Joanna Owsianko (2004)

Перевод Елены Берниковской

Директор. Hi everybody! Меня зовут Валентина, но уже несколько лет все называют меня Юлия. Сменить имя на работе ничего не стоит. Валентина, Валька, Валюха звучит по-деревенски. Не лучше, чем корова. Ненавижу это имя. Зато в Юлии чувствуется класс. Это имя sophisticated.

Я никогда не мечтала стать учителем, врачом, философом или домохозяйкой. Хотела быть кем-то. Вырваться из этой дыры. В школе я всегда училась на «отлично». Была the best. На экономический в университет поступила не с лучшим результатом, но в первую пятерку попала. Что ж, не все должно получаться. Я чувствовала, что начинается новая жизнь. Конечно, у меня были друзья, но определенного круга. Я не водилась с троечниками и четверочниками. Такие люди мне были не интересны. Мне нужен был трамплин. Вот в чем был point, а его могли дать только соответствующие знакомства. Не будем скрывать, такова life. Не я это придумала.

В первую же неделю я сообразила, что нужно читать газеты. Как все здесь. У нас в городке такое не читают. Там люди не знают, what is important, да откуда им знать? Взять, к примеру, моего отца. Или мать. Почтальон и служащая. Они счастливы, что нажили машину. Печальный случай. Живут в этом городишке, в захолустье, и даже за границей не были. Да что там заграница, они не в состоянии сменить 20-метровую однушку на квартиру побольше. У меня там ничего не было, даже собственной комнаты. Ненавижу туда приезжать. Fuck it.

Пока училась, встречалась с парнями, но они были какие-то… странные. С ними и поговорить не о чем. До музыки и стихов мне дела не было. Голова шла кругом: необходимость делать карьеру, новые рубежи, большие деньги, корпорации. Уже на пятом курсе я начала работать. Шаг за шагом карабкалась вверх. Сначала была ассистентом президента, потом поднималась все выше и выше. Должности — не предел мечтаний, зато фирма западная. Перспективы, future. Прошло несколько лет, и вот у меня есть все. Руководящий пост, муж, ребенок. Everything. Мне можно только позавидовать. Я быстро сумела совместить приятное с полезным. You know. Я не дура. Познакомилась с несколькими влиятельными людьми и быстро пошла в гору. Как в мечтах. В прошлом году получила премию «Самая яркая карьера десятилетия» в отрасли. Банкеты, дорогие гостиницы, хорошее вино, high life. Я даже не подозревала, что работа может приносить удовольствие. И тут не замешан секс, хотя, конечно, без него не обходится, я не говорю, что он мне не нужен. В конце концов, я тоже человек — но только во вторую очередь. Я трахалась с властью, положением, кучей денег, а не с мужиками. Вот в чем был мой challenge. Я достигла, чего хотела. Я — Директор в одном из крупнейших рекламных агентств.

Еще у меня есть муж и годовалый ребенок. Идеальная жизнь — работа, дом, лучше не придумаешь. Все мне завидуют. С Марком мы познакомились на одном банкете. Он музыкант. Очень способный и признанный, хотя в последнее время ему не везет. На днях наткнулась на визитку одного давнего знакомого. Он помог мне пробиться. Be on the top. Может, вдвоем придумаем какой-нибудь выход. Попасть на обложку журнала «Gala». Ха-ха-ха. Думаю, имеет смысл. А пока я нашла мужу другое занятие — нянчит нашу дочурку, занимается хозяйством, по крайней мере, без дела не болтается. Возится с пеленками и стряпней, выходит только в магазин. Прошел год, а мне уже не о чем с ним поговорить. О рецептах приготовления телячьих отбивных, новом детском питании, составе стирального порошка? С одной стороны, жаловаться нечего, возвращаюсь вымотанная после 12-часового рабочего дня, дома чистота, полы блестят, на столе цветы, все постирано, выглажено. Мила выкупана, остается только поцеловать ее перед сном. Это меня устраивает, я профессионал, и дома, и на работе требую полной отдачи. Работа должна быть выполнена безукоризненно, малейшие промашки не допускаются, и муж мой пока выдерживает этот экзамен. Но, с другой стороны, наша сексуальная жизнь, увы, сошла на нет. Марк постоянно уставший, у него болит голова, желания нет, я понимаю, Мила часто плачет, просыпается по ночам, выспаться совсем не получается, но мне нужен секс. Если бы не банкеты, то уж и не знаю… А Мила, моя дочурка, красавица. Просто гениальная. Невероятно, чтобы годовалый ребенок уже показывал буквы пальчиком, а как она поет, как ходит, как танцует, как говорит «мама».

Креатор. Привет.

Директор. Привет.

Креатор. Как уик-энд?

Директор. Супер. Были на озерах.

Менеджер. В горы не поехали?

Директор. Хотели заехать к старикам.

Медиапланер. Жалко, что Виктор был на тренинге. Мы могли бы к вам заскочить.

Директор. Я всех вас как-нибудь приглашу. Вилла, лес, собственное озеро. Старики занялись Милой, а мы могли побыть вдвоем. Ходили за реку, Марк собирал мне цветы. Как молодожены.

Креатор. А я в уик-энд получила новые Kenzo.

Бухгалтер. От Жан-Пьера?

Креатор. Первые во всей стране.

Менеджер. Дай понюхать.

Бухгалтер. Роза.

Креатор. Гибискус.

Медиапланер. Корица в ноте «сердца».

Директор. Ваниль.

Байер. И перец.

Менеджер. Основная нота. Мускус.

Креатор. Необычные.

Медиапланер. А ко мне приехал Виктор! Посреди ночи! Телепатия.

Креатор. За столько километров?

Медиапланер. Только чтобы меня поцеловать.

Директор. Он же не умеет водить.

Медиапланер. А такси на что?

Креатор. Выбросил кучу бабок.

Медиапланер. И возвращался на такси. Добирался три часа, чтобы побыть со мной два. Вот это любовь.

Байер. А я в субботу спорила с Алексом, кто кого больше любит. Вот такие у нас проблемы после семи лет знакомства. Он говорит, что любит меня больше бас-гитары, я — что больше шоколада, и так далее. Вдруг заявил, будто нет ничего, что он любил бы больше меня, встал посреди улицы на колени и спросил, хочу ли я стать его женой.

Бухгалтер. Да ты что?

Байер. Да. (Показывает кольцо.)

Бухгалтер. Красивое.

Креатор. Белое золото.

Директор. Платина.

Креатор. Бриллиант.

Директор. Цирконий.

Медиапланер. Символ внутреннего сияния.

Бухгалтер. Мы должны с ним познакомиться.

Байер. Познакомитесь на свадьбе.

Директор. Когда?

Байер. Хотим как можно быстрее.

Менеджер. Скоро тусовка. Девичник.

Байер. Может, у тебя?

Директор. Без проблем. Все поместимся. Семь комнат и три ванные.

Менеджер. А у меня все та же дилемма. Не знаю, которого выбрать.

Медиапланер. В пятницу ты больше благоволила к Петру.

Менеджер. А в субботу пошла с Артуром на вечеринку, и снова полное раздвоение личности.

Бухгалтер. Бери Петра. Супер зарабатывает.

Менеджер. Паршиво одевается.

Директор. А вот и наша звезда.

Аккаунт. Сорри.

Директор. Что еще за сорри?

Аккаунт. Прошу прощения.

Директор. Я знаю английский. 10 минут опоздания. В этом месяце останешься без премии. В правилах ясно написано. Выглядишь, как после хорошего траха.

Аккаунт. В точку.

Директор. Тогда ясно. С которым?

Аккаунт. С тем, из чата.

Бухгалтер. Не страшно было?

Аккаунт. Я тебя умоляю, он мне перед этим фотку прислал.

Медиапланер. Ничего перец?

Аккаунт. Галстук, лэптоп, в бумажнике фотография дочки и жены. В восемь вечера звонок: мол, еще зарабатывает на хлеб. Ужин, крутой бар и наконец гостиница. Дверь не успела закрыться — зверь. Думала, он меня заездит.

Директор. Сколько оргазмов?

Аккаунт. Три, дикие, как Тарзан и Джейн в джунглях. Даже портье утром косо на нас смотрел.

Байер. Продолжение следует?

Аккаунт. Еще бы!

Директор. А у меня в лесу целая серия, один за другим, даже эхо прокатилось. Последний самый слабый, зато пять. А у тебя?

Менеджер. Одна ночь, два бара, два клуба, четыре оргазма. Два сортирно-барных и два пристенно-клубных.

Байер. Плачешь?

Креатор. От счастья. Два.

Аккаунт. Наконец-то, после двух недель воздержания.

Креатор. Первый от волнения, второй — до судорог.

Байер. И у меня два. Даже соседи начали долбить в стену. Орала, как в «Кармен» Моцарта.

Медиапланер. А я пережила что-то сверхъестественное. Мы были одним целым. Сначала почувствовала дрожь, потом спазмы, а под конец потеряла сознание.

Директор. Сколько?

Медиапланер. Один. Необыкновенный.

Директор. А у тебя?

Бухгалтер. У меня?

Директор. У тебя.

Бухгалтер. Тоже один.

Байер. Какой?

Бухгалтер. Тихий, костёльный.

Аккаунт. В костёле?

Бухгалтер. Приехал Дитер, и мы пошли на службу. Молитва, мы держимся за руки, и так нас разобрало, что в голове один секс. Все вышли, свет погас, а мы в исповедальню, и там… Только раз, поскольку начиналась следующая служба.

Все. Вау!

Директор. Но один.

Менеджер. Ты выиграла. Опять.

Аккаунт. Респект.

Директор. Ладно. За работу. Двадцать минут десятого.

Креатор. Может, стоит попробовать этот метод — держаться за руки?

Аккаунт. Похоже, работает.

Бухгалтер. Я девственница. Двадцать восемь лет. Засиделась, знаю. Недавно в «Cosmo» прочитала, что 59 % пар занимаются сексом на первом свидании. А я нет. Я храню невинность для мужа. Когда-то у меня был жених, мы даже планировали обвенчаться. Познакомились во время паломничества и встречались целый год. Держались за руки и целовались. Ничего больше. Терпеливо ждали свадьбы. Назначили дату через два года, но Богдан — так его звали — неделей позже сказал мне, что сомневается и разрывает помолвку. Я была в шоке. Сказал, что должен все еще раз обдумать и что я первой узнаю о его решении. Прошло уже восемь месяцев, а он молчит. Иногда меня зло берет, но я говорю себе, что так захотел Бог. Значит, он не был мне на роду написан.

Я с пяти лет живу в столице. У меня собственная квартирка с коллекцией кактусов. Виды самые разные. Апорокактус, долговечный эхинопсис, маммилярия с розовыми цветочками, вчера желтым расцвела пародия. Такое разноцветье сейчас. Все цветы расставлены рядком, потому что я люблю порядок. Все должно быть, как Господь наказал. Чашки стоят ушками только влево, авторучки в подставке — только вверх колпачками. Будь то стол, пальто, костюм или берет, неважно, я готова заплатить подороже, но вещи должны служить долго. Одежду похуже ношу дома, получше — на работу и в костел.

Каждую неделю езжу домой, к мамочке. С подругами встречаюсь редко. Моя лучшая подруга — мама. Приезжаю к ней на все выходные, мы вместе готовим еду. Обед должен быть плотным, чтобы наесться. На первое суп, на второе картошка с мясом и под конец десерт, а потом на пару смотрим сериалы, болтаем, смеемся, плачем. Таки проводим время.

Еще я молюсь. Мне есть о чем. Я знаю одного ксендза. Его зовут Павел. Мы знакомы с лицея. Вместе ходили после занятий есть пончики, а потом на встречи общины. Я была его единственной подругой. Других не было. А потом он почувствовал призвание и пошел в семинарию. Говорил что-то о любви к Богу, к ближнему. Не испытывал того, что я. Я ему ничего не сказала. Ведь добиваться должен мужчина, а что взять с ксендза? Сейчас? Сейчас тем более. Сейчас, особенно после того, как ушел Богдан, когда я приезжаю домой, мы опять часто встречаемся и подолгу разговариваем. О нас, о жизни, о Боге, о людях.

Я верю в Бога. Глубоко. Последние две недели я не ездила к маме. А как только поехала, на следующий же день пошла в костел. Скучала по нему. Увидела его в алтаре, но он словно был повсюду. Передо мной, за мной, рядом, в моей голове. Я встала на колени. Сложила руки и стала молиться. Молилась, чтобы быть с ним, чтобы почувствовать его в себе. Ничто больше не имело значения. Только я и он. Словно мир не существовал. Не было никого, кроме нас. Он взял его в руки и — вперед. Ко мне. Приближался медленно, степенно. Взглянул на меня, мягко улыбнулся. А я вся внутри дрожала. Напряженная, как струна, полная любви. Я столько ждала. Вся его. Готовая, чистая, верная. А он шел ко мне с ним в руках. Я шептала только «Отче наш», так как не верила, что это происходит на самом деле, что вот оно. Так сильно я скучала. И боялась. Боялась его принять. Он встал передо мной. Высокий, мужественный, знакомый и теплый. Я подняла взгляд и посмотрела наверх. Видела только черные пуговицы сутаны. Как лестница на небеса. Он держал его в руках на высоте моих губ. Мой хлеб, моя жизнь, моя святыня. Я закрыла глаза, а он вложил мне его в рот. Даже голова закружилась, когда я почувствовала этот знакомый вкус, тепло, перетекающее из горла в сердце. Павел произнес: «Тело Христово». «Аминь», — ответила я, и он пошел дальше.

Потом я вернулась домой и долго пылесосила. Столько было во мне радости. Мужа я, конечно, ищу, но это не может быть первый встречный. Он должен быть красивый, рост минимум метр восемьдесят, глаза голубые, умный, образованный, со степенью по экономике и психологии, чтобы разбирался в чувствах и меня понимал, иностранец, лучше всего немец, богатый, но при этом скромный, с чувством юмора, без вредных привычек, свободный и верующий в Бога. Остальное, правда, неважно. Совершенно неважно.

Директор. Значит, так. Я говорила с клиентом, кампания стартует неделей раньше. Почему он звонил мне, а не тебе? (Аккаунту.) Это ты у нас аккаунт. Стратегия должна быть готова сегодня, контракт — до конца недели. (Аккаунту и Менеджеру.) От этого зависит будущее агентства. И ваше тоже. Это именно та кампания, тот бюджет, тот момент. Сегодня. Не вчера, не завтра, сегодня. Это наш шанс. Один на миллион. Здесь не жребий решает и не случай, решаете только вы. Не я, родители или подружки. Вы — лучшие, иначе бы здесь не работали. Тут нет места посредственностям. Вы — первое поколение, которое работает много, но за реальные бабки. Вы можете жить иначе: делать карьеру, двигаться к вершине, иметь всё. Это вы составляете средний класс. Вы формируете потребности, исполняете мечты потребителей, это благодаря вам люди хотят иметь и покупать. Возьмите этот шанс в свои руки. Не упустите его. Будут специальные премии. 1 % от бюджета. За работу!

Аккаунт. Сегодня?

Директор. Вы сможете. Я на встречу. Буду на мобильном. (Выходит.)

Менеджер. Что уставились? За работу! Займись заказчиком.

Аккаунт (в мобильный). Здравствуйте, господин президент, звонили в выходные? Спасибо, отлично, а у вас? Ясно, тогда ждем новый бриф. Через пять минут. ОК. Счастливо! (Всем.) Провели research, увеличивают объем производства.

Креатор. Еще? Никто не станет покупать это дерьмо.

Менеджер. Не твоя проблема.

Байер. Какая share?

Аккаунт. 15 %. Как со временем на телевидении?

Медиапланер. Попадаем в максимальный клаттер. Брейки будут забиты. Подавай так: предпраздничное время, рейтинги растут.

Аккаунт. Не вопрос.

Менеджер. Проверь время по сетке вещания и AGB (это понятно?), чтобы факап не вышел.

Медиапланер (по мобильному). Привет, Майя, передвигаем кампанию на неделю назад. Есть еще хорошее время? Плохо. Мне надо как минимум 50 % прайм-тайма. Что? Получила ли я духи? Откуда ты знаешь, что это мои любимые? Спасибо. Хорошо, жду. А то мы сменим канал. Пока. (Аккаунту.) Таргет?

Аккаунт. Женщины, 20–40.

Байер. Бюджет?

Аккаунт. Три лимона. Плюс резерв 500 тысяч.

Менеджер. Лэйаут.

Аккаунт (по мобильному). Добрый день, господин президент, вы получили лэйауты? И как? Черный? Мы хотим привлечь потребителей свежестью, а не элегантностью. ОК, значит, три поправки, хэдлайн, адверториал и копи. До свидания. (Всем.) Этот кретин думает, что разрекламирует гель для душа, как машину.

Менеджер. Копирайтер.

Креатор (по мобильному). Мне нужен копи для спота через час. Это не моя проблема. У тебя было два дня. Нет, надо только подробнее о составе. Допиши что-нибудь об этих чертовых водорослях, и я засуну их ему в задницу. Пока-пока.

Менеджер. Пресса. Получится поставить раньше?

Байер (по мобильному). Роман? Запускаем кампанию, передвигаем первый флайт на неделю. Хочу кавер или первую половину. Как это номер закрыт? Откройте. Мы ведь можем 70 тысяч отдать вашим конкурентам. Так проверь. В таче.

Менеджер. Дизайнер.

Креатор (по мобильному). Ну привет, у нашего любимчика есть пожелания. Хэдлайн и лого крупнее, больше света на продукт. Дааа, больше выпятить. Знаю, что идиотизм. Ладно, получит то, что хочет. Жду. Через час? Пока.

Менеджер. Счета.

Бухгалтер (по мобильному). Ну что, подготовил счета? Со сроком оплаты послезавтра? Как это нет? Какое мне дело, что у тебя дедлайны? Нет, не через полчаса, немедленно.

Креатор (по мобильному). Это опять я. Предложение об увлажнении — удаляй на хер. Пока.

Менеджер. Президент.

Аккаунт (по мобильному). Господин президент… А, совещание, понятно. Я только хотела сказать, что все под контролем. К концу дня пришлю флоучарт с новой стратегией. Я все время на мобильном. Всего хорошего.

Менеджер. Чего еще не хватает?

Креатор. Утверждение спота и лэйаута.

Байер. Кампания в прессе.

Бухгалтер. Предоплаты.

Медиапланер. Телевидение.

Аккаунт. Утверждение стратегии.

Менеджер. За работу. Вы должны вылизать ему задницу. Премии будут.

Медиапланер (по мобильному). Ну как? 50 % прайма? Ты гигант. Сериалы и телевикторины дала? Как это нет? Подруга, еще раз повторяю: сериалы. Се-ри-а-лы. Должны быть. Добавь, плиз, это дерьмо, и пошли по домам. (Менеджеру.) Прайм.

Менеджер (всем). Прайм-тайм.

Бухгалтер (по мобильному). Будьте добры начальника отдела. Здравствуйте. Мы вчера сделали перевод, почему он до сих пор не дошел? Проплата в общей сложности на миллион. И что с того, что положены три дня? Это не копейки, а мы не мелкий клиент. Кажется, мы друг друга не понимаем. Не завтра. Сегодня. Спасибо. (Менеджеру.) Переводы.

Менеджер (всем). Переводы.

Креатор (по мобильному). Приветствую, господин президент. Как впечатления? Вы это имели в виду? Супер. Отправляем на цветопробу. Как копи для спота? ОК, перезвоню через полчаса. На связи. (Менеджеру.) Лэйаут.

Менеджер (всем). Лэйаут.

Байер (по мобильному). Привет. Что? Никакой доплаты. Бюджет закрыт. Слушай, Си-Пи-Пи у вас должна быть конкурентной. Клиент не может увеличивать расходы. По рукам? Тогда согласуй с шефом. Неделю на Кубе? Нам презентуете? Вот это да! Будешь сегодня на вечеринке TVN? Вечером поболтаем. See уа (Менеджеру.) Пресса и Куба.

Менеджер (всем). Пресса и Куба.

Аккаунт (по мобильному). Получили флоучарт, господин президент? Что не понятно? Охват кампании 90 %. 720 GRP. Телевидение — это идеальное СМИ. Наибольший охват при самой низкой стоимости контакта. Это лонч-кампания, мы должны сформировать имидж. Пресса в качестве дополнения. Понятно. Счастливо! (Менеджеру.) Стратегия.

Менеджер (всем). Стратегия.

Бухгалтер (помобильному). Кэшфлоу готов? Выслан? Срок оплаты — послезавтра? (Менеджеру.) Кэшфлоу.

Менеджер (всем). Кэшфлоу.

Медиапланер (по мобильному). Майя, ну что там? О, фак! Отлично! (Менеджеру.) Сериалы.

Менеджер (всем). Сериалы.

Байер (по мобильному). Привет! Ну как? Си-Пи-Пи 1.200? (Менеджеру.) Си-Пи-Пи.

Менеджер (всем). Си-Пи-Пи.

Креатор (по мобильному). Господин президент, я по поводу копи для спота. То, что хотели? Чудесно. Конечно, очень хороший гель для душа. Точно будет пользоваться успехом. Всего хорошего! (Менеджеру.) Всё.

Менеджер (всем). Всё.

Креатор. Самое главное — это антрё. У меня всегда отличный антрё. Я за этим слежу. Иначе вообще незачем выходить в свет. В пятницу была на приеме. Пришли, разумеется, все, но только у меня был антрё. Они поняли, что это я. Я вошла, представилась, и все сразу обратили на меня внимание. В обществе надо знать французский. Не хочу показаться нескромной, но блистала именно я. Именно я была звездой. Аркадиус разработал специально для меня платье из джерси с кружевными вставками. Я выглядела божественно. Банкеты, мировые премьеры, выезды за границу. Это моя жизнь. С особой сентиментальностью я отношусь к Франции. Париж — столица моды. Я знаю все коллекции pret-a-porter, Versace, Dior, из поляков обожаю Аркадиуса. Он сейчас самый тренди.

Шопинг! Это моя жизнь! Недавно у Gucci нашла сапожки из последней коллекции. С суперскидкой. 2800. Не меньше чем делать покупки я люблю поесть, но, к сожалению, сижу на диете Аткинса. Это такая нью-йоркская революция. Я сбросила уже 4 килограмма. Всем рекомендую. Сахар. Смерть. Рис. Белая смерть. Йогурт. Яблоки. Макароны. Смерть. Есть можно только салат, лучше всего руколу или полевой, морковь и сыры, сыры только французские. Бедный Жан-Пьер тоже должен следить за тем, что ест. В 40 лет обмен веществ уже не такой быстрый. Он дипломат и знает всех. Швейцария, Лондон, Лос-Анджелес. Весь мир нам открыт. Месяц назад он сделал мне сюрприз — мы поехали в Альпы кататься на лыжах. Было чудесно, а поскольку я не катаюсь, провела уик-энд в SPA Вернулась как заново рожденная. Он себе катался, а я в SPA Конечно, мне бы очень хотелось поехать с палатками на Балтику, я даже об этом подумываю, но там ведь не походишь на шпильках. Ох, да какая Балтика? Сейчас ездят на Маврикий, в Альпы! В самолет — обязательно увлажняющую сыворотку. Одну для лица и вторую для кожи вокруг глаз. Самая лучшая от Chanel. И термальную воду-спрей. Обязательно. Все-таки изменение давления и кондиционированный воздух высушивают кожу. Теперь ездят только туда. Майорка, Ибица уже прошлый век.

В последний раз договорились с Жан-Пьером, что в этот уик-энд он приедет ко мне. Сначала мы пошли в парикмахерскую. Боже, какой мне сделали массаж головы.

Заплатила, конечно, целое состояние. Впрочем, все равно платила не я. Вечером пошли в обычный бар, так, ради экзотики. Я была в новой блузке от Versace. Жан-Пьер, ничего не скажу, тоже выглядел отлично. Все было ОК, пока он не заказал Дом Периньон. Выпил чуть ли не целиком, а потом виски — первый, второй, третий, седьмой, десятый. Я уже сбилась со счета. Он был таким жалким, шатался, бормотал, что меня любит. Как я тогда его ненавидела. Весь следующий день он страдал от похмелья, и мы ссорились, на что пойти в кино. Я сказала, что раз он не хочет смотреть то, что хочу я, то я вообще никуда не пойду. Так разнервничалась, что голова разболелась. Правда болела. О постели и речи быть не могло, даже поцеловать его не было сил. А Жан-Пьер, этот ужасный эгоист, заорал, что хватит с него моих капризов, что он не желает меня больше видеть. Встал, собрался и ушел.

Я вдруг осталась одна, не с кем было даже поговорить. Села на пол, совершенно не представляя, что делать. Кто мне теперь оплатит счета? Кто повезет за границу? Сидела перед зеркалом, посмотрела на себя и вдруг заплакала. Выйти из дома и побежать за ним, умолять, чтоб не уезжал? Нет! Что делать? Позвонила подруге, но она не могла разговаривать, позвонила другой — выключен мобильный. Позвонила маме, но она была на приеме и сказала, что перезвонит через пару часов. Я запаниковала: кто еще остался? Никого? Набрала «папа». Поднял трубку. «Привет, пап, можешь говорить?» Не мог, черт подери, в сотый, тысячный, миллионный раз, уже и считать не хочется, не мог. Как всегда пьяный, бормотал, что меня любит. Доченька. Я не выдержала этой тишины в доме. Что делать? Смотреть телевизор? Скучища. Убираться? Я не умею, кроме того, маникюр. Может, выпить? Виски. «Я тебя люблю». Нет. Нет. Нет! Вылила остатки в раковину и посмотрела на себя в зеркало. Поняла, что надо делать. Только туфли надела — и в машину. Мчалась 120 в час, четыре раза проехала на красный, кое-как припарковалась, бегом через улицу и — в магазин. Увидела эти полки, краски, сотни нарядов, корзины с бельем, ряды туфель, вешалки с юбками, блузками, платки, джинсы и только тогда успокоилась. Нравилось все. Набирала охапками и шла в примерочную, а продавщицы только меняли размеры и фасоны. Сначала блузки всех цветов, потом белье кружевное и спортивное, юбки, чулки, армейские ботинки, шпильки, сапожки, брюки клеш, дудочки, облегающие платья, длинные или со шнуровкой!!! Смотрели на меня, как на королеву. Спокойно вернулась домой, оделась, встала перед зеркалом и увидела сильную, зрелую женщину. А этот кретин пусть жалеет. Скатертью дорожка. На самом деле, мне на него плевать. Найду кого-нибудь еще. Не так уж он и хорош, у него ведь даже не стоял. Стыдобища, такая фитюлька — никакого удовольствия. Две минуты или вообще никак. И эти его «прости, любимая, может, в следующий раз?» или «тебе хорошо было?». К тому же 40 лет, живот торчит. О, putain! Куда я смотрела? Найду себе другого, он будет королем секса и, наконец, доставит мне наслаждение на мировом уровне. Когда-то были любовники, а сейчас что? По крайней мере, могли довести до оргазма. А мне еще ни разу не повезло.

Директор. Подписал?

Аккаунт. Нет.

Директор. Шутишь? Он вчера все проглотил.

Аккаунт. Обсуждает что-то с юристом. Позвонит.

Директор. Когда?

Аккаунт. Не сказал.

Менеджер. Ты хочешь сказать, мы вкалывали зря?

Аккаунт. Да подпишет.

Менеджер. Поблагодарите коллегу за премию.

Директор. Клиенту надо угодить, профессионально его удовлетворить. А ты что? Не знаешь, как с мужиками дела делаются?

Аккаунт. Знаю.

Директор. Что знаешь?

Аккаунт. Как стать его второй половинкой. Full service. Элегантный прикид или брюки на бедрах без белья. Пожалуйста. Поболтать о политике или машинах. Пожалуйста. Что угодно. Я хожу по тем же барам, удивительным образом люблю то, что и он. Пиво, виски, футбол, автогонки. Достаточно немного почитать, а этот дебил уже думает, что второй такой не найдет во всем мире. Вечером он пьет пиво и хочет поговорить — я тоже, он танцует — я тоже, ложится на меня — пожалуйста.

Креатор. Где вы были вчера?

Аккаунт. В кино.

Бухгалтер. На чем?

Аккаунт. На стрелялке.

Бухгалтер. Такой мужчина предпочитает сериалы.

Креатор. Ничего подобного.

Бухгалтер. Главное — надежность. Надо пригласить его домой. Полы натерты, нигде ни пылинки, камин разожжен. Как позвонит, двери настежь, на входе тапочки, газета, а на столе обед. На первое бульон, на второе отбивная, на десерт творожный пирог. Потом пульт для телевизора, и довольно.

Креатор. У нее нет камина.

Аккаунт. Какой мужик приходит поесть?

Медиапланер. Какая отбивная? Такому мужчине нужна другая реальность. Тайский салон, массаж, масла, благовония. Ты в одних бусах, руки на груди, поклоны, танец живота и шепчешь на ухо: «Мой вира. Супта сарванга сукха камасутра».

Директор. Он знает только английский.

Медиапланер. Но «камасутра» поймет.

Менеджер. Минутку. Это романтик. На встречах поп stop eye contact. Он мечтает об истинном чувстве, а не стрелялке.

Аккаунт. Да? Интересно, зачем он тогда пошел?

Менеджер. Отправляешься с ним прогуляться, ночь, падают звезды, платье, распущенные волосы, ресницы долу, вы держитесь за руки, прижались друг к другу, а ты ему прямо в глаза: «О чем задумался, дорогой?»

Байер. Скорее буфер-contact.

Менеджер. Ну-ка, ну-ка.

Байер. Он эротоман. Стратегия Лолиты. Лес, трава, солнце, ты в мини, блузка со спадающей бретелькой, два хвостика, блестящие губы, надуваешь большие розовые пузыри, лежишь на одеяле и нехотя: «У меня шнурок развязался. Хочешь подтянуть гольфы?»

Креатор. Это было тренди в прошлом сезоне.

Менеджер. И поездки за город тоже.

Байер. Чувак тоскует по молодости. Напомни ему ее, и он придет снова. Договор в руках и отвали, красавчик.

Директор (звонит телефон). Звонок. Не он.

Байер. Классическая тактика переговоров. Это было на последнем тренинге.

Директор. Ничего ты не знаешь о жизни. Такому мужчине нужна женщина, а не ребенок. Белье с заклепками, черные сапоги до колен, красные ногти, кнут в руке и все идет, как по маслу. Выпрямляешься, волосы распущены, и за морду его, на поводок и приказывай: «На колени, ползи, моли о пощаде, сукин сын». И хлыстом по спине. Раз за разом.

Креатор. Он не жертва, а завоеватель.

Директор. На работе.

Креатор. А дома, постой, в снятом им номере люкс, красные шторы, ложе, застеленное шелком, на полу шкуры, на тебе ничего, кроме Chanel № 5, умоляешь: «Возьми меня, мой лев. Съешь меня всю». В мгновение ока он — царь зверей, а ты его овечка. Пусть грызет, кусает, носит в зубах, таскает по полу. А под утро продолжай сладко мурлыкать: «смени министра финансов, перенеси войну на неделю, а то в Париже показы, купи мне остров надень рождения, подпиши договор, мой лев».

Аккаунт. Я тебя умоляю. Он помрет со смеху.

Креатор. Но перед этим подпишет.

Директор (звонит телефон). Звонок. Приветствую, господин президент, да, понятно, спасибо, до свидания. (Аккаунту, через минуту.) Есть!

Менеджер. В первый раз я влюбилась в девушку, когда мне было четырнадцать У нее были черные вьющиеся волосы и голубые глаза. Это было в воскресенье. Я курила с ребятами во дворе за мусорным контейнером. Она пришла туда с двоюродной сестрой, моей подружкой по дому. Они выбрасывали мусор. Ее звали Софья. Она приехала с родителями на обед. Тогда я впервые в жизни влюбилась с первого взгляда. Я никогда больше ее не видела, но помню до сих пор. И то, как у меня сводило в животе. Со второй Софьей я познакомилась на первом курсе. Мы попали вместе в английскую группу. Она была блондинкой, с веснушками на носу и самыми длинными в мире ногами. Я подошла к ней первой и попросила конспекты предыдущих лекций. Она дала, потом мы подружились. Перезванивались, вместе готовились к занятиям, ходили на вечеринки. Один раз ради смеха пошли в гей-клуб. Это была ее идея. И там ради смеха поцеловались. Это тоже была ее идея. Я ответила на ее поцелуй серьезно, а она повезла меня к себе. Мы ни о чем не разговаривали, только всю дорогу держались за руки. У нее дома мы занимались любовью в ванной, при погашенном свете и зажженных свечах, слушали Коэна, плескались, целовались, дотрагивались до груди, губ, ступней, тела. Она была потрясающая. Потом мы легли в кровать и заснули, обнявшись. Мы никогда не говорили о том, что произошло. Может, напрасно. Знаю, что какое-то время назад она вышла замуж. Странно, но ни один мужчина не смог удовлетворить меня так, как она. Только с ней я чувствовала себя женщиной. Мне нравилось мое тело, грудь, бедра, лицо, накрашенные глаза и ногти. Только с ней. С мужчиной за всю жизнь я переспала только дважды. Первый раз, чтобы потерять девственность. Все уже с ней расстались, и я не хотела отличаться. Готова была сделать все, только чтоб никто ни о чем не догадался. Это было с моим одноклассником, мы выпили несколько бутылок пива, я расставила ноги… в общем, как-то пережила.

Самое страшное — все эти тети, дяди, моя мама, семейные сборища, когда родственники спрашивают, есть ли у меня парень, когда я выйду замуж. Что я должна им сказать? Что? Проще — чтобы отстали — соврать, что я меняю парней как перчатки. Однажды сказала в шутку, что я лесбиянка и у меня есть девушка. Никто мне не поверил, начали смеяться, а дядья сказали, что если она такая же красивая, как я, то они с удовольствием с ней познакомятся.

Уже сама не знаю, может, я ненормальная? Девицы на работе столько говорят о мужчинах, что все время с ними спят, им так хорошо и вообще что мужики — супер, а мне не катит. Пару месяцев назад решила, что переломлю себя, что… Я не знаю, как цепляют мужчин, поэтому взяла пример с наших девиц с работы. Пошла в клуб, заговорила с вроде как приятным чуваком, неким Яном, он оказался приезжим. Немного поболтали, потанцевали и обменялись телефонами. Весь следующий день на связи, часами в чате, нон стоп по мобиле. Эсэмэска за эсэмэской, договорились, что он приедет ко мне на следующий уик-энд. Конечно, оговорили, что не будем увлекаться, никаких чувств, только притворимся, что влюблены. Я приняла ванну, ждала. Он приехал ближе к полуночи с бутылкой текилы и пакетом лимонов. Мы немного выпили — и в койку. И тут началось. Если посчитать: накануне он лег спать около десяти, проснулся в шесть утра, это восемь часов. Потом работал до четырех, стартовал ко мне около пяти, ехал, ехал и ехал на машине больше шести часов. Мы начали трахаться во втором часу, то есть, как ни крути, а двадцать три часа он не мылся. Я внушила себе, что у меня нет предрассудков и мне очень нравится оральный секс, и так, как наши девицы, взяла пенис в рот. И сразу почувствовала этот запах, — так что отпрянула. И больше уже не могла. Боже, как мне стало нехорошо, а он только спросил, почему мне не нравится «французская любовь». Я ничего не ответила, только сглотнула слюну. Потом мы трахнулись. К счастью, не пришлось долго ждать, пока он кончит. И укатил к чертям в свой Мухосранск.

Потом я пошла к гинекологу — контрольный визит, и оказалось, что я больна. Решила узнать, что со мной приключилось, и полезла в Интернет, вбила в поисковик это название — кандида или как-то так — и прочитала, что это самый распространенный симптом зараженных ВИЧ. Я посмотрела на себя, и меня аж в дрожь бросило. Словно что-то во мне жило. Бродило по всему организму. Какие-то паразиты. Каждый раз, когда я принимала ванну и прикасалась к своему телу, я представляла себе, как ВИЧ пожирает меня изнутри. Месяц выжидала, прежде чем сдала анализы. Никогда в жизни я так не боялась смерти, но оказалась чистой. Вроде обычная молочница, а я чуть не умерла со страху.

Медиапланер. Слушайте, девчонки. Вы не поверите. Я вчера ходила к гадалке. Боже, что за волшебная женщина. Она разблокировала мою седьмую чакру и сказала, что у меня исключительная душа. У нее тысячелетняя карма, а последнее мое воплощение — Дженис Джоплин. Миллионы дисков, обложки журналов, интервью, фанаты, автографы. На концертах тысячи мужиков, они любят меня, изнемогают от желания, а я курю трубку и часами по мобильному. И увлажняющие кремы на лицо, много крема, испокон веков у меня сухая кожа.

Бухгалтер. Так хорошо тебе было? Прям до самоубийства?

Медиапланер. Какая жизнь, такая и смерть. 27 лет и золотой укол. Самый сильный приход. Сегодня мужчины спят на моей могиле, приносят цветы, поют песни. Умирать, не жить.

Аккаунт. Ты — Дженис Джоплин? А я Мата Хари. Божественная фигура, 90–60–90. Генералы, дипломаты, бизнесмены корчатся от вожделения. В подарок — машины, информация, карьеры, семьи, мобильники. Сотни мужчин, и я одна. 30-й день рождения, торт, свечи, я у стены с ай-подом в ушах, а передо мной десять взбешенных любовников, расстрельный взвод с винтовками, я танцую, а они даже не дрогнули. Продолжаю танцевать, а они все равно стоят столбом. Стреляли и плакали.

Байер. Мата Хари? А я была Анной Карениной, женой Льва Толстого.

Директор. Я недавно тебя читала.

Байер. Обо мне. Муза и ее писатель. Я путешествую. Лондон, Берлин, Римская империя. И трачу деньги. Он зарабатывает, а я все спускаю на клаббинг, платья, муфты, шубы из шиншиллы. Super trendy life. Старик злится, а любовники мне поп stop звонят, шлют эсэмэски. Все, кроме одного. У нас случился коротенький романчик, который так меня подкосил, что я бросилась под поезд.

Менеджер. Могла сама позвонить.

Байер. Была вне зоны доступа. Черт с ним. Зато остальные… Я смотрю, а на похоронах мужчины плачут, бьются в истерике, бросаются на могилу, а Лев пишет. 25 лет, а каждое поколение обо мне читает.

Креатор. О маркизе Помпадур тоже. Настоящая королева Франции. Сотни шкафов, платьев, пальто, тонны духов! Вокруг меня сто модельеров, звоню Людовичеку на мобилу, прогулка по Парижу, потом на тачке в Версаль, там портрет Моны Лизы, ну вы знаете какой, той, с выпученными глазами, и на тачке обратно во дворец, целое состояние потратил на эти тачки и на балы по вечерам.

Директор. Как в раю.

Креатор. 19 лет. Смотрю, а этот идиот завел младше меня, а меня сразу — на смерть. Да что там! Я в новом платье от Dior, голова под гильотиной, как на ложе, а тут демонстрация — мужчины с транспарантами «Освободить мадам». Так и началась Французская революция.

Байер. Самая приятная смерть. Ничего не болит.

Креатор. Точно. Ничего не болело.

Бухгалтер. Помпадур?! А я была Жанной Д’Арк. Самая известная девственница в мире.

Аккаунт. Мои поздравления.

Бухгалтер. Предводительница мужчин, огромная power, за мною в бой идут миллионы. По первому знаку. Два полка солдат, приказы по мобильному и поход на Париж. За свободу женщин! Первая в мире в брюках, в мартинсах, на коне, никакой косметики, химии, все только натуральное. Прекрасная, безукоризненная, идеальная кожа.

Креатор. Без кремов с фитогормонами? Сухая, как пергамент.

Бухгалтер. Только на костре. Глюки, в голове голоса: «надень юбку», надеваю, а мужчины меня за руки и к дереву. Горю, а они кричат благим матом, рвут на себе одежды, словно обезумели.

Менеджер. Женщины! Перед вами Че Гевара. Трехдневная щетина, отряды боевиков, кожаный плащ, сигара. Иду по лесу, шумно, душно, сеть то и дело пропадает, негде зарядить мобильный, кончается тоник для лица. Но женщины любят мятежников, все ко мне в очередь.

Медиапланер. Типичный мужик.

Менеджер. Мы в постели, а тут предательство, нас окружили, перестрелка. Сто на одного. Даю серию из калаша, до последнего патрона, а последний себе в лоб. Быстрая жизнь, быстрая смерть. Всего 29 лет, а женщины до сих пор носят мою фотографию на груди.

Директор. А на меня мужчины смотрят в фильмах «Клеопатра». Я в ванной — подарок Цезаря, часами с ним по мобильному, рядом козы, а внизу на коленях бог солнца и все мужчины. Восхищены, бьют поклоны, вздыхают. А я перед зеркалом, натуральную косметику на лицо, 22 года и ни одной морщинки, и такая холеная иду по лепесткам роз к Цезарю и умираю.

Байер. Да ты что?

Директор. Иду, а тут покушение, змея из укрытия, и кусает, кидаю Цезарю эсэмэску «спасай», он — на коня, через пять минут подхватывает своими сильными руками, высасывает яд, но я уже dead. Чуть не обезумел от горя, порезал вены, истек кровью. Жесть.

Байер. Сколько вам сейчас лет? Мне 25. Как и Анне Карениной.

Креатор. Мне тоже.

Аккаунт. 23.

Медиапланер. Мне два.

Бухгалтер. 26.

Менеджер. Мне тоже 25.

Директор. 28. Исполнилось.

Креатор. А не дашь.

Медиапланер. Бориса я себе выдумала, вымечтала, выколдовала. Есть такая китайская ворожба, которая материализует любовь. При полной луне надо пойти на реку и бросить в воду апельсин, приговаривая при этом имя любимого. Я бросала «на самую большую в жизни любовь». Через три дня пошла на вечеринку и познакомилась с Борисом. Меня словно громом ударило. Брюнет, высокий, красивый, просто идеал, мы сидели рядом и понимали друг друга без слов. Кожей. Так бывает, наверное, у кармических душ, которые встречаются в следующем воплощении. Мы виделись почти ежедневно и могли разговаривать или молчать часами. Еще мы вместе занимались йогой, она помогла мне обрести внутреннее равновесие. Я чувствовала в себе энергию инь и ян. Мы не ели мяса и выводили токсины. Наконец-то я была спокойна и влюблена. До этого меня все раздражало. С ним было по-другому. В постели вроде все ОК, однако же что-то не так. Мне самой приходилось его провоцировать, завлекать, раздеваться. Хотя что плоть, она неважна, преходяща, значение имеет лишь внутренний мир.

Я как раз купила квартиру, и мы вместе ее обустроили по фэн-шуй. Я расставила свечи по четырем углам и в центре, зажгла их и сразу почувствовала энергию ци. Это было волшебное переживание. Столовую мы покрасили в оранжевый — символ счастья. Любой другой цвет — убийство для союза. В уголке любви повесила нашу фотографию, чтобы упрочить союз. Борис переехал ко мне, и я наконец успокоилась. Утром мы занимались йогой, на завтрак ели легкие йогурты, чернослив, на обед сою, ростки, ужинать уже не садились, так как вечером снова йога. Полная гармония. И вдруг через полгода я узнала об этом гребаном преподавателе английского. Как же я взбеленилась. «Но я его люблю». Не верю, что нас ничего не связывало. Ведь нас соединил космос. Он все уничтожил. Этот чертов пидор, учитель английского. Никто не должен об этом узнать. Тема — табу.

Я долго не могла восстановить равновесие. Просто потеряла веру в любовь. Не могла смотреть на апельсины, нервировала меня эта долбаная энергия ци, и, что самое страшное, я не могла перестать его любить. Слово «женщина» приводило меня в бешенство. Странно, почему не «мужчина». Я смотрела на себя и чувствовала, что во мне что-то умерло. Я была телом без души. Как мешок. Мне надо было узнать, кто я. Я выкинула все из дома, купила коврик, статую Будды и стала практиковать дзэн. Вставала в 5 утра, 108 поклонов, в 5.30 повседневные песнопения, по воскресеньям — специальные, а в 6.15 сидячая медитация. Но даже чертовы мантры не вытеснили этого гомика из моей головы. Я все больше теряла силы. Пока однажды не попробовала стимуляторы и сразу начала жить на полную катушку. Фонтанировала энергией и снова чувствовала себя счастливой. Влюбилась в амфетамин. Только раз испугалась, когда после грамма нормально заснула. Что-то шло не так. Утром приняла немного больше и почувствовала, что задыхаюсь, проваливаюсь в себя. Выпорхнула из тела, оно осталось на полу, за секунду перед глазами пронеслась вся моя жизнь, даже этот чертов пидор, и я полетела вверх. В рай. Но меня не впустили. Золотая энергия приказала мне вернуться, сказала, что не сейчас.

Но как жить? Я решила: «никакой халтуры». И пошла к профессиональной гадалке. Боже, что за волшебная женщина. Она видела мою голубую ауру, составила мне потрясающий гороскоп. Карты сказали, что самый главный мужчина моей жизни близко. И еще: важно то, что приснится мне этой ночью. Боже, я так нервничала, что не могла уснуть. И приснился мне Виктор с работы, из компьютерного отдела. Совершенно не понимала, что к чему, но решила пойти навстречу своему счастью. Дома в уголке любви поставила две свечи, двух дельфинчиков, два цветка — по два, чтобы пара, и стала ждать. Через две недели произошло чудо. На корпоративной вечеринке Виктор, немного подвыпив, подошел ко мне и сказал, что я прекрасна и он хотел бы заняться со мной любовью. Я снова почувствовала магию. Я уже была открыта, готова к исполнению предсказания. Нам хорошо вместе. У Виктора небольшие запросы. Он вполне образован — программист, но простой. Все что ему нужно — кусок мяса, футбол, пиво и секс. Много секса. В сущности, это неплохо. У него почти нет недостатков, вот если бы еще работал поменьше… Я готова встречаться каждый день, а у него без конца презентации, командировки, тренинги. Мы уже два месяца вместе, он, правда, чудесный, но мне его как-то мало. Ужасно по нему скучаю. В этот уик-энд договорились поехать ловить форель, но Виктор, черт подери, разумеется, снова уехал в командировку. У меня уже не было сил с ним ругаться. Прождала его весь день, должен был вернуться в восемь, но опоздал на три часа. Вообще не брал мобильный, я разозлилась, но приехал с подарком. Купил мне новую блузку в цветочек и капри. Красивые, только немного не в моем стиле, я предпочитаю клеш.

Креатор. Глядите! Новая!

Байер. Burberry!

Директор. Сколько отдала?

Креатор. Штуку.

Директор. Подделка. Настоящая дороже.

Аккаунт. Вчера по телевизору говорили, что 70 % населения носят подделки.

Креатор. Прямо из магазина. Оригинальный лейбл.

Аккаунт. А остальные 30 % пускают пыль в глаза. С лейблами носят только то, что на виду. Сумки, куртки, блузки, а под этим — весь мировой мусор. Корея. Тайвань. Китай.

Креатор. Не может быть.

Аккаунт. Последние исследования. Только 1 % оригинала, остальное — фальшак на фальшаке.

Менеджер. У меня нет.

Креатор. Никаких подделок.

Медиапланер. И у меня.

Байер. Все натуральное. Первое попавшееся. Сумка от Witchen.

Директор. Folli Follie.

Менеджер. Моя Mango.

Бухгалтер. Batycki.

Медиапланер. Cottonfield. Фирменная.

Креатор. Твоя?

Аккаунт. Родная. Из Zara.

Креатор. Поехали! Туфли Gucci. Лейбл не врет.

Аккаунт. Мне 25 лет и 99 мужиков на счету. Нет ничего проще, чем подцепить какого-нибудь перца. На них действует все. Проводишь ли языком по губам, накручиваешь волосы на палец, носишь мини или танцуешь диско. Простой путь к удовольствию, кстати, нет лучше секса, чем с женатым, особенно с тридцатилетним, ответственным, спокойным чужим мужем. Эти словно с цепи срываются. Рычат, грызут, кусают, бросаются на тебя, радуются каждой кости, ластятся и хранят верность любовнице. Я сама их выбираю, сама имею и сама бросаю. Они как свежее мясо и свежая кровь на шабаш.

Я всегда любила секс. В лицее никогда не была святошей, была нормальной. С несколькими перепихнулась на вечеринках, кое с кем встречалась, некоторых даже любила. Одного сильно. Мне было тогда 20, Давиду 25, я сразу поняла, что буду с ним. Женщины это знают. Мы познакомились на тусовке и ушли оттуда вместе, по уши влюбленные. Давид сначала говорил, что очень меня любит, хочет быть со мной, дарил маргаритки. Это был самый счастливый год. Мы должны были быть вместе до конца жизни. Боже, как мы занимались любовью! Феромоны летали в воздухе, искры сыпались. Мы трахались в кровати, на балконе, на окне, на столе, на табурете, под табуретом, на полу, на потолке, у стены, перед зеркалом, на улице, в лифте, на траве, в бассейне, в ванной, на дискотеке, танцуя, стоя, лежа, сидя. Везде!!! Никто ко мне не прикасался так, как он. Не знаю, как так вышло, но я залетела. Просто свечки не подействовали. Думала, теперь все будет просто, на год возьму академку, и будет у нас семья. Я правда этого хотела. Приготовила ужин и ждала его с тестом на беременность и пинетками. А он сказал, что я его подставила, что больше мне не доверяет и после этого не может со мной оставаться. Бросил мне деньги и вышел. Я слова сказать была не в состоянии. Почему? Ведь нам было так хорошо вместе! А он нас бросил! Меня и нашего ребенка. Одних, напуганных, опереться не на кого. Боже, как я хотела, чтобы у меня случился выкидыш, чтобы не было этой беременности. Но она была. Родители бы меня, наверное, убили. Я не знала, ни как родить этого ребенка, ни как от него избавиться. С каждым днем становилось все хуже, так как я все больше его любила. А было нельзя…

Теперь есть разные способы прерывания беременности, современные. Не надо раздвигать ноги на гинекологическом кресле, достаточно принять таблетку. В час икс я почувствовала укол в сердце, из-за аритмии, а потом боль в животе. Пошла в туалет, спустила воду, и все позади. Только я знаю, чего мне стоило справиться с собой. Подавить страх, унять боль, заполнить пустоту и избавиться от чувства вины. И ненависти к самой себе, к Давиду, ко всему миру, к Богу, за то, что мне что-то дал и отнял. С тех пор я перестала чувствовать, словно залезла под панцирь, и никому больше не позволяла себя обижать. Никому.

Я хорошо знаю, что это — быть опустошенной и ничего не чувствовать. Знаю, как разрывают угрызения совести и боль. Шар, наполненный ничем. Меня не было, не было моего ребенка, ничего уже не было. Я ходила по улицам, смотрела на младенцев в колясках и представляла себе, каким был бы мой. Это была девочка. Знаю, женщины это знают. И знаю, что уже никогда не буду иметь детей. Это мое наказание. Но ведь существует Бог. Может, он простит? Он все может. Не помню, когда я в последний раз была в костеле. Подошла к первой же исповедальне. Плакала, каялась, просила. Ксендз сказал, что я совершила плотский, смертельный грех, что несу ответственность за убийство, а епитимьей мне будет вся жизнь. Не простил. Ничего не поделаешь. Я вышла и уже не плакала. Сказала себе «нет». Больше никто на свете меня не обидит. И никакой Бог не лишит меня удовольствий.

Теперь я не страдаю, не нуждаюсь ни в чьей любви. Никто мне не будет указывать, как жить и что чувствовать. Нет Бога, нет ада, есть только я. Кто-то ради удовольствия готовит обеды, а я получаю удовольствие оттого, что каждый день трахаюсь. Я их не люблю. Не стоит. Какой в этом смысл? Пусть мечтают обо мне. Все равно ничего не получат. Смысл в жизни только один: свобода и независимость. Иногда мне кажется, что я ничего не ощущаю, кроме ненависти и оргазма. А зачем что-то еще, к чему тут любовь? А если вдобавок по ходу дела получается разбить какую-нибудь счастливую парочку, то что еще нужно для счастья?

Менеджер (по мобильному). Привет, дорогая! И как? Бросила ее? Правда? Супер. Не переживай. Все образуется. Я с тобой. Самое главное, что мы уезжаем.

Директор. Я не ослышалась?

Аккаунт. Что?

Менеджер (по мобильному). Позвоню вечером. Пока.

Байер. О чем песнь?

Менеджер. Слушайте! Подруга уволилась с работы.

Директор. И ты с ней?

Менеджер. Ну что ты.

Директор. Я ведь слышала, что вы вдвоем уезжаете.

Менеджер. В отпуск. В Африку. План такой. Сначала Египет, потом Заир и ЮАР. Собираемся через месяц.

Директор. Ты это с кем-то согласовала?

Менеджер. Как раз сейчас хотела.

Директор. Через месяц у нас новый проект.

Менеджер. У нас всегда новый проект. Я год не отдыхала. Хочу уехать.

Креатор. Я тоже хочу.

Менеджер. Они справятся.

Бухгалтер. А я не была в отпуске два года.

Аккаунт. Все так. Я тоже.

Креатор. А Мадрид?

Аккаунт. Только три дня. По работе.

Байер. Забиваю две последние недели июля.

Медиапланер. А я начало сентября.

Аккаунт. Я — начало августа.

Директор. Тихо. Никто не поедет без моего согласия.

Менеджер. Мы это обсуждали.

Директор. Менеджер команды! Африка! Сначала работа, потом удовольствия. Все хотят уехать.

Медиапланер. Я в Индию, медитации, лотос, другой мир.

Байер. Месяц автостопом по стране с каким-нибудь гитаристом. И ни до чего нет дела.

Директор. Максимум неделя отпуска.

Байер. Знаю.

Креатор. Вообще отсюда уехать. Навсегда. Лучше всего с богатым итальянцем, в Рим, вилла, соседи — звезды первой величины.

Бухгалтер. Если уж на то пошло — настоящий дом. От бабушки, старый, с садом, куры, свиньи, овцы.

Менеджер. Или в гостиницах.

Директор. Что в гостиницах?

Менеджер. Дом. Неважно где, главное — какой.

Бухгалтер. Ты ненормальная? А семья, муж?

Медиапланер. Самая большая в жизни любовь!

Аккаунт. И венчание в костеле в белом платье. Не с каким-нибудь женатым, сексоголиком, бисексуалом, гомосексуалистом, эротоманом, трансвеститом. С нормальным.

Байер. Только без венчания. Total независимости и любовь до конца life.

Аккаунт. И дети. Дочурка.

Креатор. Двое! Близнецы! Чтобы фигуру не испортить.

Медиапланер. Что вы несете! Минимум пятерых. А в старости камин, кресло-качалка, сигарета, полный дом людей и ноль одиночества.

Бухгалтер. Быть активной! Каждый день готовить, убирать, полоть до упаду. И так здоровенькой дожить до ста.

Креатор. Быть вечно молодой. Маски, кремы-лифтинги тройного действия, 100 лет, а выглядеть на 80.

Менеджер. Вы что думаете, я не хочу жить нормально, иметь ребенка, дом, партнера, с которым не надо притворяться, узнавать людей и мир, а не пахать по 12 часов в день?

Директор. А думаешь, я ни о чем не мечтаю? Я тоже хочу быть счастливой. Я, Мила и Марк, собственный остров, пальмы, дом на океане, прислуга, вторая беременность, и третья, и четвертая, а по вечерам прогулки с палочкой, еле иду, и спокойная старость.

Медиапланер. Достаточно захотеть. Само исполнится.

Менеджер. Только расплачусь по кредитам.

Бухгалтер. Дело времени.

Директор. Пока не исполнится сорок, заработать столько, чтобы потом вообще ничего не делать.

Аккаунт. На машину. Два года.

Креатор. А у меня всего полтора.

Менеджер. В будущем году выпустят новый «Aven-sis».

Директор. Еще на три года.

Бухгалтер. Мебель на кухню и в спальню. Еще год.

Креатор. Психоаналитик. Годы.

Директор. Земля и дом. Семь лет.

Медиапланер. Участок. Три года. Дом на нем построить. Еще десять.

Менеджер. Поездка в Чили.

Байер. Участок у моря и дом. Вроде по случаю, но в общей сложности 5 лет.

Креатор. Телевизор, холодильник, посудомоечная машина. К счастью, только полгода.

Менеджер. В следующем году на Занзибар. Когда все остальное?

Байер. Учеба 10 000 за семестр.

Креатор. Дебет 50 000.

Байер. У меня 22 000.

Аккаунт. Чудом выплатила в прошлом месяце.

Менеджер. У меня только 20 000, но потребительский кредит еще столько же.

Аккаунт. На квартиру на 15 лет.

Медиапланер. У меня на 17.

Бухгалтер. У меня на 20.

Медиапланер. Погоди. У меня к тебе вопрос. Ты спишь с моим Виктором?

Аккаунт. Что?

Медиапланер. Спрашиваю, ты спишь с Виктором?

Аккаунт. С чего это тебе в голову пришло?

Медиапланер. Вижу. Мы знакомы с лицея, скажи правду. Спишь с ним или нет?

Аккаунт. Нет. Богом клянусь, что нет.

Байер. Я очень люблю папу, может, даже больше, чем маму. Я его любимая доченька, а он мой лучший друг. Иногда он меня немного раздражает, и я ссорюсь с ним, но кто с кем не ссорится?! Особенно раздражает, когда он приходит ко мне без предупреждения и под пустяковым предлогом. Сегодня, например, придумал, что ему прислали какое-то уведомление. Но я-то знаю — это он меня проверяет. Неважно, дома я или нет, принимаю ванну, хожу голой или как раз завтракаю с парнем. Я чувствую себя так, будто он влезает на мою территорию в грязных сапожищах. Без стука, открывает дверь своим ключом. Иногда мне хочется его за это убить, за доброту эту, за эту улыбку на лице. Приходит и елейно спрашивает, что слышно, что делала, почему не беру трубку. Это моя жизнь, черт подери, мое время, мой мобильный. В такие минуты я его ненавижу. Я ведь замечаю, как он осматривает квартиру, меня, а потом тут же говорит, что оказался поблизости случайно или что это ради моего блага, от любви, что он просто за меня беспокоится. Я ему верю, с чего бы ему врать. Тогда эти мысли уходят. Они меня пугают, потому что в последнее время все чаще возвращаются, теснятся в голове, толкаются, не дают спать, думать, болят, кричат, давят на мозг, кружат и разрывают череп.

Боже, нет! Я вообще не знаю, что тогда со мной происходит.

А так в принципе я его люблю. Купил мне квартиру, обставил, взял специально кредит, заплатил за лучшее образование, звонит мне каждый день, покупает украшения, в последний раз — кольцо с цирконием, цветы на день рождения и именины, иногда даже без повода. Однажды принес в подарок прекрасное белье — такое красивое, красное с черными кружевами, и подчеркнул, что я не имею права показываться в нем ни одному мужчине. Что оно только для меня, что это наша сладкая тайна. Даже мама об этом не знает. Странно немного, но, в конце концов, он мой папа. В уик-энды водит меня в кино, театр, в кафе, на самом деле он заменяет мне всех парней. То есть не заменяет, но у меня, по крайней мере, есть такой заменитель. Относится ко мне как к настоящей даме — пропускает вперед, подает пальто, покупает все, что захочу, — любые шмотки, косметику, поездки. Я его маленькая принцесса. Хотя порой чувствую себя как вещь, его собственность. А мама так каждый день. Бедная. Иногда я его люблю, а иногда только боюсь и делаю вид, что люблю. Меня немного раздражает, что в 26 лет я вынуждена перед ним отчитываться, куда и с кем иду. С одной стороны, у меня есть все, с другой — ничего, никакого выбора.

Расходимся, в частности, по поводу парней. Папа самый главный, он это знает, но ведь я не выйду за него замуж. Моему папе нравятся респектабельные, солидные, воспитанные, вежливые, культурные, лучше всего в костюме, а что поделаешь, если я влюбляюсь в рок-музыкантов? Круче всех басисты, они самые мрачные, загадочные. С одним таким я потеряла девственность. Мне было 17, мы с подружкой поехали якобы к ее тете в деревню помогать на сенокосе, а на самом деле рванули на море. Там познакомились с компанией из десятка длинноволосых парней и чуть не обалдели от счастья. Колесили с ними автостопом по всей стране, пили вино, пели у костра, купались нагишом в море. Это были лучшие каникулы в моей жизни. Вернулась домой, по уши влюбленная, представила Алекса отцу — якобы познакомилась с ним в этой деревне, в поле. Алекс меня обнимал, целовал и вообще вел себя раскованно. У моего старика желваки заходили, но волю он себе дал, разумеется, потом, когда Алекс ушел, при нем-то был сама любезность: «не хотите ли чаю, коньяку». Начал орать: «Здесь я решаю, с кем тебе встречаться, сюда не будет приходить всякий сброд. Только через мой труп». Когда я сказала, что все равно сделаю так, как хочу, ударил меня по лицу с такой силой, что я упала. Тут я впервые почувствовала, что он меня уничтожает и я хочу его за это убить. А Алекс? Алекс не понимал, что я не могу поехать с ним в концертный тур, что я должна возвращаться с тусовки не позднее часа ночи, а не через два дня. И нашел себе другую, такую, которая была всегда свободна.

Кажется, больше всего самоубийств происходит по утрам в понедельник, а у меня по понедельникам нет сил даже умереть. Не хочется встать на подоконник и открыть окно. Солнце так слепит, выключите его. Папа. Я как-то уже так стояла. Тогда, после Алекса, перед выпускными. Из-за папы, папочки, ревнивого сукина сына. Ничего мне не хотелось: любить, ненавидеть, плакать, а больше всего — жить. Хотелось только смотреть вниз. С высоты десятого этажа. И еще полететь. Лететь, парить, взмывать ввысь, к солнцу, облакам, расправить крылья, раскрыть ладони и быть свободной. Кажется, человек умирает еще в полете от разрыва сердца. Падает трупом на землю. И уже ничего не чувствует, даже падения, ничего у него уже не болит.

Аккаунт. Мне приснился сон. Я стояла на шоссе, ведущем в небо.

Бухгалтер. Мне ничего не снилось. Абсолютная пустота.

Креатор. Я видела во сне себя. Себя.

Байер. Бодрящая свежесть утра, я с парнем на лугу.

Медиапланер. Мне снился прейскурант жизни.

Директор. Кровать.

Менеджер. Детский сад.

Аккаунт. Вокруг толпа людей, все проходили мимо меня, толкали, осмеивали, показывали пальцем. Мне хотелось провалиться сквозь землю, скрыться от них, бежать, но я не могла сдвинуться с места. Ноги налиты свинцом. Они смеялись, а кроссовки кричали «Не дай себя остановить».

Креатор. У меня были только глаза, язык и сердце. Странно, да? Все происходило у меня дома. Я стояла перед шкафом и выбирала новую кожу, самую безупречную, шелковистую модель. Укрепляющую, увлажняющую, антицеллюлитную, лимфодренажную, против растяжек. Примерила их тысячу и одну, но все было не то.

Байер. Мы лежали на траве, грелись на солнце и слушали утреннее шоу — музыку, с которой легко. Bye bye монотонность. За секунду небо затянуло тучами, и сверху посыпались камни. Легче, чем летний дождь, нежнее, чем поцелуй.

Медиапланер. Блузка по кредитной карте 300, сапоги 800, отпуск 4000, машина 70 000, квартира 250 000. Воспоминания, страсть, проведенные вместе минуты, противоречивые чувства — бесценны. Я открыла кошелек и вынула монетку. На свою беду.

Директор. Кровать king-size. Сто квадратных метров. Вокруг голые стены. Я лежала на ней одна и дрожала, я не ела уже месяц. И пришел ко мне холодильник, открыл дверь и сказал: «Съешь, сколько сможешь». Заглядываю туда, а там пусто.

Менеджер. Все дети были красиво одеты, у них было много игрушек, сладостей и мобильных телефонов. Они жевали жвачку и кричали: «Коля любит! Оля любит! Все любят. И Сережа тоже». А я стояла в рваном платье, в углу и плакала, потому что меня никто не любил.

Бухгалтер. Нет, снилось. Аромат счастья. Флакон духов больше меня. На этикетке написано: «Это твой шанс, не упусти его». Я сделала глубокий вдох, испытала блаженство, прикрыла глаза и улыбнулась миру. Сто литров блестящих возможностей. Запас на всю жизнь.

Аккаунт. «Не дай себя остановить. Just do it.». Я разозлилась, сняла кроссовки и босиком побежала на стоянку. Села в машину, завела двигатель, дала задний ход, поехала и вдруг почувствовала себя самой женственной и умной на свете. Я воскресла, ведь жизнь прекрасна.

Креатор. Я взяла самую дорогую кожу, просто супер. Надела ее и стала собой. Волосы заблестели, губы в два раза увеличились в объеме, ресницы стали в три раза длиннее, морщинки исчезли на 80 %. Я во всей красе, как новая. Идеальная фигура. Безупречный вкус. Ведь я этого достойна.

Байер. Парень вытащил меня из-под груды камней, поставил на ноги и дал подпорки. Две палки. У меня все болело. Я не могла идти. Небо снова нахмурилось, и посыпались болеутоляющие, обезболивающие хлопья снега. Перед использованием я ознакомилась с инструкцией, откинула голову и открыла рот. Действовали быстро и эффективно. Направленное действие против боли.

Медиапланер. Я вошла в банк, в новое отделение. Мужчина в костюме сказал: «Нам доверяют свои желания». — «Дайте кредит на жизнь». — «Пожалуйста». До утра я ходила по магазинам и за все, что хотела, платила кредиткой.

Директор. Под утро кто-то позвонил в дверь. Я сползла с кровати. Это был лемур с посылкой от мужчины. На карточке он написал: «Не тормози. Тирамисни!» Остановись, мгновенье, ты прекрасно. Не кончайся.

Менеджер. Мне снился телевизор. 24 часа в сутки показывали одну меня по всем каналам. У меня был самый высокий рейтинг, я была VIP. Пошла на вечеринку мертвецов и в полночь получила эсэмэс: «Бери от жизни все». Тут зазвонил будильник, я проснулась и, как обычно, пошла на работу.

AGB — компания, занимающаяся исследованием телевизионных рейтингов.

GRP (Gross Rating Point — англ.) — сумма рейтингов всех выходов рекламных сообщений в рамках данной рекламной кампании.

Research (англ.) — исследования рынка.

Share (англ.) — процентная доля на рынке.

Адверториал (англ. advertorial) — платная текстовая реклама в прессе.

Аккаунт (англ. account) — осуществляет контакт с клиентами, обслуживает и реализует с финансовой стороны рекламную кампанию.

Байер (англ. media buyer) — покупает рекламное время и рекламные площади для клиентов издательского дома или агентства.

Брейк (англ. break) — рекламный блок.

Бриф (англ. brief) — документ, содержащий упорядоченный список целей и задач рекламной кампании.

Дедлайн (англ. deadline) — крайний срок.

Кавер (англ. cover) — обложка.

Клаттер (англ. clutter) — рекламный шум.

Копи (англ. сору) — текст рекламы.

Копирайтер (англ. copywriter) — придумывает тексты рекламы, рекламные слоганы и девизы.

Креатор (англ. creator), или креативный директор, — отвечает за концепцию и визуальный образ рекламного проекта.

Лэйаут (англ. layout) — макет.

Медиапланер (англ. media planner) — отвечает за планирование и бюджет рекламной кампании.

Прайм тайм (англ. prime time) — время наиболее высоких рейтингов.

Рейтинг (англ. rating) — процент целевой аудитории, который увидит конкретный рекламный выпуск.

Си-Пи-Пи (англ. СРР, Cost Per Point) — стоимость одной демонстрации рекламы одному проценту целевой аудитории.

Таргет (англ. target) — целевая аудитория.

Флайт (англ. flight) — этап рекламной кампании.

Флоучарт (англ. flowchart) — графическая презентация плана рекламной или маркетинговой деятельности компании.

Хэдлайн (англ. headline) — заголовок или слоган.