Жил когда-то король, и была у него дочь, прекрасная, как цветущая гуайява, — не девушка, а просто чудо. Когда какой-нибудь юноша имел несчастье увидеть ее лицо, он не мог оторвать от него глаз, и поэтому принцессу прозвали Клей-для-сердец. Клей этот был такой прочный, что у птицы, увязшей в нем, уже не было надежды освободиться.

Двести или триста королей из разных стран просили у отца принцессы ее руки, однако отец не хотел навязывать ей свою волю. Он говорил:

— Пусть Клей-для-сердец сама выбирает. Ей выходить замуж, не мне. Договаривайтесь с ней сами; если она скажет «да», я не стану говорить «нет». Когда голубка ищет мужа, не дрозд устраивает гнездо.

Слыша такие речи, Клей-для-сердец бросалась к отцу на шею, целовала его и говорила:

— Какой хороший у меня отец!

Король был очень добродушен, и за это его прозвали король Пирог.

И вот однажды, когда Клей-для-сердец выехала на прогулку в карете, лошади понесли. Кучер попытался остановить их, но не смог. Река была рядом, еще мгновение — и карета бы в нее упала. Клей-для-сердец уже приготовилась выпрыгнуть из кареты, когда услышала чей-то крик:

— Не прыгайте, я вам помогу!

Из зарослей выскочил какой-то юноша и бросился к лошадям. Став перед ними, он преградил им путь, и лошади остановились.

Тогда Клей-для-сердец вышла из кареты и сказала юноше:

— Большое вам спасибо, сударь, вы спасли мне жизнь. Надеюсь, эти своенравные лошади не причинили вам зла?

— Что вы, госпожа! Мне выпало счастье не дать им сбросить вас в реку, а вы спрашиваете, не причинили ли они мне зла! Добро, а не зло принесли мне эти своенравные лошади!

Клей-для-сердец покраснела, как повернутая к солнцу сторона плода личжи, посмотрела на юношу и опустила глаза. Тем временем кучер вывел карету с лошадьми на середину дороги. Осмотрел он сбрую, колеса. Остальное — все цело. Клей-для-сердец снова села в карету, а следом за ней туда сел юноша. Он сказал принцессе:

— Я никогда больше не оставлю вас на милость этих лошадей, — разве можно полагаться на такого никудышнего кучера? Со мной вы можете ничего не бояться — ведь меня зовут принц Без-страха.

Принцесса Клей-для-сердец и принц Без-страха стали разговаривать. Говорили-говорили они и никак не могли наговориться. Когда же они прибыли во дворец короля Пирога, Клей-для-сердец крепко обняла отца, рассказала обо всем, что случилось, и добавила:

— Отец, мою жизнь спас принц Без-страха! Это благодаря ему ты не плачешь сейчас над телом своей любимой дочери. Как нам отблагодарить его, отец, за то, что он для нас сделал?

Посмотрел на них король. А потом рассмеялся и сказал дочери:

— Может быть, дитя мое, я найду способ отблагодарить его, дай-ка попробую.

Он взял руку дочери. Взял руку принца, соединил их и сказал:

— Не так ли, дети? Не хороший ли это способ все уладить? Говорите же!

Клей-для-сердец стала красной, как зрелый плод манго, спрятала лицо у отца на груди, а потом зашептала ему что-то так тихо, что никто не мог расслышать. Но принц Без-страха закричал:

— Гип-гип-ура! До чего же вы умны, отец, и благородны!

Тут же назначили день свадьбы. Без-страха всех торопил. Множество швей усадили за работу — шить платья, рубашки, пеньюары, постельное белье и другие нужные вещи. Принц Без-страха целые дни проводил около мастериц, не переставая их торопить:

— Работайте, девушки, работайте! Хватит греться на солнце — беритесь лучше за иголки!

Настал день свадьбы. Клей-для-сердец плохо спала эту ночь, и у нее заболела голова. Встав рано утром, она поднялась на крышу, чтобы подышать свежим воздухом. Побыв там, она решила спуститься вниз и пойти одеваться (ей приготовили роскошное подвенечное платье), как вдруг услышала над головой гром. Она подняла голову и увидела: из облака над ней прыгнуло на крышу какое-то огромное чудовище. Оно схватило Клей-для-сердец, топнуло ногой, взлетело, как воздушный шар, вошло в облако, из которого спустилось, и исчезло в нем со своей добычей. Служанка принцессы, которая вместе с нею была на крыше, хотела закричать, но от ужаса у нее словно язык отнялся.

Служанка вернулась во дворец и рассказал о том, что случилось с принцессой, принцу и королю. Нет слов, чтобы описать их горе! Они стали кричать, плакать. Рвать на себе волосы и одежду, — но что тут можно было поделать, чем помочь?

Без-страха поднялся на высокую гору и стал смотреть оттуда во все стороны, не появится ли облако. Раза два или три облако подплывало совсем близко, но как ни всматривался принц, он не смог увидеть, что внутри облака, — оно было слишком плотное.

Велико было горе принца. Только одно утешение было у него — охота, которую он очень любил. И вот однажды, охотясь в дремучем лесу, он увидел несколько деревьев путешественника и услыхал за ними какой-то шум. «Может, это олень?» — подумал он и стал тихо пробираться между деревьев. Когда деревья путешественника остались позади, он увидел: большой лев и огромный попугай дерутся из-за только что убитой лани. Без-страха вытащил нож, разрезал лань на две равные части и сказал:

— Из-за чего вы деретесь? Ведь этой лани хватит на вас двоих. Я разрезал ее точно пополам, и пусть каждый из вас возьмет себе половину.

Довольные, лев и попугай сказали принцу:

— Спорить было не из-за чего, ты прав. И за то, что ты разрешил наш спор, мы хотим кое-что тебе подарить. Наши подарки помогут спасти Клей-для-сердец от лулу, заточившего его в облаке.

После этого лев вырвал из гривы волос, дал его принцу и сказал:

— Когда ты захочешь превратиться в большого красивого льва вроде меня, достань этот волос и скажи: «Волос, делай свое дело!» — и ты сразу превратишься в льва. Когда же ты захочешь снова стать человеком, тебе надо только сказать: «Волос, сделай все как было!». Ты понял, что я сказал? Постарайся запомнить — это совсем не трудно.

Без-страха горячо поблагодарил льва, и тут попугай вырвал из крыла перо, дал его принцу и сказал:

— Когда ты захочешь стать попугаем вроде меня и летать куда тебе угодно, надо только взять это перо и сказать: «Перо, делай свое дело!» — и ты превратишься в попугая. Когда же ты захочешь снова стать человеком, тебе надо только сказать: «Перо, сделай все как было!» Смотри же. Запомни мои слова!

Принц поблагодарил попугая, и все трое разошлись в разные стороны.

Вернувшись во дворец, Без-страха поспешил к королю Пирогу, чтобы рассказать ему о своей встрече со львом о попугаем. Бедный старый король лежал на диване около открытого окна. Целые дни, с раннего утра до темноты лежал он здесь, уставив взгляд в небо: не появится ли там облако, укравшее его дочь?

Вбежав в комнату, принц Без-страха воскликнул:

— Сейчас не время горевать, отец, — я отправляюсь спасать принцессу! Бог наконец сжалился над нами. Напишите ей письмо, и я сам отнесу его!

И он подробно рассказал королю Пирогу про свою встречу с попугаем и львом.

Старик бросился к своему столу, схватил перо и бумагу и написал: «Ах, моя дочь, какое горе меня постигло! Словно камень лег на мое сердце. Если бог услышит мои молитвы, он еще раз даст мне обнять тебя, я молюсь об этом днем и ночью. Это письмо тебе вручит принц Без-страха. Делай все, как он тебе скажет; если не считать твоего старого отца, нет никого, кто любил бы тебя так же сильно, как он».

Поставив внизу свою подпись, король отдал письмо принцу и сказал:

— Возвращайся скорей с хорошими вестями! Ведь ты знаешь — если мое горе еще продлится, я не вынесу его и умру!

Оставив несчастного старика, принц Без-страха поднялся на гору и увидел оттуда приближающееся облако. Оно плыло по небу, как большой белый корабль, и, подгоняемое ветром, постепенно подплывало ближе и ближе. Принц Без-страха достал перо попугая и сказал ему:

— Перо, делай свое дело!

В один миг тело принца изменилось, на месте рук появились крылья, нос превратился в клюв, а одежда — в перья. Принц Без-страха стал большим серым попугаем. Облако было уже совсем близко. И он поднялся и полетел к нему навстречу. Достигнув облака, Без-страха вошел в него и увидел, что внутри это облако как настоящий дом. Там были комнаты, коридоры, лестницы, двери и окна, но все это было не деревянное, как в домах на земле, а вырезано в самом облаке. Все было словно из ваты, легкой, как дым, и принц Без-страха, увидев это, остолбенел от изумления.

Он вошел в переднюю — там пусто, никого нет. Перед ним была лестница. И принц Без-страха по ней поднялся. Наверху он увидел длинный-длинный коридор с множеством дверей, но все двери были заперты. Где же Клей-для-сердец? Без-страха приложил ухо к одной из дверей, прислушался — ничего не слышно, приложил ухо к другой — ни звука, подошел к третьей — и услышал оттуда какой-то храп. Это была комната лулу. Большой нос лулу от насморка был заложен, и он поэтому спал с открытым ртом. У тех, кто живет в облаках, всегда насморк, — спросите у жителей Кюрпипа, они подтвердят. Без страха отошел от двери лулу и, стараясь не шуметь, двинулся дальше. Вдруг он остановился: из-за одной двери слышались плач и жалобы. «Не иначе как принцесса!» — подумал он и, открыв клювом дверь, вошел. И правда, в комнате была Клей-для-сердец.

Увидев попугая, принцесса подумала, что это лулу, наверное, прислал к ней птицу, чтобы скрасить ее одиночество. Но разве могла она принять подарок от лулу? Принцесса оттолкнула попугая и сказала:

— Твоего хозяина я ненавижу, так неужели полюблю тебя? Уходи прочь, я хочу плакать в одиночестве!

Тогда Без-страха достал перо и сказал ему:

— Перо, сделай все как было!

Не успел он договорить, как превратился в человека. Увидела его Клей-для-сердец, вскрикнула и бросилась обнимать и целовать его. Когда они наконец смогли говорить, Без-страха отдал принцессе письмо короля Пирога. Принцесса прочитала его и сказала:

— Ну конечно, я буду делать все, что ты мне скажешь! Я и сама, без совета отца знаю, что жена должна во всем слушаться своего мужа!

Принц Без-страха спросил, что за существо этот лулу, укравший ее. Клей-для-сердец ему ответила:

— Он похож на человека, но не человек. Его лицо — не человеческое лицо, глаза — не человеческие глаза, рот — не человеческий рот, тело — не человеческое тело. Я не знаю, кто он, может быть, дух? Я спрашивала у него, как его зовут, и он сказал, что его зовут Тело-без-души и мне никогда от него не вырваться, потому что никому не под силу его убить. Разрежь его на мелкие кусочки — с ним и тогда ничего не будет, потому что кусочки снова соединятся. Убить его можно только зная, где спрятана его душа. Душа его в яйце, яйцо в голубе, голубь в красном тигре, а красный тигр в большом белом тигре. Сначала нужно убить белого тигра. Когда он издохнет, из него выскочит и бросится на тебя, уже усталого, красный тигр. Его тоже надо убить. Из него вылетит голубь; этого голубя надо поймать и убить, а потом вынуть из него яйцо. А чтобы покончить с Телом-без-души, яйцо это надо разбить о его голову, и тогда он сразу упадет мертвый. Но разве человек может сделать все это?

— Ты спрашиваешь, может ли человек убить твоего лулу, но, видно, ты забыла мое имя, Клей-для-сердец, а ведь меня зовут принц Без-страха! Собирайся в обратный путь — не пройдет и трех дней, как я вернусь с этим яйцом и сделаю на голове у лулу яичницу. Так собирайся же, а сейчас не будем терять времени, я должен идти.

Они крепко обнялись на прощание, а потом, снова превратившись в попугая, принц спустился на землю.

Там он рассказал обо всем бедному старому королю Пирогу и отправился на поиски белого тигра.

А тигр этот жил в пещере огромной горы, стоявшей посреди широкой равнины. Никто не отваживался пройти мимо этой пещеры — все далеко обходили это место, боясь попасться на глаза тигру. Вся земля вокруг пещеры была белой от костей съеденных тигром животных.

Без-страха снова превратился в попугая и полетел к пещере. Там он сел на высокое дерево тамбалакок, которое перед ней росло. Он тихо спустился с дерева, достал волос, который ему дал лев, и сказал:

— А ну, волос, делай свое дело!

И он превратился в огромного-преогромного льва — второго такого в стране Маврикии никогда не было. Он зарычал, и рычание его было подобно грому — даже гора задрожала, и с нее покатились вниз на равнину большие камни.

Тигр в это время спал в пещере. Услышав рычание, он проснулся и выскочил наружу. Лев его ждал и, как только тигр появился, сразу же бросился на него. И стали они драться не на жизнь, а на смерть. Из пасти у того и другого падала пена, из ран текла кровь, но ни лев, ни тигр этого не замечали — они так вцепились друг в друга, что казалось, они склеились. Вдруг тигр сжал челюстями лапу льва. Голова тигра была теперь внизу, и лев, ухватившись за его загривок, стал трясти голову тигра. Тигр выпустил лапу льва, и тогда лев прыгнул ему на спину и, прижав тигра к земле, сломал ему хребет.

Но бедный лев сам был изранен и совсем обессилел. Начал он лизать рану на лапе и тут увидел, что из убитого белого тигра вылезает наружу красный тигр. Еще мгновение — и красный тигр бросится на него. Но принц Без-страха был не только смел, но и умен, — он тут же превратился в попугая, взлетел с земли и сел отдохнуть на дерево тамбалакок. Красный тигр, ошеломленный, так и остался стоять под деревом, а попугай сверху ему крикнул:

— Подожди, я отдохну немножко, а там посмотрим.

В это время лулу в облаке почувствовал себя хуже обычного и сказал:

— Не знаю, что это со мной — как-то мне не по себе.

А как же принц Без-страха? Когда он почувствовал, что силы к нему вернулись, он снова превратился в льва и бросился на красного тигра. Красный тигр был меньше белого — ведь он вмещался в него целиком — и стоило льву ударить этого тигра лапой три или четыре раза, как тигр повалился. Лев воскликнул:

— Да разве это тигр? Это не тигр, а дикая кошка!

И последним ударом лапы лев вспорол тигру брюхо. Красный тигр сразу умер, и лев осторожно стал копаться в его внутренностях.

Лулу в облаке пришлось лечь — ему стало совсем плохо. Лев осторожно доставал из тигра внутренности, боясь, как бы не упустить голубя, когда голубь вдруг вылетел из пасти тигра, взмыл высоко и полетел. Лев со всех ног бросился за ним по земле, но разве может четвероногое угнаться за птицей? Голубь удалялся от него все дальше и дальше. Казалось, еще мгновение и он совсем исчезнет из виду. Но тут Без-страха опять превратился в попугая и стал, чтобы видеть дальше, подниматься выше и выше, как большой змей, подхваченный ветром.

Услышав его приближение, голубь напряг последние силы. Ах-уах — попугай уже у него над головой!

Попугай бросился на голубя сверху и вцепился в него. Клюнул один раз — и голубь потерял равновесие, попробовал лечь на одно крыло, потом на другое, но не смог и камнем упал вниз. Попугай распорол голубю живот и достал яйцо. Взяв яйцо в клюв, он полетел с ним на гору и стал ждать облака. Наконец оно появилось и, подгоняемое ветром, медленно поплыло к горе. Взмахнул крыльями попугай и полетел в нему навстречу. Он знал теперь, с какой стороны вход, и сразу проник в комнату принцессы. Очутившись там, он сказал:

— Вот я и вот яйцо! Следуй за мной — времени на разговоры у нас нет!

И он поспешил в комнату Тела-без-души. Лулу лежал в постели и часто-часто дышал, как собака, только что загнавшая зайца. Попугай разбил яйцо о его голову — и тело лулу начало таять, превращаться в воду. Вода потекла, и из облака пошел дождь. Облако стало таять у них под ногами. Попугай едва успел крикнуть Клею-для-сердец:

— Хватай меня за лапы и держись крепче! Облако редело, и попугай взмахнул крыльями и полетел с него прочь. Когда они спустились на гору, падал мелкий дождик — все, что еще осталось от облака. Без-страха сказал перу:

— А ну, перо, сделай все как было!

Как только принц снова стал человеком, он заключил принцессу в свои объятия. Немало времени прошло, прежде чем они спустились с горы.

Когда король Пирог увидел горячо любимую дочь, радость его была безгранична. Он целовал ее без конца и не мог нацеловаться. Наконец Без-страха засмеялся и сказал, освобождая жену из объятий короля:

— Отец, вы оставите ее без щек — а ведь это все-таки щеки моей жены!

И они позвали повара, чтобы заказать праздничный обед. Не сосчитать блюд, которые им подали, — столько всякой всячины, что можно было умереть от обжорства.