Ее команда была под атакой.

Элл Милтон прижала пальцы к маленькому наушнику.

— Отряд шесть, с востока наступают еще семь хищников, — другой рукой она ухватилась за монитор, проецирующий изображение с дрона.

У нее свело живот, стоило ей увидеть, как семь пылающих красных точек наступают на синие, сосредоточенные в сгоревших развалинах офисного центра города Сидней. Каждая синяя точка обозначала члена отряда, а одна из них — командира.

— Маркус? Ты меня слышишь? — чтобы говорить ровным голосом, Элл пришлось приложить усилия. Ни за что на свете она не позволит Маркусу услышать, как ей страшно.

— Элл, на связи, — заполнил ее ухо хриплый голос Маркуса наряду с ревом лазерного огня. — Мы их видим.

Элл рухнула обратно на стул. Эта часть была худшей. Просто сидеть здесь и знать, что Маркус с остальными сражаются за свою жизнь. Последние шесть месяцев она была связным отряда и упорно работала, чтобы знать все досконально. Но бывали дни, когда Элл сожалела, что она не с ними с оружием в руках убивает стольких хищных пришельцев, скольких только сможет.

«Ты не солдат, Эллианна». Нет, всего лишь обычная клубная девушка[1], которая прожила достаточно долго. Она смотрела, как с экрана исчезла одна красная точка, затем еще одна и еще. Наконец, Элл смогла вдохнуть. Маркус с отрядом были опытными солдатами, вот только эта область оказалась огромным сложным лабиринтом.

Однако Элл была чертовски хорошим связным. Вдруг возле команды появилось новое скопление красных точек, и Элл постучала по монитору, выводя на экран расчеты.

— Маркус! На подходе еще больше хищников. Примерно в одном километре от вас. С севера, — Боже, эти ящеры когда-нибудь оставят их в покое?

— Твою мать, — рявкнул Маркус и замолчал. Она не знала, размышляет он или же борется. Перед мысленным взором предстало его покрытое шрамами лицо, и Элл сосредоточилась на плане. Тогда вновь послышался глубокий хриплый голос Маркуса: — Элл, нам срочно нужен план эвакуации. Шоу ранили в ногу, и его несет Круз. Мы не сможем подстрелить еще больше хищников.

Она быстро коснулась монитора, выводя на экран архивные изображения с дрона. «Путь эвакуации, путь эвакуации». У нее в голове проносились варианты. Она знала, что Шоу выше и тяжелее Круза, но надетая на них броня имела встроенный экзоскелет, позволяющий солдатам поднимать тяжелые грузы и бежать на более дальние расстояния, чем обычно. Элл снова постучала по экрану. «Давай же». Ей нужно было найти подходящее место, где «Хоук» смог бы приземлиться и забрать солдат.

— Элл? Нам немедленно нужен план!

Только тогда ее компьютер пискнул. Элл посмотрела на экран и увидела светящийся сгусток красного тумана, расположенный в соседнем разрушенном здании. Тепловые датчики что-то обнаружили. Что-то большое.

Прямо возле ее команды. Элл коснулась уха.

— Рекс! Маркус, в соседнем здании от вас только что проснулся рекс.

— Дьявол! Выводи нас отсюда. Сейчас же.

«О, Господи». Элл сглотнула подступившую к горлу желчь, а у нее в голове крутилось изображение рексов с их гигантскими телами, напоминающими тела динозавров, и ртами, полными клыков.

В наушниках усилился треск лазерного огня, и она слышала дикий рев просыпающегося животного.

«Не думай об этом». Элл сосредоточилась на экране. Она нужна Маркусу. Она нужна команде.

— Бегите мимо рекса, — Элл сжала одну руку в кулак так сильно, что ногти оставили на коже следы. — Пройдите логово насквозь.

— Пройти через его гнездо? — недоверчиво спросил Маркус. — Ты же знаешь, как они защищают свою территорию.

— Это лучший выход. С противоположной стороны будет железнодорожный туннель. Пробегите по нему на юг примерно восемьсот метров и найдите запасную лестницу на поверхность. Я прикажу «Хоуку» забрать вас там.

Маркус резко выдохнул.

— Ладно, Элл. Ты вытащила нас из слишком многих передряг, чтобы сомневаться в тебе.

От его слов у Элл запылали щеки. Маркус похвалил ее… От этого у нее закружилась голова. Всю жизнь до инопланетного вторжения никто не ценил мнения Элл. Отец, мать и даже будущий муж считали ее ничем иным, как красивой безделушкой. Черт, она была глупой смазливой тусовщицей.

И ее родители умерли именно потому, что она была неумехой. Элл сглотнула. Прошел уже год с той кошмарной ночи после первой волны вторжения, когда в небесах появились корабли захватчиков. Той ночью умерли родители Элл вместе с большей частью населения планеты.

— Отряд Ада готов спуститься в ад? — крикнул Маркус.

— Черт, да! — ответила команда. — Пора надрать дьяволу зад!

— Эге-гей! — ворвался в наушник другой голос, выдергивая Элл из воспоминаний о прошлом. — Элл, детка, гнездо этого грязного пришельца воняет, как носки Круза. Тебе стоит здесь побывать, — губы Элл тронула улыбка. Шоу Байрд всегда умел разрядить обстановку в напряженной ситуации между жизнью и смертью. — О, да, Отряду Ада всегда достаются лучшие миссии, — добавил он.

Элл посмотрела на экран, и ее улыбка исчезла. Все называли шестой отряд Отрядом Ада, и Элл не знала причину — может, потому что парни дрались как черти или же потому, что их отправляли в самое пекло на самые жестокие грязные миссии.

Не вызывало сомнений лишь одно — они были бандой бунтарей. Маркус обладал репутацией того, кто не следует приказам. Не прошло и недели с тех пор, как он возглавлял команду на задании по уничтожению поста хищников, но пошел в обход, чтобы спасти выживших, спрятавшихся в заброшенном госпитале и оказавшихся под атакой. После на опросе генерал орал так, что содрогался весь корпус, а Маркус, как всегда, отмалчивался.

— Заткнись, Шоу, ты — дебил, — послышался глубокий женский голос. Элл пришла к выводу, что есть два слова, которые лучше всего характеризуют единственную женщину-бойца Отряда Ада — «одиночка» и «жестокая». Клодия Фрост была полной противоположностью Элл.

Элл прочистила горло.

— Просто вернитесь на базу.

Услышав, как отряд пробивает себе путь через гнездо рекса, она отправила «Хоуку» команду забрать солдат.

На линии раздался треск.

— Ладно, Элл, мы закончили. Отправляемся к месту эвакуации, — глубокий голос Маркуса словно тек через ее тело и заставлял расслабиться напряженные плечи.

Они скоро вернутся. С ними все хорошо. С ним все хорошо.

Она приложила палец к синей точке на мониторе, обозначавшей командира отряда.

— Маркус, птица уже в пути.

— Спасибо. Скоро увидимся, — Элл смотрела на экран и видела, как по земле скользнула большая тень «Хоука», а затем команда погрузилась на борт. За ними гнался рекс, но они уже были в воздухе.

Элл поднялась на ноги и, проведя ладонями по бедрам, с кривой улыбкой посмотрела на камуфляжную ткань. Когда-то у Элл был дорогой дизайнерский платяной шкаф, но это казалось полузабытым сном. А каблуки — Боже, сколько времени прошло с тех пор, как она последний раз их надевала? Теперь все, что висело у нее в шкафу — камуфляж. Причем поношенный.

Когда Элл шла по подземным туннелям к посадочным площадкам, то заставляла себя не бежать. Она увидит его — их — очень скоро. Элл завернула за угол и чуть на кого-то не налетела.

— Генерал. Извините, я не смотрела, куда иду.

— Ничего страшного, Элл, — у генерала Адама Холмса была военная выправка, полученная благодаря службе в армии Объединенной Коалиции, и копна темных волос с висками, посеребренными сединой. Он обладал классической красотой, а глаза его были голубыми и пронизывающими.

Адам Холмс возглавлял этот последний маленький оплот человечества.

— Шестой отряд уже в пути?

— Да, сэр, — они пошли нога в ногу.

— И они достали карту? — Боже, Элл чуть не забыла о карте.

— Ах, да. Они получили образцы прямо перед тем, как на них напали хищники.

— Ну, давай поприветствуем их по возвращению домой. Это карта легко может оказаться ключом к судьбе человечества.

Они шагнули на посадочную площадку, где сновал штат в различной военной форме. После того, как хищники прилетели поработить Землю и привели с собой множество разномастных злобных существ, выжившие люди объединились.

Все уцелевшие жили теперь к западу от Сиднея на подземной базе «Блю Маунтин» или же на других подобных заставах, разбросанных по всей планете. От армии Объединенной Коалиции ничего не осталось, и поначалу выжившие солдаты боролись между собой, пытаясь выяснить, кто кого превзошел, но у генерала Холмса не заняло много времени объединить их перед лицом общей угрозы. Большинство отрядов было сформировано из военных разных рангов и разного боевого опыта, но, в конечном счете, все это стало неважно. Почти никто не придавал этому значения.

Взвыли сирены, и створки на потолке открылись с громким лязгом металла. Проем заполнил «Хоук» своим гладким серым корпусом и четырьмя вращающимися лопастями. Его маленький термоядерный двигатель работал почти бесшумно. Медленно развернувшись, «Хоук» приземлился на площадке.

Команда уже дома. Элл сцепила руки перед собой, и ее сердце забилось чаще. Маркус дома.

— То есть, как это ты ничего не извлек из чипа? — Элл уставилась на Ноа Кима, пытаясь осознать, что именно он сказал.

Ноа откинулся на спинку кресла, стоящего посреди разбросанных лишних запчастей в компьютерной лаборатории, которую считал своей собственной. Он что-то перекатывал в руке, и Элл знала, что это пара игральных костей из его коллекции.

— Я скопировал данные с чипа, Элл, но это просто нечитаемо.

«Нет». Она ухватилась за край стола. Маркус с командой будут очень НЕ рады новостям.

Ноа поправил на носу очки в темной оправе. Он был высоким и худощавым, а его лицо — красивым, с высокими скулами и темными глазами — наследием отца из Южной Кореи. Темные волосы Ноа отчаянно нуждались в стрижке и ниспадали до самых плеч.

— Слишком много новых букв и слов. Ты же работала с проектом по языку хищников и знаешь, что мы способны перевести лишь малую часть.

Элл выдохнула. Да, она знала, а Ноа никогда не лгал и всегда говорил людям абсолютную правду, хотят они того или нет.

— Черт возьми.

— Мне очень жаль, — он погладил ее по руке. — Знаю, это не то, что ты хотела услышать.

— Ты продолжишь над этим работать?

— Ты же знаешь, что да.

Отклонившись назад, Ноа поставил кости на полку позади себя. На ней, выстроившись в линию с предельной точностью, стояла его коллекция — кубики всевозможных форм, размеров и цветов. Некоторые были древними и выточенными из костей, другие же — современными металлическими. Этот мужчина был ими одержим и никому никогда не разрешал к ним прикасаться.

Вернувшись в прежнее положение за столом, Ноа взял то, что напоминало…ну, Элл понятия не имела, что это за масса микросхем и проводов.

— Сначала мне нужно сделать другую работу по части системы солнечных батарей, но потом я займусь чипом. Обещаю.

Столетие назад какой-то гений усовершенствовал ядерную энергию и сделал ее безопасной. Только в уменьшенном масштабе. Крошечные термоядерные реакторы могли завести что-нибудь вроде автомобиля или вертолета, но не осилили бы нечто настолько большое, как база «Блю Маунтин». Все просто-напросто закончилось бы бо̀льшим количеством отходов, чем можно нейтрализовать. Вместо этого «Блю Маунтин» снабжалась от высокотехнологичной системы солнечных батарей, которой управлял Ноа.

Элл кивнула.

— Тогда пойду и сообщу шестому отряду дурные вести.

Ноа вздрогнул.

— Не завидую, ведь тебе предстоит сказать Отряду Ада, что они напрасно рисковали своими задницами.

— Они привыкли рисковать жизнью, — даже слишком, по мнению Элл. — И это не напрасно. Мы найдем способ расшифровать карту, ведь иначе станем кормом для хищников.

Элл шагнула в туннель и направилась к комнате отдыха. За год она уже успела привыкнуть к голым бетонным стенам и извилистым тоннелям, а полированная древесина и роскошная мебель в огромном особняке родителей казалась лишь сном. Приблизившись к большому открытому пространству, служившему зоной отдыха, Элл услышала бренчание струн и гул разговоров, перемежающийся смехом.

В дверном проеме Элл остановилась. Сегодня вечером в комнате было людно и казалось, словно сюда пришли все жители базы — кто-то прислонился к стене, а кто-то развалился на стульях. Худой мужчина играл на гитаре и, склонившись к потрепанному инструменту, забылся в своей музыке. Несколько женщин в обтягивающих джинсах расчистили возле него небольшое пространство и танцевали.

Элл высмотрела возле дальней стены членов шестого. Шоу — только оправившийся — оседлал стоящий задом наперед стул, а в его золотистых волосах играл свет. Он смеялся над тем, что сказал эмоциональный, высокий и впечатляющий Гейб. Бритоголовый Гейб словно не замечал, как много людей обходят его стороной, дабы избежать излишнего внимания.

Клодия сидела на столе, скрестив ноги и попивая пиво, а ее темные волосы были по обыкновению заплетены в косу. Маркус и Круз прислонились к стене. Не было видно лишь Зика — брата-близнеца Гейба.

Маркус тут же притянул к себе взгляд Элл, словно магнит металл. У нее перехватило дыхание. Маркус помылся, и его короткие темные волосы были влажными. На нем были надеты поношенная черная футболка и еще более поношенные джинсы, потертые в местах наибольшего износа. Маркус не был самым высоким членом своей команды, но самым крупным из всех. Тело его было жестким и твердым — сплошной мышцей. Сжав пальцами кружку с пивом, он скрестил руки на груди, отчего обрисовались бицепсы. Маркус слушал, что говорил Круз.

Элл прикусила губу. Каждая клетка ее тела ныла от потребности. Элл никогда не желала ни одного мужчину так сильно и понятия не имела, чем Маркус ее затронул. Круз с его соблазнительными темными глазами, аппетитным лицом и сексуальным акцентом казался куда красивее. Большинство женщин базы были практически влюблены в сексуальную усмешку Круза и, хоть Элл и слышала, как одна из них говорила, что при виде него намокают трусики, на нее саму он не производил подобного эффекта.

Лицо Маркуса было грубым и жестоким, пересеченным большим шрамом от рваной раны, который шел по правой щеке и спускался к шее. Никто не знал, как Маркус получил его, но поговаривали, что во время диверсии хищников в самом начале вторжения. Будто бы он убил их всех голыми руками, а шрам остался в результате той борьбы.

Элл понятия не имела, правда ли это, но у нее не возникало сомнений, что Маркус на такое способен.

Она видела, как Клодия что-то ему сказала, а его губы слегка изогнулись в улыбке. Плечи Элл поникли. Клодия была его типом — сильная воинственная женщина. И через миллион лет Маркус не захочет такую, как Элл. От этой мысли у нее во рту остался горький привкус.

— Эй, Элл. Хочешь пива?

Она моргнула и сосредоточилась на мужчине возле импровизированного бара на входе.

— Ох, нет, спасибо, Зик.

Можно было легко перепутать Зика с обычным барменом вместо солдата, которым он являлся. На нем были надеты яркая пестрая гавайская рубашка и свободные шорты, а темная кожа и ленивая улыбка будто бы не принадлежали бойцу, способному со спокойствием и непринужденностью прорываться через полчища хищников.

Зик указал себе за спину.

— Лучшее самоваренное пиво в «Блю Маунтин». А если ты готова на всё, то на верхней полке стоит ликер, — он указал на полупустые бутылки крепкого алкоголя на полках позади него.

— В другой раз. Мне нужно поговорить с Маркусом.

— Дурные вести? — нахмурился Зик.

— Что-то вроде того, — Элл начала пробираться через толпу, по мере необходимости отвечая на приветствия и призывы присоединиться к группам пьющих людей.

Она почти добралась до Маркуса, когда увидела, что к нему подплыла высокая пышногрудая блондинка.

Либерти была красива и знала, как преподать себя. Хоть весь мир и катился в тартарары, эта женщина тратила много времени на то, чтобы ее волосы оставались здоровыми и светлыми. По слухам, она организовала собственный черный рынок очищенных косметических продуктов. Сейчас Либерти была одета в обтягивающие джинсы и рубашку клубничного цвета, подчеркивающую формы.

Либерти нравилась Элл. Она была веселой и не стеснялась своей любви к сексу. С мускулистыми солдатами. Чем более тяжелыми и потными, тем лучше. Некоторые ее истории заставляли Элл краснеть.

Но поскольку Либерти с кокетливой улыбкой пристроилась к Маркусу, все теплые чувства Элл испарились. Внезапно всем, чего ей хотелось, стало накинуться на эту женщину и отбросить прочь.

Элл заставила себя дышать. Ее не касается, проведет ли Маркус ночь, кувыркаясь с Либерти.

Так почему же Элл чувствовала, словно изнутри истекает кровью? Вплотную прижавшись к Маркусу, Либерти потерлась грудью о его предплечье и что-то сказала, а он ей ответил. Элл втайне порадовалась тому, что его лицо оставалось маской безразличия.

Наконец Либерти кивнула и ушла, послав Маркусу воздушный поцелуй через плечо. Они договорились встретиться позже? Элл заставила себя двинуться с места. «Элл, это совершенно не твое дело».

Она выпрямилась и понадеялась, что выражение ее лица отражает безразличие и профессионализм.

Маркус закончил последний комплекс упражнений на бицепсы и поставил штангу на стойку. Он посмотрел на часы.

Элл задерживалась. Она никогда не опаздывала. «Да пошло оно все». Маркус собирался разыскать Элл и первым делом направился в ее комнату. Около минуты он стучал кулаком в дверь, но никто не открыл. Маркус нахмурился. Где, черт возьми, Элл? Из соседней комнаты вышла девочка-подросток на грани женственности и прислонилась к косяку.

— Ее там нет, большой парень. Вчера вечером она не пришла домой, — девочка усмехнулась. — Похоже, ей повезло.

— Спасибо, — Маркус скрипнул зубами и пошел по коридору. Элл провела ночь в постели какого-то козла? Ему хотелось ударить кулаком стену. Завернув за угол, Маркус чуть не врезался в кого-то, шедшего навстречу.

— Эй, Маркус.

— Ноа, — он попытался свести свою угрюмость к минимуму. — Ты не видел Элл?

— Видел, — кивнул Ноа. — Она всю ночь работала над переводом той чертовой карты и в итоге уснула лицом на клавиатуре.

— Спасибо, — напряженные мышцы Маркуса расслабились.

Несколько минут спустя он открыл дверь компьютерной лаборатории и нашел там Элл.

Крепко спящей.

Он позволил себе мгновение понаблюдать за ней. Она была воплощением всего, чего он никогда прежде не ценил в женщинах. Перед вторжением Маркус занимался сексом. Быстро, жестко и много. На самом деле, он никогда не обращал внимание на индивидуальность партнерши или даже на внешность, хотя, как правило, выбирал высоких и крепких, способных выдержать мужчину его размера. А начиная с вторжения, Маркус был слишком занят, чтобы вообще думать о женщинах.

За исключением этой.

Повернув голову набок, она лежала щекой на металлическом столе. На бледную кожу сливочного цвета опустились длинные темные ресницы.

Элл была женщиной, рожденной для шелка, светского общества и изысканной кухни.

А не для того, чтобы торчать в этой дыре. Маркус потянулся, желая коснуться Элл, но опустил руку вдоль тела.

— Элл?

Открыв голубые глаза, она моргнула, но взгляд сосредоточить не могла, тогда снова моргнула и вытянулась в струнку.

— Который час?

— Девять утра.

Когда Элл убрала с лица волосы, на щеке стало видно слабый отпечаток клавиатуры.

— Быть такого не может, — поглядев на часы, она застонала. — Маркус, прости. Я пропустила нашу тренировку.

— Ты провела здесь всю ночь?

— Я хотела посмотреть, не пропустили ли мы чего-нибудь в переводе. Мне все равно не спалось, вот и решила поработать.

Маркус присел возле нее.

— Ночь кончилась, Элл. А ты должна быть отдохнувшей. Ты нужна команде. Как только мы получим вызов, необходимо, чтобы ты была в отличной форме.

— Боже, ты прав, — широко распахнула глаза Элл. — Я никогда об этом не думала. Я могла подвергнуть вас опасности…

Он прижал палец к ее губам.

— Дело не в этом. Я не хочу видеть, как ты сводишь себя в могилу. Больше никаких ночных бдений, ладно? — Элл кивнула. — Итак, ты что-нибудь нашла?

Раздраженно фыркнув, она скрутила волосы в узел у основания шеи.

— Нет. Слишком много неизвестных букв, — в ее голосе слышалось сильное неприкрытое огорчение. — Мне нужен Розеттский камень.

— Какой?

— Розеттский. Камень, обнаруженный французским солдатом в Египте в 1799 году. На нем были высечены древнегреческие письмена и параллельно те же самые слова, но на египетском диалекте, называемом демотическим, а также иероглифы. Это позволило ученым наконец-то расшифровать письмена Древнего Египта. Оригинальный камень, скорее всего, уничтожен, — в глазах Элл вспыхнула печаль. — Он хранился в Британском музее, а я знаю, что Лондон был стерт с лица земли во время первой волны. Но суть в том, что если бы я смогла найти что-нибудь подобное, где есть и наш язык, и язык хищников, то смогла бы расшифровать больше инопланетных букв.

Челюсть Маркуса напряглась.

— Или нам нужен переводчик.

Элл фыркнула.

— Я — лучший из всех, кто у нас есть… — ее плечи резко поникли, — и, очевидно, недостаточно хороший.

— У нас есть хищник в клетке.

— Но он не говорит на нашем языке, — распахнула глаза Элл.

— Нет, но команда допроса сумела вытащить из него достаточно, чтобы мы узнали о карте и посте связи. Может, удастся вытянуть из него еще какую-нибудь информацию.

— Тогда идем, — вскочила на ноги Элл.

«Стоп… Что?».

— Ты не идешь, — Маркус не хотел, чтобы она приближалась к ящеру, даже прикованному цепью.

— И насколько хорошо ты знаешь язык хищников? — вскинула голову Элл.

«Дерьмово». Он в лучшем случае знал пару слов, ведь эти проклятые динозавроподобные инопланетные твари общались в основном хрипом и ревом, а их каракули напоминали Маркусу царапины.

— Это небезопасно.

Элл пренебрежительно отмахнулась.

— Он прикован цепью и заперт в клетке. А раз со мной идешь ты, я буду в такой безопасности, в какой только возможно, — она схватила планшет. — У меня всё здесь. Я покажу хищнику слова, которые хочу перевести.

— Элл, — Иисусе, Маркус не только не хотел подпускать ее к ящеру, но также не желал, чтобы она видела, как именно пленного заставляют говорить. Печально, но факт — выживание было уродливым. — Он не начнет с тобой болтать и не предложит то, чего ты хочешь. Допрос — это… грязно и неприятно.

Элл понизила голос:

— Маркус, я знаю. Или мы, или они. Выбор жестокий, но его нужно сделать.

— Твою мать, — он провел пальцами по волосам, и она схватила его за руку.

— Я на протяжении шести месяцев была вашим офицером связи и знаю, что это — война, и что она не добрая. А теперь, идешь ты со мной или нет, я спускаюсь в комнату для допросов.

— Отлично.

Маркус поборол желание что-нибудь пнуть. Они молча прошли по тоннелям и спустились по винтовой лестнице на один этаж. «Блю Маунтин» начинали использовать в качестве небольшого военного объекта, но после вторжения база стала домом. Из-за превосходной обороноспособности, скрытого месторасположения и того, что на базе были собственные источники электроэнергии и проточной воды, это место оказалось прекрасным убежищем, в котором люди так отчаянно нуждались.

Также на нижних этажах стояли крепкие клетки.

Маркус с Элл добрались до тяжелой металлической двери, охраняемой солдатом в камуфляже.

— Стил, — приветствовал мужчина и склонил голову.

— Джеймс. Мы пришли поговорить с заключенным.

— Капитан Блэдон на месте, — кивнул солдат. — Сначала поговорите с ней.

— Поговорим, — Маркус подтолкнул Элл к дверям, положив руку ей на поясницу.

— Старший сержант Стил. Чем мы удостоились чести видеть в нашем скромном убежище капитана Отряда Ада?

Маркус кивнул вставшей у них на пути высокой рыжеволосой женщине. Прежде Лаура Блэдон служила в морском подразделении разведки Коалиции и была молода, но тюрьмой заправляла железной рукой. У нее за спиной был облицованный туннель, где через пуленепробиваемое стекло виднелись клетки.

— Элл работает над расшифровкой карты с координатами поста связи, данные о которой дал ваш заключенный.

— Но мы не можем ее расшифровать, — добавила Элл. — Слишком много слов хищников, перевести которые не получилось.

— И вы думаете, он вам поможет? — прищурилась Блэдон. — Моей команде потребовался целый месяц, чтобы вытащить из него хоть что-нибудь.

— Мы должны попробовать.

Блэдон поймала напряженный взгляд Маркуса.

— Ты уверен, что хочешь провести туда штатского?

Элл выпрямила спину.

— Я — офицер связи шестого отряда. Я не штатский.

— Ладно, — выгнула Блэдон рыжую бровь. — Тогда вперед.

Когда они последовали за капитаном, Маркус проклинал свое опрометчивое решение, о котором уже пожалел.

Маркус блокировал удар Элл, но она снова атаковала, и он отбил ее ногу предплечьем. Маркус боялся драться с Элл в полную силу. Хорошо, если она весила килограмм шестьдесят, но он-то в два раза больше.

— Ладно, — сказал Маркус. — Снова.

Элл кивнула, пружиня на ногах, а на ее лице была написана решимость.

Она с силой провела рукой по вспотевшему лбу, где к влажной коже прилипли пряди темных волос.

И снова напала. Удар с разворота. Шаг, поворот. Удар сбоку. Последний был таким сильным, что Маркус рыкнул.

Он отбил кулак, нацеленный ему в голову, но тогда Элл перешла к ближнему бою и нанесла удар в живот.

Маркус поймал ее руку до того, как кулак достиг цели, и дернул Элл на себя. Она оказалась прижата спиной к его груди, а округлыми ягодицами к промежности. «Проклятье». Маркус собирался убить Круза.

— Не пытайся бить кулаком, — Боже, как же ему нравилось чувствовать Элл прижавшейся к нему. — Для этого придется подойти слишком близко. Хищники больше и сильнее. Наноси удар, чтобы выиграть немного времени, а затем беги.

— У меня ничего не получается, да? — ее голос был тихим.

— Получается, — на самом деле Элл становилась чертовски хороша. — Но, независимо от твоей брони или обучения, ты физически не настолько сильна, чтобы справиться с хищником. Немногие из нас справились бы. Понимаешь?

Элл кивнула. Ее волосы щекотали Маркусу лицо, а его нос наполнял аромат — что-то цветочное с нотками кокоса и самой Элл — смешанный с естественным запахом женского пота. Член дернулся, и Маркус несколько раз мысленно выругался.

Отодвинув Элл, он вдохнул немного воздуха.

— Еще раз.

Вскинув голову, она набросилась на Маркуса, целясь ему в живот. Он блокировал удар и отслеживал ее движения. Элл была недостаточно сильна, чтобы нанести ощутимый ущерб, но, черт возьми, двигалась изящно. Как танцор.

— Давай же, Элл. Хватит играть.

— Играть?

Она стиснула зубы, а в ее глазах что-то вспыхнуло. Да, Маркус уже видел эту решимость. Впервые, когда Элл отвоевала себе должность офицера связи Отряда Ада, в то время как Маркус столь же упорно боролся, чтобы ей отказать.

Но Элл нашла способы доказать ему, что она — лучший кандидат на это место. Получала дополнительную информацию для миссий. Заменяла бывшего офицера связи, когда тот был болен. Обеспечивала победу Отряду Ада, пока у Маркуса просто не осталось выбора.

Да, он видел эту решимость каждый раз, когда отправлялся на миссию или на поле боя. Элл из кожи вон лезла, чтобы сделать для команды все так хорошо, как только возможно. Маркус задавался вопросом, чем вызвана эта яростная потребность самоутвердиться.

Он помнил ночь, когда нашел Элл. Это случилось через несколько недель после инопланетного вторжения. В военных структурах начался хаос, и все старались спастись, но Маркус со своим отрядом продолжал выходить на бой и выводить оставшихся в живых. Элл была с группой сброда, которому удалось выбраться из города. Она была покрыта кровью хищника, шокирована, но все равно помогала утешать других выживших.

Этот краткий экскурс по закоулкам памяти дорого обошелся Маркусу. Резкий сильный удар в колено заставил его пошатнуться, а когда сверху налетело легкое тело Элл, он потерял равновесие и тяжело приземлился на маты. Упав сверху, она придавила Маркусу грудь.

— Да! — Элл улыбнулась и сделала победный жест кулаком. — Как тебе такая игра, Стил?

Проклятье, она была такой чертовски красивой. Маркус посмотрел ей в лицо и понял, что редко замечает на нем эту беззаботную искреннюю улыбку. Ему было жаль, что он не видит ее постоянно.

— Она сделала тебя, Стил, — послышался голос.

Маркусу удалось отвести взгляд от Элл. Рот Мастерс — лидер девятого отряда — вместе с несколькими членами своей команды делал упражнения на бицепсы на свободных тренажерах в углу спортзала.

— Да. Сделала.

Маркус снова посмотрел на Элл, и их взгляды встретились. Зацепились. Ее улыбка исчезала, и он почувствовал, как из легких выходит воздух. Тот был словно заряженный.

Элл облизала губы.

— Маркус…

— Отлично сработано, Элл, — над ними навис Рот. — Чтобы завалить такого бугая, как Стил, нужно некоторое умение.

Поднявшись с Маркуса, она встала на ноги.

— Думаю, я его удивила.

Губы Рота изогнулись в едва заметной улыбке.

— Думаю, ты делаешь это с первого дня, как он тебя встретил.

Хмуро посмотрев на Мастерса, Маркус вскочил на ноги, не потрудившись даже помочь себе в этом руками.

— Разве тебе не нужно распланировать миссию или провести какой-нибудь семинар?

— Неа. Смотреть, как тебе надрала зад девчонка, приносит куда больше удовлетворения.

— Да пошел ты, Мастерс.

Но Маркус знал, что препирательства лишь поднимают всем боевой дух. Рот улыбнулся, но его суровое лицо тут же стало серьезным.

— Я слышал, вы добыли карту поста связи хищников, но команда техников не может прочитать координаты.

— Ты верно слышал, — разгоралось горькое разочарование.

— Слишком много неизвестных слов, — добавила Элл.

— А наш гость внизу никак не помог? — спросил Рот.

Маркус покачал головой.

— Он для этого плохо знает наш язык. Элл говорит, что нам нужен Розеттский камень.

— Камень, с помощью которого расшифровали египетские письмена?

— Откуда ты, бескультурщина, это знаешь? — выгнул брови Маркус.

— Я не дурак, — лицо Рота приобрело мрачное выражение. — А знаете, кажется, на последней миссии я видел нечто похожее, — он развернулся. — Эй, Мак, помнишь научно-исследовательский центр, на который мы два дня назад совершили набег?

Мак было сокращением от Макенна. Приблизилась низкая миниатюрная женщина. Маркус знал, что не один и не два мужчины недооценили женщину-солдата, у которой был черный пояс по чему-то смертоносному, и которая не брала пленных.

— Да, босс. Они заняли городскую библиотеку. Повсюду был раскидан этот проклятый органический кабель.

— Что ты помнишь о тех экранах компьютеров хищников?

— Немногое. На них была куча тарабарщины хищников, но также и английский язык. Выглядело так, будто взломали библиотечные архивы. Также я видела кучу черных кристаллов, которые ящеры используют для хранения информации.

Маркус уже видел такие кристаллы и знал, что Ноа преуспел в вытягивании из них информации.

— Что они там делали? — спросила Элл.

— Не знаю наверняка, — пожал Рот широкими плечами. — Мое лучшее предположение — пытались расшифровать наши данные. Мы пришли туда заняться исследованиями, но все превратилось в спасательную операцию. Хищники взяли в плен нескольких библиотекарей.

— В плен? — нахмурился Маркус. — Ни разу не видел, чтобы они долго держали заключенных.

Рот пожал плечами.

— Библиотекари не знали, почему хищники держали их. Всех заперли в темноте, и им посчастливилось найти немного еды и воды.

Маркус не знал, зачем хищникам нужны пленные, но какими бы ни были причины, они не могли быть хорошими.

Элл повернулась к Маркусу.

— Нам нужно убедить генерала Холмса отправить команду и заполучить эти кристаллы. Они могли бы дать нам достаточно данных, чтобы расшифровать карту поста связи.

— Да… — на весь спортзал взревел сигнал тревоги. — Черт, — это был срочный созыв отрядов.

— Надо идти, — махнул Рот и побежал прочь, а члены его команды последовали за ним.

— Иди, — велела Элл Маркусу. — Я отправлюсь в диспетчерскую, а если представится возможность, поговорю с генералом о получении кристаллов.

Маркус кивнул, мысленно уже обратившись к подготовке своей команды.

— Скажи ему, что Отряд Ада хочет пойти и достать эти кристаллы.

— Будет сделано, — он начал поворачиваться. — Маркус? — остановившись, он глянул на Элл, чьи голубые глаза смотрели прямо на него. — Будь осторожен.

— Всегда, — впервые ему было жаль, что у него нет притягательной внешности Круза или обаяния Шоу. — Я слишком жестокий, чтобы умереть.

Элл показалось, что сердце ударилось о ребра. Маркус ее не хочет.

Она изо всех сил старалась не позволить чувствам отразиться на лице и расправила плечи. Он не считает ее способной справиться с задачей. Это напомнило ей о том, как Маркус не хотел, чтобы она стала их офицером связи. Черт возьми, разве она не доказала ему свою компетентность?

Голос генерала Холмса стал твердым.

— Стил, мы должны делать то, что лучше для миссии…

— Отправить нетренированное неподготовленное гражданское лицо в зону боевых действий — не лучшее для миссии, — со злостью глянув на Элл, Маркус выбежал из ангара.

Отчасти Элл хотела сжаться в маленький комочек. Осмотревшись, она увидела Клодию в поношенном бронежилете, темные волосы которой были заплетены в длинную косу. Женщина смотрела на Элл с едва заметной улыбкой на лице.

С другой стороны, Элл была в ярости. От этой ехидной ухмылки у нее затвердел живот. «Ни за что на свете». Миссия слишком важна. Элл хотела помочь, а не наблюдать за всем со стороны, сложа руки и ожидая спасения. Поэтому она и вызвалась стать офицером связи. Ей хотелось помочь. Она должна была помочь.

Элл развернулась и пошла за Маркусом. У него были длинные ноги, поэтому удалялся он очень быстро, и чтобы догнать его, ей пришлось перейти на бег. Маркус на ходу срывал с себя бронежилет.

Взгляд Элл на секунду остановился на его больших мускулистых бицепсах, но тогда она набралась решимости.

— Маркус! — он продолжал идти. «Маркус меня выслушает, черт его дери». Элл схватила его за рукав. — Я могу это сделать.

Он остановился так резко, что она чуть в него не врезалась.

— Ты ни черта не знаешь о том, каково это — быть там, — когда Маркус развернулся, выражение его лица было таким жестоким, что другой человек убежал бы. — Ты знаешь, каково это — когда хищники сыплются на тебя градом? Когда ты вся в запекшейся крови? — он дернул свою рубашку, пропитанную темно-красной жидкостью.

Под твердым пронизывающим взглядом зеленых глаз Элл начала терять уверенность, но выпрямила спину.

— Я имею представление. Я пережила нападение. Я вижу его на своем экране, слышу лазерный огонь, рев хищников. Я слышала, как умирают люди. Я беспокоюсь и боюсь, зная, что там ты…и команда. Я знаю, каково это.

— Слышать и преодолевать — совершенно разные вещи, — покачал головой Маркус.

Порой Элл казалось, что ее доля даже хуже. Слушать, как он стреляет, когда на него набрасываются хищники, выкрикивает команды, а она сидит на базе и ничем не может помочь. Теперь же у Элл был шанс что-то сделать.

Она шагнула вперед, пока носками ботинок не коснулась сапог Маркуса.

— Я не какая-то глупая маленькая штатская, которой нечего предложить. Я знаю факты. А также знаю, что не закончи мы эту миссию, и останемся здесь навечно, как крысы. Будем сидеть на месте в ожидании, пока хищники не пронюхают, где мы прячемся, и не покончат с людьми раз и навсегда. Пока они не опустошат планету и не заберут все ресурсы, оставив после себя разруху и пустыню, — Элл втянула в легкие воздух, отчего у нее приподнялась грудь. — Я смогу это сделать.

Маркус сжал челюсти.

— Я знаю, что сможешь. Чертова проблема не в этом, — он развернулся и пошел дальше по коридору.

Элл моргнула и наморщила лоб. В таком случае, в чем дело?

— Маркус, в чем дело? Ты обязан взять меня на эту миссию. В чем, черт возьми, твоя проблема?

Он двигался так быстро, что это шокировало, и прижал Элл к гладкой стене тоннеля, наваливаясь на нее своим большим телом.

Маркус пах потом и кровью, а его разгоряченное мускулистое тело излучало тепло. Боже, он заставлял Элл ощущать себя такой…маленькой. Она чувствовала, словно внутри у нее что-то плавится.

Маркус склонился к ней, и его лицо оказалось в дюйме от ее лица.

— Ты моя проблема.

Элл почувствовала боль. Ладно, он не мог более ясно выразиться, что не считает ее способной выполнить эту задачу. Она задрожала возле его тела.

— Знаю, ты никогда не хотел видеть меня в роли офицера связи шестого отряда. Знаю, что не считал способной с этим справиться, но разве я не доказала обратное?

Склонив голову, Маркус осматривал лицо Элл, пока его взгляд, наконец, не остановился. Он смотрел на ее губы? У нее в животе разливался жар. Нет, несмотря на все ее сокровенные мечты, Маркус никогда не почувствовал бы к ней подобного.

— Ты отлично справилась, но я не хочу брать тебя на поле боя.

От этого низкого голоса по телу Элл прошла дрожь.

Все в этом закаленном боями суровом мужчине притягивало ее. Голос Маркуса, твердость, решимость. Ей хотелось окунуться в его силу, позволить ему забрать все тревоги и хотя бы на несколько драгоценных секунд избавиться от этого груза.

Но Маркус итак взял на себя слишком многое. Он был тем, от кого зависела судьба человечества, ведь это он каждый день выходил на поле боя и рисковал жизнью, чтобы защитить людей.

— Маркус, я должна это сделать, — Элл смотрела ему прямо в глаза — зеленые, блестящие, выразительные, которые она порой видела в мечтах. — Я обязана помочь.

Маркус застонал и, подавшись вперед, прижался губами к ее уху.

— Эллианна.

Теперь так ее никто не называл. Она перестала быть Эллианной — клубной девушкой — в тот день, когда захватчики разрушили ее мир. Но она предположила, что Маркус видит ее именно такой.

Голос Элл понизился до шепота, и она заставила себя сказать следующие слова, хоть и чувствовала, что вырывает их из души.

— Мне нужно иметь значение.

На самом деле она никогда ни для кого ничего не значила — ни для матери, ни для человека, за которого думала, что выйдет замуж, а меньше всего для отца, едва замечавшего ее присутствие.

Маркус молчал, но от напряжения его тело словно вибрировало. Элл чувствовала на шее его горячее дыхание, а ее мышцы будто превратились в желе.

— Ты хочешь, чтобы я просила? Пожалуйста, Маркус…

— Нет, я не хочу, чтобы ты просила, — он коснулся губами мочки ее уха, и она закрыла глаза. Боже, знал ли Маркус, что убивает ее этим небрежным касанием? Элл снедало желание схватить его, крепко прижать, трогать эти жесткие мышцы, пробовать кожу на вкус… — Я знаю, что ты справишься, Элл. Просто хочу защитить тебя.

Элл втянула в легкие воздух. Маркус всегда защищал других, не заботясь о своей собственной жизни.

Он снова коснулся губами кожи, на этот раз на шее, и Элл задрожала, едва сдерживая стон.

— И ты имеешь значение, — сказал Маркус. — Для меня.

Двигатели вертолета работали бесшумно, однако от стремительного движения у Элл в ушах непрерывно ревел ветер.

В попытке сохранять равновесие она схватилась за поручень под потолком и отчасти ожидала, что возле них появится судно хищников. Формой корабли напоминали гигантских летающих динозавров и назывались «птеросы» по типу птерозавров или птеродактилей.

Но пилот «Хоука» активировал систему экранирования, которая хоть и не скрывала вертолет из виду, но подтирала его изображение на радарах хищников, делая размытым и плохо читаемым, а также посыла звуковые волны, искажавшие любой шум и заставлявшие врага думать, что вертолет не там, где находится на самом деле.

Но это не сильно успокаивало. Страх напоминал кислоту, медленно разъедающую вены. Элл могла лишь надеяться, что никто не заметил, как у нее дрожат руки.

Члены Отряда Ада крутились возле Элл, и не сказать, что они были расслаблены, скорее сосредоточены. Одной рукой Шоу держался за дверной косяк и всматривался за горизонт, а другой крепко сжимал дальнобойную лазерную винтовку. Клодия позади него проверяла свое оружие. В третий раз.

Круз спокойно сидел, уставившись в пол, а в хвостовой части вертолета о чем-то перешептывались Гейб с Зиком. Маркус же наклонился к пилоту и говорил с ним о зоне приземления.

Элл теребила край своих доспехов. Она выглядела, как член команды, хоть броня и была великовата, а крошечный высокотехнологичный наушник в ухе казался чужеродным предметом. К доспехам нужно было немного привыкнуть — из-за встроенного экзоскелета они помогали двигаться быстрее и подпрыгивать выше. Однако Элл чувствовала себя подобно маленькой девочке, играющей в переодевания.

Они отправились на миссию, чтобы получить кристаллы с данными, поэтому теперь все зависело от Элл. Она подняла руку — на запястье был надежно зафиксирован блестящий портативный компьютер, показывающий месторасположение библиотеки, где Рот с командой видел кристаллы. Элл предстояло выполнять часть своих обычных обязанностей связного, но остальное было в руках Ноа. Он вызвался побыть на этой миссии временным офицером связи.

Элл сглотнула, пытаясь избавиться от гигантского кома в горле. Она переспорила Маркуса и отправилась с ним, а теперь нервы глодали ее, словно сотни крошечных муравьев.

Чтобы отвлечься, Элл глянула» из боковины «Хоука вниз на землю. «Разруха. Насколько может видеть глаз».

Сидней был шикарной столицей Объединенной Коалиции — союза нескольких стран Содружества, таких как Австралия, Канада, Индия, Соединенное Королевство и Соединенные Штаты Америки. Поскольку передовые сверхзвуковые путешествия сделали поездки между странами незначительными, столицей был выбран красивый австралийский портовый город.

Он стал сосредоточением торговли, искусств и культуры. Когда-то его центр был застроен огромными высотными зданиями, где размещались офисы всех международных компаний.

Теперь все, что виднелось на горизонте — несколько разрушенных каркасов, тянущихся к небу, словно костлявые пальцы умоляющего о спасении.

Непосредственно под днищем вертолета купалось в лучах полуденного солнца то, что когда-то было пригородом. В свое время там селились семьи, и кипела жизнь. Ныне целая область превратилась в щебень. Уже давно отряды хищников уничтожили всех жителей. Элл вытянула шею, и ей показалось, что к северу от города видно место, которое некогда было поместьем ее родителей. Ее домом.

Масштабы разрушения казались сюрреалистичными. Это опустошило Элл. В течение нескольких недель после первой волны нашествия она скрывалась, но, в конце концов, нашла в себе мужество покинуть осажденный город вместе с небольшой группой выживших. Найдя несколько брошенных автомобилей и немного топлива, они избежали нападения, а когда, наконец, добрались до подножья горы, их забрал Отряд Ада.

Элл все еще помнила, как Маркус встретил их небольшую группу. Он был таким…пугающим. В тот момент она задумалась, улыбается ли он хоть когда-нибудь. От этого воспоминания губы Элл изогнулись. Маркус улыбался. Нечасто, но когда это происходило, то стоило ожидания. Поглядев на него, Элл увидела, что он закончил разговор с пилотом и вместо этого смотрит на нее. Под его напряженным взглядом она почувствовала себя голой.

Элл снова посмотрела вниз, но теперь все, о чем могла думать — о том поцелуе.

Горячий, собственнический и такой приятный.

Поцелуй мужчины, жаждущего женщину.

Теперь Маркус действовал, как профессионал, а значит, Элл будет делать так же. На данный момент.

Найти кристаллы, расшифровать карту, вычислить координаты поста связи — сейчас она могла позволить себе думать лишь об этом. Элл знала, что многие люди верят, будто если удастся уничтожить или прогнать хищников, жизнь вернется в прежнее русло.

Глядя на разрушенный город, она знала, что никогда и ничто не будет, как раньше. У Элл поникли плечи от чувства опустошенности, осознания упущенных возможностей и того, как все могло сложиться.

Но в то же время она понимала, что не хочет снова становиться той, кем была до вторжения. Ей не хотелось быть недалекой самовлюбленной Эллианной Милтон, которая не получила диплом, веселилась ночи напролет и все еще жила с родителями, потому что это удобно и бесплатно.

Вновь посмотрев на Маркуса, теперь склонившего голову, Элл ушла в себя. Она изменилась. За прошедший год Элл видела людей, ценности которых имели значение. Людей, которые, не задавая вопросов, рисковали собственными жизнями ради других. И делали это много раз. Таким человеком хотела быть Элл.

Она еще около минуты праздно возилась со своей броней, прежде чем поняла, что крепление затянуто слабо. Посмотрев под правую руку, Элл подергала его в попытке отрегулировать, но безуспешно. Она раздраженно фыркнула. Какой из нее солдат, если она даже не может сама одеться.

Подняв голову, Элл увидела, что Клодия ухмыльнулась. Черт возьми, эта женщина, может, и тренированный боец, но за подобную усмешку Элл хотелось ее ударить.

— Позволь мне.

Маркус подошел ближе и, разведя ей руки в стороны, защелкнул крепление, пальцами касаясь ее в течение секунды. Она судорожно вдохнула.

Он провел руками по литым пластинам углеволокна, проверяя их.

— Немного великовато, но неплохо.

— Подбирала Клодия. Не знаю почему, но думаю, что я ей не нравлюсь, — пробормотала Элл.

— Ей никто не нравится, — в голосе Маркуса слышалось веселье. — На самом деле я думаю, что ты ей очень даже нравишься. Когда-то Клодия сказала мне, что ты — лучший связной из всех, что у нее были.

— Правда? — поразилась Элл. — Но она всегда надо мной смеется. Не вслух, но эти ухмылочки…

Из-за спины Маркуса послышалось фырканье. «О Боже, она слышала».

— Принцесса, я делаю это из-за Маркуса, а не из-за тебя, — Клодия шагнула в поле зрения Элл и перекинула через плечо винтовку. — Просто мне нравится видеть, как он корчится.

— Не поняла, — нахмурилась Элл.

— Заткнись, Фрост, — повернувшись спиной к Клодии, он загородил Элл от другой женщины. — Ты нашла оружие?

Элл сунула руку в кобуру сбоку и достала маленький термо-пистолет. Маркус забрал его, проверил и вернул ей.

— Работает. Для тебя он не слишком тяжелый, и из него легко стрелять. Просто целься и жми на курок. У тебя есть запасные снаряды?

Элл убрала пистолет и кивнула. У нее были запасные обоймы. Когда термо-пули вылетали из дула, начиналась химическая реакция, нагревающая их до опаляющих температур. Настолько горячих, что эти снаряды могли пробить толстую чешуйчатую шкуру.

— Я нервничаю, — сболтнула Элл.

Маркус запрокинул ей голову, подцепив пальцем под подбородок, и уверенно посмотрел в лицо.

— Нервы — это хорошо. Становишься чересчур смелой — позволяешь себя убить.

— Ладно.

Он посмотрел на свои тяжелые часы.

— Пять минут до приземления. Готова?

«Нет». Отчасти ей хотелось свернуться калачиком и остаться в относительной безопасности на борту «Хоука». Элл расправила плечи. Она больше не та девочка. Кроме того, Маркус рядом.

— Готова.

Он повернулся к команде.

— Отряд Ада готов спуститься в ад?

— Черт, да! — Элл повысила голос, чтобы он сливался с голосами остальных в команде. — Пора надрать дьяволу зад!

Отряд Ада открыл огонь.

К ним неслись псовые, легко перепрыгивая через препятствия, а взгляды огненно-красных глаз были устремлены прямо на людей. Маркус одной рукой стрелял, а второй схватил Элл и толкнул на землю.

Первая линия существ упала на землю и с дикими нечеловеческими криками корчилась в лужах собственной крови.

— Нам нужно туда! — Элл указала на длинное малоэтажное здание. — Это — библиотека.

— Иди, — Маркус рывком поставил ее на ноги, и она побежала, помогая себе руками. Их с Маркусом окружила команда, все еще отстреливающаяся от волны псовых.

Он плечом ударил дверь. Металл застонал. Подавшись назад, Маркус ударил снова. Дверь поддалась.

Сразу на входе стояла библиотечная стойка регистрации, все поверхности покрывала пыль, а пол устилали мусор и сухие листья.

Маркус кивнул в сторону основной секции библиотеки.

— Только тихо, — прошептал он. — Рот сказал, что здесь работают хищники. Они все еще могут быть поблизости, — Маркус посмотрел на Гейба и Зика. — Подоприте дверь.

Опережая приказ, братья начали выполнять задачу еще до того, как Маркус закончил говорить. Не успели они продернуть в ручки несколько металлических прутьев, как псовые начали ломиться внутрь. Дверь под их весом заходила ходуном, и послышались визги. Завываний псовых хватило бы, чтобы заставить задрожать кого угодно. Гейб и Зик продолжали укреплять дверь.

— Хорошо, давайте найдем кристаллы, — Маркус коснулся уха. — Ноа, мы в библиотеке.

На линии послышалось шипение, а затем тихий голос Ноа:

— Маркус… хищники… глушат… работаю над этим… глушитель сильный.

«Черт возьми». Маркус рявкнул ругательство. Это ничего не меняло, но пока Ноа не сможет восстановить связь, команда останется слепой. Отряд встал на позиции. Круз занял место следом за Клодией. Маркус держал Элл в центре, а замыкал шествие Шоу, держа снайперскую винтовку, словно драгоценный золотой слиток.

Они оказались в главной секции, и как только за ними закрылись двери, все звуки стихли. Несомненно, в библиотеке установили звукоизоляцию, не пропускавшую шумы города. В основном здесь стояли высокотехнологичные мониторы и консоли, ныне покрытые пылью. В дальней части зала все еще располагался раздел бумажных книг, рядами выстроенных на полках.

Комнату заполнил жужжащий звук, напоминавший треск большой машины.

Маркус жестами отдавал приказы команде. Все двигались осторожно, прислушиваясь к каждому движению или шороху. Несколько секунд спустя к группе присоединились Зик и Гейб.

Элл оставалась рядом, двигалась медленно и упорно старалась не издавать ни звука.

Они обогнули опрокинутый стол, и она наступила на стекло разбитого монитора. Послышался тихий хруст.

Внезапно глубокое ворчание заставило всех замереть на месте.

Маркус поднял сжатый кулак, а затем медленно продвинулся вперед и осмотрел книжные полки.

На длинном столе стояли три больших экрана, и он предположил, что это и есть компьютеры хищников. Они были жидкокристаллическими, черными, с неровными краями, а в центре каждого вспыхивали странные золотистые символы.

К экранам отовсюду тянулись тяжелые объемные кабели, которые выглядели органическими и немного пульсировали. Все они были подсоединены к большому черному ящику, издающему жужжащие звуки и периодически вспыхивающему красным светом. Команда компьютерной лаборатории как-то изучала добытую отрядом технологию хищников. Инопланетная электроника состояла по большей части из органического материала.

На соседнем столе беспорядочной кучей лежала груда черных кристаллов, по форме напоминающих кубы. В коробке ниже — еще больше.

Перед экраном сидел хищник и просматривал данные.

Маркус осмотрелся. Казалось, ящер здесь один и размером меньше стандартного хищника-воина.

Гейб медленно двинулся вперед и, поймав напряженный взгляд Маркуса, поднял свой большой нож наподобие гладиуса[5]. Такие носили все члены команды.

Маркус кивнул. Гейб был невероятно хорошим солдатом и двигался, словно призрак. Когда Маркус принял этого мужчину в свой отряд, до него доходили слухи. Если им верить, Гейб пришел из какой-то секретной программы сверхсолдат. И Маркус собственными глазами видел, как этот парень делал то, что не под силу обычному человеку.

Как правило, неизвестное и необъяснимое пугает, но Маркусу было плевать, ведь Гейб оказался чертовски хорош в своем деле. Маркус уже понял, что жизнь перед вторжением осталась в прошлом. Ни один из них не был тем же самым человеком, что прежде.

Элл поглядела на Гейба, на нож, затем на хищника.

Да, реалии этой уродливой войны за выживание были тем, от чего Маркус хотел ее уберечь. Он схватил Элл за подбородок и удержал ее взгляд. Голубые глаза были широко распахнуты, но в них сияла решимость.

Гейб не издал ни звука, как и умерший хищник.

Маркус подождал, пока Гейб не оттащит тело, и лишь тогда подтолкнул Элл вперед.

Она поспешила к экранам, схватилась за стул и тут же остановилась. Край сиденья был залит кровью. Элл смотрела на пятно в течение секунды, но затем выпрямила спину и села. Изучая знаки на мониторе, она морщила лоб и нажимала на некоторые из них. Правый экран заполнили символы, большая часть которых выглядела, как буквы английского языка.

— Похоже, хищники копируют из библиотечных баз книги и разные данные, — Элл снова посмотрела на монитор и коснулась его. — Они делают упор на все по части добычи полезных ископаемых, энергетики, компьютерных технологий и медицины, — она покачала головой. — На этом кристалле нет языка хищников, — потянувшись, Элл занесла руку над держателем и выдернула кристалл из-под линзы. — Подай другой, — Маркус схватил со стола кристалл и подал ей. Она засунула камень в держатель, и вспыхнуло еще больше данных, но снова на английском языке. — Еще, — сказала Элл.

Они принялись прорабатывать кристалл за кристаллом и она, что-то бормоча себе под нос, быстро перебирала один за другим.

— Черт возьми, — Элл выдернула очередной кристалл. — Все еще только английский язык, — пока она работала, команда Маркуса бродила вокруг. Все начинали нервничать, как и он сам.

Они находились здесь слишком долго.

Их миссии всегда были быстрыми вылазками, а хищники знали, что отряд где-то рядом. Найти людей не составит труда, учитывая стаю голодных псовых возле здания.

— Давай же, Элл, — проворчал Маркус.

— Я работаю так быстро, как только могу, — отрезала она.

Услышав в грубом тоне скрытую дрожь, он схватил Элл за плечо.

— Знаю. Ты справишься.

Резко вдохнув, она кивнула.

— Вставь другой, пожалуйста.

Только Элл могла по-прежнему пользоваться манерами даже посреди постапокалиптической зоны боевых действий. Маркус вставил новый кристалл, и несколько секунд спустя Элл покачала головой.

По зданию эхом пронеслись удары с фронта, и все повернулись в том направлении. До отряда донеслись отдаленные завывания псовых.

— Маркус, нам нужно идти, amigo, — сказал Круз, перехватив винтовку.

— Мы не уйдем без проклятого кристалла, — Маркус засунул в держатель еще один и коснулся наушника. — Ноа? — сигнала по-прежнему не было. — Забаррикадируйтесь чем-нибудь. Гейб, ищи запасной выход.

Резко кивнув, Гейб скрылся в тени, а остальные принялись переворачивать и перетаскивать столы.

Маркус с Элл проработали еще три кристалла, и вдруг она ахнула.

— Да!

Экран заполнили символы хищников, напоминавшие царапины и следы от когтей. Элл пробежалась глазами по письменам.

— Этого хватит? — спросил Маркус.

— Думаю, да, — кивнула она.

С фронта здания послышался громкий треск, а возбужденный лай псовых звучал все громче.

— Пора идти, — Маркус помог Элл спрятать кристалл в рюкзак и, схватив ее выше локтя, притянул к себе. — Отряд Ада, выметаемся отсюда.

Маркус мысленно изрыгал все ругательства, какие только знал. А знал он их много.

Все было плохо. «Охренеть, как плохо». Шагнув к Элл, Маркус больше всего на свете желал, чтобы она сейчас оказалась где угодно, только не здесь. Ему было необходимо защитить ее. Ему был нужен выход.

Элл озиралась, и Маркус видел, как у нее в голове словно крутятся шестеренки.

— Маркус. Обратно в библиотеку. Нам нужно идти тем путем, — указала она. Обернувшись, он заметил, что дверь, закрывшаяся позади них, теперь искорежена и разорвана в тех местах, где через нее прорывалась псовая.

Маркус обхватил Элл за затылок.

— Отличная работа, — он оглянулся на команду: — Все обратно в библиотеку.

Когда они побежали к двери, хищники снова открыли огонь. Густое, зеленое, липкое вещество ударялось о стену и начинало шипеть, разъедая кирпич. Команда начала стрелять в ответ.

Снова взревев, рекс шагнул вперед, но высотные здания по обеим сторонам переулка мешали ему продвинуться дальше.

Когда отряд забежал внутрь, глазам Маркуса понадобилась секунда, чтобы привыкнуть к тусклому освещению. Элл споткнулась о перевернутый стул, но Маркус схватил ее за руку и удержал на ногах. Они побежали меж стеллажей.

Внезапно с оглушающим грохотом обрушилась часть крыши, и прямо возле отряда в здание опустилась огромная когтистая лапа, раздавив книжный шкаф.

Маркус ушел влево и, вскинув взгляд, через зияющую дыру в крыше увидел рекса.

— Маркус, — прорвался через хаос голос Ноа. — «Хоук» приземлится через пять минут в парке в двух кварталах к северу от вас.

— Ноа, прием. А сейчас помолчи. Нам нужно заняться голодным рексом, — перед ними появился хищник, и Маркус выстрелил ему в голову. — Все, пошевеливайтесь!

— Маркус! — ворвался в наушник крик Клодии, и следом послышался отборный мат на испанском языке.

Маркус резко обернулся, отчего Элл врезалась ему в грудь. «Черт». Клодию придавило упавшим книжным шкафом, и Круз пытался освободить ее, но одна его рука безвольно болталась, залитая кровью, а стеллаж был слишком тяжелым, чтобы поднять даже с помощью экзоскелета брони.

К ним, отбрасывая со своего пути обломки, направлялись три хищника.

Сверху ревел рекс, ударяя хвостом стену. Во все стороны летели куски штукатурки, и один из них попал Маркусу в спину. Он притянул Элл к груди, закрывая ее своим телом.

— Хренова херня, — возле них появился Шоу и, рухнув на колени, прицелился в ящеров, прикрывая Круза с Клодией. — Нам нужно вытащить ее оттуда.

Мимо них, устремившись к паре, пронесся Гейб.

— Зик! — взревел Маркус, и тот моментально материализовался рядом. В одной руке он держал винтовку, а в другой нож, покрытый кровью хищника.

— Босс?

— Ты забираешь Элл и уводишь ее отсюда. Доберитесь до места эвакуации.

— Маркус, нет! — начала спорить Элл. — Зик нужен тебе здесь.

— Мне нужно защитить тебя, — она открыла рот, но Маркус схватил ее за броню на груди и, приподняв на цыпочки, прижался быстрым поцелуем к приоткрытым губам. — Мне. Нужно. Защитить. Тебя, — прорычал Маркус.

Он не стал дожидаться, когда она исполнит приказ и, развернувшись, бросился к упавшим членам своей команды. Шоу подстрелил одного ящера, а Гейб дрался со вторым. Вскинув винтовку, Маркус подстрелил третьего.

Из двери в переулок вбежало еще больше хищников.

— Шоу, Гейб, выводите Круза и Клодию, — он встал между своим отрядом и дверью. — Я их задержу.

Снайпер без промедления вскочил на ноги и помчался к Клодии. Гейб бросился следом и, одной рукой схватив шкаф, поднял его. Для обычного человека это было бы слишком тяжело, но вещь сдвинулась с места.

Маркус продолжал отстреливаться из винтовки. Несколько хищников в первом ряду упали, но он знал, что их слишком много. Все, что ему было нужно — уберечь большую часть своей команды и дать им возможность сбежать. На него набросились двое ящеров.

Под их весом Маркус рухнул, а когда упал, выхватил два боевых гладиуса, которые всегда носил с собой.

Боже, эти ублюдки оказались тяжелыми. Мало того, что они были крупнее людей, так еще и плотнее. Ударив одного из них по ребрам, Маркус откатился, чтобы увернуться от зубчатого черного лезвия второго.

Они сцепились, и красные глаза ящера смотрели прямо на Маркуса. Хищнику удалось оттолкнуть руки противника и нацелить нож прямо на его горло.

«Черт». Подавшись вверх, Маркус попытался отвести от себя острый край лезвия. Внезапно на крышу снова обрушился рекс, и на Маркуса с противником посыпались обломки потолка.

Пока хищник растерялся, Маркус ударил его локтем в подбородок, а другой рукой вонзил нож в мягкую плоть под шеей ящера. Шкура была плотнее человеческой кожи, и Маркусу пришлось приложить усилия, чтобы протолкнуть лезвие в тело. Наконец хлынула кровь, и противник издал страдальческий звук.

Скинув с себя хищника, Маркус откатился в сторону и поднялся на ноги. Когда он бросился к своим людям, то увидел, что Гейбу удалось поднять с Клодии шкаф, а Шоу помогал ей встать.

Рекс взревел так громко, что у Маркуса зазвенело в ушах. Обернувшись через плечо, он чуть не рухнул на пол.

Рекс смотрел вниз через отверстие в крыше.

Прямо на них.

Его красные глаза были похожи на огни ада.

— Идите! Вытаскивайте ее, — закричал Маркус, но знал, что уже слишком поздно, и рекс может убить всех одним взмахом когтя.

— Эй! Урод! Иди сюда!

Маркус споткнулся, и у него скрутило живот. «Нет. Нет. Нет».

Тогда Элл закричала снова:

— Ага, ну давай же, мерзкая тварь. Иди сюда и оставь их в покое.

Сжав кулаки, Маркус видел, как она размахивает руками на противоположном конце библиотеке.

Также он видел, что рекс наклонил голову и посмотрел на Элл.

Тварь потеряла интерес к остальным людям.

Рядом с Маркусом возник Зик.

— Прости, босс. Она от меня сбежала и отказалась лететь без тебя.

Стиснув зубы, Маркус пошел к остальным.

— Вставай, солдат.

— Да, сэр, — поморщилась Клодия. Шоу держал ее в вертикальном положении. — Я справлюсь.

Рекс издал ужасающий рев, и Маркус увидел, как Элл ринулась в сторону. Тварь нанесла мощный удар когтями, и у него чуть не остановилось сердце.

Быстрая и ловкая, Элл упала на пол, и гигантский коготь пролетел буквально в метре над ее головой.

Одним гибким прыжком она вскочила на ноги и бросилась бежать, а взгляд ее метнулся к Маркусу.

«Давай же, малыш». Элл бежала изо всех сил.

Рекс потоптался, умудрившись раздавить на пути Отряда Ада еще нескольких хищников.

Тогда тварь снова напала на Элл.

И на этот раз поймала. Существо подняло коготь, а она свисала с него, молотя руками и ногами.

«Нет». Перехватив винтовку, Маркус бросился к Элл.

Когда «Хоук» приземлился, Маркус все еще чувствовал, как по венам стремительно несется ярость.

У него в голове крутилось воспоминание об Элл в когтях рекса, и он инстинктивно сжал ее крепче. Как легко мог погаснуть этот огонек. За что Маркусу тогда воевать?

Из кабины выглянул Финн, пилот «Хоука», светлые волосы которого почти достигали плеч. Этот мужчина на своем вертолете творил магию.

— Отряд Ада, добро пожаловать домой. Всегда пожалуйста.

Зик застонал.

— Какое счастье оказаться дома. Мне нужен душ, пиво и женщина, — скривившись, он бросил взгляд на Элл. — Прости, Элли.

— Я уже слышала всевозможные истории о тебе и твоем…обаянии, — улыбнулась она.

Маркус вскочил на ноги, поднимая с собой Элл.

— Ладно, нам нужно доставить Круза и Клодию в больницу.

Шоу помог раненой женщине встать, но как только она поднялась на ноги, сразу же побледнела.

— Да пошло оно все, — Шоу подхватил ее на руки.

— Придурок, — рявкнула Клодия. — Ты бы не понес Круза или Гейба. Поставь меня…

— Фрост, просто заткнись, — он выпрыгнул из «Хоука».

Остановив взгляд темных глаз на Маркусе, Круз поднял арбалетный болт.

— Как думаешь, кто наш таинственный спаситель?

Маркус пожал плечами.

— В городе скрывается кто-то еще.

Круз погладил отполированную черную стрелу.

— Он не может быть гражданским. Не с таким прицелом. И это — самодельный взрывающийся снаряд превосходного качества.

— Может, на данный момент тебе побеспокоиться о своей руке? — Маркус видел, что Круз потерял много крови.

Тот небрежно отсалютовал, прекрасно зная, как раздражает друга этот жест.

— Есть, старший сержант.

Гейб помог Крузу покинуть вертолет, и Маркус видел, что к ним уже мчится док Эмерсон.

— Кому еще нужно мое волшебное лечение? Клодия уже на пути в стационар и матерится на каждом шагу, — врач вскинула голову, и ее светлые волосы скользнули по подбородку.

— Круз повредил руку. Серьезная потеря крови и, возможно, перелом, — сказал Маркус.

Кивнув, она посмотрела на Гейба.

— Ты в порядке? — немногословный мужчина резко кивнул и доктор выдохнула. — Хорошо. Вперед, Круз, давай-ка я запущу в тебя крошечных роботов и, скорее всего, воткну много игл.

— Классно, — закатил глаза Круз.

После того, как Маркус позаботился о своей команде, осталось еще кое-что, требующее его внимания. Он выпрыгнул из «Хоука», и как только коснулся ногами земли, потянулся к Элл.

Она колебалась, а выражение ее лица было более чем настороженным.

«Хорошо». Ей есть чего опасаться. Маркус обхватил Элл за талию, и она пискнула, внезапно оказавшись перекинутой через плечо.

Он зашагал к тоннелю, ведущему к его каюте.

— Маркус, поставь меня… — Маркус шлепнул ее ладонью по ягодице, и Элл раздраженно выдохнула. — Знаешь, эта властная мужская альфа-манера… — он снова ее шлепнул.

— Тебе стоит помолчать.

Перед Маркусом появился Холмс, а рядом с ним — Ноа, который принялся с интересом разглядывать Элл. Или, скорее, заднюю сторону Элл. Маркус злобно зыркнул на программиста, и тот отвел взгляд.

— Стил, рад, что ты с командой благополучно вернулся. Вы получили кристалл? — Маркус стянул с Элл рюкзак и протянул его Холмсу. Как только генерал взял сумку, Маркус обогнул его и пошел вперед. — Куда ты идешь? — позвал Холмс. — Нам нужно обсудить миссию, — он прочистил горло. — И почему ты несешь Элл? Она ранена?

Маркус встал в пол оборота.

— Я иду в свою каюту. Через несколько часов мы все обсудим. И нет, Элл не ранена. Нет, вопреки ее собственной глупости.

В этот момент Элл опомнилась и подняла голову.

— Я спасла тебе жизнь, ты, неблагодарный…

Маркус поймал напряженный взгляд Холмса.

— Мы закончили? — обычная маска невозмутимости на лице генерала дала трещину, и уголки его губ дрогнули в полуулыбке.

— Хорошо. Через два часа мы все обсудим.

— Через три, — Маркус планировал провести каждую минуту этого времени с пользой.

По пути к каюте все люди, идущие навстречу, выглядели обескураженными, но он их игнорировал. Ударив ладонью по дверному замку, Маркус дождался сигнала и вошел в комнату. Он хлопнул за собой дверью с такой силой, что послышался скрип петель. В комнате было прохладно и горело тусклое освещение. За прошедший год Маркус почти привык к отсутствию окон и постоянному свисту системы кондиционирования.

Поставив Элл на ноги, он включил маленькую прикроватную лампу, и по комнате разлился теплый свет.

Элл стояла на месте, опустив руки вдоль тела, и лучи отливали золотом на ее коже.

Маркус начал расстегивать крепления у нее на броне и, сдвинув доспех с груди, снял переднюю панель. Он отбросил ее через плечо.

— Что ты делаешь? — прошептала Элл.

— Тшшш.

Она раздраженно выдохнула.

— Меня уже утомили твои приказы молчать.

Проигнорировав ее, Маркус снял заднюю панель и увидел то место, где искореженный ультражесткий сплав был разорван рексом. Он стиснул зубы и большим пальцем потер зубчатый край.

— Маркус, я не ранена, — вздохнула Элл.

Но он продолжал свое занятие, пока не снял последнюю деталь брони, после чего обеими руками ухватился за горловину простой черной рубашки Элл и разорвал ткань. Пуговицы рассыпались по полированному бетонному полу.

— Она мне стоила двухмесячного лимита одежды!

Опустившись на колени, Маркус расстегнул ей брюки и стянул их вниз по красивым ногам. В итоге Элл осталась стоять лишь в простом черном лифчике и трусиках.

«Иисусе». Член моментально затвердел. Ее ноги и руки были тонкими, а кожа — гладкой, но Маркус пресек свое желание. Сначала ему нужно было удовлетворить зудящую потребность увидеть собственными глазами, что с Элл все в порядке.

Обхватив прекрасные запястья, он провел ладонями по ее рукам. То, как его мозоли касались нежной кожи, заставило Маркуса пожалеть, что они настолько грубые. Он сжал изгибы плеч Элл, а затем скользнул по спине между лопатками, чувствуя хрупкие выпирающие позвонки.

У Элл сбилось дыхание.

— Что ты делаешь? — ее голос стал хриплым.

— Убеждаю себя, что ты не ранена, — Маркус вернул руку обратно, чтобы обхватить Элл позади шеи. — Такая сильная храбрая женщина в такой хрупкой упаковке.

Ее веки затрепетали, а кожа была такой бледной, что он видел под ней голубые вены и трепетание пульса на шее.

— Я не хрупкая.

В голосе Элл прозвучала обида, и Маркус чуть не улыбнулся.

— Я не это имел в виду. Я хотел сказать, что твое тело гораздо мягче моего твердого изуродованного, — он провел пальцем по ее обнаженному плечу. — Гораздо лучше.

Подняв руку, Элл прижала ладонь к его щеке.

— Ты — хороший человек, Маркус Стил. Я никому не позволю говорить иначе. Даже тебе.

Маркус смотрел в ее красивые голубые глаза.

— Элл, я не…

— А теперь помолчи ты, — она подняла вторую руку. — Ты выходишь туда, и каждый день рискуешь жизнью.

— Потому что я умею убивать.

У Элл вырвался смешок.

— Ты — прекрасный лидер, всегда ставящий команду на первое место. Ты — тот, кто снова и снова бросается в бой, чтобы дать оставшимся людям шанс выжить в этой битве.

— Ты видела мое лицо? Оно, безусловно, не милое, — опустив взгляд, Маркус посмотрел на свои окровавленные ладони поверх кожи Элл. — Твою мать, я все еще покрыт кровью, — он убрал руки. — Иногда мне кажется, сколько бы я ни мылся, все равно никогда не стану чистым.

Выражение ее лица смягчилось, и она пальцем погладила его костяшки.

— Иногда мне кажется, что я никогда не перестану быть легкомысленной бесполезной девочкой-тусовщицей, не думающей ни о ком, кроме себя, — она отвела взгляд. — Ты бы возненавидел меня прежнюю.

Маркус схватил ее за плечи.

— Чушь собачья. Ты — лучший проклятый офицер связи, какой только может быть у команды. И ты думаешь ОБО ВСЕХ, кроме себя.

Губы Элл изогнулись в легкой улыбке.

— Полагаю, нам обоим нужно научиться видеть себя глазами друг друга.

Маркус уставился на свои смуглые покрытые шрамами руки под ее пальцами.

— Я не должен тебя касаться. Я на протяжении многих месяцев старался держаться от тебя подальше.

— Правда? — Элл положила ладони ему на грудь, затянутую в броню. — Почему?

— Ты слишком хороша для меня.

— Я так не думаю, — она привстала на цыпочки и поцеловала Маркуса в губы. — Мне просто нужно показать тебе, какой я могу быть плохой.

Со стоном он дернул Элл на себя и припал к ее губам. Маркус знал, что поцелуй слишком жесткий, слишком голодный и слишком грубый, но она лишь прижималась крепче, а из ее горла вырывались стоны.

Элл целовала Маркуса так, словно не могла им насытиться, и, скользнув большими пальцами под броню на шее, погладила кожу.

Он отступил.

— Дьявол. Я всю тебя перепачкал в крови хищников.

— На мне как раз уже высохла кровь псовых, — Элл положила руки на крепления его брони. — Почему бы нам не снять с тебя это все и не помыться?

«Проклятье». У Маркуса дернулся член, и не только от этих слов, но и от неприкрытого желания в ее глазах. Элл, голая, мокрая, в его душе…

— Вода будет холодной.

Элл улыбнулась.

— В данный момент я просто не способна чувствовать холод.

Маркус сжал Элл в объятиях. Она здесь, лежит с ним в постели, голая, а на ее бедрах сохнет его семя.

Ничто и никогда не чувствовалось таким правильным.

— Я не обещаю никогда не рисковать собой, — спокойно сказала Элл. — Маркус, мир летит ко всем чертям. Чтобы выжить, бороться должны все.

От ее слов у него вывернуло нутро. Потребность защитить Элл пересиливала все остальное, но, черт возьми, Маркус знал, что она права. После разрушения Земли сражаться должны все.

— Ты делаешь это как связной из диспетчерской.

Элл коснулась пальцами щетины на щеке Маркуса и погладила ее.

— Мне ненавистно знать, что ты там, воюешь. Когда я все это слышу, у меня в голове вырисовываются картины каждого выстрела, каждого набросившегося на тебя хищника.

Он схватил ее за руку.

— Меня этому обучили. Малыш, пообещай, что больше никогда не провернешь подобный трюк.

Голубые глаза Элл засверкали.

— В случае необходимости я бы сделала это снова.

Маркус вздохнул. Он любил мужество Элл, ее рассудительность и великолепное тело, но больше никогда не хотел пережить момент вроде того с рексом.

— Тогда ты заслуживаешь наказания.

Широко распахнув глаза, она приподнялась на локте.

— Наказания?

Маркус сел и cхватил ее за колени.

— Я сказал, что должен тебя отшлепать.

— Ты не серьезно, — Элл извивалась, стараясь вырваться, но он придавил рукой ее поясницу.

— Элл, я хочу тебя защитить. Даже от самой себя, — Иисусе, Маркуса дразнили сливочные изгибы ягодиц, и он шлепнул одну из них ладонью.

Элл дернулась.

— Маркус!

Ему понравился контраст его большой темной руки с этой бледной кожей, и он шлепнул Элл по второй ягодице. Она взвизгнула, но Маркус знал, что на этом все и закончится, ведь он никогда не смог бы причинить ей настоящую боль. Маркус гладил мягкую округлость, поражаясь гладкости кожи.

Когда Элл подалась навстречу руке и прижалась к ладони, он замер.

— Тебе это нравится?

Элл глянула на него через плечо и покраснела.

— Нет, я это люблю. Люблю, когда ты меня трогаешь, и не важно, как именно.

— Хорошо, — она любит его прикосновения. Его, грубого неотесанного солдата. — Потому что я люблю тебя трогать, но мне не хочется шлепать эту восхитительную задницу, — Маркус снова погладил ягодицы и провел между ними пальцами, пока не скользнул к тесной, горячей, влажной глубине.

— О, — Элл двинулась навстречу прикосновению, — так приятно.

Он протолкнул палец внутрь, вытащил и ввел уже два. Подаваясь навстречу, она приподнялась на коленях и, несомненно, почувствовала у бедра твердый, как сталь, член.

Маркус приподнял Элл, чтобы перевернуть и усадить к себе на колени лицом к лицу.

— Я не спросил о защите.

— Все в порядке…

— Нет. Не в порядке. Я сказал, что буду тебя беречь, поэтому должен был об этом подумать. У меня стоит противозачаточное внедрение, и я здоров.

Элл прижала ладонь к его щеке.

— Ладно. Я тоже здорова.

Маркус вздохнул. Всем солдатам устанавливали противозачаточные внедрения, действующие несколько лет, но он не знал, что будет, когда срок истечет. Поговаривали, будто Эмерсон пытается копировать устройства, но до сих пор не добилась успеха.

Вдруг Элл пошевелилась, и из головы Маркуса вылетели все разумные мысли. С улыбкой она приподнялась и, потянувшись вниз, ухватилась за член. Ни на секунду не отводя взгляда, Элл опустилась, принимая в себя каждый дюйм.

— Боже, — вырвалось у Маркуса из-за стиснутых зубов. Она соблазнительно улыбнулась, искушая его, а затем приподнялась и поскакала на нем. — Элл, — Маркус запустил пальцы ей в волосы, — Ты делаешь все стоящим.

Она поскакала быстрее, отчего ее груди покачивались, а дыхание превратилось в тяжелые стоны. Приподнимая бедра, Маркус подавался ей навстречу, и она продолжала двигаться, пока не кончила, задрожав поверх него всем телом. Тогда он насадил Элл на себя и излился в нее.

Сжав объятия, Маркус прикрыл ее одеялом, и когда она обвилась вокруг его тела, почувствовал, как что-то внутри улеглось. То, что так долго грызло его и снедало.

Маркус поцеловал Элл в губы.

— Спи. Я встречусь с Холмсом, но вернусь сразу же, как только закончу.

Она что-то пробормотала и поцеловала в ответ, но глаза ее были уже закрыты.

Разговор с Холмсом занял около двух часов. Маркус так стремился вернуться к Элл, что на сей раз избегал их с генералом обычного фейерверка. Хоть Холмс и любил правила, а порой хотелось послать его в задницу, Маркус не мог отрицать, что в своем сердце этот мужчина печется об интересах всех жителей базы.

Маркус шагал обратно к своей каюте, пытаясь не поддаться искушению и не перейти на бег, лишь бы поскорее оказаться рядом с Элл. Возле двери он прижал ладонь к замку, и она тихо открылась.

Стоило Маркусу прокрасться в комнату, как он в ту же секунду понял, что Элл спит не так мирно, как он надеялся.

Она металась во сне, запутавшись ногами в простынях.

Сев на край кровати, Маркус коснулся плеча Элл.

— Элл? — она подскочила с рыданиями. — Эй, — схватив ее за плечи, он в тусклом свете увидел, что взгляд ее растерян, а глаза еще затуманены кошмаром. — Элл?

Она моргнула.

— Маркус? — ее голос дрожал.

Он погладил Элл по лицу, отодвигая в сторону волосы.

— Кошмар о рексе?

Она судорожно вдохнула.

— Если бы, — Маркус безмолвно ждал продолжения и просто гладил ее по волосам. — О вторжении, — прошептала Элл.

— Оно часто тебе снится? — нахмурился он.

— Каждую ночь, — невнятно прошептала Элл и обняла себя руками. — Я в темноте в ловушке. Слышу, как идут хищники. Их рычание, тяжелые шаги, шумное дыхание, — она начала дрожать. — Мне так страшно. Я заперлась в туалете своей комнаты. Затем услышала, как кричит мама, — из горла Элл вырвалось рыдание. — Потом отец, — Маркус потянул ее в объятия, но она сопротивлялась. — Я ничего не сделала, — глаза Элл были дикими, а по щекам текли слезы. — Я спряталась, как трусиха, была слишком испугана и слаба, чтобы помочь им.

— Элл…

— Маркус, я слышала, как они умирают. Я думала лишь о себе и позволила им умереть.

— Ты не виновата.

— Что бы я ни сделала, вину не искупить. Я бесполезна.

Он слегка встряхнул Элл.

— Ты не бесполезна, и ни один из нас уже не тот, кем был прежде. Это хищники убили твоих родителей, не ты. Что ты могла сделать? Если бы вмешалась и позволила себя убить, это бы помогло? — Маркус видел, как в ее глазах что-то замерцало, но она тут же снова закрылась. «Хватит». Дернув Элл на себя, он поцеловал ее и, запутав пальцы в волосах, запрокинул ей голову. — Это не твоя ошибка, — у него не было нежных слов, чтобы успокоить Элл. Маркус мог помочь ей лишь полыхающим в нем грубым желанием. Помочь понять, что она жива, и что жить — хорошо. Он уложил ее на спину. — Колени, Элл. Раздвинь ноги.

Она внимательно смотрела на Маркуса, ни на секунду не отводя взгляда. К счастью, слезы больше не лились.

Медленно Элл освободила ноги из простыней и позволила коленям упасть в стороны.

— Умница, — Господи, какой же она была красивой, розовой и раскрытой для него. Наклонившись, Маркус поцеловал ее в тазовую кость, и Элл заерзала под его губами. — Не шевелись, — предупредил он.

Спустившись ниже, Маркус припал к ней ртом. Он не давал ей времени на раздумья, лишь лизал и посасывал. Проклятье, ее вкус был чертовски приятным. Сладкий, медовый, наслаждаться которым хотелось каждый день своей жизни.

— Маркус.

Элл пыталась прижиматься к нему, но он крепко держал ее и облизал, прежде чем найти клитор и начать его сосать.

С криком она взорвалась, а ее хриплые стоны стали музыкой для ушей Маркуса. Поднявшись, он сорвал с себя одежду и перевернул Элл.

— На колени.

Маркус не собирался давать ей время думать и размышлять, он хотел, чтобы она лишь чувствовала.

Элл двинулась, толкая к нему свои сладкие изгибы. Проглотив стон, Маркус одной рукой сжал член, а другой ухватил ее за бедро, впиваясь пальцами в кожу.

Тогда он рванулся вперед и проник внутрь.

Оба застонали. Черт возьми, Элл была такой горячей, такой влажной, и так крепко его сжимала. Склонившись над ней, Маркус прижался поцелуем к ее шее.

— Я возьму тебя грубо. Сейчас я не смогу быть нежным. Ты нужна мне.

— Да, — Элл толкнулась ему навстречу.

Он выскользнул из нее и ворвался обратно.

— Я хочу, чтобы ты вспоминала обо мне еще долго после того, как я уйду, — еще один рывок.

— Маркус!

Он нашел быстрый ритм, ощущения от которого связывали низ позвоночника узлом.

— Сидя на своем кресле в диспетчерской, ты будешь воспаленной и по-прежнему чувствовать меня.

— Да!

Нажав ладонью Элл на низ спины, Маркус удерживал ее под своими неустанными толчками. Она хрипло стонала и двигалась ему навстречу.

Затем Элл вскрикнула и начала кончать. Ее тело сжимало член, внутренние мышцы напрягались, и Маркус застонал. Несколько секунд спустя он освободился в долгом сильном порыве и запрокинул голову от ощущений, с ревом проносящихся по венам.

Элл обмякла и рухнула на постель, а темные волосы разметались. Перевернув ее, Маркус склонился и увидел, что у нее закрыты глаза. Она крепко спала.

Улыбнувшись, он лег рядом и притянул Элл к себе. Черт возьми, было так хорошо чувствовать ее в своих руках. Идеально. Маркус подумал о приснившемся ей кошмаре и случившемся после…он сделает своей личной миссией гарантировать Элл крепкий сон каждую ночь.

Но когда Маркус посмотрел в потолок, его улыбка исчезла. Ему нужно помнить, что Элл все еще ищет себя и свою уверенность в новом изменившемся мире.

Однажды она проснется и задастся вопросом, как вообще могла позволить грубому изуродованному вояке прикасаться к ней.

Но этот день не сегодня. На данный момент Элл принадлежала Маркусу, и он собирался наслаждаться ею так много, как только сможет.

Элл так долго смотрела на экран, что у нее заболела голова. Множество светящихся символов языка хищников словно издевались над ней, отказываясь раскрывать свое значение. Элл ударила ладонью по столу и продолжила смотреть на те же самые знаки в различных комбинациях, не имеющих никакого смысла.

Потерев виски, она поерзала ягодицами на стуле и почувствовала небольшую непривычную боль в некоторых соседних местах. Это заставило Элл улыбнуться и тут же подумать о Маркусе. Даже при том, что он большую часть ночи держал ее очень занятой, она спала так хорошо, как не спала с самого начала вторжения. Когда Маркус сжимал Элл в крепких объятиях, она чувствовала себя под защитой и в безопасности.

Снова посмотрев на экран, Элл сосредоточилась на том, что уже изучила. Инопланетяне называли себя гайззайда.

И они не впервые вторглись на планету, свергли правительство и взяли все, чего хотели.

Если перевод точен, они прибыли из системы Альфард, части созвездия Гидры. Совершенно уместно, ведь Гидра — змея. Даже исследования Альфард — гигантской оранжевой звезды — давали странную отсылку к пришельцам, да и арабы называли ее хребтом змеи. Китайцы дали ей имя «красная птица», а один известный астроном именовал «змеиным сердцем». Элл постучала по клавиатуре и отправила генералу Холмсу новый отчет.

Все это было очень интересно, но никак не помогало найти пост связи. Элл взяла чашку кофе, которую принес Ноа, прежде чем ушел…куда-то.

Она сделала глоток и чуть его не выплюнула — кофе был холодным, как лед.

— Тьфу, — Элл отодвинула чашку и снова уставилась на экран.

Она обратилась к заметкам на планшете. Ей удалось перевести несколько слов, но на этом все закончилось.

Делая наброски на экране, Элл попробовала несколько словосочетаний, но они не имели никакого смысла. Со вздохом она потерла глаза, перед которыми все расплывалось. Крайне необходимо найти координаты поста связи. Элл расправила плечи и вновь посмотрела на экран.

Внезапно он отключился, и она подвинулась на край стула.

— Какого черта?

— Время сделать перерыв, — тут появился Маркус, держа в руках отсоединенный кабель.

— Маркус, ты не можешь этого сделать! Я уже почти все решила, но у меня еще целый столбец слов, нуждающихся в расшифровке. Такое ощущение, что каждый раз, как я подбираюсь к смыслу, они меняются.

— Нет. Перерыв.

Элл поднялась на ноги и встала перед Маркусом.

— И это говорит человек, который, насколько я знаю, тратит все свободное время на мониторинги с дрона, оценку стратегии хищников и планирование миссий. Мы должны найти пост…

— Сведя себя в могилу, ты ничего не найдешь. Ты провела здесь восемь часов подряд и работала даже во время обеденного перерыва.

— Восемь часов? — «Ого». Куда ушло все это время?

— Еда. Отдых. Развлечения, — Маркус говорил тем же тоном, что и со своей командой.

— Я — не один из твоих солдат, — ощетинилась Элл.

— Нет, я — мужчина, чей член был в тебе прошлой ночью. Мужчина, который о тебе заботится и хочет на какое-то время снова заполучить в свои руки.

Из легких Элл вышел весь воздух, а сердце переполнилось светом и теплом.

— Что ты имеешь в виду?

— Пикник на закате.

Пока Маркус тащил ее из лаборатории, она пыталась осознать его слова. Пикник и грубый Маркус Стил не сочетались. Вообще никак. Даже в самых смелых фантазиях Элл.

Маркус провел ее по нескольким тоннелям в редко используемую секцию базы, где большинство комнат служили хранилищем продовольствия. В конце концов, он остановился у лестницы на поверхность.

— Поднимайся, — схватив Элл за талию, Маркус поднял ее на вторую ступеньку.

Подъем не был долгим, а наверху оказался круглый металлический люк. Маркус поднимался следом и, одной рукой подтолкнув дверцу вверх, открыл ее. Она распахнулась с металлическим скрипом.

Элл вышла на плоскую крышу, напоминавшую обрамленную деревьями скалу. Покрутившись на маленьком кругу, Элл осмотрелась, и ее внимание привлекли блестящие зеленые деревья. Но стоило присмотреться, как она поняла, что на самом деле эти «деревья» — замаскированные источники солнечной энергии. Каждый листок представлял собой крошечный фотоэлемент, используемый базой для производства электричества.

Затем Элл заметила на крыше обустроенный уголок.

Там было расстелено темно-синее покрывало для пикника, а на нем стояла плетеная корзинка. Туда Маркус и повел Элл, пока она от изумления не могла закрыть рот.

— Где ты достал корзинку для пикника?

— Не могу же я раскрыть все свои секреты, — немного улыбнулся Маркус. Как только они уселись, он налил в бокалы нечто оранжевое и шипучее. — Нам нужно быть в боеготовности, поэтому никакого алкоголя.

Элл отпила терпкого газированного сока.

— Все чудесно.

Маркус потянулся к корзинке.

— У меня припасено немного хлеба, сыра, и я выторговал у Хэмиша из его гидропонных садов клубнику, — он покачал головой. — Этот старик воюет за каждую ягодку и листик. О, еще немного ветчины и оливок, — Элл была в состоянии лишь округлившимися глазами рассматривать разложенный на одеяле банкет. Маркус поерзал и, согнув ногу, оперся на нее предплечьем. — Знаю, здесь нет ничего особенного, и это не то, к чему ты привыкла…

Потянувшись, Элл схватила его за руку.

— Все идеально. Никто никогда не приглашал меня на пикник, ни до нашествия хищников, ни после.

Маркус прижал к ее губам кусочек сыра.

— Надеюсь, что так. Иначе мне бы пришлось его избить.

— Ты бы победил, — улыбнулась она.

Они ели и смотрели на небо, где солнце окрасило горизонт в ярко-оранжевый цвет со всполохами розового.

— Как красиво, — сказала Элл. — Забавно, если учесть, что в мире больше нет красоты.

— Красота все еще есть. Просто надо упорней всматриваться.

Повернувшись, Элл обнаружила, что Маркус смотрит на нее. Боже, этот мужчина идеален.

— Раньше меня волновала лишь красота. Я хотела все новинки модных дизайнеров, прекрасную стрижку… — подняв руки, она посмотрела на коротко обстриженные ногти, — …и не дай бог, у меня бы не было идеальных ногтей. Я делала маникюр в салоне каждую неделю. Меня определяло то, что я видела в зеркале, в чем выходила в свет, с какими людьми была замечена, — Элл покачала головой. — Ты бы даже не посмотрел на меня. Я была такой убогой.

— Эй, — Маркус приподнял ей голову за подбородок. — Возможно, когда-то ты и была такой, но сейчас другая. Я вижу перед собой сильную уверенную женщину, умную и полную решимости приложить все силы, чтобы внести свой вклад. Мы не можем изменить прошлое и, откровенно говоря, не должны хотеть. Оно привело тебя в эту точку и сделало такой, какая ты сейчас, — Маркус взял ее за другую руку и сжал ладонь, а потом большим пальцем погладил Элл по нижней губе. — Мы можем по-прежнему сожалеть, но нужно учиться на своих ошибках и двигаться вперед.

Отпустив ее, он взял ягоду клубники. Элл откусила кусочек и насладилась вкусом, но ей показалось, что в голосе Маркуса что-то скрыто.

— А ты о чем-нибудь сожалеешь?

Он принялся разглядывать свой бокал.

— Да. О многом, — Маркус вздохнул. — Перед вторжением я возглавлял команду морской разведки Объединенной Коалиции.

Элл слышала о спецназе. «Отряд особого назначения».

— Спецназ.

— Да. Мы специализировались на глубокой разведке, но также участвовали в наступательных операциях. Проводили много времени на Ближнем Востоке, — Маркус надолго замолчал, и Элл подумала, что он уже не продолжит. Он поглядел на нее, и его глаза потемнели. — Если я расскажу эту историю, ты уже не сможешь смотреть на меня, как прежде.

— Этого никогда не случится, — решительно ответила Элл.

Кивнув, Маркус посмотрел на последние лучи заходящего солнца.

— Нас послали спасти заложников. Группу из женщин, детей и нескольких журналистов с Запада. Я принял звонок с приказом подождать, пока не получат больше информации. На самом деле на той миссии я был зол. Я хотел отправить команду на передовую, где она принесла бы больше пользы и спасла бы как можно больше жизней, — он потер рукой позади шеи. — Мы прибыли слишком поздно. Похитителей мы убили, но заложники были уже мертвы. Женщин изнасиловали, журналистов казнили, а детей…твою мать.

У нее перехватило дыхание.

— Ты не обязан рассказывать.

— Их пытали. Отрезали им части тел, мучили, а потом перерезали горло.

Элл прижала ладонь ко рту. Маркусу приходилось жить с ужасными вещами, а когда хищники превратили Землю в их личное поле боя, кошмарных воспоминаний стало еще больше.

— Не ты убил тех людей, а враг.

— Да, но я их и не спас. Каждый день я просыпаюсь и думаю, как добиться большего успеха, чем прежде.

Элл пододвинулась к нему.

— Ты не можешь все время быть супергероем.

Маркус притянул ее к своему боку.

— Мой отец так не считал. Морской пехотинец должен быть сильнее, быстрее, умнее.

— Что с ним случилось?

— Полагаю, его убили во время первой волны. Я был здесь на задании, а он вернулся домой в Калифорнию. Несколько лет назад он вышел на пенсию. Я пытался связаться с ним по нескольким каналам, но ты же знаешь, как это бывает, — Элл знала. «Блю Маунтин» вступала в контакт с несколькими анклавами человечества в Северной Америке, Азии и Европе, но передачи были нечеткими и часто блокировались технологией хищников. — Я надеялся, что он добрался до базы «Грум Лэйк» в Неваде…он же крепкий старый хрыч. Но когда мне удалось связаться с базой, там никто его не видел и не слышал о нем.

— Мне жаль, — Элл уткнулась лицом ему в плечо. — Вы были близки?

Маркус пожал плечами.

— Отец был морским пехотинцем до мозга костей, жестким, как старая кожа, и ждал, что я буду таким же. Он не был моим биологическим отцом, но единственным, которого я знал. Моя мать забеременела совсем молодой, и семья ее выгнала. Она до самого моего рождения работала официанткой в кафе, где каждый день ел отец. В конечном счете, он забрал маму к себе, заботился и о ней, и влюбился. Не знаю, любила ли она его, но они выглядели счастливыми, — кажется, стремление защищать тех, кто слабее, Маркус унаследовал от отца. — Мама умерла, когда я был маленьким, и в итоге у меня остался только отец. Он делал все, что было в его силах. Он был чертовски горд, когда меня взяли в разведывательную группу.

Воцарилась недолгая тишина, и Элл играла с кромкой рубашки Маркуса.

— Тебе повезло, что он у тебя был. Что бы я ни делала, родители мной не гордились. Спустя какое-то время я оставила эти попытки и стала тем, кем они меня считали.

— Малыш, — рука на ней напряглась.

Элл окунулась в его силу.

— Все в порядке. Отец меня не замечал. Я была не человеком, а просто милым предметом меблировки. Мама по-своему меня любила…но если я в чем-либо преуспевала, то видела во мне угрозу или конкурентку. Через некоторое время я стала идеальной клубной девушкой, — она покачала головой. — Как убого.

— Ты больше не та девочка.

— Я была помолвлена, — Маркус напрягся, и Элл поспешила продолжить: — В некотором смысле. Все это было не совсем официально. Нам просто нравилось появляться вместе на публике, как идеальная красивая пара. Он был золотым сыночком богатых родителей и на вечеринках популярнее меня, — она вздохнула. — Аарон тоже меня не замечал.

— Ты достойна большего, чем они тебе дали.

— Возможно, но мои родители не заслужили такой смерти, — у нее сбилось дыхание. — Быть разорванными хищниками.

Маркус сомкнул объятия.

— Все, что мы можем сделать — идти дальше. Строить наше будущее.

Подавшись вперед, Элл прикусила его губу.

— Звучит неплохо.

— Эй, так вот где вы двое спрятались, — растягивая слова, сказал Шоу, отчего Маркус с Элл отстранились друг от друга, и она заметила, как Маркус нахмурился.

Осмотревшись, Элл увидела Шоу, Круза и Клодию устраивающимися рядом с ними на покрывале.

— Ой, клубничка, — Клодия схватила ягоду и откусила кусочек. — Старик Хэмиш редко позволяет кому-нибудь есть этих красавиц.

— Что вы, ребята, здесь делаете? — тон Маркуса никого не заставил чувствовать себя неловко за столь беспардонное вмешательство.

Круз подмигнул Элл.

— Ищем еду. Я надеялся на тамале, ведь несмотря на все старания повара, у него не получается приготовить, как у моего папы. И я хотел узнать, как ты, amigo. Убедиться, что Элл здесь счастлива.

— И не нуждается в спасении, — добавил Шоу с полным ртом сыра. — Ты не славишься очарованием по части дам.

Элл улыбнулась им. Хорошо это или плохо, но Отряд Ада был семьей.

— Конечно, она счастлива.

— Мы видим, — Клодия улыбнулась Элл. — Аж светится.

Элл моргнула. Клодия…улыбнулась. Это не было тем, что Элл часто видела.

— Где Гейб и Зик?

— Избивают друг друга в спортзале, — сказал Шоу. — У них не хватило денег, чтобы заплатить мне за бой с Гейбом. Этот мужик страшен. Как же я рад, что он в нашей команде.

— Элл, как успехи с переводом? — спросил Круз.

Элл шумно выдохнула.

— Медленно. Я что-то упускаю, но не знаю, что именно.

— Не просто трудности с языком? — спросил Маркус.

— Думаю, нет. Словосочетания странные. Я подумываю, уж не шифр ли это.

Он помассировал ей шею.

— Ты разгадаешь. Мы знали, что хищники не упростят нам задачу.

— Теперь я знаю, как они себя называют. Гайззайда.

— Гадость, — сморщил нос Шоу. — Как и они сами.

Внезапно тишину вечера разорвал громкий взрыв. Земля задрожала, и в ночном небе над городом поднялось огромное черное облако в форме гриба.

— Дьявол. Это было близко, — Маркус вскочил на ноги, и другие последовали его примеру.

— Очень близко, — добавил Круз.

— Маркус, смотри, — Элл указала на север.

В небе пылали красные огни, и они быстро приближались. Суда хищников.

— Птеросы. Уходим, — Маркус потянул ее за собой.

Быстро забежав обратно в укрытие, все спустились по лестнице и поспешили к основной части базы.

Они столкнулись с Зиком и Гейбом.

— Вот вы где, — лицо Зика было мрачным.

— Что нам известно? — потребовал Маркус.

Они пошли нога в ногу к посадочным площадкам, и Элл, чтобы поспевать за ними, пришлось перейти на бег.

— Сюда направляется группа выживших. Хищники заманили их в ловушку. Холмс хочет отправить туда Отряд Ада и девятый отряд.

— Хорошо. Экипируемся. Встречаемся в «Хоуке», — Маркус повернулся к Элл.

— Я пойду в диспетчерскую. Будь осторожен, — страх захлестнул ее и пополз вниз к животу.

Маркус дернул Элл на себя так, что ее ноги оторвались от пола. Поцелуй был жестким, глубоким и слишком коротким.

— Увидимся, когда мы вернемся.

Она смотрела Маркусу вслед, и ее сердце забилось в три раза быстрее. Видеть, как он отправляется в пекло, было так чертовски тяжело. Сделав глубокий вдох, Элл помчалась к диспетчерской.

Вскоре она уже сидела в наушниках на своем стуле, а рядом с ней устроилась Арден — связной девятого отряда — и разговаривала по системе связи.

Элл сосредоточилась на мониторе, проецирующем прямую трансляцию с дронов. К боевой зоне летели два «Хоука».

— Маркус, через минуту будете на месте.

— Принято, — заполнил ее ухо скрипучий голос.

Увеличив масштаб изображения, Элл увидела, как хищники режут людей. У нее скрутило живот, но она заставила себя говорить, не выдавая ужаса. Элл переключилась на другой вид проекции, отображающий хищников как красные точки, а гражданские лица — зеленые.

— Слишком жарко для «Хоука», чтобы приземлиться. Предлагаю вам спуститься по веревке.

— Понял. Есть признаки птеросов?

— На экране нет. Буду держать ухо востро. Будь осторожен.

На линию ворвался голос Шоу.

— Элли, девочка, а что насчет остальных? Или теперь ты печешься только об образине Маркуса?

— Шоу, свали с линии, — рыкнул Маркус, и Элл едва сдержала улыбку.

— Спасите тех, кто выжил, а затем ВСЕ возвращайтесь домой, — на линии раздался звук поцелуя Шоу, и Элл слышала, как Маркус снова рыкнул. Зик рассмеялся.

«Хоук» долетел до места взрыва. По всему экрану мелькали красные точки и Элл, коснувшись монитора, сняла показания.

— На земле тридцать хищников.

На линии слышались реплики членов команды, спускающихся по веревке.

— Охренеть, — выдохнул Зик. — Элл, хищники повсюду.

— Они забирают тех, кто остался, — голос Маркуса был мрачен. — Выступаем.

Стиснув край стола, Элл слушала, как Отряд Ада и девятый отряд вступили в бой. Раздавались крики, оружейные очереди, рычание и вопли хищников. Также были слышны всхлипы и визги.

Элл закрыла глаза и попыталась найти в себе хотя бы каплю внутреннего спокойствия. С Маркусом все будет в порядке. Он и его команда — лучшие и всегда возвращаются домой.

— Ведите выживших к точке эвакуации, — кричал Маркус. — Элл, срочно нужен «Хоук». У нас гражданские с тяжелыми травмами.

— Это хренова резня, — голос Круза звучал прерывисто. — Хищники пытали этих людей.

«О, нет». Элл коснулась экрана.

— Неподалеку кружит первый «Хоук». Он будет на земле через три минуты.

— Берегись! — прорвался на линию голос Гейба.

— Дьявол, — рявкнул Маркус.

Еще больше лазерного огня. Элл увидела, как из скрытого месторасположения полились красные точки. «Нет. Откуда они взялись?». Она услышала характерный звук взорвавшейся гранаты.

— Маркус! Еще тридцать хищников…

— Черт! Мы их видим.

Ей хотелось кричать его имя, убедиться, что он в порядке, но Элл лишь прикусила губу и тут же почувствовала во рту вкус крови.

— Я ранен! — раздался голос Зика.

— Иду! — крикнул Гейб.

— Прикройте их огнем, — взревел Маркус. — Клодия, уводи последнего выжившего!

Элл активировала связь с «Хоуком».

— Финн, сейчас же приземляйся! Горячая эвакуация.

— Уже, Элл, — проник на линию спокойный негромкий голос пилота. — Мы их видим. Второй «Хоук» прямо за мной.

Она начала стучать ногой по полу и слушала, как Арден отдает экстренные команды Роту и его отряду.

На линию ворвался мужской крик, и Элл дернулась. С экрана исчезла синяя точка. Сердце Элл остановилось. «Нет». Кто-то из Отряда Ада…мертв.

— Маркус? — она вцепилась в наушник с такой силой, что он порезал руку. — Маркус, ты меня слышишь? — единственным ответом был звук лазерного огня и нечеловеческий крик, который, Элл знала наверняка, вырвался из человеческого горла. — Маркус?

«Пожалуйста, пожалуйста, ответь мне».

От того, как сильно Маркус сжал челюсти, ему показалось, что они сейчас сломаются от напряжения. Когда открылась дверь «Хоука», он приказал молчаливой мрачной команде помочь рыдающим гражданским лицам спуститься на землю.

Только Гейб остался сидеть возле тела Зика.

— Гейб, пора идти.

— Я убью каждого хищника на этой трахнутой планете, — руки Гейба сжались в кулаки.

— И я тебе в этом помогу. Теперь давай отнесем Зика к доку. Ты же знаешь, она все сделает как надо.

Гейб резко кивнул, и на секунду Маркус увидел его серые глаза. Они были похожи на бурлящие грозовые тучи перед надвигающимся штормом. Гейб всегда был напряжен, но сейчас в его взгляде ожило нечто пугающее.

Поднимая тело Зика, Маркус не позволял себе думать или чувствовать. Пока что. Возле «Хоука» ждала док Эмерсон, а у нее за спиной парили ионо-носилки. Рядом с ней, сцепив перед собой руки, с искаженным от горя лицом стояла Элл.

Маркуса захлестнули противоречивые эмоции, но сильнее всех была вина. Он наслаждался Элл и отвлекся. Теперь же за это поплатился один из его команды, а у остальных остались кровоточащие раны.

Пока штат дока Эмерсон проверял рыдающих выживших, Маркус посмотрел на маленького мальчика, сидящего на стуле и покрытого кровью. У него были отрезаны уши.

На секунду Маркус вернулся в прошлое к другим детям, оставшимся умирать в лужицах собственной крови. Это был еще один раз, когда он беспокоился о своих чертовых желаниях и не делал, что должен. Не был на шаг впереди плохих парней.

Маркус положил тело Зика на носилки.

— Маркус, мне так жаль, — сказала Эмерсон, но взгляд ее был прикован к Гейбу, стоящему позади Маркуса с другой стороны носилок, словно молчаливый страж.

— Позаботься о нем, — вырвал он из себя.

— Позабочусь, — казалось, доктор хочет потянуться к горюющему мужчине, но через секунду просто кивнула. — И мы сделаем все возможное, чтобы помочь выжившим.

Маркус скрипнул зубами.

— Они некоторое время провели с хищниками. Их пытали.

— Как я сказала, мы сделаем все возможное. Но чтобы залечить душевные раны, потребуется время. Вы спасли их, и это самое главное.

Но какой ценой? Раны многих были ужасающими, и Маркус как никто другой знал, что эмоциональные шрамы не исчезнут никогда.

А сейчас Зик мертв.

— Маркус, — голос Элл был бальзамом, но при этом обострил чувство вины. Маркус хотел притянуть ее к себе и спрятать лицо у нее в волосах. Просто прижаться к Элл и на секунду забыться.

Но когда он посмотрел на удаляющиеся носилки с остывающим телом хорошего человека и на идущего рядом сломленного брата, то не мог позволить себе коснуться Элл.

Зик больше никогда не засмеется, не будет препираться с Гейбом, никогда не обнимет женщину. Вместо этого Маркус достал черный кристалл.

— Хищники оставили нам его на месте нападения. Нужно узнать, что на нем. Прямо сейчас.

— Хорошо, — кивнула Элл и взяла кристалл, а второй рукой потянулась к Маркусу, но он отодвинулся.

— Я должен проверить Зика…и Гейба. Скоро приду в лабораторию, — он покинул ангар, заставляя себя не оглядываться.

У него ушел час на то, чтобы увести Гейба от тела брата. Эмерсон прекрасно позаботилась о Зике, но видеть некогда живого беспощадного воина без брони, мертвого и белого, лежащим на койке в больнице…это вызвало в Маркусе болезненную смесь отчаяния и ярости.

Он обязан найти этот пост связи и отправить чертовых хищников в ад. Ему нужно было оставаться сосредоточенным на миссиях, а не на организации пикников и целовании сладких полных губ.

Маркус ворвался в компьютерную лабораторию.

Элл, сидя сутулившейся над клавиатурой, вскинула голову. Экран перед нею заполняли символы хищников, и она держала над планшетом стилус.

От выражения боли на лице Элл у Маркуса скрутило живот.

— Что?

— Маркус, я не думаю…

— Говори, что нашла, Элл.

Отведя взгляд, она вздохнула.

— На кристалле оставили сообщение.

Подойдя ближе, Маркус посмотрел ей через плечо. Элл прикрывала экран ладонью, но все же неохотно убрала руку.

«Они умерли в качестве расплаты за ваши непрекращающиеся бесполезные нападения на нас. Их кровь на ваших руках. Чем больше вы сопротивляетесь, тем больше мы будем мстить. Умрет еще больше людей».

Маркус дышал через нос, пытаясь сдержать бушующую злость.

Ему хотелось броситься вниз к клеткам и голыми руками разорвать пленного хищника.

Вместо этого он остановился и ударил кулаком по столу. Стол тряхнуло, а монитор на нем пошатнулся.

Элл, кусая нижнюю губу, наблюдала за Маркусом.

— Маркус, это не твоя вина.

— Я думал не о том. Я слишком отвлекся на… — у него хватило здравого смысла не заканчивать предложение, но он видел, как Элл вздрогнула. Маркус знал, что нужно сказать что-нибудь и улучшить ситуацию. Он понимал, что ведет себя, как урод, но в данный момент не мог быть кем-то другим. — Найди пост связи.

— Я не остановлюсь, пока не найду, — кивнула Элл.

Маркусу хотелось сказать или сделать многое другое, но все, что он видел перед глазами — мертвое лицо Зика и покрытого кровью маленького мальчика.

— Мне…нужно идти.

Элл сжала губы в тонкую линию.

— Хорошо. Я вернусь к работе, — Маркус развернулся, чтобы уйти. — Маркус? — он остановился, но не оглядывался, слишком боясь рухнуть к ногам Элл, притянуть ее в свои объятия и никогда не отпускать. — Ты не один, — спокойно сказала она. — Помни об этом.

Хлопнув дверью лаборатории, Маркус ни разу в жизни не чувствовал себя более одиноким.

Элл проснулась в темноте и поначалу ничего не могла понять. Неужели снова заснула у компьютера?

Тогда она почувствовала обнимающее ее большое твердое тело, и услышала тихие звуки дыхания. «Маркус».

Элл расслабилась возле него. Он был таким теплым.

Боже, последние два дня стали кошмаром. То, как Маркус ушел и закрылся. У нее немного кольнуло сердце. Повернувшись на бок, Элл едва смогла разглядеть в тусклом освещении мужское лицо.

Даже во сне Маркус не выглядел расслабленным или смягченным. Он выглядел твердым и жестоким, а шрам делал его немного пугающим.

Но не для Элл. Ни капельки. То, как Маркус заботился о ней этим вечером… Она задрожала. Ей хотелось большего. Намного-намного большего.

Он был для Элл якорем. Святилищем. Основой в шторме.

«Основа». У нее в голове словно щелкнул переключатель. Она моргнула. Боже, вот оно!

Элл выскользнула из постели. Ей нужны были планшет и символы с карты хищников, но, черт возьми, все ее вещи лежали в лаборатории. И она была голая, поэтому, подняв с пола футболку Маркуса, надела ее.

Его одежда была просто огромной, свисала почти до колен, и пахла своим владельцем. Элл замерла на мгновение и, поднеся ткань к носу, вдохнула.

Тогда она глянула на стол и, заметив планшет Маркуса, одолжила его. Элл чувствовала себя немного виноватой, но за пару минут взломала пароль — Ноа научил ее нескольким хорошим уловкам.

Свернувшись в кресле, она обмерла. На заставке планшета красовалась ее фотография. Репортерский снимок улыбающейся Элл, но она бы никогда не подумала, что Маркус выберет именно его.

— О, Маркус, — вздохнула Элл.

Встряхнувшись, она по сети связалась со своим каталогом и загрузила карту хищников. Ответ должен быть совсем рядом! Выведя на экран свои заметки, Элл стерла некоторые из них и, бормоча себе под нос, добавила другие.

— Элл.

Низкий голос Маркуса заставил ее вскинуть голову. Остановившись в шаге от Элл, он наблюдал за ней, и от нахлынувшего дикого желания у нее из головы вылетели все мысли. Маркус стоял полностью обнаженным, и было видно каждый мускулистый дюйм его тела.

— Что ты делаешь? — подойдя ближе, он положил руку Элл на плечо и размял ей сустав.

Она моргнула.

— Что делаю?

— Да, ты сидишь здесь в темноте и бормочешь себе под нос, а должна спать. С этого момента, если тебе снится кошмар или не спится, ты будишь меня. Я прослежу за тем, чтобы у тебя получилось поспать.

Стоило Элл представить себе в подробностях, что именно Маркус для этого сделает, как у нее запылали щеки.

— Мне не снились кошмары, — оказалось, его рук достаточно, чтобы отогнать страшные сны. — Я думаю, что разгадала карту хищников!

— Возвращайся в кровать. Тебе нужно больше отдыхать.

Она мельком глянула на планшет.

— Я думаю… подожди-ка, это же последний фрагмент, — усмехнувшись, Элл постучала по экрану. Она оказалась права! Теперь стало понятно, почему получалось определить лишь примерную область, а не точные координаты. — Шифрование модуляции.

— Что?

— Хищники используют скрытое шифрование модуляции. Карта меняется, и все объекты на ней смешиваются. Маркус, пост где-то в старом аэропорте. Чтобы завершить расшифровку, нужно оказаться близко, в пределах определенного радиуса, и тогда станет видно точное месторасположение. Но теперь мы знаем, куда идти и как найти его.

— Вот видишь, чтобы решить задачу, тебе просто нужно было отдохнуть и поспать, — улыбнулся Маркус.

Элл почувствовала, что краснеет.

— Мне просто нужен был ты.

Опустившись на колени, он устроился у нее между ног.

— Ты хочешь, чтобы я еще раз извинился?

Она покачала головой.

— Знаю, смерть Зика стала страшным ударом…

— Да. Но это не давало мне никакого права делать тебе больно, — Маркус теребил кромку ее…его футболки, касаясь пальцами кожи и заставляя Элл дрожать.

— У нас все хорошо, — пробормотала она. — Просто больше так не делай.

— Тебе идет эта футболка, — он приподнял ткань на дюйм.

— Маркус, — Элл схватила его за руку. — Мы можем найти пост связи.

Он кивнул.

— Я и не сомневался, что ты решишь эту задачу.

Такая простая искренняя уверенность заставила Элл светиться, но тогда она поняла все последствия шифрования модуляции. У нее скрутило живот. О, Боже, Маркус не обрадуется.

Элл повозилась с планшетом. Лучше уж сразу все прояснить и скорее с этим покончить.

— Маркус, я — единственная, кто сможет прочитать заключительное шифрование, а для этого мне нужно быть рядом с постом, — сглотнув, она подняла взгляд. — Чтобы уничтожить его, я должна быть на миссии.

Он замер.

— Нет.

Элл положила руку поверх лежащей у нее на бедре ладони Маркуса.

— Мне придется. Иного выхода нет.

Не обращая внимания на свою наготу, он вскочил на ноги.

— Я сказал, больше никаких миссий. После того, как в последний раз все было так хреново…

Поднявшись, Элл подошла к Маркусу и положила ладонь ему на спину, где мышцы напряглись так сильно, что, казалось, вот-вот затрещат.

— Все это лишь делает поиск и уничтожение поста еще более важным. Сейчас мы обязаны сделать это для Зика.

Он сжал кулаки.

— Проклятье!

— Со мной будешь ты, — встав перед ним, Элл обхватила ладонями его кулаки. — И нас прикроет Отряд Ада. Мы справимся, Маркус. Войти и выйти.

Он склонял голову, пока не прижался лбом ко лбу Элл.

— Ты не пострадаешь. Ни один волосок не упадет с твоей головы.

Она сглотнула.

— Ладно.

— Ни один волосок, Элл. Я имею в виду именно это. Иначе я все же тебя отшлепаю.

Она чувствовала, как у нее расслабляются плечи. Маркус позволит ей пойти. Из голоса Элл исчезла вся напряженность.

— Слова, слова.

Он схватился за ворот футболки.

— А теперь я хочу забрать ее обратно, — движением запястья Маркус разорвал футболку пополам, заставив Элл ахнуть.

— Ты должен прекратить это делать.

Когда он подхватил ее на руки и уложил на кровать, то все, что она могла делать — держаться крепче и наслаждаться поездкой.

Светя фонариком, Маркус планомерно осматривал платформу.

Элл начало казаться, что она, скорее всего, перенервничала и ей просто померещилось. Пока не увидела их.

Несколько человек стояли рядом с тем, что, возможно, было торговым автоматом. Элл ахнула. «Дети». Возрастом они были в лучшем случае пятнадцати лет.

— Эй, мы пришли не для того, чтобы вас обидеть, — позвал Маркус. — Вы можете выйти.

Подростки не двигались, и Элл покачала головой.

— Маркус, ты слишком пугающий, — она спрыгнула вниз на рельсы.

— Элл! — но было слишком поздно. Она уже взобралась на другую платформу, и Маркус у нее за спиной проскрипел: — Стойте здесь, Отряд А…шестой отряд.

— Потому что мы слишком страшные? — в голосе Шоу слышалось веселье.

Когда Маркус зарычал, Элл скрыла улыбку, а секунду спустя он уже гибким прыжком подскочил к ней.

Она медленно приблизилась к мальчику и девочке.

— Как долго вы здесь?

Мальчик крепко обнимал девочку, и оба были болезненно худыми.

— Не знаю наверняка. Мы потерялись во времени. Думаю, несколько месяцев, — он осторожно перевел взгляд с Элл на Маркуса. — А кто вы, парни?

— Мы из «Блю Маунтин», — сказал Маркус.

Девочка смотрела на него широко распахнутыми глазами и все сильнее жалась к мальчику.

— Я — Элл Милтон, — Элл протянула руку. — А это — Маркус Стил.

Мальчик колебался в течение секунды.

— Я — Лео, а это…

— Клэр, — прошептала девочка.

— Приятно познакомиться. Вы слышали о «Блю Маунтин»? — они покачали головами. — Это база к западу от города. Там полно выживших. У нас есть одежда, еда, медицинская помощь, книги и даже школа. А эти суровые парни… — Элл посмотрела на Маркуса, а затем на остальной отряд, — …нас защищают. Они выходят и сражаются с инопланетянами.

Глаза Лео стали настолько большими, что чуть ли не закрыли все остальные черты.

— Вы с ними сражаетесь?

— Да, — мрачно подтвердил Маркус.

Клэр отодвинулась от Лео и схватила Элл за руку.

— У вас есть еда? И книги?

Элл скрыла улыбку. Эта девочка в первую очередь спросила о книгах, а не о медицинской помощи.

— Да. И у вас может быть и то, и другое.

— Правда? — губы Клэр задрожали.

— Правда. Но мне нужно, чтобы вы побыли храбрыми еще чуть-чуть, — ей очень не хотелось говорить это: — Сначала нам нужно завершить миссию. После мы вернемся и заберем вас.

Глаза Лео поблекли.

— Конечно же. Разумеется.

Элл схватила за руку и его.

— Заберем. На поверхности стоят наши автомобили. Так мы спасемся после того, как взорвем пост связи хищников.

Обдумав ее слова, Лео кивнул.

— Ладно. Но вам нужно знать, что там… — он кивнул в сторону тоннелей, — очень много инопланетян. Полчища. Когда я прокрался туда, то видел их, — Лео задрожал, — и слышал.

— Спасибо, но мы знаем, — Элл снова сжала его руку. — Наша миссия очень важна. Однако мы вернемся. Здесь моя команда, и ее называют Отряд Ада. Не существует команды сильнее, и никто не уничтожает хищников лучше этих парней.

Лео снова притянул к себе Клэр.

— Удачи. Мы будем здесь.

— Не высовывайтесь, — сказала Элл. — Мы придем за вами. Клянусь.

Маркус ошеломленно наблюдал за ней. Когда они присоединились к остальной команде, он указательным пальцем приподнял Элл голову за подбородок.

— Ты так легко нашла с ними общий язык.

— Они уставшие, голодные и испуганные. Я помню, каково это. Им просто нужны были честность и сострадание.

— Мы вернемся за ними, — пообещал Маркус, и Элл знала, что он всегда держит слово. — Хорошо, Отряд Ада, — Маркус следил за своей командой. — Как насчет прогуляться по тоннелям, полным хищников?

— О, да, — ответил Шоу.

— Я готов, — сказал Гейб.

— Пойдемте уже, — добавила Клодия, поднимая винтовку.

Круз кивнул, и Элл со вздохом тоже кивнула.

— Давайте устроим фейерверк, — Маркус снова прыгнул на рельсы.

Когда их поглотила темнота тоннеля, команда опустила на правые глаза линзы ночного видения, и Элл острее ощутила давление окружающей черноты.

Она сжала термо-пистолет и попыталась расслабиться. Линза ночного видения казалась чужеродным предметом, а зеленое свечение делало все жутким. И по-прежнему было слишком много теней, чтобы чувствовать себя комфортно.

Элл казалось, словно туннель вокруг нее смыкается.

«Приспосабливайся, Элл». Она вскинула голову и продолжила двигаться. Они на миссии, и Элл должна привести команду к месту назначения.

Схватив ее за руку, Маркус показал ей пальцами «о’кей», и она кивнула. Его присутствие успокаивало разыгравшиеся нервы. Элл сверилась с картой на запястье и повела всех вглубь тоннеля.

Ее шаги издавали тихие шаркающие шумы, но остальные члены отряда двигалась подобно призракам, и она им завидовала. Впереди, осматриваясь по сторонам, крались с винтовками наготове Круз и Клодия. Маркус с Элл шли в центре, а замыкали шествие Гейб и Шоу.

Уже скоро отряд должен был оказаться в нужном диапазоне, после чего произойдет заключительный этап дешифровки, и Элл сможет точно определить координаты поста связи. Она посмотрела на рюкзак за спиной Маркуса. Казалось странным, что настолько маленькая штука сможет принести такие разрушения.

Справа от Элл что-то блеснуло, и она, замедлившись, повернулась.

Ничего. Элл тряхнула головой и продолжила идти. Еще одно движение. Глубоко в тени. Возможно, другие выжившие? Она присмотрелась внимательней, но видела лишь темноту.

«Классно». Теперь ей уже мерещится.

— Что там? — пробормотал в наушнике Маркус.

— Ничего, — ответил Круз.

— Тише, чем холостяк в магазине для новобрачных, — фыркнул Шоу.

Они двинулись дальше, но минуту спустя Элл вновь увидела, как в тени что-то пошевелилось.

Прямо возле земли. Слишком маленькое, чтобы быть хищником, так ведь?

Она остановилась и продолжила всматриваться.

— Элл?

— Там что-то шевелится, — она кивнула в ту сторону.

Как хорошо отлаженный механизм команда нацелила винтовки.

— Я ничего не вижу, — сказал Круз.

Элл прикусила губу. Возможно, все же просто привиделось.

Однако Клодия была настроена воинственно.

— Если Элл сказала, что видела, значит видела.

Маркус смотрел через прицел винтовки.

— Гейб?

Тот подвинулся и покрутил головой.

— Я слышу чье-то дыхание.

Элл моргнула. Человек физически неспособен расслышать настолько тихие звуки. Гейб направился вперед, а его большое тело двигалось, словно пантера на охоте.

Сердце Элл заколотилось, и внезапно в тоннеле послышалось тихое рычание.

Гейб напрягся, но продолжил идти.

«Пожалуйста, будь собакой. Пожалуйста, будь обычной нормальной собакой». Элл прикусила губу.

Из тени с рычанием выскочили три псовые.

Гейб выстрелил, но твари уже набросились на него и повалили на землю.

— Стой, — мимо Элл пронесся Маркус.

Остальные тоже рванулись вперед, и она поняла, что они не могут стрелять, ведь псовые слишком близко к Гейбу. Вырвав из ножен свой гладиус, Маркус вонзил его в ближайшую тварь, а Клодия сделала то же самое со второй.

Третья псовая отпрыгнула от Гейба. Когти ее были красными от крови, и она мчалась к Крузу.

Он отбросил винтовку и, подняв руки, остался стоять на месте. Элл, споткнувшись, шагнула вперед. Какого черта Круз делает?

Псовая набросилась на него. Схватив тварь вокруг шеи, он сделал вращающее движение и твердым поворотом сломал ей шею.

Взвизгнув, мертвое животное упало на землю.

— Черт возьми, — Гейб поднялся на ноги и покачал головой. Его плечо было в крови.

— Насколько плохо? — спросил Маркус.

Схватив свое оружие, Гейб его перепроверил.

— Нормально. Она попала когтем под броню. Кровь скоро остановится.

Клодия выхватила из своей сумки аптечку.

— Держи.

Гейб кивнул в знак благодарности и засунул бинт под доспех. Ушей Элл достиг скребущий звук. Ее сердце запиналось о ребра, но она медленно обернулась.

Широко открыв рот, Элл споткнулась и попятилась к своей команде.

— Маркус, — прошептала она, стараясь говорить тихо.

— Что? — Элл налетела на него и указала. — Что, черт возьми? — пробормотал он. — Отряд Ада, к оружию.

Из глубины тоннеля крались десятки инопланетных…существ. Некоторые ползли по земле, другие же — по крыше и стенам.

Элл подняла пистолет. Рука ее была твердой. По большей части. Твари напоминали псовых, но животы их светились болезненным красным светом, словно внутренности заполнены чем-то жгучим и противным.

— Черт, что это за твари? — спросила Клодия.

— Какие-то мутировавшие псовые, — пробормотал Маркус.

Внезапно существа сбились в стаю и с рычанием ринулись вперед. В тоннеле оглушительными раскатами раздался звук оружейных очередей. Огромная светящаяся псовая приземлилась перед Элл и подбиралась все ближе, а из ее открытой пасти текла слюна.

Элл подняла пистолет, и как только существо сгруппировалось перед прыжком, без промедлений выстрелила.

Она держала палец на спусковом механизме. Когда термо-пули вспороли животному брюхо, брызнула красная жидкость, и мертвое тело упало на Элл. Она рухнула на землю, из легких выбило воздух, а псовая придавила ноги.

Нос Элл заполнил запах чего-то паленого. Пнув собаку, она посмотрела вниз. «О, Боже». Красное липкое вещество шипело, разъедая металлические рельсы под Элл и ее брюки.

Она извивалась, пытаясь скинуть с себя тело, но тут ее схватили подмышки и дернули на ноги. Запрокинув голову, Элл посмотрела на держащего ее Маркуса.

— Оно горит, — с мрачным выражением лица он схватил с пояса бутылку воды и опрокинул ее на штаны Элл. Попав на кислоту, вода зашипела, и горение остановилось. — Похоже на то, чем хищники заряжают свое оружие, — Маркус дернул Элл. — Двигаемся…

Ему в спину врезалась огромная пылающая псовая, впиваясь когтями в броню и рюкзак с бомбой.

Когда они рухнули на Землю, Элл тоже чуть не упала и принялась отчаянно осматриваться в поисках помощи, но остальная часть команды по-прежнему отстреливалась от орды мутантов.

Увидев на земле винтовку Маркуса, Элл схватила ее и, прижав дуло к шее животного, выстрелила.

Отдача оказалась сильнее, чем она ожидала, и Элл споткнулась. Псовая дернулась и упала вперед. Напрягшись, Маркус отшвырнул от себя тело и поднялся на ноги.

— Спасибо, — сказал он. — Не только милое личико, да?

— Да, не только.

Притянув Элл к себе, Маркус забрал у нее винтовку и быстро ощупал рюкзак.

— Бомба на месте.

— И не взорвалась, — добавила Элл.

Команда все еще стреляла, но твари продолжали прибывать. Стены тоннеля окрасила алая кислота.

— На подходе еще больше! — крикнул Круз.

— Мы убили только чертову малую часть, — сказал Шоу, отстреливаясь из двух оружий — винтовки в одной руке, а в другой — пистолета, выглядящий смертоносным.

Схватив с пояса гранату, Круз поглядел на Маркуса.

— Взорви пост и береги Элл. Она — лучшее, что случалось в твоей жизни, amigo. Она заставляет тебя улыбаться и смягчает твои острые углы, — выдернув чеку, Круз шагнул прямо к своре псовых.

Элл почувствовала, как Маркус напрягся, и ее захлестнула паника. Они просто не могут потерять Круза.

— Нет! — Элл вырывалась из захвата, но Маркус держал ее.

— Ох, дьявол, нет, — рыкнул Шоу в непрекращающейся череде ругательств.

Круз бросил гранату вглубь роя красных псовых, и она взорвалась с яростной силой. Многие твари попадали, но выжившие развернулись и поползли к Крузу.

Он отстреливался из винтовки, и отряд также стрелял, но Элл уже видела, что инопланетных животных слишком много. И все они подбирались к Крузу.

— Мы должны двигаться, — мрачно сказал Маркус. — Сейчас же! — он заставил Элл идти перед ним.

Она захлебывалась рыданиями, и в последний раз, когда посмотрела на Круза, он был окружен псовыми.

Круз

Огонь был повсюду.

Элл сглотнула и не высовывалась, а от раскаленного воздуха ее горло стало совершенно сухим.

Она слышала этот ужасающий смех и чувствовала, как от тяжелых шагов вздрагивает пол. «О, Боже». Внезапно сильные пальцы схватили ее за руку.

— Двигайся. Быстро.

«Маркус». Элл вскочила на ноги и последовала за ним. Когда же она обернулась, у нее скрутило живот.

Всего в нескольких метрах от них стоял огромный человек… динозавр… существо и размахивал оружием, извергающим смертоносный огонь. Элл видела, как тварь устремилось к Крузу и остальным, зажатым на противоположном конце комнаты.

— Элл, сосредоточься.

Она ринулась вперед и чуть не споткнулась о мертвого хищника. Маркус толкнул ее в узкое пространство за верстаками и снова открыл огонь, пытаясь помочь своему отряду.

Почувствовав неприятный запах, Элл поняла, что воспламенились торчащие из-под шлема пряди волос. Она похлопала по ним.

Наконец под шквалом огня огромный хищник прекратил стрелять и рухнул вперед. Элл едва ощутимо вздохнула, но тут увидела несущийся к ним новый рой вооруженных ящеров.

Маркус пальцем коснулся уха.

— Круз, держи их занятыми. Мы побежим к посту и заложим бомбу.

— Принято, — ответил Круз. — Не геройствуй и защищай Элл.

Когда напряженный взгляд Маркуса обратился к лицу Элл, ее сердце пропустило удар.

— Можешь на это рассчитывать, — его голос звучал глубоко и жестко.

Она последовала за Маркусом вниз по лестнице, ступени которой вели в темноту. Элл снова проверила экран компьютера, но изображение расплывалось. От ужаса все символы хищников снова стали тарабарщиной.

Раздающиеся неподалеку выстрелы эхом отдавались в ушах. Боже, она дрожала всем телом.

— Возьми себя в руки, — Маркус схватил Элл за руку, крепко сжав ладонь, и потащил по лестнице. — Ты справишься.

Внизу их ждала цельная металлическая дверь. Маркус выстрелил в мигающий пульт управления, и она с шипением открылась. Они вошли внутрь, но Элл видела лишь непроглядную тьму.

Дверь за их спинами захлопнулась, и последние проблески света исчезли.

— Твою мать, — Маркус толкнул дверь, а потом пнул ее. — Заперто.

Ладно, это не обязательно плохо и сможет остановить хищников. Элл сосредоточилась на темноте комнаты. Но что, если нечто уже скрывается здесь?

В мгновение ока она вернулась в туалет в доме родителей, когда снаружи взрывались бомбы, мать рыдала, отец кричал, а во тьме рычал хищник.

— Я не могу.

Элл отшатнулась от Маркуса. Она заставила его взять ее в команду, и это было ошибкой.

Маркус включил вмонтированный в винтовку фонарик, и через комнату прорвался луч света.

— Элл…

Она отчаянно замотала головой.

— Мне это не осилить. Я — просто бесполезная клубная девушка, — которая ничего не смогла сделать, пока убивали ее родителей. — Я не могу. Я глупая, раз пришла сюда и подвергла всех вас опасности.

Схватив Элл за руки, Маркус не очень-то нежно ее встряхнул.

— Ты больше не та женщина.

— А что, если ты ошибаешься?

— Ты когда-нибудь видела, чтобы я ошибался?

Моргнув, Элл сосредоточилась на его серьезном лице. Господи, как же она любила эти жестокие черты. Маркус был настоящим. Надежным. Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного.

— Я вижу тихую силу, — он обхватил ладонями ее лицо. — Я вижу острый ум. Я вижу удивительную женщину. От улыбки этой красавицы, ее смеха или взгляда у меня перехватывает дыхание. Я вижу женщину, которую люблю.

Элл обмерла. В ней вихрем проносились эмоции. Она смотрела Маркусу в глаза, и зияющую пустоту внутри заполнили нахлынувшие чувства. Желание, изумление и что-то, что она боялась назвать.

Маркус провел большим пальцем по ее губам.

— Скажешь что-нибудь? — Элл покачала головой. Она не смогла бы заговорить, даже если бы от этого зависела ее жизнь. — С того момента, как я впервые увидел тебя, Элл, в тот первый день, когда нашел всю в крови хищника.

Она просто не могла поверить, что этот мужчина чувствует к ней нечто большее.

— Маркус…

Элл не знала, кто двинулся первым — она или Маркус — но в следующее мгновение они уже целовались. Поцелуй не был нежным или милым. Он был жестким, грубым, и от него во всем теле Элл взревело желание. Боже, она никогда не ощущала ничего подобного тому, что заставлял ее чувствовать Маркус. Устремившись языком ей в рот, он запрокинул Элл голову.

«Все по-настоящему». Горячее, реальное и то, за что можно уцепиться во тьме. Схватив Элл за руку, Маркус дернул ее к своей груди, а она вцепилась ему в волосы, притягивая ближе. Ей хотелось, чтобы он никогда не останавливался. Хотелось так сильно, будто прогремел взрыв, а земля под ногами словно задрожала.

Но тут Элл поняла, что все здание заходило ходуном из-за взорвавшейся наверху гранаты.

Тяжело дыша, Маркус прижался лбом к ее лбу.

— Давай покончим с этим, а когда вернемся на базу…

Он не договорил, и Элл задрожала. Она точно знала, что запланировал Маркус.

— Тогда давай покончим с этим так быстро, как только сможем.

В темноте блеснули его белые зубы.

— Нет ничего лучше правильной мотивации. Вперед, ребята не смогут вечно их удерживать.

Элл коснулась экрана на запястье, и его тусклый свет показался в темноте ярким. Карту было видно во всех деталях.

— Нужно идти прямо. Пост должен быть у дальней стены, — Маркус шел первым, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к каждому звуку. Они добрались до дальнего конца комнаты. Там было пусто. Просто кирпичная стена. Тяжелое сердцебиение Элл отдавалось у нее в ушах. — Это должно быть здесь. Карта говорит, что пост прямо тут.

— Черт возьми, — Маркус обратил взгляд к потолку. — Я знал, что все слишком просто.

— Маркус?

Он пнул пустую картонную коробку на полу, и она скользнула в сторону.

— Это подстава. Я так и знал, что с ними играют.

Элл покачала головой. Они просто не могли потерпеть неудачу. Все зашло слишком далеко.

Маркус повернулся лицом к Элл.

— Нам нужно идти.

— Нет. Пост обязан быть здесь, — она щелкнула по экрану, снова разглядывая карту. — Может, я что-то неправильно прочитала? Или ошиблась? Наверняка.

— Ты не ошибаешься, — он схватил ее за руку.

— Я к этому привыкла, — Элл чувствовала, как на глаза наворачиваются жгучие слезы. — Раньше я только и делала, что ошибалась.

Маркус коснулся ее лица. Эти большие грубые руки были так нежны.

— Но теперь не ошибаешься.

Будь он проклят, она же сейчас расплачется.

— Ох, Маркус…

Тишину маленькой комнаты разорвал звук выстрела. На глазах у Элл Маркус отлетел назад и ударился о стену.

«Нет!». Она видела кровь, она ее чуяла. Кровь Маркуса. Рухнув на пол, Элл поползла к нему. Его винтовка валялась на земле, светя лучом в темноту.

Повозившись со своим поясом, Элл нащупала термо-пистолет и попыталась достать его, но он застрял, а ее проклятая рука дрожала слишком сильно.

Звук.

Шарканье ног.

Элл развернулась. И увидела хищника.

Под покровом темноты он был похож на человека, но стоило ему подойти ближе и попасть в луч света оружия Маркуса, как стала видна чешуйчатая кожа. На удлиненной морде сверкали острые клыки, а в пылающих красных глазах плескались ум, жестокость и хитрость.

Хищник был просто огромен. Элл сумела поднять пистолет и услышала, как ящер фыркнул. Ей нужно было защитить Маркуса, и она поползла вперед, закрывая его собой. «Пожалуйста, пожалуйста, пусть он будет жив».

Хищник подошел ближе и, подняв какое-то маленькое устройство, нажал на кнопку. Позади Элл замерцал свет, и она, повернув голову, посмотрела в том направлении.

«Маскировочная голограмма». Иллюзия исчезла, и Элл увидела пост, мигающий и подсвечивающийся именно там, где он и должен был быть. Пост связи всей орды захватчиков.

В Элл вспыхнул гнев. «Так близко». Она чувствовала на полу что-то липкое и знала, что это кровь Маркуса. Элл подняла пистолет. Руки дико дрожали. Хищник повернул голову, а на морде расплылось нечто, напоминающее усмешку. Он двинулся вперед, не рассматривая Элл, как угрозу.

Слишком многие люди поставили на ней крест. Для отца Элл была недостаточно умна, для матери — недостаточно красива, и недостаточно обаятельна для жениха. Даже сама Элл в себя не верила.

До этого момента. До последних нескольких месяцев, за которые она стала частью команды, помогала другим и посвящала этому всю себя.

Теперь в ее руках была жизнь Маркуса. Дрожь исчезла. Элл спустила курок. Хищник споткнулся, а тело его содрогнулось. Она продолжала начинять тварь пулями, светящимися в полутьме золотом.

Рухнув на колени, ящер издал хрюкающий звук, заставивший Элл содрогнуться.

Пистолет у нее в руках щелкало впустую, и она посмотрела на него. «О, нет».

Рассмеявшись низким скрипучим смехом, от которого в жилах стыла кровь, хищник поднял оружие.

Почувствовав прикосновение к запястью, Элл мельком глянула вниз и увидела, что Маркус окровавленными пальцами вкладывает ей в руку свой гладиус. Черный. Большой и грубый. Меч воина.

— Убей. Его, — слова Маркуса были едва различимым шепотом.

Элл схватила нож и ринулась вперед. Хищник напрягся, и демонические глаза расширились за мгновение до того, как она вонзила лезвие в мягкую плоть его горла по самую рукоять.

Ящер издал ужасный булькающий звук, и Элл в нос ударило зловоние его дыхания. Оружие хищника с грохотом упало на пол. Когда он рухнул на спину, она оттолкнула его от себя и потерла ладони о бедра, чтобы избавиться от отвратительного ощущения чешуйчатой кожи.

Тогда Элл бросилась обратно к Маркусу.

«Боже, нет». Вблизи она видела разорванные погнувшиеся доспехи. Основную силу удара броня приняла на себя, но из-под нее торчал уродливый снаряд наподобие кости, а из раны хлестала кровь. Все было плохо.

Сорвав с пояса комплект первой помощи, Элл прижала к ране марлю, и Маркус застонал. Она подняла взгляд и увидела, что зеленые глаза наблюдают за ней.

— Маркус, прости меня.

— Не за что…извиняться…спаси…нас.

— Я должна была что-нибудь сделать, — свободной рукой Элл схватила его ладонь и прижала к своему сердцу. — Прости за то, что я такая трусливая. Я должна была…

— Ты его убила. Ты храбрая, — как же Маркус верил в нее.

— Я и через миллион лет не подумала бы, что тебя заинтересует женщина вроде меня, не говоря о любви, — Элл чувствовала, как по щекам текут слезы.

— Я очень тебя люблю. Прости, что не сказал этого несколько месяцев назад, — Маркусу удалось поднять руку к ее лицу и костяшками провести по щеке. — Я был трусом. Уверял себя…что не хочу пачкать тебя своими грубыми руками…

Схватив его за руку, Элл уткнулась щекой в горячую ладонь.

— Какой же ты дурак. Ты — очень хороший, красивый, бесстрашный мужчина.

— Элл. Ты должна заложить бомбу.

Она сглотнула болезненный ком в горле.

— Хорошо. Я сделаю это ради тебя.

Она помогла Маркусу снять сумку, и от каждого его содрогания или стона ей хотелось плакать. Расстегнув рюкзак, он извлек из нее сферическую бомбу. Устройство было не таким уж большим, но Элл знала, что оно снесет всю станцию. Она помогла Маркусу ввести код, и на предмете зажглись огоньки.

Элл отнесла взрывчатку к месту назначения. Активировались сильные магниты, и бомба, притянувшись к центру поста, начала гудеть.

Поспешив к Маркусу, Элл опустилась на пол возле него и переплела их пальцы. Ей было ненавистно видеть, как он обессилел у стены, а его губы скривились в гримасе боли.

— Теперь тебе нужно идти, — прошептал он.

— Нет, — у Элл вырвался лишь шепот. Мысль о том, чтобы бросить Маркуса, вызывала у нее приступ тошноты. — Я остаюсь.

— Черт, Элл. Я сражался, чтобы…защитить тебя. Уходи. Живи, — подняв руку, он попытался притронуться к Элл, но слишком обессилел и не сумел до нее дотянуться.

Элл затопило глубокое горе. Все просто не может закончиться так.

— Я хочу жить с тобой, а не без тебя, — она схватила Маркуса за руку.

— Я тоже, малыш, — стиснув ее ладонь пальцами, он разжал их. — Поцелуй меня. В последний раз. А потом уходи, найди Круза и остальных.

Элл наклонилась, не обращая внимания на текущие по щекам слезы, и припала к губам Маркуса. Здесь ей и предназначено быть — в руках этого мужчины.

Он отстранился.

— А теперь иди.

— Нет.

Маркус зарычал.

— Я хочу… — бомба издала громкий звуковой сигнал. Они переглянулись, и Маркус нахмурился. — Таймер не может сработать…не сейчас. Что, черт возьми, происходит?

— Не знаю, — сказала Элл.

— Беги!

Но она лишь придвинулась ближе.

— Я не могу тебя оставить.

— Элл… — в голосе Маркуса появилась настойчивость.

Из бомбы вылетела ярко-синяя вспышка, заливая комнату светом столь же ярким, как дневной. Глаза обожгло болью, проникающей до самого мозга, и Элл, сжав руку Маркуса, услышала его крик.

Когда свет погас, она почувствовала, как сознание ускользает от нее. Элл рухнула лицом в пол и провалилась в темноту.

Перед глазами Элл мелькали огни, но видение было расплывчатым и нечетким.

Даже шумы, достигавшие ушей, звучали приглушенно, словно через воду.

— Твою мать!

Ей слышался голос Круза, но она не была уверена. Когда над Элл нависло красивое лицо, она была не в силах ни двигаться, ни говорить.

«Маркус? Мне нужен Маркус».

Вокруг разговаривали люди, и уже перешли на повышенные тона.

— Мы теряем его!

— Нужно двигаться.

Слышалось рычание и гортанные крики хищников.

Элл чувствовала, как ее тело перемещают, но оно все еще ощущалось тяжелым, будто каждый мускул отлит из свинца.

«Маркус! Маркус!», — отдавалось эхом у нее в голове.

Веки Элл опустились, и больше она не сумела их поднять.

Девушки приятной внешности, которые создают иллюзию наполненности клуба.

Hola (исп.) — привет.

Querida (исп.) — милая, любимая.

1,98 м

Гла́диус или гла́дий (лат. gladius) — римский короткий меч (до 60 сантиметров). Предположительно, был позаимствован (и усовершенствован) римлянами у древних жителей Пиренейского полуострова. Центр тяжести смещён к рукояти за счёт увеличенного шарообразного навершия (противовеса). Остриё имело довольно широкую режущую кромку для придания клинку большей пробивающей способности.

Ботани или Ботанический залив (англ. Botany Bay, ранее иногда Botanist Bay) — залив Тасманова моря у восточного берега Австралии, в 8 км к югу от центра Сиднея, открытый Джеймсом Куком 29 апреля 1770 года.