83f7xS6TjIV2zdVBs2VAhj9T+2BS8InxbfLjkgcjWRYh6/jFy5UP+duBNVvj
1jcHb46yu1xxMYK2EzggdmYrSmCVPQdsuCmiOIkX4YUbq2riUNqnLjwlOPDgP5ePwYjD3cJX
ogov5wkkiARL71jCekr4APX95O/ZoL9BlAJsb0ZKxPTx9vvhwRotFGYxJoI8f+5uYSOFOsH3
rhQPx3h+g92b9esdegEmLUm6y+s582G2Cj5E8MvJq7XByC5XWe9YB3mqW5Sz6cQxdiPnNTEb
UYqMkcGj0YmTu8OV/YP5ZrDB4w7BEecmKqd8XkwA1kCCv1heDy5DP//Z</binary>
</FictionBook>
