— Здравия желаю, бойцы! Поздравляю всех с концом света! — весело сказал вошедший в командно-измерительный центр командир части распознавания космических объектов[1] полковник Дарин. Офицеры привычно встали, и дежурный отдал рапорт.

— С приездом, товарищ полковник, — закончил он, пожимая протянутую руку Дарина.

— Мы уж думали, судный день придется без вас встречать, — усмехаясь, сказал другой офицер. — Что там, обсуждают эту тему, или стараются не касаться?

— Да только об этом сегодня и говорят. По телевизору показывают демонстрации. Кто-то даже пытается публично покончить с собой. Ужас. Скорее бы наступило завтра, чтобы все успокоились, — ответил полковник.

— Успокоятся они, как же! Уже завтра в сети появится новый отсчет до следующего конца света. Что у нас там на очереди?

— Кажется, Апофис в 36-ом. Или ближе есть еще что-нибудь? — ответила женщина-офицер.

— Да кто их знает?! Скорее всего, еще что-нибудь новенькое придумают.

— Да… — пожал плечами Дарин. — Знал бы прикуп, жил бы, как говорится, в Сочи. Ладно, за работу, ребята, чтобы ни один посторонний объект случайно нам на голову не свалился!

Он развернулся к выходу, усмехаясь своей шутке.

— Товарищ полковник! — неожиданно громко воскликнул один из офицеров. — У меня тут… петрушка какая-то нарисовалась.

— Что за петрушка? — отозвался Дарин и нехотя повернул голову. — Доложите по форме!

— Так вот, — указывая на экран компьютера, растерянно ответил офицер. — Прямо над нами появился… извиняюсь, неопознанный объект.

— Что там неопознанное появилось? Ты мне эти шутки брось! Конец света мы уже обсудили, а это — перебор, — явно начиная раздражаться, Дарин все же попытался уйти.

— Но товарищ полковник, я… я не шучу. Смотрите сами!

— Действительно, Александр Сергеевич, у нас ЧС! Между орбитами Марса и Юпитера появился аномальный объект огромных размеров! Вот снимки минуту назад — ничего нет, а тут вот… Ничего не понимаю, — растерянно сказал дежурный майор. — Он просто таки громадный! Компьютер вычисляет его предполагаемую величину.

Дарин, все еще считая, что это розыгрыш, подошел к офицеру.

— Что за чушь? — ворчал он, нагибаясь к одному из экранов, который воспроизводил телевизионную картинку происходящего в космосе с соответствующей телеметрией. — Знаете ведь, не люблю таких приколов.

Но, увиденное повергло полковника в шок. На экране, увеличиваясь с каждой секундой, словно, луна, выходящая из-за черной тучи, выплывал странный объект.

— Что за елки-палки? Аппаратура у вас в порядке?

— Все в норме… да это уже не только у нас. Вот взгляните, — офицер показал на другой экран, — данные НАСА, но они тоже не представляют, что это такое. По предварительным предположениям, это объект природного происхождения.

— Астероид? — полковник нахмурился.

— Пока неизвестно.

— Смотрите, там что-то происходит: будто облако пыли отделяется от объекта… Неужели на самом деле судный день, Александер Сергеевич? — воскликнул другой офицер.

— Разговорчики! — рявкнул Дарин и побежал в свой кабинет.

Тем временем объект показал себя во всей красе. По предварительным данным его размеры превышали Землю в четыре раза. Злобный гигант в несколько минут возник в Солнечной системе совершенно из ниоткуда. Командный центр заполнило множество людей: всех свободных офицеров вызвали в помощь дежурной команде. Стало невыносимо жарко. Дарин вернулся на КП после разговора с командованием. Он расстегнул воротник.

— Происходит неизвестно что, — его голос охрип из-за необходимости постоянно перекрикивать вой сирен, и язык не хотел слушаться. — На объект теперь нацелены космические военные спутники и телескопы по всему миру. Уже нет никаких сомнений — та пыль, что мы видели — это скоростные межзвездные корабли. Их тысячи! И летят они к нам. И, как вы, наверное, заметили, летят они очень быстро. Нам такие скорости еще и не снились. Объявлена полная боевая готовность. Наверху приняли решение атаковать, как только они войдут в зону досягаемости. Нам предстоит серьезно поработать, ребята.

— Скорость у них, действительно, немыслимая, — ответил один из офицеров. — По моим расчетам, первые корабли достигнут Земли уже через полчаса.

— Товарищ полковник! Час от часу не легче! — воскликнул дежурный майор. — От объекта еще что-то отделяется. Если учесть расстояние, это должно быть что-то очень большое! Сейчас компьютер даст о них информацию.

— Что там? — Дарин нагнулся к монитору. — С ума сойти! Объект диаметром 250 км! Сколько их, майор?

— Определили уже семь, но это еще не окончательно.

Полковник вытер пот с лица и шеи.

— Что же это происходит, мать твою?! Какого дьявола к нам летит вся эта свора?

— Одно хорошо, скорость гигантов намного ниже. В ближайшее время их можно не опасаться.

— Да, действительно, хорошо, — лицо Дарина исказила судорожная усмешка. — Мне нужно снова связаться с Центром[2]. А вы переключите все внимание на приближающиеся объекты в отведенном нам коридоре. Необходимо вычислить их предполагаемые траектории от границы верхних слоев атмосферы. Нельзя оставить без контроля ни один корабль.

Работа в командно-измерительном центре шла полным ходом.

— Товарищ полковник, — взволнованно сказал майор. — Кораблей слишком много. Кое-кому все же удастся проскользнуть.

— Плохо, — хмуро ответил Дарин.

— Что же теперь? — прошептала женщина-офицер.

— Без паники, — стиснув зубы, твердо ответил Дарин. — Что будет — то будет! Не нам об этом думать. Мы здесь для того, чтобы делать свою работу. Чем больше мы засечем этих тварей, тем меньше у них шансов добраться до нас.

Сказав это, полковник вдруг вспомнил о своей семье, и ужас пронзил его, словно острая иголка трепещущую муху. Он даже не позвонил и не предупредил их! Что сейчас там творится?..

— Александер Сергеевич, — его мысли прервал отрешенный голос дежурного майора. — Началось…

Иван вприпрыжку бежал по мокрому тротуару, неуклюже прикрываясь портфелем от проливного зимнего дождя. «Ну и утречко сегодня!» — подумал он, ловко перепрыгнул через лужу и… оказался как раз в центре другой. Вода моментально залила обувь, обдав ступни Ивана леденящим холодом. Чертыхнувшись, он побежал дальше, уже не обращая внимания на струящиеся по тротуару потоки воды. Вот, наконец, и контора, где он работал. Вымокший насквозь Иван с глубоким вздохом облегчения вбежал в офис и пошлепал по коридору, оставляя за собой маленькие лужицы. Добравшись до своего места, он повесил куртку на стул возле батареи, поменял сырые кроссовки на легкие офисные туфли, заварил кофейку, раскинул пару пасьянсов на компьютере, и жизнь снова вернулась в свое обычное безмятежное русло.

И русло это было достаточно проторенное, без каких-либо подводных камней и течений. Иван не любил сюрпризов или неожиданных поворотов. У него хорошая работа, приносящая пусть не самый большой, но стабильный доход, квартира в десяти минутах от нее, чтобы избегать дорожных пробок и переполненных маршруток. Его подруга — красивая и заботливая девушка, на которой он, в конце концов, женится. Одним словом, все устроено и утрясено так, чтобы не создавать острых углов в его жизни.

Иван работал программистом в ExpertStudioDevelopment уже почти семь лет. Он отличался исполнительностью и трудолюбием, но был он какой-то безынициативный, бесцветный, если можно так сказать. Иван выполнял свою работу добросовестно, не придерешься. Но чтобы привнести что-то свое, на это у него кишка была слишком тонка. Такая же у Ивана и личная жизнь: без страсти, без той безрассудной любви, за которой хоть на край света! Все у него так, как положено. Положено иметь девушку — вот она! А если они и поженятся, то не потому, что он жить без нее не может. Нет, совсем нет. Скорее наоборот! А думает Иван о свадьбе, потому что все «нормальные люди» женятся в его годы. Все его друзья уже с семьями, да и родители не перестают пилить…

Но самое главное, устраивала Ивана эта размерная, просчитанная и предсказуемая жизнь. И плыл бы он по течению, не касаясь берегов, всю свою жизнь, и был бы он, наверняка, исполнительным работником, верным мужем, хорошим отцом, если бы, однажды, судьба основательно его не встряхнула. В один день на него свалилось сразу несколько роковых неприятностей, словно кто-то насыпал большую пригоршню соли в его любимый фруктовый кефир, и жизнь его в одночасье изменилась коренным образом.

Сегодня утром он проснулся один. Юли почему-то рядом не было. Это показалось Ивану странным, но затем он вспомнил: она ушла вчера поздно вечером, как раз когда он смотрел КВН. Наверное, к родителям. Что там она ему говорила? «Тоже мне, нашла подходящее время! — фыркнул он. — Хоть бы вспомнить что-нибудь из ее слов…» Иван поднапряг память, но в голове всплывали лишь обрывки любимой программы. А затем этот ливень! Если бы о нем сказали в прогнозе погоды, который Иван педантично слушает перед выходом из дома, не пришлось бы ему, словно мальчишке, скакать по лужам! «Но теперь все пойдет, как надо, — думал согревшийся Иван, допивая растворимый эспрессо, как вдруг получил сообщение от директора: явиться к нему в кабинет. Иван дважды перечитал послание: нет ли тут какой-нибудь ошибки? К чему бы директору вызывать его, Ивана, на рандеву? Но в сообщении ясно стояло: Демину И.В.

Иван поднялся и, поделившись своим недоумением с коллегами, вошел в кабинет начальника. Дальше все расплылось, словно в тумане. Иван осознавал, что директор говорит о чем-то важном, даже мог разобрать некоторые слова, но никак не мог сосредоточиться.

— У нас в этом году все меньше и меньше заказов, — говорил директор, как-то странно отводя глаза от Ивана. — Конкуренты давят, понимаешь?

Но Иван не понимал, к чему все это? Зачем он ему-то об этом говорит? Ведь он же рядовой программист! А менеджер у них Сергей. Вот ему пусть и объясняет! Директор вдруг неожиданно замолчал и исподлобья взглянул на Ивана. Только теперь до того стали доходить слова: «… пытался найти другой выход, но это не возможно… мало заказов… поэтому вынужден уволить… Уволить? Кого уволить? Постойте, это что, меня уволить? Как же это?» — мысли Ивана метались, словно мухи в стеклянной банке.

Все еще не придя в себя от неожиданного известия, Иван вернулся к своему рабочему месту. Со всех сторон на него обратились сочувствующие взгляды теперь уже бывших его коллег. «Надо же! Уже все всё знают!» — пронеслось у него в голове. Иван механически открыл ящики письменного стола. Откуда-то появилась вместительная картонная коробка, куда Иван сложил все, что принадлежало лично ему, и не заметил, как очутился у выхода, даже не переодев туфель. Сырые кроссовки возвышались поверх Иванова скарба. Видать кто-то уже на ходу сунул их в коробку.

Не зная, куда пойти, Иван зашел в ближайший бар, где они с ребятами были завсегдатаями. Идти домой он не мог. Он все еще не пришел в себя. Сознание боролось с реальностью. И принять то, что теперь у него нет работы, оказалось слишком трудно. Желая с кем-то разделить свою ношу, он набрал Юлин номер. Но к удивлению Ивана, она ответила только со второго раза. Да и разговор вышел совсем не такой, как он ожидал.

— Что тебе надо? — безо всякого приветствия спросила Юля, причем голос ее звучал явно раздраженно. — Вчера я тебя ясно просила: больше мне не звонить!

— Вчера? — удивился Иван.

— Как? — досада в Юлином голосе прозвучала еще сильнее. — Ааа! — протянула она со злостью, — так ты меня даже не слушал! — и она пугающе холодно рассмеялась. — Конечно, какое тебе дело до того, что я о чем-то там говорю!..

Иван удивленно соображал, это выходило плохо, учитывая последние события, но он старался изо всех сил. Что же случилось вчера? Да, во время КВНа она что-то хотела обсудить и долго о чем-то говорила. Но что именно? Шутки у Пельменей вчера были отменные. Ха! Вот та, например… ах да, Юля. Вероятно, она сказала что-то важное…

А Юля тем временем, снова что-то говорила, говорила…

Иван попытался переключить внимание на реальность.

— Больше не звони мне, — услышал он. — И не пытайся встретиться. Я не хочу о тебе ничего ни знать, ни слышать. Аривидерчи!

И из трубки понеслись короткие гудки.

Иван был в нокауте. Совершенно не представляя ни что ему делать, ни о чем думать, он тупо смотрел на капли дождя, барабанившие по стеклу. В своей жизни он всегда старался избегать стрессовых ситуаций. Самое большое, что ему пришлось пережить до этого дня — удаление аппендикса. Поэтому последние события просто таки выбили его из колеи.

Неизвестно, сколько бы еще просидел он в этом оцепенении, если бы его сознание не пронзил незнакомый скрипучий голос. Иван вздрогнул, услышав свое имя. Он рефлексивно повернул голову, стараясь вернуться в реальный мир. Перед ним стоял парень его возраста, вычурно одетый, словно один из тех навязчиво-вежливых менеджеров, что вечно хотят продать тебе какую-нибудь дрянь.

— Прыщ? — удивленно произнес Иван, разглядев в этом вылизанном типе с пришитой к лицу улыбкой своего бывшего одноклассника. — Я тебя раньше здесь никогда не встречал, — в голосе Ивана появился явно различимый оттенок брезгливости.

— Ну, меня так уже никто не называет, — озираясь по сторонам, словно проверяя, услышал ли кто-нибудь слова Ивана, скороговоркой то ли прошептал, то ли прошипел подошедший мужчина.

— Ладно, без проблем, — нехотя выдавил Иван, безуспешно стараясь припомнить имя Прыща, а про себя подумал: «Всегда этот слизняк не вовремя!»

Он смерил Прыща взглядом. Вечный стукач и подхалим. Ишь, выслужился! Приоделся, надушился, аж тошнит. Ивана стало все больше и больше охватывать раздражение. «Какого лешего ему от меня надо?» — думал он. А Прыщ тем временем аккуратно присел на краешек кресла напротив Ивана.

— Давненько не виделись, Ванч. Или тебя так тоже больше не зовут?

— Да какая разница, называй, как хочешь! — отмахнулся Иван. — А ты то, что в нашем районе делаешь? Я слышал ты вообще в другой город переехал.

Вопрос, казалось, сбил Прыща с толку. Он даже на мгновение расправил губы от своей натянутой улыбки.

— Я? Да дела, знаешь, дела… — очень быстро ответил он. — Ты, я гляжу в дурном настроении? — продолжил Прыщ, меняя тему, и его физиономия снова приняла подхалимно-улыбчатое выражение, от которого Ивана просто таки воротило. — Я уже наблюдаю за тобой какое-то время. Ты так долго, не отрываясь, смотришь на дождь. Что-то случилось?

Раздражение Ивана росло в геометрической прогрессии от каждого слова и взгляда Прыща.

— Да ничего такого, — соврал Иван, уж кто-кто, а Прыщ последний человек, которому он, Иван, хотел бы излить свою душу. — С работы уволился. Вот сижу — отмечаю. Давно надо было уже, да всегда же надеемся на лучшее!

Прыщ искренне изумился, но через секунду участливая маска снова оказалась на своем месте.

— А как же теперь? — заглядывая в глаза Ивану, словно преданный пес, спросил Прыщ.

— Отдохну недельку-другую, а там посмотрим. У меня есть пара предложений: айтишники нужны всем!

Иван врал вовсю. Но не будет же он выставлять себя неудачником перед этим занудным Прыщем! Скорее бы тот уже шел по своим делам!

— Да, — как-то странно покачал головой Прыщ. — Значит, отдохнуть решил? Слушай! — вдруг выпалил он и его лицо даже просветлело. — А не хочешь подшабашить?

Иван вздрогнул. Иметь хоть какие-то дела с Прыщем ему совершенно не хотелось. Но работа… Когда он еще найдет что-то подходящее? А ведь за квартиру надо платить, за бензин. Да и есть тоже иногда хочется.

— Подшабашить? — Иван изо всех сил старался говорить равнодушно.

— Да, всего пару дней. Хорошо заработаешь! И делать-то почти ничего не надо!

— А сам-то что? Не прельщает?

— Так у меня другие дела. Ты понимаешь, мы с боссом срочно уезжаем… — Прыщ запнулся, — в командировку вроде. А ему должны машину из Таджикистана привезти. Понимаешь, нужно встретить, ну и за домом в отсутствие хозяина присмотреть. Как ты, согласился бы? Работы-то с гулькин нос: посидеть в сторожке пару дней и все дела. А уж шеф отблагодарит — не сомневайся! Он меня и попросил надежного человека найти. Соглашайся, а?

Взгляд Ивана был полон отчаяния и брезгливости. Как могло случиться так, что в самый тяжелый момент он встретил не кого-нибудь, а этого слизкого Прыща? Где друзья, которые смогли бы поддержать сейчас Ивана? Отговорить его от, возможно, ужасной ошибки, которую он, Иван, мог совершить, связавшись с этим самым презренным человеком из всех, которых он когда-либо знал в своей жизни.

— Ладно, согласен, — без энтузиазма выдавил Иван. — Куда и когда мне приезжать?

На мгновенье Ивану показался злорадный огонек, сверкнувший в глазах Прыща. Но это мгновенье было так мимолетно, что Иван не придал тому большого значения. «Определенно, выслуживается Прыщ, и здесь появился в надежде старых одноклассников встретить. А как же иначе, на настоящих дружков вряд ли он положится, а хозяину его, видать, не хочется в дом проходимцев пускать», — думал Иван.

Прыщ дружески подмигнул, так что у Ивана по спине пробежали мурашки.

— Я тебя сам отвезу, но вначале ты должен понравиться шефу.

— Понравиться? — скривился Иван.

— Да, но не переживай, я за тебя словечко замолвлю!

— А тебе-то, какая выгода? — Иван уже почти не мог скрывать раздражения.

— Ну а как же, — с гордостью произнес Прыщ, — правильного человека найти не так просто. А мне это, сам понимаешь, тоже зачтется. В конце месяца.

Прыщ опять мерзко подмигнул.

— А я, значит, правильный человек? — язвительно заметил Иван.

Прыщ засмущался и спросил с надеждой в голосе:

— А ты сам, как полагаешь?

Иван на мгновенье задумался: «Все-таки столько лет прошло. Может, Прыщ бросил старые привычки и стал нормальным парнем? В друзья, конечно, я к нему не пойду, но почему не дать ему шанс?» Иван улыбнулся, отбросив свое раздражение.

— Да не боись, правильный я, какой же еще?

Прыщ засиял.

— Вот увидишь, — уверил он Ивана, — босс обязательно тебя одобрит.

И действительно, спустя несколько часов, после короткого разговора с боссом Прыща, Иван летел на вертолете над заснеженными горными вершинами в направлении Красной Поляны, навсегда оставляя позади свою кисельную жизнь с молочными берегами. Хотя сам он даже и не подозревал об этом.

— Дерьмо! — скривив губы, воскликнул Мерзаев и со злостью бросил мобильник на пол.

Он развернул носовой платок, вытер выступивший на широком от лысины лбу пот и, надув щеки, тяжело выдохнул. Затем резко подошел к бару, нервно плеснул в стакан виски и залпом выпил. Еще плеснул и еще раз выпил. На секунду Мерзаев замер с пустым стаканом и бутылкой в руках. Давненько не приходилось ему так нервничать!

— Эх, Тимурчик! Эх, гад паршивый! Подложил свинью, падла! — бормотал он себе под нос.

Да, со знаменитым в своих кругах наркобароном Таиром Мерзаевым давно уже все считались, и никто бы не осмелился перейти ему дорогу. Но сколько пришлось попотеть, чтобы достичь этого положения! Сколько людей пришлось подкупить, со сколькими подружиться, а кого и убрать с пути, чтобы наладить свой бизнес. Не один год доказывал Таир свое право быть одним из воротил наркотрафика. А теперь он не только переправлял опий из Афганистана в Россию, но и контролировал сеть подпольных лабораторий в горах Таджикистана, где опий-сырец перерабатывался в героин высшей пробы.

Мерзаев сел за стол и еще раз глотнул виски.

— Надо-надо срочно что-то делать, — рассеянно бормотал он.

Еще не окончательно придя в себя ото сна, Таир никак не мог сосредоточиться на случившемся. Конечно, все спали. Прошли те времена, когда от ночного звонка вскакивал весь дом. Он вызвал горничную и попросил принести крепкий кофе. Едва сдерживая зевок, та подняла с ковра телефон и положила его перед хозяином.

«Все нормальные люди спят в 4 утра. Не спит лишь один Тимурчик, — думал Мерзаев, постепенно успокаиваясь. — Ах ты, собака паршивая, Тимурчик! Как же я тебя не разглядел? Ничего, ты еще не раз пожалеешь, что полез не в свои ворота». Таир хлебнул обжигающий кофе и его глаза злобно загорелись: теперь у него появился вполне определенный план. Он остановил взгляд на телефоне. То, что нужно. Затем пристально посмотрел на служанку, взглядом приказывая выйти, и как только за той закрылась дверь, набрал номер.

— Сулла, дорогой, доброй ночи. Таир звонит. Извини, дорогой, если разбудил. Что-то не спится мне в последнее время.

— Ничего страшного, Таир. Надеюсь, твоя бессонница не по моей вине? — ответил голос в трубке.

— Да что ты, дорогой Сулла! Я вот у тебя спросить хотел, может ты в курсе? Ходят слухи, что Тимурчик решил мое дело под себя подгрести. Что же это такое: оклеветали моего командира или же я, действительно, змею у себя пригрел?

— Нет, я ничего такого не слышал, — с легким удивлением в голосе, сказал Сулла.

— Ты уверен? — переспросил Мерзаев, в голове которого несся рой мыслей: «Это хорошо, если Услан еще не успел заручиться поддержкой у других дельцов. Тогда нужно срочно брать быка за рога. Если Сулла не поддержит Тимурчика, то его не поддержат ни Гафур, ни Сухбар, ни Хабиб. Сейчас самое важное показать силу и убедить нужных людей занять мою сторону. Нет, я еще полон сил и энергии, чтобы не позволить каким-то там прихлебалам пойти против меня. Если все пойдет как надо, то разборка с Тимуром Усланом станет лишь показательным уроком для тех, кто еще задумает встать у Таира Мерзаева на дороге!»

— Обижаешь, Таирчик, — ответил Сулла.

— Извини, дорогой! И в мыслях обидеть не держал! Сам понимаешь, не очень приятная новость. Если, действительно, мой Тимурчик решил, что вырос, горе ему, — стараясь, как можно насмешливее, сказал Таир, чтобы ни одна нотка раздражения, а уж тем более страха, не проникла в его слова. — Я-то еще не состарился! Рановато он свои зубы показал. Мой кулак еще достаточно силен, чтобы пересчитать их! Не собираюсь я на пенсию пока что. И не позволю, чтоб какая-нибудь драная крыса даже мысленно на меня пискнула!

Последние слова Таир произнес с такой ненавистью и уверенностью в себе, чтобы все малейшие сомнения Суллы исчезли без следа.

— Ты прав, Таирчик, — сказал тот дружески. — Тимур зашел слишком далеко. Что ты собираешься делать, дорогой?

С этими словами камень свалился с сердца дельца. Он все еще на плаву и его мнение имеет вес!

— Ну а что здесь делать? — надменно усмехнулся Таир. — Тимурчика придется наказать. И наказать так, чтоб и другим неповадно было.

— Я с тобой согласен, Таир. Тебе нужна помощь?

— Помощь? — рассмеялся Мерзаев. — Сулла, дорогой, я тебя умоляю! Я бы только просил тебя Тимуру наш разговор не передавать. Думаю сюрприз ему сделать. Но что б никто больше в наши дела не вмешивался. Не хочется случайно хороших людей обидеть. Сам понимаешь, когда дело касается горячего, брызги далеко летят…

— Все понял, дорогой. Не волнуйся. Это хорошо, что ты мне позвонил. Друзья так и поступают. А мы с тобой старые бродяги!

— Вот и договорились, — уже совершенно спокойно, сказал Таир. — Доброй ночи, Сулла, дорогой. Прости еще раз, что побеспокоил!

Мерзаев барабанил пальцами по столу. «Да, нужно срочно собирать всех без исключений. Наверняка у Тимура есть что-то в кулаке, иначе не заварил бы он всю эту кашу. Чем же ты хочешь меня удивить, Тимурчик? Меня, Таира Мерзаева!»

Эти мысли прервал вошедший мужчина. Его глаза, припухшие ото сна, тревожно бегали туда-сюда, а прилипшая к губам улыбка выражала сконфуженность и неуверенность.

— Случилось что-то Таир Махметович? — дрожащим голосом спросил он. — Алсу сказала немедленно к тебе бежать.

— Что ты блеешь, как овца? — брезгливо фыркнул Мерзаев. — Садись, да утри свои сопли. Мы немедленно едем в Сочи. Но вначале обзвони ребят. Через час все в полной боевой готовности должны быть у меня. Полетим домой, в Пенджикент.

— В Пенджикент? Ммм… Я конечно, останусь здесь и присмотрю за спецзаказом? — раболепно произнес мужчина. — Ведь он прибудет только завтра.

— Ты тоже поедешь, — равнодушно сказал Таир, пристально наблюдая, как меняется лицо собеседника. Тот не так давно находился при Мерзаеве. Таир подобрал его, можно сказать, с улицы. Бывшие дружки Киряева подставили его самому Таиру, пытаясь прикрыть растраты с продажей наркотиков. Но Мерзаев неплохо разбирался в людях и поверил обдуренному лоху. Тот был слишком труслив и ничтожен, чтобы пойти против того, кто хотя бы чуть сильнее его. Поэтому дружки Киряева получили свое сполна, а раболепный характер позволил сделать из него преданного пса. Мерзаеву даже льстило, что русский голубоглазый парень ходит у него в шестерках, хотя, с другой стороны, Таир никогда не считал себя расистом. Для него хороший человек тот, кому он может что-нибудь выгодно продать. А русский тот, европеец или китаец не играло для Мерзаева никакой роли. В первую очередь его всегда интересовали деньги. Во вторую, третью и четвертую тоже стояли деньги. Ну, а затем шло все, что делало этих денег в кошельке у Таира больше и больше.

— Но спецзаказ! — прошептал Киряев, умоляюще глядя в лицо босса. Его лихорадило от страха.

— Да не сверли ты меня глазами. Дырку протрешь! — усмехнулся Мерзаев. — И не трясись, не отправлю я тебя воевать. Ты там обделаешься, а надо мной все смеяться станут — хороша твоя обосранная армия! При мне будешь. С командирами поговорим. С Шухратом, с Тимуром.

Глаза Киряева немного просветлели.

— Не люблю я твоего Тимура, — вдруг сказал он.

Мерзаев даже оцепенел.

— Что ты сказал? — рявкнул он.

— Я…я… н-нич-ничего… — Киряев мгновенно понял, что брякнул лишнего и начал заикаться.

— Объясни! — грозно приказал Мерзаев, стукнув кулаком по столу.

— Я… я… да я… н-ничего. Да о-он и с-сам меня терпеть не может. Он не раз м-мне говорил, что горло перережет, если одного встретит. Да и на тебя он в последний раз с такой ненавистью смотрел, когда ты отвернулся…

— С ненавистью, говоришь? Так чего ж ты молчал, крысенок ты паршивый! Почему ты мне сразу ничего не сказал?

— Я боялся тебя рассердить, Таир Махметович, — вжавшись в стул, с трудом выдавил из себя бледный Киряев.

— Да, я б тебе и не поверил. Знаю, что вы с Тимуром на ножах. Не пойму, только, почему… А Шухрата ты не боишься? — прищурив глаза, снова спросил Мерзаев.

— Таир Махметович, Шухрат тоже Тимура не любит, — снова чуть оживившись, сказал Киряев. — Он говорил, что не будь Услан твоим любимчиком, давно б его…

— Да? — Мерзаев выглядел довольно удивленно. — Ничего такого не знал.

— Да говорили тебе не раз про Тимурчика, только ж ты слушать не хотел.

— А что ты еще слышал? Про планы его?

— Нет, я больше ничего не знаю. Просто я боюсь с ним встречаться.

— А, не дрожи. Сейчас у него другие заботы, да и при мне он на тебя и не взглянет.

Мерзаев задумался. «Вот, значит, как. Слишком много я Тимурчику позволял и на слишком многое закрывал глаза. Ну что ж, теперь придется исправлять недостатки в воспитании. Эх, Тимурчик, Тимурчик! Я ж к тебе, как к сыну относился…»

— Ну что ж, — сказал Мерзаев, поднимаясь. — Выходит, все к этому и шло. Обзвони всех и подготовь вертолет! Едем в Сочи! А там, пока я с ребятами говорить буду, найди человека, чтобы встретить наш джип. Да чтоб человек правильный был. Безо всяких там догадок! И чтоб в случае чего, его не сразу хватились.

— Понял, Таир Махметович. Я постараюсь.

Мерзаев грозно сверкнул глазами.

— Я тебе не стараться приказал, а сделать. А то смотри, самому где-нибудь в горах не затеряться!

Киряев сполз со стула и, пятясь, как рак, почти пригнувшись к полу, вышел.

В Сочи Киряеву крупно повезло. Он, как нельзя кстати, наткнулся на своего бывшего одноклассника Ивана Демина. И так удачно все сложилось, что Демин только что уволился с работы, или как выяснил позже Киряев, был уволен. Но это уже не играло никакой роли. Киряев уговорил Демина якобы «подшабашить». А сам, пока тот собирался, выяснил всю его подноготную. Собирать сведения Киряев умел хорошо и любил это делать. В этом ему помогали навыки, полученные когда-то в школе милиции. Милиционером Киряев не стал, но полученные знания применял умело. И вот он, гордый своей работой, представил Ивана и его быстро собранное досье хозяину. Тот пробежал взглядом по записям, одобрительно кивнул и внимательно посмотрел на Демина.

— Что ж, поработаешь хорошо, не обижу. Ну, а если что не так, уж не обессудь, — высокомерно бросил Мерзаев. И на этом встреча закончилась.

Киряев отвез Ивана на вертолете в горный особняк Мерзаева, объяснил ему обстановку и забрал остальную прислугу. А уже через несколько часов он вместе со своим хозяином и его окружением летел на частном самолете в Таджикистан на разборки.

Прыщ привез бывшего одноклассника в загородное поместье, которое своим великолепием превзошло все Ивановы предположения. Сторожка, в которой ему предстояло посидеть пару дней, оказалась далека от обычного понимания этого слова. Когда говорят «сторожка» воображение рисует маленькую лачугу с низкой и обязательно скрипучей дверью. А это оказался вполне просторный и комфортный дом, стоящий на уровне второго этажа огромного особняка. Через тонированные окна-глаза сторожки хорошо просматривалась большая часть территории поместья. По сравнению с особняком, сторожка и в самом деле выглядела маленьким домиком на отшибе, но это лишь в сравнении. Такой роскоши Иван в своей жизни еще не видел! Он с удовольствием отметил, что не зря согласился сюда приехать: хоть пару дней пожить, как человек… Когда еще раз появится такая возможность? Видать, Прыщ высоко взлетел. Наверняка, здесь поселился какой-нибудь крутой таджикский воротила. Да и не удивительное это дело для здешних мест! Живописные горы и кристальный воздух, в сочетании с высочайшим комфортом: чего еще желать человеку?

Вид из окон «сторожки» не ограничивался одним особняком. На противоположной стороне на фоне заснеженных гор хорошо просматривалась вертолетная площадка, от которой змейкой петляла подъездная дорога, так, что никто не смог бы пройти в поместье незамеченным.

Не менее примечательным оказалось и внутреннее убранство сторожки. Вместо темной коморки с низким потолком оказалась просторная приятно затененная комната. Взгляд входящего сразу же приковывал ряд светящихся экранов, закрывших собой угол между окнами, выходящими на поместье. Экраны, словно в каком-нибудь шпионском фильме, беспрерывно транслировали удаленные уголки, не оставляя непрошенным гостям и малейшего шанса проникнуть в особняк. Затем взгляд Ивана привлекла странная колонна с мерцающим огненным букетом внутри. Ивану даже пришлось хорошенько подумать, прежде, чем он догадался, как работает это сооружение, которое Прыщ назвал камином.

Посреди комнаты, спинкой к экранам красовался уютный угловой диван, на котором, продавливая глубокие вмятины тяжелым весом, сидела пара громил. Вокруг них, под ногами и на низеньком столике рядом беспорядочно валялись пестрые журналы. Но громилы, не обращая внимания ни на что, и ни на кого, впились глазами в экран большого телевизора, перед которым, странно размахивая руками с длинным белым пультом, стоял еще один здоровяк. «Wii! Классная игрушка, — отметил Иван. — У Захара есть такой! Здорово. Надо будет тоже попробовать вечерком!»

— Страйк! — победоносно крикнул играющий охранник, разрывая напряженную тишину. Сидящие громилы разочарованно швырнули свои пульты на громоздкое кресло и лениво поднялись с дивана. Не удостоив Ивана даже взглядом, они вместе с Прыщем пошли к вертолету, бурно обсуждая игру.

Оставшись один, Иван первым делом заглянул за барную стойку, перекрывшую противоположный от системы наблюдения угол. Там расположилась компактная кухонька.

— Да, это я хорошо попал, — сказал он, открывая огромный американский холодильник. — Молодец Прыщ, крутую работенку подсуетил. Да за такую работу и денег грех просить!

Он усмехнулся, взял бутылочку Карлсберга и пошел осматривать остальную часть «сторожки».

Вечер прошел для Ивана незаметно. Он развел огонь в камине и долго смотрел на танцующие оранжевые языки пламени, размышляя о своей жизни и ее неожиданном сюрпризе. Ему то казалось, что жизнь кончена, и теперь его ожидают постоянные визиты в Центр занятости и вечные стенания родственников… Наверняка придется продать машину, и что самое ужасное — переехать обратно к родителям. Но тут огонь рисовал ему прямо противоположную картину. Что вот, жизнь его круто изменилась, у него появились новые влиятельные знакомые, которые рады будут пристроить его в какое-нибудь тепленькое местечко, и что Юля, заметив его успех, вернется, и они, наконец, поженятся…

Глубокой ночью Ивана разбудила сигнализация. Такого поворота событий он не ожидал. Для джипа — слишком рано. Может Прыщ специально свинью ему подложил? Иван включил прожекторы на вертолетной площадке, и взглянул на экраны слежения за дорогой. К дому подъезжали две машины. Иван растерялся. «Ну вот, приплыли», — подумал он. Мысли опять закрутились, а глаза не отрывались от экранов. Он нажал кнопку распознавания и на экране появились номера. В глазах рябило от страха, но Иван, все же, успел сообразить: именно машину с этими номерами он и ожидает. Он облегченно вздохнул и пошел встречать подъезжающих гостей. Джипы, проскочив вертолетную площадку, остановились на почтительном расстоянии от сторожки. Иван дружески помахал гостям, открывая гараж, но машины не сдвинулись с места. Минуту спустя, одна из них медленно покатилась к Ивану. Он приветственно улыбнулся усталому шоферу-таджику. Вероятно, тому пришлось несколько дней сидеть за рулем. Он сильно оброс щетиной, а лоб лоснился от пота.

— Ассаламу «алейкум, — улыбаясь, сказал Иван вышедшему водителю.

— Ва-«алейкум — ответил таджик, озираясь по сторонам. — Мой едет домой. Все в поряде, братуха. Машин хороший, — сказал он, похлопав джип по капоту.

— Подожди, а отдохнуть после такой дороги? Ведь ты ж устал, как черт! Я ж вижу! — воскликнул Иван дружелюбно, но таджик испуганно на него взглянул и что-то быстро по-своему заговорил.

— Да не трещи ты так! — рассмеялся Иван. — Я ж все равно ничего не понимаю. Давай, зови друга, пойдем хоть чайку попьем.

Таджик обернулся на вторую машину и снова быстро заговорил, мешая таджикские и русские слова, из чего Иван понял лишь: «не сердись братуха» и «мы не плохой».

— Вот чудик! — удивился Иван, когда таджик ни с того, ни с сего резко развернулся и побежал к другому джипу. И бежал он, надо сказать, как-то странно. Зигзагами. Будто опасаясь стрельбы в спину. Затем, уже почти на ходу, впрыгнул в распахнутую дверь, и джип, резко развернувшись, поехал в обратном направлении.

— Довели народ, — грустно вздохнул Иван, закрывая гараж.

Как только таджики уехали, Иван позвонил Прыщу, сказать, что машина пришла, и, снова подкинув поленьев в камин, уснул безмятежным сном…

Утром Иван, полностью предоставленный сам себе, мог насладиться прелестями «цивилизованной» жизни. Он решил начать с завтрака. Сделал себе традиционное блюдо холостяков — скворчащую яичницу с беконом, помидорами и лучком. Поджарил тосты, выжал стакан свежего апельсинового сока, а на десерт заварил отличный кофе. Иван тщательно сервировал стол, и с наслаждением принялся за еду, смакуя каждый кусочек. «Эх, еще бы свеженькую газетку к завтраку», — подумал он, но за неимением оной взял один из валявшихся на полу журналов.

После завтрака Иван решил обойти владения таинственного азиатского богача, пока, в конце концов, снова не оказался в гараже рядом с появившимся здесь недавно внедорожником.

— Хорошо жить не запретишь, — вздохнул Иван, проводя рукой по надписи JEEP на капоте. — Такому красавцу следует быть в надлежащей форме, — сказал он, и вытер руку о штаны.

Конечно, сдержать себя оказалось невозможным, и Иван вывел машину из гаража. Несколько кругов по вертолетной площадке оказались для него, словно наживка для рыбы. В конце концов, он хорошо прокатился по обледенелым горным тропам, получив приличную порцию адреналина. В сравнении с этим зверем его старенький Опель вызывал лишь вздохи жалости, как к себе, так и к своему хозяину. Еще неизвестно, сколько бы Иван катался, если бы не пустой бензобак. Вернувшись, он помыл машину, благо, гараж был оборудован великолепно, и под завязку заполнил бак бензином на домашней автозаправке, а затем, с чувством выполненного долга отправился обедать.

После обеда, состоящего из вместительной сковороды макарон с тушенкой, густо посыпанных тертым сыром и пары бутылочек Карлсберга Ивана разморило. Он в полудреме лежал на диване, лениво разглядывая в каком-то нерусском журнале длинноногих девиц на фоне дорогих спортивных машин.

Иван не сразу сообразил, что случилось. Вначале сработала сигнализация. Он нехотя приподнял голову, все еще находясь в сладкой полудреме, затем немного встрепенулся и подошел к экранам. Ничего особенного он не заметил. «Может, зверь какой?» — вспоминая слова Прыща, подумал Иван, но все же проверил все камеры, как вокруг, так и внутри поместья. Ничего подозрительного! Иван отключил сигнализацию и взял висевший на стене, как раз для такого случая, «мосберг». Убивать зверей он, конечно же, не собирался, но отпугнуть нежданного гостя можно. Иван пристально вгляделся в экраны. Он ничего не увидел и не услышал. Он просто почувствовал. Огромная тень пробежала по комнате, на секунду заслонив собой солнце. Ивана бросило в жар. «Вертолет!» — первое, что пришло ему на ум. Он резко развернулся. Но то, что он увидел, заставило его усомниться в собственном здравом рассудке. Ружье выскользнуло из рук. Иван нервно хохотнул и больно ущипнул себя за ухо. Видение не ушло: на заснеженной полянке прямо перед особняком на длинных согнутых лапах стоял, словно гость из ночного кошмара, гигантский золотой жук.

Иван провел рукой по лбу. Что-то с ним не так. Такого не бывает. Видимо, он перекатался на джипе и-или надышался свежим воздухом, и ему стало немного не по себе.

Следующие две минуты Иван тряс головой, щипал себя во все возможные места, открывал и закрывал глаза, даже облил голову ледяной водой из под крана, но видение не уходило. Иван растерянно смотрел на неожиданного гостя. Он не знал, что следует предпринять в таком случае. Иметь дело с гигантскими жуками, очень похожими на увеличенную древнеегипетскую реликвию, ему еще никогда не приходилось.

Вначале Иван инстинктивно схватил телефон, и даже набрал номер Прыща, но вовремя остановился. Что он скажет? Жук-гигант приземлился перед домом? Нет, люди дорогие, это пахнет клиникой! Тогда что делать? «Что делать?» Мысли Ивана пытались выстроиться в правильном направлении. Совершенно ясно, что этот жук — вовсе не насекомое, а какая-то машина. И, скорее всего — не земная. Он с ужасом представил, что вот-вот из отливающего золотом брюха выползет жуткое чудовище, которое сейчас же выпьет из него, Ивана, все его ещё не успевшие свихнуться мозги. Иван судорожно нажимал на кнопки мобильника, пытаясь найти в телефонной адресной книге, кому можно позвонить. И вот оно! Есть! Конечно же! Как он сразу о нем не вспомнил? Его зять Александер! Иван глубоко выдохнул и сосредоточился. Домашний номер или рабочий? Рабочий. Наверняка они заметили его, если он на самом деле из космоса. Ведь это их работа! Уж кому как не им в первую очередь знать о таких делах? Поэтому Алекс должен находиться в части. Или в отпуске? Он же ездил в отпуск? Когда он возвращается? Домашний? Нет, тратить время нельзя. Монстр уже наверняка откупоривает свой выход. Иван нажал зеленую кнопку мобильника.

Работа в командно-измерительный центре не прекращалась ни на секунду. К удивлению землян, ни один из инопланетных кораблей не ответил на огонь. Казалось, атака с Земли их обескуражила. Задние ряды, увидев впереди опасность, резко снизили скорость и, словно цыплята к наседке, полетели к огромным лайнерам.

— Что это? — спросил один из офицеров. — Почему они не отвечают?

— А тебе хочется, чтоб по нам пальнули? — язвительно заметил другой.

— Нет, но как-то даже странно…

— Действительно, — сказал Дарин. — Я ожидал худшего. А тут такой «подарок»! Может быть они, в конце концов, выйдут на связь?

— Было бы не плохо.

— Вас к телефону, товарищ полковник. Спецлиния, — отрапортовал вошедший офицер.

— Инопланетяне? — с насмешкой спросил майор. Ответом ему стал глухой смех сослуживцев.

Дарин укоризненно посмотрел на шутника и вышел. Он сел в кресло, выдохнул и взял трубку. Полковник предполагал услышать начальника Центра контроля космического пространства, да никто больше и не может звонить по этой линии. Но в трубке раздался чей-то незнакомый, на первый взгляд, голос.

— Аллё, полковник Дарин?

— Да, а с кем я, собственно, имею честь? — удивленно спросил тот.

— Александер, здорово! Это Иван.

— Иван? — не понял Дарин.

— Ну да, Иван Демин. Ты что, совсем заработался?

Полковник рассвирепел. Он никак не ожидал услышать своего шурина в это неподходящее время. Да еще и по специальной линии. Но внезапно по спине Дарина пробежал озноб.

— Что-то со Светланой и Андрюшкой? — испуганно спросил он.

— Со Светкой? Да нет, я ничего про них не знаю… Что с ними случится? — удивленно переспросил Иван.

— Тогда откуда у тебя этот номер?

— Ты мне его сам дал. Давно. Когда Светка в роддоме была. Забыл?

— А, — протянул Дарин. — Ты должен стереть его. Он только для служебного пользования. Я жду звонка из Центра, так что созвонимся в другой раз.

— Нет-нет-нет, только не клади трубку, — Иван закричал так испуганно, что Дарин с трудом овладев своим раздражением, продолжил разговор:

— Слушай Иван, у нас здесь чрезвычайная ситуация. Если у тебя действительно что-то серьезное, говори скорее, а если нет, то лучше пусть подождет. Мне очень некогда!

— Так у меня тоже чрезвычайная ситуация. Такая чрезвычайная, что я, кажется схожу с ума!

— О чем это ты?

— В это сложно поверить. Ты только не подумай, что я колес наглотался или еще чего.

— Говори уже скорее, — раздраженно прервал его Дарин. У него не было ни времени, ни желания разбираться с проблемами брата жены. Именно сейчас могли звонить из Центра, и случится скандал, если линия окажется занята.

— У меня здесь это… — Иван боялся произнести роковое слово, потому что был больше чем уверен: Дарин бросит трубку, даже не дослушав. — Вы ничего странного в последнее время не наблюдали?

— Мы? Что ты имеешь в виду?

— Ну, какие-нибудь неопознанные объекты? — с надеждой в голосе спросил Иван, радуясь, что шурин все еще с ним говорит.

— Слушай, Иван, кончай вилять, говори, что хотел, — раздражение Дарина стало переходить в озабоченность. — Да, у нас не все в порядке сегодня. Ты что-то странное заметил?

— Ух, — Иван боязливо выдохнул. — Только не бросай трубку, ладно?

— Хорошо, не брошу.

Иван еще выдержал маленькую паузу, но тянуть становилось уже опасно.

— Здесь передо мной стоит гигантский скарабей, — напряженно выпалил он.

Дарин не понял.

— Скарабей?

— Понимаешь, какая-то странная штука. Выглядит, как огромный жук. Такой огромный, что внутри него явно поместился бы с десяток — другой людей. И блестит этот жук, словно золотой! Он только что прилетел. Совсем бесшумно! Я только по тени и заметил. Иначе бы вообще и внимания не обратил.

Дарин замер. Вероятно, он тоже не мог в это поверить.

— Гигантский жук приземлился посреди Сочи? — еле слышно выдавил он.

— Да нет, не посреди, — ответил Иван, радуясь, что Дарин не принял его за сумасшедшего. — Я вообще не в городе сейчас. Это долгая история. В общем-то, я в горах. Точно не знаю, но где-то в районе Красной Поляны. Меня знакомый один попросил присмотреть пару дней за дачей какого-то таджикского богача.

— Как его имя? — нетерпеливо спросил Дарин.

— Имя? Имя знакомого? — рассеянно переспросил Иван.

— Да на кой мне твой знакомый сдался! — грозно воскликнул Дарин, удивляясь тупости своего шурина. — Богача этого. Ты ж адреса не сможешь мне дать. Хоть по имени вычислим его фазенду.

— Я как-то это не спросил, — сникшим голосом просипел Иван.

— Ты всегда был растяпой! Как так, даже не знать на кого работать! — назидательно сказал полковник, но затем, смягчившись, добавил: — Ладно. А что жук делает?

— Так ничего. Стоит себе, вот прилег. Ноги под себя собрал. Я боюсь только, что вдруг из него монстр какой-нибудь выползет.

Дарин задумался.

— Ладно, попробуем тебя по телефону засечь. Ты только не выключай его ни в коем случае. И спрячься подальше. Не играй в героев. Никто не знает, чего ожидать от этого твоего скарабея. Посмотрим, как мы сможем найти тебя. Там есть, где спрятаться?

Иван секунду подумал.

— В гараже много места.

— Вот и хорошо. Иди туда. Только смотри, чтоб твой телефон сигнал не потерял. Дом-то большой?

— Не то слово! Огромный особняк, да еще и вертолетная площадка имеется.

— Ого, замечательно! Так легче найти будет. Ладно, жди подмоги и не высовывайся.

По Иванову лицу потекли слезы.

— Алекс, спасибо, что поверил, — прохрипел он в трубку.

— Ох, Иван! Позвони ты мне часом раньше, я б тебя и слушать не стал, — невесело усмехнулся полковник. — А сейчас я сам не понимаю, что происходит. Этот твой жук — космический корабль пришельцев. И он не единственный, понимаешь? Будь осторожен. И не предпринимай ничего. Жди!

Иван со вздохом облегчения нажал красную кнопку мобильника, поднял голову, чтобы в последний раз взглянуть на жука и… остолбенел. Вокруг аппарата плавно, словно и не ступая по земле ногами, кружила неудержимо привлекательная, в буквальном смысле неземная девушка. Голова Ивана пошла кругом. Скарабей его больше не интересовал. Все, что он видел — это развевающаяся на ветру пышная грива темно-красных волос, ниспадающих на плечи и спину незнакомки в плотно облегающем округлые формы ее тела золотистом комбинезоне. Сердце Ивана заколотилось в несколько раз быстрее. Он был восхищен, можно сказать даже, околдован красотой и пластикой этой умопомрачительной инопланетянки! Он почувствовал невероятный прилив энергии и непреодолимую к ней тягу. Иван забыл обо всем на свете. Для него больше не существовало никого и ничего. Он не мог оторвать от нее взгляд. Да что там, он жить без нее больше не мог! И Иван, словно кролик к удаву, направился к девушке, которая, по всей видимости, закончила осмотр своего аппарата. С идиотской улыбкой он вышел из дверей сторожки. Снег захрустел под кроссовками. Незнакомка испуганно повернулась, и Ивана прожгло током, когда его взгляд встретился с темными, почти черными миндалевидными глазами. Но девушка, вскрикнув, подбежала к выходу.

— Стой, стой, подожди! — умоляюще крикнул Иван. Он поднял руки, показывая ей, что безоружен.

Девушка опасливо осмотрелась, и, на всякий случай, схватилась рукой за перилла выдвижной лестницы. Испуганно, но, в то же время, заинтересованно она смотрела на тупо улыбающегося Ивана.

— Я один, не бойся! — сказал тот. — Смотри, у меня ничего нет.

Он протянул к ней руки и остановился.

Незнакомка заговорила с Иваном, и тот непроизвольно расплылся в блаженной улыбке. Он не мог оторвать взгляд от чувственных темно-малиновых губ девушки, пытаясь поймать каждое движение и повторить произносимые звуки, но напрасно. Голос инопланетянки звучал странно, ни на что не похоже, но очень приятно. Иван, зачарованный мелодикой ее голоса, шагнул вперед. Девушка спрыгнула с лестницы и показала на себя, медленно проговаривая какое-то слово, вызвавшее у Ивана образ полета мотылька. Как мог звук напоминать полет мотылька, Иван не знал, но понимал, что именно так это и звучит. Он стукнул кулаком в грудь и повторил несколько раз свое имя. Девушка пристально на него смотрела. Ее темные глаза, обрамленные черными с красным отливом ресницами, казалось, хотели проникнуть внутрь Ивана. Она, снова приложив руку к груди, с улыбкой произнесла:

— Лилиту, — и на ее щеках заиграли веселые, чарующие своей непосредственностью ямочки.

Затем взмахнув рукой в сторону Ивана, она попыталась повторить его имя. Иван расцвел еще больше. Голос Лилиту прозвучал так, будто это было самое нежное, самое романтичное, самое сексуальное, черт возьми, слово, из всех слышанных когда-либо Иваном.

Девушка на секунду задумалась и, что-то про себя решив, поманила Ивана пальцем. Она указала на скарабея, произнеся какой-то звук, напоминающий падающую звезду.

— Космический корабль? — в свою очередь сказал Иван, неожиданно быстро сообразив, что от него требуется.

Лилиту наградила его обворожительной улыбкой, от которой у того ноги стали ватные, а сознание поплыло куда-то в нирвану.

Взмахнув рукой, инопланетянка указала ему на открытую дверь, приглашая войти внутрь. Иван не задумался ни на мгновенье. Ни страха, ни осторожности, ни рассудительности в нем больше не осталось. Он решительно поставил ногу на ступеньку.

Крутая спиральная лестница привела его в просторное светлое помещение, по всей видимости, кабину этого гигантского жука. Иван бегло огляделся. Здесь не проглядывало ни одного намека на странные жукоподобные внешние формы, зато сразу же в голове появилось сравнение с роскошной яхтой какой-нибудь суперзвезды.

Сквозь огромное лобовое окно, служившее глазами скарабея, слепило яркое солнце. Иван, от неожиданности зажмурился, а Лилиту села в высокое кресло, и, моментально, кристально-прозрачное окно слегка потемнело, приглушая солнечный свет. Она жестом указала Ивану на кресло, стоящее рядом. Послушный гость незамедлительно принял приглашение. Усевшись, Иван деловито осмотрелся, пытаясь прочувствовать мощь этой странной машины. Ему сразу же захотелось проехать, или, скорее всего, пройти на длинных лапах скарабея хоть пару метров. Затем его внимание привлек растянувшийся под окном, словно бордюр, длинный экран, который плавно загибался, образуя такой же растянутый стол. Точнее сказать, привлек его не сам стол-бордюр, а его покрытие. Было не очень понятно, что это такое. Иван механически провел рукой по гладкой, словно бесконечный плазменный экран, темной поверхности. Неожиданно у него из-под рук вылетел яркий поток света, очертив в пустоте какие-то странные формы. Иван испуганно отшатнулся, а Лилиту звонко рассмеялась. Она пару раз плавно взмахнула рукой и все вызванное Иваном свечение моментально исчезло. Лишь слабым синим светом остались мерцать часть стола и несколько участков бордюра вокруг нее самой. Иван почувствовал себя диким аборигеном какого-нибудь нетронутого цивилизацией острова «Мумбо-Юмбо».

Он сконфуженно улыбнулся и невнятно забормотал извинения, на что инопланетянка не обратила никакого внимания. Девушка сосредоточенно водила руками по светящейся поверхности стола, совершенно позабыв о своем госте. Цвет ее лица: настолько светлый, что казалось, от него идет какое-то внутреннее, чуть голубоватое свечение, приковал взгляд Ивана, не позволяя даже моргнуть. В голове у него снова зашумело, и сладостная волна прошла сквозь тело. С ужасом Иван осознал, что теряет последние капли самообладания. Лилиту, тем временем, встала и, оживленно жестикулируя, что-то произнесла. Иван с трудом пытался сконцентрироваться на том, что она ему показывает. Но это казалось невозможным. Мысли его находились совсем не в той области, где должны были бы быть. Сексуальное влечение захлестывало его словно цунами с каждым звуком, с каждым движением девушки. В конце концов, он уже был не в состоянии себя удержать и, словно пантера на добычу, прыгнул на Лилиту, готовясь сжать ее в объятьях. Но инопланетянка, вероятно, закончив объяснения, развернулась и вышла из кабины в боковую дверь, даже не заметив прыжка странного гостя. А Иван, потеряв опору, на которую рассчитывал прыгнуть, со всего размаха грохнулся на пол, сильно ударившись головой. Несколько секунд он лежал, растирая появившуюся огромную шишку. Его сознание заполнил ужас от того, что здесь могло произойти. Заметила ли она его прыжок или то, что она вышла в этот же момент просто случайность? Иван молился, чтобы это оказалось именно так.

Он медленно поднялся с пола и снова сел в кресло. Стыд съедал его заживо, затмевая собой головную боль от ушиба. Как мог он потерять контроль над собой и позволить животным инстинктам взять верх? Иван решил ждать. В конце концов, он извинится.

Чтобы прогнать ненужные мысли, он развернулся в кресле, разглядывая обстановку корабля. Кабина напоминала большой неправильный полумесяц. Слева, чуть пониже лобового окна, вдоль которого растянулся «плазменный» стол, начиналась винтовая лестница, по которой Иван недавно сюда вошел. Дальше, под вытянутыми боковыми иллюминаторами расположились странными треугольниками светло-бежевые диваны, или, по-крайней мере, то, что выглядело, как диваны. Вогнутая сторона полумесяца представляла собой часть большой колонны, с мерцающим затемненным экраном посреди. Иван подошел ближе. Основная часть колонны, скорее всего, скрывалась за подходящими с обеих сторон стенами. А на экране слабо проглядывали какие-то диаграммы, очень напоминающие картинку на дисплее зарядного устройства для обычных аккумуляторов.

Он взглянул на подходящую к колонне стену, туда, где только что скрылась прекрасная инопланетянка, и снова ему стало стыдно за свой отвратительный выпад. Опасаясь наделать еще каких глупостей, Иван сел обратно. Он тряхнул головой, отгоняя неприятные мысли и усмехнулся. Овальный проем, с раздвижными дверями, напомнил ему эпизод из Звездных войн. «Да…» — вздохнул Иван, почесывая затылок, удивляясь: какие только события не произошли с ним за эту последнюю пару дней, начиная с неожиданного увольнения.

Лилиту вернулась очень скоро. Она осторожно вставила в ухо гостя маленький блестящий наушник и надела на его палец золотой наперсток. Затем снова поколдовала над столом, и перед Иваном вспыхнул голографический экран. Лилиту улыбнулась, вероятно от того, что гость снова отшатнулся от неожиданно вырвавшегося потока света. Она задела рукой экран, будто показывая, что это безопасно. Иван смущенно улыбнулся, вновь ощущая себя идиотом. После небольшой паузы, вероятно сделанной для пугливого гостя, Лилиту указала на возникшую перед ним картинку. Буквально ткнув в нее пальцем, она снова произнесла странные, ни на что не похожие звуки, которые вызвали у Ивана образ теплого молока с хлебом.

— Дом, — сказал он, называя предмет, на который указала девушка.

Она обрадовалась, взяла ладонь Ивана в свои руки и провела его пальцем в наперстке по экрану. Картинка сменилась, а Иван чуть не потерял сознание от прикосновения Лилиту. Она засмеялась и жестом показала ему продолжать дальше. Послушный Иван называл один предмет за другим. Какие-то картинки не вызвали у него никаких затруднений, но некоторые оказались совершенно непонятными. Тогда Иван пытался объяснить то, что видит, с точки зрения своих знаний. После картинок на экране появилось несколько столбцов текста на разных языках. Иван вопросительно взглянул на Лилиту, но та молча указала ему на экран. Пожав плечами Иван выбрал русские слова. Они не были связаны между собой ни смыслом, ни логикой, но Иван, не задумываясь, послушно их прочитал. Лилиту улыбалась, в очередной раз заставляя Ивана млеть от вида ее ямочек на щеках. Затем она вывела на экран несколько разных кусков связного текста, среди которых наравне с научными статьями оказались стихи и даже анекдоты.

После очередного текста, девушка осторожно вынула из уха Ивана наушник, вставила его в непонятно откуда взявшееся отверстие в гладкой плазменной столешнице и продолжила свою ворожбу над мерцающими экранами, вновь забыв про существование гостя. А Иван, будто одурманенный, снова не мог отвести от нее взгляд.

Закончив работу, Лилиту вытащила из столешницы под голограммой тонкую иглу и, о боже, вставила ее себе за ухо.

— Киборг… — с ужасом прошептал Иван, откинувшись в кресле. Но девушка не шевелилась.

Она закрыла глаза, и не подавала никаких признаков жизни. Ивану на мгновенье даже захотелось сбежать, но через несколько секунд, когда девушка снова ожила, мысль о побеге бесследно растворилась. Лилиту посмотрела на Ивана и засмеялась, а тот поймал себя на мысли, что теперь ему больше ничего не надо, и все теряет всякий смысл, если она вдруг почему-то хоть на мгновенье перестанет смеяться…

— Что, я выгляжу, как киборг? — вдруг спросила Лилиту по-русски, но с сильным механическим акцентом.

— Нет, не то чтобы, ну… — промычал Иван невразумительно, даже не обратив внимания, что девушка говорит с ним на его языке. — Я вот про ту иглу говорю.

— А это, — Лилиту взмахнула рукой, слегка задев свое ухо. — Это лишь дешевая примочка, которая нужна мне по работе. Видел бы ты настоящие имплантаты! Вот это киборги! А моя игла и за имплантат-то не считается. Она помогает мне синтезировать языки других рас, если в них есть хоть немного логики, разумеется. Я же переводчица. Перевожу романы, рассказы, стихи. Не весть какая, конечно, но все же. Каждый зарабатывает, чем может!

Иван вытаращил глаза.

— Что, у вас книжки любят читать? — усмехнулся он.

— Положим, на нашей планете их не читают, но ведь мир не сошелся только на ней! В некоторых системах я очень даже известна, — произнесла Лилиту медленно, со слабой хрипотцой в голосе. К радости Ивана, с каждым ее словом неприятный акцент становился заметен все меньше и меньше.

— Надо же! — рассеянно произнес он. — Но откуда ты здесь взялась? Я никогда не слышал, чтобы инопланетяне вот так запросто прилетали на Землю! Ты ведь с другой планеты, или я что-то перепутал?

Лилиту улыбнулась.

— Да, разумеется, с другой. Но, ты ошибаешься. Это не первый наш визит на Ки, хотя лично я еще никогда сюда не прилетала. А так, мы появляемся здесь время от времени. Вообще-то мой компьютер нашел у вас информационную сеть, где есть много чего про нас, хотя там все очень смазано и напутано. Но, доля правды, все же, есть.

— Я, честно говоря, не понимаю, что ты имеешь в виду, — Иван развел руками. — Хотя, подожди, подожди… Конечно! Конец света и все такое… Поэтому ты здесь?! — он хлопнул себя по лбу. — Планета Х! Нибиру! Конечно! Как я мог забыть?! Хотя я не очень этим увлекался, но в последнее время поднялась такая шумиха вокруг приближения мистической планеты. Это ведь про вас?

— Мистическая планета? Нибиру? Наверняка, про нас. Но это не совсем то, что есть на самом деле. Моя планета называется Аннý. А мы — аннунаки.

— Аннунаки? С ума сойти! Это что, злые великаны, которые хотят уничтожить людей?

Лилиту рассмеялась, и ямочки весело заиграли на ее щеках.

— С чего это такие выводы? Хотя после вашей встречи я не удивлюсь, что Император очень рассердится. Особенно, если что-нибудь неприятное произошло с его сыном. Но пока еще Ки цела, значит, у вас остается надежда. Да и у меня тоже, — грустно добавила она.

— Ты говоришь загадками, Лилиту, — сконфуженно сказал Иван. — Я ничего не понимаю. Расскажи лучше все по порядку: откуда взялась ваша планета, кто такая Ки и почему Император должен рассердиться после нашей встречи? Я, конечно, вел себя, как последний придурок, но не на столько же, чтобы сердить столь высоких особ…

Лилиту рассмеялась.

— Ты не представляешь, как странно видеть кого-то, кто совершенно ничего не знает о нашей планете! — перебила она его.

Иван, извиняясь, развел руками.

— Я бы тоже, наверное, удивился, будь я на твоем месте!

— Даже не сомневайся! У нас каждый ребенок знает все эти истории… Ну хорошо… даже не знаю с чего начать… — немного растерянно ответила девушка. — Анну, или как вы говорите Нибиру, каждые 3600 лет появляется в вашей Солнечной системе… Ты ведь знаешь, что такое Солнечная система? — осторожно спросила она.

Иван согласно кивнул.

— Ну вот! А на время перехода, пока планета движется вокруг Солнца, некоторые аннунаки прилетают сюда… Я могу рассказать тебе подробнее, если хочешь.

— Да, было бы не плохо…

Лилиту улыбнулась.

— Отлично! Но если станет не интересно, остановишь меня.

Губы Ивана растянулись в блаженной улыбке.

— Мне ужасно интересно, — промурлыкал он, глядя на девушку, как кот на сметану.

А Лилиту, в свою очередь, поудобнее уселась в кресле, на секунду прикусила губу, собираясь с мыслями, и начала свой рассказ.

— Понимаешь, Иван, наша планета… — Лилиту сделала неуловимое взгляду движение, и перед Иваном замерцал огромный красно-коричневый шар, окруженный светящимися точками. — Наша планета проходит через два измерения.

— Два измерения? Разве такое бывает? — Иван полагал, что после всего случившегося, ничего больше не сможет его удивить, но слова девушки заставили его буквально подскочить в кресле.

— Вообще-то, на самом деле, я не знаю. Никто не знает. Переход в другое измерение — всего лишь общепринятая точка зрения. Объясняют это по-разному, вплоть до перемещений во времени. Но все это лишь предположения.

— И почему это происходит?

— Хороший вопрос, — усмехнулась Лилиту, — но ответа на него, к сожалению тоже нет. Когда-то Анну кружила только вокруг своего светила, ничем не отличаясь от других планет. Никто ничего и не подозревал, пока однажды с ней не случилось нечто ужасное. Позже, ходило много слухов о причине этого происшествия, но, ни один их них не подтвердился официально. И не потому, что никто не хотел брать на себя ответственность, а просто никого не осталось, кто бы мог это сделать. Говорили, что во всем виновен один гениальный ученый по имени Апсу. Он проводил эксперименты с пространством и временем, пока однажды не зашел слишком далеко. Другие утверждали, что власти испытывали новое оружие, искажающее реальность, и то, что случилось с планетой — стало последствием этого испытания. Но никаких доказательств никто никогда не находил.

— Знакомая ситуация, — кивнул Иван. — И что же случилось?

— Анну словно бы провалилась в какую-то дыру. Временную ли, меняющую измерение или переносящую на другой конец Вселенной: разницы в этом нет. В считанные мгновенья она оказалась в совершенно необычном для себя месте, окруженная незнакомыми планетами. И это место стало настоящим адом. Гравитационные поля появившихся грозных соседей в буквальном смысле раздирали Анну, убивая на ней все живое. Тогда погибла большая часть аннунаков. Да и у оставшихся надежда на спасение таяла, словно утренний туман. Но когда они смирились с тем, что обречены, Анну, завершив оборот вокруг нового солнца, вернулась в свою спокойную галактику. Но радовались аннунаки не долго. Через какое-то время планета опять попала в губительное место, а им предстояло снова играть в догонялки со смертью.

Иван сочувственно смотрел на девушку.

— Да, не позавидуешь, — протянул он. — Но ведь у вас есть корабли?

— Конечно, — Лилиту улыбнулась. — Только это сейчас. Когда все произошло в первый раз, на Анну не осталось камня на камне! Это случилось неожиданно и очень быстро. И то, что существовало до перехода — исчезло без следа, не оставляя аннунакам никакого шанса на возвращение прежней безмятежной жизни.

— И что же потом?

— Потом, поняв, что конца этому не будет, и перемещения не избежать, аннунаки принялись искать способ, как выжить во время перехода. Они строили себе бункеры и ковчеги, но это не слишком помогало. Каждый цикл Анну, словно птица Феникс из старинных поверий, вместе с тысячами аннунаков умирала, чтобы потом снова возродиться из грязи, пепла и обломков. Проблему решили, когда появились первые космические ковчеги. Аннунаки могли оставаться в своем измерении на время перехода Анну.

— Тогда почему вы снова здесь? — удивился Иван. — Ведь это опасно!

— Ох, Иван, с тех пор прошло столько времени! Ты подожди с вопросами. Давай я вначале все расскажу, а потом ты спросишь, что не понятно, хорошо?

Иван сконфуженно кивнул, а Лилиту продолжила: «Отсиживаясь в космических ковчегах, наши предки начали забывать пережитый страх перед незнакомым миром. Их стало тянуть в неизведанное место. Мало по малу, они занялись его изучением, и как следствие открыли Ки, или как вы говорите, Землю. Планета оказалась с почти идеальной атмосферой для аннунаков, причем не заселенная разумными существами! Как будто природа сама позаботилась о втором доме для нас. Интерес к Ки возрастал по мере ее изучения.

Она оказалась настоящим сокровищем! Там было все! Но особым сюрпризом стал один очень ценный в нашем мире металл. Вы называете его «золото». У нас оно встречается редко. Поэтому аннунаки, пораженные его количеством на Земле, конечно же, сразу занялись его добычей. Из него начали создавать защиту для космических ковчегов и кораблей, а чуть позже стали использовать, как дополнительный источник энергии. Представляешь, сколько проблем это могло решить? Но за те 12 лет земных лет, что Анну находится в Солнечной системе, добытое золото составляло лишь каплю в море от необходимой потребности. А цена на этот металл, и без того высокая, взлетела в несколько раз, как только его стали широко использовать в кораблестроении.

Началась «золотая лихорадка». К сожалению, она привлекла к себе не только аннунаков. Жители других планет тоже ринулись в погоню за легкой наживой. Разумеется, ученые пытались воспроизвести золото искусственным путем, но безрезультатно. И не смотря на то, что каждое перемещение на Ки отправлялись золотодобытчики с разных планет, спрос на золото возрастал все больше и больше. Тогда некоторые старатели решили остаться на Земле, чтобы накопить приличный запас драгоценного металла к следующему перемещению. Но они не учли разницу в течении времени. Видишь ли, время в наших измерениях невозможно сопоставить. И пока их планета отсутствовала, аннунакам пришлось трудиться 3600 земных лет. Это оказалось слишком утомительно. Многие из них умерли на новой планете. После нескольких циклов, когда Анну в очередной раз перешла в ваше измерение, аннунаки, оставленные на Ки стали протестовать. Конечно, кому захочется сидеть в рудниках столь продолжительное время! Это заставило императора задуматься.

После продолжительных дискуссий с советниками он отправил на Землю группу генетиков во главе с ведущим ученым Энки. Им предстояло создать подобие разумного существа, способного выполнять определенную работу. Тогда аннунакам не пришлось бы больше заниматься столь изнурительным трудом. Через несколько циклов, после множества неудачных опытов генетического скрещивания, ученые таки добились положительных результатов. После смешивания генов примитивных земных прямоходящих с генами самих аннунаков, они получили превосходных слуг, которых назвали «адаму»[3]. Адаму добывали золото и прислуживали аннунакам, безропотно выполняя свое предназначение. Конечно, их не делали слишком разумными, чтобы они не задавались философскими вопросами бытия. Но все же, важной особенностью адаму стала способность к обучению, чтобы, по мере надобности, использовать их для различных целей.

Кстати сказать, в создании адаму на Ки участвовала моя прабабка. Она была ассистенткой ученого Энки. Именно ею выношенный ребенок стал первым адаму. Потом до конца жизни ее называли Мамми[4], хотя, на самом деле, ее имя звучит почти так же, как моё: Лилит. Энки просил ее выносить и второго ребенка другого пола, чтобы адаму могли воспроизводиться самостоятельно. Но прабабка, памятуя об очень тяжелой беременности и других малоприятных обстоятельствах, наотрез отказалась. Все-таки разные генетические формы, сам понимаешь… Когда родился адаму, Мамми сразу же улетела с Ки и больше сюда никогда не возвращалась. Энки был в ярости. После стольких попыток у него, наконец, получился приличный образец, а его верная ассистентка оставила его не солоно хлебавши в самый неподходящий момент. Энки боялся, что эксперимент провалится, так как адаму не сможет размножаться. Но все-таки он не зря считался гениальным ученым. В конце концов, он нашел выход, создав клон[5] адаму противоположного пола…»

Иван сидел, открыв рот. Впервые в жизни он ловил каждое слово собеседника, и ни разу его мысли не улетели в сторону. Услышанное шокировало его. Кто такой Адаму — он, конечно, хорошо понимал. Кто ж не знает Адама и Еву! Он даже где-то читал историю, что первой женой Адама была своевольная Лилит, которая вскоре оставила капризного мужа. Но спустя какое-то время Адам понял, что без жены ему скучно, и обратился к богу. Тот же, в свою очередь, через ангелов просил Лилит вернуться к мужу, но она отказалась. Тогда ее провозгласили демоном, пожирающим младенцев, а для Адама бог создал из ребра новую послушную жену — Еву. Но мифы мифами, а что б вот так все вышло на самом деле! И что его предки вовсе не обезьяны, или точнее сказать не только обезьяны! Здесь у кого хочешь крыша поедет!..

А Лилиту тем временем продолжала свой рассказ: «В то же время, на Ки находилось множество представителей с разных планет. Каждый мечтал о легком заработке! Но это привело к постоянным спорам. Между добытчиками началась серьезные стычки, которые вылились в Большую Галактическую войну. Конечно, главными зачинщиками тех печальных событий стали нефилимы под предводительством императорского наместника Энлиля. Нефилимы, это как раз и есть те злые гиганты, которые чуть не уничтожили саму планету, не говоря уже про других добытчиков и тем более про адаму, у которых, к слову сказать, совсем не оставалось шансов выжить, если бы не их создатель.

Энки не мог позволить своему творению бесследно сгинуть в небытие. Прослышав о надвигающемся мятеже, он, втайне от наместника и его прислужников, помог нескольким семьям адаму построить ковчеги, наподобие тех, что в свое время строились на Анну. Энки не знал, что задумал Энлиль, но решил позаботиться обо всем живом на Земле. Он боялся, что наместник снова использует свое разрушительное оружие, которое уже однажды продемонстрировал, развеяв в пыль Кингу. Кингу это один из спутников Тиамант. Хотя про Тиамант вы вряд ли что-то знаете, но не важно. Энки полагал, что Энлиль хочет разрушить Ки, и вернуться обратно на Анну. Но планы императорского наместника оказались настолько коварны, что даже великий ученый не смог предположить ничего подобного, чтобы предотвратить это.

На самом деле, наместник хотел взорвать Анну, и, с помощью воинственных нефилимов заставить Императора подчиниться своей власти на Земле. Другими словами, он сам решил стать Императором. Но планам злодея не удалось сбыться. Он переоценил свои способности. Удар был отражен в сторону спутника соседней планеты Тиамант. Эта луна сошла с орбиты и врезалась в свою хозяйку. И планета, и спутник, в мгновенье ока разлетелись на множество осколков. Некоторые из них улетели достаточно далеко от своей бывшей орбиты и сбили несколько космических ковчегов. Вдобавок ко всему, большой осколок, после столкновения с гигантским кораблем, изменил свое направление и упал на Ки, вызвав своим падением сдвиг земной коры. За несколько часов на Земле погибло почти все, что было создано природой и самими аннунаками. Нефилимы же, народ, плохо поддающийся организации, вышли из под контроля Энлиля и учинили беспорядок, который перерос в Большую Галактическую войну».

Иван смотрел на девушку, как кот на сметану и мечтательно улыбался. Механический акцент исчез без следа, и он наслаждался мелодикой ее голоса. Он уже устал удивляться и слушал девушку, словно та рассказывала занимательную фантастическую историю.

«Благодаря счастливой случайности, — увлеченно продолжала инопланетянка, — большинству аннунаков, живших на Земле, удалось спастись. Но Император был просто таки в бешенстве. На время войны он закрыл Анну для посещений и объявил Ки своей собственностью. А после подписания мирного договора, лишь единицы получили разрешение на посещение голубой планеты, но уже никто не мог оставаться там полный цикл. К тому же, после окончания войны, ученые, все-таки, смогли синтезировать идентичный золоту сплав и необходимость в его добыче исчезла.

Долгое время только избранным разрешалось прилетать сюда, но своими рассказами о невероятных приключениях они разбудили интерес к этому измерению. Все захотели воочию увидеть, куда попадает Анну, исчезая со своей орбиты. Тогда Император решил превратить переход в туристическое развлечение, чтобы использовать доходы на создание защитного барьера для Анну. Он создал систему, так что каждый желающий смог бы побывать в этом мире. Хотя, конечно, на Ки обычным аннунакам не попасть. Это им не по карману. Но они могут позволить себе купить билет в приличную каюту на ковчеге и любоваться на голубую планету через мощные иллюминаторы-телескопы. У малообеспеченных аннунаков тоже есть шанс попасть в сюда. Император оплачивает проживание бедняков, чтобы заработать себе хорошую репутацию в Галактике и повысить интерес к этому предприятию. Конечно, каюты бедняков больше напоминают ночлежки, и у их обитателей очень ограниченное перемещение по ковчегу. Но, надо отдать должное: для них специально оборудован огромный зал с отличными экранными телескопами. Как видишь, Император нашел путь, чтобы извлечь из Ки максимальную выгоду, в то же время, гарантируя безопасность планете.

— Здорово! — воскликнул зачарованный Иван. — Я бы тоже не отказался от билетика в ваше измерение! Интересно, мы не сможем попасть под определение малообеспеченных аннунаков? Ведь из твоего рассказа выходит, что аннунаки наши прародители!

— Да, интересное предположение, — улыбнулась Лилиту. — Нам, вообще-то, объясняют это немного по-другому… Я думаю, вряд ли…

— Эх, жаль! А такой вот кораблик, как у тебя, трудно достать? — Иван мечтательно улыбнулся и ласково погладил ручки кресла. — Многое я бы отдал, что бы хотя б разок на таком прокатиться!

— Мне тоже он нравится! Только я называю его «Скарабея». Но хочу тебя огорчить: купить такой корабль обычный аннунак не в состоянии, а уж тем более адаму… Я и сама еще недавно могла позволить себе лишь билет в каюту среднего класса. Да и для такого билета пришлось бы во многом себя урезать! Мне просто случайно жутко повезло. Совсем недавно я смогла удачно продать свои переводы «Хроник Мерона» на Кантелионе и Акве. Теперь я там большая знаменитость! К тому же, Хроники принесли мне кругленькую сумму на банковский счет. Только поэтому я и смогла купить эту красавицу!

Лилиту развела руками, жестом давая понять, что за «красавицу» она имеет в виду.

— Но кроме нее у меня ничего нет… А вообще, купить такую шикарную машину может позволить себе лишь богатый до безобразия «денежный мешок». В основном это аристократия, политики, бизнесмены. Многие из них с других планет. Они и взлетают первыми. Это тоже стоит не малых денег, потому что, приехав раньше, есть шанс не только занять лучшее место для стоянки, но и прослыть божеством у адаму, если те все еще не вымерли. Ведь по рассказам аннунаков, побывавших на Ки, адаму относятся к нам, как к богам. Это здорово льстит самолюбию. А кто не захочет попробовать себя в роли создателя? Но, наверное, тебе это не интересно? — спохватившись, воскликнула Лилиту и вскочила с кресла. — Меня иногда нужно останавливать.

— Нет-нет, что ты, это очень интересно! Я бы слушал тебя без перерыва все оставшееся мне время…

Но вдруг тень пробежала по лицу Ивана.

— Постой! — сказал он с испугом. — Сейчас ведь за тобой приедут!

— За мной? — глаза Лилиту широко раскрылись. — Те, кто по нам стрелял?

— Стрелял? — не понял Иван.

— Да! А ты разве не знал? Не успели мы приблизиться к Ки, как нас стали один за другим отстреливать, словно бы мы стая диких уток. Не будь моя Скарабея такой маневренной и быстрой, я уже, как и другие, превратилась бы в космическую пыль.

На Ивана было жалко смотреть. Он сидел здесь в горах и ничего не знал, а там, оказывается, где-то далеко шла атака инопланетных кораблей! И с каждым сказанным словом, с каждым новым жестом Лилиту в душе Ивана все сильнее и сильнее разгорался огонь сомнений: а не поспешил ли он со звонком?

— Тебе нужно срочно улетать отсюда! Я не знал, что в вас стреляли, — встревожено сказал Иван. — Я вообще ничего не знал. Сидел здесь, как осел, радовался не понятно чему. Я не понимаю, зачем в вас стреляли?! — Ивана все больше и больше охватывало возмущение. Он уже давно забыл о своем страхе и растерянности и не понимал, или не хотел понять, зачем стрелять по гражданским кораблям, пусть даже инопланетным? Нет, он не только позволит скрыться этой ни в чем неповинной девушке, но и сам ей в этом поможет. Иван поднялся, полный решимости и отчаяния.

— У тебя есть какие-то идеи, что делать? — спросил он. — Если нет, мы можем поехать ко мне. Ну, или к кому-нибудь из моих знакомых.

— Это очень мило с твоей стороны, Иван, но я хочу найти своих друзей. Когда началась стрельба, мы договорились о встрече. Как-то все в этот раз получилось не правильно. Мне вечно везет вляпаться в какую-нибудь историю!

Лилиту задумчиво посмотрела сквозь Ивана, будто его здесь и не было. Затем встряхнула волосами и взмахнула рукой над столом, где снова вырос мерцающий голограммный экран.

— Вот, отсюда идет сигнал для встречи, — сказала она, указав пальцем на появившейся карте местности, а мы — здесь.

Иван внимательно вгляделся. Как большой любитель горных трофи-рейдов — соревнований, по преодолению бездорожья, он мог ориентироваться в горах достаточно хорошо.

— Не так далеко, — кивнул он удовлетворенно. — Но ты не можешь просто так лететь на своем жуке. Это привлечет ненужное внимание.

— Я тоже так думаю. К тому же, после такого бешеного полета аккумуляторы полностью разрядились. Поэтому Скарабея в ближайшие двое земных суток не сдвинется с места раньше. Что же делать? — Лилиту растерянно смотрела на Ивана.

— Да, прошло уже достаточно времени, — озабоченно сказал тот. — За тобой должны прилететь с минуты на минуту. Нужно уезжать отсюда. Нам нельзя медлить. Давай позаимствуем машину у хозяина этого заведения, — он кивнул в сторону большого особняка. — Ну а Скарабею придется оставить здесь. Правда, тебе нужна другая одежда. В этом наряде тебя легко вычислят.

Лилиту обреченно вздохнула. Она встала и подошла к круглым дверям, поманив за собой Ивана.

— Пойдем, поможешь мне подобрать что-нибудь подходящее, — сказала она, входя внутрь.

По ту сторону дверей оказалась уютная жилая комната, большую часть которой занимал заваленный разноцветными подушками диван. Лилиту быстро прошла внутрь, не обращая внимания на беспорядок. Следуя за ней, Иван успел разглядеть возле стены подобие небольшой кухоньки. На развешанных по стене разнокалиберных полках среди непонятных вещей он даже заметил кувшин с высоким тонким горлышком и стопку тарелок… обычных земных тарелок… Иван усмехнулся мысли, что находясь на инопланетном космическом корабле, его взгляд притянул такой обыденный предмет, когда вокруг столько необычного!..

Как только девушка подошла к стене, перед ней снова раздвинулась полукруглая дверь, открывая вместительный гардероб. Яркий свет вытеснил темноту и солнечными зайчиками запрыгал на стенах. Иван присвистнул. Вся одежда Лилиту отливала золотыми тонами. Он разочарованно покрутил головой, давая понять девушке, что ничего из этого в данный момент не подойдет. Тогда инопланетянка без слов нажала на запястье, и словно по волшебству перед ней возник небольшой мерцающий экран. Она кивком пригласила Ивана присоединиться.

— Посмотри, может здесь найдется что-нибудь подходящее? — спросила она, перелистывая экран словно страницы журнала с фотографиями моделей в современной земной одежде.

Иван, глядя на картинки, снова и снова отрицательно качал головой.

— Вот, — наконец произнес он, указав на девушку в джинсах и кожаной куртке.

Лилиту сморщила носик.

— Пффф! Ничего интереснее?

— Тебе не стоит привлекать к себе внимания, поэтому и одежда такая невзрачная.

Лилиту обреченно кивнула и скрылась в гардеробе. Через минуту она вышла в наряде, идентичном картинке. Пораженный Иван захлопал глазами.

— Как это? — лишь выдавил он.

Лилиту улыбнулась.

— Частотный костюм. Принимает любой внешний вид. Это уже давно не новинка в нашем мире. Нужно лишь задать определенные параметры, и «через минуту у тебя под рукой есть желаемый вид одежды», — насмешливо продекламировала она. — Это слоган из рекламы производителей. Хотя, этот костюм, действительно, очень полезная вещь. Особенно, когда путешествуешь по разным планетам и не хочешь выглядеть белой вороной.

— Здорово! — Иван украдкой взглянул на часы. — Но мы должны поторапливаться. Сюда вот-вот нагрянет какой-нибудь спецназ.

Оказавшись на улице, Лилиту грустно вздохнула.

— Мне очень тяжело вот так запросто оставить Скарабею. Это же мой дом! Как я вернусь без нее обратно?

— Я бы сейчас думал о другом, — немного нервно ответил Иван, поглядывая то на часы, то на небо.

— Может, мне лучше изменить ее внешний вид? Как ты думаешь?

Иван пожал плечами, а Лилиту снова задела запястье. Точнее сказать, не само запястье, а прибор, который там поблескивал. Если не приглядываться, то выглядел он как обычные наручные часы, только вместо циферблата сверкала туго закрученная золотая спираль. Девушка плавно провела рукой по появившемуся мерцающему экрану, и скарабей будто бы растворился, оставляя лишь какое-то смутное искажение воздуха.

— Ух ты, впечатляет! Как это ты делаешь?

— Так же как и с костюмом. Я просто изменяю частоту ее колебаний. Другими словами, то что видит глаз — совсем не то, что есть на самом деле.

— Ммм, — многозначительно кивнул Иван. — А во что-нибудь другое она умеет превращаться?

Лилиту, сделав еще пару манипуляций на экране, «превратила» искаженный воздух в маленькую копию большого особняка.

— Это уже лучше, но еще не то. А если превратить корабль в джип?

— В джип? Какой джип?

— Сейчас покажу.

И Иван помчался в гараж, вывел машину во двор и подъехал прямо к золотому жуку.

— Если твоя Скарабея станет выглядеть, как хозяйская машина, то, может, и пропажу джипа не сразу заметят?

Лилиту, соглашаясь, «превратила» жука в машину.

— Здорово сработано! — воскликнул пораженный Иван, пытаясь погладить новоиспеченный джип по капоту. Но, это у него не вышло. Не смотря на внешнюю видимость, на ощупь корабль оставался все тем же скарабеем.

Иван хмыкнул. Да, раскрыть тайну джипа не станет ни для кого проблемой. Особенно если учесть растаявший вокруг снег. Но делиться этими соображениями с Лилиту не стал. В очередной раз Иван взглянул на небо: едва ли у них еще есть время на другие ухищрения. Вот-вот появится вертолет.

— Нам надо поскорее отсюда уезжать, — сказал он, открывая для Лилиту дверцу машины. — Садись!

Девушка с грустью провела рукой по своему сокровищу, но выбирать ей опять не приходилось.

— Может, никто ее и не заметит, а когда я найду друзей, мы могли бы вернуться обратно и забрать ее. Как ты думаешь, Иван? — скорее всего утешая саму себя, спросила она.

— Да, разумеется, — торопливо буркнул тот, стараясь задом проехать по собственным следам на снегу.

Иван вывел машину из поместья и вернулся обратно в сторожку. Первым делом он поставил компьютер, к которому подсоединены камеры наблюдения, на форматирование. Затем заглянул в ящики стола: где-то в одном из них он еще раньше видел пачку банкнот. Конечно, воровство в привычки Ивана не входило, но он уже взял машину, что уж говорить про несколько тысяч рублей. Разумеется, он бы не взял ни денег, ни машины, не рассчитывай он все это впоследствии вернуть. Ведь собираясь провести пару дней в горном поместье, он никак не предполагал встретить здесь прекрасную инопланетянку, которой, возможно, грозит опасность. А если учесть, что их корабли сбивают, то кто знает, что ждет Лилиту при встрече с властями? Противоречивые чувства переполняли Ивана, но он не мог позволить кому-либо причинить девушке хоть какую-то неприятность.

Напоследок, Иван взял с журнального столика радиотелефон, выложил свой мобильник и уже через несколько минут они с Лилиту мчались, насколько это было возможным, по горному бездорожью, прочь от особняка Таира Мерзаева.

Над сверкающими ослепительной белизной вершинами гор летели два военно-транспортных вертолета. Оставив позади очередной хребет, они направились к открывшемуся на искусственном плато горному поместью. Несомненно, хозяин этих владений — сказочно богатый человек. Подобное поместье и на равнинной местности дело не одного миллиона. А построить такую роскошь в горах выльется на несколько порядков дороже!

Нужный сигнал шел именно отсюда. Вертолеты закружили над поместьем. Но там было безлюдно и спокойно. Тогда один из них опустился на площадку, в то время, как второй завис в воздухе, готовый в любую минуту открыть огонь по неприятелю. Высадившиеся спецназовцы перебежками направилась в сторону особняка, скрупулезно проверяя все вокруг. Когда они, прикрывая друг друга, осторожно вошли в незапертую дверь гаража, второй вертолет тоже пошел на посадку.

Сегодня бригады спецназа нарасхват. Да и не удивительно: объявлять повышенную боевую готовность просто так не будут. Но, ребята никак не могли поверить в то, что им предстояло искать. Конечно, обсуждать приказы в армии вещь совершенно неуместная, но и охотиться за летающими тарелками, существование которых никто никогда и всерьез-то не воспринимал — это уж слишком! Но как бы там ни было, задание есть задание. С первого взгляда ничего не вызывало подозрения, если не считать большую круглую проталину посреди двора вокруг внушительного джипа. К сожалению, бойцы не раз убеждались на опыте: чем меньше подозрений — тем сложнее оказывается задание.

Командир отряда майор Дьяченко, пройдя через гараж в коттедж, стоящий на входе в поместье, внимательно осмотрелся. Здесь явно чувствовалось чье-то недавнее присутствие. Он выглянул в окно. Из приземлившегося вертолета выходил начальник штаба воинской части, куда на сегодня прикомандировали его бригаду. Майор не понимал, зачем полковник полетел с ними на задание? Конечно, сегодня не самый обычный день, но присутствие командира части только осложняет все дело!

Полковник вошел одновременно с сержантом, закончившим проверку гаража.

— Товарищ полковник! Разрешите обратиться к товарищу майору? — и, получив согласие, повернулся к Дьяченко. — Ничего подозрительного не обнаружили, товарищ майор!

— А люди? Человека, которого звонил, не нашли? — взволнованно спросил полковник.

— Никак нет. Никого.

— Этого не может быть! Ищите! — глухо сказал Дарин. — Обыщите каждый сантиметр, человека звонившего или его… — он сглотнул воздух, — то, что от него осталось, найдите. Я сам ему посоветовал спрятаться. Позовите его. Его имя Иван Демин. Вдруг он откликнется. И не забывайте, человек очень напуган.

— Есть, товарищ полковник! — рявкнул сержант. — Ребята уже обыскивают дом.

Он кивнул на противоположное окно, выходящее во внутренний двор. Там группа спецназовцев обходила подозрительно стоящий посреди прогалины джип. Парни как-то странно водили руками в воздухе, не дотрагиваясь до машины, будто перед ними находилась невидимая преграда. Неожиданно они резко отступили к сторожке, взяв джип на прицел.

— Товарищ ма… полковник!!! — крикнул вбежавший боец. — Там, на поляне неопознанный объект. Ничего общего с джипом на ощупь!

— Взгляните, товарищ полковник, — вмешался майор, — вот мобильник, на сигнал которого мы летели.

Дарин побледнел.

— Это ваш родственник? — участливо спросил Дьяченко.

Полковник кивнул.

— Сожалею, — тихо произнес тот.

— Рано еще сожалеть, рано, — немного сердито ответил Дарин, но глаза его потускнели. — Возможно, все не так, как мы думаем. Наверное, его искать надо там — и он мотнул головой на загадочную машину.

Тщательно осмотрев все поместье и странный объект посреди двора, бойцы собрались в коттедже. Ни звонившего Демина, ни загадочных инопланетян обнаружить так и не удалось.

— Что будем делать, товарищ полковник? — спросил майор, выслушав неутешительный рапорт. — Куда они могли деться?

— Да, задачка… А ты что скажешь, лейтенант, — спросил полковник, поворачиваясь к сидящему перед экранами молодому офицеру.

Тот разочарованно вздохнул.

— Не знаю, смогу ли я восстановить хоть что-нибудь. Здесь кто-то профессионально поработал и стер все записи. Видать не хотели показать, что произошло.

— Да, если ничего не удастся восстановить, шансов найти беглецов останется не так много, — заметил Дьяченко. — Жаль, что мы прилетели поздновато. Чуть бы пораньше! Сейчас мои ребята прочесывают окрестности. Там тоже никаких следов, кроме автомобильных. Зато уж тех — хоть отбавляй! Вот только во многих местах снег подтаял, и трудно понять какой след последний.

Полковник закрыл ладонью глаза. Он уже представлял слезы жены. Конечно, всегда тяжело сообщать плохие новости, но когда это случается в твоей семье…

— Товарищ полковник, есть! — мысли Дарина перебил ликующий возглас из глубины комнаты. — Удалось восстановить всего лишь несколько секунд, но это уже хороший след. Вот смотрите: кто-то на джипе.

Полковник не заметил, как оказался возле компьютера.

— А почему темно? — спросил он.

— Наверное, это ночью, — растерянно ответил лейтенант, поняв, что нашел не то, что искал.

— Да, ночью… — задумчиво протянул Дарин. — Ночью тарелок еще не было. А лицо видно? Можешь мне его показать?

Лейтенант попробовал увеличить лицо шофера, но даже при столь маленьком изображении полковник видел, что это не Иван.

— И все, больше ничего? — спросил майор.

— Нет, товарищ майор, к сожалению. Но ведь это случилось сегодня ночью. А насколько я знаю, никакого джипа мы не нашли. Вернее то, что казалось джипом, вовсе таковым не является, — ответил лейтенант.

— Что ты хочешь сказать? — с надеждой спросил Дарин. — Джип приехал этой ночью, поэтому есть шанс, что наши пришельцы уехали отсюда на машине?

— Так точно, товарищ полковник.

— Я даже скажу больше, — вмешался майор. — Этой ночью приехало 2 машины, затем одна уехала, а вторая осталась, но через какое-то время на этой машине кто-то хорошенько везде поездил.

— Откуда такая информация? — удивился полковник.

— Я просто сопоставил то, что нашли ребята и то, что рассказал лейтенант, — Дьяченко выглядел очень довольным.

— Отлично, майор, — полковник развернулся к лейтенанту. — Что конкретно по джипу нашел? Я думаю, в первую очередь, мы должны заняться его поисками. Номера можешь прочитать?

— Да темно слишком, товарищ полковник. Похоже какой-то кавказец за рулем, а номера не видно.

— Ничего… Майор, пошлите фото в ГАИ, пусть ищут кавказца на джипе. Или Ивана. Или их обоих. Ваша задача найти и Демина, и инопланетян.

— Есть, товарищ полковник!

— Не пойму только, почему Иван оставил мобильник? Хотя, может, и не он это оставил… — лицо Дарина передернулось, но он взял себя в руки и продолжил. — Я лечу в штаб. Здесь обязательно должен кто-то дежурить. Я думаю, что пришельцы обязательно вернутся за кораблем. Но джип, или что там под ним, тоже в часть! Пусть сами к нам приходят, черти!

Иван медленно, но уверенно вел машину по подмерзшей горной дороге.

— Довольно странно, что этот затерянный путь есть в навигации. Наверняка, карты собственного производства, — заметил Иван, как бы невзначай, чтобы прервать наступившую неловкую продолжительную паузу.

На Лилиту было жалко смотреть. Ее темные миндалевидные глаза широко раскрылись, а длинные тонкие пальцы судорожно вцепились в ручку над дверями.

— Спастись от ракетной атаки, чтобы погибнуть вот так запросто в этих жутких местах?! Что, у вас нет другой техники для таких маршрутов? Если честно, я бы предпочла по воздуху. Неужели никто никогда у вас не задумывался, что колесный транспорт не очень удобен! Особенно на таких вот безумных дорогах!..

Она говорила еще много чего, зажмуриваясь на каждом ухабе и крутом повороте. Иван, молча, вел машину, стараясь не обращать внимания на жалобы своей новой знакомой. Кроме мощности мотора в горах важно умение водителя. Но что-что, а уж это умение у Ивана было на должном уровне. Ему не раз приходилось ездить по горным дебрям. Поэтому он чувствовал себя вполне уверено, в то время, как для Лилиту это оказался первый опыт земных дорог.

— Расскажи еще что-нибудь о своем мире, — предложил Иван. — И мне интересно, да и ты отвлечешься от дороги.

— А что тебя интересует?

— Ну не знаю. Столько всего непонятного! Вот почему, к примеру, наместником на Земле назначили… как его опять имя? Ну тот, кто пошел против императора? Почему он, а не тот ученый, который создал людей?

— Энлиль — ты имеешь в виду? — Лилиту усмехнулась. — Это не объяснить в двух словах. Энлиль был видный вельможа, к тому же очень честолюбивый. Лучше, если я расскажу тебе всю историю с самого начала. У нас ведь все равно много времени.

— Конечно! За разговорами и путь короче! — улыбнулся Иван.

— Хорошо. Но сразу скажу, я родилась намного позже тех событий, поэтому знаю лишь то, что написано в учебниках по истории. Хотя, не смотря на давность, у нас любят поговорить на эту тему.

Иван улыбнулся, а Лилиту собралась с мыслями и после короткой паузы продолжила свой рассказ.

— Я уже говорила, что когда Анну, попадет в ваше измерение, она становится опасной для жизни. Осознав, что катастроф не избежать, аннунаки принялись искать способ, как выжить во время перехода. Тогда всех объединил юный игиг Аншар. Он проявил себя еще ребенком…

— А что такое игиг? — прервал ее Иван.

— Игиги — это одна из рас аннунаков. Это исполины. Некоторые их них высотой до 5 метров. Уже в детстве они выше, чем другие расы в зрелости. Но Аншар отличался не только ростом и силой. Его ловкость и сообразительность помогла выжить не одному десятку аннунаков. Они охотно держались возле своего молодого спасителя и во всем полагались на него. В конце концов, Аншар стал их предводителем, а потом и Императором Анну. В то время все силы аннунаков уходили на выживание. Конечно, Аншар прекрасно понимал, что спасение зависит не только от физической выносливости, и чтобы вырваться из замкнутого круга, занялся поисками знаний предыдущих поколений. Окружив себя талантливыми аннунаками, он искал способ защитить свой народ на время перехода планеты. Среди его окружения внезапно выделился молодой игиг Энки. Несмотря на низкорослость, вряд ли он был выше двух метров, по интеллекту Энки опережал весь ученый двор Аншара. Энки любил своего покровителя, как отца, потому что был обязан ему жизнью и не отходил от него ни на шаг. Вероятно, из-за физической недостаточности, Энки никогда не лез в драку и славился спокойным радушным характером. Он всегда пытался найти мирный выход из любого положения. Будучи сиротой, он решил, во что бы то ни стало, придумать, как помочь аннунакам не терять близких. Используя найденные императором разработки, Энки, сконструировал Апсу — первый космический ковчег, который на время перехода Анну мог оставаться, в своем измерении, спокойно ожидая возвращения планеты.

С появлением ковчегов смертельная угроза миновала, но сама жизнь аннунаков все еще не устроилась. В это время в поле зрения Императора появился блистательный во всех отношениях игиг Энлиль. Красив, умен, силен, ловок, высок… другими словами: само совершенство! Аншар не мог нарадоваться своему новому фавориту. Энлиль — непоседа. В отличие от осторожного и немного пассивного Энки, он не думает про опасность и всегда идет напролом. Энлиль предложил императору не отсиживаться во время перехода Анну, а исследовать новую галактику, объясняя это возможностью извлечь выгоду из создавшегося положения. И, как следовало ожидать, великолепный Энлиль оказался прав.

В новом измерении нашлось, чем поживиться. Особенно всех привлекла Ки: маленькая голубая планета. Она стала центром всеобщего внимания. Многие аннунаки даже переселились на нее, в надежде найти новый спокойный дом. Но оказалось, что выжить на Ки не так уж легко. Тот, кто надолго здесь задерживался — умирал. Это связано с высоким атмосферным давлением. Сразу это не заметно. Но со временем аннунаки поняли это и покинули планету. Но не все. Энлиль, следуя совету мудрого Энки, изучавшего Ки, построил шикарный дворец высоко в горах, там, где воздух разряженный, и не давит так сильно на наши плечи. Сам Энки тоже переселился на Ки. Ученого прельщало неизведанное море исследований. Он открыл здесь много полезного для аннунаков. А самой важной его находкой стало, разумеется, золото. Исследовав качества этого металла, Энки предложил использовать его для наружного покрытия обшивки ковчегов и построил золотодобывающие шахты. Вскоре Энлиль понял: какой источник богатства нашел Энки, и тоже занялся разработкой месторождений.

— Так вот откуда те сто-тысячелетние шахты в Африке! — неожиданно воскликнул Иван.

— Наверное, — пожимая плечами, согласилась Лилиту. — Я, честно говоря, не знаю, где именно они их строили. Но если ты говоришь, что тем шахтам больше, чем сто тысяч лет, то, вполне вероятно, это именно они и есть.

— Теперь понятно, почему этот великолепный Энлиль стал главным! Потому что нашел новый источник дохода? Я прав?

Инопланетянка склонила голову.

— Может быть, это тоже повлияло на его возвышение. Но основная причина не в этом. Однажды, Энки рассказал Аншару о возможной опасности, поджидающей их в новом измерении. Во время наблюдений за планетами он заметил, что гравитационные силы Анну послужили причиной отклонения одного из спутников ближайшей к ней планеты. По расчетам Энки Кингу, сместившийся со своей орбиты спутник, вскоре окажется в опасной близости к самой Анну, так что столкновение станет неизбежностью. Это известие словно громом поразило Императора. Аншар умолял Энки придумать что-нибудь, но ученый не видел выхода. Он лишь предложил оставить Анну и навсегда поселиться на Ки. Император же не мог с этим согласиться. Да и аннунаки роптали. Если они потеряют свой дом, где они будут жить? Переселяться в опасное измерение, где их ждет неминуемая смерть, никто не хотел.

Великий Аншар даже в мыслях не мог допустить гибели планеты. Он не прекращал борьбу ни на миг. Вместе со своим фаворитом Энлилем они пытались разрушить временную дыру, находясь в своем измерении. Но это не принесло никаких результатов, или, скажем, не те, которые император хотел бы достигнуть.

Аншар очень страдал. Спутник приближался, и шансы предотвратить катастрофу стремительно таяли. Когда Император потерял последнюю надежду спасти планету, снова появился вездесущий Энлиль и заявил, что сможет убрать Кингу с дороги. Но за это он просил первенство среди аннунаков, полную власть над ними и любую поддержку, что он попросит. Удивленный Император предложил своему любимцу самому поговорить с аннунаками. Хитрый Энлиль пригласил всех влиятельных персон, в том числе, и наместников Ки без исключения, в свой роскошный высокогорный дворец. Там он устроил хорошую пирушку, угощая гостей отменным виноградным вином. Поговаривают, что Энлиль, на всякий случай, чтобы не случилось промашки, подсыпал в вино дурманящий порошок. Но об этом точно никто не знает. Возможно, и одного вина было достаточно, чтобы все аннунаки, собранные на «совет» с удовольствием признали первенство радушного хозяина банкета. Они принесли присягу Энлилю, как Первому Наместнику Императора на Ки.

Энлиль выполнил свое обещание — он убрал Кингу с орбиты Анну, разрушив его в космическую пыль с помощью оружия нефилимов. В обмен он позволил им добывать на Ки золото. Получив первенство, Энлиль окончательно переселился на Землю. Он приказал построить для себя ковчег, используя чертежи от Апсу Императора, и назвал его Эшшару. Для Эшшару на вершине высокой горы возвели специальную стоянку, а вокруг него вырос новый великолепный дворец, еще богаче прежнего.

Казалось, все шло хорошо, но только воинственные нефилимы отказывались работать. Используя власть Энлиля, они издевались над аннунаками и заставляли их прислуживать себе, делая их жизнь на Ки просто таки невыносимой. Когда Анну снова появилась в этом измерении, аннунаки захотели вернуться. Они рассказали Аншару о своем рабском положении, а тот в свою очередь снова обратился за советом к Энки: добыча золота не могла прекратиться! Ученый предложил использовать для работ животных, живущих на планете и, по его мнению, способных выдержать тяжелый труд. В то время Энки успешно занимался генетическими изменениями в структуре растений, чтобы выращивать на Ки хлеб для аннунаков, а не привозить его с собой. Местные сорта зерновых были настолько бедны, что пришлось бы вырастить огромное поле, всего лишь на одну трапезу. Таким же способом он решил немного усовершенствовать ДНК прямоходящих животных, которые отличались силой и выносливостью, но в то же время, их внешний вид немного походил на самих аннунаков. Эти опыты привели, как я уже говорила, к появлению адаму. Энлиль и его подручные спокойно вздохнули и вернулись обратно к своей беззаботной разгульной жизни. Адаму быстро размножались, и рабочей силы становилось больше, чем достаточно. Приближенные Энлиля строили себе роскошные дома и заставляли адаму служить им, словно богам. Сам Энлиль приказал построить роскошные горные дворцы для Императора и его приближенных, чтобы те могли отдыхать там во время перемещений, а адаму должны были всячески ублажать, как гостей, так и хозяев.

Аншар оставался доволен своим наместником. Он сердился на Энки, который недолюбливал Энлиля и все время твердил, что мысли у того не добрые. Но Аншар видел в этом ревность и всегда раздражался, слушая его жалобы. Император гордился наместником. Он назначил его своим приемником и дал ему безграничную власть над аннунаками, как на Ки, так и на Анну…

— Внимание, в пределах одного километра находится пост дорожно-патрульных служб, — прервал рассказ Лилиту резкий голос из навигации.

Иван присвистнул.

— Ничего себе! — воскликнул он, в то время, как голос предложил им объездной путь. — Вот это техника, у вас есть такая? Я, правда, и у нас с таким впервые встречаюсь. Но информация полезная. Ни к чему нам пересекаться с властями!

— Тебе виднее. Я не понимаю, чему здесь удивляться, — равнодушно произнесла Лилиту.

— Ну, раз мне виднее, едем в объезд. А то у меня ни прав с собой нет, да еще и машина чужая.

Иван развернул джип, и они поехали по ново-предложенному маршруту. Но, как оказалось, спокойное время для них прошло. Вскоре послышался гулкий шум вертолета. Иван съехал с дороги и остановился под прикрытием крон деревьев.

— Наверняка нас ищут, — с досадой сказал он. — Теперь будет тяжело. Хотя я стер все записи камер слежения, но кто знает, вдруг им удалось что-нибудь восстановить?

— Что же делать? — растерянно спросила Лилиту, которая, уже почти успокоилась, увлекшись рассказом, а теперь снова тревожно глядела на Ивана.

— Ничего, прорвемся, — бодро сказал тот. — Нам бы добраться до трассы, а там пересядем на маршрутку. Если мы затеряемся в толпе, у них останется мало шансов нас вычислить. Но в случае чего, тебе придется ехать самостоятельно. Никто тебя не видел, и говоришь ты по-русски нормально. Если сама не будешь привлекать к себе внимание, никто ничего не заподозрит. А я скажу, что испугался и уехал. Не каждый день инопланетяне к нам прилетают!

— А что такое маршрутка? — словно извиняясь, тихо спросила Лилиту.

— Маршрутка? — удивился Иван. — Я думал, ты все знаешь! Ты так хорошо по-нашему говоришь, что я уже сомневаюсь, а прилетела ли ты, действительно, с другой планеты?

Лилиту засмеялась.

— Но ты ведь сам видел мой корабль? Или у вас тоже такие бывают?

— Нет, таких, конечно, не бывает. Хотя с другой стороны, может, ты родственница этого богача из поместья. Если уж он горы расчистил, чтобы себе такой дворец построить, что уж говорить про какого-то там летающего насекомого!

Иван снова завел машину, и они медленно двинулись дальше по еле заметной под снегом дороге.

— Ну, правда, я не знаю, что такое «маршрутка»? Ты видел мою иглу? — Лилиту немного повернула голову, показывая Ивану место, где сидит имплант. — Через эту штуку я поддерживаю связь с вашей сетью. Мой мозг посылает импульсы на имплант, который связывается с нужной информацией, находя там соответствующие образы, и затем передает сигнал обратно, только уже на другом языке. Примерно так. Хотя я никогда не задумывалась об этом по-настоящему. Работает себе, да и ладно. Причем сигналы передаются мгновенно, поэтому при обычном разговоре и нормальной связи даже мне ничего не заметно. Но когда связь нестабильна, имплант использует только тот словарный запас, что уже имеет, тогда и возникают трудности с новыми образами. Поэтому иногда мне придется спрашивать тебя объяснить некоторые вещи. Так что такое маршрутка?

Иван уважительно кивнул.

— Нормальный имплант. Я, наверное, тоже бы такой хотел. А маршрутка — это всего лишь вид общественного транспорта. Как тарелка общего пользования, — Иван хрюкнул от своей остроты. — Типа ваших ковчегов. Для того, чтобы перевезти людей с одного места на другое. Таких «видов» есть много. Автобус, например, поезд, самолет, даже такси. Это тебе полезно знать, если вдруг придется добираться до места самой. Кстати, вот, возьми деньги на всякий случай.

Иван протянул Лилиту позаимствованную из сторожки пачку банкнот.

— Вот это ваши деньги? — Лилиту с интересом посмотрела на Ивана.

— А что? Не нравится?

— Нет, почему? — пожала она плечами. — Просто я их еще не видела. У нас это выглядит немного по-другому.

— Кто бы сомневался! Не забывай только, что везде нужно платить. Спросишь, сколько стоит, и отсчитаешь нужную сумму. Там нарисованы номера. Я думаю, на трассе связь наладится, и у тебя станет меньше непонятностей.

— Хорошо, спасибо, — ответила Лилиту, — но я бы предпочла, продолжить путь с тобой.

— Я бы тоже, — улыбнулся Иван. — Это я так, на всякий случай.

Он украдкой взглянул на девушку, и теплая волна прошла по его телу. Но он уже не чувствовал той животной страсти, как в первый момент. Теперь появилось нечто большее. Ивану захотелось дотронуться до ее руки. Лилиту, словно прочитав его мысли, накрыла своей ладонью лежащую на рычаге передач Иванову руку. На секунду их глаза встретились…

— Внимание, пост дорожно-патрульных служб! — снова раздалось предупреждение из навигатора, но было уже поздно. Чуть дальше поворота стоял гаишный УАЗик, перед которым, размахивал палочкой один из его хозяев.

Иван остановился. «Приехали! Ни документов, ни прав, ничего», — стучало у него в голове.

Гаишник подошел к окошку и представился.

— Предъявите документы, — закончил он.

— Слышь, начальник, мы торопимся, может, отпустишь? — выходя, спросил Иван.

Гаишник строго на него посмотрел.

— Документы, я сказал… — вдруг он отвел взгляд от Ивана и каким-то писклявым голосом странно так произнес: — а впрочем, к чему эти формальности? Я и так вижу, что вы люди хорошие. Проезжайте.

Он махнул своему напарнику в машине, что все в порядке, затем козырнул Ивану и подошедшей к ним Лилиту, пожелал им счастливого пути и уже на ходу предупредил о возможных снежных завалах и оползнях.

— Вот это да, — удивленно сказал Иван, когда они отъехали от поста на приличное расстояние. — Тебе, конечно, этого не понять, но поведение этого стража дорог было на редкость странным.

— Не знаю, — равнодушно отозвалась Лилиту. — Я про них ничего не знаю. Я лишь хочу поскорее отсюда выбраться!

И они продолжили свой путь.

Как только полковник улетел из поместья, майор Дьяченко вплотную занялся поисками. Направление определила его группа по автомобильным следам. Сделать это оказалось не так просто, потому что следы виднелись повсюду. В конце концов, майор сделал вывод, что машина поехала в сторону Карачаевска. Дьяченко послал ориентировку всем окрестным дорожно-патрульным службам и самолично облетел окрестности. Но время шло, а о беглецах не поступало никаких известий. После безрезультатных поисков майор вернулся в поместье, чтобы ждать там возвращения инопланетян к кораблю.

Чуть позже туда прилетел еще один вертолет, который, высадив всего лишь одного пассажира, сразу же развернулся обратно.

Пассажир этот, отбежав от вертолета, испуганно смотрел на встречающих его военных.

— Я — у-управляющий этим поместьем. Что здесь происходит? Кто вы такие? — пытаясь казаться храбрым, спросил мужчина срывающимся голосом.

— Вы управляющий? Это хорошо. Я, командир отряда специального назначения, майор Дьяченко Илья Анатольевич. В вашем поместье произошло несанкционированное приземление объекта, который мы разыскиваем. Нам понадобится ваша помощь.

— Приземление объекта? Какого объекта? Я вижу только ваш вертолет.

— Я, к сожалению, не уполномочен рассказать вам всего полностью. По крайней мере, на данный момент. У меня у самого к вам несколько вопросов.

— Несколько вопросов? — суетливо переспросил управляющий.

— Да, пройдемте сюда, — майор указал на дверь коттеджа. — У вас здесь отличная аппаратура установлена!

— Да, конечно. Сами видите, поместье находится обособлено, поэтому нужен глаз да глаз.

— Это я понимаю, — одобрительно кивнул майор. — Но вот проблема: кто-то стер все данные наблюдений. И мы не можем узнать, что здесь происходило в последние часы.

— Стерты, говорите? — управляющий подошел к компьютеру, но майор остановил его за плечо. — Вам пока не следует здесь ничего трогать. Лейтенант сейчас вам кое-что сам покажет.

И перед совершенно опешившим Киряевым, а это был именно он, на экране показался… ДЖИП. Киряева бросило в жар, он всеми силами пытался держать себя в руках. «Пока еще ничего не известно и паниковать не следует. По крайней мере, мне еще ничего не предъявляют. Да даже если и предъявят, я человек маленький — прислуга. Да, именно этой позиции и надо держаться», — решил он для себя.

— Вы что-то знаете об этой машине? Она приехала сюда прошлой ночью. Мы предполагаем, что разыскиваемые нами люди могут находиться в этом джипе, — словно откуда-то издали до Киряева донеслись слова майора.

— Что вы, что вы, я впервые его вижу, — спохватившись, ответил он. — Нет, конечно, я и раньше видел такие машины. Но здесь, у нас… Мы обычно пользуемся вертолетом. Сами понимаете, что поместье принадлежит не рядовому человеку. А где находится этот джип? — как бы невзначай спросил Киряев.

— Этот вопрос меня тоже очень интересует. Если бы вы смогли припомнить, есть у кого-то из друзей или прислуги такая или похожая машина? Это здорово бы помогло нам ее найти и заполнить кое-какие пробелы.

Киряев насторожился: «Что за пробелы какие-то? Неужели они что-то знают про героин? Почему они должны искать джип? Разве он не здесь? Или этот майор хочет меня запутать?» Он не представлял, что и предположить.

— Нет, к сожалению, я помочь ничем не могу. Конечно, джипы сейчас есть у многих, спорить не буду. Но такого я не припомню. Мои друзья ездят на машинах подешевле, — он мерзко хихикнул и вдруг вскинул голову и в упор взглянул на майора. — Хотя подождите! Охранник! Здесь же должен находиться новый охранник. К сожалению, в семье хозяина этого поместья случилось несчастье, и вчера мы с ним уезжали на похороны. Это произошло так внезапно. Его приемный сын попал в аварию. — Киряев скорчил скорбную мину. — Хороший парень! Ну а нам всем он — как родной. Все желали с ним попрощаться. Сами понимаете! Так вот, чтобы не оставлять поместье без присмотра, хозяин нанял нового охранника. И как раз это я его и нашел. — Киряев провел ладонью по лбу и на секунду прикрыл глаза. — Эх! Неужели это моя вина?

— Что вы имеете в виду? — переспросил майор. — Что за вина?

— Ну как же! Сами посмотрите! Я нашел этого охранника и привел его в дом. А он, пользуясь случаем, наверняка пригласил сюда своих друзей.

— Вы полагаете?

— Конечно! А как же вы иначе объясните этот ночной визит? Ведь он один здесь оставался.

— Ну а вы, как вы объясните, что привели в дом постороннего человека? Или он вам не посторонний?

— Да времени на поиски оставалось совсем немного. Ночью сообщили, а днем мы уже должны были выезжать. Я встретил этого парня в кафе. Он мой бывший одноклассник. Ванька Демин. Я перед отъездом зашел выпить чашечку кофе, а там он сидит. Его с работы выперли. Мне б догадаться! Так нет, я же сам ему еще и работу предложил! Раньше он казался неплохим парнем. Но я со школы его больше не видел. За такое время кто угодно может измениться. Где он, кстати, сейчас?

— Да, — разочарованно протянул майор, услышав знакомое имя, — и это я бы тоже хотел узнать.

Глаза Киряева на миг блеснули: «Идиот Демин! Угнал джип!».

— Можно мне пойти в дом? Я хотел бы проверить, все ли на месте, — напуская на себя озабоченный вид, сказал он. — Ведь кто знает, что они здесь делали?

— Да, да, не плохая идея, — ответил майор. — Пара ребят пойдет с вами. Мы уже, конечно, здесь все осмотрели. Но, на всякий случай… вас проводят.

Киряев замер. «Что значит проводят? Зачем? Этот майоришко только все усложняет!»

— Ну, если вы считаете это нужным, — стараясь выглядеть, как можно приветливее, сказал он вслух.

В сопровождении двух спецназовцев Киряев шел по дому, быстро осматриваясь. «Нет, не похоже, что здесь кто-то порылся. Все на своих местах… Да и искать здесь наркотики — пустое дело. Хозяин не станет подставлять сам себя. У него достаточно точек для хранения товара…» Киряев радовался, как он смог отвертеться от джипа и повесить все на Демина. Теперь, даже если джип и найдут, то с ними связи уже нет. А что там будет лепетать идиот-Демин — не важно. А вдруг и джип удастся перехватить. Ведь его еще не нашли. Главное — отвязаться от охраны! Киряев прошел по всем комнатам и остановился в кабинете шефа.

— Вы возвращайтесь, — сказал он, повернувшись к охране, стараясь собрать всю свою уверенность. — Дальше я уже сам. Все равно здесь никого нет. Мне надо кое-что проверить. Сами понимаете, люди не любят, когда их маленькие секреты становятся общественным достоянием.

Охранники еще раз оглядели комнату и понятливо кивнули.

— Мы постоим в коридоре. Зовите, если что.

— Замечательно, — выдавил Киряев. Как он ненавидел всех этих бравых парней, а тут еще приходится им улыбаться!

Как только за охраной закрылась дверь, Киряев буквально прыгнул к письменному столу. Он открыл потайную крышку, которая с обратной стороны оказалась плоским экраном, надел наушники и нажал на кнопку. На экране показалась гостиная сторожки, где майор говорил с кем-то по телефону. Киряев увеличил громкость.

— Что вы говорите! Парень с фотографии и девушка? Вы точно уверены, что девушка?.. Но как же патруль их не задержал? Ведь приказ однозначен… Что значит, сами не понимают? Они что, обкуренные были?.. Гипноз?.. ммм…даже так? — майор глухо хохотнул. — Значит они уже почти в Сочи? Да, мы их искали совсем в другой стороне. Хорошо, мы вылетаем… Подтяните туда побольше патрулей. На девушку не смотрите, мало ли чего еще. Парень, наверняка, тоже под ее влиянием.

Затем несколько спецназовцев побежали на выход к вертолету.

Киряев ничего не понял. Что здесь произошло? Он стал прокручивать кадр за кадром вчерашний день. «Вот мы приехали… объясняю придурку-Демину, что здесь к чему… А да, вот вечер, Демин сидит перед камином. Идиот! Затем сигнализация. О! Побежал таджиков встречать… Здесь он мне звонит, что джип приехал — это надо стереть… Опять пурга… Дальше… готовит завтрак… куда пошел, придурок? Долго как его нет. Почти 5 часов. Чем он там занимался? Ну вот, вернулся. Ага, нажрался и на телок потянуло… а теперь что? Куда ты смотришь? Чего испугался? — Киряев видел, как Иван с бледным лицом выглядывает на улицу. — Понятно, там что-то есть. Но что?.. Там и сейчас все еще непонятное оттаявшее пятно. Вертолет?.. Ага, куда это ты звонишь, голубчик?.. Давай, давай, говори, что там увидел? Ну чего сопли жуешь? Давай уже выкладывай! — Киряев с нетерпеньем ожидал объяснений Демина и вот тот замер, замер и Киряев: «Здесь передо мной стоит гигантский скарабей», — на одном дыхании выпалил его бывший одноклассник.

Киряев в шоке смотрел на экран. «Что за бред? Он что, на колесах или наширялся? Неужели парни где-то заначку спрятали? Или он в джипе порылся? То-то он где-то долго пропадал!» Киряев выглянул в окно. Посреди двора темнело большое круглое пятно. Его уже стало заносить снегом, но оно все еще хорошо просматривалось. Что же было дальше? Киряев подошел обратно к экрану. Сторожка оставалась пуста. Он прокрутил еще немного вперед. «Ага, появился. Но что он опять делает?.. Теперь понятно, кто стер все записи! Ах ты падла, еще и денег себе захватил! Смотри, побежал…» Киряев уже хотел остановить видео, но тут в окне, выходящем на вертолетную площадку, проехал ДЖИП. Прыщ остановил видео, захватил кадр и стал его рассматривать. В джипе сидели двое. Демин за рулем и рядом темноволосая девушка.

«Что за телка? Откуда она появилась? — Киряев на секунду задумался. — Что же у нас получается: какая-то девка скрывается от военных. Она приземлилась здесь, во дворе. Наверняка, серьезная чувиха. Загипнотизировала Демина, и тот ей помог отсюда слинять. А сейчас они на джипе гонят в Сочи. Надо срочно звонить боссу».

Но прежде, чем позвонить, Киряев достал из стола еще один небольшой прибор. Он нажал на кнопку, и на приборе замигала красная лампочка. Улыбаясь во весь рот, Киряев набрал номер Мерзаева.

Иван и Лилиту кружили по немыслимым горным тропам. Кое-где дороги оказывались разбиты, и приходилось ехать в объезд. Иван, впрочем, не очень-то расстраивался. Вряд ли кто-то сможет найти их в этих дебрях. А вот на серпантине попасться куда легче! Поэтому он не хотел выезжать на трассу пока светло. Но даже здесь, проехать оказалось не так просто. Вскоре их опять поджидал патруль ГАИ, объехать который не предоставляло возможности, если только не вернуться назад.

— Странное место для постов, — с досадой сказал Иван. — Явно они ищут кого-то, и скорее всего — нас!

Он медленно, но уверенно приближался к стоящему прямо на дороге Уазику. Позади Уазика инспектор палочкой указывал Ивану место для остановки. Иван сбросил скорость и осмотрелся. К его удивлению в зеркале заднего вида мелькнули темные силуэты. Иван насторожился. Он всмотрелся в стоящую впереди машину. Сомнений нет: засада! Останавливаться слишком рискованно. Иван среагировал мгновенно. Он переключил передачу, выжал газ, и джип резко рванул, почти вплотную проехав между УАЗиком и деревом. Слева что-то сильно затрещало. Иван выглянул в окно: от бокового зеркала не осталось и следа. Он сильнее надавил на газ. Джип, набирая скорость, вразвалку мчался по ухабистой дороге, оставляя пост далеко позади.

Иван обернулся.

— Погоня! С ума сойти. За мной! Кому рассказать — не поверят. Блин, чувствую себя, как Вин Дизель!

— А кто такой Вин Дизель? — стараясь выглядеть спокойно, спросила Лилиту.

— Да это парень один такой. Актер. Не важно. Нам надо удирать от них. Они хоть ребята и покруче нас, но наш конь даст им фору.

— А у нас есть конь? — Лилиту искренне удивилась.

— Ха! Конь-огонь! Да еще какой! Но не отвлекай меня пока, лучше смотри назад, и говори, если они к нам приблизятся.

Иван свернул на бездорожье. Джип на скорости проехал по разбитой колее и взобрался на крутой подъем. Для Уазика такой прием оказался намного сложнее. Его колеса буксовали в грязи, и ему пришлось пару раз отъехать назад, чтобы преодолеть препятствие. Это помогло Ивану прилично оторваться от преследователей. Но расслабляться время еще не пришло. Он хотел добраться до серпантина, а там бросить джип и добираться до места на перекладных.

До трассы осталось каких-нибудь километров пять — шесть, и для гаишников они, казалось, уже недосягаемы… как внезапно Иван резко ударил по тормозам. На очередном витке прямо перед ними выросла куча камней вперемешку со снегом. От неожиданной остановки Лилиту дернуло вперед, и она с размаху врезалась головой в лобовое стекло. Иван, не желая верить глазам, уставился на завал, будто от взгляда он испарится. Но дальше, смотри — не смотри, дороги не было.

— Что случилось? — схватившись руками за голову и корчась от боли, спросила девушка.

— Похоже на оползень, — Иван чувствовал себя разбитым: они проиграли. Другого выхода нет. Впереди завал, справа обрыв, слева отвесная гора, а позади патрульная машина. — Приехали, — безнадежно выдохнул он и виновато взглянул на Лилиту.

— Но ведь мы почти доехали до трассы. Я вижу ее, вон она!

Лилиту махнула рукой, указывая на извивающийся серпантин по другую сторону обрыва. Иван, усмехаясь, взглянул вниз. Там в низине меж крон деревьев блестела горная речка. Да, спасительная трасса вот она, как на ладони, но добраться туда казалось нереальным. Если они даже пойдут пешком напрямик, и не заблудятся ночью в лесу, то перебраться через реку им все равно не удастся.

— Нет, нам это не поможет, — вслух сказал он. — Дороги туда больше нет.

Но Лилиту словно не хотела понимать простых вещей.

— Почему не поможет? Зачем нам объездная дорога, если можно попасть на трассу напрямик?

— И как ты себе это представляешь? Джип точно навернется по такому наклону. Наша техника так не ездит.

— Ну а зачем нам нужна ваша техника? Мы же можем просто полететь! — говоря это, Лилиту вышла из джипа.

Иван начал раздражаться.

— Лилиту, мы не можем полететь. Джипы не летают. Единственная возможность — это попробовать перелезть через завал. Но пока мы будем перебираться, нас все равно нагонят. Да, скорее всего на той стороне уже поджидает какая-нибудь патрульная машина… Хотя попробовать всегда можно…

Иван тоже вышел из джипа и замер. Лилиту стояла на краю пропасти лицом к нему, а за ее спиной, огромным веером развевались полупрозрачные перепончатые крылья. Иван закрыл глаза и навалился на машину. Это стало для него последней каплей.

— Ну что же ты ждешь? — услышал он окрик своей новой знакомой. — Полетели!

Иван устало покачал головой.

— У меня крыльев, увы, нет.

— Чего нет? — опешила Лилиту.

— Того и нет, — Иван мотнул головой, указывая за ее спину. — Крыльев у меня, к сожалению, не имеется.

Девушка, уже порхавшая над пропастью, опустилась на землю. Ее глаза излучали ужас, сквозь который проглядывалось непроизвольное отвращение. Казалось, Иваново сообщение шокировало ее.

— Как это нет крыльев? — почти прошептала она. — С ними что-то случилось?

— Ничего с ними не случалось. Просто у нас не бывает крыльев. Но почему ты так этому удивляешься?

— Адаму… Я не думала, что ты тоже… Ты так не похож на то, что я о них слышала… — снова прошептала девушка, но уже очень грустно. — Когда Лилит увидела младенца, она потеряла сознание: он был бескрылый. Я не знаю, как тебе это объяснить… Представь, что твой ребенок родился без рук или ног. Это… это ужасно.

Лилиту слегка передернула плечами.

— Ну, такие уж мы есть, — ответил Иван, и его осенило: — Слушай! Ты, давай, лети сама. Спасайся. Доберешься до трассы: там есть остановка. Просто иди по дороге пока не увидишь небольшое строение без дверей. Ты поймешь, что я имею в виду, когда дойдешь до него.

— Нет, я не хочу улетать без тебя, — запротестовала девушка, но Иван прервал ее:

— Давай договоримся, если я смогу пробраться через завал и не попадусь патрулю, мы с тобой встретимся на остановке. Жди меня, сколько сможешь. Но если я не появлюсь, тебе придется ехать одной. Язык ты знаешь, главное не показывай больше никому свои крылья. Здесь это не принято.

Лилиту подошла к Ивану.

— Ты тоже беги, — сказала она, проводя рукой по его лицу. — Это ничего, что у тебя нет крыльев. Ты хороший. Мне помогаешь, хотя тебе это и трудно.

Она ласково улыбнулась, но Иван больше не падал в обморок, ни от ее улыбки, ни даже от прикосновений. Он осторожно взял ее руку в свою и поцеловал ладонь.

— Мы обязательно встретимся, только ты постарайся, чтобы тебя не заметили летящей.

Лилиту кивнула, развернулась, взмахнула крыльями и, словно гигантская птица, воспарила над пропастью. Нет, она не походила на ангела в своем полете, скорее на демона. Но очень красивого демона.

«Где-то я уже видел такую картину», — подумал Иван и полез через завал.

Машина Мерзаева следовала чуть позади охотников, которые уверенно ехали по принимаемому от джипа сигналу. Выйти на джип оказалось совсем не сложно, ведь сигнал перемещался как раз в их сторону. Сидя в машине, Таир мысленно прокручивал события, произошедшие с ним, да и вообще кругом, за последние пару дней.

…Еще совсем не так давно, возвращаясь из Пенджикента, он чувствовал себя отвратительно. «Пройдет…» — в сотый раз говорил он себе, сидя в самолете. «Пройдет…» — не уставал он повторять, уже подлетая на вертолете к своему поместью. Но его внутренности крутило до тошноты. Он не понимал, в чем дело. Какой-то странный осадок не покидал его с того самого распроклятого ночного звонка, когда ему сообщили о предательстве Тимурчика. Но разборка с Тимуром не принесла должного удовлетворения. Наоборот, появилось чувство, можно даже сказать, утраты. Утраты, разумеется, не самого Услана. Тот получил по заслугам! Мерзаева беспокоила потеря какого-то внутреннего равновесия…

Таир выглянул в окно вертолета. Там виднелись уже родные вершины Кавказских гор. «Домой! — думал он. — Там все образуется!» Наконец показались очертания его особняка… как вдруг в голову Мерзаева хлынула кровь: перед поместьем стоял чей-то вертолет!

— Уроды! Кто посмел?! — заорал он в бешенстве.

— Кажется, армейский, — сказал пилот.

— Армейский? — эхом повторил Мерзаев, и его бешенство моментально переросло в уничтожающий все достойное животный страх. Его мозг, словно молния, пронзила мысль о джипе. Таир сник, он не мог выдавить ни слова. Он не знал, что делать. Если не зайти на посадку — можно самому же себя и выдать. Может быть, делать вид, что он ничего не знает, а джип — это дело охраны, Кири или кого угодно, только не его? И пусть хоть кто-нибудь попробует пикнуть! Хотя нет, он просто отправит Кирю, а сам улетит обратно: это не должно вызвать особых подозрений…

Да, именно так он и поступил!

— Ты выходишь один, — глухо прохрипел Таир, глядя на Киряева. — Разведаешь, что и как, и сообщишь мне лично.

Киряев побледнел, но, видимо, побоялся перечить хозяину.

Высадив своего шестерку, Мерзаев приказал немедленно лететь обратно в Сочи. Откинувшись на сиденье, он закрыл глаза. Он больше не мог произнести ни слова. Его тело трясло от страха, а мысли беспорядочно носились от одного происшествия к другому.

Разборка с блудным командиром прошла, как по маслу. Услан, конечно, поспешил: возомнил себя крутым воротилой раньше, чем стал им. Вот и поплатился. Оказалось, что время от времени, втайне от хозяина, он промышлял переправкой оружия в Афганистан. А как только получил крупный заказ, сразу представил себя в роли матерого мафиози, которому все по плечу. В конце концов, дельцы и покрупнее обжигались, если лезли не в свое дело. Ну ничего, это уже пройденный этап. О нем лучше забыть. В ближайшее время подобных инцидентов можно не ожидать: Тимурчик стал наглядным примером всем, кто еще захочет потягаться с Мерзаевым. Да и его заказчикам будет урок — не связываться с кем попало и не экономить на таких вещах. Себе дороже обойдется. Казалось, Таир должен бы быть вполне доволен результатом. Он не только разобрался с выступившим против него выскочкой, но и забрал себе его только начавшийся «бизнес». Какая-никакая денежная компенсация за потраченные нервы и бессонные ночи всегда лучше, чем ничего. Но камень с души Таира не исчезал.

— Будьте готовы отправиться в любую минуту. Я соберу кое-какие вещи, и полетим обратно в Пенджикент, — сказал он срывающимся голосом, как только вышел из вертолета. Голова его шла кругом. Тошнота усиливалась, а желудок сводило спазмами. «Все вот так вот бросить… Что за неделя! Один сюрприз за другим. Да что же это происходит, в конце концов?! И Киря тоже молчит. Что там такое? Зачем этот вертолет прилетел? Кирю что, арестовали? Как все не вовремя!»

Мерзаев поднимался к себе в кабинет, словно в тумане: не успел он отойти от одной проблемы, как на тебе — в доме, где сейчас находится джип с товаром — военные! Какой шайтан их туда принес? Неужели курьеры притащили за собой хвост?» Мерзаев дрожащими, словно в лихорадке, руками с трудом открыл сейф и судорожно стал скидывать драгоценности и деньги в чемодан. «Нет, Киря не сдаст! Не посмеет! Никто не посмеет меня сдать. Мерзаев за предательство мстит с лихвой. Мало не покажется. Так что для Кири меньшим злом станет в тюрьму сесть».

Таир уже потерял всякую надежду услышать хоть что-то от Киряева, и был уверен, что тот арестован. Дрожа всем телом, он снова и снова пытался застегнуть непослушный замок драгоценного чемодана. Его вымокшая от пота рубашка прилипла к телу, а комната заполнилась неприятным мускусным запахом.

Как только трясущиеся руки справились с замком, зазвонил телефон. Сердце Мерзаева упало в пятки. Напряжение стало слишком высоко. Почти потеряв рассудок, он опрометью выскочил в коридор и наткнулся на одного из своих подручных.

— Таир Махметович, — пробасил тот, удивленно глядя на взмокшего шефа, — мы не можем лететь. Из-за этой «боевой готовности» полеты запрещены.

— Что за черт? Готовьте джипы! — взвизгнул тот и поспешил к выходу, волоча за собой громоздкий чемодан.

Но неожиданно что-то переломилось внутри у Таира. Страх постепенно стал улетучиваться. Мерзаев остановился на пороге. Он остекленевшими газами посмотрел на своих телохранителей, вытер рукавом пот с лица и медленно и хрипло, словно только что очнувшись ото сна, произнес:

— Что ты там сказал? Из-за чего полеты запрещены?

— Из-за повышенной боевой готовности, — повторил один из них.

— Боевой готовности?.. боевой готовности… Пожалуй… тогда, мы не станем так сильно спешить, — эхом отозвался Мерзаев.

Затем, ничего никому не объясняя, он вернулся в дом и включил телевизор. К его удивлению, работала лишь пара каналов. Мерзаев тяжело плюхнулся в кресло и добавил громкости. С каждым услышанным словом его лицо светлело. Он приказал принести виски, залпом выпил глоток прямо из горлышка и снова повернулся к экрану.

— Летающие тарелки у них, — усмехнулся мафиози. — Дожили! Ну что ж, значит там и без меня головной боли достаточно. Подождем еще немного. Вдруг, все-таки, Киря объявится.

Почему-то вся эта неразбериха успокаивала дельца. Странные сообщения о пришельцах несколько удивили Мерзаева, но мало его занимали. Постепенно все встало на свои места, и появилась уверенность, что Киря вот-вот позвонит. И он, наконец, позвонил. Все волнения оказались напрасны. Известие о том, что джип угнан, показалось Мерзаеву очень даже на руку. Теперь против него улик нет. Он ничего не хранит в своих личных владениях. Мешает только новый охранник — его необходимо найти и убрать.

Мерзаев еще раз глотнул виски. Внутри все потеплело и успокоилось, особенно, когда Киряев рассказал ему про девушку.

— Молодец, Киря, хвалю, — голос Таира все еще хрипел, но в нем уже явственно слышались довольные нотки. — Ты точно уверен, что это за девкой охота?

— Да по всему выходит, Таир Махметович. Меня даже не спросили, кто владелец поместья! Значит, не мы им нужны, а она.

— Хорошо, хорошо, порадовал ты меня. Не буду тебя сильно ругать за твоего дружка, если это все именно так и есть. Хорошо, что жучок активировал. Я сейчас ребят посылаю. Сочинских. Они мне кого угодно из-под земли достанут. Посмотрим, что за девка, может и там тоже получится что-то заработать, коль за ней вся армия гоняется. А ты там приглядывай за домом. Смотри, чтоб все в порядке было. А как там чисто будет, дай знать.

— Хорошо, Таир Махметович, я еще попытаюсь выспросить, зачем им девка нужна.

— Давай, давай, Киря, вынюхивай. На то я тебя и держу!

Мерзаев уже довольно потирал ладони.

— Этого нового охранника надо… — вместо слов Мерзаев провел ребром ладони по горлу. — Это без обсуждений. И чем скорее, тем лучше, — сказал он, пристально глядя на одного из своих громил. — Кто его знает: что он за птица? А вот насчет девки надо еще подумать. Откуда она там взялась? А если с тарелками связана? Да, собственно, какая разница?! Главное, что уж очень она кому-то нужна, а это значит, что и барыш с ее поимки можно получить совсем даже не плохой!

Размышляя, Мерзаев приказал прислуге отнести чемодан наверх, а бойцам готовиться к охоте. После всех последних событий ему хотелось остаться дома, но любопытство взяло верх. Он решил сам поучаствовать в преследовании, и поскорее увидеть, что это за девица, и чего она стоит.

Сидя в машине, Таир чувствовал, как волнения покидают его, а настроение улучшается с каждым новым километром приближения к желанной цели. Оставив позади неприятные воспоминания, он попытался переключить свое внимание на новые обстоятельства.

Виданное ли дело — тарелки! Хотя бизнес с инопланетянами мог бы принести ему невиданную прибыль. Его воображение рисовало разные сценарии, в которых он продает пойманную девицу или военным, или инопланетянам. Тому, кто больше за нее предложит, разумеется. Мерзаев интересовался предпринимательством, а не политикой, и моральная сторона вопроса его нисколько не задевала.

Но вот джип охотников включил поворотник.

— Мы не будем съезжать с трассы. Переждем здесь, на обочине, — с усталой хрипотцой сказал Мерзаев своему водителю.

Машина остановилась метрах в стах от поворота. Весь перекресток находился, как на ладони. То и дело туда-сюда сновали патрульные машины. Мерзаев поморщил нос.

— Слишком много здесь легавых. Уж не опередили ли они нас?

Теперь, когда джип с товаром был почти уже в руках, дельцу не хотелось его терять.

— Звони Рустаму, что у них? — нетерпеливо приказал он сидящему впереди охраннику.

В машине раздался шум громкой связи.

— Здесь оползень, Таир Махметович. Полно легавых. И спецназ здесь тоже, непонятно зачем. Джипа не видно. Он или под оползнем или на другой стороне. Проехать никак нельзя. Да и не пустят. Пока ничего не известно. Я…

— Постой, — вдруг воскликнул Мерзаев, перебив говорящего Рустама. — Взгляните-ка, кто это там?

Таир взмахнул жирной волосатой ручонкой на противоположную сторону, где по обочине, навстречу им, бежал какой-то человек.

— Таир Махметович, — возбужденно ответил охранник, сидящий впереди. — Так это же тот парень. Иван, вроде его зовут, который джип угнал. Мы ж его тогда на вертолете к вам отвезли.

Холодный пот снова выступил на лбу у мафиози, заставляя его вспомнить недавно пережитый страх.

— Ты уверен?

— Конечно, уверен. Он это.

— Смотри, глазеет на нас!

— Что же ты ждешь? Давай, вали его! — сухо ответил Мерзаев, и стал быстро осматриваться по сторонам, в поисках патрульных машин. К счастью, никого на трассе в этот момент не оказалось. — Да аккуратно! У тебя только одна попытка! Слишком много здесь легавых.

Охранник проворно достал из бардачка пистолет, навинтил к нему глушитель и передал водителю. Тот чуть приоткрыл затонированное окно. Секунда. Щелчок. Бегущий человек упал ничком. Водитель резко нажал на газ, и через несколько секунд перекресток остался совершенно пустым, если не считать лежащее на обочине неподвижное тело…

Иван выбежал на трассу. Он пытался выбросить из головы все мысли о последних событиях, из которых ему удалось выбраться, на его взгляд, малыми жертвами. Времени, после расставания с Лилиту, прошло достаточно. И хоть бежать оставалось всего километр — два, шанс снова встретиться с новой знакомой таял, быстрее снега.

На трассе никого не было, если не обращать внимания на стоявший с противоположной стороны дороги черный Мерседес с затемненными окнами. Иван, любитель и ценитель экзотических машин, механически повернул голову. Такие красавцы не часто встречаются даже в Сочи. «Что он делает посреди ничего? Остановился по нужде?» Иван уже почти отвернулся от машины, как вдруг краем глаза заметил, что водительское окно начало плавно открываться, затем из него показался странный предмет… крошечный огонек… резкая боль пронзила тело… Иван плашмя растянулся на мокрой обочине дороги.

Лежа лицом в грязи, он пытался осмыслить, что же такое случилось. Почему он упал? В него стреляли? Зачем в него стрелять? Развлечение для богачей? Или ему это показалось? Откуда такая нестерпимая боль в ноге? Иван осторожно приподнял голову: машина уехала. Он сел и осмотрел свое тело. Ладони оцарапаны, лоб разбит, ноют колени, но особенно болела ступня правой ноги. Боль казалась нестерпимой. Следа от пули Иван найти не смог, а кровь, похоже, была только от ссадин. «Наверное, привиделось», — подумал он, снимая кроссовок, и поморщился от боли. Даже через окровавленный носок было видно, что средний палец изогнулся под немыслимым углом. Иван осмотрелся и увидел причину падения. Оказывается, он просто запнулся о торчащий из земли металлический костыль. А результат — сломанный палец на ноге. Превозмогая боль, Иван поправил палец и надел кроссовок. Идти оказалось ужасно больно, но сдаваться Иван не хотел. И вот уже за поворотом показалась остановка. Сердце его возликовало. Лилиту все еще там! Но радость оказалась недолгой. Ивана обогнала маршрутка. Она остановилась и мгновенье спустя девушка исчезла в дверях. Иван, не помня себя, закричал, но ветер унес его крик в другую сторону. В отчаянии Иван остановился и упал на колени. Как вдруг водитель маршрутки вышел и отбежал в сторону. Ивана словно подбросило в воздух: еще есть шанс догнать их! Больше не обращая внимания на боль, он рванул вперед. Он кричал, махал руками, но никто этого не замечал. Вдруг позади Ивана раздались гудки. Секундой позже с ним поравнялся большой темный джип. Он сбросил скорость, а из окна высунулся спортивного вида парень с массивной шеей, на которой блестела не менее массивная золотая цепь.

— Эй, братан, куда хромаешь? Садись, подвезем, — дружески крикнул он Ивану.

Но Иван отшатнулся от машины, и, лишь отрицательно покрутив головой, бежал дальше. К его счастью, водитель маршрутки повернулся на сигнал и заметил полу-бегущего — полу-ковыляющего Ивана. Он внимательно посмотрел на своего потенциального пассажира, но видимо не захотел его ждать. Мотор зашумел в тот же момент, как Иван застучал кулаками по закрытой двери.

— Ты чего буянишь? — крикнул шофер, открывая переднюю дверь.

— А ты чего двери закрыл? Ты ж меня видел! — возмутился Иван. — Я за штырь запнулся, пока до остановки бежал. Весь промок насквозь, ногу поранил, а ты передо мной двери закрываешь!

Водитель недоверчиво взглянул на Ивана.

— Запнулся, говоришь? А деньги-то на проезд у тебя есть?

Иван стал шарить рукой по карманам. Всю похищенную наличность он отдал Лилиту.

— Этого хватит?

Водитель повернул голову. Красивая девушка за его спиной протягивала тысячную купюру.

— Я заплачу за двоих, — сказала она, невозмутимо подавая руку Ивану.

Водитель взял деньги и внимательно осмотрел банкноту.

— Сдачу можешь оставить себе. За ожидание, — буркнул Иван, поднимаясь на ступеньку. Все внутри него ликовало. Он забыл про свою боль, забыл, что весь грязный и поцарапанный. Он просто смотрел на Лилиту и не мог отвести от нее взгляд. Но если бы Иван посмотрел в окно, то наверняка заметил бы обгонявший их УАЗик, из которого озабоченно выглядывал полковник Дарин. Или хотя бы ехавший позади маршрутки все тот же темный джип, пассажир которого только что предлагал Ивану свою помощь.

— Таир Махметович, Рустам говорит.

Мерзаев снисходительно улыбнулся и ехидно спросил:

— Что, Рустамчик, сделал я за тебя твою работу?

— Мою работу? — удивленно переспросил голос в трубке. — Я не понимаю.

— Чего ты не понимаешь? — ответил Мерзаев. — Выедешь на трассу, посмотри сразу за поворотом на Сочи. Может, что интересное и заметишь.

— Не понимаю, о чем вы, Таир Махметович?

— Да, куда тебе понять! Когда бог мозги раздавал, ты, видать, где-нибудь с телками развлекался, — усмехнулся хозяин. — Говори, что хотел.

— Так Таир Махметович, я нашего беглеца преследую. Джип я не смог найти. Там столько военных и легавых! Меня сразу же развернули оттуда. Я с Мордой связался, он как раз в тех местах, и сможет быстрее с другой стороны оползня подъехать. А как я на трассу выехал, вижу: заяц наш бежит себе — хромает. На остановку. Алик его подбросить куда надо предложил, да тот че-то испугался. Самим садить его в машину, было слишком опасно. Там маршрутка стояла: много свидетелей. Ну, мы сейчас за ними плетемся.

Мерзаев застыл в оцепенении.

— Как преследуете? Мы ж его только что… Он должен там лежать, недалеко от поворота.

— Да говорю же вам, вон он едет. В окошко его вижу.

Таир был сражен наповал. Он сам видел, как его недавний работник упал ничком лицом в грязь. Мерзаев ни секунды не сомневался, что тот мертв.

— Разворачиваемся, едем за ними, — скомандовал он водителю. — Я сейчас мимо вас проеду. Посмотрю, что вы там за зайца пасете.

Таир выключил связь и взорвался на водителя.

— А ты, баран, зачем по ногам стрелял?

— Да зачем же по ногам, Таир Махметович? Я в голову метил. Я никогда не мажу, — в недоумении оправдывался тот, — да еще на таком расстоянии!

— Ладно, — отмахнулся Мерзаев. — Никуда он не денется. Пусть он нас на девку вначале выведет. Повезло тебе в этот раз. Но смотри, еще одна такая промашка, и в отставку!

Мерзаев снова мечтательно улыбнулся, представив сделку с инопланетянами. Такого еще ни с кем не случалось. Он смотрел в окно, внимательно оглядывая проходящие мимо машины и время от времени поглядывая в небо.

Вскоре Мерседес Мерзаева уже нагнал злополучную маршрутку. Мерзаев пытался разглядеть в салоне силуэт Ивана и его спутницы. Он даже пару раз обгонял плетущуюся развалюху, чтобы увидеть девушку. Но, к удивлению большого босса, его однодневный сторож сидел с ничем не примечательной престарелой клушей. «Да уж, инопланетянка, — усмехнулся он, — что-то здесь не так».

Он сам решил проследить за маршруткой, что б уж второй раз точно не промахнуться.

Иван грузно упал на первое свободное сиденье. Тело ныло от усталости, а ногу пронзала острая боль, но он, не обращая ни на что внимания, с любовью, словно преданный пес, смотрел на Лилиту, севшую через проход от него. Глаза его наполнились слезами радости. Боль не в счет, когда рядом ОНА. Вдруг за спиной Иван почувствовал какую-то возню и громкое сопение. Он развернулся: грузная круглолицая женщина с брезгливой миной старалась отодвинуться от грязного пассажира. Она, поджав губы, прижимала ближе к себе стоящую на коленях огромную хозяйственную сумку, словно неопрятный попутчик своим видом мог осквернить ее ношу. В этот же миг Ивану в глаза бросилась обгоняющая их машина. Темный джип. В груди Ивана что-то екнуло. Он не мог ошибиться. Это не семерка или подержанный Опель, которых на дорогах пруд пруди! Джипов, конечно, тоже много. Но Иван мог дать руку на отсечение — это была та самая машина, пассажир которой несколько минут назад так радушно предложил Ивану помощь.

Иван шепнул Лилиту, чтобы та отвернулась в сторону и вела себя так, будто они не знакомы. А сам, сев прямо и извиняясь перед соседкой за неопрятный внешний вид, стал размышлять, чтобы всё это могло значить. Вначале ему показалось, что по нему стреляли, затем этот джип, в который раз обгоняющий маршрутку. По идее, он должен уже находиться достаточно далеко впереди. Хозяева подобных машин обычно не обращают много внимания на дорожные знаки. И обогнал маршрутку этот джип еще на остановке. Иван снова посмотрел за окошко. Ничего. «А тот человек кажется немного знакомым, — думал Иван. — Хотя парни этого типа выглядят все на один манер: круглое лоснящееся лицо с коротким ежиком волос, узкий лоб, маленькие заплывшие глазки, толстая шея с килограммовой цепью… цепь… — Иван пытался что-то припомнить. — Необычный кулон — большой золотой кругляш, со странной надписью…что это было?.. бисмана…басната… баснала… Басмала!» Иван не мог в это поверить. Он вспомнил, где видел этого парня. А точнее, эту подвеску. Такая громоздкая, словно медаль, с выгравированной надписью на арабском. «Басмала»[6], - пояснил ее хозяин, когда Иван поинтересовался, что же там написано. Больше тот ничего не объяснял, и Иван так и не понял, что бы это значило. Но это не так уж и важно. Теперь все становилось на свои места. Этот джип, как и, скорее всего, тот Мерседес принадлежат «горному богачу» — хозяину Прыща. Иван видел этот медальон вчера в вертолете, когда бывший одноклассник отвозил его в поместье. «Вот значит, кто за мной гоняется! Неужели этот богач такой мелочный? Убивать человека из-за угнанной машины? — негодовал Иван. — Пусть даже очень хорошей машины. Но ничего не узнав, сразу вот так крайние меры… мафия! Нормальный человек хотя бы поговорит или в полицию заявит. Точно мафия. Ну и вляпался я! По самое «нехочу»!» Сердце Ивана бешено заколотилось. Как же так? За один день он превратился из законопослушного гражданина сразу в 2 мишени: с одной стороны для «мафии», с другой для властей. Иван закрыл глаза, но, пару секунд спустя, его словно пронзило током. Он осторожно обернулся назад и посмотрел в заднее окно. Разумеется, чего он и ожидал! Позади маршрутки ехал все тот же черный Мерседес. «Что же делать?» Иван покосился на свою соседку. «Такая поможет? Да ни за что! Да и водитель тоже тот еще гусь». Но выбор у Ивана был не велик. Никто не знает Лилиту в лицо. Да и знают ли они вообще о ее существовании? Но рисковать нельзя. Если они вместе выйдут из маршрутки, он подставит ее под двойной удар. Иван решил ухватиться за соломинку.

— Извините, еще раз, за беспокойство, — как можно вежливее и спокойнее сказал он недовольной соседке.

Та, отворачиваясь к окну, что-то пробормотала, типа «ничего, с кем не случается», но разговор с Иваном поддерживать не захотела.

— Мне нужна ваша помощь, — умоляюще прошептал Иван.

Соседка панически заерзала на сиденье, прижала сумку еще ближе и презрительно выдавила:

— У меня нет лишних денег, даже не думай. Я сейчас водителю сообщу, — почти крикнула она.

Иван прикрыл лицо ладонями, будто прячась от ненужного внимания.

— Прошу вас, только послушайте меня. Мне не нужны деньги. Я вам и сам могу заплатить. Мне нужна помощь. Вернее помощь нужна ей, — Иван незаметно показал в сторону Лилиту.

На лице женщины показалась тень удивления, смешанного с любопытством. Что общего может иметь такой оборванец с этой красоткой?

— Говори, — уже тише сказала она, — но смотри, будешь врать, крикну водителя. Он тебя быстренько высадит.

Иван начал говорить негромко, но так, чтобы Лилиту тоже его слышала, и в случае чего могла бы подтвердить Ивановы слова. Конечно, рассказывать об инопланетянах он не собирался, поэтому изменил кое-какие детали так, чтобы вызвать чувство жалости у этой совершенно посторонней женщины, от помощи которой зависела их жизнь.

— Эта девушка — моя сестра, — сказал он.

— Это правда? — соседка недоверчиво на него посмотрела и немного нагнулась, чтобы взглянуть на девушку. — Что-то вы совсем не похожи.

— Когда-то и так бывает, — ответил Иван, пожимая плечами. — Но дело не в этом. Ей грозит опасность. Вон, сзади едет большой Мерседес, думаете, все Мерседесы будут тащиться позади маршрутки просто так?

Соседка опасливо повернулась назад и, заметив большой автомобиль, похожий на какую-нибудь правительственную машину, еще с более сильным интересом взглянула на Ивана.

— Продолжай, — уже шепотом сказала она.

— Несколько месяцев назад мою сестру похитили.

Соседка, раскрыв глаза, схватилась ладонью за рот, но ничего не сказала, а лишь с жалостью еще раз покосилась на девушку.

— И только недавно ей удалось связаться со мной и сообщить, где ее прячут. Ее украл какой-то мулла и держал взаперти у себя в горном поместье. Вчера он уехал на пару дней, и мы устроили побег. Но нам не очень повезло — дорогу завалил оползень. Как раз на том съезде, где мы сели. Я отвлекал внимание на себя, чтобы сестра смогла добраться до остановки. В меня даже стреляли, как раз вон из той машины, — Иван кивнул назад. — Я видел вспышку. Но не знаю, как это произошло: именно в этот момент я запнулся и упал. По-другому я объяснить это не могу.

Лилиту, слушавшая рассказ Ивана, повернулась к нему со слезами на глазах.

— Я не знала, — тихо произнесла она, — из-за меня у тебя столько неприятностей.

— Не смотри в мою сторону, — грозно прошептал Иван. — Это опасно. Они едут сзади.

Соседка Ивана, гладя на странную парочку, тоже прослезилась.

— Но я-то чего могу сделать? — уже почти слышно шептала она. — Я ж не Джеймс Бонд, сам видишь!

— Очень просто, — обрадовался Иван. Он боялся, что женщина испугается или просто пошлет его, но она все еще его слушала. — Тот мулла, что похитил мою сестру, еще в отъезде. Но его подопечные никогда не видели ее лица. Он надел на нее паранджу. Но меня они знают. Поэтому очень опасно, если мы выйдем вместе или даже поодиночке. Они сразу догадаются, что к чему. Тем более мы сидим почти рядом. Не могли бы вы взять ее с собой? А позже посадить на автобус до Псоу.

— Не знаю, не знаю, — опасливо прошептала женщина. — Конечно, жалко твою сестру, но у меня ведь тоже семья.

— Значит, не поможете? — разочарованно спросил Иван.

— Ну, я не знаю, ты слишком быстрый, — скороговоркой выпалила соседка. — Дай подумать.

Иван закрыл глаза. Острая физическая боль не покидала его ни на секунду. А теперь к ней добавилась еще и душевная: боязнь потерять Лилиту. Да и попасть в руки к мафии не очень-то хотелось. Все зависело от этой незнакомой женщины, которая могла бы сама подвергнуться опасности, согласись она им помочь.

— Эй, ты еще жив?

Иван почувствовал слабый толчок в бок. Вероятно, сам того не осознавая, он уснул. Он с трудом разлепил глаза и осмотрелся. На месте Лилиту, опустив голову, сидела какая-то мусульманка в черном хиджабе[7]. Она украдкой взглянула на Ивана, и из под платка сверкнули черные миндалевидные глаза, обрамленные густыми темно-вишневыми ресницами. Камень упал с его сердца. Это была она.

Иван не мог выдавить ни слова. Он широко улыбнулся и благодарно посмотрел на соседку.

— Я ей свой платок дала, — пояснила та шепотом. — Да ты не лыбся так, — сама едва сдерживая улыбку, сказала та. — Рано еще улыбаться. Мерседес твой только что нас обогнал. Видать на вокзале поджидает. Когда приедем, ты не выходи. А лучше всего, снова потеряй сознание. Твоя сестрица заплатила водителю, он отвезет тебя в медпункт. Ногу тебе надо бы лечить, а то гангрену еще подхватишь.

— А как же сестра? — взволнованно спросил Иван.

— Я в Сухуми еду. Довезу ее до Псоу и помогу пройти через таможню. После поста остановка есть. Там она тебя и станет дожидаться. А ты полечи ногу и тоже туда поезжай. Авось и получится. На все воля Аллаха!

— Выходим здесь, да поскорее, а то у меня график! — громко сказал водитель, останавливая машину вдалеке от остановки.

Иван бросил быстрый взгляд на Лилиту и закрыл глаза.

— Твои бегут, — громко прошептала соседка, выходя. — Лучше ляг на сиденье.

Иван бухнулся вниз, в то время, как маршрутка, оставив остальных пассажиров на вокзале, резко тронулась с места. Огромные кулаки Мерзаевских бандитов отчаянно заколотили по закрытым дверям, но немедленно, словно из воздуха, возле них вырос полицейский патруль.

Водитель повез Ивана к больнице, а за ними, словно тень, медленно ехал все тот же Мерседес с сильно затонированными окнами.

Почти перед самым вокзалом водитель Мерзаева обогнал маршрутку и остановился перед остановкой, чтобы хозяин мог самолично встретить злосчастного охранника. Но тут их снова ожидала неудача: непонятно почему маршрутка остановилась не на своем месте, и пока бандиты бежали к ней навстречу, все пассажиры смешались с толпой, а сама «газель» поехала в неизвестном направлении.

Злость переполняла Мерзаева.

— За ними, быстрей, — рявкнул он водителю, в то же время, глядя из окна на своих бойцов, мимо которых проходил наряд полиции.

Доехав до больницы, они остановились почти вплотную к «газели». Но к их невероятному разочарованию к больнице одновременно подъехали две скорые. Мерзаев в бессильной злобе наблюдал за происходящим. Открытое нападение в людном месте… Нет, Таир не из тех людей, что подставляют себя по пустякам.

— Да, теперь понятно, чего водила маршрутки намудрил с остановками, — прошипел он злобно. — Видать, этот придурок потерял сознание. Только вот, где девка? Надо навестить его в больнице и все подробно разузнать. Позвони Рустаму с Аликом, пусть займутся. А мы пока домой поедем. Устал я сегодня слишком.

Через несколько часов посыльные Таира вернулись с пустыми руками.

— Вначале нас не пускали в больницу, — виновато пробасил грузный Алик, на груди которого блестела большая круглая подвеска, с выгравированным на ней арабским текстом. — Сказали, операция идет. А потом Рустам сам зашел в палату к Демину, но там никого не оказалось. И никто ничего толком не мог объяснить, куда пропал этот хлюпик?

— Может, сбежал? — оправдывался Рустам.

— Хлюпик, говоришь? — брызгая слюной, орал Мерзаев. — Этот хлюпик обвел вас вокруг пальца, как несмышленых младенцев! Если в течение дня вы не узнаете, куда он пропал или сбежал, сами окажетесь на его месте!

Попав в больницу, Иван понял, что ему не успеть даже на последний автобус, уходящий до Псоу: время здесь тянется намного медленнее, чем в обычном мире. Да сказать по правде, не очень-то и хотелось трястись в общественном транспорте с больной ногой. Конечно, первое, что пришло ему в голову: взять свой старенький Опель и ехать на нем до места назначения. Но от этого плана пришлось отказаться сразу же. Иван поступил намного проще. Как только его ногу обработали, он по больничному телефону вызвал такси, и, никому ничего не объясняя, выскользнул из больницы через один из пожарных выходов. Проезжая мимо главного входа в больницу, Иван, не без удовлетворения, заметил дежуривший на обочине уже хорошо знакомый джип. Ликуя, что удалось ускользнуть от мафии, он вжался в сиденье, чтобы случайно не обратить на себя внимание.

На пост Псоу Иван приехал одновременно с Лилиту и ее провожатой: видимо им пришлось долго ждать нужный автобус. Иван следовал на некотором расстоянии, так, чтобы не терять их из виду, но и не дать им заметить себя. Ведь кто знает, вдруг где-то его ожидает отряд спецназа? Да и мафия может появиться в любую минуту. Зачем рисковать раньше времени?

Вот они дождались своей очереди и остановились перед окошком пограничников. И тут Иван побледнел от ужаса: ведь у Лилиту нет российского паспорта! Да и вообще никакого. В этот момент и провожатая Лилиту, по всей видимости, тоже поняла об этой ускользнувшей от всех детали. Она растерянно смотрела на девушку, а Иван боком пробирался между возмущающимися людьми в очереди.

— Без паспорта нельзя, — подвинувшись ближе, услышал он категоричный голос пограничника.

Женщина с жалостью взглянула на Лилиту.

— Но вот же мой паспорт, — умоляюще сказала она. — А это моя племянница. Этой девочке и так пришлось немало хлебнуть.

— Мне очень жаль, — ответил пограничник, — но без паспорта нельзя. Если у вас трудности, то необходимо обратиться в полицию по месту жительства. Вы же ведь где-то проживали? Надо отстаивать свои права.

— Да где же она жила? В горах, конечно! Какая там полиция?

— Но вы же понимаете, что этот вопрос не ко мне, гражданка. Идите к начальству. Там вам помогут. А впрочем… — голос пограничника вдруг изменился. Стал каким-то высоким и напряженным. Словно блеющим. — Проходите, ладно уж. Только если вас дальше развернут, я здесь не причем.

Женщина удивленно посмотрела на пограничника, затем опомнившись, подхватила свою большую сумку и легонько подтолкнула Лилиту проходить дальше.

— Дай бог тебе здоровья, сынок, — быстро сказала она, забирая паспорт.

— Идите, идите, пока я не передумал, — последнее, что услышал Иван.

Полчаса спустя, он вышел на пустынную площадь, посреди которой стояла пара пустых «газелей», а на углу несколько абхазских женщин вели оживленный разговор. Лилиту он увидел не сразу. Девушка одиноко сидела на обочине, подперев коленями подбородок. Увидев Ивана, она радостно вскочила с места, но тот знаком остановил ее, головой указав на одну из маршруток с заведенным мотором. И уже через несколько минут старенькая «газель» увозила их вглубь Абхазии.

Часом позже беглецы сняли комнату в одном из лежащих на пути поселков. Казалось, они, наконец, оторвались ото всех преследователей и наблюдателей и решили немного отдохнуть от пережитых волнений этого сумасшедшего дня. Как только они оказались одни, Лилиту включила свой компьютер, чтобы найти следы присутствия друзей. Компьютер показывал местоположения трех кораблей всего лишь в каких-то нескольких десятках километров от поселка. Девушка не могла дождаться утра, когда, наконец, они смогут отправиться дальше.

— Давай позавтракаем и поедем, — улыбаясь, сказал Иван. — Чувствуешь, какой вкусный запах? Яичница с овощами!

Лилиту вздохнула и поморщила нос.

— Это ты считаешь вкусным? — брезгливо спросила она. — Я не голодна.

— Зато я голоден. Нам же ведь опять придется целый день на пустой желудок бегать. Лучше и ты перекуси что-нибудь. Вы вообще едите что-то?

Но Лилиту не ответила. Она сверлила Ивана глазами в течение всего завтрака. Но тот и носом не повел. Он ел не спеша, смакуя каждый кусочек. Хотя смаковал Иван не еду, а каждую минуту ее общества. Разумеется, он понимал, что как только Лилиту встретит друзей — их пути разойдутся, а этого Ивану хотелось меньше всего на свете. Поэтому он медленно пережевывал хозяйкину стряпню и исподтишка улыбался, ловя сердитые взгляды девушки.

И вот, наконец, когда тянуть уже стало невозможно, беглецы отправились на поиски обнаруженных кораблей.

— Не убирайте нашу комнату сегодня. Вдруг, мы еще заглянем, — расплачиваясь с хозяйкой, сказал Иван и про себя подумал: «По-крайней мере, я один».

— Да, конечно, сынок, оставайтесь сколько хотите. Нынче у нас зима замечательная. Погуляйте, воздухом подышите, да возвращайтесь.

Возбужденная Лилиту с силой тянула Ивана за низ куртки.

— Ты когда-нибудь уже закончишь? — громким шепотом возмущалась она. — Ведь они могут и исчезнуть. Сам знаешь, оставаться долго на одном месте очень опасно!

Разумеется, Лилиту была абсолютно права. Им нужно поторапливаться, если они не хотят снова оказаться застигнутыми врасплох. По пути Иван предложил зайти на рынок и купить хоть какое-то снаряжение и теплые шапки, чтобы немного поменять внешность и, в то же время, не замерзнуть в горах. Разумеется, Иван не забыл и про палку для себя: ступать он мог только на внешнюю сторону ступни, а это не удобно даже при ходьбе по обычной дороге, а тут еще неизвестно, по каким тропам им придется пробираться до кораблей. Уже на выходе он купил недорогой фотоаппарат и повесил его себе на шею, чтобы ничем не отличаться от обычных туристов. Хотя, сказать по правде, он просто хотел оставить себе хоть какую-то память о прекрасной инопланетянке.

Затем они вышли на трассу, и им посчастливилось тормознуть полупустой экскурсионный автобус. Примерно через час они уже подъезжали к знаменитому озеру Абхазии, в районе которого компьютер показывал корабли друзей Лилиту. Она увлеченно болтала всю дорогу: рассказывала о своих друзьях, что-то про сына императора…, но Иван не слушал. Его это больше не волновало. Мысль о предстоящей разлуке, словно заноза впивалась в сердце. От бессилия хоть что-то изменить, он лишь крепче сжимал ладонь Лилиту.

Но вдруг автобус остановился. Иван не раз бывал в этих местах, и знал, что до Рицы ехать еще пару километров. Беглецы нахлобучили шапки низко на глаза, в то время как водитель выскочил узнать, что же случилось впереди.

— Пойдем скорее, пока есть возможность — сказал Иван, почувствовав неладное. — Смотри, там военные. Нам с ними встречаться не нужно.

Выйдя, Иван осмотрелся: впереди уже скопилась небольшая пробка, и у каждой машины стояли люди в форме. Он потянул Лилиту за рукав, подводя ее поближе к говорящим, и прислушался. Да, сомнений не было. Дальше пути нет. То и дело всплывало высказывание «…в связи с военным положением». Люди пытались возмущаться, но безрезультатно.

Иван и Лилиту решили дойти до места пешком по горным склонам. Под такой шум исчезновение двух пассажиров никто и не заметит. А это как раз на руку тем, кто не хочет привлекать к себе внимания.

Они стали пробираться сквозь заросли по направлению небольшой горной речки. Дорога оказалась очень сложная и, за неимением нужного снаряжения, иногда им приходилось буквально таки ползти на животах. Дальше, по руслу реки, стало немного проще, хотя и для Ивана, и для Лилиту такой путь стал настоящим испытанием. Но самое неприятное началось, когда они поднимались по крутому заснеженному склону. Из-за большого уклона Ивану приходилось снова ползти то на четвереньках, то на животе, ведь одно неверное движение и бесплатный лифт вниз к отвесным обрывам обеспечен. Лилиту было не намного легче. Самые сложные места она пролетала. Но для этих перелетов требовалось много сил, так как сильный встречный ветер пытался сдуть путников вниз, и девушке приходилось напрягать все свои силы, чтобы противостоять ему. Совершенно изможденные новоиспеченные треккеры[8] наконец выбрались на вершину горы[9], с которой открывалась живописная панорама. Снизу, словно глаза огромного великана на них смотрели, отражая солнечный свет, два горных озера. Если бы не изматывающий подъем и не омрачающие обстоятельства путешествия, Иван смог бы по достоинству оценить красоту открывшегося перед ними ландшафта. Но теперь глаза его не наслаждались духозахватывающими видами, а выискивали определенные объекты: где-то в этих местах должны находиться корабли друзей Лилиту.

— Смотри, — воскликнула она, указывая вниз.

Там, сквозь деревья, слепя глаза, отражался розовый свет. Иван достал бинокль.

— Это они! Идем же! Розовая Ладья — это корабль нашего Принца. Я тебе только что про него рассказывала.

Крылья Лилиту с громким шелестом распахнулись, и она взлетела, готовая дать ветру подхватить себя и нести вниз. Но Иван не двигался, неприятное предчувствие закралось в его душу. Теперь ему стало ясно, почему дорога на озеро перекрыта: розовое сияние исходило от корабля…подвешенного к вертолету.

— Ну что же ты! — воскликнула девушка. Казалась, она снова полна сил и энергии, чтобы продолжить путь.

— Подожди, — прохрипел Иван и протянул ей бинокль. — Посмотри сама.

Лилиту опустилась и вгляделась вдаль.

— Нет, это не правда! — беспомощно прошептала она, роняя бинокль в снег. — Они не могли погибнуть. Они должны были уйти, так же как я!

— Может быть, очень даже может быть, — неуверенно попытался утешить ее Иван. Ему тоже стало больно от состояния Лилиту, как будто он чувствовал ее изнутри. — Пойдем обратно, не надо что б нас увидели.

Но Лилиту словно оцепенела. Она упала в снег на колени, стянула с головы шапку и закрыла ею лицо. Длинные волосы, рассыпавшись по плечам, развевались на ветру в такт трепещущим крыльям. Ее поза излучала отчаяние, досаду, беспомощность и, в то же время, ярость и страсть. Она казалась до безумия нереальной, словно картинка на экране компьютера.

— Вот это да! — послышался низкий голос за спиной Ивана. — Натуральный суккуб[10]! Обалденно!

Иван медленно повернул голову. Сердце его упало в пятки. Позади них стояли, опираясь на палки пятеро бородатых мужчин с огромными рюкзаками за спинами.

— Извиняюсь, мы, наверняка, помешали, — смущенно сказал один из них с кудрявой рыжей бородой, но уже другим голосом. — Забраться в такую даль от посторонних глаз и нарваться на пятерку любопытных зевак… Извините, еще раз.

Иван стоял не шелохнувшись. Он не знал, что сказать.

— Конечно, помешали! Ну и везет нам сегодня на встречи! — ответил первый голос, исходивший от внушительных размеров мужчины. — Мы мимо пойдем. Не будем вам мешать. Но я не могу удержаться: адресочек вашего блога не дадите? Я бы непременно зашел посмотреть ваши работы. Вы видео снимаете или фотографии?

Лилиту подняла лицо и повернулась к говорившим.

— Про какие встречи ты говоришь? Ты еще кого-то видел? — она смотрела тяжелым взглядом, от которого огромный бородатый парень, съежился так, что, казалось, стал почти вдвое меньше.

— Ох, ну вы даете! — пробасил он. — У меня даже мурашки по коже. Натурально так все. Голливуд отдыхает!

— Вы встретили еще что-то необычное или кого-то? — все еще словно замороженный спросил Иван.

— А, — протянул третий мужчина. — Так наверняка они вместе!

— Ну да, — стукнул себя по лбу Большой. — Конечно! А мы-то никак взять в толк не могли, что ж там происходит! Вы кино снимаете?

— Где происходит? Какое кино? — Лилиту, казалось, теряла всякое терпение.

— Подождите, парни, расскажите нам толком, кого вы встречали. Мы разошлись с нашими друзьями. А они ко всему прочему, почти иностранцы: по-русски ни бельмеса! — к Ивану постепенно возвращался дар речи.

— Нет, иностранцев мы не встречали, — ответил Рыжебородый. — Мы уже неделю в горах. С утра вышли на Рицу, а там все российскими военными оцеплено. Нас мурыжили часа три! Потом велели домой возвращаться. Ну а мы напоследок решили еще сюда забежать, что же мы, зря столько прошли, что ли?

— А что они от вас хотели? Зачем вас допрашивали?

— Не знаю, — пожал плечами Большой. — Вон, Степа клянется, говорит, тарелки там видел. Он отбежал от нас по нужде, и пока к нам все внимание было, ему удалось там побродить. Потом его тоже к нам привели, конечно. Но у Степы воображение еще то! Ему тарелки по ночам снятся!

— Да ты что болтаешь? — возмутился парень, казавшийся самым молодым из этих бородачей и, по всей видимости, Степан. — Какие сны? Я их вот, как тебя видел! Три штуки. Если не верите, идите еще раз и посмотрите. Правда, формы у них разные были. Но одна точно тарелка! Их к вертолетам цепляли. Я вам отвечаю!

Степа отчаянно взглянул на Ивана и Лилиту, которые тревожно переглянулись.

— А люди? Кого-нибудь ты там видел, кроме военных? Рядом с тарелками?

— Инопланетян вы хотите сказать? — Степа, торжествуя, смотрел на Ивана. — Видел!

Лилиту, не сдержавшись, вскочила на ноги и устрашающе взмахнула крыльями. Иван схватил ее за руку, а мужчины в испуге отшатнулись. Все, кроме Степана. Он побелел, как снег, но не шелохнулся.

— Я понял, вы тоже оттуда? — нерешительно спросил он. — Я видел уже такие крылья.

— Крылья? — Лилиту, взяв себя в руки, подошла к Степе. Ее глаза сверкали молниями. — Где? Расскажи мне, что ты видел?

Степан на секунду обернулся, ища поддержки у отступивших товарищей, почесал за воротником и немного вызывающе, словно человек, которому никто и никогда не верит, ответил:

— Там, внизу, у озера. Но то, что я там видел, вряд ли вас утешит. Крыло свисало с одних из носилок возле вертолета. К сожалению, я смог разглядеть только одно крыло, потому что тела закрыли простынями. Но некоторые из накрытых тел были огромных размеров! А крыло вот в точности такое же! За это я ручаюсь! — Степа гордо посмотрел на Лилиту. — Еще я видел тарелки. Их тоже накрыли. Брезентом. Но, и ежу понятно, что там прячут. Потом меня заметили и отвели в кафе. У них там что-то типа штаба. Задавали мне всякие вопросы: что мы здесь делаем, и что я знаю про вчерашнее и даже, не поверите, про Нибиру! А еще они взяли у меня анализ крови, — он протянул руку, пытаясь задрать рукав куртки.

— Что, причем здесь твоя кровь? — Лилиту растерянно смотрела на Степана. Ее крылья медленно и, как будто обессилено, исчезли в складках одежды, так, что не осталось и намека на их присутствие. — Почему из-под простыни? Зачем они закрыли их простынями?

Она вопросительно посмотрела на Ивана, а тот смущенно отвел взгляд.

— Говори, почему ты отворачиваешься? — голос Лилиту сорвался на крик.

Иван исподлобья взглянул на девушку.

— Обычно простынями накрывают мертвых, — едва слышно произнес он.

Еще несколько секунд Лилиту внимательно рассматривала всех присутствующих, а затем ее глаза закатились, и она потеряла сознание.

Иван подхватил девушку и сел на снег, поддерживая ее голову, а удивленные мужчины выстроились вокруг них полукругом.

— Ну и дела сегодня творятся! — сказал Рыжебородый. — Серега, проверь девушку, ты ж у нас доктор.

Большой опустился на колени и взял Лилиту за запястье, проверяя пульс.

— Что у вас случилось? Что вообще происходит? — спросил он. — Пульс у нее странный. Кто она такая?

Иван недоверчиво посмотрел на парней, боясь, что его объяснения прозвучат, как бред сумасшедшего.

— Вы сегодня ночью не заметили в небе большую красную звезду прямо над нами?

— Да, было такое, — сказал Большой-Серега, присевший рядом с Иваном и Лилиту. — Мы подумали, может Марс? Астрономы-то мы еще те!

— Да, только Большую Медведицу и знаем, — усмехнулся Рыжебородый.

— Ну, ты за всех не отвечай. Я вам вчера еще говорил, что странная она, звезда та. А вы же все надо мной и смеялись, — торжествуя, перебил друзей Степа.

— А кто-то говорит, что с ней что-то не так? — наполовину иронично, наполовину язвительно ответил Серега.

— Вообще-то Степа прав, — сказал Иван, с ужасом осознавая, как нереально звучат его слова. — Это не обычная звезда. Она появляется у нас раз во много лет. А эта девушка — ее зовут Лилиту — она оттуда.

— Ну вы даете! — воскликнул Большой-Серега, качая головой. — И крылья у нее настоящие? И летать она на них умеет? Или как лучше сказать: с ними?

— Ага, ты вот у нее и спроси. Она по-русски лучше нас с вами говорит, — усмехнулся один из парней, стоявших чуть поодаль.

— Вот именно! С трудом во все это верится, — поддержал друга Серега. — Разыгрываешь ты нас, определенно. Откуда вы вообще здесь появились?

Иван вздохнул.

— Эх, ребята, если бы мне кто-нибудь такое рассказал, я бы решил, что он сбрендил. Но, увы, рассказывать приходится мне.

— Ладно тебе, Серега, — усаживаясь рядом, Степа тыкнул друга в бок локтем. — Никогда вы ни во что не верите! Перед вами человек сидит с крыльями, ангел может, а вы все равно спорите.

— Ну, на ангела-то она мало похожа, — с сомнением возразил Сергей. — А вот на суккуба, очень даже потянет! Только хвоста, жаль, нет, или есть?

— Суккуб? Кто такой суккуб? — спросил Иван. — Ты уже второй раз это слово повторяешь.

— Хо! Он не знает, кто такой суккуб, а сам ее еще и обнимает! — воскликнул Сергей.

— Да ладно ты, я, к примеру, тоже не знаю, кто такой суккуб, — сказал рыжебородый, устраиваясь на рюкзаке рядом с Иваном.

— Да вы чего парни, только родились? Суккуб это не такой, а такая. Это демон, в женском обличии. Блин, да вы что, ни разу картинок не видели? Гриня, ты-то? У меня на компьютере обои! Не помнишь что ли? Девицы такие полураздетые с крыльями, хвостами, рогами, чем угодно. Они типа там во сне приходят к мужикам, энергию у них высасывают. Такие вещи вам объяснять нужно, неудобно даже! Вы сами-то не чувствуете? Я уже так давно готов. Сразу, как ее увидел.

Рыжий хохотнул.

— Я думал, это только у меня такая проблема. Но мы ведь целую неделю без женского общества, а тут такая красотка. Нормальная реакция здорового организма. Тебе-то этого не знать!

— Ну, может и реакция, — смутился Сергей. — Тебя как зовут, браток? Мы: вот фантазер — Степа, — он стал показывать на товарищей. — Вот этот рыжая борода — наш главный заводила Тимофей. А там, самые скромные, Гриня и Андрюха. И я, как ты наверняка догадался, Серега.

— Меня зовут Иван. Я сам из Сочи.

— Ого! Из Сочи! — уважительно кивнул Серега. — Мы, конечно, не такие везунчики, издалека погостить сюда приехали. А у вас тут, понимаешь, такие дела творятся! Ну ладно, рассказывай. А то примерзнем задницами к горам — смеху будет. Надо под девушку положить чего-нибудь, чтоб не простыла ненароком, — обратился он к рыжебородому Тимофею.

— Лилиту я встретил вчера, — сказал Иван. — . Меня знакомый попросил присмотреть за фазендой одного богача в горах. А она прямо туда приземлилась на своем корабле. Я струхнул вначале, позвонил зятю, он в космических войсках служит. У нас в горах — Крона, слышали, наверное?

Тимофей со Степаном утвердительно кивнули.

— А потом, я с ней познакомился. У Лилиту примочка есть одна классная. За ухо стержень вставляешь и можешь говорить на любых языках. Ей это для работы нужно. Представляете, она книжки переводит на разных планетах!

Все уважительно взглянули на Лилиту, а рыжебородый погладил ее по голове.

— Она мне рассказала, что наши начали по тарелкам стрелять, как только они подлетели ближе к Земле. Тогда они с друзьями договорились о встрече, кто сможет спастись, разумеется. Я ж ведь ничего про это не знал! Вот и вызвался ей помочь. Из-за этого пришлось угнать джип с фазенды. Сами понимаете, ситуация… Знал бы, что все так закончится… ммм да… все равно бы помог.

— Ну а дальше?

— Дальше, поехали мы с ней к месту встречи, а за нами военные, и до кучи, еще хозяин джипа вернулся. Тоже за нами по пятам. Хотя джип нам пришлось бросить еще в России. Там нам оползень дорогу перекрыл. Но хорошо, не далеко от трассы. До Рицы мы на перекладных добирались, но на подъезде военные все оцепили и мы решили идти вдоль речки напрямик.

— Вот это да! — воскликнул пораженный Сергей. — Теперь уж точно Голливуд отдыхает!

— Все это интересно, но зачем они на Землю летели? — спросил рассудительный Тимофей.

— И откуда планета их взялась? — добавил Степа. — Это ведь Нибиру?

— Не совсем. Планета называется Анну. Она с какого-то времени стала появляться у нас в небе каждые 3600 лет. Но жить там в это время невозможно. Поэтому кто-то из них летит на Землю, кто-то остается в космическом ковчеге. Они, представляете, путевки сюда покупают, как в турпоездку!

— Интересно, — кивнул Тимофей. — Ну а планета, действительно, откуда она взялась?

— Лилиту говорит, об этом точно не известно. Официально — это переход в другое измерение, но возможно и кротовая нора[11] или еще что-нибудь подобное.

— Обалдеть! — растягивая слова, сказал Степан с видом победителя. — Теперь кому-то придется переписывать всю историю заново!

— Да, никогда бы не подумал! — пробасил Сергей. — А что по телеку про них говорят?

— Нам, знаешь, как-то не пришлось телевизор посмотреть. Кажется, объявлено военное положение. Но вы об этом, скорее всего, и сами знаете? Вам военные-то что сказали?

— Да ничего, — презрительно ответил Серега. — Ты же знаешь, у них постоянные тайны. Сказали: домой возвращаться.

— А вы-то сейчас как? С друзьями, я полагаю, лучше встреч больше не искать. Что собираетесь делать? — спросил Тимофей.

— Лучше тоже домой возвращайтесь. Никто и не догадается, что она инопланетянка. Если крылья, конечно, никому не показывать, — добавил Сергей.

— А как они пойдут? — с упреком возразил ему Степан. — Их же все ищут! Да там внизу их сразу же и словят!

— И правда! «Веселые» у вас деньки, не позавидуешь! — согласился Тимофей. — Мы могли бы вывести вас отсюда. Но дальше…

— Спасибо, мы не откажемся от помощи, — благодарно прохрипел Иван. В его горле запершило, предвещая не совсем нужные слезы. Он сглотнул. — Еще один такой переход мы бы не выдержали.

— Да, оно и правда. Вы ж по звериной тропе шли! — заключил Сергей. — Пойдем вместе. Доведем вас до дороги. Ну а там, бог вам в помощь.

Подождав, когда Лилиту немного успокоится, компания отправилась в путь. После тяжелого восхождения обратная дорога показалась Ивану очень легкой, даже не смотря на то, что перед озером им пришлось сойти с тропы, чтобы не встретить военных. Сменив пять попуток и затратив на обратный путь в несколько раз больше времени, чем с утра Иван и Лилиту вернулись в поселок уже когда стемнело.

Хозяйка приветливо встретила уставших и промокших, от неожиданно начавшегося ливня, постояльцев.

— Ничего, ничего, я ж вижу, вы совсем устали! Отдыхайте, я все развешу на балконе. А вы завтра сами заберете. С вашей комнаты туда тоже можно выйти, — сказала она и заботливо собрала их мокрые вещи, невзирая на слабые возражения Ивана.

Затем она поспешила на кухню, чтобы нарезать им бутерброды.

— Знала бы, что вы приедете, приготовила б что-нибудь получше. Ну ничего, завтра встану пораньше — напеку вам блинов, — сказала она. — А сейчас я — к соседке. Мы с ней телевизор вместе смотрим. А вы располагайтесь, чувствуйте себя, как дома. Полотенца для вас я в ванной повесила.

Иван, пробормотав что-то благодарно-неразборчивое, закрыл за хозяйкой дверь и повернулся к Лилиту. Он с жалостью смотрел на ее опухшее от слез лицо. За всю обратную дорогу она не проронила ни слова, но теперь, оставшись наедине с Иваном, единственным близким ей человеком на этой планете, она дала волю чувствам. Иван растерялся. Он не ожидал такого выплеска эмоций. Осторожно обняв девушку, он легонько погладил ее по дрожащей спине, неосознанно ожидая почувствовать сложенные крылья, но спина, к его удивлению, оставалась совершенно гладкой. Тепло разлилось по телу от ощущения ее близости. Он поцеловал всклокоченные волосы и прижался щекой к ее макушке. Лилиту еще ближе подалась к Ивану и подняла лицо. Иван почувствовал ее горячее дыхание. Их глаза встретились. Лилиту, едва двигая губами, что-то прошептала, отчего сердце Ивана сжалось от нежности. Она прикоснулась к нему горячими губами. В этот же момент ее крылья шумно распахнулись и обвили их словно шелковое покрывало. Иван вздрогнул от неожиданности, но в тот же миг его обожгло волной вожделения. Подобного испытывать ему не приходилось. Кровь забурлила в его венах. Иван резкими движениями почти сорвал с себя одежду, боясь хоть на долю секунды прервать поцелуй, наполнявший его невиданной силой. Лилиту, последовав примеру Ивана быстрым движением расстегнула костюм, который легко соскользнул вначале с крыльев, а затем с тела и бесформенной кучкой остался лежать на полу. Крылья затрепетали у нее за спиной. Иван всем телом ощутил жар, исходящий от кожи девушки. Изнемогая от желания, он поднял ее и крепко прижал к себе. Их разгоряченные тела, будто в странном невообразимом танце слились в одно. Иван чувствовал себя словно парящая в небе птица. Кровь буквально кипела в нем, обжигая изнутри. С каждым движением, с каждой секундой его все больше и больше наполняла энергия жизни, пока, наконец, не захлестнула с головой. Время и пространство исчезли. Ивана, словно электричество, стали пронзать потоки наслаждения, и он с облегчением понял… что умирает. Он не противился этому. Смерть казалась ему желанна и необходима, как окончание этого бесконечного наслаждения, которое он уже не мог перенести. И наконец, его сознание растворилось в небытие…

Очнулся Иван от обжигающей лицо боли. Он почувствовал чье-то тяжелое дыхание, с трудом разомкнул свинцовые веки и увидел прямо перед собой лицо Лилиту с измазанными в крови губами…

«Все должно пройти по плану!» — думал Император, мрачно глядя в смотровое окно на содрогающуюся планету и корабли, окружившие его флагман. Его миру после многих тысячелетий страданий, наконец, пришло время измениться. Испытания должны пройти успешно! Если защитный барьер выдержит гравитационные волны этого ада, тогда, через пару перемещений ковчеги потеряют смысл, и аннунаки смогут оставаться в своих домах, вспоминая былые годы, как кошмарный сон.

— Последние корабли покинули планету, — услышал он громкий голос адмирала за спиной, но даже не подумал поворачиваться, а лишь слегка кивнул в ответ, позволяя волнистым рыжим локонам упасть на глаза.

— Ваш дед Аншар гордился бы Вами, Ваша Светлость, — почти над самым его ухом проскрипел старческий голос.

Император развернулся. Рядом с ним висело летающее кресло Первого Советника. Оно парило высоко над полом, так чтобы голова его хозяина могла оказаться на одном уровне с глазами рыжеволосого исполина.

— Конечно, вам пришлось намного труднее. Теперь настала моя очередь позаботиться об Анну, — гордо произнес Император хриплым раскатистым басом. — Я надеюсь, испытания пройдут успешно.

— Да, — протянул советник, старчески тряся головой, — тогда можно и умереть.

Император сердито сверкнул глазами и громоподобно рявкнул:

— Тогда нужно будет не умирать, а начинать жить.

Старик тихонько засмеялся и смахнул с глаз слезу.

— Ты добр ко мне Аншар. Так же добр, как и твой дед.

Император сильной рукой придвинул кресло советника ближе к себе, чтобы они вместе могли наблюдать за происходящим.

— Смотри, Элохим, смотри! Наша империя! Кто другой может похвастаться, что живет в двух мирах одновременно? Мы еще заставим это работать на нас. Поверь мне!

Глаза Элохима, обрамленные старческой скатанной шерстью, радостно светились. Но они не были направлены, туда, куда показывал Император. Советник с гордостью смотрел на Аншара, словно любящий отец на сына-победителя. Император, в свою очередь, тоже любил советника и относился к нему очень бережно. Тот уже давно стал для Аншара связью с предками и древними временами. И не удивительно, ведь Элохим еще был другом его отца и деда. Уже никто не помнил, сколько ему лет. Ни один из аннунаков не жил так долго, как этот старый анубис. И если бы не голова шакала, присущая расе анубисов, император воспринимал бы его, как своего собственного деда.

Вдруг старик зашевелил носом и оскалил зубы, будто пес, почуявший опасность.

— Что-то не так? — встревожено спросил император, с детства привыкший доверять интуиции этого мудреца.

— Не знаю, — проскрипел тот, — но не спокойно у меня на сердце.

Император вопросительно взглянул на адмирала.

— У вас все в порядке? — спросил он.

Но адмирал, казалось, его не слышал. Он озабоченно смотрел то на приборы, то в окно. Затем вдруг включился огромный экран телескопа.

— Всем замедлить ход! — воскликнул адмирал, взмахом руки вызывая перед лицом режим общей связи, чтобы его услышали на всех без исключения кораблях, летящих к голубой планете.

Император побледнел. На экране все больше увеличиваясь, показалась поверхность Ки.

— Что это? — с ужасом произнес он. Телескоп отобразил крупным планом открытые шахты ракетных установок, разворачивающиеся в сторону подлетающих кораблей. — Останавливайте всех, адмирал!

Бледный адмирал в ужасе смотрел на императора.

— Слишком поздно, Ваша Светлость! Их скорость чересчур высока для маневров. Если они резко развернутся, то не избежать столкновений.

— Оружие? Откуда взялось оружие на Ки? — изумленно воскликнул Император. — Кто-то смог ее оккупировать? Я ничего не понимаю!

Адмирал не зная, что ответить, растерянно смотрел на данные своих компьютеров.

— Нефилимы? — неуверенно предложил он.

— Нет, как бы они попали в это измерение? Неужели кто-то смог найти сюда другую дорогу?

— Наши корабли сбивают, Ваша Светлость, — глухо произнес адмирал, все еще не до конца осознав это.

Император побледнел.

— Почти все, кто стартовал в первых рядах, попали под обстрел, — продолжил адмирал.

— Я думаю это адаму, Ваша Светлость, — сдавленно прошептал старческий голос Элохима. Император пристально посмотрел на него. — Я подозревал, что они могут достичь невиданных высот в своем развитии, — продолжал старик. — Великий Энки никогда не создавал что-то вполсилы. Он вложил в них часть себя. Помнишь, как он переживал из-за них во времена мятежа Энлиля? Хотя, конечно, ты не можешь этого помнить. Зато помню я. Это же он помог им выжить. И я не удивлюсь, если это именно он поделился с ними запретными знаниями.

— Адаму? Этого не может быть! Ты же знаешь! Разве не ты предложил ограничивать их развитие?

— Да, я боялся, что однажды они встретят нас чем-то подобным, — вздохнул Элохим. — Видимо, что-то вышло из-под контроля наместников. Вы ведь понимаете, Ваша Светлость, время здесь идет по-другому, а адаму размножаются и развиваются слишком быстро.

— Но не так ведь быстро? Ведь мы же разрушили их самые развитые империи. Они не смогли бы без посторонней помощи придумать подобное оружие! Я думаю, это вина самих наместников. Многие аннунаки теряли голову на Ки, сам знаешь: безграничная власть и положение богов опьянит кого угодно! Возможно, кто-нибудь из них проникся симпатией к адаму и показал им, чего не следовало? — Император напряженно смотрел на экран телескопа. — Мы можем связаться с наместниками? — мрачно спросил он.

— Мои люди уже пробовали это сделать, — проскрипел Элохим, — но… — он развел руками.

В огромном Имперском зале, позади командного отсека и Императорского мостика собралась элита Анну: все приближенные к Императору аннунаки. Они с ужасом наблюдали за вспышками на экране телескопа, где один за другим, словно огни ужасного фейерверка, на их глазах взрывались их же собственные дети. Не было слов, чтобы описать состояние присутствующих. Конечно, никто не ожидал ничего подобного от этой развлекательной поездки. Никто и не подозревал, что за столь короткое время ситуация на Ки изменится коренным образом.

— Вы что-то делаете, адмирал, чтобы остановить их? Они же сами летят навстречу собственной смерти! — воскликнула пожилая величественная суккуб, бесконтрольно размахивая крыльями. Крылья задевали не менее взволнованных соседей, создавая атмосферу еще большей нервозности.

— Мы пытаемся развернуть их, мадам. Но сами понимаете, что если первые резко остановятся, станет намного больше жертв от столкновений. Задние ряды уже летят обратно. Здесь, — адмирал указал на пустую стену, где моментально возник огромный разноцветный список, — вы сможете проследить за вашими близкими. Вы видите имена всех стартовавших из первой волны. Только тех, кто попал под обстрел.

Почти все в зале, включая императора, впились глазами в мигающий черно-красный список.

— Что это значит? — спросил император, глядя на первую строчку с именем своего сына, тревожно мерцающую красным цветом.

— Я разделил всех на четыре группы, — пояснил адмирал. — Зеленым выделены имена тех, кто сейчас в безопасности. Они находятся вне зоны атаки, но полную гарантию я дать не могу.

Император горько усмехнулся. В многотысячном списке виднелось всего лишь десяток-другой зеленых линий.

— Красным цветом, — продолжил адмирал, своими словами заставляя замереть сердце не только императора, — отмечены те, кто находится в данный момент на линии огня, но с ними есть постоянная связь.

Император сжал спинку кресла Элохима так, что его пальцы побелели от напряжения.

— Строчки с синими именами указывают на тех, кому не смотря ни на что, удалось достигнуть Ки. Но какова их дальнейшая судьба — не известно. Мы советуем никому не покидать кораблей. Ну а черным… — адмирал опустил глаза и глухо кашлянул, заставляя себя произнести последние слова похожие больше на смертный приговор, — с ними связь потеряна.

Император замер. Строчка с именем его сына потемнела. Он схватился за сердце, а среди его подопечных вырвался возглас ужаса.

Наследный принц Думузи один из первых взлетел с Анну. Единственное, что могло служить каким-то утешением императору, мысль о том, что корабль его сына оснащен защитным полем. Но никто еще не знал, как это поле поведет себя в этой жестокой системе. И, похоже, оно не сработало.

Среди приближенных снова раздался отчаянный вопль. Император развернулся. Пожилая суккуб упала в обморок. Он хорошо знал ее: родственница Инанны[12], одной из первых наместниц на Ки. Вероятно ее сын… да, кажется, у нее был сын, тоже оказался в черном списке.

— Я разнесу эту планету на кусочки, — яростно воскликнул император, — вместе с ненавистными адаму! Они превратятся в космическую пыль, в горстку беспорядочных астероидов, как однажды Энлиль поступил с Кингу.

— Не надо спешить, мой господин, — размеренно произнес мудрый советник. — Разносить Ки не очень разумно. Старый Аншар дорожил этой планетой. Он считал ее подарком высших сил и отказываться от него не следует. Я полагаю, что можно ограничиться только наказанием распоясавшихся адаму, которые развелись словно клопы в старом матрасе, и возомнили себя его хозяевами.

Император снова взглянул на список. Строчка с именем его сына сияла ярко синим светом.

— Его Высочество передает, — радостно объявил адмирал, — что он в порядке. Он включал защитный колпак, возможно, поэтому мы потеряли с ним связь.

— Наконец-то! — облегченно вздохнула Лилиту, стирая ладонью кровь с губ. — Ты извини, что я тебя укусила. Я не знала, что делать. Надо как-то остановить кровь.

Иван ничего не понимал. Вдобавок к непрекращающейся боли в ноге, саднило все лицо и жгло нижнюю губу. Иван рефлексивно дернул руку, чтобы затронуть губу, но рука оказалась тяжелой, словно вылитой из свинца. Лилиту принесла мокрое полотенце и приложила к его лицу. Иван вздрогнул, ощутив ледяное прикосновение, но уже через секунду холод принес ему небольшое облегчение.

— Сейчас станет легче, — сказала она, взволнованно глядя на Ивана.

— Что происходит? — едва слышно произнес он. Открывать рот ему приходилось через силу. — У меня лицо ноет от боли.

— «Ее слезы приносят жизнь, но ее поцелуи приносят смерть», — размерено произнесла Лилиту, словно читала стихи.

— Что? Что ты имеешь в виду? — выдавил он, едва двигая губами.

— Я сейчас все объясню. Тебе нужно набраться сил. Постарайся не волноваться. Ты меня очень напугал, потому что никак не хотел приходить в себя.

Иван ошарашено смотрел на девушку, прижимавшую к его губе холодное полотенце.

— Но почему? Что могло со мной случиться?

— Я точно не знаю. Вначале я думала, что ты уснул. Когда-то и такое бывает, — усмехнулась Лилиту. — А у меня, наоборот, появилось столько энергии, что спать абсолютно расхотелось. Поэтому я решила посмотреть, что пишут в вашей сети про суккубов. Я ведь, действительно, суккуб. Конечно, не все аннунаки суккубы, но мы древняя и уважаемая раса. Для вас же, как я поняла, это не совсем так. Вообще-то, я нашла несколько противоречивых историй. В одних суккубы являются злом, а в других, как раз наоборот. Но, самое интересное, что везде проглядывает одна деталь: суккубы вызывают сильное сексуальное влечение у земных мужчин. И что, якобы, во время плотской связи, суккубы высасывают всю их жизненную силу. С другой стороны, у нас ходят обратные легенды, что любовь адаму приносит суккубам огромное наслаждение, которого, к сожалению, сам адаму пережить не может. Что касается первой части, я здесь полностью согласна, — Лилиту широко улыбнулась. — Конечно, без крыльев как-то немного непривычно. Но их заменили невероятно сильные ощущения. Не знаю, как ты, но я еще ни разу в жизни не испытывала ничего подобного! А вот вторая часть легенды всегда казалась мне немного натянутой. С чего вдруг адаму умирать от любви? Еще, я нашла в сети одну поэтическую легенду о губительной силе поцелуя Лилит. «Ее слезы приносят жизнь, но ее поцелуи приносят смерть». Не знаю, что там, на счет жизни от слез. В поэме это слишком преувеличенно. Может быть то, что Лилит, вынашивая первого младенца адаму, перенесла много физических страданий? Но это не столь важно. Меня смутил ее смертельный поцелуй. А ты за все это время даже не пошевелился. В голову стали лезть всякие мысли. С одной стороны это выглядело глупо, и будить тебя не хотелось. Но раздумья на тему смерти адаму заполняли мое сознание. Я должна была избавиться от этой навязчивой идеи. В общем, я позвала тебя, но ты не откликался. Я подошла ближе и поцеловала тебя. Безрезультатно. Это меня немного смутило. Тогда я слегка потрясла тебя за плечо. Никакой реакции. Я запаниковала и стала трясти тебя сильнее и сильнее, но ты не двигался. Тогда-то я и поняла, что ты в опасности, и начала сильно тормошить тебя, бить по лицу, снова трясти, переворачивать, щипать, но ничего не помогало. Ты почти не дышал, а сердце едва билось. Тогда, отчаявшись, я тебя сильно укусила. Извини. Зато ты очнулся. Теперь, я думаю, ты в безопасности.

Лилиту убрала полотенце. Кровь остановилась, а губа сильно распухла.

— У тебя красная кровь, ты это знаешь? — осторожно спросила она.

Иван широко открыл глаза.

— А какая, по-твоему, она должна быть?

Лилиту пожала плечами.

— Вообще-то, обычно кровь голубая. Конечно, встречается и красная кровь, но очень редко.

— Голубая? — Иван не мог поверить своим ушам. — Так вот откуда все эти истории о голубой крови! Понятно… — промычал он и попытался улыбнуться. От этой попытки губу пронзила острая боль, и Иван резко прикрыл ее ладонью.

— Да, теперь каждый взгляд в зеркало станет напоминанием о нашей встрече, — с горьким сарказмом сказала Лилиту. — Наверняка останется шрам. Мне очень жаль.

Ослабленная рука Ивана соскользнула с лица. Он все еще никак не мог окончательно придти в себя. Его сознание заполнила мысль, что он собирался умереть. Стало до тошноты противно. Он благодарно, словно преданный пес, взглянул на Лилиту и что-то неразборчиво проскулил. Губа жутко ныла, не давая толком открывать рот.

— Пока тебе нельзя спать, — бодро сказала девушка.

Она с ложечки, словно маленького ребенка, попоила Ивана молоком, затем включила телевизор и залезла под одеяло. Уютно прижавшись друг к другу, Иван и Лилиту стали смотреть на пустой экран.

— Это интересно? — после некоторой паузы спросила Лилиту, с удивлением глядя на Ивана. — Я ничего не могу отсюда уловить.

Иван же, тем временем, не обращая внимания на треск телевизора, усердно пытался самостоятельно налить молоко из бутылки в стакан. Ослабшие руки не хотели слушаться и все вокруг на подносе, оставленном заботливой хозяйкой, залилось белой жидкостью. Лилиту с жалостью взглянула на Ивана.

— Должен быть пульт, — едва разборчиво сказал он, наблюдая, как из бутылки в руках девушки молоко послушно льется в стакан.

— Вот этот? — спросила она, осмотревшись.

Иван едва уловимо кивнул.

— Попробуй понажимать разные кнопки. Может, найдешь что-нибудь.

После нескольких неудачных попыток Лилиту все же отыскала более интересную программу, чем пустой экран.

— Новости, — сквозь зубы сказал Иван. — Интересно, интересно… Что они про вас говорят? Это наши с тобой первые новости. Я не помню вчера телевизора в комнате.

— Наверное, хозяйка поставила. Очень милая женщина. У вас вообще много хороших людей. Столько раз нам уже помогали! Интересно, как бы наши поступили, окажись они в такой ситуации?

— Ну, люди везде бывают разные. И у нас всяких хватает.

«Мы так и не можем понять, что за сигналы посылают нам инопланетяне, — раздался голос с экрана. — Все ученые заняты их расшифровкой. К нам так же приходят переводы от радиолюбителей, но пока что ничего определенного нет. Все построено лишь на догадках…»

Иван и Лилиту прислушались.

«Я не представляю, — продолжал рассказчик, — как будут развиваться дальнейшие события. Пока что не видно никаких изменений. Скорее всего, пришельцы не ищут войны. Иначе они давно бы уже атаковали Землю. Но наши ракеты сбили столько их кораблей, что военные не спешат объявлять отбой. Они продолжают наблюдение за объектами. Но, честно говоря, какие могут быть у нас шансы, случись военное вторжение? По сравнению с их технологиями, позволяющими легко перемещаться в пространстве-времени, наше оружие выглядит лишь, как детская забава. Единственная надежда на то, что они расшифруют отправленные им сообщения и заговорят с нами на понятном для нас языке».

Иван вопросительно посмотрел на Лилиту.

— Даже не думай, — сказала та немного нервно. — Я не политик. Я простой переводчик. Я книги перевожу. Понимаешь?

— Да, но это единственный наш шанс. Это единственный твой шанс вернуться домой, — ответил Иван и с удовлетворением отметил, что жизнь постепенно к нему возвращается. Лилиту выпила всю его энергию, но она же и наполняла его ею, просто находясь рядом.

Девушка задумалась.

— Я им не верю. Может они не хотят понимать друг друга. Политика — это так сложно. Я не хочу попасть под двусторонний прицел.

— Но какой у тебя выход? Только открыто объявить о себе и потребовать безопасности, пусть даже в обмен на помощь в переговорах.

— Ты думаешь? — Лилиту с сомнением покачала головой. — Почему они тогда не захотели общаться с другими? Почему они убили их?

Иван пожал плечами.

— Не знаю. Послушай, я знаю человека, кто смог бы ответить на твои вопросы. Тебе нужно поговорить с ним.

Лилиту молчала. Иван выключил телевизор и повернулся к ней.

— Подумай. Это муж моей сестры. Его зовут Алекс. Ему можно доверять. Я позвоню ему утром и договорюсь о встрече. А получив ответы, ты решишь, как поступать дальше.

Зинаида Марковна Муцба, уже несколько лет жила одна в своей квартире в небольшом поселке близ трассы. Раньше у нее была большая семья, она работала поваром в пансионате, муж — водителем автобуса. Все шло замечательно. Но когда начались передряги с развалом страны, жизнь Зинаиды неожиданным образом круто изменилась. Муж умер, дети выросли и уехали в Россию, а она осталась в большой квартире одна. Пансионат давно уже закрыли, и теперь Зинаида работала на местном рынке, торговала в палатке, а вечера коротала с соседкой, такой же пожилой вдовой, как и она сама.

В тот вечер ей пришлось возвращаться домой позднее обычного. Зинаида работала неделю через неделю, и каждую передачу смены они с напарницей пересчитывали все содержимое палатки. В этот раз все шло немного медленнее, и она припозднилась. Зинаида быстрым шагом переходила дорогу и краем глаза заметила, что из остановившейся маршрутки вышла парочка незнакомцев. Конечно, в поселке каждый знал каждого, и новые люди были в редкость.

— В гости к кому-то приехали? — поинтересовалась она, озираясь по сторонам в поисках встречающих. — Я вас раньше здесь не видела. Вроде туристов сейчас нет.

Молодые люди обернулась к Зинаиде.

— Нам бы остановиться где-то на пару дней. Вы не знаете, куда можно обратиться? — спросил мужчина.

Зинаида не верила своим ушам: туристы, зимой, в их поселке! Она снова осмотрелась, нет ли по близости кого, чтобы, не дай бог, не переманили их к себе!

— А вы откуда? И надолго ли сюда?

— Да мы из Сочи. Приехали на зимнюю Рицу полюбоваться. Захотелось немного побыть подальше от городской суеты.

— А паспорта у вас имеются? — спросила Зинаида немного подозрительно.

Иван, улыбаясь, достал из кармана свой и протянул женщине. Та внимательно изучила фотографию, Иванову прописку и протянула паспорт обратно.

— Ну, если вас 300 рублей за ночь устроит…

— Очень даже устроит, — перебил ее Иван. — А если вы нас накормите, то мы еще сверху добавим.

Зинаида оглядела парочку. Ну и повезло же ей сегодня! Надо же, как обернулся вечер. А она расстраивалась, что сериал любимый пропустит!

— Ну что ж, идемте! Устрою вас по высшему классу! Здесь не далеко. Вон мой дом. Все удобства. Горячая вода. И обогреватель вам дам, если холодно. Я одна живу, да и то, днем на работе, а вечером у соседки. Так что квартира в полном вашем распоряжении. Я и накормлю вкусно.

В этот вечер Зинаида даже не пошла к соседке. Она приготовила ужин и надеялась, что постояльцы посидят с ней подольше, поболтают, посмотрят телевизор, одним словом пообщаются. Редко теперь в ее доме звучит много голосов, а Зинаиде этого очень не хватает. Но уставшие жильцы ушли сразу же после ужина.

— Ничего, — говорила себе Зинаида, — приготовлю хороший завтрак, авось задержатся у меня подольше.

Она очень хотела, чтобы ее гости не уезжали сразу. И даже не из-за денег, хотя они никогда лишними не бывают. Ее интересовало общение — Зинаида очень скучала. Привыкнув к постоянно полному дому, одной ей было тоскливо. Разумеется, дети приезжали каждым летом, но потом она целый год жила в ожидании. Она даже начала подумывать: а не перебраться ли к ним поближе? Но не решалась. Здесь хорошая квартира. Все свое, родное. А там, кто знает, как что повернется? Поэтому сейчас, заполучив нежданных, но желанных гостей, да еще в это время года, когда туристов, буквально, можно пересчитать по пальцам, она несказанно обрадовалась.

Утром Зинаида приготовила свой фирменный овощной омлет и немного разочаровалась, когда девушка отказалась от еды, пощипав лишь немного хлеба. Но зато ее спутник, Иван, поел за двоих, чем привел радушную хозяйку в умиление. Ей сразу вспомнился муж, царство ему небесное, который всегда отличался хорошим аппетитом.

Гости ушли рано, оставив надежду на то, что возможно вернутся на ночь. Зинаида целый день, сидя у себя в палатке, выглядывала на проходящие машины, не покажутся ли ее новые постояльцы. Но они не показались. Не появились они, ни когда она шла домой, ни позже. Разочарованная, она уже собралась идти к соседке-подруге, как постояльцы, промокшие и усталые, объявились снова.

— Полазили немного по горам, да еще и дождь пошел, — извиняясь за свой внешний вид, оправдывался Иван.

Но его извинения оказались излишни. Зинаида была счастлива снова видеть своих гостей. Она ни на мгновенье не сомневалась, что это ее личная заслуга. В этих местах туристы даже летом большая редкость, и быть радушной хозяйкой просто необходимо: ведь основной заработок, что ни говори, идет от именно от них. А ведь когда человек чувствует тепло и заботу, он рад вернуться. Или даже порекомендовать место своим друзьям! С такими мыслями она приготовила гостям ужин, а сама ушла к соседке, предоставив им полную свободу.

— Девушка уж больно расстроенная вернулась, — рассказывала она подруге. — Уж не поссорились ли мои голубки? Я им телевизор в комнату перенесла. Все равно я у тебя смотрю…

Возвратилась Зинаида поздно ночью. Гости уже спали. Она тихонько прошла к себе в комнату и тоже легла. Но вскоре ее разбудил какой-то странный не то писк, не то скрип. Зинаида огляделась, и, не заметив ничего подозрительного, снова легла обратно. Но этот навязчивый писк не давал уснуть. Он шел с улицы и не замолкал ни на секунду. Рассерженная Зинаида встала с кровати, чтобы выйти на балкон и взглянуть, кто это разыгрался во дворе в ночное время. Пока она шла до двери, звук прекратился, но, все же, она решила проверить. Зинаида вышла на балкон, перегнулась через перила и вгляделась в темноту. Никаких движений. Она грозно подняла руку и громко прошептала:

— Смотрите у меня! Ишь, шутники нашлись! Пищать они по ночам вздумали. Сейчас участкового вызову!

Зинаида вернулась. Но не успела она дойти до кровати, как писк повторился. Теперь она не медлила. Проворно добежав до дверей, она почти выпрыгнула на балкон…, и все встало на свои места. Звук раздавался из куртки постояльца. Зинаида, недолго думая, достала громоздкий телефон.

— Аллё, вы чего это в такое время звоните? Или случилось что? — ворчливо сказала она в трубку.

— Ой, извините, — ответил ей удивленный мужской голос. — Я вообще-то звоню Ивану Демину. Наверное, номером ошибся?

— Да нет, — уже немного успокаиваясь, прошептала Зинаида. — Это его телефон. Только сам он спит. Времени то уже сколько! Да и устали они: целый день по горам лазили.

— По горам? — голос звучал более, чем удивленно. — А вы собственно, кто?

— Я? Как это кто? Зинаида Марковна я. Они ж у меня на квартире остановились! Только теперь все спят. Вы лучше перезвоните утром, когда Иван проснется. Или передать им что-нибудь?

— Передать им? Так он не один? — голос в трубке явно повеселел.

— Конечно не один. А вам-то, какое дело? — Зинаида немного растерялась, не сказала ли она чего лишнего? Кто ж знает молодежь, что у них там за отношения? Паспорта девушки она не видела. Может это ее муж звонит? Сейчас и такое возможно. Вдруг она потому и расстроилась, что возвращаться надо?

— Да, собственно, мне Иван нужен. Я в Сочи проездом. Думал, может, свидимся? Но, видать, не судьба. Он сказал, надолго к вам приехал?

— На пару дней, говорил. Он мне каждый день платит, так я и не знаю. По мне человек хороший, так живи у меня, сколько хочешь. Квартира большая, места на всех хватит!

— Эх, жаль, — разочарованно сказал мужчина, — не придется свидеться. Вы Ивану тогда ничего не рассказывайте, а то он расстроится. Сорвется с утра ехать, но, наверняка, не успеет. Только время зря потратит. У меня ведь самолет завтра. А вы далеко от Сочи находитесь?

— Так это как посмотреть. Часа три. Если на таможне народу нет.

— Часа три? Ну если он с утра самого отправится, то меня застанет. На машине, разумеется.

— Да нет, нет у него никакой машины. Они на маршрутке приехали. И на Рицу попутками добирались.

— Да, на маршрутках вряд ли успеет, — разочаровано сказал голос. — А знаете что, давайте, я сам приеду? К утру я уже у вас, если говорите часа три ехать. Повидаюсь с Иваном, и обратно. Ох, как он рад будет! Мы ж с ним уже год, наверное, не виделись.

— Ну так и приезжайте.

Зинаида зевнула, спать хотелось жутко. Она продиктовала свой адрес и потерла рукой глаза.

— Замечательно, Зинаида Марковна, — радостно ответил голос. — Завтра с утра я у вас. Только вы Ивану про звонок ничего не говорите. Сделаем ему сюрприз! Вот он удивится!

— Да как хотите, — с трудом подавляя очередной зевок, сказала она. — Спокойной ночи.

Закончив разговор, Зинаида положила телефон на место и пошла спать. А утром она проснулась пораньше, напекла для Ивана и Лилиту блинов, как обещала, и, не дожидаясь загадочного визитера, пошла на работу.

Наутро Ивана разбудил пронзительный звонок в дверь. Нос щекотал масляный запах свежеиспеченных блинов. Он открыл глаза: Лилиту стояла в дверях.

— Я так и знала, что тебя разбудят, — сердито сказала она, оборачиваясь. — Уже долго звонят. Видимо, хозяйки нет.

— На всякий случай, спроси, кто там, — озабоченно попросил Иван, вставая с кровати и накидывая одеяло. Он выглянул в коридор, чтобы самому увидеть, кто так настойчиво названивает в такую рань.

— Кто там? — спросила Лилиту, следуя Иванову совету.

— Зинаида Марковна здесь живет? Я вчера вечером ей звонил, — пробасил незнакомый голос.

Лилиту взглянула на Ивана, тот неопределенно пожал плечами, и она открыла дверь.

На пороге стоял темноволосый парень огромных размеров. Из-под его расстегнутой куртки блеснула золотая медаль-подвеска с арабской надписью. Он, не медля, с силой толкнул дверь, так что Лилиту едва не упала. За ним тут же появился второй подельник таких же внушительных размеров. Иван побледнел от ужаса. Он узнал их и попытался спрятать Лилиту за собой, но не успел. Один из парней с силой втолкнул ее в комнату хозяйки, а перед лицом Ивана возник пистолет.

Однако почти в ту же секунду снова раздался звонок. Бугай с пистолетом, не успев ещё толком осознать ситуацию, слегка приоткрыл дверь, но она вдруг распахнулась с такой силой, что тот потерял равновесие и, тут же получив сильный удар по голове, навзничь упал на пол. Словно во сне Иван смотрел, как в квартиру врываются спецназовцы и окружают второго бандита, который успел схватить Лилиту в охапку и приставить к ее виску пистолет.

— Сделаете хоть шаг, застрелю! — заорал он. — Уберите оружие!

Его глаза блестели решимостью.

Лилиту испуганно смотрела на ворвавшихся незнакомцев. Сердце Ивана сжалось. Но тут неожиданная идея пришла к нему в голову. Оглядевшись по сторонам и отметив, что все внимание сейчас приковано к бугаю с пистолетом, он тихонько присел за спинами военных, бросил одеяло и на четвереньках проскользнул обратно в комнату.

— Хорошо, хорошо, мы дадим вам уйти, только отпусти девушку, — услышал Иван громкий голос.

— Еще чего. Я не собираюсь торговаться. Отпустите моего друга и дайте пройти, иначе ей и еще парочке ваших до завтра не дожить. Девку мы вам вернем. Позже.

«Надо, чтобы получилось», — мысленно сказал себе Иван, бесшумно перебираясь по балкону, сквозь развешанное белье в комнату хозяйки. Он взял, стоявшую на выходе винную бутылку, на треть заполненную темной жидкостью, и на цыпочках приблизился к бандиту, держащему в охапке Лилиту.

Иван осторожно выглянул из-за спины бугая. Спецназовцы, удерживающие второго, вопросительно смотрели на своего командира, Лилиту тяжело дышала, а бандит, сдавил дулом пистолета висок девушки. Тут Иван изо всех сил размахнулся и со звоном разбил бутылку о коротко стриженный затылок бандита. Стекла и брызги полетели в разные стороны, царапая нагое тело Ивана и заливая светлые стены квартиры. По голове бугая полилась красная жидкость, а сам он стал медленно и тяжело оседать на пол, открывая всем абсолютно голого Ивана с горлышком от бутылки в руке.

— Вот урод… — злобно заскрежетал зубами лежащий на полу второй бандит, уже было почувствовавший ослабевшую хватку спецназовцев. Но ему не дали договорить. Бойцы закрыли его рот кляпом и насели со всех сторон так, что тот не мог и пошевелиться.

Иван, совершенно забыв о наготе, обнял испуганную Лилиту. Но майор грубо отодвинул все еще дрожащую девушку от Ивана и, самолично, завязал ей глаза черной повязкой.

— Теперь ты не сможешь крутить из нас веревки, — злорадно сказал он, в то время как раздосадованный Иван схватил его за руку.

— Ты что делаешь, придурок? — заорал он, но моментально его руки заломили за спину, а во роту оказался кляп.

— Спокойно Демин, это для твоего же блага, — ответил майор. — Ты сам не понимаешь, что она тебя использовала.

Иван пытался вырваться и что-то промычал в ответ, но сильные руки крепко держали его, не давая двинуться.

Майор, злорадно, смотрел на Лилиту.

— Он больше не твоя марионетка. Что ты на это скажешь? Может, поделишься своими планами? Молчишь? Наверное злишься, что мы не вовремя подоспели? Не успели твои дружки Демина прикончить! Но увы, мы все время были начеку. Если ты думала, что полностью контролировала его, то сильно ошибалась. Демин помогал тебе по нашему приказу, чтобы вывести нас на твоих сообщников! Мы следовали за вами по пятам, словно тень.

Дьяченко взглянул на Ивана. Тот бился, пытаясь вырваться из сильных рук спецназовцев, мычал, крутил головой, но все тщетно.

— Посмотри, до чего парня довела! Хотя лучше тебе ни на кого не смотреть. Меньше вреда принесешь!

Иван представлял собой жалкое зрелище. Он уже не дергался, а лишь глухо мычал, виновато глядя на Лилиту.

Дьяченко снова с жалостью посмотрел на Ивана и покачал головой.

— Уведите его, пусть придет в себя. Наверняка, ее присутствие сильно на него действует. Хотел бы я дать тебе посмотреть на его страдания, да есть ли тебе дело до этого?! — при обращении к Лилиту интонация его голоса резко стала холодной и злой. — Вы же высшие существа! Что вам до нас, простых смертных! Этих тоже разведите по разным местам, — Дьяченко взглянул на своих подчиненных. — А мы с красоткой здесь поговорим. Расспрошу ее о том, о сем, пока она не опомнилась. А вы, как управитесь, сообщите обо всем полковнику. И приглядите за Деминым. Он будет не в себе какое-то время. Там парни попали под ее гипноз совсем ненадолго, и то им пришлось не очень-то сладко. А этот уже несколько дней под контролем ходит!

Последнее, что увидел Иван, как Дьяченко слегка протолкнул безмолвную Лилиту внутрь комнаты хозяйки и, переступив через осколки и лужу вина, закрыл за собой дверь.

Она никак не могла придти в себя. «Да что же это такое, когда все это кончится? — Неужели правда, то, что говорит этот новый адаму? Неужели, Иван, действительно, предал меня? Как такое могло случиться? После всего того, что мы вместе пережили и через что прошли! Или все что произошло — лишь одно большое представление? Он помогал не мне, а им! Он использовал меня!» Кровь стучала у нее в висках. «Как он мог? Как он посмел? Неужели адаму такие низкие? Конечно! Их создали рабами и чувства собственного достоинства в них, наверняка, не вложили!»

Лилиту негодовала. Она ощущала присутствие этого страшного человека, который только что перевернул все ее представления об адаму с ног на голову, но не обращала на него внимания. Она не понимала, как ей себя вести и что предпринять. Она должна все обдумать, но он, словно назойливая муха, не давал ей сосредоточиться. Он все время что-то говорил… Гипноз? Неужели и это правда? Неужели это, действительно, из-за нее те парни начинали вести себя так странно, стоило лишь ей взглянуть на них? Да, она мысленно просила их сделать так, как ей хотелось, но кто ж знал, что это работает на самом деле? Возможно, она и вела бы себя по-другому. Никто до сих пор не попадал под ее влияние, хотя иногда она бы очень этого желала. А Иван? Почему этот человек утверждает, что она контролирует Ивана? Этого не может быть. Она ничего не требовала от него. Он ей действительно понравился. Любовь Ивана даже смогла немного зарубцевать рану от потери друзей, но от этого его предательство причиняло еще большее страдание. Его чувства оказались фальшивкой, а она, как дура, вытаскивала его с того света! «Эх, знать бы это вчера — и пальцем бы не пошевелила!»

Капля за каплей гнев заполнял разум Лилиту. Адаму должны заплатить за причиненное зло! Она найдет способ поквитаться с непослушными рабами так, как это делали ее предки. Ей нужно только выбраться отсюда и вернуть свой корабль! Она знает, как заставить адаму делать так, как хочет она: они же сами дали ей оружие против самих себя! Она свяжется с Императором! Теперь у нее есть веский повод для этого! Да, она расскажет ему о смерти принца Думузи. Уж Император не станет долго ждать, чтобы наказать зарвавшихся рабов… «Но что хочет этот адаму?» — Лилиту повернула голову к говорящему.

— Ты можешь сильно пожалеть из-за нежелания сотрудничать, — почти визжал тот. — Мы отправим тебя на препарирование! Вот и узнаем, кто вы такие, и как с вами поступать.

Лилиту слегка усмехнулась. «Они еще хуже, чем я предполагала! Что ж, я тоже попробую провести с тобой пару опытов», — подумала она, а вслух громко и властно произнесла:

— Подойди ко мне… ближе.

Адаму умолк. Наступила непонятная пауза. Лилиту, немного разочарованная неудавшейся попыткой, стала быстро искать другую тактику, как вдруг почувствовала похотливое дыхание прямо перед своим лицом. Она резко распахнула крылья и провела ими по стоящему перед ней адаму. Тот задрожал. В ее нос ударил острый неприятный запах.

— Развяжи мне глаза, — приказала Лилиту.

Послушные руки обвили ее голову и осторожно сняли повязку. Яркий солнечный свет заставил девушку зажмуриться. Она глубоко вздохнула и открыла глаза. Перед ней стоял сырой от пота и похоти адаму. От него противно несло каким-то дурным, непонятным Лилиту, тошнотворным едким запахом.

— Отойди от меня подальше. Ты воняешь.

— Лилиту, — услышала она ужаснувшийся голос за спиной.

— Что, что ты хочешь? — пытаясь быть равнодушной, спросила она. — Ты мне больше не помешаешь. Лучше отойди, пока я тебя не превратила в такого же козла, как этого.

При слове «козел» военный упал на колени, и стал мотать головой, изображая упомянутое животное.

— Как ты можешь? Ты и со мной так же экспериментировала?

Лилиту повернулась. На пороге между балконом и хозяйской комнатой стоял Иван.

— А ты? Как ты со мной поступил? Я верила тебе, а ты предал меня! — ее глаза блестели от слез.

— Это не правда. Я мог бы все объяснить, но теперь не знаю, хочу ли я этого. Неужели ты и со мной проделывала такое же? — он с ужасом смотрел на майора, который тыкался головой в ноги Лилиту.

Она вскочила. Иван обвинял ее не справедливо: она никогда не испытывала на нем свои силы.

— Я и понятия не имела, что могу влиять на адаму, пока этот… сам все не рассказал. Я никогда… — но Лилиту не закончила, волна ненависти снова захватила ее. — Ты можешь думать, что хочешь, но мне ты больше не помешаешь.

Она, торжествуя, взглянула на Ивана, пытаясь заставить его подчиниться своему влиянию, но это не работало. Иван засмеялся.

— Что, больше не получается?

Лилиту растерялась. Она повернулась к майору.

— Встань уже, и веди себя прилично, — с досадой сказала она. — Не знаю, может, я не могу контролировать сразу двоих. Сейчас мы это проверим. Эй ты, — обратилась она снова к майору, — приведи себя в порядок. И скажи своим, пусть приведут мне одного из тех парней, что вы задержали.

Майор встал и высоким голосом задребезжал:

— Все что ты хочешь, моя госпожа…

— Говори нормально, и смотри, если хоть кто-нибудь что-то заметит! — грозно оборвала она его.

Слова Лилиту действовали, как волшебство. Майор вдруг выпрямился, поправил форму и своим обычным голосом приказал привести одного из задержанных. Но его глаза все еще похотливо пожирали девушку.

К удовлетворению Лилиту бугая даже не понадобилось гипнотизировать. Он сам предложил ей вернуться в Сочи, чтобы встретиться с их боссом.

— Наш хозяин влиятельный человек. Если найти к нему правильный подход, он многое сможет для тебя сделать. Он заинтересован в тебе. И если ты предложишь ему интересную сделку — в накладе не останешься. Поверь мне! Нам бы только отсюда выбраться!

— Не соглашайся! — воскликнул Иван. — Они тебя обманут. Ты разве не видишь, кто перед тобой? Они не задумаются тебя убить, если ты им придешься не по нраву!

Бандит сделал угрожающий шаг по направлению Ивана, но Лилиту жестом его остановила.

— По-крайней мере, я знаю чего от них ожидать! — едко заметила она, даже не обернувшись. — Мы едем, — твердо сказала девушка, в упор глядя на майора — Прикажи своим уйти с дороги. Ты сам проводишь нас до машины и вернешься обратно, когда мы уедем.

Майор поскуливая, пошел к выходу, чтобы отдать распоряжение подчиненным, а Иван шагнул к Лилиту. Он хотел схватить ее за руку, чтобы удержать от опасного шага, но она, резко раскрыв крылья, не позволила ему прикоснуться к себе. Она чувствовала возникшую между ними связь, и даже чувство ненависти не могло притупить ее осознание. Лилиту это испугало. Она отвернулась от Ивана, в страхе, что эта связь заставит ее изменить планы.

Зато бандит не зевал. Он схватил ошарашенного Ивана за шиворот и поволок за собой. Лилиту никак не отреагировала на это действие. И через несколько часов, сменив по дороге несколько транспортных средств, они благополучно добрались до сочинской виллы Таира Мерзаева.

Машина полковника Дарина остановилась около дома, где жила Зинаида Марковна Муцба. Его встречал один из спецназовцев.

— Здравия желаю, товарищ полковник! Разрешите доложить обстановку?

— Докладывайте, докладывайте, — отдавая честь, с нетерпением ответил Дарин.

— Нами было задержано четверо подозреваемых, в том числе девушка инопланетного происхождения.

— Откуда такая уверенность в происхождении? — перебил полковник.

— Крылья, товарищ полковник. У нее есть крылья.

Дарин довольно кивнул, разрешая продолжать.

— Двое задержанных имели при себе оружие. После задержания всех подозреваемых развели по разным комнатам. А после допроса инопланетянки майором Дьяченко, все они по вашему приказу были отпущены для дальнейшего выполнения задания. Май…

— Подождите, подождите, — снова перебил рапортующего полковник. — После какого допроса? Кто был отпущен? И по чьему приказу?

— Ну как же, — растерялся лейтенант, — по-вашему.

— Вы в своем уме? Вы хотите сказать, что их здесь больше нет?

— Так точно, товарищ полковник!

У Дарина побелело в глазах.

— Кто передал вам такой приказ?

— Майор Дьяченко. Он ведь как раз вел допрос, когда вы позвонили. По-крайней мере, так нам объяснил товарищ майор. Инопланетянка согласилась на нас работать, а вы, якобы, дали ей срочное задание.

— Что за бред? Где Дьяченко? — Дарин резко отстранил с дороги говорящего, чтобы войти в подъезд.

— Товарищ полковник, майор очень плох. Я думаю, ему нужна медицинская помощь.

— Плох? — еще больше удивился Дарин и быстро вбежал внутрь. Сразу же его нос резанул острый неприятный запах.

На кухне сидела бригада майора.

— Майор Дьяченко в ванной, товарищ полковник, — доложил один из вскочивших на ноги спецназовцев. — Но он сейчас совсем не в форме. — Пара друзей говорившего невесело усмехнулись. — Нам пришлось его раздеть и посадить в воду, потому что он был весь сырой от…хм… извиняюсь… экскрементов. И от него исходит этот едкий запах. Даже открытые окна не помогают. Мы с майором уже не первый год служим и, никогда ничего подобного с ним не происходило.

— Мы ждали вашего приезда, — ответил другой. — Майору стало плохо, как только подозреваемые уехали. Но запах появился намного раньше. Я не удивлюсь, если это проделки той девицы с крыльями. Хотя она тоже, сперва, выглядела очень испуганной.

— А ваш приказ отпустить их? Это правда? — снова спросил первый говоривший спецназовец.

— А вы как думаете? — разочарованно усмехнулся Дарин. — Только я не пойму, зачем им понадобилось уходить отсюда? По крайней мере, Демину и инопланетянке. Про других двоих я ничего не знаю.

— Я не знаю, почему они ушли, — ответил боец. — С ними майор разговаривал. Другие двое появились только сегодня утром. Майор предположил, что это инопланетяне. Ведь предполагалось, что девушка ищет своих друзей. Но это оказались обычные бандиты. Причину их посещения мы так и не выяснили. Со слов Демина они подручные хозяина горного особняка и что, якобы, они пытаются убить самого Демина уже второй раз, а мы ворвались, как раз в тот момент, когда в него нацелили пистолет. Оружие действительно было, но другие слова ничем не подтверждены, кроме заявления самого Демина. А тот находился в слишком возбужденном состоянии, чтобы объективно оценивать обстановку. После допроса девушки майор приказал нам отпустить задержанных и сам проводил их до машины.

— Я поверить в это не могу, — пробурчал полковник, нервно стуча в ванную. Ответа не последовало. Дарин нетерпеливо постучал еще раз. — Майор Дьяченко, мне нужно с вами срочно поговорить!

Но по другую сторону двери опять никто не отозвался. Тогда Дарин, всеми силами пытаясь сдержать свой гнев, резко распахнул дверь. Его глазам открылась малоприятная картина: вода из крана бежала под сильным напором и, уже доверху заполнив ванну, постепенно начинала стекать на пол. А в ванне безжизненно лежал майор.

— Черт! Быстро! Помогите! — воскликнул полковник, резко поднимая над водой голову Дьяченко.

Вместе с подбежавшими спецназовцами они вытащили его из воды. Полковник присел на одно колено, а на другое ему положили бесчувственное тело. Как только из дыхательных путей вылилась вся вода, майора уложили на пол и стали делать ему искусственное дыхание. Дарин не мог поверить в происходящее. Он наблюдал за четкими действиями высококвалифицированных бойцов, но результата не было.

«Слишком поздно», — пронеслось у него в голове, но тут майор закашлялся.

— Есть! — ликуя, воскликнул лейтенант, делавший искусственное дыхание, в то время, как его товарищ прикрыл полотенцем наготу командира.

Измученный взгляд майора заставил Дарина мысленно содрогнуться.

— Зачем? — прохрипел Дьяченко. — Зачем вы вытащили меня?

— Ты чего это задумал, майор? Наломал дров и решил вот так все оставить? — возмутился Дарин. — Нет, дорогой мой, коли сделал что-то не так, уж изволь сам исправить.

Из глаз майора потекли слезы.

— Перенесите его в комнату.

Спецназовцы кинули на майора еще пару полотенец и вынесли из ванны. Все группа стояла в коридоре, шокировано наблюдая за происходящим.

— Оставьте нас, — глухо сказал полковник. — И вызовите медиков.

Он закрыл за собой дверь и сел на стул, придвинув его поближе к кровати, где теперь лежал майор.

— Можешь рассказать, что случилось? — в упор глядя на Дьяченко, спросил полковник.

Тот отвел глаза.

— Мне стыдно.

— Чего стыдно? Что дал бандитам увести единственную инопланетянку, с которой мы могли бы наладить контакт? Или что решил утопиться?

— Я был козлом.

— Что? — полковник широко открыл глаза от изумления.

— Она приказала мне быть козлом, и я помню, что хотел им стать.

Полковник покачал головой, но сдерживаться он уже не мог.

— Так какого лешего ты полез с ней говорить? У тебя был приказ за ними следить. Хорошо, ты предотвратил убийство, войдя в дом, но зачем, скажи на милость, ты стал допрашивать инопланетянку?

Майор поднял глаза.

— Я думал, что лучше ее обо всем расспросить, прежде чем она опомнится. Или ее дружки что-нибудь предпримут. Мы не должны им позволить управлять нами, как марионетками! Что она сделала с теми парнями из ГАИ, да и на таможне!

— А что она сделала с тобой, майор?

Дьяченко отвернулся.

— Я не ожидал этого. Я думал, если завяжу ей глаза, она не сможет на меня воздействовать. Я ошибся.

— И ошибка твоя дорогого стоит! — рассерженно сказал полковник. — А он еще и топиться вздумал.

— Это я в том состоянии еще. Сейчас это уже постепенно проходит. Я хотел умереть. Не знаю почему. Наверное из-за нее… Но лучше бы я утонул, чем переносить сейчас весь этот позор.

— Ладно, я понимаю, тебе хорошо досталось. Но вину твою это не уменьшает. Мне их снова нужно искать. Соберись и вспомни все, что может стать полезным в поисках. Чем больше ты вспомнишь, тем, сам понимаешь, больше поможешь следствию.

Полковник встал и выглянул в окно. К дому подъезжала карета скорой помощи. Дарин развернулся и пристально посмотрел на майора.

— Они говорили что-то про Сочи. Они поехали к боссу этих бугаев, что пришли сегодня утром. Что-то еще… Нет, не помню… Мои мозги работали в другом направлении.

— Демин тоже участвовал в обсуждении?

— Демин? — майор на секунду прикрыл глаза. — Нет, кажется, он, наоборот, пытался отговорить ее ехать. Но она не позволяла ему даже подойти слишком близко к себе.

— Да? Это странно. Я думал, она ему доверяет.

— Ну… я не знал… я… — казалось майор не в состоянии произнести ни слова.

— Что? — Дарин нагнулся почти вплотную над лицом Дьяченко. В дверь постучали и сразу же, не дожидаясь ответа, в комнату вошел военный врач.

Полковник выпрямился. Его газа метнули молнии.

— Через минуту майор будет в вашем распоряжении, а теперь закройте двери с той стороны! Что? Говори, чего ты не знал, — чуть сдерживаясь, спросил он, снова нагнувшись к Дьяченко.

— Я рассказал инопланетянке, что Демин помогал нам вычислить ее друзей.

Дарин закрыл глаза.

— Да, теперь все становится на свои места, — сказал он, отходя от кровати. — Что же ты наделал, майор? Столько жизней поставил под угрозу? Но за что тебя хвалю — что не скрываешь правды. Пусть и не выгодной для тебя. Если все обойдется, то вспоминать о случившемся не буду. Ты и так достаточно наказан. А если не получится их найти… полетят не только наши с тобой головы…

Сказав это, полковник вышел из комнаты.

Вечером, когда Зинаида возвращалась домой, ей почему-то было не по себе. Кругом она замечала косые взгляды соседей, но никак не могла взять в толк, почему. Возле дома ее встретили люди в военной форме и стали расспрашивать про постояльцев. А когда вошла в квартиру, у нее схватило сердце: все вокруг перевернуто вверх дном, пол усыпан осколками, стены заляпаны темно-красными пятнами… Зинаида тяжело осела на стул. Появившаяся рядом соседка взахлеб начала рассказывать, что ее «голубки» оказались инопланетянами и, что приехали они сюда, чтобы встретиться со своими… Зинаида не могла в это поверить. Ее постояльцы — инопланетяне! Что за бред? Она вошла в их комнату. Белая постель пестрела кровавыми пятнами, а на полу валялось почти полностью бурое полотенце. Зинаида покачала головой и начала снимать постельное белье. Слезы катились по ее щекам, но она даже не знала, почему. То ли потому, что весь дом перевернут, то ли потому, что она жалела этих несчастных. Ну и что, что инопланетяне? Ничего плохого они не сделали. Нормальные люди. Вдруг что-то выпало из наволочки. Зинаида нагнулась и достала из-под кровати несколько свернутых тысячных купюр…

Мерзаева снова разбудили среди ночи. На этот раз к нему прямо в спальню ворвался возбужденный Киря, а за ним ввалились сонные охранники Рустам и Алик.

— Что?! Что вы себе позволяете!!! — взвизгнул напуганный мафиози. Он, хлопая глазами, смотрел на ночную делегацию, пытаясь придти в себя ото сна.

— Таир Махметович, получилось! — почти кричал срывающимся голосом Киряев, тряся перед собой каким-то странным оборванным листком. Мерзаеву даже показалось, что это кусок от обоев.

— Что за мода будить меня по ночам? Так и до инфаркта не далеко! — раздраженно ворчал он, подавляя зевок. — Говори.

Киря дрожащими руками протянул боссу все тот же оборванный кусок обоев.

— Вот, — гордо выдохнул он. — Я их нашел!

— Каракули какие-то, ничего не разберу.

Мерзаев пытался разглядеть записи: то отводя клочок бумаги от глаз, то, наоборот, приближая.

— Ну и почерк у тебя, Киря! Ничего не понятно. Говори уже толком, не тяни. Что ты нашел?

— Так ничего под рукой не оказалось, — заблеял тот. — Пришлось прямо на стене писать. Это адрес, где Демин со своей инопланетянкой прячется.

Мерзаев поднял брови и еще раз попытался разобрать Киряевские каракули.

— Абхазия, что ли? — спросил он, и, масляно улыбнувшись, посмотрел на Кирю. — Не зря я тебя, все-таки, подобрал. Рассказывай, как тебе это удалось.

Но, не дав ответить Кире не слова, он грозно взглянул на охрану.

— Вы все еще здесь? Вот адрес. Быстро! Что б к утру уже вернулись. Парня убрать, он и так порядком поднадоел, а девку — ко мне. Живую.

Охранники исчезли, а Мерзаев снова повернулся к Кире.

— Теперь говори, как их вычислил.

— Этот Демин, в конце концов, облажался. Я, наконец, смог до него дозвониться!

— Ну а почему раньше не догадался? — сердито рявкнул Таир.

— Что ты, Таир Махметович, я постоянно звонил. Только Демин никогда не отвечал. Да даже если б и ответил, адреса своего он нам, все одно, не дал бы. А тут я подумал, может ночью позвонить? Вдруг он с спросонья ляпнет что-нибудь для нас полезное. И вдруг вместо Демина мне тетка какая-то отвечает. Я даже, грешным делом, подумал: что-то перепутал с номером. Но нет. Это оказалась хозяйка квартиры, где наши красавчики отдыхают. Ну я и вытянул из нее адресочек. Да, — Киря громко заржал, — еще попросил Демину ничего про звонок не говорить. Сюрприз обещал сделать.

Мерзаев секунду ошарашено смотрел на своего прихлебалу, а потом тоже разразился лающим смехом.

— Сюрприз он устроит! Шутник! Ладно, иди. Подождем до утра.

Он вытер выступившие от смеха слезы краешком одеяла и снова лег в кровать, но уснуть уже не смог. В голове роилось тысяча мыслей. Приятные — о новых заказчиках и о неожиданном грузе, обещающим принести невероятную прибыль, и о возможном сотрудничестве с инопланетянами. Однако, все это, оставляя неприятный осадок на сердце, переплеталось с потерей целой партии наркотиков и хорошей машины, неудачей с убийством Демина и даже время от времени всплывали скребущие душу воспоминания о разборке с Тимурчиком.

Мучаясь от бессонницы, Таир включил телевизор, чтобы послушать утренние новости и попытаться определить, какую выгоду он сможет извлечь из нового знакомства. О том, что оно состоится, Мерзаев ни на секунду не сомневался. И интуиция его не подвела. Еще до полудня во двор медленно въехал темный джип Рустама.

Киряев, сидевший с утра у Мерзаева в кабинете, прильнул к окну.

— Выходит, выходит, — пропищал он, наблюдая, как Алик помогает кому-то выйти из машины.

Таир тоже выглянул в окно. От напряжения его лоб покрылся крупными горошинами пота. Но, к его негодованию, охранник вытащил из джипа брыкающегося Демина.

— Это что за фигня? — удивленно воскликнул мафиози. — Зачем они придурка этого притащили?

— Н-не знаю, — заикаясь, проблеял Киря.

Тем временем Рустам открыл переднюю дверь, и из машины спокойно вышла сексапильная брюнетка.

— Вот это я понимаю! — воскликнул Киря, пуская слюни.

— Да, не плоха девица, — похотливо усмехнулся Мерзаев. Он с ухмылкой повернулся к Киряеву и остолбенел. Тот уже почти расстегнул свои штаны, не отрывая лица от стекла. Не долго думая, Мерзаев со всей силы пнул его в бок, так что тот, потеряв равновесие, улетел от окна, и, поскуливая, как пес, тер ушибленное место.

— Застегнись, ты где находишься? Извращенец поганый! — с негодованием орал Мерзаев. — Ты совсем охренел, что ли?

— Таир Махметович, Таир Махметович, не сердись! Шайтан попутал… — скулил Киря, застегивая непослушный ремень. — Я не знаю, что это. Я не понимаю. Это она, Таир Махметович! Я здесь не причем. Она всех гипнотизирует. Я ж вам рассказывал!

— Да с чего она тебя-то гипнотизировать станет? Она тебя и не видела даже. Здесь что-то другое. Надо к ней присмотреться. А лучше дружка твоего расспросить. Он уже с ней давно бегает. Наверняка знает, как с ней нужно общаться. Ты, давай-ка, займись этим. А на девку не смотри вообще. Обходи ее подальше. А то придется тебе яйца обрезать, чтоб дело ненароком не испортил.

Киряев с ужасом посмотрел на хозяина и быстро на четвереньках отполз к дверям.

— Так я тогда пошел Демина расспрашивать?

— Что, рад небось, что дружка не хлопнули? — Мерзаев внимательно смотрел на Кирю, прищурив один глаз.

Киря хмыкнул. Ему даже не пришлось отвечать. Мерзаев все понял по изменившемуся взгляду холуя. Он стал жестким и злым, излучающим ненависть и жажду мести.

— Понятно. Не ладили, значит, вы и раньше. Что ж, поговори с ним. Пусть не забудет поблагодарить тебя за лишние пару часов на этом свете.

Киря еще больше скривил лицо.

— Я надеюсь, — с ненавистью выдавил он, — он пожалеет о каждой минуте этой задержки.

Мерзаев с интересом наблюдал за показавшим новое лицо Киряевым.

— Что ж, попытайся, — медленно произнес он. — Тогда можешь сам его и прикончить. Только не слишком быстро. Кто знает, вдруг он мне еще понадобится, чтобы к девке подход найти.

Киря засиял, словно ребенок, получивший долгожданную игрушку в новогоднюю ночь.

— Будьте спокойны! Все сделаю в лучшем виде!

Император не мог сомкнуть глаз. Такого провала он не ожидал. Непредвиденные обстоятельства рушили все его планы. В довершение ко всему пропала связь с принцем. Император приходил в бешенство от бездействия и бессилия, что бы то ни было изменить. Элохим пытался связаться с наместниками, но они, как и достигшие Ки аннунаки, словно канули в воду.

— Мы должны что-то предпринять, — нервно отмеряя шагами свой мостик, говорил император. — Элохим, ты больше всех знаком с Ки. Ты ведь ты бывший наместник! Что нам делать? Ты должен придумать какой-то план. Мои руки связаны. Я не могу атаковать ни адаму, ни Ки, до тех пор, пока там мой сын.

Элохим сидел в кресле, низко опустив голову. Если бы император не знал его повадок, он бы подумал, что старик спит.

— Ты все время молчишь! — нервно крикнул на него император, но тот не повел и ухом.

Император перекинулся на адмирала.

— Что мы можем сделать? Как можем наказать этих зарвавшихся рабов?

— Я не думаю, что у нас есть большой выбор, — ответил тот. — Мы не готовились к войне. Поэтому все наше оружие рассчитано не на сражение, а на полное уничтожение планет. На тот случай если снова, какая-то из них, подобно Кингу, изменит свою орбиту и станет угрозой для Анну. Вместе с уважаемым Советником мы собрали по ковчегам группу ученых, которые занялись созданием подходящего оружия, но им необходимы определенные составляющие. Для этого мы отправили на ближайшие планеты роботов-исследователей. Когда мы сделаем оружие, мы сможем уничтожить жизнь на Ки. Конечно, у нас не останется слуг, но эти адаму слишком опасны и не предсказуемы. Даже наместники, похоже, не смогли удержать их в узде! И аннунаки слишком злы.

— Наместники… Элохим, — император огляделся в поисках советника, но кресло старика исчезло.

Элохим появился перед Императором немного позже. Он подлетел к нему со сверкающими глазами.

— Что? — Аншар сердито взглянул на старика. — Есть новости?

Элохим согласно мотнул мордой и, не промолвив и слова, нажал на запястье.

Перед императором возникла голографическая девушка. Она сидела посреди странной обстановки, которая совсем не напоминала внутренность какого-либо корабля.

— Ваша Светлость! — радостно воскликнула она. — Меня зовут Лилиту, ваш сын, принц Думузи не так давно представлял меня Вам.

Император усмехнулся. Конечно, он помнил ее — новая знаменитость! Что она делает? Император наморщил лоб. Кажется, книжки пишет? Да, дурацкое занятие… Он тогда так же подумал. Но Думузи любит читать. Император этого не понимал, но и не видел в этом зла. Прадед Думузи, Аншар Великий тоже любил книги. Наверняка это наследственное.

— Да, я помню, — сухо сказал Император. — Где ты сейчас, на ковчеге?

— Нет-нет, я на Ки! — воскликнула девушка.

Император поднял брови и взглянул на советника. Глаза того излучали радость.

— На Ки? Что, что там происходит?

Лилиту опустила голову.

— Эти адаму, они не похожи на тех, о которых нам рассказывали. Они злые. Они забыли о своем предназначении и считают, что Ки — это их собственность.

— Но почему ни от кого нет вестей? — в отчаянии воскликнул император. — Ты знаешь что-нибудь о Думузи?

— Боюсь, у меня не очень хорошие новости. Они убивают всех, кого им удается поймать.

— А как случилось, что ты осталась в живых?

— Один адаму решил мне помочь. Принц Думузи послал всем сигнал для сбора. И тот адаму вызвался мне помочь добраться к месту встречи. Я думала, он действительно помогает… но он лишь хотел выйти на моих друзей…

— И что? Что случилось? Вы встретились?

— Я немного опоздала. Их уже убили. По дороге мы встретили группу адаму, которые и рассказали нам, что видели трупы аннунаков.

— А мой сын?

Лилиту молчала.

— Говори, не бойся.

— Он тоже мертв, — сухо произнесла девушка и вытерла слезы с лица.

— Почему ты в этом уверена? — недоверчиво спросил Император.

— Я видела его корабль. Они прицепили его к своим машинам, чтобы перевезти в другое место.

Император замолчал и механически сел в кресло, заботливо придвинутое Элохимом.

— Уничтожить. Всех! Стерилизовать планету! Чтобы ни один: ни мал и ни стар, не остался в живых. Уничтожить эту расу рабов без малейшего исключения! — злобно прошипел император.

— Где ты сейчас находишься, Лилиту? — прервал угрозы императора старый анубис. — Как тебе удалось с нами связаться? За тобой все еще следят?

— Я пока в безопасности. Но мой корабль у них. Я не могу улететь. Мне удалось бежать от военных. Теперь им меня не найти. Я у какого-то очень влиятельного адаму. Мне дали понять, что я могу попросить его помощи вернуть корабль, но для этого я должна ему в чем-то помочь. Скорее всего, он занимается продажей каких-нибудь запрещенных вещей. Но каких точно, они не говорят.

— Продажей? — Элохим дернул мордой. — Ты узнай, чем торгует этот адаму. А еще поинтересуйся у него, нет ли на Ки радиоактивных металлов. Если он, конечно же знает, что это вообще такое…

Элохим пристально смотрел на императора. Тот согласно кивнул.

— Да, не плохая идея. Но в любом случае, держи с нами связь. Возможно, нам понадобится твоя помощь найти кое-кого среди адаму. Но вначале поговори со своим адаму и расскажи нам, что он хочет.

— Ты можешь обещать ему, все что угодно, если он сможет предложить нам что-нибудь интересное, — закончил Элохим.

Оставшись один после разговоров вначале с Кирей, а потом с Рустамом и Аликом, Мерзаев включил камеру слежения в гостевой комнате. Алсу, его служанка, привела туда инопланетянку. Приятная сладостная истома разлилась по телу. Конечно, Таир прекрасно понимал, что о разговоре с ней в таком состоянии не может быть и речи. Он с наслаждением наблюдал за каждым движением девушки, пытаясь понять, как обезопасить себя от ее влияния. Вот инопланетянка подошла к накрытому столу. Равнодушно взглянула на приготовленные блюда, и взяла лишь плитку шоколада. Затем немного выпила, предварительно разбавив водой, вина и села на диван. Выглядела она, все же, усталой. Вновь пришла Алсу.

— Мне жаль, но Таир Махметович извиняется, что не может с вами встретиться прямо сейчас. Он в данный момент очень занят, — пропела она, мелодичным голоском. — Вы располагайтесь, отдыхайте. Я так поняла, вы у нас остановитесь ненадолго? Если вам что-то нужно, только скажите…

Лилиту внимательно на нее смотрела.

— Спасибо. Значит, встреча с вашим хозяином откладывается?

— Ненадолго. Скорее всего, он сам придет к вам, когда освободится.

— И долго мне ждать?

— Полчаса — час? Вас это не очень затруднит?

Лилиту задумалась.

— Да нет, нисколько, — медленно произнесла она, явно о чем-то размышляя.

— Если хотите я могу показать вам дом или принести другой еды. К этой, я вижу, вы не притронулись, — Алсу взмахнула рукой в сторону накрытого стола.

— Нет, нет, не беспокойтесь. Ничего не нужно.

Мерзаеву явно показалось, что Лилиту пытается выпроводить служанку из комнаты. Алсу, вероятно, это тоже поняла и оставила инопланетянку одну. Таир, не отрываясь, смотрел на экран.

Лилиту прошла по комнате, огляделась. Выглянула на балкон, но сразу же вернулась. Она села в кресло и перед ней вырос мерцающий экран. Таир мог поклясться, что таких вещей в его доме не водилось. Девушка несколько раз плавно взмахнула рукой и откинулась в кресле. Какое-то время она оставалась спокойна, но затем оживилась. Таир понял, что она с кем-то разговаривает. Он почти не дышал, боясь пропустить что-то важное, но ничего не смог ни понять из того, что она говорит, ни разглядеть, что же показывает ее мерцающий экран.

Мерзаев на минуту закрыл глаза и задумался, пока наконец не осознал, что больше не испытывает к ней сексуального влечения. Но как только он это осознал, то снова почувствовал выплеск тестостерона. В отчаянии Таир выключил камеру и глотнул виски. «Что же это происходит, черт возьми! — недоумевал он. — Почему я боюсь заговорить с ней?»

Мерзаев решил навестить Кирю. Вдруг старый «товарищ» его шестерки уже рассказал о том, как можно безопасно для себя говорить с инопланетянкой. Таиру нисколько не хотелось становиться одним из ее «подопечных». Он спустился в подвал. Там господствовал тошнотворный запах смеси пота, крови и адреналина. Киряев был в экстазе. В его глазах сверкали психопатические искры.

— Я боюсь, переборщил немного, — словно удивляясь, проблеял он, стеклянными глазами глядя на лежащее на полу тело.

— Убил что ли? — Мерзаев поднял одну бровь.

— Нее, — протянул тот, — убивать пока нельзя. Я ж понимаю! Да и мы еще до десятого класса не дошли…

Мерзаев закатил глаза.

— Какой-такой десятый класс? Ты, идиот, что ли? Я тебе дал конкретное задание! Свои дела оставь на потом. Мне твой дружок до фени. Позже ты хоть суп из него вари, а сейчас мне нужен его совет!

Мерзаев подошел к бесчувственному Ивану, лежащему в неестественной позе. Тело неудавшегося охранника чернело от крови. Киряев не тронул лишь голову, видимо хотел, чтобы его пациент находился в сознании, как можно дольше. Таир сморщился.

— Смотри, убьешь его раньше времени — окажешься рядом с ним, — зло выдавил он, ногой слегка выправляя тело Демина. Тот издал глухой стон, а изо рта вылилась струйка крови. — Оставь его пока. Пусть придет в себя. Потом я с ним сам поговорю.

Киряев раздраженно смотрел на хозяина.

— Ладно, ладно, ты на меня глазами не зыркай! После делай с ним что хочешь. Но сейчас, я у тебя его забираю.

Мерзаев с досадой вернулся в кабинет. Такой выходки от своего пса он не ожидал. Он надеялся, что Киряев «по-дружбе» выпытает у Демина его секрет общения с инопланетянкой, да и прикончит его. А тут такой садизм… Что ж, еще одна веревочка, для марионетки. Но в данный момент это его не заботило. Сейчас его интересовала лишь девушка, а все, что шло не по плану, только раздражало.

Он снова включил камеру. Лилиту все еще сидела перед мерцающим экраном, но уже не произносила ни звука.

«Как? Как найти к тебе подход, красавица? Как не попасть под твои чары? Ключ есть. Ведь мог же Демин с тобой общаться! Или ты его тоже сама водила? Но ведь есть еще и мои парни. Всю дорогу никто тебя не возжелал… Не возжелал… Рустам говорил, что был напуган, что попадет под твою власть и думал только о дороге. А Алик… ммм… так тот вообще девушками не интересуется…» Таир прервал мысль. Он осознал, что только что поймал ответ. «Возжелал ее! Именно! При разговоре с ней нужно концентрироваться на деле, тогда гипнотические соблазны не сработают! Я все-таки молодец!» Но бежать к Лилиту Мерзаев не спешил. Он еще раз включил камеру, вспомнил полуживого Демина, и ему стало противно. Никаких других мыслей не возникало. Эксперимент удался!

Почти через час после приезда инопланетянки, Мерзаев все же решился к ней войти. Заметив незнакомца, Лилиту приподнялась, но Таир жестом ее остановил.

— Я извиняюсь за задержку, — произнес он, — но буду с тобой откровенным. Я побоялся попасть под твои чары.

Лилиту высокомерно на него взглянула.

— А теперь, не боишься?

Мерзаев усмехнулся.

— Боюсь. Кому ж охота козлом становиться? Слышал я о твоих подвигах. Но мне кажется, я знаю, как этого избежать.

— И как же? — Лилиту прищурила глаза, в упор глядя на мафиози, но тот спокойно продолжал.

— Ты и сама это знаешь, а мне раскрывать свои карты ни к чему. Мне нужна ясная голова, а становиться старым ловеласом или пускать слюни, как прыщавый юнец мне не гоже.

Лилиту захохотала.

— Можешь не бояться. Если мы найдем способ помочь друг другу, мне не придется давить на тебя.

Мерзаев довольно кивнул.

— Что ж, тогда без лишних слов приступим к делу? — спросил он присаживаясь напротив Лилиту.

— Чем быстрее, тем лучше, — эхом ему ответила девушка.

— Ты хорошо говоришь по-русски, — отметил Мерзаев.

— Что, ты хочешь сейчас обсуждать мое произношение или…

— Извини, — прервал ее Таир. — Ты права. Мы здесь по делу и не будем отвлекаться. Мы оба хотим что-то друг от друга. Скажем так, взаимопомощи.

Лилиту слегка растянула губы в ухмылке.

— Мне нужен мой корабль, — глядя в упор на дельца, заявила она. — Я хочу, чтобы ты нашел его. Я оставила его у тебя в горном поместье!

Теперь ухмыляться настала очередь у Мерзаева.

— В поместье! — воскликнул он. — Да там уже давно ничего нет! Нашла, где оставлять! Да его сразу же отвезли на какую-нибудь военную базу! Ты представляешь себе, что просишь?

— Я слышала, что ты можешь сделать, что угодно, — равнодушно произнесла Лилиту.

Таир улыбнулся: его репутация еще на уровне!

— Это правда, — довольно сказал он, немного растягивая слова. — Я просто говорю, что задача твоя не из легких. Вот если б тебя оружие интересовало или дурь какая…

— Дурь? — переспросила, удивляясь, девушка.

— Ну да, наркотики. Или у вас их не потребляют?

Лилиту задумалась, потом улыбнулась и покачала головой.

— Так бы и говорил сразу. Нет, это меня не интересует. В первую очередь мне нужен мой корабль. Я даже могу тебе помочь определить его местоположение.

Мерзаев кивнул.

— Все одно, дело это не из легких! Ну а что я получу взамен? Я ведь могу и людей на этом потерять.

— А что тебе до людей? — зло усмехнулась Лилиту. — Я так поняла, что тебя они интересуют в последнюю очередь.

— Ну, зачем же так прямолинейно? — обиженным тоном сказал Мерзаев.

— Ладно, ладно. Что ты хочешь взамен?

Он, прищурив один глаз, не отрываясь, смотрел на девушку.

— Я хочу торговать с вами. Я могу предложить, что угодно. Чем вы интересуетесь? Оружие? Наркотики? Горючее? Продовольствие? Рабы? Металлы? Ископаемые? Я могу быть вам очень полезен. И скажу тебе наверняка, если вы захотите официальных торгов с властями, их список будет значительно короче.

Лилиту улыбнулась.

— Возможно, я смогу тебе посодействовать. Император ищет радиоактивные металлы, и ты можешь просить у него, что угодно взамен. Но меня интересует мой корабль.

Мерзаев еле сдерживал ликование. Радиоактивные металлы! Да это словно молока у коровы просить! Ах, какое полезное наследство оставил ему Тимурчик. Заказчики побоку! Если он станет сотрудничать с инопланетянами, то вряд ли какие-то террористы смогут его напугать. Но корабль, как прикажете его найти? Мерзаев поднялся и подошел к окну.

— Мне надо подумать. Пока я не знаю, как вытащить твой корабль с военной базы. Но я, Таир Мерзаев, даю тебе слово, что сделаю это. А слова свои я на ветер не бросаю! На это потребуется какое-то время.

Мерзаев нервно зашагал по комнате. Корабль интересовал его в последнюю очередь. Он искал нужные слова, чтобы заставить Лилиту поверить в свою искренность и отложить эту тему.

— Я думаю, это займет не меньше недели, — сказал он, лишь бы только не дать инопланетянке ни малейшего подозрения, что дело это почти не выполнимое. — Но может нам не стоит ждать с переговорами? Ведь неделя на корабль, неделя на металл, сама понимаешь, чем скорее мы заключим сделку, тем быстрее все окажутся при своих интересах.

Девушка прикусила губу. Она подозревала, что Мерзаев не захочет помогать ей, но выбора у нее не было. Император сам просил ее посодействовать. А если этот человек угодит императору, может тогда и тот как-нибудь поможет ей выбраться отсюда?

— Хорошо, я помогу тебе поговорить с аннунаками. Но учти, если ты даже подумаешь обмануть меня, я найду способ с тобой поквитаться!

И она угрожающе распахнула крылья. Мерзаев побледнел, его голова пошла кругом, и он мягко опустился в кресло, рядом с которым только что оказался. Схватившись рукой за сердце, он, задыхаясь, просипел:

— Ты это… перестань. Найду я твой корабль, только не делай больше этого.

Лилиту, пожала плечами, ее крылья бесследно исчезли.

— Я просто хотела быть более убедительной. Постоянно забываю, что крылья всегда очень шокируют адаму.

— Лилиту снова связалась с нами, — проскрипел старый Элохим, входя в покои Императора. Согнутый почти пополам, словно под тяжестью ноши, задыхаясь, он подошел к величественному аннунаку.

— Где твое кресло? — недовольно проворчал император, подхватив сильными руками немощного старца. Он заботливо перенес старика на свое ложе и дал знак слугам привезти кресло советника.

— Забыл про него, — мягко сказал Элохим, извиняясь. — То-то думаю, чего мне так тяжело идти! — он деланно засмеялся, а император покачал головой.

— Ты должен беречь себя. Приставлю к тебе раба! Пусть за тобой днем и ночью следит!

— Не сердись, Аншар, я постараюсь быть внимательнее.

Император недоверчиво покачал головой и улыбнулся.

— Что там с Лилиту. Хорошие новости?

— Да, — глаза Элохима снова заблестели, как две черных звезды.

— Ну говори же, что у нее? Не томи!

— Для этого я и спешил к Вам, Ваша Светлость! Ее адаму готов продать нам то, что мы хотим. Но и цену он запросит не маленькую. По словам Лилиту, это — контрабандист. Он продает нелегальные в мире адаму вещи. Вплоть до самих адаму.

Император усмехнулся.

— Надо же! Это меня нисколько не удивляет. Ненавистные рабы… — его глаза метнули злые молнии. — Они сами же и прикончат себя. Мне безразлично, что попросит этот делец, жить и ему, и его соплеменникам осталось недолго. Если не он, мы все равно найдем нужные нам материалы на других планетах. А так даже интереснее. Адаму сами срубят сук, на котором сидят!

Элохим захихикал.

— Ваша Светлость поговорит с этим адаму сам или прикажет своим преданным слугам?

Император брезгливо поморщился.

— Ты хочешь сказать, что я сам должен говорить с этим рабом?

— Да, Ваша Светлость, — ответил старик, склоняя голову, — не у каждого есть право подписывать смертный приговор населению всей планеты, даже если это и адаму.

— Ты думаешь, мы не должны этого делать?

— Не знаю, Аншар. Я уже слишком стар для таких дел. Но помню, как мудрец Энки говорил: «Мы в ответе за тех, кого создали!»

Император грозно взглянул на анубиса.

— Ты ли это говоришь, Элохим? Вспомни, сколько адаму убило ваше поколение!

В этот раз советник смело, даже чуть вызывающе взглянул на Императора.

— Я это хорошо знаю, Аншар. Мы, как могли, сдерживали развитие адаму. Но теперь! Посмотри! Они изменились. Их больше не пугают «огненные летающие колесницы», и они не пали ниц перед спустившимися на землю «посланниками господними». Нет, они просто убили их. Они знают о распаде элементов и используют его в оружии! И я не хочу гадать, как им удалось достигнуть такого уровня! Нам не нужен здесь еще один враг. Достаточно тех сил, что раздирают нашу планету. К тому же, наместники все еще не подают никаких сигналов. Наверняка, их давно нет в живых, иначе они уже вышли бы на связь! А больше никто не сможет нам рассказать, что же произошло на Ки во время нашего отсутствия. Три с половиной тысячелетия достаточно большой срок для этого измерения. Может быть, нам стоит признать адаму, как равных?

— Никогда! Никогда адаму не станут равными аннунакам! — громоподобно рявкнул император. — Эти рабы должны заплатить за смерть наших детей. За смерть Думузи!

Элохим снова склонил голову.

— Как будет угодно Вашей Светлости!

— Давай сюда этого раба. Я поговорю с ним.

Элохим, покорно кивнув мордой, задел рукой запястье и посреди комнаты появился мерцающий столб. Через несколько секунд в нем достаточно четко отобразились Лилиту и, по всей вероятности, тот самый адаму, готовый за вознаграждение убить всю свою расу.

— Лилиту, я рад снова приветствовать тебя! — достаточно искренне пробасил император. — Что ж, это и есть нужный нам раб?

— Я тоже рада видеть Вас в здравии, Ваша Светлость! — ответила Лилиту, вставая с кресла и низко склоняя голову. — Да, это тот самый адаму, который может продать вам то, что вы хотите. Его зовут Таир Мерзаев.

Император внимательно рассматривал побледневшего мужчину. Маленький, толстый адамишко с юркими глазками, вероятно, от страха бегающими туда-сюда, собирается на равных говорить с ним, Аншаром Вторым, Великим Императором Анну! Он брезгливо поежился.

— Как мы поймем друг друга?

— Вы услышите моментальный перевод всего сказанного, а он — не более того, что ему полагается знать.

Император одобрительно кивнул.

— Итак, ненавистный моим глазам адаму, ты можешь достать для нас какой-нибудь радиоактивный металл?

Голографический Мерзаев расплылся в улыбке.

— Я могу предложить вам оружейный 90-процентный уран-235.

Элохим тревожно кинул взгляд на императора, но тот сделал вид, что ничего не заметил.

— Сколько? — сухо спросил император.

— В наличии у меня есть 50 кг этого порошка. При желании я могу достать и больше, но это займет какое-то время. Но, не забывай, Твоя Светлость, это очень дорогой товар на Земле.

Император вопросительно взглянул на советника, безмолвно спрашивая его мнение о предложенной сделке. Элохим удовлетворенно кивнул.

— Это даже лучше, чем я предполагал, — прошептал он едва слышно. — Мы ослабим ураном наше топливо и получим смесь, чтобы уничтожить все живое на Ки, не разрушив ее целостность.

При этих словах советник краем глаза заметил изменившийся взгляд девушки, и сердце его защемило.

— Это все? — император снова посмотрел на Мерзаева.

— Еще у меня есть 2 килограмма плутония. Но это еще дороже.

— И что же ты хочешь за свой товар? Что тебя интересует?

— Интересует? — Мерзаев усмехнулся. Его страх и оцепенение давно растворились без следа, как только разговор пошел по нужному руслу. — Меня интересует то, что сделает меня богаче.

Император тоже усмехнулся.

— Да, «удивил». И что? Что же делает адаму богаче? — спросил он, потеряв к Мерзаеву весь интерес.

— Позвольте мне помочь, — вмешался Элохим. — Насколько мне известно, на Ки есть металл, который раньше нас очень интересовал. Добыча этого металла, собственно, и послужила необходимостью создания адаму. Ведь их предназначение было в первую очередь для работы в рудниках. Нас этот металл больше не интересует, так как его синтез намного выгоднее добычи. Возможно, для адаму он все еще представляет интерес?

— Адаму называют его золото, — сказала Лилиту. — Это действительно может стать интересным. Что скажешь, Таир?

— Золото? Это хорошо. Хотя, я, конечно, рассчитывал на что-то более необычное. Но как вы себе это представляете? По моим расчетам один килограмм урана стоит 50 кг золота, получается 2,5 тонны только за уран! А плутоний, так там разговор идет о 150 за килограмм!

Император резко обернулся. Такого он, конечно, не ожидал, но его удивление длилось лишь пару секунд. Плата за смерть — это лишь формальность.

— Да, тут капсулами не обойтись, — сказал он.

Но тут вдруг Мерзаев вскочил, будто в него впились несколько жал одновременно.

— Что это там твой собачий друг говорил? — воскликнул он, вспомнив важную деталь, которая в свое время проскочила незамеченной.

Лилиту резко его осадила.

— Это советник Элохим, старейший аннунак. И если ты хочешь сорвать сделку, то можешь называть его и дальше «собачьим другом».

Мерзаев осекся. Сделку срывать ему совсем не хотелось, тем более, теперь, когда он знает, чего хочет получить взамен, и что в одночасье сделает его самым богатым человеком. И не только на Земле, если уж до этого дойдет!

— Извините, Ваша Светлость, — лицемерно улыбнулся он, — голова пошла кругом. Я хотел сказать, что ваш удивительно мудрый советник только что упомянул о синтезе золота.

— Да, — император, подняв бровь, взглянул на старика. — И что?

— Я бы, извините, хотел получить технологию. Забудьте про золото. Мне нужны или синтезатор золота, или технология его изготовления. Тогда вы получите весь уран и плутоний, что у меня есть.

Элохим снова тревожно взглянул на императора, но тот, как ни в чем ни бывало, ответил:

— Ты получишь то, что просишь. Не знаю на счет синтезатора, но мы перешлем тебе описание технологии. Лилиту поможет перевести его на твой язык. Но сперва, прежде чем она сделает это, ты должен выполнить свои обещания. Мы пошлем по указанным тобой координатам несколько специальных контейнеров. Ты переправишь в них металлы, и поможешь Лилиту найти ее корабль. Тогда, перед отлетом, она отдаст тебе перевод. Я думаю, это выгодная для тебя сделка. Потому что синтезировать золото можно из любого металла.

— Да, — масляно протянул Мерзаев. — Только у меня еще есть одно маленькое условие.

Император, уже готовый прервать связь, нервно взглянул на расплывшегося в льстивой улыбке адаму.

— Что там у тебя еще?

— Я не спрашиваю, зачем вам понадобились эти металлы. Но я хотел бы остаться в живых, когда на Землю, вдруг, польется ядерный дождь.

— Я не собираюсь отвечать за твою безопасность, — отрезал император громовым голосом. — Позаимствуй один из наших кораблей. Это твои проблемы.

— Ваша Светлость! — воскликнул Элохим, когда связь прервалась. — Вы обещали этому презренному адаму такое сокровище?

— Не важно, — отмахнулся тот. — Ему, как и другим адаму скоро настанет конец. Тебе не стоит опасаться, что наши секреты станут открытыми для всей Вселенной.

— Что ж, — вздохнул советник, — значит, ты твердо решил полностью уничтожить адаму?

— Да — отозвался император. — Ки восстановится через пару переходов. Это не первый и не последний случай в ее истории. Мы поможем ей. У нас есть образцы ДНК животного и растительного мира, которые собирал Великий Энки на случай, если удастся возродить Анну. Но для адаму наступит конец. Позже, если в этом возникнет необходимость, мы создадим себе новых, более послушных рабов.

— Что ж, отправимся сразу же? — заискивающе спросил Мерзаев Лилиту, как только та отключила голограмму.

Девушка бросила тяжелый взгляд на своего собеседника.

— Не возражаю, — отрывисто ответила она. — Чем скорее я выберусь из этого ада, тем лучше.

— Тогда я соберу все необходимое и распоряжусь о транспорте. Ехать далековато. А ты пока отдохни, поешь чего-нибудь. Попроси Алсу. В этом доме найдется все, что угодно.

— Спасибо, я не голодна, — равнодушно ответила инопланетянка.

— Как знаешь, — пожал плечами Мерзаев, — я буду готов примерно через… — он зажмурил один глаз, словно что-то прикидывая в голове, — полчаса.

Как только за ним закрылась дверь, Лилиту села в кресло и откинула голову назад. Чувствовала она себя отвратительно. Все началось с легкой тошноты, почти сразу же, как она приехала в этот дом. И с каждой минутой ей становилось хуже и хуже. Теперь уже ныло сердце. Лилиту потерла виски и вдруг ее сознание пронзила мысль: «Иван! Ему плохо!». От этого стало еще хуже. Затруднилось дыхание. «Что же это происходит? Неужели я чувствую его боль? Неужели мое сердце принадлежит рабу? Нет, этого не может быть! У него даже нет крыльев!» — Лилиту не желала принимать очевидного.

Обычно к отношениям с противоположным полом она подходила с чистым разумом и расчетом. И вдруг этот адаму не только завладел ее сердцем, но и смог заставить чувствовать свою боль!

«Наверное, это случилось потому, что он не умер тогда? Но какая теперь, собственно, разница? Зачем она вообще заставила тех парней тащить Ивана с собой? Конечно, тогда его бы убили… Но ей-то какое дело до этого предателя? Сейчас бы меньше страдала! Но нужно что-то предпринять. Необходимо чем-то помочь ему: боль становится невыносимой. И как сделать так, чтобы при всем при том, с ним не встретиться?» — думала Лилиту. Простить предательство оказалось слишком сложно. Она зажмурилась, пытаясь прогнать боль. В ее мыслях каруселью закружились события прошедших дней. Один за другим эпизоды меняли свою очередность в обратном порядке. «А вам бы лучше в полицию обратиться… — прозвучали слова в ее голове. — Полиция! То, что надо!» В мгновенье ока перед Лилиту снова замерцал голографический экран. Она судорожно принялась искать: как можно наверняка заставить эту полицию найти Ивана? Одну за другой она открывала странички, с опаской глядя на дверь, где вот-вот должен появиться Мерзаев. Ей попадались какие-то жалобы, заявления, предложения… Все не то… «Служба по контролю за оборотом наркотиков» — прочитала она, открыв очередное окно. «Да! То, что надо! — Лилиту радостно вздохнула. — Этот мафиози только недавно что-то там говорил про наркотики». Она пробежала глазами по меню: «Отправить сообщение без указания контактной информации отправителя». Лилиту краем глаза взглянула на дверь и одновременно вписала в нужном поле «Помогите!». Затем вставила координаты, заполнила код… И тут дверь открылась, а на пороге появился Мерзаев.

— Ну что, едем? — бодро спросил он, входя, и его лицо резко изменилось. — Ты опять говорила с императором? — он подозрительно сощурил глаз и быстрым шагом направился к Лилиту, чтобы взглянуть на экран.

— Нет, — равнодушно пожала та плечами, хотя ее сердце словно молот стучало от страха, пытаясь вырваться из груди. — Я занималась переводом. Чего время зря терять? Не хочу ждать слишком долго после того, как получу свой корабль.

Она быстро нажала кнопку «Отправить» и прямо перед носом Мерзаева отключила голограмму.

На выходе их ждал уже знакомый большой Мерседес с затемненными окнами, который, в сопровождении джипа, незамедлительно отвез их в аэропорт. К тому времени полеты уже разрешили, и личный самолет Мерзаева сразу же вылетел в Таджикистан, где находился тайник мафиози.

Транспортировка урана прошла без каких-либо осложнений. Аннунаки послали Мерзаеву несколько капсул, размер и скорость которых позволили им долететь до Земли незамеченными. Подручные мафиози надежно запаковали в них смертельный груз, а еще через час контейнеры уже открывали в лаборатории на имперском флагмане.

— Хорошая работа, девочка! — улыбаясь смоляными глазками, проскрипел голографический Элохим. — Я надеюсь, ты сможешь найти свой корабль и улететь с Ки до того, как наши ракеты достигнут ее атмосферы.

— Постараюсь, — обреченно ответила Лилиту. — Сколько у меня времени?

Элохим задумался и отвернулся в сторону, вероятно, с кем-то советуясь.

— Я думаю, мы закончим работу раньше, чем Ки несколько раз обернется вокруг своей оси. Я сообщу тебе точнее, если это все еще будет необходимо. Возвращайся, девочка! У тебя одной из всех, кто достиг Ки, есть шанс вернуться обратно.

Глаза Лилиту блестели от слез. Она выключила голограмму и повернулась к Мерзаеву.

— Мы должны найти корабль раньше, чем они закончат работу, — сказала она со злобой в голосе. — А это всего лишь несколько дней!

— Но…

— Это и в твоих интересах, — она резко прервала попытавшегося возразить мафиози. — Если хочешь воспользоваться секретом синтеза золота, — она протянула ему что-то вроде светлой монетки, — ты должен найти надежное убежище. И нет лучшего убежища, чем ковчег императора! Но добраться туда ты сможешь только на одном из наших кораблей.

Мерзаев изменился в лице.

— Война? — спросил он испуганно.

— А ты что думал, когда продавал Императору уран? Что он его на завтрак съест?

Таир пожал плечами и взглянул на странный предмет. Это оказалась туго закрученная спираль из незнакомого металла.

— Что это? — поинтересовался он.

Лилиту без слов взяла открытую ладонь Мерзаева в свою руку, и пальцем другой слегка нажала в центр спирали. С ладони Таира вылился мерцающий поток света. Тот рефлексивно одернул руку. Спираль упала на землю, а свет моментально исчез.

— Извини, — усмехнулся Мерзаев своей реакции. — Я не ожидал ничего подобного.

Он поднял спираль, подкинул ее на ладони и нажал пальцем в середину. В этот раз светящийся голографический экран его не испугал. Мерзаев внимательно смотрел на непонятные знаки, на сменяющие одну за другой схемы и изображения странного агрегата.

— А где перевод?

— Ты получишь его, как только я окажусь на своем корабле.

Мерзаев с подозрением взглянул на девушку.

— А где же гарантии?

— Гарантии? — переспросила та смеясь. — Гарантии ты получишь у императора, если сможешь выбраться отсюда вовремя. А если нет… — Лилиту развела руками, — то перевод тебе уже не понадобится, как и сам оригинал.

Мерзаев сердито сверкнул глазами.

— Вот значит как! Ну что ж, я примерно этого и ожидал. И времени у нас много нет… Хорошо… — он пристально взглянул на Лилиту. — Мы поступим так: я разыщу корабль, но ты возьмешь меня с собой.

Девушка презрительно фыркнула.

— Иначе, ты тоже никуда не улетишь, — он не спускал с нее сверлящего взгляда. — Надеяться угнать с военной базы два корабля — глупо. Да и что я буду с ним делать? Нет, ты меня возьмешь с собой, или останешься здесь навсегда.

Лилиту отвернулась.

— Ты вначале найди корабль, а потом в пассажиры записывайся, — глухо ответила она.

Мерзаев усмехнулся.

— У меня есть кое-какая идея по этому поводу. Придется подключить дипломатические каналы.

Иван очнулся от боли. Он не спешил открывать глаза и вслушивался в тишину, боясь хоть мимолетным движением или не ровным дыханием выдать себя. Что с ним происходит? Если бы не сильная боль по всему телу Иван мог бы подумать, что все это лишь один сплошной ночной кошмар. Но боль возвращала в ужасную реальность. Она сковала тело, не позволяя даже вздохнуть. Но хуже всего — страх. Он смешался с болью и заполнил каждую клеточку Иванова сознания. «Прыщ — садист! — с ненавистью подумал он. — Наверняка, затаился и ждет, когда я открою глаза. Мерзкая ненавистная тварь! Но почему он льет свою желчь на меня?»

Иван задумался. О многом из того, что говорил Прыщ, он не имел ни малейшего представления. Возможно, что-то стерлось из памяти, но какие-то вещи просто не могли случиться. Вероятно, Прыщ сам дорисовал такие эпизоды в своем больном воображении, чтобы чувствовать себя еще более обиженным.

Иван стал вспоминать школьные годы. Прыща, вообще-то, никто из класса не любил. Тот всегда был изгоем. Нет, класс у них не отличался жестокостью. Ребята, как ребята: со своими достоинствами и недостатками. Кого-то любили больше, кого-то меньше, но Прыща не любил никто. Честно говоря, Иван уже и не помнил почему. Его даже не ненавидели, а просто презирали. Иван помнил лишь один случай, когда они с друзьями лоб в лоб столкнулись с Киряевым. Хотя брезгливость ребят к Прыщу существовала и задолго до этого. Тот случай лишь усилил неприязнь. Но с другой стороны, сам Иван скорее был только свидетелем этой истории.

Центральными фигурами тогда стали братья Стрельниковы. Как впоследствии оказалось, Прыщ издевался над младшеклассниками. Он провозгласил себя их королем и собирал дань со своих подданных, заставляя малышей еженедельно отдавать ему определенную сумму денег или ее товарный эквивалент. Дети боялись Прыща, потому что тому ничего не стоило их запугать или даже сильно избить. Зная о жестокости своего мучителя, мальчишки не рассказывали об этом, придумывая разные истории, чтобы объяснить синяки и ссадины. Но однажды что-то пошло не так. У Стрельниковых была большая разница в возрасте и, вероятно, Прыщ не знал, что у одного из малышей есть старший брат. Случилось так, что младший брат Витьки Стрельникова, попал в больницу с сотрясением мозга. Но, даже там, боясь мести Прыща, он утверждал, что ничего не помнит, как все случилось. Витька был вне себя. Он организовал жесткий допрос друзьям брата, и те раскололись. Они выложили, что Прыщ собирает с них деньги, а Витькин брат, Иван никак не мог вспомнить его имя, не смог в срок принести нужной суммы…

Витькиной ярости не было предела. Он и его несколько друзей, включая Ивана, подкараулили Прыща в момент сбора дани. Никакие силы не смогли бы удержать тогда Витьку. А на следующее утро вся школа смеялась над распухшим синюшным лицом вымогателя.

Но на этом дело не закончилось. Прыщ заявил директору, что его била вся компания. Случился большой скандал. Никто не мог поверить, что Стрельников дрался с Прыщем один на один, уж больно разукрашенный тот оказался. А у Стрельникова, наоборот: ни царапины. Да и по своему складу Витька никогда не отличался ни воинственностью, ни силой.

Родители Киряева потом это дело замяли, шантажируя Стрельниковых, что напишут заявление на Витьку, если те не заберут жалобу из милиции. В общем-то, даже директор уговаривал Стрельниковых дать Прыщу еще один шанс и не ломать ему жизнь. «Эх, знали бы они, что из него получилось…» — с горестью подумал Иван, и его передернуло от всех этих неприятных воспоминаний. Тут же он услышал тихие шаги. Сердце Ивана заколотилось, словно церковный набат. Он затаил дыхание, а все его внутренности сжались от страха. Иван решил ни в коем случае не открывать глаза. Возможно, этот садист ждет именно этого, чтобы продолжить свои мерзкие пытки. Иван боялся дышать, чтобы не выдать себя, но, как назло, воздуха стало не хватать и ему пришлось тяжело и судорожно вздохнуть, так что боль гигантской острой иглой пронзила все тело.

— Иван, — услышал он тихий мужской голос, прямо у себя над лицом.

«Что это? Чей это голос? — подумал Иван. — Что-то знакомое, и точно не Прыщ!»

Но страх стал сильнее Ивана. Он свинцовыми бляхами лежал у него на глазах, не позволяя им открыться. Испытать еще раз подобные пытки Иван больше уже бы не смог. Он попытался закрыть сознание, представив себе Лилиту. Но вдруг голос над его лицом снова начал отчаянно шептать:

— Иван, ты мне очень нужен. Мне необходима твоя помощь!

Громадная каменная глыба свалилась с Иванова сердца в тот момент, когда он понял, чей это шепот. Он приоткрыл глаза. Над ним склонился его шурин.

— Алекс? — прохрипел Иван, и по его лицу покатились крупные слезы.

— Иван, очнулся! Как я рад! — глаза Дарина излучали боль и сострадание и, в то же время, облегчение.

Иван вздохнул полной грудью, но острая боль снова прожгла его насквозь, и он застонал.

— Ты поосторожнее, — улыбнулся полковник, смахивая слезу с глаз. — У тебя ребра сломаны. Над тобой «усердно» поработали. Только голова осталась цела, если не считать распухшей губы. Но сейчас уже все в прошлом. Ты в безопасности.

— Но что случилось, где я? Как я сюда попал? — Иван уже не обращал внимания на боль. Что теперь эта боль в сравнении с тем, что он пережил!

— Ты в больнице, Иван. В интенсивной терапии. Мы нашли тебя в Сочи, в подвале виллы наркобарона Таира Мерзаева. Такая скверная история, что и рассказывать не хочется.

Дарин придвинул стул поближе к Ивановой кровати и сел у изголовья.

— Но как? Откуда вы узнали? Это Лилиту сообщила?

Дарин опустил глаза.

— Я не знаю. Наверное. Вчера на сайте по борьбе с наркотиками появилось сообщение «помогите» с координатами вместо адреса. Хорошо, что ребята не отмахнулись, а докопались, в чем дело! Они сразу же передали сообщение в Сочинское отделение, ближайшее к указанному месту. Там тоже оперативно сработали. Немедленно отправили патруль по адресу и поставили нас в известность. Скажу сразу, эта вилла давно уже на подозрении, как и ее хозяин. Поэтому ребята вызвали подкрепление, прежде, чем войти внутрь. Им пришлось долго ждать на пороге. Дверь открылась уже когда ребята собрались идти на штурм, а на пороге появился окровавленный человек. Глаза его бешено сверкали, а сам он хохотал во все горло… — полковник запнулся. Он с жалостью взглянул на Ивана. — Это тяжело рассказывать. Ты только не переживай. Тебе это нельзя.

— Лилиту… С ней что-то случилось? — Иван хотел вскочить с кровати, но тут же упал обратно, пронзенный острой болью.

— Я не знаю, Иван… не знаю… — Дарин снова жалостливо посмотрел на Ивана и вздохнул. — Когда мы вошли в дом, у меня волосы стали дыбом. Прямо на полу, в луже крови валялась… жестоко избитая и, вероятно, изнасилованная темноволосая девушка.

— Лилиту? — с ужасом прошептал Иван.

— Ее личность пока не установлена. В доме больше никого не было. Ну, кроме тебя. Этот человек сам привел нас в подвал, чтобы похвастать, как он тебя наказал. Он представился твоим одноклассником и сказал, что рано или поздно, но за все приходится платить. Уж и не знаю, что он имел в виду. Детали он не смог рассказать. Зато про хозяина своего поведал много интересного!

— Прыщ, урод! — с трудом выдавил Иван. — Но где Лилиту? Она жива?

— Она в критическом состоянии. Но нужно, чтобы ты подтвердил ее личность. Хотя Киряев убеждал нас, что это инопланетянка.

Сердце Ивана снова сдавила тяжелая каменная глыба.

— Где она? — спросил он сквозь зубы, но в его сознании вертелась мысль, что это ошибка и что с Лилиту все в порядке. И если бы с ней случилось хоть что-нибудь плохое, он бы чувствовал это!

— Рядом. Мы специально просили разместить вас в соседних палатах. Но тебе пока нельзя двигаться… — полковник нажал кнопку пульта телевизора. На экране показалось искаженное от боли и синяков женское лицо. Женщина, по всей видимости, находилась без сознания.

— Нет, это не она… — Иван не мог скрыть улыбки облегчения. Но вид этой несчастной девушки, пострадавшей от той же руки, что и он, словно острыми когтями царапал его душу. — Я думаю, это служанка Мерзаева. Я видел эту девушку, когда мы только приехали.

— Возможно, это она просила о помощи. Не далеко от нее валялся смартфон, — сказал полковник.

— А где теперь Прыщ? — со злобой в голосе спросил Иван.

— Он сейчас в спецотделении. Его допрашивают, пока он не пришел в себя. Но, оказывается, верить его словам нельзя. А жаль… Он много интересного поведал и о своем хозяине, и о его делишках. У спецотдела давно руки чесались по поводу Мерзаева. Но таких людей так просто не поймаешь. Они уходят из любых ловушек, оставляя вместо себя кучу мелкой рыбешки. Типа этого твоего Киряева.

— Он не мой, — злобно ответил Иван.

— Ну, извини, извини, я не это имел в виду. Хотя если каким-то образом связать Мерзаева с тем джипом, на котором ты уехал. Не знаю, в курсе ли ты, но машина оказалась нашпигована наркотиками по самое «нехочу». Причем наркотиками высшей пробы!

— Откуда мне знать? — отмахнулся Иван, которого Мерзаев в данную минуту интересовал меньше всего. — Где сейчас Лилиту? Вдруг они и ее… — договорить Иван не смог.

— Нет, мы обыскали и виллу, и горное поместье. Ее нигде нет. А у тебя, есть какие-то догадки?

Иван задумался. Он закрыл глаза. Но через секунду, скривив рот в однобокой улыбке, он пристально взглянул на шурина.

— Я думаю, что есть!

Мерзаев, самодовольно улыбаясь, выглядывал в окошко Ми-17, военного вертолета, летящего над вершинами заснеженных Кавказских гор. Он подмигнул Лилиту, сидевшей напротив него в форме гвардейца армии Таджикистана. Позади нее, в такой же форме возвышались Рустам, Алик и еще несколько бойцов Мерзаева. С другой стороны сидел полковник национальной гвардии Республики Таджикистан и пара важных государственных деятелей. Сегодня утром они прилетели на грузовом самолете из Таджикистана, а теперь в сопровождении российских военных приближались к желанной цели.

Да, Мерзаеву пришлось дернуть за самую серьезную веревочку, чтобы устроить эту экскурсию «для особо важных персон». Он поставил на карту все: или пан, или пропал! До последнего момента Таир, все же, сомневался в успехе операции, ведь кроме родных таджиков, нужно было заинтересовать и российских военных. Поэтому мафиози больше рассчитывал на запасной план: грубое вооруженное нападение на базу, где хранились корабли. Но, вышло лучше, чем он предполагал. Не без трудностей, но результат оказался выше любых его, даже самых смелых ожиданий: он вместе с таджикской делегацией ехал на подписание акта о продаже одного из инопланетных кораблей президенту Таджикистана. Таиру пришлось раскрыть почти все карты, чтобы убедить того заняться этим делом. Он рассказал о готовящейся атаке инопланетян и единственном спасении: улететь с Земли на кораблях аннунаков. А затем ему пришлось ждать почти целую неделю, пока президент устраивал сделку. Теперь же, они, наконец, летели навстречу новой судьбе, и Таир сжимал в кулаке заветную спиральную пластинку, которая обеспечит его жизнь в новом мире.

Перед вылетом старый анубис снова связывался с Лилиту. Они о чем-то долго перешептывались, будто Мерзаев мог их понять! Как он потом выяснил, Элохим рассказал, что оружие готово и, смертоносные ракеты с ковчегов взлетят сразу же, как Лилиту включит свой корабль. У землян уже не останется времени следить за взлетающими объектами, и она сможет беспрепятственно покинуть Землю. Таков был их план. Тогда Таиру и пришла мысль переодеть своих людей гвардейцами и совместить оба плана: как только они подойдут к тарелкам, сразу же атаковать охрану, при необходимости использовав силу Лилиту.

Мерзаев подмигнул девушке.

— Нервничаешь? — шепнул он, чуть нагнувшись вперед. Рядом с ним на сиденье ерзал полковник, попавший под чары инопланетянки.

Лилиту пожала плечами.

— Я хочу домой, — сказала она, брезгливо отворачиваясь от похотливого взгляда полковника. Она выглянула в окошко, а Мерзаев откинулся на спинку сиденья и больно ткнул в бок расквасившегося соседа.

— Не пускай слюни, полковник! У тебя встреча важная впереди. Президент по головке не погладит, если ты ее сорвешь. Не смотри на девку, от нее гормоны играют. Я и сам еле сдерживаюсь.

Полковник согнулся почти пополам от боли. Его взгляд стал осмысленней, но все еще туманный. Мерзаев разочарованно вздохнул и снова уставился в окошко.

Вскоре показалась долгожданная военная база. Вертолет, сделав круг, пошел на посадку, а на площадке показалась вооруженная группа.

— Что это? — удивился Мерзаев.

Один из чиновников сердито пробурчал ругательство в их адрес.

— Еще осложнений нам не хватало. К чему весь этот цирк?

— Ничего, главное им это не говори, — немного взволнованно, сказал Таир. Сорвать всю операцию из-за неадекватного поведения своих спутников — этого он не ожидал. «Надо было Лилиту подальше от них посадить, — подумал он, — но сейчас уже поздно».

Вертолет приземлился. Первыми начали выскакивать гвардейцы, вперемешку с бандитами Мерзаева. Следом вышли чиновники, а затем Мерзаев и Лилиту. Полковника оставили в вертолете, сославшись на его плохое самочувствие.

Таджикскую делегацию окружили российские спецназовцы. Встречающий офицер пожал всем руки и извинился за вынужденные предосторожности.

— Сами понимаете, обстановка не ординарная. Да и повод у нас с вами не самый обычный. Вдруг кто-то из инопланетян захочет попасть на базу? Кто ж их знает, сколько их сюда поналетело. Говорят, они и выглядят так же как мы.

— Ничего страшного, — льстиво ответил один из чиновников, — разве мы не понимаем?

Мерзаев облегченно вздохнул. Это объяснение его немного успокоило, но настороженность до конца не улетучилась. Он чувствовал — ждать долго нельзя.

Делегация направилась к командному пункту.

— Может, нам можно взглянуть на эти диковинки, пока вы занимаетесь официальной частью? — делая глупый вид, спросил Мерзаев. — Мы так долго летели. Хотелось бы рассмотреть их, пока есть время.

— Это наш технический консультант, — немного раздраженно сказал чиновник, сердито взглянув на выскочку. Конечно, он не был в курсе мерзаевских планов, и поведение «родственника» президента выглядело очень странно. — Не обращайте внимания.

— Да чего уж! — радушно воскликнул один из офицеров. — Конечно, вот, лейтенант вас проводит. Я разве не понимаю? Кому охота с бумагами возиться, когда такое чудо рядом стоит! Там есть на что посмотреть, — и он многозначительно подмигнул Мерзаеву.

Мерзаев наигранно рассмеялся.

— Вот, товарищ, он понимает. Это политики бумажкам рады, а нам надо все потрогать, прочувствовать…

Делегация разделилась на две группы. Одна продолжила свой путь к командному пункту, а другая, включавшая всю команду Мерзаева, к ангарам с чудо-аппаратами.

Пока они шли, Таир пытался непринужденно отвечать постоянно болтающему российскому лейтенанту. Внутренне напряжение мафиози возрастало с каждым шагом. Он то и дело косился на Рустама, в надежде подать тому знак убрать отсюда этого разговорчивого провожатого, как тот вдруг сам остановился и хлопнул себя по лбу.

— Ой, вы извините, у меня ж ключи от сейфа с документами! Им без меня и подписывать нечего. Вы же дойдете без меня до ангаров? Вон они стоят, — он указал рукой на большие строения метрах в семистах. Там вас ребята встретят, не волнуйтесь. Они все покажут и расскажут. А мне, действительно, нужно на командный пункт!

Он умоляющим взглядом смотрел на Мерзаева. Тот фальшиво рассмеялся.

— Конечно, дойдем. Тем более, нас там встретят. Вы не волнуйтесь за нас. Бегите.

Лейтенант облегченно вздохнул и развернулся в обратную сторону, в то время как взгляд Мерзаева моментально стал острым и злым. Роль глупого механика-добряка была явно ему не по нраву.

— Вот и славно, а то у меня терпенье уже кончалось от его болтовни.

Девушка равнодушно взглянула на мафиози и включила ручной компьютер.

— Нам нужен второй ангар, — выпалила она, сдерживая улыбку, и ускорила шаг.

Подбежав к воротам, Лилиту глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— Ну к чему заставлять меня бегать? — задыхаясь, раздраженно спросил Мерзаев. — Что ты, минуту подождать не можешь?

— Мне здесь каждое мгновенье в тягость, — чуть сощурив глаза, зло ответила девушка. Она еще раз проверила компьютер. — Мой корабль здесь. Заходим?

— Нет, говорю тебе, спех нам ни к чему. Не слышала, тот парень сказал, здесь кто-то должен нас встретить.

Он подал знак своим бойцам и те один за другим вошли внутрь. Через пару минут вышел Рустам.

— Там никого, — удивленно сказал он. — Может нас в другом месте ждут?

— Тем лучше, — Мерзаев снова почувствовал неприятное внутреннее напряжение. Пусть все выйдут. Мы с Лилиту войдем одни… — он исподлобья, словно оценивая, взглянул на Рустама. — Алик пусть тоже за нами идет. Остальные все снаружи!

Рустам вывел бандитов из ангара, и Мерзаев, в сопровождении инопланетянки и охранника вошел внутрь. С замиранием сердца увидел он посреди ангара тот самый ДЖИП.

Губы Лилиту расплылись в победной улыбке. Она снова запустила ручной компьютер, и через секунду глазам мафиози открылся гигантской статуей египетского божества золотой скарабей.

— Да, техника… — зачарованно воскликнул он и услышал за собой странный звук. Обернувшись, Таир с ужасом увидел, что Алика уводят двое спецназовцев, а на его месте стоит какой-то офицер.

— Что здесь происходит? — срывающимся голосом взвизгнул мафиози.

Лилиту вздрогнула. Обернувшись, она оскалилась и агрессивно взмахнула крыльями, давая всем понять, что шутить не собирается.

— Ничего страшного, господин Мерзаев. За вами сейчас тоже приедут, — спокойно ответил офицер. — Не надо пугать девушку еще больше. Ведите себя прилично.

Лилиту, не отрывая взгляда от мафиози с офицером, боком подлетела к кораблю и открыла дверь. Взмахнув еще раз огромными перепончатыми крыльями, она шагнула внутрь жука, но на ее пути стоял Иван. Лилиту, не веря глазам, остановилась. В этот же момент позади прогремел выстрел. Девушка, вздрогнув, обернулась. Офицер сидел сверху бесчувственного мафиози, лежащего ничком, и сдавливал его руку за спиной так, чтобы пальцы выпустили все еще дымящийся пистолет.

— Извините, — прохрипел военный. — Я не хотел вас напугать. Не обращайте на нас внимания.

Лилиту на секунду закрыла глаза и отрешенно повернулась к Ивану. Тот выглядел жалко: весь в ссадинах, с распухшей губой, руки перевязаны до самых кончиков пальцев… Но, не смотря на все это, обжигающая сладостная волна прокатилась по ее телу, заставив сердце забиться вдвое быстрее. Но нет, она не желает видеть этого предателя, который так подло поступил с ней! Она просто хочет домой.

— Что тебе надо? — Лилиту снова угрожающе взмахнула крыльями.

— Я ждал тебя. Извини, вся эта история с продажей тарелки, лишь попытка помочь тебе добраться до корабля, — опустив голову, сказал Иван. — Я не видел другого способа найти тебя.

— Я хочу улететь отсюда во что бы то ни стало, и даже ты не сможешь помешать мне, — с презрением произнесла девушка.

— Я знаю, — Иван посмотрел ей в глаза. — Я здесь не за этим. Ты можешь свободно улетать к своим. Никто тебя не остановит и не станет препятствовать.

Лилиту истерично засмеялась.

— Конечно, вы собьете мою Скарабею прежде, чем я покину земную атмосферу, — она вполоборота взглянула на офицера, который все еще держал Мерзаева.

— Нет, поверь мне, никто не причинит тебе больше никакого вреда.

— Поверить тебе? — Лилиту взлетела от негодования и зло захохотала. — Поверить тебе, после того, как ты меня предал?

Иван тяжело вздохнул.

— Лилиту, позволь мне объяснить, почему я так поступил! Я не желал тебе зла. Я люблю тебя. Я просто не в состоянии причинить тебе боль, даже после того… — Иван запнулся. — Но это не твоя вина. Я знаю, ты напугана. Тот майор… он сам не понимал, что делал! Но он и без этого наказан. Пожалуйста, дай мне несколько минут. Я просто не могу себе представить, что ты улетишь и не узнаешь правды!

— Я хочу войти в свой корабль, — твердо сказала Лилиту. — Я выслушаю тебя, если тебе это так важно. Но вначале я хочу войти на борт. Я улетаю. И пусть меня подстрелят, как и других, но здесь я больше оставаться не могу.

Иван улыбнулся.

— Конечно! Входи! Но никто не собирается тебя сбивать. Видишь, тот военный, это мой шурин. Я тебе о нем говорил. Он здесь большая шишка, и он может подтвердить мои слова.

Лилиту снова бросила взгляд на офицера.

— Извините, я не думал, что придется говорить в такой позе, — хрипло сказал тот. — Мое имя Александер Дарин. Я командир этой части и хочу извиниться за то, что мы вас напугали. Конечно, ничего такого не должно было бы произойти, но у нас нет сценария встречи визитеров с других планет. Я искренне сожалею, что из-за нас вы попали в затруднительное положение. Иван говорит правду. Вы свободны покинуть Землю, когда пожелаете. Никто не причинит вам вреда. Я лично за это отвечаю.

Лилиту победно улыбнулась. Не ответив полковнику ни слова, она прошла мимо Ивана, стараясь не прикоснуться к нему, поднялась в кабину и через минуту скарабей глухо зашумел.

— Двери мне тоже откроют? — ехидно спросила она Ивана, который шатаясь, поднялся в кабину. Он, пытаясь пересилить боль причиняемую движением, лишь глазами указал наверх. Лилиту включила бортовой компьютер и увидела медленно разъезжающую в стороны крышу. — Что ж, это меняет дело. Рассказывай. У тебя есть пара минут до того, как я взлечу.

Иван без приглашения тяжело опустился в уже знакомое кресло и снова пристально посмотрел в глаза девушки.

— Ты знаешь, когда я впервые увидел тебя, — не отводя взгляда, сказал он, — со мной что-то произошло. Я словно очнулся от затяжного сна. Вся моя жизнь до тебя потеряла весь смысл. Одно лишь твое присутствие заставило меня забыть обо всем на свете! Ты не поверишь, но у меня захватывает дух, когда я слышу твой голос. Мое сердце замирает всякий раз, если ты даже случайно прикасаешься ко мне. И самое смешное, что я нисколько не преувеличиваю! Ты появилась рядом, словно упавшая с неба звезда. И с первых же минут я был готов сделать для тебя все, что угодно. Ты не представляешь, насколько далеко я могу пойти, чтобы помочь тебе! И если бы ты не приняла моей помощи, я умолял бы тебя об этом. Никто не знает меня таким, да я и сам не ожидал от себя ничего подобного, пока не встретил тебя. Я наслаждался каждым мгновеньем, находясь рядом с тобой, и боялся только потерять тебя из виду. Но я совершил ошибку. Огромную ошибку! Помнишь, когда мы разделились из-за оползня, я решил пробираться через завал? Именно тогда меня и поймали спецназовцы. Я не знал, что делать, но потерять тебя я не мог. Тогда мне на ум пришла безумная идея, и я рассказал им о твоих друзьях. Я предложил, что следуя за нами, они спокойно смогут выйти на них.

Лилиту поморщилась.

— Но поверь мне, это был разумный шаг. Даже если бы они не схватили меня тогда, нам бы не удалось уйти далеко. Это тренированные ребята, отлично знающие свое дело. Кто мы по-сравнению с ними? Да мы бы попались, еще не успев убежать. А эта сделка помогла нам добраться до твоих друзей беспрепятственно. Мы все равно опережали бы наших преследователей. Поэтому, если бы все шло по плану, у вас бы осталось время исчезнуть. Уж я бы точно не стал никого торопить в этот момент.

Лилиту недоверчиво, но уже не презрительно, смотрела на Ивана. Ее глаза наполнялись слезами, по мере того, как она понимала мотивы его поступка.

— Я виноват не в том, что заключил сделку со спецназом, — продолжал он. — Это только помогло нам выиграть время. Моя вина в том, что я сразу же не рассказал об этом тебе. Я побоялся, что ты неправильно поймешь и оставишь меня. Но я наказан за свою ошибку. Мое сердце разрывается на части, когда я осознаю, что больше не увижу тебя. Я никогда не смогу забыть тебя, как бы ни старался. В моей душе навсегда останется рубец горьким напоминанием о тебе. Теперь я понимаю, что такое настоящая любовь, и как больно быть отвергнутым ею. Но скажи, неужели ты сама никогда в жизни не совершала ничего такого, о чем бы впоследствии очень сожалела?

Лилиту, все полнее осознавая весь ужас того, что случилось, растерянно смотрела на Ивана. По ее лицу потекли слезы. Она поняла, что обрекла любимого человека на смерть. В голове вспыхнула жуткая картина, как он растворяется в безудержном адском пламени неизбежного взрыва.

— Нет, нет, я так не думала… я не хочу… Иван, ты не можешь здесь оставаться. Ты… ты должен лететь со мной. Я безумно люблю тебя, и вся моя ненависть лишь одно ужасное недоразумение… Я… я не знала… Я тоже совершила ошибку… непростительную ошибку… непоправимую…

Иван, не веря своим ушам, улыбнулся половиной рта. Он светился от счастья!

— Ты сказала, что любишь меня? Я не ослышался?

— Конечно, люблю! Но ненависть закрыла мой разум, и я совершила…

Иван рассмеялся.

— Не важно, это уже не важно. Ты не представляешь, что ты сейчас сделала! Ты снова вернула меня к жизни! Тебе совсем не обязательно улетать. Никто больше не причинит тебе вреда. Даже если ты улетишь, то сможешь вернуться, когда захочешь! Забудь про все, что случилось раньше. Что может быть важнее твоей любви?

Но Лилиту не могла успокоиться. Слезы застилали ее глаза. Она буквально упала в объятья Ивана и только лишь умоляла его лететь с ней, не желая ничего слушать.

— Все хорошо, Лилиту, — Иван поцеловал ее макушку. — Теперь все будет отлично.

Но девушка, низко опустив голову и тяжело дыша, обреченно произнесла:

— Ты должен лететь со мной. Поверь мне, это необходимо. Через несколько минут здесь все исчезнет. Аннунаки злы на адаму, и поэтому решили уничтожить вас всех. Извини, это моя вина…

И, словно подтверждая ее слова, замигал один из участков над длинной «плазменной» столешницей.

— Это сообщение с императорского ковчега. Они говорят, я должна немедленно покинуть Ки, — всхлипывая, пояснила Лилиту, быстро взглянув на сообщение. — Мы полетим вместе. Я не могу оставить тебя здесь умирать.

На Ивана словно вылили ведро ледяной воды. Он грустно усмехнулся и взглянул в смотровое окно. Там, спецназовцы подвозили к кораблю накрытые светлой тканью носилки. Полковник Дарин махал руками, вероятно указывая, как и что нужно сделать. Сознание заполняла ужасная мысль: все они обречены. И не только они. Все люди… и изменить это уже слишком поздно.

Иван осторожно приподнял лицо Лилиту за подбородок.

— Ты не должна винить себя. Ты не можешь отвечать за поступки других.

— Я помогла им… — она хотела опустить лицо, но Иван удержал ее поцелуем.

— Тебе надо срочно улетать, — спохватившись, сказал он.

— А ты? — испуганно переспросила девушка.

— Я… мне очень жаль, что все закончится таким образом. Больше всего на свете я бы хотел быть с тобой. Но теперь… слишком поздно говорить об этом. Я останусь здесь, с ними, — он кивком указал на людей перед кораблем. — А ты… просто обещай думать обо мне всякий раз, когда взглянешь в небо и увидишь там голубую звезду…

Лицо Лилиту блестело от слез. Она не могла больше произнести ни слова. Иван медленно встал. Руки девушки беспомощно упали на стол, а глаза молча умоляли остаться.

— Но… — Иван вдруг изменился в лице, — подожди… Прежде, чем ты улетишь… Я совсем забыл… Сейчас это важно. Помнишь, я обещал найти твоих друзей? Взгляни туда.

Лилиту удивленно повернула голову.

— Что ты имеешь в виду?

— Твои друзья! Ты разве не помнишь, мы их искали! Смотри!

Иван указал на носилки, стоявшие в ряд перед скарабеем.

— Что это?

В этот момент военные осторожно убрали с носилок покрывала. Лилиту шокировано вскрикнула.

— Да, это все твои друзья, которых мы искали. С ними все в порядке! Они просто спят. Их усыпили, потому что не знали, чего от них ожидать. Все-таки, вы первые инопланетяне, долетевшие до нас! Ты можешь спасти кого-нибудь из них. Я не знаю, сколько аннунаков поместятся в твоем корабле. Возможно, среди них есть принц? Ты говорила, он очень важен для вас. Поторопись! Не знаю, сколько у тебя еще осталось времени, но я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось!

Лилиту закрыла глаза.

— Что я наделала? — прошептала она, едва слышно.

Бледная, с растрепанными волосами и мокрым от слез лицом она, шатаясь, вышла из скарабея и подошла к носилкам. Девушка внимательно всматривалась в лица спящих друзей. Остановившись рядом с рыжеволосым великаном, она громко воскликнула:

— Это же принц Думузи! Он действительно жив?

Полковник, стоявший неподалеку и еще не знавший про нависшую над землянами угрозу, утвердительно кивнул.

— Это лишь те ваши соплеменники, которых мы обнаружили неподалеку от озера. Иван сказал, это ваши друзья. Но есть и другие. Все те, кто приземлился, находятся на различных военных базах по всей планете. Мы лишь усыпили их. Ваш император может послать за ними корабль. Мы бы отправили их сами, но у нас, к сожалению, нет еще такой техники, способной сделать это столь же быстро, как ваша.

Лилиту стеклянными глазами смотрела на полковника, как вдруг, словно резко проснувшись с силой хлопнула по запястью. Сейчас же перед ней вырос мерцающий экран. Девушка напряженно пыталась что-то предпринять, но ничего не выходило. Она разочарованно взглянула на принца и побежала к кораблю. Меньше, чем через минуту глухой шум, издаваемый кораблем прекратился.

— Что ты делаешь? — в испуге закричал Иван. — Ты должна улетать!

Но Лилиту лишь покачала головой.

— Я хочу попытаться остановить их. У нас все еще есть шанс! Если император узнает, что его сын жив, он отменит атаку! Проблема лишь в том, что они не отвечают. Мы договорились, что все начнется, как только я запущу двигатели корабля. К Земле отправят ракеты, которые отвлекут ваши службы от моего взлета.

Лилиту развернулась. В дверном проеме, словно тень, стоял полковник. Теперь он был в курсе происходящего.

— Мы можем чем-то помочь? — спросил он обреченно.

— Я не понимаю, почему они не отвечают. Я остановила двигатели, чтобы дать им понять: что-то пошло не по-плану, но не знаю, обратят ли они на это внимание?

Внезапно запищал бортовой компьютер. Лилиту взглянула на сообщение, и ужас исказил ее лицо.

— Атака начнется, когда эта полоска полностью заполнится красным цветом. Это обратный отсчет. Ракеты уже подлетели, осталось лишь их активировать.

Лилиту стала бегать от одного экрана к другому. Но ей так никто и не ответил. Полоска уже окрасилась почти наполовину.

— Следи за этим экраном, — обратилась она к Ивану. — И дай мне знать, если хоть что-то изменится.

— Хорошо. А ты, что ты делаешь? — поинтересовался Иван, услышав странные звуки, произнесенные Лилиту.

— Да, это так. Не важно! Пытаюсь схватиться за воздух. У нас все равно не осталось надежды. Вряд ли они ответят. Они сделали бы это уже давно, если б захотели.

— Что значит, «схватиться за воздух»? — спросил Дарин, которому только что сообщили, что вокруг Земли чуть ниже орбиты Луны ровной цепью расположились неопознанные объекты.

— Я передала сообщение одной экстравагантной особе, которая сейчас находится на флагманском ковчеге. Ее сын вон тот парень, рядом с принцем. Она моя дальняя родственница. Ввела меня в свет, когда я разбогатела, конечно. Но с сыном у нее отношения не сложились. И я понятия не имею, помнит ли она вообще, что у нее есть сын? Да и помогать, честно говоря, не в ее привычках. Она и пальцем не пошевелит, если это не касается лично ее.

Полоска стремительно краснела. Иван обнял Лилиту. Смотреть на убегающие секунды больше не хотелось. Полковник позвонил жене, чтобы еще раз напоследок услышать ее голос. Индикатор полностью окрасился. Дарин закрыл глаза, а Иван и Лилиту слились в прощальном поцелуе…

— Ваша Светлость, — проскрипел Элохим, поднимая свое кресло на уровень высокорослого игига. — Лилиту подала знак, мы можем посылать ракеты. Я рад, что у девушки есть возможность спастись. Уже достаточно пролилось крови в этот раз… — старик тяжело вздохнул, осознав, что жертв будет намного больше. Ведь кровь адаму хоть и другого цвета, но в ней все же есть капля крови самих аннунаков.

— Что ж, медлить не будем, — пробасил Император и подошел к смотровому окну. — Этот взрыв станет салютом в честь гибели наших детей.

Засветился экран телескопа, где оранжевыми линиями виднелись траектории летящих ракет. Элохим снова приблизился к Императору и, глядя немного в сторону, скрипуче прошептал.

— Ракеты займут места вокруг Ки. Взрыв произойдет в космосе, а на планету направятся лишь силовые и радиационные волны. Они сожгут весь ее верхний слой. Конечно, многое там изменится, но мы уже разработали план восстановления. Через несколько перемещений Ки снова превратится в зеленый рай, но только уже необитаемый.

Император решительно кивнул.

— Да, так и должно быть. Зеленый необитаемый рай. Такой, каким его впервые нашли наши деды.

Элохим неопределенно помотал мордой, все так же отводя взгляд от императора. В это время, к нему приблизился его помощник и правая рука низкорослый игиг Нингирсу. В руках он держал небольшой золотой ларец. Элохим незаметным кивком позволил помощнику поднести свою ношу к Императору. Аншар величественно приподнял ларец на уровень груди и открыл крышку. Ларец оказался пуст, лишь только дно причудливо закручивалось тугой спиралью.

— Что теперь? — спросил Император.

— Когда вы активируете спираль, появится индикатор обратного отсчета. Это необходимо для последних приготовлений. Боеголовки будут готовы к взрыву, когда световой поток индикатора полностью покраснеет, — произнес Нингирсу. Взволнованный баритон ученого, слишком высокий для игигов, заставил окружающих взглянуть в его сторону. — Чтобы сигнал поступил на пусковое устройство, достаточно задеть красное поле. Через несколько секунд достигнув цели, он вызовет направленный взрыв, волны которого в мгновение ока достигнут поверхности Ки. Мы увидим, как она поменяет свой цвет. На какое-то время планета станет серой из-за облаков, вызванных испарением вод. Я полагаю, разрушительные реакции закончатся к концу нашего пребывания в этом измерении, и мы успеем поставить очистительные установки. Тогда в следующем переходе Анну мы займемся восстановлением биологического баланса.

Голос Нингирсу с каждым словом становился все более напряженным. Он отступил несколько шагов назад, чтобы не пропустить ни малейшего движения своего учителя, парившего в кресле высоко над его головой. Вдруг Элохим тревожно взглянул на запястье. Там мерцало бледное голубое облачко.

— Проблемы? — спросил Император, недовольно покосившись на советника.

— Это Лилиту, — стараясь казаться, как можно спокойнее, сказал Энлиль. — Я думаю, у нее возникли проблемы. Ответить ей?

— Возможно что-то с кораблем, — раздался издали голос адмирала. — Двигатели остановились.

— А может ее сбили? — неуверенно ответил другой голос.

Император отвел глаза в сторону.

— Мне очень жаль, но я не собираюсь ничего откладывать. Мы должны раз и навсегда покончить с адаму. Этой девочке не повезло. Что ж, мы встретимся с ней в следующей жизни, — и он решительно нажал на спираль.

Тот час же из ларца вырвался мерцающий поток света. Император осторожно поставил судьбоносный ларец на стол.

— Я не хочу никого видеть, — он резко повернулся.

Нингирсу и Элохим, покорно склонив головы, отодвинулись вглубь зала, ближе к командному отсеку. Секундой позже между ними и Императором выросла энергетическая стена.

Закрывшись экраном, чтобы никто больше не мог ему помешать, Император сел напротив ларца и, почти не моргая, уставился на слишком медленно поднимающуюся красную полоску.

«… Все решено, — думал он, — не зачем волноваться и упрекать себя. Они должны ответить за жизнь моего сына. За жизнь Думузи!» От напряжения Императора бросило в жар. Рядом на столе замигал ручной компьютер, сообщая о вызове Лилиту. Император со злостью швырнул его в угол и снова напряженно уставился на красный индикатор. «…Оказывается, не так-то просто убить несколько миллиардов невинных живых существ…» — прозвенел у него в голове голос Элохима, а из угла слышался слабый звук: Лилиту настойчиво пыталась достучаться. «Нет, девочка. Слишком поздно…» Император попытался отогнать все ненужные мысли. «…Не думать ни о чем, просто задеть красное поле, когда придет время!..» Его лоб покрыла испарина. Индикатор медленно полз вверх. «…Эрешкигаль, как я расскажу ей о Думузи? Она не переживет этого!.. По крайней мере, я накажу виновных. Иначе я просто не смогу посмотреть ей в глаза». Писк передатчика острыми иглами впивался в мозг, смешивая мысли. Капли пота тяжелыми горошинами покатились вниз по лбу. «… Сейчас все закончится…» Последняя полоска растворилась в красном цвете, словно в крови адаму. Император поднял руку, чтобы дотронуться до индикатора, но вместо этого он рефлексивно смахнул скатившиеся к глазам капли пота. В это же мгновенье его голову пронзил разрывающий барабанные перепонки вопль. Император схватился за уши, пытаясь защититься от разрушающего мозг звука.

Он не сразу сообразил, что происходит. Индикатор ярко мерцал красным цветом, но задеть его стало невозможно. Если бы Аншар убрал руки от ушей, то голова взорвалась бы немедленно. «Так кричать могут только сирены или разъяренные суккубы. Но сирен больше не существует. Это адское порождение Энки убило само себя. А Лилиту слишком далеко…» — пронеслось у него в голове. Не отрывая рук, он взглянул в угол, где лежал передатчик. Но высокий пронзительный крик, от которого рвутся не только перепонки, но и лопаются стекла, шел не оттуда. Он раздавался с противоположной стороны, из-за разделяющего экрана. Звук заполнил все его сознание. Мозг разрывался на миллионы кусочков. Еще минута и он больше не выдержит!

Император зажал одно ухо плечом, а высвободившейся рукой открыл ширму, отделявшую его мостик от командного отсека ковчега. Звук стал еще сильнее, но теперь он видел, что происходит. Вдоль разделяющего экрана летала, оскалив хищные зубы и ни на мгновенье не прекращая свой затяжной крик, суккуб. Та самая пожилая матрона, что во время атаки упала в обморок! Ее крылья шумно рассекали воздух, а губы белели от пены безумия. Никогда в жизни император не видел столь отвратительного зрелища. Все присутствующие лежали на полу, плотно обхватив руками головы.

Суккуб пронзительно пища, словно хищная птица мгновенно набросилась на появившегося императора. Она расцарапала его лицо и впилась в плечи острыми длинными ногтями.

— Ты! — все так же пронзительно кричала она, брызгая пеной. — Ты убил наших сыновей! Ты убил моего мальчика! Мало того! Ты убил своего собственного сына!

Император пытался оторвать от себя ненормальную старуху, но, та, словно змея, уворачивалась от его сильных рук, царапая и кусая его, как взбесившаяся сирена. Но борьба с императором заставила старуху прекратить свой уничтожающий крик. Сейчас же в имперский зал вбежали несколько светловолосых исполинов и ловко набросили на суккубу прочную сеть. Все остальные аннунаки, растирая виски, стали потихоньку подниматься с пола. Не двигалась лишь одна маленькая фигурка. Старый анубис, выпав из кресла, не подавал никаких признаков жизни.

Император обвел всех глазами. Он не мог поверить в происходящее. Как они могли позволить ей?!! Открыв рот от негодования, но не в силах произнести ни слова, Аншар увидел безжизненную фигуру советника. Он в испуге подбежал к старому другу, бережно поднял его и положил в кресло, которое в одно мгновенье превратилось в удобное ложе. По исцарапанному лицу Императора, смешиваясь с голубой кровью, бежали слезы.

— Что здесь произошло? — громоподобно взревел он, еще больше удивляясь, заметив, что чуть поодаль от него помощники Элохима заботливо уложили на парящее ложе устроившую весь этот балаган суккуб. — Что? Что вы возитесь с ней? — в негодовании кричал он. — Выбросите ее за борт! Этот мусор не достоин быть погребенным в многострадальном чреве Анну!

— Аншар, сынок, — прервал его речь слабый старческий, больше похожий на скрип, голос, — ты сделал это?

Круглые черные глаза анубиса застилали слезы.

— Что, что я сделал? — не поняв, мягко переспросил Император, безмолвно радуясь, что старик все еще жив. — Адаму? Ты имеешь в виду адаму? Нет, я не успел. Я закончу это прямо сейчас. Крик этой ненормальной старухи остановил меня. Что вы ждете? Я приказал бросить ее за борт!

Император дрожал от ярости, но не мог отойти от Элохима. Он понимал, что это последние минуты старика.

— Хвала создателю! — с облегчением просипел анубис, и умиротворенно в последний раз закрыл глаза.

Не желая принимать реальность происходящего, Аншар, словно простой игиг, рухнул на колени и завыл над телом старика. К нему подошел его новый советник Нингирсу. Этот карликовый ингиг, почти вдвое ниже высокого Императора, гладил руку учителя и радостно улыбался.

— Что ты скалишь зубы? — негодуя, воскликнул Аншар. — Тщеславный малодушный раб! Ты рад, что наконец-то избавился от старика? Но ты рано радуешься, презренный!

— Светлейший Элохим умер в мире. Позвольте мне все объяснить, Ваша Светлость, — почтительно склоняя голову, произнес Нингирсу. — Эти два старика пожертвовали собой, чтобы спасти вашего сына, наследного принца Думузи.

Новый советник указал на старую суккуб, которую бережно, будто самую драгоценную ношу увозили из имперского зала.

— Что? — не веря своим ушам, вставая, произнес Император. — Спасти моего сына? Как такое возможно? Он ведь уже мертв!

— Нет, Ваша Светлость, ваш сын жив, как и другие аннунаки, достигшие Ки.

Император с недоверием и долей брезгливости смотрел на маленького уродливого Нингирсу.

— Позвольте рассказать вам все по-порядку, — произнес тот не приятным, слишком высоким для игигов голосом.

Император взглянул на морду мертвого анубиса, словно спрашивая его, правда ли все это? Но тот, разумеется, уже ничего не мог ответить своему любимому повелителю и другу.

— Я счастлив, что прежде, чем умереть, — перехватив взгляд Императора, сказал Нингирсу, — учитель смог услышать хорошую новость. Возможно, ему повезло больше, чем этой уважаемой матроне. Она в очень тяжелом состоянии, и случится чудо, если она придет в себя, хоть на мгновение. Ведь ей досталось больше всех!

Император раздраженно хмыкнул, стирая кровь с губ, но взгляд его становился все более рассеянным. Ему поднесли кресло, чтобы лицо его стало на уровне с низкорослым рассказчиком.

— Говори, я хочу знать подробно, что здесь произошло. У меня еще есть незаконченное дело, которое я собираюсь завершить, нравится это кому-то или нет, — решительно пробасил он, наотмашь хлопнув ладонью по ручке кресла.

— Да, Ваша светлость, — снова пригнув голову и растягивая звуки, словно это добавит солидности в его слабый голос, сказал новый советник. — Все случилось после того, как вы закрыли императорский мостик экраном, и не могли слышать того, что поведала нам уважаемая Нинлиль. Та девушка, Лилиту, ошиблась. Уже перед взлетом она узнала невероятную вещь: оказывается, адаму не убили ни одного аннунака, достигнувшего Ки. Они лишь усыпили их, опасаясь реакции незнакомцев. Вполне оправданное действие, на мой взгляд! Когда девушка узнала об этом, она попыталась связаться с нами. Но вы помните, мы не правильно поняли этот вызов. Тогда, в надежде заставить нас, во что бы то ни стало, с ней связаться, она выключила двигатели. Но мы и в этот раз расценили все иначе. Отчаявшись, Лилиту отправила сообщение почтенной Нинлиль. К сожалению, и та не сразу обратила на него внимание. Ее сын сейчас тоже на Ки.

— Но как вы это знаете наверняка? — недоверчиво воскликнул потрясенный Аншар. — Может быть, эта девчонка придумала все, чтобы выиграть время?

— Нет, это не так, Ваша Светлость. Вот взгляните!

Перед лицом Императора вспыхнула голографическая запись, на которой Лилиту стояла рядом с неподвижным телом Думузи, что-то отчаянно крича и чересчур сильно жестикулируя.

— Нинлиль прибежала к нам уже слишком поздно. Вы не отвечали на вызов. Тогда учитель предложил ей, вы знаете, какой способ, чтобы дать вам знать: что-то идет не по плану. Эти старики прекрасно осознавали: ни один из них не сможет этого пережить. Но почтенная Нинлиль не раздумывала ни минуты. Я не представляю, откуда у нее взялось столько энергии. Вероятно, страх еще раз потерять сына дал ей сил. Обидно, если она так и не узнает, что ее жертва была ненапрасной.

Потрясенный Император закрыл глаза. Он не хотел ни на секунду допустить мысль, что сам чуть не подписал смертный приговор собственному сыну. Он думал об этой старой чопорной суккуб… Кто бы мог подумать, что она оказалась способна на самопожертвование? Его снова бросило в жар, сердце бешено колотилось, а по лицу, смешиваясь с кровью, лился пот. Он почувствовал холодное прикосновение. На секунду приоткрыв глаза, он увидел перед собой учтивое лицо личного доктора, который не принимая возражений, принялся протирать раны повелителя.

— Эта суккуб, хоть и герой, но продезинфицировать следы от ее ногтей необходимо. Я не думаю, что она мыла руки, перед тем, как оцарапать Вашу Светлость, — твердо произнес он.

Император неопределенно фыркнул, позволяя продолжить работу.

— Я хочу говорить с Лилиту, — повелительно сказал он.

— Ваша Светлость, — мягко втиснул свои слова Нингирсу, с опаской поглядывая на багровый, цвета крови адаму, индикатор, — а что делать с ларцом?

— Убери его… Это еще возможно? — Император тоже с ужасом взглянул на красный световой поток, случайное прикосновение к которому могло привести к непоправимой катастрофе.

Нингирсу, медленно подошел к столу императора. Задерживая дыхание, чтобы случайный поток воздуха не привел аппарат в действие, он немыслимо выгнув руку, просунул ее в ларец. Никто из присутствующих не рискнул бы в этот момент издать хоть какой-то звук. На лбу Нингирсу выступила испарина. Время, казалось, остановилось. Внезапно мерцающий индикатор растворился в воздухе. Все еще не дыша, Нингирсу медленно повернулся к присутствующим с округленными от напряжения глазами.

— Все, — прошептал он. — Выключил, — и медленно закрыл крышку ларца, замок которого звонко щелкнул, разрывая тишину. Выдох облегчения заполнил огромный Имперский зал.

Нингирсу все так же медленно и осторожно понес ларец прочь, в то время как перед императором появилось голографическая Лилиту. Она, не смотря на всклокоченные волосы и блестящее от слез лицо, светилась счастливой улыбкой, держа за руку спящего Думузи.

Император осторожно выдохнул, не желая показать свое волнение. Девушка опять что-то беспрерывно хрипло говорила, но он не мог ничего разобрать. Его глаза впились в лицо сына, пытаясь различить хоть малейший намек, подтверждающий, что тот жив.

Аншар Второй, великий Император Анну заставил себя оторваться от изображения и гордо взглянул на подданных. По его лицу катилась крупная слеза.

— Лилиту, — сказал он громко и четко. — Я назначаю тебя моим официальным представителем на Ки. Будем вести переговоры!

— Ваша Светлость! — к императору, только что закончившему разговор с Лилиту, запыхаясь, подбежал взволнованный Нингирсу.

Император удивленно поднял бровь.

— Ваша Светлость, — повторил тот, глубоко дыша, чтобы восстановить дыхание и сдержать волнение. — Нам, наконец, удалось связаться с наместниками…

Радиооптический комплекс распознавания космических объектов «Крона» (РОКР КО «Крона») Является частью Космических войск РФ. Осуществляет контроль космического пространства по средствам наблюдений как в пассивном, так и в активных режимах (лазерная локация). РОКР КО «Крона» Расположен в нескольких километрах от вершины горы Чапал.

Главный Центр контроля космического пространства (ГЦ ККП) является элементом Системы контроля космического пространства (СККП) входящей в состав армии ракетно-космической обороны (РКО) России. Именно туда после компьютерной обработки направляются данные с различных наблюдательных комплексов.

Адаму в шумерской мифологии назывались люди, созданные богом Энки. На иврите «адам» переводится, как «человек». В аккадском языке существует глагол «адаму», что переводится «делать», «создавать». (Аккадская цивилизация пришла на смену Шумерской.)

Шумерская богиня, выносившая в своем чреве первого человека «адаму».

Причем клон должен был быть мужского пола, так как первый ребенок, по исследованиям генома современного человека, оказался девочкой. Митохондрия (крошечная структура, обнаруженная во всех человеческих клетках) или митохондриальная ДНК ведет своей родословной к единственной женщине, которая жила 150 тыс. лет назад в Восточной Африке. Причем митохондрия переходит от матери к детям, но передается она только по женской линии. К сожалению, автор пока не нашел причины, по которой легенды утверждают обратное. Возможно, это лишь ошибка в переводе, так как во многих языках «человек» и «мужчина» обозначаются одним и тем же словом.

Ба́смала, или бисмилла — термин для обозначения фразы, с которой начинается каждая сура (глава) Корана, кроме девятой: араб. بسم الله الرحمن الرحيم‎‎ би-сми-Ллахи-р-рахмани-р-рахим «во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного». Её произнесение входит в ежедневную молитву мусульман, и с неё обычно начинаются конституции исламских государств и многие другие документы, составляемые мусульманами

Хиджаб (араб. — покрывало) традиционный исламский женский головной платок.

Горные туристы

гора Пшегишха (2220 м)

Суккýб в средневековых легендах — демонесса, посещающая ночью молодых мужчин и вызывающая у них сладострастные сны. Встреча с суккубом часто вспоминается как необыкновенно реалистичный эротический сон, либо яркая, красочная сексуальная фантазия. Вот только состояние после пробуждения абсолютно разбитое, человек ощущает себя более усталым, чем после ночи реального секса. Суккубу практически невозможно сопротивляться. Он парализует не только волю, но и тело, голосовые связки и даже разум жертвы. Как правило, появлению суккуба предшествует тягуче-расслабленное состояние, нежелание совершать какие-либо движения, мысли вялые и постоянно путающиеся.

Крото́вая нора́, также «крото́вина» или «червото́чина» (последнее является дословным переводом англ. wormhole) — гипотетическая топологическая особенность пространства-времени, представляющая собой в каждый момент времени «туннель» в пространстве. Проходимая внутримировая кротовая нора даёт гипотетическую возможность путешествий во времени, если, например, один из её входов движется относительно другого, или если он находится в сильном гравитационном поле, где течение времени замедляется (Wik.)

Инанна (аккад. Иштар) — в шумерской мифологии и религии — центральное женское божество.

Строчка из перевода Шумерской легенды о Лилит.