Двенадцать Великих Мастеров уже однажды переписали историю мира магов – неужели теперь их влияние изменит и мир людей? Их знание оказалось непосильной ношей: шесть колдовских фракций развязали между собой кровопролитную и безжалостную войну.
Маг Хаоса по имени Странник оказался в самом центре событий. Волей случая, став изгоем для своих и будучи по-прежнему врагом для чужих, он обязан не только выжить, но и выполнить свою миссию: открыть Твердыню Миров, прекратить бессмысленную войну и спасти мир. Помогут ли ему знания и навыки, полученные в Академии Хаоса, а также его верный друг, загадочная девушка-призрак, демоническая кошка и несколько древних свирепых демонов, которых он всегда носит в своем кармане? Впереди лишь жестокая борьба и буря потерь, от былых счастливых времен остались лишь яркие воспоминания. Но Странник знал, на что подписывался. Если ты маг Хаоса, значит, борьба – это твой путь, это твоя судьба.
v 1.0 – создание fb2 – (On84ly)
Нужно носить в себе еще хаос, чтобы быть в состоянии родить танцующую звезду.
Что есть правда, а что – ложь? Что – реальность, а что – иллюзия? Когда-то все было просто. То, что видели глаза и слышали уши, и было правдой. А мир, который можно познать умом и сердцем, становился нашей реальностью. Но рано или поздно каждый, кто умеет мыслить, задает себе вопрос: действительно ли наш мир такой, каким мы его воспринимаем? Или есть что-то значительно большее? Что-то, далеко выходящее за рамки нашего восприятия? И конечно, этих вопросов не избежать, если в вашу жизнь постучался мир неизвестного. Можно спрятаться в уютную раковину обыденности, где все привычно и понятно, отрицать все то, что способно ее разрушить, и не замечать очевидного, дескать, померещилось или привиделось, нервишки сдали от перенапряжения. Но не лучше ли впустить неизвестное в свою жизнь, использовать полученный шанс, чтобы хоть на мгновение прикоснуться к сказке? Ведь тогда можно открыть для себя новый мир, живущий по своим законам и правилам, увлекательный и непредсказуемый. Вот только пути назад уже не будет. Такова цена!
Маг вдохнул полной грудью прохладный воздух, который ночью был особенно свежим и нес десятки ароматов и запахов, кажущихся куда более слабыми в разгар дня. Часы уже давно пробили полночь, а шумные компании все тянулись к набережной. Молодежь и люди более солидного возраста, местные и туристы, трезвые и не очень – все спешили увидеть одно из излюбленных питерских зрелищ – подъем разводных мостов над Невой. Яркая иллюминация дворцов и тысячи огней, отражающихся в темных водах реки, ночная прохлада и свежее дыхание ветра, легкий сумрак белых ночей и плавно поднимающиеся створки Дворцового моста – все это завораживало, зачаровывало и манило к себе новых и новых зрителей, навеки оставляя волнующий отпечаток в их сердцах.
Тот, кому посчастливилось видеть это зрелище, а может, даже любоваться алыми парусами на празднике выпускников, смакуя сладковато-приторное шампанское, вряд ли сможет забыть вечно холодные, но милые сердцу темные воды Невы.
Маг посмотрел вниз. Людей становилось все больше. До него доносились веселый смех и радостные крики. Несколько человек возились вокруг китайского бумажного фонарика, пытаясь запустить его в воздух. Чародей поднял голову и увидел, что один такой фонарь, уже превратившийся в маленькую светящуюся точку и сопровождаемый радостными криками и фотовспышками, плавно перемещается в сотне метров над ночным городом.
Питер был поистине красив, особенно в это время суток и в это время года. За свою не очень долгую жизнь маг успел повидать немало городов, и не только земных, но Петербург был одним из его любимых. Эта холодная и суровая гранитная твердыня всегда представлялась ему эталоном надежности, хладнокровия, выдержки. Именно тех качеств, которые маг так ценил в себе и в окружающих.
Вид, который открывался с крыши Зимнего дворца, был потрясающим, вряд ли он оставил бы кого-то равнодушным. Конечно, с колоннады Исаакиевского собора было бы видно значительно дальше, но уж больно холодные ветра там в это время. Поэтому маг выбрал именно здание Зимнего. Пришлось немного повозиться с маскировкой. Ему не хотелось привлекать внимание окружающих, в частности, правоохранительных органов, которым мог совсем не понравиться темный силуэт мужчины, пристроившегося рядом со скульптурой какой-то девушки с копьем и свесившего ноги с крыши одной из главных достопримечательностей города. Кажется, это была статуя древнегреческой богини Афины, а может – Артемиды. Мага точность мало интересовала. Он наслаждался прохладным ветром и чувством невероятной свободы, поскольку всегда чувствовал себя свободным, когда знал, что невидим для окружающих. Чужие взгляды так же, как и чужие мысли, обременяют, они словно сковывают цепями. А сейчас каждый, кто вздумает взглянуть на крышу Зимнего, чтобы полюбоваться прекрасными скульптурами, только их, собственно, и увидит. И уж, конечно, этому любопытному зеваке или же истинному ценителю искусства даже в голову не придет, что за ним зорко следит некто невидимый и любящий наблюдать за людьми – за этими забавными и такими интересными созданиями, считающими себя хозяевами этого мира и не подозревающими, что они лишь его гости.
Кстати о гостях. Маг уже давно ждал свою спутницу, которой все еще не было. Опаздывает? Или не придет? От этих мыслей ему стало как-то тоскливо, даже настроение испортилось. Он никогда не думал, что привяжется к странной девушке. Он вообще не думал, что способен на чувство привязанности после всего, что пришлось испытать. Да и можно ли назвать это привязанностью? Впрочем, одно маг знал наверняка: ему очень хотелось, чтобы девушка пришла.
Снизу послышались радостные крики. Маг посмотрел на Неву и сразу понял причину возбуждения. Две половинки Дворцового моста медленно поползли вверх, вызывая небывалый восторг у публики.
– Правда, это очень красиво, Странник?! – послышался сзади мага тихий вкрадчивый голос.
Маг обернулся и увидел долгожданную гостью, которая, как всегда, пришла в самый подходящий момент. Девушка была одета довольно скромно и неброско: темные джинсы, кроссовки и кожаная черная куртка. Длинные каштановые волосы развевались на ветру, а большие синие глаза имели невероятную глубину и отражали мудрость столетий, они манили куда-то вдаль, в более светлый и прекрасный мир, и светились теплом, от которого становилось по-домашнему уютно.
– Очень красиво! – согласился маг. – Как вижу, тебе ничего не стоило раскрыть мою маскировку, Анель!
– Несложно найти, если знаешь, где искать, – уклончиво ответила девушка. Она говорила полушепотом, и все же каждое слово звучало очень четко.
Девушка подошла к магу и села рядом, так же, как и он, свесив ноги с крыши. Мужчина аккуратно сплел несложный энергетический символ и, легонько коснувшись указательным пальцем ее виска, прошептал: «Невидима!» Если бы кто-то сейчас смотрел в эту сторону, то заметил бы, как девушка растаяла прямо в воздухе. Но, к счастью, сотни глаз были прикованы к медленно плывущим вверх створкам моста.
– Я никого не боюсь, не обязательно было делать это! – сказала Анель.
«Зато я боюсь, – подумал маг, – мало мне проблем в последнее время? Хоть тут стоит вести себя потише». Девушку же он заверил, что нисколько не сомневается в ее смелости, и уже несколько раз мог лично в ней удостовериться, но просто не хочет, чтобы их разговору помешали. Поэтому им лучше остаться невидимыми для посторонних. Анель решила не спорить. Она перевела взгляд на реку и стала с интересом рассматривать Заячий остров, Петропавловскую крепость, стрелку Васильевского острова и поднятый мост. Через несколько минут девушка поежилась от холодного ветра, который последние полчаса все усиливался и сейчас дул с Финского залива. Да уж, здесь и в разгар июня можно замерзнуть! Маг сделал еще один несложный пасс рукой, и прямо на крыше между ним и Анель заплясали языки пламени, тоже невидимые для чужих глаз. Полезная штуковина, дров не просит и не обжигает, зато согревает очень хорошо. Правда, заклинание требует постоянной подпитки энергией, к счастью, небольшой.
– Ух ты! – воскликнула Анель и захлопала в ладоши, когда увидела чародейское пламя. – Какой интересный фокус! – Она стала внимательно изучать огонь, то медленно приближая к нему руку, направленную раскрытой ладонью к пламени, то отдаляя ее. – А можешь еще горячего чая наколдовать?
Ох уж эти девушки! Сначала они хвалят вас, а через мгновение требуют новых подвигов.
– Я же говорил тебе, что нельзя просто так наколдовать пищу или напитки. Можно только позаимствовать их где-то, – ответил Странник менторским тоном, но, увидев жалобный взгляд спутницы, добавил: – Впрочем, можно кое-что придумать.
Маг закрыл глаза и сконцентрировался. Прошло всего несколько мгновений, хотя ему показалось – значительно больше времени. Анель терпеливо ждала, она боялась нарушить концентрацию Странника и словно бы превратилась в изваяние, еще одну статую на крыше Зимнего. Он же медленно просматривал город Истинным Оком.
– Ага, кажется, есть занятный вариант, – поиск наконец-то увенчался успехом, – да уж, Светлана Семеновна, очень интересно. – Маг скорчил серьезную мину и потер подбородок указательным пальцем.
– Кто такая Светлана Семеновна? – спросила девушка, не слишком правдоподобно изобразив удивление.
– Вполне себе обыкновенная женщина тридцати семи лет. Хорошая хозяйка и заботливая жена, умная и рассудительная, а главное, по-настоящему осторожная. Настолько, что ее муж, сумевший сколотить для нее в поте лица громадное состояние, даже не догадывается, что львиная доля его денег уходит на молоденьких любовников жены. Как считаешь, стоит ее немного проучить? – Маг заговорщицки подмигнул девушке.
– Хм… – Анель приложила указательный палец к губам, посмотрела вверх, на небо, и, кажется, всерьез задумалась. – Не то чтобы я была в восторге от идеи, но мне грешок этой леди не нравится. Ох как не нравится! Можно и проучить. Но почему ты сейчас про нее вспомнил?
– Да все очень просто, – ответил маг с веселым задором. Он был искренне рад, что хоть раз смог удивить и поставить в тупик свою загадочную собеседницу. Или ему только показалось, что она удивилась? – Дело в том, что у этой хозяюшки сейчас накрыт аппетитный стол, который она приготовила себе и очередному ухажеру, воспользовавшись тем, что мужа нет дома. Вот я и подумал, что нам стоит ее чай позаимствовать, а заодно и повеселиться немного!
Перед магом и девушкой возникло легкое прозрачное облачко, понемногу в нем стали прорисовываться все более четкие очертания и образы: красиво обставленная гостиная, полная дорогой мебели, на стенах – картины с завораживающими пейзажами, декоративные полочки и даже один старенький гобелен с чьим-то фамильным древом. Посередине комнаты стоял чайный столик, накрытый белой скатертью. На нем – большой старинный самовар, фарфоровый заварочный чайник и две чашки на блюдцах. На столе поджидали гостя огромная ваза с эклерами, поднос с яблочным пирогом, маленькая вазочка с шоколадными конфетами, две рюмки и графин с какой-то жидкостью, в которой маг сразу же узнал коньяк. На красивом резном стульчике сидела уже не молодая, но вполне еще привлекательная женщина, из тех, которые еще могут покорять мужчин, но уже чувствуют, что красота их вот-вот безвозвратно увянет. На хозяйке было роскошное и довольно откровенное изумрудное платье под цвет глаз. Женщина, которую, как уже говорилось, звали Светланой Семеновной, в чем сомнения, уж будьте уверены, не возникало, явно кого-то ждала. Она посматривала на двери, словно ожидала звонка, и немного нервозно крутила двумя пальцами чашечку на блюдце.
– Ну что ж, приступим к нравоучительному эксперименту, коллега, – произнес маг важным напыщенным тоном, улыбнувшись с нетерпением ждавшей девушке.
– Ну же! Не тяни! – В глазах Анель загорелись огоньки, она даже прикусила от волнения нижнюю губу.
– Что ж, тогда начнем! – Странник был очень доволен тем, что целиком и полностью владел ситуацией и мог развлечь себя и свою собеседницу. Он вытянул руки вперед и выполнил в воздухе несколько плетений пальцами, потом наклонил голову к висящему перед ним облаку и дунул в него. Картинка начала меняться. Сначала в наблюдаемой квартире раздался громкий хлопок и со стола исчез самовар вместе с фарфоровой посудой и всеми сладостями. Женщина в изумрудном платье негромко вскрикнула и вскочила со стула. Тут же перед ней на месте исчезнувшего самовара появилось темно-серое облачко. В нем проявились очертания призрачной руки. Оттопыренный вверх указательный палец легко покачивался, изображая типичный нравоучительный жест. По всей квартире разнесся глухой, словно загробный голос: «Женщина! Да как ты посмела предать мужа своего, обет которому дала перед Господом, государством и людьми? Да как могла ты нарушить клятвы и изменой запятнать себя? Окстись, неверная, ведь твоя старость близка! Не позорь седеющую голову! Смотри мне, если еще замечу за тобой этот грешок – вернусь по твою душу!» Последние слова были произнесены холодящим кровь, шипящим, словно змеиным, голосом. Хотя в этом уже не было особой необходимости. Белая, как мел, женщина неистово крестилась, наблюдая, как над столом рассеивается серое облако, после чего она открыла дверь и стремглав выбежала из квартиры.
А в это время на крыше Зимнего дворца два невидимых собеседника заливались звонким хохотом, которого никто, кроме них, не слышал.
– А ты не переборщил? – слегка обеспокоенно спросила Анель, отсмеявшись.
Кажется, она правда переживала за женщину, которой сегодня от рук мага и ради их потехи пришлось поплатиться за свои прегрешения против супружеской верности.
– Как бы у нее после такого представления с сердцем чего не случилось или с психикой.
– Да не сделается с ней ничего. Вот завтра с утречка в церковь сбегает, в которой она бывает только раз в году, на праздник Пасхи, да и то только ради того, чтобы посмотреть, нет ли, не приведи господь, у кого-то из прихожан более дорогого наряда, чем у нее, простоит службу, десяток раз перекрестится. Это, конечно, ей не поможет, но и не навредит. А там, глядишь, и более верной женой станет. Хотя муж у нее – та еще сволочь. Ну да ладно. Ты лучше на трофей наш погляди.
Там, где только что висело облачко, транслирующее веселое представление, состоявшееся в одной из питерских квартир, появился поднос с теми самыми самоваром, фарфоровыми чашечками и вазочками со сладостями. Коньяк маг решил оставить хозяйке, подумал, что ей он сегодня нужнее.
Долгое время Странник и Анель пили чай с эклерами и конфетами, молча любуясь ночным Петербургом. Толпа людей на набережной сильно поредела. Остались самые стойкие к ночной прохладе молодежные компании, которые все еще не переставали веселиться и шуметь.
– Ты обещал мне рассказать свою историю, – девушка внимательно посмотрела на мага, – она, видимо, как-то связана с этим городом?
– Нет, к этому городу она не имеет никакого отношения. Просто мне нравится здесь, – Странник сделал большой глоток чая и отставил чашку в сторону, – но история будет длинной, я не люблю опускать подробности. Так что, если ты не хотела слушать долгий рассказ…
– То я бы здесь и не появилась, – резонно заметила девушка и ослепительно улыбнулась, – давай уже, не тяни.
– Даже не знаю, с чего и начать…
– С самого начала и со всеми деталями, но так, чтобы я увидела все случившееся твоими глазами.
– Что ж, если с самого начала… Когда-то давно, уже никто не помнит тех времен, обнаружилось, что некоторые люди владеют необычными способностями, которыми другим овладеть не дано, как бы те ни старались и сколько бы ни учились. Рождались такие люди, которые видели будущее, умели влиять на погоду, могли беду отвести или наоборот – напустить ее. С одной стороны, такие индивиды были очень ценны для общества, с другой – вызывали панический страх, а еще зависть и недоверие. Зависть, к сожалению, один из самых распространенных людских пороков, сильно усложняющих жизнь. И больше всего люди склонны завидовать тем благам, которые другой человек получил задаром, не приложив к этому никаких усилий. И именно таким благом, хотя, скорее уж, проклятием, оказались способности немногочисленных «избранных». Люди терпели их, а те в свою очередь старались помогать ближним. За это «избранные» часто получали разные привилегии и особые полномочия, а также пользовались уважением своей общины или племени. Некоторое время все жили в относительном мире и даже в гармонии.
Прошло много лет, наступили темные времена Средневековья с мракобесием и охотой на ведьм. Люди, владеющие необычными способностями, подвергались гонениям и уничтожению, ведь все были уверены, что силу они получили от дьявола. В это время одаренные люди (которых я дальше буду называть магами, ведь так они называют себя сами!) узнали много нового о себе и о своих способностях, а главное – осознали, что безопаснее скрывать необычные умения от простых людей. Тогда они ушли в подполье. Многие из них были сожжены на кострах инквизиции, хотя в этом пламени погибло неизмеримо большее количество простых, ни в чем не повинных людей. М-да, темные были времена. Ну, дальше началась эпоха Возрождения с ее бурной увлеченностью оккультизмом. Многие маги вышли из тени, заработали себе хорошую репутацию и теплые местечки при дворах знатных господ. Да и до сих пор некоторые из них действуют открыто, пользуясь скептицизмом и невежеством людей, которые зачастую считают их Силу жульничеством и дешевыми фокусами. Но большинство магов, особенно очень одаренных, по сегодняшний день остались в подполье.
Все бы текло своим чередом, если бы не одно важное событие, изменившее мир магов, и конечно же, как следствие, мир людей. Ведь в этой Вселенной все взаимосвязано.
В нашем мире появились Великие Мастера. Много о них ходило слухов, и не разобрать, что – правда, а что – ложь. Поговаривали, что они пришли к нам из другого мира, что их насчитывалось двенадцать, что силой они были равны богам. Мастера научили магов использовать Силу осознанно и грамотно. Передали нам знание о том, что маги – не люди, а другой биологический вид, представители которого хоть и не отличаются от людей никакими внешними чертами, но имеют особое дополнительное энергетическое тело. Великие Мастера рассказали, что предугадать рождение такого существа невозможно, равно как и передать Силу в наследство. Хоть предрасположенность к магии и заложена в генетическом коде, но все же в семье двух магов вполне может родиться человек, и наоборот, в семье двух людей – маг. Знание, принесенное Мастерами, оказалось очень полезным, оно улучшило жизнь магов, подняло их на новый уровень, научило искусно пользоваться своей Силой. Владение Силой перестало быть полуосознанным стихийным талантом, появились целые учебные заведения, где Мастера обучали всех, пригодных для овладения их знаниями. Но, как и в любом знании, в знании Великих Мастеров имелся свой подвох. Как выяснилось, Силу во Вселенной можно черпать из шести источников. То есть Сила – одна, а способов ее получения – шесть. И эти шесть путей качественно отличаются друг од друга. А главное, эти духовные пути изменяют самих магов, которые по ним следуют, вносят неизгладимые отпечатки в их души. На основе шести возможных путей возникло шесть магических школ, каждая из которых использовала один из шести источников Силы: Хаос, Порядок, Жизнь, Смерть, Свет или Тьму. Каждая школа имела своих адептов, магов, которые придерживались ее доктрины, идейных позиций и мировоззрения. Но маги допустили страшную ошибку, такие ошибки, казалось бы, свойственны лишь людям. А именно, они стали нетерпимы к чужим взглядам, к чужому восприятию мира. Маги развязали войну, кровопролитную и беспощадную. Войну всех против всех. Каждая из шести школ воевала на пять фронтов только потому, что хотела иметь монополию на истину. Много магов полегло в этой войне, со временем отдельные битвы переросли в бесконечную бессмысленную вендетту, многие, потерявшие своих друзей и близких, стремились отомстить за них. Потом пыл немного поутих, началось позиционное противостояние, обескровленные противники перешли к обороне и, наконец, было установлено негласное шаткое перемирие. Оно длилось достаточно долго, до тех событий, о которых и пойдет рассказ. Но рассказ мой не об истории магов, не об их давних войнах и постоянном противостоянии. Он – о падении одной из величайших магических школ, о масштабной войне и о моем скромном участии в этих событиях.
Маг еще раз посмотрел на ночной Петербург, потом взглянул на девушку. Анель сидела рядом и внимательно слушала повествование, подогнув под себя ноги и подперев рукой подбородок. В этот момент она, задумчиво застывшая на фоне ночного города, казалась невероятно красивой. Странно, что после всего, что Странник пережил, и после того, кем он стал, он еще мог думать о таких вещах.
Маг шумно вдохнул прохладный ночной воздух и сказал:
– Знаешь, лето, это, конечно, хорошо, но я больше люблю весну…
Я уверен, что на самом деле демоны часто бывают добрыми, отзывчивыми и милыми существами, нужно только найти к ним правильный подход.
Я очень люблю весну, особенно – май. Когда на улицах уже тепло, но еще нет летнего зноя. Когда люди повсеместно вылезают из своих уютных кирпичных норок, чтобы насладиться нежными лучами весеннего солнца, а цветущие деревья, раскинувшиеся густым шатром над бульварами, оплетают тебя десятками тончайших ароматов, увлекая в чудесный мир грез и воспоминаний.
Меня всегда удивляла эта способность запахов пробуждать в памяти, казалось бы, давно забытые моменты прошлого. Особенно хорошо им удается воскресить столь красочные и тревожащие душу картинки детства, которые впечатляют своей яркостью и вспоминаются на протяжении всей недолгой человеческой жизни. Вот и сейчас ароматы пышно цветущей сирени увлекли меня в далекое прошлое. Словно по волшебству в памяти всплывали образы давно минувших дней, таких непохожих на мою нынешнюю жизнь: родной город, школа, двор и крохотная уютная квартира, под окнами которой раскинулись два огромных куста сирени. Нежно-терпкий запах розовых цветков, казалось, заполнявший все пространство вокруг. Кем я был тогда? А кем стал сейчас? Кажется, что это две разные жизни, которые ничего не соединяет. Имел ли я право на тот решающий шаг? Имел ли право стать тем, кем я стал?
Что за глупости?! Я попытался отогнать ненужные мысли. Разумеется, я имел на это право. Каждый имеет право на свободу и собственный выбор. И я этот выбор давно сделал. Пути назад нет! А если бы был? Не думаю, что я им воспользовался бы. Так что не стоит забивать себе голову ерундой. Сейчас надо думать о другом. Почему никто из наших не выходит на связь? Понимаю, секретность и все такое. Но вот уже месяц ни весточки, ни хоть какой-то маленькой информации, да и финансирование прекратилось. Обо мне забыли? Вряд ли, ведь задание у меня весьма важное. По крайней мере, именно в этом меня убеждали. Да и уровень секретности о многом говорит. Неужели случилось что-то серьезное? К сожалению, я не могу первым выйти на связь, такова инструкция. И это не формальность, скорее всего, у меня не получится, даже если я захочу попробовать. Ладно, нет смысла себя изводить, надо действовать согласно сложившимся обстоятельствам.
Но не успел я прикинуть даже примерного плана последующих действий, как мой КПК характерным писком сообщил о входящем сообщении. От неожиданности я чуть не подпрыгнул. Да, сдают нервишки. Хотя, если учитывать, что пластиковая серебристая коробочка (мой надежный гаджет) молчала больше месяца, то меня можно понять. Я с нетерпением выхватил из кармана девайс, бывший когда-то передовым карманным компом ведущей корейской фирмы «Samsung», а ныне ставший полезным многофункциональным артефактом, разумеется, не без помощи нашего отдела магов-механиков. Мы так же называем их «кудесниками», хотя сами они это слово почему-то не любят. Эти ребята порой проявляют потрясающую изобретательность. Объединяя знания аппаратного и программного обеспечения с умением использовать Силу, они достигают действительно выдающихся результатов и создают самые необычные магические девайсы.
Я аккуратно нажал на кнопку, и текст сообщения всплыл на мониторе: «Странник, надо встретиться! У меня есть важная информация! Заброшенные склады, километр к югу от города. 21.00. Бестия».
Такое короткое и сухое сообщение немного не в ее стиле. Хотя, кто знает, как могла измениться моя бывшая напарница за те полгода, что мы не виделись? Значит, хочет встречи? А почему бы и нет? Но как она узнала, что я в этом городе? Ведь наши умельцы настроили КПК так, что вычислить мое местоположение без моего же на то разрешения почти невозможно. Эх, это предательское слово «почти»! В нем кроется маленькая вероятность, которая разрушила множество великих планов. Что ж, меня обнаружили – надо действовать.
По инструкции до окончания операции я должен избегать контактов с другими магами, кроме тех случаев, когда взаимодействие с ними вызвано природой самой операции и способствует достижению определенных целей. К черту инструкцию! Бестия, как и любой адепт Хаоса, весьма эксцентрична и непредсказуема, но ей можно верить. Мы с ней через такое прошли, от чего кровь в жилах застынет даже у самых матерых искателей приключений. Свидание поздним вечером на заброшенных складах, за чертой города, могло бы легко смутить обычного человека, но слово «обычный» давно пришлось забыть, вступив на тот путь, который я выбрал. Что ж, решение принято, наша встреча состоится. Моя напарница может предложить мне то, в чем я сейчас так нуждаюсь – свежую информацию, новости из нашего мира. Те, которые не прочтешь в газете или в сети Интернет. Новости о тех личностях и событиях, о которых мало что известно большинству людей, новости о войнах, невидимых для глаза простого человека, о героизме и предательстве, победах и поражениях, новости о моем мире. И сейчас, после долгой изоляции, это именно то, в чем я больше всего нуждаюсь.
Я осмотрел улицу. Сумерки понемногу окутывали город, но людей вокруг становилось все больше. Кто-то спешил с работы домой, кто-то решил купить продукты в небольшом магазинчике в конце квартала, заметив нехватку ингредиентов для запланированного ужина, а кто-то, как и я, наслаждался запахом цветущих деревьев и легким весенним ветерком. В одном из дворов, примыкающих к бульвару, шумная компания весело травила анекдоты, попивая пиво и кое-что покрепче. Недалеко от них несколько ребят выполняли упражнения на стареньких погнутых брусьях, искоса поглядывая на гуляк и явно не поощряя их способов времяпрепровождения. В песочнице играли дети, которых любящие мамы еще не успели позвать домой ужинать. А в тени цветущей вишни, не замечая существования всего остального мира, обнявшись, сидела молодая влюбленная парочка. Жизнь в этом провинциальном городке шла своим чередом. При этом было так тихо и уютно, немного по-домашнему. Такое не увидеть в шумном суетливом мегаполисе, где все куда-то спешат. Куда и зачем? Наверно, и сами не знают.
Я вдохнул полной грудью вечерний воздух, полный терпких запахов цветов. Пожалуй, у меня еще есть минут пятнадцать на прогулку. Направился по бульвару к ближайшему киоску, в котором, очень кстати для меня, продавался фастфуд. Бутылка лимонада и хот-дог с безвкусной сосиской, щедро приправленный специями для придания видимости вкуса, не самая лучшая еда, но времени на нормальный ужин у меня не оставалось. Да и деньги пока стоило поберечь.
Люди проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания, что мне было только на руку. Я спокойно мог рассматривать их, сидя за пластиковым столиком и расправляясь со своим незавидным ужином.
Мимо, пыхтя и тяжело дыша, пробежал невысокий толстячок лет сорока. В руках – коробка конфет и букет, под мышкой – шампанское. Интересно, куда это он так торопится? Эх, любопытство меня когда-нибудь погубит! Я тихонько прошептал нужную формулу и коснулся указательным пальцем виска. Информация пришла в голову в одночасье, как будто была там всегда. Этот торопыга, который оказался сорокашестилетним бизнесменом Михаилом Игнатьевичем, спешил на день рождения своей жены, с которой у него в последнее время сильно ухудшились отношения. Видимо, жена догадывалась о молодой любовнице своего мужа, которую, впрочем, ничего, кроме денег, не интересовало. Забавно, что о содержанке отца узнал его семнадцатилетний сын Федор и теперь шантажировал его, угрожая рассказать обо всем матери, если тот не купит ему мотоцикл. Брр… ну и семейка.
Я перевел взгляд на высокую женщину, степенно идущую по бульвару с тяжелыми сумками в руках. Ага! Инна Петровна, тридцать восемь лет. Неимоверно устает на работе, а дома еще и трое детишек. Муж тоже вкалывает не покладая рук, но их общего дохода едва хватает, чтобы балансировать на краю бедности. И все же в ее глазах блестит едва заметный огонек счастья. Несмотря на бедность и тяжкий труд, она довольна своей семьей и умеет ценить то, что имеет. Не в деньгах счастье.
Я отпил еще пару глотков лимонада и взглянул в самый конец улицы, что-то будто притягивало мой взгляд. С противоположной стороны бульвара, жизнерадостно улыбаясь прохожим, уверенной пружинистой походкой шла привлекательная молодая девушка с очень сильной энергетикой. Ага… девушка учится в довольно престижном для города университете, любит свою специальность. В семье все хорошо, все счастливы. Уже сейчас неплохо зарабатывает. Активно занимается спортом и социально-полезной деятельностью, кроме того, она талантливая художница и поэтесса. А сейчас – спешит на свидание к любимому человеку. Неужели в реальной жизни все бывает так складно? Обычно такие персонажи появляются только на телеэкранах и спешат хоть на пару часов увлечь зрителя в прекрасную сказку, где все хорошо, нет проблем и все счастливы.
Я еще внимательнее посмотрел на приближающуюся девушку и обратил внимание на огромные энергетические потоки голубого цвета, что спиралевидным вихрем закручивались над ее головой. Какая мощная энергетика! Мне повезло. Глупо упускать такой шанс. Я старался не думать, что действия, которые я собираюсь произвести, мягко говоря, не совсем этичны. Когда тебе двадцать четыре года и ты маг Хаоса, у тебя весьма специфические и своеобразные взгляды на общепринятую этику и мораль. Сегодня мне может очень пригодиться эта энергия, к тому же я возьму совсем чуть-чуть. Девушка даже легкого головокружения и тошноты не почувствует, я уж молчу о более серьезных симптомах, таких, как сильная слабость и затяжная депрессия, которые иногда овладевают жертвами энергетических вампиров. Я направил к девушке несколько энергощупалец, которые тут же обвились вокруг ее ауры. Теплая живительная энергия полилась к моему телу. Не передать словами наслаждение, которое возникает, когда в тебя вливается посторонняя пьянящая сила. Это как уникальный тонизирующий напиток – все процессы в организме налаживаются, приходят бодрость и свежесть. Как будто открывается второе дыхание.
Каждый человек – потенциальный энергетический вампир, только мало кто знает об этом. Кто-то пользуется своим умением сознательно, отдавая себе отчет в том, что крадет чужую жизненную силу. Но большинство делают это неосознанно, зачастую с самыми дорогими людьми. Забавно, что иногда в результате частого повторения таких энергетических манипуляций удовлетворенными остаются и вампиры, и доноры.
Легкие теплые струйки энергии, идущие ко мне от девушки, вдруг раскалились, стали нестерпимо горячими. Меня будто ошпарило. Я мгновенно прервал ментальный контакт и отдернул руку в сторону – видимо, рефлекс был связан с настоящим физическим ожогом.
Светло-карие глаза с изумлением и удивлением смотрели на меня. Девушка что-то почувствовала, хотя и сама не понимала, что именно. Зато я понял все сразу, кажется, даже легонько присвистнул. Она – Потенциал, не человек, а одна из нас. Волшебница или ведьма, а может, даже шаманка или друидка, в зависимости от того, к чему проявит талант. Точнее, смотря какой Путь ее выберет. Да, в мире магов именно Путь выбирает своего будущего адепта, а не наоборот.
Что ж, теперь становятся понятными и удачливость, и сильная энергетика, и необычная защита девушки. Еще не инициированный маг, но с рождения – уже не человек. Сырье для появления еще одного адепта Силы, ее новый проводник. Хотя слово «сырье» по отношению к девушке мне не очень нравится, скорее, бутон, из которого появится или прекрасный цветок, или уродливая колючка, это уж как карта ляжет.
Девушка пристально посмотрела на меня, потом улыбнулась и помахала рукой. Я улыбнулся в ответ и приветственно отсалютовал ей. Любопытно, что она почувствовала, за кого меня приняла? Скорее всего, я показался ей старым знакомым, которого она где-то видела, но где, вспомнить не может. Обычный побочный эффект волевого срыва моих энергощупалец. Я еще раз посмотрел вслед девушке и вздохнул. А все-таки обидно! Только увидел счастливого и удачливого человека, у которого в жизни все хорошо, и сразу оказалось, что и не человек это вовсе. Неужели у простых людей не бывает все так складно? Но, к счастью для девушки и для меня, или, может, к нашей беде, мы с ней не люди, о чем, впрочем, ей еще предстоит узнать. Все-таки удивительно, что я на нее наткнулся. Ведь только один из десяти тысяч людей является магом.
Что ж, мне пора собираться. Интересное это занятие – наблюдать за людьми, словно бы читая на невидимых страницах их характеры, жизненные пути, увлечения, тайные желания, их прошлое и настоящее. Что касается будущего, то его дано увидеть далеко не всем магам, и, к счастью, я этим умением не владею. К тому же будущее так изменчиво, многовариантно и нестабильно, что стоит ли в него вглядываться?
Я еще раз осмотрел бульвар и направился в сторону своего автомобиля.
– Ну как? Проветрил голову? – поинтересовалась Кира, как только я оказался на месте водителя и захлопнул за собой дверцу.
– Чего? – не сразу понял я, все еще погруженный в мысли о девушке Потенциале и предстоящей встрече с бывшей напарницей.
– Ну, ты же говорил, что на свежем воздухе, в одиночестве, тебе думается лучше, и запер меня здесь. – Большая черная кошка размером со среднюю рысь тут же оказалась рядом со мной, легко просочившись сквозь обтянутую кожей спинку переднего сиденья. Вроде бы уже привык, но до сих пор иногда бросает в дрожь, когда вижу, как она проходит сквозь твердые предметы. Хорошо хоть, что Кира невидима для людей. Боюсь, что такое зрелище не пришлось бы им по вкусу.
– Тебя попробуй еще запри где-то, – ответил я. – Как будто есть двери и замки, что могут тебя удержать.
– Есть, но не в этом мире, – ответила Кира. – Ну, так как там свежий воздух и его влияние на твои мыслительные процессы?
– Дело даже не в свежем воздухе, а в том, что никто не мешает сосредоточиться и не лезет со своими бесконечными замечаниями и комментариями, – попытался я осадить спутницу, которая в последнее время не переставала к месту и не к месту сыпать советами и указаниями.
– Да брось, со мной ведь веселее! Да и советы мои бывают весьма полезными. Признай это! Я все же не первое столетие живу в отличие от тебя. К тому же я твой демон-хранитель. Твоя защита – моя непосредственная обязанность. Не то чтобы я была в восторге от этого задания, но так уж сложилось. – Кира выгнула спину и потянула вперед передние лапы, как настоящая живая кошка. Никогда не понимал, зачем разумному существу, не имеющему тела из плоти и крови, следовать привычкам своих менее сообразительных, но зато более материальных сородичей. Но Кире это, кажется, доставляло неимоверное удовольствие.
– Постоянные язвительные комментарии являются частью моей защиты? – поинтересовался я.
– Нет, но они стимулируют такого балбеса, как ты, хоть к каким-то действиям или, по крайней мере, размышлениям. Да и для разрядки обстановки – неплохо. Ладно, великий мыслитель, так что ты надумал во время своих одиноких скитаний? Какие мудрые озарения пришли в твою скудоумную головушку? – От вопросительного взгляда зеленых глаз нельзя было спрятаться. От меня ждали ответа. А что я надумал? Да ничего. Вспоминал прошлое и пялился на прохожих, нагло воруя информацию о них вместе с самыми заветными их секретами. Теряю время, а ведь надо спешить. Операцию стоит завершить как можно скорее, а я даже не знаю, где искать два оставшихся камня. Ладно, сегодня меня должна интересовать только встреча с Бестией.
– Об этом позже. Сейчас у нас есть одно дельце.
– Какое?
– Встреча с моей бывшей напарницей. Особа весьма… мм… необычная. Но мы с ней долгое время были сработанной командой и повидали многое, ей можно доверять.
– Ты с кем-то сработался? Да, она и вправду необычная. Но ты ведь понимаешь, Странник…
– Да знаю! – Я отмахнулся, но проницательные зеленые глаза, сияющие едва заметным призрачным светом, продолжали вглядываться, кажется, в самые глубины моей души. – Риск, нарушение инструкций и все такое. Но она моя единственная возможность получить нужную информацию.
– Как ее зовут? – вдруг неизвестно зачем поинтересовалась Кира.
Я удивленно взглянул на нее. Это еще зачем? Простое любопытство? Может быть.
– Ты же знаешь, мы не используем наши настоящие имена, те, что получили при рождении. В мире магов ее прозвали Бестией. И, поверь, ей очень подходит это имя. Сама увидишь! На этот раз я все-таки возьму тебя с собой!
– Какое великодушие, – промурлыкала Кира и повернула голову к окну, дав понять, что разговор закончен.
Доехали минут за десять, так как городок был небольшой и мы как раз находились в его южной части. До встречи оставалось больше получаса, достаточно времени, чтобы осмотреться. Склады оказались большими заброшенными строениями. Почему их покинули – непонятно. Впрочем, меня это мало волновало.
Я подъехал прямиком к воротам, на которых местами еще виднелись куски облезлой синей краски. Две железные створки сильно проржавели, открыть их сейчас наверняка проблематично. К счастью, рядом находилась небольшая калитка. Открылась она с таким скрипом, что я тут же понял: мой план пройти незамеченным только что провалился. Оставалось надеяться, что здесь никого нет. Я вошел внутрь двора, оставив позади ржавые ворота и достаточно добротный кирпичный забор, над которым время не имело власти. Он выглядел почти как новый, всего несколько кирпичиков отвалилось и местами осыпалась штукатурка.
Во дворе стояло около десятка разномастных зданий разного назначения и размера, начиная с туалета и домика сторожа и заканчивая двумя огромными помещениями, от которых попахивало плесенью и сыростью. Это и были склады. Они располагались параллельно друг другу и разделялись заасфальтированной дорожкой, достаточно широкой, чтобы по ней мог проехать грузовой автомобиль.
Вид у этих построек оказался очень мрачным. Осыпавшаяся штукатурка, разрушенная местами крыша, на земле – куски разбитой черепицы. Пустые оконные рамы, зияющие чернотой в опускающихся сумерках, придавали складам особенно зловещий вид.
Вся эта депрессивная картина очень контрастировала с буйной майской зеленью. Было что-то завораживающее в сочетании молодых изумрудных листьев, пышных весенних цветов и старых полуразрушенных зданий. Какая-то неуловимая для логики красота возникала в этой победе природы над цивилизацией, в каждой травинке и листочке, которые понемногу, шаг за шагом, возвращали себе то, что принадлежало им по праву. В такие моменты я понимаю современных сталкеров, которые увлекаются путешествиями по всякого рода заброшенным местам. Правда, они больше любят проникать в покинутые лаборатории и на военные объекты, но не только для того, чтобы почувствовать адреналин в крови, но и просто посмотреть на такие вот картины победы природы над цивилизацией. В этом есть что-то вдохновляющее.
Спохватившись, что у меня не так много времени, чтобы стоять тут и мечтать, я подошел к зияющей черной дыре в стене одного из главных зданий. Кажется, здесь когда-то были двери. Это подтверждали сохранившиеся ржавые петли. Сама дверь вряд ли могла бесследно исчезнуть, скорее, ее утащили местные умельцы.
Резкий, сладковато-приторный запах гнили и плесени, ударивший в нос, как только я заглянул внутрь, заставил отшатнуться и отойти на несколько шагов. Судя по вони, здесь хранили какие-то продукты и, очевидно, когда бросили склады, не все вывезли. Не по-хозяйски как-то, безответственно, как во времена Советского Союза. А судя по всему, склад забросили еще тогда.
Я зажал нос пальцами и еще раз заглянул внутрь. В здании было темно, только небольшие пучки света, попадающие в помещение через оконные рамы, позволяли рассмотреть очертания нескольких ржавых балок и трухлявых ящиков.
Ничего необычного не увидел, а главное, не почувствовал. Но все же осторожность – превыше всего. Сделав несколько пассов руками, аккуратно сплел три энергетических щупальца и послал их в разных направлениях. Уже через несколько минут сканирования результат стал очевиден – в радиусе трехсот метров нет ни одной живой души, кроме меня. А также никаких признаков присутствия магии. Но все же что-то не давало покоя: дурацкое предчувствие, порожденное расшалившимися нервишками, или же своевременная подсказка интуиции? Что ж, осталась последняя проверка.
– Кира! – почему-то шепотом позвал я своего призрачного телохранителя.
– Уже проверила. Бесплотных существ тут нет. Никаких духов, демонов и прочих незваных гостей.
– Ты не могла ошибиться?
– Однозначно нет! Ты же знаешь, я почувствую даже мельчайшего астрального летуна, примчавшегося на запах человеческих страстей, а уж что посерьезней – учую, будь уверен!
– Ладно, полезай пока в медальон, там ты нужнее, – ответил я, указывая пальцем на украшение на шее.
– Пфф… – Кира скорчила недовольную гримасу, смотревшуюся на кошачьей мордашке довольно забавно, чем продемонстрировала презрение к такой форме взаимодействия, но все же послушалась. Призрачная черная кошка превратилась в маленькое облачко серой дымки, которое заструилось в сторону украшения у меня на шее. Короткая вспышка, как при фотосъемке, вот только яркого фиолетового цвета, и дух занял свое место внутри амулета. Холодный металл медальона слегка нагрелся, а глаза серебряной кошки, искусно выкованной неизвестным мастером, засветились бледно-фиолетовым светом. Разумеется, эти метаморфозы, как и самого демона, могли заметить только существа, обладающие Истинным Оком, для остальных мое украшение являлось просто побрякушкой с забавной кошачьей мордашкой. Быстрым движением я спрятал медальон под рубашку.
Теперь моя защита возросла в разы. Но я все-таки решил еще подстраховаться – сплел вокруг себя энергетический щит достаточно простой конструкции. Он как армейская каска, от прямых попаданий не защитит, но в случае всяких там «осколочных» и «скользящих» вполне пригодится. Может, я и параноик, но лучше быть живым параноиком, чем мертвым храбрецом.
Территория вокруг складов, видимо, не таила никакой опасности для моей жизни, которую я, надо сказать, ценил и терять не спешил. И все-таки на душе было неспокойно. Что-то в последнее время я стал пугливым и недоверчивым. Все мерещатся какие-то засады, слежки, заговоры. Эх, нельзя так! В моем деле здоровые нервы – первое условие успешного выживания. Здоровые нервы и… чутье. Некая звериная интуиция, которая обычно появляется у людей, ведущих авантюрный образ жизни и часто рискующих. И вот это самое чутье сейчас не давало покоя, предупреждая о надвигающейся опасности.
Я еще раз взглянул на черную дыру в стене, от которой уже успел отойти на десяток метров. Что-то холодное и пугающее исходило оттуда. Кажется, сама бездна смотрела на меня пустыми глазницами и манила в свои ледяные объятия, пытаясь оплести липкими щупальцами и увлечь в небытие. Темнота внутри была ужасна, она дышала злобой и ненавистью. Но почему-то дико хотелось бежать ей навстречу, окунуться, нырнуть с головой и навеки раствориться в этой пустоте, где нет ни боли, ни страданий, ни проблем. Я, сам не зная почему, сделал шаг в сторону входа. Еще. И еще. Полпути было уже пройдено. Еще несколько шагов, несколько движений, и я узнаю, что там, что так манит и пугает меня. Еще немного…
– Хаос все обращает во благо! – послышался за спиной звонкий, немного насмешливый голос.
– Порядок будет повержен! – Я машинально ответил одной из шаблонных фраз нашего приветствия. Никто уже толком не помнил, что такое Истинный первозданный Хаос и как он может обратить что-то во благо. А уж что за Порядок и почему он должен быть уничтожен, и подавно никто не знал. Но традиции школы надо чтить, даже если это просто дурацкое приветствие. Так уж вышло, что хаоситы просто не могли говорить друг другу при встрече что-то вроде банальных «привет» или «здравствуй».
Я обернулся. Непонятное видение, которое только что меня манило и пугало, словно ветром сдуло, будто его и не было. Передо мной стояла все та же Бестия, которая за полгода абсолютно не изменилась. Впрочем, чему удивляться? Это не очень большой промежуток времени для взрослого зрелого человека и уж совсем мизерный для мага.
Да, она была все такой же. Стройная фигура, мягкие, красиво очерченные формы, безупречная осанка, сияющая улыбка, уверенный высокомерный взгляд, проникающий прямо в душу. Да уж, этими видами оружия моя бывшая напарница пользовалась не хуже, чем богатым арсеналом заклинаний, и уж точно не реже. На заманчивую внешнюю оболочку мог повестись даже самый разборчивый и опытный ловелас, про новичков и говорить нечего. Те же, кто за практически безупречными внешними данными сумели открыть богатый внутренний мир и сильный целеустремленный характер девушки, были просто без ума от нее. И неудивительно. Моя напарница всегда вела себя непринужденно, умела слушать и поддерживать разговор на любую тему, быть обаятельной, обворожительной, становилась украшением любой компании. Нежная и хрупкая снаружи и крепкая, как сталь, внутри. Хотя были у этой леди-совершенство и свои причуды. Например, ее высокомерие не позволяло ей проигрывать, особенно на любовном фронте. Бестия любила нравиться всем мужчинам, даже тем, которые были ей не интересны. Если уж эта ведьмочка решала кого-то обворожить, то шла на все и пользовалась не только богатым арсеналом приемов изощренных человеческих женщин, но и зельями или заклинаниями. Она просто терпеть не могла, если кто-то в нее не влюблялся. Что странно, в близкие отношения вступала только с единицами, но вот влюбить в себя желала всех. Когда-то и я попался в ее сладкие сети. Но это – дела давно минувших дней.
– Странник, душка, где ты столько пропадал? – Расстояние между нами Бестия сократила так внезапно и при этом так элегантно, что мне осталось только еще раз удивиться ее грации и ловкости. Через мгновение мягкие пальцы уже нежно обнимали мою шею, а левую щеку обжег горячий поцелуй.
– Дела, дела! Жизнь стала набирать такие обороты, что и отдышаться некогда! – вот тут я нагло врал. Последние несколько недель оказались очень скучными, их не заполняли сколько-нибудь значимые события.
– На старых друзей всегда должно оставаться время. Хоть бы весточку послал. – Девушка обиженно насупила тонкие дужки бровей. – Я, между прочим, уже давно тебя ищу. Но ты словно сквозь землю провалился. Вот только пару дней назад удалось выйти на твой след.
– Кстати, как ты меня выследила? – Я задал вопрос, который не давал мне покоя с момента получения сообщения, впрочем, не особо надеясь на разъяснения.
– Пускай это будет моей маленькой женской тайной. – Девушка кокетливо улыбнулась и немного подалась ко мне. – Хоть бы за собой следил! – Она стала поправлять и отряхивать мою одежду, изображая заботливую жену или мать. – Совсем себя запустил!
Мой пыльный джинсовый костюм, слегка потрепавшийся за время последних путешествий, действительно смотрелся, мягко говоря, тускло по сравнению с шикарным черным платьем, украшенным замысловатыми красными и желтыми узорами в виде языков пламени. Наряд был Бестии к лицу и очень гармонировал с ее характером и темпераментом. В столь ярком одеянии, с густыми локонами шелковистых огненно-рыжих волос она, наверняка не без легкого магического вмешательства, создавала впечатление живого пламени или чудесной жар-птицы, величественно и бесстрашно парящей над миром.
– Прости, у меня мало времени. Я бы очень хотел узнать последние новости. – Насчет времени я снова нагло врал – его было хоть отбавляй. Но что-то подталкивало меня побыстрее покинуть это место. Хотелось уехать как можно дальше отсюда, от старых разрушенных складов, непонятного, манящего и пугающего ужаса в их глубинах, от крепких теплых объятий Бестии.
Бывшая напарница посетовала, что лучше бы мы посидели в каком-то милом заведении и поболтали о наших последних приключениях, а не обсуждали дела шести школ возле ветхих заброшенных зданий, и это притом, что сама назначила встречу в этом странном месте. Она даже картинно надула губки и посмотрела на меня обиженным взглядом. Девушка была превосходной актрисой. В этом она являлась моей полной противоположностью. У меня на все случаи жизни имелось одно выражение лица, беспристрастное и спокойное. Необходимость изображать эмоции порой становилась для меня истинной мукой. Поэтому я всегда немного завидовал живой подвижной мимике моей напарницы, которая при желании могла бы стать королевой лицемерия. Хотя для нее театральная постановка эмоций скорее была веселой игрой, нежели ложью.
– Что именно ты хотел бы узнать?
– Все, но только самое важное и вкратце!
– Со времени твоего исчезновения многое изменилось. – Веселое выражение лица Бестии сменилось на очень серьезное и немного печальное. – Например, у нас была война с темными!
Вот так новость! Школа Тьмы по могуществу достаточно сильно превосходила школу Хаоса. Я был просто ошарашен. Как же они справились?
– И чем все закончилось? Ведь темные сейчас сильнее. Как вы выстояли? – Видимо, в моих глазах читались сильные эмоции, поэтому Бестия поспешила с ответом:
– Мы победили. В этом конфликте участвовали не все темные, а только Стелла и ее «вольное племя», как они себя называют. Это группировка молодых оборотней и вампиров, ставшая в оппозицию к правящей верхушке темных. Школа Тьмы просто провела чистку своих рядов с нашей помощью и ликвидировала таким образом не поддающихся контролю безумных оборотней и низших вампиров, постоянно жаждущих крови. Это политика! Темные любят загребать жар чужими руками, впрочем, не они одни.
– Ублюдки! – Я с силой сжал кулаки.
– И ответить нам нечем. Мы до сих пор зализываем раны, много наших погибло. Странник, это не шутки. Еще ни разу последователи Хаоса не были в таком ужасном положении. Адепты Света и адепты Порядка теснят нас на всех позициях. К счастью, не совместно, между собой они по-прежнему враждуют. Но, почувствовав нашу слабость, они скоро кинутся на нас как голодные шакалы. Их переход к активным военным действиям – это лишь вопрос времени. Да и временное перемирие с Тьмой, боюсь, продлится недолго.
– Я… Я даже не знаю, что ответить. Почему мне никто не сообщил, почему не отозвали, не прервали операцию? В такое время каждый маг на счету! – Я был серьезно расстроен и напуган из-за своих друзей и из-за дальнейшей судьбы всех хаоситов.
– Не знаю, как тебе и сказать, но… – девушка поникла и опустила голову, – твое задание больше не имеет смысла.
– Почему это? – Меня очень удивила последняя фраза Бестии, особенно если учитывать, что она понятия не имела, чем я сейчас занимаюсь.
– Дело в том, что… – И снова заминка. Девушка выглядела очень виноватой, словно была в ответе за то, что сейчас скажет. – У нас произошел переворот. Великий Мастер убит. Власть захватил Беркут. Он активно проводит чистки, расправляется со «старой гвардией», пытается прибрать к рукам все ресурсы, которыми располагал Мастер. Он считает, что ты отвечаешь за некое секретное оружие, которое его очень интересует, и хочет встретиться с тобой. Пожалуйста, Странник, не наделай глупостей, не перечь этому магу, ты же знаешь, на что он способен!
Я стоял как громом пораженный. Вот так новости. Я просто не мог поверить! Шеф, могущественнейший маг, один из Великих Мастеров, убит?! И теперь во фракции всем заправляет амбициозный выскочка, который для достижения своих целей не брезгует никакими методами? Поговорить он со мной хочет, как же! Знаю я его способы говорить и его отморозков, которые любую информацию из тебя с мясом вырвут! Собственно, для допрашиваемого это чаще всего заканчивается смертью или безумием. И еще неизвестно, что хуже. Нет уж, не пойду я к нему ни за что! А Бестия, видимо, уже его человек, что же, она всегда была женщиной практичной, с гибкими взглядами. Эх, только бы ноги отсюда унести!
– Конечно, я зайду к нему побеседовать, только как-нибудь попозже. Еще много работы. – Да что же врать столько приходится? Я посмотрел на Бестию, проглотила ли она такую вопиющую ложь? Не проглотила. Взгляд стал еще более пронзительным и недоверчивым.
– Странник, почему ты все время что-то скрываешь? Поделись, расскажи хотя бы мне. Мага, перед которым ты несешь ответственность за службу, уже нет в живых. Пойди навстречу новому лидеру! Пойди навстречу мне во имя всего того, через что мы прошли, того, что между нами было. – Глаза девушки увлажнились. Тоже тонкая актерская игра или ей правда не все равно, что со мной будет?
– Прости меня. Но, я не могу. – Я крепко обнял спутницу и погладил ее по волосам и спине. – Не могу!
– И ты меня прости, я сделала все, что сумела. – Девушка отшатнулась от меня и посмотрела мне в глаза. Взгляд был полон жалости, досады и даже стыда. Я слишком хорошо ее знал и все понял мгновенно, но было уже поздно.
– Прости! – Рыжеволосая растворилась в легком облачке.
Вот так фокус, где это она наловчилась? Впрочем, сейчас меня беспокоило другое. Я оглянулся – вокруг по-прежнему никого. «Неужто обойдется?» – мелькнула мгновенная мысль.
Не тут-то было. Только сейчас я заметил подозрительных личностей в странных черных одеяниях. В сумраке они походили на воинов-ниндзя, истории о которых я так любил в детстве. Их появилось семь: двое перерезали путь к автомобилю, остальные пять медленно подкрадывались, пытаясь меня окружить. Видимо, они были здесь тогда, когда мы с Бестией занимались разговорами. На мгновение меня охватила легкая паника. Вступить в бой? Со специальной группой захвата? Безумие! То, что это именно они, сомнений не возникало. Характерные одеяния, тактика действий, да и мой недавний разговор с бывшей напарницей и ее внезапное исчезновение после печального «прости» только подтверждали эту версию. Да, это были именно они, элита. Вышколенные боевые маги с многолетним опытом сражений, молниеносными рефлексами и потрясающей энергетической мощью. Каждый из них в бою стоил минимум троих таких, как я. Прикинул свои шансы на успех – картина показалась нерадужной. Сдаться? И попасть в лапы к Беркуту? Лучше смерть! Попробовать развернуться и бежать? Не убегу, нечего даже пытаться. Да и куда бежать, позади только развалины складов, там не спрятаться. Эти ребята достанут меня, даже если им придется превратить склады в гору пыли и все переломать. Мозг судорожно работал, за считаные мгновения обдумывал все варианты. Склады – это единственный выход, предсказуемый и наверняка ожидаемый хаоситами, путь, который приведет меня в ловушку. Ну хоть время выиграю, а там… лучше не думать, что будет там.
Я несколькими прыжками преодолел расстояние до недавно пугавшего меня черного проема в стене, в который не дала войти Бестия, и рванул в темноту. Вдогонку полетело несколько оглушающих заклинаний. К счастью, большинство не достигли цели, а остальные заблокировал мой энергетический щит, который я весьма своевременно поставил перед встречей. Мне удалось-таки добраться до черного разъема в стене, вот только защиты уже не было. Следующее попадание станет для меня фатальным. Не привыкшие к сумраку глаза не могли ничего разглядеть. Я шепнул простенькое заклинание «кошачий глаз», и в бледно-зеленом свете стали просматриваться окружающие предметы. Полезная штуковина, работает по аналогии с человеческими приборами ночного видения. Внимательно огляделся, стараясь не терять ни секунды. Ничего необычного, заброшенный склад с кучей трухлявых прогнивших конструкций, предназначавшихся, видимо, для хранения продуктов. На изучение интерьера у меня ушло всего несколько мгновений, еще столько же на то, чтобы спрятаться за большой деревянный стеллаж с ящиками и поддонами. В проеме появился первый противник. Я тотчас же ударил по нему «оглушкой». С кончиков пальцев сорвалось небольшое серебристое облачко и пулей рвануло в сторону фигуры в черном, но ему не суждено было достичь цели. Маг легко увернулся, но все-таки выпрыгнул обратно в проем.
«Кира, есть какие-то идеи?!» – отправил я мысленное сообщение медальону на шее, яростно поливая вход всеми возможными боевыми заклятиями, которые не имели сложного плетения, не давая таким образом магам войти внутрь и одновременно пытаясь просмотреть еще один выход из здания.
«Есть одна идейка. Заклятие довольно сложное и старое, но зато быстрое в применении. Да и вряд ли эти ребятки ожидают, что ты выкинешь такой фокус. Думаю, ты справишься. Как считаешь, если я скажу, что это твой единственный шанс, это будет хорошей мотивацией для такого бездарного мага, как ты?» – Даже на ментальном уровне, даже в такие моменты эта вредина продолжала на меня наезжать.
«Говори быстрее!»
«Заклятие называется «рокировка». Да-да, как в шахматах. Возле твоей машины стоят в резерве два мага. С одним из них ты поменяешься местами, другого нужно быстро нейтрализовать и уносить ноги. Это даст тебе небольшое преимущество за счет элемента неожиданности, остальные варианты не пройдут, так как противник превосходит тебя и количественно, и качественно. Кидаю схему заклинания».
В голове возникла бледная схема энергетических плетений, я стал быстро вдыхать в нее энергию, не переставая при этом швырять в проход уже более редкие заклинания, а то и просто пучки чистой энергии. Работая сразу в двух направлениях, я выдохся довольно быстро. Скоро группа захвата ринется внутрь. Только бы успеть!
«Ах да, забыла сказать. Для реализации заклинания объект рокировки должен быть в поле твоего зрения!» – весело захихикала кошка, слышимая лишь мне. Видимо, происходящее ее невероятно развлекало.
У меня началась легкая паника. Я окинул быстрым взглядом все помещение – ближайшее окно находилось более чем в десяти метрах от меня. Действовать пришлось очень быстро. Резким движением бросил в дверной проем еще один ком чистой энергии, плести боевое заклинание было некогда, да и все мысли занимала более сложная энергетическая структура «рокировки», и я что есть мочи рванул к стене. Вот и окно, две фигуры одиноко и неподвижно стоят в вечерних сумерках, перекрывая мне путь к автомобилю. Я сконцентрировался на одной из них. Искрящимися змейками заструились витки чистой энергии, сплетая все более четкий рисунок. Плетение становилось все ярче, оно дышало, жило своей жизнью, это было еще одно детище Силы, вызванное магом в корыстных целях. Когда-то придется ответить за то, что так безответственно нарушал поток обыденной жизни Вселенной. Но это будет когда-то. Несколько магов ворвались в здание, не встретив никакого сопротивления. Кто-то что-то кричал, видимо, уже понимая, что я их одурачил, кто-то все еще пытался меня остановить, хотя и знал, что это бесполезно. Ярко-белый вихрь перед глазами, и вот я уже на месте одного из сторожей моего авто. Приготовленное заранее последнее оглушающее заклинание слетело с пальцев, удивление и испуг в глазах второго мага перешли в застывший остекленевший взгляд. Ближайший час он не опасен. Не теряя ни секунды, я запрыгнул в автомобиль и, нажав что было силы на газ, помчался по дороге.
Сердце бешено колотилось в груди от переизбытка адреналина. Где-то сзади осталась элитная группа захвата, осталась ни с чем. Может быть, они там вовсю матерятся и спускают пар на всем, что под руку попадется, разнося в щепки старые развалины. Нет, это вряд ли. Эти ребята не растрачивают себя попусту на лишние эмоции. Думаю, они не потеряли ни одной секунды и уже висят у меня на хвосте. Такие мысли не принесли мне уверенности, и я прибавил скорости. Подумал, что, возможно, стоило испортить их транспортное средство и таким образом задержать погоню. Но уже через несколько мгновений понял, что идея эта чрезвычайно глупа как минимум по нескольким причинам. Начнем с того, что я не видел автомобиля, на котором они приехали. Впрочем, в том, что ребята пришли сюда не пешком, я был уверен. Да и вряд ли я смог бы вывести их транспорт из строя за короткий промежуток времени, даже если бы нашел его. По той простой причине, что его защищало несметное количество заклинаний, которые могли бы меня нейтрализовать или, по крайней мере, задержать. Так что я все сделал правильно. Но расслабляться еще не время.
Автомобиль все набирал и набирал скорость, стрелка спидометра уже давно прошла стокилометровый рубеж и подходила к ста двадцати. К счастью, я покинул черту города, да и машин попадалось немного, так что можно было позволить себе хорошую скорость. Время от времени украдкой бросал взгляд на зеркало заднего вида. Ничего и никого! Пустая дорога! И это меня пугало больше всего. Группа захвата так просто оставила меня в покое, да еще и после такого откровенного прокола, ведь я был почти у них в руках? Да скорее солнце взойдет на западе, чем эти упорные ребята отступят от своей цели. Неужели впереди еще одна засада? Или я уже каким-то образом попал в их ловушку и она вот-вот захлопнется, окончательно и бесповоротно отрезав мне все пути к спасению? Постарался отбросить назойливую мысль, но нервное напряжение нарастало. Очень хотелось врубить на максимальный звук какую-нибудь задорную рок-композицию, рвущую барабанные перепонки металлом ударных и бас-гитар. Но я удержался от этого искушения. Дополнительная встряска мне явно не требовалась, я и так был предельно взвинчен, да и на недостаток адреналина не мог пожаловаться. А вот отвлекаться сейчас не стоило, потребуется вся концентрация, так как, боюсь, мои приключения еще не подошли к концу.
Яркая фиолетовая вспышка прямо перед глазами вывела меня из равновесия, и я чуть не выехал на обочину, но, совладав с эмоциями, выровнял руль и, довольно быстро набрав прежнюю скорость, помчался дальше, сам не зная куда, лишь бы подальше от преследователей, которых, кстати, пока не видел.
– Опачки, какие мы нервные! – Черная кошка, что еще мгновение назад была клубком дыма внутри медальона, снова уставилась на меня своими проницательными зелеными глазами. А украшение на моей шее стало обычным холодным куском серебра.
– Ты чувствуешь их? Нас кто-то преследует? Они не могли нас просто так оставить, – начал выспрашивать я у Киры.
Кошка напряглась, выгнув тело и навострив уши, стала аккуратно нюхать воздух. И как ей не надоедает эта игра в живое существо, я-то точно знаю, что для сканирования пространства никакие органы и физические рецепторы ей напрягать не надо.
– У меня для тебя две новости, как водится, хорошая и плохая, с какой начать? – Кошка повернула черную мордашку ко мне, вид у нее был предельно серьезный и сосредоточенный, без обычного озорного блеска в глазах, что ничего хорошего не сулило.
– Всегда ненавидел эту игру! Не томи, начинай с обеих!
– С одной стороны, хаоситы действительно перестали преследовать тебя, да и других магов в округе не наблюдается!
У меня камень с сердца упал, неужели удалось сбежать? Неужели я смогу выйти сухим из воды? Обязательно это отпраздную, если выживу, конечно.
– Не спеши радоваться! – заметила моя спутница, видимо почувствовав, что мое напряжение убавилось, и я даже немного расслабился. – У нас гости посерьезней.
– Что ты имеешь в виду? – Я с легким испугом взглянул на Киру.
– Демон небывалой мощи, – спокойно промурлыкала кошка.
– Что?! – Я тихо выругался. Этого только не хватало. – Какой демон? Откуда? Что он тут делает и зачем я ему нужен?
– Это валькирия! – как-то слишком уж торжественно произнесла Кира, явно ожидая, что само это слово повергнет меня в трепет. Но она зря на это надеялась, ведь название мне не говорило ровным счетом ни о чем.
– Валькирия?
– Только не говори, что даже не слышал о них! Твое невежество меня порой просто поражает. Да, измельчало поколение нынешних магов, а ведь были времена, когда этот демон повергал в панику могущественных колдунов и волшебников. Ладно, справка для неучей. – Кира села поудобнее и скучным монотонным голосом продолжила: – Валькирия – один из древнейших и могущественнейших демонов, одна из перворожденных детей Тени. Обитает в Сумеречном Мире, причем на самых низких уровнях, где…
– Это все, конечно, очень интересно, но что этому древнейшему демону от меня нужно?
– Мне-то почем знать. – Кира, явно обиженная тем, что ее перебили, уставилась в окно и стала рассматривать густые россыпи звезд на безоблачном ночном небе.
– И что нам теперь с этим делать?
– Можешь наколдовать себе банку пива или сливочный пломбир и порадоваться напоследок.
– Что за шутки?!
– Какие уж тут шутки. Валькирия неуязвима для магического воздействия, а ее броня выдерживает практически любые физические атаки. Не хотелось бы тебя расстраивать, но лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Это твой последний бой! Она не отстанет и скоро нас настигнет. Уйти от нее нельзя даже через портал, соорудить который ты, кстати, все равно не успеешь, да и не сможешь, – с легкой грустью сказала кошка и уставилась на меня. – Но что-то я не вижу страха в твоих глазах? Не боишься смерти?
Мои руки с силой сжали руль, так, что костяшки пальцев побелели. Страха действительно не было. Только какие-то обреченность и злость. Бесконечная пустота, сочетавшаяся с холодной яростью, затопила сознание. Мое задание, все старания, все напрасно. Да что задание, сейчас завершится и моя жизнь. Какое странное чувство опустошенности. А ведь я знал, на что иду, знал, чем все кончится. Почему-то в один миг я стал совершенно спокоен. Взглянул в зеркало заднего вида. В десятке метров от авто летела фигура в золотых доспехах с направленным на автомобиль копьем, она перемещалась примерно со скоростью движения машины, так как не отставала ни на метр, но и не спешила сократить расстояние.
Я резко нажал на тормоза.
– Я приму бой! – В моем голосе сталью звучала решительность.
– Предсказуемо! Почему-то большинство людей предпочитают умирать с мечом в руке и опущенным забралом. Наверное, чтобы в последний раз ощутить иллюзию собственной значимости. Хотя… я бы выбрала сливочный пломбир. Лучше уж порадоваться напоследок. – Кира еще что-то говорила о бренности бытия и человеческом чувстве собственной важности, но я уже не слушал ее.
Я открыл дверцу машины и вышел на дорогу. В нескольких десятках метров передо мной стояла валькирия. Она остановилась одновременно с моим авто и теперь выжидала, не спеша нанести удар. Золотые доспехи, закрывавшие все ее тело с головы до пят, сверкали чарующим колдовским сиянием. Из-под шлема исходил бледноватый призрачный свет и окутывал всю фигуру великолепным ореолом. Высотой она была с человека и, судя по очертаниям доспехов, женского пола. Хотя понятие пола по отношению к демонам, как правило, имеет чисто условный смысл. Острие копья направилось в мою сторону, валькирия медленно двинулась ко мне. Золотые сапоги глухо стучали об асфальт. Решительные размеренные шаги все приближали развязку, которой, видимо, было не избежать. Что-то завораживающее чувствовалось в этой картине. Сияющая фигура в золотых доспехах, которая, по утверждению Киры, являлась одним из самых могущественных созданий, сейчас медленно и грациозно приближалась к нам, неся смерть на острие своего копья. Это был мой Ангел Смерти, прекрасный и беспощадный.
– Что тебе от меня нужно? – Голос предательски дрогнул, неужели страх все-таки овладел мною? Я не ожидал ответа на свой вопрос, скорее, хотел потянуть время, заканчивая подготовку к бою.
Голос доносился как будто отовсюду. Звонкий, словно горный ручей, такой же хрустально-чистый и холодный, он отдавал твердостью металла. Почему-то именно такого ответа я и ожидал. Просто в голову не лезло, что это существо может хриплым низким басом, который так любит использовать большинство демонов, прохрипеть что-то о том, что ему просто захотелось испить моей кровушки.
– Кстати, забыла предупредить, эти милые безобидные давно вымершие создания, одно из которых сейчас направляется к тебе, чтобы превратить в горстку пепла, разговаривают только стихами и никогда прямо не отвечают на вопросы. – Кира выпрыгнула из авто и встала рядом со мной. – Ладно, сослужу тебе последнюю службу, устроим ей горячий прием. – Шерсть на теле кошки поднялась дыбом, по ней пробежали еле заметные разряды тока – главный признак трансформации в боевую форму. Зрачки сузились, когти на лапах удлинились и заострились. Осталось только спину выгнуть для завершения картины. Почему-то готовность решительно настроенной кошки помочь мне сражаться с закованным в доспехи могущественным демоном не придала особой уверенности. Но все равно приятно, что я не один.
– Зачем тебе моя смерть? Кто тебя прислал? – Разумеется, я не надеялся на внятный ответ, но попытка не пытка, да и опять-таки я тянул время, пока мои пальцы судорожно плели все новые и новые заклятия и подвешивали их рядом в пространстве – для быстрого использования.
Демон находился всего в нескольких шагах от меня. Обдумать эти слова времени не оставалось. Копье уже занесли для удара, и сверкающий наконечник нацелился прямо в мое сердце. Ждать больше было нечего. И я ударил! Ударил самыми мощными заклинаниями, которые знал. «Длань Хаоса» пришлась валькирии прямо в грудь. Тонкие зеленоватые струйки чистой энергии, сорвавшиеся с моих пальцев, сформировали в воздухе что-то, напоминающее очертаниями гигантский кулак, и с силой ударили демона. Это заклятие могло, словно пустую жестянку, на добрых полсотни метров откинуть легковой автомобиль. Но валькирия успела мощным ударом воткнуть копье в заасфальтированную дорогу, и ее золотые латные сапоги лишь на несколько сантиметров скользнули назад. Но я не ослабил напора. «Молот бури», который я обрушил ей прямо на голову, по моим расчетам должен был превратить ее в блин или, если она такая неуязвимая, по крайней мере, вбить демона в дорогу, словно гвоздь. Но заклятие рассыпалось, достигнув верхушки золотистого шлема, а доспехи засияли еще ярче. Видимо, Сила, вложенная мною в плетение, перешла к валькирии и сделала ее еще сильнее. Плохо дело! Я почувствовал, как потеют ладони. Ладно, нельзя бить напрямую – будем действовать на окружающую среду. Быстрым движением бросил под ноги валькирии «зыбучие пески». Треснувший асфальт тут же превратился в небольшое песчаное озеро, которое стремительно затягивало валькирию в свои глубины, одновременно выпивая из нее Силу. Я уже поверил в успех, ведь это было одно из сильнейших заклятий, которое знали далеко не все маги моего уровня и которым я по праву гордился. Но полупрозрачные, обманчиво хрупкие крылья валькирии взметнулись в воздух и стали работать с частотой, которой позавидовала бы даже колибри. Мощный вихрь разогнал песчаное озеро в считаные секунды. «Силки Хаоса» и «темная волна» также не имели успеха.
Валькирия находилась в шаге от меня, а острие копья уже метило мне в сердце. Выхода не было. Мне не убежать и не увернуться! Кира, собрав за время нашего боя всю доступную для нее Силу, сделала стремительный прыжок, но демон схватил ее за горло и с силой швырнул обратно. Против такого противника у демона-хранителя не было шансов, как, впрочем, и у меня. Вот и все! Надеюсь, новый хозяин Киры окажется лучше и опытнее, чем я. Жаль, что все кончается именно так. Почему-то закрывать глаза не хотелось. Я смотрел на сияющий золотой доспех, на копье, которое метнулось к моей груди. Время почти остановилось, словно в замедленной съемке, хотя наяву прошел лишь миг.
И тут случилось то, чего я никак не ожидал, чего даже предположить не мог! Чья-то хрупкая фигура на голову ниже меня возникла между мной и валькирией за какую-то долю мгновения. Черный плащ и капюшон не позволяли рассмотреть незнакомца. Все, что я увидел, это тонкую руку, перехватившую копье и стиснувшую его с такой силой, что оно треснуло. Тихо звякнул об асфальт отломленный наконечник.
Голос валькирии стал еще более грозным, он уподобился раскатам грома и звону металла. Доспехи засияли ярче. Это было пугающее зрелище.
Впрочем, на незнакомца в черном плаще этот грозный монолог не произвел никакого впечатления. Это непонятное, хрупкое на первый взгляд существо, на голову ниже и в разы тоньше грозной, закованной в латы валькирии, продолжало стоять между нами. Пауза затянулась на несколько мгновений, после чего голова в капюшоне медленно повернулась в сторону демона. Раздался жуткий скрежет. Я попытался заткнуть уши. Казалось, барабанные перепонки сейчас лопнут от невыносимого звука и из ушей пойдет кровь. Я даже не сразу понял, что эти звуки были речью странного ночного пришельца:
– Маг не твой. Нет твоей власти над ним. Это твой конец, демон. Сама ночь провозглашает твою смерть!
К демону взметнулись две руки. На человеческие руки они мало походили. Тонкие костлявые пальцы, покрытые болотно-коричневой кожей, заканчивались длинными черными когтями. Рассмотреть их детально я не успел, неизвестный с нечеловеческой скоростью наносил удары противнику.
От первого удара непроницаемая броня валькирии дала трещину, а дальше… демон был просто разорван на куски. Да, именно разорван. Костлявые руки молниеносными движениями отрывали от валькирии конечности, разрывали плоть, а куски брони падали, со звоном ударяясь об асфальт. Через несколько мгновений от моего величественного противника осталась только груда разломанной брони и разорванной плоти, все это тут же загорелось алым пламенем и превратилось в горстку пепла.
Я смотрел на незнакомца в черном плаще. Он неподвижно стоял над тем, что еще минуту назад было одним из редких древних демонов из Сумеречного Мира, с самых глубинных его уровней, где могут жить лишь существа, могуществом равные богам. Я смотрел, казалось, целую вечность, как исчезают в алом пламени сияющие золотые доспехи, превращаясь в пепел; как капли темно-алой густой крови падают на землю, скатываясь с бурых костлявых пальцев и черных когтей, словно бы вылитых из неземного металла.
И снова этот невыносимый скрежет.
– Тебе больше нечего бояться, Странник! Спокойной ночи!
– Кто? Кто ты, черт подери? – выпалил я.
На мгновение повисла тишина. Потом существо резко повернулось ко мне и подняло голову. Я услышал хриплый невыносимый скрежет, кажется, это был смех.
– Deus ex machina[1], – проскрежетал голос.
Из-под капюшона, там, где у людей размещены глаза, засияли два ярко-красных огня. У меня не было сил оторвать от них взгляд. Слабость и страх нахлынули в одночасье. Ноги подкосились, и я упал на колени. Это был даже не страх, какой-то нечеловеческий иррациональный ужас охватил меня. Сама Тьма смотрела на меня глазами, видевшими невероятное количество боли и страданий. Слабость все нарастала, и я начал падать на асфальт, разбитый на мелкие куски после недавней схватки с валькирией. Желудок скрутила судорога, меня словно выворачивало изнутри, казалось, вот-вот вырвет. Но боль внезапно прошла, на глаза стала надвигаться темная пелена. Я подумал, что слепну. Это была моя последняя мысль перед тем, как сознание кануло в небытие.
Уважаемые готы, сатанисты и прочие романтики смерти, любящие побродить по кладбищу в ночное время! Будьте так добры, не мешайте местным отдыхать. И так днем прохода не дают, еще и ночью беспокоят. Наверняка вам несильно понравилось бы, если бы мы посреди ночи пришли в ваши дома. С уважением, постояльцы кладбища.
Небытие – не худший исход из имеющихся. Оно хотя бы освобождает от зачастую невыносимого бремени бытия.
Ты знаешь, что для успешного прохождения инстанса команде нужен хилер? Инстанс, он же данж – это такое подземелье, куда заходит группа игроков, часто пятеро, с целью совместного убийства боссов (сильных персонажей) и дропа (выбивания) из них оружия, доспехов, золота и прочего полезного барахла. Зачем выбивать? Чтобы лучше одеть своего персонажа. Зачем одевать? Чтобы чаще побеждать других. Зачем побеждать? Еще один способ убежать от реальности и от самого себя, а заодно компенсировать виртуальными победами реальную никчемность.
Хилер – это я. Моя задача следить за тем, чтобы никто из команды не погиб, и лечить всех, в первую очередь «танка» – игрока, который из-за особой живучести принимает на себя все удары врага. Тактика очень проста. «Танк» отвлекает на себя все силы противника, я лечу «танка», чтобы его не убили, а в это время другие члены команды наносят основные удары. По такой схеме действуют практически все инстансы во всех играх жанра ММОРПГ. Моя задача не так уж сложна – бегай и лечи, пока остальные делают за тебя всю грязную работу. И так каждый раз. И так каждый день. Никакого героизма, но и никакого риска. Как символ всей моей жизни. Говорят, тише едешь – дальше будешь. Кажется, я понял это по-своему: совсем медленно ползешь – уедешь очень-очень далеко.
– Привет! А вот и я! А ты все перед монитором? Нет чтобы сходить да погулять. – Я думаю, что не сложно догадаться, кто это. Да, это мама пришла с работы. Мне кажется, что все мамы в двадцать первом веке уверены, что проблемы их детей имеют только две причины: невнимание к советам родителей и долгое сидение перед компьютером. Святая простота!
– Привет! Как прошел твой день? – спрашиваю, не отрываясь от монитора. Ведь если я вовремя не подлечу «танка», он погибнет, а значит, погибнет и вся команда (ведь остальные персонажи не очень живучие), и виноват в этом буду я.
– Да так. Жутко устала. А у тебя? Какие отметки?
– Все нормально. Пятерки, как всегда. – Здесь я ни капли не врал. Сколько себя помню, я действительно был лучшим или, по крайней мере, одним из лучших учеников.
В детстве я стал отличником, потому что мне было приятно радовать близких людей и выслушивать похвалу в свой адрес, да и просто почему-то нравилась роль послушного пай-мальчика. Потом я продолжал учиться хорошо, потому что верил, что знание – это сила, что самые лучшие, благоразумные, аккуратные, законопослушные и старательные граждане добиваются в жизни наивысших результатов. Нет, подумать только, я действительно верил, что чем лучше стану учиться, тем выше у меня будут шансы получить престижную работу, высокую зарплату и хорошую жену. Ну не идиот? А потом, когда понял, как жестоко ошибался, все еще продолжал стараться по привычке, я бы даже сказал, по инерции. Люди многое делают по инерции. Учатся в ненужных вузах, устраиваются на ненужную им работу, покупают ненужные вещи и вступают в браки с ненужными людьми. А еще заводят детей. Дети – это самообман. Этот опиум для народа, это самая распространенная попытка избежать встречи с реальностью. Дескать, я чего-то не смог, так, может, дети мои смогут, я рано или поздно превращусь в добротный грунт, так хоть мои потомки будут ходить по этой земле. Как будто так можно обмануть смерть. Как будто можно оправдать свое существование, запустив в мир еще несколько неудачников, созданных по твоему образу и подобию.
Все эти мысли пронеслись у меня в голове ровно за три с половиной секунды, которые потребовались для наложения исцеляющего заклинания на «танка». Враг добит, мы успешно прошли инстанс. В сумке персонажа очередная бесполезная виртуальная штуковина с этаким пафосным названием по типу «Великий Посох Преисподней», или «Амулет Бездны», или «Плащ Оков Судьбы». В компьютерных играх все рассчитано на подкормку чувства собственной важности игрока. Собственно, сюда и приходят, чтобы почувствовать себя значимыми, чтобы приобщиться к чему-то великому и осмысленному, пускай и ненастоящему.
Расскажу еще немного о себе. Мне восемнадцать. Я учусь в захудалом педагогическом университете, на первом курсе. В будущем меня ждут работа за копейки, дергающийся глаз и кропотливый неблагодарный труд, цель которого – попытка превращения агрессивных туповатых инертных биомасс в социально-активных добропорядочных граждан. Собственно, это и называется педагогическим процессом. Но все это будет потом, а сейчас я – преуспевающий студент со сравнительно немалой стипендией. Ну, это если сравнивать с карманными деньгами, которые мне раньше выдавали родители и которые являлись моим единственным источником доходов. У меня есть несколько друзей. Как раз столько, чтобы создать нормальную команду в любой компьютерной игре или вместиться в одну машину, когда доводится ехать на природу жарить шашлыки. Что касается моей личной жизни, то тут еще более грустная картина. Несколько раз я пытался завязывать романтические отношения с девушками, но это неизменно заканчивалось провалом. Просто мы с ними говорим на разных языках. Девушки любят разнообразные шмотки и тряпки, тошнотворные примитивные фильмы про страстных вампиров, любят слушать комплименты и пялиться по полчаса в зеркало. А еще девушки любят, чтобы им всегда говорили правду. Под правдой они, конечно, понимают приторно-сладковатую лесть, направленную на подкормку их до предела раздутой самооценки. Я, конечно, все еще верю, что далеко не все девушки такие, но других пока не встречал. Правды ради скажу, что некоторые из них, чтобы нравиться парням, интересуются футболом и даже разбираются в марках машин. Вот только мне совершенно наплевать и на футбол, и на машины. Говоря откровенно, не только на них мне наплевать. Так уж вышло, что мне безразлично практически все. Нет ничего, что бы меня интересовало. Ничего, кроме… А вот с этого и начались все злополучные скитания и проблемы, так внезапно свалившиеся на мою не слишком умную головушку.
Кто-то любит пенное пиво, искрящееся на солнце в хрустальном бокале, кто-то пышущих жаром и манящих изгибами тела молодых красавиц. Кому-то дороже всего власть, кому-то деньги, кому-то слава. Кто-то мечтает создать крепкую и счастливую семью, а кто-то не менее крепкую международную корпорацию с ежегодным доходом в несколько десятков миллионов долларов. Единственное, что привлекало меня, это… Хм, даже сказать стыдно. Ладно, начнем с самого начала.
Давай вспомним то время, когда мы были совсем маленькими. Хотя, как правило, эти самые беззаботные и счастливые годы нашей жизни очень плохо сохраняются в памяти. Но кое-что все-таки помнит каждый, а именно – сказки. Эти чудесные истории про богатырей, колдунов, царей да Иванушек-дурачков, которым почему-то всегда в конце достаются Василисы Прекрасные (наверное, за то, что хоть умом Иванушки и не блещут, но имеют доброе сердце, что во все времена – явление еще более редкое, чем толковые мозги). Именно эти сказки учили нас ориентироваться в жизни, отличать добро от зла, они закладывали в нас определенные ценности, были путеводными звездами нашего детства. Но самое главное, именно они учили нас мечтать. Кто не хотел иметь скатерть-самобранку, способную в мгновение ока предоставить любые вкусности, или цветик-семицветик, исполняющий все желания? Вот только куда это пропало? Когда мы успели променять своих жар-птиц, золотых рыбок и волшебные палочки на техногаджеты, модные тачки и брендовые тряпки? Когда мы успели предать свои детские мечты?
Конечно, все мы взрослеем и быстро забываем свои детские сказки. Нас учат желать того, что общепринято, и мечтать о том, что модно. Взрослый человек под давлением ценностей современного мира довольно быстро забывает о своих «глупых» детских мечтах. Вот только я не всегда веду себя как взрослый, а уж как нормальный – об этом вообще помолчу. Такое непростительное занудство я себе позволяю только в крайних случаях.
Так что я не предал свои детские сказки. Более того, я буквально помешался на них, с жадностью глотал любую историю о магах и колдунах, оборотнях и вампирах, ангелах и демонах. Я часами просиживал в библиотеке, по крупицам отсеивая те истории, что, казалось, содержали хоть толику правды, отделяя их от необъятного моря суеверий и легенд, как первые золотоискатели отсеивали золотые крупинки от грязного песка – терпеливо и не особо надеясь на успех. Я не сдавался и продолжал верить в то, что есть нечто большее, чем привычный мир. Скептики и атеисты лишь посмеивались надо мной, верующие начинали креститься, когда видели у меня в руках книгу очередного черного мага. Многие знакомые давно плюнули, как на ненормального шизика. Но я продолжал упорно стучаться в двери к иррациональному, даже не догадываясь, что однажды оно постучится ко мне.
Но все это будет потом. А сейчас я – бедный студент-первокурсник без особых перспектив, ничего не любящий, ничем не увлекающийся, потерявший веру в светлое безоблачное будущее и просто плывущий по течению, живущий по инерции, бегущий от самого себя и пытающийся затеряться в виртуальных мирах. Тебе никогда не хотелось однажды проснуться совершенно другим человеком?
Я бегло осмотрел комнату. Бардак, как обычно. Сегодня вечером обязательно наведу порядок. Надел джинсы, свитер, накинул куртку:
– Я гулять, мам. Буду вечером!
– Но уже вечер!
– Эм… значит, буду поздним вечером. Еще только шесть часов.
– Ладно, ты поел? Тепло оделся?
– Да, да – на оба вопроса! – Я улыбнулся матери и выскользнул на лестничную площадку.
Позвонить друзьям и позвать их погулять? Нет, опять начнутся разговоры о том, кто на какую новую игру подсел или как сегодня всех побеждал в очередном онлайн-проекте. Долбанутые задроты! Такие же, как и я, впрочем. Нет, сегодня мне это не нужно!
Я отправился прогуляться по вечерним улочкам и уже через полчаса стоял перед городским кладбищем. Ноги словно сами меня сюда принесли. Не первый раз, кстати. Я очень любил это место, оно действовало на меня успокаивающе. Впрочем, про мое увлечение, как и про «темные сказки», почти никто не знал, ведь это могло бы сильно подмочить мою репутацию адекватного отличника без странностей.
Особенно я помалкивал при родителях, ведь наверняка засуетятся. Люди всегда считают увлечения такого рода странностью. А мне это ни к чему. Ведь я – хороший сын. Знаешь, что такое быть хорошим ребенком? Это значит соответствовать ожиданиям своих родителей. То есть хороший ребенок для священника – это тот, который придерживается заповедей, добр и живет по моральным законам определенной религии; хороший ребенок для бизнесмена – целеустремленный, амбициозный и любящий добывать деньги, не брезгуя самыми разными методами; хороший ребенок для маньяка – тот, который приманивает жертв и помогает прятать тела. Понятно, да? Хороший ребенок – это тот, который является таким, каким хотят его видеть родители. Ни больше ни меньше. Именно таким я и являлся. Учился на отлично, был вежлив и приветлив с бесконечными полчищами родственников и знакомых, делал разную работу по дому и, что самое важное, никогда не создавал проблем. В общем, я уверенно косил под такой себе идеал сына из простой провинциальной семьи. Следуя этой логике, через некоторое время я должен был найти себе средненькую работу, одну на всю жизнь, и жениться на скромной серой мышке, которая будет печь вкусные пироги и подарит мне нескольких миленьких деточек. Хм… Прости. Сейчас пройдет легкий приступ тошноты, и я продолжу. Итак! Да, мне все это жутко не нравилось. Но мне вообще ничего не нравилось, так почему бы не порадовать близких людей, которые действительно любили меня и старались обеспечить как могли? В общем, как уже стало понятно, я жил двойной жизнью. В одной был крайне вежливый, сдержанный студент-отличник и любящий сын, в другой – невзрослеющий романтик, любитель сказок, компьютерных игр и фантастических рассказов о колдунах и волшебниках, любящий уединяться на кладбище, где спокойно и легко. Хотя что странного в том, что книги о магии мне нравились куда больше обыденной повседневной рутины? Что меня раздражало почти все, что так нравится обычным людям? Что в компании мертвых мне было куда легче, нежели в компании живых, ведь с ними можно быть самим собой и ничего не нужно скрывать? Так что в этом странного? Ладно, можешь не отвечать. Теперь ты понимаешь, почему у меня было две жизни. Я просто не хотел закончить свои дни в комнате с мягкими стенами. Люди стараются уничтожить или упрятать подальше от своих глаз все, что кажется им странным, а значит – может быть опасным.
Я уверенно толкнул дверцу ворот, ведущих на кладбище, и сделал первый шаг, даже не догадываясь, что сегодняшняя прогулка окажется совершенно не похожей на все предыдущие.
Кладбище было достаточно большим. Оно начиналось с могил, где упокоились люди, умершие три-четыре десятка лет назад. Обветшалые, накренившиеся памятники на давно заросших не только травой, но местами и деревьями могилах, являлись единственным напоминанием о когда-то живших в этом городе людях. Я слышал, что еще максимум лет пять – и местная администрация даст разрешение хоронить тут по второму кругу, так как кладбище слишком разрослось вширь и скоро рискует дотянуться до фермерских полей и огородов. А мертвые не должны мешать живым, особенно если у живых звенит в кошельке. Когда это произойдет, лежащие здесь люди канут в небытие еще раз, тоже, так сказать, по второму кругу.
Я прошел дальше по ряду. Уже стемнело. Оно и неудивительно, на дворе – середина ноября, дни стали намного короче. Взглянул на часы. Восемнадцать сорок. Через двадцать минут сторож закроет ворота, хотя когда меня это останавливало? С полей, раскинувшихся за кладбищем, подул холодный ветер. Я застегнул куртку до подбородка и накинул на голову капюшон, но все равно поежился от ледяного, казалось, уже зимнего ветра. Несмотря на холод и позднее время, направился дальше, вглубь кладбища.
Справа располагался «детский» сектор. Я резко ускорил шаг, так как очень не любил это место. Десятки статуй-ангелочков и сотни улыбающихся лиц застывшими мертвыми масками смотрели на меня словно бы с укоризной или завистью. Ведь я в отличие от них всех дожил до своего совершеннолетия. Это самое грустное место на кладбище, здесь лежат те, кто абсолютно по всем меркам ушел из нашего мира слишком рано.
Следующие два сектора прошел быстро, почти не глядя по сторонам, остановился на порядочном расстоянии от ворот, от дотошного сторожа и от улыбающихся лиц мертвых детей. Как странно, даже здесь, на кладбище, вдалеке от суеты, от мирских условностей и проблем, в тишине и покое, мне все же было от чего бежать.
Но мне все равно нравилось здесь. Люди обычно боятся кладбищ, они думают, будто сама смерть обитает там. Но это не так. Смерть собирает свою жатву на поле битвы, кого-то подкарауливает на дне бокала или даже в теплой постели, кого-то – на скоростной автомагистрали или в темном переулке. Но на кладбище ее нет. Здесь лежат ее трофеи. Но смерть не слишком честолюбива, чтобы любоваться ими, да и к тому же она – трудоголик, она все время занята. Ее коса не отдыхает никогда, а здесь, среди мертвых, у нее нет работы. Да и призраки на кладбище – редкость. Дух если и появляется в мире людей, то лишь для того, чтобы исправить какую-то ошибку, или его просто тянет к месту, где он многое пережил. В любом случае к кладбищу это обычно не имеет никакого отношения. Ни смерти, ни призраков здесь нет. Если не веришь, то можешь лично в этом убедиться. Приди как-нибудь на кладбище ночью и поймешь, что это одно из самых тихих и спокойных мест на земле.
Вокруг начал сгущаться туман. Как странно. Весьма редкое явление для этих широт в это время года.
Я подошел к краю сектора. В глаза сразу бросилась очень необычная могила. Точнее, она была бы вполне обыкновенной, если бы не торчащая из нее костяная рука. Я подошел ближе и попытался унять невольную дрожь. Рука явно была искусственной декорацией, ведь по контуру могилу украшал забор из таких же декоративных костей желтоватого цвета. А над самой могилой высился весьма оригинальный памятник в виде очень реалистичного скелета, который держал в руках табличку. Я подошел ближе, чтобы прочитать надпись. На табличке виднелась красивая гравировка: «Таким, как ты – когда-то был и я. Таким, как я – когда-то станешь ты». Где-то я уже слышал что-то похожее. Но все же какая странная могила! Ни имени упокоенного, ни дат рождения и смерти, только это зловещее предостережение. Я осмотрел памятник внимательнее, да, так и есть. Других надписей не было. Из могилы вдруг повеяло холодом, и как будто что-то заскрежетало под землей. Нет, всего лишь показалось, разумеется. У меня всегда было слишком живое воображение. Туман стал еще гуще, я еле видел на десяток метров вперед. Давно у нас не было таких густых туманов. Мне стало как-то не по себе, и я довольно быстрым шагом направился дальше. Странно, как я раньше не замечал такой необычной могилы, ведь не первый раз тут гуляю, а судя по датам захоронений в этом секторе, ей не меньше десяти лет.
Я дошел до развилки и подошел к следующему сектору. Меня вдруг пробрал озноб. На углу была точно такая же могила со скелетом. Я медленно подошел ближе. Нет, это не та же самая. Надпись на табличке была другой и гласила: «От судьбы не уйдешь». В остальном же разницы не обнаружилось никакой. Я несколько минут пялился на причудливое захоронение и вдруг неожиданно для самого себя развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел к выходу, быстрее и быстрее, а потом перешел на бег.
Мне казалось, я бежал целую вечность, мимо промелькнуло около двадцати секторов. Неужели я так далеко забрел, углубившись в свои мысли? Туман стал густым, как молоко. Я понял, что меня в нем настораживало. Он был абсолютно неестественным для моего города, такого я не видел никогда. Да я почти уверен, что никто не видел. Здесь что-то не так. Легкие жгло от долгого бега, я остановился отдышаться и взглянул направо. Вот тут-то меня и пробил настоящий озноб, а на лбу выступили капли холодного пота. Справа была все та же могила со скелетом, а на табличке надпись: «Не устал? Может, еще кружочек?» Я выругался и рванул вперед, еще быстрее, чем прежде. Не знаю, сколько бежал, время как будто перестало существовать. Наконец-то последние силы покинули меня, и я, запыхавшись, сел на землю. Поворачивая голову вправо, уже знал, какую могилу увижу, мне просто было интересно, что теперь написано на табличке. Там стояло всего три слова: «А ты упорный». Сам скелет, как мне показалось, ухмылялся. Хотя глупо, конечно, это все моя фантазия. Скелет ведь не может улыбаться, для этого ему нужны мускулы и кожный покров. Но я на всякий случай все же съездил кулаком по костяной черепушке, которая с треском отделилась от туловища и откатилась на десяток метров. Я выругался, поднял череп и почти тут же с отвращением отбросил его. Скелет не был искусственным. Даже такой профан в анатомии, как я, способен узнать настоящие кости.
Так, подытожим. Обливаясь холодным потом, я сижу на земле возле преследующей меня могилы, украшенной настоящими костями, ехидным скелетом и явно насмехающейся надо мной надписью на табличке. И конечно же по законам жанра все вокруг обволакивает неестественно густой молочно-белый туман. Куда же без него. Ситуация патовая, как ни крути. Мне вроде бы пока ничего не угрожает. Но и уйти я тоже не могу. Может, прилечь вздремнуть у могилки, а к утру все само образуется? Но ледяной холод и скрежет, доносящийся из могилы, подсказали мне, что к утру если что-то и образуется, так это еще один мертвец. И им буду я. Интересно, сколько людей умирает за год в густом тумане возле бродячих самоходных могил? Думаю, немного. И что это я все о смерти думаю? Как будто на кладбище ночью не о чем больше подумать!
Но мысли становились все более депрессивными, вместе с туманом меня словно накрыла волна безысходности. Белая густая дымка поползла к моим рукам и ногам, мягкая и нежная, она грозилась окутать меня целиком. Мне вдруг захотелось раствориться в этом тумане. Я понял, что там нет ни боли, ни печали, что только там я спрячусь от вездесущих бесконечных проблем этого мира, полного страданий. Мне захотелось стать частью тумана, он подарит мне вечный покой, и я буду лежать здесь со своими друзьями… Стоп! Откуда это? С какими еще друзьями? Ведь это не мои мысли, ведь я никогда не сдаюсь и ни в чем не желаю растворяться!
Вот тут-то мною и овладел настоящий ужас. Это уже слишком! Бродячие могилы, смеющиеся надо мной надписи на табличках, хищный туман, транслирующий суицидально-депрессивные идеи и чужие мысли прямо мне в голову – явно перебор для одного вечера!
– А он догадался! – раздался из тумана звонкий девичий голос, казалось, в десятке метров справа от меня. – Я же говорила, он вас раскусит!
– Не раскусил бы, если бы кое-кто действовал более тонко! – А это уже голос парня где-то слева. – Нельзя незаметно подбросить чужие мысли.
– Если бы кое-кто действовал более тонко, – передразнил грубый бас где-то впереди, – то парнишка уже схватил бы первую попавшуюся кость и пробил себе сердце. А ты потом в рапорте начальству писал бы объяснение, с какой целью довел Потенциала до суицида.
– Беру на себя смелость напомнить, – прозвучал у меня за спиной ровный голос, который показался каким-то неживым, – что, согласно статье пятьдесят девятой Кодекса, незаконное проникновение в сознание…
– Да заткнись ты, киборг! – прорычал все тот же мужской бас впереди.
– Оскорбление Смотрящего согласно Кодексу…
– Да меня эти болванчики совсем с ума сведут!
– Он лишь напоминает нам, что пора перейти непосредственно к делу! – Этот хрипловатый голос, кажется, принадлежал старой даме, которая, судя по всему, злоупотребляла курением. Голос раздался, казалось, всего в нескольких метрах за моим левым плечом.
– Не тебе указывать, что и когда мне делать, шаманка. Я еще не закончил, – снова бас впереди. – Ты видела, что он сотворил с моим верным прислужником? Так бестактно оторвать голову! Что за невоспитанность? Я научу его хорошим манерам, даже если эти заводные болванчики будут лезть со своими статьями и кодексами куда не просят.
Это они меня, что ли, обсуждают? Видимо, да. И что я сделал с каким-то там прислужником? Это, случайно, не о том, как я снес голову того скелета со странной могилы?
– А я слышала, что все некромаги сдержанные и холодные как лед. – Еще один голос девушки звучал томно и сексуально, казалось, где-то совсем рядом со мной. Потом раздался негромкий смех. – Видимо, нам достался самый вспыльчивый.
– Да что вы все на меня накинулись? Сейчас, еще минутку повеселюсь, и закончим.
– Только побыстрее, коллега, – сказал из тумана мужской тенор, которого я сегодня еще не слышал, – я бы хотел лечь спать. Завтра у меня ранний подъем и много дел, а тут вы со своими шуточками.
– Ладно-ладно, заканчиваю, – нехотя ответил голос, владельца которого другие голоса прозвали «некромагом».
После этого голоса исчезли, и снова воцарилась гробовая тишина. Все! Приехали! Я испуганно осмотрелся по сторонам. Бродячие могилы, суицидальный туман, голоса в голове. А я ведь знал, что рано или поздно все эти мои необычные увлечения закончатся шизофренией. Вот психиатр порадуется моему рассказу! Ну, везде надо искать свои плюсы. Зато меня, возможно, посадят в палату к Цезарю и Наполеону. Буду им мемуары писать. Да и кормят сейчас в лечебницах вроде бы не так плохо…
Мои размышления о светлом будущем в смирительной рубашке в комнате с мягкими стенами были нагло прерваны жутким скрежетом, донесшимся со дна той самой бродячей могилы. Рука, торчащая из земли, вдруг зашевелилась и полезла вверх, а через мгновение над землей уже торчала половина туловища. Еще миг – и скелет предстал передо мной во весь рост. Голова повернулась в мою сторону, пустые глазницы уставились на меня. Вдруг из них полился ярко-зеленый свет, и скелет бодро заскрежетал в мою сторону своими желтовато-белыми косточками, преследуя, как мне показалось, не самые миролюбивые цели. Я попытался отшатнуться, но ноги не слушались, как, впрочем, и все тело. Хорошо, что это просто дурацкая галлюцинация, иначе у меня уже были бы серьезные проблемы. Скелет подошел на расстояние вытянутой руки, и в лицо ударил мерзкий запах тлена и смерти. Костлявая рука потянулась к моим глазам. Галлюцинация, кажется, собиралась лишить меня зрения.
– Так, все, хватит!
После этих слов скелет тут же растворился в воздухе, будто и не было его никогда. А с ним исчезли странная могила и туман. Я стоял посреди обыкновенного городского кладбища. И все пережитое можно было бы считать наваждением, если бы не двенадцать фигур, стоящих в десятке метров от меня. Эти «глюки» почему-то не спешили растворяться в воздухе.
Шесть фигур справа были в черных плащах с капюшонами, низко натянутыми на голову, так что рассмотреть их лица не представлялось возможным. Все – одинакового роста и телосложения. Шесть фигур слева выглядели более живыми, возможно, в первую очередь потому, что были совершенно разными. Эти стояли без капюшонов, и я смог их изучить.
– Кажется, он приходит в себя! – сказал высокий мужчина в странном головном уборе в виде пирамиды. Ему принадлежал тот мужской тенор, который я услышал из тумана последним.
– Какой-то он… словно пришибленный, – заметила невысокая девушка с серебристо-белыми волосами. В тумане я услышал ее голос первым.
«Посмотрел бы, как бы ты выглядела, если бы стала жертвой таких вот фокусников», – хотелось ответить мне. Но я промолчал. Не мешало бы сначала разобраться в ситуации, да и глупо спорить с собственными галлюцинациями.
– Кажется, он все еще думает, что мы плод его воображения, – елейным голосом заметил высокий юноша. У него были тонкие красивые черты лица, а из-под плаща выглядывал воротник какого-то замысловатого щегольского наряда. Парень сильно смахивал то ли на вампира из современных голливудских фильмов, то ли на гея. В принципе и те и другие выглядят примерно одинаково.
– Как забавно! – прохрипела невысокая полная старушенция и пустила несколько колец табачного дыма из своей длинной трубки.
– Забавно было, когда этот парнишка чуть в штаны не наделал из-за моих фокусов, – сказал бородатый коренастый коротышка, сильно смахивающий на толкиеновского гнома. Ему бы боевой молот и кольчугу, и хоть сейчас можно идти направо и налево рубить орков. Ну или эльфов, это уж как получится.
После своих слов он засмеялся громким раскатистым смехом.
Так вот кто главный виновник «торжества», съездить бы ему по ухмыляющейся «гномьей» физиономии! Я вообще-то чаще всего веду себя как спокойный и совершенно не агрессивный молодой человек. Но случаи, когда на меня напускают живых мертвецов, в расчет не берутся. А может, это и не глюки вовсе? Может, это какие-то фокусники-сектанты? Накололи меня наркотиками и готовят к какому-то кровавому обряду. Хотя я ведь не чувствовал никакого укола. Неужели они распылили наркотик вокруг меня в виде аэрозоля? В любом случае надо как-то сбежать отсюда!
– Ну вот, теперь он думает, что мы кровожадные сектанты, – снова подал голос «вампир», – а все, что он видел, – наркотический бред.
– Чего-чего? – Рыжеволосая девушка тихонько засмеялась.
– Ну, судя по тому, что я откопал в его сознании, – продолжил «вампир», – он считает, что его видения были не чем иным, как галлюцинациями, вызванными наркотическими веществами. А эти самые наркотические вещества мы, видимо, распылили вокруг него в воздухе, так как никаких уколов он не чувствовал и еду-питье у незнакомцев не брал. А сделали мы это, видимо, для того, чтобы он под действием наркотика стал участником какого-то нашего изощренного ритуала.
У меня началась легкая паника. Казалось, мои мысли прочли и повторили дословно. Присутствующие отреагировали на слова «вампира» неоднозначно. У одних на лице появилась саркастическая улыбка, у других – удивление, а обе девушки засмеялись.
– Хорошая работа, коллега! – обратился один из присутствующих к «вампиру».
– А у него богатое воображение! Эй, парень, и часто в твоем провинциальном городке по кладбищу шастает толпа фанатиков в черных балахонах, вооруженная полными баллонами наркотиков, и ищет очередного юнца для своих кровавых обрядов?
Теперь уже засмеялись или хотя бы улыбнулись практически все. У меня же на смену страху пришли раздражение и обида. Я понимал, насколько глупой оказалась моя гипотеза, как я мог подумать такой бред! Сам факт разбрызгивания любого наркотика, вещества наверняка недешевого, целыми баллонами, да еще и на открытом пространстве, был до ужаса нелепым. Не говоря уже про идею с кровавыми сектантами, о которых в нашем городе никогда и не слышали. Но тогда что, черт возьми, здесь происходит? Кто эти психи? Или это галлюцинации? Может, я действительно болен каким-то психическим расстройством? Я ведь всегда был немного странный, вот и случилось. Стою сейчас, как идиот, один посреди кладбища перед облупленными крестами, нафантазировав себе безумную сцену. Мне снова захотелось бежать отсюда как можно дальше. Но другая часть мой личности говорила, что я обязательно должен во всем разобраться. Правду сказать, эти типы меня жутко пугали и нервировали. Особенно тот парень с то ли вампирской, то ли гейской внешностью, что читал мои мысли. Странно, до этого дня я думал, что читать мысли невозможно. Впрочем, до этого дня я не верил в ходячих мертвецов и самопередвигающиеся могилы со странным чувством юмора.
– Мысли читать не так уж и сложно, особенно для вампира моего уровня. И кстати, я не гей! – Уголки губ парня разошлись в плотоядной улыбке, оголив белоснежные клыки, которые даже с расстояния десятка метров казались острыми как бритва.
Да уж, с этими ребятами нужно быть аккуратным не только на словах, но и в мыслях.
– Господа, мы теряем время! – раздался все тот же холодный решительный голос. И шесть человек, что еще не показали своего лица, словно по команде, откинули капюшоны. Тут я понял, что сюрпризы на сегодня еще не закончились. Все шесть имели не только одинаковые рост и фигуры, на меня холодными застывшими взглядами смотрели шесть совершенно одинаковых лиц. Черные, коротко остриженные волосы, суровые, ничем не запоминающиеся черты лиц. Людей с такой внешностью часто берут в разведку. Их внешность совершенно не примечательна, можешь хоть полчаса на них внимательно смотреть, потом отведешь взгляд на мгновенье, и окажется, что образ не сохранился в памяти.
– А… а вы кто? – Я даже не знал, кому конкретно адресую этот вопрос.
– Мы маги-инициаторы, представители шести магических школ. А вон те – шесть из ларца, одинаковых с лица – это Смотрящие. Как видишь, ничего сложного и непонятного, – заявила женщина с курительной трубкой.
Угу, Смотрящие, маги, шесть школ, вампир, читающий мысли, некромаг, натравивший на меня скелет. Чего уж тут сложного и непонятного? Вполне себе обыденная ситуация. Хотя, я думаю, не стоит говорить, что, как правило, свой вечерний досуг я провожу немного по-другому.
– И что же такой необычной компании нужно от моей скромной персоны? – полюбопытствовал я.
– Вы – Потенциал и после обряда инициации станете учеником одной из шести школ, а в будущем – ее адептом, – механическим голосом завел свою пластинку один из Смотрящих. – Здесь шесть магов, по одному представителю от каждой школы. Один из них станет вашим соратником и объяснит все более подробно. Остальные пять вернутся ни с чем. Мы, Смотрящие, находимся здесь с целью поддержания порядка и быстрого реагирования в случае конфликта. В первую очередь мы здесь для вашей защиты, уважаемый Потенциал.
– Потенциал?
– Потенциальный маг, человек с задатками, еще не прошедший обряда инициации.
– А от кого меня защищают?
– От нас, глупенький. – Улыбка рыжеволосой девушки показалась мне еще более хищной, чем у вампира. – Наши школы находятся в состоянии войны. И после того как ты присоединишься к одной из шести, представители остальных пяти сделаются твоими врагами. И пять из шести присутствующих здесь магов захотят твоей смерти. Вот поэтому здесь находятся Смотрящие. Хоть они и туповаты, но достаточно сильны, чтобы расшвырять нас, как котят, если мы вздумаем на тебя напасть. Так что будь с ними повежливее, они – единственный залог того, что твоя ценная тушка будет после инициации доставлена туда, куда нужно, в целом виде.
Вот так поворот. Я сглотнул застрявший в горле ком.
– А они… они вообще люди?
– Нет, как, впрочем, и мы. Как и ты! Но они еще и неживые и запрограммированы только на выполнение своих непосредственных функций, – заметила невысокая беловолосая девушка.
– Ладно, хорош языками без толку трепать! Давайте уже начнем обряд. Но сначала – старый добрый тотализатор, – сказал некромаг, и перед магами тут же появился небольшой деревянный горшочек.
– Думаю, он окажется некромагом, он выглядит достаточно хладнокровным и безразличным к прелестям жизни, да и кладбища любит, – с этими словами высокий мужчина бросил в горшочек золотую (как мне показалось) монету.
– Хах, черта с два! Вы видели, как он грубо разделался с моим скелетом? Вспыльчив он слишком, – заметил некромаг.
– Пфф…
– М-да… Кто бы говорил…
– Нет, думаю, будет темным, – продолжил некромаг, сделав вид, что не слышит насмешек своих коллег. В руках у него блеснула точно такая же золотистая монетка и тут же скрылась в горшочке.
– Да, я тоже чувствую в нем Тьму, – заметил вампир. – Очень надеюсь, что он и вправду попадет ко мне, уж я-то научу его вежливому отношению к вампирам. – Еще одна монетка полетела в горшочек, а я углядел в глазах парня что-то такое, что заставило меня всем сердцем пожелать, чтобы его ожидания не сбылись.
– А мне кажется, он попадет ко мне, – сказала девушка с серебристыми волосами и кинула монетку. Пожалуй, она была единственной в этой необычной компании, кто меня не пугал, а даже вызывал симпатию.
Но слова девушки встретили с явным скепсисом. Казалось, абсолютно все были уверены, что к ней я не попаду. Интуиция мне подсказывала, что они правы. А жаль.
– Нет, он мой. Два к одному. – В руке рыжеволосой девушки блеснуло сразу две монетки, которые тут же отправились в горшочек. Девушка улыбнулась мне на этот раз самой теплой и нежной улыбкой и даже подмигнула.
– Ну, шаман из парня явно не получится, но он и не некромаг, и не темный, – прохрипела последняя участница спора. После этого она медленно сделала несколько затяжек из курительной трубки, сложила свои потрескавшиеся губы трубочкой и выдохнула дым тремя ровными кольцами. Некоторые уже начинали злиться, а она все не торопилась. Но вот в руках шаманки сверкнула монета и тут же полетела в горшочек. – Эх, была не была, присоединюсь к юной волшебнице. Думаю, светлый!
Девушка с серебристыми волосами заулыбалась, радуясь, что кто-то разделяет ее мнение. Рыжеволосая только хмыкнула, вампир удивленно покосился на старую шаманку. Остальные остались беспристрастными.
– Ставки сделаны, дамы и господа, начинаем!
После этих слов девушка с серебристыми волосами медленно и несколько робко, но при этом очень грациозно вышла вперед. Она чем-то напоминала прекрасного лебедя.
– Я призываю Истинный Свет, и пусть примет он своего ученика. – Девушка сделала несколько необычных пассов и сложила перед собой ладони чашей, словно держала в них воду. После ее слов над руками возник яркий сияющий символ в форме белоснежного солнца с шестнадцатью (как мне показалось) лучами, в диаметре примерно равный баскетбольному мячу. Символ засиял серебристо-белым светом.
– Я зову Тьму себе в свидетели, да определит она своего нового адепта. – Вампир стал рядом с девушкой, и после нескольких сложных пассов над его руками возникла багряная перевернутая пентаграмма, светящаяся ярко-алым сиянием.
– Я взываю к Силам Смерти, – тщательно и с расстановкой пророкотал своим басом некромаг, сделав те же пассы руками, – черная дымка взмыла над его ладонями и сложилась в зловещий угрюмый череп. – Пускай присоединится к нам новый соратник.
– Я уповаю на Жизнь и неисчерпаемую Силу, спящую в ней, – прохрипела курящая старушка, – так пускай же станет он в наши ряды и будет славным шаманом или друидом. – Сияющий изумрудный лист тут же сформировался у нее над ладонями.
– Всему глава – Порядок, – провозгласил мужчина в пирамидальном головном уборе, – твердыня стабильности и гармонии. Пускай же придет он на помощь своему новому верному последователю. – Снова несколько пассов, и над ладонями у мага материализовался призрачный ярко-золотистый щит, сияющий как солнце.
Потом выступила вперед рыжеволосая девушка.
– Хаос – первоначало всего, – произнесла она, – породивший богов и людей, разделивший все и вся ради жизни, основа всех основ, неиссякаемая энергия творения и разрушения, сегодня ты получишь нового адепта.
Все те же пассы – и над руками девушки взмыл странный знак. Он был коричневого цвета и являл собой четыре обоюдоострых луча разной длины, что, пересекаясь, формировали символ, напоминающий неправильную восьмиконечную звезду.
– Начинайте! – повелительным тоном произнесли Смотрящие.
Я не мог отвести взгляда от магов. Шесть неподвижных изваяний сейчас казались не более живыми, чем стоявшие по соседству Смотрящие. Все маги замерли в одной позе – сложив ладони ковшом перед собой. Перед каждым висел причудливый символ, ярко светящийся в темноте собственным светом, который освещал лица магов, искажая их и делая довольно жуткими. Мне почему-то невольно вспомнились детские шалости, когда мы с друзьями в темноте светили фонариком снизу на свое лицо, это порой порождало достаточно страшное зрелище. Правда, в результате все заканчивалось беззаботным смехом. Сейчас мне смеяться хотелось меньше всего.
Внезапно от каждого из шести символов отделился тонкий световой луч, напоминавший лазер. Лучи медленно направились в мою сторону, грозя рано или поздно слиться в один. Одни ползли ко мне достаточно уверенно и быстро, другие медленнее, порой словно бы помигивая. Серебристо-белый луч остановился на полпути и буквально взорвался с негромким треском, без следа растворившись в воздухе. Сияющее солнце на руках у беловолосой девушки тут же исчезло вместе с ним. Волшебница вздохнула (мне показалось, что она действительно расстроилась) и, опустив руки, отошла на несколько шагов назад.
Черный и желто-золотистый лучи исчезли один за другим с таким же характерным хлопком. С ними вместе растворились черный череп и золотистый щит. Маги, не выказывая никаких эмоций, сделали три шага назад.
Передо мной остались трое. Символы все еще висели перед ними, а лучи ползли ко мне медленно и неотвратимо. Лица магов не выражали никаких эмоций. До моего тела лучам оставалось пройти чуть больше метра, как вдруг изумрудный луч лопнул и шаманка отошла назад.
Два оставшихся луча подошли почти вплотную. От них резко ударило жаром, словно из печи. Меня снова охватил необъяснимый страх, захотелось сбежать. Но тело отказалось слушаться. Я, в который раз за этот вечер, стоял как беспомощный кролик, глядящий в глаза удаву. Лучи почти коснулись меня. Жар становился нестерпимым, казалось, на меня вот-вот польется кипяток. И вдруг красный луч лопнул.
– Я же говорила, он мой, – ликующе воскликнула рыжеволосая, и я увидел, как горшочек с золотыми монетами подлетел к ней.
Коричневый луч коснулся моей груди. Никакой боли я не почувствовал, да и ожогов, вопреки моим ожиданиям, не было. Более того, от места, к которому прикоснулся луч, по всему телу разошлось приятное тепло. Окружающий мир стал расплываться, казалось, что я вот-вот упаду в обморок. К счастью, такое состояние продлилось всего несколько мгновений. Когда я широко раскрыл глаза и снова стал полноценно воспринимать мир, меня ждал сюрприз. Я стоял посреди кладбища, темной ночью, совсем один. Никаких тебе магов и Смотрящих. Не было, разумеется, ни загадочного тумана, ни бродячей могилы, и все произошедшее казалось дурным сном. Может, я действительно случайно заснул и мне приснился весь этот бред? Думать так приятнее, чем искать у себя психические патологии.
– Вот же чертовщина. И померещится же такое, – сказал я сам себе.
– Это ты о чем? – ответил мне тихий голос прямо возле уха, так неожиданно, что я подпрыгнул.
Рыжеволосая девушка стояла в шаге от меня и улыбалась.
– Так, значит, все это правда?
– А ты только сейчас понял?
Головокружение прошло, но приятный согревающий жар еще держался во всем теле, словно я сидел у костра.
– Что со мной происходит?
– Ничего особенного, ты стал одним из нас.
– А куда делись остальные?
– Тебя выбрал Хаос, им здесь больше нечего делать, – девушка наклонилась к моему уху, и меня обдало горячим дыханием с запахом лаванды, – впрочем, и нам не стоит задерживаться. Ты еще не хочешь спать? – Этот вопрос она произнесла шепотом. Девушка прильнула ко мне, и даже через одежду я почувствовал прикосновение ее мягкой груди. Интересно, у них со всеми новичками так обращаются? Или это такая изощренная форма дедовщины, которая в конечном итоге закончится моим унижением? Я только сейчас заметил, что моя правая рука обнимает ее талию. Странно, что-то не помню я за собой такой прыткости в общении с девушками. Я всегда был достаточно прохладен с ними.
– Не убегай от этого тепла, отдайся ему, плыви в нем. Оно отнесет тебя куда нужно, – нашептывала рыжеволосая. Я чувствовал, что мышцы становятся тяжелее. Веки слипались. Я еще раз взглянул на девушку. Она была прекрасна. Несравненна. Глубокой ночью я стоял посреди кладбища и обнимал сногсшибательную красавицу лет на десять старше меня. А может, и на триста десять, кто поручится за этих ведьм? У них все не как у людей. Я, во всяком случае, сейчас точно не хотел спрашивать о ее возрасте.
Мягкие горячие губы коснулись моей щеки, я вздрогнул. Мое сознание слабело, мысли путались, а странное тепло все сильнее согревало и расслабляло. Мне почему-то вспомнился эксперимент с двумя лягушками. Одну бросают в кипяток, и, ошпаренная, она тут же выскакивает наружу. Другую кладут в холодную воду, которую потом медленно подогревают. Лягушке приятно, мышцы расслабляются, и, когда она понимает, что становится слишком горячо, сил выбраться уже нет. Сладкая смерть! И к чему я об этом вспомнил? Мысли смешались, и я стал куда-то проваливаться. Пространство вокруг затянуло серой дымкой, и откуда-то сверху послышался насмешливый голос рыжеволосой:
– А ты забавный! Может, еще как-нибудь встретимся. Меня, кстати, Бестией, кличут! – Милая озорная улыбка девушки – это последнее, что я увидел перед тем, как мое сознание провалилось в черную бездну.
Любовь – это страсть! Любовь – это пламя! Каждый раз с возлюбленной должен быть как последний. Ведь это чувство словно пожирает вас.
Дневной свет ослепил меня, как только я открыл глаза. Они заслезились, и мне пришлось часто моргать, чтобы привыкнуть к яркому освещению. Приподнявшись на локтях, я почувствовал тупую ломящую боль во всем теле, но все равно прежде, чем плюхнуться обратно на подушку, внимательно осмотрел помещение. Комната оказалась небольшой: окно напротив кровати с прозрачным тюлем и широко раздвинутыми бледно-салатовыми шторами, болотно-коричневый шкаф, несколько неказистых стульев, столик со стопкой каких-то глянцевых журналов, в углу тумбочка со стареньким телевизором. А рядом с окном, на мягком, обтянутом кожей (хотя скорее уж кожзаменителем) кресле, мирно дремала черная кошка, нежась под теплыми лучами солнца. Кстати, о солнце, судя по его положению, уже перевалило за полдень. Долго же я спал.
– Кира, – тихо позвал я. Голова раскалывалась, словно после бурной пьянки, а ощущения в теле были такими, как будто вчера кто-то долго и методично меня избивал.
Изумрудные глаза открылись мгновенно и посмотрели на меня с обычным веселым любопытством.
– Очнулся-таки? – промурлыкала Кира. – Я уж и не надеялась.
– Не дождешься, – буркнул я и попробовал активнее пошевелить руками и ногами. Кажется, ничего не сломано. Но чувствовал я себя очень потрепанным. – Что со мной произошло?
– Ты совсем ничего не помнишь?
– Смутно, все как в тумане. Бестия, группа специального назначения, смертоносный демон, странный ночной пришелец, спасший меня. – Я пытался сложить цельную картину из всего, что произошло. – Ну и вечерок вчера выдался. Странно, что я до сих пор жив.
– Да, действительно странно. Хотя могу тебя немного обрадовать: твои новоиспеченные враги заметили валькирию, севшую нам на хвост. В отличие от тебя боевые маги Хаоса из специальной группы знают, что она из себя представляет. Так что все уверены, что ты мертв.
– И никто даже не попытался отыскать мое тело и потыкать в него палкой, чтобы убедиться в моей смерти? Или сделать контрольный выстрел в голову? Как непрофессионально! – удивился я. – Ну что ж, не будем пока разочаровывать наших врагов и внезапно воскресать. А то, глядишь, помрут с перепуга от такого неожиданного зрелища, где же мы тогда новых врагов найдем? Но все-таки интересно, как скоро они догадаются, что я жив?
– Ну, это зависит от многих факторов, в принципе они уже могли пойти по следу и найти тебя. А сейчас они стоят за дверью и спорят, что лучше: спустить с тебя шкуру или сжечь заживо, – промурлыкала кошка, спрыгнув с кресла.
– Очень смешно! Ты всегда умела утешать. В любом случае ты отчасти права, в моей ситуации малейшее промедление опасно для жизни. Нужно убираться отсюда, и поскорее. Кстати, отсюда – это откуда? – Я с растерянностью осмотрел совершенно незнакомую комнату. – Где я? Как я здесь очутился?
– Помнишь того ночного незнакомца, что спас тебя от демона? – не дожидаясь ответа, Кира продолжила: – Он еще пожелал тебе спокойной ночи.
Да уж, такое забудешь.
– Так вот, после этого ты сел в машину и приехал сюда. Это небольшой придорожный отель. Ты все это время был сильно не в себе, как будто пьян или под гипнозом. Ты снял эту комнату, разделся, упал на кровать, тут же вырубился и проспал, если быть дотошной, четырнадцать часов и сорок три минуты.
– Так что со мной было?! Ты не в состоянии отличить пьяного от жертвы гипноза?! – Я почему-то сильно разозлился, когда осознал достаточно очевидный факт – меня нагло и без спросу загипнотизировали. Хотя стоило бы быть благодарным за то, что жив остался.
– Не кипятись. – Кира смотрела на меня невозмутимо, ее выдержка и хладнокровие всегда превосходили мои, а они тоже были неслабыми. – Это какая-то незнакомая мне форма гипноза. Да, как ты знаешь, обыкновенный гипноз на магов не действует из-за ваших ментальных блоков. Здесь применили что-то посильнее.
– Мне кажется, травля спецназом Хаоса и два редких сверхсильных существа, одно из которых владеет гипнозом, – это перебор для одного вечера. – Я вздохнул и снова откинулся на подушку. – И что ты думаешь об этом?
– Уточняй, о чем именно спрашиваешь! – промурлыкала Кира. – Вчера вечером слишком много всего произошло.
– Ну, с Бестией и группой специального назначения все более или менее понятно, хотя проблем от этого не меньше. У хаоситов произошел переворот, в результате чего я потерял верного друга и стал ренегатом для своих бывших товарищей. Насчет того, как быть дальше, еще пораскину мозгами. Мне интересно твое мнение о демоне в золотых сияющих доспехах и о том странном существе в черном плаще, что разорвало демона на куски. Этот ночной пришелец почему-то спас нас от неминуемой гибели.
– Не нас, а тебя. Я не живая, и смерть мне не грозит. – Поймав мой не самый любящий взгляд, демонесса продолжила: – Да, мне тоже все это кажется странным. Особенно – нападение валькирии. Ее явно кто-то подослал. Сами по себе эти демоны на магов не охотятся. Да валькирия и сама призналась, что ей приказали тебя убить. Но вот странно, что кто-то решил избавиться от тебя таким способом, если…
– Если есть сотни более простых и практичных способов покончить со мной, – закончил я за свою спутницу. – Да, меня это тоже удивляет. Все маги довольно прагматичны, они и лишней капли энергии не потратят. А тут такая расточительность. Натравить на мага моего уровня валькирию – это все равно что бороться с клопами при помощи миномета и ручных гранат. Непрактично – это мягко сказано.
– Может, тебя вовсе и не хотели убивать?
– Ну, не похоже, что валькирия имела мирные намерения.
– Я не об этом, – сказала Кира.
– Думаешь, враг хотел проверить, придет ли кто-то ко мне на помощь? То странное существо в плаще? Может, его спровоцировали на защиту, заставили открыться и показать себя? Не знаю, все это кажется маловероятным, – сказал я и обхватил голову руками.
– Возможно все, – философски заметила Кира. – Хотя… все еще непонятно, зачем к тебе подослали именно валькирию, а не кого-то другого? Что, если твой враг просто живет за Гранью, в Сумеречном Мире, и сам до тебя дотянуться не может? Вот и посылает кого-то вместо себя.
– Это вряд ли. Я всего несколько раз был за Гранью и врагов в тех краях нажить себе не успел. Да и живут там одни тени и призраки, больно нужен я им. У меня и в этом-то мире врагов нет. Точнее, не было до вчерашнего вечера. И все-таки тот незнакомец в плаще кажется мне еще удивительней валькирии. Кто он такой? Или что он такое? Как он настолько быстро разделался с могущественным демоном? А его голос! – Я поежился от одного воспоминания.
– Стилем боя это существо очень походило на вампира.
– А вампиру под силу разделаться с валькирией? – поинтересовался я.
– Ну, думаю, слаженная команда, в которую входит дюжина тысячелетних вампиров, с этой задачей справилась бы минут за пять. Не без потерь, скорее всего. Но чтобы вот так, за несколько мгновений, разорвать валькирию… На такую мощь способны только Великие Мастера. Но все они пользуются магией, а не когтями и клыками.
– У меня голова раскалывается от всех этих загадок, – ответил я, еще сильнее сжав руками голову, которая и так чуть ли не трещала по швам. – Нужно пойти поесть. На пустой желудок из меня плохой аналитик.
– Впрочем, как и на полный, – не удержалась от шпильки Кира. Кошка спрыгнула с кресла и направилась к выходу из комнаты.
– Э нет! Мне могут пригодиться твои советы, а на людях я не собираюсь болтать с пустотой, так что полезай-ка ты в медальон! – Как я уже говорил, Кира очень не любила сидеть внутри «презренного куска металла», но это был единственный способ поддерживать ментальную связь, то есть, говоря проще, общаться друг с другом без посредства речевого аппарата.
Я, стиснув зубы, приподнялся на локтях, сел, а потом аккуратно встал с кровати. Все тело невыносимо болело, но отлеживаться не было времени. В любой момент мои враги, коих у меня, как вчера оказалось, немало, могут узнать, что мне удалось выжить, и тут же поспешат исправить эту досадную ошибку.
Я взял со стула свою одежду и, кое-как натянув на себя, двинулся к выходу. Оглянувшись, в последний раз осмотрел маленькую уютную комнатку. Больше всего мне хотелось остаться здесь хотя бы на день и ни о чем не думать, ни о чем не переживать. Но я не мог позволить себе такую роскошь.
Я, не особо глядя по сторонам, быстро миновал холл гостиницы и вышел на улицу. За ограждением, под зонтиками с логотипами кока-колы, стояло около десяти пластиковых столиков, три из которых были заняты. Из мангала, что находился недалеко от летней кухни, доносился аппетитный запах шашлыка. Желудок протяжным жалобным урчанием напомнил мне, что подкрепиться было бы совсем не лишним. А я как раз вспомнил, что с деньгами у меня туго. Какая досада! Что ж, придется использовать старый, не слишком благородный, но весьма эффективный способ. Я посмотрел на людей, сидящих за столиками, и прикинул, кто же сегодня будет моим спонсором. Слева устроилась семья: отец, мать и дочурка лет пяти уплетали бургеры и жизнерадостно улыбались. Эти люди выглядели счастливыми и довольными, и в мои планы не входило менять это. Справа от них скучала одинокая дама в деловом костюме и с выражением крайнего усердия на лице вяло ковыряла вилкой крохотную порцию какого-то салата, изредка маленькими глотками прихлебывая из бокала белое вино. Эта тоже не подходит. Еще правее за крайним столиком сидел тучный мужчина лет сорока, одетый в дорогой костюм, пуговицы которого еле сходились на необъятном чреве. Перед ним стояли бокал с темным пивом, большая тарелка картофеля и двойная порция шашлыка. Половина этой еды была уже съедена, и по той скорости, с которой толстяк расправлялся с едой и пивом, я понял, что это не первая порция и далеко не первый бокал. Вот кто мне нужен.
Превозмогая боль, я уверенным, как мне казалось, шагом подошел к столику, хлопнул толстяка ладонью по плечу и достаточно громко произнес: «Здоров! Давненько не виделись!» Краем глаза где-то на периферии заметил человека в черном костюме и затемненных очках. Он стоял в достаточно расслабленной позе возле черного BMW, но когда я подошел к толстяку – тут же напрягся. Черт бы побрал мою невнимательность! Когда-нибудь она меня погубит! Это, судя по всему, телохранитель толстяка, но отступать уже было слишком поздно.
Мужчина передо мной тоже напрягся, его массивная голова повернулась в мою сторону, и на меня уставились крохотные поросячьи глазки, совсем сузившиеся в подозрительном прищуре. Так продолжалось несколько мгновений, после чего его глаза расширились, и я увидел в них сначала удивление, а потом и узнавание. Вдруг лицо толстяка расплылось в широкой улыбке, и он так неожиданно схватил меня своей громадной ручищей и прижал к себе, что я еле устоял на ногах:
– Сашка! Санек! Сколько лет, сколько зим! Как ты? Как жена? Все еще держишь свой ларек или уже расширяешь дело?
Сашка?! Ладно, почему бы и нет? Буду сегодня Саньком, лишь бы накормили досыта. Я заметил, что охранник снова расслабился и, скрестив руки на груди, оперся на капот машины. Он с нескрываемым любопытством изучал меня. Ну и пусть. Мне все равно!
– Да ты садись! В ногах правды нет! – Я послушно плюхнулся на пластиковый стул. – Эй, официант! – Толстяк громко хлопнул своими пухлыми ладонями. – Неси-ка ты еще одну порцию, двойную. И пива, да поживее!
Официант умчался на кухню с небывалым проворством, видимо, такие богатенькие посетители, как этот толстяк, были редкими птицами в забегаловке у придорожного отеля. Что ж, мне оставалось лишь изображать из себя того самого Санька и следить, чтобы завеса моего психомагического гипноза не упала. Хорошо, что я не пропускал в академии ни единого урока психомагии. Нет, конечно, эта дисциплина не называлась «психомагией», она носила какое-то название вроде «принципы и механизмы использования энергетических потоков и полей нестабильной хаотической среды для влияния на поверхностные и глубинные психические процессы гуманоидных и некоторых негуманоидных существ». Я уже точно не помню. Но по-простому такое искусство мы называли «психомагией». И это та единственная сфера магии, в которой я слыл асом. И гипноз, кстати, был далеко не единственным фокусом в этой отрасли магического искусства. Я, например, могу создавать разные глубинные установки и даже менять воспоминания человека и многое, многое другое, но сейчас не об этом. Просто скажу, что это направление в магии являлось одним из моих любимых. По окончании двухлетней общеобразовательной подготовки в Академии Хаоса я поступил именно на психомагический факультет и добился немалых результатов. Психомагию явно стоит считать моей сильной стороной. А вот самым слабым моим местом всегда была техномагия – создание и использование всякого рода магических гаджетов. Но что-то я отвлекся.
Официант примчался с подносом, на котором стояли два бокала с пивом (оба, к моему удивлению, поставили передо мной), большая тарелка с картофелем и двойная порция шашлыка. Желудок предательски громко заурчал. Толстяк только засмеялся и хлопнул меня по плечу:
– Угощайся, приятель, вижу – ты проголодался.
Меня трижды приглашать не надо. Я начал наворачивать картошку с мясом с невероятной скоростью, обильно запивая все это темным пивом. Вот повезло, даже пиво мы с толстяком любим одинаковое. По ходу дела я аккуратно проник в его сознание, совсем немного, поверхностно. Толстяка звали Сергей Викторович, и был он… прокурором. Ну, мог бы я и догадаться по его габаритам. Слугу народа видно издалека.
Но для меня этот толстяк должен быть просто Серегой, за которого я частенько заступался в школьные годы и с которым мы пережили немало приключений. Я быстренько считал с его памяти достаточное количество нужной мне информации о его друге Сашке. Этого хватит, чтобы поддержать разговор и не упасть в грязь лицом. Вот только нужно следить, чтобы прокурор не перешел к воспоминаниям о школьных годах, там у меня могут начаться серьезные проблемы из-за отсутствия информации.
Я с аппетитом жевал картошку и рассказывал о своем небольшом бизнесе, о том, как же достала налоговая, о вечно сердитой жене, страдающей мигренями. Я допивал первый бокал и жаловался на пилящую меня тещу. Жевал немного жестковатый шашлык и хвастался своим сыном Геной, который выиграл олимпиаду по физике, а также недавно стал главной звездой школьной сборной по футболу. Толстяк только улыбался, задавал вопросы и не уступал мне в скорости поглощения пищи. Он немного рассказал о себе, о недавнем отдыхе на Кипре и скормил мне несколько анекдотов про эстонцев, которых почему-то недолюбливал. Когда с едой было покончено, я, почувствовав приятную тяжесть в животе, откинулся на спинку стула и, набравшись наглости, заявил:
– Знаешь, мой бизнес сейчас переживает не лучшие времена, не мог бы ты мне одолжить немного денег?
Глаза толстяка округлились от удивления. Я подумал, что жадность пересилила дружеские чувства и я ничего не получу. Но Сергей Викторович засунул свою пухлую руку во внутренний карман пиджака и достал оттуда увесистый кошелек.
– Видно, серьезно тебя прижало, брат! – с неподдельной грустью сказал толстяк. – Если ты даже переступил через свою гордость. Говорил же я тебе – тухлая идея этот твой бизнес и к себе звал. Эх! Сколько?
Я подумал, что гулять так гулять!
– Сколько не жалко!
Толстяк посмотрел на меня с удивлением и достал из кошелька стопку купюр.
– Извини, с собой налички мало. – Передо мной на стол легла достаточно приличная сумма. – Если надо больше, вот моя визитка. Звони! Обсудим! Да и просто так звони. Коньячку попьем, на рыбалку съездим, школьные годы вспомним.
Ничего себе «мало». Да вы зажрались, господин прокурор!
Я взял деньги и визитку, аккуратно сложил все это в карман:
– Спасибо, брат. Выручил! Как только смогу, так сразу отдам. И обязательно заеду к тебе выпить коньяку, и, конечно, на рыбалку сходим.
Я похлопал толстяка по плечу и направился к своей машине, понимая, что никогда больше не увижу этого человека. Это выглядит бессовестным? Ну, скажу сразу, что у магов свои представления о совести и морали. Мы всегда достаточно гибки и практичны во всякого рода щепетильных делах, а громкие слова типа «честь» и «справедливость» вызывают у нас лишь ироничную улыбку. Баланс добра и зла в мире не нарушится, и мироздание не рухнет от того, что какой-то зажравшийся толстяк лишится небольшой суммы, которую он явно заработал не слишком честным путем. Не очень хорошее оправдание? Да я и не оправдываюсь! Колдунам, которые занимаются черной магией, водятся с демонами и играют с Хаосом, не очень-то нужны оправдания.
Через несколько минут я уже мчал по трассе. Кира с характерной фиолетовой вспышкой вылезла из медальона и расположилась на соседнем сиденье. На этот раз я отреагировал адекватно, то есть – никак не отреагировал.
– У меня просто слов нет, не ожидала от тебя такого поступка, – сказала Кира, уставившись на меня изумрудными немигающими глазками.
Удивленно взглянул на кошку. А я явно не ожидал от нее такой критики. Подумаешь, развел на деньги зажравшегося толстяка. Что за неожиданная любовь к морали?
– Знаешь, достаточно странно, когда демон обвиняет тебя в аморальности, – заметил в ответ. – Не бойся, от прокурора не убудет.
– При чем тут мораль? – Теперь уже наступила очередь Киры удивляться. – Я о том, что ты использовал достаточно мощное магическое влияние. Да еще и незаконно проник в сознание человека, нарушив один из пунктов Кодекса. Теперь вполне может оказаться, что у нас на хвосте висит отряд Смотрящих.
Я невольно выругался, вспомнив этих болванчиков из ларца, одинаковых с лица, которые не больно-то умны, но зато обладают разрушительной силой и умением решать такие вот ситуации бескомпромиссно. У Смотрящих свое очень тонкое чутье на справедливость. Эти ребята, словно слепая Фемида, всегда наказывают виновных, независимо от обстоятельств. Собственно, они и созданы для поддержания порядка и для придания Кодексу реальной, а не декларативной силы. Еще одна цель, для которой маги создали Смотрящих, – это защита людей от демонов и прочих опасных сущностей, что иногда просачиваются в наш мир через Грань. Но все же главная их задача – быть защитным механизмом, который не позволяет самим магам нарушать Кодекс.
Кодекс был создан Великими Мастерами, когда они только появились в нашем мире и еще не враждовали между собой. Он состоит из огромного количества пунктов, но основная его суть в том, что он защищает мир людей от наших магических разборок. Создали Кодекс не из-за того, что кого-то из нас особо беспокоила судьба людей. Просто у каждого мага есть родственники и друзья среди них. И никому не хочется думать, что, пока ты где-то спрятался для сохранения собственной тушки, вражеский маг может покрошить всех, кого ты любишь, на меленькие кусочки. Вот поэтому, хотя, правильнее сказать, в том числе и поэтому, Мастера создали Кодекс. Какую бы жестокую вендетту мы, маги, ни вели между собой, людей это не касается. И Смотрящие не единственные защитники пунктов этого Договора, есть еще огромное количество диковинных и изощренных заклинаний, которые наказывают за мелкие нарушения вроде того, которое я совершил только что. Но иногда даже вездесущий Кодекс дает сбои. Может, мне сегодня повезет и я уйду безнаказанным?
Я взглянул в зеркало заднего вида и, не обнаружив ничего подозрительного, все же прибавил скорость. Если ты не обнаружил слежки, это еще не значит, что ее нет. Особенно это утверждение справедливо, если имеешь дело с магами или Смотрящими. Хотя последние, наверное, не начнут на меня охоту из-за такого мелкого проступка.
– Что планируешь делать теперь? – поинтересовалась Кира.
– Попытаюсь оторваться от погони, которой, скорее всего, не будет.
– Я имела в виду не данный момент. Какими будут твои дальнейшие действия – с учетом сложившихся обстоятельств?
– А ты как думаешь? – Я с любопытством посмотрел на Киру. – Ведь ты очень умна и достаточно хорошо меня знаешь, чтобы просчитать на несколько шагов вперед все мои дальнейшие действия.
– Польщена твоей высокой оценкой моих аналитических способностей, должна сказать, лесть тебе удается неплохо. Немного грубовато, но отшлифуешь со временем. А что касается твоих действий, то умнее всего было бы сейчас залечь на дно, схорониться где-нибудь в надежном месте и хорошенечко, без спешки, все обдумать. Но ты, конечно, так не поступишь.
– Как всегда, верно. – Я еще раз посмотрел в зеркало заднего вида и, никого не обнаружив, продолжил: – Твоя идея была бы весьма хороша, если бы не одно «но». Теперь я изгой среди своих и по-прежнему враг для всех остальных. К тому же у меня появился опасный противник, который может насылать могущественных демонов из Мира Теней. Боюсь, для меня на Земле больше нет безопасных мест, где я мог бы схорониться, разве что навеки, без обратного билета, так сказать. А желающих упокоить меня, как видно, немало. Поэтому единственный шанс выжить – это находиться в постоянном движении. И еще кое-что.
– Перезагрузка ауры?! – спросила проницательная Кира. – Это довольно рискованно.
– Знаю, но у меня нет выбора, – резонно заметил я, и это было правдой. Либо перезагрузка, либо следующая попытка убить меня может закончиться для моих врагов куда удачнее предыдущей.
– Что ж, в кои-то веки я с тобой полностью согласна, – ответила Кира.
Я удивленно посмотрел на кошку, как же редко я слышал от нее такие слова! Дальше мы около десяти минут ехали молча, каждому было о чем подумать. Впереди меня ждала процедура так называемой перезагрузки ауры. Процесс сложный и опасный. Меня начало знобить, то ли это было последствие вчерашних событий, то ли давал о себе знать сегодняшний страх. Ведь после процедуры перезагрузки я могу просто не выжить, а если и выживу, то это буду уже не совсем я. Дело в том, что так же, как все мы имеем совершенно индивидуальный запах, рисунок сетчатки глаз или рисунок на подушечках пальцев, каждый маг имеет совершенно индивидуальный окрас своей магической энергии (ауры). Когда я говорю «окрас», то подразумеваю не цвет, а, скорее, тип или разновидность. Так вот, именно потому что каждый маг обладает совершенно неповторимыми магическими характеристиками (энергетикой, аурой, фоном – название сути не меняет), мага легко запомнить, а значит, и выследить в дальнейшем. Поэтому все, кому есть от чего и от кого скрываться, должны пройти сложную операцию перезагрузки ауры, которая сродни перерождению. Перезагрузка не только меняет энергетический фон мага, но зачастую вызывает глубинные изменения в личности – в темпераменте, характере, влияет даже на мировоззрение и систему ценностей. Также есть немалая вероятность, примерно процентов двадцать, что эта операция может закончиться провалом, то есть смертью. И помимо всего прочего, проходит этот чудесный ритуал за Гранью, в Мире Теней, обители демонов, мертвецов, призраков и химер. Теперь, думаю, можно понять мое состояние. Кого обрадует перспектива спуститься в живописный Аид для проведения сложного обряда, чтобы по его завершении, возможно, не вернуться или вернуться другим человеком?
– Не бойся! У тебя все получится! – Только сейчас я заметил, что Кира внимательно наблюдает за мной.
Я обратил внимание на свое состояние: руки буквально впились в баранку, так, что костяшки пальцев побелели, а все тело била мелкая дрожь. Я попытался успокоиться, в конце концов, все не так уж страшно. Мне удавалось выбраться из многих серьезных передряг, должно получиться и сейчас.
– Нужно найти проводника, знаешь кого-то поблизости? – произнес я, совладав наконец-то с эмоциями.
– Было бы намного проще, если бы ты сам овладел техникой вхождения в Мир Теней. Это не так сложно делать, если проходить через осознанное сновидение. Но твое тело сновидений…
– Кира! – Я резко прервал спутницу и одарил ее взглядом, не предвещающим ничего хорошего.
– Недалеко отсюда, километрах в сорока, есть небольшая деревушка. Там ты найдешь проводника. Пока езжай прямо, дальше я подскажу тебе дорогу.
Кира, конечно, права. И без советов моей хранительницы я прекрасно знал, что куда безопаснее входить в Мир Теней самому. Для этого существовала одна специфическая техника, которой я так и не овладел за время учебы. Не то чтобы я был неумехой, нет, я считался одним из весьма перспективных учеников. Но я всегда боялся Мира Теней. По мнению моих наставников, это и стало решающим фактором – страх заблокировал мой собственный путь, и поэтому я должен был воспользоваться помощью посредника. А сама техника являлась не такой уж и сложной в исполнении, но требовала долгих тренировок. Суть ее заключалась в том, что в первую очередь нужно научиться видеть осознанные сны. То есть просыпаться внутри сна, осознавать, что происходящее лишь сон. Ведь большинство из нас принимает сон за чистую монету, каким бы странным он ни был. И только просыпаясь, мы понимаем, что спали, да еще и удивляемся – как могли воспринимать всю ту нелепицу за действительность! И вот после долгих тренировок, работы с намерениями, волевых усилий, а также дотошных детальных записей в собственный дневник сновидений маг начинает видеть осознанные сны. Сначала – короткие, он часто теряет над ними контроль. Дальше – более длинные, не переходящие в обычный сон и не заканчивающиеся пробуждением. Когда маг полностью овладевает техниками вхождения в осознанные сновидения, начинается самое сложное и интересное. Нужно найти в своих снах инородный предмет, точнее, непрошеного гостя. Мы называем его «кроликом» по аналогии с «Алисой» Кэрролла, ведь именно он и должен привести нас в Страну чудес, в нашем случае – в Мир Теней. Этим «кроликом» может оказаться любой персонаж сновидения, который не имеет зацепок в нашем подсознании, в нашем былом опыте или воспоминаниях. То есть – что-то, не созданное нами, что-то постороннее. Лазутчика обычно можно вычислить после пяти-шести однородных осознанных сновидений методом элементарного анализа. Дальше – дело техники. Просто отправляемся за ним и «прыгаем в кроличью нору». Вот только впереди нас ждет Мир Теней, куда более безрадостный и куда менее безопасный, чем мир Алисы.
Я так и не смог овладеть данной техникой. Поэтому для таких, как я, есть еще и второй вход – с помощью проводника. Но проводник – не совсем подходящее название. Это просто маг, который организует переход, посредник, он никуда и никого не провожает. В Мире Теней вообще никто не может тебя сопровождать. Там ты остаешься совсем один. Собственно, как и в нашем мире в конечном итоге. Мне жаль, что Кира не может сопровождать меня по призрачным мирам. Иногда меня жутко раздражают ее постоянные наставления или подколки. Но все же я не могу отрицать, что она чрезвычайно полезна для меня. Она и хороший друг, и веселый собеседник, а главное – ходячая энциклопедия и справочник по миру магов. В конце концов, ее жизненный опыт исчисляется столетиями, а не жалкими двумя с половиной десятками лет, как у кое-кого. На нее всегда можно положиться, пожалуй, я даже привязался к ней. Раньше ведь у меня никогда не было ручного демона.
Пейзаж за окном автомобиля был достаточно однообразным, так что я быстро потерял к нему интерес. В основном по обе стороны от дороги тянулись бескрайние поля, некоторые только что вскопанные, некоторые уже засаженные. По краям лесопосадочные линии. Изредка все это разнообразилось обветшавшими сельскими домиками и не менее обветшавшими старичками, выпасающими подсобную животинку. Полуразрушенные домики, как и усохшие старички, немного не вписывались в окружающую среду – пышно цветущие деревья и густую свежую изумрудную зелень. Я с грустью подумал о том, что их весна давно прошла. Они просто канут в небытие, куда-то в тот мир, в который сегодня отправлюсь и я. Хотя в отличие от них я надеюсь вернуться. Впрочем, какая разница! Десятком лет больше, десятком меньше. Все мы станем лишь тенями в мире призраков, да еще, может, чьими-то воспоминаниями. Что бы мы ни делали, как бы ни жили, а конец один и у людей, и у магов. Я попытался отогнать депрессивные мысли и, осознав тщетность своих попыток, с грустью понял, что предстоящее путешествие в Мир Теней испортило мне настроение на весь день.
Кира скомандовала поворачивать направо. Когда мы выехали с асфальта на грунтовку, и без того плохая дорога, покрытая ухабами и ямами, стала просто ужасной. Буквально через двести – триста метров начали появляться полуразваленные избы и домики. Селение состояло где-то из трех десятков жилищ. И, судя по всему, заселено было меньше трети его части.
– Какое чудесное место, – промурлыкала Кира. – Нам нужен четвертый дом слева.
Дорогу переходила стая черных уток. Они медленно перебирали по песку перепончатыми лапками и изредка покрякивали с такой важностью, будто были самыми значительными существами во всей вселенной. Хотя в этом есть доля истины. В маленьком, почти вымершем мире своей деревушки они наверняка имели вес. Каждый из нас – самая важная фигура внутри собственного мира.
Я нетерпеливо нажал на клаксон. Утки сердито закрякали, но перешли на бег, и вскоре проезд был свободен. Сигнал авто немного переполошил местных жителей. Несколько любопытных лиц тут же уставились на меня из окон избушек или просто вынырнули из-за забора. Кто-то даже поздоровался, и я кивнул в ответ.
– Этот? – спросил у Киры, указывая на жилище слева от меня.
– Угу. А ты молодец, до четырех считать не разучился, – промяукала моя призрачная спутница и выпрыгнула наружу, разумеется, через закрытую дверь.
Я вышел традиционным человеческим способом и направился в сторону жилища проводника. Честно говоря, у меня возникло сомнение: похоже, Кира ошиблась с местом. Я осмотрел маленький деревянный домик, более смахивающий на сарай, и подумал, что если тут кто-то и живет, то кто-то совсем уж немощный или спившийся. Или… человек, которому совсем нет дела до внешнего мира, например, маг. Что ж, возможно, мы по адресу. Я постучал в деревянную калитку, еле висящую на ржавых петлях, крепящихся к трухлявому, давно погнувшемуся забору. Ответа не было. Я легонько толкнул калитку от себя, и она со скрежетом отворилась.
– Хозяин!
И снова ответа не последовало. Я прошел на заросший сорняками участок, ступил на крыльцо. Ступеньки пронзительно заскрипели у меня под ногами. Я несколько минут громко стучал в двери – тишина. Неужели его нет дома или здесь вообще никто не живет? Толкнул дверь, и она отворилась. Внутри дом выглядел не лучше. Все было пыльным, по углам красовались сеточки паутины, а несколько старых оскалившихся чучел лисиц не придавали интерьеру никакой жизнерадостности. В углу виднелась облупленная печка, в другом конце помещения – несколько стульев и деревянная лавка. Посередине стоял стол, на котором красовалась куча разного барахла: свечка, сапог с оторванной подошвой, несколько инструментов для ремонта обуви, недоеденный скудный завтрак и какая-то книга.
Книги всегда были моей слабостью, и я с интересом подошел к столу, когда увидел потрепанный переплет. Это оказалась достаточно старая Псалтырь, напечатанная, судя по всему, на старославянском языке. Я аккуратно перевернул несколько пожелтевших, покрытых пятнами страниц. На некоторых виднелись следы от воска, парафина или даже жира. Видно, сальные свечи тоже использовались при чтении. Книга на несколько минут задержала мое внимание. Больше ничего интересного в помещении не было. Я еще позвал хозяина, но ответа по-прежнему не услышал. Уже собирался плюхнуться на деревянную лавку и дожидаться его здесь, когда мое внимание привлек люк в полу. Он был за печкой, потому-то я его и не увидел сразу. Может, хозяин жилища – там? Правда, он все равно должен был услышать мои довольно громкие крики. Но все же я не придумал ничего лучшего, как пойти и проверить.
Медленно подошел к люку и заглянул внутрь. В глубину вела деревянная лестница. Свет охватывал всего несколько ступенек, остальные уходили в темноту.
Кира с любопытством заглянула внутрь.
– Там определенно кто-то есть, – сказала она, – или что-то. Я чувствую.
– Вот сходила бы и проверила, – огрызнулся я. Мне что-то не нравилось это место.
– Неужто трусишь? – Я услышал в голосе Киры привычные ехидные нотки. Буркнул что-то про чрезмерное засилье кошек в современной культуре, начиная от просторов Интернета и заканчивая нашей скромной компанией, и осторожно двинулся вперед. Для освещения я создал две огненные сферы размером с теннисный мяч – по одной в каждой руке. Хоть они и не позволяли так хорошо видеть в темноте, как заклинание «кошачий глаз», зато благодаря особенности плетения, если добавить в них элемент воздуха, за короткое время их можно переделать в достаточно мощные атакующие или оборонительные заклятия. Я стал медленно спускаться в подземелье, поскрипывая ступеньками. То ли для успокоения, то ли из-за излишней бдительности я считал свои шаги. Ступенек было тринадцать, ну кто бы сомневался! Хотя мне плевать, я не суеверен.
Две огненные сферы, зависшие над моими раскрытыми ладонями, освещали совсем немного пространства вокруг, не больше чем несколько метров. Под ногами скрипели старые деревянные половицы, которыми был выложен пол в подвале. Здесь не ощущалось ни малейшего дуновения ветра, ни сквозняка. Да и воздух оказался немного затхлым. Видимо, люк у меня над головой – единственный вход в это помещение. Пахло здесь, впрочем, не так уж и плохо, несмотря на нехватку свежего воздуха. Я сразу же уловил запах ароматизированных свечей, которые, видимо, недавно потушили.
В сложившихся обстоятельствах у меня имелось два варианта: либо сразу же вернуться обратно, что совсем уж глупо, учитывая, что я только что спустился сюда, либо немного осмотреться. Я выбрал второе. Медленно, тихими шагами, на полусогнутых ногах, чтобы создавать меньше шума, направился туда, где предположительно находился центр подвала. Всего несколько шагов, и я увидел перед собой невысокий стол. Он был сделан из какого-то большого, цельного, гладко отшлифованного камня. На ощупь он казался холодным. На глянцевой поверхности я заметил отражение своего лица, удивленного и немного растерянного.
Подвесив фаербол в воздухе, еще раз провел рукой по холодной гладкой поверхности, это вызывало приятные ощущения. Стол был совершенно гладким и успокаивающе прохладным. Внезапно справа от меня раздался стон. Я быстро повернулся на звук и на всякий случай стал в боевую стойку. Стон тут же затих, но вместо него оттуда же донесся целый ряд пугающих звуков. Они напоминали смесь плача ребенка, драки двух куниц и сопения чего-то большого и разъяренного. Я почувствовал, как волосы у меня на голове зашевелились.
– Кто здесь? – громко спросил, подхватив свои фаерболы, направив руки в сторону загадочных звуков и готовясь поджечь неизвестного врага в любой момент.
Но ответа не последовало. Лишь гробовая тишина, которая, правда, продлилась всего несколько мгновений. А дальше – глухие шаркающие шаги в мою сторону, все ближе и ближе.
– Стой! – закричал я.
Шаги приближались.
– Стой или я за себя не ручаюсь! – Я не знал, кто или что там, в темноте, приближается ко мне. Но очень сомневался в его дружеских намерениях. Иначе почему бы не ответить на мой вопрос?
Шарканье послышалось совсем рядом. Я вскинул руки с готовым сорваться заклинанием. Огонь фаерболов загорелся ярче, они разрастались и капля за каплей впитывали энергию.
И как раз в момент, когда я собирался метнуть их в надвигающегося потенциального противника, услышал от Киры тихое:
– Не надо! Он тебе не враг!
Меня это немного успокоило. Кира, как правило, знает, что говорит. Но все же приготовленные заклинания я убирать не стал. Еще несколько шаркающих шагов, и из темноты стала прорисовываться фигура, человеческая, как я с облегчением заметил.
В шаге от меня остановился старик, одетый в грязные залатанные штаны и серую потертую куртку. Глаза его были закрыты. Тело била дрожь. На губах и бороде выступила пена. Он что-то мычал и сопел себе под нос.
– Вам плохо? – Я не на шутку перепугался. У человека явно был припадок, и я уже собирался оказать первую помощь.
Ответом было мычание. Но внезапно глаза старика открылись, и тут мне еще больше стало не по себе. Зрачков и радужной оболочки не было, лишь желтоватые белки. Мычание прекратилось, старик разлепил губы, и я услышал утробный голос, выходящий, казалось, из самого его нутра:
– Беги! Беги, сын Хаоса! Бегите все, сыновья и дочери Хаоса! Ваша Сила поглотит вас самих! Она повергнет вас в бездну! А из бездны придет Змей и пожрет наш мир! Но даже ему не под силу справиться с холодным светом, что заберет право и свободу у всякого, живущего на земле! И начнется эра холодных сердец! Хватит ли тебе пламени растопить их, Странник?!
Проговорив это, старик вдруг закашлялся и пошатнулся. Я несколько мгновений стоял как пришибленный. Все произошедшее перегрузило мою нервную систему. Мне хотелось бежать, как и сказал старик. Бежать подальше. А это странное пророчество колдуна, точнее, не совсем его… Открывались его губы, и голос звучал из его гортани, но голос этот старику не принадлежал. Он вообще не был человеческим. Говоривший знал мое имя. А еще пророчил ужасное будущее всему миру и моей магической фракции в частности.
Вот чертовщина! Я тряхнул головой, пытаясь прогнать подальше страшные мысли и рассеять наваждение. Надеюсь, еще будет время подумать надо всем этим. А сейчас есть дела поважнее. Я ловким движением подхватил старика, который, пошатнувшись еще раз, начал падать. Старик закрыл глаза, но уже через миг открыл их и посмотрел на меня с подозрительным прищуром. Он казался невероятно уставшим.
– Кто ты? – еле слышно прохрипел дед.
– Меня зовут Странник, и мне нужна ваша помощь.
– Ну, пока, как вижу, ты помогаешь мне! – На лице появилась улыбка. – Что со мной произошло?
– У вас… у вас был припадок. Вы говорили… много странных вещей… не своим голосом… – Мне некогда было придумывать успокаивающую правдоподобную ложь, и я выложил все как есть.
В глазах старика вспыхнул испуг. Он одним, слишком проворным для своего возраста движением вскочил на ноги. Вытер рукавом пену с губ и бороды, согнулся, сгорбился и забормотал:
– Нет. Не может быть. Проклятье. Прочь. Нет. Так не должно быть. Прочь. – Старик, казалось, совсем забыл обо мне и, развернувшись, стал отступать обратно в темноту.
– Подождите! Мне нужна ваша помощь!
– Прочь, мальчик! Забудь все, что видел и слышал, как страшный сон! Уходи! – ответил дед.
– Нет! – решительно заявил я. – Мне очень нужна ваша помощь! Это мой единственный шанс выжить. Вы обязаны мне помочь! – Я решил сыграть на чувстве жалости. Наверное, больше всего в жизни я не любил давить на жалость. Но в данном случае что-то мне подсказывало, что это мой единственный шанс. – Я должен попасть в Мир Теней. Вам под силу это устроить?
Старик, казалось, целую минуту сверлил меня взглядом, но я не отводил глаз.
– К мертвым захотел?! – прорычал он. – Есть много более простых способов это устроить. Умереть не сложно! Сложно вернуться! Уж не фениксом ли возомнил себя? Просто, думаешь, из пепла подняться? Но там не мир сказок! А обитель смерти! Холод и тьма! Не вернуться! Нет, не вернуться! Слишком уж нежны мертвые объятия!
Да уж! Совсем сбрендил старик от своей жизни отшельника, явно не все в порядке с головой. Хотя у кого из магов с ней лады? Мы все повернутые. По человеческим меркам. Что за черная полоса пошла? Сначала меня предала Бестия и устроили травлю мои же бывшие союзники, потом пыталась убить валькирия, а спасло какое-то существо, смахивающее на кровожадного вампира. А теперь еще этот псих со своими пророчествами и припадками. Мне захотелось сбежать от всего этого подальше и напиться в стельку. Но я, собрав волю в кулак, решил стоять до конца.
– Мне! Нужно! В Мир Теней! – Я буквально прорычал сквозь стиснутые зубы каждое слово, сосредоточив свой давящий взгляд на переносице старика. Когда-то в академии меня учили этому взгляду, но я сильно сомневался, что он действует.
– Мальчик! Бедный мальчик. – Ярость в глазах старика сменилась грустью. – Но почему ты? Почему именно ты?
Что значит, почему я? О чем он? Я не понял смысла сказанного, а старик продолжал изучать меня, осматривая с ног до головы. На Киру он вообще не обращал внимания, да и она помалкивала, будто происходящее не имело к ней ни малейшего отношения.
– Что ж, им виднее, – добавил старик.
Не успел я спросить, кому и что виднее, как маг резким неожиданным движением нанес мне удар двумя пальцами где-то в области солнечного сплетения. Это произошло так быстро и внезапно, что я даже не успел как-то отреагировать, не то что защититься. Мне показалось, будто в меня вбили огромный раскаленный гвоздь. Я вскрикнул и согнулся от боли пополам. Мир померк.
После удара шамана я на мгновение потерял сознание. Но лишь на миг. Когда раскрыл глаза, ни подземелья, ни колдуна передо мной уже не было. Я стоял на коленях посреди песчаного пляжа, на берегу узенькой речки с очень быстрым течением. Вода в ней была мутной, а русло – всего несколько метров шириной. Дно покрывали длинные водоросли, развевающиеся под водой и колеблемые силой течения, словно огромные изумрудные волосы на голове у исполина. Разумеется, при одном взгляде на эту реку пропало всякое желание искупаться, которое у меня так часто вызывают в жаркую погоду прохладные водоемы. Кстати, о жаре. Солнце пекло по-июльски, хотя в реальном мире стоял не слишком жаркий май, а изумрудная зелень была еще пышной и сочной, в то время как здешняя флора сплошь и рядом выглядела пожелтевшей, выгоревшей и завянувшей. Я зачерпнул пригоршню чистого желтого песка. Он был раскаленным, но мне почему-то доставляло удовольствие держать его в руках. Указательным пальцем я аккуратно поводил по песчинкам. Как странно, это, по сути, всего лишь сон, но он реальней нашего мира. Краски здесь ярче, запахи сильнее, чувства и восприятие обострены, и все здесь кажется сверхреальным.
Я сжал песок в кулак и стал медленно высыпать его, наблюдая, как песчинки тоненькой струйкой падают вниз.
Что такое Грань и Мир Теней? Хотел бы я объяснить это в двух словах, но вряд ли это возможно объяснить и в десяти книгах. Но я все же попробую описать вкратце. Начну с Грани, это проще. Грань – кордон, который отделяет наш привычный мир, в котором мы живем, от другого – Мира Теней. Собственно, эта преграда и обеспечивает двум мирам безопасность, мешая беспрепятственному проникновению жителей одного из них в другой. Это невидимый и неосязаемый рубеж. Он отграничивает наш маленький остров Порядка от необъятного океана Хаоса. Но, как и любой рубеж, его можно пройти. Это мне и предстояло сделать.
Теперь что касается Мира Теней. Даже сейчас, после нескольких лет обучения в академии, я все еще толком не знал, что это. Но мне известно, что это все то, что находится за Гранью. Это мир теней и призраков, умерших и нерожденных, того, что было, того, что будет, и того, что могло бы быть. Всем наверняка известны такие термины, как «астрал», «коллективное бессознательное», «ноосфера», «хроники акаши»? Все это находится здесь, в Мире Теней. Кстати, так же, как и то, что люди называют «раем» или «адом». Здесь все знания и все чувства человечества, все, что когда-либо было открыто человеком. Все это крутится и извивается в безумном танце, лишенном всякой логики и упорядоченности, лишенном каких-либо правил и каких-либо запретов.
Здесь правит Хаос. Это Мир Теней, и живым здесь не место. И если вы когда-то сюда попадете, то очень быстро в этом убедитесь. Почему же мы, маги, иногда посещаем этот мир? Это место чем-то напоминает человеческий Интернет. То есть примерно девяносто пять процентов всего, хранящегося здесь, – это мусор, но остальные пять – крайне ценны. Опытные маги говорят, что здесь есть ответы абсолютно на все вопросы, если только знать, где искать. Но и цена таких знаний весьма высока. К тому же и определенные обряды можно провести только здесь. Но, как я уже не раз убеждался, в том числе и на собственном опыте, тут очень опасно. Это не первый мой поход в Мир Теней, и я хорошо помню, чего мне стоили предыдущие.
Я нервничал не на шутку. Оглянулся по сторонам. Спокойное и тихое место, но задерживаться здесь нельзя. Недалеко виднелся сосновый лесок. Старые высокие деревья росли достаточно густо, что делало лес мрачным и неприветливым. Перед леском стояла белоснежная с золотом арка, к которой вела узенькая тропинка. Это был единственный рукотворный предмет во всей окружающей среде, единственный, не вписывающийся в окружающую картину.
А значит – это и был мостик на следующий уровень, переход из Грани в Мир Теней, и поэтому именно к нему я направился. Когда стал приближаться, понял, что арка гораздо больше, чем мне показалось вначале. В нее спокойно мог пройти достаточно крупный слон, не зацепив золоченой верхушки или белоснежных стен. Стоит упомянуть и о внешнем виде сооружения. Арка была сделана в виде статуй двух огромных лисиц, которые стояли на задних лапах и смотрели друг на друга. Их вырезали из какого-то неизвестного мне белого камня, лишь глаза и зубы были позолоченными. Впрочем, я не исключал, что в этом мире могли использовать и настоящее золото.
В вытянутых лапах каждая из лисиц держала один из углов золотой пирамиды. Вот только это была не совсем обычная пирамида. И дело не только в том, что она, как мне показалось, была отлита из чистого золота. На месте вершины располагался огромный глаз. Около метра в диаметре. Самым нелепым казалось то, что он был живым. Он парил на небольшой высоте над срезом пирамиды и внимательно изучал меня. По крайней мере, зрачок был сфокусирован на мне. Я тоже с любопытством уставился на глаз, медленно приближаясь к арке. Остановился всего в нескольких метрах от необычного сооружения, так как тропинка здесь заканчивалась. Она не доходила до подножия арки, за которой виднелся угрюмый непроходимый лес. Но что-то мне подсказывало, что я должен пройти между колоннами-лисицами. Собственно, ничего другого мне и не оставалось, это был единственный путь.
Но я все стоял, как в ступоре. Арка светилась и пылала Силой. Я чувствовал, что она является мощным магическим артефактом, заряженным под завязку. Но ее Сила не была враждебной, впрочем, как и дружелюбной. Глаз на вершине сиял и выпускал небольшие снопы искр. Его зрачок, сфокусированный на мне, совсем сузился, будто всматривался куда-то в даль или же в самые глубины моей души. Его радужная оболочка переливалась всеми цветами, словно волны, проходившие по ней. Я не мог оторваться от этого зрелища.
– Так и будешь залипать на этот глаз? – раздался женский голос в нескольких метрах от меня.
Я повернул голову и увидел девушку неземной красоты примерно моего возраста. Она сидела, прислонившись к одной из каменных лисиц, в нескольких метрах слева от меня. Сначала меня удивило, что я не заметил ее раньше, но потом понял, что раньше ее тут попросту не было. Конечно, все это время я изучал необычную арку и венчавший ее живой искрящийся глаз. Но даже при этом не мог не заметить такое очаровательное создание. Кстати, на девушке не было абсолютно никакой одежды, а это еще раз доказывало, что как здоровый адекватный мужчина я просто не мог бы ее не заметить, если бы она сидела здесь все время. Поэтому я решил, что она возникла только что. Да, вот так просто, взяла и появилась из ниоткуда. В мире Грани и не такое бывало, а в Мире Теней случаются события еще более удивительные.
На коленях девушка держала огромную книгу, которая лежала таким образом, что закрывала ту часть тела, которую порядочные дамы не показывают на первом свидании. А ее грудь скрывали пышные каштановые локоны. То есть все интимные части тела были очень ловко прикрыты. Впрочем, девушка вопреки такой позе, а может, и благодаря ей выглядела невероятно соблазнительной. Я всегда считал, что, когда остается место для фантазии, это куда сексуальней и интересней, чем неприкрытая нагота.
Поймал себя на том, что мои мысли движутся совсем не в том направлении. Я ведь сюда пришел не за этим. У меня есть важное дело. И на каждую лишнюю минуту в этом мире я трачу собственную энергию. И если я исчерпаю всю энергию до того, как успею вернуться… Лучше даже не думать об этом. Есть многое, что намного страшнее смерти, даже самой мучительной. И подобная участь ждет тех, кто неосторожен в этом мире.
– Кто ты? – спросил я и с сожалением заметил дрожь в собственном голосе. Что ее вызвало? Страх? Нет, что-то другое. Это было желание. Это было вожделение! Но какое-то сверхчеловеческое, обостренное и совершенно иррациональное. Возможно, в этом мире всегда так.
– Я страж Врат! – Девушка улыбнулась в ответ, обнажив два ряда ровных белоснежных зубов.
– Я ожидал увидеть кого-то другого. Скажем, какого-нибудь вредного маленького тролля, или сфинкса со сложными загадками, или хотя бы сгорбленного от тяжести жизненного опыта мудрого бородатого старца. – Я знал, что у Врат в Мир Хаоса есть страж, но чтобы такой… Во время прошлых вылазок меня внедряли в этот мир в обход Врат, при поддержке опытных умельцев. Так что это было, так сказать, мое первое посещение данной части мироздания через парадные двери.
– Но твое подсознание явно желало не старца и не сфинкса! – Девушка звонко засмеялась.
– Мое подсознание? То есть это оно тебя создало?
– Нет, конечно! Не преувеличивай свою скромную роль. Я здесь была задолго до тебя и буду еще долго после твоей смерти. Ты просто придал мне особую форму, подогнал под свои бессознательные желания. Или, говоря проще, подобрал мне подходящую одежду.
После этих слов девушка засмеялась и медленно провела тыльной стороной руки по своему обнаженному телу, от шеи и до низа живота. В этот момент я понял, что меня снова колотит мелкая дрожь. Дыхание учащается, кровь приливает к губам и низу живота. Как же это глупо! Ведь здесь все ненастоящее. И даже я, по крайней мере, мое тело. Я просто бестелесный персонаж этого бутафорского мира. Но каким же реальным все кажется! Нет, даже не реальным, а сверхреальным. Я знал, что здесь все более привлекательное, чем в нашем мире. И это погубило многих путешественников, куда более опытных и искусных, чем я.
Я еще раз внимательно обвел девушку взглядом с головы до ног и понял, о чем она говорила, почему ее красота казалась мне такой неземной. Девушка действительно была словно бы слепком с моего подсознания, каким-то моим бессознательным идеалом. Пышные каштановые локоны, спадающие почти до пояса, пухлые губки, большие карие глаза, небольшая аккуратная грудь, длинные мускулистые ноги, подтянутый животик и конечно же эта задорная и слегка высокомерная улыбка. Она была словно бы воплощением моего не до конца осознанного идеала. В ней что-то было от моей первой любви, что-то от моих любимых киноактрис и звезд шоу-бизнеса, плакаты с которыми я иногда вешал у себя в комнате где-то в той далекой прошлой жизни обычного человека, что-то от сестер и матери. Интересно, что бы сказал старина Фрейд о том, как нужно реагировать, когда видишь в нескольких шагах от себя воплощение своих бессознательных желаний? С той поправкой, что эта встреча происходит в опасном Мире Теней, жаждущем тебя разорвать, уничтожить, подавить и поработить. И с учетом того, что твое очаровательное воплощение всех сладких грез в своем естественном облике может иметь рожки, копытца и несколько лишних голов. Наверное, он закурил бы одну из своих любимых сигар, сказал бы несколько умных фраз про эдипов комплекс, вытесненное бессознательное и сублимацию, а потом, как и любой здравомыслящий человек, посоветовал бы валить отсюда подобру-поздорову. Что я и собирался сделать.
– Я хочу пройти! – постарался, чтобы мой голос звучал как можно тверже и решительней. Как мне показалось, мне это удалось.
– Хочешь уйти? А по-моему, ты хочешь совсем другого. – После этих слов девушка ловким движением откинула назад пряди, обнажив красивую грудь.
– Я должен пройти туда! – Я сделал акцент на втором слове и указал на арку.
– Ты ничего никому не должен. Мне кажется, ты достаточно взрослый и храбрый мальчик, чтобы делать то, что тебе хочется. И мы оба знаем, чего именно тебе хочется.
Инстинкт самосохранения буквально молил меня бежать обратно в мир людей, как можно дальше от этого места. Где-то в глубине души разум подсказывал напрячь волю и что есть сил рвануть в арку. Но я не сделал ни первого, ни второго. Мир Теней для живых является миром снов и грез наяву. А часто ли мы руководствуемся разумом и логикой во сне? Уже через мгновение я сидел рядом с девушкой и смотрел в ее веселые карие глаза. Хотя, скорее, я проваливался в них, словно в бездну, не имея ни возможности, ни желания спастись.
– Разве тебе не лучше здесь, со мной? – тихо прошептала красавица.
– Возможно. Но ты нереальна, как и все здесь, – неуверенно ответил я.
– Реальность? Откуда тебя знать, что это? Думаешь, тот маленький мир лжи, боли и лицемерия, из которого ты пришел, более реален, чем это место? Как ты можешь быть уверен в этом? Ты можешь верить только в то, что видишь и чувствуешь, в свой собственный опыт! Реальны лишь ты и твои желания!
– Все жители этого мира придерживаются солипсизма в своих мировоззренческих позициях или только ты? – Утверждение девушки невольно вызвало у меня улыбку.
– Не все, но многие. Просто, когда ты существуешь в мире, где нет ни логики, ни стабильности, где химеры и призраки ведут свою нескончаемую пляску, а время и пространство – лишь ничего не значащие слова, ты невольно начинаешь верить лишь в свое существование, в свои ощущения. Лишь в себе ты можешь быть уверен до конца. Это твой последний бастион здравого смысла перед бескрайним морем безумия. – Лицо девушки стало грустным, даже немного напуганным.
Мне было жаль ее, но не следовало здесь задерживаться.
– Знаешь, жизнь научила меня одному очень горькому знанию, – сказал я, пересиливая желание и вставая на ноги. – Если ты открываешь несколько разных миров, то реальным оказывается, как правило, тот, где больше боли, страданий и несчастий. Остальное – лишь сладкие грезы.
– Ложь! – Девушка вскрикнула так громко и неожиданно, что я невольно отступил на несколько шагов. Ее прекрасное личико исказилось гневом. – Наша реальность – это то, что мы чувствуем, что мы переживаем, о чем думаем. Только так мы определяем, что живы. Мы сами создаем свой собственный мир, каждым желанием, каждым действием и даже каждой мыслью. Мы сами воздвигаем себе непреодолимые барьеры и сами прокладываем дороги к своим целям. Мы создаем свои идеалы из подручных материалов и стараемся не замечать их несовершенства. Мы, существа, наделенные сознанием и разумом, творим свою реальность. Останься здесь и создай свой собственный мир. Из астральных потоков сплети себе сотни дворцов, тысячи прекрасных женщин, миллионы подданных, что будут молиться на тебя. Здесь возможно все! Здесь ты можешь стать богом и жить вечно! А лучше останься со мной! Мне холодно! Ты не представляешь, как холодно!
Вся тирада девушки под конец из гневной перешла в жалобную. Она выглядела несчастной и одинокой. Лицо ее уже не выражало той высокомерной самоуверенности, какая была на нем вначале. Она казалась слабой и нуждающейся в помощи.
На мгновение мне захотелось обнять ее, прижать к себе, погладить по волосам и сказать что-то успокаивающее, теплое, бессмысленное. Но внутренний голос подсказывал, что этого нельзя делать ни в коем случае. Нужно уходить, и чем быстрее, тем лучше. Я смотрел на девушку. Меня разрывали противоположные чувства. Мне было жаль бедняжку, и одновременно я хотел ее как женщину. Очень странно, страсть редко объединяется с жалостью. К тому же мне казалось, что эти чувства исходят не изнутри меня, а снаружи. При этом нагнетаются и усиливаются искусственно.
– Останься! – Девушка жалобно посмотрела на меня, и в ее прекрасных глазах заблестели слезы. – Пожалуйста, останься! – И я уже почти приготовился обнять ее. А может, и овладеть ею прямо здесь. И будь что будет.
– Мне холодно! Так холодно!
Она схватила меня за руку, и все возникшие во мне желания и чувства тут же пропали. Остались лишь страх и отвращение. Стало понятно, почему ей так холодно и почему ей так хотелось моего тепла. Ее рука была холодной. Нет, не просто холодной, ледяной. Это было прикосновение мертвеца. Я попытался вырваться, но ее пальцы цепко ухватили мою кисть.
– Прочь! – процедил сквозь зубы, изворачиваясь и вырываясь.
Сзади послышались рычание и треск. Я невольно оглянулся. Огромные каменные лисицы начали медленно шевелиться. Сначала совсем вяло, но уже через несколько мгновений они рычали и лязгали клыками, каждый из которых был размером с массивный клинок и казался не менее острым. Лисицы медленно шевелили лапами и хвостами, как будто к ним понемногу, по капле, возвращалась жизнь. Глаз на вершине пирамиды напоминал раскаленный на огне кипящий чайник. Он скрипел, трещал, посвистывал, разбрасывая снопы искр. Его кидало и крутило во все стороны, кажется, он вот-вот должен был взорваться.
Нужно уматывать отсюда как можно скорее, добром это не кончится. Я снова повернулся лицом к тому существу, что еще недавно было девушкой. И то, что я увидел, понравилось мне еще меньше гигантских оживающих лисиц и взбесившегося глаза. Существо по-прежнему сжимало мою ладонь, но на девушку оно теперь походило меньше всего. Тело выросло почти в два раза и сильно расширилось в плечах, стало асимметричным и каким-то угловатым. Ровные белые зубки превратились во внушительных размеров острые клыки. На спине стало появляться что-то вроде маленьких уродливых крыльев. Но страшнее всего были остатки девичьего лица и тела, медленно стекающие с кожей и плотью по бугристой коричневой шкуре. Мой идеал женщины медленно, но верно превращался в уродливого демона, жаждущего моей смерти. Еще один болезненный удар по и без того расшатанной психике.
Я попытался вырвать свою руку теперь уже из цепкой когтистой лапы. По-прежнему тщетно. И тут неожиданно почувствовал, как энергия медленно покидает тело – именно там, где демон цепко держал меня. Я видел, как все больше и больше бесится глаз на вершине пирамиды, как каменные лисицы все решительней разминают свои суставы. Я никогда не жаловался на нехватку аналитических способностей, особенно после учебы в академии. Поэтому мне хватило пары мгновений, чтобы оценить сложившуюся ситуацию. Демон цепко держит меня за руку и выкачивает мою жизненную силу, передавая ее тому странному глазу на вершине пирамиды. Глаз, в свою очередь, распределяет энергию между двумя лисицами. Как вырваться и разрушить этот замкнутый круг, я не знал. Таким образом, либо демон «выпьет» все мои жизненные силы и я, выжатый до предела, умру, либо те два лиса в ближайшее время обретут полную подвижность и разорвут меня на куски. Скорее, со мной сделают и то и другое. Я еще не говорил, что Мир Теней – это не совсем мир снов и грез? Что если умрешь тут, то умрешь и наяву. Кажется, подходящий момент об этом сообщить.
Я старался не поддаться панике и продумать свои дальнейшие действия. Хотя времени у меня было немного. Мне нужно было вырваться из лап демона и прыгнуть в арку, пока она еще оставалась аркой – до того как лисицы обретут свободу, разрушив таким образом врата. Но это легче сказать, чем сделать. В обычном мире я мог использовать магию, в Мире Теней – теневую магию, то есть воплотить в жизнь любую фантазию, правда, ценой потери энергии. Тут же был кордон, мир Грани. Здесь могли действовать оба способа. Но так же оба могли оказаться бесполезными. Боюсь, что второй вариант походит на правду. Но я все же решил попробовать. Напряг фантазию и волю, пытаясь визуализировать в руке крепкий и острый, но достаточно легкий клинок, так, что скоро почувствовал на ладони некоторый холодок и тяжесть, будто от эфеса меча. Но ничего не произошло. Я напряг всю волю, сконцентрировался и попробовал еще раз. Ничего. Ну, хотя бы буду знать, что теневая магия в мире Грани бесполезна. Что же касается обыкновенной, той, которую мы используем в обычном мире, проверить ее действие здесь у меня не было ни малейшей возможности. Так как для мага моего уровня, чтобы творить серьезные боевые заклинания, нужно освободить обе руки. Иначе плетение не получится. Мне оставалось только одно. Если не получится – я мертвец. При этом умерший где-то между двумя мирами. Интересно, что бывает с такими после смерти? Впрочем, мне не хотелось узнавать это на собственном опыте. И я пустил в ход последний, оставшийся у меня трюк, очень надеясь, что он сработает.
– Хочешь моей Силы?! – заорал я. – Так подавись!
Сконцентрировался, пытаясь подогреть энергию, текущую к демону, и, перестав сопротивляться вампиризму, попытался отдать ему как можно больше Силы, но не каплями, а одним мощным потоком.
Представь себе, как обмороженного человека сначала растирают, а потом сажают в прохладную ванну, понемногу повышая температуру воды по мере того, как к нему возвращается чувствительность. И тут кто-то на его только ожившее тело начинает лить кипяток…
Примерно это я и провернул. Демон был слишком холодным и голодным, чтобы переварить то кушанье, которым я его накормил. С диким воплем он оторвал от меня ошпаренную лапу и неистово завыл. Не обращая на него внимания, я рванул к арке. Под голодное лязганье лисьих клыков, под бешеный скрежет и свист «закипающего» глаза, под нечеловеческий вопль демона, переходящий в безумный смех, я прыгнул в арку. Где-то, будто вдалеке, услышал все тот же девичий голос:
– Глупец! Ты все равно найдешь там лишь погибель. Живым не место в Мире Теней!
Но мне уже было все равно. Я опасался того, что ждет меня впереди. Но хуже ведь не будет. Правда? Серый вихрь закрутил меня и понес куда-то вдаль.
Оставь нормальность, всяк сюда входящий.
Темно-фиолетовый потолок. Это первое, что я увидел, открыв глаза. Я закрыл их и открыл снова – да действительно темно-фиолетовый. Кажется, этот цвет называется «индиго». У кого-то весьма необычный взгляд на интерьерный дизайн. Стены комнаты удивили не меньше. Они были черного цвета, с замысловатыми красными и синими узорами.
Интересно, где это я? Обвел взглядом все помещение. Кроме двух довольно больших шкафов, трех стульев и маленького столика в комнате также были две кровати и две тумбочки возле них. На одной кровати лежал я, а на другой, у противоположной стены, закинув руку за голову, развалился какой-то парень примерно моего возраста. Хотя я всегда плохо определял возраст, да и внешность обманчива. Парень показался мне очень длинным, он еле помещался на своей кровати.
Думаю, он был как минимум на голову выше меня, а ведь мой рост – выше среднего. Парень сосредоточенно читал какую-то книгу, но, услышав, что я зашевелился, повернул голову в мою сторону и широко улыбнулся:
– Очнулся, соня? Ты уже часов двадцать дрыхнешь, наконец-то оклемался. Долго же ты отходил после инициации!
– Ага, очнулся. После чего, говоришь?
– После инициации! Тебе что, память отшибло? Странный побочный эффект. – Этого парня явно веселил разговор со мной, по крайней мере, улыбался он искренне.
– Да нет, почему же, все помню. – Я стал припоминать вчерашний вечер. – Шесть психов, что возникли прямо из суицидального тумана, назвались магами. Потом они запустили в меня какие-то лучи и чуть не поджарили. Потом эта странная девушка. Поцелуй…
– Девушка? Поцелуй? А вот с этого момента поподробнее. – Тут мой собеседник явно заинтересовался. – Это за что тебе такие особые привилегии? Меня вот что-то никакая девушка на инициации не целовала, да и остальных вроде тоже.
– Ну как поцеловала, не в губы, конечно… – начал оправдываться я.
– Да ладно, – тут у моего соседа по комнате даже глаза загорелись от любопытства, – не в губы? А куда?
– Да ну тебя. – Я отмахнулся. – Лучше скажи, где я?
– В академии, ясное дело, – ответил мой собеседник с таким лицом, будто это было самым очевидным фактом на свете. – Ты теперь инициированный Потенциал. Скоро начнется твое обучение с целью сделать из тебя настоящего мага.
– Ух ты! Правда, что ли? – спросил удивленно. Хотя я почему-то вопреки логике не был удивлен. Как будто уже знал это. Как будто в глубине души всегда знал, что что-то такое произойдет. Хотя скорее надеялся, чем знал.
– Правда, конечно. Но ты ведь несильно удивлен, да?
Мой собеседник угадал мои мысли. Какая-то часть меня воспринимала этот новый мир как абсолютно логичный и рациональный. Хоть я только соприкоснулся с ним, мне было комфортно. И я уже готов был принять правила новой игры. Более того, появилось какое-то ощущение завершенности, будто я нашел что-то недостающее и пазл наконец-то сложился.
– Кажется, ты прав, – неуверенно произнес я, все еще прислушиваясь к своим чувствам.
– Конечно, прав! Так ты про девушку и поцелуй расскажешь? – Парень с любопытством смотрел на меня, все так же улыбаясь.
– Да что тут рассказывать, – я решил особо не секретничать, – сексуальная огненно-рыжая красавица. Назвалась Бестией. Больше ничего о ней не знаю.
– Бестия? Хм. Не слыхал о такой. Ну, я, правда, тут всего три месяца. Тоже, считай, новичок. Но попробую навести справки о твоей подружке. – После этих слов парень заговорщицки подмигнул мне.
– Вовсе она мне не подружка, – тут же запротестовал я.
– Да? Ну тогда ты не будешь против, если я познакомлюсь с ней поближе?
– Эй!
– Ладно-ладно, по ходу дела разберемся, – засмеялся парень. – Что-то мне подсказывает, что эта птичка нам обоим не по зубам. – Кстати, где мое воспитание? Я ведь не представился. Меня зовут Ловкач.
Ловкач? Какое странное имя, это кличка, наверное…
– Приятно познакомиться, а меня зовут…
– Это не имеет значения, – прервал меня собеседник.
Меня это, мягко говоря, обескуражило и немного задело.
– То есть как это – не имеет значения? Это все-таки мое имя, – начал возмущаться я.
– Бывшее имя из прошлой жизни. Оно тут ничего не значит. Скоро тебе дадут новое имя, если ты, конечно, выберешь остаться.
– Выберу остаться? – переспросил я. – А разве у меня есть выбор?
– Выбор есть всегда, – резонно заметил мой собеседник.
– Я вот еще хотел спросить, это у всех вас, ну, типа, магов Хаоса, или как вы там себя называете, странные клички или позывные?
– Это не клички, это наши имена. Их нам дают наши наставники, чаще всего весьма метко. Имена иногда могут меняться, в некоторых редких случаях.
– Интересно тут все у вас.
– У нас, – поправил меня Ловкач. – Теперь тебе стоит говорить «у нас». Ты ведь стал частью этого мира. Впрочем, ты еще не сделал свой выбор, но я думаю, ты решишь остаться.
– О каком выборе ты все время говоришь? – поинтересовался я.
– Сейчас все поймешь! Пора приступить к знакомству с академией. После чего предстоит совершить выбор. Возьми ознакомительный путеводитель. Он на твоей тумбочке.
Я только сейчас заметил на столе-тумбе возле моей кровати тоненькую потрепанную книжечку. На серой мягкой обложке не было никаких картинок и знаков, лишь надпись, гласившая: «Юный маг Хаоса, добро пожаловать в наш мир. Да начнется новая жизнь!»
Я открыл книгу на первой странице. На ней был размещен текст, напечатанный довольно крупным шрифтом. Я начал медленно и внимательно читать.
"Здравствуйте, уважаемый потенциал! Если вы читаете эти строки, то это значит, что вы успешно прошли обряд инициации и получили уникальную возможность — стать магом. Этот путь труден, на нем встретится много разных опасностей и испытаний, что потребует от вас немалого усердия, храбрости, решительности и целеустремленности. Но также, это совсем новая жизнь, она даст вам возможности, которых вы не имели раньше, множество интересных приключений, новых знакомств и необычных открытий".
На этом моменте я чуть не выронил книгу, дело в том, что между строками печатного текста, стали появляться аккуратные письменные буквы, которые словно выводила невидимая рука.
— Эй, Ловкач, что это за чертовщина? — спросил я у соседа по комнате.
— Да — да, мне, помнится, тоже не очень-то понравилась эта ознакомительная брошюрка. Как-то слишком коротко и невнятно.
— Я не об этом, тут какие-то буквы сами пишутся, — не смотря на то, как по — дурацки прозвучала фраза, это все-таки было правдой.
— Да ладно! — Ловкач выглядел удивленным, он подошел ко мне и заглянул в книгу. — Ухты! Слыхал я о таком! Иногда выпускники Академии, шутки ради, оставляют такие вот комментарии для новичков. Так сказать уже с высоты своего пятилетнего опыта обучения и выживания в мире магов. Тебе повезло! Я слышал таких книжечек не много, так как только самым талантливым выпускникам под силу обойти охранные заклятия этого пособия для новичков, и оставить вот такое послание. Да и не у всех будет желание тратить на это силы и время. По этому, как я слышал, этих книжек с комментариями существует не больше нескольких десятков на всю Академию. Везет же тебе, — засмеялся Ловкач. — И инициация с поцелуем. И уникальная книжка с комментариями выпускника.
Я не ответил, что не вижу особо везения в том, что меня сначала до смерти перепугали, а потом чуть не убили шесть безумцев (простите магов), потом ко мне приставала, возможно, престарелая ведьма, а потом — я проснулся фиг знает где, в какой-то готичненькой комнате, с самопишущей книжкой на столе и неунывающим соседом, которого нисколько не удивляет происходящее.
— Ладно, давай посмотрим, что тут за комментарии нам оставил неизвестный подсказчик.
Написанный от руки текст, строки которого появлялись над строками печатного, гласил:
"
— Это правда? — спросил я у Ловкача, и указал на прочитанную строку.
— Ага. Но хуже то, что предметы в комнате любят менять места и форму. Самое опасное, это если пока ты спишь, твоя кровать переместиться на окно. Тогда ты вывалишься из комнаты, а высота здесь немалая.
— Чего?! — у меня глаза на лоб полезли.
— Да ты не бойся! Такое бывает очень редко. Обычно так погибает не больше двух — трех новичков в год, — "успокоил" меня сосед.
— ЧЕГО?!
— Зато твоя семья получит немалую денежную компенсацию по твоей страховке и те остатки тебя, которые удастся отскрести. Это должно тебя утешить.
— О да. Просто бальзам на душу. И когда это я успел какую-то там страховку подписать?
— Да ты и не подписывал ничего, жизнь всех учеников Академии страхуется на такие вот случаи, ну мало ли, с окна выпадешь, котел с зельями взорвется, или тебя сожрет дракон.
— ДРАКОН?!
— Ладно, про дракона я чутка приврал. Этот случай страховка не покрывает, так что аккуратней будь с ними, если встретишь. А вот выпадение из окна там прописано.
— Ты ведь все это выдумал, да? Это ведь не правда? — обеспокоено спросил я, не зная уж, что и думать.
— Какое там выдумал. — Пытался оправдаться Ловкач, но уже не мог подавить хохот. — Я вполне серьезно. Тут многое случается. А так пришлют твоим родителям красивую коробочку с сообщением: "Уважаемое семейство, дальше твоя фамилия. Ваш сын храбро и с честью пытался стать магом, но к несчастью оказался криворуким идиотом. Его убила бродячая кровать. Возвращаем вам его, не то, что бы в целости и сохранности, но все части на месте, просто в слегка разобранном виде. И вот еще денежная компенсация. Может от нее будет больше пользы, чем от вашего придурковатого сыночка". Мой сосед уже просто ржал, не пытаясь остановиться.
— Эй! Не смешно!
— Еще скажи, что такими вещами не шутят. — Сказал Ловкач, таки пересилив смех. — Привыкай! Ты теперь среди магов хаоса. Много юмора, в том числе и черного, много безумных идей, нестандартной логики и абсурдных поступков. И относись ко всему проще, иначе ты здесь не выживешь.
С мыслями типа "ну и вляпался же", и "угораздило же меня попасть в мир этих чертовых психов" я вернулся к книге.
"Что ж, начать стоит с того, что вы, уважаемый Потенциал, относитесь к особому биологическому виду — магам. Этот вид не отличается от человеческого ни внешними характеристиками, ни структурой ДНК или какими либо внутренними анатомическими особенностями. Единственное, но очень значимое отличие, это наличие у магов особой энергетической структуры тела, ауры, что дает нам возможность работать с Силой и, как следствие, помогает развить невероятные умения и даже, усиливать свои физические характеристики".
Над строчками тут же стали появляться комментарии, аккуратно выведенные невидимой рукой:
"
Дальше оригинальный текст гласил:
"Все маги, в зависимости от того какой Путь к Силе они используют, делятся на шесть больших групп, школ. Сила — это, грубо говоря, энергия, что есть во всех живых и неживых объектах. Дальше, в процессе учебы, ты узнаешь о ней подробнее. Силу можно использовать для многих целей. Одна из основных — творение заклинаний. Именно этому, но так же, и многому другому тебя будут обучать в Академии.
Как уже было сказано, к Силе ведут шесть путей: Свет, Тьма, Хаос, Порядок, Жизнь и Смерть. Тебя выбрал Путь Хаоса. Именно Путь выбирает мага, а не наоборот".
И тут же, снова возникли комментарии:
"
"
— Это правда? — спросил я у Ловкача, оторвавшись от текста.
— Нуу… Я точно не знаю, как я уже говорил, я сам тут недавно. Но, судя по всему — да, во всяком случае, это никак не противоречит той информации, которую мне уже удалось разузнать. Да и, насколько я слышал, подсказки в путеводителе не врут.
— Значит, есть шесть магических школ, четыре из которых находятся в состоянии непрерывной войны? Наша школа по силе военного потенциала третья из четырех, и есть еще две невоюющих школы?
— Не волнуйся, мы все равно самые крутые. Да и не важно, у кого какой военный потенциал. Стены нашего города непреступны, а за пределами своего города любой маг в опасности, независимо от силы его школы.
— Все настолько плохо? — удивился я.
— Да, эта магическая вендетта не теряет своей жестокости уже не первое столетие, — ответил Ловкач. — Так что там, за стенами города, придется всегда быть начеку. Но не бойся, ближайшие пять лет тебе туда не попасть. А через пять лет, если не помрешь во время учебы, ты уже будешь магом, способным за себя постоять.
Перспектива проторчать пять лет в Академии, где тоже может быть всякое, а потом сразу выйти в широкий мир, где тысячи и тысячи могущественных магов желают моей смерти, не сильно меня радовала, но я не стал сейчас поднимать этот вопрос, а продолжил читать.
"Вы, уважаемый потенциал, начинаете идти по пути Хаоса. Главной идеей хаоситов является вера в то, что наивысшая ценность — не жизнь, а свобода. Ведь жизнь раба не стоит ничего. Свобода от… различных стереотипов, шаблонов, навязанных идей и идеологий, и свобода для… А для чего она вам, вы решите сами. Цель хаоситов — это развитие, совершенствование, познание мира через созидание и разрушение. Ибо Хаос все порождает и все пожирает. Хаоситы стремятся освободить себя и других от пут этого мира, пробудить людей, показать им настоящую суть вселенной, разрушить их комфортные и уютные мирки самообмана и окунуть их в пьянящую творческую энергию хаоса. Пожалуй, в этом и заключается великая миссия хаоситов, наша глобальная цель. Пробудить мир от иллюзий! Но принадлежность к школе Хаоса не обязывает тебя служить этим глобальным целям, ты вправе будешь сам выбрать свой путь"
Уже привычные буквы сверху строк вывели: "
Я продолжил читать оригинальный текст.
"Хаоситы уважают свободу религий и вероисповеданий, так как каждый имеет право на свою точку зрения и свою мировоззренческую позицию. Так что, среди хаоситов гармонично живут представители сотен религий. Многие хаоситы верят в Великого Змея, мудрое и хладнокровное существо, породившее мир. Змей этот двуедин. Движется он по кругу, символизируя, что ничто не ново под луной. Хвост его творит мир, а пасть пожирает. Кусая себя за хвост, Змей являет миру бесконечную гонку разрушения и созидания. В этом аспекте Великий Змей несколько схож со Змеем Уроборосом из религий мира людей. Но есть и множество отличий. Детальнее ознакомиться с культом ты сможешь, посетив Храм Змея и пообщавшись со жрецами. Так же, посвященный ему уголок есть в Храме Тысячи Религий!"
"
Я, сказав себе мысленно, что пора бы уже перестать удивляться, продолжил читать оригинальный текст путеводителя.
"Символом хаоситов является восьмиконечная звезда, состоящая из пересекающихся в одной точке четырех обоюдоострых стрел разной длины. На энергетическом уровне ее цвет — коричневый. Эта звезда именуется Звездою Хаоса.
Хаоситы имеют целое государство, во главе которого стоит Великий Мастер, что является, по сути, высшим органом исполнительной и судовой власти. Органами законодательной власти является Совет Старейшин, состоящий из тринадцати самых уважаемых и древних магов Хаоса, и Референдум Магов Хаоса, который иногда проводят по особо важным вопросам (Парламента у хаоситов нет, в нем просто нет необходимости). Исполнительную власть представляет огромное число Департаментов, основные из которых такие: Департамент общих магических исследований и практических экспериментов, Внешней и внутренней разведки, Внетелетных путешествий, Внутренней и внешней безопасности, Изучения магических растений, Технологической магии, Парапсихологических исследований, Здравоохранения, Магического образования, Экзорцизма и прочие.
Экономика магов Хаоса достаточно высокоразвита. Бюджет государства формируется за счет сбора налогов с магов хаоситов, доходов от торговли, промышленности, аграрного сектора и т. д. Растрачивается бюджет на социальную сферу (все хаоситы имеют право на страховку и полный социальный пакет), оборону, исследовательскую сферу и так далее. Вполне себе интересная экономическая машина, увы, не до конца лишенная бюрократии и, местами, даже коррупции".
"
Я, подумав о том, сколько же еще всего надо будет узнать, продолжил читать дальше:
"Единственным городом хаоситов, где живут одни маги, является — Заря Хаоса. Все остальные маги живут в разброс по всему миру, как правило, в городах и населенных пунктах простых людей.
Город магов находится в так называемом "кармане", параллельном мире с ограниченным пространством. То есть этот небольшой мир прикреплен к маленькому неприметному объекту "внешнего" мира (мира людей). Объект материального мира, на который прикреплен "карман" называется "якорем".
В городе постоянно проживает порядка сорока тысяч магов. Еще около пятнадцати тысяч появляются здесь время от времени. Город пестрит самыми разнообразными архитектурными стилями всех времен и народов, некоторые из которых даже не принадлежат нынешней земной цивилизации. Главными архитектурными достопримечательностями являются Академия Хаоса, Храм Змея, Храм Тысячи Религий, Ратуша, Дворец Администрации, Обитель Ордена Сумеречных Жнецов и другие. Кстати, излюбленным местом студентов, является Парк Пьяного Анархиста.
Студентам в город можно выбираться только после трех месяцев обучения в Академии, в присутствии наставника. Или же по окончанию первого семестра, уже самим".
"
— А ты еще не веришь, что ты счастливчик, — послышалось у меня за спиной, — вон тебе даже подарок оставил старший ученик, наверняка какая-то полезная штуковина, его собственное изобретение.
— Собственное изобретение? — удивленно спросил я.
— Ну да! Старшие ученики и выпускники часто придумывают что-то этакое, забавные, но полезные магические побрякушки. Например, я слышал про волшебную "пивоварку": заливаешь в нее обычную воду, произносишь заклинание — катализатор и получаешь вполне пристойное пиво. А один выпускник изобрел "глаз — рентген", позволяющий смотреть сквозь стены и закрытые двери. Правда, после того, как кто-то из комендантов поймал его возле женской душевой, полезную вещицу изъяли и запретили. Так что и тебе теперь перепадет что-нибудь интересное и полезное. Полгода придется подождать, но оно того стоит. Может там будет даже нечто запрещенное, раз тебе посоветовали не идти по "это" с наставником.
— Тогда зачем мне рисковать и нарушать правила?
— Да ладно тебе, разве не для того придумали правила, что бы их нарушать? — спросил мой жизнерадостный сосед по комнате.
Я подумал, что это явно весьма сомнительный тезис, но спорить не стал, не хотелось прослыть занудой в первый же день жизни в Академии, да и путеводитель был крайне интересен и привлекал к себе все мое внимание.
"В мире магов действует единый нерушимый закон — Кодекс. Кодекс призван охранять людей и неинициированных Потенциалов от самых опасных действий магов, и их бесконечной вендетты. Основные постулаты Кодекса нерушимы, их нельзя нарушить, как нарушают человеческие законы. А более мелкие его статьи защищает искусственно созданная система контроля, именуемая "бич воздаяния". Она состоит из охранных заклятий, заклятий — сенсоров и подкрепляется действиями Смотрящих. Таким образом, ваши близкие всегда будут защищены от агрессии ваших врагов — магов, чего не скажешь о вас самих. На магов защита Кодекса не распространяется. Кодекс имеет множество законов, с которыми вы ознакомитесь в дальнейшем".
"
"Самой пока интересной и актуальной для вас, уважаемый Потенциал, будет информация, что касается нашей Академии. Как архитектурное строение, Академия являет собой здание, состоящее их хаотично нагроможденных семисот семидесяти семи башен. Как учебное заведение — это одна из престижнейших академий для магов. Около семисот талантливых и опытных преподавателей постоянно обучают здесь более четырех тысяч студентов на четырнадцати разных факультетах. Вы, дорогой Потенциал, сами сможете выбрать себе интересующий вас факультет по окончанию второго курса обучения. Первые два года учебы в Академии являются общеобразовательным. В это время студенты делятся не по факультетам, а по группам, от двенадцати до пятнадцати магов в каждой. Факультет, который вы выберете, по сути, определяет вашу дальнейшую магическую специализацию. По этому, стоит быть внимательным к тому, куда лежит сердце. Что бы потом не пришлось тратить время и уже собственные деньги на курсы переквалификации (базовое образование бесплатно для всех магов). Обучение в Академии длиться пять лет, после чего вы становитесь дипломированным магом".
"
Только я хотел задать Ловкачу несколько накопившихся вопросов, как последние строки печатного текста путеводителя вдруг засветились и засверкали, переливаясь всеми цветами радуги. Я решил, что пока не стоит отрываться от текста и продолжил читать.
"И так, уважаемый Потенциал. Можно очень долго рассказывать о мире магов в целом, о хаоситах в частности, о городе Заря Хаоса и об Академии. Но мы не хотим так вот сразу перегружать вас большим потоком информации. Мы, руководство Академии, понимаем, что этот небольшой путеводитель скорее порождает множество вопросов, чем дает конкретные ответы. Но он и не направлен на то, что бы объяснить все. Скорее он помогает прорисовать основные направления, в которых вам, уважаемый Потенциал, предстоит двигаться, и те пути, которые вам нужно будет для себя открыть. В этом вам помогут учителя и коллеги — студенты. Более того, у каждого Потенциала есть личный куратор — наставник, что поможет справиться с возникшими во время учебы проблемами. Мы же, руководство Академии, на этом прощаемся с вами, и просим вас перейти к странице "выбора".
Дальше появилась всего одна строчка от невидимого комментатора: "
"Уважаемый Потенциал, нам, к сожалению, пришлось буквально насильственно вырвать вас из вашего мира, из вашей привычной среды обитания, где вам, возможно, было неплохо и без нашей школы Хаоса и ее магии. По этому, будет справедливо дать вам шанс вернуть все, как было. Вы можете отказаться быть магом, и прожить, пускай не такую динамичную и захватывающую, но может более спокойную и уютную жизнь простого человека. Если вы откажетесь стать магом, то вас вернут в мир людей и сотрут из памяти всю ту небольшую информацию о нашем мире, что вы уже успели почерпнуть. При этом, вас вернут не только в то место, где вас Инициировали, но буквально и в ту минуту времени, когда вас выкрали. Такое нам под силу. Так что вашего временного исчезновения никто не заметит, даже вы сами. Вы снова будете простым человеком и вернетесь под защиту Кодекса.
Если же вы все-таки решили остаться, то вся информация написанная выше, вам пригодиться. И прямо сегодня начнется ваше обучение. Но это будет другая жизнь и в мире людей, для всех ваших родных и близких вы будете исчезнувшими без вести, по крайней мере, на время тех пяти лет, которые проведете в Академии. Только после получения диплома, у вас будет возможность восстановить контакт с внешним миром и возобновить старые социальные связи. Но даже тогда, ничего уже не будет как прежде. Пропасть между магом и человеком невозможно игнорировать. Готовы ли вы начать совершенно новую жизнь? Решать вам".
"
Сразу же, как я дочитал текст, передо мной возникли две надписи крупным шрифтом: "Я выбираю остаться и стать магом Хаоса" и "Я выбираю вернуться домой".
— А как сделать выбор, — обратился я к Ловкачу?
— Как на сенсорном экране электронного гаджета — коснись нужной тебе надписи.
Я еще раз посмотрел на лист перед собой. Сердце бешено колотилось, я чувствовал, что сейчас делаю, возможно, главный выбор всей своей жизни. Конечно, я хотел остаться, взглянуть на этот мир, который уже считал своим. Я хотел здесь жить, изучать вещи, которые многим людям и не снились. Но мог ли я поступить так со всеми, кого любил и кто любил меня там, в мире людей? Мог ли я умереть на пять лет для всех моих родственников и друзей, для родителей? И, даже, если я внезапно воскресну через пять лет, простят ли они мне этот удар? Да и опасностей в мире магов, как я успел понять, куда больше, чем в мире людей. Но, в глубине души, я уже давно сделал свой выбор. Может, это и эгоистично, но, близким придется смириться с моим исчезновением, а опасности и трудности меня не пугают. По крайней мере, это, наверное, единственный способ уйти от того бесконечного уныния, непонимания и отчуждения, что непреступной стеной окружали меня в том старом мире. Там, в мире людей, я чужой, сколько бы не старался, и каких бы успехов не достигал. А здесь, здесь мой дом. Я это уже знал.
— Эй, Ловкач! — позвал я соседа. — Вопрос поставлен как-то странно. А что если для меня "остаться" и "вернуться домой", это, кажется, одно и то же место?
Мы оба улыбнулись, и я дрожащим пальцем прикоснулся к надписи "я выбираю остаться и стать магом Хаоса".
Книжка вырвалась у меня из рук и зависла в воздухе, с ее страниц слетела надпись "добро пожаловать в мир магов". Провисев около десяти секунд, надпись растворилась, а книга, что с брошюрки превратилась в толстый томик, опустилась ко мне на стол.
— Расширенная версия путеводителя, — объяснил мне сосед.
Я, наверное, должен был задать множество вопросов: об Академии, о магах хаоса, магических школах, о городах и государствах магов и многое другое. Но с моих губ сорвалось только:
— И что дальше?
— Дальше встреча с наставником, и вступительные испытания.
— Вступительные испытания? — спросил я с удивлением.
— Ну да, — ответил мой сосед. — Бой с василиском, например. Или — оседлать дракона. Или убить парочку каменных големов или…
— Ты ведь это только что придумал, да? — спросил я с недоверием.
— Кто знает, может и да. А может — и нет, — лукаво улыбнулся Ловкач. — Ведь слабаки тут не нужны, так что, их просто отсеивают на вступительном испытании.
— Второй раз за пол часа ты меня не проведешь, — ответил я. — Даже эти психи не стали бы натравлять на необученного новичка всяких там драконов и василисков. Кстати о драконах и василисках, они, это, существуют?
— Это ты у них при встрече спросишь, — весело ответил Ловкач, — они тебе подробно все растолкуют, а заодно обоснуют, почему ты должен стать кормом для них, таких редких и вымирающих прекрасных существ.
Он же шутит?
— Но ты еще кое-что забыл спросить, — напомнил Ловкач.
— А?
— О наставнике. Что бы к нему попасть, выйди с комнаты, и сразу сверни влево. Пройдешь около двадцати метров и увидишь телепорт. Такая круглая площадка метров пять в диаметре, излучает серебристое свечение и по контуру украшена четырьмя статуями. В общем, такое ты ни с чем не перепутаешь. Зайди в середину телепорта и просто жди. Первая телепортация производиться автоматически, а дальше уж наставник тебе объяснит, как ими пользоваться.
— Звучит, как то… волшебно. Как, впрочем, и все здесь.
— Привыкнешь, а теперь иди, не заставляй куратора ждать тебя.
Я поспешно вскочил с кровати, открыл дверь и вышел в коридор. Коридор оказался узким, слева и справа от меня виднелись такие же незамысловатые двери, как те, что я только что закрыл за собой. Видимо, другие комнаты. В общем, обыкновенное общежитие. Хотя оно, скорее всего, вряд ли обыкновенное, как и все тут. Ну, хотя бы, в отличии от комнат, тут была нормальная расцветка стен и потолка.
Я повернул влево и, действительно, уже скоро увидел, что коридор сильно расширился. В центре стояло то самое сооружение, которое описал мой сосед. Это была круглая площадка, излучающая серебристый свет. По контуру она была окаймлена серебряной змеей, кусающей свой хвост. Так же площадку украшало четыре статуи: змеи, быка, льва и лисицы. Я подошел поближе, и, не сдержав внезапно возникшего желания, прикоснулся к хищному оскалу льва и потрогал клыки. Они были холодными, словно лед, казалось даже холоднее. Я поспешно отдернул руку. Потом провел ладонью по туловищу змеи. Оно было таким же холодным. Не став проверять две оставшиеся статуи, я стал в центр телепорта. Несколько мгновений ничего не происходило, но вдруг меня окутал серебристый свет, не позволяя ничего рассмотреть, а когда он рассеялся, то никакого телепорта уже не было. Я стоял в каком-то незнакомом темном коридоре, перед огромными, на вид очень увесистыми деревянными дверями. На них была вырезана какая-то сцена охоты. Десяток всадников с луками и копьями и десятка два охотничьих псов загоняли лисицу. Работа была выполнена безупречно, картина казалась словно живой. Но у меня не было времени любоваться, я решительно взялся за ручки дверей и толкнул их.
Двери со скрипом открылись. За ними оказалась небольшая круглая комната. На стене висело несколько полок с книгами, в комнате так же стояли два тяжелых дубовых шкафа с какими-то пробирками и баночками. Больше никаких предметов тут не было. Напротив дверей находилось огромное окно, которое сейчас было открыто. Возле него, спиной ко мне, стоял какой-то человек. То есть маг, наверное. К этому различию нужно еще привыкнуть. Я несколько раз кашлянул, давая понять, что я уже пришел. Но фигура возле окна не отреагировала.
— Вы, надо полагать, мой наставник? — спросил я, стараясь скрыть волнение.
Мне никто не ответил, и когда мне стало уже казаться, что пауза затянулась, прозвучал тихий, но выразительный голос:
— Надо полагать.
При этом собеседник даже не соизволил обернуться ко мне.
— Эээ… — начал я после затянувшейся паузы, — меня зовут…
— Это неважно, — все так же тихо и выразительно ответил мой собеседник, не поворачиваясь ко мне.
— А вас? — выпалил я, кажется, уже начиная понемногу терять самообладание. — А вас как зовут?
После этих слов маг повернулся ко мне и произнес:
— Меня, обычно, звать не нужно, — на суровом лице появилась еле различимая улыбка. — Прекрасная сегодня погода, не хотите ли взглянуть. — Мой собеседник указал рукой на окно возле себя и отошел на шаг.
— Да. Спасибо. — Ответил я и направился к окну, радуясь, что удалось хоть какой-то контакт наладить.
Я подошел к окну и выглянул наружу. Увиденное меня шокировало, я еле мог разглядеть внизу деревья и здания, что казались маленькими точками. Высота была огромной. Какой же это этаж.
— Ого, — вырвалось у меня. — Какая же тут высота?
И дернуло тогда меня это спросить. Одна дурацкая фраза. Мой собеседник подошел ко мне и тоже взглянул вниз.
— И вправду интересно, какая же здесь высота? — задумчиво ответил он. — Кстати, вот вам первый урок, мой ученик. Магия Хаоса — исключительно практическая наука. И если маг Хаоса может что-то проверить на собственном опыте, то он должен так и сделать, а не верить чужим заключениям.
Не успел я что-то возразить на это, как мой собеседник подхватил меня подмышки и вышвырнул в окно…
"Зачем создавать цирк, если не знаешь, как заставить людей трепетать от страха? Ради юмора, клоунов? О, прошу вас, что бы увидеть все это, достаточно просто посмотреть заседание парламента любой страны. Нет, это ни капельки не интересно. А вот леденящий душу ужас — другое дело. Это то, что нужно, то, что хорошо продается".
Я свалился прямо в кучу опавших листьев. Благо, хоть высота была небольшая. Некоторое время я не шевелился, прислушиваясь к звукам леса и всматриваясь в кроны нависших надо мной деревьев. Я не услышал ни стука копыт, ни треска веток, ни даже мягких, едва слышных, крадущихся шагов хищника. Видимо, рядом со мной никого не было, вряд ли кто-то смог бы бесшумно подкрасться по сухой опавшей листве. Я пока в безопасности. Надолго ли? Не думаю, что этот мир более дружелюбен, чем тот, где меня чуть не сожрали две огромные лисицы и девушка — перевертыш. Так что не стоит так вот просто валяться посреди леса. Я вдохнул полной грудью запах опавшей листвы, и быстро поднявшись на ноги, осмотрелся по сторонам. Кажется, мне здесь ничего не угрожало. Пока что! Лес был трудно проходимой чащей, полной трухлых полусгнивших веток и сухих листьев. Ни тропинок, ни полянок. Казалось, что люди, животные или какие-то другие твари, здесь не особо-то ходили, если вообще когда-либо появлялись.
Судя по всему, это не то измерение, которое являлось моей конечной целью, а промежуточный мир, одна из "комнат". И чтобы выбраться, я должен найти предмет, который отличается от окружающей среды.
Но, вот только куда идти и что искать? Вокруг один сплошной лес, и уже смеркается. Пока я осматривался, становилось все темнее и темнее, и я скоро перестал видеть дальше десятка метров вперед. Темные силуэты деревьев, нависшие надо мной в этой непроходимой густой чаще, действовали на меня удручающе. Ситуация печальная. Куда двигаться, в каком направлении? И когда я уже начал совсем отчаиваться, мне послышались какие-то звуки. Я даже подумал, что это обман разыгравшегося воображения. Но звуки доносились все отчетливее. Это была дикая совершенно невыносимая какофония. Как будто, десятки музыкальных инструментов звучали одновременно и совершенно невпопад. Да еще и добавить к этому жуткий скрип и скрежет каких-то механизмов, и, словно, жалобный плачь или грустное завывание. Эти звуки невыносимо резали слух. Но, к сожалению, кажется, именно там, откуда они исходили, была цель моего путешествия. Так что мне ничего не оставалось, как двинуться в том направлении.
Казалось, я пробирался сквозь заросли целую вечность. Идти в кромешной тьме через непроходимую чащу было невыносимо. Я получил кучу мелких ссадин и царапин, то и дело спотыкался, но мерзкие звуки становились все громче и я, наконец-то, увидел бледный тусклый свет, что пробивался ко мне через густые кроны деревьев. Еще десяток шагов, и я оказался на опушке леса, точнее вышел на край огромной поляны, окруженной со всех сторон все той же чащей. Что ж, теперь я понял, откуда доносился шум. Я нашел то самое место, которое совершенно не вписывалось в среду этого мира, не гармонировало с этим тихим спокойным ночным лесом. Посреди поляны скрипел и скрежетал, копошился, словно огромный муравейник, и светил немного тусклыми огнями, старенький луна — парк. Весьма внушительных размеров, кстати!
Луна — парк, выдающий такую какофонию звуков, выглядел не слишком привлекательно, я бы даже сказал, зловеще. Вроде бы все те же "американские горки" и "колесо обозрения", что и в любом другом парке аттракционов. К тому же они светились, сияли огнями, а, значит, парк явно не был заброшен. Вот только свечение их было каким-то холодным и немного матовым что ли. Оно было более тусклым, чем в реальном мире. И более размытым. Словно для этого парка кто-то приглушил все краски, немного убавил показатели "насыщенности" и "контрасности" на невидимом ползунке. Это место настораживало. Но было очевидно, что выход из этого мира находился именно там, а значит, мне придется там побывать. По этому, не раздумывая, я решительно направился в сторону парка аттракционов.
Весь луна — парк был окружен довольно высоким забором, что состоял из железных столбов, в форме каких-то злобных оскалившихся тотемов, и прочной металлической сетки, натянутой поверх них. Судя по остаткам облупившейся краски, забор когда-то был темно — красного цвета.
В луна — парк вели одни единственные ворота. Это была арка в виде головы клоуна, его открытый рот окаймляли белоснежные зубы, а точнее клыки, местами испачканные темно — алой краской, что при тусклом освещении очень напоминала настоящую засохшую кровь. Взгляд клоуна был хищным, а оскал свирепым.
Слева от входа стояла небольшая будка, размером с телефонную, такая же потрепанная временем, с облезающей краской, как и весь парк. Наверху красовалась надпись "Касса". Я подошел ближе и заглянул в кабинку. Внутри будки сидело существо, больше всего похожее на очень страшненького колобка, одетого в пестрый клоунский наряд.
Невероятно уродливый толстый клоун со сморщенным лицом и крючковатым кривым носом хрипел рекламную приветственную речевку:
Я, дождавшись, пока клоун закончит свою речь, попытался привлечь его внимание:
— Эм… Здравствуйте!
Ответом мне была тишина, карлик совершенно не обращал на меня внимания.
— Кхе — кхе, — прокашлялся я, — мне бы билеты в луна — парк приобрести!
Никакой реакции.
— Эй, — уже крикнул я и забарабанил по стеклу, — вы меня вообще слышите?! — и снова мне никто не ответил.
Не на шутку злой, я развернулся и двинулся в сторону входа. И без билета пройду, а если у кого-то будут претензии, то пусть билетера нормального ставят, а не эту карликовую глухомань.
Стоило мне только войти на территорию луна — парка, как музыка тут же изменилась. Та дикая какофония, которую я слышал за воротами и в лесу, сейчас превратилась в обычную музыку, что часто играет в парках развлечений. К этому так же добавились веселые крики, смех и разнообразные звуки, издаваемые работающими аттракционами. Так же, я уловил такие знакомые с детства запахи ванили, шоколада и других сладостей, что наполняли воздух вокруг.
Передо мной лежала дорога, ведущая вглубь парка. Справа и слева от нее расположились прилавки, они пестрили самыми разнообразными диковинками и сладостями. На одних лежали сладкие угощения: шоколад, леденцы, медовые пряники, печенье, булочки, пончики, мармелад и многое другое. На других были разложены разные соленые блюда: ход — доги, бургеры, шашлыки, колбаски, пироги, сэндвичи, жареный картофель, кукуруза. А на третьих наблюдались различные сувениры и цирковые диковинки: наборы юных фокусников, волшебные палочки, фонарики, светящиеся игрушки, карнавальные маски, колпаки и прочее. Между прилавками сновали люди. Дети выпрашивали себе новые подарки, а родители пытались утащить их подальше от магазинчиков, чтобы спасти хоть что-то в своих кошельках. Странно, но все посетители парка были одеты в наряды, характерные для конца XIX — начала XX века.
Тут были и разные небольшие аттракционы вроде тира, где постреляв с ружья или лука, можно выиграть приз за меткость. Или та забавна игра, где нужно молотком колотить вылезающих из норок кротов. Так же я заметил аттракцион, на котором можно проверить свою силу, ударяя молотом по специальной железной подставке. Несколько клоунов рисовали детям на коже разнообразные татуировки. Между рядами ходила девушка в цветном трико, с обезьянкой и парочкой шустрых лемуров на руках. Дети с завистью провожали ее взглядами. Дальше вдоль дороги тянулись ряды прилавков с разными надувными шариками всех форм, цветов и размеров. На отшибе стояло несколько магазинчиков с мрачными сувенирами в виде бутафорских черепов, вырванных глаз, оторванных кистей рук и прочего циркового барахла. Честно говоря, я и в реальном мире не был шопоголиком, а тут уж точно ни времени, ни желания глазеть на прилавки у меня не было. И по этому, я быстрым шагом направился к центру парка.
Первыми мне бросились в глаза "американские горки" и "колесо обозрения", которые из-за их громадности я заметил еще тогда, на опушке леса. Сейчас я понял, что эти аттракционы были еще больше, чем показались мне издалека. "Колесо обозрения" было больше всех известных мне в реальном мире, потрясающе огромное. Кабинки в форме черепов, то ли за счет специального освещения, то ли фосфорного покрытия, а скорее того и другого, ярко светились в уже опустившейся на парк темноте, а бутафорские пустые глазницы сияли холодным, словно ледяным, синим светом. Скрипя и как будто с протяжным стоном, колесо медленно оборачивалось вокруг своей оси, в форме отрубленной головы, из которой сочилась красная жидкость. Хотелось верить, что это не настоящая кровь.
"Американские горки" были оформлены под старую полуразвалившуюся и покрытую мхом железную дорогу, по которой, скрипя и пыхтя, ездил разноцветный облупленный паровозик, что таскал за собой десяток вагончиков.
На обоих аттракционах было достаточно много посетителей. Дети, взрослые — все смеялись, кричали от испуга, и в то же время веселились и уплетали сладости. Это я о тех, кто катался на "колесе". Посетителям "горок" было явно не до сладостей, да и не до смеха. Они кричали и визжали от страха, пролетая на огромной скорости все опасные виражи. Кажется, адреналин тут просто зашкаливал.
В центре парка так же было множество более мелких аттракционов. Комната смеха, судя по объявлению, табличке у входа, могла предложить посетителям множество разнообразных кривых зеркал. Из "пещеры ужасов" все время доносились какие-то протяжные стоны и завывания, крики и всхлипывания. Вход в пещеру украшала "чертова дюжина" отрубленных голов, насаженных на пики. Некоторые из них улыбались, некоторые корчили гримасы, парочка голов бубнили о чем-то своем, а одна даже ругала прохожих, и пыталась плюнуть им вдогонку, что последних, правда, только веселило. Услужливый карлик довольно резво проверял билеты посетителей, пропуская их одного за другим, но небольшая очередь возле аттракциона не спешила уменьшаться. Желающих спуститься в пещеры, и пощекотать себе нервы, было немало. Я поймал себя на мысли, что я сюда не развлекаться пришел, и пошел дальше. С лева от меня медленно с тихим треском крутилась карусель. Она была бы обычной каруселью, которые есть в каждом луна — парке, если бы, ездящие по кругу лошади на стальных шестах не пылали ярким пламенем. Я подошел к аттракциону настолько близко, насколько позволил жар, исходящий от них. Эта карусель была предназначена явно не для катания, скорее декорация, что должна удивлять и завораживать посетителей. Интересно, как горят эти инфернальные кони? Почему они не сгорают дотла и абсолютно не дымят? Я как завороженный смотрел, как огненные лошади медленно, треща как поленья в камине, плывут по кругу.
Надо сказать, что этот луна — парк был потрясающим, невероятным. И его магическая непостижимая красота, контраст ужаса и смеха, праздника и кровавого карнавала — все это понемногу увлекало, поглощая все мое внимание. Тысячи ярких огней грозили унести и растворить в себе. Меня манило к ним, словно ночного мотылька к яркому пламени. Я будто снова стал ребенком с горящими глазами, что с нетерпением тащит за руку своих родителей к очередной карусели.
И только музыка не вписывалась в эту странную сказку, она снова стала невыносимой. Я обратил внимание, что она раздается с огромной сцены в центре луна — парка. Я подошел ближе. Дюжина уродливых старух играли на самых разнообразных музыкальных инструментах. Хотя, "играли" — это не совсем то слово. Виолончели, саксофоны, барабаны, флейты, кларнеты, арфа, фортепиано — на всех них играли (точнее издавали звуки) одновременно, совершенно невпопад, без чувства ритма. Кажется, "музыканты" сегодня впервые увидели свои инструменты. Я закрыл руками уши, так как больше не в силах был слышать этот безумный вертеп, звучание которого стало нарастать. Но, к счастью для меня, после совсем уж паршивого громкого финала, все старухи разом прекратили игру. На сцену медленно вышел человек в смокинге и цилиндре, казалось более черных, чем сама ночь. В руках он держал трость с набалдашником в виде серебряного черепа, глаза которого светились тем же синим светом, что и огромные черепа — кабинки на "колесе обозрения". От этого человека словно исходил какой-то холод, я даже поежился, как от дуновения северного ветра.
— Поблагодарим наш талантливый оркестр за чудеснейшую музыку, — произнес "человек в смокинге" голосом тихим и вкрадчивым, но, казалось, слышным в каждом уголке луна — парка. — А мы с вами, дорогие друзья, продолжаем веселиться! Уж такая сегодня ночь! Прошу на сцену хор моих дорогих мальчиков. Голоса их как хрусталь, а красота — словно это херувимы, — улыбнулся мужчина в черном.
После этих слов, он плавно поднял руку и слишком уж театральным жестом указал на маленькую лестницу возле сцены, по которой неуклюже поднимались девять карликов. Они стонали и пыхтели, кряхтели и грязно ругались. Было видно, что каждый шаг причиняет им невероятную боль. Тела некоторых покрывали язвы. У других же были совершенно нелепейшим образом вывернуты почти все суставы. Последний — скручен так, словно его через мясорубку пропустили. Уродцы медленно, со стонами и кряхтеньем, вскарабкались на сцену, чуть не запутавшись в своих серых грязных лохмотьях, рискуя скатиться вниз. Карлики, одновременно прочистив горло, завели свою песнь. Голоса их, чистые как хрусталь, тонкие, словно у детей, совершенно не вязались с уродливой внешностью. Это зрелище было настолько необычным. Такое соединение красоты и уродства. Казалось нелепым, что такой чистый звонкий голос может принадлежать таким мерзким существам.
После того как уродцы закончили петь, на сцене тут же появился все тот же человек в черном смокинге. Он словно возник из ниоткуда. Карлики сразу же заспешили вниз, но один из них запутался в своих грязных непомерно длинных одеждах и упал, начав барахтаться в них без малейшего шанса подняться, словно перевернутый на спину жук. Все посетители луна — парка, что сейчас смотрели на сцену, дружно захохотали. Вот только мне это зрелище совсем не казалось смешным. Я пытался понять, какие чувства у меня вызывают эти карлики. Грусть? Жалость? Презрение? Я не знал что именно, но они точно не казались мне смешными. Когда человек в цилиндре увидел, в каком состоянии находиться его подчиненный, он подошел к бедняге и пнул его так, что тот слетел со сцены и пролетел еще с десяток метров.
— Нет! — закричал я, но мой крик утонул в реве безудержного хохота посетителей луна — парка.
— Да что с вами?! — заорал я на стоявших рядом со мной людей, но никто не обращал на меня внимания. Все продолжали смеяться. Щеки их налились румянцем, они хватались за животы, стеклянные глаза их были пустыми и блестящими, словно от каких-то препаратов.
— А теперь уважаемые гости луна — парка, антракт! — сказал человек в черном, и исчез со сцены.
Люди вокруг меня как-то не естественно быстро перестали смеяться и начали расходиться, кто к бару, кто к аттракционам, кто за сладкой ватой.
— Эй! — закричал я, — вы меня слышите?
Но никакого ответа не последовало. Я подошел к проходящему мимо мужчине средних лет, что был одет в старенький фрак и потертые брюки:
— Эй! Вы меня видите? — после этих слов я помахал рукой перед глазами у этого человека, но реакции не было никакой. Я попытался потрясти его за плечо, но моя рука прошла сквозь него. Видимо, все эти люди были призраками. Или же это я был призраком в их мире. Все это довольно странно, ведь обычно в "комнате" Теневого Мира все существа видят друг друга и могут взаимодействовать, почему же тогда я не могу ни с кем вступить в контакт. В любом случае, разбираться не было ни времени, ни желания. Это место нравилось мне все меньше, я подумал, что пора выбираться отсюда. Вот только сказать легче, чем сделать. Согласно правилам, я должен найти предмет, который хоть немного не вписывается в антураж мира, он и будет порталом. Вот только, что может не вписываться в пестрящий диковинками карнавал, полный самых разнообразных фокусов и чудес? Что может быть лишним на ярмарке всевозможных аттракционов?
Я огляделся. От сцены вглубь парка расходились пять дорог. Одна шла мимо "американских горок", вторая огибала "колесо обозрения", третья проходила через комнату с кривыми зеркалами, четвертая пролегала между каруселью с огненными лошадьми и комнатой ужасов. Ну а по пятой я собственно и пришел. Она тянулась от входа в луна — парк и до сцены мимо десятков пестрящих разными товарами прилавков и различных аттракционов, где можно посоревноваться в меткости и силе.
Я решил, что если понадобиться, то проверю все четыре оставшихся дороги. Но все же, я надеялся, что этого делать не придется, так как не терял надежды найти искомую вещь довольно быстро. Подумав немного, я отправился по тому пути, что огибал колесо обозрения, попутно вспоминая, не пропустил ли я чего интересного по дороге от входа в парк к сцене.
Я прошел мимо каруселей на цепях, что с большой скоростью неслись по кругу. Увидел огромную рогатку, что запускала человека в небо, а потом он, привязанный к толстой резинке, летал то вверх, то вниз. Так же мне очень понравилась "пушка смерти". Человека, что решил ее испробовать, просто запихнули в дуло пушки. После чего из нее тут же повалило много дыма, и орудие действительно выстрелило в небо добровольцем, словно ядром. Бедолагу так далеко унесло, что я испугался, не разобьется ли он сейчас. Но, как только еле видимый в темноте человек на начал падать вниз с огромной высоты, у него тут же открылся маленький пестрый парашют. И уже через несколько минут счастливый испытатель аттракциона улыбался и рассказывал своей семье о своем приключение.
Веселье здесь было в самом разгаре. Дети радовались во всю: прыгали на батуте, катались на разных качелях, ели сладости. Взрослые заседали в барах или с той же радостью, что и дети, посещали разные аттракционы. Это место, казалось, было эпицентром счастья. Но все здесь меня настораживало. Неужели, только меня пугали кабинки в виде черепов и кровоточащие бутафорские головы, уродливый клоун на входе в парк, старухи и карлики, а главное тот человек в черном костюме? Хотя, и посетители парка были необычными. Мне все больше и больше становилось не по себе. Это место завораживало, но у меня от него мурашки бегали по коже. Что-то зловещее скрывалось здесь среди цветных шатров, пряталось в тени каруселей, пожирало меня взглядом из глубин "пещеры ужасов", пряча свой тленный смрад за ароматами ванили и шоколада. Я подумал, что напрасно люди полагают, словно зло скрывается на старых обветшалых кладбищах или в заброшенных руинах разрушенных храмов и замков, где-то в самых глубинах их казематов. Нет, оно не сторожит мертвых, не ползает в пыли забытой древности, не караулит на раздорожье одинокого путника, который, возможно, никогда и не придет. Нет, зло там, где кипит жизнь, где для него есть пища. Под неоновыми огнями больших городов, под зазывающее мигающими лампочками казино и игровых автоматов, в сладковато — терпком аромате ночных клубов. И, конечно же, оно обязательно должно быть здесь, куда люди приходят отдохнуть и забыться от своих проблем. Где оно может дать им иллюзию спасения от рутины и скуки, приманить красивой оберткой, пустышкой, цена за которую может оказаться весьма высокой. За масками клоунов, за пестрыми шатрами и, разумеется, за тем человеком в черном, с его ужасающей аурой, за демоническими качелями, за пустыми обещаниями легкости и праздника, за иллюзией бесконечного карнавала, за приторно — сладкой конфеткой бесконечного веселья, — за ними всеми оно и скрывается. Именно так зло и приходит.
Я попытался отогнать угрюмые мысли. Что это со мной? Думать о таком не в моем стиле. Какое еще зло? Нет, это место слишком проникает в мою душу. Мир Теней начал сопротивляться вторжению. Медленно пропитывая меня своим ядом, он попытается забрать у меня самое ценное — мое эго, саму мою личность, всего меня. Ладно, не стоит пока слишком беспокоиться. Хоть я и экономлю силы, и желаю избежать всяческих конфликтов, но в случае опасности я смогу за себя постоять. Да и еще один немаловажный фактор, успокаивающий меня, это то, что для жителей этого мира, для всех гостей и хозяев этого странного луна — парка, я просто призрак. Они меня не слышат и не видят. Это все упрощает, но расслабляться не стоит.
Я продолжил идти дальше, шел мимо палаток бесконечных аттракционов, киосков со сладостями и сувенирами, клоунов в пестрых нарядах, и толпы, алчущей хлеба и зрелищ. Я шел и шел, силясь уйти как можно дальше из этого пестрого чистилища. Вдруг, среди всего этого безумства красок, во всем этом кавардаке звуков и шума, до меня донеслось еле слышимое звучание скрипки. Я остановился. Звук был тихим и мягким. Он был глотком благоразумия среди этого ненасытного карнавала. И я отправился проверить от куда он исходит. Через минуту я оказался перед маленькой ареной, от которой меня отделяла решетка.
На арене стояла девушка в разноцветном облегающем трико. В руках она держала скрипку и играла тихую печальную музыку. Одновременно с игрой, девушка начала танцевать, медленно и грациозно. И, казалось, что в танце этом было столько скрытой грусти и печали, а еще — боли и страданий. Движения, музыка, танец и сама девушка — все сливалось в одну цельную картину, захватывало, вводило в транс. Я стоял словно зачарованный, боясь сделать хоть шаг, боясь даже пошевелиться, чтобы не спугнуть это хрупкое наваждение, эту вуаль чувственности такого бесчувственного мира. И тут девушка взглянула на меня. Наши глаза встретились. И я понял все! За мгновение! Все ту боль, все страдания, что она испытывала, все одиночество, всю безысходность ее положения. С одного лишь взгляда, больше чем из музыки и танца. И я понял, что она видела меня. Для нее я точно не был бесплотным духом, и меня это несказанно радовало. Вдруг девушка подбежала ко мне, и схватила за руку, просунув свою хрупкую кисть между прутьев решетки. Ее хватка была необычно горячей и крепкой, как для такого хрупкого создания. "Бегите отсюда! Бегите пока еще можете!" — прошептали ее губы, совсем тихо. Но надзиратель услышал! На арену вышел настоящий минотавр. Бычью голову и рога украшал стальной шлем, а огромное мускулистое тело покрывал доспех. В руках он держал кожаный кнут! "Работать!" — заорал он, и кнут с чудовищным свистом хлестнул по спине девушки. Девушка закричала и упала на колени. На ее спине выступила кровавая полоса. "Нет!" — закричал я. Я пытался схватить девушку, помочь ей, но нас разделяла решетка. Нет! Я должен что-то предпринять! Я чувствовал, как гнев переполняет меня. Я должен разнести это место в клочья! Порвать их всех на куски! Минотавра! И этих бесчувственных алчных к развлечениям людей. И организаторов! Но главней всего — того упыря в черном наряде! Я взглянул на свои руки. Кулаки стиснуты до боли, я весь дрожу. И энергия, она уходит из меня. Нет! Это место испытывает меня! Я не должен поддаваться! Все это не реально. Этот мир появился только тогда, когда я сюда пришел. И он исчезнет сразу же, как я из него уйду. Этот мир не может существовать без моего участия. Это просто слепок моего подсознания, моих потайных страхов и желаний. Я инородное тело в Мире Теней. Мне здесь не место. Как и любое живое существо, в мире мертвецов и фантомов — я вирус, способный пошатнуть структуру этой реальности! И Мир Теней защищается, — минотавр еще раз хлестнул девушку, и та душераздирающе закричала, — да, этот мир защищается от меня таким вот образом. Пытаясь меня разозлить, вывести из себя, спровоцировать, а потом раздавить и поглотить. И если он выпьет всю мою энергию, я уже никогда не смогу вернуться назад, я застряну в аду, который сам же создал. Какая ирония. Я ускорил шаг, я шел дальше от клетки со скрипачкой, дальше вглубь луна — парка, где не было ярких огней и какофонии звуков. Я уже не шел, я бежал. Бежал по дороге, которая стала тропинкой, бежал все дальше и дальше. Наконец-то я подбежал к небольшому озеру. Вода в нем была черной. Или просто так казалось от того, что водоем не освещало ничего кроме полной луны. Она зависла высоко в небе и была багровой. Я подошел к глади воды, посреди озера, вдали, виднелся остров. Там среди темной гущи деревьев виднелся маленький огонек. Видимо, костер. Там кто-то был. Может именно на этом острове находится выход из этого измерения. Я понял, что мне нужно попасть туда. Я чувствовал, что это необходимо. Мое чутье мага подсказывало — выход там. А в Мире Теней стоит куда больше полагаться на интуицию, чем на логику, которая здесь действует далеко не всегда. Я взглянул еще раз на воду, от нее веяло холодом. Только сейчас я понял как же мне жарко. Жар словно жег меня изнутри. Я скинул куртку. Но это не помогло. Я тут же скинул и рубашку, но и это мне не помогло. Жар буквально испепелял меня. Хотелось разорвать на себя кожу и прыгнуть в снежный сугроб. Но казалось, что и это не спасло бы. Мой жар растопил бы и снег. Я бросился к воде, окунул одну руку. Какое сказочное облегчение! Холод тут же разошелся по моему телу. Жар уходил, но вместе с ним уходило и что-то другое. Моя энергия! Я даже мог видеть, как маленькие струйки моей силы растекаются по воде. С большим трудом я выдернул руку из воды — озеро не хотело меня отпускать. Как странно! Обычно я пью воду, но здесь все было наоборот — вода пила меня. Меня пугало это место! Но мне нужно было попасть на остров, теперь я это чувствовал еще отчетливее.
Я сосредоточился, собрал волю в кулак. Я закрыл глаза (так у меня визуализация получалась куда лучше), и представил маленькую деревянную лодочку с двумя веслами, что дрейфует прямо на черной глади воды. Открыв глаза, я увидел, что лодка плавала в шаге от меня. Вот так работает магия в этом мире — только пожелай и получишь. Вот только за воплощение желания приходится расплачиваться собственной энергией, и когда она закончится совсем — лучше об этом даже не думать. При самом лучшем раскладе — быстрая безболезненная смерть, но могли случиться вещи и похуже. По этому, энергию стоило экономить. Чем масштабнее "заказ" у Мира Теней — тем больше плата, то есть энергетическая затрата. Именно по этому, я вызвал маленькую лодочку, а не пароход или мост. Нужно приберечь энергию, тем более, что она уходит не только на теневое колдовство, она растрачивается сама по себе каждое мгновение пребывания в этом мире. Кроме того, некоторые жители Мира Теней (да что там говорить, почти все) могли дополнительно забрать энергию. Попытаться отнять ее силой или хитростью, или же просто выторговать в обмен на знания или информацию. На уроках нам рассказывали, что так делают многие наставники из Мира Теней, делятся с магами своими знаниями в обмен на жизненную энергию, которой они питаются.
Я оттолкнул лодку от берега и запрыгнул в нее, стараясь не соприкасаться с водой. После этого я тут же взялся за весла, и, не теряя времени, начал грести в сторону острова. Озеро действовало на меня даже без прямого контакта с водой. Мышцы и все тело казались невероятно тяжелыми. И вода, словно магнитом притягивала меня. Как будь-то какой-то невидимый пресс силился прижать меня к черной глади озера. Я видел, как маленькие струйки энергии уходят из моего тела прямо в воду. Я сильнее нажал на весла. Четверть дистанции была уже позади. Но силы покидали меня слишком стремительно. По телу разливалась тяжесть и слабость. Я еще решительнее нажал на весла, понимая что доплыть до острова будет очень тяжело. Я греб и греб, становясь слабее с каждым шагом. Я плотно сжал зубы, решив, что не могу погибнуть вот так глупо. Половина пути. Я старался сжимать руки на веслах со всех сил, до боли. Я боялся, что они могут как безвольные тряпки, сползти с рукояти весел, и сил поднять их вновь уже не будет. Я греб и греб. В голову пришла неприятная мысль, что сил на обратный путь уже не будет. И если я ошибся, и на острове нет выхода с этого мира, то это будет мой конец. Я старался грести все сильнее, но движения становились вялыми и медленными. Я еле перемещался. Три четверти пути. А что если я не доплыву? Что если в этом озере живут такие чудища, что смогут разломать лодку на мелкие щепки? Что если само озеро начнет увеличиваться в размерах, как только я начну подплывать до острова, не давая мне достичь финиша? Я отогнал дурацкие мысли, собрал волю в кулак и нажал на весла еще сильнее. Последний рывок. Сил не было вообще. Тело стало словно ватным, голова кружилась, спину ломило так, будто из меня пытались вытащить позвоночник. Я очень боялся потерять сознание. Но накатившая боль и ломота во всех мышцах, не давали мне отключиться.
Наконец-то лодка стукнулась о берег. Я, шатаясь на дрожащих ногах, кое-как выбрался на сушу. Остров был совсем небольшим. Десяток деревьев. Между ними маленькая полянка. На ней горел костер, а вокруг него пять фигур в черных балахонах монотонно читали какую-то молитву.
— Эй, — крикнул я, фигуры на меня никак не реагировали, как и те люди в луна — парке. Над костром парил какой-то посох. Я подошел немного ближе. Тот самый посох с черепом, что был у человека в черном, хозяина луна — парка. Но как он здесь очутился? Или это не он? Я чувствовал, что это и был портал в другой мир. Хотя он и не сильно отличался от окружающей среды, но возможно, что правило имело исключения. Я подошел еще ближе, вознамериваясь схватить посох.
— Он здесь, — прошептал голос сзади.
— Я его не вижу! — другой голос.
— И я! — третий.
— Он здесь? — четвертый голос.
— Да, он тут, он хочет украсть реликвию, — вскрикнула одна из фигур и вскочила на ноги, — не посрамим же нашу веру.
Все пять типов в мантиях уже стояли на ногах. Из-за низко опущенных капюшонов рассмотреть их лица не удавалось. В руках у них сверкнула сталь. Это были серпы, по два у каждого. Они начали размахивать ими, рассекая воздух, и приближаться ко мне. Явно пора было убираться, кто знает, будут ли эти фигуры и их атаки для меня такими же бесплотными, как действия тех людей в луна — парке. Тем более, что эти как-то чувствуют мое присутствие. Я потянулся к посоху, но внутри головы раздался холодный голос
"Антракт окончен! Вторая часть представления! Все гости должны занять свои места!". После этих слов трость исчезла, а потом меня окутала густая серебристая дымка. А когда она развеялась, то никакого острова с его кровожадными жрецами уже не было. Я сидел на одном из зрительских мест, возле арены, в центре луна — парка.
Гости стали вновь занимать свои места. А на сцену вышел все тот же человек в черном. В руках он держал такую необходимую мне трость. Я чертыхнулся. Что за невезение, ведь я был так близко. Человек в черном смокинге поклонился зрителям и заговорил своим привычным холодным голосом:
— Дорогие гости! Рад приветствовать вас на второй части нашего шоу. Начинаем! — Я подумывал встать, просто подойти к хозяину луна — парка и забрать посох, я ведь все равно не видим для местных жителей. Только я поднялся на ноги, как распорядитель добавил: — А чтобы вы не скучали во время спектакля, бесплатная выпивка всем и каждому! — Передо мной тут же появился стол, на котором стояло с полдюжины бутылок с пивом и сидром. Стол перегородил мне путь к арене. Я хотел перемахнуть через него одним прыжком, как услышал рядом холодный деловой голос:
— Я бы не советовал! Не вежливо отказываться от угощения. Да еще и так скверно себя вести, — эту фразу произнес мужчина, что сидел в нескольких метрах слева от меня.
— Вы меня видите? — удивленно спросил я.
— А не должен? — так же удивленно спросил собеседник и посмотрел на меня, как на какого-то психа. Наш разговор уже начал привлекать внимание других зрителей.
— Какие-то проблемы? — спросил человек в черном, глядя со сцены на меня. Я поднял руки в примирительном жесте и уселся на место. — Вот и отлично, — добавил распорядитель, — начнем!
Все страннее и страннее. Теперь они, значит, меня видят? Что же изменилось после того острова? Мне ничего не осталось, как сидеть и смотреть до конца представления. Ведь если я сейчас рвану со всех сил к распорядителю, он может убежать или натравить на меня кого-то, и трости мне не видать. Дождусь окончания концерта, потом подойду к тому типу, чтобы поблагодарить за прекрасное представление, и вырву у него трость из рук. План так себе, но лучше у меня нет. Я скрестил руки на груди, откинулся на спинку кресла и стал следить за происходящим на сцене. Там появились шесть симпатичных девушек в разноцветных трико. В руках они держали гимнастические обручи. Начала играть какая-то зажигательная быстрая музыка, и девушки стали крутить свои обручи на талии, на руках, на шее, по всему телу, по три, пять, шесть одновременно. Я сидел с немного скучающим видом. Зрелище, конечно, было красивым, но не таким уж и редким для цирка. К тому же, я сюда не развлекаться пришел. А когда я вспомнил о карликах, о несчастной девушке со скрипкой, мои кулаки снова сжались. Но, я должен держать себя в руках и ждать. Вдруг, обручи загорелись. Но девушки все так же непринужденно работали с ними, не обращая внимания на пламя. Они подкидали и ловили пылающие кольца, крутили их на всех частях тела, и прыгали через них. Зрелище было просто невероятным. Я поймал себя на том, что смотрю с отвисшей челюстью. Девушки начали дышать огнем и выполнять прочие интересные трюки, фаер — шоу становилось все интересней. Гибкие тела девушек блестели в этом огненном хаосе. Огня было столько, что со сцены начал исходить вполне ощутимый жар. Я, практически на автомате, раскупорил одну из стоящих передо мной бутылок, и начал жадно глотать неизвестное пойло. Пиво было очень даже неплохим. Прохладный легкий напиток успокаивал и расслаблял. Но во мне проснулась настоящая жажда. Пить захотелось еще больше. На сцене девушки танцевали какой-то быстрый танец, в то время как пламя чуть ли не обтекало их гибкие тела, словно вода. Я раскупорил еще одну бутылку. На сцене вдруг появились разные диковинные животные: пушистые розовые тигры, крылатые волки, ходячие рыбы с большими лапами, собаки покрытые перьями и большой рогатый слон. Звери начали ходить по сцене, и красоваться перед зрителями. При этом девушки — гимнастки не прерывали свое фаер — шоу, никак не реагируя на животных. Появились несколько укротителей с хлыстами, которые заставили зверей выполнять разнообразные трюки. Животные прыгали через огненные кольца, становились на задние лапы и, даже, танцевали. Потом на сцене появились несколько шпагоглотателей, что стали демонстрировать свое искусство. За ними выехали медведи на унициклах, что стали колесить вокруг уже выступающих, и жонглировать маленькими мячиками. В след за всей этой компанией, на сцене оказалось несколько клоунов — мимов в пестрых одеждах, которые начали гримасничать и показывать разные смешные миниатюры. Все актеры выступали одновременно, каждый в своей манере, выполняя свою роль. Общая картинка напоминала большой пестрящий муравейник. И все же, как не парадоксально, это было очень красиво и гармонично. Я не пытался проследить за каждой фигурой отдельно. Я откинулся на спинку сиденья, расслабился и наблюдал за цельной пестрящей картиной, что словно гипнотизировала. Я заметил, что допиваю уже четвертую бутылку. Странно, опьянение совершенно не чувствовалось. Может в этом мире алкоголь не действует.
Фигуры на сцене остановились и словно по команде замерли в довольно нелепых позах. Потом они все подошли к краю арены, и звери и люди, и низко поклонились. Зал взорвался бурными овациями. Зрители аплодировали стоя, и мне ничего не оставалось, как последовать их примеру, и тоже подняться, чтобы похлопать артистам. Человек в черном вышел на середину сцены и поднял правую руку. Аплодисменты тут же стихли.
— Благодарю, — раздался его ледяной голос, — ваши улыбки и аплодисменты для нас бесценны! — после минутной паузы он продолжил, — А теперь — наш финальный номер, в котором по традиции участвует новичок, что впервые прибыл на наше шоу. Поддержите бурными овациями нашего гостя! — и хозяин луна — парка направил указательный палец на меня. Такого расклада я не ожидал. Зал тут же зааплодировал мне. — Ну же, не бойтесь! Больно не будет! Выходите на сцену! — распорядитель улыбнулся, неужели этот угрюмый тип еще и улыбаться умеет. Но при этом голос его оставался все таким же ледяным и властным.
— Просим! Просим! Сам мистер Дарк выбрал вас! Это честь! — стали доноситься крики зрителей. Кажется, выбора не было. Стол с выпивкой исчез, освободив мне проход, и я медленно двинулся между рядами в сторону сцены. Ноги дрожали и подкашивались, раз я даже чуть не упал. Голову немного мутило, все было словно в легком тумане. То ли озеро выпило слишком много моей силы, то ли подействовала местная выпивка, то ли опять дает знать про себя моя боязнь сцены. Или же все вместе. Я еле дошел. Двое клоунов подбежали ко мне и помогли взобраться на сцену, где тут же появилось мягкое кресло.
— Присаживайтесь! — скомандовал распорядитель шоу. Я осмотрел кресло. Выглядело оно обычной безопасной мягкой мебелью. И я так устал, я был совершенно обессилен. Мне нужно просто дотронуться до трости в руках этого упыря. Но он стоял не менее чем в десяти метрах от меня, а между нами прохаживались несколько свирепых зверюшек, и два шпагоглотателя, что теперь держали свои шпаги в руках с видом заправских фехтовальщиков. Нечего было и надеяться на удачный рывок, мне просто не дадут подобраться до трости. Что ж, придется поиграть пока по их правилам. Я улыбнулся и послушно плюхнулся в кресло, выказывая своим видом максимальную беспечность. Сам же был собран и продумывал в голове несколько планов спасения, которые, как я чувствовал, явно пригодятся.
Кресло было очень мягким и комфортным. Я понял, что просто утопаю в нем. Хотелось заснуть.
— А теперь, мой любимый фокус, который я исполню лично! — произнес мистер Дарк своим ледяным голосом, — я извлеку сердце из этого человека, не причинив почти никакого вреда!
Что? Сердце? Я захотел вскочить, но меня словно магнитом прижимало к креслу. Я пытался подняться, напрягая всю волю. Но все, что мне удавалось — это немного пошевелить пальцами. Дарк с хищной улыбкой начал приближаться ко мне.
— Кровь! Кровь! Кровь! — скандировали зрители, все, от мала до велика. Я присмотрелся к ним получше, и дрожь пробежала по телу. У этих людей не было лиц. Просто чистая поверхность на месте лица, а к рукам и ногам были привязаны прозрачные нити. Это были просто марионетки. Куклы, алчущие моей крови.
— Кровь! Кровь! Кровь!
С комнаты страха вышло несколько десятков упырей, они медленно двинулись в сторону сцены. Огненные инфернальные лошади — карусели вдруг ожили и вырвались со своего замкнутого круга. На них сидели всадники — гости луна — парка. Их кожа стала трескаться и морщиться под действием пламени, глаза вытекли из глазниц, плоть стала обугливаться и сползать с белоснежных костей. Через мгновенье на пылающих конях сидели скелеты, они потрясали своими костлявыми кулаками и скандировали вместе со всеми:
— Кровь! Кровь! Кровь!
Дарк подошел ко мне еще ближе! В одной его руке была такая необходимая мне трость. В другой — ритуальный нож. "Да сделай же ты хоть что-то, чертов неудачник" — мысленно орал я сам на себя. Но кресло крепко "привинтило" меня, собрав всю волю, я рванул вперед всем телом, но мне удалось оторвать от кресла лишь руку. С кресла тут же выползли крепкие веревки, что оплели мою освободившуюся конечность, и мертвой хваткой привинтили меня обратно. Хозяин луна — парка двигался нарочито медленно, словно, смакуя мою беспомощность, наслаждаясь неотвратимостью моего конца. "Вот и все. А что я хотел? Ожидал другого финала, придя без подготовки в этот мир, где мне не место?". Меня охватило отчаянье, но еще и что-то другое. Ненависть и злоба! Кулаки сжались, хоть и сил уже почти не было. Это же чертовы фантомы, неужели я умру от рук собственных иллюзий? Мне захотелось разорвать этого ухмыляющегося упыря в клочья. Ненависть нахлынула на меня волной, глаза застелила алая пелена жажды крови. Вдруг, моя рука начала быстро удлиняться и покрываться чешуей. Веревки, связывающие ее, разорвались в клочья. Рука превратилась в птичью лапу, и я с силой полоснул своими новыми когтями распорядителя по лицу. Победная улыбка сменилась на его лице удивлением, а после гримасой боли и ужаса. Да я и сам был шокирован происходящим никак не меньше. Не думал, что в Мире Теней можно менять форму тела. Говорят, на такое способны лишь Сумеречные Жнецы. Но, подумать об этом всерьез было некогда, я уже сжимал рукой — лапой трость, которая действительно оказалась порталом. Меня кувырком швырнуло в другой мир.
"Если вам все время хочется есть или спать, вы ничего не успеваете, а в холодильнике алкоголя больше, чем еды, то с вероятностью в восемьдесят шесть процентов вы студент, и есть лишь четырнадцати процентный шанс того, что вы просто вечно голодный и сонный спивающийся неуспевун".
Да, это действительно был другой, пока еще чуждый мне мир. Я лежал на своей кровати и просто смотрел на потолок. Сейчас он был оранжевым. А стены — лимонно — желтого оттенка. Ох уж этот переменчивый хаос. Мне совсем не хотелось спать. В голове крутились непрошеные мысли о первой учебной неделе в Академии, самой насыщенной, непредсказуемой и диковинной неделе в моей жизни. Сколько же всего произошло за эти шесть дней, хорошо, что впереди выходной. Будет возможность все обдумать и проанализировать в спокойной обстановке, если в этом необычном месте хоть когда-то бывает время покоя. Жизнь в Академии бьет безумным ключом, не давая возможности оглядеться по сторонам. Это место умеет удивлять. Не смотря на то, что я словно губка впитывал любую информацию о новом для меня мире, вопросов становилось только больше: о происхождении магов, их отличиях от людей, о том, что являют собой их жизнь, быт, традиции, о причинах кровопролитной жестокой войны между школами и так далее. Я подумал, что когда закончу обучение, я должен буду выйти за стены города, в тот жестокий мир. И мне придется сражаться против могущественных и коварных чародеев других школ. От одной этой мысли меня бросало в дрожь. Конечно, после учебы я бы мог остаться здесь, в этом городе. Получить какую-то безопасную должность. Например, клерка в Департаменте Бумажных Дел (здесь серьезно есть такой департамент, у этих ребят своеобразное чувство юмора), или мог бы работать садовником в Департаменте Магической Флоры и Фауны. Но я знал, что все это не для меня. Все это не мой путь. Ведь я Странник…
Кстати об этом. Свое новое имя я получил уже в первый день учебы, на зависть всем другим новичкам. Ведь такое бывает довольно редко. Некоторые получают новое имя чуть ли не в конце триместра, а в отдельных случаях и полугодия. До этого времени их называют "новичок", добавляя в конце порядковый номер. Старые имена употреблять нельзя. Это правило! Мы должны помнить, что с прошлой жизнью покончено. Не смотря на то, что после окончания учебы, можно будет общаться с близкими людьми из прошлого, но мы все должны понимать, что ничто уже не будет как прежде.
Но, вернемся к моему имени. Как ты, наверняка, помнишь, я остановился на том, как я с головокружительной скоростью летел вниз, сброшенный с окна Академии. И все потому, что мой дорогой наставник любезно решил предоставить мне возможность измерить расстояние до земли, а заодно и испытать законы гравитации. Сказать, что пройти через это было страшно — это ничего не сказать. Страшно — это сдавать сложный экзамен, страшно — это пригласить девушку на первое свидание. А вот лететь камнем вниз навстречу верной гибели — это не страшно, это адский ужас, когда жизнь действительно пролетает перед тобой за несколько мгновений. Кажется, я орал так, что меня было слышно во всей Академии и еще как минимум в половине города. Но, когда я почти долетел до земли, и мысленно уже несколько раз проклял себя за то, что согласился остаться в этой магической психушке, я вдруг осознал, что лечу вниз мимо верхних этажей, а земля снова очень далеко. Когда это повторилось во второй раз, я понял, что здесь есть какая-то пространственная аномалия на уровне нижних ярусов. Как только мне оставалось лететь до земли порядка полсотни метров, меня телепортировало к самым верхним башням Академии, и я вновь летел вниз, заново набирая скорость. За четвертым разом я даже начал испытывать какое-то извращенное удовольствие от этого процесса. Стоило только закрыть глаза и убедить себе в том, что я лечу, а не падаю. Главное, все правильно обосновать. Даже если убеждать нужно себя. Хоть чему-то полезному я научился на первом курсе своего обычного человеческого университета. Когда я летел пятый раз, то начал уже осматриваться по сторонам. Я даже перестал орать и немного успокоился, насколько это возможно в свободном падении. В основном я смотрел вниз, так как по сторонам ничего особо интересного не было. Академия являла собой просто скопление сотен самых разнообразных башен. Возможно, издалека это и было красивое зрелище, но летя в нескольких метрах от стареньких облупленных стен, засматриваться было не на что. А вот город внизу… Город пестрил самыми разными красками. Лучше всего были видны шпили храмов. Самый высокий из них оплетал гигантский черный змей. Несколько куполов города блестели позолотой, виднелись мраморные и гранитные постройки, здания из обычного камня, и, даже, дерева. Некоторые казались очень древними. Я никогда не был специалистом в архитектуре, по этому, вряд ли смог бы назвать эпоху. Да и здесь, в мире магов, все могло быть очень обманчивым. Так же мое внимание привлекли парки и скверы, десятки алей и фонтанов. Захватывающее зрелище. Только я перевел взгляд на жилые кварталы, как что-то с силой подхватило меня и рывком втащило в окно.
Мой наставник поставил меня на пол. В тот момент, я был так шокирован полетом, что даже не подумал о том, как ему удалось одной рукой схватить меня, летящего вниз на огромной скорости, да еще и в нескольких метрах от башни. Но, как я потом узнал, мой наставник и не такое умел.
— Ну как? — раздался его немного хрипловатый голос, строгое лицо не выражало никаких эмоций.
"НУ КАК?!" — мне хотелось орать, психовать, возможно, съездить кулаком по роже этому психу. Устроить мне такое! Ноги подкашивались, все тело дрожало, в горле пересохло. Но я решил, что не начну выходить из себя и истерить, не доставлю ему такого удовольствия.
— Знаете, архитектура верхних этажей показалась мне слишком уж вычурной, — сказал я с серьезным деловым тоном, с вызовом посмотрев наставнику в глаза, к счастью мой голос не дрогнул, — но в целом, путешествие мне понравилось.
— Путешествие, говоришь? — наставник с любопытством рассматривал меня. Потом повисла достаточно долгая пауза. И вдруг он захохотал. Так громко и заразительно, что уже через миг я смеялся вместе с ним. Но для меня это скорее была эмоциональная разрядка после испытанного стресса.
— Знаешь, моя интуиция подсказывает мне, что тебя ждет еще много путешествий! Странник! А моя интуиция редко ошибается! Кстати, Странник — неплохое имя! Как тебе? — спросил меня наставник и выжидающе посмотрел на меня. Я лишь сдвинул плечами. Имя, как имя. По сравнению с привычными мне именами из мира людей, такое же нелепое, как и у всех остальных здесь. Ни хуже, ни лучше.
— А меня зовут Керамбит! Я буду твоим наставником на тот период, пока ты будешь учиться в Академии, — добавил мой новоиспеченный учитель, все еще изучающее рассматривая меня. — Рад с тобой познакомиться, ученик!
После этого он протянул мне руку, и я пожал ее.
— Керамбит?! — переспросил я. — А можно поинтересоваться — откуда такое имя?
— Конечно, Странник, — ответил наставник. Затем последовало настолько молниеносное движение, что я даже не успел отпрянуть, увидев только мельком блеск стали. Когда я посмотрел на свою руку, то заметил, что рукав моей рубашки аккуратно разрезан от плеча и до кистей, при этом на коже не было ни царапины. — Я довольно неплохо владею клинками, — улыбнулся Керамбит, — особенно этими ножами в форме когтей, благодаря которым я и получил свое имя.
После этих слов наставник показал мне два красивых ножа, что формой лезвия действительно напоминали когти.
— Да уж, — только и смог выговорить я, — впечатляет. Жаль, хорошая была рубашка.
Наставник коснулся моего рукава и разрез тут же исчез, а рубашка была снова невредимой.
— Ухты! Красивый фокус. Научите?
— Угу, и еще многому другому…
Так и началось наше обучение…
Потолок стал медленно менять цвет на изумрудно — зеленый. Ну вот, вечно так. Только собираешься уснуть, мало тебе лишних мыслей, так еще и эти метаморфозы комнаты. Хотя, спать ведь все равно не хотелось. Я снова начал вспоминать прошедшую неделю, такую насыщенную, яркую и безумную. Впрочем, этими словами можно описать всю жизнь в Академии. Чего только стоят сами занятия и преподаватели, что их ведут.
Например, историю магии вел средневековый рыцарь, сэр Грундивальд, погибший еще в двенадцатом веке где-то в Каппадокии, в битве с турками — сельджуками. Как бы глупо это не звучало, но смерть стала переломным моментом в его жизни. Бывший воин и маг, он настолько увлекся историей, что очень скоро стал одним из лучших преподавателей этой дисциплины, и ведет свои лекции уже не первое столетие. Кабинет, в котором проходили его занятия, напоминал что-то среднее между музеем и складом для декораций какой-то киностудии или театра. Десятки экземпляров старинного оружия, картин, скульптур, гобеленов и даже диковинных музыкальных инструментов были раскиданы по всей комнате совершенно невпопад. Необычной особенностью так же было то, что в аудитории всегда было темно и на десять — пятнадцать градусов холоднее, чем в большинстве помещений Академии. Эти условия, как мне потом объяснили, были необходимы для поддержания "жизни" нашего преподавателя из Мира Теней. Сам сэр Грундивальд на занятиях всегда ходил исключительно в своих тяжелых стальных доспехах. Это была не столько дань прошлому, как еще и практическая необходимость. Наполненные Силой и специально заколдованные доспехи были "якорем", именно они помогали поддержать дух мертвого адепта в мире живых. В общем, представь себе картину: темное набитое нелепым реквизитом помещение, в котором довольно таки прохладно, а между рядами с тихим звоном шагают тяжелые доспехи, из-под забрала шлема просачивается серебристо — серая призрачная дымка. И глухой ледяной голос, словно из гроба, монотонно читает лекцию. По началу, привыкнуть к такому было крайне трудно, но уже к третьему занятию я начал воспринимать это более спокойно. Хотя, на первой паре я испытал настоящий шок, когда преподаватель подошел к парочке студентов, тихо болтавших за задней партой, достал свой двуручный клинок и, на глазах у всего класса, разрубил дубовую парту надвое. Еще и добавил, что если студенты будут так себя вести в дальнейшем — то следующими он разрубит самих провинившихся. Интересно, а наша страховка покрывает случай смерти от клинка безумного призрака — преподавателя? Надо будет это уточнить. В любом случае, больше не уроках сэра Грундивальда никто не болтал.
Другие преподаватели были ничуть не адекватней. Взять ту же магичку ассасина, которая преподавала теорию и практику боевых искусств. Занятия ее проходили в большом зале, стены которого были увешаны самыми разнообразными видами холодного оружия (что в принципе логично), а по бокам стояли всевозможные орудия пыток (а это интересно зачем?). Парты стояли поверх татами, в случае практического занятия, их можно было быстро отодвинуть, чтобы не мешали. Но, особого внимания все-таки заслуживает сам преподаватель, а не помещение. Когда я увидел ее первый раз, мой сосед с улыбкой легко стукнул меня по подбородку снизу, и только услышав, как клацнули мои собственные сомкнувшиеся зубы, я понял, что сидел с отвисшей челюстью. Единственной одеждой, прикрывающей подтянутое упругое тело нашей преподавательницы, была целая система разнообразных кожаных ремешков и металлических заклепок. Наряд был обтягивающим и закрывал лишь самые откровенные части тела. Как утверждала сама преподавательница, такой костюм не стеснял ее движений (но как же он стеснял студентов) и был крайне практичным. Кроме того, образ дополняли короткий меч и кожаный кнут, висящие у нее на поясе. Последний, магичка не стеснялась применять против непослушных студентов прямо на занятиях, правда только в случае грубых нарушений. Кстати, самое забавное то, что звали ее Госпожа! Я невольно подумал, что тот, кто придумал ей это имя, явно не жаловался на отсутствие чувства юмора. Для наказания более мелких нарушений, преподаватель имела несколько связок самых разнообразных метательных ножей, стальных спиц и сюрикенов, что были аккуратно развешаны на кожаных ремешках по всему ее телу. Если кто-то из студентов нарушал правила, магичка могла просто метнуть в него что-то остренькое из своего смертоносного арсенала. Ну не прямо в него, а так, что нож пролетал в сантиметре — двух от тела. Все-таки, меткость у нее была потрясающей. "Ох, какая задница, — авторитетно, с интонацией знатока, прошептал Ловкач, — ну и как тут можно думать о траектории полета стилета и изучать эти скучные схемы. Эх, если бы она что-то уронила на пол и ей бы пришлось наклоняться… Ну по чему она такая ловкая и ничего никогда не роняет? Хотя знаешь, она не такое уж и совершенство. Говорят, однажды она пришла на урок пьяной и сильно ранила одного студента. Он провинился как-то по мелочевке, и она по обычной привычке метнула в него нож, но слегка промазала и срезала ухо. Да — да, подчистую. Вот отсюда, — Ловкач показал на себе, — и до… И тут один из ножей пролетел прямо между нами, срезав мне небольшую прядь волос. У меня душа ушла в пятки. "Разговорчики! — произнес властный голос преподавательницы, и мы с соседом тут же выровнялись за партой и послушно уставились на нее, — если еще раз такое повториться, наказания вам не избежать. Особенно тебе, — и она почему-то указала на меня, что за несправедливость, я-то молчал, — Ты меня понял?" — "Да, Госпожа!" — тут же тихо, но отчетливо ответил я, стараясь не смотреть ей в глаза. И только по хихиканьям соседей, я понял как глупо и неоднозначно звучит эта фраза, и этот мой покорный вид, какая нелепица. Но, мне лишь осталось со злостью сжать зубы, и стараться не нарушать правила до конца занятия. Мне никак не улыбалось остаться после уроков один на один с этой колдуньей и ее кнутом. Хотя, я слышал, что некоторые ученики и даже ученицы настолько пристрастились к ее… хм… наказаниям, что даже специально сами нарывались на неприятности. Ну, это их дело! Нравы тут свободные и все люди взрослые, а мне вот такое времяпровождение совсем не улыбалось.
Да уж, преподаватели в этой Академии были, мягко говоря, необычными. Взять хотя бы ту друидку, что вела курс "магические растения и способы их применения". Одна из немногих преподавателей, что не была хаоситкой. Ее руководство Академии наняло, послав запрос непосредственно школе Жизни. Я знал, что друиды, волхвы, шаманы, рунические маги и прочая братия из "природников" (так по — простому называли адептов школы Жизни) все поголовно были пацифистами и в войне магов придерживались нейтралитета. По этому, многие школы нанимали их, чтобы заполучить ценные знания. Удобно быть нейтральными. Интересно, почему мы не пацифисты? Может потому, что у нас еще в Академии, на этапе обучении, все преподаватели психи? Кого же могут воспитать такие учителя? Но вернемся к Гвервил, так звали эту друидку. Она была бы еще и не такой ненормальной, как все остальные, если бы не ее вечно сияющая улыбка, наряды ядовито — зеленого цвета и… Боб! Правда она называла его Бобик! Гигантский слизняк, на котором друидка передвигалась по замку, да и, говорят, за его пределами тоже. Улитка не слишком быстрый транспорт, по этому, Гвервил всегда опаздывала на занятия. Я уж молчу про след слизи, что оставлял за собой ее любимец. А на втором занятии, она просто вручила мне поводок, сунула в руку какие-то плоды и попросила покормить ее питомца. Не успел я что-то возразить, как мерзкий рот этой твари (это я про улитку, а не про друидку!) слизал у меня с руки всю еду, оставив на память кучу отвратительной слизи. Мне потом понадобилось шесть платков, что бы как-то оттереть эту мерзость.
А пары с дисциплины "выживание в особо экстремальных условиях" — это вообще отдельная история. Вот уж где занятия больше всего соответствовали названию предмета. Это вообще не поддается описанию, это надо почувствовать и увидеть. Но я, все же, попробую рассказать.
Аудитория обставлена огромным количеством разнообразных ловушек и капканов. И, как я слышал, по ходу обучения многие из них применяются против учеников, что бы мы никогда не теряли бдительность и умели выживать в этих самых "экстремальных условиях". А преподаватель… Маленький карлик с кривым изломанным носом и десятками шрамов на лице с шумом влетел в аудиторию на огромной летучей мыши. Он начал носиться с большой скоростью над всеми студентами, что, как я видел, вызывало немалое удивление и восторг не только у новичков, но и у тех, кто здесь больше месяца. Видимо, к этому зрелищу трудно привыкнуть. "День добрый, неудачники, растяпы и олигофрены, — прохрипел скрипучий неприятный голос карлика, — для новичков сообщаю, что меня зовут Шрам, я ваш преподаватель с дисциплины, именуемой "выживание в особо экстремальных условиях". И только от меня зависит, не подохните ли вы в первые же дни после того, как покинете стены этого города. Ну, и, конечно, это зависит от способности ваших пустых голов усваивать хоть какие-то знания, а так же способности ваших хилых тел, вырабатывать хоть какие-то полезные рефлексы. Как вы понимаете, моя дисциплина самая важная. Да — да, я знаю, что так говорят все преподаватели. Но на самом деле они все ошибаются, и только я прав! Выживание — превыше всего! Если вы станете кучкой гноя, то ничто другое вам уже не понадобится. Итак, пустоголовые бараны…
— Почему вы нас все время оскорбляете? — перебил преподавателя один из студентов, что-то мне подсказывало, что поступать так ему не стоило. И я был прав…
— Лови коровью лепешечку, неудачник! — прохрипел преподаватель, сорвал со спины своего нетопыря какой-то блестящий мягкий шар и швырнул ним в перебившего его студента. Шар взорвался от удара о тело ученика, и жидкое коровье дерьмо разлилось по всему его костюму, наполняя аудиторию вонью. У всех был шок, особенно у пострадавшего. Я даже протер глаза, настолько не реальным мне казалось все происходящее. — Не смей перебивать преподавателя, молокосос!
— Фууу, — завопил студент, его лицо тут же скривилось гримасой отвращения, — как вы смеете?
— Что хочу, то и делаю. В этой Академии прав у преподавателей довольно много, если ты еще не понял!
— Ну, знаете ли… — начал пострадавший студент.
— Что?! — злобно переспросил преподаватель, — побежишь жаловаться мамочке? Мама, я такой бесполезный мешок дерьма, что меня обидел маленький уродливый карлик, парящий на нетопыре. Мамочка, забери меня отсюда домой, — еще более противным писклявым тоном передразнил студента преподаватель.
Все в аудитории сидели, как громом пришибленные. Лишь один студент засмеялся.
— Это кажется тебе смешным? — глаза Шрама злобно сверкнули, и следующая "лепешка" полетела уже в него. — Ты совсем баран и ничтожество, если смеешься над своим будущим боевым товарищем, что возможно еще спасет твою бесполезную тушку в жестоком бою. А ну всыпьте негодяю! Ну, ребята, я разрешаю. Отделайте его хорошенько, — никто из студентов даже не пошевелился, — эх скучные вы! Так, вы двое, перемазанные коровьим дерьмом, не смердите тут, марш с моего занятия! Помоетесь и переоденетесь, тогда и придете! БЕГОМ! — проорал карлик, и двоих пострадавших, словно ветром сдуло.
В зале повисла гробовая тишина.
— Вы, наверное, думаете, что я тиран, деспот и мерзкий тип? — Спросил карлик у оставшихся студентов. — Вы совершенно правы! Так и есть! Но, такая уж моя педагогическая метода, и только она работает эффективно. Я тут не вязанию крестиком буду вас обучать, а выживанию в особо экстремальных условиях, то есть в аду. Вот ты милочка с ангельскими глазками, — он обратился к девушке за первой партой, — ты что то знаешь о концлагерях "порядковцев"? Ну, похлопай ресничками, сделай удивленные глазки и спроси напугано "ути бозе, о цем это вы, сэр, какие концлагеря? мы зе зивем в двадцать первом веке"? Да, такие концлагеря! — Проорал Шрам. — Концлагеря или "лагеря перевоспитания" Школы Порядка размещены по всему миру, их насчитывается около полутора десятка. Там ставят такие нечеловеческие опыты над душой и телом пойманных неугодных "порядковцам" магов, по сравнению с которыми, пытки и эксперименты нацистов в "лагерях смерти" показались бы вам детскими шалостями. — Карлик указал скрюченным пальцем на свое изуродованное лицо. — Когда-то, до того как стать заключенным одного из таких лагерей, я был молодым высоким парнем, довольно привлекательной наружности. По крайней мере, дамы не жаловались, — в глазах несчастного карлика промелькнула невыносимая печаль, но она тут же сменилась хищным блеском, сопровождаемым ужасающей улыбкой изуродованных пытками губ, — но мне еще повезло, в отличии от моих друзей. Их стоны до сих пор сняться мне чуть ли не каждую ночь. Одному своему товарищу я, убегая, успел перерезать глотку. Я помню его улыбку и предсмертный вздох облегчения на истерзанном муками лице. Но остальным я не смог помочь, то что с ними произошло там — во сто крат хуже смерти. Вот так вот, через репрессии и пытки, Орден Порядка несет в массы мир и гармонию. А знаете вы, что по статистике, на каждого боевого мага Хаоса приходится по четырнадцать боевых магов Порядка? — Эта новость явно всех ошарашила. Кто-то ойкнул, кто-то шумно выдохнул воздух. Я сидел словно парализованный. Все, что я слышал… Нет, все это не со мной, все это не про этот прекрасный и забавный мир волшебства, в котором я живу уже несколько дней.
— А "тьмушники"?! — продолжил преподаватель, — ты знаешь, что делают с нашими собратьями Адепты Тьмы, когда они попадают им в руки? — спросил карлик, у другой девушки. — Они приносят нас в жертву своим темным богам, перерезая глотки на своих алтарях. Иногда, правда, перед этим они насилуют красавиц вроде тебя. Бывает, устраивают пытки, не для "перевоспитания", как "порядковци", а просто для удовлетворения своих садистских потребностей. А эти фанатики из школы Света? Что видят зло повсюду, пытаясь очистить от него мир. Ты, пацан! — я вздрогнул, Шрам обратился ко мне, — ты видел хоть раз кибер ангела? Нет! Не видел! — сам же ответил на свой вопрос преподаватель, — если бы видел, ты бы здесь не сидел! Мало кто уходит живым после встречи с этой стальной машиной, усиленной магией, специальными секретными сплавами сверхпрочных металлов и особой биологической структурой синтетического организма этого существа.
— Вот такой вот мир ждет вас за стенами этого города, сразу по окончанию учебы в Академии. Большие чинуши наверху не любят, когда я посвящаю новичков в "опасные для них детали". Но я считаю, что вы имеете право знать, что вас ждет в не столь далеком и совершенно не безоблачном будущем. И я, не остановлюсь ни перед чем, и не побрезгую никакими методами и средствами, что бы максимально увеличить ваши шансы на выживание в том жестоком мире. А теперь перейдем к теме занятия…
До конца пары никто из студентов даже не думал разговаривать, перешептываться или заниматься своими делами. Все внимательно слушали и конспектировали материал. Впрочем, тяжелая атмосфера висела в воздухе, наэлектризовав каждый дюйм, еще долго, даже после окончания занятия. Всем было о чем подумать! Каждый осознал, что прекрасная волшебная сказка, в которую он попал, может оказаться на самом деле сущим адом. Каждый задавал себе вопрос: "правильный ли выбор я совершил?" А кто-то, может, даже подумал, есть ли путь назад?
Я смотрел на потолок, что снова начал менять цвет, теперь на багровый. Какая ирония. У меня и так перед глазами стояли лишь чудовищные "Лагеря перевоспитания" Ордена Порядка, доминирующей и единственной партии в политической иерархии "порядковцев". Их ужасающие камеры пыток, и жестокие эксперименты, ломающие дух и уродующие плоть. Потом я представил себе покрытый засохшей кровью алтарь какого-то темного божества. Я со связанными руками лежу на алтаре. Ко мне подходит колдун в темной мантии, низко надвинутой на лицо. Он шепчет себе под нос какие-то формулы на давно мертвом языке, а холодная сталь его ритуального кинжала приближается к моему горлу. Дальше я представил себе кибер ангела, блестящего, величественного, могущественного. "Ты должен умереть, еретик!" — произносит его механический голос сквозь забрало шлема, после чего длинное копье или меч пронзают мою грудь. Багровый! Какой интересный цвет! Я резко отворачиваюсь от потолка! Я больше не хочу об этом думать, больше не хочу смотреть на чертов багрянец. Я не отступлю, даже сейчас, даже зная правду об этом мире. Пускай он порой похож на ад, но и прекрасного в нем много. Все, как и в мире людей. Я улыбнулся. Я вспомнил сегодняшний день. А точнее то, что произошло после занятий и не давало мне покоя, куда больше всех страшилок Шрама. Ведь эти мысли были куда приятнее.
Когда я после урока выходил вместе с одногруппниками из аудитории, ко мне подошла та очаровательная рыжеволосая женщина, что была на моей Инициации.
— Странник, — произнесла она своим томным голосом и улыбнулась. — Хорошее имя, думаю, тебе подойдет. А ты везунчик, я слышала, ты получил имя в первый же день. Редкость! Как твоя первая неделя?
— Бестия?! — удивленно произнес я, вот уж кого не ожидал увидеть.
— О, ты запомнил меня, это так мило! — девушка еще раз улыбнулась своей обворожительной улыбкой.
"Попробуй забудь такую", — подумал я, но сказал совсем другое.
— Но, откуда такой интерес к моей персоне? — что я несу, это явно не тот вопрос, который надо было задать в такой ситуации. Как минимум это не очень вежливо. Идиот!
— Я интересуюсь всеми Потенциалами, которых инициировала. Особенно такими симпатичными! — после этих слов Бестия сделала шаг вперед и прижалась ко мне, положив мне на грудь свои нежные руки.
"Я? Симпатичный? Мадам, вы меня ни с кем не путаете?! Это вообще все со мной происходит?". Хотя последний вопрос, надо сказать, я задавал себе раз по десять на дню, с самого момента попадания в эту странную Академию.
И только сейчас я заметил, что забыл дышать. Я шумно выдохнул воздух, а эта рыжая бестия (как же ей подходит ее имя, впрочем, как и всем здесь) только еще раз улыбнулась.
— Мне так хочется укусить твои губки! — с явно притворным смущением прошептала Бестия, достаточно громко, что бы окружающие услышали.
Я понял, что не только потерял дар речи, но и снова забыл дышать. "Чего?! Ну вот как можно говорить такое, да еще и прямо тут, посреди коридора Академии!". Я почувствовал, что густо краснею.
Девушка обняла меня и, не обращая внимания на мое смущение, приблизила свои губы вплотную к моим ушам, совсем тихо прошептав: "Если будешь не сильно занят и захочешь поболтать, то ближайшее время я буду в Академии. Пятый этаж, номер комнаты 586, я живу одна, так что не стесняйся". После этого она укусила меня за мочку уха и прошептала "Пока малыш! Надеюсь, еще встретимся!". Она подмигнула мне, и неспешно двинулась по коридору, раскачивая своими роскошными бедрами, и явно ловя кайф от своего маленького шоу, и десятков удивленных глаз. А я словно пришибленный стоял посреди коридора, все еще вдыхая запахи ее тела и парфюмов, что еще остались на мне. "Хорошо хоть уши утром помыл". Дурацкая мысль, но это первое, что пришло в голову. Когда я обернулся, я увидел, что почти вся моя группа удивленно таращиться на меня, некоторые даже с отвисшими челюстями, я постарался сохранить самообладание и спокойно пошел дальше по коридору. "Ну подумаешь, обалденная молодая женщина вешается мне на шею и приглашает к себе в номер. Да я такой, я так живу, и со мной и не такое бывает". Но не знаю как других, а себя мне обмануть не удавалось. Все внутри буквально трепетало, и когда люди в коридоре начали смотреть на меня с удивлением и даже, временами, испугом, я осознал, что широко улыбаюсь на все тридцать два зуба, словно идиот или принявший дозу наркоман. Интересно, у них тут есть наркоконтроль. Не хотелось бы загреметь туда на обследование в первую же неделю.
Я смотрел на уже розовый потолок (что-то он сегодня уж слишком часто меняется), и думал об обворожительной рыжеволосой женщине. Ну вот, теперь уж точно не засну. И что на меня нашло, я вообще-то раньше не очень-то проявлял интерес к девушкам. А уж тут в Академии, если уж и обустраивать свою личную жизнь, то стоило бы начать с кого-нибудь по доступнее. Парню вроде меня явно не стоило даже надеяться на какие-то отношения с экстравагантной яркой красавицей, что даже по внешнему виду была как минимум на семь — восемь лет старше меня, я уж не говорю о том, что как колдунья она уже могла давно отпраздновать свое первое столетие. И все же, я просто не мог забыть ее. Это горячее дыхание, пахнущее лавандой. Эти шелковые огненно — рыжие локоны, нежную улыбку и этот томный взгляд. Конечно, она просто играла со мной. Но от осознания этого факта, легче почему-то не становилось. Я снова перевернулся на бок. Да засну я сегодня или нет?! Еще и соседа где-то носит. Интересно, а ночью можно так вот шляться по общежитию, за пределами своей комнаты? Я подумал, что стоило бы внимательно и детально изучить все правила внутреннего распорядка Академии. Как говориться, не знание не освобождает от ответственности.
Дверь в комнату скрипнула, и в проеме показался Ловкач, который как обычно улыбался.
— Эй, Странник! Ты спишь? — прошипел он в темноту.
— Уже нет, — зло ответил я, попытавшись сымитировать сонный голос, но, кажется, у меня это плохо получилось.
— Вот и хорошо, одевайся. Нас ждут великие дела! — с веселой миной выпалил Ловкач.
— Чего? Это какие еще великие дела нас ждут в такое время? Ловкач, двадцать минут пополуночи. Ты в своем уме?! А если комендант или стражи увидят, что мы бродим ночью по общежитию? — спросил я.
— Ты всегда такой зануда? — спросил мой сосед. — Вставай давай, тебе говорят! Поверь мне, не пожалеешь! Сегодня тебе выпал уникальный шанс стать членом "клуба полуночников"! — мой сосед по комнате произнес это с таким тоном, словно это должно было вызвать у меня благоговейный трепет.
— Какого клуба? — переспросил я, уже переодеваясь с пижамы в выходную одежду. Сна все равно не было ни в одном глазу. Так что я был готов отправиться бродить по ночной Академии, ища приключений на свою… не шибко умную головушку.
— Полуночников, дурья твоя башка! Давай быстрее, ребята долго ждать не будут. Тебе и так повезло невероятно, очень мало кому предлагают членство клуба в конце первой недели пребывания в Академии, особенно такого крутого клуба, как "клуб полуночников".
— А что это за клубы такие? И кто такие полуночники?
— Быстрее, по дороге расскажу.
— Видимо, ты не учился в стоящем высшем учебном заведении, если не знаешь, что такое студенческие клубы. — Начал свой рассказ Ловкач, ведя меня по извилистым темным коридорам. — Даже в человеческих вузах есть клубы, а уж в нашей Академии их просто не может не быть. Клубы или братства — это неформальные организации студентов, которые объединяют учеников определенной общей идеологией, мышлением, системой опознавательных знаков, общими ритуалами и тайнами. Члены братства помогают друг другу в сложных ситуациях, оказывая всяческую поддержку собрату, который попал в беду. Но, так же, члены клуба обязаны соблюдать разнообразные правила, не нарушать запреты и не разглашать тайны своего общества.
— Смахивает на секту или масонское ложе, — заметил я.
— Да, есть общие черты! Но не волнуйся, "клуб полуночников" — это не какое-то сборище ханжей и чистоплюев со сложной бесполезной системой тайн, символов, званий и иерархий. "Полуночники" — веселые ребята, и не отягощают себя излишней показухой и потаканием собственному тщеславию.
— Стой! — прервал сам себя Ловкач. — А ну за мной, — и он схватил меня за рукав и потащил за собой в темную нишу между стеной и старинным шкафом, — ни звука!
Я послушался и затих. Сначала мы стояли в полной тишине, но потом я услышал лязг метала. Звук становился громче, видимо тот, кто его издавал, приближался, все громче и громче, словно цокот стальных сапог по полу. И тут из-за угла вышла фигура. Я еле сдержался, чтобы не вскрикнуть. И когда же я привыкну не удивляться. Фигурой этой был большой стальной болванчик похожий на какого-то уродливого, бездарно сконструированного робота. Он двигался неумело и невпопад, звонко топая по коридору на своих негнущихся металлических ногах. "Тело" этой штуки формой было похоже на человеческое, в одной руке был длинный клинок, а вместо лица — литая металлическая маска. Этот странный механизм двигался с таким шумом, что мне было странно, как он не будит студентов. И если он тут не первый раз прогуливается, то как я мог ни разу его не слышать. Фигура скрылась за углом.
— Голем! — тихо произнес Ловкач, опережая мой вопрос. — Эти штуки по ночам охраняют порядок в коридорах! И лучше им не попадаться. Они могут быть гораздо проворнее, чем кажутся. Их неуклюжесть обманчива.
— А что будет, если они тебя заметят? — спросил я.
— Скорее всего, довольно бесцеремонно оглушат стальным кулаком и оттащат за шиворот к дежурному. То еще удовольствие. Хотя, были случаи и с летальным исходом.
Я посмотрел на Ловкача, но на этот раз в его вечно насмехающихся глазах, не было и тени юмора.
— С летальным исходом?
— А ты все еще думаешь, что в сказку попал? Даже после всего, что видел и слышал за эту неделю? — мой сосед говорил на этот раз действительно серьезно, без намека на шутку. — Очнись уже, и добро пожаловать в реальный мир.
Ловкач пристально посмотрел на меня, но потом улыбнулся и добавил:
— Но, не будем сегодня о грустном. Пошли! Тебя ждет встреча с "полуночниками", и испытание посвящения. Поверь, оно тебе очень понравиться, я же говорил, ты чертовски везуч.
Я не стал вдаваться в подробные расспросы, мне просто надоело быть вечно ничего незнающим и удивляющимся новичком. Я решил, что буду просто наблюдать, и реагировать по ситуации.
Мы спускались по какой-то винтовой лестнице, которую я раньше даже не видел. Несколько незнакомых коридоров. И мы стоим посреди маленькой комнаты.
В комнате кроме нас с Ловкачом, было так же пять человек в черных мантиях и с капюшонами, скрывающими лица.
— Это он? — произнес один из людей в мантиях.
— Ага, — ответил Ловкач.
— Я представлял его повыше! — сказал второй.
— И не таким хлипким! — добавил третий.
— Ну, уж прости, какой есть! — огрызнулся я.
— Да это сути не меняет! Выполнишь задание посвящения, станешь частью братства. Задание тебе понравиться, — весело произнес один из парней в мантиях, — ты очень везучий, тебе выпал хороший фант.
— А на кой ляг мне это делать и стремиться в ваше братство? — задал я вполне логичный вопрос.
На миг повисла немая пауза.
— Ты что ему не объяснил? — вопрос был адресован явно Ловкачу.
— Вкратце! — ответил мой друг и пихнул меня локтем в бок. — Не ломайся, говорю же, весело будет. Или ты мне не доверяешь?
Если честно, то Ловкачу я доверял, хоть и знал его всего неделю. Все-таки, харизматичный и с хорошим чувством юмора, он умел к себе располагать. Да и я делал ставку на то, что сосед меня подставлять не станет. Ему еще жить со мной в одной комнате, явно имеет смысл не портить отношения. Но все же, вся эта затея меня настораживала.
— А может он просто боится? — спросил один из парней в мантии.
— Так и знал, что так случится. Расходимся, ребята, ничего интересного сегодня не будет, только драгоценное время сна зря потеряли, — произнес второй.
Провокации такого рода, конечно, были до жути примитивными. И все же они меня зацепили. Кроме того, я внезапно впал в раж. Мне хотелось веселиться, лезть на рожон и найти какое-нибудь приключение на свою головушку.
— Я согласен! — ответил я решительным голосом.
— Я же говорил, он не струсит! Молодец! — Ловкач хлопнул меня по плечу, и широко улыбнулся.
— Что ж, приступим! — произнес один из парней в мантиях. — Пошли за нами!
После этих слов вся процессия вышла из комнаты и быстро двинулась по коридору. Мне ничего не оставалось, как пойти за ними. Коль уж вызвался, сдавать напопятную поздно. Несколько поворотов, две лестницы, коридор, еще лестница. Я с ужасом подумал, что компания людей в мантиях и мой сосед бросят меня здесь самого. А я уже давно забыл дорогу, и скорее всего не смог бы самостоятельно вернуться в свою комнату. Может, в этом и будет заключаться моя миссия? Найти путь назад и не заблудиться. Я вспомнил голема, и невольно поежился. Но, "полуночники" не спешили оставлять меня.
— Все, мы пришли, — произнес голос серьезный и властный, который принадлежал, видимо, лидеру этой группы. Я с удивление осмотрелся, мы стояли посреди коридора жилого отсека общежития. Может где-то здесь штаб — квартира их клуба. — А теперь, закрой глаза! — скомандовал все тот же голос.
Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Раз уж я зашел так далеко.
— Выставь руки и разожми ладони. — Я послушался. На одну руку легло что-то колючее. На другую — прохладное и гладкое. — Хватай то, что держишь в руках. — Я послушно сжал в руках предметы, что там лежали. А теперь в уме считай до десяти и не подглядывай.
Я начал считать: "один, два, три…", вокруг меня было слышно какое-то копошение, "четыре, пять, шесть…" хлопок и в ноздри ударил сладковатый запах, но я не открыл глаза, раз уж пообещал, дойду до конца "сем, восемь, девять…".
— Надо сказать, что ты умеешь появляться эффектно, Странник! — раздался рядом знакомый голос.
Открыв глаза, я увидел, что стою в клубах синего дыма посреди все того же незнакомого мне коридора. В руках я сжимал небольшой букет роз и коробку шоколадных конфет. Передо мной, в облегающей коротенькой ночнушке, стояла очаровательная рыжеволосая женщина. Я и не представлял, что Бестия может быть еще более красивой, чем всегда. Чертовы "полуночники", вот так обряд посвящения.
— Красные розы? Как это мило и… оригинально, — нежно, но с ноткой явного сарказма, прошептала Бестия, забирая у меня из рук букет, а я почувствовал, как пылают мои щеки. Ненавижу такие моменты, когда так трудно управлять своим телом.
— Заходи, — сказала колдунья, развернулась и пошла вглубь своего номера. Я посмотрел на ее плечи, спину, мой взгляд стал опускаться ниже. Теперь, кажется, я вообще утратил контроль над своим телом. Меня била мелкая дрожь. Хотелось сорваться с места и рвануть без оглядки к себе в комнату. Но это было бы совсем уж глупо и смешно. И я, содрогаясь, сделал неуверенный шаг в комнату этой сводящей с ума женщины.
Надо сказать, апартаменты у нее — не сравнить с нашими, студенческими. В номере было несколько дорого обставленных комнат, ванная, душевая, небольшая столовая и кухня. Но Бестия схватила меня за руку и потащила в спальню. Она нажала на какую-то потайную кнопочку и с тихой механической музыкой, открылся маленький бар. Через минуту мы уже сидели на ее огромной постели с бокалами шампанского в руках перед раскрытой упаковкой шоколадных конфет.
— Ну! За твою первую неделю в Академии! — Бестия отсалютовала мне своим бокалом, потом с тихим звоном стукнула им о мой бокал, и начала пить.
— Эээ… спасибо! — промямлил я, мне ничего не оставалось, как тоже пить свое шампанское, хотя руки так предательски дрожали. Я вспоминал всех тех уверенных парней из разных книг и кинофильмов, что с сияющей улыбкой, так непринужденно и ловко общались с дамами. Мне бы хоть толику их уверенности и смелости.
Бестия допила и поставила свой бокал на стол, потом она придвинулась ко мне и, взяв у меня из рук бокал, поставила его рядом со своим. Моя дрожь усилилась, а дыхание участилось. Колдунья указательным пальцем приподняла мой подбородок и мягко поцеловала меня в губы! Это безумие! Так сладко, так потрясающе! Кровь прилила к лицу, и я словно тонул в сладкой бездне, что затягивала меня в самые глубины, и я скользил в ней, цепляясь за томительную жажду, закипающую внутри моего естества.
— Не волнуйся! — тихо шептала мне Бестия, проводя пальчиком по моим губам. — Я сделаю твой первый раз незабываемым! — Я густо покраснел. Но, как она догадалась? Но, это уже не важно! Мои руки сами сомкнулись на ее талии. Ее запах и мягкое теплое тело уносили мой разум в какие-то далекие сказочные края. Я уже не принадлежал себе. Я растворялся в ней, в этом океане наслаждения.
А потом… А потом было много всего интересного и захватывающего. А потом мы болтали до самого утра. И я узнал эту сногсшибательную молодую женщину еще с одной стороны, как интересную и неординарную личность, хорошего собеседника и приятную во всех отношениях колдунью. Вот таким вот необычным способом, в лице Бестии я обрел хорошего верного друга, да и в клуб "полуночников" меня тоже приняли. А когда я покинул покои женщины лишь под утро, об этом, каким-то образом, знала чуть ли не половина Академии. Что, впоследствии, создало мне немного специфическую репутацию и породило много комичных ситуаций. Но, в тот момент, мне было все равно. Мы редко мыслим трезво, когда находимся в плену удовольствий.
"Беречь в сухом месте, подальше от моли. Стирать только в режиме хлопок или же ручная стирка, материал очень нежный, обращаться бережно. Желательно не летать на скорости свыше ста километров в час, иначе вещь быстро изнашивается. Не использовать, как обычный домашний ковер, возможны случаи непроизвольного самовзлетания".
Пейзаж за окном не приносил никакого удовольствия, он казался скучным и унылым. Пышная зелень и яркое цветенье уже не радовали глаз. Может потому, что я смотрел на них через грязные стёкла старого сельского автобуса, а может потому, что я созерцал их уже другими глазами. Ведь я сам стал другим. Обряд изменил меня. Я чувствовал, будто потерял что-то важное, и в то же время — обрёл новое. Хоть я ещё и не мог предугадать, как именно проявятся эти перемены, но отчётливо осознавал, что они произошли. Я знал лишь то, что там, в Сумрачном Мире, умерла какая-то часть моей личности, и родилась новая, которую мне ещё предстоит изучить.
Автобус подкинуло на очередном ухабе давно разбитой сельской дороги, и я подпрыгнул на заднем сиденье. Эта грязная развалюха была явно не самым удобным транспортом. Но в этом захолустье выбирать не приходилось. Я уничтожил своё старое авто, как и все бывшие у меня талисманы, амулеты магические техно — гаджеты и все, что позволило бы Беркуту и его ищейкам выследить меня. Жаль, конечно. Очень много важных и полезных вещей пришлось загубить, но выбора нет, или так или меня бы рано или поздно выследили, и отправили в камеру пыток для допроса с пристрастием.
Я осмотрел салон автобуса. Какая-то бабулька дремала на одном из первых сидений, а недалеко от неё сидел дедуля в старых лохмотьях. Вот и все пассажиры. Возможно, стоит ещё посчитать сидящую рядом со мной кошку. Но, я думаю, что язвительные демоны — безбилетчицы за пассажиров не считаются. Меня радовало, что проницательная Кира понимала — меня сейчас не стоило трогать. Она, прищурив глаза, нежилась под лучами теплого майского солнышка, хоть я и не был уверен, что его тепло хоть как-то влияет на ее нематериальное тело. В любом случае, я был благодарен ей за то, что она не мешала мне наслаждаться одиночеством и тишиной.
Я аккуратно провёл рукой по выпирающему карману, опасаясь, не исчезло ли его содержимое. Я часто так делаю, когда везу что-то важное. Нервы! Разумеется, моя паранойя была безосновательной, оба камня были на месте, нечего беспокоиться. Два каких-то маленьких кристалла, а столько шума из-за них. Собственно, Беркут был не так уж и не прав, когда считал, что у меня есть что-то важное, что-то, что я скрываю ото всех. И сейчас это самое важное мирно покоилось в кармане моей куртки. Я вспомнил, как ко мне явился сам Великий Мастер, и приказал бросить все свои текущие дела и отправиться на поиски Твердыни Миров. Он ещё отозвал меня с миссии, достаточно сложной операции по поимке кикиморы, которую я проводил совместно с моей напарницей, Бестией. Мастер, ко всему, тогда так и не объяснил, что это за Твердыня такая и где не найти. Он даже не сказал, зачем ее искать. Сказал лишь, что дорогу к ней укажут четыре кристалла, два из которых сейчас лежат в моём кармане. И если честно, найти их было не так просто. Вообще, вся миссия казалась каким-то бредом, похожим то ли на старую детскую сказку то ли на квест в дурацкой компьютерной игре. И все же, он уверял меня, что в искомой башне я найду ответы на многие свои вопросы. Вот с тех пор и начались мои приключения в поисках этих странных камушков, именуемых "демоническими кристаллами". И именно тогда мне выдали проводницу — демона — хранителя Киру. Хотя, выдали — не совсем правильное слово, по правде говоря, знакомство с Кирой это еще та забавная история для отдельного случая.
Я смотрел в окно. Все в моей жизни так резко переменилось. Великий и непобедимый Мастер судя по всему мёртв, моя старая подруга Бестия предала меня, бывшие собратья устроили на меня охоту, потом меня хотел убить древний могущественный демон, а после меня спасло какое-то ещё более могущественное и ужасное существо. Потом было странное пророчество престарелого мага — отшельника и, наконец-то, опаснейшее приключение в Мире Теней, где я чуть не погиб, не единожды. Не слишком ли много событий, как на несколько дней? Жизнь стала бить безумным ключом. Думаю, что теперь, когда столько опасных сил устроили на меня охоту, разумнее всего было бы спрятаться, исчезнуть на время. Но, нет ничего скучнее, чем поступать разумно. Это не для мага Хаоса, который всегда в гуще событий, который с нетерпением лезет на рожон, который всегда пылает в огне своего бесконечного любопытства, страдая от неутолимой жажды познания нового. Нет, я просто не могу остаться в стороне тех больших игр, что явно затеваются, а, может, уже давно ведутся. Тем более, что произошло ещё одно событие, явно подстегивающее моё любопытство, и, заставляющее активно действовать. Камни стали теплыми, такое уже было однажды. Это означало, что рядом есть один из их собратьев. Третий камень совсем рядом, я ещё на шаг ближе к ответам на свои вопросы. Охота начинается! Лишь бы не на меня!
— Ты улыбаешься? — спросила Кира, глядя на меня, — да ладно, ты умеешь улыбаться? Ну, по крайней мере, у тебя не инсульт, а то я уж боялась, сидишь такой грустненький, пялишься в одну точку с выражением лица ещё более глупым, чем обычно. Думала, все, приехали. И так не шибко умный был, а теперь совсем парня потеряли.
Я сидел все так же неподвижно, не обращая внимания на придирки моего ручного демона.
Кира аккуратно потыкала в меня лапкой.
— Ты живой вообще? Прости, не прихватила зеркальце, чтобы проверить наличие дыхания.
— Да что ж тебе неймется, пушистое наглое демоническое отродье? — не выдержал я подколок своей спутницы, — астрального "вискаса" захотелось? Или запоздалое мартовское настроение? Сиди себе тихо, и не мешай мне думать.
— Думать? Не льсти себе. Лучше расскажи — как там прошёл твой обряд трансформации в Мире Теней?
Я вспомнил все своё приключение в Теневом Мире, такое яркое, во всех его нереальных цветах и красках, как будто это был сон. Хотя, по меркам простых людей это и был сон, осознанный. Вот только им, простым людям, невдомек, насколько реально все то, что происходит в таком сне, и какие могут быть последствия таких путешествий. Как много людей находят каждое утро мертвыми в своих постелях. Причиной смерти часто записывают что-то обычное, понятное, а значит не такое страшное. Иллюзия возможности прогнозирования, а значит возможности предотвращения, как следствие иллюзия контроля, и как конечный результат — иллюзия безопасности. Хотя, зачастую причина внезапной смерти действительно связана с нарушением сердечно — сосудистой системы или какой-то ее части, или другими резкими соматическими сбоями, но бывает так же, что все не так просто, бывает, что утром в постели человека находят мертвое тело — остывшую оболочку духа, навеки заблудившегося в мрачных глубинах Сумеречного Мира.
— Весёлое же выдалось приключение. Сначала меня едва не сожрала демоница с двумя лисицами, чуть не разрушив мою бедную неокрепшую психику жестоким надругательство над полуосознанным идеализированным образом моей второй половинки, потом меня заманили в полный подсознательных ужасов и кошмаров Луна — Парк, и наконец-то я встретил его, Преображающего! — Я поежился при одном только воспоминании, прокручивая в голове весь тот ужас, который наполнял меня при одном лишь взгляде на него. И вспомнил сам обряд. Никому не пожелаю пережить такой кошмар.
— Судя по тому, как ты бледен, тебе пришлось не сладко. Как это было?
Какое же любопытное создание. Интересно, все демоны такие?
— Смотри сама, — сказал я, и прикоснулся указательным пальцем к центру своего лба. Любой, обладающий магическим зрением или, так называемым, Истинным Оком, мог бы заметить как десятки маленьких алых, коричневых, чёрных и фиолетовых цепочек воспоминаний, словно крохотные змейки выползают из моей головы, оплетая указательный палец. Бушующие вулканы, сера, сажа, пепел, невозможно нормально дышать от копоти. И несколько ниточек сплелись вокруг моёго пальца. Маленький ребёнок с лицом старика, синей набухшей кожей мертвеца, с пустыми червивыми глазницами и ртом, полным гнилых зубов. И еще несколько цепочек воспоминаний оплелись вокруг пальца, увеличивая клубок. Мерзкий, словно скрежет сотни ржавых машин, смех уродца, и его слова: "Ты пришёл умереть? — загоготал уродец и из его рта посыпались чёрные слизни, лягушки и змеи. — Ты по адресу! Вот только сможешь ли ты воскреснуть? Но это уже не моя проблема!" — он загоготал еще громче, потом его распухшие пальцы мертвеца схватили меня и зашвырнули в зияющую бесконечную пропасть. Ещё несколько цепочек воспоминаний поползли к моему пальцу. Моё свободное падение в бездну. И это чувство первозданного Хаоса, как будто тысячи иголок вонзаются в каждый сантиметр моего тела, и, одновременно, сотни оргазмов в каждой его клеточке, безумный смех, горячие слезы, экстаз, ужас и блаженство, отчаянье и свобода полного растворения, расщепление в ничто и абсолютная всенаполненность. Вот каков он на вкус, первозданный Хаос. Вот таким было мое перерождение. Я собираю полный клубок воспоминаний и подношу его ко лбу Киры, давая ей возможность увидеть их все сразу одновременно. Ее зрачки расширяются, а на мордочке появляется такая дикая смесь совершенно противоречивых эмоций, что я даже невольно радуюсь, что хоть раз смог впечатлить этого самодовольного демона. Кира на некоторое время замолкает, наверное, обдумывает увиденное.
Наконец-то автобус остановился, и небритый водила в вязаном свитере и потертой кожаной куртке прохрипел: "Конечная!". Я только заметил, что в автобусе уже нет никого, кроме нас с Кирой. Я спохватился, буркнул водителю "спасибо" и вышел из автобуса, сунув перед уходом ему скомканную десятку. Я вдохнул полной грудью свежий воздух. Мы стояли посреди какого-то маленького почти полностью заброшенного хутора, или же это была совсем мелкая деревня.
— Кира, что тебе подсказывает твоё чутье? — спросил я свою демоническую кошку.
— Что ты скоро снова вляпаешься в неприятности, или ты о том, где находится кристалл?
— Разумеется, я о кристалле, неприятности уже и так с недавних пор стали моими постоянными спутниками.
— Камень примерно в пяти — шести километрах на северо — запад, когда будем ближе, скажу точнее.
Я вытащил из кармана оба уже имеющиеся у меня демонических кристалла. Они светились и пульсировали, верный признак того, что мы у цели, где-то рядом есть еще один. Ну что ж — пора выдвигаться. Судя по вычислениям Киры, нас ждет где-то час пешего ходу. Я уверенно зашагал по тропинке, что вела в нужном мне направлении. Тропа была не маленькой и хорошо протоптанной. Видимою, пользовались ею не редко. Что же там в конце? Деревня, хутор? И, как назло, ни одного человека поблизости чтобы спросить. Оставалось только топать вперёд и действовать по ситуации.
Нервное напряжение последних дней и путешествие в Мир Теней сильно ослабили и вымотали меня. Я даже не стал подготавливать заранее боевые заклятия. Я все ещё надеялся, что камень никто не охраняет, или, по крайней мере, его будет не трудно отобрать. И сейчас, если камнем уже кто-то владеет, то я бы искренне посоветовал им отдать его мне по — хорошему, я был явно не в настроении для переговоров. Я лишь с силой сжал кулаки и ускорил шаг, краем глаза заметив, как Кира удивленно уставилась на меня, но все же, ничего не сказала, а тоже припустила по тропе рядом со мной. Правильное решение. Сейчас даже ей не стоило трогать меня. Внезапная ненаправленная никуда ненависть и агрессия охватили меня так резко и без причин, что мне было крайне трудно понять их происхождение, обычно со мной такого не случалось. Хотя, возможно, уже даёт о себе знать влияние камней, или же эти перемены принес обряд перезагрузки ауры.
И вот, после достаточно долгого перехода, тропа закончилась, и я оказался перед необычным строением. Оно немного напоминало замок и имело защитные стены как у крепости, только намного меньше. Подойдя ближе, я увидел во внутреннем дворе, за стенами, несколько церквей. Кажется, это был какой-то монастырь. Отлично! Камень где-то здесь, я чувствовал это очень отчётливо, не надо было даже просить помощи у Киры. Что ж, самое время устроить жрецам распятого Бога небольшой переполох.
Стены были хоть и старыми, но высокими и надежными, нечего было и пытаться перелезть через них. Их явно строили давно и с тем расчетом, чтобы монастырь мог продержаться даже против достаточно серьёзных врагов. Я подошёл к вратам. Массивные, дубовые — они казались неприступными. Впрочем, я мог бы разнести их в щепки одним лишь правильно подобранные заклинанием, но, мне хотелось как всегда, сначала попробовать решить вопрос по хорошему, тем более, что эти святоши — христианские монахи, были не самыми худшими представителями мира людей. Хотя, конечно, любили наживаться на простых людях, а те, что по выше, ещё и крутили не слабые финансовые и политические интриги. Но это все проблемы людей и их мира, мне, магу, до них дела не было. Сейчас меня интересовал лишь камень, который, как я явственно чувствовал, находился за этими стенами. Я с силой забарабанил в ворота (кстати, а почему они закрыты, где же знаменитые христианские радушие и гостеприимство?). Мне никто не открыл, я забарабанил еще раз, ещё сильнее. И вот когда моё терпение уже начало заканчиваться, ворота открылись с пронзительным скрипом. В проёме показался какой-то мужик в простой монашеской рясе, видимо один из местных рядовых жрецов.
— Я могу тебе чем-то помочь, добрый человек? — добродушно спросил он.
Не добрый! Не человек! Конкретно ты помочь мне не можешь! Так как камень — не у тебя. Подумал я, но сам лишь сказал с вежливой улыбкой:
— Простите, но так получилось, что совершенно случайно на территории монастыря оказалась вещь, что принадлежит мне. Я хотел бы получить ее обратно!
Монах сначала с удивлением посмотрел на меня, часто моргая, будто я нелепый мираж, что должен вот — вот раствориться в воздухе, но так как никуда я исчезать не собирался, по крайней мере до тех пор пока не получу камень, он ответил:
— Боюсь, ты ошибся, добрый человек, на территорию монастыря не могут случайно попадать какие-то вещи. Это дом Господа и его служителей.
— Боюсь, я с этим не согласен, здесь находится то, что принадлежит мне, и я получу это! — произнёс я с нажимом на каждом слове, тоном, не сулящим монаху ничего хорошего.
— По — подожди — те, — запинаясь ответил монах, — сейчас я позову настоятеля монастыря, возможно, он сможет вам помочь.
— Будьте добры, побыстрее! — чуть ли не прорычал я в ответ, и монаха словно ветром сдуло. Откуда во мне возникло столько злобы. Два камни в моём кармане стали тяжелее и горячее, а где-то совсем рядом чувствовалась энергия третьего. И словно тихий сладковатый голос в моей голове зашептал: "Не жди, не сотрясай воздух пустой болтовней, не проси и не требуй, а пойди и возьми то, что твое по праву, уничтожая всех, кто станет у тебя на пути. Ты — сын Хаоса, бери свое!". Голос в голове исчез так же внезапно, как и появился. Какое странное наваждение! Но, не успел я как следует подумать об этом, как к проходу медленным плавным шагом подошел игумен монастыря, сверкая своей ослепительной лучезарной улыбкой. "Берегись этого человека, он не так прост, как кажется" — тихо произнесла Кира. "Я всегда на стороже, Кира!" — еще тише ответил я и услышал, как кошка фыркнула, выражая явный скепсис по поводу моей бдительности.
— Вам, кажется, нужна помощь, добрый человек? — радушным голосом произнес игумен. Ох, как же вы достали меня, да где вы тут доброго человека увидели?
— Да, на территории вашего монастыря, находится то, что принадлежит мне, и я хотел бы получить это, по хорошему, иначе мне придётся сделать это по — плохому, и лучше бы вам не знать как это, — зло проскрипел я через сжатые зубы. И снова эта непостижимая злоба, не характерная для меня, откуда она возникает?
— Ты ничего не сможешь сделать нам, колдун, — произнёс игумен все с той же беззаботной улыбкой, — твоя магия бессильна против нас.
Я был шокирован, что этот жрец знает, кто я такой. Но, напряжение последних дней и эта непонятно откуда возникающая ярость слишком уж переполнили меня, и я решив наплевать на разговоры, сделал шаг вперёд. И ещё. Но уже через миг, словно наткнулся на невидимую стену. Моё тело стало невыносимо жечь, и я быстро отпрянул. Над воротами еле заметно запылали древние знаки. Христианская магия! Да это не совсем и магия, христиане ведь не признают магию и считают ее порождением Дьявола. Скорее это сила веры, что питает их и дарует им некоторые способности. Могущественное умение, дающее возможность противостоять фактически любому влиянию, если сила веры достаточна. Но, по правде сказать, умельцев, знающихся на этом искусстве, среди христиан не много. Свезло же в какой-то глубинке нарваться на одного из них.
— Я разрушу весь твой чертов монастырь, — прорычал я, чувствуя как невероятная злоба волной накатывает на меня.
— Не разрушишь! — уверенно и с некоторым презрением в голосе ответил настоятель. — Впрочем, я возможно и смогу тебе помочь. Брат Порфирий, — обратился он к тому монаху, с которым мне уже довелось сегодня пообщаться, — а позови как ты мне брата Ивана, что-то он сегодня не в себе, как и этот господин перед воротами. Кто знает, может это как-то связано, — загадочно улыбнулся старик.
Монах тут же исчез, а через минуту привёл с собой ещё одного своего собрата, какого-то слегка потрепанного и напуганного, с лихорадочно блестящими глазами. Видимо это и был тот самый Иван. Он что-то бормотал себе под нос и смотрел на меня с безумным страхом в глазах. "Камень у него!" — тихо промурлыкал рядом голосов Киры. Впрочем, это было без надобности, я и так это знал, чувствовал, буквально осязал силу "демонического кристалла".
— Ты, — обратился я к только что прибывшему, — у тебя есть то, что тебе не принадлежит. Отдай мне камень!
Глаза монаха заблестели алчным огнём.
— Нет! — Прохрипел он, брызжа слюной и испепеляя меня безумным взглядом. — Ты его не получишь, сатанинское отродье! Это дар Божий, за мою верную службу ему!
— Отдай камень! — прорычал я, — или я разнесу ваш монастырь в щепки! — я буквально пылал от ненависти, тело била мелкая дрожь, перед глазами туман. Хотелось рвать, крушить, уничтожать. Камни воздействовали на меня, хоть и не так сильно, как на монаха, но зато сразу все три. Два в кармане тоже начали очень сильно фонить, источая первозданный Хаос на его очень тёмных частотах.
Монах весь затрясся, из его глаз хлынули слёзы.
— НЕТ!!! — завопил он. — Ты не получишь его!
Я поднял руки, начиная плести разрушительное заклинание, но меня вывел с концентрации спокойны голос игумена:
— Иван! Ты впал в искушение, — сказал он, глядя на монаха, — эта вещь от Дьявола, отдай колдуну то, что принадлежит нечистому. Этой вещи не место в доме Господнем.
— Но… — захныкал монах.
— Никаких но, — тихим, но нетерпящим возражений голосом заявил игумен, и монах сдался под натиском спокойного решительного взора его серых глаз. Вытирая слёзы, Иван швырнул мне камень, словно капризный ребёнок непонравившуюся игрушку.
— Все хорошо, — мягким успокаивающим голосом произнёс игумен, успокаивая всхлипывающего монаха, — все уже позади.
— Колдун, — произнёс игумен ледяным голосом и посмотрел на меня со злостью, — ты получил свою дьявольскую игрушку, а теперь убирайся, пока я не отправил тебя в ад раньше твоего срока.
Учитывая способности этого странного жреца, угроза могла быть не беспочвенной. Так что, я лишь вяло улыбнулся, бросил будничным тоном "спасибо за сотрудничество" и подошёл к лежащему на траве кристаллу, он был алым и пульсировал светом изнутри. Я прикоснулся к камню — и мне показалось, что меня ошпарило кипятком. Я отдернул руку и вздохнул. Выбора нет! Я собрал волю в кулак и крепко схватил камень. Он жег руку, в ушах тут же раздался свист, кровь начала колотить в висках, а в голове все гудело, какой-то шум и шепот, не человеческий шепот на каком-то неизвестном мне языке, агрессивный, жаждущий разрушений, отголосок какого-то древнего и могущественного зла. Я быстро запихнул камень в специальную коробочку из материала, блокирующего магическое воздействие. Мне подарил ее Мастер, специально для этих кристаллов, он предупреждал, что они не так просты, что камни будут испытывать меня, они захотят залезть в мою душу. Вместе с новым камнем, я отправил в коробку и два старых. Свою роль сканера они выполнили, помогли найти третий кристалл, теперь пускай полежат там, где они не смогут выносить мне мозг, буквально. Я захлопнул крышку и сунул шкатулку в карман куртки. Честно говоря, я люто ненавидел эти чертовы кристаллы, вместе с древними демоническими силами, заключенными в их оболочку. Но, я должен найти их все, при чем, как сказал Мастер, для моего же блага. Хоть я и не мог понять, зачем мне это нужно, но Мастеру, прожившему десятки столетий, виднее. Моё дело выполнять. К счастью оставалось найти всего один камень, и потом, мне должно каким-то чудесным образом открыться — где же находится Твердыня Миров, а уж там я во всем разберусь. По крайней мере, так сказал Мастер, наш лидер, наш поводырь, наш бог. Сомневаться в его словах было бы чуть ли не кощунство и святотатством. С радостными мыслями, что я ещё на шаг ближе к цели, я отправился по тропе в сторону леса, подальше от монастыря. Я уже подходил к опушке, и на своей радостной волне успеха совсем потерял бдительность.
— Здравствуй колдун! — послышалось у меня за спиной. Вот черт, второй раз за день меня так называют. Маг — нравится мне куда больше. Я обернулся, передо мной стоял мужчина в странном зеленом наряде, по виду лет тридцати.
— Неплохая погодка, не правда ли? Самое время для охоты, — услышал я женский голос из леса. Обернувшись, я увидел миловидную девушку в замысловатом костюме цвета хаки, она стояла возле одной из сосен, и играла пальцем на тетиве своего лука.
— А тут еще такая добыча подвернулась, — произнёс ещё один женский голос. С другой стороны дороги стояла молодая женщина. На ней был замысловатый наряд болотной расцветки, а на руках красовались длинные стальные когти.
— Впрочем, добыча может уйти домой невредимой, если, конечно, будет сговорчивой. — Произнёс мужской голос справа от меня. Я повернулся и увидел ещё одного незнакомца в зеленом, с массивным деревянным посохом в руках. — Отдай нам камень, колдун. И мы тебя не тронем.
Я оценил ситуацию. Прощупать ауру глубоко за такое короткое время не было никакой возможности. И все же беглый обзор показал, что я имею дело с магами, притом, весьма не слабыми. Мои энерго — щупальца показали, что мне повстречались очень необычные маги, те с которыми я ещё никогда не имел дела, если не считать одной преподавательницы в Академии. Представители школы Жизни, два шамана и два друида. Вот так поворот. Я прикинул свои шансы в случае боя. Как и во всех стычках, что произошли за последнее время, шансов у меня почти не было. Оставалось лишь надеяться на их знаменитый пацифизм, хотя эта группа казалась очень даже воинственной. Хладнокровные решительные лица, уверенные позы, боевое вооружение — все это указывало на готовность к вполне радикальным действиям. Стоило ли испытывать судьбу? В честном бою мне не победить. Камни отдавать я тоже не собирался. Оставалось лишь надеяться на побег. Но вот как это провернуть, меня окружили, и времени на "рокировку", как прошлый раз не было, да и выиграл бы я от этого максимум десяток метров. Остаётся лишь тянуть время и думать.
— Какой камень? — спросил я невинным голосом, включив режим дурачка, продолжая лихорадочно искать хоть какие-то варианты беспроигрышного выхода из этой ситуации.
— Не увиливай, колдун! Тот камень, что тебе отдал монах! Тот камень, что лежит в кармане твоей куртки. Сюда! Живо! — скомандовала шаманка со стальными когтями.
Мда, ни свалить, ни потянуть время явно не получится. Эти ребята явно знают почто они пришли. Жаль, по — хорошему не получится.
— Камень? А так это вы так называете блестящий кристаллик? — снова включил режим дурака. — А я-то уж думал. Да забирайте, что мне жалко что ли, — я залез рукой в карман, потом быстро вскинул руку и ударил простым заклятье в шаманку с когтями.
Та мгновенно сделала кувырок в сторону, легко увернувшись от моего удара. Молниеносные реакция и проворство. Я тоже тут же отпрыгнул в бок, чтобы самому не попасть под заклятье друида с посохом, направленное прямо на меня. Двое других магов тоже зашевелились, и в меня полетели их атаки. Каким-то чудом я увернулся, и ещё раз, и ещё. Но я понимал, что шансов у меня нет. Удача не бесконечна. Как вдруг все вокруг начало быстро заволакивать молочно — белым туманом. Я сначала подумал, что это одно из заклятий моих врагов. Хотя, это было весьма нелогично, зачем ухудшать видимость, если у них было преимущество, и я находился у них на мушке. Я тут же, пользуясь случаем, отскочил в сторону. Как оказалось не зря, в то место где я только что стоял, прилетело несколько оглушающих заклятий. Я быстро присел и прижался к стволу какого-то дерева, пытаясь сделать себя максимально неудобной для неприятеля мишенью. Не знаю, что это за туман, но он пришелся как нельзя кстати. Нужно было выбираться отсюда. Но не успел я сделать и нескольких движений, как кто-то крепко схватил меня за плечи и с силой дернул вверх.
— Ну и провозился я, пока нашёл тебя, — прозвучал знакомый голос из тумана. И уже через несколько мгновений я парил верхом на пестром ковре, чуть ли не в сотне метров над раскинувшимся внизу туманом.
— Ловкач?! — все ещё не веря своим глазам и ушам, спросил я, глядя на старого друга.
— А то кто же, — подмигнул мне Ловкач, — между прочим, специально приперся твою задницу спасать.
У меня в голове кружились сотни вопросов, которые стоило бы задать. Но я лишь посмотрел на ворсистый красивый ковёр, на котором мы парили высоко над землей. Это казалось таким невероятным.
— Это что ковер — самолет, как в сказках? — спросил я, пытаясь хоть как-то адаптировать свои мысли к происходящему.
— Он самый, — с какой-то усталой улыбкой ответил Ловкач. — Мне как раз выдали его для твоего спасения. Нет! — прервал друг мой неуспевший сорваться с губ вопрос. — Пожалуйста, ничего пока не спрашивай. Я и так очень устал, а мне сейчас нужна вся моя концентрация что бы управлять этой штукой, и попутно заметать следы.
Я с удивлением взглянул на друга. Он действительно казался невероятно уставшим, лицо было каким-то осунувшимся, мешки под глазами, от былого задора не осталось и следа. Кто и куда дел моего никогда не унывающего и полного энергии товарища? Я серьёзно испугался за него, он казался тусклой тенью себя прежнего. Что же произошло? Что вообще тут творится? Но, я не стал донимать Ловкача вопросами, вполне возможно, что ему было действительно трудно поддерживать действие артефакта. В общем, мы молча неслись над землёй на огромной скорости на летающем ковре. Не буду врать, что постоянно так провожу время. Такие полёты мне были в новинку, по этому я во всю вертел головой и рассматривал пейзаж. Как оказалось, делал я это не зря. Я сразу же увидел, что за нами неслась погоня. Чёрт! Выругался я про себя, даже в небе покоя не дают. Когда преследователи приблизились ближе, я увидел, что это вся та же весёлая компания, что пыталась забрать у меня кристалл. Двое друидов летели верхом на огромных воронах, одна шаманка — на сове, другая — на ястребе. Ездовые птицы? Что за нелепая картина, подумал парень, летящий по небу на пушистом ковре.
— Земля вызывает Ловкача, приём! У нас проблемы старина, нам тут попутчики присели на хвост. Прости, что отвлекаю, просто подумал, что ты захочешь узнать, что нас скоро попытаются убить или, по крайней мере, поймать.
Ловкач обернулся и, увидев преследователей, грязно выругался.
— Отвлекли их Странник! — произнёс он, и снова направил внимание на свой невидимый штурвал.
— Отвлечь? — удивленно переспросил я, чуть ли не с отчаяньем наблюдая, как враг понемногу настигает нас. — Интересно, как же мне это сделать? Станцевать голым на чертовом ковре? — Я со злостью быстро сплел оглушающее заклятье и швырнул его в шаманку на ястребе, что подобралась ближе остальных. Та с лёгкостью увернулась, ещё и выстрелила заклятье в ответ. Я выругался, еле увернувшись от ее заклинания. Эти ребята были весьма опытны. Скорее всего, даже один на один любой из них уделает меня, а уж сражаться с четырьмя сразу — было нечего и пытаться. Ловкач в бой вступить, видимо, не мог. Да и его участие, по правде говоря, не сильно бы повлияло на положение вещей.
— Что за черт, Ловкач? Друиды и шаманы ведь из школы Природы, они ведь пацифисты, и в войне придерживаются нейтралитета.
И словно в опровержение моих слов три заклятья полетели в нашу сторону, от двух я вернулся, третье блокировал амулет на шее, единственный, что я не уничтожил после возвращения с Теневого Мира, "маятник" Киры. Кира, что уже находилась там, знала свою работу. Но, надолго ее сил не хватит.
— Как видишь, эти не совсем пацифисты. Мир не такой, как нам рассказывали в Академии, Странник. Пора бы понять. — Серьёзный менторский тон и эти слова — это все было так не похоже на прежнего веселого жизнерадостного Ловкача, которого я знал, видимо и вправду многое изменилось.
— Прости, Странник, я, правда, не могу сейчас помочь, — произнёс Ловкач более мягким, но каким-то совсем печальным и очень уставшим голосом, все еще концентрируясь на ковре, — ты должен что-то придумать, вспомни о камнях… используй их… тебе это под силу. Он говорил, что возможно только тебе…
Друиды и шаманки настигали нас, они выстроились в линию, чтобы накрыть нас прицельным огнём заклинаний и при этом не мешать друг другу. Не было времени не только на расспросы, но даже на размышления. Я стал в боевую стойку, прикрыв собой Ловкача. Он управлял этой летающей шуткой, и если его вырубят — мы оба разобьемся. Плюс, я просто хотел защитить друга. Я выхватил из кармана шкатулку и открыл ее. Мне ещё никогда не приходилось использовать камни как-то иначе, чем для поиска других камней. И уж конечно, я никогда не использовал их в бою. Меня пугала их сила. Но выбора не было. Сейчас на кону не только моя жизнь, но и жизнь товарища, а возможно и стратегически важная миссия, суть корой я пока понимал слабо. Я выхватил один из камней, тот самый который я заполучил буквально полчаса назад. Его энергия показалась мне наиболее агрессивной из всех трех, это могло бы сейчас пригодиться. Мне не хотелось сильно навредить преследующим нас ребятам. Хоть они и были настроены агрессивно, но все-таки я уважал "природников", да и лишние терки с этой школой были бы ни к чему. Вот только нейтрализовать их безопасно для их здоровья на такой высоте вряд ли получится. Я крепко сжал в руке камень. Обжигающий огонь тут же заструился по венам, ударил по вискам, туго сдавил голову. И тёмная разрушительная агрессивная сила лавиной обрушилась на моё сознание, силясь подавить его и затопить своей всеразрушающей сущностью. Что-то злобное захотело вырваться наружу и завладеть моим телом. Меня начало знобить, на лбу выступил пот, по телу пробежала дрожь. Мне оставалось лишь собрать волю в кулак, и противостоять разрушительной сущности камня. Я закрыл глаза и буквально увидел тьму, что тянула ко мне свои агрессивные щупальца. И я представил свет, яркий, обжигающий, он должен был разогнать тьму. Яркая вспышка ослепительного света казалась такой натуральной, будто произошла взаправду, здесь и сейчас. Когда я открыл глаза, то увидел как птицы наших преследователей шумят и перепугано мечутся во все стороны. А сами маги со стонами закрывают руками глаза.
— Ослепление, хорошая идея, это их задержит, — произнёс Ловкач вялым голосом.
Что? Я посмотрел на Ловкача, что все ещё поддерживал свою концентрацию, потом на беспорядочно мечущихся в небе магов. Неужели вспышка была реальной? Я взглянул на пульсирующий и полыхающий алый камень. Неужели это я провернул? Не знаю как, но главное эффект — враг нейтрализован. Но, при этом я чувствовал себя очень вымотанным и разбитым, с меня словно выпили всю Силу. Не думаю, что в ближайшее время смогу использовать камни еще раз. Я засунул кристалл обратно в шкатулку, а шкатулку в карман куртки. Потом плюхнулся на ковёр рядом с Ловкачом, чувствуя, как томительная усталость и слабость растекаются по всему телу. Хотелось о многом поговорить со старым другом, но помня, что он попросил меня не мешать ему, я лишь начал рассматривать облака над нами. Я старался ни о чем не думать, голова и так гудела от немыслимого количества вопросов, на которые не было ответов. Так прошло около получаса. Ловкач сидел в своей медитации, а я — в прострации. И мы не перекинулись ни словом. Преследователей, к счастью, больше не было видно.
Наконец-то ковер — самолет сел на лесной опушке, и Ловкач вздохнул с облегчением. Мне даже показалось, он стал чуть веселее.
— Ну, вот мы и на месте, Странник! Штаб — квартира сопротивления. Милости просим.
Я с удивлением уставился на самый обыкновенный лес. И это штаб квартира? И какого еще сопротивления?
— Сюда! — словно прочитав мои мысли, произнёс с весёлой улыбкой Ловкач. Кажется, к нему возвращалась его обычная жизнерадостность. Я проследовал за ним до опушки небольшого леса. Но так ничего необычного и не заметил. Ловкач остановился у одной из молодых сосен, провёл рукой по коре дерева и что-то тихо зашептал. Воздух вокруг завибрировал, картинка леса впереди стала размытой и словно начала плавиться. Через миг передо мной возник маленький глиняный подвал с тяжелыми деревянными дверями. Ловкач дернул за стальное кольцо, и двери со скрипом открылись. Он зашёл внутрь тёмного подземелья, спустился на несколько ступенек и, повернувшись ко мне, сказал "пошли".
Я в нерешительности замер у входа. Ловкач, конечно, был моим близким другом. И мне и на миг не хотелось думать, что это может быть ловушка. Но, Бестия ведь тоже была моим близким другом, и не только другом. Но, она предала меня. Могу ли я сейчас кому либо верить?
— Я не работаю на Беркута, — сказал Ловкач, тут же поняв, что происходит, — я понимаю, тебе сейчас нелегко Странник, нам всем нелегко. Но мы продолжаем сражаться, мы не смиримся. Это, — он указал пальцем на подземелье за своей спиной, — ячейка сопротивления, пункт сорок два бэ пять. Мы продолжаем борьбу против узурпатора, и ты нужен нам Странник! У тебя, наверное, много вопросов, но тебе придется поговорить с нашим лидером, он все объяснит.
Я все ещё в нерешительности стоял перед входом. Значит, Бестия не врала, Мастер действительно свергнут. В это не хотелось верить до последнего. Но, есть ещё маги, которые не признали узурпацию власти Беркутом и продолжают борьбу, это если, конечно, верить Ловкачу. Нет, слишком много вопросов, пора бы получить хоть какие-то ответы. Да и я слишком устал убегать. Я, скрепя сердце, шагнул в подземелье, вслед за старым другом. Мы спускались по каменным ступенькам достаточно долго, и дорогу нам освещал лишь тусклый свет магических факелов. Наконец-то мы оказались в длинном коридоре, конца которого при таком освещении не было видно.
— Третья дверь направо, Странник! Это срочно! Отдых и разговоры потом!
Я кивнул и отправился прямо по коридору. Остановившись возле нужной двери, я тяжело вздохнул и потянул на себя ручку. Оставалось лишь надеяться, что за дверью меня не ждёт Беркут со своими цепными псами — палачами для допроса и членовредительства.
За дверью я увидел маленький кабинет, плотно обставленный стеллажами с разнообразными книгами, картами, пробирками, мензурками и необычными диковинными приборами. Возле письменного стола стоял юноша с мягкими чертами лица, на вид лет двадцати. И лишь взгляд его мудрых глаз выдавал в нем тысячелетнего старца. Прислонив указательный палец к губам, он с любопытством рассматривал картину на стене: бушующее штормовое море, гром и молнии, и огромные волны швыряют, словно щепку, маленький кораблик, который все же продолжает свою неравную борьбу с буйством стихии.
— Ты удивлён, Странник? — произнёс юноша тихим мягким голосом, не отрывая глаз от картины. — После всего, что с тобой произошло за последние несколько дней, ты должен был уже перестать удивляться. — Юноша посмотрел на меня, и на лице его появилась тень улыбки. — Не пытайся контролировать стремительный поток, Странник! Отдайся ему, позволь нести себя, и, в нужный момент, будь готов сделать рывок. Только так ты окажешься на гребне волны! Разве не этому я тебя учил?
Я был поражен. Я был шокирован, вот уж кого я точно не ожидал увидеть. Он был тут, конечно же живой и невредимый, конечно же он знал обо всем, что со мной произошло, как он знал обо всем на свете. Наш легендарный лидер. Я был так рад его видеть, что невольно улыбнулся.
— Прошу меня простить за то, что не усвоил урок, — произнёс я уже с серьёзным лицом, взяв себя в руки, после чего отвесил небольшой поклон в знак уважения. — Очень рад видеть тебя в добром здравии, Великий Мастер!
"Балы — потрясающе интересное мероприятие. Попав туда, вы получаете возможность не только потанцевать, но так же — и посплетничать, поесть всяких вкусностей, завязать интрижку. При должном везении вы даже можете всерьез обустроить свою личную жизнь — встретить на балу свою вторую половинку, а при еще большем везении — стать свидетелем или даже участником заговора, дуэли или просто какого-то хладнокровного смертоубийства".
— И этот пацан и есть тот самый легендарный Великий Мастер, основатель нашей фракции? Я думал, он выглядит постарше, — произнёс невысокий черноволосый парень, стоявший недалеко от меня.
— А я думала, он повыше, — добавила блондинка рядом со мной.
— И не так придурковато выглядит. Нет, это точно не он, это ведь какой-то нелепый розыгрыш? Или может быть, очередное испытания для нас, не? Какая-то проверка? Так ведь уже бывало, — бубнил себе под нос высокий парень, его я тоже не знал.
— А его наряд, что за безвкусица? Нет, это не может быть Великий Мастер, не верю, что такой могущественный маг совершенно не имеет стиля, — холодным тоном произнесла девушка рядом, изучая пронзительным взглядом молодого парня, что стоял на невысокой сцене впереди.
Я осмотрел зал. Десятки студентов, что уже имели за спиной первый квартал обучения в Академии, со смесью интереса, удивления и легкого замешательства смотрели на небольшую сцену в центре зала и на мага, стоявшего на ней. Они шушукались, перешептывались, с недоумением оглядывались по сторонам, надеясь увидеть хоть тень понимания в чужих глазах, но видели лишь ту самую растерянность. В другом конце зала стояла довольно большая группа магов. Более разношерстную компанию трудно представить: старики и молодые, толстые и тощие, мужчины и женщины. А их внешний вид? Смокинги и кожаные куртки, цилиндры и косухи, фраки и мантии, арабские тюрбаны, дреды, сверкающие лысины, длинные хвосты волос и короткие стрижки, татуировки, пирсинги, длинные плащи, бальные фраки, волшебные мантии, короткие юбки, остроконечные старинные туфли и даже шлепанцы. В общем, это были маги Хаоса во всей своей ненормальной красе. И добавить к этому, пожалуй, больше нечего, этим и так все сказано.
Стоит рассказать про зал, где проходила церемония. Стены уходят вверх во тьму, потолка не видно, может его попросту не существует, а может он находится в другом измерении. Зал освещают огненные сферы разных размеров, что — то зависают на одном месте, то как угорелые носятся над магами. Вдоль холодных каменных стен расставлены столы с разнообразными яствами и напитками, а посередине на маленькой сцене стоит какой-то парень в потертых черных джинсах, помятой белоснежной футболке и глуповато улыбается собравшимся студентам, среди которых нахожусь и я. То, что он босиком, делает его вид ещё более нелепым. Он проводит рукой по растрепанным волосам и говорит:
— Ну… это… я как бы и есть создатель и лидер школы Хаоса. У меня десятки разных имен. Но так уж сложилось, что меня чаще всего называют Мастер. Это… типа рад вас всех приветствовать на Квартальном Бале Новичков, — произнёс парнишка со скучающим видом и почесал одной ногой другую.
Что здесь происходит? А здесь происходит этот самый Квартальный Бал. Специальная торжественная церемония, которая проводится для всех новичков, что, как уже можно было догадаться, окончили свой первый учебный квартал. На церемонию приглашались Потенциалы, что уже проучились в Академии около трех месяцев (те самые растерянные студенты) и их наставники (та пестрая разношерстная компания магов, которую я уже вкратце описывал). И по традиции, своей вступительной речью бал открывает Великий Мастер (а это тот странный парень на сцене?! вы серьёзно?!). В общем, вечеринка обещает быть такой же оригинальной, как и все в этой странной Академии.
Кстати о бале. Как я уже говорил, мы, студенты, были, мягко говоря, удивлены всему происходящему. А вот наставники, напротив, вели себя тихо, ничему не удивлялись и, казалось, даже немного скучали. И как это все понимать? Неужели этот парнишка на сцене и есть знаменитый Великий Мастер, могущественный маг, один из Двенадцати, создатель фракции Хаоса? Или же это очередная проверка? Какое-то испытание? Возможно отборочное, неужели провалившихся выгонят? Надеюсь, я зря паникую. Это все мой дурацкий страх, что меня выгонят из Академии, сотрут память и вернут в мою прежнюю жизнь, которая мне теперь казалась невероятно унылой и бессмысленной.
— В общем, на этом моменте, я обычно толкаю вступительную речь про то, как я рад вас всех видеть, как хорошо, что вы вступили в ряды нашей школы, какие приключения вас ждут, ну и прочая банальная муть, — сказал, улыбаясь, парень на сцене, — но сегодня я по правде говоря дико устал, тот ещё выдался денёк, так что мне как-то не по тяге рассыпаться в приторных учтивостях, по этому, вы давайте тут сами, а у меня дела, будь они не ладны. Когда же мне дадут выспаться? В общем, всем удачки, оттянитесь тут без меня. Покедова! — Парень на сцене как-то неопределенно махнул рукой и тут же исчез, как сквозь землю провалился.
По залу прокатился возмущенный рокот, правда, только среди студентов, маги — наставники оставались беспристрастны. А вот толпа студентов бурлила и не думала затихать. Кто-то шептался, кто-то ругался, кто-то высматривал своего наставника, ища поддержку и какие-то объяснения. Я лишь подумал о том, что наш лидер редкостный придурок, если это, конечно, был он, а не очередная подстава. А ещё я подумал, что меня ждёт очень скучная тусовка, которая лишь вначале обещала быть интересной. Жаль, нет с собой какого-то электронного гаджета, в который можно было бы по традиции пялиться весь вечер, намекая всем окружающим, что они мне не сильно интересны, и что меня лучше не беспокоить.
Я боялся, что на вечеринке будет играть какая-то современная бьющая по барабанным перепонкам клубная музыка, под которую так любят дергаться, словно в эпилептическом припадке, некоторые мои ровесники, называя это действо отдыхом, досугом или весельем. Мне, если честно, жалко людей, которым ради веселья нужно собираться в специально отведенных для этого местах, которые не могут веселиться где захотят и когда захотят. К моей немалой радости и облегчению, по залу начала разливаться спокойная мягкая мелодия, которую виртуозно играл какой-то невидимый, а возможно и несуществующий оркестр. Я закрыл глаза, и перед мои взором предстал холодный кристально — чистый ручей, я окунаюсь в него и чуствую, как прохлада наполняет меня, как, бодрящая и освежающая, она разливается по моему телу, успокаивает и уносит далеко отсюда, к всепоглощающему любимому одиночеству…
— Странник?! — произнёс тихий голос у меня за спиной, — ведь так тебя зовут?
Вот же чёрт, так хорошо все начиналось. Нет меня, нету! Оставьте меня в покое! Холодный кристально — чистый ручей…
— Странник! — так же тихо, но настойчиво прозвучал голос за спиной.
Я мысленно выругался, но все-таки повернулся и выдавил из себя подобие приветливой вежливой улыбки, почти похожей на искреннюю. Передо мной стояла очаровательная девушка в элегантном черно — белом платье, что изящно облегало ее стройную фигурку. Что ж, может вечер и не будет таким ужасным.
— Прости, я тебя знаю? — спросил я у девушки.
— Думаю, нет! — ответила девушка нежным и мягким, словно бархат, голосом. — Но ты и себя-то толком не знаешь, так что стоит ли из-за такого беспокоиться. Я хочу пригласить тебя на танец.
Я с немалым удивлением посмотрел на девушку. На танец? Я осмотрел зал, и увидел, что с десяток пар действительно танцевали, в то время, когда остальные гости были очень увлечены едой и напитками, ну или делали вид, что увлечены. И с чего эта странная девушка решила пригласить именно меня? Ведь я всем своим видом пытался показать, что я унылый зануда, которого не надо трогать и лучше оставить самого. Это казалось мне странным, но девушка заинтриговала меня, и хоть я не любил, да и совершенно не умел танцевать, я не смог ей отказать.
— Пожалуй, я соглашусь, — я даже снова выдавил из себя улыбку, уже более похожую на искреннюю, и подошёл ближе к девушке, от неё приятно пахло, и вообще она казалась довольно милой, хоть и жутко печальной, — но должен признаться, я ужасно неуклюж в танце.
— Это ничего, — ответила девушка и тоже улыбнулась, тоже не слишком убедительно имитируя искренность, — я потренирую тебя.
И не успел я опомниться, как мы уже были посреди зала, одна моя рука сжимала ее руку, а вторая лежала на ее талии.
Движения у меня получались жутко неловкими, из-за чего я нервничал и делал ещё больше ошибок. Девушка же, напротив, была крайне подвижна, пластична и грациозна, её движения были плавными и мягкими, они выдавали немалый танцевальный опыт мой партнерши. Затянувшаяся тишина казалась мне крайне неловкой, ещё более неловкой, чем моя неуклюжесть. И я решил попробовать завязать хоть какой-то разговор.
— Ты не сказала — как тебя зовут.
— А это важно? — спросила девушка томным голосом, прижавшись ко мне ещё ближе, так, что даже через одежду я чувствовал жар ее горячего тела.
— Как тебе бал? — спросил я, надеясь придать своему голосу оттенок уверенности и небрежности, чтобы не выдать своей неловкости и нарастающего возбуждения. — Как тебе наш Великий Мастер?
При упоминании о последнем девушка поморщилась, моя левая рука даже почувствовала, как напряглось все ее тело. Но продлилось это не долго, и уже через миг девушка вернула себе самообладание.
— Редкостный придурок, как по мне, — ответила она спокойно, — да и бал просто скукотища.
— И ты почему-то подумала, что танец со мной спасёт тебя от скуки? — улыбнулся я уже искренне.
— Нет, не в том дело. Я просто хочу понять — почему именно ты, Странник! Что в тебе такого особенного?
Я с удивлением уставился на девушку, чьи изумрудные глаза с редкой проницательностью всматривались, казалось, в самую мою душу.
— Прости, что? — спросил я после недолгого зависания.
— Нет, это ты меня прости, — ответила девушка с какой-то лёгкой грустью. — Ты кажешься неплохим парнем, но мы не можем так рисковать. Извини, ничего личного.
Не успел я спросить хоть что-то, как нечто острое кольнуло меня в руку. На периферии зрения, я увидел, как в руке девушки сверкнула маленькая иголка, торчащая из перстня на ее указательном пальце. Девушка буквально выпорхнула из моих объятий, а я почувствовал, как что-то горячее разливается по моему телу от места укола, и тело тут же деревянеет. Уже через несколько мгновений меня полностью парализовало, я не мог пошевелить ни одним суставом. И Сила во мне, она иссякла, хотя, неподвижный, я бы все равно не смог использовать магию.
В зале тут же стало тёмно и тихо. Тьма была настолько непроглядной, что я не видел совершенно ничего. И эта давящая звенящая тишина. Может я потерял сознание? Но тогда как я думаю?
— Это он? — спросил мужской голос где-то впереди меня.
— Да, — я узнал голос моей партнерши по танцу, — ошибки быть не может.
— Тебе удалось узнать, что в нем особенного? Почему Он выбрал именно его? — прозвучал из темноты другой мужской голос.
Кто он? Меня выбрал? Про что они вообще говорят? А главное, кто они и что им от меня нужно? Я лихорадочно пытался собрать в голове хоть какие-то мысли, но они словно маленькие напуганные тараканы разбегались по углам моего сознания.
— Нет, — прозвучал из темноты ответ моей новой знакомой. — Я просканировала все: ауру, энергетический потенциал, способности к освоению Теневого Мира, интеллект, когнитивные способности, аналитические способности, предрасположенность к эмпатии и многое, многое другое. Ничего особенного не нашла! Абсолютно все его показатели в пределах нормы, и лишь некоторые чуть превышают её, хотя другие — даже ниже нормы. — Девушка на несколько мгновений замолчала, а потом продолжила уже с отчаяньем в голосе. — В нем нет ничего уникального. Я не знаю, почему Он выбрал именно его.
— Ты могла ошибиться? — прозвучал из темноты ещё один мужской голос. Да сколько же их там. — Могла упустить важную деталь?
— Нет, — ответил незнакомый женский голос, — она один из лучших наших "сенсоров", она не ошибается.
— Значит мы в тупике? Мы ничего не добились! Тогда нужно хотя бы прикончить этого ублюдка, пока он ещё ничего толком не умеет, — произнёс еще один мужской голос.
— Нет, — властно отрезал первый голос, который, видимо, принадлежал лидеру этой странной группы. — Пока не узнаем, как Они их выбирают. Я уверен, что именно критерий отбора — ключ к ответам на многие вопросы.
— Что?! — уже чуть ли не завопил второй мужчина. — Ты разве забыл, сколько наших полегло в прошлый раз, пока мы уничтожили такого же. А он ведь ещё даже не был на пике Силы. Нужно, задавить змееныша, пока он ещё слаб, пока он не стал серьезной угрозой.
— НЕТ, — уже рявкнул в ответ предполагаемый лидер группы, — братья и сёстры, я запрещаю вам трогать его до тех пор, пока мы не поймем основного критерия отбора. Иначе мы снова надолго потеряем возможность разгадать тайну наших врагов. А теперь, сестра, сотрите его память и уходим.
— Рада служить, — все тем же тихим и печальным голосом произнесла девушка.
Через миг я почувствовал, как будто что-то горячее прикоснулось к моей голове, словно невидимые раскаленные клешни ухватились за мой мозг. Возможно, я бы завопил от боли, если бы не был парализован. Боль становилась все сильнее, моё сознание будто тонуло в необъятном океане агонии. Все это длилось несколько мучительных мгновений, минут, часов, вечность. Трудно было сказать наверняка. Как вдруг я услышал какой-то шум, он прорывался через эту неестественную звенящую тишину где-то издалека. И свет, он начал тонкими лучиками пробиваться сквозь окружающую тьму.
— Нас атакуют снаружи, я не смогу долго держать "купол", — произнёс один из голосов.
— Но кто это может быть? Ведь мы зачистили весь этаж, операция должна была пройти гладко.
— Жнецы!
— Но их не должно быть в замке, — в голосе мужчины слышались злость и раздражение.
— И все же, как видишь, они здесь! — произнёс предполагаемый лидер группы.
Во все более проясняющихся сумерках я разглядел силуэты напавших на меня магов. Их было десять. Четыре женщини, и шесть мужчин. Все, кроме девушки с которой я танцевал, были одеты в длинные черные мантии, украшенные узорами в виде синих скорпионов. Их лица скрывали жуткие деревянные маски, изображающие дикую смесь эмоций, вроде отчаянья, агонии, злобы, страха, ужаса и ненависти.
Мы находились внутри небольшого полупрозрачного купола, который снаружи кто-то атаковал мощными энергетическими ударами. Купол сотрясался, а после нескольких таких ударов по нему пробежали первые трещины. Я понял, что долго он не продержится.
— Уходим, — скомандовал лидер группы, — план дельта.
После этих слов двое из магов, не обращая внимания на атаки снаружи и полностью сосредоточившись на своём задании, начали плести сложное совместное заклинание. Все остальные приняли боевые стойки, активировали все свои артефакты, амулеты, колдовские посохи и прочие сложные магические побрякушки, после чего начали плести неизвестные мне сложные боевые заклинания.
Ещё несколько сокрушительных ударов, и купол рассыпался со звоном, характерным для битого стекла. Вокруг тут же началась возня, страшный шум и взрывы. Сквозь слёзы, навернувшиеся на глаза от яркого света, я смог разглядеть, что все маги в зале, как студенты, так и их наставники, лежат на полу в расслабленных позах. Я испугался, что все они мертвы, но через несколько мгновений некоторые начали понемногу двигаться. Видимо, их всех усыпили каким-то мощным заклятием, действие которого постепенно ослабевало. Моё же тело, все так же не хотело мне подчиняться.
По залу с головокружительной скоростью носилось несколько серых искрящихся вихрей. На миг, мне даже почудилось, что внутри вращающихся по спирали завитков, я вижу очертания фигур, отдаленно напоминающих людей или диковинных животных. От этих вихрей исходил очень мощный поток энергии, я чувствовал огромный фон их Силы, которая заставляла буквально вибрировать все вокруг. Пока два мага, из числа нападавших на меня, продолжали плести свою сложную формулу, все остальные ударили по серым вихрям самыми изощренными заклятиями. Целые огненные паутины, дождь ледяных иголок, воздушные удары, десятки молний и многое такое, что я даже не мог толком рассмотреть и понять в силу своих еще скромных познаний в магии, особенно в боевой. Но, "серые вихри" легко уклонялись от атак, успевая швырять в ответ по нападающим еще более странными заклятьями. Ожесточенная перестрелка заклинаниями длилась, казалось, менее минуты, после чего вихри опустились на землю, прямо в гущу напавших на меня магов. Завязалась драка на таких скоростях, что я уже едва мог уловить суть происходящего. Взрывы, вспышки света, снопы искр, воздух снова завибрировал от огромного количества Силы. Меня удивило, как "серые вихри" легко превращались в огромных кошек, медведей, волков, удавов, змей и даже гигантских пауков. Они легко меняли форму почти каждое мгновение, преподнося своим противникам все более необычные и опасные сюрпризы. Но, напавшие на меня маги были, судя по всему, тоже крайне могущественными и очень опытными. Они ловко сдерживали атаки своих противников, и даже умудрялись контратаковать этих странных быстро меняющих форму созданий. И все же они пятились, понемногу отступая под безумным натиском. Вдруг один из магов, пропустил атаку, и упал замертво. Его тело тут же охватило пламя и за мгновение, вместо трупа на земле лежала кучка пепла. "Серые вихри", возможно воодушевленные успехом, только усилили напор. Напавшие на меня маги в черных мантиях продолжали пятиться назад. Защитные артефакты и амулеты, которых у них было огромное множество, "перегорали" один за другим, рассыпаясь от атак этих внезапно подоспевших меняющих форму существ. Было очевидно, что поражение напавших на меня магов неизбежно, это лишь вопрос времени, причем — скорого времени.
Вдруг, девушка, что ещё недавно танцевала со мной, вышла вперед, в самую гущу сражения, вскинула руки вверх и зашептала непонятные формулы. Вокруг неё стала скапливаться какая-то очень тёмная и деструктивная энергия, природа которой была для меня непонятна. Я лишь чувствовал, что она — сущая тьма, и несет громадное разрушение. "Серые вихри" переключили свои атаки на неё, но множество защитных сфер, амулетов и артефактов защищали магичку, в то время, как я даже без опыта и с минимумом знаний в магии, мог почувствовать насколько ужасающе разрушительна сила ее заклятия. "Серые вихри" превратились в человеческие фигуры, одетые в серые костюмы и изящные серебристые доспехи. Они синхронно вскинули руки вверх, направив их открытыми ладонями на девушку, и зашептали какие-то формулы. Я уже видел похожее в одной из книг, заклинание запечатывания. Я чувствовал, что сила моёй недавней партнерши по танцу начала идти на спад, все быстрее и быстрее. В это время два вражеских мага закончили своё сложное заклинание, замысловатый портал, и посреди зала появилась сфера из серебристой дымки, не менее нескольких метров в диаметре. И пока девушка отвлекала внимание гостей в сером, напавшие на меня маги быстро, один за другим, нырнул в портал. Увидев, что её друзья спаслись, девушка опустила руки, перестав творить своё сложное заклинание. Она посмотрела на меня, и наши глаза встретились. И девушка улыбнулась, такой печальной, такой грустной улыбкой. И в мгновенье ока, пламя охватило её. Мне захотелось кричать, но мои мышцы, что лишь начали обретать подвижность, все равно не позволили бы этого сделать. Девушка пылала всего несколько мгновений, но для меня они стали вечностью. Глаза её блестели от слез, а лицо сморщилось от гримасы страдания. Даже этой храброй колдунье было страшно и больно умирать, мучительно сгорая заживо в огне. Я бы с радостью отвел взгляд, чтобы не видеть этого, но не мог. Мой взор словно прилип к этой зловещей картине. Языки пламени безжалостно поглощали молодое красивое тело. И уже через несколько мгновений на полу бального зала, на месте где стояла девушка, лежала лишь груда пепла.
Прибывшие маги в серых одеждах и серебряных доспехах, медленно подошли к останкам побежденной магички, их беспристрастные лица не выражали никаких эмоций.
— Самосожжение, слишком претенциозно и эпатажно, — фыркнула одна из магичек.
— Как они проникли сюда? — спросил маг. — Здесь же было множество охраны.
— Охранные заклятия были отключены изнутри, у проникших в замок явно были сообщники. И, как и в прошлый раз, многие из них помогали им не по своей воле. Я обнаружила следы сильных заклинаний подчинения на многих магах Хаоса. Даже их ментальные барьеры не выдержали. По этому магов превратили в послушных марионеток. — Отрапортовала одна из женщин в доспехах.
— Прилегающие к залу коридоры патрулировали две небольших группы магов: отряд стражи Академии и армейский отряд. Солдат усыпили, а вот стражам повезло меньше. Все мертвы. Уничтожены быстро и элегантно, никаких следов насилия, борьбы и сопротивления. Их словно внезапно обесточили, вынули из них батарейки, потушили искру жизни, не знаю как ещё и назвать, — отрапортовал ещё один член этого странного отряда.
— Неужели они вернулись, — задумчиво произнёс маг, бывший, видимо, главой отряда. Именно ему все докладывали обстановку. — Но, они не появлялись почти сотню лет. — Он задумчиво потер подбородок. — И мы снова оказались не готовы. Хорошо, что наш отряд был поблизости, кто знает, чем бы все закончилось в ином случае.
— И они снова не оставляют следов, — сказала девушка, подойдя к кучке пепла, что была недавно живым магом, зачерпнула его рукой и растерла пальцами. Потом она поднесла пепел к носу и понюхала, а после, даже аккуратно лизнула. — Ничего. Никаких зацепок.
— По крайней мере, мы знаем зачем, а точнее за кем приходили фанатики. И на этот раз, нам удалось сохранить жизнь объекта, — после этих слов все семеро посмотрели на меня, изучая своими холодными взглядами, полными интереса анатома, готового препарировать необычную зверюшку.
Я же вообще не понимал, что тут происходит и как мне реагировать. Вдруг из толпы магов — наставников, ещё не совсем очухавшихся после атаки, бодрым шагом вышел мой учитель, и направился к нам.
Он поздоровался с магами в серебристо — сером, мне показалось, что они давно знают друг друга, хоть маги и смотрели на моего учителя, как мне показалось, с долей презрения.
— Что здесь происходит? — спросил наставник. В начале ему никто не ответил, и повисла недолгая пауза.
— Орден снова активизировался. Они приходили за твоим учеником, — ответил предполагаемый глава этого странного отряда.
Эти слова явно удивили наставника, снова повисла пауза.
— Вы уверены, что это были они? — спросил Керамбит, скорее для того, чтобы прервать паузу.
— Да, — ответила одна из женщин, — их методы, их стиль — ошибки быть не может. Я обнаружила две группы наших магов, обе были нейтрализованы, одна из них истреблена, виртуозно и безжалостно, без всяких следов насилия. Потом они усыпили всех в этом зале. Да и стиль их боя подтверждает гипотезу. Почерк Ордена Безликих!
— Я должен увести его отсюда, — сказал Керамбит, глядя на меня.
Снова повисла пауза, после чего лидер группы ответил:
— Думаю, это неплохая идея. Забери его в любое защищенное и людное место, например в Храм Тысячи Религий. А мы пока прочешем окрестности в поисках хоть каких-то улик, хоть я почти уверен, что мы ничего не найдём.
— Хорошо, за мной Странник, — сказал мой наставник и отправился к выходу из зала. Я с удивлением заметил, что моё тело снова слушается меня. Ещё раз пробежав взглядом по странным магам в доспехах, я обернулся и пошёл в след за учителем.
Несколько лестниц, коридоров, пролеты, снова лестницы, ворота Академии — и вот мы в городе. Я послушно брел за своим наставником, думая о красивой интересной девушке, что сгорела заживо у меня на глазах, о напавших на меня магах в черных мантиях с синими скорпионами, и наконец, о тех величественных могущественных магах в серых костюмах и серебряных доспехах, что спасли меня. По дороге мы не обменялись ни словом. Я впервые был в городе, но произошедшие только что события произвели на меня такое впечатление, что мне было не до его архитектурных изысков и красот.
И вот мы подошли к Храму Тысячи Религий. Огромное здание, с сотнями разнообразных башень, пики которых украшали символы разных религий. Мы вошли внутрь через ворота.
— Это и есть одно из самых безопасных мест в городе? — спросил я, рассматривая храм изнутри. Каждой религии здесь была посвящёна отдельная башня, наполненная сакральными символами, важными для тех, кто исповедовал эту религию.
— Да, — ответил учитель, — здесь всегда людно и этот храм охраняют очень специфические заклинания. Проще говоря, можно сказать, что храм защищают все боги, представленные здесь. Тут и поговорим, у тебя ведь наверняка много вопросов.
— Кто те странные личности в серых одеждах и серебряных доспехах? Те, что спасли меня?
Учитель посмотрел на меня с удивлением:
— Я думал, тебя больше заинтересуют те, кто пытался тебя убить.
А ведь действительно, это было бы логичным. Но, те — то ли маги, то ли волшебные рыцари в сияющих доспехах покорили моё сердце. Как и любой юнец, я трепетал перед силой, ловкостью и бесстрашием могущественных воинов.
— Ну, — неуверенно начал я, — и это тоже мне интересно, но расскажи сначала о магах в серых одеяниях.
— Что ж, — вздохнул Керамбит, — эти ребята — члены Ордена Сумеречных Жнецов. Это специальное элитное подразделение универсальных войск, пригодных для выполнения всех типов заданий. Существует семь отрядов Жнецов, их ещё называют Семью Дланями Разрушения. В состав каждой Длани входит семь Жнецов, каждый из которых имеет особую специализацию. Кроме этого, есть ещё лидер Жнецов, носящий титул Владыки Жнеца. Таким образом — суммарное число Жнецов — пятьдесят. Эта цифра не изменена, если один из Жнецов погибает, что бывает не так часто, его место занимает специально натренированный ученик. Жнецы, это не просто военный отряд или силовая структура, это старинный орден на службе у школы Хаоса. Они хранят множество древних тайн, и придерживаются сложных кодексов, выполняют замысловатые ритуалы и следуют своим принципам. Все Жнецы подчиняются Владыке Жнецу, а тот в свою очередь — Великому Мастеру и Совету Старейшин, никто другой им не указ. Сумеречные Жнецы — один из сильнейших козырей в колоде Хаоса.
— А та их сила? — спросил я, восхищенный таинственными могущественными воинами, — они носились по бальному залу сверкающими искращимися вихрями, и использовали какую-то необычную магию, а ещё превращались в разных животных…
— Жнецы умеют использовать магию сумерек в реальном мире, они проходят через длительные и утомительные тренировки в Сумеречном Мире, в частности тренировки на разных кругах ада. Ко всему, они ещё и учатся растворению в чистом Хаосе, где они отказываются от своего эго. Это и позволяет им так легко менять формы. Они не люди, не маги, не демоны. Они все и ничто, они Сумеречные Жнецы, лучшие воины в нашей фракции, а может и во всем мире.
— Потрясающе, — задумчиво протянул я. Эти ребята в сверкающих доспехах напрочь вытеснили из моей головы все остальные мысли и ужасающие события, что только что произошли со мной. — Мне показалось, что ты был хорошо знаком с ними.
— Да, — ответил, почему-то смутившись, мой наставник. — Я… Я когда-то мог стать одним из них…
— Ты? — мой учитель не переставал меня удивлять, — но почему не стал?
— Последнее испытание, я его не прошел!
— И что это было за испытание, — поинтересовался я, — если не секрет?
— Убить дорого тебе человека, — резко отрезал Керамбит. — Я отказался!
— Все не так радужно и романтично, как кажется, — продолжил мой наставник, увидев мою растерянность. — Сумеречные Жнецы — это бессердечные убийцы и безжалостные воины, и уж никак не благородные рыцари. Такими их создают, и хватит об этом. Давай лучше поговорим о твоих врагах, эта информация будет полезней для твоего выживания.
Я вспомнил о могущественных магах в чёрных мантиях, что так ловко проникли в самое сердце Академии, нейтрализовали всех магов в округе, да и ещё достаточно долго и уверенно противостояли Жнецам.
— Давай поговорим, — задумчиво произнес я.
— Те маги, что напали на тебя, принадлежат к древней могущественной организации, часто именуемой как Орден Безликих (хотя известны и другие названия). Доступной информации об этой организации крайне мало. Известно лишь, что Орден состоит из магов — отступников всех школ и имеет верных шпионов в рядах каждой фракции. Структурой организация во многом похожа на секту, ее члены именуют себя братьями и сестрами и всегда фанатично и преданно следуют своим идеалам. Эти ребята настолько ловкие, что не оставляют никаких зацепок и улик. Если член ордена терпит поражение, то он уничтожает себя, вместе с телом, ты уже видел сегодня. Никого из этих фанатиков ещё не удалось взять в плен живым.
— Но какие цели они преследуют и почему приходили за мной?
— Никто не знает, какие цели преследует Орден, — ответил наставник, — но известно, что члены организации считают своими врагами всех Великих Мастеров.
— Великих Мастеров?! Но я-то тут причем?
Учитель посмотрел на меня с любопытством, и взгляд мне его совсем не нравился. Он смотрел на меня, как на потенциального покойника.
— Знаешь, — начал Керамбит, — все маги время от времени берут себе учеников, это часть нашего духовного пути. Даже Великие Мастера! Ученики Мастеров, пройдя обучение, получают титул Подмастерья. Вот на них-то и охотятся члены Ордена Безликих. Почти сотню лет назад они уже приходили, тогда нам повезло меньше. — Наставник опустил голову, — молодая девушка, ученица Великого Мастера была убита ими. А теперь…
— Они пришли за мной, — продолжил я.
Вдруг рядом раздался хлопок, и сверкнула ослепительная вспышка света. Мой наставник тут же встал в боевую стойку и приготовился к бою. Из вспышки появилась фигура в сером костюме и серебристых доспехах. Сумеречный Жнец.
— У меня дело к тебе, — ледяным голосом произнесла девушка — Жнец.
— Слушаю, — ответил мой наставник с таким же холодом в голосе.
— Не к тебе, — ответила Жнец, — к нему, — и она указала пальцем на меня. — Поторопись, Великий Мастер не любит ждать!
Вы любите пафосные сцены на крышах? Нет, вы любите их так, как их люблю я? С героями, волосы и плащи которых развиваются на ветру, с очень патетическими речами, со всей этой эпичностью момента? Нет? Ну, так и не заливайте мне, что это старо, не оригинально и шаблон. Не нравится — не читайте, я не заставляю. Но крыши и пафос в моих произведениях будут всегда".
"— Но почему я? Почему тогда, шесть лет назад, ты выбрал именно меня своим учеником? — выпалил я вопрос, который давно не давал мне покоя, и от ответа на который, учитель уже не раз увиливал. Нет, сейчас я твёрдо решил не отступать, пока не получу желаемых разъяснений.
Мастер смотрел на город, его как всегда растрепанные волосы развивались от сильного ветра, создавая на голове еще больший кавардак, чем обычно, а лицо оставалось беспристрастным, он как будто и не замечал моего присутствия. Он был одет в излюбленные потертые черные джинсы и слегка мятую, но сияющую ослепительной белизной футболку. Мастер никогда не гонялся за модой и не тратил своё бесценное время на создания имиджа или стиля. Попросту говоря, он считал, что одно из самых неблагодарных занятий, это терять кучу времени и сил, создавая какой-то образ себя в чужих головах. "Люди, маги, они все равно будут воспринимать тебя так, как хочется им, а не тебе", — говорил он. Он говорил: "Поверь мне, чем более эпатажен и сложен внешний стиль и наряд человека, тем более он пустышка внутри. Изящество в простоте", — часто напоминал он. И я ему верил, как верил всегда и во всем.
— Лидер магов Хаоса в самом сердце дома Господнего, здесь в Ватикане, — ответил Мастер после немного затянувшейся паузы, указал рукой на город и улыбнулся, — мне кажется это забавным, а тебе?
Я ничего не ответил, лишь, ожидая ответа, уставился на учителя самым суровым взглядом, на который был способен.
— Ах, какое нетерпеливое поколение, что за нравы у современных магов Хаоса, — несколько картинно сокрушался Мастер. Странно было слышать такую фразу от юноши, которому на вид не было ещё и двадцати лет. Но видимая молодость моего учителя была лишь иллюзией. Внешность обманчива. За юным телом скрывалась очень древняя душа, и лишь глаза, ее зеркало, выдавали правду.
— Мой ученик, — менторским тоном произнёс Мастер, — ты стал сильнее, стал уверенным в себе, решительным, и даже более дерзким, но в одном ты, увы, не изменился. Я устал тебе говорить, что ты не будешь получать нужные ответы, если не научишься задавать правильные вопросы. Твой рот открывается и с губ слетает "почему я?". Но в разуме и сердце своём ты вопрошаешь: "Чем я лучше других, что ты выбрал меня? В чем моё превосходство?" И это твоя проблема, то, что может погубить тебя, так же как сгубило многих моих учеников до тебя, и учеников других Мастеров.
— Я не считаю себя лучше других! — огрызнулся я, меня оскорбило и удивило такое заявление Мастера.
— Ложь! Ты можешь врать другим, но не ври себе, это непозволительная для тебя роскошь! — учитель повернулся ко мне, и его пронзительный ледяной взгляд заглянул в самую мою душу. Выдержать это было невозможно. Я отвел взгляд и посмотрел на город. После небольшой паузы я попытался перевести тему разговора.
— Ты говорил, что большинство Подмастерьев мертвы.
— Да, их сгубила их гордыня, она сделала их хрупкими, уязвимыми и в конечном итоге — сломала. Большинство из них погибли по причине переоценки своих сил.
Взгляд Мастера немного смягчился, и он снова повернулся в сторону города. В разговоре наступила очередная пауза, а это означало, что мой учитель не намерен давать ещё какую-то информацию об учениках Мастеров. Но я не собирался так просто отступать, слишком уж много накопилось вопросов, взывающих к ответам.
— А те, кто выжил, Подмастерья, я бы мог с ними повидаться?
— Надеюсь, ты никогда их не увидишь! — ответил Мастер. — Это для твоего же блага, они опасны для тебя.
— Почему? — удивился я.
— Из-за войны магов, разумеется. Ученики других Мастеров — твои враги. А ты пока самый слабый из ныне живущих Подмастерьев. Что же касается моих учеников, — опередил Мастер мой вопрос, — то все они, увы, мертвы.
При упоминании об умерших учениках, в голосе наставника прозвучала невероятная грусть, даже, как мне на миг показалось, с нотками отчаянья. Такое было впервые, и я не стал расспрашивать, хоть и очень хотел знать подробности. Особенно если учесть, что такая высокая смертность среди учеников Мастеров, теперь касалась меня непосредственно.
— Насчет того, почему я выбрал в ученики именно тебя, — сказал Мастер и внимательно посмотрел на меня своим изучающим взглядом, а я, кажется, целиком превратился в слух, боясь пропустить хоть слово, — не потому, что ты в чем-то лучше остальных, просто, ты другой, есть кое-что, отличающее тебя от большинства. На первый взгляд совсем незначительная, но на самом деле — очень важная деталь. А понять что это, будет частью твоего обучения! Ты сам должен догадаться, о чем я говорю! И ты поймёшь, со временем!
Мое разочарование было трудно передать. Снова загадки, и снова никаких конкретных ответов.
Великий Мастер все так же смотрел на город, и странно улыбался. Кто знает, что за мысли роятся в голове этого необычного существа. Вдруг, он резко повернулся ко мне, и чуть ли не на одном дыхании отчеканил:
— Не впадай в гордыню, она порождает одержимость совершенством, которое всегда есть лишь недостижимая иллюзия. И каждый раз осознание недосягаемости безупречности будет, словно ударом мокрого хлыста по твоему самолюбию, и горечь одного поражения не даст упиться сладостью сотни побед. Ты — маг Хаоса, ты орудуешь иллюзиями, но не должен жить в них. Ты и червь и полубог, ты и шут и король, ты все и ничто. Ты сосуд для Хаоса. Отпусти себя, дай Хаосу наполнить тебя и создай себе форму, угодную твоей воле. Не важно — кто ты есть и кем ты был, важно — кем ты хочешь стать. И важно то, что ты веришь в достижимость этого. Так определяется твоя текущая реальность!
Я стоял, мягко говоря, в лёгкой растерянности, пытаясь переварить услышанное.
— Но, сегодня я здесь не для того, что бы читать тебе нотации, — ага, пока ты только это и делаешь, подумал я, но, разумеется, ничего не сказал. — Я должен тебе кое-что показать. Но сначала твои вопросы, пока они не дают тебе покоя, ты не сможешь сосредоточиться. Спрашивай!
Я на миг застыл в растерянности, вопросов было так много, что я даже не знал с чего начать.
— Как ты потерял власть в нашей фракции? Ведь ты, считаешься, самым могущественным из нас! — выпалил я, сам удивляясь своей дерзости.
Мастер внимательно посмотрел на меня, кажется, даже его слегка удивила моя прямота. Ну, хоть как-то смог удивить этого повидавшего всякое многовекового старца.
— Беркут воспользовался моим доверием к нему, и подло сверг меня, с помощью очень мощного оружия. Но скоро я верну все на свои места.
— А ты совладаешь с ним, он больше не сможет использовать против тебя то оружие?
— Да, совладаю, нет, не сможет! — Незамедлительно ответил Мастер, неужели это нотки раздражения в его голосе? — Но это не те вопросы, которые ты хотел бы задать.
Он был как всегда прав, сейчас меня куда больше беспокоили собственные проблемы, чем проблемы школы и Мастера, как бы эгоистично это и ни было.
— Ты знаешь, кто натравил на меня валькирию? — при нашей встрече в подземном бункере я во всех подробностях рассказал учителю о произошедших со мной событиях. В прочем, почти обо всем, он на тот момент уже знал и так. Тогда Мастер сказал, что ему нужно подумать над этим, и пообещал мне, что даст мне все возможные ответы на мои вопросы позже, после чего отправил меня отдыхать. И вот, мы на крыше храма, посреди Ватикана, обсуждаем дела Хаоса и мои собственные проблемы. И я, надеюсь, наконец-то, прояснить для себя происходящее.
— Да, знаю, — сказал Мастер после недолгого промедления.
— И кто же? — быстро спросил я, дрожащим от нетерпения голосом, все ещё не веря, что хоть что-то в этом странном кавардаке событий наконец-то прояснится.
— Его зовут Владыка Теней. Впрочем, у него много имён. Из всех, кто мне известен, только ему под силу вытащить из самых глубин Сумеречного Мира такого опасного и могущественного демона, как валькирия, наделить его материальной оболочкой и натравить на кого-то в нашем мире.
— Владыка Теней?! Но кто он такой и зачем я ему понадобился? — полюбопытствовал я.
— Он — Великий Мастер, один из Двенадцати! — учитель ответил так, словно это было чем-то обыденным и само собой разумеющимся.
Но для меня эти слова были, словно ударом грома в ясном небе, значит, мой враг из Мира Теней никто иной, как — Великий Мастер, один из двенадцати самых могущественных, самых опасных и самых загадочных существ в этом мире. Вот так свезло.
— Когда-то он был одним из нас, пока мы ещё были единой командой, — продолжал тем временем Мастер, — но он сеял раздор и смуту между нами, и нам пришлось объединиться, чтобы уничтожить его. Он был гением, искусным мастером в работе с тенями, в Сумрачном Мире ему не было равных. И каким-то образом, ему удалось выжить после сокрушительного поражения, и сохранить свою волю. Сейчас он не жив и не мёртв, просто Тень, тень себя прежнего. Он почти не имеет собственной силы, по этому — послать ещё одну валькирию он сможет не скоро. Да и не привык он повторяться, так что если он взялся за тебя в серьез, то придумает нечто новое. В нашем мире тебе можно теперь еще долго его не опасаться, но в Мире Теней, он может обращать силу другого существа против него самого, там его талантам нет пределов. По этому, постарайся пока избегать прогулок в Мир Сумерек. Тебе очень повезло, что он не заметил твою недавнюю вылазку, попадись ты ему там, в его мире, ты бы уже здесь не стоял. Видимо, в момент твоего путешествия в "тени" кто-то отвлек его. Ты чертовски везуч!
Я вспомнил о путешествии в полный ужасов и диких кошмаров Мир Теней, и представил перед собой жуткого властелина этого мира, темнейшего и возможно, сильнейшего из всех Мастеров. По моему телу пробежала дрожь. Что ж, видимо не смотря на все те ужасы, что я там пережил, мне действительно ещё повезло.
— А то странное существо, что спасло меня? — спросил я, вспоминая ночную схватку на дороге, и как загадочное создание в капюшоне, у меня на глазах вмиг разорвало древнего могущественного демона.
Мастер закрыл глаза, и я на миг почувствовал, как будто что-то мягко прикоснулось к моему разуму, цепко охватило моё сознание. Учитель считывал мыслеобраз.
— О, ты уже можешь чувствовать моё ментальное прикосновение, — тихо произнёс он, — молодец, растешь.
— То существо, что спасло тебя — это не вампир и не демон. — Продолжил Мастер. — Оно искусственно создано в лаборатории. Какими-то очень темными и могущественными силами. Это существо ещё очень молодое и неопытное, но как ты сам видел, его мощь сокрушительна. Кто его создал? С какой целью? И почему оно пришло тебе на выручку? У меня пока нет ответов на эти вопросы. Но ты можешь и сам спросить у него, хотя судя по очертаниям фигуры, правильнее говорить у нее, при следующей встрече. Если, конечно, на этот раз твоя новая подружка придёт уже не по твою душу, — Мастер улыбался. Хорошо ему, древнему и могущественному, а мне вот, молодому и слабому, было совсем не до смеха. Угораздило же попасть в жестокую опасную игру таких великих сил.
— Ещё вопросы! — вырвал меня из раздумий спокойный голос Великого Мастера.
Я подумал о Бестии, о ее предательстве. Мой друг, моя напарница, моя бывшая любовница. Почему она так поступила? Мне было невероятно больно, я доверял ей больше, чем кому либо.
— Думаешь о своей подружке, той рыжей ведьмочке, — сказал Мастер, все ещё рассматривая город, всегда ненавидел, когда он так бесцеремонно читал мои мысли, — я же говорил тебе не привязываться, твой путь сложнее пути обычного мага. Чувства будут обузой.
— Я не… — хотел я возразить, но остановился, не понимая, что хочу сказать. Я лишь чувствовал боль, и не мог найти подходящих слов.
— Знаешь, если тебе от этого станет легче, то у неё не было выбора, — произнес учитель, видя мое состояние. — Ее дочь в заложниках у Беркута, и поэтому он может манипулировать ею, а через неё добраться и до тебя. Вот потому ты не должен привязываться, это слишком большая роскошь для Мастеров и их учеников. Просто, — учитель на миг замолчал, и взгляд его стал ещё более грустным, чем всегда, — ты однажды устанешь смотреть, как умирают все, кого ты любишь.
Почему-то в тот момент, я и не подумал о том, скольких потерял мой учитель. Я, как и всегда был занят только своими проблемами, и проблемами тех, кто мне дорог. Хотя видимо, и проблемы близких мне были далеки. Дочь! У Бестии была дочь!
— А ты этого не знал, — произнёс ровным, но таким безжалостным голосом Мастер. — Даже не удосужился разузнать!
— Но… как же Кодекс, что защищает всех наших родственников и близких из мира людей. Неужели, ее дочь…
— Инициированный маг, — закончил за меня Мастер, — и поэтому защита Кодекса на неё не распространяется.
Я был ошарашен и, мягко говоря, шокирован. Я ничего не знал. Я ничем не мог помочь. Я был так зол, на себя, на Беркута, на Бестию, на Мастера.
— Очисть сознание от злости и чувства вины! Сейчас ты должен быть собран. После будешь ломать голову, как помочь своей подружке.
Как не обидно, но учитель как всегда был прав. Самобичеваниями и слепой злобой делу не поможешь. Я должен получить ответы на свои вопросы, и хорошенько продумать, как действовать дальше. Хотя, я так и не смог успокоить свои нервы и чувства.
— Те друиды и шаманы, что напали на меня по пути в…
— Всего лишь кучка охотников за предметами Силы, ренегаты, покинувшие свою фракцию и уже никак не связанные со школой Природы. Тебе не стоит из-за этого беспокоиться. Пока ты ведешь охоту за камнями, что открывают путь в Твердыню Миров, на тебя, в свою очередь, будет вести охоту множество различных собирателей предметов Силы.
— О да, стоит ли беспокоиться, если на тебя охотятся полчища жаждущих могущества магов — отступников, такие пустяки, — ответил я, — знаешь, учитель, ты не очень-то хорошо умеешь успокаивать.
— Ну, уж как есть, — улыбнулся Мастер, — лучше горькая правда.
— Значит эти мои камушки — это предметы Силы? А много, вообще, их в нашем мире?
— Чего? Твоих "демонических кристаллов"? Всего четыре. Или ты о предметах Силы в целом? Их около десятка тысяч, — ответил Мастер, — но эта цифра постоянно меняется — создаются новые, а старые истощаются. Но, должен тебя предупредить, что охотников за этими вещицами так же великое множество. И у некоторых из них есть артефакты или врожденные способности, позволяющие чувствовать предметы Силы. Так, что время от времени, некоторые из этих охотников будут выходить на твой след. Как видишь, ты сам заинтересован в том, чтобы быстрее найти все камни и открыть Твердыню Миров.
— Эти кристаллы, — захотел я прояснить еще один давно интересующий меня момент, — я чувствую в них невероятную разрушительную силу, злобу, ненависть…
— Демоны, сидящие внутри них, проявляют свою темную сущность. Помни, они очень опасны и безжалостны, — объяснил Мастер.
— Но, почему камни защитили меня в бою?
— Демоны поделились своей силой. Они будут делать так и дальше, делиться силой и знаниями, они прельщают тебя, хотят сделать зависимым от их помощи. Ведь тогда они смогут поработить тебя и завладеть твоим телом, что для них куда более притягательный сосуд, чем кристаллы. Помни об этом! Их тёмная воля очень сильна, она может легко сокрушить тебя. Каждый раз, когда захочешь воспользоваться камнями, помни о том, что можешь стать игрушкой в когтистых лапах древних демонов.
— И мне никак не обойтись без помощи этих злобных существ? — спросил я. — Почему именно эти тёмные твари нужны для открытия врат Твердыни Миров?
— Все не так однозначно Странник. Не все в этом мире есть тем, чем кажется. Уж поверь мне! За свой долгий век я многое повидал. Я видел тёмных магов, спасающих жизни, и светлых, сжигающих людей заживо. Я видел справедливых демонов, и ангелов с руками по локти в крови, я видел честных воров и шлюх, и лживых подлых священников. Свет и Тьма, Хаос и Порядок, Жизнь и Смерть — все не так однозначно, Странник. Не всегда слушай свой разум. Он анализирует, расчленяет реальность на кусочки и поэтому упускает всю суть вещей. Разбери на мелкие иголки, изучи ты хоть каждую из них вдоль и поперёк, но ты так и не постигнешь красоту и величие гималайского кедра. Люди живут в рабстве штампов и ярлыков, которые они навешивают на все вокруг, пытаясь приручить этот мир, структурировать его, сделать понятным, безопасным и предсказуемым. Но, ты не человек, Странник! Ты маг! Тебе больше дано и с тебя больше спросится. Ты не можешь позволить себе блуждать в иллюзиях разума. Слушай душу, она видит вселенную напрямую, она подскажет, что есть что. И если эти свирепые демоны, запертые в камнях, в конечном итоге смогут послужить благим целям, то быть может это и не так плохо.
"Благими намерениями выставлена дорога в ад", — хотел сказать я, — но вместо этого лишь спросил:
— А зачем вообще так важно открывать эту башню? Ну, кроме того, что там я найду какие-то ответы? Что-то мне не верится, что весь этот сыр — бор ради просвещения одного неопытного мага.
— А вот здесь мы и подошли к самому интересному, — произнес мой учитель.
Мастер тут же, в мгновение ока, одним неуловимым движением, оказался рядом со мной, одну руку он положил мне на плечо, а другой указал на город.
— Что ты видишь? — спросил он меня.
— Город… — неуверенно, не понимая, что от меня хотят, произнёс я.
— Смотри лучше, чувствуй. Ты смотришь, но не видишь! — произнес Мастер и ощутимо сжал моё плечо.
Я закрыл глаза, расслабился, остановил поток мыслей и активировал более глубокий уровень Истинного Ока. Но я так и не увидел ничего необычного.
— Ты спишь, но должен пробудиться, — сказал Мастер, видя мои безрезультатные потуги.
Не успел я что-то возразить или предпринять, как его губы быстро, еле ощутимо скользнули по моим. Магия сказок мастеров. Вот только, я, как бы, не спящая красавица. Целовать меня было не обязательно.
— Эй, — возмутился я, — а без поцелуев никак нельзя было? Я как-то не по части парней выступаю, — возмутился я, вытирая губы тыльной стороной руки.
— Не ной, — сухо ответил Мастер, — лучше взгляни теперь, и осознай своё пробуждение.
Я посмотрел на город, но никаких изменений не почувствовал. Все те же уникальные и неповторимые храмы и церкви, которые уже успели немного поднадоесть. Но вдруг, что-то привлекло мой взгляд. Еле заметная серебристая нить проскользнула над вершиной одной из статуй, быстрая, она неслась куда-то в даль. Я, инстинктивно, ухватился за неё своим сознанием, оседлал, словно умелый серфингист нужную волну. Моя интуиция, такое важное для мага чувство, подсказывала мне, что нестись по этой линии вперёд к неизвестному, это наилучшее, что я могу сейчас сделать. Вдруг появилась ещё одна серебристая линия, и ещё, и ещё, десятки, сотни, тысячи. Они закружились в безумном круговороте, меня начало мутить, голова разболелась, а в глазах зарябило. Но линии не отпускали меня. Серебряные, а теперь в придачу ещё и чёрные, они кружили меня, накачивая бесконечным потоком информации, носителями которой они и являлись. Все самое прекрасное и самое ужасное, что есть в мире, проносилось у меня перед глазами с умопомрачительной скоростью. Не было таких добродетелей и таких пороков, такого счастья и такого горя, таких наслаждений и таких страданий, которые бы я не увидел. Рождение и смерть, прекрасные цветы и уродливые нефтяные и ядерные раны на лице планеты, воздушные замки розовых мечтаний и самые темные адские кошмары людей, и многое, многое другое. Я все это постиг, постиг за несколько мгновений все величие и падение нашего мира.
Я стоял на коленях, меня всего трясло, а из глаз ручьем текли горячие слёзы.
— Что… — мой голос дрожал и не желал подчиняться, — что ты со мной сделал?
Все увиденное буквально разрывало меня, все эти знания и чувства, казалось они сделали меня на сотни и тысячи лет старше.
— Это — ноша Мастеров и их учеников, то с чем нам приходится жить, — с грустью ответил Мастер. — Линии, что ты видел, это линии бытия. В них записано все, что было, что есть и что может случиться при определённых условиях. В них есть все знания, ответы на все вопросы, если ты, конечно, умеешь их задавать. Помни, умение задавать правильные вопросы — одно из самых важных умений.
— Линии… бытия… — я начинал с большим трудом приходить в себя, стараясь не позволить всему тому объёму информации, что я только что видел, задержаться у меня в голове, поглотить меня целиком, — и чёрные и серебристые?
— Нет, — нахмурившись, ответил Мастер. Никогда не видел, что бы он хмурился. — Чёрные — это линии чёрного хаоса, разрушения, распада, энтропии, если позволишь. И последнее время их все больше.
— И что это значит? — спросил я.
— Приближение конца света! Прекращение его существования в той форме, в какой мы его знаем. Это конец всему!
— Мир разрушается? Но почему? Как? Как давно? Можем ли мы что-то сделать? — взволнованно начал лепетать я.
— Да, разрушается! Кстати, ты понемногу учишься задавать правильные вопросы. Что делать?! Вот в чем загадка!
— Нет никаких идей по спасению мира? — спросил я.
— Вся ирония в том, — ответил Мастер, — что этих идей слишком много. Вот только, есть большие подозрения, что лишь одна из них сработает, а реализация остальных только ускорит гибель мира. Собственно, все это и вызывает ожесточенные споры, которые и превращаются в кровавые баталии магов.
— Ты же не хочешь сказать, что… — начал говорить я, уже догадываясь о том, что услышу.
— На самом деле, причиной долгой кровопролитной войны между магическими школами является борьба каждой школы за право реализовать свой план по спасению мира, — ошарашил меня Мастер.
Видимо, сегодня день ошеломляющих новостей. Может, Мастер просто подшучивает надо мной.
— Но, — начал я, — это все ведь звучит, как дикий бред.
— Именно по этому, все это правда, — улыбнулся Мастер.
— И маги уничтожают друг друга только для того, что бы опробовать свой план спасения мира?!
— Нет, маги уничтожают друг друга потому, что их так натаскали и им навязали правила этой кровавой игры. Правду знают лишь немногие!
— И у нашей школы есть план по спасению мира?
— Разумеется, — незамедлительно ответил Мастер. — Но этот план может быть не совершенным, как и все остальные планы. Именно по этому, ты должен проникнуть в Твердыню Миров, и найти там подсказки. Это сооружение построил тот, кто очень любил этот мир, и есть основание полагать, что именно там он оставил нужные советы, которые помогут предотвратить катастрофу и спасти всех.
— Но, почему я? Ты намного опытнеё, умнее и могущественнее меня. Почему бы тебе не решить эту проблему самому? — Я и вправду был удивлён.
— Весь фокус в том, — улыбаясь, сказал Мастер, — что найти и посетить Твердыню Миров может только рожденный в этом мире. Такова задумка создателя башни, у него всегда было своеобразное чувство юмора. Судьбу этого мира в конечно итоге должны решить те, кому он принадлежит, для кого он является домом.
— Значит, легенда о том, что Великие Мастера — пришельцы из другого мира, на самом деле правда?
— Да, это так.
— А кто создал Твердыню Мастеров?
— Это долго объяснять, я пока не стану этого говорить.
— Чудненько! — выпалил я раздраженным тоном. — Давай подытожим! За мной охотятся все ищейки Беркута, и даже натравленные ним некоторые мои друзья. Добавим безумного озлобленного Великого Мастера и его древних демонов, которых он натравляет на меня из Мира Теней. Помимо этого, моей скоропостижной кончины жаждет ещё куча магов — отступников, охотников за предметами Силы, которым не трудно меня вычислить, ведь в кармане у меня несколько камушков, с запертыми в них свирепыми демонами, что пытаются поработить мою волю и захватить моё тело. Именно эти свирепые демоны неведомо как должны помочь мне найти какую-то башню, построенную неведомо кем, ведь в ней, чисто гипотетически, могут быть какие-то подсказки, как предотвратить непреодолимо надвигающийся звиздец для всего мира. Я ничего не забыл? — последние фразы я уже чуть ли не прокричал.
— Ты забыл ещё о своей загадочной подружке, созданной в какой-то секретной лаборатории, которая, к счастью для тебя, проводит свой досуг, спасая нерадивых магов от древних могущественных демонов, — добавил Мастер улыбаясь, ему явно нравилось происходящее.
— Ах, да, ещё и ее добавим. И как я, по — твоему, должен со всем этим справиться?
— Никто не говорил, что будет легко, — сурово ответил Мастер.
Я стоял в полной растерянности, в голове — дикий кавардак. Какая-то часть меня, вопя от ужаса, на коленях умоляла бежать подальше от всех тех кошмаров, что я уже видел и увижу в этом опасном приключении. Другая часть моей личности, стиснув зубы и став по струнке, напомнила мне, что я должен собраться и выполнить свой долг, не смотря ни на что. А мой внутренний маньяк — исследователь радостно потирал руки и кричал "ехууу, вот это повеселимся". И ещё десятки разных моих субличностей болтали о чем-то своём, но я в конечном итоге лишь улыбнулся. Я уже понимал, что я в игре. Я уже давно был в ней, но мне наконец-то хотя бы немного объяснили правила. И я испытывал какое-то извращенное наслаждение от всех этих опасностей, от сложных игр, от интриг и таких высоких ставок. Во мне проснулся дух охоты!
— Знаешь, когда-то мы, те, кого вы называете Двенадцатью Великими Мастерами, увидели ваш мир через один древний могущественный артефакт, Зеркало Мультипространств. Тогда мы были молоды, мы все еще были друзьями, — на лице Мастера промелькнула какая-то ностальгическая нежность и грусть о минувших днях, — мы были поражены красотой вашего мира, мы были бесконечно влюблены в него. Мы оставили все, оставили свой дом, своих близких, свою предыдущую жизнь, чтобы построить тут рай, чтобы избавить людей от страданий, чтобы создать счастливую утопию. Тогда мы ещё не знали, что страдания — любимое развлечение людей.
— Вы просто хотели создать рай? Счастье для всех и каждого, и чтобы никто не ушёл обиженным? — я уже исчерпал свой лимит удивлений на сегодня, и, казалось, был готов к любому откровению, к любой новости.
— Мы, Великие Мастера, наверное, самые могущественные и самые наивные существа в этом мире, — печально улыбнулся Мастер.
Он с грустью смотрел на город, на сияющие золотом храмы этого порочного мира. Мне было жаль его, всех Мастеров, этих существ, равных по силе богам. Могущественные, полные амбиций и светлых идей, они оказались несостоятельными перед этим бесконечно сложным и непостижимым миром. И вот он, ещё один некомпетентный бог, не знающий, как изменить все к лучшему, стоит передо мной и откровенно признаётся в своей несостоятельности. Видеть своего бога беспомощным — одна из самых грустных вещей на свете.
— Этот мир ужасен и полон страданий, — сказал Мастер, — но и прекрасного в нем много. И нам ещё предстоит сразиться за него. И даже если не будет надежды на победу, даже если враг будет невероятно силён, найди в себе силы сражаться, Странник! Борьба не ради победы, но ради самой борьбы! Вот в чем особый смысл Хаоса!
Мастер повернулся в сторону города и тут же растворился в воздухе. Всегда он так, неожиданно, не прощаясь, оставляет тебя одного с кучей сложных мыслей и душевных терзаний. И вот теперь, я стою сам на крыше храма в Ватикане, покинутый своим богом, какая ирония. И я даже не представляю, что я должен делать дальше.
— Кхе — кхе, — послышался сзади хриплый смех, — воробушек запутался в сетях, думал он ястреб, а оказалось — нет. Сложный мир для воробьев, хотя для ястребов — безмерно сложнее. А всему виной размах крыла!
Я обернулся. Передо мной стоял какой-то дед в старых лохмотьях. В одной руке он держал воробьенка, и указательным пальцем другой гладил его перья. И что этот странный тип делает на крыше храма? Как давно он здесь? И почему Мастер не заметил его присутствия, ладно я, но Мастер?
— Мой маленький воробушек, бедненький. — Шептал он птенцу, не обращая на меня внимания. Но вот он поднял голову, наши взгляды встретились, и меня бросило в дрожь от этих безумных блестящих глаз, от беспокойно бегающего по мне взгляда, который иногда замирал и словно, прожигал во мне дыру.
— Эй, молодой человек, не поможете спасти птичку, а то я уже стар стал да неловок, а я бы чаем вас угостил, — старик улыбнулся, и взгляд его стал намного теплее. Но все же, вид у него был жутковатый.
— Прошу меня простить, — я слегка поклонился, — но я, увы, слишком занят.
Я уже повернулся и начал уходить, как услышал за спиной скрипучий смех старика.
— Да — да, собираешься спасти мир, хочешь найти Твердыню Миров.
Я остановился и напрягся. Но как? Откуда он знает? Подслушал наш разговор с Мастером? Но это невозможно, я бы мог не заметить слежку, но не Великий Мастер. Я уже был готов к схватке, и обернулся к старику, но тот и не думал о сражении.
Он вообще не смотрел на меня, а внимательно изучал воробьенка.
— Как же ты собираешься спасти мир, если не можешь помочь даже маленькому птенцу? — Спросил он. — Что ж, хочешь быть ястребом, просто будь им, — старик подкинул птенца вверх, его крылья и тело тут же удлинились. И в небо уже вспарил настоящий ястреб, а не воробей. А старик ещё долго провожал его взглядом, нежно улыбаясь птице. А я словно замер в оцепенении, даже не зная, как и реагировать.
Вдруг старик снова вспомнил про моё существование, и, отвлекшись от птицы, внимательно посмотрел на меня, от чего мне снова стало не по себе.
— Ты ищешь Твердыню Миров?! — то ли спрашивал, то ли утверждал старик. — Что ж, найти её будет не так-то просто, уж я-то постарался, когда её строил. — Дед снова улыбнулся, подмигнул мне и потряс откуда-то взявшимся старым, закоптившимся ржавым чайником, — так может все-таки чайку?
Интермедия. Чайная вечеринка в разгаре
Чай был просто отменным. Странник даже подумал, что это был лучший чай в его жизни. Маг не мог понять, в чем же секрет этого изумительного вкуса: заварка, сорт чайных листьев, особое приготовление? Хотя, всему виной была девушка, сидящая рядом. Именно она наполняла смыслом, глубиной и тонким деликатным вкусом и этот чай, и этот вечер, и даже суровый мрачный северный город словно становился чуть светлее от ее присутствия. Но маг не мог себе в этом признаться, как и всегда он старался не замечать очевидное, если это не вписывалось в его картину мира. Странник любил все держать под контролем, владеть ситуацией и никогда не впадать в безумие, к которому он причислял и любовь. Ведь вся сила мага, да и простого мужчины, заключается в том, что бы убедить других и самого себя, что ты действительно силён. Можно назвать это правильной комбинацией лжи и самообмана, можно назвать верой. Что-то такое, что не требует материального фундамента, но обретает возможность практического применения. А в безумии сила угасает, и в любви, как в высшем проявлении безумия, она угасает быстрее всего. Но все эти сложные мысли не тревожили ум Странника, скорее они просто были закреплены где-то в глубинах его подсознания. Мощная гранитная защита от безумия, и от счастья тоже. Суровая несокрушимая иллюзия могущества, она напоминала этот серый город, построенный среди болот, на костях давно забытых героев.
— Я и не знала, что у тебя была такая интересная жизнь, — тихо прошептала Анель на ухо Страннику, прижавшись к нему. От этого прикосновения разряды тока и одновременно нежное тепло прокатились волной по его телу. Скольких женщин он познал, но только эта действовала на него так. Только этот фантом, этот необычный призрак так будоражил его душу, угрожая смести одним ударом всю ту гранитную защиту мага, наполнив его жизнь безумием или счастьем.
— Анель, — прошептал Странник на одном дыхании, удивляясь, какой приятный вкус у этого имени, хотелось шептать его снова и снова, зарываясь лицом в волосы этой девушки. Но маг отогнал эту мысль, точнее, он даже не позволил ей зародиться, стать осознанной, — уже поздняя ночь, быть может, ты устала от моей болтовни?
— Вот уж нет, — засмеялась девушка, — так просто ты от меня не отделаешься, Странник. Мне очень нравится твоя история. Расскажи ещё, о нашей первой встрече, как ты это видел, что ты чувствовал, о своих приключениях и поисках Твердыни Миров. И ещё, — вдруг взгляд девушки утратил свое тепло и стал холодным, как лед, — расскажи о той трагедии, когда ты потерял почти всех, кого любил, расскажи со всеми подробностями и деталями.
Странник поежился от одних только воспоминаний о том дне, о тех кошмарах, которые оказались слишком сильным ударом, настолько сокрушительным, что он так и не смог до конца оправиться. Эта боль всегда будет с ним, теперь он всегда будет сломленным.
— Тебе нравиться причинять мне боль? — спросил маг.
— Я — зеркало этого мира, отражаю все его сложные контрасты, — девушка улыбнулась, она нежно провела пальцем по щеке мага, после чего резко царапнула его ногтем, — и боль в том числе, — Анель очень соблазнительно слизала каплю крови со своего ноготка, — мне нравится твой вкус.
Странник улыбнулся в ответ, царапина на его лице тут же затянулась, так, что не осталось и следа.
— Этот мир повернут на боли, — продолжила говорить девушка, весело болтая ногами, — люди начинают войны и революции, вступают в браки, чтобы и там выносить другу мозг, они распинают своих богов, и только после этого боготворят их, они сжигают друг друга в ритуальных кострах и печах концлагерей. Вот поэтому утопия Великих Мастеров обречена. Самые могущественные в мире чародеи так наивны. Неужели они думают, что эти маленькие, рожденные в крови и агонии, двуногие демоны, — и девушка указала рукой на нескольких людей внизу, — эта большая садо — мазо тусовка сможет хоть день выдержать в райских садах, катаясь на пони и попивая нектар? Они все алчно жаждут страданий ничуть не меньше, чем наслаждений. Только так они чувствуют всю гамму жизни. Выпори или поцелуй меня, если я не права!
— Но ты мне зубы не заговаривай, — строго сказала девушка, перебив сама себя, ох как это по — женски, подумал маг, — продолжай свой рассказ!
Странник с интересом смотрел на Анель. Такая переменчивая, очень странная, слегка безумная, каждый день не такая, как вчера, такая не скучная. Она была тем, что было так необходимо его живущей в хаосе душе.
На миг он представил Анель, сидящую верхом на его поверженном теле, ее хищную улыбку и безумный блеск этих очаровывающих глаз, это милое личико, измазанное его кровью. И как эти пальчики с острыми коготками нежно перебирают его внутренности в распоротом брюхе, пока сам он ещё жив, и чувствует каждое шевеление внутри своего тела.
Странник встряхнул головой и сделал глубокий вдох, чтобы отогнать свои кошмарные мысли. Он боролся со многими опасностями и врагами не для того, чтобы дать своему воспалившемуся разуму сломить себя.
Перед ним был чудесный город, а рядом сидела девушка, которую он больше кого либо хотел бы видеть рядом. Стоит ли быть таким беспокойным, может бурлящий нестабильный Хаос, его покровитель, подарит ему заслуженный выходной, и хоть сегодня у него будет спокойная ночь. И весь этот ад оставит его хотя бы на время.
"Разум лучше держать в прохладе, он так лучше сохраняется. А сердце и руки пусть будут горячими. Так они принесут в этот мир больше тепла, которого так не хватает".
Ад — не совсем подходящее название для того, чем стала моя жизнь в Академии после того, как Великий Мастер сделал меня своим учеником. Чистилище?! Да, думаю это подошло бы больше. После того как величайший маг Хаоса взял меня в ученики, образовалась некая пропасть между мной и другими студентами. Невидимая, но все же, такая очевидная преграда. Моё имя теперь всегда было на слуху, а сам я стал жертвой множества сплетен. И зависть была тому виной. Сотни юных магов, гордых и тщеславных, не могли смириться с тем, что учеником самого Великого Мастера стал именно я. Почти каждый день находился тот, кто мог внезапно выпрыгнуть из-за угла, как чёрт из табакерки, с криком "ну же Странник, покажи, чем ты лучше меня"? Десятки вызовов на почти "дружеские" спарринги, где каждый хотел продемонстрировать мне своё превосходство, стали моей повседневностью. И самое обидное, что за все время после того, как Мастер выбрал меня своим учеником (а это уже не менее двух месяцев), он не провёл со мной ни единого урока, более того, я с ним даже ни разу не виделся. Меня предупредили, что Великий Мастер крайне занятой маг, и чтобы я не пытался его искать, когда он посчитает нужным — сам меня вызовет. Так что никаких преимуществ перед другими учениками Академии я не имел, Мастер ни разу не вызвал меня, что бы обучить каким-то супер — пупер мощным техникам и заклятиям, которые бы помогли мне ставить на место всех тех зазнаек, регулярно бросавших мне вызов. Но, так как и сам я был достаточно гордым и тщеславным, да и зарабатывать шишки и синяки на бесконечных "дружеских" спаррингах мне попросту надоело, я решил сам заняться своими тренировками. Поскольку учебные дни в Академии были очень насыщенными, тренироваться приходилось в основном по ночам. Впрочем, этому способствовала моя бессонница. А точнее — мои ночные кошмары, что вызывали ее. Как часто в своих снах я видел очаровательную девушку, имени которой я так и не узнал. Мы танцевали на балу, я прижимал её к себе, чувствуя тепло её тела, её сладкий запах. А потом она смотрела мне в глаза, с таким доверием и нежностью, и ее алые губы шептали: "почему ты? почему именно ты, Странник? Это все из-за тебя!". После этого её тело загоралось, она пылала прямо в моих объятиях, но испепеляющий её огонь не обжигал меня. За несколько мгновений она превращалась в пепел, а потом наступала тьма, всепоглощающая и давящая своей звенящей тишиной. И голос подобный грому рассекал ее: "мы всегда рядом, выродок! И когда придёт время, мы подкрадемся в ночи, перережем твою глотку, выпотрошим тебя, как цыпленка, наполним твоей кровью наши чаши и выпьем твою жалкую никчемную жизнь до дна. И никто не защитит тебя, ни твои друзья, ни твоя Академия, ни даже Великий Мастер. Мы всегда рядом!". Потом я слышал хохот, после которого я всегда просыпался.
После таких снов, я ещё долго не мог уснуть. Чтобы не ворочаться без толку, изводя себя тяжелыми мыслями, и не мешать спать соседу, я частенько отправлялся бродить по ночному замку. Уже довольно скоро, я научился легко избегать стальных големов, этих бесстрастных немых стражей Академии. Я издалека слышал скрип и лязг их металлических суставов, и приноровился быстро находить разные ниши, проходы и даже шкафы, в которых можно было пересидеть, пока голем не скроется за углом, и гулкое эхо его лязгающих шагов не станет снова еле слышимым.
В такие вот ночи своего бодрствования, я, словно призрак старинного замка, слонялся по коридорам, пытаясь убежать от своих кошмаров и от своего одиночества. Многие мои друзья отстранились от меня, и даже вечно улыбчивый Ловкач, стал относиться ко мне немного прохладней, хоть и пытался не подавать виду. Только общение с Бестией оставалось по — прежнему тёплым и дружеским, вот только её уже больше месяца не было в замке. Колдунью отправили на какую-то долгосрочную миссию, и меня снова окружила непробиваемая стена одиночества.
Я бродил по замку, то ли в поисках себя, то ли от себя убегая, мягкими кошачьими шагами крадучись по огромным коридорам. Замок не спал, он жил своей жизнью, и я вскоре понял, что я не единственный призрак этого старинного магического строения. Иногда, во время моих ночных прогулок, до меня доносился еле слышимый детский плачь или смех из комнат, в которых никого не было. Порой, от горящего факела по стенам пробегали тени людей, или правильнее магов, что так же как и я когда-то очень давно ступали по этим коридорам. Однажды я услышал весёлый смех и нежный шепот из одной комнаты. Подойдя ближе, проскользнув под низкими сводами и рискнув приоткрыть дверь, я увидел молодую парочку. Парень и девушка нежно шептались, обнимая друг друга. Я подумал, что это влюбленные ученики Академии, и уже хотел извиниться за беспокойство, но заметив средневековую одежду, заподозрил что-то неладное. Я обратился к ним, но мне никто не ответил. Два бледных тела, от которых веяло холодом, продолжали обнимать друг друга и нежно шептать слова любви. Я закрыл дверь, и больше не мешал влюбленным, что наверняка сидят там уже не одну тысячу ночей, и видимо, просидят так до конца времён. Что ж, они хотя бы не одиноки. У них впереди вечность, что бы шептать друг другу нежные признания. Да это не рай, но и не ад тоже.
В прочем, я был не самым одиноким призраком замка. Наверное, еще более одинокой была "плачущая вдова". "Плачущая вдова" — это картина, занятнейшее полотно, которое я обнаружил в каком-то захламленном холе в одну из своих ночных прогулок. Я так долго любовался картиной, таким выразительным набором красок, стройной фигурой молодой дамы, стоящей на берегу и всматривающейся в бушующее штормовое море, что совершенно случайно очутился внутри полотна. С нами, магами, такое иногда случается. И вот, я и опомниться не успел, как уже стоял на берегу бушующего моря. Сильный запах йода ударил мне в ноздри, холодная соленая волна обдала меня с ног до головы, и дама уже всхлипывала у меня на плече. Все произошло так быстро, что мои руки инстинктивно обняли её, и я начал успокаивающе гладить её по спине. "Поцелуй меня" — прошептала женщина и лишь тогда я взглянул на её лицо, точнее туда, где оно должно было бы быть, если бы его нарисовал неизвестный художник. Я попытался вырваться, но её руки лишь крепче цеплялись за меня. "Тебе ведь тоже одиноко, будь со мной" — шептали несуществующие губы этой девушки без лица. Я лишь с силой оттолкнул от себя это жуткое создание, и уже через миг, промокший до нитки, сидел на полу Академии в луже морской воды. Но безликая дама и не думала оставаться внутри полотна, её пальцы вцепились в рамку картины изнутри, и она явно собиралась выбраться в мой мир. В тот момент, не помня себя от страха, я сорвал со стены зажженный факел и не придумал ничего лучше, как поджечь картину. Не то что бы я был вандалом, любящим уничтожать культурные достояния и предметы искусства. Но тот случай, был вопросом жизни и смерти. Жаль, что все так обернулось, но это стало для меня хорошим уроком. Не стоит, гуляя ночью по старому колдовскому замку, слишком долго всматриваться в старинные картины, иначе они могут посмотреть на вас, и кто знает, чем это все закончиться. Кстати, уже на следующую ночь, сожженная мною картина, невредимая снова висела на том же месте, как ни в чем не бывало.
И все же, не смотря ни на что, я безумно любил эти свои ночные прогулки. Мне нравилось, что ночью Академия жила своей жизнью, совершенно не похожей на дневную. В это время суток, все предметы словно обретали другую суть, сумрачную. Они больше не прятали свои секреты, не играли роли, не носили масок. Они были самими собой. Да — да, они все, и вещи и существа, они все были собой. Темнота, как бы это сказать, сглаживала остроты и отшлифовывала неровности, делала все более простым и понятным, во всяком случае, для меня. Я любил растворяться в темноте, чувствовать как она, свежая густая и насыщенная, проникает в каждую клеточку моего тела, наполняя меня своей такой лёгкой и волнующей свободой. В эти моменты я жил. Нет! ЖИЛ! Так правильнее. И только ночью я был по — настоящему собой. Почему так? Почему я такой? А почему у зебры есть полоски, а у льва грива? Может меня тоже таким создала природа или неведомое провидение.
Так же по ночам я любил тренироваться в использовании боевых заклятий. Обычно я это делал в большом зале, где не было ничего, кроме десятков доспехов. Именно на этих несчастных "скорлупах мертвых воинов", я и оттачивал свои боевые навыки. Я помню с каким ужасным лязгом они разлетались по комнате после моего очередного меткого удара. Хорошо, что я научился ставить специальный звукоизоляционный барьер, и ни големы, ни стражи не слышали шума.
В одну из таких моих ночных прогулок я и встретил Анель. Я собирался потренироваться в использовании боевого заклятия "кулак бури". Не самое простое плетение, которым я овладел лишь за день до этого. Я еле запомнил энергетическую формулу и не был уверен, что у меня получится её использовать. Мне хотелось испытать заклинание в своем любимом зале с рыцарскими доспехами. Я шел туда, аккуратно избегая големов, шел и не подозревал, насколько необычной будет эта ночь.
Как обычно крадучись на цыпочках мимо одного из опасных коридоров, где любили шастать големы, я нырнул в узкий проход в стене, пробежал несколько десятков шагов и открыл первую с лева дверь. Оставалось пройти по еще одному небольшому коридору — и я попаду в широкую галерею, которая и выведет меня к комнате с доспехами.
Я уже нырнул в эту дверь, и собирался быстро преодолеть оставшееся расстояние, как до моих ушей донеслась тихая музыка. Сначала я подумал, что мне послышалось, но, остановившись и прислушавшись, я понял, что где-то рядом действительно звучал приятный спокойный мотив. Любопытство как всегда пересилило во мне осторожность, и я отправился на звук, прямо в темную часть галереи, куда не попадал даже лунный свет. Я старался ступать аккуратно, чтобы не шуметь, да и попросту не споткнуться. Ведь темно было — хоть глаз выколи. Наконец-то я дошёл до стены, по крайней мере, нащупал твердую преграду на своем пути. Опираясь о стену, я двинулся влево, на звук музыки, уже скоро подошёл к повороту, свернув на котором, увидел тусклый слабый свет. Я направился туда, и через миг стоял перед открытой дверьмю какой-то комнаты. Звук и свет исходили отсюда, по этому, я, не задумываясь, вошел.
Передо мной была небольшая комната, заставленная стеллажами с книгами и древним оружием, которое также висело и на стенах. Посередине комнаты было достаточно много свободного пространства. Сейчас там, на полу, находился круг, сконструированный из зажженных свечей. Видимо, они и создавали тот тусклый свет, что был виден даже в темном коридоре. А в центре круга, под мелодичные тихие звуки, плавно двигалась незнакомая мне девушка. Она была одета в лёгкое синее платье, что доходило ей до колен, босиком она грациозно ступала по дубовому паркету. Её движения, попеременно — то медленные и плавные, то довольно быстрые и резкие напоминали какой-то необычный экзотический танец.
И все же она двигалась так грациозно, так изящно, что я просто застыл в дверях, словно зачарованный, любуясь каждым движением. Я потерял дар речи. И вернулся он ко мне, лишь кода девушка заметила моё присутствие и, испугавшись, прекратила свой танец. Тут же исчезла и музыка.
— Кто ты? — строго спросила танцовщица, — и что ты здесь делаешь?
Интересно, а кто ты и что ты здесь делаешь? — подумал я о девушке, но ответить так — было бы не вежливо.
— Просто Странник, — улыбнулся я, — просто проходил мимо.
— И часто ты просто проходишь мимо музея ассирийского оружия в два часа ночи, просто Странник? — все так же строго спросила девушка.
— Не так уж и редко, как оказалось, — ответил я и тут же решив, что, кем бы не была эта девушка, все таки лучшая защита — это нападение, сам перешёл в наступление, — а что насчёт тебя? Кто ты и что ты здесь делаешь в такое время?
— Меня зовут Анель, — ответила девушка, — и я танцевала, разве незаметно?
— Заметно, — честно признался я, — эмм… и часто ты танцуешь ночью в кругу из свечей посреди музея ассирийского оружия?
— Не так уж и редко, как оказалось, — улыбнулась девушка. — Ты студент Академии?
— Да. А ты?
— Нет! — ответила Анель.
— Тогда кто ты?
— Ночная танцовщица, надо полагать. Разве это не очевидно, — девушка удивлённо уставилась на меня.
— Но… я имел в виду, кто ты вообще…
— В смысле? — снова удивлённо переспросила Анель. — Что это ещё за вообще? Ты имеешь в виду, кем я была когда-то? Но ведь это уже в прошлом. Или кем я стану? Но будущее мне неизвестно. Нет, важно только настоящее. По этому, я ночная танцовщица, — улыбнулась девушка, — понял, студент?
Я уж и не знал злиться ли на эту прибабаханую, или улыбнуться.
— Надеюсь, я не помешал тебе? — спросил я, что бы как-то направить разговор.
— О, нет — нет, я уже заканчивала мой танец. Если бы ты помешал мне, — девушка посмотрела на меня холодным взглядом, — я бы убила тебя!
— Чего? — эта особа не перестаёт меня удивлять.
— Вот так, — сказала девушка и тут же исчезла, как сквозь землю провалилась, а уже через миг она оказалась у меня за спиной. Она ткнула двумя пальцами мне в спину и сказала. — Пиф — паф, ты мёртв. — После чего засмеялась звонким смехом.
Я впервые видел такую эффектную и быструю телепортацию. Никто из известных мне магов на такое не способен, за исключением Великого Мастера и членов ордена Сумеречных Жнецов, да может еще Старейшин.
— Кто же ты такая? — произнёс я со смесью лёгкого страха и любопытства в голосе.
— Не заморачивайся, Странник, — непринужденно ответила девушка, — ну если уж тебе так важно всему давать определения, ограничивая рамками свободные категории, то пусть будет — призрак замка. Да, я призрак, жуткий и ужасный, уууу. — Девушка попыталась устрашающе завыть и начала махать руками, но, конечно, это скорее было комично, чем пугающе. — Тебе страшно?
— Не очень, — засмеялся я.
— Жаль, — ответила девушка, — ну ладно, переживу.
— Кстати, — добавила Анель, — ты бессовестно подсмотрел мой танец. Теперь ты просто обязан мне показать свою технику, ту, которую ты пришёл сюда тренировать. Ты ведь, наверняка, для этого здесь?
Какая проницательная.
— Ээ… чего? — опешил я, — но ты-то хорошо двигалась, а я вот ещё ни разу не использовал это заклинание.
— Не очень аргументный аргумент, — ответила девушка, — давай, показывай, представь, что меня тут нет, ты же для тренировки сюда пришёл.
Я посмотрел на эту необычную девушку, она очень грациозно запрыгнула на одну из тумб, буквально вспорхнула, и с озорным блеском в глазах, смотрела на меня, явно ожидая какого-то шоу.
Чёрт, а от этой девчёнки так просто не отделаешься.
— Ладно, — недовольно согласился я, — как хочешь, можешь смотреть.
— Ура, — вскрикнула девушка и от избытка чувств даже захлопала в ладоши. Какая же она все-таки странная.
Я закрыл глаза, и попытался сосредоточиться. С моим нынешним уровнем Силы нужно много времени и усердия, чтобы создать заклинание такого уровня как "кулак бури". Несколько минут у меня ушло на то, чтобы остановить внутренний диалог, эту бесконечную пустую болтовню, что ни на миг не замолкает в голове каждого из нас.
Благодатная тишина, снаружи и внутри, и вот я уже чувствую её кончиками пальцев, силу струящуюся повсюду. Словно маленькие разряды тока, она уже была в моих руках, нужно только начать плести заклинание…
— Эй, ты не заснул? — раздался рядом голос Анель, моя концентрация тут же нарушилась, и нити Силы рассыпались в моих руках.
— Анель! — я осуждающе посмотрел на девушку. — Если ты не будешь мне мешать, я добьюсь результата быстрее.
— Ой, прости, — казалось, девушка была действительно раздосадована моей неудачей, — я думала — ты заснул. И это было бы совсем не весело.
— Стоя, что ли? Ты видела, что бы кто-то спал стоя?
— Ну да! — удивлённо ответила девушка. — Например, трехполосные грибошнуры.
— Что? — переспросил я.
— Не что, а кто, — назидательным тоном ответила девушка, — грибошнуры.
— Какие ещё грибошнуры?
— Трехполосные, — спокойно ответила девушка, нет, она явно надо мной издевается. — Они то и любят спать стоя. Они такие милые, когда засыпают и их полосочки начинают переливаться всеми цветами радуги, пока не обретают такой же окрас, как у их грибной шапочки, — девушка рассказывала все это с таким умилением на лице, что у неё даже слёзы выступили на глазах. Нет, скорее всего, она меня не разыгрывала, наверное, она просто сумасшедшая. Оставалось надеяться, что хоть не буйная, а то ещё набросится на меня. Все же девушка выглядела очень миролюбиво, хотя те её слова, что она бы убила меня, если бы я ей помешал. Я не знал, что и думать. Но было что-то притягательное в этой экстраординарной особе.
— Анель, мне нужно чуть больше времени, что бы сосредоточиться. Я не сплю на ходу, как эти твои трехполосные грибоверевки…
— Грибошнуры, — тут же поправила меня девушка, — грибоверевки вообще не спят, эти опасные плотоядные твари только и думают, кого бы сожрать. Они совсем не милые.
— Какие ещё грибоверевки?
— Пятиступенчатые, у них пять ступенек на шапочке и…
— Так, просто не мешай мне, я должен сосредоточиться, — я попытался собраться, и попробовал ещё раз. Я сделал несколько глубоких вдохов, снова остановил внутренний диалог. Сила затрепетала на кончиках пальцев. Мой нежный смертоносный Хаос, я понемногу начинал любить его сложную природу, мою природу. Я отчетливо представил плетение заклинания и аккуратно медленно произвёл энергетическую манипуляцию. Потом резкий выброс энергии из рук вперед. Сильный поток ветра слетел с моих пальцев и сорвал перо со шлема на доспехах передо мной.
— Ухты, интересная техника, — сказала Анель, — хотя я ожидала, что её последствия несколько масштабней.
— Да ладно, — огрызнулся я, — а я вот специально столько учил этот сложный приём, что бы перышки сдувать. Черт! Просто нужно больше практики.
— Может просто… — начала Анель.
— Нет! — снова огрызнулся я, — не мешай мне, это сложная техника, мне нужно сконцентрироваться. Ну же. Остановка внутреннего диалога. Колючий Хаос на кончиках пальцев. Плетение. Удар. Лёгкий ветерок на этот раз оказался ещё слабее.
— Может все-таки попробуешь…
— Анель, пожалуйста, не мешай. Мне, правда, надо стать сильнее, прямо сейчас. Иначе завтра меня снова поколотит какой-то выскочка, — я со злостью сжал кулаки. Сосредоточиться на этот раз было ещё сложнее. В следствии чего, заклинание вышло ещё более нестабильным. Эффект получился чуть сильнее, вот только удар унесло куда-то в бок и он снес одну из книг на полке.
— Странник, послушай…
— Не сейчас, Анель! — уже крикнул я. — Мне просто нужно лучше сосредоточиться… Кто-то с силой дернул меня назад.
— Да послушай наконец-то меня, — сказала Анель, глядя мне прямо в глаза. Она просто развернула меня к себе, притянув за уши. Вот это наглость. Мне на миг захотелось ударить ее каким-то из боевых заклинаний, но посмотрев в холодные глаза этой странной девушки, я понял, что лучше мне этого не делать. — Кажется, я все-таки завладела твоим вниманием, Странник. — Девушка улыбнулась, отпустила мои уши, что успели уже изрядно покраснеть от хватки ее цепких пальцев. Глаза девушки снова светились озорным любопытством, от опасного льда во взгляде не осталось уже и следа.
— А теперь стань вот в такую стойку, как я, — после этих слов Анель продемонстрировала мне необычную стойку, которую я даже не смог сразу повторить.
— Нет — нет, немного не так, ты слишком зажат в центре, — возразила Анель, она обошла меня со спины, и, прижавшись сзади, нежно коснулась моих рук, разводя их немного в стороны, — от прикосновения её тёплых пальчиков и чувства ее мягкой груди, прижатой к моей спине, по моему телу пробежало приятное тепло.
— Ну вот, так энергия будет легче проходить через твоё тело, — и действительно, мне показалось, что я буквально чувствую, как Сила струится по моим венам.
— А теперь дай свободу своим демонам, — нежно прошептала мне Анель, и её горячее дыхание коснулось моей кожи, вызвав разряды тока по всему телу, — освободи себя, освободи все и бей, — шептала мне Анель, — ведь Хаос — это страсть!
И я ударил, высвободив свою Силу. Тяжелые стальные доспехи снесло с места и впечатало в стену, после чего они разлетелись на куски.
— По — моему, так эффективнее, — засмеялась девушка, — ты так не считаешь?
Странно, и откуда эта девушка так хорошо разбирается в боевой магии, может она член какого-то военного отряда, она была сильна, очень сильна, я это видел. И очень опытна. Но на суровых бесстрастных членов Ордена Сумеречных Жнецов она не походила, и это, почему-то, очень меня радовало.
— Спасибо тебе, — сказал я Анель, — и прости, что я был упрямым ослом, надо было сразу же послушать твоего совета.
Девушка засмеялась:
— Да уж, ты слишком высокомерен, но ты умеешь признавать свои ошибки, — она с интересом смотрела на меня, — а это полезная черта.
Я с любопытством изучал эту девушку, наверное, самую необычную из всех, кого я знал.
— Ты, такая… — начал я, сам не поминая, что хотел сказать.
— Какая такая? — улыбнулась Анель.
— Ну… эээ… — черт, я чувствовал, как горят мои щеки, сейчас я, наверняка покраснел. — Ну, ты странная. В хорошем смысле этого слова. — Тут же добавил я, подняв руки в примирительном жесте.
— А разве можно быть странной в плохом смысле? — Анель снова выглядела удивленной.
— Ну… — тут уже озадаченным был я, — ну, можно, наверное, ненормальной, например, неуравновешенной, слегка безумной.
— И такой я тоже бываю, — сказав это, девушка слегка прищурила глаза и сделала шаг в мою сторону, а я невольно сделал шаг назад. После чего она тут же засмеялась, а осознав ситуацию, улыбнулся уже и я.
— Но больше всего меня впечатляет твоя фантазия, все эти грибошнуры и грибоверевки… Это ж надо было такое выдумать, ещё и описывать все с таким серьёзным лицом…
Улыбка тут же исчезла с лица девушки, чёрт, я снова сказал что-то не то.
— Ты думаешь, я все это выдумала, Странник? — Анель казалась очень серьёзной и даже немного обиженной.
— Нет, не то что бы, просто пойми меня правильно, все это кажется немного не правдоподобным, — залепетал я всякую чушь, — я не хотел тебя обидеть и…
Вдруг Анель неожиданно взяла меня за руку, её прикосновение было таким горячим и приятным, и снова по всему моему телу разлилось тепло. Не думаю, что это то, что ты чувствуешь, прикасаясь к призраку. Наконец-то я нашёл кого-то живого в этом ночном замке теней и химер.
— Пошли! — скомандовал девушка и потянула меня за собой, не принимая возражений.
Через миг мы уже мчались по коридорам замка, во многих из которых я никогда не бывал. Девушка крепко держала мою руку и так быстро бежала по ночной Академии, что мне ничего не оставалось, как только поспевать за ней. Сначала я пытался запоминать дорогу, но очень быстро сбился и просто продолжал бежать, видя перед собой лишь развивающиеся густые каштановые волосы, и слыша лишь звонкий девичий смех. Не знаю, сколько мы так бежали, но вскоре мы оказались в каком-то тёмном коридоре, который освещался лишь тусклым красноватым светом нескольких ламп на потолке. Вдоль стен коридора шли какие-то трубы. В отличии от меня, Анель даже не запыхалась после долгой пробежки, она явно была в лучшей физической форме, чем я.
— Где мы, Анель?
— Сейчас увидишь, — загадочно ответила девушка и, подойдя к одной из стен начала внимательно её обследовать. — Ага, вот здесь. — С негромким скрежетом слегка заржавевшего металла, она открыла небольшой люк, что находился на развилке между двумя трубами.
Девушка тут же присела и ловко проскользнула в люк.
— Эй, ты там ещё долго мечтать будешь? — раздался голос из-за стены. — Лезь, давай!
Вот же диктаторша. Я присел и пролез в люк. То, что предстало моим глазам, сложно описать словами. Мы с Анель стояли на довольно узком металлическом мостике внутри какой-то, то ли лаборатории, то ли теплицы. Под нами находилось поле, полное светящихся и сияющих камней, самых разнообразных форм и цветов. Они лежали в разброс на мягкой зеленой траве. А между ними на узеньких, похожих на электрический провод ножках, медленно передвигались существа, напоминающие огромные грибы. Ножки их имели три цветных полоски, что переливались всеми цветами радуги.
— Ты же не хочешь сказать, что это…
— Грибошнуры, — радостно ответила Анель, — как видишь, вполне себе реальные.
Я с интересом наблюдал за картиной внизу. Среди светящихся камней, грибошнуры, эти странные существа, собирались в кучки, или поодиночке бродили по полю. Они шушукались, и перешептывались. Только сейчас я услышал, что внизу играет тихая классическая музыка.
— Музыка? — удивлённо спросил я.
— Ага, Шопен, это их любимый композитор. А вот хищные грибоверевки предпочитают Вагнера, как-то зайдем и к ним.
— Эти существа, они разумны?
— Отчасти, — ответила Анель, — не так, как мы, но они способны на некоторые мысли и чувства.
— И зачем они здесь?
— Их выращивают в этой теплице, так как их шапочки — это уникальный ингредиент для многих магических зелий.
— И их просто убивают ради этих шапочек? — спросил я, наблюдая за этими странными, по — своему прекрасными, тихими и миролюбивыми созданиями.
— Тебя это беспокоит, Странник? — спросила Анель, посмотрев мне в глаза своим проницательным взглядом. — Да они умирают. Иначе не было бы никакого смысла, всегда должен быть финал, последний аккорд, завершающая строка, решающий мазок кисти. Только смерть определяет смысл жизни, разве нет? Но их не убивают, они дозревают и умирают своей смертью. Смотри, смотри! — Девушка схватила меня за рукав и указала пальцем на одно из этих странных созданий.
Грибошнур, склонив голову и немного пошатываясь, дополз к одному из камней. Он медленно сел, и его нога — шнур перестала светиться. Странное создание тут же обступили его собратья, склонив свои шапочки — головки они замерли над умирающим.
— Этого его семья, — сказала Анель, — их последняя дань памяти.
После этого шапка умирающего грибошнура с тихим треском отделилась от тела и, медленно изгибаясь, словно медуза, взмыла вверх. Теперь и она светилась поочередно всеми цветами радуги, медленно плывя в воздухе. Это было потрясающее зрелище.
— А теперь, — сказала Анель, — как и все мы когда-то будем, она ищет свой последний свет, — Анель что-то прошептала и на кончиках её пальцев затанцевали маленькие огоньки. Плывущая по воздуху грибная шапка тут же среагировала и полетела в нашу сторону. Уже через минуту, она опустилась на руку Анель. Девушка внимательно рассматривала этот странный медузообразный объект, а тот в свою очередь, светился поочередно всеми цветами, освещая Анель то синим, то желтым, то красным. В глазах девушки заблестели маленькие бусинки слез, а внизу тихо играл Шопен. Я любовался этой картиной, словно зачарованный.
— Как странно, — тихо прошептала Анель, — не только лишь в жизни, но даже в смерти есть своя непостижимая красота. А мы лишь зрители, приходящие на миг в этот мир, чтобы стать лишь крохотным росчерком пера, лишь маленьким движением кисти художника. Успокаивает только то, что может без этого мазка кисти, картина была бы не полной, может, именно мы принесем завершенность полотну, наполним его гармоничным смыслом?
— Не знаю, Анель, — я был так же погружен в свои мысли, находясь в легком трансе от всего происходящего. — Спасибо тебе!
— Я показала тебе так мало, — улыбнувшись, ответила девушка.
— А может больше, чем ты думаешь, — сказал я, все ещё погруженный в свои мысли.
В последний раз очень ярко засветившись, грибная шапочка в руках Анель потухла, и девушка положила ее на прутья мостика. Завтра работники теплицы подберут её, чтобы сделать из неё какое-то зелье. Грибошнуры внизу как-то возбудились и начали светиться ярче.
— Они заметили наше присутствие, — сказала Анель, — они очень пугливые, а страх портит качество их шапочек. Пора уходить, а то испортим весь урожай.
Уже через минуту мы стояли в коридоре с трубами.
— Спасибо за нескучное свидание, Странник! — весело произнесла Анель.
Свидание? За что мне-то хоть спасибо, если в том сказочном месте мы побывали только благодаря ей, этой странной девушке?
— Спокойной ночи, Странник! — Анель поцеловала меня в щеку и исчезла с тихим хлопком, словно и не было её вовсе. А я ещё долго стоял ошарашенный, держась рукой за щеку, словно пытаясь удержать этот тёплый поцелуй странной девушки, не давая ему растворится в холодной ночи колдовского замка.
Потом я долго брел по коридорам, пытаясь найти знакомые дороги. Я явно заблудился, но почему-то меня это совершенно не беспокоило, я лишь брел по замку с глупой улыбкой. Как вдруг меня окликнул знакомый хриплый голос.
— Странник, чёрт бы тебя побрал, какого хрена ты здесь бродишь в такое время? Я уже повсюду тебя обыскался. Хорошо, хоть Рыжик смог тебя выследить.
Я посмотрел под ноги, маленький лисенок, фамильяр моего учителя, весело махал пушистым рыжим хвостиком, и обнюхивал мои ноги.
— Где тебя носило в такую позднюю ночь? — строго спросил учитель.
— Эм, я тренировался, а потом встретил какую-то странную девушку, в синем платье с каштановыми волосами, она танцевала в музее ассирийского оружия.
После моих слов Керамбит переменился в лице, какая-то гримаса ужаса и злости сменила его обычное хладнокровие.
— Ты! Это дурацкая шутка Странник, — в руках моего учителя появилась рукоять ножа, но он взял себя в руки и вернул клинок на место, а я отступил назад, сглотнув тяжёлый ком в пересохшем горле, никогда я ещё не видел учителя таким злым.
— Кто тебя надоумил так пошутить со мной? — проскрежетал Керамбит, сквозь стиснутые зубы.
— О чем вы? Не понимаю, — я был шокирован странным поведением своего учителя.
— Эта трагедия произошла почти сотню лет назад, но… я помню все так, словно это было вчера. Моя ученица, моя маленькая Ласточка, она была такой жизнерадостной, такой доброй, не похожей на большинство магов Хаоса. Я до сих пор помню её улыбку. В конце первого года ее обучения я подарил ей красивое синее платье. Именно в нем ее… — слова застревали в горле учителя, он казался очень подавленным, — именно в этом платье её нашли мёртвой посреди музея ассирийского оружия. Чертов Орден Безликих подло заманил её в ловушку, воспользовавшись её добротой и наивностью. Она, как и ты, была избрана ученицей Великого Мастера, из неё должен был получиться отличный Подмастерье. Но Безликие, они забрали её у меня, мою ученицу, мою приемную дочурку, мою маленькую Ласточку.
От этих слов у меня мороз пробежал по коже, меня начало знобить. Мысли путались в голове. Ласточка, так же как и я, бывшая ученица Керамбита и Великого Мастера, была убита сто лет назад? Так вот, что не смогли предотвратить Сумеречные Жнецы. И кого же я встретил сегодня, в том самом месте и в таком же платье?
— С тех пор, — проскрежетал Керамбит, — я поклялся истребить этих ублюдков, этих террористов из треклятого Ордена Безликих, и наконец-то я вышел на их след, они не оставляющие улик, все-таки наследили, совсем немного, но этого мне достаточно, — учитель улыбнулся очень недоброй улыбкой, — так что — не раскисай пацан, мне понадобится твоя помощь. Соберись, тебя ждёт первая в твоей жизни серьезная миссия!
"Вороны намного умнее людей. Вы видели хоть одного ворона, который бы питался фаст — фудом, брал непосильные кредиты, гнался за брендами и бессмысленными понтами, смотрел телевизор и верил предвыборным обещаниям политиков? То-то же".
Кто бы мог подумать, что меня занесет в эту странную комнату на чердаке. Наверное, ее площадь не превышала дюжины квадратных метров. А вещей здесь было столько, что свободного места почти не оставалось. Тут находилась старенькая, многое повидавшая кровать, и грязный массивный стол с несколькими стульями вокруг него. В уголку стояла небольшая плитка, над которой висела кухонная полочка. Все остальное пространство занимали всевозможные клетки и вольеры. Внутри них красовались самые разнообразные птицы. И что интересно, все клетки были открыты, но, не смотря на это, птицы и не думали улетать. Вообще, эта комната создавала двоякое впечатление. С одной стороны, обилие всевозможных птиц и их приятное щебетание порождало иллюзию какого-то параллельного мира, словно ты посреди эдема наслаждаешься райским пением божественных созданий. Вот только, резкий запах птичьего помета быстро возвращал тебя на грешную землю.
Старик, которого я только что встретил на крыше, напевал себе под нос какую-то веселую песенку и возился возле маленькой однокомфорочной газовой плитки, поочередно покручивая то вентиль на небольшом газовом балоне возле неё, то выключатель самой комфорки. Наконец-то после всех этих манипуляций, он с третьего раза зажег спичку и таки включил свою маленькую закоптившуюся плитку. Дед тут же поставил на неё свой грязный чайник, и, кажется, только сейчас вспомнил, что не один в комнате.
— Кхе — кхе, — прочистил горло старик и посмотрел на меня, — прошу меня простить, молодой человек, но запамятовал я, по какому делу вы пожаловали в мои скромные покои?
Я немного опешил. Вот же попал, старик — не только псих, но ещё и склеротик. Не он ли сам меня позвал попить чаю и поговорить о Цитадели Миров? А теперь спрашивает — зачем я здесь?
— Вы хотели поговорить, — спокойным тоном напомнил я, — о Твердыни Миров!
— Батюшки, — хлопнул в ладони старик, — а ведь точно! Эх, совсем старым становлюсь, уже и склероз мучает.
Я смотрел на деда, что сокрушался по поводу своей старости. Что-то в нем было не так! С виду, как будто, обычный бродяга: грязные залатанные штаны, клетчатая рубашка, потертая кожаная куртка и немало повидавшие сапоги. Седые волосы на голове были растрепаны, борода — тоже не слишком ухожена, и немного неаккуратно подстрижена. В общем, типичный престарелый попрошайка, может даже обычно сидит с протянутой рукой возле какого-то храма, чтобы насобирать милостыни на бутылку чего-то сорокаградусного. Но все же, что-то в нем было не так, что-то не вязалось с общей картиной. И тут меня осенило — глаза. Его глаза не были глазами старика. В них играл озорной блеск пылкого молодого юнца, любопытство человека, который ещё не разучился удивляться сюрпризам жизни, который все ещё изучал этот мир и искал новое каждый день. И ещё, эти глаза смотрели с лёгкой насмешкой, такой ироничный взгляд, как у вампиров. Вот только разница в том, что глаза последних полны холодной безжалостности и неутолимой жажды крови. Глаза же этого деда скорее, напротив, излучали тепло.
— Цитадель миров… Твердыня миров… — забубнил себе под нос старик, — Башня соприкасания реальностей… Как только это моё творение не называли, сейчас и не вспомнишь всех его имён.
— Вы действительно создатель этого загадочного места? — с интересом спросил я.
— Да, когда-то я построил эту башню, — задумчиво ответил старик.
— С какой целью? — тут же спросил я. Хоть это, наверное, и было немного грубо, но любопытство просто распирало меня.
Старик удивлённо посмотрел на меня, как будто я задал совсем глупый вопрос, ответ на который и так очевиден.
— Ну, вы даёте, юноша, — засмеялся он, — разумеется, для того, чтобы каждый, у кого есть вопросы, мог бы найти на них ответы. А для чего же ещё строят башни?
Тут уж пришла моя очередь удивляться, судя по направлению разговора, у кого-то из нас двоих явно не все дома. Или же этот хитрый дед просто издевается надо мной? Что ж, поиграем в эту игру.
— И что бы найти ответы, нужно научиться правильно задавать вопросы? — улыбнулся я, вспомнив слова Великого Мастера.
— А вы не безнадежны, молодой человек, — громко засмеялся дед. — Кексик?
После этих слов старик протянул мне тарелку, на которой лежало пять кексов, настолько черствых, что ними, казалось, можно было бы бить орехи. А один из них был ещё и покрыт плесенью. Вдруг, по тарелке пробежал довольно крупный жук.
— Пардон, — сказал дед, схватил жука и подкинул его вверх, где одна из птиц ловко схватила насекомое на лету и тут же проглотила его.
— Эээ… пожалуй, я буду только чай, — я постарался не слишком показывать своё отвращение, мне не хотелось обижать этого старичка. Как бы там ни было, я все-таки в гостях.
— Ладно, а я вот возьму один. — Дед взял с тарелки один кекс и начал дробить его пальцами. Тут же ему на плечо сел большой чёрный ворон. — Кушай, Плутарх, — дед отрывал от кекса крупные куски и скармливал их ворону, который аккуратно брал их своим клювом из рук старика. Я немного засмотрелся на это забавное зрелище.
— Люблю воронов… — задумавшись, произнёс я.
— Мудрые птицы… — неопределенно ответил старик, — но люди недолюбливают их из-за своей суеверности.
— Ой, чайник-то закипел, — спохватился старик, — он вскочил со стула и начал возиться с чаем, ворон и не думал улетать с его плеча.
Через несколько минут передо мной стояла большая чашка горячего чая. Как не странно, но чашка оказалась куда чище всех остальных вещей в этой грязной комнатке, и я уверенно надпил чай. Он был крепким и горьким, но я не решился попросить сахар.
— Вопрос не в том, как найти Твердыню Миров, — сказал старик, отпив из своей чашки и продолжая кормить ворона, — вопрос — зачем?
— Как оказалось, чтобы спасти мир, — улыбнулся я, решив, сразу рассказать все как есть. Что-то мне подсказывает, что лгать этому старику не стоило, он все равно узнает правду. Хотя, судя по его словам на крыше, он уже и так знал не мало.
— А мир хочет быть спасенным? — спросил старик, лукаво прищурившись. — Посмотрите на людей! Когда-то они только и мечтали, что бы бороздить космические просторы и океанские глубины, да покорять недосягаемые вершины. А что теперь? Вся их фантазия уходит на придумывание более изощренного оружия для уничтожения своих же собратьев, да более диковинных сексуальных игрушек, для удовлетворения своей бесконечной похоти. Такое ощущение, что их любимые занятия — убивать и трахаться. А эта планета? Что они с ней сделали? Сплошные экологические катастрофы и катаклизмы: ледники тают, озоновые дыры растут, нефтяного и радиоактивного загрязнения все больше. А что они делают со своими же телами? Алкоголь, наркотики, жир, кофеин, сахар. Разрушение! Вот чего они жаждут! И вы, молодой человек, внезапно нарисовавшийся самопровозглашенный мессия, тут со своим спасением будете совсем неуместны. Они вас распнут, на рекламном щите какого-то кафе быстрого питания. Нет, не такой мессия им нужен. Да и библейский Христос тут уже не поможет. Это скорее эпоха библейского Люцифера. Весь сияющий и искрящийся, сотканный со лжи и обмана, с сексуальными кубиками пресса на животе, смазливой мордашкой, голливудской улыбкой и загаром из солярия он спустится перед толпой под грохот фанфар, какую-то фонограмму на заднем фоне и дождь из блестящего конфетти. И, обнимая двух пышных размалеванных красоток с силиконовыми грудями, уверенным движением поправит свой новенький костюм от Армани и позовет беснующуюся толпу за собой, вперёд в светлое будущее к скидкам по 30–50 %, чудодейственным кремам от ожирения, средствам для потенции и увеличения груди. И новенький айфон всем и каждому, и пусть никто не уйдёт обиженным. Вот такого мессию они будут боготворить, всех остальных они распнут. Иисусу стоит это учесть, если он все ещё готовит свой второй приход, — засмеялся дед.
Честно говоря, я не ожидал такого потока философских умозаключений от этого старика. Или же это было просто старческое брюзжание из серии "а вот в мое время".
— По правде говоря, — я отпил ещё немного чая, — может люди не так и плохи? Может, они не стремятся к новым открытиям потому, что на земле уже не осталось ни одной вершины, в которую ещё не воткнули флаг?
— Но сколько таких непокоренных вершин в их душах и сердцах, внутри них самих. Может их прогресс пошёл не той дорогой?
— Может… — задумчиво ответил я и отпил большой глоток чая, — простите, все эти философские беседы очень занимательны, но я здесь, все же, не для этого. Мне, правда, нужно попасть в Твердыню Миров.
— Зачем? — на лице старика появилась лукавая улыбка, — ведь я уже объяснил вам, что миру не особо-то нужно ваше спасение. И вы не смогли это оспорить.
Я вздохнул. Разговор заходил в тупик.
— Если честно, мне не особо-то есть дело до мира и его спасения, по правде говоря, ещё сегодня утром я и не знал, что миру что-то угрожает. — Честно признался я, смутно подозревая, что старик все равно знает правду. — Но мне нужно попасть в Башню Миров и по личным причинам. Я должен избавиться от кое — какой ноши. И, как мне кажется, понять что-то важное, разгадать хоть некоторые из бесконечных загадок.
— Вот, — обрадовался старик, — слышу слова не лицемерного псевдосвятоши, но искреннего эгоистичного мага Хаоса. Значит, вы хотите избавиться от тех демонов, запечатанных в камнях, которые вы всегда таскаете в вашем кармане?
— Вам и это известно? — удивился я.
— Ну, ещё бы, ведь это я запечатал их в те камни и заставил стать хранителями Башни. Четыре великих темных стража — Алчность, Гордыня, Похоть и Власть, четыре могущественных демона, воплощения четырех пороков. Четвёртого я, кстати, почему-то не чувствую, ты ещё не нашёл последний камень?
— Нет, — ответил я, — кстати, вы не знаете, где я могу его найти?
— Понятия не имею, но те трое точно знают, спроси у них.
— В смысле у демонов, запечатанных в кристаллах? — что-то мне совсем не хотелось что-то спрашивать у этих злобных тварей.
— Угу, они тебя приведут к четвертому. Потом, когда найдёшь башню, вставишь камни в специальные ячейки, и врата откроются. Видишь, все просто. Осталось только найти башню.
Звучит как квест в дурацкой компьютерной игре, а я надеялся, что с фантазией у старика получше.
— И где же она находится, эта башня?
— А вот это самое интересное, — засмеялся старик, — я не знаю где.
Я опешил.
— То есть как, не знаете? Вы же её строили!
— Ага, вот только там где строил, её уже нет. Она любит перемещаться и менять форму, её нынешнее расположение и внешний вид мне неизвестны.
Я даже немного приуныл, а ведь удача уже, казалось, была так близка.
— Ну, вы хотя бы должны знать, как её можно найти? — уже почти отчаявшись, спросил я. — Хоть какие-то зацепки есть?
— Она находится под влиянием мира людей, — загадочно ответил старик, продолжая кормить ворона, — в каждую эпоху она разная.
После этого старик замолчал, как будто сказал и так достаточно, и теперь все должно быть понятно.
— И что мне это даст? — прервал я паузу.
— А то, — ответил старик немного со злостью, — что вам нужно идти в ногу со временем, чтобы найти башню. Что в тренде в эту эпоху? Быстрее, больше, эффективнее, лучше! Хочешь скачать просветление без смс и регистрации, хочешь в нирвану за десять занятий, хочешь ускоренный курс английского за пять недель, хочешь увеличить член на два сантиметра, очистить карму онлайн, заработать не выходя из дома, самое лучшее авто или самую сексуальную жену? За час, неделю, максимум год, главное быстрее! Ведь жизнь проходит, а нужно все успеть попробовать. Это ускоренный мир, Странник. Достаточно ли вы быстрый для него?
— Я вас не понимаю, — искренне ответил я, удивлённо уставившись на сумасшедшего старика.
— Стань зеркалом эпохи, дурень, — прохрипел старик, внезапно нависнув надо мной, — и спроси подсказок у демонов, что носишь в шкатулке. Они все связаны между собой, а вместе — с башней. С тремя найдёшь и четвёртого, а четверо откроют тебе путь к Твердыне Миров. Если, конечно, научишься их понимать. — Добавил старик после небольшой паузы. — А теперь пока, мне ещё остальных птиц покормить нужно. — Старик щелкнул пальцами, и меня тут же охватил и закрутил искрящийся вихрь.
Уже через миг я стоял посреди неизвестной мне улицы, на которой были какие-то трущобы и заброшенные зданиями, с разбитыми окнами и обрисованными граффити стенами.
— Что это было? — спросил я у своего медальона.
Вспышка — и передо мной самоуверенно прохаживается демоническая кошка.
— Насильственная телепортация, — ответила Кира. — Тебя перенесли вопреки твоей воле.
— А такое возможно устроить?
— Для личностей с высоким уровнем Силы и мастерством техники, вполне, — промурлыкала Кира в ответ. Сегодня у неё было игривое настроение.
— И этот старик один из таких?
— Не знаю, — ответила кошка, — но его сила далеко за пределами моего восприятия, для меня она неизмерима. Возможно, она равна силе Великих Мастеров или даже превышает её.
Я присвистнул. Не слышал, что в нашем мире есть существа, способные сравниться с Великими Мастерами. Кто же он такой, этот дед? Да, он, судя по его же словам, создатель уникального артефакта — Цитадели Миров, места, потенциал которого трудно переоценить. И да, он знал обо мне и о камнях так много.
— Кто же такой тот странный безумный старик? — озвучил я свои мысли, не особо надеясь получить ответ.
— Как минимум, судя по всему, создатель Твердыни Миров, которую ищут так многие, и в которую по слухам, не смог бы войти даже Великий Мастер. А это уже не мало.
Кира была права. Игра становится действительно любопытной и опасной, а ставки повысились настолько, что я просто не могу спасовать. Я улыбнулся. Кажется, я вошёл в раж.
— Что ж, судя по всему, мне теперь придётся пообщаться с теми свирепыми демонами, заключенными в моих камнях. Но как это сделать?
— Это можно устроить, — заверила меня Кира, — но это будет непросто, а еще очень опасно для тебя. Эти твари — могущественные и очень злобные создания. Они захотят подчинить твоё тело и сломить твою волю, и для этого они могут не обязательно использовать грубую силу, а, скажем, прибегнуть к изощренным хитростям. Тебе понадобиться вся твоя решимость, вся твоя воля и все силы, чтобы выстоять. Ты готов, Странник? Готов встретиться с самыми страшными кошмарами, с ужасами, выходящими далеко за пределы самой свирепой злобы и жестокости людей?
Честно говоря, от последних слов Киры у меня мурашки пробежали по коже. Но, в глубине души, я уже давно понимал, что выбора у меня нет. Я иду по уготованной мне дороге, и попытаюсь выстоять и понять своё предназначение, если оно вообще существует.
Вдруг, из-за какого-то старого здания вышел человек в форме полицейского. Он махал мне рукой и что-то говорил на неизвестном мне языке. Я тихо прошептал несложное заклятие "крушитель языкового барьера".
— Мистер, что вы здесь делаете? Будьте добры, предъявить документы, удостоверяющие вашу личность! — сказал полицейский, подходя ближе ко мне.
Я вытянул руку вперёд, почувствовал, как энергия Хаоса струиться сквозь пальцы, и провёл рукой перед глазами полицейского.
— Тебе не нужны мои документы, — произнёс я бархатным успокаивающим голосом.
Глаза полицейского тут же затуманились.
— Мне не нужны ваши документы, — ответил он каким-то пустым безэмоциональным голосом.
— Это не те дроиды, которых вы ищете, — сказал я, уже откровенно смеясь.
— Это не те дроиды, которых я ищу, — вторил мне полицейский все тем же пустым голосом, — удачного дня, сэр, — после этого он развернулся и зашагал в другую сторону.
— Все не наиграешься, Странник, — недовольно фыркнула Кира, — твои умения в магии, влияющей на психику хороши, но твои ловкость и реакция все ещё оставляют желать лучшего. В схватке с боевым магом счёт идёт на доли секунды, и там тебе твои фокусы не помогут.
— Не будь занудой, Кира. Я и без тебя знаю свои слабые стороны. Но власть над чужим сознанием так пьянит…
— Иногда меня удивляет, что тебя выбрал Хаос, а не Тьма, — серьезно заявила мне моя демоническая кошка.
— Хм… а так ли велика разница между ними? В любом случае, нам пора выбираться отсюда, кто знает, как отреагирует Кодекс на мои маленькие шалости. Сейчас проблемы со Смотрящими мне ни к чему, — я вспомнил тех одинаковых с лица болванчиков, что стоят на страже санкционированного использования магии.
— Наконец-то разумная мысль, — сказала Кира.
— Тогда в путь, — ответил я, достав свиток телепортации.
"Люблю, когда еда относится к жизни с оптимизмом и юмором, это делает ее вкус мягче и убирает неприятный кисловатый привкус".
Как только закончилась телепортация, и я оказался в незнакомом месте, меня встретил холодный ветер, что пронимал до самых костей. Я невольно поежился. После тёплого замка оказаться здесь было не очень-то приятно. Кстати, а здесь — это где? Было тёмно, и я мог разглядеть только несколько силуэтов горных вершин и чернеющую в темноте пещеру.
— Это здесь? — спросил я учителя.
— Да, — ответил Керамбит, — это одна из заброшенных баз Ордена Безликих. Я уже был тут сегодня. И нашёл занятную вещицу, которую я, к сожалению, так и не смог открыть. Хотя, судя по сосредоточению Силы вокруг неё, там есть кое-что интересное. Но, я подумал, может разобраться с этим сможет ученик Великого Мастера, ведь Орден как-то связан с Мастерами и их учениками. Конечно, такое предположение кажется сомнительным, но я ухвачусь за любую возможность подобраться к Ордену. Вот по этому, мы должны хотя бы попробовать. Ты нужен мне, здесь и сейчас, Странник, так что уж прости, что отвлек от твоих странных ночных развлечений, о которых мы ещё обязательно поговорим. Но сейчас ты необходим мне, что бы проникнуть в тайну Ордена. Так что соберись! Быть может, нас ждёт та ещё ночка.
Какая-то "занятная вещица" от Ордена, которую я, возможно, смогу открыть? От тех психов, что чуть не препарировали меня прямо в Академии, под носом у опытных могущественных магов Хаоса? Звучит не очень-то безопасно.
— А вы уверенны, что это не ловушка? — задал я учителю вполне резонный вопрос.
— Стопроцентной гарантии нет, но… Я сегодня уже побывал там, и могу сказать, что это место не заминировано, не проклято, не покрыто какими-то отслеживающими заклинаниями. И члены Ордена явно забросили эту базу. В общем, все вроде бы чисто. Так что не бойся, студент, — и учитель ободряюще хлопнул меня по плечу, — задача наша крайне проста — тихонечко зайти, попытаться вскрыть объект и так же тихо уйти.
— Звучит просто, — я с недоверием посмотрел на пещеру, чернеющую в этих неизвестных мне горах, — но все ли пройдет так гладко?
— Этого никто не знает, — улыбнулся наставник, — но у меня для тебя кое-что есть, специально на такой вот случай.
— Набор супер — гаджетов, что помогут мне успешно пройти через все преграды, как в фильмах про шпионов? — радостно спросил я.
— Эээ… почти, — ответил Керамбит, — у меня есть кое-что получше. — Он подмигнул мне и достал из своего небольшого ранца какой-то сверток. Учитель начал разматывать его с такой нежностью и так бережно, что я уж подумал, что там нечто действительно ценное. Но реальность меня сильно разочаровала. При свете луны сверкнул небольшой слегка поржавевший и даже немного зазубрившийся клинок, а так же две маленьких очень пыльных склянки с каким-то мутным содержимым.
— Что это? — спросил я с недоверием.
— Это то, что может спасти тебе жизнь, если там, — и учитель указал пальцем на пещеру, — нас все-таки будут ждать неприятности. Этот легендарный клинок называется "Разбивающий оковы и высвобождающий истину древний меч семи ветров, разящий в ночи".
— Эээ… не слишком ли пафосно и длинно, как для маленького ржавого кортика, который явно видал лучшие времена? — я с недоверием взял меч в руки и внимательно его осмотрел. Да, этот раритет, мягко говоря, не выглядел устрашающе.
— Не недооценивай это оружие, — серьёзным назидательным тоном произнёс мой учитель, — оно, согласно легенде, способно разрубать любые цепи и вскрывать любые замки. Потому его и прозвали "разбивающий оковы и высвобождающий истину".
— Интересно, — я взглянул на эту ржавую железку уже с большим интересом, — а почему его называют разящий в ночи и меч семи ветров? Его сила возрастает ночью, он как-то связан с элементом воздуха?
Керамбит удивлённо приподнял брови и посмотрел на меня с каким-то недоверием, а потом со своим обычным скепсисом заявил:
— Пацан, компьютерные игры и комиксы не идут на пользу! Это просто поэтический оборот, меч древний, вот так и назвали, тогда любили так выражаться.
Я был очень разочарован:
— Ну, хоть оковы то он взаправду может разбивать? — спросил я у Керамбита.
— Говорят, что да, — задумчиво ответил учитель. — Я испытывал его лишь раз, сегодня в этой пещере, и он не сработал. — Честно признался мой наставник. — Собственно, я не успел его вернуть обратно, но я думаю, он может пригодиться тебе.
— По моему, вам просто надоело таскать эту не очень легенькую штуковину в сумке, вот по этому — вы и пытаешься от него отделаться, — предположил я.
— И это тоже, — улыбнулся маг.
— Кстати, а где вы его взяли?
— Позаимствовал в Главном музее артефактов Хаоса.
— Позаимствовали без спросу, надо полагать? — улыбнулся я.
— Ну, вроде того, — улыбнулся в ответ Керамбит, — кстати, ты не мог бы завтра занести его обратно, только незаметно? А то я буду слегка занят.
Я представил, как буду незаметно возвращать в музей украденный экспонат, да уж утречко предстоит. Хотя, это может быть даже весело.
— Ладно, постараюсь, — согласился я. — Если, конечно, переживу эту ночь. — Я снова посмотрел на пещеру, от которой словно веяло опасностью. — Но не эффективней ли было бы дать мне пистолет или автомат?
— Как будто ты умеешь ими пользоваться! — резонно заметил мой наставник, и я невольно поморщился, обидно, но — правда, я совершенно не умею обращаться с огнестрельным оружием. Конечно, не то, что бы я был опытным мечником, но за почти полгода в Академии я успел овладеть некоторыми навыками обращения с холодным оружием. Почему-то, этой дисциплине хаоситы уделяли немало внимания. А наша преподавательница, строгая дамочка с кнутом, всегда одетая в соблазнительный обтягивающий костюм из кожи, хорошо знала свое дело. Она выработала у нас неплохие навыки владения мечами и многими другими видами холодного оружия. Так что кое-как обращаться с этой штуковиной я умел. Я осторожно взмахнул клинком, рассекая воздух. Надо сказать, меч довольно удобно ложился в руку, и вызывал приятное ощущение веса, не очень лёгкого и не слишком тяжёлого. С этим клинком я, как не странно, почувствовал себя намного уверенней.
— А что в склянках?
— Два зелья, очень полезных для тебя в данной ситуации. Одно называется "кошачий глаз", а другое "ловкость мангуста". Первое позволит тебе хорошо видеть в темноте, второе — на некоторое время улучшит твою реакцию, рефлексы, скорость, ловкость и выносливость, а так же придаст сил. Этакий уникальный магический энергетик. В магии ты пока слабак, прости, новичок, так что я подумал, что меч плюс ускоренные рефлексы будут для тебя более эффективной защитой. Если уж встретишь вражеского мага, просто попытайся быстро навязать ему ближний бой и зарубить. Но, думаю, до этого не дойдёт. Держись все время возле меня!
Легче сказать, чем сделать, надеюсь, все действительно пройдёт гладко. Я начал откупоривать бутылочки и пить зелья одно за другим. "Кошачий глаз" был приторно — сладковатым, как сироп, а вот "прыжок мангуста"… Не знаю, какая на вкус моча, но думаю не хуже этой дряни.
— Какой удивительный вкус… — сказал я, поморщившись.
— То-то же, — ответил мой учитель, не понимая моего сарказма, хотя скорее игнорируя его. — Если бы ты еще знал, из каких удивительных созданий его делают.
— Не из грибошнуров часом? — спросил я наугад.
Учитель удивлённо приподнял брови:
— Вы уже и это проходили? Программу в Академии явно улучшили.
Я невольно улыбнулся. Ага, проходили, сегодня ночью вместе с Анель.
— Мы готовы?
— Да, пора, — ответил учитель.
— А вам не нужно подготовить какие-то заклинания заранее или тоже принять зелья? — удивлённо спросил я.
— Нет нужды, — ответил Керамбит, я уже принял все необходимые меры. — Пошли!
Учитель уверенным шагом направился к пещере. Мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Мы вошли внутрь, вокруг были лишь нагромождения сталагмитов и сталактитов, и ничего указывающего на то, что тут когда-то была чья-то база. Я начал осознавать, как же хорошо я вижу в темноте, словно при свете дня. Первое зелье действовало превосходно, что же касается второго, то его действия я не ощущал, может ускоренные рефлексы нельзя почувствовать, пока не вступишь в реальную битву. Мы шли около десяти минут, на протяжении которых, не происходило ничего интересного. Пещера извивалась, меняла направления, разветвлялась несколько раз на несколько проходов и галерей, но Керамбит уверенным шагом шел вперёд, безошибочно выбирая нужный путь. Даже побывав тут лишь раз, он уже ни за что не заблудится. Вдруг наставник резко остановился, его взгляд стал сосредоточенным, а лицо — очень серьезным.
— Что-то не так! — веско заявил он.
Я осмотрелся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил.
— Почему вы так решили? — удивлённо спросил я.
— Интуиция! Да, всего лишь она, — произнёс учитель, заметив мой скепсис, — но она меня не подводит. Будь бдителен, Странник! Я никого не чувствую кроме нас, но бывают враги, которые умеют скрывать своё присутствие. — После этих слов мы продолжили идти дальше, стараясь быть максимально бдительными.
— Видимо, все может пройти не так уж и гладко, — вдруг заявил Керамбит, — но, не волнуйся Странник, — учитель положил мне руку на плечо и, приблизив губы к моему уху, торжественно произнёс, — должен сказать тебе кое что важное, — он выдержал небольшую театральную паузу и продолжил, — хоть ты можешь и погибнуть сегодня, но, по крайней мере, ты не умрешь девственником.
— Чтоооо? — опешил я.
— Признавайся, как тебе та рыжеволосая красавица, что сделала тебя мужчиной, — лицо учителя стало каким-то извращенным и появилась хитрая похотливая улыбочка, — как тебе её груди, сосочки? — и наставник стал делать характерные движения, словно растирая что-то между большим и указательным пальцем. — А ты пробовал их облизать?
— Чёрт побери, старый ты извращенец, — резко перебил я учителя, чуть ли не проорав это, меня всего трясло, и мои щеки пылали, — я напуган, я пытаюсь сосредоточиться на своей первой в жизни миссии, а ты спрашиваешь у меня такое. Это вообще все не твоё дело… какого хрена…
— Воу — воу, легче парень, — уже до слез хохотал мой наставник, — я не хотел тебя так обескуражить и не думал, что это вызовет столько эмоций. Я просто подумал, что не бывает неподходящего места и времени для разговора о такой прекрасной вещи, как женские груди. Ладно, не буду тебя смущать, но если ты захочешь когда-то об этом поговорить как мужчина с мужчиной, я всегда… БЕРЕГИСЬ!
Внезапно Керамбит с силой отшвырнул меня к дальней стене, а на то место, где мы только что стояли, обрушился огненный шар и несколько десятков молний. Мельком я заметил, как сам наставник отскочил неким замысловатым прыжком назад, после чего ловко приземлился на ноги и, вскинув правую руку вперёд, что-то прошептал. Из кончиков его пальцев сорвалось несколько серебристых магических стрел, они молниеносно рванули вперёд в пещеру, а потом резко остановились, как будто врезавшись в пустоту. Раздался грохот и треск, после чего перед нами, кусками, словно разбитое стекло, стала осыпаться перспектива пещеры. Иллюзия?! За разрушенным иллюзионным заклятием виднелась уже настоящая пещера, в центре которой стояло две фигуры. Враг?! Бой уже начался, а я даже не могу сообразить, что к чему. Все так быстро, неожиданно и непредсказуемо, все так не похоже на спарринги и тренировки в Академии.
Перед нами стояли два мага. Один был одет в длинную чёрную мантию с замысловатыми красными узорами. Он смотрел на нас с нескрываемым интересом, все в нем, начиная с позы и осанки и заканчивая холодным блеском глаз, выдавало уверенность, решительность и невероятную силу. Второй был одет в длинный кожаный плащ, потертые чёрные джинсы, какую-то рокерскую футболку и кожаные берцы. На поясе у него висело два коротких клинка. Он улыбался широкой улыбкой жизнерадостного маньяка — садиста, которому наконец-то выпал шанс кого-то помучить. Меня бросило в дрожь от этой парочки.
— Потрясающе, — произнёс маг в мантии спокойным холодным голосом, — так ловко увернуться от моей комбинированной атаки и тут же сокрушить мою скрытую сверхпрочную защитную сферу одним ударом, что и следовало ожидать от Разящего Сумеречного Когтя.
Разящий Сумеречный Коготь? Это он о моем наставнике?
— Хах, — улыбнулся учитель, — не уж-то это Аксель Повелитель Сфер, собственной персоной? Вот уж не думал, что нарвусь здесь на кого-то столь опасного.
— Что ж, вы наслышаны обо мне, я польщен. Мой ученик… — повелитель сфер указал рукой на парня в кожаном плаще, что стоял рядом с ним.
— Безумный Охотник, — весело продолжил тот, кого назвали учеником, и подмигнул нам.
Безумный охотник?! Что за дурацкое имя.
— Ты убил много наших, — со злостью произнёс Керамбит, глядя прямо в глаза магу в мантии, и даже не обращая внимания на его ученика. Хорошо, что учитель хоть не стал представлять им меня. Его начала окутывать мощная разрушительная аура, что слегка искрилась и стала приобретать цвет серой дымки. Такая же сила, как та, что была у Сумеречных Жнецов, в день нападения на академию фанатиками Безликими.
— Не то, что бы так уж много, — холодно произнёс Аксель, — пока хоть одно хаотское отродье ходит по этой земле, Порядок не будет в безопасности, а значит — моя миссия не окончена. Кстати, ты будешь юбилейным, сотым хаоситом, павшим от моей руки.
Сотым?! Да вы шутите? Этот ублюдок прикончил уже девяносто девять наших собратьев. Я посмотрел на десятки, сотни защитных сфер, что начали окутывать его тело, и десятки атакующих, которые он развесил вокруг себя за мгновение, не используя ни энергетических плетений, ни формул, ни вербальных заклинаний, и невольно поверил, что это может быть правдой. Могущество этого колдуна выходило за все разумные пределы, сила его атак должно быть сокрушительна, что же касается его защиты, то она практически абсолютна. И это такому противнику я должен противостоять на своей первой миссии? Похоже, что наш первоначальный план по — тихому прийти — взять — уйти провалился с треском.
"Не бойся, — прозвучал у меня в голове голос учителя, — я сражусь с ними обоими одновременно. Не вмешивайся! Если все будет плохо, попытайся сбежать". Ого, не знал, что учитель и телепатией владеет.
— Что ж, предлагаю устроить поединки учитель против учителя и ученик против ученика, — произнес Аксель, словно ответив на мысли наставника.
Керамбит лишь саркастично улыбнулся:
— Черта с два я буду играть по твоим правилам, — после этих слов он швырнул в Повелителя Сфер несколько магических стрел, теневое копье и два непонятных сгустка сумрачной энергии, что выглядели, словно клубки этого странного серого дыма, которым было окутано тело моего наставника. Маг в мантии даже не пытался уклоняться, а встретил все атаки в лоб своими защитными сферами. Ни одна из них не причинил ему никакого вреда, хотя около десятка его сфер с треском лопнули.
— Ого, — улыбнулся Аксель, — сразу девять сфер уничтожены одним лишь комбо, я удивлён.
— Я ещё не так тебя удивлю, — со злобой ответил Керамбит, — он тут же швырнул в Акселя несколько ножей, окутанных той же серой аурой. К моему удивлению, и как мне показалось, к удивлению и самого Акселя, клинки с лёгкостью прошли через защитные сферы мага, не разрушив их, но и не отрикошетив, они проскользнули сквозь них, словно были бестелесными.
— Впечатляет, — произнес маг Порядка, с лёгкостью поймав в воздухе два летящих в него клинка, и стал с любопытством рассматривать их.
— Взрыв! — Тут же произнёс Керамбит, и клинки в руках у Акселя засветились.
— Сфера! — прокричал тот. Раздался оглушительный взрыв, создавший мощную световую вспышку.
— Да, с тобой не стоит расслабляться, — весело засмеялся невредимый Повелитель Сфер, в чьих руках только что произошли эти ужасающие взрывы. С его ладоней посыпались осколки защитных сфер, которые он успел создать в последний момент.
— Моя очередь, — десятки маленьких атакующих сфер со скоростью пулеметной очереди устремились в сторону Керамбита, но тот превратился в серое искрящееся облако и с лёгкостью избежал всех атак.
— Магия Сумерек потрясающа, — произнёс Повелитель Сфер немного возбужденным голосом, видимо, он ловил дикий кайф от происходящего. — Кажется, сегодня мне не будет скучно. Но, пора начать настоящий бой.
— Давно пора, — с улыбкой ответил Керамбит.
Так это была просто разминка? Проба сил друг друга? Даже моего учителя, судя по всему, радовала эта битва. Неужели я тут единственный, кто не считает ожесточенный бой насмерть весёлой забавой?
— И так, — Аксель поднял одну руку, направив её на учителя, в ней заискрилась маленькая сфера. Вдруг сфера исчезла, маг Порядка направил руку на меня и произнёс, — замена.
Я увидел удивление и даже испуг на лице у наставника, но было уже поздно. Маленький серебристый вихрь окутал меня, и уже через миг я очутился возле того странного парня в кожаном плаще, а Повелитель Сфер стоял на моём месте.
— Щит непостижимого, активация! — Прокричал Безумный Охотник, и кинул перед собой маленький камушек, из которого тут же возникла прозрачная стена, разделившая пещеру. По ту сторону стены мой учитель и Повелитель Сфер, по эту — я и псих с двумя клинками.
— Я же говорил, учитель против учителя и ученик против ученика, — засмеялся Повелитель Сфер, — эту стену можно разрушить только убив хотя бы одного из её хранителей, то есть меня или моего ученика, — по другому её не преодолеть, это моё любимое творение, — с гордостью заявил Аксель, — одна из моих лучших сфер.
Керамбит тут же швырнул в стену сгустком теневой энергии, но на ней даже царапины не осталось.
— Ну, вот мы и наедине, — со смехом сказал Безумный Охотник.
"Плохо, очень плохо, — подумал я, — этот парень наверняка сильнее меня, недоучки — первогодки, что еле выучил несколько боевых заклятий, да и те не может использовать без достаточно продолжительной настройки. — Все просто ужасно, хуже и быть не может".
— Хотя, я был не совсем честен с тобой, колдун, мы не совсем наедине, правда, Пушистик? — произнес он куда-то в темноту. — Будь хорошим мальчиком, выйди поздороваться с нашим новым другом, и я разрешу тебе немного с ним поиграть.
Из тени пещеры, медленно перебирая четырьмя лапами, вышло существо, которое я бы никому не пожелал встретить ночью в тёмном переулке. Тело его могло бы напоминать тело большой обезьяны, если бы с неё сняли кожу и немного деформировали её мускулы и хребет, что бы они утратили свою чётко очерченную форму и превратились во что-то более химерное. Помимо уродливой плоти из оголенных мышц без кожного покрова, это существо обладало так же длинными острыми когтями на задних и передних лапах, и острыми клыками на изуродованной морде. На меня из-под широкого лба смотрели два маленьких алых, пылающих словно угольки, глаза. Страх полостью парализовал меня, я совершенно не мог управлять своим телом. Я сразу узнал эту тварь. Это создание ни с чем нельзя перепутать, я слишком хорошо помнил его по картинкам в учебниках Академии. Вурдалак, ещё эту тварь называли гуль. Древний мифический трупоед, улучшенный и переделанный в лабораториях Ордена Порядка, он был сейчас моей жестокой современной реальностью. И жаждал он вовсе не трупов, а моей живой плоти. Я так же знал, что мышцы этой твари обладают нечеловеческой мощью, что она может довольно быстро бегать и даже лазать по деревьям и скалам, что её клыки остры как лезвия ножей. Я знал, что гуль никогда не оставит свою жертву в покое, пока не сожрет её или не погибнет сам. Я знал, что эта тварь всегда голодна, она дьявольски ненасытна. Я так же знал, что во рту вурдалак прячет довольно длинное, примерно метровое жало, которым он выстреливает в свою жертву, впрыскивая ей в кровь свой яд. Я знал и то, что этот яд обладал паралитическим действием, но хотя он и сковывал тело, но все же не делал его менее чувствительным к боли. По этому, парализованная жертва ещё долго чувствовала, как её пожирают заживо. Вурдалак не убивает свою жертву одним укусом, он обездвиживает её своим ядом, и начинает медленно объедать её плоть сначала на конечностях, а потом и на всем теле, по этому его жертвы мучаются перед смертью ещё довольно долго. Я все это знал. И моё скованное ужасом тело подсказывало мне, что знание — это не всегда сила.
"Ну же, соберись — в мыслях кричал я себе, — почему я такой слабак, почему все вокруг сильнее меня, а сейчас я подохну, как загнанная в ловушку крыса, умру в агонии от клыков безмозглого трупоеда?"
— Сегодня определённо хороший день, — чуть ли не пропел возле меня Безумный Охотник, — только мы пришли с учителем сюда, не успели и половину предполагаемого пути пройти, как объявилось два хаотских отброса. Не зря мы установили сигнальную сферу на входе в пещеру.
Так вот как им удалось первыми почувствовать наше присутствие и устроить засаду.
Вурдалак медленно подходил ко мне, вражеский маг выхватил один из своих клинков и приставил его к моему горлу, он широко улыбался и очень наслаждался процессом.
— Я мог бы закончить все быстро, но какое от этого будет удовольствие? — Этот ублюдок просто играл со мной, и я ничего не мог с этим поделать, я был готов расплакаться от собственного бессилия и беспомощности.
Маг Порядка убрал свой клинок от моего горла, медленно провёл им вдоль моего тела, держа меч в нескольких сантиметрах от меня. А потом острым лезвием сделал небольшой надрез на моей руке.
Все это время я не мог даже пошевелиться, я лишь с отчаяньем наблюдал за происходящим. Это все просто дурацкий сон. Это все не со мной.
На мече заблестели несколько капель моей крови.
— Попробуй свою добычу, — произнёс "порядковец", обращаясь к вурдалаку и поднес меч к уродливой морде, вурдалак жадно слизал кровь своим сухим пожелтевшим языком.
— У тебя минута форы, после чего я начну охоту — произнёс Безумный Охотник, — беги!
"Послушай меня, Странник. — Снова раздался у меня в голове голос учителя. — Ситуация в которой мы оказались ужасна, но это не повод сдаваться без боя. Борьба — это путь магов Хаоса. Но, с твоим врагом и с вурдалаком тебе не справиться, по этому — беги, беги так быстро как можешь. Эта пещера довольно длинная, бегай по коридорам, тяни время. И не вступай в прямую схватку с "порядковцем" или гулем, это будет самоубийство. Постарайся выиграть столько времени, сколько сможешь. Я попробую разделаться с Повелителем Сфер максимально быстро, а когда стена упадёт — уничтожу и его ученика. Такая тактика — единственный шанс для нас. А теперь беги, идиот, беги!"
Слова учителя, словно сняли мое оцепение, они вернули к жизни мое тело. И я, что было сил, рванул вглубь пещеры.
— Так-то лучше, — раздался у меня за спиной голос Безумного Охотника, — у тебя ещё пятьдесят секунд, малыш. А потом, кто не спрятался, я не виноват.
Я бежал вперёд, не разбирая пути. Сердце бешено колотилось, адреналин переполнял меня. Мне казалось, что моё тело работает куда лучше, чем обычно, возможно страх стимулировал меня, а может наконец-то начало действовать зелье "ловкость мангуста". "Кошачий глаз" оказался тоже крайне полезным, иначе я бы не смог мчаться с такой скоростью в тёмной пещере. Впрочем, так как мои враги, наверняка, владели похожей способностью, то особых преимуществ мне это не давало.
Я промчался ещё по нескольким галереям, свернув три раза и раз выбрав на разветвлении более широкий путь. По моим примерным подсчетам время моей форы вышло, и сейчас та тварь вместе с вражеским магом начнут преследовать меня. Я с силой сжал рукоять клинка, но вынимать его пока не стоило, это замедлит бег, я оставил оружие в покое и побежал ещё быстрее. Всего минута или меньше, как мне показалось, и позади стало слышаться хрипение и рычание вурдалака. Неужели он настигает меня, так быстро? Чертова травля, до чего же обидно быть таким слабаком. Я выхватил меч из ножен и развернулся, как оказалось вовремя. Гуль выбежал из-за угла и направился ко мне. Его рот открылся, сейчас выстрелит жало. Я стал в одну из тех боевых стоек, которым меня обучили в Академии. Тварь издала необычный скрежет, ее уродливый рот приоткрылся — и жало выстрелило. Я успею, я быстрее этой твари, я мангуст! Видимо, зелье действительно подействовало, движения вурдалака казались немного замедленными. Жало вылетело из его рта, но недостаточно быстро. Я нанес размашистый удар мечом и этот мясистый отросток отрубленным упал на землю. Тварь взвыла. Оставалось лишь надеяться, что ей очень больно. Я замахнулся мечом для того что бы зарубить ее, но вурдалак попытался достать меня лапой. Удар, прийдись он точно в цель, мог бы легко вывести меня из строя, но я чудом смог увернуться в последний момент, и острые когти гуля лишь нанесли не слишком глубокие царапины, поранив мне плечо. Но моя стойка была нарушена, и по этому, вместо того что бы зарубить вурдалака, получилось, что я плашмя врезал мечом по его голове. Тварь заскулила и начала убегать в коридор. Как-то я ожидал, что эти существа покрепче будут. Все моё тело дрожало, плечо саднило, и из него текла кровь, но я все равно улыбался. Моя первая крохотная победа в настоящем бою. Но расслабляться было не время, вурдалак быстро вернётся в строй, все-таки с этими тварями так просто не разделаешься, да и колдун скоро настигнет меня. Я развернулся и рванул вглубь пещеры. Долго я так убегать не смогу, да и пещера не бесконечна. И тогда придётся дать врагу ещё один бой, вот только я прекрасно понимал, что победителем мне не стать. Что ж, у меня есть этот ржавеющий клинок и моё новое боевое заклинание — "кулак бури". Этого очень мало, но это лучше, чем ничего. Я ещё поборюсь за свою жизнь. Надеюсь, у учителя все хорошо, и он сможет прийти мне на выручку. Как обидно, что я такой слабак и только и могу, что надеяться на чужую помощь.
С такими невеселыми мыслями я бежал по очередному коридору, как в друг пещера закончилась.
Я стоял на пороге огромного подземного зала, немного напоминающего гномьи чертоги из фантастических фильмов и книг. Гигантские колонны, лавки, столы, да и весь прочий декор — все было сделано из камня. Посередине этой залы находилась десятиметровая статуя сфинкса. А под ней стояли две фигуры, одетые в длинные мантии белого цвета с золотой каймой. Судя по очертаниям, достаточно габаритный мужчина и невысокая женщина. Точнее сказать было нельзя, так как эти двое стояли ко мне спиной. У их ног лежал ещё кто-то, закованный в цепи. Я попытался быстро проанализировать ситуацию. Поскольку, по словам учителя, других магов Хаоса на этой миссии не было, значит — все три персоны, находящихся в этом зале, мои враги. Если попытаюсь напасть на них, пока они меня не обнаружили, то возможно и смогу одолеть кого-то одного, полагаясь на элемент неожиданности. Но всего одного, да и то — в самом лучшем случае. Второй тогда размажет меня по стенке, ведь, наверняка, любой из них сильнее меня. Если останусь здесь, то меня скоро настигнут вурдалак и Безумный охотник. Сражаясь с ними, я окажусь между молотом и наковальней, эти двое в белых мантиях, услышав из пещеры звуки боя, наверняка пойдут проверить и сразу же наткнутся на меня. Это при условии, что я до этого момента доживу, вряд ли мне удастся достаточно долго продержаться против вурдалака и мага Порядка. Стравить "порядковца" с этими тоже не выйдет, я все равно окажусь в центре событий и пострадаю первым. Ситуация ужасная, как не крути. Хотя, есть ещё один вариант, наверное, самый безумный, но единственный, что остаётся. Я посмотрел на фигуру, закованную в цепи. Пленник пытался вырваться, значит, он в сознании.
Что ж, пленник этих двоих тоже, скорее всего мой враг, но он и их враг тоже. Если я его освобожу, не высока вероятность, что он в первую очередь нападет на меня, своего спасителя. Скорее он захочет поквитаться с теми двумя в мантиях, в любом случае это может создать неразбериху и выиграть для меня и сражающегося Керамбита ещё немного времени.
Я вздохнул, не то что бы это можно было бы назвать хорошим планом, или хотя бы разумным поступком, но это единственное, что пришло в голову в этой безвыходной ситуации.
Я рванул вперёд, маги в мантиях были заняты своим пленником и пока не замечали меня, это был мой шанс. Я преодолел уже половину расстояния, как они наконец-то обратили на меня внимание. Молодая женщина посмотрела на меня спокойным взглядом, хотя мне показалось, она все-таки была немного удивлена.
А дальше удивляться пришлось мне. У мужчины, стоявшего рядом с ней, под мантией были доспехи, самые настоящие средневековые доспехи. А в руках он сжимал большую двуручную секиру, которую я не мог вначале заметить, стоя в коридоре, так как он закрывал её своей широкой спиной. Вот же чёрт! Но отступать было поздно. Я сделал вид, что моя главная цель женщина. Кажется, этот странный рыцарь поверил в мой обманный маневр, он стал перед женщиной, закрыв её собой, и приготовился к моему нападению. Слабость рыцарей в их предсказуемом благородном поведении. Всего несколько метров. Ну же, помоги мне ускоренная реакция мангуста, надеюсь, зелье ещё действует. Моя увеличенная скорость и реакция были единственным, что я смог бы противопоставить этому грозному воину.
Но все же, я не собирался вступать с ним в схватку, не нужно быть гением дедукции, что бы понять, что у меня против него не было ни единого шанса. Эта секира, наверняка, переполовинит меня быстрее, чем я смогу к нему хотя бы коснуться своим коротким клинком. Да и мне все равно не пробить доспехи. Броня этого рыцаря, надо сказать, была явно усилена всякими защитными заклинаниями и действием амулетов, это было видно даже такому неискушенному в колдовском деле профану, как я. Я резко остановился в нескольких метрах от рыцаря, в недосягаемости его секиры, и сделал рывок не прямо на него, а по диагонали в сторону пленника, примерно прикинув траэкторию движения так, что бы размах секиры не доставал до меня.
Рыцарь не сразу уловил мою задумку, а потом уже было слишком поздно. Все-таки в тяжелых доспехах особо ни за кем не побегаешь. Я с размаху нанес удар по цепям, не особо надеясь на успех, так как те казались достаточно прочными, да ещё и ко всему их покрывала какая-то светящаяся аура, они явно были магическими. И все же, наверно к удивлению всех четырёх участвующих в действии персон, клинок оправдал своё название и с лёгкостью разрубил цепь, освободив узнику одну руку. Я, воодушевленный успехом, ударил по второй цепи, и ещё по тем, что сковывали ноги.
Мгновенье, и тот, кто был скован — теперь освобожден. Что ж, оставалось надеяться, что я не наломал дров. Парень, что только что лежал закованный в цепи, исчез в мгновение ока, так что я заметил лишь размытую тень. Да уж, мой план явно провалился, этот экс — узник не задержится и не отвлечет врагов, и не станет помогать мне сражаться против них, он, конечно же, просто сбежал при первой же представившейся возможности от противников, которых он, судя по всему, раз уже не смог одолеть, то есть поступил разумно и адекватно. И единственным идиотом тут был я. Неужели я рассчитывал на что-то другое? Какой же я дурак! Что ж, и сейчас я за это очень дорого заплачу. Я уже приготовился к бою с рыцарем и той женщиной в мантии, что пока не спешила делать свой ход. Я понимал, что у меня ни шанса, но сдаваться просто так не собирался. Как вдруг, у меня за спиной послышался необычный звук, похожий на хлопанье огромных крыльев. Я быстро обернулся. То, что предстало моему взору, наверное было тем, что я меньше всего ожидал тут увидеть. Огромное, около пяти — шести метров в высоту, гуманоидное тело, покрытое лёгкой броней. Два больших пернатых крыла и длинный, около трёх метров, пылающий огненный меч. Я не мог видеть лица этого существа из-за опущенного забрала его шлема, но его внешний вид, этот огненный меч, эта нереально мощная аура выдавали его. Такого ни с кем не перепутаешь.
— Ангел?! — только и смог тихо вымолвить я, наблюдая за нанесенным надо мной огненным мечом, — неужели моя смерть будет такой, — восхищенно подумал я, — какой красивый, величественный, завораживающий. Кто бы мог подумать, что я буду повержен огненным клинком ангела. Вот так наказание за все грехи.
Огненный меч занесся надо мной, и я покорно смирился судьбе. В тот момент, пережив столько всего за один день, совершенно потеряв надежду, я просто уже не мог сопротивляться смерти, особенно этой величественной силе с огромными крыльями и огненным мечом. Лишь миг, и полыхающий клинок разрубит меня пополам. Когда дух воина сломлен — он уже проиграл, и ничего тут не поделаешь. Я приготовился к предназначенному мне концу, как кто-то крепко ухватил меня за шиворот и куда-то потащил. Я лишь в недоумении заметил, как быстро я удаляюсь от ангела и двух адептов Света, ведь сомнений, что они принадлежат именно к этой фракции, больше не было.
— Ты с ума сошёл? Твой план стоять неподвижно и ждать смерти? — спросил меня освобожденный мною парень, что сейчас легко держал меня в одной руке, а с помощью другой и ног быстро взбирался по отвесной стене на каменные балконы, — это совсем не весело. Я хочу хорошей драки, а не мученической смерти.
Хоть я все ещё находился в какой-то прострации от созерцания того величественного и смертоносного создания, но все-таки волевым усилием привёл себя в чувство, и оценил сложившуюся ситуацию. Молодой парень в причудливой одежде, ловко цепляясь когтями прямо за скалы, втащил меня на узкий рукотворный балкон, что располагался на одной из стен, под самым потолком этого огромного зала.
— Здесь ангелу нас не достать, — весело заявил он, — слишком уж он крупный для того, что бы пролезть сюда.
Я с интересом посмотрел на улыбающегося парня возле меня. Странный наряд позапрошлого века, острые клыки и еще более острые крепкие когти на руках, да и необычная аура. Он явно был вампиром. Изумрудно — зеленые светящиеся глаза указывали на то, что ко всему ещё и высшим. У низших вампиров глаза были кроваво — красными, если верить тому, чему нас учили в Академии.
— Ну, что, — весело подмигнул мне вампир, — я так понимаю, что ты спас меня, что бы объединить силы против тех святош? Разумно!
"Если честно, — подумал я, — спас я тебя только потому, что это то, что пришло в голову первым в этой сложной ситуации, но в голос говорить такое высшему вампиру не стоило. Еще обидится и свернет мне шею, вампиры — существа настроения, очень переменчивые".
— Ну, так как, — и вампир протянул мне руку, — временный союз Тьмы и Хаоса?
И я, растерявшись и не придумав ничего лучше, пожал протянутую мне руку.
— Пожалуй, соглашусь, — промямлил я. Да и кто ж в здравом уме откажется от помощи высшего вампира, одного из сильнейших существ нашего мира.
В этот момент в зал вошли вурдалак и Безумный Охотник. Последний, в отличии от меня, за мгновенье легко оценил сложившуюся ситуацию и расстановку сил.
— Хах, какое веселье намечается, — весело заявил адепт Порядка, — два мага Света, ангел, вампир и колдун Хаоса, скучно явно не будет.
— Эй, — закричал Безумный охотник и начал махать рукой магам Света, — предлагаю временный союз Порядка и Света против Хаоса и Тьмы. Как вам? По моему, вполне разумно.
— Эти вражеские маги лезут словно тараканы, — поморщив носик и не отводя от нас взгляда, произнесла жрица в белом одеянии, она даже не взглянула в сторону Безумного Охотника. — Этот еретик только появился, а уже успел мне надоесть.
— Аллаксес, преданный хранитель мудрости Истинного Света, займитесь тем надоедливым еретиком из фракции Порядка, это будет хорошей проверкой силы вашей веры, а мы вместе с ангелом разделаемся с вампирским отродьем и колдуном.
— Но, госпожа, — прозвучал приглушенный шлемом голос рыцаря, — не будет ли опасным оставить вас одну против колдуна и вампира.
— Я не одна, рыцарь! Со мной наш Владыка Света, и он не оставит в беде свою верную последовательницу. Или ты сомневаешься во мне, светоносной жрице храма, или может в Нем самом? — гневно произнесла женщина. — Может, твоя вера недостаточно сильна?
— Я никогда бы не стал сомневаться в вас, и тем более в нашем Боге!
— Превосходно! — спокойно ответила жрица, немного успокоившись. — Я ни на миг не ставила под сомнение вашу преданность Истинному Свету. К тому же, со мной Зендрозиил, искра Света, — и с этими словами женщина указала на ангела, — вам не о чем беспокоиться.
— Хорошо, госпожа! — Произнёс рыцарь, — я разберусь с еретиком! — После этого он покрепче ухватил свою секиру и направился в сторону Безумного Охотника.
— Как глупо, фанатики, — сказал маг Порядка, — видимо союза не будет! Что ж, я все равно собирался убить всех! Дадим бой этому ублюдку, Пушок?! Только не здесь, — и маг Порядка хищно улыбнулся, после чего вместе со своим "питомцем" отступил в пещеру. Рыцарь последовал за ним и довольно скоро в зале остались лишь четверо — я, вампир, жрица и ангел.
— Нужно одолеть их, иначе нас убьют, — сказал столь очевидную истину вампир.
— Итак, план таков, — уверенно произнёс он, — жрица опасна для меня, ее магия Света для таких как я, сущий ад. По этому, я займусь ангелом, он силен и смертоносен, но для меня он слишком медленный. Твоя же задача — сдерживать, или ещё лучше, нейтрализовать жрицу, твоей высокоуровневой магией Хаоса. План прост, и благодаря тому, что рыцарь временно не будет нашей проблемой, у нас есть неоспоримое преимущество. Все должно получиться.
— Эмм… маленькое замечание, — невнятно промямлил я, все-таки в обществе вампира я чувствовал себя ещё более неуютно, чем с теми маньяками из Порядка и Света.
— Что такое? — удивленно спросил вампир. — Испугался кибер ангела?
— Нет, — ответил я, — просто, дело в том, что я не владею даже магией среднего уровня, о высокоуровневой — нечего и говорить.
— Что?! — удивился вампир. Он тут же улыбнулся. — Да хватит заливать, как будто ваши отправили бы на такую серьезную миссию кого-то настолько слабого? Ведь вы сюда тоже по делу Ордена Безликих пришли?
А этот вампир не промах. Судя по всему, не мы одни заинтересовались заброшенной базой Безликих. Вот только, благодаря беспечности учителя, мы единственная фракция, что притащила сюда студента первокурсника, то есть меня. И теперь мне нужно сражаться против опытных и опасных магов. Это на первой-то миссии. Было бы смешно, если бы не было так грустно.
— Нет, я серьёзно, — ответил я, — я первокурсник, знаю всего несколько боевых заклинаний.
Вампир насторожился, он немного напрягся, по — моему он считывал мою ауру.
— Быть того не может, — произнёс он озадаченно, — я знал, что вы хаоситы долбанутые, но что бы на столько. Посылать первокурсника на миссию Х — ранга. — Вампир засмеялся и хлопнул меня по плечу. — А мне начинает все больше нравиться ваша фракция! Такая храбрость, безрассудство и полная безбашенность. Вот такое мы, вампиры, очень любим.
— Что ж, тогда нас ждет настоящее веселье, — произнёс все еще улыбающийся вампир, ну вот, кажется еще один маньяк, любитель подраться, — у тебя есть шанс почувствовать дух настоящей битвы. Только сражаясь с превосходящим в силе противником, ты можешь стать по — настоящему сильным. Не волнуйся, — одобряюще подмигнул мне вампир, — будет, что девчонкам рассказать, ну, если не подохнешь, конечно.
Хорошенькое "если". Я посмотрел на кибер ангела, на эту машину смерти, да и жрица, наверняка, что-то умела, уж посильнее первокурсника будет. Вот же влип. А главное, даже если мы победим, не захочет ли вампир разделаться и со мной?
— Жаль, конечно, что ты такой слабак, — сказал вампир, вот тут я мог бы и обидеться, хотя да, в сравнении с ними всеми, всеми магами в этой пещере, я невероятный слабак, но хватит меня уже тыкать в это носом при каждом случае, — ведь я хотел сразиться с тобой в конце всего этого, — произнес вампир, будто догадавшись о моих опасениях, — но, видно, ещё не время!
Точно очередной маньяк, повернутый на битвах. Но правда ли он меня не тронет? Вампиру точно доверять не стоит, но выбора у меня нет. Вот же втянул меня Керамбит.
— Жрица все же остаётся на тебе, как бы там ни было, ты — инициированный маг, живущий в мире магов. Сражаться с сильными противниками и выходить победителем из, на первый взгляд, безвыходных ситуаций — твоя судьба, если конечно, хочешь прожить подольше. Так что импровизируй. А теперь погнали…
Не успел я что-либо ответить — как вампир схватил меня и, сделав несколько прыжков, поставил прямо перед жрицей. Сам он тут же выхватил из-за пояса короткий клинок и ввязался в драку с ангелом. Я только и заметил краем глаза, как ловко он уклоняется от огненного меча, у которого, казалось, не было ни шанса попасть по вампиру. Впрочем, и сам вампир явно не мог нанести ощутимого вреда кибер ангелу, сколько бы его не бил, колол и царапал.
Но, времени полюбоваться схваткой этих могущественных существ у меня не было. Я стою перед женщиной в белой мантии, своим врагом, один на один. Такое странное ощущение, смесь страха, отчаянья, непонимания. Я должен остановить ее, возможно убить. Если я этого не сделаю, то погибну сам. И миссия будет провалена, и может быть, даже учитель погибнет, если он ещё жив. Почему же тогда, я все ещё стою неподвижно? Ну же, двигайся, идиот! Но, я все не мог пошевелиться, уже в который раз за эту ночь, стою, словно напуганный кролик перед удавом. Мне явно не хватало боевого духа.
— Что ж, — сказала жрица, видя мою растерянность, — тогда мне следует сделать первый ход.
Она вскинула вперёд руки и произнесла: "Очищающий свет". С кончиков её пальцев сорвались лучи света, они устремились в мою сторону. Я не смог увернуться, так как не мог заставить своё тело двигаться. Да и свет все равно был быстрее даже моей, ускоренной зельем реакции. По этому, лучи с лёгкостью попали в меня. Боль, что они причинили, была невыносимой, казалось, что она была далеко за пределами того, что можно стерпеть. Я чуть не заорал во все горло, но лишь с силой сжал зубы сильнее. Такая боль, теперь я понимаю, почему вампир опасался жрицы, для него, существа из тьмы, эта магия света ещё более смертоносна.
На моём теле появились десятки надрезов и кровь начала выступать под одеждой.
— Ты умрешь в мучениях, еретик, — спокойным тоном произнесла женщина в мантии. Ее голос не выражал никаких эмоций, так же как и её лицо.
— Светоносная Длань, — произнесла она, и ослепительный свет ударил в меня из кончиков её пальцев.
Чувство было такое, словно мне сломали все кости или вонзили в моё тело десятки клинков, от злости и боли я заскрежетал зубами. Мне было трудно стоять на ногах, все тело дрожало и стало очень слабым. Нет, я не могу погибнуть так, не от рук этой безумной фанатички. Хоть я еле мог сопротивляться невероятной боли и усталости, я попытался успокоить свои мысли и стал в ту боевую стойку, которой меня сегодня научила Анель. У меня было мало практики, навряд ли у меня получится. Но, я вдруг осознал, что второго шанса у меня не будет. Следующую атаку жрицы моё тело не переживет. Она уже подняла руки и начала шептать формулы. А в моей голове зазвучал голос Анель, нежный и тихий, всего одна фраза, которую эта загадочная девушка — призрак прошептала мне, казалось, целую вечность назад, хотя с того момента прошло всего несколько часов. "Хаос — это страсть!".
Я подумал об Анель, о Бестии, о Ловкаче и о других моих друзьях, о Великом Мастере, о жизни в Академии. Нет, я еще не готов умирать, есть еще много чего, к чему я привязан в этом мире. Я почувствовал, как что-то нарастает в моей груди, словно огромный огненный шар, моё тело пылало от невероятного жара, кончики пальцев начало щипать от переизбытка энергии. Я вскинул руки и сотворил "кулак бури".
Заклинание сорвалось с моих пальцев раньше, чем жрица успела закончить своё. Мощный прицельный быстрый поток воздуха снес волшебницу, словно она была сделана из картона, и буквально впечатал ее в стену. После такого серьезного удара нельзя было выжить, но… Медленно, шатаясь и истекая кровью, жрица поднялась на ноги. Она выжила? Как? Я же наоборот безвольно упал на колени, последний удар забрал все мои силы. Эта женщина, её решительность и воля были невероятны. Она медленно двигалась ко мне, шептала какие-то формулы и направила руки в мою сторону.
"Чёрт! Вставай! Держись тряпка! Сражайся за свою жизнь!" — орал я себе в мыслях, но моё тело меня не двигалось. Я еле мог пошевелить рукой, но уж никак не сражаться. "Ну же! Идиот! Ты же сейчас умрешь!" — мысленно кричал я себе. Мне кое-как удалось медленно поднять меч, руки невероятно дрожали, я не успею. Да и что успевать, если даже не могу встать на ноги. Жрица с завидным упорством продолжала двигаться ко мне, хоть и сама еле стояла на ногах. Она уже направила на меня руку, и яркий ослепительный свет заискрил на кончиках ее пальцев. Ну, вот и все, я проиграл…
— Что ж, кажется шоу пора заканчивать, — весело произнёс вампир, он ускользнул от очередного удара ужасающего клинка ангела, что тут же раздробил скалу на десятки небольших камней, и в несколько ловких прыжков оказался возле жрицы. Он схватил её руку с уже готовым сорваться заклинанием и направил её на статую в центре зала. Заклятие сорвалось с кончиков пальцев жрицы и ударило по статуе, не причинив ей, впрочем, ни малейшего вреда.
— Как я и ожидал, свет на этого сфинкса тоже не действует, — задумчиво произнёс вампир, потом посмотрел на жрицу и на ангела, что направив свой клинок на вампира, собирался его атаковать.
— Ладно, пора заканчивать, — сказал вампир и схватил жрицу за горло, неприятный хруст сломанной шеи, и ее обмякшее мертвое тело упало на пол. Ангел тут же перестал функционировать и замер с нанесенным над вампиром мечом.
— Ангел… он остановился? — удивлённо сказал я.
— Да, кибер ангел связан со своим медиумом, если жизненная сила медиума иссякнет, ангел так же потеряет энергию и не сможет функционировать, — широко улыбаясь объяснил вампир, — серьёзная недоработка инженеров школы Света, тебе не кажется?
— То есть… ты мог закончить бой в любой момент? — сказать, что я был шокирован — это ничего не сказать.
— Да, но это было бы не так весело, — как ни в чем не бывало, ответил вампир.
Вот чёрт, неужели я тут один такой, кто не считает убийства весельем? Впрочем, это же вампир, кровожадность его естественная черта. Я посмотрел на безжизненное тело жрицы у его ног, как же легко и с улыбкой он убил её. Хоть она и была врагом, но разделаться с ней с таким удовольствием… Но, кажется, я все ещё пытался судить вампира по меркам людей.
— А ещё, мне было интересно, на что способен ученик Великого Мастера, — сказал вампир и посмотрел на меня испепеляющим взглядом.
Кровь застыла у меня в жилах. Он знал, знал кто я. Почему, я чувствую, что ничем хорошим для меня это не закончится?
— Вижу, ты удивлён! — вампир все еще изучал меня, подходя ближе. — Что ж, информация о тебе уже распространилась в определенных кругах. Ты вызываешь сильный интерес. Что и не удивительно, давненько никто из живущих ныне Великих Мастеров не брал себе учеников.
Вампир подошёл ко мне и бесцеремонно взял мой меч, впрочем, сопротивляться ему у меня сейчас не было никаких сил, хотя я и в нормальном состоянии вряд ли смог бы хоть как-то навредить высшему вампиру.
— А теперь, я хочу кое-что проверить, — и вампир сделал несколько взмахов мечом, — насколько же хорош этот меч?
На ком он хочет его проверить? Хотя, что за глупость, здесь никого кроме нас двоих. Видно, мне все-таки не пережить эту ночь, запоздало подумал я.
Вдруг, в коридоре раздались шаги, кто-то приближался. Вампир направил острие клинка в сторону входа в комнату.
— Я справился… — в проходе, шатаясь, стоял рыцарь, пот градом стекал с его лица, на голове больше не было шлема, броня была повреждена во многих местах. — Я… убил… еретика… — задыхаясь, проговорил он. Только теперь я заметил, что в одной руке рыцарь держал окровавленный меч, а в другой — отрубленную голову, голову Безумного Охотника. Мертвое лицо расплылось в пугающей предсмертной улыбке, видимо Безумный Охотник, даже почуяв свою смерть, был доволен тем, что наконец-то нашёл себе достойную добычу, такую, что прикончила своего охотника.
Вампир присвистнул:
— Эх, знатная, наверно, была битва, жаль я её не видел. Впрочем, я ставил на "порядковца" и его вурдалака. Эти фанатики не перестают удивлять, такие упорные.
Рыцарь осмотрел комнату затуманенным взглядом. Вдруг, он заметил мертвую жрицу, все его тело задрожало, а глаза стали излучать такую невероятную злобу, что у меня мороз побежал по коже. Этот маг был ужасающим.
— Кто?! — прорычал он на весь зал.
— Это я убил твою подружку, — со смехом сказал вампир, — жаль ты не видел её смерти, такое забавное зрелище.
Рыцарь ничего не ответил, он лишь сильнее сжал свой меч и медленно двинулся вперед. Кровь сочилась из его ран, он еле мог двигаться, но продолжал идти вперёд с чудовищным упорством, оставляя за собой кровавый след.
Глаза рыцаря были полны боли и ненависти, а вампир все так же беззаботно улыбался. Маг продолжал идти вперёд, вдруг он остановился и выхаркнул кровь, но, шатаясь, продолжил двигаться дальше. Шаг и ещё шаг, имея столько невероятных ран, он продолжал двигаться.
— Потрясающе, — воскликнул вампир, глаза которого блестели и светились, — он уже умер, его тело только что умерло, но его воля ещё здесь.
Я посмотрел на рыцаря, искра жизни действительно навсегда потухла в его глазах, но он продолжал идти вперед, как какой-то зомби, пока наконец-то не зашатался и не рухнул прямо к ногам вампира. Последний бесцеремонно потыкал мечом в тело рыцаря.
— Вот теперь точно все, — констатировал он, — ладно, вернёмся к моему эксперименту.
Ну вот и все, настал и мой черед. Но вампир, не обращая на меня внимания, подошёл к статуе сфинкса и рубанул по ней мечом, меч со звоном отскочил, не причинив статуе вреда.
— Как жаль, — с деланной грустью сообщил вампир, — я думал, хоть ты с этим справишься, Разбиватель Оков. Ты меня разочаровал! — И он кинул меч на пол. — Что ж, а эти маги Света, видимо, хотели открыть тайник Ордена, принеся меня в жертву своему Владыке Света. Как мило! Что может быть лучше старого доброго кровавого жертвоприношения? — улыбнулся вампир. — Если бы не ты, колдун, у них могло бы получиться. Так что я в долгу перед тобой.
— Но все же, — вампир достал из ножен свой кинжал, — было бы не разумно оставлять тебя в живых. Ведь однажды ты станешь угрозой. — Он начал медленно приближаться ко мне мягкими шагами.
Я попытался подняться на ноги, чтобы дать последний бой, но моё тело все ещё не восстановилось после ужасных атак жрицы. Улыбаясь, вампир остановился недалеко от меня.
— Хотя, заканчивать все так — совсем не весело.
Чертов ублюдок, он играет со мной. Почему все мои сегодняшние противники не реально сильные неуравновешенные психопаты.
— Я оставлю тебя в живых. Будет интересно, каким магом ты станешь. Судя по тому, что я видел, у тебя большой потенциал. То заклинание, которым ты, буквально, снес жрицу, выходит за рамки даже магии среднего уровня, что уж и говорить про то, что оно куда выше начального уровня новичков.
Я был сильно удивлен. Мой "кулак бури" выше даже среднего уровня? Заклинание, которое я выучил и отточил всего за несколько часов. Я понимал, что все это только благодаря той странной девченке, Анель. Нужно будет обязательно потолковать с ней, и выяснить эту загадочную историю о погибшей предыдущей ученице Великого Мастера. Все это, конечно, при условии, что я переживу эту ночь.
— Ты действуешь слишком грубо и прямолинейно, — продолжал вампир, — тебе не хватает техники и изящества, многому ещё предстоит научиться. Но этот огонь злобы и ненависти, эта страсть в твоей душе, гордыня и даже любопытство. Мы с тобой во многом похожи, маг! Стань достойным противником, и тогда я, быть может, сражусь с тобой.
Бой с высшим вампиром? Нет, это уж слишком не то, что для ученика Академии, но даже для подготовленного рядового мага.
Вампир подошёл ко мне ближе:
— Чуть не забыл, подарок за то, что спас мою жизнь.
Вампир полез в карман и достал оттуда маленькую красную статуэтку какого-то уродливого клыкастого создания.
— Это — Аверон, — сказал вампир, — один из демонов, служащих моей семье. Если попадешь в беду, дай ему несколько капель своей крови и дальше… сам все увидишь, — засмеялся вампир, — но поверь мне, его стоит использовать лишь как самую крайнюю меру.
— И последнее, Странник, — он даже знал моё имя, да кто он такой, — мне стоит представиться, — словно прочитав мои мысли, сказал вампир, — а то как-то не вежливо получается. Я принц Рэвиндаль, наследник дома Ханор! Стань сильнее, Странник, и я тоже стану, я чувствую, день нашей битвы однажды настанет. Удачи, колдун!
— И вам, ваше высочество! — язвительно ответил я.
Вампир достал какой-то камушек, произнёс непонятное мне слово, тут же вокруг его ног появился алый круг и он мгновенно исчез. Затейливая телепортация вампиров.
— Чертов психопат, — я посмотрел на уродливую пугающую статуэтку в своей руке, на мертвую жрицу, которую вампир так легко и даже с удовольствием прикончил, — надеюсь в день нашей битвы, если она состоится, я размажу тебя по стенке.
Хотя это лишь громкие слова. Принц Рэвиндаль, наследник дома Ханор, одного из четырнадцати уцелевших великих домов, самая верхушка иерархии вампиров, наследник тайных древних техник своего дома, в которые его согласно вампирским обычаям однажды посвятят, когда он будет готов. Судя по тому, что я вычитал в книгах, те знания, сделают его ещё сильнее, намного сильнее, однажды он станет одним из сильнейших существ в этом мире. И зная это, он все равно бросил мне вызов. Какого же он высокого мнения о моём потенциале? Хотя, возможно, он просто забавляется. Вампиры очень любят играть, особенно — чужими жизнями.
Я вздохнул, сейчас не хотелось думать о таких сложных вещах. Я чудом выжил в этой сложной заварушке, но даже не знаю — жив ли мой учитель и как закончить эту чертову миссию. Я кое-как смог подняться на ноги, которые жутко дрожали и не хотели держать меня и кое-как добрел до статуи в центре зала. Хоть это и стоило мне многих усилий и целую вечность времени. Каменный сфинкс неподвижно взирал на меня своими мертвыми глазами.
— Ну и как открыть тебя? — спросил я у статуи, — если даже Разбиватель Оков не справился. Может, хоть загадку какую-то загадаёшь, ты же сфинкс?
Разумеется, статуя, как и большинство нормальных статуй, и не думала мне отвечать. Она стояла все так же неподвижно.
Ох, я слишком устал для этого, я зашатался и чуть не упал, вовремя ухватившись за статую. Как только я прикоснулся к ней, одна из лап сфинкса выехала вперед и тут же убралась назад, оставив перед собой маленькую шкатулку.
— Открылась, — удивился я, — но почему именно мне. Может это какая-то ловушка от треклятого Ордена, что охотится за Подмастерьями. Именно по этому, ловушка сработала на мне, ученике Великого Мастера?
Как бы там ни было, любопытство пересилило страх. Я взял шкатулку в руки, она была закрыта на щеколду, которую я тут же открыл. Внутри был лишь маленький кусочек бумаги, развернув его, я увидел всего три слова, выведенные аккуратным почерком, "Великие Мастера лгут".
Я засмеялся, и ради этого было потрачено столько сил, погибло столько магов? Хотя, может это и вправду уникальная ловушка, задача которой навсегда посеять в моем сердце сомнения относительно Мастеров.
Позади послышались медленные шаги. Кто-то приближался. Я надеялся, что это был мой учитель, но что если это Повелитель Сфер? Я весь напрягся, но сил сражаться все равно не было.
Керамбит вошёл в комнату. Он осмотрелся, увидел ангела, мертвую жрицу и рыцаря, что ещё сжимал в руке отрубленную голову Безумного Охотника, потом посмотрел на меня, держащего в руках шкатулку:
— Видимо тебе есть что рассказать, — сказал удивленный учитель.
— Как и вам, — ответил я, посмотрев на него. Вся его одежда была изорвана и потрепана, он хромал, одну его руку покрывали сильные ожоги, так же было несколько, судя по всему, неглубоких кровоточащих ран на его теле. — Видимо, Повелитель Сфер был не слаб?
— Чудовищно силён, — ответил Керамбит, поморщившись, — давно уже никто не заставлял меня выкладываться на все сто. Но что произошло здесь?
— Небольшая потасовка из-за этой шкатулки, — и я показал учителю шкатулку у себя в руке, — пустой шкатулки, — добавил я, незаметно скомкав в руке то странное послание. — Видимо, члены того странного Ордена снова перехитрили нас всех.
"И самое главное, что вы должны помнить, коль уж решились призвать демона, это то, что зачастую демоны приходят тогда, когда этого захотите вы, а вот уходят тогда — когда этого захотят они".
В чем тут была хитрость, я так и не понял. По этому, спросил Киру напрямую.
— Почему именно это место? — поинтересовался я, пробираясь через высокую траву и колючий кустарник, что росли повсюду на этом давно заброшенном дворе.
— Это место Силы, — ответила Кира, — при этом, именно той Силы, которая нужна нам для наших целей.
— То есть? — спросил я после протяжного скрипа очередной заржавевшей калитки, и смело ступил туда, где когда-то была мощеная камнями дорожка, о чем свидетельствовали местами торчащие из земли булыжники. — Поясни!
— В этом месте творились ужасные вещи, — заявила Кира, поморщившись, словно проглотила противного жука, — именно здесь ты сможешь устроить встречу со своими демонами. Тёмная аура поместья привлечет их, и они откликнутся на твой зов.
— Они не мои демоны, — огрызнулся я, — это древние опасные твари, заключенные в кристаллы, что лишь волей случая оказались у меня.
— Но сейчас ведь ты их владелец, — ехидно промурлыкала Кира, — разве нет?
На это мне было нечего ответить, да и спорить не было ни сил, ни настроения.
— Но почему именно это поместье на юге Венгрии?
— А почему бы и не оно? — спросила в свою очередь Кира. — Оно имеет нужную нам энергетику, находится в безлюдном месте, и, судя по линиям вероятности развития событий, которые я успела посмотреть, нас тут не побеспокоят ни люди, ни маги. А это важно, ведь ритуал должен пройти без всяких помех.
Я посмотрел на старое поместье. Окна местами были выбиты, черепица обвалилась, а в правом крыле здания, в крыше, вообще зияла огромная дыра. На треснувших ступеньках местами росла трава, а часть стены покрывал мох. Почти все здание оплетал дикий плющ. Дом выглядел довольно безобидным заброшенным старинным зданием, но его энергетика действительно пугала, я буквально чувствовал темные потоки, полные злобы, ненависти, алчности, похоти и бесконечной жажды изощренных наслаждений. Что же повидало это поместье в свои лучшие времена? Какие дикие забавы устраивали ненасытные аристократы за стенами этого когда-то весьма дорогого дома? Безудержные содомитские оргии? Педофильские утехи старых извращенцев? Изнасилования и убийства? Инцесты? Кровавые жертвоприношения? Фу! Не уверен, что хочу знать подробности. Важно лишь то, что тёмная энергетика этого дома была очень лакомой для определённого типа демонов, нужно только правильно провести обряд их призыва. Если честно, я больше всего не любил ритуальную магию, через её чрезмерную вычурность, кучу правил, которые надо соблюдать, и необходимость подготовки разного рода ритуальных предметов и орудий.
Но, Кира пообещала, что мне не придется рядиться в дурацкие мантии и чертить кровью демонические символы на полу. Ну, хоть это радовало.
Я потянул на себя ручку двери, и она открылась с протяжным скрипом. Затхлый запах плесени ударил мне в ноздри. За порогом меня встретили остатки былой роскоши особняка. Добротный дубовый паркет даже сейчас был в весьма сносном состоянии, на облезлых стенах висели местами выцветшие, местами заплесневевшие картины. На некоторых из них изображались различные средневековые пытки, на других — извращенные сексуальные оргии, со сценами сношения мужчин с женщинами, мужчинами, детьми и даже животными. У владельца был явно весьма специфический вкус, который он и не пытался скрывать.
— Надеюсь, мы не будем призывать демонов прямо в холле? — спросил я у Киры.
— Что, не понравилось местное искусство? — Съехидничала Кира. — Ладно, давай найдём не слишком большую удобную комнату на втором этаже.
Вдоволь побродив по коридорам и когда-то роскошным залам, мы насмотрелись всякого. В одной из комнат даже висели прибитые к стене цепи с кандалами, заржавевшие и с пятнами крови, а рядом стоял шкаф с разного рода хлыстами, плетками и орудиями пыток замысловатей. Да уж, демонам, явно, будет приятно здесь находиться. Вот только, мне неприятно. Даже не верится, что я на все это согласился.
Наконец-то мы нашли подходящую комнату. Это было что-то вроде небольшой гостинной. В углу стоял старый рояль, и как он ещё не превратился в труху. Посередине зала находился деревянный стол с длинными лавками вокруг него.
— Может, проведем обряд здесь? — спросила Кира.
— Один чёрт, побыстрей бы только с этим покончить.
— А не боишься? — спросила моя демоническая спутница.
— Нет, — отрезал я.
— А стоило бы, — серьезно ответила кошка, — будет очень страшно!
— Давай уже начинать!
— Пфф… какой нетерпеливый, нужно дождаться полуночи.
— Тогда я пока просто лягу спать, — кошка не стала возражать против такого развития событий.
Я очень устал и вымотался за этот день, по этому, пхнув под голову дорожную сумку, я устроился спать просто на паркете. Казалось, только я сомкнул глаза, как мягкая лапка начала упорно пихать меня в бок:
— Вставай соня, весь обряд просить.
Я недовольный тем, что меня разбудили, поднялся на ноги и посмотрел в окно. Там была кромешная тьма. Странно, а мне показалось, что прошло всего пять или десять минут.
Что ж, пора начинать, хоть мне этого и не хочется. Ну, быстрей начнем — быстрей закончим. Надо сказать, я плохо разбирался в ритуальной магии, и, в частности, в магии призыва всяких сущностей. Но, к счастью, со мной всегда была пушистая язвительная "википедия" мира магов.
— Возьми мел, — скомандовала Кира, — и очерти вокруг себя круг.
Я послушно выполнил приказ. Простая и примитивная, но очень действенная защита против демона.
— Теперь формулы.
Я повторил за Кирой заклинание, слово в слово. Нарисованный круг на секунду засветился, но, тут же, стал таким, как прежде, простым рисунком, начерченным на полу. Вот только я почувствовал, что моя защита возросла. Стало как-то намного комфортней.
— А теперь подношение! — скомандовала Кира.
Ну да, кровь, куда же без этого. Я взял нож и аккуратно сделал надрез на своей руке. Я собрал несколько капель крови на лезвии ножа и оставил его за пределами круга.
— Что ж, можно снимать печати. И ещё Странник, если тебе дорога твоя жизнь и твоя душа, что бы ни случилось, что бы ты ни увидел, не вздумай покидать пределы круга! — сказала Кира, она казалась на редкость серьезной, и, даже, будто немного напуганной. Странно, и первое и второе для нее было нехарактерно. — Все, больше я тебе ничем не помогу. Я должна спрятаться, иначе эти твари сожрут меня. Прости!
Вспышка света и моя демоническая кошка превратилась в дымку и исчезла внутри медальона, висевшего на моей шее.
Ну вот, я снова один. Ну что поделаешь, нужно быстрей покончить со всем этим. Я сел в позу лотоса внутри круга, достал из шкатулки камни. Кристаллы тут же начали излучать чудовищно разрушительную силу и очень темную ауру, у меня даже немного закружилась голова и началась лёгкая тошнота.
Надеюсь, я знаю, что делаю. Я разложил кристаллы за пределами круга вокруг ножа с каплями моей крови, и прочитал формулу снятия печатей, которой меня обучил Великий Мастер.
Сначала ничего не происходило. Только становилось все холоднее и холоднее. Я поежился. Температура упала, казалось, на полтора десятка градусов, у меня изо рта шёл пар. Я увидел, как окна покрываются изморозью.
"Идут, — прозвучал в голове голос Киры, — собери всю волю, Странник! И ни при каких обстоятельствах не покидай круг!"
Мне показалось, или ее голос действительно прозвучал взволновано? После слов Киры, вмиг вспыхнули все старые свечи, стоявшие в подсвечниках на столе. Где-то на первом этаже послышался визг, нечеловеческое рычание, крики, стоны, плачь. Дикая какофония разного рода демонических звуков. Вдруг, рояль, стоявший в комнате, сам заиграл тихую музыку. Я тут же узнал эту мелодию, траурный марш Шопена, известный так же как "похоронный марш". К клавишам будто нежно прикасались невидимые пальцы. Музыка нарастала, становясь громче. Я задрожал, то ли от холода, то ли от страха. Но все же, собрал волю в кулак. Я повидал многое, справлюсь и с этим. Мне ничего не грозит, пока я нахожусь внутри очерченного мелом круга, а свои страшилки пусть оставят для детей.
На лестнице раздались тяжелые шаги какого-то грузного существа. Оно пыхтело и скрипело половицами, приближаясь к двери. Похоронный марш играл громче и громче с каждым скрипом на лестнице.
"Держись, Странник, — пытался успокоить я сам себя, — что бы ни вошло в эту дверь — ты выстоишь!".
В дверь тихо заскреблись. Потом где-то в коридоре нежный женский голос запел зловещую колыбельную. Я вздрогнул, это был голос моей матери.
"
Проклятые твари, я с силой сжал кулаки и заскрежетал зубами от бессильной злобы. За дверью послышался смех, какой-то низкий, хриплый и визгливый. Потом раздался резкий удар в закрытую дверь, и та разлетелась в щепки. Существо, что забежало в комнату вслед за этим, можно назвать смесью паука и какой-то гуманоидной твари, отдаленно напоминающей человека. Нижняя часть тела была паучьей, верхняя немного походила на женщину. Только руки — слишком длинные, с острыми пожелтевшими когтями на узких длинных пальцах. Сами когти достигали тоже не менее полуметра. На голове демона было восемь белесых глаз, что с дикой скоростью хаотично метались в своих орбитах. Кожа демона была мертвенно бледной, обескровленной, местами покрытой трупными пятнами.
— Где же? Где же наш господин? — голос звучал настолько неприятно и скрипуче, что я невольно вздрогнул. "Паучиха" проворно взбежала по стене, пробежалась по потолку и снова вернулась на пол, жадно втягивая ноздрями воздух. — Я его не чую.
— Да здесь же он, дура, — раздался из коридора низкий хриплый бас.
Траурный марш заиграл громче, и в зал торжественно вошли ещё двое демонов, видимо изображая похоронную процессию. Оба были одеты в чёрные смокинги. Одно существо напоминало маленького мерзкого карлика, только кожа его имела ярко — зеленый окрас, уродливое лицо украшали огромные бородавки, и длинная борода в десяток метров стелилась по полу. Второй — что-то похожее на непропорциональную обезьяну, с головой пса. Он вывалил изо рта пожелтевший сухой язык, а с его клыков капали слюни. Эти двое несли в руках гроб без крышки, и я легко мог разглядеть, кто в нем лежит. Это был я, наряженный в красивый дорогой костюм, мертвенно бледный, держащий в своих мёртвых руках зажженную свечу.
У меня мороз пробежал по коже, хоть это и был всего лишь мираж, но он казался таким натуральным.
— О, наш господин. Такой сладкий, так бы и съела его всего. Но ограничусь лишь кусочком. — Радостно закричала "паучиха". Она подбежала к моему телу, лежащему в гробу, и быстрым ловким движением подцепила своим когтем мой правый глаз. Она вырвала его из глазницы и положила себе в рот, где сотни мелких острых зубов начали его жевать с мерзким чавканьем. — Вкуснотень! Хочу ещё! — с этими словами она вырвала и второй глаз, поиграла им на языке и глотнула его, на этот раз не прожевывая.
— Ты что творишь, — зарычал "пес", — это же наш господин. Оставь и нам немного.
Через миг гроб упал на землю и демоны стали разрывать на куски лежащее в нем тело, моё тело. Я лишь с силой сжал кулаки. Это просто иллюзия, это все не взаправду, они просто играют со мной. Куски плоти и брызги крови разлетались по всей комнате.
Через несколько минут кровавый пир закончился, и перемазанные кровью демоны, начали оглядываться по сторонам.
— Ну как тебе, господин? — спросила "паучиха".
— Мы знаем, ты где-то здесь, — добавил "карлик".
— Хоть мы и разорвали твоё тело, но твой дух все ещё тут, — закончил третий демон, — он все ещё витает в этих залах.
Какой дух? Какое витает? Я был в бешенстве. Я цел и невредим, сижу внутри круга, а весь этот дешёвый спектакль — лишь убогое представление, иллюзия не более. Я посмотрел на свои руки, но мне вдруг показалось, что их нет. Всего моего тела — его попросту нет. Я запаниковал. А что если все это правда? Что, если они действительно как-то выманили меня из круга и растерзали моё тело. Что, если от меня и вправду остался лишь неприкаянный дух?
— Не все так ужасно, — проскрипела "паучиха", будто прочла мои мысли. — Есть и другой путь.
— Другой выбор, — добавил "карлик".
— Союз с нами, — закончил демон — обезьяна с собачьей мордой.
"Паучиха" выбежала вперёд, её восемь глаз бешено вращались, пытаясь меня обнаружить. Она нашла нож с каплями моей крови и жадно слизала все.
— Я дам тебе все, чего ты только можешь пожелать, — проскрипела она своим мерзким голосом, — имя моё Похоть, и я подарю тебе самые дикие нечеловеческие наслаждения, о существовании которых ты даже и не догадывался. Хочешь целый гарем самых прекрасных женщин? Все они покорно склоняется перед тобой, их господином. Ты подчинишь их всех!
Перед моим взором тут же появился мираж. Десятки, сотни, нет, тысячи красивых женщин стоят передо мной на коленях, покорно склонив голову и изнемогая от неутолимого сексуального желания.
— А хочешь, я сама тебе отдамся, — прошептала демонесса уже человеческим голосом, тысячами самых разных способов, — она превратилась в красивую японку и начала нежно поглаживать свою голую грудь, — всегда по новому, — теперь передо мной стояла негритянка с огромными грудьми, — тебе никогда не надоест, — передо мной появилась шикарная блондинка славянской внешности, — ибо имя мне Легион, и все мы послужим удовлетворению твоих диких фантазий, — теперь передо мной стояла знойная смуглая черноволосая южанка, — я научу тебя таким изощренным удовольствиям, что не снились ни одному владыке этого мира, — демонесса томно застонала и нежно повела рукой по своему плоскому животику прямо к промежности, пока ее пальчики не проникли глубоко в неё саму, и красавица застонала ещё сильнее.
Я почувствовал жар внизу живота, во рту пересохло, дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Все потеряло смысл, единственное, что теперь было важно — это выйти из круга и овладеть этой красавицей. Все остальное стало каким-то плоским и бесцветным.
— Иди же ко мне, мой желанный любовник, — простонала демонесса, погрузив в себя пальчики ещё глубже, и застонав ещё сильнее, ещё соблазнительнее, — я подарю тебе море наслаждений.
Я медленно начал подниматься на ноги. Кто-то мне что-то кричал издалека, какой-то смутно знакомый голос из медальона на шее. Не было никакой возможности узнать, кому принадлежит голос и чего он хочет? Да и важно ли это, когда перед тобой женщина твоей мечты, целый легион таких женщин. И все они целиком и полностью принадлежат тебе, и готовы воплотить самые дикие твои фантазии. Я, дрожа всем телом, не веря своему счастью, еле поднялся на ноги. Кто-то кричал, взывал в панике ко мне, голос у меня на шее, голос из медальона, голос из прошлой жизни. Какое он имеет значение? Мне нужно лишь пару шагов пройти до своего счастья. И я сделал шаг. Все тело невероятно дрожало и сопротивлялось, словно впереди его ждало что-то ужасное, а не вечное блаженство. Какая странная реакция? Что за бред, ведь там меня ждёт женщина мечты, нужно только сделать шаг, выйти из этого дурацкого круга, и воссоединиться с возлюбленной для вечного блаженства.
И только я собрался сделать последний шаг и пересечь черту, как в голове возник знакомый образ. Снова ты, не мешай хоть сейчас! Но обладательница шикарных шелковых каштановых волос лишь укоризненно покачала головой. Её большие голубые глаза смотрели на меня с какой-то смесью жалости и презрения: — И это все, что ты можешь, Странник? Это предел твоей воли? — прозвучал в моей голове мягкий голос девушки. — Не ожидала, что ты такой слабак! — Сказала девушка, прищурившись.
— Анель! — злобно проскрипел я, сквозь сжатые зубы. — Всегда ты не вовремя и все портишь! Как же ты меня бесишь! Как же сильно я тебя ненавижу!
Миражи развеялись, Анель исчезла, как и Легион прекрасных женщин. Передо мной был лишь мерзкий паукообразный демон.
— Иди же ко мне любимый, — проскрипела демонесса своим мерзкий голосом.
— Да иди ты к черту! — крикнул я.
Демоница рассвирепела, услышав мой ответ, а два других демона лишь захохотали.
— Лучше оставь дело профессионалу, — пророкотал карлик своим раскатистым басом. — Господин! Я могу подарить тебе нечто большее, чем гарем покладистых дамочек.
— Имя мне Алчность, и я дам тебе несметные богатства. Только освободи нас. Хочешь, что бы все сокровища мира, все сбережения принадлежали тебе? Только представь все это…
Голос демона стал каким-то монотонным и убаюкивающим, он понес меня куда-то далеко отсюда. Я вдруг очутился посреди моря из золота, бескрайнего моря из золота и драгоценных камней. Картина сменилась на другую. Стометровая статуя меня, из чистого золота, с бриллиантовой короной на голове, возвысилась над моим городом, самым огромным и богатым в мире. Следующая картинка — мой огромный замок из мрамора, оникса, нефрита и все того же золота. Самые редкие растения мира украшают алею, ведущую прямо к платиновым воротам моего дворца. Президент США, королёва Великобритании и ещё несколько мировых лидеров робко жмутся у моих ворот, ожидая моей аудиенции, что бы молить об очередном финансовом транше, что спас бы экономику их стран.
"Странник, очнись!" — прозвучал у меня в голове голос и иллюзия тут же пошатнулась.
— Кира?! — вспомнил я, кому принадлежал тот голос из медальона, что таки смог до меня докричаться.
Иллюзия рассыпалась окончательно.
— Гребаный кошак, — закричал карлик и от бессилия злобно затопал ногами. — Я разорву тебя и выпью твою кровь.
Кира лишь захихикала в ответ, хоть и смех её был несколько нервным.
— Заткнись, — послышался хриплый голос третьего демона. Это существо, похожее на обезьяну с собачьей мордой, до этого вело себя более тихо, чем все остальные.
Этот демон посмотрел на меня, его красные пылающие глаза смотрели мне прямо в душу. Он смотрел просто на меня, буравя взглядом, он словно видел меня насквозь. По моему телу пробежал озноб. Демон не должен меня видеть, пока я нахожусь внутри круга. Но почему у меня такое чувство, словно…
Демон внезапно рванул вперёд, он мчался прямо на меня и остановился лишь у самого круга. Меня обдало его горячим зловонным дыханием, и тут же послышался хриплый смех.
— Все кончено, колдун, — произнёс демон, когда его морда находилась всего в каком-то десятке сантиметров от моего лица, — я тебя вижу!
Я задрожал, страх охватил меня, я давно не был так напуган. Я не боялся так ни тогда, когда подвергся нападению Валькирии, ни проходя через все ужасы в Сумеречном Мире. Но сейчас, словно само зло смотрело на меня, и я ощущал страх каждой клеточкой своего тела.
— Имя мне Гордыня, — прорычал демон, — и чего же ты хочешь от меня, колдун? Хочешь, я сделаю тебя владыкой мира? Города, страны и целые народы склонятся перед тобой. — И передо мной возникло видение, как я стою за трибуной и толкаю какую-то вдохновляющую речь, а тысячи, сотни тысяч людей смотрят на меня с обожанием, затаив дыхание и боясь пошевелиться. — Вместе мы вселим любовь и уважение в сердца миллионов, — сказал демон. — Ты будешь величайшим правителем в истории человечества. Вместе мы построим мир, в котором ты сможешь осчастливить всех людей. — И передо мной предстала картина, где посреди процветающего высокоразвитого города улыбаются и беззаботно играют дети; нежно глядя друг другу в глаза и держась за руки, ходят молодые влюбленные пары; на лавочке сидят в обнимку счастливые старики. — Да что там мир людей, — продолжил демон, — ты изменишь и мир магов. Вместе мы навсегда низвергнем Великих Мастеров и прекратим эту бессмысленную многовековую кровопролитную войну. Неужели ты не хочешь этого? Только дай нам своё тело, колдун, объединившись, мы сокрушим всех и достигнем любых целей. Чего же ты хочешь?
— Я хочу… — мой голос был хриплым, он словно не принадлежал мне, меня всего колотила дрожь, и я чувствовал ужасную слабость, — я хочу найти четвёртый камень. — Выдавил я из себя, собрав всю свою волю.
— Хочешь найти нашу сестру? — Засмеялся демон. — Что ж, её помощь тебе тоже пригодится. Она властительница тайных знаний, она даст тебе ключ ко многим секретам вселенной, даст власть над жизнью и смертью, и над другими тайнами, что простым магам и не снились. Хочешь увидеть её — смотри.
Глаза демона вспыхнули, и я провалился в новое видение. Маленькая деревушка, судя по всему, на юге Европы. Небольшой красивый домик, утопающий в зелени и самых разнообразных цветах. На крыльце сидела и наслаждалась ночной прохладой очень красивая черноволосая женщина, а на её шее пульсировал синий камень. Тот самый, четвёртый, тот, которого мне так не доставало для полной коллекции.
— Достаточно, Странник, ты больше не выдержишь, — послышался голос Киры, он звучал как будто где-то издалека.
Но я уже и сам чувствовал, что силы покидают меня. Надо было заканчивать. Я быстро затараторил нужные формулы. Камни засветились, мираж рассеялся.
— Кажется, прогулка заключённых подходит к концу, — прохрипел "карлик".
— Мы не удовлетворили нашего господина? — спросила "паучиха", что сейчас была в виде обворожительной сексуальной женщины средних лет. Она смущенно поглаживала свои голые груди.
— Мы ещё встретимся, колдун! — прорычал третий демон.
Я закончил читать заклинание, и демоны исчезли. А я, обессиленный, рухнул на пол.
Проснулся я от того, что что-то холодное касалось моих губ. Зеркальце? Кира чуть ли не совала мне в рот маленькое зеркальце.
— Ой, ты проснулся, — моя демоническая кошка — хранительница была немного озадачена, но быстро сообразив, что к чему, швырнула зеркальце в угол комнаты, — а я тут как раз проверяла, есть ли у тебя дыхание.
— Не дождешься, бесовское отродье, — зло прорычал я.
— Эм… пожалуй, это тебе ещё пригодится, — кошка с виноватым видом лапой подтолкнула ко мне мой медальон, статуэтку демона и кошелек с деньгами.
Вот же… демон, одним словом. Уже и вещички мои прикарманила, зачем ей хоть деньги? Ладно, об этом точно думать некогда.
— Кира, — сказал я, осмотревшись, — нас с тобой ждёт важное задание.
— Слушаю, напарник, — с блеском в глазах проговорила моя демоническая кошка.
— Мы с тобой отправляемся в небольшую испанскую деревушку, — сказал я, вспоминая все подробности того видения, что мне показал демон, — навестим одну сеньориту и заполучим четвёртый камушек.
— Так и знала, — ответила Кира.
— Что знала? — удивился я.
— Что целью будет женщина, наверняка, молодая и красивая, — с явным упреком произнесла Кира, — просто ты бабник, — закончила свою мысль кошка.
— Чего? — я сильно удивился и даже немного обиделся. — С чего это вдруг?
— Да тебя так и тянет к молодым сочным красавицам, и чем больше их — тем лучше.
— Да? А ничего, что владельцем предыдущего камня был полоумный престарелый монах, а один из кристаллов мы вообще нашли у василиска?
— Жалкие оправдашки, бабник, — безапелляционно ответила Кира, и, задрав хвост столбом, гордо удалилась.
Ну и что ты будешь делать с этим пушистым порождением мира демонов.
Тёплый ветерок и сильный немного терпкий запах цветов застали меня врасплох. Слишком неожиданная перемена, после старого затхлого воздуха поместья. Последний свиток телепортации израсходован — и вот я стою посреди милой испанской деревушки, обдумывая как заполучить четвёртый и последний камень.
Хоть ведения демона и были слишком уж мимолетными, но кое-что я успел разглядеть и почувствовать. Нынешняя властительница необходимого мне кристалла была, как мне показалось, крайне сообразительна. Во всяком случае, она хорошо знала цену камню, который носила у себя на шее. Так что, будет не просто. Я приближался к дому колдуньи, и нормального плана действий у меня не было.
— Какой у нас план? — весело поинтересовалась Кира. — Представимся консультантами "эйвон"? Или скажем, что мы от гербалайф?
Я в ответ лишь зарычал на кошку.
— О, знаю — знаю, — весело произнесла Кира, не обращая внимания на мою реакцию. — Сегодня твоей коронной фразой будет — вы готовы впустить бога в свою жизнь?
— Ты хоть иногда замолкаешь, пушистое демоническое отродье?
— Только когда я в одиночестве и мне некого бесить, — промурлыкала кошка. — Так какой у тебя план?
Я лишь тяжело вздохнул. А какой у меня может быть план? Та ведьмочка, явно не дура, как мне показалось из видения в поместье. Цену камушку точно знает. Так что, выманить хитростью вряд ли получится. Сторговаться? Предметы Силы стоят очень дорого, а денег у меня мало. Попытаться украсть? Тоже не получится. Я во взломах и проникновениях не спец, да и нельзя так просто и незаметно прокрасться в дом мага. Тем более, что маги, живущие в мире людей, а не в городах фракций, окружают свои дома такой защитой, что и муха незамеченной не пролетит. Уговорить ее отдать мне камень, потому что он мне нужен для спасения мира? Бред, в который и я-то до конца не верю, а уж колдунья не поверит и подавно. Остается отнять силой. Как же мне тошно от этой мысли. Вот так просто без предупреждения напасть? И почему хранитель оказался женщиной. Может хоть вызвать ее на честный поединок? Не то, что бы это оправдало мой поступок, но так он казался мне менее подлым.
— Думаю, сориентируемся по ситуации, — ответил я Кире и тяжело вздохнул.
— Импровиз? Вот это по мне, вот это по хаотски, — обрадовалась Кира, — и дама наверняка оценит, ты, кстати, хоть бы букетик собрал для сеньориты.
Я только сейчас заметил, что нас окружает множество клумб. Цветы пестрили вокруг меня ухоженным разномастным живым ковром.
— Что-то мне подсказывает, что сеньориту не очень обрадует букет из цветов, без спросу собранных у нее на клумбе или на клумбе ее соседей.
— Пфф… скучный ты, — Кира зевнула и вяло поплелась за мной, — кстати, домик нужной нам ведьмочки, вон тот третий слева.
Я обратил внимание на очень опрятное красивое одноэтажное строение, что буквально тонуло в россыпи цветов, большинство из которых были розами. И даже в такую жару, чувствовался их сладко — терпкий запах.
Ну что ж, нужно идти. Я собрался с духом и пошел по дорожке прямо к крыльцу, даже не представляя, как поступлю дальше. Я не сплел заранее ни одного боевого заклятья, ведь тогда хозяйка почувствует вибрации Силы, и никакого мирного разговора уже не получится.
Через минуту я стоял на коврике с надписью "велком" и стучал в белоснежную дверь.
— Входите, — послышалось из дома. Голос был немного низким, как для женщины, и показался мне томным и сексуальным.
Я нерешительно толкнул дверь и зашел в дом. Из комнаты навстречу мне вышла молодая женщина. Смуглая, с черными, как воронье крыло, волосами и карими глазами, она представляла собой тот самый тип горячих знойных южанок. Девушка была одета в кожаные штаны болотного цвета, высокие сапоги и белую блузку, настолько тесную для нее, что верхняя пуговица ели сдерживала бюст внушительных размеров. А на шее красавицы висел тот самый, такой необходимый мне камушек.
— Я… эээ… мне… это… — начал я мямлить, как идиот.
— Нам бы водички попить, а лучше молочка, а то так проголодались, что и переночевать негде, — сказала, вдруг возникшая у меня из-за спины Кира.
— Чего? — удивленно вскинула бровь колдунья.
— Вы не обращайте на нее внимания, — сказал я, показывая на Киру, — она ненормальная просто.
— Мяяяяяу, — дотошно завыла Кира и стала очень натурально дергаться, словно в припадке.
— Чего это с твоим демоном? — поинтересовалась ведьма.
— Давно уже она у меня такая, — сказал я с истинным горем на лице, — еще с тех пор как от сумрачных клыкожерчиков ее спас. Так и не восстановилась бедняжка.
— От кого? — еще больше удивилась колдунья.
— Мяуууу, — снова завопила Кира, — молока несчастному созданию, зжальтесь, сеньйорита.
— Какого молока? — уже со злостью сказала колдунья, — ты же демон, а не земная кошка.
— И на демонов находит жажда, иногда, — уже более тихо и, понурив голову, ответила Кира.
— Так, вы вообще кто такие и чего вам надо? У вас тридцать секунд на объяснения, — в голосе испанской колдуньи явственно звучала сталь, а в глазах сверкали молнии. Ничего хорошего это не сулило.
— Камень, — я указал рукой на ее шею, морально готовясь к любым последствиям. Но увиливать больше не хотелось, да и не было смысла.
— Ну, так попробуй возьми! — Уже чуть ли не прорычала девушка, — взгляд ее метал молнии еще яростнее, он буквально, испепелял. — Скорш, разорви на куски этих клоунов! — не знаю кому это сказала колдунья, но что-то мне подсказывало, что не своей домашней дворняге.
И тут же в подтверждение моим догадкам из-за угла с тихим рычанием вышло создание, которое, видимо, и было тем самым Скоршем. Им оказался скелет какой-то большой собаки или волка. Его белоснежные кости немного поскрипывали при ходьбе, но шаги были очень мягкими и пластичными. В пустых глазницах, словно две маленькие льдинки, светились прозрачные камушки. Судя по всему, это и были проводники, с помощью которых некромагичка вдохнула жизнь в этот мертвый скелет и заставила его стать вечным слугой своей темной воли. Да, судя по холодному злому взгляду колдуньи, мне сейчас придется на себе познать мощь древнего темного искусства повелителей смерти. Ах, как хотелось решить все без рукоприкладства. Скелет угрожающе щелкнул зубами.
— Вай — вай, у нас кажись проблемы, идеи есть, колдун? — спросила Кира.
— А почему идеи всегда должны быть у меня?
— Ну, ты более заинтересованное лицо, — резонно заметила Кира, — кто из нас бестелесный демон, а кто вполне материальная потенциальная закуска для этого песика?
— Кира, — сказал я, немного отступая к дверям.
— Знаю — знаю, — ответила кошка, засветившись и заискрившись, ее тело увеличилось, а когти удлинились, в ход пошла боевая трансформация. — Я беру на себя мертвячину, а тебе оставляю эту знойную красотку. Попробуй только сказать, что это несправедливое распределение ролей.
Я не успел ответить, как скелет прыгнул в нашу сторону. Целью была Кира.
— Я разорву тебя, — проскрипела костяная пасть, полная клыков. Этот ходячий экспонат анатомического музея еще и разговаривать мог, оказывается. Кира с легкостью увернулась и с силой ударила острыми когтями прямо по костяной морде. На костях от удара появились царапины, но они тут же затянулись. То же произошло и после второго удара Киры, который в режиме боевой трансформации с легкостью мог бы раздробить любую кость.
— Кажется, проблемка, — промурлыка Кира, — ладно, скелетончик, тогда попробуй догони, — и кошка рванула в соседнюю комнату, а Скорш бросился за ней в погоню, злобно лязгая клыками, что с легкостью могли бы сейчас разорвать Киру, когда она временно обрела материальную форму.
— Кажется, у твоего демона проблемы, — холодным суровым голосом произнесла волшебница.
— Она и не из таких передряг выбиралась, — ответил я, попутно пытаясь придумать, как же забрать камень и убраться отсюда подобру — поздорову.
— Что ж, увидим — насколько она хороша, — сказала колдунья, — но тебе сейчас нужно больше о себе беспокоиться, — колдунья подняла руки и направила их на меня, — мне как раз нужен маг для моих опытов, — она улыбнулась очень недоброй улыбкой, — а потом ты будешь моим бессмертным зомби — рабом, будешь стричь мне газоны, готовить еду и убираться по дому.
— Вообще-то, как мне кажется, все это женская работа, и просто безответственно перекидывать ее на плечи не совсем живых бессмертных слуг, — вежливо заметил я.
— О, — улыбнулась хозяйка дома, — прошу меня простить за бестактность, но я с детства была лентяйкой, и уже слишком привыкла, что всю грязную работу за меня делают другие. Зато кожа не страдает и маникюр цел.
Я только сейчас обратил внимание на ее маникюр и идеально ухоженные руки, что явно давно не занимались работой, и, вспомнив, ухоженный, качественно подстриженный газон и прополотые клумбы во дворе перед домом, я понял, что будь я внимательнее, то давно заподозрил бы неладное.
Я почувствовал, как холод сковывает мое тело, оно словно окоченело.
— Будет последнее желание? — улыбнувшись, спросила колдунья.
— Эээ… стаканчик виски со льдом или рюмочку коньяку? — спросил я первое, что пришло в голову.
— Вы там во фракции Хаоса все такая алкота, или только ты? — спросила колдунья.
А вот это было обидно. Ну, любим мы маги Хаоса выпить, не без этого, но ведь в меру, для куражу, так сказать.
— Борись Странник, — прокричала мне Кира, — выбежавшая из одной из комнат. Ее глаза сверкали, а тело пылало энергией, эта маньячка как всегда получала кайф от происходящего, — ты справишься. Хоть ты и слабак и неудачник, но не настолько, что бы стать вечным рабом — садовником одной зарвавшейся некроведьмы.
Да, поддержка так себе, но все же эти слова немного взбодрили и разозлили меня.
Кира тут же снова исчезла где-то в глубине дома, а скелет несся за ней по пятам, яростно клацая зубами. Может он был и сильнее, но куда менее поворотливый и ловкий, так что, то тут, то там раздавался грохот чего-то переворачиваемого и разбивающегося.
— Скорж! — закричала колдунья, — разорви уже эту тварь и прекрати портить интерьер, а то пойдешь удобрением на клумбы.
— Стараюсь, госпожа! — донесся из глубины дома его замогильный голос.
— Так на чем мы остановились?
— Эээ… коньячку бы.
— Обойдешься, — тут же ответила колдунья. — Она прошептала какое-то проклятие, и я почувствовал, как холод парализовал меня почти полностью. Тепло жизни покидало мое тело, покидало навсегда. Я пытался пошевелить рукой, сплести хоть какое-то заклятие, но ничего не получалось. Мое тело не поддавалось, я не мог выдавить из него ни малейшего движения.
— Значит, последних желаний не будет? — засмеялась колдунья, зная, что я не в силах произнести ни слова.
Я просто должен был сражаться, но сил не было, они покидали мое тело так быстро. И вдруг, уже совсем отчаявшись, я почувствовал, как меня охватывает жар. Могильный холод исчез без следа, я просто захлебывался в пламени, что будто сжигало все мое тело. Меня никогда так не лихорадило, казалось, что кровь в венах кипела. В горле пересохло, я чувствовал какую-то ненасытную нечеловеческую жажду жизни и всех ее наслаждений. Я посмотрел на колдунью. Только сейчас я понял, как же она была красива. Такая стройная фигура, пышная грудь, эти бедра.
— Я хочу… тебя… — прохрипел я, сам не узнавая свой голос, — прямо здесь и сейчас. Я разорву твою одежду, я буду наслаждаться твоим телом очень долго…
— Чего? — колдунья явно удивилась, и даже немного потеряла концентрацию, — как ты вообще еще можешь говорить после моих проклятий оцепенения?
Говорить? Да я не только говорить могу. Я сделал шаг и еще. Мое тело снова двигалось и подчинялось мне. Или не мне? Я весь пылал, мысли путались, а в голове было столько желаний. Наконец-то свобода, после такого долгого пленения.
— Хочешь меня? — засмеялась колдунья. Но, улыбка быстро исчезла с ее лица. Женщина задрожала, из ее губ вырвался легкий стон, а руки скользнули по немного набухшей груди. — Что это такое? Что это за магия такая? — произнесла она каким-то чужим голосом. — Ты инкуб что ли?
— Нет, — я засмеялся, я хохотал во всю, хоть ничего смешного и не происходило, но я буквально согнулся от смеха, а из глаз уже прыснули слезы. Давно я так не веселился. — Все кончено, для вас обоих, жалкие чароплеты, — сказал я тоже чужим голосом, жар совсем путал мысли. — Вы открылись, и теперь мы забираем ваши тела.
— Что? — пролепетала магичка и упала на колени, — она облизала губы и ее рука сначала сжав грудь потянулась вниз, скользнув между ног. — Камень на ее шее пылал.
— Демоны, — сказал я, пытаясь собраться с мыслями, но они разбегались, словно тараканы, и прятались по темным углам сознания, — четыре, как одно целое. Они… едины… Они пытаются воссоединиться. — Жар буквально испепелял меня.
— Демоны? О чем ты? — колдунья сидела на полу и тряслась. Она казалась такой беззащитной, такой беспомощной. Та, что только что была безжалостным монстром, теперь напоминала скорее маленькую растерянную девочку.
— Неважно! Забудь! — я подошел к женщине и обнял ее, чувствуя, как жар расходится по всему телу. Это пламя. Эта сила, способная сокрушать миры и подчинять целые народы, как я мог не пользоваться ею раньше.
— Все уже неважно, милая! — я взял голову волшебницы в руки и заглянул в ее глаза, полные слез. — Мы воссоединились, любимая сестричка! И ты будешь моей женой в вечности. Мы сокрушим всех, кто станет у нас на пути, и будем купаться в их крови. — Я объяснял ей то, что казалось таким очевидным. Неужели она этого не понимала? Неужели, я сам этого раньше не понимал? Как же мы были слепы. Но, теперь, все будет по — другому. Наш экстаз, наше неземное наслаждение продлятся вечно, и никто и ничто нас не остановит.
— Братик! — колдунья смотрела на меня с такой нежностью и теплом. — Поцелуй меня! Я ждала этого вечность. Воссоединись же со мной навеки!
Я жадно припал к ее губам, как жаждущий странник к водоему с прохладной кристально — чистой водой. Губы моей сестры или жены пылали, как и мои. Это было потрясающе. Но не было ни малейшего шанса насытиться. Больше! Нужно много больше! Нужен пир в честь нашего восхождения!
— Эй, вы чего тут устроили? Не самый подходящий момент. — Услышал я издалека смутно знакомый голос.
Черная кошка смотрела на меня с таким удивлением, и казалось, испугом. Что ж, так и должно быть. Трепещи перед ликом своего владыки! Скелет за ее спиной вдруг изменил свою цель и бросился на меня. Я не совсем понимал, что здесь происходит, и где я вообще нахожусь. Но к счастью моя любимая сестра среагировала молниеносно. В один прыжок она оказалась возле скелета, и мощным ударом кулака разнесла его в дребезги так, что раздался неприятный хруст костей.
— Так будет с каждым, кто тронет моего любимого, — она хохотала и пылала жаром, который я чувствовал даже на расстоянии. Как же она прекрасна в своем безумии, ее невероятно сексуальное тело сильнее тела человека, мага или даже высшего вампира. Мы новый вид! Мы для того, что бы править! И наша беспощадная, но справедливая диктатура продлится до конца миров!
— Странник! — глаза кошки округлились от удивления и страха, кажется, она обращалась ко мне. — Странник, ты одержим! Они забрали ваши тела. Но это еще не конец! Борись!
Странник? Кто это такой? Почему, это существо обращается ко мне, своему владыке без должного уважения? Это заслуживает наказания. Думаю, мучительная смерть в агонии будет в самый раз для такого проступка.
— Странник, борись! — снова закричала эта странная кошка, отступая.
Если я и собираюсь с кем-то бороться, то только с этим надоедливым созданием. Впрочем, бой будет не долгим. Я почувствовал, как невероятная сила растекается по моему телу. Я, как дикий зверь, чуял, как кровь бегает по венам живого существа из плоти и крови, что трепетало передо мной. Когда-то оно было демоном из нашего мира, но сейчас имело материальную оболочку. Я чувствовал удары его сердца, видел как пульсирует артерия на шее. Я разорву ее, и искупаю свою любимую жену в этой горячей соленой крови. Это будет не самый худший способ отметить наше восхождение. Хотя, жертв, конечно, нужно больше, намного больше.
Моя любимая подходила ближе к кошке.
— Нет, дорогая, — остановил я ее, — ты уже убивала сегодня, а я еще нет. Не будь жадиной. Эту тварь разорву я.
— Как скажешь, любимый, — моя возлюбленная отошла от кошки и пропустила меня вперед. Только сейчас я заметил, что на шее у сестры пульсировал синий камень. Он, почему-то, казался смутно знакомым и очень важным. Но мысли о нем, словно не хотели задерживаться в голове. Они ускользали, как и часть воспоминаний, словно, стали слизкими юркими угрями, что выскальзывали из рук и уползали в темные углы, куда мне идти не хотелось. Зачем мне в ту темноту, если у меня есть это адское пламя, этот экстаз, это безумное наслаждение.
— Я выпью тебя, маленький демон, — засмеялся я, не узнавая свой собственный голос.
— Очнись, — взмолилась кошка, медленно пятясь к стене.
Бежать ей было не куда. Вот и все. Я настиг ее. Свернуть ей шею, наслаждаясь тем, как с приятным хрустом ломается ее хребет, или перегрызть сонную артерию, что бы горячая солоноватая кровь хлынула мне в горло? Даже не знаю, оба этих варианта явно делают меня счастливым. Убивать! Вот чего мне раньше не хватало, вот что доставляет неземное удовольствие. Я…
— Очнись, придурок! — я получил сильную пощечину, так что мой мир словно рассыпался на тысячи осколков. И собрать их не было ни малейшей возможности. Я словно парил в пустоте, а передо мной стояла какая-то девушка. Это она меня ударила? Как она посмела?
Я замахнулся, пытаясь ударить ее как можно сильнее, но она с легкостью перехватила мою руку, и сама молниеносно нанесла мне удар костяшками пальцев прямо в солнечное сплетение. Я согнулся пополам, чувствуя, как воздух покидает мою грудь. Большие синие глаза смотрели на меня безо всяких эмоций.
— Сражайся! — тихо произнесла девушка. — Но не с собой, не со своим прошлым. Сражайся с демонами, что захватили твое тело. Ты еще можешь победить. Но времени мало. Еще немного, и будет поздно.
— Я не могу, — слезы прыснули из моих глаз, — я слаб. Я всегда был так слаб. Я не могу защитить тех, кого люблю. Я не могу построить прекрасный новый мир для всех… Я… Я стану сильнее, поглотив силу этих демонов.
Девушка внимательно смотрела на меня некоторое время. Ее лицо не выражало никаких эмоций. И вдруг она сделала то, чего я никак не ожидал. Она крепко обняла меня, и, прижав к себе, тихо прошептала на ухо:
— Ты не обязан быть самым сильным! Ты не обязан владеть нечеловеческим могуществом. Ты идешь к своим целям! Ты сражаешься! Ты никогда не сдаешься! Этого достаточно! А теперь сражайся, Странник! Сражайся за то человеческое в тебе, что они еще не поглотили.
Горячие соленые слезы бежали ручьем из моих глаз, и у меня не было сил их остановить.
— Да, Анель! Я буду сражаться! — Но девушки уже не было, не было парения в белом ничто. Я стоял посреди комнаты в доме испанской колдуньи некромагички. Передо мной — напуганная Кира, а рядом безумным хохотом заливалась колдунья.
— Я здесь, Кира! — сказал я своей напарнице, и увидел, как на ее кошачьей мордашке появляется смесь радости и облегчения.
— Значит, ты как-то освободился?! — засмеялась колдунья, ее голос звучал как смесь четырех совершенно разных демонических голосов. — Обидно! Ну да ладно, найдем себе другого муженька для бессмертного блаженства. А ты умрешь! У нас теперь новая хозяйка.
— Кира, есть идеи?!
— Да, — ответила кошка, сейчас она была очень серьезной, — печать, которую дал мне Великий Мастер на такой вот случай. Но только ты сможешь ее применить.
— Кидай, — я сделал глубокий вдох и быстро настроился на Киру, последнее время делать это у меня получалось все быстрее, в голове тут же возник нужный мыслеобраз. Сложная печать с сотнями символов, печать Подмастерья. Я невольно улыбнулся. Да это не будет просто, я должен проявить себя, как ученик Великого Мастера. Но выбора нет.
Одержимая колдунья сделала несколько нечеловеческих прыжков назад и словно паук вскарабкалась на потолок. Она злобно зарычала на меня. Что ж, экзорцистом я еще не был, но все бывает впервые. Я уверено зашептал формулы, и сделал несколько пасов руками.
Колдунья с силой рванула в мою сторону, а я лишь продолжил читать заклинание, не обращая на атаку никакого внимания. Кира прыгнула вперед и бросилась на магичку. Завязалась недолгая драка, после чего мой демонический кошак пушистым клубком улетел в дальний угол. Колдунья зарычала и повернулась ко мне. Она собралась атаковать снова, но Кира вновь напала на нее, каким-то чудом поднявшись после предыдущего удара. Я продолжил читать заклинание. Колдунья нанесла кошке несколько сильных ударов, и швырнула ее в стену с такой силой, что штукатурка посыпалась. Кошка несколько раз дернулась в конвульсиях, и уже больше не поднялась. Я почувствовал, как горячая слеза потекла по моей щеке. Прости, мой верный друг, и спасибо что выиграла для меня немного времени. Заклинание было почти закончено. Но успею ли я? Одержимая бросилась в мою сторону с нечеловеческой скоростью, когти болезненно полоснули меня по лицу. И тут же удар кулаком пришелся прямо в живот. Боль была такой, словно мне разорвали все органы внутри. Я пошатнулся, но продолжил читать заклятье. Сильный удар ногой буквально впечатал меня в стену. Будь я человеком, мой хребет давно бы уже сломался. Но тело мага, к счастью для меня, со временем становится куда сильнее и крепче человеческого. Но даже для него удары этой колдуньи, усиленные могущественными демонами, были чем-то очень разрушительным. Я еле поднялся, и все же нашел в себе силы продолжить читать запечатывающее заклятье. Сокрушительный удар кулаком пришелся мне прямо в грудь, я почувствовал, как острая боль прошла от груди по всему телу, и услышал, как с неприятным хрустом треснули несколько моих ребер. Я выплюнул кровь, а вместе с ней и последние слова демонической печати Подмастерьев.
— Это еще не конец, колдун, — прорычала магичка, — после чего ее глаза словно потухли и обмякшее, покрытое липким холодным потом тело рухнуло на меня.
Вот и все. Колдунья потеряла много сил, но жить будет. Я быстро достал из кармана и проглотил одну таблетку "последнего спартанца". Специальное изобретение наших хаотских фармацевтов. Два в одном: мгновенно действующее обезбаливающее и супер сильный энергетик. То, что нужно, что бы продержаться в строю еще некоторое время, пока обескровленный не упадешь замертво.
Боль тут же прошла, и даже черные пятна перед глазами исчезли. Я подхватил колдунью на руки, и отнес в спальню, где положил на кровать.
— Прости, моя несостоявшаяся бессмертная жена, — поддавшись непонятному импульсу, я нежно поцеловал женщину в лоб, после чего аккуратно снял с ее шеи камень и положил в свою коробку к остальным. Вот и все. Миссия завершена.
Я, немного шатаясь, вернулся в холл и, подойдя к Кире, поднял ее на руки. Кошка была без сознания и очень потрепана, но сердце билось, что успокоило и обрадовало меня. Я погладил пушистую шерсть.
— Я уж думал, потерял тебя навсегда.
— Не дождешься, — тихо прошептала кошка, приоткрыв один глаз. Казалось, она улыбалась. Я, порывшись в своей дорожной аптечке, нашел несколько лекарств и дал ей. И через несколько минут мы уже оба хромали в сторону леса. Думаю еще часик — второй, и Кира сможет снова принять свою бестелесную форму, тем самым полностью залечив все раны. Что касается меня, то мне нужна помощь медиков, чем скорее, тем лучше. Вот только где их здесь взять, тех медиков. Я порылся в дорожной сумке, да, свитков порталов действительно больше не осталось. Обидно. Истечь кровью где-то в испанских лесах, без шансов на помощь. Не о такой смерти я мечтал. Уйти молодым, на пике своей силы. Но не в забытом богом и людьми лесу. А на борту своей дорогой яхты, с рюмкой "хенеси" в руках, в окружении десятка сногсшибательных красавиц. Вот это был бы годный конец. "Мир ловил меня, но не поймал", — сказал философ — аскет 18 века. "Мир хотел поиметь меня, но это я отымел его, — так должна была бы звучать эта фраза в 21 веке, — ибо я циник, гений гедонизма и прагматизма, вечный пересмешник, ваш любимый Мефистофель, герой вашего времени". Видимо, таким мне уже не стать!
Какой же я, все-таки, идиот. Я подумал о Бестии, о своем учителе Керамбите, о Великом Мастере, о Ловкаче и, конечно же, о загадочной Анель. Жаль, что все заканчивается так. Я почувствовал, как боль возвращается, снова потемнело в глазах. Глупо! Умереть сейчас, когда я уже приблизился к разгадкам интересующих меня тайн. Я прислонился к дереву, слушая свое тяжелое хриплое дыхание.
— Пора прощаться, — улыбнулся я через боль Кире.
Кошка ничего не ответила, она лишь облизала мне руку своим сухим теплым языком. Я провел рукой по ее мягкой шерсти, и посмотрел в грустные глаза. Вот и все!
И тут мой новенький КПК, что мне выдали хаоситы — повстанцы, привычным писком уведомил меня о входящем сообщении. Я дрожащей рукой достал из кармана девайс и разблокировал экран. На мониторе было лишь три слова: "время Х пришло"!
После чего я почувствовал легкую щекотку и увидел, как серебристое облако окутывает меня. Впервые в жизни, я был так рад телепортации, хоть и не знал, куда меня занесет.
"Если дама предлагает прокатить вас на своем ручном грифоне, то вы ей явно не безразличны, она намекает на серьезные отношения"
В этот чудный денек меня занесло на балкон одной из самых высоких башен Академии, откуда я мог любоваться всем городом. Передо мной раскинулись сотни разнообразных зданий, крыш и шпилей самых различных форм и расцветок. Панорама захватывала дух.
Погода сегодня была солнечной, как и обещалось ранее. В отличии от прогнозов людей, прогнозы магов никогда не ошибались. Все потому, что погоду в этом городе выбирали сами жители. Бывали здесь и бураны, ураганы, сильные снегопады, метели и прочие неприятные атмосферные явления. Хаоситы очень любят необузданное буйство стихий, кроме того, в такие моменты их магические возможности возрастают. Так что погода в городе, с точки зрения обычного человека, часто была просто ужасной. Но все погодные изменения планировалось заранее специальной институцией, Гидрометцентром Хаоса, который, к тому же, отвечал и за создание месячных погодных календарей и их своевременную доставку в магазины, чтобы каждый маг мог заблаговременно приобрести календарь и спланировать свои дела в соответствии с погодными изменениями. Такой вот себе островок порядка и контроля в мире магов Хаоса. Но я все это к чему веду? Дело в том, что такой календарь был и у меня, поэтому я заранее знал, что сегодня будет тёплый солнечный день, и эта погода продержится до самого завтрашнего утра, после чего пойдет дождь. По этому, именно на сегодня я запланировал поход в город, мой первый выход за пределы Академии Хаоса. Дело в том, что первые полгода обучения, ученики не имеют права покидать Академию. Правда, есть одно исключение, по окончанию первого триместра, разрешается один выход в город, в сопровождении наставника. Я вспомнил свой Квартальный бал, нападение Ордена, моё спасение Сумеречными Жнецами и быструю пробежку с моим учителем к Храму Тысячи Религий. Тогда столько всего произошло, и я был в таком состоянии, что мне было не до любования красотами города.
Я взглянул на чистое голубое небо и отогнал тяжелые мысли. Нет, сегодня ничто не испортит моего настроения, которое от приподнятого доходило уже до лёгкой эйфории. Все-таки, я давно ждал возможности увидеть удивительный город магов.
Моё воображение рисовало мне диковинные узенькие улочки, полные зданий самой разной архитектуры всех эпох, со всех уголков земного шара. Хотя, может и не только земного, может здесь есть здания, архитектуру которых хаоситы переняли у зодчих других миров. Я посмотрел вдаль. Город хаоситов, как я уже узнал, имел круглую форму. Через него проходило четыре улицы равной длины, все они пересекались в центре города, у Академии, и с двух концов заканчивались тупиками, что напоминали формой наконечник стрелы. Таким образом, если взглянуть на город с высоты птичьего полёта, то, пересекаясь, четыре основных улицы формировали восьмиконечную звезду хаоса, вписанную в круг. Видимо, по этому, город и назвали Звездой Хаоса. Так же, эти улицы делили город на восемь равных секторов. Первый — "исследовательский" — в этом секторе находились всякого рода лаборатории и исследовательские центры. Информация об исследованиях проводимых там была строго засекречена, а расположенные в секторе объекты имели высокий уровень защиты, попытка несанкционированного проникновения туда каралась очень сурово, в некоторых редких случаях, при подозрении в диверсии, даже смертной казнью. Вот уж где я сегодня точно не появлюсь. Ещё один сектор — промышленный, да — да у магов тоже есть свои заводы и фабрики, хоть и непохожие на человеческие. Но, там тоже не так много интересного, как и в "аграрном секторе". В последнем выращивают все, от мандрагор для магических зелий до огурцов и помидоров, что потом поступят в продажу во все продуктовые магазины города. Я посмотрел на бескрайние поля и плантации, я слышал, что в этом секторе используются заклинания искажения пространства, и на самом деле он куда больше чем остальные. Ещё три сектора были жилыми. Сектор со спальными кварталами из многоэтажных домов для бедного класса магов, сектор с красивыми улочками и не менее красивыми трех — четырех этажными домиками пастельных тонов — для среднего класса, и сектор с особняками — для богатого сословия. Даже здесь, в мире магов Хаоса, классовое неравенство было выражено довольно ярко. Что ж, было на что посмотреть и в этих трёх секторах: красивые и ухоженные сады, парки и скверы, с клумбами, изысканными фонтанами и утонченными статуями. Так же, в жилых секторах находились замысловатые торговые центры, где было множество магазинчиков с самыми разнообразными товарами. Судя по информации из приобретенного мною ранее путеводителя по городу, при желании, в жилых корпусах так же можно было поплавать на парусной или моторной лодке, передвигаясь по многочисленным водным каналам и наслаждаясь живописными видами города.
Безусловно, эти сектора стоило посетить, но не в мой первый выход в город, не туда сегодня был обращен мой взор. Моё приподнятое настроение было вызвано предстоящей прогулкой по двум оставшимся секторам — "административно — туристическому" и "сектору досуга и развлечений". Так их по — простому называли сами маги Хаоса. В студенческом сленге, да и не только в нем, поход по этим двум секторам назывался так же "студенческим маршрутом" (ведь именно ученики Академии чаще всего появлялись здесь), или, просто, "зацени и оттянись" — подразумевая, что в одном секторе есть на что посмотреть, а в другом — где развлечься. В первом секторе находились разного рода административные, культурные и религиозные здания. Наиболее любопытными местами для меня были: Городская Ратуша, Великий Музей Хаоса, Храм Тысячи Религий, Храм Великого Змея, Здание Городской Администрации, Обитель Ордена Сумеречных Жнецов и Парк Пьяного Анархиста. Что же касается сектора развлечений, то здесь находились все главные развлекательные места города, коих было огромное множество: театры, кинотеатры, музеи и картинные галереи, стадион, бары, пабы, кафе, рестораны, цирк, зоопарк, магазины и ярмарки, казино, залы игровых автоматов и даже кабаре и бордель, и многое, многое другое. Здесь были развлечения, способные удовлетворить даже самого привередливого потребителя.
Я потрогал свой не слишком увесистый кошелёк. Скромные сбережения, которые я смог скопить, подрабатывая на кухне Академии, в свободное от учёбы и тренировок время. На мойке посуды и чистке картофеля много не заработаешь, но это лучше, чем ничего. Ох, и обеднею я сегодня. Я уже предвкушал, как накуплю себе вкуснейшего пива из городских пивоварен, сладостей, экзотических фруктов и разных деликатесов. И ещё нужно бы сувенирчиков прикупить. А вдруг там будут какие-то недорогие магические артефакты или зелья? Вот тут я точно разорюсь, хотя зная, сколько стоят эти штуковины, мне вряд ли хватит денег даже на что-то самое простое и незамысловатое. Припоминаю, как слышал недавно одну историю о второкурснике, который чуть ли не год вкалывал на разнообразных студенческих работах в Академии, чтобы купить зелье невидимости. В итоге ему так и не хватило денег на нормальный качественный товар, но, уже совсем отчаявшись, он наткнулся на какого-то барыгу на чёрном рынке, что продал ему таки это зелье в два раза дешевле магазинных цен, да ещё и клялся, что товар очень качественный. Ну, этот студент выпил зелье, и вначале все действительно шло как по маслу. Стал и вправду невидимым. Барыга обещал, что действие зелья продлится два часа. Студент тот, сначала решил проникнуть в женскую душевую, чтобы полюбоваться на моющихся голых девушек, а потом, в оставшееся время, заглянуть в столовую Академии и украсть с преподавательского стола несколько вкусных деликатесов, которые студентам не подавали. Не могу сказать, что как мужчина и студент, я не понимаю оба этих поступка, но все же, это было не слишком разумно и, мягко говоря, не слишком вежливо. И, разумеется, плата нашла своего героя, ещё и в самый неловкий момент. Когда этот горе любитель женских прелестей, наслаждался зрелищем манящих намыленных форм девичьего тела, зелье прекратило своё действие, которое продлилось всего полчаса, а не два, как обещал торгаш. Ну, девчонки, как всякие девушки, сначала растерялись, увидев в душевой парня, возникшего из ниоткуда, начали паниковать, верещать, прикрываться полотенцами, но потом быстренько сориентировались, да так вломили этому студенту, что он потом ещё месяц весь в синяк ходил. Ох, не стоит сердить женщин, особенно если эти женщины из фракции Хаоса. Потом, кстати, того горе — студента чуть не исключили из Академии, но посмотрев на несчастного избитого бедолагу, растратившего все сбережения на такую дурацкую мечту, подумали, что он уже и так немало заплатил за свой проступок, и ограничились исправительными работами. Его заставили на протяжении нескольких месяцев по пару часов в день драять до блеска женские душевые, все-таки магам Хаоса не чужда ирония.
Я задумался, а что бы я стал делать, если бы у меня было зелье невидимости. Ну, уж точно не тайно подглядывать за девушками в душе. Хотя, я почему-то подумал, что был бы совсем не прочь увидеть, как моется одна моя знакомая рыжеволосая красавица. И хоть я уже видел её без одежды, но в голову стали закрадываться мысли о том, как она стоит под душем, как вода стекает по её бедрам, как она намыливает свои…
— Странник! Ты такой милый, когда стоишь с таким вот своим извращенным лицом. — Услышал я возле себя знакомый голос, что вернул меня в реальность. — Признавайся, наверняка ведь о чем-то пошлом думал. — Бестия мягкими шагами подошла поближе и заглянула мне в глаза. — Уж не обо мне ли?
Я почувствовал, как снова краснею, проклятье. Бестия лишь засмеялась.
— Значит обо мне?! — она провела пальцем по моим губам, и во мне будто что-то вскипело, она активировала это одним лишь прикосновением. — Ты милый, но тебе нужно найти кого-то помоложе. Может, тебе стоит завести девушку? Тут много интересных студенток.
— Девушку… — задумчиво произнёс я, любуясь этой сногсшибательной женщиной. Сегодня она была в алом платье, в сочетании с огненно — рыжими волосами и каким-то ее непостижимым животным магнетизмом, она казалась сосредоточием страсти, живым пламенем, я уже даже чувствовал исходящее от неё тепло. — Девушку? Мне это не нужно, — произнёс я, чувствуя, как моё дыхание становится тяжёлым и замедленным от нарастающего желания.
— Тогда парня, — предложила Бестия с серьезным лицом.
— Издеваешься? — улыбнулся я.
— Совсем немного, — засмеялась колдунья своим звонким смехом. — И что, позволь узнать, понадобилось студенту в такой солнечный день в этой башне? Ещё и приоделся, смотрю.
На мне действительно был новый костюм, который я тоже приобрёл за заработанные на кухне Академии деньги, в одном из студенческих магазинов, что находились тут, на территории замка.
— Я планировал свой первый самостоятельный выход в город, — ответил я, когда смог усмирить свои желания и нормально говорить, — мой первый выход.
— Ухты, первый выход в город это очень запоминающееся событие, — немного подумав, рыжеволосая красавица добавила, — знаешь, у меня сегодня выдался свободный день, и я как раз собиралась в город. Если хочешь, я могла бы сопровождать тебя. Даже готова провести тебе небольшую экскурсию, если угостишь даму бокальчиком хорошего вина. Ты ведь угостишь? Так жажда замучила…
Последние слова она произнесла томным голосом, со страстью глядя на мои губы. Чёрт, я снова теряю над собой контроль, а эта женщина снова играет мной. И все же, я не мог отказаться от такого предложения.
— Да, — ответил я, — я был бы счастлив, если бы ты сопровождала меня. — И это была чистая правда, я замечаю, что действительно счастлив, когда она рядом.
Бестия тут же взяла меня под руку, и теперь я действительно явственно почувствовал жар, исходящий от её тела, интересно, это заклинание такое или ее температура всегда выше нормы? В своём пламенном платье и с огненно рыжими волосами она походила на чудесную птицу — феникса. Не сгореть бы только от её жара, не расплавиться от этой непонятной страсти, от которой перехватывает дыхание, может это и есть сила Хаоса, которую когда-то смогу обрести и я?
— Куда ты хочешь отправиться? — спросила меня Бестия, когда мы вышли за ворота Академии. — Ой, стой, не говори, дай угадаю! Славный студенческий маршрут "зацени и оттянись", да?
— Твоя проницательность как всегда впечатляет, что, впрочем, меня ничуть не удивляет, — вежливо ответил я. Сегодня я решил, во что бы то ни стало, изображать из себя джентльмена. Хоть это, увы, вряд ли у меня получится, все-таки я такой неловкий в общении с женщинами. Но все же, я должен хотя бы попытаться, ради этой очаровательной дамы, что шла со мной под руку.
— Было не сложно догадаться, — ответила Бестия, — сама ведь не так давно была студенткой.
— Не так давно? — сказал я, немного отвлекшись на то, чтобы рассмотреть ближайшие к Академии здания. — Кстати, все хотел поинтересоваться, сколько тебе лет?
Я слишком поздно опомнился и понял, что перешёл запретную черту, сказав одну из страшнейших для женщин запретных фраз. Я почувствовал как тёплая аура, исходящая от Бестии превратилась в агрессивную и испепеляющую, её коготки впились в мою руку, так что это было довольно болезненно, чувствовалось даже через рубашку. Я удивлённо посмотрел в глаза этой непостижимой женщины. Мой прекрасный феникс, моя жар птица смотрела на меня коршуном, жаждущим оторвать несколько лакомых кусочков от моей плоти.
— Никогда, — процедила она сквозь сжатые зубы, — никогда не задавай даме такой вопрос, Странник!
И все же она так красива когда злится. На мгновение в голову пришла безумная мысль поцеловать эти алые губы, но я быстро откинул такую безумную идею, сейчас явно не лучший момент. Я уже говорил, какими опасными могут быть женщины, особенно женщины Хаоса? О, это стоит повторить, а лучше записать, а ещё лучше повторять каждый день перед сном, как мантру, чтобы уж наверняка запомнить.
— Прости, — тут же извинился я, — не подумал.
— Город уже завладел твоими мыслями и сердцем, — улыбаясь, ответила Бестия, тон ее голоса снова стал беззаботным. — Так что, тебе простительно!
Ура, я буду жить! Пока что. Дальше мы некоторое время шли молча. Я рассматривал людей и здания вокруг. Я был слегка разочарован, ведь ожидал увидеть много эксцентричных эпатажных личностей, но большинство прохожих походили на простых людей, они были одеты в незамысловатые наряды, которые, правда, часто не соответствовали нынешней эпохе. Мы неспешно шли по мощеной камнем широкой дороге, вывески на стенах и дорожные указатели сообщали, что мы находимся на улице Мастеров, справа от нас располагается туристическо — административный сектор, а слева — жилой сектор номер один. Большие роскошные особняки не давали усомниться в том, что здесь обитало самое богатое сословие хаотского общества.
— Если ты не стремишься, сгорая от зависти, пялиться на дорогие дома, то нам стоит свернуть в туристический сектор, — сказала Бестия.
Я посмотрел на шикарные поместья, каждое из которых было очень своеобразным и непохожим на другие. С их стороны не доносилось никаких звуков, и не было видно совершенно никакого движения, словно все жители спали. Почему-то я думал, что дома хаоситов очень шумные. Воображение уже рисовало мне симпатичную ведьмочку, что возится у большого казанка с каким-то зельем, дочурка помогает ей, меленько нарезая цветные грибочки, сынишка носится по двору на летающей метле, а глава семейства шумно мастерит стального голема, стуча молотком по железным суставам и тихо нашептывая магические формулы. Видимо, мне сегодня придётся избавиться от многих стереотипов.
— Да, предпочитаю смотреть на красивые архитектурные строения, а не на безвкусный китч толстосумов, — ответил я в своей привычной, слегка высокомерной манере.
Бестия улыбнулась и внимательно посмотрела на меня.
— Какой ты все-таки ещё ребенок.
Я немного обиделся. Мы свернули в нужный нам сектор.
— Может ты предпочла бы воспользоваться каретой?
— Нет, — не задумываясь, ответила волшебница, — предпочитаю поддерживать себя в хорошей физической форме.
— Что ж, тогда прогуляемся. Я тоже предпочитаю ходить пешком.
Мы шли молча достаточно долго, пока Бестия наконец-то не прервала тишину вопросом:
— Ну как первые впечатления от города? Он тебе по вкусу?
— Я видел совсем мало, но мне уже нравится, это место словно родное для меня, будто бы я родился здесь.
— Такое чувство часто бывает у нас, хаоситов, ведь Заря Хаоса — сосредоточие энергии Хаоса, здесь мы особенно остро чувствуем свою принадлежность к этому аспекту Силы. Да и ко всему, это еще и удивительный очаровывающий город, полный чудес не менее, чем другие города магов.
— Другие города магов… — произнёс я, задумавшись. Я читал, что у других магических фракций есть свои города, но подробности мне были неизвестны. — Какие они, эти другие города?
— О, они великолепны, хоть я была лишь в двух, но о многих читала или слышала от очевидцев.
— Расскажи, пожалуйста. — Мне стало очень интересно.
— Что ж… — задумалась колдунья, — с чего бы начать… — самый крупный город магов принадлежит наиболее многочисленной фракции — фракции Порядка. Я была там лишь раз, с дипломатической миссией. И мне показали лишь то, что показывают врагу. Они показали свою военную мощь, свою безжалостность и свою холодную презрительную вежливость. Я не хочу описывать в подробностях, быть может, ты и сам когда-то увидишь этот город. Но помни, маги Порядка — наши самые опасные враги, и там я видела силу, которая заставила меня трепетать. У школы Жизни целых два города, по одному на каждую из двух крупных группировок — друидов и шаманов. Город друидов расположен в тысячелетних мистических лесах, у подножия Иггдрасиля. Город шаманов находится среди древних прерий, и охраняют его могущественные тотемы и духи — хранители. Они запутают любого чужака, и он никогда не найдет правильную дорогу. В этих городах я не была, да и не знаю никого, кто был. Все-таки, магу из другой фракции попасть туда очень трудно. Город некромагов давно разрушен магами Порядка, их нынешний город находится под суровым контролем Ордена Порядка, который все время держит там свой оккупационный гарнизон. Хотя, есть легенды, что у уцелевших древних могущественных некромагов, есть ещё один секретный подземный город, Водопад Костей, где они ждут своего часа, что бы отомстить "порядковцам", да и просто всем живым существам. У "тёмных" все сложно, есть с десяток деревень оборотней, вампиры живут в поместьях очень автономной от своей фракции жизнью, а у самих чернокнижников есть свой город. Попасть туда трудно, ведь его охраняют могущественные инфернальные твари, которые не пропустят никого, у кого нет так называемой "истинной тьмы" в сердце. Что касается магов света, то у них есть своя стальная механизированная летающая крепость, что парит где-то в мире Грани. Попасть туда сложнее всего. В мире магов даже есть поговорка, легко, как попасть в крепость Сияние, что означает невыполнимое задание. К тому же, говорят, она оправдывает свое название, излучая неимоверно ослепительный свет.
Я слушал с большим интересом. Эти города, думаю, они были захватывающими.
— Я бы хотел попасть в каждый из магических городов, — произнес я, неожиданно для самого себя.
— Хо — хо, какие амбиции, Странник. Тот маг, что побывал хоть в половине из них, может считать себя счастливчиком. Но что бы на всех этих засекреченных вражеских территориях, это не возможно.
— Но, я же Странник, — улыбнулся я в ответ, — вдруг мне предначертано это великое путешествие.
Бестия загадочно улыбнулась и внимательно посмотрела на меня.
— Почему ты так смотришь? — удивился я.
— Не знаю, просто чувствую, что передо мной важный персонаж интересной драмы, что разыграется совсем скоро. Вот только, — волшебница подошла ко мне своим мягким кошачьи шагом, провела рукой по моей щеке, от чего по телу снова пробежала волна пламени, и, приблизив свои губы, тихо прошептала на ухо, — будет ли он героем или же чудовищем? Хотя, может, и тем и другим? Никогда не знаешь заранее.
После этого Бестия мягко отстранилась от меня и произнесла своим убаюкивающим бархатным голосом:
— Как я понимаю, в Храме Тысячи Религий ты уже был, тогда быть может навестим Храм Змея?
— С удовольствием, говорят это очень интересное место. И, насколько я помню, это недалеко отсюда.
Мы пошли по мощеной камнем узенькой улочке, построенной в европейском стиле. Вокруг были небольшие двух — трех этажные разноцветные домики, в основном магазинчики ритуальных товаров и религиозной литературы. Не зря же эта улица называлась Храмовой.
Редкие прохожие, что иногда попадались нам на пути, не обращали на нас никакого внимания, лишь изредка удостаивая беглого взгляда. Мне казалось это странным, ну пускай во мне не было ничего примечательного, но уж эта экстравагантная рыжая красотка в кричаще красном платье, что шла со мной под руку, по идее, должна была бы привлекать внимание. В мире людей так и было бы, но, видимо, здесь все по — другому. Хаоситы были слишком избалованы зрелищами и привычны ко многому. Лишь раз, проходивший мимо нас мужчина в смокинге, улыбнулся Бестии, и приподнял свой цилиндр. Бестия кокетливо улыбнулась в ответ и ответила легким кивком головы. И почему я вдруг почувствовал укол ревности? Совсем с ума схожу.
Через несколько минут слева от нас показалась большая площадь, посреди которой стоял Храм Тысячи Религий, белокаменное круглое здание с сотнями башен, в каждой из которых располагалось святилище какой-то религии. Каждая башня достигала полсотни метров, а может и более. Наверху она заканчивалась позолоченной крышей, которую украшал символ, представленной в башне религии, как то крест, полумесяц, шестиконечная звезда Давида и так далее. Я уже был здесь с наставником, по этому, мы не стали задерживаться и пошли дальше. Все-таки хотелось успеть посмотреть еще многое. Мы шли по Храмовой улице около десятка минут, пока не вышли на другую большую площадь. И тут я увидел его, Храм Змея! Я невольно охнул от удивления и восхищения. Там все-таки было чему удивляться. Большое, нет просто огромное здание, в виде серого конуса, который по периметру оплетает гигантский чёрный змей. Его хвост начинался у золотых ворот, тело обвивалось кольцами вокруг всего здания, а голова возвышалась на самой верхушке. Оскалившаяся пасть была направлена в небо. Змей смотрел ввысь своими алыми глазами, оголив клыки, словно перед атакой. Символ непокорности и непреклонности хаоситов, он так же являлся и символом мудрости, хладнокровия и гибкости мышления. Змей был сделан из какого-то неизвестного мне чёрного камня, вокруг него клубилась тёмная дымка, словно пар или туман. Я читал, что при свете луны Змей выглядит, словно живой, и камень из которого он сделан, блестит как настоящая чешуя. Это удивительное зрелище, жаль, что комендантский час в Академии в ближайшее время не позволит мне насладиться видом ночного храма.
— Почему хаоситы поклоняются Змею? — задал я давно интересующий меня вопрос. — Ведь во многих религиях людей, змей является негативным символом, образом антипода Бога, символом зла, лжи и искушения?
— Люди очень суеверны, — ответила Бестия, любуясь огромной змеей, — они полны страха, и бояться даже собственной тени. Почти все зло, что они совершают, все страдания, что приносят себе и другим, исходят из страха, из боязни всего, что не помещается в их примитивненький мирок комфорта, в их узколобую картинку мира. Но мы, маги Хаоса, стремимся к бесстрашию, ибо оно — ключ к силе и свободе, к праву быть собой и не прогибаться под изменчивый мир. Чего более этого можно возжелать? Что может быть более ценным призом?
Волшебница повернулась ко мне и посмотрела в мои глаза. Эта кошачья грация, эта гордая поза свободного непокорного создания, этот вызов в ее взгляде и вполне материальный жар от её тела — все это могло свести с ума. В этот момент она словно была символом свободы и непокорности, силы и страсти, пламени и бурь, разрушения и созидания, вот он Хаос во флаконе из плоти, неужели и меня он так изменит, неужели и я обрету эту непостижимую красоту падшего ангела, бросившего вызов и небесам и преисподней?
— Мы, адепты Хаоса, не поклоняемся Змею, за исключением его жрецов и некоторых ортодоксальных старожил. Мы воспринимаем его скорее как символ, символ свободы, мудрости, непокорности, силы, тайных магических знаний, изворотливости и гибкости. А так же — символ спокойствия и хладнокровия, тех качеств, которых особенно не хватает хаоситам, именно их можно обрести в храме. Зайдем? Обретем хотя бы временный покой для наших мятежных душ? — спросила Бестия с улыбкой.
Что ж, я не мог от такого отказаться, это место завораживало.
Золотые ворота открылись с тихим скрипом, и мы вошли внутрь. То, что я увидел внутри, удивило меня еще больше, чем наружная часть храма. В середине, судя по всему, была лишь одна огромная комната, вместо пола — мягкая трава, местами — песок или камни. Здесь тихо журчали несколько ручейков, было влажно и тёмно. По храму летали несколько десятков фонариков, что излучали очень тусклый свет. Таким образом, ни стены, ни потолок храма, увидеть при таком освещении не удавалось. Такое ощущение, что стоишь на необъятной бесконечной поляне, среди океана мягкой пахучей травы.
В храме неподвижно сидели несколько десятков магов. Судя по позам, они медитировали. И только сейчас я начал замечать еле уловимое движение среди камней, песка и в траве, до ушей стало доноситься тихое шуршание и шипение. Змеи! Десятки, сотни, да нет, их здесь тысячи! Они ползали, сплетались в клубки или мирно спали. Я словно окаменел. Мои инстинкты двуногого млекопитающего завопили от ужаса и подталкивали меня броситься бежать как можно дальше от такого обилия пресмыкающихся. Возможно, я бы так и поступил, но цепкие пальчики Бестии, словно предчувствуя моё желание сбежать, крепко ухватились за мою руку. Я не смог бы вырваться даже если бы и очень постарался. Физическая сила мага превосходит силу человека или недоучки Потенциала вроде меня, так что, эта с виду хрупкая женщина, была куда сильнее, чем казалась.
— Не бойся, — тихо промурлыкала она мне на ушко, — с непривычки всегда страшно. Но эти змеи на самом деле не опасны. Они нужны для медитации, для того что бы успокоить свои чувства и обуздать страсти. Гляди!
Волшебница показала мне пальцем на медитирующих магов, и я присмотрелся внимательнее. Хоть при таком тусклом освещении, я еле мог их рассмотреть, но я отчётливо увидел, как их тела оплетают змеи. Змеи медленно передвигались по ним, обвивались вокруг рук, ног и порой даже шеи. Они ползали или неподвижные лежали в полудреме. Честно говоря, это зрелище вызвало у меня шок. Но от пальцев Бестии, что сжимали мою руку, по моему телу потекли какие-то тёплые согревающие потоки энергии. Дрожь и напряжение тут же прошли, да и страх отступил. Моё тело немного размякло, и мне даже захотелось спать. Какое интересное заклинание.
— Зачем они это делают? — спросил я, не понимая этой странной медитации магов.
— Эти священные змеи забирают их страхи и сомнения, неуверенность, комплексы, охлаждают их воспалившиеся тела и души, расслабляют, снимают мышечные зажимы и стрессы. Это — своего рода терапия.
— Смотри, — прошептала Бестия. Одна из змей подползла к ней и, обвивая ногу волшебницы, начала взбираться выше по телу. Бестия подставила руку. Змея начала подниматься по ней и, свернувшись клубочками вокруг руки колдуньи, положила голову на её плечо, после чего задремала.
— Видишь?! — Улыбнулась Бестия. — Они милые и совсем не страшные. Нужно только привыкнуть.
Ничего себе милые, ну прямо котята. У нас с Бестией явно были разные понимания "милости". Я лишь надеялся, что она не предложит мне…
— Попробуй, — произнесла волшебница, — ловко подцепила с земли ещё одну змею и повесила мне на плечо.
Ага, не предложит. Наивный я. Маги Хаоса ведь превыше всего ценят практический опыт, и вот уже змея легко зацепившись хвостом за моё плечо, оплела моё тело, и её раздвоенный язычок коснулся моей шеи. Твою ж мать! Мои инстинкты уже не кричали, а дружно играли похоронный марш, проливая слёзы по своему хозяину. Я не вопил от ужаса только потому, что боялся напугать змею и вызвать ещё более ужасные последствия. Но змея перестала пробовать мою шею на вкус и задремала так же, как и та, что была на шее у Бестии. И как не странно, по моему телу начала разливаться приятная успокаивающая прохлада, мой страх понемногу улетучился, сердцебиение замедлилось, я даже стал чувствовать себя лучше.
— Видишь, ничего страшного нет, если привыкнуть, и, кстати, очень полезно, как для тела, так и для духа, — сказала мне Бестия уже на улице, пятнадцать минут спустя. По её словам, для первого раза этого мини сеанса "змеетерапии" было вполне достаточно. — Куда теперь?
— Я бы много чего хотел увидеть, но мы вряд ли все успеем зараз. По этому, как на счёт… Обители Сумеречных Жнецов?
Последние слова мне почему-то дались очень трудно. Я вспомнил о могущественных воинах в серебристо — серой броне. Мысли о них не давали мне покоя с самого дня Квартального Бала. Я по крупицам собирал малочисленную и во многом засекреченную информацию об этом тайном ордене. И просто не мог упустить шанс увидеть их обитель.
— Сумеречные Жнецы? — Бестия вдруг стала очень серьезной, её привычная веселость и игривость улетучились одним махом. — Я бы советовала тебе держаться от них подальше, но… — с грустью сказала волшебница. — Ты же все равно не послушаешься, и как мотылек полетишь на смертоносное пламя.
Я был немного удивлён такой странной реакцией на, казалось бы, обычную просьбу.
— Если ты не хочешь… — начал я.
— Нет, — отрезала Бестия, — от чего же, мы посетим это место.
Все-таки она странная, хотя не больше, чем все другие, все эти психи из фракции Хаоса. Да я и сам понемногу становлюсь таким.
— Судя по карте, это далеко, самый конец сектора, нам, наверное, стоит воспользоваться каретой, — предложил я. В этом городе не было автомобилей, зато можно было воспользоваться экипажем или лодкой.
— У меня есть идея получше, — загадочно улыбнулась Бестия, — сделаю тебе небольшой подарок.
Где-то из складок платья она достала маленький свисток, и с силой дунула в него. Никаких звуков я не услышал, видимо, эта свистулька издавала ультразвуки, но для чего все это?
— Сейчас, подожди минуту, он не заставит себя долго ждать, — объяснила Бестия.
Не успел я спросить, кто такой он, как ответ пришел сам. Точнее — прилетел. Большой крылатый силуэт в небе появился так неожиданно, что я присвистнул. Это существо, я часто слышал о нем в легендах, но уж точно не ожидал когда-то увидеть вживую. Мускулистое тело льва, голова и крылья орла — настоящий грифон?! Вот так день сюрпризов.
Сказочное создание грациозно спланировало вниз и приземлилось перед колдуньей. Бестия подошла к грифону и погладила его по пернатой голове.
— Здравствуй, Икар. — Нежно прошептала Бестия. — Эй, Странник, подойди, познакомься с моим другом.
Я стоял в оцепенении. Но после слов волшебницы сделал несколько шагов по направлению к грифону. Тот, в свою очередь, насторожился, взъерошил перья на голове и злобно посмотрел на меня. Я в нерешительности остановился, поглядывая на острые когти на лапах зверя, и на его массивный клюв. Что-то подходить ближе совсем не хотелось.
— Ну же, смелее, Странник, — весело подбодрила меня Бестия, — тебе на нем ещё летать сегодня.
— Ле — летать? На нем? — пролепетал я. Она ведь не серьезно? Летать на этой злобной махине?
— Ну да, — удивлённо ответила Бестия, — а зачем я по — твоему его призвала? Что бы ты покормил его курятиной и почистил ему перья? Подходи, давай!
Тон последних слов явно не терпел возражений, и я, собравшись с храбростью, двинулся вперёд. Все-таки меня в этом мире уже сбрасывали с окон, полосовали когтями, решетили заклинаниями, кидали в меня ножами, грифон — явно не самое страшное. Хорошая ципа, проговаривал я про себя, или может, кися, это смотря с какой стороны посмотреть. Грифон угрожающе щелкнул клювом, но Бестия взяла его за уздечку и, погладив по голове, прошептала что-то нежное. Животное сразу успокоилось. Ну вот, кто бы ещё меня так погладил по голове и прошептал что-то успокаивающее, а то что-то уж очень страшно.
— Погладь его, ну же! — Приказала мне волшебница.
Чёрт, да она просто помыкает мной. А я ещё стою, дрожу тут, весь такой напуганный. Маг Хаоса я или тряпка? Я глубоко вздохнул и, сделав решительный шаг в сторону грифона, протянул руку, чтобы погладить его по голове. Мифическое создание шумно втянуло воздух, а я старался не думать о том, как легко этот огромный клюв может оттяпать мне руку. Перья на голове грифона были мягкими и приятными на ощупь, мне даже понравилось гладить его, кажется, Икар тоже не возражал.
— Ну, вот и подружились, мальчики, а теперь вперёд, изучать город с высоты. Давай, Странник, не спи! Не каждый день на грифонах катаешься.
Бестия поставила ногу в стремя и с лёгкостью запрыгнула в большое седло, расположенное на спине грифона.
— Эээ… спасибо, конечно, за такую возможность… но не стоило…
— Что ты там мямлишь, залезай скорее ко мне, и держись крепче, ремней безопасности тут нет.
Я неуверенно залез в седло, чуть сразу же не свалившись на землю.
— Ввысь, быстрее ветра мчись, мой друг, — произнесла волшебница, похлопав Икара по спине. Грифон тут же расправил крылья, и так рванул в небо, что я снова чуть не упал, в последний момент ухватившись за Бестию. Мы так стремительно набирали высоту, что я, кажется, забыл как дышать.
— Ох, — вздохнула Бестия с легким стоном, — я не против твоих шалостей, малыш. Вижу, полеты делают тебя смелее, но не мог бы ты не сжимать их так сильно.
Я только теперь заметил, за какую именно часть тела колдуньи я схватился, и понял почему было так мягко и приятно.
— Прости, — я тут же оторвал руки от ее груди, и, чувствуя, как снова краснею, с силой ухватился за седло.
— Да ничего, — засмеялась колдунья, — я даже люблю жёсткие ласки, но не на такой высоте, все-таки здесь нужно быть внимательными.
Я почувствовал, как краснею ещё сильнее, да, этой извращенке явно нравится меня смущать. В который раз подумав, что больше не дам таких поводов этой сводящей с ума зрелой красавице, я только сейчас нашёл в себе смелость посмотреть по сторонам и вниз.
Как же красиво, как захватывает дух. Домики внизу казались совсем маленькими, а мы все ещё набирали высоту.
— Так высоко?
— Полёты низко над городом запрещены, это якобы отвлекает жителей, — Бестия недовольно фыркнула, — по этому, приходится набирать высоту, если хочешь полетать над Зарницей Хаоса.
Грифон несся в небо с такой стремительностью, что душа уходила в пятки. Но вот он наконец-то прекратил подъём, и, широко размахивая крыльями, понес нас в дальнюю часть "административно — туристического" сектора. Я посмотрел вниз, и мне открылась потрясающая панорама — весь город, как на ладони. Красивые парки и внушительных размеров здания административного сектора, бескрайние поля аграрного, особняки и дворци жилого сектора богачей и замок Академии, он был самым большим в городе и находился в самом центре, а некоторые его башни были настолько высоки, что даже сейчас возвышались над нами и тонули где-то в белых пушистых облаках.
Лететь над этим сказочным городом на мифическом животном, ощущать порывы ветра и высоту, все это было настолько удивительным.
— Это ощущение полёта… — начал я.
— Потрясающе, — закончила за меня Бестия. — И кажется…
— Что в этот миг мы бессмертны, — закончил я фразу, и мы оба засмеялись.
А дальше мы просто молчали. Да и незачем было говорить. Мы наслаждались полетом, этими мгновениями, кода могли, словно прикоснуться к вечности. И слова здесь были неуместны.
Пролетев так некоторое время, я почувствовал, что воздух стал холоднее.
— Холодает? — удивлённо спросил я.
— Да, — ответила Бестия серьезным тоном, — мы приближаемся к Обители Сумеречных Жнецов. Сейчас ты почувствуешь разительные перемены и искажение реальности, там будет все не так. В общем, сам все поймёшь. Не пугайся, хотя по правде, все это способно напугать.
Эта непривычная серьезность Бестии, да и ещё и её предупреждение — ну и как тут не занервничать. Я заерзал в седле, вспоминая суровых хладнокровных Сумеречных Жнецов, эти ребята действительно способны нагнать ужаса.
Видимость вокруг нас ухудшилась, словно мы залетели в область какой-то дымки или тумана. Воздух становился все холоднее, и я невольно поежился, а изо рта у меня стал выходить пар. Даже тепло, исходящее от тел Бестии и её грифона, вдруг стало все менее ощутимым, каким-то бесконечно далеким. И в то же время внутри меня нарастал какой-то необъяснимый жар, меня начало охватывать беспокойство.
— Соберись, Странник, — произнесла Бестия, повернув ко мне голову. Её голос звучал как-то глухо, как будто издалека, словно из-под толщи воды, а черты её лица стали размытыми. — Здесь реальность не работает, здесь правит Хаос, не цепляйся за порядок внутри себя, скользи!
— Скользи, скользи, скользи, — запели сотни голосов, они смеялись и шептали, плакали и кричали, мне казалось — я схожу с ума. Вдруг, перед нами из ниоткуда возникло темное облако. Прямо у меня на глазах оно превратилось в огромного кита, что раскрыл свою широкую пасть и проглотил нас. Не успел я испугаться, как через миг мы стояли просто посреди неба, только почему-то ночного неба. Тысячи звёзд и комет летали под нами и сверху нас. Я посмотрел на Бестию и её грифона. Они оба сияли, да и моё тело создавало странное свечение.
— Что это? — спросил я.
— Что это? Что это? Что это? — вторили мне эхом сотни разных голосов.
— Это Хаос! — ответила Бестия. — В той его форме, которую ты можешь вынести и при этом не потерять себя в разрушительном потоке.
— Да это он! — запел из пустоты неизвестный мне голос. — Великий и могущественный! — добавил другой голос. — Породивший богов и поглотивший титанов! — вторил третий. — Альфа и омега всего сущего! Все порождающий и всепожирающий! Славься! Пылай! Искрись! О как прекрасно! Ох, как величественно! На веки веков! Господствуй над всем! — тысячи голосов пели вокруг, каждый на свой лад, так что слова сливались в причудливую мантру.
— Голоса, кто они? — спросил я, не узнавая свой собственный голос, что стал похож на раскаты грома.
— Те, кто не смог сохранить себя и растворился в Хаосе, обреченный на веки петь ему хвалебные гимны, — ответила Бестия, точнее это сверкающее и искрящееся существо, что сейчас так мало походило на мою подругу. Сейчас она вообще мало походила на человека или мага. — А теперь узри то, за чем пришёл. Обитель самых сильных воинов мира — Ордена Сумеречных Жнецов.
Перед нами прямо из звездного неба вынырнул кит, тот самый, что проглотил нас. Он открыл рот и изрыгнул огромную глыбу льда. Присмотревшись, я понял, что на самом деле она являет собой ледяной форт. Он вибрировал и… кипел. Это трудно представить, но это был кипящий лед. Всю крепость оплетали тяжелые цепи. Казалось, что они были серебряными, но что-то мне подсказывало, что они состояли из того же загадочного метала, что и броня Жнецов. Здание окутывала серая искрящаяся дымка, такая же, как та, которую использовали Жнецы в ночь злополучного бала. Зря я вспомнил ту ночь, мне стало ещё хуже, а моё и без того плачевное состояние ухудшилось. Голова закружилась, началась тошнота.
— Достаточно, — пророкотал кит, — сеанс окончен. Деньги за билеты не возвращаются.
Я заморгал от яркого солнца, что светило мне прямо в глаза, и начал понемногу приходить в себя. Бестия легонько хлопала меня по щекам и что-то говорила.
— … прийди в себя. Ну же. Странник. Вернись, — начал понемногу доходить до меня смысл её слов.
— Все в порядке, — неуверенно ответил я, понимая, что моя голова лежит на коленях у колдуньи, а находимся мы на лавочке возле какого-то парка. Как приятно. И никаких голосов в голове, ледяных летающих крепостей, китов и грифонов. Идиллия. Словно все те видения были дурным сном.
— Что-то не похоже, — взволнованно заявила Бестия, неужели она так беспокоится обо мне, почему-то от осознания этого становилось очень легко и приятно.
— Хаос сильно на тебя подействовал, химеры увлекли тебя слишком далеко, ты мог не вернуться, — серьезным назидательным тоном вычитывала меня магичка.
— Не переживай, — ответил я, — смерть во время экскурсии, это явно не та кончина, которую я планирую.
— Дурак, — Бестия толкнула меня рукой, — ты хоть понимаешь, что могло случиться? Да и я хороша, могла бы и предвидеть такое. Ты ведь ученик Великого Мастера, ты сильно предрасположен к Перворожденному Хаосу.
Сейчас Бестия, эта обворожительная экстравагантная красавица в самом расцвете сил, была похожа на маленькую напуганную девочку. Я, видимо, находясь еще в состоянии аффекта, обнял её за плечи и поцеловал, в конце концов, мне хотелось сделать это весь сегодняшний день. Колдунья, не смотря на мои опасения, и не думала отстранить меня. И наши губы и языки переплелись на некоторое время.
— Прости, — смущенно извинился я, отрываясь от этих сладких губ.
— Никогда больше так не пугай меня, — строго ответила волшебница, — и, кстати, после поцелуев не извиняются, — добавила она уже со смехом, — если, конечно, не совсем уж ужасно целуешься. А теперь пошли, — и, схватив за руку, колдунья потащила меня в какой-то парк.
Парк был огромным, судя по карте, висящей на стенде у центральных ворот. Так же там было много информации о породах растений, собранных здесь, правилах поведения в парке и прочего. Над входом висела вывеска — Парк Пьяного Анархиста. Так вот возле какого мы парка. Просто замечательно, мне сегодня как раз требовалось попасть сюда. Я не успел все хорошенько рассмотреть, Бестия быстро протащила меня за руку через ворота, и мы оказались в длинной алее из высоких неизвестных мне деревьев. Поскольку я никогда не видел таких пышных фиолетовых крон, то предположил, что они не из нашего мира.
Под деревьями сидели влюбленные парочки. Многие целовались. А медленно опадающие фиолетовые листья создавали романтическую обстановку, что-то вроде опадающего цветения нежно розовых японских сакур.
Я почувствовал себя неловко, я всегда чувствую себя неловко, когда кто-то целуется в моём присутствии. Чувствую себя лишним. А вот маги Хаоса, ребята в основном без комплексов. Вот и сейчас Бестию совершенно не смущали влюбленные парочки, она их будто и не замечала, и с немалым напором продолжала тащить меня в центр парка, где, по её словам, было самое веселье. Мы, никуда не сворачивая, прошли по алее из фиолетовых деревьев, которая оказалась весьма длинной, вышли к скверу с клумбами, где было множество разнообразных цветов, потом свернули в лабиринт из высоких кустов. Он был весьма запутанным, но Бестия уверено находила дорогу, и уже где-то минут через десять мы стояли посреди достаточно крупной площади, что, видимо, и была центром парка.
Жизнь здесь била ключом. Кто-то запускал воздушных змеев, кто-то катался на велосипеде, кто-то ел сладкую вату или мороженое, кто-то играл в карты или шахматы, просто сидя на мостовой. А несколько студентов пили воду из фонтана. Это меня немного удивило. Уж в моём родном городе никто не стал бы так делать, но ведь здесь все по — другому.
— А почему они пьют из фонтана? — спросил я у Бестии.
— А ты сам попробуй, — улыбнулась она в ответ, — только не переусердствуй.
Я подошёл ближе к фонтану, который являл собой глубокий резервуар, разбитый на три отделения. В центре резервуара на специальном постаменте стояли статуи в виде трёх уже хорошенько выпивших мужчин, видимо это и были те самые пьяные анархисты, в честь которых назвали парк. В руках они держали по перевернутой бутылке, из горлышек которых лились три разных жидкости, что и заполняли фонтан. Теперь я отчётливо видел, что это не вода. И теперь я очень хорошо понимал тех студентов. Я взял один из специальных стаканчиков, что стояли по периметру бассейна и, зачерпывая понемногу, по очереди попробовал содержимое всех трёх фонтанов. Пиво, шампанское и даже яблочный сидр. Становилось понятным, почему студенты так облюбовали это место. Все-таки в Академии с выпивкой было довольно строго. Хаос хаосом, а дисциплина превыше всего! А вот тут, в парке, можно было пуститься во все тяжкие, и что самое важное для любого студента, совершенно бесплатно. Только теперь я заметил, что несколько молодчиков уже дрыхли вокруг фонтана. Впрочем, посетителей парка это явно нисколько не смущало. Видимо, это привычное здесь зрелище.
Я набрал сидра в два стакана и вернулся к Бестии.
— Я думала, ты предпочтешь пиво, — иронично заметила колдунья, что явно рассчитывала на шампанское.
— Я люблю тёмное, а там было только светлое, — ответил я, — твоё здоровье.
— И твоё, Странник!
Мы стукнулись стаканчиками и начали пить.
— Эй, Бестия, — донеслось до нас со стороны, — давай к нам, тут новый магазинчик эфирной косметики, — две миловидные ведьмочки махали рукой моей спутнице.
— Мои подруги, — сказала колдунья, — чёрт, неужели этот магазинчик косметики уже открыли, это же двенадцатая серия, хит сезона, — на лице колдуньи была так чётко видна её внутренняя борьба, ведь она обещала мне экскурсию, но и одновременно, как истинная женщина, она просто не могла пропустить тот магазинчик новой косметики.
— Все нормально, — успокоил я девушку, — мне как раз нужно было отлучиться по одному делу…
— Ты ведь не сбегаешь?! — картинно надула губки колдунья, как же сексуально она это делает.
— Нет, что ты, двадцать минут, и я снова твой, — улыбнулся я, — а ты пока удели время своим подругам и магазинчику косметики.
— Ладно, — ответила Бестия, недоверчиво прищурившись, потом она коснулась указательным пальцем моих губ — и я почувствовал, как горячая волна снова пробежала по моему телу, и все мысли в моей голове перемешались, — двадцать минут — и ты мой, — игривая улыбка быстро проскользнула на её губах, а уже через мгновение я восторженно наблюдал за волной пышных огненно — рыжих волос, что удалялись от меня, раскачиваясь в такт с соблазнительными бедрами колдуньи. Эти женщины, они вертят нами как хотят.
Я отогнал наваждение. Сейчас у меня мало времени и я должен действовать быстро. Я достал из кармана свернутый путеводитель из Академии и открыл его на нужной странице. Медленно начали вырисовываться ряды красивых каллиграфичных букв. "Мой подарок найдёшь в Парке Пьяного Анархиста… Сверни с главной площади на тропинку возле статуи Афродите… дойти до первого поворота… пятьдесят шагов вправо… Мимо большого клена… Рой под статуей коту Бегемоту". Чёрт, а где же лопату взять. И уже чуть не отчаявшись, что ничего сегодня не получится, я увидел магазинчик разной всячины. "У нас есть все" — гласила вывеска.
Что ж, посмотрим. Я вошёл внутрь, где было достаточно много народу. Когда очередь дошла до меня, мужчина в цилиндре и смокинге услужливо улыбнулся мне и спросил:
— Чего желаете?
— Лопату было бы не плохо, — ответил я, — есть они у вас?
— Начинающий кладоискатель? — спросил продавец, подмигнув мне, — есть специальное предложение для вас, — продавец достал из-за прилавка какую-то немного светящуюся и фонящую энергией красивую лопату, — сама ищет клады и сама копает, — всего двенадцать тысяч хаотских галеонов, — увидев мои полезшие на лоб глаза, продавец поспешил продолжить, — понимаю, не дешево, но ведь — несколько стоящих сокровищ — и быстро окупится.
Недешево? Да это целое состояние, жулик, ещё и наверняка какая-то подделка, — подумал я, а сам улыбнулся, и сказал, — потрясающая штуковина, но мне бы что попроще.
Продавец немного загрустил и с отсутствующим лицом достал из-под прилавка небольшую простую лопату с деревянной ручкой.
— Пять галеонов.
Я заплатил, поблагодарил продавца и тут же испарился из магазина вместе с покупкой. Ещё пять минут, и я стоял перед мраморным булгаковским котом Бегемотом, что весело взирал на меня, держа в одной руке стакан водки, а в другой вилку с наколотым на нее огурцом. Я, недолго изучая кошака, принялся копать. Времени у меня оставалось немного.
Ещё минут пять ушло на копание, я подумал, что отведенные мне двадцать минут уже истекли, и Бестия сейчас наверняка злится. И вот наконец-то показалась небольшая шкатулка. Я достал её и очистил от земли, она была закрыта на простую щеколду. Внутри лежали золотисто — черные наручные часы на кожаном ремешке и маленькая карточка. Я взял в руки часы и покрутил их в руках, они были хорошего качества и казались довольно стильными. Я аккуратно взял карточку, уже знакомым мне каллиграфическим почерком там было выведено "Уважаемый студент и будущий маг Хаоса, если ты читаешь это, то тебе попал в руки мой авторский путеводитель, и благодаря ней ты нашёл мой подарок. Эти часы я прозвал "напоминалкой" или "универсальным будильником". Просто надень их, и каждый раз, когда ты что-то запланируешь сделать, они тебе обязательно напомнят в необходимый момент, начав проигрывать определённую мелодию. Более того, будет играть та мелодия, что сразу вызовет у тебя в голове нужную ассоциацию, и ты тут же вспомнишь, что именно ты должен был сделать в этот момент. Не спрашивай, как я это создал или даже, как это работает. У тебя бы мозг закипел от объяснений, просто пользуйся себе на здоровье. И пусть тебе повезёт. С уважением, Звездочет".
Звездочет?! Какое странное и забавное имя. Я ещё несколько минут оторопело смотрел на карточку, потом быстро нацепил на руку часы, что уже успели мне полюбиться, кое-как засыпал яму землёй, запрятал лопату в кустах и поспешил к Бестии, что, наверное, уже рвет и мечет, все-таки я немало опаздываю.
Надо будет навести справки об этом Звездочете. Он мне очень помог, и самой методичкой, и эти часы — штука полезная. Я мысленно послал команду часам "напомните мне найти и поблагодарить вашего создателя". Не уверен, что это так работает, но ничего лучше я не придумал.
Как я и ожидал, Бестия немного злилась.
— Где ты пропадал? Я уж думала, ты меня бросил, — произнесла она с укоризненным взглядом, — вдруг её внимательный взгляд остановился на моих часах.
— Эти часы?! — Бестия удивлённо смотрела на артефакт, не отрывая от него взгляд. На её лице появилось сначала узнавание, а потом шок. — Где ты их взял?
— Это подарок, от друга — старшекурсника, — быстро ответил я первое, что пришло в голову, увидев какую странную смесь эмоций вызвал на лице у Бестии мой ответ, поспешно добавил, — шел в комплекте с путеводителем, — я решил не лгать и выложить все как есть.
— Подумать только, — начала говорить Бестия, а в глазах у неё заблестели слёзы, —
его "напоминалка"…
— Что за "напоминалка"? — не мог понять я. — Кого его? И почему ты плачешь?
— Эти часы — удивительная вещица, если ты что-то запланируешь заранее, а потом забудешь, они напоминают тебе, начиная играть мелодию. При том такую, что будет ассоциироваться у тебя с задуманным делом, и ты тут же вспомнишь, — почти дословно пересказала Бестия текст с карточки, которую я нашел в шкатулке. Тут уж была моя очередь удивляться. — Он был таким растяпой, — улыбнулась колдунья сквозь слёзы, — он создал их после того, как снова забыл о нашем свидании, и я устроила ему взбучку. Тогда он и создал их, за год до того, как его убили маги Порядка, когда… когда мы планировали сыграть нашу свадьбу. Бестия зарыдала, закрывая лицо руками.
Я был в такой растерянности, вся эта информация, словно камнем свалилась на меня. Выходит, создатель часов и автор моего путеводителя — это убитый магами Порядка жених Бестии? Надо же такое. Можно себе представить, с какой болью она жила. И не затянувшиеся душевные раны только что снова напомнили о себе.
— Прости, — начал я, — я не знал. Возьми их, как напоминание о нем, — и я быстро стянул часы и протянул их девушке.
— Нет, — ответила девушка, отшатнувшись, — не могу… хранить напоминание моей потери? Они должны остаться у тебя, — сказала девушка сквозь слезы. — Я инициировала тебя, а он стал твоим первым проводником в этом мире. В этом что-то есть. Прости, что испортила прогулку. Но мне надо побыть наедине, разобраться в своих чувствах.
— Но… тебя провести?
— Нет, — решительно ответила Бестия и быстро исчезла в толпе. А я так и остался стоять в полной растерянности перед тремя мраморными анархистами, вечно молодыми, вечно пьяными.
"Ваша вера укрепит вас! А слово Божье станет вашим разящим клинком! — Угу. Но я, все-таки, прихвачу с собой меч и доспехи, на всякий случай".
Я, шатаясь, словно пьяный, вошел в большую пещеру. Именно перед ней я оказался в результате телепортации. Зайдя внутрь я увидел огромный подземный чертог. По всему залу раскинулись около сотни костров, вокруг которых сновали или же сидели маги Хаоса.
— Где я? — спросил я стоявшего у входа хаосита, что держал в руках планшетик и какой-то список.
— Это "распределяющая комната", созданная Великим Мастером, — ответил мне маг. — Она находится в трещине между мирами. Здесь происходит распределение на отряды для дальнейшей атаки на клику нынешнего правителя фракции Хаоса. Тут же будет находиться генеральный штаб, руководящий операцией.
Все, что говорил мне этот хаосит, я понимал очень смутно. Как-то слишком уж размыто до меня доходили его слова, часть смысла ускользала. Голова кружилась, мысли путались.
— Вас распределят по боевым отрядам — "ячейкам сопротивления". В каждой ячейке состоит пять магов. Вы сможете познакомиться с вашим непосредственным командиром, когда подойдете…
Мое сознание провалилось в пустоту, а убаюкивающий голос инструктора превратился в какую-то монотонную песню тибетских монахов посреди прекрасного небесного храма, до которого мне никогда не дотянуться.
— Битва еще не началась, а на тебе уже живого места нет, — первое, что услышал я, когда пришел в себя.
Место, в котором я находился, скорее всего, было "полевым" госпиталем. Несколько десятков коек. Все, кроме моей, пустовали, значит, как и сказал голос, битва еще не началась, я пока не пропустил самое интересное. Возле коек стояли столики с лекарствами и медицинскими принадлежностями. По госпиталю ходили несколько медиков — целителей в масках и халатах, а алхимик в конце зала что-то смешивал в пробирках.
— Ну, уж простите, учитель, — улыбнулся я, — от меня одни проблемы.
Великий Мастер внимательно посмотрел на меня со своей обыкновенной проницательностью, заглядывая, казалось, в самую душу. Всегда ненавидел, когда он так делает.
— Ты нашел их, все четыре камня. — Сказал он, утверждая, а не спрашивая. Разумеется, от него трудно что-то скрыть.
— Да, — согласился я.
— Молодец, — безо всяких эмоций ответил учитель, — но сейчас ты мне нужен здесь. Каждый маг на счету. Так что хватит отлеживаться. Тебе действительно не слабо досталось, но наши умельцы полностью восстановили тебя
— Правда? — я попробовал поднять одну руку, потом приподнялся на локтях и аккуратно сел на койку. Не было никакой боли, целители не просто залечили все раны и остановили внутреннее кровотечение, они даже идеально срастили ребра. А ведь еще недавно я умирал. Слава магической медицине. Кстати, а недавно это когда?
— А как давно я сюда пришел?
— Час назад! — незамедлительно ответил Мастер. — Скоро начнется боевая операция, а тебе еще нужно познакомиться с твоей командой. Ты распределен в "боевую ячейку" номер семьдесят семь. Инструктор проведет тебя. — И Мастер указал на боевого мага с внушительными шрамами и суровым лицом, что стоял по стойке смирно, возле входа в палатку госпиталя. — Все остальное потом, увы, нет времени.
Великий Мастер уже направился к выходу, как я вспомнил еще кое-что очень важное.
— Учитель! — Мастер повернулся после моего оклика. — Демоны, они чуть не взяли меня под контроль, чуть не сломили мою волю.
— Я знаю, — ответил тот прохладным тоном.
Я только сейчас подумал, что он как всегда босиком, в своих черных потертых джинсах и мятой белоснежной футболке. Он и в бой так пойдет?
— Не могли бы вы запечатать их понадежней, чтобы они не могли совершить еще одной попытки захвата моего тела, если я буду ослаблен и не готов к сопротивлению?
— Могу, — тут же ответил Великий Мастер, — но тогда ты не сможешь в экстренной ситуации воспользоваться их силой.
— Мне не нужна такая сила, — это все, что я ответил, но по глазам Мастера я понял, что и этого вполне достаточно.
Он поднял руку, что-то прошептал, и с кончиков его пальцев слетело несколько серебристых нитей, что устремились к шкатулке у меня в кармане.
— Все, — сказал Мастер, — они тебя больше не потревожат. Что-нибудь еще? — судя по интонации, мне дали понять, что я злоупотребляю драгоценным временем главнокомандующего боевой операцией, перед самым ее началом.
— Нет, спасибо! — ответил я, и Великий Мастер удалился из палатки.
Про встречу с создателем Твердыни Миров я почему-то решил не упоминать, сам не понимая, почему.
— Пройдемте за мной, — сказал мне тот суровый вояка со шрамами, что стоял возле входа, голос у него был тоже суровый, низкий и немного с хрипотой.
Мы шли по залу между кострами. Я заметил, что вокруг каждого костра сидело ровно по пять колдунов, видимо, это и были так называемые "боевые ячейки сопротивления". Я подумал о том, что где-то здесь могут быть Ловкач и некоторые другие мои друзья. Но едва ли у меня будет время найти их, я и так слишком долго отлеживался в госпитале. Инстинктивно, моя рука потянулась к медальону на шее. Кира! Ох, и досталось тебе сегодня. И подлатать тебя так же просто, как и меня не получится. Медальон был еле теплым, внутри пульсировал маленький огонек, пульсировал с той же частотой, что и удары сердца. Сейчас, мой демон копит силы и восстанавливается, она словно в анабиозе, к ней не достучатся, пока она не придет в себя.
Судя по активным приготовлениям, поход должен был вот — вот начаться. Атмосфера в зале висела тяжелая. Не смотря на то, что местами слышались смех и шутки, но все это казалось каким-то натянутым, нервным. Напряжение было колоссальным. Оно и не удивительно. Хоть здесь и было множество ветеранов, побывавших на сложнейших миссиях, но мы все впервые отправлялись на полномасштабную войну, еще и гражданскую, где придется сражаться против собратьев. Ничего удивительного, что настроения не было. И хоть все должно пройти быстро и гладко, ведь у нас, наверняка есть хороший план, но всегда ли планы срабатывают, даже самые хорошие?
— Вот твоя группа, — сказал мне инструктор, и тут же исчез, видимо дел у него было немало и помимо меня.
Вокруг костра сидели четверо магов.
— Эээ… привет… меня зовут Странник, — попытался я начать разговор, — кажется, я в вашей команде.
— В боевой группе, а еще точнее, "ячейке", — поправила меня молодая женщина в очках, — у нас здесь не соревнования по волейболу, а масштабная боевая операция.
— Здоров! — прорычал мужчина, сидевший ко мне ближе всего. Кажется он слишком уж злоупотреблял протеином и анаболиками, так как напоминал одну огромную гору мышц. — Меня Крепышом зовут! — ну еще бы, как же я сам не догадался. — Я "танк" этой группы.
— Танк? — Не поверил я своим ушам. — Это как в МОМ РПГ?
— Чего? — переспросил Крепыш. — Какое мырыпыгы? Он, что тупой? — спросил маг у своих товарищей. — Крепиш не любит тупых! Тупые портят все веселье, — проревел маг, стукнув с размаху кулаком о землю.
Высокий мужчина в очках, что стоял чуть дальше от меня иронично улыбнулся, посмотрев на своего коллегу:
— Не кипятитесь, мой друг, — сказал он, поправив очки, — думаю, наш юный боевой товарищ подразумевал, что названия ролей в боевой ячейке позаимствованы с ранее названного жанра компьютерных игр. Хотя, с таким утверждением я бы охотно поспорил. Как известно, многие маги приложили руку ко всем разработкам виртуальных миров человечества, так что еще большой вопрос, кто у кого позаимствовал. Но, в любом случае, мы можем утверждать, что и в боевых операциях нашей фракции и в играх жанра МОМ РПГ используется идентичная, и крайне эффективная схема действия команды в…
— Ты слишком много треплешься, ботаник, — перебил мага Крепыш.
— Прошу меня простить, — в примирительном жесте поднял руки маг в очках, —
меня зовут Профессор и я экзорцист, энчантер и дизейблер этой команды.
— Ого, сколько ролей, — удивился я, — то есть ты изгоняешь некоторые темные сущности, накладываешь эффекты и магические символы на артефакты, да еще и можешь на некоторое время замедлить или дезориентировать врага, так?
— Совершенно верно, — улыбнулся профессор, — видишь, Крепыш, парень, по моему, все-таки не тупой, ты зря переживал.
— Время покажет, — многозначительно ответил великан, сорвал с вертиля курицу и, разорвав ее на две части, начал есть с обеих рук, так что жир тек по рукам до самых локтей.
— Я Мистраль, хилер и командир отряда, — сказала женщина в очках, — моя задача управлять действиями группы и лечить пострадавших. Мои приказы во время операции выполняются беспрекословно. Это понятно? — строго спросила молодая женщина.
— Так точно, командир, — тут же ответил я. — Значит, если у команды уже есть танк, хилер и многофункциональный саппорт, то моя роль…
— РАШИТЬ! — весело закричала девушка, что возникла рядом со мной так неожиданно, будто выпрыгнула из-под земли. — Мы с тобой рашеры, напарничек, сечешь? Мы выпиливаем всех врагов.
Девушка подмигнула мне и показала свои внушительные металлические когти, которые она носила на обеих руках.
— Меня, кстати, Багирой зовут.
— Багира?
— Ага, — весело заулыбалась девушка, — Багира. Пантера такая была, из "Книги джунглей" Киплинга. Читал?
— Читал в детстве.
— Молодец, сечешь. Значит и вопросов лишних не будет, — после этих слов девушка улыбнулась такой хищной улыбкой, что я подумал, вопросов лишних действительно не будет.
— Эй, боец! — обратилась ко мне Мистраль. — А снаряга твоя где? Ты в джинсах и кроссовках на миссию собрался? А ну бегом в арсенал, там тебе выдадут все необходимое. Да поживее, мне еще план действий вам рассказывать.
Снаряга? Ну, в принципе логично, все-таки в бой идем. Я оглянулся в поисках помещения арсенала, и тут же обнаружил его в противоположной стороне от госпиталя. Я поспешил направиться туда, аккуратно обходя все костры. Уже через две минуты я стоял перед магом Хаоса, что, видимо, отвечал здесь за выдачу всего необходимого.
— Мне бы снаряжение, — начал я разговор.
— Ты бы еще перед самым началом боя пришел, камикадзе, — пробурчал в ответ кладовщик, — и где вы такие смертники беретесь?
— Чего? — возмутился я, — я как бы еще жив пока. Снаряга будет?
— Пока — ключевое слово, — а этот чмырь бесил меня уже не на шутку, — будет, сейчас выдам.
Кладовщик отправился вглубь помещения, он довольно долго рылся там и вернулся в итоге с несколькими пакетами. В одном была моя форма, в другом рюкзак с остальным снаряжением.
— Персональное оружие имеется? — спросил меня инструктор.
Под персональным оружием, видимо, подразумевался какой-то вид холодного оружия, с которым определенный маг "дружил" особенно хорошо, то есть был спецом в его использовании. Мой бывший учитель, Керамбит, как нетрудно догадаться с его имени, мастерски использовал короткие, похожие на коготь клинки, керамбиты. Они прекрасно выполняли функции разрыва, раздирания, царапания. Бестия была спецом в сюрикенах, японских метательных "звездочках", и некотором похожем виде оружия.
Я, увы, не был мастером какого-то вида оружия, по этому, сразу честно в этом признался.
— Тогда, я бы рекомендовал что-то прихватить с собой, — с тоном безразличного пофигиста произнес кладовщик, его явно не волновало, возьму я что-то или нет, так же, как и не волновало выживу ли я в предстоящем бою.
— А у вас есть пистолеты или винтовки? — спросил я.
— Шутник, что ли? — с раздражением спросил маг. — Бери уже какой-то меч и проваливай.
— Но почему пистолет нельзя? — удивленно спросил я, понимая, что в этом зале, ни у кого из присутствующих огнестрельного оружия не было.
— Бери меч и проваливай, комедиант хренов, — со злостью ответил мне кладовщик.
Я не понимал, откуда эта его злоба, но спорить не было ни сил, ни желания.
— А нету ли чего полегче? — спросил я. — А то таскать тяжеленный клинок на поясе не сильно практично. Ограничивает мобильность и скорость передвижения.
— Ну, возьми лук, — предложил кладовщик.
— Я не умею из него стрелять, — ответил я.
— Арбалет?
— Не практично, долго перезаряжается. У вас есть копье?
— Ты хоть пользоваться им умеешь? — с недоверием спросил кладовщик.
— Эээ… тыкать во врага острым концом?
— Очень смешно. Смотри не откинься там в первые пять минут, остряк. — Сказал кладовщик и сунул мне в руки полутораметровое копье. — И ранец свой не забудь. Все, проваливай.
— И ты бывай, мудила, — сказал я уже чуть тише, забирая с собой всю снарягу. Вот же хамло попался, хотя какая к черту разница. Уже через час другой меня может на этом свете и не стать, уже будет все равно. Что-то эта мысль совсем не воодушевляла.
Я отошел в темный угол зала, куда не доставал даже малейший свет от костров, быстро стянул с себя кроссовки, джинсы, куртку и футболку. Я надел специальные штаны и куртку хамелеоны, которые меняли цвет в соответствии с окружением, футболку и легкую кольчугу, которая, видимо, должна была защищать от не слишком сильных атак, при этом не особо замедляя движения. Я надежно зашнуровал кожаные сапоги и, взяв в руки копье, немного его покрутил. Оно было легким, удобным, с острым наконечником и хорошо отполированной и сбалансированной рукояткой. Может оно еще и пригодится мне в предстоящем бою.
Накинув на плечи ранец, я двинулся в сторону костра, где сидела моя боевая группа. Крепыш уже, видимо, доел свою курицу. Сейчас он держал на коленях огромную двуручную секиру и с особой нежностью и бережностью точил ее лезвие. Багира и Мистраль о чем-то шушукались. Профессор читал какую-то книгу, вдруг он достал из внутреннего кармана куртки небольшую фляжку и, открутив ее, пригубил содержимое. Поймав на себе мой взгляд, он протянул флягу мне.
— Глотни! Полегчает!
— Что это? — я с недоверием посмотрел на флягу, но все же, взял ее.
— Зелье бесстрашия, — улыбнулся мне уже немного порозовевший Профессор.
Я уже по запаху понял, что внутри был хороший коньяк. Я сделал два небольших глотка и приятное согревающее тепло распространилось по всему телу. Стало как-то действительно спокойнее и уютнее. А во рту остался приятный привкус.
— Что бы мне ни говорили, — сказал я, возвращая фляжку ее владельцу, — но никакая водка или виски не сравняться с хорошим бренди.
— Вот, — улыбнулся Профессор, и поднял вверх указательный палец, — фруктово — ягодные продукты дистилляции по своим вкусовым качествам всегда дадут фору зерновым. Рад, что нашел такого понимающего коллегу.
— А по — моему, фигня все это, — вступил в беседу Крепыш, — нет ничего лучше хорошей самогонки. У меня после нее никогда голова на утро не болела, сколько бы не вдул вечером. Правда у других болела, тех, кто мне на момент вкушения не очень вежливым показался, но это уже побочный эффект, так сказать.
— Алкоголь, женщины и огонь — несомненно подарки Дьявола, но именно они согревают нас холодными ночами. — Многозначительно произнес Профессор и достал из кармана какую-то деревянную маску с застывшим свирепым демоническим оскалом.
— Это что еще такое? — поинтересовался Крепыш.
— Боевая маска одного африканского племени, — объяснил Профессор, — это мощный оберег. Воины племени всегда одевали ее перед боем, что бы духи войны защищали их.
— И что, до сих пор надевают?
— Нет, то племя давно вымерло.
— Значит, хреновый оберег, — сказал Крепыш, — я бы на него сильно не полагался.
— Да что ты понимаешь в этом, — начал спорить Профессор, — вот у тебя какой-то оберег вообще есть?
— Вот, — ответил Крепыш и потряс перед Профессором своей двуручной секирой, — Сисиль — мой оберег.
— Ты назвал полутораметровую двуручную секиру весом в три десятка килограмм, Сисиль? — удивленно спросил Профессор.
— А тебе что-то не нравится, четырехглазый? Еще сам поблагодаришь мою девочку, когда она твою шкуру спасет. Уж полезней твоей маски будет.
— Да я и сам могу о себе позаботиться, — возразил Профессор.
— Так мальчики, не ссоримся, сейчас я ввиду вас в курс дела и подробно объясню — как будет проходить наша операция, — сказала глава нашего отряда. — И так, на стороне Беркута армия и полиция, но они хоть и подчиняются ему, но терпеть его не могут, и вполне возможно, что вообще останутся в стороне от наших разборок и подождут момента, когда определится победитель, которому они и будут служить в дальнейшем. Но, слишком полагаться на это не стоит. По этому, наша операция должна быть молниеносной. Нужно как можно быстрее свергнуть узурпатора Беркута и вернуть Мастеру его законное место во главе фракции. Ведь если противостояние затянется, то это все может вылиться в долгую и кровопролитную гражданскую войну между силами, поддерживающими Мастера и силами, поддерживающими Беркута.
— То есть, мы должны провернуть все без шума и пыли, и когда все будет кончено, большинству ничего другого не останется, как возрадоваться возращению Мастера и падению власти узурпатора, так? — спросил Профессор.
— Верно, — ответила Мистраль. — Все повстанцы, как вы уже поняли, разбиты на боевые отряды по пять магов в каждом — "ячейки сопротивления". Всего таких "ячеек" насчитывается девяносто. Они разделены на три равных группы, по тридцать "ячеек" в каждой. Группа "альфа" атакует здание Ратуши, группа "бета" атакует здание администрации и группа "гама", в состав которой входим и мы, атакует резиденцию Беркута. Все эти здания, как вы знаете, находятся достаточно близко друг от друга, что позволит группам в экстренных ситуациях оказывать поддержку друг другу.
— Так какова наша задача? — поинтересовался я. — Захват или ликвидация Беркута?
— И захват трех названых мною зданий для возвращения власти Мастеру. После того, как захватим эти контрольные пункты, в одном из которых должен находиться Беркут, Великий Мастер выступит с проникновенной речью в прямом эфире на официальной частоте города, после этого сопротивление оказывать нам будут разве что самые преданные слуги Беркута, да может еще какие-то камикадзе. И первых и вторых не так много.
— А Сумеречные Жнецы? — задал я самый интересный для меня вопрос. — Кого поддержат они?
— Этого никто не знает, — со вздохом ответила наш командир, — Великий Мастер обещал их лояльность, но на деле — будет видно. Разумеется, их действия решат весь исход операции. Но, может, они вообще не вмешаются.
— А если они выступят на стороне Беркута?
— Маловероятно, но если такое будет, то… — и Мистраль сделала немного драматическую паузу для предания большего эффекта своим последующим словам, — никому из нас не выжить.
Я невольно сглотнул тяжелый ком в горле. Да, она была права. Жнецы! Эти чудовищно могущественные, хладнокровные и непредсказуемые воины. Их выбор решит все.
— В общем, — подытожила командир нашего отряда, — заходим вместе со своей группой в третий портал, что приведет нас к резиденции Беркута, а там уж действуем согласно приказам штаба. На этом пока все. Вопросы есть? — Вопросов больше не было. — Тогда отдыхайте до дальнейших распоряжений.
Крепыш принялся вновь точить свой топор. Профессор полировал маску красивым вышитым платком. Багира дремала, свернувшись клубочком, как настоящая кошка. Это было так мило. А Мистраль разбиралась со своим снаряжением.
Я подумал, что пока есть время, стоит посмотреть, что нам положили в наш "армейский" ранец. Я аккуратно расстегнул молнию. Внутри лежала большая фляга с водой, фляга поменьше с чем-то сорокаградусным (судя по запаху), несколько плиток шоколада и даже достаточно увесистая пачка армейских галетов.
— Я думал, операция должна быть быстрой, — сказал я, показывая компаньонам пачку с галетами, — они бы еще спальные мешки нам сюда положили.
— Видно, что ты еще пороху не нюхал, — ответил Крепыш, оторвавшись на миг от своей любимой секиры, — никогда не знаешь, как дело обернется. Планируем одно, а ведь всегда какие-то непредсказуемые события, мать их, получаются.
— Не думал, что скажу это, — добавил Профессор, — но он прав. Нужно быть готовыми ко всему.
Я, молча, продолжил изучать содержимое ранца. Так же, внутри нашлось несколько склянок с зельями, в которых я узнал "ловость мангуста", "выносливость" и "адреналин — раш". Тут же лежала аптечка, внутри которой были бинты, перекись, несколько средств для остановки кровотечения, стимуляторы, куча неизвестного мне барахла, и даже аспирин и активированный уголь.
— Активированный уголь?! Серьезно?
— Не недооценивай это лекарство, оно действительно чуть ли не на все случаи жизни, и не заменимо в своей простоте и эффективности.
Я аккуратно сложил все обратно и застегнул рюкзак. Вся моя команда сидела за костром с таким завидным спокойствием и умиротворением, что казалось, будто только я здесь иду в опасный бой. Не то что бы я так уж панически боялся и переживал, но все-таки легкий мандраж был.
— Нам еще выдали немного артефактов на нашу "ячейку", — сказала Мистраль, поставив перед всеми небольшую коробку, в которой лежало несколько перстней и медальонов.
— Мне не нужно.
— И мне.
— То же самое.
Я не верил своим ушам, столько артефактов, и никто не хочет ничего себе взять?
— Бери хоть все, пацан, — сказал Крепыш, увидев мой жадный взгляд.
— Что, можно? — удивился я.
Мистраль кивнула.
Я нацепил на себя все перстни и медальоны. Теперь я немного походил на пирата, что обвешивает себя всем наворованным добром, добытым вовремя долгих плаваний. Но оно того стоило, ведь эти штуковины могли спасти мне жизнь.
— Я бы не советовала надевать "огненный буран" и "водную гладь" одновременно, — сказала Багира, гляда на меня из под полуоткрытых век, — они противоположны по стихиям, да еще и по полюсам заряда. Эффект при применении хоть одного из них может быть непредсказуемым. Например, — Багира зевнула, — тебе может оторвать руку по плечо.
— Чего? — я быстро начал снимать с себя все эти чертовы артефакты.
— Оставь перстень постового, он безопасен и полезен, помогает заранее обнаружить врага, улавливая отрицательную энергетику намерения, направленного на носящего, — сказала Мистраль, — короче, это вон то маленькое серебряное кольцо с изумрудом. Его оставь, руку оно тебе точно не оторвет.
Я так и сделал, аккуратно сняв все остальные артефакты и вернув их в коробку.
— Маги Хаоса, — звучный усиленный заклинанием голос Великого Мастера прозвучал так неожиданно, что я встрепенулся, все-таки с нервами был не порядок, — прошу вас всех подойти ко мне.
В конце этих громадных чертогов появилась импровизированная сцена. На ней стоял Великий Мастер. Вокруг сцены со всех сторон горело пламя. Великий Мастер был оголен выше пояса, и его кожа в темноте при отсветах огня казалась красной. Перед сценой десяток рогатых демонических прислужников выбивали такт на огромных барабанах. Маги Хаоса понемногу стягивались к сцене. Туда отправилась и наша команда.
— Братья и сестры, — голос Великого Мастера был подобен раскатам грома, — рожденные в пламени! — эти слова он прокричал, огонь вокруг сцены вспыхнул еще сильнее и его языки доставали уже чуть ли не до потолка. А стук барабанов стал еще громче.
— Мы — отрицание навязанных порядков! Мы — дети Хаоса! Мы — несгибаемые и непреклонные! — Прокричал Мастер, разведя руки в стороны с поднятыми вверх ладонями. Огненные блики танцевали на его мускулистом теле, а голос был подобен громовой буре, все маги слушали затаив дыхание. — Превыше всего мы ценим свободу! Но у нас ее отобрали, диктатор и узурпатор Беркут, предал мое доверие и решил забрать у меня труд всей моей жизни — нашу прекрасную и величественную фракцию Хаоса! Братья и сестры! Оставим ли мы это безнаказанным?
— НЕТ!!!! — взревели со всех сторон маги Хаоса.
— Поможете ли вы мне вернуть мое законное место во главе фракции?
— Да, Великий Мастер! — закричала толпа.
— Спасибо вам, мои братья и сестры, я никогда не забуду вашу преданность! — Ответил Великий Мастер со слезами на глазах, — а теперь я благословлю вас на нашу священную войну за свободу! Сделаю это так, как завещали нам древние традиции! Оголите вашу грудь, и я нанесу на нее знамена победы!
Все маги Хаоса, и мужчины и женщины, начали оголяться выше пояса. Они снимали куртки и футболки, а некоторые, кто успел уже снарядиться, стягивали и кольчугу. Через несколько минут мы все стояли перед Великим Мастером полуголыми.
— Мои верные последователи, дети Хаоса, мои братья и сестры, будьте бесстрашными как львы! — пророкотал голос Мастера.
На сцену перед ним вышел настоящий лев. Его золотистая шкура будто пылала при свете колдовского пламени, что охватило все вокруг. Но зверь не чувствовал страха. С затуманенными глазами мягким грациозным шагом он подошел к Мастеру. Тот взял красивый кинжал и, запрокинув голову животного, одним быстрым движением перерезал ему горло. Горячая кровь хлынула в золотой кубок, что возник перед Мастером. Некоторое время спустя он отпустил обмякшее тело животного и окунул руки в таз с кровью.
— Я дарую вам храбрость и бесстрашие, — взревел Великий Мастер и окровавленной рукой начал чертить у себя на груди неизвестный мне символ. Я почувствовал сильное жжение, и, посмотрев на свою грудь, увидел, как этот же символ прорисовывается на том же месте, на котором Мастер рисовал его на своем теле, — не бойтесь же ничего! — закричал Мастер. И толпа ответила ему одобрительным рокотом. Крепыш тряс над головой своей огромной секирой, Багира била своими когтями друг о друга. Я опомниться не успел, как уже и сам стучал древком копья о каменный пол и кричал вместе с толпой.
— Я дарую вам ловкость и быстроту, — прокричал Мастер. На сцену выбежал юркий маленький мангуст, глава фракции схватил его за шею и таким же быстрым уверенным движением, что и в прошлый раз, перерезал горло и этому животному. Кровь мангуста наполнила золотой кубок, что был намного меньше предыдущего. Великий Мастер умыл свои руки в крови мангуста и начертил на своей груди, а вместе с тем и на груди у всех нас, второй символ.
Толпа ликовала в экстазе. Что-то дикое и первобытное захватило всех нас, мы будто теряли индивидуальность, сливаясь в нечто целое, коллективного зверя, полного страсти и пламени, гордого и непреклонного, готового к беспощадной борьбе за свою жизнь и свободу.
Барабаны выдавали свое мерное вгоняющее в транс "ТАМ — ТАМ — ТАРАРАМ". И все происходящее превращалось в какой-то дикий сон, полный крови и пламени.
— Я дарую вам мудрость, хитрость и хладнокровие, — прокричал Великий Мастер, тряся перед нами огромной змеей. Он ловко отрезал ей голову, и третий кубок наполнила ее кровь. Мастер окунул в нее руки, и скоро у нас у всех на груди красовался третий магический символ.
— Я освящаю вас пламенем! — закричал Мастер. — В бой, братья и сестры!
Пламя, что окружало сцену, вдруг сорвалось с места и ринулось в нашу сторону. Не успел я как-то отреагировать, как огонь уже был повсюду. Он окутал меня с ног до головы. Но он не обжигал, не опалял, он лишь будто выжигал во мне весь страх, все тревоги, все переживания, всю робость и неуверенность.
— Вперед, неопалимые!
И, облачившись в свое снаряжение, мы начали запрыгивать в три портала, возникшие перед нами, каждая ячейка в свой. Наш отряд отправлся внутрь крайнего справа портала, и уже через миг я поморщился от яркого солнца, стоя перед роскошными апартаментами Беркута.
Это был трехэтажный особняк достаточно протяжный в длине. Высокие окна, вычурные колоны и множество разных затейливых завитушек и прочих архитектурных изысков. Что-то типа барокко или рококо, я в этом не силен. Времени любоваться красотами не было. "Ячейки" по приказу командиров быстро рассредоточились по территории вокруг поместья. Несколько "ячеек" пошли на прорыв через главный вход, ловко обезвредив немногочисленных охранников. Наш отряд вместе с еще двумя прорывался через черный ход. Хотя, прорывались — это очень громко сказано, мы просто прошли, не встретив никого на своем пути.
Несколько пробежек по роскошно обставленным коридорам, проверка многочисленных комнат, гашение немногочисленных очагов довольно вялого сопротивления и здание под нашим контролем. Беркута здесь не было. Всех его телохранителей, которых тут оказалось восемь, мы обезвредили и связали. Жертв с обеих сторон не было.
— Та же ситуация и с Ратушей, — сказали нам по радиосвязи из штаба, — взяли быстро и без потерь. А вот в здании Администрации завязалась битва. Охрана Беркута оказывает ожесточенное сопротивление, сам он тоже сейчас там. Но все же, на нашей стороне явный перевес в силе. Всем свободным группам перегруппироваться и через пять минут двигаться на поддержку группе "бета".
— Пока все идет относительно просто, — заметил Крепыш.
— Не сглазь, — тут же добавил Профессор, — слишком уж просто.
И сразу после этих слов с пронзительным воем зазвучала городская сирена. Тут же небо обрело багровый цвет и на нем, то тут, то там, начали появляться огненные вспышки.
— Что это? — спросил я. — Беркут включил какую-то защиту?
— Нет, — задумчиво ответила Мистраль, — ему такое не под силу. Это город! Он сам защищается и сам определяет уровень угрозы. Но… я не понимаю. Нас мало и мы не представляем такой уж большой угрозы для города, из-за нас система бы не назначила красный уровень тревоги.
— Что-то пошло не так, — добавил как никогда серьезный Профессор, — за всю историю еще никогда не включался красный уровень.
— И что он означает? — тут же спросил я.
— Наивысший уровень опасности, угрозу истребления фракции.
"Внимание, внимание, — раздался в наших наушниках хорошо знакомый и ненавистный хриплый голос Беркута, — я обращаюсь к гражданам города, к армии и полиции, к уважаемому Ордену Сумеречных Жнецов, а так же к повстанцам, что навязали сейчас бои на главных улицах города, — проговорил нынешний лидер фракции по общей радиочастоте, — город подвергся массовой атаке совместных сил школ Порядка, Света и Тьмы, — все сидящие в зале тут же зашумели и заговорили. Совместная операция трех враждующих фракций, да еще и такого масштаба, это было чем-то неслыханным, чем-то беспрецедентным. В это было трудно поверить. — По этому, прошу, — продолжил Беркут, — забудем на время распри и разногласия, и объединимся против общего врага. Иначе нам не выстоять. Что касается повстанцев, я дал приказ своим людям не чинить вам сопротивления, и в знак доверия, оставляю вас в своем тылу под непосредственным руководством вашего штаба. Надеюсь на ваше благоразумие. Надеюсь, что благосостояние и сохранность школы Хаоса для вас важнее собственных эгоистичных интересов. Конец связи".
— Вот так поворот, — все, что смог сказать я.
— Ушам своим не верю, — сказала Багира, — может это какая-то уловка Беркута?
— Черта с два, наверняка мы действительно по уши в дерьме, — заметил Крепыш.
— Внимание всем повстанцам, это штаб, — раздался знакомый голос в наушниках уже на нашей частоте, — город подвергся массовой атаке. Это не учения, и не хитрость Беркута! Повторяю! Город подвергся массовой атаке! Операция приостановлена! Мы выступаем на защиту города. Ждите дальнейших указаний. Не хочу разводить панику, но вы все уже не дети, а истинные воины. Буду с вами честен. По неподтвержденным данным численность и боевая мощь врага почти в десять раз превышают суммарную мощь всех защитников города. Ждите дальнейших указаний. Конец связи.
Вот так поворот. Кто же мог знать, что нас ждут такие неожиданности.
"Злые языки величают меня сердцеедом. Все это наглая ложь, не ем я дамские сердца. Вон они все у меня на полочке стоят в баночках с формалином. Маленькие сувениры от моих бывших возлюбленных, гарантия того, что они меня больше не предадут".
Жизнь текла своим чередом, все меньше сюрпризов и неожиданностей. Я все чаще проводил время на тренировках и за книгами, становясь все сильнее. Теперь я мог дать отпор даже самым талантливым одногодкам. Что же касается старшекурсников, то они, конечно, с легкостью размазали бы меня по стенке, но все тренировочные спарринги проводились лишь между учениками одного курса. Были еще и магические дуэли, которые студенты иногда устраивали между собой, но вызвать на бой студента младшего курса считалось не престижным, и даже унизительным. Так что, в этом плане, я был в относительной безопасности.
Для меня многое изменилось после того, как я с наставником побывал на смертельно — опасной миссии на бывшей базе Ордена Безиких. Встреча с вампиром, вурдалаком, кибер ангелом, фанатиками из Школы Света и чистильщиками из Школы Порядка оказалась серьезным испытанием. В ту ночь я не раз побывал на грани смерти. Но, вот парадокс, именно тогда пропал мой страх. Нет, не то, что бы я перестал бояться совсем и всего, но меня больше не пугала смертоносная вездесущая угроза в виде террористов Безликих, которые якобы следят за каждым моим шагом. И мне больше не снилась та девушка, что сгорела заживо на моих глазах во время Квартального Бала. Я наконец-то начал хорошо высыпаться, и никакие кошмары не мучили меня. Может, мой наставник знал, что так будет? Может, взяв тогда меня с собой, он хотел помочь мне справится с моими проблемами? Но, как он узнал, что настоящая битва станет для меня лекарством? Да, это не самая традиционная терапия, но мы ведь посреди мира магов, в Академии Хаоса. О какой "традиционности" вообще может идти речь?
Так что, все начало налаживаться, жить бы да радоваться всем прелестям магического бытия и наслаждаться веселыми беззаботными студенческими буднями. Но, было еще кое-что, что не давало покоя ни мне, ни моему наставнику. Та девушка по имени Анель, которую я встретил в ночь перед своей первой миссией. Она, словно призрак, появилась из ниоткуда и так же бесследно исчезла. Прошло уже больше трех месяцев с тех пор, как мы ходили с ней в теплицу к грибо — шнурам. И больше я не встречал ее ни разу. Иногда я ночами бродил по замку, надеясь наткнуться на эту девушку, и разгадать наконец-то ее загадку. Ведь самым необычным во всей этой истории было то, что Анель, исходя из моих воспоминаний и воспоминаний учителя, была очень похожа на предыдущую ученицу Керамбита, Ласточку, которая, кстати, так же была и предыдущей ученицей Великого Мастера. И что еще интересно, Безликие убили ее ровно за сто лет до моей встречи с Анель. А тело девушки нашли как раз в музее ассирийского оружия, где я и увидел впервые Анель, которая была в таком же платье, в котором нашли мертвую Ласточку. Может ли все это быть совпадением? Разумеется, нет! Не бывает таких совпадений. А значит, остается два варианта. Либо Анель — это призрак убитой Ласточки, но этот вариант сразу отпадает. Анель была живой, из плоти и крови, я это помнил, я помнил тепло ее горячих рук. Тогда остается второй вариант — все это кто-то подстроил. Тот, кто знал об убийстве столетней давности, при этом знал во всех деталях о событии, подробности которого уже стал забывать даже Керамбит, любивший Ласточку, как родною дочь. И зачем кому-то разыгрывать такой спектакль? Хотя, тут ответ был более очевидным. Что бы посеять смуту, заставить нас с учителем сомневаться в себе, в реальности происходящего, заставить не доверять друг другу. Мы оба понимали, что кто бы за этим не стоял, над нами просто насмехались, с нами играли.
Ох, попадись ты мне, Анель! Тебе придется ответить на много вопросов! Что бы там ни было, я не собирался оставлять эту загадку нерешенной. Я начал проводить свое независимое расследование. Хотя это мало что дало. Несколько ночей я провел, изучая картотеку с личными делами всех студентов и даже преподавателей. Было не просто добраться до базы данных, но, тщательно все продумав, я смог это провернуть. Правда, в одну из ночей голем — страж загнал меня в угол. Бежать было некуда, и пришлось вступить в схватку, я каким-то чудом разнес эту груду металла на мелкие куски и еле успел унести ноги до того, как коридор уже был полон стражников и других големов. В любом случае, толку от этих моих вылазок не было никакого. Я пересмотрел дела всех учащихся и преподающих в Академии, а так же рабочего персонала — Анель среди них не было. Если бы сохранились какие-то архивы столетней давности, хоть что-то, хотя бы одна фотография убитой Ласточки. Но Керамбит заверил меня, что ничего из этого не дошло до наших дней. Не было причин не верить ему. Да и насчет архивов он точно был прав, все дела и вся информация о прошедших событиях, как я выяснил, хранятся двадцать пять лет. После этого все уничтожается. Так что разузнать информацию столетней давности невозможно.
Наставнику проблема Анель тоже не давала покоя. Однажды, я случайно заметил на столе в его кабинете зарисовки платья, того самого в котором была Анель и в котором, видимо, убили Ласточку. А еще среди свитков и вырезок из каких-то пожелтевших очень старых газет, лежал черно — белый портрет, нарисованный карандашом. Когда я увидел его, я даже немного испугался. На картинке была изображена девушка, как две капли воды похожая на Анель. Неужели это Ласточка?
Я так же спрашивал об Анель у Великого Мастера, но он так и не дал вразумительного ответа. Правда, нужно сказать, что он очень внимательно выслушал меня, и, даже, пообещал навести справки об этой загадочной девушке. И мне лишь на миг показалось, что на его лице во время моего рассказа промелькнуло какое-то понимание. Но это было столь мимолетное видение, что я не мог бы утверждать наверняка. Учитель пытался объяснить мою встречу с Анель тем, что наша Академия очень загадочное место, тут бывает, случаются самые невероятные происшествия. Например, могло произойти соприкасание времен и эпох, и каким-то образом, одного из нас, меня или Ласточку, перенесло во времени к другому. Либо я попал к ней в прошлое, либо она в настоящее. Но эта версия казалась мне слишком невероятной. Да и это не объясняет того, почему девушка решила представиться не своим именем. Я спрашивал у Керамбита, могла ли Ласточка при жизни использовать еще одно имя, хотя бы в кругу друзей. Он ответил, что это совершенно исключено. Так же, я спрашивал у Мастера, могут ли за этими странными событиями стоять Безликие. Мой вопрос даже немного оскорбил его. Он признал за собой вину, что эти упрямые фанатики, задействовав множество ресурсов и тщательно все продумав, таки смогли проникнуть в Академию, миновав все сложные рубежи защиты. Но не думаю ли я, что они теперь вот так запросто могут разгуливать по ней, когда им вздумается?
Сколько мы с Керамбитом не изводили бы себя, сколько бы бессонных ночей не провели в поисках, чтобы не делали, но, мы так и не смогли хоть на шаг приблизиться к разгадке тайны. До самой этой роковой ночи.
Давно перевалило за полночь. Я шел по коридору. Сегодня я был не в лучшем настроении. Два вызова на дуэль, и обе дуэли я проиграл. Такого не было уже давно. Ребята, с которыми я сражался, принадлежали к какому-то новому боевому клубу, свою технику они называли "мягкой волной" и, в отличии от всех хаоситов, использующих страсть и напор, их приемы были нацелены на то, чтобы обернуть силу противника против него самого. Но самым болезненным для моего самолюбия было то, что этих ребят не было даже в общем боевом рейтинге курса, то есть поражение им сильно понижало не только мой общий респект, но и могло отразиться на рейтинге моего клуба. Уму непостижимо, и как я проиграл тем, кого даже нет в рейтинге. Сначала тому ухмыляющемуся парню, а потом еще и той высокомерной блондинке. И самое обидное, что раз моя первоочередная цель — стать сильнее, то мне придется переступить через свою гордость, и прийти к этим ребятам с просьбой поделиться их секретами или даже потренировать меня. Пока что даже думать об этом было тошно. В общем, настроение у меня было очень паршивое. Я даже не особо прятался сегодня. Попадись мне на пути голем, вступлю в бой не раздумывая. Хоть будет на ком пар спустить.
Я услышал шаги, немного шаркающие, они принадлежали явно не стальному голему. Хоть я и был зол, но все-таки старался всегда сохранять голову холодной. Если это кто-то из стражников, то у меня будут проблемы. Для перемещения по Академии в ночное время я использовал удобную обувь с мягкой подошвой, по этому, мои шаги были абсолютно бесшумными. Так я мог не привлекать лишнего внимания, и слышать заранее любой посторонний звук, чтобы вовремя отреагировать на надвигающуюся опасность. А мой костюм — хамелеон позволял легко спрятаться и оставаться незамеченным.
Вот и сейчас, я бесшумно скользнул за одну из колон, и решил понаблюдать за коридором. Из-за поворота появилась фигура. Какой-то маг брел с совершенно отрешенным взглядом. Да и походка его напоминала шаги какого-то зомби. Кажется, он был настолько погруженным в свои мысли, что не замечал ничего вокруг. Я присмотрелся внимательнее — да это же мой наставник, Керамбит. И что же он тут забыл, позвольте узнать? И почему у него такой потерянный вид? Я решил, что постараюсь проследить за ним. Конечно, весьма трудно шпионить за опытным магом, но сейчас мой наставник был в таком отрешенном состоянии, что может быть и не заметит слежку.
Керамбит подходил все ближе. Он оказался рядом с колонной, за которой я спрятался.
— Странник, нет смысла в бесшумной обуви и костюме — хамелеоне, если ты не умеешь скрывать свою ауру, — сказал наставник, посмотрев на меня.
— Вы меня раскусили, учитель! — мне не оставалось ничего другого, как покинуть свое укрытие и признать очевидный скоропостижный провал своей слежки.
— Учитель?! — удивленно, и немного со злостью произнес Керамбит. — Я тебе не учитель! Теперь твой учитель Великий Мастер, ему не в первой забирать у меня учеников, а потом отправлять их на верную гибель!
Да что это с ним сегодня? Я подошел ближе и уловил еле уловимые запахи бурбона и коньяка.
— Учитель, вы пили? — Вот так новость, судя по рассказам, последний раз Керамбит напился сто лет назад, после похорон Ласточки, которую он любил, как родную дочь.
— Просто, я слишком стар для всего этого дерьма, — с какой-то горечью в голосе произнес Керамбит.
— Может вы, вместо того, чтобы говорить фразами из нуарных детективов, объясните, что случилось?
Керамбит посмотрел мне в глаза. Вечно жизнерадостный, энергичный и полный сил, сейчас он действительно походил на очень старого и измученного человека. Я был сильно удивлен и расстроен такими метаморфозами. Неужели, что-то смогло сломать такого мага? Что же, черт подери, тут происходит?
— Случилось?! — переспросил Керамбит с какой-то отрешенностью. — Ничего особенно, если не считать того, что моя вера в идеалы, которым я служил десятки лет, пошатнулась.
— О чем это вы? — удивился я.
— Не важно! Пока еще нельзя говорить о чем-то наверняка! Но, кажется, я подошел к разгадке. Все не такое, каким кажется! — и после этого маг зашагал дальше, не обращая на меня никакого внимания.
— Эй, вы куда?! Подождите! — я побежал за наставником.
Когда мне оставался лишь шаг до него, тот с невероятным проворством резко развернулся, схватил меня за плечо и, болезненно сжав его, подтащил к себе. Наставник приблизил губы к моему уху и отчетливо прошептал:
— Не все есть таким, каким кажется! Не верь Мастерам, не верь никому, даже этим стенам! Стены этой гребаной Академии, они тоже все слышат, они все донесут! — Глаза наставника пылали каким-то диким безумием, мне стало по — настоящему страшно. — Сейчас я пойду за ответами! И если я не вернусь до утра, — Керамбит замолчал и отпустил мое плечо, — иди за скорпионом, он даст тебе нужные ответы. Береги себя пацан, — маг похлопал меня по плечу, — я рад, что ты был моим учеником!
После этого он отпустил меня и пошел дальше по коридору.
— Стойте! — крикнул я вдогонку. — Куда вы в таком состоянии? Вы задумали что-то опасное? Возьмите меня с собой! Я не буду лишь бесполезной обузой, обещаю! Я стал сильнее!
Но маг не оборачивался. Он шел прямо, шаркая по паркету. Я бросился вдогонку, но когда до Керамбита оставался лишь метр, он превратился в серый дым, который тут же развеялся. Сумеречная магия. Значит, он настроен серьезно. Я остался посреди коридора совсем один.
— Тебе не догнать его и не спасти! — услышал я за спиной знакомый голос. — Он сделал свой выбор!
Я обернулся. Передо мной, в десятке шагов, стояла Анель. Сегодня она была одета в легкое белоснежное платье, снова босиком. Голубые глаза смотрели с участием, но и легкая прохлада сквозила в этом взгляде.
— Анель?! — я не верил своим глазам, и на несколько мгновений даже потерял дар речи, не зная, что и сказать, но собравшись с мыслями, добавил, — у меня накопилось много вопросов.
— Да? — спросила она холодным тоном, — а ты уверен, что сможешь принять ответы?
— Что происходит с моим учителем? Почему ты сказала, что его не спасти?
— Он слишком упрям и непреклонен, — ответила Анель, — и он до сих пор не может отпустить свое прошлое. А еще, он перешел дорогу кое — кому очень влиятельному и могущественному. Так что, завтра ты, скорее всего, получишь известие о его героической кончине.
— Кто ты, мать твою такая, что бы говорить все это?! — закричал я, с силой сжав кулаки.
— Не шуми так! — ответила Анель безо всяких эмоций. — Если сюда явятся стражники или големы, то я уйду, а ведь у тебя еще много вопросов. Хотя, вопросы не помогут избавиться от боли, да?
— Кто ты такая? — прорычал я шепотом, но очень отчетливо. — Впрочем, ты права, разговорами делу не поможешь. Начнем?
— Мог бы и не предупреждать, — улыбнулась в ответ Анель.
Я ударил по ней заклятием "воздушный кулак", тем самым, освоить которое она мне помогла. Девушка с легкостью увернулась. Я бросил в нее молнией, Анель снова увернулась и побежала в мою сторону. Мое заклинание "путы неизвестного", которое должно было обездвижить девушку, так же не имело успеха. Попробовать что-то еще я не успел. Девушка оказалась в шаге от меня, и тут же пол ушел из под моих ног, перед глазами промелькнул потолок, и я уже лежал на лопатках. Надо мной стояла Анель, ее глаза сверкали победным превосходством. Девушка, поставив одну ногу мне на грудь, прижимала меня к полу. Я попробовал подняться, но у меня ничего не вышло. Какая же сила в этих хрупких ножках.
— Какого хрена?! Как ты это сделала?!
— Просто признай свое поражение.
— Обойдешься! — со злостью прорычал я.
Но, что же делать? Мне пришла в голову очень извращенная мысль, но это могло сработать. А ведь она в платье! Если заставить девушку смущаться, она обязательно растеряется и наделает кучу глупостей. Я сконцентрировал свое внимание на дыхании, собрал немного доступной энергии, благо воздух был моим главным магическим элементом, и с силой дунул на нижнюю часть платья девушки. Эффект был выше ожиданий, платье тут же взлетело вверх, оголив упругие бедра Анель. Как я заметил, на девушке даже не было нижнего белья. Вот только ее это ни капли не заботило. Она лишь рассмеялась.
— Ты не перестаешь меня удивлять, — сказала девушка, улыбаясь, — решил, раз уж проиграл, так хоть насладиться зрелищем моего тела? Хах, какой ты шалунишка! Но ты мог бы просто попросить, если тебе так интересно, то я бы разделась — и ты мог бы все детально изучить.
— Чего?! — теперь уже я покраснел и сильно смутился. Ну как так, мое же оружие использовали против меня.
— Я просто подумала, что если ты хочешь заняться любовью, — ничуть не смущаясь продолжила девушка, — и маги, и люди — ваши два вида, очень любят этот… хм… процесс. Раздевают друг друга и начинают целовать разные места…
— Прекрати!
— Но, я очень много наблюдала, как они занимаются этим.
— Ты что законченная извращенка — вуайеристка? Так любишь подглядывать?
— Да нет! Я, просто вообще много наблюдаю за людьми и за магами. Специфика моей природы. Так что, если ты хотел заняться со мной этим, то можешь раздеть меня, если пообещаешь не швыряться заклинаниями.
Я посмотрел на Анель. Ее спокойное лицо не выражало ровным счетом ничего. Как будто она мне только что половинку яблока предложила, а не заняться сексом. Да, так мастерски надо мной уже давно не издевались.
— Бесишь! — Я схватил девушку за лодыжку опорной ноги и резко дернул на себя. Такого поворота событий она, видимо, не ожидала. Анель потеряла равновесие и плюхнулась на пол. Возможно, достаточно болезненно. Но мне было плевать. Сейчас я был готов сделать ей куда больнее. Она давно уже играла нами всеми, и продолжает играть. А теперь она говорит мне, что мой учитель сегодня погибнет, и я ни чем не в силах этому помешать. Я собирался вытрясти из нее всю информацию, чего бы это мне стоило.
Я придавил девушку весом своего тела. Ее руки я крепко схватил и прижал к паркету, так чтобы они располагались ладонями кверху, и я мог контролировать ее пальцы, помешав любой попытке сплести заклинание.
— Кто ты такая?! — прорычал я, мое лицо было в десятке сантиметров от ее лица. — Отвечай на мои вопросы!
— Ого! — улыбнулась девушка. — Какая страсть! А ты работал над собой. Ты всегда девушек допрашиваешь таким вот образом?
— Только таких непредсказуемых и опасных, как ты! — ответил я. — Отвечай на вопрос!
— А если я откажусь? — поинтересовалась Анель.
— Не хотелось бы делать тебе больно!
Я старался, чтобы мой голос звучал убедительно и угрожающе. Но на самом деле, оставалось лишь надеяться, что мой блеф сработает. Ведь ситуация патовая. Ну, поймал я ее, и прижал так сказать, в данном случае — буквально. Но что дальше? Запугать ее вряд ли получится, Анель явно не из пугливых. И как мне получить от нее информацию, если сама не захочет говорить? Не пытать же ее, в самом деле. Я все равно не смогу целенаправленно причинять боль этой девушке, будь она даже моим заклятым врагом.
— Забавно, — улыбнулась Анель, — ты растерялся! Знаешь, мужчина, прижавший женщину к полу и лежащий на ней сверху, смотрится довольно жалко, если он не знает, что ему делать дальше!
Я замахнулся и с силой ударил кулаком по паркету в нескольких сантиметрах от головы девушки. На деревянных лакированных дощечек осталась пара капель моей крови.
— Вокруг меня погибают люди, — сказал я каким-то пустым голосом, — и я почему-то чувствую, что будут погибать и дальше. Я втянут в какой-то сложный заговор, в целую череду странных событий, которые, явно не случайны. И ты знаешь, в чем дело, ты знаешь многое, если не все, но просто играешь со мной! Ты действительно такое чудовище?
Глаза девушки расширились от удивления. Кажется, я и вправду ее озадачил, а может, и задел за живое.
— Зеркало мира, — вдруг произнесла Анель.
— Чего?
— Зеркало мира! Не то, что бы это тебе что-то объяснило. Но это, пожалуй, самый исчерпывающий ответ на твой вопрос — кто я такая.
— И что это должно значить? — недоумевал я.
— Как минимум то, что я не более чудовище, чем наш мир. Ведь я — лишь отражаю действительность.
— Стоп! Ты сказала — отражаешь?! — я начал о чем-то догадываться. — Если ты какое-то там зеркало, то значит, возможно, ты можешь принимать любые формы, какие только увидишь. Вроде как отражать. Эта твоя форма — это отражение убитой сто лет назад колдуньи по имени Ласточка, правда?
— А ты проницательный, — с грустью ответила Анель, — да, я взяла эту форму в память об убитой девушке. В память о моей лучшей подруге, Ласточке.
— А какой твой настоящий облик? — поинтересовался я.
— Этот! И еще сотни и тысячи других! Они все настоящие! Хотя, в равной степени ни один из них не настоящий.
— Я не понимаю.
— Абсолют всегда равен нулю. И все заканчивается там, где начинается. Змей созидания пожирает свой собственный хвост, являя нам загадку и одновременно разгадку всех вещей в этом мире, — задумчиво проговорила Анель.
— А можно без этих метафизических изысков?
— Хочешь конкретные ответы — правильно задавай вопросы.
— Ты сказала, что моего учителя уже не спасти, что он перешел дорогу кому-то опасному. Он предупреждал меня, чтобы я не доверял Мастерам. Все это как-то связанно с ними?
— Все в этом мире связанно с Мастерами. Но не думай о них, как о добре или зле. В этом мире нет категорий и величин, в которых можно было бы измерить сущность Двенадцати Великих Мастеров. Но при этом, должна сказать, что в тебе я чувствую потенциал познать их. Теперь я понимаю, почему Ласточка так поступила, все-таки, она была сильнейшей и мудрейшей из всех Подмастерьев, которых только обучали Великие Мастера.
— Величайшая из Подмастерьев? И она была твоей лучшей подругой? Расскажи мне о ней.
— Лучше я покажу тебе, — ответила Анель, — если отпустишь меня.
Я отпустил девушку, она одним ловким прыжком оказалась на ногах и схватила меня за руку. И вот мы снова мчимся по всем коридорам замка, как в ту далекую ночь, когда я только познакомился с Анель.
Мы наконец-то оказались в музее ассирийского оружия. Именно здесь я впервые встретил Анель. Именно здесь, нашли тело мертвой Ласточки.
— Я покажу тебе момент ее смерти, — сказала Анель, — но, это будет тяжело, если ты чувствуешь, что не готов…
— Показывай! — сказал я решительно. — Я хочу увидеть, как она погибла. Может это что-то прояснит.
— Как знаешь! — ответила Анель. — Тогда смотри.
Девушка ловким движением пальцев ухватилась за какую-то нить в воздухе и потянула ее на себя. Казалось, что она перевернула огромную страницу невидимой книги. В зале появились какие-то маги. Они ходили и рассматривали разные экспонаты.
— Раньше, — тихо произнесла Анель и "перевернула еще одну страницу". Снова какие-то маги, уже в более старомодных костюмах. Внешний вид музея изменился, экспонатов было меньше, и они стояли в других местах.
— Еще раньше, — произнесла Анель, и перед нами появилась искомая картинка.
Ночь! Комната полна свечей. Анель танцует посреди них. Танец какой-то жалобный и очень печальный.
— Ласточка! — произнесла девушка с длинными белоснежными волосами. — Неужели нет другого выхода?
Значит, та танцующая девушка — это Ласточка, а не Анель? Они похожи, словно две капли воды.
— Нет! И ты это знаешь! Иначе, пазл не сложится! И этот мир никогда не увидит завершенного творения! — на глазах девушки заблестели слезы. — Каждый должен выполнить свою задачу, чтобы пьеса дошла до своего логического финала. И теперь, чтобы Мастера и Керамбит, и даже ты, и тот, кто займет мое место и станет новым Подмастерьем Хаоса, чтобы все вы сделали свои ходы — мне нужно уйти за кулисы.
— Но это не имеет смысла! — уже во всю рыдая, произнесла блондинка.
— Ты сама прекрасно понимаешь, — ответила Ласточка, — что это имеет огромный смысл!
— Понимаю, — призналась вторая девушка. — Просто, я так не хочу тебя терять! Теперь меня ждет сто лет одиночества!
Ласточка прекратила танец, подошла к девушке и заботливо вытерла ее слезы.
— Ну, ты уж подожди следующего ученика Великого Мастера, или ученицу, — подмигнула Ласточка, — тогда скучать не будешь. А пока наблюдай и запоминай, как всегда. Ты ведь у нас Зеркало Мира.
Ласточка улыбнулась. А потом она нежно поцеловала беловолосую девушку в губы, та с жадностью ответила на ее поцелуй.
— Я люблю тебя! — жалобно сказала блондинка сквозь слезы.
— И я тебя! — ответила Ласточка, и слезы заблестели уже и в ее глазах. — Постарайся, чтобы все выглядело правдоподобно, чтобы все очень походило на настоящее убийство. Пускай подумают на Безликих. Тогда, все обернется как нужно, и эта грустная драма пойдет в нужном направлении, и, может, тогда она не закончится трагедией.
— Хорошо! Но я не дам памяти о тебе исчезнуть бесследно! — Беловолосая девушка сделала пас рукой, и через миг в зале стояли уже две Ласточки.
— Так значит, это теперь будет твой новый облик? — спросила Ласточка, улыбнувшись.
— Да, — ответила вторая девушка. — В память о тебе!
— А ты и вправду Зеркало. Тебе лучше уйти, Заряна!
— Нет, я хочу видеть все, — ответила та, — и быть с тобой до конца!
— Ладно, как пожелаешь. — Ласточка подошла к стеллажу и взяла в руки красивый кинжал. — Жаль старика Керамбита, моя смерть разобьет ему сердце, но все должно идти так, как идет. — Она еще раз посмотрела на вторую девушку, что сейчас была неотличима от нее. — Прощай, Заряна!
Ласточка с силой вонзила кинжал себе в грудь. Анель, или правильно будет Заряна, закричала и разрыдалась еще сильнее. Тело Ласточки упало на пол, из раны потекла кровь прямо на красивое синее платье, подарок ее учителя.
Иллюзия рассеялась, мы с Анель стояли посреди ночного музея, почти в кромешной тьме. Было странно стоять рядом с точно такой же девушкой, как та, которая только что у тебя на глазах пронзила кинжалом свое сердце.
— Вот так все было! — сказала Анель. — Потом я немного поработала над телом и обстановкой, чтобы все это было максимально похоже на насильственную смерть.
— Но зачем?
— Ты же все видел и слышал, — ответила Анель, — чтобы пьеса дошла до логического финала, чтобы каждый отыграл свою роль, чтобы все не кончилось трагедией — для этого она так поступила. Она передала эстафету тебе. Когда-то ты, возможно, поймешь этот поступок. А сейчас, просто цени это.
— Глупо! — сказал я, сжимая кулаки с такой силой, что ногти на руках уже болезненно впились в кожу. — Она, фактически, пожертвовала собой ради меня. И я даже не понимаю зачем. И как мне прикажешь теперь с этим жить?! — уже чуть ли не закричал я.
Анель взяла мое лицо в свои руки. Я почувствовал, как ее горячие ладони нежно коснулись моих щек. Это успокаивало. Анель посмотрела в мои глаза, она плакала.
— Тебе придется жить с этим! Сегодня ты потеряешь своего учителя, и еще многие погибнут у тебя на глазах. Я не смогу тебя избавить от этой ноши. Это твоя буря потерь! Но даже она минует, и снова беззаботно взойдет солнце. Оно унесет печали и разгонит тьму. В это верила Ласточка, в это верю и я. Поверь в это и ты! А сейчас мне пора.
— Постой, — попытался я остановить Анель, — у меня еще столько вопросов.
— Всего один, — строго произнесла девушка.
Я еще столько всего хотел узнать: о Ласточке, об Анель, об их отношениях, о всей этой странной цепочке событий, но спросил, почему-то, совсем о другом.
— Ласточка называла тебя Заряной. Это твое настоящее имя?
— У меня тысячи имен, так же как и образов, — ответила девушка, — под именем Анель меня знаешь только ты.
— Почему именно Анель?
— Это уже второй вопрос! — Анель наконец-то снова улыбнулась, — Ладно, отвечу! Прочитай мое имя задом наперед!
— Анель, — задумчиво проговорил я, — это будет… Лена?
— Имя твоей первой настоящей любви, — ответила Анель, — еще в ту твою бытность человека. Помнишь ту девушку? Я посчитала, что так будет забавно…
— Конечно, я ее помню, — тут же ответил я, — я любил ее, хотя, кажется, прошла уже целая вечность с тех пор, и у меня теперь совсем другая жизнь. Но это затея с именем, это кажется так… просто.
— А должно быть сложно? — спросила Анель. — Разве в этой истории не достаточно сложностей?
— Береги себя, Странник! Ты жил в своем беззаботном рае, наслаждаясь сладкими плодами древа жизни. Но я искусила тебя попробовать горький плод древа познания добра и зла. И скоро ты потеряешь свой эдем, и доверие своего бога.
После этих слов девушка исчезла, просто растворилась в воздухе. Эта Анель — одна из тех загадок, которые мне до конца никогда не разгадать.
Я побрел в сторону своей комнаты. Ловкач пытался расспросить меня, чего я такой подавленный, но я вежливо объяснил другу, что не настроен на разговор. Сосед лишь пожал плечами и продолжил спать дальше. А вот я не смог уснуть до самого утра. Хотя, в этом нет ничего удивительного.
Утром меня вызвали к Мастеру. Тот встретил меня в своем кабинете и с серьезным лицом, предложил мне сесть, так как у него для меня плохие новости. Я уже знал, что услышу. Но от этого было не легче. Мне сообщили, что сегодня ночью, Керамбит попал в засаду элитного отряда школы Тьмы. Они каким-то образом выследили его. Мой учитель сражался очень отважно, он истребил почти весь отряд и с полсотни самых разнообразных демонов, которых они призвали. Но к "тьмушникам" подоспели подкрепления. Мой учитель погиб как герой, унеся с собой жизни многих врагов. Так закончилась история Сумеречного Когтя Хаоса, Керамбита, великого воина и прекрасного мага, чье время прошло. И ему пришлось уйти за кулисы. Буря потерь, значит? Хотел бы я пообщаться с режиссером и сценаристами этой кровавой драмы. Но интуиция, мое шестое чувство, подсказывала, что мне еще выпадет такой шанс.
"Пожалуйста, запомните нас!
Кажется, шансов выполнить нашу миссию становилось все меньше. Враг не ослаблял напор ни на минуту.
— Сзади! — закричала Мистраль.
— Знаю! — проревел Крепыш и, сделав резкий разворот, разрубил пополам уже прыгнувшего на него гуля. Уродливая плоть чудовища с неприятным гулом рухнула на землю. Крепыш плюнул на это окровавленное месиво и, поудобней перехватив секиру, обернулся к остальным врагам, — ну, твари, кто еще хочет познакомиться с моей малышкой Сисиль?
Три оставшихся вурдалака не спешили повторять судьбу своего опрометчивого сородича.
— Правый твой, Странник! — крикнула Мистраль. — Левый за тобой, Багира! Профессор, берешь того, что посередине! Понеслась!
— Понял! — Ответил тот.
Я посмотрел на мерзкую тварь, что стояла передо мной. Мне вспомнилась та миссия, когда я еще первокурсником удирал от такого же чудовища, бегая, как загнанный зверь, по всем коридорам пещеры, слыша за собой лишь рычание этой костлявой вечно — голодной смерти, что настигала меня с каждой секундой, приближая неотвратимое. В тот день я выжил лишь чудом, благодаря счастливому стечению обстоятельств и просто огромному, нереальному везению. Но сегодня, — я по крепче сжал древко копья. — Сегодня, я больше не испуганная добыча. Сегодня я буду охотником!
Держа перед собой копье, я медленно подходил к вурдалаку. Два его маленьких красных глаза светились злобой. Тварь переминалась с ноги на ногу. Ее сухие, без кожного покрытия, мускулы и острые когти неприятно шаркали по асфальту. Мое копье было нацелено на пасть вурдалака. Кто будет быстрее? Тварь и ее жало? Или я под эффектом зелья "ловкость мангуста" и, уже с немалым боевым опытом и рефлексами, развитыми благодаря многолетним тренировкам? Жало выстрелило в мгновение ока. Чудовищная скорость, я еле увернулся и тут же произвел выпад копьем. Тварь успела отскочить назад в последний момент, так что я лишь немного зацепил ее кончиком копья. Но все же, гуль взвыл от боли. Он тут же кинулся на меня. Я быстро выставил левую руку вперед и произнес заклятье — "лезвие бессердечности". Заклинания элемента воздуха давались мне особенно быстро и легко, все-таки, это ведь, была моя стихия. Десятки острых как бритва воздушных потоков сорвались с моей руки, и располосовали плоть вурдалака. Тварь еще сильнее взвыла от боли, отшатнулась, но потом снова поперла на меня, но напоролась прямо на острие моего копья, что вошло вурдалаку глубоко в глотку, пробив жало и позвоночник. Издыхающий монстр упал на тротуар, и скончался в предсмертных судорогах. Я выдернул из трупа свое копье и посмотрел, как идут дела у моих боевых товарищей.
Багира прыгала и вертелась волчком вокруг вурдалака. На гуле уже не было живого места от ран, нанесенных бесконечными молниеносными ударами железных когтей. А так, как колдунья выцарапала ему глаза, и теперь с пустых глазниц чудовища капала черная кровь, тварь даже не могла определить — где ее враг. Багира же, которая единственная из всей нашей "ячейки", отказалась от выданного снаряжения и кольчуги, сейчас крутилась вокруг вурдалака в своем черном облегающем боевом костюме, что никак не стеснял и не замедлял ее движений. У вурдалака не было ни шанса. Кажется, девочке — кошке было просто интересно, когда же он истечет кровью, по этому, она не спешила наносить смертельных ран. Как настоящая кошка, Багира хотела поиграть со своей добычей. Что касается того вурдалака, что достался Профессору, то он стонал, вертелся, царапал асфальт под собой, и острыми клыками рвал на куски свое же собственное тело. Профессор нацелил на него руку и шептал какие-то заклятья. Тварь, судя по всему, страдала от невыносимой агонии. Проницательные глаза Профессора наблюдали за этим зрелищем из разреза его боевой маски с каким-то хищным садистским интересом.
— Хватит! — крикнул Крепыш, и разрубил страдающую тварь напополам своей секирой. — Даже эта мерзость не заслуживает такого.
— Прости, увлекся! — ответил Профессор и опустил руку.
Еще минута и обескровленная жертва Багиры упала под радостное ликование колдуньи.
— "Ячейка семьдесят семь", группа "гама", — проговорила Мистраль в маленький микрофон, который она, как командир отряда, вместе с наушниками носила на голове. Именно через этот прибор осуществлялась наша связь со штабом. У нас же, рядовых членов ячеек были специальные рации. Но, их можно было использовать лишь в экстренных ситуациях. Во всех остальных случаях связь со штабом держали только командиры "ячеек", чтобы не засорялся эфир. — Мы зачистили Солнечный квартал, двигаемся дальше, на улицу Роз.
Эх, какие красивые названия, но сейчас эти места им совсем не соответствовали. Где-то вдали слышались крики тех горожан, которым не посчастливилось вовремя добежать до ближайшего пункта самообороны. А там дальше, за много кварталов от нас, наши собратья сдерживают мощные и хорошо организованные атаки врага, что превосходит их в численности. Они сражаются сразу на трех фронтах, против армий фракций Света, Тьмы и Порядка. Никто и подумать не мог, что эти три школы сформируют клику и нападут на фракцию Хаоса. Но, жизнь полна непредсказуемых сюрпризов, часто неприятных.
Мы — повстанцы, резерв. И сейчас нас отправили в жилые сектора. Группы "альфа" и "бета" действовали во втором жилом секторе, а мы, группа "гама" — в третьем. Здесь не было вражеских магов, но фракция Порядка направила сюда своих вурдалаков, поохотиться на штатских, на не боевых магов Хаоса. Надо сказать, что "штатские" в городе магов — это понятие сильно отличимое от "штатских" в городах людей. У нас нет стариков, ведь маги не стареют. У нас в городе очень мало детей, ведь Потенциалы попадают сюда в возрасте восемнадцати лет, после инициации. И единственные немногочисленные дети, живущие в городе, это те, что рождаются от браков между магами. Так что, основную часть населения города составляют взрослые маги, прошедшие обучение в Академии и умеющие сражаться. И все же, многие из них — простые рабочие фабрик, исследовательских центров, теплиц, мастера алхимии, зельеварения и так далее. У них нет ни шанса, если придется сражаться с вражескими боевыми магами, монстрами, вроде вурдалаков, и такими "машинами смерти", как высшие вампиры или кибер ангелы. Армия, городская полиция, оборонительная система города и мы, "повстанческие ячейки", их единственный шанс, щит, что должен защитить их от мучительной скоропостижной смерти. Есть еще Великий Мастер и Орден Сумеречных Жнецов. Но, по неизвестным причинам, оба наших "джокера" еще не в игре.
Сорок пятая полицейская рота вместе с теми горожанами, что быстро среагировали на красный сигнал тревоги и успели эвакуироваться, спрятавшись в пунктах самообороны, сейчас были отрезаны от основных сил и окружены. Мы, повстанцы, пробивались им на выручку, зачищая попутно все улицы и кварталы, что бы не оставить врага в тылу. Полицейские были неплохо экипированы артефактами и амулетами, а так же хорошо обучены, но все же, это не армия, и не боевые маги из ячеек. По этому, осознавая, что в открытом бою им не справиться с вурдалаками, они вместе с горожанами закрылись в пунктах самообороны, сдерживая атаки гулей там, и защищая мирное население по мере своих скромных сил. Наша задача, как подкрепления, прорваться к нашим окруженным союзникам и вместе уничтожить врага.
— Значит, в момент красной тревоги штатские должны эвакуироваться в пункты самообороны? — поинтересовался я.
— Да, — ответила Мистраль. Мы перешли на легкий бег. — Там из них сформируют отряды самообороны. Эвакуация происходит под контролем полиции. Пункты самообороны хорошо укреплены и защищены, в том числе и разнообразными заклинаниями, там есть запас еды и воды. По этому, там можно продержаться некоторое время.
— А те, кто не успел попасть в ближайший пункт самообороны?
— Зачем ты спрашиваешь?! — крикнул Крепыш, его лицо потемнело, а огромная рука еще яростнее сжала рукоять секиры. — Ты же видел, что произошло с теми, кто не успел.
Видел? Что я видел? Мое сознание отказывалось принимать то, что я видел. Большая алая лужа. Посреди нее оторванные конечности, руки, ноги, мужские, женские, детские. Три вурдалака, измазанные кровью, глодали чьи-то кости. Все как в тумане. Я даже не помню, как мы убили этих тварей. Помню лишь свои руки, по локоть в черной крови вурдалаков. Помню, как колотил сбитыми кулаками по уже расквашенной морде гуля, как Профессор и Мистраль оттащили меня от трупа, убитого мною монстра. Помню соленый вкус на своих губах. Кровь или слезы? Я не знаю! Не нужно об этом думать! Не нужно думать о тех нескольких семьях, что не успели добежать до спасительного пункта самообороны!
Мы бежали дальше. То тут, то там слышались стоны и крики. Это вурдалаки! Они охотятся! Может, разрывают на куски какого-то ребенка или женщину, может, глодают кости моих боевых товарищей, которым повезло меньше, чем мне. Об этом тоже не нужно думать! На войне вообще не нужно думать, а то свихнешься! Просто беги, и выполняй свой долг! По возможности, выживи! А осознать все, что бы с немым криком, заливаясь слезами, рвать на себе волосы, еще успеешь!
Мы пробежали всю улицу, так никого и не встретив. Ну, если не считать одного вурдалака, которого Крепыш разрубил на ходу.
— Ближайший пункт самообороны в одном квартале от нас. Мы должны зачистить территорию вокруг. — Мистраль оглянулась по сторонам. — А вот и подкрепление! Справа и слева к нам бежало по пять магов Хаоса, "ячейки" из нашей группы.
"Мистраль, вы находитесь рядом с пунктом самообороны БЭ — восемь. Попытайтесь прорваться туда и освободить всех. Ячейки семьдесят один и восемьдесят три помогут вам, они поступают под ваше временное руководство". — Сообщил нашему командиру голос в наушниках. Приказ из генштаба, так что споров быть не может. Приказ — есть приказ.
В ячейке семьдесят один было двое мужчин с мечами, девушка с магическим посохом, девушка с луком и женщина постарше с волшебной палочкой. Ячейка восемьдесят три состояла из пяти фигур, плотно закутавшихся в мантии, что мешало рассмотреть их. Понять их специализацию и стиль боя так же не представлялось возможным. Руководители обеих ячеек отрапортовали нашему командиру и сообщили, что на время зачистки территории вокруг объекта, по приказу штаба, переходят под ее руководство.
Теперь наш отряд насчитывал уже пятнадцать магов. Неплохая сила, как мне казалось. Но, когда мы добежали до конца квартала, я изменил свое мнение.
— Твою ж мать, — выругался один из магов с мечами.
— Ох, черт, — добавил Крепыш.
— Кажется, у нас проблемы, — вставил свое Профессор.
— Ох, сколько мяса, — радостно закричала Багира, — Ура! Всех убью! — у нее в глазах появился уже привычный маниакальный блеск. Вот только, никто больше ее энтузиазма не разделял. Перед нами была достаточно крупная площадь. На ней стояло большое круглое здание, что было сделано из бетона, и казалось весьма надежным и прочным. Видимо, это и есть пункт самообороны. На его вершине располагался какой-то прибор или артефакт, вроде антенны. Он генерировал электричество, и, время от времени, выстреливал направленным зарядом по толпе осаждавших здание гулей, иногда промазывая, а иногда, поджаривая одного из вурдалаков. Так же, вокруг здания летали две сферы, огненная и воздушная, они поджигали и замораживали монстров. Но этого всего явно было мало. Я невольно ахнул, когда увидел десятки монстров, штурмующих пункт самообороны.
Хотя, какие десятки, их здесь было как минимум полторы сотни. Они лезли на верхушку здания, царапались в тяжелые стальные двери, пытались пролезть в узенькие окна с решетками, из которых порой вылетали не очень прицельные заклятья.
Несколько ближайших к нам вурдалаков заметили нас. Они завыли, привлекая внимание всей стаи. И вот уже все твари обернулись в нашу сторону. Они прекратили безуспешный штурм здания, и направились к нам. Такая доступная добыча, что стояла прямо перед ними, словно преподнесенная на блюдце, конечно, была куда привлекательнее, чем запершиеся в неприступном здании маги, которые еще и отстреливались в ответ на попытки расковырять их защиту.
Вурдалаки начали медленно окружать нас, принюхиваться, рычать. Они не спешили бросаться в атаку. Они выжидали, отрезали нам пути к отступлению, окружая со всех сторон, они давили на психику, пытаясь сломить наш боевой дух и посеять панику. Гули наматывали круги вокруг нас, все сжимая кольцо.
— Нам не выстоять, — тихо прошептал Профессор на ухо Мистраль, но я все-таки услышал, — ты же это понимаешь?! Если бы их было хотя бы лишь вдвое — втрое больше нас, то шансы были бы. Но, здесь минимум по десятку тварей на каждого.
— Я знаю, — спокойно ответила Мистраль, — но, убежать ведь тоже не удастся. Они быстрее. Они разорвут нас. Не хочу погибнуть, убегая, как затравленный зверь. А ты?
— Никто из нас не хочет, — спокойно ответил Профессор. — И все здесь не дети, и не наивные дураки. Мы трезво оцениваем свои шансы. Подкрепление, как я понимаю, не придет?
— Ближайшие ячейки в четырех — пяти кварталах от нас, я уже подала сигнал бедствия через штаб, но… Они не успеют.
Я посмотрел на лица окружающих меня товарищей. Еще никогда я не видел хаоситов такими спокойными. Некоторые тихонько что-то нашептывали, может молитвы, может заклятия.
— Маги Хаоса! — громко сказала Мистраль. — Мои боевые товарищи! Я не буду тешить вас ложными надеждами! — кольцо вурдалаков сжималось вокруг нас все плотнее. — Шансов у нас почти нет. Но если убежим — все равно не спасемся, лишь погибнем с позором, опорочив честь фракции Хаоса. Не знаю как вы, а я собираюсь подороже продать свою жизнь!
В ответ повисла тишина. Тяжелая гнетущая тишина, она словно звенела в ушах.
— Вальхалла! — вдруг заорал Крепыш и затряс над головой своей секирой. — Мы будем пировать в чертогах Одина, братья и сестры!
И тут весь отряд взревел. Мы все кричали, словно, это был наш последний крик. Мы еще живы, в груди у каждого из нас еще бьется горячее бесстрашное сердце, мы не станем легкой добычей, мы не загнанный скот, не затравленные звери. Мы — демоны войны! Вот что значил этот крик. И на миг нам показалось, что, безмозглые твари впереди, поняли его. Как будто, настоящий страх отразился в их маленьких пылающих ненавистью глазках. Быть может, это было лишь мимолетное видение, но этого было достаточно, что бы вселить бесстрашие в наши сердца. Пускай боятся они! Мы будем сражаться до конца!
— Все, кто специализируется на ближнем бое, в первый ряд! Остальные, за их спины! — скомандовала Мистраль.
— Может, подать сигнал бедствия? — спросил один из магов семьдесят первой "ячейки".
— Подкрепления не успеют, — честно ответила Мистраль, — все решится сейчас. Формируем плотное кольцо!
Мы засуетились. Кольцо вурдалаков сжималось вокруг нас все плотнее. Колдунья из семьдесят первой "ячейки" подняла свою волшебную палочку и прошептала заклятье. Вокруг нас вспыхнуло пламя, и твари немного попятились.
— На долго это их не задержит, — сказала колдунья.
Но, этого промежутка времени нам хватило. Боевой строй был сформирован. Воздух вокруг буквально вибрировал от огромного количества подвешеных заклинаний, что были готовы смертоносным ливнем обрушиться на врагов. Первая волна гулей будет сметена и раздавлена. А дальше… Не хочется об этом думать. Нужно просто сражаться до последнего дыхания и надеяться на чудо, это лучшее, что все мы можем сделать в такой ситуации.
Пламя вокруг погасло, и вурдалаки ринулись на нас. Огромная лавина изуродовоной плоти с острыми смертоносними клыками и когтями хлынула на наш маленький островок отчаяного сопротивления.
— Да! Больше вурдалаков! Хочу еще больше! — закричала Багира. — Всех убью! Каждую тварь на кусочки порву! — Она вся дрожала. А в глазах было столько ненависти. Ее волосы искрились, а тело излучало сильный жар.
Я попытался доронуться до ее плеча, как-то успокоить. Но Профессор, стоявший за моей спиной перехватил мою руку, и отрицательно покачал головой.
На остальное не было времени. Вурдалаки атаковали. Маги, стоявшие сзади нас, встретили первую волну чудовищ смесью самых разнообразных боевых заклинаний. Некоторые вурдалаки упали на землю, раскромсанные на мелкие кусочки, других расплющило огромным невидимым прессом, третьих — изрешетили тысячи острых сосулек, четвертых раскрутила невидимая карусель и зашвырнула куда-то в небо, а одного даже вывернуло наизнанку. Вторую волну гулей мы встретили врукопашную. Я проткнул копьем одного вурдалака, но он не погиб и пытался достать меня своими когтями, он лязгал клыками, продвигаясь все ближе ко мне, словно и не замечая торчащего из груди копья. Жутковатое зрелище.
Молниеносный удар — и голова вурдалака покатилась по дороге.
— Аккуратнее, с этими тварями, — сказала Багира, — и одним быстрым ударом своих когтей обезглавила еще одного вурдалака. Это больше не игра, теперь все серьезно!
Кажется, ее уже не бил озноб, и она совладала со своей яростью. Хотя, мне показалось, что ее движения стали еще быстрее, а атаки — сильнее. У меня освободилось мгновение, что бы посмотреть по сторонам. Лишь миг, и мое копье встретило еще одного вурдалака. Ситуация, как и следовало ожидать, была не слишком хорошей для нас. Мы все еще держали строй, но некоторым магам приходилось в рукопашном бою противостоять сразу двум, а то и трем врагам. В толпу гулей, правда, с постоянной регулярностью прилетали стрелы и заклинания наших товарищей, что стояли у нас за спинами. Но все это было каплей в море.
— Около двух десятков вурдалаков уничтожено! — прокричала Мистраль, — поднажмем, ребята! У нас все получится!
— Еще как получится! — засмеялась Багира. Она буквально скользила между вурдалаками, их когти, клыки, жала свистели вокруг нее, казалось, в нескольких сантиметрах от ее тела, но она уклонялась от всех атак, а ее стальные когти обезглавили уже третью тварь. Огромной дугой свистела Сесиль, сжимаемая мощными руками Крепыша, она сеяла смерть с завидной скоростью. Обидно, но, кажется, я был самым слабым в нашей ячейке, а может и вообще, среди всех собравшихся здесь магов.
Но я все равно не проиграю вурдалакам, этим безмозглым тварям, только не им. Я поднял руку, направив ее ладонью в морду очередному гулю, прошептал заклинание, и несколько воздушных лезвий, сорвавшихся с моей руки, превратили голову вурдалака в кровавое месиво. Вдруг мое копье засветилось синеватым сиянием, и само, словно обретя волю, проткнуло горло еще одному вурдалаку, что подкрался незамеченным слишком близко. Так же засветились когти Багиры и секира Крепыша.
— Простите, что так долго, — раздался сзади спокойный голос нашего энчантера.
Не знаю, как он это сделал, но теперь мое копье могло защищать меня само, без участия моей воли. Это заметно увеличивает шансы на выживание.
Пользуясь секундной передышкой, я снова осмотрелся. Наш строй окружала уже целая гора трупов вурдалаков, они лежали повсюду вокруг. И я невольно подумал, не споткнуться бы ненароком о них. И, как на зло, плохие предположения всегда сбываются первыми. Один из хаоситов в мантиях, тот, что из восемьдесят третей "ячейки", отступая под натиском вурдалаков, споткнулся и упал на спину. Гули тут же разорвали его на части. При одиночных охотах, эти твари зачастую парализуют жертву ядом из своего жала, и потом медленно поедают ее. Но в таких вот массовых сражениях, и в случаях, когда парализовать жертву не так просто, вурдалаки нацеливаются на быстрое убийство. И только что, у меня на глазах, острые когти с огромной скоростью растерзали нашего товарища на куски. Вот и первые потери с нашей стороны. Эта внезапная гибель отрезвила нас всех, напомнила, что мы не бессмертны, и игра идет не по нашим правилам. Страх вернулся.
Все, что происходило дальше, было похоже на какой-то страшный сон, что шел для меня, словно, в замедленной съемке. Вурдалаки хоть и несли значительные потери, но почувствовав нашу слабость и страх, ринулись вперед с еще большим остервенением. Началось куда более ожесточенное сражение. Сверкали клинки и когти, летали стрелы и заклинания. Мертвые вурдалаки падали один за другим, но вот крик, и гули растерзали еще одного нашего мага, еще минута — и семьдесят первая ячейка потеряла первого мечника, еще полминуты — и потеряла второго. Потеряв четырех передовиков, мы, разумеется, не могли сохранить строй и защитить наш тыл из лекарей, заклинателей и воинов дальнего боя. Началась суматоха, лавина вурдалаков поглотила нас. Что ж, мы и так довольно долго держались. А теперь пришел час для каждого из нас продать свои жизни подороже.
По моим примерным подсчетам мы истребили почти треть врагов, то есть порядка полсотни вурдалаков. Невиданные результаты, мы можем гордиться собой. Вот только этого все еще слишком мало, этого все еще недостаточно, чтобы выжить.
— Вот теперь понеслась, — закричала Багира и обезглавила сразу две твари.
— Выстоим, — прохрипел Крепыш и начал выписывать своей секирой широкие дуги, не подпуская вурдалаков слишком близко.
— А как вам это, твари? — прокричала колдунья из семьдесят первой "ячейки", после чего с кончика ее волшебной палочки сорвался небольшой дракон, состоящий из чистого пламени, он нырнул в толпу вурдалаков, откуда тут же завоняло горелой плотью.
Один из гулей, что лез на нас в первых рядах, развернулся к своим сородичам и мощным ударом лапы сломал хребет другому вурдалаку, после чего перегрыз глотку еще одному.
— Всегда хотел попробовать это, — засмеялся Профессор. — А вот еще кое-что.
Он прошептал заклятье и направил руку в толпу вурдалаков, туда, где было их самое густое скопление. Гули, которые попали под действие заклинания, начали беспорядочно грызть и кусать друг друга.
Колдунья с посохом, из семьдесят первой ячейки, что уже довольно долго стояла неподвижно и нашептывала какое-то заклятие, пока мы прикрывали ее от вражеских атак, подняла голову с победоносной улыбкой:
— Готово, — она ударила посохом о землю, та задрожала и затряслась, словно от небольшого землетрясения. Куски земли начали взлетать вверх, и, с большой силой ударяясь друг от друга, они скреплялись во что-то целое, словно у нас на глазах лепился каменный снеговик. Минута — и перед нами стояло гуманоидное существо, состоящее из спресованной земли и камня. Его маленькие глазки вспыхнули алым, они напоминали глаза вурдалаков. Монстр взревел и устремился в толпу гулей. Огромные каменные кулаки с громким хрустом крошили и ломали кости и суставы вурдалаков. Гули пытались атаковать голема, но даже их сверхострые и прочные когти не могли оставить серьезных повреждений на камне, из которого состояло это создание.
Еще несколько магов выложили свои не менее сильные козыри. Мы снова получили временный перевес. Жаль, что я так слаб на фоне всех этих опытных воинов. Кира — мой, наверное, единственный козырь, не могла принять участие в битве, так как все еще восстанавливалась после прошлого сражения, связанного с нашей миссией по добыче четвертого камня. В общем, сейчас я мог полагаться лишь на свое копье и довольно скромные, на общем фоне, магические умения. Так, как бой шел на предельно высокой скорости, не было времени создавать плетения сложных многоуровневых заклинаний. По этому, я в основном уклонялся от атак вурдалаков, по возможности тыкал во врага копьем, и изредка успевал метнуть какое-то простое заклятие элемента воздуха, а то и просто давил чистой энергией, мало эффективной и быстро истощающейся. В общем, если продолжать в таком же темпе, то ничем хорошим для меня все это не закончится. Но никаких других возможностей нет. За несколько минут я уложил еще двух вурдалаков, но успел пропустить несколько атак. Острые когти нанесли довольно глубокие и болезненные ранения. Но наши целители умудрились неплохо подлечить меня. Я снова мог легко двигаться, а боль была вполне терпимой. Время от времени я слышал вскрикивания или охи союзников. Кто-то еще выбывал из строя. А у меня даже не было времени, что бы оглянуться. Ведь это значило бы отвернуться от врага, а это стоило бы мне жизни.
Единственной, кого я видел возле себя, была Багира. Ее черный боевой костюм был сильно испачкан кровью вурдалаков, которая так же капала со стальных когтей магички. Но она все продолжала крутиться между врагами, неся смерть, как какой-то безумный демон войны. Я заметил, что на ней была и ее собственная кровь, на теле виднелась парочка глубоких порезов от когтей. Все же, даже эта невероятно ловкая девушка пропустила несколько атак. Ничего удивительного, все-таки, вурдалаки были одними из сильнейших и опаснейших тварей. Быстрые, ловкие, смертоносные и безжалостные, они стали причиной смерти многих магов Хаоса. Время от времени, я так же видел, как в поле моего зрения появлялась огромная секира, что отрубала конечность кому-то из гулей. Крепыш еще в строю. Битва кипела во всю, когда я услышал крик Мистраль:
— Назад!
Мы тут же отступили на несколько шагов. Вокруг вспыхнуло пламя.
— Долго не продержу, — сказала магичка из семьдесят первой "ячейки".
Я посмотрел на тех, кто собрался внутри огненного круга и невольно ужаснулся. Семеро! Наша ячейка в полном составе, огненная колдунья из семьдесят первой и один парень из восемьдесят первой. Семеро из пятнадцати. Вот и все, кто выжил. А вурдалаков осталось больше половины от первоначального количества.
— Ресурс? — спросила Мистраль.
— Почти на нуле, — ответил Профессор.
— Тоже, — добавила "огненная колдунья".
Остальные заметили, что сил хватит разве что на рукопашный бой, в плане магии все почти иссякли. Да и в рукопашном мы, вряд ли, продержимся долго. Дела наши очень плохи.
— Идеи есть? — спросила Мистраль.
— Нет! — честно признались все.
— Тогда так, — сказала Мистраль, она была очень серьезной и собранной. — Сейчас я проведу довольно сильную атаку. Как только она закончится, бегите в сторону пункта самообороны, может они откроют ворота и впустят вас, или сами выйдут на помощь. Так у вас будет хоть какой-то шанс.
— А ты? — спросил Профессор.
— Это не важно! Эта техника… Я все равно, наверное, не выживу после ее применения.
— Нет!
— Так не пойдет!
— Мы не бросим вас!
— Что-то не помню, что бы спрашивала вашего мнения! — вспылила Мистраль. — Это приказ и он не обсуждается! Под трибунал у меня пойдете! — Она деловито поправила очки и добавила. — А теперь, отставить сопли, и выполнять!
Небольшой слабый ропот, но никто и не посмел всерьез возразить. Наш командир была настроена очень решительно. Переубедить ее не представлялось возможным. Ее волосы заискрились, снопы искр падали с них на землю. Тело окутал сильный жар, энергия буквально струилась из нее. Кольцо огня вокруг нас, выставленное колдуньей, начало тухнуть.
— Я Мистраль! — проревела наш командир нечеловеческим голосом, буквально закипая от переполняющей ее энергии. — Ветер хаоса и разрушения! Ветер боли и отчаяния! Ветер гибели! Я — смерть, мчащая на крыльях ветра.
Вокруг нас закружились мощные потоки воздуха, они становились все сильнее и сильнее. Первые полдюжины вурдалаков, что кинулись в атаку, раскрутило и зашвырнуло в небо с такой силой, что они тут же растворились в багровой пустоте над нашими головами. Мистраль направила руки на толпу вурдалаков и два мощных потока ветра, сорвавшихся с кончиков ее пальцев, заметно проредили ряды врагов и освободили нам проход.
— Бегите! — закричала Мистраль, и мы, замешкавшись лишь на миг, рванули в сторону пункта самообороны.
Я бежал вперед, а за спиной лютовал настоящий ураган, раскидывая толпу вурдалаков в разные стороны, словно карточный домик. Правда, большинство из них поднимались и продолжали атаковать, но часть так и осталась лежать на мостовой. Когда мы уже добегали до пункта самообороны, где нас могло ждать укрытие, я услышал, что ветер утих. Вот и все. Это был ее предел. И все же, кто бы мог подумать, что наша командир так сильна. Я обернулся и увидел, как волна вурдалаков поглотила Мистраль, как десяток пастей, полных острых клыков, вонзаются в ее тело. Кажется, я закричал, а, может, и нет. Вокруг был такой шум, трудно сказать наверняка.
— Нет, я так не могу, — сказала Багира, вдруг остановившись. — Бегите дальше, вы должны спастись, а у меня своя миссия.
Я даже не успел ничего ответить, как она развернулась и нырнула в толпу, преследовавших нас вурдалаков. Ее стальные когти начали свой смертоносный танец в гуще клыков и когтей чудовищ. У меня не было времени посмотреть, чем это закончится.
Со стороны пункта самообороны в нашу сторону бежал отряд магов. Это была полиция и несколько штатских. Отряд был довольно большим, около трех десятков. Меньше минуты и они с боевым кличем схлестнулись с вурдалаками. Я помню, как мы с Крепышом развернулись и кинулись в толпу врагов, началась очень жестокая битва.
Минут через пять все было кончено. Все вурдалаки были мертвы. Больше полторы сотни их трупов валялись повсюду, на дороге и на обочине, на клумбах, и даже на крышах домов, куда их зашвырнул безумный вихрь нашего командира.
Хоть мы и победили, потери были огромными, из пятнадцати боевых магов, трех "ячеек", вступивших в бой с вурдалаками выжили только четверо, из отряда подкрепления, что вышел нам на помощь, уцелело меньше половины. Я бродил среди трупов гулей, выискивая Багиру, эту помешанную на битвах психопатку. Я еле заметил ее под горой мертвых вурдалаков.
— Я сделала это, — улыбнувшись, сказала мне девушка.
Я подбежал ближе и приподнял ее на руках, высвобождая из-под горы тел. Колдунья была вся измазана кровью, в основном черной кровью чудовищ, но и собственной она потеряла слишком много. Столько ран покрывало ее хрупкое тело. Сейчас эта бесстрашная воительница казалась такой спокойной и умиротворенной. А ее тело было таким легким.
— Я убила ту тварь, ту самую! — произнесла девушка, улыбаясь.
— Молчи! — я прикоснулся пальцем к ее окровавленным губам. — Я отнесу тебя к медикам!
— Нет, — улыбнулась Багира, — слишком поздно. Я уже вижу сестру, мы наконец-то будем вместе. Но ты, ты должен знать…
— Прекрати! — чуть ли не закричал я, чувствуя, что готов разрыдаться, — не говори ничего, я спасу тебя!
— Дурак! — ответила с улыбкой девушка, — Нет смысла! Я жила ради мести! И я отомстила за свою сестру! Видишь ту тварь со шрамом, — девушка указала на труп вурдалака, на одной из лап которого был старый шрам от глубокого пореза. — Эта тварь сожрала мою сестру заживо, у меня на глазах, — по щекам девушки потекли слезы, — но, я отомстила. Наконец-то, я заслужила право быть вместе с любимой сестричкой. Прощай, Странник! Привет, сестренка!
Девушка улыбнулась и посмотрела на небо. Там среди багровых и алых облаков вдруг появился проблеск, и мы все на некоторое время увидели солнце. Воля мага способна менять реальность. А душа мага способна добиваться невероятных высот, преодолевая все препятствия. Я аккуратно закрыл девушке глаза. Не знаю, почему так делают. Может потому, что бояться глаз покойника, смотрящих на тебя из бездны небытия. Нет! Она не в небытие! Она со своей сестрой! Вот во что я хочу верить! И никто у меня не заберет эту веру! Я положил безжизненное тело на землю. Не время раскисать, мой бой еще не окончен, я еще здесь. Я провел рукой по одной из ран Багиры, так чтобы на пальцах осталась ее кровь. Потом приложил пальцы к своим губам, после чего провел ими две кровавые полосы у себя на лбу.
— Освященный твоей кровью, продолжаю твою борьбу. — Проговорил я старинное боевое заклятие хаоситов. — Пока пламя Хаоса горит в сердце, не сверну со своего пути!
После этого, я оставил тело девушки и подошел к Крепышу и Профессору, что стояли возле истерзанного тела нашего командира, храброй Мистраль, отдавшей за нас жизни. На лбах у них тоже были кровавые полосы, знак наивысшего почтения боевому товарищу.
— Багира? — спросил Крепыш.
Я лишь покачал головой. Великан крепко сжал секиру:
— Клянусь, эти ублюдки за все заплатят!
Времени на ритуалы и похороны не было. Наша миссия продолжалась. Как сообщили из штаба, множество вурдалаков все еще охотились в жилых секторах. Так же нас предупредили, что в секторах были замечены агрессивные демоны разных типов. Они зачастую атаковали, как магов Хаоса, так и вурдалаков. Предположительно их призвали "темные". Что касается основных боевых действий, то армия Школы Света прорвала нашу линию фронта. Отряд из двухсот кибер ангелов оказался достаточно неожиданным и очень опасным козырем, что позволил врагам прорваться даже через нашу тридцать восьмую дивизию, в которой состояли самые опытные ветераны, закаленные в боях и сложных миссиях. По этому, как нам сообщили, помимо вурдалаков и демонов, теперь в жилых корпусах можно напороться и на отряд жрецов или рыцарей веры с кибер ангелом в придачу. На остальных линиях фронта было тоже не сладко. И хоть у Беркута, по его же словам, еще было несколько козырей в руках, наш первоначальный план изменили. Теперь мы должны максимально быстро зачистить сектор, чтобы полиция, в свою очередь, могла организовать эвакуацию штатских в здание Академии, где, видимо, будет последний оплот обороны, если уж дела пойдут совсем плохо.
— Только этого дерьма нам не хватало, — прорычал Крепыш, разрубая секирой нескольких мелких рогатых демонов, что пытались заколоть его короткими острыми мечами. — "Темные" уже и сюда руку приложили, скорые какие.
— Угу! — все, что нашелся ответить я, разрубив еще одного демона легким одноручным клинком. Мое сломанное копье давно осталось позади, торчащим в груди какого-то вурдалака.
— Нам бы не помешала помощь, твоего демона, Странник! Слышал, тебе досталась редкая демоническая кошка, чуть ли не одна из последних представительниц своего вида.
Ага, такую любительницу сарказма и постоянных подколок действительно еще поискать надо.
— Она, увы, еще не восстановилась, — ответил я, прикоснувшись к еле теплому медальону на шее, от которого шло чуть заметное прерывистое излучение.
— Жаль, она бы пригодилась. У этих кошек очень глубокие познания о всякого рода демонах, их природе, повадках, их сильных сторонах, и, главное, об их слабостях.
— Да, мне тоже жаль, — искренне добавил я. Я так привык, что Кира всегда рядом. Но этот бой мне придется пройти одному.
Когда же все это закончится? Мы уже потеряли стольких товарищей. Особенно тяжело было смириться с гибелью Мистраль и Багиры. Я уже успел привязаться к ним. Казалось, что я знал их уже долгое время, а не несколько часов. Видимо, так бывает, когда проходишь с кем-то через настоящий ад. Тут часы идут за годы. Я невольно задумался о той силе, которую пробудили две эти колдуньи перед своей гибелью.
— Профессор! — обратился я к новому командиру "ячейки". — Та чудовищная сила, которой Мистраль раскидывала толпу вурдалаков, как котят. Ведь это был Истинный Хаос, я прав? Его еще называют Первоначальным, да?
— Он самый, — сказал Профессор, внимательно посмотрев на меня.
— И Багира, — добавил я, — ее тело стало пылать жаром, волосы заискрились, после чего, как мне кажется, ее физические характеристики и скорость сильно возросли. Она тоже пробудила его, Истинный Хаос?
— Да, они обе высвободили предел своей силы, — сухо ответил Профессор, — и ты видел, чем это для них закончилось. После использования Истинного Хаоса маг может погибнуть, может "перегореть", то есть потерять Силу, может лишиться рассудка. Это, наверное, одна из самых опасных техник.
— Но я читал, что Истинный Хаос может поднять мага на новый уровень, расширить его возможности.
— Угробить он тебя может, тупица, — прорычал Крепыш, — послушай лучше, что тебе опытные маги говорят, и не заигрывай с черным всепожирающим пламенем Истинного Хаоса, ведь это не то, что можно легко контролировать. Да, он временно дает колоссальную силу, но цена за это неоправданно высока.
— Это уже мне решать, — парировал я, — как использовать эту технику?
— Ты… чертов… — зарычал Крепыш с явным желанием съездить кулаком мне по физиономии, но как раз в этот момент его отвлекли несколько мелких демонов.
Профессор же, лишь бесстрастно посмотрел на меня. Его лицо, которое больше не скрывала маска, не выражало никаких эмоций.
— Если хочешь пробудить Первоначальный Хаос — нужно очень сильное волевое усилие, желание, нет, даже скорее намерение, под завязку наполненное личной страстью. И еще нужна очень сильная разрушительная эмоция: страх, гнев, ненависть, отчаянье, чувство вины. Ты должен испытать самый пик их проявления, что бы они переполняли и сжигали тебя изнутри. Тогда и только тогда, ты сможешь использовать Истинный Хаос. Но, как мы с коллегой тебе уже оба сказали, настоятельно не рекомендуется пользоваться этой техникой.
— Угу, — пробурчал я в ответ, — мне бы еще хотелось надеяться, что я смогу выжить и без нее.
На улицах города творилось нечто невообразимое. Если, поначалу, нам приходилось противостоять лишь разной величины скоплениям вурдалаков, что устраивали охоту на не успевших спрятаться местных жителей, то теперь к ним прибавились еще и демоны всех сортов и видов. Последние, устраивали самую настоящую неразбериху. Демоны нападали на хаоситов, на вурдалаков, друг на дружку и даже на темных адептов, что их призвали и не успели вовремя убраться. Кроме этого в бой вступили еще откуда-то взявшиеся каменные големы и стихийные эллементали, духи чистых стихий, имеющие материальную оболочку. К счастью для нас, и големы и элементали сражались на нашей стороне, они были частью оборонительной системы города. Но все же, это не давало нам особого преимущества. Демонов здесь было несметное количество, и дальше продолжали появляться все новые. Отряды полиции проводили эвакуацию штатских, и, по этому, на передовой остались только наши повстанческие "ячейки", которые уже понесли немалые потери и продолжали и дальше терять опытнейших магов убитыми и ранеными. Последний раз, когда штаб выходил на связь, нам сообщили, что из нашей штурмовой группы "гама" выжило лишь около семидесяти магов, меньше половины состава. И эта цифра будет только уменьшаться — подкрепления ждать неоткуда. Если у Беркута и остались какие-то резервы, то он их кинет против кибер ангелов, в точку прорыва "световиками" одного из наших фронтов. Оставалась призрачная надежда на Великого Мастера и Сумеречных Жнецов, но связаться с кем-то из них, как сообщил нам штаб, не получалось. Куда они исчезли в самый ответственный момент? Это оставалось загадкой. Есть ли у нас еще надежда на победу? К черту надежду! Отбросить все, и сражаться без страха и сожаления, ни на что не надеясь. Вот то, что сейчас было нужнее всего!
Не смотря на весь этот кавардак и достаточно большие потери, мы уже освободили большую часть жилого сектора и поспособствовали эвакуации многих штатских. Теперь, нам нужно дойти до самого крайнего пункта самообороны, попутно освобождая всех, чтобы они могли эвакуироваться в Академию, последний хорошо укрепленный оплот обороны. Что ж, наша задача предельно ясна. Наши собратья, отдают свои жизни там, на передовой, противостоя сильнейшим атакующим частям вражеских фракций. Они храбро сражаются за каждый шаг и надеяться, что мы, в это время, защитим их семьи, их мир.
Возле очередного пункта самообороны нас ждала достаточно необычная картина. Несколько десятков вурдалаков штурмовали здание с одной стороны, а с полсотни разных мелких демонов атаковали его с другой. Демоны так же дрались с каменными големами, а вокруг гулей кружилось несколько летающих змеев, что состояли, казалось, из чистых вихрей.
— В бой! — скомандовал Профессор и мы все устремились в атаку.
Вурдалаки, увидев нас, тут же направились в нашу сторону. Так как мы не прятались за стенами, то были куда более приоритетной добычей.
Поскольку, здесь было три боевых ячейки, и нам помогали эллементали, то бой был окончен достаточно быстро. Так же мы покончили и с демонами. Еще один пункт самообороны был освобожден. Оставалось эвакуировать три, времени было мало, по этому, пришлось разделиться. Оставалось только надеяться, что мы успеем спасти всех. Хотя, со штаба сообщили, что благодаря нашим слаженным действиям и поддержке эллементалей и големов, а так же благодаря неразберихе и стычкам между демонами и вурдалаками, нам удалось зачистить почти всю территорию и сильно уменьшить численность врагов. По этому, дальше нас не должно ждать сильное сопротивление.
Руководство штаба оказалось право, по пути нам попадались лишь мелкие очаги сопротивления и все, казалось, шло гладко. Слишком гладко, что бы быть правдой.
"Восемьдесят шестая" ячейка, прием! — услышал я обращение из штаба в наушниках Профессора. — Восемьдесят шестая ячейка, как слышно? — повторили из штаба. — Прошу выйти на связь".
Никто не ответил.
"Ячейка семьдесят пять, проверьте, что случилось с ячейкой восемьдесят шесть, вы находитесь в трех квартал от их последнего места дислокации. Скидываю координаты. Как поняли, меня?"
"Ячейка семьдесят пять. Поняли хорошо! Выполняем!"
— Целая боевая ячейка исчезла бесследно, да так быстро, что даже сигнал бедствия не успели подать. Не нравится мне все это, — пробурчал Крепыш.
— Да, — бесстрастно согласился Профессор, — это очень подозрительно. — Может, недооценили противника, не хотели беспокоить по пустякам, а когда поняли на кого нарвались, было уже поздно.
— А может у них просто вышла из строя радиоаппаратура, — попытался я успокоить скорее себя, чем остальных. — Ну, мало ли.
— Маловероятно, — сухо ответил Профессор. — Это не просто технические гаджеты, а еще и магические артефакты. Вывести их из строя не так просто.
"Ячейка семьдесят пять вызывает штаб. Как слышно?" — раздалось в наших наушниках.
"Штаб слушает. Докладывайте". — Ответили им.
"Нашли ячейку восемьдесят шесть недалеко от указанных координат. Все мертвы. Причины смерти пока не понятны, видимых следов насилия нет. Тела невредимы и…кх…хххх…кхх" — послышались помехи, которые вскоре затихли.
"Что там у вас случилось? Эй! Штаб вызывает ячейку семьдесят пять. Доложите обстановку! Повторяю! Штаб вызывает ячейку семьдесят пять. Отзовитесь!"
Но ответом была лишь тишина.
— Что за чертовщина?! — крикнул Крепыш.
"Черт, — у кого-то в штабе сдавали нервы, — Внимание, все уцелевшие из группы "гама". Ячейки семьдесят пять и восемьдесят шесть пропали без вести. Если получите какую-то информацию о них — сообщите. И еще… будьте бдительны и не приближайтесь слишком близко к месту исчезновения ячеек".
— Вот так да, а если им нужна наша помощь? — Спросил я, удивившись.
— Ты не расслышал приказа? — спросил Профессор, — Мы не можем больше терять бойцов, и нашей приоритетной задачей остается помочь населению города эвакуироваться.
— К тому же, нутром чую, то, что их убило, доберется скоро и до нас.
Вдруг справа появилась черная дымовая ракета. Сигнал тревоги? Высочайший уровень опасности. И кто же атаковал "ячейку", подавшую знак бедствия?
"Ячейка восемьдесят девять. Мы атакованы. Враг быстр. Определить невозможно… так быстро… пххх…хххх". Снова помехи.
"Ячейка восемьдесят семь, ответьте. Как слышно? Прием! Ответьте. Черт побери! Да что у вас там твориться?!" — кричали в штабе.
В небе появилось еще две сигнальных ракеты.
— Ох, не нравится мне все это, — выругался Крепыш, — если так дальше пойдет, то нас тут всех…кхмм… — вместо слов, маг выплюнул кровь. Перед ним стояла фигура в плаще, а из груди Крепыша торчал клинок. Кровь капала с меча на землю. Крепыш попытался сказать еще что-то, но не смог, и снова выхаркнул кровь.
Враг?! Мои мысли, словно перепуганные мыши, лихорадочно бегали в голове. Но откуда?! Так быстро! Что он такое?!
— Высший вампир, вот уж не ожидал, — со злостью прорычал Профессор. — Теперь понятно, почему наши "ячейки" истребляют так быстро и чисто.
— Ублюдок! — прорычал Крепыш, выплюнув очередную порцию крови.
— Надо же, а ты все еще стоишь на ногах, — насмешливо произнес вампир. — Какая упрямая добыча. Но, тем интереснее охота.
— Сдохни! — я со злостью метнул в вампира "воздушные лезвия", но тот с легкостью увернулся.
— Вы все — просто скот, — засмеялся вампир, — бесполезная добыча, даже повеселиться не получится, пора кончать с вами.
Он повернулся к Крепышу и схватился за рукоять своего клинка.
— Попался, — прохрипел Крепыш, выплюнув кровь, он улыбнулся такой чудовищной улыбкой, от которой даже меня бросило в дрожь, хоть и адресована она была только вампиру. Крепыш схватил руку вампира и сжал ее со всех сил. Вампир попытался вырваться, но не смог. Хоть Крепыш и умирал, но хватка его огромных ручищ, подкрепленная зельями и бесконечной волей истинного воина, была настолько цепкой, что смогла удержать даже сверхсильного высшего вампира.
— Я пообещал… — и Крепыш выплюнул кровь, — забрать своего убийцу с собой… Странник!
Я понял все, что от меня хотят по самому взгляду умирающего товарища, еще до его слов. Казалось, еще до того, как он схватил своего врага.
Я направил руку на вампира и прошептал заклятье. "Копье хаоса", мощное атакующее заклинание, пронзило их обоих, вампира и мага, что крепко держал своего врага, не позволяя ему увернуться.
— Вальхалла, я иду! — последние слова Крепыша, которые он проорал на всю округу, это был крик умирающего зверя. Даже не знаю, откуда в нем нашлось столько сил.
Два тела рухнули на мостовую. Наш товарищ и вампир. Для них обоих эта война окончена.
— Константин! — услышал я незнакомый голос совсем рядом. — Ты всегда был слишком беспечен. Ты недооценивал людей, и они забрали у тебя возлюбленную. Ты недооценивал магов — и они забрали твою жизнь.
Перед нами возникли еще две фигуры в таких же плащах, что и у убитого вампира.
— Осторожно! — крикнул мне Профессор, ведь я стоял куда ближе к внезапно подоспевшему врагу.
Но вампир, словно, и не замечал нас. Он, одним мощным прыжком, оказался возле тел, лежащих на мостовой. Аккуратно провел рукой по ранам мертвого вампира. Его плоть стала тлеть, обугливаться и, наконец-то, превратилась в горсть пепла.
— Хорошая работа, — сказал вампир, повернувшись к нам и брезгливо вытирая руку платком, как будто самовозгоревшееся тело мертвого вампира, могло как-то испачкать его. — Не стоит недооценивать ваш вид. Ты ведь будешь осторожным, Бесник? — обратился он ко второму вампиру.
— Да, Григор! — ответил тот.
— Отлично, — улыбнулся первый. — Тогда заканчивай с ними, а я продолжу охоту.
Первый вампир тут же словно испарился, а второй — бросился в мою сторону с такой скоростью и проворством, что я едва мог уследить за его движениями.
Конечно, я не успел ни защититься, ни увернуться, но когда острие меча вампира уже было в нескольких сантиметрах от моего тела, тот почему-то сильно замедлился. И только благодаря этому я успел увернуться и отскочить назад.
Я мельком глянул на Профессора, тот сосредоточено шептал какие-то заклинания. Резкое падение скорости вампира было явно делом рук колдуна. Только благодаря ему, я все еще жив.
Вампир даже не обратил внимания на свою провальную атаку. Он снова устремился в мою сторону, но Профессор уже успел выставить передо мной невидимые энергетические капканы. Я чувствовал их по характерным вибрациям воздуха, полным Хаоса. Высокоуровневая профессиональная ловушка, которую смог бы распознать только маг нашей фракции, да и то далеко не каждый. Еще шаг — другой, и вампир попадется. После чего мы разделаемся с ним так же, как и с первым.
Но вампир внезапно остановился в нескольких шагах от меня и сделал резкий длинный прыжок в сторону Профессора. Мгновение, и клинок прошил грудь колдуна насквозь, прямо в области сердца.
— НЕТ! — закричал я.
Профессор лишь улыбнулся и, взглянув на меня, прошептал одними губами: "Помни, что мы жили". Он в последний раз посмотрел на багровое небо и пылающий город. После чего его мертвое тело упало на мостовую.
Я не верил в реальность происходящего. Еще один товарищ погиб на моих глазах. Он был так занят тем, что бы спасти меня, что не выстроил собственную защиту. Он погиб, сражаясь за Хаос. Он погиб, сражаясь за город. Он погиб, защищая меня.
Мои кулаки сжались в бессильной злобе. В правой руке я сжимал рукоять короткого меча. На кончиках пальцев левой — искрились маленькие серебристые молнии. Я успею сделать всего один выстрел молнией.
Вампир вытащил свой меч из тела Профессора и вытер кровь об его куртку.
— Константин недооценил вас, — сказал вампир, — но, Григор, явно вас переоценивает. Может вы и не бесполезный мусор, но против нашего вида вам нечего противопоставить. Твоя молния, колдун, — и вампир указал острием меча на мою руку, — ты ведь понимаешь, что я намного быстрее нее. А эта "зубочистка" в твоих руках, — и он указал острием на мой меч, — знаешь, даже если я стану неподвижно и буду ждать, пока ты воткнешь мне это в сердце и несколько раз провернешь, то это все равно не сможет меня убить. Каково это, ощущать свою беспомощность?
Я лишь крепче сжал меч. Все мои товарищи мертвы, но я не могу отправиться вслед за ними. Я все думал о последних словах Профессора. Мистраль, Багира, Крепыш, Профессор и десятки неизвестных мне павших товарищей, если я сейчас погибну, то кто же будет помнить, что вы жили? Кто будет помнить, что вы ходили по этой земле, мечтали, смеялись, любили, ишли вперед, не озираясь?
Я почувствовал, как меня бросило в жар. Как будто, сильно поднялась температура, но вместо слабости, я начал чувствовать прилив бодрости.
— Я не забуду их всех! Я не позволю, чтобы их смерти были напрасными! — прокричал я. Мое тело чуть ли не горело, а с меча посыпались снопы искр.
— Какие громкие слова, — заметил вампир, — хотя, ты каким-то образом смог пробудить Истинный Хаос. Причем, не через сильные деструктивные эмоции, а как-то по своему, я это чувствую. Ох, думаю, ты занятный материал для исследований, но, прости, нет времени для опытов. Пора заканчивать с этим, ведь…
На этом речь вампира оборвалась. Из его груди показался луч света, а после — острие клинка. Не страх, а скорее удивление и непонимание, были последними эмоциями, отразившимися на лице вампира, перед тем, как он стал кучей пепла.
— Слишком хрупкие, — раздался голос за вампиром, — слишком беспечные, эти вампиры.
Это вампиры-то хрупкие? Эти совершенные машины смерти?
Голос принадлежал жрице Света, одетой в их излюбленную белоснежную робу с золотой каймой. Вот уж кого я тут точно не ожидал увидеть. Рядом со жрицей стояли три рыцаря веры, закованные в доспехи, и обвешанные артефактами с головы до пят. А ближе всего ко мне, с огромным мечом, с которого еще капала вампирья кровь, стояло существо, которое могло бы с легкостью посостязаться за звание "машины смерти" даже с высшим вампиром. Я уже раз видел похожее создание. Эти крылья, этот блеск неживых глаз, этот сияющий белизной доспех. Кибер ангел! Прекрасный и смертоносный. Вот только этот был на несколько метров выше того, которого я встречал во время учебы на первом курсе, когда Керамбит взял меня на первую миссию. И еще, у этого, помимо меча, был огромный щит. Так же, кроме белоснежного доспеха, его сияющее тело украшали золотые наручи и поножи, что испускали прохладный свет и сильную энергетическую вибрацию. Подозреваю, что они выполняли далеко не эстетически — декоративную функцию. Голову этого существа украшал золотой шлем с ослепительно — сияющим камнем внутри. Я уже несколько раз слышал об этих новых воинах в рядах фракции Света. Но даже наша разведка говорила о них шепотом и с благоговейным трепетом. Кибер архангелы, новое поколение магических киборгов, что во всех отношениях превосходили кибер ангелов. А ведь и ангелы были очень серьезным противником, с которым приходилось считаться.
Даже с пробудившимся Истинным Хаосом, на пике своей силы, я не имел ни шанса победить кибер архангела.
— Госпожа, — обратился один из рыцарей к жрице, — но ведь вампиры наши временные союзники, на момент ведения операции. Как бы это не усложнило нашу миссию.
— У Владыки Света нет союзников! — строго ответила жрица и одарила рыцаря ледяным взглядом. — У него есть лишь верные слуги и враги. Ты к кому себя относишь?
— Я? — вдруг растерялся и испугался рыцарь. — Я верный слуга Владыки! — Тут же добавил он, собравшись с мыслями.
— Вот и не сомневайся в могуществе нашего Небесного Господина, и не сомневайся в решениях его верных жриц. А теперь — в сторону.
— Тозиил! — обратилась жрица к кибер архангелу. — Уничтож колдуна!
Крылатый монстр двинулся в мою сторону. Ситуация была, мягко говоря, критичной. Бежать не получится, помощи ждать не приходится, а самому с тварью не совладать. "Простите меня, ребята из "ячейки" семьдесят семь, некому будет помнить, что вы жили. Зато сегодня мы, возможно, будем все вместе пировать в Вальхалле, как Крепыш и мечтал".
Не смотря на мою трезвую оценку обстановки и осознание того, что шансов у меня нет, я все же решил сражаться до конца. Я ударил молнией в грудь ангелу, целясь туда, где у человека находится сердце. Я собрал всю доступную мне Силу (а с использованием истинного Хаоса ее было немало), так что заклятие получилось очень мощным. Но кибер ангел лишь закрылся щитом, и заклинание растеклось по его поверхности как вода.
Дальше все было словно в замедленной съемке. Помню, как меч занесся надо мною, но я каким-то образом умудрился парировать его своим коротким клинком. После чего я, правда, тут же пропустил атаку щитом. Удар был таким сильным, что я лишь благодаря титаническим волевым усилиям, смог не потерять сознание. Но меня отбросило почти на десяток метров, и впечатало в стену. Этот удар чуть не вышиб из меня дух. Но, я все еще продолжал понимать происходящее, хоть сил подняться уже не было. Кибер архангел неспешно шел в мою сторону, направив меч на меня.
Ну, вот и все! Кира, Бестия, Ловкач, Великий Мастер — жаль, что я так и не успел попрощаться. Профессор, Крепыш, Багира, Мистраль — скоро мы снова встретимся. И Керамбит, мой первый учитель, не скучайте там. Сейчас, на своей последней миссии, я вспомнил первую. Ту погоню в пещере, свой первый бой с вурдалаком, кибер ангела и того странного вампира, что подарил мне статуэтку демона… Статуэтка! "Используй ее лишь в самых критических обстоятельствах", — вспомнил я слова вампира. Я начал лихорадочно рыться в ранце, и наконец-то нащупал там маленькую красную статуэтку в виде клыкастого демона с крепкими мышцами и большими когтями. Мой джокер в рукаве. Надеюсь, он сработает. Я почувствовал, как в руке вибрирует Сила, как статуэтка жадно пьет ее и начинает шевелиться. К счастью, ангел не спешил добивать меня, словно наслаждаясь каждым моментом.
— Приказывай, Хозяин! — раздался скрипучий бас из статуэтки.
— Фас! — все, что и смог выговорить я, перед тем, как потерял сознание, и увидел свет.
"Если жизнь подкинула тебе дерьма — это еще не повод расстраиваться. Знал я одного товарища, который даже с него мог нагнать отличного самогону"
Яркий свет ударил мне в глаза, когда я посмотрел на небо. Был разгар весны, и городской отдел синоптиков решил сделать подарок для всех горожан — очень теплый и солнечный день. А поскольку, до экзаменов было еще далеко (ну как далеко, для студента ведь экзамен или нескоро, или — уже завтра), то вся молодежь сегодня развлекалась. Это был настолько погожий денек, что в серых суровых стенах Академии, как мне кажется, не осталось ни единой души.
Я зазевался, и еле успел в последний момент увернуться от летящего в меня мяча.
— Не спи — замерзнешь! — помахала мне рукой какая-то милая девушка.
Я улыбнулся и вернулся в стойку. Довольно трудно одновременно балансировать на неустойчивой плавающей платформе, при этом уклоняться от летящих в тебя мячей, да еще и пытаться сбить противника. Но такие уж правила у этой игры. А в такой солнечный теплый денек просто грех не сыграть в "воздушного вышибалу", особенно если учесть, что игра проходит в бассейне, а половина игроков — девушки, одетые в довольно открытые бикини, и с телами, доведенными практически до совершенства изнуряющими хаотскими тренировками.
В меня полетело сразу два мяча, и я лишь чудом увернулся от обоих. Из шестнадцати участников в кругу осталось лишь семь: я, Ловкач, еще какой-то незнакомый мне парень и четыре девушки. По подмигиваниям и тайным знакам которых, я понял, что они не просто в сговоре, а еще и слаженная команда. Кажется, у сильного пола сегодня ни шанса на победу. Три мяча летали между нами с головокружительной скорость, направляемые воздушными потоками из кончиков пальцев игроков. В этой игре разрешена только магия воздуха, да и то, направляемая лишь на игровой мяч, но ни в коем случае не на игрока, или платформу под его ногами. Два мяча полетели в сторону Ловкача, он без проблем увернулся от первого, но второй так неожиданно изменил направление, что чуть не сшиб друга, все решило одно мгновение, когда магу все-таки удалось удержать стойку. Но уже через несколько мгновений я понял, что это был лишь обманный маневр, и я зря отвлекся на друга. Третий мяч был совсем рядом. Я чудом успел отпрыгнуть на край платформы, где меня и встретили сразу два мяча, что лишь ради ослабления моей бдительности, якобы целились в Ловкача. Глухой еле ощутимый удар и я полетел в бассейн. Я выбит. Мячи были сконструированы так, что их удары не были болезненными, как и приземление в воду с небольшой высоты платформы. Так что если что и пострадало, так это моя гордость, которая очень часто не позволяла мне проигрывать спокойно.
Я посмотрел вверх — прозрачная водная гладь сомкнулась над моей головой. Вода серебрилась в лучах полуденного солнца. Я просто расслабил тело и продолжал опускаться на дно бассейна. Мне давно не было так легко и спокойно, после всех этих сложных и экстремальных событий первого года обучения, я все еще имел в себе силы, хоть ненадолго, обрести покой и почувствовать себя счастливым. Как странно!
Я сделал рывок руками, и еще несколько, и наконец-то оказался на водной поверхности. Приглушенные водой звуки снова стали звонкими и хорошо различимыми. Ловкач и тот второй парень полетели в воду одновременно, подняв целую гору брызг. А девченки лишь хохотали с нашей неуклюжести. Когда я подплыл к краю бассейна — одна из них уже стояла надо мной.
— Ты отчаянно сражался, боец! — сказала она с легкой насмешкой, но явно без желания обидеть. Такая уж у хаоситов манера общаться. — Может, как-то повторим?
Я поднял голову. Надо мной стояла стройная красивая девушка, уперев руки в бока, она смотрела на меня с любопытством. Хотя было что-то еще в этом взгляде. Это была одна из тех девчонок, что так ловко уделали нас во время игры. Ее мокрые волосы ниспадали на плечи, а десятки, сотни капелек воды медленно стекали по ее стройному подтянутому телу. Не люблю я смотреть на девушек снизу вверх (да и не только на них), но эта была очень привлекательна, и отрывать взгляд не хотелось. Почему мокрые девушки кажутся такими соблазнительными? Это наверняка заложено где-то в нашем бессознательном, и наверняка связанно с сексом.
— Эй, Молния, ты хоть знаешь, кого клеишь? — откуда-то внезапно появилась вторая девушка и обняла за плечо свою подругу. — Да это же сам, его величество… Внимание, барабанная дробь — Уже Почти Подмастерье Но Пока Еще Просто Ученик Великого Мастера! Мы вас не зашибли, сударь? Не обидели своими простолюдинскими играми? — девушка с показным участием всплеснула руками и с наигранным беспокойством пыталась осмотреть меня.
— Уймись, Белка! — первая девушка, которую подруга назвала Молнией, хохотала вовсю.
— Скажите, Ваше Превосходительство Почти Подмастерье Самого Великого Мастера, вы какие буфера предпочитаете? Большие или средненькие? — Белка подошла к подруге и неожиданно схватила ту за грудь. — Ну, тут, явная троечка с половинкой, упругие, и в тоже время мягкие, самый сок.
— Ты переигрываешь! — крикнула на нее Молния, оттолкнула подругу и даже покраснела. — Нам нужно идти. Схватив Белку за руку, она потащила ее куда-то, хоть та и протестовала и еще продолжала что-то кричать.
— Еще увидимся, Странник! — помахала мне на прощание Молния.
— Непременно! И знаешь, они — правда красивые! — сказал я, показав пальцем на грудь девушки. Господи, что на меня нашло? Что я творю?
Девушка лишь еще больше покраснела, но все же, улыбнулась.
— Видишь! Рекламу тебе сделала, для тебя стараюсь, неблагодарная! — не унималась Белка.
— Пошли уже, — и Молния утащила девушку за собой в направлении раздевалки.
А я подтянулся на руках и выбрался из бассейна.
— Милые, правда? — сказал Ловкач. И откуда он только взялся. Умеет же подкрасться незаметно.
— Да, неплохие, — равнодушно ответил я.
— Неплохие? — Ловкач посмотрел на меня с серьезностью и даже испугом. — Они прекрасны, друг мой. И не пора ли тебе, уже впустить кого-то в свое сердце?
— Зачем мне это?
— Зачем? Чтобы снедаемым любовной тугой, мучить себя сладкой болью и грезами об ослепительной красе юной девы. Пусти же королеву Мэб, царицу фей в свой сон! Она в упряжке из мельчайших мошек катается у спящих по носам. В ее повозке спицы у колес из длинных сделаны паучьих лапок, из крыльев травяной кобылки — фартук, постромки — из тончайшей паутины, а хомуты — из лунного луча, бич — тонкий волосок, и кнутовище -
из косточки сверчка, а за возницу — комарик — крошка. И так она за ночью ночь катается в мозгу любовников — и снится им любовь. То повитуха фей, царица Мэб! Пусти же и ты ее в свой сон!
— Ты о пустом болтаешь, друг мой, Ловкач! — засмеялся я.
— Ловкач? Нет, я Меркуцио! Из-за твоей любви, о юный Ромео, буду я повержен, убит из под твоей руки! — Ловкач очень артистично изобразил, как клинок входит в его грудь. После чего он схватился за голову и запричитал, изображая умирающего. — Чума! Чума на оба ваших дома!
Я чуть не свалился обратно в бассейн со смеху. Ловкач настолько правдоподобно и артистично изображал Меркуцио, что это было очень забавно.
— По тебе театральный плачет, старина, — сказал я, отсмеявшись. — Может, ты зря выбрал судьбу Хаосита?
— Вот мой театр, вот моя арена. И роль мне не последняя отведена, — улыбнулся мой друг, и обвел рукой все вокруг. — Но, видится мне, что твое сердце уже принадлежит какой-то нимфе, чье имя в снах ты страстно шепчешь.
Я почувствовал неприятное предчуствие.
— Сказал же, ты о пустом болтаешь! Не свойственно мне тайны разглашать, нежась в сетях у Морфея иль королевы Мэб, что укрывают тайны наши под покровом ночи таинственнейшим из всех полотен, миром грез и сновидений, — ответил я, все еще ради забавы подражая стилю нашего разговора.
— О, друг мой, хоть ты, то храпишь, то по замку бродишь среди ночи, и тайну свою ты спрятать хочешь, но удержать ее — нет мочи. Я слышал все из твоих уст, я слышал имя той, кто бессовестно украла твой покой.
— И кто же это, скажи, не томи?!
— Анель! — тихо прошептал Ловкач.
Я почему-то вскочил на ноги, словно ошпаренный. И быстро направился в сторону раздевалки.
— Куда ты, друг мой? — крикнул мне вдогонку Ловкач.
— Антракт!
— Но кто же фея твоих снов? Светлый ангел или дитя порока? — крикнул он вдогонку.
— Скорее, темный гений злого рока!
Я и сам не помнил, как оказался в парке. Здесь, под кронами деревьев, мне захотелось остаться одному, наедине со своими мыслями. При свете солнца ночные призраки замка казались совсем бледными, они теряли свою силу и не представляли никакой угрозы. Но, почему же так тревожно на душе? И перед глазами все та ночь, смерть Ласточки, и разговор с Анель. Буря потерь! Я должен потерять многих? Зеркало Мира? Скольких ты отражала? Значит, я, действительно, шепчу ночами ее имя? Иначе, Ловкач бы не узнал об Анель. Я не говорил ему о ней. Никому не говорил. Только Керамбиту, своему покойному учителю, да еще Великому Мастеру. Но они бы никому не рассказали. На душе стало паршиво. Чуть больше, чем полгода назад, я был студентом первокурсником заурядного провинциального педагогического университета, скучающим любителем фэнтези и компьютерных игр, не имеющим никаких светлых перспектив на будущее. Как сильно все изменилось за это время. Я попал в Академию Хаоса, я был чуть не убит Безликими, видел Сумеречных Жнецов, потерял своего учителя, стал учеником самого Великого Мастера, влюбился во взрослую колдунью, Бестию, летал на грифоне, познакомился с вампиром, дрался с вурдалаком, магами Света и Порядка, и даже настоящим кибер ангелом, познакомился с Анель и видел смерть Ласточки, предыдущего Подмастерье.
Но самой большой загадкой по — прежнему остается Анель. Кто она такая? Что значат ее слова о том, что она Зеркало Мира? Какой ее истинный облик? Или все ее облики истинны? Какое ее настоящее имя? По чему, у меня такое ощущение, что я нахожусь у нее на мушке и она вот — вот нажмет на курок? Почему у меня ощущение, что она свершит финал моей трагедии? Может, я просто слишком драматизирую?
А Керамбит? Опытный и очень могущественный колдун погиб именно в ту ночь, когда, казалось, докопался до самой сути? Чем все это закончится?
В моей голове крутилось столько мыслей, что я, находясь на своей волне, даже не заметил, как вышел на красивую поляну, расположенную вдалеке от хоженых тропинок. Под густыми кронами деревьев сидели двое: черноволосый парень и девушка — блондинка, точнее с густым милированием, не знаю, считаются ли такие блондинками. Они читали, и даже не заметили моего присутствия. У парня в руках была книга "Три товарища" Ремарка, а девушка сосредоточенно читала "По ком звонит колокол" Хемингуэя. Вообще, эта парочка казалась немного странной даже по хаотским меркам.
— Ты Странник, да? — произнес парень, оторвавшись от книги.
— Вижу, моя слава идет впереди меня, — равнодушно ответил я.
— Не обольщайся, — ответила девушка, — просто, мы любим собирать информацию об интересных нам личностях.
— Думаю, будет вежливо, если и вы представитесь, раз уж вы знаете мое имя!
— Обойдешься! — отрезал парень и снова уставился в книгу.
— Почему бы и нет? — улыбнулась девушка. — Меня зовут Шиншилла, а этого грубияна — Кот.
— Кот и мышка, как Том и Джерри? — улыбнулся я, но поймав два злобных взгляда, сразу понял, что зря так пошутил.
— Я тебе не мышка! — прошипела девушка.
А ведь действительно, мышкой эту эффектную голубоглазую блондинку уж точно не назовешь. Но и кошачей агрессивности в ней нет. Пожалуй, шиншилла, действительно в самую точку.
— Кажется, он нарывается на хорошую драку! — сказал Кот, отложив книгу.
— Нет — нет! — я поднял руки в примирительном жесте. — Мне это сейчас ни к чему.
— Как знаете, сударь! — ответил Кот. — Но если надумаете, — и он гневно посмотрел на меня, — я всегда к вашим услугам.
Я посмотрел на эту парочку и кое-что вспомнил.
— Вы ведь из клуба "Мягкой волны", да? Ваши удивительные техники сделали вам славу.
Слух об этом клубе расползся по всей Академии очень быстро. Не было тех, кто еще не слышал о дерзких новичках, которые осмелились бросить вызов "драконам", первым в рейтинге. Попробую объяснить подробнее. В Академии Хаоса в свободное от учебы и тренировок время, студенты занимаются своим досугом, часто организовывая свои клубы — кружки по интересам, где они могли бы изучать что-то новое и общаться с другими студентами, что имеют похожие интересы. Самыми популярными клубами являются — боевые. Студенты, объединяясь в такие вот кружки, оттачивают свои умения, придумывают новые техники, и даже создают целые школы боевых искусств, с характерными лишь для них приемами. Но какой смысл в изучении боевых искусств и атакующей магии, если нет тренировок, воссоздающих условия боя, максимально близкие к реальным? По этому, разные кружки часто проводят между собой тренировочные спарринги. Но, чтобы все это давало некоторый азарт и мотивацию к улучшению навыков, существует общая система оценивания и классификации боевых клубов по их силовому потенциалу. Именуется эта система — боевой рейтинг студентов Академии Хаоса. Разумеется, все называют его просто рейтингом. В этом рейтинге находятся семьдесят четыре клуба. Мы с Ловкачом, состоим в небольшом клубе Воздушного Змея, что занимал двадцать третье место. Чтобы продвигаться по рейтингу, членам клуба нужно участвовать в десятках спаррингов, и ожесточенно бороться за каждую ступеньку. Но есть и другой способ, более быстрый — бросить вызов первому месту рейтинга и провести семь дуэлей. За каждую победу над топ — один, ваш клуб продвигается в рейтинге сразу на десять ступенек выше. Вот только, первое место занимает могущественная группировка — "Небесные Драконы", туда берут только пятикурсников, да и то самых талантливых, многие из которых потом стают боевыми магами, что могут в будущем стать членами армии или даже специальных подразделений. По этому, вырвать хоть одну победу у этих ребят — практически невозможно. Но именно это удалось сделать ребятам из "Мягкой волны". Они у всех на глазах бросили вызов "Небесным Драконам" и каким-то образом выиграли две из семи дуэлей, продвинувшись сразу на двадцать ступенек рейтинга. Случай до этого беспрецендентный. Да и я уже когда-то проиграл представителям этого необычного клуба. Эти ребята используют техники, которые напоминают человеческое айкидо, и направлены на использование силы противника против него самого. В мире хаоситов, привыкших сражаться, используя страсть и напор, эти приемы хладнокровных контратак стали настоящей сенсацией. Многие жаждут заполучить эти техники, но члены общества "Мягкой волны" тщательно хранят свои тайны и далеко не всех желающих принимают в свои ряды.
— Да, мы из клуба "Мягкой волны", а что это создает проблемы? — поинтересовалась Шиншилла.
— Нет! Никаких! — серьезно ответил я, сел на траву и прислонился к одному из деревьев. — На драки я точно не настроен. Такой погожий денек лучше провести за хорошей книгой. У вас не найдется чего-то интересненького?
Кот улыбнулся, поднял лежащую возле него книгу и бросил мне:
— Как раз, есть одна книжечка про запас! Вот только не знаю, то ли это, что тебе по нраву.
Я ловко поймал книгу, и, прочитав название на обложке, невольно улыбнулся. Сборник "Четыре великие трагедии Шекспира". Да вы издеваетесь?
— То, что нужно, спасибо! — ответил я, открыл "Гамлета" и перед тем, как начать читать, посмотрел на небо. Такое чистое, безоблачное и голубое — оно казалось сосредоточием всего покоя, всей беззаботности и радости, и не предвещало никаких бед, потерь и страданий. Это небо — было небом самого бесценного дара — мира!
"Среди пламени и кровавой агонии,
Среди стонов, рыданий и воплей умирающих,
Среди моря крови и рек слез,
Под жалобное пенье серафимов,
И душераздирающий крик баньши,
Терзаемый клыками и когтями,
Умирал великий город.
Словно жертвенный агнец,
Положенный на алтарь иллюзии покоя,
Пал он под натиском страхов и предрассудков".
Кроваво — алое небо было первым, что я увидел. Я стоял посреди пустыни. Земля имела какой-то болотно — коричневый оттенок, почва твердая и сухая, повсюду огромные глубокие трещины. И ничего больше, никаких других предметов, сколько не смотри по сторонам — везде виден горизонт. Лишь эта бурая земля, да багрянец неба. Унылое и печальное зрелище.
Я еще раз посмотрел на небо. Оно, почему-то, навевало воспоминания. Я уже где-то его видел, где-то в прошлой жизни. Но где и при каких обстоятельствах? Этого я вспомнить не мог. Но это небо вызывало во мне плохие предчувствия, и какие-то очень грустные и болезненные воспоминания. Оно было связано с чем-то плохим. Нет, с чем-то ужасным. Но с чем? Этого не вспомнить! И где я? Этого не понять! И самое главное, кто я такой? И даже это — тайна!
Я заметил какое-то шевеление вдалеке, еще одно — ближе, и еще одно, и еще. Как будто сотни огромных червей или змей извиваются на этой бурой мертвой земле. Я почувствовал страх и отвращение. Но мне не оставалось ничего другого, кроме как подойти ближе и разузнать в чем дело. Я так и поступил. И меня ждал настоящий шок. Теми, кто ползал по сухой земле, были люди. Возле меня лежал мужчина средних лет. Его голое тело было измазано кровью и прилипшей землей, его так же покрывали загнивающие раны, язвы и отвратные струпья. Этот человек посмотрел на меня взглядом, полным боли и страданий, и такого невыносимого отчаянья, что мне стало не по себе. Сухие потрескавшиеся губы приоткрылись, и мужчина, попытался что-то прошептать. Но он не смог произнести ни слова.
— Что? — переспросил я.
Губы мужчины еле шевелились, он снова попытался сказать какое-то двускладное слово, но не смог издать ни звука. Он ловил ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.
— Простите! Я вас не слышу! — сказал я мужчине.
— Воды! — Произнес голос у меня за спиной. — Не заморачивайся! Все они хотят одного и того же — воды. Нет, они, конечно, много чего хотят. Но, ты, наверное, слышал про пирамиду потребностей и все такое. В общем, вода — их самое безумное желание, все остальное уже потом.
Я обернулся. Передо мной стоял молодой мужчина, где-то тридцати лет. Он был одет в роскошный черный костюм из бархата. Я уже где-то видел такие, хоть и было ощущение, что они не из моей эпохи. Итальянский Ренессанс! Эта мысль всплыла в голове так внезапно. Еще бы понять, что это означает. Из-под бархатного черного камзола виднелась ярко — красная сорочка. На поясе — узкий длинный набедренный меч, что-то вроде шпаги. Странно, я отчетливо знал, что такое шпага — но не помнил, кто я такой.
— А вы, собственно, кто? — спросил я, не понимая, что здесь происходит.
— Да я, собственно, владелец этой пустыни! — ответил мужчина. Его черные глаза смотрели на меня с некоторой смесью насмешки и любопытства, и с каким-то ироничным блеском. — А вот вы кто? Позвольте узнать.
"А кто я?" — пронеслось у меня в голове. А ведь хороший вопрос, а действительно, кто я?
— Ладно, Странник! Прекращай этот фарс!
"Странник?". Когда этот необычный мужчина произнес это слово, многое начало проясняться. Кажется, я начал что-то вспоминать, но воспоминания были очень расплывчастыми, какие-то размытые образы.
— Я сказал — завязывай! — Мужчина хлопнул меня по плечу. В голове закрутился калейдоскоп образов, целый вихрь мыслей и чувств. И память, наконец-то, вернулась. И я вспомнил, кто я такой.
— Ну, наконец-то! — чуть ли не пропел мужчина в костюме, а мы уж заждались.
— Кто это "мы"? — поинтересовался я.
— Ну, я и аборигены! — мужчина указал рукой на ползающих по земле израненных людей.
— А вы, собственно, кто? — повторил я свой недавний вопрос. — И что это за место?
— Это место — мои владения! Я уже говорил об этом! — спокойно ответил мужчина. Он хитро улыбнулся и откинул назад прядь своих длинных черных волос. — А на счет того, кто я. Что ж, у меня много имен. Меня называли Светоносным Ангелом, Искусителем, Темным Богом, Падшим Светом, Лукавым, даже Князем Мира. Хотя, вот чего я князь, на самом деле. — После этих слов мужчина с силой пнул женщуну, лежащую возле него. Та ойкнула и попытался уползти подальше.
От этого зрелища меня передернуло.
— Неужели вы тот самый, — мои глаза полезли на лоб, — библейский персонаж? Главный враг Бога?
— Угу, тот самый, — отмахнулся мужчина, — надеюсь, автограф просить не будешь.
Кстати, где же мое гостеприимство? Угощайся! — В руках у мужчины возник огромный золотой кубок. Жидкость в нем горела синим пламенем, и из кубка валил дым.
— Эм, я пожалуй воздержусь! — мне совсем не хотелось пить этот странный напиток.
— Да ладно тебе! Это просто вино, оно так выглядит в моем мире!
— И все же удержусь, уважаемый… эээ… как вас называть?
— Можно просто Люцифер, все-таки это мое первое имя.
— Угу! В общем, уважаемый Люцифер! Я, конечно, благодарен за вино и оригинальные декорации, — я обвел рукой пустыню, — но у меня там, в моем мире серьезная жестокая битва, на которой мне очень желательно поприсутствовать, хотя бы в целях самосохранения.
— Конечно, конечно! Не буду тебя задерживать! — тот, кто назвал себя падшим ангелом, повернулся ко мне спиной и медленно направился в сторону горизонта. Через несколько шагов он остановился, обернулся и лукаво улыбнулся. — Если ты, конечно, знаешь, как вернуться?
— Чего?
— Ты здесь потому, что воспользовался силой одного из моих слуг. Но в момент заклинания ты был слаб, и это повредило твою волю. И теперь ты здесь!
— Я мертв? — спросил я, севшим голосом.
— Да! Хотя, и жив тоже!
— Это как? Я же не кот Шредингера.
— Ты в пограничном состоянии. Если твоя воля и решимость вернуться окажутся сильнее страха боли и потерь, то ты сможешь выбраться отсюда. Если же нет — останешься здесь навсегда.
— А вы не поможете мне?
— Нет! — ответил Люцифер, пригубив из кубка. — В прочем, мешать я тебе тоже не буду!
— Как милосердно, как для Дьявола, — пытался иронизировать я.
— Я скорее справедлив, строг и требователен, чем жесток! — мужчина еще раз пригубил из бокала и потряс им передо мной. — Точно не хочешь? Знаешь, этот лицемерный стоицизм тебе не идут. Мне всегда больше нравились эппикурейци. Хоть я и ценю постоянное целеустремленное желание совершенствоваться, но жизнь без наслаждений не имеет смысла.
— Весьма спорный тезис! А как же аскетизм, укрепляющий дух лишениями и ограничением своих страстей?
— Аскетизм есть обман! На место побежденных пороков приходят гордыня и тщеславие, порожденные осознанием побед над своими страстями. И место слабых демонов занимают более сильные.
— С удовольствием пофилософствовал бы еще, — ответил я, — но меня там заждались!
— Как уже говорил — не буду задерживать! Если сможешь выбраться — прошу! И, кстати, должен тебя предупредить, — падший ангел медленно провел кончиком пальца по ободу золотого кубка. — Скоро, привычный мир, который ты знаешь — перестанет существовать. Моя клетка потеряет силу, и я освобожусь. Драма подходит к своей кульминации и грядет время моего выхода на сцену. Мир людей и магов — смертельно болен, полон страданий и несправедливости. Но мы сможем перестроить его!
— Мы? — переспросил я.
— Я и мои верные последователи! Те, кто помогут мне, обретут все, о чем только могут мечтать! Я умею быть благодарным! Странник, мне нужны такие, как ты, с развитым воображением, интеллектом, волей к борьбе и болезненным осознанием того факта, как несовершенен наш мир.
— Дайте угадаю, постройка нашего нового прекрасного мира будет сопровождаться массовыми репрессиями и сжиганиями в печах и на кострах всех, кто не оценит наших стараний? Боюсь, мне придется отказаться, мой фюрер.
— Не ерничай! — падший ангел скорчил недовольную гримасу. — Безусловно, придется сжечь некоторое количество бесполезной биомассы. Но поверь, скинув лишний балласт, человечество и мир магов лишь вздохнут с облегчением.
— А если я откажусь? — спросил я. — Как-то исторический опыт человечества показывает, что все глобальные попытки сделать мир лучше, обычно заканчиваются кострами инквизиции и пламенем печей концлагерей. Тогда, если я не с тобой — то тоже буду бесполезной биомассой, для которой твоя дружная команда последователей готовит эпичную утилизацию?
— Ну, зачем так сразу?! Я же не какой-то там социопат, чтобы вечность жарить в аду всех, кто не хочет жить по придуманным мною бессмысленным заповедям. Всегда можно найти компромиссы. Просто, тогда ты пропустишь все веселье!
— Да мне и сейчас там не скучно! Так что, пожалуй, пойду!
— Ну, бывай! — падший ангел тут же растворился в воздухе.
Тут же посреди пустыни прозвучал взрыв, настолько громкий, что я даже зажал руками уши. Яркая вспышка алого света, и где-то в сотне метров от меня возник огромный золотой трон. На нем восседало существо, напоминавшее сатиров или фавнов из легенд. Тело было похожим на человеческое, но очень большое и массивное. Вместо ног — покрытые шерстью копыта. И на человеческой шее — большая козлиная голова. Маленькие молнии бегали по черным как смоль рогам этого существа. У трона, сидели молодые мужчина и женщина. Они были голыми и на головах у них тоже были рога. А на их шеи были надеты ошейники, и массивные тяжелые цепи приковывали их к трону. Впрочем, этих двоих такое положение вещей ничуть не смущало. Они улыбались, о чем-то говорили и даже смеялись. Каждый из них держал в руках гроздь винограда, срывал по ягодке и аккуратно раздавливал ягоды о тело другого, а потом медленно и нежно слизывал с партнера виноградный сок.
Чудище на троне зарокотало. Я не сразу понял, что это был смех. Его пасть раскрылась, и из козьей морды вывалился длинный язык:
— Тебе понравились мои игрушки? — и чудовище указало пальцем на парочку с виноградом у своих ног. — Может, хочешь, что бы они проделали такие же шалости с тобой? Я могу это устроить! Я могу подарить любые наслаждения своим верным слугам. Подумай, Странник!
Я лишь улыбнулся.
— Мне с вами не по пути, Светоносный Ангел! Мне бы со своими играми разобраться в своем мире!
— Наши судьбы связанны, Странник! Я Великий Дракон! Грядет мое пришествие, и я воздвигну свое царство. И хочешь ты этого или нет, но ты станешь моим предтечей!
Я зажмурил глаза. "Этого всего нет! Этого мира нет! Вернись Странник! Туда, где боль! Туда, где убивают твоих товарищей! Туда, куда возвращаться не хочешь, но обязан! Вернись!". Я чуть ли не заклинал себя. Но ничего не получалось.
— Тебе не хватает решительности! — я открыл глаза, передо мной стоял падший ангел, снова в человеческом облике. — Не хватает самую малость! Но, в ответственный момент именно это тебя и погубит! А теперь очнись! — и он ударил меня по щеке.
— Да очнись же, Странник! Сейчас не время тут валяться, — я заморгал, но перед глазами были лишь красные пятна.
— Приди в себя! — Ловкач продолжай довольно болезненно бить меня по щекам.
— Хватит! — еле слышно прохрипел я, и мой друг прекратил избиение.
— Ты как? Что с тобой? — Ловкач выглядел обеспокоенным, а еще он был очень уставшим и помятым. Боевой костюм испачкан кровью и грязью, местами изорван. На плече и на левой руке были перевязанные раны, что еще продолжали немного кровоточить. Казалось мой друг, сам еле держался в сознании, но все еще пытался меня спасти.
— Со мной ничего! — я попытался приподняться на локтях и застонал от боли во всем теле. Но, все-таки, мне показалось, что ничего не сломано. — Просто дурной сон! А до этого, еще более дурная реальность!
— Говори потише! — прошептал Ловкач. — Тут какой-то демон экстра — класса. Хрен знает, кто его призвал и что у него на уме. Нужно сваливать, пока он доедает отряд "световиков" и не обращает внимания на нас.
Я засунул руку в карман, и, нащупав там несколько таблеток обезбаливающего, быстро закинул их в рот и глотнул. Здоровее я от этого не стану, но хоть боль утихнет. Лекарство подействовало мгновенно, даже через чур. Тело стало неметь, оно казалось каким-то ватным. Я приподнялся, после чего сел.
Огромный уродливый демон стоял в десятке метров от нас посреди лужи крови и с жадностью чем-то чавкал. Я невольно подумал, что алый цвет крови подходит к багровому оттенку неба. Что за бред? Кажется, моя психика начинает сдавать так же, как и тело. В луже крови я заметил несколько изуродованных тел и оторванных конечностей. Куски доспехов и разорванные белые с золотой каймой мантии жриц не позволяли сомневаться в том, что жертвами демона стал именно напавший на меня отряд "световиков".
— Демон не нападет! — сказал я. — Ведь это я его призвал!
Ловкач стал еще бледнее, он нервно сглотнул.
— Ты?!
— У меня не было выбора! Я защищался! — так мне хотелось думать. Но я все не мог оторвать взгляд от пяти изуродованных тел в луже крови. Я встал и, шатаясь, словно пьяный подошел ближе. Во рту пересохло, то ли побочный эффект действия обезбаливающего, то ли по другой причине. Мой взгляд упал на голову одной из жриц. Она была оторвана от тела, и на бледном обескровленном мертвом лице не было никаких эмоций. Казалось, это голова манекена. Демон разорвал на куски даже кибер архангела. Вот дерьмо! Я пытался защитить себя! Но, почему у меня такое чувство, что мне вовек не отмыться?
— Чертов мир! — прохрипел я со злостью. — Почему всегда так? Или ты или тебя? Почему мы не можем жить в мире?
— Если ты закончил перечень риторических вопросов, то нам пора сваливать! — подал голос Ловкач.
— Тебе известно о положении дел? Я потерял связь со штабом, — во время боя с ангелом мой приемник был разрушен.
— Давай потом! — ответил Ловкач. — Сейчас не самый подходящий момент для…
— Какого положение дел, солдат?! — со злостью прорычал я. — Согласно уставу, в случае, когда ваш боевой товарищ теряет связь со штабом, вы должны информировать его о положении дел на передовой, и помочь ему скоординировать его дальнейшие действия.
Ловкач опустил голову и тяжело вздохнул. Демон все так же чавкал рядом, продолжая свой кровавый пир, и не обращая на нас ни малейшего внимания.
— Докладываю! — тихо и без всякой интонации ответил Ловкач. — Все три наших фронта прорваны и истреблены. По последним данным, враг уничтожил порядка девяноста процентов наших войск.
Я с силой сжал кулаки и заскрежетал зубами.
— Странник, доложите как дела у вашего отряда! — произнес Ловкач. В его голосе не было никаких эмоций.
— Докладываю! Отряд "гама", состоящий из тридцати "ячеек", потерял больше половины своего состава еще на первом этапе операции. Нам удалось истребить множество вурдалаков и совместно с полицией организовать эвакуацию штатских. Но потом появились демоны, множество, повсюду. А после того, как нас атаковали высшие вампиры, уцелевшие "ячейки" были истреблены быстро и безжалостно. Не уверен, что еще кому-то, кроме меня, удалось уцелеть.
— Ясно, — вздохнул Ловкач. — Пошли, нужно выбираться из города.
— Что? — спросил я, продолжая тупо смотреть на бледное мертвое лицо жрицы в луже крови.
— Странник, все кончено. Фракции Хаоса больше нет! Нужно выбираться!
— Что?! Что ты говоришь? Ты сам себя слышишь?! — Я понимал, что кричу на друга, даже не задумываясь, что все еще нахожусь на поле боя, среди множества смертельных опасностей. — Сбежать? Дезертирство? Когда наш дом разоряет враг? — Я почувствовал, как горячие слезы бегут по щекам, почувствовал их соленый вкус.
Ловкач подошел ко мне и положил руку мне на плечо.
— Странник! — его голос звучал глухо и безжизненно. — Я понимаю, в каком ты сейчас состоянии, но все кончено! Наши силы разбиты, в городе настоящая резня. Великий Мастер и Сумеречные Жнецы куда-то исчезли. Мы проиграли! Осталось еще несколько очагов сопротивления, но лишь вопрос времени, когда их погасят.
— А Академия? — вдруг вспомнил я. — Там ведь должен быть последний оплот? Ведь мы помогали эвакуировать их. Столько наших полегло, чтобы спасти штатских, чтобы эвакуировать их в замок. И что? Все напрасно?
— Академия еще держится! — ответил Ловкач. — Но ее падение тоже лишь вопрос времени. Наши маги там в ловушке, они окружены противником, что сильно превосходит их численностью. Бежать им некуда!
— И ты предлагаешь бросить наших товарищей погибать? Предать их?
— Заткнись! Заткнись! — заорал Ловкач и с силой сжал мое плечо, на его глазах тоже заблестели слезы. — Ты думаешь, я хочу их там бросить?! Но мы ничего не можем сделать, мать твою, ничего! Я на нуле, да и ты выдохся. Ты правда хочешь прорвать осаду, кольцо разного рода чудищ, кибер ангелов, вампиров и опытных колдунов? Да нас в порошок сотрут, на ноль помножат. Мы даже нескольких врагов с собой не сможем унести, прежде чем нас навеки отправят в Сумеречный Мир. Надо бежать! Надо выжить!
— Зачем?! — сказал я, понимая, что сил куда-то бежать уже нет. — Все, кого мы любили, все, что так ценили, наш дом, наша родина, наши друзья и товарищи — все они погибли здесь, сегодня. Нет больше ради чего жить! — Я почувствовал, как мои ноги подкосились, и я упал на колени. — Нам незачем больше сражаться!
— И все?! — прокричал Ловкач. — И это Странник, которого я знал?! Да ты просто тряпка! Подыхай здесь, если так хочешь! А мне есть зачем жить. Месть! Вот смысл моего существования, отныне и до конца! Я их по одному вылавливать буду, я буду охотиться на них до конца своих дней, я у них землю под ногами подожгу, я стану их ночным кошмаром!
— Месть?! Она не принесет тебе покоя, и превратит твою жизнь в ад.
И тут Ловкач впервые за это время улыбнулся.
— Странник, ты забыл кто мы? Покой — лишь иллюзия! А ад — теперь наша судьба!
— Наша буря потерь… — прошептал я, вспомнив вдруг ночь шестилетней давности, когда Анель показала мне смерть Ласточки и сказала, что меня ждет еще много боли.
— Что?!
— Забудь! Ты прав! Как бы там ни было — не время подыхать здесь! И хоть я и не знаю, зачем мне теперь жить. Но, возможно, я еще найду причины.
Я встал с колен, хоть ноги очень дрожали, а тело не слишком-то хотело мне подчиняться.
— Кстати, как мы выберемся из города?
— Через стационарный портал, — незамедлительно ответил Ловкач.
— Но разве они все не заблокированы в связи с красным уровнем тревоги?
— Заблокированы! — согласился Ловкач. — Но не все.
— Всмысле?
— Портал на вершине городской Ратуши! Система не блокирует его даже в момент тревоги.
— Пфф… Лучше бы они такой в Академии соорудили. Тогда множество наших магов не попали бы в смертельную ловушку.
— Да, система защиты не совершенна. Но оно и не удивительно — за многовековую историю город не подвергался атаке ни разу.
— И первый же штурм стал для него последним. Горька цена беспечности!
— Давай не будем сейчас судить чьи-то ошибки, — укорил меня Ловкач, — это наша жестокая кровавая реальность, к которой мы все, так или иначе, причастны.
— Ловкач, мы почти в самом конце второго жилого сектора, а Ратуша находится в центре "административного", кроме того, между ними еще один жилой сектор. Да нам полгорода нужно протопать до этого портала. Это в тот момент, когда по улицам шастают вурдалаки, демоны, вампиры и "заблудившиеся" кибер ангелы. Да тут каждый квартал придется проходить с боем, а мы оба еле на ногах стоим. Как ты себе это представляешь?
— У нас достаточно зелий и лекарств, что бы немного подлатать себя. К тому же, сейчас на улицах много мертвых магов с неиспользованными артефактами. Придется мародерствовать. И этот твой ручной зверек, — Ловкач указал на все еще чавкающего демона, — тоже может нам пригодится.
Увидев мой нескрываемый скепсис, маг добавил:
— Ладно, я понимаю, что план не самый блестящий.
— Да это мягко сказано…
— Но другого у нас нет! — продолжил Ловкач, не обращая внимания на мои слова. — Ты прекрасно знаешь, что город находится в "кармане", в разломе между мирами. И попасть сюда, как и выбраться отсюда, можно только через порталы. И портал в Ратуше — наш единственный шанс. В любом случае, если все пойдет наперекосяк — ты всегда успеешь умереть, как и хотел только что. Но, мы не будем магами Хаоса, если не попытаемся!
Я смотрел на своего друга. Измазанный кровью врагов, да и своей собственной, покрытый ранами, в разорванной одежде с уставшим и изнеможденным лицом, он походил на живого мертвеца. Но его глаза пылали волей к жизни, какой-то бешеной страстью воина, готового сражаться до последнего дыхания. Я завидовал его решимости, его силе духа. Хоть, я и не считал себя слабаком, но мне всегда так не хватало решимости, именно в ответственный момент. А ведь тот падший ангел в моем сне был прав.
— Прости! — я вытер рукавом слезы. — Веду себя, как сопливая принцесса, а не воин Хаоса! — Я с силой сжал кулаки. — Дойдем до этого гребаного портала и на куски порвем всех ублюдков, что станут у нас на пути.
— Вот это прежний Странник! — засмеялся Ловкач. — А я уж боялся, что ты свои яйца потерял в результате ранения!
Маг достал из рюкзака два целебных зелья. Одно кинул мне.
— За Хаос! — он снял пробку, отсалютовал мне фляжкой и выпил ее до дна.
— За Хаос! Да повержены будут наши враги! — Я последовал его примеру.
Мы приняли еще несколько зелий и лекарств. Оставалось лишь надеяться, что наши организмы выдержат такие нагрузки. Хотя, сейчас это была наша не самая большая проблема. Уже пройдя первый квартал, мы столкнулись с несколькими мелкими демонами и вурдалаками. Но Аверон, мой клыкастый адский друг, быстро разделался с ними всеми, нам с Ловкачом даже не пришлось вступать в драку.
На соседней улице мы нашли пять трупов магов Хаоса — одна из ячеек. Без всяких угрызений совести, мы прикарманили все их полезные артефакты и зелья. Мертвым они ни к чему, а вот нам еще могут пригодиться. На следующей улице нас снова ждала стычка с вурдалаками. На этот раз, поучаствовали и мы с Ловкачом, но подавляющее большинство врагов снова уничтожил Аверон. Дальше мы попали в тупик. Разрушения были такими сильными, что не было никакой возможности пробраться через развалины.
— И сколько мы уже прошли? — спросил я во время нашей остановки, после чего жадно припал к фляге с водой.
— Ну… — Ловкач несколько раз покрутил карту, прищурился и внимательно посмотрел на меня, — тебе соврать для поднятия боевого духа?
— Да говори уже как есть, вряд ли ты меня удивишь.
— Ну, раз так, то за эти два с половиной часа мы прошли примерно одну двадцатую часть всего маршрута.
Я только тяжело вздохнул. Такими темпами нам понадобятся минимум сутки, а то и двое. Но у на их попросту нет. После того, как враг возьмет штурмом Академию — наверняка направят отряды на зачистку территорий от таких вот случайно выживших, как мы с Ловкачом. А даже если нет, мы сами скоро выдохнемся. Пройдя только пять процентов маршрута, мы уже вступили в шесть или семь очень горячих стычек. Долго ли мы еще продержимся в таком экстремальном темпе? Да и демон, наверно, скоро исчезнет. Как я знал, время действия такого рода призывов не слишком долгое. Что ж, не нужно быть мастером дедукции, чтобы понимать, чем для нас все это закончится.
— Знаешь?! — я посмотрел на багровое небо, цвета крови, на развалины города, вдохнул запах гари, и вслушался в далекие вопли умирающих. — А все это уже не пугает и не будоражит. Кажется, можно привыкнуть ко всему, даже к этому аду.
Ловкач посмотрел на меня с удивлением и опаской.
— Ты просто перегорел, Странник! Это что-то вроде защитных механизмов твоей психики. Чтобы ты не сошел с ума и мог двигаться дальше. Но на самом деле, — Ловкач посмотрел на кровавое небо, — к этому нельзя привыкнуть. Мы не имеем такого права!
Теперь уж я с удивлением посмотрел на лучшего друга.
— Никогда не замечал в тебе всего этого!
— Чего этого? — растеряно спросил Ловкач.
— Ну! — Я даже не знал, как правильно это выразить. — Такой силы духа, серьезности, такой преданности идеалам и принципам, в которые ты веришь. Ведь раньше ты казался мне просто веселым жизнерадостным раздолбаем — гулякой. Но я и не думал, что в тебе есть и другая сторона…
— Какая?!
— Ты воин! Настоящий воин! — теперь я отчетливо понимал, что Ловкач был воином, куда лучшим, чем я. — И знаешь, я даже рад, что погибну рука об руку с тобой.
Маг с удивлением посмотрел на меня. А потом расхохотался.
— Что смешного? — обиделся я. — Я тебе тут душу изливаю, между прочим.
— Прости! — Ловкач хохотал до слез. Явно сказывалось нервное перенапряжение. — Но твое внезапное признание прозвучало как-то немного странно. Извини, если полезешь с нежностями, сразу тресну.
— Да ну тебя! — я и сам улыбнулся. — Ты же знаешь, я по девушкам выступаю, а не по парням.
— Ну, скажем откровенно, не по девушкам, а по зрелым дамочкам. — Подколол меня Ловкач. Вот же гад. И тут мне намекнул на счет Бестии. Да, она была лет на десять старше меня. Но, разве возраст любви помеха? И к тому же, мы ведь с ней маги. Мы стареем намного медленнее, чем простые люди. И сейчас мы с Бестией выглядим практически одногодками.
— Много ты понимаешь. Она очень интересная женщина с тонкой душевной организацией и выдающийся харизмой.
— Ага, — сказал Ловкач, — видел я ее харизму, размера так третьего или даже четвертого, и вправду очень выдающаяся.
— Знаешь что?! — крикнул я, сжимая кулаки. — Что-то я начинаю сомневаться, стоит ли мне умирать с тобой рука об руку. Еще пару шуточек, и ты у меня сейчас первый помрешь. Совсем не героической смертью.
— Не кипятись, — ответил Ловкач, — лучше посмотри туда! — и он указал пальцем на небо. — Это случайно не подарочек нам от твоей подружки с упругими выдающимися харизмами?
— Чего ты мне зубы заговариваешь?! — спросил я, но все равно посмотрел в небо. Я увидел там маленький далекий силуэт, что все приближался к нам. Через несколько мгновений я охнул от изумления.
— Икар? Грифон Бестии! Не может быть!
Меньше чем через минуту, грифон приземлился перед нами. Он выглядел немного потрепано. Несколько перьев на шее отсутствовали, как и хороший клок шерсти на кисточке львиного хвоста. Бока украшало несколько свежих не слишком глубоких царапин. Я подошел к нему и поклонился, грифон поклонился в ответ.
— Что с тобой случилось? — спросил я, поглаживая перья на его шее. — Где твоя хозяйка?
Грифон лишь открыл клюв и издал какой-то непонятный гортанный звук.
— Информативный ответ, — съехидничал Ловкач.
— Икар, можешь доставить меня до Ратуши? А этот шутник, — я указал на Ловкача, — пускай пешком топает.
Грифон кивнул
— Эй — эй, я же пошутил, — замахал руками Ловкач, — вы же не бросите меня здесь одного.
Я ловко запрыгнул в седло и посмотрел на друга:
— Ну, тогда запрыгивай быстрее, нытик. Долго ждать не будем.
— Надеюсь, небо будет к нам сегодня благосклоннее, чем эта ненасытная, жаждущая все большей крови земля, — сказал Ловкач и уже через миг тоже сидел в седле.
Грифон мягко оттолкнулся от земли и, всего несколько раз взмахнув своими массивными крыльями, поднял нас на высоту около сотни метров. У меня снова перехватило дух от высоты, скорости и чувства полета. Я был частью всего этого. Я чувствовал себя свободным, и, казалось, лишь на миг, но все же, обрел покой и забыл обо всех ужасах этого дня. Но, прекрасное наваждение длилось недолго. С высоты птичьего, а точнее грифоньего, полета мы смотрели на пылающий город. Всполохи огня были практически повсюду. Многие здания уже успели сгореть дотла, другие лишь разгорались. Враг не только проводил зачитску от живой силы, но еще и предавал все огню. Какова же была их ненависть к нам? Пожары охватили весь город. Где-то внизу копошились маленькие фигурки. Вурдалаки, оборотни и вампиры охотились на наших недобитых собратьев, все уменьшая количество тех магов Хаоса, которым удалось пока еще уцелеть в этой резне. Когда-то, я думал, что реки крови — это фигуральное выражение. Но сейчас, видя, как вода в городских каналах стала алой, я почувствовал приступ тошноты. Дети, студенты, простые работники фабрик, теплиц, исследовательских центров — все эти маги, которые были неприспособленны к битвам, не имели соответствующих навыков и опыта — их разрывают на куски все эти бесчисленные монстры, наводнившие наш город. Это уже не битва, это резня. А наши собратья в Академии, окружены врагом. Лишь вопрос времени, когда их всех перебьют. И я ничего не могу сделать. Я лишь снова с беспомощной злостью сжал кулаки.
Уже через десяток минут мы приземлились на верхней площатке Ратуши. Портал был этажом ниже. Нам повезло, никто из врагов не охранял, кажется единственный в городе, путь к отступлению. Видимо, они просто не догадывались о его существовании.
Я не спешил покидать город. Я, словно чувствовал себя дезертиром. Хоть и понимал, что я уже ничем не могу помочь, не могу что-то изменить, а моя смерть не принесет пользы никому, кроме врагов. И все же, на душе было очень паршиво. Хотя, что тут удивительного? Я стоял на вершине башни и смотрел, как внутри пламени умирает все, что я любил, как умирает мой мир, унося с собой бесчисленные жизни моих друзей, товарищей и коллег. Я чувствовал, что задыхаюсь. В груди сдавило так сильно, что я начал жадно хватать ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.
— Ловкач! Почему мы, маги, не можем жить в мире, понять и принять позицию другого, быть толерантными друг к другу. Чем мы тогда лучше людей?
— А мы и не лучше их! — сказал Ловкач, подойдя ближе и взглянув на город. — Такие же алчные, жестокие, глупые двуногие, как и люди. Ни чем не лучше и не хуже. Но и в нашем мире есть прекрасное, как и в человеческом. Вспомни, каким удивительным был город до того, как его превратили в этот кровавый пылающий ад. Вспомни, сколько приятных радостных моментов ты здесь пережил. И сохрани это здесь! — и Ловкач ткнул указательным пальцем в мой лоб. — И здесь! — и он так же ткнул пальцем в мою грудь, в области сердца. — Только так, ты не позволишь всему этому сгореть до конца, исчезнуть бесследно. Сохрани наш мир, хотя бы в чертогах своего разума, в своем дворце памяти!
Я с удивлением посмотрел на друга! Никогда его не видел таким. Мне казалось, он вообще не способен быть серьезным. Но сейчас он явно не шутил. Он лишь молча смотрел на город. И на лице его нельзя было разгадать никаких чувств.
— Да! Я сохраню! — твердо ответил я. — Но, сохрани и ты!
— Обязательно, — и Ловкач улыбнулся, впервые за долгое время в его улыбке не было боли.
А я снова посмотрел вниз. Нет, не такой я тебя запомню, Заря Хаоса. Людные улицы, веселые экстравагантные жители, толпы жизнерадостных студентов и молодежи, влюбленные парочки в цветущих садах и скверах, медленно плывущие по водным каналам парусные лодки, декоративные кареты и мерный цокот копыт, зазывающие блеском лавочки разных магазинов с диковинками, узенькие мощеные камнем улочки и широкие проспекты, архитектурные красоты всех возможных эпох, запах сдобных булочек и хорошего кофе и манящие ночные огни пабов, казино, кабаре, цирка и луна — парков развлекательного сектора. Вот что отстанется в моей памяти навсегда. А эти реки крови, это багровое небо с раскатами молний и ударами грома, эти пожары и крики умирающих — все это будет являться разве что в моих кошмарах, но нигде больше.
Я все смотрел и смотрел на погибающий город, захлебнувшийся в кровавой агонии. Пламя, багрянец неба, кровь, и алое зарево — не думал, что бывает так много оттенков красного. В этот день мы все осознали, как хрупка наша иллюзия безопасного мира. Мы, маги Хаоса, жестоко поплатились за свою жажду свободы, за свой анархизм, за то, что всегда гнули свою линию и были теми, кем хотели быть. Или мы просто заигрались с черным пламенем Хаоса и оно сожгло нас дотла? Кто-то, быть может, сказал бы, что мы слишком долго смотрели в бездну, и бездна посмотрела на нас. Но, как бы там ни было, на этом наша история, история магов Хаоса, закончилась навсегда. В будущем еще будут попытки восстановить школу, но все они потерпят фиаско. Были ли мы террористами и угрозой обществу? Или же мы были исследователями — экспериментаторами, любящими изучать эту такую динамичную, переменчивую и интересную вселенную? А может, мы были просто сборищем не взрослеющих инфантильных детей, заигравшихся в Хаос, или организацией идейных анархистов, или кем-то еще? Это уже не важно! Никто больше не узнает наверняка, ведь историю, как известно, пишут победители. И вскоре в книжках по истории магии, большинство из которых пишется магами школы Порядка, появится удобная и практичная "правда" о существовании и падении школы Хаоса! Но и это не важно! Какой-то историк нашего мира, однажды напишет об этой битве, которую впоследствии прозовут Великой Жатвой Хаоса. Как позже выясниться, это была самая масштабная битва между магами за всю историю существования мира. Она забрала около семидесяти тысяч жизней (это не считая гулей, демонов, кибер ангелов и прочих монстров), что в общей сложности составляет почти одну десятую живущих на земле магов. Кому нужна была эта мясорубка, мне еще предстоит понять. Но даже это все не важно. А что же важно? Наверное, то, что мы, маги Хаоса, жили на этой земле, мечтали и любили, сражались и верили, надеялись и страдали, и не переставали верить в свои идеалы свободы, равенства и совершенствования. Может, о нас и забудут, но сам я никогда не забуду. Надеюсь, это то, что важно.
Только сейчас я вдруг вспомнил странное пророчество старика — шамана, об угрозе, что поглотит детей Хаоса. И ведь о Змее он говорил, может мой сон о падшем ангеле был не просто сном? Но что это за "эра холодных сердец", этого я был не в силах понять. "Хватит ли тебе пламени, чтобы растопить их?". Вопросов становится еще больше. Я дотронулся до шкатулки с "демоническими кристаллами" в моем кармане. Мне, во чтобы то ни стало, необходимо разыскать Твердыню Миров, иначе груз этих неразрешенных проблем и вопросов без ответов будет лишь расти. Мое шестое чувство мага подсказывало мне, что там я таки найду ответы.
— Знаешь, Ловкач! — обратился я к другу. — Кажется, это еще не конец, самые большие проблемы только начинаются.
— Да куда уж больше? — спросил мой друг, но увидев мое серьезное выражение лица, добавил. — Это ты о чем?
— О приходе Змия, или Дракона, или Падшего ангела.
— Так значит, печати апокалипсиса сорваны? — Ловкач даже не подумал усомниться в моих словах, которые я и фактами-то не подтвердил. — Но, я думал, все это сказка.
— А я думал, что маги — это сказка. И вампиры, и оборотни. Мир далеко не так прост, как может показаться.
— В этом ты точно прав. — Спокойно ответил Ловкач. — Значит теперь еще и Змий с воинством демонов, ты точно уверен?
— Пока что, причин сомневаться нет.
— Но если есть он, то должно быть и ангельское воинство Бога, которое всех нас защитит. Тогда нечего бояться?
— А вот в этом я не уверен, — честно признался я, — единственные ангелы, которых я видел, это кибер монстры "световиков", а вот демонов всякого рода я повидал немало.
— И тут ты прав, зло и трагедии всегда намного вероятнее добра и "хеппи энда". — Ладно, — подытожил Ловкач, — проблемы нужно решать по мере их возникновения. Со Змием и демонами разберемся, когда они явятся, а сейчас сваливать нужно.
— Эй, Ловкач! — кажется, я только сейчас начал понимать, что происходит. — А как ты нашел меня? Ведь ты был в составе другой группы и действовал в другом секторе. Как ты смог выследить меня?
— Ну, знаешь, выслеживающее заклятие.
— Все выслеживающие заклятия блокируются в момент красной тревоги! Знаешь, ты слишком уж часто оказываешься в нужное время, в нужном месте и с нужной информацией. Например, информация об этом портале на верхних этажах Ратуши. Ее точно не было в общем доступе, уж я-то знаю, я постоянно, что-то читаю, от меня мало что ускользает.
— Всегда тебе говорил, что не нужно быть ботаником. Расслабься наконец-то и наслаждайся жизнью, — сказал Ловкач.
— Ты не ответил на мой вопрос! И откуда у тебя оказались те лечебные зелья, что мы выпили? Они не похожи на изготавливаемые в нашей фракции, да и у врагов не такие.
— Нашел?
— А если подумать, — давил я.
— Хах, — Ловкач подошел к порталу и, обернувшись ко мне, улыбнулся. — Не все есть таким, каким кажется, Странник. После чего он ловко откинул рукав на правой руке — и моему взору предстала татуировка в виде скорпиона.
— Безликий?! — произнес я на одном дыхании.
— Береги себя, друг! — улыбнулся Ловкач и шагнул в портал.
Я стоял в одиночестве на одном из верхних этажей Ратуши. Вот так поворот, лучший друг состоит в ордене Безликих. Хотя, ведь мой учитель, Керамбит, перед смертью сказал "следуй за скорпионом". Шагнуть в портал? А если Ловкач уже приготовил ловушку? Сзади подал голос грифон. Я обернулся. Это создание стояло с видом такой грусти и огромной печали, и вдруг в орлиных глазах заблестели слезы.
— Ты тоскуешь о хозяйке?
Грифон кивнул.
— Твоя хозяйка не из тех, кто просто так сгинет! Что ж, ты спас нас, а я теперь спасу ее. Тем более, что Бестия важна и дорога мне, не меньше чем тебе.
Эх! Может это и безумие, но будет, что будет. Я запрыгнул на спину грифону и уже через миг мы взмыли в небо, отправляясь на поиски нашей общей рыжеволосой подруги.
За кулисами
На вершине горы стоял юноша, одетый в черные тертые джинсы и белоснежную мятую рубашку. Его волосы развивались на ветру. Он стоял босиком, по щиколотки в снегу, который был алым от крови, залившей его. Вокруг юноши лежало полсотни трупов в красивых серебристых доспехах и серых плащах.
— Ты… — произнес мужчина, — создатель фракции, наш лидер, наш вдохновитель, как ты мог? Как ты мог предать нас всех?
Юноша сделал легкий жест рукой, и изо рта мужчины хлынула кровь, он упал на колени.
— Вы все равно не победите, наш мир найдет в себе силы противостоять вам, Великие Мастера. — На лице мужчины возникла страшная кровавая улыбка. После чего его мертвое тело упало на снег. С гибелью своего лидера и последнего представителя, легендарный Орден Сумеречных Жнецов прекратил свое существование.
— А это не слишком, Илькльтенпхальгрн? — мужчина лет сорока, одетый в деловой костюм, подошел к юноше.
— Нет! В самый раз, — ответил юноша.
— Но зачем? Ты уничтожил всю свою фракцию, почти всех магов Хаоса! Ведь это труд всей твоей жизни.
— И что? — так же без всяких эмоций ответил юноша. — Ты ведь понимаешь, что все это было для того, чтобы врата Твердыни Миров были наконец-то открыты.
— Вся эта мясорубка для того…
— Чтобы мой ученик пробудил Истинный Хаос! Он должен был испытать настоящее отчаянье, боль, несоизмеримую ни с чем, потерять все, и убить в себе всякую надежду. Иначе никак!
— Ты хотел сделать это еще тогда? — спросил мужчина.
— С Ласточкой? Да, пытался. Но она оказалась слишком смышленой и разгадала наш план. К тому же, она связалась с нашей сестрой.
— С Арвкхнорсдкхльпной? Кстати, на чьей она стороне?
— Трудно сказать, — ответил юноша. — Думаю, она пока придерживается нейтралитета, но нам стоит заполучить ее. Она талантлива и полезна.
— А ты не боишься, что с падением фракции Хаоса баланс нарушится? — спросил мужчина.
— Кмазльхотрнгхарнх! Ну, ты же у нас глава фракции Порядка, уж приструни своих песиков, чтобы не наломали дров, пока все закончится.
— Как скажешь, — безучастно ответил мужчина и посмотрел вниз, на долину, что раскинулась под горой. — Безликие активировались, да и Древние со Скорбящими не дремлют, — вдруг заявил он.
— Это пока не проблема! — ответил юноша. — Сейчас нам нужно готовиться к приходу Великого Змия, как-никак Апокалипсис на носу.
Мужчина в деловом костюме улыбнулся, после чего легко поклонился юноше, и тот тоже ответил легким поклоном.
— До встречи!
— Чао!
Маг так увлекся своим рассказом, что даже не заметил, как начало светать. Впрочем, здесь, во время белых ночей, рассвет можно и прозевать. Лишившись своих посетителей, набережная Невы казалась одиноким пустынным местом, остались лишь суровые северные ветры да серый гранит, ее вечные спутники. Маг обратил внимание на свою единственную слушательницу. Девушка смотрела на город с каким-то мечтательным и печальным выражением лица. Анель внимательно слушала Странника всю ночь, не перебивая и не показывая, что ей скучно. Впрочем, маг не терял надежды, что ей было действительно интересно. Девушка взглянула на своего собеседника, который невольно содрогнулся, посмотрев в ее манящие голубые глаза, такие живые, несущие в себе не только тепло и нежность, но и тяжелый отпечаток долгой многовековой жизни. Странник уже видел похожие. Личность этой девушки никогда не была для него загадкой. В глубине души, он всегда знал, кто она такая. Но Странник не хотел принимать суровую реальность, предпочитая как всегда прятаться в иллюзиях. Его взгляд пробежал по стройному подтянутому телу девушки, по красивому с тонкими чертами лицу, по ее шелковистым волосам. Он почему-то подумал, как запускает в них свои пальцы, как пряди струйками скользят между ними, как он обнимает эту девушку. Этому, увы, никогда не быть! Странник лишь тяжело вздохнул и, глядя на город, а не на девушку, спросил:
— Анель, ты ведь прекрасно знаешь — кто я! Так почему… — маг сглотнул тяжёлый ком, — почему ты до сих пор не убила меня? Для тебя бы это не составило никакого труда. Ведь ты одна из Двенадцати. Не правда ли, Великий Мастер?
— Не называй меня так, — поморщила носик девушка, а маг подумал о том, как же мило у неё это получалось, — ты все-таки понял, кто я. Впрочем, ты всегда это знал, но не хотел верить, — ответила девушка, в очередной раз удивляя Странника своей проницательностью.
Анель тепло улыбнулась и посмотрела магу в глаза очень нежным очаровывающим взглядом:
— Я не убила тебя потому, что ты очень забавный, мне правда интересны твои бесполезные, но такие отчаянные попытки остановить нас. По этому, пока ты не представляешь для нас угрозы, я предпочитаю наблюдать. Но, — Великий Мастер придвинулась к магу ещё ближе и тихонько прошептала, — если ты станешь проблемой, я лично уничтожу тебя. И не доверю эту работу никому другому.
Странник невольно улыбнулся, глупая реакция на весьма серьёзную угрозу, но когда Анель была так близко, когда ее губки шептали ему смертный приговор, все казалось таким ненастоящим, таким далеким. Какая-то часть личности Странника отчаянно противилась принимать, что Анель — его смертельный враг.
— Ладно, Странник, мне, пожалуй, пора, — Анель одним ловким движением встала на ноги, — к тому же, у тебя тут гости. Спасибо за приятную нескучную ночь, — улыбнулась девушка и исчезла в серебристом сиянии, оставив мага в весьма растерянном состоянии.
Правда, долго зевать тому не пришлось.
— Здавайся, еретик! — прогремел звучный голос у Странника за спиной. — Тогда тебя ждёт быстрая и почти безболезненная смерть.
Но маг лишь расхохотался. Что за идиоты? Если бы они напали без предупреждения, может у них и был бы какой-то шанс. Странник обернулся посмотреть на тех самых "гостей", о которых его предупредила Анель. Стандартная боевая группа Святой Инквизиции. Три паладина и три клирика. Паладины сжимали в руках мечи, а клирики магические жезлы. Все были увешаны защитными антимагическими амулетами. Специальный отряд борьбы с "ересью", то есть с магией. Вот только против Странника это не сработает, хоть они защищены от его заклятий, но он ведь не только с помощью магии может сражаться.
— Сдавайся! — повторил один из паладинов, но маг лишь ещё раз засмеялся.
— Я услышал тебя с первого раза, фанатик. Пожалуй, я откажусь от твоего заманчивого предложения.
Паладины крепче сажали мечи, стали в стойки и начали обходить мага полукругом. Клирики подняли свои жезлы и зашептали формулы "божественной силы". Маг был хорошо знаком с принципами работы жезлов, этих предметов силы, которые были ничем иным, как магическими артефактами, которые Инквизиция использовала для борьбы с "ересью", то есть с магией. Странник улыбнулся, эта ирония очень веселила его. Один жезл усиливал паладинов, улучшая их скорость, реакцию, моторику, выносливость и другие физические характеристики. Второй мог исцелить некоторые их раны, а третий должен был ослабить врага, то есть мага. Сделать его медлительным, вялым, уставшим, рассеянным и так далее в том же русле. Эта кучка клоунов могла бы стать серьёзной проблемой для прежнего Странника, но сейчас, маг лишь с шумом втянул воздух и ринулся в атаку. Его первой целью был "ослабляющий" клирик. Миг, и тело Странника покрылось серой искрящейся дымкой, вытянулось и удлинилось, кожу сменила чешуя, а зубы — длинные острые клыки. Паладины с лихим проворством подскочили ближе и рубанули с размаху мечами по телу мага, но клинки лишь отскочили со звоном от чешуйчатого панциря, в то время, как клыки Странника уже перекусили позвоночник одному из клириков. Вкус горячей соленой крови лишь пробудил ещё большую жажду и боевой запал. "Сумеречный Жнец!" — завопил второй клирик, а третий, растерявшись, начал "лечить" труп своего товарища. "Дьявольская тварь, — прошипел сквозь сжатые зубы один из паладинов, подступая к магу с мечом наизготовку, — вас же всех перебили". "Как видишь не всех. На тебя хватит" прозвучало в голове воина веры. В облике Странник предпочитал общаться ментально, так как звуки, которые он мог издавать после перевоплощения, мало походили на человеческую речь. Странник взмахнул тяжелым хвостом и два клирика — недотепы улетели с крыши вниз. Летать эти ребята не умели, так что о них можно было уже не беспокоиться. Остались паладины. Увидев гибель своих товарищей, потеряв поддержку, их боевой запал явно подугас. Но они понимали, что сбежать уже не смогут. Да они бы и не побежали. Надо сказать, в храбрости инквизиторам не откажешь. Они крепче сажали мечи и ринулись на мага. Через несколько мгновений Странник стоял над их уже безжизненными телами. Хотя не совсем так, один ещё подавал признаки жизни. Он извивался в предсмертных судорогах и, выхаркнув кровь, прохрипел:
— Вы все равно все сдохнете, адские твари! Мы, Святая Инквизиция, очистим мир от скверны! Вы будете захлебываться собственной кровью, вы…
Странник наступил умирающему на горло своей тяжёлой когтистой лапой. С неприятным хрустом сломанного позвоночника прекратилась и бессмысленная речь умирающего инквизитора. Ну, вот и все, с отрядом чистильщиков покончено. Страннику было даже немного жаль этих глупых марионеток, которые были обмануты Мастерами, так же, как когда-то и сами маги. Но, это ведь война, и пока инквизиторы служат Великим Мастерам, они — враги. Странник подпрыгнул вверх одним сильным рывком. В мгновение ока, чешую сменили перья, а лапы — крылья. Он взмахнул ими несколько раз и взмыл ввысь, под "покровом" невидимый для людских глаз. Он так любил это ощущение, когда ветер ласкает каждое перышко, а ты свободно паришь в высоте. А внизу был лишь ненавистный ему мир. Мир абсолютного порядка и рациональности, мир, где не было места магии, хаосу, поискам и дерзким экспериментам, мир, где не было места "ереси", то есть мнению, отличимому от мнения Единой Церкви. Мир, строго загнанного в рамки суррогата счастья. Мир, который создали Мастера, и который он собирался разрушить. А для этого ему придётся стать достаточно сильным, что бы уничтожить Великих Мастеров, и Анель, от этой мысли у Странника больно защемило в области груди. Последнее будет сложнее всего, и не только потому, что сила Мастеров вне категорий. Маг встряхнул головой, пытаясь отогнать тяжелые мысли, и сделал широкий взмах крыльями. А вокруг начинался прекрасный, полный надежд и мечтаний о безоблачном будущем, рассвет нового дня…
Бог из машины (