— Марк Абрамович, чем это вы там так жутко гремите?

— Это не Марк Абрамович. Это я — Тихон, — мрачно сказал Тихон, потирая ушибленное колено. — Опять тазик упал.

— Зачем вам тазик, Тихон?

— Абсолютно ни к чему… — просопел Тихон, мучительно пытаясь отыскать в потемках проклятый тазик. Лампочка опять перегорела, и «ничейная» территория коммунального коридора была погружена в первозданный мрак, чудом сохранившийся, по-видимому, еще со времен: «до сотворения мира».

— Тихон, вы еще там?

— Тут…

— А тазик?

— Я надеюсь тоже…

— Тихон, вы случайно не знаете: принцесса Стефания не вышла замуж?

«Если бы она жила в нашей «коммуналке» — то уж точно никуда бы не вышла в таких потемках… — свирепо подумал Тихон. — А впрочем, как знать, может как раз наоборот…»

Но тут Тихон наконец нашарил злополучный тазик, и цепь ценных умозаключений прервалась:

— Извините, я не в курсе и очень спешу!

— Как это показательно, Тихон: молодежь нынче ничем не интересуется. А вот в наше время…

Тихон осторожно продвинулся вперед еще метра на четыре и попробовал постучать в дверь… Удивительно, но удалось это с первого раза. За дверью завозились и простуженный голос прохрипел:

— Это вы, Марк Абрамович? Входите — не заперто.

— Нет, это я — Тихон, — сказал Тихон и вошел, о чем тут же пожалел: прямо под тускло светившей лампой без абажура, сиротливо свисавшей на длинном и грязном шнуре, стоял большой черный гроб. В гробу сидел бравого вида старик.

— Входите Тихон, и помогите мне отсюда выбраться.

— Э-э, а зачем вы… туда?.. — промямлил Тихон.

— А ведь не плохо буду смотреться? — вопросом на вопрос ответил жизнерадостный старик.

— Когда? — не сразу дошло до Тихона.

Старик лег и сначала зажмурился, а потом приоткрыл один глаз.

— Я наверное не вовремя? — прошептал Тихон, — я попозже зайду… добавил он, чувствуя, что говорит явно невпопад.

— Вот, вы молодежь вечно так, будто у вас вечность впереди: «попозже-попозже», пока совсем поздно не будет. Ну, а при нынешнем дефиците, обо все надо загодя беспокоиться… Да помогите же мне выбраться отсюда!

— Да-да, конечно…

— Может хотя бы чайку попьем?

— Извините — спешу! — Тихон пулей вылетел в коридор, забыв даже то, за чем приходил и опять налетел на проклятый тазик.

— Марк Абрамович, это вы?

— Нет это я — Тихон!

— Тихон, зачем вы постоянно роняете этот тазик?

«Хороший вопрос: зачем?» — мрачно подумал Тихон, пристраивая тазик на изначальное место.

— Тихон, кстати, вы не в курсе: вышло в отставку правительство…

— Нет. Но я постараюсь провентилировать этот вопрос!!! — рявкнул Тихон и лавируя между невидимыми, но хорошо ощутимыми предметами, по диагонали пересек коридор. По его расчетам здесь должна была находиться шестая квартира. Тихон постучал и понял что промахнулся — пред ним была глухая стена. Раскинув руки Тихон припал к стене, кончиками пальцев пытаясь нащупать дверной косяк. Сзади послышалось тяжелое астматическое сопение, и Тихон так и застыл — распластавшись.

— Марк Абрамович, это вы? — негромко спросили у самого уха.

— Нет, это я — Тихон, — зачем-то шепотом ответил Тихон.

За спиной чиркнули спичкой.

«Интересно, как я выгляжу со стороны?» — подумал Тихон.

— Ишь ты! — восхитились за спиной. — Иисус коммунальный…

— Я не Иисус, я — Тихон, — упрямо возразил Тихон.

Свет погас, но за это мгновение Тихон успел заметить где находится дверь к которой он так стремился. Осторожно, чтобы не задеть чертов тазик, Тихон переместился вправо и постучал.

— Марк Абрамович, это вы?

— Нет, — печально ответил Тихон, — это я — Тихон.

— И чего тебе надобно, Тихон?

— Я бы хотел одолжить у вас десятку до зарплаты, — сказал Тихон, стараясь чтобы голос звучал как можно искренней и доверительней.

— А зачем тебе деньги, Тихон?

— В каком плане, философском, что ли?

— В сугубо материалистическом. Может ты владеешь информацией: где и какой «выбросят» дефицит?

«Лично мне кажется, что весь дефицит уже давно выбросили, вопрос куда? (Я уже не спрашиваю: зачем?)» — подумал Тихон, но посчитал что делиться этими мыслями в данной ситуации не стоит, поэтом вслух, все так же доверительно, сообщил:

— Нет у меня информации, и десятки, если вы не дадите не будет.

— Не в деньгах счастье, Тихон. Особенно если они не конвертируемые…

— Бог с ними с деньгами, мне бы десятку?

— Деньги развращают… Надо просто хорошо и упорно трудится, а деньги сами к тебе придут… потом.

— Мне бы сейчас.

— Подожди, я запишу: выдано — Тихону десять рэ…

— Спасибо, большое спасибо, очень большое… — пролепетал Тихон, зажимая в потной ладони вощеную новенькую купюру.

Дверь захлопнулась, и Тихон вновь оказался «во мраке», мучительно раздумывая в какой стороне находится мерзкий тазик.

— Марк, милый!

— Я не Марк…

— Не шути так, Марк.

— Я не шучу!!!

— Значит ЭТО правда?

— Конечно — правда, — уверенно сказал Тихон, убежденный как никогда в своей правоте, но все же пытаясь разглядеть в беспросветной тьме того, кто его так крепко и горячо обнимает.

— Ты меня бросил.

— Куда бросил?

— Как ты можешь паясничать в такой момент, Марк? Ты меня совсем не любишь!

— Но, я не Марк!!! — взревел Тихон, силясь освободиться от обволакивающих жарких рук. — Тихон я!

— Какой Тихон?

— Обыкновенный… Тихон.

— Так значит вы не Марк Абрамович?

— Нет конечно. Тихон я.

— Что же ты гад сразу не сказал?

— Я сказал…

— Сказал… А впрочем, может зайдешь… Тихон?

— Извините, но я очень спешу…

— Не пожалеешь!

— Но, мне надо…

— Знаем мы, что вам всем надо!

— Вы заблуждаетесь.

— Сам ты блу…

— А я говорю — заблуждаетесь! — заартачился Тихон.

— Ну и вали отсюда импотент, несчастный!!!

Тихона ощутимо пихнули, и он налетел на все тот же «голосистый» тазик. Тазик победно загрохотал.

— Тихон, вы опять уронили тазик?

— Я не Тихон, — огрызнулся Тихон. — Я — Марк Аврелий! — но тут же в испуге чуть не прикусил язык, напряженно вглядываясь в окружающее черное Ничто, но воинствующая амазонка исчезла или очень хорошо затаилась. Тихон вздохнул и двинулся по коридору.

— Марк Абрамович, вы на меня наступили.

— Я не Марк Абрамович, — по инерции вяло возразил Тихон, — я Тихон… А впрочем, как вам будет угодно («Только бы не уронить тазик!») Мне все равно.

— Мне и подавно — только сойдите с меня!

Тихон сделал шаг в сторону и почувствовал, что падает. Судорожно пытаясь сохранить равновесие, Тихон, как индюк возомнивший себя птицей, дилетантски взмахнул пару раз «крыльями» и: сначала с жутким грохотом упал дьявольский тазик, а вслед за ним и сам Тихон, совершенно одуревший и утративший всякую ориентацию, накренился как корабль терпящий бедствие и завалился, угодив грудью в чьи-то незапертые двери…

— Абрамыч пришел!!!

— Я Тихон, — глухо сказал Тихон, понимая, что это ничуть не объясняет его экстравагантного способа наносить визиты.

Но никто, собственно, и не ждал особых объяснений. В комнате, куда отчасти не по своей воле и так поспешно попал Тихон было так накурено, что большинство коренных обитателей наверное и не заметило незваного гостя. Зато меньшинство явно обрадовалось новому лицу:

— Мужик, выпей со мной.

— Тихон я! — поднимаясь и отряхиваясь сказал Тихон без особой надежды.

— Мужик Тихон, выпей со мной!!!

— Не пей с ним Тихон. Иди к нам, тут и выпьешь.

— Да я не…

— Мужик Тихон, ты где?

— Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!!!

— Мужик Тихон, а-у?!

— Гаси свет, ребята! Плясать будем!!!

— МУЖИК ТИХОН!!!

…….

«Господи, тьма-то какая! Только огоньки сигарет — будто во тьме прячется стая одноглазых волков.» — Тихон попытался проскользнуть к двери, но был отловлен и ангажирован на танец.

— Абрамыч, давай убежим отсюда!

— Тихон я… — тоскливо протянул Тихон, пытаясь не сбиваться с ритма, чтобы не выпасть из общего коловращения и не быть затоптанным.

— Черт с тобой! Тихон — так Тихон… Возьми меня с собой, Тихон!

— Куда?

— Куда угодно, лишь бы отсюда.

— Мужик Тихон, вернись я все прощу!!!

— Ребята, врубай свет — пить будем!

Тихон понял, что другого такого момента не будет, и рванулся к выходу…

— А-а-а!!! Абрамыч пришел!

— Да нет, это мужик Тихон слинял.

Тихон стоял в коридоре привалившись спиной к двери, чтобы блокировать погоню. В левой руке он держал мятую и слегка размякшую десятку, а в правой…

— Тебя как звать-то?

— Виктория.

— Видишь ли Вика…

— Ни черта я не вижу. Темень тут, хоть голой танцуй.

— Не надо! — испугался впечатлительный Тихон, и тут же схлопотал по физиономии. — Ты что, Вика?

— Ну и сволочь ты Марк! — раздался совершенно другой, но тоже женский голос. — А этой… я сейчас… патлы…

— Тихон я!!! — гаркнул Тихон так, что задребезжал давно не падавший тазик.

— Извините!

— ИДИТЕ ВЫ ВСЕ!!!

И все ушли. Тихон постоял, беспомощно моргая бесполезными во тьме глазами. Сделал пробный шаг и естественно наподдал тазик. Тазик истошно загрохотал.

— Войдите, — раздался негромкий голос слева, и Тихон обреченно пошел налево…

— Я — Тихон! — едва приоткрыв дверь свирепо объявил Тихон.

— Очень приятно.

— Я ТИХОН! Не Абрамыч, не Адамыч и не Марк, а Тихон.

— Очень приятно, Тихон.

— Но я не Марк Абрамович… — в отчаянии прошептал Тихон.

— Мне все равно очень приятно.

— Почему?

— Я уезжаю…

— Куда?

— Это не важно.

— А что же важно?

— То что — ОТСЮДА.

Тихон огляделся и только сейчас обратил внимание, что комната в которую он попал представляет собой полый куб — вид изнутри.

— Ну, я пошел, — сказал покладистый незнакомец и, обминув впавшего в задумчивость Тихона, не торопясь вышел в коридор.

«Ушел. Может нужно было его удержать?»

Тихон выскочил в коридор вслед за незнакомцем, но в незыблемой тьме не было никакой возможности что-либо разглядеть.

Нерешительно потоптавшись Тихон попытался вспомнить: куда же он собственно спешил?

Где-то нудно капала вода…

— Эй! Есть тут кто-нибудь? — в отчаянии гаркнул одинокий Тихон. На мгновение ему показалось, что в дальнем конце коридора мелькнул свет. Тихон метнулся вперед, но наступил на давно не попадавшийся под ноги тазик и, завертевшись волчком, рухнул прямо на холодные каменные плиты, выстилавшие пол коридора…

— Слушай, Марк, я приторчал! Я наверное на ней женюсь!

— А как же… — вяло попытался возразить Тихон, в тоске прижимаясь щекой к холодным плитам.

— Ах, оставь! То было так… мимолетное увлечение, а это эдак…

— Но…

— Ты прав, старик — это уже шестая. Но, я-то у нее тоже пятый.

— А…

— Конечно у нее есть недостатки!

— И…

— Но я-то тоже не подарок!!!

— У…

— Ах, девчонки! Это моя слабость, ты же знаешь.

— Я…

— Слушай, а с той… Ну ты помнишь! Очаровашка…

— Я НЕ МАРК!!!

— Что же ты мне тогда в душу лезешь, зараза?!

Тихон судорожно вздохнул и явственно ощутил как перед его лицом прошли огромные грязные башмаки.

«Господи, как душно! Хотя бы дождь пошел. А лучше гроза… с градом, с ураганом, тайфуном, цунами и хотя бы чуть-чуть света!!!»

Тихон перевернулся лицом вверх.

«Почему-то совершенно не видно звезд?..»

Тихон встал и побрел наугад.

«Здесь я уже был… Только тогда в этом дурацком гробу сидел тот смешной старик.»

Тихон сел на бортик, похожего на огромный черный «кадиллак», гроба.

«А интересно, как я буду смотреться?!»

— Вы неплохо смотритесь, но плохо выглядите, Марк Абрамович.

«Я не Марк! Я — Тихон!!!»

— Ай-ай-ай! Такой молодой… Вот в наше время…

«Я НЕ МАРК, Я ТИХОН!»

— Ребята, дружно, вместе, одновременно, за все концы… Взяли!!!

«ЯТИХОНЯТИХОНЯТИХОН…»

— Странный человек был этот Марк Абрамыч.

«Я НЕ…»

— Зажгите свечу. Сейчас будем выносить.

«Я!!! НЕ!!!»

— Пошли!

«Господи, да они же слепые!»

— Странный человек был этот Марк!

«Ну и черт с ним.»

Свеча погасла, и коридор вновь погрузился во мрак.