Переведено специально для сайта http://www.wonderlandbook.ru

Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!

Согласно новостям гидромецентра, погода собиралась обрушить на демона Слейка убийственные условия.

Но Слейк сам был убийцей, и мог чертовски гарантировать, что гораздо смертоноснее любой грозы.

Дождь и град лили сверху на Слейка, стоявшего у одного из нескольких тайных входов в "Жажду" — ночной вампирский клуб, действующий в тени человеческого притона готов, именуемого "Бархатная цепь".

Как и большинство высококлассных вампирских клубов, этот обслуживал всех сверхъестественных созданий, а ещё людей, готовых предоставить себя в качестве закуски тем, кто питался кровью.

И как одно из учреждений самого высокого класса, клуб имел в своих стенах медицинскую клинику. Репутация была всем, и ни один владелец не хотел иметь дело с кучкой смертей людей, выпитых до суха, или смертей демонов в пьяной драке.

Что, кстати, умно, особенно теперь, когда недавний почти апокалипсис открыл демонов миру людей, вызвав напряжение, страх и хаос.

Они попали под тотальный режим уничтожения, да к тому же демонам пришлось столкнуться с кое-какими политическими встрясками в Шеуле, который людям известен как Ад.

Слейк понятия не имел, что там в Шеуле происходит, да его это и не волновало. У него была работа, и Слейк всегда до конца доводил свои задания.

Его последняя жертва была хитра, возможно, была даже самым умным противником, но Слейку удалось её наконец-то выследить. Суккуб хорошо заметала свои следы, но Слейк был хорош в распутывании секретов, и как бы Фейли хорошо не пряталась, он отлично умел находить.

Молния сверкнула как какое-то предзнаменование из фильма ужасов, когда Слейк вошёл в тускло освещённый клуб через дверь, которую могли видеть только сверхъестественные создания.

Его мгновенно окутали рёв рок-музыки, запах пота от извивающихся на танцполе тел, и электрическая, чувственная энергия греха.

Если бы не работа, Слейк насладился бы музыкой и, быть может, нашёл партнёров на ночь.

Таких, например, как тот чертовски сексуальный медик, привалившийся к стене у медпункта. Его взгляд скользил по толпе с жёсткой внимательностью умудрённого воинами солдата на территории врага.

Даже с другого конца помещения, Слейк мог видеть как тело медика в готовности напряжено.

И какое это было тело. Чёрная униформа обтягивала плечи и грудную клетку, закатанные рукава открывали мощные мускулистые руки, созданные для того, чтобы прижимать партнёра к матрасу.

Слейк понятия не имел, кого предпочитал этот чувак — мужчин, женщин или оба пола, — но парень практически излучал уверенность и секс.

Медик скрестил руки на широкой груди, позволяя Слейку рассмотреть вереницу татуировок, обвивающих пальцы, поднимающихся к бицепсам, исчезающих под униформой, а затем появляющихся над воротником.

Рисунок заканчивался чуть ниже челюсти, и Слейк решил, что ему просто необходимо вблизи всё это рассмотреть, потому что, чёрт возьми, он любил татушки.

И, быть может, ближайшее рассмотрение поможет ему понять, к какому виду — или породе — демонов парень относился. А он явно был демоном. Способность Слейка отличить голубую ауру человека от оранжево-красной демона ясно давала это понять.

Не то чтобы Слейк был требователен к своим постельным партнёрам, но с осторожностью относился к любым видам демонов, которые по Уфельшкале зла имели пять баллов. Четвёрка и так была уже довольно опасна, а вот с пятёркой ты никогда не знал наперёд собирается ли твой партнёр тебя убить, после того как ты кончишь.

Или до этого, кстати говоря.

Возле туалетов возникла потасовка, на которую Слейк отвлёкся, но вышибалы урегулировали ситуацию прежде, чем пролилось слишком много крови. Нет сомнений, что это была одна из многих драк, которые произойдут этой ночью, но Слейка это не волновало. Он шёл через клуб, взглядом выискивая свою цель.

Он просмотрел уже полтора миллиона женщин, но ни одна из них не была похожа на маленькую, черноволосую азиатку с фотографии, которую два месяца назад Слейку передал босс "Дир и Дар" — юридической фирмы, нанимавшей его в качестве Приобретающей стороны. Ага, если клиент что-то или кого-то хотел, Слейка отправляли это "приобрести".

Вот только эта работёнка отличалась от остальных. Она собиралась определить курс оставшейся жизни Слейка.

И его остаток после жизни.

Но, как указал его босс, на кону стояла душа Слейка.

Засранец.

Слейд заметил пустую кабинку рядом с выходом в канализацию и направился прямиком к ней, зарычав на огромного зеленокожего демона, которым перед ним попытался проскочить на сиденье. Демон выругался, но одного взгляда на арсенал оружия Слейка, выглядывающий из-под кожаной куртки, хватило для того, чтобы во второй раз обдумать своё решение. Вероятно, и в третий тоже.

Официант принёс неразбавленную порцию двойного виски, и Слейк устроился в кабинке, надеясь, что его жертва покажет своё прелестное личико. В то же время, он не видел никакого вреда в том, чтобы время от времени бросать взгляд на медика в задней части клуба.

Этот мужчина был чем-то особенным. Даже цвет его кожи был идеальным. Не слишком загорелым, не слишком бледным. А если принять во внимание рыжие волосы парня, которые сзади были короткими, а спереди удлинёнными, Слейк готов был поспорить, что на лице у того есть веснушки, которые так и дожидаются ласки языком.

У Слейка чуть слюнки не потекли, и пришлось чуть поёрзать, чтобы в кожаных штанах не так сильно зажимало уже начавший возбуждаться член. Но он не позволил похоти отвлечь его от задания. Не тогда, когда успех означал свободу… а провал — прощальный поцелуй своей душе.

Слейк прикончил половину выпивки и потянулся в карман куртки за завибрировавшим мобильным. От имени, которое высветилось на экране с коротким сообщением "Ты на месте?", Слейк жаждал информации уже несколько дней. Надеясь на хорошие новости от своего любимого шпиона в среде сверхъестественных существ, он набрал сообщение:

"Привет, Атрокс, время поджимает. Расскажи-ка, нет ли новых новостей по поводу нашего приза".

Слейк невыносимо долго ждал ответ. Толстые пальцы Атрокса с длинными когтями и сенсорные клавиатуры — вещи несовместимые. Рептилия-подобному демону для набора сообщений приходилось пользоваться костяшками, что Слейк находил забавным… пока эта ящерица не воспользовалась этими костяшками, чтоб надрать ему задницу.

Наконец телефон оповестил о входящем сообщении от Атрокса: "Напал на след. Один из чуваков — постоянник в "Жажде" — сказал, что суккуба несколько раз видели в компании рыжеволосого парня с "рукавом" татуировок на правой руке.

Рыжие волосы и "рукав" татуировок. Слейк поднял взгляд на горячего медика и улыбнулся.

А задание только что стало интереснее.

Кровь сегодня ночью текла ручьями.

Конечно, то же самое можно сказать о любой ночи в "Жажде", но между кормлениями вампиров от людей и разборок между всеми видами, когда луна зависла на грани превращения в полную, Рейз был занятым, уставшим медиком. Он был на дежурстве девять часов с одним небольшим перерывом, и наблюдая за разгорающейся у бара ссорой, понимал, что пришло время готовиться к ещё одной штопке.

А это плохо, потому что его уж очень сильно притягивал темноволосый мужчина, который сидел в одиночестве в дальней кабинке. Он интересовал его настолько, что впервые за многие годы Рейзу хотелось поддаться желанию, которому он редко уступал.

Спор перерос в физическое насилие, вовлекая к трём зачинщикам ещё восемь, нет, десять парней. Лекси — львица-оборотень, бармен — позвала вышибал, которые уже и так пробирались к заварушке. Они начали растаскивать народ, но потребовалось, чтобы в ситуацию вмешались владелец клуба Нейт и менеджер Марсден — оба вампиры, — которые раскидали бойцов как тряпичных кукол.

Когда Рейз натянул перчатки в готовности для лечения травм, большинство участников драки разбрелись как побитые собаки зализывать раны, а один волосатый, рогатый чувак шагнул к выходу. Ещё один, зажимая рукой кровоточащую рану на бедре, ругаясь и рыча протащился в медпункт и плюхнулся на смотровой стол.

Марсден и Лекси бросили на Рейза сочувствующий взгляд и пошли в противоположном направлении прежде, чем ему удалось привлечь их для помощи.

— Спасибо, ребята, — крикнул им вслед Рейз. — В следующий раз, когда порежетесь, нарезая лайм, не приходите ко мне плакаться.

Лекси бросила через плечо дерзкую улыбку и показала недавно забинтованный средний палец. Марс сделал то же самое, за минусом дерзкой улыбки и повязки.

Смеясь, Рейз повернулся к своему пациенту, который, если принимать во внимание оскал, не имел такого чувства юмора, как у Марса и Лекси.

Проклятье, Рейз не должен был утром отвечать на телефон, когда на дисплее высветился номер "Жажды". Вообще-то, у него был день отдыха от клуба и Центральной больницы преисподней. Не то чтобы у него были какие-то интересные планы на этот день. Даже никаких новых фильмов не вышло.

Пациент обнажил зубы, немного удлинённые клыки выдавали в нём не человека. По мускусному запаху Рейз посчитал, что парень был каким-то животным-оборотнем или вер-существом, но учитывая приближение полнолуния и его влияние на веров, Рейз склонился к последнему.

— Как тебя зовут? — спросил Рейз, поднося к нему поднос с инструментами для оказания первой медицинской помощи.

— Укуси меня.

Да уж, хорошее намечается времяпрепровождения.

— Ладно, Укуси Меня, к какому виду ты относишься?

Укуси Меня прищурился.

— А какое, мать твою, это имеет значение? Что, будешь лечить меня как-то по-другому, если я окажусь кем-то, кого ты терпеть не можешь?

По-видимому, Укуси Меня был не только пьян, а ещё относился к тем, кто всё всегда принимает на свой счёт.　

— Это важно, потому что каждый вид и порода уникальны, каждому соответствуют особенные медицинские потребности и у каждого своя реакция на лечение.

Укуси Меня, судя по всему, не очень в это поверил, так что Рейз привёл примеры.

— Собаки могут принимать аспирин, а вот для котов он ядовит. При воздействии перекиси водорода Они-демоны сгорают, а вот для демонов Сора она действует так, как алкоголь на людей. — Рейз указал на лежащий на подносе шовный набор. — Некоторые виды не переносят мою целебную силу и нуждаются в более традиционных медицинских методах, чтобы исцелить раны. Поэтому хватить вести себя как придурок. Расскажи, кем ты являешься.

По телу Укуси Меня прокатилась ненависть. Он со смелым вызовом встретил взгляд Рейза.　

— Угадай.

— Ну, — протянул Рейз, — если принять во внимание твои удлинённые клыки, вонь и взрывной темперамент, я бы сказал, что ты вервольф.

— Я Варг, ты, Семинус отброс, — прорычал парень.

Рейз удивлённо дёрнул рукой, но не на слово — вервольфы предпочитали себя называть "варгами", — а из-за того, что парень признал в нём Семинуса. Рейз сохранил нейтральное выражение лица, не позволяя этой мясной башке понять, как он его поразил.

— Мои поздравления, — ровно произнёс Рейз. — Ты правильно определил довольно редкую породу секс-демона.

Парень скривил верхнюю губу.

— Потому что я убил двух таких ублюдков.

Рейз сделал глубокий вдох, вынуждая себя оставаться спокойным. Люди довольно часто убивали демонов Семинусов и, к сожалению, по большей части заслужено. Рейз даже думать не хотел о том, как, если он к тому времени, когда ему стукнет сотня лет, не свяжет себя с женщиной, он пройдёт второй из процессов созревания: получение возможности оплодотворять, метки на лице и дикое, неконтролируемое желание секса. За пятьдесят коротких лет он стал зверем, чьим примитивным инстинктом было воспроизведение потомства, и каждая женщина в пределах досягаемости его члена, желая того или нет, становилась целью.

Самцы всех видов при любой возможности убивали демонов Семинусов, и Рейз прекрасно понимал причины. Особенно, учитывая то, что всё потомство от демона Семинуса рождалось демонами Семинусами мужского пола, и не важно к какому виду принадлежала их мать. Мать Рейза была кем-то вроде пещерного демона, но тесты ДНК, которые он сделал в Центральной больнице преисподней, не смогли выявить её вид, не говоря уже о породе.

— Что ж, рад за тебя, — ответил Рейз, не очень-то осторожно хлопнув рукой по ране вервольфа, активируя целебную силу. Жгучая энергия потекла от меток на руке, зажигая их как расплавленное железо. В разуме Рейза появилась картинка, как порванные сосуды, вены и ткани начинают срастаться. — Не каждый может пойти против Семинуса и выжить. Так… ты скажешь мне своё имя? Или предпочитаешь, чтобы я продолжал называть тебя Укуси Меня? Потому что мне всё равно.

— Ты, демон-паразит, меня зовут Хит.

— Паразит? Немного грубо. И не оригинально. — Рейз отправил ещё одну волну силы в ногу Хита, но не для того, чтобы исцелить. Эта волна причинила боль. Хит закричал, и Рейз улыбнулся. — Не ругайся с парнем, который пытается тебя заштопать, засранец. Так же легко как исцелить, я могу тебя и прикончить, а мой босс отлично избавляется от тел. Запомни это.

Хит наклонился вперёд, обнажил зубы, клыки его удлинились.　

— Да я скорее умру, чем позволю грязному демону меня исцелить.

— С меня хва…

Во внезапном порыве ярости, ублюдок схватил Рейза за горло и поднял парня над полом. Чувак был сильным, хотя, вервольфы были знамениты своими физическими особенностями. И зловонным дыханием.

Вервольф встал на ноги, поднимая с собой и Рейза. Его пальцы сжались на горле медика в оставляющей синяки хватке.

— Один из ваших ублюдков похитил мою женщину.

В ситуации не было ничего, кроме клише: как глупый оборотень поклялся отомстить целому виду демонов, потому что его унизили.

Рейз бы многое мог сказать по этому поводу, но даже на дыхание требовались усилия, поэтому о разговоре даже вопроса не стояло. Он посмотрел над плечом Хита и увидел, что ему на помощь продвигается Марсден: его широкая, высокая фигура таранила толпу как бульдозер. Рейз встретился со взглядом Марса, давая понять, чтобы тот остановился и дал Рейзу самому справиться с ситуацией. Быстрым движением медик приложил пальцы к виску Хита и направил порыв энергии. Мгновенно сила, которую Рейз обычно применял для исцеления, на клеточном уровне разорвала кожу и плоть оборотня.

Вервольф дико взвыл от боли и бросил Рейза на пол. Развернувшись, медик обвил руку вокруг шеи Хита и выдворил придурка через заднюю часть клуба к чёрному выходу. Марсден следовал за ними как тень, позволяя Рейзу справляться собственными силами, но когда он скользнул в офис безопасности, медик знал, что он будет следить за происходящим по самой современной и навороченной системе видеонаблюдения.

Рейз распахнул дверь и, улыбнувшись на камеру, выпихнул Хита на улицу. Оборотень неловко покачнулся, когда они вышли под проливной дождь, и да, терпению Рейз настал конец. Он жёстко толкнул парня, посылая его прямо в лужу в переулке.

— Тебе сюда путь заказан, — прорычал медик.

— Да пошёл ты! — Прижимая одну руку к голове, Хит поднялся, развернулся и вмазал кулаком в челюсть Рейза.

Рейз ударился спиной о закрытую дверь. Позвоночник хрустнул. Чёрт, а было больно. Боль распространилась от спины по грудной клетке с такой силой, что выбила дыхание. Когда вервольф снова двинулся на медика, в небе сверкнула молния. Рейз наклонился и развернулся, едва избегая удара, который сломал бы много лицевых костей.

Сукин сын. Этого ублюдка надо успокоить как бешеную собаку. Рейз никогда не любил оборотней, но именно этот был особым видом глупых, упрямых засранцев.

Рейз с рёвом бросился на парня, целясь плечом в живот. Хит согнулся пополам и попятился, но смог впечатать свой каменный кулак в затылок Рейза. Медик рухнул на мокрый асфальт с треском в коленных чашечках, в его ушах звенело, в глазах двоилось. Ему показалось, что он услышал какой-то свист, а затем тяжёлый удар, и когда его зрение прояснилось, он увидел, как изо рта Хита вылетает кровавое месиво с зубами и… жемчужиной?

Прежде чем парень смог оправиться от повреждений, Рейз собрался с силами и вскочил на ноги. Раздался гром и в это же время хуком справа медик уложил верфольфа на асфальт.

Рейз потряс кулаком, зная, что позже он ощутит боль от удара в костяшках. А затем краем глаза уловил… движение. Рейз медленно повернулся и увидел как в тени, небрежно привалившись к кирпичной стене здания на противоположной стороне переулка, стоял одетый в кожаные шмотки парень и следил за ним.

И в руке, подпрыгивая на ладони, у него был маленький светящийся шарик размером с жемчужину… как та, что выплюнул вервольф. Что бы это ни было, оно оказалось чертовски сильным оружием. Но когда Рейз рассмотрел всего незнакомца, чьи тёмные глаза светились зловещим серебристым светом, волосы на затылке встали дыбом от понимания того, насколько опаснее и смертоноснее был сам владелец маленького шара.

Если бы Слейк уже не был возбуждён, то, наблюдая за тем, как медик управляется с оборотнем, заработал бы сильный стояк. К какому бы виду сверхъестественных медик ни принадлежал, у него была сила убийцы в правой руке, и даже сейчас татуировки сияли, пульсируя остаточной энергией.

Слейк, перекатывавший между пальцами гладкую ледяную монету, сунул её в карман и оттолкнулся от стены здания, к которой стоял, привалившись.

— Мило, приятель. Ты вырубил этого чувака.

Медик кивнул в сторону лежащего без сознания оборотня.　

— Это не я заставил его выплюнуть зубы.

Слейк пожал плечами.

— У меня есть забавные игрушки.

Медик пробормотал что-то похожее на:　

— Готов поспорить, что это так.

Слейк улыбнулся. У него и правда имелось несколько клёвых игрушек, и некоторые из них даже были не для убийства или причинения увечий.

— Я Слейк.

— Рейз.

Он наклонился к оборотню, предоставив соблазнительный вид на свою задницу, обтянутую идеально сидящими чёрными камуфляжными штанами. Слейк смотрел как Рейз схватил оборотня за лодыжку и потащил к Хэрроугейту, которым воспользовался Слейк, чтобы сюда попасть. Невидимые человеческому глазу врата находились в кирпичной стене, их арка приглашающе блестела. Рейз с оборотнем исчез внутри, а затем, прежде чем ворота закрылись, выпрыгнул обратно.

— Куда ты его отправил?

— В Центральную Больницу Преисподней. Пускай они разбираются с этим засранцем.

Слейк усмехнулся.

— Ты добрее меня. Я бы оставил его стервятникам.

— В Нью-Йорке не большая популяция стервятников. — Рейз что-то достал из кармана, развернул и закинул в рот. — Но большая проблема с оборотнями.

Насколько Слейку было известно, большая проблема с оборотнями была по всему миру. Тупые шавки. Они не уживались даже с членами собственного вида.　

— Я слышал о тебе. У нас есть кое-что общее.

Плечи Рейза едва различимо напряглись, всего на секунду, а затем он двинулся в сторону входа в клуб.

— Не знал, что мы ищем с кем бы затусить.

Игра была затратной, но Слейк мог её поддержать. По крайней мере, какое-то время. Медик бросил на Слейка достаточно взглядов, по которым тот бы посчитал, что во вкусе Рейза парни, но, если бы, как сказал Атрокс, Рейз не путался с Фейли, текущая ситуация навела бы на совершенно другие мысли.

А может всё было чертовски просто. Трахнул парня, трахнул девчонку, спас душу.

Его душу.

— Я не говорил ничего о том, чтобы затусить. — Слейк двинулся к Рейзу. Медленно. Целенаправленно. — Но не возражал бы узнать тебя получше. Есть подружка?

Рейз остановился в паре футов от входа.

— Нет.

— Парень?

Рейз резко развернулся. Его зелёные глаза потемнели.　

— Ты ведь понятия не имеешь о том, кто я, да?

— А должен? — Слейк двигался к нему, получая удовольствие от вида того, как тело Рейза напряглось, а дыхание стало более частым. — Ты… опасен? Не принимая во внимание то дерьмо, что ты делаешь своими татушками.

Один уголок рта Рейза приподнялся.　

— Я опасен лишь тогда, когда меня разозлят.

— А что если я тебя разозлю?

Рейз разразился хохотом.　

— Чувак, что тебе от меня нужно?

Слейк подошёл ещё ближе, вторгаясь в личное пространство мужчины, который либо останется на месте, либо отступит, что многое о нём скажет.

Небольшое расстояние между ними наполнило напряжение, которое пульсировало как удары сердца. Рейз был выше на полдюйма Слейка, рост которого составлял шесть футов и три дюйма, но Слейк был тяжелее на добрых двадцать пять фунтов. И когда двое мужчин стояли, оценивая физические качества друг друга, Слейку пришлось признать, что Рейз не отступит. Многие чуваки, которые стояли вот так нос к носу с ним, оставались на месте из-за своего мачо-комплекса, но из-за мышления и ума, горящих в глазах Рейза, Слейк бы сказал, что тот остаётся на месте по другой причине.

Рейза влекло к Слейку.

Но он был подозрительным. Умно.

— Что мне от тебя нужно? — Слейк протянул руку, провёл пальцем по яремной вене Рейза и снова оценил реакцию. Всматриваясь. И надеясь. — Хочу купить тебе выпивку. Я слишком многого прошу?

— Я не пью.

— Почему? — Для некоторых видов сверхъестественных существ алкоголь был ядом, для других — совсем не оказывал эффекта, не важно, как много они его поглощали. По мнению Слейка, все остальные, кто не пил, были просто странными.

Рейз резко выкинул руку вперёд, чтобы схватить Слейка за запястье хваткой, которая пролегала на грани боли и… хм, не боли. Это было классное прикосновение. Очень.

— Алкоголь не оказывает на меня своего эффекта, но заставляет хотеть то, что я не могу получить.

— И что же это? — тихо спросил Слейк.

Гневно оттолкнув его от себя, Рейз плавно повернулся к клубу. О чёрт, нет. Слейк ещё не закончил с медиком. Рейз, возможно, был связан с женщиной, которую искал Слейк, и даже если это не так… в этом парне было то, что Слейка притягивало. К тому же, Слейк не был из тех, кто легко сдаётся. Он бы уже давно был мёртв.

Низко зарычав, Слейк схватился за плечо Рейза и развернул его. В выражении лица медика вспыхнули удивление и гнев, и в этот момент ошеломлённого неверия Слейк воспользовался преимуществом хищника, которым он являлся, прижался к телу Рейза и впился поцелуем в его губы.

Слейка мгновенно накрыла испепеляющая похоть, возрождая к жизни все нервные окончания и вводя сердцебиение в неровный ритм. Но низко на спине начал пульсировать шрам от очень давней раны, напоминая, что никогда не стоит полностью отдаваться моменту, даже если страстный поцелуй мог привести к чему-то большему. Ему нужно быть сосредоточенным, держать разум ясным и осознавать всё, что происходит вокруг. Например, прохладный ветерок, гоняющий по земле мусор и пахнущий дождём. Или каплю воды, упавшую из водосточной трубы в нескольких футах от них. И звуки автомобильных гудков и визг шин в уличном движении.

Никто и ничто больше никогда снова не проскочит мимо Слейка.

Он зажал волосы Рейза в кулаке и усилил давление на его рот. Губы Рейза были жёсткими, неподатливыми и на вкус были как сладкая карамель, которую он съел минуту назад. "Декаданс", подумал Слейк, скользнув языком по плотно сжатым губам, побуждая Рейза приоткрыть рот. Рейз упрямо сжал зубы и тихо зарычал, но Слейк продолжил медлительными, чувственными облизываниями. И когда уже Слейк решил, что проиграл битву, Рейз сплёлся языком с его в жаркой, влажной схватке за лидерство.

Одна рука обхватила Слейка за затылок, другая — за талию, прижимая ещё плотнее к телу Рейза. Давление возбуждённого члена Рейза на его заставило Слейка застонать от окутавшей его новой волны похоти, притупляющей грани осознания происходящего вокруг, поддержанием которых он так гордился.

Дерьмо, пора бы уже нажать на тормоза…

— Засранец. — Рейз отдёрнулся в сторону и отошёл. Он тяжело дышал, губы припухли и блестели, и Слейк гадал, таким же ошеломлённым он сейчас выглядел, как Рейз. — В баре по меньшей мере дюжина парней, которые позволят тебе увести их в более уединённую обстановку. Так почему ты выбрал меня?

Офис Большого Босса "Дир & Дайр", расположенный в Гонконге, для рядового наблюдателя казался роскошным, экстравагантным и элегантным. Слейк сомневался, что даже пылинка смела опуститься на его отполированные поверхности.

Но для осведомлённых офис был зловещим подземельем, наполненным смертельными ловушками и заколдованными реликвиями, которые могли расплавить глазные яблоки, гипнотизирующе и невинно, или вскипятить кровь в жилах.

А та ваза империи Мин, стоящая на книжной полке напротив Слейка? Естественно, она была бесценна, а ещё в ней содержался прах Апостола, и судя по пламени чёрной свечи рядом, она переживёт на сотни лет последнего демона.

Картина херувима с милой улыбкой на стене позади Большого Босса? Ага, стоит только прошептать приказ, глаза ангела наполнятся раскалённым жаром, который сожжёт кожу жертве.

Слейку в этой комнате всегда было довольно тревожно.

Естественно, он не показывал не единого признака волнения. Нет. На самом деле Слейк вальяжно развалился в неудобном кресле напротив стола Большого Босса — Фрэнк Дира — так называли его люди, которые понятия не имели, что на самом деле он был тер'тасео — демоном в костюме человека. Для близкого окружения он был Дайром, и являлся самым злым из тех, кого знал Слейк.

Он один был "Дир & Дайр". Он был Диром и Дайром, и когда человеческие клиенты требовали встречи с обоими "партнёрами", ему удавалось на короткие промежутки времени дублироваться, но после приношения в жертву невинного. Этот приятель явно был "пятёркой" по Уфельшкале зла.

— Итак. — Сидя за отполированным столом из красного дерева, размеры которого соответствовали грёбанному бильярдному столу, Дайр смотрел на Слейка, его тёмные радужки были окружены багряным сиянием. Демон внутри хотел сегодня поиграть. Плохой признак. — Ты не выполнил задание.

— Я близок. — Слейк откинулся на спинку кресла и скрестил ноги в лодыжках, являя собой само спокойствие. — Я отследил её до вампирского клуба в Нью-Йорке. Её видели в компании одного и того же мужчины.

Нейтральное выражение на обманчиво красивом лице Дайра не изменилось.　

— Её вид — паразиты. Она не присосалась к этому мужчине?

— Пока неясно. Но я работаю над этим. — Если это так, то, возможно, Рейз ощутит, если она окажется в беде. А похищение, скорее всего, сочтётся за беду.

Дайр взял в руку золотую ручку и начал вертеть её между пальцами. Слейк напрягся. Парень был наиболее опасным, когда казался вполне обычным.

— Клиент был очень терпелив.

Слейк скользнул взглядом по картине с ангелочком. Никаких испепеляющих глаз. Пока это хорошо.　

— Клиент не предоставил достаточного количества информации.

— Тебе никогда не требовалось много информации, — заметил Дайр. Ты один из лучших охотников "Дир & Дайр". Так почему же тебе требуется так много времени, чтобы поймать одного суккуба-паразита?

Боги, а он нетерпелив.

— Прошёл всего месяц…

— У тебя одна неделя для выполнения задания.

Слейк вскочил с кресла.

— Одна… неделя? Херня! У меня было время до конца следующего месяца.

— Клиенты сдвинули временные рамки.

Сукин сын.

— Почему?

— Это их дело.

— Что ж, а моя душа — моё дело, и оно зависит от этого нового временного промежутка.

Дайр обнажил блестящие белые зубы и огромные клыки.　

— Твоя душа — также моё дело.

Как будто Слейку нужно было напоминать, что "Дир & Дайр" существовала не только для того, что зарабатывать огромное количество денег. Она также собирала души, и душа Слейка станет ещё одним активом юридической фирмы, если он не притащит сюда Фейли до окончания срока.

Слейк так сильно стиснул зубы, что заболела челюсть.

— Да, сэр.

Дайр улыбнулся.　

— Хорошо. Теперь, когда мы достигли соглашения, отправляйся выполнять задание.

Это было слишком легко и столько стояло на кону, что Слейк не мог упустить возможность копнуть глубже.　

— А я думал, вы хотите моего провала, так как в случае невыполнения задания моя душа по умолчанию до моей смерти переходит к вам.

Дайр пожал плечами.

— Я в любом случае выигрываю: либо клиенты платят мне миллионы, либо я получаю твою душу. Для меня не большая разница, кроме того, что мне хочется, чтобы у фирмы были такие хорошие клиенты.

Слейка это не волновало и клиенты могли идти в задницу. Кем бы они ни были. Мысленно послав Дайра, он вышел из офиса и направился к ближайшему Херроугейту — древнему, располагавшемуся за вонючим рыбным магазинчиком. Прежде чем войти в него, он написал сообщение Атроксу.

Слейк всю ночь напролёт мечтал о Рейзе. Затем думал о нём всё утро, готовя себя ко дню. Сейчас была вторая половина дня, а он по-прежнему о нём думал.

И это злило. Слейк никогда не позволял любовникам занимать важное место в голове, не говоря уже о том, чтобы мечтать о них… к тому же, о потенциальных. После Гюнтера такого не было. Да к тому же он думал о таком отличающемся от него мужчине. Совершенно другом.

Зарычав на себя, он вытряхнул из головы мысли о бывшем — вампире — но о Рейзе думать не прекратил, пока засовывал в карман куртки заколдованную верёвку — один из предметов, которые могли сдержать демона из вида Фейли. Без подобного предмета Фейли могла его загипнотизировать или, если слухи верны, могла превратиться в зверя, подобному дракону, и съесть его целиком.

Хреново.

Херроугейт, в который он вошёл мгновение назад, открылся, и Слейк вышел в оживлённое отделение неотложной помощи Центральной Больницы Преисподней. Он не был здесь раньше, но, как и те, кто не свалился с луны, слышал об этом месте. Больница, которая оказывала помощь демонам, вампирам, разнообразным оборотням, существовавшим на улицах Манхэттена, прямо под носом у людей, была важной фигурой в сверхъестественном сообществе, даже если большой процент считал её глупой идеей.

Лично Слейк считал идею с этой больницей и клиникой в Лондоне хорошей, и даже не из-за медицинского аспекта. Больница и клиника обеспечивали работой и образованием, не стоит и упоминать об убежище, в стенах которых действовали чары против насилия. Не стоит говорить, что персонал в Центральной Больнице Преисподней и в Центральной Клинике Преисподней не был святым. Очевидно, болевая терапия была оптимальным решением для пациентов-засранцев.

Слейк не планировал стать когда-нибудь пациентом. Кроме того, он допускал лишь один вид постельного режима, и он явно не включал в себя иголки, шовные наборы и антисептики.

Хотя… он бы не возражал, если бы "постельный режим" включил в себя одного определённого медика.

На мысли об одном определённом медике Слейк быстро осмотрел приёмный покой. За стойкой регистрации вампир спорил с пухлым, крысоподобным демоном в медицинской форме, в противоположной стороне помещения несколько пациентов разных видов ожидали своей очереди на приём к доктору. И там, в одной из смотровых палат, положив руку в перчатке на живот пациентки, стоял Рейз. Слейк наблюдал за тем, как вспыхнули татуировки на руке медика. Пациентка вскрикнула, затем вздохнула и расслабилась.

Рейз что-то сказал, на что женщина слабо улыбнулась. Он улыбнулся в ответ, а затем взял её ладонь в свою с нежностью, которая повергла Слейка в трепет. В мире Слейка не было места доброте. Он её не проявлял и ни от кого не получал. Порой, Слейк не верил, что доброта существует.

Но Рейз не просто выполнял работу ради зарплаты. Он явно получал удовольствие, помогая другим. И Слейк печально подумал, что тот никогда не был в реальном мире. Любой, кто повидал столько же, сколько Слейк, терял сочувствие.

Рейз произвёл какие-то манипуляции с аппаратом у койки женщины, затем снял перчатки и вышел из смотровой. Он махнул кому-то в коридоре, а затем, заметив Слейка, резко остановился.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — прорычал он. Вот же ворчун.

— Вышибала из "Жажды" сказал, что ты сегодня работаешь здесь, — ответил Слейк, опустив ту часть, где он пригрозил вышибале лишить его жизненно важных органов, если он не станет сотрудничать. Вероятно, после тех угроз ему заказан вход в клуб, но плевать на это. Они сработали. — У тебя две работы?

Рейз пожал мощным плечом, которое перекатилось под зелёной медицинской униформой, на которой была вышита эмблема ЦБП: кинжал с крыльями летучей мыши, обвитый двумя гадюками.　

— В основном я работаю здесь, но по совместительству тружусь и в "Жажде". Некоторые из нас пашут на два фронта.

Из Херроугейта вышел ошеломляюще красивый темноволосый демон, на руке которого были татуировки, похожие на те, что покрывали руку Рейза, а на белом халате было вышито имя Призрак. Одновременно с его появлением через отъезжающие в сторону двери, ведущие явно на подземную парковку, вошёл ещё один невероятно красивый демон с похожими татуировками. Несмотря на то, что новоприбывший был одет в джинсы и чёрную футболку с принтом "Звёздные войны", он шагал через отделение так, словно владел этим местом, насвистывая мелодию "Призрачные всадники в небесах" Джонни Кэша. Его светлые, длиною до плеч волосы при ходьбе потирались о метки на горле.

— Проклятье, а здесь много таких как ты, — заметил Слейк, неспособный скрыть в голосе восхищение. — Что наводит на вопрос… что вы такое?

Новоприбывший блондин замедлился, широко улыбнулся, обнажив клыки, и хлопнул Рейза по спине.

— Мы Семинусы.

— Что?

— Семинусы, — повторил он. — Инкубы. Вид, внушающий страх.

Рейз развернулся, чтобы выкинуть перчатки в мусорное ведро.　

— Спасибо, Фантом, — ровно произнёс он. — Ты всегда так помогаешь.

Слейк перевёл взгляд с Фантома на Рейза и обратно.

— Вы демоны секса?

Теперь их модельная внешность обрела чёткий смысл, а влечение Слейка к Рейзу лишь усилилось.

— Ага. Круто, да? — Фантом указал на Семинуса с короткими тёмными волосами. — Это мой брат. Рейз наш родственник по низу руки.

Слейк моргнул.

— По низу… руки?

— Это не важно, — пробормотал Рейз, но Фантом толкнул его плечом и указал на "рукав" татуировок, начинающийся на правой руке и поднимающийся к шее, как было и у Рейза.

— Это называется родовой отпечаток. Татуировки представляют историю рода, и у каждого из нас есть свой символ. — Фантом указал на символ в виде песочных часов под челюстью, венчающий родовой отпечаток. — Этот узор — мой собственный. Под ним — моего отца. Под рисунком отца — узор деда. И так далее. Глянь, этот рисунок черепа принадлежит моему пра-пра-пра-пра-прадеду, который является пра-пра-прадедом Рейза.

Слейк уставился на два переплетённых родовых кольца вокруг шеи Фантома.

— Почему у тебя есть татушка вокруг шеи, а у Рейза такой нет?

Фантом широко улыбнулся.

— Эта татуировка означает, что я соединён со своей парой.

— Значит, в вашем виде существуют представительницы женского пола?

— Нет. Мы рождаемся от спаривания с женщинами других видов, но наши дети всегда чистокровные Семинусы мужского рода.

Да уж. Слейк посмотрел на Рейза, который, казалось, был всецело поглощён открытой коробкой с хирургическими масками. С такого ракурса Слейку не виден был личный символ Рейза, но ему хотелось узнать, что он из себя представляет.

— Значит, вы, парни, демоны секса, — задумчиво произнёс он. Разве это не любопытно? Слейк никогда не слышал о демонах секса, которые бы спали с представителями собственного пола, но чертовски хорошо знал, что правильно истолковал сигналы Рейза. Он точно не мог неправильно расшифровать сигнал "поцелуй меня". — И… вы и с парнями спите?

— Чувак, — Фантом поморщился, — чёрт, нет. Только с женщинами.

— Серьёзно? — Слейк снова посмотрел на Рейза, лицо которого приобрело интересный красный оттенок. — Никаких исключений?

Открылся Херроугейт, и Фантом махнул женщине, на которой был халат с именем Джем, вышитым на нагрудном кармане большими, разноцветными завитками. Её чёрные волосы с синими прядями были заплетены в два хвоста.

— Другие мужчины могут принимать участие, но…

— Слейк, могу я с тобой поговорить? — процедил сквозь зубы Рейз. — Снаружи?

— Что ж, лады, — проговорил Фантом, — мне нужно выловить Призрака до того, как он погрузится в работу по оказанию помощи и прочее дерьмо. До скорого.

В тот момент, как Фантом покинул их неторопливой походкой, Рейз схватил Слейка и утянул за собой на парковку. Обычно, за грубое обращение Слейк выбивал из виновника всё дерьмо, но когда Рейз прижал его к бетонной колонне и приблизил лицо, всё, что хотел сделать Слейк, это поцеловать парня. Продолжить то, что они начали в переулке позади "Жажды".

— Больше никаких вопросов, — прорычал Рейз, и этот низкий звук с придыханием прокатился по всем эрогенным зонам Слейка.

А затем его накрыло осознание.

— Твои друзья не знают, так ведь? Они понятия не имеют, что ты по мальчикам.

Золотые вспышки, как отражение солнца в изумрудном озере, мелькнули в глазах Рейза.

— Что, чёрт возьми, я только что сказал?

Быстрым движением Слейк схватил Рейза за плечи, развернул и впечатал спиной в колонну. Прежде чем инкуб начал соображать, он накрыл его губы своими. Рейз замер, его тело напряглось, зубы сжались и он стал таким же холодным и неподатливым, как колонна. Слейк несколько секунд продолжал давление, показывая, что так просто он не сдастся.

Отступив, он поднёс рот к уху Рейза и прошептал:

— Поэтому ты оборвал всё прошлой ночью? Прямо перед тем, как всё зашло совсем далеко? — Не подозревая, что Слейк собирался сделать то же самое. — Не хотел, чтобы кто-то узнал, что ты по мальчикам?

— Всё немного запутанней. — Рейз попытался оттолкнуть Слейка, но тот стоял твёрдо, отодвинувшись лишь настолько, чтобы посмотреть парню в глаза. — Вообще-то, гораздо запутанней.

Слейк всё понял, потому что не был типичным, выдающимся примером своего вида.

— Расскажи.

Рейз усмехнулся.　

— Не хочешь сначала поделиться своей травмой? Я так не думаю. Так что отвали, засранец.

Боги, а этот парень становился горячим, когда злился. У Слейка никогда не было секса с кем-то в гневе, но что-то в Рейзе заставило его желать сорвать с них обоих одежду и воспользоваться в качестве горизонтальной поверхности капотом того новенького БМВ, что стоял позади них.

Он уже был готов это сказать, когда открылись двери и на парковку вышли два парамедика, которые направились к одной из двух припаркованных поблизости чёрных машин скорой помощи. Светловолосый парень с жуткими серебристыми глазами крикнул Рейзу:

— Мы в "Жажду". Там какой-то взрыв.

Сердце Рейза в панике остановилось в груди. Если Фейли ранена или убита, у него огромные неприятности. Приглушённая трель телефона завела его сердце. Рейз поднёс мобильник к уху.

— Да. Дерьмо, я сейчас приеду. — Он сунул телефон в карман и оторвался от Слейка. — Мне пора.

— Я с тобой.

— Как хочешь, — ответил Рейз. — Но будешь мешать, и я отправлю тебя сюда… в заднем отделении машины скорой помощи.

Слейк почти рассмеялся. Почти. Ведь если Фейли была мертва, вернуться сюда в машине скорой помощи в качестве пациента гораздо предпочтительнее того наказания, что мог придумать Дайр.

Рейз всегда гордился собой за способность держать самообладание в кризисных ситуациях, за способность задвинуть страх на задний план, когда происходит безумие. Но когда он и Слейк выскочили из Херроугейта у "Жажды", Рейза накрыл настоящий ужас. В голове вспыхнули картинки родителей, разорванных демонами, и инкуб понимал, что с подобными жертвами взрыва ему сейчас придётся столкнуться. Жертвами, которые были его друзьями. Марсден, Лекси, Владлена… Фейли.

О боги, нет.

Рейза затошнило от едкого запаха смерти, когда инкуб переступал через обломки, рука, в которой он нёс медицинскую сумку, захваченную в ЦБП, вспотела.

Повсюду царил хаос, хаос и обугленные кирпичи, и покорёженный металл. Звуки сирен и крики наполняли воздух, который был густым от чёрного с пеплом дыма, который жёг глаза и ноздри Рейза. Парамедики скорой помощи Нью-Йорка торопились оказать помощь людям, которые попали во взрыв, прогремевший сразу и в "Жажде" и в, собственно, человеческом клубе, под прикрытием которого вампирский клуб работал.

Нейт не был глупцом. Он уже подключил мистиков из своего персонала, чтобы при необходимости изменить человеческую память. Последнее, что им было нужно, это чтобы парамедик или полицейский столкнулся с ранеными демонами или выяснил о существовании на заднем дворе человеческого клуба вампирского клуба.

— Чёрт возьми, — тихий голос Слейка послышался рядом, но каким-то образом казалось, будто издалека, словно в воздухе хватало места только для криков.

— Пошли, — рявкнул Рейз, устремившись к покорёженной взрывом боковой двери "Жажды".

В нескольких футах от них Джен проделывала свою "Ты ищешь совсем не это" штуку с пожарным, который направлялся к той же самой двери, которая теперь, благодаря разрушению заклинания невидимости была видна людям.

Внутри было… дерьмово. В воздухе висел дым, сажа покрывала мебель, стены и каждый кусочек разбитого стекла, разбросанного по полу рядом с телами мёртвых и раненых.

Стоны боли и крики о помощи заставили Рейза взяться за знакомое дело. С колотящимся сердцем он внимательно осматривал жертв, отчаянно надеясь, что среди них нет его друзей. Надеялся, что среди них нет Фейли. Обычно, она клуб избегала, предпочитая собирать сексуальную энергию, которая ей требовалась для жизни, в тихих источниках. Но когда требовалась быстрая подпитка, клуб был идеальным для этого местом.

Когда Рейз опустился на колени около демона, похожего на козла, и прижал ладонь к его сильно кровоточащей ране на мохнатой ноге, он услышал женский голос, окликнувший его по имени, и внутренне вздохнул от облегчения.

— Рейз. — Фейли стояла около разрушенного медпункта. Её лицо было бледным, но в целом она была невредима. — Я была в квартире, когда услышала взрыв. Чем я могу помочь?

Здесь она была бесполезна. Фейли едва ли в обморок не падала даже от вида пореза бумагой, но было смело с её стороны сейчас предложить свою помощь.

— Возвращайся в квартиру и жди меня. Я приду, как только смогу.

— А что насчёт меня? — крикнул Слейк, присевший на корточки возле официантки-вампирши Авы, прислонившейся к стене и прижимающей повреждённую руку к груди. — Чем мне помочь?

Рейз осмотрел Слейка, выпирающее из-под куртки оружие и подумал, чем же парень зарабатывает на жизнь. Медик подозревал, что Слейк чаще всего наносит раны, чем их устраняет.

— Сопроводи Аву в Центральную Больницу Преисподней. Все раненые, которые могут ходить, должны быть эвакуированы туда. Пусть в больнице разбираются с критическими пациентами. — Рейз усилил давление руки на ране, а второй рукой показал на свою медицинскую сумку. — Захвати чёрные стикеры АТМ для сортировки, и наклей пострадавшим по пути.

— АТМ?

Верно, Слейк же не понимал медицинского сленга.　

— Абсолютно Точно Мёртвые. Покойники, — расшифровал Рейз. — Наклей стикер, если попадётся кто такой на пути. Это сэкономит время медицинскому персоналу. — И Слейку будет чем заняться, пока он ищет ходячих пострадавших для сопровождения в больницу.

Слейк принялся выполнять задание и Рейз вернул внимание своему пациенту.

— Эй, приятель, — сказал он спокойным профессиональным голосом. — Как тебя зовут?

— Б-Блид.

— Звучит как "истекать кровью", — произнёс Рейз, поддерживая спокойный тон. С парнем всё будет в порядке, но без Рейза он бы истёк кровью. — Чем ты сейчас и занимаешься.

— Забавный… парень, — прохрипел Блид и сморщил козлиную морду, когда его накрыла волна боли.

Рейз быстро активировал свою целительную силу, чтобы остановить кровотечение. Энергия прошла по руке, вдоль родовых отметин покалывающей пульсацией, а не сильным гулом. Чёрт возьми, после шести часов работы в больнице он был почти выжат.

Вместо полного исцеления парня, ему удалось лишь частично его залатать, чтобы поддержать жизнь до тех пор, пока кто-то из медицинского персонала или уцелевших членов персонала клуба не сопроводит его в ЦБП.

Остаток дня Рейз был вынужден использовать свой дар экономно. Он переходил от пациента к пациенту, чтобы наклеить стикер состояния пострадавшего и исцелить особо опасные для жизни повреждения, чтобы прибывшая команда медиков ЦБП могла транспортировать таких раненых в больницу.

Рейз ненавидел сортировку. Всегда. Каждый инстинкт в нём вопил исцелить пострадавших, оставаться с ними до тех пор, пока не убедится, что они вне опасности. Но ситуации с массовыми жертвами не позволяли такое сделать, и Рейз сбился со счёта, сколько раз ему пришлось на несколько секунд останавливаться, чтобы обуздать своё разочарование.

Он также потерял счёт времени. Периодически он видел Слейка, который помогал спасателям вытаскивать жертв из-под завалов или утешал пострадавших. Один раз Слейк даже спас жизнь, наложив жгут человеку, которому ниже колена оторвало ногу. Рейз понятия не имел, где Слейк нашёл верёвку, но выполненная работа была хорошей идеей.

Пару раз Рейз ловил себя на том, что восхищается тем, как Слейк с уверенностью и авторитетом, и всё же, подчиняясь приказам спасательной бригады, справляется с ситуацией. Был впечатлён тем, как он мог сдерживать своё эго в узде. Рейз до этого считал Слейка накачанным, высокомерным воином, который не следует инструкции. А на самом деле тот оказался горячим и умным парнем.

Слейк следовал за Рейзом в квартиру, расположенную в доме напротив "Жажды". Его шаги были тяжелы из-за усталости. Почти за век жизни Слейк повидал много жестокости — сотворил много жестокости, — но никогда не позволял происходящему затронуть его на эмоциональном уровне.

Конечно, за все эти годы он потерял много друзей и любовников, но научился никогда слишком не привязываться и, что ещё важнее, никогда не попадать под влияние чьей-то привязанности. Никогда не ощущать сочувствия. Симпатии. Жизнь трудна, и становится ещё сложнее, когда приходится заботиться не только о себе. Обязательно, те, о ком ты заботишься, имеют дурную привычку бить тебя в самое уязвимое место, когда не могут принять того, кем ты являешься.

Но вид того, как на Рейза так влияет провал в том, чтобы всех спасти и, особенно, его неспособность спасти подругу, сломал что-то внутри Слейка. С момента прибытия на место взрыва парень вёл себя стоически и профессионально, но в последние пять минут его твёрдая защита треснула — так много оказалось жертв взрыва в "Жажде", — и Слейк поймал себя на мысли, что хочет её починить.

Странно, принимая во внимание, что Слейк был рождён видами демонов, которые приносили лишь разрушение и страдание. Естественно, он покинул родню, осознав, что не похож на них.

Тем не менее, хоть его народ был варварским и примитивным, но никогда не плевал на боль других. Даже сейчас, когда Слейк должен был делать то, что всегда делал, и морально готовил себя к худшему, что могло произойти, когда они окажутся в квартире Рейза, он думал о том, что мог сделать, чтобы стереть эти тени из потрясающих зелёных глаз инкуба.

Рейз привёл Слейка в небольшую, но уютную квартирку, которая, по-видимому, была частью переделанного фабричного цеха. Толстые металлические столбы создавали интересные препятствия, но, по крайней мере, они были окрашены в яркие цвета и гармонировали с мебелью из "Икеа" и современным искусством на стенах. Тихие звуки джаза доносились, как Слейк предположил, из спальни, но Рейз повернул налево и направился прямиком на кухню. Слейк двинулся за ним, но его внимание привлекло движение в дверном проёме спальни.

Он остановился и повернул голову. За ним наблюдала женщина, чёрные волосы закрывали лицо, оставив лишь один глаз, и этот глаз сузился, полный подозрения.

Фейли. Нет никаких сомнений. Слейк видел много фотографий — и одну очень подробную, которую предоставил клиент юридической фирмы, — чтобы её узнать.

Он смотрел на неё, пока она не развернулась и не исчезла в спальне, завершив всё хлопком двери.

На долю секунды он задумался, что бы произошло, если бы он не перевязал верёвкой, предназначенной для того, чтобы ослабить Фейли, рану истекающего кровью парня, а вместо этого сейчас ворвался бы с ней в комнату Фейли, схватил её и доставил в "Дир & Дайр"? Сильное бы сопротивление оказал Рейз? Пришлось бы ему убить парня?

Слейк всегда был осторожен, избегая сопутствующих жертв, но на кону стояла его душа, и он бы сделал всё, что должен. Но, проклятье, что-то в Рейзе заставляло его придумывать иной вариант развития событий. Или, по крайней мере, немного повременить. Завтра Фейли будет ещё здесь.

Вероятно.

Обругав себя за глупость, Слейк вошёл на кухню… и замер как вкопанный. Рейз стоял у раковины, медицинская рубашка валялась на полу, оставляя инкуба обнажённым по пояс. Мышцы под эластичной кожей на спине перекатывались, когда он смывал с рук и предплечий кровь и сажу.

Проклятье. Слейк с трудом сглотнул, неспособный отвести взгляд. А когда Рейз схватил полотенце и начал вытираться, всё, о чём мог думать Слейк — это, как повезло этому клочку ткани. И что его язык мог бы выполнить эту работу гораздо лучше.

Рейз бросил полотенце на валяющуюся медицинскую рубашку, которая была вся в крови и копоти, и резко открыл дверцу холодильника.

— Пива?

Слейку каким-то чудом удалось небрежно пожать плечами и хрипло ответить:

— Можно.

Бросив ему бутылку какого-то незнакомого пива, Рейз открыл свою бутылку и выпил половину содержимого.

— Я думал, что ты не пьёшь.

Рейз закрыл глаза и прижался затылком к покрытой синей плиткой стене. Мышцы на его горле при сглатывании растягивались, и Слейк поймал себя на мысли, что представляет, как процеловывает дорожку по его шее. Представляет, как обводит языком символ под его челюстью. Представляет, какие звуки во время всего этого будет издавать Рейз. Боги, лишь от этих мыслей жар разлился в паху Слейка, а сердце застучало стремительно быстро.

Слейк хотел Рейза так, как не хотел никого уже долгое-долгое время.

— Я не могу напиться, но выпивка всё ещё заставляет меня хотеть того, что я не могу получить. — Веки Рейза поднялись и мышцы Слейка напряглись от тёмного голода, что таился в глубинах глаз инкуба. — Сейчас же то, что я хочу, находится передо мной, и я уверен, что могу это получить. — Его голос стал низким. Привлекательным. Чертовски сексуальным. — Я прав?

Чёрт возьми. Тугой узел тепла сжался в груди и распространился медленной волной. Тело отреагировало на бесстыдное обещание дикого секса. Слейк посмотрел на великолепные плечи и мощные руки, которые были созданы для того, чтобы удержать партнёра в моменты наслаждения. Он опустил взгляд ниже, на широкую грудь и твёрдый пресс, узкую талию и штаны, которые не прятали впечатляющую эрекцию.

Боги, заполучить всю эту твёрдую силу, наслаждаться толчками…

— Ты прав, — хрипло ответил Слейк, несмотря на то, что в голове всплыли слова Фантома. — Но Фантом сказал, что ваш вид спит только с женщинами, и я только что видел одну в твоей гостиной.

Рейз сделал шаг к Слейку, блестящие пятнышки в его глазах соединились вместе, превратившись в жидкое золото.　

— Без секса я умру. Без секса с женщинами. Она поддерживает мою жизнь, а я поддерживаю её.

— Но ты можешь заниматься сексом с мужчинами, верно?

Рейз понятия не имел сколько пролежал на кровати без движения, как беспомощный младенец. Слейк мог его прямо сейчас убить, и всё, что Рейз бы смог сделать — это сначала поблагодарить его за самый лучший оргазм в его жизни.

Рейз раньше уже был с мужчинами, но каждый раз всё было неловко. Либо партнёрам не нравилось вовлечение в секс женщины, либо они были разочарованы, что Фейли прикасалась только к Рейзу.

А Слейку, казалось, было на всё это плевать.

Они всё ещё были соединены. Такую интимность Рейз ни с кем не разделял. Даже с Фейли. Когда они занимались сексом, всё было для того, чтобы поддержать в Рейзе жизнь и дать Фейли ту сексуальную мощь, с помощью которой выживал её вид — мощь, получить которую она могла, даже не находясь с её источником. Её вид искал близость к сексу, впитывал энергию, излучаемую актом удовольствия. Чёрт, да Фейли по большей части избегала секс. Говорила, что он грязный, что раздражает её.

Рейз улыбнулся от вида того, как его влажная кожа прилипала к коже Слейка. Да, секс абсолютно грязен. Раздражает ли? Чёрт, нет, конечно.

Слейк скользнул рукой на талию Рейза и потёрся костяшками по его грудной клетке.　

— Это было…

— Да, — прохрипел Рейз. — Это было. Я двигаться не могу. А ты как?

Он ощутил, как прижатые к его плечу губы, расплылись в улыбку.

— Как я умудрился получить с тобой множественные оргазмы?

Рейз нахмурился, не зная, как ответить.

— Не уверен насчёт мужчин, но женщины всегда такое испытывают. Наше семя заставляет их кончать снова и снова около получаса.

— Ох, что ж, по-видимому я познакомился с неправильной стороной себя.

Интересно. Никто из его партнёров-мужчин такое не испытывал. Рейз гадал, а проверял ли кто эффект спермы Семинуса на мужчинах? Если кто этим занимался, то это Призрак. Но он не знал, как подойти с этой темой.

Слейк и Рейз долгое время лежали в тишине — так долго, что Слейк в конце концов осознал, что не хочет ответ на свой вопрос. Ему хотелось побольше расспросить об отношениях Рейза с суккубом, отчасти для того, чтобы добыть информацию, которая поможет выполнить задание для "Дир & Дайр". Но оказалось удивительным осознать, что любопытство по большей части основано на желании узнать, как повлияет на Рейза потеря Фейли.

Звучало так, словно Рейз очень в ней нуждается. Она для него жизненно важна.

Чёрт возьми.

Слейка не должно это беспокоить. Не должно. После того, как оказался отвергнутым своей семьёй за то, кем являлся, и оставлен позади мужчиной, которого любил — мужчиной, который был настолько слаб, что возвращался в его жизнь три чёртовых раза, — Слейк не должен был попадать под влияние нежных чувств.

И вот же, он впечатлён медицинскими навыками Рейза, в восторге от его способности заботиться о совершенных незнакомцах и не оставлять суккуба, которая слишком ревнива, чтобы позволить ему быть счастливым.

Слейку определённо нужно сменить тему на что-то менее… Фейли.

— Рейз?

Ответом инкуба было сонное ворчание.

— Кажется, я влез во что-то в больнице, когда спросил, знают ли твои приятели правду о тебе?

Рейз сглотнул, пялясь в потолок, явно не желая углубляться в эту тему.

— Ты не обязан отвечать, — произнёс Слейк, но Рейз покачал головой.

— Най, всё в порядке. Просто странно об этом разговаривать. — Он скрестил ноги в лодыжках, простынь немного сдвинулась, открывая часть твёрдого члена, которого Слейку понравилось ласкать ртом. — Они не знают. Не думаю, что они уж совсем негативно на это отреагировали бы, но я не смогу справиться с их жалостью, понимаешь?

Слейк протянул руку и провёл пальцем по закрученному символу на руке Рейза, лежащей на рифлёном, как стиральная доска, прессе. Ему нравилось, как тёмные линии словно вибрировали от его прикосновения.　

— Жалостью из-за того, что ты гей, или из-за того, что не можешь быть с мужчинами так, как тебе бы хотелось?

— Последний вариант. Наверное. — Он отдёрнул руку от Слейка и запустил в свои волосы. Слейк ощутил странный укол боли из-за такой резкой смены поведения инкуба, и это его разозлило. Он не был готов пустить в своё сердце кого-то, кто может причинить боль. — Чёрт. Не знаю. — Он покосился на Слейка. — А что насчёт тебя? Я никогда не слышал о твоём виде. Ты считался… нормальным?

Слейк горько усмехнулся и прислонился к подушкам.　

— Не долго. — Он сжал кулаки, как будто мог побороть ублюдков в своём сообществе — в своей семье — которые не только отвергли его, но и настаивали на его казни. — Они принимали меня до тех пор, пока я не превратился в того, кого понять они не могли: в мужчину, которого влечёт к другим мужчинам.

Худшая часть всего этого в том, что Слейк действительно пытался измениться. И пока он притворно находил женщин привлекательными, его семья с ним общалась. Вот только, да, лгать — это было нормально, а быть честным… грозило смертью.

— Кажется, я счастливчик, — заметил Рейз с намёком на озорную улыбку на идеальных губах. — Моей семье пришлось лишь принять, что я демон.

Слейк рассмеялся.

— На мой взгляд, твоя ориентация — самое меньшее из беспокойств твоих родителей.

— Они не узнали, да им было бы всё равно. Они всё равно меня бы любили.

Что-то внутри Слейка заныло от такого принятия, и на краткое мгновение ему захотелось рассказать Рейзу всю правду о том, кем ему приходилось быть до того, как он стал мужчиной, который хотел других мужчин. Понял бы Рейз выбор, который он сделал?

Гюнтер не понял, а Слейк не перенёс непринятия. О, бывший каждые десять или около того лет приползал к нему, молил о прощении, уверяя, что в этот раз всё будет по-другому, что в этот раз он сможет полюбить Слейка таким, каким он есть — и внутри, и снаружи.

Чушь. Вечная херня.

Но Рейз… он казался другим. Непредвзятый. Участливый. Спокойный. Чёрт, да этот парень уживался с Фейли, а насколько Слейк мог сказать, та была властной, нетерпимой стервой. То, что Слейку пришлось пройти через жизненные изменения, не должно было стать проблемой.

Верно же?

Сделав глубокий вдох, как будто тот придаст ему смелости, Слейк решил прыгнуть в омут с головой. Если Рейз его возненавидит, отвести Фейли в "Дир &Дайр" станет гораздо проще. Если же Рейз его не возненавидит… что ж, ему придётся всё это хорошенько обдумать.

— Эм… Рейз?

Когда тот не ответил, Слейк оглянулся и увидел, что парень спит, и, чёрт возьми, насколько умилительным был этот вид. Рейз выглядел таким умиротворённым, его красивое лицо расслабилось, как будто ничего в этом мире его не волновало.

Слейк не хотел ничего из этого нарушать. Скоро Рейз проснётся, вспомнит, что Фейли — стерва, которая не даёт ему завести отношения, и что его друзья погибли в ужасном взрыве.

Пришло время Слейку двигаться дальше и, возможно, вселенский способ рассказать то, что он не должен больше вмешиваться. Не должен раскрывать секреты, которым лучше оставаться таковыми.

Он тихо принял душ и оделся… а Рейз так и не пошевелился. Очевидно, парень погрузился в свой безопасный мирок. Слейк и понятия не имел каково это. Он всегда спал с одним открытым глазом и рукой на оружии.

Даже когда они с Рейзом трахались, Слейк точно знал, где находится его оружие и как быстро он может до него добраться.

Чувствуя себя немного докучливым, он запустил руку в карман штанов Рейза в поисках телефона и, обнаружив, набрал свой номер, а затем оставил заметку на экране. Ничего особенного, лишь простое "Позвони мне".

Засунув телефон обратно в карман, Слейк замер в нерешительности. Ему придётся схватить Фейли, и это ни к чему хорошему не приведет. Да, он мог провернуть это дело так, что его участие в этом Рейз бы и не заподозрил, но, чёрт возьми, теперь, когда Слейк знал, как сильно Рейз нуждается в этой стерве, его мучила вина.

"Вот чёрт… я сейчас кончу…"

Слова бессвязным потоком слетали с губ Рейза и, в конце концов, он кончил. Рот Слейка был удивительным: посасывал и облизывал, брал всё, что Рейз мог дать. Когда первый оргазм стих, инкуба накрыл новый, а затем ещё один. Рука Слейка с небольшим давлением опустилась на яйца Рейза, выжимая до последней капли и дожидаясь последнего чувственного вздрагивания.

Чёрт возьми, парень был просто невероятен. Когда опьяняющее свечение поистине замечательного секса согрело инкуба, он начал смутно осознавать покалывание пульсирующей энергии, текущей через родовые метки, и ощутил наистраннейшее желание перевернуть Слейка на спину, переплестись руками и телами… и что? Соединиться с ним?

Мужчины демоны Семинусы не соединялись с другими мужчинами. В свои пары они брали только женщин. Так какого чёрта его тело реагировало…

Рейз вздрогнул от металлического лязга. От ещё одного такого звука в сопровождении жёсткого, холодного щелчка и давления вокруг лодыжки он открыл глаза и сексуальный туман рассеялся.

— Слейк, — прохрипел Рейз, — что ты… — Он проморгался и увидел, что Фейли сидит, оседлав его бёдра, её губы блестят, а его влажный член в полувозбуждённом состоянии покоится на животе. Рейз явно кончил, но не со Слейком.

— Ты спал почти четырнадцать часов, — произнесла она, и либо дело было в ещё сонном состоянии Рейза, либо голос Фейли прозвучал… грустно? — Я позаботилась о тебе, прежде чем…

— Прежде чем мы повторим ещё такую ночь?

Брови Фейли в удивлении поднялись от вызова, прозвучавшего в вопросе Рейза. Чёрт, да он сам удивился. Как правило, именно он делал всё возможное, чтобы сохранить статус-кво, но что-то изменилось, и он больше не был доволен тем, как они с Фейли жили.

Нет, не жили. Они выживали.

До этого Рейз ощущал такую боль лишь несколько раз. Он надеялся больше не испытать такой опыт, и не должен был. Его соглашение с Фейли было на постоянной основе. Они были партнёрами. Друзьями.

Она его предала.

Это понимание добавило к разрывающей его физической агонии ещё и эмоциональную горечь. Сердце болело, внутренности выворачивало, а в член будто загоняли гвозди. Сексуальная потребность была яростной, разрывала изнутри — зверь пытался вырваться из кожи.

Если это произойдёт, ни одна женщина не будет в безопасности.

У Рейза ещё оставалась здравость ума, чтобы понимать, что даже если бы сейчас появился здесь Слейк, то он не смог бы его освободить. На самом деле, его больше нельзя отпускать, иначе он причинит вред любой женщине, которую ему приведут.

Но что если Слейк за ним не придёт? Что если вообще никто не придёт? Фейли могла и соврать о том, что позвонит в ЦБП и попросить прислать помощь. Или с ней может случиться что-то до того, как она сделает этот звонок.

Рейза окутало страдание, как будто его пронзили в пах. Он чувствовал, что колени дрожат, тяжело дышал и пытался сдержать тошноту. Член пульсировал и на мгновение Рейз почти обхватил его ладонью. Но нет, он отдёрнул руку, памятуя о том разе, когда на него напала половина дюжины демонов Найтлаш. Они притащили его в своё логово и бросили в яму, где Рейз чахнул несколько часов, его потребность секса достигла критической отметки.

Прямо перед тем, как впасть в безумие от мучения, он попытался принести себе облегчение, и на несколько секунд ощущение поглаживаний члена немного уменьшило боль. А затем, словно тело осознало, что его пытаются обмануть, боль вернулась в десятикратном размере, и Рейз был готов поклясться, что его яички вот-вот лопнут, а с члена сойдёт вся кожа.

К счастью, Рейз вырубился.

А очнувшись, снова окунулся в кошмар. Его нашла Фейли и привела с собой дюжину наёмных головорезов. Они убили Найтлашей, и Фейли прыгнула в яму, чтобы спасти Рейзу жизнь.

Рейз не очень помнит, что случилось после, но Фейли для полного восстановления потребовалось два дня.

К Рейзу медленно возвращалось здравое мышление, вытягивая его из той чёрной дыры, в которую он погрузился. Под ним было тело. Твёрдое тело. Тяжело дышащее тело, которое оказалось достаточно сильным, чтобы пережить сексуальное нападение, которое Рейз помнил разрозненными частицами и пытался соединить все события воедино.

Что-то липкое покрывало кожу, а во рту стоял металлический, привлекательный вкус. Кровь? Откуда ей взяться?

Рейз сдвинулся с места, зашипев от боли в суставах и мышцах. Член выскользнул из окружающего его тепла, и инкуб услышал стон. Свой? Или своего партнёра по сексу?

И почему он ничего не видел?

Рейз открыл глаза. Ух-ты, а так оказалось гораздо лучше. Хотя от тусклого света, что лился из кухни, было невыносимо. Но когда он повернул голову, то от увиденного стало ещё невыносимее.

Комната была разрушена, повсюду виднелась кровь, а под ним, чёрт возьми… Слейк.

— Дерьмо, — прохрипел Рейз. — Вот… дерьмо.

Он скатился со Слейка и только теперь осознал, что они оба лежали на кровати только верхней частью тела, стоя коленями на полу. Рейз мышц не чувствовал и кое-как затащил Слейка на кровать целиком и забрался сам. Тело Слейка покрывали синяки и глубокие царапины, и рот Рейза наполнился горечью от вида дикого укуса на плече.

— Слейк? Что я, чёрт возьми, с тобой сделал? Слейк?

Слейк открыл глаза и Рейз приготовился увидеть ненависть и отвращение в их потрясающих тёмных глубинах, а вместо этого увидел лишь ленивое любопытство.

— Привет, — голос Слейка был таким же хриплым, как и у Рейза. — Как ты?

У Рейза челюсть упала.

— Как я? Да я же тебя…　

Он сглотнул. Ещё раз. Но, по-видимому, ничто не могло остановить тошноту.

Оперевшись на одну руку, второй Слейк нежно накрыл щёку инкуба.　

— Я в порядке. Боги, мне так хорошо. Хотя, я тут натворил беспорядок на твоих простынях.

Простынях? Слейк шутил по поводу крови — и спермы, — пропитавшей простыни?　

— Проклятье, Слейк, я на тебя напал! Я…

Слейк сел и сжал плечи Рейза, произнося прямо в лицо:

— Послушай, ты отошёл от меня. Выбрал страдание, не желал причинять мне боль. Я мог уйти. Я выбрал остаться, Рейз, я выбрал это.

— Но…

— Нет. Я знал, во что ввязываюсь. — Слейк замолк и Рейз затаил дыхание, приготовившись услышать нечто ужасное. — Ну, вроде как знал. Но потом… чёрт, всё было круто. И ты, вроде, не возражал, что я мужчина.

Закрыв глаза, Рейз покачал головой, надеясь вернуть хоть какие-то воспоминания.　

— Этого не должно было случиться. Я должен был… — Он резко втянул воздух, когда до него дошло произошедшее.

Он кончил. С мужчиной.

С мужчиной.

Это невозможно. Может, это просто сон? Или он умер?

Разум бешено работал, не способный понять всё случившееся. Голова закружилась, звуки стали приглушёнными, как будто Рейз оказался под водой. Он покрылся холодным потом и отдалённо слышал голос Слейка, чувствуя, как его трясёт. Что происходит? Рейз слышал, как пробормотал что-то о ключах, а затем вырубился.

— Рейз? — Из-за вспышки адреналина руки Слейка тряслись, когда он схватил инкуба за плечи и потряс. — Рейз!

Ничего.

Рейз был в отключке, и несмотря на сильный пульс и ровное дыхание, Слейк был довольно уверен в том, что такая реакция после секса была плохим знаком. Неужели Фейли ему навредила? Или он, Слейк? А что если секс с мужчиной вызвал необратимые последствия?

Ледяной страх сковал грудь Слейка. Это его вина. Всё это его вина, ведь Фейли приковала его из-за ревности или какого-то подобного дерьма.

Игнорируя боли, Слейк порылся в своих шмотках, выудил телефон и набрал *666 — номер ЦБП. На звонок ответил грубый женский голос.　

— Центральная Больница Преисподней. Кому мне перенаправить ваш звонок?

— Мне нужно… дерьмо, понятия не имею, что мне нужно.

— Сэр, мне это не помогает.

Верно. Да. Ладно. Может, звонить туда было глупо. Он сам доставит Рейза в больницу.

— Забейте.

Сбросив звонок, Слейк натянул одежду и отыскал ключи, которые оказались за тумбочкой, как и пробормотал Рейз. Освободив лодыжку инкуба, он завернул парня в одеяло, поднял на руки и занёс в ближайший Хэрроугейт. Слейк нажал на символ больницы на стене и уже мгновение спустя вышел в отделении неотложки.

В ту же секунду к нему бросились двое, одетые в медицинскую форму. Доктор, которого в прошлый раз видел Слейк, девушка, в чёрных волосах которой были синие пряди, а на бейдже значилось имя Джем указала ему на пустую смотровую.

— Что случилось? — спросила Джем, указав Слейку положить Рейза на стол.

— Думаю, ему нужен доктор, который понимает что-то в демонах Семинусах.

Она нахмурилась, но не остановилась, проверяя дыхание и пульс Рейза.

— Это связано с особенностями вида? Сексом?

— Думаю, да.

— Всё в порядке, — сказала она, кивнув. — Моя сестра — пара Семинуса. Я знаю о них больше, чем хотелось бы. — Джем надавила на грудь Рейза, но ответа никакого не последовало. Даже Слейк знал, что это плохой знак. — Так что именно произошло? Ты его таким нашёл?

— Нет. — Он наблюдал, как она заканчивает осмотр ран, которые Рейз сам себе нанёс, и накидывает на нижнюю часть тела простыню. — Когда я пришёл к нему, он был безумен и в ярости. Он нуждался в сексе.

Джем взяла его за запястье.

— Он получил его или…

— Получил, — ответил Слейк, надеясь, что не придётся вдаваться в детали. — А затем отключился.

— Где женщина? — Джем скользнула взглядом по окровавленным рукам Рейза, готовя капельницу. — Она явно в плохой форме.

— Э-э… — Слейк никогда не стеснялся темы секса, но сейчас ему было дико неудобно. Не за себя, он просто не хотел выдавать секрет Рейза. — Его партнёр в порядке.

— Скажи ей, что лучше бы ей пройти осмотр. — Джем нажала на кнопку на стене, но Слейк понятия не имел для чего. — Мне нужно, чтобы ты подождал снаружи.

Слейк колебался. Он был уверен, что Рейз сейчас находится в хороших руках, и Слейк сейчас ничего не мог сделать с его текущим состоянием, но всё же, мысль о том, чтобы уйти… его волновала. Сейчас Рейз был беззащитен, и Слейк ощущал очень странное желание остаться рядом, как сторожевой пёс.

— С ним всё будет в порядке? — спросил он, нуждаясь в заверении, прежде чем покинуть палату.

Джем улыбнулась.　

— Я вызвала эксперта, но не стала бы слишком волноваться. Все его жизненные показатели в норме. Оставьте в регистратуре ваши контакты, и мы свяжемся с вами.

Скрепя сердцем, Слейк оставил Рейза докторам, но сам не остался в больнице. Фейли сотворила это с Рейзом. Она приковала его и оставила страдать. Слейку нужно закончить начатую работу, но теперь поимка Фейли будет не только ради души. Теперь ещё и ради мести.

Фейли сделала всё это очень-очень личным.

По словам Призрака, Рейз провалялся в коме три дня. Три долбанных дня. Рейз с больничной койки уставился на доктора неясным взглядом. Последнее, что он помнил перед тем, как очнулся несколько минут назад — это секс. Со Слейком.

От воспоминания внутри всё затряслось, но сейчас инкубу стоило сосредоточиться на причине того, как он стал пациентом ЦБП.

Порывшись в голове, надеясь наткнуться на что-то, что всколыхнёт воспоминания, он не мог отвязаться от мысли о Слейке. И… Фейли. Да, теперь он вспомнил, что она приковала его и сообщила, что уезжает. Это произошло после… после того, как он и Слейк после взрыва пришли в их с Фейли квартиру.

Рейз резко подскочил с постели и схватился за форменную рубашку Призрака.

— "Жажда"… — он сглотнул, но ничто не могло его избавить от хрипоты в голосе. — Нейт. Владлена. Марсден. Мои друзья… как много…

Лекси. Боги, в голове всплыло воспоминание об её смерти, и Рейз откинулся на подушки.

— Во взрыве погибло десять человек, — тихо ответил Призрак. — Восемь посетителей и двое работников клуба. Я не знаю их имён, но могу для тебя разузнать. Нейт, Лена и Марсден в порядке.

Рейз снова сглотнул. Тяжело.　

— Я уже знаю одно имя, — ответил он. Ему требовалось сменить тему и побыстрее. — Как я здесь оказался?

— Твой друг Слейк принёс тебя сюда, когда ты потерял сознание.

Рейз покачал головой, как будто это могло вернуть какие-то воспоминания. Чуда не произошло.

— Я отрубился?

Призрак провёл рукой по коротким, тёмным волосам. Дёрганные, отрывистые движения выдавали отчаяние.　

— Насколько мы можем судить, ты слишком долго провёл без секса, что привело к внутреннему повреждению. Это повреждение должно было быстро исцелиться, но когда я попытался устранить его своей силой, ничего не получилось. Казалось, будто что-то просто высосало мою исцеляющую энергию. Никакие наши действия не возымели успеха. Нам остаётся лишь ждать и смотреть, что же будет дальше.

Ждать и наблюдать. Самые общие и раздражающие слова в мире медицины. Рейз миллион раз говорил их пациентам, и теперь понимал, почему они не всегда хорошо их воспринимали.

Он был в больничной форме с кадуцием ЦБП, и все казалось нормальным. Рейз чувствовал себя отлично. Не было ощущения долгого отсутствия секса.

И погодите-ка… пока Семинус восстанавливался от ран, потребность в сексе достигала огромных масштабов, но в момент, когда демон в хорошем состоянии, эта потребность ощущалась как удар в пах.

— Если прошло три дня, почему же я не безумен от…

Призрак, очевидно, предвидя вопрос указал на полный шприц, лежащий на подносе.

— Несколько лет назад я разработал для Фантома препарат, который временно облегчает симптомы. Я ввёл тебе препарат утром, когда посчитал, что ты исцелился уже достаточно, чтобы ощущать эту потребность. У тебя где-то четыре-шесть часов до наступления дикой жажды секса.

Великолепно. И что тогда? Отправится ли он на поиски женщины… или Слейка?

— Я рад, что ты очнулся, — продолжил Призрак. — Твой приятель немного… неуступчивый. Он звонил по десять раз на дню, и понятия не имею сколько он ещё цивилизовано будет реагировать на то, что мы не можем поставить диагноз. — Призрак протянул руку к тумбочке и передал пакет Рейзу. — Утром принёс тебе одежду. Ему не хотелось, чтобы ты очнулся, и тебе нечего было одеть из своего.

Рука Рейза, потянувшаяся к пакету, замерла. Это был самый вдумчивый поступок из всех за долгое время. Особенно, если учесть, что Рейз напал на Слейка.

Эта мысль медленно скользнула из мозга в нутро, где тяжким грузом осела реальность. Он потерял контроль и мог серьёзно навредить Слейку. А что если кома стала результатом того, что Рейз пошёл против ДНК Семинуса и имел секс с мужчиной, а не с женщиной?

Счастливое открытие моментально превратилось в кучу вонючего дерьма, и когда Рейз вытащил из пакета толстовку с логотипом "Манчестер Юнайтед" и джинсы, его накрыло осознание, что стоит открыться перед Призраком.

Ему хотелось сбросить этот груз.

Встав, чтобы натянуть джинсы, Рейз выпалил прежде, чем смог струсить:

— Док, что-то происходит.

Очевидно, поняв, что разговор не будет лёгким и весёлым, Призрак сел в одно из кресел у кровати, которая была домом Рейзу в течение трёх дней.

— Выкладывай.

Рейз сел на кровать. Огляделся. Побарабанил пальцами по бедру.

— Ты можешь мне всё рассказать, — произнёс Призрак. Парень был той ещё занозой в заднице, но всегда знал, как сделать так, чтобы люди рядом могли расслабиться.

Рейз протяжно выдохнул.

— Я… гм…

Рейзу не хотелось возвращаться в пустую квартиру. Он больше тридцати лет жил с Фейли и будет странно жить там без неё.

Будет отлично жить там без неё. Рейз до сих пор поверить не мог, что Фейли привязала себя к нему через связь, о которой он не знал. Это оскорбление засело внутри, словно нефть разлилась, и Рейз чувствовал себя… грязным.

Неужели он для неё ничего не значил? Между ними никогда не было романтических отношений, но Рейз считал, что их дружба основана на уважении и взаимной потребности. Очевидно, по части уважения он оказался совсем неправ.

И теперь, по прошествии стольких лет, когда он полагался на Фейли в вопросе выживания, Рейзу придётся делать то, что делает каждый обычный, свободный демон Семинус — посвящать большую часть времени поиску женщин для удовлетворения потребностей.

Такая перспектива Рейза пугала. Он очень устал постоянно бороться за выживание. Слейк, впервые за много лет с момента перехода, заставил Рейза почувствовать себя живым, и если бы инкуб мог быть с этим парнем…

Поднимаясь по лестнице к своей квартире, Рейз покачал головой, пытаясь вытряхнуть из неё мысли, которых там быть не должно. Надежды, которые он не мог иметь. А что если то, что произошло у них со Слейком, было аномалией, которая никогда не сможет повториться? Что если Слейк не хотел Рейза?

Нет, он не будет взращивать в себе надежды.

Добравшись до квартиры и потянувшись в карман за ключом, который Слейк принёс Рейзу в больницу вместе с одеждой, инкуб замер и насторожился. Изнутри доносился звук.

И дверь была незаперта.

Отойдя в сторону и прижавшись спиной к стене, Рейз медленно открыл дверь. Шум телевизора стал громче. Первой мыслью было, что Фейли вернулась, но Рейз эту мысль тут же отмёл — она, скорее, выдавит себе глаза, чем будет смотреть "Холостяка".

Предположив, что ни один грабитель не устроился бы на диванчике, просматривая выносящее мозг телевизионное шоу, Рейз вошёл в квартиру… и сделал прерывистый вдох. Боги, он уже и забыл, насколько Слейк был потрясающим. Тёмные волосы обрамляли очень загорелое лицо и завивались около ушей, по которым Рейзу хотелось провести языком.

Ладони вспотели, сердце начало выдавать сумасшедшие кульбиты и Рейз задумался, а на это ли была похожа любовь? Был ли этот порыв волнения и тревоги нормальным, когда тот, кого ты хотел увидеть больше всего в мире, сейчас находился прямо перед тобой?

Мгновение Рейз пялился на потрясающий вид сидящего на диване Слейка, который вытянул перед собой ноги в кожаных штанах так, будто его в этом мире ничего не настораживает. Вот только тёмные круги под глазами и мрачное сжатие губ выдавали совсем другую историю, и волнение Рейза превратилось в беспокойство.

Кожаная куртка Слейка скрипнула о спинку дивана, когда парень нажал на выключение звука, затыкая какую-то девчонку, воющую, что желает большей активности с холостяком.

— Я рад, что ты в порядке, — тихо произнёс Слейк. Этот голос. Рейз соскучился по этому низкому, уверенному рокоту.

Он закрыл за собой дверь.　

— Спасибо. — Неловкое молчание затянулось, и Рейз добавил: — Нам нужно поговорить.

— Понимаю. — Слейк потёр лицо. Он выглядел уставшим. Бледным. Как будто испытывал боль. — Что случилось той ночью? Что случилось с тобой?

Желудок Рейза скрутило от воспоминания того, что он сделал.

— Прости, Слейк. Ты не заслужил…

— Я не об этом, — оборвал Слейк голосом военного инструктора по строевой подготовке. Рейз, возможно, сделал бы исключение и не принял то, что с ним разговаривают таким тоном, если бы не находил это таким… сексуальным. — Не извиняйся снова за то, что между нами произошло. Я бы, не задумываясь, сделал всё также. — Его тон стал мягче, но не менее сексуальным. — Я говорю о том, что произошло после. Почему ты потерял сознание? Из-за меня? Потому что не можешь быть с мужчинами?

Рейз уставился на него. Слейк считал случившееся своей виной?　

— Нет. То есть, у Призрака есть теория о том, что секс с тобой не должен загнать меня в кому.

Слейк отвёл взгляд, но так быстро снова посмотрел на Рейза, что тот подумал, что поворот головы ему показался.

— Что за теория?

Рейз скинул обувь и прошёл в гостиную, но не сел. Он три чёртовых дня провалялся в койке, и тело ощущалось напряжённым, словно он только что выполнил все задания триатлона и ещё остались силы взобраться на гору.

— Призрак сказал, что каждый представитель твоего вида рождается женщиной. Это правда?

Слейк стал напряжённым и жёстким, как опорные балки в квартире. Он перевёл взгляд на экран, словно надеясь, что холостяк даст ему совет.

— Слейк?

Слейк остался недвижимым, как статуя, пялясь на экран телевизора с беспомощностью в глазах, которая затронула сердце Рейза.　

— Ты знаешь моё имя?

— Гм… я думал тебя зовут Слейк.

— Это фамилия. Её мой народ использует, когда имеет дело с чужаками. Меня зовут Дамон. — Он глубоко вздохнул. Выдохнул. — Сокращённо от Дамония.

Рейз понятия не имел, что затаил дыхание, пока лёгкие не начало жечь. Он медленно вдохнул, ощущая, что для Слейка происходящее было очень важно.

— Понятно.

Слейк бросил на него взгляд, будто ожидал больше реакции. Или более плохую. Чёрт, да с какими людьми он до этого общался?

— Призрак прав. По большей части, — продолжил Слейк, почти нерешительно. — С периодичностью в какое-то время в нашем виде рождается мужчина. Его лелеют и почитают, считают, что он поцелован богами, и вводят в правящий королевский класс. Все наши лидеры — мужчины, которые мужчинами и родились.

— По-видимому… ты не был рождён мужчиной?

Последовала длинная пауза, но Рейзу не хотелось давить на Слейка. За время работы в больнице он сталкивался со множеством травм и знал, что всегда лучше не подгонять. Как говорилось, безопаснее заманить адскую гончую в ловушку, чем втолкнуть в неё.

— Нет, — наконец-то заговорил Слейк, — но тут всё запутанно. Женщины…

Слейк замолк, не в силах поверить, что обсуждает самые большие секреты своего вида, и не потому что был предан своему народу… а потому что ненавидел о них думать. Ненавидел то, кем был его народ, ненавидел то, как они жили, ненавидел всё в них. Слейк десятилетиями не думал о прошлом, и сейчас был готов выложить годы стыда, унижения и презрения.

Но это лишь начало исповедания. Когда он закончит, Рейз, наверное, его возненавидит. Не то чтобы это имело значение. Он потерял право владения своей душой, и даже сейчас мог ощущать, как она становится всё темнее под инфицирующим воздействием Дайра. Слейк чувствовал себя плохо, будто съел что-то очень-очень несвежее и органы связались между собой в узел.

Так может продолжаться несколько дней, и если Слейк окажется счастливчиком, то умрёт.

Но, может, Рейз умрёт раньше.

Рейз стоял в нескольких футах, само спокойствие. Он был хорошим парнем, что редкость в мире Слейка, и внезапно он почувствовал неправильным, что заражает его своим присутствием.

— Мне пора, — сказал Слейк, но Рейз заступил ему путь прежде, чем тот даже сумел подняться.

— Ты пришёл сюда по какой-то причине. Ты здесь в безопасности. Ты можешь рассказать мне о своём народе. — Голос Рейза был низким. Ровным. Ободряющим.

Боги, сколько времени прошло с тех пор, как кто-то с ним так разговаривал?

— Женщины?.. — напомнил Рейз, и Слейк помолчал нерешительно, прежде чем понял, что терять-то ему нечего.

— Женщины существуют для того, чтобы доставлять мужчинам удовольствие и являются продолжателями рода, — прорычал он. Его дни как женщины были похожи на игру-ожидание, как он считал, пока не выбрал изменение пола. — Где-то между двадцатью и тридцатью годами женщины достигают зрелости и развития Метки Тиресий. В этот момент у нас есть выбор. Игнорировать метку, которая в течение года исчезнет или пуститься в длинное, опасное путешествие в то, что можно с лёгкостью назвать Равнинами Кровавой Бойни, и проснуться мужчиной. Если ты вообще после всего этого проснёшься. Около половины это не удаётся.

— Чёрт возьми, — Рейз присвистнул. — Должно быть, жизнь была действительно дерьмовой, раз ты пошёл на риск, чем просто оставаться женщиной.

На самом деле, жизнь не была уж такой дерьмовой. До получения метки у женщин было много свободы. Когда он был Дамонией, ему позволялось на короткие периоды покидать общину для изучения внешнего мира. Выход в нормальные демонский и человеческий миры был поучительным опытом, показавшим, каким отсталым и жестоким был его народ.

И он познакомился с Гюнтером.

Гюнтер показал Дамонии красоту гор. Чудо роскошных океанских лайнеров. Наслаждение от секса. Он относился к Дамонии как к королеве.

Но было то, по чему он всегда скучал. Будучи женщиной, Слейк никогда не чувствовал себя слишком женственным, предпочитая спарринги с оружием, чем прядение шерсти острозубого демона-овцы их народа. Поговаривали, что женщины, которых люди называли пацанками, легче проходили период трансформации, поэтому, когда у него — в то время, неё — появилась Метка Тиресия, Слейк, не колеблясь, отправился в путешествие в Равнины Кровавой Бойни.

Ну, один момент сомнения всё же был. Он знал, что потеряет Гюнтера. Как мужчину после трансформации, его должно было влечь к женщинам. Так всегда было и не имелось причин полагать, что его изменение окажется другим. К тому же, его отношения с Гюнтером всё равно сошли бы на нет. Женщинам, пережившим метку, больше не позволялось покидать общину.

Никогда. Беглецов выслеживали и казнили на площади.

— Слейк? — тихо произнёс Рейз, и Слейк понял, что затерялся в воспоминаниях. В том дерьмовом месте.

— Верно. — Слейк стиснул зубы от серии спазмов, от которых едва не согнулся пополам, и был готов поклясться, что слышал гогот Дайра. Когда его отпустило, он быстро затараторил, надеясь, что Рейз не заметил заминки. Или дрожащих рук. — Да, всё было довольно дерьмово. Мой вид крайне ассоциален. Единственный контакт с внешним миром — торговля.

— Чем торговали? — Рейз нахмурился. — Ты в порядке? Кажется, ты немного красный.

— Я в порядке, — быстро проговорил Слейк. — А в ответ на твой вопрос — кровь женщин после Метки Тиресия используется для создания и зачаровывания оружия, делая его гораздо сильнее. Отчасти поэтому Дуососов изолировали. Внутри клана женщины охотно дают кровь. Но если женщина попала не в те руки…

— Ага, понимаю проблему. Но, очевидно, они выпускали мужчин.

Слейк покачал головой.　

— Мужчины имеют чуть больше свободы. Они могут покидать общину ради бизнеса или поставок, но должны жить на территории вида.

— Но ты же там не живёшь.

— Потому что спалил половину деревни и сбежал.

— Тонко, — заметил Рейз и Слейк рассмеялся. Ему нравилось, как непринуждённое поведение Рейза успокаивало его.

— Ага, тонко. Но мне нужно было оттуда свалить, и требовалось отвлечение. Как только я понял, что смена пола не поменяла сексуальных предпочтений… — Слейк покачал головой, вспомнив, как поначалу его это сильно испугало, потому что он по-прежнему хотел Гюнтера. К сожалению, чувство было не взаимным. — Мне пора.

Перемена в Рейзе была небольшой, но ощутимой, между ними нарастало напряжение.

— Потому что ты гей?

— Это смертоносное предложение для моего недалёкого народа. Но по этой причине покидают клан. — Слейк был напуган, понимая, что бегать придётся остаток жизни, которая, скорее всего, окажется короткой. Дуососы были экспертами не только в оружии, но ещё и цепкими следопытами, и как только нападали на след, то не останавливались ни перед чем, пока не ловили свою жертву.

В особенности из-за этих качеств Слейк и пошёл на сделку с "Дир & Дайр".

— Защити меня от моего народа и я дам тебе всё, что захочешь.

Боги, каким же идиотом он оказался. Гюнтер предупреждал его не заключать договор с "Дир & Дайр", но их отношения стали очень шаткими, что ещё сильнее подтолкнуло Слейка.

Потому что он был идиотом.

Рейз почти бесшумно расхаживал между двумя ярко окрашенными опорными столбами.　

— И почему же уход из клана настолько большое дело?

— Потому что Дуосос — больше чем просто название нашей расы. Дуосос — религия. Способ жизни. Политика. Социальность. Каждый аспект жизни Дуосос управляется нашей системой убеждений: от того, что нам носить, до того, что есть и как размножаться. Единственный выход из системы — смерть. Если только ты не оказался счастливчиком с королевской кровью в венах. — Он замолк. — Жизнь могла бы стать дерьмовой, если бы я остался женщиной. Я не хотел, чтобы меня смешивали с дерьмом. Использовали. Оскорбляли. И решил, что если стану мужчиной, то могу сделать какие-нибудь изменения. Но тот факт, что я… ненормален… всё испоганил.

Слейк глянул на экран телевизора, где полдюжины женщин выстроились в вариации различных статуй и улыбались холостяку. Он задался вопросом, а нет ли в этом шоу демона. По какой-то причине его способность различать ауры работал только при личной встрече.

Рейз, по-видимому, размышлял над тем, что Слейк сказал.

— Ваши законы и способы жизни объясняют, почему про ваш вид так мало информации. Не думаю, что ты готов поговорить с моим начальником в Центральной Больнице Преисподней.

— Призраком? — Слейк замолк, протянув руку к стакану ледяной воды, которую налил себе, когда только прибыл сюда. — Он же не хочет ставить на мне опыты или подобную хрень?

Рейз рассмеялся.　

— Ему нравится добавлять новую информацию в базу данных больницы. Каждая крупица помогает, когда приходится сталкиваться с редкими видами.

В мире хаоса и смерти Слейка, такой логичный и рассудительный подход к жизни и мистике в ней был настолько ему чужд, что Слейк мог только сидеть, на какое-то время остолбенев. В глубине души он ожидал от Рейза какого-то осуждения, насмешек или чего-то в этом роде, но парень лишь выжидательно за ним следил.

— Ладно. Конечно. — Он посмотрел на Рейза. — Ты довольно хорошо принимаешь эту информацию.

— Никого нельзя судить исключительно по его виду, — пожав плечами, ответил Рейз. — В нашей больнице работают демоны, помогающие людям, тогда как их собратья по виду на девяносто девять процентов скорее бы убивали, чем исцеляли.

— Послушать тебя, так везде прогресс. — Слейка окатило ещё одной волной боли, но он попытался об этом не думать, сконцентрировавшись на задумчивой улыбке на идеальных губах Рейза.

— Я вырос у очень современных родителей. — Рейз прекратил расхаживать и прислонился к одному опорному столбу. — Я сам видел как никто, даже животные, ни под что не подстраиваются. Когда-то у меня была домашняя утка, которая спала на насесте с цыплятами на дереве. А петух охранял их у основания дерева.

Слейк попытался представить обиталище медика, но не смог.

— У тебя были утки и куры?

— У моих родителей была небольшая ферма. У нас было по нескольку животных каждого вида. Вот тогда я заинтересовался медициной. Начал лечить травмы и болезни животных. Это ещё было до того, как я получил свою целебную силу, но отец был шокирован тем, как хорошо животным становилось от моей заботы. И поверь, они внимательно за мной следили.

— Почему?

— Потому что к тому времени уже знали, что я демон. — Рейз сказал это так небрежно, будто люди, воспитывающие детей-демонов, встречались на каждом шагу. Это, конечно, объясняло, почему Рейз так отличался от всех демонов, которых Слейк встречал. — Они любили меня, но были реалистами. — Он усмехнулся. — Они не хотели застать меня перегрызающим глотку свинье или что-то в этом роде.

Слейк мгновение изучал Рейза, затем его взгляд опустился на символы на руке, которые светились, когда медик оказывал помощь пациенту.　

— Почему у тебя появилась исцеляющая сила? Ты сказал, что у Семинусов есть врождённые способности, но зачем? Вы же демоны секса.

— Все Семинусы имеют одну из трёх способностей, наряду с врождённым умением соблазнять или зачинать детей. — Голос Рейза стал ниже, как будто разговор о сексе спускал с цепи его инстинкты инкуба, и тело Слейка ответило: подскочила температура, член начал пульсировать. — Некоторые из нас могут пробираться женщине в голову и заставлять путаться что реально, а что нет, но эта сила также может и излечивать разум. Такой силой обладает Фантом. Его брат Тень может влиять на функции организма. Например, может запустить овуляцию. Но в границах медицины он может замедлить или убыстрить сердцебиение, увеличить выработку допамина, чтобы облегчить боль, и подобное дерьмо.

Да уж. Слейк имел врождённую способность контролировать кое-какое оружие силой разума, но окромя того, чтобы использовать эту способность на достойных смерти отморозков, он не мог придумать, как использовать эту способность в медицинских целях.　

— А у тебя какой дар?

— У меня такой же дар как и у Призрака, — ответил Рейз, его голос был по-прежнему низким и по-прежнему оказывал разрушающее воздействие на либидо Слейка. — Взрослые Семинусы, прошедшие перерождение, используют эту способность, чтобы убедиться, что сперматозоиды оплодотворят яйцеклетку, но до достижения этого периода мы можем использовать нашу способность в восстановлении повреждённых тканей. — Его рот сложился в сексуальную полуулыбку. — Естественно, наш дар работает и в обратную сторону. Очень удобное оружие.

— Я заметил, — сухо произнёс Слейк, вспомнив того оборотня в переулке. — Это было потрясающе.

Рейз, наконец, обошёл кофейный столик и плюхнулся в мягкое зелёное кресло, которое ничему не соответствовало в этой комнате, кроме как разукрашенному столбику около спальни Фейли.

На мгновение воцарилась уютная тишина, но постепенно между Рейзом и Слейком начало сгущаться напряжение. Слейк поделился секретом, о котором никому, кроме Гюнтера, не рассказывал, но остался ещё вопрос с Фейли.

Рейз заслуживал правды. Но как только Слейк открыл рот, заговорил инкуб.

— И что теперь? — спросил Рейз. — Я никогда… — Он замолк, глубоко вдохнул и начал заново: — Я никогда прежде не оказывался в такой ситуации.

— В какой ситуации?

— В той, где я кого-то хочу. — Когда щёки Рейза покрылись румянцем, ярче стали выделяться веснушки. Но не было ничего невинного в его пристальном, полном обещания взгляде. — Ну, знаешь, для большего… чем просто секс.

Проклятье. Слейка сложно было шокировать, но уязвимость и эмоции в голосе Рейза поразили его до глубины души.

И напомнили о том, что он ублюдок, собирающийся разрушить мир Рейза.

— Думаю, — тихо произнёс Слейк, — прежде чем мы переключимся на эту тему, нам нужно поговорить о Фейли.

— Фейли? — Рейз тут же напрягся, его глаза сузились. — А чего о ней говорить? — прорычал он. — Она ушла. И если Призрак прав, мне не нужна женщина, пока я с тобой.

От мысли о том, что Слейк может обеспечить Рейза всем, что тому нужно, он содрогнулся от желания. Быть тем, кто поддерживает в нём жизнь и… да, он этого хотел. Очень сильно хотел.

Но это была всего лишь фантазия. Даже если бы они смогли остаться в прежних отношениях после того, как вскроется, что Слейк причастен к уходу Фейли, останется тот факт, что душа Слейка стала сморщенным вяленым мясом. Если он выживет в известной в некоторых демонических кругах Тьме, то может вернуться совершенно другой личностью. Из него могут выжать порядочность до последней капли. Рейз заслуживает лучшего.

Сжав кулаки так, что захрустели костяшки, Слейк задумался, а какого хрена он медлит. Оттягивание момента ничего не изменит, и он ведь всегда прыгал в омут с головой.

Просто нужно всё рассказать.

— Фейли ушла из-за меня, — выпалил Слейк.

Рейз усмехнулся.

— Поверь, дело не в тебе. Она ушла, потому что… — Он замер, как статуя гагрульи, что смотрела на них с книжной полки на противоположной стене. — Подожди-ка. Она сказала спросить тебя об её уходе. — Ледяная настороженность поселилась во взгляде Рейза, и Слейк почувствовал, как его сердце бухнуло вниз. Ему было ненавистно делать это — разрушать надежду Рейза на некое будущее. — Она сказала, что за ней кто-то следит. — Он откинулся в кресле, лишь лёгкая смена положения, но Слейк ощущал эмоциональный водоворот, как будто Рейз ударился о стену и ждал, что Слейк попытается её разрушить. — Что тебе об этом известно? Что ты от меня скрываешь?

— Я был с тобой не до конца честен. — Он встретился с Рейзом глазами, решив не облегчать себе признания. Он столкнётся с содеянным лоб в лоб. — Фейли была права. Кто-то за ней следил.

— Скажи, что это не ты, — процедил Рейз. — Скажи мне.

Слейку хотелось бы так сказать. Боги, да он бы всё отдал, чтобы так сказать.　

— Не могу, — прошептал Слейк. — Потому что это был именно я.

Рейз не мог это услышать правильно. Ни в коем случае. Но когда он сел напротив Слейка, в диком поиске осматривая выражение лица парня на признаки дурной шутки, ужасная правда ударила его как исподтишка.

Она сияла прямо в соблазнительных тёмных глазах Слейка.

Он шумно втянул воздух и с неверием в глазах уставился на Слейка. Сначала Фейли, а теперь… вот это. Казалось, что весь мир Рейза резко разрушился. Было больно. Боги, казалось, Рейзу вскрыли грудную клетку и одной из синисфер Слейка удалили сердце.

— О чём, чёрт возьми, ты тут треплешься? — прорычал Рейз. — Объясни. Живо.

Слейк поднялся, подошёл к окну и уставился на крышу соседнего гастронома.　

— Мы встретились не случайно, — начал он, и Рейз ощутил, как нутро завязывается в болезненный узел. — Я пришёл в Жажду в поисках Фейли.

Узел стал более болезненным.　

— Зачем?

Слейк на вдох поднял плечи и на следующий же вдох опустил. Может, Рейзу и показалось, но дыхание Слейка было затруднённым. Болезненным. И это отлично.　

— Помнишь, я рассказывал, что моя работа состоит в возвращении вещей?

Гнев рос, быстро и жарко.　

— Так то, что ты говорил в переулке в первую нашу встречу и на следующий день, когда пришёл ко мне в больницу… всё это было для того, чтобы подобраться к Фейли? Ты соблазнил меня, чтобы добраться до неё? — Когда Слейк ничего не ответил, Рейз зарычал: — Чёрт возьми, посмотри на меня!

— Нет. — Слейк развернулся. — То есть, да, но…

— Но что? — Ярость превращала кровь в пар, когда Рейз вскочил на ноги. — Но посчитал, что выполнишь задание, да ещё и повеселишься заодно?

На Рейза обрушились воспоминания обо всех разах, что Фейли умоляла его уехать отсюда, но он её проигнорировал. В конце концов, она почувствовала необходимость принятия решительных мер для отъезда, и всё из-за Слейка. О, естественно, она ещё и солгала ему о какой-то сумасшедшей связи, которой его к себе привязала, но сейчас Рейза эта проблема не волновала. Помимо этого было много о чём подумать. Слишком много предательства в один день. К тому же, Фейли сейчас здесь не было, а Слейк был здесь, и он ощутит на себе всю волну гнева Рейза.

— Сукин сын. Она уехала из-за тебя. Я думал, что она меня предала, а всё это оказалось из-за тебя.

В следующие несколько секунд дымка ярости затмила зрение Рейза, и он врезал кулаком Слейку в челюсть. Слейк отшатнулся, врезался в раскрашенный Фейли зелёным столбик. Вообще-то, она раскрасила их все, и Слейку, возможно, придётся встретиться с ними лицом.

Рейз снова замахнулся, но Слейк отскочил на безопасное расстояние и остановился перед телевизором.

— Рейз, выслушай меня. — Он поднял руки, демонстрируя, что ничем не угрожает, словно это успокоит Рейза, но к чёрту это. Единственное, что сейчас могло умиротворить Рейза, так это много крови на том ублюдке. — Да, я то ещё дерьмо, но и Фейли тебе врала.

— Да неужели? — Рейз приблизился к Слейку, желая претворить штуку с "больше крови" в жизнь.

— Да, правда. — Слейк прикоснулся ко рту, стёр кровь, от чего Рейз испытал громадное удовлетворение. Это было только начало. — Она суккуб…

— Я это знаю, — процедил он.

— А ты знаешь, что её вид — паразиты? — Слейк попятился, но Рейз продолжил наступать. — Они присасываются к хозяину и черпают его энергию. Думаю, она присосалась к тебе.

Слейк врезался в красный столб. Рейз приблизился.　

— Я это уже знаю. И сейчас мне на это плевать. Я думал, ты хотел меня. Думал… что между нами что-то есть. Я испугался, что причинял тебе в ту ночь боль, а ты всего лишь планировал поймать Фейли. Зачем? Куда? Ты собирался её убить?

Как бы сильно Рейз не злился на Фейли, он не хотел её смерти. Она обидела его непростительным образом, но он понимал, что для многих демонов идти против своей природы практически невозможно. Инстинкты — мощная штука, и чем больше в природе демона зла, тем меньше он может игнорировать эти низменные порывы.

— Убить её? — Слейк обнажил зубы в злой усмешке. — Мне бы понравилось свернуть ей шею за то, что бросила тебя прикованным тогда. Но нет, мне приказано было привести её живой и невредимой.

— И ты собирался, соблазнив меня, выполнить свою миссию. Мило. — Рейз бросился вперёд, схватился за куртку Слейка и вжал его в столб. Красный. Затем в синий. — Зачем? — Он снова ударил Слейка в столб, и парень охнул. Глаза заволокло дымкой боли, но Рейз был в очень сильном гневе, чтобы задаваться вопросом, почему небольшая грубость так ранила Слейка. — Объясни!

Рейз жёстко встряхнул Слейка, смакуя эхо от удара его тела о металл, смакуя как на его коже выступил пот. Рейз никогда не наслаждался чужой болью, но впервые чувствовал себя так, словно демон в нём воистину проявился. Как будто он растерял привитую приёмными родителями человечность и превращался в чудовище. В дальнем уголке сознания мелькнул стыд, но тут же был безжалостно отторгнут.

— Объясни мне, — прохрипел он, в голосе было столько гнева и ненависти, что он его не узнавал.

— Потому что, — начал Слейк, его глаза стали пустыми, будто погасли искры, — иначе я бы потерял свою душу.

Сквозь дымку ярости Рейз отчаянно пытался понять то, что Слейк говорил.

— Твою душу. Фигурально?

— Буквально, — прохрипел тот в ответ.

— Объясни. — Он крепче ухватился за куртку Слейка, готовый выкинуть того в окно, если он ещё раз солжёт.

— Начав работать в "Дир & Дайр", я подписал контракт. — Слейк тяжело сглотнул, мышцы горла заработали. Рейз уже видел их в действии, когда Слейк брал его возбуждённый член в рот, и инкуб мог поклясться, что более сексуального зрелища в мире не видел. А сейчас… сейчас он будто в ночной кошмар попал. — Я должен был выполнить сотню заданий и ни одного не провалить, иначе моя душа станет собственностью юридической фирмы. — Слейк сделал неровный вдох, и у Рейза появилось плохое предчувствие по поводу того, что он собирается сказать. — Фейли была моим сотым заданием.

Рейз шумно втянул воздух сквозь зубы и задумался, а может ли эта вся ситуация стать ещё хуже.

— То есть, ты говоришь, что тебе по-прежнему нужно выследить её.

— Нет, всё кончено. — Слейк привалился к столбу, будто его покинула последняя капля энергии. — Я провалил задание. Час назад моя душа стала принадлежать фирме. Поэтому, Рейз, делай со мной всё, что хочешь. Для меня это больше не имеет значение.

О… о боги. Душа Слейка больше ему не принадлежала? Рейз знал, как это работало: душа продолжала жить в теле хозяина до его смерти, а затем немедленно вынуждена была перейти к другому владельцу. А новый владелец мог издеваться над душой, поглотить, мучить, продать… и ещё миллион всяких вещей, которые не были приятны.

Дрожащими руками Рейз отпустил Слейка и отступил. Разум дрожал как руки.　

— Вот дерьмо, — выдохнул он. — Я не знаю… не знаю, что сказать.

— Прости. — Слейк не двигался, просто опирался на столб, его плечи поникли, взгляд был устремлён в пол. — Я должен всё прояснить. Мне нужна была Фейли, но затем я узнал тебя и… мы трахнулись. Рейз, я пытался из этого вылезти. Звонил боссу, просил другое задание. Я не хотел причинять тебе боль. — Он поднял голову, гнев начал поглощать печаль в его глазах. — Но я по-прежнему хочу найти её и заставить заплатить за то, что она с тобой сделала.

Долгое время Рейз стоял, ошеломлённый всем, что только что произошло, но не было ничего удивительнее, чем этот большой, сильный мужчина, который настолько о нём заботился, что собирался выследить того, кто причинил Рейзу боль. С тех пор, как не стало родителей, к Рейзу никто так не относился.

Слейк потянулся к нему, и Рейз закрыл глаза, позволив тому положить тёплую ладонь на щёку.　

— Пожалуйста, — прошептал Слейк. — Прости меня. Мне так жаль.

Ему было жаль. За то, что пытался спасти свою душу. Рейз накрыл ладонь Слейка своей.　

— Хотелось бы мне, чтобы ты рассказал всё раньше.

— Я… — Слейк закричал от боли.

— Слейк? — Рейз схватил его, но Слейк рухнул на пол как подкошенный. — Слейк!

Слейк корчился на полу, его лицо было бледным, тело извивалось от агонии.　

— Больно, — прохрипел он.

Рейз опустился на колени на пол и применил свою целительную силу.　

— Что болит? Слейк, поговори со мной.

Он схватил Слейка за запястье и пустил свою силу в его тело, но не смог ничего найти. Что ж, никакого вреда, кроме того, что сам Рейз ему причинил. Он залечил ушибы и порезы, но с таким же успехом можно было наложить повязку на отрубленную голову, потому что Слейка по-прежнему корчило на полу, а кожа его стала ещё белее.

— Моя… душа, — проговорил Слейк между вздохами. — Дайр… её мучает.

— Он может это делать?

— Он Кромсатель Душ. — Слейк застонал, стиснул зубы, когда его накрыла ещё одна волна боли. — Очень могущественный.

Рейз никогда не слышал о том, чтобы у кого-то было такое влияние на душу, пока она ещё в теле хозяина, но, опять же, он не знал всех демонов из преисподней.

— Что я могу сделать? — Рейз отчаянно хотел помочь, но, проклятье, он не видел способов. Его убивала беспомощность, и всё, что он мог сделать — это сидеть и наблюдать, как мужчина, в которого он влюбился, корчился в страданиях.

— Ничего, — прохрипел Слейк. — Чёрт возьми.

Отказываясь верить в это, Рейз обнял Слейка и удерживал, утихомиривая сильные спазмы. Кожа Слейка становилась то холодной, то горячей, то влажной, то сухой, а звуки, которые он издавал… чёрт возьми, они разрывали сердце. Казалось, это длилось вечно, но в конце концов, Слейк затих и буря прошла. Рейз осторожно положил его на пол и достал из холодильника банку содовой, полагая, что немного сахара Слейку сейчас не помешает.

К тому времени, как Рейз вернулся в гостиную, Слейк прислонился уже к дивану и выглядел в миллион раз лучше, хотя в глазах ещё оставалась кровавая пелена, а кожа была слишком бледной.

— Вот, возьми. — Рейз протянул ему колу, но Слейк поставил её на колено и смотрел на неё так, будто это самая ценная вещь в мире.

Когда он поднял взгляд, печаль в его взгляд разрывала Рейза на части.

— Мне лучше уйти. Всё становится только хуже.

— Насколько хуже? — Когда Слейк не ответил, Рейз повторил вопрос.

— Это может меня убить, — тихо ответил Слейк.

Сердце Рейза пропустило удар. Второй. Страх сжал этот орган ледяной хваткой, и так продолжалось до тех пор, пока он не призвал каждую капельку жаркой ярости, чтобы запустить сердце и снова заговорить.

— Брехня, — рявкнул он, а потом почувствовал себя едва ли не куском дерьма за то, что кричал на парня, который был в таком состоянии. Из-за жизни. Из-за босса. Из-за Рейза. — Прости, Слейк. Но я не могу позволить тебе пройти через это в одиночестве. И будь уверен, я не позволю тебе умереть.

Слейк печально улыбнулся.

— Не думаю, что тебе это под силу.

О, нет. Точно фигня. Может, Рейз и не мог исцелить его своей силой, но полностью беспомощным он не был. Не с его связями. В его распоряжении были ресурсы, которые Слейк даже не осознавал.

Рейз поднялся и протянул Слейку руку.

— Пошли. Мы отправляемся в больницу.

Слейк покачал головой.　

— Ты не сможешь исправить это с помощью медицины. Посмотри правде в лицо. Если только ты не в хороших друзьях с моим боссом или с самим Сатаной, то я в полной заднице.

Нет, Слейк не был в полной заднице. Но Рейз мог всё исправить или сделать всё ещё хуже.

Позже станет известно. А сейчас… нужно спасать душу.

— Ладно… и что мы забыли в Центральной Клинике Преисподней? — Слейк шёл рядом с Рейзом по извилистым коридорам заведения, расположившегося в метро Лондона. Он никогда раньше здесь не был, но считал своё нахождение здесь отличным вариантом на случай, если снова начнётся агония души.

Дайр оказался таким засранцем.

— Мы здесь, потому что я попросил об одолжении, — ответил Рейз, звуча при этом слишком резко для того, кто шёл рядом с обречённым парнем.

Слейк мгновенно подозрительно прищурился, когда они завернули за угол.

— И что за одолжение?

Рейз поприветствовал прошедшего мимо, одетого в медицинскую форму рогатого демона, а затем повернулся к Слейку.　

— Богохульство — один из врачей, работающих в клинике, соединён с Королём Ада. Может, он способен что-то сделать с твоей душевной проблемой.

Слейк рассмеялся, но ситуация была совсем не забавной.　

— Ладно, хорошо. Пара Сатаны — доктор.

— Сатаны нет. — Рейз замедлился, когда они подошли к открытой двери в смотровую палату. — Призрачный ангел по имени Ревенант выпнул его и занял место в Шеуле.

Слейк остановился посреди коридора и уставился на Рейз. Тот выглядел абсолютно серьёзным. По крайней мере, верил в то, что говорил. Может, из-за комы что-то в его голове повредилось?

— Хочешь сказать, что Сатана не только реален, но и мёртв? — Слейк пытался произнести это не совсем как не верящий придурок, но всё же… — И ты это знаешь… откуда?

— Длинная история, но если коротко, то да, Сатана реален. — Рейз указал Слейку на вход в палату. Он всё ещё был в той одежде, которую Слейк принёс ему в больницу, и демону пришлось признать, что Семинус выглядит в джинсах гораздо восхитительнее, чем он представлял. — Но он не умер. Он заключён на тысячу лет. — Рейз вошёл за Слейком и вёл себя так, словно находится в своей квартире. — Вот почему в Шеуле так много массовых волнений. Лишь немногие знают правду. Чёрт, да большая часть демонического населения такие же невежды, как ты. Они считают Сатану мифом, как люди мифом считают Бога.

Вообще-то, большую часть жизни Слейк не верил ни в Сатану, ни в Бога. Но в один прекрасный день повстречал падшего ангела и всё переосмыслил. Если существовали падшие ангелы, значит, существовали и ангелы, а следовательно, и Рай. А если существовал Рай, то, быть может, существовал и бог, который его создал. Но всё же… трудно было переварить информацию о существовании Сатаны.

— Ладно, допустим, что ты говоришь правду. Сатану выпнули из Шеула и этот парень… Релевант? Реверент?

Рейз рассмеялся и закрыл дверь.

— Ревенант.

— Ревенант. — Слейк сложил руки на груди и подыграл, хотя и почти соблазнился позвать Призрака, чтобы убедиться, что у Рейза нет последствий от трёхдневного лежания в больнице. — Ладно, так Ревенант заведует Шеулом. Ты действительно считаешь, что парень, который настолько могущественен, что победил самого Сатану, поднимет свою жопку злодея с кирпичного трона и отправится в какую-то идиотскую клинику, чтобы помочь какому-то незнакомцу? И даже если бы он так поступил, где же вся та штука про заключение сделки с дьяволом?

Дерзкая улыбка Рейза заставила Слейка немного внутренне содрогнуться. Боги, как же он хотел его поцеловать прямо здесь и прямо сейчас, но по-прежнему не был уверен, что они находятся именно в таких отношениях.

— Я слышал, что у него трон из костей, — легко заметил Рейз, как будто они не говорили о грёбанном владыке Ада, — а не из кирпичей. И какой бы ты сделал выбор? Твоя душа уже отдана ублюдку, который творит с ней черти знает что.

— Верно, но Дайр управляет юридической фирмой, может и самой могущественной, но речь сейчас о Сумеречном Ангеле, который правит Шеулом.

— Я всё ещё слышу в твоём голосе скепсис.

— Разве? А сейчас ты мне расскажешь, что Мрачный Жнец, Санта-Клаус и Четыре Всадника Апокалипсиса тоже существуют.

— Ну, — начал Рейз, такой дерзкий и прекрасный, — насколько мне известно, Санта — полная фигня, а вот Мрачный Жнец существует. Его зовут Азагот. И Всадники заглядывают в больницу. Они довольно круты, но могут стать настоящими засранцами, если ты им не понравился. Лучше не иметь их во врагах.

Слейк закатил глаза. Рейз с ним был абсолютно солидарен.　

— Послушай, знаю, ты хочешь мне помочь, но я не знаю, что…

Дверь резко распахнулась, и в палату вошёл огромный парень в коже. Длинные чёрные волосы спадали на плечи такие широкие, что он едва протиснулся в дверной проём. С каждым шагом массивные ботинки со зловещими металлическими когтями на носах грохотали как небесный гром, и Слейк мог поклясться, что комната содрогнулась.

— Рейз, — произнёс он. — Сюрприз, приятель. Бласфем передала, что ты хотел со мной поговорить. — Он глянул на часы. — Давай к сути дела. У меня игра в сквош с Найтлашем. — Он улыбнулся самой жуткой улыбкой из тех, что видел Слейк. — В буквальном смысле. Проклятье, люблю свою работу.

— Ревенант. — Рейз указал на Слейка, которому внезапно захотелось попятиться из палаты на выход. — Это Слейк.

В ту секунду, как Ревенант сфокусировал взгляд тёмных глаз на Слейке, все сомнения улетучились. Этот парень обладал реальной силой, от которой внутренности Слейка начало скручивать. Вот дерьмо. А точнее, нечестивое дерьмо.

— Нам нужно, чтобы ты купил его душу, — продолжил Рейз. — Ну, если пожелаешь.

— Подожди, что? — спросил Слейк поражённо. — В этом твой план? — И так плохо, что сейчас душой владеет Дайр. Что с ней сделает владыка Ада?

Вот дерьмо.

Ревенант и Рейз проигнорировали Слейка.

— И зачем мне это делать? — спросил Ревенант.

— Сатана покупал души, — заметил Рейз. — Я надеялся, что ты тоже этим занимаешься.

— Сатана был тем ещё придурком. Я делаю всё по-другому. — Ревенант глянул на Слейка. — Так почему ты хочешь продать мне свою душу?

Рейз ответил быстрее, чем Слейк смог открыть рот.　

— Потому что он продал свою душу Жнецу Душ…

— Как это тупо.

— Ага, — без промедления ответил Рейз, — мы с этим согласны. В любом случае…

— Нет, реально тупо. — Ревенант прислонился к дверному косяку и смотрел то на Рейза, то на Слейка. — Мне всё очевидно. Не продавай свою душу. Серьёзно. Кто так делает? Какого чёрта?

Чувствуя себя отчитанным как школьник, Слейк потёр лицо.　

— Да, знаю. Чертовски глупо. Я это понимаю. И сожалею. Но сейчас мне нужно…

От низкого голоса Ревенанта вся комната завибрировала.　

— Тебе нужен тот, кто потребует твою душу у Жнеца Душ и разорвёт с ним все сделки, и надеешься, что я буду щедрее того парня. Я прав?

Помимо раздражающей привычки перебивать, Ревенант, казалось, всё правильно сложил воедино.

— Да, похоже, это надежда.

— Угу. — Ревенант материализовал себе бутылку с текилой и сделал глоток. — Ты довольно сильно рискуешь, учитывая, что я Король Ада.

Рейз приподнял бровь.　

— А ещё ты ангел.

— Как и Сатана.

— Сатана был падшим ангелом.

Боги, этот разговор такой сюрреальный. У Слейка было ощущение, что если он переживёт эту ночь, то на утро проснётся с вопросом, а было ли всё это на самом деле.

— А ты считаешь, что мой статус ангела играет какую-то разницу? — спросил Ревенант, но это прозвучало больше заинтересовано, чем раздражённо, что означало, что есть какой-то положительный шанс. — Я родился и был воспитан в Аду. Кровь Сатаны течёт по моим венам. Что заставляет тебя думать, что душа Слейка у меня будет в большей безопасности, чем у того Жнеца?

Слейк посмотрел на Рейза.　

— А он дело говорит. Может, это плохая идея.

Ревенант рассмеялся и хлопнул Слейка по спине.　

— Чувак, ты такой доверчивый. Не то чтобы я не любитель медленно разрывать кого-то от ногтей на ногах до фолликул на голове, но зачастую делаю это только с теми, кто заслужил. — Он сделал драматическую паузу. — Ты же ведь этого не заслужил, а?

— Я… нет. — Ну, может, но чёрта с два он об этом скажет.

Ревенант со злорадным ликованием хлопнул в ладоши.　

— Тогда давайте так и поступим. — В воздухе прямо из ниоткуда появился пергамент и перо, с которого капала кровь. — Подпиши под пунктирной линией и твоя душа принадлежит мне. — Он добавил злорадный смех для пущего эффекта, который сработал гораздо лучше, чем хотелось бы Слейку, потому что по спине вверх и вниз начали бегать мурашки.

— Рейз? — произнёс Слейк, нуждаясь в его одобрительном кивке.

— Всё будет хорошо, — проговорил Рейз. — Обещаю.

Слейк прочитал документ, который был простым и понятным. Ревенант будет владеть его душой и если захочет, то может подтирать ей зад. И да, там реально упоминалось о туалетной бумаге.

Слейк нацарапал свою подпись, и пергамент с пером исчезли.

— И что теперь?

— Теперь ты мой.

— Уверен? — Слейк похлопал по своему телу, как будто руками мог ощутить душу. — Не чувствую никаких изменений.

— А ты хочешь почувствовать разницу? — спросил Ревенант. — Ну, если ты любишь боль, я по доброте душевной могу тебе её обеспечить.

Слейк в этом не сомневался, поэтому просто ответил:

— Нет, но всё равно спасибо.

— Ещё бы. И не беспокойся, ты ощутишь все побочные эффекты так долго, пока твоя душа принадлежит мне. — Он пошевелил бровями. — Если только меня не разозлишь. — Ревенант открыл дверь. — А теперь, если не возражаете, у меня назначена встреча с доктором, который обещал мне полное обследование перед подавлением восстания Найтлашей.

Он ушёл, но то, что сказал, дало Слейку хорошую идею. По крайней мере, он так считал. Рейз только что дал ему бесценный подарок — новую жизнь, — потому что знал, что теперь не будет страдать по любому капризу того ублюдка.

Не давая себе шанса передумать, он запер дверь, развернулся к Рейзу и прижал того к стене.

— Что ты делаешь? — спросил Рейз, но уже часто дышал и своими инстинктами инкуба ощущал желание Слейка. Да, он точно знал, что Слейк делал, но тот решил подыграть.

— Делаю обследование. — Слейк улыбнулся, расстёгивая штаны Рейза и спуская к коленям. — Мы должны выяснить была ли та ночь случайностью.

Практически дрожа от нетерпения, он обхватил член Рейза и начал медленно и лениво ласкать. Инкуб был настолько твёрд, что Слейк ощущал пульсацию в ладони, совпадающую с биением его сердца.

Голос Рейза стал низким и хриплым, эротической волной проходя через Слейка.

— Умно.

— Так ты одобряешь мой план?

— О, чёрт, да, — прошипел Рейз, когда Слейк взял его возбуждённый член в рот, слизывая выступившую на головке капельку смазки. Пряный, сочный вкус афродизиака, который был уникальной особенностью вида Рейза, пощипывал язык и обволакивал горло. За несколько секунд ощущение охватило всё тело, и когда Рейз запустил пальцы ему в волосы, прострелило до самого паха. — На самом деле, — хрипло выдохнул Рейз, — мне кажется, что необходимо провести полный набор исследований.

И Слейк решил, что это очень и очень хорошая идея.

Оказалось, что способность кончить со Слейком не случайность. Рейз и Слейк протестировали эту теорию за сутки ещё несколько раз с перерывами на приём пищи и душ. А на двадцать пятом часу им позвонила доктор Шакван. Она сделала заклинание, чтобы раскрыть созданную Фейли связь, и как побочный эффект, он мог её ощущать. Ощущение было расплывчатым, как жужжание в груди, становящееся сильнее, когда он шёл в верном направлении. Они нашли её в Амстердаме, как и говорил Слейк, и Рейз смог привести их прямо к её двери.

Рейз не знал, почему удивился, что она живёт в съёмной квартирке недалеко от райончика красных фонарей, но может всё дело в том, что она решила спрятаться в чуть менее очевидном месте. Суккуб на Улице Красных Фонарей в Амстердаме… как оригинально.

Хотя, такое клише должно было сработать. Даже Слейк признался, что не заглянул бы сюда, если бы не помогло Кладбище Апостолов. Когда они вежливо постучали в дверь её квартиры, Слейк положил руку на кинжал на бедре и пробормотал несколько грубых слов на незнакомых Рейзу языке, а затем:

— И насколько глупый суккуб решил спрятаться в самом сексуальном центре города?

Рейз усмехнулся.

— Ты просто злишься, что не решил сначала заглянуть сюда.

Слейк зыркнул на него, но понимал, что Рейз прав, поэтому снова выругался. Рейзу это нравилось. Фейли исчезла из его жизни и угрожала заставить его ожидать секса. Но Слейк… всего лишь пару часов назад он накрыл тело Рейза своим, придвинулся губами к его уху и поклялся, что инкубу больше никогда не придётся беспокоиться о том, чтобы получить, что ему нужно. Слейк пообещал всегда быть рядом. Рейз от этого воспоминания едва не застонал, а проклятый член снова ожил. Только шум по другую сторону двери уберёг Слейка от того, чтобы быть прижатым Рейзом к стене и зацелованным до беспамятства. Дверь распахнулась, и Фейли, изумлённо ахнув, попыталась захлопнуть её, но Слейк большой ногой протиснулся в створ. От демона волнами исходила угроза, но он позволил Рейзу вести переговоры с суккубом, которая была бледной, как задница пещерного тролля, и с недоверием пялилась на парочку.

— Что ты здесь делаешь? — её голос дрожал, и Рейз ощутил извращённое наслаждение, что впервые слышит, чтобы она говорила так неуверенно. — Как вы меня нашли?

— Забавно, — прорычал Рейз, входя в квартирку, заставив Фейли попятиться. — Понимаешь, я многое узнал о том, как твой вид прикрепляется к своему хозяину и питается сексуальной энергией. Я не поверил, когда мне об этом рассказала другая суккуб, но заклинание разоблачения всё прояснило. Я чувствую эту ниточку, которая, кстати говоря, и привела нас к тебе.

Сердце Фейли так сильно заколотилось, что Рейз слышал этот стук. Может, всё дело в заклинании, давшем ему способность ощущать суккуба, либо всё дело в том, что сейчас она была ужасно напугана, в любом случае, ему было плевать. Фейли оказалась выбитой из колеи и загнанной в угол, и Рейз именно этого хотел.

— Рейз, я… Ты не должен был об этом узнать. Как демон секса ты имел достаточно энергии, чтобы предоставить мне, и…

— Заткнись, — рявкнул инкуб, не желая больше слушать её ложь или извинения. — Ты меня предала. — Он ткнул пальцем ей в ключицу, вынуждая сделать ещё шаг назад. — Насиловала меня. После стольких лет вместе ты не считала, что я заслуживаю правды? В чём состоит эта правда?

Фейли указала рукой на Слейка, который закрыл дверь и отрезал ей путь к побегу.

— А почему бы тебе у него не спросить, раз уж он так много обо мне знает. Он тебе рассказал, что является наёмником или охотником за головами? Что он сблизился с тобой, чтобы добраться до меня?

— Ага, рассказал. И для этого ему не потребовалось тридцать лет.

Фейли зашипела на Слейка, на кончиках пальцев выступили когти.

— Хочешь правды? — внезапно выкрикнула она. — Как насчёт такой правды? Если бы ты меня послушался, если бы уехал, когда попросила, мне бы не пришлось взрывать "Жажду". Я бы никогда…

— Что ты сделала? — Рейз уставился на неё, не веря в то, что только что услышал. — Что ты только что сказала?

— Ты всё слышал. — Фейли упрямо вздёрнула подбородок, и Рейз осмотрел её красивое лицо в поисках чего-то — чего угодно — что опровергнет её слова, но ничего не нашёл. Вообще-то, её тёмные глаза светились злой гордостью.

Ярость и боль предательства превратили дыхание Рейза в хрипы, и ему пришлось сжать руки по бокам, чтобы не наброситься на Фейли и не придушить её на месте.

— Зачем? Зачем ты это сделала? — В виске застучало, зрение подёрнулось дымкой, предупреждая, что он на грани дикой ярости. — Фейли, ты убила людей!

— Это был единственный способ оторвать тебя от той чёртовой работы. Ведь из-за своих работ ты не хотел уезжать, да? И та Лекси была стервой. Боги, она заслужила смерти.

Рейза затрясло от ярости. Фейли поистине считала, что то, что совершила, правильно.

— Ты и ЦБП планировала взорвать? Это была твоя следующая цель?

Она громко вздохнула.

— У меня не было настолько далеко идущих планов. Я думала, что после взрыва "Жажды" ты передумаешь и уедешь со мной. Рейз, мне нужно было оттуда убраться. Мой народ напал на мой след. Они прислали его. — Если бы взглядом можно было убить, Слейк сейчас бы упал замертво.

Слейк бросил на Рейза раздражённый взгляд.

— Могу я её сейчас прикончить?

Рейз и сам жаждал это сделать. Но у него были вопросы, и прежде чем кто-то из них пронзит чёрное сердце Фейли, он хотел получить ответы. И всё же он вцепился в её горло, поднял над полом и припёр к стене.

— Фейли, что происходит? — Позволив гневу охватить его второй раз за множество дней, Рейз прорычал ей в лицо. — Ты говорила, что убегаешь от своего народа, потому что хочешь свободу. Это было тридцать лет назад. А сейчас что им от тебя нужно?

Фейли вцепилась в его руки острыми когтями, но Рейз проигнорировал боль и сжал её горло сильнее, пока суккуб не прохрипела:

— Они хотели вернуть меня, потому что королева умерла. — Она втянула воздух. — Я следующая в очереди на трон.

Рейз уставился на неё.

— И что же, ты, вроде как, принцесса?

— Я принцесса, — Фейли закашлялась и Рейз чуть ослабил давление. Совсем немного. Лишь настолько, чтобы она смогла продолжить разговор. Он перекроет ей кислород позже. — Я просто хотела быть обычной. Соединиться с мужчиной, как любая уважающая себя суккуб, а не править королевством и рожать один за одним детишек. — Фейли посмотрела на него, но взгляд был отстранённым, подёрнутым дымкой, затерянным в том месте, куда не мог последовать Рейз. — Рейз, я рассказывала тебе о своих владениях? Рассказывала, что там лишь чёрный и серый цвет, и даже воздух цвета тумана? А человеческий мир такой яркий, и когда я встретила тебя, то поняла, что выиграла джекпот. — Её губы, о которых мечтали многие мужчины — люди и демоны, — тронула тоскливая улыбка. — Немногим из нас улыбается удача сойтись с инкубом. И вся эта сексуальная энергия… — Фейли вздрогнула, в её глаза вернулся свет, который разгорался всё ярче, будто она ощущала поблизости секс. — Но теперь я на пути к дому. Я займу трон. Я здесь, чтобы в последний раз ощутить человеческие радости.

Рейзу было ненавистно осознавать, что он понимает Фейли, потому что сам с момента полового созревания хотел лишь быть нормальным. И даже не нормальным гетеросексуальным демоном Семинусом. Для Рейза быть нормальным означало иметь отношения с кем-то, с кем он мог разделить жизнь и постель. С кем мог поговорить. Кто хотел бы его так же сильно. Нормальным он был… со Слейком.

Рейз очень медленно отпустил Фейли, но если она подумала, что он с ней закончил, то её ожидал огромный сюрприз. Инкуб оглянулся на Слейка, кивнул в знак понимания и вытащил телефон.

— Ты планировала меня отпустить? — спросил Рейз, глядя Фейли в лицо.

Стыд окрасил румянцем её щёки.

— Что я могу сказать? Я люблю тебя так сильно, как вообще могу что-то любить, Рейз, но я демон.

— Как и я, но я же не…

Фейли оборвала его речь взмахом руки.

— Знаю-знаю. Ты не высасывал ни у кого энергию. Отлично. И что дальше?

Прежде чем Рейз смог среагировать, Фейли поцеловала его, просунула язык между зубов, притянула его тело к себе. Она не целовала его так с тех пор, как впервые они были вместе, когда Фейли помогала ему проходить трансформацию. Рейз вспомнил всё, как будто это было вчера, ощутил шипящую энергию, присущую только поцелую суккубу. В воздухе завибрировало грозное, собственническое рычание. Тело Рейза внезапно на него отреагировало, словно на брачный зов. Слейк.

Фейли разорвала поцелуй и отступила, неуверенно улыбнулась Рейзу. А вот Слейк сократил расстояние между ними, вытащил из ножен под плащом кинжалы и одарил суккуба смертельно опасным взглядом. Чёрт, а это сексуально.

— Всё кончено, — Фейли не сводила взгляда со Слейка. — Мои привязки к тебе разрушены.

Здесь разрушились не только они. Рейз однажды доверился Фейли, но она разрушила его веру. Когда-то он о ней заботился, но и это она разрушила. Он считал, что на протяжение тридцати с лишним лет между ними существовало взаимное уважение. Суккуб пошатнула всё.

— Скажи, если совет только после смерти королевы принялся тебя разыскивать, то почему мы постоянно переезжали? Твой народ не кочевой же?

Фейли достала из чаши на стойке конфетку и закинула себе в рот, как будто теперь, когда она разорвала связь, всё между ними с Рейзом было в порядке.

— О нет же, мой народ — кочевники, — ответила Фейли, — но не по этой причине я настаивала на переезде каждые несколько лет. Мой народ всегда меня искал, просто до смерти королевы поиски не были такими активными. — Она громко хрустнула конфетой. — И сейчас, если только ты не собираешься меня прикончить, меня ждёт район красных фонарей для сбора урожая мощной сексуальной энергии. Так что проваливайте.

— Детка, — вмешался Слейк скрежещущим как гравий голосом, — убраться придётся отсюда тебе.

Быстрым движением — таким, что даже Рейз не заметил, пока всё не было кончено, — Слейк выпустил в горло Фейли дротик, который проник так сильно, что кровь брызнула на рябую плитку.

— Какого чёрта, — заверещала Фейли, вцепившись в горло удлинившимися как у тигрицы когтями, а затем её тело обмякло.

— Поторопись! — крикнул Рейз Слейку. Он подхватил Фейли, положил её на пол, а Слейк обмотал её лодыжки верёвкой, которая, как он поклялся, сдержит такого суккуба, как эта. Фейли бросилась на Рейза, ударила в челюсть. Боль от удара прошила от подбородка до мозга.

Взревев, как проснувшийся после спячки вер-медведь, Слейк схватил её за запястья, обмотал верёвкой и перевернул Фейли лицом в дешёвый ковёр. Суккуб приглушённо материлась. Слейк и Рейз поднялись и уставились на дело своих рук.

— Ты позвонил? — спросил Рейз.

— Ага. В любую минуту здесь будут Агенты Правосудия.

Отлично. Агенты Правосудия — полиция в мире демонов, и ничего для них не может быть приятнее, чем бросить королевскую особу за решётку. Рейз убедится, что Фейли заплатит за всё, что она сделала в "Жажде", и насладится каждой минутой.

Слейк повернулся к нему, и внезапно всё его веселье сменилось беспокойством.

— Ты ранен. — Он протянул руку и нежно провёл большим пальцем по его челюсти, и Рейз вздохнул с наслаждением, которое стёрло ту боль, что причинила Фейли.

— Я в порядке, — ответил инкуб. — Теперь мне кажется, что я всегда буду в порядке.

Слейк улыбнулся.

— В таком случае, настало время разобраться с Фейли.

— Я тебе нужен для этого?

— Нет. — Слейк притянул Рейза к себе. — Жди меня в своей квартире. И мне хочется, чтобы ты был обнажён.

На это был только один ответ.

Да.

Впервые в своей жизни Слейк шёл в штаб-квартиру "Дир & Дайр" в Нью-Йорке без малейшего трепета. Он был готов с боем пробираться к лифту, но на удивление администратор на входе без споров отправил его на этаж босса. Пока всё было хорошо.

Когда Слейк вышел из лифта и направился в офисы Большого Босса, его остановил ассистент Дайра с козлиными рогами. Вполне ожидаемо.

— Вам придётся подождать. Мистер Дайр…

— Укуси меня. — Слейк оттолкнул ассистента и ворвался в кабинет Дайра.

Дайр поднял взгляд, но если и был раздражён вторжением, то виду не подал.

— Слейк. Какой сюрприз. — Он улыбнулся, сверкнув острыми зубами. — Удивительно, что ты не выблёвываешь внутренности от боли из-за потери души.

Вот козлина.

— Что ж, а как насчёт ещё одного сюрприза? — Слейк подошёл к столу, упёрся кулаками в блестящую дубовую поверхность и наклонился вперёд. — Я. Увольняюсь. — И подумав, добавил: — Засранец.

Дайр закатил чёрные как нефтяные пятна глаза.

— Ты не можешь уволиться. Ты принадлежишь мне.

— Если говоришь о моей душе, то, что ж, даже если бы это было правдой, ты всё равно не смог бы остановить меня от увольнения. Не важно, кто владеет моей душой, моё тело принадлежит по-прежнему мне.

Смоляные озёра в глазницах Дайра окаймились красным. Дайр не обладал терпением, его внутренний демон любил поиграть. Вероятно, настало время утихомирить ситуацию. Чуть-чуть. Слейку нужно, чтобы парень побеспокоился о том, что он запланировал.

— Я убью тебя и вырву душу задолго до того, как позволю тебе уволиться.

Что за придурок.

— Ты же понимаешь, что когда твои подчинённые тебя боятся, они черту не переходят, а?

— Если не хотят, чтобы я содрал с них кожу. — Дайр широко улыбнулся, и Слейк мог поклясться, что зубов у того во рту гораздо больше нормы. А ещё они очень острые. — Или вырвал души.

— Да, кстати о…

В комнате появилась серебряная вспышка, и тут же в помещении оказался Ревенант, расправивший за спиной огромные чёрные крылья, в которых было немного серебристых и золотистых перьев. Если бы Слейк уже не был знаком с парнем, то испугался бы до усрачки. А так он просто немного отодвинулся назад, чтобы не оказаться при взмахе сбитым крылом.

— Итак, — начал Ревенант, его голос гремел такой силой, что на полках задребезжали дорогие побрякушки, — похоже, когда у тебя есть душа, ты получаешь сигнал об опасности. — Ревенант хмуро глянул на Дайра. — Что ты с ним сделал?

Дайр поднялся на ноги.

— Кто ты, чёрт возьми?

Ревенант бросил на Слейка разочарованный взгляд.

— Ты и вправду отдал этому придурку свою душу?

Внезапно кожа Дайра стала чёрной, на голове появились рога, которые принялись удлиняться, пока само тело приобретало огромные размеры. Слейк очень медленно потянулся под куртку за бладблейдом — оружием Дуососов, которое может носить только мужчина.

— Ты смеешь меня оскорблять? — взревел Дайр. — Да ты хоть знаешь кто я? Что я?

Губы Ревенанта искривила настолько холодная улыбка, что понизила температуру в кабинете.

— Ты действительно считаешь, что мне есть до этого дело?

Все опасные предметы в кабинете пришли в движение и нацелились на Ревенанта. Размытым движением пришла в действие куча разных тупых предметов, и всё это вонзилось в тело ангела. А когда всё закончилось, Ревенант просто цыкнул и всё вернулось к прежнему: одежда перестала дымиться, кровь пропала и даже дырок не осталось.

Чёрная кожа Дайра стала пепельной.

— Какого…

Ревенант поднял Дайра над полом. И насколько мог сказать Слейк, Рев использовал Силу, потому что парень и мускулом не пошевелил.

— Поговорив со Слейком, я кое-что о тебе разузнал. Кажется, ты был довольно близок с Сатаной. Он позволял тебе делать всё, что вздумается с душами, которые ты собирал, до тех пор, пока ты отдаёшь ему всех своих дочерей. Всё так?

Дайр перестал бороться за воздух, чтобы прохрипеть:

— Да. Я… я предложу тебе такую же сделку.

От смеха Ревенанта кровь застыла в жилах Слейка.

— Ты предложишь мне сделку. Серьёзно? Просто с того места, где я стою… хм, а я ведь стою. А ты болтаешься в воздухе и как-то слабо борешься за жизнь. Давай сначала. — Он ударил Дайра в стену, от чего затряслись произведения искусств, картины и призы Дайра — награды и сертификаты в рамках. Когда парень поднялся на ноги, Ревенант на него посмотрел. — Вот какую сделку я тебе предложу. Верни все души, которые ты ещё не продал и не использовал для своих мерзких целей, и закрой свою юридическую фирму.

— А что получу я? — прохрипел Дайр.

— Жизнь.

Дайр изумлённо уставился на Ревенанта.

— С ума сошёл? Я не могу закрыть своё дело ради ничего! — Дайр скользнул рукой за спину. Слейк открыл рот, чтобы предупредить Ревенанта, но в этом не было необходимости.

Дайр взорвался. Просто… взорвался облаком мелкого красного тумана, который распылился в кабинете отвратительным покрывалом запёкшейся крови.

Ревенант вздохнул.

— В последнее время приходится частенько такое делать.

Вот… дерьмо.

— Что? — пробормотал Слейк. — Взрывать людей?

Ревенант кивнул.

— Оказывается, когда занимаешь должность в Аду, люди не начинают трепать: "Эй, он изгнал самого Сатану, значит он просто "супер ублюдок". Они говорят: "Эй, ему, должно быть, очень повезло, так что давайте проверим не сможем ли его уничтожить". — Ревенант пожал плечами. — Взрывать людей — хороший способ массового сообщения.

— Никогда не буду тебя злить.

— Умно. — В воздухе материализовался свёрток, развернулся и Слейк узнал свою подпись. Сделка на его душу. Ревенант щёлкнул пальцами и пергамент взорвался в конфетти. — Ты свободен.

— Но… почему?

— Потому что не люблю быть с кем-то связанным.

— Ох… что ж… гм, спасибо. — Он посмотрел на беспорядок, который раньше был Дайром, и посочувствовал службе уборки. — Итак, я вернул душу, но потерял работу.

— Тебе нравилась твоя работа?

Слейк пожал плечами.

— Нет. Но, благодаря ей, я оплачивал счета и мог держаться подальше от своего народа, желающего вернуть меня в коммуну и казнить.

— А зачем ты сюда пришёл? Убить его и занять должность?

Слейк поднял клинок, который несколько минут сжимал так, что побелели костяшки пальцев.

— Я не настолько сильный демон, чтобы его убить, но я мог бы…

— Ни в коем случае! — Ревенант вырвал клинок из руки Слейка, как у ребёнка конфету отобрал. — Это бладблейд Дуососов. Ты знаешь, насколько он редок?

— Да, знаю.

— Ты мог бы покрыть кровью Дайра лезвие и целый год быть застрахованным от его нападок.

— В этом и состоял план, — пробормотал Слейк.

Как сказал Ревенант, бладблейды были редкими вещицами, к тому же каждый из них можно было использовать лишь один раз. Слейк планировал нейтрализовать Дайра, а затем использовать год, чтобы собирать клиентов "Дир & Дайр" для Агентов Правосудия. Работа с Агентами во время поимки Фейли оказалась поучительной и волнующей, и Слейк понял, что с удовольствием применит эти навыки.

Ревенант подкинул клинок в воздух и поймал его между большим и указательным пальцами.

— Предлагаю поработать на меня.

— Что? — изумлённо уставившись на Ревенанта, спросил Слейк. — Серьёзно? Я только что вырвался из-под власти одного могущественного психа… гм, то есть…

— Не надо льстить. — Ревенант поднял руку. — Я понимаю. Я привык быть мальчиком для битья Сатаны, и действительно противно работать на подобного порочного ублюдка, который не в своём уме и может прикончить тебя просто силой мысли. — Он сложил крылья за спиной и те в мгновение ока исчезли. Должно быть круто иметь крылья. — Но я предлагаю сделку. Я новый Король Ада, что означает, что люди подлизываются ко мне, потому что им что-то нужно, или они думают, что я собираюсь их взорвать, или хотят меня убить. рядом нет никого, кому бы я доверял. Ты, кажется, хорош в своей работе, и пока я держал твою душу, я прочувствовал тебя. Мог бы взять тебя на свою прежнюю должность.

Во рту Слейка стало так сухо, как в пустыне.

— Я ценю это предложение…

— Но?

Слейку очень хотелось, чтобы парень остановился.

— Но я не буду убивать того, кто этого не заслужил. Не буду никого соблазнять. Не буду…

— Да, да, — прогудел Ревенант. — ты не будешь делать то, что противоречит твоим моральным принципам и то, что разозлит твоего приятеля. Отлично. Если согласен на работу, можем обсудить. Я очень даже разумный. — Похоже, надо бы это запомнить. — Моя пара может с этим не согласиться.

Ревенант был странным чуваком. Но Слейку он нравился. В любом случае, он мог стать служащем и у кого-нибудь похуже, чем Король Ада.

— А ты понимаешь толк в найме работников, — проговорил Слейк, может даже с небольшой долей сарказма. — Я в деле.

— Отлично. Но у меня есть одно требование. — Выражение лица Ревенанта стало мрачным и серьёзным, и у Слейка появилось ощущение, что то, что сейчас будет сказано, смертельно важно. — Никогда мне не ври. Никогда. И если я ввожу закон, стоит следовать его букве. Понял?

— Понял.

Ревенан протянул руку.

— Тогда, добро пожаловать в команду.

Чёрт, да Рейз никогда в это не поверит.

Рейзу нравился лес. Он любил деревья. Дикую природу. Покой.

И теперь, спустя полгода с тех пор, как он попрощался с прежней жизнью, Рейз двигался в новом направлении.

И со Слейком.

Покинуть квартиру оказалось легко, но Рейз скучал по клубу "Жажда". Однако, осталось ждать недолго. Уже почти построили новое здание, и Рейз понимал, что через месяц или чуть больше уже вернётся на работу в клуб. А пока он набрал дополнительных смен в ЦБП, чтобы занять себя, пока Слейк помогает Ревенанту в Шеуле.

Кстати, говоря о полной занятости. Ревенант не препятствовал Слейку отправляться к Рейзу, когда тому нужно, но Слейк не наглел в этом вопросе. Однако сегодня оба были свободны и планировали устроить хороший день отдыха.

— Позавтракаем? — хриплый после сна голос Слейка прокатился прямо до паха инкуба. Мужчина выглянул со своего места на балкончике, где сидел в лучах утреннего солнца и слушал журчание пробегавшего в нескольких ярдах от дома ручья.

— Приготовишь?

Слейк вышел на балкон в одних боксерах, растрёпанные после сна волосы прибавляли мальчишеского очарования.　

— А я надеялся, что завтраком ты займёшься.

— Засранец, — Рейз спрятал улыбку за кружкой кофе. Его обиду стёрли долгим поцелуем и лёгким, но многообещающим прикосновением к давно уже набухшему паху.

Слейк был чертовски хорош в поддразнивании. Порочно улыбнувшись, он плюхнулся в кресло напротив и потянулся на солнце, не заботясь ни о чём в мире. За последние месяцы он сильно изменился, ослабил защитные барьеры, которые носил как доспехи, когда они с Рейзом только познакомились, и, наконец, позволил себе радоваться жизни. Играть. Верить.

— Ревенант дал мне недельку отдохнуть. — Слейк поднял лицо к безоблачному голубому небу, его губы расплылись в улыбку, которая так нравилась Рейзу. — Можешь взять несколько выходных?

Изменив немного положение, чтобы дать возбуждённому члену больше свободного пространства, Рейз глотнул кофе.

— Конечно. Зачем?

Слейк пожал плечами.

— Я никогда ни с кем не ездил в отпуск. Ну, знаешь, солнце, песок, океан. Думаю, мы можешь отправиться в какое-нибудь экзотическое место. А затем закрыться в номере и…

— Вытрахать друг другу мозг?

Глаза Слейка потемнели, и член Рейза стал ещё твёрже. Инкуб не нуждался в сексе ещё шесть или около того часов, но он хотел Слейка, и это было для него внове. Ну, с тех пор, как они познакомились.

— Я тут подумал… мы могли бы попробовать ту связующую штуку, о которой ты постоянно говоришь.

Рейз подавился кофе. Немного, но всё же.

— Соединение? Ты хочешь со мной соединиться? В смысле, чтобы я был связан с тобой, пока один из нас не умрёт? Ты про эту связь?

Слейк упёрся локтями в широко разведённые колени, наклонился вперёд и интимно промурлыкал:

— Ну, когда ты это всё так описываешь… да.

Рейза обуяла буря эмоций, но он не мог ни за одну из них ухватиться. Казалось, будто он одновременно и счастлив, и растерян, и зол, что невозможно.

Соединение. Чёрт возьми. До этого момента соединение считалось ритуалом, которым демоны Семинусы связывали себя со своими женщинами. А с мужчиной вообще реально себя связать? С женщиной связь работала просто — позволяла женщине контролировать зачатие. У женщины появлялись родовые метки её мужчины, только на другой руке, пока мужчина… что ж, вот где применялась эта связь. Связанный мужчина не занимался ни с кем другим сексом, пока его женщина жива. Связаться с кем-то — важное решение. Жизненно важное. А если учесть, что жизнь длится сотни лет…

— Эй, — тихо проговорил Слейк. — Мы не обязаны это делать. Знаю, тебя напрягла та штука с Фейли, и будь я на твоём месте, то исключил слово "связь" из своего словаря. Но я просто подумал…

— Нет же, я хочу, — выпалил Рейз, потому что нет, чёрт возьми, он ни за что на свете не упустит эту возможность. — Хочу. Просто не знаю, сработает ли эта связь между мужчинами.

— Мы можем заниматься сексом, и до встречи со мной ты тоже не знал, что такое возможно. Мы не узнаем, пока не попробуем.

Верно. Но это огромный шаг.

Очень огромный.

И требует работы мозга.

Рейз всю жизнь ждал Слейка и теперь, когда тот у него есть, он его не отпустит.

Рейз встал и протянул руку самому восхитительному мужчине в мире, который так много ему дал. Слейк принял его руку, и вместе они отправились в спальню. Избавившись от одежды в кратчайшие сроки, в редкий момент отсутствия неловкости, они были лицом друг к другу, обнажённые не только телом.

— И как происходит этот процесс? — спросил Слейк низким и сексуальным голосом, и тело Рейза ответило потоком эндорфинов, говоря, что всё правильно. Что всё из этого правильно.

— Я не знаю… — Вообще-то, Рейз знал. В нём восстали инстинкты, говоря, что следует дальше сделать, и, не раздумывая, Рейз потянулся к кинжалу, который Слейк хранил на прикроватной тумбочке.

— Твои глаза, — выдохнул Слейк. — Они — чистое золото. Знаю, они становятся такими, когда ты возбуждён, но сейчас… Потрясающе.

Рейз подошёл к нему так близко, что они прижались грудь к груди, и с отчаянием, которое не мог объяснить, накинулся на рот Слейка, облизывая сжатые губы, пока он их не раскрыл и не впустил его язык внутрь.

Когда они упали на кровать, Рейз провёл остриём по груди. Боль оказалась резкой, но быстро затихла, сменившись предвкушением того, что последует дальше.

— Тебе нужно слизнуть кровь, — пробормотал Рейз в рот Слейку. — Сейчас.

Слейк не стал медлить. Рейз ощутил запах его возбуждения, от которого сам просто запредельно возбудился. Слейк процеловал дорожку по шее инкуба, задержавшись для того, чтобы прикусить ключицу и заставить Рейза зарычать от наслаждения. Но когда рот Слейка сомкнулся на порезе, наслаждение стало настолько сильным, что Рейз засомневался, что всё это переживёт.

— Рейз, — прошептал Слейк ему в кожу. — Проклятье, ты на вкус… прекрасен.

Он провёл языком по всей длине пореза. Инкуб потянулся за смазкой.

— Сейчас, — простонал Рейз. — Мне нужно прямо сейчас быть в тебе. Но ты сам должен это сделать. Добровольно.

Слейк поднял недоуменный взгляд, но уже спустя мгновение одной рукой размазал прохладный лубрикант по твёрдому члену Рейза, второй рукой оттянув мошонку. По паху Рейза разлилась сладкая-сладкая боль. Прикосновение Слейка как всегда была волшебным. Он интуитивно знал, как и что хотел инкуб, насколько жёстко, насколько быстро, насколько глубоко, и Рейз мог только представить насколько всё будет ещё взаимнее, если связь между ним сработает. Возможности были нескончаемы и непредсказуемы.

Каждая мышца в руках Слейка напряглась, когда он взобрался на Рейза, целуя и облизывая его тело. Он смотрел на инкуба горящими потребностью глазами, и Рейз впитывал эти эмоции. Он любил Слейка каждой клеточкой тела, и если этого было недостаточно для связи, то он не знал, что уж и добавить к этому.

Медленно и осторожно Слейк опустился на возбуждённый член Рейза. Инкуба накрыл экстаз, когда Слейк полностью вобрал его в себя и начал двигаться. Его жаркая, узкая задница сжимала его с каждым толчком.

Рейз едва сообразил про то, чтобы поднять с матраса кинжал.　

— Тебе нужно сделать надрез. На запястье. Мне нужно выпить твоей крови.

Если Рейз считал, что Слейк станет упираться, то он оказался вкорне неправым. Плавным непрерывным движением Слейк провёл кинжалом по запястью и прижал его к губам инкуба.

Тёплая, бархатная кровь капнула на язык Рейза и, чёрт возьми, с таким же успехом он мог подключиться к электрической розетке, потому что тело начало искрить и покалывать. Он стал оголённым проводом, соединившись со Слейком тем способом, каким и не ожидал соединиться. Даже надеяться не такое не мог, потому что не знал, что такое чувство существует.

На пике оргазма он переплёл пальцы правой руки с пальцами левой руки Слейка. Потягивая его кровь, он чувствовал всё то, что чувствовал Слейк: влечение, тепло, уважение, любовь. Они соединились во многих смыслах, и это было так… правильно.

— Рейз, — прохрипел Слейк. — Чёрт, проклятье, я могу… чувствовать тебя. — Он двигался на инкубе, всё его тело превратилось в бурю секса и страсти, которым нет конца и края.

Рейз сделал большой глоток крови Слейка, и его с головой накрыл огромный оргазм. Откинув голову назад, он выгнулся навстречу любимому мужчине, ворвался в него так сильно, что тому пришлось вцепиться в стену, чтобы удержать равновесие. На голову инкуба начала крошиться штукатурка, но он этого даже не замечал, слишком поглощённый мощным оргазмом.

Отдалённо он услышал крик Слейка, который тоже кончил. Жаркое, влажное семя выплеснулось инкубу на грудь, шею, подбородок. В кожу впитался мускусный запах Слейка, сводя Рейза с ума.

Он потерял счёт времени и оргазмам. В конце концов, возможно, месяц спустя, если его истощение было хоть каким-то показателем, он достиг состояния полной осознанности и обнаружил, что лежит на Слейке, их горячая, влажная кожа прилипла друг к другу. Инкуб каким-то образом перевернул того на спину, их руки по-прежнему были соединены, как и губы.

Слейк находился в полуобморочном состоянии, едва открыл сонные глаза и взглянул на Рейза.

— Думаю, что я умер, — выдохнул он.

— И я, — простонал инкуб. Боги, всё тело ощущалось как резиновое, но и, между тем, в нём ощущалась новая энергия. "Слейк", подумал Рейз. Новой энергией был Слейк. Инкуб его чувствовал каждой частичкой. Внутри. Снаружи. Разумом.

Сейчас Слейк был счастлив. Бесконечно. Когда Рейз опустил взгляд на лучшее, что делало его счастливым, Слейк улыбнулся:

— Ты счастлив.

— Мы соединились.

Слейк медленно поднял руку, которая, казалось, весила тонну.　

— Срань господня, — выдохнул он. — Взгляни.

Рейзу едва удалось сфокусировать взгляд, и когда это произошло, он улыбнулся. На руке Слейка начали проявляться и распространяться по всей поверхности чёрные линии, создавая идеальную копию родовых татуировок Рейза.

— Потрясающе, — в благоговении произнёс Рейз. — Великолепно.

Слейк протянул руку и провёл пальцем по горлу инкуба. Под кончиком пальца кожу покалывало, и это жжение распространилось вокруг шеи.　

— Это произошло, — пробормотал он. — У тебя появились брачные кольца. Мы только что вписали свои имена в историю.

Если бы у Рейза были силы, он рассмеялся.　

— Призрак кончит себе в штаны, когда я ему обо всём этом расскажу. Ему нравятся аномалии.

— Я люблю тебя.

Перекатившись на бок, Рейз взял Слейка за руку и притянул к себе. Они были заляпаны спермой и потные, им нужно было отправиться в душ, но они решили продлить этот безмятежный момент. Сейчас Рейз хотел наслаждаться тем, что никогда не рассчитывал получить. Хотел сказать то, что никогда не рассчитывал сказать.

— Я тоже тебя люблю.