Светлые волосы достаточно покрыты лаком и стоят торчком?

Сделано.

Чёрная подводка для глаз умело нанесена, подчёркивая мои зелёные глаза?

Сделано.

Губы пухлые, блестящие и выглядят так, словно я могу всосать мячик для гольфа через сто футовый садовый шланг?

Сделано.

Прозрачная футболка туго обтягивает грудь и достаточно короткая, чтобы открыть моё кольцо в пупке?

Сделано.

Штаны низко сидят на бёдрах и обтягивают мою задницу так сильно, что я не могу дышать?

Сделано.

Роуэн Коннелли рассмеялся над собой, глядя в зеркало ванны. Он едва мог дышать. Если бы он сел, то обтягивающие чёрные кожаные штаны грозились разойтись по швам и, возможно, в процессе раздавили одно или оба яичка. Но пока они низко сидели на бёдрах и обтягивали его задницу, кого волновало это дерьмо?

Его мама всегда говорила, что красота требует жертв, и если сегодня ночью он надеялся на удачу, то жертвой было дыхание. Чёрт, в любом случае дыхание очень сильно переоценили. Секс — вот что было основополагающим, и, к несчастью, именно его-то Роуэну в настоящее время в жизни не хватало. Он надеялся, что выглядит достаточно распутно, и кого-нибудь заинтересует и получит то, что его так волновало.

Роуэн в последний раз поправил волосы и направился в спальню, чтобы достать презервативы — ага, он был слишком оптимистичен — и небольшой тюбик лубриканта из тумбочки, и сунул всё это в передний карман. Он пихнул удостоверение личности в задний карман с небольшим количеством налички и пошёл в гостиную ожидать машину.

Через двадцать минут расхаживаний вперёд и назад перед окном он был готов отправиться самостоятельно. Его брат Сет никогда не приезжал вовремя, но это же смешно.

У Роуэна складывалось ощущение, что Сет опоздает даже на собственные грёбаные похороны.

И когда он уже был готов от разочарования рвать на себе волосы, зазвонил телефон и Роуэн подпрыгнул.

— Ты видел, чёрт возьми, который час, — рявкнул он, не дожидаясь, когда кто-то на том конце произнесёт хоть что-нибудь. — Я жду тебя...

— Роуэн.

Вот дерьмо. Он так сильно вцепился в столешницу, что кончики пальцев начало покалывать. Роуэн чувствовал враждебность даже через телефон от простого упоминания его имени. Он сделал глубокий вдох, успокаивая себя.

— Привет, Карлтон.

— Я отправил за тобой машину. Ожидаю тебя в Брайрвуде через час.

Роуэн сделал ещё один судорожный вдох, сильнее вцепившись пальцами в столешницу.

— Прости, Карлтон. Кажется, ты изгнал меня из стаи. Я отчётливо помню, как ты запретил ступать на земли Брайрвуда впредь.

— Роуэн!

Он отстранил трубку телефона от уха, пока Карлтон кричал в неё. Говорил ли он хоть когда-нибудь в своей жизни тихо? В голове у Роуэна начало стучать. Он уже чувствовал приближение головной боли и понимал, что к тому времени, как закончит разговаривать с Карлтоном, у него начнётся мигрень.

— У меня нет времени на твои глупости, — рявкнул Карлтон. — Будь готов, когда приедет машина.

Роуэн сжал трубку телефона. Он понимал, ему нужно прекратить позволять бывшему альфе диктовать, что делать, особенно с тех пор, как шесть месяцев назад его выкинули из стаи; и должен научиться самостоятельной жизни без стаи, которую мог бы называть своей. Роуэну было невыносимо, что его семью постигла та же участь, когда он отказался от заигрываний альфы.

— Карлтон, мне действительно жаль. — Правда? Роуэн закатил глаза. Даже он не верил в это. — На этот вечер у меня другие планы. Может получится встретиться в воскресенье за поздним завтраком.

Ага, когда в аду понадобится снегоуборочная машина.

— Мне наплевать какие у тебя планы, Роуэн. Ты дождёшься машину и вернёшься в Брайрвуд.

Он поморщился от того, что боль, как осколки стекла, застряла в голове от злости Карлтона. Роуэн потёр виски и, когда боль отступила, глубоко вздохнул.

— Нет, тебя никогда не волновало, чего хочу я, и вижу, ты не изменился.

— Достаточно, Роуэн!

— Мне нужно идти, Карлтон. — Необъяснимо порочные чувства вдруг заполнили его. — Я отправляюсь в бар, чтобы найти большой член, который отымеет мою задницу. Я не могу сказать, что было приятно поговорить с тобой, но всё же интересно.

Боже, он хотел стать мухой на стене, только чтобы увидеть реакцию Карлтона на его грубые слова.

Роуэн слышал вопли альфы в трубке телефона, пока клал её обратно на рычаг. Он не представлял, что заставило его сказать это. Естественно, Карлтон разозлился. Роуэн понимал, что будут последствия из-за его слов, начиная с приближающейся мигрени. Но сейчас он не беспокоился об этом.

Он перестал переживать шесть месяцев назад, когда альфа вышвырнул его из единственного дома, который знал Роуэн, потому что не соединился с ним. О соединении ему сообщили только на его двадцать пятом дне рождения. Когда он узнал, что церемония планировалась последние несколько месяцев, то не смог уже держать рот на замке.

Выражение неудержимого гнева на лице Карлтона, когда он отказал ему, до сих пор стояло перед глазами. Но ему было всё равно. Его никто не спрашивал, хотел ли он соединиться с альфой. Карлтон просто объявил об этом так, будто он должен принимать любые крохи, брошенные им.

Он не был настолько же высоким или красивым, как другие три его брата, но у него были формы во всех положенных местах, как любила говорить ему мама. Роуэн гордился своим телом, демонстрируя его. И наверное странно звучало, когда говорили о мужчине, что у него классная попка. Он унаследовал замечательные светлые волосы и высокие скулы от матери, вместе с её миниатюрным телом танцовщицы.

Бывали дни, когда ему нравились изящные линии и упругие мышцы, и то, как виляли бёдра, когда он ходил. А бывали дни, когда он ненавидел тот факт, что унаследовал скандинавскую внешность остальных членов семьи. Это частенько притягивало плохих людей — таких как Карлтон Грегори.

Роуэн так сильно задумался о звонке альфы, что подпрыгнул, когда кто-то постучал. Он прикусил нижнюю губу, смотря на дверь и молясь, чтобы это был не один из головорезов Карлтона. Говорить бывшему альфе по телефону, чтобы тот отстал, и убегать от многочисленных мордоворотов стаи, которые работали на Карлтона, совсем разные вещи. Роуэн ни один раз пытался сбежать от них, но всегда терпел неудачу.

— Ро, чёрт возьми, открой эту грёбаную дверь, — раздался голос с другой стороны. — Мы опаздываем.

Роуэн вздохнул с облегчением и подошёл к двери, чтобы впустить брата. Никто не называл его Ро, кроме Сета, даже мама. Он полагал, что брат имел на это право. Они были близки даже тогда, когда Роуэн ходил на горшок.

— Привет, — сказал он, открывая дверь Сету.

— Ты готов? — спросил брат. — Если мы опоздаем, то всех горячих парней уже уведут.

Сегодняшний маленький набег на «Хрустальную Пещеру», самый жаркий клуб в городе, был вечеринкой по поводу окончания длительного проекта на работе. Сет хотел помочь ему отметить. А Роуэн просто надеялся найти кого-нибудь, чтобы выбросить из головы мысли об одиночестве на пару часов.

Роуэн усмехнулся.

— Готов, желаю и в состоянии.

Сет рассмеялся.

— Разве не мы оба?

Поездка до клуба, который выбрал Сет, заняла не много времени. Он располагался всего в нескольких милях, и движение на дороге было свободным. Поиск парковочного места стал чем-то нереальным. Очередь, ведущая к элитному клубу, сворачивала аж за угол.

— Мы никогда не попадём внутрь, — прошептал Роуэн, глядя на длинную очередь, пока они шли по тротуару к входу.

— Конечно же попадём.

Роуэн удивлённо моргнул, когда Сет схватил его за руку и потащил к началу очереди. Могли ли они это сделать? Глаза почти вылезли из орбит, когда вышибала у двери просто кивнул им и опустил красный канат, охраняющий вход в клуб.

— Сет, — сказал охранник, махнув им на дверь.

— Тайни, — кивнул тот в ответ.

Тайни? Серьёзно? Разве это не банально? Высокого, мускулистого парня зовут Тайни, что означает крошечный? Ладно, возможно, у них тут всех зовут Тайни. Откуда ему знать?

— Как ты договорился, чтобы нас вот так вот пропустили? — спросил Роуэн, следуя за Сетом в клуб и дальше по длинному коридору к громким звукам и вспышкам огней.

— Я делал сайт для «Хрустальной Пещеры» в прошлом месяце. Владельцу он так понравился, что мне дали бесплатный абонемент.

— Чёрт!

Почему он не знал об этом?

— Круто, да? — Сет усмехнулся, глядя на него через плечо.

Сет владел небольшой компанией, занимающейся дизайном сайтов и программным обеспечением. Он жил и дышал компьютерами с тех пор, как ему исполнилось достаточно лет, чтобы понимать, что это такое. Роуэн даже не догадывался, что существует так много преимуществ в создании сайтов.

— Ему нужна ещё какая-нибудь веб-работа? Или машину помыть?

— Мы всегда можем спросить.

Роуэн, споткнувшись, остановился, когда они достигли конца коридора, и взору открылся главный зал. Он был огромен. Кем бы ни являлся тот, кто спроектировал это место, он просто гений. Каждый дюйм пола максимально использовался по назначению. И под назначением Роуэн имел ввиду максимальную заполненность шикарными, полуобнажёнными мужчинами.

Проклятье!

Большое помещение было разделено на два этажа. На первом располагались бар, танцпол, который находился в центре, и столики, которые его окружали. Второй этаж — балкон, который в основном заполнен столиками, за исключением диджейского пульта в углу и прозрачных платформ, на которых танцевали мальчики в коротеньких шортиках.

В каждой части помещения мерцали лампы со стробоскопическим эффектом и гремела музыка. Разгорячённые тела на танцполе близко прижимались друг к другу, не оставляя свободного пространства — щедрая порция сексуально возбуждённых мужчин. Роуэн заводился, просто рассматривая танцующих.

— Хочешь присядем за столик или отправишься на танцпол? — перекрикивая музыку, проговорил Сет.

Роуэн улыбнулся, уже чувствуя, как тело начинает двигаться под биты музыки.

— Отправлюсь на танцпол.

Роуэн, не тратя времени, добрался до танцпола. Он любил танцевать, двигать телом под биты музыки, и не важно, были ли они настоящими, или звучали лишь в его голове. Как говорила мама, у него был талант.

Роуэн пробрался в толпу танцующих и начал двигаться, раскачивая бёдрами вперёд и назад, подняв руки в воздух и позволив музыке унести его прочь от всех беспокойств. Он настолько отдался мелодии, что даже не заметил, как Сет ушёл, и кто-то быстро занял его место.

Роуэн жил танцами.

Почувствовав большие руки на талии и тело, прижавшееся сзади, Роуэн откинулся на анонимного партнёра по танцам. Тело парня умело двигалось под музыку, раскачиваясь вместе с ним.

Кожу Роуэна начало покалывать, когда руки, обхватывающие его бёдра, начали медленно скользить вверх, к голому животу, как нежная ласка. Он удивился, так как сильные руки не скользнули под короткую майку, а двинулись поверх неё к рукам.

И только когда он поднял руки над головой, чтобы обнять парня за шею, Роуэн понял, насколько высоким тот на самом деле был. Пальцы даже не коснулись шеи. Он смог дотянуться лишь до мускулистых плеч парня.

Роуэн почти прекратил танцевать, когда на него накатил шок. Он запрокинул голову и увидел пару тёмных глаз, смотрящих в ответ. В них было столько голода, что у Роуэна мгновенно пересохло во рту. Смотрел ли кто-нибудь когда-нибудь на него так? Желание, горящее в глазах парня, обжигало.

Роуэн вздрогнул, когда незнакомец провёл костяшками пальцев по щеке. Для такого крупного парня, каким тот был, прикосновение оказалось очень нежным. Неожиданно, в ком-то настолько огромном, а он — огромный. Плечи парня были настолько широкими, что загораживали свет, льющийся с потолка.

Когда его обвили рукой за талию и внезапно прижали спиной к крепкому телу, Роуэн застонал, ощущая член, прижавшийся к заднице через штаны парня. Напряжённая длина ощущалась такой же большой, как и незнакомец, прижимающийся к нему.

Роуэн понял, что поход в этот клуб — чертовски хорошая идея. Он как можно сильнее вжался в парня и продолжил раскачивать бёдрами из стороны в сторону, ухмыляясь от восторга, когда незнакомец стал двигаться в унисон, показывая, что даже мужчина его размера может танцевать в такт музыки так, словно рождён для этого.

Когда музыка затихла, Роуэн предпринял попытку отойти, но рука, обнимающая его за талию, не позволила ему и на дюйм сдвинуться с места. Он растерянно оглянулся, мелодия уже закончилась.

Но тут же началась другая — медленная песня, предназначавшаяся для влюблённых. Роуэн распахнул глаза, когда его внезапно развернули и обняли мощными, мускулистыми руками, и он не возражал, когда они обхватили и сжали задницу. Ощущение оказалось чертовски хорошим. Роуэн даже не жаловался на то, что эти большие руки остались на заднице, когда начал медленно раскачиваться вперёд и назад.

Дыхание Роуэна застряло в горле, когда он глянул вверх и обнаружил, что тёмные глаза по-прежнему смотрят на него. Неужели парень совсем не отводил взгляд? Он был напряжённым... и таким чертовски жарким. От пристального взора парня кожу Роуэна начало покалывать. Волны похоти, исходящие от незнакомца, едва не опустили Роуэна на колени. Он мог кончить лишь от этого.

Внезапно воздух вокруг них изменился, начав электризоваться. Помещение наполнила вибрация силы. Роуэн почувствовал себя добычей, преследуемой охотником. И он понимал, что охотник сейчас обнимал его. Роуэн не знал, что преобладает сейчас в его чувствах — возбуждение от внимания, проявленного к нему парнем, или страх перед сверхъестественной силой его взгляда. И он склонялся ко второму варианту.

Роуэн не отрицал ни то, как сильно жаждал прижиматься к красивому парню, ни острых ощущений, накрывших его, зная, что именно он является причиной напряжённой эрекции, пойманной в ловушку за молнией штанов незнакомца. Но это не означало, что он не нервничал. Роуэн был на неизведанной территории.

— Как насчёт выпить чего-нибудь?

От глубокого голоса парня по коже Роуэна прокатилась дрожь.

— Я... я бы не отказался выпить стаканчик.

Или целый океан. В горле было сухо, как в пустыне Сахара. Роуэн облизнул пересохшие губы, улыбнувшись, когда незнакомец сразу же прищурился, глядя на них, и застонал.

— У меня кабинка, анамхара.

Роуэн моргнул.

И что же, чёрт возьми, означает эта «анамхара»? Он никогда не слышал этого термина. Прежде чем он смог спросить, его схватили за руку и повели мимо танцующих вверх по лестнице к частному балкончику, с которого хорошо просматривался танцпол внизу.

И только, когда Роуэн пришёл в VIP-зону и сел на диванчик в форме полумесяца, он впервые смог нормально рассмотреть своего партнёра по танцам. Он был чертовски восхитительным. И потрясающе выглядел в узких чёрных штанах и такого же цвета шёлковой рубашке, под которой выделялись мышцы на руках.

Проклятье.

— Что желаешь выпить, анамхара?

— Воды, — быстро произнёс Роуэн. Он не хотел, чтобы алкоголь затуманил здравый смысл. Держать голову ясной — определённо то, что нужно. Роуэн и так уже ощущал лёгкое головокружение лишь от вида парня, и алкоголь тут не поможет.

— Ману, — сказал незнакомец сидящий рядом, не отрывая взгляда от Роуэна, — принеси моему анамхаре воды.

Роуэн начал нервно жевать нижнюю губу, когда пронзительный взгляд парня стал невыносимым. Волны страсти, исходящие от него, заставляли Роуэна чувствовать жар... и даже небольшую боль. Он быстро отвернулся, но его схватили за подбородок и повернули лицо назад.

— Нет, анамхара, ты смотришь только на меня.

Роуэн нахмурился и на лбу появились морщинки.

— Кто ты?

Роуэн почувствовал, что в парне было что-то необычное, но не понимал, что именно. Власть, исходящая от него, была как вторая кожа. Она была настолько сильной, что он удивлялся, почему больше никто не ощущает её?

— Можешь звать меня Лукас.

Парнишка неуверенно улыбнулся.

— Роуэн, — нет, фамилию называть не нужно, а то от таких высоких, тёмных и опасных потом вряд ли слиняешь. Собственно, он уже сейчас сомневался, что ему это удастся сделать.

— Да, я знаю, — Лукас улыбнулся и от глаз лучиками разбежались морщинки. — Я спросил о твоём имени сразу же, как только увидел тебя.

Роуэн удивлённо моргнул.

— Правда?

Это плохо.

Скорее всего будет ещё хуже.

— Я не позволю тебе уйти, пока не узнаю всё о тебе.

Вау! Буйно-помешанный? Роуэн нахмурился.

— Ты всегда похищаешь людей, с которыми только что познакомился?

— Только тебя, анамхара.

— Повезло мне.

Всё это было немного странно.

— Нет, анамхара, это мне повезло, повезло, что боги предназначили для меня такой прекрасный подарок — встречу с тобой.

Роуэн старался не отодвигаться от пальцев, скользнувших вниз по щеке, но на это ушёл весь контроль. С каждой минутой это становилось всё более странным. Он просто хотел погулять и хорошо провести время, может, найти кого-то, с кем можно было бы провести ночь. Роуэн имел в виду только трах-бах-спасибо-сэр, когда выходил из квартиры. Он не рассчитывал напороться на маньяка.

Может быть, пора уходить.

— Останься, анамхара, — Лукас произнёс это так, словно читал мысли, которые тревожили Роуэна, — разреши поцеловать тебя.

Он с трудом сглотнул, не в силах оторвать взгляд от полных губ Лукаса. А может, и не пора. Не похоже на то, что у него есть другие предложения, и мог ли один маленький поцелуй навредить? Потому что поцелуи с Лукасом будут поцелуями с самым горячим парнем, которого он когда-либо видел в жизни.

А потом он уйдёт.

Правда.

Он готов поклясться.

— Ладно, — прошептал Роуэн.

Он пристально смотрел на губы Лукаса, когда тот наклонился ближе, пока они не исчезли из поля зрения. Затем поднял взгляд к тёмным глазам и резко вздохнул, заметив, что они ещё больше потемнели. Различные оттенки тёмно-красного, казалось, вращались вокруг их тёмно-золотистых глубин, гипнотизируя Роуэна, пока тот не почувствовал, как губы парня прижались к его... и он застонал.

Во время поцелуя Лукас высасывал каждый глоток воздуха прямо из лёгких Роуэна, губы которого покалывало, и наслаждение наполнило каждую клеточку его тела. Он застонал в губы Лукаса, сильнее прижимаясь телом к большому парню.

Ему необходимо больше.

Когда язык Лукаса скользнул по губам Роуэна, тот охотно открыл рот, позволяя парню проникнуть внутрь. Сладкий, мускусный аромат ворвался в его ощущения, когда их языки встретились и сплелись вместе. Роуэн не удержал тихий, мяукающий звук, даже если бы от этого зависела его жизнь.

В штанах пульсировал член, грозящий прорваться сквозь молнию от необходимости добраться до члена Лукаса. Роуэн не мог вспомнить, чтобы хоть раз в жизни был настолько возбуждён. Стать ближе к этому парню стало почти важнее дыхания.

Роуэн перекинул ногу через бёдра Лукаса и приподнялся, чтобы оседлать его колени. Когда он уселся и почувствовал прижимающийся через штаны твёрдый член Лукаса, разум Роуэна разлетелся на кусочки. Он вздрогнул от восторга, почувствовав ногти, скользящие вниз по коже.

Он начал двигаться, вжимаясь в напряжённую длину. Роуэн подумал, что, возможно, обидел парня, когда тот внезапно зарычал. Но затем он почувствовал руки Лукаса, сжавшие задницу и притянувшие её ближе, и парни начали тереться друг об друга.

— Пожалуйста, — прошептал Роуэн в губы парня. Шум вокруг него исчез, свет стробоскопических ламп померк, когда золотистые цвета, кружащиеся в глазах Лукаса, стали темнее. Ничего не имело значения, кроме ощущения тела Лукаса, прижимающегося к нему, когда губы парня жадно пожирали его.

— Вот так, мой анамхара, — Роуэн услышал шёпот этих слов в голове, но был слишком далёк от того, чтобы подумать, почему он их слышит.

Роуэн вскрикнул в экстазе, почувствовав, как одна рука Лукаса, скользя по его телу, прижалась к ноющему члену через кожаные штаны. Они были настолько тесными, что Роуэн чувствовал каждое прикосновение пальцев. Он откинул голову и двинул бёдрами вперёд и назад, пытаясь создать более сильное трение. Роуэн был настолько близок к развязке, что чуть ли не кончил.

Он настолько погрузился в удовольствие, распространяющееся по телу, что даже не заметил, как ему расстегнули пуговицу и молнию, пока горячая ладонь Лукаса не обхватила член. В то же время, другой рукой Лукас скользнул сзади в штаны, его палец двинулся вниз между ягодицами Роуэна, чтобы слегка надавить на чувствительный вход.

У Роуэна из горла вырвался низкий стон, удовольствие угрожало затопить его с головой. Никто и никогда не прикасался к нему подобным образом. Никто прежде не заставлял его ощущать такое блаженство. Роуэн чувствовал себя так, словно вошёл в пламя... а Лукас подливал масло в огонь каждым своим нежным прикосновением.

— Лукас!

— Да, анамхара, именно так, — снова услышал голос в голове Роуэн. — Кончи для меня. Покажи своему хозяину, как сильно тебе нравятся мои руки, насколько тебе нравятся мои прикосновения.

Слова Лукаса возбудили Роуэна ещё больше. И он обдумает слово «хозяин» позже, намного позже. В этот момент он был слишком занят, чтобы копаться в голове. Каждое изысканное ощущение, протекающее через тело, собралось в один большой взрыв. Ощущение от того, что Лукас укусил его нежную кожу между плечом и шеей было всем, что требовалось ему, чтобы шагнуть за край пропасти.

Тихий вскрик наслаждения, вырвавшийся у Роуэна, разнёсся по VIP-комнате, когда его сперма наполнила руку Лукаса. Пятна заплясали перед глазами, зрение поплыло и утратило чёткость, перед тем как окончательно потемнело в глазах. Последнее, что видел Роуэн, был удовлетворённый взгляд на красивом лице Лукаса... и клыки?

Лукас в неверии смотрел на парня, прижавшегося к груди. После сотни лет поисков своей «анамхары» — истинной пары — тот лежал в его объятиях. Он и не думал, что такой день наступит, и едва не отказался от всего.

Роуэн был просто восхитительным, самым прекрасным существом, когда-либо попадавшемся на глаза Лукасу, а его более чем семисотлетний возраст говорил о многом. Он видел множество прекрасных созданий, но ни одно не походило на его половинку. В Роуэне был внутренний свет, сияющий прямо из души. Любой, глядя на него, догадался бы о милом характере парня.

Роуэн будет идеально выглядеть, свернувшийся калачиком у его ног или в его постели. Лукас не мог дождаться, когда парень окажется в его пентхаусе, где он в полной мере изучит многообещающее прекрасное тело Роуэна.

— Лукас, он прекрасен.

— Да.

Он поднял взгляд, одарив своего заместителя тем, чего не ощущал годами — по-настоящему искренней улыбкой. Он не удивился, когда Ману сделал резкий выдох. Счастье — это не то, что обычно ассоциировалось с Лукасом. У него была репутация безжалостного, кровожадного вампира. И эту репутацию он тщательно поддерживал. Те, которые переходили ему дорогу, сполна ощутили его гнев, обрушившийся на их головы. Не многие пытались.

— Мы направляемся в логово, Ману, — сказал Лукас, поднимаясь на ноги с парнем на руках. Он обрадовался, когда Роуэн улыбнулся и прижался к нему. — Я хочу познакомить всех с моей парой.

— Мы не отправимся прямо в пентхаус, Лукас?

— Нет. Я хочу, чтобы все узнали, что мой анамхара нашёлся.

— Разве это благоразумно?

Лукаса охватил гнев. Переместив Роуэна на одну руку, второй он схватил Ману за горло, приподнимая мужчину на несколько сантиметров над полом.

— Ты осмеливаешься спорить со мной? — прорычал он, обнажая клыки.

— Н-нет, м-мой э-э-электус, — задыхаясь, произнёс Ману, схватив руку, обхватывающую горло. — Ни-никогда.

Лукас ослабил хватку и позволил ему глотнуть воздуха.

— Говори.

— Он человек, — сказал Ману, потирая повреждённое горло. — Если ты приведёшь его в логово вампиров, не предъявив на него свои права, все сойдут с ума. Я твой брат, твой заместитель, и даже я испытываю проблему с самоконтролем, находясь рядом. Он слишком хорошо пахнет. Ты должен сначала соединиться с ним.

Лукас посмотрел на Роуэна, снова удерживая парня обеими руками. Может в словах Ману есть смысл. Роуэн действительно чудесно пах.

— Ладно. Сегодня ночью мы отправимся в пентхаус, а утром — в логово.

— Спасибо, мой электус.

Лукас приподнял бровь. Ману в течение многих лет был его заместителем — он и вспомнить не мог сколько. Лишь в компании других тот обращался к Лукасу «электус». Ему просто не нужно было, чтобы кто-то перед ним преклонялся.

Ману усмехнулся.

Лукас покачал головой и направился к лифту, ведущему на верхний этаж его пентхауса. Он остановился у металлических двойных дверей и повернулся к своему брату.

— Роуэн пришёл с кем-то. Узнай, что тот знает о нём, встречается ли моя пара с кем-нибудь.

Ману кивнул и нажал на кнопку вызова.

— Я не хочу, чтобы меня беспокоили, если это не чрезвычайная ситуация. Я позвоню тебе утром.

— Ему потребуется еда.

Лукас зарычал. Он не хотел, чтобы кто-то указывал ему, как заботиться об анамхаре, особенно тот, у кого его не было.

Ману поднял руки и отступил.

— Просто помни, что он человек, Лукас. У него человеческие потребности.

Лукасу не нравилось, что ему дают советы. Тем более, когда дело касалось его анамхары. Он бережно обнимал Роуэна. Только это удерживало его от нападения на Ману. Он понимал, что парень не собирается угрожать его территории, но ощущалось будто он так и делает.

— Роуэн мой! — рявкнул Лукас. — Я обеспечу его всем, что потребуется.

Ману отступил от греха подальше. В тот момент, когда лифт возвестил о своём прибытии, Лукас вошёл внутрь. Он продолжал пристально смотреть на Ману, пока не закрылись двери лифта. И сразу же, когда исчезла предполагаемая угроза, бушевавший внутри Лукаса гнев исчез. Он сделал глубокий вдох лишь для того, чтобы наполнить все свои чувства сладким ароматом Роуэна.

Лукас застонал и задрожал от желания, которое пронзило всё его тело всего лишь от запаха анамхары. Если лишь запах делает его таким твёрдым как гвозди, что он ничего не может с собой поделать, то интересно, что же произойдёт, когда он по-настоящему заклеймит свою пару.

Лукасу понравился Роуэн в тот же момент, как он увидел его на фотографии в кабинете Сета Коннелли. Он делал всё возможное, чтобы завлечь парня в свой клуб, даже предложил Сету пожизненное членство, если тот согласится привести Роуэна.

И теперь он был здесь.

Лукас не хотел даже разбираться в тех эмоциях, которые ощущал, когда поднимался с Роуэном на лифте в свой пентхаус. Он просто понимал, что держать его в своих объятиях — самое счастливое ощущение из всех, которые он мог припомнить.

Лукас пронёс анамхару прямиком в свою спальню. Подойдя к кровати, он осторожно положил его головой на подушку, а тело вытянул на комфортном матрасе. Вот где должен был находиться Роуэн — в его постели и на этой стороне.

Лукас сел на край кровати рядом с Роуэном и протянул руку, чтобы провести пальцем по щеке парня.

— Роуэн, — тихо прошептал он, — открой глаза, моя маленькая любовь.

Веки Роуэна затрепетали и медленно поднялись, открывая прекрасные глаза цвета мха. Лукас улыбнулся, когда между сведённых светлых бровей парня образовалась морщинка. Это был восхитительный вид.

— Привет, анамхара.

Роуэн огляделся, явно в замешательстве.

— Где я?

— Ты в безопасности, анамхара. — Роуэн был самым защищённым человеком в мире. Лукас убьёт любого, кто попытается навредить его паре. — Мы в пентхаусе отеля «Электус».

— Отель «Электус»?

— Клуб «Хрустальная Пещера» располагается на первом этаже отеля «Электус».

Лукас очень гордился клубом и отелем. Этому бизнесу было уже больше ста лет. Это место прошло этапы от пивнушки и борделя в конце прошлого века до заведения, где продавали алкоголь, и пансионата в годы сухого закона; от танцевального зала и отеля после Второй Мировой Войны до пятизвёздочного курортного отеля, каким он является сейчас. И в течение всего этого времени являлось местом отдыха для вампиров со всего света.

Роуэн снова нахмурил брови.

— Я пошёл потанцевать со своим братом Сетом и... — его голос постепенно затих, когда в глазах появилось узнавание, и они расширились, когда он встретился со взглядом Лукаса. — Ты... ты укусил меня.

Уголок рта Лукаса приподнялся в полуулыбке, обнажая один жемчужно-белый клык.

— Да, и надеюсь сделать так ещё множество раз. Твоя кровь божественна.

Роуэн посмотрел на него, а затем протянул руку, чтобы провести пальцем по его клыку. Лукас застонал от этого эротического прикосновения. Он и понятия не имел, что его клыки будут эрогенной зоной. Это поглаживание ощущалось так, словно Роуэн ласкал его член.

— У тебя и правда клыки.

— Конечно же, анамхара, — Лукас усмехнулся, увидев удивление на лице Роуэна. — Как бы ещё я пил твою кровь?

— Ты вампир.

Лукас разразился смехом — ещё один звук, который он не слышал, чтобы вырывался из его рта уже вечность.

— Да, анамхара. Я вампир. Но не беспокойся. Ты не сможешь превратиться в вампира. Ты должен родиться им. Ты останешься человеком.

Роуэн слегка наклонил голову. Он казался больше любопытным, чем напуганным. Лукас надеялся на это. Он не хотел, чтобы Роуэн боялся его. Он понимал, что многие люди в страхе замирали лишь от одной мысли о вампирах, даже если большая часть мира знала об их существовании.

— Что заставляет тебя думать, что я человек?

В существовании Лукаса бывали моменты, когда он знал, что его жизнь изменится так, как он никогда не ожидал. И всегда узнавал эти моменты, когда они происходили. Мороз пробежал по его спине и на затылке встали волоски, говоря ему о том, что сейчас именно такой момент.

— А ты хочешь сказать, что ты не человек? — осторожно спросил Лукас.

Его мышцы напряглись, когда Роуэн закатил глаза.

— Тупица, я волк.

— Ты не можешь им быть. — Сердце Лукаса заколотилось быстрее. Не может быть, чтобы любовью всей его жизни был волк-оборотень. Это просто невозможно. Он бы понял. Лукас почувствовал бы запах на Роуэне. — Ты пахнешь как человек.

На лице Роуэна появился оттенок насмешки, когда он рассмеялся.

— Ты вампир. Готов поспорить, что твоей информации о волках и на напёрсток не наберётся.

У Лукаса было чёткое ощущение, что Роуэн смеялся над ним. Он медленно поднялся с кровати. Не важно, что сказал Роуэн — он пах как человек. Лукас бы узнал, если бы этот парень был оборотнем, так ведь?

— Почему ты не пахнешь как оборотень?

Роуэн пожал плечами.

— Никто из моей семьи так не пахнет. Что-то с нашей генетической линией. Мы всегда пахли как люди. Это один из способов каким моя семья вписывалась в человечество в течение многих столетий.

Лукас запустил руку в волосы и начал расхаживать по комнате. Волнение, распространившееся по его телу, было похоже на живой и дышащий организм. Его анамхарой не мог оказаться оборотень. Это же неслыханно. Вампиры и волки-оборотни не соединяются. На протяжении столетий такого не происходило.

— Это означает, что ты больше не собираешься меня кусать?

Лукас обернулся, чтобы посмотреть на Роуэна. Неужели то, что его анамхара оказался оборотнем, означает, что он больше не укусит парня? Не заклеймит его? Лишь одна мысль о том, что он позволит Роуэну просто так исчезнуть из его жизни, отдавалась болью в груди.

Но он же оборотень?

Когда Лукас ничего не сказал, Роуэн вздохнул и выбрался из постели. Краткое мгновение он выглядел неуверенно, но затем расправил плечи и сделал глубокий вдох.

— Ладно, хорошо, было э-э... интересно познакомиться с тобой, Лукас.

Вампир сжал челюсть, наблюдая, как Роуэн пересекает комнату. Он последовал за ним, остановившись в гостиной, когда парень подошёл к лифту и нажал кнопку вызова. Когда двери открылись, Роуэн вошёл внутрь и повернулся лицом к Лукасу.

— Знаешь, очень жаль, что ты такой засранец. — Роуэн слегка покачал головой, глядя на вампира в противоположном конце комнаты. — Нам могло быть хорошо вместе.

У Лукаса челюсть отвисла, когда двери лифта закрылись, увозя его анамхару. Он не мог вспомнить, когда кто-нибудь в последний раз разговаривал с ним подобным образом. Естественно, Лукас не ожидал этого от парня, предназначенного ему судьбой. Он не знал, что больше испытывал: оскорбление или заинтересованность.

Лукас решил остановить свой выбор на заинтересованности. Он усмехнулся про себя, подошёл к телефону и набрал номер брата. Лукас ещё не знал, как заклеймит своего анамхару, но не собирался дать тому уйти.

— Ману, мой анамхара спускается. Пожалуйста, присмотри за тем, чтобы домой он вернулся в целости и сохранности. Отвечаешь за него своей жизнью.

— Он уходит? — голос Ману звучал шокировано.

— Похоже, эта моя настоящая любовь не то, чем кажется на первый взгляд.

— А?

Лукас не мог дождаться, чтобы услышать реакцию Ману на новость о Роуэне.

— Он оборотень.

На линии установилось молчание на несколько секунд, а затем Ману усмехнулся.

— Попробуй снова, Лукас. Если бы он был не человеком, мы бы обнаружили это, когда собирали о нём сведения. Чёрт, да мы бы почуяли это, когда он вошёл в клуб. Все бы почувствовали. Запах оборотня не скрыть.

— Ты думаешь, что такого не бывает, но следуя словам Роуэна, дело в каком-то генетическом изменении. Никто из его семьи не пахнет волком.

Лукас, ожидая, затаил дыхание.

— Волк! — вскрикнул Ману.

Бинго.

— Да, — Лукас вздохнул. — Похоже, что боги решили дать мне в пару одного из наших самых жестоких и ненавистных врагов.

Лукас усмехнулся, когда вышел из кухни и обнаружил Роуэна, который глядел на комнату, заполненную вампирами. Его маленький анамхара был в сильной ярости. Ему, скорее всего, надерут задницу, если он попытается выкинуть из дома вампиров, но Роуэн имел дух воина.

Лукас обнял его и наклонился, чтобы поцеловать в шею.

— Привет, анамхара. Как твоя голова?

— Лукас, — рявкнул Роуэн, поворачиваясь и отпихивая его от себя. Одну руку он положил на бедро, второй махнул в сторону комнаты. — Кто, чёрт возьми, все эти люди, и какого хрена они делают в моей квартире?

Лукас зарычал на резкие слова Роуэна. Он был на грани того, чтобы указать парню на его место, когда увидел страх, скрывающийся в его глазах. Сердце Лукаса мгновенно растаяло. Его анамхара был напуган, и очевидно, в таком состоянии он становился невыносимым. Просто Лукас должен сделать так, чтобы Роуэн никогда не испытывал страх... или отшлёпать его по заднице.

— Это всего лишь несколько членов моего клана для помощи в упаковке твоих вещей.

Лукас протянул руки к Роуэну, снова заключая парня в объятия.

— Успокойся, анамхара, — тихо прошептал он у виска своей половинки. — Они не причинят тебе вреда.

— Лукас, что... — в глазах Роуэна, когда он посмотрел на вампира, растерянность боролась со страхом. — Почему они упаковывают мои вещи?

Лукас провёл костяшками пальцев по бледной щеке волчонка.

— Я же сказал, что обо всём позабочусь, анамхара.

— Поэтому упаковываешь мои вещи?

Лукас усмехнулся, услышав возмущение в его голосе.

— Да.

Волчонок нахмурился.

— Зачем?

— Малыш, твоя квартира очень милая, но не достаточно большая.

Роуэн мгновение осматривался вокруг, прежде чем снова встретиться взглядом с Лукасом.

— Не достаточно большая для чего?

— Для моего клана.

— Твоего клана? — у волчонка отвисла челюсть. — Какого чёрта твой клан должен делать в моей квартире?

— Ну, я же не смогу управлять кланом отсюда, так ведь? — Лукас обвёл рукой комнату, не совсем понимая, почему анамхара не видит ситуацию. — Роуэн, здесь не достаточно места.

Волчонок прищурился.

— Лукас, ты не приведёшь сюда свой клан.

— О чём я и говорю, Роуэн. Здесь недостаточно места. Твой переезд в моё логово — лучшее решение.

Вампир выгнул бровь, когда Роуэн топнул ногой.

— Лукас, ты не слушаешь меня.

— Я слышу каждое твоё слово, анамхара.

— Тогда убирайся к чёрту из моего дома.

Лукас сжал челюсть и попытался сдержать внезапно охвативший его гнев, рвущийся наружу от слов Роуэна. Он понимал, что анамхара требует особого обращения, но если позволит такое неуважение на глазах у членов клана, они подумают, что могут поступать также и это приведёт к проблемам, которые, в свою очередь, приведут к чьей-нибудь смерти, чего Лукас не мог допустить.

— Не забывайся, Роуэн.

Брови волчонка взметнулись вверх.

— Прости, что?

— Не забывай, где ты и с кем разговариваешь.

Роуэн оглядел комнату так, словно пытался убедиться, что по-прежнему находится в центре собственной квартиры. Снова посмотрев на вампира, он широко развёл руки.

— Я в своей квартире, Лукас.

— Окружённый членами моего клана.

С лица Роуэна сошли все краски, когда он снова оглядел присутствующих в комнате. Лукас понимал, что члены его клана прислушивались к разговору, хоть в открытую и не наблюдали за ними.

Роуэн сжал руки в кулаки и глянул на вампира. Его взгляд, казалось, был направлен на грудь Лукаса, а не на лицо, словно он боялся поднять глаза.

— Прими мои извинения, Лукас. Этого больше не повторится.

Усмехнувшись, Лукас покачал головой.

— Что-то я в этом сомневаюсь.

— Могу я сейчас вернуться в свою комнату?

Вампир слегка наклонил голову, глядя на анамхару. Поведение и тон Роуэна подходили тому, кто проявляет подчинение. Лукас был знаком с этим парнем всего лишь двадцать четыре часа, но даже он понимал, что тот не был покорным. Вот почему поведение волчонка привело его в сильное замешательство.

— Роуэн...

— Пожалуйста?

— Конечно, можешь.

— Спасибо.

Лукас прищурил глаза, глядя на Роуэна, который прошёл мимо него, направляясь в спальню. Дверь за парнем тихо закрылась. Но несмотря на разделявшее их твёрдое дерево, вампир мог ощущать исходящий от анамхары страх, похожий на кислый запах, витающий в воздухе. И Лукасу он совсем не нравился, не тогда, когда этот запах исходил от Роуэна.

— Всё идёт не так хорошо?

Лукас, ощущая смущение, повернулся к Ману. Он махнул рукой в сторону двери спальни.

— Ты знаешь, что только что здесь произошло?

Его заместитель фыркнул.

— А ты нет?

Лукас зарычал, сверкнув клыком. Угроза повисла в воздухе между ним и Ману.

— Лукас, ты только что до усрачки напугал Роуэна.

— Чёрта с два я это сделал! — рявкнул Лукас. Он бы никогда не напугал своего волчонка. Этот парень был его истинной парой. Теперь, когда Лукас нашёл анамхару, Роуэн был его миром.

— Спорим?

Лукас снова зарычал и сжал руки в кулаки.

— Ману, скажи, что ты имеешь в виду прежде, чем мне понадобится новый заместитель.

Ману закатил глаза и указал на остальных вампиров в комнате.

— Ты только что сказал ему, чтобы он, говоря с тобой, следил за своим языком, потому что находится в комнате, полной кровожадных вампиров.

— И?

У Ману отвисла челюсть.

— Неужели ты не понимаешь?

— Чего я не понимаю?

— Лукас, он волк.

— Я прекрасно об этом осведомлён, Ману.

— В заполненной вампирами комнате.

Лукас нахмурился.

— И что?

— А то, что ты просто напугал его.

— Я не делал этого! — закричал Лукас. — Я сказал, что никто не причинит ему вреда.

— И? — произнёс Ману, возвращая брату его же слова.

Лукас потёр нос, сделал глубокий вдох и попытался не думать о том, насколько приятной стала бы его жизнь, если он вырвет горло своему заместителю.

— Ману, я не улавливаю смысла.

— Одинокий волк в заполненной вампирами комнате, которые не хотели бы ничего больше, чем высосать его досуха, и ты удивляешься, почему он сказал тебе то, что ты хотел услышать? Думаю, он бы согласился, что небо фиолетовое, если бы ты спросил его. Роуэн был напуган.

— Чем?

— Тобой.

Лукас моргнул, когда его пробрал мороз. Он начал качать головой.

— Нет, он же моя половинка. Я бы никогда...

— А он знает это?

Лукас нахмурился.

— Знает что?

— Что он твоя половинка?

— Конечно же. Он... — Лукас нахмурил лоб и задумался над вероятностью того, что Роуэн знал об этом. Если он волк, то почувствует тоже самое притяжение, что и Лукас. Роуэн должен знать.

Так ведь?

Лукас молча развернулся и направился в спальню. Он не удивился, обнаружив дверь закрытой. Лукас схватился за ручку и поворачивал её до тех пор, пока не услышал щелчок сломавшегося замка и распахнул дверь.

Какое-то время он привыкал к темноте в комнате. А когда привык, в его груди начало зарождаться низкое рычание. Комната была пуста. Конечно же, в центре по-прежнему стояла кровать, но на ней не было Роуэна, лишь занавеска колыхалась у одного окна.

Лукас бросился к нему. Аромат его пары исчезал в лёгком ветерке, но всё ещё был там. Вампир вцепился в подоконник, и тот затрещал и раскололся под его руками. Он запрокинул голову и взревел от боли, наполнившей каждую клеточку его тела. Роуэн сбежал от него.

— Лукас! — крикнул Ману, вбегая в комнату с пистолетами в руках. За ним бежало ещё несколько солдат.

Лукас повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как его заместитель осмотрел комнату в поисках угрозы, а затем растерянно посмотрел на него.

— В чём дело, мой электус?

— Роуэн исчез.

— Его похитили?

Лукас сжал руки.

— Здесь только его запах.

Понимание отразилось в глазах Ману.

— Я организую охоту, — сказал он, поворачиваясь.

— Нет.

— Нет? — переспросил Ману оглянувшись.

— Если мой анамхара не хочет быть со мной, — Лукас напрягся, когда отвратительные слова слетели с его губ, — я не смогу его заставить.

Ману открыл рот, но, глянув на остальных солдат в комнате, остановился.

— Оставьте нас, — рявкнул он. Как только все ушли из комнаты, Ману закрыл дверь и повернулся к брату. — Не делай этого, Лукас.

— Чего не делать? — спросил электус, повернувшись, чтобы снова посмотреть на открытое окно. Он чувствовал себя так, словно из его груди вырвали сердце, и теперь оно незащищённое и потерянное бродило по улицам.

— Не притворяйся дурачком, Лукас. Это тебе не идёт.

Электус зарычал, и в следующий момент он оказался на другом конце комнаты, обхватывая руками горло Ману. Каждая унция испытываемого им мучения из-за побега анамхары вышла наружу, когда Лукас ударил брата об стену.

— Ты смеешь так со мной разговаривать?

— Лу-Лукас, — закашлялся Ману, когда пальцы брата сжались вокруг его горла. — П-пожалуйста.

— Я твой электус!

— Ты также заноза в заднице.

Лукас резко выдохнул, когда услышал за спиной голос Роуэна. Он отбросил Ману и, поворачиваясь, слышал, как тот рухнул на пол. Что-то сродни радости вселилось в Лукаса, когда он увидел, как парень карабкается в окно.

— Ты вернулся.

Роуэн закатил глаза.

— Привет! Волк снова дома, — он указал руками на своё обнажённое тело. — Я отправился на пробежку, чтобы проветрить голову. Мы так иногда делаем.

Лукас бросился через всю комнату и заключил Роуэна в объятия. Он уткнулся лицом в шею парня и сделал глубокий вдох, словно ещё больше притягивая тело волчонка к своему. Анамхара не покинул его, а просто вышел на пробежку. Лукас не знал, то ли встряхнуть Роуэна за его безответственное отношение к безопасности, или зацеловать до потери сознания за то, что не покинул его.

— Ты вернулся, — снова прошептал он. От ощущения Роуэна в объятиях у него закружилась голова. Лукаса накрыла волна покровительства, граничащего с навязчивостью. Роуэн посчитал его навязчивым в ночь, когда они встретились. Его анамхара пока и понятия не имел, что такое навязчивость.

— Ну, да, — Роуэн усмехнулся. — Вообще-то я здесь живу.

— Нет, — Лукас покачал головой, поднимая её, чтобы посмотреть на свою пару. — Теперь ты живёшь со мной.

Роуэн моргнул.

— Разве?

— Да, и ты никогда снова не покинешь меня без моего разрешения.

— Лукас...

— Нет, — вампир покачал головой. — Это даже не обсуждается. Вот, как ты хочешь украсить пентхаус — это тема для обсуждения. Что ты хочешь в меню — это тема для обсуждения. Кого ты хочешь пригласить на церемонию обещаний — это тема для обсуждения. А покидание меня не обсуждается.

— Лукас...

— Нет! — Лукас схватил Роуэна за руки и потряс их, когда им начало овладевать отчаяние. Он не мог жить без Роуэна. Те душераздирающие минуты, когда парня не было, доказали это Лукасу. — Нет, ты больше не покинешь меня.

— Можешь заткнуться и позволить мне сказать? — рявкнул Роуэн.

Лукас выгнул бровь, увидев огонь, который начал разгораться во взгляде светло-зелёных глаз волчонка. Вместо того, чтобы разозлиться, как это происходило в отношениях с остальными, кроме Роуэна, гнев в глазах парня возбудил Лукаса так, что его член стал каменно-твёрдым.

— Да, анамхара?

— Я снимаю эту квартиру, — произнёс Роуэн. — Поэтому не всё нужно забирать.

Вампир моргнул.

— Мы сделаем список того, что надо оставить. — Лукас прижал волчонка к своей груди. Он услышал ворчание анамхары, последовавшее за небольшим смешком, улыбнулся и крепче обнял парня. — Ману, выйди.

— Да, электус.

Лукас мог слышать веселье в голосе своего брата, но ему было всё равно. Он поднял Роуэна на руки и отнёс на кровать. Положив парня на матрас, он стал жадно пожирать глазами изысканные черты его лица, а затем забрался на кровать и накрыл собой тело волчонка.

— Я серьёзно, Роуэн, — прошептал Лукас. — Ты никогда больше не оставишь меня.

Лицо Роуэна озарила улыбка. Дыхание Лукаса застряло в горле, когда парень развёл ноги. Он застонал, устраиваясь между ними и чувствуя, как их твёрдые члены через штаны трутся друг об друга. Знание того, что Роуэн возбуждён также, как и он, наполнило Лукаса ещё большей нуждой.

— Пришло время по-настоящему скрепить наш союз, анамхара.

— Ты же знаешь, что я тоже должен пометить тебя?

— Да, — Лукас улыбнулся, ощущая радость. Роуэн знал, что они с ним пара. Хорошая новость. Это означало, что ему не придётся убеждать свою половинку в том, что они принадлежат друг другу.

— Лукас, я должен укусить тебя, чтобы между нами образовалась связь.

— Связь между нами уже начала образовываться. С момента нашего первого поцелуя.

Роуэн, нахмурившись, на мгновение прикусил нижнюю губу.

— Лукас, моя сущность волка никогда не изменится.

— Анамхара, моя вампирская сущность тоже никогда не изменится.

— Мы должны обсудить, что значит быть связанным с волком-оборотнем, Лукас, — Роуэн колебался. — Я не уверен, что ты полностью понимаешь суть.

— Это ничего не изменит, Роуэн, — Если потребуется, он привяжет волчонка к кровати. — Ты мой анамхара. Я не откажусь от тебя.

Лукас улыбнулся, почувствовав, как Роуэн во сне прижимается всё ближе, устраиваясь у него под боком. Он ещё крепче обнял свою маленькую вторую половинку и сделал большой глоток виски из бокала. Напиток гладко скатился прямо в глотку. Хвала богам, вампиры всё же могли употреблять спиртное — даже если напиться у них уже не получалось.

— Машина скоро подъедет, Лукас, — сказал Ману, присаживаясь в кресло напротив электуса. — Вещи Роуэна погружены в грузовик и будут доставлены в пентхаус до нашего приезда туда.

— Спасибо, Ману.

— Он в порядке? — вампир кивком указал на Роуэна.

— Полагаю, да, — улыбнулся Лукас, опуская взгляд на анамхару. — Ему просто нужно немного отдохнуть. С ним всё будет хорошо, как только я заберу его домой.

— Ты его кормил?

Лукас закатил глаза: он не собирался сердиться на своего заместителя и не хотел нарушать то ощущение безмятежности, которое наполнило его тело после того, как он заклеймил Роуэна. Он не мог вспомнить, чувствовал ли прежде такое умиротворение. Роуэн, казалось, успокоил его.

— Он немного перекусил.

Лукас поморщился, вспомнив, как Роуэн рассказал ему о пойманном во время пробежки кролике. Он не мог запретить ему охотиться, даже если находил это занятие отвратительным. Лукас пил кровь, чтобы выжить. Разве это занятие было лучше? Они просто должны привыкнуть к странностям друг друга.

— А он кормил тебя?

Лукас усмехнулся при воспоминании о том, как хорошо Роуэн покормил его.

Ману обрадовался.

— И как он воспринял это?

— Удивительно хорошо, — Лукас пригладил пальцами чёлку Роуэна. — Поражаюсь, как это ты его не услышал.

— О, я слышал его, причём отлично, — Ману усмехнулся. — Только вот мне было непонятно: ты его убиваешь или он тебя.

Лукас подскочил, когда Роуэн вдруг фыркнул и открыл глаза.

— Это ещё бабушка надвое сказала — кто бы кого убил.

— Эй, анамхара, ты уже достаточно отдохнул?

Ресницы Роуэна дрогнули, когда он посмотрел на Лукаса.

— Зависит от того, чем ты предполагаешь заняться.

Воображение Лукаса мгновенно скользнуло за грань... или, скорее, в штаны к Роуэну. Он почувствовал, как лицо покраснело, когда Роуэн понимающе ухмыльнулся. Лукас перевёл взгляд на Ману, который снова усмехнулся. Покраснеть было для него внове, но, чёрт побери, вряд ли он позволит кому-либо смеяться над ним.

Лукас открыл рот, чтобы приказать Ману не насмехаться, но вместо гневных слов с губ сорвался стон, когда он почувствовал, как ладонь Роуэна накрыла его твёрдый член.

— Ты не честно играешь, анамхара.

Роуэн ещё раз сжал член Лукаса, от чего у того чуть не закатились глаза от наслаждения, а затем сел.

— Я никогда не играл честно, милый. Какое от этого удовольствие? — Роуэн посмотрел в окно, а затем перевёл взгляд на Лукаса. — Так когда мы уезжаем?

— Мы поедем домой очень скоро, анамхара.

— Да-а-а-а, и куда же это мы направимся?

Лукас улыбнулся. Он мог сказать, что Роуэн ещё доставит ему неприятностей.

— Отель «Электус».

Роуэн моргнул.

— Отель? Ты там живёшь?

— Много лет назад мой клан решил, что нам необходимо место, которое мы сможем назвать своим, какое-нибудь местечко, где люди точно будут знать, кто и что мы, и не будут пытаться охотиться на нас и вонзать кол в сердце. Поэтому мы купили отель «Электус» и окружающие владения. Конечно же, это было ещё до того, как этот район стал тем, чем он сейчас является.

— Серьёзно?

— Я совершенно серьёзен, анамхара. Мы владеем двадцатью жилыми массивами в городских кварталах, окружающих отель. В этой области у нас численность вампиров составляет около двухсот и население растёт, также наш туристический бизнес, частью которого является отель, процветает и с каждым днём расширяется. Нам везёт.

Роуэн вскинул брови.

— У вас есть туристы?

— Да.

— Они знают о том, что вы — вампиры?

— Удивительно, но они знают, и я полагаю, что в этом и есть часть очарования провести отпуск в нашем отеле. — Лукас схватил руку Роуэна, сжимая её, когда у того из горла вырвалось тихое рычание. — Ты должен понимать, анамхара, есть те, которые видят вампиров в том же самом свете, что и рок-звёзд. Они следуют за нами везде как поклонницы, соперничающие за наше внимание.

С каждым произносимым Лукасом словом, рычание Роуэна становилось громче. Лукас был очарован. Он выгнул бровь, когда верхняя губа Роуэна приподнялась и частица белого клыка блеснула на свету. Лукас понял, что нужно было высказываться по-другому, когда увидел огонь, горящий в глазах Роуэна.

Он поднял руки вверх, когда Роуэн напрягся.

— Так, Роуэн...

Вампир свалился на пол, когда Роуэн прыгнул на него. Волчонок зарычал и сделал выпад, погружая свои клыки в шею Лукаса, и тот вскрикнул, так как боль и удовольствие боролись друг с другом в нём. Удовольствие победило. Глаза Лукаса закатились, когда оргазм умопомрачительных размеров накрыл его.

Лукас тяжело дышал, его член дёргался и сокращался в слаксах, пока наполнял их своим неожиданным семяизвержением. Чем сильнее Роуэн присасывался к шее Лукаса, тем больше его член дёргался, до тех пор пока не образовалось большое влажное пятно на брюках.

Роуэн наконец извлёк клыки и зализал место укуса, закрывая его, а потом поднял голову. Огонь, горящий в глазах, медленно убывал, пока естественный, зелёный как мох, цвет глаз Роуэна не показался снова.

— Мой, — просто сказал Роуэн.

— Твой, — Лукас запустил пальцы в короткие светлые локоны парня. — Только твой, анамхара.

Слова Лукаса, казалось, успокоили волка Роуэна настолько, что они смогли подняться с пола и сесть обратно на стулья. Роуэн всё ещё надрачивал себе напротив него, но Лукас не возражал. Он уже говорил, что никогда не хотел, чтобы Роуэн отрёкся от своей сущности. Он просто не представлял этого.

Лукас мечтал о том, на что будет походить его жизнь, когда он найдёт анамхару. Но ни в одной из этих фантазий не было кого-то, походившего на Роуэна, на его взгляд. В мечтах анамхара должен был сидеть в его ногах и угождать каждой его прихоти.

Но только не Роуэн.

Роуэн был намного лучше. Роуэн был чудесным. Он был упрямым и саркастичным. Лукас не мог представить его сидящим в ногах, независимо от того насколько бы он желал этого. В Роуэне просто не было того, чтобы стать настолько покорным. Это было просто мечтой, Лукас понимал, что должен будет сдаться. Но наличие Роуэна в его жизни и счастья, стоило того, чтобы отказаться от мечты.

Лукас скривился, когда влажная холодная ткань слаксов задела кожу. Он глянул вниз, хмурясь ещё сильнее, когда заметил большое влажное пятно спереди на брюках. Прекрасно. Он будет выглядеть смешно, когда вернётся домой.

Роуэн рассмеялся.

Взгляд Лукаса метнулся к парню.

— Что-то смешное, анамхара?

Роуэн уставился на пятно с широкой улыбкой на лице. Лукас мог сказать, что тот гордился собой.

— По крайней мере, все будут знать, что ты принадлежишь мне.

— Я просто уверен в том, что метка от укуса на шее Лукаса послужила бы той же цели, Роуэн, — сказал Ману.

— Будь моя воля, он был бы весь покрыт моим запахом, — проворчал Роуэн.

Лукас моргнул от удивления, когда его член дёрнулся от такого заявления и попытался возвратиться к жизни. Почему мысль о том, чтобы быть покрытым ароматом Роуэна, завела его так сильно? Раньше ему никогда не нравились любовники-собственники, он всегда чувствовал себя подавленным, когда они становились слишком близкими. Почему Роуэн так отличался? Было ли это, потому что они являлись истинной парой?

— Я бы обкончал тебя всего и втирал бы сперму в твою кожу, если бы думал, что смогу избежать наказания.

Челюсть у Лукаса упала от мысленно произнесённых слов. Он знал, что может говорить с Роуэном через связь между ними. Он уже делал это. Он просто не знал, что Роуэн тоже в состоянии отвечать ему через эту же связь.

— Роуэн?

Роуэн откинул голову назад, чтобы посмотреть на Лукаса.

— Что?

— Как ты разговариваешь со мной мысленно?

Роуэн фыркнул.

— Мы же связаны.

— Это что-то обычное для волков-оборотней?

— Нет, только для моей семейной линии.

— Что ещё свойственно только твоей семье? — спросил Лукас вслух. Он отскочил назад, когда Роуэн поднял руку перед ним. Длинные, выглядящие смертоносно, когти выросли из его кончиков пальцев в мгновение ока. Роуэн зловеще усмехнулся, когда пошевелил когтями.

— Блядь!

— Ты можешь делать так, когда пожелаешь? — спросил Ману, садясь перед ним с зачарованным блеском в глазах.

— Конечно, — ответил Роуэн, когда когти убрались в кончики пальцев также быстро, как и появились. — Все в моей семье могут.

Лукас сглотнул. Его анамхара был смертельным оружием, замаскированным под красивого парня. Кто бы знал?

Роуэн с трудом сглотнул и приблизился к Лукасу, когда они направились к частному лифту, ведущему в пентхаус. Он чувствовал невероятную нервозность, идя рядом с парнем, так как собирался встретиться с вампирским кланом. Всё было бы иначе, если бы Роуэн не был волком-оборотнем, а Лукас — электусом своего клана. Но он был волком, а Лукас — лидером, и это для всех создавало напряжение. Роуэн даже сейчас мог чувствовать подобное от вампира.

— Лукас, — Роуэн замедлился, а потом в надежде и вовсе остановился.

— Да, анамхара? — спросил тот, оглянувшись.

Роуэн стоял, заламывая руки, снова глянув на лифт. Он ненавидел ощущение нервозности. Ему не нравилось попадать в ситуации, к которым он не готов.

— Могу я поговорить с тобой минутку, прежде чем мы поднимемся?

Лукас свёл брови, но кивнул, жестом показав остальным двигаться дальше. Роуэн отметил, что все вошли в лифт, кроме Ману, который остановился у входа и в ожидании прислонился к стене.

— Роуэн, что случилось?

— Как... — он сглотнул ком в горле. — Как ты хочешь, чтобы я вёл себя, когда мы встретимся с твоим кланом?

Лукас нахмурился, а затем протянул руку и погладил Роуэна по щеке.

— Я хочу, чтобы ты был самим собой, анамхара.

Роуэн фыркнул.

— Нет, Лукас, не хочешь.

— Анамхара...

— Я абсолютно точно помню, как ты говорил не забывать, где и с кем я разговариваю.

Тогда, услышав эти слова, Роуэн испугался остальных вампиров и Лукаса.

Только после длительной пробежки он смог выбросить это из головы и понять, что Лукас напомнил ему о том, что неуважительное обращение к нему в комнате, наполненной вампирами, могло расцениваться как вызов. Роуэн был волком и вырос в волчьей стае. Даже он понимал проблему.

Он был неправ, поэтому вернулся к вампиру. А ещё Роуэн верил, что Лукас так же сильно ощущал их связь... хотя они к тому времени и не были полностью связаны.

— Роуэн, признаю, что не знаю всего того, что происходит в волчьей стае, но в вампирском клане, когда один из нас соединяется с человеком, то этот человек... — Лукас облизнул губы. — Ну, он...

— Как домашний питомец? — ухмыльнулся Роуэн. Он вспомнил, что его пара вёл себя как «хозяин», прежде чем узнал, что Роуэн не человек. Он пока не спрашивал об этом Лукаса, но этого и так не потребуется. Роуэн никого не будет называть хозяином, даже свою половинку.

Лукас отвёл глаза, но Роуэн успел увидеть панику в золотисто-янтарных глубинах. Вампир был в ужасе. Роуэн мог ощущать запах страха, волнами исходящий от парня. Но это был страх не за свою безопасность. Лукас боялся потерять Роуэна, его боль была почти осязаемой.

— Лукас, посмотри на меня, — тихо произнёс он.

Когда вампир лишь на краткое мгновение бросил на него взгляд и снова отвернулся, Роуэн подошёл к нему, прижавшись своим телом к его. Он обхватил лицо Лукаса ладонями и наклонил его, чтобы запечатлеть поцелуй на сжатых губах своей пары.

Роуэн повернул голову так, чтобы губы Лукаса уткнулись в его лоб, и улыбнулся, почувствовав лёгкий поцелуй.

— Лукас, я не могу обещать быть идеальным, но буду стараться стать таким, каким хочешь ты.

— О, анамхара, — Роуэн ещё теснее прижался к Лукасу, когда почувствовал, что он обнял его. — Я не хочу заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.

— Лукас...

— Роуэн, ты не относишься к тем, кто подчиняется.

— Я могу им стать.

Лукас усмехнулся.

— Нет, не можешь. Ты мог бы попытаться, но в ту же минуту, как откроешь рот... ну...

Лукас пожал плечами.

Роуэн прикусил губу, чтобы не рассмеяться. Вампир раскусил его за такое короткое время. У Роуэна была длинная история с попытками держать свой рот на замке, но ни одна из них не увенчалась успехом.

— Лукас, для тебя я бы попытался.

— Роуэн, я...

Он прижал палец к губам Лукаса.

— Просто скажи, что я должен делать, и я пойму, смогу ли. Я не обещаю, что всё это выполню, но мне хотелось бы попытаться.

Лукас выдохнул.

— Тебе это не понравится.

— Уверен, что ты прав, но всё равно расскажи. Если у меня есть хоть какая-то надежда присоединиться к твоему клану, я должен узнать ваши обычаи.

— Быть моим анамхарой, моим домашним питомцем ставит тебя в уникальное положение, Роуэн, и многие будут ожидать от тебя поведения, которое этому положению соответствует.

— Однако? — Роуэн знал, что существовало «однако».

Уголок рта Лукаса дёрнулся вверх.

— Однако, есть определённые манеры поведения, и многие не поймут, если ты не будешь их соблюдать.

Роуэн выгнул дугой бровь.

— Например?

— Никому не позволено прикасаться к тебе без моего согласия. Они не могут даже пожать тебе руку. Прикосновение к анамхаре без разрешения строго запрещено.

— Ладно.

С этим он мог справиться. В любом случае, Роуэн сомневался, что хотел бы, чтобы кто-то, кроме Лукаса, прикасался к нему. От одной лишь мысли об этом его кожа покрывалась мурашками.

— Продолжай.

— Тебе не разрешается никуда ходить без охраны, и это исключительно для твоей защиты. Поэтому мне хочется на этом настоять.

— Мы же не говорим, например, о ванной, не так ли?

— Нет!

— Ладно, думаю, что смогу и с этим хорошо справиться. Что ещё?

— Большинство... гм... домашних питомцев сидит у ног своих хозяев.

Роуэн прищурился.

— Я должен называть тебя «хозяин»?

Лукас покраснел.

Роуэн отступил и скрестил руки на груди.

— Ну, я сомневаюсь, что это произойдёт.

Лукас скривил губы в усмешке.

— Я и не думал.

— Я согласен с тем, чтобы никто ко мне не прикасался и повсюду ходить с охранником. Я даже буду сидеть у твоих ног, если это сделает тебя счастливым. Но знай, Лукас, если кто-то сделает что-то плохое по отношению ко мне, я скормлю ему его же внутренности, — Лукас улыбнулся, словно гордился словами Роуэна. — Это не беспокоит тебя?

— Нисколько.

— Тогда ты также должен знать, что в мои обязанности входит защищать свою половинку от любой угрозы, которую я увижу, и меня не волнует, кто это. Если я пойму, что кто-то пытается навредить тебе, то не буду задавать лишних вопросов.

Роуэн приподнял бровь, когда улыбка Лукаса стала ещё шире. Он не был уверен, что вампир на самом деле понимает, что означает связаться с волком-оборотнем. Это и близко не похоже на отношения с человеком. Лукас будет удивлён, если ожидает, что Роуэн будет вести себя как человеческая пара.

— Раз в месяц я впадаю в жар: день до полнолуния, день полнолуния и день после полнолуния. Я не буду способен держаться от тебя подальше, и меня не будет волновать, кто нас видит. Мне нужно будет трахаться, и делать это часто.

Лукас поперхнулся достаточно громко, чтобы Роуэн услышал это.

— И... и что, если ты не получишь этого?

— Ты действительно хочешь узнать, что произойдёт, если я не получу то, что мне нужно раз в месяц? Или предпочтёшь трахать меня до потери пульса?

Лукас на мгновение прикрыл глаза.

— Так значит трёхдневный секс-марафон раз в месяц? Должен ли я включить это в своё расписание?

Роуэн усмехнулся.

— Если хочешь.

— Есть ещё что-нибудь, о чём мне стоит беспокоиться?

— Только одно, — Роуэн нахмурился. Это было из разряда того, чем он не хотел делиться, учитывая то, что слышал о вампирах. — Волки очень ревнивые существа, Лукас. Если кто-то попытается отнять тебя у меня, я убью его, и не испытаю даже унции угрызений совести.

Лукас с трудом сглотнул.

— Ладно. Что-нибудь ещё?

Роуэн поднял руку и вытянул когти.

— Мне не понравится, если ты изменишь мне мыслью или делом, — Роуэн посмотрел на твёрдый член, натянувший штаны Лукаса, подмигнул и щёлкнул когтями. — Ты же не хочешь узнать, что я сотворю с твоими яйцами, если ты сделаешь это?

— Понял.

— Хорошо.

Роуэн начал отворачиваться, чтобы уйти, но Лукас схватил его и притянул обратно. Он едва не замурлыкал — если бы умел это делать — когда вампир зажал в ладонь горсть его волос и дёрнул голову назад. В золотисто-янтарных глазах Лукаса был неистовый блеск, который взволновал Роуэна до кончиков пальцев. Он тут же почувствовал, как его член натягивает штаны, прижимаясь к члену Лукаса.

— Вампиры такие же ревнивые, как и волки, мой сладенький анамхара, — прорычал Лукас. — Я и волосок не трону с твоей прекрасной головки, но как и ты, убью любого, кто попытается забрать тебя у меня.

— Понял.

Лукас улыбнулся.

— Хорошо.

Роуэн не смог сдержать улыбки, когда вампир схватил его за руку и повёл к лифту. Ману кивнул им и подошёл, чтобы нажать кнопку вызова. Как только лифт прибыл, Ману проверил его внутри и кивнул Лукасу. Роуэн сглотнул и последовал за вампирами в лифт. Казалось, что прошла целая вечность, пока они добрались до их этажа, и в то же время, одно мгновение.

Роуэн держал спину прямо, а голову высоко поднятой, когда вышел из лифта и оказался на этаже под пентхаусом. Он попытается уступить Лукасу, но отказывался быть запуганным кем-либо ещё. Как бы сильно ему ни нравилось подчиняться своей огромной паре, никто больше не будет иметь над ним такой власти. Эта способность принадлежала исключительно Лукасу.

— Добро пожаловать в твой новый дом, Роуэн.

Он улыбнулся Лукасу, а затем огляделся. Его сердце забилось чуть быстрее, когда он увидел, что все вампиры в большой комнате смотрят на него. Некоторые казались гостеприимными, некоторые даже любопытными. Остальные были настроены враждебно. А в глазах некоторых светилась ненависть.

Один привлёк внимание Роуэна. Он не мог точно определить, кто именно, но чувствовал враждебность, исходящую от кого-то в комнате. Она была холодной и злобной. И направлена не только на него.

Он резко вздохнул и приблизился к Лукасу. Кто-то в этой комнате желал смерти его половинке. Роуэн точно это знал. Он мог ощущать гнусные намерения, как зло в своей голове, от которого началась головная боль. Роуэн поднял руку и потёр висок, пытаясь избавиться от неё. Но ощущения чистой ненависти стучали в нём как барабан.

— Анамхара?

Роуэн почувствовал, как Лукас обнял его. Он прислонил голову к его груди и тут же оказался окружён сильным мужским ароматом. В тот же момент, как запах Лукаса наполнил его, боль стала утихать, пока Роуэн не смог без мучений поднять голову.

— Ты в порядке, анамхара?

— Мы можем обсудить это позже? — мысленно произнёс Роуэн. — В приватной обстановке?

— Конечно — ответил Лукас тем же способом.

Роуэн поморщился, подняв голову. Боль полностью не прошла. Но по крайней мере она утихла достаточно для того, чтобы он был способен функционировать. Роуэн начал понимать, что аромат Лукаса забирал боль, поэтому прижался к вампиру, когда они повернулись лицом к толпе.

— Это мой анамхара, — произнёс Лукас. — Роуэн Коннелли.

Несколько вампиров вышли вперёд и склонили головы перед Роуэном. Никто его не тронул. Он продолжал прижиматься к Лукасу, когда тот повёл его по комнате и начал представлять другим. Наконец они остановились перед мужчиной, который выглядел взрослой копией Лукаса, только с седыми, а не чёрными волосами.

— Роуэн, это мой отец, старейшина Кеб Юкатия, — произнёс Лукас, указав на мужчину. — Отец, это мой анамхара, Роуэн Коннелли.

Роуэн уважительно склонил голову. Он понятия не имел, как старейшина примет, что Лукас соединился с ним. Когда Кеб долгое время лишь просто смотрел на него, не произнося ни слова, Роуэн начал нервничать. Он не хотел проявления враждебности со стороны ни одного члена семьи или клана Лукаса, ведь они уже соединились. Роуэн не отдаст Лукаса. Никому.

— Хорошо, что ты привёл его домой, сын мой, — наконец произнёс Кеб. — Он вольёт новую жизнь в наш клан.

У Роуэна упала челюсть. Серьёзно? Это был его ответ? Он и в самом деле это сказал?

— Спасибо, — ответил Роуэн, хотя Кеб и не с ним разговаривал. Что ещё было сказать? Он даже не был уверен, что означает вольёт новую жизнь, и боялся спросить.

— Мы позже поговорим, отец, — произнёс Лукас, подталкивая своего волчонка к выходу.

Роуэн в последний раз оглянулся через плечо, чтобы увидеть, как отец его половинки смотрит им вслед. Он сглотнул и повернулся, чтобы поприветствовать следующую персону. Да, это была встряска нервной системы.

Когда наступил вечер, Роуэн был уже истощён. Последние несколько дней были просто ураганом, и ему требовалась хорошая ночь сна в постели. Лукас должно быть почувствовал его усталость, так как извинился перед мужчиной, с которым разговаривал, и направился к нему.

— Мой анамхара хочет спать? — спросил он, обвив Роуэна своей большой рукой за талию.

— Может быть, только чуть-чуть.

Он улыбнулся Лукасу, когда они начали подниматься по большой, спиралеобразной лестнице в пентхаус. Он никогда в своей жизни не поднимался по такому большому количеству ступеней. Казалось, что прошла тысяча лет, когда они наконец достигли верха. Роуэн запыхался.

— Пожалуйста, скажи, что мы уже поднялись.

Лукас усмехнулся и сжал ладонь своего волчонка.

— Да, наши апартаменты дальше по коридору.

Роуэн взглянул на коридор и поморщился. Проклятая штука тянулась на мили вперёд. Он молился, чтобы спальня Лукаса оказалась первой, потому что, если ему придётся проделывать такое путешествие по двум верхним этажам отеля, его половинке потребуется установить проклятый лифт вместо лестницы.

Лукас в ярости обыскивал два верхних этажа отеля. Как, чёрт возьми, его половинка исчез и никто не видел, что произошло? Роуэн не отвечал через установившуюся между ними связь, что заставляло Лукаса опасаться худшего.

— Найдите его! — рявкнул он Ману, проверяя комнату за комнатой в поисках своего анамхары. У Лукаса было ощущение, словно из его груди вырывали сердце, чем дольше он искал и оставался ни с чем. Если кто-нибудь причинит вред его половинке, Лукас уничтожит весь их род.

На полном серьёзе.

Он рванул по коридору, когда Ману махнул ему. Роуэн всё это время находился в комнате в конце коридора? Чем ближе Лукас подходил к комнате, тем напряжённее становились его мышцы от ожидания худшего, пока он не услышал доносящийся смех.

Прекрасный голос Роуэна заставил снова забиться его сердце.

— У тебя есть восьмёрка?

Какого чёрта?

Лукас задохнулся, остановившись в дверном проёме и увидев картину, как его анамхара играет в карты с другими вампирами клана, выглядя так, словно отлично проводил время. Лукас не предпринял попытку войти в комнату. Он наслаждался чистой радостью на лице Роуэна.

— Ты жульничаешь! — крикнул Джексон его анамхаре.

Лукас издал низкий рык и вошёл. Никто не смел разговаривать с его половинкой подобным образом.

— Вот дерьмо, — вскрикнул Джексон, соскакивая со стула. — Электус, я говорил ему, что он не должен здесь находиться, но ваш анамхара настоял на игре.

Лукас понимал, что его половинка именно так и сделал. Но, тем не менее, это не оправдывало то, как Джексон разговаривал с Роуэном.

— Жди меня в моём кабинете.

Джексон, сглотнув, кивнул, быстро опустив взгляд в подчинении.

— Да, электус.

— А что касается тебя, — произнёс Лукас, когда Роуэн повернулся к нему лицом, улыбка исчезла с лица его половинки и тревога в прекрасных зелёных глазах Роуэна затронула сердце Лукаса, но не достаточно, чтобы позволить парню избежать наказания, — следуй за мной.

Лукас стремительно вышел из маленькой комнаты и направился по коридору к лестнице, ведущей в пентхаус. Он знал, что Ману сопроводит Роуэна и обеспечит ему безопасность, поэтому даже не стал дожидаться парня, а ему самому требовалось несколько минут, чтобы собраться перед разговором с анамхарой.

— Лукас, я могу объяснить, — начал Роуэн в ту же секунду, как вошёл в комнату, но вампир поднял руку.

— Ты не можешь это объяснить. Мы обсуждали необходимость в телохранителе, когда ты прибыл сюда. Ты согласился с этим.

— Ну да, но...

— Здесь не может быть оправдания, Роуэн, — голос Лукаса был суровым. И говоря это, он имел в виду то, что произносил. Его анамхара должен понять, насколько это важно. Его защита стояла превыше всего.

Роуэн опустил голову.

— Лукас, я прошу прощения.

Вампир протяжно выдохнул, потирая затылок. В его шее было напряжение от незнания, где каждую секунду находится его анамхара. Конечно, Роуэн был в безопасности и снова с ним, но те минуты, когда Лукас не знал, жив ли анамхара или нет, будут долгие годы преследовать его. Это говорило лишь о том, как много начал значить для него волчонок за эти несколько дней.

— Роуэн, ты должен понимать, что твоя безопасность ставится превыше всего. Здесь есть те, кто не думая дважды используют тебя против меня.

Волчонок поднял голову. В его глазах появились слёзы.

— Я бы никогда не предал...

Лукас подошёл к парню и обхватил его лицо ладонями.

— Роуэн, я знаю, что ты никогда бы меня не предал. Ты единственный в мире, кому я могу доверять больше, чем кому бы то ни было. Но если тебя у меня заберут, я всё отдам, чтобы вернуть тебя.

— Я... Я оружие, которое может быть использовано против тебя?

Роуэн побледнел. Казалось, что его мучила эта мысль.

Лукас запечатлел на губах своей пары быстрый поцелуй, чтобы смягчить слова.

— Да, анамхара. Нет ничего в мире, что я бы ни отдал за тебя. Вот почему тебе нужен телохранитель. Мне нужно, чтобы ты был под защитой.

Роуэн с трудом сглотнул и едва заметно кивнул.

— Я не понимал, Лукас. Прости. Я думал, что в безопасности в твоём доме.

— В нашем доме. И ты, по большей части, здесь в безопасности. Но всегда есть угроза, особенно учитывая, кто ты. Как анамхара электуса ты ещё в большей опасности. Есть те, кто будут видеть в тебе средство контроля моего клана.

— О, Лукас.

Вампир улыбнулся и провёл ладонью по щеке Роуэна.

— Я всё в мире отдам для того, чтобы защитить тебя, — прошептал он. — Я всё сделаю ради тебя.

Роуэн снова сглотнул. Его пальцы сомкнулись на рубашке Лукаса.

— Я не хотел, чтобы ты волновался. Мне просто было скучно, а затем я услышал об игре в покер и...

Лукас захохотал.

— Так ты в это играл?

— Не совсем, — Роуэн покраснел. — На самом деле, я не знаю, как играть в покер, поэтому, вместо этого, уговорил всех играть в «Лови рыбку».

Лукас задохнулся.

— Ты заставил моих самых жестоких солдат играть в «Лови рыбку»?

Роуэн застенчиво кивнул.

Лукасу стало смешно. Он покраснел, пытаясь сдержать смех в себе, но когда плотину прорвало, его хохот разнёсся по комнате. Роуэн уставился на него. Несколько минут спустя Лукас наконец сумел вытереть выступившие на глазах от смеха слёзы, хотя ему ещё было весело. Он притянул Роуэна к своей груди.

— Ты истинное наслаждение, анамхара.

— Это значит, что ты больше на меня не сердишься?

Лукас мгновенно пришёл в себя.

— Роуэн, я никогда на тебя не сердился, просто был обеспокоен. Ты должен понимать всю серьёзность наличия телохранителя и брать его всегда с собой. Я не могу потерять тебя.

— Хорошо, и я прошу прощения. Я больше никуда не пойду без охраны, — он поднял два пальца. — Обещаю.

Лукас выгнул бровь.

— Роуэн, ты никогда не был бойскаутом.

Вампир на это отель был готов поставить.

Свободной рукой Роуэн поднял небольшой тюбик лубриканта.

— Нет, но я всегда готов.

Лукас улыбнулся и потянулся за смазкой.

— Это так, анамхара. Это так.

После умопомрачительного оргазма двадцать минут спустя они вышли из спальни и отправились в кабинет, расположенный на самом верхнем этаже. Лукасу ещё требовалось разобраться с Джексоном и он был уверен, что придумал идеальное наказание для вампира.

— Сядь, малыш.

Лукас указал на подушки рядом со своим креслом. Роуэн бросил на него взгляд, обещающий возмездие, но без возражений сел на подушки. Лукас понимал, что позже ему придётся заплатить за такое заявление.

Он сел в кресло и погладил рукой мягкие волосы Роуэна, внимательно изучая вампира, стоящего у противоположного конца стола.

— Говори, Джексон.

Солдат с трудом сглотнул.

— Да, сэр, электус. Я играл в карты с другими вампирами, когда ваш анамхара вошёл в комнату. Знаю, что к нему запрещено прикасаться, и мы этого не делали, но играли с ним в карты.

— Понятно.

Лукас посмотрел вниз как раз вовремя, чтобы увидеть, как Роуэн закатил глаза. Он сжал губы, пытаясь не рассмеяться. Лукас понимал, что Роуэн доставит беспокойство, но, как ни странно, он ожидал этого.

— Сколько ты уже служишь у меня, Джексон?

— Пятнадцать лет, электус.

— Всё же ты ещё молодой.

Джексон ощетинился на слово «молодой», и Лукас знал, что так и будет. Ни один солдат-вампир не хотел, чтобы его называли молодым и неопытным, но здесь Лукас сказал правду. Большинство его закалённых воинов были с ним по несколько десятилетий.

Лукас в очередной раз провёл по коротким золотисто-светлым волосам Роуэна, а затем сложил руки вместе и посмотрел на Джексона.

— Проблема не в том, что ты играл в карты с моим анамхарой, а в том, как ты с ним разговаривал. Ты кричал на него. А это непозволительно.

— Прими мои извинения, электус, — произнёс Джексон. — Этого больше не повторится.

— Знаю, однако не могу позволить этому нарушению остаться безнаказанным. Если я спущу это тебе с рук, то остальные решат, что могут кричать на Роуэна и им за это ничего не будет. Я не могу этого допустить, Джексон.

Солдат с трудом сглотнул.

— Конечно же нет, электус.

— В наказание за крик на Роуэна, я назначаю тебя в качестве его личного телохранителя.

Лукас опустил голову, чтобы скрыть свою ухмылку, когда Джексон застонал. В этом звуке был чистый страх.

— Его жизнь и безопасность будут твоей исключительной обязанностью. Если ему хоть как-то навредят, то ты ответишь за это передо мной и я позволю тебе жить.

Джексон нахмурился.

— Сэр?

Лукас выгнул бровь.

— Если ты позволишь причинить вред моему анамхаре, что бы ты предпочёл: умереть быстро или остаться живым, чтобы познать мой гнев?

Джексон побледнел.

— Я предпочёл бы умереть, электус.

Лукас кивнул.

— Тогда я думаю, что ты обеспечишь безопасность моему анамхаре, или я позволю тебе жить.

— Да, электус.

— Пока мы понимаем друг друга.

Джексон кивнул.

— Тогда пойди и найди Ману, и получи экипировку. Постучишь в дверь, когда вернёшься, а затем будешь ждать снаружи Роуэна.

— Да, электус.

Джексон поклонился и покинул комнату.

Через мгновение дверь закрылась за ним и Роуэн хлопнул свою пару по бедру. Лукас усмехнулся, когда глянул вниз на парня, ни капельки не беспокоясь за небольшую демонстрацию насилия от волчонка.

— Ты хочешь что-то сказать, анамхара?

— Ты не должен был делать это наказанием, Лукас.

Вампир открыто рассмеялся, когда схватил Роуэна и усадил его на свои колени. Волчонок прижался прямо к груди Лукаса, пряча своё лицо в его шею.

— Джексон должен был понять, насколько важно, чтобы тебя хорошо охраняли. Теперь он знает.

— Лукас, мы просто играли в карты.

— Как я уже сказал Джексону, проблема не в том, что с тобой играли в карты. Проблема в том, что кто-то посмел кричать на тебя.

— Ты имеешь в виду кто-то, кроме тебя.

Лукас усмехнулся.

— Да, кто-то, кроме меня.

— Могу я кое о чём тебя спросить?

— Конечно, анамхара. Ты можешь спрашивать о чём угодно.

— Я теперь превращусь в вампира, раз ты меня укусил?

Лукас снова рассмеялся.

— Нет, анамхара, ты не можешь превратиться в вампира. Я уже говорил тебе это. Ты или рождаешься им, или нет. Ты, моя маленькая любовь, — Лукас приставил палец к кончику носа своей половинки, — волк, и волком останешься.

Роуэн слегка наклонил голову.

— Но я думал... — он нахмурился. — Я думал, что ты стал вампиром, когда тебя укусил один из них.

Лукас покачал головой.

— Голливудский миф.

Роуэн моргнул.

— А солнечный свет?

— Вредно для молодых вампиров, но чем более старше мы становимся, тем больше мы справляемся с солнечным светом.

— А ты достаточно взрослый, чтобы справиться с солнцем?

— Ну, я не хотел бы оказаться на пляжах Таити, но я могу находиться на солнце утром и в пасмурные дни.

— Серебро?

— Это для волков, не так ли?

Роуэн приподнял брови.

— Ну... не для моей семьи.

— Ты можешь справиться с серебром?

Волчонок поднял руку и покачал простым серебряным браслетом на запястье. Лукас нахмурился и схватил запястье Роуэна.

— Где ты его взял?

Ему не нравилась мысль, что его анамхара носит драгоценности, подаренные кем-то другим, а не им.

— Это моей бабушки. Я получил браслет, когда она скончалась несколько лет назад.

— Тогда я думаю, что разрешу тебе носить его.

Лукас усмехнулся от самодовольной улыбки на лице Роуэна. Возможно волчонку предстоит узнать его немного более лучше.

— У твоей семьи, кажется, есть некоторые очень интересные генетические аномалии.

Роуэн поморщился.

— Ладно, я понял. Что насчёт чеснока? — спросил он, очевидно меняя тему. Лукас позволил это — на данный момент. — У тебя есть аллергия на него?

Лукас кивнул.

— К сожалению, это единственный миф, про который Голливуд оказался прав. Чеснок, в низких концентрациях, вызывает у меня отвращение. В высоких — убьёт меня. Это похоже на яд. Даже если он будет в твоей крови, и я выпью из тебя, то это навредит мне. Так что не есть тебе больше итальянских блюд.

Роуэн слегка нахмурил брови, что так начал обожать Лукас. Это подсказывало ему, что его волчонок сильно о чём-то задумался. Лукас ждал, зная, что Роуэн скажет, всё что хотел, когда будет готов и не секундой раньше.

Он не просто пригласил Роуэна в свой клуб, но и надеялся на большее. Он тщательно изучал и следил за ним в течение прошлого месяца. Лукас, вероятно, знал больше о Роуэне, чем кто-либо. Он хотел знать всё, что можно о своей будущей паре.

— Значит я не смогу больше есть чеснок, потому что ты хочешь укусить меня?

Лукас рассмеялся.

— Я хочу сделать намного больше, чем просто укусить тебя, Роуэн.

Нежный румянец окрасил лицо волчонка, а глаза округлились. Лукас выгнул бровь, когда Роуэн внезапно засуетился.

— Ты хочешь укусить меня прямо сейчас?

Вампир открыл рот, чтобы сказать да, когда внезапно постучали в дверь. Лукас застонал и уронил голову на Роуэна.

— Возможно позже, если ты будешь вести себя хорошо, анамхара. А сейчас спустись на свои подушки и веди себя тихо.

Роуэн фыркнул, но спустился вниз с коленей Лукаса и свернулся на своих подушках возле стула.

— Я думаю, что должен предупредить тебя сейчас, скука делает меня беспокойным. Возможно, мы должны поговорить об iPad или что-то вроде того.

— Мы обсудим это.

Он рассмеялся и взъерошил макушку Роуэна.

— А сейчас успокойся, анамхара.

Волчонок откинул голову назад и укусил Лукаса за пальцы. Вампир покачал головой и позвал того, кто был снаружи. Улыбка исчезла с его губ, и он вошёл в образ электуса.

— Дариус, что я могу сделать для тебя?

Лукасу не нравился этот вампир. Он оставлял за собой холод. Электус предпочёл бы выгнать мужчину из своего клана, но даже у него должно быть серьёзное основание. На данный момент такого не было. До тех пор пока он ничего не сделал, Дариус останется.

— У меня завтра деловая встреча с дистрибьюторами, — сказал Дариус. — Могу ли я заказать одну из VIP-комнат в «Хрустальной Пещере». Если всё пройдёт, как я хочу, то сделка будет приносить всем нам здоровенную прибыль в течение длительного времени.

Лукас нахмурился, когда почувствовал рывок на своей штанине. Он не посмотрел вниз, главным образом потому, что не хотел отводить взгляд от Дариуса. Он предполагал, что вампир, стоящий напротив него, не знает, что Роуэн в комнате, поскольку тот спрятался под край стола.

— Он лжёт, Лукас, — прошептал волчонок через их связь. — Я чувствую это. Я не знаю, что он готовит, но он врёт и не краснеет.

— Откуда ты знаешь? — спросил Лукас в ответ.

— Моя голова болит.

Вампир запустил пальцы в волосы Роуэна. И тут же почувствовал, что его анамхара расслабился.

— Веди себя тихо и не двигайся. Я не думаю, что он в курсе, что ты здесь, и не хочу, чтобы знал. Мы обсудим это после того, как он уйдёт.

Роуэн притих. Лукас держал руку в его волосах, пока раздумывал над словами Дариуса и возможные мотивации для лжи.

— С кем ты встречаешься?

— Это новая марка рома, привезённая с Ямайки. До сих пор у них была репутация наилучших в этом направлении. Хоть это и новая компания, но если они настолько хороши, как я думаю, мне бы хотелось войти в дело наравне с учредителями. Как я сказал, в долгосрочной перспективе, это может быть выгодно для клана.

К сожалению, Лукас не мог придумать ни одной причины, чтобы сказать нет.

— Ладно, я позвоню и зарезервирую одну из VIP-комнат для тебя.

— Спасибо, электус.

Дариус поклонился и покинул кабинет.

Лукас подождал, пока дверь закроется, и только тогда поднял Роуэна к себе на колени.

— А теперь расскажи мне, что ты знаешь?

— Не много, — признался Роуэн. — Я просто чувствую, когда кто-то лжёт, и он бесстыдно врал тебе.

— Откуда ты знаешь?

— Ты помнишь, что я страдаю от мигрени?

Лукас кивнул.

— Я могу чувствовать ложь и такие сильные чувства как ненависть. Они вызывают головную боль, — Роуэн скривился. — Когда мы приехали, я почувствовал это в комнате, от одного из твоих вампиров. Ненависть была так сильна, что почти заставила меня потерять сознание, и была направлена не только ко мне. Кто-то ненавидит и тебя тоже.

— Это одна из твоих семейных черт?

Роуэн кивнул.

— Мне никогда не удавалось найти какое-нибудь противодействие этому, пока я не встретил тебя.

Лукас приподнял брови.

— Меня?

— Ну, точнее твой запах.

Роуэн покраснел.

— По каким-то причинам твой аромат успокаивает боль в моей голове, когда я чувствую сильные эмоции.

— Тогда мы сделаем так, чтобы я всегда был рядом с тобой, если вдруг ты почувствуешь подобную головную боль.

— Тем не менее ты должен позаботиться об этом парне.

— Действительно ли он тот, кого ты почувствовал в общем зале, когда мы приехали?

— Я не могу сказать. Я знаю, что ему не нравишься ты, и что он врёт, но не стану утверждать, что он тот же самый.

Слегка насупившись, Роуэн нахмурил брови.

— Это, возможно, было потому, что мы сидели слишком близко друг к другу, и твой аромат окружал меня. Наверное это приглушает ощущения.

— Я не буду проверять твою теорию, Роуэн.

При одной только мысли об этом Лукасу захотелось рычать.

— Мы будем просто следить за ним и смотреть когда и где что происходит. Согласен?

Роуэн кивнул.

— Согласен, поверь мне. Я ненавижу эти головные боли.

Лукас схватил телефон и набрал сотовый Ману. Ему нужен был кто-то, чтобы следить за Дариусом и узнать то, к чему он действительно был причастен. Ему не нравилось, когда лгали и чувствовать, как будто что-то зловещее назревает.

Это была его территория и Лукас планировал поддерживать здесь мир. Возможно, если бы Ману поймал Дариуса в совершении какого-нибудь предательства, то он смог бы наконец вышибить задницу ублюдка из своего клана.

После того, как он отдал приказ Ману следить за Дариусом, снова послышался стук в дверь. Лукас спустил Роуэна вниз и крикнул, чтобы входили. Это был Джексон, который выглядел немного бледным.

— Я пришёл для исполнения своих обязательств, электус.

Дариус задумал что-то нехорошее — и Лукас не сомневался в намерениях вампира — он хотел бы держать своего анамхару рядом. Но как заявил Роуэн, скука означает проблемы. Лукас кивнул, а потом похлопал Роуэна по плечу и посмотрел на телохранителя.

— Своей жизнью, Джексон.

— Да, электус, — поклонившись, произнёс он.

Так или иначе, но Лукас понимал, что это будет адская парочка. Роуэн ещё утрёт нос Джексону. Молодой вампир даже не знает, с чем ему придётся столкнуться.

Роуэн не знал, что сказать Джексону. Он чувствовал вину за то, что втянул парня в неприятности. Но, как и раньше, считал, что этим вампирам необходимо расслабиться. Джексон являл собой пример того, как выглядит человек, страдающий запором. Пока он с Роуэном шёл по коридорам, на лице у него было мученическое выражение.

— Ну и как ты тут развлекаешься?

Роуэн был готов пуститься в пляс. Он не привык торчать в закрытых помещениях. В конце концов, он был волком. Ему нужно огромное пространство, и никаких мраморных этажей и лифтов.

— Вяжу, — ответил Джексон.

Роуэн споткнулся и, разинув рот, посмотрел на телохранителя.

— Скажи, что это не так.

Говорил ли парень серьёзно или просто действовал на нервы? Роуэн полез бы на стенку, если бы кто-то бросил ему клубок ниток. Он был волком, а не чёртовым котёнком.

— Ага, а ещё мы играем в шаффлборд[2].

Роуэн был уже готов помчаться по коридору прочь, когда увидел, как подрагивает уголок губ Джексона. Ублюдок! На мгновение он провёл его. Но в эту игру могли играть двое.

— А моя стая любит йодль[3]. И этим лучше заниматься группой, думаю согласовать это с Лукасом. Что думаешь?

Роуэну пришлось подавить смешок, когда Джексон стал ещё бледнее. Парень резко повернул голову и с трудом сглотнул.

— Ты же шутишь, правда?

— А ты? — подразнил его Роуэн.

Вампир громко вздохнул, а затем проворчал.

— Ты слишком мал, чтобы быть настолько злым.

Роуэн не был уверен, должен ли он оскорбиться на это. И решил, что нет.

— Я знал, что ты меня разыгрываешь.

— Откуда? — спросил Джексон, когда прошёл с Роуэном на кухню. И не подумаешь, что отель вампиров будет оснащён полностью снабжённой кухней, но о чудо, она здесь была.

— Поскольку я родился в воскресенье, то меня никогда не били по голове[4].

— Это даже не имеет никакого смысла, — заявил Джексон, когда шагнул в сторону стойки и стал наблюдать, как парень что-то готовит поесть.

— Будь со мной, Джеки, мой мальчик, и ты будешь говорить почти так же осмысленно, как и я.

Джексон потёр виски. Роуэн рассмеялся. Он понимал, что вёл себя язвительно, но было так просто дурачиться с парнем. Он планировал повеселиться с Джексоном, пока тот не расслабится.

— Здесь есть какое-нибудь место, где можно побегать? — спросил Роуэн, когда начал пережёвывать свой сэндвич.

— Побегать?

— Ну, да.

Джексон сморщил нос.

— Ты же не один из тех псих-больных, не так ли?

— Э-э, нет.

Роуэн закатил глаза.

— Но волку нужно выходить время от времени на пробежку и чувствовать землю под своими ногами.

— Волку? — Джексон нахмурил брови. — Что...

Роуэн медленно положил сэндвич на стойку, когда услышал рычание. У него ком встал в горле, когда он увидел, что вампир присел на пол и его белые клыки отсвечивают при свете кухонной лампы.

— Э-э, Джексон, что ты делаешь?

Роуэн начал отступать, когда глаза его телохранителя покраснели. Хреново. Роуэн понимал, что любые резкие движения, вероятнее всего, спровоцируют вампира. Он не знал, что делать.

— Ты волк! — прорычал Джексон.

— Независимо от того, что ты задумал, Джексон, ты не хочешь этого делать. Лукас знает, кто я есть на самом деле. Не делай чего-то, о чём ты потом пожалеешь.

Роуэн выставил руки перед собой, чтобы отразить нападение Джексона. В то же время он мысленно прокричал для Лукаса.

— Тебе лучше притащить свою вампирскую задницу сюда, пока я не покалечил своего нового телохранителя!

Спиной Роуэн упёрся в кухонную дверь. Прежде чем он смог отстраниться от неё, вампир напал. Ему чуть ли не перерезали горло, уклоняясь и изворачиваясь, он пробрался на противоположную сторону от Джексона. К сожалению, при этом он отрезал себе путь к отступлению.

Возможно, он сделал не самое умное перемещение.

— Ты ведь в действительности не хочешь этого делать, Джексон. Лукасу не понравится, если ты ранишь меня.

Роуэн попытался избежать ещё одного удара длинных смертоносных когтей Джексона, но почувствовал, что они зацепили его бок. Порезы были не глубокими, но причиняли адскую боль.

— Лукас, я тебя предупреждаю. Если ты не появишься здесь и не остановишь Джексона, то я остановлю его сам.

— Что случилось, анамхара?

Он чувствовал веселье Лукаса даже через их связь.

— Джексон отказался играть в «Лови рыбку»?

— Нет, ты остроумная задница, — прокричал Роуэн в ответ. — Он пытается разорвать мне горло. Очевидно, ты забыл сказать ему, что я волк.

— Вот дерьмо!

Роуэн закатил глаза, когда почувствовал панику Лукаса.

— Я попытаюсь не навредить ему слишком сильно.

Но это всё, что Роуэн мог обещать. Он никому не позволит разорвать себе горло, даже своему телохранителю.

В следующий раз, когда Джексон приблизился к нему, Роуэн выдвинул свои собственные когти и прошёлся ими по его груди. Это оказалось сильным шоком для вампира, он отстранился и посмотрел на него в недоумении.

— Чёрт, не приближайся ко мне, Джексон. Я не хочу делать тебе больно.

— Ты волк!

Роуэн закатил глаза.

— Я был уверен, что мы уже выяснили это, Джексон.

— Ты должен умереть!

Голова Роуэна дёрнулась назад.

— Правда? И ты собираешься меня убить?

— Ты наш враг.

— Я пара Лукаса.

— Я не позволю тебе навредить моему электусу, — прорычал Джексон.

— Ты думаешь, что я сделал бы это?

Роуэн прищурился. Он убрал когти и двинулся к Джексону, пока не оказался на расстоянии достаточном для убийства, а затем откинул голову назад, обнажая горло для вампира.

— Если ты действительно считаешь, что я трону хотя бы волосок на голове своей пары, давай, вперёд. Разорви мне горло.

Роуэн с трудом сглотнул, когда увидел напряжённое тело Джексона. Он закрыл глаза, ожидая смертоносной атаки в любую секунду. Он даже почувствовал, что когти Джексона расположились напротив его горла. Когда атаки не последовало, Роуэн открыл глаза, чтобы увидеть вампира, смотрящего на него в полном замешательстве.

— Почему ты подставляешь мне горло? — прошептал Джексон. — Ты же знаешь, что я могу убить тебя одним ударом руки.

— Знаю.

— Тогда почему?

— Потому что ты веришь, что я причиню вред Лукасу.

— Ты волк.

— Да. Я родился волком, а ты вампиром. И я не могу этого изменить.

— Но... — Джексон покачал головой, как будто пытаясь очистить её от многих лет предубеждения. — Это не имеет значения. Волки и вампиры — заклятые враги.

— Почему?

Джексон отвёл взгляд от незащищённого горла Роуэна, чтобы встретиться с его глазами.

— Что почему?

— Почему волки и вампиры заклятые враги?

— Не знаю, — Джексон пожал плечами. — Просто враги. И всегда ими были.

— Я не считаю тебя своим врагом.

Джексон склонил голову набок, взглядом пробегаясь по лицу Роуэна.

— Но я вампир.

— А я волк.

Роуэн пожал плечами. Он действительно не понимал враждебности между многими различными видами в сверхъестественном мире.

— Так, блядь и что?

— Я не...

Джексон отступил назад, смотря на Роуэна так, как будто никогда не видел его прежде. Его взгляд начал спускаться по телу волка, затем внезапно остановился и его глаза расширились.

— О, чёрт! — прошептал Джексон. — Ты ранен.

— А, это?

Роуэн посмотрел на четыре длинных царапины сбоку. Он поморщился, когда понял, что его рубашка не подлежит восстановлению.

— Ерунда, они заживут достаточно скоро, но ты должен мне рубашку. И лучше ей не быть дешёвым ширпотребом. Я заплатил за неё много денег.

— О, чёрт.

Джексон упал на колени перед парнем, склоняя голову, чтобы обнажить шею.

— Убей меня, Роуэн. Убей меня сейчас же.

Волчонок моргнул.

— Э-э, почему я должен убить тебя, Джексон? Я только что сказал, что не считаю тебя врагом.

— Ты же слышал, что сказал Лукас. Я причинил тебе вред, Роуэн. Как ты думаешь, что он сделает со мной, когда узнает об этом?

Джексон внезапно вскинул голову и схватил руку волка.

— Пожалуйста, убей меня. Я видел, что он делает с теми, кого наказывает. Я лучше умру!

— Джексон, Лукас не собирается тебя убивать.

— Нет! — прокричал вампир. — Он подвергнет меня пыткам.

Роуэн рассердился и сел на ближайший стул.

— Джексон, Лукас не собирается убивать тебя. Хотя я не могу обещать, что он не подвергнет тебя пыткам. Он назначил тебя в качестве моего телохранителя. А это почти пытка сама по себе.

— Роуэн, пожалуйста.

Джексон нагнул голову снова, пока она почти не коснулась коленей волка.

Роуэн вздохнул и протянул руку вниз, чтобы погладить по макушке Джексона. Он чувствовал себя отвратительно. Он обвинял Лукаса и себя за эту ситуацию больше, чем кого-либо. Один из них должен был сказать Джексону с самого начала, что он волк. Особенно принимая во внимание, что мужчина будет охранять его.

Роуэн оглянулся, когда услышал, что кухонная дверь открылась. Он поднял свободную руку, когда увидел Лукаса и Ману, которые вбежали и остановились.

— Я не позволю тебе причинить ему вред, — сказал он Лукасу через их связь. — Он совершил ошибку, однако мы оба ответственны за это.

— Что случилось? — спросил Лукас мысленно.

— Он узнал, что я волк.

Роуэн поморщился, когда поднял руку и показал Лукасу мелкие раны сбоку.

— И отреагировал на это не очень хорошо.

— Я убью его, — вслух прорычал Лукас.

Роуэн почувствовал, что Джексон вздрогнул. И снова погладил его по голове.

— Нет, ты не убьёшь его. Ни ты, ни я, ни Ману не торопились сообщить Джексону, что я волк. Он просто пытался защитить тебя и свой клан от угрозы, которую почувствовал.

— Он ранил тебя!

— Я тоже ранил его. И подозреваю, что раны, которые нанёс ему я, намного хуже, чем маленькие царапины, оставленные им на мне.

Роуэн взмахнул одной рукой.

— Мои когти длиннее.

Он закатил глаза, когда Лукас снова зарычал.

— Мы подрались. Мы помирились. И уже покончили с этим.

— Проклятье, Роуэн!

Он выгнул бровь на выкрик и Лукас долго сверлил его взглядом. Роуэн понимал, что его пара хотел порвать Джексона, но не мог позволить, чтобы это произошло.

— Пожалуйста, Лукас? — попросил он мысленно.

— Хорошо, — Лукас глубоко вздохнул. — Он может жить.

— Ему нужен врач.

Лукас кивнул и махнул рукой Ману.

— Присмотри, чтобы ему оказали медицинскую помощь, а потом назначь Роуэну нового телохранителя.

— Нет!

Рукой Роуэн сжал волосы Джексона.

— Я не хочу другого телохранителя. Я хочу Джексона.

Лукас и Ману посмотрели на Роуэна, как на сумасшедшего. Даже Джексон поднял голову, чтобы посмотреть на него.

Роуэн закатил глаза.

— Смотрите, Джексон совершил ошибку, но и мы тоже. У меня нет неприязни к нему.

Лукас открыл рот, собираясь поспорить с ним. Роуэн усмехнулся.

— Кроме того, ты можешь придумать лучшую пытку, чем быть моим телохранителем? Я могу обещать тебе, что это будет не легко.

Роуэн подмигнул Лукасу.

— Держу пари, он взмолится, чтобы ты убил его в течение недели.

Роуэн знал, что победил, когда уголки рта Лукаса начали подрагивать.

— Ты должен решить, хочешь ли, чтобы остальные в твоём клане узнали, кто я, Лукас. Мы оба знаем, что они не будут чувствовать запах от меня, но, в конце концов, они обязательно узнают. Скрывая мою сущность, ты не получишь никакой выгоды.

— Поэтому я не понял? — спросил телохранитель.

— У него нет запаха волка. Он пахнет полностью человеком.

Глаза Джексона расширились, когда он посмотрел на Роуэна.

— Как это возможно?

Волчонок пожал плечами.

— Я уникален.

— Откуда ты узнал, что Роуэн — волк? — спросил Лукас телохранителя.

— Он сказал, что хочет пойти побегать.

Лукас приподнял бровь.

— Ты только несколько дней назад выходил на пробежку?

— Лукас, как часто тебе требуется пить кровь?

— В таком возрасте как я, примерно раз в неделю.

— А когда ты был так же молод, как и я?

Роуэну было действительно любопытно узнать, сколько лет его половинке, но сейчас не было времени, чтобы спросить об этом.

— Возможно, два или три раза в день.

Лукас нахмурился.

— Зачем тебе это?

Роуэн встал и медленно подошёл к своей паре. Он видел, что Лукас сглотнул, когда у него промелькнула зловещая улыбка. Он остановился прямо напротив вампира и ткнул пальцем в крепкую мужскую грудь.

— Я молод, Лукас. У меня много избыточной энергии, которую надо тратить. И сейчас либо ты будешь трахать меня, пока я не устану, либо позволишь мне побегать и сжечь эту энергию.

Роуэн уткнулся носом в Лукаса.

— Поверь мне, красавчик, ты не захочешь узнать, что произойдёт, если у меня будет слишком много энергии или свободного времени. Тебе не понравится.

Лукас прищурил глаза, стиснул челюсть и сжал руки в кулаки. Он явно был недоволен.

— Я могу просто приковать тебя цепью к нашей кровати.

Удивлённый смех Роуэна разнёсся по комнате.

— Ты можешь попробовать.

— Эй, чувак, — прошептал Джексон позади Роуэна. — Мы в полной жопе.

Когда Ману вошёл в кабинет, Лукас поднял взгляд от инвентарной описи, которую изучал.

— Нашёл что-нибудь?

Ману плюхнулся на стул напротив него и покачал головой.

— Нет, и это меня беспокоит.

— Беспокоит, потому что не нарыл на Дариуса ничего криминального? — нахмурился Лукас. — Разве это не хороший знак?

— Нет! — рявкнул Ману. — Он погряз в тёмных делишках. Ты знаешь это, я знаю это, но просто не можем доказать. Если он не бросит тебе вызов, нам не выгнать этого засранца из клана. Только если сможем его на чём-нибудь подловить.

Лукас согласно кивнул.

— Ты просмотрел видео его встречи?

— Да. Вообще-то, всё выглядело честно, и именно это меня тревожит. Деловые интересы Дариуса всегда были на грани преступления закона. С тех пор как ты привёл Роуэна домой, он сразу же стал осторожным.

Лукас откинулся на спинку кресла и поднёс авторучку к губам.

Ему не понравилась мысль, что Дариус мог планировать что-то против Роуэна.

— Мы никогда не докажем его делишки в прошлом, хоть и знаем о них. Дариус действует сейчас осторожнее, это достаточное предупреждение для меня.

— Точно.

— Хорошо, я хочу, чтобы за ним наблюдали. Тем временем я найду кого-нибудь, чтобы покопались в его финансовых документах. Должен быть способ доказать, что он в чём-то замешан. Я хочу знать каждое его движение, куда он идёт и с кем встречается. Дариус что-то замышляет.

— Я тотчас же приставлю кого-нибудь для слежки.

— Я также хочу, чтобы Джексон усилил безопасность Роуэна. Если Дариус что-то планирует против моего анамхары, я не хочу, чтобы у него был шанс это сделать.

Ману некоторое время сидел молча, а потом сказал:

— Ты действительно собираешься доверить безопасность Роуэна Джексону?

Лукас расстроенно вздохнул и бросил ручку на стол.

— Не думаю, что у меня есть выбор.

— Ты электус, — фыркнул Ману. — У тебя всегда есть выбор.

— Эй, ты знаком с моим анамхарой?

— Ты должен разобраться с ним, Лукас. В клане уже идут разговоры.

Лукас сузил глаза.

— Разговоры?

— Ну, скорее просто перешёптывания. Они не понимают, почему твоя пара не следует правилам. Пока ты не объявишь, что он волк, они продолжат задаваться вопросом, почему ты позволяешь простому человеку делать всё, что тот захочет.

Лукас провёл рукой по лицу. Роуэн, как оказалось, был огромной занозой в заднице, когда начинал входить в роль «анамхара — электус». В его теле не было ни одной покорной косточки.

С другой стороны, необузданная жилка в нём привлекала Лукаса с каждым днём всё больше. Он был очарован Роуэном. Его пара был неистовым в постели и вне её. С ним никогда не было скучно.

И как ни странно, но Лукас любил каждую минуту, проведённую с ним. Он не хотел сломить дух Роуэна.

— Ладно, я попрошу его сбавить обороты немного, но я ничего не обещаю.

— Почему ты просто не расскажешь клану, что он волк?

— Потому что хочу, чтобы клан узнал его сначала. Понял, что он за человек такой. Роуэн непохож на других волков, с которыми мы когда-либо сталкивались, и я не верю, что он угроза нам. Как только клан узнает это, я надеюсь, что они примут его независимо от того, кто он есть.

— Ты же знаешь, что это обернётся против тебя, верно?

Лукас усмехнулся с сожалением.

— Да, ты, вероятно, прав.

— Просто будь осторожен, Лукас.

Электус кивнул. Он понимал, что должен рассказать им, но надеялся, со временем Роуэна признают, прежде чем сбрасывать пресловутую бомбу на свой клан.

Он только молился о том, чтобы принять правильное решение.

Лукас вскинул голову, когда услышал громкий стук в дверь. И тут же увидел охранника, врывающегося в кабинет.

— У нас проблемы, электус. Лимузин Даниэля Эверсона был замечен поблизости. Наши разведчики говорят, что с ним два автомобиля полные солдат.

Сердце Лукаса громыхало в груди, пока он тянулся за телефоном.

— Ману, возьми с собой солдат и найди Роуэна. Он вышел на пробежку с Джексоном. Я хочу, чтобы он вернулся домой как можно быстрее. Электус Эверсон, не задумываясь дважды, похитит Роуэна и будет использовать его против меня. Найди его!

Лукас ударил ладонями по столу.

— Наблюдения, ведущегося несколько часов, недостаточно. Я хочу, чтобы отель Эверсона был под круглосуточным надзором. У него мой анамхара. Я это знаю. Ману собственными глазами видел, как тот стрелял в Джексона и Роуэна, и его солдаты забрали их.

— Электус, мне очень жаль, — ответил Нахим. — Мы не можем целый день держать отель Эверсона под наблюдением, так долго находиться на его территории. Это противоречит нашему мирному договору.

— Как и похищение моего анамхары, — прорычал Лукас. — Так как Эверсон договор нарушил, я также больше не намерен его придерживаться.

— Сам послушай, о чём ты говоришь, Лукас, — сказал Нахим. — Неужели ты готов разорвать мирное соглашение с другим кланом из-за волка?

Электус взревел. Он схватил Нахима за горло и ударил его об стол. Повсюду разлетелись бумаги. Лукас наклонился, оказавшись нос к носу со своим младшим братом, зарычал и обнажил клыки.

— Роуэн мой анамхара, моя истинная пара. И не ебёт, что он волк. Он мой, и я верну его обратно, или буду истреблять клан Даниэля Эверсона одного за другим, пока Роуэн не вернётся ко мне в целости и сохранности.

— Да, электус.

Нахим сглотнул.

Лукас приподнял брата за горло и швырнул его в другой конец комнаты. Он услышал грохот, когда Нахим врезался в стену и сполз по ней на пол. Но ему было плевать на это, потому что его сердце вырывали из груди.

— Найди его!

— Лукас.

— Что? — крикнул тот.

Но когда он обернулся и увидел своего отца, стоящего у него за спиной, ему стало стыдно за свой выкрик. Он сделал глубокий вдох и попытался восстановить контроль над своими беспорядочными эмоциями.

— Да, Отец?

— Электус Эверсон на проводе, хочет поговорить с тобой.

Лукас потянулся к телефону, но передумал. Он был не в состоянии сейчас вести переговоры об освобождении Роуэна.

Он был слишком зол, слишком испуган. Лукас был способен направить весь свой клан к Эверсону, чтобы вернуть анамхару.

— Прими сообщение.

Кеб на мгновение прикрыл глаза, а затем медленно кивнул.

— Как хочешь.

Лукас, стиснув зубы, плюхнулся в кресло. Он ухватился за подлокотники, сдерживая себя, чтобы не схватить телефон и не вырвать его из рук отца. Его убивало, что Роуэн оставался в лапах Эверсона, когда он даже не знал, мучили его пару или нет, но у него не было выбора. До тех пор, пока не придуман план спасения.

И тогда он будет сдирать кожу с тела Даниэля Эверсона дюйм за дюймом.

Лукас нахмурился, когда его отец прикрыл трубку телефона и оглянулся на него.

— Что?

— Он говорит, что это очень важно.

Лукас приподнял бровь.

— Да?

— Он говорит, что это касается твоего анамхары.

Лукас сжал руки на подлокотниках.

— Я это знаю, — огрызнулся он. — Этот ублюдок схватил Роуэна.

Кеб протянул трубку телефона.

— Хочешь поговорить с ним?

— Лукас, это, возможно, единственный способ вернуть Роуэна назад, — сказал Ману. — Может быть, он не запросит слишком уж большой выкуп.

Лукас очень в этом сомневался. Захват его анамхары означал, что Эверсон одержал верх. Он отдал бы всё на свете, чтобы вернуть Роуэна. И подозревал, что Эверсон это знает.

— Хорошо, я поговорю с ним, но хочу, чтобы разговор записывали. Эверсон нарушил наш мирный договор. Это будет доказательством.

Ману кивнул и побежал к шкафу, чтобы взять небольшой чёрный квадратный предмет. Когда он вернулся, то прицепил его к трубке телефона и кивнул. Лукас схватил свой стакан виски со стола и опрокинул одним махом, затем со стуком поставил его обратно. Он сделал глубокий вдох и потянулся за телефоном.

— Эверсон, — сказал он как можно более спокойно и контролируя свой голос.

— Лукас, послушай...

— Нет, это ты послушай, — прорычал Лукас. — Ты нарушил наш мирный договор, похитив моего анамхару и я...

— Я отдам тебе всё, что захочешь, только приходи и забери его.

У Лукаса отпала челюсть.

— Извини?

— Я отдам тебе всё, что захочешь, если ты просто придёшь и заберёшь его. Ты хочешь денег? Землю? Новый мирный договор? Что? Просто скажи и это будет твоим.

Создавалось впечатление, что Даниэль Эверсон сейчас расплачется.

— Пожалуйста, я прошу тебя. Приди и забери его.

Лукас мог видеть недоумение на лицах всех присутствующих, когда он начал улыбаться.

— О какой сумме мы говорим?

— Миллион долларов?

— Пять миллионов и вся территория между Пятой улицей и Западной Фергюсон, включая каждый дюйм Лесного Парка.

— Но это больше, чем десять кварталов, — запротестовал Даниэль.

— Хорошо, тогда нам нечего обсуждать.

Лукас слышал, как кричит на него Эверсон, кладя трубку телефона. Он широко улыбнулся, скрестив руки на груди, и стал ждать. Он знал, что тот перезвонит.

— Лукас, — спросил Кеб, — что случилось?

— Роуэн случился.

— Что...

Лукас поднял руку, когда снова зазвонил телефон. Он подождал, пока тот позвонит ещё два раза, а потом спокойно поднял трубку.

— Электус Лукас Юкатия.

— Хорошо, я согласен, — быстро проговорил Эверсон, — но только если ты пообещаешь, что Роуэн никогда больше не ступит на мою территорию, пока он жив.

— Согласен.

— Тогда приходи и забери его, пока он не разрушил здесь всё.

— Договор?

— Договор? — прокричал Эверсон. — Мне всё равно, какой чёртов договор ты хочешь. Просто приди и забери его.

— Сколько людей я могу взять с собой?

— Да всё равно, хоть весь свой грёбаный клан!

Лукас усмехнулся.

— Я скоро буду.

— Только поспеши, пожалуйста.

Лукасу было очень трудно сохранять серьёзное выражение, пока он вешал трубку телефона и окидывал всех взглядом. Они смотрели на него в недоумении.

— Электус Эверсон согласился заплатить нам пять миллионов долларов и отдать всю территорию между Пятой улицей и Западной Фергюсон, включая Лесной Парк, если мы придём и заберём Роуэна, и поклянёмся, что тот никогда больше не ступит на территорию Эверсона.

— Что, чёрт возьми, Роуэн сделал?

Лукас покачал головой.

— Я понятия не имею, но зная своего анамхару, он напугал электуса Эверсона до усрачки. Роуэн не доброжелателен к людям, которые злят его.

Лукас усмехнулся, потирая руки.

— И подумать только, я смог заполучить лесной парк для пробежек Роуэна в результате сделки. Он будет в восторге.

— Кажется у твоего анамхары много способностей, сын мой.

Лукас улыбнулся отцу.

— Ты даже не представляешь сколько.

— Эй, красавчик, — сказал Роуэн, когда вошёл в кабинет Лукаса, — мне нужно позвонить с твоего телефона.

Брови вампира взлетели вверх.

— Роуэн, ты можешь звонить с любого телефона, с которого захочешь. Ты не должен спрашивать у меня разрешение. Ты ведь здесь не заключённый.

Вопросительно сдвинутые брови омрачили черты лица Лукаса.

— Я думал, ты знаешь это.

Роуэн подошёл и плюхнулся на колени вампира, ёрзая до тех пор, пока не нашёл именно то место, которое хотел — то, где он мог почувствовать твёрдый член Лукаса, прижимающийся к его заднице. Это действительно было идеальное место, чтобы прижаться.

— Я знаю это, но мне нужно позвонить и поговорить с моей семьёй. Я надеялся, что ты будешь со мной во время этого разговора.

Роуэн начал наглаживать края шёлковой рубашки Лукаса. Сначала он признается, что нервничает из-за разговора с родителями.

— Я ещё не говорил им о нас.

— Ты боишься, что они расстроятся?

— И да, и нет, — Роуэн пожал плечами. — Думаю, они будут счастливы, что я нашёл свою вторую половинку, но...

— Это потому что я мужчина?

Взрыв хохота вырвался из уст Роуэна.

— Нет, они знают, что я гей, и у них нет проблем с этим.

— Из-за того, что я вампир?

— Опять же, и да, и нет. Я думаю, они будут беспокоиться, пока не познакомятся с тобой и не увидят, как сильно ты меня любишь, но...

Лукас выгнул бровь.

— Ты думаешь, что я люблю тебя?

— А то, — Роуэн закатил глаза. — Я знаю, что ты меня любишь.

— И как ты пришёл к этому выводу?

— Если бы ты не любил меня, не приставил бы ко мне так много телохранителей. Ты защищаешь только тех, о ком беспокоишься, и ты беспокоишься обо мне.

Он смотрел на Лукаса сквозь ресницы. Мужчина выглядел немного потрясённым. Роуэн не мог не задаваться вопросом, знал ли Лукас, что был также любим.

— Я тоже тебя люблю.

— Ты уверен, Роуэн? — прошептал Лукас. — Я знаю, что спаривание очень многое значит для волков, но ты уверен, что это не связь, которую ты чувствуешь?

Его ответ, казалось, был действительно важным для Лукаса, поэтому Роуэн на некоторое время задумался об этом, прежде чем ответить.

— Да, я чувствую связь с тобой. С самого начала. Вот почему я ушёл, когда ты расстроился из-за того, что я волк. Я чувствовал, что моя душа разрывается.

— О, анамхара, — Лукас выглядел таким раскаивающимся. — Я знаю, что в самом начале получилось не очень удачно. Я был просто в шоке и клянусь, что сейчас это уже не беспокоит меня.

Роуэн похлопал вампира по груди.

— Я знаю, — ухмыльнулся волчонок. — И именно поэтому твои яйца всё ещё при тебе.

— Роуэн, ты должен прекратить угрожать, что лишишь меня яиц.

— Неа, — волчонок сморщил свой носик. — Это будет держать тебя в узде.

— Только потому что я боюсь, что ты действительно сделаешь это.

— Не беспокойся, сладкий. Мне, оказывается, нравится, что они там, где сейчас.

— Пока не разозлю тебя, — прорычал Лукас.

Роуэн выгнул бровь.

— Тогда не зли меня.

— Роуэн.

Волчонок усмехнулся и начал снова разглаживать ткань на груди Лукаса. Не то чтобы рубашка была мятая, но Роуэну очень нравилось касаться своей пары.

— Сейчас, как я и сказал, я чувствую связь с тобой. Но чувство брачной связи не означает, что волки автоматически влюбляются в свою пару. Для этого нужно нечто большее.

— Нечто большее, чтобы влюбиться в меня?

— Чёрт возьми, да!

Роуэн расхохотался, глядя на недовольное хмурое лицо Лукаса.

— Ты, любовь моя, не только заботливый. Ты ещё эгоистичный, властный и чертовски упрямый, когда это выгодно для тебя.

— Эй!

— Ты также защитник, собственник и доминант.

— Не уверен, что это лучше, Роуэн.

— О, лучше, поверь мне.

Волчонок развернулся так, что смог покачивать ногой, сидя на коленях Лукаса, а затем сел снова лицом к нему.

— Ты эгоист, потому что у тебя есть право таким быть. Ты возглавляешь большое количество людей и делаешь это очень хорошо.

— Спасибо.

— Не благодари меня. Я ещё не всё сказал, — Роуэн усмехнулся. — Ты властный и упрямый, но я думаю, ты и должен быть таким при твоём высоком положении. И ты защищаешь тех, кем руководишь и о ком заботишься. Я знаю, что ты отдашь свою жизнь, чтобы сберечь любого из нас.

— Это мой долг как электуса.

— Это больше, чем долг для тебя, Лукас. Это — кто ты есть на самом деле.

Роуэн наклонился вперёд и чмокнул вампира в губы.

— Ты собственнически относишься к тем, о ком заботишься, кого любишь, потому что хочешь обезопасить их. Потеря хоть одного из твоего клана причинит тебе боль. Потеря любого кого ты любишь, уничтожила бы тебя.

Тело Лукаса становилось более напряжённым с каждым словом, которое произносил Роуэн. Он начал наносить маленькие поцелуи по подбородку Лукаса после каждого предложения, чтобы успокоить его.

— Твоя семья значит всё для тебя, но я твой анамхара и значу больше всего. Я сердце, которое бьётся в твоей груди, кровь в твоих венах. Ты обернул бы меня ватой, чтобы уберечь, если бы думал, что я позволю.

— Я обернул бы, — прошептал Лукас, затаив дыхание. — Я сделал бы всё что угодно, лишь бы уберечь тебя.

— Я знаю, и вот почему я не спорю, когда ты удваиваешь моих телохранителей. Твоя потребность оберегать меня только подтверждает, как сильно ты меня любишь.

— Может, я просто пытаюсь контролировать тебя.

Роуэн рассмеялся.

— Я не сомневаюсь, что ты пытаешься контролировать меня. Это заложено в твою природу. Ты вампир, в конце концов. Впрочем, я думаю, что как волк смогу удержать тебя в узде, когда ты будешь переступать границы.

Челюсть у Лукаса начала падать, а затем вдруг резко закрылась.

Его тёмные брови выгнулись.

— Ты думаешь, что сможешь контролировать меня, не так ли?

— Я попытаюсь, и ты это знаешь. Это одна из черт, которые ты любишь во мне. Я отказываюсь быть ковриком у твоих ног. Однако, когда дело касается важных вещей, как наша любовь друг к другу, я никогда не буду использовать это против тебя, чтобы получить то, что хочу. Это нечто слишком важное, чтобы запачкать грязью.

Лукас выглядел задумчивым, хмурый взгляд постепенно исчезал с его лица.

— Ты, кажется, всё просчитал.

— О, чёрт возьми, нет. Я так же растерян, как и ты. Но одно я знаю точно, что ты любишь меня и я люблю тебя. А остальное мы выясним по ходу дела.

— Ты так уверен во мне, да?

— Да, — ответил Роуэн без сомнения.

— Тогда я думаю, ты можешь быть прав.

— Ты думаешь? — нахмурился волчонок. — Я собираюсь убедить тебя в этом, Лукас.

— Ладно, анамхара, я дам тебе возможность убедить меня, — усмехнулся вампир. — На этот раз.

— Обещания, обещания, — дерзко сказал Роуэн, потом повернулся и схватил телефон. Он почувствовал, как пальцы его пары плавно пробежались по его телу. Он точно знал, чего хотел Лукас, но ему вначале нужно было позвонить.

Когда рука вампира нырнула между ног Роуэна, массируя его сильное возбуждение, он бросил трубку, схватился за стол и застонал, ёрзая своей задницей по большой выпуклости под ним.

— Я думал, ты собираешься звонить своей семье? — тихо прорычал Лукас на ушко Роуэну, сопровождая свой вопрос прикосновениями языка.

Волчонок вздрогнул.

— Ты, чёрт возьми, прекрасно знаешь, что я не буду разговаривать с мамой, пока ты трахаешь меня.

— Кто сказал, что я буду трахать тебя? — спросил вампир.

— Я. Сейчас же трахни меня.

Роуэн соскользнул с коленей своей половинки и стянул его штаны. Он хотел чувствовать Лукаса всего, пометить его, трахаться с ним до тех пор, пока стол не рухнет на пол. Он взобрался на стол, вертя своей задницей туда-сюда, а Лукас облизывал губы, глядя на открывшуюся дырочку Роуэна.

— Ты собираешься сидеть и любоваться моей задницей или трахнешь меня?

Вампир вскочил на ноги, за секунды стаскивая штаны вниз на лодыжки, затем открыл ящик и вытащил тюбик со смазкой. Он поставил тюбик на стол и начал ласкать тело Роуэна, нежно царапая ногтями его плоть.

Его пальцы оглаживали холмики волчонка, а потом влажные пальцы скользнули в него. Роуэн качнулся назад, насаживаясь на длинные гибкие пальцы Лукаса, а затем опустил плечи на красное дерево.

Разгорячённой щекой он прекрасно ощущал прохладу стола.

Когда Лукас вытащил пальцы, Роуэн резко втянул воздух, а потом почувствовал, как большой член вампира входит в него. Боже мой, парень был благословлён мужским достоинством! Что делало Роуэна очень счастливым волком.

Прикусив нижнюю губу, Роуэн выдержал боль, зная, что это перерастёт в невероятное наслаждение. И он был прав. Волчонок громко вопил, пока Лукас безжалостно брал его. Его лёгкие расширились и вопли разносились по всему офису.

Он знал, что был громким любовником, да и наплевать, пока Лукас вгоняет свой член в его задницу, заставляя кричать так, будто его убивают.

— И ты любишь мою задницу! — провыл Роуэн, толкаясь обратно к Лукасу. Он чувствовал каждый дюйм члена вампира в своей заднице, его пальцы впились в дерево, оставляя следы когтей.

Лукас разозлится, когда увидит это. Но Роуэну было всё равно. Единственное, что его волновало, что самый красивый мужчина на земле трахает его. Он протянул руку вниз, обхватил пальцами свой член и начал дрочить его в одном темпе с толчками Лукаса. Его разрядка была близка. Роуэн чувствовал её по дрожи, прошедшей по позвоночнику. Яйца прижались к члену, который он надрачивал.

— Кончаю! — выкрикнул он так громко, что окна завибрировали.

У Роуэна плясали звёздочки перед глазами, его яйца были опустошены, а спермой он забрызгал стол под собой. Лукас долбил его дырочку всё сильнее, издавая хриплые звуки, потом задвинул свой член глубоко в задницу Роуэна и заорал.

Волчонок моргнул несколько раз, а затем упал на стол, его сердце бешено билось. Он лежал с большой глупой улыбкой, когда Лукас выскользнул из его тела.

— Ты готов позвонить?

— Ещё пять минуточек, Ма.

Роуэн усмехнулся, перевернулся на спину, улыбаясь самому важному человеку в своей жизни. Он вскрикнул, когда Лукас шлёпнул его по обнажённому бедру.

— За что?

— Никогда не называй меня своей мамой, когда мы только что закончили заниматься сексом. Это выглядит неправильно.

Роуэн рассмеялся, оттолкнулся от стола, схватил штаны и натянул их на себя. Он сел обратно на колени Лукаса и тот вытер стол бумажной салфеткой.

— Ты поцарапал его!

Волчонок насвистывал, разглядывая комнату, смотря куда угодно, только не на Лукаса.

— Не знаю о чём ты говоришь.

Вампир зарычал и крепко обнял Роуэна.

— Конечно же ты не знаешь. А я должен буду теперь кого-нибудь позвать, чтобы отремонтировали это.

— Что отремонтировали?

Роуэн захихикал, когда Лукас укусил его за плечо.

— Чёрт возьми, звони.

Волчонок закатил глаза, схватил телефон и набрал номер своей матери. Он был взволнован, что услышит её голос. Прошло уже некоторое время, как он разговаривал с ней, но сердцем понимал, что она примет Лукаса.

После Демерола и глотка виски.

— Алло?

— Мам, это я, Роуэн, — провыл он в трубку, чувствуя тоску по дому, услышав знакомый голос своей матери. Боже, он скучал по ней. Он скучал по всей своей семье. Они были очень близки. Чёрт, когда Роуэн был изгнан из стаи, вся его семья собрала чемоданы и уехала вместе с ним. Они были верны друг другу.

— Привет, Марта. Я не могу долго разговаривать. Мне нужно, чтобы телефонная линия была свободна, если вдруг позвонит Роуэн.

Парень отстранил трубку телефона и уставился на неё, размышляя, что, чёрт возьми, говорит его мама. Марта? Тётя Марта? Его мама впала в старческий маразм за то время, что он отсутствовал? Вроде прошло не так уж много времени. Разве нет?

— Нет, мама, — сказал он, прислоняя обратно трубку телефона к уху. — Это я, Роуэн.

— Нет, я так ничего и не слышала о Роуэне. Сердце надрывается, что я не знаю, где он находится. Все так волнуются.

Роуэн почесал голову. Что за хуйня?

— Мама, ты в порядке? Где папа?

Он должен поговорить с кем-то и выяснить, почему его мать так долго гуляла в лесу без компаса. Может она потеряла его.

— Нет, это так не похоже на Роуэна, исчезнуть вот так. Я беспокоюсь, что он попал в беду.

Роуэну становилось страшно. Его мать была острее, чем гвоздь. Всегда. Слушая такой её разговор, он нервничал.

Волчонок оглянулся на Лукаса, когда тот похлопал его по плечу.

— Спроси её, кто с ней там, — прошептал вампир.

— Мам, кто с тобой в доме?

— Нет, Марта, тебе не нужно приезжать. Альфа Карлтон Грегори услышал о внезапном исчезновении Роуэна. Он был довольно мил и приехал, чтобы помочь нам найти его. Он не оставил нас, славный человек.

Роуэн почувствовал, что его сердце замерло в груди. Карлтон был в его доме!

Он запаниковал. Обычно ему было дважды насрать на волка, но тот был в доме его матери!

— Помощь уже в пути, мам. Задержи его.

— Будет сделано, дорогая. Не беспокойся.

Роуэн положил трубку на рычаг, его рука дрожала.

— Карлтон в доме моей мамы, — прошептал Роуэн и посмотрел на телефон так, будто тот мог предложить решение.

— Какой Карлтон? — с рыком спросил Лукас.

Роуэн обернулся, ухватился за рубашку своей пары, накручивая ткань на пальцы.

— Мы должны помочь им!

Лукас отцепил руки волчонка и поцеловал костяшки пальцев.

Роуэн понимал, что его пара пытается успокоить его, но он не успокоится, пока Карлтон не будет лежать мёртвый у его ног. Он хотел, чтобы Карлтон умер!

— Скажи мне, кто он, анамхара.

Роуэн сглотнул и откинул свисающую чёлку с глаз.

— Он альфа моей стаи, — парень пожал плечами. — Или был.

Лукас сел ровнее, его тело стало напряжённым.

— Что значит был?

— Он... э-э... он пытался соединиться со мной. Когда я отказался, он выгнал меня из стаи.

Роуэн съёжился, когда Лукас заревел настолько громко, что задрожали стены. Глаза вампира налились кровью, ноздри раздулись, и он приподнял губы, обнажая клыки. Да уж, он был зол.

— Я убью его!

Роуэн спрыгнул с колен Лукаса, и ткнул пальцем в свою пару.

— Не раньше, чем я! Он держит мою семью в заложниках. Я сам собираюсь перегрызть ему горло.

Роуэну надоело ходить вокруг Карлтона на цыпочках. Он собирался показать альфе что почём. Одно дело так обращаться с ним, и совсем другое, когда этот крысёныш измывается над его семьёй.

Он собирался оторвать ему яйца!

— Ты никуда не пойдёшь. Мои люди и я разберёмся с ним, Роуэн.

Как такое могло произойти!

— Чёрт возьми, нет! Ты не лишишь меня мести, — прокричал Роуэн, выпуская когти, и угрожающе размахивая ими перед Лукасом. Он должен был донести это до своей пары. Вампир даже не вздрогнул.

— Даже угроза оторвать мои яйца, не заставит меня отпустить тебя, Роуэн, — прорычал Лукас. — Нет, и это моё последнее слово.

Волчонок сощурил глаза. Его последнее слово? Он кипел от гнева, смотря, как вампир выходит из офиса. Как ты посмел, Лукас! Роуэн собирался добраться до дома своей мамы, даже если ему придётся голосовать на дороге. Он не собирается рассиживаться без дела и ждать новостей, что его семья в безопасности.

Ну-ну. Этого не будет.

Роуэн вылетел из офиса Лукаса и направился в свою спальню. Он должен был придумать, как добраться до своей семьи. Они были для него всем на свете, и он не собирается сидеть, ничего не делая.

План начал формироваться в голове Роуэна, пока тот поднимался по лестнице. Это было неправильно, и, вероятно, Лукас надерёт ему задницу, но волчонок не мог думать об этом прямо сейчас. Он должен был спасти свою семью.

Либо с помощью Лукаса, либо без.

Роуэн молился только о том, чтобы его пара не надрал ему заново задницу. Ему нравилась она такой, какая она есть. Это определённо будет ущербом.

Лукас досчитал до десяти. А когда это не помогло, продолжил счёт до двадцати. Он собирался пинать задницу Роуэна всю дорогу до отеля, когда доберётся до него. Как посмел он пойти к электусу Эверсону и просить лидера клана помочь ему.

Его невероятно взбесило, что Роуэн нашёл способ улизнуть, но больнее всего тот факт, что его анамхара пошёл за помощью к другому. Он негодовал с тех пор, как появился в отеле Эверсона.

Он видел любопытно-испуганные взгляды на лицах членов клана, пока шёл к лифту и, притоптывая ногой, ожидал его, чтобы подняться в пентхаус. Если бы он не любил Роуэна так сильно, то запер бы его подальше на очень длительное время.

Парень это заслужил.

Лукас вышел из лифта и направился прямиком к кабинету электуса. Он застонал, когда прошёл через двойные двери и увидел Эверсона смотрящего на него свирепо из-за стола. Роуэн стоял с другой стороны и кричал на него. Это становилось настоящей головной болью. Может быть ему приковать свою половинку к постели.

А это мысль.

— Ты должен мне пять миллионов долларов, Юкатия! — зарычал электус Эверсон, когда Роуэн обернулся и прищурился, глядя на Лукаса.

— Ты сдал меня? — Роуэн развернулся назад, обвиняя Эверсона, и начал стремительно обходить вокруг стола. На его лице было написано «смерть и расчленение».

Лукас быстро схватил свою пару за талию и потянул на себя, прежде чем тот причинил ещё больший ущерб электусу. Если он не найдёт выход из этого, Лукас будет должен Эверсону гораздо больше. Он может даже потерять свой клан и территорию.

— Ты подписал соглашение, что он никогда не объявится тут снова, — закричал Эверсон на Лукаса.

— Но я не подписывал, — ответил Роуэн за него.

Лукас прикрыл ладонью лицо и медленно провёл рукой по нему вниз. Почему он не додумался до такой глупой маленькой лазейки? Электус Эверсон нашёл неприятности на свою задницу, позволяющие Роуэну находиться на его территории после подписания этого соглашения.

Он просто ничего не мог сделать Роуэну.

Лукас начал тихо смеяться, смех звучал всё громче и громче, пока веселье из-за ситуации не сразило его. Он понимал, что Роуэн будет его ругать, и это помимо того, что он себе представлял.

Лукас хмыкнул, но продолжил смеяться, когда Роуэн ударил его локтём. Он просто никак не мог остановиться. Слёзы покатились по его щекам. Может быть, это было из-за напряжённости ситуации или из-за того, что он едва не потерял Роуэна. Может быть, это были годами неудовлетворённые эмоции, которые, наконец, прорвались. Лукас не знал. Он просто понимал, что никак не может остановиться.

— Это уже не смешно, Лукас.

— Я знаю, анамхара, я просто...

Лукас покачал головой.

Он удивлённо моргнул, когда Роуэн внезапно схватил его за лицо и потянул вниз для неловкого поцелуя. С каждым движением языка Роуэна по его языку, по его губам и внутри его рта, смех Лукаса спадал, чтобы смениться голодом настолько сильным, что чуть было не поставил его на колени.

Когда, наконец, Роуэн отстранился, то Лукас заскулил и потянулся за ним, складывая губы для нового поцелуя, пока не услышал смех с другой стороны комнаты. Лукас быстро отстранил губы, чтобы зарычать на Эверсона.

— Ты хочешь что-то сказать, электус?

— О, как пали сильные мира сего, — усмехнулся Эверсон, садясь в кресло за своим столом. — Я ждал десятилетия, чтобы увидеть великого электуса Лукаса Юкатия поставленного на колени, а для этого просто потребовался один маленький волк-оборотень.

Лукас сжал руки вокруг Роуэна и зарычал.

— Если бы я знал, что это всё, что требуется, я бы познакомил тебя с волками много лет назад.

— Роуэн — это не просто волк, электус Эверсон. Он мой анамхара. Ни один другой волк не смог бы сделать этого, кроме него.

Лукас понимал, что признаётся в слабости, но не позволит Эверсону принизить то, что у него было с Роуэном.

— Он твоё слабое место, — огрызнулся Эверсон и вскочил на ноги, — и ты это знаешь. Посмотри, как быстро ты прибежал, когда узнал, что он здесь. Он приведёт твою империю к краху.

— Ты просто не в состоянии понять, Эверсон, что я бы с радостью отдал свою империю за Роуэна. И сделаю это не раздумывая. Я отдам своё положение, свой клан и даже свою жизнь.

Бравада вдруг сошла с лица Эверсона, чтобы смениться на любопытный, даже прискорбный взгляд.

— Ты всё бросишь ради него?

— В мгновение ока, — тотчас же ответил Лукас. И он без колебания отдаст всё что угодно за волчонка. — Роуэн — мой мир.

— Что не оставляет больших возможностей для твоего клана, электус.

— Эй! — огрызнулся волчонок. — Ты не имеешь права так говорить с Лукасом. Он верен своему клану также, как и мне. Он никогда не предаст их.

Эверсон выгнул бровь.

— Даже ради тебя?

— Я бы никогда не поставил Лукаса в положение, когда ему пришлось бы выбрать.

Лукас застонал. Он понимал, каков будет ответ Эверсона, и боялся его.

— Ты уже поставил только что, когда пришёл на мою территорию после того, как Лукас подписал соглашение от твоего имени.

Роуэн замер, а затем медленно оглянулся на свою пару. Его глаза блестели от непролитых слёз.

— Это правда, Лукас?

— Роуэн...

Глаза волчонка округлились и он резко выдохнул.

— Это правда.

— Роуэн, ты просто не понял принципов соглашения, которое я подписал.

— Что из-за этого будет с тобой и твоим кланом?

Лукас глянул на Эверсона, только чтобы увидеть самодовольно улыбающегося парня. Он вздохнул и посмотрел на Роуэна.

— Эверсон может вызвать меня на совет за нарушение условий контракта. Я могу быть наказан.

— Но ты же не нарушал его, — закричал Роуэн. — Если кто-то и должен быть наказан, то это я.

— Анамхара, помнишь, когда мы только соединились, я говорил тебе, что большое значение играет твоё поведение, так как ты пара электуса?

Роуэн кивнул.

— Как электус клана и твоя пара, я в итоге отвечаю за твоё поведение, также как и за поведение каждого члена моего клана.

— Но это не правильно. Это же я так поступил, а не ты.

— Знаю, анамхара.

Лукас чуть улыбнулся и провёл ладонью по щеке Роуэна.

— Но ты не знаешь всех правил. Это была моя обязанность объяснить их тебе. Но я был так счастлив, что ты вернулся и не нашёл времени для этого. Здесь нет твоей вины.

— Я должен был остаться дома, как ты и сказал. — Роуэн уткнулся носом в ладони Лукаса. — И ничего этого не случилось бы. Я должен был слушаться тебя. А теперь...

Роуэн покачал головой, печаль и сожаление отражались в его глазах.

— Всё будет хорошо, анамхара. Клянусь.

— Хватит! — закричал вдруг электус Эверсон. — Каждый из вас готов кинуться защищать друг друга так, что меня уже тошнит от этого. Остановитесь, пожалуйста. Клянусь, я не подам жалобу на вас, если вы просто заткнётесь.

Лукас повернулся, чтобы посмотреть на электуса. Он удивился тому, что увидел искренность на его лице. И даже немного позавидовал.

— Я отдам обратно пять миллионов долларов, но хотел бы оставить парк.

Эверсон слегка наклонил голову вбок.

— Парк?

— Роуэну нужно место для пробежки.

— Хорошо, — вздохнул электус, а затем указал пальцем на Роуэна, — но на этот раз, пусть подпишет бумагу, где будет написано, что он больше не ступит на мою территорию без тебя.

Роуэн вскинул голову.

— И ты не будешь настаивать на том, чтобы я вообще не появлялся здесь?

— А ты сможешь это выполнить?

Роуэн усмехнулся.

— Скорей всего нет.

— Кажется Лукас имеет немного странную власть над тобой, — сказал Эверсон. — Если ты согласен не приходить без него, то мы заключим сделку.

— А ты поможешь спасти мою семью? — спросил Роуэн.

Лукас застонал и зарылся лицом в волосы волчонка.

— Почему ты не можешь оставить всё в покое? — спросил он свою половинку мысленно. — Он и так позволил нам избежать неприятностей, когда мог бы прибить мои яйца к стенке.

Роуэн зарычал и скользнул рукой вниз по паху Лукаса.

— Это о моих яйцах ты говоришь. Никто не имеет права трогать их, кроме меня.

Эверсон рассмеялся.

— Да, помогу.

Лукас в удивлении вскинул голову.

— Ты поможешь?

Эверсон пожал плечами.

— Он благотворно действует на меня.

Лукас не мог сдержаться и усмехнулся, глядя на довольное выражение на лице Роуэна. Парень это заслужил. В его распоряжении были два сильнейщих электуса.

— Да, — Роуэн ухмыльнулся и откинулся на руки Лукаса. — Вот такая я зараза.

Лукас прислушался, прячась в прачечной на заднем дворе. Он не знал голос Карлтона, но должен был выяснить расположение каждого. Эверсон, смотрящий на него с мрачной решимостью, был рядом с ним.

Они были одни. Лукас не взял с собой никого, даже водителя. Им не нужен был кто-то ещё. Если два электуса не смогут справиться с одним альфа-волком, то они не заслуживают своих званий.

— Он просто сбежал отсюда, — услышал он женский голос. Лукас предположил, что это была мама Роуэна, по интонации определяя возраст.

— Он был здесь, пока не убедился, что Роуэна нет, а потом умчался, как будто за ним черти гонятся. Я ничего не понимаю, — проговорил молодой человек примерно одного возраста с Роуэном, может быть, немного старше.

Лукас оглянулся на Эверсона, внимательно прислушиваясь и нахмурив брови. О ком они говорят? О Карлтоне? У Лукаса засосало под ложечкой, как будто он проглотил кусок льда.

— Роуэн? — прошептал он через их связь. — Анамхара?

Ничего. Ни единого писка. Лукас попытался ещё раз поговорить со своей парой мысленно, но тот не ответил. Он быстро вышел из прачечной и бросился на улицу.

Лукас забежал за угол дома и взревел, чувствуя, как весь его мир рушится, когда увидел вместо припаркованного лимузина пустоту.

— Думаешь, Карлтон похитил его? — спросил Эверсон, присоединяясь к нему.

— Я знаю, что это он, — прорычал Лукас и пошёл к дому, где стояла ошеломлённая женщина, взирающая на него, но сразу же шагнувшая назад.

— Отвали! — прокричал тёмноволосый парень и выпустил когти на полную длину. — Иначе убью тебя.

— Я электус Лукас Юкатия.

— Ты вампир, — прорычал он и его зелёные глаза заблестели в слабом освещении дома. Лукас полагал, что это брат Роуэна. У него были такие же глаза. — Ты мертвец, если подойдёшь ближе к моей матери!

— Я пара Роуэна.

Он видел, как вытягиваются их лица, но не был уверен от шока или разочарования. Сейчас Лукаса не волновало примет ли его семья Роуэна.

— Кто только что выбежал отсюда?

— Альфа Карлтон Грегори.

Лукас выругался. Он выпускал и убирал когти, желая вонзить их в плоть альфы и разорвать его на кусочки.

— Вы знаете, куда он мог пойти? Роуэн был в лимузине, который альфа только что украл.

Мать Роуэна прикрыла рот, когда крик сорвался с её губ.

— Мой Роуэн был здесь?

— Мэм, пожалуйста, — у Лукаса не было времени, чтобы успокаивать мать Роуэна. Жизнь его пары была в опасности, и он собирался убить альфу. — У вас есть предположения куда он мог пойти?

— Он мог забрать Роуэна в свою стаю, — сказал ещё один парень, выходя вперёд. Он выглядел смутно знакомым.

— Я знаю тебя.

Парень кивнул.

— Я делал сайт для «Хрустальной Пещеры».

— Точно, я вспомнил, — согласился Лукас. Сет помог ему заполучить Роуэна. Надо не забыть поблагодарить парня.

— Ты можешь проводить меня на территорию стаи Карлтона?

— Я отвезу тебя туда. Следуй за мной.

Лукас усмехнулся, когда Сет привёл их к Хаммеру. Он сразу же оглянулся на Эверсона, как только увидел крутую тачку.

— Я поведу.

— А я спереди! — прокричал Даниэль, запрыгивая на переднее сиденье.

— Эй, а ничего, что это я владелец этой чёртовой тачки? — спросил Сет, залезая на заднее сиденье и пристёгиваясь ремнём безопасности.

Лукас осмотрел салон и сразу же понял, что должен приобрести такую же малышку.

— Ничего, теперь скажи мне, где живёт стая Карлтона.

Лукас вырулил от дома и направился на восток, куда указал ему Сет. Он начал беспокоиться, когда вспомнил, что рассказывал ему о Карлтоне его анамхара.

— Он действительно пытался соединиться с Роуэном?

Сет сузил глаза, а губы скривил в отвращении.

— Да, и когда мой брат отказался, альфа изгнал его. Я думаю, что он пытался добиться Роуэна, оставив его без стаи. Он не ожидал, что мы все уйдём с ним.

— Вся ваша семья уехала с Роуэном?

Лукас был в шоке.

Сет пожал плечами.

— Семья — это святое.

— Чёрт побери!

Насколько спятившим был Карлтон? Скоро он узнает, так как Сет показал на грунтовую дорогу.

— Ещё несколько миль вниз по дороге.

Лукас повернул, пообещав отомстить психически больному ублюдку, если хоть один волосок упадёт с головы его анамхары. Ему уже надоело, что постоянно похищают его пару. Это становится обычаем в ​​последнее время. И что характерно, он был готов взорваться, желательно вместе с костями Карлтона.

— А сейчас остановись. Мы приближаемся к территории альфы, — сказал Сет, отстёгивая ремень безопасности и протискиваясь вперёд между Лукасом и Эверсоном. — У него есть оборотни-дозорные. Он говорит, что это охранники, но они такие же мудаки, как и он, и я называю их соглядатаи. Кто знает, что он задумал.

Лукас очень хотел бы въехать в центр стаи и убить альфу, но понимал, что ему нужен план. Всё было не так уж и просто. Он припарковал Хаммер за деревьями и вылез из машины.

— Итак, ты можешь пойти туда и отвлечь Карлтона, пока мы ищем Роуэна? — спросил Эверсон, тоже вылезая из Хаммера.

— Я? — пропищал Сет. — Почему я должен быть приманкой?

Эверсон ухмыльнулся.

— Ты никогда не слышал о расходном материале?

— Но я не работаю на тебя! — проговорил Сет в негодовании. — Предложи эту хрень кому-нибудь ещё.

— Тогда придумай что-нибудь получше, умник.

У Лукаса сильно разболелась голова. Он был рад, что эти двое поладили, но ему нужно найти Роуэна. Пока они перебранивались, вампир пошёл дальше.

— Подожди! — прокричал Сет. — Он мой брат. Я должен помочь.

— Ты можешь помочь, оставаясь в стороне, — прорычал Лукас и вошёл в лес, за которым виднелись дома. Он знал, что у оборотней хорошее чувство обоняния, поэтому ему нужно быть порасторопней, чтобы его не обнаружили. Он бы всё отдал за хорошую вьюгу. Очень сильные запахи витают в воздухе, позволяя волкам отыскать его.

— Все вампиры настолько чертовски высокомерны? — рявкнул Сет. — Я вижу моему брату придётся нелегко.

Лукас оглянулся на Сета, раздумывая, а не сошёл ли тот с ума. Он, очевидно, совсем не знает своего брата. Именно вампирам достаётся, когда они сталкиваются с Роуэном, а не наоборот.

— Вот он, — прошептал Сет и схватил Лукаса за руку прячась.

Лукас глянул сквозь кустарник и увидел кучу оборотней, но не смог определить кто из них альфа. Для него это не имело большого значения. Что действительно играло роль и беспокоило его, он нигде не видел Роуэна.

— Где дом Карлтона?

Сет указал на ярко-жёлтый дом, стоящий отдельно от остальных. Он был самым огромным и уродливым, Лукас таких ещё не видел. Он сжал челюсть и решительно двинулся к дому альфы, огибая другие здания и скрываясь за деревьями.

— Чёрт, у нас гости, — сказал Эверсон сзади.

Лукас повернул голову и увидел, по крайней мере, шестерых оборотней, направляющихся к ним, с угрожающим выражением на лицах.

— Позаботьтесь о них, — сказал он и двинулся к виднеющемуся жёлтому дому.

— Что! — прокричал Сет.

Лукас не обратил на него внимания. Он собирался спасти свою пару и никто его не остановит. Даже брат Роуэна. Он подкрался к двери в задней части дома, двумя пальцами тихо повернул ручку и толкнул её.

Он услышал голоса в другой комнате, но среди них не было Роуэна. Сам он находился на какой-то кухне. Лукас тихо подошёл к арке с противоположной стороны и выглянул из-за угла.

Двое мужчин стояли в конце коридора, сзади них были большие белые двустворчатые двери. Они вроде бы спорили, один парень тыкал пальцем в грудь другого. Лукас подозревал, что один из них был альфа Карлтон. Только не был уверен кто именно.

В другом конце коридора был вестибюль, массивные парадные двери и виден край лестницы. Ещё двое мужчин стояли по обе стороны от входа, их руки были скрещены на груди. Лукас решил, что это часовые, когда увидел их.

Ещё он осознал тот факт, что куда бы ни пошёл, то будет обнаружен. Однако, двое спорящих в конце коридора вызывали больший интерес. Если один из них действительно альфа Карлтон, и Лукас успеет схватить его, то у него появится шанс выйти отсюда живым — и со своей парой.

Лукас придвинулся ближе к выходу, выжидая наилучший момент для атаки, когда услышал звук открывающейся входной двери и вернулся в укрытие. Он спрятался сбоку большой клетки, прижимаясь спиной к стене.

Двоих он, возможно, ещё и одолел бы. Но если их будет больше, то ему придётся сосредоточиться на выживании, а не на взятии заложника.

— Альфа, посмотри кого мы нашли ползающего в кустах.

Лукас тихонечко простонал, когда услышал грохот и хныканье. Это точно не электус Эверсон. Он бы рычал и нападал. Значит это Сет, брат Роуэна.

— Сет, мой мальчик, — проговорил другой мужчина, — ты пришёл сказать мне, что Роуэн нашёлся?

Ага, это Сет. Чёрт.

— О чём ты говоришь? — выкрикнул Сет. — Ты забрал Роуэна.

— Я пытался спасти его!

— Похищая?

Лукас вдруг услышал крик и грохот. Он быстро прошёл мимо клетки и выглянул из-за угла дверного косяка. Ему захотелось рычать от отчаяния. Сет пытался подняться с пола. Парень и так не помогал данной ситуации. А теперь Лукас должен помочь ему, ведь он был братом Роуэна.

Когда альфа Карлтон снова схватил Сета и ударил его об стену, Лукас понял, что должен вмешаться. Роуэн никогда не простит его, если что-то случится с его братом, а он мог бы остановить это.

— Где, чёрт возьми, Роуэн? — прорычал Карлтон и встряхнул Сета за воротник. — Я знаю, что ты прячешь его от меня. Я хочу знать, где он.

Лукас посчитал эту информацию очень интересной, но и несколько странной. Он думал, что альфа похитил Роуэна, но теперь не был так уверен в этом. Если его волчонок не у Карлтона, то у кого?

Его внутренности скручивало, когда он задумывался о том, что ничего не знает о своей половинке. Он попытался ещё раз поговорить с Роуэном через их связь, но ничего не услышал. Он волновался, злился неимоверно и готов был убить всех в комнате ради ответов.

— Почему ты так интересуешься моей парой, Карлтон? — спросил Лукас, выходя из кухни.

Альфа зарычал и отбросил Сета в сторону, потом кинулся на вампира, но тот был готов к этому. Он схватил альфу и перекинул того через голову. Карлтон, возможно, и волк-оборотень, но Лукас — обозлённый вампир, у которого пропала пара.

Лукас развернулся и присел, выпуская когти, и отправил Карлтона в свободный полёт на твёрдый деревянный пол.

— Где мой анамхара, пёс?

Карлтон перевернулся, вставая на четвереньки, и прыгнул вперёд, протяжный рык сорвался с его губ. Он навалился на Лукаса с мощностью грузового поезда и они оба упали на пол.

Лукас поморщился, когда Карлтон ударил его острыми когтями в бок. Он отрешился от боли и начал бороться с альфой, пока не прижал того к полу.

Вокруг него раздавалось грозное рычание волков. Пригвоздить их альфу к полу, конечно же, не самый умный ход Лукаса, но ему необходимы ответы и только тот мог их дать.

— Где Роуэн? — рявкнул Лукас и посмотрел на парня под ним. — Где моя пара?

— Роуэн мой, — огрызнулся Карлтон. — И всегда был моим.

Лукас зарычал и замахнулся кулаком, собираясь врезать альфе по роже, когда кто-то схватил его за запястье, до того как он ударил. Лукас оскалился и резко повернул голову.

— Эверсон? — Лукас нахмурился. — Что, чёрт возьми, ты делаешь?

Он пришёл в ещё большее замешательство, когда заметил вампиров, стоящих вокруг, из своего клана и Эверсона. Один вампир помог Сету встать на ноги. Волки, которые были с Карлтоном, стояли на коленях около двери с поднятыми за голову руками.

— Лукас, — проговорил Даниэль, — ты должен отойти от него.

— Не смешно, Эверсон, — сказал Лукас и посмотрел на Карлтона. — Он что-то знает о Роуэне и я хочу знать, что именно. И если понадобится, то выбью это из него.

Лукас подошёл, чтобы снова замахнуться кулаком, когда услышал низкий рык рядом с собой, от которого волосы на затылке встали дыбом. Он повернулся, глядя на Эверсона в шоке.

— Ты сошёл с ума?

— Отойди от него, Лукас, сейчас же.

Что-то в голосе Эверсона подсказывало ему, что нужно сделать именно так, как говорит вампир, если он хочет остаться с головой на плечах. Лукас медленно, как только мог, встал и отошёл от Карлтона.

— Что здесь происходит, Эверсон?

Боль и смирение омрачили лицо электуса и он перевёл взгляд с Лукаса на альфа-волка, до сих пор лежащего на полу. Он глубоко вздохнул и его плечи опустились, как будто вся тяжесть мира взгромоздилась на них.

— Он моя пара, — прошептал Эверсон.

Лукас прикрыл глаза отчасти потому, что не мог смотреть на страдание Эверсона, но также из-за того, что понимал, он не сможет теперь выбить правду из Карлтона.

— И всё же он знает что-то о Роуэне, — сказал Лукас. — Мне нужно знать, что именно.

Эверсон кивнул.

— Я всё у него узнаю.

Лукас заморгал, поражаясь, когда Эверсон щёлкнул пальцами и четверо солдат подошли и поставили Карлтона на ноги. Когда альфа начал отбиваться, Эверсон просто вытащил чёрный пистолет из пиджака и выстрелил в него дротиком с красным наконечником. Карлтон почти мгновенно упал головой вперёд.

Лукас приподнял брови, когда Эверсон шагнул вперёд и вытащил дротик из шеи Карлтона, а потом погладил его по щеке, прежде чем кивнуть своим людям. Солдаты понесли бессознательное тело альфы к входной двери.

Лукас наблюдал за ними, его сердце замерло, когда они исчезли из поля зрения. Он повернулся, рыкая на Эверсона, махнув рукой в ​​сторону двери.

— Как, чёрт возьми, ты собираешься всё узнать, когда он без сознания?

Эверсон вскинул бровь и повернулся, глядя на троих волков, стоящих на коленях у двери. Он снова щёлкнул пальцами и указал на пол перед собой. Оборотни встали на ноги и пересекли комнату, снова опускаясь на колени прямо перед Эверсоном.

У Лукаса отвисла челюсть.

— Я должен узнать, как он это делает, — тихонечко прошептал он.

Эверсон, наверное, всё же услышал его, потому что выгнул бровь, прежде чем повернуться к волкам.

— Вы знаете, кто я? — спросил Эверсон, скрещивая руки перед собой. Он был само спокойствие, хладнокровие и собранность. И страшен, как сама преисподняя.

Двое волков кивнули. А третий, видимо, сошёл с ума, потому что наклонился вперёд и плюнул на обувь Даниэля. Вампир, держащий его, отдёрнул того обратно, но Эверсон покачал головой.

Лукас начал волноваться.

Он не знал Даниэля Эверсона достаточно хорошо. Они многие годы были противниками, сражаясь за каждую пядь земли между ними. Они даже иногда дрались врукопашную. На протяжении многих лет Лукас, если и не боялся его, то, по крайней мере, научился уважать электуса.

Он никогда не видел такого спокойствия в глазах Эверсона как сейчас. По спине прошла дрожь, обдавая его холодным потом. Лукас быстро огляделся, половина вампиров в комнате принадлежала ему. Он понял, что находится в относительной безопасности. Чего не скажешь о членах волчьей стаи альфы Карлтона.

— Ты считаешь, что сейчас поступил очень умно, не так ли? — спросил Эверсон, становясь перед волком, который плюнул на его обувь. — Так как ты член стаи Карлтона, а я теперь связан с ним, то не убью тебя. Но это не означает, однако, что я не могу сделать так, что ты сам пожелаешь умереть.

Эверсон кивнул и у Лукаса снова отвисла челюсть, так как один солдат достал железный ошейник и закрепил его вокруг шеи волка. Он закрыл его на замок, а ключ передал Эверсону.

— Ты знаешь, что это такое? — ухмыльнулся Даниэль. — Этот кусок железа был найден на испанском галеоне у берегов Ямайки около десяти лет назад. Я бы не знал этого, если бы не был одним из инвесторов спасательной экспедиции.

— Ну и что? — усмехнулся волк. — Железо хоть и старое, всё равно железо.

— Точно, — кивнул Эверсон. — Но это особое железо. Оно из сокровищницы испанцев, которые контрабандой везли её в Новый Свет с Ближнего Востока.

Эверсон вдруг сел на корточки перед волком и схватил его за ошейник, дёргая на себя.

— Оно проклято. После того как из него сделали какую-нибудь вещь, его уже никогда не сломаешь.

— И-и ч-что?

— Если я не сниму ошейник с твоей шеи, ты не сможешь перекинуться. Никогда.

Лукас заморгал. Серьёзно? Разве было что-то подобное в мире, как это? Даже страшно подумать.

— Оно должно было удерживать твой вид под контролем в шестнадцатом веке, не давая перекинуться. Я финансировал экспедицию, обнаружившую существование этих ошейников. Сначала мне было просто любопытно, но теперь... теперь у меня есть лучшее применение для них.

Эверсон оттолкнул волка и встал на ноги.

— Давай, попробуй перекинуться. Посмотрим, как у тебя получится.

Волк зарычал. Лукас вскинул брови, когда увидел, как тот пытается перекинуться. Шерсть появилась на руках и сразу же исчезла. Когти чуть-чуть вылезли и тут же убрались. Волк взвыл, когда его попытки обернуться провалились.

В конце концов волк упал и уронил голову на грудь.

— Что ты хочешь узнать?

Эверсон улыбнулся Лукасу и махнул рукой в сторону волка.

— Задавай свои вопросы.

Лукас усмехнулся и покачал головой. Эверсон был полон сюрпризов. Он развернулся и посмотрел на волка.

— Где Роуэн?

— Я не знаю.

Лукас зарычал.

Волк вскинул голову.

— Правда, я клянусь. Я не знаю, где Роуэн. Мы как раз спорили с альфой об этом, когда вы напали на нас. Он хотел отправить нескольких солдат на поиски Роуэна, а я говорил ему, чтобы он плюнул на всё.

Лукас сузил глаза.

— Плюнул на что?

— На свою проклятую одержимость Роуэном.

Лукас напрягся, когда Эверсон зарычал. Ему необходимо разрядить обстановку и как можно быстрее.

— Ты понимаешь, что Роуэн моя пара, мой анамхара. Я никогда не отдам его.

Волк неожиданно закатил глаза.

— Я вас умоляю, Роуэн хочет быть парой Карлтона не более, чем я. Но альфа так просто не откажется от присоединения рода Роуэна к нашей стае.

— У него был род Роуэна в стае, — рявкнул Сет, пересекая комнату. — Карлтон сам изгнал его.

Волк резко повернул голову, взглянув на Сета. В его голосе звучала злоба, когда он ответил ему.

— Роуэн должен был следовать приказам своего альфы. Тогда, возможно, никто из нас не оказался бы в таком состоянии.

— Он должен был подчиниться Карлтону просто потому, что тот так сказал? — выкрикнул Сет и стремительно пронёсся по комнате. — Карлтон не пара Роуэну. Он не может заставить его соединиться с ним.

— Он твой альфа!

— Он был моим альфой, — рассмеялся Сет, скрестив руки на груди. — Мне больше не нужно слушаться Карлтона или тебя.

Волк зарычал и бросился на него. Лукас приподнял брови, когда Сет спокойно ударил ногой волка прямо в лицо. Волк отлетел, приземляясь на пол спиной. Кровь потекла по его подбородку, когда он поднял лицо и посмотрел на Сета. Лукас заржал. Может быть, у Сета было больше сходства с Роуэном, чем он сначала подумал.

— Ладно, разборки нас никуда не приведут, — Лукас встал между Сетом и валяющимся волком. — Я просто хочу знать, где моя пара.

— Я не знаю.

— А что ты знаешь?

— Альфа Карлтон, когда приехал домой, приказал мне выставить группу охранников по периметру. Он сказал, что был в доме родителей Роуэна, когда почувствовал вампира. Он выбежал как раз вовремя, чтобы увидеть, как лимузин с Роуэном внутри промчался по дороге. Он хотел отправить нас за ним.

Лукас нахмурился. Он не мог сказать, является ли правдой то, о чём говорит волк, но всё могло происходить именно так. Конечно же, волк мог лгать, и тогда Лукасу придётся убить его.

— Карлтон сказал кто похитил Роуэна?

Волк кивнул.

— Какой-то вампир по имени Дариус.

Роуэн потянул цепь, которая обвивала его щиколотки, пытаясь вырвать её из стены, но она не поддавалась независимо от того, насколько сильно он её дёргал. Железные кандалы были ржавые и старые, но достаточно крепкие. Цепь была около десяти футов длиной и позволяла ходить по камере, в которой он находился.

Это полный писец. У Лукаса вампиры начнут щениться, когда он обнаружит, что Роуэна похитили — снова. И на этот раз с ним нет Джексона, чтобы помочь ему. Он был совсем один.

Роуэну не удалось связаться с Лукасом. Он подозревал, что это из-за дротика, которым Дариус выстрелил в него. После того как он очнулся, в голове стоял туман. Всё, чего он добился до сих пор, чтоб его хотя бы не штормило. Такое было уже после того, как Эверсон стрелял в него дротиком. Он был не в состоянии связаться с Лукасом ни через их связь, ни как-то ещё.

О чём Роуэн хотел бы узнать, почему Дариус похитил его? Он же понимал, что Лукас придёт за ним. Что он надеялся использовать, чтобы перехитрить Лукаса, удерживая его в заложниках? Это просто не имеет смысла. Лукас перероет всю Землю, пока не найдёт его.

Он подбежал к стене, когда услышал шаги. Роуэн не знал, где находится и сколько людей работают на Дариуса. Он выяснил, что не может перекинуться, и теперь чувствовал себя немного беспомощным.

А Роуэн презирал чувство беспомощности.

Отголоски шагов замерли прямо напротив двери. Роуэн прижался к стене, замер в ожидании и затаил дыхание, когда ключ заскрежетал в замке и медленно открылась дверь.

Он не узнал вампира, который принёс поднос с едой, тот встал в дверном проёме, а за ним вошёл в комнату Дариус. Роуэн зарычал.

— Ты можешь рычать хоть до посинения, Роуэн, но всё равно не перекинешься, — сказал Дариус и прошёл глубже в комнату. Он приподнял брови, как бы провоцируя Роуэна сделать что-нибудь.

Когда вампир, принёсший еду, подошёл ближе, Роуэн вскинул руку, выбивая поднос и опрокидывая всё его содержимое на пол. Это, возможно, не самый умный ход. Он не был уверен сколько пробудет здесь, прежде чем Лукас спасёт его. Но что было в этой еде, он также не знал, вдруг она отравлена.

Вампир быстро выбежал из комнаты, как будто боялся, что Роуэн нападёт на него, несмотря на то, что тот был прикован к стене. Роуэн посмотрел на Дариуса.

— Почему я здесь?

Дариус окинул взглядом Роуэна, усмешка искривила его губы.

— Как почему? Сила, влияние, положение. Как ты думаешь, разве Лукас не отдаст всё чем владеет, чтобы вернуть тебя?

Роуэн понимал, что Лукас поступил бы именно так. Он сам говорил ему об этом. Роуэн почувствовал как нарастает гнев внутри оттого, что его использовали против собственной пары. Этот мерзкий ублюдок должен умереть. Мир стал бы лучше без Дариуса.

Не дай бог, этому психу иметь потомство.

— Я не позволю использовать меня против моей пары! — рявкнул Роуэн. Лукас, может, и любит его, но никогда не станет прежним, если вынужден будет отказаться от своего клана. Внутренне Роуэн понимал, что их отношения дадут трещину и, возможно, никогда не наладятся. Он не мог этого допустить.

Дариус поцокал языком и скрестил руки на груди с самодовольной улыбкой.

— И что ты можешь сделать, пёс? Ты прикован к стене и не в состоянии перекинуться.

Роуэн должен выяснить, где находится, и найти выход из этой ситуации раньше, чем Лукас отдаст всё. Он не простит себе, если его паре придётся сделать такой выбор. Иметь целую армию телохранителей сейчас было бы неплохо. Может быть, Роуэн не будет так воевать с Лукасом в следующий раз, когда тот попытается приставить к нему персональный отряд.

— И как ты собираешься удерживать своё положение, когда вернёшь меня Лукасу?

Роуэн должен верить, что его отпустят. Он не видел другого выхода отсюда. Он также хотел бы знать планы Дариуса. Все ублюдки любят хвастаться и Дариус не исключение. Он видел высокомерие в глазах парня.

— Я знаю, как обращаться с наручниками, с ошейниками и с манжетами. У меня есть псы, закованные в них, они будут мне подчиняться, сделают всё, как я прикажу. Лукас не сможет даже прикоснуться ко мне.

Чёрт возьми, плохо. Роуэн должен подумать. Надо найти способ предупредить Лукаса о планах Дариуса. Он понимал, что нужно время, чтобы действие наркотика прошло. И боялся, что будет слишком поздно, когда он сможет сообщить Лукасу.

Сколько он был в отключке? Минуты? Часы? Дни? Роуэн повернулся спиной к Дариусу, пытаясь в очередной раз поговорить с Лукасом через их связь.

Тишина, хреново.

— Не поворачивайся ко мне спиной, пёс!

Роуэн ухмыльнулся. Дариуса так и распирает от навязчивой потребности авторитета и уважения. Роуэн слышал безумие в его голосе. Он не повернулся к вампиру, отказываясь перед кем-либо пресмыкаться.

— Ты никчёмный пёс, — рявкнул Дариус.

Роуэн почувствовал потоки воздуха, когда Дариус прошёлся по комнате. В последнюю секунду Роуэн нагнулся и схватил поднос, замахиваясь им, и врезал Дариусу прямо в лицо. Он бил снова и снова, пока Дариус не скрутил его и не выдернул поднос, отбрасывая тот в другой конец комнаты.

— Ты сдохнешь здесь с голоду, — пригрозил Дариус и ударил Роуэна.

У волчонка звёздочки заплясали перед глазами, и он упал на жёсткий бетонный пол. Он смутно слышал, как вампир вышел из комнаты, его мозги медленно вставали на место. Роуэн подтянул колени к груди, слезинка скатилась по его щеке, и отчаяние охватило его.

Лукас может отдать всё, и Роуэн ничего с этим не поделает. Если Лукас не спасёт его, то он умрёт, а если спасёт, то ему придётся отказаться от всего. В любом случае Роуэн в полной жопе.

— Роуэн?

Он сел прямо, когда услышал голос Лукаса в голове. Действие наркотика должно быть прекратилось. Он опёрся рукой об стену позади себя и поднялся на ноги, чувствуя облегчение и волнение.

— Я здесь, Лукас.

Облегчение накрыло его с головой. Ему так необходимо увидеть свою пару, прикоснуться к нему. Чёрт, он хотел попасть в его объятия, прижаться сильно-сильно и любить, и... даже согласен на целый отряд телохранителей, если это означало вернуться к Лукасу.

— Ты где, анамхара? Скажи мне, где ты находишься?

Вопрос на миллион долларов. Роуэн понятия не имел, где он. И что ему сказать Лукасу, откуда его спасать? Догадайся мол сам? Где этот псих, когда он нужен?

— Я-я не знаю, что-то типа комнаты. Дариус приковал меня к стене за лодыжки каким-то железом, которое не позволят мне перекинуться. — Роуэн услышал проклятие и улыбнулся. Как же хорошо слышать голос своей пары в голове, даже если он ругается. — Он хочет, чтобы ты отдал всё за меня, и собирается использовать оборотней, как телохранителей. Дариус планирует сделать из них рабов.

Роуэн прикрыл уши, услышав, как его пара зарычал. Чёрт, у Лукаса звучный голос, даже через их связь.

— Скажи мне, что ты видишь, анамхара.

Роуэн оглядел маленькую камеру, в которой был. Не так уж и много.

— Ну, здесь нет окон и только одна дверь, и то заперта снаружи. Комната, кажется, сделана из старого красного кирпича, и я думаю, что нахожусь в каком-то подвале, но не могу сказать точно.

— Роуэн, ты волк, — усмехнулся Лукас. — Используй свои чувства. Какие запахи ты ощущаешь и что слышишь?

Роуэн безумно хотел закатить глаза, но понимал, что Лукас прав. Он закрыл глаза и сконцентрировался на запахах, которые мог учуять, и звуках, которые слышал.

Беготня маленьких лапок заставила его содрогнуться от отвращения.

— Ну, здесь крысы.

— Роуэн!

Роуэн усмехнулся и вернулся к концентрации.

— Я слышу, где-то течёт вода. Это близко, но не слишком.

— Какого типа вода? — спросил Лукас. — Как из крана или как на улице?

— Хм... — Роуэн прислушался, слегка наклонив голову. — Я думаю, что это сточная канава или водоотвод. Вода течёт несколько футов, прежде чем падает на землю.

— Она падает на землю или на какое-нибудь покрытие?

— На самом деле, я думаю, что она падает на что-то металлическое, так что, возможно, это водоотвод, — Роуэн был в этом уверен. — Я слышу, как она дзинькает.

— Ладно, хорошо. Это означает, что ты, вероятно, в каком-то большом здании, а не в доме.

— Как ты узнал, что это не дом?

— Потому что тогда, скорее всего, она падала бы на землю, если течёт на улице.

— О, логично. Это поможет?

— Это сужает наши поиски. Теперь, какие запахи ты ощущаешь, анамхара?

Роуэн вдохнул глубоко несколько раз.

— Воздух влажный и промозглый, так что я, как и думал, нахожусь в подвале или что-то типа того. Здесь также небольшой заплесневелый запах, как будто место не используется пока, — Роуэн нахмурился и сморщил нос, вдыхая глубже. — Я чувствую запах чеснока.

— Чеснок! — выкрикнул Лукас.

— Да, и очень сильный запах.

— Ты уверен, что это не запах итальянских блюд?

— Нет, это натуральный чеснок, а не другие специи.

— Хорошо, свежий чеснок или приготовленный?

— Свежий, но как свежий нарезанный, а не на огороде.

— Хорошо, это ещё немного сужает поиски.

— Итак, возможно, ты знаешь, где я нахожусь?

— Позволь мне поговорить с Эверсоном, вдруг у него есть какие-нибудь идеи. Я вернусь к тебе.

Роуэн вздохнул.

— Только не слишком долго, да? Здесь как-то жутковато.

— Я быстро, анамхара. Обещаю.

Роуэн, чёрт возьми, надеялся на это. Он сомневался, что сможет долго молчать, если Дариус вернётся. Он настоящий ублюдок, а Роуэн не тот, кто может сдерживаться.

Роуэн вскинул голову, когда услышал тихий скрип за дверью, ведущую в камеру. Он молился, чтобы это были не крысы. Роуэн действительно ненавидел крыс. Скрипучий звук становился всё громче, и Роуэн понял, что он был прямо за дверью. Он замер, затаив дыхание в ожидании, что дверь откроется. Но звук исчез.

Роуэн нахмурился. Может быть, это не крысы. Чем больше он прислушивался, тем больше начинал подозревать, что это было что-то совершенно другое. На самом деле, он начал слышать другие звуки.

— Лукас, думаю, что я рядом с кухней или с рестораном. Я слышу, как громыхают кастрюли и сковородки вокруг. Звук слабый, но я его слышу.

— Кастрюли и сковородки?

— Да, и отголоски разговоров, как будто куча людей ходят и разговаривают между собой.

— Как на кухне?

Роуэн вспомнил шум, который слышал. Лукас может быть прав.

— Возможно. Там, кажется, большая активность, но звучит приглушённо, как будто я нахожусь на том же этаже, но не слишком близко. Это имеет значение?

— Да, малыш.

— Ты знаешь, где я?

— Ещё нет, Роуэн, но мы над этим работаем.

— Хорошо, поспешите. — Роуэн с трудом сглотнул и оглядел тёмную, грязную камеру. Он представил себе миллион разных мест, где охотнее оказался бы прямо сейчас. — Это место действительно неприятное.

— Обязательно, малыш, обещаю. Просто продолжай разговаривать со мной.

Да уж, он и не собирался прекращать это в ближайшее время. Только разговор с Лукасом и поддерживал Роуэна сейчас. Страх наступает ему на пятки со скоростью бешеных псов.

— Роуэн?

— Да?

— Послушай меня внимательно.

— Хорошо.

— Запах чеснока, который ты ощущаешь, он настоящий?

— Конечно, это настоящий чеснок, — рявкнул Роуэн. — Думаешь, я не знаю, как он пахнет?

— Малыш, пожалуйста, я не пытаюсь сказать, что ты не знаешь. Но я действительно хочу, чтобы ты принюхался и выяснил, настоящий ли это чеснок. Есть такое растение, называется лук виноградный. На самом деле это не чеснок, он больше похож на лук-порей или обычный лук, но пахнет так же, как настоящий чеснок.

Гнев Роуэна прошёл.

— В самом деле?

Он никогда не слышал о виноградном луке.

— Да, и если это лук виноградный, то мы, возможно, знаем, где ты находишься.

— И где? — почти выкрикнул Роуэн.

— Просто используй свой носик, малыш, и скажи мне, если чеснок пахнет как-то не так, даже хоть чуть-чуть.

Роуэн хотел поспорить. Он желал знать, где находится, даже пусть предположительно. Он хотел вернуться домой. Роуэн закрыл глаза и принюхался к воздуху, как велел Лукас.

— Действительно, пахнет как чеснок, но чуть мягче, менее отдающий чесноком, я думаю, — Роуэн сморщил нос. — И немного сладковатый.

— Хорошо.

— Это тебе о чём-нибудь говорит?

— Да, малыш. Это говорит мне, что ты, может быть, в подвале моего отеля.

— Что? — прокричал Роуэн, вскочив на ноги, и начал расхаживать туда-сюда, насколько позволяли цепи вокруг лодыжек. Ни хрена себе, он был в подвале отеля Лукаса.

Возможно, что Дариус настолько глуп?

Роуэн закатил глаза, прежде чем закончил эту мысль. Конечно же Дариус был до такой степени глуп, раз похитил анамхару лидера своего клана. Нет ничего более тупее, чем это.

— Забери меня нахрен отсюда! — прокричал Роуэн.

— Мы уже в пути, Роуэн, — ответил Лукас через их связь. — Только успокойся.

— Сам успокойся, чёрт побери. Я заперт в какой-то клетке психом, и вытащить меня отсюда твоя работа.

— Мы уже в лифте, анамхара. Будем у тебя через пять минут. Клянусь.

Роуэн, чёрт возьми, надеялся на это. Также надеясь, что Лукас прав, и он на самом деле был в подвале отеля. Если нет, то его заднице не поздоровиться. А у него, вроде бы, были планы на свою задницу.

Роуэн резко выдохнул и отступил к стене, когда услышал скрип ключа в замке, дверь начала медленно открываться, и Дариус вошёл в комнату.

— Время вышло, Лукас. Псих уже здесь.

Лукас сжал кулаки, гнев и страх боролись внутри него. Они с Эверсоном отправились на лифте, так быстрее. Остальные спускаются по лестнице и встретятся с ними в подвале. Казалось, что лифт едет уже целую вечность. На первом месте было поскорее добраться до Роуэна.

Лукас надеялся, что они правы, и Дариус действительно держит волчонка в подвале. Потому что если это не так, то они могут не успеть найти волчонка до того, как Дариус что-нибудь сделает с ним. Его сводило с ума, что Дариус в одной комнате с Роуэном. Вдруг этот псих сделает что-нибудь, прежде чем он доберётся до них, и Лукас ничего не сможет поделать, чтобы остановить его.

Запах чеснока — это важная информация. Несмотря на то что он несёт смерть, многие из его клана всё ещё любили пищу со вкусом чеснока. Только их выбор был лук виноградный. Настоящий чеснок убьёт их.

Добавить к этому звуки кухни и красный кирпич, и Лукас почти уверен, что Роуэн в подвале его отеля. Он даже не хочет думать, что, возможно, ошибается. Перспектива была слишком страшна.

Лукас с трудом сглотнул и посмотрел на вспыхивающие номера этажей над дверью, наблюдая их медленный отсчёт. Его мышцы напряглись, когда они приблизились к цокольному этажу отеля. Он выпустил когти, обнажил клыки.

Он был готов убивать.

Лифт остановился на цокольном этаже. Раздался слабый звук «дзинь» и двери открылись. Лукас вышел и быстренько посмотрел в обоих направлениях. Коридор слева вёл на кухню, справа к складским помещениям.

Вампир направился к складам. Это единственное место, где могли удерживать Роуэна. Там находились складские помещения, которые не использовались годами, и сам склад.

Владея отелем «Электус» чуть более века, Лукас собрал совсем немного вещей, но и они должны были где-то храниться. Но в значительной части складского пространства были помещения, в которые он не заходил годами.

— Лукас, притормози.

Он зашипел и скривил губы, сверкнув клыками, когда почувствовал, что Эверсон схватил его за рукав. Даниэль медленно убрал руку и отступил.

— Мы должны быть осторожны, Лукас, — сказал Эверсон, понизив голос. — Если мы сделаем хоть один неверный шаг, Роуэн умрёт.

Лукас почувствовал, как когти вонзились в ладони, когда он сжал кулаки. Он понимал, что Эверсон прав. Ему необходимо остановиться и подумать головой, а не действовать на эмоциях. Жизнь Роуэна на кону.

Лукас развернулся и потихоньку двинулся к складским помещениям. Как только он приблизился к первой двери, то услышал, что охранники догоняют его. Лукас махнул им, указывая на другие двери по коридору. Он хотел, чтобы их открыли одновременно. Если Дариус скрывается за одной из них, то Лукас хотел бы схватить его, прежде чем тот причинит какой-нибудь вред Роуэну.

— Роуэн, мы здесь. Ты слышишь нас? — Лукас молился от всей души, чтобы Роуэн услышал хоть одного из них. Это уменьшило бы радиус поисков. — Роуэн?

Тишина.

— Роуэн, чёрт возьми, ответь мне.

Сердце Лукаса начало биться быстрее, когда тот не получил ответа. Он никогда не простит себя, если опоздает. И тогда ничто не остановит его от преследования Дариуса и убийства этого вампира. Лукас понимал, что если потеряет Роуэна, то станет монстром, о которых люди писали в ужастиках.

Он кивнул солдатам в коридоре и толкнул дверь со всей силы. Раздался громкий треск и дверь распахнулась. Лукас кинулся в комнату — и тут же чихнул. Помещение было пыльным. В нём также были стеллажи и куча коробок.

Но Роуэна не было.

Лукас немного осмотрелся, а затем вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Он пошёл по коридору, чтобы проверить другие помещения, но что-то заставило его притормозить и остановиться.

Лукас повернулся и осмотрел коридор, из которого пришёл. С той стороны находилась кухня. Роуэн сказал, что слышит, как гремят кастрюли и сковородки, а люди ходят туда-сюда. Лукас не знал никаких складских помещений в том направлении, но мог и ошибаться.

Лукас отправился по коридору к кухне. Что-то манило его туда. Естественные звуки для действующей кухни отеля становились всё громче, чем ближе он подходил.

Добравшись до входа на кухню, Лукас остановился и осмотрелся. Всё выглядело как на обычной промышленной кухне, обслуживающей место размером с отель «Электус» — плиты, раковины, морозильные камеры и кладовые, даже разделочные столы, и люди, снующие туда-сюда, чтобы приготовить пищу. Всё выглядело совершенно нормально.

Лукас хотел закричать от отчаяния из-за всего этого.

— Электус.

Лукас нахмурился, глядя на женщину, которая поклонилась ему. Он вспоминал её имя и должность.

— Мэгги, не так ли?

Женщина просияла.

— Да, электус.

— Кто-нибудь был здесь из посторонних?

Женщина выглядела немного растерянной.

— Нет, электус.

Сердце Лукаса сжалось. Он опустил голову к груди, скрывая слёзы разочарования, которые навернулись на глаза. Всё это, казалось, бесполезным. Дариус собирался убить Роуэна и Лукас ничего не сможет поделать, чтобы спасти его.

— Единственный, кто был здесь, из не работающих на кухне — это Дариус, — сказала Мэгги.

Лукас вскинул голову. Его сердце забилось сильнее в груди.

— Дариус?

Мэгги посмотрела на свои руки и сцепила пальцы.

— Дариус объяснил, что происходит, электус, и я понимаю, вы знаете, что лучше для нашего клана, но... — Мэгги сглотнула и подняла голову, чтобы посмотреть на Лукаса. — Я не подвергаю сомнению ваши приказы, электус, я клянусь, но только мне кажется, что это неправильно.

Мэгги побледнела, когда у Лукаса раздулись ноздри. Он почувствовал запах страха, волнами исходящий от неё. Она снова быстро опустила голову.

— Мои извинения, электус. Я не должна сомневаться в вас.

— Где Дариус?

Лукас пытался сдержать гневные интонации в голосе, когда увидел, что женщину начало трясти.

Мэгги указала в другой конец кухни.

— Он на старом складе рядом с котельной. Мы не используем его больше, но...

— С ним есть кто-нибудь?

— Нет, только...

Мэгги поджала губы.

— Только кто, Мэгги?

— Только волк, которого вы отправили сюда, электус.

У Лукаса едва не подогнулись колени.

— Дариус держит тут волка?

Мэгги посмотрела на Лукаса и нахмурила брови в замешательстве.

— Да, но... — Мэгги округлила глаза. — Разве не вы отправили Дариуса сюда, чтобы допросить волка?

Лукас хотел сказать Мэгги правду, но на первом месте стояло спасение Роуэна.

— Послушай внимательно, Мэгги. Около складских помещений находятся солдаты. Мне нужно, чтобы ты нашла их как можно быстрее и сказала им, где Дариус держит Роуэна.

— Роуэна?

— Просто скажи им, Мэгги, и поспеши.

Лукас не стал дожидаться ответа Мэгги, а быстро пересёк кухню. Он не знал точно, какая дверь вела к котельной, а какая к складу. Он будет вышибать каждую, которую найдёт, если понадобится.

Он всё больше и больше расстраивался, до сих пор не отыскав Роуэна. Осталась только одна дверь слева, которую Лукас ещё не вышиб, и он молился, чтобы его пара оказался за ней. Он пнул её ногой со всей силы и дверь распахнулась, но Роуэна там не было.

Лукас выругался.

— Электус!

Лукас развернулся, когда услышал, как Мэгги неистово зовёт его. Он побежал обратно на кухню, где Мэгги показывала в сторону прохода.

— Дариус убежал туда с волком.

Лукас зарычал и бросился за предателем. Он не думал, что вампир убежал далеко, учитывая, что тот нёс Роуэна. Если его пара опять без сознания, и в этом причина, почему Роуэн не отвечает ему, то Дариус будет передвигаться медленнее.

Он заметил, что вампир помчался по переулку, с перекинутым через плечо Роуэном. Лукас рванул быстрее. Дариус должен был понимать, что его план провалился. В его бегстве не было никакого смысла, но доведённые до отчаяния люди совершали безрассудные поступки, и Лукас должен заполучить Роуэна, прежде чем Дариус сделает что-нибудь ужасное с его анамхарой.

И как только он сократил расстояние, Джексон появился перед Дариусом и Роуэном, ставя подножку вампиру. Лукас в ужасе смотрел, как Дариус достаёт пистолет из-за пояса.

— Нет!

Джексон бросился на вампира, подхватывая Роуэна с его плеча, и Лукас прыгнул, прижав Дариуса к земле, прежде чем тот успел сделать хоть один выстрел. Он ударил Дариуса по руке, выбивая пистолет, чтобы тот не пустил его в ход, и начал избивать вампира кулаками.

Вырвать ему горло было бы слишком быстро, слишком благородно. Лукас хотел, чтобы он заплатил за то, что сделал с Роуэном. Лукас выпустил когти и стал полосовать вампира.

— Лукас!

Он услышал, как Эверсон зовёт его, но красный туман застил его разум ото всего, кроме как преподать Дариусу, что происходит с теми, кто наезжает на его пару.

— Он мёртв, — сказал Эверсон и дёрнул Лукаса за плечо. — Мы должны затащить его внутрь, пока кто-нибудь не увидел его.

Лукас ударил в последний раз, наблюдая, как кровь Дариуса полилась из его горла. Он желал, чтобы ублюдок умер не так быстро. Он хотел продолжить выплёскивать свою ярость на вампира.

— Пошли, — проговорил Эверсон и поднял Лукаса на ноги. — Твои люди избавятся от тела.

Лукас оттолкнул Эверсона от себя и выхватил Роуэна из рук Джексона. Он прижал анамхару к груди и пошёл по аллее, направляясь к отелю в пентхаус.

Он видел, что Роуэн снова без сознания. Если хоть ещё один человек выстрелит в его половинку дротиком, то Лукас засунет это чёртово оружие туда, где будет больнее всего. Он устал, что его пара находится в бессознательном состоянии.

После подъёма на лифте на верхний этаж, Лукас отнёс Роуэна в спальню и уложил в постель. Он осмотрел его с головы до пят, удостоверяясь, что нет других повреждений, кроме как нанесённого дротиком.

Облегчение накрыло его, когда он не нашёл ничего, кроме небольших синяков на лодыжках Роуэна от оков. Лукас забрался в постель к своей половинке и подтянул его ближе. Вампир зарылся лицом в мягкие волосы Роуэна и обнял его, вдыхая сладкий аромат анамхары с каждым вздохом.

Он должен поблагодарить Джексона за его быстрое мышление и за ещё более быстрые рефлексы. Он был обязан этому парню больше, чем сможет когда-нибудь отплатить. Джексон вернул ему его мир.

— Ну давай, Джексон, всего лишь одну маленькую игру в покер.

— Нет, — прорычал Джексон. — Лукас запретил тебе играть в покер в течение следующего месяца, Роуэн, и я не нарушу приказ моего электуса.

Роуэн тяжело вздохнул и перекатился по полу. Ему надоело мучиться от неутолённого желания. Лукас уехал на конференцию с другими электусами на три дня. И должен был вернуться только к концу недели. Как же это долго для Роуэна. Он очень сильно скучал по своей паре.

И не мог даже поиграть в покер, чтобы развеять скуку. Конечно же, ему не стало бы лучше, если бы Лукас не запретил играть. В последнее время ни один вампир из клана не садился играть с ним в карты. Они убегали всякий раз, когда он заговаривал об этом.

— Не хочешь побегать в парке?

Роуэн вскинул голову.

— Пробежка в парке? Правда?

Джексон улыбнулся и вытащил свой телефон.

— Дай мне позвонить твоей охране и мы можем идти.

Роуэн закатил глаза. Всё-таки его должна сопровождать целая грёбаная армия, когда он выходит на улицу, но это же его чёртов парк, который Лукас отдал ему. Несправедливо, что его должны охранять, пока он бегает.

— Пошли. Они ждут нас внизу.

Роуэн встал и, прищурившись, глянул на Джексона, он увидел чуть заметную ухмылку на лице вампира.

— Видишь это, клыкастый. У меня всё ещё есть когти.

Джексон только усмехнулся. Он больше не боялся охранять Роуэна и не расстраивался из-за этого. Сейчас он относился к своей обязанности более серьёзно. Когда он спас Роуэна от Дариуса, то заслужил благодарность не только Лукаса, но и всего клана. Теперь Джексон был практически герой.

И это сильно смущало Роуэна.

— Джексон, теперь каждый знает, что я волк, ведь так?

— Ну да, — усмехнулся Джексон.

Роуэн нахмурился. Плохо было дело. Никто не был груб с ним напрямую, и кое с кем в клане он даже подружился, но между Роуэном и остальной частью клана была некоторая дистанция. Лукас уверял его, что эти границы сгладятся со временем, но Роуэн не был в этом уверен. Он никогда не перестанет быть волком.

— Тогда почему они так счастливы, что ты спас меня?

— Ну, во-первых, Дариус был прохвостом. Он хотел захватить клан и был бы хуёвым электусом.

— А во-вторых? — спросил Роуэн, когда Джексон не закончил своё объяснение.

— Ты анамхара Лукаса.

— И?

Роуэн махнул рукой в ​​круговом движении. Чёрт, заставить вампиров говорить, как зубы вырывать.

— Ты его сердце и душа, его вторая половинка. Ты делаешь его лучше и как личность, и как электуса. Ты даёшь ему прочный фундамент, чтобы возглавлять наш народ, — Джексон глубоко вздохнул. — До тебя Лукас был хорошим лидером, но подобен неогранённому алмазу. Теперь он сильнее, потому что ты рядом с ним.

— Как так? — спросил Роуэн, пока они спускались в лифте на первый этаж. — Я думал, что делаю его более уязвимым. Ты же видел количество охранников, что он посылает со мной?

— Верно, — усмехнулся Джексон. — Но ты также заставляешь его быть сильнее, позаботься о том, чтобы у него был самый сильный клан. Боязнь, что с тобой что-нибудь случится, даёт ему повод показать другим, что он не слабый.

— Но это не правильно.

— Роуэн, ты не знаешь, что он сделал с Дариусом, в отличие от меня. И за всё время, что я знаком с Лукасом, никогда не видел его в таком гневе. Все теперь знают, что Лукас пойдёт на всё, чтобы уберечь тебя, и уничтожит любого, кто навредит тебе. В результате он делает наш клан самым сильным и самым безопасным.

Вот теперь в этом есть смысл, вроде бы.

— Недавно электус Эверсон звонил Лукасу, — сказал Джексон. — А Лукас позвонил мне, давая знать, что происходит.

— А что происходит? — Роуэн от любопытства выгнул бровь, когда Джексон начал смеяться. — Что смешного?

— Электус Эверсон хотел заверить нас, что Карлтон больше не доставит проблем.

— И?

— В настоящее время он прикован к постели Эверсона, — губы Джексона расплылись в широкой улыбке, — учится, как быть анамхарой электуса.

— Вот чёрт, — Роуэн вспомнил, какие требования предъявлялись к анамхаре. Не просто будет волевому альфе пойти на это. У Роуэна сразу же округлились глаза, когда другая мысль посетила его. — А как же стая?

— Электус Эверсон направил своих людей, чтобы те приглядели за стаей, пока они не объединяться с его кланом. Так как Карлтон теперь его анамхара, то слияние с кланом Эверсона неизбежно.

— И он сможет это сделать?

— Что?

— Объединить клан вампиров и волчью стаю?

Джексон пожал плечами.

— Он уже это делает.

— Ничего себе, — удивился Роуэн. Вполне разумно, если Карлтон теперь анамхара Эверсона. Даниэль никогда не откажется от своей пары, и не похоже, что альфа добровольно покинул свою стаю. — Можешь себе представить, как они заявят права друг на друга? Интересно, кто будет сверху?

Смех Джексона разнёсся по округе.

— Я не сомневаюсь, что альфа Карлтон Грегори выяснит в ближайшее время всё о том, как быть покорным.

Роуэн усмехнулся.

— Этого не случилось бы с хорошим парнем.

Волчонок залез на заднее сидение автомобиля, когда Джексон открыл для него дверь. Следом за ним уселся и вампир. Роуэн был взбудоражен предстоящей пробежкой. Он чувствовал, что его нервы натянуты как струна, делая его беспокойным. Ему необходимо побегать, чтобы сжечь лишнюю энергию.

Он был готов снять одежду и перекинуться к тому времени, когда они подъехали к его новому лесному парку. Со стороны Лукаса было гениально сохранить парк, даже если он находился на территории электуса Эверсона. Безопасный вход и выход из парка были частью сделки.

Потребовалось всё самообладание Роуэна, чтобы усидеть в машине и дождаться, когда парк проверят, прежде чем ему разрешили выйти. Всё это входило в обязанности анамхары электуса, но иногда, как сейчас, это сводило Роуэна с ума.

В тот момент, когда Джексон кивнул ему, Роуэн разделся и перекинулся. Он спрыгнул с заднего сиденья автомобиля, лая от удовольствия, и сразу же отправился бегать.

Топот лап по сырой земле посылал в мозг волчонка восторг от гонки. Ни у кого в его бывшей стае не было собственного парка. Роуэн понимал, что со временем ему придётся разделить его с другими волками, может быть с теми, кто присоединился к клану, частью которого теперь был и он, или даже из клана электуса Эверсона. Он был согласен с этим. Но сейчас это только его парк.

Роуэн всё бегал и бегал, чувствуя, как ветер развевает его шерсть и грязь хлюпает под ногами. Он знал, что несколько вампиров-охранников окружили его, но это не беспокоило. Всего на несколько минут он мог выбросить всё из головы и быть просто волком.

Роуэн бегал вокруг деревьев, как вдруг почувствовал пьянящий аромат. Он принюхался к воздуху, вдыхая сильнее восхитительный запах в лёгкие. Волчонок взвыл и побежал со всех ног к машине. Он узнал этот запах, жаждал его.

Его сердце замерло в груди, когда он прибежал на вершину холма.

Лукас.

Он вернулся раньше.

Высокий, красивый вампир прислонился к лимузину, скрестив руки на груди. Он разговаривал с Джексоном, но его золотисто-янтарные глаза пристально изучали лес. Роуэн понял, что Лукас ищет его, и громко завыл. Вампир вскинул голову. Широкая улыбка расплылась на его лице, когда он увидел Роуэна.

Волчонок бежал прямо на Лукаса, но в последний момент свернул и запрыгнул в открытую дверь лимузина. Он перекинулся, приземляясь на сиденье. Роуэн услышал учащённое дыхание Лукаса и понял, что тот увидел его голый зад.

Достаточно было протяжного стона Лукаса, чтобы Роуэн почувствовал возбуждение, как только отыскал глазами свою пару. Роуэн быстро схватил смазку из тайника и перевернулся на спину. Он провёл когтём по шее, делая небольшой надрез прямо над тем местом, где Лукас в первый раз пометил его.

— Блядь, Роуэн, ты не должен поступать так, — простонал Лукас и забрался в лимузин с такой скоростью, что Роуэн услышал звук рвущейся ткани и скрежет металла. — Ты знаешь, что твоя кровь делает со мной, и прошло несколько дней, как я пил из тебя. Я всего лишь вампир. И недостаточно контролирую себя, чтобы противостоять тебе.

Роуэн усмехнулся и поманил пальчиком Лукаса, чтобы тот приблизился. Он запрокинул голову, обнажая горло, и застонал, когда Лукас лёг на него. Его член дёрнулся и запульсировал, когда клыки Лукаса погрузились в горло. Роуэн обнял свою пару, упиваясь ощущением, что даёт Лукасу живительную кровь, насыщая его.

— Ты можешь быть просто вампиром, — прошептал Роуэн и развёл ноги, почувствовав, как Лукас располагается между ними. Он ощущал бегущее по венам Лукаса желание, усиливающее его собственное. — Но ты мой вампир.

«Лови рыбку» — детская карточная игра

Игра с передвижением деревянных кружочков по размеченной доске

Манера пения тирольцев

Есть старый английский стишок, в котором говориться, что дети рождённые в воскресенье — честные, мудрые, хорошие и весёлые