Деревья тянули вверх свои могучие ветви. Сквозь их переплетенные на огромной высоте кроны не проникали лучи солнца, не проглядывала синева небес. Огромные толстые стволы были покрыты колониями темно-зеленого мха, корявыми наростами древесных паразитов и бежевыми пятнами облепивших их растрескавшуюся кору грибов. От торчащих из земли похожих на щупальца корней вверх поднимался влажный гнилостный пар.

Темный нескончаемый лес. Лес вечного сумрака. Лес ночных охотников.

Около одного из лежащих на земле исполинских стволов со своей лежки поднялся огромный серый кот. Грациозным движением хищник потянулся и громко зевнул. Его острые кривые когти вонзились в мягкую влажную землю, в полумраке блеснули огромные белые клыки, и зевок перешел в негромкое удовлетворенное рычание. Кот мог бы долго лежать под упавшим стволом, но он почувствовал голод. Хищник ещё некоторое время принюхивался, затем, уловив какой-то слабый запах в тягучем влажном воздухе, вдруг подобрался и прыгнул. Его огромное могучее тело взвилось над землей, легко перелетело поваленный ствол исполинского дерева и бесшумно упало на другой его стороне. Не издавая ни звука, хищник легкими прыжками направился в одному ему известном направлении и через пару мгновений скрылся в окружающем могучие стволы кустарнике.

Свою добычу серый кот нашел через сотню ударов сердца. Пятнистый олень стоял на краю зарослей кустарника и с аппетитом объедал его крупные сочные листья. Заметив бесшумно приближающуюся к нему серую тень, животное в ужасе бросилось прочь, но мгновение спустя было сбито на землю мощным прыжком хищника. Кот тут же разорвал своей жертве горло и, обведя окружающий лес взглядом своих желтых глаз, не торопясь стал насыщаться теплым дымящимся мясом.

В голове хищника внезапно замелькали неясные образы. Видения вдруг стали настолько отчетливыми, что он даже прекратил свое кровавое пиршество. Какие-то двуногие существа в странных блестящих шкурах… Люди? Эльфы? Рыжеволосая зеленоглазая девушка, стоящая около невысокого дерева, улыбнулась и помахала ему рукой. Высокий черноволосый парень, хлопнув по плечу, сжал его руку в своей ладони и что-то непонятное произнес. Руку?! Алена?! Ромка?! Макс?! Вот парень со странной палкой в руках отправляет в огромный костяк огненные шары, улыбающаяся светловолосая эльфийка чешет за ухом своего медведя…

Видения пропали так же быстро, как появились. Серый кот поднял голову, оскалился, и окрестности огласил его тоскливый и яростный рев. От этого звука огромный лес, казалось, обезумел. Затрещали сухие ветки, зашелестели кроны высоких деревьев и ветви растущих под ними кустарников. Всё живое пыталось убраться подальше с дороги вышедшего на охоту хозяина леса. Вдруг где-то впереди раздалось яростное шипение, земля вздрогнула от тяжелых шагов, и на поляну, с треском проломив кустарник и молодую лесную поросль, вылезла огромная Древняя Тварь. Четырех метров высотой и почти пятнадцати длиной – монстр был похож на гигантского речного тритона. Массивная, покрытая жуткими наростами морда, огромные загнутые внутрь клыки, немигающий взгляд горящих багровым светом глаз и мелькающий между челюстями раздвоенный змеиный язык – чудовище казалось порождением ночного кошмара. Легкий ветерок дул в сторону незваного гостя, поэтому охотник не сразу почуял запах Врага. Монстр заметил кота и с громким шипением двинулся в его сторону. Тело исполинского ящера оставляло за собой полосу примятой травы, а стекающая с его темных наростов ядовитая слизь задымилась на земле отвратительными багровыми пятнами. Шерсть на загривке кота поднялась дыбом, желтые глаза налились кровью, он переступил через тело убитого оленя и, прижав к голове уши, яростно заревел и двинулся навстречу чудовищу. Он хозяин и защитник этого леса! И ни одна выползшая из Великого Болота Тварь не смеет вставать на его пути! Монстр атаковал первым. Широко распахнув усеянную зубами пасть, он рванулся вперед, но мощные челюсти поймали только воздух. Легко уйдя в сторону от атаки, кот длинным прыжком вскочил к ящеру на загривок и, вонзив когти в толстую шкуру чудовища, начал рвать зубами его покрытую коричневыми пятнами шею…

– Макс, ты что-нибудь надумал? – Пончик выплюнул зажатую в зубах щепку и вопросительно посмотрел на товарища.

– Ты и впрямь считаешь меня командиром отделения ОМОНа? – хмыкнул воин. – То, что я вижу, никак не вяжется с моими представлениями об игре. За то время, что мы торчим в этих кустах, я не заметил какой-либо системы в перемещениях и действиях этих уродов.

– Вот то-то и оно, – нахмурился разбойник. – Они ведут себя, как игроки. А давай я еще разок схожу?

– А смысл?

– Послушаю, о чем они говорят.

– И что это нам даст?

– Не знаю, но делать что-то нужно!

– Нужно, – кивнул Макс, – но смерть любого из нас откинет всех на три недели назад. Ты хочешь этого? Нет? Тогда давай напрягать извилины.

Вот уже четыре часа он, Пончик и Рексар, скрываясь за лежащим в высоком кустарнике поваленным древесным стволом, наблюдали за базой отрекшихся, которая стояла примерно в ста пятидесяти метрах от леса, около невысокого крутого холма, поросшего ярко-зеленой травой. Адепты бога мучительной смерти, чувствуя себя в полной безопасности, даже не удосужились обнести свои постройки забором.

Главное строение представляло собой почерневший от времени вытянутый одноэтажный бревенчатый сруб. Перед входной дверью была разбита небольшая крытая терраса, кровля которой опиралась на четыре ошкуренных древесных ствола. Слева от дома стоял еще один одноэтажный сруб – квадратное строение с покатой крышей, в котором нет ни одного окна. Чуть позади виднеется покосившейся сарай, а за ним, по словам вернувшегося из разведки Пончика, расположен вход в заброшенную медную шахту, которую отрекшиеся приспособили для каких-то своих нужд. Завершает композицию небольшой колодец и странное сооружение из сложенных друг на друга валунов.

Четверо-пятеро постоянно находятся снаружи: двое сидят под навесом около сарая, остальные снуют туда-сюда по каким-то хозяйственным делам. Их вполне можно было бы принять за крестьян, вот только серые рясы адептов, прикрытые капюшонами лица и тяжелые запахи разлагающейся плоти, что ветер приносил со стороны построек, несколько портили эту сельскую идиллию.

«Что за долбаный бред, – подумал Макс. – Даже если ты целыми днями мучаешь и убиваешь людей, неужели приятно жить, вдыхая такое вот амбре? Что за больная фантазия разработчиков? И кого они вообще тут находят для своих развлечений? Диких свиней? Оленей?» Впрочем, какое ему до этого дело? Он сюда пришел совсем не для того, чтобы заморачиваться на тему логики создателей этого мира. Всего-то нужно кончить всех этих уродов, возложить квестовый предмет на алтарь богини и по возможности свалить отсюда подальше. Желательно в Эллориан, а там уже поразмыслить над своими дальнейшими шагами по освоению этого мира.

– Макс! Макс!

– Что? – он обернулся и посмотрел на дергающего его за рукав Рексара.

– Ты так и не сказал, чем тебе не нравится мой план.

– Ну, выйдешь ты. Покажешься им, и что? – со вздохом произнес воин. – Как ты думаешь, сколько человек за тобой кинется? Двое? Трое? Все сразу? В последнем случае нам придется бежать. Десять шестьдесят пятых, да еще с боссом в придачу, нам без потерь не осилить. Но даже в первых двух случаях, убей мы двоих-троих, ничего, по сути, не изменится – только вот они будут предупреждены. И ты знаешь, я совсем не верю в то, что у них нет никакой связи с внешним миром.

– А ты не забыл, что это обыкновенные неписи, которые, выйди ты из зоны агро, тут же забудут о твоем существовании?

– Рексар, я уже встречал НПС, которые намного умнее, чем мы с тобой вместе взятые. Давай мы всё-таки не будем так рисковать?

– Командир прав, – поддержал Макса разбойник. – Валить надо всех и сразу!

– Ну, тогда думайте сами, – махнул рукой рейнджер. – Хреновый из меня генератор идей.

– Ты мне вот что скажи, Пончик… – прислонившись спиной к стволу поваленного дерева, Макс устроился поудобнее и продолжил: – Ты можешь заклинить замок в этом сарае? – он указал в сторону квадратной постройки рукой. – И если «да», то за какое время Рексар с Луффи эту хрень смогут поджечь? У Масяни же, насколько я помню, огненная стрела не взята?

– Ты хочешь в этом сарае сжечь половину отрекшихся? Но…

– Это как-то противоречит правилам игры?

– Нет, но…

– Забудь ты про все эти игры, право, – нахмурился Макс. – НПС стали умнее? Они сейчас совсем не отличаются от нас? Вот и давай валить их так же, как людей!

– Бред, – покачал головой разбойник, – но попробовать можно. Сарай этот вспыхнет за минуту, я не думаю, что на бревнах навешены какие-то контрзаклинания, а наш маг в последнее время заметно прибавил в своей огневой мощи. Да и у меня есть шесть волшебных бутылочек с зажигательной смесью, – улыбнулся он. – Там на двери есть скобы, достаточно кинуть на них засов и припереть снаружи каким-нибудь колышком.

– В таких-то подлянках наш Пончик мастер, – подумав о чем-то своем, буркнул Рексар, – если что, то у меня в огненной стреле уже двоечка вложена, так что, теоретически, даже я могу его поджечь. Но если подключится Луффи и этот вот деятель со своими коктейлями Молотова, то костер загорится быстро.

– Ну вот и замечательно, – ответил ему Макс и повернулся к Пончику. – Сделаем так: вы двое возьмете с собой Луффи и зайдете к сараю слева. Инвиз у тебя есть, а Луффи с Рексаром выпьют зелья. У нас их, насколько я помню, аж целых шестнадцать штук лежит. Я и остальные под тем же инвизом приблизимся вплотную и, после того как ты заблокируешь дверь, атакуем тех отрекшихся, что останутся на улице. Это в общих чертах, так что давай зови сюда остальных, обговорим детали.

Они ждали еще около двух часов, когда Агралон – высокий некромант, на серой рясе которого были начертаны какие-то черные руны, – вместе с пятью помощниками зашел в нужное помещение. Поначалу всё пошло как по маслу. Две группы, выпив зелья невидимости, бегом выдвинулись на свои позиции и замерли в ожидании сигнала от рейнджера, которого Макс назначил командиром, поскольку командовать группой и при этом драться в ближнем бою – занятие неблагодарное.

Около дверей квадратной постройки появился Пончик, кинул на скобы брус, Луффи, взмахнув руками, заовцевал одного из сидевших под навесом серорясников, уши резанул крик Рексара: «Бей!» – и события полетели вскачь.

Услышав команду, Макс рывком влетел в выбегающего из-под навеса отрекшегося, и его полуторник с хрустом опустился на правую ключицу ублюдка. Тяжелый меч оставил на плече отрекшегося рваный кровавый след, его противник что-то по-бабьи вскрикнул и, выйдя из состояния оглушения, магическим ударом отшвырнул воина от себя и тут же повесил на него какое-то проклятие.

«Сука!» – прохрипел Макс и, сплюнув текущую из разбитой губы кровь, резко поднялся на ноги. Грудь рвануло прилетевшим со стороны отрекшегося заклинанием, полоска ХП упала почти до половины, перед глазами поплыл багровый туман. Сняв с себя ревом берсерка всю негативную магию, он тут же рванул в сторону пританцовывающей в низкой стойке серой фигуры, полоска жизни которой от его первого и пока единственного удара уменьшилась не больше чем на двадцать процентов. Однако некромант и не думал отступать – он выставил перед собой небольшой металлический жезл, перехватил его обеими руками, и в грудь воина ударил магический жгут. Максу словно врезали под дых, воздух вокруг него стал похож на вязкий кисель. Стало почти невозможно дышать, и он, видя, что проклятое заклинание высасывает из него жизнь и передает её отрекшемуся и, понимая, что умирает, закусив губу и пересиливая нечеловеческую боль, на одной только силе воли продирался сквозь эту вязкую массу в сторону уже практически восстановившего свою жизнь врага.

Прохлада лечения вырвала сознание Макса из затянувшей его багровой пелены, а мгновением позже в грудь отрекшемуся с хлюпающим звуком вонзилась стрела, заставив того покачнуться. Выстрел Рексара сбил некроманту концентрацию, давление на грудь воина ослабло, и он, рывком преодолев последние метры, серединой лезвия меча нанес противнику мощный удар, вложив него всю свою ярость и страх. Тело отрекшегося покачнулось, он попытался отскочить в сторону, но Макс, развивая успех, ударом кольчужного сапога опрокинул своего наполовину оглушенного противника на землю. «Смертельный удар», прошедший критом, заставил некроманта взвыть от боли и сбил полоску очков его жизни в желтый сектор. Невероятным для человека движением он вдруг извернулся и прямо с земли сдвоенным ударом ног пробил воину в пах, прыжком разорвал дистанцию, влепил в сложившегося пополам Макса стрелу тьмы и тут же повесил на него очередное проклятие. Впрочем, это был его последний успех. Сразу две стрелы развернули тело отрекшегося вокруг своей оси, и темный маг, качнувшись, ничком рухнул на землю.

Очередное лечение заставило боль отступить. Макс с трудом разогнулся, попытался восстановить сбитое дыхание и тяжело дыша, огляделся по сторонам. Ветер пахнул в его лицо жаром и гарью, к которым примешивались непонятные, похожие на запах горелого пластика ароматы. Бой на улице уже практически закончился. Последний из пяти некромантов, тот, которого Луффи превратил в начале боя в овцу, прихрамывая на правую ногу, попытался забежать в главное здание, но прилетевшая со стороны Масяни стрела сначала заставила его покачнуться, а мгновение спустя появившаяся из воздуха за его спиной крупная черная пантера ударом лапы поставила в этом бою окончательную точку.

Здание лаборатории пылало каким-то неестественным голубого цвета огнем, факел был такой, что его, наверное, увидели из эльфийской столицы. Из горящего сруба раздавались какие-то невнятные крики.

– Ты как? – прозвучавший в голове Макса встревоженный голос Аленки заставил его вымученно улыбнуться.

– В порядке, – выдохнул он, стараясь придать своему голосу уверенные интонации, и, морщась от боли, направился к телу отрекшегося.

Изумрудная слеза, прозрачный камень равномерно распределенного травянисто-зеленого цвета, был практически точной копией того камня, который был вставлен в навершие меча, возложенного на алтарь богини, но неизмеримо превосходил его по качеству.

– Какая прелесть! – восхищенно выдохнула Эланка, выразив тем самым мнение всей женской части их группы. – А можно подержать его в руках? Я честно-честно ничего в нем не сломаю!

– На, держи, – Макс протянул изумруд девушке, которая ради такого случая приблизилась к обугленному трупу жреца. – Другим тоже дай посмотреть, а то вижу я их лица, – хмыкнул он и перевел взгляд на Фантика, который, как всегда, что-то задумчиво жевал. – Тебе тут колечко на вырост, ну и поработать придется по специальности, – хмыкнул он.

– Че за работа? – проглотив очередной кусок, поинтересовался тот.

Вообще, Фантик в их группе был старше всех остальных, если судить о прожитых в реале годах, но по его сленгу этого сказать было нельзя. Видимо, работая учителем физики, он в свое время, что называется, нахватался от своих учеников разных словечек и порой выдавал такое, что краснела даже непробиваемая Масяня.

По возвращении в лагерь Макс решил не тянуть с завершением задания, и вся группа, несмотря на усталость, сразу же отправилась в святилище двуликой богини. Положенная им на алтарь изумрудная слеза с легким хлопком исчезла и… больше ничего интересного не произошло. Вообще ничего… система даже не сообщила о выполнении задания.

– И как это понимать? – выразил общее мнение Рексар.

– Кто бы знал, – пожал плечами Макс, внимательно вглядываясь в лица стоящих по бокам от алтаря статуй.

– Может, нужно песенку какую спеть? – почесав подбородок, задумчиво пробормотал Луффи и почему-то посмотрел на Масяню.

– Может, тебе еще и сплясать? – в ответ на его взгляд огрызнулась та. – Так это не ко мне. Есть тут у нас два специалиста. Они тебе и спляшут, и споют заодно. Им только по пол-литра для этого всего и надо.

– Вот почему ты такая злая? – со скорбной улыбкой посмотрел на девушку Фантик. – Мы же тогда с Пончиком просто отдыхали! И, кстати, все было в рамках приличий.

– Значит, когда два взрослых мужика, обожравшись в хлам, в одних только подштанниках водят хоровод со словами: «В лесу родилась ёлочка», – сейчас считается в рамках приличий?

– Да ну тебя, – под общий смех фыркнул нисколько не смутившийся танк. – Макс, чего мы тут еще стоим? Пошли уже – думать-то по любому лучше на сытый желудок, – он поправил ножны на поясе и, развернувшись, первым отправился на выход.

– Этому бы только пожрать, – хмыкнула Масяня и направилась следом за ним.

Не найдя на лицах статуй ответа, Макс, хлопнув по плечу разглядывающего потолок святилища Пончика, двинулся за остальными.

– Ну вот! Я же говорил… Эй, народ, тут хрень какая-то на улице! Судя по всему, портал, – услышал он голос впереди идущего Фантика.

– Э, а почему он серый? – шедшая впереди него Гелиона отступила в сторону, и Макс увидел висящий над землей прямоугольник окна перехода, поверхность которого клубилась густым серым туманом.

– У них просто розовые на складе закончились, – успокоил подругу Рексар, – но для тебя я…

Закончить фразу он не успел.

– Назад!!! – истошно заорал появившийся из святилища Пончик.

Одновременно с этим из окна перехода наружу шагнул высокий беловолосый мужчина с бледным треугольным лицом. Черный, украшенный красной вязью камзол подчеркивал неестественную бледность его лица. В руках мужчина держал длинный, слегка изогнутый посох с выполненным из серебристого металла навершием в виде человеческого черепа. Г’Ларн – босс-некромант четырехсотого уровня, с тремястами миллионами очков ХП. Таких высокоуровневых НПС Макс еще в игре не встречал, а горящий ярко-красным ник вышедшего из портала ублюдка не оставлял никаких сомнений в его намерениях.

– Что за… – открыл было рот Макс, но договорить ему не дали.

Лицо некроманта тронула презрительная усмешка, он резко выбросил левую руку с раскрытой ладонью вперед, и воин почувствовал сильнейший удар в грудь. Лязгнув зубами, он больно врезался спиной в один из составляющих каркас святилища стволов и почувствовал тягуче-соленый привкус крови во рту.

– Сколько, сколько? – выдохнул Макс.

– А что вас удивляет, молодой человек? – не отрывая глаз от протираемого бокала, пожал плечами высокий светловолосый эльф. – В предместьях Эллориана у меня самые низкие цены на ночлег, к тому же свободных комнат у меня, к сожалению, нет.

– Четыре золотых за ночь – это низкие цены? Чуть больше месяца назад я останавливался здесь и платил за комнату одну серебряную монету.

– Я вас помню, вас тогда сопровождал ученик мага, и я рад, что за столь короткое время вы смогли заслужить уважение нашего народа. – Хозяин постоялого двора наконец закончил протирать бокалы и устало посмотрел на припозднившихся посетителей. – За прошедший месяц многое изменилось. В страну прибыло столько искателей приключений, что цены на некоторые товары поднялись в десятки раз. А две недели назад его величество Ларентил утвердил решение Княжеского Совета о трехкратном увеличении некоторых налогов и сборов…

Несмотря на позднее время, в просторном, хорошо освещенном обеденном зале постоялого двора было довольно шумно. Нет, никто не орал и не выяснял отношения, но разговоры большого количества игроков сливались в один непрекращающийся гомон. В воздухе витали ароматы табачного дыма, пива и жарящегося на углях мяса. Пустых мест практически не было, и, к своему удивлению, Макс не заметил за столами ни одного игрока ниже пятидесятого уровня. И это при том, что уровень локации, где они сейчас находились, не дотягивал до двадцатого! Хотя чего тут, собственно, удивляться? Четыре золотых за ночь! Если остальные цены соответствуют, то у низкоуровневых игроков таких денег не может быть по умолчанию. Четыреста баксов за посещение личной комнаты! И это со скидкой за «уважение» с темными эльфами… Стоп!

– Подождите, вы сказали, что свободных номеров на постоялом дворе нет?! – он изумленно уставился на трактирщика.

– Да, воин, все тридцать номеров на втором этаже заняты, – подтвердил эльф. – Седьмой и четвертый освободятся завтра ближе к обеду. Если вас они интересуют, то деньги лучше заплатить сейчас.

– Ты что-нибудь понимаешь? – Макс перевел взгляд на стоящего слева от него Пончика.

Остальные ребята остались на улице. Фантик с Рексаром и Луффи собрали со всех фляги и заняли очередь у родника, а девчонки просто не захотели заходить в накуренное помещение.

– Уж не больше твоего, – хмыкнул разбойник и, переведя взгляд на хозяина постоялого двора, спросил: – Уважаемый, а пиво у вас почем?

– Вам тут или с собой?

– Да теперь уж, наверное, с собой.

– Четыре золотых за бочонок в два галлона. Пиво только сегодня с западной окраины доставили. – Губы эльфа тронула легкая улыбка: – И к каждому бочонку прилагается бесплатный совет.

– Что за совет? – усмехнувшись, Макс выложил на стойку сорок серебряных монет.

– Вы ведь, судя по всему, эту ночь собираетесь провести под открытым небом? Если да, то я бы очень не рекомендовал вам разводить в окрестностях Эллориана костер. Последним указом магистрата это карается штрафом в десять золотых монет с одного разумного или месячным сроком на медном руднике, с удержанием восьмидесяти процентов добытого в городскую казну. Условия в Каэнтийском раскопе не самые комфортные, и если уж и идти туда на заработки, то лучше за стандартную, пятидесятипроцентную, ставку… – Эльф скрылся в подсобном помещении, вернулся с пузатым девятилитровым бочонком в руках, поставил его на стойку и улыбнулся. – Но выход есть всегда. Если вы проголодались и хотите горячего, то поросенок дожарится через пять минут, а в ассортименте заведения всегда есть свежие овощи и разогретая каша.

Расценив их молчание как знак согласия, трактирщик окликнул проходящую мимо официантку.

– Маэрна, прими, пожалуйста, у молодых людей заказ, – с улыбкой произнес он, кивнул Максу и повернулся к следующему посетителю.

– Всё чудесатее и чудесатее, – усмехнулся Пончик, когда они покидали трактир, став беднее еще на двадцать семь серебряных монет.

Столица государства Темных эльфов с небольшого расстояния походила на непроглядную лесную чащу, которая каким-то образом появилась прямо посреди цветущего лесного луга. При первом посещении города Максу было не до любования красотами и восхищения величием его оборонительных сооружений. Тогда требовалось просто найти Алёну. Впрочем, и сейчас, глядя на сплошное переплетение ветвей гигантских деревьев, исполняющих роль городских стен, особого пиетета он не испытал. По словам Пончика, эти импровизированные городские стены насквозь пропитаны защитной магией. Их практически нереально поджечь, а по крепости они не уступали каменным. В случае осады – в переплетениях ветвей нашлось бы место для тысяч лучников и магов, которые под прикрытием дружественной магии леса не позволили бы врагу приблизиться к городу на расстояние прицельного выстрела. Однако, насколько Макс знал из истории этого мира, столица Темных эльфов ни разу не осаждалась врагом.

На ведущей в город дороге было достаточно оживленно – то и дело встречались небольшие отряды егерей и запряженные лосями телеги. Игроков, которые следовали в сторону города, оказалось никак не больше, чем НПС, – видимо, последние королевские указы и введенные налоги отбили у многих желание просто так, без какой-либо цели посещать эльфийскую столицу. «Это ж теперь, наверное, чтобы получить социалку в городе, не нужно выстаивать многочасовую очередь, – подумал Макс, – только как-то не вовремя это всё». Торчать в городе за немаленькую по нынешним временам плату ему не хотелось. Нет, деньги у них сейчас есть, и их хватит на несколько месяцев городской жизни. Почти четыре сотни золотых, и еще за квесты им должны отсыпать около тысячи, но кто его знает, какие траты ждут его группу в будущем. Деньги Масяня вчера передала Пончику, ведь инвентарь разбойника хорошо защищен от краж, да и, как говорится, рыбак рыбака видит издалека.

– Поберегись! – пронесшийся над дорогой крик заставил его вздрогнуть.

Спустя мгновение мимо их группы в сторону города пронеслась небольшая кавалькада всадников, во главе которой верхом на белом единороге скакала молодая рыжеволосая эльфийка, облаченная в зеленую кожаную броню. В седле девчонка держалась с удивительной грацией, её ничем не прикрытые волосы развевались по ветру, пламенея в лучах восходящего солнца.

– Вот за что я люблю сказки, так именно вот за такие милые взору картины, – хмыкнул Фантик, провожая группу всадников взглядом. – В реале бы ей свои волосы потом пару часов пришлось отмывать, а тут че, не пыльно совсем, можно и покрасоваться.

– Интересно. Тут, как и в реале, к единорогу может подойти только девственница? – задумчиво пробормотала Масяня.

– Где ты видела в реале рогатых коней? – притворно ужаснулся Фантик.

– Не цепляйся к словам, – нахмурилась девушка. – Ты прекрасно понял, что я имею в виду.

– Ты чушь несешь, золотце. Или считаешь, что каждому коню есть какой-то интерес разглядывать твои прелести в гинекологическом кресле?

– Господи, какой же ты всё-таки идиот, – притворно закатив глаза, выдохнула охотница.

– Меньше нужно женских романов читать. И мозги посветлее будут, – не обратив внимания на её слова, хмыкнул Фантик. – С какой стати разработчикам вводить такие бредовые ограничения? Им бабки нужны в первую очередь, а не твоя целомудренность. Или ты считаешь, что та рыжеволосая подруга за пару сотен лет своей жизни и впрямь ни с кем и ни разу? Какого она там уровня была? Двести пятидесятого? Судя по сопровождающим её лосям верхом на лосях, она как минимум принадлежит к верхушке какого-нибудь Великого Дома. В общем, пара лет у тебя точно есть.

– Да ну тебя, – махнула рукой охотница, – мне и Кузи пока хватит. – Она перевела на Макса вопросительный взгляд, но тот отрицательно покачал головой.

– Мы уже говорили, Масянь. Во-первых, непонятно, как к твоему сухопутному крокодилу отнесется стража, а во-вторых, зачем нам лишнее внимание в городе? Сдадим квесты, заскочим на аукцион, отоспимся, отмоемся и свалим оттуда. Вот тогда и призывай.

Пончик с Рексаром появились минут через пятнадцать. Лица у них были вполне довольные, но не совсем удовлетворенные, из чего Макс понял, что трупы они нашли, но добыча в них оказался гораздо хуже, чем они на то рассчитывали.

– Двадцать семь золотых, – отчитался разбойник. – Два небольших необработанных сапфира и десяток зелий. Сапфиры можно скинуть по паре золотых, не больше.

– Ты будто бы недоволен, – усмехнулся Макс.

– Халява – она такая халява, – вздохнул разбойник, – всегда хочется больше, чем получаешь. Ну что, двинули в город?

– И чё, вы, сопляки, тут забыли? – вышедший из-за угла школы высокий семиклассник Сомов Андрей по кличке Гипс, известный в школе драчун и задира, сплюнул на землю и, сложив перед грудью руки, презрительно уставился на преградивших ему дорогу пятиклассников.

– Мы твоя смерть, рыжий урод! – выкрикнул черноволосый тщедушный Ромка Кожевников и, бросившись Гипсу в ноги, схватил того за лодыжки и опрокинул его огромную тушу на землю.

Макс не медлил ни секунды – в его душе пылала праведная ненависть. Ведь два дня назад Сомов вместе со своими дружками вывалял его друга в грязи, разбив при этом Ромке губу. Мальчишка бросился на поверженного гиганта и со всей силы нанес тому удар в лицо кулаком. Не ожидавший такого поворота событий Гипс пропустил несколько ударов, но, придя немного в себя и прикрывая руками лицо, попытался было подняться на ноги, однако Ромка повис на нем, словно лайка на поднятом из берлоги медведе. Раздался треск разрываемой рубахи.

– Рот ему рви! Рот рви! – орал Ромка, пытаясь дотянуться до лица и не помышлявшего о сопротивлении семиклассника.

Макс тоже что-то орал, сейчас этого уже и не упомнить…. В итоге Сомов сбежал, и поле боя осталось за ними.

– Ты чего там про рот-то орал? – внимательно разглядывая разбитые костяшки на правой руке, спросил тогда у товарища Макс.

– А я знаю? – сверкнув дыркой между зубов, усмехнулся Ромка. – Но как мы ему наваляли, а?..

По мальчишеским меркам Гипсу тогда и впрямь досталось изрядно. Разбитая губа и фингал под правым глазом – это вам не шутки. Мстить им никто после этого не стал, и вряд ли из-за того, что их испугались. Просто после той самой драки за Ромкой утвердилась слава отмороженного психа, а психов все нормальные люди, как правило, стараются обходить стороной.

Макс улыбнулся накатившим воспоминаниям и сверился с картой – до представительства Великого Дома Куницы идти оставалось примерно с километр. Пробиваясь сквозь зеленые кроны окружающих дорогу деревьев, ласково светило полуденное солнце. В голове приятно шумел выпитый коньяк – настроение было прекрасное. Если он чему и научился в свое время у друга, так это тому, что в важных для тебя делах и обстоятельствах нужно всегда идти до конца. Поставив на карту все так, чтобы твои противники это видели и понимали – с таким, как ты, лучше не связываться! В бизнесе ему, правда, это не помогло, но, может быть, поможет здесь, где всё решают не только деньги? А Ромка – да кем бы он там ни стал! – для него он всегда будет оставаться лучшим другом, таким, который как брат… Найти такого можно только в далеком детстве…

Внезапно на Макса накатило какое-то непонятное беспокойство. Краски мира словно поблекли, сердце кольнула необъяснимая тоска. Парень огляделся по сторонам и, кажется, заметил её причину. Около ограждающего чей-то садик кустарника в паре метров от дороги, обернувшись черным лисьим хвостом, сидя на траве плакала молодая девушка. За два месяца пребывания в игре подобных существ Макс ещё не встречал. Выглядела девчонка до одурения няшно: стройная, насколько он мог видеть, фигурка, зеленая курточка и такие же зеленые, обтягивающие бедра, штаны. И её совсем не портили торчащие из-под гривы черных, небрежно уложенных волос острые звериные ушки. Перед девушкой на траве была расстелена циновка, на которой в беспорядке лежало десять небольших разноцветных фигурок.

«Какой-то сильный ментальный маг? – подумал Макс. – Но почему тогда её никто не замечает?» На дороге и впрямь было немало народу, однако на сидящую в паре метров девчонку никто даже не смотрел – все просто проходили мимо, спеша по каким-то своим, темноэльфийским делам. Местная нищенка? Да нет, не похожа. Уровень и имя скрыты, непонятно даже, кто перед ним – игрок или НПС. В общем, пройти мимо этого плачущего создания Макс не смог. Может, сказался выпитый полчаса назад коньяк? Кто знает… Воин сошел с дороги, приблизился к сидящей на траве девушке и, отодвинув с её лица длинные пряди волос, заглянул в огромные синие глаза.

– Почему ты плачешь, красавица? – немного запнувшись от увиденного, пробормотал он. – И могу ли я чем-нибудь тебе помочь?

Девчонка была просто нереально красива – правильные черты лица, чуть припухлые алые губы и ослепительно-светлая кожа, не встречающаяся у местных жителей. На каждой её щеке отчетливо выделялись три черные черточки. Такие, которые азиатские мультипликаторы рисовали у всех оборотней-лисиц. Собственно, лисьи уши и хвост вполне укладывались в общую картину увиденного. Но лисица-оборотень здесь?!

– Они не замечают меня! – кивнув на проходящих по дороге эльфов, заплаканным голосом пробормотала она, – а я уже несколько дней ничего не ела.

– Я же вот тебя заметил!

– И что? Ты хочешь, чтобы я тебе погадала? – кивнув на циновку, шмыгнула носом она.

– Ну, если ты перестанешь после этого плакать, то гадай, – пожал плечами Макс и опустился на траву рядом.

– Пять золотых! – протянула руку лисичка.

– Ну и расценки у тебя, – почесал затылок воин, доставая из сумки деньги. «Ну его, – подумал он, – от меня не убудет. Всё равно на эту двадцатку ничего серьезного не купить».

– А ты хотел, чтобы тебе гадали за пару медяков? – усмехнулась девчонка, слезы на ее лице исчезли как по мановению волшебной палочки.

– Ну-у…

– Я лучший медиум этого города, а не какой-нибудь кабацкий шарлатан вроде этих, – убрав под одежду деньги, повеселевшим, с хитринкой, голосом тут же заявила она, кивнув на проходящий мимо двести пятидесятый патруль, словно егеря были ее прямыми конкурентами в гадании. – И что же ты хочешь услышать о себе, воин?

– Ты можешь рассказать мне о том, что происходит сейчас с моим другом? Его имя Криан.

– Криан? – улыбнулась лисичка. – Ты хоть представляешь, сколько под этим солнцем обитает Крианов? Скажи хотя бы, где твой друг сейчас находится?!

«А ведь она права», – подумал Макс. В свое время разработчики Мира Аркона не стали вводить в игру уникальные имена. Каждое имя становилось уникальным из-за присвоенного ему скрытого десятизначного кода, который не так давно стал практически неодолимым препятствием в поисках Алены. Да и он сам, не будь этого кода, никогда не стал бы Максом.

– Он сейчас в каком-то Проклятом княжестве, которое находится в Землях демонов, это другой план реальности, – пояснил он.

– Я знаю, что такое Земли демонов, – кивнула черноволосая и, собрав разбросанные фигурки, тут же кинула их обратно.

В воздухе раздался негромкий хлопок, а над расстеленной циновкой поднялось облако сверкающих разноцветных искорок. Запахло гарью, и Макс с удивлением заметил, как некоторые фигурки ещё в полете изменили свою форму и словно сделались в несколько раз крупнее. Нет, он ни на минуту не забывал, где находится, но происшедшее было настолько эффектно, что он поначалу даже не обратил внимания на странную реакцию девушки, черты лица которой вдруг заострились, а глаза сверкнули голубым магическим светом. Протянув руку, девушка-лиса подняла с циновки черную фигурку страшноватого рогатого мужика и, закусив нижнюю губу, серьезным голосом произнесла:

– А твой друг не так прост, Серый. Я-то думаю, почему с тобой всё это происходит…

– Что происходит? И почему ты назвала меня Серым? – спросил её Макс.

– Серым я тебя назвала, потому что ты Серый, – логично объяснила девчонка. – Или ты предпочитаешь, чтобы я называла тебя Ночным Охотником?

Макс и раньше понял, что его собеседница не проста – не может обычный НПС вот так передавать посторонним людям свои эмоции. В системном сообщении писалось, что его принадлежность к клану Ночных Охотников могут увидеть лишь некоторые высокоуровневые НПС. Кто же она такая? Гуляющая в народе княжна? Спустившаяся с небес богиня? И почему он даже не спросил, как её зовут? Таких оплошностей при встрече с симпатичными представительницами противоположного пола, Макс раньше за собой не замечал.

– А кто ты такая? Как тебя зовут, и откуда тебе известно, что я принадлежу к Ночным Охотникам? – поспешил исправить упущение Макс.

– Ты никогда раньше не встречал женщин из народа Тилвит тег? А ведь мы с тобой практически родственники, – открыто улыбнулась лисичка. – Мы ведь тоже живем в Диком лесу и можем принимать некоторые формы. Спасая своих родичей, ты спас и моих, и за это я тебе благодарна. Имя тебе мое ничего не скажет, а насчет всего остального…. Твой друг оказался затянутым в одно очень неприятное пророчество, а поскольку ваши с ним пути когда-нибудь пересекутся, в это пророчество затянут и ты вместе с его сестрой. И всё, что с вами происходит и будет происходить в будущем, целиком зависит от него. Нет, конечно, у каждого из вас своя судьба, и вы сами вправе решать, как поступать, но что-то говорит мне – вы вряд ли останетесь от всего этого в стороне, – с легкой грустью произнесла она. – Большего я тебе сказать, увы, не могу. И не потому, что не хочу, а потому, что не знаю. Пророчество такая штука – перед ним порой бессильны даже боги, что уж говорить о простой гадалке…

– Но как… – ошарашенно пробормотал уже окончательно протрезвевший Макс.

– Ни слова больше об этом, воин! – девчонка пальчиком прикрыла его рот. – Ты и так сбил меня с того, что я хотела сделать поначалу.

– И что же ты хотела сделать? – удивленно пробормотал он.

– Я хотела погадать тебе, а ты приплел ко всему этому своего друга, о существовании которого я даже и не подозревала.

– Ну, погадай тогда мне….

– Пять золотых, – протянула руку лисичка.

– На, возьми, – чувствуя себя полным идиотом, Макс протянул девушке деньги.

Почему-то он понимал, что его сейчас обманут, но ничего с собой поделать не мог. Она была настолько милой, что, пожалуй, не устоял бы ни один представитель мужского племени.

– А с тобой, Серый, будет все в полном порядке, я, по крайней мере, на это очень надеюсь, и твои одиннадцать золотых будут тому залогом. – Девчонка убрала деньги под одежду, затем неуловимым движением приблизилась, закинула ему руки на плечи, чмокнула в щеку и буквально растворилась в воздухе. Где-то на краю сознания бубенчиком зазвучал ее волшебный смех, а неподалеку в толпе мелькнул на прощанье черный лисий хвост.

– Эй, парень, ты что тут сидишь? – в сознание воина привел голос остановившегося у обочины дороги начальника патруля. – Бирка есть?

– Да, вот, – всё ещё находясь под впечатлением от произошедшего, Макс поднялся на ноги и протянул хмурому эльфу аналог местного пропуска.

– У тебя всё в порядке? – проведя ладонью над круглым куском кожи, десятник вернул ему пропуск.

– Да, всё в порядке, спасибо, – кивнул ему Макс. – Я устал немного, вот и присел отдохнуть.

– Ну, тогда ладно, – хмыкнул эльф, кивнул своим, и патруль проследовал дальше.

«Во что же там всё-таки вляпался Ромка? – какое-то пророчество, все эти боги, демоны…. Даже эта хвостатая мошенница косвенно подтвердила Алёнкины слова. Тут уж точно без стакана, вернее, без Пончика не разобраться. Но тот сейчас дрыхнет после тройки этих самых стаканов. „Тилвит тег“, – он повторил мысленно незнакомое название. Наверное, тоже оборотни, ведь разбойник говорил, что в Диком лесу живут не только крупные представители семейства кошачьих, там хватает и других интересных созданий. И что она сказала про одиннадцать золотых? Он же дал ей только десять. Или это та самая спалившая трактир нищенка? Очень похоже на то, но все-таки кто она? Макс залез в сумку и нащупал памятный кусок колбасы, который он тогда подобрал в горящем трактире. „Ладно, смысла об этом думать сейчас всё равно нет“, – Макс махнул на все эти загадки рукой, сверился с картой и направился в сторону цели своего путешествия.

– Пончик, выпей уже антипохмелина, хватит страдать, – посоветовала разбойнику Эланка, – ты одним только своим видом нагоняешь на окружающих тоску.

На Пончика и впрямь было жалко смотреть – на лбу ассасина выступил холодный пот, а из кружки с травяным настоем, который он то и дело отхлёбывал, из-за его трясущихся с похмелья рук едва не расплёскивалась жидкость.

– Во-первых, он стоит один золотой за стакан, а во-вторых – на хрена мне это двадцатипроцентное снижение характеристик на целые сутки? – зябко поведя плечами, ответил он жрице.

– Какое еще снижение? – оторвавшись от завтрака, удивленно посмотрел в его сторону Луффи.

– Требование Всемирной Организации Здравоохранения, введённое в целях борьбы с пьянством, – вздохнул разбойник. – Мир тот остался где-то далеко, а дебафф почему-то сохранился.

– А вот не фига было вчера вечером догоняться, – хмыкнул, отодвигая свою тарелку, Рексар, – письмо он, видите ли, без пары стаканов написать не мог.

– Иди ты со своими нравоучениями, знаешь куда? – болезненно сморщился Пончик. – Мне и без них тошно.

– Вот чего вы пристали к человеку? – неожиданно вступилась за разбойника Масяня. – За собой лучше смотрите, умники!

– Масянь, это и правда ты? – изумленный голос Фантика нарушил повисшую над столом тишину, – тебя случаем не подменили? Можно я тебя потрогаю? Вдруг ты мне привиделась?

– Себя потрогай, сам знаешь где, – беззлобно огрызнулась охотница. – Может, что-нибудь там себе и нащупаешь.

– Да хорош вам уже, – Макс, привлекая внимание, слегка хлопнул ладонью по столу. – Давайте уже решать, что нам делать дальше.

– А чего тут решать? – пожал плечами маг. – Разговариваем с Клинками, валим Ценатодона, и, если разговор с Великим князем тебе вчера не привиделся, отправляемся в Дикий лес.

– Чего бы это он мне привиделся?

– Да по твоим словам, правитель Великого Дома похож на доброго Дедушку Мороза, а так не бывает!

– Это еще почему? Он что, должен был мне сначала отрубить голову, а потом уже попросить доставить это послание в Дикий лес?

– Ерунду ты несёшь Луффи, – поддержала Макса Аленка. – Князь как никто иной заинтересован в том, чтобы Макс доставил это послание. А еще, я думаю, что он не испытывает никаких иллюзий относительно патриотизма наших соплеменников, – насмотрелся, наверное, уже на нашего брата.

– И что с того?

– А то, что Великий князь, если он не идиот, по-другому вести себя и не мог. И меня не его поведение больше волнует, а та гадалка, что встретилась Максу по дороге.

– Фигня, – махнул рукой ассасин, – таких гадалок по всему миру раскидано – по одной на каждого игрока, для внесения некоторого антуража в игру.

– Но она ведь знала про Ромку!

– И что с того? На то она и гадалка… Правда, пророчество это… я о подобных событиях ни разу не слышал, впрочем, какая разница, и без этого головной боли хватает.

В этот момент хлопнула входная дверь, и хмурое лицо ассасина озарила улыбка.

– О, смотрите, кто к нам пожаловал! Привет, бро! – крикнул он и помахал в сторону двери рукой.

Зашедший на постоялый двор Алекс тут же нашел взглядом вчерашних знакомых, кивнул и направился к их столу.

– Падай, – разбойник подвинулся и хлопнул по освободившемуся месту рукой, – ты чего невесёлый такой? И где твои родственники?

– Хай, – рейнджер поочередно пожал протянутые руки, сел на свободное место, на мгновенье задумался и вздохнул. – Мэрит и Кевин решили, что с них пока приключений хватит. Три часа назад я проводил их до следующего в сторону Гривенны каравана. Там местный лорд, который из Куниц, набирает нашего брата на службу. Им, правда, до сотого еще десяток уровней поднимать, но там, на месте, и доберут.

– А ты?

– А что я? – пожал плечами Алекс, – я еще не наприключался. Да и армии мне еще в той жизни хватило. Сестру понять можно, у них в реале нормальной жизни не было, а я…

– А ты давай с нами! – хлопнул его по плечу повеселевший ассасин.

– Вы серьезно? – рейнджер обвел внимательным взглядом лица сидящих за столом ребят.

– Ну да, пара танков и пара хилов у нас есть, а приключений мы на свои задницы столько найдем, что мало не покажется. Отвечаю.

– И какие у вас на ближайшее время планы?

– В течение одной-двух недель завалим уникального рейдового босса, а потом двинем в Дикий лес навестить родственников Макса.

– Чего? – Алекс с недоверием оглядел лица сидящих за столом, – какой еще Дикий лес? Там локи от сто пятидесятой и выше! А по дороге нужно миновать как минимум десяток двухсотых!

– Нас туда отправит Орвил – князь Великого Дома этих самых Куниц, – наслаждаясь произведенным на рейнджера впечатлением, пояснил Пончик. – В общем, немного погостим в Диком лесу и отправимся в Даркан, на поиски главного храма богини отмщения Кираны.

– Вы так шутите, да? – Алекс еще раз обвел взглядом лица собравшихся, но, не найдя на них и тени насмешки, вздохнул и махнул рукой. – Ладно, чтобы там ни было, я с вами, кидайте приглашение!

– Ты так и не рассказал, как у вас все прошло в святилище Сетары, – дождавшись, пока подошедшая официантка соберет со стола пустые тарелки, спросила у Алекса Эланка.

– Ничего интересного, по три золотых с каждого и по три минуты на рассказ. Справедливость – она и в этом мире не бесплатная, – глядя размытым взглядом куда-то в сторону, пояснил рейнджер. Потом зачем-то протер глаза и, нахмурившись, пробормотал: – Что за чёрт!

– Никак у тебя дамаг подрос больше чем на треть? – изумление товарища доставляло Пончику непередаваемое наслаждение, видимо, он увидел в американце родственную душу и теперь брал реванш, помня своё вчерашнее состояние. – Ну да, мы, славяне, народ загадочный – всё как один друзья Великого леса и лично отмечены богиней отмщения, – проникновенным голосом объявил он. – А командир наш, сэр рыцарь Среднего Пальца, по совместительству ещё и является Защитником Великого леса!

– Рыцарь чего? – рейнджер перевел взгляд на Макса.

– Среднего Пальца, – пояснил ухмыляющийся Пончик и наглядно продемонстрировал предмет обсуждения. – А если я расскажу тебе о брате его подруги, то…

– Хорош, – остановил разговорившегося разбойника Макс, – не стоит сейчас об этом. Нам и одного алкоголика в группе на сегодня достаточно.

– Хватит уже человека мучить! – поддержала командира Эланка, – ему и так нелегко!

– Скучные вы, – картинно вздохнул Пончик, – ну ладно, Алекс, слушай нашу историю по порядку…

В утреннем солнце болото казалось безобидным полем, заросшим стройным камышом и светло-зелеными кустиками осоки. Набежавший с запада ветер разорвал висящий над трясиной туман и отогнал его далеко от берега, обнажив торчащие тут и там коричневые мохнатые кочки. Со стороны болота тянуло сырой и тяжелой прохладой, запах гниющей травы смешивался с ароматами растущих по берегу растений. Несмотря на показную веселость, собравшиеся на берегу люди были сосредоточены и немного напряжены. Видимо, Бродяга уже объяснил своим ребятам, что второй попытки у них не будет. Хотя им-то что? Это ему подобное мероприятие предстоит впервые, а у каждого из них таких приключений уже было достаточно. Макс вздохнул, кинул взгляд на группу стоящих неподалеку девчонок-хилеров и потянулся за очередной самокруткой.

– Мандражируешь? – хмыкнул сидящий справа от него Пончик.

– А ты как думаешь?

– Думаю, да, – пожал плечами тот. – Но не парься, ничего там такого нет. Такими силами этого урода завалить будет не сложнее, чем ту костяную гончую.

– С чего ты так решил?

– Это не я решил. Есть такая наука – математика, Макс, – Пончик попытался оттолкнуть в сторону Кузину морду, но ничуть в этом не преуспел, обреченно вздохнул и, почесав ящеру шею, снова обернулся к воину.

– В задании простым языком написано, что для убийства Ценатодона необходима сотня бойцов сто двадцатого уровня, так?

– Допустим, и что?

– Вот какой у тебя сейчас урон, Макс?

– Около пяти, но у меня редкий двуруч по уровню, – пожал плечами тот, – к чему ты ведешь?

– Он это к тому, что количество жизни у боссов, как правило, пропорционально среднему урону рейда, необходимого для его убийства, с учетом разницы в уровнях между боссом и рейдом, – включился в разговор подошедший к ним Алекс.

Рейнджер взял протянутую ему самокрутку, скептически огляделся, ища, куда бы присесть, потом стряхнул невидимые пылинки с бока лежащего на земле ящера, закурил и, облокотившись о шершавую Кузину шкуру, продолжил:

– Средний дамаг бойца сто двадцатого уровня примерно равен двум тысячам единиц урона в секунду. В рейде на сто человек чистых дамагеров около семидесяти. Это значит, что средний урон такого рейда сто сорок тысяч в секунду, так?

– Ну и? – чувствуя себя полным идиотом, спросил Макс.

– Разработчики раньше чуть ли не на каждом углу орали, что мировые боссы должны убиваться примерно за час.

Пончику наконец удалось столкнуть с колен зубастую Кузину башку, разбойник поднялся на ноги, стряхнул со штанов налипшую грязь и блаженно потянулся.

– Сто сорок тысяч умножь на шестьдесят и еще раз на шестьдесят. Получишь примерный урон, который необходимо в него влить. Раздели эту цифру на одну целую и тридцать пять сотых, получишь примерное количество его ХП.

– Тридцать пять процентов. Это, как я понял, его средние защиты?

– Ну да, – кивнул Пончик, – и сколько в итоге у тебя получилось?

– Почти триста восемьдесят миллионов.

– Вот! А теперь открой меню нашего рейда и посчитай количество бойцов, – обведя взглядом разбросанные по поляне отряды, хмыкнул ассасин. – Командир ты, наконец, или кто?

– Хватит уже прикалываться, – хмуро буркнул Макс. – Из меня командир, как из дерьма пуля. Я с этим меню-то никак разобраться не могу, мне к нему и притрагиваться страшно. Сейчас как переставлю кого-нибудь не туда, а эта сволочь из болота вылезет и…

– Без тебя она оттуда не вылезет, – засмеялся рейнджер. – На самом деле ничего сложного в этом меню нет, мы потом тебе всё объясним, если захочешь. Тут дело в другом. В рейде триста двадцать восемь человек – я не знаю, почему Бродяга не взял с собой всех, но это его внутренние дела и нас они не касаются. Средний уровень собравшихся – примерно сто семьдесят пять. Чистых дамагеров примерно двести пятьдесят. Средний дамаг каждого из них около восьми тысяч в секунду. Вот и посчитай, сколько проживет вылезший из болота босс.

– Меньше пяти минут, – тут же ответил Макс, проведя нехитрые расчеты на калькуляторе. – Так, а какого хрена вы мне всё это не сказали раньше?! Я весь последний грёбаный месяц только об этом и думал!

– Кто ж знал, что тебе не известны такие элементарные вещи, – пожал плечами рейнджер.

– Вот-вот, – поддержал товарища Пончик, – с другой стороны, немного позаморачиваться даже полезно. Моряков в начале службы заставляют якоря напильниками точить – и ничего, никому не повредило.

– Якоря, значит, – начал потихоньку закипать Макс, – ну что ж, прибудем в Дикий лес, найду я вам всем по напильнику!

– Злой ты, – хмыкнул Пончик. – Ладно, пойду – пробегусь, обстановку разведаю, – сказал он и направился в сторону группы развалившихся на траве милишников.

Кузя шумно вздохнул, поднялся и поплелся следом за ним.

– Веселая семейка, – покачал головой Алекс, провожая разбойника взглядом.

– Нормальная, – махнул рукой Макс, – Пончик мужик умный. Путь к сердцу женщины лежит через её детей или через домашних животных. И Масяня совсем не исключение.

– Да он же этого крокодила так перекормил, что тот все свободное время только за ним и шляется! У него самого скоро панель управления петом появится.

– Масяня не против, и ладно. Ты мне лучше скажи, каких маунтов нам лучше купить себе?

– Не знаю, – ответил рейнджер, – цены на них сейчас обвалились даже у НПС. Кошака или кабана теперь можно спокойно купить за пятьсот монет, а лошади и вообще почти ничего не стоят. Только на лошади-то по лесу далеко не уедешь.

– Кабаны и медведи только со сто восьмидесятого, а тигры так вообще с двести пятидесятого, – вон даже у Бродяги тигра нет.

– Его редкий мишка не хуже любого тигра, поверь, – возразил Алекс. – Но не суть. На самом деле, я пока с маунтами не торопился бы. Нам до нормальных маунтов по тридцать уровней всего и осталось. Доберем и будем думать, если будут деньги, конечно.

Перед глазами сначала появились какие-то желтые цветы, спустя мгновение зрение наконец пришло в норму, и он увидел встревоженное лицо склонившейся над ним Алёны.

– Как ты себя чувствуешь? – проведя ладонью по его щеке, тихо спросила она.

– Отлично, – хрипло ответил ей Макс, затем принял сидячее положение и внимательно посмотрел на свои ладони.

– Что произошло? Почему я сто пятьдесят шестой? Я же вроде как умер.

– Ты не умер, ты превратился в симпатичного такого серого котёнка, – хмыкнула девушка. – Больше метра в холке. Я думаю, Пончик поведает тебе всё это в подробностях, – она кивнула в сторону приближавшихся к ним ребят.

Макс проследил за её взглядом, и его брови непроизвольно поползли вверх.

– Таша? Откуда она тут взялась? – удивленно выдохнул он, стаскивая с головы шлем.

– Спроси у неё, – в голосе Алёны послышались ревнивые нотки, – если бы не она, то человеком бы ты уже не стал. По крайней мере, до того, как мы дотащили бы тебя до Дикого леса.

Голос девушки внезапно смягчился, она провела рукой по спутанным волосам воина и вздохнула.

– Бедный мой, я так испугалась за тебя, что…

– Твой? – скосив на Алёну взгляд, переспросил он.

– Какой же ты всё-таки глупый, – покачала головой эльфийка. – Или ты думаешь, я совсем дура и вот уже несколько лет не замечаю этих твоих взглядов? Да будет тебе известно, что у женщин боковое зрение развито гораздо лучше, чем у мужчин.

– И? – парень опустил голову и зажмурил глаза.

– Что и? Вы, сэр рыцарь, конечно, решили, что делать предложение сестре своего друга в отсутствие этого самого друга – неприлично.

– Ну, где-то так, – подняв на нее взгляд, пожал плечами он. – Вытащили бы Ромку, а потом…

– Судя по всему, он сам кого хочешь вытащит, – хмыкнула Алёна. – Но я не стала ждать и уже спросила его насчет нас.

– Ты?! Спросила?! – промахнувшись мимо рта вытащенной из-за пазухи самокруткой, Макс в изумлении уставился на эльфийку. – Но ты же, но…

– Я сказала, что мы вроде как уже вместе, вот и…

– Что вот? Что он сказал?

– Ну, он сказал, что когда вылезет, то, конечно, набьет тебе морду, но в целом он не против, – хмыкнула она.

– И ты! Почему же ты молчала? – воин наконец попал сигаретой в рот, чиркнул огнивом и жадно затянулся. – Почему не сказала мне?

– Мне так нравится, когда ты краснеешь, – лукаво улыбнулась Алена. – Во-первых, я делала вид, что ничего не замечаю, во-вторых, какой девушке не нравится, когда на нее так смотрят. А в-третьих, я тоже имею право на конфетно-букетный период!

– Но, я это… я же не против, но почему тогда ты сейчас мне это сказала?

– Я чуть не потеряла тебя, дурачок! – Алёнка наклонилась и поцеловала Макса в губы, потом отстранилась, смахнула со щеки слезу и погрозила пальцем. – Это ничего не значит, – подмигнула ему она. – Продолжай ухаживать.

– Алён, а оно тебе надо? – хмыкнул подошедший с остальными Фантик. – Ты только представь, какой ему потребуется ящик! Это же самосвал песка через день заказывать придется!

– Ты хоть раз помолчать можешь? Хренов юморист, – Масяня осуждающе покачала головой и закатила к небу глаза. Впрочем, было заметно, что делает она это больше по привычке.

Каждый из подошедших парней счел необходимым хлопнуть Макса по плечу.

– А ты, брат, реально крут, – покачал головой Пончик. – Если бы не это твое превращение…

– Да что, чёрт возьми, произошло? – обведя взглядом собравшихся, чуть не выкрикнул Макс. – Я только момент превращения помню, ну и некоторые его подробности.

– Я вот с перепоя ничего тоже не помню иной раз, – начал было Фантик, но тут же заткнулся под свирепыми взглядами остальных.

У эльфов нет крестьян в стандартном понимании этого слова. Тут есть мастера природы и еще куча всяких мастеров и подмастерьев, наименований профессий которых Макс не знал и узнавать не собирался. Может, когда-нибудь… Поэтому сравнивать эльфа, который занимался в Великом лесу выращиванием фруктов и овощей, с крестьянином Эрантии – это как, примерно, сравнить американского фермера с российским дачником, появляющимся на этой самой даче с одной лишь целью: пожарить шашлыки и побухать. Нет, у дачника на грядках тоже растут укроп и редиска, а его жена весной высаживает милые её сердцу цветочки, но разница между ним и фермером огромна. Причем не только в объемах производства, но и в самооценке тоже.

У эльфов выращивание растений считается почетным трудом, которым с удовольствием занимаются благородные. Именно такой товарищ подвез Макса на своем загруженном фруктами и овощами фургоне до замка лорда Филатрима. А еще эльфы скромные, как корейские школьники, так что те два часа, которые фургон добирался до замка, они ехали в полной тишине. Максу разговаривать не хотелось, эльф не настаивал, а запряженные в фургон лоси вообще не умели говорить. Так и ехали.

Да и как, скажите, чувствовать себя человеку, который этой ночью спал, обнимая любимую женщину, о которой мечтал последние семь лет? Хреново, вот как. Впрочем, Макс успокаивал себя тем, что это ненадолго. Что такое две-три недели в сравнении с теми семью годами? Зато теперь она уже точно никуда от него не денется! Еще бы Ромку найти, кем бы он там ни стал. Посидеть где-нибудь на берегу озера с удочкой, захватив с собой пару бочонков пивка. Мечты… мечты…

Местность вокруг совершенно не отличалась от той, что Макс наблюдал в тех местах Великого леса, где ему уже довелось побывать. Нет, деревья тут стояли другие. В смысле, другой формы, но всё остальное – то же самое. Вложив в головы Крадущихся ненависть к светлым и тёмным эльфам, разработчики и не подумали менять их жизненный уклад.

На дороге Макс насчитал не больше двадцати разумных, передвигающихся в форме кошки, а вот в поселении, которое миновал их фургон, местные предпочитали находиться исключительно в человеческом обличье. Видимо, форма больше подходит для боя и передвижения. А в мирной жизни она не нужна.

Последние пару сотен метров до замковых ворот Макс прошел пешком. Он мог бы так без труда пройти весь путь – запас сил при ходьбе пешком не расходовался, но в том мире, откуда Макс появился, ехать всегда было комфортнее, чем идти, и он решил не отходить от этого правила. Попрощавшись с эльфом-огородником, воин вытащил из сумки трубку, закурил и неторопливо двинулся в сторону замковых ворот.

Идея заранее обдумать предстоящий разговор не показалась ему лишней. Еще в той жизни Макс предпочитал всегда готовиться к предстоящим переговорам. "Нет, понятно, Филатрим ему кровный брат, но даже для того, чтобы узнать что-то у брата, нужно правильно задавать вопросы. Стоп, а Таша его тоже называет братом. Странные тут у них родственные отношения. Или Филатрим ему кровный брат, а Таша – брат по крови? То есть сестра? Блин! – парень выдохнул дым и усмехнулся. – Да какая, на хрен, разница?"

Местные оборотни вообще странные ребята. Начать с того, что оборотни – это вроде как волки, а тут он ни одного волка не видел. Да и рацион у них странный: никаких тебе окровавленных кусков человеческого мяса и прочей кровожадной хрени. Таша мясо, конечно, ела, но она ела и овощи. Да хотя бы вот этот мужик с фургоном. Он же не свиней местных поехал яблоками и грушами кормить?

А он сам? Макс прислушался к себе и понял, что человечины он точно есть не желает, вернее, эльфятины. Где тут в Великом лесу сейчас найдешь человека? Вот когда они тут появятся, тогда может быть… Макс сдержал улыбку и отогнал лезущие в голову глупые мысли. Так, Филатрим. "Что мне от него нужно? – ещё раз подумал он. – Пройти обряд и получить кошачью форму, а ещё портал в Весперилл. Может, еще что-то узнать? Да вроде бы всё и так понятно. Хотя нет – эти чертовы демоны на границе Великого леса! Может, у местных есть способ, как мимо них проскочить? Ведь в отдаленной перспективе нужно найти храм благоволящей им богини, а в неотдаленной – сходить и выполнить выданный Филатримом же квест. Ещё что? Да вроде всё…"

Стражники на воротах при виде Макса вытянулись в струнку и, положив руки на рукояти мечей, низко склонили головы. Ни хрена себе! Макс поприветствовал их кивком и, слегка ошарашенный такой встречей, зашел на территорию замка, забыв спросить, где, собственно, искать его хозяина. Хотя чего удивляться? Филатрим – лорд. Лорды у эльфов – как бароны у людей. Сколько там, в баронской дружине, бойцов? Сто пятьдесят? Двести? А Макс как-никак Тень. Вернее, Ночная Тень. Много ли тут в замке полусотников?

Самые высокие постройки на территории замка Сиуран – сложенная из гигантских древесных стволов башня-донжон и дом самого лорда, своей архитектурой напомнивший Максу княжеские терема, которые он когда-то видел по визору. Территория замка застроена различными зданиями, из которых воину знакомы были только казармы, хранилище и трактир. Все эти постройки располагались по кругу, благодаря чему в крепости вокруг центральной башни имелась широкая площадь, где сейчас стояли несколько фургонов, похожих на тот, на котором он сюда добирался. Местный рынок? Марлориэны, которые постройками назвать было нельзя, образовывали в замке второй круг. Каждое дерево-дом окружал небольшой садик. Эльфы, как истинные европейцы, умели использовать каждый квадратный сантиметр свободного пространства. Эльфы – это так, к слову, хотя внешне Крадущиеся от эльфов не отличался ничем, но попробуй назови кого-нибудь из них эльфом! Таша очень доходчиво просветила его на этот счет.

Палаты лорда, располагались неподалеку от крепостной стены, которая, хоть была и поменьше, ничем не отличалась от той, что Макс лицезрел в Эллориане. От ворот жилища местного правителя вели три узкие улочки. Две из них, петляя между марлориэнами и замковыми постройками, протянулись вдоль западной и восточной замковых стен. Третья вела через центральную площадь сразу к воротам замка.

Кивнув в ответ на приветствие вышедшего из караульного помещения десятника, воин направился по центральной улочке к палатам лорда. Нет, конечно, потом он тут всё обойдет и осмотрит все замковые строения. Ему, как человеку, всю жизнь прожившему в мегаполисе, всё тут было интересно, но сначала дела. Стража у ворот палат вытянулась и… не обратила на Макса никакого внимания – видимо, он тут настолько свой, что без проблем может зайти в святая святых замка. Все это не могло не радовать. Воин вдруг вспомнил, как, прощаясь, Филатрим сказал, что у него и Луффи теперь есть дом, где им всегда будут рады. От осознания этого на Макса вдруг накатило непонятное, щемящее чувство радости и спокойствия. Дом и семья в любом мире самое важное, что только может быть у любого разумного. Деньги? Счастье? Все это прилагается, если у тебя надежные тылы, место, куда можно вернуться к любимой, детям, родителям. Дом, где тебя всегда ждут. Последние несколько лет Макс фактически был всего этого лишен и теперь, вновь обретя, он будет драться за свой дом с кем угодно. Древние Боги, демоны Преисподней – плевать, им не пройти сюда, даже если ему для этого понадобится тысячу раз умереть.

Найти Филатрима ему помог молодой парень, который в холле главного здания разрисовывал замысловатыми узорами стены. Комнаты лорда располагались на третьем этаже терема, их окна выходили как раз на главную замковую площадь.

Сам лорд сидел за массивным, потрескавшимся от времени дубовым столом и что-то увлеченно писал в лежащем перед ним свитке. Он совсем не изменился внешне, широкие плечи, длинные с проседью волосы, зеленые глаза. Только вот уровень теперь вполне соответствовал его положению. Триста пятидесятый! Макс присмотрелся к полоске его ХП и мысленно присвистнул. По игровым меркам его кровный брат был сейчас не самым слабым рейдовым боссом. Впрочем, ничего удивительного в этом нет – любой правитель Мира Аркона – это последний оплот на пути захватчиков его владений. Интересно, а Таша тоже когда-нибудь станет такой? Если да, то Луффи в этой ситуации не позавидуешь: попробуй скажи такой жене слово поперек – не заметит, как размажет тебя шумовкой по обеденному столу.

На стук входной двери Филатрим поднял голову и хмуро посмотрел на вошедшего. Мгновение спустя взгляд его потеплел.

– Макс?! – А еще через мгновение брови оборотня поползли вверх. – Серый?!

– И я рад тебя видеть, брат, – улыбнулся от дверей воин, – решил вот к тебе заглянуть.

Но лорд, казалось, не слышал его слов:

– Но этого просто не может быть, – потрясенно прошептал он.

– Что-то не так? – спросил Макс, видя что ситуация каким-то непонятным образом выходит из-под контроля.

– Всё не так, – буквально прорычал Филатрим. – Ты Серый!

Лорд несколько раз тяжело вздохнул и наконец взял себя в руки.

– Прости, брат, – покачал головой он, – это настолько неожиданно, что я оказался к этому не готов. Проходи, садись и добро пожаловать в Сиуран.

– Да ничего, – пожав плечами, хмыкнул Макс, – если бы я ещё хоть что-нибудь из всего этого понимал.

Филатрим вздохнул, вытащил из стола пузатую бутыль и два резных деревянных бокала, разлил коньяк и протянул один из них воину.

– Давай, что ли, выпьем для начала, – усмехнулся он, – а то в прошлый раз как-то не до этого было.

Коньяк у родственника оказался превосходный. В том мире Максу очень нравился "Хенесси", и этот был практически его аналогом. "Вот же блин, – подумал он, закуривая, – опять какие-то приколы". Чем, интересно, Филатриму не понравился его окрас? Или наоборот – понравился?

– Так чем тебе не понравился мой цвет? – воин сразу решил взять быка за рога, впрочем, не очень надеясь на вразумительный ответ.

Тут не реал, все события в игровом мире завуалированы какими-то недоговорками, прикрыты квестами. Сделай то – узнаешь это, а раньше – никак. Ромка, по словам хвостатой гадалки, ходит под каким-то пророчеством, а под каким конкретно, лисица не рассказала. Понятно, что раньше все эти "пророчества" были необходимы для того, чтобы затянуть в игру как можно больше плательщиков. А сейчас? Это давно уже не игра, но мир продолжает цепляться за свои старые законы.

– Ты много тут видел котов серого окраса? – поставив бокал на стол, поинтересовался у него Филатрим.

– Да я вообще их мало видел, – хмыкнул Макс, – мы только сегодня в Дикий лес зашли, а в прошлый раз я как-то не приглядывался.

– Сегодня, вчера… ты можешь десять лет ходить по землям нашего Великого Дома и не найдешь ни одного! Серый – это легенда! Такого цвета был наш прародитель Урхант.

– Что за легенда? – Макс выдохнул дым и откинулся на спинку предложенного ему кресла.

– Много чего говорят у походных костров, – вздохнул Филатрим. – Например, что после появления серого кота над нашим домом нависнет великая угроза.

– Интересно, а где именно он должен появиться? – усмехнулся Макс, не зная, что сказать ещё. – Угроза, кстати, уже возникла. Только я тут никаким боком, поверь. Я наоборот…

– Что случилось? – сжал кулаки Филатрим.

– Древние Боги, они проснулись, – глубоко вздохнул воин и начал свой рассказ.

Смеркалось. На Весперилл незаметно опустился вечер. Багровое закатное солнце еще цеплялось за верхушки исполинских деревьев на западе, но от воды уже белым дымом поднимался туман. Он, словно живое существо, пытался вылезти из воды на берег, но легкий, дующий в сторону реки ветерок не пускал его дальше изломанной береговой линии.

Вот уже почти час Макс сидел на берегу Орианы и задумчиво смотрел, как полноводная широкая река несет свои воды в сторону Южного океана. Город за его спиной постепенно готовился ко сну.

Вообще эльфы напоминали Максу жителей европейских городов, в которых ему довелось побывать в той еще жизни. Всё по плану, всё по распорядку. Ночью все должны спать, днем работать. Тут даже праздники праздниками назвать можно только с очень большой натяжкой. Ещё в Эллориане Максу довелось быть свидетелем свадебного шествия. И что? Если бы Пончик тогда не просветил его о том, что это свадьба, он бы никогда не подумал об этом. Лица у эльфов были такие же, как у людей утром в московском метро. Хотя, конечно, оборотни эльфами себя не считают, но это только их личное мнение. Да, кожа у них чуть светлее, чем у темных эльфов, и чуть темнее, чем у светлых, но, если учесть, что темные отличаются от светлых примерно так же, как мужик, все лето проведший на даче, от самого же себя в новогоднюю ночь, становится вообще смешно слушать разговоры на тему расовых различий. Ничего, в Великом лесу не так давно появилось никак не меньше четырех миллионов игроков. Уж они-то разбавят своим присутствием эту серую эльфийскую действительность. Не сразу… но определенно жизнь тут изменится.

Шумно плеснувшаяся у самого берега рыба заставила воина вздрогнуть. Он усмехнулся, вытащил из инвентаря трубку, закурил и попытался проанализировать события прошедшего дня.

В Весперилл они с Филатримом прибыли вчера вечером. Пока собирались, пока Макс знакомился с леди Исидой, Ташиной матерью, задавшей Максу не меньше сотни вопросов, главной фигурой которых стал очень хорошо знакомый ему огненный маг. Ну еще бы, её любимая маленькая дочка – и вдруг собралась замуж! И ладно бы за кого-нибудь из своих. А вдруг этот Луффи её обидит? Причем то, что её дочка, подкравшись из инвиза, ударом лапы могла сломать хребет равноуровневой лошади, в расчет совсем не бралось. Мамы, они такие мамы… Что на земле, что здесь. Спасти от этих вопросов его не смог даже Филатрим. Да подумаешь, торопятся они, подумаешь, Древние угрожают Великому лесу… Это такие мелочи по сравнению с предстоящим обрядом Красной Луны.

К слову, этот самый обряд Красной Луны, как удалось выяснить Максу, проводился только в том случае, если дочь или сын племени связывали свою жизнь с кем-то пришедшим извне. Состоял он в том, что в ночь инициации жениха или невесты молодые должны уйти в лес, на пару загнать какого-то там специального оленя – ну да, оленям не везет ни в том мире, ни в этом – и налакаться теплой крови убитой добычи. Какой во всем этом сакральный смысл, Макс не знал. Он-то вообще провалялся на алтаре до утра, в отличие от нормальных людей, то есть эльфов, которые инициируются в течение часа.

Наконец все вопросы были заданы. Макс заверил, что лучшего жениха для Таши не найти, и Филатрим, видимо боясь появления новых вопросов, чуть ли не за шкирку вытащил его на площадку за замковыми казармами, откуда они порталом ушли в предместья столицы Крадущихся в Ночи.

Внешне Весперилл был немного уменьшенной копией Эллориана: те же марлориэны, те же выращенные здания, те же княжеские терема. Нет, какие-то отличия, конечно, были, но разработчики, судя по всему, не очень заморачивались, проектируя эльфийские столицы. Да и какой в этом смысл? Что может знать обычный художник о эльфийской жизни, если эльфов вживую не существует? То есть раньше не существовало? Впрочем, несмотря на это, эльфийские города у них получились шикарно. А что похожими… так, наверное, попади какой-нибудь эльф на землю, он бы ни за что не отличил Москву от Киева. Впрочем, не суть.

Остановились они в одном из стоящих на окраине города марлориэнов, у дальних родственников леди Исиды. Встретили их приветливо, накормили и не задали ни одного вопроса. Тактичность – очень ценное качество не только у людей. Если потребуется, собеседник и сам расскажет то, что посчитает нужным. Ни Макс, ни Филатрим ничего рассказывать не стали, и вечер прошел за ничего не значащими разговорами.

Макс выбил трубку о ствол, на котором сидел, и от нечего делать открыл меню персонажа. Семь очков истинной формы он разложил ночью, руководствуясь при этом идеей увеличения выдаваемого им урона. Жаль только, что "Убийство" максимально можно было поднять только до третьего уровня. Впрочем, этот навык и так был если не за пределами баланса, то уж точно в крайней его точке. В "Укус" получилось вложить только четыре очка, – дальнейшее его улучшение было возможно только после двухсотого уровня, поэтому Макс, не особо задумываясь, последнее очко талантов вложил в "Маскировку". Так что теперь эти три его навыка выглядели так:

Искомый трехэтажный особняк стоял на прогалине среди могучих дубов и лип. В небольшом городке, который Макс, что называется, пробежал полчаса назад, ему указали на неширокую, петляющую между деревьев дорожку, которая и привела его к дому мастера-наставника Крадущихся.

Проснувшись утром, Макс позавтракал вместе с остальными и, попрощавшись с Филатримом, направился на юг в поместье Говорящего с Тишиной Редклифа. Сам Филатрим с ним пойти не смог. У него вдруг появились срочные дела в Сиуране, и лорд порталом отправился домой. К слову, кровного брата не очень-то расстроило изгнание Макса. Он отнесся к этому так, словно произошло что-то само собой разумеющееся. Что, мол, Серый, он на то и Серый, чтобы с ним что-то происходило. А изгнание, – это такая штука: сегодня оно есть – завтра нет. Тут ведь вообще непонятно, что будет с лесом после грядущей войны, так что Филатрима расстроило только то, что Луффи, само собой, попрется следом за Максом, ну а за мужем пойдет и Таша. Не то чтобы он очень уж переживал за свою дочь, но леди Исида, узнав об этих новостях, точно проест ему плешь. А с женой лорд старался не связываться.

Дом был наполовину скрыт листвой стоящих вокруг деревьев. Ничего особенного – обыкновенное выращенное строение, каких Макс в этом мире видел уже много. Больше удивляло отсутствие сада и прочих, ему сопутствующих декораций. По словам Филатрима, хозяин этого поместья если был и не самым главным шаманом Великого дома, то по числу прожитых лет никто из шаманов с ним не мог сравниться.

Девушка, которая обихаживала ограждающий поместье кустарник, пояснила, что наставник сейчас находится в беседке около небольшого лесного ручья и указала Максу на тропу, по которой он может к этой беседке пройти.

Редклиф сидел на резной деревянной скамейке и задумчиво смотрел на сверкающую в солнечных лучах воду небольшого ручейка. На вид ему было лет пятьдесят, не больше, да и то видно это было только по пробивающейся сквозь черные волосы седине и жесткому морщинистому лицу с волевым подбородком. Максу этот оборотень почему-то напомнил мастера Йоду из нашумевшей в своё время киносаги Лукаса. Нет, он совсем не походил на забавного чебурашку, но имелось в нем что-то такое, отчего хотелось замереть и почтительно склонить голову. Одет мастер-наставник был в непонятного кроя зелено-коричневую мантию, подпоясан широким армейским поясом, на котором висела отрубленная птичья лапа. Судя по размеру, птичка эта была никак не меньше земного страуса.

– Доброе утро, мастер, – поздоровался Макс, остановившись в десяти метрах от скамейки на которой сидел Редклиф.

Шаман медленно повернул голову в его сторону и окинул воина изучающим взглядом:

– Серый? Я уже час тебя тут жду. Думал уже, что ты заблудился, – с иронией в голосе произнес он и кивнул на еще одну скамейку, которая стояла перпендикулярно той, на которой он сидел. – Присаживайся.

– Ждали меня? – садясь, переспросил воин, – но как?

– Не нужно называть меня во множественном числе, – хмыкнул шаман. – Урхант ночью откликнулся наконец на мой зов. Он-то и рассказал об одном забавном сером котенке.

– Он что-то просил мне передать?

– Ты знаешь, кто такие эти Древние? – не обратив внимания на вопрос, поинтересовался у воина Редклиф.

– Темные боги Валефос, Вепар и Халфас, – пожал плечами Макс. – Три тысячи лет назад они пришли из Лемурии и через пятьсот лет атаковали Великий лес. Была битва на Сиуратской пустоши, – парень мысленно поблагодарил игру за практически абсолютную память, – и Древние по неизвестной причине отступили. Это произошло до Войны Разделения.

– Это тебе рассказал Гоэрим?

– Да, – пожал плечами Макс, – а что-то не так?

– Мэллорны, – окинув взглядом окружающие беседку деревья, тяжело вздохнул Редклиф. – Они на некоторое время могли многократно увеличить силу эльфийского войска. Они даже могли увеличить силу богов…

– Но…

– Все не так, Серый. Сейчас надежда только на то, что боги забудут свои распри и встанут на защиту Великого леса! – усталым голосом произнес шаман.

– Но в тот же раз Великий лес всё же выстоял!

– Гоэрим, будучи сотником, не видел того, что видел я, – покачал головой Редклиф. – Да и я бы не увидел, не валяйся я при смерти, среди трупов, разорванных лезвиями Тьмы, магов первой Коэринской сотни. Перед смертью ментальные возможности мага увеличиваются настолько, что он без специальных заклинаний может узреть даже астрал и спутать его с реальностью. – Шаман вытащил из-за пояса нож и зачем-то стал разглядывать украшающий его лезвие узор. – На Вепара, который находился в тот момент в полукилометре от меня, упала крылатая стальная тень и, легко пробив его защиту, тяжело ранила темного бога. Она была похожа на сотканного из расплавленного олова крылатого гиганта. Я поначалу решил, что это Сетара, но крылатая, вместе с Кираной и Миртом, находилась на правом фланге и сдерживала окруженного своими приспешниками Халфаса. Древние – они же как единый организм. Смерть одного из них десятикратно ослабила бы других, поэтому Велефос и Халфас, забыв о сражении, влили в Вепара до отказа свои жизненные силы и вместе атаковали нападавшего. Это было страшно, Серый… Астрал взорвался. Океаны силы разверзлись над Сиуратской пустошью. Мое сознание погасло.

– А что случилось потом? Ты же вот живой сидишь… – Максу и впрямь было жутко интересно вот так, из уст очевидца, слушать легенды этого мира.

– Да, живой, – усмехнулся шаман. – Меня вернула к жизни непонятно как оказавшаяся неподалеку жрица Лоэтии. Древние уже отступили, и наши добивали пришедших с ними тварей на пустоши.

– А что с тем гигантом? По твоим словам, он не слабее любого из Древних.

– Не знаю, ни откуда он появился, ни куда исчез, и был ли он на самом деле, – покачал головой шаман. – Меня действительно тяжело ранили, и все это могло мне просто привидеться.

– Но почему ты рассказываешь мне об этом сейчас?

– Урхант, – пожал плечами Редклиф, – он повелел мне рассказать тебе все, что я знаю о той битве и чего не мог рассказать тебе Гоэрим.

– А сам он знает об этом крылатом гиганте? Ему ты рассказал?

– Во-первых, я не уверен, что мне не показалось. Во-вторых, если мне все-таки не показалось, то, скорее всего, это был кто-то из богов этого мира, и, в-третьих, – Редклиф перевел на Макса взгляд, – кто я такой, чтобы о чем-либо рассказывать богу без его на то просьбы?

– Ясно, – кивнул Макс, которому на самом деле было ничего не ясно.

И ведь вот засада, спросить о неясном не у кого. Зачем ему, Максу, нужно это знание? Что в этом мире случайных знаний не бывает, он знал точно, но толку-то с того? Древние, какой-то мужик из расплавленного олова, битва в астрале (знать бы еще, что это вообще такое), жрица Лоэтии… Что из этого ему понадобится? Урхант говорил о надежде Великого леса… может, нужно разыскать того серебристого крылатого мужика? Но Говорящий с Тишиной никаких квестов ему, Максу, не предложил. И что, блин, теперь делать?

– Перед каждым из нас лежит множество дорог, Серый, – словно прочитав его мысли, тихо произнес Редклиф. – И по какой из них ты пойдешь, решать только тебе и, кстати, ты ведь пришел не за тем, чтобы послушать истории выжившего из ума шамана?

– Выжившим из ума я бы вас не назвал, – усмехнулся Макс и протянул наставнику переведенный богиней свиток. – Вот, посмотрите.

Редклиф развернул свиток, быстро пробежал глазами текст.

– Аэрик всегда был не похож на других. Даже его окружение, как ты видишь, спокойно разговаривало на древнеэльфийском, – возвращая послание, пояснил шаман. – Я не знаю, с какой целью была отправлена в Туманную рощу их миссия. Знаю только, что случилось это за несколько лет до нашествия Древних, после которого никто и не вспомнил про уничтоженное представительство.

– А где хотя бы находится эта пятипалая скала и как можно обойти скрывающее тайник заклятие?

– Давай карту. – Шаман взял поданный Максом пергамент и отметил на нем нужное место. Затем достал откуда-то небольшой свиток и вместе с картой протянул его воину. – Вот, возьми, – Глубокое рассеивание с этого свитка уничтожит Длань Альварика, прикрывающую тайник.

Внимание! В связи со смертью Ваш персонаж теряет 20 % уровней. В настоящий момент Ваш уровень 125.

Внимание! В связи со смертью Ваш персонаж теряет 93 единицы очков характеристик. В настоящий момент Ваши характеристики распределены следующим образом: ловкость – 100, сила – 204, здоровье – 204, интеллект – 20, дух – 20, запас сил – 150.

Утреннее солнце развеяло волшебное очарование ночи. Ветер стих, траву усыпало искрящимися капельками росы. Окружившие святилище Урханта лесные великаны с насмешливым добродушием разглядывали свернувшегося на траве молодого серого льва.

Макса разбудил усевшийся к нему на кончик уха здоровенный жук. Лев открыл глаза, поднялся, стряхнул с шерсти налипшую на нее утреннюю росу вместе с назойливым насекомым и с удовольствием потянулся. Так, как это умеют делать только кошки. Никакого похмелья не было и в помине. Чувствуя себя вполне отдохнувшим, он налакался ледяной воды из бьющего рядом со святилищем ключа, кивнул на прощанье собрату на постаменте и легкими прыжками двинулся в сторону замка.

Сиуран стоял на том месте, где ему и положено стоять. Внешне замок его кровного брата за время отсутствия Макса не изменился никак, вот только метрах в ста от него на траве словно остановился цыганский табор. Темные эльфы в самых невероятных доспехах и одеяниях, разнообразные петы и маунты смешались в такую разноцветную кучу, что куда там цыганам! Народ, видимо, прибыл под стены замка недавно, и теперь все ждали, пока Таша, пообщавшись с отцом, найдет место для размещения такого количества бойцов и зверей. Замок-то не резиновый, хотя в личном разговоре, Филатрим заверил Макса, что места хватит для всех.

Впрочем, воина сейчас больше волновал другой вопрос: знакомую фигурку в зеленой, с серебряной вязью, кожаной друидской броне он нашел взглядом за пару секунд и в очередной раз залюбовался своей подругой. Алена в этот момент что-то объясняла привалившимся к Кузиному боку Эланке и Масяне, указывая при этом в сторону замка.

Их десяток расположился прямо у ведущей к замку дороге. Алекс с Пончиком чуть в стороне от девчонок о чем-то оживленно беседовали. Фантик спал на траве в позе морской звезды, Геля, положив голову на плечо Рексару, обрывала лепестки с какого-то большого, похожего на подсолнух цветка, а Луффи просто сидел на траве и смотрел на горящий на его ладони огонек.

Клинки расположились дальше от дороги, наверное, потому, что их маунтам и петам требовалось больше жизненного пространства. При виде ребят и своей женщины у Макса настолько потеплело на душе, что ему пришлось пару раз глубоко вздохнуть, чтобы успокоиться. Какая там Земля с ее городами странами и Интернетом! Кроме Ромки, Алены и умерших когда-то родителей у него там не было по-настоящему близких людей. А тут за несколько месяцев у него словно снова появились семья и дом. Люди, которых он всегда рад будет видеть и от которых он зависит так же, как они зависят от него. А то, что он сейчас изгнанник, – так это ерунда. Дом – это место, где тебя всегда ждут, где тебе рады. Изгнание не вечно, да и плевать на него и на Великого князя Крадущихся тоже. У Макса все равно будет свой дом. У него и у его людей. "Вот только дела доделать нужно и Ромку найти", – вздохнул он, ушел в инвиз и аккуратно двинулся в сторону своего десятка.

Идея подшутить над своими родилась у него только что. Они же в облике льва видели его совсем недолго, вот и пусть посмотрят еще раз.

"Подкрадывание" срезало скорость до шестидесяти процентов, зато давало дополнительную маскировку. В общем, у него почти получилось. Когда до Аленки оставалось не больше пятнадцати метров, вдруг, стряхнув с себя девчонок, с ревом подорвался со своего места Кузя, в мгновение ока вскочил на ноги с натянутым луком Алекс, Пончик нырнул в инвиз, вскрикнула откинутая мощным телом ящера в сторону Эланка, громко матюгнулась Масяня, Рексар буквально швырнул Гелю себе за спину, а та прямо в полете приняла боевую форму и развернулась в сторону опасности.

А в следующий миг, как только Макса, выдернутого из инвиза одной из Кузиных способностей, наконец разглядели все, десяток буквально застыл соляными столбами. Рев Кузи, похожего на огромного, покрытого крокодильей чешуей бультерьера, перешел в радостное похрюкивание. Аленка, удивленно приоткрыв рот, медленно стала опускать вскинутый над головой посох. Луффи, стряхнув с ладоней приготовленный к бою фаербол, радостно улыбнулся. Макса же от столь "радушного" приема разобрал просто гомерический хохот. Поскольку пещерные львы хохотать не умеют, из его глотки вырвался оглушительный рев. Он огромным прыжком покрыл разделяющее их с Аленой расстояние и, мгновенно перекинувшись в эльфа, подхватил девушку на руки и закружил ее на глазах изумленных товарищей.

– Позер, – счастливым голосом шепнула ему на ухо Аленка, когда он, наконец, поцеловав в губы, поставил ее на землю. А Макс, все еще придерживая подругу за талию, обернулся к застывшим в изумлении ребятам и подбежавшим на шум Клинкам и радостно улыбнулся.

– Вот и командир нарисовался, – хмыкнул, протирая сонные глаза, Фантик. – Мы ж тебя во льва вроде отправляли превращаться, а не в бегемота! Ты где столько анаболиков сожрать успел?

Макс машинально почесал морду подбежавшего к нему Кузи и непонимающе уставился на вдруг развеселившихся товарищей. Перевел взгляд на Алену и понял, что его подруга словно уменьшилась в размерах. Нет, не сильно, но заметно. Макушка довольно высокой Алены сейчас едва-едва выглядывала из-за его плеча. Однако! Впрочем, долго заморачиваться ему на эту тему не дали. Народ радостно приветствовал своего командира.

– Это когда ты меньше чем за неделю сто восемьдесят восьмой успел получить? Тебе за "Миротворца" столько отвалили? – пожимая руку, поинтересовался у Макса Пончик.

– За "Миротворца" меня изгнали из Дикого леса, – хмыкнул Макс, – позже все расскажу.

Луффи принял его в рейд и сразу перекинул ему лидера, и Макс снова смог насладиться изумленными лицами товарищей.

– Ты кого тут успел завалить? – задал интересующий всех вопрос протолкавшийся сквозь окруживших Макса ребят Трезвый.

– Ага, и рыцарем Ордена успел стать! – добавила "свои пять копеек" Масяня. – Ты, Ален, приглядывай за ним, – обернулась она к подруге, – а то отпустишь его в следующий раз одного, он тут половину Дикого леса перебьет и с демонами, что окружили Великий лес, задружится.

– Ты не поверишь, – усмехнувшись, покачал головой Макс. – Со всеми подружиться не получилось, но с некоторыми…

– Ни хрена се! – Пончик хлопнул Алекса по плечу и расхохотался, ткнув пальцем в сторону воина. – Этот кадр не шутит! У нас с Преисподней – неприязнь! Мы теперь мимо тех демонов, как депутаты с мигалкой мимо гаишников, проскочим…

– Потом всем все расскажу! – в ответ на посыпавшиеся со всех сторон вопросы проорал Макс. – Дайте в себя хоть прийти! К тому же вон Таша уже идет, – он указал в сторону замка, из ворот которого в сопровождении четырех оборотней вышла черноволосая разбойница. – Расселимся, и за обедом отвечу на все ваши вопросы.

– Здравствуй, брат, – вежливо склонила голову Таша. – Я и подумать не могла, что ты тот самый Серый, о котором мне столько всего интересного нянька рассказывала в детстве.

– И что? От того, что я стал Серым, у меня на голове выросли рога? Чего это ты вдруг застеснялась?

– Нет, не выросли, – засмеялась Таша и, обняв Макса, чмокнула его в щеку. – Добро пожаловать в Сиуран, Серый! Отец ждет тебя, – сказала она и, обернувшись к остальным, прокричала: – Але, народ! Внимание! Кто может отпустить своих зверей – отпускайте, в стойлах места на всех вряд ли хватит! Командиры десятков, подходите к Урлу, Орину, Гарву и Дилану, – она указала на сопровождающих ее оборотней, – они покажут вам ваши комнаты и расскажут, что где у нас находится. Ты, Трезвый, и вы, – она кивнула десятку Макса, – давайте за мной, ваши комнаты на третьем этаже.

– Этому "Але, народ" она у тебя научилась? – по дороге к замку поинтересовался у Луффи Макс.

– Ну да, пообщалась невинная лесная девочка с толпой оголтелых землян, – хмыкнул тот, – но ты мне зубы не заговаривай. О каком таком Сером только что говорила моя будущая супруга?

– Не бери в голову, – махнул рукой Макс, – я тут у них вроде Иванушки-Дурачка. Зато мне теперь можно за буйки заплывать и улицу на красный свет переходить.

– Ну а серьезно?

– Серьезно – потом, не хочу десять раз одно и то же повторять.

– Потом так потом, – покладисто согласился маг и тихо произнес: – Не вздумай сейчас даже думать об Алене.

– Чего это? – у Макса аж перехватило дыхание. – Она что…

– Да ты не то подумал, – шикнул на него Луффи. – Нельзя вам сейчас. Ты оборотень, она эльфийка. Когда вы того, в общем, – он покрутил в воздухе рукой, – ты еще не был оборотнем. Там другое…

– Ну, вы же с Ташей… нормально? Она ж сама говорила об этих "интересных вещах".

– Интересные вещи, – улыбнулся Луффи, – это выслушивание историй о ее родственниках, как и с кем лучше себя вести, и мои сказки из того мира ей на ночь. Ну, целуемся иногда, но не больше. Ты прикинь: если она в процессе потеряет над собой контроль и превратится вдруг в пантеру, то я как минимум стойкую импотенцию на некоторое время заработаю. Вот обряд пройдем, тогда я оторвусь. – Маг с мечтательным видом потер руки и хлопнул Макса по плечу. – А ты, брат, жди, пока Аленка тоже обратится. Тогда все нормально будет, а может, даже лучше, – все так же мечтательно улыбнулся он.

– Так что, нам тоже обряд проходить нужно?

– Не бери в голову, Таша-то дочь вождя – это у них тут местные заморочки. А ты найди какого-нибудь шамана тут, он вас и поженит.

– М-да, – входя в ворота замка, почесал затылок Макс, – ну ничего, столько ждал, подожду еще немного.

– Да, милый, осталось-то всего ничего, – усмехнулась идущая позади Аленка.

– Так ты все слышала, – удивленно посмотрел на подругу Макс.

– У нас, друидов, хороший слух, – девушка подмигнула ему и улыбнулась, – к тому же вы так орали, что это слышала почти вся полусотня, поэтому не бери в голову.

– Че, привыкай быть женатым, брат, – вынырнувший справа в шаге от него из инвиза Пончик пожал плечами и сделал невинное лицо. – Я совсем ничего не слушал, я просто рядом шел, невидимость тренировал. И Масяня меня об этом совсем не просила, – громко закончил он под общий смех идущих рядом бойцов.

– Убью гада, – беззлобно ругнулась идущая позади Масяня, – приползешь ночью, будешь стихи, обещанные два месяца назад, читать. Или к Кузе на коврик ночевать отправлю.

– Вот видишь, не тебе одному эти тяготы переносить приходится, я вот тоже страдаю, – Пончик картинно жалостливо вздохнул, пожал плечами и притормозил, ожидая подругу.

– Как же, блин, я по вам по всем соскучился! – засмеялся Макс и, крепко прижав к себе Аленку, второй рукой хлопнул по плечу идущего рядом Луффи. – Вы даже представить себе этого не можете!

– Ну что ты на меня так смотришь? – Алена закрыла книгу и подняла на Макса насмешливый взгляд.

В глазах девушки плясали озорные искорки.

– А как я должен смотреть на любимую женщину? – улыбнулся он ей, отключил монитор и, откинувшись на спинку кресла, заложил за голову обе руки.

На Дикий лес опустилась ночь, в окно их комнаты на третьем этаже заглядывала огромная луна, на которой были заметны пятна равнин и гор. Западный ветер слегка колыхал прозрачные занавески и приносил с собой горький запах нагретой за день травы. В лесу, кажущимся из окна одним темным пятном, перекрикивались ночные птицы. Несмотря на ночь, в замке еще никто не спал. С улицы постоянно раздавались чьи-то шаги, скрипели открываемые двери. Метрах в ста от замковой стены, на самом краю леса, горел костер. Оттуда раздавались звуки гитары и едва различимое мелодичное женское пение.

Только сейчас Макс понял, как он устал за последние дни. Нет, физической усталости он почти не ощущал, но вот груз ответственности давил на плечи неподъемной ношей. Что их ждет дальше? Что они найдут в этом Даркане? Да и стоит ли сейчас думать об этом? Все решения приняты, и у них есть целых два дня на отдых. А дальше будет видно. Парень вздохнул, потянулся и подмигнул сидящей на кровати подруге.

– Надеюсь, ты не забыл, что говорил тебе Луффи? – Алена нахмурилась, погрозила ему пальцем, а потом не выдержала и улыбнулась.

– Все я помню, – усмехнулся он, – потерплю пару дней, и ты знаешь…

– Что "знаешь"? – девушка грациозно поджала под себя ноги и подняла на него вопросительный взгляд.

– У меня никогда не было кошки, а через пару дней будет. И такая она будет у меня классная…

– Хватит уже меня дразнить! Лучше скажи, ты во сне во льва не превратишься?

– Боишься проснуться в объятьях дикого зверя?

– Нет, боюсь шлепнуться на пол из-за сломавшейся под твоей тушей кровати, – Алена стряхнула с рукава ночной рубашки несуществующую пылинку и показала Максу язык.

– Я могу вообще на полу поспать, – пожал плечами он.

– Не надо на полу, я соскучилась, – девушка положила книгу на прикроватный столик и задумчиво посмотрела в окно. – Ты представляешь, Макс, какой огромный этот мир? А сколько тут знакомого народа где-то ходит. Наверное, с кем-то даже удастся встретиться.

– Ага, встретишься и не узнаешь, – улыбнулся тот, – не все же, как ты, внешность из реала сохранили. И вообще, у меня из знакомых только ты, Ромка и ваша тетя Таня. Ну, еще коллеги по работе и бывшая. Но ни с коллегами, ни с ней я как-то встречаться не жажду.

– А Сергей?

– Вряд ли он сюда пойдет, – пожал плечами Макс, – у него второй ребенок скоро родится, да и говорят, что капсулы там сейчас на вес золота, а на зарплату участкового особо не разгуляешься.

– Я за день до окончательного попадания сюда Женьку Шелестова встретила.

– Это который за тобой в восьмом классе бегал? – улыбнулся Макс.

– Да вы просто дураки с Ромкой, – девушка поджала губы, но не выдержала и прыснула. – Зачем вы тогда его напоили? Ему от матери знаешь как досталось!

– Не напейся он тогда, кто знает, сидела бы ты сейчас здесь или нет, – улыбнулся Макс, – А мать у него красивая, я помню. Она же вроде журналистка? И, кстати, почему он ее фамилию взял?

– Не знаю, у него же отец в "Радеоне", какая-то там шишка. Может, из-за этого? Чтобы не светиться? Кстати, Женька говорил, что свою карьеру его отец как раз с игры начал. Имя у него еще забавное такое, – Аленка наморщила лоб. – Нет, не помню уже. Ну да ладно, – она махнула рукой, – я не о том. Оказывается, Женька тоже в "Мире Аркона" зависал.

– Так у "Радеона" ж своя игра вроде есть – Файрбол, чего он в нее не играл?

– Файролл, – поправила его Алена, – а чего не играл, да откуда я знаю. К тому же сколько тому Файроллу уже лет? У них там управляющий искин послабее Мудреца вроде был. А может, это вечное противостояние отцов и детей? Не суть, – Алена уселась поудобнее и продолжила: – Мы в супермаркете встретились. Женя как раз продуктами запасался на выходные. У них клан там, на севере, в Эрантии он где-то корабли строил. Меня, кстати, к себе звал.

– И зачем ты мне все это рассказываешь? – нахмурился Макс.

– Перестань ты, – вздохнула Алена, – это ты меня нашел, а сколько людей остались тут одни? А сколько не нашли друг друга? Ты разве не видишь, что Фантик постоянно храбрится? Ты только представь, как ему тяжело!

– Жену Фантика мы найдем обязательно, причем довольно скоро. Проходные билеты у нас уже есть. А Женя твой, думаю, не один. У его папика денег хватит, чтобы батальон в капсулы положить. Так что они теперь там, скорее всего, корабли строят вместе с мамой и папой.

– Наверное, – улыбнулась девушка.

– Ты понимаешь, – Макс легко поднялся с кресла и, сложив на груди руки, встал у открытого окна. – Если бы не этот храм, я бы сразу повел вас в Эрантию. Просто я чувствую, что храм двуликой – это первоочередная наша задача.

– Как ты думаешь, – тихо спросила Алена, – Рома сам выберется оттуда?

– Я уверен в этом, – не оборачиваясь, ответил ей Макс, – только…

– Что "только"?

– Я думаю, когда он выберется оттуда, Мир Аркона содрогнется так, что по сравнению с этим Семнадцатое обновление всем покажется возней в детской песочнице…

надетые на персонажа предметы экипировки

Гриндинг (от англ. grind – молоть, усердно работать) – монотонное уничтожение мобов в одной и той же локации с целью получения опыта или золота. – Здесь и далее примеч. автора.

От англ. share (делиться). Расшарить квест – поделиться заданием с остальными.

Читерство – получение превосходства над остальными путём использования мошеннических программ и других мошеннических действий.

Молчание.

Нереально.

Аукцион.

Поныть.

Гамать – играть (от англ. game).

Разбойник (от англ. rogue).

Стражник (от англ. guard).

Отмокнуть – дождаться, когда ник поменяет свой цвет с красного на синий.

Из невидимости (от англ. invisibility).

ПВП (от англ. PvP – Player vs Player) – игрок против игрока.

Специальные поля боя для игроков, желающих отыгрывать ПВП-роли и не становиться при этом ПК.

Броня, надеваемая на грудь (от англ. chest – грудь, грудная клетка).

Рескилить – совершить рескил (англ. reskill), то есть убийство моба или персонажа прямо на месте воскрешения.

Килл или кил (от англ. kill) – убийство.

Ганкать – от "ганк" (англ. gank). Ганк – разновидность PvP, при котором атакуют противника, заведомо не готового к бою.

Скилл или скил (от англ. skill – навык, мастерство, умение) – уровень "игрового мастерства" игрока.

Ачивка, ачива (от англ. achievement) – достижение, учитывающееся в списке достижений вашего персонажа

От англ. luck – удача.

Бойцы, наносящие атаку с расстояния, или РДД-бойцы (от англ. range – расстояние).

Настаки – от "стак" (англ. stack) – увеличение путем сложения с чем-то еще (предыдущим значением).

Пропорционально изменялся (от англ. scaling – маштабирование).

Способностей (от англ. ability).