Владеющие даром – неотъемлемая часть мира сверхъестественного. Обычные люди завидуют магам, считают их неуязвимыми. И все-таки люди ошибаются. Наглядное подтверждение этому как раз и находилось передо мной. Наталью Миронову нашли на полу собственной спальни. Девушка лежала на спине, прикрытая ниже пояса простыней, уже потемневшей от крови. Кем бы ни был убийца, у него хватило сил расправиться с магом. Обработав руки изолирующим составом, я растерла ладони в надежде унять дрожь.

К смерти невозможно привыкнуть. За два года работы в Управлении по иным расам я так и не научилась воспринимать тело как неодушевленный объект. Каждый раз ловила себя на том, что пытаюсь представить, какой жертва была при жизни. Вещи, которыми мы себя окружаем, могут многое рассказать о характере владельца. Сегодня я строить догадки не стала, а заглянула в сводку, полученную от начальника. Итак, наша жертва была магом Огня и аспиранткой местной академии сверхъестественного. Одаренная и подающая надежды.

Стараясь не обращать внимания на тяжелый металлический запах, я опустилась на колени. Мне захотелось рассмотреть символы, нарисованные мелом на полу. Каждый из них был выписан аккуратным, практически каллиграфическим почерком. И всё-таки это была обманка, абсолютно бессмысленная писанина, не имеющая отношения к какому-либо ритуалу. Видимо, убийца срисовал неизвестные ему руны, не слишком заботясь о смысле начертанного.

В изголовье и в ногах жертвы горели темно-красные свечи. По мне, так этот элемент декораций являлся лишним, поскольку сама спальня Мироновой словно сошла с рекламных проспектов видеоигры «Чертоги ада». Одну из окрашенных в темно-красный цвет стен освещали всполохи иллюзорного пламени – когда я вошла, там была изображена сцена охоты: огненные гончие гнали по лесу белого оленя. Сейчас же на тлеющих углях лежала огромная саламандра, лениво выпускающая изо рта струйки огня. Не чувствовалось ни дыма, ни запаха гари – чистая иллюзия. Я считала её характеристики. Магия относилась к огненной стихии. Значит, автором, скорее всего, была сама покойная. Сделав пометки в КПК, приступила к дальнейшему осмотру помещения.

На потолке горели десятки крохотных лампочек, наполняющих пространство мигающим оранжевым светом. Зловещего антуража добавлял камин, в глубине которого плясало искусственное пламя. Примерно треть комнаты занимала кровать из чёрного дерева, больше напоминающая древний алтарь. Сочетание красного покрывала и тяжёлых драпировок черно-красного полога навевало мысли о коже, наручниках и прочих безобразиях.

Я бы ни за что не согласилась провести в этой спальне хотя бы одну ночь. Даже на спор.

Вызов из управления поступил, когда я только-только забралась в ванну, чтобы смыть с себя усталость и воспоминания о Ботовской пещере. Почти сутки я потратила на выслеживание обосновавшейся там ламии. Следующие двадцать четыре часа мне пришлось провести в каменном мешке, старательно убеждая змеедеву, что я не имею видов на ее линялую шкурку, параллельно расписывая все преимущества переезда в Уральскую общину ликанов. Многочасовой перелет в корыте, выдаваемом транспортной компанией за самолет, вымотал меня окончательно. Меньше всего мне хотелось ехать на осмотр места преступления.

Из-за стены доносились громкие всхлипы и тихая прерывистая речь: Юдин и оперативная группа допрашивали сестру жертвы. Если девушка продолжит реветь, вместо того чтобы отвечать на вопросы, мы и до утра не управимся.

– Сожалею, что пришлось вытащить из постели, но я счёл, что тебе стоит на это взглянуть.

Я обернулась:

– Привет, Фил, я ещё не ложилась.

Филиппу Юдину, капитану первого и пока единственного на юге страны Управления по иным расам, было под пятьдесят. Его узкое, чисто выбритое лицо напоминало печального бассета. Над отвисшими щеками блестели проницательные серые глаза. Помятая рубашка в темно-синюю клетку и растрёпанные волосы, к которым уже давно не прикасались ножницы парикмахера, могли произвести обманчивое впечатление, но я уже успела убедиться, что за внешней неряшливостью и неуклюжестью капитана скрывались острый ум и бульдожья хватка.

Управление по иным расам официально сформировали три года назад. Штат собирались укомплектовать сотрудниками полиции, прошедшими специальную переподготовку. На деле же управление стало чем-то вроде штрафроты, и перевод в него нельзя назвать повышением по службе. Среди местного населения аббревиатура УПИР быстро трансформировалась в «упырь», что также не добавляло управлению популярности. И все же городу, населенному представителями иных рас, требовалась защита посерьезнее нашей родной полиции. По-настоящему сложными делами занимались маги из Серой стражи, но я лично вобью язык в глотку тому, кто скажет, что упировцы служат всего лишь прикрытием, необходимым для спокойствия горожан.

– Что обнаружила? – Капитан присел на корточки рядом со мной.

– Ещё не видела самого интересного – не заглядывала под простыню. Хотела удостовериться, что ребята уже закончили.

– Ах да, – Филипп устало взъерошил волосы, – от них сегодня было мало толку.

– Что-то ты недоговариваешь. Я не заметила на улице патрульной машины. Да и в подъезде подозрительно тихо.

– Сплюнь, – Юдин недовольно поморщился, – если повезет, утром первые полосы газет не запестрят заголовками «Монстр открыл охоту на людей» или же «Огненная ведьма стала жертвой смертельного ритуала». Заканчивай быстрее, у меня мурашки по коже от этого места.

Подняв простыню, я ожидала увидеть по меньшей мере израненный живот, но меня подстерегал сюрприз: на бледной коже виднелся темный след, будто кто-то оставил свое клеймо, приложив горящую руку. И эта отметина кровоточила. Квар’трам – «Печать плоти». Последние слова я, видимо, произнесла вслух.

– Что за хрень? – Филипп казался сбитым с толку.

– Отметка, которую ей поставил Хозяин-деймонар.

Я отбросила простыню в сторону.

– Вы накрыли?

– Нет, такой и нашли. Как увидел эту хреновину на животе, сразу понял, что без твоей консультации не обойтись. Кстати, когда мы в первый раз приподняли простыню, Кирилла чуть на нее не вывернуло. Загадил бы вещдок, паршивец.

– Это уже который случай?

– Третий, – вздохнул Филипп. – Я его предупредил: ещё раз – и переведу на бумажную работу.

Он опустился на колени возле тела и вытащил из кармана пластиковый пакет с пробирками и тампонами.

Я покачала головой:

– Бесполезно.

Капитан всё же провел тампоном по поверхности печати.

– Выглядит… – он принюхался, – …и пахнет как кровь.

– Но это не кровь, Фил.

В подтверждение моих слов тампон начал белеть.

– Начинаю скучать по старым добрым бытовым убийствам. – Филипп поместил тампон в пробирку и закрутил крышечку. – Эта хрень могла её убить?

– Причиняла некоторые… хм… неудобства, но привести к смерти – вряд ли. Я бы сделала ставку на пулю. Так что тебе придется дождаться результатов вскрытия.

– И это все? – Он был явно недоволен. – А Хозяина отследить сможешь? У тебя в тот раз неплохо вышло с проклятием.

– Квар’трам не имеет ничего общего с проклятием. Представь два сообщающихся сосуда, соединенных шлангом, по нему из одного в другой перетекает вода, а теперь мысленно убери сосуды.

– Вода из шланга продолжит вытекать, – понимающе кивнул Филипп.

– Верно. Даже если бы я прошла по следу энергетического потока, то не вышла бы на Хозяина.

– Негусто, Громова.

– Если ты надеешься, что я, как фокусник, вытащу тебе из шляпы убийцу, то обратился не по адресу.

– Я не жду этого, но дай мне хоть что-нибудь.

– Что бы в этой комнате ни произошло, к ритуалу оно не имеет никакого отношения. Вы уже опрашивали соседей? Вдруг они слышали крики или какой-то подозрительный шум.

– Шум? А ты разве не заметила?

– Что именно?

– Пойдем покажу. И кто-нибудь, успокойте сестру убитой. Мне нужны показания до того, как её сцапают маги.

Мнущийся у двери Кирилл, стажер, кивнул и поспешил на кухню. Вид у него был крайне расстроенный. Парнишка только два месяца как сдал выпускные экзамены и, поскольку приходился дальним родственником жене капитана, попал под его начало. Сомневаюсь, что о таком начале карьеры он мечтал – в управлении, в последнее время все больше специализирующемся на преступлениях, в которых так или иначе оказывались замешаны нелюди.

Я прошла за Филиппом через просторный холл в подъезд. Самый обычный холл с большим зеркалом, шкафом-купе и полкой для обуви. Участь спальни его миновала.

Двойка тебе, Тесса. Не-за-чет! Соседи не услышали бы ни черта, даже если бы Наталью живьем медленно резали на части – рядом с входной дверью были начерчены символы звукопоглощающей печати. Придется переговорить с владельцем здания. Так сказать, проверить легальность.

Филипп словно прочел мои мысли:

– Все законно. Подобные руны практически возле каждой квартиры этого дома.

– Вот тебе и технологический прогресс. Зачем тратиться на звукоизоляцию, если можно воспользоваться магией?

– Жильцы тебе ещё больше понравятся. Слева живет семья вампиров, справа снимает квартиру оборотень. Почти весь дом заселяют существа, с которыми добропорядочные граждане мочиться в одном сортире не стали бы, не то что жить рядом.

– Этот оборотень, случайно, не из наших?

Филипп усмехнулся и кивнул:

– Угадала, Влад Горелов собственной персоной. Тело обнаружила сестра жертвы, Татьяна, и обратилась к Владу, он и вызвал УПИР.

– А я все голову ломала, как тебе удалось оказаться на месте убийства мага раньше самих магов.

– Да, можно сказать, повезло, – согласился капитан. – Получили фору.

Я мысленно вздохнула. Главное веселье было ещё впереди. Маги из Серой стражи наверняка попытаются перехватить у нас дело, но черта с два я им это позволю!

Капитан почесал в затылке и угрюмо сообщил:

– Если хочешь переговорить с сестрой жертвы, то лучше сделай это сейчас. Ещё минут двадцать я могу потянуть, но по истечении срока мне придется сообщить в Башню.

– И начнется перетягивание одеяла. – Я попробовала рассмеяться, но смех вышел глухим и безрадостным.

– Как обычно. Придется смириться с тем, что эти фокусники-покусники постоянно дышат нам в затылок.

– Убийство не имеет отношения к какому-либо ритуалу, следовательно, дело наше.

– А «Печать плоти»?

– Всего лишь маленькая тайна покойной, но, уверена, магам она не понравится.

Кто бы ни дежурил сегодня в Башне, ему будет неприятно узнать, что его коллега заключила сделку с деймонаром, существом из другого мира. И, судя по отметке, случилось это не вчера.

«Печать плоти» не просто знак того, что у мага есть покровитель-деймонар. С помощью метки Хозяин передает свою силу Слуге, а взамен Слуга становится сосудом, живым накопителем энергии. При возникновении связи возможно проявление побочных эффектов, к примеру, кровотечения. Обычно оно длилось не более суток, пока организм не перестроится, а симбиотическая связь не окрепнет. То, что происходило с телом Натальи Мироновой после ее смерти, выходило за рамки моего понимания.

Я внесла в КПК ещё одну пометку. Следовало навести справки о деймонарах, обитающих на территории города, но сначала стоило пообщаться с сестрой жертвы.

Едва я переступила порог кухни, как сердце пропустило несколько ударов. Сидевшая за столом блондинка оказалась копией Натальи. Близнецы. Неожиданно. И, безусловно, очень интересно, но не так интересно, как спящий дар девушки. Я почувствовала его, едва вошла в комнату. Вид и уровень определить не могла, но передо мной был потенциальный маг.

– Здравствуйте, я Тессия Громова, консультант Управления по иным расам.

Девушка подняла заплаканные глаза и, громко застонав, вытерла кровавые слёзы. Кровавые в буквальном смысле. Выглядело жутковато.

– Что это? – потрясенно прошептал сидящий рядом с ней Влад.

– Капитан, вы уже отпустили медиков?

– Кристина здесь.

– Влад, зови её. И прихвати с собой дефибриллятор, аптечку и носилки. Обязательно захвати носилки. – Оборотень колебался. – Давай же! Бегом за врачом. Или она умрёт.

Последние слова вывели Влада из ступора, и он бросился прочь из кухни.

– Фил, встань у двери и никого не впускай.

– А дефибриллятор зачем?

– Да к лешему его. Нужно было Влада спровадить. Достань пушку и жди.

– Ждать чего? – Капитан настороженно осмотрелся.

– Сам поймешь.

Филипп кивнул и достал из кобуры пистолет. За время нашего сотрудничества он научился мне доверять.

Я осторожно подошла к сидевшей на кушетке Татьяне. Та смотрела перед собой невидящим взглядом и тихонько раскачивалась, её глаза застилала мутная кровавая пелена, лицо приобрело синюшный оттенок. Паучиха не просто жрала, она вытягивала последние соки. Где же ты, зараза мелкая? Я перешла на магическое зрение. Ого! Зараза оказалась не такой уж и мелкой.

Над головой девушки воздушным шариком зависла красно-коричневая тварь. Она перебирала коротенькими мохнатыми лапками, левитируя в воздухе, красные бусинки глаз сыто поблескивали. Упитанное тельце казалось похожим на распухшую пиньяту – нечисть кормилась не первые сутки. От жвал к темени Татьяны тянулась тёмно-фиолетовая нить.

Энергетические пауки – та еще пакость. Периодически колонии всплывали то тут, то там. Их истребляли, но они упорно размножались. Этот вид нежити не отличался особой храбростью, но, несмотря на это, предпочитал охотиться в одиночку. Чаще всего жертвами становились люди с крупицами спящего дара. Для размножения самкам пауков нужны две вещи: энергия и кровь. Что ж, данному экземпляру познать радость материнства уже не суждено. Главное, чтобы Филипп не подкачал.

– Симпатичная паучишка, хорошенькая паучишка…

Расстегнув пуговицы на рубашке, оголила плечо. На столе я приметила подставку с разделочными ножами и, вытащив один из них, провела линию по коже чуть выше локтя. По-хорошему следовало спуститься в машину за кинжалом с серебряным лезвием. Если Филипп среагирует недостаточно быстро, то у меня возникнут серьёзные проблемы. Обычным ножом отбиться от нечисти я не сумею.

Тонкий порез набух кровью, красные капли потекли по руке. Я забралась с ногами на кушетку и подставила рану паучихе. Та приподняла маленькую головку и заинтересованно повела жвалами.

– Да, да, да. Я вся такая вкусная. Иди же сюда, гурманка ты моя.

На мгновение показалось, что ничего не выйдет, но затем руку пронзила резкая боль. Я спрыгнула с кушетки, и, сгруппировавшись, покатилась по полу, паучиха потянулась за мной, тонкая фиолетовая нить между ней и Татьяной оборвалась, и нечисть стала видимой. Справа раздались выстрелы.

Как только тушка монстра шлепнулась на пол, в кухню влетел Влад, державший под мышкой носилки, в руке он сжимал медицинскую сумку и дефибриллятор. Быстро управился, на то он и оборотень. Мы едва успели, нужно было ещё и аппарат искусственного дыхания попросить принести.

Верно оценив ситуацию, Влад сбросил балласт и поспешил к Татьяне. Она всё ещё находилась в глубоком обмороке, но её лицо заметно посвежело – со смертью паучихи вся отнятая энергия вернулась к владелице.

– Спасибо, Фил, – пробормотала я, поднимаясь с пола.

– Оно точно сдохло? – поинтересовался капитан, на всякий случай держа нечисть на прицеле.

– Точнее не бывает.

Юдин успел расправиться с паучихой, но она меня всё-таки зацепила: выпустив щуп, прыснула парализующей жидкостью. На кожу не попала, а вот джинсам не повезло. Я надрезала и оборвала штанину ниже колена, затем симметрично отчекрыжила вторую.

– Филипп, прихватим зверушку для Соколова? Порадуем нашего судмедэксперта, – предложила я, заворачивая паучиху в джинсовую ткань.

– Не вопрос. Только предупреди, чтобы препарировал её в нерабочее время.

– Да он и ночевать в лаборатории останется, – усмехнулся оборотень. – Фил, не возражаешь, если я перенесу Танюшу, то есть э-э-э… сестру жертвы к себе?

– Хорошо, только сразу же возвращайся.

Влад бережно поднял девушку на руки и вышел из кухни. Он не обратил внимания на пристальный взгляд капитана.

Стоя в тени возле подъезда, я беззвучно материлась. Несмотря на летний зной, меня колотил озноб, вдобавок заныло в висках – верное предвестие, что ещё немного – и голова начнёт раскалываться на части. В полуметре курил Юдин. Как-то я тоже пыталась начать, но оказалось, что лёгкие стимуляторы на меня не действуют.

Филипп растерянно потёр переносицу. По-видимому, сложившаяся ситуация радовала его не больше, чем меня, но капитан оставался профессионалом при любых обстоятельствах.

– Итак, ты уезжала. Можно поинтересоваться куда?

– В Жигалово, это поселок в Иркутской области.

– Частный заказ?

– Просьба друга. Старый долг.

– Сделай одолжение, в следующий раз, когда надумаешь отправиться на Аляску или в Гималаи, ставь управление в известность. Перед УПИРом у тебя также есть обязательства, – Филипп вскочил с лавки, потянулся к карману за сигаретой и, отдернув руку, выругался.

– Если не устраивают условия контракта, тебя никто насильно не держит, – тихо добавил он.

Кажется, я всё-таки перегнула палку. Раньше я всегда предупреждала начальника о поездках, но в этот раз всё случилось настолько спонтанно, что я попросту не успела. В четыре мне позвонили, а в семь я уже сидела в самолете. Действовать пришлось быстро – ламия начала проявлять агрессию, а местные жители не желали мириться с подобным соседством. В любой момент могло дойти до кровопролития. Я планировала связаться с Юдиным из номера гостиницы, но разница во времени совершенно сбила с толку, а потом первая же прогулка к пещере едва не закончилась печально: ламия заманила меня в узкую штольню и вызвала обвал.

– Ладно, считай, что мы договорились. – Я примирительно улыбнулась. – Впредь подобное не повторится. Не сомневайся в моей лояльности. Свой выбор между Серой стражей и УПИРом я давно сделала. Кстати, о стражах. Федор Михайлович, не подозревала, что маг вашего положения опустится до подслушивания.

От стены отделилась едва различимая расплывчатая тень. Шагнув в круг тусклого света, исходящего от фонаря, она превратилась в худощавого мужчину. На темном от загара лице отчетливо выделялись морщины, цепкий взгляд карих глаз нельзя было назвать дружелюбным. Мой бывший начальник, Федор Михайлович Головин, так и не простил мне перехода в УПИР, не простили и стражи из Башни, сочтя предательницей.

Головин снисходительно кивнул и обратился к Филиппу:

– Доложите о происшествии. Моя группа прибудет с минуты на минуту.

– Добрый вечер, коллега, – ничуть не спасовал Юдин. Ему было глубоко плевать, сколько магов притащит с собой безопасник. – Нападение на человека. Поступил вызов от сестры жертвы.

– Вы знали, что жертва является магом. Объясните, почему вы занялись осмотром места преступления?

– Личность погибшей установили в ходе стандартной процедуры. Кроме того, характер раны свидетельствовал об обычном убийстве.

– И всё же вы вызвали консультанта по сверхъестественному.

– Потому что счел это целесообразным.

Поняв, что от Юдина он больше ничего не добьётся, Головин отошел и уткнулся в КПК. Капитан многозначительно посмотрел на мага.

– Он не станет подслушивать, – заверила я. – Знает, что почувствую.

– Хорошо. Как ты считаешь, их ищейка подтвердит отсутствие следов ритуала?

– На этот счёт можешь не беспокоиться. Спальня чистая. Даже слишком.

Я не опасалась, что коллеги из Башни обнаружат улики, пропущенные мной. Остаточные энергетические следы распавшихся заклинаний нестабильны и со временем тускнеют. Чем больше времени пройдет с момента использования магии, тем меньше шансов их засечь. Конечно, многое зависело от уровня ищейки и силы его дара. В настоящее время я без ложной скромности была лучшей в городе.

– А вот и подкрепление, – хмыкнул Юдин.

Обернувшись, я увидела, как во двор въехал тёмный фургон. Из него вышло четверо магов: две ищейки, боевик и слухач. Слишком крутой состав для выезда на место преступления. Неужто наша жертва была не так проста, как казалось на первый взгляд? Или же стражи каким-то образом пронюхали о сделке покойной с деймонаром?

Общаться с бывшими коллегами не хотелось, поэтому в квартиру Юдин поднялся сам. Я осталась во дворе и почти не удивилась, когда спустя пять минут ко мне присоединился Головин.

– Капитан сказал, ты обнаружила следы Квар’трам.

– Не следы, а активную печать, – поправила я.

– Сейчас тело чистое.

– Связь между Слугой и Хозяином прервалась. Долго ехали, – притворно вздохнула я.

– Мне будут нужны фотографии и копия твоего отчета.

– Федор Михайлович, вы же знаете стандартную процедуру. Вся информация предоставляется после официального запроса.

– Громова, ты забываешься, – процедил сквозь зубы маг.

– Разве? – Я удивленно вскинула бровь. – Всего лишь следую внутренним инструкциям. Ваша школа.

– Не будешь сотрудничать?

– Не буду сливать информацию. Сотрудничать – с радостью. Оформляйте запрос.

– Как знаешь, – боевик развернулся и исчез.

Я ощутила запах паленой резины и поморщилась. Не у каждого мага дар обладает приятным запахом. У Головина он прямо-таки бил по обонянию.

Способность зрительно улавливать следы магии относится к дару ищейки, а вот различать магию по запаху умеют далеко не все. Преподаватели в академии в один голос заявляли, что мне чертовски повезло. Лично я бы с этим поспорила. От подобной сверхвосприимчивости даже насморк не спасает, только энергетическая блокировка, но в этом случае велика вероятность упустить что-нибудь важное. Вот и приходится вечно балансировать и искать оптимальный уровень обоняния.

Юдин вернулся из квартиры хмурый. Влад и Кирилл выглядели не лучше. Я уже решила, что упировцев выставили, как следом из подъезда показались стражи. У магов хватило наглости не только заграбастать тело, но и позаимствовать наши носилки!

Я подождала, пока фургон Серой стражи покинет парковку, и спросила:

– Пломбу на дверь кто поставил?

– Мы, – довольно улыбнулся Влад и, вручив Кириллу пакет, предупредил: – Неси осторожно, а то разбудишь.

Стажер заметно побледнел и с надеждой посмотрел на меня.

– Да мертвая она уже. Неси Кристине.

Заметно повеселевший Кирилл направился к служебной машине. Влад распрощался и вернулся домой, где его ждала сестра жертвы.

– Гадостей наговорил? – хмуро поинтересовался Юдин, не уточняя, кого имел в виду, и без того было понятно.

– Не больше, чем обычно, – пожала плечами я.

– Что ж он никак не успокоится!

– Он меня учил, теперь считает, что впустую потратил время.

Я не собиралась жаловаться, но в голосе всё равно проскользнула горечь.

– Перебесится. Или признает, что мы все в одной лодке, – попытался приободрить капитан.

– Вряд ли. Не в этой жизни.

– Тебя подбросить?

– Не стоит. Пройдусь пешком.

Развернувшись, я медленно побрела по тротуару. Начинался дождь. Первые капли упали на лицо, смывая тушь и злые слёзы. Когда два года назад я перешла из Башни в УПИР, то считала, что так будет лучше для города. Управление нуждалось в специалисте для обучения полицейских тонкостям сверхъестественного. Кто ж знал, что ребята станут схватывать всё на лету и составят конкуренцию Серой страже?

– Громова! – окликнул Юдин и, дождавшись, пока я обернусь, добавил: – Жду тебя в управлении к обеду. Я рад, что ты с нами.

– Я тоже, Филипп. Я тоже.

День начался просто замечательно: ещё в пять утра Юдин в SMS сообщил, что стражи вернули тело Мироновой, следом пришла рассылка от нашего судмедэксперта. Соколов оповещал всех, что мчится в управление и если выяснится, что маги «запачкали клиента», то он им пальцы на фиг переломает. Ещё через полчаса, опять же в массовой рассылке, доложили, что маги не такие козлы, как кажется на первый взгляд, а результаты вскрытия будут готовы к обеду. Помянув недобрым словом технические навороты, я зарылась лицом в подушку. Следующее оповещение сработало за полчаса до сигнала будильника – на почту пришёл обещанный отчет.

Поняв, что уже не усну, я выбралась из кровати и начала собираться на утреннюю пробежку. Чтобы поддерживать себя в форме, я бегаю по утрам в сквере возле дома, а вот стрелок из меня так себе. Нет, по мишеням в тире я попадаю неплохо, в норматив укладываюсь, но реальный противник вряд ли станет стоять на месте в ожидании, пока я как следует прицелюсь. Моя главная задача – выслеживать монстров, а не убивать их, хотя иногда мне просто не оставляют выбора.

В детстве я грезила о волшебной лампе, сейчас же многое отдала бы за карманный телепорт. Впереди тянулась пробка длиною в два квартала. Чтобы не терять времени, я поставила машину на автопилот, после чего углубилась в изучение отчёта о вскрытии тела Натальи Мироновой.

Судмедэкспертиза установила, что смерть наступила около полуночи в результате огнестрельного ранения. Оно оказалось сквозным: пуля задела сердце и ушла в пол. Хорошо, что печать перестала кровоточить до отправки тела в морг, иначе у Соколова случился бы разрыв шаблона: кровь течёт, а взять пробы для анализа нельзя. В конце отчета была приписка, что окончательные результаты из лаборатории будут готовы завтра ближе к вечеру.

Ближе к вечеру! Ну Соколов, мыхрева задница!

Я набрала номер лаборатории, на мониторе, встроенном в приборную панель машины, появилось лицо старшего судмедэксперта. Сегодня его длинные ярко-рыжие волосы оказались заплетены во множество косичек, на усыпанном веснушками лбу красовалась татуировка в виде карего глаза. При устройстве на работу парню пришлось расстаться с пирсингом, но отказаться от тату он был не в силах. В рабочее время, чтобы не шокировать родственников умерших, он надевал на лоб повязки, которые, впрочем, тоже были не самых консервативных расцветок. Григорий Соколов, как и большинство людей, работающих в сфере медицины, обладал своеобразным чувством юмора. Он начинал как ассистент пластического хирурга. Причина, заставившая его кардинально сменить род деятельности, оставалась загадкой для всего управления.

– Привет, моя радость! – Соколов улыбнулся, насмешливо прищурив зелёные, словно первая весенняя листва, глаза. – Благодаря тебе разжился парой банок пива. Мы тут с ребятами поспорили, что ты первая мне позвонишь.

– Поздравляю. Так что там с анализом крови?

– Кристина пока не закончила тесты. Одно могу сказать точно: умерла твоя дама счастливой. В крови обнаружена смесь морфия и ещё какого-то компонента растительного происхождения. Пока Крис не определит, что это такое, официального заключения тебе не видать.

– А побыстрее никак? – проворчала я.

– Куда уж быстрее! Я и так с утра подорвался, как на свидание. Я бы с такой замутил. Роско-о-ошная девушка: отличная грудь, длинные ноги, гладкая кожа. С ней было приятно работать.

– Соколов, меня сейчас вырвет.

– Ути-пути, какие мы нежные. Кстати, спасибо за зверушку. Представляешь, парализатор из жвал удалось откачать. – Глаза судмедэксперта мечтательно заблестели.

Понятно, большой мальчик дорвался до новой игрушки.

– Если тебе дороги пальцы, работай только в перчатках.

– Буду осторожен, – заверил любитель экзотических трупов.

– Не возражаешь, если я зайду к вам часа через два? Хочу взглянуть на тело.

– Боюсь, тут ты опоздала. Его выдали родственникам для погребения.

– Мыхрева задница! – Я ударила по тормозам, машину занесло вправо, вокруг раздалось возмущенное бибиканье.

– Продолжай в том же духе, Громова, и пересядешь либо на велосипед, либо в двухколёсное кресло.

– Проклятие! Ты должен был сразу сказать. Кто его забрал?

– Сестра. С ней был Влад, – судмедэксперт многозначительно вскинул бровь.

– Ясно. Спасибо за помощь.

– Всегда пожалуйста.

Экран монитора погас.

Филипп, да как же ты мог это допустить? Я набирала номер начальника всю дорогу, и каждый раз включалась голосовая почта.

Перерыв в УПИРе начался двадцать минут назад, однако служебная парковка оказалась забита – следователи не спешили на обед. Вставив в щель карточку-пропуск, дождалась звукового сигнала и приложила руку к панели на стеклянной стене, разделявшей холл на две части. Тут же запустилась процедура считывания отпечатков. На мониторе появилась бегущая строка: «Ожидайте, идёт процесс сканирования». Спустя три секунды часть стеклянной стены отъехала, открыв проход.

– Тесс, хорошо, что ты приехала. – Голос дежурного показался мне несколько напряжённым. – Ты лучше сразу к Юдину зайди.

– Не вопрос. Уже иду.

Чтобы попасть в кабинет начальника, надо было миновать общий зал, в котором располагались следователи.

– День добрый, – поприветствовала ребят я.

Парни повскакали со стульев и заговорили разом.

– Громова, как здорово, что ты уже на месте, – объявил Влад.

– Мы только что о тебе вспоминали, – добавил Кирилл.

– Уже собирались звонить, – буркнул здоровяк справа.

Валерий был новеньким, всего неделю как к нам перевели. Я точно знала, что на груди, помимо распятия, следователь носил маленькую бутылочку со святой водой. Попав в УПИР, каждый из сотрудников сам находил свою точку опоры, для кого-то ею становилась религия.

– Консультант, не поможешь с парой вопросов? – хитро улыбнулся Влад.

Я послала ему ответную улыбку и покачала головой. Причина, по которой следователи все ещё оставались на рабочих местах, оказалась предельно простой: Юдин устроил ребятам тестирование. В течение последних трех недель парни изучали оборотней и теперь проверяли знания по пройденному материалу.

Возможно, я бы поддалась на уговоры и начала подсказывать ответы, но из динамиков раздался звучный голос Юдина:

– Кто закончил, могут сдаваться и идти на перерыв. Громова, Горелов, зайдите ко мне.

Кабинет Юдина являлся полным отражением внутреннего мира его обитателя. Взгляд приковывал огромный Т-образный стол, загроможденный пластмассовыми коробками с кристалл-дисками и папками, рядом, на расстоянии вытянутой руки, находились две полупустые книжные полки, на которых пристроились книги, несколько наградных листов и пара рамочек с фотографиями. Противоположную стену занимали монитор и магнитная доска, увешанная исписанными листками. Какие именно заметки предпочитал хранить на виду начальник управления, не смог бы ответить и опытный дешифровщик. Невероятно, но в царящем кавардаке Филипп ориентировался с закрытыми глазами. Он располагался в кресле, сложив руки на груди, и только небольшая морщинка между бровей выдавала внутреннее напряжение капитана.

– Вот что, ребята, – Юдин знаком пригласил нас присесть. – Утром у меня состоялся довольно-таки неприятный разговор с пресс-секретарем мэра. Нам недвусмысленно приказано не приплетать к делу Мироновой всякую чертовщину.

– Конечно, внучка депутата городской думы Аркадия Миронова, по слухам являющаяся ведьмой, убита во время проведения ритуала да ещё и в преддверии выборов. Это так неудобно-о, – протянула я, мысленно похвалив себя, что успела заглянуть в базу данных.

– Дай мне закончить, Тесс. Наталья Миронова скончалась в результате огнестрельного ранения. Её тело после проведения вскрытия передано родственникам. Точка.

– А с Серой стражей у нас, по-видимому, многоточие? – хмуро поинтересовался Влад.

Мне нравился этот парень, всегда собранный, готовый прийти на помощь. Он обладал удивительной способностью к сопереживанию, именно ему поручали принимать жалобы и заявления как от нелюдей, так и от обычных людей. Самые абсурдные вещи он выслушивал с серьёзным видом и для каждого находил доброе слово.

– С ними у нас пожизненное многоточие, – мрачно заметил Юдин. – Пора бы и привыкнуть.

– Как же они расщедрились на возврат тела?

– А что они могли поделать? Квар’трам прошлепали, их судмед подтвердил, что надо заниматься огнестрелом. Кроме того, ты оказалась права – следов ритуала в квартире не обнаружили.

Я не удержалась от тихого хмыка. Коллеги из Башни, возможно, и не одобряли мой переход в УПИР, но по-прежнему считались как с профессионалом.

– Но самое главное… – капитан выдержал паузу, – родственники погибшей настоятельно просили, чтобы делом занимались мы.

– И я догадываюсь почему, – проворчал Влад.

– Надеюсь, высокопоставленный дедушка не потребует от нас подтасовки результатов? – ничуть не обрадовалась такому повороту я.

– Зубы обломает, – хмыкнул Юдин. – С отчетом Соколова ознакомились?

Я и Влад не сговариваясь кивнули.

– Неужели обычное убийство? – недоверчиво нахмурился оборотень.

– Вот это нам и предстоит выяснить, – капитан положил перед собой чистый лист бумаги. – Горелов, за тобой камеры видеонаблюдения и опрос соседей. Мне нужен полный список входивших и выходивших из здания за вчерашний день; жильцов помести в отдельную колонку. Можешь привлечь к сортировке Кирилла.

– Принято, кэп.

– Тебе, Тесс, придется связаться с Академией сверхъестественного, – продолжил раздачу заданий капитан. – Миронова снимала комнату в общежитии.

– Хорошо, займусь. С твоего разрешения, я бы попробовала отследить паучиху.

– Думаешь, есть связь? Головин считает, что тварь присосалась к Татьяне сама по себе. Обещал, что его патрульные будут внимательнее присматриваться к людям со спящим даром.

– Головин не видел, как паучиха закрепилась на Татьяне и с какой жадностью выкачивала энергию. Было в этом что-то… странное.

Юдин помолчал некоторое время, а затем, приняв решение, кивнул:

– Раз считаешь нужным проработать зверюгу, я не против. Влад, по поводу тебя и Татьяны. Я убедительно прошу не афишировать ваши отношения. Нам не нужны сложности с семьей Мироновой.

Оборотень насупился и пообещал вести себя разумно.

– Капитан, по поводу Квар’трам…

– Боюсь, её мы не сможем приобщить к делу.

– Это ещё почему? – опешила я. – Вы же оба видели печать. Видели, как она кровоточила!

– Но ты сама сказала, что она не могла привести к летальному исходу, – напомнил Филипп.

– Да, но нельзя забывать о том, что…

– О том, что одна одарённая на всю голову заключила какой-то там договор с деймонаром? – перебил меня Влад. – Да насрать всем на это! У нас внизу сидит девчонка, которая в пятнадцать лет решила, что быть вампиром нереально круто, и дала своему парню себя обратить. К сожалению, у её папаши оказалась иная точка зрения и он встретил дочь осиновым колом. Она просто чудом осталась жива, если можно назвать то, что её ждет, жизнью!

Я взглянула на циферблат. До захода солнца ещё часов семь-восемь. Наверняка Филипп позаботился о питании новообращенной, но кто знает, что выкинет испуганный подросток, способный поднять одной рукой автомобиль?

– Вы связались с общиной?

– Они пришлют за ней транспорт после заката, – раздражённо отозвался Филипп. – Тип, отвечающий за адаптацию обращённых, в дневное время чертовски занят.

– А если попросить магов из Башни подстраховать?

– Уже звонил Головину. Тот дал понять, что нам следует разбираться собственными силами. Недаром же у нас служат два оборотня. Как-нибудь справятся с девчонкой.

– Как-нибудь нам не надо. Капитан, я могу сделать звонок из вашего кабинета?

– Конечно. Влад, пойдем проверим, как там наша клыкастая гостья.

После ухода следователей я потянулась к телефону. Рассчитывала на долгое ожидание, однако вызов приняли после первого гудка.

– Добрый день. Чем могу быть полезен капитану Управления по иным расам?

Я включила изображение.

– Здравствуйте, Фёдор Михайлович.

Если бывший начальник и удивился, увидев меня по другую сторону экрана, то не подал виду.

– Громова, неужели надумала поделиться информацией?

– Неужели вы направили официальный запрос? – не осталась в долгу я.

– Убийство Мироновой ваше, – нехотя признал боевик. – Посмотрим, как вы справитесь.

– Замечательно, – оптимистично улыбнулась я. – Но дело будет продвигаться быстрее, если следователям не придется караулить в обезьяннике вампиров.

Федор Михайлович поджал губы:

– Мне жаль, но я вынужден тебе отказать. Придется УПИРу рассчитывать на собственные силы.

– Как обычно. Обещать намного проще, чем предоставить реальную поддержку. Верно?

– Да пойми же ты, Серая стража не имеет права приближаться к новообращенной без веского на то основания! Пока она сидит смирно, мы можем только наблюдать. Команда из трех боевиков дежурит в кондитерской через дорогу…

– Пока ваши маги объедаются пирожными, могут пострадать обычные люди.

– Следователи управления прекрасно осознают, что их работа связана с риском.

– Я сыта по горло словесной пикировкой! Пришлите кого-нибудь. Если упировцы пострадают, я скормлю вас прессе.

– Полагаю, она в самом деле так поступит, – послышался тихий мужской голос.

В комнате, помимо Федора Михайловича, находился кто-то еще. Маг обернулся:

– Я же просил вас подождать в приемной.

– Лучше бы поблагодарили. Я намерен оказать вам услугу. Передайте девушке, что я приеду. Скажем так, минут через десять.

– Отлично, – ответила я. – Встречаемся у здания управления через десять минут.

– Тесса, это не совсем та помощь, на которую ты рассчитываешь, – пробормотал Головин.

– Он способен скрутить вампира, не причиняя ему особого вреда?

– Вполне… – подтвердил незнакомец.

– Тогда выезжайте. Кем бы вы ни были, хоть чёртом рогатым, вы нам нужны.

Перед тем как я сбросила вызов, из динамиков до меня донесся густой бархатный смех. Мелькнула мысль, что неплохо было бы сначала увидеть лицо таинственного добровольца.

Я всегда считала, что если когда-нибудь столкнусь с деймонаром, то непременно его вычислю: меня предупредит глас свыше, нечто развернёт и заставит бежать в противоположном направлении. Но в тот день все высшие силы, как и моё чутье, мирно дремали. Когда на противоположной стороне улицы припарковался тёмно-зеленый внедорожник, я увидела лишь высокого светловолосого мужчину в голубой рубашке и серых брюках. Он приближался к управлению, с легкостью лавируя в людском потоке. Глаза незнакомца скрывали солнечные очки, но я была уверена, что прежде где-то его видела.

– Тессия Громова, – улыбнулся он.

– Верно. А вы?

– Демиан Норд.

Обмен приветствиями прервал выбежавший из здания Кирилл. Вид у него был такой, словно он только что впервые ассистировал при вскрытии.

– Вампирша громит обезьянник! – выпалил он.

– Идёмте быстрее. – Я взбежала вверх по ступеням и уже хотела войти внутрь, как Норд остановил меня, схватив за руку. – Постойте. Для начала нам нужно кое-что прояснить. – С этими словами он снял очки.

Я знала, что у деймонаров склеры имеют цвет, отличный от белого, а радужка на несколько тонов темнее. На лекциях нам показывали множество рисунков и фотографий. И всё-таки ни одно изображение не могло передать притягательность серебряно-серых озёр ртути, от которых исходило едва различимое при ярком солнечном свете сияние.

– Я, конечно, не чёрт рогатый, но, согласно утверждениям некоторых ваших религиозных конфессий, его ближайший родственник, – вкрадчиво произнес он.

– Уверяю, я прекрасно знаю, в чём состоит отличие демона от деймонара. И да, я слышала ваше имя и прежде. Не так уж и много представителей вашей расы торчит в нашем городе.

– Вот как? – Лицо мужчины застыло, чуть прищуренный взгляд впился мне в лицо. Норд больше не играл. Распознав во мне противника, пытался оценить, что я собой представляла.

И почему я не смогла удержать рот на замке? Что стоило немного пофлиртовать? Я внутренне ощетинилась, чувствуя, как деймонар пытается сковырнуть ментальную защиту, и в который раз порадовалась амулету, висящему у меня на шее.

– Когда-то всего лишь за владение этой информацией могли вырвать язык, – наконец произнес он.

– Мне о-очень страшно. Нам направо по коридору и вниз по лестнице.

Дежурному на посту я представила Норда специалистом по вампирам. Знать бы ещё, доводилось ли деймонару иметь дело с кровососами и какими методами убеждения он намерен воспользоваться.

Сложновато указывать дорогу, стараясь при этом не выпускать из виду идущего позади тебя. После того как я споткнулась на ровном месте в третий раз, за моей спиной раздалось вкрадчивое:

– Тессия, позвольте вам напомнить, что война между магами и деймонарами завершилась несколько веков назад, а опасения, что я способен ударить в спину, являются уже прямым оскорблением.

Обидчивый деймонар. Замечательно.

В подвале что-то с оглушительным грохотом ударилось о стену. Перепрыгивая через две ступеньки, я поспешила вниз по лестнице. У её подножия нас встретил заметно нервничающий Юдин.

– Тесс, она заявила, что будет разговаривать только с вампирами.

– Будем надеяться, что для нас девчонка сделает исключение.

Шум доносился из последней камеры. От неё мало что осталось: вампирша не тронула решётки на занавешенном плотной тканью окне, но сорвала дверь с петель и вырвала вкрученные в стены койки. Сама новообращенная сидела, сгорбившись, на полу в дальнем углу камеры.

– Привет, я Тесса.

Вампирша подняла голову, из-под спутанных каштановых волос на меня с опаской уставились карие глаза. Она оказалась совсем юным, чуть угловатым подростком. Вздёрнутый нос картошкой, большие миндалевидные глаза над пухлыми, по-детски округлыми щеками придавали девчонке сходство с бурундучком. Ей бы по дискотекам скакать, а не от солнца по подвалам прятаться.

– Вот дерьмо! Вы не кровососы. – Нежить обиженно надула губы, подобно ребенку, которому сообщили, что Дед Мороз в этом году не придёт. Она была напугана – под внешней бравадой я уловила страх.

– Нет, мы не вампиры. – Норд медленно двинулся к вампирше.

– Стой! Ещё шаг, и ты пожалеешь, – прошипела она и вскочила на ноги, обнажив клыки.

Норд демонстративно шагнул вперед. Вампирша прыгнула на него и была отброшена назад. Обычный человек по инерции впечатался бы в стену, она же сгруппировалась, приземлилась на ноги и метнулась смазанной тенью ко мне, но деймонар оказался быстрее: он обхватил ее сзади и, заломив руки, поставил на колени.

– Дернешься – оторву руку. Она отрастет, но сначала будет неприятно, – будничным тоном предупредил он.

Не знаю, как вампирша, а я ему поверила.

– Отпустите её. – Я подняла руку и продемонстрировала свой револьвер. Это была облегченная модель. С двадцати шагов из него никого не убьешь, но вот с близкого расстояния он способен нанести нежити ощутимый урон.

– Пули серебряные?

– Деревянные. Серебро мне не по карману.

У меня был припрятан ещё один револьвер, точно такой же, но заряженный обычными патронами. Ребята часто шутили, что когда-нибудь я их перепутаю и выстрелю в плохиша из подворотни деревянными пулями. То-то он удивится.

– В вашей лавочке до сих пор занимаются самообеспечением?

Мне не понравилось ни замечание деймонара, ни его снисходительный тон. Норду удалось одной фразой выразить общепринятое отношение к УПИРу. В той же мэрии находились умники, регулярно поднимающие вопрос: «На кой городу сдалось управление, если существуют обычная полиция и стражи?» Потом кто-нибудь вспоминал, что стражи все как один либо нелюди, либо маги, доверять которым нельзя, поскольку они преследуют тайные и зачастую зловещие цели. Вот из-за паранойи городских чиновников, или же благодаря ей, и существовала наша лавочка.

К сожалению, бюджет УПИРа напрямую зависел от лиц, мягко говоря, далёких от мира сверхъестественного, и снабжение управления оставляло желать лучшего. Одни только серебряные распятия вместо заказанных серебряных пуль чего стоили. Филипп долго матерился, требовал замены, но добился лишь разрешения пустить выданный инвентарь на переплавку. Всем личным составом в тот раз скидывались.

Деймонар отпустил вампиршу, она мгновенно забилась в дальний угол и горько вскрикнула:

– Да кто же вы такие!

– Вот он, – я ткнула пальцем в сторону Норда, – де-емон, – пропела я, делая акцент на букве «Е».

– Настоящий?

Любопытство пересилило страх, девчонка передвинулась чуть ближе.

– Хвост, рога и копыта отсутствуют, а в остальном самый что ни на есть настоящий, – с серьезным видом заверил Норд.

– И что, крыльев у тебя тоже нет? – На её лице отразилось такое разочарование, что я невольно улыбнулась.

На самом деле раса Норда не имела никакого отношения к демонам. Деймонары не принадлежали нашему миру вовсе.

Однажды две реальности – наша и мир фейри – вошли в соприкосновение, образовав постоянные точки перехода. Первая возникла в Ирландии. Магам хватило времени оградить территорию от случайных прохожих и выставить круглосуточные посты. И всё равно они оказались не готовы к наплыву низших тёмных фейри. А потом появились деймонары. Зачистив Ирландию от представителей чужого мира, они принялись за местных магов. Методично выслеживали и убивали, невзирая на пол и возраст. К моменту подписания договора с деймонарами выжила лишь треть магов. После заключения мира они исправили ошибку, которую совершили их предки: владеющие даром перестали жить разрозненными общинами, перестали прятаться. Были построены магические школы, создана единая система обучения. С тех пор прошло три столетия. И всё-таки для многих деймонары остались врагами.

– Так, с ним всё ясно. Мегакрутой демон. А ты кто такая? – нарушила молчание вампирша.

– В некотором роде сотрудник полиции.

– А смахиваешь на социального работника. Вот только со мной вести воспитательные беседы уже поздно, – ехидно заявила она.

– Когда тебя обратили? – спросил Норд.

– Вот вы все заладили. Когда, когда… Да три дня назад!

Не знаю, как деймонара, а меня девчонка достала. Мало того что набросилась с порога, так ещё и нагло врёт.

– Говоришь, три дня назад? – Норд подошел к окну и сдернул ткань. – Протяни руку к свету.

– Я что, на дуру похожа?

– Я сказал. Протяни. Руку. К свету, – выплюнул слова деймонар.

Вокруг него сгустился сумрак, казалось, сама фигура Норда стала выше, от неё над полом начал стелиться тёмный туман. Мне стало тяжело дышать, я упала на колени, судорожно хватая ртом воздух, пахнущий имбирем и корицей. Восприимчивость к магии обострилась до предела.

– Ближе, ещё ближе! – потребовал деймонар.

Яркая вспышка ударила по глазам, и в камере запахло паленым. Громкий вскрик резанул по ушам, и следом раздался резкий голос Юдина, требующий оставить вампиршу в покое…

Абстрагироваться от чар деймонара оказалось непросто. На некоторое время я будто превратилась в радар для считывания деймонарской магии. Когда я окончательно пришла в себя, постанывающая вампирша сидела на полу и баюкала обожженную руку, а вот деймонар исчез.

– Филипп, со мной был мужчина. Демиан Норд. Он ушёл?

– Соскучились? – Вошедший в камеру Норд держал в руках пластиковый стаканчик, судя по запаху – с кофе. Деймонар присел на корточки возле меня.

– Пейте.

Я принюхалась, вроде бы кофе из автомата на первом этаже. Скверный на вкус, зато всегда горячий.

– Тессия… – Норд вздохнул, склонился ко мне и прошептал в ухо: – Уверяю, несмотря на продолжительную историю вражды между магами и деймонарами, я не собираюсь вас травить, да ещё и в присутствии свидетелей.

Я залпом выпила кофе: горячая жидкость обожгла язык и нёбо, зато дрожь прекратилась и дышать стало легче.

– Ещё сюрпризы будут? – поинтересовался Юдин, держащий наготове пистолет.

Вампирша отрицательно затрясла головой.

– Прошу прощения за излишнее самоуправство, – невозмутимо произнес Норд. – Думаю, ваша задержанная уже согласна сотрудничать.

– Солнечный свет был лишним, – мрачно проворчала я.

– Предпочли бы, чтоб вас укусили? – Деймонар нахально улыбнулся.

У него были резкие выразительные черты лица. Если бы я не знала, что он не принадлежит нашему миру, то сказала бы, что среди его предков были скандинавы. Золотисто-рыжие, выгоревшие на солнце волосы казались ещё светлее на фоне потемневшей от загара кожи. Должно быть, он набросил иллюзию, потому что сейчас его глаза выглядели абсолютно нормально: свечение исчезло, склеры были привычного белого цвета. А вдруг я и прежде сталкивалась с деймонарами, но просто не могла их распознать? От этой мысли мне сделалось не по себе.

– Что вы хотите узнать? – угрюмо бросила девчонка.

– Для начала, откуда ты взялась, – приступила к допросу я.

– Меня обратили тринадцать лет назад. Это был мой парень, я сама его попросила. – Вампирша с вызовом посмотрела на нас. Не иначе как ожидала возмущения и осуждения. Зря старалась, на нашей работе и не к такому привыкнешь.

– Продолжай, – сухо велел Юдин.

Поняв, что увести разговор в сторону не удастся, Александра поведала, что после обращения ей и её создателю пришлось перебраться в сельскую местность. Парочка питалась, нападая на домашний скот, на одном месте долго не задерживалась, больших городов старалась избегать.

– Месяц назад мы достигли Азовского побережья и в одном из летних баров познакомились с парнем. Он представился сотрудником местной газеты, я согласилась на интервью. Встреча должна была состояться в нашем номере, но в последний момент журналист предложил пообщаться на пляже… – Саша замолчала и уставилась в потолок.

– Дальше, – поторопила её я.

– Я прождала его до рассвета, но он так и не пришёл. А когда вернулась в гостиницу, обнаружила, что моего Лёшу убили. Его голова… – вампирша тихонечко заскулила, – валялась рядом с кроватью, грудь еще дымилась от серебряных пуль.

– Охотник? – задумчиво произнес Юдин.

– Похоже на то, – согласилась я. – Девчонку пожалел.

– Выходит, к нам в город пожаловал профи. Надеюсь, он не станет заниматься самодеятельностью.

– Мы же никого не трогали. – Саша вскочила, и я автоматически выхватила револьвер. – Лёша за коров и свиней фермерам деньги подбрасывал. За что же он нас? Почему?

Я отвела взгляд, не зная, что ответить. Не так давно люди заговорили о признании вампиров частью общества. Однако до сих пор юристы так и не пришли к единому мнению: считать ли вампиров официально мертвыми или нет. Вроде бы в Штатах вводились поправки к законам, регулирующие порядок наследования. И всё-таки многие по-прежнему считали вампиров монстрами и полагали, что чем меньше их останется на земле, тем лучше. Я не могла припомнить ни одного случая, когда убийца вампира был бы наказан по закону.

Саше крепко досталось – кожу до локтя покрывали тёмные пятна от ожогов. Будь она недавно обращенной, потеряла бы руку.

– Болит?

– Я же вампир… – фыркнула она. – Не парься. Через пару часов восстановлюсь. Как заметил твой приятель-демон, у вампиров отличная регенерация.

Проигнорировав замечание насчёт приятеля, я задала следующий вопрос:

– Мне сказали, что ты была ранена, когда пришла в управление. Позволишь взглянуть?

Вампирша задрала майку: от груди до пупка тянулся широкий темно-бордовый шрам. Будь она человеком – не выжила бы.

– Охотник?

– Напал под утро, застал врасплох. Видимо, собирался и меня ликвидировать, но ему тоже досталось. Жаль, что не смогла прикончить гада, – Саша хищно улыбнулась, обнажив маленькие острые клыки.

– А сначала говорила совсем другое. Деточка, тебе разве мама не объясняла, что врать взрослым нехорошо?

– Деточка, – передразнила вампирша, – я старше тебя лет на пять.

– Умнее ты от этого не стала. Кстати, Филипп, большинство вампиров обладает гипнотическими способностями. Смотреть в глаза не рекомендуется. Неспроста Влад так расчувствовался. Это же он с ней беседовал?

– Да, Тесса. Ты права. Мы ещё вернемся к этому вопросу.

– Саша, выходит, что ты соврала? – Я присела на корточки рядом с ней.

– Разве меня впустили бы внутрь, скажи я правду? – Она шмыгнула носом.

– Охотник не оставит тебя в покое. Ты его ранила. Теперь это личное.

– Сама знаю. Иначе фиг бы я попросила помощи у местных вампиров.

– Представители общины приедут за тобой после заката.

– Они реально помогут? – засомневалась вампирша.

– Конечно. Подыщут жилье и работу. С обязанностями кассира в супермаркете в ночную смену ты справишься, – вклинился в разговор деймонар.

– Вот дерьмо!

– Добро пожаловать в реальный мир, деточка, – буркнула я.

– Впрочем, если ты решишь, что уклад местной общины тебе не подходит, существует второй вариант. – Норд достал из кармана визитку и протянул Саше, та поколебалась мгновение, но карточку взяла. – Слышала о клубе «Ночная орхидея»?

– Ещё бы! Шикарнейшее место на побережье. Ходят слухи, что там заправляют нелюди.

– Надумаешь проверить – покажешь охраннику на входе визитку и скажешь, что я тебя пригласил.

В кармане деймонара подал сигнал КПК. Норд взглянул на экран.

– Боюсь, мне нужно идти. Было приятно познакомиться, капитан Юдин.

– Мне тоже, Демиан…

– Демиан Норд.

Как только деймонар вышел, мне показалось, что сама камера увеличилась в размере. В голове роились десятки вопросов, но интуиция подсказывала, что лучше и не искать на них ответы. Тем более что неясно, какую плату потребует деймонар. И всё же я была готова рискнуть.

Когда я добежала до выхода, выяснилось, что Норд уже ушёл.

– Тесс, погоди, – окликнул меня дежурный. – Вот. Просили тебе передать.

Он протянул мне тёмно-синюю визитку. На ней золотыми буквами было выведено: «Ночная орхидея» – мир сумрака и грёз», а на обратной стороне указан номер телефона. Я набрала его, заиграла музыка, женский голос певуче произнес:

– Здравствуйте, вы позвонили в «Ночную орхидею». Для заказа столика нажмите клавишу один, если хотите задать вопрос администратору, нажмите клавишу два, ознакомиться с услугами…

Я сбросила вызов. Возможно, мне действительно стоило заглянуть в клуб и увидеть всё своими глазами.

С Филиппом Юдиным я познакомилась во время работы в Серой страже. Мы регулярно пересекались на местах преступлений. В Башне капитана считали выскочкой, путающимся под ногами у магов. Пообщавшись с Юдиным, я убедилась, что слухи несправедливы. Он в самом деле интересовался миром магии, но не преклонялся перед ним, а пытался понять. Я охотно отвечала на вопросы капитана, а когда спустя шесть месяцев он предложил мне работу в штате УПИРа – не смогла отказаться. Просто возникло ощущение, что в этой команде я буду нужнее.

Узнав о моём решении, Головин пришёл в ярость. Из самой перспективной ищейки Серой стражи я вмиг превратилась в неблагодарную девчонку и предательницу. Прошло два года, а отношения с бывшим начальником оставались натянутыми, да и в новом коллективе ко мне отнеслись настороженно. Следователи не обрадовались бывшему стражу, оказавшемуся у них под боком. Напряжение, возникшее между нами с первого рабочего дня, ощущалось до сих пор.

Прикрыв глаза, я помассировала виски. Составление отчетов всегда нагоняло тоску, а нынешний и вовсе пришлось сочинять в двух вариантах. Первый – официальный, в нём ни слова не говорилось о так называемом ритуале или о Квар’трам, а второй – с подробным описанием моей версии происшедшего – пришлось чуть ли не насильно всучить Филиппу. Как капитан с ним поступит, не моя забота, только бы потом не говорили, что упырячий консультант плохо справляется с обязанностями.

Перед тем как отправиться в академию, я заскочила в лабораторию. Соколов с увлечённым видом препарировал чьи-то полуразложившиеся внутренности, амбре которых не мог заглушить едкий запах формалина.

– А, привет, Тесс. Ты знала, что у зомби главным органом является печень? – Из-под маски его голос прозвучал глухо. Я бы на его месте надела противогаз. – Только она продолжает функционировать, в то время как другие органы отмирают, и перерабатывает свежую кровь в слизь, которая всасывается в мягкие ткани, вот почему у этого вида нежити конечности полуиссушены, а туловище – свежее.

Я вызвала в памяти образ зомби, с которым мне пришлось столкнуться пару месяцев назад. Свежим его точно нельзя было назвать.

– Тебе что, паучихи мало?

– Да она никуда не денется. Я её заморозил. После работы займусь.

– Эх, Гришка, девушку тебе завести надо.

– И чего я у них не видел? – хмыкнул судмед, рассматривавший все разновидности нелюдей как биологические виды ну о-о-очень интересные для изучения.

– Запомни, Соколов, самый главный «орган» у зомби – его башка. Пока не снесешь – не помрёт. Или ты предлагаешь новый радикальный способ умерщвления? Вырывать печень и ждать, пока зомбяк иссохнет от голода?

– Вот вечно ты так. Весь кайф обломала. – Соколов накрыл внутренности брезентом и снял маску. – Кстати, как дела? Вампир не укусил?

– Кончай ехидничать. Я сама тебя сейчас покусаю. Что тебе стоило придержать тело Мироновой?

– А на каком основании? Я с ним закончил, образцы для анализов взяли. Да и Влад наседал.

– Вот с этого и надо начинать, – недовольно пробормотала я.

– Не ворчи. Ему из мэрии звонили. Такое чувство, что родственники хотят побыстрее прикопать убиенную. Да там действительно ничего интересного не было. Если не принимать во внимание «Печать плоти», то стандартная смерть от девятимиллиметрового. Причём стреляли практически в упор.

– А как же таинственное нечто, обнаруженное в крови?

– Разберёмся. Повторяю ещё раз: образцы для анализа мы взяли. Так что это всего лишь вопрос времени.

Соколов снял перчатки, понюхал руки, скривился, затем щедро плеснул на ладони антисептика. Результат повторного обнюхивания, видимо, оказался удовлетворительным. Григорий вытащил из шкафчика шоколадный батончик и, усевшись на край стула, разломил пополам.

– Будешь?

Я сглотнула, покосившись в сторону стола, на котором лежал прикрытый брезентом ливер зомби. Шоколад я любила, но не настолько. Соколов всё понял по моему выражению лица и повторно озвучивать предложение не стал.

– Постарайся побыстрее закончить с тестами. Это очень важно, – поторопила я.

– Как обычно. Поэтому я и вылез из постели в пять утра.

– Ты у нас самый лучший, самый чудесный судмедэксперт на свете.

– А то! Продолжай, – блаженно улыбнулся Соколов.

– И тебе полагается подарок. – Я потрясла у него перед носом тканевым мешочком.

– Что там?

Соколов попробовал выхватить трофей из рук, но я спрятала его за спиной. В мешке лежал кусочек линялой шкурки ламии. Этого добра в штольне, где меня завалило, было навалом. Распрощались мы с ламией по-хорошему, если лучшими подругами не стали, то определенного взаимопонимания достигли. Я так подозреваю, что решение о переезде в заповедник она приняла уже на исходе первого дня. Последующие двенадцать часов мне пришлось провести в пещере только потому, что хвостатая вредина соскучилась по человеческому обществу.

– Давай же. Не томи!

– Пообещай, что на радостях не позабудешь об анализе.

– Даю слово!

Я вручила судмедэксперту подарок. Соколов развязал тесёмки и вытряхнул содержимое на стол. Вид ржаво-алой с золотыми вкраплениями змеиной чешуи сначала ввел его в ступор, а затем судмедэксперт порывисто обнял меня, чмокнул в лоб и, заявив, что ему срочно нужно кое-что проверить, убежал в соседнюю комнату.

Пропуск на территорию академии удалось получить без проволочек. Узнав, что управление расследует обстоятельства гибели Натальи Мироновой, мой бывший наставник, а ныне друг, Михаил Орлов, пообещал всё уладить. Когда я подъехала, он уже ожидал меня у входа.

– Привет, отлично выглядишь, – с улыбкой заметил Орлов.

– Для человека, которого чуть не расплющило в пещере, я вообще красавица.

Хотела пошутить, но добилась совершенно противоположного эффекта. Михаил помрачнел и, вдруг схватив за руку, привлек к себе.

– Прости, я не знал, что так получится.

– Не ты один. Ламия тоже не ожидала, что нас настолько сильно завалит. – Я осторожно разомкнула объятия. Не то чтобы мне не понравилось, просто я приехала не за этим, да и место было не самое подходящее. – Я привезла ордер…

– Хорошо, давай сюда, – без особого энтузиазма кивнул он. Получив документ, Михаил сунул его в папку и направился к входу.

– Это разрешение на доступ в комнату Мироновой. Кроме того, я бы хотела переговорить с её соседками…

– Переговоришь, – сухо пообещал Орлов. Видимо, обиделся.

Михаил уже не первый месяц намекал, что хотел бы, чтобы наши отношения стали более близкими, но я предпочитала держаться на расстоянии. Странно, учитывая мое отношение к наставнику по изначальной магии во время учебы в академии. Да что там я, в зеленоглазого красавца-преподавателя была влюблена добрая половина адепток. У Михаила Юрьевича сформировался личный клуб почитательниц. Мы украдкой делились друг с другом фотографиями и пробовали создавать фантомы Орлова – даже как-то конкурс устроили на самый удачный. Ну а особо наглые совершали паломничество к липе, растущей у дома кумира. Я, как и многие, тихонько вздыхала, прилежно зубрила изначальную магию и надеялась, что со временем это пройдёт.

После выпуска из академии я на пару лет потеряла Михаила из виду. Работа в Серой страже полностью меня поглотила, однако после перехода в УПИР я столкнулась с нехваткой информации, и Орлов пришел мне на выручку. Да я вообще не представляла, что бы без него делала! Благодаря участию Михаила была разработана программа обучения следователей УПИРа, он помогал отбирать темы, составлял тесты и заказывал книги в библиотеке. Орлов доверял мне настолько, что посвятил в свою тайну, – он был эльфом, высшим существом из мира фейри. У меня в голове не укладывалось, что он забыл на Земле, да ещё и в академии, среди юных дарований.

– О чем задумалась? – еле слышно спросил Михаил, в то время как мы шли по дорожке к общежитию.

– Пытаюсь понять, что произошло в той спальне.

– До меня дошли слухи о «Печати плоти».

– Всё верно. Представляю, до чего обрадовался Совет.

– Не то слово. Всех адептов подвергнут проверке, преподавателям также не удастся отвертеться.

– Сурово.

– Тесс, магов из Башни также вызовут.

– Намекаешь, что и до меня доберутся? – обеспокоилась я.

Проходить ментальную проверку не хотелось, максимум – внешний осмотр. Я не боялась, что маг, заглянувший ко мне в голову, обнаружит что-либо запретное, однако, кто знает, что мне там оставят на память?

Я встревоженно взглянула на Михаила, тот улыбнулся и кивнул.

– Постараюсь всё уладить.

– Спасибо, Миша. – Я взяла Орлова за руку, он поколебался немного, а потом переплел наши пальцы.

Мы подошли к зданию, заменявшему мне родной дом в течение двенадцати лет. Учеба в академии осталась в прошлом. Я всматривалась в знакомый фасад и не чувствовала ни грусти, ни ностальгии, вероятно, причина крылась в слишком насыщенном настоящем. Каждый день, выходя на работу, я понятия не имела, с чем столкнусь сегодня: придется ли помогать отвечать на звонки горожан, регистрировать нелюдей, выезжать на место преступления или же выслеживать обезумевшего оборотня. И всё-таки я любила свою работу, она наполняла мою жизнь смыслом, помогала чувствовать себя нужной.

Комната Натальи в общежитии отличалась от городской квартиры: светлые стены, добротная мебель, жизнерадостные голубые занавески в белый горошек. И все-таки кое-что общее прослеживалось. Я осмотрела содержимое тумбочки и письменного стола, заглянула в шкаф и не нашла ни одного зачарованного предмета вроде заговоренных от потери ключей.

Ерунда какая-то! Энергетический фон помещения оставался абсолютно нейтральным, словно здесь давно не использовали магию. Если бы Орлов не подтвердил, что это комната Натальи, то я бы сочла, что меня надули, предъявив пустующее помещение.

– Ни черта не понимаю, – пробормотала я.

– Что-то не так? – спросил до сих пор молчавший Михаил.

– Как часто Миронова здесь появлялась?

– Без понятия. Всё, что я знал о её учебе в академии, я тебе рассказал, но, скорее всего, её соседка и одногруппница в курсе. Позвать?

– Да, приглашай.

Елизавета Воронина оказалась близкой подругой покойной Натальи или же считала себя таковой.

– Другая квартира? – растерянно переспросила она. – Да, снимала в городе, в жилом комплексе «Тихая гавань».

– И другого пристанища у неё не было?

Девушка покачала головой.

– Нет, насколько мне известно.

– Хорошо. Могла ли она временно перебраться к подруге или парню? Она с кем-нибудь встречалась?

Елизавета снова покачала головой.

– Ей было не до развлечений. Ната готовилась к новому учебному году. Как аспиранту ей выделили группу адептов-первогодков. Нужно было проработать программу и задания.

– Так, по-вашему, главным в жизни Натальи была учеба? – уточнила я. Характеристика никак не вязалась с интерьером спальни в городской квартире.

– А что вас смущает? – насторожилась Воронина.

– Миронова не практиковала магию в быту.

– Магия – это не только возможности, но и ответственность, – раздалось в ответ чопорное.

Я бы поверила Ворониной, если бы не бегающий взгляд, то и дело останавливающийся на шифоньере. Я уже в него заглядывала, но не заметила ничего интересного, кроме одежды. Да и той было маловато: запасные комплекты униформы, мантия, спортивные брюки – необходимый минимум для учебы в академии.

Поняв, что откровенности от Ворониной не дождешься, попыталась её подтолкнуть.

– Вы что-то ищете?

Поколебавшись, она кивнула:

– Цветок. Точнее, его саженец. Я и Наталья выращивали ингредиенты для зелий.

– Прошу. – Я взмахнула рукой. – Разрешаю воспользоваться заклинанием поиска.

Воронина с подозрением посмотрела на меня.

– Вы же тут уже всё проверили.

– Но меня в первую очередь интересовали зачарованные предметы.

Елизавета ещё немного поколебалась, а затем кивнула и быстро произнесла слова поискового заклинания. Я ощутила резкий приторно-сладкий запах карамели, в воздух взмыли энергетические вихри. Абстрагироваться от чужой магии удалось в течение пары секунд. Спасибо Орлову, помогшему отточить это искусство.

Открыв КПК, я внесла заметку о запахе магии Ворониной. Кто знает, возможно, однажды и пригодится. Я вела свою базу данных магов, основанную на классификации запахов и ароматов. Конечно, подобные улики нельзя было подшить к делу, но временами мой странный нос помогал в расследовании. Когда знаешь, в каком направлении двигаться, намного проще отыскать то, что заинтересует не только следователя, но и судью.

– Его тут нет, – наконец признала заметно расстроившаяся Елизавета. – Скажите, вы найдёте того, кто это сотворил?

– Я и следователи Управления по иным расам сделаем всё возможное.

Внезапно девушка крепко схватила меня за руку и умоляюще посмотрела в глаза.

– Найдите. Я хочу знать… почему.

– Хорошо. Обещаю сообщить вам, как только расследование будет завершено.

Воронина продиктовала мне номер телефона. Комнату Мироновой она покинула понурив голову. Девушка тяжело переживала смерть подруги, старалась не выставлять эмоции напоказ, но я узнала этот взгляд, полный затаенной боли. Слишком часто я видела его в зеркале после возвращения с места преступления.

– Выяснила что-нибудь? – На время разговора с Ворониной Михаил выходил в коридор, а сейчас вернулся.

Я сделала вид, что не заметила, насколько близко он подошёл. Хватило бы и полушага, чтобы оказаться в его объятиях. За последний год этих несостоявшихся шажков было не счесть, меня тянуло к Михаилу, но в последний момент что-то останавливало. Вот и сейчас, вместо того чтобы хотя бы обернуться, я притворилась, что заинтересовалась видом из окна.

– И да и нет. Воронина что-то знает, но будет молчать из уважения к покойной.

– Ты всё равно раскопаешь, что она скрывает.

– Разумеется. Но она бы сэкономила нам кучу времени и сил, если бы рассказала всё без утайки.

– Твое окно выходило на противоположную сторону, – неожиданно обронил Михаил.

– Этажом выше, – пробормотала я. Михаил стоял так близко, что я чувствовала аромат его одеколона.

– Знаешь, а ведь я вас видел.

Откровение бывшего наставника по изначальной магии заставило меня резко крутануться на месте.

– Твой дом расположен в глубине сада!

– Всего лишь иллюзия, – с улыбкой развел руками Михаил. – Законная, можешь проверить. Как представителю Волшебной страны мне полагаются некоторые послабления.

Законность наложенных чар интересовала меня в последнюю очередь. Я судорожно пыталась вспомнить, что именно мы с девчонками говорили, сидя на развесистых ветвях липы.

– И слышал тоже… – нахально улыбнулся провокатор, вгоняя меня в краску.

– Мило, что ты об этом сообщил.

– Я нравился тебе, а потом что-то случилось. Ты больше не смотришь на меня как прежде.

Меня поймали с поличным, так что отпираться не имело смысла.

– Наверное, выросла. Я была влюблена, первое серьезное увлечение прошло.

– Вот и хорошо, что прошло. – Михаил взял меня за руку. – Мне не нужна маленькая восторженная адептка. Как насчет отношений по-взрослому?

– Ответ надо дать прямо сейчас? – еле слышно выдохнула я.

– Необязательно. Но я бы хотел, чтобы мы были вместе. Ты нужна мне, Тесса. Особенно сейчас.

– Что-то случилось? – обеспокоилась я.

– Мой мир трещит по швам, – Михаил замолчал и уставился в одну точку. Он имел в виду вовсе не Землю.

– Я никогда не задумывалась, как повлияло появление связи между нашими мирами на Волшебную страну.

– Она теряет магию… – Голос эльфа прозвучал надрывно. – Мы надеялись, что со временем отток ослабнет, но ваш мир похож на огромную чёрную дыру. Все виды фейри испытывают проблемы с рождаемостью, зато количество владеющих даром на Земле увеличивается с каждым годом. Вы отняли то, что принадлежало нам. Тёмный Двор и Светлая королева с трудом сдерживают колониальные планы своих подданных. Если в ближайшее время деймонары не придумают, как разорвать связь между мирами, начнется война. Война за новую территорию, и, поверь, по сравнению с ней противостояние между твоими предками и деймонарами покажется всего лишь мелкой потасовкой в придорожной забегаловке.

– Поэтому ты здесь? – встрепенулась я. – Тебе нужна помощь магов? Если я смогу…

– Ш-ш-ш… – Михаил приложил палец к моим губам.

Время остановилось, я смотрела в зелёные глаза, пытаясь понять, сколько во мне осталось от девчонки, которая ради одной одобрительной улыбки кумира могла просиживать над книгами все выходные. Спохватившись, Михаил убрал руку, при этом его пальцы словно невзначай погладили меня по щеке. От этой невинной ласки меня бросило в жар.

– Не стоит давать обещания вслепую, – мягко напомнил бывший наставник.

– Знаю, – нервно усмехнулась я. – Нарушенное слово однажды превратится в хитрую лисицу, которая незаметно подкрадется и цапнет тебя за филей.

– В теории речь шла о подпорченной энергетической карте.

– «Хитрая лиса» звучит забавнее. Ладно, заболталась я с тобой, а надо ещё заехать в городскую квартиру Мироновой.

– Надеешься что-то найти, после того как там побывала Серая стража?

– Хочу ещё раз всё проверить. Чувствую, мы что-то упустили.

Я уже была мысленно в работе и вздрогнула, почувствовав, как Михаил опустил руку на мое плечо и слегка сжал.

– Когда будешь сегодня засыпать, знай, что я думаю о тебе.

Откровения Орлова слегка выбили меня из колеи, но к дому Мироновой я подъехала с абсолютно ясной головой. На стоянке не было свободного места, пришлось припарковаться у магазина напротив. Консьерж – судя по ауре, оборотень – моему появлению не обрадовался. Он долго изучал предъявленное удостоверение, а затем принялся вводить данные в компьютер, аккуратно нажимая на клавиши указательным пальцем. Всё это время с его лица не сходило брезгливое выражение. На вид не больше сорока – зато манеры как у семидесятилетнего хрыча.

– Давно здесь работаете?

Мужчина посмотрел на меня поверх очков в роговой оправе:

– Достаточно.

– И минувшей ночью была ваша смена?

– Девушка, сегодня утром мне задавали эти же вопросы ваши коллеги, и я не буду отвечать на них повторно. Захотите – ознакомитесь с протоколом допроса. Возьмите ключ. Вернёте лично мне в руки. Распишитесь вот здесь, – он ткнул длинным узловатым пальцем в журнал, лежащий на конторке.

– Я вам не девушка, а сотрудник Управления по иным расам.

Он чуть наклонил голову набок и, глядя на меня с кривой ухмылкой, произнёс:

– Всего лишь консультант с ограниченными полномочиями. Сомневаюсь, что допрос свидетелей входит в вашу компетенцию.

Схватив со стола ключ, я поставила размашистую подпись в журнале.

– Спасибо за содействие и удачного рабочего дня. – Я широко улыбнулась, отметив, как мужчину перекосило от моей наигранной доброжелательности.

И где только таких обучают? Видимо, на специальных курсах зануд. В ожидании лифта я физически ощущала взгляд консьержа, сверлящий мне спину. Такой охраняет покой жильцов похлеще дракона. Вот только убийцу он проморгал.

В квартире Мироновой пришлось обследовать каждую комнату на наличие свежих следов магии. Только после этого я вернулась к осмотру места преступления. Медленно обошла спальню по периметру, затем опустилась на пол, на то самое место, где совсем недавно лежало тело, и прислушалась к ощущениям. Чисто. Ни малейшего намека на ритуальное убийство.

Больше меня в квартире ничего не держало, но вместо того чтобы отправиться домой, я приступила к методичному осмотру содержимого высокого двустворчатого шкафа. На полках стояла неплохая подборка книг по боевой магии, но не было ни одной тетради или блокнота. Даже у меня, окончившей учёбу в академии, конспекты сохранились, а аспирантка Миронова записей не вела. Неужели предпочитала электронные носители? Тогда где её компьютер? Ещё одна странность вдобавок к отсутствию следов бытовой магии или артефактов.

Вытащив КПК, набрала Юдина:

– Привет! При обыске квартиры Мироновой вы нашли компьютер или наладонник?

– Только сотовый телефон.

– Понятно.

– Ты надолго у неё в квартире застряла? Рассчитывал, что заскочишь в управление и расскажешь, как всё прошло в академии.

– Не густо, но и не пусто… Если позволишь, то я отправлю отчет на почту.

– Хорошо, – не стал настаивать на моем приезде начальник. – Какие планы на завтра?

– Собираюсь заехать в Башню и получить информацию по энергетическим паукам. Надо выяснить, откуда взялась наша крошка.

– Оформить для тебя официальный запрос?

– Было бы здорово. Давно заметила, что бланк и печать УПИРа действуют волшебным образом и на магов.

Капитан напомнил, чтобы я не забыла активировать полицейскую пломбу на входной двери, и распрощался. Я же застыла посреди комнаты, всматриваясь в засохшее пятно крови.

Во что же ты вляпалась, Наталья?

Домой я добралась в течение часа и в ожидании доставки пиццы успела составить подробный отчет для Юдина. При принятии на работу в УПИР мы условились, что я не стану делать скидок на то, что общаюсь с немагом. Несмотря на то что сам Филипп не обладал даром, он жаждал разобраться в магических премудростях, понять, как они работают. И это мне чертовски нравилось.

Перед сном я составила план на завтра и, засыпая, знала, что меня ждет насыщенный день.

Я стояла в тени липы, растущей у высокого кирпичного забора. Сладкий, густой аромат кружил голову. Прислонившись лбом к стволу, погладила шершавую кору, ощущая себя полной идиоткой, и всё-таки решимость осуществить задуманное возрастала с каждой секундой. Я посмотрела вверх. Расположение ветвей было таким знакомым. Столько раз по ним взбиралась, что смогла бы проделать это с закрытыми глазами. А вот в платье по деревьям мне лазить ещё не приходилось. Иссиня-чёрная полупрозрачная ткань водопадом струилась по телу, перехваченная серебристым поясом юбка волнами была чуть ниже колен.

Усмехнулась и растёрла ладони, внутри меня всё сжалось от нетерпения и предвкушения, по коже пробежал холодок. Подпрыгнув, ухватилась за нижнюю ветку, подтянулась и перекинула через неё ногу. Держась за ствол, аккуратно выпрямилась в полный рост и уже поставила ногу на следующую ветвь, как вдруг юбка, подхваченная ветром, взметнулась вверх и зацепилась за короткий сучок. Проклятие! Если потянуть, точно затяжка останется. Надо же, как крепко меня липа поймала. Крепко… Уже который год держит. Рискнула отпустить обе руки и почувствовала, что начинаю терять равновесие. И в это мгновение чьи-то горячие пальцы схватили меня за руку, не давая сорваться вниз…

Открыв глаза, села на постели. Сердце бешено колотилось в груди, по спине струился пот, словно я увидела кошмар. Я прекрасно помнила, когда надевала платье из сна: на выпускной, в вечер, когда погибла моя подруга Ольга. Обстоятельства её смерти засекретили, дело расследовала Серая стража. Однако, попав в Башню, я не смогла выяснить детали. Уровень доступа не позволил мне ознакомиться с материалами.

Я бросила взгляд на будильник. Почти восемь часов проспала, а все равно чувствовала себя совершенно разбитой. Нет, так не пойдет, следует собраться и сосредоточиться на деле. Я пообещала Елизавете, что выясню, что же произошло в спальне Натальи Мироновой, более того, дала слово самой себе. Каждый раз, когда я бралась за новое расследование, то шла до конца. Близкие жертвы должны знать, если не почему, то хотя бы кто это сделал. Им нужно кого-то обвинять, в этом случае появится шанс, что они перестанут упрекать самих себя. Я знала об этом не понаслышке. Меня до сих пор не отпускало чувство, что я виновата в гибели Ольги. Хотя бы потому, что не оказалась рядом.

Терпеть не могу похороны – общепринятую последовательность действий, которую необходимо выполнить несмотря ни на что. Ритуал нужен живым, мёртвым уже всё равно. И всё же похороны Мироновой – отличная возможность присмотреться к её родным и друзьям, собравшимся вместе. Интересно, появится ли кто-нибудь из магов? Насколько я знала, дед Натальи не одобрял её дар и всё, что с ним связано.

Я заметила господина депутата практически сразу же. Аркадий Миронов с мрачным выражением лица и сухими глазами стоял у края могилы. В двух шагах позади держались за руки его дочь, зять и внучка. Сергей и Мария Мироновы застыли, словно восковые фигуры. Закрыв глаза, женщина не переставая шевелила губами. Она уже вступила в пору мягкого увядания, но всё ещё была красива. От неё сестры Мироновы унаследовали светлые волосы и хрупкое телосложение. А вот её муж не скрывал слез. Он был выше жены на две головы. Мешковатая рубашка навыпуск и джинсы делали его белой вороной среди идеально сидящих пиджаков и наглаженных брюк. Впрочем, тут он не был одинок, я тоже то и дело ловила на себе косые неодобрительные взгляды.

– Утро… – хмуро поприветствовал подошедший со спины Влад.

– Как она? – Я кивнула в сторону Татьяны. Казалось, зажатая между родителями девушка вот-вот упадет в обморок.

– Держится, но только благодаря транквилизаторам.

– Ей бы поспать.

– Попытаюсь вытащить её после окончания церемонии.

– Поосторожнее… – напомнила я.

– Знаю, – тихо обронил Влад. – Татьяна просила передать, что Наталья была завсегдатаем в «Ночной орхидее». Это как раз то место, где…

– Где работает Демиан Норд, – закончила я.

– Вообще-то я хотел сказать, что этот клуб облюбовали нелюди, – хмыкнул Влад и протянул мне карту постоянного клиента на имя Мироновой. – Нашел при обыске спальни. Хотел сам съездить, но тебе будет проще, учитывая знакомство с Нордом.

– Проверю, – пообещала я, но Влад уже отошел от меня.

Он не делал попыток приблизиться к семейству Мироновых, цепкий взгляд Горелова скользил по толпе. Здесь было больше политиков, чем на заседании городской думы. А вот владеющие даром не явились, даже Воронина не пришла. Должно быть, дед Натальи постарался.

– Прошу прощения.

Я обернулась. Голос принадлежал женщине в тёмно-синем платье. За её спиной возвышалось двое высоких мужчин в одинаковых чёрных костюмах и солнцезащитных очках. Я внутренне ощетинилась: лишь одних представителей рода человеческого я любила ещё меньше, чем вампиров и прочую нежить, – политиков. Те же кровососы, но только теплокровные и с дипломатами.

– Ольга Чернова. Помощник Аркадия Миронова по организационным вопросам, – представилась подошедшая.

– Тессия Громова. Консультант Управления по иным…

– Тише. Не здесь. – Она быстро осмотрелась, чтобы удостовериться, что наш разговор не привлек внимания, затем подхватила меня под руку и потащила в сторону.

– Спасибо, ребята, ваша помощь не требуется.

Охранники молча кивнули и смешались с толпой.

– За полчаса мы конфисковали уже две мини-камеры. Как будто в городе больше нет тем для репортажа. Надеюсь, вас предупредили, что пресса никоим образом не должна пронюхать, как была убита Наталья и о её связи со всем этим вуду-муду.

– Она не занималась вуду, её стихией был Огонь, – отчеканила я, чувствуя, как первая неприязнь сменяется стойким желанием послать помощницу депутата куда подальше. Ольге было плевать на смерть внучки босса, для неё она была всего лишь нежданным форс-мажором в ежедневной рутине обязанностей. На лице женщины так и читалось: «Скорее бы эта канитель закончилась».

– Да хоть вода и медные трубы в придачу. Для всех официально она была историком, допустим, специалистом по раннему Средневековью. – Ольга черкнула пару слов в записной книжке, никак некролог составляла. – И если вам дорога ваша работа, вы сделаете всё возможное, чтобы закрыть дело как можно быстрее.

– Обещаю сделать всё от меня зависящее, чтобы убийца был пойман… Как можно быстрее.

Она смерила меня недовольным взглядом:

– Думаю, мы поняли друг друга. Если вы хотите переговорить с родственниками покойной, я могу устроить вам встречу завтра.

– Уверена, следователь, ведущий дело, будет вам благодарен.

– Так… – опешила Чернова. – А вы кто?

– Консультант управления.

– Какого рода консультант?

– По сверхъестественному: вуду-муду и ритуальным убийствам, – злорадно поведала я.

– Рекомендую держать ваши сказочки при себе, – процедила женщина сквозь зубы. – Было приятно познакомиться.

Развернувшись на каблуках, она спешно ретировалась.

– А вот мне было неприятно, – пробурчала я ей вслед.

Я выхватила в толпе высокую фигуру Влада. Встретившись со мной взглядом, он кисло улыбнулся. Ох уж этот всеслышащий волчий слух.

– Если выяснится что-то новое – позвони.

В ответ Влад кивнул. Я осмотрелась ещё раз – скорбящих можно было пересчитать по пальцам. Неправильно это, в последний путь Наталью Миронову должны были провожать близкие. Уверена, таковые имелись среди учащихся и преподавательского состава академии, вот только им запретили здесь появляться. Аркадий Миронов слыл человеком, умеющим добиваться своего.

База Серой стражи, именуемая Башней, имела мало общего с настоящей высоткой. Это было трехэтажное строение офисного типа. Серое, невзрачное и ничем не примечательное до тех пор, пока какой-то шутник не изобразил на одной из стен объемный рисунок Пизанской башни. Намек граффитиста был предельно ясен: «Маги, вы не продержитесь», – однако Серая стража прочно обосновалась в городе, наладила контакты со всеми сообществами нелюдей и заставила с собой считаться. Управлению по иным расам только предстояло пройти этот путь, но я верила в нашу команду.

Юдин успел подготовить запрос по энергетической паучихе. Капитана интересовала не только возможная миграция нечисти, но и где в нашем городе теоретически можно приобрести данный экземпляр. В Башне я сразу же отправилась в отдел межрасовой безопасности. Головин оказался на месте. Встречаться лишний раз с бывшим начальником не хотелось, но выбора особого не было. Никто из боевиков не рискнул бы предоставить мне информацию в обход Федора Михайловича. Стоило мне перешагнуть порог его кабинета, как Головин, не отводя взгляда от монитора, протянул руку. Я поспешно подошла и вложила запрос ему в ладонь. Не будь при мне официального документа, пришлось бы узнать, что я зря потратила время на дорогу. В том, что касалось правил, Головин был педантичен до зубовного скрежета.

– Я полагал, управление занимается расследованием убийства Натальи Мироновой. – Бывший начальник наконец-то соизволил посмотреть на меня.

– Ведется следствие. Я не вправе разглашать детали, – с сожалением произнесла я.

Мне действительно было жаль. Я прекрасно помнила время, когда Головин лично курировал мое обучение, скрупулёзно объяснял, как расшифровывать энергетические следы, на что в первую очередь обращать внимание. А потом он узнал, что я заинтересовалась УПИРом. У нас состоялся непростой разговор. Мне недвусмысленно приказали перестать общаться с Юдиным. Чем быстрее выскочка-капитан осознает, что никогда не сможет тягаться с магами, тем лучше станет для всех. Я не согласилась с требованием Головина и через пару недель перешла в УПИР.

Федор Михайлович ещё раз перечитал запрос и кивнул:

– Подожди в приемной. Информация, интересующая Управление по иным расам, будет записана на кристалл-диск в течение часа.

– Хорошо. Спасибо за сотрудничество, – отчеканила я и направилась в комнату, предназначенную для рядовых посетителей.

К моему огромному облегчению, сегодня таковых не оказалось. «В течение часа» означало, что данные мне будут переданы не раньше чем через пятьдесят девять минут. Чтобы не тратить времени, я открыла КПК, зашла в базу и принялась изучать информацию по «Ночной орхидее».

Как и ожидалось, клуб являлся территорией нелюдей, а вот то, что Демиан Норд – единственный владелец, стало для меня сюрпризом. Я быстро внесла в карточку расследования сведения, переданные Владом на кладбище, и теперь могла с чистой совестью заглянуть в данные Норда.

Бизнес деймонара отличался разнообразием. Кроме клуба и частного охранного агентства, он был держателем акций строительной фирмы, специализирующейся на возведении жилья для нелюдей. Просмотрев список зданий, принадлежавших Норду, выяснила, что он был владельцем комплекса, в котором проживала Миронова. И это была только вершина айсберга!

Деловые интересы Демиана Норда простирались за пределы России. Я отсортировала фирмы по направлениям бизнеса: грузоперевозки, строительство, шоу-бизнес, промышленное производство, предоставление медицинских услуг и фармацевтика. Объединяющим условием для всех фирм значилось одно: все они принадлежали нелюдям. В большинстве случаев доля Норда варьировалась от тридцати до восьмидесяти процентов. Ух ты! Да ему фактически пятая часть «Подземья» принадлежит. Норд предоставил местной общине вампиров кредит на строительство, который она выплачивала до сих пор. А процент, кстати, нехилый, чистым спонсорством тут и не пахло. И при строительстве Башни Серой стражи его фирма засветилась – выступила в роли генерального подрядчика. И зачем деймонару играть в бизнесмена?

– Громова, твоя информация.

Я вскинула голову и увидела перед собой хмурую блондинку. Светличная была слухачом отдела межрасовой безопасности. Когда-то наши столы стояли рядом, теперь же она не отвечала на мои письма.

– Спасибо, Вероника, – улыбнулась я.

Бывшая коллега поколебалась мгновение и быстро прошептала:

– Слышала о тебе. Так держать.

Ответить я не успела, Светличная не прощаясь исчезла в дверях отдела. Я задумчиво подбросила на ладони кристалл. У меня дома не было считывающего устройства. Придется заехать в Управление и перекодировать информацию на месте.

Соприкосновение нашего мира и Волшебной страны привело к образованию аномалий. Через них и просачивалась регулярно всевозможная напасть из земель фейри, и всё же отчет Серой стражи меня порадовал. Энергетические пауки на территории города отсутствовали. Последняя облава на них прошла два года назад, и с тех пор новые монстры не объявлялись. И всё-таки одна особь нашлась и смогла напасть на Татьяну Миронову. Моя задача состояла в том, чтобы определить, откуда она взялась.

Светличная предоставила мне перечень людей и нелюдей, которые теоретически могли быть замешаны в проведении нелегальной сделки. Представителей иных рас я отбросила сразу, проверку двух магов также отложила на потом. Все они знали, что собой представляла энергетическая паучиха, и вряд ли бы рискнули связаться с нечистью. Мой список сузился до трех человек, и начать я планировала с агентства Егорова по организации праздников.

С этим типом мне встречаться не доводилось, зато я точно знала, что он приложил руку к появлению на одном из корпоративов фантомов мыхрей. Маг, создавший иллюзорные копии, поработал на славу. Фантомы монстров не только перепугали присутствующих, испортили всю технику в зале, но и покусали не пожелавших расстаться с коммуникаторами. Я полагала, что после этого случая фирму прикрыли, но, судя по всему, её хозяин-весельчак до сих пор был на плаву.

Предупредив Юдина о предстоящей поездке и грядущем посещении «Ночной орхидеи», я отправилась на стоянку.

В агентстве Егорова на иллюзии не скупились. Любой, попавший сюда, должен был с порога убедиться, что эти ребята знают толк в магии. Одни спиралевидные лианы, свисающие с потолка, чего стоили. Между ними порхали, едва шевеля крылышками, коматозные феечки в бикини. Надо бы намекнуть владельцу, что его фирме по организации праздников пора менять слоган. «Чудо – это просто» уже не катит, вот «Глюки – это запросто» характеризовало бы интерьер агентства как нельзя лучше.

Секретарь в приёмной демонстрировала возможности иллюзий. К груди пятого размера прилагалось тело, покрытое ниже пояса серой курчавой шёрсткой. Хорошо, что хоть шорты жертве магического преображения наколдовали. Девушка сортировала почту, притопывая маленьким раздвоенным копытцем в такт льющейся из динамиков музыке. И пусть под иллюзией на ней были джинсы и кроссовки, для всех посетителей она являлась леди-фавн.

– Добрый день, вы к нам по объявлению? – Секретарь хитро улыбнулась, отметив, что я переступила участок пола, где отсутствовал кусок линолеума. Интересное тестирование на профпригодность, прямо с порога.

– Добрый. Пока ещё не решила.

– Только не говорите, что вы специалист по иллюзиям, – обеспокоилась она. – Давайте сразу договоримся, если спросят, умеете ли вы создавать фантомы русалок, – скажете, что нет.

– Переживаете, что босс заставит наколдовать вам рыбий хвост?

– Он с месяц назад аквариум приобрел, – жалобно проблеяла девушка. – Меня спасает только то, что ребята все как один утверждают, что не смогут достичь необходимой естественности движений. Я не желаю сидеть в стеклянной клетке, – подбородок «леди-фавн» задрожал.

– Так напишите по собственному желанию.

– Ещё чего! Тут так интересно! А сиськи мне и в нерабочее время оставляют.

Я едва удержалась, чтобы не фыркнуть в ответ.

– Как мне вас представить? – Секретарь потянулась к интеркому.

Пришлось вытащить удостоверение.

– Тессия Громова, консультант Управления по иным расам.

Губы девушки округлились в беззвучном «О!». Представлять через переговорное устройство меня не стали, вместо этого секретарь вскочила со стула и побежала в кабинет начальника. Отсутствовала долго, я уже начала опасаться, что мне сообщат, что Егоров внезапно вышел через окно по неотложному делу.

В кабинет владельца агентства я все-таки попала. Первое, что мне бросилось в глаза, – две пустые полки. Очевидно, с них только что впопыхах кое-что убрали. Обменявшись приветствиями, я устроилась в кресле для посетителей и прощупала энергетический фон помещения.

– У вашего агентства есть лицензия на продажу защитных амулетов? – спросила я, зафиксировав таковые в ящике стола. Припрятано было штук десять, не меньше.

– Что вы, это всего лишь рабочий инвентарь, – ничуть не смутился Егоров. Отпираться не пытался, видимо, был наслышан о моих возможностях.

– И в гильдии он оформлен как полагается?

– Чего вы хотите? – прервал пикировку Егоров. – Сомневаюсь, что Управление по иным расам надумало составить конкуренцию департаменту по контролю магических сделок.

– Разве я говорила, что управление намерено выяснить происхождение ваших амулетов? Считайте это бескорыстной помощью коллегам. Стоит мне сделать один звонок, и уже спустя десять минут ваше агентство наводнят ищейки Серой стражи.

– Вы блефуете, – глухо обронил Егоров, непроизвольно ослабляя воротник рубашки.

– Хотите проверить?

– Хочу, чтобы вы наконец-то озвучили причину, по которой пожаловали в моё агентство!

Поколебавшись пару секунд, я выложила на стол фотографию энергетической паучихи.

– Случалось ли вам сталкиваться с подобным?

Егоров задумчиво почесал подбородок:

– Похож на паучка, но вряд ли бы УПИР заинтересовался обычным членистоногим.

Я кратко озвучила особенности энергетических монстров, но Егоров и бровью не повел. Либо прекрасно знал, либо ему было плевать.

– Занимательно, но не понимаю, при чем тут мое агентство. Мы занимаемся всего лишь безобидными иллюзиями и фантомами. Развлечение и только, – с улыбкой заключил он.

– Вроде фантомов мыхрей?

– У всех случаются промахи.

– А если бы я захотела приобрести паучиху… в обход гильдии, – закинула удочку я, не особо веря в успех.

Егоров тут же вскинул руки ладонями вверх.

– Что вы, я законопослушный гражданин и не имею дел на черном рынке.

Я сделала вид, что поверила. Очевидно, этот тип и не догадывался, что находится под присмотром Серой стражи.

В приемной меня поджидал сюрприз в виде учащегося третьего курса академии сверхъестественного. Парень подрабатывал в агентстве уже пару месяцев, но мечтал о карьере стража и жаждал пройти практику хотя бы в УПИРе. Все это мне выложили без запинки, я даже поинтересоваться именем энтузиаста не успела.

– Начальник в курсе ваших планов?

Стоящая рядом секретарша закатила глаза и вернулась к сортировке бумаг.

– Меня Игорем звать, – спохватился адепт и протянул руку.

– Тессия Громова.

– Знаю. Так что, замолвите за меня словечко?

– Обсужу с начальством, но ничего не обещаю.

– Могу сбросить вам своё резюме! – оживился Игорь.

– Хорошо учишься?

– Лучший в группе, – с гордостью сообщили мне. – Егоров только отличников на работу берет.

Я вытащила фотографию паучихи. Игорь заметно побледнел и сглотнул.

– Вижу, ты знаешь, что это за зверушка.

– Наслышан, – сипло выдохнул он.

Сунув в руку застывшему парню свою визитку, предложила заглянуть на днях в УПИР. Игорь что-то знал об энергетической паучихе, следовало выяснить, что именно.

Наш город курортный, вдоль прибрежной линии тянется цепочка кафе, баров и гостиниц. «Ночную орхидею» среди них я нашла не сразу, пришлось заглянуть в навигатор. Клуб нелюдей представлялся мне чем-то средним между особняком семейки Адамс и средневековым замком, а по факту оказался ничем не примечательным двухэтажным строением с небольшой боковой пристройкой.

Едва я подошла к входу, как рядом с ним словно из-под земли вырос охранник. Мужчина медленно окинул меня взглядом, от черных кроссовок до стянутых в хвост волос. Я, в свою очередь, уставилась на него или, вернее, чуть выше его левого плеча, пытаясь рассмотреть, что же находится за приоткрытой дверью. Наконец мужчина нарушил молчание:

– Добрый вечер. В каком зале вы зарезервировали столик?

От охранника исходил резкий запах чеснока. Забавно, учитывая, что передо мной был вампир.

– Боюсь, что в этот раз ни в каком, – развела руками я.

– Тогда получится пристроиться только за барной стойкой в «Котле ведьмы». В шоу-зале мест больше нет.

– Не вопрос.

– Одну минуту. – Охранник скрылся за дверью.

Краем глаза я заметила движение справа.

– Что, не пускают? Давай устроим вечеринку на двоих? – раздался тихий вибрирующий голос. Последний вопрос не был предложением. Притаившийся в сумраке вампир пытался меня загипнотизировать.

– Слава, проваливай! – угрожающе рявкнул вернувшийся охранник. – Ещё раз замечу в окрестностях – пожалеешь. А вы, девушка, проходите.

Он сделал шаг в сторону, освободив проход ровно настолько, чтобы я могла протиснуться внутрь.

«Ночная орхидея» полностью оправдывала свое название – в просторном холле без окон я уловила приятный цветочный аромат. Не успела осмотреться, как за стойкой, отделяющей холл от гардероба, возникла служащая клуба. На её губах, накрашенных ядовито-красной помадой, застыла вежливая улыбка.

– Добро пожаловать в «Ночную орхидею» – мир сумрака и грёз. Уверена, вы проведете у нас незабываемый вечер, но для начала придется сдать оружие, зачарованные предметы, а также все изделия из серебра. Мы гарантируем безопасность посетителей и сохранность их имущества.

Всю фразу она выпалила на одном дыхании, ни разу не сбившись. Я молча сняла кобуру и с громким стуком положила на стойку. В другой день я бы, скорее всего, сначала поскандалила, но сейчас мне хотелось как можно быстрее попасть внутрь. Кроме того, к моей щиколотке был пристегнут нож с серебряным лезвием. И хрен бы кто заставил меня с ним расстаться.

Позади нескольких рядов вешалок стоял шкаф с множеством выдвижных ящичков. Женщина поместила мой револьвер в ячейку, взамен выдав номерок. Интересно, а что сдают при входе в клуб оборотни и вампиры? Кладут клыки и когти на полку?

Согласно настенной карте-схеме, помещение клуба разделялось на три зоны: бар «Котёл ведьмы», зал с танцплощадкой «Лунная поляна» и шоу-зал «Ночная орхидея». Помня о предупреждении охранника, я толкнула дверь с изображением рыжеволосой ведьмы, помешивающей что-то в огромном котле. По дороге я успела перекусить. Лучше бы я этого не делала. При виде того, что с аппетитом уплетали посетители за ближайшим столиком, мой поздний обед попросился обратно: в глубоких мисках плавало нечто белое, напоминающее жирных опарышей. Возможно, всему виной была игра светотени, но мне показалось, что они ещё и шевелятся. До барной стойки я добрела, старательно игнорируя остальные деликатесы посетителей. Взгляд невольно притягивал большой котел, установленный на возвышении в центре зала. Вокруг него роилась группа готов. Ребята уже были явно навеселе. Наполнив графины, они исполнили вокруг чана своеобразный танец.

– Вино с пряностями. Наше фирменное, – пояснил из-за стойки бармен.

– Бесплатное?

Мысленно я очистила его лицо от накладной рыжей бороды и густых, пушистых, явно не ему принадлежащих бровей.

– Только при заказе на определенную сумму. Первый раз у нас?

– Неужели так заметно?

– Когда вы задержались у дверей, я уже решил, что повернете обратно, – с добродушной улыбкой заметил мужчина. – Выпьете что-нибудь?

– Я за рулем. Есть томатный сок?

К стакану сока прилагалась тарелка с закуской, внешне похожей на дождевых червей. Придирчиво рассмотрела каждого, потыкала пластмассовой шпажкой – вроде не шевелятся. Зажмурившись, рискнула попробовать. Червячки оказались всего лишь сыром, покрытым острой глазурью.

Расплачиваясь, я вспомнила о карте постоянного клиента, переданной Владом.

– Она принадлежит моей знакомой, – пояснила я, встретив недоуменный взгляд бармена.

– И ваша знакомая не предупредила вас, что карту нельзя использовать третьим лицам? Сожалею, но я вынужден уведомить администратора. – Отвернувшись, мужчина быстро изложил суть проблемы, я заметила блеснувшую в его ухе гарнитуру рации.

Спустя минуту к бару подлетела женщина лет тридцати. Её фигуру плотно облегало длинное тёмное платье в пол. Удивительно, как она вообще могла в нём передвигаться.

– Что у тебя стряслось? Чёрт-те что, а не вечер! Две дыры в программе, хоть сама на шест лезь.

– Вот, девушка хотела воспользоваться чужой именной картой. Согласно распоряжению шефа обо всех подобных случаях следует сообщать тебе.

– Давай сюда. – Она взяла карту и спрятала её в декольте. – Утром свяжусь с владелицей. А эту, – администратор наконец-то посмотрела на меня, – пусть проводят к выходу.

– Боюсь, у вас ничего не выйдет. – Я продемонстрировала удостоверение. – Владелица карты мертва. Нам известно, что в последнее время она была частым посетителем вашего заведения.

– Кто напал? Вампир или оборотень? – тут же поинтересовалась администратор.

– Не могу сообщить вам подробности, – вежливо улыбнулась я. – Мне бы хотелось получить перечень счетов, оплаченных Натальей Мироновой в вашем клубе.

Женщина присела на стул и вытянула уставшие ноги.

– И что, до утра не потерпит? – проворчала она после непродолжительного раздумья. – Заедете завтра, заодно ордер завезёте.

– Вместе с разрешением на изъятие жестких дисков и записей с камер видеонаблюдения.

– Запугиваете моих работников? – раздалось у меня над ухом.

– Демиан, – еле слышно выдохнула служащая клуба и вскочила по стойке смирно. При этом лицо её преобразилось: губы сложились бантиком, в глазах появился щенячий восторг.

А я-то, наивная, надеялась, что смогу избежать встречи с деймонаром.

– Ирина, я сам отвечу на вопросы сотрудницы УПИРа. И ещё, – добавил он нахмурившись. – Завтра же рассчитайте проверяющую гостей на входе. Кое-кто пронес внутрь холодное оружие.

Норд посмотрел в упор. Я пожала плечами и сделала вид, что мне плевать. Если служащая не удосужилась обыскать посетительницу, это её проблемы.

Понятия не имею, что заставило меня развернуться практически на сто восемьдесят градусов и обратить внимание на столик, стоящий в дальнем углу. На коленях светловолосого парня сидела девушка. Она лианой оплелась вокруг своего спутника, обхватив ногами его бедра, и жадно целовала в губы. Казалось, ее партнер отвечал на поцелуй со всем пылом, вот только при этом он её пожирал – инкуб впитывал вожделение, исходящее от девушки, и вместе с ним крал её жизненную силу. Непосвященный скользнул бы взглядом по паре, чье поведение находилось на грани допустимого в общественном месте, и отвёл глаза, я же не смогла промолчать.

– Так вот как вы оберегаете посетителей!

Несмотря на грохот музыки, Норд меня услышал.

– Не вмешивайтесь, – предупредил он и, взяв за руку, потянул в противоположном направлении.

Возможно, ему бы удалось меня увести, если бы я не обернулась снова и не увидела, как жертва инкуба обмякла в его объятиях. По проходу мимо нас шёл официант с двумя подносами. Определив по ауре, что это обычный человек, я ловко подставила ему подножку. Элемент неожиданности сработал – Норд отпустил мою руку и бросился ловить подносы. Я же рванула к тому самому столику, лавируя между готами, которые пританцовывая снова пробирались к чудо-котлу.

Когда я добралась до места назначения, инкуб и его жертва уже исчезли. Я осмотрела зал в поисках демона, но заметила лишь очень злого деймонара в испачканной рубашке.

– Сядь! Молчи! – прогрохотал он, перекрикивая рёв музыки. Я послушно опустилась на стул. – Отдайте нож. Из-за таких истериков, как вы, и был введён запрет на ношение оружия и амулетов.

Собиралась возразить, что, пока его заведение полно нелюдей, ни один человек не будет здесь в безопасности, но изо рта раздалось лишь слабое мычание. Горло онемело, язык распух, словно дантист перестарался с анестезией. От насыщенного запаха имбиря и корицы было трудно дышать. Попробовала встать, но поняла, что не чувствую ног.

– Заговорите, только когда я позволю, и дёргаться не советую, – предупредил он, заметив, что я ерзаю на стуле.

Мне удалось передвинуться на краешек, затем я резко откинулась назад и сползла под стол. Что ж, по крайней мере, теперь я знала, что на болевые ощущения деймонарская «заморозка» не распространяется. Сверху донеслось что-то вроде «ну кто бы сомневался!». Ноги вновь начали слушаться, а вот возможность говорить мне не вернули. Сидя в укрытии, я старательно мычала и хрипела в надежде сбросить чужие чары. Ощущения были не из приятных, как будто я проглотила какую-то дрянь.

Норд заглянул под скатерть:

– Вы там надолго?

Сказать что-либо я не могла, так что только зло таращилась в ответ.

– Если вам станет легче, то я гарантирую, что с девушкой ничего не случится. Максимум, что ожидает ее завтра, – слабость и головная боль в течение первой половины дня. Инкуб должен питаться, вы сами понимаете, и лучше пусть он это делает под присмотром.

Я вылезла из-под стола и присела на стул. В словах Норда было рациональное зерно, но я не могла понять, какое ему дело до наших инкубов и их проблем с питанием.

Норд провел пальцем по пятну на груди:

– Соус. Прощай, отличная рубашка. Будем считать, что мы в расчете. Более того, я проявлю любезность и предоставлю информацию об интересующих вас счетах. Идемте.

Норд прошел через шоу-зал и исчез за дверью, над которой горела надпись: «Вход только для персонала». На сцене начинался новый номер, я невольно замедлила шаг, потому что там действительно было на что посмотреть.

Под медленную музыку на возвышении извивалась коротковолосая девушка в золотом купальнике. Движения танцовщицы были плавными, глаза закрыты, казалось, её вовсе не интересовало происходящее вокруг. На другом конце сцены стоял мужчина, жонглирующий кинжалами. Девушка улыбнулась и кивнула, для её партнера по номеру это послужило сигналом. Подбросив ножи под самый потолок, он поймал один из них и тут же с силой метнул. Если бы не молниеносная, нечеловеческая реакция танцовщицы, она бы лишилась уха. Открыв глаза, девушка послала мужчине улыбку, напоминающую звериный оскал. Бедняга вздрогнул, но номер не прервал. Каждый бросок зрители в зале приветствовали громкими криками и аплодисментами. А я-то полагала, что стриптиз – максимум, на что могут рассчитывать посетители ночного клуба.

За дверью для персонала находилась лестница на второй этаж. Поднявшись по ступеням, я прошла мимо туалета, двух гримерок и толкнула дверь с табличкой «Пост охраны». Количество мониторов, подключенных к камерам видеонаблюдения, заставило пересмотреть мнение о мерах безопасности в «Ночной орхидее». За экранами следили двое, один был вампиром, о расовой принадлежности второго судить было сложно, поскольку он носил на себе амулет, искажающий ауру. Норд достал из принтера распечатку и протянул мне.

– Здесь перечень за этот месяц, если захотите ознакомиться с более ранними счетами, я вышлю их вам по почте.

Я просмотрела список – просто астрономическая сумма за заказанную еду, ещё большая приходилась на алкоголь.

– Наталья Миронова была завсегдатаем в «Орхидее»?

– Последние полгода заходила три-четыре раза в неделю. В «Котле» для неё держали свободный столик.

– А Николя – это тоже название какого-то блюда?

– Многие дамы назвали бы его десертом, – ухмыльнулся деймонар.

Дальнейшие вопросы прервал ворвавшийся в комнату золотой вихрь. Из-за рыжих, достающих до талии волос, украшенных колокольчиками, я не сразу узнала в девушке танцовщицу, которая ловко уворачивалась от ножей на сцене.

– Демиан, предупреждаю, я изувечу этого гада, я вырву ему горло, я…

– Тише, моя кровожадная. Уверен, если бы ты была поласковее с мальчиком, он бы и целился получше.

– Я сейчас не об этом криворуком, а о Нике. Если он завтра не появится, то я его из-под земли достану. Я не намерена пахать за него третью ночь подряд. Либо пусть этот недоумок тащит свою тощую задницу на работу, либо бери кого-нибудь вместо него.

Во время монолога девушка яростно жестикулировала. Она ни секунды не стояла на месте. Прекрасно осознавая, что все присутствующие мужчины не сводят с неё глаз, покачивая бедрами, скользила по комнате. При каждом шаге колокольчики в её волосах звенели. Я ощутила лёгкий укол зависти.

– Это новенькая? Решил связаться с человеком? – задумчиво обронила она, постукивая носком туфельки по полу.

Я не сразу поняла, что речь шла обо мне.

– Ксюша, скоро твой выход, – мягко напомнил Норд.

– Иду, иду, только пообещай, что разберешься с Ником. – Танцовщица кокетливо похлопала ресницами.

В ответ деймонар слегка наклонил голову. Танцовщица удовлетворенно улыбнулась и, послав всем присутствующим воздушный поцелуй, выскользнула из комнаты.

Я подошла к одному из мониторов и заметила в шоу-зале Сашу. Очевидно, вампирша приняла предложение Норда, и она была не одна.

Саша пробиралась между столиками, ведя за руку парня. В глубине, у стены, стояло несколько столиков, отделённых друг от друга высокими перегородками. По желанию посетители могли укрыться от посторонних глаз с помощью выезжающей панели. Перед тем как зайти внутрь загона, Саша припала к молодому человеку в глубоком поцелуе.

Я ткнула пальцем в экран:

– Стоп, увеличьте.

Охранник вопросительно посмотрел на Норда, тот слегка кивнул. Запись отмотали и продемонстрировали интересующий меня кадр. Я не ошиблась, на шее спутника Саши виднелись следы от укусов. Одни уже побелели, другие, свежие, имели красновато-синий оттенок. В последние несколько лет в городе всё большую популярность приобретало сообщество вампироманов – людей, готовых расплачиваться собственной кровью за возможность прикоснуться к миру Ночи.

– Расслабьтесь, я его знаю, – Норд произносил слова настолько мягко и спокойно, что я и впрямь почувствовала, как охватившее меня напряжение исчезает. – Он приходит сюда каждую неделю.

– Вампироман?

– Некоторым нравится ощущать себя жертвой. Не волнуйтесь. Не думаете же вы, что Александра никогда не пробовала человеческой крови? Ваша знакомая не перейдет черту.

– Как инкуб? Обалденные у вас тут правила, просто мыхрев шведский стол из людей!

– Большинство знает, на что идет, посещая «Орхидею», – невозмутимо заметил Норд.

– Так кому же принадлежит клуб? Вампирам или оборотням?

– По большей части это все же территория оборотней, – нехотя признал Норд.

– А деймонары сюда заходят? Сколько сейчас в городе ваших соплеменников?

– Ребята, проверьте, пожалуйста, что в карманах у парня, стоящего у правого края сцены. Найдете наркотики – внесите в чёрный список.

– Будет сделано, босс.

Охранники вышли из комнаты. Норд задумчиво уставился в монитор и словно забыл обо мне. Я уже собиралась напомнить о своем присутствии, как вдруг Демиан нарушил молчание:

– Вы хотели узнать о деймонарах. Так вот, в радиусе ста километров находятся двое.

– Помимо вас?

– Включая. И второй не обладает силой, достаточной, чтобы стать Хозяином мага.

– А вы?

Норд усмехнулся:

– Я бы ни за что не позволил Слуге от меня ускользнуть.

– Иными словами, вы не имеете отношения к Квар'трам?

– В каком состоянии была печать, когда вы обнаружили тело Мироновой? – последовал встречный вопрос.

– Это закрытая информация.

– Вот как? – холодно произнёс деймонар. – Учтите, я могу сам вытащить из вашей головки всё, что мне нужно.

У меня засосало под ложечкой. Я чувствовала, что это не пустая угроза. И тут до меня дошло:

– Если Миронова заключила договор не с вами и не с деймонаром, находящимся в вашем подчинении, то это означает, что в городе гостит представитель вашей расы, способный скрывать своё присутствие. Любая провокация с его стороны – и ответственность ляжет на вас.

– Именно, – невозмутимо кивнул Норд. – Поэтому крайне необходимо, чтобы вы позволили мне увидеть печать. Всего лишь одно воспоминание.

– В последнее время всем так и хочется залезть мне в мозги, – вздохнула я, вспомнив о Совете. – Исключено, Норд. Нам придется обойтись без этого.

– Нам? Кто сказал, что в случае вашего отказа мы будем играть в одной команде?

– Это же глупо. Мы стремимся в конечном счёте к одному и тому же. Нам обоим нужен этот деймонар.

– Глупо полагать, что вы понимаете мои желания, Тессия. Если вам нужна запись с камер видеонаблюдения, привозите ордер. А сейчас позвольте мне проводить вас.

Норд не повышал голоса, но я чувствовала, что мужчина взбешен. В подтверждение моей догадки он словно клещами вцепился в моё предплечье и поволок к выходу; чтобы поспевать за деймонаром, мне пришлось чуть ли не бежать. Мы остановились только в холле, забрать мой револьвер из ячейки гардероба.

– Ещё раз пронесете оружие – и больше никогда не переступите порог «Ночной орхидеи», – процедил Норд сквозь зубы. – Всего доброго.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и скрылся за дверью, ведущей в шоу-зал.

Ордер! Я в сердцах ударила по капоту. Ладно, будет Норду ордер. Только бы Юдин ещё не спал. К телефону никто не подходил минут пять, я уже хотела сбросить вызов, когда на экране появился Филипп. Капитан тяжело дышал, словно только что совершил забег на длинную дистанцию, его раскрасневшееся лицо блестело от пота.

– Уф! – он вытер лоб тыльной стороной руки. – Играл с внуками в ковбоев.

– И кем ты был? Лошадкой?

– Скорее, черепахой, – усмехнулся Юдин.

– Это как?

– Тесс, ну ты даешь. Ты что, мультики в детстве не смотрела? Это же классика: «Поката-ай меня, больша-а-ая черепаха…»

– Моим любимым мультфильмом был сериал «Истребители нежити».

– Тяжелое у тебя выдалось детство, – хмыкнул Филипп и добавил тоном доброго дядюшки: – Выглядишь ужасно. Тебе бы поспать часов семь-восемь.

«Иначе завтра будешь как выжатый лимон и не сможешь работать», – мысленно закончила я за него.

– Пробовала. Не помогло. Я только что из «Ночной орхидеи». Владелец клуба предоставил список счетов, оплаченных Мироновой, но его любезность не распространилась на записи с видеокамер. Нужен ордер. Сможешь получить?

– Постараюсь. Считаешь, она встречалась в клубе с деймонаром-Хозяином?

– Сомневаюсь, что её привлекала местная кухня. Наталья регулярно оплачивала приватные выступления одного из танцоров.

– Человека? – уточнил Юдин.

– Не успела выяснить. Возникли разногласия с администрацией. Филипп, а среди работников этого клуба кто-нибудь замечен в проституции?

– Исключено. «Ночная орхидея» не предоставляет посетителям интимные услуги. Там с этим строго, просто образцово-показательный ночной клуб, который, впрочем, многие мечтают облить бензином и сжечь к чертовой матери. Тесс, у меня тут вторая линия разрывается, подожди немного.

Телефон Юдина перешел в режим ожидания, а я, воспользовавшись паузой в разговоре, вытащила из бардачка шоколадный батончик. Я как раз успела проглотить последний кусок, когда «музыкальная пауза» завершилась. На этот раз Филипп был немногословен:

– Тесс, Кирилл сумел откопать кое-что интересное. Жду тебя с утра в управлении.

– Принято, кэп.

– Отлично. Нужно идти. Жена потратила на организацию семейного ужина, будь он неладен, с полмесяца. Я и не подозревал, что у меня столько родни.

– Держитесь, капитан.

Филипп кисло улыбнулся и отключился. Я знала: несмотря на ворчание, Юдин обожал свое шумное многочисленное семейство. И да, я ему немного завидовала.

Вернуться к реальности меня заставил стук по капоту. В свете габаритных фар стоял Демиан Норд. Он успел переодеться: сменил брюки и рубашку на чёрную футболку и джинсы. Такие же носили охранники в «Ночной орхидее». Как только я опустила боковое стекло, деймонар протянул мне кристалл-диск.

– С чего это вы передумали?

– Разблокируйте двери, нужно поговорить, – распорядился он и, поскольку я явно колебалась, рявкнул: – Живее! Или вы меня боитесь?

– Ещё чего!

– А вот это вы зря, – с мрачной усмешкой заметил он.

Норд забрался на заднее сиденье и откинулся на спинку. Я украдкой рассматривала деймонара в салонное зеркало заднего вида. В полумраке смуглое лицо казалось ещё темнее, на нём мерцали серебристо-серые глаза. На мгновение наши взгляды встретились, и я, вздрогнув, поспешно опустила голову и принялась копаться в бардачке. Возможно, всему виной была моя разбушевавшаяся паранойя, но мне показалось, что из глубины зеркала на меня смотрят глаза хищника.

Неожиданная сговорчивость деймонара настораживала. Я ощутила предупреждающее покалывание в затылке. Нет, Норд пока не пытался меня читать, скорее, присматривался, изучал защиту. Мыхрев деймонар! Да заговорит он уже когда-нибудь?! Я едва сдерживалась, чтобы не начать выбивать пальцами дробь на приборной панели.

Наконец Норд сухо произнёс:

– Николай, с которым встречалась ваша убитая, вампир. По закону я как работодатель обязан следить за его питанием. Я звонил в банк крови. Николай не приходил за своей порцией на этой неделе.

– Нашел кого-то повкуснее?

– Возможно. Я собираюсь съездить к нему домой. Присоединитесь?

– Говорите адрес, – кивнула я, поворачивая ключ в замке зажигания.

Николай снимал квартиру в южной части города. В этом районе вовсю шло строительство: на месте старых пятиэтажек возводили жилые комплексы от двадцати этажей и выше. Вампир ютился в здании, построенном ещё в прошлом веке. Домофон и кодовый замок на входной двери не работали, и вряд ли обитатели этого дома тратились на установку видеонаблюдения. Пока мы поднимались по лестнице, я отметила, что более половины квартир в подъезде было опечатано – и этот дом тоже снесут, как только расселят оставшихся жильцов.

На стук в дверь никто не ответил. Я выждала десять секунд и постучала повторно.

– А если Николай просто ударился в загул?

– Исключено, – отрезал Норд и вытащил из кармана нечто, напоминающее отмычку. – Отойдите.

– Я обязана доложить начальству.

– И испортить капитану семейный ужин?

– Вы подслушивали?!

– Всего лишь предоставил вам возможность закончить разговор. Николай – вампир, – мягко напомнил мне Норд, – но он не обращался в банк крови на этой неделе. Вдруг как раз сейчас он кем-нибудь закусывает?

– Открывайте, – сдалась я.

Деймонар склонился над замком и принялся в нём ковыряться. Я следила за лестницей. В подъезде пахло плесенью и сыростью. Штукатурка на потолке облупилась, а по углам расползлись тёмные пятна – ржавые водопроводные трубы явно протекали.

– Готово, – прошептал Норд.

– Стойте, не входите.

Я подошла к приоткрытой двери, принюхалась и выругалась. Стало ясно, что мне всё-таки придётся испортить капитану семейный ужин.

Нанеся на руки и подошвы кроссовок изолирующий гель, протянула тюбик Норду. Филипп пообещал приехать в течение двадцати минут. Капитан не стал изводить меня вопросами по телефону, но я прекрасно понимала, что Юдин непременно задаст их при личной встрече. Например, спросит, какого лешего я среди ночи попёрлась к этому вампиру домой. О деймонаре я не упомянула. Будь моя воля, я бы держала Демиана Норда подальше от управления и от этого дела в частности.

Серебряное оружие – наилучшее средство против вампира. За ним следует осиновый кол, замыкают список зачарованные предметы и реликвии. Нет, заговоренный по всем правилам стальной нож намного эффективнее осины, но здесь ключевая фраза «по всем правилам». Вампира-тестера вам не предложит ни один изготовитель, а проверка оружия в боевых условиях может оказаться последним, что вы сделаете в этой жизни. Тем не менее существует ещё один способ избавления от живучего кровососа. При том, что вампиры обладают завидной регенерацией, никто не в состоянии отрастить новую голову.

Безглавое тело прислонили к спинке кровати, сама голова лежала в ногах. Ни на полу, ни на стенах я не увидела ни единого пятнышка крови. Либо убийство произошло не здесь, либо покойный был действительно вампиром. Я заглянула в соседнюю дверь, та вела в крохотную, совмещенную с туалетом ванную комнату. Кухни в квартире не было.

– Ни к чему не прикасайтесь. Это Николай?

– Да, – деймонар сунул руки в карманы и прикрыл глаза, но я почувствовала всплеск магии. Норд сканировал комнату прямо у меня под носом!

– Прекратите немедленно!

Поскольку Норд никак не отреагировал на мои слова, я ткнула его кулаком в плечо.

– Вы меня слышите?

Деймонар открыл глаза и процедил сквозь зубы:

– Вас не учили, что прерывать сканирование невежливо?

– Это место преступления, и вы не имеете права тут что-либо трогать ни физически, ни ментально. Я запрещаю!

Норд резко втянул в себя воздух и нахмурился.

– Вы? Мне? Запрещаете?! – На плечо опустилась тяжелая рука и прижала к стене, в последнее мгновение мне удалось выхватить из кобуры револьвер, ствол уперся Норду в грудь.

– Всё та же осина? – Его губы слегка дрогнули, а я беспомощно уставилась на рюкзак, в котором лежала запасная наплечная кобура с револьвером, заряженным обычными патронами.

– Увы… – выдавила я.

– За последние триста лет мне чем только не угрожали в вашем мире. Осины в этом списке ещё не было.

Он явно развлекался, мне же было не до смеха. Триста лет! Вот и выяснилось, принимал ли Норд участие в войне между магами и деймонарами.

– А чем вам угрожали малыши со спящим даром? Погремушками?

На лице Норда застыло высокомерное выражение:

– Прекратите истерику. Я вас позвал не для этого.

– И для чего же вы меня позвали? Чтобы обеспечить себе алиби?

– Поймите, – обманчиво спокойным тоном произнёс Норд, – если бы я убил Николая или дурочку, решившуюся на Квар’трам, ваше управление не занималось бы расследованием этих дел. Не было бы никаких дел. И примите совет: если вы ещё когда-либо надумаете наставить на меня свою пушку, то стреляйте немедленно. Стреляйте и молитесь, чтобы ваши деревяшки причинили мне вред, достаточный для того, чтобы вы успели скрыться. Потому что в противном случае я вас убью.

Предупреждение было произнесено совершенно будничным тоном, но я ему сразу же поверила, а вот испугаться не получилось. Я знала, что есть вещи пострашнее угрозы смерти: одиночество, беспомощность, непонимание того, кем ты являешься. А смерть – она как подброшенная монетка Судьбы, никогда не знаешь, какой стороной упадёт, и не важно, кто станет твоим проводником в мир Теней: деймонар или не справившийся с управлением водитель автомобиля.

Пальцы Норда сжали плечо чуть сильнее.

– Вы делаете мне больно, – процедила я сквозь зубы.

Норд тут же отпустил меня и отвернулся. Спрятав револьвер, начала изучать помещение на наличие магических следов. Я пыталась нащупать хоть что-нибудь, когда Норд нарушил молчание:

– Николай работал на меня со дня открытия «Орхидеи». Хочу, чтобы вы знали, ваше управление может рассчитывать на любую помощь с моей стороны.

Отлично. Вот с этого и надо было начинать.

– Было бы здорово, если бы вам удалось убедить общину вампиров оставить поиск убийцы УПИРу.

– Боитесь, что вас опередят?

– Боюсь, что кое-кто захочет взять правосудие в свои руки. – Я произносила слова медленно, стараясь дышать только ртом.

Это только в кино кровососы в случае смерти рассыпаются прахом. Вампир – ходячий труп, если его умертвить, то он, как и все трупы, начинает разлагаться. Намного медленнее, чем обычное тело, но в случае Николая катализатором стала жара. Нет, я не буду играть в медэксперта и прикасаться к безглавому вампиру, хотя мне и очень интересно, есть ли на нём ещё какие-либо повреждения. Сначала Филипп должен произвести видеосъемку, если я сейчас сунусь удовлетворять своё любопытство, то Соколов меня за это попросту придушит.

– Кто бы ни убил Николая, у него мало шансов самому остаться в живых.

Я поняла, что Норд имел в виду вовсе не месть вампирской общины.

– Деймонары не имеют права вмешиваться в судьбы людей.

– Неужели вы думаете, что это мог совершить обычный человек? Я буду снаружи. На всякий случай.

Честно говоря, я почувствовала облегчение. Норд был прав: скорее всего, вампира на тот свет отправил не человек. И если это существо находилось поблизости, страховка лишней не будет.

Иссиня-чёрные шторы из плотной ткани на ощупь напоминали бархат. За ними скрывались опущенные жалюзи. Николай основательно занавесил окно, чтобы исключить попадание в комнату малейшей частицы солнечного света. В остальном она напоминала гостиничный номер: такая же безликая и скудно обставленная. Помимо дивана, тут находились комод – нет, я бы сказала, комодище! – с шестью отделениями, шифоньер и кровать. Единственное, что меня сразу же заинтересовало, – напольное зеркало, заключенное в массивную металлическую оправу. Я и без подсказки специалиста по антиквариату видела, что это вовсе не дешевая стилизация. Зеркало было очень старым, возможно, насчитывало не одну сотню лет. Я смогла бы определить его возраст с точностью плюс-минус десять лет, но не сейчас, для этого мне требовалась более спокойная обстановка. Проведя рукой по стеклу, я почувствовала, как поверхность завибрировала под пальцами.

Решив оставить зеркало «на закуску», я выдвинула один из ящиков комода. Гардеробу вампир уделял больше внимания, чем интерьеру, – все вещи оказались рассортированы по цвету и фактуре, отдельный ящик был отведён для сценических костюмов. В шифоньере также царил идеальный порядок: на вешалках висели тщательно выглаженные рубашки и брюки, под ними в два ряда стояла обувь. В основном вампир отдавал предпочтение кроссовкам. В дальнем углу я нашла коробку из-под бумаги для принтера. Внутри, к моему удивлению, стоял цветочный горшок, до краев наполненный землей. Я запустила в него пальцы – земля оказалась на ощупь липкой и вязкой. Я отсыпала немного в пакет для вещдоков, за этим занятием меня и застал Филипп.

– Вот дерьмо! – выругался он с порога. – Кирилл, спускайся вниз и ожидай труповозку. Потом займешься установкой пломбы на входную дверь.

– Но, дядя…

– Ты мне не дядькай. На службе изволь обращаться по имени-отчеству. Запомни, Тесс, никогда не бери родственников на работу. Что тут у нас? – Филипп взял щепотку земли и покатал ее между пальцами. – Напоминает гель для цветов, жена такой добавляет. Он неплохо удерживает влагу. Запах только какой-то странный. Раз считаешь, что нужно проверить, пусть ребята из лаборатории над ним поколдуют.

Я старалась не смотреть в сторону вампира, но после слов Филиппа невольно повернулась к телу. Мертвый вампир. Практически оксюморон.

– Фил, ты захватил с собой очки?

– Достань сама. Должны лежать в правом внутреннем кармане, – пробормотал Филипп, включая видеокамеру.

Я вытащила очки из рабочей сумки Юдина и выставила на стеклах максимальное увеличение. Теперь я могла рассмотреть шею Николая, не приближаясь к нему. Края раны оказались рваные, словно голову вампира просто оторвали. В рюкзаке зажужжал коммуникатор.

Сняв очки, я взяла КПК. Из динамика послышался встревоженный голос Влада:

– Тесс, пожалуйста, приезжай в пятую городскую больницу. С Татьяной творится непонятное… Боюсь, она может умереть.

– Ты же отвез ее после похорон домой.

– Верно. Напоил чаем с успокоительным и уложил в постель. В течение дня сбрасывал SMS, но она не отвечала. Предположил, что спит. Дурак! Должен же был почувствовать, что что-то не так. После смены заехал к ней и обнаружил лежащей на полу в гостиной. Тесс, она была совершенно ледяной! Сердце почти не билось, пульс не прощупывался. Я отвез ее в больницу. Врачи до сих пор ничего не могут понять. Она все ещё не пришла в сознание, хотя физиологические показатели в норме. Если с ней что-то случится…

– Хорошо, Влад. Приеду как можно быстрее.

– Спасибо. Третий этаж. Терапия. Пятая палата.

– Что, Тесс. Совсем плохо?

– Не знаю, но, судя по голосу Влада, ситуация паршивая. Тебе придется заканчивать тут в одиночку.

– Ладно. Не впервой. Выйдешь на улицу, скажи Кириллу, чтобы поднимался.

– Хорошо. Да, чуть не забыла. – Я открыла рюкзак и вытащила из него диск, полученный от Норда, и распечатку счетов. – Владелец «Ночной орхидеи» передумал. Если я всё правильно поняла, то на видео должен был засветиться и наш безголовый.

– Просмотрим завтра.

В последний момент я приклеила карточку-вкладыш для вещественных доказательств на зеркало. Как появится время, осмотрю его тщательнее. Филипп поворчал немного, но пообещал вызвать машину для транспортировки.

Влад встретил меня на парковке. Вид у него был крайне встревоженный.

– Тесс, спасибо, что приехала. – Моё появление вселило в следователя надежду, я же не была настроена столь оптимистично.

– Как Татьяна?

– Без изменений. У неё, по-моему, половина больничного персонала уже перебывала.

– И что говорят?

– Если вкратце, то «очень интересный случай». Анализы в норме, а сердце работает на пределе, как будто в любой момент может хватить удар. Когда за тобой спускался, к Танюше снова зашла дежурный врач с коллегой. Тесс, я не могу её потерять, – надрывно прошептал Влад. – У тебя есть знакомые в Башне. Если потребуется, пообещай мне, что…

– Давай я сначала посмотрю, в чём дело, а там видно будет, – не стала заранее обещать я.

После двадцати ноль-ноль посещения в больнице запрещены, но оборотень провёл меня внутрь через травмпункт. Сидящая на вахте старушка мельком изучила моё удостоверение и кивнула, дескать, проходи, а потом добавила:

– Только по этажу, чур, не шататься, и через дезинфицирующую кабину пройти не забудьте.

Я мысленно вздохнула. «Сухой душ» та ещё гадость, после него так стягивало кожу, что я ощущала себя змеёй в период линьки. Разработчики позиционировали изобретение как средство, способное вытеснить привычные водные процедуры. Правительство поощряло повсеместное внедрение кабин и выделяло субсидии тем, кто решался установить чудо техники у себя дома. Лично я считала, что добровольно на подобное соглашались только мазохисты.

– Спасибо… – поблагодарил Влад, покупая у вахтерши жетоны.

– Мы своих не бросаем. Пришло время и тебе вспомнить, кем ты являешься, – она хитро сверкнула кошачьими глазами, на мгновение выпустив трёхсантиметровые когти.

Вот так бабуля! Безобидная с виду старушка-оборотень без особого напряга могла скрутить в бараний рог любого излишне буйного пациента или его не в меру ретивого родственника.

Влад смутился и, подхватив меня под руку, потащил по переходу, ведущему в основной корпус. За входной дверью мы свернули к тем самым кабинам. Как только замигала зеленая лампочка и механический женский голос сообщил о запуске процедуры, у меня нестерпимо зачесалось всё тело. Ненавижу «сухой душ»!

Стоило нам зайти в отделение терапии, как Влад заметно насторожился. Оборотень на пару секунд застыл на месте, нахмурился, а затем смазанным пятном куда-то рванул и… выбил дверь одной из палат. Я припустила следом и едва не влетела в чары, окутывающие комнату изнутри. Остановившись на пороге, осмотрелась.

В палате горел приглушенный свет. Сама пациентка выглядела так, точно перенесла затяжную болезнь: что-то смыло с её лица все краски, кожа приобрела сероватый оттенок. Татьяна казалась бледной копией той девушки, которую я видела сегодня утром на похоронах сестры. К левой руке Мироновой тянулась трубка капельницы, сеть тонких проводков выглядывала из-под покрывала – крошечные датчики на теле Татьяны считывали показатели жизнедеятельности и выводили в виде цифр и графиков на монитор.

Прикрыв глаза, я осторожно прощупала энергетический фон помещения и удовлетворённо хмыкнула: в нём совсем недавно использовали магию. Ее следы были свежими, кто бы ни побывал в палате Мироновой, он и не пытался их замести или же попросту не успел. Влад упоминал, что недавно к девушке заходили двое. В настоящий момент в комнате оставалась лишь одна женщина, должно быть, та самая дежурный врач. Я вопросительно посмотрела на оборотня, затем кивнула в сторону медработника, сидящего в полуобморочном состоянии на стуле.

Убедившись, что Татьяна не пострадала, оборотень обратил внимание на женщину – приподнял за плечи и хорошенько встряхнул. Её голова дернулась, словно крепилась к туловищу на пружине, затем врач широко раскрыла рот и закричала. Вот только до меня не долетело ни звука. Влад каким-то образом догадался, что к чему, и не пытался заткнуть доктору рот. После того как она закончила орать, усадил её обратно на стул и обернулся ко мне. Тянуть дальше не имело смысла, зажмурившись, я сделала шаг вперед.

Погружение в чужие чары – удовольствие ниже среднего для ощущающего их на физическом уровне, но в этот раз обошлось. Я будто бы прошла сквозь стену из сладкого тягучего желе, обладающего знакомым карамельным запахом. До меня наконец-то дошло, что насторожило Влада в коридоре, – в комнате попискивали медицинские приборы, работал кондиционер, но заклинание «Полог тишины» поглощало все звуки.

– Повторяю вопрос, Надежда Михайловна. С кем вы зашли в палату? – рявкнул Влад.

Бедная женщина сидела сгорбившись и с надеждой поглядывала в сторону дверного проема. Её трясло в ознобе, короткие каштановые пряди слиплись на лбу, покрытом капельками пота. При резком снятии чар, которые должны развеяться сами через определенный промежуток времени, лёгкой дезориентации не избежать.

– Влад, давай я попробую.

Женщина моргнула, словно только что меня заметила. Я подвинула свободный стул и присела рядом.

– Здравствуйте, я Тесса. А вас как зовут?

– Н-н-надежда… – Она тщетно пыталась сфокусироваться на моём лице, но рассеянный взгляд против воли возвращался к изголовью кровати. Именно там находился маг, когда вырубил доктора заклинанием сна. Должно быть, сначала набросил на себя личину одного из медработников, чтобы попасть в палату, не вызвав подозрения оборотня, а потом усыпил врача и наложил звукоизоляцию.

– Вы знаете, где находитесь?

Врач осмотрелась, а затем уставилась на руки, сложенные на коленях, пальцы нервно теребили голубую ткань халата.

– На работе, – уже увереннее произнесла она. – Что здесь произошло?

– Вот это мы как раз от вас и…

– Влад, помолчи, – оборвала я оборотня. – Вы пришли в палату к Татьяне Мироновой и внезапно плохо себя почувствовали. Как долго вы находились на ногах? Внеплановое дежурство?

– Да-а… – еле слышно выдохнула Надежда. – Сейчас период отпусков, персоналу приходится подменять друг друга. – Её взгляд прояснился. – Обход завершился с час назад, я была в ординаторской, заполняла бланки и не собиралась беспокоить пациентов до утра. Как же я здесь очутилась?

– Моему коллеге показалось, что Татьяне стало хуже, и он нажал на тревожную кнопку.

– А придя в палату, я сама шлепнулась в обморок? Стыд-то какой.

– Влад, пожалуйста, проводи Надежду Михайловну до ординаторской.

– Тесс, ты…

– А потом сделай что-нибудь с входной дверью. С обратной стороны. Послушай, радость моя! – зарычала я не хуже оборотня, видя, что Влад колеблется. – Ты попросил – я приехала. И либо ты слушаешься меня, либо я звоню в Башню, и пусть они сами выясняют, что здесь произошло.

Надежда Михайловна уже полностью оклемалась. Поднявшись со стула, она проверила показатели на мониторе, после чего решительно обернулась.

– Я позволила вам остаться при условии, что вы не станете беспокоить пациента. Немедленно покиньте палату! Устраивайте разборки в коридоре, причём шёпотом, или я вызову охрану.

Она сделала пару шагов и покачнулась. Влад сориентировался мгновенно: подхватил доктора под руку и вывел из палаты. Я закрыла за ними слегка покосившуюся дверь.

Влад остался снаружи. Я физически ощущала напряжение, клубившееся за стеной. Повернувшись спиной к двери, приступила к сканированию энергетического фона. В нос снова ударил сладкий карамельный запах. В воздухе кружились крошечные оранжевые вихри, некоторые из них уже разлетелись мельчайшими частичками. Это были следы использованного в палате заклинания звукоизоляции. Подобные вихри образовывались каждый раз при использовании магии и сохранялись в течение небольшого промежутка времени после распада заклинания. Затем они оседали пыльцой, та превращалась в изначальную энергию и притягивалась к энергетическим потокам Земли, из которых потом сами одаренные и черпали силу. Круговорот магии в природе.

Я осмотрелась. Пыльца оседала повсюду. Больше всего её оказалось на кровати Татьяны и на её коже. На спинке в изголовье я заметила иные улики: темные хлопья и шарики, пахнущие пеплом. Я осмотрела комнату ещё раз, но шарообразные скопления были только на кровати и ещё немного на стуле. Опустившись на него, я облокотилась на спинку, закрыла глаза и прислушалась к ощущениям. Даже не зная, какое заклинание оставило подобные следы, я была уверена, что оно не имело никакого отношения к привычной магии стихий. Я запоминала, считывала остатки заклинания, чуть не отправившего Татьяну на тот свет. По ним я смогу распознать существо, наколдовавшее эту мерзость. Если окажусь достаточно близко. А вот с оранжевой пыльцой всё обстояло гораздо проще.

– Ну что, Тесс? – Влад все-таки не стерпел и заглянул в палату.

– Пойдёт на поправку – организм молодой, восстановится быстро. Думаю, потребуется дня два-три.

– Танюша так меня напугала. Боялся, что потеряю ее. – Влад подошел к девушке и взял её за руку. Я почувствовала укол зависти. – Она таяла на глазах. Мы, оборотни, остро ощущаем приближение смерти. Таня была на грани.

– Между близнецами ещё в утробе матери зарождается особая связь. В редких случаях они физически не могут существовать друг без друга. Кто бы ни зашел к Татьяне в палату, он помог разорвать связь.

– Как мы вообще можем защитить кого-то, если зачастую не понимаем, с чем имеем дело? – глухо произнёс он.

– Будь по-другому, я бы лишилась работы. Увидимся утром. – Развернувшись, я вышла из палаты.

Влад мне не поверил, я прочла это по его глазам. Не поверил, но и не стал докапываться до истины. Даже оборотню было тяжело переварить и принять правду: наш мир менялся, связь с миром фейри повлияла на планету и всех её обитателей. Слишком много в последнее время рождалось детей, наделенных даром. Академия сверхъестественного была уже не в силах обучить всех и последние годы только «снимала сливки».

Мне повезло – несмотря на поздний час, Воронина приняла вызов.

– Что вы делали в больнице? – сразу перешла к делу я.

– Пыталась спасти сестру Наты.

– Допустим, я вам поверила. Что за дрянь к ней прилипла?

– Это не телефонный разговор.

– Хорошо. Жду вас завтра в управлении.

Воронина заверила, что непременно подъедет к десяти. Если не соизволит явиться, придется выписывать повестку.

Мой дом – моя крепость. В моём случае это не преувеличение. После переезда из академии квартира стала моим убежищем. В ней три просторные комнаты – настоящий дворец по сравнению с комнатушкой в общежитии. Моя обитель досталась мне нежданно-негаданно: сколько-то-юродная тётя, которую я и видела всего раза два от силы, назначила меня единственной наследницей. Уверена, завещала она мне своё жилище не из-за внезапно нахлынувших родственных чувств. Попросту не захотела, чтобы её недвижимость отошла другим родственникам, проживающим за границей. Те до сих пор так и не смирились с волеизъявлением покойной, и мне приходилось тратить приличную часть зарплаты на адвоката, занимающегося судебной тяжбой.

Открыв входную дверь, я застыла на пороге и принюхалась. Мыхрев мусор! Опять забыла спустить очистки в мусоропровод.

Бросив рюкзак на пол, нащупала выключатель и едва не вскрикнула, увидев человеческую руку, вырванную из плечевого сустава. Нет, не так. Это была дважды мертвая рука. Конечность ходячего жмурика. И, судя по запаху, не первой свежести.

– Тессия, вы там до рассвета топтаться намереваетесь? – раздалось из спальни.

Из моей спальни. Мыхрев деймонар! Для меня спальня – это не просто одна из комнат, это моё убежище, моё логово, в котором я могла забыться, послав внешний мир к чертям. Это только моя территория.

– Значит, вы ищейка и специалист по предметной магии. После выпуска из академии вас приняли на работу в Серую стражу, – Норд не повышал голоса – акустика полупустой квартиры с лёгкостью доносила до меня звуки.

Я замерла, сжав дверную ручку, и в то же мгновение почувствовала всплеск магии.

– Почему же перешли в УПИР? – раздался вкрадчивый шёпот над ухом.

Обернувшись, я уперлась взглядом в грудь Норда. От такого не сбежишь.

– Где вы были? – Деймонар прикоснулся к моему подбородку, заставил поднять голову и уставился в упор. Мне показалось, что в глубине ртутно-серых глаз застыло ледяное бешенство.

– Что вы забыли у меня дома? Не припомню, чтобы я вас приглашала. – В конце фразы мой голос всё-таки дрогнул.

Деймонар провел рукой по моим волосам, дотронулся до спины и замер, почувствовав заклинание, в которое я вляпалась в палате Мироновой. Его след оказался на удивление стойким: за прошедшие полчаса уже должен был исчезнуть, но я по-прежнему ощущала на спине липкую холодящую гадость. Всего лишь остаточный след, но и от него бросало в дрожь. Оставалось надеяться, что мне никогда не «посчастливится» испытать на себе изначальные, действующие чары. Ответит ли Норд, если я спрошу о них напрямую?

– Ну откуда в этой хорошенькой головке столько недоверия и агрессии? – Норд улыбнулся, и я почувствовала, как губы сами расползаются в ответной улыбке.

Что ж, в эту игру можно играть вдвоём.

Я запрокинула голову и прикрыла глаза, пальцы Норда перебирали мои волосы, и от его прикосновений кожа на затылке горела. Стиснув зубы, я подавила желание уклониться. Норд снова пытался меня читать, нет, он не старался пробиться сквозь защиту, а всего лишь оглаживал, ощупывал, изучал. Мне же хотелось взвыть вампиром, которого заставили подставиться под солнечный свет. Жжение в районе затылка усилилось, и я почувствовала горячее дыхание на своей шее, а потом увидела себя со стороны: маленькую, хрупкую, дрожащую…

Биение сердца. Пульсация крови. Стылый ветер гонит по земле опавшие жёлтые листья. В предрассветный час на парковке перед «Ночной орхидеей» тихо и безлюдно.

– Исключено. Вы сами не понимаете, о чем просите.

Позади раздаётся полувздох-полувсхлип:

– Пожалуйста, скажите, что подумаете. У меня нет выбора.

Норд оборачивается…

От удара об стену у меня перехватило дыхание, из глаз посыпались искры.

– Только попробуйте ещё раз влезть ко мне в голову, Громова, и я сверну вам шею. – Голос Норда доносился словно издалека.

Он говорил что-то ещё, но мне было сложно разобрать слова – гул в ушах мешал сосредоточиться. Я сползла по стене на пол, пытаясь сфокусировать зрение, и потёрла виски. Меня подхватили под мышки и встряхнули, затем на мгновение я взлетела над полом, чтобы тут же оказаться сидящей на чём-то очень высоком. Теперь пол был далеко, где-то внизу маячили четыре расплывающиеся белые кроссовки. Я открыла рот, чтобы сообщить об этом, и взвыла, потому что на меня сверху полилась ледяная вода.

Так или иначе, это сработало: придя в себя окончательно, я обнаружила, что сижу на тумбочке и клацаю зубами от холода. А ещё я вспомнила, что успела увидеть лицо собеседницы Норда.

– Повторяю, я не имею никакого отношения к смерти этой девушки, – процедил Демиан Норд. Он стоял передо мной, сложив руки на груди, и сверлил мрачным взглядом.

– И почему я вам не верю? – Я спрыгнула с тумбочки и поморщилась – прыжок отозвался тупой, ноющей болью в затылке.

Заглянув в ванную комнату, схватила с вешалки два полотенца. Одно сразу бросила на пол, другим вытерла лицо и промокнула волосы.

– Она хотела стать вашей Слугой? Просила поставить печать, а когда вы отказались, нашла деймонара посговорчивее? Верно? – Не дожидаясь ответа, присела на корточки и начала собирать воду.

Убрать лужу было легче, чем запчасть от зомби, всё ещё лежащую на полу.

– Как это оказалось у меня в прихожей? – Поднявшись на ноги, я ткнула пальцем в сторону руки.

Плевать, с кем из обитателей Ночи Демиан Норд выяснял отношения. Вот только какого мыхря он притащил свой трофей ко мне?

– Медленно соображаете, – холодно улыбнулся Норд, как будто и впрямь сомневался в моих умственных способностях, – эта рука, как и её владелец, проникла в вашу квартирку самостоятельно. И, если бы не моё своевременное вмешательство, вы бы сейчас были уже на пути в «Подземье».

– И зачем же я понадобилась вампирам? Постойте, они уже знают об убийстве Николая?

– Я был не вправе утаивать от Елены гибель одного из членов её общины.

– Понимаю, – растерянно пробормотала я.

Скорость, с которой Елена приняла решение со мной побеседовать, настораживала. Завтра же обсужу ситуацию с Юдиным. Логично, что глава общины хочет быть в курсе того, как продвигается расследование, но посылать за мной нежить! Вампирше придется за это ответить.

В фильмах и видеоиграх зомби обычно изображается безмозглым монстром. Отчасти визуализация недалека от истины: зомби полностью подчиняется некроманту, поднявшему его. У этого существа нет ни собственной воли, ни способности принимать рациональные решения. Любой приказ приходится формулировать предельно четко, иначе последствия непредсказуемы. Зомби нельзя просто попросить доставить кого-то на допрос. Нужно уточнить, как он должен будет добраться до места назначения, как проникнет в помещение и как станет обращаться с пленником. Понятие «не причинять вреда» для нежити довольно-таки растяжимое – зомби и потерю руки особым повреждением не считают.

– Наверное, я должна сказать вам спасибо. Елена, случайно, не поделилась с вами своими планами?

Деймонар в очередной раз проигнорировал мой вопрос.

– Вы когда-либо бывали в «Подземье»?

– На территории вампиров? Ни разу.

– В четверг ночью вам представится такая возможность. Я проведу вас.

«Подземье» входило в мой личный список мест, от которых я бы с удовольствием держалась подальше. Здоровое любопытство мне не чуждо, но если выбирать между безопасностью и возможностью получить острые ощущения, то я, безусловно, выберу первое. Моя жизнь и так слишком ненормальна, чтобы я жаждала дополнительных приключений.

– Ни за что! – отчеканила я.

– Попросите защиты у Серой стражи? – усмехнулся Норд.

– Елена должна понимать, что ни я, ни любой другой сотрудник УПИРа не находится у неё на побегушках. Если ей нужна информация, пусть сама приезжает в управление.

– Наталья Миронова бывала в «Подземье»… – небрежно обронил он.

– С этого и надо было начинать! Я сообщу Юдину, возможно, придется привлечь Серую стражу.

– И вы завалитесь в замок, подобно группе захвата из дешевого боевика? Не самый лучший способ для расположения к себе главы общины.

– Что вы предлагаете?

– Я уже сказал. Будьте готовы к визиту в «Подземье».

– А взамен что?

– Мне нужно знать, как выглядела печать Квар’трам. Одно воспоминание, всего лишь одно.

Получается, Норду нужна всего лишь картинка? Отлично, будет ему картинка!

– Я передаю вам изображение печати, а вы помогаете мне собрать информацию по делу?

– Верно.

– Договорились. Я покажу вам фотографии с места преступления.

На такой ответ Норд явно не рассчитывал. Секунд пять он молча смотрел на меня, а затем исчез. Позлорадствовать толком я не успела. Вся эйфория от того, что мне удалось поймать деймонара на слове, испарилась, едва до меня дошло, что он покинул квартиру, оставив на память скверно пахнущий сувенир.

Меня разбудило скрипучее кряканье будильника. Ухмыляющийся утёнок поднимал меня каждое утро, и если поначалу выражение его физиономии казалось мне забавным, то теперь я тихо ненавидела желторотого селезня. Не открывая глаз, я нащупала на его спине кнопку. Если я не поднимусь в течение пяти минут, «Дикки-Даки» – именно эта надпись красуется у него на груди – начнет орать в два раза громче. Можно, конечно, встать и немного попрыгать, чтобы сработали датчики движения, но тогда я уже не усну. Швырять будильник о стену бесполезно – согласно инструкции полимерный корпус надежно защищает микросхемы от механического воздействия. Должно быть, я находилась в состоянии временного помешательства, когда дала уличному торговцу всучить мне крякающего монстра.

Выползать из-под одеяла не хотелось, но я обещала Юдину, что не опоздаю. Пропускать утреннюю пробежку также не хотелось. Бег помогал проветрить мозги и разложить все детали расследований в голове. Так, надо не забыть доложить начальнику о грядущем приходе Ворониной и рассказать о выкрутасах Елены. Только бы Фил не счёл, что отпускать меня одну в «Подземье» слишком опасно.

В управление я добралась во взвинченном состоянии. Доехала позже обычного, но не из-за того, что долго нежилась в кровати. Мыхревы пробки не оставили мне ни единого шанса! Однако на этом сюрпризы не закончились. Виноватый вид охранника на посту заставил замедлить шаг.

– Юрочка, а посмотри-ка на меня. Пожа-а-алуйста, – елейно протянула я.

Юрий приподнял голову и снова отвёл взгляд. Так. Понятно. Коллеги приготовили очередную гадость.

– И где? Опять перед дверью?

В ответ последовал едва заметный кивок.

Скучно! Могли бы придумать что-то новенькое. И всё-таки открытая литровая банка, наполненная до краёв кровью, меня разозлила. Я опаздывала на десять минут, пунктуальный Филипп уже наверняка собрал команду для обсуждения деталей дела Мироновой, а тут ещё вынужденная заминка. Соколов в ежовых рукавицах держал персонал лаборатории. Вряд ли бы кто-то из его подчинённых решился на пакость, хотя ресурсы для этого у них, без сомнения, имелись. Также подобное было не в духе самого старшего судмедэксперта. Вот попросить пару минут подержать в руках сердце зомби, а самому куда-то свалить на полчаса – это запросто. Филиппа, Кирилла, Влада и охранника Юру можно было смело вычеркивать из списка. Оставалось четверо сотрудников, и только у новенького, Валерия, кто-то из родственников работал на скотобойне. Я просматривала его дело и знала это точно. Надев одноразовую перчатку, подняла банку и вернулась на пост охраны. При виде меня Юрий слегка побледнел. Я подошла и поставила банку на стойку.

– Юрочка, а подскажи-ка мне, на какой машине ездит Валерий?

– Тесс, пожалуйста, не втягивай меня в это, – проскулил он.

Поздно! Ты оказался втянут в это дело в ту самую минуту, когда разрешил Валерке пронести склянку внутрь. Тоже мне, охранничек. Я приподняла банку на вытянутой руке.

– Я жду! И учти, я девушка слабая, а банка тяжёлая, могу и уронить… случайно.

– Зелёный «Фиат», – сдался дежурный и виновато улыбнулся, – он его в кредит только неделю назад взял.

– Да ты что! – Я вернула банку обратно на стойку. – А «обмыть» приобретение уже успели?

– Как раз сегодня после работы собираемся. Тесс, ты же нам весь праздник испортишь. Может, не надо, а?

– Не-е-ет, Юрасик, поверь мне, кровавая жертва – как раз то, что этой машинке нужно. Как консультант по сверхъестественному я в подобных вещах толк знаю, – оскалилась в улыбке я.

Зеленый «Фиат» оказался припаркован в первом ряду, таким образом, его хозяин, чей стол находился как раз возле окна, мог беспрепятственно наблюдать за четырехколесным любимцем и в рабочее время. Подойдя к машине, я помахала рукой возможным зрителям и вылила кровь на капот. Тёмно-красная жижа расползлась по нему и закапала на асфальт. Я вытащила из кармана КПК, засекла время и начала мысленный отсчёт: пять секунд… десять… пятнадцать…

– Громова, ты совсем сдурела?! – прокричал сбегающий по ступеням управления Валерий: глаза навыкате, лицо перекошено, того и гляди пена изо рта пойдёт.

– Валера, прикинь, какой-то придурок банку с кровью оставил перед моим кабинетом. Ну, я и решила, не пропадать же добру. Провела обряд посвящения, теперь у тебя настоящий упырячий транспорт.

Валерий вытащил из кармана платок и принялся размазывать кровь по капоту, над которым уже начали кружиться мухи.

– Ты хотя бы перчатки надень. Одолжить?

– Мозги себе одолжи!

Я перехватила недобрый взгляд, которым он окинул мою старенькую «Тойоту».

– Только попробуй. Попрошу Юдина перевести тебя в лабораторию.

Валерий задумался.

– Так я ж не медик.

– Это ничего. Станешь помогать Соколову трупы держать во время вскрытия, а то некоторые возмущаются, когда он их препарирует: вырываются, вскакивают со стола и бегают по потолку.

Рядом припарковался серый «Рено», и из него вышел Влад.

– Привет, Тесс. Тоже опаздываешь? Мне Юдин только что звонил. Валера, что с машиной? Сбил кого-то по дороге? Решишь труп закопать – отъезжай подальше от управления.

В ответ Валерий прорычал что-то нечленораздельное, стукнул кулаком по капоту, залез в «Фиат» и резко сдал назад, чуть не задев служебную машину, стоящую во втором ряду. Нервный какой.

– Куда это он рванул? – удивился Влад.

– На мойку, – предположила я.

– А загнать машину в гараж под лабораторией и окатить из шланга не судьба?

– Да кто ж его разберет. Суровые упырячие следаки не ищут легких путей.

Я подняла с земли банку.

– Ну что? Идём?

– А её куда? – фыркнул Влад.

– Поставлю Валерию на стол. Хорошие литровые пузыри сейчас на дороге не валяются.

– Я против! – Оборотень принюхался и скривился. – Она же всю комнату нам провоняет.

– Ладно, оставлю в туалете. Ты ночевал в больнице? Как Татьяна? – спросила я, в то время как мы поднимались по ступеням.

Влад улыбнулся и с нежностью произнес:

– Очнулась на рассвете, голова кружится, слегка подташнивает, но в целом в порядке. Я бы подольше задержался, но к восьми в больницу нагрянул её дед со свитой. Этот хмырь и шагу ступить не в состоянии без своры прихвостней за спиной.

– Перевёл в платную палату?

– Скорее, перевёз, а мимоходом запугал весь персонал. Татьяна была готова в ту же минуту подписать отказ от госпитализации и сбежать из больницы домой. Она хорошая девочка, Тесс.

«Не то что ее сестра-близнец… была…» – мысленно закончила я за него. Возможно, Наталья Миронова была далеко не ангелом, но это не означает, что она заслужила получить пулю в грудь.

Коллеги дружно на меня обиделись. При моем появлении никто головы от монитора не соизволил оторвать. Внутренний голос уговаривал пройти молча, тем более что я и так опаздывала.

– Доброе утро, ребята. Слышала, вы сегодня приобретение Валерия планируете обмыть. Так вот, предлагаю не торопиться, ритуал проведен по всем правилам.

– Зря ты так, Громова, – не выдержал Тимур.

Я обернулась к нему и уставилась в упор. Мужчина стушевался, поправил очки, затем снял их и принялся протирать стекла. Тимура в УПИРе прозвали Молчуном, обычно из него за целый день и слова лишнего не вытянешь, а тут вдруг вступил в разговор.

– Надо было вылить ему на голову? В следующий раз так и поступлю. Хватит с меня наездов Серой стражи. От собственных коллег я гадости терпеть не собираюсь!

– Я предупреждал Валеру, что он перегибает палку, – миролюбиво заметил Геннадий – высокий, широкоплечий, немного тяжеловесный мужчина лет тридцати пяти. Видевшие Геннадия в деле в первый раз удивлялись, как человек его габаритов умеет двигаться прямо-таки с кошачьей грацией. Ответ был прост – Геннадий, как и Влад, являлся оборотнем.

– Всё верно, Гена, – вздохнул Сергей Ларионов, официальный зам Филиппа Юдина. Насколько я знала, он перешел в Управление по иным расам добровольно, более того, добивался этого перевода. Подозреваю, его рвение было отчасти связано с приближающимся сорокапятилетием – Ларионов надеялся, что Филипп оставит его в команде и после выхода на пенсию. Сергей отлично разбирался в навороченных программах и мог в случае чего отладить разбушевавшийся компьютер. Наверняка умники наверху тоже были в курсе его способностей, поэтому до сих пор тянули с введением в штат управления программиста.

– Знаете, мне плевать, кто и что обо мне думает, но если ещё раз у меня под дверью окажется органика – принесу сюда и размажу по стене, а потом приглашу Соколова разобраться, что же это такое я тут растёрла.

Следователи скривились. Если меня они просто не то чтобы очень любили, то нашего судмедэксперта, обладающего нездоровым интересом к изучению трупов и их составляющих, откровенно побаивались. Полгода назад весь состав изрядно потрепал демон-нелегал, и Соколов задолбал всех медосмотрами и анализами – все поцарапанные и побитые сдавали кровь из вены и дружно мочились в баночки. В том числе и я. Моих доводов, что демонизм не бешенство и при физическом контакте не передается, наш судмед словно и не слышал.

– Расслабься, Громова, – усмехнулся Ларионов.

В этот момент я осознала, что меня наконец-то приняли. В кабинет Филиппа я зашла, уже широко улыбаясь.

Если заминка способствовала улучшению моего настроения, то Владу его за это время испортили – оборотень стоял в центре кабинета, широко расставив ноги, и смотрел немигающим взглядом в окно, руки сжал в кулаки так, что костяшки побелели. Взъерошенный Кирилл с преувеличенным рвением раскладывал на магнитной доске пасьянс из фотографий. Ночью к ним добавились снимки из квартиры Николая. Выходит, дело всё-таки наше. Обычно нелюди старались решать проблемы самостоятельно, не особо рассчитывая ни на помощь городских властей, ни на стражей закона. Возможно, с появлением Управления по иным расам ситуация в корне изменится.

– Доброго всем дня. Простите за задержку, пришлось перекинуться парой фраз с коллегами.

– Разобрались? – Филипп подошел к доске и поменял несколько фотографий местами. – Кирилл, заканчивай мельтешить. Вот и отлично. – Он посмотрел на меня. – Если бы ты и на этот раз смолчала, пришлось бы вмешаться. Сама знаешь, как я не люблю лезть в отношения между подчиненными, но тебе давно следовало показать зубы.

– Поздравляю, Тесс. – Влад хлопнул меня по плечу. – И полностью разделяю мнение капитана – твоё посвящение в упировцы явно затянулось.

– А моё? – несколько напряженно спросил Кирилл и разгладил на груди форменную серо-зелёную рубашку.

Он единственный из всего управления надевал на работу форму. Свою я примерила всего один раз – когда фотографировалась на пропуск.

– А твоё, – коварно усмехнулся оборотень, – в самом разгаре. Угадай, на кого теперь ребята переключат внимание?

Кирилл оценил перспективы и поёжился. Я бы на его месте не дергалась, всё же родственник капитана. Хотя в этом есть и свои минусы – спуску Юдин Кириллу не даст. Если парня не перестанет в ближайшее время выворачивать на местах преступлений, то он превратится в кабинетного полицейского и на него станут спихивать бумажную работу. А что? Неплохая идея.

Я быстро доложила об обыске, проведенном в комнате Мироновой, отметила отсутствие следов магии и артефактов.

– Полагаешь, она обитала где-то ещё? – уловил самую суть Влад.

– Да, – кивнула я. О «Подземье» рассказывать не стала, сначала следовало переговорить с Юдиным. Вместо этого поинтересовалась, как у Влада прошел опрос соседей.

– Вчера обошел все квартиры. Их обитатели отвечали на вопросы охотно, но мало чем смогли помочь. У нас не принято совать нос в дела соседа по лестничной площадке. Мы ценим уединение. Я и сам редко сталкивался с Мироновой. Возвращалась она домой за полночь, уезжала на рассвете. Если бы не знакомство с Татьяной, я бы вообще на неё внимания не обращал.

Меня так и подмывало спросить, как оборотень познакомился с Татьяной Мироновой, но я промолчала. Влад был не из тех, кто охотно делится подробностями личной жизни.

– В последнее время Татьяна была её единственным посетителем, – продолжил отчет оборотень. – Я просмотрел регистрационные записи за текущий год. Пару недель назад к Наталье заходила мать. Предыдущее посещение Марии Мироновой датируется пятью месяцами ранее.

– И что, никаких вечеринок и заглядывающих в гости друзей? – удивился Кирилл. – Зачем снимать квартиру и не использовать её на полную катушку?

Брови Филиппа удивлённо поползли вверх:

– Кирилл, твоя мать упоминала, что ты хочешь пожить отдельно. Я ещё не высказал свое мнение по этому поводу. Угадай, каким оно теперь будет?

– Но, дядя, я же рассуждаю теоретически, – жалобно протянул юноша. – Нам надо рассматривать все варианты. Ты же сам меня этому учил.

– Вот и я рассмотрю. Все варианты последствий твоего переезда. Так, ребята, возвращаемся к Мироновой.

Кирилл обиженно засопел и замолчал. Да уж, в трудовой деятельности под началом родственника есть и свои минусы. Лично я бы на его месте вообще на подобное не согласилась.

– А что с вампиром? Его уже перевезли в лабораторию? – спросила я.

Филипп Юдин выпрямился в кресле и свел кончики пальцев.

– Он наш. На пару дней. Соколов обещал, что займется им после обеда.

– Община вампиров выразила протест?

– Можно сказать и так, – оскалился капитан. – Когда мы грузили Николая в фургон, из темноты выступили трое кровососов и попытались наложить лапы на тело. Они были крайне настойчивы.

– Настойчивы?! – перебил капитана Кирилл. – Да они напали без предупреждения!

– Мальчик мой, поверь, если бы они действительно хотели нам навредить, мы бы не отделались проколотым колесом. Ни один вампир, даже самый криворукий, не станет метить в ногу противника и так сильно промахиваться.

– Что-то мне подсказывает, что ты, Фил, в свою очередь, не промахнулся.

Лицо капитана расплылось в довольной улыбке.

– Долго будут друг из друга деревянные занозы выковыривать.

– Тесс, обрати внимание на экран. – Влад поднялся со стула, взял в руки пульт и передал Кириллу.

Тот приосанился от гордости.

– Я вчера допоздна работал с файлами с камер видеонаблюдения и нарыл кое-что очень интересное.

Это была запись двухнедельной давности с парковки перед домом Мироновой. Во двор въехал темно-зеленый «Форд», и из него вышла Наталья. Её изящную фигуру окутывала аура чувственности, простое приталенное платье цвета спелого персика подчеркивало изгибы тела. Никаких сомнений – это была именно Наталья, а не её сестра-близнец. Девушка сделала шаг и пошатнулась. Со стороны могло показаться, что она всего лишь подвернула ногу. Каблуки золотистых босоножек больше напоминали два тонких клинка: не обувь, а настоящее оружие.

– Стоп, Кирилл. Отмотай назад, дай крупный план на грудь.

Парень с готовностью бросился выполнять мою просьбу. Так и есть, на платье, чуть ниже левой груди, темнело крошечное пятнышко.

– Кофе? След от соуса? – предположил Влад.

– Нет, это кровь, – пробормотала я, отмечая дату записи в наладоннике.

Я прикрыла глаза и сжала виски руками.

Ночь. На парковке перед «Ночной орхидеей» ни души, ветер гонит по земле опавшие листья. Вот оно! Листва была желтой, как будто ветер только что сорвал её с деревьев. Случайно перехваченное воспоминание Норда относилось к осени – октябрь, возможно, начало ноября, – а сейчас на дворе июль. Мироновой потребовалось более полугода, чтобы найти деймонара посговорчивей. Желание заполучить «Печать плоти» не являлось спонтанным. Выяснить бы ещё, зачем ей так нужна была эта связь.

– Тесс, ты говорила, что печать кровоточит только первое время, это означает…

– Правильно мыслишь, Фил. На видео ей, скорее всего, несколько часов.

Наталья на экране ожила и поморщилась. Должно быть, «Печать плоти» причиняла ей неудобство. Девушка вытащила из багажника бумажный пакет, поставила машину на сигнализацию, и в этот момент её окликнули. Тонированное боковое стекло припаркованной неподалеку «Лады» опустилось. Судя по тому, как Миронова расправила плечи и вздернула подбородок, голос она узнала. Обернувшись, она прислонилась спиной к капоту.

«Ну же! Покажись уже!» – мысленно поторопила я её собеседника, но он оставался в машине, Наталья же не спешила к ней приближаться и продолжала стоять спиной к нам.

– Это единственная камера во дворе? Картинку можно развернуть? Звук удалось выделить?

– Не торопись, досмотри до конца, – прервал поток вопросов Юдин.

Я ловила каждое движение, каждый жест Натальи: вот она вскинула руку, покачала головой и направилась прочь с парковки. Дверь машины открылась, в ее водителе я узнала Ольгу Чернову, помощницу Аркадия Миронова по организационным вопросам. Женщина бросилась вслед за Натальей, попробовала удержать за плечо. Дальнейшее уже не укладывалось ни в какие рамки: Наталья обернулась, схватила Чернову за шкирку, подняла одной рукой, как котенка, и отбросила в сторону. Ольга упала на спину, ударившись головой об асфальт, её лицо перекосилось от боли. В руке Натальи зажегся огненный шар, она медленно подошла к распростертой на земле женщине и что-то ей сказала, в ответ та несколько раз кивнула. Что бы между ними ни произошло, это было магическое нападение на человека.

– Чернова заявляла в полицию?

– Нет, Тесс. Заявления не было, мы проверили по базе, – ответил Влад.

События на парковке продолжали развиваться: едва Миронова исчезла из поля зрения камер, как к лежащей на земле Ольге подошел охранник, тот самый зануда в роговых очках. Он помог ей подняться и увёл с парковки. В кабинете повисло молчание.

– Я так понимаю, что при опросе консьерж не соизволил сообщить о данном инциденте?

– А мы его ни о чем подобном и не спрашивали. Больше интересовались посетителями Мироновой и тем, как часто сама Наталья появлялась в квартире, – Влад вздохнул. – Это моя ошибка, я же знаю Сорога, мог бы догадаться, что он рот лишний раз не раскроет, чтобы нам помочь.

– Как ты его назвал? – обалдела я.

Сороги – оборотни, но в отличие от классических перевертышей имеют несколько ипостасей, причем выбирают их осознанно с наступлением пубертатного периода. Кроме того, клан сорогов относится к боевым, из его членов получаются лучшие телохранители, охранники и… убийцы.

– Наш охранник сорог, – подтвердил Влад.

– Уже дошло. А имя у этого сорога есть?

– Сергей Иванович Липаев, но для всех он просто Сорог. Интересно, твой приятель знает, кого взял на работу?

– Норд не мой приятель, – машинально парировала я.

Даже для города, находящегося в тесном соприкосновении с миром магии, наличие недвижимости с магической звукоизоляцией и охранником-оборотнем, являющимся по совместительству профессиональным воином, было, мягко говоря, ненормально.

– Я сам только вчера узнал, кому принадлежит «Тихая гавань», – признался Влад. – Договор аренды помог заключить поверенный, да мне было как-то всё равно: плата приемлемая, плюс наличие соседей-нелюдей гарантировало, что от меня лишний раз не станут шарахаться на лестничной площадке.

– Фил, ты вызовешь на допрос Ольгу Чернову?

– Уже. Пообещала заехать после обеда.

– В сопровождении адвоката и с отработанной, приглаженной версией произошедшего, – недовольно проворчала я.

– Можешь не сомневаться, всё так и будет. Если бы мы попытались застать её врасплох, результат был бы тот же. Она без разрешения Аркадия Миронова и чихнуть не посмеет, тем более во время проведения предвыборной кампании.

– А с Сорогом что?

– Уже у нас… – хмыкнул Влад. – Минут пятнадцать как в комнате для допросов маринуется.

– Это хорошо, что маринуется. Злее будет. Возьмёшь с собой?

– Только сделай лицо попроще. Не стоит так плотоядно улыбаться. Он не наш убийца.

– Зато Чернова может владеть информацией, а из-за молчания консьержа мы бы упустили связь между ней и Мироновой.

– Сорог предоставил все записи с камер и регистрационные файлы по первому требованию, – миролюбиво заметил Филипп. – Так что теперь мы установим, кто заходил в здание или околачивался рядом с ним последние полгода. Я уже подключил Ларионова, он занимается прогоном через программу распознавания лиц. Вдруг, кроме Черновой, ещё кто-то засветится.

– Всё равно мне не нравится этот Сорог, – упрямо буркнула я. – Очки нацепил, как библиотекарь, тоже мне, вояка.

– А ты хочешь, чтобы он на вахте с мечом стоял?

Я попробовала представить тощего долговязого мужчину в очках с мечом в руках. Выходило скорее комично, чем грозно.

– Я бы на твоем месте не стал его дразнить, – предупредил Влад. – У него ранг выше мастера.

– И как же это он, такой распрекрасный, допустил, чтобы у него под носом кого-то прибили?

– Он охранник, а не телохранитель, но повторяю: не стоит его дразнить. Для него убийство Мироновой – личный промах. Филипп, ты с нами?

– Развлекайтесь, детки. Мне ещё нужно сделать пару звонков.

– Капитан, разрешите задержаться? – спросила я.

– Жду, – понятливо кивнул Влад и покинул кабинет Юдина.

Мои опасения подтвердились лишь отчасти. Капитан выслушал мой рассказ и закономерно нахмурился:

– Почему Елене понадобилась именно ты? Любой следователь УПИРа смог бы ввести её в курс дела.

– Предположительно из-за того, что я маг.

– Или же тебя сосватал вампирше твой приятель.

Подумав, признала правоту Филиппа:

– Желание Елены со мной пообщаться пришлось для Норда как нельзя кстати.

– И что решила?

– Схожу поговорю, – пожала плечами я. – Вряд ли я увижу в замке то, о чем не читала из отчетов.

– Это разное, Тесс, – мягко заметил Фил.

– Понимаю, – тяжело вздохнула я. – Полагаю, что справлюсь.

– Без камеры и микрофона не отпущу, – пригрозил Юдин.

– Наверняка у них стоят датчики на входе.

– Стоят, – нехотя признал начальник.

– Все будет в порядке. И потом, ты знаешь, где меня искать.

Юдин мой позитивный настрой не разделял, но и отговаривать от посещения «Подземья» не стал. Вампиры редко шли на сотрудничество, и упускать подобный шанс не стоило.

Маги также были нечастыми гостями в управлении и ещё реже добровольно давали показания. Капитан целиком и полностью одобрил приглашение Ворониной в УПИР и позволил провести беседу с глазу на глаз. Разумеется, при включенных камерах.

Влад ожидал меня у дверей допросной. Сквозь стекло я увидела расхаживающего по ней Сорога. Сейчас бы у меня язык не повернулся назвать его библиотекарем. На мужчине были все те же очки в массивной оправе, та же мешковатая униформа, но четкие, выверенные и вместе с тем плавные движения выдавали в нем воина. Такой смог бы оторвать голову вампиру.

– Терпеть не могу, когда он так поступает, – пробормотал Влад.

– Ты сейчас о ком?

– О Юдине. Пока тебя не было, отчитал, как мальчишку, из-за ночёвки в больнице.

– Он просил не афишировать отношения с Татьяной.

– Знаю, но я не смог ничего с собой поделать. Дай мне десять минут и заходи, – проинструктировал Влад и вошел в допросную.

Как только следователь появился в комнате, Сорог вернулся за стол. Вытянув руки перед собой, консьерж хмуро уставился на Горелова.

– Вам уже говорили, что звукоизоляция в вашей конуре ни к чёрту? Пусть девушка заходит, если ей есть что сказать. Я не собираюсь тратить время на игры в плохого и хорошего полицейского.

Глубоко вздохнув, я присоединилась к Владу.

– Доброе утро, Сорог. Вы же понимаете, зачем вас вызвали?

– Разумеется. – Мужчина открыл лежащую на столе папку, вытащил из нее листок бумаги и бросил на стол. – Копия отказа от госпитализации. – Следом полетело ещё два листка. – Отказ от претензий к Мироновой Наталье Сергеевне и отказ от претензий к владельцу жилого комплекса и местной охране. Понятия не имею, из-за чего между женщинами возник конфликт, но я позаботился о пострадавшей, оказав первую медицинскую помощь.

Сорог постучал пальцем по листу, исписанному мелким аккуратным почерком.

– И наконец, версия произошедшего на парковке в моём изложении, – оборотень поставил дату и подпись. – Я могу идти?

Мне захотелось смять бумажки и заставить Сорога их сожрать. Однако, приняв во внимание боевые навыки консьержа, я признала, что тайной фантазии вряд ли суждено сбыться. Пришлось стиснуть зубы и выдавить из себя:

– Вы знакомы с вампиром Николаем?

На губах Сорога появилась снисходительная улыбка.

– В этом городе несколько вампиров носят такое имя.

– Но лишь одному из них на днях оторвали голову.

– Николай Денисов, – вмешался Влад и выложил на стол фотографию. – Работал в «Ночной орхидее».

– Не встречались.

– Сорог, какой у вас график дежурства?

– Сутки через сутки.

– А ваш напарник?

– Он человек, Тесс. – Влад слегка покачал головой.

Понятно, человек нам не подходит, а вот оборотень-воин очень даже.

– Значит, вы все время находились на рабочем месте?

– Влад, с каких это пор ваше управление лезет в дела общины вампиров? Я правильно понимаю, ваш консультант пытается выяснить, где я находился во время убийства вампира?

– Вы все верно поняли, – прошипела я. Влад пнул меня под столом по ноге.

– К сожалению, я не смогу ответить на ваш вопрос, но я не имею никакого отношения ни к убийству Николая Денисова, ни к убийству Натальи Мироновой, – отчеканил Сорог.

– Почему же тогда вы не можете ответить на простой вопрос о своем местонахождении? Тайна клана? – Под столом последовал ещё один тычок в ногу. Больно же! Лишние синяки мне ни к чему.

– Влад, пусть начальство проследит, чтобы ваш консультант потрудилась ознакомиться с регистрационными списками. Загляни она в них хотя бы раз, знала бы, что я единственный сорог, проживающий в этом городе.

– Тесс, выйдем на минутку, – Влад потянул меня за рукав.

– Если вы единственный сорог, то в городе нет главы, который смог бы за вас поручиться.

– Знаете, Влад, я ошибся, – консьерж-убивец вскочил на ноги и отбросил деревянный стул в сторону, тот ударился о стену и развалился на части. – Вашему недоделанному консультанту требуется не только ознакомление с регистрационными списками, она как минимум должна изучить Кодекс оборотней.

Влад тоже поднялся, из его горла вырвалось низкое рычание. На пальцах оборотня появились пятисантиметровые когти. Сорог выглядел немногим лучше: на лице вздулись вены, под свободной ещё минуту назад рубашкой униформы бугрились мышцы. И откуда только взялись? Это же не живот – так просто не втянешь. Все-таки оборотни, балансирующие на грани трансформации, – зрелище незабываемое.

Влад и Сорог молча уставились друг на друга, потом консьерж рявкнул, что допрос окончен, сунул папку под мышку и вышел из комнаты. Влад поспешил за ним. Отсутствовал не более пяти минут, я как раз закончила оценивать ущерб, нанесённый вспыльчивым Сорогом: ударившийся о стену стул не только превратился в груду деревяшек, он ещё оставил приличную вмятину на пластиковых панелях. Шлепнувшееся на стол руководство по оборотням только подтвердило мои подозрения – во время допроса я накосячила.

– Тессия, знаешь, когда ты уговорила кэпа заключить договор с библиотекой при академии, я поначалу воспринял эту затею скептически. Что касается членов команды, то они отнеслись к изучению предоставляемой литературы на удивление серьёзно. Хотя книги запрещено выносить с территории управления, ребята находят время, чтобы прочесть каждую от корки до корки, составляют памятки на будущее. Так какого хрена ты не делаешь то же самое?! Жить надоело?

– У сорогов отсутствует система поручительства? – дошло с опозданием до меня.

– В точку. Сороги не врут. Никогда. Уходят от ответа, замалчивают, увиливают, но не врут. Солгать – значит обесчестить себя. Потребовав от него поручительство главы клана, ты усомнилась в его словах, а это влечет немедленный вызов на дуэль. Как ты думаешь, каковы были бы твои шансы?

– Нулевые? – робко предположила я.

– Скорее, минусовые, – отрезал следователь.

– Я облажалась.

– Верно, – не стал миндальничать Влад. – Ладно, проехали. У всех бывает.

Неудача во время допроса Сорога меня расстроила, но впереди был ещё один важный разговор, поэтому я взяла себя в руки и, вернувшись в кабинет, ещё раз перечитала сводный отчет по делу. Хитрая программа проанализировала все записи и систематизировала факты. Я для себя выделила три пункта: любовная связь жертвы с вампиром, неустановленный препарат, выявленный в её крови, и «Печать плоти». Не забыла я и о паучихе. Если Игорь, тот парень из агентства Егорова, сам не пожалует в Управление, придется напомнить адепту о себе.

Я почувствовала приближение Ворониной, едва та очутилась на этаже. Кирилл по моей просьбе встретил Елизавету и проводил к допросной. Тихий стук в дверь сопровождался наигранно-бодрым:

– Вызывали?

Я впустила Елизавету внутрь. Вместе с ней в комнату вплыл приторный карамельный аромат. Совсем недавно она снова использовала заклинание поиска.

– Что-то не так? – насторожилась Воронина.

– Что-то потеряли? – задала встречный вопрос я.

Девушка удивленно вскинула голову:

– Как вы узнали? Я же использовала магию не здесь.

– Вы ищете нечто, предназначенное вам. И мне интересно, как оно связано с произошедшим в палате Татьяны Мироновой.

Елизавета затравленно осмотрелась, увидела огонек камеры и нахмурилась:

– Вы не зачитали мне мои права.

– Верно. Однако распознаватель речи не включён. Считайте, что наша беседа носит консультационный характер.

– Хорошо. – Из груди Ворониной вырвался тяжелый вздох.

– Начнем с того, чьим донором была Татьяна Миронова.

– Вы знаете?

– Догадываюсь. Итак? – выдержала паузу я.

– Понятия не имею.

– Не заливайте. Не зная создателя заклинания, вы бы не смогли освободить Татьяну от присоски, выкачивавшей из неё энергию.

Я замерла на полуслове, потому что Елизавета задрала майку – чуть ниже левой груди пульсировали багрово-коричневые руны. Да как же она отважилась на такое?

– Вы перенаправили связь?

– У меня не было выбора. – Она одёрнула майку. – В противном случае Таня не дожила бы до рассвета. Не волнуйтесь. Всё под контролем, по крайней мере пока. Пока у меня ещё есть это. – Воронина поставила на стол небольшой флакон из темно-зеленого стекла.

Я взяла его в руки и взболтала. Внутри находилась какая-то маслянистая тягучая жидкость.

– Что это?

– Экстракт багрянца. Точнее, его остатки.

Багрянец, кроваво-красный цветок из Волшебной страны – чистая энергия растительного происхождения. Что это? Совпадение или подсказка? Вдруг именно багрянец принимала Наталья незадолго до смерти? Недаром же Соколов до сих пор бьётся над загадкой компонента, входящего в состав наркотика, обнаруженного в её крови.

– Но это чудо-растение работает только в мире фейри.

На губах Ворониной возникла самодовольная улыбка:

– У вас устаревшие сведения: багрянец, выращенный в нашем мире, обладает теми же свойствами. Наташа смогла заполучить и прорастить семена. Только не спрашивайте меня, каким образом.

– Каким образом получила или прорастила? – Я поднесла пузырёк к носу и принюхалась: сквозь плотно закрытую крышечку ощущался сладкий пряный аромат.

– Понятия не имею, как к ней попали семена, однако предполагаю, что для выращивания цветка она использовала кровь.

– Свою?

– Вряд ли… Это всего лишь предположение…

– Тогда вампира? Так?

– Да, подозреваю, что в этом был замешан один вампир, – неуверенно произнесла Елизавета.

Нет! Ну как чувствовала, что Наталья связалась с Николаем неспроста.

– Пока у меня есть этот экстракт, я в состоянии таскать на себе паразита, которого сняла с Тани, – грустно улыбнулась Воронина. – Я не смогла остановить Наташу, но я не дам умереть её сестре.

– Это не просто паразит. Если я верно прочла руны, то к вам присосалась нежить. Одна вы не справитесь. Придется обратиться за помощью в совет магов.

– Они захотят меня прочитать. Это поставит крест на моей карьере в академии.

Воронина понуро опустила голову. Она боялась ментальной проверки, выходит, ей было что скрывать. Например, информацию о союзе, заключенном между Мироновой и деймонаром. Воронина знала о нём и сохранила в тайне.

– Сколько у вас времени?

– Дня два-три. Я понимаю, что это против правил, но мне нужна помощь управления.

– Чего вы хотите?

– Помогите мне разыскать багрянец! – незамедлительно выпалила она.

Я снова принялась рассматривать пузырёк, исподтишка наблюдая за Ворониной. Та нервно кусала губы в ожидании ответа.

– А эта порция как у вас оказалась? – Я вернула пузырёк владелице.

– Ната передала для тестирования. Не представляете, что это за штука. Бодрит круче любого энергетика, плюс практически мгновенно восстанавливает магический резерв. Дала бы попробовать, но, сами понимаете, сейчас у меня на счету каждая капля. Я знаю, что Наташа хранила свежие саженцы в квартире вампира, работавшего в «Ночной орхидее»…

– Мне жаль, но вы опоздали. Упомянутый вами вампир мёртв.

Елизавета резко втянула в себя воздух и прижала к груди бутылочку с экстрактом.

– Вы наверняка ошибаетесь. В городе больше сотни вампиров…

– И сколько из них работают в «Ночной орхидее»?

– Стало быть, это все-таки он, – глухо уронила девушка.

– Они были любовниками?

Воронина кивнула и с надеждой посмотрела на меня:

– Вы уверены, что убитый вампир был тем самым Николаем?

– Уверена. Владелец клуба его опознал.

– А багрянец?

– Я побывала в квартире Денисова сегодня ночью, в ней не было следов флоры из Волшебной страны.

Или… были? Недаром земля в цветочном горшке показалась мне подозрительной.

После ухода Ворониной я помчалась в лабораторию. Соколов выслушал мое предположение насчет связи вещества, обнаруженного в крови жертвы, с землей из цветочного горшка и флегматично кивнул:

– Разберусь.

– А когда?

– К вечеру.

– А надо срочно!

Вместо ответа Соколов подошёл к одному из холодильников, открыл дверцу и выдвинул стеллаж. При виде обглоданных человеческих останков я зажала рот рукой и резко развернулась.

– Вот это срочно! А твое потерпит до вечера.

– У нас? – сглотнув, спросила я.

– Нет, из области привезли. Местные полицейские опасаются, что восстанет и всех покусает.

– Без головы?

– В соседнем отсеке лежит. Охотник уничтожил зомби, а вот его последнюю жертву нам поручили. Я уже идентифицировал, Кристина сообщила родственникам. Вот… ожидаются с минуты на минуту.

– Хорошо. В таком случае жду до вечера, – покладисто заверила я.

Григорий рассеянно кивнул и направился к рабочему столу. Мне хотелось сказать ему что-то ободряющее, но слова не подбирались. Процедура опознания была частью работы Соколова; лучшее, что я могла сделать в этой ситуации, – не мешать.

На выходе из лаборатории меня поймал Влад:

– Ты где бродишь? Тебя уже минут пять как Филипп в машине ждёт.

– А куда мы едем?

– Не мы, а ты и Юдин. Звонили из резиденции Мироновых. У его сиятельства есть два часа свободного времени, и он согласен принять сотрудников управления, расследующих смерть его внучки. Не поверишь, но этот хмырь свою машину за вами прислал.

– Ага. Так капитан в нее и сядет.

– Взял служебную развалюху с мигалкой. Поедете при полном параде.

– Тебя не берёт?

– Сам отказался, – проворчал Влад. – Миронов в курсе, что я ночевал в больнице. Не хочу создавать вам дополнительные сложности, да и Ольгу Чернову нужно кому-то дождаться. Кроме того, мы подстраховались и поручили Кириллу переоформить внутреннюю документацию. Теперь Филипп Юдин официально ведущий следователь по этому делу. И ещё, Тесс, – оборотень заставил меня обернуться в дверях, – кэп хочет, чтобы ты переоделась в форму.

Я скривилась, но всё-таки кивнула. Филипп редко о чём-то меня просил.

Зеркала у меня в кабинете не было, но я и без него представляла, как выгляжу. Надень на меня форму, не важно какую, и можно смело отнимать года три-четыре. Я покрутила в руках туфли и всё-таки осталась в кроссовках. Рюкзак с собой не взяла – всё равно планировала вернуться в УПИР после обеда, – а вот кобуру застегнула на пояснице поверх рубашки. Второй револьвер, заряженный деревянными пулями, сунула в наплечную кобуру. Возможно, внешне я мало походила на крутого следователя, зато была вооружена до зубов.

Согласно регламенту Управлению по иным расам полагались две служебные машины. В мэрии расщедрились аж на три драндулета. Юдин сначала обрадовался, затем насторожился. Опасение капитана оказалось оправданным: когда машины пригнали и осмотрели, выяснилось, что из трёх можно смело собирать одну, и только тогда появится призрачный шанс, что полученный вариант прослужит УПИРу года три-четыре.

Филипп ожидал меня на стоянке. Форма капитану чертовски шла: он будто стал на голову выше, прекратил сутулиться, даже взгляд стал жёстче. Рядом со служебной машиной, слегка обшарпанной, с помятым передним бампером, возвышался черный, идеально отполированный внедорожник с тонированными боковыми стёклами. Забавный контраст. Я подошла поближе – за рулем джипа находился «человек в черном». Вполне вероятно, что этот тип был одним из охранников, следивших за порядком на кладбище во время похорон. Выходит, Миронов действительно заказал следователей с доставкой на дом.

– Филипп Юрьевич, прошу прощения за задержку. Можем ехать? – На людях я всегда обращалась к капитану на «вы» и по имени-отчеству.

– Можем, Громова. Как только уладим небольшое разногласие. Мы едем на служебной машине, и это не обсуждается.

– У меня чёткие инструкции, – прогнусавил сотрудник службы безопасности. – Было сказано доставить вас в личном авто господина Миронова.

Я провела рукой по отполированному капоту, оценила сияющий блеск вымытых стекол: ни единого пятнышка пыли, ни единого развода. Наверняка и в салоне безупречная, стерильная чистота.

– Капитан, а давайте и в самом деле поедем на крутой тачке. Когда ещё представится такая возможность? У нашей развалюхи амортизаторы ни к черту, а меня мутит с самого утра.

Мужик настороженно уставился на меня. Ага. Соображает.

– Лучше вам воспользоваться служебным транспортом, – быстро произнес он, едва я дотронулась до дверной ручки.

Я посмотрела на капитана в ожидании дальнейших инструкций.

– В машину, Громова, – приказал он, а у самого в уголках глаз плясали смешинки.

– Как скажете, капитан, – разочарованно протянула я и покорно полезла в «Жигули» на заднее сиденье.

Едва Юдин сел на водительское место и пристегнул ремень, мне на колени упала тяжёлая папка. Я пролистала первые страницы.

– Фил, а с каких это пор мы показываем родственникам жертвы фотографии с места преступления?

– Миронов совсем слетел с катушек. С утра звонила его цепная собачка и пыталась запугать. Если станем настаивать на версии, связанной с ритуальным убийством, нас угрожают прикрыть.

– А он сможет?

– Расформировать управление? Сомневаюсь, а вот замучить проверками или приложить руку к урезанию бюджета – это в его власти. Поэтому прошу, Тесс, сиди молча и не встревай в разговор без особой на то необходимости. – Филипп повернул ключ в замке зажигания, жигулёнок рыкнул, фыркнул и заглох. – Ты у меня ещё повыделывайся! – Юдин в сердцах стукнул кулаком по приборной панели. «Упырячий» транспорт ещё раз дернулся, и мотор довольно заурчал.

– Я всегда подозревала, что эта колымага обладает разумом.

– А ещё у нашей старушки скверный характер. – Капитан ласково похлопал ладонью по рулю.

Филипп выехал с парковки, но, вместо того чтобы направиться к джипу, поджидающему нас у обочины на другом конце улицы, развернулся в противоположную сторону.

– Я сам прекрасно знаю, где находится дом Мироновых, – хмуро бросил капитан. – Мне не нужен поводырь. Тем более такой, который прётся напролом через центр в обеденный час пик. Перед каждым светофором в пробке стоять будет. Как прошёл допрос Сорога?

– Разве Влад ещё не рассказал?

– Хотелось бы услышать твою версию.

Поймав внимательный взгляд капитана в зеркале заднего вида, я скривилась.

– Если в двух словах – я накосячила. Влад прав, я могла бы больше времени уделять самообразованию.

– Не наговаривай на себя. Ты и так многое сделала для управления, и я рад, что ты в нашей команде.

Я откинулась на спинку, чувствуя, как охватившее меня напряжение постепенно исчезает. Временами так необходимо получать подтверждение, что ты кому-то нужен.

Особняк Мироновых произвел на меня гнетущее впечатление. Трехэтажный дом располагался в глубине сада, серая каменная кладка переходила в облицовку из пепельного гранита, тонированные стекла окон выглядели тёмными провалами. Мрачный дом. Неуютный.

Возле входа на стене висел каменный молоток, Филипп покрутил его в руках, но опробовать так и не успел – дверь отворилась, и на пороге возник мужчина в униформе. Неужто дворецкий? Ёжкин краб! Не думала, что когда-нибудь доведётся увидеть настоящего дворецкого. Я считала ауру дворецкого и определила, что колоритный мужчина, словно сошедший со страниц «викторианского» романа, был всего лишь фантомом. Странно, Миронов же на дух владеющих даром не переносил, или его неприязнь не распространялась на плоды их трудов?

Мы вошли внутрь и очутились в холле, больше напоминающем просторный склеп. И кому только в голову пришло отделать стены, потолок и пол тёмным гранитом? Снежно-белые колонны и лестница из светлого мрамора не могли исправить первоначальное гнетущее впечатление. Канделябры, драпировки на окнах, даже люстра на потолке казались приветом из прошлого – лампы были имитацией настоящих свечей. Не таким я себе представляла дом одного из ведущих политиков города.

– Впечатляет, не так ли? – произнёс хорошо поставленный мужской голос.

Я повернула голову и увидела Аркадия Миронова собственной персоной. Дома он отдавал предпочтение классической мужской тройке. Что это, часть имиджа политика, или он специально для нас так вырядился?

– Скорее, сбивает с толку, – признался Филипп.

На лице Аркадия появилась доброжелательная улыбка, но глаза остались холодными.

– Филипп Юдин? Я не ошибаюсь? – После заметной паузы он все-таки протянул ладонь для рукопожатия.

– Верно. Спасибо, что нашли для нас время. Разрешите представить Тессию Громову, консультанта Управления по иным расам.

– Наслышан, – кивнул Аркадий, карие глаза скользнули по мне, заставив невольно поёжиться. Он знал, какого рода консультантом я являюсь. – Вчера у нашей семьи был непростой день. Моя дочь находится в подавленном состоянии, прошу принять это во внимание.

– Мы постараемся, чтобы всё прошло как можно быстрее, – заверил его Филипп.

– Как продвигается расследование? У вас уже есть подозреваемый?

– В интересах следствия мы пока не можем сообщить вам детали.

– Значит, у вас никого нет. Мне бы хотелось, чтобы вы прорабатывали версию обычного убийства. Проверьте друзей, знакомых, коллег…

– Родственников, – добавила я.

Аркадий резко повернулся ко мне.

– Я ни в чем вас не обвиняю, просто ваша цитата показалась мне не совсем полной. – Я старательно захлопала глазами.

– Проверяйте нелюдей, наверняка её прикончил кто-то из дружков-вампиров, – заявил он тоном, не допускающим возражений.

Я посмотрела украдкой на Филиппа и увидела сжатую в кулак левую руку. Этот условный знак означал, что мне следует заткнуться.

Небольшая комната, оформленная в золотисто-коричневых тонах, излучала покой и уют. На удобном с виду бежевом диванчике сидели двое. В растрёпанной ссутулившейся женщине я с трудом узнала мать Натальи. Её отец выглядел ненамного лучше, он был в той же рубашке, в которой присутствовал вчера на похоронах. Наверняка и спал прямо в ней.

– Мария, я же просил привести себя в порядок, – раздражённо обронил Аркадий Миронов и повернулся к нам. – Приношу свои извинения за внешний вид дочери.

– Проклятие, да отцепитесь вы от неё! – в сердцах воскликнул Сергей.

Горе и бессонные ночи оставили след и на нем: на щеках и подбородке щетина, под глазами тёмные круги. Аркадий Миронов не сказал Сергею ни слова, просто стоял и смотрел, на лицо мужчины набежала тень, он сгорбился и сдался, как сдавался до этого бесчисленное число раз. Мария успокаивающе погладила мужа по руке. Тот измученно выдохнул:

– Она выдержала похороны, поминальный вечер, больше напоминавший великосветскую тусовку, так вы ещё и журналистов на неё спустили. У вас более двух десятков человек в штате, неужели Маше нельзя спокойно оплакать свою дочь?

– Серёжа, не надо, прошу тебя. У нас гости, – пролепетала мать Натальи. Было заметно, что она находится на грани нервного срыва.

– Это не просто гости, перед вами Филипп Юдин, ведущий следователь по делу Натальи, – отчеканил депутат. – В наших интересах оказать ему посильную помощь.

– Какой в этом смысл? Это расследование не вернет мне дочь, – горько заметила Мария.

– Дочь ты потеряла, когда позволила ей поступить в Академию сверхъестественного, – отрезал Аркадий Миронов.

Мария закрыла лицо руками и разрыдалась. Сергей приобнял ее за плечи и зашептал что-то успокаивающее на ухо. Аркадий с мрачным удовлетворением наблюдал за сидящей на диване парой. Я перехватила взгляд, брошенный на настенные часы, – ещё немного, и нам объявят, что у мегазанятого депутата закончилось свободное время, а чета Мироновых пока не в состоянии отвечать на вопросы. Иными словами, нас выпрут.

Проигнорировав удивленный взгляд Филиппа, я заглянула в мини-холодильник и достала из него бутылку с минеральной водой.

– Девушка, что вы себе позволяете?! – Возглас депутата больше напоминал рёв тигра, обнаружившего, что кто-то покусился на его территорию.

Открутив крышку, я подошла к Марии и присела рядом с ней на краешек дивана.

– Спасибо, – она робко улыбнулась и отхлебнула воду.

– Капитан, я полагал, что вы в состоянии контролировать ваших подчинённых.

– Это всего лишь вода, вода из вашего же холодильника, – ровным тоном произнесла я, мысленно похвалив себя за выдержку.

– Откуда мне знать, что вы её не зачаровали?

Мне пришлось изо всех сил прикусить язык, в противном случае я бы ляпнула нечто такое, после чего Филипп перестал бы брать меня с собой на допросы родственников жертв.

– Вы тоже маг? Как моя Наташа? – прошептала Мария.

Я кивнула в ответ. В глазах женщины появилась робкая надежда, я почувствовала, как у меня перехватило дыхание. Я знала, о чём она меня попросит, но не могла дать ей этого. Беспомощно оглянулась на Филиппа, и он меня понял.

– Да, Тессия Громова – владеющая даром, но она не сумеет призвать дух Натальи или что-то в этом роде. Но я обещаю, что мы сделаем всё, чтобы найти убийцу, Мария Аркадьевна. – Филипп подошел к дивану и опустился на корточки перед ней. – Несмотря на то что Наталья сделала свой выбор, её убило не это. Курок спустило конкретное существо, и только оно виновно в смерти вашей дочери, но, чтобы его найти, нам потребуется ваша помощь.

Мария вытерла слёзы и расправила плечи.

– Мой муж и я постараемся вам помочь.

В ответ Сергей ободряюще улыбнулся и погладил её по руке.

– Отлично, раз ты пришла в себя, давайте поскорее покончим с этим. Через час мне нужно быть в Белом доме. – Аркадий уже и не пытался выглядеть любезным. Он указал на кресла, стоящие напротив дивана, и сам опустился в одно из них. Капитан занял второе, а я так и осталась сидеть рядом с Марией.

Юдин прокашлялся и вытащил из кармана компьютер.

– Для начала ответьте, пожалуйста, где вы все трое находились в ночь с воскресенья на понедельник.

Аркадий Миронов даже бровью не повёл, а вот отец Наташи задёргался:

– Не хотите ли вы сказать, что мы могли сотворить такое с собственной дочерью?

– Сергей, не будь идиотом, капитан не имел в виду ничего подобного, – обрубил его Аркадий и повернулся к Юдину. – В обозначенное вами время я возвращался из деловой поездки. В Краснодарском крае состоялось открытие детского дома, я как один из спонсоров присутствовал на мероприятии. Что касается дочери и зятя, то они были дома. Одни. – Миронов демонстративно посмотрел на наручные часы, но Юдин с невозмутимым видом зафиксировал полученные показания и только потом озвучил следующий вопрос:

– Когда вы видели Наталью в последний раз живой?

– Я с трудом могу припомнить, когда мы вообще встречались. Девчонка не появлялась в этом доме последний год, путалась с вампирами. – На лице Аркадия появилось брезгливое выражение.

– Вы не ладили?

– Скорее, не понимали друг друга. Я в отличие от неё прекрасно помню, что когда-то этот город целиком и полностью принадлежал людям, и меня не устраивают произошедшие в нём перемены.

– Не слишком гибкая точка зрения для политика, – не выдержала я.

На меня посмотрели со снисхождением.

– Именно поэтому я продолжаю работать в Белом доме. Я посвятил свою жизнь защите интересов людей и намерен и в дальнейшем защищать их от монстров… и магов.

– Однако дворецкий, встретивший нас у дверей дома, – фантом.

– Вынужденная мера. Как мы ни старались скрывать, что Наталья обладала даром, слухи всё равно начали распространяться. Было бы странно, если бы пожелавшие выразить соболезнования семье не нашли бы в нашем доме следов магии. В который раз убедился, что волшебные фокусы уступают современным технологиям, – робот был бы намного расторопнее.

– Убийство Натальи причинило вам множество неудобств.

– Вы правы. – Миронов не распознал сарказма в моём голосе. – Я не был заинтересован в убийстве внучки. Отметьте это у себя в компьютере, капитан.

Похоже, что живая Наталья для Аркадия была бы полезнее. Даже любовную связь с вампиром Миронов смог бы повернуть в свою пользу: коварный кровосос соблазнил его внучку, и теперь депутат сделает всё, чтобы подобное не произошло ни с одной девушкой в городе. Пафосно. Глупо. Зато избиратели в восторге. Однако сам Миронов не казался глупцом. Он должен был понимать, что, признав один раз существование вампиров, оборотней и прочих обитателей Ночи, людям не удастся от них отмахнуться. Мы должны научиться сосуществовать рядом, если не хотим войны.

Филипп кивнул и повернулся к Марии.

– Нам известно, что вы пару недель назад навещали Наталью. – Глаза Аркадия расширились, очевидно, об этой встрече он не подозревал. – Мне бы хотелось, чтобы вы пояснили…

– Матери не позволяется зайти в гости к собственной дочери? – грубо оборвал капитана Сергей.

– Зачем ты к ней ездила? – требовательно спросил Аркадий.

Мария вздрогнула и сцепила руки, лежащие на коленях.

– Я надеялась, она передумает. Хотела попытаться… Я рассчитывала, мне удастся уговорить ее…

– Вы встретились? – прервал дочь Миронов. – Что она ответила?

– Нет. Не смогла заставить себя нажать кнопку звонка. Знала, что она дома, но побоялась сделать последний шаг. Возможно, не будь я такой трусихой, Наташа сейчас была бы жива.

По лицу Марии вновь потекли слезы.

– Так о чем вы хотели попросить свою дочь? – поспешно вступил в разговор Филипп.

– Я… я… – Женщина растерянно уставилась на отца и всхлипнула.

– Мария, пожалуйста, принеси капитану и его помощнице что-нибудь выпить. Сок вполне подойдет, – добавил он, как только мать Натальи шагнула в сторону бара. Покорно кивнув, она вышла из комнаты.

– Моя дочь тяжело переживает утрату. Возможно, нам придётся прибегнуть к услугам специалиста, – проникновенно поведал Миронов, как только за спиной женщины закрылась дверь. – В любом случае она уже ответила на ваш вопрос, капитан. Мария не встречалась с дочерью в последнее время. Мы не поддерживали отношений.

– И её отец тоже?

– Родители и дети временами отдаляются друг от друга, – горько произнес Сергей.

Аркадий тут же сменил тему:

– Капитан, я надеялся, что с вами прибудет молодой человек, который вчера помог Татьяне. Передайте ему благодарность от нашей семьи.

– Непременно. Насколько мы поняли, Татьяна продолжала общаться с сестрой и после поступления Натальи в академию?

– Они были близнецами. Было бы жестоко пытаться их разлучить. – Аркадий вновь излучал добродушие.

Я отметила, что сок несут очень долго. И принесут ли его вообще?

– Простите, вы не позволите мне воспользоваться вашим туалетом? – спросила я, всем своим видом изображая смущение. – Есть зелёные сливы на ночь – плохая идея.

Филипп украдкой показал мне кулак, я смущенно улыбнулась в ответ. Судя по тому, как на меня посмотрели оба представителя семьи Мироновых, уровень моего профессионализма в их глазах находился теперь где-то на уровне плинтуса. Неловкую паузу прервал Сергей:

– Пройдёте по коридору и свернёте направо, не доходя до кухни, увидите дверь слева. Это помещение для обслуживающего персонала, в нём в том числе находится и туалет.

Ух ты! Уже хочу на него посмотреть. А холодильник для слуг тоже там имеется? Наверняка рядом с унитазом и стоит.

– Я могу вас провести, – отец Натальи предпринял попытку встать с дивана.

– Не стоит беспокоиться, – отрубил Миронов, и Сергей послушно опустился обратно. – Я полагаю, что консультант, принимающий участие в расследовании убийства твоей дочери, в состоянии самостоятельно найти уборную в нашем доме.

Кажется, я перестаралась, и мой профессионализм в глазах депутата теперь находился гораздо ниже плинтуса. Что ж… Так даже проще. Закрывая за собой дверь, я услышала, как Аркадий сказал Юдину:

– Капитан, я требую, чтобы вы задействовали своих лучших сотрудников…

Туалет, предназначенный для людей низшей категории, я нашла без проблем, но прошла мимо, потому что из кухни доносился тихий плач. Бум-бум-бум… За стеной что-то упало на пол, и в коридор выкатилась пара зелёных яблок. Подобрав беглецов, заглянула в приоткрытую дверь: Мария сидела на полу и собирала рассыпавшиеся фрукты.

– Не хотят превращаться в сок? – Я присела на корточки рядом с ней. – Смотрите, поймала ещё двух дезертиров. Слышала, зеленые яблоки самые коварные.

– У меня сегодня все валится из рук, – грустно улыбнулась мать Натальи. – Муж меня тормошит, если бы не он, я бы и не встала с постели. Пока спишь – не помнишь…

Помолчав, она добавила:

– В детстве моя Наташа очень любила свежевыжатый сок из зеленых яблок. Даже в академии не отказалась от него. Она всегда получала то, что хотела, – Мария горько рассмеялась, и я поняла, что она продолжает винить себя.

– Поверьте, Наталья была счастлива в академии. В её стенах она была на своём месте. Учитывая специфику дара вашей дочери, ее нельзя было оставлять необученной. Юный пирокинетик опасен не только для себя самого, но и для окружающих. Блокаторы могут не сработать.

– Знаю, именно это нам сказала Ищущая, только поэтому я и решилась пойти против воли отца. Что касается Татьяны…

– Вы начали давать ей блокаторы. Она в курсе?

Мария покачала головой.

– Я боюсь, она меня возненавидит, если узнает, но я не могла поступить иначе, не могла потерять и вторую дочь.

Я не стала говорить Марии, что она не потеряла бы ни одной из дочерей, если бы нашла в себе силы освободиться от удушающего контроля Аркадия Миронова.

Мария сложила все яблоки в корзину и поднялась с пола.

– После двенадцати дар Танюши угас окончательно, так нам сказали во время проверки, и мы отменили прием препарата.

– Вы хотите сказать, что она уже десять лет не принимает блокатор?

Без сомнения, дар Татьяны попросту уснул, и мне бы не хотелось оказаться рядом с ней, когда он начнет пробуждаться.

– Два года назад нам пришлось возобновить курс лечения.

Выходит, восемь лет Татьяна обходилась без блокаторов, а потом дар опять проявился, однако родители и дед были начеку и снова начали пичкать её таблетками. Но возрождающийся дар могли заметить не только они…

– Наталья все узнала. Правильно? Из-за этого она окончательно отдалилась от семьи.

Стоящая ко мне спиной женщина вздрогнула и прошептала:

– Она потребовала, чтобы мы перестали давать блокатор, грозила всё рассказать сестре. Говорила, что сама сможет гасить проявляющийся дар Танюши.

Вот оно! Татьяна и Наталья были близнецами и, вероятно, обладали сильной как эмоциональной, так и энергетической связью. Если Наталья каким-то образом откачивала у сестры магическую энергию, то её было необходимо куда-то перенаправлять. Вдруг из-за этого Наталья и стремилась заключить договор с деймонаром? Нет. Слишком сложно. Было бы куда проще рассказать сестре о даре и помочь ей его принять. А если всё дело в паучихе? Тварь вытягивала из Татьяны магию, опустошала внутренний резерв. Наталья заверяла мать, что сумеет удержать дар Татьяны под контролем. Неужели для этого натравила монстра на собственную сестру?

– Сомневаюсь, что консультант, не отличающий уборную от кухни, в состоянии чем-то помочь следствию. – За моей спиной раздался полный негодования голос Аркадия Миронова.

Я поднялась с пола, повернулась к нему лицом и бодро доложила:

– Перехотелось! Подскажите, тайное подкармливание Татьяны блокаторами осуществлялось по вашему требованию?

Миронов скрестил руки на груди и произнес:

– Беседа окончена, прошу покинуть мой дом. Все дальнейшие встречи со мной или членами моей семьи будут проводиться только в присутствии адвоката.

Я пожала плечами:

– Как пожелаете. – Вытащив из кармана визитку, протянула Марии. – Если захотите поговорить, вот мой номер.

– Уверен, что у Марии такого желания не возникнет, – сухо обронил депутат. – Единственное, что сейчас необходимо моей дочери, – полный покой и помощь квалифицированного психолога.

Мне пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы не сболтнуть лишнее. Хорошо, что Татьяна встретила Влада. Он-то не сломается, как Сергей, под напором Аркадия Миронова.

Миронов всё-таки вывел Филиппа из себя. Едва мы вышли за ворота, как капитан остановился, сплюнул себе под ноги и смачно выругался.

– Понимаю, почему Влад не захотел поехать с нами, – хмыкнула я. – Мне показалось или за выражением благодарности нашему оборотню скрывалось на самом деле что-то другое?

– Не показалось. Пока ты искала сортир, меня попросили, чтобы мой сотрудник занимался расследованием и не путал работу с личной жизнью.

– И это ещё мистер Важная шишка не в курсе, что Влад – оборотень.

– Не хочу представлять, что будет, если он об этом пронюхает. Кстати, Миронов рекомендовал исключить тебя из состава оперативной группы.

– А ты? – с замиранием сердца спросила я.

Капитан удивленно поднял брови.

– Ты ещё и сомневаешься? Чтобы я позволил какому-то бюрократу мне указывать!

Я перевела дух и поинтересовалась:

– А насчёт нападения Натальи на Чернову ты у Аркадия Игоревича спрашивал?

– Разумеется. Сделал в ответ удивлённое лицо и сказал, что не подозревает, из-за чего между ними мог возникнуть конфликт.

– Кто бы сомневался. Что, если он просил Чернову передать какое-то сообщение внучке, а та психанула?

– Всё возможно. Посмотрим, какую версию озвучит во время допроса сама Ольга. Как прошло посещение туалета?

– Сама пока ещё не поняла. Однако удалось выяснить, что по приказу Миронова Татьяну накачивали блокаторами.

– Без её согласия?

– Похоже на то, Фил. Вероятно, этим занималась мать. Ей было бы несложно раз в неделю добавлять препарат в чай или иную жидкость. Не удивлюсь, если выяснится, что и Мария всю жизнь провела на этих же таблетках.

– Могу запросить информацию в Башне.

– Было бы неплохо, – кивнула я.

– А главу семейства, получается, фортуна обделила? – задумчиво произнес Юдин. – Вдруг он поэтому так на магов взъелся?

– Он еще и оборотней, и вампиров не жалует, а что касается любви, мне кажется, что типы, подобные ему, вообще не способны испытывать это чувство. Не представляю, как с таким кровопийцей можно существовать бок о бок.

Капитан от оценки Аркадия Миронова воздержался, однако по его лицу было заметно, что она не слишком отличалась от моей.

– Фил, я раньше об этом не задумывалась, но получается, что и муж, и дети Марии взяли её фамилию.

– Роды были тяжелыми, после близнецов Мария Аркадьевна больше не могла иметь детей, вот отец и настоял на смене фамилии.

– Не думала, что в наши дни некоторые до сих пор заморачиваются продолжением рода и прочей реликтовой ерундой.

– Как видишь, заморачиваются.

Я в который раз удивилась осведомлённости капитана, и когда он только всё успевает? Не человек, а ходячий компьютер для сбора, учёта и анализа данных. Да он всех вампиров и оборотней, постоянно проживающих в городе, чуть ли не поимённо знал.

– Информация от Влада?

– От него. Он мне много чего занимательного об этой семейке рассказал. Я ему по-отечески посоветовал, как закроем это дело, – хватать Татьяну в охапку и переселять к себе.

– Так она же и так живёт отдельно.

– Угадай, кто платит за её квартиру. Чем сегодня займешься?

– Проработкой списка, выданного Серой стражей. Хочется верить, что адепт, работающий на Егорова, что-то знает, но нельзя исключать, что паучиху продал кто-то другой.

– Согласен. Занимайся, – одобрил планы Фил.

– Зеркало надо ещё не забыть проработать. Неплохо было бы выяснить, откуда оно у вампира. Вряд ли тот его купил.

– Считаешь, объявится владелец?

– Всё возможно. Отчасти из-за этого я и не захотела оставлять его в той конуре.

– Сомневаешься в надежности полицейской пломбы? – поддел меня Юдин.

– Сомневаюсь в порядочности соседей. Сам же видел, в каком состоянии находится дом. Кстати, что с диском из «Ночной орхидеи»?

– Поручил его Ларионову. Пусть прогонит через свою хитрую программу по распознаванию лиц. Там такой объем, мы вручную и за неделю не просмотрим. – Капитан сверился с часами. – Обед мы пропустили. Как насчет пиццы?

– Было бы здорово, – я поддержала инициативу начальника.

После плотного перекуса я прошлась по магазинам, предлагающим псевдомагический товар. Опросы продавцов не принесли особых результатов. Стоило мне указать на фальшивку, предъявить удостоверение и намекнуть, что я могу вызвать представителя департамента контроля магических сделок, как сведения начинали сыпаться как из рога изобилия. Мне готовы были сдать и поставщиков, и постоянных клиентов, но ни один из опрошенных не имел дел с энергетическими пауками.

Я уже собиралась лечь спать, когда раздался звонок в дверь. На пороге стоял Михаил. Не успела я поинтересоваться причиной его прихода, как он сухо проинформировал:

– Твоя ментальная проверка назначена на завтра.

Орлов предупреждал, что меня не минует общая участь, и всё-таки я оказалась не готова. При одной только мысли, что кто-то станет копаться в моей голове, внутри поднялась волна ужаса. Руки стали липкими, по спине заструился холодный пот.

– Я не смогу… Не смогу… Мне не выдержать… – сбивчиво бормотала я. Любое упоминание о ментальной магии вызывало приступ паники. Это был мой личный кошмар, до причин которого и докапываться не хотелось.

Михаил взял меня за руку и уверенно провел на кухню, усадил на стул и заглянул в холодильник.

– Если хочешь перекусить, есть только яблоки, – нервно усмехнулась я.

Орлов заглянул в шкафчик и вытащил начатую бутылку коньяка. Я тут же заявила, что в полном порядке. Михаил молча вскинул руку и создал в воздухе иллюзию. При виде собственной бледной, осунувшейся физиономии мне стало не по себе.

– Ну ладно, я слегка не в порядке. Но я уже почти успокоилась. Не хочу пить, мне нужна ясная голова.

– Как скажешь, – бутылка коньяка вернулась на место, Михаил устроился за столом и печально посмотрел на меня. – Ты не сможешь отказаться.

– Знаю, – тяжело выдохнула я, вертя в руках цепочку с амулетом.

Это был единственный артефакт, который я приняла в подарок от Михаила. Бывший наставник был готов укутать меня защитными заклинаниями с ног до головы, но я отказалась. Ни к чему мне магия, которую я сама не в состоянии воспроизвести. Держать ментальный щит я тоже умела, просто он казался недостаточно надежным.

– Тесса, я знаю, что ментальная проверка тебя пугает…

– Прекрати. Самой противно думать о собственной паранойе.

– И всё-таки у тебя есть способ избежать проверки.

– Какой же? – Я с надеждой посмотрела на Орлова. Неужели его влияние на совет магов так велико?

– Я эльф Тёмного двора. Никто не посмеет к тебе прикоснуться, если ты будешь связана со мной.

– Эльфийская разновидность Квар’трам? – насторожилась я.

– Скажешь тоже, – поморщился Орлов. – Речь идет исключительно о добровольном партнерстве.

– Что конкретно ты под ним подразумеваешь? Мне нужно знать, что я приобрету вместе с ним, а что потеряю…

– Ты мне не доверяешь?

– Я никому не доверяю. Особенности восприятия, – равнодушно пожала плечами я.

– В академии ты была другой.

– Возможно. Люди меняются. Пожалуйста, я не хочу об этом говорить.

Михаил молча кивнул и не стал развивать тему. И я ему была за это благодарна. Я не имела ни малейшего желания обсуждать то, что могло настолько изменить мой характер. Я и сама прекрасно понимала, что послужило причиной, – смерть подруги на выпускном.

Орлов объяснил, что собой представляла энергетическая связь по-эльфийски. К моему удивлению, это действительно было не что иное, как разновидность магического партнерства. Любой из нас смог бы передать часть силы другому, но исключительно по собственной воле.

Для проведения ритуала я провела Орлова в спальню. Михаил застыл на пороге и осмотрелся.

– Впечатляет. Мне всегда было интересно, где ты обитаешь, но подобное не мог и представить.

Согласна, на традиционную обитель Морфея эта комната походила лишь отдаленно, помещение скорее напоминало филиал оранжереи по выращиванию кактусов. Первый месяц работы в Серой страже оказался самым тяжелым; заметив мое подавленное состояние, Головин посоветовал найти отдушину, нечто, на что я могла бы переключаться после работы. Так я начала собирать кактусы. Теперь в моей коллекции насчитывалось сорок три колючих представителя семейства. Самые маленькие росли, как морковки на одной грядке, в длинных невысоких керамических кактусницах. Экземплярам покрупнее полагались отдельные горшки, расставленные на пластиковых стеллажах вдоль стен. Таким образом колючие любимцы получали максимум света, льющегося из окон. Настоящей же моей гордостью являлся кактус-гигант высотой чуть больше сорока пяти сантиметров.

Пока Михаил изучал мою колючую прелесть, я стащила футболку и растянулась на диване животом вниз.

– Амулет тоже придется снять, – распорядился Орлов. – Не беспокойся, я не стану читать твои мысли.

Расставшись с кулоном, я поспешно установила щит. Его возведение отозвалось болью в висках.

– Давно не практиковалась? – догадался о моем состоянии Орлов.

– Кажется, я слишком увлеклась.

Диван просел под весом Михаила, когда он устроился рядом, я стиснула зубы и мысленно приказала себе лежать спокойно.

– Тесс, что случится с человеком, надолго прикованным к постели? Ммм… К примеру, если его привязать за руки и ноги к столбикам кровати? Великая Богиня! Тесс, ну куда ты поползла? Я же образно говорю. Лежи смирно, иначе мне придется тебя обездвижить.

Полежишь тут смирно, когда по тебе водят руками, ощупывают, а сами параллельно эротическим фантазиям предаются. Да лежу я, лежу. Я притянула к себе подушку и зарылась под неё. Теперь, по крайней мере, Михаилу не будет видно, как у меня горят щёки.

– Так вот, о чем это я, Тесс, – Михаил прокашлялся. – Что, если человека лишить возможности передвигаться хотя бы на сутки? Сначала его тело начнет испытывать лёгкий дискомфорт, затем появится онемение в мышцах, он будет ерзать по постели в тщетных попытках освободиться, если же решит упорствовать, то сотрёт кожу на запястьях и щиколотках, но и боль не принесет желаемого облегчения. Через некоторое время – месяц, два – он смирится и станет проводить большую часть времени во сне. Постепенно мышцы атрофируются, и когда через полгода он попробует встать, то обнаружит, что ему нужно заново учиться ходить.

– Понятно, к чему ты клонишь, – проворчала я из-под подушки. – Мне не стоит злоупотреблять амулетом.

– Ментальные щиты должны быть частью сознания. Тебе следует научиться поддерживать их автоматически…

– А я и умею! – возразила я и сделала попытку подняться, Михаил толкнул меня в спину, заставляя вернуться в исходное положение. Я почувствовала, что руки и щиколотки обхватывают магические нити, и взревела: – Мы так не договаривались!

– Я просил лежать смирно, – невозмутимо парировал он.

– Миша, я не завишу от твоего амулета. Могу и вовсе не надевать.

– Микаель. Я хочу, чтобы ты назвала меня Микаелем, – тихо попросил он.

– Твое эльфийское имя? – тоже тихо спросила я.

– Микаель Авриль.

Микаель Авриль. Красивое имя. И Михаилу подходило, и всё-таки думать о нем как об Орлове было привычнее.

От рук, лежащих у меня на спине, начало исходить тепло, постепенно оно превращалось в жжение. Против воли у меня из груди вырвался тихий стон.

– Больно? – участливо спросил Михаил, однако руки не убрал.

Признаваться в собственной слабости не хотелось, поэтому я ляпнула первое, что пришло на ум:

– Миш, а кто такие деймонары?

Мой бывший наставник вскочил с дивана, я повернула голову и увидела, как он, прилагая усилия, пытается сжать в ладонях крошечное солнышко. Хорошенькое такое солнышко, пахнущее мятой и тмином. Лицо эльфа покрылось испариной, на руках бугрились мышцы. Наконец ему удалось погасить магический светлячок.

– Тесс, чтоб тебя… – прохрипел он, а затем стремительно развернулся. В его правой руке зажегся тёмный огонь.

Круто! Я такого ещё не видела. Рассмотреть пламя как следует помешало взбесившееся покрывало – ткань подо мной ожила и за пару секунд спеленала, как младенца.

– Похоже, что вы, Тессия, полностью лишены инстинкта самосохранения, – с ехидством произнёс невидимый Норд. – И да, Авриль, ты в курсе, что если вдруг решишь удовлетворить любопытство юного дарования, то я сверну ей шею?

– Норд, покажись! – прорычал Михаил.

– Не раньше, чем ты возьмёшь себя в руки. Полагаю, девушка расстроится, если от тёмного пламени пострадает её колючая стража.

Перед глазами возникла картина – обугленные любимцы на оплавившихся от огня пластиковых стеллажах, – и я взвыла:

– Миша, не надо! Норд, вы ко мне на постоянное место жительства перебраться решили?

Михаил обернулся и изумленно уставился на меня.

– Приглашаете? – полюбопытствовал Норд, появившись под потолком в противоположном углу комнаты.

Он сплел из невидимых магических нитей нечто напоминающее кресло и теперь вольготно развалился прямо в воздухе, закинув ногу на ногу.

– Тессия, вы так часто принимаете гостей. Впору составлять график, – насмешливо произнёс деймонар. Внезапно его лицо посуровело, и раздалось злое: – Она дала согласие?

Вопрос был адресован не мне, но речь шла явно о моей персоне. Михаил почему-то смутился и бросил виноватый взгляд в мою сторону. Покрывало, из которого я уже практически выпуталась, снова скользнуло вдоль туловища и спеленало на этот раз так, что я даже руками пошевелить не смогла.

– Значит, не дала. И когда ты собираешься ей сообщить?

– О чём? – насторожилась я, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.

– Поздравляю, Тессия, с сегодняшнего дня в ваших жилах течёт эльфийская кровь. И не хлопайте так удивленно глазами. Вероятность ошибки полностью исключена, ваша аура не врёт.

– Всего лишь энергетическая связь? – прошипела я.

– Не сейчас, – еле слышно попросил Михаил.

– Почему же не сейчас? Я с удовольствием послушаю, как ты станешь отмазываться, – едко произнес Норд.

– Зачем пожаловали, Норд? Успели соскучиться? – зло процедила сквозь зубы я. Происходящее между мной и Орловым было только нашим личным делом.

– Всего лишь подстраховался. – Надо мной открылся портал, и на диван облаком опустилось черное платье: лиф-корсет из плотного кружева и прямая, расширяющаяся книзу юбка. – Туфли найдете? Хотя… – Норд открыл ещё один портал и исчез в нём по грудь, когда он оттуда вынырнул, на диван сначала упала пара красных туфель, а затем медленно спланировал кусочек красного шёлка.

Я мысленно застонала. Уверена, последнюю деталь он добавил, чтобы позлить Михаила.

– Принимайте подарки, Тессия. В десять встречаемся у меня, – ввернул деймонар, нахально улыбнулся и исчез.

– В гробу я видела ваши подарки, – огрызнулась я.

С уходом Норда я наконец-то смогла выпутаться из покрывала. Вскочила, подбежала к зеркалу и начала осматривать спину, на которой теперь красовались темные руны.

– Да что за хрень мыхрячья! Я не соглашалась на подобное!

– Это всего лишь визуальный эффект. Кроме того, ритуал при необходимости можно обратить…

– Считаешь, что это должно меня успокоить? – Мой рот наполнился горечью. – Я же доверяла тебе, Авриль!

Эльф шагнул ко мне, но я выставила руку ладонью вперед, сохраняя между нами дистанцию.

– Я столько раз мечтал, что ты назовешь меня настоящим именем, но не подозревал, что это произойдет при таких обстоятельствах.

– А я не подозревала, что, обнажившись перед тобой в первый раз, настолько об этом пожалею! – сказала и почувствовала, как краска заливает лицо. Вот и призналась самой себе, что думала о близости с Орловым. Заодно и его в известность поставила.

– Тесс… – Михаил притронулся к моей руке и переплел наши пальцы.

– Я поверила тебе, – простонала я, ненавидя себя за собственную слабость. Вопрос доверия для меня был крайне важен.

– Обещаю, ты не пожалеешь. Руны, выведенные у тебя на спине, защитят не только от Совета.

– Ты сказал, что их можно убрать.

– Можно. Но надо ли? – Михаил посмотрел так, что у меня защемило сердце. – Я никогда не сделаю того, о чем ты сама не попросишь.

– Учту. Прости, но мне надо побыть одной.

Орлов мрачно покосился на лежащие на диване вещи, но от комментариев воздержался.

– Я сообщу Совету о твоем новом статусе.

– О каком ещё статусе?

– Разве ты ещё не поняла? Энергетическая связь между фейри и человеком возможна, только если они любят друг друга.

Я застыла, не зная, как реагировать на подобное. Орлов воспользовался моим замешательством, быстро поцеловал в губы и растворился в воздухе.

Мне снова приснилась липа. Такая высокая, родная и знакомая до каждой веточки.

Ветер привычно шумел в кроне, в воздухе разливался дурманящий цветочный аромат. Я заморгала, привыкая к перемене в освещении. Нет, темнота не была помехой. Сумеречная союзница и единственная свидетельница действа под названием «Липовая засада». Я беззаботно рассмеялась от осознания собственной дерзости и сбросила кроссовки. Так будет проще. Эта ночь принадлежала только мне.

Первая ветвь, вторая, третья…

Взбираться было так просто, какая-то неведомая сила подстегивала, гнала вперёд к вершине, а сердце билось так сильно в ожидании чуда. Тело казалось невесомым, как полупрозрачный шифон коротенького иссиня-чёрного платья. Я ощущала себя перышком, несущимся навстречу чему-то неведомому и прекрасному, но на этом пути было так легко оступиться. До вершины оставалось совсем немного, когда моя нога соскользнула. Внутри всё обмерло, руки беспомощно взмахнули в попытке ухватиться за следующую ветвь. Падение было неизбежным…

Горячие пальцы ухватили за запястья, восстанавливая равновесие. От неожиданности я покачнулась и на этот раз точно улетела бы вниз, если бы меня не придержали за талию.

– Поймал! – В ночи раздался тихий торжествующий смех, а я застыла, не в силах поверить происходящему…

Соколов сдержал обещание и закончил сравнительный анализ вещества, выявленного в крови Мироновой, с частицами флоры, обнаруженной в цветочном горшке в квартире Денисова. Мои подозрения подтвердились – совпадение было стопроцентным. Об этом я узнала из утренней массовой рассылки. Не успела я закончить завтрак, как поступило сообщение от капитана. УПИР срочно вызвали к Центральному парку.

Первый, кого я заметила по прибытии, был Соколов, сидевший галкой на парапете забора. Вместо привычной серо-голубой формы медработника на Григории были рваные шорты чуть ниже колена, белая рубашка в синюю вертикальную полоску, на шее болтался ярко-малиновый галстук. Косички Григорий собрал в высокий хвост, при каждом повороте головы они подрагивали, словно копошащийся клубок змей. С левого плеча огненноволосого Медуза свисала объемная квадратная сумка, увешанная брелоками. Незнакомый мужчина суетливо вышагивал перед оградой, засунув руки в карманы, и о чем-то оживленно спорил с нашим судмедэкспертом. О том, что высокий мужчина в брюках и майке навыпуск, скорее всего, является сотрудником правоохранительных органов, я догадалась по кобуре, выглядывающей из-под майки. Он был явно на взводе, а с лица Григория не сходила вежливая улыбка. В процессе разговора наш судмед с невинным видом ковырял пластмассовой ложечкой мороженое в стаканчике.

Из припарковавшегося рядом такси выбрался Юдин. Кивнув мне, он заметил Соколова и спорящего с ним мужчину.

– Это Столяров. Второй участок, – пояснил Филипп. В этот момент обсуждаемый следователь остановился и в сердцах хлопнул себя по ляжке. – И чего он так завелся?

– Труп не поделили? – предположила я.

Я угадала лишь отчасти: в парке и в самом деле было найдено тело, но на него никто не претендовал. Несмотря на то что убийство было совершено на территории второго участка, Столяров пытался убедить Соколова, что расследованием должно заниматься наше управление. На одежде убитого были замечены следы буро-коричневого порошка. Когда по нему провели сканером, производящим первичный анализ химических соединений, выяснилось, что, помимо кокаина, в состав вещества входила странная органика растительного происхождения. Наш предусмотрительный судмедэксперт внес данные о неизвестном науке компоненте, выявленном в крови Мироновой, в городскую базу. Теперь второй участок пытался спихнуть тело нам.

– Юдин! Умоляю, приведи своего сотрудника в чувство. Он отказывается принимать тело. Мы уже свой фургон вызвали вам в помощь, а Соколов упёрся рогом!

– С прибытием, – Соколов приветливо улыбнулся нам, отсалютовав пластмассовой ложечкой от мороженого, и, повернувшись к следователю, флегматично процитировал: «УПИР занимается делами, по которым проходят представители иных рас, такие как оборотни, вампиры, фейри, суккубы, инкубы, зомби и прочая низшая нежить. Согласитесь, этот бомж на вампира или оборотня мало похож. Стопроцентный человек. Даже не вампироман. И поэтому он нам неинтересен».

– Этому бомжу скрутили шею, как цыпленку! Шейные позвонки не просто сломаны – голова повернута градусов на двести.

– Не согласен, – продолжал гнуть своё Соколов. – Вполне себе естественная смерть: шёл, споткнулся, свалился в яму, сломал шею. Стоял высоко – упал глубоко.

– Юдин, идём, взглянешь на тело, или здесь произойдет очередное смертоубийство! – взвыл Столяров.

– Идем взглянем. Вы уже оградили территорию?

– Конечно. И с администрацией парка пообщались, и местность…

Какие именно действия были совершены на местности, я не расслышала, потому что оба мужчины исчезли в проходе, ведущем в парк.

– Красота! – Соколов с довольным видом прицельно забросил пустой стаканчик в урну. – Теперь дело точно наше! Заяви я с ходу, что меня интересует это тело, – получил бы первосортный бюрократический головняк.

– Так кого нашли в парке?

– Мужчина славянской внешности, возраст чуть больше пятидесяти. Администратор парка опознала в нем ночного сторожа, уволившегося три недели назад. Звали Эдуардом Васильевичем Кузьминым. Я прогнал по базе: всего три совпадения, и лишь один подходит нам по возрасту. У него дочь в Польше живет.

– По твоему описанию он не похож на бомжа.

Соколов оттолкнулся ногами от выступа и бешеным кузнечиком спрыгнул с парапета. Я едва успела отскочить. Приземлился он в полушаге от меня, перевесил сумку на моё плечо и принялся в ней копаться.

– А предупредить сложно было? – прошипела я.

– Тренируй реакцию. В работе пригодится. Так. Всё в порядке. Не забыл, – похвалил он сам себя и закрыл сумку. – Тесс, технически Кузьмин и был бомжом, потому что прописки не имел. По словам того же администратора, проживал где-то на даче.

– Понятно. Расскажи мне о свернутой шее, а ещё лучше – покажи.

– Изолирующий гель с собой?

Я покачала головой.

– Без проблем. Мой полевой набор всегда под рукой. – Соколов похлопал по сумке. – Вперед, тут недалеко.

За воротами начиналась дорожка, усыпанная желтоватым ракушечником, но Соколов сошел с неё и направился в глубь парка. В той стороне находился овраг. Несмотря на прошедший под утро дождь, земля уже успела просохнуть. Григорий подошёл к краю, расставил руки и полубегом-полупрыгом спустился по склону.

– Давай, Тесс. Это только со стороны выглядит страшно.

Угу. Как раз так шеи и ломают. Я присела на корточки и аккуратно сползла вниз, цепляясь руками за траву и кустарник. Юбка задралась выше колена и стесняла движения.

В тридцати метрах от нас овраг пересекала жёлтая полицейская лента, она уходила вверх, очерчивая склон, по которому покойный спустился или скатился вниз. У края обрыва стояли двое патрульных из команды Столярова и хмуро посматривали на нас. Пока судмед выёживался, им пришлось заняться ограждением территории и взять на себя переговоры с администрацией парка. Кроме того, они прочесали местность в радиусе трехсот метров. Ничего подозрительного не нашли, но кому охота заниматься чужой работой?

Увидев издалека распростертое на земле тело, я непроизвольно замедлила шаг. Столяров упоминал, что Кузьмин был бомжом, но я не любила подобные ярлыки. Они заранее настраивают на определённую визуализацию. По мне, так застиранная футболка, серые спортивные штаны и поношенные кеды ещё никого бомжом не делают.

Мужчина лежал на животе, его шея была повернута на сто восемьдесят градусов, взгляд остекленевших карих глаз направлен в небо. Сделав несколько глубоких вдохов, прокашлялась. Вот зараза! Почему же всегда так сложно? Ещё и Григорий, будто почувствовав моё состояние, быстро повернулся и вопросительно приподнял бровь. Я кивнула в ответ, давая понять, что всё в порядке. В конце концов, меня никто насильно в овраг не тянул. Прикусив нижнюю губу, продолжила осмотр: худощавое лицо мужчины было чисто выбрито, на щеках тонкими линиями темнело несколько свежих порезов, чуть тронутые сединой каштановые волосы торчали неровными прядями. Именно так и выглядит прическа «Подстриги себя сам».

Над покойным, широко расставив ноги, склонился Филипп.

– Соколов, иди сюда. Надо его перевернуть.

– Так вы все-таки берете дело? – На лице Столярова отразилось явное облегчение.

– Кэп, не уверен, что стоит в это ввязываться. К чему нам проблемы с наркоотделом?

– Никаких проблем не возникнет, я лично переговорю с ребятами, – быстро заверил Столяров. – Юдин, я гарантирую, они не будут лезть. Просто сбросите копию отчета, когда закроете дело.

– Полный карт-бланш? – не унимался Григорий.

– Полный. Дело ваше. От и до.

– Отлично! – Судмедэксперт в предвкушении потёр руки и открыл сумку.

– Филипп, сколько мы проработали бок о бок в убойном? Лет десять? – обиженно проворчал Столяров.

– Двенадцать…

– Ты же меня знаешь, я никогда не вставлял коллегам палки в колеса. К чему было устраивать весь этот цирк?

– Филипп Юрьевич, может, и знает, а я вижу впервые, и мой опыт общения с коллегами из других подразделений говорит об обратном, – вклинился в разговор Григорий, размазывая гель по рукам. – Тебе надо? – поинтересовался он у меня.

– Давай, – ответила я и протянула ладони.

Острой необходимости прикасаться к телу у меня не было, но лучше заранее испачкать руки в изоляторе, чем потом забыться и получить нагоняй от Соколова.

Как только Столяров убедился, что сбагрить труп все-таки удалось, патрульные были отпущены на обед, сам же следователь направился к выходу из парка встречать фургон. Столяров намеревался сдержать слово и помочь нам с извлечением тела из оврага и последующей транспортировкой.

Соколов склонился над телом и ощупал шею, затем хмыкнул и перевернул его на спину. Сидящий рядом на корточках Филипп вскочил на ноги и загородил мне обзор.

– Ёперный театр, Соколов! Пороли тебя в детстве мало! – рыкнул он и вытащил из кармана платок. – Как ты там говорил? Шёл, упал, свернул шею? Тесс, если надеешься в ближайшее время перекусить, лучше не смотри.

Как это не смотри? Мне же нужно повышать квалификацию. Ой! Мыхрева задница! Да кто же так шеи-то ломает? Кожа на затылке мужчины была разодрана, шейные позвонки обнажены, хорошо хоть, что саму голову не оторвали. Соколов молча указал на правую руку убитого – на ладони я увидела следы того самого буро-коричневого порошка.

– Фил, а почему нашему управлению сканирующая чудо-штуковина не положена?

– Потому что она стоит больше, чем все управление получает за год, – пояснил Григорий. – Так что придется нам работать по старинке. Хотя я по-прежнему верю в добрую фею и регулярно подаю запрос на приобретение.

– Гриш, а губозакаточную машинку тебе не заказать? – проворчал Юдин. – Кстати, попробуйте угадать, где наш убитый работал до того, как подался в сторожа.

– Что-то связанное с химией? – предположила я.

– Кузьмин – фармацевт, выпускник Пятигорского института. Гриш, обрати внимание, на брюках такие же пятна.

– Угу. Вижу. Тесс, подай сумку.

Я сделала шаг и замерла: лист подорожника был покрыт буро-коричневым налётом.

– Смотрите, – я приподняла лист, Фил молча кивнул и подошел ко мне. Опустившись на колено, он оборвал несколько листиков и поместил в пакет.

– Такое чувство, что в руках Кузьмина был какой-то конверт или сверток, который порвался в процессе борьбы.

– Борьбы? – Я поставила сумку перед Григорием.

– Ага. – Он указал пальцем на нестриженые желтоватые ногти покойного. На левой руке они были чистыми, на правой кисти под ногтями среднего и безымянного пальцев что-то темнело. – Есть вероятность, что нам повезло, хотя это может оказаться и обычной грязью.

Я отошла в сторону. Пусть Юдин и Соколов спокойно занимаются сбором улик.

В крови Мироновой обнаружился морфий в сочетании с багрянцем, на теле сторожа – кокаин, содержащий всё тот же экстракт цветка из мира фейри. Конечно, чтобы утверждать наверняка, Григорию придётся провести сравнительный анализ в лаборатории, но уже сейчас при мысли, что кто-то мог наладить производство нового вида дури с использованием багрянца, на душе становилось тревожно. В книгах этот цветок называли источником чистой энергии, Елизавета Воронина упоминала, что багрянец мгновенно восстанавливает внутренний резерв магии, но никто не обмолвился, как эта залётная зараза действует на обычных людей. Для того чтобы проверить гипотезу о багрянце, мне нужен был образец из мира фейри.

– Не возражаете, если я немного прогуляюсь?

– Отойди метров на сто – сто пятьдесят и можешь выбираться, – попросил Соколов, не поднимая головы.

– Справа на склоне отпечатки подошв, похожих на кеды убитого, – не затопчи, – предупредил меня капитан.

Вскарабкавшись по склону, я позвонила Орлову. Если моя просьба его и удивила, то он не подал виду и пообещал достать экстракт.

– Рад, что могу быть тебе полезен. Прямо как в старое время.

Намек на учебу в академии был вполне прозрачен.

– Как прежде уже не будет, – пробормотала я.

– Знаю, будет намного лучше, – оптимистично заверил Орлов.

Обернувшись, я увидела приближающуюся к оврагу женщину в строгом сером костюме, в руках она сжимала коричневую папку. Я поспешила ей навстречу – служащей парка не стоило лишний раз смотреть на тело. Женщина оказалась местным администратором. Она и обнаружила Эдуарда сегодня утром, когда направлялась на ипподром – тропинка, ведущая к нему, проходила вдоль оврага.

– Вы любите лошадей? – поинтересовалась женщина, когда с приветствиями было покончено.

– Скорее, равнодушна, – призналась я. – Не было возможности познакомиться поближе.

– А я жить без них не могу, вот и заскакиваю на конюшню перед работой – поздороваться. Как представлю, что могла пройти мимо… – Она повернулась к оврагу, и её глаза затуманились. – Словно потянуло что-то. Подошла к краю, а Эдуард на дне лежит, – женщина прикрыла покрасневшие глаза. – Прошу прощения. Дайте мне десять секунд, и я смогу отвечать на ваши вопросы.

Глубоко вздохнув несколько раз, она протянула папку.

– Я обещала полицейскому в светлой футболке предоставить информацию об Эдуарде…

– Мне сказали, что он работал охранником.

Администратор покачала головой:

– Сторожем. Кузьмин был ночным сторожем. В его обязанности входил обход территории по периметру. В случае возникновения внештатной ситуации, к примеру, проникновения посторонних, ему следовало поднять тревогу.

– Почему он уволился? Хотел перейти на более высокооплачиваемую работу?

– Нет. Не совсем так. Мы попросили его… уйти. Он был болен. Саркома легкого. Нет, не подумайте, что мы уволили его из-за этого. Последние полгода Эдуард плохо выглядел, мы заставили пройти полное обследование. Предполагали туберкулез, а оказалось – рак. Врачи давали полгода, возможно год. Эдик не собирался сдаваться, но и денег на лечение у него не было, и тогда он связался с вампирами. Готовился к обращению. Он просто хотел жить, – по лицу женщины потекли слезы, – пришел ко мне, всё рассказал, и мне пришлось попросить его уволиться. Политика парка – никаких нелюдей на территории. Глупо, правда?

– Людям нужна иллюзия того, что они устанавливают правила, – заметила я.

Женщина рассеянно кивнула, а потом резко вскинула голову, словно что-то вспомнила.

– В тот день, когда я подписывала заявление Эдуарда об уходе, он хвастался, что нашел другую работу.

– Он не уточнял какую?

– Нет, но говорил, что в скором времени рассчитается с долгами и переберётся в город, мечтал, что впереди у него новая жизнь. Уж лучше бы он стал вампиром. Кто знает, что он забыл в этом овраге среди ночи. Скажите, он… Он не мучился? Я слышала, что, когда при падении ломается шея, всё происходит мгновенно.

Выходит, администратор полагала, что Кузьмин оступился, спускаясь по скользкому склону. Обычное падение. Мне хотелось промолчать. Очень хотелось, но я не могла. Она все равно выяснит правду, кроме того, как администратор парка она имела право ее знать.

– К сожалению, смерть Кузьмина не была случайной.

Глаза женщины потрясенно расширились:

– Убийство… – прошептала она. – Вы это хотите сказать?

– Окончательные выводы можно будет сделать только после того, как тело осмотрят в лаборатории, но предварительная версия – убийство.

– Боже мой, – администратор испуганно поднесла руку ко рту. – Вы же не подозреваете кого-то из охраны?

– Только если среди них есть нечеловек.

– Нет. Конечно же, нет. Я уже говорила, что…

– Я помню – политика парка: никаких нелюдей на территории. Могло ли так случиться, что кто-то не сообщил вам все детали биографии? Вдруг среди персонала есть оборотень или демон? Пусть и нечистокровный.

Администратор покачала головой.

– Исключено. Отдел кадров в обязательном порядке проверяет расовую принадлежность работников. Как быстро вы управитесь? Я понимаю, что вам нужно собрать улики, но…

– Мы закончим как можно быстрее.

Женщина с облегчением кивнула.

– Если вам понадобится помощь или вы захотите опросить персонал, я указала номер телефона, по которому со мной можно связаться.

– Спасибо. Мы непременно вам позвоним, если потребуется.

Неподалёку от нас из оврага выбрался Соколов и помахал рукой.

– Прошу прощения, меня зовет коллега.

– Надеюсь, вы найдете того, кто это сделал.

Я тоже надеялась. Каждый раз, когда мне приходилось принимать участие в расследовании убийства, я знала, что сделаю все необходимое, чтобы убийца был пойман.

Пока я общалась с администратором парка, Соколов успел пробежаться по оврагу и нашел участок, по которому недавно кто-то спускался. Этот кто-то носил каблуки, и не просто каблуки, а острые шпильки. Наверху, у края обрыва, я насчитала четырнадцать глубоких отверстий. На самом склоне следов от каблуков не было, зато обнаружились отпечатки чьих-то ножек. Соколов подозвал меня к себе и указал на округлое углубление, напоминающее по форме человеческую пятку. Следы обрывались у подножия, дно было усыпано листвой и мелкими веточками, и Соколов предположил, что убийца прошел по ним. Я прикинула расстояние между ближайшими «островками» листвы – человек бы не допрыгнул.

– Да не факт, что эти следы вообще какое-то отношение к убийству имеют. Сейчас сделаем слепки ножек, а потом разберемся. Всё равно больше ничего любопытного не нашёл.

Спустя десять минут к нам подошел Столяров и сообщил о прибытии фургона.

– Юдин просил передать, что вы свободны. Он сам займется транспортировкой.

– В одиночку, что ли? – удивилась я, слабо представляя, как Филипп потащит носилки с телом вверх по склону.

– Я и водитель поможем, – пояснил Столяров. – И запомните, молодой человек, – в нашей работе без взаимовыручки никуда.

Григорий кивнул, признавая свою вину.

– Если вам вдруг когда-нибудь понадобится помощь судмедэксперта, можете на меня рассчитывать.

– Надеюсь, лично мне она никогда не понадобится, – хохотнул следователь, пожал руку Соколову, кивнул мне и исчез в овраге.

– Неплохой мужик, – обронил Соколов и направился почему-то не к выходу, а к забору.

Я поплелась следом. Он правда думает, что я в юбке полезу через стену? До ворот три минуты ходу от силы.

– Хочу понять, как он проник на территорию парка, – пояснил Соколов и двинулся вдоль ограды.

– Она, – поправила я.

– Не факт. Лично я знаю двух представителей сильного пола, которые испытывают загадочную слабость к шпилькам. Так что наш убийца вполне может оказаться мужчиной.

– Хочешь сказать, что он на шпильках через забор перелез?

Соколов подошёл к стене и указал на два глубоких отверстия в земле, похожих на следы от шпилек. Измерив глубину, Григорий сунул мне сумку в руки, отошел немного назад, разбежался, подпрыгнул, ухватился руками за парапет. Я с тоской покосилась в сторону ворот.

– Громова, прячь папку ко мне в сумку, и вперёд. Мне нужно независимое мнение женщины.

– У меня нет с собой шпилек, – пробурчала я и оценила высоту ограды. Нет, однозначно не допрыгну. – Гриш, а давай я по-быстрому обегу? Не с моим ростом лазить через забор.

Соколов хмыкнул и указал на место, где в каменной кладке не хватало двух кирпичей.

Чтоб тебя! Я подошла к забору и подбросила вверх сумку, которую Соколов поймал вытянутой рукой. Поставив ногу в углубление, оттолкнулась, подтянулась и повисла сарделькой. Нет, до бешеного кузнечика мне далеко. Покряхтев, перебросила ногу и услышала треск рвущейся материи.

– Доволен? – зло зашипела на Соколова я, любуясь креативным разрезом до середины бедра.

– Да не расстраивайся так. Зато ты по канализациям лучше всех лазаешь.

Я мысленно зарычала, припоминая тот случай, когда мне пришлось ползти по трубе во главе «отряда», а все потому, что в нашем управлении я самая мелкая. Коллеги единодушно заявили, что лишь я смогу быстро воспользоваться оружием в случае опасности, и запихнули в трубу первой. Минут пятнадцать им доказывала, что ни один уважающий себя василиск не полезет в сточные трубы без особой на то необходимости, но меня никто не послушал. Наводка была получена, и её следовало проверить. Следов василиска мы так и не нашли, впрочем, как я и предсказывала, зато хорошо изучили микроклимат канализации, а слизи и грязи я как первопроходец нацепляла больше всех.

Соколов спрыгнул с забора и повернулся ко мне:

– Не дрейфь, ловлю!

– Лови, – согласилась я и, бросив ему сумку, спрыгнула вниз. Приземлилась на удивление удачно: ничего не подвернула и не вывихнула. – И какие выводы можно сделать из нашего эксперимента? – пробурчала я в спину Григорию, который, повесив сумку на плечо, пружинистой походкой направился к автостоянке.

– Наш убийца не человек, ему этот забор до лампочки.

– Да ты что! И в какой момент тебя посетила эта гениальная мысль?

– Не ворчи. Неплохо же размялись, – Соколов остановился и потянулся. – Я в лаборатории совсем закис, надо хотя бы беговую дорожку из дома притащить. Ты, слышал, бегаешь?

– Бегаю, но в последние дни нерегулярно.

– Это ты зря. Я, если хотя бы одну тренировку пропущу, потом злой как черт – ломка.

– О пробежке до управления и не мечтай. Ты на мотоцикле?

– Нет, взял такси. С утра капало, так что оставил рычуна дома.

– Не вопрос. Поедем на моей машине.

Когда я работала в Серой страже, мне не раз доводилось патрулировать улицы. В результате я научилась отделять людей от нелюдей, не прибегая к сканированию ауры. В мужчине, облаченном с ног до головы в чёрную кожу, я интуитивно распознала клыкастого кровососа. Его спутница, респектабельная дама чуть за сорок, оказалась чистокровным человеком. Проверив ауру женщины, я, помимо лёгкого физического влечения к вампиру, заметила тонкие багряные нити – следы вампирского гипноза. Не выше третьего уровня, но и он противозаконен. Заставить свою спутницу сделать что-либо против воли вампир не сумеет, а вот подтолкнуть в нужном направлении наверняка попытается. Женщина расстегнула молнию на сумочке, отставив на несколько секунд локоть в сторону. На золотистой, слегка тронутой загаром коже рядом с подмышкой белели тонкие шрамы от укусов. Покопавшись в сумочке, женщина вытащила из нее фирменный пакет с эмблемой ювелирного магазина. Взгляд ярко-зеленых глаз был слегка расфокусирован, движения заторможены, если не знаешь, что искать, никогда не обратишь внимания.

– Гриш, посмотри направо. Что видишь?

– Альфонса в коже. И без пяти минут обладателя солнечного удара.

– Почти угадал. Это вампир и без пяти минут обладатель официального предупреждения. – Припарковавшись, я решительно распахнула дверь.

Со спины вампира можно было принять за байкера: кожаная куртка и штаны, высокие ботинки, черная бандана. Мне было интересно, как он защитил от солнца лицо. Едва мы приблизились, вампир слегка повернул голову и процедил сквозь зубы:

– Проваливайте, «упыри». Здесь нет трупов. Впрочем, можем устроить вечеринку на четверых.

Густая накладная борода, бандана с козырьком, напоминающим широкий черный клюв, – выглядело слегка комично, зато функционально. Несмотря на маскарад, я узнала вампира, пытавшегося загипнотизировать меня у дверей клуба.

– Слава, раз в «Ночную орхидею» не пускают, приходится днём подрабатывать?

– Вы знакомы? – удивился Григорий.

– Встречались. Отпустите женщину, если она ещё хотя бы пять минут простоит здесь соляным столбом, продавцы из ювелирного вызовут «Скорую помощь», – предупредила я, заметив, что две девушки в униформе подошли к витрине магазина и внимательно наблюдают за нами.

Вампир надел солнечные очки и с заметным разочарованием в голосе промурлыкал:

– Лапусик, был рад пообщаться с тобой. – Он склонился к руке женщины и во время поцелуя слегка прикусил кожу.

Лапусик вздрогнула и игриво улыбнулась. Багряные нити из ее ауры исчезли.

– У меня есть ещё час в запасе, можем поехать ко мне и… – Тут она увидела нас и смутилась. – А вы что тут делаете? И как вы так незаметно подобрались? О! Вы тоже вампиры? – Она плотоядно посмотрела на Григория и буквально облизала его взглядом, тот, в свою очередь, покраснел и растерянно покосился на меня.

– Нет, моя радость. – Вампир приобнял женщину за талию и подтолкнул к бирюзовому кабриолету. – Это обычные люди, совершенно заурядные и неинтересные.

– Жаль. Я так хотела показать тебе свое новое ожерелье, – игриво произнесла она и вновь потянулась к сумочке. – Оно будет прекрасно гармонировать с тем комплектом, который тебе так нравится.

– Тише, моя сладкая. Обязательно покажешь. В другой раз.

– Завтра. В обычное время, – проворковала его собеседница и села в машину.

Я подождала, пока кабриолет исчезнет за поворотом, и спросила:

– Финансовые трудности, Слава? Спорим, продемонстрируй она сейчас ожерелье, больше бы его не увидела?

– Ну чего вы ко мне прицепились? – Вампир снял очки и зло уставился на нас. – Интимные отношения между вампирами и людьми не запрещены законом, при условии, что человек не подвергается ментальному воздействию.

– Если не подвергается, – подчеркнула я и вытащила из кармана КПК. – Сообщите ваш регистрационный номер.

– Ребята, вы же это не серьезно? На третий уровень стражи и те глаза закрывают. Она мне уже столько подарков сделала. Одним больше, одним меньше. Для ее мужа это сущий пустяк.

– Ваш регистрационный номер, – включился в разговор Соколов.

– ВМ278098, – прорычал вампир.

– Второе предупреждение, Станислав, – отметила я, сверившись с базой данных. – Ещё одно – и придётся покинуть город.

Вампир сжал руку в кулак, оправа очков хрустнула, стеклянная линза выпала на асфальт и разлетелась вдребезги.

– Лучше бы вы занимались розыском убийцы Николая, а не страдали ерундой на улицах города.

Я снова открыла КПК.

– Вы были знакомы? Как давно? И как вы узнали о произошедшем?

– Все наши уже в курсе, – пробормотал вампир. Было заметно, что гибель Денисова задела его за живое.

– Давайте поступим следующим образом: как стемнеет, вы явитесь в управление и расскажете, какие слухи бродят в общине, а я закрою глаза на гипнотическое воздействие третьего уровня. – Вампир явно колебался. – В противном случае я гарантирую, что свое третье предупреждение вы заработаете очень скоро, – добавила я, и вампир сдался:

– Идёт. В вашем управлении. После заката.

Получив результаты вскрытия Кузьмина, капитан устроил очередное собрание, заодно сообщил коллегам о моем грядущем визите в «Подземье». Если Горелов и Соколов ограничились сочувственными взглядами, то Кирилл вытаращился так, словно я уже там побывала и меня покусали.

– Ребята, спокойно, меня сопроводит Норд.

– Всё супер. Ты направляешься в место, в котором никому нельзя верить, в компании типа, которому нельзя доверять, – проворчал Влад.

– Всё так, но я не собираюсь развлекаться на вампирской вечеринке и в любой момент смогу её покинуть. Я рассчитываю получить информацию по делу Мироновой.

– Пусть только попробуют тебя задержать, огребут проблем, – продолжил нагнетать атмосферу Юдин.

– А может, ты вовсе не пойдешь в логово кровососов? – робко предложил Кирилл.

Пришлось напомнить, что я – не барышня, фанатеющая от вампиров, а выпускница Академии сверхъестественного, ищейка и специалист по предметной магии. На этом отговаривать меня перестали.

Я уже хотела позвонить Игорю, но тот явился в УПИР сам. Об этом мне и сообщил охранник, едва я вышла из общего зала и направилась в свой кабинет.

Хоть одна хорошая новость за весь день!

– Привет. Рада, что ты выкроил время. – Я улыбнулась адепту.

– А меня внутрь пустят? – недоверчиво покосился тот на охранника.

Я закончила заполнение бланка временного пропуска и просунула его через окошко.

– Смотри сам. – Я приложила руку к сканеру, следом прошел процедуру Игорь.

Когда пластиковая панель отъехала в сторону, у парня было такое выражение лица, точно он увидел чудо. Забавная реакция для практикующего мага.

– Вот здесь и ведутся допросы, – пояснила я, гостеприимно распахнув перед Игорем дверь.

Опасалась, что парень занервничает, но тот только улыбнулся, будто я его пригласила в Диснейленд.

– А обезьянник покажете?

– Попробую согласовать с начальством, но вряд ли разрешит. Сам понимаешь, УПИР – закрытая территория, – важно произнесла я.

– Да-да, понимаю, – пробормотал Игорь, осматриваясь.

– Всё ещё хочешь попасть к нам на практику?

– Конечно!

– Тогда я раскрою тебе ряд секретов.

Адепт тут же плюхнулся на стул и сложил руки как примерный ученик.

– В первую очередь следователь должен быть внимателен к деталям. Любая мелочь способна сыграть существенную роль в расследовании. Взять, к примеру, текущее дело. В его рамках я была вынуждена обойти ряд мест, где теоретически могли заниматься незаконной продажей энергетических паразитов.

Игорь нервно почесал в затылке и спросил:

– А что грозит продавцу, провернувшему нелегальную сделку?

– Всё зависит от обратившего на неё внимание. Департамент контроля магических сделок, несомненно, привлек бы продавца к ответственности по статье о незаконной купле-продаже созданий, относящихся к миру сверхъестественного. УПИР же не занимается подобными вещами. Нас в первую очередь интересует, к кому попала тварь и для чего её приобрели.

Я выложила на стол фотографию Татьяны Мироновой. При виде неё Игорь заметно побледнел.

– Зачем же вы спрашиваете, если и сами всё знаете?

Чтобы скрыть охватившее меня смятение, я встала со стула и отошла к зеркалу. Выходит, я была права и Наталья Миронова в самом деле использовала паучиху, чтобы откачивать энергию у сестры. Но для чего?

– Это была не продажа, а бартер, – внезапно выдал Игорь. – Дамочка получила зверушку в обмен на услугу.

– И какую же?

– Не уверен, что должен говорить…

Я подошла к столу и, опираясь на него обеими руками, процедила сквозь зубы:

– Ты в курсе, что делают такие зверушки с магами?

– Немного.

Мне не составило труда воспроизвести иллюзию Татьяны в тот момент, когда я засекла на ней энергетического монстра. Лицо адепта заметно побледнело.

– Неужели она сама же и вляпалась? Немыслимо! Тоже мне, некромант…

– Что ты сказал? – опешила я.

– Наталья Миронова была некромантом. Сам офигел, когда узнал.

Я рассеянно кивнула и снова вернулась к зеркалу. Игорь подкинул последний недостающий фрагмент головоломки, но, прежде чем озвучить версию Юдину, я должна была убедиться в своей правоте.

Слежку я засекла ещё по дороге к кладбищу. Чтобы проверить, пришлось резко свернуть в переулок и выйти из машины. Как только из-за поворота показалось примелькавшееся такси, я выскочила из укрытия и продемонстрировала водителю удостоверение. Каково же было мое удивление, когда с заднего сиденья выбрался красный как рак Игорь. Я велела ему рассчитаться с таксистом.

– Какого ты за мной увязался?

– Вы собрались на кладбище. Это опасно.

– С чего ты взял, что я еду туда?

– Так в квартале же находится. Или вы за город собрались? – оживился Игорь.

– Не твое дело. Проваливай.

– Возможно, и не мое, но ваш начальник наверняка заинтересуется.

– Шантажируешь?

– Пытаюсь воззвать к голосу разума. – Адепт нахально ухмыльнулся.

– Хочешь помочь? – задумчиво произнесла я, пытаясь придумать, как бы отвязаться от настырного малого.

– Хочу! – бойко воскликнул в ответ он.

– Хорошо. Тогда поехали.

Узнав, что на кладбище его не берут, а место засады находится на парковке, Игорь снова начал качать права.

– Значит, так, мальчик! – рявкнула я. – Сидишь тут и ждешь капитана. Твоя задача объяснить ему, что я направилась к могиле Натальи Мироновой и что мне нужна помощь.

На самом деле я надеялась, что таковая не потребуется вовсе, поэтому и отправила Юдину SMS с отсроченной доставкой. Если я ошиблась, то успею отменить сообщение, если же нет, буду надеяться, что капитан не промешкает.

Я вышла из машины и вытащила из багажника лопату. При виде инвентаря лицо Игоря заметно вытянулось.

– Что вы собираетесь с ней делать? – робко поинтересовался он.

– Разве ты не слышал? Лопата – верное средство против нежити, – усмехнулась в ответ я.

Прихватив фонарик, потрусила к главным воротам. Те оказались закрыты. Пришлось пройти немного вдоль ограды и найти место, где можно было протиснуться между прутьями. Время поджимало. Опустив голову пониже и стараясь не выходить на освещенные участки, я побежала в глубь кладбища. Хорошо хоть, что расположение могилы запомнила.

Орудовать лопатой оказалось легко, словно всю жизнь только этим и занималась. Впрочем, глубокая яма мне была и не нужна. Я воткнула главный инвентарь гробокопателя в землю и принялась искать следы магии. Спустя пару минут пришлось признать, что таковые отсутствовали. Я ошиблась и, видит Небо, была этому рада. Оставалось отменить отправку SMS, прибрать за собой и свалить до того, как меня засечет охрана кладбища.

Включив КПК, увидела с десяток пропущенных вызовов. От Юдина, от Ворониной, но большая часть – от Михаила. Небось хотел выяснить, как там моя эльфийская татуировка поживает. Та не доставляла неудобств, однако я не могла избавиться от ощущения, что меня обманули.

Да что за мыхрь свинячий!

Я велела Игорю не покидать машину, намекнула, что не видать ему моей протекции в управлении, если ослушается. Не помогло. В настоящий момент адепт не таясь топал по дорожке, залитой ярким электрическим светом. И как топал! Парень будто бы плыл по воздуху. Я пригляделась и вздрогнула – Игорь смотрел вперёд немигающим, пустым взглядом. Адепт приблизился к яме вплотную, я уже решила, что мне придётся хватать его за руку, но парень застыл на краю и слегка покачнулся – он находился под полным контролем.

Кровосос совсем обалдел, раз рискнул загипнотизировать учащегося академии. Конечно, мы сами приперлись на кладбище и покусились на могилу некроманта, но это не давало нежити права нарушать сразу несколько законов. Главе вампирской общины придётся ответить за действия своего члена перед Серой стражей. Что же Филипп так медлит? А если он не приедет на кладбище вовсе? В этом случае меня и Игоря ожидали большие неприятности.

Неприятности оказались двойными и появились из-за памятника, установленного на соседней могиле. Вампиры неспешно обошли оградку и остановились в пяти шагах от меня. Оба высокие, длинноволосые, бледные и, само собой, клыкастые. Их прикид мне сразу не понравился: светлые рубашки с длинными пышными рукавами и кружевными манжетами дополняли тёмные жилеты и брюки галифе. В «Подземье» существовал особый вампирский дресс-код – Елена прочно «застряла» в позапрошлом столетии, и её окружение было обязано ей подыгрывать. В городе вампиры старались не выделяться и меняли полукарнавальные наряды на современную одежду, но было и исключение – личная охрана главы общины. Позавчера Елена прислала за мной зомби, сегодня – своих телохранителей. Означало ли это, что я иду на повышение?

– Отойдите от могилы. – Голос вампира был тихим, словно шелест ветра.

– Только вместе с ним, – я взяла Игоря за руку. Его ладонь была влажной и слегка дрожала – парень сопротивлялся гипнозу. Я сжала руку Игоря покрепче и потянула за собой, но он не сдвинулся ни на сантиметр. Максимум, что ему грозило в случае падения, – вывих и пара ушибов, но в любом случае адепт был ни при чём. Это я решила посетить кладбище, я ковырялась в чужой могиле, я пошла на осознанную провокацию.

– Миронова! Если у вас есть какие-то претензии, покажитесь и озвучьте их!

Я ожидала, что появление Натальи будет эффектным, но она разочаровала: тенью выскочила из темноты и опрокинула меня на горку свежевыкопанной земли. Игорь при этом был отброшен в сторону, краем глаза я успела заметить, что он приземлился на заасфальтированную дорожку. Наталья приподняла меня за шиворот и взлетела. Я схватилась обеими руками за горло и захрипела, оттягивая врезавшуюся в шею горловину футболки. Раздавшийся над ухом шёпот Мироновой оказался полной неожиданностью:

– Помогите мне.

Ответить я не успела, внизу мелькнула голубая вспышка, и тут же раздался пронзительный вскрик, переходящий во всхлипывание – очухавшийся от гипноза Игорь рискнул потягаться с вампирами.

– Оставьте его в покое! – крик Мироновой сопровождался быстрым приземлением и возвращением меня на горку земли.

Наверное, именно тогда я впервые ощутила себя на месте Филиппа Юдина, осознала, что чувствовал наш капитан, когда его подчинённые проявляли долбаную инициативу и подставляли себя под удар. Приложившись лбом об асфальт, Игорь смог сбросить вампирские чары. Так лежал бы смирно и не рыпался! Этот же герой надумал поиграть в боевого мага. Вот только адепт не учёл реакцию вампиров и то, что их было двое. Пока один уворачивался от небесной сферы, другой оказался за спиной горе-вампироборца, заломил ему руки и сжал горло.

– Елена велела не трогать «упыриху». Относительно её спутников никаких указаний не было. – Вампир оскалился и демонстративно клацнул зубами у шеи Игоря. Тот вздрогнул и с мольбой уставился на меня.

– Если мальчик считает, что имеет право разбрасываться боевыми заклинаниями, то должен быть готов отвечать за свои действия. – В замечании второго вампира прозвучала неприкрытая угроза.

– Этот мальчик – адепт Академии сверхъестественного, – Наталья медленно приблизилась к вампиру, сжимающему горло Игоря. – Отпусти его.

– Или что? – издевательски протянул вампир, удерживающий Игоря. Длинные тонкие пальцы поглаживали ярёмную вену.

Я перевела взгляд на Наталью. Если она и прошла через какой-то ритуал, то он завершился с накладками, потому что выглядела Миронова не намного лучше поднятого из могилы зомби. У неё был зеленушный цвет лица, бордово-коричневые губы, которых вряд ли касалась готическая помада, зрачки глаз расширены настолько, что за ними не видно радужки. На энергетическом уровне всё обстояло намного печальнее: оранжевая аура оказалась источена иссиня-чёрными «подпалинами». Я отметила несколько участков, где два цвета плавно перетекали друг в друга, как градиент, но таких переходов было очень мало. В целом аура Натальи напоминала обгоревший лист бумаги.

Миронова не произносила заклинаний, не делала пассов руками, она просто стояла и смотрела на вампира. Я до боли прикусила нижнюю губу, изо всех сил стараясь оставаться на месте. Наталья колдовала, черпая силу из истока, находящегося непосредственно подо мной, – с подобной магией мне сталкиваться не приходилось. Она оказалась липкой и холодной, словно… то самое заклинание, следы которого я обнаружила в палате Татьяны.

Мыхрева некромантка!

Наталья убеждала мать, что сумеет контролировать дар Татьяны, требовала, чтобы ту перестали пичкать препаратами. Вместо этого Наталья планировала использовать альтернативный способ откачки энергии – паучиху. Как ни дико это звучало, но, привязав нежить к сестре, Наталья не хотела причинять ей вред. А потом эта самоучка использовала Татьяну как донора во время паломничества по миру Теней. Тогда-то и произошла накладка. Вместо нахождения в многодневном трансе Миронова умерла по-настоящему. Точнее, её убили.

Тем временем Миронова продолжала сверлить взглядом вампира, в ответ он пялился на неё, я же по-прежнему сидела на земле, не рискуя пошевелиться. Не знаю, о какой помощи просила Наталья, но лучшее, что я могла сделать, – просто не мешать.

Миронова проиграла дуэль, я поняла это по лёгкой улыбке, появившейся на губах одного из вампиров:

– Отличная попытка, некромант… И глупая. Твоих сил не хватает для поддержания жизни в собственном теле, так стоило ли тратить их впустую?

Реакция второго была менее сдержанной: он разорвал ворот рубашки Игоря, потянув парня за волосы, заставил запрокинуть голову… и, завопив, разжал руки, потому что его и Игоря охватил столп белого пламени. Пока вампир щёлкал клыками, адепт успел активировать «домашнюю заготовку».

«Столп света» – редко используемое на практике массовое заклинание, не особо сильное, даже зомби с помощью него не убить. Первый удар приходится на ближайшую к магу нежить, а потом прилетает и остальным «немёртвым», которым не повезло оказаться в радиусе трехсот метров. Второй вампир сориентировался мгновенно и взмыл в воздух, а вот Миронова, не привыкшая считать себя нежитью, покатилась по земле, пытаясь сбить жалящие белые искры, – с каждым ударом сила заклинания слабела, и всё равно оно было болючим, судя по громким многоголосым воплям, доносившимся из темноты. Мелькнула одна вспышка, вторая, третья, четвёртая… пришлось признать, что незамеченным моё посещение кладбища теперь не останется. Кто ж знал, что столько нечисти ночью возле могил шастать изволит. Вот Игорь явно не представлял, во что выльется использование страховочной заготовки, поэтому вместо того, чтобы драпать, застыл с открытым ртом. Внеплановая иллюминация и меня сперва вогнала в ступор. Внезапно я осознала, что Игорь был единственным магом, чей дар не ассоциировался у меня с каким-нибудь запахом.

Я схватила Игоря за руку, и мы побежали по ярко освещённой аллее. И мне уже было пофиг и на камеры, и на сторожа, и на Уголовный кодекс, согласно которому мои ночные раскопки подпадали под вполне конкретную статью. Главное – добраться до машины, а потом я уже сама явлюсь в УПИР с повинной.

Мы неслись сломя голову, но всё равно не успели – вампиры возникли перед нами внезапно, и я с разбега влетела в одного из кровососов. Того самого, который вовремя сориентировался и избежал «Столпа света». Он выставил руки и сжал их на моей талии, не дав упасть. Второй ещё слегка дымился и был чертовски обижен на Игоря, потому как схватил его за грудки, встряхнул, при свете фонаря блеснули белые клыки. Я дернулась в сторону вампира, явно намеревавшегося попробовать кровь мага на вкус, серебряное лезвие вспороло ткань рубашки и прочертило линию на плече. Кровосос зарычал, бросил Игоря на землю и повернулся ко мне. Глаза вампирюги покраснели от бешенства, и я поняла, что, какие бы инструкции ни выдала Елена, сейчас он о них и не вспомнит. Раздавшийся звук выстрела заставил меня всхлипнуть от облегчения. Собравшийся подзакусить мной вампир сложился пополам, зажимая рану на животе.

– Капитан Филипп Юдин, Управление по иным расам. Милодар Вячеславович, будьте добры убрать руки от моего сотрудника. – Начальник вышел из-за высокого тополя, держа наготове пистолет, следом за ним на дорожку выпрыгнул огромный волк.

– Доброй вам ночи, капитан, – ответил вампир, стоящий за моей спиной. Меня слегка подтолкнули, давая понять, что я могу быть свободна.

Я подбежала к Игорю. Подстреленный кровосос, все ещё прижимая руку к животу, приподнял голову и пообещал:

– Мы ещё встретимся, «упыриха».

– Как ты? В норме? – шепнула я Игорю, протягивая ему руку.

Парень ухватился за мою ладонь и рывком поднялся на ноги.

– Никогда больше не сунусь на кладбище после заката, – попытался отшутиться он.

– Прости. Обопрись на меня, – предложила я, и мы поковыляли к нашим запоздавшим спасителям.

Мне было совестно перед Игорем. Конечно, он сам за мной увязался, и всё-таки я была виновата.

– Спасибо, Филипп, – еле слышно обронила я.

Юдин не ответил, но по его лицу я прочла, что мне придется ответить за выходку. В подтверждение догадки волк ткнулся мокрым носом в мою ладонь, а потом громко клацнул зубами.

– И тебе, Влад, тоже большое спасибо.

В ответ оборотень угрожающе зарычал.

Я ожидала, что, отпустив нас, вампиры исчезнут, но они продолжили играть в гляделки. Точнее, в гляделки играл тот, кого Филипп назвал Милодаром Вячеславовичем, второй зло посматривал на нас и старался держать спину ровно, чему явно мешал застрявший кусок осины. Вампир то и дело тянулся к животу, но каждый раз отдергивал руку. Видимо, ковыряться в ране в нашем присутствии ему было неловко.

– Мальчишка использовал против нас магию. Мы требуем, чтобы управление приняло официальную жалобу, – наконец нарушил молчание Милодар.

– Мне кажется, что вам стоит предварительно согласовать своё заявление с главой общины, – мягко предложил Юдин.

– Уверяю, у меня есть все полномочия для принятия решений такого рода.

Очень интересно, а я-то считала, что в общине матриархат и всем заправляет исключительно Елена.

– Филипп Юрьевич, думаю, Игорь хочет подать встречную жалобу. Учащийся академии был подвергнут гипнотическому воздействию первого уровня: полный контроль сознания плюс создание ситуации, в результате которой мог быть причинен вред здоровью.

– Первый уровень? – хмыкнул Милодар. – Вы слишком шустро классифицировали степень нарушения закона.

– Мой сотрудник обладает соответствующей квалификацией, – поддержал меня Юдин.

– Магическое законодательство – одна из базовых дисциплин, – отчеканила я. – Впрочем, если вы сомневаетесь, мы можем прямо сейчас проехать в Башню и провести независимую проверку. Игорь, а ты что скажешь?

Головы всех людей и нелюдей повернулись к Игорю, тот затравленно вытаращился на меня и признался:

– Я не помню, как очутился на кладбище. Только сидел в машине, а в следующую секунду оказалось, что лежу на асфальте, а башка раскалывается так, словно меня об этот самый асфальт и долбануло.

– Вот видите, девушка ошиблась. Мальчик шёл по дорожке, споткнулся в темноте, потерял равновесие…

– Подтверждаю… к адепту… применён… вампирский гипноз первого уровня, – речь Мироновой сопровождалась пыхтением и прерывалась звуками ударов.

– Хозяин, мы не смогли её остановить, – раздался виноватый лепет из-за полутораметровой мраморной фигуры ангела. – Ай! Нет! Не надо-о-о! – Протест перешёл в надрывный крик, и на дорожку шлёпнулась вырванная из плечевого сустава рука.

Неужели это?..

Предчувствие не обмануло: следом за ней из ночного мрака появился шаркающий ногами рыжеволосый зомби. Вторая рука мертвяка находилась в стадии регенерации. Привет, мой вечерний гость. Вот тебя-то я точно не ожидала увидеть на кладбище.

Явление Мироновой было ещё более фееричным: она медленно вышла из-за того же мраморного ангела, едва переставляя ноги, а всё потому, что в её правую икру вцепился мертвой хваткой ползущий на животе зомбяк, второй повис на шее некромантки и явно пытался её душить. Пухленький низкорослый вампирчик, видимо, самый скромный, держал её за руку и жалобно приговаривал:

– Наталья Сергеевна, не ходите, а? Нам же всем плохо будет.

Рядом со мной громко фыркнул оборотень, а Милодару Вячеславовичу уже было не до веселья.

– А четвертый где? – несколько напряжённо поинтересовался он.

– Нет больше Щербатого. Голову ему эта психованная оторвала.

Услышав про оторванную голову, Юдин встрепенулся и заинтересованно приподнял брови:

– Наталья Сергеевна, а голову Николая не вы случайно от тела отделили?

Вместо ответа Миронова вышла на середину дорожки, вспыхнуло зелёное пламя, в воздухе запахло палёным, и нежить, повизгивая, отпрянула от некромантки.

– Капитан, мне необходима защита Управления по иным расам.

Пока я подбирала челюсть с асфальта, кэп деловито спросил:

– С чего вы решили, что наше управление оказывает подобные услуги? Думаю, вам лучше обратиться по этому вопросу к Серой страже.

– Ваша сотрудница пообещала мне помощь.

– Когда это я успела вам что-то пообещать? – удивилась я.

– Тогда же, когда согласились помочь Ворониной найти багрянец.

Юдин удовлетворил прошение Мироновой. Не знаю, кто больше удивился, услышав положительный ответ: вампиры, я или присевший на задние лапы оборотень. Влад быстро смекнул, кому придётся обеспечивать защиту некромантки, и не сводил с Филиппа обиженного взгляда. Как только вампиры и зомби растворились в ночи, Влад неспешно подошел к Мироновой и мотнул головой в направлении выхода. Поскольку Наталья не отреагировала на намёк, волк оскалил пасть и рыкнул.

– Ваш личный «упырячий» телохранитель на ближайшее время, – представила я волка Мироновой.

– Оборотень? – раздражённо отозвалась она и передернула плечами, поправляя плащ.

– А вы рассчитывали на человека с канистрой святой воды и распятием?

– Сойдет и оборотень, – величаво кивнула она.

– Не могу понять, как же так вышло, что вас убили?

– Я проходила ритуал перерождения. За мной должен был присмотреть Николай, – бросила через плечо Миронова и, опустив капюшон, направилась вслед за волком к выходу с кладбища.

– Перерождения? Из неё должны были создать вампира? – уточнил Юдин. Пусть он и не был специалистом по нежити, но догадался, что нормальной вампиршей Наталья не стала.

– Перерождение – особый ритуал для некромантов. Во время него маг впадает в транс и путешествует по миру Теней. Вот во время этого путешествия её и угораздило умереть по-настоящему.

– Понятно. – Филипп задумчиво почесал в затылке.

Внезапное «воскрешение» Мироновой не только не приблизило нас к разгадке её убийства, но и добавило новых проблем. Если раньше я с уверенностью утверждала, что в этом деле отсутствовала магическая подоплёка, то теперь выяснилось, что я ошиблась.

– Могилу ты сильно расковыряла? – тяжело вздохнул Юдин. – Пойдемте, детки, надо прибрать за собой.

Стоящий в сторонке Игорь заметно оживился:

– Да я и сам могу закопать. Я тут на днях практиковался в телекинезе, а вот с сыпучими текстурами работать ещё не приходилось. Если повозиться, то можно так сработать, никто и не определит, что к могиле прикасались. Верхний пласт земли срежу и размещу поверх перекопанного.

– А срезать откуда будешь? С соседней могилы? – проворчала я.

– Ещё чего, – Игорь обиженно засопел. – Вдоль ограды пройдусь.

– Ты позеленее участок выбирай; если вдруг пару одуванчиков прихватишь, то совсем здорово будет. А утром к могиле народ потянется, чтобы своими глазами увидеть, как над телом мага за сутки цветы распустились…

Филипп укоризненно покачал головой. Мне стало стыдно. В самом деле, и чего это я на парнишку взъелась? Он же не по своей воле из машины вылез, а заклинаниями начал разбрасываться с перепугу. Одно дело, фантомов на тренировках пинать, а другое – рядом с живым вампиром оказаться. Вот нервы и сдали.

– Её только позавчера похоронили, – пояснила я Игорю.

– Не подумал, – смущённо пробормотал он и покосился на Юдина, пытаясь оценить, как отнёсся потенциальный работодатель к его несуразному предложению.

– Похоронили ли? – Капитан озвучил тот самый вопрос, который вертелся у меня на языке.

– Не знаю, – честно призналась я. – Когда я на похороны приехала, гроб уже закрыли. Вот вскрытие Соколов проводил по-настоящему. Чувствую, наш судмед по потолку от радости забегает, когда встретится с Мироновой завтра.

– А уж как обрадуется охранник на посту уже сегодня, – заметил Юдин. – Пожалуй, звякну я в управление, предупрежу о нашем приезде. Там сегодня Кирилл и Валерий дежурят. А вы идите, приводите могилу в порядок. Понимаю, что родственникам Натальи сообщить придётся, но подождем хотя бы до утра.

Я представила, как отреагирует Аркадий Миронов, узнав, что его внучка стала нежитью, и поёжилась. Наверняка устроит целое представление с публичным отречением. Только бы до обвинений в адрес академии не дошло. Если поднимется шум и в учебное заведение направят инспекторов из Континентального совета магов, наше расследование однозначно накроется.

– Не переживайте, капитан. Мы мигом с могилой управимся, – жизнерадостно объявил Игорь, как будто ему только что впервые доверили собственное расследование.

Я мрачно покосилась на адепта. Похоже, кто-то мылился на моё место.

«Могилу» Натальи Мироновой Игорь и я нашли не сразу. Вампиры навели на ней порядок: яму засыпали, а сверху аккуратно разложили венки и цветы. Рядом была заботливо воткнута лопата. После того что мы устроили клыкастым, любая помощь с их стороны выглядела по меньшей мере странно.

– Наверное, они испугались, что вы пожалуетесь Серой страже, – предположил адепт, пока мы топали в обратном направлении.

– Нет, Игорь, они всего лишь представили, что однажды в тёмном переулке им придётся столкнуться с магом, лихо разбрасывающимся «Столпом света».

– А что я должен был делать? Ждать, пока меня куснут? – надулся столпотворец.

– Да правильно ты, в принципе, поступил: не истерил, в обморок не падал, а выждал и воспользовался ситуацией. Мне только одно не ясно: ты разве другого заклинания против нежити не знаешь? Ты же понимаешь, насколько это заклинание неэффективное и энергоёмкое. Вдобавок, не делит нежить на плохую и хорошую – долбит по всем немёртвым, которым «посчастливится» оказаться рядом.

– Выходит, Миронова – хорошая? Слышал, она с деймонаром спуталась.

А ещё спала с вампиром, практиковала некромантию и сама мимоходом стала нежитью, но, похоже, Игоря это ни разу не смущало. А вот договор с деймонаром – это да, жуть как нехорошо. Убийственная логика.

Как только Игорь и я свернули на центральную аллею, то увидели Юдина.

– Быстро управились. Молодцы, – похвалил он.

– Вампиры управились за нас, – уточнила я.

– Хорошо, тогда случившееся на кладбище огласке не предаём. Официальная версия такая: Миронова пришла в управление и попросила помощи. Сама. Всё понятно?

– И гипноз Игоря спустим с рук?

– В ответ он применил против них боевую магию.

– Так они первые начали! – возмутился адепт.

– Ну, если рассуждать с этой точки зрения, то первые начали вы, когда сунулись на кладбище, – заметил Юдин.

– А с каких это пор городское кладбище – территория вампиров?

– Тут я согласен с Тессией, – вклинился Игорь. – Лучше пусть ответят, что они сами делали на кладбище и зачем зомби с собой привели.

– Да не приводили они никого. Эти зомби за могилой Натальи изначально присматривали. Тесс, ответь, когда ты узнала, что Миронова… кхм-м… полагаю, «живая» тут не совсем уместно…

– Я и не знала наверняка, а подозрение возникло сегодня вечером.

– И ты решила проверить его самостоятельно.

– УПИРу для проведения эксгумации потребовалось бы разрешение родственников. Вот пришли бы мы к деду Натальи и что б сказали? Объяснили бы, что его внучка не умерла, а стала истинным некромантом? Что она переродилась и разгуливает теперь где-то по городу, но для того чтобы проверить эту гипотезу, нам надо вскрыть гроб? Да нас бы попросту послали. Я сочла, что так будет и быстрее, и управление вроде как ни при чём.

Лицо Юдина сделалось суровым, губы сжались в тонкую линию.

– Запомни, Громова, как руководитель УПИРа я несу полную ответственность за твои поступки. Разумеется, если они имеют отношение к расследованиям, проводимым нашим управлением.

Я молча кивнула, осознав, что мне в скором времени «прилетит» не меньше, чем Мироновой.

Салон ползущего по ночным улицам упырячьего жигуленка окутывала атмосфера умиротворения и абсолютного спокойствия. Тихо насвистывал какую-то мелодию сидящий за рулём Филипп. Он уже полностью отошёл от потрясения, вызванного воскрешением жертвы убийства, и наверняка прокручивал в голове вопросы, которые задаст ей по прибытии в управление. Сама Наталья пристроилась на заднем сиденье и с улыбкой смотрела в окно. То ли радовалась тому, что удалось освободиться от вампиров, то ли полагала, что её дела не настолько плохи, как могло показаться со стороны. Она по-прежнему куталась в плащ, а вот лицо прятать перестала. Я заметила, как пару раз вздрогнул Юдин, стоило свету фар встречных машин выхватить её физиономию из темноты. Владу пришлось отправиться с Игорем. Капитан приказал оборотню проводить адепта домой.

И всё-таки меня не отпускало предчувствие, что всеобщее спокойствие – всего лишь затишье перед бурей. Слишком легко уступили вампиры, слишком быстро Юдин согласился предоставить Мироновой защиту, более того, капитан пошёл на подобный шаг впервые за историю существования Управления по иным расам. Обычно роль силового буфера между нелюдями в нашем городе играла Серая стража.

Я продолжала строить гипотезы, когда разразилась «гроза». Стоило выбраться из машины, как нас ослепили вспышки фотокамер, следом посыпались вопросы:

– Наталья Сергеевна, как давно вы умерли?

– Сказалось ли это на ваших магических способностях?

– Пришлось ли вам продать душу, чтобы вернуться из мира мёртвых?

– Каково это – быть живым трупом? – поинтересовался чей-то звонкий женский голос.

– К управлению! Быстро! – прокричал Филипп, без церемоний распихивая окруживших нас репортеров. Он подхватил Наталью под руку, я пристроилась с другого бока, и мы чуть ли не бегом направились к спасительной лестнице.

– Наталья Сергеевна, как ваши родственники отнеслись к тому, что вы решили стать нежитью? – не унималась звонкоголосая.

Наталья выдернула руку и запустила в ночное небо огненный шар.

– Я не нежить! – гаркнула она, и я ей поверила, потому что мёртвым стихийная магия недоступна в принципе. Однако я сомневалась, что обладатели фотокамер, успевшие сделать потрясающие снимки мертвячьей физиономии, столь любезно подсвеченной оранжевым фаером, также разбирались в тонкостях магии Огня.

– Какого мыхря вы вытворяете?! – рявкнула я, едва за нами закрылись двери.

– Они не от меня узнали! – испуганно отчитался подскочивший с лавки Кирилл. – Капитан, я вам звонил, хотел предупредить.

– Упыри, у вас тут всегда так весело? Пресса под крыльцом, бесплатный цирк на пороге, – с усмешкой протянул сидящий на лавке вампир Станислав.

Надо же, какой пунктуальный: пообещал, что явится в УПИР после заката, и сдержал слово. Циферблат настенных часов подсказал, что у меня с пунктуальностью было не всё в порядке – на встречу с Нордом я уже минут сорок как опоздала. Вспомнилось и многообещающее «я найду вас сам», и клыки вампира, который едва не цапнул меня и Игоря. Идея посетить «Подземье» мне изначально не нравилась, а после происшествия на кладбище идти и вовсе расхотелось.

С улицы доносился шум. Похоже, управление попало в самую настоящую осаду. Стоило Кириллу слегка повернуть жалюзи, как темноту прорезали вспышки фотокамер.

– Вдруг к утру уйдут? – робко предположил он.

– И не надейтесь. Эти «кровососы» с рассветом не исчезают, – флегматично заметил вампир.

Стеклянная панель отъехала в сторону, и в холле появился Ларионов.

– Кэп, я обзвонил наших, предупредил, чтобы утром на служебную парковку не совались, а в здание заходили через лабораторию. Соколов рвёт и мечет, сказал, что тому, кто забудет надеть халат и бахилы, лично выдаст швабру и ведро.

– Как они узнали? Неужели наши телефоны прослушивают? – прошептал Кирилл с видом человека, только что раскрывшего всемирный заговор.

– Больно этим, – Славик кивнул на окно, – ваши телефоны нужны. Вы нашему Лёшику на больную мозоль наступили, – с заметным удовлетворением поведал кровосос. – Большое человеческое, то есть вампирское, вам спасибо. Вот наш дёрганый красавчик и сдал вас репортёрам. Говорят, как в «Подземье» вернулся, так сразу и позвонил кому надо. И ждут его теперь большие неприятности. Наша Елена самоуправства не прощает, даже тем, с кем… – поняв, что сболтнул лишнее, вампир резко замолчал.

– Шустрые вы ребята, вампиры, – задумчиво пробормотал Юдин. – Мы ещё с кладбища приехать не успели, а вы уже и репортерам нас заложили, и собственному начальству кости перемыли. Да что это мы всё на пороге стоим. Серёжа, проводи Наталью Сергеевну в первую допросную, Станислава в третью, Громова пусть ожидает во второй.

Вторая допросная как раз и была смежной, в неё выходили односторонние зеркала. Юдин позволил мне прослушать допрос Мироновой, а возможно, и последующий разговор с вампиром, но мне явно дали понять, что обо мне не забыли и я буду третьей, кому придётся отвечать на вопросы капитана Управления по иным расам.

Я следила за Мироновой сквозь зеркало. Наталья сняла плащ, бросила его на спинку стула и медленно обошла вокруг стола. Она продолжала утверждать, что не нежить, но одна шерстяная черно-красная клетчатая юбка указывала на противоположное – нормальный человек упарился бы в ней летом за десять минут, а за пару часов получил бы тепловой удар. К юбке прилагалась бордовая водолазка под горло. Наталья подошла к зеркалу и оттянула ворот. Если на её лице проступили синеватые пятна, то на шее они уже стали тёмно-фиолетовыми. Наталья провела указательным пальцем по щеке, медленно очертила пятнышко на левом виске и, вскинув голову, посмотрела на меня в упор, словно могла видеть сквозь зеркало. Я невольно вздрогнула, потому как прочла в глазах Мироновой отчаяние и мрачную решимость: она хотела жить и ради этого была готова на всё.

Тем временем наш второй гость ожидал своей очереди с завидным спокойствием. Станислав сидел на краешке стула, забросив ногу на ногу. Спина прямая, голова чуть откинута назад – за десять минут даже угол наклона не сменила, – на губах застыла полуулыбка. Наверняка часами и позу, и выражение лица перед зеркалом репетировал. Хорошо вампирам – ноги не затекают, спина не беспокоит.

Ожидание затягивалось…

Уже собиралась направиться на поиски начальства, как дверь первой допросной распахнулась, и в неё влетел заспанный, взъерошенный Соколов. То ли примчался по звонку Юдина из дома, то ли ещё не уходил, а по обыкновению задремал в спальном мешке в одной из «необжитых» комнат лаборатории.

– Обалдеть! Миронова, это как вас так угораздило? – заявил Григорий с порога.

– Добрый вечер, а мы знакомы? – Наталья недоуменно приподняла бровь.

– Ближе, чем вы можете представить, – с хитрой улыбкой заметил судмедэксперт. – Позволите? – не дожидаясь ответа, он подскочил к Наталье и схватил её за руку, затем заглянул в глаза и, наконец, склонился к лицу. Я решила, что он поцелует бывшую «пациентку», но потом до меня дошло, что Григорий её попросту обнюхивал.

– Соколов, хватит приставать к девушке, – потребовал вошедший в допросную Юдин. – Наталья Сергеевна, прошу прощения за поведение нашего судмедэксперта. Было необходимо, чтобы вас осмотрел врач.

– Врач? – эхом переспросила Наталья.

– Я проводил вскрытие вашего тела, – интимно прошептал Соколов.

Как там он сказал? С ней было приятно работать? Судя по явному интересу, с которым любознательный рыжик пялился на Миронову, он был не прочь провести повторный осмотр, и как можно быстрее. Надеюсь, Юдин догадается выставить его, пока не дошло до смертоубийства. Наталья вздрогнула и прижала руку к груди; похоже, некромантка только сейчас сообразила, кто совсем недавно копался в её внутренностях.

– Филипп Юрьевич, наша жертва скорее мертва, чем жива, – доложил Соколов.

– Спасибо, можешь быть свободен.

– Если я ещё понадоблюсь… – Гришка продолжал топтаться у двери, уходить ему не хотелось.

– Не понадобишься, закрой дверь с обратной стороны, – отрезал Юдин.

– Суровый у нас начальник, но вы не бойтесь, он, в отличие от вампиров, не кусается, – напоследок ввернул судмед.

– Прошу прощения за поведение своего сотрудника. Он должен был…

– Убедить меня, что я не дышу? Уверяю вас, я заметила это и без его обнюхивания. – Наталья грациозно опустилась на стул.

– И в то же время вы продолжаете утверждать, что не являетесь нежитью? – Филипп сел напротив неё и разложил на столе фотографии с места преступления.

Наталья равнодушно покосилась на него.

– Почему вам так важно убедить меня в том, что я мертва?

– Потому что вы попросили защиты. А я не смогу обеспечить её тому, кто не осознает собственное состояние. Я понятно выразился?

– Вполне.

– Тогда ваша очередь отвечать на вопрос. Как, по-вашему, это произошло?

– Я – маг, – произнесла Наталья таким тоном, словно это что-то объясняло.

– Знаю. Ваша стихия – Огонь.

– Верно, но и способности к Тёмному искусству имеются. Вот я и возомнила, что смогу разобраться во всём сама. Глупо, правда? Результат, как говорится, налицо, точнее – на лице.

– Вы не ответили на мой вопрос.

– За ходом ритуала перерождения должны были присматривать двое. Обещайте, что не станете привлекать к ответственности того человека, чьё имя я сейчас назову. Мне нужны гарантии…

– Моего слова вполне достаточно. Я обещаю, что Елизавете Ворониной не будет предъявлено обвинение в сокрытии информации.

Наталья вымучила улыбку:

– Спасибо.

– Как долго к этому времени вы находились в трансе? – продолжил допрос Юдин.

– В понедельник в полночь истёк третий день.

– Насколько я понял, Николай присматривал за вашим телом и обеспечивал охрану.

– Не только. Он должен был также делать мне инъекции одного препарата. В его состав входит наркотик, мне бы не хотелось уточнять название.

– Хорошо. Продолжайте, – кивнул Юдин и сделал очередную заметку.

В глазах Мироновой появился торжествующий блеск. Она искренне полагала, что ей удалось увести разговор в сторону, и не понимала одного: Филипп не стал заострять внимание на препарате, потому что уже знал его состав. В противном случае он бы так просто не отступил.

– Не представляю, что ещё может вас заинтересовать, – Миронова кокетливо улыбнулась.

Я считала, что в нынешнем состоянии Наталья могла вызывать лишь чувство жалости, но пришлось признать, что даже сейчас она была хороша. Если представить на мгновение, что тёмные пятна и тон кожи – всего лишь грим, то можно сказать, что из Мироновой получилась весьма хорошенькая нежить. Впрочем, капитан оказался к этому равнодушен. Единственное, что занимало его мысли, – информация по делу.

– Как часто Николай делал вам инъекции и каким образом вы смогли достать багрянец?

Наталья вздрогнула и начала перебирать разложенные на столе фотографии.

– Каждые двенадцать часов. Что касается упомянутого вами багрянца, то не понимаю, о чем идет речь.

Юдин поднялся со стула и открыл дверь:

– Можете быть свободны.

– В каком смысле? – встревожилась Наталья.

– В прямом.

– Но вы обещали мне защиту!

– И рассчитывал получить взамен информацию. Я не намерен сидеть и гадать, какая часть из сказанного вами правда, какая полуправда, а что и вовсе наглая ложь.

– Вы не маг и не поймете некоторые нюансы, – продолжила юлить Миронова.

– В моей команде есть специально обученный консультант, который с радостью разъяснит мне эти самые нюансы. Решайте! Мне проводить вас к выходу?

Миронова собралась с мыслями и приступила к рассказу:

– Я стала изучать некромантию около года назад. Начала с азов – с нахождения источников силы. Постепенно составила собственную карту. А когда пришла пора перейти к практическим занятиям, столкнулась с большой проблемой – с нехваткой материала. Не на городском же кладбище мне было «отовариваться»?

– Дефицит подходящих трупов – весомая проблема, – серьезно заметил Юдин.

– Верно. Тогда я решила изучать виды нечисти, подчиняющейся некромантам. Мне удалось приобрести энергетическую паучиху. Да, я знаю, что вы обо мне подумали, но, поверьте, если бы всё пошло по плану, моей сестре ничего бы не угрожало.

– А при нынешних обстоятельствах вам светит обвинение в попытке непреднамеренного убийства, – бесстрастно пояснил капитан.

– Если только Татьяна напишет заявление, – улыбнулась Наталья. Судя по всему, она была уверена, что её сестра никогда его не подаст.

– То есть от теории вы перешли к экспериментам с нечистью, приобретенной на чёрном рынке?

– Не совсем так. Я планировала пойти по этому пути, но ко мне обратились вампиры. Елена, глава местной общины, хотела заручиться поддержкой некроманта.

– Бытует мнение, что вампиры недолюбливают некромантов.

– Сложно относиться с симпатией к тому, кто в силах подчинить тебя своей воле, – Миронова пожала плечами. – Елене нужен был тёмный маг, лояльный вампирам, вот она и посодействовала моему обучению.

– Вампиры предоставили вам подопытных кроликов?

– Я бы предпочла называть их лицами, согласившимися послужить материалом для изучения. Не вижу в этом ничего противозаконного или аморального, академия тоже часто приглашает представителей иных рас для проведения практикумов.

– Вряд ли стихийники отрабатывают на них Тёмное искусство.

– А вы слишком хорошо разбираетесь в магии для человека, лишённого дара, – задумчиво пробормотала Наталья.

– Это моя работа, – кратко пояснил Юдин. – Как долго продолжалось ваше сотрудничество с вампирами?

Миронова растерянно уставилась на капитана, а потом решилась ответить:

– Четыре месяца. Затем на меня вышел деймонар.

– Он вас шантажировал?

– Грозился всё рассказать Совету, если я откажусь стать его Слугой, – прошептала она и опустила голову.

Встав со стула, я прошлась по комнате. Что-то тут не сходилось. Изначально Наталья просила о помощи Демиана Норда. Зачем? Выбирала из двух зол меньшее? Надеялась, что в этом случае деймонар-шантажист оставит её в покое? Ерунда какая-то. А что, если дело вовсе не в Квар’траме? Что именно хотела Наталья от Норда?

Я глубоко вздохнула и замерла. Имбирь? Корица? Откуда?! Да этот мыхрев деймонар совсем совесть потерял! Или у него её в принципе не было. Допросные УПИРа были защищены магией, но Норд проломился через охранные заклинания.

– За мной. Живо, – процедила я сквозь зубы.

Стоило мне это произнести, как я уловила движение воздуха, легкую дымку, которую и не заметишь, если не станешь присматриваться. Я бы тоже не обратила на неё внимания, если бы не уловила запах магии.

В коридоре я столкнулась с Владом. Он отвез адепта домой и вернулся.

– Громова, ты куда? – удивился оборотень.

– Капитан допрашивает Миронову. Мне надо кое-что проверить. Подменишь?

– Как раз к тебе и шёл. – Следователь внимательно посмотрел на меня в ожидании пояснений.

– Расскажу, как только смогу. Это срочно, – буркнула я и помчалась к кабинету. А все потому, что почувствовала, как Норд, вместо того чтобы стоять рядом, направился к моей обители.

Дверь кабинета я распахнула рывком и обнаружила деймонара, расположившегося на моем стуле.

– Я не подслушивал, – миролюбиво заметил он.

– У вас хватило наглости проникнуть на охраняемый объект! Да вы представляете, что сделает Юдин, когда узнает, что в управление кто-то телепортировался в обход заклинаний?

– Выставит магам, установившим защиту, счет?

– Не ерничайте! Нам придется доложить о данном инциденте в Башню, и у вас возникнут большие проблемы!

Норд покачал головой и холодно улыбнулся:

– Проблемы возникнут у вас, как только выяснится, что УПИР потерял внезапно воскресшую жертву.

– Угрожаете? Куда бы вы ни направились, я зафиксирую следы открывшегося портала.

Однако это не поможет найти Миронову, и Норд это прекрасно знал. Я настроилась, что он начнет насмехаться в своей обычной манере, но незваный гость снизошёл до разговора:

– Некромант-самоучка никогда не сможет тягаться с высшим вампиром. Вы опоздали, – отрывисто добавил он.

– И не собиралась никуда идти, – пожала плечами я. Появление деймонара в управлении чертовски разозлило, однако мне нужны были ответы на вопросы. – Елену интересовал не союз с некромантом, ей нужен был собственный подчинённый маг?

– Естественно. Боюсь, у вас нет выбора. – Это он уже, очевидно, о моем нежелании идти в «Подземье».

– Наталья рассчитывала, что связь с деймонаром даст ей шанс избавиться от власти Елены? При чём тут тогда шантаж?

Норд снисходительно улыбнулся, и тут только до меня дошло, что Наталья внаглую врала Юдину. Точнее, она переворачивала всё с ног на голову. Это Елена грозила ей разоблачением, сначала поймала на стремлении стать некромантом, приманила, собрала компромат, а потом заставила работать на общину. Вместо ожидаемой власти над нежитью Миронова получила множество проблем и была вынуждена переехать в «Подземье». Вот почему мы обнаружили в квартире и в комнате общежития так мало личных вещей Натальи. Да чем она вообще думала, когда возомнила, что у мага живого пламени получится освоить магию Смерти?! Норд прав: Наталья и глава общины находились в разных весовых категориях. Поняв, что попала в зависимость от высшего вампира, Наташа решила связать себя с деймонаром, чтобы потом ускользнуть от него с помощью ритуала перерождения. Став истинным некромантом, она освободилась бы от всех обязательств и смогла бы противостоять Елене. Должно быть, Миронова и в самом деле отчаялась, раз пошла на подобное безумие – рискнула провести в одиночку один из сложнейших ритуалов. Впрочем, она надеялась на помощь Николая, Елизаветы и багрянца. Здесь всё сходилось: инъекции наркотика, в состав которого входил цветок из Волшебной страны, должны были поддерживать жизнь в её теле, пока сознание находилось в мире Теней. На тот случай, если бы багрянца не хватило, некромантка припасла резервный источник – паучиху и ту энергию, которую нежить выкачала из Татьяны. Миронова составила отличный план, но он разлетелся, словно карточный домик.

Сначала вампир вовремя не ввел ей очередную дозу препарата, поскольку был обезглавлен, потом убийца добрался и до Натальи, а энергетическую паучиху пристрелил Юдин. Тут-то и сработала страховочная привязка по крови, заклинание из арсенала магии Смерти: Миронова начала вытягивать жизненную энергию из сестры. Она бы убила её, если бы Воронина не вмешалась и не перенаправила связь на себя. Сейчас Елизавета выполняла роль аккумулятора для возродившейся в полуживом состоянии некромантки, и для этого ей был нужен всё тот же багрянец. В отличие от Натальи она принимала его в чистом виде. И всё-таки, как Миронова раздобыла семена цветка из мира фейри? Неужто деймонар-Хозяин расщедрился?

– Какова вероятность, что Миронову прибил её же Хозяин?

– Нулевая, – отрезал Норд.

– Откуда такая уверенность?

– Она была ему нужна. Идёмте, я уже и так дал вам время для того, чтобы вы в полной мере насладились этой жалкой пародией на допрос.

Мне стало обидно за капитана. Он же не виноват, что Миронова – патологическая лгунья. И потом, я не горела желанием оказаться в «Подземье».

– Чего вы боитесь?

Внимательный взгляд серых глаз заставил меня покрыться мурашками. Признаваться, что я боюсь его самого, не хотелось, поэтому я сказала только то, что Норд ожидал услышать:

– «Подземье» – логово вампиров, а они сейчас меня недолюбливают.

– Вы не производите впечатления трусихи.

– Дело не в трусости. Просто я не понимаю, чего от меня ждут.

– Тогда пойдите и выясните это.

– Хорошо. Я сбросила фотографии Квар’трама на коммуникатор. Сейчас покажу. – Я сунула руку в карман, но Норд улыбнулся и покачал головой:

– Разве я говорил, что они мне всё ещё нужны?

– Но вы пообещали мне помощь в обмен на информацию о Квар’траме.

– Я помогу вам. В обмен на… Тессия, вы любите сюрпризы? – И прозвучало это как-то многозначительно.

Я растерянно захлопала глазами. В ответ Норд запрокинул голову и рассмеялся:

– Успокойтесь. Меня, в отличие от Авриля, девочки-адептки никогда не привлекали. Но временами они могут быть полезны, – коварно добавил он.

– Я не адептка, – прошипела я сквозь сжатые зубы. – Ну, так мы идём? Или подождём, пока Юдин заглянет в мой кабинет?

Вместо ответа Норд открыл портал – в центре комнаты взметнулось тёмно-синее пламя. Зажмурившись, я шагнула в него и во время перехода услышала тихий шёпот над ухом:

– Тессия, а на маленькую девочку вы давно уже не тянете.

Портал перенёс нас в мою спальню. Мне потребовалось не более трех секунд, чтобы прийти в себя, осмотреться и заметить посреди комнаты горстку пепла.

– Скажите, что это раньше не было живым, – пробормотала я.

Норд склонился над пеплом, провёл рукой и, хмыкнув, вытащил из него кусочек обгоревшего красного каблука. Не найдя меня в квартире, Михаил выместил гнев на платье и туфлях, тех самых, которые притащил Норд. Отчасти я была солидарна с эльфом, поскольку и сама подумывала, что неплохо было бы спалить это платье к мыхрям. Я ничуть не преувеличила, когда сказала Норду, что не хочу идти в «Подземье», но на территории вампиров я могла стать ближе к разгадке тайны багрянца.

Убийство Натальи оказалось всего лишь вершиной айсберга. Во время проведения ритуала перерождения Миронова использовала багрянец в качестве источника энергии. Цветок выращивали в квартире вампира Николая Денисова, однако саженцы исчезли после его убийства. В третий раз иномирное растение засветилось в наркотике, обнаруженном на теле убитого в парке сторожа. В ходе расследования выяснилось, что покойный намеревался стать вампиром. Все ниточки вели в «Подземье», а раз так, то и посещения логова вампиров мне не избежать. И всё же, владей я хоть каплей дара прорицательницы, сказала бы, что у меня нехорошее предчувствие на этот счёт.

Ритуал перерождения – обряд некромантии, через который должен пройти тёмный маг, желающий обрести полную силу. Во время церемонии он входит в транс и отправляется в путешествие по миру Теней. Ритуал проводится при поддержке проводника. У Натальи Мироновой не было возможности обзавестись таким помощником, поскольку она занималась мыхревым самообразованием…

Тут я в сердцах хлопнула пальцем по клавише и стёрла последнее предложение. Для меня письменные отчёты – сплошная головная боль. В них должно содержаться достаточно информации для успешного раскрытия дела, и в то же время следовало избегать подробностей. Все нюансы и детали я смогу сообщить своему начальнику, Филиппу Юрьевичу Юдину, при личной встрече.

Сама того не подозревая, её сестра-близнец Татьяна оказалась вовлечена в ритуал перерождения и играла в нём роль маяка. Источником энергии, поддерживающим жизнь в теле некромантки во время испытания, служил экстракт багрянца, цветка из мира фейри, однако у меня есть подозрения, что Миронова научилась выращивать его и у нас, используя кровь вампира…

Устроившись на диване поудобнее, я отложила ноутбук и потёрла виски. День был длинный, а предстоящая ночь обещала стать ещё длиннее, и провести её мне предстояло не дома.

Рядом скрипуче прокрякал Дикки-Даки. Отмеренные на сборы десять минут истекли, а это означало, что Норд мог вернуться в любую секунду. Проклятие! Размечталась тут, а сама отчёт для Юдина не дописала. Вернув компьютер на колени, застучала по клавишам.

Поскольку следы багрянца были выявлены на одежде сторожа, убитого в городском парке, рекомендую отследить связь Кузьмина Э. В., фармацевта по образованию, с Мироновой Н. С., а также уделить особое внимание наркотику, в состав которого входил багрянец.

Как же меня бесит этот мыхрев официоз! Ладно, для подшивки к делу хватит. Я прикрепила файл и добавила уже в самом письме:

Фил, если кто-то в городе решил производить дурь, используя растение из мира фейри, последствия могут быть непредсказуемыми. Надо срочно изучить наркотик и попытаться смоделировать его воздействие на человека. И держи нашего судмеда подальше от Мироновой. Если Соколов полезет к ней с тестами и анализами – некромантка подпортит ему шкуру.

Бегло просмотрев написанный текст, удовлетворённо хмыкнула и нажала кнопку «отправить». Юдин прочтёт мои сообщения, и вероятность того, что меня завтра уволят, едва я переступлю порог управления, значительно снизится. Я покинула рабочее место без предупреждения, кроме того, воспользовалась порталом.

Вот зараза! Открыв почту повторно, набросала новое письмо, в котором просила капитана меня не искать. Я постаралась заверить Филиппа, что действую по согласованному с ним плану, и пообещала позвонить утром сама.

– Я, кажется, попросил вас приступить к незамедлительным сборам. – В голосе вернувшегося Норда смешались удивление, раздражение и злость. Небось привык, что его приказы выполняются мгновенно.

– Как раз нахожусь в процессе. – Я закрыла крышку ноута. – Вот, завещание составила. Хотите, внесу и вас в список?

– У нас мало времени, – ледяным тоном напомнил Норд.

Я подавила улыбку и слезла с дивана.

– Опоздавшим вампиры наливают штрафную, да? Или кусают вне очереди?

Поскольку Норд не удостоил меня ответом, я потопала к стеллажу и сняла с полки пластиковый контейнер, в котором хранила одежду. Всё-таки с чувством юмора у Норда не очень, или же это и вовсе расовое, деймонарское.

Стоит мне подумать о деймонаре, как перед глазами встает строгое, холодное лицо, но я уже успела убедиться, что под маской невозмутимости скрываются ярость и звериная мощь. Норд похож на большого хищника: ты и не подозреваешь, что он готовится нанести удар, пока не станет слишком поздно. Я ни на мгновение не забывала о расовой принадлежности владельца «Ночной орхидеи» и всё же рассчитывала на его помощь в деликатном деле, связанном с вампирами: по непонятной причине главе общины захотелось со мной пообщаться. Я полагала, что она желает выведать подробности расследования не только дела Денисова, но и Мироновой.

Посреди комнаты взревело пламя, вздрогнув, я вскочила на ноги и только потом сообразила, что это Норд снова открыл портал и куда-то исчез. Искренне надеясь, что он больше не вернётся, я все-таки достала из контейнера чистую водолазку. Я ещё продолжала срезать этикетки на новых джинсах, когда на пол с мягким шелестом упало нечто красное. Поняв, что притащил Норд в этот раз, я пожалела о черном платье, испепелённом Михаилом.

– Не пойдёт, – заявила я проявившемуся следом за платьем Норду. – Да и какая разница, в чём идти в «Подземье»?

– В вампирских общинах, как правило, довольно-таки жёсткая иерархия, а одежда – один из показателей статуса, символ принадлежности к определенному кругу. Учтите, если вы появитесь разодетая, словно охотник на нежить, это может быть расценено как провокация, равно как и признак проявления слабости.

– Только не говорите, что револьвер придётся оставить дома, – нахмурившись, пробормотала я.

– Думаете, от ваших деревяшек в случае нападения будет толк?

– Не думаю – знаю. Если сразу попасть куда надо или если удастся выпустить достаточное количество пуль.

– Иными словами, они бесполезны, – продолжал гнуть своё Норд. – Мой совет: купите серебро. С напылением не берите, верхний слой при контакте с вампирской плотью оплавится, и вы получите разозлённого и вполне боеспособного кровососа, который успеет свернуть вам шею.

– Упировцы так однажды прокололись, – вздохнула я. – Двух ребят потеряли.

– Вам тоже досталось?

Я мотнула головой:

– Это ещё до меня было. С тех пор только чистое серебро заказывают, а мне вроде и не нужно. Я же не боевик. Но нож-то можно с собой взять? Я себя с ним увереннее чувствую.

– Привяжете к щиколотке? – усмехнулся деймонар.

– Очень смешно. – Я подняла платье с пола и подошла к зеркалу.

Меня беспокоило не то, как платье сядет, а тот факт, что в нём не побегаешь. И без примерки было понятно, что пышная юбка из матовой тафты глубокого винного цвета станет сковывать движения. Впрочем, меня смущала не только она. На первый взгляд платье было более чем приличным: закрытая спина, длинные рукава, отсутствие декольте, вот только верх был из прозрачной ткани телесного цвета, а наличие вышивки-аппликации оставляло мало простора для воображения. Рисунок начинался на животе и, поднимаясь вверх, практически полностью прикрывал грудь, под горлом прозрачная ткань была украшена цветочным орнаментом, создававшим иллюзию воротника, крупные элементы вышивки на плечах плавно переходили в мелкие узоры на внешней стороне рукавов и сменялись широкими расшитыми манжетами. А вот спина мне не нравилась, потому что модельер пожадничал и вышивку зажал. Я представила, как замечательно будут просвечиваться эльфийские руны, оставленные Михаилом.

Когда Норд вышел из спальни, я не заметила, но воспользоваться этим стоило. Потайная молния на боку платья гарантировала, что посторонняя помощь при переодевании не потребуется. Заскочив в ванную, ополоснула лицо и заплела волосы в косичку. Затем вернулась в спальню и переоделась. Юбка оказалась длинновата и волочилась по полу, однако покрой исключал вероятность того, что я умудрюсь наступить себе на подол. Я быстрым шагом прошлась по комнате, потом попробовала пробежаться, попрыгала, и наконец попыталась взмахнуть ногой… За этим занятием меня и застал Норд.

– Вряд ли на вампирском приёме будут танцевать канкан, но вам как гостье, безусловно, предоставят такую возможность.

– Лучше посоветуйте, куда мне пристроить это, – буркнула я, демонстрируя маленький нож, тот самый, складной, с серебряным лезвием.

Норд взял нож и покрутил в руках, проверил остроту лезвия, а потом подошёл ко мне и положил руку на талию, я уже хотела возмутиться, когда он слегка оттянул широкий пояс на юбке.

– Спасибо, – кивнула я и заткнула нож за пояс. – Спасибо, – повторила, слегка повысив голос, потому что Норд руку с моей талии не убрал, а продолжил стоять напротив, уставившись куда-то поверх моей головы.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы не обернуться. Я поняла, куда смотрел деймонар. Как раз за моей спиной висело зеркало.

– Волосы распустите, – отрывисто бросил он, и я принялась расплетать косу.

– А может, мне лучше в джинсы и водолазку по-быстрому переодеться? Или жакет набросить?

– Не стоит. Признаю свою ошибку, – видя, что я его не понимаю, Норд пояснил: – Я одел вас так, чтобы вам было проще затеряться в толпе, но, похоже, что вы всё же привлечёте внимание.

– Эльфийские руны для вампиров – экзотика?

– Скажем так, вампиры не жалуют фейри.

– Не любят конкурентов? – хмыкнула я.

– Именно. Не стоит напоминать лишний раз, что вы принадлежите эльфу.

– Я не принадлежу Аврилю! – Мой голос сорвался на крик. От одной только мысли, что из меня могут сделать Слугу, как из Мироновой, внутри закипала ярость.

Норд не стал спорить, но в серых глазах горели искорки смеха. Мое негодование его забавляло.

– Мы идем или как? – мрачно поинтересовалась я.

– А я уже решил, что вы передумали, – насмешливо бросил деймонар и открыл портал.

Если бы я не знала, что «Подземье» располагается на территории бывшего кирпичного завода, то никогда бы в это не поверила. Злые языки поговаривали, что вампиры обратили бывшего гендиректора, высосали кровь у главбуха и запугали совладельцев, заставив передать акции общине. Лично я была уверена, что вампиры, если и попили чьей-то крови на стадии проектирования логова, то их жертвой стал главный архитектор города, одобривший проект кровососов. Теперь на месте цехов и складских помещений возвышался трехэтажный замок. Из-за обилия башенок и подвесных мостиков он казался игрушечным и отчасти сюрреалистичным, как будто ребенку выдали конструктор, а он, вместо того чтобы выстроить надежную крепость, создал комплекс из башен, украшенных величественными шпилями. Но я-то знала, что это – всего лишь фасад, самое интересное было скрыто глубоко под землей.

Портал вывел нас к высокой кованой ограде. Главный вход на территорию «Подземья» находился чуть дальше, там, где толпилась группа вампироманов. Большинство из них выглядело как сбежавшие со съемок исторического фильма статисты. Всё-таки прав был Норд, когда заставил меня надеть платье. В джинсах и водолазке я бы выглядела белой вороной.

– Мне надо сообщить о нашем прибытии.

Не успела я поинтересоваться, кого Норд собирался предупредить, как он исчез.

Отлично. Мы ещё и до вампиров не добрались, а меня уже бросили.

Я подошла к ожидающим и, приподнявшись на цыпочки, попыталась рассмотреть, что же находится по другую сторону ворот. Стоящая передо мной девица была на голову выше. Попыталась её обойти, но меня грубо дёрнули за руку.

– Слышь, малявка, куда лезешь? – зло зашипела дама в серебристом платье, под юбкой которого отчётливо угадывался кринолин. – Тут некоторые по две недели ждут своей очереди.

– Что, кровь застоялась? Не терпится откачать? – проворчала я.

– Откачать ей другую штуку не терпится, – хмыкнул какой-то парень. Нездоровая бледность округлого лица явно намекала на использование косметики.

– Заткнись, кретин. Вам бы всем только нажраться да потрахаться, а у меня цель иная… – тут она с блаженной улыбкой закатила глаза к небу.

– Тоже перепихнуться, но с последствиями, – пояснил мне сосед справа и оскалился, обнажив белые искусственные клыки. Этот морду белилами не мазал, а вот патлы ниже лопаток отрастил. – Уже сколько раз было говорено, что от вампира живому человеку не залететь, а этим дурам всё неймется. Кстати, если тебя внутрь проведут, ты особо не обольщайся, не факт, что на тебя с ходу вампир западёт, так что держись меня.

Я уже хотела вежливо поблагодарить и отказаться, когда почувствовала, что мне на талию легла ладонь и недвусмысленно скользнула ниже. Обернувшись, я перехватила руку наглеца и резко вывернула запястье. Длинноволосый поморщился и застонал, на его губах появилась похотливая улыбочка:

– Детка, я как чувствовал, что не ошибся в тебе. Давай проведём этот вечер вдвоём?

– Руки убрал, вампироман недокусанный! – Я отпихнула его в сторону.

От продолжения разговора меня избавили открывшиеся ворота. Стало совсем неуютно, словно ты стоишь на пороге абсолютной тьмы. Строго говоря, никакой тьмы не было в помине, просто по периметру «Подземье» было окружено высокими елями. Поговаривали, что деревья выросли всего за пару лет, и удобряли их не иначе как кровью девственниц. Я знала достоверно, что ни одна девица в процессе выращивания елей не пострадала, впрочем, и иллюзией они не были, а вот без магии стихии Земли не обошлось. Это был один из крупнейших заказов за историю академии. На вырученные средства было перестроено общежитие для преподавателей.

– Меня! Меня! Выбери меня! – в ночи раздался нестройный хор голосов. В нём было столько страсти, отчаяния и затаённой надежды, что меня передёрнуло. Возникло ощущение, что перед воротами происходило что-то неправильное, противоестественное.

Существование вампироманов не было для меня секретом, но я считала, что речь идёт о разновидности симбиотической связи, об обмене плоти и крови на удовольствие. Или же мне было удобнее так думать, поскольку происходящее у входа в «Подземье» не укладывалось ни в какие рамки: мужчин и женщин трясло, как в лихорадке, я видела безумные глаза и перекошенные лица. Одна из ожидающих попыталась прорваться вперед, но стоящие рядом завизжали и дернули её назад. Потеряв равновесие, она начала падать, и толпа расступилась, позволяя вампироманке опрокинуться навзничь.

– Так тебе и надо, не будешь лезть без очереди, – зло прошипел кто-то.

– Так это же Лариска, она и в прошлый раз быстрее всех прошла. Что, курва, думала, коль парик нацепила, то мы тебя не узнаем?

Вампироманка перекатилась на живот и, опершись руками об асфальт, поднялась на колени.

– Да просто моя кровь им слаще кажется! – взвизгнула она и, расстегнув сумочку, вытащила сложенный вчетверо листок. – Это вы, давалки убогие, так и будете под воротами торчать, а меня пригласили. И я всё подписала! Я подписала! – Она прижала листок к губам и начала покрывать его поцелуями.

– Кровь слаще, говоришь? – с издевкой протянул тот кретин, который лапал меня за задницу. – Очевидно, она и цвета другого… – многозначительно добавил он, сознательно провоцируя вампироманок.

Хмырь вовсю предвкушал развлечение! Проклятие, куда же Норд запропастился?

– Эй! Девушки, полегче! – вскричала я, понимая, что уже не успею.

Мечтающая о залёте от вампира дева вырвала бумажку у Ларисы, после чего та взвыла дурным голосом и повисла на руке обидчицы, в ответ её пнули ногой. Попали, кажется, в живот. Лариса свернулась калачиком на асфальте и заскулила.

– Эта гадина заключила договор на постоянное донорство! – воскликнула вампироманка, размахивая листком, – по толпе прошёл завистливый шёпот.

Постоянное донорство подразумевало, что человек становился привязанным к какому-то конкретному кровососу, перебирался в «Подземье», чтобы круглосуточно быть под рукой, словно двуногая консерва. В свою очередь, вампир должен был заботиться о спутнике, письменно гарантировал, что донора не выпьют до последней капли, что он не будет подвергнут воздействию, подрывающему физическое и психическое здоровье. Это только люди, в глаза ни разу не видевшие вампиромана, могли сформулировать подобные требования, оформив их в договор между вампиром и человеком. Ещё одна из человеческих иллюзий, самообман, основанный на том, что мы по-прежнему можем всё контролировать.

Вампироманка порвала листок бумаги на мелкие клочки, швырнула их в лицо Ларисе, после чего наградила более удачливую соперницу ещё одним ударом. Это послужило сигналом для других девушек: налетев со всех сторон, они принялись избивать ту, которую вампиры пригласили переехать в «Подземье». Вместо того чтобы попытаться встать или защитить лицо руками, Лариса начала ползать по асфальту, собирая обрывки договора. Работа в УПИРе научила меня просчитывать действия на несколько ходов вперёд. Сунулась бы в толпу, чтобы помочь девушке, уже через пару секунд лежала бы рядом, поэтому я набрала побольше воздуха в лёгкие и заорала:

– Смотрите, вампир!

Вампироманы синхронно повернулись к воротам, пинавшие Ларису также прервали своё занятие. Кое-кто рванул к забору и прижался к прутьям.

– Девочки, я его видела! – продолжила концерт я, надеясь, что воплю достаточно истерично для правильного вампиромана. – Высокий, в кожаных штанах и без рубашки! Он, наверное, сейчас стоит за деревьями и наблюдает!

– А вдруг это Алвин? – робко предположил кто-то.

– Точно! – взвизгнула я. – Мне тоже так показалось! Он стоит там, в темноте, и выбирает, а мы кучкуемся и устраиваем разборки. Быстро встали полукругом, чтобы всех было видно!

Пока вампироманы выстраивались в шеренгу, я подбежала к Ларисе и опустилась на колени. Она находилась без сознания, из рассеченной брови текла кровь. Неужели какая-то тварь её ногой по лицу ударила? На мгновение показалось, что девушка не дышит, потом я нащупала на её руке пульс и слегка успокоилась. Я утерла рукой кровь с лица Ларисы, затем вытащила нож и отпорола с её плеча правый рукав-фонарик. Вывернув его наизнанку, прижала ткань к ране и выругалась.

Я не сразу обратила внимание на гул за спиной, а когда обернулась, то слегка вздрогнула – рядом со мной стояли чьи-то ноги, обтянутые кожаными штанами. Задрав голову, встретилась взглядом с чуть прищуренными голубыми глазами в обрамлении золотистых ресниц. Алая рубашка незнакомца была расстёгнута до ремня, обнажая треугольник гладкой мускулистой груди. Никогда не замечала за собой способности к прорицанию, похоже, что появившийся намеренно решил не отступать от анонсированного образа полуголого вампира из темноты. Интуитивно догадалась, что рядом со мной стоит тот самый Алвин. Выходит, он и в самом деле был поблизости, прекрасно видел, что происходит у ворот, но вмешаться не соизволил. Я не особо хорошо разбиралась в иерархии местной общины, но об Алвине, брате Елены, была наслышана, поскольку энергетические вампиры – та ещё аномалия, им не кровь, а эмоции подавай. А эмоциональный фон перед воротами последние пятнадцать минут просто зашкаливал, вот и затаился гад в темноте, смаковал, видимо.

Алвин обернулся и окинул взглядом стоящих перед воротами, и, как по мановению волшебной палочки, люди начали отворачиваться, словно перед ними и не стоял вожделенный вампир. Он попросту заставил забыть, что они вообще его видели. Упировец внутри меня рвался процитировать, какие пункты закона, регламентирующего поведение вампира в городе, Алвин только что нарушил. Наверное, я бы не сдержалась, если бы в этот момент Лариса не очнулась.

– Ты всё-таки пришёл, – еле слышно выдохнула она. – Ты… – продолжить свою речь она не смогла из-за приступа кашля. Когда он прекратился, на губах вампироманки выступила розовая пена.

– Ей в больницу надо, – сухо заметила я.

– Не надо. Уже не надо, – холодно улыбнулся вампир.

– Они порвали договор, – всхлипнув, выдавила из себя Лариса и протянула к Алвину руку с зажатыми в ней клочками бумаги.

– Ничего страшного.

Вампир схватил девушку за руку и рывком поднял на ноги. Та тихо вскрикнула и упала бы на асфальт снова, если бы Алвин не прижал её к себе. Ладони вампира скользнули вдоль тела Ларисы и сжали её талию. Девушка забилась в его руках, словно выброшенная на берег рыбка, из горла вырвались свистящие звуки, похожие на всхлипы.

Проклятие, ей действительно было больно!

– Пункт одиннадцатый, параграф второй, – отчеканила я. – Вампир обязан заботиться о физическом благополучии своего спутника, в противном случае договор аннулируется, а вампироман отправляется на принудительное лечение. Руки убери! – рыкнула я, поскольку Алвин не торопился ослаблять объятия.

На губах вампира проступила жесткая улыбка.

– Глеб, подойди, – бросил в сторону он.

Из темноты выступил ещё один вампир. Этот от кожаной одежды не фанател, рубашка на нём была вполне современная: белая в тонкую синюю полоску.

– Она твоя. – Алвин вложил руку Ларисы в ладонь Глеба. – Заботься хорошо, а то сотрудница Управления по иным расам объявит тебе выговор с занесением в личное дело.

Лариса протестующе залепетала и вцепилась в алую рубашку. Алвин сжал запястье девушки, вскрикнув, та разжала пальцы.

– Убери её, – приказал он, – адаптация также на тебе. Если ничего не выйдет, ты знаешь, что делать…

Глеб кивнул, взял девушку под руку и потащил к воротам. Лариса шла медленно, припадая на левую ногу, ссутулившиеся плечи дрожали от сдерживаемых рыданий. У самой границы света и тьмы она обернулась:

– Пожалуйста, не прогоняй меня, не надо. Я же к тебе пришла, только к тебе.

Алвин приподнял бровь и поджал губы. Глеб поспешно притянул девушку к себе и что-то зашептал ей на ухо, и я увидела, как напряжение покинуло её тело. В ворота «Подземья» Лариса вошла с гордо поднятой головой под завистливый шёпот вампироманов. Похоже, что так называемая адаптация началась.

– Что будет, если адаптация Ларисы окажется невозможна?

– Как что? – ухмыльнулся вампир. – Мы её съедим.

Я почувствовала, что меня так и тянет улыбнуться в ответ. В теле появилась пьянящая лёгкость, а мучившие вопросы стали казаться мелкими и незначительными. Захотелось послать всё к чертям и отдаться безумному веселью. Улыбка Алвина была прекрасна, она дарила радость, от которой перехватывало горло. Вампир смотрел на меня, его глаза излучали чистый восторг, и в глубине души начало зарождаться ликование. Он смотрел так только на меня, и самым естественным было подать ему руку и раствориться в этой ночи, стать её частью, ощутить на вкус…

Сжав виски руками, я поспешно усилила ментальный щит. В академии нас учили распознавать гипноз, а вот с энергетическим вампиром я столкнулась впервые. И чуть не попалась.

Я изо всех сил ударила кулаком об асфальт. Боль помогла окончательно сбросить наваждение. Сделав несколько глубоких вдохов, рискнула посмотреть на Алвина. Тот всё еще улыбался и протягивал мне руку.

– Фокус не прошёл, – дрожащим голосом сообщила я.

– Вижу. – Вампир вовсе не казался расстроенным. – Разрешите помочь вам встать?

– Спасибо, мне и тут неплохо.

Сидеть на асфальте было неудобно, но я не спешила подниматься. Да я вообще не сдвинусь с места, пока Демиан Норд не соизволит вернуться! Неужели было так сложно оставить хоть какие-то инструкции? К примеру, он мог бы уточнить, как долго мне предстоит торчать перед этими мыхревыми воротами, возле которых, между прочим, наметилось оживление. Я искренне надеялась, что хотя бы в этот раз никого не будут пинать.

Появившиеся в воротах вампиры избивать никого не стали, а перешли сразу к отбору. Процесс выглядел излишне поспешным и суетливым. Кровососы друг за дружкой дефилировали через ворота, на мгновение задерживаясь возле ожидающих их людей, а дальше всё происходило по одной и той же схеме: вампир протягивал руку и слегка кивал, избранный делал шаг вперёд и вкладывал свою ладонь тыльной стороной вверх. Вампир быстро склонялся и «клевал» желающего попасть в «Подземье» в запястье. Судя по тому, как люди вздрагивали, а некоторые ещё и вскрикивали, вампирские поцелуи сопровождались укусами.

– Это часть ритуала или дегустация? – всё-таки не выдержала я.

– Вам кажется это неприятным? – приподнял светлую бровь вампир.

– А какому нормальному человеку понравится, когда у него на глазах кого-то жрут?

– Тогда зачем вы пришли? Удовлетворить любопытство? И поднимитесь, наконец! Или такая поза для вас привычна?

Я вскочила на ноги – слишком быстро для того, кто последние двадцать минут просидел на корточках, – и наступила на собственный подол. Останься Алвин на месте, я бы растянулась на асфальте, но вместо этого вампир метнулся навстречу и схватил меня за предплечья. Восстановив равновесие, я постаралась освободиться, но вампир свёл мои руки ладонями кверху.

– Алвин, она со мной, – ледяным тоном произнёс появившийся по эту сторону ограды Норд. – И она не протягивала вам руку, – несколько напряжённо добавил он.

– Верно, она не подала мне руку, – коварно усмехнулся вампир. – Она протянула мне обе, – в подтверждение своих слов он наклонился и поцеловал мою правую ладонь, клыки слегка царапнули кожу.

– На вашем месте я бы держал себя в руках, – сухо заметил деймонар. – Насколько я знаю, у вас уже есть пять предупреждений.

– Три. Из города выставляют за три предупреждения… – пробормотала я, ощущая, что мысль снова от меня ускользает. От рук Алвина исходило тепло, стоять рядом с ним было так естественно, так уютно.

– Позвольте мне удовлетворить ваше любопытство и стать вашим проводником, – проникновенно попросил он, и снова у меня в голове прозвучал сигнал тревоги.

Рванув руки на себя, прошипела:

– Считайте, что своё шестое предупреждение вы только что заработали. Пора паковать чемоданы!

– Вы, разумеется, имеете право внести ваше мстительное предупреждение в базу данных, но на вашем месте я бы не спешил направлять ко мне группу с приказом на выселение.

– В этом городе существуют определенные правила…

Алвин запрокинул голову и рассмеялся, а потом оттолкнул меня.

– Хотите прогнать меня из города? Боюсь, ваше желание относится к разряду невыполнимых. – Вампир быстро склонился ко мне и прошептал на ухо: – Видите ли, я убью любого, кто рискнет это сделать. Приятной экскурсии, Тессия. «Подземье» ждёт вас. Норд, мой совет: не выпускайте её из виду, – с этими словами Алвин исчез.

Я задрожала, почувствовав, что ночной летний воздух стал неожиданно холодным. Норд был взбешён, более того, он и не думал этого скрывать.

– Руку! – рявкнул он таким тоном, что у меня и мысли не возникло протестовать, а все претензии, которые я намеревалась предъявить деймонару, сдохли в зародыше.

Я подчинилась под завистливый шёпот вампироманов, которым на этот раз не посчастливилось стать избранниками кровососов. Норд склонился к моей руке… и укусил. Нет, это была не имитация «поцелуя вампира», а болючий, самый что ни на есть настоящий укус, такой, от которого потом остаются синяки. Я взвыла и попыталась выдернуть ладонь, но куда там, только пальцы хрустнули.

– Какого…

Возмутиться я не успела: развернувшись, Норд потащил меня к воротам. Приподняв подол, я бежала следом, мысленно нахваливая себя за то, что осталась в кроссовках, и проклиная деймонара, который сам бросил меня, а теперь ещё был чем-то недоволен.

«Подземье» окружала магическая защита. Община привлекла для озеленения территории магов, и выращенные деревья оказались с сюрпризом. Внезапно до меня дошло, что каркасом охранного контура служили всё те же… мохнатые ели. Я споткнулась на ровном месте от неожиданности, а потом схватилась за ближайшую ветку. Иголки впились в ладонь, но я этого не заметила, потому что дерево действительно было наполнено магией и в то же время оставалось живым. Где-то глубоко под землёй, среди корней, находился кристалл-проводник, подпитывающий ель от потока стихии Земли. Вот и весь секрет аномально быстрого роста хвойных.

Я застыла, прислушиваясь к собственным ощущениям, изучала нечто, находящееся под землей. Казалось, что я стою на пороге великого открытия.

– Норд, это потрясающе! Три восходящих потока стихии Земли, и один нисходящий школы Смерти. Источник последнего где-то справа, возможно, под фундаментом замка. Подпитка непостоянная, пульсирующая. Если предположить, что в какой-то момент фазы колебания энергетических полей совпадают, то это принципиально разные виды энергии и должен быть преобразователь… Как бы я хотела выкопать эту штуку и разобраться, как она работает! Норд, у вас есть лопата?

– Тессия, успокойтесь. – Голос Норда доносился словно издалека. Деймонар сдавил моё запястье, заставляя разжать пальцы и выпустить еловую ветвь. Я зашипела и попыталась схватить её снова, но деймонар развернул меня к себе лицом. – Сделайте медленный вдох и ответьте, где вы сейчас находитесь?

– Да какая разница где, если рядом со мной подобная прелесть?

Я чувствовала её вибрацию под ногами, ощущала запах: резкий, горький, сменяющийся тягучим, обволакивающим, смолянистым ароматом.

– Отвечайте, чёрт бы вас побрал!

– Возле совершенно потрясающего, уникального…

Норд обхватил мою шею рукой, заставляя задрать подбородок вверх, посмотреть ему в глаза.

– …удивительного, манящего, притягательного…

Зарычав, Норд накрыл мой рот своим. Горячие губы подавляли, подчиняли, не давали сосредоточиться и мысленно прикоснуться к тому чуду, которое ожидало меня под землей. Я задыхалась, точно рыба, выброшенная на песок, чувствовала, как окружающее меня волшебство исчезает под натиском яростного, требовательного поцелуя.

А какого мыхря меня вообще целуют?

Я протестующе замычала, и меня сразу же отпустили.

– С возвращением, Тессия, – насмешливо протянул Норд.

– Вы меня поцеловали!

– Предпочли бы, чтобы я вас ударил?

На самом деле я бы предпочла не соглашаться на посещение «Подземья», но отступать было уже поздно, поэтому я перешла к тому, что в стрессовых ситуациях получалось у меня лучше всего, – к сбору информации. Обо всём остальном я смогу подумать, когда вернусь домой.

– Что это было? Норд, я имею в виду вовсе не поцелуй, – поспешно уточнила я.

– Всего лишь небольшое последствие от общения с вашим новым знакомым. Наверняка вы заметили, что Алвин – не обычный вампир.

– Энергетический, я это уже поняла.

– Не совсем так. Он способен не только поглощать эмоции, но и эманировать их по собственному желанию.

– Но подобное поведение…

– Абсолютно законно. Запрет на передачу эмоций не прописан в «вампирских инструкциях», – отрезал Норд.

– Сама знаю, – пробормотала я, отмечая явный промах, допущенный при составлении этих самых инструкций.

– Что касается вас, – невозмутимо продолжил деймонар, – то Алвин совершил ошибку, решив воздействовать по отработанной схеме.

– Как на вампиромана? – уточнила я.

– Верно. Вот только вы у нас не вампироман, а ищейка. У вас слегка другие приоритеты, и в восторг вас приводят совершенно иные вещи.

– Выходит, если бы меня больше всего на свете интересовали, допустим, украшения, я бы помчалась к ближайшему ювелирному магазину?

– Или же напали на первую попавшуюся девушку, чьи сережки бы вам приглянулись.

Я вспомнила чувство беззаботной, пьянящей эйфории, которое меня охватило в присутствии Алвина, такое же я ощутила, почувствовав нечто, закопанное под елью. Я поспешно подняла глаза к небу, не хватало ещё, чтобы повторно глючить начало. И всё-таки это было потрясающе, подобного чистого восторга я не испытывала со времен академии.

– Вы выглядите расстроенной, – заметил Норд. Судя по тону, это была не забота или сопереживание – просто констатация факта.

– Знаете, то, что вы мне сейчас рассказали, меня не обрадовало.

– Это всего лишь откат. Ещё некоторое время вам будут свойственны перепады настроения. В «Подземье» лучше не отходите от меня ни на шаг.

– А вы не пропадайте без предупреждения, – проворчала я, обдумывая услышанное. – Норд, а если бы я находилась в активном поиске спутника жизни, то начала бы вешаться на всех мужчин подряд или только на вампиров? – уточнила на всякий случай я. Поведение вампироманов всё не шло у меня из головы.

– В этом случае, гарантирую, ваша экскурсия в «Подземье» закончилась бы, так и не начавшись…

– Опасаетесь, что я бы испортила вам репутацию своим поведением? Знаете, после того что я увидела перед воротами…

– Уверен, что смог бы предложить вам более интересное место для проведения экскурсии, – коварно усмехнулся Норд, и почему-то задавать вопросы резко расхотелось. – Идемте, мы опаздываем. И, прошу, не прикасайтесь вы к этим чертовым деревьям!

Я помчалась вприпрыжку за стремительно удаляющимся Нордом.

Интерьер вампирского замка не произвёл на меня особого впечатления. Возможно, всему виной была его предсказуемость: обилие чёрного и красного. Багрово-коричневые драпировки на окнах и над арочными проёмами да мягкий ковер глубокого винного цвета намекали, что существа, обитающие в этом месте, зациклены на оттенках крови. Подвесные люстры в классическом стиле гармонично сочетались с изящными столиками на изогнутых ножках. На зеркально-чёрной поверхности алели крошечные букетики из трёх полураскрывшихся бутонов роз. Деймонар взял со стола один из них и повернулся ко мне.

– Протяните руку.

– А это ещё зачем? – Я с подозрением уставилась на безобидные с виду цветы.

– Местная традиция.

Я подошла к столу и схватила ближайший букетик.

– Здесь цветы посвежее. – Я защёлкнула кнопочную застёжку на левом запястье, затем обратила внимание на тыльную сторону правой руки и вздрогнула: на ней проступил след от укуса в форме двух полумесяцев. Проведя пальцем по красно-фиолетовой изогнутой линии, почувствовала, что кожа в этом месте опухла, но боли я не ощущала. Присмотревшись, увидела, что от отметины протянулась мелкая сеточка лопнувших капилляров. Слова Норда окончательно развеяли все сомнения:

– Я поставил вам метку, которая сообщает местным вампирам о том, что у вас уже есть сопровождение.

– Я не давала согласия!

– Предпочитаете, чтобы вас цапнул настоящий вампир? Это легко устроить.

Ответить я не успела, поскольку Норд резко обернулся к арочному проёму, ведущему в соседний зал. С тихим шорохом взметнулись шторы и драпировки на стенах, потревоженные невидимым смеющимся вихрем. Он промчался мимо нас, разложенные на столе букеты посыпались на пол. Присев на корточки, я начала собирать упавшие браслеты.

– Пожалуй, сегодня я согласна на оба, – игриво пропел знакомый женский голос и капризно добавил: – Дорогуша, не жадничайте, этой ночью никто не будет обделён вниманием.

Поднявшись, я положила собранные с пола букетики на мраморную столешницу и откинула с лица волосы.

– Добрый вечер, Ольга, а Аркадий Игоревич в курсе, чем занимается его помощник по организационным вопросам в свободное от работы вр… – Я замерла на полуслове. Нет, мне точно в последнее время везёт как утопленнику!

Я не ошиблась и верно определила на слух голос Ольги Черновой, вот только желание позлорадствовать исчезло напрочь, потому что рядом с ней стоял тот самый вампир, которого я полоснула ножом на кладбище. Кровосос обещал мне скорую встречу. Что ж, та состоялась раньше, чем я предполагала.

У Алексея были причины испытывать ко мне чувства, далекие от симпатии. В какой-то степени именно я послужила причиной того, что сегодня на кладбище он облажался, и не один раз.

– Доброго вечера и тебе, «упыриха», – сверкнул белоснежными клыками Алексей, явно не собираясь выходить из образа «придурка с кладбища». Станислав дал понять, что «Лёшик» связан интимными отношениями с главой общины. Учитывая, как он прижимал к себе Ольгу, эти отношения были довольно-таки свободными.

– Добрый, – выдавила ответную улыбку я. – Говорят, вы неплохо нагрели руки на сливе инфы репортерам. Проблема с наличностью на ближайшее время решена?

Алексей вздрогнул, на скулах обозначились желваки, Ольга успокаивающе погладила вампира по руке и вложила ему в ладонь два браслета. Глаза вампира сверкнули, и интерес, появившийся в них, был явно не гастрономическим.

– Аркадий Игоревич никогда не призна́ет восставшую из мёртвых внучку. – Улыбка Ольги источала яд. – Хотя если слухи не врут, то данное недоразумение в скором времени разрешится само собой.

– Прерванный ритуал, неудавшееся воскрешение… Слишком похоже на сказку, не находите? – с издевкой протянула я. – Многоуважаемый депутат никогда не признается, что у него в роду объявилась нежить, ведь это такой вред для репутации. Скорее всего, заявит, что его внучка затеяла жестокий и нелепый розыгрыш. Наталью выставят эксцентричной, себялюбивой особой, инсценировавшей собственное убийство. На сенсацию не тянет. Кто там поймёт этих одарённых чудаков? А вот то, что помощница непогрешимого депутата за спиной у босса обжимается с…

Рука Норда оплела мою талию, последовал рывок, и деймонар притянул меня к себе.

– Достаточно, – предупреждающе обронил он.

– Поняла. Молчу. – Попыталась вырваться, но меня прижали ещё крепче.

Ольга приподняла правую руку ладонью вверх, позволяя вампиру закрепить браслет. Черная лента скользнула змейкой вокруг запястья, женщина прикрыла глаза и отбросила волосы назад. Алексей быстро склонился к её шее и вонзил клыки. Ольга вскрикнула от боли, но спустя пару секунд искаженное мукой лицо разгладилось, и на нём расцвела блаженная улыбка.

Норд заставил меня досмотреть спектакль до конца: подзакусив, вампир развернул Ольгу к себе лицом и надел на неё второй браслет, затем последовал уже обычный поцелуй. Ну почти обычный, во время него вампир так лапал и прижимал к себе женщину, что следующим этапом могло стать опрокидывание партнёрши на стол. К моей несказанной радости, обошлось. Как только Алексей отпустил Чернову, та, словно зачарованная, потянулась к нему снова. Алексей склонился к Ольге и легко «клюнул» её в лоб. Вздрогнув, она звонко рассмеялась. Вампир подхватил женщину на руки – и по коридору снова пронёсся небольшой ураган.

После исчезновения парочки Норд меня отпустил. В этот раз я не стала поднимать упавшие на пол браслеты, более того – решила избавиться от своего. Как там Ольга сказала? Сегодня она согласна на оба?

– На вашем месте я бы этого не делал, – невозмутимо заметил Норд.

Я же рванула застёжку и швырнула браслет на стол. Пусть другие надевают! Судя по тому, что я видела перед воротами, некоторые ещё и передерутся за право обладания сомнительным украшением. Браслет на правой руке означал согласие на укусы, на левой – на обжимашки с кровососами. Украсившие оба запястья получали полный пакет «услуг». Я смотрела на красные бутоны, усыпавшие тёмный ковёр. Кажется, с сегодняшнего дня я стану испытывать отвращение к алым розам.

Норд молча поднял один из браслетов и протянул мне. Я демонстративно покачала головой и сложила руки на груди. В ответ деймонар одарил меня тяжёлым взглядом, но всё-таки снизошёл до объяснений:

– Левая рука – дар плоти, правая – дар крови. Ваш выбор? Если вам станет легче, то я вас уже отметил, так что формальности соблюдены.

Так, пора сваливать на фиг из этого «Подземья». Насмотрелась уже по самое не хочу, до конца жизни хватит, а уж какие «полезные» знакомства чуть ли не на пороге завести успела. Я обернулась и посмотрела через плечо на входную дверь.

– Хотите сбежать? Валяйте! Вы же у нас гроза вампиров, просто профессиональная истребительница нежити, – с издевкой протянул Норд. – Ваша серебряная зубочистка уже стала знаменита. Какого чёрта вы сегодня делали на кладбище? – рявкнул деймонар, и я едва не подпрыгнула на месте. – Почему, придя в «Подземье», я спустя полминуты узнаю, что вы в паре с каким-то щенком едва не уделали одного из фаворитов Елены?

– Уделали? Да я его слегка поцарапала, а «Столп света» был неожиданностью и для меня самой. Между прочим, этим заклинанием в принципе нельзя никого убить, – немного подумав, добавила я.

– И всё? А стрелял в Алексея кто?

– Мой начальник, Филипп Юдин. Этот ваш Алексей – самый настоящий псих, он меня и Игоря чуть не цапнул.

– Алексей – всего лишь избалованный человеческий ребёнок, выросший среди вампиров, посвящение он прошел недавно, – уже расслабленно произнёс Норд. – Но ссориться с ним не рекомендую, впрочем, вы, как я понял, уже успели. Вы вообще поразительно везде успеваете. Будь я на месте Авриля – приковал бы к кровати и позаботился, чтобы у вас не осталось времени на совершение глупостей.

Чудовищным усилием воли я удержалась от заявления, что мои отношения с Михаилом его не касаются. Вместо этого подобрала юбку и направилась в тот конец холла, где виднелась широкая, покрытая алым ковром парадная лестница. Обернувшись, я увидела, что Норд так и стоит на месте с застывшим лицом, а серые глаза мерцают расплавленным серебром. Выглядело эффектно. Внутри меня начали закипать ответное раздражение и злость.

– Норд, сожалею, если моё появление на кладбище каким-то образом спутало ваши планы, но я не могла запереться дома и провести целых два дня в ожидании. Поясняю для непонятливых: я не могла тупо сидеть и ждать, когда же за мной явится деймонар и отведёт на вампирскую вечеринку. У меня есть работа, у меня есть обязательства перед УПИРом. Да, и знаете что? Местная тусовка – отстой!

Губы Норда дрогнули, и я не сразу поняла, что он сдерживается, чтобы не рассмеяться.

Деймонар всё-таки надел на мою руку браслет. В сочетании с меткой он должен был помочь мне избежать внимания со стороны вампиров. Пока мы поднимались по лестнице, нас раза четыре обгоняли кровососы, сопровождавшие на вечеринку избранных из числа вампироманов. Тех самых, которые ещё недавно околачивались у ворот «Подземья». Среди них была и чокнутая в серебристом платье, мечтавшая стать матерью клыкастенького младенчика. Пышная юбка девушки опала и слегка путалась в ногах, в погоне за мечтой она уже где-то потеряла кринолин. Судя по тому, как на неё посматривал вампир, этой ночью она расстанется не только с нижними юбками.

Как только мы миновали последние ступеньки, я дёрнула Норда за рукав и кивнула на гобелен, висящий в нише справа от высокой двустворчатой двери. Деймонар закатил глаза, но всё же подошёл к заинтересовавшему меня изображению одинокого вампира, сидящего на берегу реки.

– Только не говорите, что у вас очередной приступ паники.

– Мне кажется, что вы кое-что забыли. Мыхревы инструкции! – процедила сквозь зубы я.

– Тессия, вы меня удивляете. Это же вечеринка. Развлекайтесь. – Он взял меня за руку и подвёл к двери, которая в то же мгновение распахнулась.

Очутившись в зале, я обнаружила, что Норд снова куда-то исчез. В этот раз без предупреждения. Только что маячил позади и пристально следил за каждым моим движением, но стоило на секунду отвлечься – опять испарился. Следовать его совету и развлекаться я не собиралась, но осмотреться стоило. Хотя бы для того, чтобы было о чём написать в отчете.

На вампирской вечеринке действительно танцевали: под медленную музыку по залу кружили пары. В очередной раз пришлось признать правоту Норда, заставившего меня надеть платье. Дамы, независимо от наличия клыков, щеголяли в вечерних туалетах. И всё же наряды вампирш заметно отличались. Если приглашенные на вечеринку человеческие девы могли позволить себе взять платье напрокат – коротковатые подолы и излишне облегающие лифы выдавали одежду с чужого плеча, – то на вампиршах даже наряды с вычурным кроем сидели как влитые. При выборе украшений вампироманки и вовсе шли вразнос, как сороки, дорвавшиеся до халявных блестяшек. Не иначе как увешанная фальшивыми бриллиантами шея выглядела аппетитнее. Мужчин я старалась рассматривать аккуратно, поскольку пару раз уже наткнулась на ответные, полные любопытства взгляды. К счастью, интерес в глазах вампиров угасал, как только они замечали браслет.

Нервно разгладив ткань юбки, я встала практически вплотную к стене. Я ни на секунду не забывала, что любой обративший внимание на мою спину увидит эльфийские руны. Не то чтобы я их стеснялась, просто чувствовала, что стоит кому-то поинтересоваться их происхождением, и я не смогу сдержаться: попросту пошлю любопытного на хрен.

Только я подумала о любопытных, как ко мне направился парень, спровоцировавший драку у ворот. Судя по двум бокалам с чем-то кроваво-красным, он явно стремился продолжить начатое знакомство.

– Скучаем, красотка? – вампироман ухмыльнулся, протягивая мне бокал.

Я демонстративно сложила руки на груди.

– Да ладно тебе, не дуйся. Вижу, что ты не по этой части. Из газеты или из новостей? – чуть склонившись ко мне, шёпотом поинтересовался он.

Вопрос оказался полной неожиданностью, хотя бы потому, что практически попал в точку. Широко улыбнувшись, я объявила:

– Сознаюсь: вы меня поймали.

– Ещё десять минут простоишь у стены, и большая часть присутствующих станет задаваться примерно этим же вопросом. – Мужчина отлил немного из второго бокала в свой, пригубил, после чего протянул мне свободный. – Попробуй, оно того стоит, заодно расслабишься. А то затаилась тут, стреляешь голубыми глазищами, словно хищник, выслеживающий добычу.

– И как вы догадались? – хмыкнула я, принимая из рук мужчины бокал.

– Как я догадался? По браслету на твоей руке. Он означает, что у тебя уже есть партнёр на этот вечер, и в то же время тебя ещё не пробовали на вкус. Я уже не первый год посещаю вампирские приёмы и встречал таких, как ты: осторожных, скептически настроенных, тех, кого привели в «Подземье» скука и любопытство…

– Или работа, – упрямо добавила я.

– Или работа, – с хитрой улыбкой повторил вампироман, сверкнув искусственными клыками. – Такие у нас тоже бывали. – Он еле заметно кивнул вправо. – Знаешь, кто это?

Я обернулась и снова увидела Чернову, в этот раз она прижималась не к Алексею, а к незнакомому рыжеволосому вампиру.

– Ольга Чернова. Из штаба депутата городской думы.

– Не просто депутата, а самого Миронова, – мужчина скривился и буквально выплюнул фамилию ненавистного политика. – Пожаловала к нам с месяц назад, вещала какую-то чушь о том, что «Подземье» должно быть открытой территорией, а вампиры стать ближе к людям и не подчеркивать своё превосходство. Короче, ахинею полнейшую несла, а сама между делом всё вампироманов, проживающих в «Подземье», расспрашивала: нет ли у тех жалоб на кровососов, не слишком ли часто их вампирюги кусают, не практикуется ли у них бытовое насилие. Ей предложили на собственной шкуре испытать, насколько близко вампир может быть к человеку, и эта идиотка согласилась. Впрочем, у неё не было шансов, поскольку предложение исходило от Алвина.

– И что было дальше? – быстро спросила я, опасаясь, как бы вампироман не счёл лимит откровений исчерпанным.

– А дальше Ольга пошла по рукам и клыкам, – с мрачным удовлетворением поведал он. – Наверняка до её босса так и не дошло, что же произошло с помощницей.

Бокал в моей руке дрогнул, и я едва не вылила его содержимое себе на юбку.

Не дошло? Как бы не так! Миронов прекрасно понимал, во что выльется сознательная провокация вампиров. Мыхрев депутат отправил Чернову с ворохом придурочных требований и предложений в логово кровососов, не поставив в известность УПИР! Зато теперь в его распоряжении имелась вампирская марионетка, которую в случае необходимости можно предъявить избирателям в качестве аргумента против кровососов.

Я считала, что потасовка между Натальей и Ольгой на парковке была связана с внутрисемейными разборками Мироновых, но что, если источник конфликта находился в «Подземье»? Что могли не поделить некромантка и вампироманка? Неужели Николая? Глядя на то, как Ольга извивалась в объятиях партнера по танцу, я засомневалась, что она вообще различала кровососов. Ещё недавно таяла в руках Алексея, теперь его сменил этот рыжеволосый. Черновой было всё равно, кто её танцует, главное, чтобы кусал в процессе.

– А сами вы здесь как оказались? Захотели испытать поцелуй вампира?

– Вампиры ценят тех, кто способен терпеть боль. Некоторым нравится и без гипноза… – на губах мужчины расцвела чувственная улыбка, словно он вспомнил что-то приятное. – Вампиры честнее! – отрывисто бросил он. – Любому, решившемуся впервые подставить здесь шею, придется подписать уйму бумаг, в которых указаны права и обязанности обеих сторон. Это только люди могут открыто шипеть на кровожадных вампирюг, объявляя их монстрами, и по-тихому оформлять документы на постоянное донорство.

У вампиров обострённый слух, хоть до оборотней им далеко. Когда вампироман произнёс кодовую фразу «постоянное донорство», около десяти кровососов обоих полов повернули головы и посмотрели на него.

– Потрясающе! – прошептал он. – Когда они вот так вот смотрят, можно кончить от одного лишь взгляда.

– Тогда почему вы ещё не спустились вниз? Там наверняка не только смотрят.

– Потому что это билет в один конец. Но ты права, внизу происходит самое интересное. Когда-нибудь и я решусь стать спутником вампира… Прошу прощения, но я вынужден тебя покинуть. Мой совет: если не хочешь привлекать внимание – не подпирай стену в гордом одиночестве, пообщайся с людьми. Вероятно, и их истории покажутся тебе интересными.

– Истории?

– Ты же собираешь материал для статьи? Так дерзай! Будет забавно прочитать, что получится. Если же захочешь углубиться в материал…

– Не захочу! – отрезала я.

– Дело твоё, я хотел всего лишь предупредить, что лучше, если в первый раз это произойдёт с древним. Новообращенные часто забываются. В результате их партнёров приходится откачивать.

Сверкнув напоследок керамическими клыками, мужчина направился через зал, ловко лавируя среди танцующих. С некоторым сожалением я отметила, что так и не выяснила его имя.

Я снова нашла Чернову. Та по-прежнему кружилась по залу в объятиях вампира. Вероятно, я увлеклась, потому что её партнёр резко обернулся, за ним повернулась и Ольга. Отводить взгляд было уже поздно, я отсалютовала Черновой бокалом и сделала глоток. Последовавший энергетический всплеск оказался полной неожиданностью. Охнув, я прислонилась спиной к стене и, стиснув зубы, тихонько заскулила.

Внутренний энергетический резерв оказался переполнен. Голова кружилась, в ушах нарастал гул, кости ныли, как при сильной простуде. Лёгкие разрывались от напряжения, будто я после длительной пробежки, вместо того чтобы плавно снизить скорость, резко остановилась и прилегла отдохнуть. Зажмурившись, попыталась расслабиться. Только не паниковать, не делать лишних движений. Как же мне хотелось избавиться от части энергии! Для этого хватило бы и одного заклинания.

Я заморгала в попытке сфокусировать взгляд на руке.

– Здорово, правда? – злорадно заметила Ольга.

С трудом разлепив веки, увидела, что вампироманка стоит рядом со мной. Она взяла из моей дрожащей руки бокал и залпом выпила его содержимое до последней капли. Сладко потянувшись, загадочно улыбнулась:

– Потрясающе! Или на магов багрянец действует как-то иначе?

Хитрая тварь! Притворялась или действительно не знала, к чему приведёт внезапное переполнение магического резерва? К необходимости сбросить излишек с помощью какого-нибудь заклинания. Но у вампиров наверняка на этот случай припасена сигнализация. Заскрипев зубами, я развернулась и впечатала кулак в стену.

Если бы я подозревала, что за этим последует, то приложила бы Чернову снопом огненных искр. В этом случае я выставила бы себя истеричным магом, не уважающим законы гостеприимства. А так я подставилась. Конкретно подставилась – мой кулак пробил стену и ушел вглубь, по изящной лепнине поползла сеть трещин. Я дернула руку назад, вытащив кисть из стены, и охнула от боли. То, что все присутствующие в зале уставились на меня, было ожидаемым и логичным – не так часто на вампирских вечеринках гости стены проламывают – а вот то, что кровоточащие ссадины на костяшках начали затягиваться на глазах, было уже слишком.

– Какого хрена вы тут вытворяете? – вибрирующим от ярости голосом поинтересовался появившийся Норд.

– Следую вашим инструкциям – развлекаюсь! Что может быть круче, чем внести коррективы в вампирский интерьер?!

Я захлопнула рот на полуслове. Проклятие! Что я несу?

Щеки коснулся порыв ветра, и сбоку возник вампир. Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, кто объявился рядом, – ауру Милодара Вячеславовича я запомнила ещё на кладбище. Я обернулась, чтобы поприветствовать некоронованного правителя «Подземья», но слова буквально застряли у меня в глотке, потому что вампир схватил меня за руку, чуть не вывернув её из плечевого сустава. Прохладные пальцы сжали запястье, Милодар молча изучил заживающие ссадины, оценил дыру в стене и объявил:

– Человечка оказалась не настолько безобидна, как ты утверждал. – Он отпустил мою руку и медленно обошёл вокруг меня.

– На самом деле я…

Но вампир не удостоил меня взглядом, всё его внимание принадлежало Норду.

– Я не отказываюсь от своих слов, – отрывисто бросил тот. – Девчонка находится под моим контролем.

– Под полным контролем, говорите? – В ехидном голосе Алексея прозвучало торжество. Толпа расступилась, давая ему выйти вперёд. – Докажите.

– Боюсь, что вы ошибаетесь. Норд всего лишь сопровождает меня…

– По закону альфы, – уточнил Милодар. Он меня не слушал. Просто не замечал. Для него я была человечкой Норда.

Деймонар положил руки мне на плечи и развернул лицом к себе.

– Как я уже упоминал, моё слово имеет вес в «Подземье». Проблема в том, что ваша лояльность по отношению ко мне ставится под сомнение.

– Какое мне до этого дело? – прошипела я и вздрогнула, почувствовав, как нас окружил звукоизолирующий контур. – Допустим, вампиры меня не любят…

– Вы не представляете насколько. Елена пропала, – огорошил меня Норд. – С полчаса как узнал. Нам пора выбираться.

– И при чем тут я?

– Не так давно защита «Подземья» зафиксировала следы магии фейри внутри замка.

Желание ёрничать и выяснять отношения исчезло. Слишком просто было связать мое появление в замке и исчезновение главы общины. Уверена, на эльфийские руны на моей спине многие обратили внимание.

– Идемте, – кивнула я, желая как можно быстрее покинуть вампирское логово.

– Не всё так просто. Я должен за вас поручиться. Для вашей же безопасности.

– Но сначала мне придется доказать верность по закону альфы?

– «Ночная орхидея» – территория оборотней, – туманно пояснил Норд, но мне было не до мыхревых загадок, потому что я прекрасно поняла, чего от меня ожидали.

Согласно закону альфы слабые признают власть вожака, склоняя голову, в человеческой ипостаси – стоя на коленях. Равные же отстаивают право оставаться на ногах. Я медленно обернулась и окинула взглядом присутствующих в зале вампиров. Все они хотя бы раз посещали Управление по иным расам во время регистрации и знали о моём положении в УПИРе. И пусть у меня был всего лишь статус консультанта, в какой-то степени я была представителем власти в этом городе. Я понимала, что если сейчас опущусь на колени, то уже никогда ни единый кровосос не воспримет меня как сотрудника УПИРа, для всех я стану человечкой Норда. Работа в управлении – единственное, что у меня осталось, и я никому не дам отнять её у меня.

Вскинув руку, я, не целясь, произнесла нужные слова.

Снаряд срикошетил от Норда и впечатался мне в спину. Первый порез появился под левой лопаткой. Я опустила голову и зажмурилась. Отраженное заклинание жалящими иглами струилось по моей спине.

Не думать о Норде, забыть о Милодаре и о том, где нахожусь. Сейчас главное – удержаться на ногах. Преданность можно демонстрировать не только на коленях. Лишь бы деймонар не решил меня добить.

Вторая рана образовалась на пояснице. Платье на спине стало липким и мокрым, но это ничего. Потерплю. Я сжала руки в кулаки в ожидании третьей волны отраженного проклятия. Странно, что я всё еще стою на ногах. Должно быть, багрянец притупил боль. Чудо-цветок из мира фейри. Я и не предполагала, что могу так вляпаться из-за него.

Ждать. Терпеть. Держаться.

Меня трясло в лихорадке. У каждого организма есть свой предел. Своего я ещё не достигла. И зачем только я согласилась надеть это платье? Какая тяжелая юбка. Пальцы вцепились в жёсткую хрустящую ткань. Только бы не отключиться, только не сейчас…

После третьего пореза я всё-таки закричала. Эхо подхватило мой крик и разнесло по залу. Только теперь я осознала, что в нём стало тихо. Слишком тихо. Казалось, что прошла вечность, хотя я понимала, что на самом деле экзекуция длилась не более пяти секунд. Я открыла глаза и подняла голову. Перед глазами всё плыло, и я почувствовала, что плачу. Плачу от безысходности, плачу, потому что мне страшно. Норду достаточно произнести несколько фраз, чтобы заставить меня стать на колени, и тогда всё окажется напрасно. Я покачнулась и начала оседать на пол. Норд подхватил меня под мышки, внезапно его лицо оказалось рядом с моим:

– Только попробуйте упасть в обморок после того, что вы тут устроили, и я брошу вас в «Подземье».

Раненую? Истекающую кровью? С вампирами?

– С вампирами. – Деймонар верно прочитал мысли по моему лицу. – А они не привыкли упускать возможности, впрочем, как и я…

Норд поставил меня на ноги, аккуратно развернул и прижал спиной к груди, я стиснула зубы в ожидании новой вспышки боли, но её не последовало. Обезболивание, улучшенные физические возможности, энергетическое восстановление. Воистину чудо-средство, за обладание таковым можно пойти на многое, в том числе и на убийство.

– Выше голову. Держите лицо. Давайте доведём ваше представление до логического завершения, – подозрительно мягко прошептал на ухо Норд. – Надо же. Я недооценил вас.

Я устояла на ногах, вампиры видели это, он уже не мог объявить меня своей слугой. Но это значит…

Рука Норда легла мне на грудь, горячий поцелуй обжег висок.

– Как видите, моя женщина ещё не склонила голову передо мной. С той, кто не боится смотреть тебе в глаза, намного интереснее…

Я дёрнулась и протестующе замычала, на большее не была способна, потому как этот мыхрев деймонар, как и в клубе, лишил меня возможности разговаривать. Задрав подбородок, рискнула посмотреть на Милодара. Тот помолчал немного, а затем, кивнув Норду, покинул зал. Алексей зло зыркнул на меня и двинулся следом.

Стоило местным лидерам общины уйти, как снова зазвучала музыка, вампиры и люди разбились на пары. Несколько кровососов в сопровождении человеческих спутников торопливо покинули зал через двери, ведущие на балкон. Вряд ли моя окровавленная спина пробудила у них желание подышать свежим воздухом, скорее всего, у некоторых разыгрался аппетит. Словно в подтверждение моих мыслей двое танцующих плавно поднялись в воздух и скрылись в галерее. Мне показалось, что сквозь звуки музыки я расслышала громкий женский вскрик.

Вечеринка продолжалась…

Я не помнила, как Норд вывел меня из зала. Последняя картинка, отпечатавшаяся в памяти, – колышущиеся бордовые драпировки. Серая каменная кладка возникла перед глазами внезапно. Сперва я приняла её за зрительный глюк. Часто заморгала и оказалась прижата лбом к стене. Аккуратно так прижата, и рука, фиксирующая голову, явно не спешила покидать затылок. Кажется, в бальном зале я перехитрила саму себя.

И почему я решила, что деймонар согласится признать человечку равной себе, пусть и по закону оборотней? Странно, что он не размазал меня по полу прямо перед вампирами. Между тем рука сместилась чуть ниже, поглаживая затылок, но нежности в этом прикосновении не ощущалось. Скорее, оно было изучающим, точно так же хищник ощупывает жертву, прежде чем вонзить в неё зубы. Не успела я возмутиться, как тишину нарушил звук рвущейся ткани.

– Какого мыхря… – всё-таки выдохнула я еле слышно и поспешно подхватила сползающее с плеч платье.

Раны уже перестали кровоточить, покрылись коркой засохшей крови, но стоило деймонару отодрать прилипшую к ним ткань, как спина снова стала влажной. Я дотронулась до лопатки. Так и есть – кровь. Меня начало ощутимо подташнивать. Багрянец оказался чудесным обезболивающим, но кровопотерю он не компенсировал. Норд продолжил отдирать прилипшее к порезам платье от поясницы. Ей досталось больше всего.

– Пожалуйста. Не надо. Прекратите…

– Прекратить? Отчего же? Я же только начал, – мягким, вкрадчивым голосом сообщил он и сорвал остатки полупрозрачной ткани. Затем последовал шумный вдох. Норд меня обнюхивал! – Нет, вы не оборотень. Тогда… Вашу мать, откуда привкус багрянца?

– Норд, вы там что, жрёте мою кровь?!

В ответ донеслось низкое рычание. Не успела я испугаться, как вокруг нас взметнулось тёмно-синее пламя портала. Уже во время перехода деймонар склонился ко мне и до меня донеслось:

– Никогда больше не смейте пытаться меня переиграть.

Увидев, куда перенёс нас портал Норда, я чуть не заплакала от облегчения. Я была дома. В своей спальне. В окружении любимых кактусов. Рядом по-прежнему маячил деймонар. Спровадить его следовало как можно быстрее. Мне так хотелось сбросить остатки платья и наконец-то добраться до аптечки! Спина не болела, но я не хотела рисковать. Да и раны следовало обработать.

– Спасибо за незабываемый вечер! Это было круто! – с наигранным энтузиазмом заверила я.

Если Норд не свалит в ближайшее время, то я всё-таки упаду ему под ноги. Уже от усталости. Брови Норда поползли удивлённо вверх, а затем на его губах появилась нехорошая улыбка.

– Безумно рад, что ваш вечер удался, – звенящий голос Михаила показался мне громом среди ясного неба. Я осторожно сделала шаг в сторону, не забывая придерживать руками платье. Орлов сидел на диване, и вид у него был чересчур напряжённый.

Увидев меня, Михаил вскочил. Я же едва не всхлипнула от облегчения.

– Миша, как хорошо, что ты…

Слова благодарности застряли в горле, потому что Михаил в два прыжка подскочил к Норду и врезал тому кулаком в челюсть. Деймонар не остался в долгу: его кулак метнулся вперёд с быстротой молнии. В воздухе разлился резкий, удушающий запах имбиря и мяты. Эльф и деймонар активировали защиту либо усилили её элементы. Вокруг застывших в молчаливом противостоянии мужчин замерцали синие и фиолетовые искры.

Что ж, я давно привыкла рассчитывать только на себя. Вцепившись в юбку и приподняв её повыше, я вылетела из комнаты.

Сначала я собиралась смыться не только из спальни, но и из квартиры. Прошмыгнуть в подъезд, спуститься по лестнице и раствориться в ночи. Пальцы уже сжимали дверную ручку, как меня настиг очередной всплеск магии, обжигающий, как удар кнута. Я пнула стену и вытерла слёзы. Защитники мыхревы! Удавила бы! И почему я должна куда-то бежать? Да ещё и полуголая, в разорванном, окровавленном платье. Далеко однозначно в таком виде не уйду и не уеду. Никто нормальный со мной связываться не захочет, а психов и тут хватает.

Доковыляв до ванной, включила душ и прислонилась лбом к прохладной плитке. Струи воды забарабанили по керамической поверхности, но и они не в силах были заглушить грохот, доносившийся из спальни.

Я-то, дура наивная, возомнила, что Орлов так резко вскочил с дивана, потому что почувствовал, что я ранена и измотана, а ему, видите ли, платье сползающее не понравилось. Платье! Всё дело было лишь в нём!

Злость и ярость придавали сил, и этим стоило воспользоваться. Кто знает, когда действие багрянца закончится. Я с тоской покосилась на аптечку, но решила не рисковать. Последнее, что мне было нужно, – аллергическая реакция или какой-нибудь занятный побочный эффект от смешивания земных таблеток и экстракта из мира фейри. Вот приеду в УПИР и сдам Соколову кровь для анализа. Одно дело, предполагать, что меня опоили багрянцем, и совсем другое – иметь на руках официальное заключение из лаборатории.

Чтобы снять подарочек деймонара, пришлось воспользоваться ножом: на правом плече ткань прилипла намертво, а сорвать её по методу Норда я не рискнула. Сначала обкромсала платье на талии, мыхрев нож так и плясал в дрожащих пальцах, в результате чуть было не обзавелась ещё одним порезом. Положив нож на край раковины, забралась в ванну и подставила спину под прохладный душ. Прижав ноги к груди, уткнулась лицом в колени. Стащила отмокшие тряпки, рискнула дотронуться до спины. Оставалось самое неприятное…

Я почувствовала приближение Михаила за мгновение до того, как он постучал в дверь.

– Тесс, как ты?

– Жить буду. Проваливай!

– Тебе нельзя сейчас принимать медицинские препараты.

– Поздно! Я уже полпузырька обезболивающего выжрала.

Дверь распахнулась с громким треском, слетев с верхних петель. Михаил запрыгнул в ванну, схватил меня в охапку и развернул лицом к себе. Проверив пульс на шее и зрачки, он обеспокоенно выдохнул:

– Сколько?

– Сколько прошло времени или сколько съела?

Вместо ответа на вопросы Михаил дотянулся до пластмассового стаканчика, в котором у меня стояла зубная щетка и тюбик пасты, вывернул содержимое в раковину, набрал воды и сунул стакан под нос.

– Пей!

– Да успокойся ты! Не принимала я ничего!

Михаил замер, помолчал немного, а затем переспросил:

– Точно? Тесс, если ты меня смущаешься, то я выйду, но желудок нужно прочистить как можно быстрее…

– Миш, всё нормально, – пролепетала я, в горле пересохло, потому что Михаила в ванне стало чересчур много, а одежды на мне слишком мало. – Выйди, пожалуйста.

– Всё-таки смущаешься? – довольно хмыкнул он.

– Ты дверь в ванную сломал. Сначала зомби окно на кухне вынес, теперь ты дверь высадил, – проворчала я. Перекинув волосы через плечо, поспешно повернулась к Михаилу спиной, – раз уж ты забрался ко мне, посмотришь что там?

– Тесса… – прошептал Михаил мне в ухо, и я вздрогнула, словно ток пробежал по телу. Пульс подскочил, и явно не смущение было тому причиной. – Я тебе обязательно помогу. Только сначала хочу, чтобы ты кое-что сделала…

Я внутренне напряглась в ожидании просьбы Михаила. Неужели ему нужна информация по делу Мироновой? Вот только пусть об этом заикнётся – мигом вылетит из квартиры!

– Душ выключи, – последовал проникновенный шёпот.

– Что выключить? – непонимающе переспросила я.

– Душ… – повторная просьба сопровождалась довольным смешком.

Я поспешно крутанула кран и нажала пару клавиш – из стен подул тёплый воздух.

– Прости, – я протянула Михаилу полотенце, хотя оно вряд ли помогло бы. Орлов сиганул ко мне в ванну в чём был, даже кроссовки не снял.

– А я-то надеялся, что ты, как хорошая хозяйка, немедленно предложишь гостю освободиться от мокрой одежды.

Перед глазами промелькнула провокационная картинка.

– Зубы не заговаривай! – фыркнула я и таки сунула ему полотенце. На всякий случай. Чтобы руки распускать не начал.

Михаил вытер лицо и промокнул волосы. Влажные и растрёпанные, они начали виться. Я видела Орлова и в образе сурового учителя, и в роли терпеливого друга, но почему-то именно сейчас, мокрый и взъерошенный, он казался таким родным и близким, что защемило сердце. На мгновение мне представилось, как я запускаю пальцы в его волосы, отбрасываю их назад и склоняюсь к шее…

Я шумно выдохнула и сцепила руки в замок. Всё! Докатилась! Видимо, в воздухе «Подземья» витало что-то такое… вампирячье. Внутренний голос ехидно заметил, что в своих фантазиях я Михаила цапать не собиралась, разве слегка куснуть. К примеру, за мочку уха.

Так! Пора выбираться из ванны.

Я осторожно повела плечами, не ощущая ни малейшего дискомфорта. Раны затягивались.

– Уже почти зажило, – сообщила я.

– Позволишь взглянуть?

Я кивнула и повернулась.

Орлов всего лишь проверит раны. Сама же хотела, чтобы он меня осмотрел и помог с обработкой порезов. Вот только избавиться от мысли, что я стою в пустой ванне, а из одежды на мне только белье, было чертовски сложно.

Михаил прикоснулся к спине, удерживая меня за предплечье.

Вот не хотела шарахаться в сторону, а всё равно дёрнулась. Видимо, хреновый из Михаила доктор. Между тем ладонь Орлова скользнула вверх по спине, в этом месте ран не было. Попыталась озвучить данное замечание, но не смогла выдавить ни слова. Щёки горели, сердце громыхало в груди. А что, если я его неправильно поняла? Вдруг он всего лишь руны проверяет?

На плечи легла тонкая, чуть прохладная ткань. Открыв глаза, я повернулась к Михаилу лицом, и тот быстро затянул пояс халата у меня на талии. Неужели я всё-таки ошиблась? Кровь ударила в голову, и стало так стыдно, так мучительно стыдно. Ведь он эльф, должно быть, привык к подобной реакции девушек за… а мыхрь знает, сколько ему вообще лет. А я тоже хороша, знала же, с кем связывалась. Сама виновата.

– Тесс, и что ты там себе опять напридумывала?

– Уже поздно, – выдавила я. – А мне с утра пораньше надо быть в управлении, поэтому не мог бы ты уйти.

– Великая Богиня!

Михаил добавил что-то ещё по-эльфийски, слов я не разобрала, но, судя по интонации, это было не пожелание спокойной ночи. В следующее мгновение он осторожно обнял меня за талию одной рукой, а второй приподнял подбородок. Губы Михаила слегка коснулись моих, унося прочь все сомнения и страхи.

– Тебе нужно отдохнуть. Не просто прикорнуть на два-три часа, а выспаться. Возможно, сейчас ты чувствуешь себя отлично, но это лишь на время. Багрянец не просто подзаряжает организм энергией, он помогает ему аккумулировать резерв, открывает второе дыхание. При этом все органы и нервная система работают на износ. Если не остановишься и не дашь себе отлежаться – расплатишься в будущем. Так, сейчас мы перебираемся ко мне и ложимся спать. И поверь, для меня это будет длинная ночь.

Михаил снова склонился к моим губам, и я забыла обо всём. Ну, практически обо всём. Открытие портала позади себя я не прозевала, и, когда меня принялись ненавязчиво подталкивать в его направлении, не прерывая поцелуя, в голове сработал сигнал тревоги.

– Стой! – вот не хотела так вопить, но как-то само получилось. Вся романтика мигом растаяла, да и Миша заметно напрягся, хотя руки с талии не убрал. – К тебе не пойду. Хватит с меня на сегодня похождений. Устала, – объявила я и внезапно почувствовала, что реально устала. То ли действие багрянца закончилось, то ли я в объятиях Михаила чересчур расслабилась.

– Тесс, тут такое дело. – Лицо Орлова сделалось подозрительно смущенным, и я вспомнила о грохоте, доносившемся из спальни.

Кактусы! Мои кактусы! Выпрыгнув из ванны, рванула в спальню, толкнула дверь и застыла на пороге. Стремление расслабиться, сладко уснуть в нежных объятиях сдохло на корню, его вытеснило не менее занятное чувство – желание убивать.

Нет, о кактусах я переживала зря. Ничего с ними не случилось. Колючие любимцы плавали под потолком, заключенные в магические пузыри. Пластмассовые стеллажи, контейнеры с одеждой и керамические ящики грудой бесполезного, спёкшегося мусора усыпали пол. Светло-зеленые стены украсились темными пятнами. И как только каменная кладка выдержала и соседи не сбежались? Выходит, на то, чтобы спасти кактусы и стены, у них времени хватило, а вот уберечь остальное имущество…

Диван, похоже, спасали уже вдвоём. Вокруг него кружили два вида магических вихрей остаточных заклинаний. Странные такие вихри, непривычные. У них вообще постоянной формы не было. Фиолетовые и синие, они кружили по комнате, меняя очертания. Я застыла, бесшумно шевеля губами. Краем сознания отметила лежащие на диване кобуры, коммуникатор и ноут. Тумбочке и зеркалу не повезло, как и Дикки-Даки – обезглавленный утенок покоился на кучке деревяшек и подрыгивал крылышками. А искры всё кружили и кружили неправильными сюрреалистическими снежинками и не думали распадаться пыльцой. Изредка фиолетовые и синие частички сталкивались, и тогда в воздухе раздавался еле слышный щелчок. О том, чтобы прилечь на диван, не могло быть и речи.

Михаил и Норд не просто разрушили мою спальню. Они изгадили её магией! А ещё они убили Дикки-Даки!

– Тесс, да куплю я тебе новый будильник. Идём отсюда. Сама видишь, здесь оставаться нельзя.

Перед глазами поплыла багряная пелена, руки сжались в кулаки.

– Тесс… – В голосе Михаила отчётливо проскользнули беспокойство и нетерпение.

Но, мыхрь свинячий, это же моя спальня!

Крутанувшись на пятке, двинула Орлова в челюсть, а затем со смесью испуга и удивления наблюдала за тем, как он летит через всю комнату и приземляется на кучу оплавившихся стеллажей.

– Это моя спальня! Моя квартира! И я из неё никуда сваливать не желаю!

Пока я орала, Михаил поднялся на ноги и потёр рукой челюсть. Я вздрогнула, ощутив всплеск магии, – эльф ставил защиту. Больше мне его стукнуть не удастся. Жаль! А ведь я только во вкус вошла. Орлов снова открыл портал и сделал приглашающий жест рукой.

– Последнее предупреждение…

Кровь и адреналин ударили в голову. Я встала в боевую стойку, давая понять, что добровольно никуда не пойду.

– Хочешь подраться?

– Хочу, чтобы вы оба оставили меня в покое!

Я знала, что не смогу отследить перемещение эльфа, зато магию ощущала чертовски хорошо. Почувствовав её всплеск справа, попыталась отскочить в сторону, но словно на стену налетела. Руки оказались прижаты вдоль туловища, появившийся Михаил склонился к моему лицу и твердо произнес:

– Поиграли, и хватит.

Хватит? Да я только начала!

Я провела подсечку, увлекая его на пол. Должна была упасть лицом вперёд, но вместо этого очутилась на спине. Не грохнулась плашмя, а мягко так опустилась. Точнее, меня опустили, придерживая за талию. Воспользовавшись тем, что руки у меня оказались снова свободными, я приподнялась на локтях и выдохнула Михаилу в губы:

– Поиграем?

Он застыл на мгновение, а потом толкнул обратно на пол и спрятал лицо у меня на груди.

– Громова, ты понимаешь, что вытворяешь? – прошептал он. Дыхание опалило кожу сквозь ткань халата.

Знаю. Понимаю. Или же только догоняю, то есть нахожусь в активном процессе. Да какая, к мыхрям свинячьим, разница, если мне так хорошо и уютно.

– Ты хоть догадываешься, что со мной делаешь? – Михаил приподнял голову и посмотрел мне в глаза. Дыхание перехватило – в сияющих трехцветных зрачках я увидела отражение собственного желания.

– Орлов, тебе что, документы показать? Я больше не твоя адептка.

Михаил изменился в лице, точно на моем месте вдруг возникло двуглавое чудовище. Да что я такого сказала-то?! Озвучить вопрос не успела, он положил руку мне на лоб и певуче произнёс слова заклинания. Я тихо всхлипнула от разочарования. Веки отяжелели, я словно раскачивалась на качелях, мысли туманились от обволакивающего аромата мяты и тмина. Перед тем как меня окончательно сморил сон, на краю сознания мелькнула лёгкая обида: и всё-таки так нечестно.

Ночь и аромат липы придавали смелости и кружили голову не хуже поцелуев. Происходящее было таким логичным и желаемым. И всё же я пришла не за этим…

– Постой. Не сейчас, – слабо выдохнула я, но оказалась прижата к крепкому телу. Протест утонул в лавине дурманящих ощущений. Я что-то должна была сделать, но уже не помнила что. Я так долго об этом мечтала, так хотела…

Рывком вскочив с постели, растерянно осмотрелась. Вид золотисто-бежевых стен и коричневого ковролина вогнал в ступор. До меня не сразу дошло, что я провела ночь в спальне прежней владелицы квартиры, потому что раньше мебель в этой комнате отсутствовала. Сейчас же в ней откуда-то взялись большая двуспальная кровать, тумбочка и пара стульев. Я осторожно обошла ложе, отмечая примятые подушки и скомканное покрывало. Нет, я, конечно, понимаю, что иногда в гости приходят со своими тапочками и зубной щеткой, но тащить кровать! Хотя после того, что я вчера Михаилу устроила…

Со стоном присела на краешек стула и обхватила голову руками. Неужели я и правда сначала ему по морде съездила, а потом и на пол завалила? А ещё самым активным образом пыталась выяснить, так ли хороши эльфы, как о них рассказывают. Взгляд упал на колени, и я подскочила как ужаленная. Когда я засыпала, на мне был халат. Чёрный, короткий и насквозь промокший. Сейчас же на его месте красовалась незнакомая розовая комбинация, и, судя по ощущениям, белья под ней не было.

Процесс изучения прервал сигнал КПК. Он лежал на тумбочке вместе с ключами от квартиры, ноутом, пропуском и табельным оружием – вот и всё, что уцелело во время разборок между Нордом и Михаилом.

Входящий вызов был от Юдина.

– Филипп, привет, я всё могу объяснить… – Я принялась с ходу оправдываться, но капитан меня оборвал.

– Откуда тебе известно о багрянце?

– Я не уверена на все сто, но, скорее всего, это та штука, которую принимала Миронова. А что стряслось?

– Эту штуку принимала не одна она. Помнишь буро-коричневый порошок на руках убитого сторожа?

– Помню, – пробормотала я, начиная понимать, к чему клонит Юдин. – Неужели эта дрянь ещё где-то засветилась?

– В первую очередь она засветилась на даче покойного. У него там целая лаборатория оборудована. Смешивал кокаин с багрянцем, добавлял в сигареты с марихуаной. Мы изъяли всё, что нашли, но Кузьмин, похоже, успел выпустить наркотик на рынок.

Я шлепнулась на стул, пытаясь представить размах грядущей катастрофы. Если я вчера по незнанию стену у вампиров проломила, то страшно представить, что станут вытворять люди, находящиеся под кайфом.

– Юдин, я не хочу тебя пугать, но это капец.

– Капец уже наступил. Вчера на набережной девчонка выкурила сигаретку и влепила дружку пощечину. В результате у того вывихнута челюсть и сломана скуловая кость. Ещё один парень выдернул шест в стрип-клубе и возомнил себя супергероем, защищающим мир от вселенского зла. Двенадцать человек попало в больницу с переломами и ушибами. И что-то мне подсказывает, что это ещё не конец. Стражи из Башни стоят на ушах. Введено ночное патрулирование улиц. За несколько часов до рассвета в УПИР заходили Милодар и брат главы общины. Пытались выведать, не известно ли мне что-то о новом наркотике. Прощупывали…

Выходит, Милодар и Алвин примчались в управление сразу же, как только узнали о беспорядках в городе.

– А что с теми, кто принимал наркотик?

– Перехожу к самому интересному. Девчонка и супермен сейчас находятся у нас. Обоих хотели забрать к себе стражи, но папаша парня быстренько нашел ушлого адвоката. Тот доказал, что раз дебоширы являются чистокровными людьми без капли дара, то их нельзя тащить в Башню – неизвестно, какие монстры там в застенках томятся, – настаивал, что обкурившихся надо поместить в больницу. Если бы девчонка не пришла в себя и не сломала стул о спину Влада, то их бы и впрямь пришлось отпустить, а так спят в обезьяннике под присмотром двух магов. Перед тем как напасть на Влада, девчонка опознала на фото Кузьмина и подтвердила, что он продал ей сигареты с марихуаной. Так что сама видишь, у нас ещё то веселье. Тесс, ты мне нужна…

– Конечно, приеду… – Взглянула на тумбочку и вспомнила, что у меня больше нет ни будильника, ни одежды. – Поговори с Мироновой. Она должна быть в курсе, что у вампиров в «Подземье» происходит. Кстати, ты видел мое письмо?

– Видел. После прочтения у меня состоялся повторный разговор с нашей недонежитью. Она подтвердила твое предположение насчёт неё и Елены. Начинающая некромантка вляпалась, когда сочла, что ей под силу переиграть высшего вампира.

– Хоть какое-то продвижение.

– Мне надо идти. Сейчас будет по конференц-связи совещание с ребятами из наркоотдела. Жду тебя к обеду в управлении.

– Хорошо, Фил. Можешь на меня рассчитывать.

Капитан храбрился, но в его голосе проскользнули растерянные нотки. Мне и самой было не по себе от мысли, что кто-то занялся распространением наркотика, содержащего багрянец. Милодар и Алвин и те задёргались, раз примчались в управление. Неужели и для них стало новостью, что некто надумал поставить производство наркотика на поток?

Я включила диктофон и попробовала проанализировать собственные ощущения после принятия багрянца.

– В первые секунды я почувствовала энергетический всплеск и дезориентацию. Словно я находилась в тёмной звуконепроницаемой комнате, а затем резко переместилась в центр города под палящие лучи полуденного солнца.

Энергетический всплеск был феерическим. На мгновение показалось, что я либо лопну, либо перегорю к чертям. Даже для моей глючной восприимчивости к магии это было слишком. Есть разница между неспешной дегустацией изысканного десерта и тем, когда в тебя его заталкивают насильно, причём чуть ли не весь целиком. Но об этом Соколову знать не обязательно. Вряд ли ему когда-нибудь придётся оказывать первую помощь магу, получившему передозировку багрянцем.

– Багрянец спровоцировал рост физической силы, притупил чувство боли и усталости…

Регенерация. Скользкая для меня территория. Не предъявлять же Гришке спину в качестве доказательства. Решено! Никакого доступа к телу у него не будет, а то потом так просто не отделаюсь.

– Повышенная агрессивность? Несомненно…

Чувство удовлетворения, охватившее меня при виде Михаила, летящего через всю комнату, было мне несвойственно. Впрочем, он заслужил. Если бы Норд вовремя не свалил, и ему бы досталось. Тормоза у меня ночью напрочь отсутствовали. Вот что этой парочке стоило открыть портал и продолжить разборки в другом месте?

Я прокашлялась и продолжила:

– Также существует подозрение, что багрянец является разновидностью афродизиака…

– Чёрта с два! – От гневного рыка Михаила у меня зазвенело в ушах.

Я застыла, не в силах повернуть голову. Почему-то я решила, что у меня ещё будет много времени для того, чтобы подготовиться к встрече с Орловым, продумать поведение, найти подходящие слова. И потом, я вообще-то отчёт для лаборатории сочиняла! И незачем было уши эльфийские развешивать.

Нажав на кнопку, я отложила коммуникатор.

– Из-за твоего крика мне теперь придётся запись монтировать. – На удивление, голос не подвёл и прозвучал сухо, по-деловому. – Ты слышал, что произошло ночью в городе?

– Тессия Громова, вы в настоящий момент с кем разговариваете? Со стеной? Извольте повернуться ко мне лицом!

Я едва не вскочила со стула, вытянувшись по стойке «смирно», точно нерадивая адептка, получающая заслуженный нагоняй. Пришлось стиснуть зубы и сделать несколько глубоких вдохов, и только после этого я рискнула обернуться через плечо. Михаил стоял в дверном проёме, держа под мышкой какой-то сверток. Впрочем, его содержимое меня мало заинтересовало. Со смесью смущения и тревоги я пыталась понять, о чём он думает. Заговорит ли о вчерашнем?

– Посмотри на меня, – голос Михаила прозвучал неожиданно близко.

Я вздрогнула и запаниковала. В городе черт-те что творится, а я тут растеклась киселем. А ведь Орлов один из тех, в чьих силах прояснить ситуацию. Вот только он мастер отговорок в стиле «мы обязательно поговорим обо всём… потом».

– Тесса, вчера у вампиров произошло нечто более значимое для города, чем появление наркотика, содержащего багрянец.

– Знаю. Елена пропала, как только я очутилась в замке. Это подстава или мне просто чертовски не повезло?

Передвинув второй стул, Михаил устроился напротив меня.

– Никакой подставы. Милодар хочет, чтобы ты осмотрела комнату Елены и попыталась выяснить, что же с ней произошло.

Я мрачно взглянула на Орлова. Похоже, что он не только подраться с Нордом успел. Они ещё и происходящее в «Подземье» обсудили.

– Рассчитывающий на помощь не унизил бы меня.

– Спектакль предназначался для окружающих. Что тебе стоило подыграть?

Вопрос Орлова лишил меня дара речи. Неужели Михаил в самом деле считал, что мне не составило бы труда выполнить требование Норда?

– Никогда не любила становиться на колени, – наконец выдавила я из себя. – В особенности в присутствии зрителей. Да ты хоть понимаешь, какой урон репутации УПИРа я бы нанесла? Ни один из вампиров после этого не воспринял бы меня всерьёз. Для всех бы я стала человечкой Норда! А я ведь только…

Не обращая внимания на мой яростный монолог, Михаил притянул меня к себе и усадил на колени, горячие губы уткнулись в шею, и в тишине раздался ласковый шёпот:

– Маленькая дурочка. Никто бы не посмел упрекнуть тебя в том, что ты признала право сильного и склонила голову…

Двинув Михаила локтем в живот, попыталась вскочить с колен. Меня тут же отпустили. Вместо того чтобы отскочить в сторону, я заставила себя вернуться на стул. Меня трясло от ярости и обиды.

– Миш, мне нужна помощь, нужна информация. Либо ты отвечаешь на мои вопросы – либо выметайся к чертям.

Михаил выпрямился на стуле и кивнул:

– Хорошо. Спрашивай.

– Расскажи мне о багрянце.

– Совсем забыл. – Он поднялся со стула, сунул руку в карман и вытащил из него крошечный пузырёк. – Немного контрабанды. Что застыла? Бери! Тебе же нужен был образец для лаборатории.

Я протянула руку, и мне в ладонь упал ромбовидный флакон из тёмного стекла. Проведя пальцами по крышечке, ощутила лёгкое покалывание.

– Зачарован?

– Открыть не сможешь. Вернее, открыть получится у любого, кроме тебя. Прости, но я вынужден подстраховаться. Багрянец вызывает привыкание у фейри. Подозреваю, что у людей тоже, поэтому я зачаровал крышку. Так мне спокойнее, да и у тебя соблазна не возникнет.

Слова Михаила заставили меня замереть и прислушаться к себе. Неужели я и правда могла приобрести зависимость от экзотического цветка? Постаралась припомнить ощущения, испытанные во время дегустации вина на вампирском приёме, и не почувствовала ничего, кроме страха и беспомощности. Да я эту гадость в рот больше не возьму, даже если буду умирать!

– Я записывала на диктофон характеристики багрянца. Ты с самого начала подслушивал или только к заключительной части подоспел?

Михаил поморщился, точно лимон надкусил.

– Как же здорово у тебя получается: одной фразой и нахамить смогла, и о помощи попросить…

– Не та ситуация, чтобы тщательно подбирать слова. – Я уставилась на Орлова исподлобья. Если начнет ходить вокруг да около – выставлю.

– Багрянец – яд для вампира, – с явной неохотой произнёс он. – Цветку для роста нужна тёмная энергия. Содержимое желудка вампира для этой цели подходит идеально. Но кровососу, вкусившему человека, накачанного багрянцем, придётся несладко. Организм не сможет усвоить отравленную кровь. Начнётся процесс отторжения, сопровождающийся частичной или полной потерей ментальных способностей и снижением физической активности.

– Звучит так, будто ты серьёзно занимался изучением данного вопроса.

– На окультуривание багрянца потрачено не одно десятилетие, но мой Двор не использовал для этих целей вампиров. Тесс, уточняю на тот случай, если ты вдруг уже сочла, что коварные эльфы под покровом ночи не только невинных дев портят, но и похищают кровососов для последующего их использования в качестве удобрения.

Я опустила голову и покраснела, поскольку только что подумала об этом. Временами казалось, Орлов читает мои мысли.

– Как я устал оправдываться за то, кем являюсь! – рявкнул Михаил.

Я вздрогнула и поспешно вскочила на ноги.

– Миш, а я тебя ни в чём и не обвиняю. Ну эльф, ну тёмный, с каждым может случиться. Тот факт, что ты тёмный, для меня никакой роли не играет, потому что светлые ничем не лучше…

Вот зараза! Как-то неправильно я Мишу успокаиваю. Взгляд Орлова потемнел, губы он сжал так, что они побелели.

– Мне пора собираться. У капитана совещание через час-полтора закончится, а работы, сам понимаешь, сейчас завались. – Я вспомнила о бумажном свертке, лежащем на покрывале. – Что в нём?

– Небольшая компенсация.

Я принялась срывать бумажную упаковку. Компенсация по-эльфийски включала чёрные джинсы и темно-зелёный удлиненный топ.

– Спасибо. А где амулет?

– Он тебе не нужен. Вернее, теперь не нужен, а постепенно ты и вовсе перестанешь быть восприимчивой к ментальной магии.

– Это из-за твоей крови? – спросила я, уже прекрасно зная ответ.

Вместо того чтобы начать оправдываться, Михаил привлек меня к себе. Теплые губы накрыли мои и поцеловали так нежно и бережно, словно боялись спугнуть, а я почему-то ощутила дурманящий аромат липового цвета, и к магии он не имел никакого отношения. Это было какое-то наваждение, похожее на дежавю. Казалось, еще немного, и я услышу шелест листвы и пение цикад. Голова кружилась. Чтобы устоять на ногах, пришлось ухватиться за Михаила. Он воспринял моё касание как согласие: подхватил на руки и открыл портал, и всё это проделал, не прерывая поцелуя. Как только я почувствовала энергетический всплеск, меня будто холодной водой окатило.

– Стой! Поставь обратно!

Михаил замер:

– Что-то опять не так?

– Нет, всё так. Да ты и сам чувствуешь, что всё более чем так.

Я обвила его шею рукой и уткнулась в неё носом.

– Не надо никаких порталов. Мне через час нужно быть в УПИРе.

Михаил резко втянул в себя воздух и опустил меня на кровать, а сам растянулся рядом. Не успела возмутиться, как он приподнялся и навис надо мной.

– Я допускаю, что вчера ты была слегка не в себе, а приём багрянца повлиял на эмоциональное состояние, но я уверен, что он не вызывает скоропостижный склероз. Я сказал, тебе надо отдохнуть! Сожалею, что лишил тебя безумного утконосого будильника, но ты хотя бы примерно представляешь, сколько проспала?

– Около пяти часов. Миш, ты не понимаешь…

– Нет, это ты не понимаешь, мисс «сдохну-но-смогу»!

– Так ты открыл портал, чтобы уложить меня поспать?!

Вот не хотела психовать, а само как-то вышло, в голосе отчетливо прозвучала злость. Орлов меня достал, эльф бракованный, то смотрит так, что колени подгибаются, а то строит из себя занудного препода!

– Мне нужен целый день…

Ну ни фига ж себе заявочка!

– Как только текущее расследование будет завершено?

– Как только убийца Мироновой и вампира будет найден.

– Плюс ещё один день на бумажную работу.

– Ты еще попроси отсрочку до суда, – фыркнул он и прикусил кожу на моей шее. – Отдыхать будем. Пошлём на двадцать четыре часа весь мир к чертям.

– Знакомое желание.

– Это означает «да»?

– Как только убийцу поймают и я буду не нужна Юдину.

– Для завершения текущего расследования…

– Слушай, у тебя в роду юристов не было?

– Только фейри. Исключительно тёмные фейри. Значит, «да»? – выдохнул мне в губы Михаил и, получив утвердительный ответ, принялся доказывать, что эльф мне попался ни разу не бракованный.

Подозреваю, я бы всё-таки опоздала, если бы не сигнал КПК, вернувший нас в реальность. В этот раз вызывал Кирилл и попросил меня подъехать в УПИР как можно быстрее. Озвучивать причину по коммуникатору стажёр отказался, а раз так, то дело было личное.

– Миш, извини, но мне нужно…

Обернувшись, увидела, что объяснять что-либо Орлову не придётся. Пока я разговаривала с Кириллом, Михаил ушёл, предварительно разложив на кровати содержимое свертка.

Одевшись, я вышла в коридор и застыла. Вход в спальню преграждала жёлтая полицейская лента. На двери висела табличка со значком радиации, чуть ниже красным маркером было выведено: «Входа нет. Карантин». Едва я дотронулась до ленты, раздался щелчок, и я получила ощутимый разряд электрическим током. Мыхрев эльф! Убила бы!

Кирилл поджидал меня на ступенях. Вид у стажера был крайне виноватый.

– Тесс, она пришла на рассвете. Сказала, что у вас назначена встреча, а потом я уже не смог её выгнать. – Парень переминался с ноги на ногу, стараясь не смотреть мне в глаза.

Стажер не назвал имя посетительницы, но мне и так было ясно, кого принесло с утра пораньше в наше управление.

– Почему сразу не позвонил?

– Я звонил, но ты не приняла вызов.

– Филипп в курсе?

– Давай не будем ему рассказывать? – жалобно протянул Кирилл.

Я мысленно посчитала до десяти и только потом ответила:

– У тебя есть время до обеда, чтобы переговорить с Юдиным. Иначе сообщу сама.

– Выгонит. – Кирилл шмыгнул носом.

– И будет прав.

Я не собиралась прикрывать Кирилла. Стажёр провёл в УПИР Сашу добровольно, она даже гипноз к нему не применила. Так пусть огребает!

Дежурного на посту не оказалось. Вместо него за компьютером сидел незнакомый парень. Симпатичный, блондинистый, вот только ауры у него не было.

– Кирилл, только не говори, что от нас шестой охранник за полгода сбежал и УПИР решил не искать замену.

– Нет, это временная мера. Юра с утра в больницу ездил швы накладывать, а потом его Юдин домой отпустил. Тебе разве капитан не рассказывал? У нас ночью ещё то веселье было.

– Он упоминал, что задержанная сломала стул о спину Влада.

– После этого ещё мужик чудил: прут из клетки выломал и Юрку зацепил.

– Дурдом какой-то! А стражи в это время чем занимались?

– Обсуждали с капитаном новый проект магической защиты для камер. Были уверены, что наши подопечные спят. После этого парня скрутили и погрузили в сон, и девушку заодно.

Вот и ещё одно наблюдение в копилку характеристик багрянца. Меня Михаилу тоже магией пришлось вырубить.

Едва я приблизилась к панели, андроид повернул голову и улыбнулся. Я поёжилась, до того эта улыбка была естественной.

– Добрый день, Тессия Громова. Пожалуйста, приложите пропуск к считывающей панели, – произнёс андроид сочным низким баритоном.

Вот зараза! Реально как живой!

– Слушай, Кирилл, а как к этому чуду обращаться? – произнесла шёпотом я.

Андроид стрельнул в меня голубыми глазами и томно ответил:

– Евгений Сергеевич. Но вы, Тессия, можете называть меня Женечкой.

Юмористы мыхревы! Небось всем составом программировали. После ночной встряски ребятам требовалось сбросить стресс, но не за мой же счёт?

Как только сканирование завершилось и меня пропустили внутрь, я подошла к стойке и улыбнулась:

– Слушай, Женечка, этот милый мальчик, – кивок в сторону Кирилла, – сегодня должен был оформить временный пропуск для не менее славной девочки. Подскажи, что он в графе допуска указал?

Андроида заклинило. Нахмурившись, он завис секунд на десять, а затем выдал:

– Последний временный пропуск был оформлен для свидетеля Александры Жоголь. Заявитель Кирилл Смирнов.

– Свидетель по какому делу?

– Недостаточно данных. За подробностями обратитесь к Тессии Громовой.

Развернувшись, схватила Кирилла за ухо. Я только на прошлой неделе учила Кирилла оформлять временные пропуска для свидетелей. Кто ж знал, что эта зараза стажёрская коды запомнит и начнёт вампиров в УПИР водить.

– Уже светало-о-о… Я не смог её выгнать. Согласен, тупанул и повёлся на слёзы. Терпеть не могу, когда девчонки плачут. И потом, я был уверен, что это ты её пригласила.

– Слёзы, говоришь? – мрачно переспросила я.

Кирилл энергично закивал.

– Понятно. Как только доложишь капитану о Саше, попроси его заказать в библиотеке справочник по вампирам.

– Так мы уже их проходили и даже тест сдавали.

– Считай, что я тебя отправила на пересдачу! Мыхрь летучий, не умеют вампиры плакать! Ясно тебе?!

– Тесс, а кто такой мыхрь?

– Общий классификатор нежити, том четвёртый.

– Тоже заказать? – жалобно уточнил Кирилл.

– Верно. Мыхрей сдашь мне лично.

Оставив Кирилла оценивать перспективы, связанные с самообразованием, я поспешила в кабинет.

Небольшая комнатка без окон ютилась в конце коридора – когда-то здесь находился архив УПИРа. Юдин отдал пустующую каморку мне. Спустя полгода мне предложили стол в общем зале, но я не согласилась, справедливо полагая, что подобное соседство не обрадует команду. Мне было уютно в своем «склепе». Тихо, спокойно, и гости редко захаживали. Сейчас же мою уютную обитель оккупировала наглая вампирша.

– Выметайся. Живо!

– Так сейчас же светло, – заныла Саша.

– Раньше об этом надо было думать. Поздравляю! Тебе светит обвинение в незаконном проникновении на охраняемый объект с помощью вампирского гипноза.

– Да кто его гипнотизировал? Всего лишь разжалобила слегка. У вашего няшки гормоны играют. Тоже мне рыцарь. «Ах, не стоит сидеть у окна, сейчас солнышко покажется. Позвольте провести к лавочке, а пока мы будем идти, я вас за задницу потрогаю».

– Кирилл к тебе приставал?

– Мне не понравилось, как он на меня смотрел, – проворчала вампирша.

– Заканчивай мелодраму и двигай к выходу. Я тебя в гости не звала.

– Я не могу. Я обещала. – Глаза Саши округлились, подбородок начал подрагивать.

Нет, мыхрь летучий, она и правда, что ли, истерить собралась? Я в няньки вампирские не нанималась.

– Так, давай по порядку. Кому и что ты обещала? – Я взяла рюкзак с полки, а поскольку второго стула в моем кабинете не было, присела на край стола.

– Великая и ужасная тобой заинтересовалась.

– Ты имеешь в виду Елену? – встрепенулась я. – Когда ты с ней виделась?

– Да в тот же день, что и с тобой. После наступления сумерек прикатил представитель общины, и прямиком пред ясные зыркалы ее величества пришлось предстать. Хреновый, в общем-то, понедельник у меня выдался, – пожаловалась Саша. – Нет, ты, конечно, чувиха классная, но без знакомства с Нордом я бы как-нибудь прожила.

Угу. Здесь я полностью разделяла мнение Саши.

– Прикинь, старая вешалка совсем сбрендила. Если бы я знала, что в местной общине столько допотопных тараканов, обошла бы ваш городок стороной. Скажи, кто ещё в наше время таскает на ж… – под моим пристальным взглядом Саша поперхнулась и поправилась: – на заду сбрую? Если задница не выросла – закачай в неё силикон, и всё. Нет, эти дуры подушечки под юбки подкладывают. Как же хорошо, что мне удалось выклянчить комнату в городе. В «Подземье» я бы от тоски сдохла.

– Постой, так ты после понедельника в замке не появлялась?

– Что я там забыла? Ночные тусовки ещё отстойнее, чем местный дресс-код.

– А в «Ночной орхидее» тебе понравилось? Дресс-код что надо, и закусывать тёпленьким разрешают.

– Тошно мне там, – внезапно призналась Саша. – Слишком высокая концентрация шизиков на один квадратный метр. Наверное, покачу дальше.

– И далеко планируешь укатить? Ты давно на себя в зеркало смотрела? Ты же выглядишь как подросток, сбежавший из интерната.

Саша надулась, но мне сейчас было не до обидчивых вампиров. Я вытащила КПК и сделала пару заметок.

– Где это ты такие дрова откопала? – протянула Саша, рассматривая переговорное устройство.

– Хочешь работать в УПИРе?

– Ещё спрашиваешь!

– Тогда учись изъясняться нормальным языком.

– Так ты меня берешь? – Саша с надеждой уставилась на меня.

– Не я, а капитан Юдин. Предложу ему твою кандидатуру. У нас есть в штате свободная единица работника архива.

– Ты не пожалеешь. – Вампирша радостно подпрыгнула на стуле, при приземлении в нем что-то хрустнуло.

– Очень на это надеюсь. – Я позволила себе улыбнуться, хотя на самом деле мечтала схватить бледнющую поганку за шкирку, встряхнуть и выставить за дверь. – А теперь поднимайся. – Я согнала Сашу со стула и запустила программу. – Это стандартная анкета-опросник. На заполнение даю десять минут, и учти, я проверю сведения по базе. Поймаю на лжи – вылетишь пробкой.

Саша улыбнулась и кивнула, и глаза у неё при этом были честные-пречестные. Ну просто ангел, а не вампир.

Пока Саша делилась подробностями биографии, я составила отчет о ночном посещении «Подземья». Разумеется, в нем не было ни слова ни о проломленной стене, ни о странном чувстве, возникшем после дегустации багрянца.

– Закончила! – бодро доложила Саша.

– Хорошо, отправляй на печать.

– Проверять не будешь? Я думала, ты мои ответы в базу загонишь.

– Так хочется на крутые упырячьи программы полюбоваться?

– Ага! – подтвердила Саша, а у самой вид, как у того щенка, которому новую сахарную косточку пообещали.

– Обойдешься, – фыркнула я и, вытащив распечатку из принтера, углубилась в чтение. Когда я закончила, глаза уже покалывало, в горле стоял сухой комок. – Брысь с моего места! – шуганула я Сашу. Вышло грубовато, зато горло прочистила. Открыв почту, набросала сообщение Юдину и прикрепила анкету.

Уф! Ушло! Оставалось ждать, когда начальство вызовет и попытается намылить мне шею. Юдин ограничился скупым «будем оформлять», добавленное «под твою ответственность» намекало, что я ещё могу пожалеть о проявленной слабости.

– А теперь поговорим о правилах, – объявила я вампирше, с некоторым злорадством отмечая, как у той вытянулось лицо. – Первое, ты беспрекословно делаешь то, что тебе велят. Если приказы начальства идут вразрез с инструкциями или правилами общины – выкручиваешься сама, но работу выполняешь. Второе, мы сейчас идём в лабораторию, знакомимся с хорошим дядей Соколовым, и он помогает оформить заказ на ежедневную поставку крови. Появляясь в стенах управления, ты выпиваешь половину пайка, остальное – в течение рабочего дня.

– Пол за раз? – Саша скривилась.

– Без вариантов. Худеть и беспокоиться о целлюлите надо было до обращения. Мне не нужно, чтобы ты тут голодными клыками по сторонам клацала. Все ясно? Тогда идём.

– И это все? – В глазах вампирши светилось облегчение.

– Размечталась. О других правилах расскажу по дороге.

Я привела Сашу в лабораторию. При виде нас Соколов вскочил с места, но затем вспомнил о собственном статусе и солидно кивнул:

– Доброе утро неспящим.

– Соколов, привет. Знаю, ты как-то горел желанием с вампиром поближе познакомиться.

– А я и познакомился. В «Ночной орхидее», – Соколов подмигнул Саше. – У них там занятная танцевальная программа.

Я удивленно обернулась:

– Так ты все-таки приняла предложение Норда?

– Это вовсе не то, что ты подумала. Я всего лишь заказы разносила. Должна же я была попытаться. И потом, для работы на сцене у меня не те внешние данные. Вот скоплю денег на имплантаты и тогда… – мечтательно протянула Саша.

Бывший ассистент пластического хирурга сделал стойку, словно гончая, учуявшая добычу.

– Соколов, можно тебя на пару слов? – Я вцепилась в рукав Григория и потащила из комнаты.

В коридоре мы, как назло, столкнулись с Кристиной и новенькой лаборанткой. Упирающийся Соколов тут же приобнял меня за талию и промурлыкал в ухо:

– Дорогая, пойдем в кладовку, раз тебе так не терпится.

– Уши поотрываю, мой сладкий, – пообещала я, физически ощущая недобрый взгляд, сверлящий мне спину. Причём я не могла сказать со стопроцентной вероятностью, кому из подчинённых судмеда тот принадлежал.

Едва за нами закрылась дверь в подсобку, я приступила к непосредственному исполнению угрозы и резко дернула Григория за ухо.

– Ай, ты чего?

– Совсем сдурел? Мне ещё разборок с твоим курятником не хватало.

– Так заметно? – уныло протянул судмедэксперт.

– А если тебе поговорить с ними? Конечно, не сразу со всеми, а по одной вызывать в кабинет…

– Это означало бы признать, что я в курсе их чувств. Делать вид, что не замечаю, – проще. И потом, я не хочу терять девочек… кхм… – тут Соколов закашлялся и слегка покраснел. – Новенькая толковая, своё дело знает. Я всерьёз подумываю по завершении стажировки взять её на постоянку.

– А если сказать им, что ты по другой части? Объявить, что ты гей.

– Что объявить?! – Григорий резко вскинул голову, отчего косички на ней возмущенно подпрыгнули, будто потревоженные змеи. – Ну тебя к черту, Громова, с такими советами. Ты сама когда в последний раз на свидание ходила?

– Да у меня что ни ночь – то развлечение. Ладно, Гриш, а теперь серьезно. Не лезь к Саше. Она тебе не подопытный кролик. Никаких проб, тестов или экспериментов без моего разрешения.

– Обижаешь. Согласен, временами я веду себя как придурок, но это не означает, что я полный кретин.

– Извини. Слушай, у тебя же есть знакомые на станциях переливания крови? Я пообещала Саше, что позабочусь о её питании. Знаю, что местные вампиры помогают приезжим с обустройством, но наш клыкастик скорее начнет голодать, чем станет обязана общине.

Соколов нахмурился, задумчиво потёр подбородок и затем кивнул:

– Заметано. Решим. И какого ты с ней связалась?

– Отличный вопрос. Ещё бы я знала на него ответ.

За время нашего отсутствия Саша не сдвинулась с места. Засунув руки в карманы, вампирша с сосредоточенным видом рассматривала носки стоптанных кроссовок.

– Всё в порядке. Дядя Гриша пообещал обо всём позаботиться.

– Да какой он мне дядя, – фыркнула Саша, но в глазах вампирши проскользнуло такое облегчение, что у меня невольно сжалось сердце. Я как никто понимала, что такое остаться одной.

Ну вот, опять хандра накатила! И так не вовремя. Я предложила Саше работу из жалости, но вряд ли вампирша обрадуется, если это почувствует. Пришлось срочно брать себя в руки.

– Как наша недонежить? – нарочито небрежно поинтересовалась я у Соколова.

– Ведёт себя смирно, проблем не создаёт.

– А в физическом плане?

– На части не разваливается.

– Гриш, я серьёзно!

– И я серьёзно! Я бы мог сказать что-то более конкретное, если бы она к себе подпустила.

– Прояви ты больше такта в допросной, у тебя был бы шанс. Обязательно было сообщать Мироновой, что это ты производил вскрытие?

– Неужели её это задело? – Соколов был сама невинность.

– Если бы в моём теле кто-то поковырялся, пока я лежала в отключке, я бы его урыла. – В голосе Саши отчётливо прозвучало предупреждение.

Григорий задумчиво почесал нос.

– Может, ей цветы подарить, извиниться, и тогда она даст себя осмотреть? Тесс, я реально не встречался ни с чем подобным! – В глазах рыжика горело столько восхищения и фанатичного восторга, что стоило вмешаться, иначе УПИР в ближайшее время лишится судмедэксперта.

– Не лезь к Наталье, ей и так фигово. И да, мне нужно с ней переговорить. С глазу на глаз.

– Не выйдет, Тесс. Даже если бы я нарушил прямой приказ капитана и впустил тебя к ней, в комнате три камеры. Лучше реши этот вопрос через Юдина.

– Хорошо. Разберусь.

– Вот и славно, – подытожил Соколов и, повернувшись к Саше, принялся объяснять ей правила получения донорской крови.

Разобравшись с кровью – Соколов пообещал, что перебоев с поставками не будет, – я потащила Сашу в кабинет Юдина. Мы пришли вовремя, капитан как раз закончил орать на Кирилла. Последний тотчас же воспользовался нашим появлением и сбежал. Капитан сухо проинструктировал Сашу о её обязанностях, вампирша заверила, что справится и вообще всю жизнь мечтала наводить порядок в архиве.

– Обустраивайся. Ларионов подскажет, с чего начать.

Едва за Сашей закрылась дверь, Филипп сбросил маску невозмутимости:

– Объясни, с чего ты надумала сосватать управлению эту вампиршу?

– Ты же видел её анкету.

– Да, прочёл и прогнал через базу. Расхождений не выявил. Помимо этого, нашёл несколько фотографий с тех времён, когда она ещё в детском доме жила. Практически не изменилась, разве что волосы отросли. Можно ещё Соколова попросить провести анализ ДНК, но уверен, Александра действительно та, за кого себя выдаёт.

– Она сбегала из четырёх приёмных семей.

– Ещё скажи, что встреча с вампиром стала для девчонки круче выигрыша в лотерею, – проворчал Юдин. – Хорошо, я признаю, что Александре в этой чёртовой жизни крепко досталось. Что дальше?

– Будем работать. И потом, ей больше некуда идти. Уклад общины пришёлся ей не по вкусу, через месяц-два она уехала бы из города, и не мне тебе рассказывать, что ожидает вампира-одиночку, обращенного раньше положенного срока. Ведь ты, в отличие от Кирилла, руководство по вампирам изучил от и до?

Во время перерождения мозг вампира умирает. Возрождаясь, он, как и тело, не способен развиваться и меняться. Вампир не растет, не стареет, не меняет телосложение – он застывает во времени. Тёмная магия позволяет мертвой плоти избежать разложения и регенерировать в рамках базы данных, которая хранилась в мозге на момент смерти. То же самое относится и к привычкам, чертам характера, они напрямую зависят от этой же базы. Психическое развитие замедляется. Привязанности, образ мыслей не меняются веками. Со временем информация накапливается, но её восприятие остаётся неизменным.

– Если она даст малейший повод, сами же кровососы её и ликвидируют, – пробормотал Юдин, и он был прав.

Вампиры с подчёркнутым рвением исполняли пункт договора, связанный с возрастным цензом, в свою очередь, люди закрывали глаза на то, что творилось на территории вампиров. Бартер и полная гармония.

– Фил, я хочу дать ей шанс.

– Хорошо. Но если не справится – балласт мне не нужен.

– Понимаю, – кивнула я.

Капитан ничуть не преувеличивал, нянчиться с вампиршей никто не станет. Впрочем, я не думала, что придется. Я верила в клыкастую.

– Как Наталья? – спросила я после небольшой паузы.

– Что ж ты у Соколова до сих пор не узнала? – добродушно усмехнулся Юдин.

– Сунулась, но он меня к ней не пустил.

– Я распорядился. Воронина тоже ушла ни с чем.

– Погоди, Елизавета была здесь? Хотела встретиться с подругой?

– В том числе. Она искала тебя. Очень нервничала. Ты извини, но я не позволил ей подождать тебя внутри. У нас и без того нынче проходной двор. Я уже всыпал малому за рыдающего вампира. Кирилл, засранец, теперь у меня наизусть справочники зубрить будет. Ладно, к делу. Я прочел твой отчет. По описанию подходят вот эти вампироманы. – Юдин развернул ко мне монитор, и я увидела четыре ряда иконок с фотографиями. – Все темноволосые и сероглазые, рост от метра шестидесяти пяти.

Я подошла поближе к монитору.

– Увеличить можно?

– Садись на моё место. Будет удобнее. Ты как? В порядке?

– Переживаешь, что и я буянить начну? Нет, в этом смысле в норме. Воздействие багрянца уже практически полностью нейтрализовалось.

– Очередная залётная зараза из Волшебной страны?

– Эльфийский подарочек, – буркнула я.

– Эльфы, – вздохнул Юдин. – Эльфов мы ещё не проходили. Как и деймонаров. Что они вообще забыли в нашем мире?

– Деймонары присматривают за Землей и Волшебной страной с тех пор, как они вошли в соприкосновение, а фейри… Эти скачут между мирами исключительно для собственного удовольствия.

– «Любить людей – для эльфа срам и грех; и всяк служитель тамошнего храма, грозил навзрыд: беда постигнет всех за преступленья царственного хама…[1]»

– Не знала, что вы, капитан, увлекаетесь поэзией.

Юдин усмехнулся:

– Справочник по фейри в руки ещё не попадал, пришлось обратиться к классике.

– Возможно, Китс встречал настоящих эльфов.

– А ты?

– Было дело, – буркнула я и, повернувшись к монитору, начала снова просматривать фотографии. – Вот он! – воскликнула я, увидев знакомую физиономию.

– Этот из старичков. Лет пять уже как связан с вампирами. – Юдин открыл личный файл вампиромана.

Олег, так звали моего нового знакомого из «Подземья», переехал в город шесть лет назад и уже спустя полгода подал заявку на постоянное донорство, но потом сам же её и отозвал. Редко кто из вампироманов шёл на попятный – в большинстве своем они напоминали чокнутых фанатов, готовых на всё ради любимых вампирюг. А вот Олег, в отличие от Черновой, одержимым не выглядел. Помощнице Аркадия Миронова удалось меня удивить…

– Как прошёл допрос Черновой?

– Ожидаемо. Ей адвокаты и рта лишний раз открыть не дали.

– Как она прокомментировала стычку с Натальей на парковке?

– Сказала, что всего лишь передала сообщение от деда. Тот требовал, чтобы Наталья порвала с вампирами и перестала быть семейным позорищем.

Логичное объяснение, можно сказать – ожидаемое, но меня всё равно не покидало ощущение, что что-то тут нечисто.

– Фил, а диск из «Ночной орхидеи» уже проработали? Тот, который Норд передал?

– Практически закончили.

– Отслеживали только Николая и Наталью? Надо бы поиск и по Черновой запустить.

– Хорошая идея.

Юдин наклонился над интеркомом и вызвал по громкой связи Кирилла и Сашу.

Спустя десять секунд оба стояли перед капитаном. Тот выложил фотографию Ольги Черновой на стол:

– Кто первый найдет её на видео из «Ночной орхидеи», будет молодцом.

Кирилл метнулся к столу, но разве он мог конкурировать с вампиром в скорости?

Саша с улыбкой на лице и трофеем в руке выпорхнула из комнаты.

– А ещё фотография есть? – с надеждой поинтересовался парень.

– Нет. Свободен.

Кирилл понуро опустил голову и покинул кабинет.

– Учись, Тесс, вот так напарниками и становятся.

– Главное, чтобы не подрались.

– Как только Саша уяснит, что в зале нет свободного компьютера и никто не поможет ей с видео, сама предложит Кириллу сотрудничать.

– Хитрый ход. Так ты позволишь мне переговорить с Натальей?

– Естественно. Самому хочется разобраться в этом мыхревом некромантском ритуале.

Я едва сдержала улыбку. Моими стараниями популярность летучего зверька в УПИРе заметно повысилась.

Филипп оказался прав: Саша и Кирилл устроились за одним компьютером плечом к плечу и вместе изучали видео из клуба. Я немного постояла за их спинами. «Напарники поневоле» напряженно молчали и подчеркнуто игнорировали друг друга, как два нахохлившихся воробья. Едва на мониторе мелькнуло изображение темноволосой женщины в сером деловом костюме, они синхронно вздрогнули и выдохнули:

– Во-о-от…

– Нет, не она, – разочарованно констатировал Кирилл.

– Ищем дальше.

Сомнений, что ребята сработаются, у меня больше не было. Только бы во внерабочее время их отношения развития не получили. Вряд ли родственники Филиппа обрадуются дружбе Кирилла с вампиром. Похоже, о таком варианте кэп просто не подумал.

Наталью Миронову разместили в одной из подсобок лаборатории. Впрочем, это некромантку ничуть не смущало. Она сидела на полу и запускала в воздух зелёные огнёвки. Соколов сказал, что за ночь самочувствие Натальи не ухудшилось. Внешне она оставалась всё той же пародией на зомби свежевыкопанного, а вот на энергетическом уровне всё обстояло гораздо хуже: чёрных пятен стало намного больше, словно тёмная энергия, полученная во время прохождения ритуала, не могла соединиться с аурой мага живого пламени и разрушала её.

– Нравится? – бросила Миронова вместо приветствия.

Я потянулась к пузырьку с багрянцем и тут же отдёрнула руку. Филипп не зря предупредил о камерах видеонаблюдения. Я бы не смогла незаметно передать экстракт Наталье. Не стоило забывать и о его свойствах. Пока Миронова ослаблена, она вела себя примерно, но кто знает, что пришло бы ей в голову, если б магический резерв наполнился до краёв?

Наталья выставила руку и создала зеленовато-жёлтый огонёк. Я поёжилась, на мгновение показалось, что в комнате заметно похолодало. Огонёк спустился на подставленную ладонь и с громким пшиком исчез.

– Ни черта не выходит, – устало обронила она.

– Разумно ли тратить резерв в вашем положении?

– Днём раньше, днём позже – какая разница?

– И вас не смущает, что в этом случае погибнет и Елизавета Воронина?

– Её никто не просил вмешиваться, – глухо обронила Наталья. – Мы договаривались, что она присмотрит за Николаем, а если что-то пойдёт не так, уничтожит следы ритуала.

– И будет спокойно смотреть, как умирает Татьяна?

– Привязка по крови активируется только в момент получения некромантом серьёзных физических повреждений. Я не подозревала, что схлопочу пулю. Если бы я просто не вышла из транса, Таня б не пострадала.

– То есть вы осознавали, что можете умереть во время ритуала?

– Естественно. Я могла заблудиться, или же тени не выпустили бы меня обратно. Кто ж знал, что Николай меня кинет? Ваш начальник рассказал о появлении в городе самокруток с начинкой из багрянца и марихуаны. Мне жаль, действительно жаль. Я всегда знала, что у Николая вместо мозгов калькулятор, но этим калькулятором было легко управлять. Первый вампир, который мне подчинился. Вы не представляете, какое наслаждение обладать другим существом. Знать, что оно чувствует, о чём думает, контролировать каждый шаг…

– Если бы вы контролировали каждый шаг Николая, он бы никогда не занялся поисками фармацевта, способного наладить подпольное производство багрянца.

– Контролировала, пока Елена не узнала.

Наталья помрачнела, и я не стала спрашивать, что же произошло между ней и главой общины. Наверняка Наталье указали на её место и положение в вампирском сообществе. Миронова должна была стать магом, лояльным вампирам, Елене не нужна была конкурентка. Наталья уже доказала, что готова на многое, чтобы избавиться от Елены и её власти. Как далеко она могла зайти?

– Что вам известно о пропаже Елены и её текущем местопребывании?

– Ровным счётом ничего, но я бы хотела, чтобы эта тварь сдохла. Хорошая была бы месть.

– Поэтому вы и попросили убежища в УПИРе?

Наталья горько рассмеялась:

– Любому кровососу «Подземья» известно, как она со мной поступила, как и о том, что мне удалось провести ритуал и воскреснуть. Даже Милодар сначала не понял, что перерождение прошло с накладками.

– Это он вас откопал?

– Да. Хотел удостовериться, что я в самом деле умерла, но его ожидал бо-о-ольшой сюрприз. – Лицо Мироновой исказила злорадная гримаса. – Видели бы вы, как он кружил вокруг могилы, будто кот, обнаруживший, что пойманная мышь вдруг стала ядовитой. А вот Алвин не поверил, что после воскрешения я приобрела власть над вампирами. Этот пожиратель эмоций всегда был излишне догадливым. На вашем месте я бы присмотрелась к нему. Столько лет находится в тени собственной сестры. Без него и Милодара Елена и дня не удержала бы власть в общине. Эта вампирская сука неплохо устроилась.

– Звучит так, словно вы ей завидуете.

– Надеюсь, что её уже не найдут.

Миронова настолько спокойно признавалась в собственной ненависти, что я решила её предупредить:

– Не знаю, говорили ли вам, но в комнате ведётся видеонаблюдение…

– Плевать! С момента возвращения в «Подземье» Милодар и Алвин глаз с меня не спускали. Обоим известно, что я ни при чём.

– Тогда почему вы попросили защиты?

– Потому что не хочу, чтобы меня использовали как кость, брошенную своре собак. Совет не защитит мага, посмевшего ступить на тёмный путь. Что бы со мной ни произошло в «Подземье», они предпочтут этого не заметить.

Тут я согласилась с Мироновой. Совет магов всеми силами хотел избежать лишнего шума, способного заинтересовать континентальный совет одарённых. Если с новоявленной некроманткой произойдет неприятность, которая упокоит её навечно, маги только вздохнут с облегчением.

– Долго прятаться в УПИРе не выйдет.

– Знаю и хочу предложить сделку.

– Не в моей компетенции заключать какие-либо сделки. Выкладывайте, что знаете, а там посмотрим.

Наталья обхватила колени руками и начала быстро рассказывать, словно сама переживала, что может передумать:

– Меня извлекли из гроба в среду после заката. Милодар пожаловал, чтобы лично удостовериться в кончине некроманта, и обнаружил, что предполагаемый труп ведёт себя слишком активно. Я уже пробила крышку, когда он отдал приказ вскрыть могилу. Дальше, как вы уже знаете, меня доставили в «Подземье». После допр… после беседы с главой общины мне удалось ненадолго остаться одной, и я связалась с Ворониной. Лиза приехала в течение получаса. На территорию не заходила, мы общались через ограду.

На последней фразе её голос сорвался, и я всё поняла:

– Елизавета передала вам остатки экстракта, а Елена его отобрала?

– Алексей следил за мной. Стоило отойти от ворот, как меня скрутили. Я умоляла Елену не забирать у меня багрянец, обещала полностью перейти в распоряжение общины, но вампирша только посмеялась надо мной. Сказала, что ещё одна немощная дохлятина ей ни к чему. Алчная тварь! Ей всегда всего мало!

Я не удержалась от скептического хмыка. То же самое я бы могла сказать и о самой Мироновой.

– Она отняла экстракт только потому, что догадалась, какую ценность он для меня представлял. Заявила, что я посмела нарушить условия сотрудничества и сдохну в «Подземье», но этого никто не заметит, раз для всех я уже и так мертва. Как представлю, что и мама, и Танюша уже меня оплакали…

Миронова давила на жалость, но у меня не было настроения с ней нянчиться.

– Так что там произошло с экстрактом?

Наталья с укором посмотрела на меня. Поняв, что театр скорбных рожиц не принёс ожидаемого результата, некромантка снова вернулась к рассказу.

– Елена интересовалась его свойствами, хотела выяснить, как он действует на людей…

– И вы рассказали ровно то, что она хотела услышать. Вы не упомянули, что багрянец – яд для вампира.

Лицо Натальи исказила довольная гримаса:

– Никто не заставлял её тянуть в рот что попало.

И тут до меня дошло. Проклятие! Кажется, наличие в комнате камер уберегло меня от огромной ошибки.

– Если бы Елена не отняла экстракт и вы бы его выпили, вас бы скрутило не слабее вампира. Вспомните тот же «Столп света» на кладбище. Заклинание рассчитано исключительно на нежить.

– Я не нежить!

– Хорошо, вы – недоживчик, но, как только Елену найдут, скажите ей спасибо.

Наталья злорадно усмехнулась. Надеялась, что не найдут. Некоторых и могила не исправит.

– Как вы получили экстракт? От деймонара?

– Нет, он дал мне семена. Я должна была принимать их как таблетки. «Печать плоти» слишком кровоточила. Ожидалось, что рубец образуется в течение двух дней, но, когда через неделю стало ясно, что рана не затягивается, деймонар задёргался.

– Как он выглядел?

– Деймонар? Не знаю. Он использовал нестабильно-текучую иллюзию. Сплошной калейдоскоп образов. Как будто каждые пять минут общаешься с другим мужчиной. В определённой ситуации в этом была особая пикантная прелесть.

Я закатила глаза:

– Без подробностей, если можно. Хорошо, как вы получили экстракт? Точнее, как вы узнали, что семена можно прорастить?

– Случайно. Николай и я слегка увлеклись. Я дала ему себя укусить… Первые десять секунд всё было очень круто, а потом его начало выворачивать. Вампиры переваривают кровь медленно, а он как раз в этот день питался. Вся спальня была в кровище, но мне удалось его вытащить.

– Как?

– Я же некромант, – довольно протянула Наташа. – Просто запретила ему умирать, активировала процесс регенерации. Желудок пришлось латать двое суток, питаться он смог начать только спустя четыре дня. Комнату чистила магией, немного крови собрала и заключила в сферу. Хотела пронести образец в лабораторию при академии, а потом решила проверить, как кровь воздействует на семечко. И оно проклюнулось после пары капель! Никому до меня не удавалось вырастить багрянец в нашем мире!

– Поздравляю, – едко произнесла я, но Миронова не заметила сарказма. – Если Елену не найдут, какова вероятность, что вампиры узнают о вашей причастности к её пропаже?

Миронова поморщилась:

– Мне не нравится формулировка.

– Предпочитаю называть вещи своими именами. Вы дали Елене яд и не предупредили об этом. Как только она его приняла и ослабла, кто-то в «Подземье» тут же воспользовался ситуацией. Возможно, к исчезновению главы общины имеет отношение укравший саженцы из квартиры Николая. Подскажите, Денисов и Чернова общались?

– Хотите знать, спали ли они? Да Ольга прошла по рукам у всего «Подземья», ни одного кровососа не пропустила, – с ненавистью прошипела некромантка.

– На парковке конфликт возник из-за вашего подчинённого вампира?

– Она как-то узнала, что мы встречаемся, начала целенаправленно ему шею подставлять. Пришлось сделать небольшое внушение.

Наталья ревновала. Хоть что-то в этой истории оказалось объяснимым и понятным.

– Тессия, я могу вас попросить о небольшом одолжении? Если появится мама или Таня… скажите, что я не хочу никого видеть. Я не готова…

– Хорошо. Что-то ещё?

– Не отдавайте меня Серой страже.

Миронова с мольбой посмотрела на меня. И в этот раз она не притворялась.

– Это зависит не от меня.

– Я понимаю, – Миронова принялась снова запускать в воздух огневки.

Выйдя из комнаты, я прислонилась спиной к двери и прикрыла глаза. Мне бы хоть каплю мироновской выдержки и самообладания. Понятия не имею, как бы я повела себя на её месте. Я набрала номер Ворониной, абонент оказался недоступен.

Перед тем как вернуться к Юдину, я заглянула к Соколову.

– О! Ты здесь? Дуй сюда. Я тут с нашим вампиром на благо общества поработал и кое-что нарыл.

Оказалось, что Гришка продолжал изучать тело Николая. Вампиры за ним не явились, вот судмед и пользовался моментом.

Соколов склонился над экраном и принялся тыкать пальцем в графики.

– Ребята изъяли из лаборатории Кузьмина наркотик, я сумел выделить растительный компонент. Проверил, как тот действует на тело вампира. Посуди сама, если живым от него суперпауэр прилетает, то и нежить как-то должна реагировать. Так вот, багрянец ускоряет разложение! Представляешь? – поведал Соколов таким тоном, будто ему только что присвоили звание «Судмедэксперт года».

– Бягрянец – яд для нежити, – подтвердила я.

– Ну вот, а я надеялся, что откопал что-то полезное, – заметно расстроился судмед.

– Полезное, – подтвердила я. – И научно обоснованное. Сбросишь Юдину?

– Само собой. А ты зачем пожаловала?

– У меня есть просьба. Деликатная. – Соколов тут же перестал дуться и с интересом уставился на меня. – Ты же осматривал ребят, которых ночью в УПИР доставили? Анализы брал?

– Естественно, а что?

– Я тоже эту заразу продегустировала.

– Громова! Никогда бы не подумал, что ты употребляешь… – изумился рыжик.

– Тьфу на тебя! Мне в вино накапали.

– Стой здесь, я мигом.

Помимо шприца, Соколов притащил электронный эспандер, тонометр, какую-то трубочку для дыхания, но больше всего меня насторожил скальпель.

– Зачем? – Я ткнула пальцем в пластиковую коробочку.

– У ребят из обезьянника зафиксирована ускоренная регенерация…

– То есть ты хочешь меня почикать и потом наблюдать? – гневно напустилась я.

– Да я аккуратно, поверхностно…

Я сунула Григорию кукиш под нос.

– Ну нет так нет, – смиренно отступился он. – Я же не настаиваю.

После отказа от хирургического вмешательства Григорий довольно-таки шустро взял у меня из вены кровь, измерил давление, дал подышать в трубочку и пожмакать эспандер. Тут его ждало разочарование: никаких признаков суперсилы у меня не обнаружилось. Надо признаться, что я вздохнула с облегчением. Вид летящего через всю комнату Михаила до сих пор стоял перед глазами. Я слезла со стула, справедливо полагая, что медосмотр завершен, но Соколов водрузил на стол большую пластиковую банку.

– Это не тебе, – ухмыльнулся судмедэксперт. – Тут такое дело. Я ревизию проводил и нашёл неутилизированный орган нашей некромантки.

– И-и-и? – только и смогла выдавить я.

– Это сердце. Я же в процессе вскрытия его изъял.

– И? – во второй раз пискнула я, на что-то более осмысленное меня не хватило. Я уже сообразила, к чему клонил Соколов, и желание заржать боролось с приливом жалости к Мироновой.

– Надо бы вернуть владелице, раз уж она так неожиданно из могилы выкарабкалась. А то неудобно как-то получается, у девушки недокомплект, а её сердечко у меня в холодильнике томится.

Не выдержав, я рассмеялась, а вот Соколов явно обиделся и громко засопел.

– Прости, Гриш, но фраза «Я возвращаю вам ваше сердце…» обрела для меня новый смысл.

– Думаешь, за цветами всё же сгонять? – коварно улыбнулся судмедэксперт.

Вот тут-то я и поняла, что Миронова ещё не раз пожалеет, что попросила убежища в управлении.

Юдин ожидал меня у монитора, вид у капитана был задумчиво-суровый. Я ещё не успела озвучить просьбу Натальи, как Филипп подался вперёд, уперся обеими ладонями в стол и произнёс:

– Нет.

Я и сама понимала, что дело не выгорит, но для очистки совести всё же предупредила:

– Фил, передать Миронову стражам – значит обречь её на гибель.

– С чего это вдруг? Проблема Мироновой носит сугубо магический характер, как раз в компетенции стражей. Не станешь ли ты утверждать, что разбираешься в перерождённых некромантах лучше магов из Башни?

– Не стану, но… – Я решила играть в открытую и поставила на стол каплевидный флакон.

– Так-так… Очень интересно, – пробормотал Юдин и погладил подбородок. – Дай угадаю, багрянец?

– Угу.

– Где взяла? У вампиров?

– Нет. Эльф знакомый достал.

– Хочешь передать Мироновой?

– Она не сможет принимать его напрямую. Только через Воронину. Фил, я опасаюсь, что стражи попытаются разорвать связь между Елизаветой и Натальей.

– Лучше спасти одного мага, чем потерять двух?

– Верно. Если ситуация ухудшится, спасать будут только Воронину.

– А ты полагаешь, что вправе лишить её шанса на выживание?

– Я считаю, что Мироновой надо предоставить время. Возможно, мы найдём какое-то решение. Экстракт – всего лишь отсрочка, но она так необходима Наталье.

– Ничего не могу поделать, я уже сообщил в Башню. За Натальей приедут в ближайший час. Мне жаль.

– Если бы стражи знали, что Миронова, находясь здесь, оказывает услугу управлению…

Юдин откинулся на спинку стула и вздохнул:

– Давай уточним, верно ли я понимаю. Наталья Миронова заключила сделку с вампирами и кинула их. Нет, помолчи, я допускаю, что глава общины поступила непорядочно, но, если бы Наталья добилась своего, вряд ли бы она смиренно продолжала изучать некромантию. Чтобы избавиться от Елены, Наталья пошла на сговор с деймонаром, которого предала при первой же возможности.

– Никого она не предавала, – проворчала я, понимая, что слова капитана не так далеки от истины.

Деймонар провёл связующий ритуал, потратил энергию на «Печать плоти», а провернуть это под носом у того же Норда было весьма сложно. Вряд ли Хозяин рассчитывал, что Слуга настолько «скоропостижно» от него ускользнёт. На месте Мироновой я бы переживала вовсе не из-за мести Елены, а дергалась бы из-за деймонара, от которого не спасут стены управления.

– Тесс, где гарантии, что сородич Норда не заявится за своей, пусть и бывшей, Слугой? У деймонара были какие-то планы на Миронову. Неужели он так просто её отпустит? Я не позволю превратить управление в площадку для выяснения отношений с помощью магии. Чем быстрее Миронова покинет УПИР, тем нам всем станет спокойнее.

Всё решил звонок на коммуникатор.

– Хорошо. Под твою ответственность. – Юдин со вздохом пояснил: – Не управление, а балаган какой-то. Оперировать Соколов нашу чудо-нежить собрался. Та потребовала, чтобы её сердце вернули на законное место.

Да уж, Гришка в своём репертуаре. Не мытьем так катаньем, но своего добился. Теперь главное, чтобы во время операции пациент не прибил доктора.

В течение первого часа совместной работы Кирилл и Саша уже успели поцапаться. Когда я вошла в зал, ребята сидели на разных концах стола в ожидании завершения обработки видеофайлов.

– Как продвигается?

– Пока тридцать процентов прогнали, – отчитался Кирилл. – Если бы я работал в одиночку, процесс протекал бы быстрее! Из-за этой, – парень мрачно посмотрел на Сашу, – система виснет.

– Нечего было все файлы в обработку пускать. Разделил бы на несколько этапов.

– А если прервать и запустить повторно, но уже меньшим объемом? – предложила я.

– Не-е-е, только время потеряем, – помотала головой вампирша. – Пусть уже как есть фурычит. Часик – и будет готово.

Я снова набрала номер Ворониной. В этот раз она была в зоне доступа, но на вызов не ответила. Если не выйдет на связь в ближайшее время, поеду разыскивать. Пока же я собиралась предупредить нашего андроида, чтобы в случае появления Елизаветы немедленно сообщил мне.

В холле УПИРа маячил высокий хлыщ, выполнивший доставку из цветочного магазина. Гришка вконец оборзел. Решил, раз Наталье приказано вести себя прилично, то у него развязаны руки и можно доводить несчастную недонежить. Ещё и меня в это дело втянул!

– Громова, к вам тут пришли. Получите и распишитесь, – объявил Женечка и уткнулся в монитор.

Сперва я сочла, что нашего охранника наконец-то перепрограммировали. Куда там! Оказывается, влюблённые андроиды ревнивы, а ещё они крайне обидчивы.

– Что это такое? – Я ткнула пальцем в цветочную композицию.

– Букет любви! Для вас! – жизнерадостно заверил курьер и протянул бланк, в котором следовало расписаться в получении.

– А смахивает на погребальный, – фыркнула я, придирчиво рассматривая флористическое чудо. Нет, возможно, какая-нибудь готесса пришла бы от такого букета в восторг, но я откровенно сомневалась, что Миронова воспримет подарок с должным чувством юмора. Десяток бордовых полураспустившихся роз дополняли темно-фиолетовые орхидеи.

– Да как вы можете так говорить! Наш месье Жан обучался искусству флористики во Франции. У него изысканный вкус и непревзойдённое умение работать с клиентами. Мне искренне жаль, что подарок поклонника вас расстроил. Случается так, что мужчины не всегда понимают тайные желания женских сердец, – проникновенным тоном добавил курьер.

Тут я хмыкнула. Если бы сердце Натальи могло говорить, оно бы сказало, что единственным его желанием является возвращение на законное место, а букеты с кладбища на фиг не сдались.

Я расписалась в бланке доставки и пожелала курьеру удачного дня.

Эх-х, Гришка, зараза ты рыжая. А меня-то зачем в лямуры с кладбищенским уклоном втягивать? Если Миронова прибьёт Соколова после вручения цветов, меня же потом объявят виноватой. А впрочем, можно и себе цветочки оставить. Не зря же меня указали адресатом.

– Вы так любите цветы?

– Не знаю, пока не определилась, – честно призналась я. Букетов мне никогда не дарили. Если же представить, что этот букет действительно привезли мне… Чисто теоретически. Хм-м… Да! Мне однозначно нравятся цветы!

– А что, если я вам тоже букет подарю?

Если моя челюсть и не упала на пол, то была близка к этому.

– У вас денег нет. Роботам они не положены, – выкрутилась я.

Женечка от обиды аж завис, только голубыми глазищами хлопал печально-препечально. Так, надо серьёзно поговорить с ребятами – либо они перепрограммируют несчастного Ромео, либо я лично устрою ему демонтаж.

Я шла по коридору, размахивая букетом, точно жезлом. Пока дотопала до дверей лаборатории, признала, что веник очень даже ничего. И все-таки странно, что жизнерадостный Соколов выбрал такие мрачные цветы. Да и над Натальей он бы не стал измываться настолько изощренно. Ему и шуток насчёт сердца из банки с формалином должно хватить на ближайшие несколько дней. Потом начнет прикалываться насчет швов и стежков. Цветы однозначно не вписывались. Крохотная карточка выпала из букета, покружилась немного в воздухе и шлепнулась на пол. Я подняла её и помянула мыхря. На темной поверхности поблескивало золотое изображение орхидеи.

В личный кабинет я возвращалась чуть ли не бегом. Не хватало, чтобы кто-то с цветами застукал. Что делать с букетом, я понятия не имела. Если оставить на работе – коллеги изведут. Они ко мне обычно редко заходили, но закон подлости никто не отменял. Если же отнести домой, цветы могла постигнуть участь платья, подаренного Нордом. Я остановилась, быстро осмотрелась и зарылась в букет носом.

Сработавшая система громкой связи заставила подпрыгнуть на месте:

– Громова, зайди ко мне…

Букет я запихнула на верхнюю полку и прикрыла папками. Если не знаешь, что он там лежит, ни за что не догадаешься. Сначала – дело, а с личным разберусь как-нибудь потом.

Юдин собрал у себя чуть ли не всё управление, даже Соколова вызвал. Судмед махнул рукой и указал на свободный стул, оставленный для меня. Саша и Кирилл непоседливыми кузнечиками суетились перед монитором, то и дело фыркая друг на друга. Стало быть, откопали что-то интересное.

– Все в сборе? Отлично! Начинайте, – скомандовал капитан.

– Нам поручили прогнать видео из «Ночной орхидеи», – бойко начала доклад вампирша.

Кирилл вывел на экран фрагмент записи из шоу-зала.

– Объект для отслеживания – Ольга Чернова, помощница депутата городской думы Аркадия Миронова, – перехватил эстафету Кирилл.

Изображение ожило, явив ряды столиков и немногочисленных посетителей. В пять тридцать в клубе оставались самые стойкие или те, кто был не в состоянии самостоятельно добраться до такси. Возникшую в поле зрения Ольгу Чернову я сначала приняла за одну из участниц шоу-программы. Облегающий комбинезон леопардовой расцветки, чёрные туфли на высоченных каблуках, кокетливый красный шарфик на шее. Похоже, что по ночам помощница депутата отрывалась по полной. Ольга шлёпнулась за столик, с которого ещё не успели убрать недопитый алкоголь и грязные бокалы, но её это ничуть не смутило. Покрутив полупустую бутылку в руках, она понюхала её содержимое, а потом приложилась прямо из горла. Сделав глоток, Ольга небрежно швырнула бутылку на стол, та завалилась набок, покатилась и упала на пол, но Чернова не обратила на это внимания. Её взгляд был прикован к кому-то в другой части зала. Когда же на экране появился мужчина, встречи с которым ожидала Ольга, я тихо охнула от удивления. За столиком к Ольге присоединился не кто иной, как Сорог, и запечатлел на губах женщины пылкий поцелуй.

– И? Что дальше? Не улавливаю связи, – нарушил молчание Ларионов.

– Всё очень просто. – Юдин остановил видео, взял лазерную ручку и вывел на доске одно-единственное слово – «багрянец». – Думаю, все присутствующие в курсе событий минувшей ночи. В городе засветился наркотик, в состав которого входит багрянец, цветок из мира фейри. Какое влияние он оказывает на обычных людей, мы видели собственными глазами.

– …! – кратко, но ёмко выразился Влад.

– Влад, здесь же дамы! – неодобрительно проворчал Ларионов. – Известно, откуда эта дрянь взялась?

– Как раз её принимала Наталья Миронова перед вхождением в транс, – пояснил Юдин. – Есть подозрения, что Миронову и её любовника, вампира Николая Денисова, прикончили, чтобы добраться до цветка, из которого получали экстракт.

– А потом цветок передали Кузьмину? Он планировал выпустить новое чудо-дурь на рынок? – предположил Влад.

Слово взял Ларионов:

– Я проверил финансы Кузьмина. В первую очередь выяснял, на какие шиши тот оборудовал лабораторию. Так вот, Эдуард получил солидную сумму от Черновой. Кроме того, я нашел ещё один интересный денежный перевод на счёт Черновой. От Демиана Норда.

– Сумма перевода покрыла затраты на лабораторию? – спросила я.

Ларионов взял ручку и вывел на доске цифры. Да, однозначно заказчиком Норда считать нельзя, но одним из спонсоров проекта он вполне мог быть. Я ощутила прилив сожаления.

Да и какая разница, как я относилась к Норду? Если тот замешан в производстве багрянца, то должен понести наказание. Интуиция подсказывала, что вероятность причастности к делу Норда намного выше, чем участие Сорога. Да, улики были против последнего, но я видела оборотня, общалась с ним. Он не произвел впечатления любителя быстрой наживы или типа, стремящегося любым путём расширить сферу своего влияния. А Норд? Был ли он таким? Кажется, я влипла. Если личное отношение к подозреваемому начинает мешать объективному анализу и сопоставлению фактов, то ты уже задница, а не следователь. И все-таки меня не покидало ощущение, что что-то в этой истории не сходится.

Убийца прокрался в квартиру Мироновой и, обнаружив её без сознания, хладнокровно пристрелил. Сорог – воин, он бы никогда не унизился до подобного. Что касается Норда, то, по его личному признанию, надумай он кого-то прибить, мы бы и тела не нашли.

– Сергей, а когда был сделан перевод Черновой? – решила я проверить идею.

Ларионов молча вывел на доске дату перевода, и я почувствовала облегчение. Никакой Норд не спонсор.

– Выходит, Черновой компенсировали ущерб, нанесенный на парковке комплекса «Тихая гавань», – глубокомысленно произнёс Юдин.

Обожаю своего начальника – схватывает всё на лету.

– О’кей, Чернова и Кузьмин производили наркоту. При чем тут Сорог? – вклинилась в обсуждение Саша.

– Неужели это он пристрелил находящуюся в магическом трансе Миронову? – предположил Ларионов.

– Не знаю, кто из них двоих спустил курок, но намерен выяснить, – подытожил Юдин. – Ольга не была сегодня на работе, дома и в «Подземье» её также в настоящий момент нет. Я объявил её в розыск.

– А Сорог?

– Находится у себя в квартире. За ним ведут наблюдение стражи.

– Будем брать?

Вместо ответа Юдин уставился в КПК.

– Есть! Судья подписала ордер. Я запросил поддержку Серой стражи. Геннадий, Влад, Тесс, едете со мной. Обоймы зарядите серебром.

Оборотни кивнули. Мне показалось, что я заметила в их глазах тень сожаления. Всегда неприятно выступать против своих.

Сорог обитал в двадцатипятиэтажной свечке. Двухкомнатная квартира на третьем этаже была приобретена в рассрочку четыре года назад. Иной недвижимости за оборотнем не числилось. Единственным источником дохода являлась зарплата, получаемая в охранном агентстве «Полуночный дозор», владельцем которого являлся Демиан Норд.

Влад свернул на стоянку и сообщил, что мы прибыли. Машина стражей припарковалась рядом, и из нее киношными супергероями высыпали маги: три боевика-элементалиста, одна ищейка-артефактор. Все как один в чёрных джинсах и серых удлинённых туниках. Последним из машины вышел глава отдела межрасовой безопасности.

– Филипп Юрьевич, у меня проблемы с памятью, или изначально речь шла о двух стражах? – озвучил всеобщий вопрос Влад.

– Десять минут назад к нему вошла Чернова, – отрывисто бросил через плечо Головин, направляясь ко второму подъезду. Стражи молчаливыми тенями следовали за ним.

В холле нас ожидал ещё один сюрприз, вернее, два – именно столько магов-слухачей осуществляли внешнее наблюдение. Один из них располагался на кожаном диванчике, прикрытый иллюзией безобидной седовласой старушки. При виде нас бабушка бойко вскочила на ноги и доложила низким басом:

– Объекты не покидали квартиру. Светличная сканирует разговоры, но ничего подозрительного не уловила.

Я безошибочно повернулась в сторону высокого развесистого фикуса, вокруг которого роились розовые, пахнущие чёрной смородиной энергетические вихри. Фикус слегка покачнулся, и рядом с ним возникла девушка в униформе стражницы.

– Докладывайте! – нетерпеливо поторопил Светличную Головин.

– Оба всё ещё там.

– Это мы уже поняли. О чём разговаривали, чем занимаются?

Светличная покраснела. Рядом со мной весело хмыкнул Влад и устремил взгляд в потолок. Три этажа – многовато для оборотня, но всё-таки это не предел.

– О да! Они ещё там. Дом обычный, магической звукоизоляции нет. Хм-м… Да тут вообще никакой звукоизоляции нет. Не понимаю, как Сорог может здесь спать.

– Ну, положим, сейчас он не спит. Будем брать? – Боевик подбросил на руке лавовик – симпатичный шарик, внутри которого бурлила раскаленная магма.

– Вот так вот? Сразу? – робко уточнила Светличная.

– Предлагаешь подождать, пока они закончат и пойдут принимать душ? – фыркнул элементалист.

Вероника сделалась совсем пунцовой, а потом подобралась и застыла, точно натянутая струнка.

– Что-то не так, – пробормотала она.

Влад нахмурился, а затем объявил:

– Филипп Юрьевич, вызывайте медиков.

Юдин без лишних вопросов выхватил коммуникатор, но Головин остановил капитана:

– Не успеют. Лучше наши.

– Согласен.

– Лазовски, на выход, поможешь открыть портал. Остальные переходят в распоряжение капитана Юдина, – скомандовал Федор Михайлович и побежал к дверям.

Филипп сориентировался мгновенно:

– Ты, – обратился капитан к Светличной, – остаешься на месте и контролируешь главную лестницу. – Вы оба, – кивок «бабушке» и ищейке, – на чердак. Подниматься по лестнице, – уточнил он, нажимая кнопку вызова лифта.

Как только кабина тронулась с места, я спросила:

– Влад, что произошло?

– Что-то с Черновой. Сорог её не трогал. Точнее, он её трогал, но тут ни при чём.

– Сейчас разберёмся. Громова, в сторону.

Поскольку я медлила, Геннадий схватил меня за плечо и задвинул в глубину лифта.

– Капитан!

– Сзади, Тесс, или будешь кататься в ожидании особого приглашения.

Желание спорить тут же пропало. С Юдина вполне сталось бы заблокировать меня в кабине. По сути, меня взяли только для осмотра квартиры Сорога.

Створки лифта раздвинулись одновременно с распахнувшейся черной металлической дверью. Не знаю, кто больше удивился – упировцы или возникший на пороге квартиры Сорог. На руках он держал замотанную в простыню Ольгу Чернову. При виде нас оборотень инстинктивно дернулся к лестнице, но, заметив поднимавшихся по ней магов, замер.

– Сорог, не глупи, ей нужна помощь, – сухо бросил Геннадий.

– Тогда расступитесь и дайте мне добраться до больницы!

– Не надо в больницу, – заплетающимся языком пролепетала Чернова. – Мне нельзя в больницу. Отвезите меня в «Подземье».

На шее стоящего впереди меня боевика активировался амулет-маячок:

– Отойдите! – воскликнули мы с ним одновременно. Маг отскочил к лифту, упировцы слаженно потеснились к лестнице, Сорог, воспользовавшись заминкой, скрылся в квартире. Из открывшегося портала вышел Головин и высокий мужчина лет сорока. На его груди поблескивал знак целителя.

Не успели мы обменяться приветствиями, как дверь снова распахнулась. Выскочивший на площадку Сорог сжимал в руках короткий меч.

– Сорог, вы жаждали доставить Ольгу к медику. Он перед вами, – сообщил дерганому оборотню Юдин.

Сорог продолжал колебаться.

– Время… Мы упускаем время, – твердо произнёс целитель.

– Заходи, – объявил Сорог мужчине. – Только ты, ни один боевик не переступит порог моего дома.

– Роман, постой. – Головин заступил целителю путь. – Один не пойдёшь.

Мужчина нехотя подчинился. Я понимала и разделяла опасения Головина. В одиночку целитель мог не справиться в случае нападения оборотня и стал бы отличным заложником.

– Владислав, не окажете ли вы мне честь? – медленный, практически издевательский кивок Владу. – И консультант пусть заходит. – Неожиданно Сорог ткнул мечом в мою сторону. – Может, хоть тогда пойму, по какому поводу вы сюда припёрлись.

Юдин приказал мне оставаться на месте. Когда я шагнула вперёд, в спину прилетело:

– Уволю к чертям.

Осмотреть логово Сорога как следует не вышло. Целитель безошибочно определил, за какой дверью находится Чернова, и поманил за собой. Комната оказалась спальней. На широкой кровати лежала Ольга.

– Сканируйте, – приказал целитель.

– Комнату или Чернову?

– Сначала комнату, потом её. – Уточнив последовательность действий, Роман опустился на краешек кровати рядом с Ольгой. Та попробовала протестовать, но из горла вырвался лишь тихий хрип. На лице женщины не было ни кровинки, губы посинели. Не знай я, что Сорог – оборотень, сочла бы, что её во время занятия любовью опустошил инкуб.

Я покосилась на владельца квартиры, точнее, в первую очередь меня интересовал его меч.

– Приступай! – скомандовал оборотень и снова ткнул мечом в мою сторону.

Влад тут же закрыл меня собой.

– Оружие уберите сначала, – проворчала я. – Задолбали уже всех своей железякой нервировать.

Сорог зарычал, но просьбу выполнил. Повернувшись к нему спиной, я приступила к сканированию.

На энергетическом уровне квартира оказалась чистой. Очевидно, Сорог не был любителем магии. Или же не хотел привлекать к себе внимание. Разобравшись с помещением, я повернулась к Черновой.

– Что-нибудь почувствовали? – спросил целитель, не прекращая магический осмотр Черновой. Женщина лежала, вытянувшись по струнке, и не препятствовала его манипуляциям.

– Дайте мне ещё минуту, – попросила я.

Аура Ольги выглядела странно, как если бы над женщиной совсем недавно поколдовали.

Поймав пристальный взгляд оборотня, несколько невежливо фыркнула:

– Вы так и будете у меня над душой стоять? К двери отойдите.

Надумай Сорог напасть, добавочные четыре метра меня бы не спасли, но психологически стало комфортнее, когда он переместился. Появившегося в спальне боевика я не увидела, зато почувствовала активированные на нём амулеты и обереги. Сорог тоже их засёк, или же он учуял стража по запаху. По телу оборотня пробежала судорога трансформации. Он безошибочно повернулся в направлении невидимого мага и прыгнул. Сонное заклинание, настигшее Сорога, прилетело от целителя, а вот электрическая плеть, ударившая по ногам, принадлежала уже боевику.

Дверь в спальню распахнулась. За пару секунд комната оказалась переполнена. Головин лично защелкнул на оборотне магические наручники и зачитал права. Заклинание сна на Сороге сработало как парализатор. Оборотень стоял на коленях и не сводил с меня тяжёлого, немигающего взгляда, словно это я одна была виновата в происходящем.

Боевики помогли Сорогу подняться на ноги. Тот выглядел вполне бодро, даже пытался вырываться, но, получив от Федора Михайловича молнией в грудь, стал вести себя сдержаннее. Головин приказал вывести подозреваемого на улицу и открыть портал.

– В создании пространственного перехода нет необходимости, – вмешался Юдин. – Мы сами доставим задержанного в управление.

– Филипп Юрьевич, это неразумно, – заявил Головин.

Нет, я как чувствовала, что этим одарённым умникам доверять нельзя. Только и ждали удобного момента, чтобы перехватить нашего подозреваемого. Влад и Геннадий разом помрачнели, видимо, пришли к аналогичным выводам, и только Юдин сохранял спокойно-безмятежный вид.

– Серая стража решила нарушить данное слово? – невозмутимо поинтересовался капитан.

– Всего лишь хочу уберечь вас от огромной ошибки, – Головин был сама любезность, – Сорог не обычный оборотень.

– У нас надежные камеры.

– Элементалисты отправятся с вами, – сдался глава отдела межрасовой безопасности и подал знак боевикам.

– Хватит и одного.

– Как скажете, Филипп Юрьевич. УПИР – ваша территория, и как начальник вы несёте ответственность за безопасность вверенных вам сотрудников.

Есть! Сорог наш. Тут я с трудом подавила улыбку. На самом деле я ни на секунду не усомнилась в Юдине. С первого дня работы управления капитан не пасовал перед магами, держался на равных, старался вникнуть во всё самостоятельно, а когда припекло, нанял консультанта по сверхъестественному.

Сорога передали нашим оборотням. Нехотя, осыпав предупреждениями, но передали же! Влад и Геннадий вывели его из квартиры. Следом потрусил маг-элементалист.

Головин отпустил почти всех стражей. В спальне задержалась только ищейка, занимающаяся сканированием квартиры. Зря старалась, я уже проверила – помещение было чистым.

– Громова, нужна ваша помощь, – донеслось со стороны кровати.

Вот зараза, я совершенно упустила из виду вроде-как-умирающую Чернову. Ольга приоткрыла глаза, увидела, что я приблизилась, и протестующе замычала. Да, любительница клыкастиков, ты мне тоже не нравишься. Ну а что поделать, работа у меня такая.

– Как она?

– Ничего не могу понять, – целитель создал в воздухе проекцию грудной клетки Черновой, яркими ниточками на ней отражалась система кровообращения. – Артериальное давление повышено, пульс под двести, и в то же время внешний вид не соответствует.

– Магия?

– Это вы у нас ищейка, вот и ответьте.

– Ольга принимала багрянец.

Целитель нахмурился и упрямо произнёс:

– Изменения должны были затронуть и внешний вид.

– Мне так холодно, – слабо пролепетала Ольга и закатила глаза.

Я всмотрелась в лицо Черновой.

– Вы бы не могли ненадолго прервать сканирование?

Роман кивнул. Сеточка заклинания погасла. И тут только я увидела его! Активное заклинание, окутывающее лицо Ольги. Мне было сложно его отследить, потому что эта магия не имела отношения к человеческой. Я приложила руку ко лбу Черновой в попытке развеять чужие чары, женщина хотела меня оттолкнуть и была остановлена целителем. Он сложил руки пациентки на груди крест-накрест, по принципу смирительной рубашки.

– Тише, дорогая, мы всего лишь хотим тебе помочь.

Дорогая зарычала как-то уж слишком бодро, а потом её лицо сползло. Нет, не в прямом смысле, а всего лишь иллюзия немощности снялась. Я замерла, не в силах поверить своим глазам, – вокруг головы Ольги роились нетипичные вихри распавшегося заклинания эльфов. Заклинания, которое я смогла развеять! Физиономии Черновой вернулись привычные краски, на щеках выступил лихорадочный румянец.

– Эльфийская иллюзия, – вынесла вердикт я.

Чернова подскочила на кровати, целитель отлетел в сторону, словно тряпичная кукла. Мне повезло намного меньше – я и пискнуть не успела, как Ольга произвела захват, пальцы сжали горло. Она сдавила его слегка, но у меня перед глазами замелькали чёрные точки. Сквозь мутную пелену до меня донесся истерический вопль:

– Всем отойти назад! Вытянуть руки, чтобы я их видела. Если хоть кто-нибудь шевельнет пальцем, я оторву ей голову. Поверьте, опыт у меня есть.

Чернова стащила меня с кровати, казалось, я слышу, как хрустят шейные позвонки. Отступив к стене, Ольга чуть ослабила хватку, давая мне вдохнуть. Я закашлялась, судорожно хватая воздух. Теперь главное не наделать глупостей и выжидать. Если эта припадочная решит, что я представляю для неё угрозу, то прибьёт.

– Ольга Николаевна, прошу сохранять спокойствие. – Юдин сделал шаг вперед, приподняв руки ладонями вверх. – Вы находитесь под воздействием наркотического средства. Пожалуйста, отпустите сотрудницу Управления по иным расам, и вам помогут.

– Помощь? Считаете, мне нужна помощь? Да мне никогда в жизни не было так хорошо!

– Багрянец разрушает нервную систему, его воздействие губительно для человеческого организма, – голос целителя звучал текуче, успокаивающе. – Сердечная мышца сгорает за считаные недели. Как давно вы принимаете багрянец?

– Врёте! Вы все врёте! – от истошного крика у меня звенело в ушах. – Вы боитесь, что обычные люди потеснят вас. Багрянец откроет перед человечеством новые возможности. Вы, маги, специально прятали от нас это чудо! А он поделился. Он не боится окружать себя равными!

Прижатая к груди Ольги я чувствовала, как у той бешено колотится сердце, дыхание женщины было тяжёлым, свистящим. Пальцы, удерживающие меня за горло, слегка подрагивали. Да вырубит её кто-нибудь? Чего маги медлят-то? Ответ пришел сам, заставив меня прикусить нижнюю губу от страха. Маги тянули время, поскольку боялись, что парализующее или усыпляющее заклинание не подействует сразу. Если Чернова поймет, что к ней применяют чары, запросто свернёт мне шею.

– Чего же вы хотите? – произнес Юдин, медленно сдвигаясь вправо. Чернова повернула к нему голову, при этом ищейка находилась вне поля её зрения. Одарённая вытащила из кармана палочку-активатор. Оставалось надеяться, что в ту вплели что-то стоящее и оно не зацепит заодно и меня. Рабочая неделя и без того выдалась мыхрячей, но отхватить боевое заклинание – уже перебор.

Головин перехватил инициативу:

– Каковы ваши требования, Ольга Николаевна? Озвучьте условия освобождения заложника, и мы выполним их.

– Мои требования? – сипло переспросила женщина. – Мне нужно вернуться в «Подземье». Мне срочно нужно…

Договорить она не смогла. Закричав, схватилась за голову, а ведь ищейка ещё не успела воспользоваться жезлом! Головин оказался быстрее: удар магией по ногам повалил Чернову на колени, меня отбросило к кровати.

– Я не вижу! Я ничего не вижу! – взвыла Чернова.

– Головин, отставить, в этом нет необходимости! – Это уже орал Юдин.

– Магия тут ни при чём, – возразил целитель. – Давление двести на сто, пульс учащен… – Роман взмахом руки вывел на стене две шкалы цифр, отражающие текущее состояние Черновой. У Юдина от подобной магической плюшки глаза на лоб полезли, а я испытала такое чувство гордости за факультет стихии Земли, что на глазах слезы выступили. Допустим, слезы у меня выступили не только из-за этого. Горло саднило, не то что глотать, дышать было больно, вдобавок ныло плечо. Я здорово ушиблась при падении.

– Что вы со мной сделали?! – крик Ольги походил на рев раненого зверя, она крутила головой, выставив вперёд руки.

– Ольга Николаевна, вам нужна срочная медицинская помощь. – На лбу целителя выступила испарина. – Я не справлюсь. Нужен физический контакт.

Пульс Ольги продолжал повышаться. Ищейка активировала жезл, и в Чернову полетело синее облачко сонного заклинания. Ещё до того как оно окутало беснующуюся Ольгу, я знала, что ничего не выйдет, – слишком большой выброс адреналина обеспечивал багрянец. Эта дрянь сжигала Чернову изнутри. Человеческий организм не способен к ускоренной регенерации, ткани не справлялись с таким количеством энергии, не могли её усвоить.

Сонное облачко развеялось, явив нам торжествующую перекошенную физиономию.

– Это всё, на что вы способны?! Ваша магия дешёвка по сравнению с возможностями, которые даёт багрянец! Где вы? Я чувствую биение ваших сердец. Где ты, Громова? Твой страх смердит хуже, чем труп безголового вампира. Хочешь знать, как это было? Он начал разлагаться ещё до того, как я оторвала его безмозглую башку. Укусил меня и сдох. Всё испортил!

Чернова замерла на несколько секунд, а потом захрипела и повалилась на пол. Роман бросился к ней, обхватил лицо руками и принялся певуче произносить слова заклинания. Я шумно вдохнула и скривилась – магия целителя отдавала аптекой. Цифры на стене показали давление сто двадцать на восемьдесят. Дыхание Ольги выровнялось. Кажется, она уснула.

– Стабилизировал?

Роман поднялся на ноги и знаком попросил нас отойти к двери.

– Приступ удалось купировать, но, боюсь, это ненадолго, а повторного скачка давления она, скорее всего, не выдержит. Если у вас есть вопросы…

– К дьяволу вопросы! Вытаскивайте её!

– Не смогу, Филипп Юрьевич. Как только воздействие багрянца прекратится, она умрет. Организм уже не в состоянии функционировать самостоятельно – приобрёл стопроцентное привыкание, органы давно работают на износ. Она, видимо, постоянно повышала дозировку.

– А если влить новую порцию?

– Сердце не выдержит.

Чернова приоткрыла глаза и заморгала. Наверняка слышала каждое слово.

– Отвезите меня в «Подземье». Мне обещали…

– Сделать вампиром? – хрипло произнесла я. – Думаете, хоть один кровосос согласится подарить вам поцелуй смерти, зная, что после этого сдохнет сам?

Голос Черновой задрожал:

– Он обещал…

– Кто? Алвин? Алексей? Милодар?

Ольга покачала головой, перекошенные губы растянулись в улыбке, однако взгляд остался неподвижным и тусклым.

– Он сделал со мной что-то ещё. Сказал, так нужно…

– Окутал иллюзией, чтобы никто не догадался о вашем состоянии.

Лицо женщины озарилось внутренним светом:

– Говорила же, что он позаботится обо мне!

Позаботится? Как бы не так! Да Чернову попросту использовали. Не только подсадили на багрянец, а регулярно накачивали убойной дозой и поддерживали магией, чтобы в любой момент с лёгкостью вывести из игры. Инсульт в тридцать лет? В нашей жизни и не такое случается.

– Николай помогал вам выращивать багрянец?

– Он понимал, что с Мироновой ему ничего не светит. Дура оказалась слишком жадной. Научилась выращивать цветок, но не захотела делиться со своими. Её даже деньги не интересовали.

Нет, тут дело не в деньгах, просто Миронова оказалась меньшей сволочью, чем ты. Она бы никогда не позволила багрянцу распространиться среди обычных людей.

– Николай был подчинённой нежитью, он не мог что-либо провернуть за спиной Натальи. Она бы узнала.

Смех Черновой перешел в сдавленное хихиканье:

– Она сама не заметила, как утратила над ним контроль. Тоже мне некромантка.

Выходит, союз с деймонаром имел побочный эффект: не только помог Наталье освободиться от влияния Елены, но и повлиял на дар некромантии. Николай не мог игнорировать прямые приказы Натальи, но это не помешало ему вступить в сговор с Черновой. А потом кто-то из них двоих вышел на Кузьмина, пообещал ему деньги и бессмертие в обмен на помощь в создании наркотика. Каким-то образом о маленьком предприятии Николая и Черновой узнал вампир из «Подземья», и дальнейшие планы, связанные с багрянцем, претерпели кардинальные изменения, а это значит:

– Кузьмин не должен был продавать наркотик.

– Ему запретили. Нам всем запретили. Для себя – да, на сторону – нет, под страхом смерти. Он не поверил, – дыхание Черновой участилось. Пульс и давление вновь начали повышаться.

– Вы встретились с ним в парке на рассвете… – напомнила я.

– Мы заметили, что один из пакетов исчез из лаборатории. Кузьмин обещал вернуть, клялся, что не притрагивался к содержимому.

– А на самом деле?

– Он отсыпал четверть! Четверть! Рассчитывал, что я ничего не замечу!

Вот и всё. Загадка смерти Кузьмина была раскрыта.

– А с Натальей что?

– Ник был слабаком, к тому же излишне сентиментальным.

Лицо Черновой пошло красными пятнами, белки стали розоватыми.

– Заканчивайте. – Роман потеснил меня в сторону.

– Не прикасайтесь ко мне! – взвыла Чернова и попыталась отползти, но целитель схватил её за руку.

Я нависла над Ольгой:

– Зачем вас послали к Сорогу? К чему было разыгрывать этот спектакль?

– Я… я… – Ольга захрипела, судорожно хватая воздух ртом.

– Прекращай. – Рука Юдина легла мне на плечо. Капитан заставил меня подняться с пола и буквально оттащил от Черновой.

Проклятие! Кажется, я перегнула палку.

Роман обхватил лицо Ольги и принялся вливать в неё магию. Женщина пыталась вырваться, но целитель зафиксировал руки и ноги обездвиживающими чарами, а потом подозвал ищейку:

– Поддерживай на этом же уровне, сможешь?

– Да. – Девушка перехватила плетение, а целитель сосредоточился на борьбе с повышающимся артериальным давлением.

Сто восемьдесят на сто…

Ольга визжала, что стражи собираются её убить, требовала отправки в «Подземье».

Сто девяносто на сто десять…

На вопли уже не осталось сил, Чернова лежала, закатив глаза, и только часто дышала. Юдин и я не сводили глаз с цифр на стене. Ищейка уже не фиксировала руки, а вливала в Романа резерв. Головин контролировал процесс лечения. Стражи действовали молча, слаженно, и это при том, что в постоянной связке явно не работали. Мне стало слегка завидно.

Двести на сто двадцать…

На целителя было страшно смотреть: лицо бледное, пот катится градом, из носа тонкой струйкой течёт кровь. Охнув, осела на пол опустошившая резерв ищейка. В тишине раздалось еле слышное:

– Прекращай, мы её не вытянем.

Роман упрямо качнул головой, затащил Ольгу на колени и прижал к груди – чем теснее контакт, тем проще плести заклинание. Чернова приподняла веки, посмотрела на меня и прошептала:

– Жаль…

– Роман, отставить! Это приказ! – гаркнул глава отдела межрасовой безопасности.

Целитель вскинул руки и прервал плетение, Ольга дернулась в последний раз и затихла.

У меня внутри что-то оборвалось, стало больно дышать. До последнего я верила, что Роман справится. Слышала его неутешительный прогноз, но всё равно надеялась.

– Роман, прошу засвидетельствовать смерть подозреваемой. Филипп Юрьевич, уведомляю: целитель и ищейка сделали всё, что было в их силах, – сипло отчитался Головин и скомандовал магам: – Возвращаетесь в Башню, проходите осмотр у Василенко и берёте отпуск на два дня. В ближайшие двенадцать часов дар не использовать.

Роман кивнул, взял под руку коллегу и поплелся из спальни. Выглядели оба так, словно участвовали в боевой операции. В какой-то степени так оно и было: одарённые бросили вызов смерти и проиграли.

– Как ты себя чувствуешь? – обеспокоился Юдин.

– Серая стража может предоставить вашему сотруднику услуги целителя, – подчеркнуто безразлично предложил Головин.

– Спасибо, обойдусь, – буркнула я.

Горло саднило, но не настолько, чтобы я возжелала оказаться обязанной бывшему начальнику.

– Ты неплохо справилась… – Попытка капитана меня подбодрить отозвалась новым всплеском тянущей боли в груди.

– Тогда почему я ощущаю себя убийцей? Я же видела, что ей плохо. Но не остановилась.

– Это бы ничего не изменило. Полностью разделяю мнение вашего руководителя: сработано профессионально. – Головин повернулся к Юдину. – Управлению нужна помощь в транспортировке тела?

– Нет, мы вызовем свой фургон.

– Хорошо. На энергетическом уровне квартира чистая. Можете проводить стандартный осмотр. Знаете, отчасти я рад, что дело оставили УПИРу.

Юдин удивлённо приподнял бровь.

– Не хотел бы я оказаться на вашем месте, когда о задержании Сорога узнает Демиан Норд.

Приехавшие Валерий и Молчунов приступили к осмотру жилища Сорога. Хотели и меня привлечь, но я сослалась на то, что в квартире нет следов магии. А раз так, моя помощь не нужна.

– Капитан, мне нужно два часа личного времени, – попросила я, как только тело Ольги погрузили в фургон.

Юдин понял всё без лишних слов:

– Переживаешь за Воронину?

– Она не отвечает на вызовы.

– Хорошо. Два часа. Если задержишься, просто предупреди.

– Спасибо, Фил.

– Знаешь, мне одно не даёт покоя: во время беседы с тобой Ольга ни разу не упомянула Сорога.

– Мне кажется, стражи поспешили надеть на него наручники, – признала я.

– Ничего, вернёмся в УПИР и разберёмся. Посмотрим, чем порадует Соколов. Теперь и слепки из парка пригодятся. Норду сообщать будем?

– Поверь, он и сам всё узнает, – хмыкнула я.

– Беги уже, – махнул рукой Юдин и запрыгнул в фургон.

Прежде чем начать поиски Ворониной, я позвонила Орлову. Тот подтвердил отсутствие Елизаветы на территории академии. Стоило мне войти в базу УПИРа и запросить сведения о семье Ворониной, как система тут же потребовала, чтобы я указала, по какому делу необходима информация, и ввела статус интересующего меня лица. Воронина уже проходила по делу Мироновой как свидетель, так что я просто выбрала её из списка. Каждое обращение к упырячьей базе не просто фиксировалось, приходилось постоянно уточнять, по какой причине ты желаешь получить доступ к данным.

В городе, кроме самой Ворониной, проживала семья её брата. Искомый дом находился всего в двух кварталах, так что у меня были неплохие шансы уложиться в отведённые Юдиным два часа. Но это при условии, что Елизавета окажется дома.

На пятый этаж я взбежала, перепрыгивая через две ступеньки. Казалось, каждая секунда на счету. Рука то и дело ощупывала пузырек с багрянцем в кармане джинсов. Кнопку звонка пришлось нажимать трижды, пока за дверью не послышались шаги.

– День добрый. Что вам нужно? – Из динамиков послышался звонкий детский голос. Должно быть, Володя, младший сын брата Ворониной. Всё-таки не зря в базе покопалась.

– Привет, а тётя дома?

– А вы кто такая? – с подозрением поинтересовался мальчуган.

– Однокурсница. Лиза не ночевала сегодня в общежитии и на звонки не отвечает. Вот и переживаю, не случилось ли чего.

– Вы тоже маг?

– Не только. – Я приложила к экрану удостоверение упырячьего консультанта по сверхъестественному. Сработало не хуже электронной отмычки: замок три раза щёлкнул, и дверь отворилась.

– Тётя приболела. Сказала, поработает сегодня дома, – пояснил мальчуган, откровенно пялясь на выпирающую из-под топа кобуру. – Пули у вас серебряные или свинец? – деловито поинтересовался Володя.

– Деревянные, – вздохнула я, понимая, что одним вопросом он не ограничится.

– А правда, что вы волшебные амулеты носите и вас нельзя убить?

– Не бывает амулетов, дарующих бессмертие. Ты у тёти спроси, она тебе подробную классификацию распишет.

– Так её вечно дома нет, а когда появляется, запирается у себя, – вздохнул мальчик и добавил: – Не разувайтесь. Вам туда. Только тётя вряд ли впустит.

Я прислушалась. В комнате было тихо. Повернув ручку, заглянула в приоткрытую дверь. Елизавета сидела ко мне спиной и смотрела на компьютере какой-то фильм.

– Четвертый час так сидит. Это сериал, – пояснил вклинившийся Володя.

Воронина повернула голову и улыбнулась:

– Пожалуйста, закрой дверь, мне надо поработать.

– Сами видите, как она работает, – фыркнул Володя. – Серий пять уже просмотрела, а это только первый сезон.

– Я с ней поговорю. – Мягко отстранив мальчика, вошла в комнату и закрыла дверь. Подождала три секунды и открыла её снова. Володя резко отскочил назад и покраснел.

– Простите. Уже ухожу.

– Спасибо.

Повторно проводить проверку не стала, прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

– Нет, Володя, спасибо, мне ничего не нужно, – еле слышно пробормотала Елизавета и потянулась к мышке.

– Привет и тебе, фантом, – вздохнула я.

– Тессия? – слабый голос донёсся с кровати, покрывало зашевелилось, и на нём возникла Воронина.

Лихорадочный румянец на щеках и блеск в глазах указывали, что мои наихудшие опасения подтвердились.

– Мне передали, что вы меня искали. Как вы? Нет, не отвечайте. Сама вижу, что хреново. У меня отличные новости – я смогла достать экстракт.

Вытащив из кармана пузырек, показала его Елизавете.

– Мне нельзя, – прохрипела она и приподнялась на постели.

Я поправила подушку, разгладила сбившееся покрывало.

– У меня развилось привыкание, – признание далось девушке с трудом, каждое слово отнимало силы.

– Наталья тянет из вас энергию. Вам надо восстановиться.

– Я и восстанавливаюсь. Понемногу. – Она откинула покрывало. На левой руке поблескивало четыре браслета-накопителя. На шее висело еще шесть. – Все мои. Приобретены легально.

– Последнее, что меня сейчас интересует, – происхождение ваших бирюлек, – проворчала я. – Может, выпьете немного?

– Уберите его, – Лиза сглотнула и поморщилась. – Если не остановлюсь сейчас, не смогу никогда.

Я кивнула, признавая её правоту.

– Знаете Чернову?

– Ещё бы. Она у Наты вампира увела.

– Ольга сегодня умерла.

– Багрянец?

– Да.

– Говорила же Нате, не стоит доверять нежити.

– Она считала, что полностью контролирует Николая.

Елизавета вымученно улыбнулась и вдруг резко побледнела:

– Что-то не так…

– Наталья?

– Нет, – сипло выдохнула она и застонала. Дыхание заметно участилось.

– Проклятье! Только не это! Держитесь, что-нибудь придумаю. – Вытащив КПК, я набрала Орлова.

Михаил выслушал меня и пообещал, что скоро будет. Я понятия не имела, что сделает эльф в данной ситуации, но больше мне не к кому было обратиться.

– Надеюсь, получится. – Я ободряюще улыбнулась Лизе. – Как вы себя чувствуете?

Дыхание девушки выровнялось, на лбу блестела испарина, но приступ миновал.

– Немного лучше. Там на столе блокнот. Что-то вроде дневника приёма багрянца. Если я… Если со мной что-то случится, я хочу, чтобы вы передали его в лабораторию УПИРа. И моё тело, я ничего не имею против изучения. Готова подписать необходимые бумаги.

– Не стоит и думать о таком! – твердо заявила я, хотя сердце сжалось от страха.

Воронина закашлялась и попыталась приподняться. Я помогла ей устроиться на кровати. Только бы Орлов успел!

Услышав трель дверного звонка, я вскочила с кровати и рванула в коридор.

– Володь, это ко мне! То есть к Лизе.

– Обалдеть! – громогласно прокомментировал увиденное на экране домофона племянник Ворониной и открыл дверь. Тут-то мне и стала понятна причина такой реакции.

– Это бутафория, – пояснила я мальчугану, с восторгом рассматривающему чёрные латы. – Со спецэффектами, – быстро добавила я, поскольку от жезла в руках Михаила исходило сияние. Да и сам жезл скорее напоминал булаву, чем обычный артефакт.

– И кровь тоже часть спецэффектов? – с подозрением произнёс Володя.

– Томатная паста. Он прямо с репетиции. – Я быстро схватила Михаила за руку и втащила в квартиру, а то ещё и соседям придётся объяснять, что облачение тёмного эльфа ненастоящее.

– Не разувайтесь, – хмыкнул юный хозяин. – Я тут потом приберу.

Обернувшись, увидела, что Орлов оставляет на паркете буро-красные следы.

– Да всё ясно, это у него грим потёк, – ехидно протянул мальчик.

Как же хорошо, что у меня нет ни младших братьев, ни племянников.

– Нам сюда. – Я ввела Михаила в спальню, закрыла дверь и выдохнула: – Ты ранен.

– Пустяки, – отмахнулся эльф, не сводя взгляда с кровати. – Добрый день, Елизавета.

– Здравствуйте, Михаил Юрьевич. – Воронина расправила плечи и начала приглаживать волосы.

– Миш, прости, что побеспокоила, но ей срочно нужна помощь.

– Вижу, – сухо обронил он с недовольной миной на лице.

Внутри меня закипело раздражение. Нет, я уже догадалась, что вызвала Михаила, мягко говоря, не вовремя, но откуда мне было знать, что он настолько занят? Орлов выглядел помятым: на виске глубокий кровоточащий порез, в нагруднике внушительная вмятина, в магическом плетении доспехов я насчитала четыре дыры. Хотелось спросить, кто же его так отделал, но чувствовала, что не ответит или скажет, что это не моё дело. В какой-то степени так оно и было.

– Я не мог понять, как Мироновой удалось отказаться от привязки по крови. Её воскрешение должно было опустошить сестру до последней капли. Ты перенаправила связь. Умная девочка. А вот ты, – зло процедил Михаил в мою сторону, – мне солгала.

– Признаю, экстракт требовался не для сравнительного анализа в лаборатории, точнее, не только для этого…

– Ты передала его Ворониной.

– Хотела, – согласилась я. – Но она не взяла. Вот. – Я протянула пузырёк Орлову, он схватил меня за запястье и дернул на себя. Я поморщилась от боли, но Михаил не обратил на это внимания.

– Знаешь, что я должен сейчас сделать? Отправиться в УПИР и влить экстракт в глотку Наталье. Процесс разложения запустится очень быстро. Минут десять-пятнадцать – и всё закончится. Для них обеих. Ты ведь это хотела провернуть у меня за спиной?!

Голос Михаила хлестал будто удары бича. Стало невыносимо стыдно. Я едва не совершила ошибку.

– Когда я просила достать для меня багрянец, я ещё не знала, какое влияние он оказывает на нежить. Я не имела ни малейшего понятия о грядущем возвращении Натальи из мира Теней. Миш, я всего лишь хотела помочь Ворониной!

– Два трупа, Громова! Два трупа магов, убитых с помощью экстракта из Волшебной страны. Экстракта, полученного от эльфа. Знаешь, что это означало бы? – Михаил приподнял меня за плечи на вытянутых руках и встряхнул. – Войну, которую я всеми силами пытаюсь предотвратить! Граница тает, фейри проявляют нетерпение. Скажи, Тесс, для чего нам латать собственный мир и подбирать крупицы магии, оставшиеся в нём, если можно прийти сюда и взять готовое? И, поверь, нас примут с распростёртыми объятиями.

В подтверждение своих слов Орлов нагнулся ко мне и поцеловал. Жесткие пластины доспехов оцарапали живот. Боль огненной вспышкой разлилась по телу, но я не могла ни отстраниться, ни заставить себя прервать жесткий поцелуй, и это при том, что меня никто не удерживал. Я сама прижималась к Михаилу, руки беспомощно скользили по доспехам, перепачканным в какой-то слизкой гадости. Тело трясло, словно в лихорадке. Сними же ты эту дрянь! Сними!

Когда меня откинуло к стене, я не смогла сдержать стон разочарования, а вместе с ним пришло и понимание. Михаил использовал магию! Впервые он позволил себе применить ко мне магию эльфов. Я прижала трясущиеся пальцы к саднящим губам, стараясь удержать всхлип.

– Ты этого хочешь для своего мира?

– Нет, Авриль. – Хотела ответить твёрдо, но не вышло. Горло перехватило от сдерживаемых рыданий.

– Прости… – Эльф протянул ко мне руку, но я отшатнулась:

– Не прикасайся.

Михаил хмуро посмотрел на меня, а затем повернулся к Ворониной, затаившейся на кровати.

– И что мне с тобой делать? – последовал риторический вопрос.

Уйди. Просто уйди. Без тебя как-нибудь разберёмся. Лиза придерживалась аналогичного мнения:

– Ничего! Мне уже гораздо лучше.

Микаель хмыкнул, подошёл к ней, пощупал лоб и приказал:

– Собирайся.

– Куда?

– В ближайшую неотложку.

Я и Лиза удивлённо переглянулись. Эльф вздохнул и пояснил:

– Неудачная шутка. В вашей больнице тебе не помогут.

– Выходит, способа нет?

– Есть. Вопрос в том, на что ты готова пойти, чтобы излечиться, – вкрадчиво произнёс Авриль.

Тогда-то мне и следовало вмешаться. Как чувствовала, что не должна позволять Лизе принимать предложение эльфа, но я так боялась, что она не перенесёт следующий приступ, а альтернативного решения у меня не было.

– Мне придётся отправиться в Волшебную страну?

– Именно так. Готовься, Лиза, ты увидишь столько всего интересного и необычного. За последние десять лет ты станешь первым человеком, который пересечёт границу.

Улыбка, полная счастья и надежды, заиграла на губах Ворониной, в глазах появился восторженный блеск. Я же стояла, сжав кулаки, и ревность тут была ни при чём. Авриль внаглую использовал магию, чтобы повлиять на Лизу. Аромат мяты и тмина заполнил комнату, но в этот раз он не находил во мне отклика, к горлу подкатывалась тошнота.

– Хочешь, чтобы она умерла? – произнёс он, не поворачивая головы.

– Нет. Когда она вернётся?

– Тебя интересует только её возвращение?

– Да! Меня интересует, когда Воронина окажется в этом мире, а ещё я хочу получить от тебя гарантии, что ей не причинят вреда.

– Ничего не произойдёт без её согласия. – Микаель подал Лизе руку и помог ей подняться с кровати.

– Это не ответ! Как ты нейтрализуешь влияние багрянца? Что при этом случится с Натальей? Миша, что происходит? – добавила я, ненавидя себя за выказанную слабость.

Ответ прозвучал от Лизы:

– Всё будет хорошо, Тессия. Скажите Володе, что меня срочно вызвали в академию.

Авриль прижал к себе Воронину и исчез. Он даже не посмотрел на меня.

Я сползла по стене на пол, старательно убеждая себя, что не сглупила. Говорят, неизвестность выматывает, но она же и даёт надежду. Пока не знаешь наверняка, можно ещё убедить себя, что всё будет хорошо. Михаил поможет Ворониной, обязательно поможет, ну а пока надо вернуться в управление и разобраться с Сорогом. Уверена, оборотень расскажет нам много интересного о Черновой. Если пожелает. Проклятие! Знать бы ещё, как он отреагирует на новость о её смерти.

Я уже поднялась с пола, когда в дверь робко постучали.

– У вас там всё в порядке?

Да, Володя, просто зашибись. Я только что отдала твою тётю в лапы темного эльфа. Тот обещал, что избавит её от багрянцезависимости, но я понятия не имею, каким образом. А ещё я не знаю, когда твою тетю вернут обратно.

Разумеется, вслух я ничего не произнесла.

Дверь приоткрылась, явив темноволосую голову.

– Лизе пришлось вернуться в академию.

– Круто! Получается, ряженый портал прямо из спальни открыл? И тут натоптал, – недовольно проворчал Володя. – Толку от вашей магии. Ладно, пойду позвоню папе, сообщу, что теть Лиза на работу уехала.

– Я тоже пойду. Мне на службу возвращаться надо.

– В таком виде? – Мальчик задумчиво прищелкнул языком. – Если хотите, могу сунуть вашу одежду в машинку. Глажку не обещаю, но всё же будет лучше, чем сейчас.

После замечания Володи я наконец-то обратила внимание на бурые разводы на джинсах и топе. Часть слизи, покрывавшей латы Авриля, налипла на одежду во время чересчур контактного поцелуя. Вспомнив, до чего бесстыже я прижималась к эльфу в присутствии Лизы, досадливо поморщилась. К эльфу… Тут я невесело усмехнулась. Выходит, Миша уже успел стать для меня эльфом. Образ наставника, с которого я столько лет не сводила взгляда, полного обожания, слегка поблек. Я давно знала, что Михаил – фейри, но предпочитала видеть в нём человека. А тут мне правду не просто сунули под нос, но и ткнули в неё пару раз от души. Временами не замечать что-то очень удобно.

Володя терпеливо ожидал ответа по поводу стирки.

– Нет, спасибо. Не стоит беспокоиться. Я тороплюсь.

– Как знаете, – он пожал плечами. – Только не удивляйтесь, когда от вас прохожие на улице станут шарахаться.

Отчасти Володя оказался прав. Встречные меня не сторонились, однако в автобусе сиденье рядом со мной осталось пустым, и это при том, что свободных мест в нём больше не осталось. Но мне было плевать, мысленно я уже прокручивала сведения, полученные в ходе расследования.

На посту охраны меня поджидал подарок – букетик фиалок.

– Привет, Жень. Это мне? – спросила я, поскольку андроид, заметив меня, засмущался и попытался спрятать цветы под стойку.

Женечка кивнул. Я чуть ли не силой выхватила у него из рук букет, буркнула «спасибо» и поспешила в общий кабинет проводить разъяснительную беседу. Терпеть дальнейшие ухаживания андроида я не собиралась.

Ребята меня поджидали. Стоило войти в комнату, как головы коллег дружно отвернулись от мониторов. Со всех сторон я ловила ехидные улыбки. Кирилл и Саша нервно хихикали. Предатели мелкие!

Я подошла к Ларионову и протянула фиалки:

– Женечка просил вам передать.

Мужчина покраснел и пробормотал:

– Да нет же, это он для тебя старался…

– Вы в этом так уверены? – приподняла удивлённо бровь я.

– Ты же единственная девушка в управлении, – решил прийти на помощь Геннадий.

– В лаборатории есть ещё.

– Так они не появляются в основном корпусе, – вклинился Кирилл.

Ладно-ладно, я тебе это припомню. Причём немедленно!

– Кирилл, не хочешь ли ты сказать, что я единственная девушка в УПИРе, достойная букета цветов?

– Именно так! – заглотил наживку Кирилл и тут же услышал напряженное сопение справа. Хотя почему только он, вся комната услышала. Вампирша изволила обижаться демонстративно. Интуиция подсказывала, что одним сопением клыкастая не ограничится.

– По-вашему, я недостойна цветов? Для вас вампир не женщина? – плаксиво прозвучало из-за монитора.

Кирилл резко побледнел, осознав, что вляпался, да и остальным стало весьма неловко. Вот и славно, теперь никто по поводу моего внешнего вида не пройдется.

– Ребят, а что с Сорогом?

Ответ пришёл от Ларионова:

– Сидит, молчит, от адвоката отказался, никому не звонил. Ночные дебоширы проспались, их под конвоем из Серой стражи отправили в больницу. Твоего приятеля тоже пока не видно.

Я мысленно ощетинилась при комбинации слов «Норд-приятель». Меньше всего деймонар походил на хорошего знакомого, скорее, на несостоявшегося врага. А вот то, что из управления убрали парня и девчонку, попробовавших багрянец, – хорошо. Всё-таки у нас нет средств и возможностей, как в нормальной больнице. Не всё же на Соколова грузить.

– О Черновой Сорогу ещё не сообщили?

– Мы похожи на самоубийц? – проворчал Геннадий.

– Хорошо. Если что, я у себя.

В кабинете я попыталась привести одежду в порядок. Сняла топ и разложила его на полу. Вытащив из-под стеллажа крошку робота-уборщика, приложила его к самому большому пятну и включила режим «чистка ковра». Подобным экстремальным способом приведения одежды в порядок я уже пользовалась не раз. Результат не то чтобы радовал, но, если закрыть глаза и сказать несколько раз, что раньше было хуже, вполне можно в это поверить.

– Тесс, ты нужна внизу, – голос Влада, прозвучавший по громкой связи, звенел от напряжения.

Проклятие! Сорог! Неужели ему про гибель Ольги рассказали?

Из обезьянника не доносилось ни звука. Спускаясь по лестнице, я навыдумывала себе страхов, включая то, что задержанный оборотень выбрался из камеры и прикончил всех, кому не посчастливилось очутиться рядом.

Сорог оказался на месте, то есть в камере. По другую сторону решетки стояли Юдин, Влад и страж-боевик.

– Что случилось?

– Страж попытался его усыпить. На результат сама полюбуйся, – отрывисто бросил Юдин.

– Я действовал в соответствии с инструкциями, – пролепетал маг. – Это обычное заклинание сна первого уровня.

Обычное? Да таким можно не просто усыпить, на пару дней вырубить!

Приблизившись к решетке, увидела – дело дрянь. Сорог не подавал признаков жизни. Я проверила ауру оборотня и поняла, что он не спит. Вокруг него распространялось неравномерное, пульсирующее сияние, как если бы он пытался удержать в себе что-то. Лежащее на полу тело дернулось, из горла Сорога вырвался стон.

Я присмотрелась к стражу. Выражение его лица мне не понравилось, такое хищно-выжидательное. Маг чётко понимал, что происходит, и просто ждал. Мыхрев боевик рвался удовлетворить собственное любопытство!

– Филипп Юрьевич, управление больше не нуждается в помощи Серой стражи. Проводите, пожалуйста, коллегу к выходу.

– Тесс, ты уверена?

– Да.

– Хорошо, в случае чего у тебя есть право защищаться. Не забудь об этом.

Похоже, мне только что напомнили, что при нападении Сорога я могу открыть огонь на поражение. Нет, до этого не дойдёт. Я не допущу.

Влад тоже хотел что-то сказать, но я покачала головой:

– Всё будет хорошо, я знаю, что делаю.

Боевик немного поломался, но прямое требование покинуть УПИР проигнорировать не мог. Я подождала, пока шаги стихнут, быстро проверила коридор на наличие магических сюрпризов и только тогда вытащила КПК. Личного номера Норда у меня не было, но я не сомневалась, что в «Ночной орхидее» помогут с ним связаться. В прошлый раз, когда я звонила в клуб, мне ответил автоответчик, сейчас на другом конце раздался незнакомый мужской голос:

– Добрый день, Тессия, чем я могу вам помочь?

Быстро справившись с удивлением, попросила пригласить к телефону Норда.

– Шеф появится в клубе только вечером, но я передам ему, что вы звонили.

Справа раздалось клокочущее рычание, перешедшее в низкий скрежет. Будто кто-то царапал когтями пол. По спине пробежал озноб. Рука дернулась к кобуре.

– Это срочно. У Сорога проблемы, – добавила я, не сводя глаз с камеры. Во время разговора оборотень перекатился на живот и теперь пытался встать на колени.

– Две секунды, попробую вас соединить. Там, где он сейчас находится, плохо ловит сотовая связь.

Неужели Норд всё ещё в «Подземье»? Причем в нижней его части.

– Уходите, – прохрипел Сорог. – Немедленно. Я не могу обратить трансформацию.

– От лица управления приношу извинение за действия стража. В сонном заклинании не было никакой необходимости.

– Вы применили к Сорогу магию? – отрывистый, резкий голос Норда донесся из КПК, должно быть, деймонар услышал обмен репликами.

– УПИР проследит, чтобы страж получил выговор…

– Немедленно покиньте нижний этаж и ждите меня. Вниз никого не пускать.

Связь прервалась.

– Сделайте, как он сказал, – только и успел выдавить из себя оборотень, после чего его снова скрутило.

Я растерянно смотрела на упавшего на пол мужчину. Было странно наблюдать Сорога в подобном состоянии. Неужели мистер хладнокровие и расчёт не умел контролировать собственную звериную ипостась?

Сорог резко ударил руками по полу. Его кисти покрылись медно-желтыми пластинами и деформировались, теперь пальцев было всего три, да и сами конечности напоминали птичьи. На спине начал образовываться горб, рубашка трещала по швам и наконец с громким хлопком лопнула, обнажив алую мешанину из плоти, крови… и перьев.

Зажмурившись, я отвернулась. Гадость какая, вдобавок это ещё и безумно больно. Из горла Сорога вырвался резкий пронзительный клекот, сопровождающийся треском и грохотом ломающегося металла. Я зажала уши руками, но визг заставлял болезненно вибрировать даже кости.

Да что же этот Сорог такое?!

Клекот оборвался, в камере послышалась какая-то возня, напоминающая хлопанье крыльев. Осторожно приоткрыв глаза, медленно повернулась к прутьям и обомлела – в «упырячьем» обезьяннике возвышался золотистый грифон. Обалдеть! Они же только в заповеднике в горах Гималаи встречаются. Точнее, встречаются настоящие, а Сорог – оборотень, выбравший эту ипостась. Вот тебе и консьерж-убивец…

– Тише, Сорог, тише. Вы меня понимаете?

Грифон царапнул пол. Плитка под когтями жалобно заскрипела. Птичка недовольно ударила лапой, и керамические осколки разлетелись в стороны.

– Я позвонила Демиану Норду, он скоро приедет. Вы же помните Норда?

Грифон встряхнул головой, в янтарных глазах мелькнуло презрение. Я ответила слащавой улыбкой, птичка раздраженно дёрнула крыльями и повернулась… хм-м… хвостом. Тылы Сорога соответствовали классическому строению грифона: мощные львиные лапы, мохнатая попа и резко подрагивающий длинный хвост с пушистой кисточкой.

Я усмехнулась. Можешь не стараться в демонстрации неприязни. Да, я тебе не нравлюсь – смирись. Ты мне, кстати, тоже ни разу не симпатичен, но если бы я стремилась к общению исключительно с теми, кто мне нравился, то вообще бы осталась без работы.

Львиный хвост ещё раз дернулся и задел прутья клетки, реакция грифона заставила меня испуганно вскрикнуть – он резко обернулся, приподнялся на задние лапы и ударил передними. Решетка выдержала. Грифон взревел не хуже настоящего льва, расправил крылья, попытался оторваться от пола, но камера была слишком узкой для подобного маневра. Кончики крыльев чиркнули по усиленным магией стенам. И снова из длинного изогнутого клюва вырвался рёв, полный беспомощной ярости. Янтарные глаза налились кровью, из ноздрей вырвалось лёгкое облачко пара.

Это что за ерунда такая?

Грифон вздёрнул голову и встревоженно заклекотал, словно пытаясь о чём-то предупредить. Тут-то я и вспомнила о требовании Норда покинуть подвал. Я уже неслась к выходу, когда позади в стену ударила жаркая струя пламени.

Это же грифон! Всего лишь грифон, а не дракон какой! А если бы на моём месте оказался Юдин или кто-то другой из ребят? Повернув за угол, я буквально влетела в Норда.

– Я же сказал вам немедленно покинуть подвал! Вы когда-нибудь делаете, что вам говорят? – В голосе Норда звенела сталь, но мне было всё равно. Я чертовски обрадовалась, что осталась цела.

– Сорог обернулся.

– Знаю.

Отдышавшись, произнесла скороговоркой:

– Я выгнала стража, боевик выразил крайнее неудовольствие, но подчинился. Капитан и Влад тоже покинули нижний уровень. Запись с камер можно изъять. Только сначала надо с Юдиным обсудить, объяснить, возможно, придётся оформить бумаги… – тут я замолчала, поняв, что Норд никак не реагирует на предпринятые попытки сохранить секрет Сорога в тайне, а лишь прижимает меня к груди и успокаивающе поглаживает по спине.

Я поспешно отступила. В серебристых глазах таилась насмешка. Да, я отстранилась недостаточно быстро, но это всего лишь последствие пережитого шока. И нечего на меня так пялиться!

– Чернова умерла.

– Знаю. Я сообщу ему об этом.

В глазах Норда промелькнуло сожаление, или же это подсознание сыграло со мной шутку, потому что за каким-то мыхрем мне хотелось видеть в деймонаре хоть что-то человеческое. Лицо Норда приобрело высокомерный и отстраненный вид, мимолётное ощущение близости исчезло. Мне снова стало неуютно под колючим пристальным взглядом.

– Готовьте допросную. И аргументы. Учтите, вам лично придётся обосновать задержание моего оборотня. Вы привлекли боевиков из Серой стражи, поместили Сорога в окутанную чарами клетку и применили магию. Я требую объяснений. Для консультанта по сверхъестественному вы допускаете слишком много ошибок.

Стиснув зубы, отчеканила:

– Я консультант по сверхъестественному, а не нянька для подозреваемых. В мои обязанности не входит сидение на скамеечке около решетки рядом с каждым задержанным.

Несколько секунд мы молча буравили друг друга взглядами. Я уже практически сдалась, когда Норд обошёл меня по дуге и начал спускаться в подвал.

Юдин, Влад и Геннадий ожидали меня наверху возле лестницы. Не знаю, слышал ли капитан угрозы деймонара в мой адрес, но оборотни, несомненно, были в курсе. Несмотря на то что ни один из них не прокомментировал произошедшее на лестнице, я чувствовала неловкость за проявленную слабость.

– Фил, Норд сказал подготовить допросную.

– Полагаешь, он справится?

– Сейчас увидим. – Я подошла к посту и поняла, что ни черта мы не увидим. Женечка судорожно проверял систему видеонаблюдения, но его манипуляции не могли реанимировать камеры, которые вырубили магией.

– Капитан, управлению следует выставить счёт не только за испорченный стул, – с раздражением промолвил Влад.

– Займись, – скорбно вздохнул Юдин.

– Фил, Норд требует, чтобы мы не только обосновали задержание Сорога, но и мотивировали привлечение Серой стражи.

– Пусть для начала объяснит спонсорский взнос в адрес Черновой. Попроси Кирилла подготовить первую допросную. Прежде чем раскрывать рот и запугивать моих сотрудников, Норду самому придётся ответить на вопросы.

Я кивнула и поспешила в кабинет. Выходит, Юдин всё слышал.

Кирилл принёс дополнительные стулья, после чего покинул комнату. Саша задержалась, только чтобы поинтересоваться, не может ли она чем-то помочь. Получив отрицательный ответ, вампирша ретировалась. Ребята смекнули, что мне хочется побыть одной.

Подключив КПК к внутренней сети, я вошла в базу нелюдей. Информации об оборотне набралось немного. Имя – Сергей Иванович Липаев. К нам переехал из Питера шесть лет назад по приглашению охранного агентства «Полуночный дозор». С тех пор работал на Норда. Углубленный поиск не дал ничего, кроме его предыдущего места работы и прописки. Такие, как Сорог, не оставляли следов.

Допросные в УПИРе сложно назвать просторными, когда же в одну из них вошли четверо мужчин, стало совсем тесно. К Юдину, деймонару и оборотню присоединился низкорослый пухлый коротышка с дипломатом – Норд притащил с собой адвоката.

Я уступила капитану место за столом, сама пристроилась позади. Юрист меня удивил. Уж больно взвинченным оказался. Настороженный, бегающий взгляд то и дело останавливался на Норде. Создавалось впечатление, что адвокат его боится.

Деймонару удалось привести Сорога в чувство. На физиономии консьержа застыло знакомое снисходительное выражение. Я украдкой покосилась на каменное лицо Норда. Интересно, он весь персонал по собственному образу и подобию подбирает? Хотя вряд ли. Адвокат явно не вписывался. Заметив, что я его рассматриваю, деймонар прожёг меня ответным взглядом. Проводить сравнительный анализ тут же расхотелось.

– Вижу, вам удалось обратить трансформацию Сорога, – сказала я, чтобы нарушить гнетущее молчание.

– Вы очень наблюдательны… для консультанта Управления по иным расам. – Практически незаметная пауза в реплике, но я почувствовала, что Норда раздражал сам факт моего присутствия в УПИРе. Наши отношения и раньше были далеки от приятельских, но прежде Норд не позволял себе выпадов по поводу моего профессионализма. Интуиция подсказывала, что допрос Сорога пройдёт непросто и малоприятно для меня лично.

Юдин включил записывающее устройство, продиктовал номер дела, имя подозреваемого и время допроса, после чего невозмутимо поинтересовался:

– Сергей Иванович, верно ли я вас понял? Вы отказываетесь от осмотра целителем из Серой стражи?

Ответ Сорога был ожидаем:

– Ни один маг не прикоснётся ко мне своими светящимися лапами.

– Как член круга стаи я подтверждаю, что мой подопечный находится в ясном рассудке, способен отвечать на вопросы и не представляет угрозы для окружающих, – невозмутимо поведал Норд.

Юдин задумчиво кивнул, наверняка прикидывал, можно ли данное заявление считать официальным. Норд не являлся медиком, но и трансформация оборотня, спровоцированная магией, не подпадала под категорию болезни, влияющей на рассудок. Приняв решение, капитан сложил руки на груди и медленно произнёс:

– Я не стану составлять отчёт о произошедшем в камере…

– В таком случае я гарантирую компенсацию ущерба, нанесенного имуществу управления, – лениво протянул Норд. – Давайте представим, что Сорог явился на допрос по собственному желанию. Это избавит нас от лишних бюрократических проволочек.

Иными словами, нам предлагали забыть о случившемся в квартире Сорога.

– Задержание произошло при участии Серой стражи… – вклинилась я.

– Я улажу этот момент с Головиным.

Кто бы сомневался.

– Вас что-то не устраивает? – Деймонар с вызовом посмотрел на меня, его улыбка больше напоминала оскал хищника.

Я предпочла промолчать.

Адвокат тоже не стал комментировать предложение Норда. Мужчина сидел на стуле с отсутствующим видом, словно происходящее в комнате не имело к нему ни малейшего отношения. Я присмотрелась к его ауре и с удивлением определила, что передо мной находился обычный человек.

Юдин прокашлялся, вывел на экран видео с парковки перед домом Мироновой, но ролик запускать не спешил:

– Сергей Иванович, в каких отношениях вы состояли с Ольгой Николаевной Черновой?

– Думаю, это очевидно.

– И всё-таки я попрошу вас озвучить статус ваших отношений.

Адвокат тут же склонился к уху Сорога и что-то зашептал. Стало ясно, для чего Норд прихватил юриста, – чтобы направлять ответы оборотня в нужное русло. Сам деймонар расположился у двери, давая понять, что не станет вмешиваться в разговор без особой на то необходимости.

– Ольга была моей любовницей, – голос оборотня прозвучал глухо.

Судя по тому, что он отозвался о Черновой в прошедшем времени, Норд уже сообщил ему о произошедшем.

– Как вы познакомились?

Сорог вскинул руку и указал на экран:

– У вас есть подробности нашей первой встречи.

– Попрошу заметить, что мой клиент добровольно передал диски с записью видеокамер из дома, в котором проживала… потерпевшая, – на последнем слове адвокат слегка запнулся.

– В формулировку состава преступления были внесены изменения. В настоящий момент управление расследует покушение на убийство Натальи Мироновой, – невозмутимо пояснил Юдин.

– Если я не ошибаюсь, сотрудники вашей лаборатории констатировали смерть Натальи Мироновой, – с издевкой произнёс Норд.

– У вас имеются на руках внутренние отчёты лаборатории? – Юдин демонстрировал абсолютное спокойствие.

– Всем известно, что ваша лавочка расследовала убийство аспирантки академии.

– Сожалею, но городские сплетни далеко не всегда являются надёжным источником информации. Или вас ввели в заблуждение заметки в прессе?

– Нет, Филипп Юрьевич, в первую очередь в заблуждение меня ввели гражданская панихида и церемония погребения. Не хотите же вы сказать, что родственники оплакивали на кладбище фантом?

Тут я не выдержала:

– Полагаю, у Натальи были причины, чтобы инсценировать собственную смерть. Управление не даёт моральную оценку поступкам подозреваемых и потерпевших.

– Наталья Миронова официально попросила защиты УПИРа?

– Боюсь, в ближайшее время вам не светит получить информацию о деймонаре-Хозяине, с которым она заключила договор, – я выпалила фразу прежде, чем оценила её последствия.

– Мы с вами обсудим это чуть позже. – Улыбка Норда приобрела откровенно угрожающий оттенок, в глубине серебристых глаз плескалось бешенство.

В кабинете повисла напряженная пауза, нарушенная адвокатом. Он кашлянул несколько раз, привлекая к себе внимание.

– Раз мы прояснили некоторые моменты, предлагаю вернуться к тому, ради чего мы здесь собрались.

Юдин кивнул и обратился к Сорогу:

– Итак, вы познакомились с Черновой на парковке. Пыталась ли она получить от вас сведения о Наталье Мироновой?

– Мне предложили денежное вознаграждение. Я должен был доносить о посетителях Мироновой. Ольга особо интересовалась вампирами.

– И вы отвергли данное предложение?

– Разумеется.

– Несмотря на отказ, Чернова продолжила начатое знакомство?

– Подозреваю, она рассчитывала, что в будущем я смогу изменить решение.

Честное признание и чертовски болезненное для мужского эго. Не подозревала, что Сорог решит назвать вещи своими именами.

– Надумай Миронов следить за внучкой, он бы нанял толкового сыщика. Мне кажется, Ольга заинтересовалась вами по иной причине, – вмешалась в разговор я.

Сорог вздрогнул и зло посмотрел на меня.

– По какой, например? Только не говорите, что она испытывала ко мне нежные чувства. Я прекрасно знаю, как она ко мне относилась.

– Спустя два дня после происшествия на парковке Черновой поступили денежные средства со счёта, принадлежащего вам, Норд. Не могли бы вы прояснить назначение платежа?

На мгновение каменная маска на лице Сорога дрогнула. Неужели не знал?

– Я полагаю, здесь присутствует всего лишь один подозреваемый. Или я ошибаюсь? – резко бросил Норд.

– Вам нужна официальная повестка, чтобы дать ответ?

– Я не платил Ольге за услуги, – процедил сквозь зубы деймонар. – Девушка пострадала на моей территории. Я дорожу репутацией «Тихой гавани», поэтому счёл необходимым компенсировать ущерб. Разве подобное запрещено законом?

Нет, но только если эти деньги потом не направляются на приобретение оборудования для лаборатории по производству наркоты.

Озвучить свою мысль я не успела, Юдин украдкой показал мне кулак, давая понять, что мне пора заткнуться.

– Вас заинтересовала моя связь с Черновой, – заговорил Сорог. – Могу ли я узнать, какое отношение к этому делу имела Ольга?

– Можете. При одном условии. – Капитан повернулся к Норду. – Насколько я знаю, вампиры продолжают поиск пропавшей главы общины. Я бы хотел, чтобы меня держали в курсе текущих результатов.

– Не доверяете Серой страже?

– Подозреваю, что они умышленно придерживают информацию. Намного надежнее, когда сведения поступают из двух источников. В свою очередь, я готов закрыть глаза на поведение Сорога при задержании.

– Задержании? – недоуменно приподнял брови Норд. – Уверен, стражи подтвердят, что Сорог прибыл на допрос добровольно.

– Договорились. Ваш оборотень проявил гражданскую сознательность, – усмехнулся Юдин и добавил уже более серьезным тоном: – Перед смертью Ольга Чернова призналась в убийствах Николая Денисова, Натальи Мироновой и Эдуарда Кузьмина. Помимо признания, мы располагаем доказательствами, что Ольга присутствовала на месте убийства Кузьмина. Отпечатки ног совпали. Кроме того, Чернова упомянула о планах выпустить багрянец на рынок.

Норд выругался сквозь зубы.

– Впоследствии эти планы изменились, – осторожно заметила я. – Полагаю, корректировку в них внёс кто-то из лидеров «Подземья».

– У вас есть конкретный подозреваемый?

– Кто-то из тех, с кем она тесно общалась.

– Она со всеми тесно общалась, – еле слышно обронил Сорог. – Из-за этого я порвал с ней.

Хм-м… Вот так заявление, а что тогда у Сорога в спальне происходило? Возобновление отношений?

– Мы встречались полторы недели. Потом я обнаружил на её шее свежие следы укусов. Потребовал объяснений. Она не стала отпираться. Мы расстались. Я не видел Ольгу до сегодняшнего утра.

– Как вы считаете, с какой целью она вас посетила?

– Не знаю. Я уже ничего не понимаю.

А вот я как раз понимала. Нам напомнили о связи Сорога и Черновой. Ольга разыграла перед оборотнем обкусанную немочь, он отвёз бы её в больницу, и там бы она умерла. Сорог обзавелся бы мотивом. Фактически тот, кто начал разыгрывать эту комбинацию, уже приговорил Елену к смерти и занимался расстановкой предварительных декораций.

– На этом мы и закончим, – подытожил Юдин и выключил записывающее устройство. – Сергей Иванович, подпишите подписку о невыезде.

Сорог поставил аккуратную подпись на листке бумаги. Юдин быстро застучал по клавишам, составляя на основе аудиозаписи, преобразованной в текст, протокол допроса. Спустя пару минут всё было готово. Сорог внимательно ознакомился с содержанием документа и, кивнув, подписал.

– Надеюсь, моя помощь в расследовании этого дела вам больше не понадобится. – Оборотень поднялся со стула.

– Тело Ольги перевезено в нашу лабораторию, если вы хотите… – Юдин замолчал, пытаясь подобрать нужные слова.

– Не стоит беспокоиться. – Сорог и адвокат вышли из кабинета. Филипп поспешил присоединиться к ним.

– Норд, постойте! – просьба сорвалась с языка раньше, чем я оценила последствия.

Деймонар замер в дверях, удивившись не меньше меня.

Я не смогла промолчать. Внутренний зуд нерешенной загадки оказался сильнее инстинкта самосохранения.

– Что произошло с Сорогом? Почему он перекинулся? Это же из-за магии?

– Поясните, – отрывисто бросил он, и я поняла, что не видать мне информации, пока не докажу, что сама двигаюсь в верном направлении.

– Пройдемте в мой кабинет, – предложила я, помня о видеокамерах.

Очутившись внутри, я проверила сохранность ментального блока и только потом озвучила то, что меня смущало:

– Сорог – воин, наверняка ему и прежде доводилось попадать под различного рода чары. Сегодня при его задержании использовали сонное заклинание. Если бы он так остро реагировал на магию, то не смог бы справляться с работой. Так что произошло с Сорогом? – повторила вопрос я, отмечая проскользнувшее в голосе раздражение.

Норд решил поиздеваться, иначе характеризовать его ответ я не могла. Приподняв левую бровь, он изрёк:

– Он обернулся. Что вам известно об оборотнях?

– Оборотни – результат мутации генов, – медленно произнесла я, уставившись чуть выше правого плеча деймонара. – В отличие от тех же вампиров их способности не связаны с магией. Многие оборотни обладают частичным иммунитетом к магии. Природная невосприимчивость имеет и обратную сторону – оборотни не могут быть магами.

А что, если… Вот чёрт!

Как только я увидела Сорога, меня не покидало ощущение неправильности происходящего. Как-то не укладывался образ хладнокровного зануды с извивающимся на полу существом. Сорог не просто оборотень, а воин, было бы странно, если б он не мог контролировать собственную трансформацию. Мне пришлось досмотреть представление, изначально предназначенное для другого зрителя, – боевика из Серой стражи. Наверняка за Сорогом уже были замечены случаи нестандартной реакции на магию. Пришлось срочно придумывать отвлекающий манёвр.

– На него не подействовало сонное заклинание первого уровня. Абсолютный иммун, – прошептала я, напряженно всматриваясь в лицо Норда.

Деймонар толкнул меня к стене и надавил на горло предплечьем – мало мне было Черновой. Захрипев, попыталась пнуть Норда в голень. Удар не достиг цели, но шею оставили в покое, вместо этого деймонар прижал меня к стене телом, буквально вдавил в твердую поверхность. Раздавшийся шёпот больше походил на змеиное шипение:

– Если Авриль до сих пор не научил вас держать язык за зубами, то я лично позабочусь, чтобы вы освоили это искусство.

– Я никому не скажу, – прохрипела я и поморщилась от осознания того, как жалко это прозвучало.

Вот что мне стоило оставить догадку при себе? Нет же, захотелось, чтобы Норд наконец-то увидел во мне гения сыска, способного связывать кусочки в единое целое. Захотелось, чтобы он почувствовал во мне профи. Довыпендривалась…

– Даже вашему капитану?

– Юдин не подвержен пустому любопытству. Он понимает, что у одарённых есть свои тайны. Капитан доверяет мне в этом вопросе…

– В этом его главная ошибка. Нельзя связываться с тем, кого не в состоянии контролировать или проверить. Мир магии не прощает излишней доверчивости.

– Выходит, вы контролируете Авриля?

Я ожидала чего угодно, но только не прямого ответа:

– Наши отношения можно охарактеризовать как взаимовыгодные.

– Что эльфу от меня нужно?

– Неужели вы ещё не поняли?

В следующее мгновение я ощутила ладони Норда на своих бедрах, колено деймонара втиснулось между моих ног, окончательно лишая способности к сопротивлению. Разум понимал, что Норд меня всего лишь провоцирует и не позволит себе зайти далеко – не то место и время, но ощущение собственной беспомощности бесило до чёртиков. Или же меня волновало вовсе не это?

Губы Норда слегка прикоснулись к моей шее, оставляя на коже огненный след. Я прикрыла глаза, не в силах протестовать.

– Мы продолжим, когда вы вспомните. – Неожиданно голос деймонара сделался мягким, обволакивающим.

Что вспомню? О чём? Проклятие! Я же на работе. Что Норд себе позволяет? Что я себе позволяю?

– Какое ваше любимое дерево?

– Липа, – не задумываясь, ответила я.

– Кто бы сомневался. – Норд запечатлел у меня на губах долгий поцелуй.

Я не ответила, просто стояла, зажмурившись, и позволяла ему себя целовать. Держалась из последних сил. Губы горели, мысли путались, да и реакция собственного тела больше походила на предательство. Мне нужно было снова обрести почву под ногами, вернуть наши с Нордом отношения в привычное русло.

Стиснув зубы, нашла в себе силы повернуть голову в сторону и прошептать:

– Для того чтобы получить информацию о деймонаре-Хозяине, вам нужна Миронова. Я могу уговорить капитана устроить вам встречу.

Наваждение лопнуло мыльным пузырём, а вместе с ним я получила и вожделенную свободу. Открыв глаза, увидела Норда в двух шагах от меня. Взгляд серебристых глаз не обещал ничего хорошего.

– Что вы хотите взамен?

Тон Норда мне не особо понравился, но с чего-то же надо было начинать?

– Информацию.

Норд одарил меня снисходительной улыбкой.

– Снова хотите игры на равных? Сначала докажите, что вы её достойны. Что касается встречи с Мироновой… Вы и ваш начальник продумали интересную комбинацию, тем занятнее будет наблюдать, как управление станет выкручиваться, когда Миронова умрет снова. Вы же не рассчитываете, что она сможет долго просуществовать в пограничном состоянии?

Я замерла, не зная, что сказать в ответ. Норд был прав, информация о воскрешении Натальи уже просочилась в прессу. Просто чудо, что к нам до сих пор не нагрянуло семейство Мироновых.

– Хорошего дня, Тессия.

Норд развернулся и направился к лестнице, а я так и осталась стоять в кабинете. Сил на то, чтобы догнать деймонара и проводить к выходу, уже не было.

С отчётами я расправилась быстро. Букет орхидей, маячивший на видном месте, помог настроиться на рабочий лад. Я то и дело посматривала на цветы, и воспоминания о снисходительном тоне Норда только прибавляли решимости выполнить намеченное.

Хотела забежать к Наталье, чтобы проверить её самочувствие, но выяснилось, что Соколов уже с полчаса как проводит операцию по возвращению сердца на место. Какая бы судьба ни была уготовлена Мироновой, полноценно живым человеком ей не стать, так что манипуляции Гришки носили формальный характер. Нашему судмедэксперту захотелось изучить нетипичную нежить, ну и выпендриться заодно перед девушкой.

Сунулась к Юдину и наткнулась на ещё одну запертую дверь.

– Нет, Тесс, к нему сейчас нельзя, – пояснил Геннадий.

– А что так?

Оборотень и рта раскрыть не успел, как наша клыкастая сотрудница приступила к докладу:

– Сначала у капитана был сеанс конференц-связи с Башней. Минут тридцать общались. После чего Филипп Юрьевич объявил, что со стражами удалось договориться.

Выходит, Сорога оформят как подозреваемого, пришедшего в УПИР добровольно.

– Потом кэпу позвонили из мэрии, и, кажется, это тоже надолго, – вклинился Кирилл. – Юдин просил нас не разбредаться, вот мы и ждём, – заключил стажёр и прихлебнул кофе из стаканчика.

Я обратила внимание на пластиковую коробочку на его столе. Уловив мой интерес, Кирилл прикрыл её ладонью и подвинул к себе поближе.

– Кирилл, не будь жадиной, – фыркнула Саша. – Тесса, я и для тебя оставила. Вот! – вампирша протянула мне пакет, от которого исходил аромат свежей выпечки. Заглянув в него, обнаружила три посыпанных сахарной пудрой кекса.

– Из «Мира сладкоежки»? – Я кивнула в сторону окна, кондитерская находилась как раз через дорогу.

– Угу, у них доставки нет, но для нас сделали исключение, – пробурчал с набитым ртом Влад.

– Это они вас на сладкое подсаживают. Смотрите, наберёте лишнего и не сдадите физнорматив, – наставительно заметила я, надкусывая кекс.

– Согласен избавить тебя от лишних калорий. – Геннадий протянул лапу к моему пакету.

– Вот ещё! – Я отскочила назад. – А в честь чего пир?

– Да вот новый член коллектива проставилась, – одобрительно хмыкнул оборотень.

Молодец девчонка, быстро смогла найти подход. Я заметила взгляд Влада, направленный в мою сторону, и кивнула:

– Можно тебя на пару минут?

– Один момент, – оборотень допил кофе и поднялся со стула.

Мы вышли из кабинета и прошли немного по коридору.

– Так какой у тебя вопрос?

– Не знаю, как начать. – Я смущенно потерла переносицу. – Это личное. Ты же оборотень. Вот я и хочу узнать, не слышал ли ты…

– О тебе и Норде?

– Выходит, слышал, – вздохнула я. – И что не спросишь, правда ли это?

– Это не моё дело, – усмехнулся он.

– Слухи сильно преувеличивают действительность, – проворчала я.

– Он объявил тебя своей, не согласовав с тобой?

– Вроде того…

– У оборотней самец зачастую накладывает лапу на самку ещё до того, как она дала согласие. Это что-то вроде как застолбить территорию. Чтобы остальным неповадно было и соваться.

– Дикость какая-то.

– Скажем так, объявление Норда ни к чему тебя не обязывает. Это всего лишь предупреждение для соперников. Но если слухи о Норде хотя бы отчасти соответствуют действительности, то процесс ухаживаний будет весьма бурным.

Я поёжилась. Ничего себе заявочки. Вздохнув, решила вернуться к работе:

– Что ещё у нас сегодня по плану? Обыск у Черновой?

Влад кивнул.

– Как только капитан освободится, так и поедем. Валерий уже звонил и стонал, что ему надоело нас ждать. Он дверь квартиры опечатал, теперь следит, чтобы через окна никто не забрался.

– Вы ему про кексы рассказали?

– Считай, я ему отомстил за розыгрыш с кровью, – Влад так задорно ухмыльнулся, что я не удержалась от ответной улыбки. И сразу текущие проблемы показались намного проще. Когда осознаешь, что ты – часть коллектива, это реально поддерживает.

– Знаешь, Влад, у меня нехорошее предчувствие.

– Поясни.

– Чернова созналась в убийствах. Возможно, у неё в квартире мы отыщем дополнительные улики, однако меня не покидает ощущение, что история на этом не закончится. Изначально Ольга и Николай хотели подзаработать на продаже багрянца, а потом резко свернули производство. Даже Кузьмина Ольга решила убрать.

– Кто-то из вампиров планирует прибрать багрянец к рукам?

– Правильно. Но я не могу понять для чего. Чтобы прихлопнуть главу общины, хватило бы и нескольких порций, но кто-то задумал полностью наложить лапу на цветок.

– Разберемся, – уверенно кивнул Влад. – Пошли к ребятам? Не хочу пропустить момент, когда Юдин освободится. Уверен, нам расскажут много интересного.

– Из сферы, как правильно вести расследование с точки зрения городской администрации?

Влад скорчил кислую физиономию:

– Вроде того.

– В мэрии потребовали, чтобы по завершении расследования управление организовало пресс-конференцию. – Заявление капитана было встречено гробовым молчанием. Каждый из присутствующих понимал, что ему может выпасть честь оказаться перед камерой, и предпочёл притвориться ветошью.

Я заметила взгляды коллег и решила пресечь нездоровые фантазии на корню:

– На меня не рассчитывайте. И ежу ясно, что встреча с журналистами должна носить разоблачительный характер. От нас ожидают моральной оценки «розыгрышу», устроенному Мироновой, а также используют в пропаганде против магов. Уверена, это дед Натальи подкинул идею насчет конференции нашему мэру. Так что тут без меня.

– Трусиха, – хмыкнул Ларионов.

– Реалистка. Хотите добиться высшей справедливости – скормите прессе саму Наталью. Впрочем, пока об этом рано говорить. Боюсь, в подобном состоянии Миронова долго не протянет.

– Так она уже и так нежить.

– Не совсем. На энергетическом уровне у неё осталось кое-что от живого человека. Из-за этого Наталье до сих пор доступна магия живого пламени. Сами видели, какой фаер ночью запустила.

– Да передать её стражам, и пусть помирает у них, – бросил Ларионов. – Прости, Тесс, но интересы управления на первом месте.

Я едва сдержалась, чтобы не послать Сергея Игоревича к мыхревой прабабушке.

– Тесс, у тебя есть другое предложение? – спросил Юдин, и я почувствовала, что не всё ещё потеряно.

– Есть. Саша, подожди, пожалуйста, у меня.

На лице вампирши проступила обида, однако она беспрекословно поднялась с места и вышла из комнаты. Значит, не совсем безнадёжна.

– Не доверяешь ей? – полюбопытствовал Геннадий и склонился над монитором. – Всё, она на месте.

– Хочу пресечь малейшую вероятность утечки. В настоящий момент все силы «Подземья» брошены на розыск главы общины. Наталья призналась, что отдала Елене экстракт багрянца, не предупредив о его ядовитости для вампиров. Кто-то из вампирских лидеров мог этим воспользоваться. В наших интересах сделать всё возможное, чтобы Елену нашли живой. Предлагаю пройтись по всем объектам недвижимости, имеющим отношение к цепочке Денисов – Кузьмин – Чернова. Вдруг нам повезёт больше, чем кровососам?

– Главы кланов оборотней считают, что для города будет лучше, если глава общины объявится в добром здравии, – задумчиво изрёк Геннадий.

– Для Натальи возвращение Елены повысит шансы на выживание. Как высший вампир та сумеет помочь нашей недоделанной некромантке.

– Хочешь сказать, Елене удастся создать из Мироновой нормальную нежить? – уточнил Юдин.

– Верно.

– Уже похоже на какой-то план, – Влад встал со стула. – Едем обыскивать квартиру Черновой?

Филипп откинулся в кресле, задумчиво посмотрел на меня и наконец кивнул.

– Громова, на выход. Сергей, я хочу, чтобы ты прошелся по недвижимости, принадлежащей убитым или их родственникам. Особо обрати внимание на объекты, расположенные на окраине города или за его пределами. Список с адресами сбросишь мне на почту. Управление подключается к поискам Елены.

На моем участии в обыске квартиры Черновой никто не настаивал. От консультанта по сверхъестественному требовалось лишь исследовать место преступления на наличие магических сюрпризов. Если же оно оказывалось чистым, я могла быть свободна.

– Остаёшься? – полюбопытствовал Влад, в то время как я размазывала изолирующий гель по ладоням.

– Не могу уйти. До сих пор перед глазами стоит лицо Ольги. – Вырвавшееся признание оказалось неожиданностью для меня самой. – Знаю, что она убивала, хладнокровно, расчётливо, но для меня Чернова такая же жертва.

– Полагаешь, её действия контролировались вампиром?

– Под постоянным гипнозом её никто не держал, это было бы слишком заметно. Мы найдем главного клыкастого кукловода, выясним, зачем ему понадобился багрянец, но не сможем наказать первое звено цепочки. – И видя, что Горелов меня не понял, пояснила: – Аркадий Миронов послал Ольгу к вампирам. Сколько прошло времени с её первого посещения «Подземья»?

– Около месяца.

– И за это время мыхрев параноик не удосужился проверить её шею?

– Думаешь, держал козырь для предвыборной кампании?

Приложив руку к сердцу, с придыханием произнесла:

– Я направил Чернову к вампирам с рабочим визитом, а они сожрали мою помощницу, сделали из неё марионетку. Драгоценные мои избиратели, пока в этом городе остаётся хотя бы один кровосос, никто из людей не может спать спокойно. Но будьте уверены, я сделаю все возможное, чтобы очистить наш город…

– Прикуси язык, Громова, – проворчал вошедший в гостиную Юдин. – Накаркаешь ещё. Если начнётся истерия по поводу клыкастых соседей, управление первое огребёт. Так, ребята, начинайте здесь, а я займусь спальней.

– Будет сделано, кэп.

Влад направился к длинному шкафу-стенке, мне достался письменный стол. Толстый слой пыли на его поверхности и крышке ноутбука указывал, что Ольга не работала дома. Уверена, за последний месяц она вообще мало уделяла времени делам. Стала рассеянной, допускала ошибки. Аркадий не мог этого не заметить, но вместо того чтобы направить помощницу к врачу, выжидал подходящего момента.

– Правосудие никогда не метёт дочиста, – глухо заметил Влад.

– Знаю, но всё равно тошно.

В верхнем ящике письменного стола ничего особенного не нашлось: стикеры, чистые блокноты, канцелярские принадлежности. Я уже хотела открыть второй, когда нас позвал капитан.

– Вот, стояла прямо под кроватью. – Юдин продемонстрировал нам большую алую коробку. Среди черных лент и засушенных бутонов роз поблескивала сталь.

Влад покрутил револьвер в руках, взвесил, прицелился:

– Итальянская сборка. Калибр совпадает.

– Тут есть что-то еще. – Юдин вытащил со дна коробки алую картонку. Под ней лежала стопка фотографий.

Если у меня и оставались какие-то сомнения насчёт того, что это Ольга проникла в квартиру Натальи и спустила курок, то при виде печатных изображений Мироновой, перечеркнутых двумя красными линиями, они растаяли окончательно. Помимо снимков в коробке обнаружился блокнотик с заметками. Чернова готовилась к убийству. Она составила подробный распорядок жертвы, но больше всего меня поразила выпавшая из блокнота карта-схема клуба «Ночная орхидея». На сложенном вчетверо листке был обозначен план не только заведения, но и прилегающей к нему территории. К схеме прилагалось несколько снимков парковки.

Филипп хмыкнул и постучал пальцем по прямоугольнику, обозначающему место стоянки.

– Изначально всё должно было случиться здесь.

Я кивнула, выражая согласие с версией капитана:

– Впав в транс, Наталья существенно упростила Ольге задачу. Разобраться бы ещё, как она проникла в здание.

– При помощи магии? Открыла портал? – предположил Влад.

– След портала легко отследить. Скорее всего, она использовала иллюзию или невидимку. Кто-то ей помог… – пробормотала я, осознав, что прежде упустила этот момент из виду.

– Занимайся, – одобрительно кивнул Юдин. – Подозреваю, что главные улики мы уже нашли, но предлагаю разойтись и закончить обыск.

– Хорошо, кэп. Вдруг нам удастся отыскать подробные инструкции, составленные вампиром?

– Ты, Влад, я смотрю, оптимист, – проворчала я.

– В нашем деле без этого никак.

– А вот я бы с удовольствием пошуршала в «Подземье». Уверена, там бы мы нашли много чего интересного.

– Держи карман шире. Так кровососы нас к себе и пустили.

Мы вернулись в гостиную и приступили к методичной, немного рутинной процедуре обыска. Я уже закончила осматривать содержимое письменного стола, когда из спальни выглянул Юдин:

– Так кто там хотел заделаться шуршунчиком у кровососов? Вампиры официально заявили о пропаже главы общины и запросили помощь УПИРа в поисках.

Состав группы, выдвинувшейся в «Подземье», меня обескуражил. Вместо Влада и Геннадия, наших главных силовиков, капитан решил взять Кристину и Соколова. Юдин мотивировал это тем, что сотрудники лаборатории проводили медосмотры вампироманов и были в какой-то степени уже знакомы кровососам. Узнав о предстоящей поездке, Гришка прямо-таки расцвёл на глазах.

– Ну что, Кристина, покажем вампирюгам, что такое суровые упырячьи следаки?

Кристина восторг начальства не разделяла, но и отказываться от поездки не стала.

– Филипп Юрьевич, а полевой набор брать?

– Не стоит, я возьму свой. – Судмед потер руки в предвкушении. – Чую, Тесс, мы там не один труп обнаружим.

– Ты, главное, смотри, чтобы эти трупы тебя не покусали.

– Не, я невкусный, мной даже комары брезгуют, а вот Кристина у нас девушка сочная, полнокровная.

После слов Григория сотрудница лаборатории заметно побледнела.

– Эй, ты чего! Я же пошутил!

– Мы ещё ни разу… не спускались… на нижние уровни, – запинаясь, произнесла Кристина. – Говорят, побывавшие в вампирском логове хотя бы раз обратно уже не возвращаются.

– Такая большая девочка, а слухам веришь. То, что вампиры в зеркале не отражаются, тоже говорят, а некоторые, в надежде испортить кровососам аппетит, упорно налегают на чеснок.

– Милодар Вячеславович гарантирует безопасность всем сотрудникам УПИРа при условии соблюдения правил с нашей стороны, – заверил Юдин.

– Что-то вроде «от группы не отбиваться и глазки вампирам не строить»? – с озорной улыбкой уточнил Соколов.

– Верно. Так что забудьте о свободной экскурсии, никто вам самостоятельно по «Подземью» шастать не даст.

– Пошли, Кристин, собираться. – Соколов поднялся со стула и открыл перед девушкой дверь. Лаборантка кивнула, но вид у неё был совсем уж безрадостный.

– Фил, каковы ожидания Милодара? Не думает же он, что мы мгновенно отыщем пропажу? – спросила я.

– Наша задача – осмотреть личные апартаменты главы общины и её фаворита.

– Алексея, что ли?

– Если бы. Сегодня вампиры недосчитались одного вампиромана. – Юдин развернул монитор и продемонстрировал фотографию молодого человека.

У него были тонкие женоподобные черты лица. Угольно-черные волосы, небрежная косая челка и подводка глаз делали его похожим на мальчика-эмо. И это фаворит Елены? Мысленно сопоставила Милодара, Алексея и подивилась разнообразию вкусов главы общины. Прямо гурман!

– В последний раз юношу видели в обществе Елены, – продолжил инструктаж капитан. – Сегодня вампиры опросили родственников. Никто не смог сообщить о его местонахождении. На камерах, расположенных по периметру «Подземья», он также не засветился. Милодар считает, что вампиры что-то упустили, и просит нас подключиться к поискам.

– А не поздновато ли спохватились? Если они уже провели осмотр покоев, то могли невольно уничтожить улики.

Филипп развёл руками:

– Придётся работать с тем, что есть.

– Оружие нам с собой брать нельзя?

– Демиан Норд настоятельно рекомендовал этого не делать. В свою очередь, он заверил, что мы покинем «Подземье» целые и невредимые.

– Крайний срок?

– Не понял тебя, Тесс.

– Ты уточнил, на какой период нас пригласили в гости? Заключая соглашение с Нордом, следует внимательно относиться к деталям.

Юдин посмотрел на меня как на параноика.

– Фил, я не хочу, чтобы целые и невредимые упировцы стали заложниками кровососов. Если вампиры гарантируют нашу неприкосновенность, пусть подтвердят, что мы сможем покинуть их территорию в любое время по своему усмотрению, без дополнительных условий и оговорок.

– Хорошо. Сейчас уточню этот момент.

Вид тёмно-зелёного внедорожника, ожидающего на парковке, отозвался волной раздражения – соскучиться по его владельцу я ещё не успела. Не сомневаясь, что Норд приложил руку к желанию вампиров привлечь УПИР к поискам, я надеялась избежать встречи с самим деймонаром. Не вышло.

– Скажите, вампиры нас позвали по вашей подсказке? – спросила я, как только Норд опустил боковое стекло.

Очевидно, вопрос прозвучал излишне резко, но после того, что Норд устроил в допросной, у меня были причины так себя вести.

– Глупо не попытаться задействовать все ресурсы и возможности. – Подчеркнуто вежливый ответ был приправлен благожелательной улыбкой, которая, впрочем, меня не обманула.

– Насколько я помню, ваша оценка эффективности сотрудников управления намного ниже среднего.

– Считайте, что вам лично предоставлена возможность показать, чего вы стоите. Что касается управления, я по-прежнему уверен: его сотрудники не обладают должной квалификацией и знаниями для работы в сфере сверхъестественного.

– Однако именно не обладающих нужными знаниями упировцев вы хотите задействовать в поисках.

Разговор скатывался к бессмысленному препирательству, я и сама осознавала, до чего глупо тот выглядел со стороны. Лёгкий тычок в бок заставил меня вздрогнуть – уж больно костлявый и острый локоть оказался у нашего судмеда. Ладно, намёк понят, затыкаюсь.

– Скажите, а правда, что нам придётся спуститься на нижние уровни? – пролепетала Кристина.

– Правда. Не стоит так бояться. Зачастую за порогом неизвестности нас поджидают приятные сюрпризы. – Деймонар вышел из машины и распахнул перед Кристиной заднюю дверь.

Он светился от доброжелательности, прямо-таки радушный хозяин, приглашающий дорогих гостей на светский раут, однако Кристина, к моему удивлению, оказалась равнодушна к чарам Норда.

– Я регулярно осматриваю вампироманов уже полтора года. Боюсь, ничто не убедит меня, что за дверью, ограждающей нас от вампиров, может скрываться что-то хорошее.

– Наличие добровольных доноров позволяет жителям города спать спокойно.

– Их ночной покой охраняется Серой стражей и Управлением по иным расам.

– Отрадно видеть человека, настолько верящего в то, чем он занимается, – одобрительно отозвался Норд.

На щеках Кристины вспыхнул румянец, она поспешно забралась в машину и передвинулась на дальний край. Соколов последовал её примеру, я уже хотела присоединиться к ним, когда меня остановила оброненная фраза:

– Мне это почудилось, или я вам неприятен?

– Наш последний разговор оставил не самое приятное впечатление.

– Однако некоторые ощущения вам более чем понравились, – протянул он.

Мыхрев деймонар, он что, так и не въехал, что я не ответила на поцелуй? Или он из тех, кто считает, что, раз девушка не визжит и не отбивается, это уже признак согласия?

Взгляд серебристо-серых глаз скользнул по шее, спустился к груди. Сжав руки в кулаки, позволила ногтям впиться в ладони, но боль не принесла желаемого облегчения. Жар облил тело, стёк к низу живота, и – самое гадкое – Норд прекрасно понимал моё состояние.

Хорошо, умник, если тебе от этого станет легче, то я признаю, что не привыкла, чтобы на меня так откровенно пялились. Да любая бы на моём месте смутилась! Я уловила момент, когда выражение лица Норда изменилось, маска соблазнителя исчезла, уступив место мрачной задумчивости.

– Чего от нас ждут вампиры? – быстро произнесла я, скрестив руки на груди.

– Логичнее было бы поинтересоваться, чего от вас ожидаю я.

При дневном свете вампирское логово производило ещё более гнетущее впечатление. Возможно, я невольно настроилась на определённое восприятие и теперь подспудно ожидала какого-то подвоха. Когда над нашими головами послышался шелест крыльев, я дёрнулась, едва не наступив на ногу Соколову.

– Не бойтесь, это всего лишь дневная охрана, – Норд не обращался ко мне лично, но показалось, что успокаивающие интонации в его голосе звучали только для меня.

На усыпанную гравием дорожку плавно опустились две гарпии. Пока упировцы рассматривали невысоких крылатых женщин спортивного телосложения, я пыталась определить, сколько ещё их соплеменниц могло притаиться в вершинах елей. Насколько я помнила, представители этой расы в базе УПИРа не значились.

– Добрый день, – поприветствовала нас двукрылая охранница. – Филипп Юрьевич, вы получили моё уведомление?

– Прочёл перед выездом.

– Надеюсь, вы войдёте в наше положение. Я и четыре мои сестры прибыли в город только два часа назад и сразу же заступили на пост. Как только ситуация стабилизуется, мы обязательно пройдём процедуру регистрации в управлении.

– Будем вас ждать. Надеюсь, вы с пониманием отнесетесь к ограничениям в передвижении по городу. Мне бы не хотелось, чтобы у вас возникли проблемы с Серой стражей.

– Ни я, ни мои сёстры не планируем покидать территорию «Подземья».

Пять гарпий в городе? Гарпий, согласившихся работать на вампиров? Какого мыхря тут вообще творится?

– Не сейчас, – предупреждение, прозвучавшее у самого уха, окончательно убедило меня в том, что прибытие гарпий – верный предвестник надвигающейся бури. Вампиры задействовали дополнительные ресурсы для охраны территории. От кого им обороняться?

– Следуйте за нами, – крылатые девы развернулись и направились по дорожке к центральному входу.

Соколов бросился за ними, он даже Норда умудрился обогнать. В стремлении рассмотреть сложенные за спиной крылья гарпий Гришка едва не дышал тем в затылок. Если бы кто-то из девушек резко остановился, не избежали б конфуза. Первым не выдержал Юдин:

– Соколов!

Резкий окрик заставил нашего рыжика покраснеть. Покорно вернувшись в строй, Григорий принялся что-то нашёптывать Кристине. Оставалось надеяться, что он обсуждал не гарпий. Слух у тех был не хуже, чем у оборотней.

Замок встретил нас тишиной и пустыми коридорами. Убедившись, что поблизости нет вампиров, Кристина заметно расслабилась. Бледные щёки лаборантки окрасил лёгкий румянец. Ну и славно, а то ещё немного, и её можно было бы принять за одного из кровососов. А вот Соколов расстроился. Осмотревшись, судмед недовольно протянул:

– Нас встречать никто не собирается?

– Я сам проведу вас на нижние уровни, – объявил Норд. – Следуйте за мной. И, пожалуйста, не трогайте ничего по пути, – последнее относилось уже к Григорию, который успел сунуть нос в корзину с цветочными браслетами.

Беда с нашим судмедом. Такое чувство, что ему персональный инструктаж надо каждый раз проводить. Подхватив Соколова под руку, поспешила следом за остальными.

– Жалко ему, что ли? Эти браслеты всем на память выдают. Я же сам видел. Не первый раз тут бываю.

– Запомни, Соколов, вампиры бесплатно сувениры не раздают. За любую так называемую халяву тебе выставят счёт и заставят оплатить на выходе.

Лучше бы я этого не говорила. Соколов тут же заинтересовался расценками, а также полюбопытствовал, насколько вампиры всеядны. Не портит ли вкус крови воспалительный процесс, протекающий в организме, или наличие у донора венерических заболеваний. Само собой, в вампирских банках забор крови осуществляется только у здоровых. Если же вампир находит подходящего донора самостоятельно, то каким образом определяет съедобность: по запаху, или сначала надо надкусить и продегустировать?

Григорий замучил меня расспросами до такой степени, что я не заметила, как мы подошли к лифту. Металлические двустворчатые двери странно смотрелись в окружении факелов и вымощенных сероватым камнем стен. Внутри кабина оказалась ничем не примечательной грузовой моделью с зеркальными стенами и линолеумом под ногами. Вот только кнопок на приборной панели было всего две.

– Это они специально нормальный лифт поставили, чтобы жертвы не паниковали, – громким шепотом просветил Соколов Кристину. – Только расслабишься, а тебя хвать…

Нет, я его точно урою, и без вампирской помощи!

– Григорий, на пару слов!

Я зажала судмеда в углу. Мне было откровенно плевать, что присутствующие в кабине слышали каждое слово:

– Кончай действовать всем на нервы.

– А вы перестаньте корчить из себя суровых всезнаек, – огрызнулся Соколов. – Думаете, можно запросто оторвать меня и Кристу от работы, запихнуть в машину и отвезти к вампирам, не объяснив, какого чёрта мы вообще к ним прёмся? Я понимаю, у следаков есть свои тайны, но не от коллег же, вашу мать!

Я обернулась к Филу:

– Вы им не сказали?

Ответ пришёл со стороны Норда:

– Я попросил капитана не распространяться о цели поездки.

Выражение лица Соколова из удивлённого стало подозрительным, Кристина тоже насупилась и вопросительно посмотрела на меня. А я-то тут при чём? Решения у нас Юдин принимает, это он информацию зажал. Но ребята, не сговариваясь, определили крайнего, и им стала я.

Приехали. Причём в обоих смыслах.

Двери лифта раздвинулись, явив длинный узкий коридор. Стены в нём были выложены осколочной мозаикой из серого мрамора, на полу – квадраты угольно-чёрной плитки. Надо отметить, чертовски скользкой. Я пару раз притопнула ногой, но вместо эффекта эха ощутила глухой звук – вампиры не пожалели средств на магическую звукоизоляцию. Чары оплетали не только стены и пол, но и покрывали сетью потолок. Засмотревшись вверх, едва не влетела в паутину заклинаний, пересекающую коридор. Это что, местный аналог двери? Соколов обернулся, увидел, что я отстала, и что-то сказал, однако до меня не донеслось ни звука. Интересно, для кого предназначались звукоизолирующие чары? Для вампиров, желающих создать иллюзию уединения, или для спокойствия их жертв? При мысли, что за стеной могли раздаваться стоны и крики, в то время как мы спокойно шли мимо, к горлу подкатил комок. Я поспешно догнала остальных, решив, что больше не отстану ни на шаг.

Чёрные, окованные медью двери вели в просторную гостиную. Иллюзия панорамного окна с видом на город заставила нас застыть на пороге. Даже я, распознавшая магию, впала в ступор и подслеповато щурилась, пытаясь привыкнуть к перемене в освещении. После сумрака коридора яркий солнечный свет гостиной бил по глазам. Неудивительно, что мы не сразу заметили Милодара Вячеславовича, расположившегося в одном из кресел. Вампир подождал, пока мы придём в себя, и поднялся навстречу.

– Добро пожаловать в «Подземье», благодарю, что так быстро откликнулись на мою просьбу.

– Надеюсь, наша помощь окажется не только своевременной, но и эффективной, – Юдин пожал протянутую руку и замолчал, ожидая дальнейших пояснений.

Следующие десять минут я сидела в высоком кресле и прямо-таки чувствовала, как тяжелеет голова под весом лапши, весьма активно наматываемой нам на уши. Оказывается, УПИР вызвали не для осмотра апартаментов, в коих в последний раз видели главу общины, а для того, чтобы мы опросили всех вампиров или людей, способных пролить свет на то, куда же она подевалась. Нам настоятельно рекомендовали оставаться в гостиной, в неё в порядке очереди станут приглашать тех, кто бы мог поделиться информацией. Возникло ощущение, что нас держат за идиотов, которым больше нечем заняться, кроме как изображать театр следователей на выезде.

Если Юдин и пришёл к аналогичному выводу, то не спешил его озвучить. Капитан с задумчивым видом кивал и непрерывно делал заметки в КПК. Кристина, поняв, что нам не придётся бродить по страшным вампирским коридорам, прямо-таки расцвела и теперь с интересом таращилась на панорамную иллюзию. А вот Соколов не захотел дожидаться, пока вампиры соизволят выложить все карты, и спросил в лоб:

– А какой толк от повторного допроса?

– Ни я, ни Алвин не являемся следователями-профессионалами. Вероятно, мы могли что-то упустить, – с лёгкой улыбкой пояснил Милодар.

Зато оба – высшие вампиры, а брат Елены ещё и мастерски наводит ощущения. Да этой парочке хватит одной минуты, чтобы все, кто хоть что-то знал, начали ползать на коленях и умолять их выслушать!

– Первое ваше упущение – наличие багрянца на территории «Подземья», – непринуждённо заметил Юдин.

Ай да молодец кэп! С большим трудом мне всё-таки удалось удержать довольную ухмылку. Губы деймонара оказались в нескольких сантиметрах от моего уха, горячее дыхание скользнуло по коже:

– И чему это вы так радуетесь?

Пока я пыталась придумать ответ, причём желательно такой, чтобы и стоящий в другом конце комнаты вампир счёл корректным, Норд положил руку на моё плечо и снова склонился ко мне:

– Николай не предавал Наталью.

Я подорвалась с места, словно взвинченная пружина, и замерла, судорожно хватая ртом воздух, потому что мой двойник так и остался сидеть в кресле!

– Какого мыхря? – только и успела прошипеть я, когда Милодар невозмутимо сообщил Норду:

– У вас есть два часа.

– Юдин оговорил время пребывания?

– Подозреваю, что благодарить за это следует консультанта, – лёгкий кивок сопровождался демонстрацией белоснежных клыков.

Резко развернувшись к Норду, сжала руки в кулаки.

– Не понимаю, что вы задумали, но в настоящий момент три сотрудника Управления по иным расам подвергаются вампирскому воздействию…

– Как же вы меня достали… – Усталое признание подействовало не хуже заклятия немоты. – В настоящий момент у вас есть два пути: либо вы покидаете комнату самостоятельно, либо я выношу вас.

Я повернулась к коллегам, застывшим на диване. Несомненно, как только я покину помещение, действие вампирской «заморозки» завершится. А потом начнётся обещанный допрос лиц, видевших Елену в день исчезновения. Моя копия останется в кресле, вот только на неё никто не будет обращать внимания.

– Милодар Вячеславович, если вам есть что рассказать Юдину о багрянце и его распространении в «Подземье», не стоит отказываться от помощи. Если выбирать между следователями УПИРа и ищейками Серой стражи, то вампирам выгоднее сотрудничать с управлением… и безопаснее.

Проигнорировав меня, вампир повернулся к Норду.

– Демиан, ты утверждал, что Серая стража позволит нам самим разобраться в происходящем.

– А вы оговорили сроки? – с елейной улыбочкой поинтересовалась я. – Думаете, стражи останутся в стороне, если распространение багрянца продолжится? Мы накрыли лабораторию, в которой производили наркотик. Если же багрянец снова засветится в городе, угадайте, кого обвинят?

Когда вампир всё-таки соизволил повернуть голову, мне пришлось приложить усилия, чтобы остаться на месте. Милодар прожёг меня презрительным взглядом.

– Меня уверяли, что приглашение консультанта окажется полезным. Пока я вижу перед собой особь, самым назойливым образом пытающуюся пропиарить собственное место работы. Считаете, управление недополучает внимания со стороны вампиров? Я вполне могу его обеспечить. Вот только я не уверен, что коллеги поблагодарят вас за это.

– Я вовсе не…

– Достаточно, – резкий тон Норда подействовал не хуже ледяного душа. Во рту пересохло, вдоль позвоночника пробежала нервная дрожь. Спорить сразу расхотелось, однако я не могла делать вид, что меня устраивает текущее положение вещей.

– Что вы от меня хотите?

– Для начала просто заткнитесь.

Я уже собиралась повернуться к деймонару, чтобы озвучить, куда ему следует пойти с таким предложением, как окружающий мир перевернулся вверх тормашками: руки сжали талию подобно тискам, вздернули в воздух и перекинули через плечо. В таком положении я и покинула гостиную. Сидящие на диване упировцы не заметили этого.

Тусклый, мигающий свет коридора отражался от отшлифованных до зеркального блеска плит. Казалось, в глубине тёмного камня притаились призрачные сущности, освещающие путь наглецу, дерзнувшему прогуляться по вампирскому логову.

– Вы могли бы попросить о помощи, – процедила сквозь зубы я, когда от равномерного раскачивания всё поплыло перед глазами. Норд продолжал шагать, словно к нему и не обращались. – Не сочтите это за угрозу, но меня мутит.

– Потерпите. Уже пришли.

Раздался скрип открывающейся двери, меня внесли в какое-то помещение, сразу же в поясницу ударила струя холодного воздуха. Я вздрогнула и приподнялась, чтобы посмотреть, куда же меня притащили. Вид медленно закрывающейся морозно-белой двери зародил в душе вполне определённые подозрения. Стоило створкам соприкоснуться, как ледяная поверхность обрела кристальную прозрачность и по ней потекли тонкие алые ручейки. Не добегая до пола, они застывали и покрывались инеевой коркой. Пара секунд – и иллюзия растаяла, дверь снова стала белоснежной, но мне казалось, что в любой момент на ней могут проступить кровавые разводы.

– Как вам? – Вопрос деймонара подразумевал визуальное восприятие, но признаваться, что иллюзия меня напугала, не хотелось.

– Второй уровень, контур замкнут на кристаллы-накопители. Вероятно, один из фрагментов хрустальной обналички…

Вообще-то я уже определила, какие камни играли роль накопителей, но решила придержать информацию. Меня поставили на ноги и подтолкнули к двери. Это что, проверка такая? Норд надумал оценить профпригодность ищейки?

– Третий и седьмой фрагменты, – я постучала пальцем по полупрозрачной льдистой поверхности. – Муассанит, искусственно синтезированный. Впрочем, это не мешает ему служить накопителем-проводником для стихии Воздуха. Учитывая непостоянный характер иллюзии, могу предположить, что камни приходится менять не чаще одного-двух раз в год.

– Последний раз их меняли три года назад.

– Елена не любит принимать гостей?

– Скажем так, эти апартаменты предназначены для избранных посетителей.

Я медленно повернулась, опасаясь, что увижу тела тех самых счастливчиков, которым повезло переступить порог личных покоев главы общины.

Будуар Елены походил на застывшие во льду покои Снежной королевы. В центре на возвышении стояла огромная кровать, задрапированная серебристо-белым шелковым покрывалом. Алебастровая лепнина на потолке имитировала своды пещеры, от стен, покрытых мозаикой из хрусталя и лунного камня, исходило лёгкое мерцание – уже не иллюзия, а мастерски выполненная подсветка. Впрочем, магии в этих покоях тоже хватало.

Шмыгнув носом, обхватила себя руками. Температура в помещении была под стать интерьеру. На пару градусов ниже, и изо рта пар пойдёт.

– Вам холодно? – учтивый вопрос воспринимался тонким издевательством.

Как там в сказке? Тепло ли тебе, девица, тепло ли тебе, синяя?

Норд подошёл к стене и нажал на один из выступающих камней. Когда с потолка подул тёплый воздух, я едва не заурчала от удовольствия. Перестав дрожать, продолжила осмотр будуара. В первую очередь меня интересовала магическая составляющая, но взгляд невольно притягивали белые пушистые коврики, устилавшие пол. Перед глазами промелькнуло видение обнажённой пары.

Одетая в лунный свет девушка судорожно цеплялась за плечи нависшего над ней мужчины. Ночной сумрак наполняли стоны любовников и знакомый приторный аромат липового цвета.

Резко встряхнула головой, но видение не отпускало. Пульс подскочил, дыхание участилось.

…Я лежала на мягком покрывале. Тело всё ещё подрагивало в сладкой истоме, а по щекам текли слёзы. Прохладный ветерок коснулся разгорячённой кожи. Наваждение прошло, оставив горечь понимания…

Надо найти платье, но нет сил пошевелить рукой. Их больше ни на что не осталось. Он помогает приподняться и привлекает к груди. Рука успокаивающе перебирает волосы на затылке, гладит по спине. По щекам по-прежнему текут слёзы, а в голове звучит тихое: «Я исправлю, я всё исправлю. Всё будет хорошо…»

– Что с вами? – встревоженный голос Норда прорвал пелену видения.

Я снова стояла в спальне Елены, в изысканной искусной имитации северной сказки.

– Тессия, вы меня слышите?

Собравшись, кивнула в ответ. Меня трясло, точно в лихорадке. Мыхревы иллюзии. Мыхрево воспоминание. Кому оно принадлежало? Елене? Или одной из счастливиц, которой дозволили переступить порог снежных покоев? Да кому угодно! Но я не могла забыть о тёплом медовом аромате, разлитом в ночном воздухе.

Прекрасно понимая, до чего странно выглядит моё молчание со стороны, я сделала несколько шагов к невысокому полупрозрачному столику. Пусть Норд считает, что я заинтересовалась безделушками Елены. С улыбкой отметила несколько баночек и пузырьков с логотипом известного косметического бренда. Неужели и вампирши верили в кремы от морщин? Предположение показалось настолько абсурдным, что я не удержалась от лёгкого смешка.

– Что вас так развеселило? – Норд приблизился ко мне. – Временами и высшим вампирам хочется поиграть в людей.

– Глупости. С чего это хищнику играть в еду?

Ответа на вопрос не последовало, вместо этого деймонар подошел к столику и открыл стоящую на нём шкатулку. Ослепительными искрами вспыхнули разноцветные грани бриллиантов, таинственно замерцали алые, словно застывшие капельки крови, рубины. Я не смогла сдержать восхищенного вздоха.

– Нравится?

– Я работала с драгоценными камнями. Алмазы не доверяли, но рубины держать в руках доводилось.

– И что вы скажете по поводу этого гарнитура?

Вопрос Норда был продиктован отнюдь не праздным любопытством. С момента нашей первой встречи деймонар самым наглым образом меня изучал.

– Ожерелье я бы зачаровывать не советовала. Слишком сложное расположение камней, а вот серьги и кольцо хороши. Удержали бы и первый уровень.

Я посмотрела на Норда, пытаясь разгадать, удовлетворил ли того мой ответ, но деймонар лишь молча захлопнул шкатулку.

– Для чего всё это? – Я развела руками.

Норд вопросительно приподнял бровь.

– Для чего меня вызвали в «Подземье»? Зачем притащили в эту комнату? Я уж молчу о том, как данное приглашение было обставлено!

– Я рассчитываю, что вы поможете найти Елену.

– Каким образом?

Норд продолжал молчать.

– Поймите же, ваше требование смахивает на «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что»!

Мыхрь летучий, как же достало, что все от меня чего-то хотели, не объясняя, что конкретно!

– Мне больше по душе притча о сером волке и девочке, любившей задавать глупые вопросы, – невозмутимо ответил деймонар.

Я поняла, что подсказок не будет, и решила действовать как обычно – начать совать нос во всё, что имело отношение к магии. Только бы Елена претензии потом не предъявила. А то будет у нас вампирская версия сказки про трёх медведей, но для девочки, протянувшей ручонки к чужому имуществу, всё закончится очень печально.

Я сбросила рюкзак на пол и подошла к кровати. Прямо над ней в стене пульсировал ещё один источник энергии. Чтобы добраться до него, пришлось забраться на кровать. Закусив до боли губу, я шарила по стене руками. Вот здесь, совсем рядом. Да. Верно. Как только я нащупала нужный кристалл, тот отъехал в сторону, и мне в руку упала темно-красная капля. В этот момент до меня дошло, что за джинна я выпустила из бутылки. Армоар. Правильно ограненный рубин способен принимать магию стихии Земли, в том числе и чары, являющиеся разновидностью афродизиака.

Отшвырнув камень, вытерла ладонь о джинсы. Армоар покатился по покрывалу и упал на пол.

– Подобные штуковины уже лет пятнадцать как запрещены, – прошипела я и не узнала собственного хриплого голоса.

– В «Подземье» иные правила.

– Правила, установленные вампирами? Так? – Я резко обернулась и увидела, как Норд поднимает камень с пола.

– Если вам не по нраву чужие игрушки, это ещё не повод их ломать. – Он обошёл кровать и вложил рубин в мою ладонь.

Я поспешно отвернулась, чтобы вернуть армоар на место, хотя с большим удовольствием пропустила бы через дезактиватор магии. Пальцы дрожали, во рту стало до неприятного сухо. В момент передачи камня Норд прожёг меня чувственным, голодным взглядом.

На извлечение армоара из тайника Елены ушло две минуты, и ещё десять понадобилось, чтобы вернуть камень обратно. Я боялась поворачиваться к Норду. Что, если неприкрытое желание в его глазах мне всего лишь померещилось? Подумаешь, воображение разбушевалось после прикосновения к магическому афродизиаку. Но вдруг тот и на Норда подействовал? Вот зараза!

Я обошла комнату по периметру. Чисто. Армоар и иллюзии были единственным волшебством, проникшим в будуар. Что дальше? Норд заставит меня осматривать коридоры? Будет таскать, как собачку, по всему «Подземью»?

Резко остановившись, устало потерла глаза и принялась массировать виски. Плевать, как это выглядело со стороны. Я так вымоталась за эти дни, что даже руки дрожали. И тут я почувствовала ещё один источник магии. Застыв, прислушалась к собственным ощущениям.

– Где? – одна-единственная фраза, произнесённая звенящим от напряжения голосом, заставила почувствовать слабость в коленях.

– Не знаю. Где-то там, – я махнула рукой.

Я понимала, что Норд незамедлительно потащит меня выяснять местоположение неведомой вампирской фиговины, но стоило деймонару взять меня за руку, зашипела:

– Не прикасайтесь. Сама пойду.

– Как пожелаете. – Он протянул мне рюкзак и, подождав, пока я его надену, добавил: – Не отставайте.

Сначала я бодро бежала за Нордом, потом начала спотыкаться, то и дело озираясь по сторонам и улавливая следы магии. Складывалось впечатление, что недавно по коридорам «Подземья» пронеслась группа адептов, увешанная активированными амулетами.

Поисковая магия. Она встречалась чаще, чем заклинание, поглощающее звук. Неужели Елену пытались отыскать с помощью чар?

Заклинание усиления обоняния. А это ещё зачем? Вампиры настолько сомневались в собственном чутье? Ясное дело, что до оборотней им далеко, но всё же…

На этом перечень заклинаний, использование которых можно было объяснить логически, заканчивался. Пошатываясь, я брела по коридору и, подобно сломанному радару, фиксировала абсолютно бредовые остатки магии.

Заклинание стабилизации погоды.

Чары против бессонницы.

Приманка для светлых духов-домовиков.

Заклинание-сигнализация, предупреждающая о появлении нежити.

Возникло ощущение, что внутреннее чутье, остро реагирующее на все виды магии, сломалось.

– Норд, постойте. Нет, мы ещё не пришли. Я теперь вообще не уверена, что мы идём в верном направлении. Я больше ни в чём не уверена…

– Ощущаете дезориентацию и следы непонятной магии? Следы, которых тут не должно быть вовсе?

– Откуда вы знаете?

Если Норду и не понравился мой вопрос, то он никоим образом не выказал недовольства.

– Тессия, посмотрите на меня.

Я подняла голову и вздрогнула. Норд улыбался. Он вообще выглядел чертовски довольным, будто уже нашёл свою драгоценную Елену.

– Сейчас мы продолжим путь и будем двигаться по следам остаточной магии. На вид не обращайте внимания, просто фиксируйте наличие и идите.

Так просто? Он что, издевается?

– Нет, так не пойдёт! Сначала ответьте, что происходит! Зачем вы притащили меня в покои Елены? Вы же знали, что её там нет. Это первое место, которое осмотрели вампиры. Пусть Милодар не маг, но он принимал участие в постройке «Подземья». Ему знаком каждый ход, каждый скрытый магией тайник.

Армоар! Недаром его называют «обнажающим чувства». Норд хотел, чтобы я утратила контроль. Вчера на меня повлиял Алвин, этот пожиратель эмоций попытался пробудить во мне похоть. Будь я вампироманкой, сразу бы упала в его объятия, но во мне проснулась жажда магии, желание открытий, и тогда я почувствовала охранный контур «Подземья».

– Вы подсунули мне армоар, чтобы я смогла взять след.

– Если вам станет легче, то да.

– Неужели нельзя было сразу объяснить, в чем дело? Сказать: «Громова, я знаю, что вы чувствуете магию, и я хочу, чтобы вы нашли нечто, спрятанное у вампиров». Почему надо постоянно недоговаривать и манипулировать?

– Браво, Тессия! – издевательски поаплодировал Норд. – Немного потренируетесь перед зеркалом и сможете повторить перед Аврилем.

– Не смейте приплетать Орлова! Мои отношения с ним вас не касаются.

– Отношения? Лично я вижу перед собой дурёху, которая до сих пор не смогла спустить драгоценного эльфа с пьедестала. Вы правда верите в добрых эльфов, обучающих детишек волшебству?

Обида горько царапнула сердце. Хотела разозлиться, но не смогла. Отчасти из-за того, что понимала, – в словах Норда имелась доля истины.

– Знаете, во что мне хочется верить? Что за красивыми словами моего мужчины будет стоять реальная поддержка. Дать кому-то по морде – не велик подвиг.

Ох… Что-то я разоткровенничалась. Не к добру это.

– Откат, да? – грустно уточнила я. – Обычно я не настолько болтлива.

– Вы же понимаете, что так работают все средства, воздействующие на эмоциональное восприятие.

То ли мне показалось, то ли в голосе Норда и в самом деле промелькнуло сожаление.

– Я надеялся, что влияние армоара продержится дольше.

Ага, значит, всё-таки сожаление, да не по тому поводу. Деймонар переживал, что «собачка» собьется со следа раньше срока.

– Расслабьтесь, я всё ещё чувствую ваше таинственное нечто. Идёмте. Нам направо. – Свернув в нужном направлении, я двинулась по коридору.

– Продолжайте фиксировать наличие следов, распознавать их не нужно, – прозвучало мне в спину. – Вы только зря тратите силы.

Я остановилась и обернулась.

– Как это? Разве можно считывать остаточную магию только поверхностно?

– Он не научил вас? – нахмурился Норд.

Его упрек мне не понравился. Орлов был прекрасным наставником.

– Идёмте, Тессия, у нас мало времени, – сурово произнёс он и взял меня за руку.

В этот раз я не стала сопротивляться.

Норд предложил не обращать внимания на вид магии и фиксировать исключительно наличие. Я попробовала. Не вышло. Это было, словно пытаться идти по оживлённой улице и воспринимать чужие голоса как фоновый шум, не разбирая ни слов, ни тембра. Чутьё работало «на полный приём звука», промежуточными вариантами, «регулирующими громкость», я не владела. Вот только не припомню, чтобы от обычного шума у меня когда-нибудь слезились глаза или заплетались ноги. Когда я споткнулась на ровном месте в третий раз, Норд, сжимавший мою ладонь, подхватил меня под локоть. На протесты не было сил. Скорее бы уже отыскать необходимое деймонару и очутиться дома. Главное, при этом не забыть коллег в «Подземье», а то у Соколова случится эндорфиновый передоз.

Это заклинание едва не осталось незамеченным, а всё из-за того, что было активным. Пройдя мимо очередной двери, я резко остановилась. Норд тут же выжидающе посмотрел на меня.

– Подождите, надо передохнуть. – Признаваться в находке я не спешила, сначала следовало понять, на что же мне посчастливилось наткнуться, а то ещё похвалят, пожмут руку и спровадят, не дав разобраться.

К двери поворачиваться не стала, чтобы ничем не выдать интереса, вместо этого уставилась под ноги. Как назло, совсем рядом находилось очередное заклинание звукоизоляции. Было сложно сосредоточиться исключительно на том, что располагалось за стеной.

– Простите, голова закружилась, – пролепетала я. Вышло вроде натурально.

– Присядьте, – Норд надавил на плечо, вынуждая опуститься на пол. – Ищейка-доходяга.

– Найдите получше.

– С превеликим удовольствием, вот только Авриль выбрал вас.

Я резко вскинула голову.

– Для чего?

– Поднимайтесь! – Норд резко дёрнул меня за предплечье, заставляя встать на ноги. – Прекращайте зря тратить моё время и ищите!

Норд был на взводе, шутки кончились. Испытывать его терпение я не стала и, повернувшись к двери, толкнула её обеими руками. Это была спальня. Судя по обстановке, принадлежала мужчине.

– Эту комнату также обыскали, – угрюмо проворчал Норд.

– Кому она принадлежит? Пропавшему вампироману? – спросила я, уже догадываясь, что ответ будет положительным.

– Ему самому.

Я сделала несколько шагов к кровати. Рядом с ней и ощущалась странная магия, которая вела меня по коридорам «Подземья». Заклинание было не просто активным, а завязанным на внешний источник, находящийся в этой же комнате. С удивлением я обнаружила, что эта магия пахла, как иллюзия на лице Черновой.

– Здесь, – я ткнула пальцем в сторону постели.

– Продолжайте… – приказал Норд.

– Что продолжать?! Я вижу перед собой кровать, окутанную каким-то заклинанием. Тип мне неизвестен, я даже не в состоянии определить, к какой стихии оно относится! Это какой-то бред. Оно двигается, – последние слова я произнесла шёпотом, потому что не могла поверить собственным глазам. Источник магии переместился. Только что располагался в изголовье, а сейчас находился намного ближе. Я с ужасом следила за его приближением, пытаясь понять, что же – или кто же? – в скором времени появится из-под кровати.

– Норд, что происходит? – Я начала отступать, впрочем, отойти далеко не вышло.

Опустив обе руки мне на плечи, деймонар шепнул на ухо:

– Смотрите.

Сначала показалась цепочка из белого золота. Она ползла по полу подобно змее, изредка останавливаясь, чтобы рывком подтянуть хвост. Когда из-под кровати выбралась сверкающая голубая льдинка, я сначала не поняла, что явление артефакта свершилось. Его внешний вид зацепил не так сильно, как алый след, тянущийся за ним.

– Что вы видите? – нетерпеливо спросил Норд, он словно не замечал ни кулона, ни крови.

– А разве вы…

– Это вы у нас ищейка с примесью эльфийской крови. Я знал, что Иллюзион находится на территории «Подземья», чувствовал, что он расположился на нижних уровнях, но где конкретно, определить не мог.

– А Авриль?

– Тоже. Если Иллюзион намерен спрятаться, выследить его крайне сложно.

– Иллюзион. Что скрывается за этим названием? – задала вопрос я, не сомневаясь, что стоит мне сообщить о явлении кулона, как деймонар заставит его поднять. Я же не идиотка, чтобы прикасаться к незнакомому артефакту! Тем более эльфийскому!

– Его ещё называют голубым бриллиантом иллюзий. Огранка и форма камня изменчивы, как и чары, под которые он маскируется. Не бойтесь, сама по себе эта вещица безобидна, но может создать множество проблем, попав не в те руки.

Отличное уточнение. Лично мне проблемы не нужны, а выяснять опытным путём, те ли у меня руки, не хотелось.

Тем временем цепочка доползла до носков кроссовок и остановилась. Я вытащила из рюкзака пластиковую коробочку.

– Зачем вам она?

– Сейчас сами всё поймёте. – Открыв коробку, вытащила пробирку и тампон. Только бы эта ползучая блестяшка на меня не кинулась. Быстро наклонившись, провела тампоном по кровавому следу.

– Кровь? Здесь? Вы позволите? – Норд присел на корточки и быстро обнюхал образец. – Настоящая. Не иллюзия.

– Сама вижу, что не иллюзия, – проворчала я. – Остаётся выяснить, что же в этой комнате – фальшивка.

– Поднимите артефакт и поймёте. Что вы делаете?

– Надеваю перчатки, – покончив с этим занятием, я вытащила из рюкзака пластиковый конверт.

Быстро наклонившись, взяла кулон и сунула в пакет для вещдоков. Бриллиант вспыхнул голубым и погас. На мгновение показалось, что я оглохла, и только потом осознала, что Иллюзион больше не подсовывал мне фальшивые следы магии. Артефакт словно уснул, оставив лёгкое чувство дезориентации, а в таких случаях лучше всего опираться на инструкции.

– Цепочка с кулоном будет изучена в лаборатории. Помимо следов крови, на ней…

Хотела уточнить, что на артефакте могли остаться отпечатки, но, повернув голову, приглушённо вскрикнула и присела на корточки. Под кроватью натекла лужица крови.

– Эта кровать разбирается? Есть отделение для постельного белья?

Норд не стал строить догадок, а шагнул, чтобы проверить.

– Постойте! – окликнула его я, протягивая изолятор. – Подозреваю, тут уже наследили, но прибавлять ещё и ваши отпечатки не стоит.

Норд кивнул и размазал гель по ладоням. Вернув тюбик, деймонар аккуратно, буквально двумя пальцами, отодвинул покрывало и простыню и молча указал на небольшую кнопку на внутренней стороне спинки. Лёгкое нажатие – и основание кровати приподнялось под сорок пять градусов, открыв небольшой ящик для постельного белья, вот только вместо лишних подушек в нём лежало обезглавленное тело мужчины.

– Нет, Тесс, я всё равно не догоняю, – проворчал Соколов, подкручивая настройку на очках. – Они же вампиры. У них нюх не хуже, чем у оборотней, как они могли прошлёпать труп?

Норд настоял на немедленном снятии отпечатков с цепочки и бриллианта. В настоящий момент деймонар беседовал с Юдиным, наверняка доказывал, что артефакт из другого мира не стоит приобщать к вещдокам.

– Норд говорит, что запах замаскировала магия. Вампиры осматривали комнату, но внутрь кровати не заглядывали. Думаю, тут тоже кулон постарался.

– Кто-то настроил его соответствующим образом? – задумчиво произнёс судмед.

– Вроде того, – буркнула я.

Норд намекнул, что Иллюзион сам выскользнул из рук владельца и сделал так, чтобы артефакт не смогли найти, а маскировка тела вампиромана была всего лишь побочным эффектом. А вот объяснить, как у вампиров оказался предмет из мира фейри, деймонар не пожелал.

– Ну что там? – Я нависла над Соколовым, заглядывая тому через плечо.

– Безобразие. Форменное безобразие, – буркнул он. – В двух шагах от меня труп, а я вожусь с какими-то отпечатками.

– Так они есть?

– Смазанные. Не знаю, сумеет ли программа обработать. Всё! Готово! – громко объявил Григорий и махнул рукой Юдину. – Капитан, если вы не возражаете, я хотел бы заняться телом.

– А прямо сейчас вы не можете загрузить полученные отпечатки в базу? – поинтересовался Норд. Он и не пытался скрыть, что прислушивается к разговору.

– Не могу! – твердо отказал Соколов. – Зато я готов наконец-то приступить к осмотру тела. Кристина, нашла что-нибудь?

– Только кровь и пыль, – донеслось из-под кровати. Помощница Соколова уже минут десять ползала на животе в поисках улик.

– Засохшую? Подвинься немного, – Григорий присоединился к помощнице. – Обалдеть, какие разливы. Ммм… Свежак.

– Кончай выпендриваться! – прикрикнул на него Юдин. – Установите время смерти этого… Как его там?.. Бориса.

– Вот так бы сразу, а то отпечатки, отпечатки, – Соколов снял очки и вытащил карту памяти. – Сейчас перешлю данные в лабораторию. Кристина, пни стажера, чтобы сразу запустила в обработку.

– Будет сделано! – бойко отозвалась помощница.

Я подошла к кровати. На матрасе виднелись бурые пятна, и это при том, что покрывало и простыня были чистые.

– Капитан…

– Вижу, Тесс. Кровищи тут натекло до хрена. Это же не вампиру голову снесли, а обычному человеку. Норд, насколько я понял, камер внизу вампиры не устанавливали.

Деймонар покачал головой.

– Система видеонаблюдения только на верхних этажах и за пределами замка.

– А прачечная или что-то в этом роде у них имеется? Кто-то же всё тут вычистил. Кто, кроме покойного, имел доступ в это помещение?

– Думаю, на эти вопросы лучше отвечу я сам, – заявил появившийся в дверях Милодар. – Спасибо. – Скупая похвала и кивок были адресованы мне.

Я помахала в воздухе конвертом с цепочкой и бриллиантом.

– А по поводу этого тоже вам вопросы задавать?

Вампир нахмурился и повернулся к Норду. Мысленный обмен сообщениями длился не дольше нескольких секунд.

– Забирайте. От Иллюзиона слишком много проблем.

– Проблемы бы не возникли, если бы Елена не нарушила условия его хранения, – с едва сдерживаемой яростью отчеканил Норд и обратился к Юдину: – Разрешите мне ненадолго похитить вашего консультанта?

Филипп замешкался с ответом и вопросительно посмотрел на меня. Подстава пришла откуда не ждали:

– Да пусть идёт, – брякнул Соколов. – Мне тут минут двадцать нужно, а потом можно будет грузить. Пусть пока пошушукаются о магической штуке, которая помогла спрятать тело. Вдруг удастся понять, кто мог ею воспользоваться.

– Двадцать минут, – подытожил Юдин и демонстративно посмотрел на часы.

Норд кивнул и направился к двери. Мне оставалось только последовать за ним.

Деймонар поджидал меня у двери, ведущей в соседние апартаменты.

– А владелец не будет против?

– Нет. Ей уже всё равно. Это комната Ольги Черновой, – добавил Норд, видя, что я не горю желанием входить в незнакомое помещение.

– Её личная комната? Почему вы сразу нас сюда не привели?

Я поспешно проскользнула мимо Норда, за спиной послышался тихий смешок.

Комната оказалась чем-то средним между спальней и гостиной. Кровати тут не было, вместо неё под аркой в нише расположился диванчик. Кроме того, вампироманке полагались платяной шкаф, стол с подключенным в сеть компьютером и тумбочка, на которой лежали видеоочки. Я перебрала записывающие кристаллы. В основном это были различные аутотренинги и расслабляющие программы вроде пробежки по пляжу.

– Её личные? – я постучала пальцем по очкам.

– Понятия не имею, но, если это важно, могу выяснить, – последовал серьёзный ответ.

Я с подозрением уставилась на Норда. Насмехается, что ли? Вроде бы нет. Странно. Сам увёл меня, чтобы поговорить об амулете, но позволил осмотреть комнату Черновой. Или он надеялся, что я увлекусь и не стану задавать неудобные вопросы?

Открыв шкаф, быстро изучила его содержимое. Вампирский гардероб Черновой состоял исключительно из вечерних платьев. Я вытащила одно из них, сливово-чёрное, и разложила на полу. По сравнению с нарядами, увиденными прошлой ночью на балу, это платье отличалось скромностью: лиф-корсаж переходил в длинную юбку в греческом стиле. На поясе поблескивали цирконы и искусственный жемчуг. Красиво, и, скорее всего, ручная работа.

Вывернув юбку наизнанку, принялась искать ярлычок. Таковой обнаружился на боку, рядом с потайной молнией. Вытащив КПК, сделала снимок. Надо бы выяснить, в какой мастерской сшили вечерний туалет.

– Чем вас так заинтересовало это платье?

– Не платье, а тот, кто за него заплатил.

Я снова открыла шифоньер.

– Либо Чернова тратила всю зарплату на наряды, либо её кто-то спонсировал. Вот мне и интересно, кто из вампиров оказался таким щедрым. Я-то считала, что личные апартаменты на территории «Подземья» полагаются только вампирским спутникам. Чернова подписала договор?

– Исключено. Однако она и в самом деле находилась на привилегированном положении. Должно быть, её сочли полезной.

– Или вкусной, – сухо добавила я. – И кому же она обязана всем этим? – я развела руками.

– Комнату выделили по распоряжению Милодара.

На такой ответ я не рассчитывала. Ладно ещё Алексей или Алвин, но Милодар!

– Удивлены? – верно истолковал мою реакцию Норд.

– Разочарована. Я рассчитывала, что тот, кто оказывал Ольге повышенное внимание, и связан с багрянцем. Теперь я в растерянности.

– Алексей, Алвин или Милодар?

Я слегка вздрогнула и покосилась в сторону стены, смежной с соседней спальней.

– Не бойтесь, он нас не услышит.

– Так вы допускаете, что Милодар Вячеславович мог оказаться организатором похищения Елены?

– Я рассматриваю и этот вариант, – невозмутимо сообщил Норд.

Я снова в растерянности уставилась на деймонара. Сам утверждал, что Елена должна быть непременно найдена, но, имея подозреваемых, ни черта не делал!

– Чего вы ждете? Надо взять всех троих, допросить, прижать и выявить главного гада!

– И потерять поддержку оставшихся двух? Я не имею права действовать наугад.

Мне очень хотелось выяснить, для чего деймонару понадобились вампиры, но я помнила о двадцати минутах. С капитана станется по истечении срока потребовать моего немедленного возвращения. Я вытащила из рюкзака пакет с кулоном и поднесла камень к настенной лампе. За то время, что он находился рядом со мной, я успела к нему слегка привыкнуть.

– Полегчало, да? – с улыбкой спросил Норд.

– Адаптировалась.

– Иллюзион принял вас.

– Стоп! Что вы имеете в виду под «принял»? То есть существовали иные сценарии? Кулон фейри мог оказаться для меня опасен?

– Он мог попытаться от вас ускользнуть, но, сами видите, Иллюзион спокойно лежит в пакете и практически неактивен. Я переговорил с вашим начальством, кулон оставят у вас.

– Вы издеваетесь? – зашипела я. – Разве я похожа на камеру хранения для артефактов из иного мира?

– Почему нет?

Нет, Норд точно издевается! Неужели он всерьёз считает, что текущее неактивное состояние артефакта должно меня обрадовать? Что будет, когда он проснётся? Да я понятия не имею, чего ожидать от этой штуковины!

– Надо отдать его Аврилю. Он же эльф, вот пусть и позаботится об Иллюзионе.

– Не выйдет. Он не согласится его принять. Тёмные фейри не особо жалуют артефакты, принадлежащие Светлым. Полагаю, чисто психологически.

Норд взял пакет с кулоном из моих рук, вытащил цепочку с бриллиантом и уже хотел надеть мне на шею, как я отскочила в сторону, подобно нечисти, на которую плеснули святой водой.

– Я. Не Стану. Таскать. Эту. Штуку. На. Себе!

– Хорошо, что вы предлагаете? – миролюбиво поинтересовался деймонар.

– Храните её сами! Уверена, у вас есть подходящее для этой цели место. Да хоть на себя нацепите, мне всё равно.

– Идёт, – подозрительно легко уступил он. – Только помогите застегнуть, – добавил Норд и принялся расстегивать рубашку.

Он ограничился всего двумя верхними пуговицами, но мне хватило и этого. Я стиснула зубы, пытаясь успокоить участившееся сердцебиение. Всего-то надо привстать на носочки и защёлкнуть артефакт фейри на деймонаре. Ничего сложного.

– Смелее, я не буду кусаться, – усмехнулся Норд и протянул мне кулон.

Лучше бы он не напоминал о следе, оставленном его зубами на моей ладони. Тот точно почувствовал, что о нём говорят, и отозвался горячей пульсацией на коже.

Ладно, чего тянуть…

Открыла цепочку и уже закинула руки за шею Норда, когда раздался громкий щелчок. По пальцам словно ток пробежал. Выругавшись, я поняла, что у меня в руках больше нет злосчастного артефакта, и в следующее мгновение почувствовала, как по ноге что-то ползёт. Мне не нужно было опускать голову, чтобы разобраться, что именно.

– Боюсь, у вас нет выбора, – вкрадчивым тоном сообщил Норд, удерживая меня за плечи. Наверное, для того, чтобы стояла смирно. Зря старался, носиться по комнате, дрыгать ногой и вопить: «Снимите с меня эльфийскую гадость!» – я не собиралась.

Тем временем «гадость» достигла цели, обвилась вокруг моей шеи и застегнулась безо всякой посторонней помощи.

– Надеюсь, она меня не задушит, – буркнула я. – И как долго мне таскать на себе кулон?

Норд пристально рассматривал бриллиант, как будто я и не задала вопроса.

– Стоп! Так не пойдёт! В этот раз я не позволю вам отмолчаться!

Деймонар поддел цепочку и оттянул воротник моего топа. Бриллиант прохладной льдинкой скользнул по коже и замер чуть выше груди. Норд провёл пальцем до того места, где под тканью топа располагался голубой камешек. Я едва сдержалась, чтобы не дернуться.

– Что-то не так, Тессия? – с улыбкой поинтересовался он.

– Пока ещё не знаю, – буркнула я. Признаваться, что нервничаю из-за его близости, не хотелось, но и делать вид, что ничего не происходит, было выше моих сил.

– Помочь вам определиться? – руки Норда оказались на моей талии.

Черта с два! Это я уже проходила с Аврилем. Объятия, поцелуи и следом попытка заморочить голову вместо ответов на вопросы. Больше этот фокус не пройдёт.

– Как артефакт фейри попал к вампирам? – Я обхватила запястья Норда и слегка нажала, давая понять, что лапать меня не стоит. Он подчинился, только пальцы, словно невзначай, скользнули по бёдрам.

Сложив руки на груди, я уставилась на деймонара исподлобья:

– Со слов Милодара я поняла, что вампиры хранили Иллюзион в «Подземье». Как долго и для кого? На каких условиях? Знает ли об этом Серая стража? Норд, мне не нужны проблемы с магами!

Норд слегка улыбнулся, в его глазах я прочла одобрение. Пусть своих оборотней нахваливает, мне нужны только ответы.

– Вы задали столько вопросов, что мне не уложиться и в два часа, не то что в двадцать минут. Артефакт фейри не причинит вам вреда, остановимся пока на этом.

– Хорошо. – Я прикоснулась к бриллианту, на мгновение показалось, что тот откликнулся и слегка потеплел. Или же у меня разыгралось воображение? – Вернёмся к Черновой…

– Хотите продолжить изучение её нарядов?

– Нет, мне не даёт покоя другое: Николай был вампиром Натальи. Даже если власть Мироновой над ним ослабла, он не мог спланировать её убийство. Подчинённая нежить и помыслить об устранении некроманта не в состоянии, не то что принять непосредственное участие…

Норд слегка наклонил голову, и снова мне почудилась невысказанная похвала.

– Вампир не предавал Миронову. Он желал подзаработать на ней, но не убивать.

– Тогда зачем Чернова солгала перед смертью?

– Рассчитывала, что информацию передадут Наталье. Нагадить сопернице, стоя на пороге смерти, это так по-женски, – добавил с затаённой насмешкой деймонар.

– Ольга сказала, что Николай погиб случайно. Укусил её, когда она находилась под багрянцем. Тогда Чернова запаниковала, ведь Миронова почувствовала бы гибель подчиненного вампира. Но в одиночку Ольга бы не справилась, кто-то помог ей убить Наталью.

– Мне нравится ход ваших мыслей. Продолжайте.

– Нет, начинать надо не с убийства… – пробормотала я. – Николай узнал о наркотике и рассказал Черновой. Вместе они вышли на Кузьмина, оборудовали лабораторию, а потом Ольга проболталась кому-то из вампиров. Алвину, Милодару или Алексею… – задумчиво пробормотала я, теребя цепочку нового украшения.

Странно, обычно я долго привыкаю к новым артефактам. Ощущаю их как нечто инородное, а тут, будто всю жизнь носила не снимая. Должно быть, это часть природы самого кулона. Иллюзион умел подстраиваться. А ещё в его силах создавать иллюзии… Убийца Натальи использовал кулон фейри!

– Вы говорили, что чувствуете примерное местоположение Иллюзиона…

– Именно так.

– Если бы он покинул территорию вампиров, вы бы об этом узнали… Вы знали… – Вскинув голову, посмотрела на Норда в упор. – Вы дали ей умереть…

– Я опоздал.

– Вы выжидали. До последнего надеялись поймать деймонара-Хозяина на живца. Рассчитывали, что он придёт на помощь.

Норд не стал отпираться:

– Я всего лишь хотел разобраться в происходящем.

Я стояла словно оглушённая. Возникло ощущение, что меня приложили чем-то тяжёлым, а потом пнули несколько раз в солнечное сплетение. Норд мог предотвратить убийство, но не вмешался. Это было гадко. Отвратительно. Мерзко.

– Пейте!

Я повернула голову и увидела перед собой чашку с горячим кофе. Где деймонар его раздобыл? Только что открыл портал, а я не заметила этого?

– С недавних пор мой личный список правил пополнился запретом на употребление чего бы то ни было на территории «Подземья».

– К дьяволу ваши правила. Пейте!

– А вы не орите на меня!

– Хорошо. Я. Не стану. Повышать. Голос, – медленно отчеканил Норд. – Вы выпьете этот долбаный кофе.

– Как же я могу отказаться от подобного предложения?

Повесив платье обратно, приняла из рук деймонара чашечку.

Кофе был не просто крепким, а очень крепким. От горечи свело зубы. Однако один существенный плюс в нём имелся – кофе был натуральным.

– До дна, – потребовал деймонар. – Я не собираюсь выслушивать претензии капитана по поводу вашего внешнего вида.

Я вопросительно уставилась на Норда и получила в ответ ворчливое:

– Вы сейчас бледнее вампира. Тессия, я непричастен к смерти Мироновой. Я отслеживал Иллюзион, но слишком поздно догадался, куда направился тот, кто вынес его из «Подземья». Повторюсь, я не могу определять точное положение данного артефакта.

Я невольно прикоснулась к бриллиантовой капельке. Та вела себя вполне смирно. Взглянув на мрачное лицо Норда, поняла, что больше из него ничего не вытяну.

– Нам пора возвращаться. Двадцать минут истекли. Спасибо за кофе. – Я поставила чашечку на тумбочку и наклонилась к рюкзаку, но деймонар оказался быстрее. – Это было не обязательно, – буркнула я, набрасывая обе лямки на правое плечо.

– Левая вот-вот оторвется, молния на нижнем кармане расходится, а на дно давно пора ставить латку.

– Спасибо, сама знаю, – буркнула я.

– Вы привязываетесь к старым вещам?

Я с подозрением покосилась на Норда. Насмехается, или ему действительно интересно? Вроде бы второе.

– Нет, с вещами я расстаюсь легко, в конце концов, это всего лишь вещи.

– За исключением кактусов?

– Пожалуй, да, кактусы – исключение, – улыбнулась я и направилась к двери.

К нашему появлению осмотр места преступления завершился и упировцы обсуждали транспортировку тела. Юдин настаивал на том, чтобы подогнать фургон к замку, но Милодар оставался непреклонен.

– Я выделю двух вампиров, и они помогут вам донести останки.

– В этом случае мы привлечём лишнее внимание. Я не могу гарантировать, что за воротами нас не поджидают представители прессы. Разве вам нужно, чтобы по городу поползли слухи о том, что вампиры убивают собственных спутников?

– Я не допущу, чтобы какая-то четырёхколёсная развалюха разъезжала по моей земле. «Подземье» – закрытая территория.

По моей земле? Я не ослышалась? Милодар считал «Подземье» своей крепостью, словно феодал какой. Я вспомнила о возрасте вампира и мысленно кивнула, когда-то он вполне мог им быть. А привычки и образ мышления у кровососов с годами не меняются. Отчасти поэтому в любой общине есть новообращенные. Они помогают древним удерживать связь с реальностью, на новичков обычно спихивают работу, требующую контакта с внешним миром.

– Полагаю, я могу предложить вариант, который устроит всех, – вмешался Норд.

– Хочешь открыть портал? – спросил Милодар.

– С твоего позволения.

– Иллюзион отправится с вами? – вампир посмотрел на меня, и я невольно поёжилась. Одного взгляда древнего достаточно, чтобы ты прочувствовал, кто из вас двоих является хищником, а кто – жертвой.

– Я освобождаю вас от роли хранителей.

Ответ Норда полностью устроил вампира, он кратко кивнул:

– Хорошо. Можешь приступать.

Норд повернулся к Юдину.

– Филипп Юрьевич, я намерен открыть портал для транспортировки носилок. Кто из вас станет их сопровождать?

– Мне уже доводилось перемещаться подобным образом, так что ничего не имею против.

– Капитан, а можно с вами? – вклинился Соколов. – Я бы хотел незамедлительно приступить к изучению образцов.

Я послала Григорию понимающую улыбку. Для нашего судмеда проход через портал был сродни аттракциону в парке развлечений. Как такое пропустить?

В управление я и Кристина вернулись на такси и, воспользовавшись передышкой, забежали в «Мир сладкоежки». Дурной пример Саши оказался заразителен. Наполнив два бумажных пакета пирожными, я уже повернула к кассе, когда Кристина потянула меня к стойке с мороженым.

– Зачем? Растает же, пока через дорогу будем переходить.

– Я сегодня у вампиров столько страха натерпелась. Надо стресс заесть!

Хорошо хоть, что не запить. Ладно, десять минут погоды не сделают. Пусть ест своё мороженое. Пристроившись за столиком, я уткнулась в КПК.

– А вот и я! – жизнерадостно объявила Кристина, продемонстрировав две вазочки. – Я и на тебя взяла! Не нравится мятное, да? Можешь взять моё, – она быстро поменяла вазочки местами.

Теперь передо мной возвышалась горка из ярко-оранжевых шариков, посыпанных сахарными звездочками всех цветов радуги. Улыбка Кристины была такой же жизнерадостной, однако взгляд оставался настороженным, словно она опасалась, что в кафетерии в любой момент может появиться вампир.

– Кристин, я понимаю, что увиденное в «Подземье» выбило тебя из колеи. Меня и саму слегка потряхивает…

– Ты не понимаешь, – прошептала она.

Я внутренне ощетинилась, предчувствуя, что мне сейчас расскажут что-то личное и не совсем приятное. Кристина не была мне подругой, мы и в управлении-то редко пересекались. Обычно она безвылазно сидела в самом сердце лаборатории, куда без посещения дезинфицирующей кабины не впускали.

– Тесс, я родом из Ужгорода.

Внимательно посмотрев на Кристину, принялась вспоминать, где вообще находится этот Ужгород. Кажется, на западе Украины.

Девушка слегка оттянула треугольный ворот платья-рубашки, и я увидела гладкий белый шрам.

Мыхрева задница! Я откинулась на спинку стула, руки сами потянулись к вазочке с мороженым. Никогда не думала, что увижу подобную рану на теле живого человека. Только одно оружие оставляет такие следы – осиновый кол.

– Я с детства относилась к вампирам с настороженностью, хотя мои сверстницы сходили по ним с ума. Знаешь, только тут я прочувствовала, как здорово, когда у клыкастых есть своя территория. У нас они жили открыто.

Кристина замолчала, рассеянно помешивая мороженое. То таяло, превращаясь в кашицу, но девушка не замечала этого.

– Сложнее всего приходилось по ночам. Комендантский час у нас не вводили, но многие родители проводили вечера в тревоге, считая минуты до возвращения отпрысков с прогулки. Все мы знали, что в Старый город после заката лучше не соваться, если не хочешь повстречать вампира. Но запретный плод всегда так сладок. Тем вечером мы с подругой отправились в один из ночных клубов, расположенных на правом берегу реки…

Кристина положила ложечку на стол и вздохнула.

– Столько лет прошло, а всё равно тяжело вспоминать. Владельцы клуба держали в плену девушек в качестве постоянных доноров.

– Вампиры похитили и тебя?

– Нет, в этом смысле мне повезло. В остальном же… Охотники сработали быстро, говорят, вся операция длилась не более десяти минут. Вот только вампиры использовали посетителей как живые щиты. Светка погибла на месте. Ей достался осиновый кол в сердце, мне повезло чуть больше.

– Юдин знает?

– Знает. Я сказала, что прошлое для меня не проблема. Однако, когда спускаюсь в «Подземье», воспоминания не дают покоя. Ничего, к завтрашнему дню приду в норму.

– Да, будет полегче, – соврала я.

Мы обе понимали, что от некоторых воспоминаний не избавиться при всем желании.

– Знаешь, я не люблю давать советы, но если хочешь, могу узнать телефон специалиста, работающего с магами из Серой стражи.

– Специалиста по прошлому? – невесело усмехнулась Кристина. – Я троих уже посетила за последние шесть лет. Тесс, а правда ли, что ты и Гришка…

Я мотнула головой.

– Мы просто друзья.

– Со стороны кажется, что между вами есть нечто большее. Вы так здорово общаетесь, – Кристина завистливо вздохнула.

– Мы вместе работаем. Только и всего, – твердо произнесла я.

Надо бы переговорить с Соколовым, чтобы не смел использовать меня в качестве прикрытия.

Женечку не перепрограммировали. Заметив волоокий взгляд андроида, я быстро вытащила из пакета пирожное и сунула ему в руки.

– Угощайся, мой сладкий! – И, пользуясь тем, что бедняга завис, быстро проскочила мимо поста охраны.

– За что ты его так? Вдруг он и в самом деле его съест? – со смехом фыркнула Кристина.

– Это вряд ли. Обычно если андроида этой модели клинит, то он уточняет алгоритм действий у лица, его запрограммировавшего.

Я прислонилась спиной к стене и приготовилась к самому интересному. Кристина пристроилась рядом. Дверь общего кабинета приоткрылась, и из-за неё высунулась голова Ларионова.

– Сергей Игоревич, ну как вам не стыдно? – не удержалась от упрёка я.

– Меня заставили, – с тихим смешком заверил он. – Сейчас приведу его в чувство, а то Юдин уже ворчит. Бедный Ромео нагрел управление на приличную сумму.

Я вопросительно приподняла бровь.

– Подарок найдёшь у себя в кабинете, – весело хмыкнул Ларионов. – Надеюсь, тебя утешит, что его стоимость нам придётся компенсировать вскладчину.

Проверить, что же такое презентовал мне Женечка, я не успела. Из колонок послышался треск, сменившийся возгласом, полным неподдельной радости:

– Есть! Ребята, я закончил. Сейчас буду у вас!

– Ну и кто догадался подключить Соколову громкую связь? – угрюмо спросила я.

Зам Юдина виновато развёл руками.

В общий зал я отправилась вместе с Ларионовым. Кристина вернулась в лабораторию, бросив напоследок, что завидует следователям, потому что у тех весело. Кому что. Я бы, например, с большим удовольствием заперлась в кабинете и поработала в тишине.

– Уже видела? – поинтересовался с порога Кирилл.

Ларионов покачал головой.

– А я могу сюда принести! – с готовностью вызвалась Саша.

– Не надо! – послышалось со всех сторон.

Я едва удержалась от того, чтобы не рвануть в кабинет в поисках подарка. Во-первых, несолидно, а во-вторых, выяснить, что там такое откопал Соколов, хотелось намного сильнее.

Выложив пирожные в общую вазочку, уловила благодарные взгляды коллег. Неужели всё так просто? Неужто следовало с первого дня их подкармливать?

Не успели все угоститься, как в комнату влетел взмыленный Соколов.

– Что тут у нас? – Он быстро сцапал два эклера и повернулся к Ларионову. – Пустишь? Хочу кое-что на экран вывести. Чего вам туда-сюда бегать. Юдин дал добро, сам присоединится чуть позже.

Получив разрешение, Григорий вставил флешку, перекинул данные и объявил:

– Вкусные пирожные у вас, товарищи, а к пирожным прилагается дважды укушенная голова!

Когда на экране появилась отделённая от тела голова вампиромана, аппетит пропал у всех. Рыжик будто и не замечал напряженной атмосферы и с невозмутимым видом демонстрировал фотографии.

– Скорее всего, голову бедняге оттяпали не случайно. Кто-то хотел скрыть свежие укусы.

Пара щелчков мышки, и нам предъявили аккуратные дырочки от вампирских клыков. Всё бы ничего, но треть экрана при этом занимала рваная рана. Упировцы и не к такому привычные, но не когда им демонстрируют чьи-то шейные позвонки в увеличенном масштабе.

– Бедняга был постоянным донором и проживал у вампиров. Логично, что его кусали, – проворчал Влад.

– А если я добавлю, что в крови укушенного была выявлена нехилая концентрация багрянца? – хитро прищурился Соколов. – Он попал в кровь вместе с вином, выпитым незадолго до смерти.

– Так быстро? Гришка, я тебя обожаю! – выпалила я.

Явившийся в разгар презентации останков вампиромана Юдин был в скверном расположении духа.

– У нас утечка. В прессу просочилась информация о чудо-средстве, позволяющем сделать обычного человека магом. Это ещё не всё, Влад, – добавил Юдин, заметив, что оборотень хочет что-то сказать. – Поползли слухи, что тайной волшебного эликсира владеют вампиры. Вроде как те научились наделять смертных даром, не обращая их.

– Твою ж мать! – громко выругался Ларионов.

– Спрос на вампиров взлетит до небес, – мрачно подтвердил всеобщую догадку капитан. – Я уже уведомил Милодара, чтобы готовились к весёлой ночке и усилили охрану. Если прежде «Подземье» посещали исключительно любители укусов, то сейчас ломанутся и желающие обрести неземное могущество. Кирилл, Саша, завтра оба дежурите на телефоне. Всем интересующимся объясняете, что вампиры никого силой не наделяют, а желающим пройти обряд посвящения нужно записаться на приём к психотерапевту.

– Это что ещё за новости? – удивлённо заломил бровь Соколов.

– Пока не разберёмся с багрянцем, Серая стража вводит мораторий на обращение.

– Запрет действует только на территории города? – уточнил Геннадий.

– Только. Мы не в состоянии охватить большую территорию. Однако, если кто-то из местных овампирит донора за пределами города – схлопочет по полной программе.

Негусто, но лучше, чем ничего. Только очередного витка вампиромании нам не хватало.

– Не нравится мне эта утечка, – пробормотала я. – Слишком уж своевременная. Только мы нашли тело, как нам подкидывают новую проблему.

– Да, по поводу тела… – Юдин повернулся к Соколову. – Концентрация багрянца в крови вампиромана выше, чем у наших недавних гостей?

– Примерно такая же, но я считаю, что его укусили непосредственно после принятия.

– Откуда такая уверенность? Из-за незапустившейся регенерации? – поинтересовался Кирилл.

– Из-за нее, родимой, – охотно пояснил Григорий. – Раны от клыков должны были затянуться очень быстро. Так что вампиромана не только цапнули сразу же после употребления, его ещё и прибили спустя несколько минут после укуса.

– Тогда всё сходится, – убежденно произнес Влад. – Вампироману дают багрянец и отправляют к Елене, та пьёт его кровь и становится беспомощной. Заговорщики убивают уже не нужную наживку и прячут Елену.

– Если Елену вывезли из «Подземья», то почему оставили тело вампиромана? Это же прямая улика, – задумался Юдин.

– Так получилось. Вероятно, они его потеряли, – встряла я.

– Поясни.

– Тело Бориса было скрыто магией, поэтому вампиры не смогли его найти.

– Допустим, но как его потеряли убийцы? – продолжал докапываться Юдин. – Они же были в той же комнате, видели, где он стоял или куда отлетела оторванная голова. Да там кровищи было столько, что при всём желании не забудешь.

Временами мне хотелось, чтобы наш капитан был менее дотошным. Отмазка, что тут замешана магия, с ним не прокатит. Юдин непременно захочет узнать, как эта магия работает, на что влияет, как долго чары смогут выстоять без подзарядки. Я сама научила кэпа, на что стоит обращать внимание в первую очередь.

– Елена боролась. Багрянец подействовал незамедлительно, но жертва доставила похитителям немало проблем. Она из древних, Фил. Пусть багрянец сразу же блокировал ментальную связь и снизил регенерацию, об ощущениях вообще умолчим, но эта вампирша физически сильна. Не представляю, до какого состояния её надо было накачать, чтобы подавить сопротивление…

Я замолчала, чувствуя, что что-то нащупала.

– Ребят, а на том складе вы багрянец в чистом виде не обнаружили?

Влад мотнул головой:

– Только порошок и самокрутки.

– У них должен быть сам цветок! Только так они могут сдерживать Елену.

– Это в том случае, если глава общины ещё жива, – заметил Ларионов.

– Милодар утверждает, что жива, – ответил Юдин. – Он вроде как её чувствует.

– А не может он настроить свою чуйку таким образом, чтобы она сообщила, где искать пропажу? – раздражённо поинтересовался Геннадий.

– Если бы мог – к нам бы не обратился, – философски заметил капитан. – Ген, у оборотней проблемы?

Геннадий вздохнул и кивнул:

– Оборотни нервничают. Главы кланов переживают, что убийство повесят на нас.

Интересный поворот. Вампиры и оборотни исторически противостояли друг другу. В нашей стране в последнее время открытые конфликты не вспыхивали, и хотелось бы, чтобы статистика оставалась неизменной. Если начинают бодаться нелюди – человечки огребают за компанию.

Я люблю этот город, несмотря на все его минусы. Мне могут не нравиться вампиры или деймонары, но я ценю то, что они научились уживаться с людьми. Лучше мир с оговорками, чем открытое противостояние до победного конца. Уж больно немногие доживают до того самого… победного.

– По поводу отпечатков, – Соколов подождал, пока упировцы снова обратили на него внимание, и продолжил: – На найденном кулоне пальчики только покойного и самой Елены.

– Выходит, что использовавший Иллюзион прикасался к нему в перчатках, – констатировал Юдин.

– Не повезло, – констатировал Влад.

– Гриш, спасибо тебе за оперативность. Если что-то выяснишь – немедленно сообщай в любое время.

– Разумеется, кэп. Я к себе.

Прихватив напоследок из вазочки пару пирожных, Григорий устремился к выходу. Мог бы и все забрать. Вряд ли к ним кто-нибудь пожелает прикоснуться после увиденного.

– Тесс, идём, есть разговор. – Юдин кивнул на дверь, ведущую в личный кабинет. – И Александру с собой возьми.

Саша встрепенулась и вопросительно покосилась на меня. В прошлый раз её с совещания спровадили, а сейчас не только позволили остаться, но и к начальству пригласили. Я ободряюще улыбнулась. Раз зовут – надо идти.

Юдин не предложил нам присесть, а сразу огорошил:

– C Милодаром я вопрос решил. Серая стража и Норд в курсе. Так что, Александра, теперь всё зависит от тебя. Узнаю, что шпионишь за Громовой или сливаешь информацию, – вылетишь пробкой. Всё ясно?

Саша потрясённо похлопала глазками и кивнула.

– Поняла. Не дура, – а потом не удержалась и добавила: – Филипп Юрьевич, как вы узнали?

– Если бы я не догадался, что тебя прислала Елена, то не был бы руководителем УПИРа. И ещё… по поводу Кирилла. – Капитан замялся, обсуждение личных вопросов всегда давалось ему с трудом.

– Фил, я пригляжу за ними… – попыталась успокоить Юдина, но тот приподнял палец, давая понять, чтобы не мешала.

– Александра, ты взрослая, опытная женщина, а он – ещё молокосос, – несколько смущённо проворчал капитан. – Я бы не хотел объяснять его матери, каким образом её кровиночка связался с вампирами, поэтому, прошу, вне этих стен – не общаться.

– А если Кирилл сам будет настаивать? – Саша воинственно выставила подбородок.

– В особенности, если он проявит инициативу.

– Постараюсь, – угрюмо буркнула вампирша. – Я могу вернуться к работе?

Когда Саша вышла из кабинета, Юдин внимательно посмотрел на меня и спросил:

– У тебя были на неё свои планы? Собиралась что-то поручить?

– Единственное мое желание – запереться в четырёх стенах и хорошенько всё обдумать.

– Не проблема. Иди домой. Там никто не побеспокоит.

Я не была настроена столь оптимистично, однако предложение капитана оценила.

– Планирую поработать с видеозаписями из «Тихой гавани». Надо разобраться, как убийца проник в дом, минуя Сорога.

Возможно, всему виной было разыгравшееся воображение, но мне почудилось, что эльфийский бриллиант слегка шевельнулся, как только я о нём вспомнила.

– Хорошо. Что-то ещё?

– Насчёт Саши и Кирилла. Я не понимаю тебя. Ты опасаешься, что они сблизятся, и всё равно позволил Саше остаться в УПИРе.

– А ты предлагаешь шпионить за ними в нерабочее время? – Юдин грустно усмехнулся. – Поживёшь с моё – поймешь. Если эти двое захотят снюхаться, все мои запреты окажутся побоку, а тут хоть какой-то рычаг воздействия имеется. Плюс смогу лично оценивать, насколько всё далеко зашло. Кирилл врать и притворяться не умеет совершенно.

В словах Юдина был смысл, но я всё равно злилась на себя. Когда я обещала Саше помощь, то упустила из виду её и Кирилла взаимное притяжение, а вот капитан ухватил самую суть.

– Фил, хочу взглянуть на лабораторию Кузьмина. Это можно устроить?

– Завтра. Сегодня никого тебе выделить не смогу. После окончания смены ребята поступят в распоряжение Серой стражи.

– Всё-таки припахали к патрулированию?

– Это было их личное решение.

– Ты мог им запретить, – проворчала я.

– Запретить защищать родной город?

– Только не говори, что ты тоже идёшь.

Вместо ответа Юдин вытащил из стола пачку прозрачных пакетиков. В каждом лежало по серебряному медальону на крупнозвенной цепочке из никеля.

– Что скажешь?

Прикасаться к амулетам не стала. Присев на краешек стула, подперла голову ладонями и закрыла глаза. Приятно, чёрт возьми, что Серая стража побеспокоилась о безопасности упировцев.

Так что тут у нас?

– Защита от вампирского гипноза. Древним с этой висюлькой противостоять не выйдет, но недавно обращенные круто обломаются.

Я посмотрела на капитана, Юдин кивком подтвердил правильность моего предположения.

– Заклинание ночного зрения целиком и полностью одобряю, а вот «энергобарьер» меня смущает. Вы не маги и не сможете подстроиться под него. От возможных фаеров и пульсаров он вас убережёт, но расплачиваться придётся энергетическим истощением и общей слабостью.

После моих слов Юдин нахмурился, похоже, этот нюанс дареного коня стражи обозначить не соизволили.

– Как ты считаешь, мы сможем пользоваться этой штукой? Её же не придется включать?

– Амулет активен и сейчас, но он недолговечен. Навскидку прослужит дня три-четыре. Не больше.

– Мы задействованы с двадцати трех до четырех утра, потом нас сменят оборотни.

– Постой, кланы предложили вампирам помощь?

– А ты полагала, что хвостатые останутся в стороне? Это и их город тоже.

Я передёрнула плечом. Их город. Странно звучит. Я привыкла считать, что люди оказали оборотням и вампирам великую честь и доверие, когда позволили поселиться на своей территории. Однако от меня ускользало, что для проживающих здесь нелюдей этот город стал родным. И они готовы его защищать. Готовы защищать…

Ёжкин краб!

Я подскочила на стуле:

– Фил, я тут кое-что вспомнила, мне нужно срочно позвонить.

– Можешь идти. Отдохни. Александра прекрасно доберётся до дома и без тебя.

– Это да, не сомневаюсь. Неудачной вам охоты, капитан.

– Ты бы ещё спокойной ночи пожелала, – криво усмехнулся Юдин. – Иди уже.

Я вышла из кабинета начальника, искренне надеясь, что этой ночью никто из упировцев не встретит ни единого любителя экзотической наркоты.

В кабинет я неслась со всех ног, едва сдерживаясь, чтобы не набрать номер «Ночной орхидеи» прямо на ходу. Добежала до двери, рванула на себя, влетела в комнату… и едва не грохнулась, зацепившись за огромный керамический горшок с каким-то кустом. Если бы не дикая раскраска под взбесившийся мухомор, заставившая притормозить в последний момент, наверняка бы навернулась.

Мыхрев Женечка и его подарочек! Совсем о нём забыла.

Подхватила заваливающийся набок фикус, отпихнула его ногой в сторону и вытащила из рюкзака коммуникатор. В «Ночной орхидее» ответили, что Демиан Норд находится вне зоны доступа, но обязательно свяжется со мной чуть позже. Поработать над видео я планировала из дома, поэтому начала собираться. При мысли, что я скоро окажусь в родных стенах, у меня даже настроение улучшилось.

Норд побывал в моей квартире! Аромат имбиря и корицы ощущался в коридоре, а энергетические следы указывали, что совсем недавно здесь открывался портал. Я метнулась в спальню. Ограждение, установленное Аврилем, исчезло. Толкнув дверь, выругалась. Мыхрев деймонар сделал мне ремонт!

Нет, в какой-то степени помощь оказалась ценной и своевременной. С чёрными подпалинами на стенах и потолке я рассталась без сожаления, а вот остальное… Я легко избавляюсь от старых вещей, но это же не повод нарушать личное пространство!

Пластиковых стеллажей в спальне больше не было. Их заменили столики и декоративные подставки для цветов. Всё такое изящное и хлипкое, что страшно прикасаться. На диван никто не покусился, а вот обломки тумбочки и разбитое зеркало исчезли. Их место занял широкий письменный стол-конструктор, над ним, до самого потолка, крепились полки. Помимо этого в спальне обнаружилась система климат-контроля, новый комп и голографическая панель, вмонтированная прямо в пол. Она позволяла выводить трехмерные изображения с компьютера. Проклятие, Норд хоть в курсе, сколько эта штука стоит? Я с ним и за год не рассчитаюсь!

Шустро, Норд, просто слов приличных нет, да и неприличные уже закончились.

Я хотела посвятить вечер пересмотру записей с камер видеонаблюдения из подъезда Мироновой, а вместо этого сидела на кухне и пила кофе. Уже вторую чашку подряд. На столе передо мной лежали стимуляторы. Я гипнотизировала несчастную упаковку, пытаясь понять, можно ли мне налегать на таблетки или багрянец всё ещё не вышел из организма. Вестей от Авриля пока не было. Я беспокоилась о Лизе, но мысли то и дело возвращались к внешнему виду эльфа во время нашей последней встречи. Он с кем-то дрался. Что это было? Покушение? Дуэль? Или тренировочная разминка? Зря не уточнила.

Открывшийся в спальне портал я почувствовала ещё на этапе формирования. Наконец-то!

Злилась, дулась, лелеяла обиду и недоверие, а стоило ему показаться у меня «на пороге», как снова почувствовала себя такой безнадёжно влюблённой. С широкой улыбкой поспешила в спальню.

– Привет! Я тебя уже заждал… – слова замерли на губах, я инстинктивно сделала шаг назад.

– Вижу, вы ждали кого-то другого, – с усмешкой произнес вышедший из портала Норд.

– Уверена, в ваших силах догадаться – кого.

Хотела, чтобы голос прозвучал сухо, по-деловому, а тот предательски дрогнул.

– Он не придёт. Авриль просил передать, что ваша девушка уже практически поправилась. Сам он появится утром, – невозмутимо поведал деймонар, расставляя на столе пластиковые коробочки и свертки, обмотанные фольгой.

Неужели так сложно было отправить сообщение самому? Черкнуть пару слов и сунуть записку в портал. И всё-таки Воронину удалось вылечить! Я не смогла сдержать вздох облегчения.

– Спасибо.

– За информацию? – поинтересовался с затаённой насмешкой Норд.

– Благодарить за изменения в интерьере не буду. Вот кто вас просил?

– Всего лишь компенсация нанесенного ущерба. Ваш Горелов – наглый грабитель. Потребовал, чтобы допотопные камеры, которые я имел наглость испортить в обезьяннике, заменили на образцы последней модели.

– Радуйтесь, что УПИР не завёл речь о моральной компенсации.

– Вы мне сегодня звонили…

– Звонила. Хотела уточнить, как кланы оборотней и община вампиров отнесутся к возможной миграции фейри.

– К чему спрашивать, если вы и сами всё прекрасно понимаете?

– Понимаю, но… Простите, но вы что, есть ко мне пришли? – возмутилась я, видя, что деймонар продолжает сервировать компьютерный стол. К коробочкам и свёрткам добавились салфетки и пластмассовые столовые приборы.

– Я рассчитываю, что вы составите мне компанию.

– Об этом вас тоже Авриль попросил?

Норд нахмурился.

– Почему вы в каждом моем поступке видите какой-то подвох?

Я могла бы перечислить все подвохи, случившиеся со мной при участии Авриля и Норда за эту неделю, но настроения закатывать истерику не было. Вряд ли деймонар проникнется доводами, а не отмахнется как от не стоящих внимания.

– Хорошо, если я с вами поужинаю, вы свалите?

– Вам уже говорили, что вы потрясающе гостеприимны?

– Я собиралась поработать, а вы мне мешаете!

– На новом компьютере? – как бы между прочим заметил деймонар.

– Он быстрее ноута, – буркнула я и зачем-то добавила: – Хочу пересмотреть записи с системы видеонаблюдения.

– Полагаете, коллеги что-то упустили? – спросил он, накладывая в тарелку порцию жареной картошки с мясом.

В животе гулко заурчало. Вздохнув, потянулась к маленькой белой коробочке. Я только чуть-чуть попробую, и всё. Внутри оказалась китайская лапша с курицей. Принеси деймонар что-то более изысканное и малознакомое, я бы обязательно встала в позу. Минут десять мы наслаждались ужином. Вернее, не знаю как Норд, а я так точно наслаждалась. Повернувшись вполоборота, уставилась на стену в попытке представить, что нахожусь в комнате одна.

– Так что вы хотите найти в записях? – повторно обозначил интерес к расследованию Норд.

– Как Чернова проникла в квартиру. Понимаю, что дело практически закрыто, но этот момент не даёт мне покоя. Я считала, что было использовано заклинание невидимости, но после того как я узнала о возможностях Иллюзиона… Получается, обычный человек может пользоваться артефактами фейри?

– Обычный – нет. Вампир может.

От удивления я едва не выронила палочки.

– Постойте, вы спрятали артефакт эльфов у вампиров, которые могут запросто им воспользоваться?

На мгновение мне удалось смутить Норда, он даже жевать перестал. Поставив тарелку на стол, угрюмо пояснил:

– За это следует благодарить Серую стражу. Они провели бартер без моего ведома.

– Маги одобрили проект «Подземья» в обмен на хранение бриллианта? Разве они не понимали, что вампиры не ограничатся владением?

– Небольшое уточнение: договаривались не с вампирами, а с Еленой. Только она несла ответственность за артефакт, лишь ей было известно место его нахождения.

– Судя по всему, спрятала она его весьма хреново.

Норд скривился как от зубной боли.

– Она принялась использовать его в личных целях. Милодар заметил новую игрушку, рассказал мне, но было уже поздно. Тайна перестала быть таковой.

– И кто-то из приближенных к Елене вампиров пронюхал об артефакте, – задумчиво произнесла я, прикидывая, можно ли выведать у Норда список лиц, имеющих доступ в спальню главы общины. – Не понимаю, как Елена так подставилась…

– Вероятно, на неё повлиял Иллюзион.

Рука дернулась к груди и нащупала бриллиант. Ничего себе заявочка!

– А на меня он, часом, повлиять не собирается?

– Исключено. Он уже достиг своей цели. С момента пробуждения артефакт всеми силами пытался выбраться на поверхность.

– Для чего?

– Разве это не очевидно? Он почувствовал изменения, происходящие в этом мире.

– Авриль говорил мне о магии, утекающей из Волшебной страны.

– Всё верно, – сухо подтвердил Норд. По его виду было понятно, что большего мне не добиться.

Чтобы сменить тему, я повернулась к монитору и открыла файл.

– Здесь у меня перечень соседей Мироновой по подъезду, а также сведения об их местонахождении во время убийства.

Деймонар уставился в монитор.

– Я не слежу за своими арендаторами, так что подтвердить достоверность показаний не смогу.

– Всех опрашивал Влад, у меня нет оснований сомневаться в проделанной работе, но…

– Вы хотите понять, как убийца проник в квартиру.

– Именно. Норд…

– Демиан. Вы можете называть меня по имени. – В его голосе послышались бархатные нотки.

Как там Влад сказал? Начнёт активно ухаживать? Спасибо, не надо!

– Предпочитаю обращаться к вам по фамилии.

– Из-за произошедшего у вампиров?

– Не хочу это обсуждать, – сухо произнесла я, не поворачивая головы от монитора.

Разделив экран на четыре сектора, в трёх запустила видео за последние пять часов до убийства. В четвертом открыла текстовый файл. Как только на экране показался низкорослый седовласый мужчина, я нажала на паузу и нырнула в перечень всех замеченных на лестничных площадках в это время. Колоссальную работу Кирилл провёл, все данные систематизировал. Я бы через час стухла, если бы мне поручили нечто подобное.

– Не ищите. Это Георг, полуоборотень. Форму изменять не умеет, зато отличается буйным нравом, особенно когда выпьет.

– Физические возможности?

– Чуть слабее полноценного оборотня.

Заглянув в карточку Георга, обнаружила, что у того была судимость за нанесение увечий в драке.

– После этого случая жена с ним развелась, жилье отошло ей, а снять квартиру в городе для него оказалось практически нереально.

Я бегло просмотрела материалы дела.

– Я бы тоже не захотела жить с таким под одной крышей.

– Жертва нападения – любовник его жены. Застукан на горячем, – с усмешкой сообщил деймонар. – До чего занятно, как наше отношение к другому существу зависит от таких вот незначительных мелочей. Стоит нам узнать нечто новое – и первоначальное представление меняется, эмоции и чувства могут стать совершенно иными…

У меня по спине пробежал холодок. Слова Норда поселили в душе ощущение тревоги. Ненавижу недомолвки и загадки! Норд всего лишь меня дразнил и хотел выбить из колеи. Я снова сосредоточилась на видео.

В течение часа совместного просмотра видеоматериалов я узнала о жильцах комплекса «Тихая гавань» больше, чем из файлов УПИРа. Норд оказался ходячим источником информации, он не только знал каждого проживающего в лицо, к какому виду тот относился, но и мог добавить интересные факты из биографии объекта. Пришлось признать, что появление деймонара не только обеспечило меня ужином, но и помогло в работе. Мы уже просмотрели две трети, когда в вестибюль вошли две девочки.

– Стоп! – Приказ деймонара заставил меня вздрогнуть.

Остановив запись, заглянула в файл. Сестры-сирены из квартиры, расположенной этажом выше Натальиной.

– Позволите мне?

Я пожала плечами и освободила стул. Деймонар занял моё место. Тут-то я и увидела, кто из нас профи по части обращения с техникой. Норд разбил экран на восемь крошечных окошек, и каждое теперь показывало перемещение девочек по подъезду. Они, смеясь, пересекли вестибюль, зашли в лифт. Норд увеличил громкость. Девочки обсуждали моду на кеды на гелевой платформе. Ничего подозрительного. Лифт остановился, двери открылись и выпустили пассажирок. Изображение камеры мигнуло…

Я затаила дыхание. Неужели они?

Изображение появилось снова, продемонстрировав, как девочки вышли из кабины лифта и скрылись в квартире.

Норд вскочил со стула и вытащил телефон.

– Сорог, передай техникам, чтобы проверили камеру, установленную на третьем этаже. Да, в том самом подъезде. И, кажется, я должен попросить у тебя прощения. Ты был прав насчёт Иллюзиона.

Я молча ловила каждое слово деймонара, когда же он закончил разговор, выжидательно уставилась на Норда.

– Информацию, которую я вам сейчас сообщу, следует сохранить в секрете. Об этом не должны узнать ни ваш начальник, ни уж тем более Серая стража.

Мне ничего не оставалось, как кивнуть в знак согласия. Неужели Норд собирается раскрыть очередную тайну Сорога?

– Эти девочки – юные сирены. В ваших регистрационных данных указано, что они ещё не обрели Глас. Так вот, ваши сведения устарели. В ночь с субботы на воскресенье эти две дурёхи притащились в «Ночную орхидею». Охранник на входе их не пустил. Вместо того чтобы вернуться домой, они отправились на пляж в поисках приключений и нашли их – трое подвыпивших молодых людей тоже захотели искупаться при лунном свете.

Дальше можно было и не продолжать. Я прекрасно понимала, как разворачивались события. Ночь, две несовершеннолетние девочки и ударившие в голову парней алкоголь и гормоны. Вот только девочки оказались не такими беззащитными, как могло показаться.

– У кого из них проснулась способность?

– У старшей. Она приказала насильникам войти в воду, обратно выплыл только один. Илона клянётся, что не отдавала приказа утонуть, алкоголь сделал всю работу за неё, но с точки зрения закона она убила. Не мне вам объяснять, что это означает.

Высылку из города. Помещение в Центр контроля, расположенный в Подмосковье. Именно туда стражи направляют всех нелюдей-подростков, чьи вышедшие из-под контроля способности привели к серьёзным последствиям.

– Её родители обратились ко мне. Я предложил альтернативу. В воскресенье утром девочки покинули город.

– Их не могло быть на записи?

Я открыла отчёт, о девочках там не было ни слова, Влад говорил с родителями. В ночь убийства Натальи они находились дома и не могли помочь следствию.

– Выходит, Чернова и кто-то из приближённых Елены использовали Иллюзион…

– Почему же кто-то. – Губы деймонара тронула довольная улыбка, словно он уже предвкушал отличную охоту. – Если пораскинете мозгами, то поймёте, что это мог быть только один из них.

– Тот, кто мог запросто вывести из строя камеру? – не удержалась от шпильки я.

– Я оценил вашу иронию, но, что бы вы ни думали, при подмене записи был задействован не магический способ. Сорог бы почуял магию.

Склонившись над столом, взяла в руки мышку. Чтобы убедиться, мне надо было проверить лишь одно…

Я вошла в базу «Подземья», нашла файл Алексея. Есть! Шесть лет назад тот окончил местный университет по специальности «Компьютерная безопасность».

– Вы же знали, что он прекрасно разбирается в системе видеонаблюдения. Он и в «Подземье» мог видеофайлы подчистить!

– Я не сбрасывал его со счетов, однако из троицы он оказался бы в наименьшем выигрыше в случае смерти Елены. Ему никогда не стать главой общины. Вампиры не пойдут за ним, – пояснил деймонар.

– А вампироманы?

Норд внимательно уставился на меня.

– Продолжайте.

– Что, если целью Алексея являются не вампиры, а поклоняющиеся кровососам? Посудите сами, багрянец даст Алексею возможность наделять людей способностями, не проводя инициации. Сплошные бонусы плюс возможность разгуливать при солнечном свете.

– И полная зависимость.

– Смертельная зависимость.

– Мне нравится ход ваших мыслей, а теперь, простите, я вынужден вас покинуть. – Деймонар пружинисто вскочил со стула. – Провожать не надо.

Едва в паре шагов замерцал контур портала, я не удержалась и схватила Норда за руку.

– Постойте! Что вы планируете делать? Искать Елену? Взять под стражу Алексея?

Открытие портала прервалось. Я осознала, что совершила ошибку, стоило Норду повернуть ко мне голову. От пристального взгляда серебристо-серых глаз по коже поползли мурашки.

– Прошу прощения. – Я разжала пальцы.

– У нас неплохо получилось работать в команде. Интересно, что ещё у нас прекрасно получится сделать вместе? – В голосе деймонара появились низкие обволакивающие нотки.

– Убрать посуду? – шепнула я и схватила первую попавшуюся коробочку. Просто чтобы чем-то руки занять.

– Хорошее предложение.

Норд протянул руку к моему контейнеру.

Нет, ему другого мусора мало? Изъятие сопровождалось лёгким соприкосновением пальцев, заставившим меня покраснеть. Зря я с Владом на тему оборотней и их ухаживаний разговаривала. Теперь сама себе чёрт-те что придумываю. Да какая связь между ухаживанием и уборкой? Вот ни капли романтики или чего-то в этом роде. Ещё бы на меня не пялились так при этом…

Норд сунул контейнер в портал и приподнял бровь в ожидании следующего. Нет, это уже ни в какие ворота! Я ему теперь каждую картонку подавать должна? Быстро сгребла со стола обрывки фольги, пластмассовые тарелки, салфетки и затолкала всё в большую коробку. Сверху воткнула деревянные палочки. Всё, готово! А то не уборка, а сплошное мучение.

– Держите. – Коробку я протянула очень аккуратно, взявшись за самый краешек. Когда запястье обхватили горячие пальцы, я всё же дёрнулась. Коробка самым свинским образом упала на пол. – Мыть посуду я с вами отказываюсь категорически, – попыталась отшутиться я.

Норд юмора не оценил. Он даже не улыбнулся.

– Можем как-нибудь попробовать, – на полном серьёзе предложил он, откровенно наслаждаясь моей реакцией. – У меня на кухне очень крепкая и удобная мебель.

– Спасибо, меня и моя устраивает. Не могли бы вы отпустить мою руку? Мусор поднять надо, – уточнила я, а то ещё не то подумал бы. Например, что меня волновали его прикосновения.

Коробка, как и бумажный пакет, позабытый на столе, растаяли в свете портала. Я затравленно заозиралась. Вдруг где ещё обрывок салфетки завалялся?

– Считаете, я что-то упустил? Пожалуй, да…

– Вытереть стол, – предположила я. – Могу сбегать за тряпкой. След от укуса уже не болит, – добавила я, видя, что Норд внимательно рассматривает мою ладонь.

Внезапно деймонар склонился к моей руке и лизнул отметину, которую оставили его зубы.

– Что вы вытворяете?!

– Не переживайте, кусаться не буду. По крайней мере пока…

Замечательное уточнение. И как его понимать? Являлась ли отметина Норда чем-то большим, чем банальной меткой на один вампирский приём? Я уже хотела потребовать объяснения, когда прозвучал неожиданный вопрос:

– Как долго вы собирались ждать Авриля?

– Знаете, это не ваше дело! – возмутилась я.

– И всё-таки? Ответьте. Считайте это платой за новый компьютер.

Интересные у него расценки.

– Я не ждала. Вернее, я хотела, чтобы Авриль пришёл, но сидеть у окошка, подперев щёку, не стала бы. Сначала просмотрела бы видео, потом… Впрочем, уже ясно, что без вас я бы до утра провозилась.

– У вас потрясающая выдержка, – хмыкнул Норд, а вид у самого стал таким довольным, будто я ему сообщила, что согласна на совместное мытьё посуды. Со всеми вытекающими.

– Вы, кажется, куда-то спешили.

– Спешил, но я просто не могу уйти без этого.

Норд сделал шаг в мою сторону. Я стиснула руки в кулаки, но осталась стоять на месте.

– Я предвкушал это весь вечер…

Краска смущения залила лицо, пульс участился. Я прикрыла глаза, просто чтобы не видеть лица Норда.

– Спокойной ночи, – горячее дыхание обожгло щеку, и я тут же почувствовала открытие портала.

Когда переход закрылся, я ещё стояла крепко зажмурившись. Небо, какой же идиоткой я себя ощущала! Если это и есть ухаживания по-деймонарски, то выдайте мне полную инструкцию.

Открыв глаза, замерла и недоверчиво уставилась на стол. Губы сами расползлись в дурацкой улыбке. На столе стояла копия Дикки-Даки.

– Поймал… Наконец-то поймал… – торжествующий шёпот прерывался быстрыми, торопливыми поцелуями.

Шея горела, колени подгибались.

– Вот так. Не бойся, – горячие руки скользнули по плечам, увлекая за собой бретельки платья.

– Не надо, – еле слышно выдохнула я и прижала руки к груди, не давай платью соскользнуть вниз.

– Не надо? Думаешь, я тебя не видел, не слышал, не чувствовал? Каждый раз… Каждое слово… Каждый вздох. Это сводило с ума. Ты сводишь меня с ума.

Меня обхватили за талию, прижали к груди, и я ощутила почти болезненный спазм внизу живота. Спина выгнулась дугой, бёдра дернулись, подались назад. Стало так жарко, тело трясло, словно в лихорадке. Это не я… Я не могу так чувствовать, это неправильно… Это… Это…

– Иди ко мне, моя хорошая. Ты же тоже этого хочешь. Я чувствую, как бьётся твоё сердечко…

Руки накрыли грудь, слегка сжали, и я беспомощно всхлипнула. Так и не оформившееся подозрение исчезло, смытое лавиной острого желания. Уже ненужное платье облаком шифона скользнуло вниз. Я подцепила его ногой, отбросила в темноту и беззаботно рассмеялась…

В управление я добралась к девяти. Пришлось пожертвовать душем. Помимо этого, я обидела Михаила, отказавшись разделить с ним завтрак. Меньше всего мне хотелось становиться переходящим призом в гонке Авриль – Норд. В машине я прочла сообщение капитана. Юдин поблагодарил меня за информацию об Алексее и попросил не говорить коллегам, а дождаться утренней планерки.

Женечка, к несказанной радости, обратился ко мне по уставу, глазками не стрелял и намёков больше не делал – Ларионов сдержал слово и перепрограммировал несчастного Ромео. Саша уже была на месте, так что я вызвала её к себе и загрузила по полной. Первоначальный энтузиазм вампирши поугас. Зато она выяснила, что работа в управлении – не сплошное удовольствие. На чистом драйве и любопытстве в нашем деле далеко не уедешь.

– Это всё? – с надеждой спросила Саша после того, как я велела ей отследить историю зеркала из квартиры Денисова по антикварному номеру и связаться с мастерской, в которой Ольга заказывала вечерние платья. В первую очередь меня интересовала их стоимость и кто оплачивал счета. Минувшей ночью мы вычислили Алексея, но это не повод оставлять неподчищенные хвосты.

– Пока всё. Можешь идти.

Я как раз собиралась заглянуть к Соколову, когда он позвонил и попросил зайти. Хорошо хоть, что интерком не задействовал.

– Привет, как Миронова? Ты её сегодня уже осматривал?

– Угу. Ещё на рассвете. По медицинским показателям – стабильна. Не знаю, правда, насколько это хорошо по вашей магической части.

– Вот и я не знаю. Эй, ты чего удумал?! – взвыла я, увидев, что Григорий распечатывает шприц.

– Забор крови. Последний, но ещё два дня ты у меня под наблюдением, – обрадовал рыжик.

– Садист ты.

– Зато инициативный.

– Это ещё хуже.

– Слушай, хоть ты не капай мне на мозги. У меня свежий труп недоизучен, а я на тебя время трачу.

– Да в порядке я. В по-ряд-ке! – Заметив, что Соколов насупился, решила сбавить обороты. – Новостей от тех двоих нет? Как в больницу забрали – так с концами?

– Угу. Случись что из ряда вон – сообщили бы. Делаем выводы.

– Наверное, это и к лучшему, что забрали.

– Так я ж не против.

– Вот только тебе обидно, что с тобой данными не поделятся.

– Да перетопчусь. Не впервой. Всё. Руку зажми и посиди пять минут. Отчет найдешь в почте. Так вот, ты у нас рекордсмен по части концентрации. Даже у Черновой была ниже, – добавил судмед и быстро стрельнул на меня глазками исподлобья.

– Будем считать, что повезло, – хмыкнула я.

Соколов не станет изучать мою кровь на предмет аномалии, но это не означало, что он прекратит задавать вопросы. На телефоне замигала лампочка, кто-то звонил по внутренней связи.

– Привет. Да. У меня. Хорошо, передам, – Соколов сбросил вызов и повернулся ко мне. – Юдин зовёт. Планерка через десять минут.

– Уже иду. – Я спрыгнула со стула, радуясь возможности поскорее покинуть гостеприимного рыжика.

– Тесс… – остановил он меня. – Если что, знай, ты можешь на меня рассчитывать. Без отчётов и записей.

– Спасибо, Гриш. Но я действительно в норме.

Перед тем как направиться к Юдину, я заглянула к Наталье. Недонежить валялась на кушетке и листала журналы.

– Привет, хорошо, что зашли, – она вскочила на ноги. – Мне нужно связаться с Лизой.

– Абонент вне зоны доступа.

– Что с ней?

– Багрянец. Был приступ, её забрали.

– Стражи? – Наталья обеспокоенно посмотрела на меня.

– Нет. Это… частная клиника. Говорят, что пошла на поправку, обещают сегодня выписать. Вы сами как? Чувствуете её?

– Хотите узнать, подпитывает ли она меня?

Я кивнула в ответ.

– Есть такое, только… Что-то изменилось. Не знаю, как объяснить. Вроде как раньше пила апельсиновый сок из стакана, а теперь приходится тянуть через тонкую соломинку, да и сам сок превратился в горячее какао.

– Невкусно? Да? – не удержалась я.

– Я не понимаю, что происходит. Это нервирует. Капитан рассказал мне о новом трупе из «Подземья».

– Вы знали этого парня?

– Возможно, пересекались. – Наталья пожала плечами и уточнила: – Мне жаль, что багрянец получил распространение.

– Николай не…

– Ни слова! Ни слова об этом козле! – прошипела Миронова.

– Всё будет хорошо.

Миронова задрала нос и отвернулась. Я молча кивнула и покинула её убежище.

Я успела к началу планёрки. Капитан не разбил нас на группы, и собрание вышло общеупырячьим. Сашу оставили в комнате, и теперь вампирша с гордым видом ёрзала на стуле рядом с Кириллом.

– Доброго всем утра. – Юдин вышел из кабинета и бросил флешку Ларионову. Тот поймал её на лету и сунул в компьютер. – Поздравляю всех с относительно спокойной ночью. Багрянец нигде не засветился. Стражи благодарят нас за помощь.

– Так сегодня мы им уже не нужны? – спросил Геннадий.

– Амулеты придётся сдать? – обеспокоился Молчунов.

– Вот как всегда, только войдёшь во вкус, – протянул Валерий.

– Не нужны. Амулеты остаются у нас. Валерий, уверен, ты ещё найдешь повод прошвырнуться по клубам, но не за счёт управления.

– Так я же это… для сохранения легенды, – насупился следователь.

– Счёт найдешь в почте. Так и быть, солёные орешки я в легенду включаю. Сергей, запускай.

На большом экране появилась миловидная корреспондентка местного телеканала. На заднем плане виднелись ворота «Подземья».

– Вторые сутки продолжаются поиски главы общины вампиров, Елены. К операции по спасению привлечены Серая стража и Управление по иным расам. В настоящий момент проходят обыски недвижимости, принадлежащей оборотням. Лидеры кланов отрицают причастность к исчезновению Елены, но мы-то знаем, насколько сложны отношения между вампирами и оборотнями. Возникает вопрос, что ждёт нас, обычных людей, если нелюди затеют новый виток противостояния? Давайте узнаем мнение человека, выступающего против нахождения представителей этих рас на территории города…

Когда на экране возникла физиономия Аркадия Миронова, по кабинету пронёсся гул, сдобренный отборным матом.

Юдин нажал на паузу и строго посмотрел на Влада.

– Виноват, но, Филипп, это же полный… Вы же понимаете, что этот кретин ради рейтинга переврёт и исказит любые факты.

– Этот ролик пустят в эфир в полдень. Информатор из новостей прислал для ознакомления. Так что, ребята, нас ждёт веселый день. Телефон будет разрываться.

– Проклятие! Я упарился насчёт багрянца на вопросы отвечать, – простонал Кирилл. – Теперь ещё и это.

– А вот это я вам комментировать запрещаю. Управление знать не знает ни о каком противостоянии оборотней и вампиров. Самых истеричных и настойчивых заворачиваем в пресс-центр Серой стражи. Всё ясно?

Непонятливых не нашлось. Раз начальство позволило спроваживать любопытствующих к магам, разве кто-то мог быть против?

– Хорошо. Переходим к следующему вопросу. Сергей, запускай.

Ларионов открыл файл. На мониторе возникло изображение Алексея.

– Алексей Красных, – пояснил Юдин. – Сын вампироманки, постоянного донора при Елене в течение сорока лет. Переехал в город вместе с главой общины. Сам был обращён три года назад, на тридцатилетие.

– Долго держался, – заметил Геннадий.

– Долго, – согласился Влад. – Целых пять лет. По закону мог переродиться намного раньше.

– За полгода до обращения Алексей попал в аварию, повредил позвоночник, – вклинилась Саша и слегка смутилась под перекрёстными взглядами упировцев. – Капитан велел изучить его биографию.

Юдин подождал, пока подчиненные снова повернут головы в его сторону.

– Благодаря Тессии удалось установить, что Красных является организатором покушения на Наталью Миронову. Также у нас есть все основания полагать, что он занялся производством наркотика на основе багрянца. В настоящий момент Серая стража и вампиры занимаются поиском Алексея.

– А Милодара и Алвина кому поручили проработать? – спросила я, в который раз поражаясь Юдину. Вот кто главный мозговой центр управления.

– Милодара я прощупал, – пробасил Валерий. – Тёмный тип. Ничего серьёзного за ним не числится, но я был бы рад, если б он свалил из города.

– Вступай в партию Миронова, – проворчал Влад.

– У меня хорошие новости от твоего приятеля. – Капитан посмотрел на меня.

– Мы с Нордом не приятели, – передернула плечами я.

– Зато твой «не приятель» крайне обеспокоен снабжением управления, – Юдин с улыбкой вытащил из кармана пулю. – Серебро. Первая партия поступит на днях.

– Здорово, – протянула я, видя, что ребята ожидают от меня какой-то реакции. – Но я к этому не имею никакого отношения. Я не знала. Серьёзно, не знала, – добавила я, поскольку улыбочки коллег мне совсем не понравились. – Капитан, вы обещали открыть доступ в лабораторию Кузьмина. Кто-нибудь сможет со мной съездить?

– Как раз собирался к этому перейти. Влад, присоединишься к Громовой?

– Не проблема, кэп. Тесс, хочешь проверить магический фон?

– И его тоже.

– Наденьте бронежилеты. Это не обсуждается. Влад, присмотри за ней.

Иными словами, Влад, проследи, чтобы она надела жилет.

– Громова, на пару слов. – Капитан кивнул на дверь личного кабинета.

Неужели решил сделать внушение наедине? Не похоже на Юдина. Филипп заботился о подчинённых, но роль няньки не для него. Не дошло с первого раза – предоставит второй шанс, а дальше придется писать по собственному желанию. Лично я к требованиям начальства приспособилась и чувствовала, когда можно взбрыкнуть, а когда лучше молчать в тряпочку и делать то, что тебе говорят.

В кабинете Юдин склонился над выдвижным ящиком и вытащил бархатную коробочку. Такую, в которой принято дарить ювелирные изделия.

– Это тебе. Просили передать.

Уточнять кто, не стала. И так понятно. Вот что Норду неймётся? Ещё и начальство впутал. И ведь хитро всё провернул – предложи он эту коробочку сам, я бы… А что в ней?

Я взяла футляр, нащупала замочек. Крышка бесшумно откинулась. Нет, он просто невозможен!

На бархатной поверхности в форме ожерелья поблескивали серебряные пули.

– Влад, я его не понимаю. Чего он добивается?

Оборотень усмехнулся и повернул ключ в замке зажигания.

– А чем ты недовольна? Считай, что получила обещанные пули чуть раньше других. Или ты кипятишься из-за того, что подарок передали через Юдина? Рассчитывала на личное вручение?

– Он их в коробочку для ювелирных украшений положил!

– Надеялась, что внутри браслет с бриллиантами, а тут такой облом?

– Да ну тебя…

– Знаешь, мне глубоко пофиг, каковы мотивы этого деймонара. Серебро управлению крайне необходимо.

– Думаешь, сама не понимаю? Но Норд слишком много выпендривается. Это раздражает.

– Угу, – со стороны оборотня послышался смешок.

– Долго ехать? – буркнула я.

– Если без пробок – минут сорок. Тесс, Татьяна хочет встретиться с сестрой.

– Ты виделся с ней? Как она?

– Держит оборону. Дед настоятельно советует переехать в особняк, но Таня намерена после выписки вернуться в квартиру. Вот только…

– Да?

– Знакомый из центра недвижимости шепнул, что она выставлена на продажу.

– Вот же гад! Хочет сделать так, чтобы у неё не было выбора! Слушай, а если ей перебраться к тебе?

– Я предлагал.

«Но она не согласилась», – закончила я мысленно за него. Тяжело им будет. Аркадий потерял Наталью, вторую внучку он так просто не отпустит. Только бы Влад не сдался.

– Я её не брошу, – упрямо произнес оборотень, и я ему поверила. Влад действительно не отступит, станет бороться за двоих. И он имеет право знать, на что подписывается.

– Влад, это против правил, но… Татьяну долгое время пичкали блокаторами.

Он заглушил мотор и повернулся ко мне.

– Рассказывай.

– Да нечего особо рассказывать. Как и Наталья, Татьяна обладает даром. Слабым, но он присутствует. Наталья – пирокинетик, ей блокатор давать бесполезно, поэтому её и отправили учиться, а сестру…

– Какие же они уроды… Они же ей душу на клочки порвали, – потрясённо произнёс Влад. – Думаешь, Таня не осознавала, что с ней что-то не так? Знаешь, что она мне как-то сказала? Что ей кажется, будто когда-то в глубоком детстве от неё отрезали кусок, и теперь она ощущает себя калекой. Полагал, она из-за вынужденной разлуки с сестрой печалится, а тут вон оно что… Это опасно?

– Всё зависит от дара и его направленности. Вам бы к Ищущей сходить.

– Наталья в курсе?

– Узнала недавно.

Мне не хотелось расстраивать Влада, но и позволять ему думать, что консультант управления регулярно придерживает информацию, я не могла.

– Филипп в курсе.

Влад перенёс весть достойно, только руль сжал так, что мне показалось, что он лопнет.

– Могло быть и хуже, – наконец пробормотал он.

– Хуже?

– Юдин мог отстранить меня от дела.

– Это да. Мог. Запросто. Поехали?

– Тесс, когда вся эта канитель уляжется, сходишь с нами к Ищущей?

Я прикрыла глаза и откинулась на спинку. Так и знала, что он об этом попросит, но особой радости не испытывала.

Дача Кузьмина находилась в черте города. То есть по бумагам вроде как город, но на практике жить здесь было то ещё удовольствие. Особенно зимой.

– Хорошо тут. Только прислушайся, какая тишина. – Оборотень с наслаждением прикрыл глаза и вдохнул.

– Просто замечательно. Случись что, и позвать на помощь некого.

– Ты фаталистка.

– Я реалистка. Ты сводки о грабежах на дачах видел? Если не поставил электронный замок и растяжку по периметру – жди гостей. И ладно, если просто что-то утащат, некоторые и загоститься могут. Знаешь, не хотела бы я, чтобы на моей постели валялся тот, кто моется раз в полгода, да и то в дождь. А если ему станет холодно и он огонь развести захочет прямо посреди комнаты?

– Ты не реалистка, Громова. Ты – зануда.

– Всего лишь ценю личное пространство, – парировала я.

За забором мелькнул обшарпанный домик. Интересный такой, с новыми пластиковыми окнами и системой климат-контроля.

– Прибыли?

– Верно.

На удивление, сад Кузьмина не выглядел запущенным. Земля под деревьями оказалась вскопана, в глубине виднелись теплицы для выращивания овощей. Лучше бы бывший сторож и дальше помидоры и огурцы культивировал, нет же, на экзотику потянуло.

Отключив полицейскую пломбу на двери, Влад отпер замок. Я вошла в крошечную кухню. Осмотрелась.

– Стражи тут были?

– Да, наведались.

– И куда дальше? – Я кивнула на две запертые двери.

– Не угадала, – хмыкнул оборотень и топнул по люку погреба. – Но если хочешь, можешь и комнаты осмотреть.

– Я быстро.

За первой дверью располагалась спальня. Кузьмин обходился минимумом: помимо диванчика и письменного стола, в комнате иной мебели не было. Я поискала глазами розетки.

– Что ищешь?

– Интернет.

– Не подключал он его. У Эдуарда и компьютера не было. Только сотовый с доступом в сеть.

– И чем покойный интересовался?

– Оборудованием для лаборатории. Все заказы делал в онлайн-магазинах.

А вот магию Кузьмин не жаловал. Я глубоко вздохнула. Чисто. Ни малейших следов.

– Что во второй комнате?

– Кладовка. Он ещё и огурцы консервировал.

– Просто на все руки мастер. – Я приоткрыла дверь, изучая ряды полочек с домашними заготовками. – Банки проверили?

– Лично каждую обнюхал.

– Тогда спускаемся в подвал.

Влад откинул крышку люка, вытащил фонарик и подал мне.

– Сейчас ты удивишься, – пообещал оборотень.

От подпольной лаборатории я ожидала большего. Влад заявил, что я разбаловалась во владениях Соколова, а Эдуард на самом деле провёл большую работу по подготовке помещения. Порядок, царящий в лаборатории, я оценила. Не хуже чем у нашего судмедэксперта. И снова ни малейших следов магии. Получается, только зря Влада отвлекла.

Я ослабила пояс бронежилета.

– Тесс…

– Да ладно тебе. Чисто тут. А эта штука немало весит. – Я стащила ненавистный жилет и бросила его на стул.

– Совсем магию не использовали, да? – кисло спросил Влад.

– Ориентировку на Алексея уже разослали. Поймают его – найдут и Елену, если та ещё жива.

Странно всё-таки, что ни Милодар, ни Алвин не смогли отследить главу общины. Пусть багрянец и заблокировал её способность к ментальному общению, но она же древний вампир и обладает уникальной аурой.

– А там что? – я кивнула в сторону белой металлической двери.

– Что-то вроде склада-холодильника. Банки с реагентами, ещё какая-то химия. Хочешь посмотреть? – Влад вытащил карту-отмычку.

– Да, раз уж притащила тебя сюда.

– Держи! – Напарник бросил мне карту. – Свет включить?

– Было бы неплохо.

– Сейчас, щиток на лестнице.

Дожидаться Влада я не стала. Распахнув дверь, сделала шаг и замерла; рука, в которой был зажат фонарик, дернулась к кобуре. На стене, прикованная наручниками, висела Елена. Сейчас она меньше всего походила на роскошную темноволосую красотку с фотоснимков. Без питания белоснежная кожа вампирши приобрела сероватый оттенок, губы посинели. Каких-то два дня, а выглядела так, будто с месяц к чужой шее не прикладывалась. Нехило из неё багрянец силы вытянул.

Ерунда какая-то! Дом же проверили! Выходит, Алексей привёз вампиршу уже после отбытия следователей. Наглости ему не занимать, ещё и полицейскую пломбу взломал. Хотя он и систему защиты Норда обошёл.

– Влад! У нас проблемы…

Я обернулась. И тут же поплатилась – повернув голову, я упустила момент, когда Елена бросилась вперед.

Вампирша обхватила меня под грудью так, что ни вздохнуть, ни вскрикнуть. Укус в шею заставил захрипеть, я забила ногами по воздуху, уже зная, что не сумею освободиться.

Один глоток оголодавшего кровососа способен опустошить человека на десять процентов, второй опасен для жизни, третий – убивает. Теорию я знала, вот только проку от неё не было, я даже позвать на помощь не могла. Окружающая реальность плыла, как в тумане, ноги подкашивались…

Меня подхватили под руки и усадили на пол, прислонив к стене. Значит, Влад. Вампирша бы отбросила, как объедки. Или же она решила оставить меня на потом? Растянуть удовольствие. Последнее я, кажется, произнесла вслух.

– Вы ещё то удовольствие и головная боль, – прокомментировал кто-то почему-то голосом Норда. К шее прикоснулась мокрая ткань. Я вскрикнула, щипало безумно. – Зажать сможете?

Я кивнула, но вышло неубедительно, иначе зачем ему было прижимать салфетку к моей шее с такой силой? У меня там и так всё болело, а тут впечатали в открытую рану.

– Давайте я, – это уже Юдин.

Наверное, появление начальства должно было меня обрадовать, но стало неловко. Я поморгала, пытаясь сфокусироваться на лице капитана. Тот быстро смочил бинт чем-то из бутылочки и снова приложил к ране.

– Фил, мы нашли Елену, – еле слышно выдохнула я.

– И почти угробили, – мрачно парировал Соколов и, оторвав кусок пластыря, зафиксировал влажную ткань на моей шее.

Угробили? Багрянец! Он же ещё не до конца вышел из моего организма. Да-а, не повезло Елене с первым перекусом после вынужденной голодовки.

– И что я, по-вашему, должна сделать? – манерно, слегка растягивая слова, произнесла Наталья.

А она тут откуда? Сколько я пробыла в отключке?

– Воспользоваться вашими новыми способностями, – это уже Норд. Ну почему я не могу повернуть голову? – Тессия, ещё раз шевельнетесь – обездвижу.

– Где гарантии, что вы выполните обещания, если я спасу Елену?

Миронова не была бы собой, если бы не попыталась поторговаться. И как её из управления выпустили? И почему я ничего не вижу?

Попыталась осторожно переползти вдоль стеночки.

– Тесса, вынужден согласиться с Нордом, – встрял Соколов. – Будешь дергаться – сделаю укол.

Да сколько их тут собралось? А я, немочь надкушенная, пропускаю самое интересное…

– Я серьёзно, Тесс. – Гришка опустился на корточки рядом со мной. – На оживление двух трупов сил Натальи Сергеевны не хватит.

– Что тут происходит?

– Норд убеждает Миронову спасти клыкастую, в свою очередь, обещает ей помочь завершить прерванный ритуал и стать личем.

– Чьим? Его?

– Посмотрим на её поведение, – хмыкнул деймонар. – Госпожа Миронова слишком часто меняет покровителей.

Наталья попыталась протестовать, но мигом умолкла.

– Приступайте, вы знаете, что делать. – В голосе Норда прозвучала сталь.

– А что, если мне не хватит энергии?

– Хватит. А теперь, простите, я вынужден доставить пострадавшую в больницу.

Услышав подобное заявление, я обнаружила, что могу шевелить шеей. И вообще много чего могу. Например, быстро-быстро ползти к лестнице.

– В какую больницу вы планируете её определить?

– В частную клинику. – Норд протянул капитану визитку. – Адрес и телефон.

Это ещё что за новости? Я начала перебирать в памяти список недвижимости Норда. Медицинские учреждения за ним не числились.

– Тесс, не дрейфь, я завезу цветы, – весело ухмыльнулся Соколов.

Нет, я это им ещё припомню!

– Вам помочь, или вы и по лестнице как-нибудь сами? – невозмутимо поинтересовался похититель.

– Не собираюсь я ни в какую клинику! Я прекрасно себя чувствую!

– Попросите, чтобы её невропатолог осмотрел. Она из терпячих, но временами меня пугает, – на полном серьёзе добавил Соколов.

– Будет сделано, – не менее серьезно отозвался Норд и подхватил меня на руки. – Вы истощены из-за потери крови, а Миронова готовится провести ритуал «Повторного призыва». Уверены, что хотите при этом присутствовать?

– «Повторного призыва»? – переспросила я. – Но это значит…

– Я полагаю, что за всё в этой жизни нужно платить. В том числе и за ошибки.

Я обмякла в объятиях Норда. Нет, этот деймонар – страшный нелюдь. После повторного воскрешения Елена автоматически станет подчиненной нежитью Натальи. Безопасность самой некромантки гарантирует Норд, но при этом она будет обязана к нему прислушиваться. В противном случае приспешники Елены порвут её, как Тузик грелку.

Потрясающий расчёт. Оставалось выяснить, какая роль в махинациях деймонара уготована мне.

Джип Норда был припаркован у ворот дачи, чуть дальше стояла служебная колымага, на которой прибыли упировцы.

– Постойте, так мы едем на машине? – встрепенулась я.

– А вы рассчитывали на проход через портал? – спросил Норд, прижимая меня к себе покрепче. Не иначе переживал, что попробую вырваться.

– Пустите! Раз нет необходимости в ускоренной доставке, то и в клинику нет нужды ехать.

Деймонар никак не отреагировал на это заявление и усадил меня на заднее сиденье. Следом полетел мой рюкзак. Надо же, совсем о нем забыла.

– Берегите пальцы…

Я едва успела убрать руку, как дверь захлопнулась. Тёмное стекло, отделяющее пассажирское место от водителя, заставило нахмуриться. Деймонарский умник намеревался оградить себя от неприятных вопросов. Каково же было моё удивление, когда дверца открылась с противоположной стороны. Норд с невозмутимым видом забрался внутрь и устроился рядом.

– И что, вы не спросите, куда мы едем и кто находится за рулём? – с усмешкой поинтересовался он.

Джип тронулся с места. Я надеялась, что водитель опустит стекло, чтобы получить инструкции, но, скорее всего, Норд выдал их заранее.

– Увижу по прибытии. Учтите, для медицинского вмешательства потребуется моё согласие в письменном виде… Норд, а Елена сильно ко мне присосалась? – спросила я, поняв, что он не намерен со мной спорить.

– Только пригубила. Оборотень быстро среагировал.

– А мне показалось, что целая вечность прошла…

– Тяжёлая неделя выдалась, да? – В серебристых глазах не было и намёка на насмешку.

– Напряжённая, – сухо обронила я и поспешно отвернулась к окну.

Настойчивое внимание Норда нервировало: цветы, ремонт, ужин, Дикки-Даки, совместная работа с видеозаписями. Внезапно Норда стало в моей жизни слишком много, и я не уверена, что мне это не нравилось.

– Норд, а где Авриль вчера пропадал? – спросила я больше для того, чтобы увеличить дистанцию. На безраздельное внимание эльфа я не претендовала. Понятно, что у него и без меня забот хватало.

– Авриль наконец-то взялся за ум и навёрстывает упущенное. Соскучились? Что-то передать?

– Мы виделись утром.

– И даже получили ответы на некоторые вопросы?

– На большую часть. Норд, а правда…

– Демиан. За информацию надо платить, – добавил он таким тоном, словно мы с ним находились за столом переговоров, а не на заднем сиденье. Точно не его колено касалось моего, а я не чувствовала аромат его парфюма.

– Хорошо… Демиан, а правда, что Авриль – наследник Тёмного короля фейри?

– Его сын, а вот наследство, боюсь, он упустил. Надо было брать, пока предлагали, теперь придётся попотеть, чтобы правящие ветви фейри снова в него поверили.

– Он отказался от трона?

– Попросил повременить с коронацией до возвращения артефактов фейри. Хотел, чтобы ни у кого не осталось сомнений.

– В результате упустил шанс?

– Неверно расставил приоритеты. Авриль надеется, что проход между мирами можно закрыть, найдя все утерянные артефакты.

– А на самом деле?

– Понятия не имею, – беззаботно отозвался Норд, будто мы говорили не о возможности спасти оба мира от катастрофы. – Знаете, меня в настоящий момент это не особо беспокоит.

– И что же вас беспокоит? – спросила я в надежде получить новую порцию сведений и поняла, что попалась.

Губы Норда растянулись в ленивой улыбке. Он слегка придвинулся, совсем немного, но и этого хватило, чтобы мне стало жарко. Рука легла на плечо и слегка сжала его.

– Не дёргайтесь. Проверю повязку.

Он отклеил пластырь и удовлетворённо хмыкнул.

– И как?

– Вполне прилично.

– Не понимаю, багрянец же практически вывелся из крови.

– А кровь фейри по-прежнему при вас. Упустили этот момент из виду?

Норд находился близко, слишком близко, чтобы я могла что-то анализировать. Дыхание приятно щекотало шею, рука уже не удерживала на месте, а слегка поглаживала плечо.

– Прекратите… – не выдержала я и тут же об этом пожалела. Рука переползла с плеча на спину, обвилась вокруг талии.

– Мне не нужна ищейка, – признание Норда слегка сбило с толку. – У меня хватит ресурсов, чтобы продолжить поиски утерянных реликвий фейри и без вас. В конце концов, удалось же мне найти Иллюзион. Но признаю, с вами их поиск будет проходить намного быстрее… и приятнее.

– Ограничимся «быстрее».

– Не выйдет, – притворно вздохнул деймонар. – Я привык наслаждаться процессом не меньше, чем самим результатом.

– Нам ещё долго ехать? – еле слышно выдавила я.

– Не переживайте, времени хватит.

Серебристо-серые глаза хитро блеснули в полумраке.

– Я на службе…

– А ещё вооружены и очень опасны.

Пальцы прикоснулись к щеке, заставляя повернуть голову.

– Меня вампир укусил, – пролепетала я. Вдруг совесть проснётся и не позволит приставать к раненой? Как бы не так! Интуиция вопила, что всё только начинается, а я… Я посоветовала ей заткнуться и первая прикоснулась к его губам. В конце концов, мы уже это проходили. Норд целовал меня в обезьяннике УПИРа, и я чётко представляла, чего ждать и в этот раз.

Я ошиблась.

Это было падение с высоты. Головокружительное, стремительное и без страховки. Губы Норда соблазняли, но не подавляли, приглашали, но не захватывали. Это был совсем другой Норд. Он совершенно сбил меня с толку, и поэтому, когда он всё же отстранился, я продолжила лежать на сиденье и ошалело смотреть в потолок.

– Приехали, – с полуулыбкой сказал он. – Но твоя реакция мне нравится.

– Мы уже на «ты»?

– Думаешь, для этого мы зашли недостаточно далеко?

Я промолчала и, ухватившись за предложенную руку, села. Подняла с пола рюкзак, поставила его на колени и начала оправлять топ, хотя в этом не было никакой необходимости – во время поцелуя Норд не позволил себе большего.

Взглянув в окно, замерла в недоумении. Водитель припарковался перед большим двухэтажным зданием. Я не стала искать вывеску, потому что и так знала, куда мы прибыли – в Центр косметической магии «БИО-ФЕЙ».

– Не смешно. Это не клиника.

– Потребуешь в регистратуре необходимые лицензии и сертификаты и убедишься в обратном.

– Я не доверю свою шею тому, кто наращивает иллюзорные сиськи!

Норд только усмехнулся и разблокировал двери.

В центре нас уже ждали. Симпатичная светловолосая девушка в белой униформе подкатила к входу двухколесное больничное кресло. Я мрачно посмотрела на него и мотнула головой:

– Даже не вздумайте это произнести.

– Нам сообщили, что у пострадавшей большая потеря крови… – принялась оправдываться сотрудница центра.

– Я вполне способна передвигаться самостоятельно.

– Всё в порядке, Юлия, спасибо, мы сами дойдём до кабинета мадам Морган, – уладил назревающий конфликт Норд.

Я удивлённо вскинула бровь, но промолчала.

– Мадам Морган, – шепнула я, пока мы шли по коридору, – это рабочий псевдоним биофеечки?

– Сами увидите, – хмыкнул деймонар и подвёл меня к лифту.

– Какой в этом смысл? Я прекрасно себя чувствую.

– И хотели бы, чтобы коллеги узнали об этом?

Возразить было нечего.

Я до последнего надеялась, что центр косметической магии окажется местом, где использовались исключительно чары и иллюзии. Очутившись в светлом кабинете с кушеткой и каким-то хитрым аппаратом, окончательно приуныла. Значит, тут и медики настоящие водились.

В молодой женщине, появившейся из соседней комнаты, я сразу же распознала нелюдь. Она поприветствовала Норда лёгким кивком и бросила мне:

– Раздевайтесь.

– Зачем это? Меня же только в шею укусили.

– А кровью фейри вас угостили внутривенно.

Я покосилась на невозмутимого Норда, потом присмотрелась к мадам и четко осознала – пора валить.

– Спасибо вам за заботу и беспокойство, но я всё же пойду…

– Морган, не оставишь нас на пару минут? – Деймонар был само спокойствие.

– Не вопрос. Буду в лаборатории. – Женщина вернулась в смежную комнату.

– И как это понимать? – раздраженно спросила я.

– Авриль поступил крайне безответственно, проведя ритуал.

– Я тоже не испытываю особого восторга, но это не повод раскрывать мой секрет первому встречному врачу. Если бы я горела желанием разобраться с собственной кровью, попросила бы Соколова.

– Конечно, у него как раз подходящая квалификация, – уел меня Норд.

– А у Морган? Авриль знает?

– В курсе ли он её пребывания в городе? Несомненно. Именно Авриль восемь лет назад попросил её перебраться сюда из Англии. Он у нас крайне обязательный. Временами. Но, увы, слегка трусоват в отношениях с женщинами и не любит отвечать за собственные ошибки.

– Прекратите! Недостойно обсуждать кого-то за его спиной. Я была о вас лучшего мнения.

– Вы правы… – сухо кивнул Норд и внезапно очутился передо мной. – Знали бы вы, как меня достала вся эта… ситуация. Я терпеливый, очень терпеливый, но моё терпение не безгранично.

– А меня достало, что и вы, и Авриль знаете обо мне больше, чем я сама.

– Тессия, – пальцы Норда дотронулись до подбородка и заставили приподнять голову. – Я только хочу выяснить, как ритуал Авриля отразился на вашем организме. Нам же не нужны сюрпризы? Так?

– Я не понимаю. Если Авриль знает Морган, то почему он сам не привёл меня в этот центр?

– Отличный вопрос. – По губам деймонара скользнула нехорошая улыбка. – Задайте ему при встрече. Мне звать Морган?

– Да, я позволю себя осмотреть.

– Спасибо, что согласились. Мне очень не хотелось бы применять к вам парализацию.

Я так и застыла с открытым ртом, но магия тут была ни при чем.

Морган Вейн оказалась из светлых фейри и родилась в Волшебной стране. Во время путешествия по нашему миру она встретила оборотня из клана Рысьих и не захотела возвращаться.

– Зачем вы мне всё это рассказываете?

Фейри открыла глаза, зелёное свечение, исходящее от её рук, угасло.

– Хочу, чтобы вы мне доверяли. В вашей ситуации это необходимо.

– Стоп! – Я протестующе вскинула руку. – Меня цапнул вампир. Ваша проверка всего лишь досадная необходимость. Не знаю, что там вам наплел Норд, но мы не договаривались о регулярном наблюдении.

– Хорошо, это только ваше решение и ничьё больше, – как-то уж слишком быстро согласилась Морган. – А теперь закройте глаза и постарайтесь расслабиться и ни о чём не думать.

Легко сказать «расслабьтесь»! Разве могла я лежать спокойно, когда меня исследовала фейри, а за стеной находился Норд. Деймонар настаивал на присутствии во время осмотра, но тут Морган оказалась непреклонной. Спасибо и на этом.

– Вот и всё, одевайтесь.

Я подскочила на кушетке.

– А результат?

– Превращение в вампира вам не грозит. И следа от укуса не останется.

– Очень смешно. А превращение в фейри?

На мгновение женщина смутилась, точно не знала, что вправе мне рассказать.

– Морган, говори как есть, – донеслось из соседней комнаты.

– Демиан, ты бы хотя бы сделал вид, что не подслушиваешь, – фыркнула биофеечка. Тут я с ней была согласна.

– Не подслушиваю, – покладисто сообщил деймонар и тут же добавил: – Морган, ты когда в последний раз монитор меняла? У тебя увеличение изображения сеет…

Вскочив с кушетки, наскоро обмоталась простынёй и бросилась в соседнюю комнату. Норд стоял у окна и встретил моё появление ироничной улыбкой.

– Вам следует поработать над наблюдательностью. Бесценное качество для следователя.

Я замерла, разрываясь между желанием отвесить себе пинка и стукнуть Норда. Была же в этой комнате и видела, что мониторов в ней нет.

– Вам стоит одеться.

Я подтянула сползающую с груди простыню и спросила:

– К чему всё это? Магическая диагностика, тайное посещение центра…

– Почему так сложно поверить, что я всего лишь о вас беспокоюсь?

– Хорошо. Сделаю вид, что поверила.

Вернувшись в комнату, быстро оделась.

– Для того чтобы сделать окончательные выводы, мне нужно понаблюдать за вами некоторое время, – огорошила меня Морган. – Но пока никаких отклонений в биополе не вижу.

– Постойте, вы хотите сказать, что процесс ещё не завершился?

– Это только принудительная трансмутация в нежить происходит мгновенно. Да и то потом существует реабилитационный период.

– Но фейри я не стану. Так? – Почему-то это волновало больше всего. Для меня было крайне важно услышать, что я останусь человеком. Пусть не вполне нормальным, но всё же человеком.

– Не станете, – улыбнулась Морган. – Демиан, мне передали, что вы зайдете на нижний уровень.

– Да, дальше мы сами. Спасибо за помощь.

– Я пришлю вам официальное заключение, – обрадовала меня напоследок биофеечка и бросила наедине с деймонаром.

– Норд, я не совсем поняла насчёт нижнего уровня… – осторожно спросила я, зашнуровывая кроссовки.

– Вы же интересовались планами Алексея.

– Вы его нашли?

– Сам объявится. Пока удалось взять вашего старого знакомого. Вы со мной, или проводить к выходу?

Какой замечательный деймонар. Ещё и варианты предлагает.

Нижний уровень центра косметической магии был чем угодно, но только не частью клиники. Обстановка в нём была не больничная. Норд оставил меня в гостиной и исчез на пару минут. Вернулся он не один. Вместе с ним в комнату вошли двое оборотней, сопровождающих моего знакомого вампиромана из «Подземья». Чувство мрачного удовлетворения при виде изрядно потрёпанного мужчины сменилось беспокойством. Лихорадочный блеск серых глаз, учащённое дыхание – симптомы были похожи на признаки передозировки багрянцем.

– Оставьте нас, – приказал Норд оборотням. Те без лишних вопросов покинули комнату.

– Олег, присядьте, – предложила я, опасаясь, что мужчина не сможет стоять на ногах самостоятельно, но тот только презрительно улыбнулся.

– Я в порядке. В полном порядке. К вашему разочарованию… – добавил он, с вызовом глядя на деймонара.

– Почему же я должен быть разочарован?

– Ваши хвостатые четыре часа на меня потратили, и всё без толку.

– Они вас пытали? – тут же уточнила я. Нет, я понимала, что Олег один из членов группы, причастной к распространению багрянца, но это не давало Норду права применять физическое воздействие. Проклятие! Как представитель закона я не позволю заниматься самосудом!

Олег покосился в сторону Норда и пояснил:

– Оборотни были крайне настойчивы, когда волокли меня в этот центр. В остальном у меня нет претензий.

– Чего они от вас хотели?

– Выяснить местонахождение Елены, что же ещё. Понятия не имею, где Алексей держит тёмную леди.

– А если бы знали, сказали бы?

– Я не смогу. При всём желании не смогу. Оставьте нас в покое! – вампироман зло уставился на Норда. – Признайте, вы боитесь, что люди вас подвинут? Тысячелетиями тайну багрянца скрывали, и только Алексей рискнул доверить её людям.

– Как Прометей, – пробормотал Норд.

– Да! Он наш Прометей! Он не испугался возмездия вампиров!

Я не удержалась от скептического хмыка.

– Так уж и не испугался? Именно поэтому обрёк Елену на медленную смерть?

– Нам была нужна её кровь, – мерзко захихикал вампироман.

И на что только Алексей рассчитывал? Планировал собрать армию надкусанных идиотов, возжелавших обрести чудо-силу? Нет, похищение Елены не входило в его планы. Куда выгоднее было бы обзавестись для выращивания багрянца кем-то менее заметным. Воскрешение Натальи спутало все карты. Как только Елена отняла у некромантки багрянец, Алексею пришлось действовать.

– Игрушки восстали и потребовали от бывшей госпожи то, что она не стесняясь получала прежде от нас, – продолжал ухмыляться Олег. – Дура ты! Такой шанс проворонила! Только представь, сколько пользы ты бы смогла принести управлению.

– Полагаете, багрянец делает вас неуязвимым? – вкрадчиво спросил деймонар.

– Прекратите! – потребовала я. Норд осознанно провоцировал вампиромана.

– Защищаете его? Считаете, он это оценит?

– Всего лишь выполняю свой долг перед городом и его жителями.

Я упустила момент, когда вампироман бросился на меня, но Норд был начеку. Запах гари смешался с внезапным, бьющим по ушам криком. Деймонар не только отбросил нападавшего в сторону, но и применил боевое заклинание из школы Огня. Я тут же схватила со стола вазу с цветами. Воды в ней хватило, чтобы потушить загоревшуюся на мужчине одежду.

– Отличная демонстрация неуязвимости, – процедил сквозь зубы Норд.

Олега отправили в реанимацию, такая в чудо-центре тоже имелась. Вампироман получил обширный ожог второй степени. Явившаяся Морган была в ярости. Фейри обвинила Норда в том, что он подставил её Центр, и, если недоукусыш не выкарабкается, деймонар сам будет разбираться с Серой стражей.

– Молодому человеку надо было сбросить избыток энергии, пока она не сожгла его изнутри, – невозмутимо произнёс он.

– Поэтому вы решили испепелить его снаружи? – вмешалась я.

– Всего лишь стимулировал ускоренную регенерацию. Я не эльф и не мог воспользоваться иным методом лечения, – пожал плечами Норд, давая понять, что знает о произошедшем с Ворониной.

– А если бы могли, воспользовались бы?

Норд только что при мне подверг человека страшному наказанию, а теперь строил из себя спасителя.

– Вы злитесь. Это логично, но придёт время – и мои методы не будут казаться вам столь отвратительными. Иногда необходимо делать выбор между…

– Вот только не надо читать лекцию о теории меньшего зла!

– Не стану. Всем нам порой приходится принимать сложные решения. Но знаете, что самое главное, когда твой выбор приносит вред другому существу?

– Назначить правильную компенсацию? – с издевкой спросила я.

– Нет, Тессия. Главное – признаться во всём первым и объяснить причину, – с загадочной улыбкой произнёс Норд.

В косметическом центре я проторчала до вечера. Пришлось дождаться приезда стражей, ответить на вопросы ищейки и заполнить кучу бумажек. Когда с формальностями было покончено, Норд довёл меня до двери и откланялся. Он не изволил открыть портал домой или вызвать такси. Мне так хотелось демонстративно отказаться от помощи, а её и не предложили!

Позвонив Юдину, выяснила, что Наталья смогла помочь Елене. Спустя некоторое время за вампиршей примчался Милодар и увёз главу общины в неизвестном направлении. Сама Наталья вернулась в УПИР и терпеливо ожидала дальнейших распоряжений Норда. Мне было приказано отправляться домой и отдыхать.

Вместо того чтобы выполнить распоряжение капитана, я забралась в автобус, отправляющийся в центр. Временами паршивое настроение лучше переждать в шумной компании, причём желательно в чужой, чтобы потом не было стыдно. Я медленно брела по улице, пока ноги сами не вывели меня к печально знакомому спортбару. В прошлый раз я здесь ввязалась в драку, и, если бы не вмешательство капитана, могла бы провести ночь в обезьяннике ближайшего отдела полиции.

Бармен за стойкой оказался широкоплечим брюнетом со сломанным носом и дырками от бублика вместо мочек ушей. И зачем некоторые так себя уродуют?

– Привет, красотка, за наших поболеть пришла?

– Не понимаю я ни черта в футболе, зато пиво у вас вкусное и пицца ничего.

– Присаживайся возле пальмы. Не самый хороший обзор, зато никто беспокоить не будет.

– Спасибо. Это мне подходит.

Я устроилась за столиком. К экрану села полубоком, чтобы наблюдать за происходящим в зале. Вместо официанта пиво мне принёс всё тот же бармен.

– Спецобслуживание?

Бармен поставил передо мной стакан.

– А принесите ещё парочку, чтобы я лишний раз вас не дёргала.

Мужчина склонил голову набок, задумчиво посмотрел на меня и изрёк:

– Тебя и от двух поведёт. А дальше вызову такси.

– Слушай, я сюда пить пришла, а не с персоналом пререкаться.

– Мужчина, который тебя в прошлый раз в тачку грузил, мне свой номер оставил и попросил, чтобы я ему позвонил, если ты заявишься повторно.

Ну Юдин!

Я вытащила из кармана две купюры и выложила на стол.

– Хватит, чтобы ты меня не узнал? Или сразу перебазироваться в другое место?

– Наслаждайся. Пиццу скоро принесут.

Я медленными глотками прихлебывала холодное пиво и злилась. Очень злилась. Достало всё! Обложили со всех сторон. И шагу нельзя ступить, чтобы не наткнуться на желающего помочь. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось видеть знакомые лица.

Повернула голову и поняла, что мечты тщетны, а ещё я крайне невезучая. Нет, Соколов у нас, мыхрь его задери, крайне разносторонняя личность: и стриптиз нелюдей в «Ночной орхидее» уважает, и футбол в спортбарах смотрит. Хотя, если приглядеться к его спутнице, становится ясно, что стриптиз ему, вероятнее всего, обломится в любом случае. И вообще, завидовать нехорошо. Хотя чему тут завидовать? Ну её к чёрту, эту любовь, без неё намного проще.

Второй стакан пива закончился незаметно. К пицце я так и не притронулась. От одного вида томатно-сырного месива начинало мутить, или же дело было в духоте – кондиционеры в зале не справлялись с наплывом посетителей. Несмотря на жару, любители футбольных трансляций старательно драли глотку. Мне же было так тоскливо, хоть вой. Мыхрева задница! Лучше бы я в окружении кактусов пива набулькалась. Перед ними хоть держать лицо не надо.

– Мне кажется, тебе уже хватит! – Из-за гомона Соколову пришлось чуть ли не в ухо мне кричать. Углядел всё-таки, зараза рыжая.

– А мне больше и не нальют. Бармен местный с придурью! – тоже прокричала я.

– Ты очень удивишься, узнав, чей он двоюродный брат.

– Да ладно? Шутишь?

– Пошли, пока тебя не сдали. Умеешь ты места для посиделок выбирать.

Пошатываясь, поднялась со стула и сунула рюкзак Соколову. Раз вызвался – пусть несёт.

До машины добрались быстро, уселись. Соколов, умница, тут же включил кондиционер.

– А как же мисс Бикини?

– Ну её… Еле спровадил. Ко мне поедешь? Тут недалеко. Эй! Ты чего удумала! – воскликнул Гришка, когда я ухватилась за дверную ручку. – Я без намёков. Просто вижу, что тебе одной оставаться не хочется. Почему ты не в больничке – спрашивать тоже не буду.

– Идёт. Всегда мечтала посмотреть на логово судмедэксперта.

Спустя какие-то полчаса я уже лежала в постели. Соколов оказался замечательным хозяином – с лёту запихнул в душ, встретил чашкой крепкого чая на травах и отправил спать. Сам судмедэксперт планировал ещё немного поработать на домашнем компьютере. Тоже трудоголик, в этом мы похожи.

Сладкий липовый аромат был приправлен привкусом горечи и разочарования. Тело ныло, губы саднили, но это была мелочь по сравнению с тянущей болью в груди. Я просила его прекратить, умоляла остановиться, но он только положил руку мне на лоб и что-то певуче произнёс…

Молниеносная смена чувств: только что я смущалась и пыталась натянуть на плечи сползшее до талии платье, а в следующее мгновение сама обнимала, целовала и требовала продолжения. Какая-то часть меня осознавала неправильность происходящего, но вожделение было таким сильным, что заставляло выгибать спину, теснее прижиматься бедрами…

С тихим вскриком я проснулась и прижала холодные ладони к пылающему лицу.

Я всё вспомнила…

Авриль стоял вполоборота. Знал, что я проснулась, но не повернулся. Хотела бы я верить, что ему мешали сожаление и запоздавшее раскаяние.

– Почему? – только и смогла выдохнуть я. Рыдания душили, казалось, что следующий вдох станет последним. Я не смогу этого выдержать, не смогу принять, просто не смогу. – Не понимаю. Зачем? Я была от тебя без ума, да я грезила о тебе круглые сутки!

– Ты привязывалась ко мне, но слишком медленно. Я форсировал события.

– Тебе нужна была ищейка. Личная ищейка. Ты создавал её шаг за шагом… Сколько?

– Восемь лет. – Признание эльфа заставило меня тихо завыть, я закусила кусочек одеяла, но не смогла до конца заглушить всхлипы. Только бы Соколов не услышал. Так больно. Так стыдно. Какой же я была идиоткой!

– Воспоминания. Ты блокировал мои воспоминания о том вечере, – прошептала я. То, что Авриль изнасиловал меня ментально, казалось страшнее произошедшего у него дома. – Я пришла к тебе за помощью. Хотела, чтобы ты остановил Ольгу. И пока мы… Она всё-таки открыла портал в мир фейри. Пока мы с тобой кувыркались в постели, Оля погибла!

– Тесс, не надо! Прекрати! – вскричал эльф и очутился передо мной. Авриль взял мои руки в свои, поцеловал и уткнулся лбом. Он не мог смотреть мне в глаза. – Ты бы всё вспомнила. Обязательно вспомнила. После завершения инициации приобрела бы иммунитет и разрушила все блоки. Я считал, что после… твои чувства станут крепче, но ты перестала мне доверять. Я не мог этого допустить.

– Уходи. Просто уйди.

– Не могу.

Я напряглась в ожидании очередной порции объяснений. Неужели он не видит, что мне надо побыть одной?

Норд знал! Всё это время он знал! Знал, но молчал. Он в любой момент мог сдать Авриля, но предпочёл, чтобы я всё вспомнила сама. Как он там сказал? Самое главное – признаться во всём первым. Признаться до того, как правда сама выберется наружу. Смогла бы я простить, если бы Авриль честно во всём признался? Не уверена. Но сейчас один его вид вызывал у меня ощущение тошноты.

– Я не могу уйти. Алексей привел вампиров и вампироманов под стены «Ночной орхидеи». Каким-то образом он узнал, где Милодар спрятал Елену.

Я крепко зажмурилась, пытаясь осмыслить услышанное. Милодар не отвёз спасенную Елену в «Подземье»? Предпочёл воспользоваться гостеприимством Норда? Или деймонар устроил очередную ловлю на живца?

– Алексей обвинил Норда, Милодара и оборотней в заговоре, целью которого является устранение главы общины.

– При чём тут я?

– Он требует тебя. Говорит, ты – последний шанс для тех, кто затаился внутри клуба. Иначе он пойдёт на штурм.

Спрыгнув с кровати, быстро оделась и застегнула на талии кобуру.

– Открывай портал.

Перед «Ночной орхидеей» было не протолкнуться. Не знай я, что привело людей, вампиров и оборотней к стенам клуба, заподозрила бы, что его посетила с гастролями какая-нибудь звезда.

Норд стоял у входа в окружении персонала. Бегло просканировала толпу и, убедившись, что среди них нет людей, немного успокоилась. Всё-таки деймонар не полнейшая мыхрева задница, а вот Алексей оказался стопроцентным кретином. В его распоряжении находились вампироманы, накачанные багрянцем. Каким же уродом надо быть, чтобы привести людей на бойню! Ради чего? Что он хотел доказать?

До прямой потасовки пока не дошло, два лагеря молча бросали друг на друга тяжёлые взгляды и ограничивались перешёптыванием.

– Добрый вечер, Алексей. Мне сообщили, что вы хотели меня видеть. – Я не повышала голоса, но тишина на парковке была такая, что меня услышали все присутствующие.

Норд медленно развернулся и посмотрел на меня. Во взгляде деймонара так и читалось: «Какого хрена вы сюда припёрлись?» Занятно, я-то сочла, что Авриль согласовал с ним действия.

– Тессия Громова, рад, что вы к нам присоединились! – прокричал Алексей.

Я шагнула вперёд, чтобы стоящие рядом с вампиром люди не загораживали мне обзор.

– Поговаривают, у вас тут операция по спасению, но мне происходящее больше напоминает групповое тестирование иномирной травки.

– Хвостатые украли нашу королеву! – истерично взвизгнула ярко накрашенная девушка. Толпа поддержала её угрожающим гулом. Вампироманы зашумели, точно потревоженный пчелиный рой, но бросаться на персонал «Ночной орхидеи» не спешили.

С удивлением отметила, что говорившая не человек. Значит, и некоторых вампиров Алексей сумел перетянуть на свою сторону. Скорее всего, клюнули недавно обращённые.

– Как вы узнали? Получили ментальное послание?

– Нет, но она связывалась с Алексеем.

– Способностью к телепатии обладают только высшие. У Алексея не тот уровень, – припечатала я.

Вампир в ответ на моё заявление и бровью не повёл, а жаль… Я надеялась, его удастся разговорить.

– Несколько часов назад Милодар принёс в клуб замотанную в покрывало женщину. У нас есть все основания полагать, что это Елена. – Говорившая вампирша не истерила и казалась вполне адекватной. Не ожидала, что среди молодняка такие встречаются. И как её угораздило связаться с Алексеем?

– На основании личных домыслов вы требуете, чтобы я распахнул перед вами двери? – Норд казался невозмутимым, но я понимала, что деймонар взбешён. Алексей чувствовал исходящую от владельца клуба угрозу и не спешил действовать. – Если ваша группа любителей наркоты имеет ко мне какие-то претензии – озвучьте их Серой страже, – с издевкой добавил Норд.

Деймонар обращался к Алексею, но в первую очередь его послание адресовалось накачанным багрянцем вампироманам. И те клюнули!

– Серая стража? Разве мы можем доверять магам? Да они уже давно снюхались с оборотнями и прочими нелюдями, возомнившими себя хозяевами этого мира!

– Так называемые одарённые давно сами подсели на багрянец! Маги надеялись, мы не узнаем, откуда берутся их способности!

К ропоту и встревоженному шёпоту вампироманов присоединились оборотни. Хвостатые не могли понять, как людям такое только пришло в голову. Кто-то предположил, что вампиры через кровь ещё и мозг высасывали.

Алексей не только внушил вампироманам, что они теперь не хуже кровососов, он ещё и провозгласил, что они и сами вроде магов. Наверняка гипноз вовсю использовал, чтобы уверовали окончательно.

– Так вы теперь стали круче магов?! – прокричала я.

– Мы неуязвимы! – донеслось из толпы.

– И сильны!

– Да я железо теперь, как бумагу рву! – с совершенно детским восторгом похвастался кто-то.

– А о побочных эффектах новых способностей Алексей вас просветил? – Я попыталась охладить восторги вампироманов.

– Я полагал, что вы сами нам об этом сообщите, – с легкой улыбкой парировал вампир. – Вы же тоже принимали багрянец и – насколько мы все видим – в полном порядке.

– Расскажите об этом Ольге Черновой.

Алексей повернулся к последователям и печально произнёс, играя на публику:

– Я предупреждал, что «упыри» предпочтут всё скрыть. Норд сделает всё, чтобы выгородить своего оборотня. Ему сойдёт с рук даже убийство Ольги.

Вампироманы зашумели. Взгляды, обращенные в мою сторону, были полны злобы, точно я собственноручно отправила Чернову на тот свет. Выходит, Алексей вызвал меня, чтобы его марионетки осознали, что в этом городе на закон рассчитывать нельзя.

Вот же засранец клыкастый! Уверен, что с такой поддержкой ему никто не указ? Невольно обернулась, чтобы посмотреть на реакцию деймонара, но замерла, заметив одинокую фигуру, стоявшую на границе света и темноты.

– В вампирских общинах не рождается детей. Наш уклад не подходит для воспитания человеческих детенышей, – тихим вибрирующим голосом произнёс Алвин. – Алексей, когда твоя мать понесла, я настаивал на аборте, но Елене захотелось поиграть в мамочку. Я предупреждал сестру, что это плохо кончится. Она не поверила, за что и поплатилась. Я же давно ждал, когда наш прекрасный Крысёныш покажет зубки.

Лицо Алексея исказила злобная гримаса:

– Вы обманули меня! Ваше бессмертие ничто! Став вампиром, я столько потерял…

– Долго же до вас доходило, – со злой усмешкой заметил Норд.

Я всё-таки обернулась и увидела, что он стоит в трёх шагах от меня. Деймонар меня страховал. Чувствовала я и Авриля. Он по-прежнему маячил справа, не пытаясь приблизиться.

– Алексей, уточни, какие именно из твоих ожиданий не оправдались, – раздражённо бросил Алвин, выходя из тени. – Ты считал, что, став вампиром, автоматически продвинешься в вампирской иерархии? Ты был и останешься игрушкой Елены. Теперь уже мертвой игрушкой, о которую и клыки-то не поточишь. Ты стал бесполезен.

– Замолчи! – взвизгнул Алексей. Глаза вампира налились кровью, под верхней губой явственно обозначились клыки. Он себя совершенно не контролировал. Наверняка без Алвина тут не обошлось.

Светловолосый вампир медленно осмотрел каждого из окружавших Алексея.

– И вы тоже теперь абсолютно бесполезны. Ваша отравленная кровь больше не нужна вампирам. Как и прожженные неумелым гипнозом мозги.

– Это вы нам больше не нужны. – Одинокий выкрик из толпы поддержал нестройный хор согласных вампироманов. – Алексей открыл для нас новую дорогу…

– Не знаю, чем вас накачал Крысёныш, что вы окончательно уверовали в собственную неуязвимость и безнаказанность. Я же хочу, чтобы вы вспомнили, что вас ожидает в случае возвращения в «Подземье».

На лицах вампироманов проступил страх. Мужчины и женщины, ещё недавно стоящие гордо расправив плечи, сжались вокруг Алексея. Кто-то громко всхлипнул. Немногочисленные вампиры стояли обособленно и хмуро наблюдали за происходящим.

– Ваше желание вызволить главу общины весьма похвально, – заметил Норд, подходя ближе. Теперь он возвышался слева от меня, собранный, спокойный. Я невольно почувствовала себя увереннее. – Вас ввели в заблуждение. Скажите, Алексей поведал вам, что багрянец – яд для вампиров? Любой попробовавший отравленную кровь превращается в гниющий кусок мяса.

Вампиры переглянулись. Подобная новость как минимум для четверых стала сюрпризом.

– Алексей, у вас есть отличная возможность доказать, что мы все заблуждаемся. Уверен, любой из ваших доноров будет рад подставить шею для укуса.

Я не видела лица Норда, но чувствовала, что тот улыбался. Время играло против Алексея. Если вампироманы всё так же с обожанием смотрели на своего лидера, то клыкастые призадумались.

– Смелее, Крысёныш, я хочу посмотреть, как тебя начнёт корчить, – зло обронил Алвин. – Ведь именно это ты уготовил моей сестре.

– Она сама накачала фаворита багрянцем, отобранным у Мироновой! Вы же все были в зале, видели, как она демонстрировала флакон.

– Ты знал, что багрянец для нас яд? – отрывисто спросила вампирша.

– Понятия не имел, – Алексей попробовал изобразить удивление. Как по мне, вышло неубедительно.

– Как только Милодар сможет отойти от Елены, он появится в «Подземье» и ответит на ваши вопросы. Я гарантирую, что все, кто сейчас добровольно покинет территорию клуба, не станут подвергаться преследованию, – заверил Норд.

Услышав данное заявление, Алвин слегка поморщился. Видимо, сам вампир не планировал идти на уступки. Однако светловолосый молча кивнул, подтверждая слова деймонара. И тотчас же четверо из шести вампиров отделились от группы и растворились в ночи. Свой выбор они сделали.

– Не верьте им! Они специально тянут время. С каждым мгновением Елена слабеет, и только мы сможем освободить нашу королеву! – Пафос и неубедительность речи Алексей успешно компенсировал толикой гипноза. Вампир, не таясь, повернулся к толпе. Для того чтобы усилить контроль, ему нужен был зрительный контакт. Первый уровень, без вариантов.

Рука рефлекторно потянулась к кобуре. Смотреть спокойно на подобное я уже не могла.

– Тессия Громова, подтверждаете ли вы, что Алексей Красных использует массовый вампирский гипноз первого уровня? – голос Норда прозвучал сухо, по-деловому.

– Подтверждаю, – выдохнула я. – Нарушение условия пребывания в городе зафиксировано и будет внесено в базу.

– В боги решил податься, да, Крысёныш? – прошипел Алвин. – Счёл, что окружишь себя обдолбанными марионетками и станешь новым Создателем этого мира? Ну так божество должно заботиться о своих последователях…

До этого момента я не видела энергетического вампира в деле. Тот раз у ворот, когда он пытался меня охмурить, не считается, поскольку со стороны я оценить ситуацию не могла.

Алвин медленно свел пальцы и предвкушающе улыбнулся.

Первой закричала женщина, стоящая по правую руку от Алексея. Схватившись за голову, она упала на колени. Плечи вампироманки сотрясались от беззвучных рыданий. Последовавшая цепная реакция не пощадила никого. Мужчины и женщины падали на землю, подвывая от боли и ужаса.

Мне было плевать на Алексея и Алвина. Мне было все равно, сумеет ли восстановиться Елена. Единственное, что меня волновало в тот момент, – люди, которых накачали багрянцем и собирались выставить против оборотней. Люди, которых у меня на глазах пытал ментально энергетический вампир.

– Сделайте что-нибудь! – крикнула я Норду.

– Уже сделал, – невозмутимо ответил тот. – Оградил парковку звуконепроницаемым барьером.

Женщина, упавшая на асфальт первой, уже не кричала. Она лежала на земле и беззвучно хватала ртом воздух. Дыхание вампироманки было глубоким и частым.

Я вытащила револьвер. Мыхрева задница! Они же их ментальными играми до коллективного приступа доведут!

– Немедленно прекратите, или я выстрелю, – предупредила я и наставила оружие на Алвина.

– Уже почти закончил, – промурлыкал вампир. Он искренне наслаждался происходящим. Небось ещё и жрал в процессе.

– Алексей, Чернова погибла из-за сердечного приступа, вызванного приемом багрянца! – прокричала я.

– Люди гибнут. Такое случается, – еле слышно заявил вампир, и я поняла, что он пойдёт до конца. Стравит людей и оборотней, если потребуется, и будет наблюдать, как те рвут друг друга на куски. Мысленно он уже списал каждого из тех, кого привел на парковку «Ночной орхидеи».

Стремительно вскинув руку, я спустила курок. Последующий всплеск магии заставил меня вскрикнуть.

Алексей, всеми силами пытающийся нейтрализовать воздействие Алвина на вампироманов, не успел увернуться. Вампира отшвырнуло на последователей. Он упал на спину, дёрнулся и… загорелся. Следом занялась одежда на вампироманке, лежащей рядом. Размышлять и анализировать произошедшее не было времени. Бросившись вперёд, я схватила женщину поперёк груди и оттащила подальше. Подоспевшие оборотни растащили остальных. Многих приходилось удерживать силой. Мужчины и женщины, увидев, что их кумир превратился в пылающий и воющий столб пламени, рвались ему на помощь.

Я же снова вытащила револьвер и ошалело перевела взгляд с него на то, что осталось от Алексея. В воздухе нестерпимо воняло палёной плотью.

Как же так?

Стоящие на линии огня оборотни шарахнулись в стороны. Чья-то тяжёлая рука легла на моё плечо.

– Идемте. – Голос деймонара заставил вздрогнуть.

– Это же всего лишь серебро…

– Верно, – не стал увиливать он. – Серая стража прибыла. Вам необходимо доложить о произошедшем.

Повернувшись, увидела Головина и ещё шестерых магов, приближающихся со стороны дороги.

– Если вам интересно, я его не нашёл. Вероятно, почувствовав, что запахло жареным, ублюдок вернулся к себе.

Я непонимающе взглянула на Норда.

– Хозяина Натальи, но это не означает, что он не объявится снова.

– Управление будет начеку.

– Я тоже, Тессия. Не заставляйте стражей ждать, расценят как признак слабости.

Вложив оружие в кобуру, я поспешила им навстречу.

Первым взял слово Норд. Он сжато рассказал о попытке трех вампироманов проникнуть в служебное помещение клуба через шоу-зал. Когда же их вышвырнули, явился Алексей с подкреплением.

Настал мой черед.

Я сообщила, что последователи Алексея находятся под воздействием багрянца. Убедившись, что стражи прекрасно понимают, что это означает и чем грозит как самим вампироманам, так и тем, кто оказался рядом с ними, доложила о вампирском гипнозе первого уровня, примененном Алексеем. Как только я заикнулась об Алвине, Фёдор Михайлович покачал головой и шепнул: «Не здесь».

Да что же в этом городе творится?!

Маги, прибывшие с Головиным, занялись останками Алексея. Проследив за работой подчинённых, Федор Михайлович отвел Норда в сторону. Я успела расслышать:

– Демиан, вы сошли с ума? Я же видел эти патроны в действии. Они не могли…

Людей и нелюдей на парковке поубавилось, зато оставшиеся суетились так, что у меня зарябило в глазах. Оборотни, оказав первую помощь, препровождали людей в «Ночную орхидею». Некоторых пришлось нести на руках. Несмотря на растаявший гипноз, вампироманы жаждали разделить участь Алексея.

– Перед моим клубом никто показательных самосожжений устраивать не будет! – рявкнул Норд и втолкнул визжащую девицу в здание.

В дверях я успела заметить переговаривающихся Милодара и Алвина. Елены рядом с ними не было.

Серая стража опрашивала персонал. Мне и самой следовало составить отчёт. Дойдя до тротуара, присела на бордюр и вытащила КПК.

Главное – не отвлекаться, не анализировать. Рассказ должен быть максимально сжатым. Юдин, ознакомившись с текстом, не должен понять, что его консультанта по сверхъестественному снова подставили.

Алексей был обречён. Вампиры не оставили бы его в живых. Фавориту Елены не суждено было предстать перед судом, поскольку это бы означало раскрытие тайны багрянца. Смерть Алексея не только избавила магов и вампиров от бюрократической волокиты, но и спасла вампироманов. Контроль первого уровня снимается лишь в случае смерти кукловода. Теперь «консервы» смогут вернуться в «Подземье», как только их кровь очистится и они станут пригодны для употребления. И всё равно это не отменяло того, что Норд меня использовал. В момент выстрела он применил магию.

Склонившись над экраном, я вызвала электронную клавиатуру. Юдину нужны исключительно факты, а не моё нытьё.

Лёгкое покашливание заставило оторвать взгляд от экрана и посмотреть вверх. Начальник отдела межрасовой безопасности подождал, пока я спрячу КПК, и присел рядом на бордюр.

– Отличная работа, Громова, – криво улыбнулся он.

– Отличная подстава, Фёдор Михайлович. Я так понимаю, вопрос о ликвидации Алексея был уже решён.

Маг сбросил маску доброжелательности.

– Тесс, ты же умная девушка и понимаешь, что у Алексея не могло быть иного пути. Норд лишь слегка форсировал события.

– То есть вы одобряете методы деймонара?

– Ты была вправе, вернее, обязана использовать оружие. Условия пребывания Норда в нашем мире запрещают ему причинять вред его обитателям. Уверен, он бы смог убедить и континентальный совет, и собственное начальство в том, что у него не было выбора, поскольку на кону стояло сохранение рассудка двадцати трех человек. Однако предпочтительнее, чтобы ему не пришлось оправдываться вовсе.

– Иными словами, мне предлагается принять лавры истребительницы нежити?

– Уверен, тебя это не затруднит.

Страж поднялся на ноги и направился к подчиненным, соскребающим с асфальта останки Алексея. Он даже не поинтересовался моим согласием. Действительно, разве я могу быть против?

– Тесс, я не знал, что так получится. Правда не знал, – извиняющийся голос Авриля заставил резко вскочить с бордюра.

Я всмотрелась в застывшее лицо эльфа и внезапно поняла, что мне безразлично, говорил ли он правду или нет. Сейчас, глядя в такое некогда любимое лицо, я осознавала, что возвращение памяти всего лишь подтолкнуло нас к неизбежному разрыву. Авриль никогда бы не отнёсся ко мне как к равной.

– Тессия, нам нужно поговорить, – деловой тон Норда стал последней каплей.

Обернувшись, процедила:

– Не переживайте, я не стану распространяться, что это вы добили Алексея. Кстати, Головин всё понял, как и стражи, его сопровождавшие. Если это не отвечает вашим ожиданиям, попросите Авриля, он прекрасно умеет работать с памятью.

– Тесс, пожалуйста… – горестно выдохнул мой бывший преподаватель по изначальной магии.

– Она вспомнила, – торжествующе произнёс Норд. Фразы «Ты проиграл» не прозвучало, однако невысказанные слова заставили меня дёрнуться, точно от удара.

Я подняла рюкзак с земли и, пятясь, забросила его на плечо.

– Не приближайтесь ко мне. Видит Небо, я пристрелю любого из вас, кто окажется ближе чем в пяти метрах.

Развернувшись, я быстрым шагом направилась в темноту.

Он догнал через три квартала. Я не стала уточнять, зачем ему понадобилось меня преследовать, а вытащила револьвер, крутанулась на пятке и выстрелила.

– Твою ж… Громова, ты сдурела? – Эльф сбросил невидимость, и я обнаружила, что он зажимает рану на бедре.

– Авриль, я предупредила, чтобы ты не подходил ко мне ближе чем на пять метров. Стой на месте, или я выстрелю снова.

– Что Норд тебе наговорил?

– Норд тут ни при чём, ты сам прекрасно справился.

– Поверь, я так сожалею…

– Уточни, о чём ты сожалеешь: о том, что ко мне вернулась память, или же о том, что, трахнув, ты не смог до конца привязать меня к себе? Ты потратил столько времени на создание идеальной ищейки, а я взяла и оказалась устойчива к эльфийским чарам. Действительно, есть о чём пожалеть.

– Тесса, прошу тебя…

– Тебе нужна помощь в поиске артефактов фейри. И ты её получишь.

Эльф кивнул и опустил голову. Только бы не начал оправдываться или уверять, что не хотел. В этом случае я вряд ли удержусь от повторного выстрела.

– Когда-нибудь ты поймёшь…

– Я и сейчас понимаю. Но не уверена, что прощу. Я не хочу каждое утро смотреть в зеркало, пытаясь разобраться, являются ли мои чувства к тебе подлинными или ты снова их слегка усилил.

– Я не принуждал тебя! Всего лишь помог сделать последний шаг. Это всё равно бы случилось рано или поздно!

– Миш, если бы я предложила подкорректировать мою память снова, вернуть всё назад, ты бы это сделал?

На его лице появилось задумчивое выражение, он явно просчитывал саму возможность частичного удаления воспоминаний, и я почувствовала, как во мне что-то сломалось. Что-то светлое и хрупкое разлетелось на мелкие осколки.

– Ты бы снова повторил это, и не важно, ради спасения мира фейри или ради самого себя.

– Тесс, я…

– Я не хочу тебя видеть в ближайшую неделю, потом мы встретимся на нейтральной территории и обсудим поиск артефактов. Пожалуйста, молчи. Из-за твоей выходки погибла Ольга. Я могла её остановить…

– Хочешь, я расскажу, что с ней произошло?

– Не нужно. Я разберусь и с этой загадкой. Но без тебя.

Я развернулась и медленно побрела по улице. Ещё немного, и окажусь на залитой электрическим светом остановке, а на людях плакать точно не стану.

Домой я не поехала. Последнее, что мне хотелось, – очутиться в пустой квартире один на один с воспоминаниями. Саша встретила меня у проходной, потрясая распечаткой:

– Тесс, ты не поверишь, что мне удалось выяснить!

– Пойдём ко мне, расскажешь. – Энтузиазм вампирши заставил улыбнуться. Несмотря на мой личный конец света, жизнь продолжалась.

Саша подождала, пока я устроюсь за столом, и взмахнула листами:

– Он оплачивал её счета!

– Здорово. А теперь озвучь, кто из клыкастых покупал Черновой наряды.

– Нет, вампиры тут непричастны, – ухмыльнулась Саша и выложила передо мной выписки из банка. Надо же, никогда бы не подумала, что все вечерние туалеты оплачивались Аркадием Мироновым.

– Это ещё не все. То зеркало из квартиры Николая. Я прогнала инвентаризационный номер. Ты угадала, это зарегистрированный по всем правилам антиквариат.

– И?

– Он числится за Аркадием Мироновым.

– Спасибо, Саша, не представляешь, сколько ты времени мне сэкономила. Можешь идти домой.

– Не пойду сегодня. Мне Ларионов интересную книгу подкинул, «Рассказы судмедэксперта». – Саша выскользнула из кабинета.

Вот чёрт! Соколов! Я же не предупредила его, что ухожу. Открыла рюкзак, вытащила КПК и набрала номер Григория.

– Громова, ты прикалываешься? На часы давно смотрела?

– Меня на работу вызвали, хотела предупредить, чтобы ты не волновался.

– Предупреждать надо было, когда я твоему владельцу заводов и пароходов названивал.

– Ты искал меня у Норда?

– Естественно. Он же сам предупредил, чтобы, если что, звонили ему.

Я сбросила вызов и задумчиво уставилась на полку, где стоял букет чёрных орхидей.

Дело о багрянце было раскрыто, но меня не покидало ощущение, что все только начинается. Мир менялся. Во многом благодаря магии, утекающей из Волшебной страны, но были и процессы, происходящие независимо от её влияния. Нелюди и маги становились организованнее, сплоченнее. Союзниками они не были, но и врагами друг друга уже не считали. Сегодня я поняла простую вещь: если фейри сунутся к нам и попробуют оттяпать кусок, вампиры, оборотни и прочие нелюди станут бороться.

Я прижала руку к груди и нащупала Иллюзион. Он вел себя смирно, но я была уверена, что у него имеются свои тайны. Мне было все равно, что за артефакты переправились на Землю и какие возможности они в себе скрывали. Если Авриль уверен, что возвращение утерянных реликвий поможет разорвать связь между нашими мирами, то я сделаю все, чтобы он получил желаемое. В конце концов, хотя бы тут наши цели совпадали.

Отчёт о произошедшем у дверей клуба «Ночная орхидея» я всё-таки составила. Потом написала сообщение Юдину о находках Саши. К делу мы их подшить не могли, но капитан должен быть в курсе.

Влад сказал мне, что правосудие не всегда метёт дочиста, сегодня я в полной мере ощутила, что же на самом деле означает это выражение. Аркадий Миронов послал Ольгу Чернову к вампирам, поспособствовал её отношениям с Николаем. Если бы не его навязчивое желание обзавестись козырем для предвыборной кампании, Наталья сумела бы провести ритуал Перерождения, а четыре человека остались бы живы. Я не имела права привлечь Миронова по этому делу, но могла усложнить ему жизнь.

Включив закрытый канал, я набрала номер Егорова. Владелец агентства по организации праздников остался равнодушен к информации об антиквариате, зато сведения о нынешнем владельце зеркала и о том, куда оно попало в конечном счёте, его очень заинтересовали. Не важно, заберет ли Миронов зеркало из хранилища сам или через подставное лицо. Внимание общественности ему будет обеспечено.

Я почувствовала присутствие постороннего в квартире, едва толкнула входную дверь. Бросив рюкзак на пол, вытащила из кобуры револьвер. Нервы были натянуты, точно струна.

Он ожидал меня в спальне, у окна. На этот раз не открыл портал, а проник в квартиру, воспользовавшись отмычкой.

– Зачем вы пришли?

– Сделать деловое предложение, – произнёс он, не поворачивая головы.

– Полагаете, вам есть, что мне предложить?

– Информацию.

– С недомолвками? – с подозрением спросила я.

– Честность… – тихо добавил он и повернулся.

Рука, сжимающая револьвер, слегка дрогнула.

– Заботу. – Он сделал шаг в мою сторону.

Чтобы устоять на месте, пришлось стиснуть зубы и напомнить себе, чья это квартира.

– Страсть…

Ещё один шаг.

Я застыла, не зная, стоит ли верить тому, что я прочла в его глазах. По телу разлилась горячая волнующая дрожь. Мой внутренний «калькулятор» тут же отметил, что среди озвученных пунктов не было ни слова о любви, просуммировал остальные и вывел итог: отношения без обязательств или глобальных планов на будущее. Это мне подходило.

– Нежность… – Его голос стал низким и обволакивающим, а затем последовало вкрадчивое: – Один метр.

– Вижу, – прошептала я и сделала маленький шажок навстречу.