В истории авиации трудно найти самолёт, мнения о котором были бы более противоречивы, чем о "Аэрокобре". Диапазон оценок его конструкции и боевых качеств простирается от "...особенно разочаровавший самолёт с низким "потолком", малой скороподъёмностью и относительно недостаточной манёвренностью, что приводило его пилотов к совершенно невыгодному положению, где бы они не сражались" (официальная "История ВВС США во второй мировой войне") до "...самолёт " Аэрокобра" имеет преимущество над новейшими типами самолётов противника в скорости, маневренности и огневой мощи. Эти данные можно взять из практической работы на поле боя в проведенных воздушных боях, где нашим лётчикам приходилось вести бой с 2-3 самолётами противника и иметь победу" (отчет о боевой работе 16 гвардейского авиаполка за апрель 1943 г.). В годы второй мировой войны США и СССР получили примерно равное число самолётов Р-39, но в американских ВВС максимальный "счёт" сбитых пилотом Р-39 самолётов врага равен трём (Томас Дж. Линч, 35 истребительная авиагруппа), а в СССР только три лётчика — А.ИЛокрышкин, Д.Б.Глинка и Б.Б.Глинка — сбили на "Аэрокобрах" около 100 самолётов противника. И в наши дни, спустя почти полвека, когда, казалось бы, было время разобраться, "полюса" не сблизились: " ...фронтовики не раз благодарили самолёт американской фирмы Белл" ("Крылья Родины" № 9 за 1986 г., стр.34); "...самолёт оказался никудышним воздушным бойцом, он не выдерживал боевой нагрузки и "любил" плоский штопор" ("Правда" №122(26205) от 2 мая 1990 г.).

Итак, что же в действительности представлял собой истребитель Р-39 "Аэрокобра "?

"Генеалогическое древо" "Аэрокобры"

Первые варианты самолёта "Аэрокобра"

ХР-39

ХР-39В

Р-39С

"Аэрокобра"! (Р—400)

P-39D-2

Армии США также требовался новый истребитель. Ряду фирм, в том числе Белл, в 1936 г. было предложено разработать предварительные проекты в чертежах для рассмотрения. Поскольку жёстких требований к конструкции и вооружению не выдвигалось, Вудсу и Пойеру представился широкий простор для творчества.

Чтобы выиграть в конкурентной борьбе у "китов" авиапромышленности, таких, как Кёртисс, Боинг, Локхид, требовалось создать не просто хорошую конструкцию. Нужна была "изюминка", которая склонила бы мнение в пользу новичков. Поэтому Белл выдвинул свою оригинальную теорию "идеального" истребителя. Правильно рассудив, что, используя одинаковые моторы, материалы, оборудование, разные машины будут лишь незначительно отличаться по основным лётно-техническим характеристикам, решено было сделать ставку на свойства "второго" порядка. То есть, при прочих равных, проект фирмы должен иметь: а) более мощное вооружение; б) лучший обзор из кабины и в) улучшенные взлётно-посадочные характеристики. Тут сказался коммерческий опыт Белла: трудно представить практика-пилота, оставшегося безразличным к подобным достоинствам машины.

Исходя из данной концепции, Вудс и Пойер принялись за работу, похожую, впрочем, на преднамеренное низвержение всех и всяческих принципов и традиций в самолётостроении.

Обычно процесс проектирования самолёта выглядит примерно так: вначале создается планер, затем на нём размещаются двигатели, бензо- и маслобаки, система охлаждения, шасси и т.п. В последнюю очередь устанавливаются вооружение и оборудование.

Если схематически представить процесс создания "Белл Модель 4", прообраза "Аэрокобры", то первым элементом, появившимся на чертеже, была ...пушка! 37-мм автоматическое орудие фирмы Америкен Армамент Корпорейшн, продемонстрированное в 1935 г. для специалистов Военно-воздушного корпуса армии США, как тогда назывались американские ВВС, произвело на Ларри Белла и его ведущих конструкторов огромное впечатление своей огневой мощью. Правда, общим мнением было, что оно слишком габаритное и тяжёлое для современных истребителей. Общим, но не Белла и Вудса. Они решили проблему гениально просто: если невозможно установить громоздкую пушку на обычный самолёт, то можно... установить необычный самолёт на пушку! Так, примерно, появился первый элемент конструкции.

В пользу применения крупнокалиберного орудия говорило многое: как исторический опыт (ещё в 1917 г. французские истребители СПАД XII одним выстрелом из установленной в развале цилиндров V-образного мотора короткоствольной 37-мм пушки вдребезги разносили любой самолёт противника), так и господствовавшая в тридцатые годы доктрина о доминирующей роли бомбардировочной авиации для США, защищённых океанскими просторами от атак вражеских бомбардировщиков. Истребителям отводились лишь вспомогательные роли перехватчиков и штурмовиков. Соответственно, основной упор делался на мощь оружия и скорость. Уж тут Белл в удовлетворении требованиям официальной доктрины оказался "святее папы римского" — конкуренты не решились пойти дальше установки 12.7-мм пулемётов, да и сами "заказчики" ни о чём большем даже не помышляли!

Задачей Вудса и Пойера стало удачное размещение орудия. И они её успешно решили: ствол расположили по оси самолёта и через полый вал редуктора вывели наружу.

Это достаточно известное для обычных 20-мм пушек решение в данном случае принесло осложнения: в развале цилиндров "тридцатисемимиллиметровка" не умещалась. Двигатель пришлось разместить за орудием, а мощность на винт передавать посредством удлинительного вала. В отношении собственного опыта конструкторы оказались разумными консерваторами: двигатель выбран был, естественно, хорошо знакомый по "летающему стенду" Аллисон V-1710,a система передачи через удлинительный вал была ранее отработана на "Эракуде".

Осталось "приискать" место для летчика. Вначале решили разместить его в традиционной манере за мотором. Однако в этом случае второй пункт (улучшенный обзор) вырождался в пародию: сидящий почти у киля пилот видел лишь нос да крылья собственного самолёта. У конструкторов и здесь не дрогнула рука — очередная "рокировка" перебросила мотор ещё дальше, за спину пилота, а передаточный вал удлинился ещё на несколько футов. Решение неожиданно оказалось весьма удачным: обзор из высокого, хорошо остеклённого фонаря оригинальной каплеобразной формы был близок к идеальному, а расположение двигателя вблизи центра масс давало заметное улучшение маневренных свойств. Отметим, что шесть лет спустя каплеобразный фонарь стал обязательным для всех истребителей!

Завершало картину необычное трёхколёсное шасси, использованное для удовлетворения третьего требования об улучшении взлётно-посадочных свойств. Применявшееся ещё до первой мировой войны повсеместно, а затем лишь на тяжёлых самолётах, оно имело многочисленные преимущества перед двухколёсным: более безопасные взлет и посадка (даже при сильном боковом ветре), возможность рулёжки с большими скоростями, лучший обзор и обслуживание благодаря горизонтальному положению фюзеляжа. С таким шасси можно садиться даже на слабо подготовленные либо вовсе раскисшие грунтовые ВПП, не боясь капотирования (опрокидывания самолёта через нос — наиболее частой аварии 30-х — 40-х годов).

Но за все достоинства приходится платить — в данном случае возрастанием веса шасси почти на четверть (64 кг), что для одномоторного истребителя весьма существенно.

Прибавили лишний вес конструкции и боковые автомобильные дверцы вместо лёгкого сдвижного фонаря, хотя удобства их и несомненны.

Тем не менее, в целом конструкция получилась перспективной: необычная компоновка обещала дополнительное улучшение манёвренности за счёт группировки наиболее тяжёлых агрегатов у центра масс, прекрасный обзор из вынесенной вперед кабины лётчика и впечатляющую мощь бортового оружия.

Кроме "Белл Модель 4", для конкурса был подготовлен и более "умеренный" проект "Белл Модель 3" (очевидно, для подстраховки). Он сохранил трёхколёсное шасси, но имел традиционную компоновку с передним расположением мотора. 25-мм пушка была установлена почти стандартно — в развале цилиндров мотора, хотя из-за большей, чем у "двадцатимиллиметровки", длины вращающий момент от мотора на винт пришлось передавать посредством небольшого 5-футового удлинительного вала.

Итоги конкурса превзошли все ожидания: Армия 18 мая 1937 г. одобрила оба проекта, хотя предпочтение было отдано "Модели 4". 7 октября 1937 г. Белл получил контракт на первый прототип самолёта под обозначением ХР-39, который должен был быть сдан в августе 1938 г.

Это была победа, хотя и весьма "локального" характера — с такими же результатами его прошли и конкуренты: Локхид с ХР-38, прообразом знаменитого "Лайтнинга", Северский с ХР-41 и его развитием Рипаблик Р-43, позднее превратившегося в "Тандерболт", а Кёртиссу удалось "протащить" даже две модели, ХР-37 и ХР-40, названного затем "Киттихауком" и выпущенного более чем 10 тыс. тиражём. Точки над "i" должны были поставить лётные испытания.

"Днём рождения" "Аэрокобры" можно считать, пожалуй, 6 апреля 1939 г. — в этот день самолёт, пилотируемый лётчиком-испытателем Джимми Тейлором, совершил свой первый полёт. Официально названный ХР-39^{1}, серийный номер Армии США 38236^{2}, самолёт был построен лишь к марту 1939 г., с опозданием на 9 месяцев. Пришлось делать "большой скачок" в догонку за конкурентами и деньгами армии: в нарушение всех правил, не проходя испытаний "дома", в Буффало, самолёт был немедленно разобран, погружен на корабль и перевезен в Райт- Филд, Огайо, в армейский испытательный центр. Согласно контракту, образец становился собственностью вооруженных сил (т.е. покупался ими) в день первого полёта на армейском полигоне!

ХР-39 выглядел несколько архаичнее элегантных серийных "аэрокобр": мощные боковые заборники воздуха (левый — для турбокомпрессора, правый — для масло- и водорадиаторов), торчащие, как слоновьи уши, резко нарушали плавность обводов. Силовая установка состояла из Аллисона V-1710-17 мощностью 1150 л.с. с турбокомпрессором В-5. Запас топлива составлял 200 американских галлонов (757 л), вооружение и бронирование отсутствовали вовсе.

В таком первозданном виде самолёт продемонстрировал исключительные лётные качества: развивал скорость 390 миль в час (628 км/ час), высоту 20 тыс. футов (6100 м) набирал всего за 5 минут. Достигнутые данные прочно осели в рекламных материалах, в которых предусмотрительно "забыли" указать полётный вес 2500 кг, практически на тонну-полторы меньший, чем у полностью оснащённых серийных машин.

Если указанные выше лётные данные соеденить в одном рекламном проспекте с пушкой 37 мм и сравнить с достижениями конкурентов (лучший из них, Кёртисс Р-40, "сподобился" лишь на 580 км/час и 12.7-мм пулемёты), то понятен ажиотаж с заказами, возникший вокруг "Аэрокобры".

Первой ставку на "детище" Белла сделала Армия США, заказав 27.04.39 г., ещё до окончания испытаний ХР-39. опытную серию из 13 машин, обозначенных YP-39'* (серийные номера от 40-27 до 40-39).

Налетав 59 часов в Райт-Филд, ХР-39 был передан в Национальный консультативный комитет по аэронавтике (NACA) для исследований в полномасштабной аэродинамической трубе в Лэнгли-Филд, Вирджиния. Предполагалось,что после улучшения аэродинамики он станет первым американским самолётом, преодолевшим 400-мильный барьер скорости в горизонтальном полете.

NACA выполнил исследования как всего самолёта, так и отдельных выступающих частей, после чего планер был возвращён на фирму Белл для доработки. В числе рекомендаций аэродинамиков было предложение о ликвидации боковых воздухозаборников.

Последнее подкреплялось мнением военных о необходимости снятия турбокомпрессоров с испытывавшихся истребителей: учитывая многочисленные неудачи с доводкой их на ХР-37, YP-37, ХР-38, ХР-39, а также желание Армии использовать истребители для непосредственной поддержки наземных войск, решено было отказаться от использования нагнетателей, компенсировав отсутствие их некоторым повышением высотности двигателей. Это решение было поворотным пунктом в истории развития "Аэрокобры" и стало фатальным как для неё, так и для её основного соперника "Киттихаука" — до конца дней своих оба были обречены на роли штурмовиков и истребителей для малых и средних высот, с недостаточной вертикальной манёвренностью и низким практическим потолком. В нём — одна из основных причин скверного мнения об "Аэрокобре" английских и американских лётчиков, но об этом позднее.

Реконструированная "Аэрокобра" во второй раз покинула стены цеха лишь в ноябре 1939 г. Переделки, хотя и не коснулись основной концепции, были столь серьёзны, что самолёт получил новый индекс как на фирме — "Белл Модель 12", так и в армейском регистре — ХР-39В.

По рекомендациям NACA, была облагорожена форма фюзеляжа, снижен и переконструирован фонарь кабины, увеличено вертикальное оперение. Общая длина фюзеляжа увеличилась с 8.74 до 9.07 м, а размах крыла уменьшился с 10.92 до 10.37 м. Носовое колесо стало закрываться створками полностью. Воздух к водо- и маслорадиаторам подводился через небольшие каналы в корнях крыла, а на "спине" появился характерный "горб" заборника воздуха для карбюратора. Силовая установка состояла из Аллисона V-1710-39 мощностью 1090 л.с. на высоте 4 000 м.

Первый полёт ХР-39В совершил 25 ноября 1939 года. В декабре он был принят Армией и повторно направлен на испытания в Райт-Филд. Поскольку взлётный вес вырос до 2930 кг, а мощность мотора уменьшилась, самолёт смог развить лишь скорость 375 миль/час (603 км/час) на высоте 15 тыс. футов (4572 м), а высоту 20 тыс. футов набирал за 7.5 мин. Однако манёвренность на малых высотах улучшилась, и Воздушный корпус был настолько удовлетворён, что в январе 1940 г. потребовал от Белла снять турбокомпрессоры на всех строящихся YP-39 и привести их к стандарту ХР-39В.

"Прародительница" "Аэрокобр" — ХР-39, в нестандартной серебристой окраске, с красно-белыми полосами на хвосте. Надпись перед дверцей: "U.S. ARMYХР-39 AIR CORPS SERIAL N0.38-326 CREW WEIGHT 200 LBS". Опознавательные знаки — довоенного типа, на нижней плоскости крупная надпись "U.S. ARMY"

Жизнь второго прототипа оказалась недолгой — налетав всего 28 часов, 8 июня 1940 г. ХР-39В разбился.

Переделка серии YP-39 к стандарту ХР-39В также несколько задержала их выпуск. Первый YP-39 поднялся в воздух 13 сентября 1940 г. Поскольку отличия от ХР-39В были минимальны (увеличено вертикальное оперение, изменена лобовая створка передней стойки шасси, введены отдельные тоннели для водо- и маслорадиаторов в передней кромке каждого полукрыла, установлен винт "Кёртисс- Электрик"), фирменное название "Белл Модель 12" сохранилось. Мотор был практически аналогичен установленному на ХР-39В, хотя имел обозначение V- 1710-37, и той же мощности, но запас топлива уменьшился до 170 галлонов (643 л). Тем не менее, взлётный вес полностью оснащённых и вооруженных самолётов возрос до 7235 фунтов (3282 кг), соответственно лётные данные при неизменной мощности мотора упали (скорость — до 368 миль/час ( 592 км/час) на высоте 15 000 футов (4572 м)).

Все самолёты серии YP-39 были переданы Армии в период с 7 сентября по 16 декабря 1940 г. и испытывались в течении нескольких этапов. После первого этапа ранние образцы были возвращены на завод для доработки и вооружения. Первый экземпляр, N° 40-27,ещё невооруженный, был разбит во время 8-го полёта: лётчик-испытатель Боб Стэнли предпочёл парашют вынужденной посадке с невыпускавшимся шасси. Интенсивные и разносторонние испытания YP-39 продолжались до середины 1942 г. и имели серьёзное влияние на серийное производство. Они стали своего рода "подопытными кроликами" для серийных образцов, на них отрабатывались новые узлы и технические решения. Например, если на первых машинах вооружение состояло из 37-мм пушки Олдсмобил Т-9 с боекомплектом 15 снарядов, двух 12.7-мм пулемётов и двух 7.62-мм пулемётов и было установлено в носовой части фюзеляжа, аналогично серийной модели Р- 39С, то уже через несколько месяцев 7.62-мм пулемёты переместились в крыло (по два в каждой консоли), что соответствовало более поздним серийным моделям от P-39D до P-39N.

Во время испытаний опытной серии YP-39 "Аэрокобра" полностью проявила свой норов: кроме первого, разбились также 3-й (40-29), 4-й (40-30) и 12-й (40-38) экземпляры из-за дефектов мотора, 5-й разрушился во время выполнения фигур высшего пилотажа, 10-й не вышел из плоского штопора. Собственно, в опытной серии выявился весь "ассортимент" дефектов конструкции. Но было поздно что-либо исправлять: сотни серийных самолётов уже воевали на фронтах второй мировой войны. В спешке с серийным производством, недоработке конструкции — вторая основная причина "нелюбви" лётчиков к "Аэрокобре".

"Долгожителем" в серии YP-39 стал 9-й самолёт (40-35), списанный 1 ноября 1945 г. и разобранный на детали. Остальные ещё ранее были переданы для использования "по 26-му классу", т.е. в качестве натурных образцов в технических училищах, причём после сравнительно небольшого налёта. Максимальный налёт в 388 часов имел 13-й экз., № 40-39, списанный 10.06.42 г.

Параллельно с разработкой самолётов для армейских ВВС создавался также авианосный вариант "Аэрокобры" — XFL-1 "Аэробонита" ^{5}, или "Белл Модель 5". Контракт на него был подписан 8 ноября 1938 г. Самолёт получил флотский серийный номер 1588. Значительные отличия от сухопутного варианта были заметны даже внешне: из-за условий посадки на палубу шасси пришлось выполнить обычным двухколёсным, с тормозным гаком под фюзеляжем перед костыльным колесом (при трёхколёсной схеме, захватив посадочный трос, самолёт опрокидывался бы на хвост). Основные стойки шасси при этом пришлось перенести ближе к носку крыла, из-за чего заборники воздуха из передней кромки переместились под крылья. В качестве силовой установки использовался экспериментальный " морской" вариант мотора Аллисон — XV-1710-6 без турбокомпрессора. Вооружение было значительно слабее: на месте 37-мм пушки разместился 12.7-мм пулемёт, дополненный ещё двумя 7.62-мм носовыми синхронными. Совершив первый полёт 13 мая 1940 года, самолёт интенсивно испытывался с июля по март, но многочисленные дефекты силовой установки и шасси так и не позволили ему сдать "морской" экзамен. XFL-1 был возвращён фирме в декабре 1941 г., и дальнейшие работы над ним прекращены.

Заканчивая описание экспериментальных, опытных и предсерийных образцов, следует упомянуть YP-39A — экземпляр из опытной серии, сразу, ещё в апреле 1939 г., заказанный с мотором V-1710-31 без турбокомпрессора. Ввиду того, что в январе 1940 г. со всех самолётов серии были сняты турбокомпрессоры, название YP-39A было ликвидировано, и Армией самолёт был принят как один из серии YP-39. Более поздние экспериментальные образцы будут рассмотрены параллельно с серийными машинами.

В это же время ВВС США изменили требования заказа, сочтя живучесть конструкции недостаточной для самолёта непосредственной поддержки. Остальные 60 машин первой серии достраивались уже как P-39D (Белл Модель 15) и получили проте<imageированные бензобаки, дополнительное бронирование (общий вес брони составил 111 кг) и усиленное вооружение. Согласно схеме, отработанной на последних YP-39, в носовой части остались 37-мм пушка с боезапасом 30 снарядов и два крупнокалиберных 12.7-мм пулемёта КольтБраунинг М-А. 7.62-мм пулемёты из носовой части были перенесены в крыло и число их увеличено до 4-х (по два в каждой консоли). Эта схема стала стандартной для всех моделей, выпускавшихся вплоть до середины 1943 г.

Поскольку обьём баков уменьшился до 120 галлонов (454 л) из-за необходимости их протектирования (заполнения слоем самозатягивающейся резины) и соответствующегося возрастания толщины стенок, была предусмотрена возможность подвески дополнительного бака объёмом 75 галлонов (289 л). Вместо последнего можно было подвесить бомбу весом до 600 фунтов (272 кг).

Крыльевые пулемёты, подфюзеляжная подвеска и небольшой форкиль между вертикальным оперением и фюзеляжем были наиболее заметными внешними отличиями P-39D от более ранних моделей.

Усовершенствованная таким образом "Аэрокобра" настолько понравилась ВВС США, что последовали более крупные заказы. Кроме достройки 60 машин первой партии (армейские серийные номера от 40-2991 до 40-3050), в сентябре 1940 г. USAAC подписал с фирмой Белл контракт на поставку дополнительно 369 экземпляров "чистой" модели P-39D (серийные номера от 41-6722 до 41-7052, 41-7057, 41-7058 и от 41-7080 до 41-7115)^{6}.

Если рассмотреть внимательно итоги производственного дебюта "Аэрокобры", то следует отметить, что фирмой Белл был создан неплохой истребитель оригинальной конструкции, не уступавший (при правильном сравнении, о чём ниже) аналогичным машинам других фирм, а по вооружению и превосходивший их. Но самолёт столь необычной конструкции, очевидно, требовал и более длительных сроков "доводки". Внедрение его в серийное производство лишь на основании испытаний одного невооруженного экспериментального образца было крупным риском. Причин к этому было много: и желание получить выгодный военный заказ, и бушевавшая в Европе война, стимулировавшая спрос на боевые самолёты, и экспортные заказы, и успехи в рекламе и маркетинге, и, в конечном итоге, уверенность в своих силах и возможностях. Тем не менее, в первом действии фирма повесила на сцене ружьё, которое должно было выстрелить. И первый выстрел раздался из-за океана.

Раньше всех на звучное имя "Аэрокобра", данное своему детищу самим "папой" Беллом, знавшим толк в рекламе, "клюнули" французские ВВС. Сразу после разрешения военного министра США от 30 марта 1940 г. на экспорт боевых самолётов Белл получил от ARMEE DE L’AIR заказ на 200 машин общей стоимостью 9 млн.долларов, в т.ч. 2 млн. наличными. Однако быстрое поражение Франции сделало этот весьма выгодный заказ бесполезным. Но продолжала сражаться с фашизмом Британия, которой требовалось большое число истребителей. Экспортный проект был предложен RAF — английским королевским ВВС. Вот как пишут об этом событии известные английские историки авиации У.Грин и Г.Сванборо в своей книге "Истребители американских ВВС".

"Заказ был подписан 13 апреля 1940 г. Британской комиссией по прямым закупкам в Вашингтоне на поставку не менее чем 675 штук "Белл Модель 14", хотя лётная оценка этого типа не была сделана английскими лётчиками даже восемь месяцев спустя после подписания. Утверждения фирмы Белл о максимальной скорости 400 миль в час (644 км/час), рабочем потолке 36 тыс. футов (10 973 м) и дальности полёта свыше тысячи миль (1610 км), очевидно, были получены исходя из относительных оценок. Они базировались фактически на данных испытаний полированного прототипа, совершавшего полёты с весом примерно на тонну меньше, чем RAF-овские "Аэрокобры", приступившие к службе, как Белл в конечном итоге признала"^{7}.

Английская версия "кобры" по хронологии находилась между моделями Р-39С и D и называлась "Белл Модель 14", хотя фактически была той же P-39D. Изменения коснулись лишь вооружения, радиооборудования, компоновки приборной доски и камуфлирования. Вместо 37-мм пушки "Аэрокобра" I (английское название), или Р-400 (американский эквивалент) имела очень надёжную 20-мм английскую пушку "Бритиш Испано Мк.404" (позднее выпускавшуюся по лицензии в США под маркой " Испано М-1") со сменным барабаном на 60 снарядов. На некоторых экземплярах, поступивших в подразделения RAF, устанавливались английские 7.69-мм пулемёты "Браунинг", хотя основная масса была вооружена стандартными американскими 7.62-мм "КольтБраунингами". Английская "Аэрокобра" имела и наибольший ассортимент радиооборудования: в технических описаниях перечислено 5 возможных для установки комплектов американских и английских станций. Практически все выпущенные самолёты имели стандартный английский камуфляж из серых и зелёных полос, правда, "американского" оттенка (см. рис. на обложке) и английские же опознавательные знаки и серийные номера — АН570-739, АР264-384, BW100-183,BX135-434.

Несколько слов следует сказать об обозначениях экспортируемых самолётов. Согласно американским стандартам того времени, поставляемые за рубеж варианты боевых машин не должны были "вклиниваться" в установленный с 1924 г. порядок нумерации самолётов, заказанных ВВС США. Поэтому экспортный вариант "Аэрокобры" получил неординарное обозначение Р-400.

В английских же ВВС система индексации отсутствовала вовсе, а самолёты назывались "личными" именами с указанием номера модификации, например, "Спи<imageайр" Mk.VB — пятая модель самолёта "Спитфайр". Р-400 англичане хотели вначале назвать "Карибу", но затем предпочли общепринятое "Аэрокобра".

Поставки для RAF начались с мая 1941 г. Разобранные самолёты в ящиках морским путём доставлялись в Англию, там собирались и облётывались. 6 июля 1941 г. первая "Аэрокобра" совершила полёт в Великобритании, но... не как собственность RAF. "Первой ласточкой" в двойном смысле оказалась одна из трёх Р-39С (серийные номера RAF DS173, 174,175), предоставленных Англии США в рамках ленд-лиза^{8}, т.е., собственно, "одолженных" на время боевых действий. Благодаря традиционно дружеским отношениям между США и Великобританией помощь последней, месяц назад завершившей победой знаменитую воздушную "Битву за Англию", была оказана столь оперативно, что на неделю опередила даже самолёты, закупленные за наличные.

По мере сборки поступавших самолётов англичане получили, наконец, возможность их испытать. Результаты испытаний, проводившихся в Даксфорде, в Отделении развития методов воздушного боя, оказались весьма разочаровывающими. Максимальная скорость была на 53 км/час ниже контрактной. По скороподъёмности и потолку "Аэрокобра" уступала и "Спитфайру", и даже "Харрикейну", чьи аэродромы ей также оказались малы из-за большого разбега при взлёте. Правда, до высоты 13 тыс. футов (ок. 4 тыс. м) "кобра" превосходила по скорости лучший в то время "Спитфайр"VB, и начинала уступать лишь выше 15 тыс.футов (4572 м), но это ей "не зачлось", как не зачлись и другие достоинства: лёгкость пилотирования, прекрасная манёвренность на малой высоте, хороший обзор, мощное вооружение. Причина крылась в характере боевых действий в Европе: не связанные непосредственной поддержкой войск, истребители вели бои за завоевание превосходства в воздухе на максимальных высотах. А там не имевшая высотного мотора и турбокомпрессора "кобра" была бесполезна...

Самолёт имел и ряд серьёзных конструктивных недостатков. Так, в бою он оказался поначалу более опасным для собственных пилотов, чем для вражеских: при ведении огня из носового оружия в кабине образовывалась почти смертельная концентрация пороховых газов. Кроме того, при стрельбе выходил из строя компас. Выявился также ряд эксплуатационных неудобств.

Всё вышеперечисленное поставило под серьёзное сомнение возможность использования "Аэрокобр" в боевых условиях. Однако фирме Белл удалось оперативно устранить ряд дефектов, и четыре первых отремонтированных самолёта были переданы 601-му дивизиону "Каунти оф Лондон" Королевских вспомогательных ВВС для боевых действий с авиабазы Манстон.

9 октября 1941 г."Аэрокобры" выполнили первый боевой вылет на штурмовку десантных средств у французского побережья, оказавшийся и единственным. Несмотря на отсутствие потерь, 11 октября все самолёты были возвращены в Даксфорд. К этому времени основная тяжесть боёв переместилась на территорию СССР, и RAF не испытывали особой нужды в истребителях. Решено было не возиться с "сырой", требовавшей длительной доработки "Аэрокоброй", и в декабре 1941 г. она была снята с вооружения^{9}. Одновременно были аннулированы контракты на дальнейшее её производство. Висевшее на стене ружьё выстрелило...

По данным ряда английских и американских источников, всего было поставлено Англии 496 машин типа "Аэрокобра"I (Белл Модель 14), из них 54 потеряно при перевозке морем. 179 оставшихся уже под американским обозначением Р-400 были переданы армии США и направлены в южную часть Тихого океана для действий против японцев совместно с P-39D и Р-40.

Первые P-39D поступили на вооружение ВВС США ещё в начале 1941 года, и с момента нападения японцев на Пёрл-Харбор 7 декабря 1941 г. активно участвовали в воздушных боях. Первые 100 Р-400 из бывших "английских" были отправлены в Австралию в период с 23 декабря 1941 по 18 марта 1942 г. До середины 1942 года Р-39, Р-400 и Р-40 составляли костяк действующих ВВС США. Активное участие в боях выявило ряд новых конструктивных дефектов. Так, 37-мм пушки P-39D оказались весьма ненадёжными и "заедали" после 2-3 цыстрелов^{10}, в результате чего теялось основное преимущество в огневой мощи. На Р-400 слабым местом оказалась нестандартная кислородная система высокого давления. Мало того, что любой из двух бортовых кислородных баллонов мог взорваться как бомба при попадании шальной пули, и для их защиты пришлось установить специальные бронированные короба, повысившие вес самолёта, так ещё из-за отсутствия специального оборудования для обслуживания система часто отказывала. И без того ограниченный потолок самолёта уменьшался возможностями организма пилота.

Ещё один досадный недостаток был общим для всех ранних моделей "Аэрокобры": при ведении огня в темноте или в сумерках из носовых пулемётов вспышки ослепляли пилота и делали стрельбу невозможной. Из-за отсутствия опыта создания боевых самолётов конструкторы сделали удлинительные трубы пулемётов слишком короткими и "срезанными" заподлицо с фюзеляжем.

"Притчей во языцех" стали и прочие дефекты: недостаточная прочность шасси, отказы двигателя, плохие высотные характеристики. В общем, "ружьё на стене" стало активно стрелять.

Но следует отдать должное и самой конструкции в первозданном виде, и высокому профессионализму создателей и строителей машины. Уже на начальном этапе эксплуатации были отмечены такие несомненные достоинства самолёта как высокая живучесть, прекрасная манёвренность на малой высоте, огневая мощь, лёгкость пилотирования, простота обслуживания и ремонта. Резервы, заложенные в конструкции, и компетентность конструкторов и производственников позволили в минимальный срок, ни на день не останавливая конвейера, создать новые модели самолёта, лишенные недостатков их "предков".

Первой действительно боеспособной моделью "Аэрокобры" стала P-39D-1^{11}, или "Белл Модель 14А". Хотя индекс " 14А" указывает на то, что данная модификация была сделана на базе английской "Модели 14", или Р-400, но легче перечислить то, что осталось неизменным, чем сами изменения.

Итак, неизменными остались планер, мотор и вооружение. Радикально изменилась компоновка кабины, значительно — масло- и бензосистемы, охлаждение мотора. Было усилено шасси, пневматики колёс имели повышенное давление и поверхность с протектором, а штоки стоек закрывались брезентовыми "гармошками". Для снижения веса был уменьшен боекомплект пулемётов. На носовых пулемётах были установлены новые удлинённые газоотводные трубы, гасящие пламя при стрельбе, и их большие выступающие "глазницы" стали наиболее заметными внешними отличиями, наряду с однотонным зелёным (Olive Drab) камуфляжем.

Заметной деталью были и выхлопные патрубки. Если на Р-400 они были трёх типов: одинарные (по 6 шт. на сторону), двойные (по 12 шт.) и одинарные пламегасящие (по 6 шт., треугольной формы, только на английских машинах из 601 дивизиона RAF), то на P-39D-1 удлинённые прямоугольные в плане пламегасящие одинарные патрубки реактивного типа стали наиболее популярными, хотя на фото заметны и обычные, как двойные, так и одинарные.

На новой модели была применена стандартная кислородная система низкого давления, в связи с чем снята часть бронирования, и радиооборудование американского производства.

Первые контракты на поставку P-39D-1 были заключены в период с июня по сентябрь 1941 г. Всего было заказано 336 самолётов с серийными номерами 41-28257 - 28406 (150 машин), 41-38220 - 38404 (185) и 41-38563, однако ряд источников указывает, что большинство заказанных "чистых" P-39D из сентябрьского заказа 1940 г. (см.выше) также были достроены по стандарту P-39D-1. Это похоже на истину хотя бы потому, что практически на всех фото периода 1941-42 гг. изображена P-39D-1, и крайне редко встречается P-39D.

P-39D-1 предстояло стать первой массовой "ленд- лизовской" моделью, т.е. она должна была закупаться как обычные вооружения для ВВС США и затем одалживаться союзникам. Посему, несмотря на то, что изначально самолёт предназначался для ВВС других стран, он имел американский "порядковый" номер 39 и серийные номера ВВС США.

Однако исторически сложилось так, что почти все P-39D-1 попали в американские эскадрильи. Англичане от них отказались ввиду снятия "Аэрокобр" с вооружения, а экземпляры, предназначенные для СССР, были в начале 1942 г. срочно перенацелены на пополнение американских авиагрупп. В ВВС РККА попал всего один самолёт данной модели (4128257), и около десятка получила Австралия.

Действительно "ленд-лизовской" моделью, реально поступившей союзникам, стала P-39D-2. Этот самолёт был дальнейшим развитием модели D-1, хотя имел тот же "внутрифирменный" индекс "Модель 14А". Основными различиями были установка нового, более мощного мотора Аллисон V- 1710-63 (или Е-6 в "фирменном" исчислении^{12}) взлётной мощностью 1325 л.с. и винтом "Кёртисс- Электрик" новой модели. Новый двигатель работал лишь на 100-октановом бензине, в связи с чем были внесены небольшие изменения в бензосистему. Выхлопные патрубки чаще всего одинарные (по 6 шт. на сторону), хотя встречались и двойные. Изменилось также и передаточное число редуктора на 0.5 вместо 0.556.

По вооружению изменения были минимальны: снята гидросистема перезарядки пушки и установлен новый коллиматорный прицел N-3A. Камуфляж обычный, грязно-зелёный (OD) сверху и серый (NG) снизу.

158 "Аэрокобр" модели P-39D-2 были выпущены до конца 1942 г. (с/н 41-38405 - 38562), и 40% их попали в СССР.

Сравнительно немногочисленные модели P-39D-3 и D-4 предназначались в основном для штурмовых действий и фоторазведки.

P-39D-3 была модификацией стандартной "чистой" модели P-39D. Она имела дополнительное бронирование дюралевыми плитами водо- и маслорадиаторов двигателя, прикреплённое снизу для защиты от зенитного огня, и два аэрофотоаппарата типа К-24 и К-25 для плановой и перспективной съёмки, смонтированных за двигателем и управляемых пилотом. Лётчик имел сигнальный пистолет и 12 патронов к нему. С/н 40 - 3025, 6730, 6767, 6773, 6780, 6791, 6818, 6965, 6985, 6990, 7002, 7011, 7012, 7025, 7031, 7035, 7040, 7061, 7062, 7065, 7068, 7073, 7075, 7087, 7094, 7097 (26 шт.).

P-39D-4 была модификацией модели D-1 и имела те же изменения, что и D-3. С/н 41-28291, 28288, 28340, 28367, 28370, 28375, 28400, 28402, 38296, 38301,38315(11 шт.).

Несмотря на ряд тактических приёмов (например, при взаимодействии с более высотными истребителями Р-38 "Лайтнинг" японские "Зеро" сгонялись вниз, где "Аэрокобры" способны были их

"переманеврировать"), недостатки Р-39 были столь многочисленны, что официальная история ВВС США, обобщив опыт их применения на тихоокеанском театре, сделала однозначный вывод: "Аэрокобра" даже в хорошем техническом состоянии не могла встречать японские истребители на равных".

Среди выявившихся недостатков оказались: малая дальность полёта, ненадёжность 37-мм пушки и малый запас снарядов "двадцатимиллиметровки", ослепление пилота при стрельбе в сумерках, а главное — низкие лётные характеристики самолёта на высотах более 5 тыс. метров. Дальность полёта, к конце концов, была повышена подвеской более объёмных (до 200 галлонов — 757 л) подвесных баков, причины отказа пушки (вытекание гидросмеси из механизма наката) выявлены и устранены, малый запас 20-мм снарядов с лихвой компенсировался 12.7-мм пулемётами, а вот лёгкий уход даже одиночных японских бомбардировщиков на высоту более 20 тыс.футов (6100 м) делал их практически недоступными для первых "Аэрокобр" с их маловысотными двигателями.

Не сделав карьеры в качестве истребителей, "Аэрокобры" прекрасно проявили себя как штурмовики. Имея мощное вооружение и отличную манёвренность у земли, по докладу генерала Коннея с юго-западного тихоокеанского театра, она могла "...сильно ударить, перенести ответный огонь и прилететь обратно", т.е. обладала достаточной "живучестью" в условиях активной ПВО. Способность конструкции "поглотить большое число повреждений" дополнялась феноменальной "ремонтоспособностью": благодаря унификации узлов их можно было применять практически с любой серийной модели. Ярким примером может служить одна из Р-400 68-й из, завершавшая службу с одним крылом от P-39D, другим от Р-39К и двигателем от P-39D-2.

Как штурмовики "Аэрокобры", кроме бортового оружия, могли нести одну бомбу весом до 500 фунтов (227 кг). Однако "умельцы" в полевых условиях приспособили держатели ещё для двух малых бомб под плоскостями, в районе крыльевых пулемётов, А любимым оружием пилотов 35-й иаг был "адский коктейль" из 75-галлонного бака, наполненного смесью 100-октанового бензина и машинного масла, в связке с тремя зажигательными бомбами. Эффект его применения против деревянных строений и мостов напоминал финал популярной песенки "всё хорошо, прекрасная маркиза...".

Дольше всех, до 1944 г., на "Аэрокобрах" на тихоокеанском театре воевала 8-я иаг.

В наиболее суровых условиях, .напоминающих русскую зиму, действовали в 1942 г. Р-39 и Р-400 54-й иаг, базировавшиеся на Алеутских островах.

На европейском театре боевых действий "Аэрокобрам" невезло просто фатально. Единственный боевой вылет, совершенный над французским побережьем "кобрами" 31-й иаг ВВС США в июле 1942 г., закончился сущим разгромом: из 12 стартовавших из Англии самолётов вернулись лишь 6. Последствия столь сокрушительного "успеха" были парадоксальны: все американские эскадрильи, базировавшиеся в Великобритании, были срочно перевооружены на английские "Спитфайры", полученные в порядке "обратного ленд-лиза". После чего оставшиеся "не у дел" "Аэрокобры" было решено перегнать в Северную Африку, на средиземноморский театр. Но при перелёте самолётов 81-й иаг в декабре 1942 — январе 1943 гг. 18 Р-39 и Р-400 по разным причинам совершили вынужденные посадки в Португалии. Вначале просто интернированные, они затем были выкуплены и включены в состав португальских ВВС, где и служили в течении нескольких лет.

Тем не менее, честь первой победы USAAF над Люфтваффе принадлежит именно "Аэрокобре": лейтенант Йозеф Шаффер из 342-й смешанной аг на своей P-39D сбил над Исландией четырёхмоторный разведчик FW-200.

Применение "Аэрокобр" на средиземноморском театре началось в конце 1942 г. в рамках операции "Торч" — высадки союзников в Северной Африке, и проходило с учётом накопленного боевого опыта. Наземный персонал предназначенных для этого 81-й иаг (в составе 91,92 и 93-й иэ) и 350-й иаг (345,346 и 347-я иэ) прибыл во Французское Марокко заранее, в ноябре 1942 г., а воздушные эшелоны прилетели из Англии в период с декабря 1942 по февраль 1943 г. Боевые вылеты начались с января 1943 г. и выполнялись в основном для поддержки наземных войск, при этом "Аэрокобры" прикрывались "Киттихауками" и "Спитфайрами". "Ассортимент" применявшихся "кобр" был максимальный: от экс-английских Р-400 и "родных" P-39D и P-39F до P-39D-1 и D-2, предназначавшихся для поставок по ленд-лизу в СССР и "одолженных обратно" ВВС США. Хотя от улучшенных моделей P-39D-1 и D-2 Советский Союз, мягко говоря, не отказывался (из письма Сталина президенту Рузвельту от 7.10.42 г.: "...мы крайне нуждаемся в увеличении поставок самолётов- истребителей современного типа (например,’’Аэрокобра")), из 336 построенных P-39D-1 в СССР попала лишь одна, а из 158 P-39D-2 — менее половины.

Разведывательные полёты над Северной Африкой выполняла 154-я иэ 68-й разведывательной аг, оснащённая фоторазведывательно-штурмовыми P-39D-3 и D-4.

Всего на ранних моделях "Аэрокобр" на средиземноморском театре было выполнено 30 547 боевых самолёто-вылетов, сброшено 121 т бомб, уничтожено 14 самолётов противника в воздушных боях и 18 на земле. При этом было потеряно 107 своих самолётов. И пусть не шокирует читателя последняя цифра: наоборот, она делает честь конструкторам и лётчикам "Аэрокобр", так как указывает на самый низкий процент потерь по отношению к количеству боевых вылетов в сравнении с любым другим типом самолёта союзников!

В RAAF, королевских австралийских ВВС, "Аэрокобры" применялись лишь эпизодически. 27 июля 1942 г. Австралия получила 14 первых "Аэрокобр" моделей Р-400 и P-39D, которые были перекрашены в RAAF-овский камуфляж и включены в 23,24,82 и 83-ю эскадрильи для обороны побережья. В мае 1943 г. было получено ещё пять, а в июле — последние две машины. Как только угроза захвата Австралии японскими войсками миновала, все "Аэрокобры" (кроме двух, разбитых в авариях) были возвращены ВВС США, причём последние семь — в "нераспакованном" виде. К ноябрю 1943 г. "Аэрокобр" в RAAF не осталось.

Возвращаясь к "Аэрокобре", следует отметить, что англичане её несколько недооценили. Советские пилоты предпочитали "кобру", несмотря на многочисленные недостатки, любым другим полученным самолётам союзников, включая и "Спитфайр"VВ, на который Великобритания "расщедрилась" лишь в 1943 г.

Причины этого будут рассмотрены ниже, но одну из основных можно отметить сразу: "Аэрокобра" оказалась почти идеально соответствующей характеру боевых действий на советско-германском фронте. Здесь борьба шла не за абсолютное превосходство в воздухе, а за господство над определёнными районами активных боевых действий. Основу и "люфтваффе", и ВВС КА составляли пикировщики и штурмовики, т.е. самолёты непосредственной поддержки наземных войск, действовавшие на малой высоте над полем боя либо на средних высотах в оперативно-тактическом пространстве. Соответственно и истребителям приходилось либо противодействовать вражеским, либо сопровождать свои бомбардировщики на тех же высотах, и воздушные бои выше 5 тыс. метров происходили редко. А на этих рабочих потолках "Аэрокобра" как раз и имела наилучшие лётные характеристики. Если добавить к этому хорошую манёвренность, лёгкость пилотирования, мощность вооружения и прекрасный обзор, то успех её на советско-германском фронте становится скорее закономерным, чем неожиданным.

Итак, начиная с декабря 1941 г. Англия направила в СССР 212 истребителей модели Белл "Аэрокобра"I. Все самолёты были из английского заказа и имели RAF-овские серийные номера (см. глава 2), точно известные только для серии АН: АН570,571,575,577, 584, 586, 599, 604- 608, 610-613, 615-622, 624-628, 630-636, 638-647, 649-655, 658-660, 662-671, 673692, 694, 695, 697, 699, 700, 702-712, 714-731, 733, 734, 739 — всего 124 шт., из них 10 потеряны при перевозке морем (АН651, 662, 699, 705, 723, 728, 729, 731, 734, 739). Для серии АР известны лишь номера поступивших в Англию: АР264, 269-273, 275277, 279, 281-286, 288, 289, 292-294, 296, 298, 299, 301-303, 306-318, 320, 321, 323-325, 358, 384, а также то, что АР309 разбилась, 20 машин были направлены USAAF^{17}, остальные — в СССР. По другим источникам, в СССР было направлено только 11 машин серии АР. Из серии BW в Советский Союз отгружены в июне 1942 г. BW106, 109, 131 и 149. О наиболее многочисленной серии ВХ (ВХ135-434, 300 машин) информации нет.

Карта "северного" маршрута поставок. Заштриховано максимальное продвижение немецких и финских войск в 1941-42 гг.

Все самолёты были доставлены союзными конвоями северным маршрутом в течении 1942 г. Конвои формировались обычно в Рейкьявике либо Сейдис-фьордюре. Отсюда через северо-западную часть Атлантики следовали до советских портов Мурманск, Архангельск и Молотовск (ныне Северодвинск). Это был самый короткий маршрут (примерно 1500 миль до Мурманска), но и самый опасный: вспомним Валентина Пикуля и его "Реквием конвою PQ-17"... По английским данным, при перевозке морем потеряно 54 самолёта типа "Аэрокобра"1, однако это общее количество на протяжении всего маршрута от США до СССР, включая отрезок США — Англия. Потери конвоев PQ (Англия-Мурманск) можно приблизительно оценить так: если от числа отправленных из Англии машин (212) вычесть число полученных СССР (1 — в декабре 1941 г.,192 — в 42-м, согласно материалам Архива Главного штаба ВВС СА, 2 — в 43-м, по английским данным), и учесть, что первые P-39D-2, К и L поступили в СССР 12.11.42 г. и 4.12.42 г.^{18} в единичных экземплярах, то порядок потерь при морских перевозках составит 20-25 самолётов.

Выгруженные в портах ящики с "Аэрокобрами" далее следовали по нескольким маршрутам.

Прибывшие в Мурманск самолёты часто попадали непосредственно в Действующую армию и передавались либо авиачастям ВВС Северного флота, расположенным в близлежащем районе (2 гвардейский смешанный АП, 78 ИАП), либо по железной дороге перевозились до станции Африканда и там передавались 19 гвардейскому ИАП (ВВС Карельского фронта).

Основная же часть истребителей типа "Аэр<imageобра"I направлялась в г. Иваново, в 22 запасной авиаполк (ЗАП). Доставленные морем в Архангельск и Северодвинск ящики с самолётами на железнодорожных платформах следовали по прямой трассе через Вологду, а из мурманского порта — по Кировской дороге до Беломорска либо Волхова и далее также через вологодский узел.

22 ЗАП в 1942 г. стал учебным центром, в котором истребительные авиаполки (ИАП) переучивались на импортную авиационную технику. Здесь же производились сборка и облёт всех типов иностранных истребителей, которые затем отправлялись на фронт уже воздушным путём. География поставок была обширной — от Ленинградского до Воронежского фронтов.

Небольшая часть импортных самолётов собиралась и непосредственно под Архангельском. Для этого в глухой тайге в 25 км южнее города силами заключённых под надзором НКВД была построена деревянная ВПП и к ней протянута железнодорожная ветка. Собранные и облётанные здесь самолёты также затем перегонялись в Иваново, используя как промежуточный аэродром в г.Вологда. Точных данных о перегонке этим путём "Аэрокобр" нет.

К освоению "Аэрокобр" советское командование (в лице Управления ВВС) отнеслось много осторожнее, чем ранее поступивших иностранных машин. Что было тому причиной — скверная репутация самолёта, необычность конструкции или опыт "доводки" "Харрикейнов" и "Томагауков" к нашим условиям, сейчас определить трудно, но срок между поступлением первых "Аэрокобр" в СССР (конец декабря 1941 г.) и передачей их для освоения в авиачастях (начало мая 1942 г.) говорит сам за себя.

Первая партия из 20 машин (все серии АН, от 599 до 677) прибыла в 22 ЗАП в период между концом декабря 1941 и началом января 1942 гг. К их приёмке отнеслись весьма серьёзно: от НИИ ВВС в полк была направлена группа специалистов, из которых сформировали отдельную бригаду (приказ по 22 ЗАП N° 7 от 2.01.42 г.). По ряду причин первоначальный состав бригады изменился, и к 15 января, началу работ по приёмке и сборке, в неё входили: И.Г.Рабкин (ведущий инженер по самолёту), В.И.Усатов (вед.инженер по мотору), П.С.Иванов (инженер по винтомоторной установке), Б.Ф.Никишин (техник-испытатель). Лётные испытания поручались ведущему лётчику-испытателю капитану В.Е.Голофастову.

Кроме специалистов НИИ ВВС КА, в состав комиссии согласно приказу N° 7 входил "представитель отдела внешних заказов [Импортного управления ВВС КА] военинженер II ранга тов.Смeяров".

Авария "Аэрокобры"I АН669 (с мотором "Аллисон" Е-4 № 4080), пилотируемой инспектором -лётчиком 6-й ЗАБ капитаном Груздевым, 20.07.42 г. Причина — ошибка пилота (посадка с повышенной скоростью). Самолёт был списан и разобран на узлы, использовавшиеся в качестве наглядных пособий в учебных классах.

Собственно процедура приёмки проходила следующим образом. В присутствии представителя Импортного управления вскрывались ящики с частями самолёта, проверялись комплектность и сохранность. Особое внимание обращалось на новизну самолёта (т.е. не был ли он ранее в эксплуатации и ремонте).

"Око государево" было в данном случае отнюдь не лишнее, т.к. значительная часть поступивших ранее "Харрикейнов" и Р-40С длительное время воевали в RAF и имели значительный процент износа. Представители военной миссии СССР в Великобритании отмечали случаи, когда поступавшие из США новые машины зачислялись в английскую авиацию взамен ранее эксплуатировавшихся, которые проходили ремонт, разбирались, упаковывались в ящики и направлялись в СССР. Трудно осуждать англичан за это, т.к. первые самолёты мы получали не по линии ленд-лиза, а из числа закупленных для RAF. Подобные случаи с самолётами американского производства практически прекратились после начала поставок по ленд-лизу, а вот "бывшие в употреблении" английские самолёты мы получали до конца войны, хотя их процент и не был велик.

В случае обнаружения недостатков только представитель Импортного управления имел право составить рекламации. Поэтому отдельным приказом и было запрещено вскрывать ящики в его отсутствие.

Сборка первой партии началась с середины января. Точное место сборки и облёта первых "Аэрокобр" автору неизвестно, т.к. в литературе упоминается лишь "большой аэродром на окраине города". Исходя из базирования 22 ЗАП, это один из трёх аэродромов: Кинешма, Иваново-Южный или Иваново-Северный.

Процесс сборки был организован в лучших отечественных традициях: иностранные специалисты, естественно, отсутствовали; инструкции были, естественно, на английском языке; из специалистов НИИ ВВС английского, естественно, никто не знал; переводчица с английского, естественно, оказалась филологом и в слове "фонарь", к примеру, видела лишь источник света; самолёт данным специалистам был, естественно, абсолютно незнаком, и сроки, естественно, были минимальные.

Выручила толковость и находчивость людей и его величество случай. Руководитель бригады И.Г.Рабкин владел французским. В это время в 22 ЗАП находилась группа технических специалистов RAF, прибывшая для оказания помощи в освоении "Харрикейнов". Её руководитель, инженер в звании капитана, к счастью, также говорил по-французски. Кроме того, англичане были немного знакомы и с самолётом "Аэрокобра". Поэтому консультации выглядели так: И.Г.Рабкин задавал интересующие вопросы английскому инженеру по-французски, тот советовался с коллегами по-английски, отвечал опять по-французски, а наш руководитель доводил ответы до сведения подчинённых уже по-русски. Это позволило несколько ускорить работу по переводу инструкций.

Сборка самолётов велась прямо на поле аэродрома. Несмотря на суровую зиму, работа шла от темна и до темна, а затем ещё несколько часов члены бригады вели занятия в учебных классах для специалистов ЗАП либо переводили инструкции. Благодаря самоотверженному труду первый самолёт был собран и подготовлен в минимальный срок.

С первых дней эксплуатации проявился типичный для иностранных самолётов недостаток: неполный слив масла из маслосистемы, остатки которого быстро замерзали на морозе. Пришлось срочно дорабатывать маслосистему путём установки дополнительных сливных кранов, а также создавать специальный коллектор для подвода горячего воздуха одновременно к картеру, редуктору, радиатору и другим местам, требовавшим подогрева перед запуском мотора. Этот коллектор успешно выдержал испытания и был рекомендован для внедрения в практику эксплуатации самолёта.

Лётные испытания проводил В.Е.Голофастов. "Аэрокобра"I прошла их в апреле 1942 г. довольно успешно: развивала скорость у земли 493 км/час, максимальную — 585 км/час (на высоте 4200 м), 5000 м набирала за 6.5 мин. Лётно-технические данные находились на уровне серийных советских и вражеских истребителей. Положительно были оценены манёвренные свойства самолёта, взлётно-посадочные характеристики, мощность и работа системы вооружения. В результате испытаний был сделан следующий вывод: самолёт "Аэрокобра" прост по технике пилотирования и доступен для лётчиков средней квалификации; может быть успешно применён для ведения воздушного боя со всеми типами фашистских самолётов, а также для нанесения штурмовых ударов по наземным объектам. "Аэрокобра" получила "путёвку в жизнь" в советских ВВС.

По результатам работы бригады НИИ ВВС и лётных испытаний самолёта была написана книга "Краткое техническое описание и техническая эксплуатация самолёта "Аэрокобры", которую в срочном порядке напечатали и разослали в авиачасти, перевооружавшиеся на данный истребитель.

У прочитавшего внимательно вышесказанное об "Аэрокобре" может возникнуть естественный вопрос: почему та же самая модель самолёта для английских ВВС оказалась столь плохой, а для наших столь хорошей? Что послужило тому причиной?

А причин было несколько. Остановимся на главных: во-первых, мы получили уже "доработанные" машины, лишенные первоначальных недостатков. Во-вторых, "Аэрокобру" испытывали у нас для специфического, характерного лишь для советско-германского фронта, диапазона высот, который совпадал с областью наилучших ЛТД самолёта. В- третьих, машина действительно оказалась неплохой. И, в-четвёртых, за короткий испытательный период не удалось выявить основные недостатки конструкции, которые "вылезали" уже в процессе массовой эксплуатации. Плоский штопор, "стрельба" шатунами мотора и прочие "художества" были ещё впереди.

После завершения испытаний, примерно с апреля 1942 г., истребители "Аэрокобра"I стали поступать в строевые части.

Порядок перевооружения на новый самолёт был обычным: понесший потери на фронте истребительный авиаполк сдавал оставшиеся в строю самолёты соседним частям, а личный состав направлялся в 22 ЗАП. Здесь полк в течении 1—2 месяцев переучивался, пополнялся личным составом до штата, укомплектовывался полностью материальной частью и затем возвращался на фронт. Потери самолётов восполнялись поставками также из 22 ЗАП.

Несколько слов о самом 22 ЗАП. Полк был сформирован 15.10.41 г. на основе резерва ВВС Московского ВО и ВВС КА. Первым командиром был полковник И.И.Шумов. Всю войну полк базировался на трёх аэродромах: Кинешма, Иваново-Южный и Иваново-Северный, штаб находился вначале в г.К<imageешма, а с 7.04.42 г. передислоцировался в г.Иваново. Создавался полк специально в качестве учебного центра для переучивания на иностранные самолёты- истребители, а также центра их подготовки, ремонта и технического обслуживания. В данном качестве полк пребывал вплоть до расформирования 1.06.46 г. С 16.05.42 г. входил в состав 6-й запасной авиабригады (ЗАБ).

К моменту начала освоения "Аэрокобр" 22 ЗАП был уже мощной базой с отлаженным учебным процессом и развитой технической инфраструктурой. Прибывший личный состав вначале проходил теоретический курс в хорошо оборудованных учебных классах, после чего сдавал экзамены. Затем лётный состав переходил к полётам, а технический распределялся по сборочным бригадам, где совместно со специалистами ЗАП собирал самолёты для своего полка, либо занимался ремонтом повреждённых машин в авиамастерских. Всего в 22 ЗАП действовали 4 сборочных бригады, собиравших самолёты из ящиков, доставлявшихся по железной дороге, и 3 учебных авиаэскадрильи (одна готовила лётчиков на "Харрикейнах", одна — на "Киттихауках" и одна — на "Аэрокобрах"). После сдачи экзаменов по лётной подготовке доукомплектованный авиаполк получал самолёты, облётывал их и воздушным путём направлялся на фронт.

На начальном этапе для обучения лётного состава в 22 ЗАП использовались "Аэрокобры" АН610, 653 и 669, закреплённые за I учебной АЭ и составлявшие в ней лишь одно звено. Кроме них, в состав 1 АЭ входили один УТИ-4, один Як-7 и два звена других иностранных самолётов.

Поскольку АН669 была разбита в аварии уже 20.07.42 г., а АН610 и 653 — в ноябре 1942 г., в дальнейшем для обучения применялись АН624, 730, 733, 737 и АР264. Потерпевшие аварии самолёты были разобраны и использовались в учебных аудиториях в качестве наглядных пособий (по американской терминологии "списаны по 26-му классу").

Кроме 22 ЗАП, была предпринята попытка готовить лётчиков на "Аэрокобры" в 14 ЗАП, также входившим в 6 ЗАБ. С 1.08.42 г. личный состав полка начал переучивание на данный истребитель, для чего из 22 ЗАП ему были переданы АР264 и АН733. Однако уже через месяц было посчитано нецелесообразным формировать параллельный поток, и обе "кобры" были возвращены. А пять машин того же типа, полученные из текущих поставок, были собраны, облётаны и отправлены во фронтовые части.

22 ЗАП готовил авиаполки на истребитель "Аэрокобра"I примерно в течении года, с апреля 1942 по март 1943. За это время было обучено, доукомплектовано и отправлено на фронт два боевых авиаполка (153 и 185 ИАП), из них 153-й доукомплектовывался дважды, и ряд отдельных экипажей (56 — за 1942, 67 — за 1943 г.). Один полк, 30 гвардейский (гв. ИАП), был также обучен на "Аэрокобрах"I, но затем сдал их и отбыл на фронт 13.03.43 г. на "кобрах" более поздних моделей.

Кроме боевых полков, 22 ЗАП стал "прародителем" нового типа частей в советских ВВС — перегоночных истребительных авиаполков (ПИАП). Необходимость в них возникла в связи с созданием трассы Аляска-Сибирь, по которой планировалось доставлять американские самолёты непосредственно из США в Сибирь воздушным путём. Летом 1942 г. 1, 2, 3,4 и 5 ПИАП были сформированы в 22 ЗАП и обучены на самолёты "Аэрокобра"I и "Киттихаук" со средним налётом 228 часов (735 посадок) на полк. Согласно директиве ВВС КА №340549/сс^{19} от 12.08.42 г. они в период с 25.08. по 5.09.42 г. убыли на свои участки, каждый в составе 3 эскадрилий (32 пилота), естественно, без самолётов. Поскольку по трассе перегонялись только более поздние модификации (от Р-39К и далее), информация о ней будет изложена в следующих изданиях.

Гв. мл. л-т Мазурин Ф.М. вручает лётчику Пасько Н.Ф. газеты. 28 гв. ИАП, аэ Выползово, конец 1942 г. Гв. мл. л-т Пасько летал на "Аэрокобре’Ч ВХ254. Хорошо видны строевые огни и прицел N-3A.

Как указывалось выше, кроме выполнения учебных функций 22 ЗАП являлся и своеобразным депо. Здесь импортные истребители собирались, облётывались, ремонтировались, переоборудовались и отправлялись на фронт. В частности, именно здесь с "Аэрокобр" снималась часть радиооборудования, работавшая на частотах, не совпадавших с отечественными станциями, и радиолокационные автоответчики "свой-чужой". Согласно документам 6 ЗАБ, в 22 ЗАП только за 1942 г. было собрано и облётано 254 "Аэрокобры", из которых 237 отправлены на фронт или в другие части. Интересно, что это превышает (согласно данным архива Главного штаба ВВС^{20}) общее число полученных СССР за год истребителей данного типа, равное 192. По мнению автора, это объясняется ошибочным включением в их число самолётов, якобы убывших с 1-5 ПИАП (5x32). Разница, составляющая 94 самолёта, представляется более реальной цифрой, характеризующей число прошедших через 22 ЗАП "Аэрокобр"I в 1942 г.

Первым из боевых полков к обучению на истребителе "Аэрокобра"I приступил 153 ИАП, отведенный на переформирование с Ленинградского фронта и 25.03.42 г. прибывший в 22 ЗАП. Собственно переучивание проходило в течение 27 дней, со средним налётом 12 часов на пилота. К 10.06.42 г. полк закончил переучивание и 14.06.42 г. убыл на Воронежский фронт.

В западной литературе практически повсеместно (W.Green, P.Bowers, E.McDowell) бытует миф об использовании "Аэрокобр" в советских ВВС почти исключительно в качестве штурмовиков. Возник он от недостатка информации: наши как официальные, так и мемуарные источники, "отечески" опекавшиеся Главлитом и стоявшие на "единственно верных" идейных позициях, почти до 70-х годов старались не упоминать о всяких там "Киттихауках" и "кобрах" с "Харрикейнами", будто их и в природе не существовало. Чиновный раж доходил до смешного: первая книга о А.И.Покрышкине, "Один "МиГ" из тысячи", обрывалась на периоде, когда прославленный ас с советского истребителя ...пересел на американскую "Аэрокобру"! Очень образно выразился по этому поводу ещё в 1944 году Ларри Белл в беседе с советскими лётчиками-испытателями: "Я отправил вам три тысячи самолётов, как в озеро Онтарио бросил! Ничего не знаю: как они воюют, довольны ли ими ваши ребята?"

С выходом в конце 60-х "Неба войны" А.И.Покрышкина, одной из наиболее ярких книг о лётчиках на войне, переведенной на многие иностранные языки, ситуация с "Аэрокобрами" несколько прояснилась. Однако ("свято место пусто не бывает") теперь на "классовых позициях" утвердились западные авторы: из описания сотен воздушных боёв они выбрали лишь небольшой период, породив новый миф: "русские" успешно, мол, применяли "Аэрокобры" лишь против тихоходных транспортников и устаревших бомбардировщиков.

Это была присказка, сказка впереди...

Капитан О.М.Родионов (в центре) и его бывший инструктор ст. л-т П.Друзенков (слева). Справа комполка майор С.И.Миронов. 153 ИАП в период переучивания в 22 ЗАП, лето 1942 г.

153 ИАП

29.06.42 г. в полном составе,  (28 гв. ИАП) укомплектованный по штату 015/284 (2 эскадрильи, 20 самолётов и 23 лётчика) под командованием Героя Советского Союза (ГСС) майора Миронова С.И. прибыл на аэродром (аэ) Воронеж. Боевые действия начал без долгой раскачки, с 30.06.42 г. Затем полк перебазировался на аэ Липецк, с которого действовал до 25.09.42 г. Всего за 59 лётных дней на Воронежском фронте произведено 1070 боевых вылетов (б/в) с налётом 1162 ч., проведено 259 воздушных боёв (в/боёв), в т.ч. 45 групповых, сбито 64 самолёта противника, из них: бомбардировщиков — 18 (15 Ju-88, 1 Do-217, 1 Не-111 и 1 FW-198), истребителей — 45 (39 Ме- 109F, 1 Ме-110, 1 Ме-210, 4 МС-200), корректировщиков — 1. Потеряно за три месяца боёв: лётчиков — 3, самолётов — 8. Небоевые потери (аварии, катастрофы): лётчиков — 1, самолётов — 2. "Незначительные потери объясняются в первую очередь опытностью лётчиков и хорошими ЛТД самолёта "Аэрокобра". Комполка п/п Миронов, ГСС (ЦАМО, фонд 28 гв. ИАП, опись 143457, дело 1).

Процитированный документ даёт достаточное представление о том, с кем же действительно успешно сражались советские "кобры".

За отличную боевую работу на Воронежском фронте 153 ИАП был представлен к званию "гвардейский".

Из состава полка была выделена 7.08.42 г. группа пилотов (по спецзаданию командования ВВС КА) в составе 8 кадровых лётчиков во главе с майором Родионовым О.М. с 28 чел. техсостава. Эта группа действовала самостоятельно в составе ВВС Западного фронта с аэ Кубинка, Алферьево, Климово. С 8.08. по 11.0942 г. выполнила 167 самолёто-вылетов (с/в) с налётом 190 ч., из них 68 б/в, сбила 13 самолётов противника (9 Ju-88, 4 Me-109F), подбила 17 самолётов. Свои потери: ранено 2 лётчика и потеряно 2 самолёта. Небоевые потери: 1 лётчик и 1 самолёт.

Итого за 1237 б/в полк уничтожил 77 самолётов врага, в т.ч. один — тараном: лётчик капитан А.ФАвдеев вышел в лобовую атаку на "мессершмитт", и никто не захотел отвернуть... Это был первый таран на "Аэрокобре".

1.10.42 г. полк прибыл в Иваново, в 22 ЗАП, для переформирования по штату 015/174 на 3-э<imageадрильный состав. Командиром полка стал майор О.М.Родионов.

В связи с обстановкой на фронте полк, не закончив переучивания, 27.10.42 г. с 32 самолётами типа "Аэрокобра"I был брошен в бой. Одна эскадрилья действовала с аэ Люберцы, две — с аэ Выползово (Сев.-Зап. фронт).

С 31.10 по 28.11.42 г. за 9 лётных дней выполнено 94 с/в (91 ч. налёта), из них 29 б/в, проведено 6 групповых в/боёв, сбито 1 Ju-87 и 4 Me-109F. Потеряно 2 "Аэрокобры".

22.11.42 г. 153 ИАП был преобразован в 28 гвардейский, с ноября 1943 г. — 28 гв. Ленинградский ИАП.

До 1 августа 1943 г. полк воевал исключительно на самолётах "Аэрокобра"I. Серийные номера (не полностью): АН626, 690, ВХ182, 184, 206, 228, 234, 235, 240, 254, 258, ВХ/АР? 264, 266, 268, 271, 272, 279, 282, 285, 305, 318, 324, 338, 379, 381, 384.

На 1.08.43 г. в полку ещё оставалось 11 самолётов "Аэрокобра"I.

С 1.12.42 по 1.08.43 г. полк выполнил 1176 б/в (1283 ч.), провёл 66 гр. в/боёв, в которых уничтожил 63 самолёта противника (23 Me-109F, 23 FW-190, 7 FW-189, 6 Ju-88, 4 Hs-126) и 4 аэростата, подбил 7 истребителей и 1 бомбардировщик. Потеряно: самолётов — 14 в в/боях, 4 разбомблено на аэродроме, 5 разбито в авариях; лётчиков погибло и пропало без вести — 10 чел. С 1.08.43 г. полк был перевооружен на P-39N и Q.

"Аэрокобра" I АН619 с мотором "Аллисон" Е-4 200441, пилот гв. мл.л-т Габринец В.В. Был сбит на ней 19.07.42 г., приземлился на парашюте. 19 гв. ИАП, лето 1942 г., аэ Шонгуй. Камуфляж — схема RAF, с "размытыми" переходами цветов и многочисленными подкрасками. Окантовка звёзд и номер "34" — белые, из-под цифр видны остатки предыдущего начертания номера жёлтой краской. Звёзды на нижней плоскости — в белой окантовке, на голубых кругах

185 Кр. ИАП 185

Краснознамённый ИАП прибыл в 22 ЗАП 7.04.42 г. с Ленинградского фронта, имея 11 чел. лётного состава. В процессе переучивания был пополнен из резерва 22 ЗАП 9 лётчиками. Первым закончил 9.06.42 г. курс обучения на самолёте "Аэрокобра"I, продолжавшийся 26 дней, и 30.06.42 г. отбыл на фронт. Командир полка подполковник Васин. Полк был также укомплектован по штату 015/284 (2 эскадрильи, 20 лётчиков, 20 самолётов). Серийные номера АН605, 608, 627, 632, 633, 643, 650, 652, 654, 671, 673, 675-678, 681,702, 710, 717, 720.

Подробными данными о боевой работе полка автор не располагает.

30 гв. ИАП 30 гв. ИАП (позднее 30 гв. Баранови- (180 ИАП) ческий Краснознамённый ИАП) прибыл в 22 ЗАП 20.07.42 г., практически за месяц потеряв в боях большую часть своих "Харрикейнов" (отбыл на фронт из 22 ЗАП 12.06.42 г., имея 20 "Харрикейнов"). С 3.08.42 г. приступил к переучиванию на самолёт "Аэрокобра"I. 13.03.43 г. убыл на Центральный фронт, аэ Чернава, сформированный по штату 015/174 (3 АЭ, 32 пилота). Общий налёт за период обучения с 5.02 по 12.03.43 г. 510 ч. (1649 посадок). В 22 ЗАП сдал "Аэрокобры" АН584, 599, 634, ВХ/АР? 265, 275, 282, 316, 321, 352, 355, 359, 370.

Материалы о боевой работе полка за 1943 г. не сохранились.

19 гв. ИАП

Этот полк первым в советских ВВС (145 ИАП) начал боевые действия на "Аэрокобре"!. В отличие от 153 и 185 ИАП, обучавшихся в тыловом учебном центре, 145 ИАП осваивал импортный истребитель непосредственно в своей оперативной зоне (менее 100 км от линии фронта), без каких-либо инструкций, руководств на русском языке либо помощи инструкторов.

145 ИАП

был сформирован 17.01.40 г. в местечке Кайрело (бывш. территория Финляндии). Участвовал в финской кампании, сбил 5 самолётов противника и потерял 5 своих. Войну начал на И-16. Затем летал на ЛаГГ-3, МиГ-3 и "Харрикейнах". 4 апреля 1942 г. за успешную боевую работу 145 ИАП был преобразован в 19 гв. ИАП. В конце того же месяца получил задание освоить истребители "Аэрокобра"I и "Киттихаук" Р-40Е. Для этой цели был перебазирован на аэ Африканда. Здесь получил доставленные по Кировской железной дороге ящики с самолётами. В течение мая месяца инженерно-технический состав под руководством майора П.П.Гольцева, старшего инженера полка, собрал 16 самолётов "Аэрокобра" и 10 — "Киттихаук".

Техническая документация имелась лишь на английском языке. Сборка и изучение импортных истребителей проходили одновременно. Работы производились чаще всего под открытым небом, в условиях полярной ночи, при сильных морозах. Тем не менее, уже 26 апреля комэск капитан П.С.Кутахов (будущий дважды ГСС и маршал авиации) произвёл на "Аэрокобре" три тренировочных полёта по кругу.

Пилот 19 гв. ИАП гв. мл. л-т. В.В.Габринец наблюдает за укладкой боеприпасов. Вооруженцы заполняют патронный ящик левого 12.7-мм пулемёта. Весна 1942 г. Камуфляж — схема RAF, с плавными переходами цветов. Звезда в белой окантовке на светло-зелёном пятне почти эллиптической формы (неровно закрашенный английский круг). Тех. надписи на белых плашках, слева-направо сверху-вниз: "PROP.GOV | & GUN SYN", "HOIST", "VERT.ONLY" и "EXTERNAL POWER SUPPLY"

Аварии и отказы были "бичем" первых "Аэрокобр".УАН726 с "Аллисоном" V-1710-35 (Е-4) 206358 19,07.42 г. лопнула шина шасси на взлёте. Лётчик ГСС гв. кап. И.В.Бочков остался невредим, но самолёт ремонту не подлежал. Камуфляж — схема RAF. Заметно отсутствие звёзды на верхней плоскости, согласно советскому стандарту. Хорошо видны носовой отсек и барабан пушки.

К 15 мая весь личный состав (22 лётчика) овладел техникой пилотирования новых истребителей. Одновременно было проведено переформирование полка по штату 015/174 на трёхэскадрильный состав. Полк вошёл в строй без единой аварии либо поломки.

15 мая 19 гв. ИАП перебазировался на аэ Шонгуй и начал боевые действия, имея на вооружении 16 "Аэрокобр" (в т.ч. АН618, 619, 660, 664, 679, 692, 697, 703, 707, 708, 709, 713, 724) и 10 Р-40Е.

Первый на советско-германском фронте воздушный бой "Аэрокобр" с самолётами Люфтваффе произошёл в этот же день, причём с достаточно редкими немецкими истребителями Хейнкель Не- 113^{21}. На следующий день полк понёс и первые потери: в воздушном бою с 2 Не-113 и 6 Ме-109 одна "Аэрокобра"(АН660 с мотором Аллисон Е-4 №А-206301) была подбита.

При вынужденной посадке на лес самолёт был разбит, лётчик ст. л-т И.Д.Гайдаенко остался невредим. Этот самолёт можно считать первой "Аэрокоброй", потерянной в бою на советскогерманском фронте.

В дальнейшем, по мере освоения "кобр", эффективность их боевого применения возрастала. Так, уже 15 июня 6 "Аэрокобр" перехватили в р-не аэ Мурмаши 6 бомбардировщиков в сопровождении 16 истребителей Ме-110, летевших бомбить Мурманск. В результате воздушного боя 9 немецких самолётов было сбито без потерь с нашей стороны.

Авария "Аэрокобры"I АН692 с мотором "Аллисон" Е-4 А206327, аэ Шонгуй, 22.05.42 г. Пилот — замкомэска 19 гв. ИАП кап. И.В.Бочков. Причина — отказ мотора на взлёте. Камуфляж — схема RAF с "размытыми" переходами цветов. 12 патрубков, звёзды в чёрной окантовке

Лётчики 17 ИАП комэск капитан А.И.Новиков, ГСС (внизу) и комзвена ст. л-т. МА.Волосюк (вверху) в период освоения "Аэрокобр"I (ноябрь 1942 г.). Хорошо видны прицел ST-1A и синие строевые огни

Гв. капитан В.С. Дорошин, комэск 7Я ИАП ВВС Северного флота, у своей "Аэрокобры"I. Подбит в воздушном бою 23.06.43 г., сел на воду, погиб. Сбил 8 самолётов противника

Гв. капитан ГСС П.И.Орлов, замкомэска 2 гв. смеш. АП им. Б.Ф.Сафонова ВВС СФ. В 24 в/боях (276 б/в) сбил 11 самолётов. Погиб 15.03.43 г.

Лётчиком 19 гв.ИАП был совершён и первый воздушный таран на "Аэрокобре" на севере: 9 сентября 1942 г., во время отражения налёта немецких бомбардировщиков на Мурманск, лейтенант Е.А.Кривошеев (96 б/в, 5 сбитых лично, 15 в группе) подбил "мессершмитт", а когда закончились боеприпасы — таранил второй Ме-109, зашедший в хвост одному из наших истребителей. "Аэрокобра" (ВХ/АР? 320, хвостовой номер "16", Аллисон № 206448) была разбита, лётчик погиб. Посмертно ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Динамика поступления и потерь самолётов "Аэракобра"I в 19 гв. ИАП следующая: май 1942 г. — получено 16, потеряно 2; июнь — 3 и 5 соответственно; июль — 5 и 3, далее поступлений нет, потери: август — 1, сентябрь — 2, октябрь — нет, декабрь — 1. Всего до конца 1942 г. потеряно 14 самолётов "Аэрокобра"I (10 сбито в боях, 1 не вернулся с б/з, 1 — катастрофа, 2 — аварии), номера соответственно АН660, 679, 707, 703, 713, 618, 724, 619, 709, 726, 697, ВХ/АР? 320, 298, АН636,. Один самолёт (АН692) передан в ремонт.

НА 1.01.43 г. 19 гв.ИАП имел в строю 11 самолётов типа "Аэракобра"I : АН658, 664, 682, 708, 720, 723, ВХ231, 237, 257, ВХ/АР? 336, 342.

О потерях, нанесённых противнику "Аэрокобрами", по донесениям полка судить трудно т.к. до ноября "кобры" и "Киттихауки" действовали совместно. О том, что они были достаточно велики, можно судить хотя бы по личным счетам лётчиков, летавших с мая 1942 г. исключительно на "кобрах": капитан И.В.Бочков, ГСС, нач.ВСС полка — 45 в/боёв, 7 сбитых лично, 32 в группе (погиб 4.04.43 г. в воздушном бою в 4 км юго-западнее Мурманска, "Аэракобра"I BX/BW? 168 с Аллисоном N 14041); замкомэска ст.л-т И.Д.Гайдаенко — 29 (лично и в группе к августу 1942 г.), комэск майор П.С.Кутахов, ГСС — 40 в/боёв, 7 лично и 24 в группе (к 1.05.43 г.).

В 1943 г. 19 гв. ИАП также продолжал боевую работу на "Аэрокобрах" I. Однако уже в феврале был пополнен 17 машинами более поздних моделей, а в октябре лётный состав перегнал из Красноярска ещё 25 "кобр" моделей P-39N и Q и полностью перешёл на эти типы, хотя последние экземпляры "Аэрокобры"I (АН658,723) летали в полку до начала 1944 г.

Самолёты "Аэрокобра"I, P-39D-1 и D-2.

Эксплуатационные лючки: 1 - к горловине расширительного бачка, 2 - к винту регулировки педалей, 3 - к кислородному баллону, 4 - к удлинительной трубе пулемёта, 5 - к щёткам электромотора винта, 6 - для выемки гильз пушки и звеньев пулемёта, 7 - для выемки гильз пулемёта, 8 - для доступа к фильтру Куно, 9 - кальвейеру, 10 - к розетке аэродромного питания (только "Аэрокобра"I), 11 - к связной радиостанции, 12 - к управлению бензокраном, 13 - к храповику стартёра, 14 - к регулятору вольтажа, 15 - к управлению винтом и синхронизатору пулемёта, 16 - к роликам тросов педалей управления, 17 - к роликам тросов управления рулями, 18 - к тяге управления триммером, 19 - АНО (белый), 20 - вентилляционный патрубок кабины, 21 - уширенные выхлопные патрубки реактивного типа (только P-39D-1), 22 - сквозные такелажные трубы (прикрыты крышками), 23 - мушка прицела, 24 - строевые огни (только "Аэрокобра"I), 25 - бронезащита редуктора, 26 - удлинительная труба пулемёта, 27 - осевой кислородный баллон, 28 - 20-мм пушка, 29 - правый кислородный баллон, 30 - барабан пушки, 31 - патронный ящик пулемёта, 32- 12.7-мм пулемёты, 33 - прицел ST-1A, 34 - планшет для карт, 35 - бронестекло в окантовке, 36 - мотор "Аллисон" V-1710-E-4, 37 - всасывающий патрубок, 38 - расширительный бачок, 39 - маслобак, 40 - радиостанция, 41 - водорадиатор, 42 - штурвал триммера руля направления, 43 - штурвал триммера руля высоты, 44 - ручная бензопомпа, 45 - удлинительный вал, 46 - сектор газа, 47 - лебёдка аварийного выпуска шасси, 48 - управление заслонкой водорадиатора, 49 - управление заслонками маслорадиаторов, эксплуатационные лючки: 50 - к стыковым болтам, 51 - для осмотра отсеков бензобаков, 52 - для зарядки амортизатора и смазки червячной передачи, 53 - заливная горловина бензобака, 54 - для доступа к пулемётам, 55 - к рукавам питания пулемётов, 56 - к крепёжным болтам законцовки

Авиационная пушка М-1 (Hispano М-1).

Лицензия французской пушки Испано- Сюиза 404. Английская лицензия называлась British Hispano 404. Принцип работы автоматики — отдача ствола (короткий ход). Год принятия на вооружение — 1940. Длина 2520 мм; калибр — 20 мм; начальная скорость снаряда — 876.8 м/сек; кол-во нарезов —9; темп стрельбы — 650 выстр./мин.; вес снаряда — 128 г; вес пушки — 49.5 кг; система питания — барабан на 60 патронов

Прицел ST-1A для стрельбы по воздушным и наземным целям и бомбометания с горизонтального полёта

Крупнокалиберный авиационный пулемёт Кольт-Браунинг (Colt-Browning) М-2 (MG.53-2). Длина — 1362 мм (без затыльника); калибр — 12.7 мм (0.5 дюйма); начальная скорость пули — 786 м/сек; скорострельность — 550 - 650 выстр./мин.; вес пулемёта — 29.2 кг; вес пули — 48 г; кол-во нарезов — 8; питание — металлическая звеньевая лента. Внизу — ствол аналогичного по конструкции английского варианта

Пулемёт Кольт-Браунинг MG.40. Год принятия на вооружение - 1938. Длина — 1050мм; калибр — 7.62 мм; начальная скорость пули — 825 м/сек; скорострельность — 1000 - 1200 выстр./мин.; вес пулемёта — 9.75 кг; вес пули — 10 г; кол-во нарезов — 4; питание — металлическая звеньевая лента. Вверху— ствол английского варианта Browning Mk.2 калибром 7.69 мм (с пламегасителем) производства фирмы Birmingham Small Arms

Патронные ящики 12.7-мм пулемётов самолётов Р-39С, P-39D и "Аэракобра"I (Р-400) (по 270 шт. каждый)

Патронный ящик 7.62 (7.69) мм пулемётов ёмкостью 1000 шт.

Лётчик гв. л-т. Подлубный В.Б. (28 гв. ИАП) в типичной позе "сталинского сокола". Сев.-Зап. фр., аэ Выползово, зима 1942-43 гг. Сравнительно редкий случай "зимнего" камуфляжа на "Аэрокобре’I — верхние поверхности и кок окрашены в белый цвет, низ от линии раздела остался Medium Sea Grey

Ещё два флотских аса, комэски 2 гв. смеш. АП ВВС СФ гв. майоры А.А.Коваленко, ГСС (верхнее фото) и А.Н.Кухаренко (нижнее) 19.03.42 г. были удостоены высшей английской авиационной награды — "Distinguished Flying Cross", имея соответственно 8 и 7 сбитых. Освоив "Аэрокобры"I летом 1942 г., уничтожили ещё ряд самолётов противника. Съёмка — ноябрь 1942 г.

До 31.12.43 г. 19 гв. ИАП произвёл 7451 б/в с налётом 5410 ч. 19 мин., сбил Ме-109Е — 56, Me-109F - 43, Me-109G - 15, Не-113 - 1, Ме-110 - 30, Ju-88 - 7, Ju-87 - 9, Не-111 - 1, Do-215 - 2, Hs-126 - 5, Fi-156 — 1, FW-189 — 1. За это время имел потери: лётчиков — 46 (из них в в/боях — 35), самолётов — 86 (из них в в/боях сбито 59, из них "Аэрокобр" — 20). Небоевые потери — 3 катастрофы (из них "Аэрокобра" - 1). Получено самолётов — 128 ('Аэрокобр" — 56). Кроме обычного одновременного перевооружения авиачастей (полностью либо частично) на новый тип самолёта существовала также практика передачи непосредственно в действующие на фронте полки небольшого числа новых самолётов "для освоения".

Таким образом, например, получил 4 самолёта "Аэрокобра"! в июле 1942 г. 17 ИАП. На них летали наиболее опытные лётчики полка комэск капитан А.И.Новиков, ГСС (до 23.08.42 г. — 242 б/в, 11 сбитых лично), стл-т И.В. Кердев, сержант Коломиец. До конца 1942 г. полк воевал на ЛаГГ-3 и Як-1, в перерывах между боями переучиваясь на "Аэрокобру" и Ла-5. 3.01.43 г. полк сдал в исправном состоянии все 4 "Аэрокобры" другой части и отправился на переучивание в 22 ЗАЛ, где последовательно готовился к перевооружению на "Аэрокобру", Me-109G-2 (!) и затем снова на "Аэрокобру", но уже моделей P-39N и О- В 22 ЗАП за ним числилась АН702.

Приказом N° 111 от 6.09.42 г. по 22 ЗАП на Северо-Западный фронт направлялись АН645, 670, 715 и АР/ВХ? 301. Дальнейшая их судьба неизвестна.

"Аэрокобра" АН610 была передана в 22 ЗАП 295-м И АП.

Кроме ВВС КА, "Аэрокобры"I активно применялись в авиации ВМФ, правда, исключительно в ВВС Северного флота^{22}. Здесь в двух истребительных авиаполках (2 гв.смешанный АП и 78 ИАП) 6-й истребительной авиабригады был самый широкий "асортимент" авиатехники: от отечественных И-16 до импортных "Харрикейнов" и "Киттихауков". Причина была простая: эти полки осуществляли воздушное прикрытие союзных конвоев и порта их назначения Мурманск, поэтому выгруженные здесь самолёты и попадали в них в первую очередь (как видим, у принципа "что охраняешь, то имеешь" глубокие корни). А если говорить серьёзно, то это была очень опасная служба: сбитый над северными морями лётчик погибал почти наверняка... Война не пощадила даже даже такого аса, как дважды Герой Советского Союза Б.Ф.Сафонов, упавшего в море поблизости от конвоя PQ-16.

Именно его боевые товарищи по 2 гв. смешанному АП, которому приказом наркома ВМФ было присвоено имя командира Б.Ф.Сафонова, первыми получили летом 1942 г."Аэрокобры"1: комэски капитаны А.А. Коваленко, А.Н.Кухаренко, лётчики лейтенанты Н.А.Бокий, З.А.Сорокин, П.Д.Климов. Достаточной характеристикой их боевых успехов на "кобрах" может служить лишь один факт: до середины 1943 г. все они (кроме ЗА.Сорокина — ГСС с 19.08.44 г.) получили звания Героя Советского Союза, которое присваивалось не менее чем за 10 лично сбитых самолётов противника.^23.

Лишь немногим позднее получил "Аэрокобры" и 78 ИАП (вначале только одна эскадрилья, в т.ч. капитаны В.С.Доронин, П.И.Орлов (ГСС с 15.03.43 г.), позднее и эскадрилья капитана П.Г.Сгибнева (ГСС с 23.10.42 г.). Оба полка воевали сразу на трёх типах самолётов: "Аэрокобрах", "Киттихауках" и "Харрикейнах".

Графики скоростей по результатам испытаний в НИИ ВВС показывают явное преимущество "Аэрокобры"I (из книги: М.С.Дмитриев, "Им портные истребители", НИИ ВВС КА, 1943 г.). Правда, как выяснилось позднее, данные Me-109F-1 оказались заниженными из-за незамеченного дефекта нагнетателя мотора

Заканчивая рассказ о "Аэрокобрах"I в советской авиации, можно сделать следующие выводы. Несмотря на ряд конструктивных недостатков этой первой модели самолёта (малая прочность шасси, отказы двигателя, недостаточная скороподъёмность, тенденция к плоскому штопору), он оказался грозным оружием в руках умелых воздушных бойцов. Как сказано в отчёте командира 153 ИАП о боевой работе на Воронежском и Западном фронтах в июле-августе 1942 г./'...самолёт "Аэрокобра" считается [немцами] наиболее опасным противником и в бой с ними вступают только при численном превосходстве и преимуществе в высоте и внезапности". Поэтому решение командования ВВС о предварительном серьёзном изучении самолёта, испытаниях его, и затем передаче частям, имевшим боевой опыт, оказалось совершенно верным. "Битые","обстрелянные" пилоты в минимальный срок нашли правильную тактику применения самолёта, когда недостаточная вертикальная манёвренность компенсируется хорошей слётанностью группы, эшелонированной по высоте (пара над парой с превышением 100-200 м). Взаимная огневая поддержка пар и обеспечивала минимальные потери и максимальный урон противнику. Наиболее ярко это проявилось в 19 гв.ИАП, где "групповых" сбитых почти втрое больше, чем личных. К этой же "групповой" тактике год спустя независимо и в более завершенном виде пришёл А.И.Покрышкин, создатель знаменитой "кубанской этажерки". А вывод о том, с кем сражались "Аэрокобры" — с "тихоходными транспортниками и устаревшими бомбардировщиками", или с "мессершмиттами" и "фокке-вульфами" последних моделей, можно сделать из приведенной выше статистики.

"Аэрокобры"I активно применялись в советских ВВС примерно в течении года, с июня 1942 по начало лета 1943 года, затем потери их компенсировались поставками уже более поздних моделей. Последние две "Аэрокобры"I поступили в СССР в январе 1943 г. К концу лета 1943 г. они почти исчезли из строевых частей, хотя последние экземпляры воевали до конца года.

И в заключение несколько слов об "одиссее" последней воевавшей "англичанки". Белл "Аэрокобра"I АН586 поступила в RAF одной из первых и "дебютировала" в упоминавшемся выше 601-м дивизионе. Прослужив почти год в королевских ВВС, была разобрана, снова забита в ящик и отправлена 9.09.42 г. в ВВС рабочекрестьянские. Здесь снова была собрана в 22 ЗАП. Осенью 1943 г. была причислена к 69 гв.ИАП, переучивавшемуся здесь на "кобры", и на момент выступления полка на фронт, 1.10.43 г., входила в его боевой состав то ли в качестве учебного, то ли музейного экземпляра т.к. все остальные Р-39 были значительно более поздних моделей K,L,M и N.

Кроме боевого использования, "Аэрокобры"I долгое время служили также "подопытными кроликами" в НИИ ВВС КА. Две "кобры" из самой первой партии, АН628 и АН644, поступили в иститут в мае 1942 г. сразу после завершения госиспытаний. "Прохлаждаться" им не довелось: с началом массовой эксплуатации как из рога изобилия посыпались сообщения о проявившихся скрытых дефектах. Чаще всего отказывал мотор, причём на взлёте либо в бою. Например, 19 гв.ИАП — 1 катастрофа и 4 аварии за первых две недели, 153 ИАП — 1 катастрофа и 1 авария. Вначале во всём винили "Аллисон" — в общем неплохой, лёгкий и мощный мотор, "не желавший", однако, работать на отечественных сортах масла. "Привередничал", впрочем, он лишь поначалу, и не без причины: после фильтрации, удалявшей окалину и прочий мусор, "перебирать харчами" "Аллисон" перестал. Большего объёма исследований потребовал другой дефект, так называемая "стрельба шатунами", когда из-за частых выходов на предельные режимы (без чего, естественно, немыслим воздушный бой) вышеуказанные детали обрывались, пробивая картер и круша всё на своём пути, в частности, тяги управления. Ряд лётных и лабораторных испытаний, позволивший рекомендовать строевым лётчикам наивыгоднейшие режимы работы мотора, дал возможность снизить уровень и этого вида аварий.

Как образно выразился упоминавшийся выше И.Г.Рабкин, "Аэрокобра" никогда не оставалась в институте беспризорной". В течении целого года ею занимались высококвалифицированные специалисты НИИ ВВС: лётчики В.Е.Голофастов, В.А.Груздев, ЮААнтипов, А.Г.Кочетков, инженеры П.С.Оноприенко, В.И.Усатов, П.С.Иванов, ВЯ.Климов.

За дефектами мотора последовала самая тяжёлая "болезнь""кобры": тенденция к вхождению в плоский штопор. Правильный "диагноз" этой "болезни" удалось поставить не сразу: потребовалось несколько месяцев испытаний, во время которых погиб один из лучших лётчиков НИИ майор КА.Груздев. Опытный испытатель, с фронтовым "стажем’’(бывший командир 402 и 416 ИАП, 17 сбитых!), 2 февраля 1943 г. вылетел на АН628. Около часа он "штопорил" в небе над г.Кольцовым, под Свердловском, куда был эвакуирован институт, после чего самолёт вошёл в пике и врезался в землю.

"Победили" штопор уже на более поздних моделях "Аэрокобры". А вторую институтскую "змею", АН644, в мае 1943 г. отправили обратно в 22 ЗАП.

Не будет преувеличением сказать, что именно наши лётчики и инженеры, фронтовики и исследователи, сделали всё, чтобы превратить "Аэрокобру" в полноценный боевой самолёт, а фирму Белл спасли от неминуемого краха, но об этом — в следующих выпусках.

Самолёты модели "Аэрокобра" P-39D-2 (Белл "Модель 14А") поступали в СССР исключительно по "южному" маршруту, через Иран. Морские суда перевозили ящики с самолётами из Исландии либо непосредственно из портов восточного побережья США двумя маршрутами: через Гибралтар, Суэцкий канал, Красное море, Аравийское море, Персидский залив до порта Абадан (расстояние Исландия — Абадан — около 12500, Нью-Йорк — Абадан — 15 600 морских миль), либо вокруг мыса Доброй Надежды (соответственно 22 000 и 23 500 м.м.). Столь длинные трассы союзники вынуждены были использовать в конце 1942 г. после сокрушительного разгрома конвоя PQ-17 и общего возрастания потерь в арктических конвоях до 11-12% транспортных судов. Новые маршруты проходили либо в районах абсолютного превосходства союзников на море и в воздухе, либо вообще в стороне от театров военных действий. Плюсом данной трассы была безопасность (уменьшение потерь на порядок даже при значительно меньшем количестве кораблей охранения), серьёзным минусом — срок доставки грузов лишь на "морском" этапе возрастал до 35 — 60 суток.

Определённые трудности существовали и на "сухопутном" этапе, проходившем через территории Ирака и Ирана. Прогерманская ориентация правительств этих стран, горный ландшафт и отсутствие транспортной инфраструктуры создавали значительные препятствия для усторойства "сквозного" пути через Иран от Персидского залива до советского Азербайджана. Требовалось серьёзное военное, политическое и инженерное обеспечение маршрута, что и было сделано в 1941-42 гг. В мае 1941 г. английскими войсками был подавлен прогерманский мятеж в Ираке, поддержанный с воздуха немецкой и итальянской авиацией. В сентябре английские и советские войска оккупировали Персию (Иран). К власти пришли дружественные Англии и СССР правительства. Однозначные акты агрессии по нынешним понятиям, эти военно-политические акции оказались в 1941 г. полезными превентивными мерами, позволившими уберечь страны Азии от сотрудничества с фашистами. А английские инженерные войска под руководством генерала Коннолли расширили порты, построили шоссе, реконструировали железную дорогу и аэродромную сеть.

Для авиации "южная" трасса начала действовать с июня 1942 г. Первыми по ней пошли "Бостоны" и "Харрикейны", а с ноября — также "Аэрокобры", "Спитфайры" и "Киттихауки". Истребители в ящиках выгружались в порту Абадан. Сборка и облёт осуществлялись обычно непосредственно в Абадане (Иран), либо в расположенной примерно в 60 км на запад авиабазе RAF в Басре (Ирак).

Советскими ВВС был проведён ряд подготовительных мероприятий по освоению "южной" трассы. Летом 1942 г. были созданы "сборочная" авиабаза в Абадане (примерно 300 советских инженеров и рабочих под руководством А.И.Евтихова), "промежуточная" авиабаза в Тегеране, на которой осуществлялась приёмка самолётов военпредами Импортного управления ВВС КА (начальник полковник В.В.Фокин), сформированы перегоночные авиаполки и специальные учебные центры для переучивания на импортную авиационную технику.

Для "Аэрокобр" трасса функционировала следующим образом. Доставленные морем самолёты выгружались в Абадане, там же собирались советскими специалистами и облётывались советскими лётчиками. Затем перегонялись воздушным путём в Тегеран, аэ Квали-Марги, на котором осуществлялась их приёмка военпредами Импортного управления. Далее самолёты перегонялись в учебный центр в гАджи-Кабул (Азербайджан) либо на перегоночные аэродромы в р-не г.Кировабад. Из-за паталогического недоверия Сталина к иностранцам английские и американские специалисты привлекались к доставке самолётов в минимальном объёме: в качестве консультантов при сборке и облёте (Абадан) и специалистов-сдатчиков (Тегеран). После взлёта с аэродрома в Тегеране в северо-западном направлении самолёты навсегда исчезали с глаз союзников, лишь изредка отзываясь скупыми рекламациями на возникшие при транспортировке дефекты, в основном коррозию оружия.

Доставку истребителей, в т.ч. P-39D-2, осуществлял специально предназначенный для этого 6-й перегоночный истребительный авиаполк (ПИАП) под командованием майора Мищенко. Полк был сформирован 10.02.43 г. по штату 015/174 (3 эскадрильи, в каждой по 3 звена по 3 экипажа плюс звено управления полка, всего 31 экипаж) и вошёл в состав ВВС Закавказского фронта. Каждая эскадрилья специализировалась по определённому типу самолёта (I — "Аэрокобра", II — "Киттихаук", III -- прочие), что, однако, представляется весьма условным. Штаб размещался вначале в г.Кировабад, куда первоначально перегонялись самолёты. После утверждения в июне 1943 г. конечным пунктом перегонки гАджи- Кабул штаб передислоцировался на расположенную рядом ж/д станцию Кази-Магомед.

Всего в 1943 г. полк перегнал 2386 истребителей. Учитывая сложность маршрута (расстояние 1450 км с одной промежуточной посадкой в Тегеране, полёт проходил на высотах от 3 до 5 тыс. м в сложных условиях, через два горных перевала) потери за год были минимальны — всего один лётчик. Случаев потери ориентировки не было вовсе.

В Аджи-Кабуле доставленные истребители сдавались 25 запасному авиаполку, который был "южным" учебным центром, подобным 22 ЗАП.

25 ЗАП был сформирован 30.10.41 г. и до 25.07.43 г. базировался в г.Аджи-Кабул, Азербайджан. Входил в состав ВВС Закавказского ВО. В 1942 г. готовил лётчиков на МиГ-3 и ЛаГГ-3, с ноября 1942 — также на "Киттихауки", а с 31.01.43 г. — исключительно на иностранные истребители. За 1943 г. обучено 9 маршевых авиаполков (из них 4 — 45, 298, 16 гв. и 494 НАЛ на "Аэрокобрах") и 185 отдельных экипажей, подготовлено и отправлено на фронт 339 истребителей Р-39 моделей D-2,K,L,M и N. В частности, в период с 28.11.42 по 4.05.43 г. в 25 ЗАП поступило 57 "Аэрокобр" P-39D-2 (с/н 41-38414, 416-438, 440, 444-463, 520; 528, 532, 540, 541, 544-547, 550, 555, 556) и одна P-39D-1 (41-28257), самая первая из серии. Учитывая 3 P-39D-2, поступивших в 22 ЗАП непосредственно из Кировабада (41-38439, 442, 522), минуя 25 ЗАП, общее число попавших в СССР первых "ленд-лизовских" моделей P-39D-2 и D-1 составляет 61 шт.

Организационно 25 ЗАП был подобен 22 ЗАП (правда, без сборочных бригад и военприёмки) и состоял из 3 эскадрилий, из которых I АЭ готовила лётчиков исключительно на Р-39, а III — параллельно на Р-39 и Р-40. Для обучения лётчиков "Аэрокобр" применялись в основном самолёты модели P-39D-2 (NN 41-38435,426,436,459,460,461), из которых лишь первая потерпела катастрофу, а остальные, пережив по несколько аварий и ремонтов, благополучно дотянули до 1944 г.

Процесс переучивания тоже был типовым: с фронта отводился поредевший полк, пополнялся, обучался на новую мат. часть, получал самолёты и снова уходил на фронт. Через 25 ЗАП осуществлялось и восполнение боевых потерь отправленных на фронт полков, направлялись небольшие партии самолётов "для ознакомления" в воюющие части, планировавшиеся к переучиванию. Т.е.,кроме собственно обучения, запасной полк также выполнял функции депо, распределявшего поступающие самолёты непосредственно в боевые части. Поэтому 25 ЗАП был основным каналом, по которому американские и английские самолёты поступали на южный участок советско-германского фронта.

Но поскольку количество поступавшей импортной авиатехники всё время увеличивалось, этот канал пришлось изрядно расширить. К обучению строевых полков на американские и английские самолёты с сентября 1943 г. был привлечён также 11 ЗАП (в который были переданы из 25 ЗАП P-39D-2 с/н 4138436 и 461), а с ноября — ещё и 26 ЗИАП. Однако через них проходили только более поздние (Р-39М, N и далее) модели "Аэрокобр".

После боя. Самый результативный лётчик на P-39D-2 командир III АЭ 16 гв. ИАП гв. ст. л-т В.И.Фадеев ("Борода") с ведомым гв. л-том А.И.Трудом у своей ^м Аэрокобры" 41-38428. За 394 б/в (51 в/бой) — 17 лично + 3 групповых сбитых, из них на P-39D-2 (с 9.04 по 5.05.43 г.) — 14 Ме-109 и 1 Ju-87. Погиб в в/бою 5.05.43 г., посмертно удостоен звания ГСС

104 гв. ИАП (298 ИАП)

Полк начал переучивание на самолёты "Аэрокобра" в 25 ЗАП с 10.01.43 г. Первым закончил обучение и первым получив самолёты, под командованием по<imageолковнника ИА.Тараненко 16.02.43 г. вылетел на фронт. Был сформирован по штату 015/174 и имел 32 самолёта типа "Аэрокобра" моделей Р-39К-1 и P-39D-2, причём последние составляли почти 2/3 парка (с/н 41-38414, 417-422, 440, 444, 445, 447455, 457, 463). Интересным представляется способ распределения самолётов: Р-39К получили командир полка, нач.ВСС, штурман, все комэски и замполиты эскадрилий, a P-39D-2 достались комзвеньям и рядовым пилотам.

В боевые действия полк вступил с 17.03.43 г. с аэ г.Кореновская, на Кубани, в составе 219 БАД 4 ВА, в которой и воевал на протяжении всей знаменитой воздушной битвы над Кубанью. Сражался против лучших немецких истребительных эскадр JG.51 "Мёл<imageерс", JG.3 "Удет", JG.53 "Зелёные сердца". За период с 17 марта по 20 августа 1943 г. полк выполнил 1625 б/в с налётом 2072 ч., провёл 111 в/боёв, в которых было сбито 167 и подбито 29 самолётов противника. Потерял 30 "Аэрокобр" сбитыми и 11 подбитыми.

За боевые успехи в битве над Кубанью 298 ИАП был 24.08.43 г. преобразован в 104 гвардейский, комполка ИЛ.Тараненко получил звание ГСС и повышение по службе. С 18.07.43 г. в командование _ полком вступил майор В.Г.Семенишин, 24.05.43 г. также удостоенный звания ГСС. Газета "Правда" опубликовала в августе 1943 г. снимок четырёх лучших пилотов полка с подписью: "Лётчики-истребители, сбившие в боях на Кубани 60 немецких самолётов: майор В.Семенишин, капитаны К.Вишн<imageецкий и В.Дрыгин, мл. л-т А.Вильямсон". В.М.Дрыгин получил звание ГСС 24.05.43 г., К.Г.Вишневецкий — уже по окончании кубанской эпопеи, 24.08.43 г., и А.А.Вильямсон — 27.06.45 г.

21.08.43 г. полк вошёл в состав самой знаменитой в советских ВВС 9-й гвардейской НАД, ставшей к концу войны Мариупольско-Берлинской ордена Ленина, Краснознамённой, ордена Богдана Хмельницкого гвардейской дивизией. Однако рассказ о дальнейших действиях полка выходит за рамки данного издания, т.к., несмотря на поступление в апреле двух P-39D-2 (41-38432 и 532), а также одной P-39D-1 (41-28257), "Аэрокобр" этих моделей в составе полка практически не осталось. Первой 19.03.43 г. была сбита 41-38444 (пилот сержант Беляков Г.И. погиб). По акту передачи мат. части новому комполка В.Г.Сeменишину за 298 ИАП на 18.07.43 г. числились лишь 41-38414, 420, 453 и 41-28257. В августе была потеряна 41-38453, в сентябре — 41-38414. Небоевой потерей следует считать 41-38463, разбитой в катастрофе 21.04.43 г.

Номера самолётов асов, летавших на Кубани на P-39D-2: ГСС В.М. Дрыгин - 41-38421, ГСС М.С. Л<imageовид — 41-38455, А.С.Закалюк — 41-38457.

Лётчики-асы 16 гв. ИАП на фоне P-39D-2 41-38555 Н.М.Искрина. Слева направо: комзвена II АЭ гв. л-т М.И.Сутырин, зам.командира I АЭ гв. ст. л-т А.Речкалов, командир III АЭ гв. ст. л-т В.И.Фадеев, командир I АЭ гв. кап. А.И.Покрышкин, зам.командира II АЭ гв. ст. л-т Н.М.Искрин. 20.04.43 г., аэ Поповическая, Кубань, Северо-Кавказский фронт. Камуфляж — стандарт USAF, номер "27" — белый

100 гв.ИАП (45 ИАП)

Полк находился на переформиров<imageии в 25 ЗАЛ с 23.10.42 г. по 18.02.43 г. в составе II АЭ. До конца 1942 г. проходил переучивание на самолёты "Киттихаук", затем также на Р-39. К лётной работе приступил 22.11.42 г. и закончил в соответствии с курсом обучения 14.02.43 г. Сохранилась статистика, характеризующая количественные аспекты лётной подготовки: за вышеуказанный период проведено 155 учебных в/боёв, 112 стрельб по щиту, 98 по конусу, 134 маршрутных полёта, 113 ^м слепых". Налёт составил 671 ч., или 1682 посадки, при 1 катастрофе (13.02.43 г.).

16.02.43 г. полк был отправлен на фронт, укомплектованный по штату 015/174. На момент убытия имел лётчиков с боевым опытом 18, без оного 13, самолётов P-39D-2 -10 (с/н 41-38416,427,429,431,433, 446,451,456,458,462), Р-39К-1 — 11 и Р-40Е - 9. "Аэрокобры" былина вооружении I и III АЭ, "Киттих<imageки" — II АЭ. Комполка подполковник И.М.Дзусов. 9 марта полк прибыл на аэ Краснодар и сразу же вступил в боевые действия в составе 216 смешанной АД 4 ВА.

Полк попал в самое "пекло" боёв над Кубанью, и уже на второй день понёс потери: "Аэрокобра" 4138427 с мотором Аллисон V-1710-63 (Е-6) № АС 42-135031 не вернулась с б/з. Это была первая Р- 39D-2, сбитая на советско-германском фронте.

Асы "люфтваффе" из эскадр "Удет", "Грюне Херце", "Мёльдерс" умели воевать: уже на следующий день, 11 марта, ещё две P-39D-2 (138433^* и 446) угодили в ремонт. Тем не менее, "ломать рога" упрямым тевтонам начали быстро: уже 23 марта бой 8 "Аэрокобр" с 30 "мессершмиттами" закончился победой первых со счётом 3:13. Но далась победа страшной ценой: два лётчика на подбитых и загоревшихся самолётах, чтобы переломить ход неудачно начавшегося боя, сознательно пошли на воздушные тараны и погибли, уничтожив два ведущих "мессера". Сержанту Н.Кудряшову было 19 лет, стл-ту И.Шматко — чуть более двадцати... В этом же бою был ранен Б.Б.Глинка: снаряд угодил прямо в кабину его P-39D-2 №138431.

Особенно успешными стали апрельские воздушные бои, когда лётчики хорошо освоили и самолёты, и тактику: за месяц л-т И.И.Бабак сбил 14 истребителей, л-т Б.Б.Глинка — 3 истреб. и 2 бомб., ст.л-т Д.Б.Глинка — 5 и 1, серж. И.Кудря — 5 и 1, л-т Н.Лавицкий — 1 и 2, ст.серж. В.Сапьян — 2 истребителя. Нёс полк и потери, т. к. над Кубанью сражаться приходилось с "цветом" "люфтваффе". 15 апреля вообще был "чёрным днём" полка: около 13 часов были сбиты Д.Глинка и В.Сапьян, вечером около 19-00 — ст.л-т М.Петров и серж. Безбабнов. Одну из "вечерних" "кобр" (41-38451 или 42-4606) сбил начинающий пилот-истребитель III/JG.52 Эрих Хартманн. Это был седьмой сбитый самолёт (и первый типа "Аэрокобра") будущего лучшего немецкого аса второй мировой войны, закончившего карьеру в советском плену со счётом 352 сбитых, из них 345 на восточном фронте.

А всего за два месяца напряжённейших воздушных боёв над Кубанью лётчики 45 ИАП уничтожили 118 немецких самолётов, потеряв в боях 7 "Аэрокобр" сбитыми, 8 — подбитыми и повреждёнными в авариях, 1 Р-40Е сбитым и 1 — уничтоженным в аварии. Полк показал наилучшие на театре результаты и был немедленно, уже 10 мая, перевооружен на более новые модели "Аэрокобр": P-39L, М и N. Уцелевшие старые P-39D-2 (138416, 429, 456, 458), Р-39К и Р-40Е были сданы в 16 гв. НАЛ и 298 ИАП.

За боевые успехи в воздушном сражении над Кубанью 18.06.43 г. 45 ИАП был преобразован в 100-й гвардейский. Комполка И.М.Дзусов ещё в мае получил звание полковника и возглавил 216 САД, в свою очередь преобразованную в 9 гв.ИАД (в составе 16,100 и 104 гв.ИАП). Четырём лётчикам полка: Б.Б.Глинке (15 сбитых), П.М.Берестенёву (10 + 2 групповых), Н.Д.Кудре (11) и Д.И.Ковалю (10 + 3) 24.05.43 г., непосредственно после окончания кубанской эпопеи, были присвоены звания ГСС (двум последним — посмертно), и ещё два — И.И.Бабак (18 + 2) и Н.ЕЛавицкий (11 + 1) получили "героев" 1.11.43 и 24.08.43 г. соответственно. Д.Б.Глинка за весенне-летнюю кампанию стал капитаном и получил две звезды ГСС: 24.04.43 г. за 15 сбитых и 24.08.43 г. за 29, из них 25 — на Кубани.

На P-39D-2 летали Б.Б.Глинка (41-38431, до 22.03.43 г.) и И.И. Бабак (41-38416, до 26.04.43 г.).

Гв. капитан А.И.Покрышкин, будущий трижды Герой Советского Союза и маршал авиации, у P-39D-2 (очевидно, 41-38520). 28.05.43 г., аэ Поповическая 16 гв. ИАП (55 ИАП)

Полк был единственным из переучивавшихся в 25 ЗАП, получившим гвардейское звание (8.03.43 г.) ещё до перевооружения на "Аэрокобры". Провоевав непрерывно с 22 июня 1941 г., впервые был отведён на отдых и пополнение и в конце декабря 1942 г. прибыл в 25 ЗАП. С 1.01.43 г. начал изучение мат.ч<imageти "Аэрокобр", а с 17.01.43 г. приступил к полётам. Однако процесс обучения вынужденно растянулся на три месяца: самолётов на всех не хватало, и для 16 гв. ИАП они начали поступать лишь с 11.03.43 г. Лётчики вынуждены были сами перегонять их из Тегерана.

К 3.04.43 г. полк был сформирован по штагу 015/174 (32 экипажа) и убыл на фронт, в 216 САД 4 ВА, имея на вооружении 14 P-39L-1, 7 Р-39К-1 и 11 P-39D-2 (с/н 41-38424, 425, 428, 430,434,437, 438, 528, 547, 550, 555). Прибыл на аэ Краснодар 8 апреля, а 11-го перебазировался на аэ Поповическая.

В боевые действия полк вступил 9 апреля, в самом начале воздушной битвы над Кубанью. Это сражение считается этапным в истории советских ВВС. В течении двух месяцев напряженных боёв с лучшими истребительными эскадрами "люфтваффе" советские лётчики завоевали стратегическое превосходство в воздухе. Было уничтожено 1100 немецких самолётов, из них 800 — в воздухе. Западные историки назвали эту битву "Сталинград" для люфтваффе".

Соответственно характеру боевых действий лётчики полка сражались в основном с немецкими истребителями. Итоги боёв за апрель: с 9 по 30-е выполнено 289 самолёто-вылетов "Аэрокобр" и 13 — "Киттихауков", проведено 28 в/боёв. Сбито Ме- 109Е - 14, Me-109F - 12, Me-109G - 45, FW-190 — 2, Ju-88 — 4, Do-217 — 1, Ju-87 — 1. Из них гвардии капитан А.И.Покрышкин сбил 10 "мессершмиттов", гв.ст.л-т В.И.Фадеев — 12 Ме-109, гв.ст.л-т ГЛ.Речк<imageов — 7 "мессеров" и 1 Ju-88.

Столь точная градация "мессершмиттов" по модификациям объясняется тем, что в тот период лётчикам официально засчитывались лишь самолёты, сбитые над советской территорией. Уничтоженные за линией фронта в расчёт, как правило, не принимались. Таким образом, например, только А.И. Покрышкин "недосчитался" 13 "немцев" (к концу войны он имел 72 фактически сбитых,’ но из них лишь 59 "официальных"). На боевой счёт лётчика вражеский самолёт записывался после подтверждения наземными войсками его падения, с указанием места, типа, номера. Часто в полки доставлялись даже таблички с моторов.

За этот же период полк потерял 18 "Аэрокобр" сбитыми и не вернувшимися с б/з, 2 — в авариях и 11 лётчиков. За апрель был пополнен 19 "Аэрокобрами" (из них P-39D-2 №№ 41-38416,429,458,520) и 4 Р- 40Е, полученными от 45 НАЛ, 84 ИАП и 25 ЗАП. Последней, 5 июня, получена 41-38423.

За два месяца напряженных боёв большая часть "ранних" моделей Р-39 была "выбита". К 1.06.43 г. в полку оставалось 19 "Аэрокобр", из них лишь 6 — P-39D-2 (41-38416, 424, 429, 434, 458 и 520). Были и небоевые потери: 41-38528 во время учебного полёта 30.05.43 г. вошла в штопор, лётчик погиб. "Долгожительницами" оказались 41-38458, сбитая 22.10.43 г., и 41-38520. Последняя числилась за командиром полка, не летавшим на боевые задания, затем 24.04.43 г. была передана лётчику П.П.Кетову и благополучно довоевала до конца 1943 г., поставив своеобразный рекорд. Один боевой вылет в апреле выполнил на ней А.И.Покрышкин.

На P-39D-2 в 16 гв.ИАП летали следующие асы: ГА.Речкалов (41-38547, кратковременно), В.И.Фад<imageв (41-38428, тактический номер "37"), Н.М.Искрин (41-38555, такт."27").

16 гв.ИАП в будущем стал самым известным истребительным авиаполком в советских ВВС. А основы тактики воздушного боя, принесшие победы и славу, были заложены в тяжёлых боях над Кубанью. Именно здесь родилась знаменитая "кубанская этажерка", т.е. построение эскадрильи "парами" с превышением в 100-150 м и сдвинутых по фронту в сторону от солнца. При этом нижнее звено было ударным, завязывающим бой, а верхнее — прикрывающим. Такой строй давал свободу манёвра, хороший обзор, а также позволял компенсировать недостаточную скороподъёмность "кобры" взаимодействием пар. Уходящий на высоту вражеский истребитель попадал под удар верхних "прикрывающих" пар, а от атаковавшего сверху можно было "уйти" в горизонтальный манёвр, "подставив" его на пикировании под огонь "ударного" звена. Автором этого боевого построения, как и ряда других тактических приёмов, был А.И.Покрышкин — выдающийся советский ас, будущий трижды Герой Советского Союза. За успехи в апрельских боях 4 мая гв.капитан Покрышкин был назначен начальником ВСС (воздушно-стрелковой службы) 16 гв.ИАП, т.е., учитывая, что командир полка был "нелетающим", "директором" своей "школы воздушного боя". Среди учеников этой "школы" до конца войны был один дважды "Герой" и около десяти ГСС!

А непосредственно за Кубань звание "Героя" 24 мая 1943 г. было присвоено 6 лётчикам полка: А.И.Покрышкину (13 сбитых лично+ 6 в группе), ГА.Речкалову (12 + 2), В.И.Фадееву (посмертно, 20), Д.И.Ковалю (посмертно, 10 + 3), Н.М.Искрину (10+1) и П.П.Крюкову (6 + 1).

Механик осматривает редуктор P-39D-2. 436 ИАП (позднее 67 гв. ИАП), осень 1943 г., р-н Курской дуги Фото А. П. Дмитриева

494 ИАП

Последним обучение в 25 ЗАП на ранних моделях "Аэрокобр" проходил 494 ИАП. Полк прибыл 11.03.43 г., а 13.08.43 г. убыл на фронт, обученный на самолётах "Аэрокобра" и сформированный по штату 015/174 (32 экипажа). Среди полученной мат. части были 3 P-39D-2, NN 41-38541, 544 и 546. С 1.03.43 по 30.11.43 г. полк под командованием майора Белова И.В. воевал в составе 303 Смоленской ИАД, вместе со знаменитым полком "Нормандия". Однако активных боевых действий не вел: выполнил всего 62 б/в (44 ч.), сбил 3 самолёта противника при потере 1 "Аэрокобры" и 1 лётчика. С 1.12.43 г. отведен на переформирование в 22 ЗАП.

Одиночные "Аэрокобры" P-39D-2 получили также ещё несколько частей. Так, находившийся на переучивании в 25 ЗАП с апреля по июль 1943 г. 84 ИАП получил 27.05.43 г. №№ 41-38545 и 41-38423, правда, вторая уже 31 мая бьиц передана в 16 гв. ИАП. Обученный ранее в 25 ЗАП на другой тип самолёта 57 гв.ИАП получил 27.05.43 г. P-39D-2 №41-38429 (лётчик мл.л-т Дударев В.П.), очевидно, для ознакомления, т.к. в начале зимы 1943 г. полк был полностью перевооружен на "Аэрокобры" моделей P-39N и О.

Одиночную P-39D-2 №41-38416 получил и знаменитый 9 гв. ИАП. Эта машина установила своеобразный рекорд: за недолгую свою историю успела побывать в 4-х полках. Получил её в январе 1943 г. 25 ЗАП, "обновил" в аварии 26 апреля 45 ИАП, опять же изрядно повредили в 16 гв. ИАП и, наконец, 1.08.43 г. передали (очевидно, для обучения) в 9 гв. ИАП.

Одна P-39D-2 (№ 41-38556) попала 22.05.43 г. в 28 ИАП, вооруженный "Киттихауками".

436 ИАП,

также вооруженный "Киттихауками", сдал их и с 10.03.43 г. самостоятельно приступил к предварительному переучиванию на самолёт "Аэрокобра", для чего получил две P-39D-2. К 15 марта весь лётный состав самостоятельно вылетал на "кобре". Полк переучивался прямо на Северо-Западном фронте, выполнил 114 полётов с налётом 16 ч. 10 мин. На следующий день, сдав P-39D-2, убыл в 45 ЗАП для получения "Аэрокобр" более совершенных моделей.

Резюмировать обзор применения P-39D-2 на советско-германском фронте можно одной цитатой из "Доклада о работе инженерно-авиационной службы 216 САД" за апрель 1943 г" относящейся, впрочем, и к Р-39 моделей К и L: "...со стороны лётного состава оценка самолёта ’’Аэрокобра" с мотором "Аллисон" самая положительная". А в 216 САД, как изложено выше, поступило более 70% ранних моделей Р-39...

Правда, в докладах НАС 216 САД за май, июнь уже выявлен ряд массовых дефектов: слабость шасси, перебои мотора при переходе с больших оборотов на малые, тенденция к вхождению в штопор, однако общая оценка самолёта осталась неизменной.

Подводя итоги, можно сказать, что дебют "Аэрокобр" в советских ВВС был однозначно успешным. В умелых руках это было мощное оружие, вполне равноценное оружию противника. Не существовало каких-либо "специальных" сфер применения "Аэрокобр" — они использовались как обычные, "многоцелевые" истребители, выполняя те же функции, что "лавочкины" и "Яковлевы": сражались с истребителями, сопровождали бомбардировщики, летали на разведку, охраняли войска. От отечественных истребителей отличались более мощным оружием, живучестью, добротным радио, уступая последним в вертикальной манёвренности, способности выдерживать большие перегрузки и выполнять резкие манёвры. Лётчики любили "кобры" за комфорт и хорошую защиту: по образному выражению одного из пилотов, на Р-39 он летал "как в сейфе". Пилоты "Аэрокобр" не горели, т.к. самолёт был металлическим, а баки были расположены далеко в крыле, им не били в лицо струи пара или масла т.к. двигатель был сзади, не разбивали лиц о торчащие прицелы, при капотировании не превращались в лепёшку, как это случилось с дважды ГСС А.Ф.Клубовым после пересадки с Р-39 на Ла-7. Была даже какая-то мистика в том, что пытавшийся сохранить повреждённую "кобру" путём вынужденной посадки пилот почти всегда оставался не только жив, но и невредим, а вот покидавшие её с парашютом часто погибали от удара расположенного на уровне дверей стабилизатора...

И ещё одна цитата напоследок. 5 ноября 1943 г., запись беседы посла США А.Гарримана с наркомом иностранных дел СССР В.М.Молотовым:"... есть один тип самолёта, а именно "Аэрокобра", который очень хорошо используется советскими воздушными силами. Гарриман говорит, что этот самолёт русские используют даже лучше, чем американцы. Поэтому Ванденбергу (генерал, один из руководителей ВВС США) было бы полезно ознакомиться с опытом, имеющимся у советских лётчиков... Ванденберг хотел бы в связи с этим посетить советские эскадрильи,...состоящие из самолётов "Аэрокобра"...

Молотов ответил, что он считает такую встречу полезной..."

Моторный отсек следует за кабиной пилота и отделён от неё второй противопожарной газонепроницаемой перегородкой.

Хвостовая часть фюзеляжа — типа полумонокок, с работающей обшивкой, состоит из четырёх лонжеронов, восьми шпангоутов и двух горизонтальных силовых панелей. Последние позволяют сделать верхнюю часть обшивки в виде легкосъёмного капота. Остальная обшивка работающая, гладкая, приклёпанная впотай.

Для обслуживания агрегатов и оборудования на фюзеляже имелись 21 лючок, 17 легкосъёмных дюралевых капотов и семь съёмных зализов, что обеспечивало лёгкий доступ и исключительное удобство эксплуатации.

Крыло самолёта — трёхлонжеронное, цельнодюралевое, с работающей обшивкой, состоит из трёх частей: центроплана и двух отъёмных консолей. Имеет смешанный набор профилей: симметричный NACA-0015 у корня и несущий NACA-23009 на концах; угол заклинения 2°, поперечное V = 4°.

Центроплан выполнен за одно целое с фюзеляжем. Задний вспомогательный лонжерон стальной (единственная деталь из стали в крыле). Нижняя обшивка центроплана съёмная (для подхода к радиаторам).

Силовой каркас каждой консоли крыла состоит из переднего, заднего и вспомогательного лонжеронов, 15 нервюр и 16 стрингеров. Концевые части консолей (обтекатели) — отъёмные, стыкуемые впритык на болтах. Элероны типа Фрайз, имеют дюралевый каркас из 10 нервюр, лонжерона и задней кромки. Обтянуты полотном, закреплённым на зажимах (без ниток). На каждом элероне имеется по одному пластмассовому триммеру.

Для уменьшения посадочной скорости и облегчения взлёта на крыле установлены цельнометаллические посадочные щитки типа Шренк, синхронно отклоняемые электромотором на угол до 43°.

В консолях крыла расположены основные стойки шасси, мягкие протектированные бензобаки, тоннели маслорадиатора, крыльевые пулемёты с патронными ящиками, обогреватели пулемётов, различные проводки и тяги. Для доступа к ним в каждой консоли имеется по 42 лючка. Консоль присоединяется к центроплану 30 стыковочными болтами. В левой смонтированы дополнительно выдвижная посадочная фара типа Граймз В-1 (мощность 240 вт, угол отклонения до 90°) и трубка Пито (со встроенным обогревателем).

Хвостовое оперение свободнонесущее, однокилевое. Рули имеют весовую и аэродинамическую компенсацию. Стабилизатор цельнометаллический, двухлонжеронный, нерегулируемый, крепится к хвостовой части фюзеляжа 4 болтами. Площадь 2.22 м², установочный угол к оси самолёта 2°10\.

Киль также цельнометаллический, двухлонжеронный, установлен на 1° влево к оси самолёта. На обоих сторонах расположены белые хвостовые АНО.

Руль высоты площадью 1.5 м² из двух половин — левой и правой. Каркас состоит из лонжерона, носка, концевого обвода и 9 нервюр. Обтянут полотном (на зажимах, без ниток). На левой половине установлен пластмассовый триммер. Руль поворота площадью 1.03 м² по конструкции сходен с рулём высоты и также имеет триммер.

Места стыковки киля, стабилизатора и фюзеляжа закрыты съёмными (на винтах) зализами.

Управление самолётом: ручное — смешанное (жёсткое трубчатое и тросовое), ножное и триммерами — тросовое, закрылками — электродистанционное. Отклонение рулей высоты от +35° до -10°, элеронов от +25° до -10°, руля поворота 30°, триммеров рулей ±15°, триммеров элеронов ±10°, Положение педалей может регулироваться по росту лётчика.

Шасси "Аэрокобры" было одной из характерных отличительных черт самолёта: трёхколёсное, убирающееся в полёте, с масляно-воздушной амортизацией. Состояло из двух основных стоек консольного типа, смонтированных под крыльями и убиравшихся по размаху "внутрь", к оси самолёта, и передней стойки вильчатого типа, убиравшейся назад в фюзеляж. Все стойки выпускались и убирались синхронно от реверсивного электромотора мощностью 0.75 л. с., расположенного в правой стороне фюзеляжа за кабиной лётчика, или аварийно от ручной лебёдки справа от кресла пилота. Замков шасси не имело, основные стойки фиксировались самотормозящимися червяками, передняя — винтом уборки. Сигнализация положения была двойной: электрической (лампочки на приборной доске) и механической — ярко-жёлтые стерженьки-"солдатики^м в крыльях и справа в носу фюзеляжа, хорошо заметные и днём, и (благодаря фосфорным вставкам) ночью. Основные колёса высокого давления, 660x153 мм, гладкие (без протектора), фирмы "Гудьир", имели гидравлические тормоза. Носовая стойка с колесом 483x205 мм, также гладким, самоориентирующимся на ±60°, была снабжена демпфером "шимми"^{25} и буксировочным кольцом.

Несмотря на весовую добавку в 64 кг от носовой стойки, трёхколёсное шасси было бы существенным "плюсом" "Аэрокобры", если бы в процессе эксплуатации первых машин не выявилась недостаточная прочность практически всех стоек. Массовым дефектом в наших ВВС стало отламывание одной из основных стоек при посадке на повышенной скорости на грунтовые аэродромы, характерное для моделей "Аэрокобра"I, P-39D-2 и даже Р-39К. В следующих модификациях этот узел был усилен.

Винтомоторная установка состояла из V-образного двигателя с удлинительным валом и редуктором, одноступенчатого нагнетателя и трёхлопастного воздушного винта.

"Сердцем" "Аэрокобры" был мотор V-1710 фирмы "Аллисон". Фирма входила в состав корпорации Дженерал Моторе, наряду с такими известными "сестрами" как Кадиллак, Шевроле, Паккард. V-1710 можно условно считать аналогом советского М-105 — он также оказался единственным доступным мотором жидкостного охлаждения и устанавливался практически на всех основных истребителях ВВС США, за исключением поздних модификаций "Мустанга". На "Аэрокобре"1 стоял "Аллисон" модели V-1710-35^{26} (или V-1710-E-4). Это два обозначения одного и того же двигателя: первое — армейское, второе — заводское (а не экспортное, как ошибочно указывается в большинстве изданий). Буква Е означала, что мотор сделан по заказу фирмы Белл и имеет вынесенный редуктор и удлинительный вал. Несколько более высокие показатели, чем у М-105, были достигнуты ценой значительного ухудшения эксплуатационных качеств: бензин — с октановым числом не ниже 95 (или даже 100 у следующих модификаций), масло — только высокочистых сортов, жидкость для охлаждения — американский антифриз Престон, английский гликоль или отечественный этиленгликоль. Несоблюдение этих требований, особенно в частях, самостоятельно осваивавших самолёт, и приводило к упоминавшимся выше "стрельбе шатунами", заклиниванию, недобору мощности и прочим неприятным явлениям.

Радиооборудование самолёта "Аэрокобра"I: А — комплект TR-9D с R-3003, Б — TR-1133A, В — американский упрощённый комплект, 1 — панель управления, 2 — переключатель диапазонов, 3 — опознавательная станция R-3003, 4 — проволочная антенна, 5 — мачтовая антенна станции TR-1133A, 6 — антенный ввод, 7 — приёмник и передатчик, 8 — питание, 9 — передатчик BC-AL-430, 10 — приёмник SCD- 317А.

Мощность от двигателя посредством удлинительного вала (длина 2628 мм, диаметр 63.5 мм), проходившего под кабиной лётчика, передавалась на редуктор с передаточным числом 0.556, расположенный в носовой части и укреплённый на переднем шпангоуте фюзеляжа. Редуктор имел самостоятельную систему смазки с бачком, расположенным в правой передней части отсека вооружения.

На самолёте устанавливался трёхлопастный винт типа "Кёртисс Электрик" С6315 Н-С диаметром 3.162 м, изменяемого в полёте шага, с электрическим управлением поворота лопастей (21.5° — 51.5°) и электрическим же регулятором постоянных оборотов. Лопасти стальные, полые, макс, ширина 250 мм, кок дюралевый. Мог работать как винт-автомат и как винт фиксированного шага.

Агрегаты винтомоторной группы включают также системы всасывания и выхлопа, маслосистему, систему охлаждения и средства запуска мотора.

Всасывающий патрубок расположен вверху фюзеляжа за кабиной лётчика и имеет управляемую заслонку, регулирующую поток воздуха к карбюратору. При полёте в дождь заслонку закрывают, и воздух поступает из-под капотов мотора.

Выхлопная система комплектовалась как индивидуальными (12), так и двойными (24 шт.) патрубками, выполненными из нержавеющей стали. На самолётах 601-го дивизиона RAF встречались также "уширенные" патрубки, т.наз. "рыбки", на виде сбоку действительно похожие на мелкую рыбёшку с треугольным "хвостом".

Маслосистема состояла из маслобака ёмкостью 45.5 л, двух радиаторов и трубопроводов. Маслорадиаторы сотового типа, цилиндрической формы (диаметр 152 мм, длина 228 мм), расположены под мотором по обоим бортам фюзеляжа. Воздух к ним подводился через "внешние" заборники прямоугольной формы в передней кромке крыла. На моторе установлен маслофильтр типа Куно.

Система охлаждения замкнутого типа, работает с избыточным давлением. Состоит из радиатора, расширительного бачка и трубопроводов.

Радиатор сотового типа расположен в нижней части фюзеляжа под двигателем, между маслорадиаторами. Состоит из двух половин идентичной конструкции. Охлаждающий воздух подводится через два "внутренних" заборника в передней кромке крыльев, выбрасывается через регулируемую заслонку в нижней части фюзеляжа. Часть тёплого воздуха отводится по трубам для обогрева крыльевых пулемётов. Расширительный бачок яйцеобразной формы ёмкостью 11л расположен в фюзеляже непосредственно за мотором. Охлаждающие жидкости — престон, гликоль или этиленгликоль.

Запуск мотора производится электроинерционным стартёром фирмы Эклипс. Как правило, запуск осуществлялся от аэродромного питания через специальное гнездо. В случае необходимости возможен запуск от бортовых аккумуляторных батарей (типа 24-А-34 или 12-ТАС-9А) напряжением 24 в, расположенных слева в носу фюзеляжа, причём ёмкости батарей хватает на 7-8 запусков. Предусмотрен и ручной запуск с помощью пусковой рукоятки, которую должны были вращать два механика в течении 3-5 минут.

Топливная система состояла из правого и левого (вместе с резервным) баков, расположенных в консолях крыла. Бензобаки протектированные, мягкие, изготовленные из специальной бензостойкой материи в три слоя и каучукового протектора между ними в два слоя. Специального крепления их к крылу нет, баки были плотно заключены между лонжеронами и нервюрами консолей крыла.

Каждый консольный бензобак состоит из шести отдельных баков (отсеков), соединённых дюралевыми трубками. Лючки всех отсеков расположены на верхней поверхности крыла. В пятом от фюзеляжа отсеке вместо лючка смонтирована заливная горловина.

Ёмкость баков: правый — 227.5 л, левый — 95.5 л, резервный — 132 л, общая — 455 л. Топливо из резервного бака поступает лишь после переключения специального крана. Для заправки применялся импортный бензин с октановым числом 100 либо 95 или отечественные бензины 4Б-78 и 1Б-95.

Дополнительный сбрасываемый бак на 280 л мог подвешиваться под центропланом.

Топливо подавалось к карбюратору моторной помпой, расположенной на двигателе.

Электрооборудование. На самолёте применена 24-вольтовая система электропитания и экранированная однопроводная электросеть с заземлением на металлический корпус. Источниками питания служат генератор с приводом от двигателя и кислотная аккумуляторная батарея. Потребителями электроэнергии, кроме вышеупомянутых агрегатов (винт, стартёр, электромоторы выпуска шасси и посадочного щитка) были также радиооборудование, вооружение, посадочная фара, АНО, обогреватели, приборное оборудование и освещение.

Радиооборудование "Аэрокобр" отличалось довольно большим разнообразием, и попытки некоторых исследователей определять модификации самолёта по положению антенн могут вызывать лишь искреннее сочуствие, т.к. на л ю б о й модели мог устанавливаться любой комплект. Общим для них было лишь высокое качество связи, отмеченное в мемуарах многих летавших на "кобре" советских пилотов. Интересный факт: уже на самолётах выпуска 1941 г. в состав радиооборудования входили радиоответчики системы IFF (Identification Friend-or- Foe — опознавание "свой-чужой"), автоматически сообщавшие принадлежность самолёта наземным радарам, причём нескольких типов!

Отсек вооружения "Аэрокобры"1 (боковая панель снята), слева направо: патронный ящик, ствол пулемёта, бронезащита правого кислородного баллона, маслобак редуктора.

Типичный комплект радиооборудования состоял из приёмо-передающей станции связи, работавшей как в телефонном (голосом), так и телеграфном (азбука Морзе) режимах, и автоматической опознавательной станции. На более поздних моделях устанавливался также радиополукомпас.

На модели "Аэрокобра"I устанавливались, как правило, английские связные радиостанции TR-9D или TR-1133A. Обе станции КВ диапазона, с дистанционным управлением. Настройка приёмника и передатчика возможна только на земле, выбор одной из четырёх фиксированных волн осуществлялся в полёте с помощью кнопочного переключателя. TR-9D — станция старого типа, в 1941 г. снята с производства. Располагались радиостанции в хвостовой части фюзеляжа на специальных панелях и закрывались большими створками, которые открывались вниз и могли служить полочками (типа дверцы бара). Антенна TR-9D проволочного типа, тянулась от противокапотажной рамы кабины до верха передней кромки киля, вводный провод подключался примерно на 2/3 длины от кабины и входил в фюзеляж справа непосредственно в районе радиостанции. Антенна TR-1133A мачтового типа, крепилась на верхней части фюзеляжа в месте стыка носовой и хвостовой частей.

Опознавательные станции использовались как английского (R-3003), так и американского (SCR- 535А) типа. Располагались под задним стеклом кабины за головой пилота. Антенны проволочного типа натягивались по обоим бортам фюзеляжа от конца кабины и до передних кромок стабилизатора. На поступивших в СССР самолётах опознавательные станции демонтировались, естественно, за ненадобностью, чем достигалось некоторое облегчение машины.

Ряд Р-400 был выпущен с упрощённым радиооборудованием (приёмник типа SCD-317A, передатчик BC-AL-430 и динамомотор BD-AL-93), без опознавательных станций. Интересен этот комплект тем, что кнопка включения радиостанции монтировалась непосредственно на секторе газа двигателя, и лётчик мог пользоваться радио не снимая руки с управления мотором. Расположение .оборудования и антенны аналогично станции TR-9D. Так были оснащены самолёты АН-735 ,736, АР266-288,290, 305, 319, 322, 326-336, 338-357, BW100-103, 105, ПО- 117, 120, 125, 127, 128, 130, 134-152, из которых по крайней мере один — BW149 — был 3.06.42 г. отправлен в СССР.^27.

Вооружение самолёта "Аэрокобра" было предметом особого внимания конструкторов и состояло из 7 огневых точек. Однако по требованию англичан, основных заказчиков модели "Аэрокобра"I, 37-мм орудие было заменено английской авиапушкой калибра 20 мм. Причины вполне понятны: нежелание вводить новый калибр в сформировавшуюся систему боеприпасов в период войны и наличие весьма надёжного и хорошо освоенного собственного орудия.

Вооружение и оборудование самолёта "Аэрокобра"I: 1 — 20-мм пушка, 2 — удлинительные трубы пулемётов, 3 — комплект инструментов для планера, 4 — маслобак редуктора, 5 — барабан пушки, 6 — 12.7-мм пулемёты, 7 — карман для карт, 8 — инструменты для мотора, 9 — бак охлаждающей жидкости, 10 — основной маслобак, 11 — связная радиостанция, 12 — аптечка, 13 — гликолевый бачок, 14 — аккумулятор, 15 — осевой кислородный баллон

Бронирование самолётов "Аэрокобра"I, P-39D-1 и D-2: 1 — бронезащита редуктора, 2 — бронезащита кислородных баллонов высокого давления (только на "Аэрокобре"1, причем у самолётов, выпущенных с одним баллоном — только три левых плиты), 3 — две плиты передней бронезащиты кабины, 4 — лобовое бронестекло, 5 — заднее бронестекло в окантовке, 6 — бронеспинка (из двух плит), 7 — бронезащита маслорадиатора и мотора. Заштрихованные плиты у D-1 и D-2 отсутствовали

"British Hispano" 404^{28} устанавливалась в носовом отсеке вооружения. Питание магазинное, из барабана ёмкостью 60 патронов, укреплённого сверху казённой части. Перезаряжание с помощью электрогидравлического механизма Bendix осуществлялось посредством ручки в нижней части приборной доски пилота. Управление огнём также электрогидравлическое, инициируется гашеткой на ручке управления. Стрелянные гильзы собираются в специальный отсек внизу носовой части фюзеляжа и извлекаются на земле через расположенный справа лючок с надписью "20mm Shell Ejection"^{29}.

Два синхронных крупнокалиберных пулемёта типа Кольт-Браунинг MG.53-2 (или М-А) также размещены на кронштейнах в носовом отсеке вооружения. Питание пулемётов осуществляется при помощи разъёмной металлической звеньевой ленты, уложенной в патронных ящиках непосредственно под казённиками. Каждый ящик имел ёмкость 270 патронов, фиксировался защёлками и легко заменялся на земле через боковые капоты. Стрелянные гильзы также собирались в отсеки в нижней части фюзеляжа, а звенья ленты — в накопитель пушечных гильз. Пулемётные гильзы также извлекались на земле через лючки с надписями "Cal.50 Shells". Управление огнём носовых пулемётов электрическое (соленоиды), перезаряжание ручное. Пулемёты обогревались горячим воздухом от бензинового обогревателя, расположенного здесь же, в отсеке вооружения.

Кислородная система высокого давления самолёта "Аэрокобра"!

Кислородная система низкого давления P-39D-1 и D-2

В каждой консоли самолёта устанавливались по два пулемёта типа Кольт-Браунинг MG.40 (М-2)^{30} нормального (7.62-мм) калибра. Крепление пулемётов — на лафетах коробчатого сечения. Для удобства питания внутренние пулемёты слегка отнесены вперёд-вверх. Обилие люков на верхней, нижней и даже передней поверхности крыла обеспечивали лёгкий доступ и смену боекомплекта. Сзади к пулемётам подведены гибкие шланги обогревателей тёплым воздухом от радиатора.

Питание — при помощи рассыпающейся металлической звеньевой ленты, уложенной в патронный ящик. Каждый ящик ёмкостью 1000 патронов размещён вдоль по размаху от "своего" пулемёта до конца консоли. Стрелянные гильзы и звенья выбрасываются в полёте через гильзо- и звеньеотводы в нижней части крыльев, закрытые подпружиненными лючками, открывавшимися автоматически в момент перезарядки. Перезаряжание крыльевых пулемётов ручное, при помощи тросовой проводки, и требовало от пилота значительных физических усилий. Управление огнём электрическое (соленоиды).

При стрельбе лётчик набирал специальным переключателем на левой панели приборной доски вид оружия или комбиницию (пушка, носовые пулемёты и пушка, носовые и крыльевые пулемёты, всё оружие) и нажимал гашетку на ручке управления.

"Аэрокобра"I могла нести на подфюзеляжном держателе одну бомбу калибра 300, 500 или 600 фунтов (136, 227 или 272 кг соответственно), либо дополнительный 75-галлонный (280 л) сбрасываемый бак.

Для стрельбы по воздушным и наземным целям и бомбометания с горизонтального полёта использовался оптический коллиматорный прицел типа ST- 1А. На последних сериях BX,BW встречался и более современный прицел N-3A. Результаты стрельбы могли быть зафиксированы фотокамерой типа N-2, установленной в кабине справа от лобового бронестекла.

Бронирование самолёта было весьма обильным и состояло из пяти частей (см. рис.): пятисекционная бронеплита редуктора толщиной 16 мм; передняя бронезащита кабины, состоящая из вертикальной 16мм, наклонной (15°) 6.35-мм бронеплит и лобового 38-мм бронестекла; задняя бронезащита кабины (5мм бронеспинка из двух половин и 63.5-мм заднее бронестекло, вставленное в "рамочку" из двух 6.35мм бронеплит-окантовок); 6.35-мм бронеплиты, прикрывающей сзади маслорадиатор и двигатель; 5 16-мм плит боковой бронезащиты кислородных баллонов высокого давления (выпущенные с одним баллоном самолёты — 3 плиты). Все 16-мм плиты — из гомогенной брони, остальные — поверхностноупрочнённые (цементированные). Общий вес металлической брони около 100 кг, прозрачной — 16 кг. Для лётчика была обеспечена практически двойная защита и с передней, и с задней полусфер.

Разнообразное дополнительное оборудование обеспечивало комфорт и удобство работы пилота.

Кислородная система высокого давления (130 ат) состояла из одноредукторного кислородного прибора, двух баллонов типа С-1 ёмкостью 6.5 л каждый, трубопровода (см. рис.). Баллоны высокого давления содержали большой запас кислорода, но требовали усиленной бронезащиты т.к. мгновенный выброс газа даже при единственной пулевой пробоине мог разрушить весь самолёт. Располагались баллоны в носовом отсеке фюзеляжа, правый — перед патронным ящиком, осевой — между пулемётами впереди. Ряд самолётов был выпущен только с одним, правым, кислородным баллоном.

Температура в кабине пилота могла регулироваться потоком воздуха от специального бензинового обогревателя, установленного в отсеке вооружения.

Вентилляция кабины осуществлялась через специальный заборник на противокапотажной раме (за дверцей) либо опусканием стёкол дверей.

Для предохранения стекла от обмерзания в передней части фонаря монтировалась трубка с отверстиями для обрызгивания остекления антиобледенительной смесью.

Освещение кабины состояло из четырёх ламп подсвета приборной доски и лампы подсвета прицела.

Кабина самолёта ^мАэрокобра"1 (вверху) и приборная доска самолётов P-39D-1 и D-2 (справа). Аналогичные приборы указываются один раз.

1 — переключатель управления щитками, 2 — переключатель управления шасси, 3 — амперметр, 4 — рукоятки перезарядки крыльевых пулемётов, 5 — планшет для карточки коррекции высотомера, 6 — бронестекло, 7 — зеркало заднего обзора (только на Р-400), 8 — прицел ST-1A, 9 — кольцевая рамка прицела (только на Р-400), 10 — манометр масла редуктора винта Ашкрофт 6711-91, 11 — термометр охлаждающей жидкости Ашкрофт 6642-56, 12 — планшет для карточки коррекции компаса, 13 — выключатель кодовых огней, 14 — шприц антиобледенителя, 15 — переключатель трубки Пито, 16 — переключатель питания указателя поворота, 17 — приборы кислородной системы, 18 — лампа подсветки приборов, 19 — педали управления рулем поворота и тормоза на земле, 20 — манометр бензина Ашкрофт 6750-84, 21 — панель радиооборудования, 22 — рукоятка ручной уборки шасси, 23 — выключатели радиостанции, 24 — рукоятка перезарядки пушки, 25 — помпа подкачки топлива, 26 — ручка управления, 27 — выключатель магнето и аккумулятора, 28 — ручка управления двигателем, 29 — ручка положения щитков и колёс шасси, 31 — реостат строевых огней, 32 — переключатель управления воздушным винтом, 33 — избирательный переключатель оружия, 34 — часы Кольсман 505К-01, 35 — затыльник 12.7-мм пулемёта, 36 — мановакуумметр Ашкрофт 6742-90, 37 — указатель скорости Кольсман 640К-01, 38 — гирополукомпас Сперри 643715, 39 — высотомер Кольсман 642К-05, 40 — вариометр Кольсман 643К- 04, 41 — компас, 42 — авиагоризонт Сперри 643710, 43 — указатель поворота Пионер А-5, 44 — двухстрелочный индикатор (температура и давление масла), 45 — кнопка впрыска гликоля, 46 — выключатель освещения кабины, 47 — тахометр Вестон-70, 48 — выключатель обогрева, 49 — регулятор подачи кислорода, 50 — переключатель и лампочка аварийного остатка топлива, 51 — радиочасы, 53 — сигнальная лампочка шасси, 54 — рукоятка стояночного тормоза, 55 — приёмник, 56 — сброс подвесного бака (или бомбы), 57 — панель управления радиооборудованием, 58 — манометр редукторного масла, 59 — вакуумметр Ашкрофт 6702-66, 60 — выключатель обогрева кабины, 61 — реостат прицела, 62 — манометр бензина ЕА-108

В кабине имелось также санитарное оборудование, которое могло быть заменено флягой для воды. Водяной бачок также мог устанавливаться вместо переднего (осевого) кислородного баллона. Рядом, под верхним капотом носового отсека, крепился пакет для бортового пайка. При вынужденной посадке в безлюдной местности это могло помочь лётчику выжить, как и аптечка, размещённая слева в хвостовой части, возле радиооборудования. А если пилот пытался чинить самолёт, к его услугам были две сумки с инструментами: для планера — в передней части носового отсека, для мотора — под зализом правого крыла, у задней кромки, и рукоятка ручного запуска под правым зализом.

В заключение описания конструкции и оборудования самолёта "Аэрокобра "1 несколько слов о средствах сигнализации.

Аэронавигационные огни (АНО) были установлены попарно (сверху и снизу) на каждой законцовке крыла: зелёные на правой, красные на левой. Задние белые АНО располагались на обоих сторонах киля.

При ночных полётах в строю для визуальной связи между самолётами или с землёй имелись строевые и кодовые огни. Строевые огни (синего цвета) устанавливались только на "Аэрокобре"I (Р-400), поэтому эту модель можно однозначно идентифицировать по тёмным кружкам на обоих бортах фюзеляжа на противокапотажной раме, на уровне нижнего среза дверец.

Кодовые огни — белые (иногда янтарные), нижний — под правой консолью, верхний — на верху хвостовой части фюзеляжа (либо над правой консолью). Управлялись коммутатором, состоящим из двух переключателей, и телеграфного ключа, и могли передавать световую "морзянку".

В состав светосигнального оборудования входили также осветительная парашютная ракета, установленная в кассете внизу на левой стенке фюзеляжа за мотором, и опознавательная ракета в пусковой трубе, размещённая справа внизу в отсеке вооружения.

Вооружение и оборудование самолётов P-39D-1 и D-2:1 — 20-мм пушка, 2 — кислородные баллоны, 3 — удлинительные трубы пулемётов, 4 — маслобак редуктора, 5 — футляр документации, 6 — барабан пушки, 7 — 12.7-мм пулемёты, 8 — карман для карт, 9 — инструменты для мотора, 10 —бак охлаждающей жидкости, 11 — основной маслобак, 12 — аптечка, 13 — связная радиостанция, 14 — гликолевый бачок, 15 — инструменты для планера, 16 — аккумулятор

P-39D-2

P-39D-2 (Белл Модель 14А) имел следующие отличия от самолёта "Аэрокобра "1 (Р-400, Белл Модель 14).

По планеру: на каждом элероне установлено по два триммера. Первый из них является триммером- флетнером, второй — только флетнером. Отсутствуют трубка Вентури в правом крыле и резервная трубка статического давления в левом крыле.

По кабине: изменена компоновка приборных досок и оборудования, отсутствует управляемая система вентилляции.

По винтомоторной установке: установлен мотор Аллисон V-1710-63 (Е-6). От V-1710-35 (Е-4) отличался степенью редукции (0.5 вместо 0.556) и возможностью краткосрочно (до 5 минут) развивать взлётную мощность 1325 л.с. По остальным характеристикам аналогичен предыдущему.

Применялись два новых типа винтов "Кёртисс- Электрик" с углами установки лопастей 27.5° — 57.5° и 26° - 56°.

По бензосистеме: разрешалось использовать только 100-октановый бензин; имелась возможность подвески дополнительного подфюзеляжного бака ёмкостью 75 американских галлонов (285 л); в бензосистему включены пароотделитель и электрическая подкачивающая помпа.

По маслосистеме: полная ёмкость маслобака увеличена до 14 амер. галлонов (52 л); на выходе масла из мотора установлен шунтовой клапан, перепускающий масло непосредственно в бачок, минуя радиаторы, при повышенном (свыше 4.2 ат) давлении, вызванном загустеванием масла в холодную погоду при работе мотора на малом газе.

По системе охлаждения: радиатор охлаждающей жидкости трубчатого (а не сотового) типа и выполнен цельным (а не из двух половин).

По шасси: на ряде самолётов установлены новые пневматики с насечкой (протектором), также фирмы "Goodyear": 686x183 мм (основные колеса) и 508x127 мм (носовое колесо); в основных колёсах давление увеличено с 3.5 до 4.9 ат; штоки амортизационных стоек закрыты брезентовыми к<imageухами-"гармошками".

Однако на большинстве поступивших в СССР самолётов пневматики шасси были старого типа, от Р-400.

По электрооборудованию: розетка включения аэродромного питания перенесена из носовой части фюзеляжа в заднюю часть правого зализа.

По радиооборудованию: применялись только американские рации: два типа станций связи — SCR-274N и SCR-522A, и три типа опознавательных станций "свой-чужой" — SCR-515A, SCR-595 и SCR- 535А.

SCR-274N — приёмо-передающая, телеграфнотелефонная симплексная станция КВ диапазона. Имела два передатчика и три приёмника, смонтированные вместе в хвостовой части фюзеляжа, и пульт дистанционного управления в кабине пилота. Антенна проволочного типа натянута аналогично станции TR- 9D. Интересно реализовано управление станцией: кнопка включения смонтирована была на ручке управления газом двигателя. При "отпущенной" кнопке действовал приёмник, при нажатой — передатчик. Это позволяло пилоту пользоваться радиосвязью, не снимая руки с управления газом. Ведение передачи в полёте возможно было на одной из двух фиксированных перед вылетом волн, настройка приёмников могла производиться в полёте на любую волну диапазона.

SCR-522A — приёмо-передающая станция УКВ диапазона. Состояла из приёмника и передатчика, соединённых в единый блок, размещённый в хвостовой части фюзеляжа, и пульта дистанционного управления в кабине пилота. Антенна мачтового типа расположена сверху фюзеляжа в месте стыка носовой и хвостовой частей. Настройка приёмника и передатчика производилась перед вылетом. Выбор одной из четырёх возможных фиксированных волн осуществлялся в полёте с помощью кнопочного переключателя. ,

SCR-535A — опознавательная станция, позволявшая идентифицировать самолёт с наземных радаров. В 1941 г. снята с производства.

SCR-595 — более новая станция, дававшая возможность опознавать принадлежность самолёта с наземных РЛС.

SCR-515A — позволяла проводить идентификацию с самолётных локационных установок.

Отсек вооружения P-39D-1 и D-2 (панели, правый пулемёт и его патронный ящик сняты). Видны приёмник питания пулемёта, кислородный баллон и маслобак редуктора

Различие в установке крыльевых пулемётов: А — "Аэрокобра"!, Б — P-39D-1 и D-2

Вид на отсек вооружения P-39D-1 и D-2 при поднятой верхней панели: 1 — осевой кислородный баллон, 2 — барабан пушки, 3 — правый пулемёт, 4 — футляр документации.

Опознавательные станции SCR-595 и SCR-515A обычно устанавливались вместе и служили дополнением к одной из станций связи. Всего возможны были 4 варианта: SCR-274N с SCR-535A, SCR-274N с SCR- 515А и SCR-595, аналогично SCR-522A с одним из опознавательных комплектов. Наиболее популярным был первый вариант.

Практически на всех поступивших в СССР самолётах P-3D-2 и D-1 была установлена рация SCR- 274N^{31}. Опознавательные станции демонтировались за ненадобностью.

По вооружению: устанавливалось вооружение только американского производства, хотя и практически аналогичное по конструкции английскому.

Пушка "Hispano" М-1 калибра 20 мм являлась американской лицензией всё той же французской "Испано-Сюизы" 404 со съёмным барабаном на 60 патронов. Гидросистема перезарядки пушки в воздухе была снята за ненадобностью (орудие было исключительно надёжным), и перезарядить можно было только на земле при помощи специальной ручки, установленной в нише передней стойки шасси.

Синхронные 12.7-мм пулемёты те же, однако боекомплект их уменьшен до 200 патронов, хотя ёмкость новых патронных ящиков составляла 215 шт.

Крыльевые пулемёты — американские 7.62-мм "Кольт-Браунинги" MG.40 (М-2). Стволы прикрывались специальными сварными кожухами, в отличие от открыто установленных пулемётов на Р-400. Иногда боекомплект уменьшался наполовину, до 500 патронов на пулемёт. Подпружиненные лючки выброса гильз и звеньев ликвидированы, оставлены просто открытые щели.

Вместо прицела ST-1A установлен новый коллим<imageорный прицел N-3A с индикацией непосредственно на лобовое стекло, на которое нанесены прицельные кольца.

Вместо избирательного переключателя вооружения установлено три тумблера: пушка, синхронные пулемёты, крыльевые пулемёты.

Под фюзеляжем самолёт мог нести одну бомбу весом до 600 фунтов (272 кг).

Кинофотопулемёт типа N-2 перенесён из кабины в правую консоль, для чего в третьем от фюзеляжа переднем лючке прорезано специальное отверстие.

По бронированию: сняты пять бронеплит защиты кислородных баллонов и ликвидирована окантовка заднего бронестекла кабины.

По кислородной системе: применена обычная кислородная система низкого (2.8 ат) давления, состоящая из двух баллонов типа F-1, установленных в носовой части фюзеляжа (один — по центру, второй — по правому борту), и проводки. Так были оборудованы самолёты P-39D-1 и D-2 №№ 41-28257, 28316, 28335, 28337-28406, 38256, 38261, 38262, 38264-38563, в их числе все машины, поступившие в СССР. На остальных самолётах данных моделей устанавливался только правый баллон.

По светосигнальному оборудованию: ликвидированы строевые огни синего цвета. На нижней поверхности законцовки правой консоли, возле АНО, установлено три круглых кодовых огня: жёлтого, зелёного и красного цвета.

Вместо осветительной парашютной ракеты в контейнере и опознавательной ракеты в пусковой трубе в состав бортового оборудования введена обычная ракетница-пистолет типа А-1 с запасом патронов, закреплённая на левой дверце кабины.

На моделях P-39D-1 и D-2 под верхним капотом носового отсека имелась специальная сумка для документации (см. рис.), а комплект инструмента для планера был перенесён на левый борт, к креплению пулемёта.

P-39D-2 ГСС гв. ст. л-та В.И.Фадеева. Красные кок винта и "гребешок" киля — отличительные знаки 16 гв. ИАП. Схема USAAF (OD — NG)

03 RAF типа А1 (борта фюзеляжа). Исп. до середины 1942 г. Ширина каждой полосы равна диаметру красного круга.

P-39D-2 гв. ст. л-та Н.М.Искрина (16 гв. ИАП). Камуфляж USAAF (OD - NG). Слева — схема перекраски 03

03 RAF типа A(i) (нижние поверхности крыльев, исп. до середины 1942 г.). Начертание аналогично А1

Две "Аэрокобры"I ГСС гв. капитана И.В.Бочкова, 19 гв. ИАП. На ВХ168 ("15") - погиб в в/бою 4.04.43 г. Схема RAF (АН692 - с плавными, ВХ168 — с резкими переходами цветов)

"Аэрокобра"1 АН636 с "Аллисоном" V-1710-E4 N206343 замкомэска 19 гв. ИАП гв. кап. ИД.Гайдаенко (6 лично+ 23 групповых сбитых). Разбита в аварии в декабре 1942 г. Схема RAF с плавными переходами. Интересно необычное размещение "победных" звёздочек на заднем боковом щитке

03 RAF типа В (верхние поверхности крыльев). Исп. до конца 1944 г. Диаметр красного круга - 2/5 диаметра синего

Хвостовой флажок самолётов RAF (10.40 - 06.42 гг.)

"Аэрокобра"I АН669 лётчика-инспе<imageора 6 ЗАБ капитана Груздева. Разбита в аварии 20.07.42 г.

HOIST

PROP.GOV. &GUN SYN.

CAL.50 SHELLS

NO STEP

RED.GEAR

FIRST AID

INSPECTION

GUN CONTROL

VERT.ONLY

MAIN FUEL TANK

20mm SHELL EJECTION

JACK HERE

EXTERNAL POWER SUPPLY

RECEIVER

TRANSMITTER

VENT.OVER

HANDLE

Тех. надписи на самолётах "Аэрокобра"!, P-39D-1 и D- 2 (чёрные, высотой 1 дюйм - 25.4 мм, HOIST - 2 дюйма)

Эмблема ф. CURTISS на лопастях винтов

Типовые схемы камуфлирования (и перекраски 03) самолётов "Аэрокобра"! и P-39D-2 I стр. обложки — В.И.Фадеев в паре с А.И.Трудом в бою над Кубанью

"Аэрокобра"I АН619 гв. мл. л-та Габринца В.В., 19 гв. ИАП, лето 1942 г., Карельский фронт

Лопасть винта "Кёртисс Электрик"

P-400 BW155 пилота 67 иэ 347 иаг л-та Бэркли Диллена. Аэ Тонтоута, Новая Каледония, 1942 г. Камуфляж "региональный", сине-коричневые полосы поверх английской схемы А т.к. эскадрилья действовала над морем и островами (Новая Гвинея, Новая Каледония, Гуадалканал). На крыльях спаду — синяя надпись "U.S. ARMY". Оскаленная акулья пасть — "фирменная" эмблема 67 иэ — была нарисована на всех самолётах. Белые законцовки крыльев — ЭБР. Самолёт выставлен в Smitsonian Museum, США в оригинальной окраске

Р-400 (обычно ошибочно идентифицируемая как P-39F) 36-й иэ 8-й иаг, Новая Гвинея, 1943 г. Камуфляж — схема USAAF. Белые нос и гребешок хвоста — элементы быстрого распознавания (ЭБР)