Kiedy przyjdą podpalić dom, to się nie zdziw: Paweł Demirski

Перевод Ирины Киселевой

Польский управляющий. Итак, начинаем инструктаж — прошу слушать меня внимательно — повторять не буду — это инструктаж по охране труда и технике безопасности — по идее после него проводится письменный тест — но сегодня мы ничего писать не будем — нет времени да и согласно статистике причиной всех несчастных случаев является…

Директор. Отче наш иже еси на небеси — да святится имя Твое — да приидет царствие Твое — да будет воля Твоя — как на небе так и на земле — на этой земле — чтобы ничего больше не случилось — чтобы этого не случилось — чтобы мы могли гордиться нашим заводом — сделай так чтоб можно было работать без автоматической блокировки — сделай — чтоб ничего не происходило — чтоб ничего плохого не происходило и нам не нужна была эта блокировка — чтоб оборудование и без блокировки было безопасным — или чтобы с блокировкой оно работало так же быстро как без нее — чтоб можно было радоваться и жить нормально — чтоб никто ничего у нас не требовал после этой смерти — и прости нам грехи наши как и мы прощаем должникам нашим — чтоб нам и другие простили.

Она. Нас нет дома — нас не будет все выходные — оставь сообщение — лучше хорошее — мы хотим слышать только хорошие сообщения — чтобы нормально начать новую неделю после того как мы вернемся в воскресенье вечером.

Она. Если я не ответила значит ушла в магазин — я пошла за покупками для тебя — так что не обижайся — лучше скажи что-нибудь приятное — например солнышко — или любимая — или что сегодня придешь домой пораньше.

Она. Нас нет дома — а на мобильный лучше не звони — там где мы сейчас мобильный не ловит — деревня — лучше оставь сообщение — или подожди пока мы вернемся — то есть до воскресенья — мы вернемся в воскресенье вечером и будем чистить грибы — говорят они уже есть и мы их будем собирать.

Она. Ты наверно еще работаешь — короче я уже еду и мы будем ждать тебя как всегда — у проходной — надеюсь сегодня нам не придется ждать невесть сколько — и тебя не заставят работать в ночную — как в прошлый раз — а если будут заставлять то ты наверное сможешь отказаться — пятница ведь а я уже столько наговорила — карта кончается — и потом позвонить не смогу.

Она. Я уже здесь — надеюсь сегодня не придется ждать невесть сколько — пятница ведь и на карте уже почти ничего не осталось — а мне надо еще позвонить.

Сестра. Я никогда не беру у родителей ключи.

Она. А туда долго ехать?

Сестра. Всегда он брал ключи.

Она. Может съездим туда?

Сестра. Когда родители уезжали он брал их ключи а теперь ключей нет.

Она. Я больше не могу просто так тут сидеть.

Сестра. А я никуда не тороплюсь.

Она. Хотелось бы, чтоб они поскорей узнали.

Сестра. А куда спешить?

Она. Мы должны были сегодня уехать — мы бы сейчас уже ехали.

Сестра. Вы же должны были уехать вчера.

Она. Ох если бы повернуть время назад.

Сестра. Да если бы повернуть назад.

Она. Ты бы тоже с нами поехала — как раз сейчас бы и ехала и родители бы нас ждали а не мы их.

Сестра. Я бы тоже хотела — если бы можно было вернуть прошлое.

Она. Я же говорила надо было ехать вчера.

Сестра. И я ему говорила — но он меня не слушал.

Она. Меня тоже — а сегодня я шла и вдруг что-то почувствовала — но не обратила внимания — а могла вернуться.

Сестра. Я не знаю как сказать родителям — чтобы они не подумали что я шучу.

Она. А теперь смотрю — у меня рукав порван.

Сестра. Я вообще не могу им этого сказать.

Она. Я могу.

Сестра. Ты лучше вообще молчи.

Она. Я не хотела чтобы так вышло.

Сестра. Я же ему говорила — а теперь должна сказать им — что не сказала ему — что он меня не послушал.

Она. Я не хотела чтоб так вышло чтобы ты подумала что я шучу.

Сестра. Мы все время думали что это шутка.

Она. Надо бы зашить — я пойду туда — не знаю только куда — когда же они приедут?

Сестра. Они же подумают что я шучу а я этого не хочу.

Уборщик. Это не швейная машинка

это агрегат для производства холодильников

вот это махина

очень впечатляет

даже издалека

она кажется огромной

а маленький кусочек металла хоть и маленький

но может ее остановить

разве что этот кусочек металла окажется

не на своем месте

а в чьем-нибудь кармане

потому что кто-то велел носить его в кармане

хотя карман не самое лучшее место

это плохое место

очень плохое

а некоторым кажется что так нормально.

Рабочий. Сегодня меня в первый раз выдернули в ночь на работу — я уже спать ложился — а тут звонок чтобы я пришел.

Уборщик. Всем сегодня звонили.

Рабочий. Я думал новеньким не звонят прямо сразу.

Уборщик. Здесь все новенькие.

Рабочий. Я вчера взял четыре позавчера четыре — всего получается восемь.

Уборщик. Восемь мало.

Рабочий. Мне хватит — я уже втянулся — я с этими сверхурочными уже все подсчитал.

Уборщик. Ты всему должен будешь научиться — а восьми часов на это не хватит — такая махина.

Рабочий. Как раз в машинах-то я разбираюсь.

Уборщик. Это не швейная машинка — это агрегат для производства холодильников.

Рабочий. Если перевести на деньги получается почти на 16 злотых в день больше а если четыре умножить на шесть — на 24 больше.

Уборщик. Больше лучше не брать.

Рабочий. Всю неделю по шесть это…

Уборщик. Не бери ты эти сверхурочные а то тебе из-за постоянных блокировок зарплату срежут.

Рабочий. Ничего мне не срежут.

Уборщик. А ты знаешь что иногда сверхурочные вообще не учитывают.

Рабочий. Говорят здесь все учитывают.

Уборщик. Просто не записывают.

Рабочий. А если у меня на 150 часов больше — как можно не записать?

Уборщик. Не знаю как.

Рабочий. У меня долги — их надо отдавать.

Уборщик. Не надо было занимать.

Рабочий. Ты можешь не занимать, а у меня жена — должны же мы как-то обустраиваться

Уборщик. Сколько до конца? Еще семь минут.

Рабочий. Как семь минут?

Уборщик. Семь потому что уже девятый час.

Рабочий. Мне по-любому долги надо отдать — я работал на заводе где давали специальные кредиты рабочим — и вдруг отменили сверхурочные — необходимость в них отпала — потому что делать было нечего — и вдруг оказалось что за кредиты нечем платить и люди стали продавать то что купили в кредит — а продавать нельзя потому что в кредит куплено — так вот несколько человек повесились — трое по-моему — а остальным еще хуже было — поэтому я никаких кредитов не беру.

Уборщик. Лучше вообще ничего не брать в долг — нет денег так нет — чего в кредиты влезать.

Рабочий. Точно — но тут начальник говорит что у него как в банке — если что — договоримся — и что ему пока деньги не нужны.

Уборщик. С ним договариваться?

Рабочий. А что?

Уборщик. А ты знаешь как он процент с тебя стребует — если ему вдруг загорится? — он же натурой захочет — причем не с тебя — жена у тебя есть?

Рабочий. Есть.

Уборщик. Ну долго там еще осталось?

Директор. Так — сядь-ка ты а лучше встань.

Итальянский управляющий. А что такое?

Директор. Кто здесь директор?

Итальянский управляющий. Я думал рабочий день уже закончился.

Директор. Нет — лучше сядь.

Итальянский управляющий. —

Директор. Или встань.

Итальянский управляющий. —

Директор. Нет сядь лучше — а то еще упадешь и не дай бог что-нибудь случится — теперь-то уж — пуганая ворона куста боится.

Итальянский управляющий. —

Директор. В итоге что-то должно было случиться.

Итальянский управляющий. Почему это должно было?

Директор. Мы знали: что-то должно случиться — и готовы к тому что что-то случилось.

Итальянский управляющий. Может обсудим все за ужином — я так с ходу не могу врубиться.

Директор. Это нужно решить по-нашему — по-польски.

Итальянский управляющий. А поесть параллельно нельзя?

Директор. Я сегодня выходить не собираюсь — там на проходной баба стоит и воет — мурашки по коже — зрелище не из приятных.

Итальянский управляющий. Страшненькая?

Директор. Нет.

Итальянский управляющий. Может захватим с собой на ужин?

Директор. Нет.

Итальянский управляющий. Хорошенькая?

Директор. Нет — не знаю — я на лестнице от нее сбежал.

Итальянский управляющий. Жалко.

Директор. Об этом никто не должен знать.

Итальянский управляющий. Это на случай если завтра придет инспекция?

Директор. И надо бы по-польски все решить.

Итальянский управляющий. Я по-польски плохо умею.

Директор. Умеешь ты по-польски.

Итальянский управляющий. Что я умею?

Директор. Что надо то и умеешь.

Итальянский управляющий. Здравствуйте — до свидания — добрый вечер — меня зовут — и я — я твой лучший инвестор — я лучший инвестор в городе — мне тут очень нравится и ты тоже мне очень нравишься — а это мой бизнес — реально хороший бизнес — большой классный бизнес — сейчас это наш общий бизнес — и ты должен им заняться — мой бизнес в твоих руках — и делать это ты должен гораздо быстрее — и качественнее — а не кончать первым и ждать когда я кончу — быстрее — сильнее — сейчас хорошо — а ну-ка еще — а банкноты Национального банка Польши которыми мы тебе платим между прочим официальное платежное средство в Польше но это уже твоя проблема.

Директор. Слышь найди-ка ты себе лучше переводчика и уберет тут кто-нибудь наконец сегодня или нет — ходить невозможно — да — и запомни — со мной такой номер не пройдет и это не проблема — ситуация вполне разрешимая — понял? — повтори.

Итальянский управляющий. Ситуация вполне разрешимая.

Директор. Здесь погода поганая — я в такую погоду хреново себя чувствую — надо поехать понырять с аквалангом — через недельку — надеюсь за это время все утрясется — обожаю подводное плавание — замотался я — а под водой успокаиваюсь — смотрю на рыбок фотографирую — я как-то пробовал с подводным ружьем — не могу рыбок жалко.

Польский управляющий. Не понимаю — как можно этого не понимать — как можно это не купить — вот проблема я этого действительно не понимаю — я не хочу проблем — ты не хочешь проблем — они не хотят — так может стоит научиться как следует работать а не жопу отсиживать — я себе этого позволить не могу — ты не можешь себе этого позволить — они тоже не могут и по идее все должны быть довольны — ведь вроде так получается — это законы по которым живет весь мир — я неделю на курсах был в Италии — по-другому никак невозможно.

Польский управляющий. Я когда-то фильм смотрел — один перец дает взаймы бабки — реальные бабки — ну такие — на которые уже что-то можно — ну и начинает ждать — ждет-ждет — а потом если какой-то кренделек не отдает — приезжает к должнику на обалденной тачке — заходит в дом — а у должника нет бабла — зато есть жена — ну он трахает жену должника причем заставляет его смотреть как он ее — короче ты понял — а я даю в долг и даю — а они не спешат отдавать — но ничего — я дождусь.

Итальянский управляющий. Скажи ему что он должен кое-что сделать. (Digli che e’ora difare qualcosa.)

Польский управляющий. Эй ты — новичок — есть работа.

Уборщик. Я не новичок.

Итальянский управляющий. Что он сказал? (Che ha detto?)

Польский управляющий. Он спрашивает что надо делать?

Итальянский управляющий. Спроси он из отдела уборщиков? (Chiedigli se lavora nel dipartimento di pulizie?)

Польский управляющий. Послушай — я знаю что ты не новичок — но для меня новичок потому что выглядишь бля как новичок — и не смотри на меня так — думаешь я не знаю что у тебя сердце больное и липовая справка — так что лучше не выступай.

Итальянский управляющий. Скажи ему что надо смыть масляное пятно. (Digli che bisogna lavare quella macchia di unto.)

Польский управляющий. Сейчас ты возьмешь швабру и тряпку и быстро пойдешь туда куда я скажу — понял? — на твое место чтоб ты знал сто желающих ну если не сто так не меньше тридцати — короче бегом.

Итальянский управляющий. Скажи пусть идет на линию сборки холодильников туда где штампуют дверцы для «беретт». (Digli di an dare dove vengono pressati frigoferi.)

Польский управляющий. Иди на пресс — я тебе признаться не завидую потому что там пятно и пятно прямо скажем не масляное а от человека короче зрелище не для слабонервных.

Итальянский управляющий. Скажи что ему премию дадут. (Diglichegli daranno ипа ricompensa.)

Польский управляющий. Иди и молись чтоб тебя не уволили.

Уборщик. Можно затрахать

такими законами

можно просто затрахать

зная закон можно затрахать любого

главное не бояться

а ты законов не знаешь и боишься

никого ты не знаешь

а они тебя знают прекрасно

а мы тебя знаем прекрасно

мы видим что ты не платишь за квартиру

или за газ

и тебе стыдно заходить в магазин который тебе не по карману

покупать протухшую колбасу в искусственной оболочке

и розовую газировку

детям

кем станут твои дети?

образование ограничится ПТУ

больное сердце и голова

и работы нет

чему удивляться

надо было раньше думать и устраиваться в жизни

а сейчас хрен тебе

тебе б только яйца чесать

да косить на больничном

теперь бля вкалывай за копейки

вкалывай бля бесплатно

за жрачку или за квартиру и газ

а то раскатал губу на восемь часов в день

и выходные

ты чё универ что ли кончал?

даже школу не кончил

а если и кончил

что толку

так что давай работай

а мы посмотрим

хотя башка просто раскалывается от шума

и вони.

Директор. Ну как день прошел? Так себе? Не из легких? Давно здесь не было так пусто — даже как-то не по себе — правда не по себе — да и вообще я никогда не видел чтоб так пусто было — иногда днем придешь — смотришь как люди работают в этих наших белых комбинезонах и понимаешь что из-за этих комбинезонов тоже вроде как никого не видно — никого не видно — вот как сейчас но я вот тут подумал друг — ведь — совсем не стыдно подойти к управляющему или ко мне и сказать ему или даже мне — что мол то и то угрожает жизни — не надо стесняться — а нам всем это может даже помочь — нечего стесняться — ну так как? — поможете? Уборщик блюет.

Сестра. Мне кажется это уже не так важно.

Она. Но он же просил — мы же с ним договорились — если что-то случится.

Сестра. Да это он просто так.

Она. Не уверена что просто так — он всегда говорил что в случае чего — он хочет чтоб его кремировали и я тоже — я думала что буду первая и чтобы меня тоже кремировали.

Сестра. Перестань пожалуйста.

Она. Я не знаю.

Сестра. Нет это не для меня.

Она. А мне думаешь не тяжело?

Сестра. Но родители просили тебе передать что хотят чтоб он был похоронен нормально.

Она. Родители?

Сестра. Просили тебе сказать.

Она. А сами не пришли.

Сестра. Говорят были не в состоянии.

Она. А адвокат сказал мне — мне — что у него никогда не было такой клиентки — и такие клиенты ему не нужны и чтоб я по крайней мере в воскресенье ему не звонила — у него в воскресенье выходной.

Сестра. Может если б ты его послушала — то и он бы послушал.

Она. Не буду я его слушать — это у него работа такая слушать.

Сестра. Ты никогда не слушаешь.

Она. Да — не слушаю.

Сестра. Так может и плохо что не слушаешь?

Она. Я этого так не оставлю.

Сестра. Сейчас — не оставишь.

Она. Сейчас не оставлю — ни сейчас ни вообще никогда.

Сестра. Раньше надо было об этом думать.

Она. Когда раньше? — я все время об этом думаю.

Сестра. Как вы себе это представляли?

Она. А сегодня ночью…

Сестра. Сколько раз вам говорили.

Она. Ну…

Сестра. И никто слушать не хотел — ни ты — ни он.

Она. А у меня внутри прямо как будто ныло что-то.

Сестра. Если б ты меня послушала — может и он бы послушал.

Она. Ты о чем?

Сестра. Я ему говорила что надо закончить институт.

Она. Он и хотел вернуться.

Сестра. А теперь вообще никуда не вернется.

Она. Не вернется.

Сестра. Все только так говорят что вернутся а потом не возвращаются.

Она. Но его же повысили и он правда не мог еще и институт тянуть — не мог — знаешь как он был счастлив — что такой молодой а его заметили — и что работа такая выгодная.

Сестра. Сама видишь какая выгодная.

Она. Вижу.

Сестра. Надо было закончить институт.

Она. Зачем?

Сестра. А ты не знаешь зачем? — да что это была за работа — видишь на что может рассчитывать человек без диплома и чем всё кончается.

Она. Разве нельзя нормально жить и работать?

Сестра. Нельзя.

Она. Почему нельзя — ведь нам только это и было нужно — а может он не хотел учиться — а может я не хочу учиться?

Сестра. Сейчас он уже ничего не хочет.

Она. Я тоже уже ничего не хочу — я просто хотела нормально жить.

Сестра. Разве это нормально?

Она. Значит я хотела жить ненормально.

Сестра. Тебе надо уехать.

Она. Куда уехать?

Сестра. Чем-то заняться — родители говорят ты должна уехать — тебе станет легче.

Она. Пока что нет.

Сестра. И нам тоже станет легче.

Рабочий. Я когда-то работал в одной кафешке — пять злотых в час с налогами — по десять часов в день — ровно столько сколько нужно чтобы на следующий день хватило на завтрак — мама не горюй — мне велели выучить меню наизусть — минимум 58, а то и 70 блюд — и меню это постоянно менялось — видите ли кофе плохо брали — видите ли нормальные люди не тратят на кофе с молоком восемь злотых а пьют его дома — как-то заходят два кента таких ну сам понимаешь педики в клевых прикидах и говорят чтоб я подсел к ним на минутку и нельзя ли блин побыстрее а я на это нельзя мол — так меня один типа для смеха взял и водой облил — типа воды этой я мало принес — ну в стакане к эспрессо — тут бля я сорвался и ему в рыло херак свежевыжатым апельсиновым соком — а он мол позови шефа — а я пожалуйста — а он говорит шефу так и так мол я просто классный чувак и цену себе знаю и надо мне повысить зарплату и что они теперь каждый день будут сюда приходить — ну а шеф на это чтоб я сел и за счет заведения кофе с ними выпил — похлопал меня по плечу — а когда они ушли вызвал и говорит — типа классно что ты такой — что так себя повел — и вообще круто — что так — что я их так приложил — но что это бля никак не соответствует уровню заведения и чтоб духу моего тут больше не было — а за кофе бесплатный для этих пидоров у меня из зарплаты вычел.

Она. Мы думали что справимся.

Сестра. И как бы вы справились?

Она. Ну как-нибудь ненормально — так же как ты — но мы не хотели никуда уезжать — может его когда-нибудь на учебу в Италию послали бы.

Сестра. Ну и что — ну и послали бы — я была в Италии и вернулась.

Она. Да ты была а знаешь как я тебе завидовала что ты была в этой Италии.

Сестра. А я тебе тоже говорила чтобы съездила поучила язык — я-то учила и тебе говорила.

Она. Сейчас бы я с радостью.

Сестра. А тогда вы другого хотели — помню как он приходил домой закрывался в комнате и слушал музыку а мы все смеялись над ним что наконец у него девушка появилась.

Она. Потому что мы сразу так решили и все для того чтобы…

Сестра. Но учиться ты не хотела.

Она. Да не хотела — не для того я замуж выходила чтоб потом сразу куда-то уехать.

Сестра. Может этого и не случилось бы если б вы хоть немного подождали.

Она. Случилось бы потому что я как упрусь рогом так всегда своего добиваюсь — но я не этого хотела — я просто хотела с ним жить.

Сестра. Что это вообще за идея была — бросать школу — кто ж так делает — как тебе такое вообще в голову пришло?

Она. Мы же влюбились друг в друга по уши.

Сестра. Это ж надо — подделать свидетельство о браке чтоб бросить учебу.

Она. Иначе мне не разрешили бы бросить — кстати ты мне и помогла — сама сказала что можешь помочь с документами.

Сестра. Тогда да — но я же замуж выходила когда уже закончила школу я не прерывала учебу — и я не подумала — что тоже прикладываю к этому руку — сейчас я бы не стала помогать — подделывать документы — видишь сколько мы всего наворотили.

Она. Он хотел восстановиться — на следующий год — он-то точно хотел дальше учиться.

Сестра. А сегодня я стояла на улице с полными сумками хотела перейти дорогу но никто не останавливался — а сумки тяжеленные я еще долго могла так стоять и никто бы не остановился вдруг вижу вроде его машина и мне показалось что это он и сейчас он остановится я и пошла и только когда уже шагнула на проезжую часть сообразила что его же нет — и меня чуть не сбили.

Она. А я сегодня была в магазине и не знала что купить — я теперь уже почти ничего не покупаю.

Сестра. Я с этими сумками — все рассыпалось — надоело мне таскать эти сумки и стоять на переходе перед которым никто не хочет останавливаться.

Она. Ну вот сама все видишь.

Сестра. Что все?

Она. Что никто даже остановиться не хочет.

Она. Слушай у меня к тебе просьба.

Сестра. Такая же как тогда? Со свадьбой?

Она. Нет — помоги мне перекрасить волосы.

Сестра. Прямо сейчас?

Она. Необязательно сейчас — можно и завтра.

Сестра. Ты хочешь волосы красить? Сейчас?

Она. В белый цвет.

Адвокат. Примите пожалуйста мои соболезнования.

Она. Я только хотела…

Адвокат. Не дай бог оказаться на вашем месте.

Она. Я бы тоже не хотела.

Адвокат. Вот уж действительно не хотела б я быть на вашем месте.

Она. Спасибо.

Адвокат. Честное слово — никогда.

Она. Вы здесь работаете? Вы вообще… отсюда?

Адвокат. Может нам будет легче разговаривать если мы перейдем на «ты».

Она. Не уверена что мне будет легче.

Адвокат. Все это так ужасно мне даже трудно говорить но мы должны сегодня с вами поговорить.

Она. Я только хотела вещи забрать из его шкафчика.

Адвокат. Мне очень жаль.

Она. И мне опять пришлось стоять у этой проходной.

Адвокат. Но забрать эти вещи нельзя.

Она. Я уже настоялась у проходной и больше мне бы не хотелось…

Адвокат. К сожалению пока не начнет работу прокуратура там все должно быть опечатано.

Она. Прокуратура? А вы разве не?..

Адвокат. Нет — нет — меня пригласили специально чтобы поговорить с вами — ввиду таких обстоятельств.

Она. То есть вы не из прокуратуры?

Адвокат. Нет а я разве не говорила — но именно они сказали что эти вещи забирать нельзя — да ты и сама знаешь — как оно с такими вещами — знаешь ведь — у меня тоже была когда-то похожая ситуация — и вещи висели в шкафу несколько лет — никто не хотел их оттуда забирать.

Она. Я хочу.

Адвокат. Ну не знаю — а вы не подумали правильно ли это — но — как я уже говорила еще раз примите самые искренние соболезнования от имени руководства нашего предприятия.

Она. Со мной никто не хотел разговаривать.

Адвокат. Никто? Меня специально прислали чтобы с тобой поговорить.

Она. А один из них вообще сбежал — директор — с лестницы — не знаю как его зовут — но лица его я до смерти не забуду.

Адвокат. Директор — сбежал — но это все-таки человек другого уровня.

Она. Такого же как и охранники на проходной.

Адвокат. Ой сама знаешь какие сейчас охранники — столько всего про них рассказывают — да они просто бандиты — честных людей в магазинах хватают и обыскивают — приличных честных людей.

Она. Я бы хотела знать — я хочу найти виновных.

Адвокат. Мы тоже ищем.

Она. Я все сделаю — может я могу чем-то помочь?

Адвокат. Помочь?

Она. Найти их.

Адвокат. В этом нет необходимости.

Она. Но я могу.

Адвокат. Ну не знаю можете ли?

Она. Я тоже не знаю — но для меня нет ничего невозможного.

Адвокат. Это только слова.

Она. Нет — правда — нет ничего невозможного.

Адвокат. А сколько вам собственно лет?

Она. Я уже разговаривала с теми с кем он работал.

Адвокат. И что они сказали?

Она. А вы с ними не говорили?

Адвокат. Нет — пока еще нет — ну так что они сказали?

Она. Ну что вообще — что такое уже случалось — что там небезопасно — что несколько недель назад…

Адвокат. …пресс остановился над головой его товарища так же как — как остановился — ну такое случается сплошь и рядом — сплошь и рядом — сколько людей гибнет на улицах.

Она. Это было не на улице — это был несчастный случай на производстве.

Адвокат. Одна моя знакомая — она тоже юрист — работала по 20 часов в сутки — все время куда-то спешила — замотанная — как-то села в машину — зазевалась или вроде даже заснула и врезалась в столб — в железный столб — или в фонарь — просто из-за невнимательности и новенькая машина — прямо из автосалона — превратилась в лепешку — как банка из-под кока-колы.

Она. Мы и мечтать не могли о новой машине.

Адвокат. Ну в такой ситуации виновных не бывает.

Она. В какой ситуации?

Адвокат. Когда происходит несчастный случай.

Она. Но он же на работу пришел а не на машине ехал.

Адвокат. Ну не ехал — вы сами сказали что у вас нет машины — то есть не было машины.

Она. За деньги которые ему платили за работу в таких условиях — немудрено — но вы что думаете — что мы не планировали приобрести и ее и все остальное?

Адвокат. Вот-вот — а теперь что вы планируете делать?

Она. Я говорила что всех на уши поставлю и если вы мне не поможете я сама справлюсь.

Адвокат. Мы же на «ты» перешли.

Она. Да?

Адвокат. Кстати тут уже какое-то время назад произошел подобный случай — вы о нем слышали?

Она. Нет.

Адвокат. Вот именно — потому что никто об этом не говорил — то есть никого не хотел ставить на уши.

Она. Как же так?

Адвокат. Кто-то красил стену и упал с лестницы — к сожалению с летальным исходом.

Она. Я не слышала.

Адвокат. Потому что это не афишировалось — семья этого человека переживала — была в трауре — я знаю потому что занималась этим делом — они никому ни о чем не рассказывали — только встретились с дирекцией завода.

Она. А со мной никто не захотел встречаться — от меня все бегают.

Адвокат. Так вот они встретились — дирекция вошла в положение — представляете у этого человека не было страховки.

Она. Как это? У всех есть страховка.

Адвокат. Значит не у всех — а может он забыл взнос заплатить — короче семье предложили компенсацию в размере 50 тысяч.

Она. Компенсацию?

Адвокат. Возможно это не совсем подходящее слово — ну чтоб они могли как говорится что-то отложить.

Она. Не поняла.

Адвокат. Дирекция и с вами охотно встретится.

Она. А когда я смогу забрать вещи?

Адвокат. Скорее всего после встречи.

Она. Я ни о чем таком никогда не слышала.

Адвокат. Никто не слышал.

Она. Мне не обязательно иметь машину.

Адвокат. Ну это уже от вас зависит.

Она. Мне она не нужна.

Адвокат. Ну конечно это зависит от вас — я тоже не люблю машины — я вообще предпочитаю ездить на велосипеде.

Она. Я итальянский выучу — я даже выучу итальянский.

Адвокат. Красивый язык — мне бы тоже не помешал — иногда требуется по работе.

Она. Если тут и дальше будут такие условия и такие вещи твориться — я обязательно…

Адвокат. Что?

Она. Я этого так не оставлю.

Адвокат. Не поняла.

Она. Я не возьму никаких пятидесяти тысяч.

Адвокат. Да это же только…

Она. Я горы сверну — правда — все услышат.

Адвокат. Что услышат? И кто собственно говоря услышит?

Она. Кто надо.

Адвокат. Да?

Она. Да — что не похоже на меня?

Адвокат. Ну на женщину в трауре точно нет.

Она. Что-что?

Адвокат. Я слышала — вы с того момента все время сидите за компьютером и ходите по городу — пиво пьете с разными людьми — мне когда я была в трауре такое и в голову не приходило — и потом какие-то 50 тысяч — это же страховка.

Она. Для кого страховка? Для вас?

Адвокат. Для вас.

Она. Для меня?

Адвокат. Тебе наверняка пригодится — должна же ты как-то свою жизнь устраивать — или не должна — я знаю ты сейчас не работаешь — временно не работаешь — и я например сейчас — когда думаю о своем ребенке — я думаю как его обеспечить — ведь сейчас все нужно предусмотреть — я недавно читала что на воспитание ребенка — конечно на достойном уровне — нужно 70 тысяч — именно столько — а я не допущу чтобы у моего ребенка ничего не было — чтоб он смотрел на других и говорил — мама я тоже хочу такие джинсы — мама я тоже хочу ходить на английский или дзюдо — или по крайней мере мама купи мне мороженое — и чтоб мне не пришлось ему говорить — сынок у меня нет денег идем — а ты сама еще ребенок — и денег-то у тебя нет.

Она. Нет.

Адвокат. Вот видишь.

Она. Нет — и я сама на втором месяце.

Адвокат. Короче если вам понадобится помощь или совет — вот моя визитка.

Польский управляющий. Эй ты новенький что ли?

Уборщик. Нет.

Польский управляющий. Знаю — шучу.

Уборщик. Ничего себе шутка.

Польский управляющий. Ну ты же меня знаешь — шучу чтоб настроение поднять — нужно же создавать на работе хорошую атмосферу.

Уборщик. Мне она не нужна.

Польский управляющий. А я слышал что тебе после уборки понадобился выходной — бледный ты какой-то был — привидение увидел? — а? — увидел?

Уборщик. Говорят ты можешь дать взаймы денег.

Польский управляющий. Могу — а что?

Уборщик. Мне бабки нужны.

Польский управляющий. Тебе до зарплаты?

Уборщик. До зарплаты.

Польский управляющий. Так на нее же не прожить — тебе по-любому кто-то должен помогать.

Уборщик. Не прожить — поэтому и хочу занять.

Польский управляющий. Ты наверное сверхурочных вообще не берешь — я всем говорю чтоб работали сверхурочно а то не хотят а потом им же хуже будет — да и мне будет хуже — как-то мне одного пацана не хватало так я его в день свадьбы уговаривал прийти — но он не пришел — а ты почему не берешь сверхурочных?

Уборщик. Не могу.

Польский управляющий. А если приспичит?

Уборщик. Не могу — здоровье не позволяет.

Польский управляющий. Знаю — только я не уверен что больных можно брать на работу — так что денег хочешь занять?

Уборщик. Хочу.

Польский управляющий. А зачем тебе?

Уборщик. Надо.

Польский управляющий. Подругу что ли завел?

Уборщик. Нет.

Польский управляющий. А то не дам.

Уборщик. —

Польский управляющий. —

Уборщик. Мне правда бабки нужны — если бы я столько сколько ты зарабатывал — не просил бы.

Польский управляющий. Приходи после смены — поговорим.

Уборщик. Не удивляйся, когда придут поджигать твой дом.

Польский управляющий. Что?

Уборщик. Ничего — песню одну вспомнил.

Уборщик. Пошел работать сразу как начал учиться — первую неделю у него была сыпь — потом прошла — как и желание ходить на корпоративные вечеринки — где ему ничего не нравилось кроме еды — которой кстати было мало — особенно не понравилось ему что силовые атлеты которые были гвоздем программы пожонглировали автопокрышками и ушли домой — шнурков для мобильного которые раздавали на корпоративе брать не стал — когда ему велят отключает блокировку — когда велят включает — работу свою не любит — но на вопрос где бы хотел работать — отвечает что здесь — потому что здесь можно заработать почти тысячу злотых в месяц — карьеру делать не хочет — не знал бы куда девать деньги какие зарабатывают начальники — времени у него не было бы их тратить! — учится на богословском факультете.

Итальянский управляющий. Чувствует себя не в своей тарелке и скучает по солнцу — по натуре скорее теплолюбив а здесь холодно — с удовольствием носил бы шапку но тогда испортится прическа — а так у него голова болит — обожает подводное плавание — вечно куда-то спешит — времени на серьезные отношения у него нет поэтому не пропускает ни одной юбки — понятия не имеет что если бы сказал сколько зарабатывает у большинства присутствующих в этом зале началась бы депрессия — это его идея увольнять персонал целыми группами накануне праздников чтобы фирма могла сэкономить на купонах в Ашан — на премию за эту идею купил себе квартиру и заработал ненависть рабочих — в новой квартире случайно посмотрел по телевизору спектакль «Топ догз» Урса Видмера про ролевые игры и впал в легкую депрессию — у него бывают проблемы с выражением чувств и скорее всего он в ближайшее время начнет ходить к психологу — пока ходит только к девушке которую отбил у одного из управляющих — познакомился с ней на корпоративной вечеринке — она в свою очередь клюнула на его зарплату — но скоро он ее бросит так как у нее жуткие привычки и она не любит итальянское мороженое.

Рабочий. На корпоративной вечеринке еще не был — на заводе проработал всего пару недель — раньше где только не работал даже сам толком не помнит — без него никто бы не выносил мусор — он точно не асфальтировал дорог и не подавал кофе — лучше всего помнит как работал в мастерской по пошиву джинсов — разблокированная швейная машинка пришила ему руку к джинсам и столу — он орал до конца смены но никто его не слышал — такой стоял шум — руками тоже не махал — одна была пришита — орал во все горло пока ему не стало плохо — крови море — но мужики не плачут — с тех пор он просыпается по ночам оттого что левую пришитую ладонь сводит судорогой и она болит — все что у него осталось — это непроизвольно сжимающийся кулак — больше ничего.

Директор. Один Бог знает почему он согласился работать в стране где летом бывает холоднее чем зимой в Италии — он лучший ныряльщик среди директоров — и лучший директор среди ныряльщиков — любит Умберто Эко и гордится тем что Ориана Фаллачи — итальянка — обожает праздники и терпеть не может водку — разбирается в винах из-за чего все поляки ему завидуют — в свободное время занимается медитацией и парусным спортом — или по крайней мере съедает шикарный ужин — большинство женщин отдалось бы ему за брачный контракт вроде того что он подписал со своей женой — в старости переедет в Венецию и будет писать мемуары — когда-то он был бедным и украл велосипед — но это было давно.

Польский управляющий. Этому — как говорят его сослуживцы — чертовски повезло — он начинал с самого низа и дошел до управляющего — руководит целой линией — и как управляющий зарабатывает очень прилично — если его линия не выполняет норму и производит слишком мало холодильников он дает распоряжение отключить блокировку чтобы агрегат работал быстрее — он действительно не понимает почему должен запрещать ее отключать — так же как не понимает почему нельзя курить в коридорах и подсобках или почему нужно переходить дорогу по зебре — он обожает корпоративные праздники — у него целая коллекция фирменных рюкзаков и маек — после того как на последней вечеринке ему не удалось выиграть холодильник напился вдрабадан — но до этого в футбольном матче управляющих против итальянцев поддавался своим боссам рассчитывая что они это учтут — но прогадал — стремится чтобы все знали его имя — хотя прозвище капо его тоже вполне устраивает.

Адвокат. Работай не покладая рук — когда-то сказала ей мать и это стало ее девизом — она юрист и в основном работает языком — уже на третьем курсе начала работать по специальности — у нее CV на 8 страниц — 4 из которых практика за которую ничего не платили — младшие двоюродные сестры хотят быть на нее похожи — цунами в Таиланде привело ее в исступление так как у нее уже была куплена путевка и отпуск пришлось провести в Дубках — тоже было неплохо — но фотографии получились не ахти — она придерживается либеральных взглядов и читает глянцевые журналы — обожает спагетти — рукколу — суши терпеть не может — но на служебных ужинах может заставить себя съесть парочку — потом правда ее рвет в туалете — но ничего страшного — у нее на всякий случай всегда с собой освежитель полости рта — иногда изматывается до предела — молодой журналист решил написать о ней статью из цикла «молодые, талантливые и успешные» — подзаголовок — «если захочешь, то сможешь везде».

Польский управляющий. Итак, начинаем инструктаж — прошу слушать меня внимательно — повторять не буду — это инструктаж по охране труда и технике безопасности — по идее после него проводится письменный тест — но сегодня мы ничего писать не будем — нет времени да и согласно статистике причиной всех несчастных случаев является…

Рабочий. Я был упаковщиком — на производстве презервативов — больше всего мне нравилась серия продлевающая акт — потому что в этой серии на коробочке была самая прикольная фотка — мулатка изогнувшаяся как кошка — улыбается — ну и я улыбался — на втором месте у меня была серия гарантирующая остроту ощущений и дополнительное увлажнение с двумя красотками в блондинистых париках сидящими на краю ванны — работа была легкая — но платили мало — сначала надо было положить резинку в целлофановый пакетик а потом в коробочку — мне больше в коробочку нравилось — 230 баксов на руки не считая сверхурочных плюс пара упаковок бесплатно — только вот когда целый день глядишь на голые сиськи-письки через неделю вообще не стоит а через месяц моя подруга от меня ушла — и вот оттого что она меня бросила начались проблемы потому что я стал ее ревновать и все время думал не держу ли я сейчас в руках коробочку — которую откроет ее новый и будет в этом гондоне — который я упаковал — делать с ней то что мне расхотелось делать — ну и начал я свои серии придумывать — например придумал серию чили — надеюсь объяснять не надо — или например серию — стекловата — сразу ревности как не бывало — стоило только представить как я им испортил весь кайф — а если еще кому-то когда-то испортил — извините — я влюбленный был — но скоро лавочку мне прикрыли — когда мой шеф взял себе пачку прямо с моего конвейера — из серии по-моему стекловата — на следующий день я уже там не работал — шеф когда меня увольнял держался за ширинку — и подруга моя ко мне не вернулась.

Она. Это реально огромный ангар и кажется что их вообще там нет — когда они в этих белых комбинезонах — меня с моими белыми волосами вообще видно не было — потому что я в его комбинезоне была — рукава закатала — переоделась в туалете — и пошла в цех — это уже после того как меня на работу не взяли — и я там все сфотографировала — никто меня не видел — там вообще никого не видно.

Сестра. На этих фотках тоже никого не видно.

Она. Видно.

Сестра. Так сказали — а откуда ты знаешь что видно?

Она. Знаю — я долго там пробыла и знаю.

Сестра. Ты не знаешь даже в каком месте фотографировать — откуда тебе знать?

Она. Там висела инструкция на итальянском.

Сестра. Ты же не понимаешь по-итальянски.

Она. Жаль что ты со мной не пошла.

Сестра. Ты же мне ничего не сказала.

Она. Может хоть ты что-нибудь там вычитала бы.

Сестра. Этого нигде не написано.

Она. Чего?

Сестра. Где надо фотографировать.

Она. А когда я сказала что нащелкала фоток они перепугались — что я их отнесу куда надо и покажу — завтра отнесу на телевидение — посмотришь все будут в шоке — и это только начало.

Сестра. Да они над тобой смеются.

Она. Кто смеется?

Сестра. А мать плачет.

Она. А мне по фиг что смеются.

Сестра. А что мать плачет — тоже по фиг.

Она. Я тоже плачу — я спать не могу — лежу и смотрю в потолок а сегодня ночью мне так было хреново как будто почки болели — а у меня никогда почки не болели — я пошла в ванную и описалась — на полу лужа крови.

Сестра. К матери из районной управы приходили — сказали что ты вместо того чтоб волосы в черный цвет покрасить выкрасилась в блондинку и шляешься по району и вообще тебя дома не застать а должна сидеть дома — а не шляться.

Она. Я уеду.

Сестра. Уедешь?

Она. Я должна с ними встретиться — вот когда встречусь и подпишу все — тогда буду думать о том чтоб уехать.

Сестра. Когда ты хочешь с ними встретиться?

Она. Да я сама толком не знаю что делать — что мне делать?

Сестра. А если они не подпишут?

Она. Тогда не знаю — вообще-то у меня есть план на пять лет.

Сестра. На пять лет?

Она. На пять лет.

Сестра. Ты сама запланировала?

Она. Сама.

Сестра. Это они тебе запланировали.

Она. И тебе тоже.

Сестра. Нетушки — я-то могу уехать.

Она. Ну так чего не едешь?

Сестра. Тебя жалко.

Она. Жалко?

Сестра. Жалко.

Она. Жалко.

Сестра. Думаешь он бы хотел чтоб ты сейчас так переживала?

Она. Не хотел бы.

Сестра. Потому что ты позволила чтобы тебе на пять лет жизнь запланировали.

Она. Не могу я иначе понимаешь? Не умею.

Сестра. Так надо научиться.

Она. Я уже ничему не научусь — я могу только сидеть — у меня почки болят и в животе что-то вздулось — один знакомый мне сказал что на моем месте уже давно бы спился.

Сестра. Прекрати.

Она. Так и сказал — и еще я четыре пачки в день выкуриваю.

Сестра. Кончай заливать.

Она. Ну может три.

Сестра. Не могу больше это слушать — перестань.

Она. Я все чашки в доме случайно разбила — все которые на полке стояли.

Сестра. Вечно с тобой так.

Она. А что я могу?

Сестра. А кто может?

Она. Не знаю — мне надо было себя беречь — мы конкретно договорились — чтоб пюрешки — всякие там — чтобы сок морковный пить — а теперь никаких соков пить не надо и курить можно.

Сестра. И что? Ты же не курила.

Она. Ну не курила.

Сестра. А теперь куришь.

Она. А теперь курю.

Сестра. Только деньги переводишь.

Она. Потому что у меня не почки болели — мы собирались вам сказать — но не сказали — случая не было — а сейчас и тем более глупо — у меня должен был быть ребенок — но уже не будет.

Сестра. Ты ничего не говорила — ты вообще никогда об этом не говорила.

Она. Случая не было.

Сестра. Странно — он тоже не говорил.

Она. Да все случая не было — но мы собирались сказать.

Сестра. Он бы сказал.

Она. А когда ему было говорить — если мы только по праздникам видимся — виделись — мы хотели в деревне вам сказать — а сейчас не о чем уже говорить.

Сестра. Я тебе не верю.

Она. Ну так что мне делать?

Сестра. А мне что делать?

Она. Пошли со мной — сама увидишь.

Сестра. Что я увижу?

Она. Не знаю — но увидишь — ты же говоришь по-итальянски — может ты больше узнаешь — что делать с этими фотками — может ты сообразишь как спросить потому что я уже ничего не знаю — не знаю даже куда смотреть о чем спрашивать — я сама не смогу.

Уборщик. После того как я там убирал — я выходной взял.

Рабочий. Кто же тебе может запретить раз у тебя столько денег чтоб выходные брать?

Уборщик. Нет у меня денег — ни на что нет — мне просто необходим был выходной и я занял бабла.

Рабочий. Я тоже а сейчас боюсь.

Уборщик. А я не боюсь.

Рабочий. А я блин парюсь — отдавать нечем.

Уборщик. Но тогда я просто испугался — тогда я реально испугался — там такая дверка маленькая через которую надо было пройти — согнуться и пройти — а у меня сердце больное и я сразу его почувствовал как только наклоняться стал.

Рабочий. Так все же выключено было.

Уборщик. У меня руки затряслись — я старался не обращать внимания — а дверь эта — только что отштампованная дверь холодильника из серии Graffiti — на которой можно разные вещи записывать — вся была в крови — и в мозгах — и я подумал — как бы это в магазине выглядело — если бы кто-то не заметил и запаковал этот холодильник — а другой кто-нибудь взял бы да купил холодильник новейшей модели в кредит и повез домой — распаковал — снял пенопласт а на двери мозги и кровища — и я подумал — это же дверь на которой можно писать — и значит можно стирать — ну вот я и стал стирать сначала кровь эту а потом свою блевотину — и никак не мог остановиться — а он ухмыляется и спрашивает чего я такой бледный — привидение что ли увидел — ну тогда я пошел и занял у него денег.

Рабочий. Ты же говорил что у него нельзя занимать — мог бы мне раньше сказать.

Уборщик. А ты не спрашивал — короче я тут с пацанами из района договорился — и его же собственными деньгами им заплатил.

Рабочий. А как отдавать будешь? — мне интересно — лично я не знаю как.

Уборщик. А я не буду — когда его отмочат то он никаких денег назад не захочет — до смерти испугается и больше не будет смотреть на нас так как раньше — да вообще будет не на нас смотреть а на свои ботинки и первым кланяться будет.

Рабочий. Так не делают.

Уборщик. Это он так больше не будет делать.

Рабочий. Я ему должен.

Уборщик. Это он должен.

Рабочий. Я лично боюсь.

Уборщик. Я тоже немного.

Рабочий. Я не немного.

Уборщик. Да ладно — чего ты — он заслужил — ты знаешь почему он деньги взаймы дает?

Рабочий. Знаю.

Директор. В свете того что случилось — мы искренне сожалеем — мы просто не знаем как быть — все в страхе — после этого случая практически все стали бояться — мы вынуждены были увеличить расходы на технику безопасности — а теперь после этого избиения сами всего боимся — мне-то понятно что это не само собой получилось — что вы к этому приложили руку — так оно и есть поэтому мы пригласили вас для разговора — ведь наш долг заботиться о других и мы хотели бы подчеркнуть что на безопасности работников никогда не экономили и не экономим — но последние события — когда нападают на мирного человека — калечат его — конечно же понятно что это следствие чрезмерного общественного резонанса.

Она. Какой там чрезмерный резонанс.

Директор. Это же практически терроризм.

Она. То ли еще будет.

Директор. Я привык взвешивать свои слова — если б я этого не делал то не сидел бы тут.

Она. Я никого не осуждаю — ладно кто-то кому-то что-то сделал — но видать он кого-то сильно достал иначе ему б не сделали то что сделали.

Итальянский управляющий. Мы конечно приносим вам свои глубочайшие соболезнования — мы конечно тоже скорбим и сожалеем — особенно потому что до сих пор считались предприятием с безупречной репутацией — вы впрочем и сами знаете — верно?

Сестра. А как так получилось что ему вроде бы увеличили зарплату а в бумагах это нигде не зафиксировано?

Итальянский управляющий. Насколько я знаю ему действительно повысили зарплату.

Сестра. На 20 грошей.

Итальянский управляющий. Такие у нас ставки — в соответствии с тарифной сеткой.

Сестра. Мы хотели бы наконец узнать.

Директор. Извините мы уже читали ваше заявление.

Сестра. Мы хотели бы узнать — кто был тогда начальником смены.

Директор. Так получилось что в тот день никого не было.

Итальянский управляющий. Так получилось что даже никого из директоров не было — а управляющего тем более.

Сестра. То есть никого не было?

Итальянский управляющий. Никого.

Она. Значит вы это заявление не подпишете.

Директор. Послушайте этот человек был нам как брат — я помню как он играл с нами в футбол на корпоративном празднике.

Она. Он играл не в футбол а в волейбол.

Итальянский управляющий. Но на празднике он был — я помню.

Она. На празднике вы были — а когда это случилось никого не было?

Директор. Я же вам объясняю — если вам нужна помощь например в организации похорон.

Она. Вы уже помогли в организации похорон.

Директор. Что?

Она. Да уж в организации похорон вы помогли.

Директор. Но сейчас мы говорим о деньгах.

Итальянский управляющий. Да давайте лучше о деньгах.

Директор. Если вам сейчас понадобится машина — мы разумеется ее вам предоставим.

Итальянский управляющий. Вместе с водителем — я сам могу сесть за руль.

Она. Я хочу только одного — чтоб кто-нибудь признался.

Итальянский управляющий. Я с большим удовольствием буду вас возить.

Она. С удовольствием?

Итальянский управляющий. С большим удовольствием.

Она. И с удовольствием скажете мне кто виновен?

Директор. Дело ведь и так на рассмотрении в суде.

Итальянский управляющий. Вот именно.

Она. Но у меня есть право сейчас.

Директор. Дело должно пройти через суд и мы готовы к тому что это будет тянуться лет пять.

Она. Лет пять?

Итальянский управляющий. Только кто об этом вспомнит через пять лет если сейчас уже никто не помнит.

Она. Я — выходит вы мне уже распланировали жизнь на пятилетку?

Адвокат. Пятилетки были раньше — но их уже нет и мы должны этому радоваться.

Она. Вы радуетесь?

Сестра. Скажите чтоб он вынул руки из карманов — нас это оскорбляет.

Адвокат. Были проведены три экспертизы — ни одна их них не выявила причины.

Сестра. Может у вас так принято — но нас это оскорбляет.

Адвокат. И вы должны прислушаться к нашим словам — по крайней мере в этом вопросе — иначе это будет тянуться и тянуться.

Сестра. Скажите чтоб он вынул руки из карманов.

Директор. Чего она вообще хочет?

Адвокат. Кто она?

Директор. Она.

Адвокат. Которая из них?

Директор. Чего ей надо?

Адвокат. Да собственно ничего.

Директор. Она что-то там говорит — говорит что не хочет — что ничего не хочет — что с ней?

Адвокат. Не поняла.

Директор. Вы когда-нибудь научитесь говорить по-итальянски?

Адвокат. Я практически закончила курс.

Директор. Знаете что — мы вам столько платим что надо бы вам знать итальянский.

Итальянский управляющий. Ну ладно не будем перегибать палку — это наш образцовый работник — высочайшего профессионального уровня.

Директор. Ну так в чем там с ней дело — она тормознутая что ли — или просто дура?

Итальянский управляющий. Ты о которой из них?

Директор. Ну об этой.

Итальянский управляющий. Не знаю.

Директор. Дура она.

Итальянский управляющий. Дура?

Адвокат. Которая?

Директор. Дура — какая-то тормознутая — откуда она вообще взялась?

Адвокат. Я не совсем…

Директор. Что не совсем — говори ясно.

Итальянский управляющий. Ну дура — как в песне I’m just a stupid girl.

Адвокат. Да похоже на то.

Директор. Поговорите с ней еще раз — надо ее как-то убедить — чтобы она ни с кем больше не разговаривала — это серьезное дело — политическое — если что-то случится — мне бы не хотелось быть (Адвокату) на вашем месте.

Адвокат. Как это политическое дело?

Директор. Я правда не хотел бы быть на вашем месте.

Адвокат. Не знаю — мне кажется мы практически все уже сделали.

Директор. Не хотел бы — правда — кстати — это ты им заплатил?

Итальянский управляющий. За что? Я никому не платил.

Директор. За то чтоб отметелили этого?

Итальянский управляющий. Нет — я думал это ты.

Директор. Может они сами заплатили.

Итальянский управляющий. В любом случае получилось классно.

Директор. Очень классно.

Итальянский управляющий (ЕЙ). Мы с вами прощаемся.

Директор. Мы с вами прощаемся но оставляем вас с нашим адвокатом — она должна кое-что с вами обсудить — еще раз хочу подчеркнуть — мы прикладываем все усилия для улучшения условий труда — в смысле для еще большего улучшения.

— что должно было случиться чтобы случилось что-то другое?

— почему не случилось раньше?

— почему это раньше не случилось?

— что не случилось раньше?

— сначала случилось одно

— случилось ли потом другое?

— первое случилось

— первое да

— да-да первое случилось

Польский управляющий. Может я буду переводить?

Итальянский управляющий. Что?

Польский управляющий. Я подумал может мне переводить?

Итальянский управляющий (Поляку). Нет никакой необходимости — а вот к директору тебе зайти необходимо.

Она. Не понимаю к чему этот разговор?

Итальянский управляющий. Я бы сейчас с удовольствием понырял — ты когда-нибудь занималась подводным плаванием?

Она. Нет — не занималась.

Итальянский управляющий. Это несложно — можно научиться — хочешь научиться?

Она. Нет — нет пожалуй.

Итальянский управляющий. Я видел тебя на той встрече — не тем ты занимаешься — надо лежать на пляже и время от времени лезть в воду — в маске и с трубкой — или с аквалангом — надеваешь акваланг и исчезаешь на пару часов.

Она. На сколько?

Итальянский управляющий. Все зависит от акваланга.

Она. Это наверное опасно?

Итальянский управляющий. Нет — все под контролем — совсем не опасно — могу тебе показать.

Она. А маска может слететь?

Итальянский управляющий. Не может.

Она. А если в трубку попадет вода?

Итальянский управляющий. Нет — там есть специальный клапан.

Она. А если что-нибудь понадобится разрезать?

Итальянский управляющий. Да — такое бывает.

Она. А у ныряльщика есть нож?

Итальянский управляющий. Сама понимаешь — можно в сети попасть или запутаться в водорослях.

Она. И что — тогда можно не выплыть?

Итальянский управляющий. Вот как раз для этого и нужен нож.

Она. А если кто-нибудь его заберет? Или забудешь его взять?

Итальянский управляющий. Ну тогда всегда найдется кто-нибудь кто тебя подстрахует и даст свой.

Она. То есть у того человека тоже должен быть нож?

Итальянский управляющий. У каждого должен быть нож — как в кухне.

Она. В кухне тоже нужно быть осторожным?

Итальянский управляющий. Помимо подводного плавания я еще люблю готовить — мог бы всю жизнь только стряпней и заниматься.

Она. Но ведь можно обжечься.

Итальянский управляющий. Надо осторожно.

Она. Или огонь в плите погаснет.

Итальянский управляющий. В наших плитах есть предохранители.

Она. Думаешь в такой плите огонь не может погаснуть?

Итальянский управляющий. Может но ничего не случится.

Она. А если огонь будет слишком большой?

Итальянский управляющий. Я всегда слежу чтобы не пригорало.

Она. Шторы могут загореться.

Итальянский управляющий. У меня жалюзи.

Она. А еще можно поскользнуться и упасть и удариться об стол — желаю тебе не мучиться — как я сейчас.

Рабочий. Это не я — я ничего общего с этим не имею — с этим нападением.

Рабочий. У меня они уже почти есть — вернее будут — я отдам вам деньги — с процентами.

Польский управляющий. Не надо.

Рабочий. Я отдам — честно.

Польский управляющий. Я сказал — не надо — у меня к тебе просьба.

Рабочий. Нет — на это я не согласен — так не делают — так нельзя — я все сделаю — я в полицию пойду.

Польский управляющий. Вот как раз в полицию идти не надо — а надо чтобы ты — когда придет инспекция с вопросами — сказал что меня как раз в тот день не было на заводе — и что защиту никогда никто не снимал и вообще это невозможно сделать.

Рабочий. Так возможно ведь.

Польский управляющий. Нет и никогда не было возможно и все было на месте — понятно?

Рабочий. Невозможно.

Польский управляющий. Ну и сам понимаешь — когда все утрясется может какой-никакой холодильничек на корпоративном празднике тебе достанется — а к нему рюкзак и еще какие-нибудь сувениры от фирмы сообразим.

Рабочий. Я не хожу на корпоративные праздники.

Польский управляющий. Но шнурок-то для мобильника у тебя есть?

Рабочий. Шнурок есть.

Польский управляющий. Ну так смотри не потеряй.

Она. Я тут подумала — дала бы ты мне пару уроков.

Сестра. Каких уроков?

Она. Ты же предлагала учить меня итальянскому.

Сестра. Предлагала.

Она. Так научишь?

Сестра. Тут парой уроков не обойдешься.

Она. Знаю — ну хотя бы основы.

Сестра. А чего это тебе так резко итальянский понадобился? Какие основы?

Она. Как нож по-итальянски?

Сестра. Coltello.

Она. А сеть?

Сестра. Rete.

Она. А огонь?

Сестра. Fuoco.

Она. А акваланг?

Сестра. Зачем тебе акваланг?

Она. Хочу понырять.

Сестра. Где понырять?

Она. В Италии.

Сестра. В какой Италии?

Она. Ты же сама говорила что мне нужно куда-нибудь поехать.

Сестра. Но я не думала…

Она. Ты там была — вот и я хочу.

Сестра. Я совсем другое дело.

Она. Какое другое?

Сестра. Такое другое.

Она. Мне тоже захотелось — один из итальянских управляющих подкинул идейку — заняться подводным плаванием.

Сестра. Тот с кем ты разговаривала?

Она. Ну да поговорили минутку.

Сестра. И ты решила заняться подводным плаванием?

Она. Ну я подумала…

Сестра. О чем ты подумала?

Она. Я просто представила себе.

Сестра. Тебе что заняться больше нечем?

Она. Ты же сама говорила что мне надо уехать — лучше помогла бы мне — адрес дала — где ты работала — а может вместе поедем?

Сестра. Нет.

Она. Почему нет — ты же сама меня уговаривала.

Сестра. Нет.

Она. Поехали бы вместе — по крайней мере хоть в этом ты бы мне помогла.

Сестра. Только не в Италию.

Она. Почему?

Сестра. Не хочу.

Она. Я не понимаю почему ты не хочешь.

Сестра. Не понимаешь?

Она. Ты бы мне очень помогла — а для меня сейчас это крайне важно.

Сестра. Нет.

Она. Отказываешься — ты-то ездила а мне не хочешь помочь — я не могу одна.

Сестра. А ты знаешь как я ездила — что там было

я сбежала оттуда

поначалу казалось — что все будет супер — я никому об этом не рассказывала

автобус бесплатный

денег занимать не понадобилось

я так обрадовалась — занять-то не у кого было

а когда мы приехали через 36 часов

перестала радоваться

никакой это был не остров в Адриатическом море

а обычное побережье

и гостиницы там никакой не было

а какие-то хибары и собаки

и люди с этими собаками

когда один парень с которым я сидела в автобусе

сказал что в таких условиях он работать не будет

его избили чтобы другим неповадно было а аптечки там ни у кого не было

а автобус уже уехал

мы собирали оливки

в пять утра подъем на работу

жара дикая а на море иногда можно было увидеть корабли

после того как нам три недели не платили

кто-то сбежал и не вернулся

потом кого-то сбросили с лестницы

на кого-то собак натравили

мне казалось будто я в концлагере

я думала — вот ведь во время войны

никто из наших родственников не попал в концлагерь

а я попала

и что это не сейчас происходит а в каком-то другом веке

по ночам я не могла спать — боялась

и до сих пор плохо сплю

работали мы только за еду

а я знала что где-то неподалеку есть пляж

на котором скорее всего загорают туристы

и пьют кофе со льдом и едят оливки

а я нет

и мне так захотелось назад

так захотелось сюда вернуться

чтобы каждое утро вставать и отправляться искать работу

или даже не искать а просто садиться в трамвай

а потом я села в вонючую машину

и умоляла чтоб меня оттуда увезли

я им заплатила

потом дождалась когда у меня отрастут волосы

и вернулась

а голову я обрила потому что у всех у нас были вши

и сейчас когда я захожу в магазин

то не могу смотреть на оливки — от страха

что мне это снится и я снова там

а сказать правду я не могла

потому что нужно уметь добиваться чего-то в жизни

а если сама не добьешься

то никто за тебя этого не сделает.

Итальянский управляющий. Не знаю как тут вообще можно ходить — нужно наконец навести порядок — в конце концов здесь должен быть порядок и он будет — вы ведь неплохо справляетесь — правда?

Уборщик. Правда.

Итальянский управляющий. Порядок прежде всего?

Уборщик. Типа того.

Итальянский управляющий. Кстати — мне правда понравилось — сначала слева — потом справа и прямой — ты боксер?

Уборщик. Не понял.

Итальянский управляющий. Он верно тоже не понял — так как же там было — левой — левой — правой — и прямой? Или правой — правой — левой — прямой — правой — прямой — прямой? Я когда-то занимался боксом — а ты вроде не занимаешься?

Уборщик. —

Итальянский управляющий. Так что Италия — Польша 1:1?

Уборщик. Не понимаю — я порядок навожу а такими вещами не занимаюсь.

Итальянский управляющий. Правой — ниже пояса — прямой — а боксер?

Уборщик. —

Итальянский управляющий. Мне-то ты можешь сказать?

Уборщик. Тебе не могу.

Итальянский управляющий. Ну конечно не можешь — у меня охрана — но меня ты бы тоже хотел — а? — только за что?

Уборщик. Мне домой пора — я закончил.

Итальянский управляющий. Я знаю что ты не понимаешь — и он не понимает — думаешь новый управляющий поймет?

Уборщик. Какой новый управляющий?

Итальянский управляющий. Какой-нибудь — новый — слушай но в случае чего я могу на тебя рассчитывать?

Уборщик. На меня?

Итальянский управляющий. На тебя.

Уборщик. Я просто работаю.

Итальянский управляющий. Сам понимаешь — отлично все было сделано — сейчас это совсем другой человек правда же?

Уборщик. —

Итальянский управляющий. Ладно — подумай хорошенько — я уезжаю — наконец я уезжаю — но потом опять приеду — так что чао — как тут у вас говорят? Попутного ветра в задницу?

Адвокат. Если вам что-нибудь понадобится — звоните — у меня новый телефон.

Она. Я вам не звонила и звонить не собираюсь.

Адвокат. Ну так самое время начать.

Она. Как вы могли сказать по радио что я взяла компенсацию?

Адвокат. Я? Я такого не говорила.

Она. Я сама слышала — все слышали.

Адвокат. Наверное я оговорилась.

Она. Неправда — я этого так не оставлю — я вам уже говорила — я горы сверну.

Адвокат. У тебя были слишком большие требования — вот и получила.

Она. Какие большие?

Адвокат. А такие — мы ничего подписывать не будем — это невозможно!

Она. Полно разных способов.

Адвокат. Это я уже слышала — знаешь что? — меня такси ждет.

Она. У меня новый адвокат.

Адвокат. Да? Это кто же?

Она. С Пётрковской 34.

Адвокат. Кшисек?

Она. Нет.

Адвокат. Томек? а может его отец? — так складывается что я с ними знакома — и причем очень близко — к кому ты еще пойдешь — к тому? — знаю — к этому? — тоже — у этого — и у этого отсасывала — а у этого если нужно будет отсосу — потому что он уже пару лет добивается меня ну и какие еще горы ты хочешь свернуть? Я 10 ну 15 минут поработаю у него в ширинке и все проблемы решены — ты можешь сворачивать горы — а мне достаточно языком поработать — ну что — в газету пойдешь? — я тоже пойду — мы пойдем — и через два дня появится статья что мы самое образцовое предприятие в стране — ну и на чьем месте ты хотела бы оказаться? — я тоже когда-то была на твоем месте.

Она. Непохоже.

Адвокат. Некоторые дела длятся больше пяти лет — бывает что и двадцать пять.

Она. Так что же мне делать?

Адвокат. Что тебе делать?

Она. Вы даже не представляете что это такое.

Адвокат. Да? — тебе наверное кажется что только с тобой такое случилось? а ты слышала про забастовку на шахте «Вуек»? как в шахту милиция ворвалась — даже фильм об этом сняли — и что? — я тоже в трауре была — а отцовские вещи провисели в шкафу почти 10 лет — пока мы квартиру не продали вместе с ними — покупатели к счастью не сообразили что к чему — и вот уже 25 лет никто не знает что случилось — до сих пор никто не знает — когда я ехала из Силезии в Варшаву то уже тогда поняла что все бесполезно — а мать мне сказала — девочка ты теперь можешь все — мы не могли — а ты можешь — зарабатывать деньги — работать за деньги — и я знала что нужно делать — а ты до сих пор не знаешь.

Она. Не понимаю о чем вы.

Адвокат. Ну конечно не понимаешь.

Она. Не понимаю.

Адвокат. Ну так воспользуйся советом — жизнь это не семь лет проведенных с одним мужиком и полностью ему отданных — все это чушь.

Она. Не хочу этого слышать.

Адвокат. Это не средняя школа — хотя ты по-моему и школы-то не закончила — поэтому повторяю — подумай хорошенько — ну что еще ты можешь сделать?

Она. Я уже сказала.

Адвокат. Ну — и что ты сейчас станешь делать?

Она. Не знаю.

Адвокат. Да ты вообще ничего не знаешь — если бы мне предложили 50 зарплат я бы взяла и жила на них лет десять — да только твоя зарплата всего 50 тысяч — я столько за три месяца зарабатываю — а если и это дело закрою то скорее всего буду столько зарабатывать за два месяца — ты себе это представляешь?

Она. Нет — не представляю.

Адвокат. Думаешь — я отступлюсь?

Она. —

Адвокат. Чего ради? — я не для того тут столько парилась чтоб в конце отступиться — поэтому я делаю все чтобы считаться хорошим профессионалом — вот и все — мне есть что терять.

Она. —

Адвокат. Представляешь что со мной будет если я что-нибудь запорю? — ты себе даже представить не можешь — поэтому лучше постарайся меня понять — такой вот расклад — и я не допущу — чтобы у меня что-то пошло не так.

Она. Я тоже не допущу.

Адвокат. И я.

Она. Знаю.

Адвокат. Ну тогда у тебя проблема.

Она. Значит проблема.

Адвокат. Итак мы все выяснили — да?

Она. Посмотрим.

Адвокат. Уверена что ты хотела бы быть на моем месте — я всегда хотела быть на своем месте и так оно и есть и я не допущу чтобы кто-то попытался меня оттуда столкнуть и мешал спокойно возвращаться домой — есть салат и принимать ванну с целебными травами — которую я сейчас и приму.

Она. Тебя такси ждет.

Адвокат. Подождет — меня подождет — меня еще многое ждет — а если в тебе за пять лет что-нибудь сломается — или в психушку попадешь потому что не выдержишь? — и ничего интересного с тобой уже не произойдет — ничегошеньки — короче если передумаешь звони — еще не поздно — пока не поздно. А где мое такси?!

Директор. Как вы себя чувствуете?

Польский управляющий. Хорошо чувствую.

Директор. Вот видите — а у меня все время на душе кошки скребут.

Польский управляющий. В смысле только физически.

Директор. Послушайте — я должен был ехать отдыхать — заниматься подводным плаванием — для моей работы это очень важно — я фотографирую под водой — а потом когда мы встречаем всей семьей Рождество показываю эти фотографии и всем очень приятно — в этом году похоже приятного будет мало — за столом все переругаются — говорить будет не о чем и будут проблемы.

Польский управляющий. —

Директор. Я себе этого не могу позволить — город себе не может этого позволить — потому что мы создаем рабочие места чтобы люди в городе тоже могли проводить праздники в мирной и спокойной обстановке — а вы себя не проявили — вы несмотря на определенные достижения не соответствуете представлению фирмы о ее работниках — мы делаем ставку на диалог — на взаимопонимание — на подарки для детей — на интеграционные курсы и корпоративные праздники — поэтому прошу вас зайти в отдел кадров и написать заявление об уходе — вы обязаны это сделать — да-да — это можно сказать ваш долг перед нами.

Польский управляющий. Но куда же я пойду?

Директор. Как куда? На проходную.

Она. Я просто не знаю что делать — я уже горы свернула.

Сестра. Не так-то легко свернуть горы.

Она. Я хотела только — я слышала что обо мне говорят — и вы обо мне тоже так говорите.

Сестра. Нет — мы не говорим.

Она. Я прихожу домой — и все время одна — только рыбки у меня и были — хотела вены себе перерезать — купила собаку.

Сестра. И хочешь ехать с собакой.

Она. У Проказницы есть специальная корзинка.

Сестра. Бедное животное.

Она. У нее кличка Проказница — она мне постоянно мешает — мне теперь постоянно что-то мешает.

Сестра. И ты в такую холодрыгу с ней поедешь?

Она. А недавно мне показалось что на стене сидит муха — потому что она мух ест — собака уставилась на стену и лает а мухи никакой нет — а собака рычит как будто там — как будто там кто-то стоит — но никого не было.

Сестра. Бывает животные реагируют непонятно на что.

Она. Рычит а я спрашиваю — чего рычишь.

Сестра. Может она почувствовала что кто-то там все-таки был.

Она. А недавно я ехала на машине и ее занесло — так вот на секунду мне показалось что какая-то сила просто удержала руль — и мне ничего не понадобилось делать — я просто ехала — и мне показалось что это он — он мне помогает — мать говорит чтоб я свечи жгла раз в доме привидение завелось — а я не боюсь — как я могу его бояться.

Сестра. Он теперь будет тебя охранять.

Она. Хотя бы он.

Сестра. Да — на него ты можешь положиться.

Она. Больше ни на кого не могу.

Сестра. Ни на кого.

Она. Ни на кого.

Сестра. И впрямь ни на кого.

Она. Я же говорю — только он может мне теперь помочь — больше никто не поможет — я встаю — в два разогреваю обед и жду.

Директор. Мы тут вчера подумали — у нас оказывается нет профсоюза — непонятно почему — мы подготовили бумаги — все необходимое чтобы такой союз основать — у нас в Италии давняя профсоюзная традиция — так почему бы ее не перенести на польскую почву — понимаете — вы дали нам Папу Римского — ну и мы в том же духе как говорится.

Рабочий. Папа Римский и так у вас жил — когда Папой стал.

Директор. Ну да — но вас-то он всегда первыми приветствовал и потом этот ваш патриотический порыв после его смерти так всех тронул — весь мир плакал вместе с вами.

Рабочий. Да — только выходной в день его похорон нас все равно обязали отработать.

Директор. Я тоже обязан был отработать — все были обязаны — а сейчас ознакомьтесь — и подпишите вот здесь — с людьми поговорите ну а потом мы вместе всё обсудим.

Рабочий. Всё?

Директор. Я слышал — у вас с женой проблемы — так их не будет — вы будете получать совсем другие деньги за ту же работу — теперь будут профсоюзные премии.

Рабочий. От кого вы слышали?

Директор. Люди говорят — а если вы что-нибудь услышите приходите ко мне — расскажете что там говорят и кому конкретно что не нравится — я должен знать что происходит.

Рабочий. Ну и что — думаешь ты все сделал и теперь тебе будет хорошо?

Уборщик. Кончай.

Рабочий. Ни хрена ты не сделал — и не сможешь сделать.

Уборщик. Да я ничего и не хотел делать.