Наверное, одной из самых серьезных проблем Библии, помимо сотворения живых существ и человека, является космологический вопрос: проблема начала мира. Но не мира того, в котором мы живем и умираем, а мира Вечного. На этот вопрос Священное Писание отвечает однозначно, что Бог создал этот мир из ничего. Однако признать это заявление по многим причинам очень сложно. И эта трудность проявляется прежде всего в том, что никакую субстанцию, например, энергию или материю, Библия не принимает за основу сотворения мира.

А это значит, что физические параметры Вселенной, которые служат фундаментом для теоретических моделей материального мира, предлагаемых современными физиками и астрономами, толкователями Библии в расчет не берутся.

С другой стороны, когда современный астроном выдвигает гипотезы и предположения, он тоже в фундамент своих теорий кладет довольно непрочный материал в виде различного рода версий, которые также не имеют твердой доказательной базы.

Американский физик, лауреат Нобелевской премии 1964 года Чарльз Таунс по поводу гипотез о появлении Вселенной высказался так: «Я не понимаю, как научный метод, совершенно отделенный от религиозного, может объяснить начало всех вещей. Действительно, физики надеялись заглянуть за «Большой взрыв» и, возможно, объяснить начало нашей вселенной, например, путем флуктуации. Но тогда что есть флуктуация и как она в свою очередь начинает существовать? С моей точки зрения, вопрос начала, кажется, навсегда останется безответным, если мы будем исходить только из научного взгляда».

А ученые, в свою очередь, считают, что примерно 20 миллиардов лет назад пространство-время и материя были сконцентрированы в ничтожно малой точке, которая именуется «сингулярностью»: в этой точке масса и температура бесконечно большие, а объем равен нулю. И вдруг произошел «Большой взрыв», после которого Вселенная стала с огромной скоростью расширяться. В течение небольшого отрезка времени появились все ныне существующие законы природы, и Вселенная стала такой, какой ее видят современные ученые-астрофизики. В ходе этого расширения возникли древние галактики, в них – звезды и планеты.

В основе теории «Большого взрыва» лежат два допущения: красное смещение галактик, открытое Э. Хабблом, и реликтовое излучение, которое возникло, как считают многие астрофизики, в первые мгновения жизни Вселенной.

Но не все ученые принимают предложенные выше доказательства того, что когда-то произошел «Большой взрыв». В лагере его противников находятся и богословы. Причем те и другие для такого отношения к теории «Большого взрыва» имеют достаточно веские основания.

Так, те миллиарды лет эволюции Вселенной, в том числе и звезд, о которых говорят астрофизики, основываются исключительно на измерениях с помощью закона Хаббла, в котором содержится ряд допущений. Например, что «красное смещение» в спектрах галактик, удаленных на значительные расстояния, связано лишь с допплеровским эффектом, а также что расстояния до галактик пропорциональны их скоростям разбегания. При этом если обратить более пристальное внимание на второе допущение, то возникает вполне логичный вопрос: какие же силы в противовес общей гравитации Вселенной обеспечивают это разбегание галактик?

Начало Вселенной остается великой тайной

Но это не единственный парадокс теории «Большого взрыва». Не менее сложно объяснить и распределение во Вселенной вещества. Так, предполагается, что Вселенная однородна и изотропна. Но, с другой стороны, современные астрофизики признают, что исследованная область Вселенной имеет ячеистую структуру, в которой, наряду со скоплением галактик, имеются огромные пустые пространства. Кроме того, в конце прошлого столетия была обнаружена область с огромным количеством галактик, в которых сконцентрирована значительная часть вещества Метагалактики. Безусловно, такое разнородное по плотности вещества строение Вселенной вряд ли могло появиться в результате «Большого взрыва».

Еще одним аргументом против теории разбегающейся Вселенной является тот факт, что большая часть изученных галактик имеют хорошо заметную спиральную структуру и характеризуются вращением вокруг центра. А ведь возникновение такого состояния галактик абсолютно не согласуется с законом сохранения момента импульса. Более того, маловероятно, чтобы взрыв мог привести к появлению столь упорядоченной структуры, как спиральная галактика. Скорее всего, он бы эту структуру, наоборот, разрушил.

Помимо разбегающихся галактик одним из доказательств «Большого взрыва» считают «реликтовое» излучение. Однако в последнее время было установлено, что оно настолько неравномерно распределено во Вселенной, что эхом этого взрыва тоже вряд ли может считаться.

Кроме этих имеется и еще ряд проблем, которые не может разрешить теория «Большого взрыва». Например, где находится та точка, из которой возникла Вселенная? Как именно из сингулярности появилось такое огромное количество энергии?

Таким образом, появление Вселенной теорией «Большого взрыва» объяснить очень и очень трудно. Но даже если и было нечто, похожее на взрыв, то протекал он, скорее всего, по тем законам, которые современной науке неизвестны.

Еще больше вопросов вызывает момент до «Большого взрыва». Заглянуть за этот горизонт ученые не в состоянии. По этому поводу они могут лишь строить предположения, которых в настоящее время немало.

Так, в 1960 году любопытную гипотезу выдвинул американский физик-теоретик Джон Уиллер. Согласно его предположению, когда-нибудь нынешнее состояние расширения Вселенной сменится сжатием в сингулярность. После этого произойдет взрыв, и Вселенная опять начнет расширяться. И эти процессы будут происходить до бесконечности. Такой взгляд на эволюцию мироздания получил название теории пульсирующей Вселенной.

Другая гипотеза предполагает существование так называемой протовселенной. В соответствии с ней еще до «Большого взрыва» должна была появиться материя. В основе этой точки зрения лежат «белые дыры» – теоретические антиподы «черных дыр». Именно из «белых дыр», в противоположность «черным», материя должна истекать в неограниченном количестве со скоростью света. Иначе говоря, она должна появляться ниоткуда. И хотя эта теория и объясняет некоторые загадки Вселенной, в частности, ее неоднородность, она пока не может быть принята на том основании, что до сих пор не обнаружено ни одной «белой дыры».

Можно было бы привести немало других гипотез, выдвинутых в последнее время. Но большого смысла в этом нет, поскольку ни одна из них не дает ответа на вопрос: что было до «Большого взрыва»?

А вот Священное Писание очень четко говорит, что Вселенную сотворил Бог, причем из ничего. В свою очередь под словосочетанием «из ничего» следует понимать отсутствие любой субстанции, которая могла бы предшествовать появлению мироздания. Это значит, что организованная энергия Вселенной и сама ее структура не могли стать причинами появления самих себя. Для этого требовался сторонний фактор, который и привел к возникновению Вселенной. И этим фактором, как считают верующие люди, является Бог.

Еще одной загадкой книги «Бытие» является происхождение жизни. На этот уникальный феномен, как и на возникновение Вселенной, Солнечной системы и Земли, тоже существует две точки зрения. Приверженцы одной из них – эволюционисты, уверены, что тот мир, который мы видим в настоящее время, появился в результате длительного эволюционного процесса.

Адепты другой точки зрения – креационисты, считают, что многообразие форм органического мира является результатом Божественного творения. «И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя, дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так.

И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерево, приносящее плод, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что это хорошо.

Американский химик и биолог Стэнли Миллер пытался доказать возможность самозарождения жизни

И был вечер, и было утро: день третий…

И сказал Бог: да произведет земля пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной.

И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.

И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле.

И был вечер, и было утро: день пятый.

И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.

И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо…» (Быт. 1: 11–25)

Итак, судя по этому отрывку из Бытия, растительный и животный мир Бог сотворил в течение трех дней. Так считают и толкователи Библии. Эволюционисты же уверены, что для этого потребовались миллиарды лет. При этом, по их мнению, началом эволюционного процесса стали первичные органические молекулы, объединившиеся в коацерватные капли.

Теория, согласно которой жизнь возникла из простейших химических соединений, называется «спонтанной генерацией». Но это, как показывает история науки, не более, как гипотетическое предположение, которое не только не подтверждено экспериментально, но даже не имеет убедительных теоретических обоснований.

Впрочем, в начале 50-х годов прошлого столетия американский биохимик Стэнли Миллер провел относительно простой эксперимент, с помощью которого попытался доказать возможность самозарождения жизни.

В опыте были использованы две стеклянные колбы, соединенные одна с другой. В одной из колб находилось устройство, состоявшее из двух электродов, между которыми пропускали мощные электрические разряды, имитировавшие молнии. В другой колбе постоянно кипела вода.

В ходе эксперимента аппарат заполнялся воздухом, состоявшим из тех соединений, которые, как считается, находились в первобытной атмосфере Земли: метана, водорода и аммиака.

Эксперимент продолжался в течение недели. Затем в образовавшемся «бульоне» были исследованы появившиеся в ходе реакций вещества. В основном это были случайные неорганические соединения. Кроме того, в растворе находилось и незначительное количество органических веществ, в том числе и простейшие аминокислоты – глицин и аланин. И вот эти результаты, как ни странно, в течение многих лет преподносились, как воспроизведение жизни в экспериментальных условиях.

Однако со временем к опытам Миллера появилось немало претензий со стороны не только креационистов, но и светских ученых. Вот только некоторые из них.

Первая. В экспериментах Миллера синтезировалось совсем незначительное количество органических веществ, причем лишь в разреженной атмосфере. Но атмосфера в исследуемую эпоху, как считают современные ученые, состояла из углекислого газа, водяного пара, азота и небольшого количества водорода. Так вот, когда уже эта смесь помещалась в колбу в аналогичном эксперименте, то другие аминокислоты, помимо глицина, там не появлялись. И лишь только при наличии метана возникали сложные аминокислоты. Но этого газа в атмосфере древней Земли было очень и очень мало.

Вторая. Даже если предположить, что органические вещества все же образовывались, они очень быстро распадались на простые соединения под влиянием мощного ультрафиолетового излучения Солнца, а также кислорода, который присутствовал в древней атмосфере.

Третья. В ходе множества экспериментов, аналогичных миллеровскому, не удалось получить более сложных соединений – тирозина, триптофана и фенилаланина, без которых невозможно образование ферментов.

Четвертая. Серьезным доводом против гипотезы самозарождения жизни является тот факт, что все аминокислоты, появляющиеся в опытах, состоят из равного соотношения правосторонней (D-) и левосторонней (L-) форм. В то же время в белках живых организмов присутствуют только левосторонние формы аминокислот. Какая же сила смогла так тщательно разделить изомеры, химически почти идентичные? Ответа на этот вопрос нет.

Пятая. По определению, первобытный бульон должен был состоять из различных химических соединений, в том числе и ферментов. Но вполне вероятно, что в «бульоне» также присутствовали и такие вещества, которые тормозили или вовсе разрушали ферменты тотчас после их появления. То же самое касается и нуклеиновых кислот: они не могли бы воспроизводиться в среде, насыщенной агрессивными соединениями.

Да и появление самих нуклеиновых кислот, репликации и в особенности генетического кода современные ученые тоже объяснить не могут. А ведь в основе жизни, как известно, лежат процессы взаимодействия нуклеиновых кислот и протеинов. И именно механизмы синтеза протеинов – наиболее сложный биохимический процесс, протекающий в клетке. В нем участвует более сотни разных белков, и каждый из них задействован в определенной реакции, а также более трех десятков различных разновидностей РНК. Как могло появиться такое разнообразие сложных биологических соединений, приспособленных к определенным реакциям? – адепты самопроизвольного появления жизни тоже не в состоянии объяснить.

Впрочем, так же, как и объяснить появление генетического кода, в котором кодируется информация обо всех биохимических реакциях в клетке. Поэтому ряд ученых склоняется к гипотезе, что генетический код появился не в ходе эволюции, а сразу во всей полноте. Но это предположение, как легко заметить, имеет много общего с идеей Творения.

Доказать самопроизвольность зарождения жизни еще труднее, если попытаться просчитать вероятность этого процесса. А ведь известно, что даже самые простые белковые цепочки состоят из нескольких сотен аминокислот, каждая из которых находится в четко запрограммированном месте и выполняет конкретную функцию.

Так вот, физик Хьюберт Йокки подсчитал, что вероятность случайного возникновения белка, состоящего из 100 аминокислот, составляет всего один шанс из 10 в 65-й степени. А ведь даже простейшим клеткам для нормального функционирования необходимы сотни и тысячи специализированных белков.

Английский математик Фред Хойл пошел еще дальше: он, используя суперкомпьютер, подсчитал, что вероятность случайного появления 2000 белков амебы равняется 1 шансу из 10 в 40 000-й степени возможностей. Насколько мала эта вероятность, можно судить хотя бы по тому факту, что возможность зафиксировать конкретный атом во Вселенной составляет 1 шанс из 10 в 80-й степени. Следовательно, поверить в случайное появление даже такого примитивного организма, как амеба, вряд ли возможно.

И многие ученые-эволюционисты тоже все меньше и меньше верят в самопроизвольное зарождение жизни. Но и признать сотворение жизни Всесильным Творцом решаются немногие. А ведь, как видно из тех примеров, которыми оперируют креационисты, поверить в роль Всевышнего разума в создании жизни намного «научнее», чем в ее случайное зарождение в первобытной атмосфере или океане.

И даже если призвать на помощь теорию панспермии, ответа на вопрос: как появилась жизнь? – получить нельзя. Поскольку «семена жизни», попавшие на Землю, все равно должны были где-то и как-то появиться. И, пытаясь ответить на эти вопросы, мы опять столкнемся с теми же проблемами, что и при объяснении появления жизни на нашей планете. А значит, снова вынуждены будем стать на сторону креационистов.

Ученым-биологам сегодня известно огромное количество видов растений и животных. Сколько же всего их на нашей планете? – никто точно не знает. Например, по разным данным, одних только насекомых насчитывается от 2 до 3 миллионов. А некоторые энтомологи даже называют цифру в 10 миллионов видов.

И если предположить, что в силу какого-то уникального стечения обстоятельств одноклеточная жизнь на Земле появилась случайно, то намного труднее представить, как в результате одного лишь естественного отбора она смогла развиться до уровня того многообразия растений и животных, которые обитают сегодня на Земле.

Можно привести десятки, сотни, тысячи примеров настолько невообразимо сложно устроенных органов и систем органов, столь высокой приспособленности организмов к окружающей среде и друг к другу, что невольно, сама по себе, возникает мысль об участии в этом процессе высшего разума, то есть Бога.

В то же время биологи, в качестве доказательства эволюционного процесса, даже пытаются смоделировать эволюцию в лабораторных условиях. Так, группа американских ученых, начиная с 1988 года, в течение двадцати лет проводила эксперимент, в ходе которого бактерия кишечная палочка Escherichia coli должна была приспособиться к новому источнику питания. Для этого 12 колоний бактерий были помещены в одинаковые условия: изолированную питательную среду, в которой в качестве пищевого объекта находилась только глюкоза. Кроме этого, в среде присутствовал и цитрат, иначе говоря – лимонная кислота, лишенная трех ионов водорода. Но при наличии кислорода это соединение кишечная палочка в качестве источника пищи усваивать не могла.

В кембрийский период без каких-либо промежуточных форм появляется высокодифференцированный мир животных

В ходе этого опыта сменилось более 44 тысяч поколений бактерий. Однако ничего особенного с бактериями не происходило: они лишь слегка увеличивались в размерах. И лишь в одной из популяций в 32-тысячном поколении бактерии неожиданно начали усваивать цитрон. На первый взгляд, эксперимент, достойный восхищения. Однако если хорошо подумать, то ничего невероятного в нем нет.

Во-первых, в ходе этого опыта произошли изменения только одного признака. Причем не столь уж сложного. Во-вторых, «участниками» эксперимента стали примитивные организмы: бактерии. В-третьих, для возникновения столь простого признака потребовались десятки тысяч поколений. А что же говорить о более сложных признаках: например, о стрекательных клетках простейших или кишечнополостных. И, в-четвертых, эта так называемая эволюция в пробирке произошла не без вмешательства разума, коим в данном случае являлся человек в лице ученого-экспериментатора…

Впрочем, критики теории Дарвина давно утверждают, что эволюция возможна только там, где лишь увеличивается или уменьшается уже существующая форма: например, удлиняется хвост или укорачивается шерсть.

Так, длинная шея жирафа позволяет ему срывать листья с высоких веток, что предоставляет животному определенное преимущество, и вполне логично предположить, что этот признак мог появиться в результате постепенного накопления незначительных мутаций в программе развития шейного скелета.

Но, основываясь на этих предположениях, нельзя объяснить появление таких сложных органов, как, например, печень или мозг. Еще труднее истолковать возникновение уникальных поведенческих программ, так как они лишь тогда способствуют выживанию, когда состоят из полного набора взаимосвязанных действий.

Ярким примером весьма сложного поведения является танец пчел. Так, когда пчела-разведчица отыскивает богатые нектаром цветы, она возвращается в улей и сообщает об этом своим товаркам особым пчелиным «танцем».

В танце пчелы углы поворота ее тела и частота взмахов крыльев сообщают остальным пчелам сведения о расстоянии до корма и направление к нему с учетом расположения солнца. Безусловно, такой способ передачи информации не мог появиться в процессе постепенного накопления небольших изменений, поскольку не обладал бы достаточной точностью и информативностью. Например, если бы рабочие пчелы не смогли разобраться, что им сообщает пчела-разведчица, то «танец» оказался бы бесполезным и не способствовал бы более эффективному добыванию пищи.

Или взять, к примеру, бактерий. В соответствии с теорией эволюции, эти микроскопические создания являются первыми жизненными формами, которые появились на Земле. В то же время известно, что многие из этих примитивных организмов в качестве средства передвижения используют жгутики, которые, осуществляя очень быстрые вращательные движения, способствуют перемещению бактерий в их среде обитания.

Причем жгутик бактерии – это миниатюрный электрический мотор. И никакого преувеличения в этом нет. Действительно, в этом двигателе бактерий имеется статор, ротор, ось со втулкой и еще ряд деталей, аналогичных тем, которые имеются в электрическом моторе, изобретенном человеком.

А поскольку бактерия может останавливаться или перемещаться в разных направлениях, значит, она должна иметь очень чувствительные датчики, переключатели и структуры, контролирующие эти перемещения. И все эти устройства намного меньше самой бактерии, размеры которой колеблются в пределах нескольких десятков микрон. Для наглядности такой факт: 8 миллионов таких двигателей можно разместить на срезе человеческого волоса.

Или еще один пример. На листьях австрийского дуба иногда можно обнаружить галлы в форме коробочки с особой крышечкой. Когда для личинки приходит пора покидать свое убежище, в стенке галла-коробочки появляется овальная «дверца», которая в определенный момент отваливается, обеспечивая личинке выход на свободу.

Не могут не вызвать восхищения и одновременно удивления симбиотические отношения между различными группами организмов. Например, хорошо известные «дружеские» отношения между муравьями и тлями, или крабом-отшельником, актинией и червем нереисом…

Примеров подобного рода можно привести множество. И дать четкое представление об их появлении практически невозможно.

Впрочем, Дарвин и сам признавал, что его теория не дает убедительного объяснения возникновению сложных структур. Он писал: «Предположение о том, что глаз, со всеми его филигранными механизмами регулировки фокуса хрусталика, настройки на яркость света и коррекции сферических и хроматических аберраций, возник в результате естественного отбора, – может показаться, будем смотреть правде в глаза, в высшей степени абсурдным»…

Еще одна проблема дарвинизма – это отсутствие переходных форм между крупными таксонами, а также – между менее и более сложными системами органов.

Наиболее известным примером отсутствия эволюционной преемственности палеонтологи открыли в пластах кембрийского периода. Именно в них было обнаружено огромное количество ископаемых, не имеющих переходных форм. Неожиданно, без каких-либо промежуточных форм появляется высокодифференцированный мир животных. Этот период ученые иногда называют «кембрийским взрывом».

Всего в течение 20 миллионов лет (срок, по геологическим меркам, мизерный) возникло более 1500 родов, представляющих практически все ныне существующие типы животных от губок до хордовых.

Еще одна неразрешенная до настоящего времени загадка эволюционной теории – переход от внешнего скелета, в частности, хитинового покрова насекомых, к внутреннему скелету позвоночных. Говоря словами зоологов Э. Хадорна и Р. Венера: «Филогенетическое происхождение позвоночных животных остается гипотетическим, так как отсутствуют ископаемые, которые бы указывали на предков, которые могли бы доказать их связь с другими, более примитивными типами животных».

Также покрыто мраком происхождение и других классов позвоночных животных: современных амфибий, рептилий, птиц, млекопитающих.

Долгое время наиболее «убедительным» примером переходной формы между двумя большими группами позвоночных животных – рептилиями и птицами – считали археоптерикса. С 1861 года до наших дней палеонтологи обнаружили шесть достаточно хорошо сохранившихся окаменевших экземпляров этих древних пернатых. На этих ископаемых формах хорошо заметны характерные особенности рептилий и птиц. Поскольку важнейшим признаком птиц являются перья, то по логике археоптерикс, как предок птиц, должен был иметь «праперья», то есть образования, которые в своем строении имели бы структурные элементы чешуи рептилий и перьев птиц. Но, оказывается, перья археоптерикса в мельчайших деталях похожи на перья современных птиц. Следует также заметить, что ископаемые перья были обнаружены в Австралии, в Ливии, в Сибири, в Монголии, а отпечатки птичьих лап – в Канаде. Это значит, что в ту далекую эпоху птицы были распространены по всему миру.

Много загадок эволюционистам принес и геном животных. Например, все хорошо знают, что глаза млекопитающих по своему строению кардинально отличаются от таковых мух. Но тем не менее их программы развития включаются одним и тем же способом! Трудно представить себе, как вообще можно объяснить этот факт в рамках концепции дарвинизма.

Этот пример, как, впрочем, и ряд других, наводит на мысль, что такие органы и их функции были «встроены» в разные организмы заранее, хотя они и не проявляли себя у их общих предков.

Кто это сделал – Творец или иная какая-то сила? – сказать трудно. Но даже те немногочисленные факты, которые приведены выше, нельзя объяснить земным эволюционным процессом.

Впрочем, и сам Дарвин допускал возможность сотворения живой материи Богом. Это хорошо видно из заключительной фразы его книги «О происхождении видов»: «Есть величие в этом воззрении, по которому жизнь с ее различными проявлениями Творец первоначально вдохнул в одну или ограниченное число форм; и между тем как наша планета продолжает вращаться согласно неизменным законам тяготения, из такого простого начала развилось и продолжает развиваться бесконечное число самых прекрасных и самых изумительных форм».

«…И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их…

И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестый» (Быт. 1: 26–27, 31).

Итак, согласно Библии, человека создал Бог в шестой день Творения. Но если для большинства креационистов – это аксиома, непреложная истина, то у эволюционистов на историю появления человека на Земле совсем иные взгляды.

В школьном курсе биологии нам четко и ясно разъяснили, что предком человека являлся один из видов человекообразных обезьян. На этом настаивал и автор эволюционной теории Чарльз Дарвин. И, в соответствии с этим учением, процесс превращения обезьяны в человека растянулся на несколько миллионов лет.

В схематичном виде в своей эволюции человек прошел следующие этапы. Сначала примерно пять миллионов лет назад появился первый представитель человеческого рода – австралопитек. Затем, по разным данным, приблизительно два миллиона лет назад заявил о себе питекантроп. Потом его сменил синантроп. Следующим был гейдельбергский человек. Потом на смену ему пришел неандерталец. И завершил этот процесс кроманьонец, то есть, по сути, современный человек.

Казалось бы, вполне устоявшаяся теория. Причем вроде бы подтвержденная множеством ископаемых фрагментов. Более того, вескими аргументами в пользу эволюционного развития человека якобы являются и переходные формы, о которых говорилось выше. Что еще может быть убедительнее?

И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, в последние десятилетия все в этой устоявшейся классификации кардинально изменилось. Неожиданно промежуточных предков человека антропологи убрали, оставив пустое пространство на эволюционном древе между древними обезьянами и современным человеком разумным.

Сначала из числа родственников человека исчезли неандертальцы. Сомнения в том, что эти древние существа находятся в родственных отношениях с человеком, появились у антропологов еще 70-х годах прошлого столетия. Но эти смутные подозрения в начале XXI века обросли необходимыми доказательствами, когда американские антропологи Дженнифер Томпсон и Эндрю Нельсон провели тщательный сравнительный анализ строения черепов современных людей и неандертальца. В ходе этого исследования они установили, что скорость достижения неандертальцем зубной и скелетной зрелости не соответствовали темпам этих процессов у современных людей. А это, по мнению исследователей, говорило о том, что кривая роста неандертальцев весьма существенно отличалась от таковой нынешнего человека.

Ни питекантроп, ни неандерталец не являются прямыми предками человека

То есть, при определении возраста по зубам, неандерталец, останки которого исследовали, умер примерно в 15-летнем возрасте. В то же время, судя по степени развития скелета, наш предполагаемый предок скончался в 10 лет. Но такая разбежка абсолютно не свойственна Homo sapiens, в том числе и кроманьонцам, которые 35 тысяч лет назад сменили неандертальцев.

Этот факт и стал первым толчком к появлению новой гипотезы, суть которой сводится к тому, что кроманьонцы и неандертальцы относились к разным биологическим видам. А чуть позже выводы американских исследователей подтвердили и независимые сравнительные исследования геномов неандертальцев и современных людей. Вот что об этом пишут российские генетики Н. Янковский и C. Боринская в книге «Люди и их гены: нити судьбы» (Век 2, 2006):

«В 1997 году работающему в Германии генетику Сванте Пэбо удалось прочесть участок мтДНК, выделенной из останков неандертальца, найденных более ста лет назад, в 1856 году, в долине Неандер близ Дюссельдорфа…

Летом 2000 года появилось сообщение другой группы ученых об исследовании второго образца неандертальской мтДНК, выделенной из костных останков ребенка, найденных в пещере Мезмай на Северном Кавказе. В этом случае останки точно датированы радиоуглеродным методом – им 29 000 лет. Это представитель одной из последних живших на Земле групп неандертальцев…

Считается, что доступная для анализа ДНК при благоприятных условиях сохраняется не более 70 тысяч лет, а в более древних образцах она полностью разрушена.

Результаты молекулярно-генетических исследований свидетельствуют, что неандертальцы, хотя и являются близкими родственниками человека, вклада в его генофонд не внесли. Обе неандертальских мтДНК имеют общие черты, отличающие их от мтДНК современных людей. Отличия нуклеотидных последовательностей неандертальцев от мтДНК человека выходят за границы внутривидового разнообразия Homo sapiens. Это говорит о том, что неандертальцы представляют генетически отдельную, хотя и близкородственную человеку ветвь.

Время существования последнего общего предка человека и неандертальца оценивается по числу различий между мтДНК как 500 000 лет. По палеонтологическим данным, предки неандертальцев появились в Европе около 300 тысяч лет назад. То есть разделение генетических линий, ведущих к человеку и неандертальцу, должно было произойти раньше этой даты, что и показывают датировки по мтДНК»…

Следом за неандертальцем из числа родственников человека по эволюционному древу антропологи вычеркнули и питекантропа (обезьяночеловека). А спустя еще какое-то время ученые установили, что и «человек прямоходящий», или Homo erectus, которого раньше относили к ближайшим предкам современного человека, жил одновременно с Homo sapiens.

После неандертальца и питекантропа антропологи вплотную занялись следующим предком человека – австралопитеком. И вскоре мнения ученых относительно этого существа тоже резко разделились: одни продолжают считать его связующим звеном в эволюции человека, другие склоняются к версии, что это – разновидность обезьяны.

По этому поводу М. Кремо и Р. Томпсон в книге «Неизвестная история человечества» пишут: «В самом начале 1950-х годов сэр Солли Цукерман опубликовал данные широких биометрических исследований, доказывающие, что Australopithecus не был существом человекоподобным, как это рисуют желающие добиться для него места в родословной Homo sapiens. Анализ доступных нам данных, писал американский антрополог Чарльз Окснард, наводит на мысль, что животное имело средний рост, свободно чувствовало себя на деревьях: было способно лазать, выполнять акробатические упражнения и, возможно, висеть на передних конечностях».

На то, что происхождение человека – это пока тайна за семью печатями, указывают и следующие аномальные факты. Они в первую очередь представлены предметами человеческой культуры, которые были обнаружены в земных слоях, возраст которых исчисляется десятками и даже сотнями миллионов лет.

Так, в южной Африке был обнаружен металлический шар с насечками, возраст которого около 2800 млн лет. В штате Массачусетс была извлечена металлическая ваза из слоев, возраст которых примерно 600 млн лет. В штате Юта был обнаружен след обутой ноги, оставленный приблизительно 505–590 млн лет назад.

А в Шотландии в слоях, которым 360–408 млн лет, был найден железный гвоздь. В Англии, в свою очередь, была обнаружена золотая нить, вмурованная в камень: ей примерно 320–360 млн лет.

В американских штатах Оклахома, Айова, Иллинойс были обнаружены железная кружка, резьба по камню, вмурованная в каменный уголь кирпичная стена, а также золотая цепочка. Возраст этих артефактов от 220 до 360 млн лет.

И, что поразительно, в штате Иллинойс был найден человеческий скелет, которому примерно 300 млн лет. Скелеты возрастом от 30 до 55 млн лет были обнаружены также в Швейцарии, Калифорнии, Франции.

Также во Франции из слоев, возрастом от 50 до 150 млн лет, были извлечены металлические трубы, вмурованные в мел, а также шар и рубленая древесина.

Перечень таких находок, или артефактов, можно было бы продолжить. Однако и их предостаточно, чтобы подвергнуть сомнению происхождение человека по Дарвину. А значит, следует признать, что человека мог сотворить Бог, то есть что истина на стороне креационистов?

Конечно, в однодневное творение человека разумного вряд ли кто поверит. Даже большинство экзегетов Библии значительно расширяют временные рамки появления человека.

В таком случае, если человек – не продукт эволюции и не однодневное творение Бога, то возникает естественный вопрос: как или откуда на Земле появились наши далекие предки? На этот счет существует немало гипотез, причем самого разного характера, вплоть до совсем уж экзотических.

Поскольку некоторые антропологи считают, что появление современного человека обусловлено одной или несколькими мутациями, происшедшими в течение очень короткого периода времени, то одна из таких гипотез связывает появление человека разумного со вспышкой сверхновой звезды. И случилось это событие примерно 30–60 тысяч лет назад. В то же время древнейшие человеческие останки также датируются этим временем. А ведь известно, что во время вспышки сверхновой звезды выделяются мощные гамма– и рентгеновское излучения.

В этом случае на Земле резко возрастает количество мутаций, в том числе и в клетках мозга человекообразных обезьян. А это, в свою очередь, могло привести к появлению разумных мутантов нового вида – «человека разумного».

Согласно другой гипотезе, современный человек появился в результате инверсии земного магнитного поля, или, иначе говоря, перемены местоположения магнитных полюсов. И впрямь, в ходе изучения истории Земли геофизики установили, что за последние 3 миллиона лет магнитные полюса Земли менялись местами четыре раза. А многие останки древних людей были обнаружены как раз в слоях, относящихся ко времени четвертой геомагнитной инверсии. На основании столь уникальной взаимозависимости ученые пришли к выводу, что появление человека как раз и связано со столь уникальными явлениями в геофизике планеты. И в качестве подтверждения этой гипотезы служит тот факт, что древнейший человек, как считают многие известные антропологи, появился около 3 миллионов лет назад. Когда же наступила очередная смена полюсов – около 700 тысяч лет назад, – появился питекантроп. Затем во время новой геомагнитной инверсии (250 тысяч лет назад) на Земле возник неандерталец. А происхождение современного человека пришлось на четвертое смещение полюсов…

Но это та группа гипотез, в основе которых лежат земные факторы, приведшие к возникновению человека. Однако, помимо них, имеется также немало версий, которые предполагают создание человека некой инопланетной цивилизацией, которая по своему развитию на много порядков превосходит человеческую…

Вот только несколько любопытных и достаточно аргументированных доказательств данного предположения. Начнем с новейших исследований генетиков: оказывается, что, в соответствии с новыми данными, современные гоминиды (орангутан, горилла и шимпанзе) являются более близкими родственниками человека, нежели его предполагаемые ископаемые предки.

Более того, в результате сравнительного анализа геномов человека и шимпанзе было установлено, что геном человека отличается от генома шимпанзе, по разным оценкам, приблизительно на 1–2 %! В ходе этого исследования был открыт еще один удивительный факт: 2-я хромосома человека появилась в результате слияния двух хромосом (2А и 2Б) шимпанзе.

Впрочем, если быть до конца точным, то 2-я хромосома человека не является абсолютной копией этих двух хромосом шимпанзе. В области их слияния на отрезке между концами теломеров находится генетическая вставка, представленная группой генов, состоящей из 150 000 азотистых оснований. Причем аналогичная группа генов больше в геноме шимпанзе не встречается, в то время как в других хромосомах человека она есть.

Можно предположить, что эта группа генов была «встроена» в геном кем-то извне, и именно эти гены способствовали быстрому превращению шимпанзе в человека. Но вот каким образом это могло случиться – сказать сложно. И на сей счет можно лишь строить догадки.

И еще: в 80-х годах прошлого столетия группой ученых, которую возглавлял Аллан К. Уилсон – профессор Калифорнийского университета в Беркли, – были собраны образцы 182 различных типов митохондриальных ДНК (мтДНК), полученные от 241 индивидуума, относящихся к 42 национальностям всех рас. Затем был проведен сравнительный анализ двух участков мтДНК, в которых наиболее активно возникают мутации. На основе полученных данных А. Уилсон установил, что всё современное человечество ведет свое происхождение от одной женщины, некогда обитавшей в восточной Африке. Автор открытия назвал ее «митохондриальной Евой».

Более того, было установлено, что она жила приблизительно 140–200 тысяч лет назад. То есть верхняя дата жизни «митохондриальной Евы» почти соответствует времени создания первых людей «по Ситчину».

В свою очередь, чтобы проследить «линию отцов» в родословной человечества, были проведены анализы мужской У-хромосомы. В ходе изучения нескольких тысяч проб от представителей различных народностей, также были получены сенсационные результаты: оказалось, что родиной «Адама» является тоже восточная Африка. Кроме того, выяснилось, что время появления представителя Homo sapiens мужского рода – также порядка 200–150 тысяч лет назад.

Итак, около 200 тысяч лет назад в восточной Африке появились первые люди. Примерно 100 тысяч лет назад их потомки расселились по всему земному шару, а примерно 40 тысяч лет назад они стали осваивать европейский континент.

Таким образом, создается впечатление, что изложенные выше исследования А. Уилсона являются достаточно убедительным подтверждением, что «От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу Земли…» (Деян. 17: 26)

Итак, разные взгляды, разные гипотезы на одну и ту же проблему – на происхождение человека. Причем если у креационистов взгляд один: человек – творение Бога, то у эволюционистов – гипотез превеликое множество. И при этом оба лагеря убеждены в своей правоте. А вот на чьей стороне правда? – сказать пока невозможно. Да и вряд ли эта проблема разрешится в ближайшем будущем.

Человек, внимательно читавший Библию, вряд ли не заметил, что в первой и второй главах книги Бытие, в которых рассказывается о сотворении человека, присутствует явное противоречие в изложении этого Божественного акта.

Так, из первой главы следует, что в шестой день Бог сотворил сначала всех земных животных, а затем человека, причем одновременно и мужчину, и женщину.

Однако во второй главе рассказ об этом же самом событии, к тому же огромнейшего значения, излагается совсем по-иному. Согласно автору текста, Бог сотворил первым мужчину, затем создал низших животных, а уже после них явил женщину из ребра мужчины.

Последовательность, в которой Бог создавал свои творения, в обеих главах существенно различается. В первой главе Бог сотворил сначала рыб, затем – птиц и зверей, и уже потом – мужчину и женщину. То есть процесс творения шел по восходящей линии.

Во второй главе Всевышний в своих созидательных трудах движется по нисходящей линии: сначала он создает мужчину, затем низших животных и уж потом – женщину. И в этом втором рассказе ни словом не упоминается о том, что мужчина и женщина созданы «по образу и подобию» Бога, а просто констатируется, что «создал Господь Бог человека из праха земного и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2: 7).

Естественно, у того же внимательного читателя, скорее всего, возникнет еще один очевидный для данной ситуации вопрос: каковы же причины этого повтора? Конечно же, ответы на него есть как у священнослужителей, так и у светских ученых. Правда, эти ответы разные.

Так, сторонники божественного творения человека уверены, что два разных по содержанию рассказа об одном и том же событии представлены в книге Бытие неслучайно: скорее всего, в этом вроде бы явном противоречии скрыт некий глубокий смысл.

Указывая в первой главе на то, что в шестой день творения человек был создан последним в сонме всех живых существ, автор текста подводит нас к пониманию общности человека и остальных обитателей Земли.

Во второй главе автор своим рассказом утверждает, что мир, Земля и все ее обитатели были созданы не просто ради обретения бытия, а для того, чтобы служить человеку. И именно в этой главе не только подробно изложен акт сотворения человека, который происходит, в отличие от других живых существ, в два этапа.

На первом этапе «…создал Господь Бог человека из праха земного», то есть из земли. Но при этом следует иметь в виду, что слово «земля» на древнееврейском языке звучит как «adamah». И оно, это слово, обозначает не просто землю, а землю обработанную, преобразованную, возделанную.

Важно также заметить, что в древнем еврейском языке имеются и другие слова, обозначающие «землю»: «sadeh» – «дикая, необработанная степная земля», или «eres» – «земная поверхность». Однако в тексте книги Бытие использовано именно слово «adamah». Связано это с тем, что этим выражением утверждается тот факт, что человеческое тело сотворено из предварительно подготовленной материальной основы.

Итак, первый этап создания человека завершен. Но на этом этапе была сотворена лишь его плоть. Человека же разумного Бог сотворил на втором этапе, когда «…вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2: 7).

Сотворение Адама. Рельеф А. Пизано. XIV в.

Об этом же говорят и известные богословы. Например, святой Феофан Затворник разъясняет: «Это тело что было? Глиняная тетерька или живое тело? Оно было живое тело. Было животное в образе человека с душею животною. Потом Бог вдунул в него Дух Свой, и из животного стал человек». Вторит ему и святой Серафим Саровский: «До того, как Бог вдунул в Адама душу, он был подобен животному». Святой Григорий Богослов писал: «Из сотворенного уже вещества взяв тело, а от Себя вложив жизнь».

Итак, человек стал Человеком лишь после того, когда Дух Божий наполнил его плотское тело, которое после этого стало, как говорит апостол Павел, «Храмом Святого Духа» (1 Кор. 6: 19). Этот момент и является истинным началом человеческого бытия.

«Лишь в тот момент, – пишет протоиерей Александр Мень, – когда в существе, обретшем форму человека, впервые вспыхнул свет сознания, когда он стал личностью, произошло соединение двух мировых сфер: природы и Духа».

Таким образом, экзегеты Библии парадокс, связанный с двумя разными рассказами о сотворении человека, объяснили.

Однако совсем по-другому трактуют разные рассказы о создании человека Богом светские ученые, в частности, историки Библии. Они считают, что столь явное противоречие между рассказами о сотворении человека в первой и второй главах книги Бытие объясняется тем, что эти истории позаимствованы из двух разных источников. Якобы автор первой и второй глав по какой-то причине внес в Библейскую историю происхождения человека рассказы из двух различных произведений: Элохиста и Яхвиста.

Для полноты понимания того, о каких источниках идет разговор, отметим, что в первых пяти книгах Библии рассказ ведется от Бога, именуемого то Элохим, то Яхве. По этой причине в Библии различается два отдельных, но последовательных и цельных повествования, авторы которых получили условные названия Элохист и Яхвист.

Так вот, исследователи Библии считают, что во второй главе рассказ о сотворении человека принадлежит Яхвисту, написавшему его в IX веке до н. э., а автором первой главы является Элохист, изложивший это же событие на несколько веков раньше. Правда, в настоящее время большинство ученых-библеистов и это разделение не поддерживают.

Конечно, очень сложно поверить в то, что человек, создававший Библию, мог совершить столь явную ошибку, причем в самом начале книги Бытие, содержание которой, как утверждают апологеты христианства и иудаизма, Бог продиктовал Моисею.

Таким образом, парадокс остается неразрешимым. Впрочем, как и некоторые другие. Например, заставляет глубоко задуматься также следующая цитата в книге Бытие: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» (Быт. 1: 26).

Из этих слов можно понять, что перед сотворением человека Бог с кем-то советовался. Вопрос лишь в том, с кем мог держать совет Всевышний. Этот же вопрос ставил перед собой еще ветхозаветный пророк: «кто уразумел дух Господа, и был советником у Него и учил Его? С кем советуется Он?» (Ис. 40: 13–14).

По мнению А.П. Лопухина, наиболее правильный ответ дан в Евангелии от Иоанна, «где говорится о Слове, искони бывшем с Богом и в союзе с Ним создавшем все (Ин.1: 2–3). То есть евангелист в данном случае говорит о Логосе – предвечном Сыне Божием, Которого пророк Исайя называет «чудным Советником» (Ис. 9: 6).

«В другом месте Писания Он, под видом Премудрости, прямо изображается ближайшим участником Бога-Творца во всех местах Его творения, в том числе и в деле создания «сынов человеческих» (Притч. 8: 27–31). Еще больше поясняют эту мысль те толкователи, которые данный совет относят к таинству воплощенного Слова, благоволившего воспринять телесную природу человека в единстве со Своей божественной природой (Флп. 2: 6–7). По согласному мнению большинства святых Отцов, рассматриваемый здесь божественный совет происходил с участием и Святого Духа, т. е. между всеми лицами Пресвятой Троицы…» (А.П. Лопухин. Толковая Библия)

Но возможно и другое толкование этого отрывка. Во-первых, если принять во внимание, что Бог всемилостив, что «Бог есть Любовь» (1 Ин. 4: 16), а не ненависть, Добро, а не зло, Красота, а не безобразие, то как объяснить тот факт, что Творец мог создать человека, наполненного злом. Значит, тот, кто вместе с Богом участвовал в сотворении человека, был некой злой сущностью, по силе и власти почти равной Богу. А такой сущностью мог быть только Люцифер. Таким образом, можно предположить, что и Бог, и Люцифер, чтобы выяснить, кто из них сильнее, поместили в равных долях в человеческое сознание, соответственно, и Добро, и Зло. Вот с тех пор и борются в человеке эти две морали. И ни одна из них до сих пор не может одержать полную победу…

В Бытии содержится еще один вопрос, связанный с творением человека: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его…» (Быт. 1: 27) Именно в скрытом смысле этих двух стихов и заключается суть вопроса. Разрешить же эту новозаветную загадку экзегеты пока не смогли. Хотя имеется немало толкований этих загадочных фраз. Но несомненно одно: они указывают на особую связь человека с Богом. И это связующее звено, по мнению многих богословов, находится в душе человеческой, то есть образ Божий является ее существенной частью.

Так, архимандрит Сильвестр (Малеванский) по этому поводу пишет: «…Мы прежде и непосредственнее всего приходим к необходимости признать за душою, как существенную и неотъемлемую ее принадлежность, ту самую важную и многознаменательную особенность, которою, по словам Бытописателя, человек отличен и возвышен был перед всеми земными тварями, то есть образ Божий… А если так, то понятно, что мы не можем и не должны иначе понимать слова Бытописателя о намерении Божием создать человека по образу Своему и подобию, то есть по подобному Себе образу http: //www.bibliotekar.ru/dobroselskiy-3/18.htm – _ftn7 (Быт. 1: 26), а также о самом создании человека по образу Божиему (Быт. 1: 27), как только в преимущественном или даже в исключительном применении к душе человеческой, тем более что Бытописатель для такого понимания дает твердое основание… Некоторые из Отцов Церкви, как, например, Григорий Назианзен (Григорий Богослов) и Дамаскин, образом Божиим прямо называли душу человеческую, и, наоборот, душою – образ Божий, чем, конечно, ясно высказывали то убеждение, что образ Божий так внутренне и нераздельно слит с душою, что с нею составляет одно нераздельное единство, или, что то же, составляет самую душу человеческую».

О том же, но другими словами, говорит и епископ Макарий (в миру М.П. Булгаков): «…Можно сказать, что не в какой-либо одной части, или силе, или способности, но во всем человеке, более или менее, отражается образ Божий… Есть ли различие между образом и подобием Божиим в человеке, или нет? Наибольшая часть Отцов и учителей Церкви отвечали, что есть, и говорили, что образ Божий находится в самой природе нашей души, в ее разуме, в ее свободе; а подобие – в надлежащем развитии и усовершенствовании этих сил человеком, частнее – в совершенствовании его разума и свободной воли, или того и другого вместе, в добродетели и святости, в стяжании даров Святого Духа. Следовательно, образ Божий получаем мы от Бога вместе с бытием, а подобие должны приобретать сами, получивши к тому от Бога только возможность».

Таким образом, хранителем образа Божьего в человеке является его душа. Это значит, «что образ Божий заключается в способности души мыслить, чувствовать, исполнять принятые решения, а также в ее бессмертии… Подобие Божие в человеке представляет собой, по сути дела, праведность (святость) человека, обусловленную его лучшими чертами, в частности: стремлением к Богу, чистой совестью, добродетелью, бескорыстной любовью. Подобие дается человеку только в потенции (как возможность). Иначе говоря, человеку дается не готовое подобие Божие, а только возможность достичь его, то есть дается возможность перехода от богообразия к богоподобию (богоуподоблению)» (П.В. Добровольский. Общие аспекты психики, или Введение в православную психологию).

Согласно еще одной точке зрения, слова «образ Божий» к морали и неким нравственным идеалам никакого отношения не имеют, а касаются лишь господства человека над миром и всем, что в нем присутствует.

Вместе с тем, говоря о Божьем образе в человеке, следует помнить слова пророка Исайи: «Итак, кому уподобите вы Бога? И какое подобие найдете Ему?» (Ис. 40: 18); «Кому же вы уподобите Меня и с кем сравните? говорит Святый» (Ис. 40: 25); «Кому уподобите Меня, и с кем сравните, и с кем сличите, чтобы мы были сходны?» (Ис. 46: 5). То есть пророк определенно говорит, что Богу нет подобия в сотворенном мире.

Помимо сотворения жизни и живых организмов есть в Библии, наверное, еще более сложная для понимания загадка: зачем Бог сотворил человека? И, скорее всего, ответ на этот вопрос никогда не будет получен. Хотя бы потому, что замыслы Всевышнего человеку не подвластны. Впрочем, экзегеты Библии все же пытаются найти ответ на этот вопрос. Хотя, конечно же, в основе их толкований лежат всего лишь предположения. К тому же порой они довольно упрощенные.

Действительно, чаще всего они используют аксиому, согласно которой человек появился потому, что этого пожелал Бог. А сотворил Бог человека, возможно, для того, чтобы тот представлял Его в мире, поскольку Бог создал человека по образу и подобию Своему. Но, опять же, вопрос: кому представлял? Человеку?! Замкнутый круг. Поэтому такой ответ вряд ли соответствует истине.

Некоторые богословы утверждают, что Бог сотворил человека ради того, чтобы тот поклонялся своему Творцу. Другие экзегеты считают, что Всевышний создал человека с одной целью: чтобы Бог, глядя на Свое творение, испытывал радость. Но это Богу ни к чему, поскольку Он совершенен и бесконечен, всемогущ и самодостаточен, и человеческое поклонение Ему, скорее всего, безразлично. Что же касается радости, то это явно человеческое чувство, и трудно сказать, испытывает ли его Бог.

А вот старец Иосиф Ватопедский в «Афонских беседах» сотворение человека объясняет следующим образом: «Любовь, как одно из свойств Бога, – причина творения. В силу своей всеобъемлющей любви восхотел Бог создать существа, которые стали бы причастниками Его совершенства. Справедливо поэтому пишется, что все, что Он создал, было “хорошо весьма”».

В свою очередь, суммируя учение отцов Церкви, преподобный Иоанн Дамаскин о причине творения пишет следующее: «Итак, поскольку благой и преблагой Бог не удовольствовался созерцанием Самого Себя, но от чрезмерной благости пожелал сотворить существа, которые мог бы облагодетельствовать и соделать причастниками Своей благости, из ничего Он приводит в бытие и творит вселенную – невидимый и видимый мир, и человека, который из обеих стихий состоит: видимой и невидимой. Бог имеет намерение и творит, и мысль становится делом, исполняется Словом и завершается Духом». Таким образом, согласно этой версии, Бог сотворил человека для того, чтобы сделать его причастным к Своей доброте.

Шестой день Творения. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

По поводу необходимости сотворения человека Богом существует еще одна богословская концепция, на первый взгляд даже в определенной степени парадоксальная. Согласно ей, Бог создал человека для того, чтобы он стал владыкой над миром, который сотворил Бог.

Дело в том, что этот мир не в состоянии воспринять Бога, и поэтому Бог непосредственно не властвует над ним. Поэтому Всевышний не только предоставил человеку способность реагировать на перемены в окружающем мире, но и управлять этим миром.

Поскольку Бог сотворил плоть человека из основных элементов видимого мира – воды, земли и воздуха, это позволяет человеку ощущать материальный мир и главенствовать над ним.

В свою очередь, духовный мир человека состоит из невидимых элементов, и, благодаря этой своей части, он может ощущать незримый, или астральный, мир и тоже владычествовать над ним. А также общаться с ним. Например, в Библии рассказывается, как на горе Преображения перед Иисусом Христом появились Моисей, который умер более чем 1600 лет до этого, и Илия, умерший 900 лет назад (Мф. 17: 3). Однако, как легко догадаться, на самом деле Ему явились их астральные «я».

Кроме того, Бог сотворил человека, чтобы он стал также центром гармоничного взаимодействия этих двух миров. То есть суммарным воплощением всего того, что имеется во Вселенной. Таким образом, астральный мир человека является воплощением невидимого мира, а физическое тело человека – воплощением видимого, материального мира. Поэтому нередко человека называют Вселенной в миниатюре, или суммарным воплощением Вселенной. Однако из-за грехопадения предначертанные Богом способности и возлагаемую на него роль человек утратил.

Еще одна версия связывает появление человека с силами добра и зла, точнее, с грехопадением ангелов. Дело в том, что, согласно христианским представлениям, у Бога есть еще армия слуг и помощников, разделенных на иерархии. Их – три. К первой иерархии относятся серафимы, херувимы и престолы, ко второй – господства, силы и власти и к третьей – начала, архангелы и ангелы.

Из этих трех иерархий ближе всех к человеку находится третья, поскольку через ее представителей осуществляется контакт Бога с сотворенным Им миром и человеком, так как они исполняют Божью волю. Так, начала ведают судьбами стран и народов, архангелы являются небесным воинством, а ангелы – посредниками между Богом и человеком.

В свою очередь, из Библии известно, что один из херувимов решил стать равным Богу и был низвергнут Всевышним с небес. Его имя – Люцифер. Поэтому можно предположить, что человеку предназначена роль некого третейского судьи, который своим поведением должен поддержать или Бога, или Люцифера, то есть Добро или Зло. Причем в этой роли выступает в первую очередь духовный, внутренний мир человека. Именно за его обладание и сражаются две эти силы с тех пор, как появился человек. И эта борьба продолжается по настоящее время.

Впрочем, человек может выступать не только осознающим свое предназначение третейским судьей, но и своеобразным полем битвы ментальных сил. И этим полем является сознание человека.

Это объяснение вполне согласуется с тем фактом, что с самого начала в природе человека была заложена печальная и роковая двойственность, совмещающая в себе добро и зло. Это предположение очень красноречиво подтверждается фактом убийства Каином Авеля, причем убийства намеренного, обдуманного. Создавая человека, Бог конечно же знал об этой двойственности души человеческой. Именно по этой причине и появляется вышеизложенное соображение.

Безусловно, еще одним загадочным местом в книге Бытие является описание Рая. Причем описание топографически настолько точное, что, кажется, попасть в те места, где когда-то пребывали первые люди – Адам и Ева, может каждый возжелавший. Правда, наименование двух рек, о которых нам сегодня практически ничего не известно, затруднят выполнение этого решения.

А теперь обратимся к тексту Священного Писания.

«И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке; и поместил там человека, которого создал. И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла. Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки. Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото; и золото той земли хорошее; тамбдолах и камень оникс. Имя второй реки Гихон (Геон): она обтекает всю землю Куш. Имя третьей реки Хиддекель (Тигр): она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат. И взял Господь Бог человека, которого создал, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его. И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2: 8—17).

При чтении этих Божественных строк возникает естественный вопрос: являлся ли Рай, описанный в Бытии и который, судя по всему, находился на Востоке, духовным символом, или же это место и в самом деле когда-то существовало на Земле? Ряд богословов, в частности, протоиерей Александр Мень, придерживаются первой точки зрения.

Однако, словно заранее отвергая всякую возможность считать Рай аллегорией, бытописатель называет точную и достаточно подробную топографию Рая, тем самым утверждая, что он и впрямь когда-то существовал на земле.

Итак: «Из Едема выходила река и потом разделялась на четыре рукава…» И хотя это очень важный географический признак Рая, для определения его местоположения он мало что дает, поскольку в еврейском тексте Библии эта река не имеет конкретного названия. Нам известно лишь то, что она вытекала из земли Едем, которая предположительно находилась в северных районах Месопотамии или на южных отрогах гор Армении, протекала через весь Рай и на выходе разделялась на четыре рукава.

«Фисон» – так назывался первый из этих рукавов. А вот какая конкретно река подразумевается под этим названием, сказать сложно. Поэтому, чтобы разрешить эту загадку, исследователями Библии было предложено несколько версий.

Так, согласно одной из них, этой рекой мог быть самый большой канал Месопотамии, по которому воды из Евфрата перебрасывались прямо в море. Древние греки называли его Паллокопас. Откуда возникла эта гипотеза? Дело в том, что в древнеассирийских надписях иногда встречается слово «писану», означающего «русло, ложе, канал». А поскольку оно созвучно библейскому названию «Фисон», означающему «полноводный», то ученые и предположили, что первой рекой является древний канал. Правда, в этой версии смущает один момент: Паллокопас – сооружение-то искусственное. Но, во-первых, Моисей, судя по тексту Бытия, описывал не первобытное, а современное ему расположение Рая. И, во-вторых, сам канал, согласно некоторым исследователям, проходил по высохшему руслу одной и впрямь существовавшей когда-то реки.

Карта Едема, опубликованная в Голландии в 1682 г.

По мнению же св. Ефрема, Фисон – это Дунай. В свою очередь, св. Иоанн Дамаскин склонен считать, что этой рекой является Ганг. Второе предположение более вероятно, поскольку в Индии действительно много золота и драгоценных камней, и река эта издавна считается священной. Ведь в Писании сказано, что «она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото; и золото той земли хорошее; тамбдолах и камень оникс» (Быт. 2: 11–12).

О второй реке говорится, что имя ее «Гихон (Геон)» и что «она обтекает всю землю Куш» (Быт. 2: 13). Однако при такой, в общем-то, относительно полной информации ее современное название, а значит, и местоположение, тоже определить довольно сложно.

Чтобы разрешить эту проблему, ученые попытались выяснить, какую страну автор Бытия называет «землей Куш». Можно предположить, что, скорее всего, это восточный берег нижнего течения Тигра и северо-восточный угол Персидского залива, то есть те области, где обитали кушиты – потомки младшего сына Хамова Куша, или Хуса (Быт. 10: 5–8). По-другому это место называется Долиной Сеннаар. Впоследствии вавилоняне и ассирийцы назвали ее Двуречье, а древние греки – Месопотамия. Таким образом, Гихон, или Геон, вполне логично принять за месопотамский рукав Евфрата, который обтекает всю землю Куш, сейчас расположенную на территории Республики Судан. Этой гипотезы и придерживаются все святые Отцы и экзегеты Библии.

Что же касается остальных двух рек, то в данном случае никаких вопросов у толкователей Библии нет. Эти реки и теперь под теми же названиями вливают свои воды в Персидский залив. «Имя третьей реки Хиддекель (Тигр); она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат» (Быт. 2: 14).

Но если определены четыре реки, выходящие из Рая, то почему по сей день не найдено само это благодатное место.

Разрешить эту проблему пытались святые Отцы. Например, преподобный Ефрем Сирин, живший в VI веке, говорит: «Духовным оком воззрел я на Рай. Вершины всех гор низки пред его высотою. Едва пяты его касались высокие волны потопа; благоговейно лобызали стопы его, и возвращались назад, подавить и попрать вершины гор и высот… Далек от взоров рай, недосягаем для ока; поэтому можно отважиться изобразить его разве только в сравнениях. В светлом венце, какой видим около луны, представляй себе рай; и он также окружает и объемлет собою и море и сушу».

В другом месте Сирин более конкретен: «Хотя известны нам места, – пишет он, – откуда истекают реки сии, но неизвестно начало источника; потому что Рай находится на великой высоте. Вблизи Рая реки сии поглощаются и нисходят в море, как из высокого какого-либо водоема, и, проходя в земле под морем, изливаются». Таким образом, если следовать описанию Сирина, Рай находится на небесах. Хотя, с другой стороны, он все-таки земной.

Случалось, что в Рай, по особому благоволению Всевышнего, попадали и некоторые из смертных. Например, известный христианский святой Андрей Юродивый (или Андрей Цареградский), живший в конце IX – начале X века. Свое видение Рая он описывал так: «Там находилось множество садов, наполненных высокими деревьями, которые, колыхаясь своими вершинами, веселили мои очи, и от ветвей их исходило великое благоухание. Одни из тех деревьев непрестанно цвели, другие были украшены златовидной листвой, иные же имели плод несказанной красоты; сих деревьев нельзя уподобить ни одному земному дереву, ибо их насадила не человеческая рука, а Божия. В тех садах были бесчисленные птицы с золотыми белоснежными и разноцветными крыльями. Они сидели в ветвях райских деревьев и так прекрасно пели, что от сладкозвучного их пения я не помнил себя: так услаждалось мое сердце, и я думал, что их пение слышно даже на самой высоте небес. Те прекрасные сады стояли по рядам, наподобии того, как стоит один полк против другого… Там со всех четырех сторон веяли тихие и благоухающие ветры, от дуновения коих сады колыхались, производя своими листьями чудный шелест»…

Естественно предположить, что Рай находится в одном из параллельных миров. Но если это так, то он должен отвечать нескольким конкретным характеристикам Рая: например, в этом мире отсутствует время и старение. А ведь ученые говорят, что именно в квантовом мире нет настоящего, будущего и прошлого, то есть временной поток там отсутствует. Значит, все-таки существование Рая возможно.

Об определенной связи Рая с тонкими материями говорит и тот факт, что одной из главных примет Рая является свет, то есть тонкая материя. Так, все явления Богоматери, а также праведников и святых сопровождаются ярким светом. И от обитателей Рая тоже исходит свет.

Итак, взгляды религии и науки на существование Рая находят все больше и больше точек соприкосновения. Это очень важный момент в развитии человеческой цивилизации, поскольку со временем может изменить понимание людьми своего предназначения и позволит им глубже понять, что приходят они в этот мир для того, чтобы начать движение к свету, то есть в Рай.

В Священном Писании четко сказано, что первыми людьми, которых сотворил Бог, были Адам и Ева. И это утверждение практически не оспаривают истинно верующие христиане. Склоняются к этой точке зрения и большинство святых Отцов.

В качестве доказательства приводятся следующие факты. Так, родословную книгу рода человеческого Моисей начинает именно от Адама и Евы (Быт. 5: 1–2). Св. Евангелист Лука родословную Христа в мирской жизни тоже начинает с Адама, а потом величает Иисуса Сыном Божиим (Лк. 3: 38). И, наконец, св. апостол Павел очень определенно говорит об Адаме и Еве, как о первых людях, сотворенных Богом: «От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли» (Деян. 17: 26). Эту же истину апостол провозглашает в Послании к римлянам: «Посему, как одним человеком грех вошел в мир, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили» (Рим. 5: 12). Этому же догмату всегда следовала и Христианская церковь. Кстати, в мифах и легендах почти всех народов род человеческий тоже происходит от одной пары…

Однако в отношении Адама и Евы выдвигались и отстаивались и другие теории. Например, довольно широкое распространение среди экзегетов Библии получила гипотеза, допускающая, что до Адама могли существовать и иные предки человека, или преадамиты. При этом в качестве доказательства своей правоты приверженцы этой гипотезы приводят ряд достаточно веских аргументов.

Так, например, в качестве доказательства теории преадамитов ее сторонники приводят тот факт, что «был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец» (Быт. 4: 2). На основании этой цитаты они приходят к выводу, что для обработки земли Каину требовались определенные сельскохозяйственные орудия, которые, вероятно, были изобретены людьми, жившими ранее. Что же касается Авеля, то свои стада он охранял, скорее всего, от воров, то есть от людей, живших недалеко от его семьи. Ведь не могли же у Авеля красть скот его отец, мать или брат.

В свою очередь, противники этой версии утверждают, что сделать простые земледельческие орудия мог и сам Адам или Каин. А пасти овец требовалось не только для охраны от воров, но и для того, чтобы перегонять скот с одних пастбищ на другие, а также, чтобы защищать их от хищных зверей.

Адам и Ева. Художник А. Дюрер. 1507 г.

В истории убийства Каином Авеля тоже имеется ряд моментов, которые могут служить доказательствами того, что, помимо Адама, Евы и их двух сыновей, существовали и другие люди. Так, когда после братоубийства Бог проклинает Каина и изгоняет его с родной земли, Каин говорит Богу: «…и всякий, кто встретится со мной, убьет меня» (Быт. 4: 14). Кого же боялся он? Не своих же родителей.

Тогда Бог ответил Каину, что на нем будет лежать особый знак («каинова печать»). Увидев ее, люди не станут его убивать. Этот факт опять же доказывает, что на земле обитало много людей.

Позже, удалившись в землю Нод, Каин женится и строит город. И снова вопросы: кем же он заселил его, а также – где братоубийца нашел себе жену? Ответить на них легко, если опять же предположить, что на земле, кроме семьи Адама, жили и другие люди.

Из всех этих фактов следует однозначный вывод: во времена Каина земля уже была заселена представителями человеческого рода.

Впрочем, это вовсе не значит, что ими являлись преадамиты. Дело в том, что Каин убил Авеля спустя много лет после изгнания Адама и Евы из Рая. А, значит, за это время супруги могли иметь не только многих сыновей и дочерей, но и внуков. Именно мести с их стороны за кровь брата, скорее всего, и опасался Каин. Жену же он мог взять из числа своих далеких родственников и ими же населить построенный город. Впрочем, эта версия не достаточно убедительна, поскольку именно мести со стороны родственников Каин больше всего опасался.

Но, помимо предположения о существовании преадамитов, имеется также гипотеза, в соответствии с которой, кроме Адама, было еще несколько предков человека, получивших название коадамитов. То есть эта версия предполагает, что люди происходят не от одного корня, а от нескольких.

Какие же доказательства предоставляют сторонники этой гипотезы? Таких доводов несколько. Например, резкие отличия представителей различных рас по цвету кожи: так, у европейцев она белая, а у негров – черная. Имеются также и другие характерные особенности у людей, относящихся к разным расам. Касаются они строения скелета, черепа, мышц, запахов и т. д.

В таком случае: как же появились расы? Вопрос этот пока остается без ответа. А одними лишь мутациями и факторами внешней среды объяснить этот феномен довольно сложно. Поэтому наличие на земле различных рас является серьезным аргументом в пользу сторонников гипотезы существования в далеком прошлом коадамитов.

Свои доводы в пользу этой версии предоставили и лингвисты. Действительно, сегодня в мире по различным данным насчитывается от 5 до 7 тысяч языков. Большинство из них объединены в семьи, некоторые языки считаются изолированными, то есть являются семьями, имеющими один язык, или не входят в существующие классификации. Всего же лингвисты насчитывают примерно 240 языковых семей, которые в свою очередь часто группируются в структуры более высокого ранга – макросемьи, или филы. Так вот, многие лингвисты утверждают, что такое огромное разнообразие языков не могло образоваться из одного наречия, на котором говорила семья перволюдей.

Противоречивость во взглядах у толкователей Библии наблюдается и в ответе на вопрос: кем следует считать Адама и Еву – реальными историческими личностями или же чисто символическими фигурами?

Отцы Церкви и многие современные экзегеты считают, что они были реальными людьми. Однако с этой точкой зрения немалое число богословов не соглашается. И действительно, учитывая тот факт, что св. Отцы пишут о Рае, как о неком духовном месте на небесах, то Адама и Еву тоже следовало бы считать такими же духовными сущностями, как, например, ангелы.

С другой стороны, в нескольких местах Нового Завета ясно указывается на реальность этих двух первочеловеков. Так, в двух книгах Нового Завета, в Послании к римлянам и в Первом послании к коринфянам, где св. апостол Павел говорит о связи человеческой греховности с Адамом, довольно сложно под словом «Адам» понимать лишь обобщающий термин (Рим. 5: 12–14; 1 Кор. 15: 47). Более того, в Послании к римлянам св. Павел несколько раз еще более конкретно говорит о грехе «одного человека».

«Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю?

И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть,

Только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть.

И сказал змей жене: нет, не умрете;

Но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (Быт. 3: 1–5).

Итак, причиной Грехопадения человека стал Змей. Но, возлагая ответственность за столь грандиозное событие на Змея, Библия тем не менее уделяет этому существу относительно очень мало внимания. Поэтому природа Змея остается довольно загадочной. Хотя кое-какие особенности этого создания можно все же установить путем логических размышлений, а также исходя из толкований святых Отцов.

Так, по ряду внешних признаков, например, по своему названию, по принадлежности к животному миру, также по тому, что он наказан Богом ползанием по земле, – Змей, безусловно, изображается в Библии обычным представителем пресмыкающихся. Однако многие другие его особенности, к примеру, такие, как способность разговаривать, осведомленность о запрете вкушать плод с древа познания, невероятная хитрость и коварство, говорят о том, что Змей – существо разумное. Более того, он, скорее всего, существо высшего порядка.

Очень важны для понимания сущности Змея слова из «Откровения» св. Иоанна Богослова: «И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним» (Откр. 12: 9). Скорее всего, этот «древний змий» и уговорил Еву вкусить запретный плод. А так как, прежде чем оказаться на земле, Змей жил на небесах, он – существо духовное.

Грехопадение. Капитель каталонского монастыря. Конец XII в.

Поэтому, наверное, Змея следует представлять как существо, в котором соединены в единое целое все его особенности, указанные выше. Святой Иоанн Златоуст об этом единстве говорит следующее: «Всегда следуя Писанию, надобно рассуждать так, что слова принадлежали диаволу, который возбужден был к этому обману своей завистью, а этим животным воспользовался, как удобным орудием к тому, чтобы, прикрыв обман свой приманкою, обольстить сначала жену, как всегда более способную к обольщению, а потом чрез нее и первосозданнаго» (И. Златоуст. Беседы на книгу Бытие. Беседа 16).

При внимательном чтении третьей главы Бытия можно заметить, что если строго следовать категориям современной зоологической науке, то описанный в Библии Змей до искушения Евы не имеет четких признаков пресмыкающегося и отнесен к этому классу животных исключительно в соответствии со своим названием. Более того, по «классификации» Бытия, Змей-искуситель относится к «полевым зверям»: «Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог» (Быт. 3: 1); «проклят ты пред всеми скотами и… всеми зверями» (Быт. 3: 14).

Действительно, если Змей – пресмыкающееся, то на каком основании он дважды упоминается именно со скотами и зверями, да к тому же перед ними он и проклят?

Продолжая изучать текст Шестоднева, мы снова убеждаемся, что первоначально Змей имел иное, не свойственное змеям, строение, и только по повелению Бога обрел характерные для пресмыкающихся внешние особенности. «И сказал Господь Бог змею: за то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей» (Быт. 3: 14).

Таким образом, все приведенные выше цитаты из Бытия, посвященные Змею, очень ясно говорят, что первоначально он был в близком родстве со «зверями и скотами». Довольно сложно предположить, что пророк Моисей мог спутать «полевого зверя» с рептилией. И святой Иоанн Златоуст также говорит, что Змей первоначально был «зверем», и лишь после того, как его проклял Бог, он стал пресмыкающимся.

Но какой именно это был зверь? – узнать невозможно. Это является еще одной тайной Шестоднева.

Не менее любопытен вопрос: почему Змей обманул человека? Какие мотивы побудили его лишить человека тех благ, которые предоставил ему Бог в эдемском саду? В Библии об этом ничего не сказано. Хотя причины, скорее всего, у Змея были.

Каковы они? – сказать трудно. Ведь на первый взгляд от своего обмана никакой выгоды он не получал. Наоборот, этот коварный поступок стоил Змею многих потерь. И, прежде всего, он был проклят Богом.

Исходя из вышесказанного, трудно поверить, что самое хитрое существо на земле изменило всю будущую жизнь рода человеческого без всякой для себя пользы. Вероятнее всего, спровоцировав изгнание Богом Адама и Евы из Рая, Змей впоследствии воспользовался теми самыми благами, которые потерял человек по его наущению. Почему, например, не предположить, что, уговорив первых людей попробовать плод от древа познания, сам он вкусил плод от древа жизни и, таким образом, обрел бессмертие. Некоторые толкователи Библии предполагают, что не сам Бог предупредил Адама и Еву, чтобы они не пробовали плодов от дерева добра и зла, а послал с этим предостережением Змея. Змей же извратил слова Всевышнего, сказав, чтобы Ева, наоборот, вкусила плоды от древа познания. Глупая женщина так и поступила: причем не только сама отведала роковые плоды, но и уговорила сделать это своего мужа…

Но, помимо мотивов, толкнувших Змея на обман, существуют и другие вопросы, касающиеся этого коварного существа. Например, как он оказался в Раю? Или – почему Бог позволил Змею соблазнить Еву?

Что касается первого вопроса, то ответить на него не составит большого труда, если вспомнить, что Змей по классификации Бытия относится к полевым зверям. А в Рай, как известно, были допущены лишь звери и птицы. И, как и все эти животные, Змей получил свое имя в Раю. По этому поводу св. Ефрем Сирин пишет: «Творец… рабу предоставил наречь имена животных, чтобы помнил он… что сам дал имя змию». Возможно, ему, как самому «умному» из всех тварей, обитавших в Эдеме, и первому было дано имя?

На второй вопрос ответить тоже не трудно. Дело в том, что Бог, сотворив человека, дал ему право выбора того или иного пути. Посему он не мог воспрепятствовать Еве сорвать плод с дерева познания. И она, поддавшись уговорам Змея-искусителя, нарушила запрет Творца.

История грехопадения Адама и Евы, рассказанная в 3 главе книги Бытия, на первый взгляд довольно проста.

Сотворив человека и поселив его в Раю, «…заповедовал Господь Бог человеку, говоря, от всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь» (Быт. 2: 16–17).

Но Змей уговорил Еву нарушить запрет Божий. И она «…взяла плодов его, и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковые листья, и сделали себе опоясания» (Быт. 3: 6–7).

«Внешнее око, – по глубокомысленному замечанию греческого теолога Оригена, – открылось после того, как закрылось духовное».

И как раз в тот день Бог гулял в Эдемском саду. А грех настолько глубоко изменил внутренний мир Адама и Евы, что, как только они «…слышали голос Господа Бога, ходящего в Раю во время прохлады дня», быстро скрылись от него «между деревьями Рая» (Быт. 3: 8).

«И воззвал Господь Бог к Адаму, и сказал ему: где ты?» (Быт. 3: 9).

Адам ответил: «Голос твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг и скрылся» (Быт. 3: 10).

Всевышний снова спросил: «…кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть? Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел.

И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела» (Быт. 3: 12–13).

Изгнание из Рая. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

Таким образом, вместо того, чтобы просить у Бога прощения, Адам и Ева стали оправдываться: Адам попытался обвинить в своем проступке жену, а она – Змея. Причем Адам даже как бы считал частично виновным в своем грехе Бога, который дал ему в жены Еву.

И тогда Бог объявил наказание, которому он подвергал мужа и жену, которые нарушили Его заповедь. Еве он сказал: «В болезнях будешь рожать детей». А Адаму возвестил: «Проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей. Терние и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою. В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты, и в прах возвратишься» (Быт. 3: 16–19). И изгнал Господь Адама и Еву из Рая. Казалось бы, все достаточно понятно: первые люди нарушили заповедь Творца, и за непослушание Он удалил их из благодатного места.

Однако после внимательного прочтения этих абзацев остается целый клубок вопросов, ответить на которые совсем непросто. Вот, к примеру, такой вопрос: почему Бог допустил грехопадение первых людей?

«А от дерева познания добра и зла не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь» (Быт. 2: 17). Так заповедовал Бог Адаму. Но ведь первые люди были несовершенны и могли совершать ошибки. К тому же Адам никогда не видел смерти, а значит, не знал, что это такое. Следовательно, предупреждение Всевышнего он не воспринял должным образом.

С другой стороны, «не две ли малые птицы продаются за ассарий. И ни одна из них не упадет на землю без воли Отца вашего; У вас же и волосы на голове все сочтены…» (Мф. 10: 29–30) Таким образом, Матфей точно указывает, что Богу известны все замыслы людей и последствия тех действий, которые они предпримут. Но если Бог заранее знает обо всех событиях, которые произойдут в мироздании, почему Он допустил Змея к Еве и Адаму, безусловно понимая, чем закончится для человеческого рода эта встреча?

И еще. Если признать, что Бог знал о грехопадении первых людей, то из этого следует, что жестокий и злой мир есть отражение божественной Воли. Но принять такое положение вещей религиозное сознание не может. И Библия, чтобы объяснить этот парадокс, говорит, что во всем виноват Змей, внушивший людям нарушить заповедь Творца. Но в таком случае откуда появилось зло в Змее – твари, сотворенной Богом?..

Некоторые толкователи Библии пишут, что, не предотвратив явление Змея перед Евой и его разговор с ней, Бог не пожелал подавлять свободу выбора первых людей. В противном случае Он бы исказил в человеке Свой собственный образ, поскольку образ и подобие Божие в человеке в первую очередь выражаются в свободе его воли.

Но почему Бог не простил Адама и Еву за нарушение его заповеди? В книге Серафима Слободского «Закон Божий», переизданной в 1987 году, по этому поводу приводятся следующие рассуждения профессора Несмелова: «Ввиду того, что невозможность механического спасения Богом людей для многих представляется весьма неясной и даже совсем непонятной, мы считаем не лишним сделать более подробное объяснение этой невозможности. Спасти первых людей путем сохранения для них тех условий жизни, в которых они находились до своего падения, было невозможно потому, что погибель их заключалась не в том, что они оказались смертными, а в том, что они оказались преступными. Значит, пока они сознавали свое преступление, для них, безусловно, был невозможен Рай именно в силу сознания ими своей преступности».

Но все-таки: почему, если Адам и Ева осознали свой грех (а они, судя по тексту Бытия, это сделали), их нельзя было оставить в Раю? Ведь Бог, как заявляют православные святые, всемилостив. К тому же растущие в Раю дерево познания добра и зла и дерево жизни – это в определенной мере провоцирующий фактор. Ведь спустя какое-то время первые люди могли сорвать плод с дерева познания и случайно.

Да и вообще: зачем Богу понадобилось таить от человека – образа и подобия Своего – понимание добра и зла? Почему, наоборот, Бог не научил человека различать эти две нравственные категории? Ведь такой человек, очевидно, избегал бы делать злые дела и стремился бы совершать хорошие. Создав человека добра, Бог более наглядно показал бы свою извечную Любовь.

Попутно с уже поставленными нами вопросами возникает еще несколько, которые задавались еще раннехристианскими толкователями Библии, а затем с особой остротой и дерзостью были повторены великим русским писателем Л.Н. Толстым.

Звучат они так: если грех поразил наших прародителей, то почему он продолжает властвовать над последующими поколениями рода людского? И какое отношение имеют к современным людям проступки и грехи отдаленных предков, которые жили в начале человеческой эры?..

Этот парадокс объяснить в рамках обычного понимания Адама, как плотского человека, практически невозможно. Действительно, «наказание потомков за грех отцов», причем наказание, длящееся века и тысячелетия, не только бессмысленно, но и невероятно жестоко. И оно полностью противоречит евангельскому пониманию Бога: всемилостивого, всепрощающего и т. д.

Да, завет Божий нарушили два человека. Но почему за грех своих прародителей должны отвечать миллиарды их потомков? Ведь, по сути, человек рождается безгрешным: и впрямь, какие грехи могут иметь дети. Ведь не зря в Новом Завете Христос сравнивает детей с ангелами.

Этот парадокс вряд ли можно разрешить, если принимать текст Бытия в буквальном смысле. Но совсем в другом свете предстает перед нами Грехопадение наших предков и изгнание их из Рая, если отойти от буквы Писания и проникнуться его духом.

Ведь сущность Грехопадения заключается не только в вине Евы и Адама, а во всеобщем грехе. Как говорит апостол Павел, в нем (то есть Адаме) «все согрешили» (Рим. 5: 12). Поэтому мы и несем на себе печать совершенного греха и можем считать себя участниками Грехопадения.

Оно совершилось на уровне, превышающем индивидуальное сознание, и охватило целиком весь род человеческий. Поэтому каждый человек, приходящий в этот мир, в равной мере грешен, поскольку является частью общечеловеческого духовного организма.

Особенно ясно и отчетливо сказал о Грехопадении русский религиозный философ Н.А. Бердяев. «Грехопадение, – писал он, – есть религиозно-метафизический, а не моральный факт, оно лежит неизмеримо глубже моральности и частного явления человеческой психики. Грехопадение совершилось в глубине мистической стихии мира, это таинственный факт метафизической свободы, разрыв бытия и порабощение его частей, а не нарушение моральной законности» (Н. Бердяев. Новое религиозное сознание и общественность. М., 1999).

Впервые историю о Каине и Авеле мы встречаем в книге Бытие. «Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа. И еще родила брата его, Авеля. И был Авель пастырь овец, а Каин был земледелец. Спустя несколько времени, Каин принес от плодов земли дар Господу. И Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его; а на Каина и на дар его не призрел. Каин сильно огорчился, и поникло лице его.

И сказал Господь Каину: почему ты огорчился? и отчего поникло лице твое? Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? а если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним.

И сказал Каин Авелю, брату своему. И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его.

И сказал Господь Каину: где Авель, брат твой? Он сказал: не знаю; разве я сторож брату моему?

И сказал: что ты сделал? Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли. И ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей. Когда ты будешь возделывать землю, она не станет давать более силы своей для тебя; ты будешь изгнанником и скитальцем на земле.

И сказал Каин Господу: наказание мое больше, чем снести можно. Вот, Ты теперь сгоняешь меня с лица земли, и от лица Твоего я скроюсь, и буду изгнанником и скитальцем на земле; и всякий, кто встретится со мной, убьет меня.

Каин убивает Авеля. Итальянская миниатюра. XV в.

И сказал ему Господь: за то всякому, кто убьет Каина, отмстится всемеро. И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его.

И пошел Каин от лица Господня; и поселился в земле Нод, на восток от Едема. И познал Каин жену свою; и она зачала, и родила Еноха. И построил он город; и назвал город по имени сына своего: Енох» (Быт. 4: 1—17).

История Каина и Авеля – одна из самых известных в Библии. Но в ней для христианина важна уже не историчность Авеля и Каина, а описанные в ней действия, поскольку некоторые из них совершаются впервые и носят всепланетный характер. Это – и первая смерть, и первое убийство человека человеком, и первое братоубийство. Это – еще и первая история, открывающая тему соперничества между братьями. И впоследствии эта проблема еще не раз всплывет в книге Бытия.

Но рассказ о Каине и Авеле, изложенный в семнадцати стихах Библи, таит в себе еще и немало загадок, ответить на которые богословы не могут уже в течение многих столетий. Известно, что история эта началась после того, как Бог изгнал Адама и Еву из Рая. Со временем у перволюдей появились два сына. Каин, который родился первым, стал земледельцем, а его младший брат Авель занялся скотоводством. Своим поведением и делами оба брата старались угодить Богу: они возносили Всевышнему молитвы и приносили благодарственные жертвы в соответствии со своим родом занятий.

Можно думать, что ритуальные дары братья осуществляли уже не один раз. И, скорее всего, Бог всегда принимал их жертвы. Но однажды случилось непредвиденное.

Как обычно, Каин обратился к Богу, предложив ему в качестве жертвы часть своего урожая. Авель же по традиции принес в жертву первородного барашка из своего стада. И вдруг происходит абсолютно непредсказуемое: Бог принимает жертву Авеля, однако не принимает жертву Каина. Причем, как, вероятно, посчитал Каин, без всяких на то видимых оснований.

Это первая из многих загадок в этой древней истории. Действительно, почему Господь вдруг предпочел одну жертву другой? Почему Всевышний в этой ситуации благоволил к младшему брату? Ведь его жертва была кровавой и жестокой. Почему Каин, вроде бы не проливший крови возле жертвенника, неожиданно стал убийцей своего брата? Ответов на эти вопросы Священное Писание не дает.

Правда, святой апостол Павел, много веков спустя, об этом эпизоде написал следующее: «Верою Авель принес Богу жертву лучшую, нежели Каин; ею получил свидетельство, что он праведен, как засвидетельствовал Бог о дарах его; ею он и по смерти говорит еще» (Евр. 11: 4).

И хотя это толкование и исходит от такой авторитетной в христианском мире фигуры, как апостол Павел, это еще не значит, что оно правильно. Ведь в самой истории о Каине и Авеле нет даже намека на то, что жертва Авеля была лучше жертвы Каина. В ней лишь сказано, что Бог не принял зерно хлебороба.

Несомненно, Каин посчитал, что Бог поступил с ним несправедливо. Причем по вине младшего брата. И за это Каин затаил к Авелю глубокую зависть и зло.

Некоторые толкователи считают, что причиной конфликта двух братьев стала женщина – их сестра Аван, которая предназначалась Авелю, но ее возжелал Каин. В этом и причина недовольства Бога старшим братом. И Свое негодование этим поступком Каина Всевышний выразил тем, что не принял его жертву.

Каин ищет способ вернуть благоволение Божие. И ему кажется, что он находит его. Но способ этот продиктован уже помутившимся человеческим разумом, в основе которого лежит зависть и злоба. Скорее всего, Каин решил, что если он убьет Авеля, то Бог уже будет изливать Свои благоволения только на него одного, и Каин окажется единственным любимцем Божьим. Кроме того, ему достанется и Аван.

«И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его» (Быт. 4: 8).

Но тут возникает новая загадка: если до этого никого не убивали, тем более намерено, то откуда Каину было известно, как надо убивать? И понимал ли он, что навсегда лишает Авеля жизни? Возможно, в душе Каин полагал, что лишь напугает Авеля, отодвинет его в сторону от милостей Божьих, продемонстрировав Богу, что он сильнее младшего брата?

Но Бог на это преступление отреагировал неожиданным для Каина образом. Он сначала грозно спросил: «Где брат твой Авель?» Каин, вероятно, испугавшись, ответил: «Не знаю. Разве сторож я брату моему?» И тогда Господь, объявив Каину, что он все знает, проклял его: «И ныне проклят ты от земли». После этого Господь навсегда изгоняет Каина из дома и обрекает его на вечные скитания по земле.

Но перед этим Каин сказал Богу, что человек не в состоянии вынести такое наказание: ведь любой встречный убьет его. Поэтому Господь пообещал пометить его особым знаком, чтобы никто из тех, с кем столкнется Каин, не причинил ему вреда.

Но в таком случае: как выглядел знак Каина? «И сделал Господь… Каину знамение…» Мнений в отношении «знака Каина» в экзегетической литературе немало, но в большинстве своем они не дают удовлетворительного ответа на этот вопрос, поскольку объясняют лишь то, что Каин мог быть узнан, а не то, что его нельзя было убивать.

Блаженный Феодорит (386–457) в своем толковании этого места говорит: «Самое определение Божие было знамением, воспрещавшим умертвить его». То есть Феодорит предполагал, что проклятие Божье было известно всем, кто жил в этой области: или в силу божественного внушения, или потому, что «знак» был начертан на челе Каина.

В конце концов, Каин, изгнанный из родных мест, добрался до земли Нод на восток от Эдема. И уже не вернулся домой.

В истории об Авеле и Каине довольно загадочно звучит также стих 17 из 4 главы Бытия. «И познал Каин жену свою…» (Быт. 4: 17) В контексте этого стиха рождается естественный вопрос: кто же была жена Каина? Скорее всего, одна из сестер, толкуют этот стих святой Иоанн Златоуст и блаженный Феодорит, «так как это было вначале, и между тем, роду человеческому надо было размножаться, то и позволено было жениться на сестрах». Возможно, она состояла в браке с Каином еще до убийства Авеля, поскольку трудно поверить в то, что после Божьего проклятия какая-либо женщина согласилась бы стать женой братоубийцы.

В заключение хочется заметить, что, по преданию, смерть все же настигла Каина. Он якобы погиб на охоте от стрелы, выпущенной случайно одним из его правнуков. Возможно, это была милость Бога.

Признавать или не признавать существование Бога – это, в общем-то, личное дело каждого человека. Но при этом следует иметь в виду, что вера в Бога – это отнюдь не мракобесие, и происходит она не от невежества или необразованности. Ведь существование Бога, или Высшей Силы, признавали и признают многие выдающиеся ученые: например, Дарвин, Эйнштейн…

Иаков борется с Ангелом. Фрагмент. Художник Э. Делакруа.1850-е гг.

Вот только несколько высказываний знаменитых деятелей прошлого и настоящего. Так, более двух веков назад выдающийся французский мыслитель Ж.Ж. Руссо писал: «Я не в силах верить… чтобы слепая случайность могла произвести разумные существа, чтобы немыслящее могло произвести существа, одаренные мышлением».

А вот еще одна цитата. Принадлежит она Альфреду Уоллесу, который одновременно с Ч. Дарвином предложил теорию естественного отбора. «Вселенная, – писал ученый, – даже в ее чисто физическом и неорганическом состоянии, представляется настолько сложным организмом, что внушает большинству умов мысль о существовании некой Разумной Силы, всюду проникающей и поддерживающей ее».

Знаменитый американский астрофизик Харлоу Шепли, называя главнейшие сущности, из которых состоит мироздание – пространство, время, материю и энергию, – причисляет к ним и некую пятую. «Едва ли можно сомневаться, – пишет ученый, – что она существует… Мы могли бы назвать ее Направлением, Формой, Силой, Всемогущей волей или Сознанием. Но в любом случае это должно быть понятие, соответствующее космическим масштабам».

И этот же ученый в одной из своих работ говорит следующее: «В ответ на вопрос: почему Вселенная существует? – мы можем только воскликнуть: «Один Бог знает!»

А вот слова, которые принадлежат английскому физику Р. Пайерсу: «Исследуя каждый факт все глубже и глубже, мы, в конце концов, оставляем основное “почему?” без ответа».

Великий Эйнштейн по тому же поводу сказал следующее: «Моя религия – это глубоко прочувствованная уверенность в существовании Высшего разума, который открывается нам в доступном познанию мире».

Или вот что писал о Боге служитель православной церкви протоиерей А. Мень: «И куда бы ни взглянул человек: на космический круговорот небесных тел или на загадочный полет электронов, на закономерности химических процессов или на жизнь крошечной инфузории – всюду он видит печать Разума».

Подобных цитат и высказываний можно было бы привести достаточно много, чтобы аргументировать присутствие в мироздании Всеобъемлющего Разума, незримой Силы.

Но, признав существование Бога, человеческий разум идет дальше и задает вполне логичный вопрос: Кто такой Бог? На этот вопрос, по мнению богословов, можно отвечать по-разному: или говорить самыми возвышенными словами, или вообще молчать. А молчать потому, что ни в одном языке мира нет слов, с помощью которых можно было бы выразить все те высшие качества, которые присущи Всевышнему. Бог принципиально отличается от всего сущего, поэтому Его нельзя определить человеческими понятиями.

Вот что говорит в отношении Божественной Сущности Симеон Новый Богослов: «Я… оплакивал род человеческий, так как ища необычайных доказательств, люди приводят человеческие понятия, и вещи, и слова и думают, что изображают Божественное естество, то естество, которого никто из ангелов, ни из людей не мог ни увидеть, ни наименовать» (Преп. Симеон Новый Богослов. Божественные гимны. Сергиев Посад, 1917).

И все же люди обязаны говорить о Боге, поскольку то или иное понимание Бога влияет на человеческие мысли, на моральные устои и практическую деятельность.

Духовный лидер индийского народа Махатма Ганди говорил: «Имеется много определений Бога, ибо проявления Его бесчисленны». В одном только Ветхом Завете насчитывается около 100 имен, каждое из которых в отдельности обозначает Бога. Вот лишь некоторые из них: Сущий, Славный, Дух, Вечный, Живой, Единый, Всевидящий и т. д.

«Он есть то таинственное нечто, или, вернее, тот Некто, Кто скрыт за всем многообразием явлений мира, – пишет в «Истории религии» протоиерей Александр Мень. – Он существует неизменно над непрерывным потоком Бытия. Он определяет ту разумную структуру вселенной, поражающую всякого, кто не утратил способности наблюдать и изумляться» (А. Мень. История религии. Т. 1. М., 1991).

«Он выше всего мыслимого», – говорит греческий христианский теолог, философ и ученый Ориген. «Приблизиться к Богу может лишь тот, кто понимает, что Он непознаваем», – пишет крупнейший немецкий мыслитель XV века Николай Кузанский.

Но в то же время «Бог не есть объект, который человек может найти и которым он может овладеть в качестве ключа ко всем проблемам. Бог есть Личность, существо трансцендентное, то есть выходящее за пределы возможного опыта»…

Говоря о Боге, богословы и философы практически всегда обращают внимание на безграничный Его разум. Он – разумная, вездесущая и вечно активная сила, которая осуществляет процесс творения в соответствии с ментальным законом. Именно благодаря активности Своего разума Он созидает и творит все, что существует в мироздании.

В Ветхом Завете очень часто говорится, что Бог «свят». Это, согласно А. Меню, значит, «что в глубине Своего существа Бог обладает природой, всецело превосходящей воображение и мысль человека».

С другой стороны, Он – источник всех видов энергии и сил, благодаря которым существует все, что находится в мироздании. Именно об этом безграничном всесилии Бога говорится в следующем отрывке, автором которого является архиепископ Евгений Хорольский: «Его сила распространяется на все – видимое и невидимое, микроскопическое и громадное. Его присутствие не ограничено ничем и никем, Он присутствует везде и в этот самый момент… Он наполняет Собой все и везде. Он знает прошлое и будущее так же ясно, как мы знаем свое имя.

Он знает орбиту каждого электрона в вашем теле, орбиты всех астероидов и планетарных тел, звезд и галактик, положение всех атомов во Вселенной, потому что именно Он их рассчитал, именно Он создал проект Вселенной, а затем, по этому проекту, создал и этот мир для Себя… Он управляет миром так, как вы не можете вместить в свое сознание, каким бы гением вы себя не считали, сколько бы компьютеров вы не загружали для решения и осознания этого. Для сравнения ничтожности наших человеческих вычислительных мощностей с Его разумом можно взять самый быстрый суперкомпьютер мира и загрузить его работой всего на 1 секунду. Все команды, которые этот компьютер выполнит за это мизерное время, – вы сможете прочитать не ранее, чем за тридцать миллионов лет, если не будете не есть и не спать, а только читать по одной команде в секунду! Однако для Бога такие “вычислительные мощности” – это ничто, это пустота и, можно сказать, отсутствие мощностей вообще! Он в реальном времени отслеживает положение всех частиц во Вселенной (даже тех, которые мы еще не открыли и, возможно, не откроем никогда!). Он может изменить величину спина всех электронов в любом миллиарде галактик, которые мы, возможно, еще не открыли (не увидели в виде маленькой звездочки в телескопе!) из-за узости нашего восприятия и малоразвитости технических средств»…

В контексте разговора о всемогуществе Бога не может не прийти на ум следующий отрывок из Бытия: «И остался Иаков один. И боролся Некто с ним до появления зари; и, увидев, что не одолевает его, коснулся состава бедра его и повредил состав бедра у Иакова, когда он боролся с Ним. И сказал: отпусти Меня, ибо взошла заря. Иаков сказал: не отпущу Тебя, пока не благословишь меня. И сказал: как имя твое? Он сказал: Иаков. И сказал: отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль, ибо ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь. Спросил и Иаков, говоря: скажи имя Твое. И Он сказал: на что ты спрашиваешь о имени Моем? И благословил его там. И нарек Иаков имя месту тому: Пенуэл; ибо, говорил он, я видел Бога лицем к лицу, и сохранилась душа моя» (Быт. 32: 24–30).

Эта ночная борьба Иакова – одно из самых таинственных мест Священного Писания. Толкуя этот отрывок, большинство экзегетов считает, что Иаков боролся или с самим Богом, или – с Ангелом. Но ведь в тексте Библии не назван противник Иакова. Там сказано лишь, что «боролся Некто с ним». А «Некто» – вовсе не значит, что это был Бог.

Более того, для человека верующего эта борьба выглядит не только странной, бесполезной и бессмысленной, и в какой-то степени даже богохульной. Ведь всемогущего и всесильного Бога – творца Вселенной, живой материи и человека – никто и никогда не сможет победить.

А предположение, что боролся с Иаковом Бог, скорее всего, обрело силу со времен пророка Осии, который говорил: «Еще во чреве матери запинал он брата своего, а возмужав, боролся с Богом. Он боролся с Ангелом – превозмог, плакал и умолял Его…» (Ос. 12: 3–4) Впрочем, и сам Иаков свидетельствует, что видел Бога. Поэтому и иудейские, и христианские толкователи этих стихов считают, что «Некто» – это представитель небесного мира.

На этот эпизод Бытия существует еще одна точка зрения, суть которой сводится к тому, что с Иаковом боролся Ангел-хранитель Исава. И этот взгляд не лишен правдоподобия, поскольку объясняет таинственную борьбу Иакова враждебными отношениями его к брату.

В этом месте логично перейти к третьей версии, объясняющей ночное борение Иакова. Ведь совсем не трудно предположить, что Иаков накануне встречи со своим первородным братом Исавом, которого он самым коварным образом обманул, пребывал в страхе за свою жизнь. Об этом же говорится и в следующих стихах: «И возвратились вестники к Иакову и сказали: мы ходили к брату твоему Исаву; он идет навстречу тебе, и с ним четыреста человек. Иаков очень испугался и смутился… Избавь меня от руки брата моего, от руки Исава, ибо я боюсь его, чтобы он, придя, не убил меня и матери с детьми» (Быт. 32: 6–7, 11). И, конечно же, после такой информации сон у Иакова не мог быть спокойным, а, наоборот, он был сумбурный и тревожный, наполненный различными видениями. В таком состоянии Иакову и мог присниться «Некто», который терзал и мучил его. Что же касается вывиха, то и этот факт вполне объясним: мечущийся во сне Иаков мог оказаться в такой позе, которая и стала причиной травмы сустава.

А то, что и после пробуждения Иаков продолжал хромать, особого удивления не вызывает, поскольку серьезно поврежденный сустав, особенно у пожилого человека, вряд ли может быстро прийти в норму.

Одна из характерных особенностей древнегреческих переводов Библии, существующих в настоящее время, – отсутствие в них имени Бога. Этот парадокс долгое время объяснялся тем, что Божье имя не упоминается и в греческой Септуагинте – собрании переводов Ветхого Завета на древнегреческий язык, выполненных в III–II веках до н. э. в Александрии.

Эта точка зрения основывалась на копиях Септуагинты, которые содержатся в Ватиканском, Синайском и Александрийском кодексах. В этих рукописях особое имя Бога обозначалось греческим словом Кириос, то есть «Господин, Имеющий право распоряжаться». Связано это было с тем, что отсутствие у Бога имени якобы служит основой идеи единобожия.

Тетраграмматон во фрагменте Септуагинты LXX

Впрочем, столь неожиданное исчезновение имени Бога в греческом переводе является весьма странным, если учесть, что в древних еврейских текстах Священного Писания Божье имя упоминается примерно 7000 раз и обозначается при этом четырьмя еврейскими буквами JHVH, которые чаще всего носят название тетраграмматон.

Никто сегодня также не знает, как переводится это слово из четырех букв на современный язык. Хотя предположения на этот счет и существуют. Например, считается, что в этой четырехбуквенной аббревиатуре заключена фраза, соединяющая все времена глагола «быть»: настоящее, прошедшее, будущее. Тогда JHVH можно перевести как некто или нечто, кто (что) «был, есть и будет» или «Тот, Кто Существует».

Со временем аббревиатура JHVH стала звучать как «Яхве» или – второе значение – как «Иегова». Краткая же форма этого имени – «Иаг», или «Йах». В христианских текстах это сочетание встречается во многих собственных именах, а также в возгласе «аллилуйя!», что значит «восхваляйте Иаг!».

Вообще же именно «Яхве» следует считать настоящим именем Всевышнего, поскольку оно было названо Моисею самим Богом у горы Синай. Иудеи это имя Бога считают очень сакральным и стараются не произносить его вслух, заменяя выражением «ха-Шем», которое переводится как «Имя». Следует иметь в виду, что в древнееврейские времена имя Бога мог назвать лишь первосвященник, причем только после ритуала очищения и исключительно в одиночестве…

Однако теория, в соответствии с которой имени Бога в греческом переводе нет потому, что это якобы могло подорвать идею единобожия, была опровергнута после обнаружения папирусного свитка LXX Септуагинты, датируемого I веком до н. э., в котором излагалась вторая часть книги Второзаконие. Так вот, в ней ни разу вместо Божьего имени не применяется греческое выражение «Кириос», а в каждом случае его заменяет тетраграмматон.

Об этом папирусе немецко-английский специалист по библейской палеографии Пауль Кале в специальном журнале «Studia Evangelica» за 1959 год писал: «Отличительной особенностью этого папируса является то, что имя Бога передано тетраграмматоном, написанным квадратными еврейскими буквами. Исследуя по моей просьбе опубликованные фрагменты этого папируса, патер Ваккари пришел к заключению, что данный папирус, написанный, скорее всего, примерно за 400 лет до Ватиканского кодекса, содержит, пожалуй, самый точный из дошедших до нас текст Второзакония в переводе Септуагинты».

В связи с проблемой имени Бога, возникает очередной вопрос: употребляли или нет Его имя ученики Иисуса Христа в своих Писаниях? Скорее всего, отвечать на этот вопрос следует утвердительно. И для такого решения имеются достаточно веские основания. Взять хотя бы Евангелие от Матфея, которое сначала было написано на еврейском языке, а затем уже переведено на греческий. Об этом церковный писатель Иероним, живший в IV–V веках н. э., говорит следующее: «Матфей, он же Левий, из мытаря апостол, первый в Иудее для уверовавших из обрезания написал Евангелие Христово еврейскими буквами и словами. Кто потом перевел его на греческий язык, это не довольно известно. Само же еврейское Евангелие и доселе находится в Кесарийской библиотеке, которую весьма тщательно собрал Памфил мученик. Я также имел случай списать это Евангелие у Назареев, которые в Сирийском городе Верее пользуются этою книгою» (Иероним Стридонский. О знаменитых мужах).

Так вот, евангелист Матфей более сотни раз в своем Евангелии приводил цитаты из Еврейского Писания. Но при этом в тех цитатах, где стояло Божье имя, он постоянно вписывал тетраграмматон.

С именем Бога связана еще одна загадка Библии: написание имени Бога во множественном числе – «Элохим». Ведь слово «Элох» означает «Бог». И хотя эта проблема обсуждалась неоднократно, однозначного ее решения нет. Впрочем, некоторые исследователи считают, что в данном случае обращение во множественном числе демонстрирует лишь высшую форму вежливости. Ведь и люди нередко обращаются друг к другу на «вы». В то же время в Библии обращений во множественном числе к израильским и иудейским царям нет.

У ряда ученых на эту проблему совсем иная точка зрения. Например, они утверждают, что в имени «Элохим» одновременно представлены божественные сила, атрибуты и Личность. С подобным взглядом нельзя не согласиться, поскольку «Элохим» действительно обозначает единое целое.

Ветхозаветные авторы в своих Писаниях используют это слово более двух с половиной тысяч раз, подразумевая при этом, что Бог – един, но одновременно Он больше, чем один. В то же время значительная группа толкователей Библии склонны считать, что «Элохим» говорит лишь о величии Бога и Его многочисленных нравственных качествах, но отнюдь не предполагает наличие многих личностей. А вообще слово «Элохим» буквально срослось в сознании верующих с понятием божества вообще…

Неоднозначное толкование у библеистов вызывает также следующий стих из Ветхого Завета: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему» (Быт. 1: 26).

Естественно, при признании единобожия в этом отрывке не может подразумеваться в Боге две или более личностей. В противном случае стих 26 из 1-й главы Бытия противоречил бы остальному Писанию. Но в таком случае: что скрыто в этом стихе?

Иудейские авторы обычно трактуют этот фрагмент Писания, как разговор Бога с ангелами о путях творения. Но это вовсе не значит, что и ангелы участвовали в творении. Вероятно, этот стих говорит лишь о том, что Господь делился с ангелами Своими планами и выслушивал их точку зрения. По крайней мере, в Третьей книге Царств (3 Цар. 22: 19–22) рассказано о разговоре Бога с ангелами.

Ряд экзегетов предполагают, что Бытие 1: 26 просто описывает совет Бога с Собственной волей. Эту точку зрения поддерживает и святой апостол Павел в Послании к ефесянам, говоря, что Бог совершает всё «по изволению воли Своей».

Теодицея – это, по определению С.С. Аверинцева, «общее обозначение религиозно-философских доктрин, стремящихся согласовать идею благого и разумного Божественного управления миром с наличием мирового зла, “оправдать” это управление вопреки существованию темных сторон бытия» (Аверинцев С.С. Теодицея. Киев, 2000).

Пророк Иеремия. Фреска Сикстинской капеллы в Ватикане. Художник Микеланджело. 1608–1612 гг.

В свою очередь, великий немецкий философ И. Кант дал следующее объяснение этому понятию: «Под теодицеей мы понимаем защиту высшей мудрости Творца от выдвигаемых против него обвинений в наличии в мире нецелесообразного».

Впервые же этот термин ввел в научный обиход в начале XVIII века немецкий ученый Г.В. Лейбниц, хотя сама проблема имеет глубокие корни: по крайней мере, уже более трех тысяч лет назад ее пытались разрешить мыслители Древнего Востока. И рассматривалась она обычно в этическом плане: если согласиться с тем, что мир создан и управляется Богом, атрибутами которого являются всемогущество, совершенная мудрость и всеблагость, то как в таком случае объяснить царящее в мире зло?

Особенно остро эта проблема встала с расслоением общества на бедных и богатых, с появлением материального неравенства и, как следствие, социальной несправедливости. Об этом очень точно сказал древний автор: «Злодей, а ему хорошо, праведник, а ему плохо».

Уже за несколько десятилетий до вавилонского пленения люди выказывали недовольство коллективной ответственностью перед Богом. Вопрос звучал конкретно: почему одни должны отвечать за грехи других, пусть даже своих отцов? Почему, если «отцы ели кислый виноград, а у детей на зубах – оскомина» (Иер. 31: 29).

И, чтобы приглушить эти настроения в обществе, пророк Иеремия от имени Бога Яхве заявляет, что в будущем все будет по-иному: «Каждый будет умирать за свое собственное беззаконие; кто будет есть кислый виноград, у того на зубах и оскомина будет» (Иер. 31–30).

Пророк Иезекииль от имени Бога говорит об ответственности конкретного лица за свои грехи еще более определенно: «Сын не понесет вины отца, и отец не понесет вины сына, правда праведного при нем и остается, и беззаконие беззаконного при нем и остается» (Иез. 18: 20).

Человека возмущает обычно не то, что преступление совершилось, а то, что виновные в нем остаются ненаказанными; не то, что мир наполнен страданиями, а то, что они обрушиваются на праведников. Все эти претензии сводятся к вопросу: почему плохим людям хорошо, а хорошим – плохо? И этот вопрос занимает одно из центральных мест уже в древнейших египетских и шумерских текстах.

Но особенно остро тема теодицеи, как может заметить читатель Библии, прозвучала в книге Иова. Об этом говорят следующие отрывки из этого произведения: «Отчего злодеи живы, в славе и роскоши пребывают?.. Дома их свободны от страха, и бича Божьего нет на них…» (Иов. 21: 7–9). «Из города слышен стон людей, и души убиенных вопиют, и Бог этого не запретит!» (Иов. 24: 12)

Действительно, если Бог всемогущ, справедлив и милосерден и судит каждого «по путям его», то как объяснить тот факт, что сплошь и рядом невиновный и благочестивый подвергается страданиям, а грешный и порочный, наоборот, проводит годы жизни своей в радости и довольстве, и умирает в мире и почете? Почему добродетель не вознаграждается, а зло – не наказывается? И почему вообще Бог допускает существование зла на земле? В чем заключается цель Всевышнего, предопределяющего страдания праведников? На эти и подобные им вопросы человек ответить не может.

С другой стороны, Бог может предопределить людям страдать ради Его, Божьей, славы и во искупление чужих грехов, чтобы таким образом открыть путь и для спасения грешников. Почему Бог избирает именно такой способ прославить Себя и проявить Свое милосердие? Эта Господня тайна скрыта от людей. «Мои мысли – не ваши мысли, не ваши пути – пути Мои, говорит Господь. Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших» (Ис. 55: 8–9).

И тем не менее сознание современного читателя Библии не может вместить в себя следующий стих Библии: «Я Господь Бог твой, Бог ревнитель, за вину отцов наказывающий детей до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои» (Исх. 20: 5).

Толкователи Священного Писания утверждают, что принцип наказания детей за вину отцов подразумевает определенную ответственность каждого человека за подобных себе, поскольку люди получают много благ или много невзгод через свободную деятельность других людей. Но это весьма хрупкое доказательство существования несправедливости. Опять же, хотя бы потому, что если Бог справедлив, то Он должен судить каждого только за совершенные им дела.

О несправедливом отношении Бога к праведникам и злодеям говорится также в книге Екклезиаста. «Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников» (Еккл. 8: 14). Екклезиаст уверен, что только потому, что «не скоро совершается суд над худыми делами… не страшится сердце сынов человеческих делать зло» (Еккл. 8: 11).

Завершить же разговор о теодицее, видимо, следует рассуждением об этом феномене русского религиозного и политического философа Н.А. Бердяева. «Проблема теодицеи, – писал Николай Александрович, – разрешима лишь свободой. Тайна зла есть тайна свободы. Без понимания свободы не может быть понят иррациональный факт существования зла в Божием мире».

И, хотя в той или иной форме этой точки зрения великого русского философа придерживается большинство христианских богословов, тем не менее, как пишет А. Мень в «Библиологическом словаре», «необходимо постоянно помнить, что Слово Божье не дает нам рационально обоснованной теодицеи, сохраняя в полной мере значение веры как подвига, как доверия, идущего навстречу неведомому».

Во все времена человек пытался разобраться: предопределены его поступки, каковы бы они ни были – плохими или хорошими, или он совершает их по своей воле. Эту дилемму человеческого бытия не обошла стороной и Библия. Причем авторы Священного Писания возвращаются к ней неоднократно.

Уже в самом начале Библии Бог дает человеку право выбора. Поселив «его в саду Едемском», Бог заповедовал человеку: «От всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2: 17). Вероятно, Бог изначально допускал, что человек может нарушить запрет, поэтому и сделал это предупреждение.

Кроме книги Бытие в Библии имеется еще немало мест, в которых Бог говорит человеку о его праве выбрать жизнь или смерть, благословение или проклятие, то есть предлагает ему свободу выбора. Подтверждают этот тезис следующие цитаты.

Например: «Во свидетели пред вами призываю сегодня небо и землю: жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30: 19). Или же: «Если же не угодно вам служить Господу, то изберите себе ныне, кому служить… а Я и дом мой будем служить Господу» (Нав. 24: 15).

Но имея свободу выбора, тем не менее человеку трудно принимать в той или иной ситуации правильное решение, поскольку воля человеческая после грехопадения находится во власти греха. А значит, свобода выбора оказывается под сильным влиянием внешних обстоятельств и внутренних побуждений.

Апостол Павел очень точно описывает проблему свободы выбора обычным человеком: «Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе; потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7: 15–20).

Поэтому человеку, чтобы освободиться от власти греха, необходимо призывать на помощь Бога. «Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8: 36). И «…если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8: 31–32).

История Иосифа. Византийский рельеф. XII в.

Не менее важное место в Библии занимает понятие предопределенности каждого человеческого шага: «Даже волос не может упасть с головы человека без воли Божьей». И еще: «Зародыш мой видели очи Твои; в Твоей книге записаны все дни, для меня назначенные, когда ни одного из них еще не было» (Пс. 138: 16).

Эта же проблема присутствует и в ветхозаветной истории об Иосифе. Когда он открылся прибывшим в Египет своим братьям, а они, в свою очередь, узнали в нем того, кого продали в рабство, то Иосиф, чтобы успокоить их, сказал: «Но теперь не печальтесь, и не жалейте о том, что вы продали меня сюда; потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни… Итак не вы послали меня сюда, но Бог…» (Быт. 45: 5, 8)

Таким образом, если такой ход событий был изначально предопределен Богом, то разве братья Иосифа могли поступить иначе? Имели ли они возможность выбрать один из двух альтернативных вариантов: продавать Иосифа купцам или не продавать? Но если у них не было свободы выбора, то можно ли их обвинять в этом преступлении? Отсюда более общий вопрос: можно ли вообще винить человека за его явные и неявные грехи? Ведь если тот или иной поступок предначертан Богом, то как можно обвинять человека в осуществлении этого действия.

Впервые идею предопределенности рассмотрел Блаженный Августин, который считал, что в спасении человека его воля сама по себе почти никакой роли не играет, поскольку после грехопадения она у него вообще отсутствует. И спасение совершается благодаря исключительно божественной благодати.

Свою точку зрения на предопределение выдвинул и французский богослов и реформатор церкви Жан Кальвин (1509–1564), который считал, что человек бессилен что-либо изменить, поскольку Бог выше любого деяния человека. И святость человека обусловлена не свободой его выбора, а не поддающимся человеческому пониманию Господним избранием. Поэтому жизнь одних людей будет протекать в вечном блаженстве, а других – в постоянных жизненных муках. Иначе говоря, Бог готовит одним вечную жизнь, а другим – вечное проклятие. И поэтому человек, хоть и должен надеяться на спасение своей души, он обязан знать, что это спасение не зависит от его достоинств. А значит, человек не в силах ничего предпринять для своего спасения.

Однако, несмотря на то что позже учение Кальвина подвергалось многосторонней критике, фундаментальные принципы его учения сохранили свою актуальность до настоящего времени.

Очень емко и точно свою точку зрения на Божественное предначертание изложил известный средневековый христианский богослов Мартин Лютер: «Все, что сотворено Богом, единым Богом, и движимо, все приводится в действие Его всемогуществом. Ни одно существо не может избегнуть Его власти, никто не в силах ничего изменить. Самая воля наша зависит от Бога, и когда человек хочет того или другого, это значит, так угодно Богу… Поскольку человек получает освобождение только милостью воли Божьей, которая и заставляет тех, кому предначертано спастись, внутренне стремиться ко Христу, то это означает, что всем остальным спасение недоступно» (И. Гобри. Лютер. М.: Молодая гвардия, 2000).

Но коль в мире все предопределено, значит, у человека отсутствует всякая свобода выбора. С другой стороны, в Священном Писании утверждается, что каждый человек обладает правом выбора.

Разрешение этого парадокса является одной из серьезнейших проблем христианства и иудаизма, как, впрочем, и любой другой монотеистической религии. Но при этом следует заметить, что в любом случае свобода выбора человека является одним из краеугольных камней Священного Писания. Так, в книге Второзаконие (Втор. 11: 26–28) говорится: «Вот, я представляю вам сегодня благословение и проклятие: благословение, если вы послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня, а проклятие, если не послушаете, и уклонитесь от пути, который заповедую вам сегодня…»

Иначе говоря, от того, какой мы сделаем выбор, так сложится не только наша жизнь, но и жизнь наших потомков. В таком случае: что же означает предопределенность? Как она согласуется со свободой выбора, которая дана человеку Господом?

Дать точные и исчерпывающие ответы на эти вопросы вряд ли возможно. Здесь уже вступают в свои права убеждения и вера.

Особая точка зрения на проблему предопределенности характерна для манихейства – религиозно-философского учения, когда-то имевшего широкое распространение на Востоке и Западе. Его сторонники считали, что власть над душами людей разделена между Богом и сатаной. Поэтому одни люди служат Богу, другие – дьяволу. И если в человеческой душе присутствует Бог, то для сатаны места в ней уже нет. А это, в свою очередь, значит, что человек будет стремиться делать только добро. Но если, напротив, в человеческой душе Бог отсутствует, в ней «поселяется» дьявол. И тогда человек будет тяготеть к совершению зла.

М. Лютер придал этому философскому учению очень наглядную аллегорию, в которой человек представлен жалким животным, которое слепо повинуется воле наездника. Если это животное оседлает Бог, то оно устремится к спасению, а если – дьявол, то в конце пути его ждет погибель. Следовательно, заключает Лютер, «не в человеческой воле избирать себе хозяина. Двое всадников сражаются друг с другом и спорят, кому владеть человеческими душами».

Когда читаешь Ветхий Завет, особенно Второзаконие и Иисуса Навина, задаешься дерзким вопросом: неужели с позволения Творца всего сущего, Господа Бога могли совершаться такие страшные по своей жестокости деяния?

Вот только некоторые примеры зверства израильтян, описанные в книгах Ветхого Завета. Впервые же непонятную и бессмысленную жестокость Бог демонстрирует в Египте. Исчерпав все чудеса, с помощью которых Он пытается принудить фараона отпустить евреев из Египта, Бог приводит последний довод:

«В полночь Господь поразил всех первенцев в земле Египетской, от первенца фараона, сидевшего на престоле своем, до первенца узника, находившегося в темнице, и все первородное из скота» (Исх. 12: 29). Неужели Всесильный Бог не мог просто-напросто внушить фараону, чтобы тот позволил израильтянам покинуть пределы его государства? Или же найти какой-нибудь другой аргумент, который был бы достаточно веским, но обошелся бы без жертв?

Но еще большую, трудно укладывающуюся в человеческое сознание, кровожадность и жестокосердие проявляет избранный Богом народ в последующих книгах Ветхого Завета. И, опять же, по прямому указанию или благословению Бога.

«Итак, убейте всех детей мужеского пола, и всех женщин, познавших мужа на мужеском ложе, убейте; а всех детей женского пола, которые не познали мужеского ложа, оставьте в живых для себя» (Числ. 31: 17–18).

Вот так распорядился Моисей поступить с пленными мадианитянами. И сделал он это, чтобы угодить Богу.

«…Порази жителей того города остриём меча, предай заклятию его и всё, что в нём, и скот его порази остриём меча. Всю же добычу его собери на средину площади его и сожги огнём город и всю добычу его во всесожжение Господу, Богу твоему; и да будет он вечно в развалинах, никогда вновь не должно созидать его» (Втор. 13: 12–16).

Что же могло вызвать такой беспощадный гнев Господа в отношении населения города? Оказывается, появление в нем нескольких человек, которые будут исповедовать другую религию, поклоняться иным богам.

А теперь вспомним книгу Бытие, в которой описывается явление Аврааму трех ангелов, которые должны были уничтожить Содом и Гоморру. И тот разговор, который вел Авраам с Господом.

Плач по умершим египетским первенцам. Художник Ч.С. Пирс. 1877 г.

«И подошел Авраам, и сказал: неужели Ты погубишь праведного с нечестивым? Может быть, есть в этом городе пятьдесят праведников? Неужели ты погубишь, и не пощадишь места сего ради пятидесяти праведников в нем?.. Господь сказал: Если я найду в городе Содоме пятьдесят праведников, то я ради них пощажу все место сие. Авраам сказал в ответ: вот, я решился говорить Владыке, я, прах и пепел: может быть, до пятидесяти праведников не дотянет пяти, неужели за недостатком пяти ты истребишь весь город? Он сказал: не истреблю, если найду там сорок пять. Авраам продолжал говорить с Ним, и сказал: может быть, найдется там сорок? Он сказал: не сделаю того и ради сорока. И сказал Авраам: да не прогневается Владыка, что я буду говорить: может быть, найдется там тридцать? Он сказал: не сделаю, если найдется там тридцать. Авраам сказал: вот, я решился говорить Владыке: может быть, найдется там двадцать? Он сказал: не истреблю ради двадцати. Авраам сказал: да не прогневается Владыка, что я скажу еще однажды: может быть, найдется там десять? Он сказал: не истреблю ради десяти» (Быт. 18: 23–24, 26–32).

Легко увидеть, сколь милосердным был Господь к жителям Содома, погрязших в грехах: даже ради десяти праведников Он обещал пощадить город. С мадианитянами же Моисей поступает совсем иначе, убивая всех из-за нескольких человек, молящихся иным богам.

А это уже уничтожение города Васана. «И поразили они его и сынов его, и весь народ его, так что ни одного не осталось живого, и овладели землею его…» (Числ. 21: 35)

Таких примеров во Второзаконии немало. «И истребишь все народы, которые Господь, Бог твой, дает тебе: да не пощадит их глаз твой» (Втор. 7: 16). «А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, и Гергессеев, как повелел тебе Господь Бог твой…» (Втор. 20: 16–17) Легко заметить, что исполняя волю Бога, израильтяне осуществляют настоящий геноцид по отношению к захваченным ими народам.

Особой жестокостью наполнена Книга Иисуса Навина. Вот какое побоище устроил Навин покоренного им Иерихона. «И предали заклятию все, что в городе, и мужей и жен, и молодых и старых, и волов, и овец, и ослов, все истребили мечом» (Нав. 6: 20).

Но на этом Иисус Навин не остановился. Он по-настоящему лютует, словно обезумев от крови и страданий человеческих. Продолжая захватывать города, он в то же время не перестает уничтожать их жителей:

«Когда Израильтяне перебили всех жителей Гая на поле, в пустыне, куда они преследовали их, и когда все они до последнего пали от острия меча, тогда все Израильтяне обратились к Гаю и поразили его острием меча. Падших в тот день мужей и жен, всех жителей Гая, было двенадцать тысяч. Иисус не опускал руки своей, которую простер с копьем, доколе не предал заклятию всех жителей Гая» (Нав. 8: 24–26).

«А всю добычу городов сих и скот разграбили сыны Израилевы себе; людей же всех перебили мечом, так что истребили (всех) их: не оставили ни одной души» (Нав. 11: 14).

Не меньшей жестокостью отличались и деяния, которые творились с согласия легендарного героя, талантливейшего полководца, мудрого государственного деятеля, философа и поэта Давида. Именно такими словами прославляют его толкователи Библии.

Вот только один эпизод его «мудрости и тонкой поэтической натуры»: «Через год, в то время когда цари выходят на войну, вывел Иоав войско и стал разорять землю Аммонитян, и пришел и осадил Равву. Давид же оставался в Иерусалиме. Иоав, завоевав Равву, разрушил ее. А народ, который был в нем, вывел и умерщвлял их пилами, железными молотилами и секирами. Так поступил Давид со всеми городами Аммонитян, и возвратился Давид и весь народ в Иерусалим» (1 Пар. 20: 1, 3).

Наверное, этих цитат достаточно, чтобы засвидетельствовать труднообъяснимую жестокость ветхозаветного Бога. Безусловно, вслед за этими цитатами возникает вполне логичный вопрос: чем объяснить такое неистовство Господа? Неужели христианский Бог Любви имеет что-то общее с мстительным богом Ветхого Завета?

Конечно, найти ответы на эти вопросы пытались многие видные деятели христианства: толкователи, философы, писатели. Наиболее же последовательно излагал свои взгляды на эту проблему христианский богослов и гностик Маркион, живший в I–II веках нашей эры. Он категорично отверг Ветхий Завет, считая, что тот рассказывает о немилосердном Боге. И хотя Церковь относится к его учению как к ереси, тем не менее немало христиан если и не отвергают Ветхий Завет, то относятся к нему с немалым подозрением. И причина этого – его жестокость. К тому же Ветхий Завет рассказывает не просто о жестокости отдельных людей, а приписывает ее самому Богу.

Христианские экзегеты Библии в качестве оправдания необходимости той поразительной жестокости, которая описывается в Ветхом Завете, приводят следующие доводы. Так, они говорят, что всех хананеян истребляли потому, что у них имело широкое распространение ритуальное жертвоприношение младенцев богу Баалу. Хотя и еврейский Бог в книге Бытие потребовал от Авраама, чтобы тот в качестве доказательства своей преданности тоже принес в жертву своего первенца. Парадокс?

Поэтому можно предположить, что, скорее всего, не гибель младенцев волновала евреев, поскольку это были дети их врагов. Надо думать, что их беспокоило совсем другое. Дело в том, что Израиль находился в окружении народов, у которых были свои боги и свои традиции. И, чтобы не потеряться среди этих народов, чтобы сохранить веру в единого Бога и свою религию, израильтяне и уничтожали население покоренных ими городов. В том числе и детей, потому что они все равно оставались носителями чуждой веры.

Для объяснения жестокости израильтян в отношении покоренных городов и стран толкователи Библии называют также особую психологию людей, живших в ту далекую эпоху. Тогда, считают экзегеты, последователи Единого Бога, чтобы убедить окрестные народы в Его силе, и проявляли такую невероятную жестокость. Потому что именно ее уважали и ей подчинялись. Причем не только в ветхозаветные времена, но и значительно позже.

Кроме того, говоря о жестокости израильтян, надо иметь в виду, что она опиралась и подкреплялась законами, которые Бог продиктовал Моисею. Любое их нарушение жестоко каралось. Особенно если оно касалось чего-то «заклятого». А это слово означало «что-то», полностью и навсегда отданное Богу. То есть оно, это «что-то», являлось жертвой Всевышнему. Ею могли быть, например, участок земли или животное. Такими же жертвами являлись и захваченные города.

И израильтяне хорошо знали и помнили, что все завоеванное они должны жертвовать Богу. Ни один предмет из захваченного города не мог остаться у победителей. Это же касалось и людей, и означало, что городское население обрекалось на тотальное истребление.

Очень хорошо иллюстрирует этот запрет и его силу история, рассказанная в 7 главе книги Иисуса Навина. В ней идет речь о человеке по имени Ахан, который припрятал для себя часть захваченной в Иерихоне добычи: «Одну прекрасную Сеннаарскую одежду и двести сиклей серебра и слиток золота весом в пятьдесят сиклей». И в этом преступлении он сам и сознался.

И вот какое наказание последовало за этот проступок. «Иисус и все Израильтяне с ним взяли Ахана, сына Зарина, и серебро, и одежду, и слиток золота, и сыновей его и дочерей его, и волов его и ослов его, и овец его и шатер его, и все, что у него было, и вывели их на долину Ахор. И сказал Иисус: за то, что ты навел на нас беду, Господь на тебя наводит беду в день сей. И побили его все Израильтяне камнями, и сожгли их огнем, и наметали на них камни. И набросали на него большую груду камней, которая уцелела и до сего дня. После сего утихла ярость гнева Господня» (Нав. 7: 24–26). И в этой казни Ахана и его семейства приняли участие все израильтяне. Потому что Бог настаивал на том, чтобы они все очистились от греха пред Его именем таким образом.

Толпа людей в легких пестрых одеждах, подгоняя коз и овец, медленно перемещалась по территории древней Сирии. Они направлялись из Месопотамии через пустынные районы в Ханаанские земли. Людей в этом таборе было немного: около трехсот человек. Возглавлял его Фарра – отец Авраама, тогда еще Аврама…

Когда наступал вечер, люди останавливались на отдых. Поужинав, большинство соплеменников отправлялись отдыхать в свои легкие шатры или палатки. Авраам же находил уединенное место и, глядя на усыпанное бесчисленными звездами ночное небо и полную или только что зародившуюся Луну, предавался воспоминаниям и размышлениям. Возможно, он вспоминал свою родину – многолюдный и богатый Ур Халдейский, город, расположенный в Южной Месопотамии, где царил культ Лунного бога Нанны, или Сина. Все арамеи – родичи Авраама являлись, вероятно, приверженцами этого культа. И, скорее всего, в молодые годы он тоже молился этому богу.

Переселение Авраама в Землю обетованную. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

Но теперь, постоянно размышлял о величии мира, о ничтожности человека, у него появились другие мысли. Именно во время этих размышлений у Авраама, наверное, и зародилась понятие о Едином Сущем.

В течение тех лет, которые Авраам прожил на земле, он, наверное, увидел и испытал такое, что противоречило не просто его внутренней психологии, его нравственным установкам, но и самому важному, что может хранить душа человека – его вере, которую влили в его душу его отцы и деды.

Возможно, наиболее мощным стимулом, направившим Авраама к новой вере, для него стало его одиночество среди той силы, которую демонстрировал окружающий его мир: небо, природа, люди. Он, вероятно, вспоминал те годы, когда, будучи ребенком, подчинялся воле отца, и ему тогда было хорошо и просто. Мир казался стройным и упорядоченным. Он знал, что отец его – прав, что отец его – справедлив, что он – всемилостив… Но отец уже ушел в мир иной.

И, возможно, именно тогда Аврааму захотелось опять иметь Отца. Но уже другого, Небесного, который бы помог ему, указав тот единственный путь, по которому должна была идти его душа, а вслед за ней – и плоть.

Но это были всего лишь первые шаги к познанию Бога, к единению с Ним. Но эти шаги, видимо, были достаточно твердыми и искренними, чтобы Бог обратил на Авраама Свой взор и явил ему Себя. Случилось это в Харране, после смерти отца Авраама – Фарры. «И сказал Господь Авраму: пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе; и Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты в благословение» (Быт. 12: 1–2).

И Авраам поступил по повелению Бога. Он стал вождем маленького племени, которое, благодаря своей силе воли, особому состоянию его психики, организовал таким образом, что они смогли удержаться от поклонения богам окружающего мира.

То есть сначала Авраам поселил единого Бога в своей душе. И его душа стала неприступной крепостью, в которой жил и царствовал его единый Бог Отец. А поскольку его внутренний мир духовными узами был связан с внутренним миром племени, то в духовной крепости Авраама обрели свою нравственную защиту также и его соплеменники.

Воссоздав неразрывную связь Бога своей души с Богом вечности, Авраам стал считать Его Богом Хранителем своего племени, своего рода. И эта вера в Единого Бога постоянно росла и крепла в душе Авраама. Но свое окончательное место вера в Единого Бога заняла в душе Авраама после того, как он услышал повеление Всевышнего покинуть Харран. Теперь, подчиняясь во всем воле Бога, он отверг всех остальных богов и перестал им поклоняться. Видимо, по этой причине апостол Павел и называет Авраама «отцом верующих».

Авраам был, безусловно, сильной, волевой и властной личностью. Кроме того, он был достаточно смелым. Например, когда его племянника Лота захватили в плен воины царя Кедорлаомера, он без промедления бросился ему на выручку и, пользуясь темнотой и внезапностью, рассеял силы врага и спас родственника. При этом в войске Авраама было всего 318 человек.

Но почему именно старому бездетному Аврааму Бог повелел оставить насиженное место и отправиться в неведомые края? Об этом мы никогда не узнаем. Ибо, как писал апостол Павел в Послании к римлянам: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!» (Рим. 11: 33) Зато мы теперь точно знаем, что через Авраама Бог особо выделил его потомков, которые фактически стали народом, избранным Богом. Об этом и рассказывается в Ветхом Завете.

«И Я произведу от тебя великий народ и благословлю тебя, и возвеличу имя твое; и будешь ты в благословение. И Я благословлю благословляющих тебя, и злословящих тебя прокляну; и благословятся в тебе все племена земные… Благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего» (Быт. 12: 2–3; 22: 18).

Возможно, Бог призвал и выбрал именно Авраама потому, что он обладал твердостью характера и неоспоримым авторитетом среди соплеменников. Но особенно возлюбил Бог Авраама после того, как тот повиновался повелению Бога принести в жертву своего единственного сына Исаака. «Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой я скажу тебе» (Быт. 22: 2).

И Авраам беспрекословно подчиняется Богу. «И пришли на место, о котором сказал ему Бог; и устроил там Авраам жертвенник, разложил дрова, и, связав сына своего, положил его на жертвенник поверх дров. И простер Авраам руку свою, и взял нож, чтобы заколоть сына своего. Но ангел Господен воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам! Он сказал: вот я. Ангел сказал: не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего; ибо теперь я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего для Меня» (Быт. 22: 9—12).

Это был кульминационный момент пути Авраама к Богу. Но самое главное, теперь Бог окончательно убедился в преданности Ему Авраама. И в награду за это Господь подтвердил клятвой данные ранее обетования: умножение потомства и благословение в семени Авраама всех народов земли. И тогда «…вторично воззвал к Аврааму Ангел Господень с неба и сказал: Мною клянусь, говорит Господь, что, так как ты сделал сие дело, и не пожалел сына твоего, единственного твоего, то Я благословляя благословлю тебя и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на берегу моря; и овладеет семя твое городами врагов своих; и благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего» (Быт. 22: 15–18).

И Бог всегда будет помнить, что пришлось вытерпеть почтенному Аврааму в эти дни и часы. Как пишет Сёрен Кьеркегор в своем философском исследовании «Страх и трепет» (М., 1993), Аврааму «понадобилось сто лет, чтобы обрести сына своей старости, вопреки всем возможным ожиданиям», и в то же время «ему пришлось поднять нож», прежде чем Бог решил сохранить Исаака; Бог «никогда не забудет, что за все сто тридцать лет» Авраам «никуда не ушел дальше своей веры».

Так в лице Авраама появилась «та точка в истории мира, которая должна была расти, расширяться и превращаться, в конце концов, в Народ Завета, в Народ Божий, в ветхозаветного Предтечу Церкви» (А. Мень. История религии. Т. 2. М., 1991).

Но из Ветхого Завета также известно, что богоизбранный народ неоднократно нарушал заповеди Бога, фактически предавая Его. Почему же тогда Бог не отказался от евреев? Почему Он не нашел другого народа, которому стал бы оказывать Свое покровительство? Возможно, вся причина в том, что Бог поклялся Аврааму, что «благословятся в семени твоем все народы земли за то, что ты послушался гласа Моего». И Бог не пожелал нарушать Свою клятву, хотя неоднократно и наказывал израильский народ то пленением, то сорокалетним блужданием по пустыне, то разрушением Иерусалима…

Впрочем, по поводу избранности евреев существует и другая версия. Согласно ей, евреи не богоизбранный, а богосозданный народ. «Этот народ Я образовал для Себя» (Исх. 43,21). И именно посредством Авраама Бог и создал этот народ. Ставя же Авраама родоначальником еврейского народа, с которым Всевышний пожелал вступить в завет, Бог и дал Аврааму на старости лет сына, от которого, по сути, произошел еврейский народ.

Более того, приносимый в жертву Исаак становится уже не сыном Авраама, а сыном Божиим, Его «первенцем». Ведь принести в жертву – значит отречься от права собственности на то, что ранее принадлежало тебе.

Выдающийся русский религиозный философ и публицист В.С. Соловьев (1853–1900), пытаясь найти причины, по которым евреи стали богоизбранным народом, писал: «Три главных качества еврейского народа в своем совокупном действии прямо соответствовали высокому назначению этого народа и способствовали совершению в нем дела Божия. Крепко веруя в Сущего Бога, Израиль привлек к себе Богоявления и откровения; веруя также и в себя, Израиль мог вступить в личное отношение к Иегове, стать с Ним лицом к лицу, заключить с Ним договор, служить ему не как пассивное орудие, а как деятельный союзник; наконец, в силу той же деятельной веры стремясь к конечной реализации своего духовного начала, чрез очищение материальной природы, Израиль приготовил среди себя чистую и святую обитель для воплощения Бога-Слова. Вот почему еврейство есть избранный народ Божий, вот почему Христос родился в Иудее» (В.С. Соловьев. Еврейство и христианский вопрос. М., 2000).

«В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один…» (Быт. 1: 8)

Во второй день Бог создал твердь, которая отделила воду от воды. Твердь Бог назвал небом. В последующие дни Бог сотворил водоемы и сушу, которая произрастила траву и деревья, создал Луну, Солнце и звезды, морских и сухопутных животных, и, как венец своего творения, Бог сотворил человека по образу и подобию своему. После шести дней трудов праведных, на седьмой день Бог отдыхал и сделал его днем отдыха на вечные времена.

С шестью днями творения, в течение которых Бог создал земной и небесный миропорядок, связана одна из труднейших проблем, над разрешением которой многие века бьются толкователи библейских текстов.

Суть этой проблемы, во-первых, в понимании продолжительности библейских дней, и, во-вторых, в соответствии этих дней данным современных наук, в особенности астрономии, геологии и биологии.

Действительно, обыденный человеческий ум вряд ли в состоянии представить, что в течение суток, то есть 24-х часов, можно сотворить сушу и растительный мир на ней, а также то огромное разнообразие живых организмов, которые известны в настоящее время биологам.

Кроме того, ученые, занимающиеся изучением геологической летописи нашей планеты, выделили несколько геологических эпох, которые появились в ходе постепенного образования земной коры. Серьезным препятствием для принятия шестидневного творения являются также различные формы растительных и животных организмов, обнаруженные в этих геологических слоях.

Много внимания этой проблеме уделяли отцы Церкви. Так, деятели Александрийской школы, например, Ориген, Климент Александрийский и некоторые другие, пытались даже толковать дни Творения как аллегорическое воплощение более или менее продолжительных периодов.

При этом ряд толкователей Бытия пытались также доказать, что один день – это эпоха, не имеющая четко очерченной временной длительности. Наиболее же известным их аргументом является утверждение, что язык семитов в начале 2-го тысячелетия до н. э. имел настолько ограниченный словарный запас, что нередко одно слово имело несколько понятий. Что же касается времени, то как раз слово «йом» означало одновременно и день, и отрезок времени.

При этом очень сильным аргументом в пользу неопределенности продолжительности библейских суток являлась следующая цитата: «У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3: 8).

Сотворение Солнца, Луны и планет. Фреска Сикстинской капеллы. Художник Микеланджело. 1511 г.

Чтобы обойти это противоречие, была предложена так называемая «визионерская» теория. В соответствии с этой концепцией, шестидневное творение мира, изложенное в Бытии, является не абсолютно точным научным изложением всей истории возникновения Мироздания, а лишь отражением основных моментов этого процесса, которые Бог показал Моисею в особом видении (visio).

Именно во время этой демонстрации Моисей своим внутренним взором смог наблюдать целую серию образов, из которых каждый представлял определенные периоды в истории Вселенной и Земли. Причем содержание этих видений и их последовательность, хотя они и проносились перед Моисеем, вероятно, очень быстро, в точности соответствовало историческим реалиям.

Каждая серия видений, объединившая явления, которые были характерны для одного конкретного периода, Моисею показались протекающими в один день. Поэтому он и посчитал, что Мироздание было сотворено в течение шести дней. Да это, в общем-то, и понятно. Ведь «день» для сознания человека той далекой эпохи был наиболее простым и хорошо известным мерилом времени.

Следует заметить, что указанную выше точку зрения на временные отрезки в книге Бытие поддерживают не только некоторые учителя Церкви, но и многие современные толкователи Библии.

К тому же и современная геологическая наука подразделяет историю развития Земли именно на шесть эр: догеологическую, архейскую (древнейшую), протерозойскую (первичной жизни), палеозойскую (древней жизни), мезозойскую (средней жизни) и кайнозойскую (новой жизни). А это тоже достаточно серьезный аргумент в поддержку изложенной выше гипотезы.

С другой стороны, истинные последователи библейского учения, особенно жившие на заре новой эры, считают каждый день Творения именно тем днем, который понимается большинством людей, то есть продолжительностью в 24 часа.

Главным же их аргументом в этой дискуссии является понимание того факта, что само Писание – боговдохновенно. А это значит, что в тексте Библии, в том числе и в Бытии, содержится абсолютная истина. Причем даже несмотря на то, что эта истина может выглядеть довольно необычной и даже весьма парадоксальной.

Но если эта истина, принимаемая богословами за абсолютное знание, кажется не соответствующей тому, что нам доказывает наука, то тем не менее следует помнить, что творцом любой истины является сам Всевышний, а значит, все то, что изложено в Библии, не может вступать в противоречие с теми фактами, которыми распоряжается наука.

Святой Иоанн Златоуст в «Беседах на книгу Бытие» утверждает, что в каждом слове Библии заключен глубочайший смысл. Причем все изложенное в Бытии – это не слова Моисея, а наставления Божии: «Посмотрим же, чему и теперь учит нас блаженный Моисей, который говорит это не сам от себя, но по внушению благодати Духа».

«Мафусаилов век» – выражение, знакомое многим. Происходит оно от ветхозаветно персонажа Мафусаила, который считается одним из праотцов человечества. Согласно Библии, он прожил 969 лет и является старейшим человеком, чей возраст указан в Священном Писании.

Мафусаил, согласно книге Бытие, приходился внуком Каину и сыном Еноху, а также отцом Ламеху, которого зачал в 187 лет.

Однако Мафусаил – не единственный из библейских патриархов, который прожил столь невероятно долгую жизнь. Иаред – родной дедушка Мафусаила, прожил не намного меньше своего внука – 962 года. Поэтому в XVIII–XIX веках, когда вели разговор о долгожителях, то использовали термин «Аредовы веки», подразумевая под ним Иареда (Ареда).

Прародитель рода человеческого Адам прожил 930 лет, его сын Сиф – 912 лет, внук Енос – 905 лет, а правнук Каинан – 910 лет. В свою очередь, сын Каинана – Малелеил – отошел к праотцам в возрасте 895 лет. Енох, который приходился сыном Ареду и отцом – Мафусаилу, прожил 365 лет, а сын Мафусаила – Ламех – ходил под солнцем 753 года. Внук Мафусаила – Ной, построивший знаменитый ковчег, в котором спасся от Потопа, умер в возрасте 950 лет.

Итак, время жизни главных персонажей Ветхого Завета, которые жили до Великого Потопа, исчислялось сотнями лет.

Но поскольку со временем греховность человека постепенно возрастала, то, в свою очередь, стала уменьшаться и продолжительность его жизни. В конце концов, согласно Моисею, человеку было установлено жить на земле семьдесят лет.

Однако некоторые персонажи Библии прожили намного дольше этого, установленного Богом, срока жизни. Например, сам Моисей дожил до 120 лет, причем «зрение его не притупилось, и крепость в нем не истощилась» (Втор. 34: 7). Авраам прожил 175 лет, его жена Сарра – 127 лет, Иисус Навин – 110 лет.

Конечно, официальная наука не верит в то, что человек, пусть даже в ветхозаветные времена, мог прожить почти тысячу лет. Ведь в наше время тоже встречаются долгожители. Но в основном их возраст ограничивается 120–130 годами.

Мафусаил. Витраж собора в Кентербери

Правда, ряд ученых считают, что даже некоторые современные люди могут значительно превзойти эти результаты. Так, в каирской газете «Аль-Ахбар» была опубликована информация о человеке, который прожил 195 лет. Во вьетнамском уезде Кунхол во время переписи в 1991 году был обнаружен человек, которому исполнилось 142 года. Далеко перешагнули 120-летний рубеж еще несколько современных представителей рода человеческого. Это: венгр Золтан Петридж, который прожил 186 лет, и его соотечественник – Петр Зортай, умерший в 185 лет. Однако долгожителем-рекордсменом считается китаец Ли-Чгунг-ян, родившийся в 1680 году и умерший в 1933 году в возрасте 253 лет. Но и это все-таки не 930, и даже – не 365 лет.

Конечно, специалисты пытаются найти объяснение такой невероятной продолжительности жизни первых патриархов. Для этого ученые выдвинули несколько гипотез. И практически в каждой из них в столь фантастических сроках жизни ветхозаветных долгожителей исследователи «обвиняют» переписчиков и переводчиков Библии.

И тем не менее гипотезу, которую выдвинул доктор геолого-минералогических наук М.Л. Верба, вероятно, можно считать не только весьма любопытной, но и наиболее правдоподобной.

Марк Леонидович считает, что столь невероятную продолжительность жизни библейским патриархам «приписали» греческие переводчики, которые в III веке нашей эры переводили книгу Бытие с древнеарамейского языка на свой родной – греческий. Они просто не смогли учесть всех тонкостей позиционной системы счисления, которая была распространена у шумеров. Но как раз-то в этой системе и записывались числа в тексте библейского манускрипта.

Как могли появиться ошибки с возрастом патриархов, автор статьи показал на простом примере из сказки о Коньке-Горбунке.

«В сказке “Конёк-Горбунок”, – поясняет М.Л. Верба, – написанной П.П. Ершовым по мотивам русского фольклора, есть примечательный эпизод. Царь, увидев златогривых коней и пожелав их заполучить, вступает с Иваном в торг:

Почти сразу после этих строк автор задает вопрос: что это за выражение «два – пять» и каковы его корни? И тут же отвечает: оказывается, это число «10» в старинной пятеричной системе.

Мы же, как известно, пользуемся десятеричной системой. А вот в шумерском Двуречье в то время, когда жил Ной, широко использовалась сложная шестидесятеричная система счисления.

Не вдаваясь в детали шумерской системы счисления, вслед за автором статьи повторим, «что никто из 70-ти “толковников”, переводивших в III веке новой эры книги Ветхого Завета на греческий язык, по всей вероятности, не имел ни малейшего представления о том, как следует интерпретировать шумерские числа… Более того, – продолжает М.Л. Верба, – число 60, являвшееся в системе счета шумеров базовым, обозначалось таким же вертикальным клином (“гэш”), что и единица. В результате число 2, изображенное двумя одинаковыми штрихами, можно было прочесть и как 61, и как 120, и как 610. Математики того времени, понимая ущербность такой неопределенности, пытались ее преодолеть, изображая этот знак – “гэш” – в значении единицы мелким штрихом, а в значении 60 – крупным…».

В результате чтения шумерской позиционной записи по правилам непозиционной системы, которая была распространена в Греции, возраст Ноя и оказался столь завышенным.

В свою очередь, Кирилл и Мефодий, которые перевели Библию с греческого языка на старославянский, скорее всего, тоже никаких изменений в написание числительных при переводе не внесли.

В завершение статьи М.Л. Верба предполагает, что «все числа, большие, чем два базовых, греческие переводчики умножали на десять, в результате чего итог получился столь гипертрофированным, как и возраст Адама, который в одном месте определен в 130 лет, а рядом – в 700» (Быт. 5, 3 и Быт. 5, 4).

Правда, ряд толкователей книг Ветхого Завета считают, что возраст ветхозаветных патриархов определялся по древнеегипетскому обычаю, когда один месяц считался как один год, или по древнееврейскому, когда год равнялся двум месяцам. Тогда парадокс с возрастом библейских патриархов разрешается сам собой.

Читая книгу Бытие, нельзя не обратить внимания на следующий текст: «Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал. И сказал Господь (Бог): не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками (сими); потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет.

В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди» (Быт. 6: 1–4).

Этот отрывок с давних пор и по настоящее время вызывает у толкователей Библии немало споров, порождая не меньшее количество вопросов. Например: кого автор называет «сынами Божиими»? Что понимать под выражением: они «брали себе в жёны» «дочерей человеческих»? Что означают «пусть будут дни их сто двадцать лет»: максимальный срок человеческой жизни или время, оставшееся до Потопа, поскольку события в отрывке происходили накануне этой глобальной катастрофы? Кто такие «исполины» и как они связаны с этими загадочными браками?

Сообщения о находке костей и черепов гигантов приходят достаточно часто

Вопросов много, поэтому начнем отвечать по порядку. Итак, первый вопрос: кто такие «сыны Божьи». Достаточно полный ответ на него дает Толковая Библия под редакцией А.П. Лопухина, в которой выражение «сыны Божьи» трактуется следующим образом: «Одни, преимущественно иудейские раввины… видели здесь указание на сыновей вельмож и князей, вообще высших и знатных сословий, будто бы вступавших в брак с девицами низших общественных слоёв… Большинство других иудейских и христианских толковников древности, вместе с рационалистами нового времени, под “сынами Божиими” разумеют ангелов. Будучи обстоятельно развито в апокрифических книгах – Еноха и Юбилеев и в сочинениях Филона, это мнение в первые века христианской эры пользовалось такой широкой известностью, что его разделяли даже многие из отцов и учителей Церкви: Иустин Философ, Ириней, Афинагор, Климент Александрийский, Тертуллиан, Амвросий и др…»

Однако среди отцов Церкви было немало и противников того взгляда, что «сыны Божьи» – это ангелы. К числу таких оппонентов относился, например, Иоанн Златоуст. Вот что он писал по этому поводу в книге «Беседы на Бытие»: «Они говорят, будто это сказано не о людях, но об ангелах; их будто бы Писание назвало сынами Божиими. Но, во-первых, пусть они покажут, где ангелы названы сынами Божиими… не безумно ли говорить, будто ангелы снизошли до сожительства с женами, и бестелесная природа унизилась до совокупления с телами?.. Мы уже прежде сказали вам, что Писание имеет обычай и людей называть сынами Божиими. Так как они вели род свой от Сифа и от сына его, названного Еносом, то его дальнейшие потомки в божественном Писании названы сынами Божиими, потому что они до тех пор подражали добродетели предков; а сынами человеческими названы те, которые родились прежде Сифа, от Каина, и от него вели свой род».

То есть Иоанн Златоуст придерживается той точки зрения, что «сынами Божьими» в Бытии названы потомки третьего сына Адама и Евы – Сифа, которые стали жениться на девушках из рода Каина. При этом с таким толкованием, помимо Иоанна Златоуста, соглашаются также такие известные толкователи Библии, как Ефрем Сирин, Кирилл Иерусалимский и другие.

Но, в связи с изложенными выше комментариями И. Златоуста, у читателя Библии может возникнуть вполне закономерный вопрос: почему женитьба потомков Сифа на дочерях потомков Каина считается чем-то нечестивым? На этот вопрос Златоуст отвечает: «Они устремились к этому делу не по желанию чадородия, но по неумеренной похоти… красота лица была для них причиною блудодеяния и необузданности».

Что же касается 120-ти лет, то экзегеты считают это число тем временем, которое было дано Богом для исправления человечеством своих пороков.

А теперь попытаемся выяснить, насколько реально существование в прошлом людей-гигантов, или нефелинов, о которых повествует Бытие. И откуда они появились на земле? Но прежде приведем несколько фактов, которые как раз укладываются в контекст нашего разговора о нефелинах…

Год 1821. Американский штат Теннесси. Во время раскопок были найдены два человеческих скелета, каждый размером около 215 сантиметров.

Год 1883. Американский штат Юта. Здесь также во время раскопок древних захоронений были обнаружены скелеты людей, рост которых приближался к 195 сантиметрам, что значительно больше среднего роста местных индейцев.

Год 1885. Штат Пенсильвания. Опять же во время вскрытия одного из захоронений был обнаружен каменный склеп со скелетом высотой 215 сантиметров.

А это уже Европа, точнее Германия. Год 1899. В Рурской области во время прокладки очередного штрека шахтеры наткнулись на окаменевшие кости людей, чей рост колебался от 210 до 240 сантиметров.

В 1912 году в американском штате Невада в искусственной пещере также были найдены мумии мужчины и женщины. Прижизненный рост женщины, как показали расчеты, составлял около двух метров, а мужчины – приблизительно три метра.

Немало свидетельств существования людей-гигантов было обнаружено и в более позднее время. Например, в 1930 году в Басарте (Австралия) добытчики яшмы нередко находили окаменелые отпечатки гигантских человеческих ступней. Рост людей, которым эти отпечатки принадлежали, колебался от двух до трех с половиной метров. Этих гигантов антропологи назвали меганотропусами.

Кроме гигантских отпечатков недалеко от Басарста были также обнаружены дубинки, струги, ножи и топоры, вес которых колебался от 4 до 9 килограммов. Австралийские ученые, исследовавшие этот район в 1985 году, нашли окаменевший коренной зуб высотой 6,7 и шириной 4,2 сантиметра. Тот, кому принадлежал этот зуб, имел рост как минимум 7,5 метра и весил около 370 килограммов! Находкам, согласно углеводородному анализу, было около девяти миллионов лет.

Отпечатки гигантских человеческих следов были также обнаружены в старом русле австралийской реки Верхний Маклей. Ширина стопы на этих окаменелостях примерно 25 сантиметров, а длина пальцев – около 10 сантиметров. Интересно, что в легендах и мифах местного населения имеются упоминания о громадных людях, которые в далеком прошлом обитали на этих территориях.

В 1936 году немецкий антрополог Ларсон Коль во время палеонтологических исследований берегов озера Элайзи в Центральной Африке неожиданно раскопал целое захоронение людей-великанов. В нем находились скелеты 12 мужчин, прижизненный рост которых колебался от 350 до 375 сантиметров. Но не только размеры удивили исследователя. Характерной особенностью у этих людей являлись также их черепа со скошенными подбородками, а также нижняя и верхняя челюсти, в которых располагались по два ряда зубов.

В 1979 году в австралийских Голубых горах местные жители на камне обнаружили отпечаток фрагмента гигантской стопы с пятью пальцами, каждый из которых имел ширину 17 сантиметров. Расчеты показали, что длина всей стопы должна была равняться 60 сантиметрам, и принадлежала она человеку как минимум шестиметрового роста.

Впрочем, большинство антропологов к сообщениям о людях-гигантах относятся с изрядной долей скептицизма. Однако полностью отказаться от гипотезы о людях-гигантах, живших на Земле в прошлые эпохи, ученые не могут, поскольку аргументами, подтверждающими это предположение, могут стать гигантские мегалитические постройки, которые обнаружены во многих странах света. Это – огромные камни, находящиеся в одном месте, дольмены, каменные гробницы, круговые ограды.

Видимо, неспроста древние британцы были уверены, что именно люди-великаны с помощью неведомой силы в далеком прошлом построили знаменитый Стоунхендж. И тибетские ламы тоже убеждены, что знаменитый и таинственный Город Богов, в котором находятся километровые пирамиды и гигантские каменные зеркала, также был сооружен исполинами.

А теперь вернемся к Ветхому Завету, в котором неоднократно упоминаются люди-гиганты, называемые также рефаимами или нефелинами, жившие во времена Авраама. Обитали они как в Палестине, так и в Иордании. Одним из потомков этих людей-великанов был царь Ог. О гигантском росте властелина говорит тот факт, что его кровать имела длину 4 метра. Опять же, согласно Ветхому Завету, израильский царь Давид вступил в бой с трехметровым гигантом по имени Голиаф, при виде которого паника охватила все царское войско. И Давид победил его. Кстати, в память о рефаимах получила свое название и Долина Рефаимов.

«Но земля растлилась пред лицеем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле. И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лице Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли» (Быт. 6: 11–13).

«Чрез семь дней воды потопа пришли на землю. В шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый день месяца, в сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились; и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей» (Быт. 7: 10–12).

«И продолжалось на земле наводнение сорок дней, и умножилась вода, и подняла ковчег, и он возвысился над землею; вода же усиливалась и весьма умножалась на земле, и ковчег плавал по поверхности вод. И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом; на пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись горы» (Быт. 7: 17–20).

Так рассказывает Библия об одной из величайших и наиболее известных катастроф, которой Бог наказал жителей земли за неправедную жизнь и безнравственное падение: о Всемирном потопе.

Потоп. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

Следует сразу уточнить, что в исторической памяти многих народов, обитающих в разных местах земного шара, сохранились мифы и легенды о сокрушительном потопе, обрушившемся на землю. Так, более чем у 120 племен Северной, Центральной и Южной Америки обнаружены мифы, рассказывающие об этом грандиозном явлении. Вот как описывается это событие в древнем мексиканском тексте «Кодекс Чималпопока»: «Небо приблизилось к земле, и в один день все погибло. Даже горы скрылись под водой».

«Большая волна поднялась и настигла их. Тела мужчин были сделаны из пробки, а женщин – из тростниковой сердцевины. За то, что они забыли своего творца и не благодарили его, они были умерщвлены и потоплены». Это уже описание потопа в кодексе «Пополь-Вух» жрецов индейского племени киче, чьи потомки населяют Гватемалу.

В Мексике также существует миф о Всемирном потопе, с помощью которого Бог уничтожил неугодную ему расу великанов. Воспоминания о невиданном наводнении, воды которого поглотили высочайшие горы, сохранились также в легендах канадских индейцев…

Вообще же, как показал известный английский антрополог, фольклорист и историк религии Дж. Дж. Фрезер, следы сказаний о потопе обнаружены в Палестине, Сирии, Индии, Бирме, Вьетнаме. Кроме того, мифы о гигантском наводнении присутствуют в фольклоре Индонезии, Филиппин, Новой Гвинеи, Австралии и т. д.

Легко заметить, что легенды о грандиозном наводнении имеются у многих народов Земли. И только у жителей внутренних районов Азии и Африки, которые находятся на значительном расстоянии от морей и крупных рек, сказания о потопе практически отсутствуют.

Но если сказания о потопе имеют такое широкое распространение, возникает естественный вопрос: не говорят ли они о явлении планетарного масштаба, которое коснулось всех континентов, т. е. не был ли потоп и впрямь всемирным?

А теперь, наверное, есть смысл вернуться в 70-е годы XIX века. Именно тогда сотрудник Британского музея в Лондоне Джордж Смит начал расшифровку клинописи на глиняных табличках, полученных из Ниневии. Во время этой кропотливой работы Смит обнаружил, что на этих древнейших образцах письменности рассказывается о потопе. Причем описание этого грандиозного события во многом походило на библейский вариант.

Но когда Джордж Смит опубликовал свои изыскания, их восприняли в штыки, поскольку никто не хотел верить в то, что история Ноя – это всего лишь соответствующим образом переработанный шумерский миф. А коль так, значит, в действительности никакого потопа и не было.

Но на этом история с потопом не заканчивается. Во второй ее части на сцене появляется известный английский археолог Леонард Вулли, открывший Ур – один из древнейших шумерских городов-государств.

В огромной свалке мусора, который на протяжении многих столетий собирался рядом со стенами Ура, была вырыта шахта глубиной более тринадцати метров. На ее дне археологи обнаружили захоронения властителей, правивших страной Шумер в третьем тысячелетии до н. э. Но на этом раскопки не прекратились. Вулли решил выяснить, что же скрывается в слоях грунта, расположенных ниже достигнутой отметки.

К немалому удивлению археологов, в следующем пласте они обнаружили речной ил, в котором отсутствовали даже самые незначительные следы человеческой деятельности. И хотя помощники Вулли посчитали, что они добрались до нетронутого человеком слоя почвы, ученый распорядился продолжить раскопки в этом девственном пласте.

Удивительно, но Вулли словно обладал рентгеновским зрением. Оказалось, что под трехметровым слоем ила снова были обнаружены следы человеческой деятельности: мусор, пепел от костров, фрагменты посуды.

При этом форма и орнамент осколков посуды свидетельствовали о том, что они принадлежат к абсолютно иной культуре, чем те остатки предметов быта, которые были открыты в слоях мусора, скопившегося у стен Ура.

Чтобы объяснить наличие трехметрового слоя ила, была выдвинута следующая гипотеза. Когда-то невероятное по мощи наводнение смело с лица земли неизвестные поселения какого-то древнего народа. Когда же вода отступила, на освободившиеся земли пришли новые племена и опять заселили Месопотамию. Этими племенами оказались шумеры, которые впоследствии создали самую древнюю цивилизацию.

После детальных исследований предметов быта, найденных в древних слоях, а также изучения возраста илистых наслоений, археологи смогли установить и время, когда случился Великий потоп. Оказалось, что он произошел приблизительно за четыре тысячи лет до нашей эры. На основании этих данных большинство исследователей склоняются к идее, что гигантское наводнение, происшедшее в Месопотамии, – это не что иное, как Всемирный потоп, описанный в Библии. Кстати, его следы ученые обнаружили и на территории нынешней Европы. Вероятно, в ветхозаветные времена большую часть континента и впрямь покрывали глубокие воды.

Но какие же природные факторы могли вызвать Всемирный потоп? Первым попытался ответить на этот вопрос известный австрийский геолог Э. Зюсс. Он предположил, что библейский потоп – это опустошительное наводнение, происшедшее в далеком прошлом в результате разлива Евфрата и затопившее огромные территории Месопотамской низменности. А его причиной стало гигантское цунами, которое возникло после землетрясения в районе Персидского залива.

Впоследствии гипотеза Зюсса была существенно подкорректирована. Так, оказалось, что в районе Персидского залива сильных землетрясений практически не бывает. Но если бы однажды такое землетрясение и произошло, даже самая высокая волна цунами все равно не смогла бы покрыть водой всю Месопотамскую низменность. Скорее всего, описанный в Библии потоп – это масштабное наводнение, вызванное ливнями и сильным ветром, который устремился навстречу течению Евфрата…

Среди гигантских наводнений, оказавших влияние на европейскую цивилизацию, следует назвать прорыв водных масс Атлантики в Средиземное море, резко поднявших его уровень, а также масштабное наводнение, вызванное быстрым притоком морских вод через перешеек Дарданеллы в Черное море. В результате уровень воды в нем за короткий период поднялся более чем на 100 метров. Под слоем воды оказались огромные площади Черноморского побережья. Воды проникли вглубь суши примерно на 200 километров. На месте бывшей огромной низменности появилось Азовское море. Безусловно, для древнего человека это событие было и впрямь Всемирным потопом.

В завершение разговора о потопе, рассказанном в книге Бытие, следует заметить, что потоп – это не просто масштабная катастрофа. «Рассказ о Потопе, приводимый Библией, таит в себе скрытую силу, способную оказать воздействие на сознание всего человечества, – пишет теолог Альфред Джеремиас. – Несомненно, что при записи рассказа о Потопе ставилась именно эта цель: научить людей нравственному поведению. Ни одно другое описание Потопа из тех, которые мы находим в источниках, не связанных с Библией, в этом плане совершенно не похоже на рассказ, приведённый в ней».

Когда Бог уведомил «праведного и непорочного» Ноя о своем решении навести на землю потоп, который должен был бы истребить развратившихся людей, Он сказал ему:

«Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи.

И сделай его так: длина ковчега триста локтей; ширина его пятьдесят локтей, а высота его тридцать локтей.

И сделай отверстие в ковчеге, и в локоть сведи его вверху, и дверь в ковчег сделай с боку его; устрой в нем нижнее, второе и третье [жилье].

И вот, Я наведу на землю потоп водный, чтоб истребить всякую плоть, в которой есть дух жизни, под небесами; все, что есть на земле, лишится жизни.

Но с тобою Я поставлю завет Мой, и войдешь в ковчег ты, и сыновья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою.

Введи также в ковчег из всех животных, и от всякой плоти по паре, чтоб они остались с тобою в живых; мужеского пола и женского пусть они будут.

Из птиц по роду их, и из скотов по роду их, и из всех пресмыкающихся по земле по роду их, из всех по паре войдут к тебе, чтобы остались в живых.

Строительство ковчега. Средневековая немецкая гравюра

Ты же возьми себе всякой пищи, какою питаются, и собери к себе; и будет она для тебя и для них пищею.

И сделал Ной всё: как повелел ему Бог, так он и сделал» (Быт. 6: 14–22).

Итак, Ной вместе с сыновьями построил ковчег, ввел в него по паре животных мужского и женского пола.

И в тот же день, когда Ной вошел в ковчег, на землю полились безмерные воды: «Разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились. И лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей» (Быт. 7: 11–12).

Если предположить, что, в соответствии с библейской историей, Ной и впрямь построил огромное судно, названное ковчегом, то у многих исследователей возникает вопрос: мог ли этот древнейший «корабль» вместить всех животных, и насколько он был устойчив в водной стихии?

В шестой главе Бытия приведены следующие размеры ковчега: длина – триста локтей, ширина – пятьдесят, а высота – тридцать локтей. «Локоть» же – это старинная мера длины, которая имеет несколько значений: минимальный его размер – 44,5, а максимальный – 52 сантиметра. Поэтому и размеры ковчега будут зависеть от того, какой длины считать локоть. Но чаще всего его определяют в 45,5 сантиметра.

При минимальной длине локтя ковчег имел бы 133,5 метра в длину; 22,25 метра – в ширину и 13,5 метра – в высоту. Это соответствует объему приблизительно в 39 655 кубических метров. Если для исчисления объема ковчега длину локтя принять за 45,5 сантиметра, то объем Ноева судна будет равен примерно 42 388 кубических метров. А при длине локтя в 52 сантиметра объем ковчега будет около 63 274 кубических метров. Если принять во внимание, что половину этого объема занимал корм для животных и еда для семейства Ноя, а также жилые помещения, то для животных остается примерно 30 000 кубометров. Этого пространства с избытком хватило бы приблизительно для 10 000 особей. Это – без учета домашней живности.

Бог же повелел Ною ввести в ковчег «из всех животных и от всякой плоти по паре, чтоб они остались с тобою в живых: мужского пола и женского пусть они будут» (Быт. 6: 19). Значит, на судне могло вместиться около 5000 пар каждого вида. Кроме того, «сказал Господь Ною… И всякого скота чистого возьми по семи, мужского пола и женского, а из скота нечистого по два, мужского пола и женского…» (Быт. 7: 2)

Но, учитывая, что на сегодняшний день зоологам известно более 5 тысяч видов млекопитающих, почти 10 000 видов птиц и примерно 9000 видов пресмыкающихся, то, даже плотно упаковав их, все равно Ной всех их не смог бы разместить на своем судне.

Однако все становится на свои места, если принять во внимание тот факт, что, по подсчетам ученых, в древней Месопотамии, на территории которой проживал Ной со своим семейством, обитало приблизительно 575 видов птиц и зверей размерами от полевой мыши до овцы и 290 видов – габаритами от овцы до верблюда. А это уже совсем другое дело.

Животные для толкователей Библии задали еще одну загадку. Известно, что из людей на борту судна находилось всего 8 человек: Ной, его жена, а также сыновья Сим, Хам, Иафет и их жёны. А ведь им в течение 382 дней, то есть более года, приходилось ухаживать за животными: кормить их и убирать за ними. Как они справлялись с этой нагрузкой? Ответ на эти вопросы следующий. Во-первых, при плохой погоде у многих животных наступает сонливое состояние. А во-вторых, их могли кормить относительно редко, поскольку животные почти не двигались, а значит, и энергетические затраты у них были минимальными. И физическая нагрузка в этом случае, если считать, что в ковчеге находилось чуть больше двух тысяч животных, на людей была не столь уж значительной.

Не меньше вопросов у исследователей вызвали и конструктивные особенности ковчега. Точнее, его способность устойчиво держаться на воде. Ведь построить огромное судно, выдержавшее такое сильное наводнение без определенных инженерных знаний и опыта, фактически невозможно. А ведь Ной и его сыновья не имели практических навыков сооружения даже самой обыкновенной лодки. Кроме того, построить столь вместительное судно силами всего 3 мужчин маловероятно. И этот момент в истории о потопе и ковчеге объяснить довольно трудно.

Но тем не менее, как показали расчеты инженеров-кораблестроителей, при таком соотношении длины ковчега к его высоте, а оно равняется 6 к 1, судно становится практически непотопляемым. Этот вопрос был тщательно исследован американскими учеными Генри Моррисом и Джоном Уиткомбом в книге «Библейский Потоп».

«В Писании сказано, – отмечают авторы, – что “воды потопа поднялись на 15 локтей выше самых высоких гор” (Быт. 7: 20). Скорее всего, эта ремарка сделана для того, чтобы показать, что ковчег мог свободно перемещаться по водной глади в любом направлении. А поскольку ковчег имел высоту в 30 локтей, то величина осадки груженого судна в 15 локтей вполне реальна».

Когда ковчег плавал, погрузившись на эту глубину, то центр его тяжести при условии, что он имел двухстороннюю симметрию и равномерно распределенный груз, видимо, совпадал с его геометрическим центром. А такая конструктивная особенность делала его особенно устойчивым.

«Расчеты показывают, – продолжают авторы, – что при любом крене меньшем 90 градусов ковчег автоматически возвращался в нормальное положение. Кроме того, относительно большая длина ковчега (в 6 раз превышала его ширину) приводила к тому, что ковчег не подвергался воздействию волн равной амплитуды по продольной оси. Под воздействием гидродинамических сил ковчег должен был располагаться в воде так, чтобы его продольная ось была параллельна преобладающему направлению волн или течений. Таким образом, ковчег идеально подходил для своей цели – в течение более года сопротивляться натиску волн и ветров».

Именно уникальное соотношение размеров и придавало ковчегу ту уникальную устойчивость, которая не позволяла ему опрокинуться во время килевой качки – ситуации, при которой волна поднимает один конец корабля и затем его опускает. Качка также создает огромную нагрузку на судно. Поэтому конструкция ковчега должна быть настолько прочной, чтобы не прогибаться в средней части в тот момент, когда гигантские волны одновременно поднимают оба конца судна. Когда же большая волна подпирает корабль посередине и оба его конца зависают, нос и корма также не должны прогнуться.

Этот факт поразительной устойчивости ковчега богословы объясняют тем, что Бог, безусловно, знал, какой должна быть конструкция судна и из какого материала его необходимо строить. И именно Господь открыл Ною самые идеальные для Ковчега пропорции. И Ной сделал все так, как повелел ему Бог.

Согласно Библии, вода «усиливалась на земле сто пятьдесят дней» (Быт. 7: 24). Наконец Бог «вспомнил о Ное, и о всех зверях, и о всех скотах, бывших с ним в ковчеге; и навел ветер на землю, и воды остановились» (Быт. 8: 1). И только после этого она стала понемногу убывать. Наконец остановился ковчег «в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских» (Быт. 8: 4). Таким образом, в Библии достаточно конкретно указано место, где остановился ковчег.

Конечно, относительно столь точные координаты нахождения Священной ветхозаветной реликвии не могли не подвинуть энтузиастов на поиски Ноева ковчега. И действительно, такие люди нашлись.

О них поведал вавилонский историк, языческий жрец Беросс, живший в IV–III веках до н. э. Он сообщает, что некоторые люди достигали вершины Арарата, видели там Ноев ковчег и даже приносили его кусочки. Древнегреческий историк и философ Николай Дамасский в своих сочинениях упоминает, что каркас ковчега довольно долгое время оставался в сохранности.

Знаменитый еврейский историк и военачальник Иосиф Флавий (I век н. э.) в своем труде «Иудейские древности» также сообщает, что были люди, которые поднимались на Арарат и приносили оттуда небольшие фрагменты ковчега.

В 1840 году турецкая экспедиция, побывавшая на горе Арарат, наткнулась на огромный деревянный каркас черного цвета, торчащий из ледяной глыбы. Забравшись внутрь этой конструкции, исследователи обнаружили несколько отделений, которые, скорее всего, служили для перевозки животных. В три из них исследователи смогли проникнуть, а остальные были завалены льдом.

В 1892 году на Арарат поднялся архидиакон Несторианской церкви Нури. Случилось это 25 апреля. И в этот же день перед взором священника предстали остатки ковчега. Он был сделан из толстых коричневых досок. Причем размеры судна соответствовали тем, которые указаны в Библии. Об этом событии журнал «Английский механик» от 14 ноября 1892 года написал: «Он был почти в экстазе от обуревавших его чувств. По словам Hури, вид ковчега наполнил его радостью и благодарностью к Всевышнему: ведь подтверждалась истина Священного Писания, в которой он не сомневался, но которая нуждалась в подтверждении для убеждения маловеров». Кстати, ветхозаветную реликвию вместе с Нури видели и шестеро его спутников.

Фото неизвестного образования на горе Арарат. 1935 г.

В течение почти четверти столетия о находках ковчега больше нигде не сообщалось, словно о нем забыли. Заговорили же о ковчеге вновь в годы Первой мировой войны. И помогла этому авиация. В августе 1916 года русский летчик Владимир Ростовецкий, проводивший наблюдения за российско-турецкой границей, в восточной части Арарата увидел покрытое льдом озеро, в прибрежной части которого виднелся каркас огромного судна. Часть корабля находилась во льду, зато боковые стенки были открыты. На них пилот заметил отверстия и дверной проем.

Тогда же в этот район была направлена научная экспедиция российских ученых, которые якобы подтвердили факт присутствия на горе ковчега. Но во время революционных событий материалы экспедиции были утеряны.

Летом 1953 года опять свою роль в поисках ковчега сыграла авиация. Тогда с вертолета, пролетавшего в каких-нибудь тридцати метрах над Араратом, американский бизнесмен Джордж Джефферсон Грин, выполнявший функции пилота, сделал несколько уникальных снимков. На них четко видны очертания объекта, похожего на корабль. Вскоре Грин попытался организовать на Арарат экспедицию, но его планам сбыться не удалось. А после его смерти в 1962 году фотографии ковчега неожиданно исчезли.

Продолжая разговор о поисках ковчега, можно сказать, что невероятно повезло французскому альпинисту Фернару Наварре, который 6 июля 1955 года вместе со своим сыном-подростком Гибраэлем поднялся на Арарат и обнаружил Ноев ковчег. Более того, когда с помощью радиоизотопного метода был определен возраст доставленных им кусков дерева из обшивки корабля, оказалось, что дереву – пять тысяч лет. Причем анализы проводились в двух независимых лабораториях: в Каире и Мадриде.

Попал Ноев ковчег и на страницы советской печати. В 1969 году в 52 номере газеты «За рубежом» появилась посвященная ковчегу статья, перепечатанная из лондонского журнала. В ней говорилось, что научная экспедиция американских археологов на горе Арарат нашла несколько деревянных фрагментов на том самом месте, где Фернан Наварра обнаружил замурованный в лед остов корабля. В газете, в частности, отмечалось, что «даже те ученые, которые скептически относятся к легенде о Ное и его ковчеге, уверены, что на дне озера покоится какое-то древнее сооружение из дерева».

Планировалось, что в 1970 году на гору будет доставлено соответствующее оборудование, с помощью которого можно будет извлечь конструкцию из ледового плена. Но осуществить задуманное американцам не удалось, поскольку в последний момент турецкое правительство не разрешило доставку на Арарат оборудования.

А теперь посмотрим, как же относятся к присутствию Ноева ковчега на Арарате специалисты, изучающие историческое прошлое нашей планеты. Вот, например, какую точку зрения на эту проблему высказал доктор геолого-минералогических наук И.А. Резанов в своих комментариях на книгу Дж. Мичелла и Р. Рикарда «Феномены книги чудес», изданной в 1990 году.

«Научное истолкование библейских записей о потопе было сделано сто лет назад ученым-геологом Эдуардом Зюссом… Э. Зюсс пришел к выводу, что под потопом нужно понимать случившееся в низовьях Евфрата опустошительное наводнение, вызванное циклоном, пришедшим с юга. Ну а как же быть с библейской версией, что Hоев ковчег пристал к вершине Арарата и что на этой горе находят обломки легендарного судна?

Нетрудно заметить, что на библейской версии потопа лежит печать преувеличения последствий случившегося природного явления. Так, продолжительность потопа растянута на целый год. Авторы библейской версии потопа, желая усилить его последствия, перенесли место действия с небольшого холма Hицир на самую высокую гору Малой Азии – Арарат…

Как известно из геологии, если в каком-либо районе возник морской (озерный, речной) бассейн, то после ухода воды на том месте, где она была, остаются отложения, образовавшиеся в процессе осаждения из воды (глины, карбонатные илы, а в прибрежной зоне – пески и галечники). Самыми близкими к горе Арарат морскими бассейнами являются Каспийское и Черное моря. В Каспийском бассейне самый высокий уровень моря был в эпоху хвалынской трансгрессии (примерно 10 тысяч лет назад). Тогда уровень Каспия достигал 46–48 метров абсолютной высоты (около 75 метров над современным уровнем Каспия). Примерно на такую же высоту поднимался и уровень Черного моря. Таким образом, не только гора Арарат, но и все Закавказье не покрывались морем в течение последнего миллиона лет. В районе горы Арарат известны морские отложения с возрастом не моложе 20 миллионов лет, образовавшиеся тогда, когда гора Арарат еще не существовала. Поскольку очевидно, что море к Арарату в исторический период даже близко не подходило, нет оснований искать там Hоев ковчег. Доски и другие обломки дерева на вершине Арарата, возможно, и имеются, но занес их туда не потоп. Это могут быть остатки культовых построек древних людей, поскольку гора с давних времен была объектом особого почитания окружающих народов.

Следует отметить, что в Библии говорится о горах Араратских, а в ветхозаветные времена термин “Арарат” обозначал не горы, а область, соответствующую территории Армении. И лишь традиционные толкования более поздних времен связали местонахождение Hоева ковчега именно с горой Арарат. Упоминаемая в тексте гора Джуди (точнее, Джебель-Джуди) находится юго-восточнее озера Севан. Она расположена на территории библейского Арарата».

Впервые Вавилонская башня упоминается уже в самом начале первой книги Библии – Бытие. «На всей земле был один язык и одно наречие. Двинувшись с востока, они нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там, и сказали друг другу: наделаем кирпичей и обожжем огнем. И стали у них кирпичи вместо камней, а земляная смола вместо извести. И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес; и сделаем себе имя, прежде, нежели рассеемся по лицу всей земли. И сошел Господь посмотреть город и башню… И сказал Господь… сойдем же, и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город. Посему дано ему имя: Вавилон; ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле» (Быт. 11: 1–9).

Первый вопрос, который сразу возникает в отношении Вавилонской башни: а существовала ли она на самом деле? Не красивая ли это легенда, с помощью которой составители Библии пытались объяснить огромное разнообразие языков на Земле? С другой стороны, если Вавилонская башня – это реальный объект, то в таком случае – как она выглядела и для каких целей использовалась?

Вавилонская башня. Гравюра К. Антониса. Середина XVI в.

Довольно продолжительное время ветхозаветное повествование о Вавилонской башне считалось вымыслом, поскольку наука фактически до самого конца XIX века никаких конкретных сведений о ней не имела.

Начало же научному подходу к исследованию вопроса о существовании Вавилонской башни положил немецкий археолог и историк архитектуры Роберт Кольдевей (1855–1925). Причем отправной точкой для углубленного исследования этой проблемы послужили всего несколько окрашенных кирпичей, которые были найдены Кольдевеем на территории Вавилонского царства.

В этой истории следует отдать должное германскому кайзеру Вильгельму II, который, не имея никаких других реальных доказательств существования Вавилона, кроме фрагментов кирпичного барельефа и заверений Кольдевея, довольно щедро профинансировал археологические раскопки древнего города.

Итак, благодаря мощной материальной поддержке 26 марта 1899 года начались изыскания на реке Евфрат на территории нынешнего Ирака. Однако к раскопкам скрытых в земле развалин Вавилонской башни археологи приступили лишь в 1913 году – после того, как упал уровень грунтовых вод. А до этого исследователи занимались изучением руин самого Вавилона.

Углубившись в грунт, исследователи обнаружили часть фундамента, основу которого составлял кирпич-сырец, а также несколько ступеней лестницы. Кроме самой башни члены экспедиции откопали и таблички с ее описанием. Находилась же башня на равнине Сахн, что в прямом переводе означает – «сковорода».

«Наша Сахн, – писал Кольдевей, – не что иное, как форма древнего священного округа, в котором находится зиккурат Этеменанки – храм Краеугольного камня неба и земли, Вавилонская башня, окруженная со всех сторон стеной, к которой примыкали всякого рода здания, связанные с культом».

Таким образом, Вавилонская башня – вовсе не красивая легенда. Это гигантское сооружение существовало на самом деле, оно являлось храмом главного вавилонского бога Мардука и называлось «Этеменанки»…

В 1962 году новая экспедиция, на этот раз под руководством немецкого архитектора Ханса Шмидта, снова приступила к изучению развалин башни. На основании дополнительных археологических данных и собственных расчетов, Шмидт создал модель вавилонского святилища. По мнению архитектора, башня имела две боковые лестницы, ведшие к широкой террасе, которую от земли отделяла 31-метровая высота. В центре находилась еще и главная лестница, которая вела на второй уровень. Заканчивалась она на высоте 48 метров. Со второго яруса вверх поднимались еще четыре лестничных марша. На вершине же этого гигантского строения находился храм, в котором, как предполагается, совершались жертвоприношения богу.

Что представлял собой храм, сегодня сказать трудно. Но если принять на веру слова знаменитого древнегреческого историка Геродота, который лично побывал в Вавилоне между 470-м и 460-м годами до н. э. и видел башню собственными глазами, то святилище имело следующую планировку.

«Храмовый участок – четырехугольный, каждая его сторона длиной в 2 стадии (1 стадия = около 178 метров). В середине этого храмового священного участка воздвигнута громадная башня длиной и шириной в 1 стадию. На этой башне стоит вторая, а на ней – еще башня, в общем, восемь башен – одна на другой. Наружная лестница ведет наверх вокруг всех этих башен. На середине лестницы находятся скамьи, должно быть, для отдыха. На последней башне воздвигнут большой храм. В этом храме стоит большое, роскошно убранное ложе и рядом с ним золотой стол.

Есть в священном храмовом участке в Вавилоне внизу еще и другое святилище, где находится огромная золотая статуя Зевса. Рядом же стоят большой золотой стол, скамейка для ног и трон – также золотые. По словам халдеев, на изготовление (всех этих вещей) пошло 800 талантов золота. Перед этим храмом воздвигнут золотой алтарь. Есть там и еще один огромный алтарь – на нем приносят в жертву взрослых животных; на золотом же алтаре можно приносить в жертву только сосунков. На большом алтаре халдеи ежегодно сжигают 1000 талантов ладана на празднике в честь этого бога. Была еще в священном участке в то время, о котором идет речь, золотая статуя бога, целиком из золота, 12 локтей высоты. Мне самому не довелось ее видеть, но я передаю лишь то, что рассказывали халдеи. Эту-то статую страстно желал Дарий, сын Гистапа, но не дерзнул захватить ее…». Это, можно сказать, единственное документальное описание Вавилонской башни свидетелем из Европы.

Совсем иные параметры Вавилонского святилища приводятся в 24-томной Всемирной истории, изданной в Минске: «Основание башни было шириной девяносто метров; столько же метров она имела в высоту. Из этих девяноста метров тридцать три приходились на первый этаж, восемнадцать – на второй и по шесть метров – на остальные четыре. Самый верхний этаж высотой в пятнадцать метров был занят храмом Мардука. Покрытый золотом, облицованный голубым глазурованным кирпичом, он был виден издалека и как бы приветствовал путников. Каждый большой вавилонский город имел свой зиккурат (т. е. храмовую башню), но ни один из них не мог сравниться с Вавилонской башней. На ее строительство ушло восемьдесят пять миллионов кирпичей; колоссальной громадой возвышалась она над всей округой… Вавилонскую башню строили целые поколения правителей: то, что начинал дед, продолжали внуки… Зиккурат был святыней, принадлежащей всему народу, он был местом, куда стекались тысячи людей для поклонения верховному божеству Мардуку».

Итак, хотя в деталях исследователи и расходятся, тем не менее общий вид Вавилонской башни им известен.

А вообще Вавилонский зиккурат был отнюдь не единственным высотным храмом в Вавилонском государстве. Множество многоярусных святилищ находилось по берегам двух могучих рек – Тигра и Евфрата.

В XIX веке, когда многие науки, на которые в той или иной мере опираются исследователи Библии, еще не имели столь обширных и глубоких фактов, как в настоящее время, историческая реальность многих событий и лиц вызывала немалое сомнение. Коснулась подобная недоверчивость и личности Авраама.

Так, немецкий востоковед и исследователь Библии Велльгаузен был убежден, что вся история жизни Авраама является проекцией исторической действительности жизни Израиля во времена плена на более древний период, в котором якобы жил Авраам.

Изгнание Агари и Измаила Авраамом. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

Другой немецкий библеист Г. Гункель также отвергал историчность библейского рассказа об Аврааме, считая его мифом, который не находится в тесной связи с подлинными историческими событиями.

Но наряду с этими взглядами существовали и иные, прямо противоположные. Одним из ярких представителей этого крыла исследователей Библии являлся американский археолог, семитолог и историк У. Олбрайт. Отстаивая свои взгляды, он, в частности, писал: «Одно за другим делаются открытия, подтверждающие точность бесчисленных подробностей и укрепляющие признание Библии как исторического источника… До последнего времени среди историков Библии было модно рассматривать рассказы о патриархах книги Бытия как искусственные создания израильских писцов эпохи Разделенного Царства или как сказки, которые распевали изобретательные рапсоды вокруг израильских костров в течение веков после оккупации страны…

Археологические открытия, сделанные с 1925 г., опровергли эти взгляды. Кроме считанных твердокаменных ученых старшего поколения, вряд ли найдется хотя бы один историк Библии, на которого не произвели бы глубокого впечатления быстро накапливающиеся данные, подтверждающие, насколько, по существу, историчны предания о патриархах».

В пользу этой точки зрения говорит ряд убедительных фактов. Во-первых, Авраам – это личное имя, которое, помимо Библии, встречается и в других источниках и не является ни эпонимом, ни названием мифического персонажа. Согласно У. Олбрайту, имя Авраам означает: «он велик в том, что касается его отца», то есть указывает на знатное происхождение его носителя.

Во-вторых, тщательно проанализировав рассказы о жизни ветхозаветных патриархов, экзегеты Библии и историки пришли к выводу, что в этих историях рассказывается о людях, которые рождаются, женятся, обзаводятся детьми, ухаживают за мелким и крупным скотом, выращивают урожай, а также поклоняются своему Богу. То есть в этих рассказах показана повседневная жизнь обычных людей. И в них отсутствуют такие характерные для древневосточных сказок и легенд особенности: например, вырастающие на пути золотые горы. Кроме того, в них называются не сказочные места, а реальные географические местности, города, страны: пустыня Негев, пустыня и город Харан, города Ур, Хеврон, страна Египет и т. д. К тому же, написаны истории о праотцах не стихами, как большинство легендарных сказаний, а прозой. А это значит: вероятность того, что в Ветхом Завете рассказывается о реальных исторических личностях, весьма велика.

В-третьих, в качестве исторического аргумента, подтверждающего реальность событий, о которых рассказывается в истории Авраама, часто приводится война Авраама против альянса месопотамских царей (Быт. 14). При этом считается, что один из них – царь Амрафел – это вавилонский правитель Хаммурапи, а его союзники – другие халдейские государи. Английский исследователь К. Китчен также отмечает, что приблизительно в 2000–1750 годах до н. э. такие коалиции месопотамских царей были широко распространены. Впрочем, многими исследователями эти аналогии оспариваются.

Еще одним подтверждением той точки зрения, что Авраам – личность реальная, может служить упоминание в книге Бытие двух столиц Древней Ассирии: Ниневии и Калаха. «Из сей земли (Сеннаар) вышел Ассур и построил Ниневию, Реховофир, Калах. И Ресен между Ниневиею и между Калахом» (Быт. 10: 11–12).

Очень много внимания исследованию историчности Авраама уделили израильские ученые. Особенно точно и определенно идею историчности библейских историй о ветхозаветных патриархах сформулировал профессор Тель-Авивского университета Йегошуа-Меир Гринц.

Опираясь как на исследования У. Олбрайта, так и на свои собственные, Гринц, например, доказывает, что патриархи жили по законам и обычаям Месопотамии первой половины второго тысячелетия до н. э., в частности, в соответствии с законами Хаммурапи.

Много нового и любопытного в понимание истории жизни патриархов, в том числе и Авраама, внесла вышедшая в 2003 году книга известного английского ученого-египтолога и исследователя Древнего Востока Кеннета Китчена «О достоверности Ветхого Завета».

Например, ученый приводит факт уплаты 20 шекелей серебра за Иосифа; а ведь примерно столько же и стоил раб в XVIII веке до н. э. До этого цена рабов была ниже – около 10–15 шекелей, а в более позднее время они ценились дороже.

Кроме того, и на этом К. Китчен заостряет особое внимание, многие из обычаев праотцов, о которых речь идет в Бытии, не упоминаются в качестве законов в книгах Исход и Второзаконие. Но зато их аналоги есть в сборниках законов Месопотамии начала второго тысячелетия до н. э. Так, в соответствии с законами Хаммурапи, бездетная женщина могла разрешить мужу иметь плотскую связь со своей рабыней, чтобы та родила ему детей. Нечто похожее можно прочесть в рассказе о Сарре, которая, будучи бесплодной, позволила праотцу Аврааму иметь близость со своей рабыней Агарь (Быт. 16: 3). Сыновья же, которых родили такие рабыни, по законам Хаммурапи, имели право на наследство, если их признавал отец.

В связи с этим любопытен эпизод, когда Сарра потребовала от Авраама изгнать из дома Агарь и ее сына Измаила, чтобы тот не получил права на наследование. Но Авраам делать этого не спешил. И только по Божественному повелению он выполнил требование Сарры и изгнал Агарь и ее сына.

Нельзя обойти молчанием и упоминаний о верблюдах и филистимлянах в рассказах о патриархах. Дело в том, что ряд исследователей считают, что до конца второго тысячелетия до н. э. верблюды в качестве домашних животных использоваться не могли. Филистимляне же прибыли в Землю обетованную лишь в начале XII века до н. э.

Против этих предположений К. Китчен приводит несколько довольно убедительных аргументов материального характера. Это: череп верблюда, обнаруженный во время раскопок в Египте, статуэтка верблюда из Библа, изготовленная примерно в XIX–XVIII веках до н. э., а также печать с изображением верблюда из северной Сирии, датируемая XVIII веком. Значит, верблюды в то время все же использовались. Но об этом говорится также и в рассказах о праотцах.

Что же касается филистимлян, то в этом случае свою аргументированную версию выдвинул Йегошуа-Меир Гринц. На основании проведенных исследований он утверждает, что существовало два народа, называемых одинаково – филистимляне.

Те из них, о которых упоминается в книге Бытие, обитали в пустыне Негев. Они были в основном пастухами, и управлял ими царь. И именно они жили во времена праотцов.

А филистимляне, о которых идет речь, например, в книге Судей, прибыли в Землю Обетованную в начале XII века до н. э. Они расселились по Средиземноморскому побережью и создали союз из пяти городов-государств. С ними евреи и вели войны, описанные в Священном Писании.

Гринц считает, что трудно поверить в то, что кто-то, кто жил в тот период, когда евреи соседствовали со средиземноморскими филистимлянами, составил бы рассказы, в которых «переселил» бы их в Негев и приписал им черты, отличающие их от современных ему филистимлян. И Гринц, и Китчен уверены, что истории о праотцах были составлены поколениями людей, предшествовавших Моисею, и передавались в устной традиции.

Одним из аргументов тех, кто пытается оспаривать историчность Авраама, является тот факт, что Авраам не оставил после себя никаких материальных свидетельств, например, памятников. Но этот аргумент очень слабый, поскольку просто невероятно, чтобы небольшое полукочевое племя, в своем распоряжении имевшее лишь скот и походные шатры, могло думать о каких-то памятниках. Да и без памятников последние археологические открытия достаточно убедительно доказывают, что Авраам – личность историческая.

О Содоме и Гоморре нам известно из книги Бытие. Именно эти города Господь Бог разрушил за грехи их жителей. Казалось бы, все достаточно ясно. Однако по сей день у специалистов в отношении этих древнейших поселений имеется немало вопросов. Например, где находились города грешников?

В Ветхом Завете об их месторасположении сказано, что стояли эти два города в местности, прилегающей к Мёртвому морю, в юго-восточной части Ханаана (Быт. 10: 19; 13: 12), в долине Сиддим (Быт. 14: 2–3). Кроме того, в Библии уточняется, что область эта была весьма плодородной, поскольку «орошалась водою, как сад Господень, как земля Египетская».

Опираясь на имеющиеся в настоящее время факты, исследователи с большой долей уверенности заявляют, что случилась эта катастрофа в окрестностях нынешнего Мертвого моря.

И хотя координаты того же Содома указаны более-менее точно, тем не менее, где конкретно находились Содом и Гоморра, археологи не определили до сих пор. Их «находили» и в Израиле, и в Иордании, а также на дне и на берегу Мертвого моря.

Планисфера К8538

А ведь начиная с 20-х годов прошлого века археологи обследовали несколько мест, которые имели следы большого пожара. В частности, загадочные руины, которые могли бы быть остатками Содома и Гоморры. Но точных доказательств того, что это именно те библейские города, на которые обрушился гнев Господний, у исследователей нет.

Историю из Ветхого Завета подтверждают и некоторые древние историки, которые, возможно, лично посетили это легендарное место. Пусть даже и спустя три тысячелетия.

«Прилегающая к озеру область Содомитская была некогда благословенною страною по своему плодородию и украшалась многими городами, но теперь она совершенно выжжена, – пишет знаменитый еврейский историк и военачальник Иосиф Флавий. – Рассказывают, что за нечестивость ее жителей она была погублена молнией. Даже до настоящего времени можно видеть некоторые остатки небесного огня и следы пяти городов»…

Чтобы выяснить более точно, где располагался Содом, в район Мертвого моря было отправлено несколько экспедиций. Например, в 1965–1967 и в 1973–1979 годах археологи пять раз пытались найти руины древнейшего города бронзового века. Но удача им не улыбнулась.

Очередную экспедицию к Мертвому морю в 2000 году осуществили британские археологи под руководством Майкла Сандерса. В ходе проведенных исследований ученые пришли к выводу, что развалины Содома находятся на дне Мертвого моря. Но не в южной его части, как написано в Библии, а в северо-восточной. Это открытие британцев основывалось на фотографиях, полученных с американского космического корабля «Шаттл».

В свою очередь, ученые из Университета Нью-Мексико предполагают, что руины древнего города, которые находятся в местечке Телль-эль-Хаммам в Иордании, тоже вполне могут быть развалинами Содома. Итак, вопрос о местонахождении Содома до сих пор не решен.

Вторая загадка Содома и Гоморры – событие, приведшее к их гибели. Библия на этот вопрос отвечает четко: за то, что их жители «были злы и весьма грешны» (Быт. 13: 13), эти два ветхозаветных города по повелению Бога были стерты с лица земли.

«И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба. И ниспроверг города сии, и всю окрестность сию, и всех жителей городов сих, и произрастания земли» (Быт. 19: 24–25). «И посмотрел (Авраам) к Содому и Гоморре и на все пространство окрестности, и увидел: вот, дым поднимается с земли, как дым от печи» (Быт. 19: 28). Случилась же эта катастрофа примерно 3900 лет назад.

Исследователи Библии, вчитываясь в эти строки, неоднократно пытались расшифровать их скрытый смысл. И в первую очередь выяснить, насколько реальным могло быть событие, описанное в Ветхом Завете. А если такое событие и впрямь произошло, то что стало его причиной? По этому поводу выдвинуто несколько гипотез, в основе которых лежат вполне естественные причины.

Так, еще древнегреческий историк и географ Страбон предположил, что Содом и Гоморра были уничтожены внезапной природной стихией. Он писал, что «от землетрясений, извержений огня и горячих асфальтовых и серных вод… огонь охватил скалы».

И уже в наше время, точнее, в 2001 году предположение Страбона якобы подтвердил британский археолог Грэйем Харрис. Он считает, что всему причиной могли стать месторождения природного асфальта и смолы, а также подземные карманы, заполненные метаном, которых немало в районе Мертвого моря. Именно землетрясение, считает Харрис, и спровоцировало выброс этих легковоспламеняющихся веществ, что впоследствии и привело к гигантскому пожару.

Но ведь в Библии сказано, что «огонь от Господа» был с неба. То есть сверху, а не снизу. Это значит, что идея с землетрясением противоречит ветхозаветному тексту.

А разрешили вроде бы это противоречие английские специалисты по аэронавтике Алан Бонд и Марк Хемпселл. В 2008 году они издали книгу, в которой доказывают, что в гибели Содома и Гоморры и впрямь виновно небо. Точнее, упавший оттуда астероид. И их предположение – не просто очередное теоретическое изыскание, а гипотеза, аргументированная клинописью на древней глиняной табличке, известной как «Планисфера».

Находится же это «доказательство» в Британском музее под номером К8538. А обнаружил этот «официальный документ» еще в середине позапрошлого века знаменитый английский археолог Генри Лейард в развалинах библиотеки в Ниневии – древней столице Ассирийского государства. С тех пор многие специалисты пытались расшифровать эту запись, но безуспешно.

Удалось же это сделать Хемпселлу и Бонду. Они утверждают, что клинописью записан рассказ человека, который оказался свидетелем одной из крупнейших катастроф в истории Земли. Впрочем, сама «Планисфера» – лишь точная копия наблюдений неизвестного шумерского астронома, появившаяся около VII века до н. э.

В глиняном документе рассказывается о «приближающемся огненном шаре», который «стремительно несется» по небосводу. В ней также указаны траектория полета небесного тела и расположение на тот момент созвездий.

Данные, полученные после прочтения таблички, ученые ввели в компьютер, и их обработкой занялась специальная компьютерная программа, которая может восстановить картину звездного неба, наблюдавшуюся много тысяч лет назад, причем в определенное время. После некоторых «размышлений» компьютер «сообщил», что астероид упал на рассвете 29 июня 3123 года до н. э.

«Диаметр небесного тела составлял от 800 метров до полутора километров, – рассказывает Хемпсепл. – Главный удар пришелся на область Тироль нынешних Австрийских Альп. Далее произошло одно из двух. Либо раскаленные обломки взорвавшегося астероида ринулись дальше вплоть до “земли Иорданской”, сжигая и уничтожая все на своем пути. Либо возникло грибовидное облако, словно от ядерного взрыва, которое, загибаясь, снова пошло в атмосферу в районе Мертвого моря. Температуры облака – более 400 градусов – вполне хватило, чтобы испепелить расположенные там библейские города. В том числе Содом и Гоморру».

Кстати, в качестве подтверждения своих выводов ученые приводят следующий факт: в Альпах, в тирольском местечке Кофельс, действительно имеется довольно необычный ландшафт, похожий на срезанную гигантской пилой гору. Причину этого странного образования геологи не могли объяснить до настоящего времени.

«Вершину горы снес астероид, – уверены британские исследователи. – Но при этом он не оставил кратера. И связано это с тем, что небесное тело врезалось в Землю под очень острым углом: около 6 градусов. То есть почти по касательной. А взорвался астероид еще в воздухе, образовав огненный шар диаметром почти 5 километров. Он-то, словно кумулятивный снаряд, и разметал в пыль пятикилометровую гору. И опустошил на своем пути примерно миллион квадратных километров».

Библейскому патриарху Аврааму исполнилось уже сто лет, когда его жена Сарра, как и обетовал ей Бог, родила сына, которого назвали Исааком, что значит «дитя смеха». Имя же это новорожденный получил потому, что, когда Господь предсказал появление у Сарры сына, она рассмеялась.

Когда Исаак подрос, явился к Аврааму Ангел и сказал: «…Возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой я скажу тебе.

Авраам встал рано утром, оседлал осла своего, взял с собою двоих из отроков своих и Исаака, сына своего; наколол дров для всесожжения, и встав пошел на место, о котором сказал ему Бог.

На третий день Авраам возвел очи свои, и увидел то место издалека. И сказал Авраам отрокам своим: останьтесь вы здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонимся, и возвратимся к вам.

И взял Авраам дрова для всесожжения, и возложил на Исаака, сына своего; взял в руки огонь и нож, и пошли оба вместе.

И начал Исаак говорить Аврааму, отцу своему, и сказал: отец мой! Он отвечал: вот я, сын мой. Он сказал: вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?

Авраам сказал: Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой. И шли далее оба вместе. И пришли на место, о котором сказал ему Бог; и устроил там Авраам жертвенник, разложил дрова и, связав сына своего Исаака, положил его на жертвенник поверх дров.

И простер Авраам руку свою и взял нож, чтобы заколоть сына своего. Но Ангел Господень воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам! Он сказал: вот я.

Ангел сказал: не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня.

И возвел Авраам очи свои и увидел: и вот, позади овен, запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо Исаака, сына своего» (Быт. 22: 2—13).

Несомненно, изложенная выше история у христианина, как, впрочем, и у иудея, и у мусульманина, вызывает немало вопросов. И главный из них: как Бог мог заставить Авраама пойти на убийство собственного и единственного сына?

Жертвоприношение Исаака. Художник Караваджо. 1594–1596 гг.

Кроме того, у многих прочитавших эту историю возникает еще один вопрос: сколько же лет было Исааку, если он так безропотно пошел на заклание? Экзегеты по-разному определяют возраст Исаака: одни считают, что ему было 12 лет, другие – 25, третьи – 37. Однако большинство склоняются к версии, что Исааку было больше 25 лет.

Но тогда как же объяснить такую его «животную» покорность? Ведь он должен был догадываться о том, что его ждет впереди. Естественно, трудно представить себе молодого человека, который бы смиренно шел на смерть. Единственное предположение, которое в определенной степени может объяснить подобное поведение Исаака – его особое состояние психики. Отсюда вывод, что, возможно, Исаак находился под воздействием наркотических веществ. И в этом ничего странного нет, поскольку наркотики во времена патриархов порой использовались в различных целях.

О напряженности этой ситуации очень хорошо сказал Иоанн Златоуст в 48-й беседе на книгу Бытия. «Но кому здесь более удивляться и изумляться? Мужественному ли духу праотца, или покорности сына? Он не убежал, не огорчился поступком отца своего, но повиновался и покорился его намерению и как агнец безмолвно возлежал на жертвеннике, ожидая удара от руки отца. Когда все было уже приготовлено и не оставалось ничего более, то благий Господь, желая показать, что Он дал ему такое повеление не для действительного заклания сына, а для обнаружения всей добродетели праведника, являет наконец и собственное человеколюбие, увенчивая праведника за самое произволение, то есть самую решимость праотца принимая за действительно принесённую жертву».

А теперь вернемся к жертвоприношению. Итак: почему Авраам соглашается принести Богу своего единственного сына Исаака? Безусловно, Авраам понимал, что таким путем Бог испытывает его веру и преданность. К тому же, что весьма вероятно, к этому времени внутренний мир патриарха настолько преобразился, что Бог стал ему намного дороже собственного сына. И Авраам, чтобы доказать, что Бог для него превыше всего, что есть в этом мире, решает выполнить повеление Всевышнего. С другой стороны, многие толкователи считают, что Авраам был уверен, что Бог, возлюбивший его, не допустит смерти его сына Исаака.

Есть в этой ситуации еще один важный момент, который в определенной степени может объяснить изложенную выше историю с Исааком. Как известно, на протяжении всей Библии беспощадному обличению предается культ человеческих, особенно детских жертвоприношений, которые имели довольно широкое распространение у народов, в окружении которых жили израильтяне.

Конечно, об этом обычае знал и Авраам, так как ему приходилось бывать в разных местах, в том числе и там, где этот культ практиковался. Но такой странный и жестокий обычай не вписывался в нравственный мир Авраама, поскольку на его родине подобные ритуалы не проводились. И всё же у Авраама определенные причины предполагать, что его Бог тоже может потребовать человеческую жертву, наверное, были. И прежде всего потому, что во время теофании Бог назвал себя «Всемогущим».

К тому же нельзя отрицать и того факта, что в сознании Авраама еще присутствовали отголоски языческих культов, когда божествам подземного мира приносились человеческие жертвы. А это значит, что Авраам имел все основания думать, что открытое ему имя принадлежит владыке нижнего мира, который, согласно представлениям людей эпохи Авраама, вполне мог потребовать в жертву Исаака.

Но ведь человеческие жертвоприношения в Священном Писании приравниваются как минимум к убийству. Почему же тогда Бог повелевает Аврааму сделать столь ужасный, противоречащий Библии, поступок? Почему Господь, по сути, толкает Авраама на совершение греха? И почему Авраам соглашается совершить этот грех? В чем смысл этого повеления?

Ответить на все эти вопросы довольно сложно. Хотя дальше по контексту хорошо видно, что Бог и впрямь лишь испытывал Авраама и не желал смерти Исаака. Об этом говорит и эпилог этой истории: «Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо Исаака, сына своего» (Быт. 22: 13).

О предположительном смысле испытания Авраама пишет протоиерей Владимир Сорокин в статье «Жертвоприношение Исаака». «Но тогда встаёт вопрос: в чём смысл такого испытания? Ведь библейский автор однозначно оценивает всё происходящее именно как испытание, как проверку, устроенную Аврааму его Богом (Быт. 22: 1). И как понять одобрение Божие (Быт. 22: 16–17)? Конечно, Авраам, думая, что жертва нужна именно его Богу, готов был сделать всё, что от него потребуется, хотя ситуация должна была представляться ему совершенно абсурдной: ведь жертвоприношение Исаака должно было положить конец всему, что Бог обещал Аврааму. Но для чего нужна была Богу такая проверка, если ему совершенно очевидно, что человеческие жертвоприношения не нужны в принципе.

Возможный ответ на этот вопрос может дать нам особенность ветхозаветного языка, проявляющаяся в том, что библейские авторы не различают таких понятий, как воля Бога и Его попущение, то есть то, чего Бог не хочет и что не входит в Его планы, но чему Он всё же позволяет происходить, уважая свободу человека и других сотворённых Им духовных существ.

Вернее было бы сказать, что сами-то понятия они различают, но специальной богословской терминологии для их описания в Библии нет, что и неудивительно: ведь Библия – не богословский трактат. Но в таком случае не все действия, приписываемые Богу, могут исходить непосредственно от Него. Чему-то или кому-то Он может просто не мешать, до времени не вмешиваясь в ситуацию, как, возможно, и произошло в случае с Авраамом. Авраам, очевидно, принимает чей-то чужой голос за голос своего Бога, а Бог не вмешивается в ситуацию. Как правило, в таких случаях речь идёт об испытании, которое позволяет проходящему его понять нечто принципиально важное, иногда не только для себя, но и для тех, кто оказался рядом».

Многие толкователи Библии жертвоприношение Исаака объясняют заменой принесения в жертву Богу людей жертвоприношениями животных. Это подтверждается эпизодом, когда вместо Исаака жертвуется овен. Кроме того, в этой истории также очень наглядно показано отрицание языческого ритуала принесения детей в жертву богам.

В свою очередь, еврейские экзегеты рассматривают согласие Авраама на принесение в жертву Исаака как неоспоримый аргумент в пользу религиозного принципа, в соответствии с которым истинно верующий человек должен быть готов к любым жертвам, чтобы доказать свою преданность и покорность Богу.

По-своему подходят к данной истории философы. Например, знаменитый немецкий философ Иммануил Кант считал, что Авраам на приказ принести в жертву своего сына должен был дать Богу следующий ответ: «Я уверен, что не должен убивать моего доброго сына. А вот в том, что ты, явившийся мне, действительно Бог, я не уверен, и не могу быть уверен».

Кроме того, Кант считает, что Авраам, вероятно, мог засомневаться, что услышанный им голос принадлежит именно Богу, поскольку Бог, возлюбивший его, вряд ли толкнул бы на убийство собственного чада.

Да и любое, идущее вразрез с нравственным законом, приказание, согласно Канту, не может принадлежать Богу, то есть высшему моральному существу.

Датский философ и писатель Сёрен Кьеркегор, посвятивший трактовке этой истории книгу «Страх и трепет», также вслед за Кантом считает, что с позиций нравственности жертвоприношение Авраамом своего сына Богу можно было бы считать убийством. Но Авраам, по Кьеркегору, «перешагивает через всё этическое, и вне его он обретает более высокую цель, в отношении к которой он и устраняет этическое»…

В истории жертвоприношения Исаака есть еще один загадочный момент: это местонахождение земли Мориа. Где она располагалась, сказать сегодня никто не может. Однако, судя по некоторым историко-географическим материалам, она должна была находиться в центральных районах Иудейского нагорья. И, скорее всего, жертвоприношение совершалось неподалёку от современных городов Сиона и Иерусалима.

Человек, хоть однажды прочитавший книгу Бытие, не мог не запомнить удивительную историю Иосифа. Он был сыном Иакова и внуком Исаака. Всего же у Иакова было двенадцать сыновей. Но больше всех он любил Иосифа. Он однажды даже подарил ему разноцветную одежду, что еще раз доказывало особое отношение Иакова к своему сыну. За это, да и еще за многое другое братья невзлюбили Иосифа.

Как-то раз Иаков послал Иосифа навестить братьев, которые далеко от дома пасли скот. Увидев любимца отца, братья решили убить его. Но старший из братьев по имени Рувим сказал: «Не проливайте крови; бросьте его в ров, который в пустыне, а руки не налагайте на него. Сие говорил он, чтобы избавить его от рук их и возвратить его к отцу его» (Быт. 37: 22). Братья так и сделали.

В это время они увидели караван купцов, которые направлялись в Египет. По совету Иуды – одного из братьев – они продали Иосифа купцам за двадцать сребреников. А одежду его вымазали кровью и «доставили к отцу своему, и сказали: мы это нашли; посмотри, сына ли твоего эта одежда, или нет. Он узнал ее и сказал: это одежда сына моего; хищный зверь съел его; верно, растерзан Иосиф» (Быт. 37: 32–33).

Купцы, в свою очередь, прибыв в Египет, продали Иосифа «Потифару, царедворцу фараонову, начальнику телохранителей» (Быт. 37: 36). Вскоре за усердие, честность и ум Иосифа Потифар «поставил его над домом своим, и все, что имел, отдал на руки его» (Быт. 39: 4). Но «обратила взоры на Иосифа жена господина его и сказала: спи со мною. Но он отказался» (Быт. 39: 7–8).

Братья продают Иосифа купцам. Фреска Ф. Овербека. 1816–1817 гг.

И тогда вероломная жена Потифара оклеветала Иосифа перед своим мужем, заявив, что «раб Еврей, которого ты привел к нам, приходил ко мне ругаться надо мною. Но, когда я подняла вопль и закричала, он оставил у меня одежду свою и убежал вон.

Когда господин его услышал слова жены своей, которые она сказала ему, то воспылал гневом; и взял Иосифа господин его и отдал его в темницу, где заключены узники царя» (Быт. 39: 17–20).

В той же тюрьме находились виночерпий и хлебодар фараона. Однажды им приснились сны. Иосиф правильно их разгадал, предсказав виночерпию скорую свободу, а хлебодару – близкую смерть…

Прошло два года. Иосиф по-прежнему пребывал в тюрьме. И вот в одну из ночей фараон увидел два странных сна. «Вот, он стоит у реки; и вот, вышли из реки семь коров, хороших видом и тучных плотью, и паслись в тростнике; но вот, после них вышли из реки семь коров других, худых видом и тощих плотью, и стали подле тех коров, на берегу реки; и съели коровы худые видом и тощие плотью семь коров хороших видом и тучных.

И проснулся фараон, и заснул опять, и снилось ему в другой раз: вот, на одном стебле поднялось семь колосьев тучных и хороших; но вот, после них выросло семь колосьев тощих и иссушенных восточным ветром; и пожрали тощие колосья семь колосьев тучных и полных. И проснулся фараон и понял, что это сон.

Утром смутился дух его, и послал он, и призвал всех волхвов Египта и всех мудрецов его, и рассказал им фараон сон свой; но не было никого, кто бы истолковал его фараону» (Быт. 41: 1–8).

Тогда виночерпий вспомнил об Иосифе и рассказал о нем своему властелину. Когда Иосифа привели к фараону, тот поведал ему свои сны. Иосиф в ответ сказал: «Вот, наступает семь лет великого изобилия во всей земле Египетской; после них настанут семь лет голода, и забудется все то изобилие в земле Египетской, и истощит голод землю, и неприметно будет прежнее изобилие на земле, по причине голода, который последует, ибо он будет очень тяжел.

А что сон повторился фараону дважды, это значит, что сие истинно слово Божие, и что вскоре Бог исполнит сие. И ныне да усмотрит фараон мужа разумного и мудрого и да поставит его над землею Египетскою. Да повелит фараон поставить над землею надзирателей и собирать в семь лет изобилия пятую часть с земли Египетской; пусть они берут всякий хлеб этих наступающих хороших годов и соберут в городах хлеб под ведение фараона в пищу, и пусть берегут; и будет сия пища в запас для земли на семь лет голода, которые будут в земле Египетской, дабы земля не погибла от голода. Сие понравилось фараону и всем слугам его. И сказал фараон слугам своим: найдем ли мы такого, как он, человека, в котором был бы Дух Божий? И сказал фараон Иосифу: так как Бог открыл тебе все сие, то нет столь разумного и мудрого, как ты; Ты будешь над домом моим, и твоего слова держаться будет весь народ мой; только престолом я буду больше тебя» (Быт. 41: 29–40).

И все произошло так, как предсказал Иосиф. Но за семь плодородных лет он заготовил столько хлеба, что его хватило в дни голода не только египтянам, но даже для продажи в другие страны. И, чтобы купить зерно, в Египет потянулись люди из близлежащих местностей.

Приехали за хлебом и сыновья Иакова. Они пришли к Иосифу, но не узнали его. Иосиф же узнал их. Но, чтобы выяснить, изменились ли братья в лучшую сторону, он отнесся к ним жестко и даже обвинил их в соглядатайстве (шпионаже).

Испуганные братья заявили, что они – простые люди из земли Ханаанской и все сыновья одного человека. Они также рассказали, что их у отца было двенадцать, но одного не стало. Младший же остался с отцом.

Тогда Иосиф сказал братьям: «Если вы люди честные, то один брат из вас пусть содержится в доме, где вы заключены; а вы пойдите, отвезите хлеб, ради голода семейств ваших; брата же вашего меньшого приведите ко мне, чтобы оправдались слова ваши и чтобы не умереть вам. Так они и сделали» (Быт. 42: 19–20). В заложниках остался Симеон, а остальные братья отправились на родину.

Через год братья снова вернулись в Египет, но уже вместе с младшим братом – Вениамином. Иосиф, увидев братьев и среди них Вениамина, приказал устроить для них обед.

После обеда Иосиф приказал «начальнику дома своего, говоря: наполни мешки этих людей пищею, сколько они могут нести, и серебро каждого положи в отверстие мешка его, а чашу мою, чашу серебряную, положи в отверстие мешка к младшему вместе с серебром за купленный им хлеб. И сделал тот по слову Иосифа, которое сказал он. Утром, когда рассвело, эти люди были отпущены, они и ослы их. Еще недалеко отошли они от города, как Иосиф сказал начальнику дома своего: ступай, догоняй этих людей и, когда догонишь, скажи им: для чего вы заплатили злом за добро?» (Быт. 44: 1–5).

Чаша оказалась в мешке Вениамина. Братьев вернули к Иосифу. Они упали пред ним на землю и сказали: «Бог нашел неправду рабов твоих; вот, мы рабы господину нашему, и мы, и тот, в чьих руках нашлась чаша. Но Иосиф сказал: нет, я этого не сделаю; тот, в чьих руках нашлась чаша, будет мне рабом, а вы пойдите с миром к отцу вашему» (Быт. 44: 16–17).

Тогда заговорил Иуда. Он сказал: «Если я приду к рабу твоему, отцу нашему, и не будет с нами отрока, с душею которого связана душа его, то он, увидев, что нет отрока, умрет; и сведут рабы твои седину раба твоего, отца нашего, с печалью во гроб.

Притом я, раб твой, взялся отвечать за отрока отцу моему, сказав: если не приведу его к тебе, то останусь я виновным пред отцом моим во все дни жизни. Итак, пусть я, раб твой, вместо отрока останусь рабом у господина моего, а отрок пусть идет с братьями своими: ибо как пойду я к отцу моему, когда отрока не будет со мною? я увидел бы бедствие, которое постигло бы отца моего» (Быт. 44: 30–34).

Теперь Иосиф увидел, что братья исправились, и больше не стал скрываться от них. Он выслал всех слуг, заплакал и сказал им: «Я – Иосиф, брат ваш, которого вы продали в Египет; но теперь не печальтесь и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни… Идите скорее к отцу моему и скажите ему: так говорит сын твой Иосиф: Бог поставил меня господином над всем Египтом; приди ко мне, не медли» (Быт. 45: 4–5, 9).

Когда Иаков с великой радостью узнал, что сын его Иосиф жив, он переселился со всем своим семейством в Египет. И, прежде чем отойти в мир иной, Иаков прожил в Египте семнадцать лет.

А через пятьдесят лет после смерти отца своего в возрасте ста десяти лет скончался и Иосиф. Перед смертью он сказал «братьям своим: я умираю, но Бог посетит вас и выведет вас из земли сей в землю, о которой клялся Аврааму, Исааку и Иакову. И заклял Иосиф сынов Израилевых, говоря: Бог посетит вас, и вынесите кости мои отсюда» (Быт 50: 24–26).

История, описанная выше, произошла приблизительно в 1700–1600 годах до н. э. А записана она была, как показали исследования, в 600 году до н. э., то есть примерно через 1000 лет после описанных событий…

При прочтении этой истории, как и в случае с Авраамом, возникает логический вопрос: историчен ли Иосиф? А если «да», то действительно ли он занимал в Египте столь высокий пост, как об этом рассказывается в Библии?

Конечно, для утвердительного ответа на эти вопросы необходимы хорошо аргументированные доказательства. Однако их почти нет. Зато имеются косвенные указания на то, что Иосиф действительно мог быть реальным человеком, что он мог жить в Египте и исполнять высокую должность при дворе фараона. Причем эти доказательства даже более весомые, чем в случае с Авраамом. Их можно демонстрировать в любом порядке, но, наверное, правильнее будет открывать их в соответствии с хронологией жизни Иосифа.

Первым и довольно серьезным аргументом в пользу реальности Иосифа могут стать те разноцветные одежды, которые ему подарил отец. В связи с этим фактом возникает закономерный вопрос: почему они вызвали столь бурную негативную реакцию со стороны братьев Иосифа? А все дело в том, что в те далекие времена такое одеяние было редкостью, поскольку для окрашивания ткани применялись красители, стоившие больших денег. А это значит, что человек в пестрой одежде был достаточно обеспеченным. Самым дорогим был наряд, в котором главенствовали красный и пурпурный цвета. Именно они чаще всего встречаются в росписях, на которых изображены знатные евреи.

Естественно, что и пурпурно-красный хитон, подаренный Иосифу отцом, был довольно дорогим. И сыновья Иакова сразу догадались, кто является любимцем Иакова. Отсюда следовал очень важный для братьев вывод о том, что обладателем отцовского наследства мог стать Иосиф. И, подобрав удобный момент, братья избавились от Иосифа, продав его за 20 сребреников купцам, направлявшимся в Египет.

Сумма, которую выручили братья за Иосифа, без внимания историков не осталась. И связано это с тем, что в разных источниках исследователи нашли любопытный факт: оказывается, во времена Иосифа невольник как раз и стоил 20 сребреников, хотя в другие времена цены на рабов сильно разнились. И если бы эта история была выдумкой, то откуда автор мог знать, сколько стоил раб десять веков назад?

А теперь перенесемся в Египет того периода, когда там появился и возвысился Иосиф. Историкам известно, что ни в одной стране Древнего Востока столь тщательно не фиксировались важные события в жизни государства, как в Египте. В древних манускриптах записаны сведения о деятельности правителей, о военных походах, о строительстве храмов и дворцов. Так, начиная примерно с третьего тысячелетия до н. э., исследователи смогли установить практически все имена египетских фараонов. Но вот об Иосифе ученые не нашли даже самых кратких упоминаний. Более того, отсутствуют также документы и памятники, относящиеся к той эпохе.

Короче говоря, примерно в 1730 году до н. э. неожиданно прерываются все исторические хроники Египта. И только около 1580 года до н. э. они вновь появляются. С чем же связано такое почти полное отсутствие информации о столь продолжительном отрезке времени? Оказывается, около 1730 года до н. э. Египет захватили гиксосы – семитские племена из Ханаана и Сирии. Возможно, рассказ об Иосифе как раз и относится к этому периоду в истории египетского государства. И если это так, то совсем неудивительно, что до нас не дошло никаких документов, относящихся к тому времени. В том числе и сведений об Иосифе.

Но отсутствие письменных упоминаний об Иосифе вовсе не означает, что о нем не сохранилось абсолютно никаких свидетельств. Так, достаточно веским аргументом в пользу пребывания Иосифа в Египте является рукотворный канал, который издревле известен как Вар Юсеф, что в переводе с арабского означает «Водный путь Иосифа». Факт этот весьма примечателен. Дело в том, что вокруг озера Карун, которое расположено на западе страны, находятся очень плодородные земли. В древности вода в озеро поступала из одного из рукавов Нила. Но однажды во время неимоверной засухи рукав пересох, и озеро тоже оказалось без воды. И, чтобы избежать подобной ситуации в будущем, во времена Иосифа этот рукав очистили от ила, расширили и углубили. Предполагается, что эти работы проводились по распоряжению самого Иосифа…

Еще более реальным доказательством того, что история об Иосифе не вымысел, является открытие археологами столицы гексосов – города Авариса. Оказалось, что, хотя почти все здания в городе были построены в египетском стиле, в одном районе дома были явно ханаанского типа.

Кроме того, в этом районе археологи раскопали небольшой дворец, вероятно, принадлежавший семье Иосифа. А примерно в 80 метрах от «усадьбы Иосифа» была обнаружена, увенчанная небольшой пирамидой, гробница, в которой был похоронен высокопоставленный чиновник азиатского происхождения. Исследователи предположили, что это – могила Иосифа. Правда, гробница была разграблена. И мумия покойника в ней также отсутствовала. Но зато в гробнице сохранились фрагменты крупной, в полтора человеческих роста, известняковой статуи. Она изображала азиата с типичной для жителей Ханаана желтой кожей и рыжим париком. Но именно так в Древнем Египте представляли евреев. Статую явно разбили специально. Ни одной надписи, указывающей на то, что в гробнице находилось тело Иосифа, нет. За исключением знака «чужеземец» на обломке плеча статуи. Но кого из чужеземцев и за какие заслуги могли так хоронить? Вероятнее всего, Иосифа, спасшего Египет от голода!

В Библии также сказано, что тело Иосифа, умершего в Египте, «набальзамировано… и положено в ковчег» (Быт. 50: 26). Но почему в таком случае в гробнице отсутствовали останки покойника? Ведь грабители могил, захватывая все самое ценное, кости усопших оставляли без внимания.

Вероятнее всего, когда состоялся исход евреев из Египта, Моисей забрал с собой останки Иосифа и вывез в Землю обетованную. Значит, могила и должна была остаться пустой…

И хотя христиане, иудеи и мусульмане по своим религиозным мировоззрениям во многом расходятся, тем не менее всех их объединяет вера в ветхозаветного пророка Моисея. Евреи почитают его «величайшим из всех учителей иудаизма», родоначальником еврейской нации. Для христиан он является предвестником Иисуса Христа. А мусульмане относят его к первым и самым великим пророкам в истории человечества.

И тем не менее, начиная с конца XIX века и по сегодняшнее время исследователи Священного Писания не могут ответить на множество вопросов, относящихся как к личности Моисея, так и к его деяниям. А если уж говорить конкретно, то немалое число ученых вообще сомневаются не только в том, что Моисей творил чудеса, вывел израильтян из Египта, но что он сам является реальной исторической личностью.

Моисей перед Неопалимой купиной. Миниатюра Нюрнбергской хроники. Конец XV в.

Однако, прежде чем разбираться в этих проблемах, обратим свой взор к первоисточнику, к Библии. Именно в ней, во второй главе Исхода мы впервые встречаем имя великого пророка.

«Некто из племени Левиина пошел и взял себе жену из того же племени. Жена зачала и родила сына и, видя, что он очень красив, скрывала его три месяца.

Но не могши долее скрывать его, взяла корзинку из тростника и осмолила ее асфальтом и смолою и, положив в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки. А сестра его стала вдали наблюдать, что с ним будет.

И вышла дочь фараонова на реку мыться, а прислужницы ее ходили по берегу реки. Она увидела корзинку среди тростника и послала рабыню свою взять ее.

Открыла и увидела младенца; и вот, дитя плачет в корзинке; и сжалилась над ним дочь фараонова и сказала: это из Еврейских детей.

И сказала сестра его дочери фараоновой: не сходить ли мне и не позвать ли к тебе кормилицу из Евреянок, чтоб она вскормила тебе младенца?

Дочь фараонова сказала ей: сходи. Девица пошла и призвала мать младенца.

Дочь фараонова сказала ей: возьми младенца сего и вскорми его мне; я дам тебе плату. Женщина взяла младенца и кормила его.

И вырос младенец, и она привела его к дочери фараоновой, и он был у нее вместо сына, и нарекла имя ему: Моисей, потому что, говорила она, я из воды вынула его» (Исх. 2: 1—10).

Возможно, Моисей так и остался бы жить при дворе фараона, наслаждаясь всеми теми привилегиями и неописуемой роскошью, которые по положению были положены сыну дочери фараона. Но Случай решил иначе.

Однажды Моисей увидел, как египетский надсмотрщик избивает израильтянина. Пытаясь защитить несчастного, он нечаянно убил слугу фараона и зарыл в песок, надеясь таким образом скрыть свое преступление. Однако уже на следующий день об убийстве знали почти все. А в соответствии с законами Египта, еврей, который был виновен в убийстве египтянина, независимо от своего имущественного и социального положения, подлежал смертной казни. Поэтому Моисей вынужден был бежать.

Из Египта он отправился в землю Мадиамскую. Там Моисей поселился в семье священника Иофора и стал пасти его скот. А спустя какое-то время Моисей взял в жены одну из дочерей Иофора – Сепфору.

Как-то раз, когда Моисей пас овец рядом с горой Хорив, он увидел пламенеющий ярким огнем куст, который, однако, не сгорал. Привлеченный удивительным зрелищем, Моисей подошел ближе.

«Господь увидел, что он идет смотреть, и воззвал к нему Бог из среды куста, и сказал: Моисей! Моисей! Он сказал: вот я!

И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая.

И сказал: Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова. Моисей закрыл лице свое, потому что боялся воззреть на Бога» (Исх. 3: 4–6).

И тогда Бог повелел Моисею вернуться в Египет и вывести израильтян из этой страны, где они уже четыреста лет находились в рабстве, и привести их в землю, где они будут жить свободно и счастливо.

Моисей в свою очередь поинтересовался у Бога: «…вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: Бог отцов ваших послал меня к вам. А они скажут мне: как Ему имя? Что сказать мне им?

Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий. И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий Иегова послал меня к вам.

И сказал еще Бог Моисею: так скажи сынам Израилевым: Господь, Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова послал меня к вам. Вот имя Мое на веки, и памятование о Мне из рода в род» (Исх. 3: 13–15).

Когда же Моисей засомневался, что народ и фараон поверят ему, Бог показал ему несколько чудес, которые должны будут убедить колеблющихся: превратил жезл в змея, а потом змея обратно в жезл, поразил проказой руку Моисея и тут же излечил ее, а также превратил в кровь воду.

Еще Моисей сказал, что он косноязычен. Но Бог пообещал, что научит его, что говорить, а также посоветовал ему использовать красноречие брата Аарона…

Итак, попробуем выяснить, в чью все-таки сторону склоняются весы правды в споре об историчности Моисея: в сторону тех, кто признает реальность пророка, или тех, кто считает его мифическим героем? А для большей объективности приведем аргументы в пользу обеих точек зрения.

Так, пытаясь ответить на вопрос: реален ли ветхозаветный пророк? – американский библеист Джонатан Кирш в своей книге «Моисей» пишет: «Об историчности Моисея можно сказать только то, что, возможно, где-то когда-то в далеком прошлом жил некто подобный этому библейскому персонажу, и его жизнь, словно песчинка, веками покрывающаяся жемчугом, окутывалась легендами и мифами, пока Моисей не предстал пред нами тем ярким и вызывающим полемику персонажем, о котором мы читаем в Библии».

И вроде бы для такого скептицизма у автора имеется немало причин. По крайне мере, существование таких библейских персонажей, как, например, израильский царь Ииуй, вавилонский царь Валтасар и ассирийский царь Саргон, было доказано археологическими находками, в то время как подобных доказательств существования Моисея нет. И тем не менее это вовсе не значит, что Моисей – это миф. Ведь в отношении того же Валтасара и Саргона также одно время являлась общепризнанной точка зрения, что они вымышленные личности. Но со временем археологические исследования опровергли этот взгляд, доказав, что эти два царя существовали в реальности.

Тот же Дж. Кирш продолжает: «Археологические находки, подтверждающие существование описанного в Библии народа Израиль, настолько редки, что полное отсутствие сведений о Моисее в каких-либо источниках, кроме самой Библии, неудивительно и еще ни о чем не говорит».

То есть, по мнению автора, «жизнь, столь насыщенная и описанная так подробно, вплоть до диалогов… не может быть выдумкой».

Однако ряд ученых не просто отрицают историчность личности Моисея, но и считают, что израильтяне вообще никогда не были в Египте, поскольку прямых археологических свидетельств этому нет. Но зато немало косвенных доказательств. В частности, египтолог Джеймс К. Хоффмайер в своей книге «Израильтяне в Египте» отмечает: «Археологические сведения ясно показывают, что в Египет часто мигрировали народы Леванта (стран, расположенных на восточном побережье Средиземного моря), особенно из-за неблагоприятных климатических условий, приводивших к засухе… Так, в период примерно с 1800 по 1540 год до н. э. в Египет часто переселялись люди из регионов западной Азии, представители семитской группы».

О присутствии израильтян в Египте во время жизни Моисея говорит и Джонатан Кирш: «Подтверждением библейскому повествованию о рабстве израильтян может служить довольно известная репродукция рисунка на древнеегипетской могиле. На том рисунке в подробностях изображена группа рабов, делающих из глины кирпичи».

Да и ряд других подробностей из жизни египтян той далекой эпохи вполне согласуются с описанием жизни Моисея. Даже упомянутая в Исходе корзинка, в которую поместила Иохаведа своего трехмесячного сына – будущего пророка Моисея, тоже является достаточно правдоподобной деталью. Там сказано, что она была сделана из папируса, а он, согласно некоторым комментаторам, довольно часто «использовался египтянами для строительства легких и маневренных лодок».

И также тот факт, что дочь фараона взяла на воспитание младенца, не противоречит обычаям, существовавшим в то время в Египте, поскольку тогда считалось, что попасть на небо можно, лишь совершая в земной жизни добрые поступки. В качестве подтверждения усыновления дочерью фараона юного Моисея может служить также папирус, документирующий факт усыновления некой женщиной собственных рабов. Что же касается найма матери Моисея для кормления его грудью, в одном библейском словаре говорится следующее: «То, что мать Моисея вскармливала его за плату… в точности напоминает условия договоров, заключавшихся в Месопотамии».

Свое мнение о личности Моисея в своей работе «Этот человек Моисей» высказал и знаменитый психиатр Зигмунд Фрейд. Так, он утверждает, что история о реальной жизни Моисея изложена не в Библии, а в древнеегипетских хрониках. Кроме того, Фрейд вносит еще один любопытный штрих в биографию пророка: он предположил, что Моисей не был евреем.

«Первое, что настораживает нас в личности Моисея, – пишет Фрейд, – его имя, которое на иврите пишется «Мозес».

В Библии говорится, что этим именем назвала его египетская принцесса и означает оно «Поскольку я вытащила его из воды». Но Фрейд в связи с этим задается вопросом: откуда принцесса могла знать ивритскую этимологию? И тут же добавляет: «С другой стороны, многие и уже давно высказывали предположение, что имя “Мозес” взято из египетского словаря».

Позже Фрейд делает окончательный вывод в отношении национальной принадлежности Моисея: «То обстоятельство, что его имя принадлежит египетскому словарю, было подмечено давно, хотя и не оценено по достоинству. Я добавил к этому, что анализ мифа о рождении с необходимостью приводит к выводу, что он был египтянином, в котором народ хотел видеть еврея».

Еще одним доказательством принадлежности Моисея к египтянам Фрейд, как, впрочем, и ряд других авторов, считает «косноязычие» пророка. Возможно, этот «порок» речи связан с тем, что Моисей разговаривал на другом языке, и поэтому ему было трудно общаться со своими еврейскими соратниками без помощи переводчика, в качестве которого и выступил его брат Аарон.

Но основным доказательством своей гипотезы Фрейд считает ритуал, удостоверяющий союз Бога и Моисея, – обрезание, которое пришло из Египта, где оно было широко распространено.

«Теперь… попробуем на минуту предположить, – пишет З. Фрейд, – что Моисей был в действительности евреем, который задумал освободить своих соотечественников от служения египетским властителям и вывести их из страны, чтобы они обрели независимое, самостоятельное существование, – чего он в конце концов и достиг. Какой смысл был одновременно навязывать им обременительный обычай, который превращал их, так сказать, в египтян и неизбежно подкреплял воспоминания о Египте, если его цель была прямо противоположной – оторвать свой народ от страны рабства и преодолеть его тоску по египетским «мясным горшкам»? Нет, то, с чего мы начали, и то, чем мы кончили, настолько несовместимо, что я осмелюсь предположить следующее: если Моисей дал евреям не только новую религию, но и обычай обрезания, то он наверняка был не евреем, а египтянином, а потому и Моисеева религия была скорее всего египетской; учитывая же ее противоположность массовой религии Египта, она могла быть только религией Атона, с которой еврейская религия имеет несколько примечательных совпадений».

Вот такая длинная цитата, в которой сконцентрированы взгляды З. Фрейда на личность Моисея. Из нее следует также, что Моисей будто бы жил во времена фараона Эхнатона, который пытался установить культ единого бога – Атона. Более того, философ считает, что Моисей был приближенным молодого фараона и даже находился с ним в близком родстве. И религия, которую впоследствии Моисей старался привить ушедшим из Египта евреям, тоже являлась эхнатоновой. И в ее основе лежал культ Атона.

Если принять точку зрения Фрейда и связать Моисея с фараоном, то легко объясняется и исход евреев из Египта. «Предположим, – пишет Фрейд, – что Моисей был знатным аристократом, возможно, даже членом царской семьи… Он несомненно был выдающимся, амбициозным и энергичным человеком; быть может, в отдаленном будущем он даже видел себя на престоле фараона… Будучи тесно связан с фараоном, он стал убежденным сторонником новой религии, и ее основные принципы, которые он глубоко постиг, стали его жизненными убеждениями. После смерти фараона и наступившей реакции он увидел, что все его мечты и планы развеялись как дым… В этот тяжелый час он пришел к поразительному решению. Мечтатель Эхнатон оторвался от народа и позволил своей империи рухнуть. Активная натура Моисея изобрела план создания новой империи, с новым народом, которому можно даровать религию, отвергнутую египтянами. Возможно, во время этой катастрофы (катастрофы Эхнатона) Моисей был правителем той пограничной провинции (Гошем), в которой (уже в “гиксосский период”) поселились некоторые семитские племена. Их-то он и избрал на роль своего нового народа».

Конечно, гипотеза спорная, но правдоподобная, а значит, она тоже имеет право на существование…

Как и вся жизнь пророка, в пелене загадок скрыта и его кончина. Умер Моисей не от болезни и не от старости. И, что самое странное, даже неизвестно место, где он похоронен. А если учесть, с каким трепетом относятся евреи к своим святыням, это тем более удивительно.

Чтобы объяснить этот парадоксальный факт, много веков спустя после смерти Моисея появилась легенда, согласно которой Яхве, в качестве особой милости к пророку, сам забрал у него жизнь своим поцелуем. Кроме того, Бог сам и похоронил Моисея в месте, которое недоступно смертным.

Внимательный читатель Ветхого Завета, конечно, помнит, как впервые из горящего куста Бог явил себя Моисею. После того как Господь объявил будущему пророку, что он должен отправиться в Египет и вывести из плена евреев, Моисей попросил Бога явить ему какое-нибудь чудо, которым он мог бы удивить фараона. И тогда «сказал ему Господь: что это в руке у тебя? Он отвечал: жезл. Господь сказал: брось его на землю. Он бросил его на землю, и жезл превратился в змея, и Моисей побежал от него» (Исх. 4: 2–3). При этом в древнем тексте сказано, что посох превратился в нахаша. Нахаш же на иврите означает – змей.

После этого Моисей вернулся в Египет и призвал своего брата Аарона пойти вместе с ним к фараону и потребовать у него освобождения своих соплеменников. Конечно, это был довольно рискованный шаг, поскольку на столь бесцеремонное заявление фараон мог ответить не просто отказом, а лишить братьев жизни.

Необходим был веский аргумент, который бы заставил властелина Египта не только выслушать предложение братьев, но и почувствовать, сколь значительная сила стоит за ними. А для этого требовалось продемонстрировать фараону чудо, которое бы заставило его принять предложение Моисея и Аарона.

Для того чтобы продемонстрировать силу своего Бога, Моисей убедил Аарона бросить перед фараоном свой посох. Но почему именно посох? Можно предположить, что Моисей уже видел собственными глазами, как Бог превратил его жезл в змею. Поэтому, видимо, и решил, что Господь и перед фараоном явит это чудо. К тому же для древних египтян и евреев посох не только помогал передвигаться, особенно пожилым людям, но и являлся символом власти и определенного авторитета. На иврите посох называется «матэ». Но это слово имеет еще одно значение: племя. То есть посох обозначает власть вождя над племенем.

Фараон Аменхотеп III и крокодилий бог Себек. XV в. до н. э.

И вот Моисей и Аарон идут в столицу, чтобы встретиться с фараоном и попросить у него отпустить евреев из рабства. Но фараон, уверенный в том, что Бог евреев слаб, требует чуда. А поскольку на этот раз Господь вложил силу в посох Аарона, он и «бросил жезл свой пред фараоном и пред рабами его» (Исх. 7: 10). И, согласно большинству переводов Библии, посох Аарона, так же как и в пустыне посох Моисея, тоже превратился в змея, или на иврите – нахаша. Но, оказывается, это не совсем так.

В оригинальном тексте на иврите брошенный Аароном посох превратился не в нахаша, а в танина. Что же это за странное существо? Оказывается, танин – это нильский крокодил. То есть выходит, что в течение многих столетий слово «танин» переводили неправильно. Вроде бы ничего особенного. Если бы не одно «но».

Дело в том, что танин, или нильский крокодил, являлся столь могущественным существом, что египтяне в честь него даже построили несколько храмов, руины которых сохранились по настоящее время. И связано это с тем, что древние египтяне, помимо множества других богов, чтили и поклонялись также богу Себеке. Он считался богом воды, разлива Нила и плодородия. Египтяне также верили, что этот бог отгоняет силы мрака и является защитником людей. О его значимости говорит тот факт, что этот бог входил в десятку самых почитаемых богов Древнего Египта.

Себека же египтяне представляли крокодилом, его мумией, либо человеком с головой крокодила. Местом, где особенно культивировался культ Себека, был город Шедит, которого греки именовали Крокодилополь, а еще позже – Арсиноей…

Итак, в книге Исход рассказывается, что, когда Аарон бросил перед фараоном свой посох, он моментально превратился в крокодила. Этим брат Моисея показал, что его Бог дал ему власть над страшным нильским крокодилом. Видя эту сцену, фараон тут же призвал своих жрецов и приказал им тоже бросить свои жезлы, каждый из которых также превратился в страшную рептилию. И тогда между крокодилом Аарона и крокодилами жрецов фараона началась битва. В конце концов, «жезл Аарона поглотил их жезлы» (Исх. 7: 12).

Почему же так важно, что посох Аарона превратился именно в крокодила, а не в змею? Дело в том, что брошенный Аароном посох принял вид самого почитаемого египтянами животного. А поскольку его крокодил победил крокодилов фараона, значит, Бог Моисея и Аарона оказался сильнее бога фараона – Себека.

Впоследствии с помощью своего посоха Аарон также навел на Египет несколько казней: например, превратил воду в реке Нил в кровь. Кроме того, уже после исхода из Египта благодаря посоху Аарон стал первосвященником. Об этом рассказывается в книге Чисел.

«И сказал Господь Моисею, говоря: скажи сынам Израилевым и возьми у них по жезлу от колена, от всех начальников их по коленам, двенадцать жезлов, и каждого имя напиши на жезле его; имя Аарона напиши на жезле Левиином, ибо один жезл от начальника колена их должны они дать; и положи их в скинии собрания, пред ковчегом откровения, где являюсь Я вам; и кого Я изберу, того жезл расцветет; и так Я успокою ропот сынов Израилевых, которым они ропщут на вас.

И сказал Моисей сынам Израилевым, и дали ему все начальники их, от каждого начальника по жезлу, по коленам их двенадцать жезлов, и жезл Ааронов был среди жезлов их. И положил Моисей жезлы пред лицем Господа в скинии откровения. На другой день вошел Моисей в скинию откровения, и вот, жезл Ааронов, от дома Левиина, расцвел, пустил почки, дал цвет и принес миндали» (Числ. 17: 1–8).

Что же касается дальнейшей судьбы посоха Аарона, то о нем известно лишь то, что он хранился в Ковчеге завета вместе с другими ветхозаветными реликвиями.

Библия рассказывает, что Исход евреев из Египта предварили удивительные природные явления, которые носят название «казней египетских». Наслал же Господь эти бедствия на египтян после того, как фараон не пожелал отпустить израильтян из своей земли. Всего же казней было десять.

Первая из них коснулась воды, которая в Ниле и во всех других водоемах страны стала непригодной к употреблению. «И поднял Аарон жезл и ударил по воде речной пред глазами фараона и пред глазами рабов его, и вся вода в реке превратилась в кровь; и рыба в реке вымерла, и река воссмердела, и Египтяне не могли пить воды из реки; и была кровь по всей земле Египетской» (Исх.7: 20–21). Правда, для иудеев вода оставалась прозрачной.

Впрочем, в покраснении воды ученые ничего особенного не видят, поскольку это явление имеет место и в настоящее время. Называется оно «красным приливом» и вызывается обильным цветением некоторых видов планктонных водорослей: например, динофитовых. Иногда красные зоны растягиваются в длину на несколько десятков километров…

Но, как известно из Библии, покраснение воды на фараона должного впечатления не произвело, и он отказался отпускать израильтян из Египта.

Тогда «сказал Господь Моисею: скажи Аарону: простри руку твою с жезлом твоим на реки, на потоки и на озера и выведи жаб на землю Египетскую. Аарон простер руку свою на воды Египетские; и вышли жабы и покрыли землю Египетскую» (Исх. 8: 5–6). При этом фараону было обещано, что жабы «войдут в дом твой, и в спальню твою, и на постель твою, и в домы рабов твоих и народа твоего, и в печи твои, и в квашни твои» (Исх. 8: 3).

Ничего сверхъестественного, по мнению зоологов, нет и в столь массовом появлении амфибий. Дело в том, что обильное цветение динофитовых водорослей сопровождается поглощение кислорода с одновременным выделением ядовитых веществ. Конечно, лягушки и жабы такие места стараются как можно быстрее покинуть. Кроме того, в столь необычной и, по сути, в стрессовой ситуации ускоряется развитие головастиков во взрослых особей, что еще более увеличивает численность амфибий.

Но и это бедствие не поколебало фараона. И тогда «…Аарон простер руку свою с жезлом своим и ударил в персть земную, и явились мошки на людях и на скоте. Вся персть земная сделалась мошками по всей земле Египетской… И были мошки на людях и на скоте» (Исх. 8: 17–18).

Появление же столь огромного множества насекомых связано, как считают ученые, с массовой гибелью жаб и лягушек от голода. Именно трупы этих земноводных и стимулировали развитие насекомых.

После этих событий чародеи предупредили фараона, что это – перст Божий. Но он их не послушал и опять отказал Моисею и Аарону в их просьбе. И тогда Бог подверг египтян четвертому наказанию: песьими мухами.

Казнь жабами. Гравюра XVII в.

«И сказал Господь Моисею: завтра встань рано и явись пред лице фараона. Вот, он пойдет к воде, и ты скажи ему: так говорит Господь: отпусти народ Мой, чтобы он совершил Мне служение. а если не отпустишь народа Моего, то вот, Я пошлю на тебя и на рабов твоих, и на народ твой, и в домы твои песьих мух, и наполнятся домы Египтян песьими мухами и самая земля, на которой они живут; и отделю в тот день землю Гесем, на которой пребывает народ Мой, и там не будет песьих мух, дабы ты знал, что Я Господь среди земли; Я сделаю разделение между народом Моим и между народом твоим. Завтра будет сие знамение. Так и сделал Господь: налетело множество песьих мух в дом фараонов, и в домы рабов его, и на всю землю Египетскую: погибала земля от песьих мух» (Исх. 8: 20–25).

К какому конкретно виду насекомых относились песьи мухи, сказать трудно. Однако, «по словам Филона, насекомое, послужившее орудием четвертой казни, совмещало свойства мух и собак, отличалось лютостью и неотвязчивостью. Издали, как стрела, неслось оно на человека или животное и, стремительно нападая, впивалось жалом в тело и как бы прилипало к нему» (Толковая Библия Лопухина). Современные же зоологи предполагают, что песьи мухи, – это, вероятнее всего, оводы, которые терзали и людей, и животных. Причем, как и в случае с отравленной водой, песьи мухи появились везде, за исключением области Гесем, в которой обитали евреи.

Однако фараон даже на это бедствие не отреагировал требуемым образом. И тогда Бог навел на Египет пятую казнь, во время которой «вымер весь скот Египетский; из скота же сынов Израилевых не умерло ничего» (Исх. 9: 3—11).

И хотя фараон давно уже понял, что Бог на стороне евреев, тем не менее и на этот раз он их не отпустил из своей земли.

«И сказал Господь Моисею и Аарону: возьмите по полной горсти пепла из печи, и пусть бросит его Моисей к небу в глазах фараона; и поднимется пыль по всей земле Египетской, и будет на людях и на скоте воспаление с нарывами, во всей земле Египетской» (Исх. 9: 8–9).

Находят объяснение у специалистов и эти две казни: гибель скота и язвы у людей. Ученые считают, что именно расплодившиеся во множестве насекомые могли стать переносчиками заразных болезней. А поскольку люди в то время не знали способов борьбы с инфекциями, эпидемии распространялись очень быстро и поражали огромное число людей.

Однако, несмотря на эти страшные бедствия, фараон по-прежнему стоял на своем, не позволяя израильтянам покинуть пределы Египта. И тогда Бог наслал очередную, седьмую казнь. «И Господь произвёл гром и град, и огонь разливался по земле; и послал Господь град на землю Египетскую; и был град и огонь между градом, град весьма сильный, какого не было во всей земле Египетской со времени населения ее. И побил град по всей земле Египетской все, что было в поле, от человека до скота, и всю траву полевую побил град, и все деревья в поле поломал» (Исх. 9: 23–25).

Наконец, когда фараон в очередной раз убедился, какой невероятной силой обладает Бог Моисея и Аарона, он попросил их помолиться Господу, чтобы Он обуздал ужасную стихию. При этом фараон пообещал, что отпустит евреев из Египта. Однако, как только град прекратился, фараон снова отрекся от своих слов.

После очередного обмана, последовавшего со стороны фараона, на страну, по воле Бога, обрушились несметные стаи саранчи. «И напала саранча на всю землю Египетскую, и легла по всей стране Египетской в великом множестве; прежде не бывало такой саранчи, и после сего не будет такой. Она покрыла лице всей земли, так что земли не было видно, и поела всю траву земную и все плоды древесные, уцелевшие от града, и не осталось никакой зелени ни на деревах, ни на траве полевой во всей земле Египетской» (Исх. 10: 14–15).

И опять все повторяется: фараон умоляет Моисея упросить Бога избавить страну от ужасной напасти и в очередной раз обещает отпустить израильтян. Но, как только саранча покинула пределы земли Египетской, фараон снова не выполняет своего обещания.

Тогда последовала девятая казнь. «Моисей простер руку свою к небу, и была густая тьма по всей земле Египетской три дня; не видели друг друга, и никто не вставал с места своего три дня; у всех же сынов Израилевых был свет в жилищах их» (Исх. 10: 22–23).

И тогда фараон сказал Моисею, что позволяет евреям уйти, но без своего скота. Моисей попытался убедить фараона в необходимости забрать скот, поскольку он нужен для жертвоприношения. Но фараон был неумолим. И тогда на египтян обрушилась десятая – самая страшная казнь.

Но прежде чем говорить о ней, остановимся на объяснениях седьмой, восьмой и девятой казней. Ряд ученых предполагают, что причиной этих трех бедствий, а по сути, уникальных природных явлений – огненного града, огромных стай саранчи и густой темноты, могло стать извержение вулкана Санторин на острове Тира в Эгейском море, которое по разным оценкам произошло между 1645–1500 годами до н. э. В результате этой ужасной катастрофы в атмосферу были выброшены десятки миллиардов тонн пепла, которые и привели к появлению седьмой, восьмой и девятой казней египетских.

Так, немецкий физик Надин фон Блом, занимающийся исследованием процессов, происходящих в атмосфере, считает, что мощный град обрушился на Египет в результате того, что дождевые тучи столкнулись с облаками пепла вулканического происхождения.

И появление саранчи, по мнению канадского ученого Сиро Тревисанато, тоже было обусловлено извержением вулкана. Выпавший пепел стал одним из факторов повышения влажности, которая оказала благоприятное влияние на рост численности этих ненасытных насекомых. Кроме того, облака пепла могли закрыть солнце, тем самым вызвав темноту.

А теперь возвращаемся к десятой казни, в результате которой с наступлением полуночи стали умирать все дети-первенцы. «В полночь Господь поразил всех первенцев в земле Египетской, от первенца фараона, сидевшего на престоле своем, до первенца узника, находившегося в темнице, и все первородное из скота» (Исх. 12: 29).

И только после этой ужасной трагедии, поразившей семьи практически всех египтян, фараон наконец-то разрешил евреям покинуть пределы Египта. Из всех десяти казней – это самая трудная для научного толкования. Но тем не менее ученые нашли ей объяснение, по крайней мере, они так думают.

Медики, занимающиеся исследованием различного рода токсикозов, считают, что гибель первенцев произошла в результате отравления микотоксинами – довольно сильными ядами некоторых видов микроскопических плесневых грибов. В свою очередь, эти грибы массово могли расплодиться в верхнем слое запасов зерна, находившихся на хранении в огромных амбарах. Попали же эти грибки в зерно из воды или из экскрементов саранчи.

В соответствии с египетской традицией той поры, первыми в семье приступали к трапезе старшие сыновья, при этом они получали двойную порцию еды. Вот по этой причине первенцы, получившие двойную порцию хлеба из заражённого зерна, и отравились. А вот евреев эта казнь не коснулась, поскольку они жили вдали от крупных египетских городов и каждая семья имела свой собственный запас зерна, за которым тщательно следила.

Учитывая тот факт, что об Исходе никаких свидетельств нет, и многие исследователи ставят под сомнение это событие, то трудно поверить и в казни египетские. И действительно, о них ни в одном документе не упоминается, хотя египтяне вели довольно подробные «летописи» своей истории. Более того, в официальных документах вообще ничего не говорится о событиях, которые хотя в какой-то степени похожи на те бедствия, которые описываются в Исходе.

Впрочем, ряд историков ссылаются на папирус Ипувера, в котором, по их мнению, имеются определенные указания на описанные в Исходе события. Возможно, считают эти ученые, «казни египетские» имели место во время правления фараона Рамзеса II и его сына Мернептаха.

А, скорее всего, в истории Египта такие события действительно происходили, но при разных фараонах, в разное время и в разных местах. То есть события эти были локальными и разобщенными в пространстве и времени. И в целом на жизнь египетского общества особого влияния не оказывали, а значит, не были зафиксированы в каких бы то документах. Но для более сильного психологического эффекта они были спрессованы автором Исхода в короткий временной промежуток и помещены в одно место.

Но каков же смысл в наведенных на египтян казнях? Ведь эти бедствия приносили горе в основном простым людям, от которых абсолютно не зависел Исход израильтян из их страны? Отвечая на этот вопрос, ряд экзегетов говорят, что десятью бедствиями, обрушившимися на Египет, были посрамлены египетские идолы: Ра, Изида, Хапи, Амон и другие, которые не смогли защитить те сферы человеческой жизни, влияние на которые им приписывали египтяне.

В разговоре о казнях египетских вполне уместным будет и такой вопрос: почему Бог «ожесточал» сердце фараона, то есть позволял ему поступать в соответствии со своими убеждениями. Неужели Бог просто-напросто не мог внушить фараону, чтобы тот отпустил израильтян из Египта?

На этот вопрос богословы отвечают по-разному. Например, вот что пишет по этому поводу проповедник Сергей Худиев: «“Ожесточение” здесь проявилось в том, что Бог оставил фараона на него самого. Источником всего доброго в мире и людях является благодать Божия; то хорошее, что было в фараоне, было проявлением Божией благодати. Бог Своей милостью сдерживал злое сердце фараона и направлял его к добру. Когда же Бог отступил от фараона (ввиду его собственного упорства), зло, бывшее в сердце фараона, беспрепятственно проявилось – именно это и имеется в виду в словах “я ожесточу сердце фараона”».

В конце, при поражении первенцев, Бог дает повеление сделать знак – помазать косяки дверей кровью жертвенного агнца – и все дома, где люди смирились перед этим повелением, были защищены. А это были не только еврейские дома, потому что дальше написано:

«И отправились сыны Израилевы из Раамсеса в Сокхоф до шестисот тысяч пеших мужчин, кроме детей; и множество разноплеменных людей вышли с ними, и мелкий и крупный скот, стадо весьма большое» (Исх. 12: 37–38).

У Египтян был выбор, была возможность покориться Богу и присоединиться к Израилю. Многие так и сделали; те, кто упорно пренебрегли Божьими предостережениями, пострадали за свое преступление и за свое упорство».

По этому же поводу в Толковой Библии Лопухина говорится следующее: «Сам фараон является виновником этого состояния постольку, поскольку в силу своей гордости и своекорыстия не хочет подчиниться признаваемой им самим и его окружающими высшей божественной воле (Исх. 8: 19; Исх. 9: 27): во время казни готов отпустить евреев, по миновании ее отказывается сделать это. Но, с другой стороны, греховная наклонность фараона не развилась бы в такой степени, если бы к нему не было обращено божественное повеление об отпущении евреев. В этом отношении виновником ожесточения его сердца является Бог».

А вот в соответствии с Новой Женевской Библией, выражение «Ожесточу сердце фараона» означает «сделаю твердым», а не «жестоким». Иными словами, Господь никак не будет влиять на фараона, чтобы тот переменил свое намерение, – фараона будет убеждать Моисей словом и знамениями.

Итак, испытав десять казней, насланных Богом на египтян, фараон в конце концов разрешил евреям покинуть пределы Египта.

Исход же, как пишет Библия, начался с того, что «отправились сыны Израилевы из Раамсеса в Сокхоф до шестисот тысяч пеших мужчин, кроме детей. И множество разноплеменных людей вышли с ними, и мелкий и крупный скот, стадо весьма большое» (Исх. 12: 37–38). И двинулись они по направлению к Синаю.

Безусловно, вдумчивого читателя может сразу смутить цифра в 600 000 мужчин. А если добавить сюда жен и детей, то уже получается огромный город с населением почти в два миллиона. Но это без учета повозок, домашнего скота и птицы.

Ясно, что эта цифра завышена. Возможно, когда-то при редактировании Библии была допущена ошибка, и на самом деле речь идет о шести тысячах мужчин. Кроме того, древнееврейское слово «элеф» означает не только числительное «тысяча», но и понятие «семейная группа, поколение». Отсюда легко заключить, что в оригинале Исхода фигурировали не шестьсот тысяч мужчин, а шестьсот семейств. А это уже похоже на правду. Да и в последующих книгах Библии приводятся значительно меньшие цифры.

Но вопрос о количестве израильтян хотя и важен, но он вторичен, поскольку по сей день остаются нерешенными более сложные проблемы, связанные с Исходом. Например, если он и был, то когда это произошло?

Придерживаясь того факта, что, согласно Библии, Соломон начал строительство Храма через 480 лет после Исхода, а также учитывая время правления израильских царей и опираясь на ряд египетских и ассирийских письменных свидетельств, Исход произошел в 1440 году до н. э.

Однако большинство историков считают, что если Исход имел место, то случилось это событие в XIII веке до н. э., поскольку именно в то время в письменных египетских источниках (стела Мернептаха) впервые появляется название Израиль.

Но, предположив, что из Египта в Ханаан отправилось даже всего около 3–5 тысяч евреев, мы все равно сталкиваемся с первой и довольно серьезной проблемой, которую должны были решить беженцы: им требовалось незаметно пересечь границу, разделяющую оба государства. Но она в то время тщательно контролировалась. И если бы пятитысячная толпа израильтян пересекла пограничные укрепления, об этом, безусловно, имелась бы запись. Но таковой ни в одном из источников, относящихся к XIII веку до н. э., нет.

Исход евреев из Египта. Гравюра 1893 г.

А версия, что из Египта во время правления Рамсеса II был осуществлен обычный побег небольшой группы израильтян, вообще не имеет под собой реальной почвы. Тем более если учесть, что требовалось пересечь пустыню и войти в Ханаан. И вся причина этих «невозможностей» в том, что в XIII веке Египет являлся необыкновенно сильным государством, которое фактически доминировало во всем мире.

Особенно под жестким контролем находился Ханаан: в различных районах страны возвышались египетские крепости, воины которых моментально усмиряли любые беспорядки. И если не принимать во внимание боговдохновенных чудес, то вряд ли большая группа рабов смогла бы пройти незаметно через пустыню в Ханаан при столь тщательно охраняемых пограничных укреплениях. Египетским солдатам, которые дислоцировались не только в крепостях вдоль границы, но и в Ханаане, было достаточно просто обнаружить и задержать любую группу беженцев.

Единственным вариантом, который позволил бы израильтянам уйти от зоркого ока египетских воинов, была дорога в безводные и малопригодные для жизни пустыни Синайского полуострова. Однако археологические раскопки этой возможности не подтверждают.

А ведь, согласно Библии, израильтяне странствовали в пустыне и в горах Синайского полуострова в течение целых сорока лет. Причем пусть их было не сотни тысяч, а намного меньше, тем не менее все равно такое количество людей должно было оставить хоть какие-то следы своего 40-летнего пребывания в пустыне. Однако таковых за всю историю археологических исследований не обнаружено. Более того, не найдено не только следов древнего поселения или хотя бы одного строения, но даже ни единого фрагмента посуды. А ведь современные методы археологии позволяют обнаружить даже совсем незначительные следы пребывания людей в любом, пригодном для жизни, месте земного шара. Например, археологи открыли на Синайском полуострове свидетельства деятельности кочевников в третьем тысячелетии до н. э.

В поисках следов Исхода археологи провели раскопки практически во всех тех районах, где, в соответствии с библейской историей, беженцы из Египта останавливались на достаточно продолжительное время. Таким, например, местом был Кадеш-Барнеа. Здесь на тридцать восьмом году странствий они сделали продолжительную стоянку.

Открыли же Кадеш-Барнеа в большом и богатом влагой оазисе Эйн эль-Кудейрат на границе между Израилем и Египтом. В центре этого места был обнаружен невысокий холм, являвшийся в древние времена крепостью. Проведя же тщательные раскопки в этой местности, археологи не нашли ни малейшего доказательства присутствия здесь евреев.

Впрочем, некоторые историки говорят, что отсутствие археологических свидетельств перемещения израильтян по пустыне можно объяснить тем, что они были кочевым народом. А племена кочевников на одном месте долго не остаются. Поэтому они не возводили городов, не занимались выращиванием сельскохозяйственных растений. Можно сказать, что они не оставили после себя ничего, кроме изложенной в Библии истории. И тем не менее трудно поверить, что многочисленная группа людей, проживая относительно долгое время на одном месте, не могла оставить после себя хоть каких-то следов.

Отсутствие в Библии имени фараона, при котором израильтяне покинули «страну рабства», тоже, по мнению ряда исследователей, является достаточно веским аргументом в пользу того, что столь массового исхода из Египта не было.

Однако египтолог Джеймс Хоффмайер по этому поводу замечает следующее: «Историки ведь не опровергают историчность проводимой Тутмосом III в Мегиддо кампании из-за того, что имена царей Кадеса и Мегиддо нигде не упомянуты». Ученый считает, что египетские переписчики специально не упоминали имен врагов фараона, которыми являлись израильтяне.

Другой исследователь, Хомер Смит, в свою очередь уверен, что такое масштабное событие «было бы, несомненно, отражено в истории Египта или Сирии… Скорее всего, это искаженная и приукрашенная история бегства из Египта в Палестину относительно маленькой группы людей».

Существует также гипотеза, согласно которой Исход следует привязать ко времени изгнания из Египта гиксосов. Такую точку зрения на эту проблему высказывали не только ряд древних историков, в частности, Иосиф Флавий, но от нее не отказываются и некоторые современные ученые-египтологи. Если придерживаться этой гипотезы, то Иаков появился в Египте во время правления гиксосов, то есть примерно в 1730 году до н. э. И если от этой даты отнять 400 лет египетского плена, то получается, что Исход произошел около 1350 года до н. э.

Однако против такой трактовки ряд ученых приводит следующий довод. Дело в том, что изгнанные из Египта гиксосы правили Египтом как минимум на протяжении двух столетий, и вряд ли они бы бежали подобно евреям, которые покидали страну фараонов в качестве только что отпущенных на свободу рабов.

Выше было рассказано о десяти казнях, которые Бог навел на Египет, чтобы убедить фараона отпустить из страны израильтян. Но, помимо их, в Ветхом Завете рассказывается и о многих других явлениях, которые, несомненно, можно считать чудесами. Особенно их много в книге Исход.

Кстати, первое чудо, которое увидел Моисей, произошло задолго до египетских кар. Им был терновый куст, который горел, но не сгорал. Оказывается, как установили ученые, такой куст существует в реальности. Распространен он на Синайском полуострове и называется «диптам», или «куст Моисея». Это растение способно в огромном количестве продуцировать летучие эфирные масла, которое при очень сильной жаре воспламеняются и горят голубовато-красным огнем…

Остальные чудеса Бог творил уже после того, как израильтяне вышли из Египта. Первым чудом оказался переход через Красное море. Но об этом феномене будет рассказано в другом месте.

Итак, евреи оставили «страну рабства» и «вступили в пустыню Сур; и шли они три дня по пустыне и не находили воды. Пришли в Мерру – и не могли пить воды в Мерре, ибо она была горька, почему и наречено тому месту имя: Мерра. И возроптал народ на Моисея, говоря: что нам пить?» (Исх. 15: 23–24).

И тогда «Моисей возопил к Господу, и Господь показал ему дерево, и он бросил его в воду, и вода сделалась сладкою. Там Бог дал народу устав и закон и там испытывал его» (Исх. 15: 25).

Уже в наше время ученые выяснили, что такой эпизод вполне вероятен. Километрах в семидесяти от северной оконечности Красного моря, а это как раз трехдневный переход по пустыне, расположен колодец, называемый бедуинами «Айн-Хавара». Вода в нем и впрямь, как говорит Библия, «горькая». Когда английские ученые исследовали химический состав воды в колодце, то установили, что она содержит некоторое количество сернокислого кальция. Если же к этой воде добавить щавелевую кислоту, сернокислый кальций выпадает в осадок и вода теряет свою горечь. Бедуины делают это с помощью веток кустарника, именуемого эль-вах, содержащего значительное количество щавелевой кислоты.

Утолив жажду и передохнув, евреи опять отправились в путь. Но прошло всего несколько дней, и они снова стали проявлять недовольство Моисеем. И тогда «сказал Господь Моисею, говоря: Я услышал ропот сынов Израилевых; скажи им: вечером будете есть мясо, а поутру насытитесь хлебом… Вечером налетели перепелы, а поутру лежала роса около стана. Роса поднялась, и вот, на поверхности пустыни нечто мелкое, круповидное, мелкое, как иней, на земле» (Исх. 16: 11–14).

Итак, согласно Библии, перепела усыпали землю в израильском стане. Как же объясняет этот факт современная наука? Вот, например, что пишет по этому поводу немецкий журналист и исследователь Библии Вернер Келлер в книге «Библия как история» (М.: Крон-Пресс, 1998): «Исход израильтян начался весной, во время большой миграции птиц. Из Африки, где летом становится нестерпимо жарко, птицы мигрируют в Европу двумя путями. Один путь пролегает через западное побережье Африки в Испанию, другой – через восточное Средиземноморье на Балканы. В первые месяцы года перепела вместе с другими птицами, направляясь по восточному пути, пересекают Красное море. Утомлённые длительным перелётом, они приземляются на прибрежной равнине, чтобы собраться с новыми силами для дальнейшего путешествия через высокие горы… И даже сегодня весной и осенью в этом районе бедуины ловят руками ослабевших приземлившихся птиц».

Моисей у источника в Мерре. Гравюра Ж. Жолена. 1670 г.

О подобном явлении рассказывает и римский историк Иосиф Флавий в «Иудейских древностях»: «И действительно, спустя немного времени из-за моря прилетело множество перепёлок, а так как они были в одно и то же время очень утомлены от перелёта, да перепёлки и вообще летают ниже других птиц, то они спустились на землю как раз среди еврейского стана».

Кстати, чуть позже народ израильский опять возроптал и снова потребовал мяса (Числ. 11: 4). И тогда «…поднялся ветер от Господа, и принес от моря перепелов, и набросал их около стана… И встал народ, и весь тот день, и всю ночь, и весь следующий день собирали перепелов; …и разложили их для себя вокруг стана. Мясо еще было в зубах их и не было еще съедено, как гнев Господень возгорелся на народ, и поразил Господь народ весьма великою язвою» (Числ. 11: 31–34).

Легко заметить, что истории, рассказанные в Исходе и Числах, практически аналогичны, правда, результаты у них разные: в первом случае израильтяне спокойно съели птиц, а во втором – после их употребления покрылись ужасными язвами, а многие умерли. Парадокс?! На первый взгляд – «да!». Но, оказывается, и эта проблема оказалась разрешимой.

«Директор Пастеровского института в Алжире профессор Сержан обнаружил, что на Синайском полуострове действительно иногда появляются ядовитые перепела, – пишет в своей книге «Библейские сказания» польский писатель и эссеист Зенон Косидовский. – Это птицы, которые перед отлётом в Европу останавливаются в Судане и кормятся там зёрнами с отравляющими свойствами. Мясо таких птиц вредно и даже опасно для человеческой жизни. Израильтянам, видимо, не повезло. Они охотились именно на таких перепелов, и их злосчастное приключение нашло отражение в библейском сказании».

Хорошо заметно, что если в первом случае Бог удовлетворяет просьбу Моисея и обеспечивает евреев мясом, то во втором случае «человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый» Господь уже наказывает постоянно проявляющих недовольство людей, которые к тому же не просят, а требуют.

Но вернемся к 16 главе книги Исход, в которой рассказывается также о манне, которую евреи собирали ежедневно, кроме субботы.

Вот как комментирует это событие уже известный нам Зенон Косидовский: «Сенсационные результаты дали исследования… манны. В 1927 году зоолог Еврейского университета в Иерусалиме Боденхаймер обнаружил на Синайском полуострове разновидность тамариска, который в весеннюю пору выделяет сладковатую жидкость, быстро застывающую на воздухе в виде белых шариков, похожих на град. Местные бедуины… с наступлением весны толпами отправляются собирать белые липкие шарики, как мы собираем ягоды. Один человек может собрать за день полтора килограмма – количество, вполне достаточное для того, чтобы утолить голод. Любопытно, что мелкие уличные торговцы в Багдаде по сей день выставляют на продажу сладкую смолу тамариска под названием ман».

Кстати, о библейской манне еще в 1823 году писал немецкий ботаник Г. Эренберг в статье «Symbolae Physiae». В то время мало кто мог поверить, что пресловутая манна небесная – это всего лишь продукт, выделяемый поселяющимся на тамариске определенным видом тли.

Именно эти крохотные насекомые вырабатывают особый смолистый секрет, который, застывая, превращается в небольшие белые зернышки. Упав на землю, они через некоторое время становятся желто-коричневыми.

В статье Эренберга отмечалось, что «у этих кристаллических зерен манны специфически сладкий вкус. Больше всего это похоже на вкус меда, когда он уже засахарился после долгого хранения…» В Библии же о ее вкусовых качествах говорится следующее: «она была, как кориандровое семя, белая, вкусом же, как лепёшка с мёдом» (Исх. 16: 31).

И в настоящее время бедуины Синайского полуострова собирают по утрам эту «манну небесную», торопясь опередить муравьев…

Еще одно чудо, которое показал Господь сынам Израиля, тоже связано с водой. Случилось оно после удивительного появления перепелов и манны.

«И двинулось все общество сынов Израилевых из пустыни Син в путь свой, по повелению Господню; и расположилось станом в Рефидиме и не было воды пить народу. И укорял народ Моисея, и говорили: дайте нам воды пить» (Исх. 17: 1).

Моисей в очередной раз обращается к Богу. И Всевышний снова выручает его. Господь сказал: «Вот, Я стану пред тобою на скале в Хориве; и ты ударишь в скалу, и пойдет из нее вода, и будет пить народ. И сделал так Моисей в глазах старейшин Израильских» (Исх. 17: 6).

Чудо это объясняется довольно просто. Такой способ добывания воды Моисей, скорее всего, перенял у мадианитян. Бедуины знают о нем до сих пор. А все дело в том, что во время продолжительной засухи у основания гор под тонкой песчаной коркой обычно скапливается дождевая вода. И стоит лишь разрушить эту оболочку, как сразу выступает влага, которой и утоляют жажду…

Но если с этими чудесами Моисея исследователи справились относительно быстро, то естественную причину, в результате которой перед израильтянами расступились воды Красного моря, по сей день ученые найти не могут.

Поэтому на сей счет существует несколько гипотез. Первая из них, и наиболее достоверная, утверждает, что в действительности израильтяне не пересекали Красное море по дну: это, считают ученые, было гораздо позже добавлено составителями Библии.

В Ветхом Завете море, которое перешли беженцы из Египта, называется «Ям-Суф», что в переводе с древнееврейского означает «море камыша». Но, как известно, в море камыш не растет, зато в заболоченных и мелководных лагунах и поймах его довольно много. Геологические исследования показали, что во времена Моисея Красное море находилось намного ближе от моря Средиземного, образуя залив, который назывался Тростниковым морем. Однако его точное месторасположение в настоящее время определить практически невозможно. Тростниковое море было относительно неглубоким, и в нем в большом количестве находились мелкие поймы с трясинами и узкими участками суши, по которым и прошли евреи, возглавляемые Моисеем.

А вот египтяне, пустившиеся в погоню за беженцами на своих тяжелых колесницах, вполне могли увязнуть в болотах. При этом какая-то часть воинов могла и утонуть, поскольку в этих местах часто дули шквальные ветры, катившие перед собой огромные волны…

Еще один эпизод с обнаженным дном описан в Книге Иисуса Навина.

«Итак, когда народ двинулся от своих шатров, чтобы переходить Иордан, и священники понесли ковчег завета Господня пред народом: то, лишь только несущие ковчег завета Господня вошли в Иордан, и ноги священников, несших ковчег, погрузились в воду Иордана… вода, текущая сверху, остановилась и стала стеною на весьма большое расстояние» (Нав. 3: 14–16). Однако, как только переправа завершилась, Иордан снова вернулся в свое русло.

В рассказе об этом событии называется «город Адам, который подле Цартана». Именно в этом месте и остановились воды Иордана, текущие здесь по глубокой ложбине. Современные ученые этому событию дают следующее объяснение.

Дело в том, что часто скалы рушатся в русло Иордана, устраивая естественную плотину. Последний раз подобный случай был зафиксирован в 1927 году: тогда дно реки оставалось без воды в течение суток. Причиной же этого явления стало землетрясение.

Авторы же Библии, несмотря на неоднократные правки текстов, полностью удалить факты, свидетельствующие о землетрясении, не смогли. О нем, как считают историки, говорится в восходящем к временам Иисуса Навина псалме 113: «Иордан обратился назад. Горы прыгали, как овцы, и холмы, как агнцы».

Впервые мы встречаемся с обрезанием, как с ритуальным действом, в 17 главе книги Бытие. Оно явилось следствием союза (завета), заключенного между Богом и Авраамом.

«И поставлю завет Мой между Мною и тобою и между потомками твоими после тебя… завет вечный в том, что Я буду Богом твоим и потомков твоих после тебя» (Быт. 17: 7). Союз же этот, по повелению Бога, необходимо было скрепить обрезанием плоти у всех евреев мужского пола. Таким образом, обрезание – это символическое действие, в котором заключалась сущность этого завета.

Бог говорит Аврааму: «Сей есть завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя в роды их: да будет у вас обрезан весь мужеский пол; обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами. Восьми дней от рождения да будет обрезан у вас в роды ваши всякий младенец мужеского пола, …и будет завет Мой на теле вашем заветом вечным. Необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей в восьмой день, истребится душа та из народа своего, ибо он нарушил завет Мой» (Быт. 17: 10–14).

Заключая союз с Богом, первым из членов сообщества скрепить его кровью, конечно же, должен был сам Авраам. А ему в то время было уже 99 лет. И хотя считается, что обрезание себе Авраам сделал с помощью Бога, однако существует также предположение, что Авраама оперировал Сим – сын Ноя…

Обрезание в Древнем Египте. Фреска гробницы в Саккара. XXV в. до н. э.

Почему же при заключении завета Бог потребовал именно обрезания? Причин для этого несколько. Во-первых, среди людей пролитие крови при заключении договоров считалось серьезной гарантией их прочности и надежности в будущем. Во-вторых, поскольку предполагалось заключение долгосрочного союза, обрезание, как особая телесная и постоянная отметка, должно было непрестанно напоминать о том завете с Всевышним, в который вступил Авраам, а в его лице и все его потомки. И, в-третьих, обрезание являлось внешним знаком, который указывал на принадлежность к богоизбранному народу.

Но «еще важнее было идейное, внутреннее значение обрезания, – пишет в «Толковой Библии» А.П. Лопухин. – В этом отношении обрезание, состоявшее в отсечении крайней плоти детородного органа, символизировало собой отсечение плотских похотей и нечистых пожеланий, или, как это выразительно называет Библия, – “обрезание сердца” (Втор. 10: 16; Рим. 2: 29 и др.). Кроме того, вводя некоторое освящение в сам источник чадорождения и изображая собой совлечение “греховного тела плоти”, обрезание, с одной стороны, указывало на наследственную греховность, в которой мы все зачинаемся и рождаемся (Пс. 50: 7), с другой – таинственно предзнаменовывало новозаветное крещение, омывающее эту наследственную, прародительскую порчу» (А.П. Лопухин. Толковая Библия. 2003).

В свою очередь, знаменитый еврейский мыслитель Элиягу бен Соломон Зальман, известный как Виленский Гаон (1720–1797), говорит, что после обрезания тело приобретает определённую святость, поскольку Бог таким образом символически передает человеку часть Своей сущности и запечатлевает это на плоти…

Следует заметить, что обрезать крайнюю плоть первыми начали совсем не евреи. Этот ритуал проводили до них многие народы. Например, он имел широкое распространение у египтян и ханаанеев. В частности, Геродот по этому поводу пишет, что возникновение и укоренение этого обряда в Древнем Египте относится к началу III тысячелетия до н. э. Совершают обрезание мальчиков в возрасте 6–8 лет и современные копты, которые являются потомками египтян. Кроме того, Геродот отмечал: «Финикияне же и сирийцы, что в Палестине, сами признают, что заимствовали этот обычай у египтян». А в отношении евреев это предположение вполне согласуется с точкой зрения Иосифа Флавия.

Возможно, обрезание у египтян и ханаанеев было связано с ритуалами их общих этнических предков, живших во время керамического неолита, который датируется 6000–5000 годами до н. э. Крайняя плоть в этот период жертвовалась богине Неба. При этом сакральным числом этой богини являлась восьмерка. А теперь для сравнения следующая цитата: «Восьми дней от рождения пусть будет обрезан… младенец» (Быт. 17: 12).

Финикийский жрец и историк Санхунйатон, живший, по-видимому, в XII–XI веках до н. э., рассказал в своей «Финикийской истории» древний миф о появлении ритуала обрезания у ханаанеев. Суть его в следующем: верховный Бог семитов Эл (Илу) во время какого-то ужасного бедствия, которое наслал его отец Шамемрум, чтобы спастись, приносит отцу в качестве спасительной жертвы не только своего сына, но и свою крайнюю плоть. Более того, он приказывает своим соратникам сделать то же самое. Создается впечатление, что с помощью обрезания древние ханаанеи пытались защититься от гнева владыки неба.

Таким образом, можно сделать вывод, что у ряда древних народов обрезание являлось «данью жестокому и злому божеству, которому необходимо принести в жертву часть, чтобы спасти целое, обрезать ребенка, чтобы сохранить ему жизнь». Можно также предположить, что первоначальное назначение обрезания – заменить языческий культ приношения в жертву богам людей частью их тела.

Но при этом следует иметь в виду, что в ритуале обрезания, который проводят евреи, заложен совсем иной смысл, чем когда-то у ханаанеев. У евреев важна не сама жертва крайней плоти, как было у ханаанеев, а жертвование крови из детородного органа, благодаря которому мужчина обеспечивает продолжение рода.

Значение обряда обрезания особенно возросла в эпоху пребывания евреев в Египте, поскольку необрезанных азиатов египтяне считали «мерзостью», в отличие, например, от ханаанеев. Например, ещё в VIII веке до н. э. египетский фараон Пианхи не сел за один стол с правителями Дельты Нила (вероятно, ливийцами) и Юга (скорее всего, нубийцами), так как они не были обрезаны…

Однако после изгнания из Египта гиксосов к обрезанию евреи стали относиться с явным нежеланием. По крайней мере, имеются достоверные сведения, что в северном Израильском царстве в 927–722 годах до н. э. этот обряд почти не практиковался. В 18-м стихе 5-й главы книги Судей (Суд. 5: 18) говорится, что «Завулон – народ, обрекший душу свою на смерть». И как раз эта цитата указывает на небрежное отношение этого колена к обряду обрезания.

Следует заметить, что сын Моисея и жены его Циппоры тоже не прошел обряд обрезания на восьмой день после рождения. И за это Господь даже «хотел умертвить» пророка. «И случилось дорогою на ночлеге, что встретил его Господь… Тогда взяла Циппора каменный нож и обрезала крайнюю плоть сына своего, и положила к ногам Его, и сказала: жених крови Ты мне (сейчас)… жених крови (души сына) – по обрезанию» (Исх. 4: 24–26).

Помимо религиозной значимости, обряд обрезания играет важную роль и в социальной жизни евреев. Так, лишь обрезанные мужчины могут руководить «седером» – пасхальным праздничным ужином, который тщательно регламентирован и состоит из множества элементов. А в эпоху Храмов (с IX по середину XIII века) только обрезанные люди имели право принимать участие в пасхальном жертвоприношении «песах».

В заключение разговора об обрезании следует обратить внимание на один любопытный факт. Оказывается, для новорожденных особо опасно кровотечение между вторым и пятым днями их жизни. И связано это с тем, что важнейший элемент, участвующий в процессах свертывания крови, – витамин К до седьмого дня жизни в организме не образуется. А значит, проводить обрезание можно не раньше восьмого дня после рождения.

Еще одним очень важным веществом, участвующим в свертывании крови, является белок протромбин. Как раз к восьмому дню его количество в организме достигает максимума. По этим двум показателям лучшим днем для обрезания и является восьмой день жизни младенца.

И разве не может не вызвать удивления тот факт, что во времена Авраама для обрезания был установлен именно этот день.

Известно, что жертвоприношения существуют во многих религиях мира. Цели, которые при этом преследуются, могут быть самыми разными. С их помощью пытаются умилостивить Бога, задобрить Его, отблагодарить за полученные блага.

Следует иметь в виду, что в настоящее время верующие тоже пытаются получить божественное благословение, правда, уже с помощью различных форм воздержания: поста, обета и т. д.

Однако в Ветхом Завете жертвоприношения имеют вполне материальную основу. Причем чаще всего на жертвенном алтаре оказываются животные. А первым такое жертвоприношение, как известно, сделал Авель. Именно он в дар Господу «принес от первородных стада своего и от тука их», то есть пожертвовал молодых животных (Быт. 4: 4).

И, что особенно интересно в этой истории, инициаторами жертвоприношения стали сами люди. Бог же только выказал свое отношение к действиям Авеля и Каина: принял жертву одного и отверг – другого. Правда, тем самым он показал, что жертвоприношение – деяние, угодное Богу. Хотя, конечно же, ни мясо первородных животных, ни плоды растений Господу сами по себе не нужны. «Принеси в жертву Богу хвалу, и воздай Всевышнему обеты твои…» (Пс. 49: 14) Но если жертвы проносились с любовью к Всевышнему, Он, вероятно, проявлял определенный интерес к дарам, хотя открыто этого не показывал. Он просто принимал жертву. Так было и в случае с Авелем, подобное произошло и с Ноем, который, как только все вышли из ковчега, устроил Богу жертвенник и принес жертву от каждого из чистых животных.

Немалое усердие в приношении жертв Богу проявлял Авраам, который сооружал жертвенники почти на каждой стоянке своего племени. И опять же делал он это по собственной инициативе, а не по повелению Божьему.

И даже тогда, когда жертвоприношения стали обыденным ритуалом, Бог, передавая Моисею десять заповедей, о жертвах ничего не сказал. «Отцам вашим Я не говорил и не давал им заповеди в тот день, в который Я вывел их из земли Египетской, о всесожжении и жертве» (Иер. 7: 22).

И тем не менее своего пика жертвоприношения достигли именно после Исхода израильтян из Египта. Как раз тогда и появились многочисленные наставления, которые до малейших деталей расписывали порядок принесения различных жертв. Особенно это касается Книги Чисел и Левита, изобилующих назиданиями о том, по какому случаю приносить ту или иную жертву.

Жертвоприношения Каина и Авеля. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1860 г.

С чем же связан такой неожиданный всплеск жертвоприношений? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Правда, некоторые библеисты считают, что делалось это для того, чтобы отучить людей от поклонения идолам, которым «служили отцы… за рекою и в Египте» (Нав. 24: 14). У людей старые привычки были еще настолько сильны, что невозможно было сразу оторвать их от корней прошлого. Поэтому люди все равно отдавали Божеству часть плодов своего труда, но уже не мертвому идолу, а единому Богу, в котором сконцентрировались добро и любовь.

Впрочем, на проблему обильных жертвоприношений существует и другая точка зрения. Возможно, в этом явлении немалая роль принадлежала священникам, благосостояние которых зависело от приносимых жертв. Ведь в первое время они жили за счет случайных даров. И, чтобы постоянно быть сытыми, они и решили упорядочить ритуал жертвоприношений. Об этом может свидетельствовать 39 стих 29 главы Исхода: «…Одного агнца приноси поутру, а другого агнца приноси вечером».

И все же сомнительно, чтобы роль жертвоприношений в то далекое время заключалась лишь в том, чтобы отучить евреев от идолов и накормить левитов. Древний еврей нес лучшего, без порока агнца в храм Божий в первую очередь потому, что так заповедовал Господь. И этот четко выполняемый ритуал воспитывал у израильтян богопочитание, взращивал у них смирение.

Об этом говорится, например, во Второзаконии: «…приноси десятину хлеба твоего, вина твоего и елея твоего, и первенцев крупного скота твоего и мелкого скота твоего, дабы ты научился бояться Господа, Бога твоего, во все дни» (Втор. 14: 23).

В целом же в Пятикнижии Моисея в вопросе о жертвах явственно различимы две точки зрения. В соответствии с одной из них от имени Бога узаконено множество правил, в мельчайших деталях предписывающих, что и когда нести в храм. В другой же точке зрения, наоборот, превалирует резко негативное отношение к жертвам, которые приносятся Богу без любви и смирения. Вот только некоторые цитаты из Ветхого Завета, подтверждающие этот взгляд на жертвоприношение.

«Ибо Я милости хочу, а не жертвы, и Боговедения более, нежели всесожжений» (Ос. 6: 6). «Приносили ли вы Мне жертвы и хлебные дары в пустыне в течение сорока лет, дом Израилев?» (Ам. 5: 25). «Неужели всесожжения и жертвы столько же приятны Господу, как послушание гласу Господа? Послушание лучше жертвы и повиновение лучше тука овнов» (1 Цар. 15: 22). «Наблюдай за ногою твоею, когда идешь в дом Божий, и будь готов более к слушанию, нежели к жертвоприношению; ибо они не думают, что худо делают» (Екк. 4: 17).

Сейчас жертвоприношений в том виде, в котором они существовали в ветхозаветные времена, уже нет. И все прекрасно понимают, что они и не нужны, поскольку намного важнее преподносить Богу духовные дары – повиновение, любовь, преданность.

Об этом же говорит и пророк Исайя: «К чему Мне множество жертв ваших? говорит Господь. Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота, и крови тельцов и агнцев и козлов не хочу. Когда вы приходите являться пред лице Мое, – кто требует от вас, чтобы вы топтали дворы Мои? Не носите больше даров тщетных: курение отвратительно для Меня; новомесячий и суббот, праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие – и празднование! Новомесячия ваши и праздники ваши ненавидит душа Моя: они бремя для Меня; Мне тяжело нести их. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло» (Ис. 1: 11–16).

Одной из загадок Ветхого Завета является разделение животных на чистых и нечистых. Вот что об этом сказано в 11 главе книги Левит, в которой содержится свод законов для богослужения и управления еврейским народом.

«И сказал Господь Моисею и Аарону, говоря им: скажите сынам Израилевым: вот животные, которые можно вам есть из всего скота на земле: всякий скот, у которого раздвоены копыта и на копытах глубокий разрез, и который жует жвачку, ешьте; только сих не ешьте из жующих жвачку и имеющих раздвоенные копыта: верблюда, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас; и тушканчика, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас, и зайца, потому что он жует жвачку, но копыта у него не раздвоены, нечист он для вас; и свиньи, потому что копыта у нее раздвоены и на копытах разрез глубокий, но она не жует жвачки, нечиста она для вас; мяса их не ешьте и к трупам их не прикасайтесь; нечисты они для вас.

Из всех животных, которые в воде, ешьте сих: у которых есть перья и чешуя в воде, в морях ли, или реках, тех ешьте; а все те, у которых нет перьев и чешуи, в морях ли, или реках, из всех плавающих в водах и из всего живущего в водах, скверны для вас…

Из птиц же гнушайтесь сих: орла, грифа и морского орла, коршуна и сокола с породою его, всякого ворона с породою его, страуса, совы, чайки и ястреба с породою его, филина, рыболова и ибиса, лебедя, пеликана и сипа, цапли, зуя с породою его, удода и нетопыря.

Все животные пресмыкающиеся, крылатые, ходящие на четырех ногах, скверны для нас; из всех пресмыкающихся, крылатых, ходящих на четырех ногах, тех только ешьте, у которых есть голени выше ног, чтобы скакать ими по земле…

Вот что нечисто для вас из животных, пресмыкающихся по земле: крот, мышь, ящерица с ее породою, анака, хамелеон, летаа, хомет и тиншемет, – сии нечисты для вас из всех пресмыкающихся: всякий, кто прикоснется к ним мертвым, нечист будет до вечера» (Лев. 11: 1—10, 13–21, 29–31).

Никто не может знать, чем руководствовался Всевышний, относя свинью к грязным животным

Кстати, в Талмуде, кроме жевания жвачки и раздвоенных копыт, к отличительным признакам чистого животного относят и некоторые особенности строения поясничной мышцы.

Следует также иметь в виду, что разделение животных на чистых и нечистых существовало уже до Потопа, то есть задолго до принятия законов Моисея. Хотя в те времена человек использовал в пищу только растения: «И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам сие будет в пищу» (Быт. 1: 29).

Но тогда животных разделяли на две категории не по пищевым критериям, а по пригодности к использованию в качестве жертвоприношений Богу: «И устроил Ной жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике» (Быт. 8: 20).

И хотя проблема жертвенных животных всегда находилась в поле зрения экзегетов, тем не менее по сей день они так и не смогли объяснить, почему Бог разделил их на две категории: чистых и нечистых, и почему именно изложенные выше признаки использовались при этом делении.

Впрочем, на этот счет существует несколько предположений. Во-первых, разделяя животных на чистых и нечистых, Моисей тем самым стремился отделить богоизбранный народ от язычников, религия которых была нравственно нечистой, а значит, неправедной.

Во-вторых, открывая пророку Моисею эти постановления, Бог принимал также во внимание исторически сложившуюся у израильского народа склонность к употреблению в пищу тех или иных видов животных.

Еще одна гипотеза предполагает, что в этих законах учитывались также гигиенические и медицинские последствия при использовании нечистых животных в качестве объектов питания. Именно так толкует деление животных на чистых и нечистых испанский талмудист Самуиль Царцы: «Все эти вещи портят кровь и делают её легко восприимчивой ко всяким болезням; они оскверняют тело и душу».

Некоторые толкователи Библии считают, что Бог разделил животных на чистых и нечистых для того, чтобы показать существование особых взаимоотношений между Ним и народом Израиля. Иными словами, чтобы продемонстрировать избранность и уникальность еврейского народа.

Итак, к нечистым животным евреи, как, впрочем, и мусульмане, относят не только большинство видов диких зверей, птиц, пресмыкающихся и насекомых, но и некоторых домашних существ. Но главным нечистым животным у этих народов считается свинья. Причем неприязнь к свинье у этих народов была настолько сильной, что нередко слово «свинья» они заменяли выражением «даварахер», что значило «другая вещь». Почему же иудеи и мусульмане относятся к свинье с таким пренебрежением?

Причин для этого может быть несколько. Во-первых, свинья – существо весьма нечистоплотное. Во-вторых, в жарком климате в мясе этих животных очень быстро возникает трупный яд в количествах, смертельных для человека.

Правда, это – чисто человеческое объяснение неприязненного отношения к свинье. И, как говорят иудейские экзегеты, не надо искать в этом неких рациональных причин, поскольку никто не может знать, чем руководствовался Всевышний, относя свинью к «грязным» животным.

В свою очередь этнографы выдвигают предположение, что особое отношение к свинье у евреев и мусульман базируется на древних верованиях, среди которых существовали табу на использование в пищу некоторых животных. Вероятно, у семитских народов кабан тоже относился к табуированным существам. А впоследствии свинья тоже стала запрещенным животным.

Известно, что в своем 40-летнем блуждании по пустыне израильтяне неоднократно проявляли строптивость и непослушание. И обычно свое недовольство они высказывали Моисею.

В очередной раз израильтяне возроптали вскоре после смерти Аарона. Это их недовольство проявилось после того, как они покинули стоянку, располагавшуюся недалеко от горы Ор.

Когда «от горы Ор отправились они путем Чермного моря, чтобы миновать землю Едома…, стал малодушествовать народ на пути. И говорил народ против Бога и против Моисея: зачем вывели вы нас из Египта, чтоб умереть нам в пустыне, ибо здесь нет ни хлеба, ни воды, и душе нашей опротивела эта негодная пища. И послал Господь на народ ядовитых змеев, которые жалили народ, и умерло множество народа из сынов Израилевых. И пришел народ к Моисею и сказал: согрешили мы, что говорили против Господа и против тебя; помолись Господу, чтоб Он удалил от нас змеев. И помолился Моисей о народе. И сказал Господь Моисею: сделай себе змея и выставь его на знамя, и ужаленный, взглянув на него, останется жив. И сделал Моисей медного змея и выставил его на знамя, и когда змей ужалил человека, он, взглянув на медного змея, оставался жив» (Числ. 21: 4–9).

Таким образом, Моисей по непосредственному повелению Господа сделал «медного змея», который исцелял людей от укусов ядовитых змей.

У многих читателей Ветхого Завета после прочтения этого эпизода возникает справедливое недоумение: неужели Бог повелел Моисею изготовить идола? Ведь Яхве вел непримиримую борьбу с идолопоклонством.

Однако толкователи Библии заявляют, что «медный змей» идолом не был, потому что идол – это дерево, в обязательном порядке обложенное золотом, серебром и драгоценными камнями. Кроме того, идолу кланяются, приносят жертвы и величают его Богом. Эти церемонии «змея» не касались. Но если «медный змей» не идол, то, выходит, что это священная реликвия древних евреев. Но тогда почему со страниц Священного Писания он исчезает на целых 500 лет? Соответственно, возникает вопрос: где все это время «медный змей» находился?

К сожалению, конкретного ответа на этот вопрос у библеистов нет, хотя предположения и существуют. Например, ряд исследователей считают, что все это время «змей» пребывал в городе Силоне, который после распада земель Соломона относился к владениям Северного Израильского царства, то есть был вне досягаемости иерусалимских царей Иудеи…

Но вот престолом овладел Езекия, приходившийся сыном Ахазу – царю, который отошел от истинной веры в Единого Бога: например, при его правлении в Иудее получили широкое распространение финикийские и сирийские культы. Более того, Ахаз, вопреки законам Моисея, приказал воздвигнуть в Иерусалиме статую Ваалу (1 Пар. 28: 2).

Медный змей. Художник А. Ван Дейк. Около 1620 г.

Так вот Езекия (752–698 годы до н. э.), которого принято считать одним из лучших представителей царской династии дома Давидов, став царем, восстановил истинное богослужение, уничтожил всех истуканов и запретил обряды идолопоклонства.

И сверх того, Езекия уничтожил даже «медного змея», который находился в то время в Иерусалиме и уже стал предметом суеверного поклонения: «….истребил медного змея, которого сделал Моисей, потому что до самых тех дней сыны Израилевы кадили ему и называли его Нехуштан» (4 Цар. 18: 4).

Действительно, небольшие, отлитые из меди, скульптурки змея длительное время сохранялись в семьях евреев, являясь своего рода амулетами от различного рода неприятностей. Это поклонение, на первых порах казавшееся вполне невинным, со временем стало перерастать в языческий культ. Хотя, о чем уже говорилось выше, идолом змей вообще-то не был, а скорее, являлся реликвией израильтян.

Но тогда почему Библия не осуждает Езекию за это его деяние? И почему ни словом не обмолвился о «медном змее» живший во времена Езекии пророк Исайя?

Сказать сложно. Хотя христианские толкователи Библии считают, что, когда Езекия разбивал «медного змея», он вовсе не уничтожал идола и не совершал богохульства. Он, сам того не ведая, совершал величайшее деяние: готовил дорогу пришествию Сына Человеческого. Змей выполнил предназначенную ему службу, указав дорогу, а Езекия эту дорогу расчистил.

Но какая может быть связь между «медным змеем» и Христом? О ней сказал Сам Иисус однажды ночью пришедшему к Нему Никодиму: «И как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому» (Ин. 3: 14). То есть Сын Божий сравнил значение «медного змея», изготовленного по повелению Бога Моисеем, со Своей искупительной смертью на кресте.

Ковчег Завета, или ковчег Откровения – ларь, в котором хранились священные реликвии иудеев. Это, по сути, символ Ветхого Завета и, в определенной степени, материализация могущества Господа.

«И пусть сделают ковчег из дерева ситтим: два локтя с половиною длина его и полтора локтя ширина, и полтора локтя высота его. И обложишь его чистым золотом; изнутри и снаружи покрой его; и сделаешь на верху его золотой венец кругом» (Исх. 25: 10–11).

Размеры этой ветхозаветной реликвии были следующими: длина – 2,5 локтя, ширина и высота – 1,5 локтя, или, если считать, что египетский малый локоть равняется 44,4 см, то размер ковчега в метрических единицах – 66,6×66,6×111 см.

По одной из версий, Ковчег состоял из трёх ларцов (ковчегов), которые были вставлены один в другой, подобно матрешке. В соответствии с другой версией, он представлял собой лишь один деревянный сундук, отделанный тонким слоем золота внутри и снаружи.

Внутри Ковчега находились скрижали Завета: первые, которые возмущенный Моисей разбил, и вторые – целые. Кроме того, по некоторым предположениям, в Ковчеге пребывало и непроизносимое Имя Всевышнего вместе с другими Его Именами. Вместе с Ковчегом хранился и свиток Торы, на котором тексты были написаны рукой самого Моисея (Втор. 31: 24–25). В Святая Святых Иерусалимского храма находились также кувшин с манной небесной, расцветший и принесший плоды жезл Аарона, миро, а впоследствии здесь же появились и золотые дары филистимлян.

Изображение ковчега Завета из синагоги в Капернауме. III–IV вв.

Но ковчег Завета – это не только место, где хранились реликвии израильтян. Посредством его Бог также выражал Свою волю и давал советы. Например, накануне битвы с сынами Вениамина «вопрошали сыны Израилевы Господа (в то время ковчег Завета Божия находился там, и Финеес, сын Елеазара, сына Ааронова, предстоял пред ним): выходить ли мне еще на сражение с сынами Вениамина, брата моего, или нет? Господь сказал: идите; Я завтра предам его в руки ваши» (Суд. 20: 27–28).

Кроме того, Ковчег служил и для защиты израильтян. «И отправились они от горы Господней на три дня пути, и ковчег завета Господня шел пред ними три дня пути, чтоб усмотреть им место, где остановиться. И облако Господне осеняло их днем, когда они отправлялись из стана. Когда поднимался ковчег в путь, Моисей говорил: восстань, Господи, и рассыплются враги Твои, и побегут от лица Твоего ненавидящие Тебя! А когда останавливался ковчег, он говорил: возвратись, Господи, к тысячам и тьмам Израилевым!» (Чис. 10: 33–36).

Использовался Ковчег израильтянами и для того, чтобы внушить своим врагам страх. Очень наглядно это демонстрирует следующий факт: когда во времена Иисуса Навина священники внесли Ковчег в реку Иордан, ее воды расступились, и израильтяне смогли перебраться на другой берег, не замочив ног. «Когда все цари Аморрейские, которые жили по эту сторону Иордана к морю, и все цари Ханаанские, которые при море, услышали, что Господь иссушил воды Иордана пред сынами Израилевыми, доколе переходили они, тогда ослабело сердце их, и не стало уже в них духа против сынов Израилевых» (Нав. 3: 3).

Именно эта непонятная сила, которая в ряде случаев оказывалась смертельной для людей, по сей день является загадкой для ученых. Действительно, когда Озия прикоснулся к Ковчегу, то моментально погиб (2 Цар. 6: 6–7; 1 Пар. 13: 9—10). Умерли и 70 юношей, которые заглянули внутрь Ковчега. Священный ларь также убил сыновей Аарона – Надава и Авиуда. А случилась эта трагедия потому, что они «взяли каждый свою кадильницу, и положили в них огня, и вложили в него курений, и принесли пред Господа огонь чуждый, которого Он не велел им; и вышел огонь от Господа и сжег их, и умерли они пред лицем Господним» (Лев. 10: 1–2).

Скорее всего, Моисей знал о той опасности, которая таилась в золотом «ящике», поэтому шатер с Ковчегом он всегда ставил за пределами лагеря, а не в центре, как должно было бы поступить со священной реликвией.

Когда же однажды Ковчег оказался у филистимлян, которые в одном из сражений победили израильтян, то все, кто приближался к необычному сундуку, начинали болеть и в конце концов умирали. Причем их смерть сопровождалась всеми теми симптомами, которые характерны для лучевой болезни: тошнотой, выпадением волос, язвами на коже.

По этой причине и была выдвинута гипотеза, что в Ковчеге находился небольшой ядерный реактор, с помощью которого израильтяне получали необходимую для приготовления пищи энергию. Правда, неизвестно, откуда этот реактор появился у израильтян. Но в Библии об этом ничего не говорится. А более-менее правдоподобных гипотез по сей день не выдвинуто ни богословами, ни светскими учеными.

И вот столь дорогая святыня исчезла. Причем неизвестно, когда и куда. Безусловно, за многие столетия появилось немало версий, в которых делалась попытка ответить на эти вопросы. Впрочем, о том, что время исчезновения и место нахождения Ковчега абсолютно неизвестны, сказать нельзя. Хотя бы потому, что во Втором храме он уже отсутствовал.

Кроме того, во Второй книге Маккавеев говорится, что пророк Иеремия, подчинившись повелению Бога, спрятал Ковчег на горе Ново: «Было также в писании, что сей пророк, по бывшему ему Божественному откровению, повелел скинии и ковчегу следовать за ним, когда он восходил на гору, с которой Моисей, взойдя, видел наследие Божие. Придя туда, Иеремия нашел жилище в пещере и внес туда скинию и ковчег и жертвенник кадильный, и заградил вход. Когда потом пришли некоторые из сопутствовавших, чтобы заметить вход, то не могли найти его. Когда же Иеремия узнал о сем, то, упрекая их, сказал, что это место останется неизвестным, доколе Бог, умилосердившись, не соберет сонма народа. И тогда Господь покажет его, и явится слава Господня и облако, как явилось при Моисее, как и Соломон просил, чтобы особенно святилось место» (2 Мак. 2: 4–8).

Эта гора, расположенная на территории современной Иордании, является одним из довольно значимых мест в Библейской истории. Именно на эту гору по велению Бога поднялся Моисей в последний день своей земной жизни, чтобы посмотреть на Землю обетованную, на которую Господь не позволил ему ступить. И там же великий пророк умер и был похоронен Богом.

Согласно другому предположению, Ковчег находился в храме Соломона, куда он был помещен по указу царя Иосии. Об этом повествует Талмуд. А, возможно, он вместе с пленными евреями оказался в Вавилоне.

Не менее любопытна версия, которая местом пребывания Ковчега называет Эфиопию. Точнее, собор Святейшей Девы Марии Сиона в городе Аксуме. И довольно веским аргументом в пользу этого предположения является тот факт, что копии этой реликвии имеет каждый храм страны, и ежегодно они выносятся на всеобщее обозрение в один из церковных праздников.

Как же попал ковчег Завета в Эфиопию? На сей счет существует любопытная история, изложенная в «Славе царей» – эфиопском письменном источнике, который датируется XIV веком. В соответствии с этой хроникой, сын царя Соломона и царицы Савской – Байна-Легкем, впоследствии известный под именем царя Менелика, тайно переправил Ковчег в один из храмов Аксума – некогда столицы Эфиопии.

А вот мусульмане считают, что Ковчег спрятан в городе Антакья, на территории нынешней Турции. Доставили же его туда ессеи, которые являлись идеологическими противниками фарисеев.

По другой версии, после того как в 70 году н. э. Иерусалим был разрушен римлянами, ессеи оставили город и поселились в Кумранских пещерах, которые находятся на побережье Мертвого моря. Возможно, в одной из них ковчег Завета хранится и по настоящее время…

Свою точку зрения на историю Ковчега имеют и светские ученые. И опираются они в своих гипотезах в первую очередь на хроники. А в них история Ковчега описывается следующим образом.

Поскольку в последний раз ковчег Завета упоминается практически сразу после взятия Иерусалима римлянами в 70 году до н. э., то предполагается, что римский император Тит обнаружил в храме Соломона тайную комнату, в которой находился Ковчег, и увез реликвию в столицу империи – Рим. С тех пор все попытки отыскать ковчег Завета положительных результатов не дали.

Кстати, одной из целей крестовых походов в Святую землю, которые были предприняты средневековыми рыцарями, и были поиски ковчега Завета. Но, судя по всему, они оказались безрезультатными. Хотя некоторые исследователи придерживаются противоположной точки зрения. Определенным аргументом для такого предположения являются те огромные богатства, с которыми рыцари вернулись из Иерусалима в Европу. Вероятнее всего, они нашли их в подземных хранилищах храма.

Священные книги по-своему говорят о потере и обретении Ковчега. Так, Господом пророку Иеремии было сказано: «И будет, когда вы размножитесь и сделаетесь многоплодными на земле, в те дни, говорит Господь, не будут говорить более: «Ковчег завета Господня»; он и на ум не придет, и не вспомнят о нем, и не будут приходить к нему, и его уже не будет» (Иер. 3: 16).

Читателю Ветхого Завета, безусловно, известно, что Иисус Навин, происходивший из колена Ефраима (Чис. 3: 18), находился рядом с Моисеем в течение 40 лет странствований по пустыне. Фактически он был его ближайшим соратником. Об этом убедительно говорит и тот факт, что Иисус Навин вместе с Моисеем поднимался на гору Синай: «И встал Моисей с Иисусом, служителем своим, и пошел на гору Божию» (Исх. 24: 13). А после смерти Моисея он стал его преемником. Сам же Иисус Навин покинул этот мир в возрасте 110 лет и был похоронен в Фамнаф-Сараи, на горе Ефремовой.

Судя по ветхозаветному сказанию, Иисус Навин был храбрым и мудрым полководцем. Под его непосредственным руководством были побеждены многие хананейские племена, хотя они порой объединялись в целые коалиции.

Однако, как и в случае с Моисеем, археологические находки не подтверждают реальность личности Иисуса Навина. Все, что имеется сегодня в пользу его историчности, – это книга Навина. Но она была написана около 500 года до н. э., то есть спустя почти тысячу лет после того, как произошло завоевание хананейских земель.

Взятие Иерихона. Гравюра XVIII в.

Впрочем, часть ученых считают, что история захвата Ханаана все же не вымысел, а историческая реальность. А это значит, что и Иисус Навин, по их мнению, тоже лицо реальное.

Выше уже упоминалось, что Иисус Навин обладал незаурядным полководческим талантом. Но, наверное, самым знаменитым его подвигом следует считать взятие Иерихона. Это был первый хананейский город-крепость, который израильтяне покорили после вступления в Землю обетованную. Причем завоевали не силой, а верой.

Вот как рассказывает об этом Библия.

«Тогда сказал Господь Иисусу: вот, Я предаю в руки твои Иерихон и царя его, и находящихся в нем людей сильных; пойдите вокруг города все способные к войне и обходите город однажды в день; и это делай шесть дней; и семь священников пусть несут семь труб юбилейных пред ковчегом; а в седьмой день обойдите вокруг города семь раз, и священники пусть трубят трубами; когда затрубит юбилейный рог, когда услышите звук трубы, тогда весь народ пусть воскликнет громким голосом, и стена города обрушится до своего основания, и весь народ пойдет в город, устремившись каждый с своей стороны… Когда в седьмой раз священники трубили трубами, Иисус сказал народу: воскликните, ибо Господь предал вам город!.. Народ воскликнул, и затрубили трубами. Как скоро услышал народ голос трубы, воскликнул народ громким голосом, и обрушилась стена города до своего основания, и народ пошел в город, каждый со своей стороны, и взяли город» (Нав. 6: 1–4, 15, 19).

Эта библейская история давно привлекает внимание археологов. Так, еще в 1907 году к раскопкам Иерихона приступила экспедиция, которой руководили немецкие профессора Эрнст Зеллин и Карл Ватцингер. И уже в самом начале работ исследователи «наткнулись на две параллельно идущие крепостные стены из высушенного на солнце кирпича. Наружная стена имела толщину 2 метра и высоту 8—10 метров, а толщина внутренней стены достигала 3,5 метра».

Но наиболее успешными оказались раскопки Иерихона, проведенные в 1929–1936 годах знаменитым английским археологом Джоном Гарстангом. В ходе этих работ были обнаружены фрагменты посуды, которые относились к 1400 году до н. э. Но ведь именно тогда, если верить Библии, и произошло разрушение Иерихона.

В результате проведенных исследований Джон Гарстанг выяснил, что городская стена «обрушилась», то есть упала плашмя. Кроме того, он заметил ряд признаков, которые указывали на то, что стены Иерихона подверглись мощному сейсмическому воздействию.

В ходе раскопок было также установлено, что в городе бушевал сильнейший пожар. Например, от огня сильно пострадала наружная стена. Помимо пожара, ученые отметили значительные разрушения. Так, жилые дома, находившиеся рядом со стеной, были почти полностью уничтожены. Нижний слой земли был перемешан с обгорелым мусором, над которым находился слой красного кирпича.

Вот как эту ужасную катастрофу, которой подвергся Иерихон, описывает сам Гарстанг: «Пространство между двумя стенами заполнено обломками и щебнем. Видны чёткие следы чудовищного пожара, спекшиеся кирпичи, потрескавшиеся камни, обугленная древесина и пепел. Дома, стоявшие вдоль внутренней стороны стены, сожжены дотла, крыши их обрушены».

После этих археологических находок в среде апологетов и критиков Библии возникли немалые споры. Например, критики Ветхого Завета доказывали, что коль сгорел весь город, то должен был бы сгореть и дом блудницы Раав с семейством, спасшей «соглядатаев», которых отправил в Иерихон Иисус Навин. Однако Гарстанг установил, что «некоторые части внутренней иерихонской стены остались неповрежденными. Кроме того, есть доказательства того, что на внутренней стене строились дома». Ученый также установил, что стены города были разрушены неким странным образом, по крайней мере, без помощи стенобитных машин или подкопа.

Неужели только от трубных звуков, помощи «Ковчега Господня» и таинственного числа «семь» пал такой укрепленный город? – задавали себе вопрос исследователи Книги Иисуса Навина.

Конечно, звук создавал чувство ужаса и панического состояния. Но он вряд ли мог разрушить стены Иерихона и вызвать такие ужасные опустошения. Тогда – что же стало причиной разрушения не только стен, но и большинства строений Иерихона, а также – пожаров?

Возможно, разгадка этого факта кроется в событиях, предшествовавших захвату Иерихона. Действительно, накануне, когда израильские священники с Ковчегом подошли к Иордану, чтобы перейти его, воды реки внезапно расступились и народ прошел по дну реки. Казалось бы, чудо! Но, оказывается, подобное событие произошло и в минувшем веке, и спровоцировало его землетрясение, в результате которого оползни перекрыли реку. На основании этого факта ученые предположили, что землетрясение разрушило и город Иерихон.

И для такой точки зрения у специалистов имеются веские основания. И главное из них: наличие крупного разлома, который тянется по Иорданской долине. А из-за него появляются мелкие трещины, одна из которых как раз и проходит под восточной стеной древнего Иерихона, делая его особенно уязвимым для сейсмической активности. Есть и археологические свидетельства того, что город подвергался землетрясениям, причем не один раз.

Получается, что стихийное бедствие совпало с нападением израильтян. Этот факт вроде бы удостоверили и исследования Гарстанга. Казалось бы, наука полностью подтвердила Библейское сказание.

Однако, когда в 50-х годах прошлого века исследованиями Иерихона занялась английский археолог Кэтлин Кеньон, неожиданно она установила весьма любопытный факт: оказывается, падение Иерихона произошло не в 1400 году до н. э., как считал Гарстанг, а в 1550 году до н. э. И, скорее всего, именно в результате землетрясения. Кроме того, и другие города в период завоеваний Иисуса Навина уже представляли собой развалины.

Да и в целом израильтяне не могли завоевать Ханаан в 1400 году до н. э., поскольку, как выяснили историки, эти территории в то время принадлежали могущественному Египту. И маловероятно, чтобы египтяне позволили армии Иисуса Навина вторгнуться на свои территории.

Более того, в 1440 году до н. э. Иерихон был деревней, а не укрепленным городом. И нигде не сохранилось описанных в Библии следов сражений. Большинство историков, археологов и библеистов склоняются к мысли, что история взятия Иерихона Иисусом Навином – всего лишь красивый миф.

Таким образом, свидетельства, полученные с 50-х годов прошлого века, говорят о резком расхождении между историей и Библией во взглядах на завоевания Иисуса Навина.

Но если израильтяне не завоевывали Ханаан, то как они попали туда? Чтобы ответить на этот вопрос, исследователям требовался факт, который бы засвидетельствовал самое раннее присутствие израильтян в Ханаане. И таковым фактом оказалась стела Мернептаха, которая датируется приблизительно 1207 годом до н. э. В ней в основном описывается кампания Мернептаха – сына Рамзеса II – против ливийцев.

Эту стелу открыл известный британский археолог Флиндерс Питри в 1896 году во время раскопок Фив. Эту плиту также нередко называют Израильской Стелой, поскольку она считается одним из первых древнеегипетских документов, где присутствует выражение «Isiriar», или «Isirial», которое ученые переводят как «Израиль».

Но если израильтяне жили в Ханаане до 1207 года до н. э., то завоевания Иисуса Навина, если они и впрямь имели место, должны были произойти несколько раньше. Вопрос только – когда?

Археологические свидетельства, относящиеся к 1250 году до н. э., показывают, что ханаанская культура действительно к этому времени потерпела крах. И ученым стало казаться, что завоевания Иисуса Навина имели место, правда, в другое время. Однако эти предположения сразу улетучились, когда в ходе раскопок в других частях Восточного Средиземноморья был обнаружен ряд неожиданных свидетельств, заставивших некоторых ученых склониться к версии, что в этом районе несколько тысячелетий назад произошло одно из крупнейших социальных потрясений в истории человечества. И это потрясение вызвали не армии и полководцы, а природные явления. Точнее, землетрясение. Но землетрясение, отличное от того, которое разрушило стены Иерихона.

На этот раз от сейсмической активности содрогнулось все Восточное Средиземноморье, причем в очень короткий период времени. Эта грандиозная катастрофа привела к тому, что были разрушены многовековые торговые пути. Народ стал голодать. В это время в поисках лучшей доли небольшие группы израильтян, воспользовавшись возникшими обстоятельствами, переселились в малонаселенные места Ханаана.

Эту версию подтвердили и археологи. Во время раскопок в горах и на западном берегу Иордана они нашли остатки десятков крестьянских поселений, не похожих на ханаанские строения, существовавшие раньше. Основное же доказательство того, что поселившиеся здесь люди являлись израильтянами, а не хананеями, заключается в их пищевом рационе. Оказалось, что среди ископаемых остатков, найденных в ходе раскопок этих сельских поселений, отсутствовали кости свиньи – животного, имевшего широкое распространение в Ханаане, но запрещенного к использованию в пищу законами евреев. А это говорит о том, что поселенцы не ели свиней.

Итак, идея о мирном заселении Ханаана пришла на смену идее о военном нашествии. И отталкиваясь от этого предположения, археологи начали прорабатывать новый, еще более поразительный сценарий. А может, древние израильтяне и вовсе не приходили в Ханаан? А что, если они всегда жили здесь? Конечно, эти предположения имеют право на жизнь, впрочем, как и гипотеза о землетрясении, приведшем к серьезным социальным потрясениям, подтолкнувших израильтян к переселению в Ханаан. Но для того чтобы получить на них хоть какой-то ответ, необходимы дальнейшие археологические исследования огромной территории Ближнего Востока. А сделать это быстро даже в наше время нельзя.

Самсон – еще один ветхозаветный персонаж, об историчности которого издавна ведутся споры между различными школами исследователей и толкователей Библии. И, как всегда, каждый из полемистов находит вроде бы достаточно веские аргументы в пользу своих взглядов.

Подробную историю жизни Самсона пересказывать нет смысла, поскольку ей посвящены многие главы Книги Судей. Хотя на наиболее интересных моментах его биографии, наверное, есть смысл остановиться.

Взять хотя бы удивительное рождение Самсона. Мать его долгое время оставалась бесплодной. Но однажды явился к ней Ангел Господень и сказал: «Вот ты неплодна и не рождаешь; но зачнешь, и родишь сына. Итак, берегись, не пей вина и сикера, и не ешь ничего нечистого. Ибо вот, ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева младенец сей будет назорей Божий, и он начнет спасать Израиля от руки Филистимлян… И родила жена сына, и нарекла имя ему Самсон» (Суд. 13: 3–5, 24).

Именно колено Дана, выходцем из которого и был Самсон, являлось соседом филистимлян. А поскольку города-государства филистимлян, вероятно, в военном отношении были хорошо укрепленными и достаточно сильными, то они периодически совершали набеги на поселения колен Дана и Иуды, чтобы расширить свои территории.

Самсон и Далила. Художник П.П. Рубенс. 1609 г.

Российский еврейский историк, публицист и общественный деятель С.М. Дубнов в одной из своих работ по этому поводу писал: «Новый грозный враг стал теснить израильтян: то были филистимляне. Жившее по соседству с ними колено Даново много терпело от набегов этого воинственного племени, не имея сил воевать с ним. Сохранились предания только об одном израильском богатыре, который лично мстил врагам за свой порабощенный народ. То был Самсон из колена Данова».

Эта ситуация и описана в библейской истории о Самсоне, время жизни которого приходится на эпоху Судей и который, согласно Библии, сам 20 лет был судьей.

В Библии говорится, что Самсон обладал невероятной силой, благодаря которой и совершил свои многочисленные подвиги. Но откуда бралась его непостижимая физическая мощь, никто не знал. И только случай помог выяснить источник силы Самсона.

Однажды он влюбился в женщину по имени Далила. Филистимляне, пообещав ей значительное вознаграждение, уговорили ее выяснить у Самсона, чем объясняется его необычная сила. Трижды Далила пыталась узнать тайну богатыря, но каждый раз Самсон отделывался от ее вопросов шутками. Но четвертая попытка Далилы увенчалась успехом. Он заявил ей: «Бритва не касалась головы моей; ибо я назорей Божий от чрева матери моей. Если же остричь меня, то отступит от меня сила моя; я сделаюсь слаб, и буду, как прочие люди» (Суд. 16: 17).

После этого признания Далила усыпила Самсона и состригла с его головы волосы. Затем позвала филистимлян, которые схватили потерявшего свою силу богатыря, ослепили, заковали в цепи и отправили молоть пшеницу.

Спустя какое-то время филистимляне устроили праздник. «И когда развеселилось сердце их, сказали: позовите Самсона, пусть он позабавит нас. И призвали Самсона из дома узников, и он забавлял их, и поставили его между столбами.

И сказал Самсон отроку, который водил его за руку: подведи меня, чтоб ощупать мне столбы, на которых утвержден дом, и прислониться к ним.

Дом же был полон мужчин и женщин; там были все владельцы Филистимские, и на кровле было до трех тысяч мужчин и женщин, смотревших на забавляющего их Самсона.

И воззвал Самсон к Господу и сказал: Господи Боже! вспомни меня и укрепи меня только теперь, о Боже! чтобы мне в один раз отмстить Филистимлянам за два глаза мои.

И сдвинул Самсон с места два средних столба, на которых утвержден был дом, упершись в них, в один правою рукою своею, а в другой левою.

И сказал Самсон: умри, душа моя, с Филистимлянами! И уперся всею силою, и обрушился дом на владельцев и на весь народ, бывший в нем. И было умерших, которых умертвил Самсон при смерти своей, более, нежели сколько умертвил он в жизни своей.

И пришли братья его и весь дом отца его, и взяли его, и пошли и похоронили его между Цорою и Естаолом, во гробе Маноя, отца его. Он был судьею Израиля двадцать лет» (Суд. 16: 25–31).

Конечно, в рождении и смерти Самсона скорее больше сказочного, чем реального. Однако в истории его жизни приводятся многочисленные детали, которые вряд ли можно придумать, сидя в тиши кабинета. А это уже говорит о том, что Самсон вполне мог быть реальной личностью. Да и его гибель описана настолько зримо, что трудно не поверить в то, что так и было на самом деле.

В пользу историчности Самсона немало аргументов приводят и многие исследователи. Вот, например, что пишет в своей книге «История древнего Израиля» известный историк и писатель Майкл Грант: «Длинные (подобно солнечным лучам?) волосы Самсона побудили ряд ученых считать его мифическим персонажем, этимологически родственным ханаанейскому богу-солнцу Шемешу, чье святилище Бейт Шемеш, или Иршемеш, располагалось в центре территории, первоначально принадлежавшей племени Дана. Во всяком случае, Самсон приобрел известность как буйный исполин, фольклорный герой, прославившийся неуемной силой и непристойными выходками. Но при всем том он, вероятно, был исторической личностью, одним из лидеров упорного сопротивления, заслужившим доброе имя».

А вот еще одна цитата, которая принадлежит Полу Джонсону – известному британскому писателю и историку: «Наиболее странное впечатление в Книге Судей производят три главы, посвященные взлету, падению и мученической смерти Самсона. Это был еще один низкородный член общества, назареец, с длинными, неухоженными волосами, посвященный каким-то неясным нам способом божественному служению. Несомненно, что Самсон, несмотря на мифические элементы в повествовании, превращающие его в израильского Геракла, является реальной личностью, в которой странным образом смешались несовершеннолетний преступник и супермен с параноидальной тягой к насилию, вандализму, поджогам, распущенности и падшим женщинам. Он являет собой прекрасный пример линии, которую последовательно проводит Книга Судей, а именно: Богу и обществу зачастую великую службу оказывают полукриминальные личности, отверженные и неудачники, которые благодаря своим подвигам становятся народными героями, а затем и канонизируются религией» (П. Джонсон. Популярная история евреев. 2001).

И, наконец, цитата из электронной Еврейской Энциклопедии. «Книга Судей сообщает, что Самсон “судил” Израиль 20 лет. Самсон отличался от других “судей”: он единственный, кому еще во чреве матери было предназначено стать избавителем Израиля; единственный “судья”, наделенный сверхчеловеческой силой, совершающий небывалые подвиги в сражениях с врагом; наконец, Самсон – единственный “судья”, который попал в руки врага и погиб в плену. Тем не менее, несмотря на его фольклорную окраску, образ Самсона вписывается в плеяду “судей” Израилевых, действовавших под водительством “духа Божьего”».

И, наконец, в последовательном списке двенадцати Судей имеется и имя Самсон. А это говорит лишь о том, что Самсон и впрямь мог быть вполне реальной личностью.

Историю Давида и Соломона знают все, кто хотя бы немного знаком с Ветхим Заветом. Вкратце суть ее такова. Во время войны с филистимлянами молодой иудейский пастух, которого звали Давидом, вышел на поединок с великаном по имени Голиаф. И камнем, пущенным из пращи, убил его. Благодаря этому израильтяне и выиграли то сражение у филистимлян.

Стела из Тель-Дана с упоминанием дома Давида. IX–VIII вв. до н. э.

За этот подвиг Саул, в то время правивший в Израиле, назначил Давида военачальником. Однако после победы над Голиафом Давид стал очень популярным, что весьма уязвило честолюбие царя Саула. И хотя Давид женился на царской дочери Мелхоле и стал дружен с его сыном Ионафаном, Саул решил умертвить своего знаменитого зятя. И, чтобы спастись от смерти, Давиду пришлось бежать, а затем прятаться до тех пор, пока однажды во время войны с филистимлянами тяжело раненный Саул, чтобы не попасть в плен противнику, пронзил себя мечом. В том сражении погибли и три сына царя, в том числе и Ионафан.

После смерти Саула, а случилось это в конце XI века до н. э., царем Иудеи был провозглашен Давид. Он завоевал Иерусалим и объединил народ иудейский с разрозненными племенами на севере Израиля, положив начало династии, которую продолжил его сын Соломон.

И, как случалось уже со многими персонажами Ветхозаветных историй, к историчности Давида и Соломона многие исследователи тоже относятся с определенным недоверием. Более того, в начале 80-х годов прошлого столетия в библеистике даже появилось особое направление – библейский минимализм, представители которого считали Давида и Соломона просто литературными героями. И для этого у них имелись серьёзные основания.

Во-первых, тексты книг Ветхого Завета, в которых излагается история жизни Давида и Соломона, появились спустя примерно 300 лет после описываемых в них событий. А иных материальных свидетельств эпохи правления этих царей, которые подтверждали бы их реальность, у исследователей пока нет.

Правда, в 1993 году в городище Тель-Дан, расположенном в северной части Израиля, археологи откопали черную базальтовую стелу, на которой находилась надпись, упоминавшая «дом Давида». Что же касается Соломона, то пока даже малейших доказательств его исторической реальности не обнаружено.

А ведь в Библии говорится конкретно, что эти два царя из Израильского царства создали огромную империю, которая занимала территорию от Средиземного моря до реки Иордан и от Дамаска до пустыни Негев. Однако веских фактов, доказывающих существование столь могущественного государства, археологи за все годы исследований тоже найти не смогли.

Правда, некоторые специалисты считают, что в ходе поздних строительных работ в Иерусалиме были разрушены и все сооружения более древнего города. Но вот что любопытно: в Иерусалиме сохранились в немалом количестве предметы материальной культуры среднего бронзового и железного веков, но не десятого века. Скорее всего, это связано с тем, что Иерусалим в тот период представлял собой небольшое поселение типа горной деревни, площадью всего 10 акров.

Эта точка зрения косвенно подтверждается и тем, что в этот период и на остальной территории Иудеи поселения были очень редкими: порядка двадцати небольших деревень и несколько тысяч жителей, часть из которых являлись скотоводами-кочевниками.

Поэтому трудно поверить в то, что малонаселенная Иудея и скромная деревушка Иерусалим могли стать центром гигантской империи. Ведь для того, чтобы завоевать, а затем держать под контролем столь огромные территории, необходимо было иметь не только значительное количество людей, но и оружия. Более того, нет также каких-либо археологических свидетельств того, что в ту пору Иудея имела трудовые и материальные ресурсы, которые необходимы для содержания громадных по численности армий даже в течение короткого времени.

Но вот в 2005 году израильский археолог Эйлат Мазар заявляет, что в Восточном Иерусалиме нашла фундамент того самого гигантского дворца, о котором во Второй книге Царств сказано: «И прислал Хирам, Царь Тирский… плотников и каменщиков, и они построили дом Давиду. И уразумел Давид, что Господь утвердил его царем над Израилем и что возвысил царство его ради народа Своего Израиля» (2 Цар. 5: 11–12).

Впрочем, большинство ученых к этому заявлению Эйлат Мазар относятся с изрядной долей скептицизма. Хотя они и соглашаются, что сделаны уникальные находки, которые заставляют по-иному взглянуть на десятое столетие до н. э. в истории Иудеи. К таким артефактам, в частности, относятся развалины здания, датируемого приблизительно X веком до н. э., фрагменты глиняной посуды, относящиеся к временам Давида и Соломона, а также государственная печать, о которой упоминается в Книге Иеремии.

Дискутируя по поводу открытия Э. Мазар, израильский археолог Амихай Мазар заявил, что найденные остатки строения – это, вероятно, крепость иевусеев – Сион, завоеванная Давидом, или другое сооружение, о котором в Библии не упоминается.

«В любом случае, это важное открытие, если учитывать то, что мы почти ничего не знаем об Иерусалиме как столице единого царства, – сказал Габриэль Баркай, археолог из Университета Бар-Илан. – Это одна из первых весточек, полученных нами из Иерусалима времен Давида и Соломона, того периода, который на протяжении столетия играет с археологами в своеобразные прятки».

Но, в свою очередь, с выводами Э. Мазар и ее сторонников не соглашается известный израильский археолог Исраэль Финкельштейн. Например, он утверждает, что в основном все археологические находки указывают на то, что библейские даты отличаются от реальных исторических как минимум на век.

«Та реальность, которая имеется в Библии, реальность более поздняя, – говорит ученый. – С точки зрения археолога, Ветхий Завет вообще писался с VIII по II век нашей эры. Да, Давид действительно жил в Х веке до нашей эры. Но это был вожак группы смутьянов, живших в небольших поселениях, а вовсе не в золотом городе Иерусалиме, как описывали державу царя Соломона. Давая такое описание, авторы текста имели перед глазами современную им действительность, а именно Ассирийскую империю».

Действительно, в VIII веке до н. э. Ассирия оккупировала Израиль и захватила земли Иудейского царства. И, соответственно, рассказывая о величии Соломона, авторы Ветхого Завета могли описывать величие Иудеи, входившей в то время в состав Ассирийской империи.

Давид, играющий на арфе. Художник Я. де Брей. 1670 г.

Итак, на историчность Давида и Соломона у археологов существуют две альтернативные точки зрения: одни ученые «с фактами на руках» заявляют, что эти два ветхозаветных персонажа существовали в реальности, другие же, точно также опираясь на достаточно веские аргументы, считают, что Давид и Соломон – личности вымышленные. Кто из них окажется прав – покажет будущее.

Псалмы, согласно определению, это образцы иудейской и христианской религиозной поэзии, собранные в 19-ю книгу Ветхого Завета, которая православному верующему известна как Псалтирь. В Ватиканском кодексе эта книга определяется как Псалмы. Всего в Библии приведено 150 псалмов. Правда, во многих древних еврейских манускриптах их немного меньше – обычно 147.

По своему содержанию псалмы обычно делятся на хвалебные, покаянные, дидактические и мессианские. К этому делению иногда присовокупляют псалмы-жалобы, псалмы-прошения, псалмы-благодарения и т. д.

Обычно в самом начале каждого из псалмов содержится информация об его авторской принадлежности, а также указания на мотив, послуживший к его сочинению, на общее содержание псалма и т. д.

Псалмы начиная с первых десятилетий нашей эры постепенно стали играть важную роль в богослужении и в домашних молитвах. Об этом же говорит и тот факт, что апостолы и сам Иисус Христос очень часто цитируют псалмы. Даже последние слова Христа, произнесенные им на кресте: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27: 46) и «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23: 46) – это строки, соответственно, из 21 и 30 псалмов.

Возможно, псалмы приобрели столь широкую популярность среди верующих по той причине, что в них в краткой форме выражались вера и мировоззрение простых людей.

Василий Великий по этому поводу писал: «Здесь есть совершенное богословие, есть пророчество о пришествии Христовом по плоти, есть угроза суда Божиего. Здесь внушается надежда воскресения и страх мучений. Здесь обещается слава, открываются тайны. Все есть в книге Псалмов как в великой и всеобщей сокровищнице».

Не менее высоко оценивает псалмы и святитель Афанасий Александрийский. В «Послании к Марцеллину об истолковании псалмов» он пишет: «Книга псалмов достойна особенного внимания и занятия сравнительно с другими книгами Писания. Всякий может найти в ней, как бы в раю, все то, что для него нужно и полезно. Книга эта ясно и подробно изображает всю жизнь человеческую, все состояния духа, все движения ума, и нет ничего у человека, чего бы она не содержала в себе. Хочешь ли ты каяться, исповедоваться, угнетает ли тебя скорбь и искушение, гонят ли тебя или строят против тебя ковы; уныние ли овладело тобою, или беспокойство, или что-нибудь подобное терпишь; стремишься ли ты к преуспеянию в добродетели и видишь, что враг препятствует тебе; желаешь ли хвалить, благодарить и славословить Господа? – в Божественных псалмах найдешь наставление касательно всего этого».

Возможно, Псалтирь ценится в простом народе еще и потому, что это – фактически единственная книга, являющаяся связующим звеном двух Заветов. С одной стороны, в ней отображен суровый и беспощадный Бог Ветхого Завета, а с другой – любящий и всепрощающий Бог Завета Нового.

Однако, несмотря на столь важное место Псалтири в нравственном мире верующих людей, авторство многих псалмов до сих пор не выяснено. Причем на эту проблему одно время существовали прямо противоположные взгляды.

Так, одни исследователи считали, что тексты Псалтири полностью написаны Давидом. В то же время некоторые ученые, например, Н.М. Никольский, придерживались идеи, что Давид сочинял «лишь светские военные гимны», то есть никакого отношения к псалмам он не имел.

Однако в двадцатых годах прошлого столетия эта точка зрения претерпела серьезные изменения. Дело в том, что, благодаря археологическим раскопкам древнего сирийского города-государства Угарита, которые были проведены французскими археологами под руководством Клода Шеффера в 1929–1939 годах, исследователи Библии смогли ознакомиться с поэзией, относившейся к очень древним временам (до XIV в. до н. э.). Впоследствии датировка псалмов, после сравнения их содержания с угаритсткими священными текстами, была пересмотрена.

«В свете Угаритских отрывков Ханаанской религиозной литературы, – писал известный исследователь Ветхого Завета В. Олбрайт, – многие псалмы могут быть отодвинуты назад к ранним временам Израиля, не позднее десятого века. Поэтому нет уже необходимости отрицать Давидово время их возникновения». Таким образом, разные точки зрения сошлись на «середине».

И теперь принято считать, что 73 псалма написал Давид, 12 – один из трех главных начальников хора во времена Давида – Асаф, 11 – сыны Кореевы, 2 (71 и 126) – Соломон, 1 (89) – Моисей, 1 (88) – древний песнопевец Ефам и 50 принадлежат неизвестным авторам.

Однако некоторые толкователи Библии автором 87-го псалма считают Емана – начальника над певцами в Доме Господнем, а сынам Кореевым – известным певцам из левитов во времена Давида – приписывают не 11, а 12 псалмов.

Кроме авторства имеются и другие проблемы, связанные с Псалтирью. Например, до настоящего времени не выяснено, кто и когда отдельные псалмы расположил в том порядке, в котором они находятся в Библии, а также соединил их в одну общую книгу – Псалтирь.

При этом исследователи давно установили, что первая книга содержит исключительно псалмы Давида, вторая и третья – псалмы Давида и его современников, а в остальных книгах размещены все оставшиеся священные поэтические произведения.

Кроме того, замечено, что эти книги удивительным образом различаются по употреблению в них имен Иегова и Элохим. Так, в первой книге имя Иегова встречается 272 раза, а Элохим – только 15 раз. Во второй книге слово Элохим употреблено 164 раза, а Иегова – всего лишь 30. В третьей книге слово Иегова упоминается 44 раза и Элохим – 43 раза. И в обеих последних книгах Иегова используется 339 раз и Элохим – 7 раз.

Впрочем, как пишет Александр Мень, «с уверенностью можно сказать лишь об одном: вне зависимости от текстологических исследований и археологических открытий, для наших внуков, как и для наших прадедов, Книга Хвалений останется Давидовой Псалтирью».

«Царица Савская, услышав о славе Соломона во имя Господа, пришла испытать его загадками. И пришла она в Иерусалим с весьма большим богатством: верблюды навьючены были благовониями и великим множеством золота и драгоценными камнями; и пришла к Соломону и беседовала с ним обо всем, что было у нее на сердце.

Царь Соломон и царица Савская. Художник Дж. Демин. XIX в.

И объяснил ей Соломон все слова ее, и не было ничего незнакомого царю, чего бы он не изъяснил ей. И увидела царица Савская всю мудрость Соломона и дом, который он построил, и пищу за столом его, и жилище рабов его, и стройность слуг его, и одежду их, и виночерпиев его, и всесожжения его, которые он приносил в храме Господнем. И не могла она более удержаться и сказала царю: верно то, что я слышала в земле своей о делах твоих и о мудрости твоей; но я не верила словам, доколе не пришла, и не увидели глаза мои: и вот, мне и в половину не сказано; мудрости и богатства у тебя больше, нежели как я слышала.

Блаженны люди твои и блаженны сии слуги твои, которые всегда предстоят пред тобою и слышат мудрость твою! Да будет благословен Господь Бог твой, Который благоволил посадить тебя на престол Израилев! Господь, по вечной любви Своей к Израилю, поставил тебя царем, творить суд и правду. И подарила она царю сто двадцать талантов золота и великое множество благовоний и драгоценные камни; никогда еще не приходило такого множества благовоний, какое подарила царица Савская царю Соломону» (3 Цар. 10: 1—10).

Итак, неизвестная в реальной истории правительница таинственного аравийского государства Саба (Шеба) появляется в Иерусалиме во дворце Соломона, личность которого, о чем говорилось выше, по настоящее время тоже остается в окружении множества вопросов.

Предваряя дальнейший разговор о царице Савской, следует заметить, что ее настоящее имя Библия не называет, хотя в других источниках у нее есть имена: например, в Коране, а также в персидских и арабских сказках ее величают Билкис, а в Эфиопии – Македа, или Царица Южная.

Как и царь Соломон, исследователям Библии царица Савская тоже задала немало загадок. И главная из них – историчность ее личности. Однако убедительных фактов, доказывающих, что Савская царица – персонаж не вымышленный, а реальный, ученые опять же пока не нашли.

В тех фрагментах Библейского текста, в которых упоминается страна Шеба, разговор идет о ее несметных богатствах: золоте, дорогих камнях, благовониях. На основании этих, а также других сведений ученые пришли к выводу, что страна Шеба располагалась в Южной Аравии, на землях нынешнего Йемена.

В то же время нет ни малейших доказательств того, что в Южной Аравии в какой-то период ее истории троном владели женщины. Более того, неизвестно, существовало ли вообще в Шебе царское правление до 800 года до н. э. Правда, из ассирийских манускриптов, датированных VIII–VII веками до н. э., известно, что в северных областях Аравии все-таки женщины иногда стояли во главе государств. Поэтому в среде ученых по сей день циркулирует гипотеза, согласно которой Савская царица – это собирательный образ нескольких женщин-монархинь, управлявших страной в разные годы. И, возможно, прототипом гостьи царя Соломона является некая северная властительница.

Известный исследователь Аравии Г. Сент Джон Филби тоже склонялся к версии, что царица Савская происходила из Северной Аравии. А истории о ней перемешались с рассказами о Зенобии – воинственной царице Пальмиры, проживавшей в III веке новой эры.

К тому же один из биографов пророка Мухаммеда повествует о том, что именно в Пальмире в VIII веке был обнаружен гроб с надписью: «Здесь похоронена благочестивая Билкис, супруга Соломона…»

Но все эти предположения не имели материальных подтверждений. А их могли предоставить только исследования, проведенные на месте. Но поскольку Йемен длительное время был закрыт для «неверных», появление на его территории «чужеземцев» могло стоить им жизни.

И все же в начале 40-х годов XIX века первый европеец появился в Йемене. Им оказался французский фармацевт Том Арно. Летом 1843 года он не только посетил древнюю столицу страны Мариб, но и скопировал 56 старинных надписей на каменных сооружениях. А вернувшись на родину, опубликовал первое исследование о памятниках города.

В 1869 году французский исследователь Жозеф Алеви, переодевшись в одежду бедуина, тоже побывал в Марибе. Он смог снять копии примерно с 600 древних надписей на сабейском и минейском языках.

Затем четырежды Йемен посетил австриец Эдуард Глазер, тоже скопировавший огромное количество древних надписей. Четырежды, в 1927–1928, 1931, 1934 и 1938 годах, в Йемене провел изыскания немецкий археолог и этнограф Карл Рафьенс, во время которых он собрал многочисленные археологические материалы.

В 1952 году Мариб посетила группа американских археологов под руководством Вендела Филипса. Однако йеменские власти запретили проводить в древнем городе полномасштабные раскопки. Но даже на основании тех скромных результатов, которые были получены в ходе этой экспедиции, В. Филипс пришел к выводу, что «нет причин сомневаться в реальности царицы».

В 2005 году раскопки в Марибе проводила американская исследовательница Мадлен Филипс – сестра Вендела. Почти рядом с городом под толстым слоем песка она обнаружила руины главного святилища Мариба – Махрам Билкис, или Сабейского храма. Более того, в ходе изысканий М. Филипс нашла убедительные свидетельства того, что храм имеет определенное отношение к царице Савской. Кроме того, современные способы датировки показали, что Махрам Билкис уже существовал во времена Соломона. Было также установлено, что размеры храма значительно больше, чем предполагал В. Филипс.

Немало внимания личности царицы Савской уделил А. Уоллис Баджа – авторитетный специалист по истории Эфиопии. Вот, в частности, что он пишет: «Что же касается “царицы Савской”, весьма вероятно, что некая смелая “царица Юга” добралась до Иерусалима и беседовала с Соломоном». В своих исследованиях Бадж касается эфиопской книги «Кебра Нагаст», или «Книги славы царей», из которой следует, что царь Соломон стал основателем эфиопской династии, взяв в жены царицу Савскую: «Многие выдающиеся ученые считали эту историю верной, и я думаю, что, в общем и целом, они были правы; по сей день все слои населения Абиссинии верят в эту историю и считают, что Соломон действительно был первым царем их страны».

Царица страны Пунт. Рельеф из Дейр-эль-Бахри. XV в. до н. э.

А вот американский психоаналитик и автор так называемой «ревизионистской хронологии» Иммануил Великовский склоняется к мысли, что царица Савская – это древнеегипетская царица Хатшепсут – одна из первых и очень уважаемых правительниц 18-й династии египетских фараонов. Правила она в XV веке до н. э. А предположение Великовского основывается на том факте, что на барельефах с изображением Хатшепсут показано несколько сцен, которые имеют большое сходство с некоторыми эпизодами библейской истории посещения царицей Савской царя Соломона.

Если основываться на сведениях из Библии, а не на данных археологических исследований, то царь Соломон был, безусловно, очень богат. В Третьей книге Царств говорится, что «в золоте, которое приходило Соломону в каждый год, весу было шестьсот шестьдесят шесть талантов золотых» (3 Цар. 10: 14). Из описания того множества дорогих камней и золотых украшений, о которых говорится в Библии, а также – экзотических вещей легко сделать вывод, что во дворец Соломона их, скорее всего, доставляли из дальних стран.

Но вот откуда конкретно поступали эти несметные богатства израильскому владыке – неизвестно. Хотя, опираясь на ветхозаветное свидетельство, они доставлялись Соломону из мифической страны Офир. И уже не одно столетие путешественники, геологи и охотники за сокровищами пытаются отыскать таинственную страну и ее золотые прииски. Но все их попытки пока результата не принесли. Конечно, все было бы намного проще, если бы имелись хотя бы приблизительные координаты расположения легендарной страны Офир. Но в Библии эти сведения отсутствуют.

В ходе поисков легендарной страны ученые обратили внимание на росписи в одном из храмов в Фивах. На них была изображена темнокожая царица из неизвестной страны Пунт. Надпись под фреской гласила, что египетские мореходы доставляли из этой страны золото, серебро, черное и красное дерево, тигровые шкуры, живых обезьянок и рабов-негров. Тогда и появилось предположение, что Пунт и библейская Офир – одна и та же страна. Но это была лишь гипотеза, не подкрепленная никакими данными. Да и где находилась загадочная страна Пунт, тоже никто из специалистов сказать не мог. Поэтому назывались самые разные места, где предположительно могла располагаться ветхозаветная Офир.

Так, известный немецкий путешественник Карл Маух искал ее в Зимбабве. Он шесть лет бродил по африканскому государству, пытаясь отыскать «золотоносную» страну и копи царя Соломона. В результате в 1872 году ученый обнаружил руины Большого Зимбабве. Строения были столь грандиозны, что расист Маух не мог поверить, что африканские аборигены смогли возвести столь впечатляющие сооружения.

Исследуя Большой Зимбабве, Маух стремился найти хоть какую-то связь между увиденными руинами и царицей Савской. И вот однажды он обнаружил кусок деревянной балки и сразу же решил, что она сделана из кедра: из той самой древесной породы, которая использовалась Соломоном для строительства Иерусалимского храма. Это был не очень убедительный факт для подтверждения выдвинутой Маухом идеи, но для этой цели, как считал путешественник, годился и этот предмет.

Вскоре идеи Мауха нашли поддержку у некоторых европейских специалистов. Более того, кое-кто из ученых и политиков посчитали, что коль в Большом Зимбабве находилось библейское царство, то европейцы имеют полное право владеть этими землями.

Находка Мауха спровоцировала самую настоящую золотую лихорадку. Золотоискатели буквально наводнили Большой Зимбабве. А вскоре была организована даже специальная фирма, якобы следившая за разработками, в том числе и за археологическими раскопками. Однако никаких исследовательских работ на руинах не проводилось. Охотники за сокровищами лишь повсюду рыли траншеи, уничтожая при этом древние стены. А когда им все же удавалось находить бесценные артефакты, те впоследствии безвозвратно исчезли.

Настоящие же археологические исследования начали проводиться в Большом Зимбабве лишь спустя шестьдесят лет. Раскопками руководила Гертруда Катон-Томпсон – английская женщина-археолог. В результате проведенных работ выяснилось, что все найденные предметы были изготовлены в самой Африке и никакого отношения к Ближнему Востоку они не имели. Позднее было доказано, что Большой Зимбабве построен народом шона, потомки которого и сейчас живут на этих землях. Таким образом, гипотеза о нахождении в этом районе страны Офир была отвергнута.

Кроме Зимбабве в качестве страны Офир называются также Индия и Мадагаскар. А известный американский ученый-археолог Олбрайт считал, что загадочная «золотая» страна – это Сомали.

Стала претендовать на Офир и Саудовская Аравия. И случилось это после того, как в 1931 году эту страну посетил английский геолог Туитчел. Он изучал территории, которые находились рядом с центрами древних цивилизаций. Однажды по дороге в священный мусульманский город Медину он оказался в заброшенном местечке Махд-ад-Дхахаб, что в переводе с арабского языка означает «Колыбель золота». В этом пустынном районе геолог наткнулся на огромное количество ям и пещер, полузасыпанных песком. Но все увиденное Туитчел ни с царем Соломоном, ни со страной Офир не связал, хотя о находке в своем отчете он все же упомянул. Чуть позже на запись в отчете Туитчела обратили внимание специалисты Управления геологии. Было решено провести дополнительные исследования, которые и выявили наличие в долине следов золота. Более того, в 30–40 годы прошлого века в этом районе была даже организована добыча этого металла. Правда, прибыли разработки не дали, и шахту закрыли.

В 1974 году были проведены еще одни исследования урочища Махд-ад-Дхахаб. После чего руководитель новой экспедиции заявил: «Все собранные нами данные подтверждают, что здешние копи некогда были так богаты золотом, что, вернее всего, и послужили источником легенды о стране Офир». Чем же ученые обосновывали свой вывод?

История пророка Ионы. Рельеф саркофага. III в.

Во-первых, «Колыбель Золота» находится не где-то в глубине африканского континента, а на проходившем через весь Аравийский полуостров караванном пути, возраст которого исчисляется более чем четырьмя тысячелетиями. А это значит, что во времена царя Соломона он широко использовался, и к золотоносным рудникам имелся доступ. Во-вторых, на территории вокруг рудников находится множество каменных молотов для дробления породы. Отсюда следует вывод, что в течение многих десятков лет здесь добывали руду тысячи рабочих.

А вот некоторые историки придерживаются гипотезы, что Офир находилась на территории современной Эфиопии, где правила легендарная царица Савская. Действительно, на побережье Эфиопии находится город Афар, название которого похоже на Офир.

Итак, таинственной «золотоносной» стране ученые отводят самые разные места. Но где именно она находилась, так по сей день никто и не знает.

В еврейском языке пророк называется «наби», то есть «говорящий», или вестник. Иными словами, пророк – это человек, наделенный особым даром передавать людям предупреждения от имени самого Бога.

Без сомнения, одно из центральных мест среди всех пророков Ветхого Завета занимает Моисей, с которым «Бог говорил устами к устам» (Чис. 12: 8). Именно Моисей, и только он услышал откровения Бога, находясь в обычном человеческом состоянии, то есть в состоянии бодрствования. Но самого Бога Моисей не видел. «И потом сказал Он: лица Моего не можно тебе увидеть; потому что человек не может увидеть Меня и остаться в живых» (Исх. 33: 20). Ясную речь Всевышнего слышал и Самуил, но, опять же, самого Божественного Образа он не узрел.

Нередко пророки получали Божьи наставления в виде образов или символов. Поэтому и сами пророки говорят часто образами, совершают символические действия, которые порой довольно трудно расшифровать.

Судя по текстам Библии, все видения пророков появляются, словно на плоском экране, или на одной картине, хотя на самом деле события могут относиться к различным эпохам, разделенным иногда значительными временными отрезками. Однако пророки хорошо различают то, что находится на переднем плане открывшегося перед ними события, а что – на заднем…

Всего же в Ветхом Завете представлены речи и книги 16 пророков. При этом, в зависимости от объема написанных книг, библейских пророков делят на две группы: великие пророки и малые. К первой группе относятся: Исаия, Иеремия, Даниил и Иезекииль.

В соответствии с объемом произведений, к малым пророкам относятся: Иоиль, Иона, Амос, Осия, Михей, Наум, Софония, Аввакум, Авдий, Аггей, Захария, Малахия.

Хронологически «самым древним пророком был Авдий, пророчествовавший около 885 года до н. э., за ним следуют Иоиль, Амос, Иона, Осия, Исаия, Михей, Наум, Аввакум и Софония. Это так называемые допленные пророки. Затем идут пророки периода плена – Иеремия, Иезекииль и Даниил и, наконец, пророки послепленные – Аггей, Захария и Малахия (около 427 года)» (А.П. Лопухин. Толковая Библия).

Сведения, представленные в Библии о большинстве пророков, довольно скудные. Иногда в них немало явного вымысла.

Взять, например, Иону, который, в отличие от остальных пророков, вещал не в Иудее и Израиле, а в столице Ассирийского царства – в Ниневии, то есть среди язычников. Предание гласит, что однажды Бог повелел Ионе идти в Ниневию и там предсказать неминуемую гибель города, если его жители не раскаются в своих грехах. Но Иона ослушался Бога: вместо Ниневии он на корабле отплыл в Фарсис – финикийскую колонию в Испании.

Но едва берег скрылся из глаз, как море, недавно спокойное, неожиданно потемнело, а еще через мгновение покрылось огромными волнами. Всем стало ясно, что шторм разыгрался за грехи кого-то из матросов или пассажиров. Чтобы выяснить это, был брошен жребий. Он пал на Иону. Недолго думая, моряки выбросили Иону за борт. И буря тотчас утихла. Вдалеке показалась стая дельфинов, а совсем рядом с кораблем проплыл кит. Никто и не предполагал, что в его темном чреве находился седобородый пассажир, которого только что выбросили в море.

В теле кита Иона находился три дня. И все это время он умолял Всевышнего об избавлении из этого ужасного плена. Пророк полностью осознал свой грех и раскаялся. И вот, наконец, на четвертый день кит исторг Иону. Обсушившись, пророк отправился в путь. А вскоре он догадался, что находится недалеко от Ниневии…

Иоиль – еще один пророк, об обстоятельствах жизни которого почти ничего не известно. Правда, в соответствии с преданием, он первый из новозаветных пророков, кто придал своим проповедям письменную форму.

Амос – тоже один из малых пророков, о жизни которого никаких сведений нет. Практически полностью отсутствуют сведения и о жизни пророка Осии. Даже время его пророческой деятельности достоверно неизвестно. Хотя предполагается, что это происходило во времена правления иудейских царей Озии, Иоафама, Ахаза и Езекии (791–698 годы).

Также почти ничего не говорит Библия и о происхождении, родителях и об образе жизни малых пророков Михея, Наума, Аввакума, Софония. Библейская письменность почти не сохранила сведений и об Аггее, Захарии, Малахии.

Сравнительно больше сведений сообщает Библия о великих пророках. Так, известно, что Исаия начал пророчествовать примерно в 20-летнем возрасте и продолжал свое служение Богу как минимум сорок лет. И хотя о его смерти Священное Писание ничего не говорит, тем не менее, согласно талмудическому преданию, которое не отвергается и Отцами Церкви, Исаия был предан мученической смерти по повелению иудейского царя Манассии.

Еще больше информации сообщается в Библии об Иеремии – втором из четырёх главных ветхозаветных пророков. Так, известно, что родился он в городе Анафофе в нескольких километрах от Иерусалима. Его семья относилась к жреческой династии Эвиатара, которой царь Соломон запретил служить в Иерусалимском храме. Пророчествовать Иеремия начал в 25-летнем возрасте, в правление царя Иосии. Будучи еще довольно молодым человеком, тем не менее призванный на пророческое служение, Иеремия своими проповедями активно поддерживал преобразовательную деятельность царя.

Однако, когда Иосия умер, снова начались политические интриги. Иудейские цари стали вступать в контакты с египетскими фараонами, надеясь найти у них защиту от месопотамских завоевателей. Но такими своими действиями они прогневили последних, и участь царства была решена.

За свои обличающие высказывания пророк подвергался преследованиям, а однажды, – в 598 году до н. э. – даже был заключен в темницу.

Огненное восхождение Илии Пророка. Псковская икона. XVI в.

Во время правления царя Седекии Иерусалим был разрушен, и почти все население города было пленено. Сам Иеремия остался на родине, которой управлял вавилонский наместник Годолия. Но после восстания, во время которого Годолия был убит, бунтовщики увели пророка в Египет, где он и умер. О том, при каких обстоятельствах он скончался, ничего не известно. Хотя предание говорит, что Иеремия был побит камнями самими иудеями, которых за нечестие он продолжал обличать даже в плену.

Еще один представитель сонма великих пророков – Иезекииль. В отличие от творений других пророков, его книги наполнены видениями, каждое из которых отличается величием и возвышенностью. Видимо, по этой причине пророка Иезекииля считают основателем еврейской апокалиптической литературы. И, скорее всего, по этой же причине у евреев разрешалось читать первую и последние главы книги этого пророка только после достижения тридцатилетнего возраста.

Что же касается частной жизни пророка, то нам известно лишь то, что у него была жена, которую он очень любил. Однако спустя четыре года после начала своего пророчества он своей супруги лишился. Предания же сообщают, что родился Иезекииль в Сарире – местечке, которое в Библии не упоминается. В юные годы он служил у Иеремии, а в Халдее был учителем Пифагора. За обличение в поклонении идолам одного из еврейских князей пророк Иезекииль был подвергнут мученической казни: его четвертовали. Фрагменты тела пророка правоверные евреи собрали и похоронили на поле Маур, недалеко от Багдада.

В X веке до н. э. еврейское государство, которое до этого было единым, распалось на два отдельных и самостоятельных царства: на Израиль и Иудею. Израиль располагался на севере Обетованной Земли, Иудея – на юге. С самого начала своей истории Израиль был известен тем, что его народ и правители стали изменять вере в истинного Бога и впадать в язычество. Особенно печально знаменит этим восьмой израильский царь Ахав. Божьи заповеди запрещали евреям жениться на язычницах, если они не принимали истинную веру. Ахав же преступил закон и вступил в брак с Иезавелью – дочерью Сидонского царя. Фанатичная язычница, она ревностно поклонялась богу Солнца Валааму и богине любви Астарте.

Сделавшись царицей израильского народа, Иезавель решила заставить евреев поклоняться идолам. Властолюбивая и деспотичная, она всецело подчинила себе своего слабовольного мужа, который стал послушным орудием в ее руках. По ее наущениям он построил в столице Самарии храм и жертвенник Валааму, а также разрешил использовать для оргий в честь богини Астарты специальную рощу. В стране началось полное искоренение истинной религии и насаждение язычества.

Настоящая еврейская религия погибала, а с этим приближались и бедствия, которые, как считается, часто преследуют вероотступников. Именно в такие критические времена в обществе нередко появляются пророки – особые орудия Божьего промысла для поддержания гибнущего корабля веры. Как раз в этот период на горизонте ветхозаветной истории и возникла фигура Илии.

Впервые перед читателем Библии пророк предстает в 17 главе Третьей книги Царств, где он неожиданно появляется перед израильским царем Ахавом и предсказывает засуху, которая может закончиться только по его, Илии, слову.

«И сказал Илия пророк, Фесвитянин, из жителей Галаадских, Ахаву: жив Господь Бог Израилев, пред Которым я стою! В сии годы не будет ни росы, ни дождя, разве только по моему слову» (3 Цар. 17: 1). И пророчество Илии сбывается. После этого предсказания Илию стали называть «пророк, заключивший небеса».

Библия умалчивает о жизни Илии до его появления перед царем Ахавом. На ее страницах отсутствуют даже самые незначительные сведения о родителях пророка. Отсутствие же этих сведений экзегетами Библии истолковывается как свидетельство его сверхъестественного происхождения. На это же указывает и пассаж из книги «Зохар»: «Илия пришел в мир не через отца и мать, он был принесен четырьмя потоками». Более того, многие толкователи, особенно из среды еврейских священников, считают, что Илия – это Божий ангел…

Что же касается чудес, то пророк Илья совершил их немало. Два из них касаются сарептской вдовы. Он появился у нее, когда в земле Ахава уже свирепствовала засуха и голод. Вдова жила в пустой хижине лишь с одним ребенком, так как остальные члены семьи умерли от голода. Илия попросил у нее хлеба, но женщина ответила, что из остатков она может испечь только маленький хлебец, которого хватит лишь ей и сыну. А после этого они будут ждать голодной смерти.

Однако пророк все-таки попросил женщину испечь для него небольшую лепешку. При этом он сказал, что ни «мука в кадке», ни «масло в кувшине» не закончатся в ее доме до той поры, пока не прекратится засуха. А однажды, когда Илия прожил в доме вдовы какое-то время, у нее внезапно заболел и умер ее сын. Но Илия, «простерши над отроком руку», помолился Богу, и к ребенку снова вернулась жизнь…

Оставив вдову, Илия вновь отправился к Ахаву. Оказалось, что царь уже давно хотел встретиться с пророком и даже отправил во все концы государства гонцов искать Илию.

При встрече пророк сказал Ахаву: «Пошли и собери ко мне всего Израиля на гору Кармил, и четыреста пятьдесят пророков Вааловых, и четыреста пророков дубравных, питающихся от стола Иезавели» (3 Цар. 18: 19).

Когда на горе Кармил собрался народ и пророки, Илия произнес: «Пусть дадут нам двух тельцов, и пусть они выберут себе одного тельца, и рассекут его, и положат на дрова, но огня пусть не подкладывают; а я приготовлю другого тельца и положу на дрова, а огня не подложу.

И призовите вы имя бога вашего, а я призову имя Господа Бога моего. Тот Бог, Который даст ответ посредством огня, есть Бог. И отвечал весь народ и сказал: хорошо.

И сказал Илия пророкам Вааловым: выберите себе одного тельца и приготовьте вы прежде, ибо вас много; и призовите имя бога вашего, но огня не подкладывайте.

И взяли они тельца, который дан был им, и приготовили, и призывали имя Ваала от утра до полудня, говоря: Ваале, услышь нас! Но не было ни голоса, ни ответа. И скакали они у жертвенника, который сделали… Но не было ни голоса, ни ответа, ни слуха» (3 Цар. 18: 23–26, 28–29).

Тогда «взял Илия двенадцать камней… И построил из сих камней жертвенник во имя Господа, и сделал вокруг жертвенника ров… И положил дрова, и рассек тельца, и возложил его на дрова. И сказал: наполните четыре ведра воды и выливайте на всесожигаемую жертву и на дрова. И сделали так. Потом сказал: повторите. И они повторили… И сделали в третий раз… И ров наполнился водою.

Во время приношения вечерней жертвы подошел Илия пророк и воззвал на небо и сказал: Господи, Боже Авраамов, Исааков и Израилев! Да познают в сей день, что Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал все по слову Твоему…

И ниспал огонь Господень и пожрал всесожжение, и дрова, и камни, и прах, и поглотил воду, которая во рве.

Увидев это, весь народ пал на лице свое и сказал: Господь есть Бог, Господь есть Бог!» (3 Цар. 18: 31–36, 38–39). А вскоре на землю пролился долгожданный дождь.

После этого события Илия еще пророчествовал некоторое время. Но вот как-то раз он шел по пустынной дороге со своим преемником Елисеем. И «вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, и разлучили их обоих, и понесся Илия в вихре на небо» (4 Цар. 2: 11).

Основное произведение еврейской каббалистической литературы – «Зохар» – комментирует этот эпизод так: «Иди и смотри, написано: “вдруг явилась колесница огненная и кони огненные”, поскольку тогда дух отделился от тела и поднялся в отличие ото всех остальных людей, и он снова стал святым ангелом, подобным остальным святым Всевышнего. Он исполнил миссию в мире сем».

Многие экзегеты отводят Илии очень высокое место в иерархии патриархов. Моше бен Шем Тов де Лион (1240–1305), прозванный Моисеем из Лиона, авторитетный толкователь еврейской каббалы и составитель «Зохара», заявлял, что «Илия выше Моисея и патриархов».

Более того, он называет Илию «ангелом, принявшим человеческое обличье пророка для исполнения миссии на земле; закончив ее, он оставил тело, превращенное в пламя в мире сферы, и вернулся на свое изначальное место».

Каббала дополняет, что имя этого ангела – «Сандалфон». Он является связующим звеном между землей и небом, поскольку обязан доносить человеческие молитвы Богу.

Кстати, очень показательно, что Ветхий Завет завершается словами пророка Малахии, которые посвящены именно Илии. «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня, великого и страшного. И он обратит сердца отцов к детям и сердца детей к отцам их, чтобы Я, пришед, не поразил земли проклятием» (Мал. 4: 5–6).

В Новом Завете Илию обычно связывают с Иоанном Предтечей. Вот что, например, говорится в Евангелии от Матфея: «Ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна. И если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти» (Мф. 11: 13–14).

Ветхозаветные пророки, как известно, предсказали многие исторические события. Касались же они в основном падения различных государств, а также судеб израильского народа.

Рассказывать обо всех библейских пророчествах мы не станем, поскольку их очень много. Остановимся лишь на тех, которые принято считать наиболее убедительными. Одно из таких пророчеств сделал Иезекииль в отношении древнего города Тира.

«За то, так говорит Господь Бог: вот Я на тебя, Тир, и подниму на тебя многие народы, как море поднимает волны свои. И разобьют стены Тира и разрушат башни его; и вымету из него прах его и сделаю его голою скалою…

Руины Петры – немые свидетели исполнения ветхозаветных пророчеств

Ибо так говорит Господь Бог: вот, Я приведу против Тира от севера Навуходоносора, царя Вавилонского, царя царей, с конями и с колесницами, и со всадниками, и с войском и с многочисленным народом.

Дочерей твоих на земле он побьет мечем и устроит против тебя осадные башни, и насыплет против тебя вал и поставит против тебя щиты…

И разграбят богатство твое и расхитят товары твои, и разрушат стены твои, и разобьют красивые домы твои, и камни твои и дерева твои, и землю твою бросят в воду…

И сделаю тебя голою скалою, будешь местом для расстилания сетей: не будешь вновь построен, ибо Я, Господь, сказал это, говорит Господь Бог…

Ужасом сделаю тебя, и не будет тебя, и будут искать тебя, но уже не найдут тебя вовеки, говорит Господь Бог» (Иез. 26: 3–4, 7–8, 12, 14, 21).

Итак, в соответствии с предсказанием, Навуходоносор разрушит Тир; войной на этот город пойдут многие народы; Тир станет голой скалой; на его месте рыбаки будут сушить сети; развалины города окажутся в воде; Тир никогда не возродится, и его никогда не найдут.

А теперь посмотрим, как сбывалось пророчество Иезекииля. И впрямь, не прошло и трех лет после предсказания, как Навуходоносор приступил к осаде Тира. Наконец, спустя тринадцать лет, в 573 году до н. э., воины Навуходоносора ворвались в город. Но там почти никого не оказалось. Жители переправились на остров, расположенный в километре от берега, и возвели там новое укрепленное поселение. И хотя Навуходоносор разрушил старый Тир, островной город оставался неприступным в течение еще нескольких столетий.

Пророчества Иезекииля продолжали сбываться в ходе завоевательных походов Александра Македонского. После того как великий полководец в 333 году до н. э. в сражении при Иссе разбил Дария III, он направил войска в сторону Египта. При этом он призвал финикийские города открыть ему свои ворота. Однако жители Тира отказались подчиниться приказу Александра Великого. И тогда он осадил город. Старый Тир был разрушен, а из его остатков через пролив, отделявший старый город от нового, была построена дамба шириной в 60 метров.

Но жители Тира не сдавались. Они совершили удачный налет на дамбу и изгнали с нее греков. Тогда Македонский, поняв, что ему необходим флот, потребовал, чтобы корабли доставили ему побежденные города и страны. Его распоряжение выполнили Сидон, Арад, Библос, Родос, Соли, Ликия, Македония и Кипр. В общей сложности эти города направили полководцу более 220 кораблей. Конечно, имея столь значительные силы, завоевание Тира Александром стало лишь вопросом времени. И в 332 году до н. э. сбылось еще одно пророчество Иезекииля.

Со временем Тир частично оправился от разгрома со стороны греков, однако уже никогда не смог стать тем городом, каким он был раньше. Как и предсказал пророк, практически вся та местность, где когда-то стоял Тир, теперь напоминает голую скалу. А на месте старого Тира теперь находится рыбацкая деревушка, на окраине которой рыбаки расстилают для просушки свои рыболовные снасти. Стало быть, все то, что двадцать пять веков назад предрек Иезекииль в отношении Тира, полностью сбылось.

Правда, по этому поводу скептик может заявить, что, возможно, эти предсказанные события в истории Тира просто цепь случайных совпадений. В определенной степени с такой точкой зрения можно было бы и согласиться, если бы не пророчества в отношении других ветхозаветных городов. Например, Вавилона.

Откроем книгу Исайи, в которой пророк повествует о судьбе этого великого города: «И Вавилон, краса царств, гордость Халдеев, будет ниспровержен Богом, как Содом и Гоморра. Не заселится никогда, и в роды родов не будет жителей в нем. Не раскинет Аравитянин шатра своего, и пастухи со стадами не будут отдыхать там» (Ис. 13: 19–20).

Гибель Вавилону предрекает также и пророк Иеремия в 51 главе своей книги: «И не возьмут из тебя камня для углов, и камня для основания, но вечно будешь запустением, говорит Господь… Города его сделались пустыми, землею сухою, степью, землею, где не живет ни один человек и где не проходит сын человеческий» (Иер. 51: 26, 43).

А ведь эти пророки видели Вавилонию во всей ее мощи и великолепии, знали, что ее армия непобедима, что она покоряет многие страны и народы. И тем не менее пророки могучему Вавилону предсказали разрушение.

Причем эти пророчества – не просто предсказание гибели, а уверенное заявление о том, что, когда Вавилон будет разрушен, впоследствии его уже никто и никогда не сможет восстановить.

Пророчествовать, что огромный город после разрушения никогда более не будет поднят из руин, – это немалый риск. Более того, этот город многие завоеватели мечтали отстроить. Так, Александр Македонский хотел сделать Вавилон столицей своей империи и направил на его восстановление десятки тысяч человек. Но великий полководец внезапно умер, так и не осуществив своего замысла. Так сбылось еще одно пророчество: «Лечили мы Вавилон, но он не исцелился; оставьте его, и пойдем каждый в свою страну» (Иер. 51: 9).

«При императоре Августе (27 год до н. э.) его (Вавилон) посетил историк Страбон, заметивший, что великий город превратился в пустыню, – пишет американский библеист Джеральд А. Лару. – В 116 году в Вавилоне побывал император Траян, сражавшийся в то время с парфянами. Согласно Диону Кассию, он не обнаружил там ничего, кроме курганов и легенд о курганах. В 363 году император Юлиан вел войну с Сасанидами, правителями Персии. Во время одного из походов он разрушил стены Вавилона, которые ранее были частично восстановлены персами, использовавшими огороженное пространство в качестве охотничьего заповедника». В настоящее же время примерно в 80 километрах к югу от современного Багдада лежат занесенные песком развалины великого Вавилона.

Математик Питер У. Стоунер в своей книге «Говорит наука» попытался определить, какова вероятность случайного свершения предсказания в отношении Вавилона. Ученый перемножил вероятности осуществления каждого отдельного пророчества и получил вероятность, равную одному шансу из пяти миллиардов.

Следует заметить, что в Библии было предсказано, что Вавилон будет покорен овном с двумя рогами, которые символизируют «мидийского и персидского царей». И сделал это пророчество ветхозаветный пророк Даниил: «Овен, которого ты видел с двумя рогами, это цари Мидийский и Персидский» (Дан. 8: 20).

Кроме разрушения Тира и Вавилона пророками с высокой степенью точности была предсказана и гибель ряда других городов-царств. Так, пророк Наум предрек, что «Ниневия будет разрушена в состоянии опьянения» (Наум. 1: 10) и «всепотопляющим наводнением» (Наум. 1: 8; 2: 6), а также в результате «сожжения» (Наум. 3: 13).

Шесть пророков – Исайя, Иеремия, Иезекииль, Иоилий, Амос и Авдий – сделали ряд предсказаний, касающиеся царства Едом, расположенного в юго-восточной части Мертвого моря, и его столицы Петры.

Так, Иеремия в отношении этого царства пророчествоал: «И будет Едом ужасом: всякий, проходящий мимо, изумится и посвищет, смотря на все язвы его. Как ниспровергнуты Содом и Гоморра и соседние города их, говорит Господь, так и там ни один человек не будет жить и сын человеческий не остановится в нем» (Иер. 49: 17–18).

О судьбе Петры и Едома высказался также и Иезекииль: «За то, так говорит Господь Бог: простру руку Мою на Едома и истреблю у него людей и скот, и сделаю его пустынею: от Фемана до Дедана все падут от меча. И совершу мщение Мое над Едомом рукою народа Моего, Израиля: и они будут действовать в Идумее по Моему гневу и Моему негодованию, и узнают мщение Мое, говорит Господь Бог» (Иез. 25: 13–14).

А теперь обратимся к современным авторам, которые упоминают в своих работах об Едоме и Петри. Так, американский проповедник и писатель Генри Моррис пишет: «Едом и едомляне неоднократно упомянуты в тексте Библии, однако оказались полностью позабыты светской историей вплоть до XIX века, когда указания на Едом были обнаружены на египетских и ассирийских памятниках. В конце концов, были обнаружены развалины их столицы Петры, “города на скале” – и критики, оспаривавшие реальность исторического Едома, вновь оказались посрамленными».

Таким образом, сравнив нескольких наиболее известных пророчеств с историческими фактами, доказывается, что во многих предсказаниях пророков действительно с высокой точностью описаны будущие события.

Впрочем, нельзя сказать, что все предсказания ветхозаветных пророков сбылись. Так, Исаия предрекает Египту следующие беды: «И истощатся воды в море; и река иссякнет и высохнет. И оскудеют реки, и каналы Египетские обмелеют и высохнут; камыш и тростник завянут» (Ис. 19: 6–7). Однако подобной катастрофы история Египта не знает.

И еще одно пророчество Исайи: «В тот день пять городов в земле Египетских будут говорить языком Ханаанским и клясться Господом Саваофом; один назовётся городом солнца. В тот день жертвенник Господу будет посреди земли Египетской, и памятник Господу – у пределов её» (Ис. 19: 18–19). И опять ошибка пророка: Египет никогда не завоевывали хананейцы, а египтяне не принимали иудаизма.

Пророк Исайя также говорил, что «Дамаск исключается из числа городов и будет грудою развалин» (Ис. 17: 1). И хотя это предсказание пророк сделал в VIII веке до н. э., Дамаск ни разу полностью не разрушался и в настоящее время является древнейшим из существующих городов.

Впрочем, соглашаясь с этими несоответствиями, толкователи Библии заявляют, что все пророчества, которые должны были осуществиться, непременно осуществились. Но для некоторых еще не наступило время их проявления: например, пророчества о «конце дней».

Другие пророчества, считают экзегеты, не исполнились потому, что они обусловливались конкретными условиями, которые не возникли в силу определенных причин. Однако, что это за условия, толкователи сказать не могут.

Книга Иова – одна из самых таинственных и поразительных книг Ветхого Завета, породившая немало споров среди теологов и философов. Одни считают, что она явно богоборческая: в ней предъявляются Богу, по сути, еретические претензии на отсутствие в мире справедливости, а также на царящее в нем зло и страдания невиновных. В качестве доказательства своей правоты эти библеисты приводят такое высказывание Иова: «Земля отдана в руки нечестивых; лица судей ее Он закрывает. Если не Он, то кто же?» (Иов. 9: 24).

Иов на гноище. Миниатюра Сирийской Библии. VI–VII вв.

В свою очередь, немало исследователей считают, что в этой книге восхваляется человек-праведник, который, несмотря на обрушившиеся немыслимые мучения, все равно остается верен Богу. В подтверждение этой точки зрения приводится следующий стих: «Вот Он убивает меня, но я буду надеяться; я желал бы только отстоять пути мои пред лицом Его!» (Иов. 13: 15).

Однако, несмотря на столь крайние оценки, все без исключения исследователи сходятся во мнении, что в Книге Иова сконцентрирована необычайная философская глубина и удивительная поэтическая красота.

Вот только несколько высказываний об этой книге, которые принадлежат известнейшим историкам, философам и богословам. Так, русский религиозный мыслитель Н.А. Бердяев говорит: «Книга Иова – одна из самых потрясающих книг Библии». В свою очередь, немецкий историк и богослов Филипп Шафф утверждает, что «Книга Иова возвышается, как пирамида, в истории литературы, без предшественника и без соперника». По этому же поводу английский историк и философ Томас Карлейль писал: «Я полагаю, что ни в Библии, ни где-либо еще не встречается ничего равного ей по литературному достоинству». Английский поэт Альфред Теннисон называет Книгу Иова «самой возвышенной поэмой древнего и настоящего времени». Она была любимой библейской книгой великого Гёте.

Но кто же является автором столь выдающегося произведения? Где и когда жил ее создатель? Мнений на сей счет высказывалось немало. Хотя детальный анализ Книги Иова дает более-менее точные ответы на эти вопросы.

Во-первых, судя по стиху: «Если бы начертаны были они в книге, резцом железным с оловом, – на вечное время на камне вырезаны были!» (Иов. 19: 23–24), Книга Иова – очень древнее произведение. По крайней мере, в то время, когда жил Иов, писали не на коже и глине, а «резцом железным… на камне». Поэтому большинство исследователей считают, что создана она была еще до исхода израильтян из Египта, то есть примерно в первой половине II тысячелетия до н. э.

Что же касается места жительства Иова, то об этом легко узнать из первого стиха его Книги: «Был человек в земле Уц, имя его Иов…» (Иов. 1: 1) А земля Уц находилась в стране Едома. Об этом говорится и в Плаче Иеремии: «Радуйся и веселись, дочь Едома, обитательница земли Уц! И до тебя дойдет чаша…» (Плач 4: 21) Вполне вероятно, что Иов жил на границе между Святой Землей и Синайским полуостровом. Следовательно, жизнь его протекала в местности, из которой происходят многие мудрецы древности.

А вот о самом Иове практически ничего не известно. И, как обычно, этот вакуум заполняют гипотезы. Так, некоторые исследователи полагали, что Иов был современником Авраама, Исаака или Иакова, а книгу написал Моисей.

В некоторых же хрониках Иов отождествляется с царем Иовавом, о котором идет речь в книге Бытие: «И умер Бела, и воцарился по нем Иовав, сын Зераха, из Восоры» (Быт. 36: 32).

Но если и впрямь Иов – царь Иовав, который правил во II тысячелетии до н. э. в земле Уц, то совсем иначе воспринимаются и его речи. Все, что случилось с ним, повлекло за собой не только крушение материальных основ его жизни, но и его миропонимания, поскольку он был уверен, что своей праведной жизнью обрел милосердие у Бога. Но неожиданно жизнь его круто изменилась, и Иов стал жертвой обстоятельств, вылившихся в моральное оскорбление и позор, которые особенно были тяжелы для его царского достоинства.

Но действительно ли Иов был царем? И где об этом говорится? Да в самой же Книге Иова. «…Когда я выходил к воротам города и на площади ставил седалище свое, – юноши, увидев меня, прятались, а старцы вставали и стояли; князья удерживались от речи и персты полагали на уста свои; голос знатных умолкал, и язык их прилипал к гортани их» (Иов. 29: 7—10).

Все эти факты как раз и служат доказательством той исключительной власти, которой обладал Иов до трагических событий. Именно при появлении царской особы вели себя так и юноши, и старцы, и князья.

И вот одно за другим обрушились на Иова несчастья. Это значило, что от него отвернулся Бог. А по существовавшим тогда на Древнем Востоке законам, чтобы лишившийся Господнего благоволения царь не накликал бедствий и на страну, его могли сместить, изгнать и даже убить. То же самое случилось и с Иовом: общество его отвергло и презрело. И только несколько мудрецов пришли к Иову, чтобы утешить его.

А теперь обратимся непосредственно к главному герою книги. Начнем с того, что расхождения в оценке Иова толкователей Библии порой просто поразительные. Вот что по этому поводу пишет американский библеист Н. Глетцер: «В то время как одни рассматривают Иова как святого, другие видят в нем скептика, бунтаря против бога, или дуалиста, или человека, которому не хватало знаний, или последователя Аристотеля, который отрицал божественный промысел, или “козла отпущения”, или прототипа саббатианского мессии и т. д.».

Но каких бы эпитетов не давали Иову, это в любом случае не безропотный страдалец, готовый без конца переносить обрушенные на него с согласия Бога беды, болезни и другие несчастья. Оказавшись в одиночестве и под тяжелым спудом обрушившихся на него бедствий, Иов проклинает тот день, когда появился на свет. При этом он довольно смело отвергает общепризнанную в то время концепцию о воздаянии, поскольку не чувствует за собой никаких грехов. В результате глубоких раздумий он в конце концов приходит к мысли о несправедливости Бога.

Более того, Иов считает именно Бога виновным в страданиях и бедах простых людей: «Нагие ночуют без покрова и без одеяния на стуже; мокнут от горных дождей и, не имея убежища, жмутся к скале… В городе люди стонут, и душа убиваемых вопит, и Бог не воспрещает того» (Иов. 24: 7–8, 12).

Легко заметить, что в монологах Иова и его друзей сталкиваются две разные позиции на роль всемогущего Бога в судьбах людей: грешников и праведников… Речи друзей Иова – это отчетливое восхваление Яхве. Бог, утверждают они, всесилен. Ведь именно он создал мир, которым мудро и управляет. И, конечно же, Господь справедлив и всегда прав. Это положение изрекается ими как догма: «Неужели Бог извращает суд, и Вседержитель искривляет правду?» (Иов. 8: 3).

Защитники Яхве пытаются убедить Иова, что Бог воздает человеку в соответствии с его поступками и делами. Он награждает праведников, и «поставляет униженных на высоту, и сетующие возносятся во спасение» (Иов. 5: 11). Друзья наставляют Иова: «Вспомни же, погибал ли кто невинный, и где праведные бывали искореняемы?» (Иов. 4: 7), «Он спасает бедного от меча, от уст их и от руки сильного. И есть несчастному надежда, и неправда затворяет уста свои» (Иов. 5: 15–16).

Однако даже защитники Яхве все же соглашаются, что порой беды сваливаются и на невинных людей. Но это они объясняют тем, что никто не может считать себя совершенно безгрешным перед Богом. «И как человеку быть правым перед Богом, и как быть чистым, рожденному женщиной? Вот даже луна, и та несветла, и звезды нечисты пред очами его» (Иов. 25: 4–5). Бог и «слугам своим не доверяет, и в ангелах Своих усматривает недостатки» (Иов. 4: 18).

Поэтому, считают друзья Иова, человек любое свое страдание должен всегда считать заслуженным и справедливым наказанием со стороны Бога. К тому же принимать его с благодарностью: «Блажен человек, которого вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева не отвергай» (Иов. 5: 17).

Но Иов гордо бросает в лицо своим утешителям: «Далек я оттого, чтобы признать вас справедливыми; доколе не умру, не уступлю непорочности моей» (Иов. 27: 5). Он обвиняет в несправедливости самого Бога, и прежде всего по отношению к нему, Иову. Он считает, что никогда и ни в чем не согрешил ни перед Господом, ни перед людьми, наоборот, он всегда делал добро людям и всю жизнь поклонялся одному только Яхве. И Бог все это знает. За что же он тогда так покарал его? Иов даже допускает, что, возможно, в молодые годы по незнанию и совершил какой-либо грех. Но он уверен, что даже если такое и было, то обрушившееся на него наказание явно не соответствует проступку.

Да и в целом Иов постепенно склоняется к тому, что в мире отсутствует как божественное правосудие, так и воспетая пророками справедливость Господа. Более того, Иов отказывается признать за Богом такие качества, как милосердие и благость. Из речей Иова следует, что он считает поведение Бога аналогичным поведению жестокого и капризного тирана, злодея и покровителя злодеев.

Но хуже всего, по мнению Иова, то, что Бог благоволит к злодеям и оказывает им покровительство: «И нет жезла Божия на них» (Иов. 21: 9). И «в день погибели пощажен бывает злодей, в день гнева отводится в сторону» (Иов. 21: 30). В третьей своей речи Иов даже осмелился заявить: «Земля отдана в руку злодея, лицо ее судей он закрывает» (Иов. 9: 24).

Еще древние комментаторы не могли дать однозначное разъяснение этому месту. Если придерживаться контекста, то «он» во втором полустишии – это Бог. Но кто тогда назван «злодеем» в первом полустишии? Этот парадокс разные толкователи объясняют по-разному: одни считают слова Иова откровенным поношением Бога, другие предполагают, что «злодеем» назван сатана. Один из еврейских комментаторов Библии – Арнольд Эрлих (1848–1919) – писал: «Под “злодеем”, хотите – верьте, хотите – нет, следует понимать не кого иного, как самого Бога!»…

Когда же друзья говорят Иову, что Бог позже отомстит потомству грешника, он решительно отвечает им: «Скажешь: “Бог бережет для детей его несчастие его”. – Пусть воздаст он ему самому, чтобы он это знал. Пусть его глаза увидят несчастие его, и пусть он сам пьет от гнева Вседержителева. Ибо, какая ему забота до дома своего после него, когда число месяцев его кончится» (Иов. 21: 19–21).

Вместе с тем Иов готов согласиться, что нет человека абсолютно безгрешного, поскольку люди несовершенны по своей природе. Но тем более, считает Иов, Господь не должен наказывать людей за их грехи и пороки, так как он сам сотворил их таковыми.

Рассуждая далее, Иов говорит, что даже если человек и совершил какой-либо грех перед Богом, то достойно ли вечного и всемогущего Господа преследовать за это человека? Ведь человек – слишком малозначащее по сравнению с Богом создание: он – как пылинка, уносимая ветром…

В завершающей части поэмы появляется Яхве. Он произносит длинную речь, полную самовосхваления. В конце ее Бог спрашивает: «Будет ли состязающийся со Вседержителем еще учить?» А затем дополняет: «Обличающий Бога пусть отвечает Ему» (Иов. 39: 32).

После этого «отвечал Иов Господу и сказал: вот, я ничтожен; что буду я отвечать Тебе? Руку мою полагаю на уста мои. Однажды я говорил, – теперь отвечать не буду, даже дважды, но более не буду» (Иов. 39: 33–35).

Но вот что удивительно: судя по стихам 42: 7–8 из эпилога, Яхве даже оправдывает речи Иова: «И было после того, как Господь сказал слова те Иову, сказал Господь Елифазу Феманитянину: горит гнев Мой на тебя и на двух друзей твоих за то, что вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов. Итак возьмите себе семь тельцов и семь овнов и пойдите к рабу Моему Иову и принесите за себя жертву; и раб Мой Иов помолится за вас, ибо только лице его Я приму, дабы не отвергнуть вас за то, что вы говорили о Мне не так верно, как раб Мой Иов» (Иов. 42: 7–8).

Кто же был подлинным автором Екклесиаста?

Как понимать это место? Как объяснить, что Яхве дважды объявляет правильным то, что говорил Иов? И это после того, как сам Яхве немного раньше сурово осудил попытку страдальца «омрачить промысел словами без разумения».

На эти вопросы имеется ряд ответов. Вот, например, что пишет по этому поводу исследователь Ветхого Завета М.И. Рижский. «Одни комментаторы считают, что одобрение Яхве относится только к поведению Иова и его словам в прологе: “Яхве дал, Яхве взял” и т. д. Эти критики рассматривают стихи 42: 7–8 как наилучшее доказательство того, что вся дискуссия между Иовом и друзьями, как и речи Яхве, является самостоятельным литературным произведением, вставленным в рамку древней легенды, остатки которой сохранились в прологе и эпилоге. В легенде Иов действительно “не согрешил” и не произнес никакой хулы в адрес Бога. И, следовательно, Яхве имел полное основание с похвалой отозваться о поведении и речах своего верного раба» (М.И. Рижский. Книга Иова. 1991).

Видимо, разговор о книге Екклесиаста следует начать с ее названия. А оно является греческим переводом еврейского слова кохелет (от кахаль – «собирать»), что означает проповедник, или оратор в собрании. По этой причине в греческом переводе с иврита книга называется «Екклесиаст», а в русском – «Проповедник». Кроме того, «кохелет» можно также истолковать как поучающая премудрость.

Большинство верующих читателей Екклесиаста не сомневаются в том, что написана она иудейским царем Соломоном. Да и откуда могут взяться подозрения, что автором этого выдающегося произведения является кто-то другой, если в самом первом стихе книги четко указано: это «Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме» (Еккл. 1: 1). К тому же среди ветхозаветных творений «Екклесиаст» находится между книгами Притч и Песнь песней, автором которых библейская традиция также считает Соломона.

Однако, как выясняется, с авторством книги Екклесиаста не все так просто, как можно было бы думать. По крайней мере, существуют веские доказательства того, что автором первого и заключительных стихов был человек, вряд ли имевший какое-либо отношение к основному тексту книги. По этой причине большинство исследователей считают, что эти стихи были вставлены в текст Екклесиаста в более позднее время неизвестным переписчиком или же переводчиком.

Причем, сомнения в том, что автором книги Екклесиаста является Соломон, появились уже в I веке н. э. у иудейских богословов. Именно в это время шел процесс формирования канонического текста еврейской Библии, и некоторые священнослужители высказывались против включения в канон книги Екклесиаста, поскольку в ней якобы содержались еретические мысли. А это, в свою очередь, значило, что еретиком являлся и сам Соломон. Но поскольку за ним подобного воззрения не наблюдалось, был сделан вывод, что премудрый царь Соломон не мог быть автором книги Екклесиаста. В настоящее же время это утверждение считается твердо установленным фактом.

«Прежде всего, – пишет А.П. Лопухин в комментарии к тексту Екклесиаста, – язык книги с несомненностью показывает, что она явилась уже после плена вавилонского, когда еврейский язык потерял свою чистоту и получил сильную арамейскую окраску. Книга Екклесиаста переполнена арамеизмами даже в большей степени, чем книги Ездры и Неемии и другие послепленные произведения, заключает в себе множество отвлеченных и философских выражений и даже имеет кое-что общее с талмудическим словоупотреблением… Прав один исследователь, сказавший, что если бы Соломон написал книгу Екклесиаста, то не было бы никакой истории еврейского языка. Во всяком случае, тогда нельзя было бы усвоять Соломону книгу Притчей».

За давностью времени точную дату написания Екклесиаста ученые указать не могут, но предполагают, что она была создана в Иудее на рубеже IV–III веков до н. э. И, предположительно, ее автором был палестинский еврей. В то же время А. Мень в «Исагогике» придерживается точки зрения, изложенной в Вавилонском Талмуде, что «Иезекииль и его собратья написали Исайю, Притчи, Песнь песней и Екклесиаст». Другие ученые указывают совсем иное время написания этой книги. Причем разница между крайними датами составляет порядка восьми столетий…

Некоторые исследователи предполагают, что Соломон все-таки причастен к написанию Екклезиаста. Но впоследствии неким палестинским евреем текст книги был существенно переработан и дополнен. Но целый ряд ученых и с этим взглядом на проблему не соглашаются, поскольку такой подход не дает ответа на многие вопросы. Например, почему израильский царь не называет себя Соломоном, а Екклесиастом?

По этому поводу в «Толковой Библии» А.П. Лопухина говорится следующее: «Сравнивая надписание книги Притчей и книги Екклесиаста, некоторые толкователи не без основания находят в последней признаки несоломоновского происхождения. Не совсем понятно, почему Соломон не назван здесь своим собственным именем, как это в книге Притчей, если бы действительно он был писателем книги Екклесиаста. Не выступает ли здесь исторический Соломон простым символом, как и самое имя Когелет? Малопонятно также выражение “царя в Иерусалиме”. В исторических книгах Соломон называется обыкновенно царем израильским (напр., 4 Цар. 23: 13; 3 Цар. 4: 1 и др.), но никогда просто царем в Иерусалиме. Последнее выражение указывает, по-видимому, на то время, когда Израиль перестал составлять самостоятельное царство и не имел уже своего царя в Иерусалиме».

Отстаивая свою точку зрения, Лопухин далее пишет: «И в самом содержании книги мы найдем немало признаков ее позднейшего происхождения. Екклесиаст говорит о себе: “Я был царем над Израилем в Иерусалиме” (Еккл. 1: 12). Сам Соломон не мог употребить здесь прошедшего времени, так как он оставался царем до конца своей жизни. Таким образом мог сказать о нем человек, живший после него. То же следует сказать о выражении: “Я возвеличился и приобрел мудрости больше всех бывших прежде меня над Иерусалимом” (Еккл. 1: 16). До Соломона лишь один Давид был царем в Иерусалиме, следовательно, при жизни Соломона нельзя было говорить о всех бывших царях в Иерусалиме… По (Еккл. 1: 3–9) представляется, что Соломон предавался чувственным наслаждениям ради философских экспериментов, по идеальным мотивам. Этого не мог сказать о себе исторический Соломон» (А.П. Лопухин. Толковая Библия).

По этому поводу любопытную гипотезу высказал Игорь Вегеря в своем исследовании книга Екклезиаста. Он считает, что автором Когелета мог быть афинский философ Деметрий Фалерский (350–280 годы до н. э.). Действительно, с 317 по 307 год до н. э. он являлся властителем Афин, а с 297 года – ближайшим советником при дворе Птолемея Сотера в Египте. Жил он на рубеже IV–III веков до н. э. Фактически под руководством и при непосредственном участии Д. Фалерского был осуществлен первый перевод книг Ветхого Завета на греческий язык, получивший впоследствии название «Септуагинты». И, что не менее важно, Деметрий Фалерский является автором книги «Изречения» («Речения»), которая во многом тождественна книге Екклесиаста.

Гипотеза, конечно, интересная, но маловероятная. И прежде всего потому, что очень сложно объяснить появление «Речений» среди канонических книг Библии. Сам Вегеря считает, что текст мог «быть помещен рядом со священными книгами Закона (а именно – вслед за ними) только в качестве Комментария или Послесловия к только что осуществленному переводу с иврита на греческий…» (И.И. Вегеря. Книга Екклезиаста. 2006)…

Но кто же все-таки скрывается под именем Екклесиаста? Судя по некоторым стихам, автор, выдавая себя за богатого и мудрого царя Соломона, и сам был человеком, знакомым с роскошной жизнью. А в ряде мест своего произведения он также относит себя к «мудрым».

Как и в отношении анонимности создателя книги Екклесиаста, существуют разные точки зрения и на мировоззрение автора. Так, одни экзегеты отмечают его глубокую религиозность. Другие, наоборот, видят в нем светского человека, пресыщенного жизнью и разочаровавшегося в ней, поэтому погрузившегося в пессимизм и скептицизм и к религии абсолютно безразличного. И для таких заключений в книге можно найти немало оснований.

А теперь от авторства книги обратимся к ее тексту. Начнем же с фразы «суета сует и все суета», которая в книге повторяется более 30 раз, но при этом неправильно переведенная с оригинала. Оказывается, «славянским словом “суета” в русском синодальном переводе передано стоящее в оригинальном еврейском тексте слово “хебел” (hebel), и передано неудачно. Потому что в современном русском языке “суета” неизбежно ассоциируется в сознании с суетливостью, бестолковым и суматошным быстрым передвижением туда-сюда. Между тем “хебел”… в ветхозаветных частях Библии… имеет значения: “нечто ничтожное”, “нестоящее”, “пустое”, “бессмысленное”, “тщетное”, “напрасное” (Пс. 62: 10; Иов. 7: 16), нечто почти неосязаемое, как веяние воздуха (Ис. 57: 13)… Таким образом, выражение “суета сует” будет иметь смысл: “все тщетно, напрасно, бессмысленно; ни в чем нет смысла”, так же как погоня за ветром» (М.И. Рижский. Библейские вольнодумцы. М., 1992) …

Что же касается содержания Екклесиаста, то в нем можно выделить несколько проблем, которые автор и пытается решить. Главная же из них: могут ли богатство, слава и мудрость принести человеку полное счастье и удовлетворение жизнью? И на этот вопрос Екклесиаст отвечает отрицательно, говоря: «Суета сует и все суета». Одновременно автор пытается выяснить: какова роль Бога в жизни человека? Особенно остро Екклесиаст ставит вопрос о Божьем суде над человеком. И приходит к выводу, что никаких признаков Божьего суда и наказания грешников в земной жизни нет.

Но, возможно, Всевышний судит людей после их смерти. Однако «живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, ибо и память о них предана забвению» (Еккл. 9: 5). Выходит, что возмездия от Бога нет человеку и после его смерти. Поэтому в сознании Екклесиаста сложился образ иного Бога, отличного от Бога иудейских ортодоксов. Как отметил А. Мень: «Бог для Екклесиаста – это некто бесконечно далекий и почти не связанный с человеком… непонятная роковая сила… абстрактнее бога стоиков. Неизвестно даже, желает ли он блага своим творениям… равнодушный к миру, которому он предоставил крутиться по предписанным законам безо всякой цели» (А. Мень. Мудрецы Ветхого Завета. 3нание – сила. 1990. № 3).

В таком случае как объяснить тот факт, что, несмотря на противоречивый характер книги Екклесиаста, она все-таки была включена в канон Священного Писания? На этот вопрос существует несколько ответов. Приведем некоторые из них.

Так, «еще в древности иудейские богословы предложили для наиболее отклоняющихся от официальной догматики высказываний Екклесиаста достаточно простое объяснение: книга Екклесиаста, как вошедшая в канон, в целом боговдохновенна; но в некоторых местах Соломон высказал свои личные взгляды, которые отклонились от истины. Позже некоторые критики высказали предположение, что… написанный автором первоначальный текст был позже отредактирован другими людьми, которые придерживались других взглядов, более ортодоксальных» (М.И. Рижский. Библейские вольнодумцы. М., 1992).

Причем даже существовала версия, что редакторской правкой Екклезиаста занимался не один, не два, а даже три человека: один был некий «мудрец», другой – благочестивый ортодокс и третий – горячий поклонник автора, сочинивший целый фрагмент текста, в котором восхваляется Екклезиаст и его заслуги. Однако это предположение давно отвергнуто, поскольку оно противоречит единству языка и стиля книги.

В заключение разговора о книге Екклезиаста не лишним будет отметить, что, оценив труды человека как бессмысленные, тем не менее автор в ряде мест «вложил в уста своего героя призывы видеть в труде не проклятие Божье и не только способ приобрести средства к существованию или богатство, но источник радости: “Нет иного счастья для человека, как есть и пить, и видеть благо от труда своего” (Еккл. 2: 24 и ряд др.)» (М.И. Рижский. Библейские вольнодумцы).

В другом месте Екклесиаст также прославляет добрые дела: «Узнал я, что нет иного счастья для человека, как веселиться и делать добро в жизни своей. И если кто ест, и пьет, и видит благо в труде своем, то это также дар Божий» (Еккл. 3: 12, 13). То есть: «делай добро – в этом счастье!» – призывает автор Екклесиаста…

Следует отметить, что, помимо книги Екклесиаста, библейская традиция приписывает Соломону также авторство книги Песнь песней. Существует даже версия, что Песнь песней Соломон написал в юности, а Екклесиаст – в пожилом возрасте. Однако по этому поводу у специалистов тоже имеются немалые сомнения.

Так, скептики указывают на присутствие в тексте ряда лингвистических нюансов, которые явно свидетельствуют о более позднем времени написания книги Песнь песней. Например, персидское слово «pardes» («рай», «фруктовый сад»), скорее всего, говорит о времени персидского владычества. В то же время греческое слово «appiryon» («ложе», «одр») вроде бы также говорит о более позднем написании Песнь песней. На основании этих и некоторых других текстовых свидетельств библеисты пришли к выводу, что книга в современном ее виде была написана в III веке до н. э.

В то же время на этот счет имеется достаточно веское возражение, суть которого сводится к предположению, что все эти языковые особенности относятся только к тому тексту книги, который дошел до наших дней. А появились они в результате обычной редакторской правки, которая была проведена с одной лишь целью: сделать книгу более понятной для читателя. Кроме того, следует иметь в виду, что Соломон торговал со многими государствами, и иностранные слова могли легко проникнуть в языковую среду иудеев. Поэтому тем более арамейские слова не могут указывать на время написания книги.

К тому же Соломон в книге упоминается в третьем лице, к тому же явно с негативным оттенком. Да и речь в ней идет о любви девушки к пастуху. «Где ты, мой возлюбленный, пасешь своих овец?» – спрашивает она. Таким образом, опираясь только на эти аргументы, в этом споре отдать предпочтение той или иной стороне довольно сложно…

Кроме того, Песнь песней явно отличается от остальных новозаветных книг своим особенным содержанием. В ней нет ни слова о Боге, о Законе, нет упоминаний о событиях из истории израильского народа. Вместе с тем в этой книге имеются стихи, которые явно не соответствовали еврейской ветхозаветной морали. Поэтому многие раввины отказывались признавать ее канонической.

И только после того как в ее защиту выступил великий раввин Акиба, живший в I веке нашей эры, отношение к книге поменялось. Аргументы же, которые привел в ее пользу этот уважаемый человек, были следующие: «Если бы эта книга не была святой, – писал Акиба, – ее не выдавали бы за книгу Священного Писания, настолько она соблазнительна. Второй аргумент – эта книга должна иметь свой сокровенный смысл… Если все книги Священного Писания святы, то Песнь Песней – Святое Святых этих книг».

И там действительно есть некий сокровенный смысл, тайна, которая не разгадана до сих пор. По этому поводу А. Мень пишет, что Песнь песней насыщена странной символикой, «где жених говорит о своей невесте, о ее красоте. Что можно сказать о прекрасной девушке? Что она, как весна, что у нее прекрасные глаза… Но ничего подобного: в Песне такие странные сравнения, что у русского толкователя прошлого века Олесницкого возникло сомнение, о женщине ли здесь вообще говорится? Сравнивается, например, нос ее с башней, обращенной к Дамаску… Боюсь, что комплимент этот звучит несколько странно. Жених разбирает каждую часть ее тела и дает сравнения: эта часть похожа на стадо овец – тоже довольно сомнительно. Профессор Киевской Духовной Академии Олесницкий высказал предположение, что речь идет о Святой Земле, что невеста олицетворяет Святую Землю, поэтому она так странно и описана. А раз Святую Землю, значит Церковь, сначала ветхозаветную, а потом и всемирную новозаветную».

Священное Писание говорит, что болезни являются Божьим наказанием за совершенные грехи и непослушание (Лев. 26: 16; Втор. 28: 21). Причем в Библии рассказывается о таких случаях, когда заболеванию подвергались не только отдельные лица, но и огромные группы людей, иногда исчисляемые десятками тысяч.

Навуходоносор. Художник У. Блейк. 1805 г.

«И послал Господь язву на Израильтян от утра до назначенного времени: и умерло из народа, от Дана до Вирсавии, семьдесят тысяч человек» (2 Цар. 24: 15). «И случилось в ту ночь: пошел Ангел Господен, и поразил в стане Ассирийском сто восемьдесят пять тысяч. И встали поутру, и вот все тела мертвые» (4 Цар. 19: 35).

Скорее всего, такие массовые смерти являлись следствием опустошительных эпидемий. Но каких? Библия на этот вопрос не отвечает. Хотя ее толкователи кое-какие предположения по этому поводу и выдвигают.

«Например, Геродот рассказывает, что на войско ассириян во время египетского похода напало несчетное число мышей, которые перегрызли тетивы у луков и ремни у щитов и через то лишили ассирийское войско возможности продолжать войну» (Толковая Библия Лопухина). Гипотеза, безусловно, фантастическая и маловероятная.

Видимо, наиболее близок к истине иудейский историк Иосиф Флавий. В своей книге «Иудейские древности» он предполагает, что войско ассирийцев поразила чума. Между прочим, это мнение и теперь превалирует в исторической, теологической и медицинской науке.

Но, рассказывая о поражениях болезнями представителей рода человеческого, Библия в основном заостряет внимание на телесных и психических заболеваниях царствующих особ.

Одним из примеров болезненных состояний царей Израильских является болезнь Саула. «И от Саула отступил Дух Господен, и возмущал его злой дух от Господа» (1 Цар. 16: 14). Считается, что Саул заболел депрессией. Поэтому царь, томимый мрачными мыслями, часто становился раздражительным. И тогда по совету слуг Саула во дворец царя был приглашен Давид. «И когда дух от Бога бывал на Сауле, то Давид, взяв гусли, играл, – и отраднее и лучше становилось Саулу, и дух злой отступал от него» (1 Цар. 16: 23).

Впрочем, судя по некоторым местам из книги Псалмов, и сам Давид испытывал приступы тяжелого уныния. «Нет мира в костях моих от грехов моих; я совсем поник, весь день сетуя хожу; я изнемог и сокрушен чрезмерно; кричу от терзаний сердца моего» (Пс. 37: 4,7,9). «Утомлен я воздыханиями моими, каждую ночь омываю ложе мое, слезами моими омочаю постелю мою» (Пс. 6: 7). «Не удаляйся от меня, ибо скорбь близка, а помощника нет!» (Пс. 21: 12) и другие. Печальны и стихи царя Соломона в книге Екклесиаста, повествующие «о суете сует».

Но если Библия о болезни Саула упоминает лишь в одном стихе, то намного подробнее в Священном Писании описывается психическое заболевание Навуходоносора – величайшего правителя Нововавилонской империи.

А начало болезни положил следующий случай. Однажды, прогуливаясь по городу, царь гордо произнес: «Это ли не величественный Вавилон, который построил я в дом царства силою моего могущества и в славу моего величия». Еще речь сия была в устах царя, как был с неба голос: “Тебе говорю, царь Навуходоносор: царство отошло от тебя! И отлучат тебя от людей, и будет обитание твое с полевыми зверями; травою будут кормить тебя, как вола, и семь времен пройдут над тобою, доколе познаешь, что Всевышний владычествует над царством человеческим и дает его, кому хочет!” Тотчас и исполнилось это слово над Навуходоносором, и отлучен он был от людей, ел траву, как вол, и орошалось тело его росою небесною, так что волосы у него выросли, как у льва, и ногти у него – как у птицы. По окончании же тех дней я, Навуходоносор, возвел глаза мои к небу, и разум мой возвратился ко мне; и благословил я Всевышнего, восхвалил и прославил Присносущего, Которого владычество – владычество вечное и Которого царство – в роды и роды. И все живущие на земле ничего не значат; по воле Своей Он действует как в небесном воинстве, так и у живущих на земле, и нет никого, кто мог бы противиться руке Его и сказать Ему: “Что Ты сделал?” В то время возвратился ко мне разум мой, и к славе царства моего возвратились ко мне сановитость и прежний вид мой; тогда взыскали меня советники мои, и я восстановлен на царство мое, и величие мое еще более возвысилось. Ныне я, Навуходоносор, славлю, превозношу и величаю Царя Небесного, Которого все дела истинны и пути праведны, и Который силен смирить ходящих гордо» (Дан. 4: 27–34).

Из этого отрывка следует, что Бог очень сурово наказал царя за гордыню: Навуходоносора на несколько лет поразило странное психическое заболевание. Это место а Священном Писании даже для некоторых христиан казалось символическим, не говоря уже об атеистах.

А учитывая особенности Вавилонского царства, тем более трудно представить, что этим государством на протяжении нескольких лет управлял психически больной царь, который не только остался в живых, но еще и продолжал пребывать на престоле.

К тому же и исторических свидетельств, подтверждающих болезнь царя, ученые долгое время не находили. Хотя симптомы заболевания, при котором человек начинает ощущать себя животным и вести себя в соответствии со своими представлениями, психиатрам известны давно.

Но однажды, проводя раскопки в песках Месопотамии, археологи наткнулись на затерянное царство и его историю, изложенную на глиняных табличках, которые сначала были приняты за древние рисунки, не представлявшие для ученых особой ценности. Однако немного позже за непонятными черточками, точками и палочками ученые увидели древние письмена. После их расшифровки исследователи получили уникальные сведения.

Вот, например, что прочли историки на одной из табличек. «Моя столица… не радовала мое сердце, во всех моих царствах я не возвысил моей власти; драгоценных сокровищ моего царства я не собирал. В Вавилоне я не возводил никаких построек ни для себя самого, ни для славы моего царства. Не воспел я во славу господина моего и бога Мардука, радости моего сердца в Вавилоне, городе его величества и столице моего царства, и ничего не положил я на его жертвенник; также не очищал я каналов».

Какой невероятный контраст с теми словами, которыми царь восхваляет свои сооружения и деяния. Царь-строитель, превративший Вавилон в красивейший город мира, не только не сооружает новых строений, но и не поддерживает в должном состоянии тех, что уже были возведены. Он даже не отдает распоряжений по очистке каналов! Империя, существовавшая за счет богатств, которые полноводными реками текли из покоренных государств, неожиданно перестает копить сокровища! Царь-воитель не отправляется с войсками в новые походы.

Что же случилось в этот период с Вавилонией? Почему царь не строит новых зданий, не собирает дани с покоренных стран? Но главное – почему Навуходоносор не стал приносить жертвы и молиться главному богу Мардуку? Этот факт буквально шокировал ученых, прочитавших этот текст. Ведь в то время, да и позже, поклоняться языческим богам был обязан каждый житель Вавилонского царства, в том числе и его правитель. Тот же, кто не оказывал должного почтения богам, подвергался настоящему остракизму.

На следующих табличках ученые прочли: «Жизнь показалась ему бессмысленной… Он давал противоречивые и неясные приказания… Он был не в состоянии выразить свою любовь к сыну или дочери, не узнавал своих родственников и даже не мог управлять Вавилоном и своим храмом».

В подтверждение приведенных выше фрагментов о болезни царя, можно также процитировать выдержку из книги «Вавилонская (халдейская) история» Бероса (350–280 годы до н. э.), которую приводит Иосиф Флавий: «Навуходоносор неожиданно заболел, а в это время он занимался строительством стены… и затем умер». Греческий историк Абиденус, живший в III веке до н. э., также писал, что царь, «одержимый каким-то богом или чем-то еще, поднялся на террасу своего дворца, произнес пророческую речь… после чего неожиданно исчез».

Тексты табличек поставили перед учеными довольно сложный вопрос: почему выздоровевший Навуходоносор не только не приказал изъять таблички с текстами, в которых упоминалось о его болезни, но даже сам поведал о ней будущим поколениям? Ведь всегда в официальных источниках было принято говорить только о величии правителя.

И еще одна загадка, связанная с Навуходоносором: как психически больной человек смог в течение семи лет удержаться в то страшное время на троне? Ведь по логике того времени больного царя должны были либо убить, либо – свергнуть…

Но, кроме психических заболеваний, библейские цари подвергались и телесным недугам. Так, за грехи заболел проказой Озия. Вот как об этом повествует Священное Писание: «Шестнадцати лет был он, когда воцарился, и пятьдесят два года царствовал в Иерусалиме. Имя матери его Иехолия, из Иерусалима. Он делал угодное в очах Господних во всем так, как поступал Амасия, отец его» (4 Цар. 15: 2–3).

Пир Валтасара. Художник Рембрандт. Около 1635 г.

«Но когда он сделался силен, возгордилось сердце его на погибель его, и он сделался преступником пред Господом, Богом своим; ибо вошел в храм Господен, чтобы воскурить фимиам на алтаре кадильном. И пошел за ним Азария священник, и с ним восемьдесят священников Господних, людей отличных, и воспротивились Озии царю и сказали ему: не тебе, Озия, кадить Господу; это дело священников, сынов Аароновых, посвященных для каждения; выйди из святилища, ибо ты поступил беззаконно, и не будет тебе это в честь у Господа Бога. И разгневался Озия, – а в руке у него кадильница для каждения; и когда разгневался он на священников, проказа явилась на челе его, пред лицем священников, в доме Господнем, у алтаря кадильного. И взглянул на него Азарья первосвященник и все священники; и вот у него проказа на челе его. И понуждали его выйти оттуда, да и сам он спешил удалиться, так как поразил его Господь. И был царь Озия прокаженным до дня смерти своей, и жил в отдельном доме и отлучен был от дома Господня. А Иоафам, сын его, начальствовал над домом царским и управлял народом земли» (2 Пар. 26: 17–21).

Книга пророка Даниила сообщает нам о том, что Валтасар был последним правителем Вавилона, к тому же сыном Навуходоносора (Дан. 5: 2). История же восхождения Валтасара на царственный трон началась после 2 октября 562 года до н. э. Именно в этот день, как свидетельствуют хроники, в Вавилоне отошел в мир иной великий царь Навуходоносор.

И, как это обычно случается после смерти властителей народов, лишь только тело Навуходоносора было предано земле, жреческая и военная знать стала бороться за власть.

В течение пяти лет в результате дворцовых переворотов гибнут несколько претендентов на царский трон: сын Навуходоносора – Авель-Мардук (562–560 годы до н. э.), зять великого царя Нериглассар (560–556 годы до н. э.) и Лабаши-Мардук (556 год до н. э.) – сын Нериглассара.

После Лабаши-Мардука жрецы возводят на трон сына арамейского вождя Набонида, который неожиданно становится религиозным реформатором.

Дело в том, что мать нового царя – Аддагуппи, являлась жрицей бога Сина, или бога Луны. А поскольку она оказывала на своего сына очень сильное влияние, Набонид не препятствовал действиям матери по постепенному продвижению Сина на вершину вавилонского пантеона богов.

Параллельно с этими реформаторскими действиями, в 553 году до н. э. Набонид захватывает у мидян город Харран, а затем и аравийский город Тейму. Там же в 549 году до н. э. Набонид устроил свою резиденцию, управление же Вавилоном он поручил своему сыну Валтасару. Но именно этот факт долгие годы вызывал нескончаемые дискуссии в среде ученых.

Дело в том, что имя Валтасар упоминается только в Библии. В других же источниках последним царем Вавилона называется Набонид. По этой причине историки посчитали, что Валтасар – личность мифическая.

В Библии Валтасар называется сыном Навуходоносора. Хотя хорошо известно, что Навуходоносор имел лишь одного сына – Евил-Меродаха. По этой причине ряд исследователей отождествляли Валтасара с Набонидом. Но эту версию опровергает тот факт, что Набонид был пленен Киром еще до осады Вавилона.

«Первая нить к распутыванию этого трудного исторического вопроса дана была известным ассириологом Генри Ролинсоном. При раскопке великого храма в Уре им в 1854 году было найдено несколько цилиндров с надписями, заложенных Набонидом в основание храма. На одном из этих цилиндров имеется большая надпись, в которой Набонид обращается к богу Луны со следующею мольбою: “Продли мою жизнь на многие годы и (также жизнь) Бел-сар-усура, моего первородного сына, происшедшего от меня”. Из этой надписи ясно, что у Набонида был старший сын по имени Бел-сар-усур, или по греческой транскрипции Валтасар. Как старший сын, он, очевидно, был наследником престола и по обычаю вавилонских царей мог быть призван к управлению в качестве соправителя еще при жизни своего отца.

Что Валтасар ко времени падения Вавилона был уже человек взрослый, способный принимать участие в государственных делах, есть указания в другой клинообразной надписи, хранящейся в Британском музее и содержащей летопись событий, которые предшествовали падению Вавилона и непосредственно следовали за ним. В ней в 11-й год царствования Набонида, следовательно, за пять или за шесть лет до падения Вавилона, упоминается сын царя в качестве главнокомандующего войсками. Когда Набонид был взят в плен, Валтасар мог стать фактически царем Вавилона, хотя бы номинально им и считался Набонид.

Что касается, наконец, того, что Валтасар называется сыном Навуходоносора, то это объясняется известною особенностью еврейского или вообще восточного склада мысли, по которому отцом называется не только действительный отец, но и дед, прадед и даже отдаленный предок. Набонид был женат на дочери Навуходоносора, следовательно, Валтасар был внук этого царя и в торжественной речи мог называть себя просто сыном его» («Энциклопедия Брокгауза и Ефрона»)…

В соответствии с предсказаниями пророков, весной 539 года до н. э. знаменитый персидский царь Кир двинул свои войска на Вавилон. Подойдя к городу, он приступил к осаде.

А поскольку в древности блокада крупных городов продолжалась годами, то и Кир не рассчитывал на скорый захват Вавилона.

В то же время пророчество Иеремии гласило, что город падет быстро и внезапно (Иер. 51: 8). Более того, опять же согласно пророчеству, в это время в Вавилоне будет огромный пир, во время которого его военачальники и воины сильно опьянеют (Иер. 51: 57; 51: 39).

И действительно, в то время, когда воины Кира выкопали за городом канал и соединили его с рекою, в результате чего вода из реки ушла в канал, а оттуда – в озеро, вавилоняне, «засевшие в крепости, смеялись над этой осадой, потому что у них было запасов больше, чем на двенадцать лет. Узнав об этом, Кир поделил свое войско на двенадцать частей с тем, чтобы каждая часть несла сторожевую службу один месяц в году. Услышав об этом, вавилоняне еще более развеселились, представив себе, как будут сторожить фригийцы, мидяне, арабы, каппадокийцы, которые, как они считали, все были более расположены к ним, чем к персам» (Ксенофонт. Киропедия. М.: Наука, 1976).

И вдруг, в то самое время, когда пир был в самом разгаре, «вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести стены чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала» (Дан. 5: 5). А вскоре появился следующий текст: «мене, мене, текел, упарсин».

Стела моавитского царя Меша. IX в. до н. э.

Валтасара охватил ужас, и он призвал пророка Даниила растолковать значение странных слов. И пророк дает следующее им объяснение: «Вот и значение слов: МЕНЕ – исчислил Бог царство твое и положил конец ему; ТЕКЕЛ – ты взвешен на весах и найден очень легким; ПЕРЕС – разделено царство твое и дано Мидянам и Персам… В ту же самую ночь Валтасар, царь Халдейский, был убит. И Дарий Мидянин принял царство, будучи шестидесяти двух лет» (Дан. 5: 26–28; 30).

Последняя строчка 30-го стиха скрывает еще один вопрос Библии: кто таков Дарий Мидянин? Ведь практически все исторические хроники говорят, что Вавилон захватил Кир, который и основал Мидо-Персидскую империю, ставшую преемницей Вавилонии. Но, судя по тексту Книги Даниила, управлять страной стал Дарий Мидянин. Критики Библии посчитали, что Даниил просто придумал этого царя. И это предположение на долгое время заняло ведущее место в библеистике. Однако историки и археологи доказали реальность этой личности.

Помогла ученым разобраться с этой проблемой «Летопись Набонида», в которой говорится следующее: «Гобрий, правитель Гутиума, и армия Кира вошли в Вавилон без боя. После этого Набонид был арестован в Вавилоне, когда он туда вернулся… В месяце архшамму, в третий день, Кир вступил в Вавилон, Гобрий, его правитель, поставил местных правителей в Вавилоне».

Таким образом, из этого отрывка легко заключить, что после свержения Набонида до воцарения в Вавилоне Кира Вавилоном управлял Гобрий (Угбару). Такой точки зрения в настоящее время придерживается большинство специалистов по древней истории.

Но летописи свидетельствуют, что Гобрий умер спустя три недели после захвата Вавилона. Однако ряд ученых считает, что автор хроники, называя дату смерти Гобрия, не придерживался точной хронологии событий. А это значит, что он умер не в 539-м, а 538 году до н. э. Таким образом, Гобрий (Угбара) был правителем Вавилонии год и три недели. Но об этом же говорит и Библия.

В 3-й книге Царств, начиная с 16-й главы, рассказывается об омридах – великой северной династии Израильских царей, которую основал Омри, или Амврий: «В тридцать первый год Асы, царя Иудейского, воцарился Амврий над Израилем, и царствовал двенадцать лет» (3 Цар. 16: 23).

Правил же Омри с 929 по 918 год до н. э. До этого Амврий был командующим армией царя Илы во время сражения против города Гавафана, принадлежавшего филистимлянам.

За время своего правления Омри воздвиг великолепный по красоте город Самарию, который был столицей десяти колен Израильских. Омри также создал условия для дальнейшего правления в Израиле собственной династии. После смерти Амврия «воцарился Ахав, сын его, вместо него… И царствовал Ахав над Израилем в Самарии двадцать два года» (3 Цар. 16: 28–29).

В годы правления омридов были построены укрепленные города, которые служили в качестве административных центров в могущественной империи. Омри и Ахав также создали одну из самых мощных армий в регионе, благодаря которой они расширили свои владения не только далеко на север, но и к востоку от реки Иордан, захватив территории древних государств Эдома и Моава.

И если бы библейские авторы к оценке деятельности омридов подошли более объективно, они, конечно же, не преминули бы указать, что благодаря Ахаву Израильское царство впервые получило широкую известность на мировой арене. Кроме того, при беспристрастном взгляде на историю династии омридов следовало бы отметить и тот факт, что брак Ахава с дочерью финикийского царя Эфваала был великолепным тактическим ходом в межгосударственной дипломатии.

Однако в Ветхом Завете омриды представлены как самые презираемые персонажи библейской истории. Более того, Ахаву в Библии дана даже более жесткая оценка, чем другим северным монархам. И в основе такого отношения к этому царю Израильскому лежит прежде всего его поклонение идолам, которое ему навязала его жена Иезавель – финикийская принцесса. «И делал Ахав, сын Амврия, неугодное пред очами Господа более всех бывших прежде него. Мало было для него впадать в грехи Иеровоама, сына Наватова; он взял себе в жену Иезавель, дочь Ефваала царя Сидонского, и стал служить Ваалу и поклоняться ему. И поставил он Ваалу жертвенник в капище Ваала, который построил в Самарии. И сделал Ахав дубраву, и более всех царей Израильских, которые были прежде него, Ахав делал то, что раздражает Господа Бога Израилева» (3 Цар. 16: 30–33).

Итак, в Библии омриды – это отрицательные персонажи. И связано это прежде всего с идеей самой Библии. Поэтому, если из библейской истории убрать противостояние Ахава с двумя знаменитыми пророками Илией и Елисеем, а также их страшные пророчества и последовавшие за ними бедствия, то доказательств отрицательной роли омридов в истории Израиля остается очень мало.

Правда, кроме библейских свидетельств также имеются и монументальные памятные надписи, которые относятся к временам правления омридов. Примером таких «литературных» памятников является изготовленная из черного базальта стела Меши, обнаруженная в 1868 году в Иордании на месте библейского города Дивона, который в далеком прошлом был столицей царства Моав.

Текст на стеле написан на моавитском языке, который похож на библейский иврит. В надписи описываются подвиги моавитского царя Меши, который завоевал территории северного Моава и основал столицу в Дивоне. Открытие этого письменного отрывка стало настоящей сенсацией, поскольку Меша упоминается в Четвертой книге Царств как мятежный подданный северного Израильского царства.

События, записанные на стеле, относятся к девятому веку до н. э. Надпись гласит: «Омри (был) царь Израиля, и он притеснял Моав много дней… И сменил его сын его, и он тоже сказал: “Буду притеснять Моав”. В мои дни, он сказал так… И Омри завладел землей Медева. И он жил в ней дни свои и половину дней сына своего – сорок лет».

В надписи рассказывается также о том, как Меша уверенно захватывал новые территории, разрушая населенные пункты израильтян к востоку от Иордана, одновременно укрепляя и украшая свою столицу. И хотя Меша почти не скрывает своего презрительного отношения к Омри и его сыну Ахаву, однако из его победоносной записи все-таки можно сделать вывод, что Израильское государство во времена омридов занимало обширные территории. А это, безусловно, свидетельствует о его мощи.

Кроме того, из надписи на стеле, обнаруженной в ветхозаветном городе Тель Дане в 1993 году, следует, что примерно в 835 году до н. э. сирийский царь Азаил покорил этот город, располагавшийся на самой северной границе Палестины. Там же он воздвиг этот памятник, свидетельствующий о его триумфе.

Лидия могла быть одним из источников представлений о Гоге и Магоге

Но наиболее правдивое доказательство силы династии омридов дает ассирийский царь Салманасар III, правивший в 858–824 годах до н. э. В 853 году он огромными силами попытался завоевать Сирию, Финикию и Израиль. Но его армии преградили путь войска противника, занявшие оборону на местности Каркар в западной Сирии.

Впоследствии о великой победе Салманасара было рассказано в древнем тексте, известном как «Надпись Монолита», который был обнаружен в 1840 году на месте древнего ассирийского города Нимруд. На темном камне были перечислены силы, собранные против ассирийского царя: в тексте, в частности, сказано о «2000 колесницах, 10 000 пехотинцев Ахава, израильтянина». А эти цифры лучше всяких слов говорят о хорошо вооруженной армии империи омридов.

Археологические данные свидетельствуют также о том, что омриды во многом превзошли других монархов Израиля и Иудеи в сфере строительства и в области администрирования. По сути, именно во времена их правления в Израиле впервые отмечен истинный Золотой Век израильских царей.

Чего, например, стоит великолепная столица Самария времен династии омридов. В этом убедились археологи, которые в начале ХХ века приступили к раскопкам в тех местах, где стоял этот древний город. А то, что Самария и впрямь была построена в правление Омри, говорит тот факт, что в ассирийских источниках северное царство называется «домом Омри». А это первый признак того, что именно Омри построил Самарию.

Следующим городом, демонстрирующим мощь омридов, можно назвать Мегиддо, который открыли в середине 1920-х годов американские археологи. Северный город Хацор, раскопанный учеными в середине прошлого столетия, предоставил еще одно доказательство величия омридов.

Но самыми впечатляющими достижениями инженерной мысли эпохи омридов, наверное, следует считать огромные подземные водные тоннели, выдолбленные в скалах под городами Мегиддо и Хацор. Эти тоннели обеспечивали жителей городов доступной питьевой воде даже во время длительной осады.

Таким образом, из всего вышеизложенного следует, что не Соломон, а омриды создали первую в Израиле развитую монархию. А это значит, что Ветхий Завет, обличая Омри и Ахава, как отступников от веры Моисеевой, скрыл их величайшую роль в создании первого мощного государства израильтян.

В Ветхом Завете упоминается немало народов, которые или уже давно исчезли с исторической арены, или трудно идентифицируемы. Но, наверное, самым загадочным ветхозаветным народом являются Гог и Магог. И прежде всего потому, что они своими деяниями потрясут мир незадолго до пришествия Мессии, о чем сказано в Откровении Иоанна.

Впервые слово Магог упоминается среди имен сыновей Иафета в Бытии (Быт. 10: 2). И, соответственно, с большой долей вероятности можно предположить, что Магог – это название народа или народов. Об этом же говорит и Иезекииль: «Сын человеческий! Обрати лице твое к Гогу в земле Магог, князю Роша, Мешеха и Фувала» (Иез. 38: 2). А Гог, судя по этому стиху, являлся властелином перечисленных выше земель.

Пророк Иезекииль в своей книге пророчеств (Иез. гл. 38–39) говорит, что «после многих дней» «в последние годы» (Иез. 38: 8) «верховный князь» Гог из страны Магог во главе огромного войска вторгнется в земли Израиля.

А поскольку Иезекииль указывал, что придет народ этот «от краев севера», толкователи Библии и пытались отождествить Гога и Магога с каким-нибудь народом, жившим на территориях, находящихся севернее Израиля.

Ряд исследователей считают, что прообразом Гога был Гиг – царь Лидии, правивший около 687–652 годов до н. э. Он, как свидетельствует Геродот, укрупнил свои земли за счет новых территорий в Малой Азии, расширив их до Черного моря на севере и до Эгейского – на западе.

Среди экзегетов, которые предполагают, что текст 38-й и 39-й глав Книги Иезекииля написан после возвращения евреев из вавилонского плена, распространена гипотеза, в соответствии с которой Гог – это один из военачальников молодого персидского царя Кира. Существует также версия, что имя Гог могло являться псевдонимом Александра Македонского. А Магог в этом случае означает «земля Гога».

Ряд экзегетов считают, что имена Гог и Магог происходят от шумерского слова «тьма». То есть Магог – это «земля тьмы», а Гог – персонификация тьмы или же «вождь и представитель сил, враждебных Богу». Другие усматривают связь этих имен с аккадским богом Гага, который упоминается в «Энума Элиш» – вавилоно-аккадском эпосе о сотворении мира.

Отцы Церкви часто толковали имена Гога и Магога аллегорически. Например, церковный писатель Иероним Стридонский, живший в III–IV веках нашей эры, истолковывал имя Гог как символ «кровли», а Магог как знак того, кто «из-под этой кровли» исходит.

Блаженный Августин под Гогом разумел врагов Церкви, из среды которых, как «из-под кровли», выходит дьявол, а Могог в его толковании – это уже сам дьявол…

Переходя же к самому сражению, но не вдаваясь в его детали, следует сразу заметить, что огромные силы, представленные разными народами, все равно не смогут одержать победу над израильтянами, поскольку сам Яхве выступит против Гога и Магога. Вот как в видении пророка поступит Бог с врагами Израиля.

«И выбью лук твой из левой руки твоей, и выброшу стрелы твои из правой руки твоей. Падешь ты на горах Израилевых, ты и все полки твои, и народы, которые с тобою; отдам тебя на съедение всякого рода хищным птицам и зверям полевым… И пошлю огонь на землю Магог и на жителей островов, живущих беспечно, и узнают, что Я Господь… Тогда жители городов Израилевых выйдут, и разведут огонь, и будут сожигать оружие, щиты и латы, луки и стрелы, и булавы и копья; семь лет буду жечь их» (Иез. 39: 3–4, 6, 9). Позже толкователи Священного Писания вторжение орд Гога и Магога связали с явлением Мессии и Страшным судом.

Правда, если у пророка Иезекииля Гог – это имя царя завоевателей, а Магог – название государства, то в Откровении Иоанна Богослова Гог и Магог – это народы, объединенные в языческие армии, которые сойдутся в последней битве с народом Божиим.

Произойдет же это сражение в конце тысячелетнего царства Христа после первого воскресения, когда сатана выйдет из заточения и придет с «четырёх углов земли», чтобы, окружив неисчислимыми ордами «стан святых и город возлюбленный», покорить его. Но эти армии будут уничтожены небесным пламенем. «Когда же окончится тысяча лет, сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань; число их как песок морской. И вышли на широту земли, и окружили стан святых и город возлюбленный. И ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их; а диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков» (Откр. 20: 7–9).

Смерть Иезавели. Гравюра Г. Доре. 1866 г.

В связи с таким толкованием исхода битвы между израильтянами и Гогом и Магогом, возникает вопрос: почему сам Бог должен вмешиваться в это сражение? Неужели Мессия не в силах победить Гога и Магога? Экзегеты отвечают: потому что Мессия будет в этой войне убит. Но как такое возможно? Ведь Бог дал ему бесконечную жизнь.

Еврейская традиция этот парадокс разрешает следующим образом: сначала должен явиться Мессия из рода Иосифа, который погибнет в битве с силами Гога и Магога. И уже после его смерти прибудет Мессия из рода Давида.

В завершение этого разговора следует отметить, что и иудеи, и христиане видят в Гоге и Магоге инструменты, которыми попытается воспользоваться антихрист для достижения своих злых целей в период своего правления на земле.

В Ветхом Завете насчитывается более пятидесяти женских персонажей. Некоторым из них отводятся целые книги, например «Есфирь», другим – несколько глав или стихов, третьим – одна-две фразы, как повивальным бабкам, которых звали Шифра и Фуа.

Образы ветхозаветных женщин характеризуются многообразием характеров, положением в семье и обществе, ролью в исторических событиях и т. д. Некоторые из них отличаются изощренным коварством, неумеренной жестокостью, властолюбием. Так, Далида, или Далила, сначала искусно выведала тайну силы богатыря Самсона, которая заключалась в его волосах, а затем сдала силача филистимлянам (Суд. 16: 4—21).

Жена седьмого израильского царя Ахава – Иезавель, о которой рассказывается в Третьей книге Царств, отличалась не только неимоверным коварством, но поразительным неуважением к вере евреев. Обладая к тому же еще и твердым характером, она быстро подчинила своему влиянию мужа, а, поскольку являлась язычницей, в Самарии по её требованию был возведен храм и жертвенник языческому богу Ваалу, а также выделена дубрава для оргий в честь Астарты. «И поставил он Ваалу жертвенник в капище Ваала, который построил в Самарии (3 Цар. 16: 32).

Но однажды удача изменила Иезавель. Военачальник по имени Ииуй, командовавший израильскими войсками, убил царя израильского Иорама – сына Иезавели, и захватил власть. Когда Иезавель из окна своего дворца увидела приблизившихся воинов во главе с предателем-военачальником, она нарумянила лицо, надела парадное платье и, встав в проем окна, стала осыпать Ииуя бранью. В ответ на это Ииуй приказал выбросить ее из окна…

Только дурной наследственностью и безграничной жаждой власти, можно, наверное, объяснить характер и поведение Гофолии – дочери Иезавели и Ахава. К тому же она была сестрой израильского царя Иорама. Когда же Ииуй, убив ее брата, стал уничтожать весь царский род, Гофолия с помощью изощренных интриг присвоила себе престол и решила в отместку истребить весь род Давидов. И, казалось, ей это удалось. И все же один отпрыск царя Давида – Иоас был спасен благодаря жене первосвященника Иодая – Иосавеф. В конце концов, после шести лет царствования (884–878 годы), Гофолия была убита. А на царство был поставлен Иоас.

Но таких персонажей, как Далида, Иезавель и Гофолия, в Ветхом Завете намного меньше, чем добронравных, чистых и мужественных женщин. Так, поистине величайшей женщиной Ветхого Завета является Дебора (Девора) – знаменитая пророчица и судья Израиля. О ней рассказывается в 4-й главе Книги Судей. «В то время была судьею Израиля Девора пророчица» (Суд. 4: 4). Именно она стала вдохновительницей войны против ханаанского царя Явина, правившего в Хацоре в 1200–1125 годах до н. э.

Девора вызвала к себе полководца Варака и приказала ему собрать десятитысячное войско из колен Наффалимовых и Завулуновых, чтобы выступить против ханаанеев. По настоянию Варака сама Девора также присоединилась к войску. Еврейская армия закрепилась на горе Тавор. Войска ханаанского полководца Сисра, в составе которого находилось 900 колесниц, стали передвигаться в сторону реки Кишон, которая к этому времени вышла из берегов. Несмотря на то что неприятель находился на внушительном расстоянии, Девора все равно отдала приказ Вараку немедленно атаковать ханаанеев. В результате этого маневра ханаанейское войско было полностью разгромлено. Предполагается, что война против Явина стала последней кампанией израильских племен против ханаанеев.

О дальнейшей судьбе этой замечательной женщины ничего не известно. В Библии лишь сказано, что ее победа принесла израильскому народу сорок лет спокойной жизни (Суд. 5: 31).

Еще меньше внимания в Ветхом Завете уделено Иохаведе – матери Моисея, Аарона и Мариам. О ней известно лишь то, что она доводилась теткой своему мужу Амраму. А ведь известно, что близкородственные браки у евреев запрещены. Однако этот брак считался вполне законным, поскольку он был заключен еще до Моисеевых законов, запрещавшим такие супружеские союзы (Лев. 18: 12–13).

Немного больше места в Ветхом Завете занимает история дочери Иохаведы – Мариам. Особенно велика ее роль в судьбе Моисея. Ведь именно она посоветовала дочери фараона в качестве кормилицы для младенца нанять свою мать (Исх. 2: 7). Спустя много десятилетий, при исходе евреев из Египта, Мариам последовала за своим братом Моисеем. Во время долгих блужданий по пустыне она не теряла терпения, проявляла чудеса выносливости и преданности. Но однажды она все же возроптала на Моисея и была за это наказана Богом страшной болезнью – проказой. Но благодаря молитве своего брата чудесно исцелилась, проведя семь дней вне стана. Скончалась и погребена Мариам в Кадесе (Чис. 20: 1).

И все же самыми известными женщинами Ветхого Завета являются мать всего человечества Ева и жены патриархов Авраама, Исаака и Иакова – Сарра, Ревекка и Лия. Согласно преданию, вместе со своими мужьями они похоронены в пещере Махпела – склепе патриархов в древней части Хеврона. Иаков перед смертью завещал похоронить в этой пещере и себя, поскольку «там похоронили Авраама и Сарру, жену его; там похоронили Исаака и Ревекку, жену его; и там похоронил я Лию» (Быт. 49: 31). Еврейская традиция утверждает, что в пещере покоятся также тела Адама и Евы.

Ева, как известно, первая женщина, которую сотворил Бог, решив, что ««нехорошо быть человеку одному» (Быт. 2: 18). Но, поскольку о ней уже разговор шел раньше, повторяться мы не станем, а более подробно расскажем о Сарре – жене Авраама и первой из четырёх родоначальниц еврейского народа. По версии Талмуда, Сарра была дочерью рано умершего брата Авраама – Арана, то есть она была племянницей своего мужа. Если внимательно прочесть историю жизни этих супругов, то нетрудно заметить, что Сарра была не просто женой Авраама, а играла значительную роль в том деле, которому посвятил себя её муж.

Вот, например, что пишет о личности Сарры известный израильский специалист по Талмуду Адин Штейнзальц: «Сарра – это не покорная жена, пассивно сопровождающая мужа, но личность с твёрдой волей и сильным характером, побуждавшим её принимать самостоятельные решения и осуществлять их, когда того требуют обстоятельства. Более того, во многих случаях Сарра оказывается наставницей мужа. Авраам часто испытывал потребность обратиться к ней за советом либо считал себя обязанным получить её согласие, прежде чем принять важное решение».

Следует заметить, что даже Бог повелевает Аврааму: «Слушайся всего, что скажет тебе Сарра» (Быт. 21: 12). И, подчиняясь этому установлению Господа, Авраам по настоянию Сарры удалил из дома Измаила и Агарь – своего сына и его мать.

Библия также повествует о бесплодии Сарры: «И Сарра была неплодна и бездетна» (Быт. 11: 30). Но при этом, однако, подчеркивается непоколебимая вера Авраама в обещание Всевышнего наградить его многочисленным потомством. Ведь когда Бог повелел Аврааму оставить Харран, Он сказал: «Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое; и будешь ты в благословение» (Быт. 12: 2).

В какой-то момент Сарра, окончательно разуверившись в том, что она когда-нибудь будет иметь собственного ребенка, даже позволила Аврааму переспать со своей служанкой Агарь, чтобы та произвела ему детей (Быт. 16: 2–3).

Но вдруг, когда Сарре шел девяностый год, Бог объявил Аврааму, что Сарра родит ему сына, и «произойдут от неё народы, и цари народов произойдут от неё» (Быт. 17: 16). Обещание Бога дать Авраму и Сарре сына сопровождается переименованием Аврама в Авраама, а Сары в Сарру, а также установлением с Господом завета, который сопровождается предписанием обрезания (Быт. 17: 1—21). И действительно, в 90 лет Сарра родила Исаака.

Умерла же Сарра в возрасте 127 лет в местечке Кирьят-Арбе (Хеврон). Похоронил ее Авраам в пещере Махпела, о чем уже говорилось выше. По преданию, смерть Сарры наступила после того, когда Исаак рассказал ей о попытке отца принести его в жертву.

Кроме Сарры к числу прародительниц евреев относятся также Ревекка и сестры Лия и Рахиль.

Ревекка – жена Исаака (Быт. 24: 67). Она была родной сестрой Лавана, дочери которого Лия и Рахиль позже стали женами её сына Иакова. Почти двадцать лет Ревекка не имела детей, а затем родила близнецов – Иакова и Исава. И так уж случилось, что чувства родителей к сыновьям разделились: «Исаак любил Исава, потому что дичь его была по вкусу его; а Ревекка любила Иакова» (Быт. 25: 28). Из-за этой любви богобоязненная Ревекка совершила грех: она помогла Иакову обманным путем получить благословение Исаака, которое предназначалось его первенцу Исаву (Быт. 27). Впоследствии Ревекка была вынуждена спасать Иакова от мести Исава, дав ему следующий совет: «Встань, беги к Лавану, в Харан; и поживи у него несколько времени, пока утолится ярость брата твоего» (Быт. 27: 43–44). О времени смерти Ревекки ветхозаветные книги не пишут. Но сообщают, что после смерти она была похоронена в пещере Махпеле (Быт. 49: 31).

Лот с дочерьми. Художник Х. Гольциус. 1616 г.

Лия и Рахиль – старшая и младшая дочери Лавана. Лия не отличалась особой красотой и была слаба глазами, поэтому обманным путем Лаван и выдал ее за Иакова. Но зато Господь благословил ее особенным чадородием: Лия родила шестерых сыновей, а также дочь Дину. Когда скончалась Лия, в Библии не говорится, но похоронена она, как и ближайшие ее родственницы, в священной Пещере Махпеле.

Рахиль – младшая дочь Лавана и любимая жена Иакова. Чтобы жениться на ней, он отработал у Лавана 14 лет. В Библии сказано, что Рахиль была «красива станом и красива лицом» (Быт. 29: 17), однако у нее долго не было детей. Хотя от Иакова появились дети и у ее служанки, и у старшей сестры Лии (Быт. 30: 4—21). Наконец, «вспомнил Бог о Рахили» и родила она Иосифа (Быт. 30: 22–24), затем – Вениамина. Но во время родов Рахиль умерла. Погребена она также в пещере Махпеле.

Конечно, обо всех женщинах Ветхого Завета рассказать невозможно. Что же касается наиболее известных из них – прародительниц евреев Сарры, Ревекки, Лии и Рахиль, то при определении их историчности должно существовать два подхода. Так, если предполагать, что Авраам, Исаак и Иаков являются реальными личностями, то с высокой долей вероятности таковыми можно считать и их жен. Если же придерживаться противоположной точки зрения, то, соответственно, и прародительниц евреев тоже необходимо относить к легендарным персонажам Библии.

Что же касается других женщин Ветхого Завета, то с их историчностью у исследователей еще больше проблем. По крайней мере, документальных данных о том, что они являлись реальными личностями, у специалистов нет.

Прежде чем говорить об инцесте, или кровосмешении в Ветхом Завете, наверное, следует дать определение этому понятию. Итак, инцест – это брак или половая связь ближайших кровных родственников: родителей и детей, брата и сестры и т. д.

Обычно кровосмесительные отношения в большинстве обществ наказуемы. Особенно жестко пресекался инцест среди израильтян. Например, в 6-м стихе 18-й главы книги Левит сказано: «Никто ни к какой родственнице по плоти не должен приближаться с тем, чтобы открыть наготу» (Лев. 18: 6). И в этой же главе перечисляются родственники, которые должны подчиняться этому повелению. Например, о сестре в Библии говорится следующее: «Наготы сестры твоей, дочери отца твоего или дочери матери твоей, родившейся в доме или вне дома, не открывай наготы их» (Лев. 18: 9). Понятно, что под открытием наготы имеются в виду интимные отношения.

Правда, в некоторых случаях инцест не преследовался общественной моралью. Например, когда мужчина и женщина были единственной парой на земле. Это, как легко понять, касалось детей Адама и Евы. Или же, когда возникала необходимость продления рода человеческого после «конца света» или других аналогичных катастроф. Можно подумать, что к этой норме можно отнести и случай с Лотом и его дочерями. Однако, как выясняется, это не так.

Именно с этого библейского события мы и начнем более подробный разговор об инцесте в Ветхом Завете. Но для начала вспомним историю с гибелью городов Содома и Гоморры, которая описана в 19 главе Бытия.

После катастрофы, как известно, Лот попал в город Сигор, который был сохранен Богом специально для него и семьи его. Но вскоре Лот покинул город.

«И вышел Лот из Сигора и стал жить в горе, и с ним две дочери его, ибо он боялся жить в Сигоре. И жил в пещере, и с ним две дочери его.

И сказала старшая младшей: отец наш стар, и нет человека на земле, который вошел бы к нам по обычаю всей земли; итак напоим отца нашего вином, и переспим с ним, и восставим от отца нашего племя.

И напоили отца своего вином в ту ночь; и вошла старшая и спала с отцом своим: а он не знал, когда она легла и когда встала.

На другой день старшая сказала младшей: вот, я спала вчера с отцом моим; напоим его вином и в эту ночь; и ты войди, спи с ним, и восставим от отца нашего племя.

И напоили отца своего вином и в эту ночь; и вошла младшая и спала с ним; и он не знал, когда она легла и когда встала.

И сделались обе дочери Лотовы беременными от отца своего, и родила старшая сына, и нарекла ему имя: Моав. Он отец Моавитян доныне. И младшая также родила сына, и нарекла ему имя: Бен-Амми. Он отец Аммонитян доныне» (Быт. 19: 30–38).

Итак, в этом отрывке рассказывается о кровосмешении, которое по еврейским законам каралось смертью. В Талмуде инцест тоже относится к трем из тягчайших грехов, наряду с убийством и идолопоклонством.

Что же касается ветхозаветной истории с Лотом и его дочерями, то этот грех в Библии получил суровую оценку: моавитяне – потомки Моава и аммонитяне – потомки Бен-Аммистали являются языческими народами, а значит, врагами Иудеи. Таким образом, Библия в данном случае не только не оправдала инцест, но и жестоко его осудила. «Аммонитянин и Моавитянин не может войти в общество Господне, и десятое поколение их не может войти в общество Господне во веки» (Втор. 23: 3).

Трудно объяснить такое жестокое наказание для этих народов. Ведь кровосмешение в семье Лота произошло еще до того, как появились законы Моисея…

На своей сводной сестре Сарре женился и ветхозаветный патриарх Авраам. «Да она и подлинно сестра мне; она дочь отца моего, только не дочь матери моей; и сделалась моею женою» (Быт. 20: 12). И вообще в роду Авраама близкородственные браки становятся чуть ли не постоянным явлением. Действительно, сын Авраама Исаак женился на своей единокровной племяннице Ревекке. От этого брака появились на свет близнецы Исав и Иаков (Быт. 25: 25–26). Исав тоже не отступил от семейной традиции и взял в жены дочь своего родного дяди Измаила – двоюродную сестру Махалафу (Быт. 28: 9). А брат Исава – Иаков женился даже на двух родственницах: его женами стали родные сестры Рахиль и Лия, дочери Лавана, брата Ревекки – матери Иакова: то есть они приходились ему двоюродными сестрами (Быт. 29: 10, 21–23, 27–28).

В этой связи возникает любопытный вопрос: почему род Лота был наказан за инцест, а Авраама – нет? Скорее всего, причина в том, что Бог пообещал Аврааму произвести от него богоизбранный народ. А возможно, дело в чем-то совсем ином?..

Спиноза в богословско-политическом трактате дал обоснованную версию авторства Ветхого Завета

Правда, в дальнейшем, после установления Моисеем законов, случаев инцеста, которые были бы описаны в Библии, практически не наблюдается. Причем был наложен полный запрет на интимные отношения между самыми разными кровными родственниками (Лев. 18: 6—18).

Правда, из этих законов было одно исключение – закон левирата. Его сущность изложена в стихах 5-м и 6-м главы 25-й Второзакония: «Если братья живут вместе и один из них умрет, не имея у себя сына, то жена умершего не должна выходить на сторону за человека чужого, но деверь ее должен войти к ней и взять ее себе в жены и жить с нею. И первенец, которого она родит, останется с именем брата его умершего, чтобы имя его не изгладилось во Израиле».

Появление этого исключения, видимо, связано с тем, что у древних евреев, как и у других восточных народов, для обретения полного счастья требовалось сохранить в потомстве родовое имя. В то же время, прекращение рода считалось величайшим несчастьем. Поэтому нежелание деверя следовать этому закону покрывало его позором.

В качестве примера можно привести историю Онана, который, чтобы не появился на свет соперник, претендовавший на часть наследства, вместо половых отношений с Фамарью занимался мастурбацией, получившей «в его честь» название «онанизм».

Долгое время мало кто задавался вопросом об авторстве книг Ветхого Завета, в частности, Пятикнижия. Причина проста: большинство людей были уверены, что автором первых книг Библии является Моисей.

Однако даже в те далекие времена, когда Библию запрещалось подвергать малейшему критическому анализу и все изложенное в ней следовало считать абсолютной истиной, находились ученые, которые все-таки пытались исследовать ее тексты максимально объективно и беспристрастно.

Впервые же обстоятельно проанализировал ряд библейских книг великий философ-материалист XVII века Бенедикт Спиноза, изложивший свое видение проблемы в книге «Богословско-политический трактат», изданной в 1670 году.

Можно сказать, что именно Спиноза впервые дал четкую и достаточно обоснованную версию авторства Ветхого Завета. И все последующие критические работы по этой теме, по сути, в основном уже опираются на исследования этого знаменитого нидерландского философа.

Правда, ради справедливости следует заметить, что проблему авторства некоторых ветхозаветных книг, и в первую очередь Пятикнижия, еще до Спинозы рассмотрел еврейский философ и экзегет Ибн-Эзра (1089–1167) в своих комментариях к Второзаконию. Но это было сделано в столь завуалированной форме, что лишь спустя пять столетий Спиноза, приложив немало усилий, смог расшифровать доказательства и выводы Ибн-Эзры.

Объяснить, почему еврейский философ облек свои мысли в загадочные формулы, не составляет особого труда: просто-напросто он опасался обвинений в ереси, а значит, гонений со стороны священнослужителей.

Спиноза, расшифровав смысл текстов Ибн-Эзры, не только убедился, что Пятикнижие написано не Моисеем, но и нашел новые убедительные доказательства этого предположения.

Так, при внимательном чтении Бытия, Исхода и других произведений Пятикнижия, можно заметить, что нередко о Моисее говорится в третьем лице: например, Бог говорил с Моисеем, Моисей вышел к народу и т. д. Конечно, можно было бы предположить, что это особая форма письменной передачи мыслей, присущая древнееврейской литературе того времени. Однако, что тоже нетрудно заметить, в ряде мест Пятикнижия Моисей применяет форму первого лица: «И сказал мне Господь» (Втор. 2: 2, 9).

Кроме того, Моисей в Пятикнижии характеризуется столь лестными эпитетами, которые не позволяют думать, что богоизбранный пророк мог бы так хвалебно о себе говорить. Вот только некоторые из этих «комплиментов»: «Моисей же был человек кротчайший из всех людей на земле» (Чис. 12: 3). Или: «Моисей человек Божий» (Втор. 33: 1); «Не было более у Израиля пророка такого, как Моисей» (Втор. 34: 10).

Спиноза также доказал, что названия некоторых местностей в Пятикнижии отличаются от тех, какие они носили во времена Моисея. Так, в Бытии рассказывается о том, что Авраам «преследовал неприятелей до Дана» (Быт. 14: 14). В то же время в книге Судей говорится, что «сыны Дановы… пошли в Лаис, против народа спокойного и беспечного, и побили его мечом, а город сожгли огнем… Город сей находился в долине, что близ Беф-Рехова. И построили снова город и поселились в нем. И нарекли имя городу: Дан, по имени отца своего Дана, сына Израилева; а прежде имя городу тому было: Лаис» (Суд. 18: 27–29). А это событие, как известно, произошло намного позднее смерти Моисея. Безусловно, не мог пророк писать о городе, построенном через несколько столетий после его смерти.

Так же, как не мог он описать и свою смерть и последовавший за ней траур, о чем очень подробно рассказывается во Второзаконии – пятой книге Моисея. Вот как излагается это событие: «И умер там Моисей, раб господень, в земле Моавитской, по слову господню. И погребен на долине в земле Моавитской против Беф-Фегора, и никто не знает места погребения его даже до сего дня. Моисею было сто двадцать лет, когда он умер; но зрение его не притупилось, и крепость в нем не истощилась. И оплакивали Моисея сыны израилевы на равнинах Моавтиских (у Иордана близ Иерихона) тридцать дней. И прошли дни плача и сетования о Моисее» (Втор. 34: 5–8).

Опираясь на эти данные, Спиноза сделал следующее заключение: «…Из всего этого яснее дневного света видно, что Пятикнижие было написано не Моисеем, но другим, кто жил много веков спустя после него» (Б. Спиноза. Избранные произведения. Т. 2. М., 1957). Более того, философ даже предположил, что священник и книжник Ездра, долгое время находившийся в вавилонском плену, «собрал истории из разных авторов, а иногда только просто списал и оставил их потомкам». Из этих исторических событий и было составлено Пятикнижие…

Аналогичные идеи в отношении авторства Ветхого Завета высказал и английский философ Т. Гоббс, живший почти в одно время со Спинозой. Он считал, что Моисей написал лишь небольшую часть текстов тех книг, которые ему приписываются.

Спустя сто лет, в XVIII веке французский врач Жан Астрюк и немецкий священник Х.Б. Виттер практически одновременно предположили, что основу Пятикнижия составляют несколько источников. В основу этой версии был положен тот факт, что в одних местах повествование ведется от Бога по имени Элогим, а в других – Ягве. «Эти два слова, – писал Астрюк, – никогда не смешиваются: есть целые главы и большие части глав, где Бог называется “Элогим” и никогда – “Иегова”. Есть другие… где Богу не дают иного имени, кроме “Иегова”, и никогда не называют Его “Элогим”. Кроме того, изложение некоторых событий в тексте Бытия повторяется. Это – история Творения, история Потопа, история Иосифа. Эти факты также указывают на использование автором различных текстов». Впоследствии эти два источника получили условные названия Ягвист и Элогим и стали обозначаться, соответственно, «J» и «Е».

В это же время немецкий протестантский богослов де Ветте выдвинул гипотезу о появлении Второзакония. Дело в том, что, согласно Библии, израильтяне до вавилонского плена устраивали жертвоприношения в святилищах, построенных на всей территории страны. Кроме того, когда появлялась необходимость, сооружались и временные алтари. Однако Второзаконие к подобным алтарям относится крайне неодобрительно: «Берегись приносить всесожжения твои на всяком месте, которое ты увидишь» (Втор. 12: 13). Оно требует, чтобы жертвы приносились в одном месте. На основании этих данных де Ветте предположил, что эта книга принадлежит третьему автору, названному условно «D» (от латинского Deuteronomium – Второзаконие).

В 1866 году немецкий протестантский библеист К.Г. Граф доказал, что часть текста Элогиста относится к более поздней эпохе, и в основе его лежит книга Левит. Он был назван «Священническое писание» (Priester Kodex) и стал обозначаться буквой «Р». А поскольку о скинии, которую с таким тщанием описывает «Priester Kodex», в книгах Иисуса Навина, Судей и Царств ничего не говорится, Граф предположил, что «Р» появился после всех других источников.

Кратко же история написания Пятикнижия выглядит следующим образом. Вскоре после падения Северного царства (721 год до н. э.) ягвистский и элогистский кодексы были окончательно сформированы и объединены в одно повествование (JE). Второзаконие и Священническое Писание развивались одновременно. Предполагается, что во время вавилонского плена автор кодекса «Р» взял за основу тексты «JE» и дополнил их материалами известных ему писаний. В результате появились книги (JEP). После плена составители внесли в текст этих книг еще и Второзаконие. И тогда была получена окончательная редакция всего собрания (JEDP).

Иродиада с головой Иоанна Крестителя. Художник Б. Луини. 1531 г.

Что же касается других книг Ветхого Завета, то их авторство не менее спорно, чем в случае с Пятикнижием. Например, в отношении Книги Исайи, автором которой принято считать пророка Исайю, существует гипотеза, что она состоит из трех частей, принадлежащих трем разным авторам. Текст первого Исайи включает главы 1—39 и, скорее всего, написан самим пророком примерно в VIII веке до н. э. Второй Исайя (главы 40–55) был создан анонимным еврейским автором в Вавилоне в конце вавилонского плена. И третий Исайя (главы 56–66) был написан после возвращения из Вавилона.

Такая же неопределенность с авторством касается и остальных ветхозаветных книг. Причем вокруг каждой из них ведутся споры не только о том, кто является ее автором, но и о времени ее написания. Но поскольку эти дискуссии интересны в основном узкому кругу специалистов, останавливаться на них мы не будем.

Можно сказать, что Новый Завет начинается с Иоанна Крестителя, или Иоанна Предтечи, который, в соответствии с христианской традицией, является последним из пророков, возвестивший приход Мессии. И хотя его жизнь и деятельность протекали на стыке старой и новой эр, то есть в сравнении с ветхозаветными пророками относительно недавно, тем не менее многие факты из жизни Иоанна Предтечи у исследователей Библии вызывают неоднозначное толкование.

Взять хотя бы рождение Крестителя. В Евангелии от Луки говорится, что Иоанн Предтеча родился в городе Иудином, в нагорной стране (Лк. 1: 39). Что скрывается за этим названием, точно никто не знает. Правда, существует предположение, что это – современная деревушка Айн-Карем.

Иоанн был сыном священника Захарии и праведной Елизаветы – пожилой бесплодной пары. Когда Захария находился на службе в Храме, архангел Гавриил объявил ему о рождении сына. Он сказал: «Многие о рождении его возрадуются, ибо он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святаго исполнится ещё от чрева матери своей» (Лк.1: 13–17). Но Захария не поверил архангелу, и за это Гавриил наказал его немотой.

После того как Елизавета разрешилась от бремени, а затем на восьмой день новорожденному было сделано обрезание, пришло время дать ему имя. Но поскольку имени Иоанн, которым архангел повелел назвать младенца, в роду Захарии не было, родственники пожелали, чтобы он подтвердил имя письменно.

«Он потребовал дощечку и написал: Иоанн имя ему. И все удивились. И тотчас разрешились уста его и язык его, и он стал говорить, благословляя Бога. И был страх на всех живущих вокруг них; и рассказывали обо всём этом по всей нагорной стране Иудейской. Все слышавшие положили это на сердце своём и говорили: что будет младенец сей? И рука Господня была с ним» (Лк. 1: 63–66).

Кстати, евангелист Лука свидетельствует, что Елизавета и Матерь Иисуса Христа находились в родственных отношениях. Правда, в какой степени родства они состояли, опираясь лишь на эти сведения, сказать сложно…

Помимо того, что неизвестно точное место рождения Крестителя, никто не может назвать и конкретное время рождения пророка. Хотя еще раннехристианские писатели много раз пытались на основе евангельских свидетельств рассчитать точную дату рождения Иоанна Предтечи. Впоследствии этой же проблемой занимались и ученые Нового времени.

В ходе исследования этого вопроса было выдвинуто две версии. Одни ученые за основу взяли те факты, которые относятся к Рождению Иисуса Христа, и экстраполировали их на рождение Крестителя.

Другие специалисты опираются на сведения, которые относятся только к Иоанну Крестителю. В частности, они пользуются указанием на то, что Гавриил известил Захарию о рождении сына во время его очереди служения в Храме. А было это, предположительно, в начале лета.

Но и здесь ожидаемой точности нет. Так, по одним данным, Иоанн Предтеча родился 25 марта 7 года до н. э. в соответствии с обещанием, данным Гавриилом Елизавете в июне предшествующего года. Другие толкователи датой рождения Крестителя называют начало августа 6 года до н. э., а некоторые – начало июля и даже – начало января.

Отсутствуют у экзегетов также сведения о детских годах Иоанна Предтечи. Сообщив, что на 8-й день, в соответствии с обычаем, Иоанн был обрезан, евангелист Лука дальше лишь указывает, что «младенец же возрастал и укреплялся духом, и был в пустынях до дня явления своего Израилю» (Лк. 1: 80). Но ни о том, как Креститель попал в пустыню, ни о дальнейшей судьбе его родителей евангелисты опять же не сообщают. Известно лишь то, что в пустыне Креститель «носил одежду из верблюжьего волоса и пояс кожаный на чреслах своих, и ел акриды и дикий мед» (Мк. 1: 6).

Апокрифическая же версия объясняет пребывание Иоанна Крестителя в пустыне приказом царя Ирода об избиении в Вифлееме младенцев, не достигших двухлетнего возраста. Предположения ученых связывают неизвестные годы пророка также с сектой ессеев, которые принимали осиротевших детей на воспитание в свое сообщество…

В 28 или в 29 году н. э., то есть «в пятнадцатый год правления Тиберия кесаря» (Лк. 3: 1), Иоанн стал проповедовать. А произошло это после того, как в пустыне случился, по словам евангелиста Луки, «глагол Божий к Иоанну, сыну Захарии» (Лк. 3: 2).

Выйдя из пустыни к Иордану, где всегда было много людей, Иоанн стал обращаться к ним со страстными пророческими речами. Что же он проповедовал? Иоанн провозглашал, что скоро наступит единое небесное Царство. И оно уже близко, но его задерживают человеческие грехи. Поэтому народ должен не только изменить свой образ жизни, но и очиститься духовно. Символическим актом такого очищения Иоанн Креститель избрал крещение в водах реки Иордан.

Одним из основных пророчеств Иоанна, заодно с возвещением наступления в недалеком будущем Царства небесного, было предсказание о скором пришествии Мессии. Он своим громовым басом заявлял внимающим его голосу слушателям: «Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем» (Мф. 3: 11).

И снова вопросы. Например, точно неизвестно, где конкретно проповедовал Креститель? Хотя в Евангелиях от Матфея и Марка указывается, что его служение проходило в «пустыне Иудейской» (Мф. 3: 1). А крещение он проводил «в Иордане» (Мф. 3: 6; Мк. 1: 5).

В то же время, факт присутствия мытарей (вероятно, в данном контексте сборщиков таможенных пошлин) и солдат (Лк. 3: 12–14), скорее всего, свидетельствует, что события происходят в пограничной зоне. А это значит, что пророк мог проповедовать в приграничных районах между Иудеей и Переей, или, иначе говоря, в Палестине Заиорданской. На эту область, как на место вероятного служения Крестителя, указывает и Иосиф Флавий.

Евангелист Иоанн, в свою очередь, местом, где мог проповедовать Креститель, называет Вифавару (Ин. 1: 28). А позже сообщает, что он «также крестил в Еноне близ Салима, потому что там было много воды» (Ин. 3: 23). Точное же место расположения этого города неизвестно. Он мог находиться как в Самарии, так и в Десятиградии – группе из десяти античных городов восточнее Иорданской долины.

При внимательном прочтении Евангелий можно заметить много непонятного и загадочного также во взаимоотношениях Иоанна Крестителя и Иисуса Христа. Так, Евангелия свидетельствуют, что после крещения Иисуса Иоанн не сблизился с ним, а продолжил самостоятельную деятельность. Хотя во время Крещения произошло знамение, прямо указавшее на предназначение Христа. «И крестившись, Иисус тотчас вышел из воды, – и се, отверзлись ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой Возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3: 16–17). Но «если Креститель был убежден чудесным знамением в мессианской роли Иисуса, то почему же он не прекратил тотчас свою деятельность и не примкнул сам к Иисусу?» – задается вопросом Д. Штраус.

«На этот вопрос, – пишет далее Штраус, – синоптическое предание отвечало указанием на 40-дневное пребывание Иисуса в пустыне… в конце которого Креститель был взят под стражу и, таким образом, лишен возможности примкнуть к общине последователей Иисуса… Однако, по словам синоптиков, Креститель послал двух учеников своих к Иисусу спросить его: «Ты ли Тот, Который должен прийти, или ожидать нам другого?» (Мф. 11: 3)

Но мог ли возникнуть у Иоанна Крестителя такой вопрос, если он лично видел знамение при Крещении Иисуса? Да и возник у него этот вопрос лишь тогда, «когда до него, уже заключенного в темницу, дошли слухи о быстро распространяющейся славе молодого галилеянина, – продолжает Д. Штраус. – Он твердо верил, что Мессия должен прийти, но для него, как и для всех иудеев того времени, Мессия был еще без имени».

Принесли ли ученики ответ Иисуса Крестителю, прежде чем его казнили? И если «да», то как он к нему отнесся? – тоже неизвестно. «У нас, – отмечает Э. Ренан, – нет об этом никаких сведений. Но зная, что школа (то есть последователи) его довольно долго продолжала существовать параллельно с христианскими общинами, можно прийти к заключению, что при всем уважении к Иисусу Иоанн не смотрел на него как на того, кому предстоит осуществить божественные обетования».

Еще одной тайной в судьбе Иоанна Крестителя является его смерть. Вот как об этом рассказывает евангелист Матфей: «В то время Ирод четвертовластник услышал молву об Иисусе и сказал служащим при нем: это Иоанн Креститель; он воскрес из мертвых, и потому чудеса делаются им.

Ибо Ирод, взяв Иоанна, связал его и посадил в темницу за Иродиаду, жену Филиппа, брата своего, потому что Иоанн говорил ему: не должно тебе иметь ее. И хотел убить его, но боялся народа, потому что его почитали за пророка.

Во время же празднования дня рождения Ирода дочь Иродиады плясала перед собранием и угодила Ироду, посему он с клятвою обещал ей дать, чего она ни попросит.

Она же, по наущению матери своей, сказала: дай мне здесь на блюде голову Иоанна Крестителя.

И опечалился царь, но, ради клятвы и возлежащих с ним, повелел дать ей, и послал отсечь Иоанну голову в темнице. И принесли голову его на блюде и дали девице, а она отнесла матери своей» (Мф. 14: 1—11).

Таким образом, если опираться исключительно на текст Евангелия от Матфея, то получается, что причиной заточения Крестителя в подземелье, а затем и его казни, стали проповеди Иоанна, обличающие женитьбу Ирода на жене своего брата Филиппа.

Но так ли это на самом деле? Например, знаменитый Иосиф Флавий об этой истории, предшествовавшей смерти Иоанна, в своих сочинениях даже не упоминает. Но зато указывает другую вероятную причину гибели пророка. Иосиф Флавий считает, что Ирод просто был напуган всё возрастающей популярностью Крестителя, в котором многие увидели чуть ли не Мессию.

Иоанн Креститель на Иордане. С картины Н. Пуссена. 1635 г.

«Осаждавшие Иоанна истерические, доведенные до крайней степени экзальтации толпы простонародья вызывали тревогу, не предвещали ничего хорошего. В любой момент могли вспыхнуть беспорядки, кончавшиеся, как правило, вооруженной интервенцией римских когорт и кровавой расправой с одураченным населением. Мессианство Иоанна было так же опасно для существующего порядка, как мессианство предшествовавших ему самозваных пророков и вождей народа. А среди угнетенных и ожидающих спасителя слоев еврейского населения царили такие настроения, что у Ирода были все основания опасаться Иоанна, и поэтому он решил устранить его. Впрочем, это отнюдь не исключает и чувства личной мести, вызванного резкой критикой со стороны дерзкого пришельца из пустыни». (Зенон Косидовский. Сказания евангелистов. М., 1977).

Немало загадок, связанных с Иоанном Крестителем, осталось и после его смерти. Например, до сих пор неизвестно точное место погребения обезглавленного тела пророка. Хотя в соответствии с традицией считается, что оно покоится в древнем городе Самарии – Севастии, рядом с могилой пророка Елисея.

Между тем некоторые авторы утверждают, что в 362 году иноверцы по распоряжению Юлиана Отступника разрушили гробницу Крестителя, его мощи сожгли и пепел развеяли по ветру. В то же время византийский писатель и государственный деятель Симеон Метафраст, живший в X веке, свидетельствует, «что сожжено было не Крестителево тело, а чьё-то другое. Ибо патриарх Иерусалимский, узнав заблаговременно о приказе Юлиана, тайно взял из гроба мощи Крестителя и послал их на сохранение в Александрию. Вместо них же он положил кости одного мертвеца».

Останки же Крестителя в 395 году были доставлены в Александрию и помещены в базилике, посвящённой Иоанну. Однако пустую могилу в Севастии еще долгое время посещали паломники. В свою очередь, представители коптской церкви считают, что могила Иоанна Крестителя находится в монастыре в Нижнем Египте.

С особым почитанием относятся христиане к деснице и главе Иоанна Крестителя. Однако каждая из этих реликвий, по странному стечению обстоятельств, представлена в нескольких экземплярах.

Так, в исламе принято считать, что глава Иоанна Крестителя хранится в мечети Омейядов в Дамаске, а католики уверены, что она находится в римской церкви Сан-Сильвестро-ин-Капите. Кроме того, имеются сведения о том, что голова Крестителя покоится в соборе французского города Амьена, а также в турецкой Антиохии и в одном из монастырей Армении.

Что же касается десницы Иоанна Крестителя, то так называется его правая рука. В соответствии с преданием, ее он возложил на голову Христа при его крещении. Издавна принято считать, что эта христианская реликвия находится в Цетиньском монастыре в Черногории. Однако турецкие верующие уверены, что правая рука Крестителя хранится в музее дворца Топкапы – в историческом центре Стамбула рядом с собором Святой Софии.

А вот где на самом деле находятся истинные голова и десница тела Иоанна Крестителя, исследователи сказать не могут. Ведь на сегодняшний день имеются сведения о 12 головах и 9 руках пророка, хранящихся в различных местах…

Завершая рассказ об Иоанне Крестителе, следует заметить, что на нем закончилась эпоха пророков. После Христа настоящих пророков быть не должно, поскольку Иисус – Слово Отца Небесного, которое не нуждается в комментариях.

Тот факт, что, проведя многие годы в пустыне, Иоанн Креститель вышел к народу и стал пророчествовать, нам уже известен. Но, кроме проповедей, он еще исполнял над теми, кто желал того, и обряд очищения в водах Иордана.

Впрочем, ритуал очищения водой практиковался еще до Иоанна Предтечи и являлся церемонией, которая постоянно повторялась у всех верующих евреев. Более того, этот обряд был заповедан еще Моисеем. И к тому же во времена первых патриархов очистительные обряды проводились в нескольких случаях.

Во-первых, в обязательном порядке омывали священников, когда их посвящали на служение Богу. «Аарона же и сынов его приведи ко входу в скинию собрания и омой их водою» (Исх. 29: 4). Кроме того, аналогичное омовение священнослужители были обязаны совершать и при каждой службе в храме. Обряд омовения проводился и при очищении прокаженного. Ритуальному очищению также подвергались и все нечистые предметы: «И все, что проходит через огонь, проведите через огонь, чтоб оно очистилось, а кроме того и очистительною водою должно очистить; все же, что не проходит через огонь, проведите через воду» (Чис. 31: 23). Пройти ритуал полного омовения, иначе говоря – крещения, должны были и язычники, которые принимали иудаизм. Этот обряд означал их смерть в прошлой жизни и рождение – в новой.

Поэтому, проповедуя омовение как основание для прощения грехов, Иоанн Креститель почти ничем не нарушал существовавшие в то время традиции. Правда, если сравнить крещение Иоанна с традиционными омовениями иудаизма, то можно увидеть несколько важных отличий.

Во-первых, иудейские купания требовалось проводить регулярно, чтобы подтверждать свою связь с общиной. Иоанн же крестил только один раз, чтобы подготовить человека к грядущему Страшному суду.

Во-вторых, в иудейском ритуальном купании человек сам входил в воду, окунался и выходил. Вариант же крещения, проводимого Иоанном, предполагал обязательное участие в этом ритуале помощника, который служил посредником между человеком, принимающим крещение, и Богом.

И в третьих, Иоанн предлагал принять водное омовение и тем, кто считал, что делать это не обязательно.

Выше уже отмечалось, что после смерти родителей Иоанн долгие годы прожил среди ессеев и перенял от них некоторые традиции и ритуалы. В частности, новый взгляд на идею омовения. Дело в том, что ессеи, в отличие от ортодоксальных иудеев, считали, что ритуальное очищение необходимо проводить не только после прикосновения к нечистым предметам и животным, но и после совершения предосудительных поступков.

По этой причине ессеи предполагали, что если человек, содеявший нечто неблаговидное, даже и пройдет ритуал омовения без покаяния и чистосердечного раскаяния в совершенных проступках, то все равно желаемого очищения он не получит.

Такой обряд крещения, предполагавший предварительное покаяние, или внутреннее очищение, до Иоанна Крестителя был неизвестен. А поскольку это требование появилось среди ессеев, которые жили замкнутым сообществом, то и новое понимание омовения в других слоях общества практически не было известно. И только после проповедей Иоанна оно получило широкую огласку.

«Единое крещение в водах Иордана, по-видимому, – пишет французский богослов и историк религии Альберт Ревиль, – представлялось ему (Иоанну) актом национального перерождения. Из вод реки должен был выйти новый народ, подобно тому, как его предки, выйдя из пустыни, перешли эти воды… Признание своей греховности и искреннее сожаление были для проходивших очищение условиями примирения с Богом… Личное покаяние и обращение к Богу должно было предшествовать крещению… Таким образом, из вод Иордана должен был вторично выйти избранный народ».

«Но кто же очищает при раскаянии? – в свою очередь вопрошает крупнейший израильский специалист по христианству Давид Флюсер. И сам же отвечает на свой вопрос. – Святой Дух… очищает от всех грехов. Таким образом, покаяние… связывается с прощением грехов, а последнее со Святым Духом».

И, скорее всего, именно крещение больше всего тянуло людей к Иоанну. Точнее то, что Креститель не требовал от них передачи всех их материальных ценностей в собственность общины, а также отказаться от привычного образа жизни.

«И спрашивал его народ: что же нам делать? Он сказал им в ответ: у кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же.

Пришли и мытари креститься, и сказали ему: учитель! что нам делать? Он отвечал им: ничего не требуйте более определенного вам.

Спрашивали его также и воины: а нам что делать? И сказал им: никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем» (Лк. 3: 10–14).

Казалось бы, обряд крещения со смертью Иоанна должен исчезнуть. Но этот ритуал продолжал не только жить, но позднее стал обязательным при вхождении в христианскую общину и до сих пор является символом принадлежности к этой религии. При этом раннехристианская Церковь, позаимствовав этот ритуал, постепенно стала расширять его, дополняя новыми идеями. В настоящее время в христианской традиции существуют два наиболее распространенных толкования водного крещения. Первое из них гласит, что крещение требуется для того, чтобы Бог простил человеку его прегрешения. В этом случае происходит таинство, в ходе которого Господь освобождает человека от грехов.

Благовещение. Фрагмент русской иконы. XII в.

Второе толкование предполагает, что при крещении человек публично свидетельствует о своей вере в Христа. Кроме того, крещение является косвенным доказательством того, что грехи уже прощены.

Об этом говорит и апостол Петр: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святаго Духа» (Деян. 2: 38). Это же в Деяниях апостолов утверждает и Павел: «Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа Иисуса» (Деян. 22: 16).

Впрочем, хотя Павел и не отрицает крещение, но и не связывает прощение грехов исключительно с этим ритуалом. Более того, в некоторых стихах он даже противопоставляет одно другому: «Благодарю Бога, что я никого из вас не крестил, кроме Криспа да Гаия, дабы не сказал кто, что я крестил в мое имя. Крестил я также Стефанов дом; а крестил ли еще кого, не знаю. Ибо Христос послал меня не крестить, а благовествовать…» (1 Кор.1: 14–17)

Безусловно, если бы основанием для прощения грехов являлось крещение, Павел никогда бы таких слов не произнес. Вообще же апостол Павел больше внимания уделял внутренним изменениям в человеке, которые происходят исключительно через веру, и мало связаны с какими-то внешними действиями.

Таким образом, крещение является свидетельством душевных перемен в человеке, символизирует прощение грехов и новое рождение, а также является символом вступления в заветные отношения с Богом.

«Ангел, войдя к Ней, сказал: радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между женами.

Она же, увидев его, смутилась от слов его и размышляла, что бы это было за приветствие.

И сказал Ей Ангел: не бойся, Мария, ибо Ты обрела благодать у Бога; и вот, зачнешь во чреве, и родишь Сына, и наречешь Ему имя: Иисус.

Он будет велик и наречется Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца.

Мария же сказала Ангелу: как будет это, когда Я мужа не знаю?

Ангел сказал Ей в ответ: Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя; посему и рождаемое Святое наречется Сыном Божиим.

Вот и Елисавета, родственница Твоя, называемая неплодною, и она зачала сына в старости своей, и ей уже шестой месяц, ибо у Бога не останется бессильным никакое слово.

Тогда Мария сказала: се, Раба Господня; да будет Мне по слову твоему. И отошел от Нее Ангел» (Лк. 1: 28–38).

Любой, кто хотя бы немного знаком с Новым Заветом, поймет, что в этом отрывке речь идет о непорочном зачатии, согласно которому Дева Мария чудесным образом зачала Иисуса Христа, оставшись при этом девственницей. И этой доктрины придерживаются абсолютно все христианские конфессии.

Как и большинство важнейших событий земной жизни Христа, Его рождение в результате непорочного зачатия было предсказано еще ветхозаветным пророком Исайей: «Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет, и родит Сына…» (Ис. 7: 14) Именно это пророчество евангелист Матфей и отнес к Марии.

Впрочем, это предсказание, точнее, его истинный смысл некоторые толкователи Библии подвергают сомнению. И связано это с еврейским словом «альма», которое находится в оригинальном тексте Книги пророчеств Исайи и обозначает молодую женщину, достигшую половой зрелости и готовую к замужеству.

Но в греческом подлинном тексте Евангелия от Матфея, как и в Септуагинте, использовано не слово «νεανις», которое аналогично выражению «девушка или молодая женщина», а слово «παρθενος», то есть девственница, которое в еврейском языке обозначается как «б’тула».

И дискуссии в отношении этих слов тянутся по настоящее время. Одни богословы утверждают, что еврейский текст был намеренно изменен евреями после того, как христианство приобрело широкое распространение. В свою очередь, другие экзегеты считают, что слово «альма» (девушка) никоим образом не противоречит слову «б’тула» (девственница). Третьи же толкователи придерживаются версии, что в Евангелии от Матфея процитирован не совсем правильный перевод стиха Исайи с библейского иврита.

Еще одной проблемой, которая появляется при анализе догмата о непорочном зачатии Спасителя, является наличие у него братьев и сестер. Чтобы устранить этот парадокс, христианский автор Иероним в своем трактате «Против Гельвидия» (387 год) выдвинул версию, что «братья и сестры Иисуса Христа» являлись не детьми Марии и Иосифа от первого брака, а детьми другой Марии – родственницы Богородицы и жены Клеопа. О ней, в частности, в своем Евангелии упоминает Иоанн: «При кресте Иисуса стояли матерь его и сестра матери его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина» (Ин. 19: 25).

Что же касается братьев Иисуса Христа, в частности, Иакова, то экзегеты установили, что в Новом Завете это имя носят три персонажа. Среди них и апостол Иаков Алфеев, что значит – сын Алфея, который известен также под именем Клеоп. Его-то многие христианские богословы и принимают за Иакова – брата Иисуса Христа.

Однако для такого вывода всякие основания в Новом Завете отсутствуют. Наоборот, в Деяниях апостолов есть четкие указания на то, что это разные люди. Вот что там говорится: «И, придя, взошли в горницу, где и пребывали Петр и Иаков, Иоанн и Андрей, Филипп и Фома, Варфоломей и Матфей, Иаков Алфеев и Симон Зилот, и Иуда, брат Иакова. Все они единодушно пребывали в молитве и молении, с некоторыми женами и Мариею, материю Иисуса и с братьями его» (Деян. 1: 13–14).

Евангелисты также ни разу не выказывают сомнений, что Иаков, Иосий, Симон и Иуда – родные братья Иисуса. При этом в своих стихах они помещают их всегда рядом с родителями Иисуса – Иосифом и Марией, но ни разу – подле Марии Клеоповой.

Это подтверждают следующие примеры: «Не плотник ли он, сын Марии, брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона? Не здесь ли между нами его сестры?» (Мк. 6: 3); «И пришли к нему матерь и братья его, и не могли подойти к нему по причине народа. И дали знать ему: мать и братья твои стоят вне, желая видеть тебя» (Лк. 8: 19–20).

А это уже свидетельство апостола Павла: «Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня» (Гал. 1: 18–19).

Впрочем, в Евангелии от Матфея имеется фрагмент, который, по сути, очень ясно опровергает догму о постоянной непорочности Марии. Вот она: «Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему ангел Господень, и принял жену свою, и не знал ее. Как наконец она родила сына своего первенца, и он нарек ему имя: Иисус» (Мф. 1: 24–25).

Из этого отрывка легко сделать вывод, что непорочное зачатие если и произошло, то лишь однажды, при зачатии Иисуса. А так как впоследствии, судя по текстам Евангелий, Иосиф и Мария жили обычной супружеской жизнью, то по этой причине Иисус был первенцем, а не единственным сыном.

В целом же многие авторитетные исследователи Библии считают, что непорочное зачатие – это типичная легенда, не имеющая под собой серьезной исторической основы. Видимо, по этой причине о столь важном событии нет ни слова ни у Марка, ни у Иоанна, ни у апостола Павла.

Что же касается времени появления доктрины непорочного зачатия, то по этому поводу у библеистов особых расхождений нет. Большинство из них считает, что концепция непорочного зачатия появилась не ранее II века н. э.

А теперь, опираясь на достижения современной биологической науки, попытаемся выяснить: возможно ли хотя бы в принципе непорочное зачатие? Но для начала укажем, что непорочное зачатие – это развитие женской яйцеклетки, неоплодотворенной мужским сперматозоидом.

Оказывается, размножение без оплодотворения – не такая уж и редкость среди живых организмов. Подобным способом, то есть не спариваясь с особями противоположного пола, могут размножаться некоторые виды насекомых, рептилий, птиц. Более того, медикам известны даже такие факты, когда яйцеклетка в организме женщины под воздействием высоких температур или экстремальных ситуаций неожиданно сама по себе начинала делиться.

Рождество Христово. Русская икона. XVI в.

Правда, такие случаи являются большой редкостью. Более того, попытки биологов искусственным путем получить потомство у млекопитающих из неоплодотворенной яйцеклетки практически до последнего времени оказывались безуспешными. Редчайшим исключением из этого жесткого правила оказалась японская мышка Кагуя, появившаяся на свет несколько лет назад: ее родителями стали две особи женского пола. Но, чтобы достичь этого результата, ученые «загубили» 497 мышиных яйцеклеток…

А спустя какое-то время американским исследователям удалось получить «непорочным» путем даже зародыши обезьян макак. «Теперь, когда выяснилось, что метод работает с мышами и обезьянами, не за горами и опыты с человеческими яйцеклетками», – прогнозировал в 2003 году научно-популярный журнал «New Scientist».

И вот в 2007 году российские и американские биологи и впрямь заставили человеческие яйцеклетки развиваться в зародыши без оплодотворения. Правда, из-за этических соображений на пятый день развития ученые оборвали жизнь эмбрионов на стадии бластоцисты – зародышевого пузырька. Но это, как говорится, цветочки. Несколько лет назад семнадцатилетняя француженка Анук Дидье, характеризовавшаяся чрезвычайной набожностью и нравственной строгостью, вдруг… забеременела. Причем она была не только девственницей, но и ни разу не целовалась с мужчинами. Французские врачи, исследовавшие этот феномен, выяснили удивительную подробность: яйцеклетка Анук, из которой развился зародыш, и впрямь не подвергалась внешнему воздействию. А когда прошли необходимые девять месяцев, Дидье благополучно разрешилась от бремени девочкой.

В таком случае, какие же механизмы приводят яйцеклетку к столь неожиданному развитию событий? Для объяснения этого явления выдвинуто несколько гипотез. Так, ряд ученых считают, что стимулирует проявление этого феномена некий неизвестный микроорганизм, который находится в человеке и при определенных условиях, например, высокой температуре, стрессе и т. д., «включает» развитие яйцеклетки без предварительного ее оплодотворения.

А вот английский ученый Джей Берри предполагает, что некоторые представительницы слабого пола, даже при том, что имеют женскую наружность и могут рожать детей, тем не менее генетически являются мужчинами. И при определенных условиях без оплодотворения могут воспроизвести на свет потомство, правда, только мужского пола. Тем самым, согласно Дж. Берри, непорочное зачатие Иисуса Христа вполне могло иметь место.

О великом предназначении Иисуса Христа возвестил еще находившийся в материнском чреве будущий пророк Иоанн Креститель. Однажды к его матери Елизавете пришла Мария – мать будущего Мессии. И «когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа, и воскликнула громким голосом, и сказала: благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего!» (Лк. 1: 41–42)

Вообще же, в определении даты рождения основателя христианства, а также места, где это событие произошло, как это ни парадоксально, у богословов и исследователей Нового Завета полная путаница.

И, как и в любом случае, когда отсутствуют точные, документально подтвержденные сведения, вокруг проблемы появляются различного рода гипотезы и предположения.

Для восстановления времени Рождества Иисуса Христа невозможно воспользоваться и Евангелиями, поскольку в них названы разные даты Его рождения. Так, в Евангелии от Матфея сказано, что это случилось «во дни царя Ирода» (Мф. 2: 1), который, как известно, умер в 4 году до н. э. Следовательно, избиение младенцев мужского пола, учиненное по его распоряжению, произошло раньше этой даты. Иисус же в это время был годовалым ребенком, а это значит, что родился он в 5 или 6 году до н. э.

В то же время евангелист Лука утверждает, что Иисус Христос родился во время переписи населения в Иудее в годы, когда Сирией управлял Квириний (Лк. 2: 1–2). Но известно, что это событие, согласно документально подтвержденным историческим источникам, произошло в Иудее в 6 или 7 году нашей эры. Таким образом, разница между датами Рождения Христа, которые называют эти два евангелиста, составляет примерно 10–11 лет.

Не нашел у библеистов подтверждения и рассказ об избиении младенцев, который приводит евангелист Матфей. Конечно, учитывая тот факт, что последние годы правления Ирода Великого были практически сплошной цепью жестокостей и кровопролитий, в такой атмосфере и мог появиться слух о массовом убийстве младенцев. Однако Иосиф Флавий, который был наполнен внутренней ненавистью к Ироду, и не скрыл ни одного его кровавого преступления, об избиении младенцев нигде не упоминает. Конечно же, люто ненавидя иудейского сатрапа, Флавий обязательно рассказал бы об этом событии, если бы оно имело место. Поэтому большинство ученых считают, что это одна из тех легенд, которые встречаются в Евангелиях.

Ученым даже известны ее истоки. На них указывает Матфей во второй главе своего Евангелия: «Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: глас в Раме слышен, плач и рыдание и вопль великий. Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет» (Мф. 2: 17–18). Кроме того, в истории с убиением младенцев заметна явная аналогия со сказанием о рождении Моисея. В этой ветхозаветной легенде фараон, обеспокоенный стремительным ростом численности евреев в Египте, повелел убивать еврейских детей мужского пола, однако Моисея, как известно, удалось спасти. Итак, в истории с младенцами можно видеть уже известное нам явление поиска евангелистами в Ветхом Завете пророчеств, указывающих на определенные события в земной биографии Христа.

Лука также, рассказывая о переписи населения в Иудее в годы правления Квириния, отступает от исторических реалий. Дело в том, что эта перепись проходила не так, как ее описывает евангелист. Поскольку римлянам не было смысла требовать от людей, чтобы они для регистрации приходили в те места, где родились, жители Иудеи отмечались там, где в момент переписи проживали и платили налоги.

Но в любом случае, даже несмотря на эти неточности, перепись населения – реальный исторический факт, который зафиксирован в «Иудейской войне» уже знакомого нам иудейского историка Иосифа Флавия. Вот что он пишет по этому поводу: «Владения Архелая были обращены в провинцию, и в качестве правителя послано было туда лицо из сословия римских всадников, Копоний. Одновременно с Копонием послан был императором в Сирию сенатор и бывший консул Квириний для производства переписи имущества».

Вообще же, сравнивая истории, рассказанные Матфеем и Лукой о рождении Иисуса, легко заметить, что это не только разные, но часто абсолютно не совпадающие повествования. Взять хотя бы эпизод с ангелом, который принес Марии благую весть о рождении Сына Божьего. Об этом событии, как известно, повествует Лука. В то же время в Евангелии от Матфея ангел явился во сне Иосифу и сообщил ему, что Мария родит сына, который избавит свой народ от греха. А ведь в столь важном для церкви вопросе, как рождение основателя христианства, не должно быть даже самых незначительных расхождений.

Отсутствует у них согласованность и в описании событий, происшедших после Рождения Христа. Например, Матфей рассказывает, что Иосиф и Мария вместе с младенцем бегут в Египет. А затем, узнав о смерти Ирода, возвращаются в Назарет. А вот Лука утверждает, что Святое Семейство вернулось в Назарет из Вифлеема тотчас после обрезания восьмидневного Иисуса.

Вероятнее всего, бегство в Египет Матфей придумал, чтобы по своему обыкновению подтвердить предсказание ветхозаветного пророка Осии. Впрочем, об этом он и не умалчивает и в конце своего рассказа указывает: «Да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: “из Египта воззвал Я Сына Моего”» (Мф. 2: 15).

Итак, опираться на Евангелия от Матфея и Луки в поисках ответа на вопрос: когда родился Иисус Христос, практически нет смысла. В таком случае, может, другие свидетельства помогут восстановить точную дату Рождества Христова?

В 1977 году английские астрономы Д. Кларк, Дж. Паркинсон и Ф. Стефенсон для решения этой проблемы попытались воспользоваться «подсказкой», возможно, скрытой в Вифлеемской звезде, которая, как повествуют Евангелия, вспыхнула при рождении Спасителя.

Ученые провели тщательный анализ китайских и корейских астрономических хроник за период с 10 года до н. э. по 13 год н. э. и установили, что Вифлеемская звезда идентична новой звезде, которая вспыхнула весной 5 года до н. э. и наблюдалась в течение более двух месяцев.

Причем исследователям даже удалось достаточно точно определить ее небесные координаты. В ходе проведенных математических расчетов они установили, что весной 5 года до н. э. Вифлеемскую звезду можно было наблюдать не только в Персии (откуда пришли волхвы), но и от Сирии до Китая и Кореи перед восходом солнца. То есть все так, как это событие описано в Евангелии от Матфея. Однако, когда волхвы прибыли в Иерусалим, звезда на небе уже отсутствовала. Значит, они появились во дворце Ирода летом или осенью 5 года до н. э.

В то же время американский астроном Майкл Молнар утверждает, что Вифлеемская звезда представляла собой двойное затмение Юпитера – уникальное астрологическое событие, имевшее место в созвездии Овна 20 марта 6 года до н. э. и повторившееся снова 17 апреля того же года.

И тем не менее временем рождения Христа считаются 6–7 годы новой эры. Правильность этой даты подтверждается и другими свидетельствами. Так, историк церкви Евсевий (III век) писал: «По словам Священного Писания, время его (Христа) учительства укладывается в годы, когда первосвященниками были Анна и Каиафа. Оно началось в первосвященство Анны и продолжалось до первосвященства Каиафы».

Что же касается точной даты рождения Спасителя, то в первых веках новой эры было принято считать, что Иисус родился 6 января. И именно этого числа до настоящего времени придерживается Армянская церковь. Однако в 337 году н. э. папа римский Юлий I установил иную дату – 25 декабря. То есть сейчас считается, что Иисус родился 25 декабря 6 года, или, по новому стилю, 7 января 7 года.

Впрочем, с тем, что Христос родился зимой, большинство богословов не согласны: они придерживаются версии, что Иисус родился или в марте, или в сентябре, но только не в декабре или январе. И связано это с тем, что в соответствии с Евангелием от Луки, пастухи находились в поле всю ночь: «В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего» (Лк. 2: 8).

Им-то и явился Ангел с вестью о рождении Христа: «Вдруг предстал им Ангел Господень, и слава Господня осияла их; и убоялись страхом великим. И сказал им Ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь; и вот вам знак: вы найдёте Младенца в пеленах, лежащего в яслях» (Лк. 2: 9—12).

Но поскольку декабрь в Израиле – самый холодный месяц года, то в это время пастухи не оставляют скот на пастбище на всю ночь. Поэтому рождение Иисуса Христа не могло произойти в декабре.

В то же время в энциклопедии «Британика» говорится: «Одним из самых популярных зимних фестивалей был фестиваль “Сатурналия”, отмечавшийся с 17 по 24 декабря. Поскольку это было время веселья и буйных вакханалий, то никто не работал, все школы и суды были закрыты. Люди предавались объеданию, танцам, азартным играм и всему, чем обычно люди тешат себя во время фестивалей и праздников. 25 декабря было особым днём – днём рождения иранского бога солнца и света – Митры. Церковь провозгласила этот день Рождеством Христовым с целью противостоять языческим традициям зимнего фестиваля».

А сделал это в 354 году новой эры римский епископ Либерий: он издал указ, согласно которому празднование Рождества Христова должно было происходить 25 декабря. Принимая такое решение, епископ предполагал превратить языческие гуляния в христианский праздник…

Много споров вызывает у богословов и место рождения Христа. Долгое время считалось, что Марии родила Иисуса в сарае, где находились домашние животные. После этого младенца запеленали и уложили в ясли – кормушку для скота. «И родила Сына Своего первенца, и спеленала Его, и положила его в ясли, потому что не было им места в гостинице» (Лк. 2: 7).

Но в отношении этой версии у толкователей Библии тоже нашлось немало возражений. И прежде всего потому, что греческое слово «гостиница» («kataluma») имеет несколько смысловых значений. И одно из них означает большую горницу. Поэтому исследователи считают, что та гостиница, о которой идет речь в Евангелии, являлась гостиной комнатой, располагавшейся на втором этаже дома. Но так как по случаю переписи дом, скорее всего, был переполнен постояльцами, в «верхнем жилье» места для беременной Марии не нашлось. К тому же, по иудейскому закону, родившая женщина считалась нечистой. Возможно, чтобы не осквернить остальных постояльцев, Марию отправили рожать в другое место. Но это вовсе не значит, что она отправилась обязательно в сарай или пещеру.

Более того, эти места в Библии даже не упоминаются. Из Евангелия известно лишь то, что младенца положили в ясли. Поэтому многие и посчитали, что Мария рожала в сарае. Но ясли могли находиться в том же доме, в котором остановились Иосиф и Мария, но только на нижнем этаже, где люди нередко содержали и животных. И для этого были вполне разумные причины.

Во-первых, находившиеся в доме животные были хорошо защищены от воров. Во-вторых, теплом своего тела они обогревали дом в холодные зимние ночи, а также обеспечивали хозяев свежим молоком и навозом, который служил топливом.

В контексте разговора о месте рождения Иисуса следует заметить, что большинство верующих представляют себе не только ясли, но и окружавших новорожденного Спасителя животных – вола и осла. Считается, что это картина основана на новозаветных сказаниях. Но, например, у Луки, который подробнее всех евангелистов описывает рождение Иисуса, не упоминаются ни вол, ни осёл.

Изображение Вифлеемской звезды на мозаике из церкви Сант-Аполлинарио Нуово в Равенне. VI в.

В таком случае откуда же появились эти животные? Корни этого заблуждения лежат в апокрифическом Евангелии, называемом «Лжематфей». В нем утверждается, что вол и осел пришли поклониться новорожденному Спасителю во исполнение предсказания Исаии: «Вол знает владетеля своего, и осел ясли господина своего» (Ис. 1: 3), а также Аввакума: «Среди двух зверей яви его…» (Авв. 3: 2)

Однако в Вульгате, которая является латинским переводом Священного Писания, эта фраза у Аввакума имеет совсем иной смысл: «Среди лет яви его…» Автор же апокрифа опирается на пророчество, взятое из греческого перевода. Но именно в этом переводе и находится ошибка. Таким образом, выясняется, что вол и осел обязаны своим присутствием в помещении, где родился Иисус, обычному недоразумению…

Исследуя проблему рождения Христа, следует также обратить внимание на тот факт, что, хотя Матфей и Лука во многом расходятся при описании появления на свет Мессии, тем не менее оба стремятся доказать, что Иисус родился в иудейском городке Вифлееме. И связано это с тем, что потомок Давида, будущий царь Израиля, по происхождению должен был быть иудеем и родиться в родном городе своего предка. Об этом говорит и пророк Михей: «И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? Из тебя произойдет мне тот, который должен быть владыкою в Израиле» (Мих. 5: 2).

Но так как местом постоянного жительства семьи Иосифа являлся Назарет, требовалось само рождение Иисуса связать с Вифлеемом. И евангелисты Матфей и Лука придумали для этого разные варианты. По этому поводу известный немецкий библеист Давид Штраус замечает: «Если Матфей и Лука утверждают, что Иисус только вырос в Назарете, а родился в Вифлееме, то они тут исходят скорее из требований догмы, чем из исторических фактов».

Ее называют по-разному: Звезда Волхвов, Звезда Рождества или Вифлеемская звезда. А вообще же о ней впервые упоминается в Евангелии от Матфея. Эта Звезда, согласно евангелисту Матфею, своим появлением на небосводе возвестила рождение Мессии (Иисуса Христа). Волхвы «видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему» (Мф. 2: 2). Когда же волхвы шли в Вифлеем, «звезда, которую видели они на востоке, шла перед ними, как, наконец, пришла и остановилась над местом, где был Младенец» (Мф. 2: 9).

Действительно ли такая звезда появилась на небе в день рождения Иисуса Христа, или же это мифический образ, созданный фантазией Матфея? Эти вопросы впервые задали уже отцы церкви, которые и попытались определить природу Вифлеемской звезды.

Так, в III веке раннехристианский богослов и писатель Ориген, а вслед за ним в VII веке и византийский богослов, философ и поэт Иоанн Дамаскин пришли к выводу, что под словом «звезда» в Евангелии от Матфея подразумевается комета.

Например, Ориген пишет: «Мы такого мнения, что видимая на востоке звезда была новой и не была похожа ни на одну другую, она, скорее всего, относится к той группе звёзд, которые появляются время от времени и называются хвостатыми звёздами или кометами… мы прочитали о кометах, что они появлялись несколько раз перед счастливыми событиями. Если при возникновении новых империй и других важных событий на Земле появлялись кометы или другие подобные звёзды, то чему же удивляться, что появление звезды сопровождало рождение младенца, который должен был осуществить преобразование в человеческом роде?»

Кстати, в соответствии с расчётами астрономов, такой кометой могла быть знаменитая комета Галлея: она приближалась к Земле во 2-й половине 12 года до н. э.

Итальянский математик, философ и астролог Дж. Кардано предполагал, что звезда Волхвов была новой звездой, появившейся в созвездии Кассиопеи. Ученый рассчитал, что Вифлеемская звезда появляется на небе один раз в триста с небольшим лет. И как раз на начало новой эры пришлась одна из ее вспышек. Считается, что в 1572 году вспышку именно этой звезды наблюдал и датский астроном Т. Браге.

Поклонение волхвов. Фреска XII в. из Капподокии

В свою очередь, в отношении звезды Волхвов у некоторых астрономов существуют другие гипотезы. Например, они предполагают, что это – новая звезда, вспыхнувшая весной 5 года до н. э. рядом с бета-Козерога.

Еще один отец церкви – Тертуллиан – в 200 году н. э. предположил, что Вифлеемской звездой было необычное расположение планет. Так же считали византийский император Мануил Комнин, кардинал Пьер д’Айли, а также иудейские звездочёты.

Оригинальную гипотезу, которая считается наиболее вероятной, выдвинул немецкий ученый И. Кеплер. В ходе наблюдений в октябре 1604 года за соединением Марса, Юпитера и Сатурна в знаке Стрельца, Кеплер заметил в этой части неба вспышку новой звезды. Сопоставив ряд известных на тот момент фактов, ученый предположил, что подобное событие вполне могло быть истолковано волхвами как знамение о рождении великого царя.

И впрямь, как показали дальнейшие исследования, в 7 году до н. э. такое соединение произошло в знаке Рыб, причем повторялось оно три раза подряд. Это событие относится к категории редких астрономических явлений: за период от 1800 года до н. э. до 400 года нашей эры оно случилось лишь дважды – в 860 и 7 годах до н. э.

А учитывая тот факт, что царь Ирод, приказавший умертвить младенцев, весной 4 года до н. э. умер, предположение, что Вифлеемская звезда озарила небо именно в это время, довольно точно вписывается в возможные хронологические параметры Рождения Христа.

В пользу гипотезы о соединении планет говорит еще один убедительный аргумент. Дело в том, что, согласно Евангелию, небесное знамение не было замечено самими жителями Иудеи. Но если бы это была новая звезда или комета, их бы увидели жители соответствующих областей земли и без подсказки восточных мудрецов.

К тому же ни в одной из исторических хроник на рубеже эр (с 2241 года до н. э. по 185 год н. э.) ни одной вспышки новой звезды или появления кометы (с 11 года до н. э. по 65 год н. э.) не наблюдалось.

В свою очередь, многие представители церкви считают, что Вифлеемская звезда – это чудесный небесный феномен, связанный с рождением Иисуса Христа. Например, такие известнейшие деятели христианской церкви, как Святой Иоанн Златоуст и Блаженный Феофилакт Болгарский, верили, что в образе звезды перед волхвами предстала Божественная разумная сила. Вот что по этому поводу писал Феофилакт Болгарский: «Слыша о звезде, не думай, что она была одна из видимых нами: нет, то была Божественная и ангельская сила, явившаяся в образе звезды. Поелику волхвы занимались наукою о звездах, то Господь и привел их этим, для них знакомым знаком, подобно как Петра рыбаря, изумив множеством рыб, привлек ко Христу. А что звезда была сила ангельская, видно из того, что она ярко светила днем, шла, когда шли волхвы, сияла, когда не шли они: особенно же из того, что она шла с севера, где Персия, на юг, где Иерусалим: но звезды никогда не ходят от севера к югу».

И все же, несмотря на столь многочисленные и разнообразные взгляды на «историю» Вифлеемской звезды, объяснить ее природу ученые пока не могут.

Первые сведения о путешествии трех волхвов в Вифлеем сообщает Евангелие от Матфея. «Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему.

Услышав это, Ирод царь встревожился, и весь Иерусалим с ним. И, собрав всех первосвященников и книжников народных, спрашивал у них: где должно родиться Христу?

Они же сказали ему: в Вифлееме Иудейском, ибо так написано через пророка: и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля.

Тогда Ирод, тайно призвав волхвов, выведал от них время появления звезды и, послав их в Вифлеем, сказал: пойдите, тщательно разведайте о Младенце и, когда найдете, известите меня, чтобы и мне пойти поклониться Ему.

Они, выслушав царя, пошли. И се, звезда, которую видели они на востоке, шла перед ними, как наконец пришла и остановилась над местом, где был Младенец.

Увидев же звезду, они возрадовались радостью весьма великою, и, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему; и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну. И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою» (Мф. 2: 1—12).

Написанная спустя сорок лет после смерти Иисуса, эта история тем не менее не отвечает на вопрос, касающийся волхвов: действительно ли их было трое? Ведь в Евангелии от Матфея не сказано, сколько конкретно их пришло в Вифлеем. Более того, существуют сведения о двух, четырех, двенадцати и даже тридцати волхвах.

И впрямь, в римских катакомбах есть изображения с двумя волхвами, а есть картина, где их четверо. Возникает вполне логичный вопрос: откуда известно, что волхвов было именно трое? Кроме того, не менее важен вопрос: из какой страны они пришли?

Ответ на второй вопрос могут подсказать дары, принесенные волхвами Иисусу. Это были золото, ладан и смирна, или мирра.

Так вот, именно в Южной Аравии во времена Иисуса получали ладан – вещество такое же ценное, как и золото. Верующие считали, что курение этого фимиама приближает их к Богу. Согласно пророку Исайе, это был дар, с которым три царя должны были прийти из Южной Аравии, точнее из страны Савы, которой когда-то правила известная по Ветхому Завету царица Савская. «Все они из Савы придут. Принесут золото и ладан. И возвестят славу Господа» (Ис. 60: 6). Ладанник же, из которого получают столь ценное вещество, растет только в Южной Аравии и на северо-востоке Африки.

Возвращаясь к царице Савской, заметим, что за девять веков до рождения Христа она побывала в Иерусалиме у Царя Соломона. Можно было бы предположить, что того же пути, которым двигалась в Иудею царица Савская, придерживались и волхвы. Но эта версия страдает одним слабым местом: «пришли волхвы с востока». Сава же находилась не к востоку от Иерусалима, а к югу.

Но если Южная Аравия не являлась страной волхвов, то в таком случае какая же еще страна могла быть их родиной? Подсказку дает Матфей. Как известно, в своем Евангелии тех, кто прибыл в Иерусалим, он называет не мудрецами, не чародеями, а именно волхвами. А это очень важный ключ к разгадке того, откуда пришли эти люди поклониться младенцу Иисусу.

Дело в том, что за четыре столетия до рождения Иисуса отец истории Геродот говорил о волхвах, как о религиозном сообществе. В далекой древности это были священники, жившие на берегу Каспийского моря. Сейчас эту территорию занимает Иран. Много лет спустя волхвы стали священнослужителями в великой империи – Древней Персии, расположенной к востоку от Израиля.

О том, что волхвы, о которых пишет Матфей, пришли из Персии, говорят и произведения раннего искусства. В римских катакомбах 1700 лет назад волхвов изображали одетыми в штаны, накидки и остроконечные шапки. В мозаичной картине VI столетия, украшающей стены в церкви итальянского города Равенна, на волхвах такая же одежда. То есть на изображениях в катакомбах и мозаике в Равенне люди одеты в одежду древних персов.

Но если волхвы были родом из Персии, то откуда же они начали свое знаменитое путешествие? Большинство исследователей сходятся на том, что из Вавилона.

Следует заметить, что волхвы являлись довольно влиятельной силой в Вавилоне, поскольку они были целителями, толкователями снов, мастерами проведения священных обрядов и заклинателями. По этой причине их не только уважали, но и боялись. И возможно, поэтому впоследствии некоторые толкователи Нового Завета их принимали за царей.

Волхвы были также служителями зороастризма – древней религии Персии, которая существует и сегодня. Так вот, когда ученые провели сравнение зороастризма с христианством и иудаизмом, то установили, что все три религии похожи.

Во-первых, зороастризм – религия такая же древняя, как и иудейская вера. Во-вторых, так же, как иудаизм и христианство, зороастризм признает одного Бога. Но главное, что объединяет эти три религии, это вера в приход Спасителя, или Мессии, благодаря которому Добро победит Зло.

Но почему же волхвы отправились к еврейскому Мессии? Ответ можно найти в арабском апокрифическом «Евангелии детства Христа», в котором высказано поразительное предположение, что рождение Иисуса и путешествие волхвов в Вифлеем предсказано Зороастром. «Когда Иисус, Господь наш, родился в Вифлееме, в Иудее, во времена царя Ирода, – говорится в этом апокрифе, – пришли с востока маги в Иерусалим, как это было предсказано Зардуштом, и они принесли с собою дары, золото, ладан и мирру, и поклонились младенцу и поднесли Ему дары свои».

Об этом предсказании арабский историк XIII века Абуль-Фарадж (1226–1286) сообщает следующее: «В то время жил Зардушт, учитель секты магов… Говорят, он был учеником пророка Илии. Он говорил персам о пришествии Господа Мессии и наказывал им принести Ему дары. Он возвещал им: в последние времена Дева во чреве приимет, и когда родит Младенца, явится звезда, которая вспыхнет днем, и в середине ее будет видна Дева. Вы же, дети мои, прежде всех народов узнаете о рождении Его. И как увидите ту звезду, идите за ней, куда она вас поведет, и принесите Младенцу свои дары. Ибо Младенец тот – Слово, которое создало небо». Правда, трудно поверить в то, что Заратустра, ревностно оберегавший свою веру, предсказал бы рождение Спасителя в народе иного вероисповедания…

Что же касается звезды, предсказавшей рождение Мессии, то увидеть ее волхвам было нетрудно, поскольку они владели обширными астрономическими познаниями, хорошо разбирались в знаках Зодиака, умели составлять точные гороскопы. И когда они узрели яркую звезду, то сразу поняли ее значение: родился необыкновенный царь – Царь царей…

Отправляясь в Вифлеем, волхвы взяли с собой золото – знак царственности, ладан – знак божественности и смирну – знак смерти. Но почему именно золото, ладан и смирну? А все дело в следующем.

Золото было самым ценным металлом в древнем мире. Считалось, что оно окружено мистической аурой, потому что его цвет не бледнеет, а поверхность – не тускнеет. Земное вещество, обладающее неземными свойствами, достойное смертного царя. О ладане уже говорилось выше. Что же касается смирны, то она была даже ценнее золота. Получали ее из редкого дерева, растущего в Саудовской Аравии, и использовали для бальзамирования покойников. Мирру также ценили за ее редкие целебные свойства. Поэтому, видимо, не зря в Персии мирра была символом врача.

Итак, взяв с собой столь ценные дары, волхвы покинули Вавилон и отправились в путь. Им предстояло пройти 750 миль по хорошо известному им торговому пути. Путешествие их было очень опасным. Ведь волхвы были знатными и богатыми людьми, везущими с собой драгоценные дары. Чтобы добраться до долины реки Иордан в Иудее, им требовалось пересечь огромную пустыню. И в любой момент они могли стать жертвами племен, кочующих по пустыне, или шаек разбойников. Поэтому можно предположить, что в пути их оберегала группа странствующих купцов…

Через несколько месяцев волхвы добрались до Иудеи и направились прямо в Иерусалим, а оттуда, после посещения Ирода, их путь лежал в Вифлеем – в то время маленький городок, в котором в год рождалось не более двух десятков мальчиков. По традиции считается, что волхвы нашли новорожденного Иисуса в хлеву через двенадцать дней после его рождения. Поэтому 6 января называют днем Трех царей.

Однако в отношении даты поклонения волхвов младенцу Иисусу среди экзегетов имеются значительные разногласия. Например, некоторые раннехристианские авторы склоняются к тому, что волхвы пришли к Христу сразу после его рождения.

Например, христианский апологет Иустин Мученик (100–165 годы) утверждает: «Тотчас по рождении Его, волхвы из Аравии пришли поклониться Ему, зашедши прежде к Ироду, царствовавшему тогда в вашей земле».

В свою очередь Иоанн Златоуст склоняется к мысли, что Вифлеемская звезда явилась волхвам задолго до рождения Христа: «Волхвы ни при родах Матери не были, ни времени, когда родила, не знали, а потому не имели и основания заключать о будущем по течению звезд. Напротив, задолго до рождения, увидевши звезду, явившуюся в их земле, они идут смотреть Родившегося» (Иоанн Златоуст. Толкование на святого Матфея Евангелиста).

В то же время некоторые ранние христианские писатели, в частности, Евсевий Памфил, предполагают, что в дом родителей Иисуса волхвы прибыли, когда ему исполнился год. Такого же мнения придерживается и автор «Евангелия Псевдо-Матфея»…

Прибыв в Вифлеем, они вошли в дом Иосифа и «увидели Младенца с Мариею, Матерью Его и, падши поклонились Ему; и, открывши сокровища свои, принесли ему дары: золото, ладан и смирну. И, получивши во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою» (Мф. 2: 11–12).

Ряд экзегетов считает, что принесенные дары были своеобразным испытанием. Если бы Иисус взял смирну – он был бы врачом, если бы взял золото – стал бы царем, если бы взял ладан – был бы Богом. Младенец Христос взял все дары, поэтому он был врачом, царем и Богом…

Рассказывая о полном опасностей путешествии волхвов в Иудею, нельзя не задаться вопросом: что же могло подвигнуть этих людей отправиться в столь далекую и полную опасностей дорогу?

Иоанн Златоуст дает следующее толкование цели путешествия волхвов в «Беседах на Евангелие от Матфея»: «Волхвы знают, что Новорожденный будет Царем не у них, а у другого народа, в стране отдаленной. Для чего же предпринимают такое путешествие, подвергаясь в этом деле великим опасностям? Они должны были знать, что когда придут в город, имеющий царя, и станут всенародно объявлять, что есть другой царь, кроме теперь там царствующего, то подвергнут себя тысяче смертей. Для чего и поклоняться лежащему в пеленах? Персиянину, варвару, не имеющему ничего общего с народом иудейским, решиться выйти из своей земли, оставить отечество, родных и дом и подвергнуться чужому владычеству! Перейти такой далекий путь, только поклониться, всех взволновать и тотчас уйти! И какие они нашли признаки царского сана, когда увидели хижину, ясли, Младенца в пеленах и бедную Мать? Кому принесли дары? и для чего? Разве было установлено и принято в обычай так изъявлять почтение всякому рождающемуся царю? Разве они обходили всю вселенную и о ком узнавали, что он из низкого и бедного состояния сделается царем, тому поклонялись прежде восшествия на царский престол? Видишь ли, сколько открывается несообразностей, если судить о сем по ходу дел человеческих?»

Свиток с текстом Евангелия от Фомы

Отвечая на эти вопросы, Иоанн Златоуст говорит далее: «Так как иудеи, непрестанно слыша пророков, возвещавших о пришествии Христовом, не обращали на то особенного внимания, то Господь внушил варварам прийти из отдаленной страны расспрашивать о Царе, родившемся у иудеев; и они от персов первых узнают то, чему не хотели научиться у пророков»…

У читателя этого материала не может не возникнуть вопрос: а что же стало с дарами волхвов? По крайней мере, что говорит об этом христианская традиция?

Ответ на этот вопрос можно найти в свидетельствах историков Церкви, которые утверждают, что Матерь Божия дары волхвов сохранила, и незадолго до своей кончины она передала их в Иерусалимскую Церковь. Здесь они вместе с поясом и одеждой Богоматери хранились до 400 года. Затем для освящения новой столицы Византийской империи их доставили в Константинополь. А после завершения ритуала дары поместили в храм Св. Софии. Позднее они оказались в городе Никее и там находились примерно шесть веков. Затем дары опять попали в Константинополь. Но после его падения в 1453 году они были перевезены на Афон.

История волхвов тоже не закончилась в Евангелии от Матфея, и можно сказать, что она продолжается по настоящее время в их… останках. Дело в том, что, согласно преданию, останки волхвов были обнаружены в Персии равноапостольной Еленой (250–330 годы) – матерью римского императора Константина I, и переправлены в Константинополь, а затем, в V веке – в Милан. Но в 1164 году из Милана останки трех волхвов были переправлены в Кёльн, где и хранятся до сего дня в Кёльнском соборе.

Правда, многие скептически настроенные авторы сомневаются в том, что эти останки принадлежат именно тем самым библейским волхвам, о которых рассказывается в Библии, а не «трем молодым мужчинам», умершим в ХII столетии.

Чтобы разобраться в этой проблеме, была исследована ткань, в которую завернуты мощи. Оказалось, что она выткана из китайского шелка, вплетенного в золотую нить. Кроме того, было обнаружено, что ткань окрашена в тирский пурпур, который являлся самой дорогой краской древнего мира. Установлено также, что ткань изготовлена между вторым и четвертым столетиями нашей эры. Таким образом, анализ позволил предположить, что мощи могли быть найдены святой Еленой в Персии. Но являются ли эти останки в действительности мощами трех волхвов, доказать практически невозможно.

О чудесном рождении Иисуса Христа мы знаем из Евангелий от Матфея и Луки. А затем Он предстает перед нами уже тридцатилетним человеком во время крещения в реке Иордан.

Правда, евангелист Лука рассказывает одну историю, которая случилась в храме, когда Иисусу исполнилось двенадцать лет. «Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи. И когда Он был двенадцати лет, пришли они также по обычаю в Иерусалим на праздник.

Когда же, по окончании дней праздника, возвращались, остался Отрок Иисус в Иерусалиме; и не заметили того Иосиф и Матерь Его, но думали, что Он идет с другими. Пройдя же дневной путь, стали искать Его между родственниками и знакомыми и, не найдя Его, возвратились в Иерусалим, ища Его.

Через три дня нашли Его в храме, сидящего посреди учителей, слушающего их и спрашивающего их; все слушавшие Его дивились разуму и ответам Его. И, увидев Его, удивились; и Матерь Его сказала Ему: Чадо! что Ты сделал с нами? Вот, отец Твой и Я с великою скорбью искали Тебя. Он сказал им: зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему? Но они не поняли сказанных Им слов. И Он пошел с ними и пришел в Назарет; и был в повиновении у них. И Матерь Его сохраняла все слова сии в сердце Своем» (Лк. 2: 41–51).

Таким образом, во всех четырех Евангелиях о восемнадцати годах жизни основателя христианства практически ничего не сказано. Безусловно, богословы, толкователи Библии, христианские и светские писатели пытались заполнить этот, почти тридцатилетний, пробел в биографии Спасителя. Наверное, одной из первых попыток рассказать о неизвестном периоде жизни Христа является Евангелие детства, или Евангелие от Фомы, созданное во втором веке. В этом апокрифе рассказывается о чудесах, которые совершил Иисус в возрасте от пяти до двенадцати лет.

Несомненно, автор этого сочинения пытался показать, что уже в детские годы с Иисусом происходили истории, которые явно указывали на Его будущие деяния. Композиция этого апокрифа, с одной стороны, довольно проста: каждый эпизод рассказывает о чуде, которое было совершено маленьким Иисусом. Но в то же время Евангелие от Фомы состоит из трех четко очерченных пластов текста: о просто чудесах, о добродетельных чудесах и чудесах-наказаниях.

В качестве чудес первого рода можно привести эпизод, рассказанный автором в самом начале апокрифа.

«Когда мальчику Иисусу было пять лет, Он играл у брода через ручей, и собрал в лужицы протекавшую воду, и сделал ее чистой и управлял ею одним своим словом. И размягчил глину, и вылепил двенадцать воробьев. И была суббота, когда Он сделал это. И было много детей, которые играли с Ним. Но когда некий иудей увидел, что Иисус делает, играя в субботу, он пошел тотчас к Его отцу Иосифу и сказал: Смотри, твой ребенок у брода, и он взял глину и сделал птиц, и осквернил день субботний. И когда Иосиф пришел на то место и увидел, то он вскричал: для чего делаешь в субботу то, что не должно?! Но Иисус ударил в ладоши и закричал воробьям: Летите! и воробьи взлетели, щебеча. И иудеи дивились, увидев это, и ушли, и рассказали старейшинам, что они видели, как Иисус свершил сказанное».

А вот пример добрых дел, сотворенных Иисусом в детстве, о которых тоже рассказывается в Евангелии от Фомы.

«Спустя некоторое время строился дом, и произошел обвал, и Иисус встал и пошел туда и увидел человека, лежащего замертво, и взял его руку и сказал: Говорю тебе, человек, встань и делай свое дело. И тотчас человек встал и поклонился Ему. И люди были поражены и говорили: этот ребенок (пришел) с небес, ибо Он спас много душ от смерти и будет спасать их всю свою жизнь».

Но автор Евангелия детства приводит также немало примеров, в которых маленький Иисус демонстрирует свою неимоверную жестокость.

Вот один из них. Однажды Иисус «шел через поселение, и мальчик подбежал к нему и толкнул Его в плечо. Иисус рассердился и сказал ему: ты никуда не пойдешь дальше, и ребенок тотчас упал и умер».

Однако трудно поверить в то, что ребенок, которому суждено стать Спасителем, мог быть настолько бессердечным, что по малейшему поводу лишал людей жизни. Вероятнее всего, автор Евангелия детства этими примерами пытается лишь внушить читателю, что Иисус – грозное, а порой – даже безжалостное божество, и что цель наказания в том, чтобы «слепые в сердце своем» прозрели. Ведь впоследствии он приводит множество примеров, когда маленький Иисус исцеляет и воскрешает людей.

А теперь от апокрифа Евангелие от Фомы перейдем к книге «Неизвестная жизнь Иисуса Христа», которую в 1894 году опубликовал русский журналист Николай Нотович. В книге излагается перевод с языка пали неизвестного Евангелия, в котором рассказывается о жизни Иисуса в Индии.

Переведенное Нотовичем Евангелие повествует о том, как тринадцатилетний Иисус покинул родительский дом в Назарете и вместе с караваном торговцев отправился в путешествие по святым местам Индии. Здесь в течение шести лет он изучал священные книги Индии, учился читать и толковать брахманизм и более древние Веды, достиг звания йога высших категорий. Побывал Иисус и в Непале. Там, в самом сердце Гималаев, он тоже пробыл шесть лет. Из Непала он отправился в Персию. Посетил он также Египет. И в возрасте 29 лет Иисус вернулся на родину.

Конечно, книга Нотовича была довольно неприятным сюрпризом для руководства Христианской Церкви. Об этом же говорят и некоторые факты. Так, мистик и писатель Элизабет Клер Профет в своей книге «Утерянные годы Иисуса» отмечает, что кардинал Ротелли считал, что книга Нотовича «преждевременна, и мир не готов услышать ее». Он якобы заявил Нотовичу: «Церковь и так уже много страдает из-за новой волны атеистической мысли». Сам же Н. Нотович выяснил, что в библиотеке Ватикана находятся 63 рукописных текста, в которых рассказывается история странствий Иисуса Христа за пределами Иудеи. Эти древние манускрипты доставили в Рим христианские миссионеры-проповедники, распространявшие новое учение в странах Востока, Китае, Индии. То есть для представителей церкви неизвестная жизнь Христа не была новостью.

Кстати, еще Э. Ренан в книге «Жизнь Иисуса Христа», изданной в 1863 году, писал: «Но в особенности он (Иисус Христос) был неподражаем в своих притчах. В иудаизме не существовало никаких образцов для этой чарующей формы поучения. Он ее создал. Правда, в буддийских книгах встречаются притчи совершенно такого же духа и с таким же построением, как в Евангелии. Но трудно было бы допустить, чтобы в этом сказывалось влияние буддизма. Для объяснения этого сходства, быть может, достаточно сказать, что как нарождающееся христианство, так и буддизм были проникнуты одним и тем же духом кротости и глубиной чувств».

То есть уже Э. Ренан заметил едва видимую нить, которая связала Иисуса Христа с Индией. А ведь эти строки были написаны за тридцать лет до выхода в свет книги Н. Нотовича, после которой появилось немало исследований, посвященных пребыванию Христа в Индии.

Крещение Христово. Фрагмент византийской иконы. XIII в.

К гипотезе пребывания Иисуса в Индии отношение в научном мире неоднозначное. Одни исследователи эту версию приняли, другие – отнеслись к ней с недоверием. При этом как у сторонников гипотезы, так и у противников оказались достаточно веские аргументы в защиту своих взглядов.

Так, известный немецкий востоковед и филолог Макс Мюллер, относящийся к оппонентам гипотезы, заметил, что в собрании священных текстов буддистов «Ганджур» и комментариях к нему какие-либо сведения о манускрипте, содержание которого пересказал Нотович, отсутствуют.

Более того, ученый из Индии Дж. Арчибальд Дуглас лично побывал в монастыре в Химисе, где якобы Нотович обнаружил древний манускрипт. Однако ни рукописи, ни малейших признаков пребывания автора нашумевшей книги Дуглас там не обнаружил.

Кроме того, когда верховному ламе задали вопрос: знает ли он о манускрипте с жизнеописанием Иссы (Христа), лама ответил: «В монастыре нет такой книги, и за время моего служения здесь ни одному сахибу (европейцу) не было позволено копировать или переводить какой-либо из манускриптов, находящихся в монастыре». Кроме того, лама добавил, что «никогда не слышал о рукописи, в которой упоминалось бы имя Иссы».

В свою очередь известный индийский религиозный деятель и мыслитель Свами Абхедананда (1866–1939) утверждал, что в 1922 году собственными глазами видел в Химисе рукопись, которую перевел Нотович.

В 1925 году знаменитый художник и философ Николай Рерих во время экспедиции в Гималаи тоже наткнулся на рукопись об Иисусе. Сын же Н. Рериха – Юрий, который тоже участвовал в этой экспедиции, хорошо разбирался в различных индийских диалектах, в том числе и пали. Поэтому Рерихи смогли прочесть древний манускрипт и сделать из него выписки. Впоследствии Н. Рерих писал: «Нас поразило, насколько широко распространена история Иссы. Оставаясь загадкой для Запада, Исса живет в сердцах индийцев. Это реальность, которую нельзя игнорировать». Кроме того, в книге «Сердце Азии» Н.К. Рерих упоминает несколько легенд об Иссе, которые ему довелось услышать во время путешествий по Индии и Тибету.

В конце 30-х годов прошлого века пианистка из США Элизабет Каспари, интересовавшаяся буддизмом, также побывала в монастыре в Химисе, и тоже впоследствии подтвердила подлинность манускрипта, обнаруженного Нотовичем.

И уже, казалось бы, совсем недавно, точнее, в 1979 году, рукопись «Тибетского Евангелия», которая послужила основой для книги Н. Нотовича, в Химисе показали Л.В. Шапошниковой – известному советскому востоковеду. Рукопись называлась «Жизнь святого Иссы, наилучшего из сынов человеческих».

Кстати, согласно «Католической энциклопедии», Святой Фома – ближайший соратник Иисуса Христа, проповедовал в I веке новое учение в Индии. Факт этот общепризнанный, и он со всей определенностью доказывает, что путешествия в те времена из Палестины в Индию были вполне реальны. К тому же и историки привели немало доказательств того, что в начале нашей эры между Востоком и Западом существовали хорошо освоенные торговые пути, ведшие в Индию. Значит, если добраться в Индию смог Фома, то это, безусловно, мог сделать и Иисус.

Тему пребывания Иисуса в Индии можно было бы дополнить еще рядом свидетельств. Но особой надобности в этом нет, поскольку все равно любые факты этого порядка не обладают стопроцентной доказательной силой. А значит, повлиять на позицию истинно верующего христианина в вопросе истории жизни Спасителя вряд ли смогут.

Крещение Христа – одно из самых парадоксальных событий в Новом Завете. Вот как его описывает евангелист Матфей: «Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну креститься от него. Иоанн же удерживал Его и говорил: мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне? Но Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду. Тогда Иоанн допускает Его.

И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды, – и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3: 13–17).

Эту ситуацию можно рассматривать с двух сторон. Во-первых, Христос, принимая крещение, поступает как обычный иудей. И вначале Иоанн не понимал, почему этот безгрешный человек хочет пройти обряд крещения. И тогда Иисус объяснил ему, почему желает креститься: «Ибо так надлежит нам исполнить всякую правду» (Мф. 3: 15).

Во-вторых, во время этого действа явлена Святая Троица: слышен глас Бога Отца и Дух Святой в виде голубя сходит на Сына. То есть во время этого ритуала впервые происходит Богоявление.

Но в крещении Иисуса есть и третий аспект, который и объясняет его омовение в водах Иордана. Действительно, принимая крещение, Иисус тем самым принимал одновременно и покаяние. Но предполагать подобное в отношении абсолютно безгрешного человека кажется не просто странным, но и абсурдным. Вот что, например, о непорочности Спасителя говорит апостол Петр: «Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Петр. 2: 22).

Но ведь Иоанн Креститель «крестил крещением покаяния во оставление грехов». И «крестились от него все, исповедуя грехи свои» (Мк. 1: 5). Значит, этим крещением крестил Иоанн и Иисуса Христа. Но мог ли исповедовать свои грехи Безгрешный?

«Но если принял крещение, значит, был грешен?» – вопрошает основатель манихейства Манес, живший в III веке нашей эры. Этого не отрицают и представители ранней христианской церкви – эбониты. По их мнению, Иисус, как и все люди, был земным человеком, а значит, мог невольно грешить. И только во время крещения, когда на Него в виде Голубя сошел Дух, Христос стал безгрешным.

Русский писатель, историк и религиозный философ Д.С. Мережковский в своей книге «Иисус Неизвестный» тоже обращается к тайне крещения Христа. Д. Мережковский пишет: «Это надо принять и смотреть этому прямо в глаза, как это ни страшно. К тайне Крещения, а значит, и к самому таинству, – одному из двух величайших в христианстве, – ключ, в самом Евангелии, потерян, или, может быть, нарочно скрыт, по завету дохристианских мистерий: “скрывать глубины”, – так что, если когда-нибудь будет снова найден, то уже по ту сторону Евангелия».

Изображение Иисуса Христа на византийской иконе VI в. и отпечаток лика Спасителя на Туринской плащанице

Далее, в этой же книге Д. Мережковский продолжает: «В том-то и единственность, божественность человеческой жизни Христа, что, сколько бы люди ни искали в ней зла, – не найдут. “Божеское здесь явилось в такой чистоте, как только могло явиться на земле”. Знают и злейшие враги Его, что Он безгрешен. Но чем безгрешнее, тем непонятнее, для чего Он крестится; тем таинственнее тайна Крещения».

А вот в утаенном Евангелии от Евреев о крещении Христа говорится следующее: «…Матерь и братья Господа говорили Ему: Иоанн Креститель крестит во оставление грехов; пойдем к нему и крестимся. Но Господь сказал им: в чем же Я согрешил, чтобы Мне идти креститься? Или, может быть, то, что Я сказал сейчас, – от неведения». Невозможно знать, действительно ли были произнесены эти слова Иисусом, но сказать так мог бы лишь безгрешнейший из людей.

Конечно, подобные толкования даются лишь потому, что конкретного ответа на вопрос: в чем все же грех Безгрешного, никто не знает. Хотя такое заключение не совсем правильно. Был все же один человек, который знал, почему Иисус пришел к Иордану. И этим человеком является Иоанн Креститель. Именно он понял, что пришел Иисус принять от него крещение «не для того, чтобы снять с Себя Свой грех, – пишет Д. Мережковский, – а чтобы принять на Себя – чужой». По сути, русский писатель говорит то же, что сказал некогда великий ветхозаветный пророк Исайя: «Все мы блуждали как овцы, совратились каждый на свою дорогу; и Господь возложил на Него грехи всех нас… Он понес на Себе грех многих и за преступников сделался Ходатаем» (Ис. 53: 6,12). И именно в признании этой истины скрывается смысл и значение крещения Иисуса в водах реки Иордан.

Поскольку крещение признается одним из важнейших моментов в жизни Иисуса, то и место, где предположительно оно произошло, считается наиболее почитаемым христианами.

Однако где конкретно находится это место – в точности неизвестно, поскольку нет уверенности в том, что Иоанн проводил обряд крещения все время в одном месте реки Иордан. Правда, евангелист Иоанн дважды называет места, где Креститель проводил свой обряд: «В Еноне близ Салима» (Ин. 3: 23) и «в Вифаваре» (Ин. 1: 28). Но тем не менее установить эти пункты оказалось невозможным.

Впрочем, в XV веке существовало мнение, что место крещения Иисуса находилось в Бейт-Аваре (Вифавара). Однако уже в следующем столетии стали считать, что крестился Иисус на месте монастыря Святого Иоанна, который расположен в километре от Бейт-Авары. И с того времени это место не менялось.

Современный израильский ученый Эли Шиллер уточняет, что оно «находится к северу от места впадения реки в Мертвое море, примерно в 10 км восточнее Иерихона, на другом, восточном берегу, против древнего монастыря Иоанна Крестителя».

В свою очередь католический историк А. Дидон высказал собственную точку зрения по поводу места, где произошло крещение Иисуса: «Оно лежит на расстоянии полутора миль от Мертвого моря и имеет всего десять метров в ширину. Река делает крутой поворот, омывая своими волнами отвесные скалы восточного берега. Противоположный берег – ровный, зеленый и тенистый, поросший ивами, тростником… Сквозь прозрачную листву этих деревьев видны пустынные горы… Тишина и безлюдье полное… Место это было полно священных воспоминаний… в этом месте израильтяне с Иисусом Навином во главе перешли среди Иордана по суше и вошли в Землю Обетованную. Здесь же пророк Илия, шедший с учеником своим Елисеем… “ударил… по воде, и расступилась она туда и сюда, и перешли оба посуху”».

Кажется невероятным, что во всех четырех Евангелиях практически ни слова не сказано о внешнем облике Иисуса Христа. Хотя в них основатель христианства является центральной фигурой всех притч и историй. Более того, евангелисты даже намеками не говорят ни о росте Иисуса, ни о Его лице, волосах, глазах. Нет даже сведений о том, в какие одежды Он одевался.

И тем не менее ряд деталей во внешности Христа можно установить по тем редким фразам, которые вроде бы прямого отношения к этой проблеме не имеют. Например, можно предположить, что Иуда вынужден был поцеловать Иисуса в Гефсиманском саду потому, что пришедшим за ним палачам первосвященника сложно было узнать Христа. Связано это, вероятнее всего, с тем, что Христос ничем особенным не отличался от тех учеников, которые Его окружали в эти минуты. То есть по своему типажу Он был обычным иерусалимским евреем.

Судя же по тому, что римские легионеры, охранявшие крест с распятым Иисусом, с помощью жребия решали, кто станет обладателем его одежды, одет Он был вполне сносно. А если принять во внимание, что Христос умер на кресте намного быстрее, чем большинство людей, подвергаемых этой казни, то Он был человеком скромного телосложения и невысокого роста.

Почти таким же невзрачным рисует внешний вид Христа римский философ второй половины II века, один из самых известных античных критиков христианства Цельс в изложении греческого христианского теолога Оригена: «Если бы дух божий действительно поселился в Иисусе, то он должен был бы отличаться от других красотою облика, великолепием тела, а также красноречием. Ибо невозможно поверить, что тот, в чьем теле было нечто божественное, ничем не отличался от других. Между тем люди рассказывают, будто Иисус был мизерного роста и с таким некрасивым лицом, что оно вызывало отвращение».

Причем не один только Цельс придерживался таких представлений об облике Иисуса, но и многие ранние последователи Христа. Так, христианский писатель Тертуллиан, полемизируя со сторонниками апостола Павла и оппонентом Ветхого Завета Маркионом о внешнем виде Иисуса, пишет следующее: «Облик его был лишен какой-либо красоты и обаяния. Поистине, неужели нашелся бы смельчак, который бы нанес малейший вред телу, если б оно отличалось необычайной красотой и было озарено небесным сиянием? Кто бы покрыл плевками лицо, если бы уродство, которое наложил на себя Иисус и которое сделало его презренным в глазах людей, не представляло это лицо заслуживающим одних лишь плевков?».

Вероятнее всего, такое отношение к облику Христа было связано с пророчеством Исайи, в котором о Мессии он говорит следующее: «Ибо Он взошел пред ним, как отпрыск и как росток из сухой земли; нет в Нем ни вида, ни величия; и мы видели Его, и не было в Нем вида, который привлекал бы нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражен, наказуем и уничижен Богом» (Ис. 53: 2–4).

Более того, тот же Ориген в тщедушном облике Иисуса видел доказательство Его божественной природы, полагая, что в малозаметной внешности было продемонстрировано превосходство души над тленной плотью. К тому же такой «невзрачный» Христос был намного ближе тем многочисленным массам людей, которые вели нищенский и бесправный образ жизни.

Однако со временем отношение к образу Христа стало меняться. Поскольку Спаситель был Богом, значит, Его облик должен быть прекрасным и благородным. И начало этому новому взгляду положил Иоанн Златоуст, заявивший, что Иисус был прекрасен.

Эта же мысль прослеживается и в «Послании Публия Лентулла» – вроде бы в отчете проконсула Палестины римскому сенату. Вот как описывает автор внешний облик Иисуса: «Человек он среднего роста, с хорошей осанкой и великолепным благородным лицом. Его вид внушает и любовь, и страх одновременно. Волосы цвета спелого ореха ниспадают гладко до ушей, а дальше до самых плеч вьются колечками, чуть более светлыми и блестящими; посередине головы они разделены пробором, как это принято у назореев; лоб ясен и чист, лицо без морщин и пятен дышит силой и спокойствием; линии носа и рта безукоризненны, борода густая, того же цвета, что и волосы, не очень длинная, разделенная посередине. Взгляд прямой, проницательный, глаза сине-зеленые, яркие и живые. В гневе он страшен, а поучает дружески и нежно, с радостной серьезностью. Иной раз плачет, но не смеется никогда. Держится гордо и прямо, руки и плечи его полны изящества, в разговоре он серьезен, скромен, сдержан, и к нему по праву можно отнести слова пророка: «Вот самый прекрасный обликом из всех сынов человеческих». Однако в настоящее время специалисты хорошо знают, что «Послание Лентулла» – подделка, сфабрикованная в XIII веке и впервые опубликованная в 1474 году.

Известный церковный историк XIV век Никифор Каллист в своей «Церковной истории» дает следующее описание внешности Спасителя: «Вот изображение Господа нашего Иисуса Христа, сколько мы узнали от древних, и какое только можно сделать в описании, всегда несовершенном. Лицо Его отличалось красотой и выразительностью. Волосы русые, не слишком густые и слегка волнистые; брови черные, но не совсем круглые. Смугловатые и живые глаза неизъяснимо приятны. Нос был у Него продолговатый, борода русая и довольно короткая; но волосы на голове Он носил длинные. Иисус Христос никогда не стригся; ничья рука не касалась головы Его, кроме руки Матери, и то только тогда, когда Он был еще Младенцем. Голову держал Он несколько наклонно, и от этого рост Его казался не так высок. Цвет лица Его был почти пшеничный, когда пшеница начинает поспевать. Лицо было ни кругло, ни продолговато. Он много походил на свою Матерь, особенно нижнею частью лица, и был нежно румян. Вид Его выражал важность, мудрость, кротость и милосердие. Наконец, Он во всем походил на Божественную и непорочную Свою Матерь».

Воскрешение Лазаря. Фрагмент русской иконы. XV в.

Один из Отцов церкви – Иоанн Дамаскин лик Спасителя дополняет следующими приметами: «тесно сближенные – как бы сросшиеся брови», «черная борода и сильно загнутый (орлиный) нос» и «смуглый цвет лица»…

Возможность более точно узнать внешний облик Иисуса Христа у исследователей появилась в 1969 году. Именно в это время, подчинившись давлению общественности, архиепископ Турина создал комиссию, которая должна была решить вопрос о подлинности знаменитой Плащаницы. Об этой реликвии христианского мира более подробно будет рассказано в другом месте, здесь же мы заострим внимание на следующем факте.

Получив доступ к этой святыне, члены комиссии предположили, что по очертаниям фигуры на ткани удастся выяснить, какого роста был Иисус. Однако решить эту задачу ученые не смогли. Дело в том, что, согласно исследованиям итальянского ученого Николо Миани и представителя католической церкви прелата Гило Риччи, рост Христа равнялся примерно 162,56 сантиметра. В то же время расчеты итальянского специалиста по анатомии человека профессора Лоренцо Ферри показали, что Иисус имел совсем иной рост: 182 сантиметра. И причина столь большой разницы в полученных результатах кроется прежде всего в том, что контур на Плащанице смазан и недостаточно отчетлив.

Но почему же не сохранилось ни одного реального изображения Спасителя? Причин этому может быть несколько. Во-первых, иудеи вообще избегали всякого рода изображений. Особенно людей. И прежде всего потому, что делать это им запрещала вторая из десяти заповедей, лежащих в основе Закона. Она гласит: «Не сотвори себе кумира, ни всякого подобия». Именно этот запрет и препятствовал христианам из иудеев перейти к православному иконопочитанию. Для большинства иудеев преклонение даже перед святейшим Ликом Спасителя представлялось идолопоклонством. Поэтому первоначальные изображения Христа – символические: в виде рыбы, креста, агнца или пастыря с заблудшей овцой на плечах.

Во-вторых, священнослужители, иконописцы, а затем и светские художники не проявляли особого стремления воссоздать истинный облик Христа, поскольку считалось, что человеческое сознание не в состоянии постичь Его божественную сущность.

Кроме того, как уверяют многие историки христианства, лик Спасителя от множества мыслей постоянно преображался. Об этом, в частности, говорит блаженный Августин. Вторит ему и святой Антоний Мученик, который однажды не смог как следует разглядеть лицо Христа на одной нерукотворной иконе, поскольку «лик перед глазами смотрящих на него постоянно меняется».

О том, что лик Христа постоянно менялся, говорит и предание о евангелисте Луке, который «трижды пытался еще при жизни Господа изобразить Лик Его для исцеленной кровоточивой жены Вероники; трижды, сравнивая написанное лицо с живым, убеждался, что сходства между ними нет, и очень скорбел о том. «Чадо, лица Моего ты не знаешь; знают его лишь там, откуда Я пришел, – сказал ему Господь. – Буду сегодня есть хлеб в доме твоем», – сказал Веронике. И она приготовила трапезу. Он же, придя к ней в дом, прежде, чем возлечь, умыл лицо Свое и вытер его полотенцем, и Лик Его отпечатался на нем, как живой» (Д. Мережковский. Иисус неизвестный).

В основном по этим причинам в течение многих веков Христа и изображали по-разному. И только спустя какое-то время были приняты жесткие нормы написания икон и узаконен тот образ Христа, который сохраняется до сих пор, то есть с удлиненным худощавым лицом и большими строгими глазами. При этом следует понимать, что это не реальный облик Спасителя, а лишь созданное временем представление христиан о Его внешности.

Вообще же, самый ранний портрет Иисуса Христа был обнаружен в катакомбах в картине, изображающей воскрешение Лазаря. Датируется этот рисунок серединой II века. Здесь Спаситель изображен безбородым, с короткой прической и большими глазами, одетым в римскую тунику. Это произведение в настоящее время находится в так называемой Капелла-Грека (Греческой капелле).

В Евангелиях приводится описание около 36 чудес, сотворенных Иисусом Христом. Это и претворение воды в вино на пиру в Кане Галилейской, и многочисленные исцеления больных (например, прокаженного у Геннисарета и больного в купальне Вифезда), и возвращение к жизни умерших (в частности, Лазаря) и т. д.

И для человека той эпохи ничего удивительного в этом не было, поскольку чудеса являлись главным признаком божественности и основным доказательством пророческого призвания. Ведь истории о ветхозаветных пророках Илии и Елисее также полны чудесных явлений. Поэтому предполагалось, что и Мессия тоже будет совершать многочисленные чудеса.

Исходя из этих жестких требований, Иисусу необходимо было решить довольно непростую задачу: или отказаться от роли Мессии, или начать творить чудеса. Кроме того, надо иметь в виду, что в описываемые времена практически весь мир также признавал чудеса. И, безусловно, Иисус тоже верил в них. Более того, одно из Его глубоких убеждений заключалось в том, что человек с помощью веры и молитвы может повелевать природными стихиями.

Так, Иисус говорил ученикам своим: «Имейте веру Божию, ибо истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: поднимись и ввергнись в море, и не усомнится в сердце своём, но поверит, что сбудется по словам его, – будет ему, что ни скажет… всё, чего ни будете просить в молитве, верьте, что получите, – и будет вам» (Мк. 11: 23–24).

Знаменитый французский писатель, историк и филолог Э. Ренан в книге «Жизнь Иисуса» высказывает даже такое предположение: «Возможно, что окружающие Иисуса были в большей степени поражены его чудесами, нежели его проповедями, при всей их необыкновенной божественной глубине. Прибавим еще, что народная молва, как при жизни, так и после смерти Иисуса, без сомнения, чудовищно преувеличивала число его чудес. В самом деле типы евангельских чудес не отличаются большим разнообразием; они повторяют друг друга и представляются сколком с весьма ограниченного числа образцов, приспособленных к народному вкусу. Среди рассказов о чудесах, утомительно перечисляемых в Евангелиях, невозможно отличить чудеса, приписанные Иисусу общественным мнением при жизни его или после смерти, от тех чудес, в которых он дал согласие играть активную роль».

При внимательном чтении Евангелий можно заметить, что большинство чудес Иисуса Христа касались исцеления больных, в особенности пораженных психическими болезнями. И это было очень важно, поскольку в тот период, о котором наш рассказ, медицина в современном понимании в Иудее практически отсутствовала. И лечением занимались в основном люди, наделенные, как считалось, особым даром исцеления. Большую роль в освобождении человека от болезней играло также проведение особых религиозных обрядов.

И такой подход был вполне обоснован, поскольку болезнь считали или наказанием за грехи, или результатом овладения душой человека злым духом. А коль так, то и первоклассным врачом признавался святой человек, обладавший сверхъестественной силой. Поэтому Иисус Христос, считавший себя Сыном Божиим, вероятно, был тоже убежден, что обладает особыми целительными способностями. И Он довольно часто, судя по Евангелиям, пользовался этим Своим даром. Больные исцелялись не только после возложения на них рук или произнесения Христом особых слов, но также после того, как страждущие прикасались к Его одеждам.

Современная медицина легко объясняет положительные эффекты лечения болезней, не связанных с органическими нарушениями, тем, что прикосновение Христа к больному или больного к Христу производило огромный психотерапевтический эффект, вызывая почти моментальное его исцеление.

И впрямь, почти все исцеленные Христом больные страдали психическими или психосоматическими заболеваниями, к которым медики относят эпилепсию, летаргический сон (случай с дочерью Иаира), различные формы параличей. Кстати, таких случаев излечения известно немало и в наше время, в частности, с помощью гипноза.

Особенно часто Иисус изгонял из больных людей бесов. И связано это было с широко распространенной в те времена верой в то, что демоны могли овладевать телом некоторых людей, а затем принуждать их совершать действия против собственной воли. Так, было принято считать, что причиной большинства истерических заболеваний у женщин является вселившийся в них злой дух, которого иудеи называли Асмодеем.

Таким образом, можно предполагать, что Христос лечил все психосоматические болезни силой своего внушения. А о том, что Иисус обладал уникальной способностью к внушению, говорят и другие чудеса: превращение воды в вино или насыщение народа пятью хлебами и двумя рыбами. Современная наука все эти случаи легко объясняет массовым гипнозом. А если учесть тот факт, что Иисус и впрямь мог почти восемнадцать лет находиться в Индии и в течение этого времени изучать йогу и другие тайные науки, то такое предположение вполне разумно.

Но если вышеназванные факты можно объяснить самовнушением или безграничной верой больных в целительную силу Христа, то как истолковать такие чудеса, как, например, хождение по озерной глади или воскрешение Лазаря? Вряд ли здесь уместно прибегать к объяснению этих феноменов неким особым воздействием на психику свидетелей данных чудес.

Конечно, для разъяснения этих необычных явлений можно было бы привлечь Божественную силу, которой мог обладать Иисус Христос. И, в общем-то, отрицать, что Спаситель такой силой был наделен, тоже нельзя. Ведь, согласно Библии, Он был Сыном Бога.

Пророк Михей. Гравюра Г. Доре. 1860-е гг.

Но вернемся к чудесам Христа. В частности, к хождению по поверхности озера. Для объяснения этого чуда вместе с паломниками отправимся в буддийский храм Монконг на Тайване. Здесь мы сможем увидеть, как монахиня Анонг два раза в день – утром и на закате дня – переходит озеро, лишь слегка касаясь пятками его ровной поверхности. Конечно, скептики из мира ученых это явление попытаются объяснить массовым гипнозом. Однако вряд ли они будут правы. И это подтверждает следующий случай, который рассказала Мария С. из Подмосковья.

«Когда мне было семь лет, – вспоминает женщина, – я жила у бабушки в деревне на берегу большого пруда. Моя бабушка верила в Бога, и я по-детски чисто и искренне часто молилась вместе с ней. Все лето мы, дети, проводили у воды. Я не умела плавать и поэтому плескалась только около берега. Однажды мальчишки уговорили меня поплавать с ними на плоту, и я согласилась, чтобы не показаться трусихой. Мальчишки уверенно направили плот на середину пруда, а я стала просить, чтобы они этого не делали, а плыли вдоль берега. Страх обуял меня. Я до сих пор помню это состояние, а ведь мне уже 50 лет. В каком-то помрачении ума я спрыгнула в воду. Что было дальше, сказать сегодня трудно. Однако когда испуганные мальчишки доплыли на плоту до берега, я… уже стояла на берегу! Абсолютно сухая! Они, естественно, стали расспрашивать, как мне удалось пройти по воде, а я твердила только одно: “Побежала к берегу, и все”. Ребята подумали, что я вру, и стали обзывать меня. Все это и для меня остается неразрешимой загадкой. Помню лишь один свой шаг по поверхности пруда, жуткий страх и обращение к Богу о помощи».

В свою очередь писательница Л. Шапошникова во время своего пребывания в Индии видела, как седой старик переходил глубокую реку, словно дорогу. Но если по озеру проходит монахиня, а по реке – старик-индиец, то Христос тем более мог это сделать.

Говоря же о воскрешении Лазаря, следует заметить, что этот эпизод описан лишь в Евангелии от Иоанна. Остальные евангелисты об этом событии не упоминают вовсе. Причин этому может быть несколько. Во-первых, можно предположить, что у этого эпизода отсутствовала реальная основа или, попросту говоря, его вовсе не было. Во-вторых, не исключено, что евангелисты-синоптики сомневались в том, что это событие имело место, поэтому и не включили его в свои писания.

В заключение следует сказать, что хотя чудеса Иисуса Христа по-разному воспринимаются богословами и представителями светской науки, тем не менее даже позднейшие противники христианской веры (Цельс, Гераклит, Юлиан Отступник) признали, что когда Христос служил народу, то совершал чудеса.

Известно, что уже в Ветхом Завете были предсказаны как рождение, так и многие другие события из земной жизни Иисуса. Из более чем 800 пророчеств, касающихся истории Израиля, 48 говорят о пришествии Христа как Мессии.

Так, уже за девять веков до рождества Христова пророк Михей предсказывал, что родится Мессия в городе Вифлееме. И действительно, как повествуют евангелисты Матфей и Лука, Иисус Христос начал земную жизнь именно в этом городе.

Пророк Исайя за семь веков до рождения Спасителя пишет, что «придут народы к свету твоему, и цари – к восходящему над тобой сиянию» (Ис. 60: 3). В этом пророчестве, по мнению многих толкователей, Исайя якобы предсказывает посещение младенца Иисуса волхвами. Правда, с другой стороны, первый и второй стихи этой главы дают основание предположить, что пророк в третьем стихе говорит не о Мессии, а об Иерусалиме: «Восстань, светись, Иерусалим, ибо пришел свет твой, и слава Господня взошла над тобою. Ибо вот, тьма покроет землю, и мрак – народы; а над тобою воссияет Господь, и слава Его явится над тобою» (Ис. 60: 1–2).

О мессианстве Христа Исайя говорит и в следующей, 61 главе: «Дух Господа Бога на Мне, ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим, послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение и узникам открытие темницы, проповедовать лето Господне благоприятное и день мщения Бога нашего, утешить всех сетующих, возвестить сетующим на Сионе, что им вместо пепла дастся украшение, вместо плача – елей радости, вместо унылого духа – славная одежда, и назовут их сильными правдою, насаждением Господа во славу Его» (Ис. 61: 1–3).

Это очень сильное пророчество Исайи практически полностью сбылось в земной жизни Христа. Впрочем, так же, как и отвержение Спасителя людьми, тоже предсказанное пророком: «Он был презрен и умален пред людьми» (Ис. 53: 3). Этот факт подтверждают и евангелисты. Например, Иоанн, который свидетельствует: «Пришел к Своим, и Свои Его не приняли» (Ин. 1: 11).

В свою очередь пророк Захария, живший в VI–V веках до н. э., предсказал въезд Иисуса в Иерусалим на молодом осле: «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се, Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной» (Зах. 9: 9). Об осуществлении этого пророчества пишет евангелист Марк: «И привели осленка к Иисусу, и возложили на него одежды свои; Иисус сел на него» (Мк. 11: 7).

С высокой степенью точности указали ветхозаветные пророки и на предательство со стороны людей, которые были в числе самых близких друзей Иисуса. Вот, например, что по этому поводу говорится в 40-м псалме: «Даже человек мирный со мною, на которого я полагался, который ел хлеб мой, поднял на меня пяту» (Пс. 40: 10). Или в 11 главе книги пророка Захарии: «…и они отвесят в уплату Мне тридцать сребреников. И сказал мне Господь: брось их в церковное хранилище, – высокая цена, в какую они оценили Меня! И взял Я тридцать сребреников и бросил их в дом Господень для горшечника» (Зах. 11: 12–13).

В 40-м псалме и стихах пророка очень точно было предсказано, что Спасителя предаст один из самых близких к нему людей, которому за это уплатят, как предрек Захария, «тридцать сребреников». Впоследствии же за эти деньги будет приобретена земля у горшечника. Об этом, но немного иными словами, сказал и пророк Иеремия: «И взяли тридцать сребреников, цену Оцененного, Которого оценили сыны Израиля, и дали их за землю горшечника, как сказал мне Господь» (Иер. 32: 9).

Все эти три пророчества исполнились с удивительной точностью, о чем поведал евангелист Матфей. Вот что по этому поводу он сказал: «Тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребреников» (Мф. 26: 14–15). И далее: «Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав кровь невинную. Они же сказали ему: что нам до того? смотри сам. И, бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился. Первосвященники, взяв сребреники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови. Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников; посему и называется земля та “землею крови” до сего дня. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: и взяли тридцать сребреников, цену Оцененного, Которого оценили сыны Израиля, и дали их за землю горшечника, как сказал мне Господь» (Мф. 27: 3—10).

За много столетий до их осуществления увидели пророки и события, предшествовавшие распятию Спасителя, а также саму казнь. Так, Исайя в 50-й главе предсказывает: «Я предал хребет Мой биющим и ланиты Мои поражающим; лица Моего не закрывал от поруганий и оплевания» (Ис. 50: 6). А в 53-й главе этот же пророк пишет: «Посему Я дам Ему часть между великими, и с сильными будет делить добычу, за то, что предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтен был, тогда как Он понес на Себе грех многих и за преступников сделался Ходатаем» (Ис. 53: 12).

И впрямь, Иисус Христос был причислен к разбойникам и распят между ними. Об этом нам поведали евангелисты Матфей и Марк: «Тогда распяты с Ним два разбойника: один по правую сторону, другой по левую» (Мф. 27: 38).

В Псалтири предсказана также смерть на кресте: «Пронзили руки Мои и ноги Мои» (Пс. 21: 17). Исполнение этого пророчества подтверждают евангелисты Лука и Иоанн. «И когда пришли на место, называемое лобное, там распяли Его…» (Лк. 23: 33) «И неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа: там распяли Его и с Ним двух других по ту и по другую сторону, а посреди Иисуса» (Ин. 19: 17–18).

А автор 21-го псалма почти в деталях предрек события, которые происходили во время распятия Христа: «Делят ризы Мои между собою, и об одежде Моей бросают жребий» (Пс. 21: 19). И об этом же мы читаем и в Евангелии от Марка: «Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять» (Мк. 15: 24).

В точности исполнилось и следующее пророчество Исайи: «Ему назначили гроб со злодеями, но Он погребен у богатого, потому что не сделал греха, и не было лжи в устах Его» (Ис. 53: 9). Действительно, после смерти Христос был положен в гробницу достаточно обеспеченного человека – Иосифа Аримафейского. Об этом повествует Евангелие от Матфея: «Когда же настал вечер, пришел богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который также учился у Иисуса; он, придя к Пилату, просил тела Иисусова. Тогда Пилат приказал отдать тело; и, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницею и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился» (Мф. 27: 57–60).

Фрагмент из «Анналов» Тацита с упоминанием о христианах

Таким образом, исходя из всего вышеизложенного, можно утверждать, что большинство пророчеств о Мессии исполнились в точности. И тем не менее исследователи Библии ко многим ветхозаветным предсказаниям относятся с изрядной долей скепсиса. И связано это в первую очередь с тем, что евангелисты многие эпизоды жизни Христа стремились согласовать с пророчествами, делая не совсем корректные допущения.

Например, в соответствии с пророчеством Михея, Спаситель должен родиться в Вифлееме, поскольку этот город являлся родиной Его дальнего предка – царя Давида. И используя разные ухищрения, евангелисты как раз и описывают момент рождения Христа именно в этом городе.

Еще одним примером того, как евангелисты пытались увязать земную жизнь Христа с ветхозаветными пророчествами, является бегство Святого Семейства в Египет. Этот эпизод упоминается в Евангелии от Матфея. Когда после поклонения младенцу Иисусу волхвы «иным путем отошли в страну свою, Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его, и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе; ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его. Он встал, взял младенца и Матерь Его ночью, и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода» (Мф. 2: 12–15). Но именно на такой поворот событий якобы указывает и пророк Осия: «Из Египта я вызвал сына моего» (Ос. 11: 1).

О том, что евангелисты пытались увязать ветхозаветные пророчества с историей жизни Христа, говорит и эпизод с избиением младенцев Иродом. Описан он во второй главе Евангелия от Матфея. Когда волхвы не явились к Ироду, а «иным путем отошли в страну свою», Ирод «весьма разгневался и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: «Глас в Раме слышен, плач и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет» (Мф. 2: 16–18).

Однако, как показали исторические исследования периода правления Ирода, скорее всего, этого события на самом деле не было.

Христианство – религия, число приверженцев которой превышает 2 миллиарда человек. При этом в Европе по разным оценкам насчитывается от 400 до 550 миллионов христиан, в Латинской Америке – около 380, в Северной Америке – 180–250 миллионов, в Азии – около 300, в Африке – 300–400, в Австралии – 14 миллионов.

И ядром этого религиозного учения является Иисус из Назарета. Поэтому для христиан вопрос о реальности основателя их религии, безусловно, является главным. Дело в том, что такие центральные доктрины христианства, как Троица, Небесное Царство, воскресение мертвых без веры в историчность Иисуса Христа теряют свою актуальность и смысл.

В таком случае возникает естественный вопрос: существуют ли убедительные доказательства, подтверждающие историческую реальность Христа? К сожалению, таковых нет.

Следует заметить, что довольно продолжительное время вопрос о личности Иисуса Христа рассматривался лишь с богословской точки зрения. Но начиная с XVIII века в умах ряда ученых стал созревать и вопрос об историчности основателя христианства. Правда, в то время желание узнать о Христе больше, чем рассказывается в Новом Завете и писаниях Отцов Церкви, считалось чуть ли не ересью. Хотя один из догматов христианства гласит, что Иисус является не только сыном Божьим, но и человеком. А значит, Он, как и другие люди, должен иметь биографию.

Чтобы ее воссоздать в том или ином виде, в науке появились две основные школы – мифологическая и историческая, которые существуют и по настоящее время.

Приверженцы мифологической точки зрения считают, что Иисус Христос, как реальная личность, никогда не существовал, и все, что рассказывается о Нем в Новом Завете, не более, как вымыслы, придуманные евангелистами и апологетами христианства. В соответствии с этой позицией они убеждены, что формирование образа Иисуса Христа происходило от Бога к человеку, в ходе которого Высшей сущности постепенно придавались свойства реальной исторической личности.

По-другому на проблему реальности Иисуса Христа смотрят представители исторической школы: они уверены, что Он – подлинная, а не выдуманная евангелистами, реальная личность. И в качестве доказательства своей правоты приводят немало аргументов. В частности, сохранившиеся до сегодняшних дней тексты произведений «языческих» авторов, чье якобы беспристрастное изложение времен Иисуса не вызывает у большинства исследователей недоверия.

В данном случае речь идет о таких знаменитых римских историках, как Тацит, Плиний Младший и Светоний. По уровню образования, происхождению и социальному положению, а также по религиозным представлениям эти авторы были почти полной противоположностью первым сподвижникам Христа. Так, в отличие от христиан, принадлежавших в основном к малообеспеченной части общества, эти три писателя являлись представителями аристократической верхушки Римской империи. И вряд ли они относились с симпатией к городскому простонародью, который был чужд им своими нравами и религиозными воззрениями.

Христианские богословы были уверены, что коль такие люди в своих произведениях уделили внимание, пусть и незначительное, создателю чуждой им религии, то это доказывает, что Иисус Христос существовал в реальности.

Но, чтобы не быть голословными, обратимся к трудам названных выше авторов. Итак, Тацит – крупнейший историк и писатель Древнего Рима, а также патриций и консул, живший примерно в 55—120 годах н. э. Приблизительно в 116 году он выпустил в свет свои знаменитые «Анналы». Так вот, в 15-й книге этого гигантского труда автор описал знаменитый пожар 64 года в Риме, который едва не превратил в пепелище весь город. Судя по дошедшим до нас версиям, современники сочли виновником этого происшествия императора Нерона. Предполагалось, что он лично приказал поджечь город, чтобы в будущем построить его заново по своему вкусу. Нерон же в свою очередь всю вину за это преступление свалил на христиан.

В 44-й главе «Анналов» Тацит пишет: «Чтобы пресечь слухи, Нерон подставил виновных и подверг самым изощренным казням тех, кого чернь ненавидела за их постыдное поведение и называла христианами. Начало этому названию дал Христос, который был при императоре Тиберии приговорен к смерти прокуратором Понтием Пилатом; временно подавленное пагубное суеверие вспыхнуло снова не только в Иудее, где это зло родилось, но также и в столице, куда отовсюду стекается и находит множество приверженцев всякая гадость и пакость. Вначале схватили тех, кто эту веру исповедовал публично, затем – на основании их показаний – великое множество других и признали их виновными не столько в поджоге, сколько в ненависти к роду человеческому».

И хотя в подлинности этого отрывка исследователи не сомневаются, тем не менее у них он вызывает немало вопросов. Например, насколько можно верить Тациту, когда он пишет, что в Риме в это время проживало большое число христиан. И эти сомнения вполне естественны, поскольку в первом веке нашей эры последователи Христа себя христианами еще не называли, а пожар в Риме случился как раз в этот период. Таким образом, в 64 году н. э. в Риме «христиане», как их называет Тацит, еще отсутствовали. Хотя, как свидетельствуют некоторые богословы, последователи Христа уже были, но называли они себя «назореями». Они были объединены в отдельную секту, однако считали себя истинными иудеями. Правда, в отличие от своих собратьев, полагали, что предсказанный ветхозаветными пророками Спаситель уже явился в образе Иисуса Христа. Не разбираясь в этих тонкостях новой веры, римляне и не отличали христиан от иудеев.

Таким образом, следует признать, что Тацит, описывая прошлое, особой щепетильностью в отборе фактов не отличался. И хотя приведенный выше фрагмент и принадлежит Тациту, но изложен он со слов христиан второго века. А значит, лишь приблизительно воссоздает исторические реалии 64 года.

Кроме того, следует заметить, что подлинник «Анналов» был обнаружен лишь в 1429 году. А ведь хорошо известно, что древние и средневековые копиисты и компиляторы особенно не утруждали себя точностью воспроизведения текстов и порой по своему усмотрению «реконструировали» их. Поэтому не стоит исключать, что кто-то из них мог вставить в оригинальный текст Тацита упомянутые выше подробности.

Еще одним римским автором, который в своем сочинении уделил несколько строк христианам, был Плиний Младший (52—114), находившийся к тому же в дружеских отношениях с Тацитом. Свою известность он получил благодаря переписке, девять томов которой сохранились до настоящего времени. Особое место среди них принадлежит отчетам императору Траяну из Вифинии и Понта, где Плиний Младший в 111–113 годах занимал пост римского наместника.

В одном из таких писем-отчетов имеются следующие строки, касающиеся сторонников Христа: «Эта вера распространяется повсюду не только в городах и деревнях, но и во всей стране. Храмы пустеют, люди давно уже не совершают жертвоприношений». А еще немного дальше: «У них есть обычай в определенные дни собираться перед восходом солнца и молиться Христу, как богу». И хотя ряд исследователей к этим строкам переписки относятся с недоверием, тем не менее большинство ученых считают эту запись подлинной.

Третьим римским автором, к которому апеллируют христиане, является Светоний (70—160 годы н. э.). Он также вращался в высшем свете и водил дружбу с Плинием Младшим. В его известном «Жизнеописании двенадцати Цезарей» обращают на себя внимание два любопытных фрагмента. В главе, посвященной императору Клавдию, говорится: «Он изгнал евреев из Рима за то, что они беспрестанно смутьянили, подстрекаемые каким-то Хрестосом». А в главе о Нероне сказано: «Наказали пытками христиан, приверженцев нового и преступного суеверия».

Тщательные исследования этих отрывков показали, что оба они являются оригинальными и принадлежат самому Светонию. Вот, в общем-то, и вся информация о Христе, которую донесли до нас римские писатели и историки.

Почему же столь скудны сведения об основателе новой религии в трудах этих римских авторов? Ведь в то время тысячи, а возможно, и во много раз больше людей почитали Иисуса Христа Богом. Да и те сведения, которые сообщают эти писатели, явно получены ими из не очень достоверных источников. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. Ведь в то далекое время римляне и евреи, по сути, являлись такими же двумя разными мира, как полюса магнита.

В таком случае можно было бы надеяться, что намного больше сведений о Христе сохранилось у евреев. Ведь именно они были очевидцами тех прискорбных событий, которые разыгрались в то далекое время вокруг Иисуса из Назарета. Увы, свидетельств, принадлежащих еврейским авторам, еще меньше, чем сведений, сообщаемых римскими историками. А если быть точными, то христианская церковь располагает лишь одним фрагментом подобного рода, который приводит в своем сочинении «Иудейские древности» еврейский историк Иосиф Флавий. В кругу исследователей Библии этот отрывок известен как «Флавиево свидетельство».

Вот дословное содержание этого текста: «В то время жил Иисус, мудрый человек, если вообще можно назвать его человеком. Он совершал вещи необыкновенные и был учителем людей, которые с радостью воспринимали правду. За ним пошло много иудеев, равно как и язычников. Он и был Христом. А когда по доносам знаменитейших наших мужей Пилат приговорил его к распятию на кресте, его прежние приверженцы не отвернулись от него. Ибо на третий день он снова явился им живой, что предсказывали божьи пророки, так же как и многие другие поразительные вещи о нем. С тех пор и по сей день существует община христиан, получивших от него свое название».

Легко догадаться, почему христианские богословы так высоко ценили это свидетельство Флавия об Иисусе Христе. Ведь автором этих строк являлся еврей, который, несмотря на все свои политические интриги, всегда был предан религии предков и никогда не был связан ни формально, ни эмоционально с христианством. К тому же он был хорошо информирован обо всех более-менее важных событиях, происходивших в тот период в Палестине.

Такое отношение к «Флавиеву свидетельству» продолжалось почти полторы тысячи лет. Наконец, в XVI веке стали раздаваться, правда, еле слышимые скептические голоса в адрес свидетельства Флавия. И только в XIX веке ученые во весь голос стали оспаривать подлинность этого фрагмента. Завершились же дискуссии тем, что в настоящее время большинство ученых убеждены, что этот единственный факт об Иисусе Христе, отмеченный в еврейских источниках, является более поздней вставкой неизвестного христианского переписчика. И сделана эта приписка была в конце III – начале IV века.

В этом контексте следует также заметить, что в еврейских источниках полностью отсутствуют даже незначительные упоминания о солнечном затмении, которое длилось три часа, о душах умерших, восставших из могил, а также о драгоценном занавесе в Иерусалимском храме, разорвавшемся пополам в момент смерти Иисуса. Вряд ли хотя бы кто-нибудь из еврейских писателей или историков не упомянул бы об этих невероятных событиях, если бы они случились в действительности.

Впрочем, те, кто уверен в историчности Христа, все же находят вроде бы довольно убедительные аргументы в пользу своих взглядов. В частности, многие толкователи Библии уверены, что сведения, содержащиеся в Евангелиях, полностью подтверждают реальность Христа. И связана эта уверенность с тем, что современные археологические исследования доказывают более раннее возникновение Евангелий, чем было принято считать. То, что они появились не во II веке, а раньше, указывают, например, папирусные тексты книг Нового Завета, обнаруженные в начале минувшего столетия во время археологических изысканий в Египте.

Так, древнейшая из обнаруженных рукописей датируется первой половиной II века, точнее, 125–130 годами. Это – папирусный фрагмент Нового Завета, содержащий лишь несколько строк из Евангелия от Иоанна (Ин. 18: 31–33, 37–38). Происходит он предположительно из Оксиринха. Исследователи считают, что, прежде чем этот текст Евангелия стал известен в небольшом египетском городке, прошло немало времени, а значит, он был написан еще раньше первой половины II века.

В качестве еще одного косвенного подтверждения высокой вероятности того, что Иисус Христос был вполне реальной личностью, Сыном Человеческим, является ассуарий (кувшин для хранения останков покойника), найденный в 1990 году в Иерусалиме во время раскопок в так называемом Доме правления. На нем сохранилась надпись на арамейском языке, которая переводится как «Иосеф, сын Каиафы». Датируется она I веком нашей эры. Исследователи не исключают, что в найденном ассуарии покоятся останки сына того самого Каиафы, который, согласно Евангелиям, осудил Иисуса.

А за 30 лет до этого открытия, в 1961 году в Кесарии была обнаружена выбитая на камне надпись, в которой Пилат назван «префектом Иудеи», а не прокуратором, как это стало практиковаться лишь после 54 года н. э. Но именно префектом и именуется должность Пилата в Евангелиях и Деяниях Апостолов. Это значит, что авторам Нового Завета были хорошо известны даже незначительные детали в написанной ими истории.

Имеются упоминания об Иисусе и в Талмуде – одном из общепризнанных источников «мудрости» для иудеев. Хорошо известно, что большинство евреев не признали Иисуса за долгожданного Мессию. Поэтому, чтобы скрыть факт его существования, составителям Талмуда логичнее было бы вообще о Христе нигде не упоминать. И тем не менее в трактате Талмуда, называемом «Санхедрин», имеются такие строки: «В канун Пасхи повесили Иисуса из Назарета. В продолжение сорока дней глашатай ходил перед Ним, крича: “Он должен быть бит камнями, потому что занимался колдовством, соблазнял Израиль и увлек его на восстание; кто имеет сказать что-либо в Его оправдание, пусть придет и свидетельствует”. Но не нашлось никого, чтобы Его оправдать, и Его повесили в канун Пасхи».

Святое Семейство. Гравюра Х. Бальдунга. 1511 г.

В свою очередь известный английский библеист Фредерик Брюс (1910–1990) в исследовании «Документы Нового Завета: Достоверны ли они?» приводит следующий любопытный факт. Он пишет, что в Британском музее находится текст письма, которое сириец Мара Бар-Серапион отправил своему сыну Серапиону. Написано это послание после 73 года, однако, когда именно, – остается загадкой. Вот фрагмент из этого письма: «Что выиграли афиняне, казнив Сократа? Голод и чума обрушились на них в наказание за их преступление. Что выиграли жители Самоса, предав сожжению Пифагора? В одно мгновение пески покрыли их землю. А что выиграли евреи, казнив своего мудрого Царя? Не вскоре ли после этого погибло их царство? Бог справедливо отомстил за этих трёх мудрых мужей: голод поразил Афины, море затопило Самос, а евреи, потерпевшие поражение и изгнанные из своей страны, живут в полном рассеянии. Но Сократ не погиб навеки – он продолжал жить в учении Платона. Пифагор не погиб навеки – он продолжал жить в статуе Геры. Не навеки погиб и мудрый Царь: Он продолжал жить в Своём учении».

И еще один аргумент в пользу историчности Христа. Исследователи Нового Завета давно заметили, насколько сильно изменилось поведение учеников Христа после Его воскресения. Действительно, должно было произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы буквально в течение двух месяцев одиннадцать не очень смелых людей превратились в одиннадцать фанатиков, которые готовы были умереть за свои убеждения.

Серьезные аргументы в пользу историчности Христа предоставили исследователи, изучающие структуру текстов Евангелий. Так, они обратили внимание на ораторские приемы, используемые Иисусом Христом в произносимых Им проповедях и речах. «Истинно, истинно говорю вам…» (Ин. 1: 51; 3: 3,5,11 и др.); «Симон! Симон! се сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу» (Лк. 22: 31); «Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом…» (Лк. 10: 42) Подобные повторения слов встречаются в разных Евангелиях, и именно в них хорошо заметна характерная особенность речи Христа.

Специально придумывать евангелистам такие обороты речи смысла не было, поскольку они не несут никакой теологической нагрузки. Зато за этими повторами явно чувствуется присутствие живого человека.

Тем более, творцы Евангелий, создавая исключительно религиозный миф, вряд ли поместили бы в него эпизоды о натянутых отношениях Иисуса с родственниками, которые подозревали Его в умственном расстройстве (Мк. 3: 21), или неверие в Его божественность братьев (Ин. 7: 5). Ведь эти факты полностью идут вразрез с образом Сына Бога.

Итак, скорее всего, следует признать, что Иисус спокойно жил в галилейском городе Назарете до тех пор, пока под воздействием проповедей Иоанна Крестителя на Него не снизошло некое религиозное озарение. В результате Он стал проповедовать в Галилее и Иерусалиме, собирая огромное количество сторонников Своего учения, но при этом и наживая не меньше врагов. В результате религиозные и светские власти увидели в Нем опасного преступника и распяли. После же Его смерти произошло нечто, заставившее Его сподвижников поверить в то, что Он воскрес.

С первых веков новой эры и до сего времени между библеистами ведутся споры о семье Иисуса: и в первую очередь о том, были ли у него родные братья и сестры. Достаточно конкретную и очень важную информацию по этому вопросу легко найти у евангелистов Матфея и Марка.

Так, Матфей в 13-й главе свидетельствует следующее о ближайших родственниках Иисуса: «Не Его ли мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон и Иуда? И сёстры Его не все ли между нами?» (Мф. 13: 55–56) То же самое о родственниках Иисуса говорит и Марк: «Не плотник ли он, сын Марии, брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона? Не здесь ли между нами его сестры?» (Мк. 6: 3) Подтверждает наличие у него братьев и Лука: «И пришли к нему матерь и братья его, и не могли подойти к нему по причине народа. И дали знать ему: мать и братья твои стоят вне, желая видеть тебя» (Лк. 8: 19–20).

Следует отметить, что о сестрах Иисуса в синоптических Евангелиях сведений очень мало. Известно лишь то, что их было две и проживали они в Галилее. Согласно же «Протоевангелию от Иакова», их звали Мельха и Эсха.

Однако со временем, когда христианство приобретало все больше сторонников, а значит, становилось влиятельной силой, появилась необходимость в разработке определенных правил, или догматов, которые объявлялись непреложными, не подлежащими критике истинами.

Детство Богоматери. Художник Ф. Сурбаран. 1660 г.

И в какой-то момент, точнее, когда возник культ Девы Марии, сведения о том, что Иисус имел братьев и сестер, стали для церкви невыгодны. Ведь это противоречило католическому догмату о непорочности Богоматери, в соответствии с которым Матерь Спасителя оставалась девственной и после Его чудесного рождения.

Поэтому, чтобы спасти это положение, еще во II веке в апокрифическом «Протоевангелии от Иакова» была выдвинута идея, что Иаков, Иосий, Симон и Иуда – это сыновья Иосифа от первого брака. Однако эту версию легко опровергнуть, так как ни в одном синоптическом Евангелии не говорится, что Иосиф был вдовцом.

Но, помимо этой точки зрения, существует и другая, которой по настоящее время придерживаются католические библеисты. В соответствии с ней, в действительности «братья Иисуса» были Его двоюродными братьями, или кузены по материнской линии. И предложил эту версию христианский писатель Иероним, живший в IV–V веках нашей эры.

В своем сочинении «Против Гельвидия» он настаивал, что братья Христа никакого отношения к Спасителю не имеют, поскольку они являлись детьми другой Марии, родственницы Богородицы. Именно о ней идет речь в Евангелии от Иоанна: «При кресте Иисуса стояли матерь его и сестра матери его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина» (Ин. 19: 25).

В качестве доказательства Иероним применил своеобразный филологический трюк: он утверждал, что в арамейском языке слово «брат» аналогично слову «кузен». Однако такой вывод безоснователен. Дело в том, что в еврейском и арамейском языках и впрямь специальный термин для обозначения понятия «двоюродный брат» отсутствует и нередко для этих целей употребляется слово «ах» или «ага» – «брат». Но поскольку наши Евангелия написаны на греческом языке, в котором слово «адельфос» («брат») не имеет другого значения, кроме «единоутробный», то и аргументация Иеронима доказательной силой не обладает.

Если же говорить конкретно о братьях Иисуса, то наибольшую известность получил Иаков. Но в Новом Завете это имя имеют три человека. И среди них апостол Иаков Алфеев, известный также как Клеоп. Именно его многие библеисты отождествляют с Иаковом – братом Иисуса. Хотя каких-либо веских оснований для таких выводов в Новом Завете нет. Наоборот, в Деяниях апостолов 13-й и 14-й стихи 1-й главы очень ясно свидетельствуют, что это – разные люди. Вот это свидетельство: «И, придя, взошли в горницу, где и пребывали Петр и Иаков, Иоанн и Андрей, Филипп и Фома, Варфоломей и Матфей, Иаков Алфеев и Симон Зилот, и Иуда, брат Иакова. Все они единодушно пребывали в молитве и молении, с некоторыми женами и Мариею, материю Иисуса и с братьями Его» (Деян. 1: 13–14).

Не менее убедительный факт, доказывающий прямое родство Иисуса и Иакова, приводит апостол Павел в Послании к галатам. В частности, он свидетельствует: «Потом, спустя три года, ходил я в Иерусалим видеться с Петром и пробыл у него дней пятнадцать. Другого же из апостолов я не видел никого, кроме Иакова, брата Господня» (Гал. 1: 18–19). А если Павел назвал Иакова «братом Господним», не добавив к этому никаких пояснений, значит, он представил его галатам как родного брата Иисуса.

Помимо братьев определенную загадку для библеистов представляет отец Иисуса – Иосиф, которому в Новом Завете уделено совсем немного внимания. Евангелисты Матфей и Лука упоминают о нем лишь в родословных и в рождественских стихах. А в Евангелиях от Марка и Иоанна, в Деяниях апостолов и в посланиях Павла об Иосифе вообще ничего не говорится, словно этого человека вообще не существовало. А ведь Иосиф сыграл в жизни Иисуса немалую роль.

Во-первых, если верить Матфею, Ангел Божий именно Иосифу сообщил благую весть о рождении Спасителя. Кроме того, отец Иисуса считался прямым потомком Давида, и собственно этот факт и был положен в основу царского происхождения Иисуса.

Чтобы объяснить это загадочное замалчивание евангелистами биографии Иосифа, библеисты выдвинули несколько предположений. Так, Давид Штраус считает, что для подобного отношения к Иосифу было несколько причин.

Например, Иосиф мог рано умереть. Но когда именно это случилось, сказать трудно. По крайней мере, когда Иисусу было двенадцать лет, Его отец еще был жив. Об этом свидетельствует эпизод, рассказанный Лукой (Лк. 2: 48). А возможно, Иосиф редко упоминается в тексте Евангелий и Посланий потому, что в соответствии с новозаветной доктриной он не был отцом Иисуса.

Следует заметить, что, в отличие от синоптических Евангелий, попытка более подробно описать биографию Иосифа была сделана в Евангелиях апокрифических. Впоследствии культ Иосифа разрабатывался исключительно на мистических основах. Впрочем, этот процесс еще не завершен по настоящее время. Имеются сведения, что еще накануне II Ватиканского собора, который был открыт в 1962 году и продолжался до 1965 года, в среде богословов ходили разговоры о возможности распространить на Иосифа догму непорочности и вознесения на небо.

О матери Иисуса Христа – Марии, как и о Его отце – Иосифе, в Новом Завете тоже рассказывается крайне мало. Например, в Евангелии от Марка, которое считается самым ранним, о ней упоминается всего один раз, при этом даже без имени (Мк. 3: 31–35). Лука упоминает о Марии четыре раза (Лк. 1: 26–56, Лк. 2: 4–7, Лк. 2: 16–52, Лк. 8: 19–21), Иоанн – два (Ин. 2: 1—12, Ин. 19: 25–27), но опять же, как и Марк, не называет ее по имени. Больше всего места матери Иисуса в своем Евангелии отвел Матфей, упомянув ее семь раз (Мф. 1: 16, Мф. 1: 18–25, Мф. 2: 11, Мф. 2: 13–15, Мф. 2: 19–23, Мф. 12: 46–50, Мф.13: 55). В Деяниях апостолов Мария упоминается трижды, а Павел в своих посланиях о матери Христа не проронил ни слова. Фактически после рассказа о рождении Иисуса в Евангелиях она почти не фигурирует. Правда, в Евангелии от Луки описана встреча Марии со своей родственницей – Елизаветой, которая уже 6-й месяц носила в себе будущего Иоанна Крестителя (Лк. 1: 39–42)…

В целом же события в жизни Мессии, в которых упоминается Его мать, единичны. К ним можно отнести историю, когда потерявшегося по завершении Пасхи двенадцатилетнего отрока родители нашли в Иерусалимском храме, где Он дискутировал со знатоками Закона.

После этого случая мать Христа снова появляется в Евангелиях, причем сразу у троих евангелистов – Матфея, Луки и Иоанна, – в Кане Галилейской, где Иисус превратил воду в вино.

«На третий день был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики Его на брак. И как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них. Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте» (Лк. 2: 1–5).

Также три евангелиста приводят рассказ, как Мария вместе с братьями Христа пришла к дому, где Иисус находился со своими учениками. Об этом событии почти слово в слово поведали Матфей (Мф. 12: 46), Марк (Мк. 3: 31) и Лука (Лк. 8: 19): «И пришли к Нему Матерь и братья Его, и не могли подойти к Нему по причине народа. И дали знать Ему: мать и братья Твои стоят вне, желая видеть Тебя. Он сказал им в ответ: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его» (Лк. 8: 19–21).

Иоанн – единственный из евангелистов свидетельствует также о том, что при казни Христа на Голгофе присутствовала и Его Мать – Мария: «При кресте Иисуса стояли Матерь Его, и сестра Матери Его Мария Клеопова, и Мария Магдалина» (Ин. 19: 25).

В этот же момент находящийся на кресте Спаситель, «увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин. 19: 26–27). Но Матфей и Лука о присутствии матери Христа при Его распятии не упоминают.

Кто из евангелистов прав – сказать трудно. Но, скорее всего, правы синоптики. И довод в пользу этого предположения тот, что Христос решил пощадить Свою Мать – не дать ей увидеть Себя на кресте.

И в других самых драматических моментах жизни своего Сына, например, при захоронении и воскресении, мать Христа отсутствовала. И, что весьма удивительно, она не увидела Христа и после Его воскресения, когда Он появлялся перед другими людьми. Она даже не присутствовала при Его вознесении, то есть не смогла увидеть Его в последний раз.

Почему же евангелисты уделили столь мало внимания матери Спасителя? Вероятно, это связано с тем, что в понимании авторов Нового Завета скромная семитская женщина, занятая лишь домом и детьми, не могла сыграть особо существенной роли в драматической судьбе своего Сына.

Этим обстоятельством, вероятно, объясняется и тот феномен, что в начальный период существования христианства культ Марии практически отсутствовал. Однако со временем в новой религии постепенно стала проявляться тенденция к Ее возвеличению. И происходило это под влиянием распространенного на Востоке культа богини-матери.

Нагорная проповедь Иисуса Христа. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1852–1860 гг.

В соответствии с новыми взглядами, Марии стали приписывать пожизненную девственность. Но ряд христианских писателей и богословов эту точку зрения не приняли. Например, Тертуллиан, Ориген и даже Иоанн Златоуст и Блаженный Августин сомневались в доктрине о пожизненной девственности Марии.

Тем не менее Пятым Вселенским собором в Константинополе в 553 году была принята так называемая доктрина «post partum», в соответствии с которой Мария оставалась девственной до, во время и после рождения Христа. Очень четкое и емкое определение этому догмату дал св. Августин: «Девой зачала, девой родила, девой осталась».

Однако на этом противостояние двух точек зрения на девственность Марии не завершилось, а продолжалось до самой середины XIX века. Именно тогда папа Пий IX специальным декретом объявил непорочное зачатие догматом христианства…

Вместе с тем, несмотря на столь широко распространенный культ Девы Марии, о ее смерти практически ничего не известно, хотя на этот счет и существуют две версии. Правда, ни одна из них исторической ценности не имеет, поскольку они исключают друг друга.

Так, в соответствии с первым, более реалистичным предположением Мария отошла в мир иной в 52 году в Иерусалиме и предана земле в Гефсиманском саду.

Согласно второй версии, апостол Иоанн, которому умирающий на кресте Христос вверил заботу о своей матери, взял Богородицу с собой в Эфес, где она прожила до глубокой старости и умерла в возрасте восьмидесяти лет. Правда, в этой версии есть один непонятный нюанс: почему апостол Павел, находившийся в Эфесе три года, а значит, должен был бы об этом знать, в своих посланиях ни единым словом не обмолвился о матери Иисуса.

В связи с Эфесом, как местом проживания Марии, видимо, следует упомянуть следующий факт. В начале XIX века знаменитая католическая монахиня и мистик Екатерина Эммерих (1774–1824 годы), находясь в состоянии транса, описала всю жизнь Марии и даже назвала место, где Богородица якобы провела остаток своей жизни.

Чтобы проверить это предсказание, группа католических ученых-археологов посетила Эфес. После проведенных раскопок они и впрямь обнаружили развалины небольшого домика, размеры и местоположение которых, по их мнению, соответствовали описанию Екатерины Эммерих.

Однако ортодоксальные богословы поверить в то, что Мария, как и любой земной человек, умерла естественной смертью, не могли. Поэтому появилась легенда, что когда вскрыли её могилу в Гефсиманском саду, то вместо останков нашли лишь букет свежих роз.

Понятие Царство Небесное, или Царство Божие – одно из главных и наиболее сложных понятий Библии. И эта сложность связана с тем, что в Священном Писании понятие Царство Божие несет самые разные смысловые нагрузки.

Впервые же Царство Небесное упоминается уже в Ветхом Завете. «И во дни тех царств Бог небесный воздвигнет царство, которое вовеки не разрушится, и царство это не будет передано другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно» (Дан. 2: 44).

Однако концепция Царства Божиего наиболее тщательно разработана в Новом Завете, а точнее, в Евангелиях и Посланиях апостолов.

Так, евангелист Матфей выражение Царство Небесное употребляет 32 раза и 5 раз говорит о Царстве Божием. Евангелисты Марк, Лука и Иоанн используют только словосочетание Царство Божие. В целом же можно сказать, что идея Божиего Царства является средоточием пришествия на землю Сына Божиего. Марк так начинает повествование о Его земной миссии: «После же того, как предан был Иоанн, пришел Иисус в Галилею, проповедуя Евангелие Царствия Божия и говоря, что исполнилось время и приблизилось Царствие Божие: покайтесь и веруйте в Евангелие» (Мк. 1: 14–15).

Затем идея Небесного Царства была расширена в христианском учении в целом. Но основоположником учения о Царстве Божием тем не менее является Иисус Христос. В этом можно убедиться, вникнув в суть Его проповедей и изречений, которых довольно много. В них Спаситель не только рассказывает о Царстве Божием, не только описывает Его, но главное, Он открывает пути вхождения в эту неизреченную благодать.

«Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечал им: не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17: 20–21).

В другом месте Он еще конкретнее заявляет, что Царство Божие находится внутри человека, который всеми мыслями, всем сердцем и душой любит Бога: «Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14: 23,24). Или: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 30: 20).

Вообще же в понимании христиан, а также толкователей Библии Царство Божие – это сошедшая на уверовавшего в Иисуса Христа человека благодать Божия. Во всей же полноте явится она лишь после Второго пришествия Спасителя.

Таким образом, Царство Божие – это, по сути, такое изменение человеческого духа под влиянием Божественной благодати, когда Иисус Христос воцаряется в человеческом уме и сердце. И если человек не откроет Царство Божие внутри себя, в глубинах своей души, то почти невозможно отыскать его и вне себя. Иначе говоря, там, где находится Иисус Христос, там и Царство Его, которое «не от мира сего» (Ин. 18: 36).

Об этом же говорят и толкователи Библии, и великие богословы, и Отцы Церкви. Так, святой Иоанн Златоуст сказал: «Найди дверь своего сердца, и ты увидишь, что это дверь в Царство Божие». А Макарий Великий о Небесном Царстве говорит следующее: «Душа еще ныне приемлет в себе Царство Христово, упокоевается и озаряется вечным светом. Воскресение умерших душ бывает еще ныне, а воскресение тел будет в оный день».

По заверениям людей, отмеченных особой благодатью, Царству Божьему, пребывающему в человеке, свойственно особое светлое и радостное состояние души, которое не зависит от внешних условий жизни или состояния тела и является даром Божиим.

Об этом удивительном состоянии души старец Силуан со Старого Афона поведал следующими словами: «Когда Дух Святой исполнит всего человека сладостью любви Своей, тогда мир забыт совершенно и душа вся в неизреченной радости созерцает Бога; но когда душа снова вспомнит мир, тогда от любви Божией и жалости к человеку она плачет и молится за весь мир.

Предавшись плачу и молитве за мир, порожденной любовью, душа от сладости Духа Святого снова может забыть мир и снова упокоевается в Боге; вспоминая же мир, опять в великой печали слезно молится, желая всем спасения».

А христианский святой и отшельник Макарий Великий о тех, на кого сошел Дух Святой, свидетельствует так: «Иногда бывают они обвеселены, как бы на царской вечере, и радуются радостью и веселием неизглаголанным.

В иной час бывают, как невеста, Божественным покоем упокоеваемая в сообществе с Женихом своим. Иногда же, как бесплотные ангелы, находясь еще в теле, чувствуют в себе такую же легкость и окрыленность. Иногда же бывают как бы в упоении питием, возвеселяемые и упокоеваемые Духом в упоении Божественными духовными тайнами.

Но иногда как бы плачут и сетуют о роде человеческом и, молясь за целого Адама, проливают слезы и плачут, воспламеняемые духовною любовью к человечеству.

Иногда такой радостью и любовью разжигает их Дух, что если бы можно было, вместили бы всякого человека в сердце своем, не отличая злого от доброго.

Иногда в смиренномудрии духа столько унижают себя перед всяким человеком, что почитают себя самыми последними и меньшими из всех.

Иногда душа упокоевается в некоем великом безмолвии, тишине и мире, пребывая в одном духовном удовольствии, в неизреченном упокоении и благоденствии. Иногда умудряется благодатию в уразумении чего-либо, в неизреченной мудрости, в ведении неиспытуемого Духа, чего невозможно рассказать языком и устами»…

Впрочем, кроме Царства, которое внутри человека, есть и другое Царство, внешнее, к которому и стремятся души праведников. А поскольку это царство сотворил Бог, Оно потому и называется Божиим. В нем Он господствует, и Оно Ему принадлежит.

Об этом в Евангелии от Матфея сказано следующее: «Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном» (Мф. 8: 11). Когда Иисус произносил эти слова, Авраама, Исаака и Иакова уже много столетий не было в живых. То есть Спаситель в данном случае вел речь о загробном, или потустороннем, мире. Эта же мысль высказана и в другой цитате из Библии. «Когда увидите Авраама, Исаака и Иакова и всех пророков в Царствии Божием, а себя изгоняемыми вон» (Лк. 13: 28).

Когда Иисус говорит на Тайной вечере о Своем скором вознесении в Царство Небесное, Он тоже имеет в виду потусторонний мир. «Истинно говорю вам: Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием» (Мк. 14: 25). Эта же мысль высказана и в другом месте Библии. «Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления» (1 Кор. 15: 50).

Преображение Господне. Русская икона. XV в.

В свою очередь у евангелиста Марка указывается, что под Царством Божиим следует понимать учение Иисуса Христа. «Пришел Иисус в Галилею, проповедуя Евангелие Царствия Божия» (Мк. 1: 14). Об этом же сказано и у Луки. «Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него» (Лук.16: 16).

Объясняется же утверждение, что в учении Христа рассказывается именно о Царстве Божием, несколькими причинами. Во-первых, в нем очень четко определено, как человек может достичь Царства Божиего и войти в Него. Во-вторых, это учение в основном посвящено описанию Царства Небесного.

В целом же Царство Небесное в представлениях верующих людей – это место, где пребывают души праведников. По одним воззрениям, Оно находится на небесах, где души праведников пребывают в Раю, а по другим – это земная область, приготовленная истинно верующим для пребывания в ней в эпоху «золотого века». Но в то же время «Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14: 17).

Царство Божье можно также понимать, как некий иррациональный мир, где отсутствует время и пространство и который появляется в земной истории с началом миссии Иисуса Христа.

В контексте разговора о Царстве Божием у любого человека возникают естественные вопросы: когда Оно наступит и как туда попасть?

Конкретно ответить на первый вопрос практически невозможно, поскольку четкости в этой проблеме нет даже в Евангелиях: «Не придёт Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, Там» (Лк. 17: 20).

Однако Иисус утверждал, что Царство Божие «близко, при дверях». Об этом говорит евангелист Матфей. «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына человеческого, грядущего в царствии Своем» (Мф. 16: 17–28). Вторит ему Марк: «И сказал им: истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят царствие Божие, пришедшее в силе» (Мк. 9: 1). В другом месте Иисус говорит о том же: «Не успеете обойти все города в Израиле, как придет уже Сын человеческий» (Мф. 10: 23). А также: «Истинно говорю вам: не пройдет род сей, как все это будет» (Мк. 13: 30).

И в то же время полного знания о том, когда будет Конец, даже у Сына человеческого быть не может. Яснее выразить это, чем сказал Иисус, нельзя: «О дне же том или часе никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец» (Мк. 13: 32).

Что же касается вхождения в Царство Божие, то путь туда очень трудный. Во-первых, Иисус требовал, чтобы желающие войти в Царство Небесное отреклись от всего земного и возлюбили только Его одного – Сына Человеческого.

«Если кто приходит ко Мне, – говорит Иисус, – и не возненавидит отца своего и матери, и жены, и детей, и братьев, и сестер, и притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лк. 14: 26). И дальше в том же духе: «Так, всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк. 14: 33).

«Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня. И кто не берет креста своего и не следует за Мною, тот не достоин Меня. Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее» (Мф. 10: 37–38).

Христос также предупреждал: «Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдёт в него» (Мк. 10: 15). «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие» (Мк. 10: 25)…

Таким образом, человек сможет войти в Царство Божие лишь тогда, когда полностью поменяет самого себя. Он должен поместить в центр своей жизни не свою личность и свои безмерные желания, а Бога и Его святейшую волю.

Епископ Амвросий в сочинении «Учение о Царстве Божием» писал: «Царство Божие – духовное царство. Для вступления в него требуется не какая-нибудь внешняя перемена, например законов, прав, учреждений, одежды, внешнего образа жизни, а перемена внутреннего настроения».

С другой стороны, блаженный Августин считает, что Царство Божие – это прежде всего дар Божий: «Не сам человек избавил себя от погибели после грехопадения, а Бог извлек из падшего человечества определенное число праведных для наполнения Царства Своего, и сделал это не по заслугам этих праведников, а только по Своей благодати, любви».

«И, по прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, и возвел на гору высокую особо их одних, и преобразился перед ними. Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить. И явился им Илия с Моисеем; и беседовали с Иисусом.

При сем Петр сказал Иисусу: Равви! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии. Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе.

И явилось облако, осеняющее их, и из облака исшел глас, глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный; Его слушайте. И, внезапно посмотрев вокруг, никого более с собою не видели, кроме одного Иисуса» (Мк. 9: 2–8).

Такими словами евангелист Марк описывает Преображение Иисуса Христа. Об этом же событии поведали миру в своих Евангелиях Матфей (Мф. 17: 1—13) и Лука (Лк. 9: 28–36). Правда, ни один из них не рассказывает, чему были посвящены те шесть дней, которые предшествовали Преображению. Неизвестно также, на какой горе преобразился Иисус.

Правда, большинство экзегетов считают, что этой горой был Фавор. И это предание утвердилось в христианской церкви, начиная с древних времен. Впрочем, в отношении горы Фавор, как места Преображения, у некоторых толкователей имеются сомнения.

Причин этому несколько. Так, судя по приведенным выше стихам евангелиста Марка, гора эта была «высокая весьма». Фавор же в Галилее, расположенный на расстоянии пяти дней пути от Кесарии, – не только не «весьма высок», а наоборот, даже низок: его примерная высота около 300 метров.

Тайная Вечеря. Фрагмент гравюры Г. Доре. 1866–1870 гг.

А вот что о Фаворе, как месте Преображения, пишет известный английский богослов и писатель Ф. Фаррар (1831–1903) в своей книге «Жизнь Иисуса Христа»: «Три церкви и монастырь воздвигнуты там в конце шестого века, удостоверяют непоколебимое принятие этого верования. Но многие думают, что Фавор не был местом великого Преображения. Круглая вершина этой живописной и покрытой лесом горы, представляющей дивный ландшафт, как только путешественник приближается к северной границе долины Есдрелонской, была укрепленным и обитаемым местом… Не в это место Иисус мог взять трех апостолов, “особо их одних”».

Впрочем, наличие военного укрепления, о котором пишет Фаррар, вряд ли могло стать серьезным препятствием для восхождения Иисуса с апостолами на Фавор. Например, св. Кирилл Иерусалимский писал, что на покрытой лесом горе всегда может найтись место для уединения. Да и Фавор был очень дорог Иисусу по детским воспоминаниям и впечатлениям.

И тем не менее многие библеисты склоняются к мнению, что преобразился Спаситель не на Фаворе, а на горе Ермон, расположенной недалеко от Кесарии Филипповой, где в те дни Он пребывал. Это действительно весьма высокая гора, поднимающаяся на 2800 метров к небу.

«Снежный Ермон, “первенец гор”, – спутник Иисуса, неразлучный во всю Его жизнь: отроком уже видел Он его с Назаретских высот; потом – с Сорокадневной горы Искушения, и с горы Блаженств над Геннисаретским озером, где солнце царства Божия всходило, и с горы Хлебов, где оно зашло; а с горы Елеонской увидит уже в последний раз. Издали видел всегда; только однажды, из селений Кесарии Филипповой, – лицом к лицу. Тогда-то и взошел на него, чтобы преобразиться» (Д. Мережковский. Иисус Неизвестный. М., 2000).

Впрочем, на какой именно горе Иисус преобразился, вопрос не принципиальный. Намного важнее само Преображение. Поднялся же Иисус на гору для того, «чтобы – пишет Фаррар, – приготовиться к смерти, и взял с собой трех апостолов, чтобы они, будучи осчастливлены зрением его славы, – славы как Единородного от отца и исполненного благодатью и истиной, – окрепли сердцем, утвердились в вере и, не колеблясь, глядели на постыдные оскорбления и невыразимое унижение крестной казни».

Помимо приготовления к смерти самого Христа, Преображение имеет и глубокий богословский и всечеловеческий смысл. Об этом очень хорошо сказал один из великих учителей церкви IV века Ефрем Сирин:

«Радовались Пророки, ибо узрели здесь Его человечество, которого прежде не видели. Радовались и Апостолы, ибо узрели здесь славу Его Божества, которого прежде не разумели, и услышали глас Отца, свидетельствующий о Сыне… Тройственное было здесь свидетельство: глас Отца, Моисей и Илия. Они предстояли пред Господом, как служители, и смотрели друг на друга, – Пророки на Апостолов, и Апостолы на Пророков, святой Моисей видел освещенного Симона – Петра, домоправитель, поставленный Отцем, взирал на домоправителя, поставленного Сыном; Ветхозаветный девственник Илия видел новозаветного девственника Иоанна; тот, кто вознесся на огненной колеснице, взирал на того, кто возлежал на пламенных персях Христовых. Таким образом, гора представляла собой Церковь, потому что Иисус соединил на ней два завета, принятых Церковью, и показал нам, что Он есть Податель обоих».

Что же касается всечеловеческого значения Преображения, то оно заключается в том, что в этот великий момент в жизни Христа было преображено также и всё человеческое естество: «Невыразимо явив на Фаворе неприступный свет, Владыка Христос наполнил тварь радостью и обожил человеков» (Косьма Майумский. Гимн на Преображение Господне).

Любопытным и даже странным в рассказе о Преображении, на взгляд ряда библеистов, является тот момент, когда все три апостола, увидев сияющего Иисуса, не смутились и не испугались. Однако известный французский писатель Франсуа Мориак в книге «Жизнь Иисуса» считает, что ничего необычного в этом нет. «Человек, – объясняет эту ситуацию Мориак, – который ведет себя как Бог, пугает. Но когда является сам Бог, то страх исчезает, уступая место благоговению и любви. Вот Моисей, а вот Илия… что может быть проще?..» (Ф. Мориак. Жизнь Иисуса. М., 1991)

Безусловно, как и любое сверхъестественное явление, Преображение порождает естественный вопрос: а было оно или нет? Очень тонко и точно отвечает на него Д. Мережковский в уже известной нам книге «Иисус Неизвестный». «Если в нашем историческом времени и в нашем геометрическом пространстве не было, – пишет автор, – то было в той неведомой нам, предельной точке религиозного опыта, где наше пространство, трехмерное, соприкасается с четырехмерным, наше время – с вечностью. Между Воскресением и Преображением нерасторжимая связь: только поверив – узнав, что Иисус преобразился, мы узнаем – поверим, что Христос воскрес».

Конечно, видение Преображенного Христа можно списать на сон или на особое гипнотическое состояние возбужденных, переполненных возвышенными чувствами апостолов. А во сне или в состоянии перевозбуждения может привидеться всякое. К тому же хорошо известно, что Иисус Христос обладал невероятной силой внушения. И Он вполне мог ввести апостолов в транс, а затем внушить им эту сцену, чтобы еще больше укрепить их уверенность в Его божественности. Впрочем, это исключительно предположение, которое тем не менее имеет право на существование. Особенно с учетом того, что, как утверждают некоторые исследователи, и о чем мы уже писали выше, Иисус долгое время пробыл в Индии, где изучил техники индийских йогов.

В череде дней Страстной Недели Великий четверг занимает особое место. Именно в этот день верующие христиане вспоминают Тайную Вечерю Иисуса Христа и апостолов, которая проходила за день до Ветхозаветной Пасхи. Накануне этого великого иудейского праздника, утром в четверг «приступили ученики к Иисусу и сказали Ему: где велишь нам приготовить Тебе пасху?» (Мф. 26: 17).

А поскольку этот разговор состоялся в Вифании, то апостолы предполагали, что в этом селении, расположенном недалеко от Иерусалима, Он и будет есть пасху. Но у Спасителя на этот счет были свои мысли.

Истинный Агнец пасхальный, Он должен был заклан в святом городе. Поэтому Он послал Петра и Павла в Иерусалим со следующим тайным наставлением: «При входе вашем в город, встретится с вами человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним в дом, в который войдет он, и скажите хозяину дома: Учитель говорит тебе: где комната, в которой бы Мне есть пасху с учениками Моими? И он покажет вам горницу большую устланную; там приготовьте. Они пошли, и нашли, как сказал им, и приготовили пасху» (Лк. 25: 10–13).

Кто был хозяином этого дома, евангелисты не пишут. Но многие библеисты предполагают, что им могли быть или Иосиф Аримафейский, или родители Иоанна-Марка – будущего евангелиста, в те дни четырнадцатилетнего отрока, который мог стать свидетелем всего того, что происходило в ту ночь в доме. Церковное предание указывает, что этот дом, находившийся на Сионском холме в юго-западной части Иерусалима, существовал еще в VI веке. «Тот же дом с куполом на плоской крыше изображен на древней, от VII века, найденной в развалинах города Маддабы (Maddaba), мозаичной карте-картине Иерусалима. В доме этом и находилась будто бы та “Сионская горница”, где ел Господь с учениками пасху в предсмертную ночь» (Д. Мережковский. Иисус Неизвестный. М., 2000).

Также не могут толкователи Библии назвать и точное время Тайной Вечери. Например, уже известный нам Ф. Фаррар пишет: «Признаю за несомненное, как подтвержденное всеми евангелистами, что Господь наш был распят в пятницу, воскрес в ночь после субботы, а в часы еврейской Пасхи находился в гробнице Иосифа Аримафейского. Поэтому несомненно, что Он совершил тайную Вечерю и установил таинство евхаристии в четверг вечером. Но была ли тайная Вечеря еврейской Пасхой или только предвкушением ее? Совпадала ли еврейская Пасха с 13-м или 14-м числом Нисана, то есть в год распятия начиналась ли она с вечера четверга или с вечера пятницы? Вопрос разрешен был бы окончательно, если бы достоверно было известно число, когда Иисус Христос был распят, и если бы с достаточным убеждением можно было положиться на верность указания еврейских календарей относительно дня недели, в который в этом году приходилась их Пасха… Общий характер Вечери, как она передана евангелистами, – омовение при этом ног, отсутствие всякой поспешности, не согласуются с мыслью и характером празднования еврейской Пасхи. Мы не видим на ней даже тех блюд, которые составляли необходимую принадлежность праздника: ни агнца, ни маццоф, или опресноков, ни мерорим – горьких трав, ни харосеф – блюд из фиников, винограда и уксуса, ни гагада, или возвещения, ни четырех или пяти чаш вина… Откуда мы заключаем, что тайная Вечеря не была еврейской Пасхой. Это была Вечеря, которая учреждена Спасителем для Себя и апостолов, в четверг вечером 13-го числа нисана, с пасхальным характером, но превосходившая еврейский праздник своим более глубоким и божественным значением» (Ф. Фаррар. Жизнь Иисуса Христа. М., 1991).

Кстати, об этом несоответствии пишет и Э. Ренан: «Вечером Он в последний раз ужинал со своими учениками. Но это не был обрядовый пасхальный стол, как это предполагалось впоследствии, причем происходила ошибка на один день; но для первой Церкви ужин в четверг и был настоящей Пасхой, печатью нового союза».

Но вернемся к событиям в горнице. Тайная Вечеря началась с того, что Сын Божий омыл апостолам ноги, по сути, выполнив обязанности раба. В мельчайших подробностях эту часть Тайной Вечери описал евангелист Иоанн.

Иисус «встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан.

Подходит к Симону Петру, и тот говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги?

Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после.

Петр говорит Ему: не умоешь ног моих вовек. Иисус отвечал ему: если не умою тебя, не имеешь части со Мною.

Симон Петр говорит Ему: Господи! не только ноги мои, но и руки и голову.

Иисус говорит ему: омытому нужно только ноги умыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все. Ибо знал Он предателя Своего, потому и сказал: не все вы чисты.

Когда же умыл им ноги и надел одежду Свою, то, возлегши опять, сказал им: знаете ли, что Я сделал вам?

Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам.

Истинно, истинно говорю вам: раб не больше господина своего, и посланник не больше пославшего его. Если это знаете, блаженны вы, когда исполняете» (Ин. 13: 4—17).

Моление о чаше. Художник Эль Греко. Около 1590 г.

Из этих слов Христа явствует, что омовением ног у своих учеников Он выразил не только любовь к ним, но и научил их быть смиренными и не считать за унижение любое деяние, связанное со служением ближнему своему.

После омовения и прощальной беседы с учениками Иисус, «взяв хлеб и, благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть Тело Мое, которое за вас предается; сие творите в мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша есть новый завет в Моей крови, которая за вас проливается» (Лк. 22: 19–20).

Таким образом, на Тайной Вечере Спасителем было установлено главное таинство христианской веры – таинство евхаристии, или причащения, во время которой все верующие приобщаются к Христу, вкушая хлеб (просфору) и вино, в которых воплощены Его Тело и Кровь.

Согласно учению церкви, без причащения не может быть и истинной христианской веры и жизни, так как благодаря этому таинству происходит наиболее полное и возможное единение человека с Богом.

Но, кроме установления таинства евхаристии, на Тайной Вечере произошли и другие важные события. Так, именно в это время Иисус указал на апостола, который предаст его – на Иуду Искариота.

«И когда они возлежали и ели, Иисус сказал: истинно говорю вам, один из вас, ядущий со Мною, предаст Меня. Они опечалились и стали говорить Ему, один за другим: не я ли? И другой: не я ли?» (Мк. 14: 18–19).

«И они начали спрашивать друг друга, кто бы из них был, который это сделает» (Лк. 22: 22–23). «Он же сказал им в ответ: один из Двенадцати, обмакивающий со Мною в блюдо» (Мк. 14: 20).

Евангелист Матфей уточняет: «При сем и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал» (Мф. 26: 25).

Эти свидетельства евангелистов, безусловно, не могут не вызвать у вдумчивого читателя определенного недоумения. «Действительно, – спрашивает Д. Мережковский, – если Иисус так ясно обличил Иуду, то как могли бы все остальные ученики не понять или, поняв, остаться безучастными, выпустить Иуду из горницы, зная, куда и зачем он идет?» И тут же отвечает: «Кажется, Марково свидетельство исторически подлинней: здесь нет ни вопроса Иуды, ни ответа Иисуса; все происходит между ними без слов. Страшный вызов: “Не я ли?”, может быть, прочел Иисус в глазах Иуды и глазами ответил: “ты”. “Я” в вопросе Иуды значит уже не он сам, а кто-то другой; и “ты” в ответе Иисуса – тоже другой».

Безусловно, после столь явного обличения Иуда покинул Сионскую горницу, не дожидаясь конца Вечери. Ему необходимо было успеть сообщить о месте пребывания Иисуса первосвященникам, а также взять вооруженных людей, чтобы предать в их руки Спасителя.

Уже в конце Тайной Вечери Иисус, прощаясь с апостолами, наставляет их как детей: заботливо и строго, с печалью и тревогой.

Он говорит: «Дети! недолго уже быть Мне с вами. Будете искать Меня, и, как сказал Я Иудеям, что, куда Я иду, вы не можете прийти, так и вам говорю теперь. Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13: 33–35).

И еще сказал, завершая трапезу и вставая из-за стола: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди. И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет. Не оставлю вас сиротами; приду к вам.

Еще немного, и мир уже не увидит Меня; а вы увидите Меня, ибо Я живу, и вы будете жить.

В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас. Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам.

Иуда – не Искариот – говорит Ему: Господи! что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру? Иисус сказал ему в ответ: кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим.

Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих; слово же, которое вы слышите, не есть Мое, но пославшего Меня Отца. Сие сказал Я вам, находясь с вами.

Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам. Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается» (Ин. 14: 15–27).

Однако, несмотря на то что Иисус поднялся из-за стола и сказал: «Пойдем отсюда», никто не пошевелился. Теперь всем стало ясно, что шли последние часы их жизни с Учителем и что завтрашний день может стать для Него роковым.

По завершении Тайной Вечери апостолы оставили горницу и в ночной темноте направились в сторону Кедрона – речного протока возле Масличной горы. «И, воспевши, пошли на гору Елеонскую» (Мк. 14: 26). Хотя покидать дом в ночь пасхальной трапезы не полагалось.

Выйдя из городских ворот, они оказались на зеленой лужайке и, пройдя три четверти километра, вошли в расположенный на склоне Елеонской горы Гефсиманский сад – небольшое частное владение, обнесенное высокой изгородью.

В этом саду Христос любил уединяться, отдыхать и предаваться размышлениям. Евангелист Марк уточняет, что Гефсиманский сад находился в селении, называемом Гефсимания (Мк. 14: 32). Отсюда и его название. К тому же церковное предание говорит, что хозяин Сионской горницы, где проходила Тайная Вечеря, и владелец Гефсиманского сада – одно и то же лицо, возможно, кто-то из родителей Иоанна-Марка…

Войдя в сад, Иисус «говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду помолюсь там. И, взяв с собою Петра и обоих сыновей Заведеевых, начал скорбеть и тосковать» (Мф. 26: 36–37). То есть с Ним в эти часы были те же апостолы, что и на горе Преображения: Петр, Иаков и Иоанн.

Ночь в Гефсиманском саду – одно из самых возвышенных и трогательных мест в Новом Завете. Иисус знал, что скоро наступит Его смертный час, как Сына Человеческого. И Он также знал, что для Него на земле не осталось больше ничего, кроме «болезненно-мучительной пытки, нравственной скорби и томлений».

«Все страдания, которые может вынести человеческая природа, должны были вдруг поразить Его земной состав; все душевные пытки, которое может нанести ожесточенное и властительное поругание, должны были истерзать Его душу; и эти мучения тела, эти предсмертные борения души должны были, хотя на короткое время, но ужасным образом отозваться даже на Его высочайшем, полном света и спокойствия божественном духе. Жгучая боль, беспредельный позор, вся тяжесть людских грехов, тайна их существования, вероотступничество и падение – все вдруг предстало пред Ним лицом к лицу необъяснимой громадой. Ему надо было поддержать свое тело, укрепить душу, успокоить дух молитвой и уединением для встречи того часа, в который вся эта злоба духа разразится над Ним, не ведающим греха и исполненным благодати и истины» (Ф. Фаррар. Жизнь Иисуса Христа. М., 1991).

Поцелуй Иуды. Фреска Капеллы дель Арена в Падуе. Художник Джотто. 1304–1306 гг.

И хотя Иисус – Сын и посланец Бога, но Он, вместе с тем, и человек, рожденный земной женщиной. Поэтому наряду с небесным в Нем сосуществует и земное, рождая в душе жесточайшие муки.

«Тогда говорит им Иисус: душа моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И, отошед немного, пал на лице Свое, молился и говорил: отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем, не как Я хочу, но как Ты» (Мф. 26: 38–39).

Душевное борение было настолько сильным, а молитва Иисуса Христа – столь усердной, что на Его лице появился кровавый пот. «И, находясь в борении, прилежнее молился; и был пот Его, как капли крови, падающие на землю» (Лк. 22: 44).

Возможно ли такое? Поскольку Иисус Христос пребывал в человеческой плоти и даже назывался «Сын человеческий», некоторые особенности, характерные людям, были свойственны и Его организму.

Что же касается появления кровавого пота, то этот феномен медицине известен давно. Ученые даже попытались объяснить это явление. Они считают, что у человека, который пребывает в состоянии чрезмерного нервного напряжения, капилляры, лежащие близко к поверхности кожи, разрушаются, и кровь из разорванных микроскопических сосудов через потовые железы вместе с потом выделяется на поверхности тела.

В этом случае на лице человека и появляются крупные капли кровавого пота. Причем находящийся в таком состоянии человек теряет много сил и энергии, и, естественно, ослабевает. Появление капель крови на лице Спасителя свидетельствует о том, какой пламенной, искренней и усердной была Его молитва, обращенная к Богу-Отцу.

Но тем не менее на молитвы Христа и просьбу Его о миновании горькой чаши Бог не откликнулся. Не получил также Иисус никакого видения и даже укрепляющего Его душу знака. А это весьма удивительно, поскольку случаев, когда молящийся человек остается в одиночестве, в Библии найти невозможно. Это тем более странно, так как Иисус – Сын Бога. И только один Лука свидетельствует, что перед молящимся Спасителем появился ангел, который укрепил Его волю.

Три раза молился Иисус. И с каждой молитвой дух Его укреплялся, и постепенно Он смирялся с волей Отца.

Но если «Он безусловно подчиняется воле Отца и знает эту волю, то зачем же Он просит, чтобы миновала Его чаша страданий? Зачем содрогается от ужаса предсмертных мучений? Не лучше ли было Ему идти на смерть, как потом шли Его последователи, без страха и даже с радостью?» – спрашивает Б.И. Гладков в книге «Толкование Евангелия».

И эта проблема волновала исследователей Библии уже с давних пор. Так, неоплатоник Порфирий, живший в III веке, в своей книге «Против Христиан» язвительно напишет: «Когда молится Он, чтобы чаша сия прошла мимо него, то это недостойно не только Сына Божия, но и простого, презирающего смерть философа».

Вторит ему и французский богослов Жан Кальвин (1509–1564), говоря: «Сыну Божию быть таким изнеженным и слабым, чтобы изнемогать до кровавого пота от страха смерти, – какой позор!» Правда, позже он говорит совсем другое: «Должен был Иисус в Агонии бороться лицом к лицу со всеми силами ада, с ужасом вечной смерти, погибели вечной для Себя самого: иначе жертва Его за нас была бы неполной. Наше примирение с Богом могло совершиться только Его Сошествием в ад».

Б.И. Гладков в свою очередь в названной выше книге об обращении Христа к Отцу пишет следующее: «Но кто же может утверждать, что Иисус ужасался, скорбел и тосковал от страха ожидавших Его мучений? Ведь после того, то есть по окончании гефсиманской молитвы, конца которой мы не знаем, Он молча, без стонов и содроганий, перенес все оскорбления, истязания и самую мучительную казнь? А что божественная природа Его нисколько не ослабила этих мучений, мы знаем из предсмертного возгласа Его: “Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?” (Мк. 15: 34) Следовательно, не страх предстоявших мучений привел Иисуса в такое душевное состояние, что Он стал молить об отвращении от Него этой чаши».

Б.И. Гладков допускает, что в эти скорбные для Христа минуты дьявол искушал Его. Однако, если предположить, что дьявол уговаривал Иисуса «просить Отца, чтобы миновала Его чаша страданий, то это значит признавать, что Иисус, обратясь с такой мольбой к Отцу, поддался искушению, а если Он поддался власти диавола хотя бы на одно мгновение, то уже не мог бы считаться Победителем его. К тому же диавол восстал бы сам против себя, если бы советовал Иисусу обратиться к Отцу за разъяснением Своего положения; не к Богу направлять, а от Него отвращать – вот задача духа зла».

Но Иисус это искушение, если, конечно, оно было, отверг так же, как и искушения дьявола в пустыне. Там Он сказал: «Господу Богу… поклоняйся и Ему одному служи» (Мф. 4: 10). Ту же покорность воле Божией Он, несомненно, проявил и здесь, сказав: «Не как Я хочу, но как Ты» (Мф. 26: 39).

Лопухин А. П., в свою очередь, в «Толковой Библии» объясняет этот мучительный момент в жизни Христа так: «Спаситель молился о том, чтобы, если возможно, Ему не подвергаться страданиям, которые Он называет “чашею страданий”. Но Он в этом деле отклоняет, так сказать, действие Своей собственной человеческой воли, и желает, чтобы все было так, как угодно Отцу».

В свою очередь, современный писатель В. Тейлор пишет, что «Иисус не стал бы просить, чтобы Его миновала чаша сия, если бы она была лишь Его личным страданием и смертью». Дело в том, что «чаша означает нечто большее, чем просто физическое умирание». В Ветхом Завете она является символом Господнего возмездия за грехи. Уподобив Себя погрязшему в грехах человечеству, Иисус принял на Себя гнев Божий, направленный против прегрешений всех людей.

«Встаньте, пойдем; вот приблизился предающий Меня. И тотчас, как Он еще говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин. Предающий же дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть; возьмите Его и ведите осторожно. И пришед тотчас подошел к Нему и говорит: Равви! Равви! И поцеловал Его. А они возложили на Него руки свои и взяли Его» (Мк. 14: 42–46).

Суд Синедриона. Повинен смерти. Художник Н.Н. Ге. 1892 г.

Так евангелист Марк описывает финальную сцену в Гефсиманском саду. Почти аналогичными словами рассказывают о взятии Христа под стражу евангелисты Матфей и Лука.

Однако совсем по-иному излагает эту сцену евангелист Иоанн: «Итак Иуда, взяв отряд воинов и служителей от первосвященников и фарисеев, приходит туда с фонарями и светильниками и оружием. Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете?

Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я. Стоял же с ними и Иуда, предатель Его. И когда сказал им: это Я, они отступили назад и пали на землю.

Опять спросил их: кого ищете? Они сказали: Иисуса Назорея. Иисус отвечал: Я сказал вам, что это Я; итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут, да сбудется слово, реченное Им: из тех, которых Ты Мне дал, Я не погубил никого» (Ин. 18: 3–9).

Схваченный врагами, Иисус без тени страха произносит: «Как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня» (Мф. 26: 55).

Как же повели в это время преданные соратники Христа – апостолы? Удивительно, но этот момент евангелисты описывают по-разному.

Так, в представлении Матфея эта сцена выглядит так: «И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо.

Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?» (Мф. 26: 51–53).

Похожими же словами описывает эту сцену и Марк. Лука со своей стороны вносит в этот эпизод дополнительные подробности: «И один из них ударил раба первосвященникова и отсек ему правое ухо. Тогда Иисус сказал: оставьте, довольно. И коснувшись уха его, исцелил его» (Лк. 22: 50–51).

Еще больше детализирует момент взятия Христа под стражу Иоанн. Помимо описания отсечения уха рабу он еще называет и действующих лиц этой сцены: «Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо; имя рабу было Малх. Но Иисус сказал Петру: вложи меч в ножны; неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец?» (Ин. 18: 10–11).

Если проанализировать эти стихи евангелистов, то можно заметить, что, в отличие от Иоанна, у Луки действия Петра Христос не осуждает. Впрочем, как и на Тайной Вечере, где Он на предложение апостолов: «Господи! Вот у нас два меча. Он сказал им: довольно» (Лк. 22: 38). Можно предположить, что Он даже благословил применение силы.

Этот парадокс в Евангелиях трудно объяснить с позиций здравого смысла, поскольку Иисус всегда проповедовал «непротивление злу насилием». Он кажется неразрешимым. Но вот что по этому поводу пишет Д. Мережковский в уже знакомой нам книге «Иисус Неизвестный»: это противоречие «как столько других подобных, разрешилось бы для нас, если бы мы поняли, что Иоанн и здесь, по своему обыкновению, обнажает религиозную душу истории; переносит невидимое, внутреннее, в видимое, внешнее; то, что происходит в вечности, в мистерии, – в то, что произошло однажды, во времени, в истории».

Иоанн ставит перед экзегетами еще одну проблему, свидетельствуя, что на гору Елеонскую Иуда, «взяв когорту, а у главных священников и фарисеев – служителей, приходит… с факелами, светильниками и оружием» (Ин. 18: 3).

Если знать, что римская когорта объединяла полтысячи воинов и это их количество представляло весь гарнизон Антониевой крепости, то невозможно поверить, что все они отправились вслед за Иудой арестовывать Христа. Да и кто позволил бы им это сделать? Конечно же не Пилат. Ведь сама идея пленения Иисуса принадлежала иудейским властям, и прокуратор ни в коей мере не согласился бы играть с ними в одни игры. К тому же об этом походе Пилат узнал только утром.

Повествуя о взятии Христа под стражу, Иоанн также указывает, что при виде Спасителя и евреев, и римлян охватил внезапный страх, и они «отступили назад и пали на землю» (Ин. 18: 6). Этим эпизодом Иоанн, безусловно, хотел показать, что даже злейшие враги Христа признали в Нем Сына Божьего. Но вряд ли такое могло быть в реальности. Хотя, обладая невероятной силой внушения, Он мог заставить их пасть на колени. И прежде всего потому, чтобы показать апостолам, что Он, «будучи не от мира сего», может уничтожить врагов Своих. Но этого не делает, поскольку должен выполнить предсказания пророков и умереть, «приняв на Себя гнев Божий», направленный против человечества.

И вот все эти нестыковки в изложении евангелистами доктринально очень важного эпизода Страстей Господних наводят многих библеистов на мысль, что, возможно, описанных событий на горе Елеонской вообще не было, а если они и имели место, то развивались совсем не так, как описаны в Евангелиях…

Когда же Иисуса схватили, «тогда все ученики, оставивши Его, бежали» (Мф. 26: 56). Но «один юноша, завернувшись по нагому телу в покрывало, следовал за Ним; и воины схватили его. Но он, оставив покрывало, нагой убежал от них» (Мк. 14: 51–52). Кто это был? Точного ответа на этот вопрос пока никто не дал. О нем упоминает один лишь Марк, но имени его не называет.

Большинство христианских исследователей предполагают, что этим молодым человеком был сам евангелист. По этой причине этот эпизод и не упоминается в остальных Евангелиях. Но в таком случае с какой целью Марк скрывал имя юноши? Делать ему это было просто незачем. Хотя, вероятно, причины для этого у него все же были. Но их мы никогда не узнаем.

С другой стороны, более тщательное исследование 14-й главы Евангелия от Марка показывает, что если из текста убрать фрагмент о юноше, то рассказ все равно остается связным и последовательным. Поэтому некоторые исследователи полагают, что эпизод с нагим персонажем – это текстовый фрагмент, добавленный позже кем-то из переписчиков или компиляторов.

Итак, «воины и тысяченачальник и служители Иудейские взяли Иисуса, и связали Его, и отвели Его сперва к Анне» (Ин. 18: 12–13). А уж затем «связанного Иисуса отправил Анна… к Каиафе» (Ин. 18–24). В то же время остальные три евангелиста, в отличие от Иоанна, свидетельствуют, что Христос был сразу доставлен к первосвященнику Каиафе.

Суд над Иисусом Христом свершился в пятницу 14 нисана. Начался он ночью и закончился рано утром. Но уж если быть до конца точными, то следует заметить, что было два суда – Синедриона и Понтия Пилата, или суд священников и суд светской власти. И решающей силой в этом, несомненно, был особый судебный орган иудеев – Синедрион, которому римская власть разрешила приговаривать к смертной казни за преступления против религиозных законов. Правда, решения Синедриона в обязательном порядке требовали одобрения римского прокуратора.

Следует заметить, что в Ветхом Завете этот судебный орган не встречается. Правда, в книге Чисел имеется фрагмент, на основании которого ряд библеистов говорят о древней истории этого судебного института: «И сказал Господь Моисею: собери Мне семьдесят мужей из старейшин Израилевых, которых ты знаешь, что они старейшины и надзиратели его, и возьми их к скинии собрания, чтобы они стали там с тобою» (Чис. 11: 16).

Итак, что же представлял собой Синедрион, осудивший Спасителя на Смерть? Во-первых, существовало два синедриона – малый, состоявший из 23 человек, и Великий, который находился в Иерусалиме. Великий Синедрион являлся высшей судебной инстанцией евреев и кроме председателя был представлен еще 70 членами, которые избирались пожизненно. Причем в этом суде могли рассматриваться лишь дела, касающиеся первосвященников, лжепророков, а также религиозных преступлений.

Главную роль в принятии судом решений играли саддукеи и фарисеи, отличавшиеся своими взглядами на некоторые теологические и нравственные проблемы. Так, например, саддукеи считали законы, данные Богом Моисею, неизменными и требовали их полного исполнения. При этом они предлагали отменить все те добавления, которые в Законе появились позже.

В свою очередь, фарисеи, хотя и признавали неизменяемость Закона и требовали его строгого исполнения, но, чтобы примирить Закон с требованием времени, постоянно создавали искусственные нормативы, регулирующие все, даже самые незначительные нюансы человеческого бытия.

Таким образом, это были две противоборствующие группы в религиозном сообществе евреев. Однако, несмотря на то что между саддукеями и фарисеями существовало соперничество, их объединяла общая ненависть к Иисусу Христу, Который в своих речах беспощадно осуждал и тех, и других. Тем не менее решающий голос в Синедрионе имели саддукеи, из которых избирались и первосвященники.

При вынесении приговора члены Синедриона опирались на принцип талиона, в соответствии с которым наказание должно быть тождественным тяжести преступления: «Кто убьет какого-либо человека, тот предан будет смерти;…кто сделает повреждение на теле ближнего, тому должно сделать то же, что он сделал. Перелом за перелом, око за око, зуб за зуб» (Лев. 24: 17, 19–20).

Применялся, как видно, талион во многих случаях, в частности, и при лжесвидетельстве.

«Если выступит против кого свидетель несправедливый, обвиняя его в преступлении, то… судьи должны хорошо исследовать, и если свидетель тот свидетель ложный, ложно донес на брата своего, то сделайте ему то, что он умышлял сделать брату своему» (Втор. 19: 16–19). То есть лжесвидетеля ожидало такое же наказание, что и оговоренного им подсудимого. Но, как ни странно, в суде над Иисусом лжесвидетельствовали не только посторонние люди, приглашенные в Синедрион для дачи показаний, но и сами первосвященники, прибывшие в суд для вынесения смертного приговора.

В соответствии с Законом, в Древнем Израиле человека могли обвинить во многих, порой даже в самых незначительных проступках. Однако особо тяжкими преступлениями считались хула на Бога, оскорбление святыни словом или делом и лжепророчество. Синедрион и пытался эти преступления вменить в вину Иисусу Христу.

Обвинение Иисуса Христа в богохульстве появилось после истории с исцелением расслабленного, которую рассказал Матфей. «И пришли к Нему с расслабленным, которого несли четверо; и, не имея возможности приблизиться к Нему за многолюдством, раскрыли кровлю дома, где Он находился, и, прокопав ее, спустили постель, на которой лежал расслабленный. Иисус, видя веру их, говорит расслабленному: чадо! прощаются тебе грехи твои. Тут сидели некоторые из книжников и помышляли в сердцах своих: что Он так богохульствует? кто может прощать грехи, кроме одного Бога?» (Мк. 2: 3–7).

Но так как Иисус отвергал любые обвинения в богохульстве своими благими деяниями: изгнанием бесов, воскрешением мертвых, умножением хлебов и рыбы, то, вероятно, именно по этой причине на заседании это преступление вменили Ему не сразу. Ведь эти знамения мог совершать лишь человек, имевший Божье благоволение.

И только когда на вопрос первосвященника: «Ты ли Христос, Сын Благословенного? Иисус сказал: Я; и вы у́зрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных. Тогда первосвященник… сказал: на что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется?» (Мк. 14: 62–64).

А это обвинение в древнееврейском праве считалось самым тяжким преступлением, поскольку из всех заповедей ветхозаветной религии главнейшей была заповедь: «Люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, всею душей твоею и всеми силами твоими» (Втор. 6: 5). И оно наказывалось смертью. «И хулитель имени Господня должен умереть, камнями побьет его все общество» (Лев. 24: 16). Такое же решение приняли и члены Синедриона: «Они же все признали Его повинным смерти» (Мк. 14: 64).

Что есть истина? Христос и Пилат. Художник Н.Н. Ге. 1890 г.

Услышав эти слова от Иисуса, Каиафа тут же разодрал свои одежды. Кстати, обычай раздирать одежды в состоянии величайшего горя у евреев ведется с давних времен. Так, например, поступил патриарх Иаков, когда ему сказали, что его сына Иосифа съел хищный зверь (Быт. 37: 32–34), братья Иосифа, когда в мешке Вениамина была обнаружена скрытно положенная туда серебряная чаша (Быт. 44: 12–13), пророк Давид, узнав о смерти царя Саула (2 Цар. 1—11). Но первосвященникам Господь запретил раздирать одежды: «Голов ваших не обнажайте и одежд ваших не раздирайте, чтобы вам не умереть и не навести гнева на все общество» (Лев. 10: 6).

Однако возвратимся к допросу Иисуса в Синедрионе, точнее, к главе 26 Евангелия от Матфея. Итак, на вопрос Каиафа: «Заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий?» Спаситель ответил: «Ты сказал; даже сказываю вам: отныне у́зрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных» (Мф. 26: 63–64).

Ответ, как легко заметить, был неоднозначным. И трудно сказать: то ли это было «да», то ли – «нет». По этому поводу среди толкователей до настоящего времени нет четкого мнения, да и Синодальный перевод также звучит весьма туманно.

В других переводах встречаются более конкретные варианты: например, «ты сам так сказал» или «это ты сказал», которые можно считать как отказ, то есть «это только ты так говоришь, а не я!».

В Евангелии от Луки ответ Христа тоже такой же неопределенный, как и у Матфея: «И сказали все: итак, Ты Сын Божий? Он отвечал им: вы говорите, что Я» (Лк. 22: 70–71). Снова этот загадочный оборот: «вы говорите».

Повествуя о суде в Синедрионе, видимо, стоит обратить внимание еще на один любопытный момент. Дело в том, что ни один евангелист не называет в качестве свидетеля Иуду. Хотя из Евангелий известно, что лжесвидетелей было много.

Чем же объяснить это обстоятельство? Не исключено, что еще до объявления смертного приговора Христу в душе Иуды появилось раскаяние о содеянном. Косвенным подтверждением этому служит следующий стих Евангелия от Матфея: «Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав Кровь невинную» (Мф. 27: 3–4).

Вообще же суд Синедриона давно пристально изучается не только богословами, но и светскими учеными. В результате этих исследований было установлено немало фактов, которые в рамках рационального мышления довольно сложно объяснить. Например, откуда евангелисты узнали подробности процесса, если на суде отсутствовали даже ближайшие соратники Христа. Ведь в Евангелиях сказано, что все они после ареста Иисуса оставили Его и бежали.

Неизвестно также, сколько было в Синедрионе судебных заседаний. Так, Матфей и Марк рассказывают о двух процессах – вечернем и утреннем, а вот Лука и Иоанн упоминают лишь об одном – утреннем заседании.

Но специалисты, изучающие историю иудейского права, утверждают, что заседания Синедриона после захода солнца никогда не проходили. Особенно накануне Пасхи, поскольку священники были заняты подготовкой к этому важнейшему празднику…

Что же касается мотивов суда над Иисусом, то большинство толкователей сходятся на мысли, что в его основе лежали религиозные взгляды. В этом читателей стараются убедить и евангелисты. Однако ряд исследователей Библии с такой точкой зрения не соглашаются. В частности, иной взгляд на проблему высказывает Зенон Косидовский в книге «Сказания евангелистов». Вот что он пишет по этому поводу: «А ещё раньше священники на общем совещании решили: “Если оставим Его так, то все уверуют в Него, и придут римляне и овладеют и местом нашим и народом” (Ин. 11: 48). А первосвященник Каиафа добавил: “Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб” (Ин.11: 50). Из этого неопровержимо явствует, что Иоанн нечаянно проговорился и выдал то, что замалчивают остальные евангелисты: арест Иисуса был вызван не религиозными, а политическими мотивами. Правящая каста священников, державшая в руках власть и богатства, боялась как огня всяких социальных пертурбаций, которые могли бы послужить Пилату предлогом для репрессий и поставить под угрозу их имущество и привилегии. Иисус же был слишком похож на тех мессий и пророков, которые то и дело появлялись в Палестине, вызывая беспорядки и кровопролитие. Священники наверняка приложили руку к тому, что Иисуса потащили в римский трибунал и приговорили к распятию как политического преступника. По всей видимости, именно таков и был подлинный ход событий».

«И поднялось все множество их, и повели Его к Пилату. И начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем» (Лк. 23: 1–2).

А повели евреи Спасителя к Пилату потому, что хотя они в тот период, о котором идет речь, обладали правом определять меру наказания за религиозные преступления, тем не менее любой смертный приговор, о чем упоминалось выше, приводился в исполнение только после его утверждения римским прокуратором.

Поскольку утром накануне Пасхи первосвященникам и старейшинам входить в дом язычника не позволял обычай, Пилат вышел на террасу перед дворцом, посреди которой стояло каменное возвышение – судебное место, по-гречески называемое «лифостротон». Именно здесь, вне стен здания, на свежем воздухе Пилат и вершил свой суд.

Но вместо того, чтобы просить Пилата утвердить вынесенный Синедрионом приговор, евреи неожиданно пытаются придать делу политическую окраску и требуют от Пилата отдельного приговора, который полностью отличается от теологического приговора Синедриона.

Они заявляют: «Если бы Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе» (Ин. 18, 30). То есть первосвященники и старейшины, недавно обвинившие Иисуса в богохульстве, теперь выставляют Его перед Пилатом опасным для Рима преступником: «…развращает наш народ и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем» (Лк. 23—2)…

И хотя суд Пилата каждый из евангелистов описывает по-своему, но все они придерживаются одной идеи: изобразить Пилата справедливым судьей, который защищает Иисуса. Например, в самом древнем Евангелии от Марка описание суда еще сравнительно краткое и деловое. Правда, Пилат и здесь уже уверен в невиновности Иисуса, однако он быстро уступает иудеям и велит Иисуса избить, а затем отправить на Голгофу.

Матфей расширил рассказ о суде Пилата, дополнив его двумя эпизодами, с помощью которых пытался показать, что Пилат тянул время, чтобы спасти Иисуса. Во-первых, в его повествовании появляется супруга прокуратора, о которой умалчивают другие евангелисты. Она посылает к Пилату человека, который передает ее слова: «Не делай ничего праведнику тому, потому что я ныне во сне много пострадала за Него» (Мф. 27: 19). Услышав это послание жены, Пилат пытается защитить Иисуса, но опять же, по озлобленному поведению толпы он понял, что спасти приговоренного не сможет, и сдался.

Кроме того, у Матфея появляется еще один эпизод, которого также нет у других евангелистов: это умывание Пилатом рук. Совершив этот ритуал, он заявляет: «Невиновен я в крови праведника сего; смотрите вы» (Мф. 27: 24). Следует заметить, что омовение рук до локтей – это иудейский обычай. Зная, насколько нетерпимо относился Пилат к обычаям иудеев, невозможно представить, чтобы Пилат включил его в свою судебную процедуру. Скорее всего, этой тонкости Матфей не знал. Ему, видимо, было важнее представить Пилата справедливым судьей, который не желает смерти Иисуса. Но почему же тогда евангелист вдруг заявляет, что перед распятием Христа прокуратор по собственной воле отдает Его на истязание своим солдатам. Эта вставка явно не согласуется с великодушием Пилата.

А вот евангелист Лука о бичевании Христа в претории не обмолвился даже словом, в результате чего весь гнев христиан вылился на иудеев, которые избивали Спасителя перед Синедрионом. Более того, обеливая Пилата, Лука рассказывает, что прокуратор трижды объявил Иисуса невиновным и столько же раз пытался спасти Его от ярости иудеев. Кроме того, стремясь выгадать время, он отправляет Иисуса к Ироду, чтобы тот выяснил, в чем суть Его учения.

Дело в том, что Ирод Антипа, являясь правителем израильских территорий Галилеи и Переи, в дни Пасхи должен был находиться в Иерусалиме. Жил он в это время во дворце Асмонеев, который располагался недалеко от резиденции Понтия Пилата. А поскольку Ирод, в соответствии со своей должностью тетрарха, обладал судебной властью, он мог без проблем и быстро решить судьбу Иисуса.

«Ирод, увидев Иисуса, очень обрадовался, ибо давно желал видеть Его, потому что много слышал о Нем, и надеялся увидеть от Него какое-нибудь чудо, и предлагал Ему многие вопросы, но Он ничего не отвечал ему.

Первосвященники же и книжники стояли и усильно обвиняли Его. Но Ирод со своими воинами, уничижив Его и насмеявшись над Ним, одел Его в светлую одежду и отослал обратно к Пилату» (Лк. 23: 8—11).

«В белую (светлую) одежду, – пишет архиепископ Аверкий, – облекались у римлян кандидаты на какую-нибудь начальственную или почетную должность (самое слово «кандидат» происходит от латинского «кандидус», что значит белый, светлый). Одев в такую одежду Господа, Ирод тем самым хотел выразить, что он смотрит на Иисуса только как на забавного претендента на иудейский престол и не считает Его серьезным и опасным преступником. Так понял и Пилат. Ссылаясь на то, что и Ирод не нашел в Иисусе ничего достойного смерти, Пилат предлагает первосвященникам, книжникам и народу наказав отпустить Его».

Он заявляет иудеям следующее: «Вы привели ко мне Человека Сего, как развращающего народ; и вот, я при вас исследовал и не нашел Человека Сего виновным ни в чем том, в чем вы обвиняете Его» (Лк. 23: 14).

Совсем по-иному описывает суд Пилата четвертый евангелист – Иоанн. Даже бичевание Иисуса он трактует в пользу прокуратора, который, приказывая истязать Христа, стремится таким своеобразным путем спасти Его. Оказывается, Пилат надеялся, что когда евреи увидят Иисуса окровавленным и измученным, они пожалеют Его и оставят в живых.

Следует заметить, что в Риме бичеванием наказывали в основном рабов. Но если у евреев не разрешалось наносить подсудимому более 40 ударов, то у римлян такого ограничения не было. Бичевали виновного тройными бичами, к концам которых крепились свинцовые шипы или кости. Судя по отпечаткам, оставленным кровавыми ранами на Туринской плащанице, Иисус подвергся мучительной пытке. Тело Христа испещрено многочисленными ранами от ударов кнутами. Избивали Его с большой силой от плеч до ног за исключением области сердца. На плащанице отмечено около сотни отпечатков шрамов. Среди них – 59 от бича с тремя концами.

После бичевания Пилат предпринимает еще одну попытку спасти Иисуса. Дело в том, что на «праздник Пасхи правитель имел обычай отпускать народу одного узника, которого хотели. Был тогда у них известный узник, называемый Варавва.

Итак, когда собрались они, сказал им Пилат: кого хотите, чтобы я отпустил вам: Варавву или Иисуса, называемого Христом? Ибо знал, что предали Его из зависти» (Мф. 27: 15–18).

«Но первосвященники и старейшины возбудили народ просить Варавву, а Иисуса погубить. Тогда правитель спросил их: кого из двух хотите, чтобы я отпустил вам? Они сказали: Варавву. Пилат говорит им: что же я сделаю Иисусу, называемому Христом? Говорят ему все: да будет распят. Правитель сказал: какое же зло сделал Он? Но они еще сильнее кричали: да будет распят.

Пилат, видя, что ничто не помогает, но смятение увеличивается, взял воды и умыл руки перед народом, и сказал: невиновен я в крови Праведника Сего; смотрите вы. И, отвечая, весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. 27: 20–25).

После того как был освобожден Варрава, «воины правителя, взяв Иисуса в преторию, собрали на него весь полк и, раздев Его, надели на Него багряницу; и, сплетши венец из терна, возложили Ему на голову и дали Ему в правую руку трость; и, становясь пред Ним на колени, насмехались над Ним, говоря: Радуйся, Царь Иудейский! и плевали на Него и, взяв трость, били Его по голове. И когда насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу, и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие» (Мф. 27: 27–31).

Кстати, надевая на голову Христа терновый венец, римские воины устраивали над Ним особого рода издевательство, поскольку венец, сделанный из лавра, считался давним символом силы, власти и почета.

И все-таки: кто же виновен в смерти Иисуса Христа? Евреи, как считают евангелисты, или все же римляне?

Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся вновь к фрагменту 23: 1–4 Евангелия от Луки. В этом отрывке хорошо виден весь юридический абсурд проводимого судилища над Христом. Иисуса обвинили в оскорблении императора, что являлось тяжелейшим преступлением. И вдруг прокуратор провинциальной области в Иудее, не проведя расследования, оправдывает Его. Пойти на такой шаг не мог бы ни один римский чиновник, даже самый высокопоставленный, а тем более Пилат.

Но даже если бы Пилат и признал Иисуса невиновным, то он все равно, подчиняясь существующим в то время законам, должен был выдать Его евреям, чтобы те казнили Христа по своим законам: побили каменьями, сожгли на костре, повесили или отрубили голову.

Распятие. Фреска церкви Успения Богоматери в монастыре Студеница. Начало XIII в.

Пилат же, опасаясь угроз толпы, предает Иисуса типично римской казни – распятию, применяемому к рабам и политическим преступникам. О том, что римляне имели отношение к казни Христа, свидетельствует и тот факт, что Иосифу Аримафейскому пришлось просить у Пилата разрешения снять с креста тело Спасителя.

Любопытную гипотезу осуждения Христа на казнь через распятие рассматривает Зенон Косидовский в уже знакомой нам книге «Сказания евангелистов». «Существует точка зрения, – пишет автор, – что в действительности Иисус был приговоренным римлянами к смерти мятежником, пытавшимся поднять еврейский народ на борьбу с поработителями и сотрудничавшей с ними жреческой верхушкой. Эта точка зрения отнюдь не нова. Начиная со второй половины восемнадцатого века, с ней выступала целая плеяда крупнейших библеистов и историков…

Охарактеризуем лишь вкратце их общие тезисы и главные линии аргументации. Уже сам по себе демонстративный въезд Иисуса в Иерусалим и заявление, что он царь израильский, были, по их мнению, революционным актом, вызовом, брошенным римлянам и служителям храма. Этим шагом Иисус хотел заставить евреев взяться за оружие; подтверждением этого намерения служит тот факт, что тон его речей становился все более резким и решительным. Да и как иначе можно объяснить этот шаг навстречу верной гибели?

Но главным аргументом ученых в пользу их версии является изгнание менял из храма. Они отвергают версию Евангелий как совершенно неправдоподобную. Немыслимо, чтобы Иисус мог сам выгнать из храма толпы находившихся там людей, орудуя при этом только веревочной плетью. Ведь порядок в храме охранялся римским гарнизоном, состоявшим будто бы из тысячи солдат, кроме того, в храме были свои стражники, вооруженные палками. Нелепо утверждать, что Иисус кинулся на них с голыми руками и одержал победу. Значит, если весь этот инцидент не является вымыслом, то он происходил совершенно иначе. Можно предположить, что Иисус со своими сторонниками пытался с оружием в руках захватить храм, чтобы парализовать священников и получить выгодный плацдарм для освободительной борьбы с римскими захватчиками. Тогда в его поведении был бы какой-то смысл и логика.

Сторонники этой точки зрения ссылаются на ряд мест в Евангелиях, из которых косвенно вытекает, что деятельность Иисуса носила воинственный характер. Мы узнаем, например, что последователи Иисуса на горе Елеонской были вооружены мечами. Видя, что Иисусу угрожает опасность, они спрашивают: “Господи! не ударить ли нам мечом?” (Лк. 22: 49) Оказывается, даже ближайший сподвижник Иисуса, апостол Петр, носил под плащом меч, которым он отсек ухо рабу первосвященника, Малху. Возможно ли, чтобы Иисус не знал об этом?

Впрочем, и сам Иисус произносит кое-какие фразы отнюдь не миролюбивого звучания. “Не думайте, что я пришел принести мир на землю; не мир пришел я принести, но меч” (Мф. 10: 34). “Огонь пришел я низвести на землю, и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!” (Лк. 12: 49) «Думаете ли вы, что я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение» (Лк. 12: 61).

Апокрифическое Евангелие от Петра, отрывок из которого нашли в 1887 году в местечке Ахмин в Египте, доказывает, что память о мятежных намерениях движения назореев жила ещё некоторое время в христианских общинах. Из канонических Евангелий мы знаем, что ученики покинули Иисуса в последние дни его жизни, причем Иоанн рассказывает, что они спрятались за закрытой дверью, опасаясь ареста. И вот Евангелие от Петра объясняет, почему им угрожал арест: их обвиняли в попытке поджечь храм. Очевидно, высказывания Иисуса об уничтожении храма воспринимались как реальная угроза, а не как мрачное видение пророка.

Сторонники гипотезы об Иисусе как вожде восстания утверждают, что он был как-то связан с зелотами – радикальной партией, стремившейся к вооруженной борьбе с захватчиками. Это их фанатизм привел впоследствии к войне с могущественным Римом и к гибели Иерусалима…

Как бы то ни было, одно не подлежит сомнению: в ближайшем окружении Иисуса был по меньшей мере один настоящий зелот – апостол Симон (Лк. 6: 15). Кроме того, есть основания полагать, что к партии зелотов принадлежали Петр и его брат Андрей, а также Иуда Искариот, чье имя некоторые толкуют как “Иуда Воитель”, а не “Иуда из Кариота”…

И нет ничего удивительного в том, что, согласно синоптикам, Иисус обещает всем тем, кто последует за ним, не только вечную жизнь, но и большие материальные блага, чем у них были до сих пор. В Евангелии от Луки мы читаем: “Истинно говорю вам: нет никого, кто оставил бы дом, или родителей, или братьев, или сестер, или жену, или детей для царствия божия, и не получил бы гораздо более в сие время, и в век будущий жизни вечной” (Лк. 8: 29–30). А в Евангелии от Марка Иисус обещает, что его приверженцы получат земных благ, в том числе пахотных полей, во сто крат больше, чем у них было (Лк. 10: 30)…

Но в Евангелии от Иоанна царство божье имеет совершенно иной смысл. Обвиненный перед Пилатом в том, что он именует себя царем израильским, Иисус заявляет: “Царство мое не от мира сего” (Лк. 18: 36). Здесь концепция царства божьего, обещанного лишь в загробной жизни, имеет духовный, эсхатологический характер».

«И, когда насмеялись над Ним, сняли с Него багряницу и одели Его в одежды Его, и повели Его на распятие» (Мф. 27: 31).

При этом, в соответствии с римским правом, нести крест должен был сам осужденный. Если же говорить точнее, то, поскольку цельный крест устанавливался на месте казни и состоял он из двух частей – вбитого в землю кола и укрепленной на нем перекладины, то приговоренный к распятию нес одну из этих половин орудия своей смерти или обе, предварительно связанные веревками. Сами же римляне не должны были касаться «проклятого дерева». Таким образом, в том, что Иисус нес крест, особой жестокости в действиях римских воинов не было. Двигалась же процессия на Лобное место, называемое Голгофой.

«Когда же оказались на окраине города, то встретили некоего Киренеянина, по имени Симона… шедшего с поля… и возложили на него крест, чтобы он нес его за Иисусом» (Мк. 15: 21; Мф. 27: 32; Лк. 23: 36). Наверное, сил у ослабшего после бичевания и издевательств Сына Человеческого нести крест, вес которого достигал семидесяти килограммов, уже не хватило.

«И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место» (Мк. 15: 22). Место это было заброшенное, и его внешний вид вызывал очень неприятные ассоциации. Вот, например, как описывает Голгофу Д. Мережковский в книге «Иисус Неизвестный».

«Кажется, к северо-западу от Иерусалима, в предместий Безафа (Bezatha), в углу, образуемом двумя городскими стенами, на одном из тех пустырей или свалочных мест, какие бывают под стенами больших городов, у большой дороги или на перекрестке нескольких больших дорог, находилось отовсюду видное, римскими палачами излюбленное место казни, по-латински calvarium, “лысое”, по-гречески, κράνιον, «лобное», а по-арамейски gol-gol'tha, “мертвый череп”.

Голый, круглый, скалистый бугор, может быть, с тремя оставшимися от покинутой каменоломни, какие встречаются доныне в этих местах, темными дырами, как бы пустыми глазницами и оскаленным ртом, совершенное подобие мертвого черепа, – вот что такое Голгофа».

Именно в этом мрачном нелюдимом месте и был подвергнут Сын Божий самой жестокой из всех казней, придуманных человеком, – распятию. Распятый человек испытывал невыносимые муки, которые продолжались многие часы, а то и дни. Сочащаяся из ран кровь вскоре останавливалась, и наступало оцепенение всех конечностей. Человек даже не мог пошевелиться, чтобы отогнать надоедливых насекомых, облеплявших раны. Но казнимый при этом не умирал: он видел, слышал, чувствовал, но оставался, словно труп, неподвижным. Именно в этом и заключалась основная цель этой казни. И, естественно, она вызывала у людей ужас и отвращение. Причем даже у римлян, к которым она практически не применялась, поскольку распинали в основном бунтовщиков, выступавших против римского правления, а также политических преступников.

Начиналось распятие с того, что смертника полностью раздевали. Но такая процедура применялась только к римлянам. А поскольку римляне без особой необходимости местных обычаев не нарушали, то, скорее всего, нагое тело Христа было спереди прикрыто куском ткани.

В апокрифическом «Евангелии от Никодима» также говорится, что Иисус на кресте был опоясан по чреслам узким «лентием». Однако некоторые раннехристианские богословы, например, Ориген, утверждали, что Иисус был абсолютно наг. «Наг был второй Адам на кресте, так же как первый в раю». Но как все было на самом деле, мы этого не знаем.

Затем осужденного клали на спину, и четыре палача удерживали его за руки и ноги, чтобы он не сопротивлялся, а пятый в это время прибивал длинными гвоздями ладони рук к обоим концам поперечины креста.

Кстати, дискуссионным является и вопрос о том, были ли пригвождены к кресту одни лишь руки распятого Христа, или также и Его ноги. У евангелистов по этому поводу мнения расходятся. Так, Матфей и Марк об этом ничего не сообщают. В то же время у Луки (Лк. 24: 39) воскресший Иисус, чтобы убедить учеников в том, что он не бесплотный призрак, предлагает им осмотреть Свои руки и ноги и коснуться их. Этот факт позволяет предполагать, что язвы от гвоздей находились у Христа как на руках, так и на ногах. В то же время Иоанн упоминает только о ране в боку и о ранах на руках Иисуса, что дает основание допускать, что у Иисуса были пригвождены только руки.

Что же касается других свидетелей, то Иосиф Флавий этого вопроса не касается вообще, а Отцы церкви, например, Юстин и Тертуллиан утверждают, что ноги Иисуса тоже были пригвождены. Правда, возможно, что говорили они так с одной целью: показать, что изречение псалма (Пс. 21: 17) – «пронзили руки мои и ноги мои» – также исполнилось на Христе.

Но вернемся к распятию. После этой ужасной экзекуции перекладину с распятым преступником поднимали на заранее врытый в землю столб и прибивали ее гвоздями или привязывали веревками к выдолбленному в нем углублению. А чтобы под тяжестью висящего тела не разрывались пронзенные гвоздями ладони, распятого «усаживали» на прибитый к середине столба загнутый вверх выступ или помещали ступни на прикрепленную в нижней половине столба специальную дощечку.

Казалось бы, все понятно. Однако среди историков и богословов практически с первых веков христианства также ведется спор о форме креста, на котором был распят Иисус Христос.

Одни исследователи считают, что орудие казни Спасителя было сделано из двух, крестообразно наложенных одна на другую, балок. Такой крест называется crux immissa.

О форме креста, как считают приверженцы данной точки зрения, в Евангелии от Иоанна свидетельствует сам Иисус Христос: «И когда Я вознесён буду от земли, всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрёт» (Ин.12: 32–33).

Эти слова евангелиста автор «Толковой Библии» А.П. Лопухин комментирует следующим образом: «Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрёт. Сам евангелист понимает слова Господа ближе всего, как предуказание на самый образ Его смерти – распятие, при котором Господь, действительно, был вознесён или приподнят над землёю и, простирая на кресте Свои руки, как бы хотел привлечь к Себе весь Мир». Таким образом, слова Иисуса, по мнению А.П. Лопухина, указывают не только вид казни, но и форму креста.

Еще один стих из Евангелия Иоанна также свидетельствует о кресте crux immissa: «Другие ученики сказали ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в рёбра Его, не поверю» (Ин. 20: 25).

Поскольку евангелист говорит о ранах на руках «от гвоздей» во множественном числе – это, скорее всего, означает, что каждая рука Христа была пригвождена к перекладине отдельным гвоздем.

«И поставили над головою Его надпись, означающую вину Его: сей есть Иисус, Царь Иудейский» (Мф. 27: 37). В этом отрывке утверждается, что дощечка с надписью «Царь Иудейский» находилась над головой Иисуса Христа. А это опять же свидетельствует, что Спаситель был распят на кресте, а не на столбе, как утверждают некоторые толкователи.

В свою очередь, ряд христианских деятелей, в частности, раннехристианский писатель и теологов Тертуллиан, утверждали, что Иисус был распят на кресте, имевшем форму греческой буквы тау (Τ). Называется такой крест crux commissa.

Этой же точки зрения придерживаются и некоторые современные ученые. Так, израильский теолог Давид Стерн по этому поводу пишет: «…греческое σταυρός обычно переводится словом “крест”. На самом деле это был вертикальный деревянный столб с горизонтальной перекладиной, больше напоминавший букву “Т”, нежели символ христианства. Римляне использовали его для казни преступников, не являвшихся римскими гражданами (для последних была предусмотрена менее мучительная форма смерти). У евреев такой вид казни отсутствовал».

Следует сказать о существовании еще одной точки зрения на орудие казни Христа. Ее сторонники считают, что Иисус мог быть казнен на обычном столбе. В качестве подтверждения своей гипотезы они приводят тот факт, что на Востоке в те времена это орудие казни применялось довольно широко. Кроме того, в пользу этой версии говорит и следующее место в «Деяниях Апостолов»: «И мы свидетели всего, что сделал Он в стране Иудейской и в Иерусалиме, и что наконец Его убили, повесивши на древе» (Деян. 10: 39). А по замечанию И.С. Свенцицкой, «более точный перевод – “на столбе”».

В этой связи нельзя не отметить, что во времена Ездры для распятия также могло использоваться бревно: «Мною же дается повеление, что если какой человек изменит это определение, то будет вынуто бревно из дома его, и будет поднят он и пригвожден к нему, а дом его за то будет обращен в развалины. И Бог, Которого имя там обитает, да низложит всякого царя и народ, который простер бы руку свою, чтобы изменить сие ко вреду этого дома Божия в Иерусалиме. Я, Дарий, дал это повеление; да будет оно в точности исполняемо» (Езд. 6: 11–12).

Итак, дискуссии о форме орудия казни Христа ведутся по настоящее время. И, скорее всего, из-за отсутствия убедительных фактов, они будут продолжаться и далее…

Спорят исследователи Нового Завета и о том, мог ли произнести распятый Иисус Христос те семь предложений, состоящие из 38 слов, которые называют евангелисты. Эти слова следующие:

Медики, анатомы и специалисты других смежных наук отвечают конкретно: распятый человек, провисевший около двух часов на кресте, неспособен к членораздельной речи. Об этом же косвенно свидетельствуют Марк и Матфей, которые приводят в своих Евангелиях лишь одно предложение, к тому же являющееся стихом из 21 псалма. Все остальные шесть часов, согласно Марку, Иисус не произнес ни слова.

Вообще же, как известно из Евангелий, никто из учеников Иисуса не присутствовал в последние часы Его жизни, поскольку они разбежались. Поэтому все свидетельства о казни Христа получены из уст людей, которые были ее очевидцами.

Воскресение Христа. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1852–1860 гг.

Первое свидетельство – несшего крест на Голгофу Симона Кириниянина, который историю смерти Спасителя мог поведать своим детям – Руфу и Александру, ставшими впоследствии членами Римской христианской общины. Вторым очевидцем казни был римский «сотник, стоявший напротив Его» (Лк. 15: 39). И третье свидетельство смерти Христа принадлежит Галилейским женам, среди которых были «и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова Меньшого и Иосии, и Саломея… и другие многие, пришедшие вместе с Ним (Иисусом) в Иерусалим» (Мк. 15: 40–41)…

В последние часы жизни Сын Божий подвергся не только беспредельным физическим мукам, но и невероятным душевным страданиям. Ибо «проходящие ругались над Ним, кивая головами своими и говоря: эй ты, разрушающий храм и в три дня созидающий! Спаси себя самого и сойди с креста. Также и первосвященники и книжники, насмехаясь, говорили между собою: других спасал, а себя не может спасти» (Мк. 15: 29–31). «Уповал на Бога; пусть же теперь Бог избавит его, если он угоден ему; ибо он говорил: “Я Сын Божий”» (Мф. 27: 48–49).

Даже «разбойники, распятые с Ним, поносили Его» (Мк. 15: 32). Правда, это – у Марка. У Луки этот же эпизод представлен по-другому: «Один из распятых (с Ним) злодеев поносил Его, говоря: если Ты – Христос, спаси Себя и нас. А другой унимал его и говорил: или Бога ты не боишься, когда сам осужден на то же? Но мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли. А Он ничего худого не сделал. И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в царствие Твое» (Лк. 23: 39–42).

И вот «около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших там, слыша это, говорили: Илию зовет Он. И тотчас побежал один из них, взял губку, наполнил уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить; а другие говорили: постой, посмотрим, придет ли Илия спасти Его. Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух» (Мф. 27: 46–50).

Естественно, смерть Иисуса в сказаниях евангелистов сопровождается целым рядом поразительных явлений. «От шестого же часа тьма была по всей земле до часа девятого… И завеса в храме разодралась надвое, сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись» (Мф. 27: 45,51). Причем о тьме говорит не только Матфей, но также Марк и Лука.

Безусловно, это было не солнечное затмение, которое, как известно, длится всего несколько минут. Тогда – что же? Если, конечно, такое событие и впрямь имело место. А оно, оказывается, вполне могло случиться. Об этом говорят следующие факты.

Так, похожее явление 18 сентября 1938 года наблюдали жители Сибири. «В посёлке Ныда отмечено сильное потемнение, – писал один из очевидцев, ботаник В.Н. Андреев. – Оно началось при безоблачном небе. Казалось, что с юго-запада надвигается какая-то пелена, закрывшая солнце. После этого небо окрасилось в бурые и кроваво-красные тона, сменившиеся вскоре темнотой, державшейся более часа. К 10 часам исчезли последние остатки света. К 10.30 наступила черная ночь… Небо и земля не отличались друг от друга по освещению и окраске: всё казалось однородным, черным, абсолютно лишенным света». Полоса «затемнения» охватила пространство от Южного Ямала до Игарки. Погрузилась во тьму огромная часть междуречья Оби и Енисея шириной 250 и длиной до 600 километров.

Следует заметить, что неожиданное наступление ночи посреди дня наблюдалось не только в Сибири. Подобное явление отмечалось и в других местах, причем в разные годы. Так, 20 мая 1857 года неожиданная тьма накрыла Багдад. 2 декабря 1904 года в 10 часов утра густая тьма заволокла американский город Мемфис. Это явление длилось около 15 минут. 17 апреля того же, 1904 года, внезапная темнота опустилась на английский Уимблдон. Мрак достиг такой густоты, что люди не видели собственную вытянутую руку.

В целом же только за XVIII–XIX века было зафиксировано 5 случаев наступления необъяснимой темноты. Тьма падала как на отдаленные городки, так и на известные столицы: Лондон, Багдад, Брюссель.

Таким образом, явление это, хоть и редко, но тем не менее иногда в природе происходит. Что является его причиной, ученые пока не знают.

Что же касается землетрясения во время распятия Спасителя, то и оно могло иметь место. Об этом заявляют американские геологи. Дело в том, что 3 апреля 33 года в районе Мертвого моря, в 20 километрах от Иерусалима наблюдалась сейсмическая активность. Установили ученые этот факт на основе послойного изучения годичных осадков. Таким образом, исследователи доказали не только факт землетрясения в момент казни Христа, но и назвали точную дату Его смерти.

В соответствии с римскими законами, тело распятого оставалось на кресте до тех пор, пока не становилось добычей хищных птиц или не истлевало, превращаясь в прах. А вот согласно еврейскому обычаю, тело снимали до наступления темноты и зарывали в каком-нибудь нечистом месте, где обычно хоронили казненных преступников.

Однако Иисус избежал этой участи. Дело в том, что римские законы позволяли родственникам или друзьям забрать тело казненного, если они просили об этом прокуратора.

Правда, как известно из Евангелий, самые близкие друзья Спасителя – апостолы – разбежались. Это значит, что тело Христа вместе с трупами разбойников могли бросить в «общую яму». Но Иосиф из Аримафеи – человек богатый, «добрый и праведный» (Лк. 23: 50), член Синедриона, явился к Пилату и попросил выдать ему тело Умершего. Конечно, чтобы решиться на такой поступок, Иосифу потребовалось немалое мужество.

Получив разрешение прокуратора Иудеи, «Иосиф пошел и снял Тело с креста» (Ин. 19: 38). Конечно, сделал он это не в одиночку, а с другими, уверовавшими в Христа людьми, такими же мужественными, как и он.

«Пришел также и Никодим, – приходивший прежде к Иисусу ночью, – и принес состав из смирны и алоя, литр около ста. Итак они взяли тело Иисуса и обвили его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи.

На том месте, где Он распят, был сад, и в саду гроб новый, в котором еще никто не был положен» (Ин. 19: 39–41).

Согласно Матфею, гроб принадлежал Иосифу Аримафейскому. Тело Христа он «и положил в новом своем гробе, который высек он в скале» (Мф. 27: 60). Вероятно, что и сад являлся владением Иосифа.

Вырубленный в скале гроб, предназначенный для одного человека, состоял из небольшого покоя, связанного с внешним миром очень низкой дверью. Внутри же этого помещения находилось место для тела в виде выступа или ниши, высеченной в стене и увенчанной аркой. На этом выступе и укладывали покойника.

Как и требовалось по иудейскому обычаю, участники погребения Спасителя омыли Его тело, умастили миром, в несколько рядов обернули в тонкое полотно и уложили на скамью в нише гроба. Затем к двери привалили большой камень и удалились. Солнце уже опустилось за горизонт. Наступила пасхальная суббота.

В свою очередь первосвященники, узнав, что Иисус похоронен в саду у Голгофы, а не в общей яме, весьма обеспокоились, поскольку у них появились опасения, что последователи Мессии начнут устраивать к Его гробу паломничества или же похитят тело, и затем заявят, что Он остался жив.

И тогда «собрались первосвященники и фарисеи к Пилату и говорили: господин! Мы вспомнили, что обманщик тот, еще, будучи в живых, сказал: “после трех дней воскресну”. Итак прикажи охранять гроб до третьего дня, чтоб ученики Его, пришедши ночью, не украли Его и не сказали народу: “воскрес из мертвых”; и будет последний обман хуже первого. Пилат сказал им: имеете стражу; пойдите, охраняйте, как знаете. Они пошли и поставили у гроба стражу, и приложили к камню печать» (Мф. 27: 62–66).

На следующий день, «по прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти – помазать Его.

И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца, и говорят между собою: кто отвалит нам камень от двери гроба? И, взглянувши, видят, что камень отвален; а он был весьма велик.

И вошедши во гроб, увидели юношу, сидящего на правой стороне, облеченного в белую одежду; и ужаснулись. Он же говорит им: не ужасайтесь. Иисуса ищете Назарянина, распятого; Он воскрес, Его нет здесь. Вот место, где Он был положен. Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам. И, выйдя, побежали от гроба; их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись» (Мк. 16: 1–8).

Одна лишь Мария Магдалина поспешила к Петру и Иоанну, которые, едва услышав поразительную новость, бросились к гробу. «Но другой ученик бежал скорее Петра, и пришел ко гробу первый, и наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошел во гроб. Вслед за ним приходит Симон Петр, и входит в гроб, и видит одни пелены лежащие и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте. Тогда пришел и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал» (Ин. 20: 4: 8).

Таким образом, по Марку, первыми засвидетельствовали величайшее событие мировой истории – Воскресение Спасителя – жены-мироносицы. А это и впрямь событие планетарного масштаба, поскольку не будь Воскресения Христова, не было бы и Его вероучения. «Если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера ваша», – пишет апостол Павел в своем Первом послании к коринфянам.

Помимо истории Воскресения Христа, рассказанной в Евангелиях, имеется немало и других свидетельств этого величайшего события, изложенных в теологической литературе. Всего же в течение сорока дней, прошедших между Распятием и Вознесением, Иисус девять раз являлся видимым образом перед людьми – и мог даже быть осязаем руками.

Самое древнее из этих свидетельств принадлежит апостолу Павлу: «Я первоначально преподал вам…, что Христос умер…, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день…, и что явился Кифе, потом двенадцати; потом явился более нежели пятистам братий в одно время, из которых большая часть доныне в живых, а некоторые и почили; потом явился Иакову, также всем Апостолам; а после всех явился и мне, как некоему извергу» (1 Кор. 15: 3–8).

В целом же, как пишет Д. Штраус в книге «Жизнь Иисуса», «необходимо признать лишь то, что сами ученики Иисуса твердо верили в его воскресение, и этого вполне достаточно для объяснения их дальнейших выступлений и действий; на чем именно утверждалась эта вера, в чем состоит фактический момент воскресения Иисуса – вопрос открытый, на него исследователь может ответить как ему угодно, нисколько этим не затрудняя объяснения происхождения христианства».

Конечно, настроенные скептически историки, писатели и в целом противники христианства в Воскресение Христа не верят. И, чтобы аргументировать свое неверие, выдвигают различного рода гипотезы, с помощью которых пытаются объяснить Воскресение Спасителя каким-то иным, но только без вмешательства Бога-Отца, путем…

Самую первую версию подобного рода выдвинули сами первосвященники. Они пустили слух, что ночью, когда стражники уснули, ученики Христа похитили Его Тело, а затем объявили, что Он воскрес. Стражи, войдя в город, «объявили первосвященникам о всем бывшем. И сии, собравшись со старейшинами и сделав совещание, довольно денег дали воинам, и сказали: скажите, что ученики Его, придя ночью, украли Его, когда мы спали; и, если слух об этом дойдет до правителя, мы убедим его, и вас от неприятности избавим. Они, взяв деньги, поступили, как научены были; и пронеслось слово сие между Иудеями до сего дня» (Мф. 28: 11–15). Конечно, такого случиться не могло, поскольку ссылкой на то, что они уснули, римские стражники, согласно воинскому уставу, обрекли бы себя на смертную казнь.

«Но как поверить, что на таком “маленьком плутовстве” или огромном “всемирно-историческом фокусе-мошенничестве” могла быть основана такая правдивая и пламенная вера, как у первой общины; что на таком гнилом основании могло быть воздвигнуто такое непоколебимое здание, как Церковь? – задается вопросом Д. Мережковский. – Что за странный способ пробуждать веру неверием, обманывать себя и других, указывая на возможность и легкость обмана! – продолжает он. – Все это необъяснимо, если не предположить, что тут действительно что-то было, чего мы не знаем».

В подтверждение слов Д. Мережковского следует также упомянуть один психологический нюанс, на который обращает внимание А. Мень в книге «Сын Человеческий». «Если апостолы участвовали в подлоге, – пишет автор, – или знали о нем, откуда взялись бы у них сила духа и смелость отстаивать сознательный обман даже перед лицом смерти? За проповедь Воскресшего был распят Петр, обезглавлен Иаков Зеведеев, побит камнями Иаков Праведный; за нее многие другие апостолы выдержали бичевание, тюрьмы, преследования властей Рима и Иудеи и пожертвовали жизнью»…

Следующая гипотеза, появившаяся в XIX веке, опирается на физиологические особенности человеческого организма. В ее основе лежит тот факт, что обреченные на столь ужасную смерть, как распятие, иногда, прежде чем отойти в мир иной, страдали на кресте и сутки, и двое. Но совсем по-иному обстояло дело с Иисусом Христом.

Матфей и Лука свидетельствуют, что Иисус провисел живым на кресте примерно три часа. Дело в том, что, согласно Луке, «было около шестого часа дня, и сделалась тьма по всей земле до часа девятого» (Лк. 23: 44). Этот временной отрезок подтверждает и Матфей (Мф. 27: 45).

В свою очередь Марк говорит: «был час третий, и распяли Его» (Мк. 15: 25). То есть Иисус был распят в третьем часу, а с креста сняли Его около девяти часов вечера. Значит, живым Он провисел шесть часов.

А вот в соответствии с рассказом Иоанна, приговор Пилат огласил в шестом часу, то есть в полдень. Если учесть то время, которое потребовалось, чтобы привести Иисуса к месту казни и распять Его, а также тот факт, что до шестого часа вечера Иосиф Аримафейский выпросил у прокуратора тело Спасителя и снял его с креста, то выходит, что Христос пробыл на кресте два-три часа до своей кончины и, возможно, столько же после своей смерти.

Марк также свидетельствует, что «Пилат удивился, что он уже умер; и, призвав сотника, спросил его: давно ли умер? И узнав от сотника, отдал Тело Иосифу» (Мк. 15: 44–45).

Иоанн дополняет: «Но так как тогда была пятница, то Иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу, – ибо та суббота была день великий, – просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их.

Итак, пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним. Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода» (Ин. 19: 31–34). Этот удар копьем приводится обыкновенно как доказательство действительной кончины Иисуса.

Но если спустя всего несколько часов Иисус, выглядевший мертвым, был сразу снят с креста, то можно предположить, что Он просто впал в обморок, от которого впоследствии мог оправиться. А рана от удара копьем могла оказаться не смертельной.

Но это всего лишь версия, которую приводит в своей книге «Жизнь Иисуса» Давид Штраус. Выдвинул же эту гипотезу немецкий историк и писатель Карл Вентурини (1768–1849). Ее сторонники ссылаются на Иосифа Флавия, который однажды увидел большое количество распятых евреев, среди которых опознал троих своих знакомых. И когда их сняли с крестов и начали приводить в чувство, один из них и впрямь ожил.

Христос перед Каиафой. Фреска в капелле Скровеньи в Падуе. Художник Джотто. Около 1305 г.

Но Д. Штраус эту версию подверг беспощадной критике. Вот что он пишет по этому поводу. «Иисус не мог бы уже в первый день своего воскресения совершить естественно те переходы, о которых повествуют Евангелия: переход от могилы в город, потом оттуда в селение Эммаус, отстоявшее в трех часах пути от города, затем вечером обратно в город и вскоре после того в Галилею, если бы он имел на ногах гноящиеся и болезненные раны… Существо, полумертвым вышедшее из гроба, хворое, нуждавшееся во врачебной помощи, повязках, укреплении здоровья и заботах и, наконец, все же изнемогшее под тяжестью страданий, очевидно, не могло бы произвести на учеников то впечатление восторжествовавшего над смертью господина жизни, которым определялась вся их позднейшая деятельность; такое воскресение могло бы только умалить то впечатление, которое Иисус производил на них своей жизнью и смертью, оно в лучшем случае завершилось бы элегическим финалом, но никоим образом не могло бы превратить их печаль в энтузиазм и уважение их к Иисусу обратить в боготворение».

Некоторые гностики придерживались версии, в соответствии с которой вместо Иисуса Христа был казнен Симон Киринеянин, несший крест на Голгофу. Однако те слова, которые произнес Иисус на кресте, вряд ли могли принадлежать случайному человеку, каким был Симон.

В апокрифическом «Евангелии от Варнавы» (около XVI века) имеется еще одна гипотеза, объясняющая, как Христос остался жив. Оказывается, вместо Иисуса был распят Иуда Искариот, предавший Спасителя. Согласно этой версии, в Гефсиманском саду, за несколько минут до взятия под стражу, Иисус вознесся на небо, а Иуде был придан Его облик. Но эта версия не согласуется с евангельским повествованием о возвращении предателем тридцати сребреников и последующем его самоубийстве.

Еще одна легенда, имевшая хождение в Средние века, гласит, что Иуда подменил Иисуса двойником и выдал его иудеям, а настоящий Христос остался живым и невредимым.

В наши дни наибольшее распространение имеет так называемая визионерная теория. В соответствии с ней Христос в реальности не воскрес, однако апостолам и впрямь привиделось, что они встречались с ожившим Христом и беседовали с Ним. И связано это с тем, что ученики настолько сроднились с личностью Иисуса Христа, что никак не смогли поверить в факт Его смерти. В конце концов, все это вылилось в массовое видение, которое они и изложили в Евангелиях.

Однако появление христианства объяснять массовым умопомрачением нескольких галилеян, по крайней мере, некорректно. Ведь Христос появлялся в разной обстановке и во многих местах не только отдельным людям, но и группам и большим толпам.

Кроме того, если вера апостолов – «галлюцинация», тогда зачем во всех Евангелиях так откровенно говорится о «неверии» учеников?

«Но они, услышавши, что Он жив…не поверили. После того явился… двум из них на дороге, когда они шли в селение. И те, возвратившись, возвестили прочим: но и им не поверили. Наконец, явился самим Одиннадцати… и упрекал их за неверие и жестокосердие, что видевшим Его воскресшего не поверили» (Мк. 16: 11–14).

И еще. «Увидевши Его, поклонились Ему; а иные усомнились» (Мф. 28: 17). Это произошло в Галилее, во время последнего в земной жизни свидании Христа со своими учениками перед вечной разлукой. И снова не поверили.

Невозможно не обратить внимания еще на один парадоксальный момент, касающийся веры апостолов в Воскресение Иисуса. Несмотря на весть об этом событии, ученики Христа при Его появлении испугались, предположив, что «видят духа». Чтобы убедить апостолов в обратном, Иисус показал им свои руки и ноги, а также позволил их потрогать. Убедившись, что Он имеет «плоть и кости», ученики поверили, что это – не призрак, а воистину их Учитель. Затем «Он сказал им: есть ли у вас здесь какая пища? Они подали Ему часть печеной рыбы и сотового меда; и, взяв, ел пред ними» (Лк. 24: 41–43).

Этот эпизод доказывает, что Иисус естественным путем воскрес и ожил. В то же время Иоанн говорит, что «когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам!» (Ин. 20: 19)

Но коль Иисус ел и был осязаем, значит, перед апостолами являлся живой и облеченный плотью Человек. А поскольку они видели раны этого Человека, то, несомненно, это был Иисус, который был распят и умер на кресте. Однако Его появление в помещении, входные двери в которое были заперты, дает основание предположить, что тело этого Человека обладало некими особыми сверхъестественными свойствами.

Возможно, Господь Бог после Воскрешения Христа даровал Ему какую-то новую и высшую форму бытия, при которой апостолы еще могли видеть и осязать своего Учителя, но сам Он был уже бессмертен и вскоре был вознесен на небо. Наверное, об этом же говорит и тот факт, что впервые появившийся перед Магдалиной воскресший Иисус не позволил ей притрагиваться к Нему: «Не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему». Но уже позже Он разрешил апостолам потрогать Свои руки и ноги…

Так это или не совсем так, но евангелисты свидетельствуют о том, что главную роль в смерти Христа на кресте сыграли три человека: первосвященники Иерусалима Анна и Каиафа и римский прокуратор Иудеи Понтий Пилат. Именно благодаря усилиям этих людей и был распят Иисус.

Итак, после того как Иисус был взят под стражу, Его, как свидетельствует евангелист Матфей, отвели «к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины» (Мф. 26: 57).

Должность первосвященника не была выборной. Кому быть главой Синедриона – решал прокуратор. Каиафа стал первосвященником при Валерии Грате, управлявшим Иудеей с 15 по 26 год. Иосиф Флавий по этому поводу пишет, что при Тиберии Нероне – третьем римском императоре, в Иудею был отправлен пятый наместник Валерий Грат. «Он сместил первосвященника Анана и поставил на его место Исмаила, сына Фаби. Впрочем, недолго спустя, он уволил и Исмаила и назначил на его место Элеазара, сына первосвященника Анана. По прошествии года он удалил и его и передал этот пост Симону, сыну Камифа. Однако и последний удержался не более года, и преемником ему был назначен Иосиф, прозванный также Каиафой» (Иосиф Флавий. «Иудейские древности»).

Каиафа возглавлял религиозный суд иудеев – Синедрион с 18 по 36 год. При этом следует заметить, что он – единственный первосвященник, столь длительное время находившийся в этой должности. Еврейские источники этот факт комментируют следующим образом: «Так как деньги за пост первосвященника платились раз в год, то и срок его службы возобновлялся ежегодно». Можно предположить, что лишь благодаря личному богатству, взяткам и беспринципности Каиафа так долго мог удержаться у власти. Впрочем, ум и знание психологии людей тоже, наверное, сыграли в его карьере не последнюю роль.

Так вот, именно Каиафа, заметив всё возрастающую популярность Иисуса в народе, однажды в кругу первосвященников заявил: «Вы ничего не знаете, и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» (Ин. 11: 49–50).

Однако для того, чтобы обвинить человека в преступлении, необходимы были серьезные доказательства его вины. Этого требовало и римское право, и иудейские законы. Поэтому Каиафе было довольно сложно составить для римлян обоснованное заключение о виновности Христа. Но в процессе «судебного разбирательства» хитроумный Каиафа всё-таки смог доказать опасность «преступника» Иисуса для римской империи. После столь серьезных обвинений Христос и предстал перед судом Понтия Пилата…

Но ничто не вечно в этом мире. Прошло совсем немного времени после казни Иисуса, и Каиафа был отстранен от должности. Но изворотливый первосвященник бежал в Галилею, где и дожил свои дни в собственном имении. Со временем на месте дома Каиафа была поставлена церковь Святого Петра. По крайней мере, так утверждало предание. Казалось бы, одна из многих христианских легенд.

Однако в 1990 году в южной части Старого города в Иерусалиме во время строительных работ была обнаружена погребальная пещера, датированная 70-ми годами н. э. В ней находилось несколько оссуариев – сосудов для хранения останков покойника. На одном из них имелась надпись: «Иосиф, сын Каиафы». В те далекие времена она соответствовала словосочетанию «Иосиф Каиафа», поскольку Каиафа – семейное имя, в нашем же понимании – фамилия.

Положение во гроб. Фрагмент русской иконы. XV в. Тайные ученики Христа Иосиф Аримафейский и Никодим стоят справа

Рассказывая о первосвященнике Каиафе, мы не должны забывать, что его власть была по сути номинальной, о чем говорит ряд обстоятельств. Реальная же власть принадлежала его тестю Ханану, или Анне – старому смещенному первосвященнику. Анна получил это место в правление легата Квириния в 7 году новой эры. Однако с приходом к власти Тиберия, в 14 году, свою должность Анна потерял. Тем не менее даже после отстранения от синекуры его влияние не поколебалось. Об этом говорит и тот факт, что его по-прежнему называли первосвященником и что без его ведома не принималось ни одно серьезное решение.

А вообще должность первосвященников практически в течение пятидесяти лет занимали представители рода Анны: пятеро из его сыновей, а также зять Каиафа. Фактически место первосвященника в роду Анны стало наследственным. Кроме того, и все высшие должности при храме также были в полном распоряжении этой семьи.

Не зря Иосиф Флавий в «Иудейских древностях» отмечает, что «Анан старший был очень счастлив: у него было пять сыновей, которые все стали первосвященниками после того, как он сам очень продолжительное время занимал это почетное место. Такое счастье не выпадало на долю ни одного из наших первосвященников».

Где, когда и как оборвалась жизнь первосвященника Анны – неизвестно. Однако в некоторых источниках сообщается, что спустя какое-то время его дом был разграблен разъяренной толпой, которая после этого протащила его сына по улицам и при этом бичевала до тех пор, пока он не умер. Обладая реальной властью, Анна, естественно, держал под контролем и деятельность Каиафы, который без совета с тестем практически ничего не делал.

Как и вся верхушка служителей Иерусалимского храма, Анна был саддукеем и членом секты, которая, по словам Иосифа Флавия, выносила особенно жестокие приговоры. Это же касалось и сыновей Ханана. Так, по приказу одного из них, которого, как и отца, звали Анной, был побит камнями брат Иисуса Христа – Иаков. Таким образом, главным виновником смерти Спасителя следует считать, скорее, Анну, чем Каиафа или Пилата.

Третьим персонажем Нового Завета, причастного к смерти Христа, является, как известно, Понтий Пилат – пятый по счету римский прокуратор Иудеи, Самарии и Идумеи, правивший в этих провинциях c 26 по 36 год н. э.

Можно с большой долей уверенности предполагать, что он был неплохим администратором, коль в течение десяти лет оставался на своем посту. Достоверные сведения о происхождении Пилата отсутствуют. Известно лишь, что он принадлежал к сословию всадников.

Из исторических хроник, а также из трудов ряда историков и писателей той эпохи известно, что правление Пилата отличалось жесткостью и неуважением к обычаям евреев. Так, он однажды позволил своим воинам внести в Иерусалим штандарты с римской символикой, чем оскорбил религиозные чувства местного населения. Евреи вынудили Понтия их убрать, поскольку это нарушало древний запрет на изображение идолов. Кроме того, Пилат – единственный из всех римских прокураторов, который разрешил печатать языческие символы на монетах, что, безусловно, тоже воспринималось евреями весьма отрицательно.

Даже благие дела не поднимали авторитета Пилата в еврейской среде. Например, по распоряжению прокуратора был построен новый водопровод длиной около трех километров. Но так как работа потребовала значительных материальных средств, Пилат вполне резонно решил, что свою долю в издержки должно внести и население города. Поэтому он конфисковал часть «корбана» – сокровищницы Храма. Это, безусловно, возмутило евреев. Когда Пилату донесли, что в его адрес со стороны евреев раздаются угрозы, он отправил к организаторам бунта переодетых римских легионеров со спрятанными под одеждой дубинами. И они, не церемонясь, стали избивать и убивать выражавших свое неудовольствие иерусалимских жителей, в основном стариков. В результате многие оказались убитыми или изувеченными.

Поводом же для отставки Пилата стала устроенное им побоище самарян, которые прибыли на гору Гаризим, чтобы извлечь из земли священные сосуды. Их, как уверял некий самозваный пророк, спрятал там Моисей. После этого кровопролития Пилату было приказано возвратиться в Рим. Там, согласно некоторым историческим хроникам, новый император Калигула приказал Пилату без лишнего шума совершить самоубийство.

В свою очередь римский историк III–IV веков Евсевий Кесарийский пишет, что Пилат был сослан во Вьен в Галлии, где свалившиеся на него несчастья заставили его лишить себя жизни.

А согласно одной из легенд, после самоубийства труп Пилата бросили в воды Тибра. Но это привело к такому сильному возмущению речных вод, что испугало местное население. И тогда тело Понтия извлекли из реки и отправили во Вьен, где и утопили в Роне. Но и там наблюдались такие же необычные явления, как и на Тибре, поэтому труп Пилата пришлось бросить в одно из бездонных озер в Альпах.

Следует заметить, что раннехристианские авторы утверждают, что в действительности Понтий Пилат верил в мессианство Иисуса Христа и впрямь считал Его Царем Иудейским. Эта точка зрения якобы подтверждается тем фактом, что надпись на дощечке, прибитой к кресту, на котором был распят Спаситель, как раз и гласила: «Иисус из Назарета, Царь Иудейский».

Более того, имеется отрывок коптского папируса, хранящегося в Оксфорде, в котором говорится, что Понтий Пилат верил в Бога, которого предал казни. Кстати, в Коптской и Эфиопской Церквях бывший прокуратор Иудеи причислен к лику святых как мученик, умерший за веру. Причем 25 июня даже отмечается как день святого Пилата.

И тем не менее долгое время ряд исследователей, даже при свидетельстве таких авторитетов, как Филон Александрийский и Иосиф Флавий, отрицали историчность Понтия Пилата. Но все резко изменилось в 1961 году, когда в Кесарии, являвшейся когда-то резиденцией римского наместника в Иудее, два итальянских археолога наткнулись на плиту с латинской надписью следующего содержания: «…S TIBERIÉUM… [PO]NTIUS PILATUS… [PRA]EFECTUS IUDA[EA]E…»

После ее расшифровки ученые предположили, что, возможно, она является фрагментом следующего текста: «Понтий Пилат, префект Иудеи, представлял Тиберия кесарийцам». Эта плита стала первым документальным свидетельством, подтвердившим историчность личности Пилата.

Но, помимо врагов Иисуса Христа, в Новом Завете рассказывается также о людях, которые сыграли положительную роль в земной жизни Христа, а также в пропаганде Его учения. Правда, за исключением биографий нескольких апостолов, в новозаветных книгах о них рассказано немного, и только в апокрифах или христианских преданиях даются более подробные сведения об этих людях.

Обратимся, например, к судьбе Иосифа Аримафейского, который упоминается во всех четырех канонических Евангелиях. Известен же он в первую очередь тем, что перенес Тело Христа с места казни в принадлежавшую ему гробницу, высеченную в скале: «Когда же настал вечер, пришел богатый человек из Аримафеи, именем Иосиф, который также учился у Иисуса; он, придя к Пилату, просил тела Иисусова. Тогда Пилат приказал отдать тело; и, взяв тело, Иосиф обвил его чистою плащаницею и положил его в новом своем гробе, который высек он в скале; и, привалив большой камень к двери гроба, удалился» (Мф. 27: 57–60).

И хотя Иосиф из Аримафеи совершил столь богоугодный поступок, в канонических Евангелиях ему уделено очень мало внимания, поэтому и сведения о его жизни весьма скудные. Правда, кое-что об Иосифе Аримафейском Евангелии все же поведали. Например, то, что он был богат и являлся тайным учеником Иисуса Христа. Об этом рассказал евангелист Иоанн (Ин. 19: 38). В свою очередь Лука эти сведения дополнил, указав, что Иосиф являлся членом Синедриона. Эта информация позволяет предположить, что он был достаточно влиятельным человеком. О его высоком положении в обществе говорит и тот факт, что он добился встречи с Понтием Пилатом, чтобы получить разрешение на погребение Тела Христа.

Но, поскольку у древних евреев похоронами чаще всего занимался близкий родственник-мужчина, одно время имела популярность версия о том, что Иосиф Аримафейский был братом Иисуса, хотя в устной традиции он считается дядей Девы Марии.

Немного больше сведений об Иосифе предоставляют неканонические тексты. Так, в Евангелии от Петра сообщается, что Иосиф Аримафейский находился в дружеских отношениях с Понтием Пилатом. Апокрифическое Евангелие от Никодима, в свою очередь, свидетельствует, что после погребения Христа по распоряжению членов Синедриона Иосиф был заключен в темницу.

В других апокрифах говорится, что Иосиф был купцом. Он якобы даже привозил юного Иисуса в Британию, а после Его смерти и Воскресения стал активно проповедовать христианское учение на Британских островах и там же, по преданию, скончался.

Одно из христианских преданий также связывает Иосифа Аримафейского со Святым Граалем – чашей, из которой Иисус и его ученики пили вино на Тайной Вечере: по преданию, именно в ней Иосиф сохранил капли крови казненного на Голгофе Спасителя.

Еще одним тайным последователем Христа являлся Никодим. Правда, этот персонаж присутствует только в Евангелии от Иоанна. В 3-й главе описан ночной визит Никодима к Иисусу, во время которого Христос объясняет ему, что значит «рождение свыше»; в 7-й главе рассказывается о выступлении Никодима в защиту Иисуса, когда фарисеи обсуждали способ Его ареста в день празднования Кущей; в 19-й главе Никодим принимает активное участие в погребении Христа. Согласно Иоанну, он «принес состав из смирны и алоя, литр около ста», чтобы умастить тело Иисуса (Ин. 19: 39).

В Священном предании о Никодиме сообщается, что после принятия крещения он подвергся преследованию и был вынужден покинуть Иудею. После смерти Никодим был погребен рядом со Стефаном – первым новозаветным мучеником. Отправлял же его, как и Стефана, в последний путь знаменитый еврейский учитель Гамалиил.

Существует также предположение, что Никодим является автором апокрифического Евангелия. В этой книге дается описание суда над Иисусом, обстоятельств Его смерти, а также событий после Воскресения Христа. Предполагается, что написано Евангелие от Никодима в начале V века, хотя, вероятно, в его основу положены более древние источники.

Еще об одном персонаже Нового Завета – Симоне Кириенянине, о котором упоминают евангелисты Матфей, Марк и Лука, известно лишь то, что часть пути до Голгофы он нес крест, на котором был распят Иисус Христос. «И заставили проходящего некоего Киринеянина Симона, отца Александрова и Руфова, идущего с поля, нести крест Его» (Мк. 15: 21).

Другие сведения о Симоне в Новом Завете отсутствуют. Хотя существует версия, что он являлся членом еврейской общины города Киринеи и, как и большинство евреев, живших в отдаленных местностях, прибыл в Иерусалим на празднование Пасхи. Но, с другой стороны, если принять во внимание строчки из Евангелий Марка и Луки, в которых говорится, что Симон шел с поля, то вполне можно предположить, что он жил в окрестностях Иерусалима.

О дальнейшей судьбе Симона рассказывает Священное предание, в соответствии с которым он переселился в Рим и там пользовался большим уважением у римских христиан…

Три Марии у Гроба Господня. Художник П. фон Корнелиус. Около 1822 г.

В Деяниях апостолов появляется еще один персонаж Нового Завета – Стефан. Впервые он упоминается в 6-й главе книги, когда его и еще шесть наиболее уважаемых человек апостолы избрали диаконами (служителями) для контроля над «ежедневным раздаянием потребностей» (Деян. 6: 1). Само же «раздаяние» заключалось в обеспечении нуждающихся членов христианской общины едой и другими первостепенными предметами быта и проводилось, скорее всего, на общих трапезах, устраиваемых в разных частях города.

Со временем «эллинисты», то есть евреи, прибывшие в Иерусалим из других мест, стали жаловаться, что при раздачах их вдовы ущемляются в правах и получают меньшую помощь, чем вдовы иерусалимских евреев. Поэтому и появились смотрители за этой процедурой.

Но деятельность Стефана не ограничивалась лишь наблюдением за справедливым распределением «раздаяния». Он также проповедовал в Иерусалиме учение Иисуса Христа. Причем его страстные проповеди пользовались большим успехом. «И слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме; и из священников очень многие покорились вере. А Стефан, исполненный веры и силы, совершал великие чудеса и знамения в народе» (Деян. 6: 7–8).

Власти решили погубить Симона за его смелые речи. Для этого они «возбудили народ и старейшин и книжников и, напав, схватили его и повели в Синедрион. И представили ложных свидетелей, которые говорили: этот человек не перестает говорить хульные слова на святое место сие и на закон. Ибо мы слышали, как он говорил, что Иисус Назорей разрушит место сие и переменит обычаи, которые передал нам Моисей» (Деян. 6: 12–15).

Защищаясь, Стефан изложил основу христианского учения, подтверждая его справедливость цитатами из Закона, псалмов и пророков. Речь Стефана – самая длинная в книге Деяний – по сути, представляет собой краткий пересказ истории Израиля (Деян. 7: 2—50).

Больше всего членов Синедриона возмутила завершающая часть речи Симона, в которой он почти открыто обвинил их в смерти Иисуса. «Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы, – вы, которые приняли закон при служении Ангелов и не сохранили» (Деян. 7: 51–53). В конце концов, священнослужители не выдержали столь справедливого обвинения, бросились на него, вытащили за город и побили камнями.

В Священном предании говорится, что мертвое тело Стефана было брошено на съедение зверям и птицам. Но уже на вторую ночь «Стефана погребли мужи благоговейные и сделали великий плач по нем» (Деян. 8: 2). Похоронен же Стефан в пещере, недалеко от Иерусалима…

О Корнилии Сотнике, тоже ставшем деятельным проповедником учения Христа, рассказывается в 10-й главе Деяний апостолов. Правда, о нем самом повествуется лишь, что «в Кесарии был некоторый муж, именем Корнилий, сотник из полка, называемого Италийским, благочестивый и боящийся Бога со всем домом своим, творивший много милостыни народу и всегда молившийся Богу» (Деян. 10: 1–2).

О дальнейшей судьбе Корнилия рассказывается уже в Священном предании. Из него выясняется, что он отправился проповедовать христианство в Скепсию, где было очень развито идолопоклонство. Правитель города – некий Димитрий, узнав, с какой целью явился в его владения Корнилий, пришел в ярость и приказал тому принести жертвы идолам. Когда Корнилия ввели в языческий храм, он преклонил колена и помолился Богу. И тотчас земля задрожала, и началось землетрясение. В результате этого катаклизма храм вместе с идолами, находившимися в нем, рухнул. Однако под обломками храма оказались сын и жена Димитрия. Но Корнилий с помощью молитвы спас их. После этого случая правитель Скепсии уверовал в Христа и обратился в христианство. В этом же городе Корнилий прожил оставшиеся годы своей жизни и, скончавшись в преклонных годах, был похоронен рядом с разрушенным им языческим храмом.

В Деяниях апостолов упоминается еще один человек – римский тысячник Клавдий Лисий, освободивший апостола Павла из рук разъяренной толпы в Иерусалиме и, по сути, спасший его от неминуемой смерти (Деян. 24: 7), тем самым оказав значительную услугу христианству. Из Нового Завета также известно, что Лисий стал гражданином Римской империи лишь после того, как «за большие деньги приобрел это гражданство» (Деян. 22: 28). Вне библейских источников имя этого римлянина больше нигде не упоминается…

Варавва – имя еще одного новозаветного персонажа, которого, правда, никак нельзя отнести к друзьям Иисуса. Впрочем, и врагом Христа он не был. Этот разбойник упоминается во всех четырех Евангелиях при описании суда Пилата над Спасителем (Мф. 27: 15; Мк. 15: 6—15; Лк. 23: 19; Ин 18: 40).

В Книге деяний апостолов о Варавве упоминает также апостол Пётр: «Но вы от Святого и Праведного отреклись, и просили даровать вам человека убийцу» (Деян. 3: 14). Больше об этом персонаже в Новом Завете, а также в апокрифах нет ни слова. Поэтому дальнейшая судьба Вараввы остается нам неизвестной…

Помимо выше перечисленных, в Новом Завете присутствует еще ряд персонажей, которые на очень короткое время появляются в отдельных эпизодах, а затем исчезают, словно третьестепенные актеры в пьесе. Но об их судьбе ничего не говорит не только Новый Завет, но и Священное предание.

При неглубоком чтении Нового Завета может показаться, что женщинам в нем отведена очень скромная роль. Но это далеко не так. Наоборот, они являются очень активными участницами новозаветной истории, нередко появляясь в ее наиболее напряженных эпизодах.

Главным же и самым известным женским персонажем Нового Завета безусловно является Дева Мария – мать Иисуса Христа, в православии, католицизме и других традиционных церквях почитаемая также как Богородица. Но поскольку о земной жизни Девы Марии подробно уже рассказывалось в другом месте, направим наши мысли к Елизавете – женщине, которая приходится матерью величайшему из пророков Библии Иоанну Крестителю. Согласно евангелисту Луке, она была двоюродной сестрой Девы Марии и тоже относилась к роду царя Давида.

Место ее жительства в Священном Писании не указано. Известно лишь то, что она проживала в «нагорной стране» (Лк. 1: 39). Скорее всего, это гористая местность вокруг Иерусалима. По некоторым предположениям, дом, где Елизавета родила Иоанна Крестителя, находился в пригороде Иерусалима – Эйн-Кареме. Сейчас на этом месте возвышается францисканский монастырь «Святой Иоанн на горах».

Евангелист Лука пишет, что Елизавета была женой священника Захарии и имела безукоризненную репутацию. В Писании также сказано, что они оба «были праведны пред Богом, поступая по всем заповедям и уставам Господним беспорочно» (Лк. 1: 6).

Но «у них не было детей, ибо Елизавета была неплодна, и оба были уже в летах преклонных» (Лк. 1: 7). Как и всякая иудейская женщина, Елизавета желала стать матерью, поскольку в то время у евреев бесплодие считалось большим грехом.

Конечно, Захарий и его жена постоянно молили Бога, чтобы Он обрадовал их и послал детей. И вот, наконец, их молитвы были услышаны: Елизавета зачала. Но она пять месяцев скрывала свою беременность, радуясь, но одновременно и стесняясь, поскольку находилась в неплодном возрасте. Когда же Елизавета разрешилась от бремени, то появившегося на свет младенца назвали, как и повелел архангел, Иоанном.

О дальнейшей судьбе Елизаветы в Новом Завете больше ничего не сообщается. Правда, в греческих синаксарях, или сборниках, говорится, что после повеления Ирода об умерщвлении младенцев Елизавета с маленьким сыном убежали в пустыню. Перед ними удивительным образом расступилась скала, в которой они и спрятались от преследовавших их римских воинов.

По преданию, в этой же скале Елизавета с сыном и осталась жить. Но спустя 40 дней после бегства она умерла, а Иоанна до тех пор, пока он не окреп, кормил и поил ангел. В свою очередь, в коптских синаксарях сообщается, что Елизавета скончалась, прожив в пустыне с Иоанном семь лет…

Очень значимое место в Новом Завете принадлежит Марии Магдалине. Согласно евангельским свидетельствам, родилась она в городе Магдала, который находился на западном берегу Тивериадского озера близ Капернаума. Поэтому и ее прозвище Магдалина обычно расшифровывается как «уроженка города Мигдал-Эль».

Из книг Нового Завета о ней известно следующее: она была избавлена Иисусом от семи бесов (Лк. 8: 2), а затем вместе с некоторыми другими женщинами, «которых Он исцелил от злых духов и болезней», стала сопровождать Спасителя в Его проповеднических странствиях.

Сосуд из Кафедрального собора в Валенсии, признанный Папой Римским подлинной чашей Грааля

Мария Магдалина также присутствовала на Голгофе во время распятия Иисуса (Мф. 27: 56), была очевидицей Его погребения (Мф. 27: 61), находилась в числе тех женщин, которым ангел возвестил о Воскресении Христа (Мк. 16: 1–8). К тому же Мария Магдалина первая увидела воскресшего Спасителя, приняв Его сначала за садовника, но узнав, попыталась прикоснуться к Нему. Однако Христос не позволил ей сделать это, но зато поручил сообщить апостолам о Своём воскрешении (Ин. 20: 11–18).

Больше в православной традиции о Марии Магдалине не упоминается. Но в других источниках сообщается, что спустя какое-то время после смерти Спасителя она вместе с Девой Марией ушла в Эфес к апостолу Иоанну, где помогала ему в его миссионерской деятельности. Считается, что там же Мария Магдалина и скончалась. Кстати, больше всего сведений о Марии Магдалине сообщает именно Иоанн.

Следует заметить, что в католицизме Мария Магдалина отождествляется еще с некоторыми женскими персонажами Нового Завета: с сестрой Марфы и Лазаря, а также с женщиной, которая «в Вифании, в доме Симона прокаженного… возливала Ему возлежащему на голову драгоценное миро» (Мф. 26: 6–7).

Естественно, возникает вопрос: разные это женщины или одна и та же? И дискутировалась эта проблема до тех пор, пока точку в этом споре не поставил римский папа Григорий Великий, в 591 году постановивший: «Та, которую Лука называет грешной женщиной, которую Иоанн называет Марией (из Вифании), мы считаем, есть та Мария, из которой семь бесов были изгнаны по Марку». Следует отметить, что в православии Мария Магдалина с евангельской блудницей не отождествляется, а лишь почитается как святая мироносица, которую Христос избавил от бесов.

В новозаветной истории присутствует еще одна Мария – Мария Клеопова. Она – мать двух учеников Иисуса – Иакова и Иосии (Мф. 27: 56), а также одного из 70-ти апостолов – Симеона.

В соответствии с преданием, она была дочерью Иосифа Обручника от первого брака. И когда Иосиф ввел в дом Деву Марию, была еще очень юной. Впоследствии Мария вышла замуж за младшего брата Иосифа – Клеопу, или Алфея, поэтому в Библии она и называется Мариею Клеоповою.

Она вместе с другими благочестивыми женщинами сопровождала Иисуса во время Его общественного служения, находилась на Голгофе во время распятия Христа и при Его погребении. Она также ходила с другими мироносицами ко гробу Христа, чтобы умастить благовониями Его тело, и здесь же вместе с другими женщинами услышала от ангела радостную весть о Воскресении Спасителя (Мф. 27: 56; Мк. 15: 40; Лк.24: 4—11; Ин. 19: 25)…

Не менее выдающимся женским персонажем Нового Завета является жена Зеведея Саломия – мать Иакова и Иоанна. Она тоже была в группе тех женщин, которые сопровождали Иисуса в Его странствиях по Галилее. Она также присутствовала в момент снятия Спасителя с креста (Мф. 27: 55–56) и участвовала в покупке благовоний для умащения тела казненного Христа: «По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти – помазать Его» (Мк. 16: 1). К сожалению, о дальнейшей судьбе этой женщины Новый Завет умалчивает.

В Евангелиях рассказывается также о двух сестрах Лазаря – Марфе и Марии. Жили они в Вифании – селении, расположенном на юго-востоке Масличной горы, в относительной близости от Иерусалима. Впервые Христос посетил их дом вместе с учениками во время утомительного пути из Иерихона в Иерусалим.

У евангелиста Иоанна Мария упоминается как женщина, омывшая ноги Иисусу благовониями. «За шесть дней до Пасхи пришел Иисус в Вифанию, где был Лазарь умерший, которого Он воскресил из мертвых. Там приготовили Ему вечерю, и Марфа служила, и Лазарь был одним из возлежавших с Ним. Мария же, взяв фунт нардового чистого драгоценного мира, помазала ноги Иисуса и отерла волосами своими ноги Его; и дом наполнился благоуханием от мира» (Ин. 12: 1–3). Правда, этот эпизод отсутствует у евангелистов-синоптиков.

Священное предание относит сестер, как и некоторых других женщин, к женам-мироносицам, которые утром в первый день после субботы пришли ко Гробу Иисуса Христа для умащения Его тела ароматными бальзамами.

О дальнейшей судьбе этих женщин Евангелия не рассказывают. Однако католическая традиция свидетельствует, что сестры Мария и Марфа вместе со своими братом Лазарем, святыми Максимином, Мартеллом и Кидонием проповедовали христианство в Галлии, в нынешнем городе Марселе. Здесь же спустя тридцать лет Мария и скончалась в отшельничестве. Что же касается Марфы, то о времени ее смерти даже предание ничего не сообщает.

В Новом Завете есть краткие упоминания также и о других женщинах. Например, о женщине-самарянке: о ней ведет речь евангелист Иоанн (Ин. 4: 5—42). Ее судьба неизвестна. Но эта женщина стала примером искренней веры в Иисуса Христа.

Еще один женский персонаж появляется в Евангелии от Марка (Мк. 5: 25 34): это женщина, которая, коснувшись одежды Иисуса, излечилась от многолетней болезни. И опять же, истинная вера помогла ей исцелиться. Это подтверждают и слова Иисуса: «Дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей».

О том, что спасение приходит через веру, рассказывает также евангелист Матфей в истории о женщине-хананеянке. Она была язычницей, но верила в то, что Иисус исцелит ее дочь. «И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется» (Мф. 15: 22). И опять же, увидев, сколь велика вера хананеянки, Иисус вернул здоровье ее дочери. При этом Он сказал: «О, женщина! велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему. И исцелилась дочь ее в тот час» (Мф. 15: 28).

Кроме Евангелий женские образы появляются и в Деяниях апостолов. Это, например, Серна, или Тавифа из Иоппии – одного из древнейших городов Израиля. Когда она скончалась, верующие отправились к апостолу Петру, который в это время пребывал в соседнем городе Лидде, с просьбой воскресить Серну. И Петр вернул женщину к земной жизни.

В Деяниях апостолов рассказывается еще об одной христианке – Лидии, проживавшей в городе Фиатир и «торговавшей багряницей» (Деян. 16: 14–15, 40). Она не только приняла новую веру, но и приютила Павла и его спутников.

В Деяниях повествуется также о Прискилле. Вскоре после прибытия Павла в Коринф он нашел «некоторого Иудея, именем Акилу, родом Понтянина, недавно пришедшего из Италии, и Прискиллу, жену его… И по одинаковости ремесла, остался у них и работал: ибо ремеслом их было делание палаток» (Деян. 18: 2–3).

Когда Павел оставил Коринф и отправился в Эфес, за ним последовали и Акила с Прискиллой, «остригши голову в Кенхреях по обету» (Деян. 18: 18). Здесь, после отъезда апостола, они и остались, чтобы проповедовать Благую весть.

Из других новозаветных женщин стоит упомянуть также об Анне-пророчице, о жене Понтия Пилата и вдове из Наина, которой Иисус вернул ее единственного умершего сына (Лк. 7: 11–15), а также о теще апостола Петра, исцеленной Иисусом от сильной горячки.

В христианстве, как и в любой другой религии, имеется свои священные реликвии. И все они относятся к последним дням земной жизни Иисуса Христа. Это – чаша Грааля: ею пользовались Христос и апостолы во время Тайной Вечери; крест – на нем был распят Спаситель; копье – им пронзил римский воин распятого Иисуса, плащаница – ткань, в которую было завернуто мертвое тело Христа.

Итак, чаша Грааля. Помимо того, что из нее Иисус и апостолы вкушали на Тайной Вечере, предполагается также, что в эту чашу Иосиф Аримафейский собрал капельки крови из ран казненного Спасителя.

Согласно версии французского писателя Робера де Борона (XII–XIII века), Иосиф Аримафейский получил эту пасхальную чашу от Понтия Пилата. Когда же Иосиф иудеями был заключен в тюрьму, он передал ее своему зятю Хеврону, который и увез ее в «долины Аваронские»…

Что же касается особых свойств чаши Грааля, то считается, что человеку, испившему из нее, прощаются грехи и он получает вечную жизнь. Кроме того, Грааль может таинственным образом даровать своим избранникам любые яства. Впервые этот феномен Чаши был якобы обнаружен во время пребывания Иосифа Аримафейского в заточении.

Предполагалось также, что кубок Грааля хранит в себе ключи к множеству тайн мироздания, поэтому легендарный рыцарь Персиваль потратил немало сил, пытаясь раскрыть его секреты.

Принято также считать, что находиться рядом с Чашей могут только безгреховные люди. Человек же недостойный будет наказан недугом. В то же время эта святыня может и исцелять от различных болезней.

Согласно одной из версий, прототипом чаши Грааля являлся волшебный котел. В нем, согласно преданию, языческие жрецы готовили особые опьяняющие напитки, употребление которых якобы наделяло их огромной жизненной силой и чувством неземного блаженства.

Впервые же выражение «Святой Грааль» появилось в одноименном романе, изданном в XV веке англичанином Томасом Мэлори. В своем повествовании автор как раз и рассказывает о «священном сосуде» и о «благословенной крови Христа». Первое же документальное свидетельство о Граале относится к 717 году, когда отшельнику Волерану в видении возник Иисус Христос и кубок Грааля.

Местом, где хранится и появляется чаша Грааля, часто называют город Саррас. Именно здесь, по преданию, Иосиф Аримафейский якобы обратил в христианскую веру местного короля.

Кроме того, местонахождение чаши Грааля часто связывают с аббатством Гластонбери в Англии. Когда-то здесь находилась церковь, которую, возможно, посещали рыцари Круглого стола. Но в 1184 году она сгорела, однако на ее месте возвели новую. Так вот, во многих легендах главенствует мысль, что Грааль как раз и спрятан в подземельях аббатства.

Казалось бы, судьба кубка Грааля могла занимать только непросвещенную средневековую публику. Но им неожиданно в прошлом веке заинтересовались оккультисты из «Общества Туле» – тайной организации, возникшей в Германии в 1918 году. Когда они стали разрабатывать оккультно-мистическую базу национал-социализма, то вместе с учением гностиков возникла необходимость и в Святом Граале.

Первоначально поиски Грааля возглавил немецкий археолог-любитель и писатель Отто Ран, который выдвинул свою гипотезу о местонахождении чаши Грааля. Он предположил, что священная реликвия находится в Монсегюре – небольшом оборонительном сооружении, находящемся в отрогах Пиренеев. И хотя в начале 30-х годов Отто Ран побывал на руинах Монсегюра, но, скорее всего, серьезных археологических изысканий он не проводил. Однако после этой поездки О. Ран издал книгу «Крестовый поход против Грааля», в которой называет Грааль «чашей нибелунгов».

Спустя примерно десять лет, в июне 1943 года в Монсегюре появилась уже целая экспедиция из немецких археологов, которые проводили изыскания в пещерах до весны 1944 года. Но ничего существенного они не нашли. Зато вполне резонно заявили, что множество подземных укрытий и ходов, проложенных в скальных породах под крепостью, позволяют предположить, что Грааль может быть спрятан именно там.

Кстати, в 1933 году на Всемирной выставке в Чикаго в качестве Святого Грааля демонстрировалась чаша из антиохийского клада. Правда, позже было установлено, что она изготовлена в VI веке и никакого отношения к чаше Тайной Вечери не имеет. В то же время в Кафедральном соборе в Валенсии находится сосуд, самим Папой Римским признанный подлинной чашей Грааля…

Еще одной реликвией, которая почитается христианами священной, является Копье Лонгина. В соответствии с Евангелием от Иоанна, этим копьём римский воин Гай Кассий Лонгин пронзил тело распятого Иисуса Христа. В средневековой Европе эту христианскую святыню называли также Копьем Судьбы, поскольку считается, что если Копье Судьбы окажется в руках человека, который осознает его невероятные возможности, то он сможет покорить весь мир. Эхо от этой легенды через средневековых рыцарей-тамплиеров, розенкрейцеров и масонов докатилось до ХХ века, когда Копье стало одной из составляющих в деятельности гитлеровских оккультистов.

Что же представляет собой Копье Лонгина? Оно состоит из переломанного наполовину 3-метрового деревянного древка, на верхушке которого закреплен железный наконечник длиной 50,8 и шириной – 7,9 сантиметра. Наконечник, в свою очередь, собран из двух частей, соединенных вместе серебряной проволокой и стянутых золотой накладкой. В наконечнике также находится кованый штырь. Согласно легенде, он является одним из тех гвоздей, которыми был пригвожден к кресту Иисус Христос. На золотой накладке имеется надпись на латинском языке следующего содержания: «Копьё и Гвоздь Господни». А на внутреннем серебряном обруче находится более подробный текст. Он гласит: «Милостию Божией Генрих IV, великий римский император, августейший, приказал сделать сей серебряный обруч, дабы скрепить Гвоздь Господень и Копьё святого Маврикия».

Однако в 2003 году английский специалист по металлам Роберт Фезер, проведя детальную экспертизу Копья, установил, что его наконечник изготовлен в VII веке. То есть копье относится к раннему Средневековью, а значит, никак не могло принадлежать историческому Лонгину. Кроме того, в ходе экспертизы было установлено, что серебряная проволока, скрепляющая сломанный наконечник копья, изготовлена ранее 600 года нашей эры, а золотая накладка – в XIV веке.

Фезер в одном из своих интервью также высказался по поводу металлического штыря в наконечнике. Исследователь, в частности, заявил следующее: «Издавна принято считать, что железный штырь это и есть гвоздь для распятия; он не только плотно сидит в лезвии и инкрустирован крошечными медными крестиками, но и соответствует по длине и форме тем гвоздям, которые использовались римлянами в I веке. Возможно, все это домыслы, но мы не можем взять и просто отбросить их…»

Историки также свидетельствуют, что когда Австрия вошла в состав нацистской Германии, Гитлер отнес Копье к «сокровищам империи». Фюрер был уверен, что владея этой реликвией, он завоюет весь мир. Накануне же капитуляции Германии Гитлер даже пытался спрятать Копье. Имеются сведения, что он распорядился отправить реликвию на подводной лодке в Антарктиду. Но не успел…

А в 1945 году в одном из колодцев близ Нюрнберга Копье Судьбы якобы нашли офицеры контрразведки 7-й американской армии. Но 4 января 1946 года по распоряжению Дуайта Эйзенхауэра – будущего президента США, а в то время генерала, Копье было возвращено бургомистру освобождённой Вены. В соответствии с другой версией, Копье так и осталось в Америке, а в Вену вернули лишь его копию…

Настало время поговорить еще об одной реликвии христианства – кресте, на котором был распят Спаситель. Этот крест имеет несколько названий: Животворящий Крест, Истинный Крест, Крест Господень. Он относится к предметам Страстей Христовых и считается одной из важнейших христианских реликвий.

В соответствии с преданием, обнаружила Крест Господень мать римского императора Константина Великого – святая Елена, жившая примерно в 247–327 годах. А случилось это в 326 году, когда на склоне лет она побывала в Иерусалиме. Основная же цель ее паломничества в Святую Землю как раз и сводилась к поиску Креста и других предметов, связанных со Страстями Христовыми.

Поскольку Иерусалим несколько раз разрушался и снова восстанавливался, определить место, где был распят Христос, было довольно сложно. Но, как гласит предание, на помощь Елене пришел местный еврей, который точно указал это место, поскольку сведения о нем передавались в его роду от отца к сыну. В указанном им месте и начали вести раскопки. В результате в каменоломне, расположенной недалеко от Гроба Господня, были обнаружены три креста, гвозди, дощечка с надписью «Иисус назорейский, царь иудеев», терновый венец, пика, которой Иисусу прокололи грудь, и губка, с помощью которой Его напоили уксусом.

Оставалось лишь выяснить, на котором именно из этих трех крестов был распят Иисус. Для этого сначала тяжелобольную женщину клали на каждый из крестов. И как только она оказалась на кресте Иисуса, болезнь тотчас покинула ее. Затем этот крест приложили к телу покойника. И он воскрес.

Позже по распоряжению императора Константина на месте, где были найдены бесценные для христиан реликвии, а также над пещерой, где покоилось тело Христа, был воздвигнут храм Гроба Господня.

Христианские историки в своих трудах немало места посвятили дальнейшей судьбе Креста, выдвинув на этот счет несколько гипотез. Но наиболее распространенной считается версия, что Елена разделила Животворящий Крест на две половины: одну оставила в Иерусалиме, а другую – отправила сыну Константину, который поместил её в свою статую, установленную в центре Константиновой площади в Константинополе.

Но в 1187 году, после разгрома рыцарей мусульманами в битве при Хаттине, часть Креста, оставленная святой Еленой в Иерусалиме, пропала. Константинопольская же половина Креста исчезла в 1204 году после разграбления столицы Византии крестоносцами. Русский историк академик Ф.И. Успенский (1845–1928) в монографии «История крестовых походов», рассказывая о разграблении реликвий из константинопольских храмов, упомянул и об исчезнувшей половине Животворящего Креста.

В наше время большинство исследователей придерживается версии, что история с найденными в пещере крестами и другими атрибутами Страстей Господних – типичная легенда. Эту точку зрения они аргументируют тем, что деревянные кресты, пролежав в земле более трех столетий, просто-напросто сгнили бы. К тому же вряд ли кто смог бы указать точное место распятия Христа, поскольку после того как Иерусалим был превращен в руины, его надолго покинули люди. Впрочем, эти доводы довольно шаткие, поскольку в закрытой пещере, где сохранялись оптимальная температура и влажность, дерево могло бы и не сгнить. Что же касается места казни Христа, то оно и впрямь могло сохраниться в памяти некоторых людей и передаваться из поколения в поколение.

Более серьезным является следующий аргумент. Дело в том, что в то время, когда был обнаружен Крест, епископом иудейской Кесарии был первый историк христианства Евсевий, а епископом Иерусалима – святой Кирилл. И, конечно же, трудно поверить, чтобы они не встречались со святой Еленой и не знали об обнаруженных реликвиях. Но, как ни странно, никто из них не упоминает об этом в своих трудах. Ученые объяснили это молчание тем, что легенда о святой Елене появилась на целое столетие позже, приблизительно во времена возникновения культа креста как символического знака христианства…

Еще одной широко известной христианской реликвией является Туринская плащаница – льняной саван длиной около 4,36 метра, шириной – 1,1 метра и весом около 2,45 килограмма. Толщина полотна составляет 0,34 миллиметра. Считается, что в это покрывало было завернуто тело Иисуса Христа после того, как Его сняли с креста, на котором Он был распят.

Главной особенностью Туринской плащаницы является запечатленная на ней во весь рост фигура мужчины. Причем на полотне имеются два симметричных изображения: со стороны груди и со стороны спины.

Особенно хорошо отпечаталось на Плащанице благообразное бородатое лицо с множественными кровоподтеками, говорящими о страданиях того, чей образ изображен на саване. А это, по мнению многих, является неоспоримым доказательством евангельских Страстей Иисуса Христа.

Но, несмотря на столь почтенный «возраст» Туринской плащаницы, первые конкретные упоминания о ней появляются лишь в XIV веке, когда она оказалась во французском городе Лире у графа Жоффруа де Шарни. В 1353 году граф официально заявил о том, что имеет Плащаницу и готов передать ее в приход местной церкви. Вскоре он свое обещание выполнил, и реликвия в первый раз была показана в городском храме. Но неожиданно ее демонстрация вызвала резкий протест местного епископа.

В 1389 году сын Жофрэ де Шарни, получив согласие папы Римского, опять попытался выставить Туринскую плащаницу в храме. Для этого в Лире, на землях Шарни, была построена для реликвии специальная церковь. Но опять демонстрации Плащаницы воспрепятствовал местный епископ Пьер д'Арси, заявивший официально, что Туринская плащаница – не более, как творение рук неизвестного художника. Именно в этом документе впервые официально упоминается священная реликвия христианства.

В 1390 году папа Климент VII по поводу Плащаницы принял следующее решение: ее можно выставлять в храме, но только заранее объяснив прихожанам, что данное полотно не является той тканью, в которую было завернуто тело Христа, а более поздней ее копией.

Наконец, спустя более 60 лет, в 1452 году реликвию поместили в собор французского города Шамбэри. А оказалась она там после того, как внучка графа Жоффруа – Маргарита де Шарни продала ее герцогу Савойскому. В 1578 году ее перенесли в Турин, где она и хранится по сегодняшний день в особом ковчеге в соборе Джованни Батиста. И с этого времени ее история прослеживается уже буквально по месяцам.

Возможно, если бы не международная выставка религиозного искусства, проходившая в 1898 году в Париже, где демонстрировалась и Туринская плащаница, никто из ученых, кроме историков и религиоведов, на реликвию особого внимания не обратил бы.

Но как раз в последний день работы выставки Плащаницу разрешили сфотографировать. И 28 мая археолог и фотограф-любитель Секондо Пиа сделал два снимка. Из двух негативов только один размером 60 × 50 сантиметров оказался качественным. И когда фотограф его проявил, то был буквально ошеломлен: на темном фоне негатива очень четко выделялось позитивное изображение Христа Спасителя.

Этот факт заставил пересмотреть свои взгляды на Плащаницу многих исследователей, считавших полотно средневековой подделкой. Но скептики никогда не переводились. Одним из таких подозрительных ученых оказался французский историк Уллис Шевалье. Изучив десятки исторических хроник, он опять воскресил идею, что Туринская плащаница – дело рук средневекового художника.

Но биологи – профессор Сорбонны Ив Делаж и его коллега из Франции Поль Виньон, проведя свои исследования, высказали противоположную гипотезу. Они, например, пришли к заключению, что лицо и тело на Плащанице очень точно повторяют таковые живого человека, а такая точность любому художнику практически недоступна.

Смерть Симона Волхва. Художник Б. Гоццоли. 1462 г.

Более того, на фотокопии ученые обнаружили «следы ран от игл тернового венца, гвоздей, ударов копьем и бича с тяжелым наконечником». Даже выявили струйки крови, установив их соответствие с направлением движений страдающего от боли человека, казнимого на кресте.

Обычно Плащаницу для всеобщего лицезрения выставляли один раз в пятьдесят лет. Поэтому реликвию сфотографировали снова лишь в 1931 году. Изучая полученные снимки, французский хирург Пьер Барбье обнаружил следы крови на запястьях отпечатанной фигуры казненного человека. Хотя, согласно принятым описаниям распятия, кровь должна быть на ладонях, поскольку именно их пробивали гвоздями.

Впоследствии Барбье доказал в анатомическом театре, что тело распятого человека удерживается лишь на гвоздях, вбитых в запястья. Выходило, что процедура казни на Плащанице была изображена правильнее, чем на канонических иконах. А в 1968 году было получено и предметное доказательство выводов Барбье: в одном из древнеримских захоронений в Иерусалиме археологи нашли саркофаг с человеком, распятым перед смертью, у которого руки были пробиты в запястьях!

Кстати, чуть позже положение тела на Плащанице было описано намного точнее. «Очень четко видно, что человек лежит в позе, в которой было принято хоронить умерших. Человек на Плащанице был по своему происхождению евреем, а раны, которые тщательно изучили судмедэксперты, совпадают по характеру с теми, что описаны в Новом Завете, и могли быть нанесены римскими орудиями, применявшимися при распятии, что полностью соответствует евангельским рассказам о Страданиях, Смерти и Воскресении Христа» (Ианноне Дж. Тайна Туринской плащаницы. СПб., 2005).

Наконец, в 1973 году было проведено настоящее научное исследование реликвии. В результате этой работы были получены любопытные результаты. Например, исследователи установили, что Плащаница имеет древнее ближневосточное происхождение.

Дело в том, что она выткана узором, который характерен тканям, производимым на Ближнем Востоке в течение I–II веков до н. э. и в I веке нашей эры. Раньше и позже такие ткани не изготавливались.

Такая ткань стоила дорого, а это значит, что Иосиф, завернувший тело Христа в саван, был человеком состоятельным. Но именно это и отмечено в Евангелии следующими словами: «богатый человек из Аримафеи» (Мф. 27: 57).

Возвращаясь к изображению на полотне, следует сказать, что еще в 1974 году два американских физика Джон Джексон и Эрик Джампер показали, что изображение на Плащанице получено в результате неконтактного взаимодействия. Какого? Сказать сложно, поскольку существует несколько вариантов. Так, согласно одному из них, образ появился от мощного излучения самого Христа в момент Его воскресения. Следы этого загадочного излучения будто бы высвечивают на фотографиях подробности, не видимые на полотне. И действительно, на снимках Плащаницы выявлены поразительные детали.

Так, на микрофотографиях лика, сделанных в поляризованном свете, а также при его компьютерном сканировании были обнаружены на глазницах усопшего отпечатки римских монет. Причем эти монеты по элементам рисунка и гравировке относились к 30 годам нашей эры, то есть они были отчеканены во времена правления Понтия Пилата.

Кроме того, исследования, проведенные в 1978 году, показали, что на бурых пятнах имеются следы железа, калия и хлора, свойственных человеческой крови. Более того, на полотне ученые обнаружили микроскопические кристаллы гемоглобина, частицы билирубина и других веществ, относящихся к компонентам крови. И еще один любопытный момент: на полотне полностью отсутствуют следы каких-либо красителей, жидкостей или газов, ответственных за отпечаток.

Троица. Художник Эль Греко. Около 1577 г.

В 1978 году в течение пяти дней Плащаницу тщательно исследовала группа из более чем сорока ученых, принадлежащих к различным вероисповеданиям. В результате появилось немало доказательств в пользу подлинности Плащаницы.

Итак, многочисленные факты говорят о том, что на Туринской плащанице изображен лик Иисуса Христа. Тем не менее решающего аргумента в пользу этого предположения пока нет. И поэтому на вопрос: можно ли считать изображение на Плащанице «портретом» Спасителя? – каждый должен ответить по-своему, ибо это уже вопрос веры, а не науки.

В Новом Завете, точнее, в 8-й главе Деяний апостолов есть краткий рассказ о Симоне-волхве, или Симоне-маге. «Находился же в городе некоторый муж, именем Симон, который перед тем волхвовал и изумлял народ Самарийский, выдавая себя за кого-то великого. Ему внимали все, от малого до большого, говоря: сей есть великая сила Божия. А внимали ему потому, что он немалое время изумлял их волхвованиями…» (Деян. 8: 9—10) Других упоминаний о Симоне-волхве в Библии нет. Поэтому до настоящего времени личность эта остается весьма загадочной и малоизвестной. И только благодаря апокрифам, а также сообщениям раннехристианских писателей библеисты смогли расширить свои знания об этом новозаветном персонаже.

И тем не менее по сегодняшний день неизвестно, когда родился этот человек и даже – где. Что же касается возраста Симона, то в различных источниках сообщается, что он был почти ровесником Иисуса Христа. Впрочем, существует предположение, что на свет он появился в Самарии. А по некоторым источникам – в местечке Гиттон. Его родителей звали Антоний и Рахиль.

В сочинениях древних историков рассказывается также, что в молодости Симон совершил путешествие в Египет, где долгие годы изучал тайные науки жрецов. И, как выяснилось впоследствии, научился он многому. Например, овладел искусством группового внушения, а также высшим мастерством йогов. Возвратившись на родину, Симон воспользовался своими тайными знаниями, удивив земляков многочисленными и невероятными чудесами.

Например, он мог пройти, не обжегшись, по раскаленным углям, сквозь каменные стены, без труда освободиться из оков, незаметно выбраться из тюремных подземелий. Он также мог заставить двигаться, смеяться и танцевать статуи. Кроме этих чудес, Симон демонстрировал и уникальные способности врачевателя, исцеляя глухих, слепых и одержимых. А однажды он даже вернул к жизни покойника…

Но Симон был не просто, как сказали бы сегодня, гениальным магом-иллюзионистом, который ограничивался лишь демонстрацией удивительных фокусов. Он мечтал о гораздо большем: приобрести всемирную известность и добиться божественных почестей. Поэтому в конце концов однажды Симон и объявил себя, как и Иисус, сыном Божьим. Люди же, наблюдая за творимыми им невероятными чудесами, начинали верить, что это действительно так. Более того, некоторые стали считать, что он могущественнее Христа.

А со временем Симон стал приобретать все большую и большую известность. Она распространилась от Самарии до Финикии, и даже до Рима. Более того, как пишет Юстин Мученик (100–165 годы) в своей «Первой апологии», в Риме при императоре Клавдии он был признан богом, и как богу в его честь на реке Тибр была воздвигнута статуя с надписью на латинском языке: «Simoni Deo Sancto», то есть «Симону, богу святому». Юстин также свидетельствует, что не только почти все самаряне, но и некоторые из других народов признавали его за первого бога и поклонялись ему. Таким образом, Симон-волхв становился явным претендентом на роль Мессии, а значит, опасным соперником Иисуса Христа.

Сам же Симон-маг считал себя сыном Бога, посланным в этот мир, чтобы установить порядок на земле. Он говорил, что ведавшие земными делами ангелы стали плохо выполнять обязанности, возложенные на них Богом, и род человеческий развратился и ожесточился. Поэтому для спасения рушившегося мира требовалась полная замена существующей религиозной модели новой, которую создал и проповедовал сам маг и его сподвижники.

Как претендента на мессианство, Симона-мага сопровождало множество людей разных возрастов. Но при этом рядом с ним постоянно находилась и очень красивая женщина, звавшаяся Еленой. Вот что пишет о ней известный философ А.Ф. Лосев, опираясь на труды знаменитого христианского богослова II века Иринея Лионского: «Он (Симон) говорил, что она есть его первая мысль, то есть что она была первой мыслью бога и создательницей всего мира. Однако мир ее не признавал за таковую, хотя именно она и создала, по Симону, плоть мира, то есть была матерью мира. Будучи насильственно заключена в человеческую оболочку, она переходила из одного женского тела в другое, была, например, общеизвестной троянской Еленой и, в конце концов, попала в публичный дом. Симон проповедовал, что он освободил ее из этого дома, вернул ей свободу и всем велел почитать ее как богиню».

Апологеты же христианства в один голос утверждали, что Симон-волхв нашел Елену в одном из публичных домов в финикийском городе Тире. В то же время многие современные исследователи полагают, что Елена была не рядовой проституткой, а «священной блудницей» из хорошо известного в тот период храма богини Астарты, который находился в Тире.

Ярым противником Симона был апостол Петр. Их борьба отражена в ряде апокрифов, в частности, в «Деяниях Петра» – книге, написанной во II веке н. э. В ней рассказывается о состязании Симона и Петра в чудотворстве. Во время одного из таких противоборств Симон заявил, что может вознестись на небеса. И после этих слов он и впрямь оторвался от земли и стал подниматься ввысь.

Вот как автор «Деяний Петра» описывает этот эпизод: «И вот когда он поднялся, все смотрели на него, вознесшегося над ними» (Деяния Петра. 3: 32). Пораженная толпа не отводила глаз от Петра, призывающего в молитве Всевышнего низвергнуть соперника Христа. Итог этого состязания тоже описан в «Деяниях Петра»: «И упал он с высоты и сломал ногу в трех местах. Затем каждый побил его камнями и пошел домой. И с той поры стали верить Петру» (3: 32). После этого случая Симон якобы стал во множестве терять своих приверженцев.

Но тем не менее до конца третьего столетия у него оставались последователи в Сирии, Египте и Риме, которые почитали Симона как Бога и Спасителя. Церкви же Симона начали исчезать только после того, как римский император Константин принял христианство.

Безусловно, одной из самых великих тайн христианской веры является сокровенная тайна Святой Троицы. И хотя понятие Троицы в приблизительном виде можно определить следующей формулой: «Отец есть Бог, Сын есть Бог и Святой Дух есть Бог. Но они, однако, – не Три Бога, а Один Бог», тем не менее большинство богословов так до конца и не смогли дать полное объяснение этому богословскому термину. О непостижимости Троицы умом человеческим преподобный Симеон Новый Богослов (949—1022 годы) сказал следующее: «Никто не может ясно и полно постичь умом и выразить словом догмат о Пресвятой Троице».

И все же Отцы и учителя Церкви попытались найти подступы к пониманию этого основного положения христианства. Но для этого они сначала разработали специальную терминологию. В частности, определили два основных понятия: природа, или сущность (по-гречески «усйя»), и лицо («ипостасис»).

В их понимании природа представляет собой некую общую категорию, свойственную определенному явлению или объекту. Если же касаться человека, то в этом случае следует понимать, что люди, различающиеся по огромному количеству признаков, тем не менее обладают и общими, едиными для них особенностями, которые и формируют их природу.

В свою очередь, термин «ипостасис», то есть лицо, или по-славянски – ипостась, подразумевает совокупность индивидуальных особенностей каждой отдельной личности.

Отличие природы от ипостаси легко уяснить с помощью следующего сравнения: любой человек обладает общими для людей особенностями, но в то же время является особой личностью, с собственной индивидуальностью, отличной от других людей.

В соответствии с этими понятиями, Бог – есть единая Сущность, которая в полной мере выражается в каждой Божественной Ипостаси, в каждой Божественной Личности: в Боге Отце, в Боге Сыне и в Боге Святом Духе. Иначе говоря, каждая Ипостась в Троице индивидуальна и неповторима, а Ее Сущность – это общая особенность, присущая всем божественным Ипостасям Святой Троицы – Отцу, Сыну и Духу Святому.

Чтобы лучше разобраться в этой формуле, прибегнем к следующему сравнению. Мы уже отмечали, что каждый человек обладает характерной всем людям природой. Но при этом нет на земле такой личности, в которой сконцентрировались бы все человеческие типы с их темпераментами, эмоциями и другими физическими и психологическими качествами. То есть личности, которая объединила бы в себе все то, что присуще всему роду человеческому.

В отличие же от человека, в каждом Лице Святой Троицы полностью представлена вся Божественная Сущность. Иначе говоря, каждое Лицо Святой Троицы обладает всем тем, что присуще Богу. Поэтому и следует говорить о Едином Боге, Сущность Которого выражена в трех Лицах.

Но самым странным и одновременно непостижимым для человеческого ума является тот факт, что между тремя абсолютно равными Лицами Святой Троицы существуют определенные отношения. В частности, уже по определению Бога, Он в триединстве по отношению к другим Лицам Святой Троицы выступает в качестве Отца…

Далее в учении Церкви говорится, что Бог Отец предвечно, то есть всегда, вне времени рождает Бога Сына. Эту истину во всей ее полноте человеческий разум постичь не в состоянии.

Но сделать попытку прикоснуться к этой тайне мы тем не менее попытаемся. И сделаем это, как и раньше, с помощью аналогии, в данном случае с человеческим сознанием, которое, как известно, порождает мысль. При этом заметим, что эти два процесса неразделимы. Если экстраполировать нашу аналогию на предвечное рождение Сына Божия Богом Отцом, можно сравнить эти две Сущности с мыслью и сознанием, правда, с учетом того, что Сын Божий во всей полноте содержит в Себе Божественную Природу.

Что же касается третьего Лица – Духа Святого, то в понимании многих богословов, это – Божественная энергия, непрерывно исходящая от Бога Отца. Причем не было и не будет такого мгновения, когда она вдруг перестанет исходить. Но, несмотря на непрерывность этого «процесса», Сущность Отца и Его Личность при этом ни на йоту не истощаются. И Бог в то же время постоянно и во всей полноте присутствует в этой энергии, которую передает созданному Им окружающему миру. То есть эта Божественная энергия, не являясь частью Бога Отца, тем не менее включает в себя всю Божественную природу. И поэтому Бог Дух Святой и есть третья Ипостась Святой Троицы.

И все же, несмотря на то что Отец является творящим началом Сына и Святого Духа, то есть Святой Троицы, все Ее Лица абсолютно равны между собой: Сын не ниже Отца, и Дух Святой не ниже Отца и Сына. Очень ярко эту мысль выразил великий христианский деятель, живший в IV веке, Григорий Богослов. Он писал: «Сын – не Отец, потому что Отец – один, но то же, что Отец. Дух не Сын, хотя и от Бога (потому что Единородный – один), но то же, что Сын. И Три – единое по Божеству, и Единое – три по личным свойствам».

Собор Двенадцати апостолов. Деталь византийской иконы. XIV в.

Но при этом каждая Ипостась Святой Троицы имеет в себе одну и ту же Божественную Сущность. Именно по этой причине Троица и называется Единосущной. Лица Святой Троицы, обладающие единой Сущностью, представляют собой неразделимое Единство.

Однако при том, что Ипостаси Божественной Троицы нельзя отделить одну от другой, их все же можно в какие-то мгновения мысленно различать. Тот же Григорий Богослов по этому поводу пишет: «Я еще не начал думать о Единице, как Троица озаряет меня Своим сиянием. Едва я начал думать о Троице, как Единица снова охватывает меня».

В свою очередь византийский богослов и философ, один из греческих Отцов Церкви Иоанн Дамаскин (675–750 годы) так описывает Сущность Триединого Бога: «Как огонь и происходящий от него свет существуют вместе, – не прежде бывает огонь, а потом уже свет, но огонь и свет вместе, – и как свет всегда рождается от огня и всегда в нем пребывает и отнюдь от него не отделяется: так рождается и Сын от Отца, никак не отделяясь от Него».

Любопытную точку зрения на Троицу высказал русский философ и богослов Вл. Н. Лосский (1903–1958 годы). Он, например, считал, «что не абстрактная Божественная природа (вынужденно) производит в себе три Лица, а наоборот: Три сверхъестественных Лица свободно задают абсолютные свойства общему своему Божественному естеству».

Следует также заметить, что Божественная Сущность непостижима не только для людей, но и для Ангелов. Тем не менее истинно верующим людям иногда удается постигнуть Бога благодаря Его особому действию на человека. Называется оно благодатью, божественным светом и т. д. Причем Божественная благодать является общей для всех Лиц Святой Троицы…

Но тайна Троицы не только в единстве трех Лиц. Дело в том, что многие богословы утверждают, что понятие Троицы очень широко представлено в Новом Завете. То есть именно в этой части Священного Писания фактически разработан основной догмат Церкви – равенство Бога, Отца и Духа в Священном Триединстве. Но оказывается, такой взгляд не совсем верен. Наоборот, сам Иисус Христос неоднократно указывает, что Отец выше всего. Например, в Евангелии от Иоанна мы читаем: «Отец Мой более Меня» (Ин. 14: 28).

В Послании к ефесянам также говорится, что «Один Бог и Отец всех, Который над всеми, и чрез всех, и во всех нас» (Еф. 4: 6).

Один из первых Отцов Церкви Ириней Лионский, живший во II веке, следующим образом комментирует этот стих из Евангелия: «И таким образом лишь о едином Боге Отце провозглашается, что он над всеми и чрез всех, и во всех. Отец – поистине выше всех, и Он есть Глава Христу» («Против ересей», книга V). Легко заметить, что Ириней однозначно понимает, что Иоанн описывает Отца как главенствующего над всем в мироздании, а значит, и над Иисусом Христом тоже. То есть в этом толковании нет даже намека на Троицу.

О соподчиненности Сына Отцу говорит и апостол Петр. «Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли» (Деян. 2: 36). Нет никакого сомнения, что этими словами Петр ясно указывает на подчиненность Иисуса своему Отцу.

Другими словами, но тоже о подчиненности Иисуса Христа своему Отцу, говорил и Стефан – один из верных последователей Христа – во время суда над ним в Синедрионе. «Стефан же, будучи исполнен Духа Святого, воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога, и сказал: вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога» (Деян. 7: 55–56). Таким образом, Стефан свидетельствовал, что Иисус – просто «Сын Человеческий», пребывающий по правую руку Бога, то есть Он не равен по своему статусу Отцу.

В Первом послании к Тимофею апостол Павел писал следующее: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус» (1 Тим. 2: 5). И в Первом послании к коринфянам он снова указывает, что «всякому мужу глава Христос, жене глава – муж, а Христу глава – Бог» (1 Кор. 11: 3). Таким образом, апостол полностью отрицает равенство Отца и Сына! Выходит, что и Иисус Христос, и апостол Павел учили только тому, что Яхве более всех.

И, наконец, еще одна фраза из Евангелия от Иоанна (Ин. 14: 28): «Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня». Можно сказать, что в ней наиболее четко и ясно сказано, что ни о каком равенстве Бога Отца и Его Сына в Новом Завете речь не идет. А значит, и не развивается в нем идея Троицы.

На основании всего вышеизложенного возникает вполне правомерный вопрос: почему же христиане, вопреки заявлениям самого Иисуса Христа, евангелистов и апостолов, утверждают, что в Новом Завете изложено учение о Троице? Почему они исповедуют это учение?

Оказывается, первые христиане исповедовали так называемый Апостольский Символ веры. Он полностью соответствовал Библии и тому, чему учил Иисус. Но затем Первый и Второй Вселенские соборы приняли Никео-Цареградский Символ веры, в котором был закреплен догмат Пресвятой Троицы.

Вот как звучит текст догмата о Троице, принятый в окончательной редакции Вторым Вселенским собором в 382 году:

«…Если кто-либо не говорит, что Отец, Сын и Святой Дух обладают одним Божеством, одной властью, одним величием, одним могуществом, одной славой и честью, он еретик.

Если кто-либо не говорит, что Три Лица – Отец, Сын и Святой Дух – истинные, равные, вечно живущие, содержащие все видимое и невидимое, всемогущие, всесудящие, всеживотворящие, создающие все и все сохраняющие, он еретик…

Таково спасение христиан: веруя в Троицу, то есть в Отца, Сына и Святого Духа, крещенные во имя Ее, мы должны твердо верить, что Она есть единое истинное Божество и могущество, величие и субстанция».

Апостолы – ближайшие ученики Иисуса Христа. Согласно Евангелиям, первыми последователями Спасителя стали Андрей Первозванный, Иоанн, Иаков Зеведеев, Симон, нареченный Петром, Филипп и Нафанаил (Ин. 1: 35–49). Причем, вероятнее всего, Андрей и Иоанн до этого являлись учениками Иоанна Крестителя (Ин. 1: 35–40). Всего же, согласно Евангелиям, Иисус призвал в апостолы 12 самых преданных учеников.

«Число 12 глубоко символично. Подобно сыновьям Иакова, основоположникам 12 колен богоизбранного народа, апостолы должны стать во главе Церкви Христовой и быть центром, вокруг которого соберется новый эсхатологический Израиль; именно они будут в последний день судить 12 колен нового Израиля (Мф. 19: 28; Лк. 22: 30).

Причины, которые обусловили появление у Христа преданных учеников, могли быть самыми разными. Основными же мотивами, приведшими апостолов к Иисусу, вероятнее всего, были материальные. По крайней мере, четырем из них – рыбакам Иоанну, братьям Петру и Андрею, а также Иакову постоянно приходилось думать не только о том, как прокормить семью, но и о выплате налогов. Для этого сборщик налогов заключал с рыбаками договор, согласно которому они должны были отдавать ему весь свежий улов в обмен на мелкую соленую рыбешку. Безусловно, такой обмен вызывал недовольство рыбаков, поскольку они понимали, что их откровенно обманывают.

Все эти поборы тяжким бременем ложились на семейный доход, загоняя их все глубже и глубже в нищету. Поэтому рыбаки мечтали об избавлении от этой повседневной зависимости от мытарей, о возможности вздохнуть свободно. Чтобы воплотить свои мечты в жизнь, они искали лидера, который вернул бы им независимость. Возможно, они и увидели его в Иисусе.

Впрочем, хотя некоторые из учеников и присоединились к Иисусу в надежде избавиться от бремени налогов, тем не менее такие мотивы были не у всех будущих апостолов. Особенно много вопросов вызывает Матфей. До того, как стать учеником Христа, он был сборщиком податей. О его деятельности нам известно из Евангелий. Но там нет ответа на вопрос: почему он пришел к Христу? Ведь, в отличие от рыбаков, Матфей был весьма богатым человеком. Даже будь Матфей сборщиком самого низшего ранга и имей в ведении всего несколько деревень, он все равно был обеспеченнее любого из их жителей. И наверняка окружающие открыто ненавидели Матфея за его богатство. Причем с этим недовольством, к которому примешивалось еще и явное неповиновение, ему приходилось сталкиваться почти каждый день.

В этих условиях ему даже трудно было обзавестись просто знакомыми. Никто не хотел с ним общаться, и не исключено, что ему даже приходилось пользоваться защитой телохранителей. Возможно, эта ежедневная напряженная жизнь и привела Матфея к Иисусу. Примкнув к Иисусу, Матфей отказался собирать подати и, может быть, даже был принят в общину…

Но еще более загадочно появление среди учеников Христа Иуды Искариота. Причем, когда Иуда примкнул к последователям Иисуса, его приняли как одного из самых надежных членов.

К сожалению, об остальных апостолах известно очень мало. Есть еще Фома, Филипп, о котором говорится, что он пришел из той же области, что и рыбаки. И Варфоломей, и Симон Зелот, возможно, названный так, потому что ревностно придерживался иудейского закона…

Конечно, ученики не сразу признали в Иисусе Учителя, поэтому некоторое время они еще продолжали заниматься привычными делами, в основном рыбной ловлей. И только после чудесного улова рыбы (Лк. 5: 2—12) рыбаки «оставили все» (Лк. 5: 11) и стали «ловцами человеков» (Мк. 1: 17; Лк. 5: 10), последовав за Учителем.

Считается, что Иисус выбрал апостолов после празднования 2-й по счету Пасхи во время Своего общественного служения. Именно в этот период, когда количество приверженцев Иисуса увеличилось, и люди, желавшие находиться рядом со Спасителем, были «изнурены и рассеяны, как овцы, не имеющие пастыря» (Мф. 9: 36), из множества учеников Христос выделил двенадцать наиболее преданных Ему.

Накануне же этого события Спаситель всю ночь молился. «В те дни взошел Он на гору помолиться и пробыл всю ночь в молитве к Богу. Когда же настал день, призвал учеников Своих и избрал из них двенадцать, которых и наименовал апостолами» (Лк. 6: 12–13).

«Сих двенадцать послал Иисус, и заповедал им, говоря: на путь к язычникам не ходите, и в город Самарянский не входите; а идите наипаче к погибшим овцам дома Израилева; ходя же, проповедуйте, что приблизилось Царство Небесное; больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте.

Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха, ибо трудящийся достоин пропитания.

В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете; а входя в дом, приветствуйте его, говоря: мир дому сему; и если дом будет достоин, то мир ваш придет на него; если же не будет достоин, то мир ваш к вам возвратится.

А если кто не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших; истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому.

Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будут бить вас, и поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками.

Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас» (Мф. 10: 5—20). С этого времени и до ареста Иисуса первосвященниками апостолы больше уже не отлучались от Него.

Окончательно же апостолы стали истинными «ловцами человеков», лишь получив в день Пятидесятницы дар Святого Духа. «При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе. И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились.

И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать.

В Иерусалиме же находились Иудеи, люди набожные, из всякого народа под небом. Когда сделался этот шум, собрался народ, и пришел в смятение, ибо каждый слышал их говорящих его наречием.

Конец Иуды. Гравюра Ю. Шнорр фон Карольсфельда. 1852–1860 гг.

И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились. Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты, критяне и аравитяне, слышим их нашими языками говорящих о великих делах Божиих? И изумлялись все и, недоумевая, говорили друг другу: что это значит? А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина.

Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и возгласил им: мужи Иудейские, и все живущие в Иерусалиме! сие да будет вам известно, и внимайте словам моим: они не пьяны, как вы думаете, ибо теперь третий час дня» (Деян. 2: 1—15).

В этом отрывке описано два любопытных события: говорение на необычных языках и огненные языки, коронами опустившиеся на головы апостолов. Насколько же реальными могли быть эти явления?

Феномен говорения на непонятных языках, о котором рассказывает апостол Павел, в науке принято называть глоссалией (от греческого glossa – «язык» и laleo – «говорить»). И хотя произносимые фразы не имеют смысла, но они структурированы и с точки зрения говорящего являются настоящим языком. С позиций же богословия глоссалия – это разговор с Богом на незнакомом и странном для самого говорящего и для окружающих его людей языке. Это качество, считают некоторые толкователи Нового Завета, является одной из особенностей истинной церкви и настоящих христиан.

Именно такой взгляд на глоссалии привел к разделению христиан на тех, кто принимает этот феномен за дар Духа Святого, и тех, кто считает это явление проявлением темных сил.

Впоследствии феномен говорения на непонятных языках послужил основой для появления внутри практически всех направлений христианства пятидесятнических, или харизматических, церквей, начало которым положили события в Лос-Анджелесе в 1906 году. Именно тогда на присутствующих в здании методической церкви снизошла некая неведомая сила, и они помимо своей воли стали говорить на неизвестном языке.

В то же время следует отметить, что апостол Павел считал глоссалию достойной осуждения, поскольку понимал, что в таком состоянии люди просто-напросто бредили. В Первом послании к коринфянам он пишет: «Так если и вы языком произносите невразумительные слова, то как узнают, что вы говорите? Вы будете говорить на ветер.

Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец. Так и вы, ревнуя о дарах духовных, старайтесь обогатиться ими к назиданию церкви. А потому, говорящий на незнакомом языке, молись о даре истолкования. Ибо когда я молюсь на незнакомом языке, то хотя дух мой и молится, но ум мой остается без плода… Но в церкви хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтобы и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке» (1 Кор. 14: 9—14, 19).

Несколько по-иному относится к глоссалиям А.П. Лопухин. Толкуя это событие, он приводит слова святого Феофилакта, жившего в VIII веке: «Почему дар языков апостолы получили прежде других дарований? Потому что имели разойтись по всем странам; и как во время столпотворения один язык разделился на многие, так теперь многие языки соединились в одном человеке, и один и тот же человек, по внушению Духа Святого, стал говорить и на персидском, и на римском, и на индийском и на многих других языках. И дар этот назывался даром языков, потому что апостолы могли говорить на многих языках».

Что же касается огненных языков, которые в день Пятидесятницы сошли на апостолов, то этот феномен во многом сродни схождению Благодатного Огня в день православной Пасхи в Храме Гроба Господня в Иерусалиме. А поскольку это явление современная наука объяснить не в состоянии, то и дать толкование чуду с апостолами она тоже вряд ли сможет.

Конечно, если предположить, что в тот момент, когда появились «огненные языки», бушевала сильная гроза, сопровождавшаяся мощными световыми и электрическими явлениями, то вполне вероятно, что на головах апостолов появились огни святого Эльма.

Однако у экзегетов сошествие огня на апостолов имеет совсем иное толкование. Известно, что свет и огонь являются атрибутами Бога, с помощью которых он и карает, и благовещает. В случае же с апостолами Всевышний продемонстрировал особую милость к избранникам Своего Сына Иисуса Христа.

«Шум был при этом знаком удостоверения сошествия Св. Духа для слуха, языки – для зрения. И то и другое возвышало для апостолов величие события и воздействие его на душу, которая, собственно, и была главным предметом чуда этого обетованного крещения “Духом Святым и огнем”. Шум с неба знаменовал также могучесть силы Святого Духа, сообщенной апостолам (“сила свыше”, Лк. 26: 49), а языки знаменовали пламенность проповеди, которая должна была служить единственным оружием покорения мира к подножию Креста Христова. Вместе с тем языки являлись также точным обозначением совершившейся в душах апостолов перемены, которая выразилась в неожиданно почувствованной ими способности говорить на других языках» (Лопухин А.П. Толковая Библия)…

Но мы слегка отвлеклись. Поэтому время возвратиться непосредственно к апостолам. Так вот, хотя они и следовали за Иисусом, и видели в Нем Мессию, тем не менее в Евангелиях описано немало случаев их маловерия (Мф. 14: 25–31; 17: 20; Мк. 4: 37–40) и непонимания слов и дел Спасителя (Мф. 15: 15–16; 26: 7—13; Лк. 9: 45; 18: 34).

Например, они по-своему представляли Царство Божие, считая, что это – земное царство возродившегося Израиля (Мк. 10: 32–37). И при этом они особо обращают внимание на будущие привилегии, которые можно будет приобрести, следуя за Иисусом. Даже после Воскресения Христа некоторые из них продолжали по-земному понимать учение о Царствии.

А во время Тайной Вечери, когда Христос говорил о скорой Своей смерти и открыто назвал предателя, они спорили о том, «кто из них должен почитаться большим» (Лк. 22: 24).

Насколько слаба была их вера, говорит и тот факт, что, как только Учитель был взят под стражу, все они разбежались, оставив Его одного в последние и самые мучительные часы земной Его жизни (Мф. 26: 56; Ин. 16: 32). А Петр даже трижды отрекается от Христа (Мф. 26: 69–75). Более того, один из Двенадцати – Иуда Искариот – стал предателем (Мф. 26: 14–16) …

Евангелист Лука сообщает также о том, что, кроме 12 апостолов, Иисус «избрал и других 70 учеников и послал их по два пред лицем Своим во всякий город и место, куда сам хотел идти» (Лк. 10: 1). Связано решение Христа расширить круг избранных с тем, что «жатвы много, а делателей мало…» (Лк. 10: 2) Но имена этих апостолов в Новом Завете не называются.

Если представить некие условные всемирные весы нравственности человечества, на одной чаше которых лежат измены, предательства, клятвопреступления, а на другой – самопожертвования, то можно быть уверенным, что первая чаша перевесит вторую. И, наверное, прежде всего потому, что на ней будет находиться грех Иуды Искариота, предавшего Иисуса Христа.

«Тогда один из Двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребреников. И с того времени он искал удобного случая предать Его» (Мф. 26: 14–16).

Из Евангелия от Иоанна нам также известно, что уже на Тайной Вечере Иисус Христос твердо знал, кто Его предаст, и даже открыл имя предателя Своим ученикам.

«Иисус возмутился духом, и засвидетельствовал, и сказал: истинно, истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня. Тогда ученики стали озираться друг на друга, недоумевая, о ком Он говорит.

Один из учеников, которого любил Иисус, возлежал у груди Его. Симон же, Петр, сделал знак ему, чтобы спросил, кто это, о ком Он говорит. Тот, припадши к груди Иисуса, спросил: Равви! кто это? Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок, подам. И, обмакнув, подал Иуде Симонову Искариоту» (Ин. 13: 21–26).

Предательство Иудой Искариотом Иисуса Христа, ставшее причиной Его казни на Голгофе, – одна из тех загадочных историй Нового Завета, которая привлекала и привлекает особо пристальное внимание не только библеистов, но и представителей других наук. Ведь если бы Иуда не предал Христа, то не было бы и распятия Спасителя на кресте. А значит, и христианства в том виде, в котором мы знаем эту мировую религию, тоже, скорее всего, не было бы. И тем не менее, несмотря на столь печальную славу, которая легла тяжелейшим грехом на душу Иуды, превратив его имя в синоним коварства и вероломства, о нем в Евангелиях на удивление сказано совсем мало: он фигурирует всего в 18 эпизодах Нового Завета. Причем во всех отрывках он характеризуется как очень плохой и безнравственный человек: его обвинили в воровстве, казнокрадстве и даже в том, что он находился под влиянием сатаны.

Так кем же был на самом деле Иуда Искариот? Поскольку сведения в Евангелиях о нем полнотой не отличаются, исследователям приходилось по крупицам создавать биографию Иуды.

Так, специалисты отметили, что прозвище Искариот с арамейского языка дословно переводится как «человек из Кариота». Но поскольку во времена Иисуса существовали два города с таким названием, неизвестно, о каком из них конкретно идет речь.

Один Кариот находился в Иудее. И если Иуда был родом из этого города, то среди учеников Иисуса, которые, как и их Учитель, являлись галилеянами, он был единственным иудеянином.

Второй Кариот располагался на засушливых плоскогорьях Моава – местности на восточном берегу Мертвого моря. И если Иуда происходил из этого поселения, то он вполне мог быть язычником или же евреем, воспитывавшимся в окружении язычников.

Опираясь на эти краткие и не совсем точные биографические сведения, исследователи тем не менее попытались выяснить мотивы, которые могли толкнуть Иуду на предательство.

Так, если предположить, что он был иудеянином, а в силу того, что между населением Иудеи и Галилеи существовала исконная вражда, то вполне возможно, что сотоварищи Иуды относились к нему недоверчиво и даже враждебно. Немалую роль в этом могло сыграть и положение Иуды в сообществе апостолов: как-никак, а он отвечал за кассу небольшой общины. К тому же к Иуде благоволил и Учитель. Скорее всего, все эти моменты и порождали зависть галилеян к иудею.

Безусловно, такое отношение к себе со стороны товарищей не могло не раздражать Иуду. Он чувствовал себя в этой среде лишним. И, вероятно, со временем у него возникла внутренняя антипатия к окружению Иисуса – к Его ученикам. В результате таких нравственных перемен Иуда постепенно стал терять веру в будущее общины, а затем – и в самого Христа.

Завершилась же эта эволюция «отречения» от Учителя, скорее всего, в период так называемого «галилейского кризиса», когда однажды Иисус сказал ученикам: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною. Сей-то есть хлеб, сшедший с небес. Не так, как отцы ваши ели манну и умерли: ядущий хлеб сей жить будет вовек. Сие говорил Он в синагоге, уча в Капернауме. Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать?.. С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с ним» (Ин. 6: 53–60, 66).

Обращение Савла на пути в Дамаск. Художник Караваджо. 1601 г.

Еще одной причиной отхода Иуды от Христа и последовавшего за этим предательством мог стать эпизод въезда Иисуса в Иерусалим, когда чернь воздала Ему почести, как истинному Царю. Возможно, в тот момент Иисус показался Иуде одним из тех самозванцев, которые подталкивали народ к неповиновению, навлекая тем самым на страну многочисленные бедствия. Вполне вероятно, что в Иуде проснулся патриот, и в голове у него родилась мысль, аналогичная той, которую позже высказал Каиафа: «Лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб» (Ин. 11: 50).

Среди причин предательства Иуды могут быть и чисто меркантильные. Не исключено, например, что он мечтал о личной карьере в провозглашенном Иисусом Царствии Божьем, которое он, как и большинство евреев, представлял земным – царством Израильским. Ведь о том же думали практически все апостолы. Когда же Иуда понял, что Иисус проповедует совсем иное Царство, а значит, его надежды не оправдаются, он в порыве нахлынувшего гнева и выдал Иисуса первосвященникам.

Но тогда почему Иуда впоследствии раскаялся в своем поступке и покончил с собой? Об этом, в частности, свидетельствует Матфей: «И бросив сребреники в храме, он вышел, пошел и удавился» (Мф. 27: 5).

Весьма упрощенную и малоубедительную версию мотива, который стал причиной предательства Иуды, высказал Иоанн (Ин. 12: 6). Частично поддерживает эту точку зрения и Матфей. Они предполагают, что Иуда, являясь казначеем, вопреки доверию Иисуса воровал деньги из общей кассы. И именно жадность к деньгам и толкнула Иуду к предательству. Но поверить в эту версию довольно сложно. Ведь сумма, о которой говорит Матфей, очень мала – всего тридцать серебряных монет. Правда, существует предположение, что за свое предательство Иуда получил не тридцать сребреников, а столько же серебряных шекелей, равных ста двадцати денариям – серебряных монет Римской империи. Например, такую точку зрения в ряде рукописей высказывают Евсевий и Ориген.

Иоанн вместе с Лукой предлагают еще одну версию, вполне логичную для того времени. Они считают, что Иудой овладел сатана: «Вошел же сатана в Иуду, прозванного Искариотом, одного из двенадцати, и он пошел и говорил с первосвященниками и начальниками, как Его предать им» (Лк. 22: 3–4); «диавол уже вложил в сердце Иуде Симонову Искариоту предать Его» (Ин. 13: 2).

Довольно любопытную гипотезу высказал русский религиозный философ, богослов и писатель Михаил Тареев (1867–1934 годы) в статье «Иуда Предатель», опубликованной в 1908 году в «Богословском Вестнике». По его версии, Иуда искренне верил в Христа как в Мессию и Спасителя, и любил Его. Но верил по-ветхозаветному, где Мессия – это тот, кто поднимает израильский народ на борьбу против поработителей и тиранов и устанавливает царство справедливости и правды.

При этом Мессия не обязательно должен быть Богом и чудотворцем. Главное, чтобы Он взял власть и освободил народ от рабства. Иуда в душе верил, что скоро так оно и случится, и Христос в ближайшем будущем станет царем Израиля. Но Иисус не стремился к власти. И тогда у Иуды родился план: спровоцировать Христа, чтобы Он доказал свою высшую власть.

Для этого Иуда решил поставить Спасителя перед выбором: или Он умрет, или всем объявит, что Он тот, кого апостолы и Его приверженцы считают Мессией. Поэтому, выдавая Христа Синедриону, Иуда полагал, что в этой ситуации Христос начнет активно и чудесным образом действовать. Но, когда оказалось, что эта провокация не удалась, более того, закончилась смертью Христа, совесть Иуды заставила его повеситься…

Еще одна версия предательства Иуды, причем достаточно парадоксальная, появилась в 2006 году. Случилось это после того, как был переведен и опубликован текст апокрифического гностического «Евангелия Иуды», который является частью обнаруженного в 1978 году в Египте кодекса Чакос. Это – египетский папирус примерно III века нашей эры с ранними христианскими гностическими текстами на копском языке.

Автор «Евангелия Иуды» пытается убедить читателя, что предательства как такового вовсе не было, а Иуда выдал Иисуса Христа иудейским первосвященникам по прямому указанию своего Учителя. Спаситель якобы Сам склонил Иуду к этому преступлению, убедив его, что, только пройдя страдания на кресте, Он сможет проявить свою Божественность и искупить все людские грехи.

Более того, по версии Мервина Мейера – американского библеиста и одного из переводчиков манускрипта, в «“Евангелии Иуды” смерть представлена отнюдь не как печальное событие. Это лишь способ, посредством которого Иисус освобождается от плоти, дабы обрести Свое небесное пристанище. А Иуда, предав Иисуса, помогает своему другу отринуть плоть и высвободить внутреннюю Божественную сущность. Разве все это не было частью Божественного плана, предусматривающего кончину Христа ради искупления людских грехов и воскресения Его из мертвых на третий день? Могло ли состояться распятие и воскресение без Иуды и его поцелуя? В конечном счете Иуда в точности выполняет пожелания Иисуса. И в чем он виноват?»

В манускрипте также утверждается, что Иуда глубже, чем другие апостолы, чувствовал истинное предназначение Иисуса, а поэтому именно его Спаситель избрал для этой особой миссии. Христос якобы подтвердил это следующей фразой, которая приводится в «Евангелии Иуды»: «Ты превзойдешь всех прочих, ибо именно тебе предназначено принести в жертву человека, в бренное тело которого Я заключен».

Если же предположить, что изложенная в «Евангелии Иуды» история и впрямь могла произойти, то и знаменитый поцелуй Иуды предстает в совсем ином свете. Он уже не предательский, как утверждает большинство экзегетов, а прощальный: ученик целует Учителя перед неминуемой смертью.

Размышляя об этом апокрифе, кандидат богословия Андрей Пешков приходит к следующему выводу: «Представители и католической церкви, и иудейской веры, конечно, не прочь были бы реабилитировать Иуду, чтобы вырвать корень антисемитизма. Но, как это ни удивительно, “Евангелие Иуды” им тут скорее помешает. Поскольку создаст неприятные идеологические проблемы.

За какой грех Иуда лишился жизни? Предвидя “предательство”, Иисус должен был предвидеть и самоубийство Искариота. А если тот не предавал? Тогда повесился невиновный, который, по сути, был принесен в жертву. Как-то это не по-христиански…»

В свою очередь Зенон Косидовский вообще считает, что «все сказания об Иуде – чистейший вымысел, никакого Иуды не существовало. В подкрепление этого тезиса мы можем сослаться на свидетельство апостола Павла. В своем Первом послании к коринфянам он рассказывает о том, как проходила Последняя Вечеря… В описании Павлом Последней Вечери вообще нет речи об Иуде и о его предательстве…»

Что же касается авторства «Евангелия Иуды», то его создатель неизвестен. Правда, ученые предполагают, что он принадлежал к секте так называемых гностиков – одного из направлений христианского учения, последователи которого считали, что прийти к спасению можно лишь через тайные знания, переданные Христом ближайшему кругу избранных.

Гипотезы… Предположения. Но Иуда Искариот по-прежнему остается самым неизвестным и самым ужасным персонажем Нового Завета.

Трудно найти в Новом Завете двух столь противоречивых фигур, как Иуда Искариот и апостол Павел. Первый, будучи ближайшим учеником Иисуса, оказался предателем, по сути, ставший причиной мученической смерти Спасителя, а другой – из яростных и непримиримых гонителей христианства превратился в бесстрашного проповедника и распространителя учения Христа.

Что же сегодня известно об этом уникальном человеке? Не так уж и много, но и немало. Историки Библии, например, знают, что апостол Павел родился на территории нынешней Турции, в многонациональном городе Тарсе, входившем в состав Римской империи, примерно в 5 году нашей эры; по другим источникам – в 15 году. Исходя из этих дат, можно предположить, что и Христос и Павел бывали в Иерусалиме в одни и те же пасхальные дни. Правда, в Новом Завете нет никаких сведений о том, что Павел видел Иисуса до казни.

Павел имел статус римского гражданина, что было гарантией от разных неприятностей. Но тогда еще никто не мог предполагать, что он станет героем христианства и звание римлянина не раз спасет его от верной смерти.

В обыденной жизни Павел, по его же словам, зарабатывал на хлеб собственным трудом: он мастерил палатки. А между тем Павел был образованным человеком: он воспитывался «при ногах Гамалиила, тщательно наставленный в отеческом законе, ревнитель по Боге…» (Деян. 22: 3)

Таким образом, получив от Гамалиила – крупнейшего ученого того времени – и других учителей-фарисеев прекрасное образование, Павел оказался яростным и фанатичным врагом христианства. В этом невзрачном маленьком человеке, рано облысевшем и вечно страдавшем от какой-то внутренней неизлечимой болезни, бушевал огромный темперамент, который сначала и был направлен против христиан, казавшихся ему средоточием зла, подтачивавшим основы иудейского миропонимания.

И вдруг Павел становится апостолом. Что же стало причиной столь необычной метаморфозы в его характере? Какие внешние или внутренние силы способствовали этому?

Современная наука пытается ответить на эти вопросы, но встречает немало затруднений. Однако некоторые из этих проблем помогает разрешить ранняя история христианства…

Библеистам хорошо известно, что после смерти Иисуса движение христиан возглавили два его ученика: Иаков, называемый в Библии братом Христа, и Петр – первый ученик Спасителя. И во многом благодаря их активной проповеднической деятельности учение Христа стало набирать силу и проникло из Иерусалима в такие крупные города, как Антиохия и Дамаск.

По этой причине иудейских старейшин охватила немалая тревога. Именно в этих городах имелись значительные по численности еврейские общины, многие из членов которых обращались в новую веру. Кстати, именно в Антиохии последователей Иисуса и стали называть христианами.

Как раз в это время на исторической сцене и появляется Павел – рьяный блюститель иудейского закона. Причем настолько рьяный, что иудейские священники поручили ему ответственную задачу: по его собственному признанию, он стал главным гонителем последователей Иисуса.

Впервые же в Новом Завете Павел, называемый вплоть до 13: 9 Деяний единственно Савлом, появляется в сцене побивания камнями первомученика Стефана: «И, выведя за город, стали побивать его камнями. Свидетели же положили свои одежды у ног юноши, именем Савл» (Деян. 7: 58).

И дальше – в 8—9-й главах Деяний апостолов – еще несколько раз сообщается об активном участии Павла в преследовании ранних христиан. «Савл же одобрял убиение его (Стефана)… А Савл терзал церковь, входя в домы и влача мужчин и женщин, отдавал в темницу» (Деян. 8: 1,3).

Да и сам Павел говорит: «Я даже до смерти гнал последователей сего учения, связывая и предавая в темницу и мужчин и женщин, как засвидетельствует о мне первосвященник и все старейшины, от которых и письма взяв к братиям, живущим в Дамаске, я шел, чтобы тамошних привести в оковах в Иерусалим на истязание» (Деян. 22: 4–5).

А поворотным моментом в судьбе Савла стало событие, происшедшее с ним во время путешествия в Дамаск, расположенного в 220 километрах к северу от Иерусалима. Чтобы преодолеть это расстояние, путешественники обычно тратили около пяти-семи дней.

Итак, «Савл, еще дыша угрозами и убийством на учеников Господа, пришел к первосвященнику и выпросил у него письма в Дамаск к синагогам, чтобы, кого найдет последующих сему учению, и мужчин и женщин, связав, приводить в Иерусалим.

Когда же он шел и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба. Он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: Савл, Савл! что ты гонишь Меня?

Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь. Трудно тебе идти против рожна.

Он в трепете и ужасе сказал: Господи! что повелишь мне делать? и Господь сказал ему: встань и иди в город; и сказано будет тебе, что тебе надобно делать.

Люди же, шедшие с ним, стояли в оцепенении, слыша голос, а никого не видя.

Савл встал с земли, и с открытыми глазами никого не видел. И повели его за руки, и привели в Дамаск. И три дня он не видел, и не ел, и не пил.

В Дамаске был один ученик, именем Анания; и Господь в видении сказал ему: Анания! Он сказал: я, Господи.

Господь же сказал ему: встань и пойди на улицу, так называемую Прямую, и спроси в Иудином доме Тарсянина, по имени Савл; он теперь молится, и видел в видении мужа, именем Ананию, пришедшего к нему и возложившего на него руку, чтобы он прозрел.

Анания отвечал: Господи! я слышал от многих о сем человеке, сколько зла сделал он святым Твоим в Иерусалиме; и здесь имеет от первосвященников власть вязать всех, призывающих имя Твое.

Но Господь сказал ему: иди, ибо он есть Мой избранный сосуд, чтобы возвещать имя Мое перед народами и царями и сынами Израилевыми. И Я покажу ему, сколько он должен пострадать за имя Мое.

Анания пошел и вошел в дом и, возложив на него руки, сказал: брат Савл! Господь Иисус, явившийся тебе на пути, которым ты шел, послал меня, чтобы ты прозрел и исполнился Святаго Духа» (Деян. 9: 1—17).

Из рассказов Луки и самого Павла можно понять, что смысл речи Анании не сразу дошел до потрясенного Савла: лежавший ниц, он находился в своеобразном душевном оцепенении. Тогда Анания сказал ему: «Итак, что ты медлишь? Встань, крестись и омой грехи твои, призвав имя Господа Иисуса» (Деян. 22: 16).

После крещения новообращенный христианин Савл получил имя Павла. Оно означает: меньший и, скорее всего, было дано ему Ананией не только за маленький рост, но и потому, что среди учеников Иисуса – апостолов – он тогда действительно был меньшим. Смена имени также символизировала изменение в миропонимании.

Так что же на самом деле случилось с Савлом по дороге в Дамаск? Сам Павел в своих посланиях говорит, что тогда он встретился лицом к лицу с Иисусом. Но как это можно трактовать с позиций современной науки? С одной стороны, некоторые исследователи верят в реальность встречи человека с Богом. Другие считают, что она происходит лишь в его сознании. Ряд же ученых склоняются к выводу, что, возможно, правы и те, и другие: и человеку при определенных условиях доступен религиозный опыт.

Дело в том, что, изучая реакции мозга людей, больных эпилепсией, еще в начале XX века ученые заметили, что эти страдальцы и впрямь испытывают мистические переживания: они часто утверждают, что к ним нисходит Бог или что они напрямую общаются с Всевышним. Они также могут ощущать единение со всей Вселенной, понимать природу всего сущего.

Но есть ли хоть какие-то основания полагать, что Павел тоже был эпилептиком? Да, такие намеки есть. В одном из посланий Павел жалуется на недуг, который можно трактовать как эпилепсию. Он, в частности, говорит, что ему дано «жало в плоть», чтобы он не превозносился.

С другой стороны, можно ли объяснить видение Павлу Иисуса Христа лишь электрическими импульсами в мозге? Сказать трудно, но, по крайней мере, можно предположить, что люди с эпилепсией в височной доле мозга обладают доступом к духовному измерению, которое лежит за пределами нашего материального мира.

Но для подавляющей части христиан это слишком упрощенное толкование происшествия с Павлом по дороге в Дамаск. Впрочем, и многие ученые не верят в его эпилепсию, да и «жало во плоти» вряд ли имеет отношение к этой болезни. Для иудеев I века нашей эры эпилепсия объяснялась одержимостью бесами. А такие люди, как Иисус, изгоняли бесов из человека. Явная нестыковка: не мог апологет христианства быть одержимым бесами.

Возможно, каким-то другим явлением можно объяснить перевоплощение Савла. Например, ряд исследователей считают, что на его психику могла оказать особое влияние шаровая молния. Ведь в тех местах, где проповедовал Павел, нередко происходят землетрясения, которые, как выяснилось, довольно часто сопровождаются всплесками электромагнитного излучения, сходного с шаровой молнией. Может быть, и Павла ударил подобный разряд?

Лука говорит, что по пути в Дамаск Павла поразил ослепительный свет, от которого он лишился зрения на три дня. Эти симптомы похожи на поражение от удара молнии. Человек теряет сознание, но потом сознание и дыхание восстанавливаются, но при этом пострадавший несколько дней ничего не видит.

Конечно, эта гипотеза имеет право на существование, но лишь в том случае, если в тот день в Дамаске было землетрясение. А таких свидетельств нет. Правда, в 37 году нашей эры, то есть во времена Павла, сильное землетрясение наблюдалось в Антиохии, в трехстах километрах от места, где был поражен Павел. И если это землетрясение разрушило Антиохию, его толчки наверняка ощущались и в Дамаске.

Но, как и в случае с эпилепсией, возникает вопрос: могла ли энергия молнии заменить Бога, по сути, обратившего Павла из гонителя христиан в ярого защитника и пропагандиста учения Христа?

Сказать трудно. Однако следует заметить, что всегда и во всех религиях верующие говорили, что их встречи с Богом сопровождались необычными явлениями. Кстати, яркий свет, ослепивший Савла по дороге в Дамаск, в определенной степени аналогичен сошествию огня на апостолов в праздник Пятидесятницы, после чего они стали пророчествовать, лечить людей и изгонять бесов. Такими же способностями, как известно, обладал и апостол Павел.

Итак, опыт, который пережил Павел, направил его на путь, полный опасностей. Уже из Дамаска, один, без конной стражи, он двинулся обратно в Иерусалим, причем лишь для того, чтобы проповедовать христианство. Придя в Иерусалимский храм, он, по его словам, так горячо молился, что пришел «в исступление, и увидел Его, и Он сказал мне: поспеши и выйди скорее из Иерусалима, потому что здесь не примут твоего свидетельства о Мне.

Я сказал: Господи! им известно, что я верующих в Тебя заключал в темницы и бил в синагогах, и когда проливалась кровь Стефана, свидетеля Твоего, я там стоял, одобрял убиение его и стерег одежды побивавших его.

И Он сказал мне: иди; Я пошлю тебя далеко к язычникам» (Деян: 22: 17–21).

Вообще же в Деяниях апостолов сказано, что за 35 лет Павел совершил по меньшей мере пять миссионерских путешествий, преодолев расстояние в 20 тысяч километров. За эти годы он побывал в Сирии, Греции, Италии, в Ефесе, Коринфе, Афинах и Риме, где проповедовал христианство и основывал церкви.

Отречение апостола Петра. Художник Караваджо. 1610 г.

Все это означает, что Павлу приходилось совершать долгие и небезопасные переходы и что ему, как всякому путешественнику, грозили многочисленные опасности, порой угрожавшие его жизни. Самая же большая опасность его ожидала в Иерусалиме. В Деяниях апостолов Лука пишет, что Иаков, желая подвергнуть Павла испытанию, предложил ему пройти традиционный иудейский ритуал очищения – пострижения волос в Храме. И сделать это требовалось для того, чтобы народ Иерусалима убедился, что Павел остался правоверным иудеем.

Павел принял это предложение, хотя при этом сильно рисковал. В нем могли узнать иудея, который в своих проповедях вел богохульные речи о том, что новообращенным язычникам не обязательно соблюдать иудейский закон.

Подготовка к церемонии занимала целую неделю. До последнего дня у Павла все шло гладко. Но в самом конце этой подготовительной процедуры кто-то стал возмущать народ, указывая на Павла как на отступника. Говорили, что ему не место в Храме, как и его проповедям. Некоторые были готовы убить его. К ужасу Павла, призывы исходили от братьев, которые верили, что Иисус был Мессией. Павла схватили и приговорили к смерти. Об этом в Деяниях апостолов рассказывает Лука.

В связи с таким поворотом событий можно подумать, что решение прийти в Иерусалим было самой серьезной ошибкой в служении Павла. Но, возможно, Павел поставил на карту все потому, что в запасе у него был главный козырь: его римское гражданство. И как римский гражданин он потребовал, чтобы его дело рассматривал суд императора. Продержав Павла под стражей два года, власти все-таки отправили его в столицу Римской империи…

После 35 лет странствия по Средиземноморью Павел наконец приблизился к главной своей цели – Риму. Но путешествие Павла, как обычно, и на этот раз не обошлось без приключений. Две недели жестокий шторм носил корабль по морю. У острова Мелит – сегодняшней Мальты, команда корабля, чтобы не разбиться о скалы, посадила судно на мель. Это было уже четвертое кораблекрушение в жизни Павла. Павел и его спутники провели на Мальте всю зиму, а по весне поднялись на судно с грузом зерна и отплыли в Италию. И, наконец, вот он – Рим!..

В эпилоге к Деяниям апостол Лука пишет, что в Риме Павла продержали в узах не меньше двух лет, во время которых ему было разрешено вести проповеди: «И жил Павел целых два года на своем иждивении и принимал всех приходивших к нему, проповедуя Царствие Божие и уча о Господе Иисусе Христе со всем дерзновением невозбранно» (Деян. 28: 31–32). О дальнейшей судьбе Павла в Деяниях апостолов ничего не сказано.

Чтобы узнать, что же случилось с Павлом дальше, необходимо обратиться к Священному преданию. А оно говорит, что история жизни апостола завершилась трагически. Согласно преданию, Павел был обезглавлен. Случилось это после 64-го, но не позже 69 года нашей эры…

В целом же о миссионерских путешествиях, а также обо всех приключениях Павла в тех городах, где он проповедовал, можно узнать из богатого эпистолярного наследия апостола, которое он в основном диктовал. В некоторых путешествиях Павла сопровождал врач по имени Лука, тот самый Лука, который считается автором III Евангелия. Он же и описал деятельность Павла в книге Деяния апостолов. Благодаря этим источникам христиане и узнали обо всех жизненных перипетиях великого ревнителя христианства.

Что же касается посланий самого Павла, то их в Новом Завете четырнадцать. Тринадцать из них содержат в заголовке и в самом тексте имя апостола. Это значит, что их можно принимать за произведения самого Павла. Но действительно ли Павел был их автором, или они созданы кем-то другим?

Пытаясь ответить на этот вопрос, обратимся к книге Э. Ренана «Апостол Павел». Те послания, в которых присутствует имя апостола, он разделил на пять групп.

«1) Послания неоспоримые и не подвергавшиеся оспариванию; это – послание к Галатам, оба послания к Коринфянам и послание к Римлянам.

2) Послания несомненной подлинности, хотя и вызывавшие некоторое недоверие; это – оба послания к Фессалоникийцам и послание к Филиппийцам.

3) Послания, подлинность которых вероятна, хотя против нее и были сделаны веские возражения; это – послание к Колоссянам, приложением к которому является записка к Филимону.

4) Сомнительные послания (сюда относится так называемое послание к Эфесянам).

5) Послания подложные – оба послания к Тимофею и послание к Титу».

А вот в 14-м послании – К евреям – нигде не указано, что оно принадлежит Павлу, и это послание ему приписывается лишь по традиции.

Завершить разговор о жизни великого апостола, видимо, есть смысл отрывком из той же книги Э. Ренана «Апостол Павел»:

«Во всей истории этой важно, впрочем, оградить себя от самообмана, который является почти неизбежным следствием чтения Посланий Павла и Деяний Апостолов. Чтение это наводит на представление массовых обращений, многочисленных церквей, целых стран, прилетающих к новому культу.

Церковь часто состояла из менее 12 или 13 человек. Быть может и всего-то обращенных апостолом Павлом в Малой Азии, Македонии и Греции было не многим больше тысячи…

Церкви его не отличались особенной прочностью, или же отрекались от него. Македонские и Галатские церкви, безусловно, дело рук его, не играют большой роли во II и III веках. Коринфская и Эфесская церкви, не принадлежавшие ему таким же исключительным образом, перешли к его врагам или оказываются основанными недостаточно канонически, если они основаны только им одним. После исчезновения его со сцены апостольской борьбы он, как мы увидим, почти совсем забывается.

Смерть его была, по всей вероятности, сочтена его врагами смертью смутьяна. В ІІ веке о нем почти не говорят, и как будто систематически стараются стереть с лица земли память о нем».

И еще несколько слов об историчности апостола Павла. Конечно, о том, что это лицо реальное – никто не спорит. Любопытно другое. 29 июня 2009 года в день памяти апостола Папа Римский Бенедикт XVI поведал миру, что впервые были исследованы мощи, которые якобы принадлежат апостолу Павлу.

По словам Папы, в саркофаге, находящемся в храме Св. Павла в Риме, были обнаружены «…мельчайшие фрагменты костей, которые были подвергнуты исследованию с использованием углерода-14 экспертами, не знавшими об их происхождении. Согласно результатам, они принадлежат человеку, жившему между I и II веком». Возможно, эти данные как раз и подтверждают единодушную традицию, согласно которой эти мощи принадлежат великому апологету христианства.

Апостол Петр – один из двенадцати учеников Иисуса Христа. Родился он Вифсаиде в семье простого рыбака Ионы. Сначала апостола звали Симон. Греческое же имя Пётр появилось от прозвища Кифа (арамейское – «камень»), которое дал ему Иисус. Он был женат и, как говорит предание, имел двух детей. Был у него также брат Андрей. Вдвоем они и рыбачили на Тивериадском озере, которое известно также как Галилейское море.

Однажды, проходя по берегу озера, Христос «увидел двух братьев, Симона, называемого Петром, и Андрея, брата его, закидывающих сети в море; ибо они были рыболовы; и говорит им: идите за Мною, и Я сделаю вас ловцами человеков. И они тотчас, оставивши сети, последовали за Ним» (Мф. 4: 18–20).

В Евангелиях нет описания внешности Петра. Но тем не менее на любой иконе, от начала нашей эры до сегодняшних дней, где изображен Петр, мы увидим квадратную голову, светлые волосы, а также большую квадратную челюсть с пышной бородой.

Зато в Новом Завете рассказано немало историй, исследуя которые можно с достаточной степенью точности реконструировать характер Петра. Так, он у него был очень живой, но одновременно и довольно импульсивный. И это Петр неоднократно демонстрировал. Например, когда апостол увидел, как Христос спокойно идет по воде, он тотчас попросил: «Господи! Если это Ты, повели мне прийти к тебе по воде. Он же сказал: иди. И вышед из лодки, Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу; но, видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал: Господи! спаси меня. Иисус тотчас простер руку, поддержал его и говорит ему: маловерный! зачем ты усомнился?» (Мф. 14: 28–31) Впрочем, этот эпизод показывает не только импульсивность Петра, но и его способность к рискованным действиям.

Не обладал Петр и достаточной твердостью характера. Кроме того, он до конца не понял и тех блаженств, о которых говорил Иисус в Нагорной проповеди. «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими» (Мф. 5: 9), – поучал Иисус. Но в Евангелии от Иоанна описывается история в Гефсиманском саду, когда Петр мечом отрубил ухо рабу первосвященника: «Симон же Петр, имея меч, извлек его, и ударил первосвященнического раба, и отсек ему правое ухо… Но Иисус сказал Петру: вложи меч в ножны; неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец» (Ин. 18: 10–11). А ведь Петр должен был понимать, что Человек, за которым он последовал, миролюбив.

О непонимании Петром требований Учителя еще более наглядно свидетельствует история, описанная в Деяниях апостолов. «Некоторый же муж, именем Анания, с женою своею Сапфирою, продав имение, утаил из цены, с ведома и жены своей, а некоторую часть принес и положил к ногам Апостолов.

Но Петр сказал: Анания! Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое мысль солгать Духу Святому и утаить из цены земли?

Чем ты владел, не твое ли было, и приобретенное продажею не в твоей ли власти находилось? Для чего ты положил это в сердце твоем? Ты солгал не человекам, а Богу.

Услышав сии слова, Анания пал бездыханен; и великий страх объял всех, слышавших это. И встав, юноши приготовили его к погребению и, вынеся, похоронили.

Часа через три после сего пришла и жена его, не зная о случившемся.

Петр же спросил ее: скажи мне, за столько ли продали вы землю? Она сказала: да, за столько.

Но Петр сказал ей: что это согласились вы искусить Духа Господня? вот, входят в двери погребавшие мужа твоего; и тебя вынесут.

Вдруг она упала у ног его и испустила дух. И юноши, войдя, нашли ее мертвою и, вынеся, похоронили подле мужа ее» (Деян. 5: 1—10).

В этом эпизоде легко заметить несоответствие между преступлением и последовавшим за ним наказанием. Здесь полностью отсутствует всякая любовь к ближнему, снисхождение и всепрощение, которые проповедовал Спаситель. А есть только слепой фанатизм и необузданная жестокость.

Причем зачинщиком этого судилища был не кто иной, как Петр. И его поведение в этой сцене абсолютно не соответствует тому, что нам известно об этом апостоле, исполненном простоты и величия!

Недоставало Петру еще одного очень важного качества: преданности. Как известно из Евангелий, накануне взятия под стражу Иисус предсказал, что Петр трижды отречется от Него, прежде чем пропоет петух: «Тогда говорит им Иисус: все вы соблазнитесь о мне в эту ночь… Петр сказал Ему в ответ: если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь. Иисус сказал ему: истинно говорю тебе, что в эту ночь, прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня» (Мф. 26: 31, 33–34).

И предсказание Христа полностью сбылось. Когда Иисуса арестовали и повели на допрос, Петр следовал за Ним до дома первосвященника Каиафы. Когда же апостол находился в саду, рабы Каиафы три раза спрашивали его, знал ли он Иисуса. И Петр трижды отрекся от своего Учителя.

Но почему? А все очень просто. Ведь Петр был обычным человеком. И когда он видел творимые Иисусом чудеса, это укрепляло его веру и придавало силы и смелости. Но когда Учителя взяли под стражу и Он безропотно сдался, апостол испугался. Петр вдруг понял, что Христос, который не оказал ни малейшего сопротивления врагам, его тоже не спасет. И апостола охватил страх за свою собственную жизнь…

Итак, как легко заметить, ничего выдающегося в Петре не было. Более того, в нем присутствовало немало качеств деструктивного, а не созидательного характера, которые вряд ли могли способствовать осуществлению той великой цели, которую решил доверить Петру его Учитель. Но, как это ни странно, Иисус именно на Петра возложил ответственность за создание Своей Церкви.

Четыре евангелиста. Миниатюра Аахенского Евангелия. IX в.

«Пришед же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого?

Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков.

Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня?

Симон же Петр, отвечая, сказал: Ты – Христос, Сын Бога Живого.

Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах; и Я говорю тебе: ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее; и дам тебе ключи Царства Небесного: и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах, и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах» (Мф. 16: 13–19).

Остается загадкой, почему столь обычный человек был избран Иисусом, чтобы стать Его «камнем» и превратиться в вождя ранней церкви? Можно лишь предположить, что Христос смог увидеть не только характер Петра, его безрассудность и эмоциональность, но и его душу, то, что называется личностью. А в ней – силу и энтузиазм…

После распятия Христа Его ученики пали духом. Петр же, вместо того, чтобы укрепить их дух, силу воли, стать «камнем», отправился в Галилею, чтобы приступить к прерванным занятиям – ловле рыбы. Скорее всего, он тоже был подавлен смертью Учителя. Без предводителя движение Иисуса стало распадаться, пока однажды на берегу Тивериадского озера, согласно Евангелию от Иоанна, не появился Сам Спаситель.

«Явился же так: были вместе Симон Петр, и Фома, называемый Близнец, и Нафанаил из Каны Галилейской, и сыновья Зеведеевы, и двое других из учеников Его.

Симон Петр говорит им: иду ловить рыбу. Говорят ему: идем и мы с тобою. Пошли и тотчас вошли в лодку, и не поймали в ту ночь ничего.

А когда уже настало утро, Иисус стоял на берегу; но ученики не узнали, что это Иисус.

Иисус говорит им: дети! есть ли у вас какая пища? Они отвечали Ему: нет.

Он же сказал им: закиньте сеть по правую сторону лодки, и поймаете. Они закинули, и уже не могли вытащить сети от множества рыбы.

Тогда ученик, которого любил Иисус, говорит Петру: это Господь. Симон же Петр, услышав, что это Господь, опоясался одеждою, – ибо он был наг, – и бросился в море.

А другие ученики приплыли в лодке, – ибо недалеко были от земли, локтей около двухсот, – таща сеть с рыбою» (Ин. 21: 1–8).

Более того, в то время, когда они ели рыбу, «Иисус говорит Симону Петру: Симон Ионин! любишь ли ты Меня больше, нежели они? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси агнцев Моих.

Еще говорит ему в другой раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр говорит Ему: так, Господи! Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих.

Говорит ему в третий раз: Симон Ионин! любишь ли ты Меня? Петр опечалился, что в третий раз спросил его: любишь ли Меня? и сказал Ему: Господи! Ты все знаешь; Ты знаешь, что я люблю Тебя. Иисус говорит ему: паси овец Моих» (Ин. 21: 15–17).

Скорее всего, все эти события и заставили Петра вернуться к своей роли. С точки зрения психологии, на Петра повлиял стыд за свое отречение от Иисуса. А когда человек чувствует стыд, у него возникает необходимость исправить положение. То же случилось и с Петром: у него возникла отчаянная потребность загладить свою вину перед Спасителем за свое предательство. Ведь накануне распятия он обещал Христу, что и под страхом смерти не оставит Его. Но он предал своего Учителя, трижды отрекшись от Него. Возможно, если бы Петра сразу, вместе с Иисусом, схватили палачи, то он без страха пошел бы на казнь. Но в течение долгой ночи, полной тревоги, нервного напряжения и неизвестности, Петр против своей воли отрекся от Христа…

Конечно, этот поступок не давал покоя Кифе1. Он, наверное, провел много бессонных ночей, обдумывая свое поведение в ночь ареста Спасителя. И не находил себе оправдания. И вот, когда воскресший Учитель на берегу Галилейского озера его простил, Петр с невероятной энергией и убежденностью стал проповедовать учение Иисуса Христа. Причем, как пишет Иеромонах Симеон (Томачинский), делал он это «с такой силой, что разом обращал ко Христу по три и даже по пять тысяч человек, исцелял безнадежных больных, даже воскрешал умерших. Люди настолько почитали его, что выносили больных прямо на улицы, чтобы хоть тень апостола Петра осенила их».

По преданию, земной путь апостола Петра прервался в Риме, куда он переселился с женой и где проводил активную миссионерскую деятельность. Причем деятельность Петра была настолько успешной, что он даже обратил в христианскую веру жену Нерона. Предполагается, что за это император приказал заточить его в темницу и потом казнить.

Но накануне ареста Петр, чтобы спастись, покинул Рим. Однако в то время, когда он выходил из города, ему в видении явился Господь, шедший в обратную сторону, то есть в Рим. «Господи, куда ты идешь?» – спросил Его Петр. «Иду в Рим, чтобы снова быть распятым», – отвечал ему Господь. Петр догадался, что его уход из Рима неугоден Богу, и вернулся обратно в город. Вскоре апостол был арестован и посажен в темницу. А спустя несколько дней Петр был казнен. Его смерть была ужасной. По собственному желанию Петр был распят на кресте вниз головой, поскольку считал себя недостойным умереть смертью своего Господа. Случилось это по одним сведениям в 64 году, а по другим – в 67–68 годах.

Далее предание повествует, что римские христиане похоронили Петра в некрополе на Ватиканском холме. При этом могила апостола точно совпадает с тем местом, где сегодня поднимаются ввысь папский алтарь и купол Микеланджело.

Впрочем, некоторые исследователи отмечают, что в Священном Писании вообще нет никаких упоминаний о посещении Петром столицы Римской империи. Об этом, например, нет ни слова в творениях богослова и философа Юстина Мученика, жившего в первой половине II века в Риме.

Кроме того, апостол Павел в последней, 16-й главе Послания к римлянам, поименно приветствуя двадцать семь хорошо известных ему христианских проповедников, среди них почему-то не упоминает Петра.

Сам же Петр свое первое послание отправил из Вавилона, о чем он сам и свидетельствует (1 Пет. 5: 13). При этом, как считают некоторые исследователи, апостол говорил о вполне реальном Вавилоне, а не о Риме в иносказательной форме. Ведь никакие особые обстоятельства его к этому не понуждали. К тому же в годы жизни Петра настоящий Вавилон еще существовал.

Кроме того, в Вавилоне проживала многочисленная иудейская община. А так как, согласно Павлу (Гал. 2: 7–9), Петр отправлялся проповедовать учение Христа обрезанным иудеям, то вполне вероятно, что он оказался в Вавилоне именно с этой целью.

В то же время такие христианские писатели, как Ориген (III век), Лактанций (IV век), Евсевий Кесарийский (III век), свидетельствуют, что апостол Петр в Риме все-таки был. Причем самое ранее упоминание о его пребывании в Риме датируется концом II века. Но этот факт приводится в сомнительном произведении «Клементин», изданном в III столетии.

Итак, многие эпизоды парадоксальной жизни апостола Петра пока еще скрыты от взора исследователей. Но надо верить, что когда-нибудь человечество еще ближе познакомится с судьбой краеугольного «камня» христианской церкви.

Известно, что основу Нового Завета составляют Евангелия, Деяния апостолов, Послания, а также Откровение Иоанна Богослова. Но, как это ни удивительно, библеисты до сих пор не могут окончательно решить, перу каких людей принадлежат эти произведения.

Кроме того, даже если предположить, что, например, авторами Евангелий и впрямь являются Матфей, Марк, Лука и Иоанн, то даже о жизни этих личностей историкам и в целом исследователям христианства известно очень мало.

Взять хотя бы автора хронологически самого древнего Евангелия – Марка. Если опираться только на факты, почерпнутые из Нового Завета, то собранная из них биография этого евангелиста получится довольно скромной. Тем не менее, пользуясь этими сведениями, ученые все-таки кое-что об этом человеке узнали. Так, с большой долей уверенности можно предположить, что он был родом из состоятельной иерусалимской семьи. Скорее всего, он хорошо владел греческим и латинским языками. Впрочем, этот факт не имеет бесспорных доказательств.

Известно также, что в Библии евангелист Марк упоминается как Иоанн по имени Марк. А также, что именно в доме его родителей Иисус останавливался со своими галилейскими учениками. Там, скорее всего, состоялась и Последняя Вечеря.

В Деяниях апостолов также сказано, что Марк-Иоанн состоял в близком родстве с Варнавой, который являлся другом апостола Павла. Благодаря этому евангелист смог совершить с ними ряд миссионерских миссий на Кипр и в Малую Азию. Правда, в Памфилии – провинции в Малой Азии – между Марком и Павлом произошла ссора, после которой Марк отказался от путешествия и возвратился в Иерусалим. Впоследствии юноша стал спутником Петра, который называл его «своим сыном». Кроме того, Марк, хорошо владевший греческим и латинским языками, стал выполнять у Петра, знавшего лишь арамейское наречие, роль переводчика. Результатом этого сотрудничества и стало Евангелие, которое, как предполагается, Марк написал уже после казни апостола.

Следует заметить, что ряд исследователей Библии придерживаются версии, что евангелист Марк имел в виду себя, когда описывал сцену взятия Христа под стражу на Елеонской горе, в которой неизвестный юноша, в отличие от учеников Иисуса, не бросил Спасителя, а на некотором расстоянии следовал за Ним. Когда же стражники хотели схватить и его, он, оставив в руках у них ткань, в которую был завернут, нагой исчез в ночном мраке.

Если предположить, что эта история и впрямь имела место, то выходит, что автор Евангелия от Марка встречался с Иисусом и был свидетелем событий, происшедших в последние дни Его земной жизни.

Дополнительные сведения о жизни Марка можно почерпнуть из церковных преданий. Так, принято считать, что он основал Церковь в Александрии, где проповедовал Благую Весть, укрепляя веру первых христиан и обличая язычников. Это вызвало их ненависть к проповеднику. И однажды, во время очередной проповеди, разъяренные иноверцы напали на него, избили, протащили по улицам и бросили в темницу.

Утром негодующая толпа фанатов повела апостола в судилище, но по дороге, не выдержав истязаний, Марк умер со словами: «В руце Твои, Господи, предаю дух мой». Случилось это 25 апреля 68 года. Так, по крайней мере, начиная со второго и третьего веков, о смерти Марка свидетельствует христианская традиция. По другим сведениям, после кончины Петра Марк остался в Риме, где и написал Евангелие.

Фрагмент Евангелия от Матфея, датируемый 250 г.

О Левии Матфее – авторе первого Евангелия в Новом Завете – сведения еще более скупые, чем о Марке. Известно лишь, что он – один из двенадцати апостолов Иисуса Христа. Его имя упоминается в Евангелиях от Матфея (Мф. 10: 3), от Марка (Мк. 3: 18), от Луки (Лк. 6: 15), а также в Деяниях апостолов (Деян. 1: 13). Иногда в Священном Писании его называют Левий Алфеев, то есть сын Алфея.

Но и из этих скупых сведений можно кое-что выяснить о Матфее. Например, что он родился в Копернауме и был мытарем, то есть сборщиком налогов. Кроме того, в Евангелии от Луки говорится о призвании Левия Матфея: «После сего Иисус вышел и увидел мытаря, именем Левия, сидящего у сбора пошлин, и говорит ему: следуй за Мною. И он, оставив всё, встал и последовал за Ним» (Лк. 5: 27–29). Почти идентичные тексты имеются в Евангелиях от Матфея (Мф. 9: 9) и Марка (Мк. 2: 14).

О дальнейшей жизни Матфея почти никаких сведений нет. Он – единственный из апостолов, чья судьба после Воскресения Спасителя остается во мраке неизвестности. И даже о его смерти ничего не известно. Мощи апостола Матфея тоже до сего дня не найдены.

Правда, в церковных преданиях говорится, что после Пятидесятницы Матфей отправился с проповеднической миссией в страны Малой Азии, где более восьми лет распространял учение Христа среди язычников. Жизнь его оборвалась в Эфиопии: именно здесь он якобы умер мученической смертью.

Намного больше исследователям Библии известно о Луке – авторе одноименного Евангелия и одного из 70 малых апостолов. Вероятнее всего, он родился в Антиохии Сирийской – третьем по значимости городе Римской империи после Александрии и ее столицы – Рима. По национальной принадлежности Лука был греком, перешедшим в христианскую веру. Он имел профессиональную медицинскую подготовку, а также, как гласит традиция, обладал талантом живописца и знал толк в юриспруденции.

Антиохия в то время представляла собой огромный и богатый город, превратившийся в один из наиболее развитых центров греческой цивилизации. Именно в нем и организовалась крупнейшая в тот период христианская община. По этой причине в Антиохию нередко наведывался апостол Павел.

Лука сразу нашел общий язык с этим неказистым евреем из Тарса, который поразил его своим острым и глубоким умом. Впоследствии, подружившись с Павлом, Лука принял участие в его миссиях во многие страны языческого мира.

Более того, когда апостола Павла оставили все сподвижники, Лука продолжал делить с ним все трудности его проповеднического подвига: «один Лука со мною» – отмечает Павел в Послании к Тимофею (2 Тим. 4: 10). После кончины своего близкого друга Лука отправился в проповеднические странствия. Он посетил Ливию, Египет и Фиваиду.

Следует отметить, что Павел оказал столь огромное идейное влияние на Луку, что ряд авторитетов христианской церкви, например, Ириней и Иоанн Златоуст, даже называли Евангелие от Луки творением Павла.

Кроме того, что Лука считается автором Евангелия и Деяний апостолов, известен он и как первый в истории иконописец. Согласно преданию, он написал первые иконы Божией Матери, а также апостолов Петра и Павла. А по некоторым сведениям, его кисти принадлежит около семидесяти икон, из которых несколько сохранилось до наших дней.

Что же касается сведений о том, когда и где закончил свой земной путь евангелист Лука, то они весьма противоречивы. Например, в соответствии с церковной традицией, он дожил до восьмидесяти четырех лет и умер в Бетии – римской провинции, включавшей Фивы.

В то же время более позднее предание свидетельствует, что Лука был распят на масличном дереве и предан земле в Фивах. Однако известный христианский историк Юлий Африкан о мученической смерти Луки в своих творениях не упоминает, зато утверждает, что Лука умер в возрасте семидесяти четырех лет, «исполненный Духа Святого».

Об авторе четвертого Евангелия – Иоанне – сведений в Новом Завете тоже очень и очень мало. Известно только, что его семья жила в Капернауме. Что его отец Заведей занимался рыболовством. В этом ему помогали два его сына – Иоанн и Иаков. Кроме того, Заведей привлекал наемных работников (Мк.1: 20). Этот факт говорит о том, что его рыболовный промысел был развит достаточно широко.

Правда, в церковных преданиях можно найти намного больше сведений о жизни этого евангелиста. Например, считается, что он являлся достаточно близким родственником Иисуса Христа, поскольку Саломия (мать Иоанна) и Пресвятая Дева были родными сестрами. Подтверждением этой версии является тот факт, что в последние минуты Своей земной жизни Спаситель поручил Свою мать попечению Иоанна. Этим же родством легко истолковать и притязания братьев на первые места в Царстве Христовом (Мф. 20: 21).

По ряду косвенных свидетельств, например, по тому, что в новозаветных Писаниях сначала называется Иаков, а уже за ним – Иоанн, можно с большой долей уверенности предполагать, что Иаков был старшим из братьев. И, вероятнее всего, Иоанну было примерно 20 лет, когда он был призван Христом в ученики. Согласно же преданию, он дожил до 100-летнего возраста.

Возвращаясь же к молодым годам Иоанна, следует заметить, что, благодаря своей бескорыстной любви и глубокой преданности Иисусу, он стал одним из самых близких, доверенных и любимых учеников Спасителя. Это подтверждается хотя бы тем, что лишь о нем одном в Евангелиях говорится как об ученике, «которого любил Иисус» (Ин. 21: 20) и «который возлежал у груди Иисуса» (Ин. 13: 23). Такое отношение Христа к Иоанну позволило ему присутствовать во время наиболее важных событий в жизни Иисуса: Его Преображения, при молении в Гефсиманском саду и других.

Сравнивая творения четырех евангелистов, можно установить, что, например, в отличие от Петра, а также других апостолов, Иоанн отдавал предпочтение спокойной романтично-созерцательной, а не активной жизни. Он в основном погружался в свой внутренний мир, анализируя в нем те величайшие события, свидетелем которых ему довелось стать.

Но иногда Иоанн демонстрировал и горячность души, и нервозность, и даже невоздержанность: и случалось это в основном тогда, когда он вступался за своего Учителя. Так, когда апостолов не приняли в Самарии, Иоанн вместе со своим братом Иаковом заявили: «Господи! Хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошел с неба и истребил их, как и Илия сделал?» (Лк. 9: 54)

Принято считать, что со смертью Павла Иоанн завершил свою миссионерскую деятельность и поселился в Эфесе. Но при этом он еще в течение 30 лет руководил деятельностью всех церквей Азии. Скончался же Иоанн, скорее всего, в 105 году, во время царствования императора Траяна.

Существует также христианская легенда, что во времена преследования христиан римским императором Домицианом, находившегося в Эфесе Иоанна заковали в кандалы и отправили в Рим. Попытки отравить его и другие покушения оказались недейственными. Тогда Домициан приказал сослать его на небольшой греческий остров Патмос, расположенный в юго-восточной части Эгейского моря. Именно там, в небольшой пещере, едва приспособленной под жилье, по преданию, он и написал свое Евангелие.

Итак, о жизни людей, творения которых легли в основу Нового Завета, практически ничего не известно. А если и известно, то очень мало. И это тоже одна из загадок Библии.

Принято считать, что автором первого Евангелия является ученик Иисуса – мытарь Левий, прозванный Матфеем.

Какие же доводы выставляют в пользу этой версии ее сторонники? Во-первых, они предполагают, что автором этого Евангелия был еврей. Почему? Да потому, что только еврей мог так свободно ориентироваться в традициях и законах иудаизма, безошибочно употребляя ветхозаветную терминологию, а также столь хорошо знать юриспруденцию того времени. К тому же в денежной системе того времени он тоже достаточно хорошо разбирался. Более того, учитывая тот момент, что Матфей был мытарем, он великолепно знал расстояния между населенными пунктами, нравы и обычаи местного населения. На основании этих аргументов и появилась данная версия.

Но это – очень зыбкие доводы. Причем по многим причинам. Например, евреев, которые владели терминологией Ветхого Завета, знали условия жизни местных жителей, расстояние между населенными пунктами и другие географические особенности местности, было немало.

Кроме того, у противников авторства Матфея есть и еще немало и других аргументов, укрепивших их позицию. Так, ранее считалось, что оригинальный текст Евангелия был составлен на арамейском языке, а затем его перевели на греческий. Но более тщательные исследования Евангелия показали, что его автор пользовался общегреческим языком койне, который в IV–III веках до н. э. имел широкое распространение и употреблялся в деловой, научной и художественной литературе.

Но коль первоначальный текст был изложен на койне, тогда напрашивается закономерный вопрос: мог ли мытарь Левий настолько хорошо знать греческий литературный язык, чтобы написать на нем Евангелие? Ведь он был родом из Палестины, а там, как известно, господствовала арамейская речь.

Но самый главный аргумент против авторства Матфея прячется не в лингвистических нюансах, а в том, какой интонацией и в какой манере рассказана в Евангелии история земной жизни Спасителя. Ведь Матфей, будучи одним из двенадцати апостолов, лично знал Иисуса, проводил рядом с Ним дни и ночи, а значит, впитал в свою память каждую черточку Его внешнего облика.

И, безусловно, если бы Левий являлся автором Евангелия, он бы совсем по-другому изложил свои впечатления от общения с Иисусом Христом. Например, передал бы в своем произведении не только особую атмосферу тех взаимоотношений, которые возникают между близкими друзьями и соратниками, но и насытил бы Евангелие биографическими подробностями из жизни Спасителя. Однако ничего этого в произведении Левия нет.

Более того, выяснилось, что Матфей переписал 600 стихов из более древнего по времени Евангелия от Марка, а также 550 стихов – из других источников. И лишь 436 стихов принадлежат ему самому. Отсюда напрашивается вывод, что Евангелие от Матфея – обычная компиляция.

Впрочем, многие библеисты считают, что основная задача Матфея заключалась не в составлении биографии Христа, а стремление убедить читателя в том, что Иисус и есть предвещенный пророками Мессия. Следует заметить, что спор – кто автор первого Евангелия? – не завершен до сих пор, поскольку каждая из сторон находит в свою пользу немало аргументов.

Но если не Матфей, то кто же является автором данного Евангелия? Увы, у библеистов нет четкого ответа на этот вопрос. Зато на основании сведений, имеющихся в тексте Евангелия, они смогли выдвинуть более-менее правдоподобные предположения относительно времени и места его написания.

Например, было доказано, что свое Евангелие Матфей составил после вторжения римлян в Иерусалим и разрушения главного святилища еврейского народа – Иерусалимского Храма. А если говорить более точно, то между 85 и 110 годами. Об этом свидетельствуют следующие факты. Так, в Евангелии четыре раза проскальзывают намеки на разрушение Иерусалима, а также на гонения христиан при императоре Домициане, который правил в 81–96 годах.

Но если время написания Евангелия от Матфея известно, хотя и приблизительно, то о месте его создания единого взгляда у специалистов нет. Обычно в качестве такового считают Антиохию. Но некоторые исследователи называют также сирийские города Эдиссу и Апамею и даже Александрию. Но в каком точно из этих городов было написано Евангелие от Матфея, пока ученые ответить не могут.

Не меньше вопросов у библеистов вызывает и Евангелие от Марка – самое древнее и самое короткое в Новом Завете. Например, как и в случае с Евангелием от Матфея, неизвестно не только кто его автор, но также и точная дата написания. Правда, временные рамки создания этого произведения учеными все же определены: это – 50–70 годы нашей эры.

Что же касается авторства, то, согласно церковной традиции, Евангелие все-таки написал Марк. И основывается эта точка зрения прежде всего на том предположении, что Марк выполнял у апостола Петра роль секретаря. Когда же Петр умер, его устные рассказы евангелист изложил в письменном виде. Вот так и появилось Евангелие от Марка.

Однако не все исследователи придерживаются этой точки зрения. По крайней мере, не все библеисты согласны с тем, что авторство первого Евангелия принадлежит секретарю Петра.

Чем же обусловлена такая позиция ученых? Основной их довод заключается в том, что не мог ближайший помощник Петра – фактически выразитель его мыслей, дать столь негативную оценку апостолам. Ведь он, по сути, обвинил их в трусости и предательстве по отношению к Христу: они бежали с Елеонской горы, испугавшись за свою жизнь, оставив при этом Спасителя на произвол судьбы. Они не осмелились стать возле креста, на котором распяли их Учителя. Даже о теле покойника позаботился посторонний человек – Иосиф Аримафейский. Не в лучшем свете показан в этом Евангелии и сам Петр, трижды за вечер отрекшийся от Христа. Довольно трудно поверить в то, что Петр мог внушить своему секретарю такое отношение к апостолам, да и к самому себе. В целом же нынешнее состояние науки не позволяет однозначно высказаться, является или нет Иоанн-Марк автором приписываемого ему Евангелия.

Однако раннехристианский писатель Папий по этому поводу говорит намного конкретнее:

«Марк, бывший толмач Петра, записал, насколько помнил точно, хотя и не по порядку, все, что говорил и делал Христос, ибо он не сам слышал и сопровождал Господа, а слышал и сопровождал он, как сказано, Петра, который проповедовал, применяясь к обстоятельствам, и не намеревался в порядке пересказывать все беседы Господа, так что и Марка нельзя винить, если он записал некоторые вещи так, как запомнил; он заботился лишь о том, чтобы ничего не забыть и не исказить из того, что слышал»…

Если же говорить о месте написания Евангелия, то римско-католическая традиция таковым считает Рим. Каковы же основания для такого утверждения? Во-первых, из текста легко заметить, что Евангелие предназначено не для христиан-иудеев, а для язычников-прозелитов.

Во-вторых, о Риме, как о месте создания Евангелия, свидетельствуют и отдельные латинизмы, которых в таком количестве не найти в других книгах Библии. Также в пользу римского происхождения Евангелия от Марка говорит и тот факт, что арамейские фразеологизмы, которых в тексте немало, переведены на греческий язык (Мк. 5: 41; 7: 34; 15: 34). К тому же, рассказывая об обычаях и обрядах, связанных с иудаизмом, автор при необходимости объясняет их смысл (Мк. 7: 3–4), в чем вряд ли нуждались христиане иудейского происхождения.

Много меньше проблем перед исследователями новозаветных книг ставит третье Евангелие – Евангелие от Луки. И прежде всего потому, что авторство этого малого апостола почти никто из ученых-библеистов не оспаривает.

Не задает особых вопросов для специалистов и время написания этого библейского творения. Во-первых, оно не могло появиться раньше 70 года. Поводом для такого вывода является текст 21-й главы, в котором есть упоминание о разрушении Иерусалима: «И когда некоторые говорили о храме, что он украшен дорогими камнями и вкладами, Он сказал: придут дни, в которые из того, что вы здесь видите, не останется камня на камне; все будет разрушено» (Лк. 21: 5–6).

Кроме того, в тексте встречаются некоторые указания на преследования христиан при императоре Домициане, а также отсутствие сведений о Посланиях апостола Павла. А поскольку Домициан правил в 81–96 годы, а послания Павла после временного забытья опять появились лишь в 95 году, то напрашивается однозначный вывод: Евангелие от Луки было написано до 95 года, а вероятнее всего, около 90 года…

Что же касается текста третьего Евангелия, то исследователи Библии пишут о нем, как о самом поэтичном произведении Нового Завета. И это действительно так. Наверное, художественным дарованием автора можно объяснить и тот, в общем-то, довольно странный факт, что Лука, по сути, наиболее образованный из евангелистов, рассказывая о рождении Иисуса, обставляет это событие намного большим числом чудес, чем остальные евангелисты.

Конечно, можно было бы эти сказочные сцены объяснить мифологизацией личности Иисуса, которая к тому времени имела довольно широкое распространение. Но, скорее всего, этими сказаниями автор пытается взбодрить души обездоленных людей, влить в них радость и надежду.

Вероятно, эта же идея проскальзывает и в изображении Иисуса, который у Луки полон неземного милосердия ко всем «сирым и убогим» и в то же время непримирим к тем, кто благодаря своему богатству пытается возвыситься над другими. Это отношение Христа к «сильным мира сего» очень точно выражено в словах Иисуса: «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божье» (Лк. 18: 25).

Насыщая Евангелие чудесами, Лука в то же время хорошо помнит о главной цели своего творения: оно должно убедить читателя, что предсказанное Царство Божие необходимо понимать не в прямом смысле, а как нравственное возрождение человеческого общества. Тем самым он одновременно пытается снять с христиан обвинение в их стремлении уйти из-под власти Римской империи и создать свое государство. И очень выразительно это демонстрирует следующая сентенция: «отдавайте кесарю – кесарево, а Божие – Богу» (Лк. 20: 25).

Как и Матфей, Лука тоже не обошелся без заимствований у Марка. Причем из этого приобретенного «на стороне» материала Евангелие от Луки состоит почти на треть. Правда, при этом автор существенным образом переработал заимствованный материал, удалив или изменив те стихи, которые могли настроить подготовленного читателя на скептический лад.

Кроме того, Лука обильно цитирует «логии» – реальные или приписываемые Христу высказывания. И занимают они ни много ни мало, а пятую часть его произведения. Таким образом, признать книгу Луки его оригинальным творением довольно сложно.

По этой причине у исследователей и появились некоторые сомнения в том, что Лука – спутник и товарищ апостола Павла – действительно написал названное его именем Евангелие. Ведь тот Лука вряд ли нуждался в чужом материале, поскольку поддерживал близкие отношения с пропагандистами учения Христа, а также – со свидетелями Его жизни и деятельности.

Еще одна загадка Евангелия от Луки – рассказ о том, как двенадцатилетний Иисус оказался в Иерусалимском храме, где вел ученые споры со священниками. Ведь больше никто из евангелистов ни словом не обмолвился о детстве и юности Спасителя. Возникает предположение, что этот эпизод из жизни Христа им был неизвестен.

Особое место в Новом Завете занимает Евангелие от Иоанна. И прежде всего интерпретацией личности Христа и той миссии, которая возложена на Спасителя. Христос Иоанна – это практически полная противоположность Христа синоптиков: Марка, Матфея и Луки. Фактически книга Иоанна – самое оригинальное произведение из всех четырех Евангелий. Согласно Косидовскому, 92 процента текста этой книги принадлежат исключительно Иоанну, и только 8 процентов перекликаются с синоптиками.

Если Иисус синоптиков – личность вполне земная, то в трактовке Иоанна образ Христа почти призрачный, лишенный материальности, погруженный в пелену мистики. И связано это с тем, что именно такой образ должен доказать Божественное происхождение Христа, а также сыграть решающую роль в проповедовании конкретных богословских доктрин. Поэтому автор четвертого Евангелия, придерживаясь принятой концепции, почти не обращает внимания на исторические факты.

Зато в его книге множество загадочных выражений, значение которых порой довольно сложно расшифровать. Например, «Я свет миру», «Я дверь овцам», «Я есмь истинная виноградная лоза», «Я не от сего мира» и т. д. В Евангелии от Иоанна библеисты насчитали 120 таких словесных оборотов.

Безусловно, все эти метафоры вложены в уста Спасителя в первую очередь для того, чтобы еще рельефнее показать Его Божественность. То есть Евангелие от Иоанна – это не историческое повествование, а богословский трактат, изложенный в форме драматического рассказа о жизни, страстях и смерти Иисуса Христа.

Не менее существенным отличием четвертого Евангелия от книг других евангелистов является учение о «логосе», суть которого автор излагает в самом начале своего произведения.

«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть… И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца» (Ин. 1: 1–3, 14). Нетрудно догадаться, что «слово», или «логос» – это Иисус Христос как олицетворение Бога.

Св. Иоанн Богослов на острове Патмос в пещере Апокалипсиса. Византийская миниатюра. XIII в.

Идея «логоса» – это исключительно новое понятие, появившееся в Новом Завете, и совершенно незнакомое синоптикам. Но создал эту философскую концепцию не Иоанн: ее творцами являются философы Древнего Востока, Греции и Рима.

Саму же идею отождествления Христа с «логосом» Иоанн, скорее всего, нашел в трудах крупнейшего еврейского мыслителя Филона Александрийского. В концепции Филона Бог – недоступная опытному познанию сущность или духовная сила, безличная и бестелесная. «Логос» же – это инструмент, с помощью которого Бог создает мир и этим миром управляет.

«Филон иногда персонифицирует “логос”, называя его “сыном божьим” или “первородным сыном бога”. Придав “логосу” характер своеобразной личности, Филон создал удобный трамплин, позволивший Иоанну продвинуться ещё дальше по этому пути. В четвертом Евангелии происходит уже полное отождествление “логоса” с Иисусом Христом как воплощением бога и одновременно сыном божьим. То, что у Филона носит характер абстрактного рассуждения или, если угодно, философской метафоры, обретает у Иоанна черты конкретного, единовременного исторического события: “логос” воплощается в сына нищего плотника из Назарета» (З. Косидовский. Сказания евангелистов. М., 1977).

Определенные споры вызывает и время написания Евангелия от Иоанна, хотя большинство исследователей придерживаются той точки зрения, что оно было создано между 95 и 100 годами. Впрочем, существует также предположение, что это произведение появилось даже прежде синоптических Евангелий. Дело в том, что в Евангелии от Иоанна имеются текстовые совпадения с кумранскими рукописями, которые стали доступны христианам, вероятно, раньше 73 года.

В 1920 году ученый из Оксфорда Бернард П. Гренфелл обнаружил в Египте фрагмент текста Евангелия от Иоанна на кусочке папируса, размером 64 на 89 миллиметров. На нем были нанесены пять стихов 18-й главы: 31–33 и 37–38. Именно этот фрагмент на сегодняшний день считается самым древним новозаветным текстом, датируемым примерно 130 годом. Это значит, что к этому времени Евангелие от Иоанна уже приобрело достаточно широкое распространение.

Много споров вызывает также авторство четвертого Евангелия. Причем мнения по данному вопросу расходятся до прямо противоположных. Так, ведущий богослов II века Ириней, засвидетельствовав, что текст своего Евангелия Лука составил из устных рассказов апостола Павла, далее пишет: «А после Иоанн, ученик Господа, возлежавший на Его груди, также издал Евангелие во время пребывания своего в Эфесе Асийском».

Приблизительно в те же годы епископ Антиохии Феофил тоже утверждал, что четвертое Евангелие написал апостол Иоанн. И эту же точку зрения примерно в 200 году удостоверил так называемый Мураториев Канон – датированный VII–VIII веками рукописный сборник латинских переводов самого раннего перечня книг Нового Завета.

Предполагается также, что Иоанн начал писать книгу в достаточно пожилом возрасте, поэтому память его была уже довольно слабая, и по этой причине он перепутал даты и очередность событий. Из-за возрастных особенностей памяти образ Христа ему тоже виделся, словно окутанный в дымку: бесплотный и окруженный нимбом Божественности.

Кроме того, автор Евангелия демонстрирует великолепное знание жизненного уклада и нравов евреев, а также топографии Палестины. И самое главное доказательство: судя по приводимым в Евангелии достаточно правдивым характеристикам апостолов, автор был с ними лично знаком.

Однако противников данной точки зрения эти доводы не убеждают. Так, если придерживаться версии, что четвертое Евангелие было написано в 95—100 годах, то на тот период предполагаемому автору – апостолу Иоанну – было 85–95 лет. Трудно поверить, что столь талантливое произведение вышло из-под пера примерно 90-летнего старика. Кроме того, некоторые историки высказывают версию, что апостол Иоанн вообще не дожил до глубокой старости.

Трудно также предполагать, что малограмотный рыбак из Галилеи, призванный в ученики Иисуса, мог воспринять и использовать в своем произведении идею «логоса». Как и то, что этот человек мог быть знаком как с идеями Платона, так и в целом с культурой эллинизма.

Например, в Евангелии от Иоанна Иисус ставит перед собеседниками вопросы, затем выслушивает их ответы, находит в них противоречия и уже в заключение выставляет проблему спора совсем в ином свете. Такой же манеры в ведении дискуссий придерживался и Сократ в диалогах Платона.

В споре об авторстве четвертого Евангелия появилась еще одна версия. В соответствии с ней, это произведение написал другой Иоанн – не названный по имени любимый ученик Иисуса. В Евангелиях он упоминается всего несколько раз, причем в самые трагические моменты жизни Христа: во время Последней Вечери, в последние часы Его земной жизни, а также у креста, когда Спаситель, умирая, поручил ему заботу о Своей матери.

Из всего вышеизложенного можно пока сделать лишь один вывод: попытки установить авторство того или иного Евангелия, в сущности, безнадежны. И, возможно, мы так никогда и не узнаем, кто написал их в действительности.

Откровение Иоанна – последняя книга не только Нового Завета, но и Библии. Она к тому же единственная апокалиптическая книга в новозаветном каноне. В ней описываются различные чудеса и катаклизмы, которые будут происходить в мире накануне Второго пришествия Иисуса Христа на землю. Поэтому слово «апокалипсис» нередко означает конец света или катастрофу планетарного масштаба.

Отталкиваясь от названия книги, большинство христианских писателей и историков религии и впрямь автором Откровения считают апостола Иоанна Богослова. В то же время ряд исследователей эту версию подвергают сомнению, поскольку манера изложения Откровения в значительной степени отличается от таковой Евангелия от Иоанна и его посланий. К тому же следует помнить, что среди апостолов было несколько Иоаннов, которые позднее стали фигурировать как одна личность.

Тем не менее архиепископ Аверкий (Таушев) (1906–1976) в своей работе «Апокалипсис, или Откровения святого Иоанна Богослова. История написания, правила для толкования и разбора текста» приводит ряд аргументов в пользу Иоанна Богослова как автора Откровения.

«1. Писатель Апокалипсиса называет себя “Иоанном” в самом начале, говоря, что ему было дано “Откровение Иисуса Христа” (1: 1). Приветствуя далее семь малоазийских церквей, он вновь называет себя “Иоанном” (1: 4). Далее он говорит о себе, опять называя себя “Иоанном”, что он был “на острове, называемом Патмос, за слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа” (1: 9). Из Апостольской истории известно, что именно св. Иоанн Богослов подвергся заточению на о. Патмосе. И, наконец, заканчивая Апокалипсис, писатель снова называет себя “Иоанном” (22: 8)…

2. Вторым доказательством принадлежности Апокалипсиса Апостолу Иоанну Богослову служит сходство его с Евангелием и посланиями Иоанновыми не только по духу, но и по слогу, а особенно по некоторым характерным выражениям. Так, например, проповедь апостольская называется здесь “свидетельством” (1: 2–9; 20: 4 ср. Ин. 1: 7, 3: 11, 21: 24; 1 Ин. 5: 9—11). Господь Иисус Христос называется “Словом” (19: 13 ср. Ин. 1: 1—14 и 1 Ин. 1: 1) и “Агнцем” (5: 6 и 17: 14 ср. Ин. 1: 36)…

3. Все древние и более поздние святоотеческие свидетельства признают автором Апокалипсиса св. Иоанна Богослова. Ученик его св. Папий Иерапольский писателем Апокалипсиса называет “старца Иоанна”, каковым именем называет себя сам св. Апостол в своих посланиях (1 Ин. 1 и 3 Ин. 1). Важно свидетельство св. Иустина Мученика, ещё до своего обращения в христианство долго жившего в Ефесе, городе, где долго жил и почил великий Апостол.

Многие св. отцы приводят места из Апокалипсиса как из боговдохновенной книги, принадлежащей св. Иоанну Богослову. Таковы: св. Ириней Лионский, ученик св. Поликарпа Смирнского, ученика св. Иоанна Богослова, св. Ипполит, папа Римский, ученик Иринея, написавший даже апологию на Апокалипсис. Климент Александрийский, Тертуллиан и Ориген также признают св. Апостола Иоанна писателем Апокалипсиса. Равным образом убеждены в этом и преподобный Ефрем Сирин, Епифаний, Василий Великий, Иларий, Афанасий Великий, Григорий Богослов, Дидим, Амвросий, Августин, Иероним».

Но если авторство книги многими библеистами подвергается сомнению, то зато место написания Апокалипсиса особых споров среди экзегетов не вызывает, поскольку о нем свидетельствует сам автор: «Я, Иоанн, брат ваш и соучастник в скорби и в царствии и в терпении Иисуса Христа, был на острове, называемом Патмос, за слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа» (Откр. 1: 9).

Кроме места написания Иоанн называет также и день начала работы над Откровением. В 10-м стихе 1-й главы он пишет: «Я был в духе в день воскресный» (Откр. 1: 10). И тем не менее точное время написания Апокалипсиса ученые назвать не могут. Например, многие ранние христианские писатели датой создания Откровения называют конец I века. Так, Ириней Лионский, живший во втором веке, пишет: «Апокалипсис появился незадолго пред сим и почти в наше время, в конце царствования Домициана», то есть около 90-х годов н. э. Этой же точки зрения придерживаются и церковный историк Евсевий, и Климент Александрийский, и Ориген, и Иероним.

Однако после открытия сирского перевода Апокалипсиса, относящегося к VI веку, взгляды некоторых исследователей на время его написания изменились. Дело в том, что в этом тексте приводится имя Нерона, а не Домициана. Поэтому дату создания Откровения стали относить к периоду правления этого безумного императора, то есть к 60-м годам н. э. А христианский богослов Ипполит Римский (примерно 170–235 годы) считает, что и на Патмос Иоанна сослал Нерон.

Также и тот факт, что в Апокалипсисе встречается немало особенностей, свойственных еврейскому языку, указывает на его более раннее, по сравнению с четвертым Евангелием и посланиями св. Иоанна, происхождение. На основании этих и еще ряда данных появилась версия, что Откровение было написано в 68–69 годах н. э.

Если же говорить о содержании и стиле Откровения, то эта книга заметно отличается от других новозаветных текстов. Во-первых, тем, что многие события мировой истории: рождение антихриста, Второе Пришествие Христа, конец света, Страшный суд – открылись Иоанну в видениях. Во-вторых, в книге имеется немало аллегорических образов, которые в течение более девятнадцати столетий пытаются истолковать богословы: апокалипсические всадники, вавилонская блудница, Жена, облечённая в солнце, и другие. А поскольку образность и таинственность книги делает ее весьма сложной для понимания, поэтому и разнообразие ее толкований очень велико.

В одних предполагается, что все видения относятся к событиям I века, когда христиане подверглись гонениям римских властей. В других толкованиях делается упор на то, что все символы – это предвестники «последних времен», и в первую очередь – конца Света. Третья группа экзегетов считает, что в описываемых видениях в большей степени представлен нравственный, а не пророческий смысл. А аллегории применяются лишь для того, чтобы поразить сознание читателя невероятными образами.

Но почему же Иоанн не излагает свои мысли и видения общедоступным языком, а прибегает к аллегориям? Видимо, священную реальность в тех образах, которые предстали перед Иоанном, невозможно было описать обычным человеческим языком, поэтому он и прибегнул к аллегориям. Ведь Бог не описывал, а только показывал находящемуся в духе Иоанну «Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре. И Он показал, послав оное через Ангела Своего рабу Своему Иоанну» (Откр.1: 1).

Отсюда можно сделать вывод, что коль Апокалипсис написан на «духовном языке», то и читать его следует как «духовное произведение». То есть не пытаясь свести его к аллегориям или метафорам.

И все-таки от аллегорий не отмахнуться. Мы не будем подробно останавливаться на всех толкованиях образов, увиденных Иоанном, а коснемся, как нам кажется, наиболее важных и интересных. Например, четырех всадников, занимающих одно из центральных положений в Апокалипсисе.

Эти образы у различных специалистов, изучающих Библию, имеют разную интерпретацию. Вот, к примеру, как этот образ толкует известный русский писатель и теолог С.Н. Булгаков (1871–1944).

«Вступительной главой ко всему апокалипсическому изображению истории является именно глава VI, в которой описывается последовательное снятие печатей Агнцем как раскрытие общего содержания истории… Предлагались и предлагаются их разные толкования. Большая их часть применяет эти видения к различным историческим событиям и эпохам. Эти сближения, даже при их убедительности в частных чертах, страдают произвольностью и односторонностью и лишают эти образы их всеобщего значения как всемирно-исторических символов. Поэтому правильнее, думается нам, прежде всего держаться именно расширительного их толкования. Они говорят о том, что можно ожидать в истории вообще, в чем она состоит. Это – как бы слагаемые мировой истории. Всадник на белом коне означает побеждающую силу христианства в мире, и она может относиться не только к одной эпохе в истории, но ко всякой эпохе как в прошлом, так в настоящем и в будущем. Второй всадник означает войны, и это пророчество относится ко всем эпохам мировой истории. Третий всадник на коне вороном, имеющий меру в руке своей, означает дороговизну (голод). Наконец, четвертый всадник означает совокупное действие всех предыдущих испытаний (меча и голода), к этому же присоединяются мор и звери, как следствие предшествующих опустошений. Итак, эти четыре всадника знаменуют собою общую картину исторических судеб человечества с их светлыми и мрачными сторонами. Это есть как бы художественно-аллегорический конспект мировой истории» (С. Булгаков. Апокалипсис Иоанна).

Читая ужасные катастрофы и беды, предсказанные в Апокалипсисе, безусловно, не может не возникнуть вопрос: когда же случится столь ужасная трагедия в судьбе человечества? Многие пытались ответить на этот вопрос. Поэтому на протяжении последних двух тысячелетий появлялось немало оракулов, предвещавших скорый приход конца света. Приходило «предсказанное» время и… Армагеддона не происходило.

А ведь Иисус Христос очень ясно сказал: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один; но, как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человеческого: ибо, как во дни перед потопом ели, пили, женились и выходили замуж, до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потоп и не истребил всех, – так будет и пришествие Сына Человеческого; тогда будут двое на поле: один берется, а другой оставляется; две мелющие в жерновах: одна берется, а другая оставляется» (Мф. 24: 36–41).

«Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят» (2 Пет. 3: 10).

Большинство толкователей считают, что Апокалипсисом является аллегорический рассказ о Втором Пришествии Христа и событий, непосредственно предшествующих Ему и последующих за ним. Основной же идеей Апокалипсиса является борьба между силами Добра и Зла. И в ней окончательную победу одержат силы Добра. Эта победа, согласно Откровению, совершается в два этапа.

Фрагмент апокрифического Евангелия Марии. 120–180 гг.

Вот как это происходит в Откровении. Сначала является «конь белый, и сидящий на нем называется Верный и Истинный, Который праведно судит и воинствует… Имя Ему: Слово Божие (Откр. 19: 11,13). Он победит в битве со змием и лжепророком, которые оба будут живыми «брошены в озеро огненное, горящее серою; а прочие убиты мечом Сидящего на коне, исходящим из уст Его» (Откр. 19: 19,21). После этого Ангел взял «дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал “его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет; после же сего ему должно быть освобожденным на малое время”» (Откр. 20: 2–3). Те же из людей, «которые не поклонились зверю», воскресают и царствуют со Христом тысячу лет. Это – первое воскресение (Откр. 20: 4–5).

Однако проходит тысяча лет, и сатана освобождается из бездны и начинает искушать людей. И огонь небесный уничтожает тех, кто поддался дьявольскому искушению: «И ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их» (Откр. 20: 9).

«А диавол, прельщавший их, ввержен в озеро огненное и серное, где зверь и лжепророк, и будут мучиться день и ночь во веки веков» (Откр. 20: 10).

Далее описывается суд над покойниками, которых «отдало море, бывших в нем, и смерть и ад…, и судим был каждый по делам своим, и смерть и ад повержены в озеро огненное. Это смерть вторая. И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное» (Откр. 20: 13–15).

Заканчивается «Откровение» описанием нового Иерусалима – града Божьего, где царствует Агнец и где праведники пребывают в вечном блаженстве.

Следует заметить, что среди толкователей Откровения никогда не было единой точки зрения на Апокалипсис. Вероятно, из-за сложности объяснения пророчеств Откровения эта книга никогда не читалась за православным богослужением…

Легко заметить еще одну особенность «Откровения». В этой книге, как ни в одном другом новозаветном творении, очень существенная роль отводится числам. При этом каждое из них несет на себе определенную символическую нагрузку: одни – большую, другие – меньшую. Так, если цифры «два» и «три» особо значимой роли в Апокалипсисе не играют, то этого не скажешь о цифре «семь». Это – 7 печатей, 7 труб, 7 чаш, 7 светильников, 7 духов, 7 церквей. Число это очень важное, поскольку означает завершенность, полноту, конец.

Цифра «четыре» тоже выполняет в Откровении важные символические функции. Этим числом обозначены четыре ветра, четыре угла земли, четыре Ангела, четыре всадника.

Однако самым таинственным и сложным в Апокалипсисе для толкования является число «666», или «число зверя», которое появляется в 13-й главе книги.

«Всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их, и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его. Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его шестьсот шестьдесят шесть» (Откр. 13: 16–18).

Иоанн сообщает, что под этим числом скрыто имя некоего человека. Но что за личность скрывается за этой цифрой, предлагается выяснить самому читателю. Но сделать это, пишет автор, сможет лишь тот, кто имеет соответствующую «мудрость».

Хотя, чтобы расшифровать эту цифровую шараду, требуется лишь сложить цифры, которые соответствуют буквам в имени предполагаемого человека. Но вся проблема в том, что неизвестно, какой алфавит необходимо использовать в этом случае: греческий или еврейский.

По этой причине за многие столетия толкования Апокалипсиса появилось немало интерпретаций числа «666». Его присваивали римским императорам Нерону, Домициану, Калигуле, Траяну, Адриану. А также Римскому Папе, Петру I, Наполеону, Сталину.

И все же зашифрованной в этом числе следует искать ту личность, которая была известна Иоанну и его современникам. И если придерживаться этого посыла, то вполне логичной следует считать гипотезу, которую еще в позапрошлом веке выдвинули немецкие богословы. Они предположили, что в цифре «666» зашифровано имя «Нерон Кесарь» (Neron Kesar) в еврейском написании. Их версия основывалась на том историческом факте, что во времена Нерона в восточных областях Римской империи имели хождение монеты с надписью на древнееврейском языке «император Нерон». Цифровое значение букв в этом тексте в сумме и давало цифру «666».

Любопытную версию в отношении числа «666» предложил профессор Московской Духовной Академии А.И. Осипов. Он связывает происхождение этой цифры с эпохой Соломона. Дело в том, что ежегодно в сокровищницы этого царя доставлялись 666 талантов (еврейский талант весил 44,8 килограмма) золота, то есть более 32 тонн. А поскольку первые христианские тексты чаще всего писали евреи, то данное иносказание они понимали буквально, то есть как признак богатства, власти и прочих земных благ. Таким образом, считает А.И. Осипов, «данная цифра является, по существу, библейским символом мамоны – царства земного изобилия, славы, могущества», как следствие «этот абсолютный материализм и станет “именем” антихриста как величайшего его идеолога». При этом профессор предупреждает, что «вне этого смысла боязнь шестёрок есть признак суеверия христианина».

А совсем недавно, в конце ХХ века появилась еще одна буквенная расшифровка аббревиатуры «666». Суть ее свелась к тому, что «666» – это не что иное, как «www», или «World Wide Web», то есть Internet. Иначе говоря, именно «Всемирную Паутину» следует идентифицировать с Антихристом.

Открыв Евангелие от Луки, в самом его начале мы прочтем: «Как уже многие начали составлять повествования о совершенно известных между нами событиях, как передали нам то бывшие с самого начала очевидцами и служителями Слова, то рассудилось и мне, по тщательном исследовании всего сначала, по порядку описать тебе, достопочтенный Феофил, чтобы ты узнал твердое основание того учения, в котором был наставлен» (Лк. 1: 1–4).

На основании этого отрывка можно сделать вывод, что в годы написания третьего Евангелия уже существовали подобные ему произведения. Кроме того, содержание некоторых посланий апостолов также указывает на использование ими произведений, которые не вошли в состав Нового Завета. Так, в Первом послании Павла к коринфянам приводится упоминание о предшествующем ему письме: «Я писал вам в послании…» (1 Кор. 5: 9)

В Третьем послании Иоанна тоже имеется ссылка на ранее отправленное письмо: «Я писал церкви; но любящий первенствовать у них Диотреф не принимает нас» (3 Ин. 1: 9).

Кроме того, в Деяниях апостолов и посланиях Павла встречаются высказывания, якобы принадлежавшие Иисусу, но отсутствующие в Евангелиях. Например, в Послании филиппинцам говорится: «Но уничижил себя самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек» (Флп. 2: 7). Однако в новозаветных Евангелиях нет сведений о том, что Иисус принял образ раба. В них Христос Богочеловек, обладавший одновременно Божественной и человеческой природой.

Таким образом, на основании приведенных выше примеров можно сделать однозначный вывод: Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна не единственные, в которых цитировались поучения Христа. Выходит, что и авторы Деяний апостолов и посланий знали также и другие изречения Иисуса, которые присутствовали в не дошедших до нас сочинениях.

Еще больше ссылок на неизвестные произведения, отсутствующие в Новом Завете, встречается у раннехристианских писателей. Так, повествуя о суде над Иисусом, Юстин в своей «Апологии» приводит слова апостола Петра. Однако в Новом Завете свидетельства Петра о суде над Христом отсутствуют. В другом своем сочинении – «Разговор с Трифоном-иудеем» – Юстин пишет, что Иисус мастерил земледельческие орудия, хотя таких подробностей в канонических Евангелиях нет.

А историки и писатели более поздних столетий уже открыто не только называют целый ряд произведений, которые отсутствуют в Новом Завете, но и цитируют их. Например, Ириней Лионский в сочинении «Против ересей» с негодованием пишет о тех сочинителях, которые «приводят несказанное множество тайных и подложных писаний».

В своих богословских трактатах выдержки из сочинений христианского толка, которые отсутствуют в каноническом Писании, приводят также Ориген, Тертуллиан, Евсевий.

«По свидетельству самих христиан в первые века существования и распространения нового учения его последователи и проповедники почитали самые разные произведения, авторами многих из которых считались ученики Иисуса. Существовали, наряду с новозаветными Евангелиями, Евангелия Петра, Андрея, Варфоломея, Якова, Филиппа, два Евангелия Фомы, совершенно различные по содержанию. Кроме того, были Евангелия, именовавшиеся по названиям тех групп, которыми они почитались (хотя вряд ли это были их подлинные названия): Евангелие евреев, т. е. христиан, продолжавших соблюдать иудейские обряды; Евангелие эбионитов, Евангелие назореев. По словам Иринея, некоторые христиане «дошли до такой дерзости, что назвали свое сочинение “Евангелием Истины”.

По-видимому, существовали и разные версии некоторых новозаветных Евангелий: Ириней говорит, что христиане, называвшие себя эбионитами, пользовались только Евангелием от Матфея, но их учение расходилось с тем, что изложено в соответствующем новозаветном Евангелии. Вероятно, эбиониты почитали какое-то особое Евангелие или другую версию новозаветного.

Вифлеем в 1856 г.

Известно, что существовала версия Евангелия от Матфея, написанная на арамейском языке – разговорном языке ряда областей Ближнего Востока, в том числе и Палестины. У писателя первой половины II века Папия (его цитирует Евсевий) сказано: “Матфей записал беседы Господа на еврейском языке (имеется в виду арамейский язык. – И. С.); а переводили их кто как мог”. В письме Климента, епископа Александрийского, написанном около 200 г., говорится, что в Александрии имели хождение сразу три Евангелия от Марка: обычная версия (включенная в Новый Завет), «подложное» Евангелие, написанное неким Карпократом, и тайное Евангелие, якобы написанное самим Марком для избранных.

Кроме Евангелий в произведениях христианских писателей упоминаются и другие не вошедшие в Новый Завет книги, претендовавшие на «священность»: Апокалипсис Петра, деяния отдельных апостолов, послания апостолов (например, послание Павла к лаодикейцам), Учение двенадцати апостолов (Дидахс), «Пастырь» Гермы, принадлежащий к жанру откровений» (И.С. Свенцицкая. Раннее христианство: страницы истории. М., 1987).

Все эти произведения церковь посчитала апокрифическими, то есть тайными, и, в отличие от канонических (образцовых) писаний, в Новый Завет они включены не были. Кстати, название «Новый Завет» стало применяться значительно позже тех канонических книг, которые в нем собраны: предполагается, в конце II века.

Следует заметить, что в трудах раннехристианских писателей присутствуют лишь небольшие отрывки из апокрифов, либо, в худшем случае, только их названия. Фактически в течение столетий эта христианская литература находилась «за семью печатями». И только благодаря археологическим открытиям, в руках исследователей появились не только краткие фрагменты из апокрифов, но и целые книги христиан первых веков новой эры, которые отвергнуты церковью…

В 1897 году молодые английские ученые Бернард Гренфелл и Артур Хант проводили археологические раскопки в древнем поселении Оксиринх, расположенном в 160 километрах от Каира. Результатом этих изысканий стал небольшой фрагмент папируса с восемью цитатами на греческом языке. Все они начинались словами: «Говорит Иисус». Наличие подобных текстов в этом месте связано с тем, что в IV–V веках здесь находилась многочисленная и весьма влиятельная христианская община.

В 1904 году в Оксиринхе теми же исследователями были обнаружены еще шесть неизвестных изречений, приписываемых Христу. Часть из них была в довольно жалком состоянии и практически не поддавалась расшифровке. Однако те фрагменты, которые удалось прочесть, оказались очень ценным для науки историческим материалом. Они представляли собой речения Христа, называемыми логиями. В основном все они в той или иной степени отличались от текста новозаветных Евангелий.

В 1905 году, также во время раскопок в Египте, археологи обнаружили небольшой фрагмент папируса, исписанный меленькими буквами. Оказалось, что это отрывок из неизвестного Евангелия, в котором приводилось описание посещения храма Христом вместе с апостолами, а также конец речи Иисуса.

Примерно в этот же период в одном из захоронений в Ахмиме (Египет) археологи по счастливой случайности наткнулись на фрагмент из Евангелия Петра, в котором рассказывалось о суде над Иисусом, Его казни и Воскресении. Вместе с этим клочком папируса ученые обнаружили и Апокалипсис Петра.

В 1946 году было сделано еще одно очень ценное для библеистов открытие. И снова в Египте, но на этот раз недалеко от древнего поселения Хенобоскион, ныне – Наг-Хаммади. Во время земляных работ был раскопан тайник, в котором хранились более сорока свитков религиозного содержания на коптском языке. Эти рукописи были объединены в 13 кодексов, или примитивных книг, относящиеся к III–V векам. Однако, как показали исследования, сами тексты были написаны намного раньше на греческом языке, а затем переведены на коптский. Среди кодексов находились три полных текста Евангелий: от Фомы, от Филиппа и Евангелие Истины.

Но вернемся к апокрифам. Так вот, буквально через год были обнаружены первые свитки Мертвого моря, или Кумранские рукописи, названные по месту их нахождения – в Кумранских пещерах. Открытие же этих текстов произошло, по сути, случайно. В феврале или марте 1947 года пятнадцатилетний юноша из племени бедуинов пас коз и овец в пустыне Вади-Кумран, расположенной в получасе ходьбы от Мертвого моря. В поисках убежавшей овцы он подошел к одной из пещер, каких в этом районе немало.

Предположив, что овца может находиться в пещере, юноша стал бросать внутрь нее камни. И когда услышал звуки разбитой посуды, посчитал, что нашел клад. Спустившись в пещеру, юноша обнаружил несколько глиняных сосудов. Сначала он подумал, что в них спрятано золото. Но оказалось, что в них находились лишь свитки старой кожи, завернутые в льняную ткань. Для хозяйственных целей кожа не годилась, поэтому свитки продали антиквару. А спустя еще какое-то время они попали к ученым…

И если сразу после открытия рукописей исследования пещер проводились от случая к случаю, то с 1951 года раскопки в Кумране стали осуществляться планомерно. В результате этих работ было обнаружено 11 пещер, в которых археологи нашли более 190 библейских свитков, из которых лишь 12 сохранились полностью или в значительном объеме.

Кроме того, в пещерах были найдены еще около 25 тысяч фрагментов, многие из которых размерами не больше почтовой марки. Из них путем кропотливой работы, которая сводилась в основном к анализу и сравнению фрагментов, удалось восстановить примерно 900 отрывков древних текстов. Причем все рукописи написаны в основном на древнееврейском и арамейском языках, и лишь некоторые – на греческом. Таким образом, исследования кумранских свитков показали, что за рамками Нового Завета осталось огромное количество религиозных книг и текстов.

Но в таком случае как из этого огромного количества материала велся отбор новозаветных книг, какие критерии для этого использовались? Их несколько.

Наиболее известный из них – авторство апостолов. То есть если предполагалось, что какой-то текст написан апостолом, его требовалось вносить в канон. Однако в этом случае возникало немало трудностей. Так, апостолы не являются авторами ряда новозаветных текстов: Евангелия от Марка, Деяний, написанных Лукой, Послания к евреям, Послания Иуды и Послания Иакова. Но тем не менее они включены в Новый Завет. Чтобы разрешить этот парадокс, было признано апостольство тех, кто хоть и не входил в число Двенадцати, но был близок к их кругу. В результате написанное этими авторами было освящено авторитетом апостолов.

В основе другого критерия лежит древность сочинения. Поэтому только самые ранние тексты были включены в канон. Но и эта норма имеет определенные недостатки, которые прежде всего связаны с определением «возраста» произведения.

В свою очередь, ряд авторитетных представителей христианства предлагали относить к каноническим только те тексты, которые читались вслух и использовались при публичном богослужении. Но ведь и некоторые апокрифические сочинения также зачитывались во всеуслышание и использовались во время богослужения в ранней церкви. В то же время нет доказательств того, что в общественном богослужении читались Послания Петра или Иоанна.

Еще один критерий – боговдохновение. Но и здесь имеется немало проблем, поскольку некоторые письма и послания апостолов, не включенные в канон, дают основание для предположений о существовании немалого количества творений, которые были созданы авторами, вдохновленными Богом.

Но все-таки одним из важнейших критериев принадлежности к канону считается наличие в произведении речений Иисуса Христа. Его изречения передавались как устно, так и письменно, и четыре канонических Евангелия потому и авторитетны, что слова в них принадлежат Учителю.

Однако большинство богословов считают, что главным критерием формирования Нового Завета является воля Всевышнего. Американский профессор богословия Рональд Янгблад по этому поводу говорит: «Ученые, ведомые Божественным Провидением, во второй половине IV века установили пределы канона Нового Завета». Таким образом, лишь этот критерий может согласовать все составляющие процесса канонизации книг.

Известно, что земная жизнь Иисуса Христа была связана со многими городами Иудеи и Галилеи. Так, в Вифлееме, согласно Евангелию от Луки, Иисус родился. «Пошел также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем… Когда же они были там, наступило время родить Ей; и родила Сына своего Первенца» (Лк. 2: 4,6).

Вифлеем находится на Западном берегу реки Иордан, в исторической области Иудея, приблизительно в восьми километрах к югу от Иерусалима. Это один из древнейших городов мира. Основан он в XVII–XVI веках до н. э. в земле Ханаанской. Теперь он практически граничит с Иерусалимом. Население города около 25 тысяч человек, с пригородами – 42 тысячи.

Храм Соломона. Историческая реконструкция

В связи с тем, что в Вифлееме родился Спаситель, этот город для христиан второй по своему значению после Иерусалима. В Вифлееме место рождения Спасителя освящено храмом, возведенным еще в IV веке царицей Еленой. И, что удивительно, в отличие от большинства храмов, расположенных на территории Палестины, за всю историю своего существования он ни разу не был превращен в руины.

Третьим после Иерусалима и Вифлеема по святости для верующих христиан является город Назарет, лежащий на холмах Нижней Галилеи. Здесь, согласно Священному Писанию, совершилось Благовещение, а также прошли детские и юношеские годы Иисуса Христа. В настоящее время в Назарете находится крупнейший на Ближнем Востоке собор – Храм Благовещения, построенный и освященный в 1969 году.

В сравнении с другими городами Священного Писания, Назарет – относительно молодой город, поскольку впервые он упоминается только в Евангелиях. Раньше на месте города находилось небольшое поселение, в котором проживало всего несколько десятков семей. Да и вопрос Нафанаила из Каны, обращенный к апостолу Филиппу: «Из Назарета может ли быть что доброе?» (Ин. 1: 46), по-видимому, также указывает на то, что во времена Иисуса это была скромная деревушка.

Впрочем, многие известные библеисты предполагают, что в новозаветные времена Назарета как такового вообще не существовало. И для подобных заключений у них имеются достаточно серьезные основания. Так, он отсутствует на всех картах и в документах римлян. Кроме того, он не упоминается среди 63 городов Галилеи, названных в Талмуде. Нет Назарета и в перечне городов Галилеи, который был составлен Иосифом Флавием. И причина этому в том, считают историки, что этот город, скорее всего, был основан только после восстания 68–74 годов. А немного позже это название связали с именем Иисуса из-за семантической ошибки, в результате которой слово «назореянин» (именно так иногда называли Иисуса) стали обозначать «выходца из Назарета». Хотя словом «назореи» в то время называли одну из еврейских сект, а не жителя города Назарета.

Следующий город, о котором довольно часто упоминают Евангелия, – это Капернаум, в прошлом располагавшийся на берегу Тивериадского озера, более известного как Галилейское море. Согласно Библии, в этом городе жили апостолы Петр, Андрей, Иоанн и Иаков. А в синагоге Капернаума проповедовал Христос. Кроме того, в этом же городе Сын Человеческий сотворил немало чудес. Так, здесь Он исцелил тещу апостола Петра (Мф. 8: 14–15), излечил расслабленного (Мф. 9: 2–6), воскресил дочь Иаира (Мф. 9: 18–19, 23–25) и т. д. Можно сказать, что Капернаум был главной ареной общественной деятельности Христа и основным местом Его проживания в этот период. Однако вскоре из города Его изгоняют, и Он, униженный, печально восклицает: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься…» (Мф. 11: 23) И, как показала история, это пророчество Иисуса полностью сбылось.

Тем не менее, как и Назарет, Капернаум тоже по сей день для ученых остается городом-загадкой. Дело в том, что он нигде в Священном Писании, кроме Нового Завета, не упоминается. Хотя считается, что Капернаум был основан примерно за 500 лет до н. э. Большинство исследователей XVII–XIX веков за этот город принимали развалины Хан-Минье, лежащие на северо-западном берегу Тивериадского озера. Однако, когда в 1905 году во время археологических изысканий в местечке Тель-Хум, находящемся севернее, были обнаружены и частично отреставрированы развалины красивой синагоги, у специалистов появилась версия, что это и есть Капернаум. Одно время об этой синагоге даже говорили, что ее часто посещал Иисус Христос. Однако более поздние исследования показали, что она была построена примерно в 200 году.

Возвращаясь к истории Капернаума, следует сказать, что в V веке город населяло примерно 1500 человек. Однако уже в VII веке, после вторжения персов и арабов, евреи и христиане ушли из Капернаума. И город стал постепенно приходить в упадок. Его развалины практически полностью занесло песком, и только отдельные остовы стен еще виднеются на поверхности.

В свою очередь, Джордж Дейвис в книге «Исполнение библейских пророчеств в наши дни» уточняет, что Капернаум сильно пострадал от мощного землетрясения в 400 году. Вероятно, такая же участь во время катаклизма постигла Хоразин и Вифсаиду, гибель которых также предсказал Иисус. Обратимся к Евангелию от Матфея: «Тогда начал Он укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись. Горе тебе, Хоразин! Горе тебе, Вифсаида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись; Но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам» (Мф. 11: 20–22).

Сведения, приводимые в Новом Завете о Вифсаиде и Хоразине, тоже довольно скудные. Например, в отношении Вифсаиды известно, что это названия двух галилейских поселений, одно из которых раскинулось на западном берегу Тивериадского озера, а другое – на восточном. Название же «Вивсаида», в переводе с еврейского языка означающее «рыбное жилище», свидетельствует о том, что основным занятием жителей этих селений была рыбная ловля. В настоящее время от обеих Вифсаид остались лишь незначительные развалины, которые к тому же требуют детальных исследований для более надежной идентификации их с евангельскими городами.

О городе Хоразине, который находился недалеко от Вифсаиды и Капернаума, также известно немного. По мнению ряда ученых, это – местечко Тель-Хум; другие же специалисты утверждают, что Тель-Хум является древним Капернаумом. Скорее всего, древний Хоразин – это та груда развалин, называемая Керазе, которая находится на расстоянии примерно 6 километров северо-западнее от Телль-Хума.

Кана Галилейская – еще одно поселение, упоминаемое в Новом Завете, о котором в наше время почти ничего не известно. А ведь именно здесь Спаситель сотворил Свое первое чудо – на брачном пиру превратил обычную воду в хорошее вино (Ин. 2: 1—11). В Евангелии от Иоанна Кана упоминается также в истории о том, как Иисус излечит смертельно больного сына некоего царедворца (Ин. 4: 46, 51). Кроме того, Иоанн сообщает, что родом из Каны был апостол Варфоломей, который в Евангелии назван Нафанаилом.

На этом сведения о Кане Галилейской исчерпываются. Поэтому о том, где располагалось это поселение, у исследователей до сих пор нет единого мнения. Долгое время археологи и историки считали, что Кана находилась на месте нынешнего города Кафр Кана. Эту версию якобы подтверждает церковь Венчания, построенная, как считается, в давние времена на месте описанных в Евангелиях событий. Но это довольно шаткий аргумент, поэтому в последнее время на роль Каны претендуют несколько поселений в Израиле и в Ливане.

Одни развалины остались и от Гадара – главного города Гадаринской области. В Библии эта местность упоминается в Евангелии от Луки. Там Спаситель сотворил чудо, исцелив бесноватого, скрывавшегося в пещерах, где хоронили умерших (Лк. 8: 26–40).

Вифагия и Вифания – еще два места, о которых вскользь говорится в Новом Завете. Виффагия – небольшое селение, располагавшееся рядом с Елеонской горой и, вероятно, примыкавшее к Вифании. В связи с тем, что с Виффагии Христос начал торжественное шествие в Иерусалим, упоминается она у всех трех синоптиков: Матфея (21: 1), Марка (11: 1) и Луки (19: 29). К настоящему времени следов, позволяющих идентифицировать это поселение, также не обнаружено.

То же самое можно сказать и о Вифании – городке, где жили Лазарь, Мария и Марфа (Ин. 11: 1). В этом поселении Иисус Христос также пребывал перед въездом в Иерусалим. Согласно традиции, Вифания находилась на месте нынешнего города Аль-Азария на западном берегу Иордана, приблизительно в трех километрах к востоку от Иерусалима.

Евангелист Иоанн в 4-й главе рассказывает о беседе Иисуса Христа с женщиной из Самарии. Происходит этот разговор возле колодца Яковлева в городе Сихаре. Предполагается, что это другое название города Сихема, известного еще со времен Авраама (Быт. 12: 6). Значит, Сихем (Сихарь) можно считать одним из древнейших городов Земли. Правда, в настоящее время поселения с таким названием в тех местах, где проповедовал Христос, нет. Зато в Палестине находится современный город Наблус, который, как считают ученые, соответствует новозаветному Сихему…

Всего же в Новом Завете упоминается более сорока городов, часть из которых посетил Иисус Христос. Но, как легко заметить, о многих из них ученым почти ничего не известно. И в первую очередь потому, что эти города исчезли с лица земли. Это произошло по самым разным причинам. Но, независимо от того, под воздействием каких факторов были разрушены христианские святыни, возникает вполне логичный вопрос: как Бог смог это допустить? Или в этом скрыт глубочайший, недоступный человеческому разуму, смысл Господней премудрости?

Иерусалим – один из древнейших городов на земле, история которого практически без перерыва продолжается на протяжении пяти тысячелетий. За этот период город неоднократно менял названия. Ученые подсчитали, что только в Ветхом Завете он фигурирует под 70-ю разными именами. Но при этом во все времена город возвращался к своему древнейшему названию – Иерусалим. Что же означает это слово?

Большинство ученых считает, что название Святого города происходит от имени древнего ассирийского божества «Салим» или «Шалем». А «Рушалимум», вероятно, означает – «основано Шалемом»…

Расположен Иерусалим на границе между Средиземным и Мертвым морями, в самом центре Иудейских гор, которые служат естественным оборонительным рубежом от вражеских вторжений. Кроме того, здесь находится единственный в округе источник, с библейских времен известный под названием Гион.

Первое же письменное свидетельство об Иерусалиме относится к XX–XIX векам до н. э. Он под именем «Ушалмеса» или «Рушалимума» упоминается в так называемых египетских «папирусах проклятий» племен и городов, враждовавших с Египтом. У специалистов нет сомнений, что в этих документах речь как раз и идет об Иерусалиме.

А вот первым упоминанием Иерусалима в Священном Писании принято считать рассказ в 14-й главе книги Бытие. Когда победивший Кедорлаомерома и его союзников Авраам возвращался домой, «царь Содомский вышел ему навстречу в долину Шаве, что ныне долина царская. И Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино. Он был священник Бога Всевышнего» (Быт. 14: 17–18). Впрочем, веских оснований для отождествления библейского Салима с Иерусалимом у специалистов нет.

С течением времени как экономическая, так и военная мощь Иерусалима возрастала, и он постепенно становился одним из важнейших ханаанских городов. Правда, об этом известно только из текстов Ветхого Завета. Поэтому историческая достоверность сведений, содержащихся в ветхозаветных книгах, вызывает сомнения у многих современных исследователей…

Город Иевус – так на заре своей истории назывался Иерусалим – благодаря расположению на крутой скале являл собой неприступную «цитадель» посреди земель, уже захваченных израильтянами. Поэтому Иевус и был лакомым куском для внешних врагов. К тому же город имел удобное географическое положение и источник воды. Таким уникальным стратегическим объектом и заинтересовался пришедший в X веке к власти царь Давид.

«И пошел царь и люди его на Иерусалим против Иевусеев, жителей той страны; но они говорили Давиду: “ты не войдешь сюда; тебя отгонят слепые и хромые”, – это значило: “не войдет сюда Давид”. Но Давид взял крепость Сион: это – город Давидов» (2 Цар. 5: 6–7).

Вообще же взятие Иерусалима Давидом – еще одна тайна Священного Писания. Судя по двум описаниям этого события в Библии, город Иевус, хотя и занимал довольно выгодное стратегическое положение, долго не сопротивлялся. Какие же причины помешали этому?

Ответ на этот вопрос вроде бы в середине XIX века нашел английский военный инженер Чарльз Уоррен, обнаруживший в своде Гионского грота отверстие, которое оказалось входом в широкий коридор. По нему Уоррен попал в большую пещеру, заполненную старинными сосудами.

Впоследствии детальное изучение пещеры показало, что она и впрямь находилась на территории Иевуса, а проход, названный «шахтой Уоррена», относится ко II тысячелетию до н. э. Появилась эта подземная трещина, как считают специалисты, более 40 000 лет назад в результате естественных процессов. Этим природным коридором в грунте и воспользовались воины Давида, чтобы проникнуть в город.

Вообще же без преувеличения можно сказать, что падение Иерусалима фактически означало полное покорение израильтянами Ханаана. Со временем войска Давида заняли земли моавитян и аммонитян, подчинили сирийцев и завоевали Идумею. Таким образом, Иерусалим стал столицей обширного по тем временам государства…

Однако закрепившееся среди ортодоксальных библеистов предположение о том, что Давид создал огромное по тем временам царство со столицей в Иерусалиме, не всеми исследователями принимается.

Так, в 1999 году израильский археолог Зеев Герцог выступил со статьей, в которой заявил, что проводившиеся в течение 70 лет в Израиле раскопки не подтвердили версию о центральной роли Иерусалима в созданной Давидом империи. По его мнению, в X веке до н. э. на землях, где предположительно стоял Иерусалим, находилось лишь небольшое княжество, которым владел род Давида…

В те далекие времена на Древнем Востоке в столицах государств было принято строить храмы в честь почитаемого божества. Однако Давид не смог поддержать эту традицию. А вот почему он этого не сделал – неизвестно.

Библейские авторы дали этому эпизоду следующее объяснение. Давид якобы навлек на себя сильный гнев Бога, когда решил провести в своем государстве перепись населения. И тогда в качестве наказания за этот большой грех «послал Господь язву на Израиля; и умерло Израильтян семьдесят тысяч человек» (1 Пар. 21: 14).

Когда же «простер Ангел руку свою на Иерусалим, чтобы опустошить его; но Господь пожалел о бедствии и сказал Ангелу, поражавшему народ: довольно, теперь опусти руку твою. Ангел же Господень был тогда у гумна Орны Иевусеянина» (2 Цар. 24: 16).

Этим местом является много раз упоминаемая в Библии гора Мория. Именно здесь и было заповедано Давиду установить жертвенник. Сделав на нем жертвоприношения, царь тем самым остановил эпидемию, которая могла бы привести к гибели его народ. Впоследствии на этом месте и было решено воздвигнуть Храм. Но сделал это уже сын Давида – Соломон. После смерти отца, укрепившись на троне, он приступил к строительству Храма, которое продолжалось в течение 7 лет: с 957 по 950 год до н. э.

Кроме Храма Соломон воплотил свои архитектурные таланты также в строительство царского дворца. Однако его местонахождение в Библии не указано. Отмечено лишь, что Храм построен за семь лет, тогда как для возведения дворца понадобилось целых тринадцать лет.

Впрочем, следует заметить, что помимо библейского текста других письменных свидетельств о возведенных Соломоном культовых и гражданских сооружениях в Иерусалиме не сохранилось…

За годы правления Давида и его сына Соломона, которые в целом царствовали семьдесят три года, Иерусалим достиг пика своей славы. Однако после смерти «мудрейшего из царей» его преемники не сумели сохранить завоевания предшественников, и великое государство распалось. Потерял свое величие и Иерусалим…

Погрязший в политических интригах и конфликтах, пребывающий в экономическом кризисе, Иерусалим медленно приходил в упадок. В конце концов, завершился этот процесс бунтом, а затем вторжением вавилонской армии в Иудею. А в 586 году до н. э., в середине летнего сезона войска Навуходоносора ворвались в Иерусалим и превратили его в руины…

Прошло несколько десятилетий. Вавилонская империя пала под натиском молодого и более сильного государства персов. После своей победы над грозным противником в 538 году до н. э. Кир II «повелел объявить по всему царству своему», что евреи могут возвратиться на родину и вновь отстроить лежавший в руинах Иерусалимский Храм. Причем персы не только выделили необходимые для строительства ресурсы, но и вернули захваченные вавилонянами сокровища Храма. И лишь ковчег Завета – главная иудейская святыня, бесследно исчез.

Новогодняя процессия в Вавилоне. Реконструкция Г. Ангера. 1931 г.

Но самаритяне, которых не допустили к возведению Иерусалимского Храма, стали всячески мешать начатому делу. В конце концов, из-за постоянных конфликтов строительство Храма было прервано на целых 15 лет. И только в начале правления Дария I Гистаспа (520 год до н. э.) строительство Второго Храма возобновилось. А в 516 году до н. э. оно было завершено. Правда, ни один источник не донес до нас описания внешнего вида этого грандиозного святилища.

Эти события, происшедшие к V–IV векам до н. э., являются, по сути, последними в канонической ветхозаветной истории Иерусалима. Вплоть до II века, то есть до хасмонейского периода, подробно изложенного в апокрифических Книгах Маккавеев, мало что известно об экономической и политической жизни в иудейской столице…

Примерно в 333 году до н. э. Иудея вместе со своей столицей Иерусалимом, практически не оказав сопротивления войскам Александра Македонского, сдалась на милость победителю. Возможно, по этой причине великий полководец и оставил городу все те привилегии, которые ему были дарованы персидскими владыками.

Однако вскоре после кончины Македонского в Иерусалим вторглись войска египетского правителя Птолемея I Сотерома, подчинившего попутно и всю Иудею. Победители не пощадили города и частично превратили его в руины. Случилось это примерно в конце IV века до н. э.

Следует заметить, что правление Птолемеев принесло Иудее и определенные плюсы. Так, страна получила довольно широкую внутреннюю независимость. Иерусалимский Храм стал центром религиозной и общественной жизни столицы и всей страны.

Но, видимо, к началу II века ситуация в Иудее и Иерусалиме коренным образом изменилась, поскольку евреи не только приветствовали победу селевкидской Сирии над Египтом (198 год до н. э.), но и оказали сирийской армии помощь в осаде запертого в крепости Бира египетского гарнизона.

За оказанную услугу владыка Сирии Антиох III издал закон, в соответствии с которым евреям было даровано право жить «по законам отцов». Кроме того, жителям Иерусалима разрешалось в течение трех лет не вносить в казну налоговые платежи, а храмовые священнослужители освобождались от них навсегда.

Однако во время правления Антиоха IV Эпифана (175–164 годы) обстановка в Иерусалиме снова изменилась, причем настолько, что появилась реальная угроза разрушения иудейских обычаев. Связано это было с тем, что этот правитель стал активно насаждать эллинскую культуру негреческому населению своей империи.

В первое время в Иерусалиме этот процесс протекал мирно. Часть населения согласилась принять греческие обычаи и стала жить отдельной общиной. Однако спокойствие в столице нарушали яростные столкновения между поборниками иудаизма и сторонниками эллинизации.

В конце концов, напряженность в Иерусалиме достигла такого накала, что в 170 году до н. э. Антиох для восстановления порядка вынужден был ввести в город войска. Но в 168 году волнения переросли в масштабное восстание. И Антиох жестоко подавил мятеж, подвергнув при этом Иерусалим разграблению.

К тому же, несмотря на постоянное возмущение евреев, Антиох продолжал демонстрировать свое полное неуважение к обычаям израильтян. В конце концов, дело дошло до того, что Антиох приказал устроить в Иерусалимском Храме святилище Зевса, а спустя какое-то время заколол свинью на его алтаре.

В ответ на эти действия царя вся Иудея взбунтовалась. Случилось это в 167 году до н. э. Возглавил восстание священник Маттатия из рода Хасмонеев со своими пятью сыновьями. Впоследствии одному из братьев – Иуде – было дано прозвище Маккавей, означавшее «молот». По этой причине многолетняя борьба иудеев с сирийскими поработителями получила название восстания Маккавеев. Впоследствии между Маккавеями с Селевкидами был заключен союз, в соответствии с которым иудеям предоставлялась религиозная свобода и восстанавливалась их политическая автономия. Кроме того, восстание Маккавеев привело к образованию Хасмонейского царства (164—37 годы) со столицей в Иерусалиме.

Обретя независимость, Иерусалим вновь вступил в пору расцвета. Однако за видимостью благополучия в городе таилась беспокойная и противоречивая действительность: например, между родственниками династии постоянно возникали конфликты. В конце концов, потомки Маккавеев – братья Гиркан II и Аристобул II – не поделили власть и начали междоусобную войну за овладение царским престолом. Но силы у соперников оказались равными. И тогда братья попросили вмешаться в их борьбу римлян, которые к тому времени владели территориями от Испании до Сирии. Римский полководец Помпей, в то время находившийся со своими войсками в Сирии, отдал предпочтение Гиркану, назначив его правителем царства. Но Аристобул с таким решением не согласился и поднял в Иерусалиме мятеж. Это-то и послужило поводом для наступления римлян, которые осадили Иерусалим в 63 году до н. э. А спустя три месяца город был захвачены войсками Помпея. В результате Иерусалим стал административным центром римского протектората Иудеи…

Особое место в истории Иерусалима занимает Ирод Великий – царь Иудеи, управлявший ей в течение 33 лет (с 37 по 4 год до н. э.). Это был жестокий и подозрительный правитель. И все же, несмотря на свою нравственную ущербность, Ирод проявил себя как один из самых одаренных и удачливых правителей за всю историю Иудеи. Он укрепил внешнюю безопасность и порядок внутри страны, а также добился у римских властей налоговых послаблений и свободы вероисповедания для иудеев.

Особенно впечатляющим его деянием стала грандиозная реконструкция Иерусалима. По размаху проведенных в Иерусалиме преобразований с Иродом можно сравнить разве только Соломона. Именно при нем были построены и водный резервуар длиной 100 метров, шириной 38 и глубиной 38 метров, и средиземноморский порт Кесария, и амфитеатр, и дворец, и цитадель Антония, и гигантская «башня Давида».

Однако, несмотря на столь успешную созидательную деятельность Ирода, в среде иудеев зрело народное недовольство римским господством. Негодование вызывали безудержная расточительность и страсть к роскоши власть имущих. Но особенно оскорбляла чувства верующих ежедневная жертва от имени императора-язычника, которая приносилась в Храме.

Все эти действия римских властей создавали в Иудее явную социальную напряженность, которая к середине 60-х годов I века достигла своего апогея. В результате в 66 году в Иерусалиме произошло крупное антиримское выступление, которое положило начало периоду, получившему в истории название Иудейской войны. Восстание было спровоцировано тем, что прокуратор Гессий Флор изъял из храмовой казны значительные средства якобы на государственные нужды.

Подавить бунт иудеев в 67 году император Нерон поручил известному полководцу Веспасиану, командовавшему римскими войсками в Палестине. Однако по ряду причин осада Иерусалима была отстрочена, но только до 70 года, когда армия Тита, сына Веспасиана, подошла к городу. Численность отборных римских легионов составляла не менее 80 тысяч человек. В течение пятимесячной осады и боев город был взят и, по сути, до основания разрушен. В городе не осталось ни одного целого здания; стены и укрепления были снесены, кроме небольшой части западной стены и трех башен Цитадели Ирода, где расположился 10-й легион, оставленный Титом для охраны покоренного города. Вопреки приказу Тита был сожжен и Храм.

Из Иерусалима римляне вывезли огромные ценности, в том числе золотой стол и золотой светильник-семисвечник, захваченные в Храме. Все реликвии Иерусалимского Храма Веспасиан поместил в возведенном по его распоряжению храме богини Мира в Риме.

Впоследствии, после краха Римской империи все ценности, изъятые из Иерусалимского Храма, бесследно исчезли. По одной из версий, их выбросили в Тибр во время беспорядков, происшедших в 312 году во время завоевания Рима императором Константином I. В то же время некоторые правоверные иудеи уверены, что реликвии Иерусалимского Храма находятся внутри Храмовой горы, на которой в наши дни высится мусульманская святыня «Купол скалы». Именно по этой причине никто из истинно верующих евреев не поднимается на Храмовую гору, поскольку это означало бы попрание спрятанных в ней священных предметов.

Вавилон безусловно самый прославленный и величайший город древнего мира. И, возможно, самый загадочный и наименее известный. И это при том, что здесь была построена знаменитая Вавилонская башня, созданы Висячие сады, возведены уникальные крепостные стены, и к тому же в нем жил и правил великий царь Навуходоносор.

И вот он – парадокс истории: местонахождение Вавилона в течение почти двух тысяч лет оставалось неизвестным. А ведь в городе, площадь которого в лучшие годы составляла 500 квадратных километров, проживало около одного миллиона человек. Однако к 363 году новой эры город, как писал историк правления Юлиана Отступника – Зосима, «превратили в парк диких животных».

И тем не менее о Вавилоне знали многие, поскольку он играет важную роль в Библии, которая долгое время являлась важным источником исторических сведений о Древнем Востоке.

Возможно, Вавилон еще долгое время оставался бы «неизвестным» для большинства современных людей, если бы не немецкий ученый Кольдевей. Именно под его руководством в 1899–1917 годах были проведены раскопки великого города…

Впервые же о Вавилоне более-менее подробно рассказал знаменитый историк древности Геродот. В частности, он описал обычай, в соответствии с которым каждая женщина Вавилонии, а значит, и столицы империи, должна была хотя бы однажды иметь интимную связь с чужестранцем в храме богини Иштар. Впрочем, верить этому надо с оговорками. Скорее всего, знаменитый грек принял обычных женщин, приходивших поклониться богине, за храмовых проституток, занимавшихся своим ремеслом в святилище богини любви.

Впервые же на исторической арене Вавилонское государство появилось около 2300 года до н. э. Его основу заложили племена, пришедшие из Южной Аравии, которые в Библии названы «аморитами» («амореями»), или хананеями.

Первым правителем нового государства был Саргон I. Но правил он не в самом Вавилоне, который представлял собой небольшое торговое поселение, а в городе Кише, находившемся в двух десятках километров от Вавилона.

Первым же царем самого Вавилона был Хаммурапи, который вместо нагромождения рыбацких лачуг на краю болота построил великолепный по красоте город. Со временем Вавилон опоясали две неприступные стены, которые в течение многих веков относили к семи чудесам света. И впрямь, эти укрепления были достойны восхищения. Наружная стена имела высоту около 12 метров и ширину – примерно 3 метра. За этим бастионом располагалось пространство шириной приблизительно 7,5 метра. Кроме внешней имелась еще и внутренняя стена, толщиной в 6 метров. Таким образом, наружная стена, площадка и внутренняя стена составляли в комплексе укрепление более 17 метров шириной и 12 – высотой. В целом же по разным данным общая длина стен Вавилона равнялась приблизительно 80–90 километрам. Кроме того, на стенах через каждые 50 метров стояли сторожевые башни: на внутренней стене их было 360, а на внешней – 250.

Вся политическая жизнь Вавилона была сконцентрирована во дворце его владыки – царя Навуходоносора. Главные же религиозные события проходили в храме бога Мардука. Внутри храма находилось святилище, в котором располагалось ложе, где ночью возлежала жрица, и высилась золотая статуя около 5,5 метра высотой. Кроме этого, в городе находились еще 55 храмов бога Мардука, а также еще несколько сотен различных святилищ.

Посреди города протекала река Евфрат, служившая главной транспортной магистралью, ведущей с севера на юг к Малой Азии и к Шумеру. Реку пересекал единственный каменный мост, плиты которого ночью убирали. Делали это, как предполагают некоторые авторы, для того, чтобы воспрепятствовать перемещению «контрабандных» товаров из нового города и провинции в старый.

Кроме крепостных стен одним из чудес света являлись «висячие сады», которые якобы были разбиты по приказу Навуходоносора в знак любви к своей супруге Амитис – дочери мидийского царя Киаксарома. Впрочем, до сих пор точно неизвестно: существовали ли такие сады на самом деле, или это всего лишь красивая легенда?

Так, Геродот, побывавший в Вавилоне в V веке до н. э., то есть примерно через столетие после правления Навуходоносора, ничего о них не сообщает. В то же время древнегреческий историк Диодор Сицилийский (90–21 годы до н. э.), наоборот, дает их полное описание: «Сад составлял 100 футов (30 м) в длину и 100 футов (30 м) в ширину; он возвышался рядами, напоминающими театр. Под террасами располагались своды, которые принимали на себя вес сада со всеми растениями; самый верхний свод, 75 футов (22,5 м) в высоту, являлся самой высокой частью сооружения и располагался на одном уровне с городскими стенами. Крыши сводов, поддерживающих сад, были сооружены из каменных балок длиной около 16 футов (5 м)… На такие крыши насыпали столько плодородной почвы, чтобы хватило посадить с корнями самые большие деревья. Землю разравнивали, и все пространство густо засаживали деревьями разного рода. Галереи возвышались одна над другой, и там, где их освещало солнце, располагались многочисленные царские ложи. В верхней галерее были проведены желоба для отвода воды, которую в обилии поднимали насосами из реки, хотя никто не видел, как это делалось»…

Весной 1902 года Кольдевей обнаружил на развалинах Вавилона еще два уникальных архитектурных сооружения – «Дорогу процессий» и Ворота Иштар.

Руины Мегиддо

«Дорога процессий» называлась так потому, что по ней один раз в год, во время новогодних празднеств переносили статую Мардука из его храма во дворец, где проходили торжества. А после их завершения тем же путем статую возвращали обратно. «Дорога процессий» имела длину около 300 метров и ширину – примерно 16 метров. Она была вымощена квадратными плитами. С обеих сторон «Дорога» была обрамлена крепостными стенами с башнями. Со стен, облицованных глазурованным кирпичом голубого цвета, за участниками шествия «наблюдали» 120 барельефов львов.

Что же касается Ворот Иштар, то воздвигнуты они были в 575 году до н. э. в северной части города из кирпичей, лицевая поверхность которых была покрыта ярко-голубой, желтой, белой и черной глазурью. Это сооружение Навуходоносор посвятил богине Иштар. Стены ворот, как и «Дорогу процессий», украшали барельефы 575 животных в почти натуральных позах…

И вдруг великий и неприступный Вавилон, утопавший в роскоши и величии почти две тысячи лет, в 538 году до н. э. почти без боя сдался персидской армии под предводительством Кира Великого. Этот факт, безусловно, удивил многих современников и ученых более поздних времен, поскольку в те времена взятие любого крупного города сопровождалось длительной осадой и кровопролитными сражениями.

Итак, Вавилон пал. Однако трудно поверить, что город сдался без боя. Об этом говорит и предположение, что Кир уже однажды пытался захватить Вавилон. Но его усилия оказались неудачными. При вторичном нападении на Вавилон в конце сентября началась битва при городе Описе, расположенном на левом берегу Тигра. Вавилонские войска были разбиты. Царь Набонид бежал. Быстрое поражение вавилонян многие исследователи объясняют тем, что в это время у Кира в Вавилоне было немало сторонников, которые по разным причинам желали поражения Набониду.

Ряд любопытных сведений, связанных с падением Вавилона, приводит Геродот. Услышать же их историк мог от очевидцев тех событий. Геродот свидетельствует, что Кир продолжительное время без особого успеха осаждал город, укрепленный мощными стенами. Но, видя, что блокада Вавилона результатов не дает, персы применили хитрый маневр. «С помощью канала они отвели реку в озеро, превратившееся было в болото, и, когда река спала, старое русло ее стало проходимым. Когда река Евфрат убыла настолько, что не доставала человеку до середины бедра, персы, поставленные вдоль реки, по ее руслу вступили в Вавилон». Немалую помощь персам оказали и два вавилонских перебежчика – Гобрий и Гадат, которые составили план нападения на город…

Итак, войска Кира овладели столицей Вавилонии. Но, вопреки бытовавшему в те далекие времена обычаю, персидский царь не превратил город в руины. Наоборот, после вторжения персов жизнь в нем продолжала течь в прежнем ритме. Кир поселился в царских апартаментах и особо не вмешивался во внутреннюю жизнь Вавилона. Более того, он посещал храмы, оказывал должное уважение богу Мардуку и жрецам, которые, как и раньше, имели достаточное влияние на политическую жизнь империи.

Таким образом, несмотря на ужасное предсказание Иеремии о том, что Вавилон ожидает запустение и дикость, город и при Кире продолжал процветать.

Возможно, Вавилон процветал бы еще многие столетия, если бы не восстание, которое вспыхнуло во время правления преемника Кира – Дария (522–486 годы до н. э.). Об этом событии в персидских хрониках сообщается следующее: «Некий вавилонянин по имени Нидинту-Бел, сын Анири, поднял восстание в Вавилоне; он лгал людям, говоря: “Я Навуходоносор, сын Набонида”. Затем все провинции Вавилонии перешли к этому Нидинту-Белу, и Вавилония подняла мятеж. Он захватил власть в Вавилонии».

Но Дарий подавил мятеж, а Нидинту-Белу казнил. Кроме того, согласно Геродоту, персидский властелин приказал разрушить городские стены и ворота. Кроме этого, были распяты три тысячи бунтовщиков.

Однако, несмотря на значительный материальный ущерб, нанесенный городу Дарием, Вавилон не потерял своей экономической значимости на Среднем Востоке, поскольку располагался на пересечении основных торговых магистралей. И все же Вавилон постепенно стал терять свое религиозное значение. Когда же в городе вспыхнул новый бунт, персидский царь Ксеркс (486–465 годы) распорядился сровнять с землей не только стены Вавилона и оборонительные сооружения, но и храм Мардука. Была вывезена из города и статуя бога.

А ведь согласно бытовавшему на Среднем Востоке представлению, благоденствие народа находилось в прямой связи с материальным благополучием его главного храма. Так что легко оценить, насколько жесток был для Вавилона приказ Ксеркса. Но и после разрушения храма жизнь в Вавилоне не прекратилась. Когда в 445 году до н. э. в нем побывал Геродот, город выглядел еще достаточно крепким, хотя и приходил в упадок.

Однако персам было не до Вавилона. Они в это время пытались захватить Спарту и Афины. Но персы не только не справились с этой задачей, но и понесли серьезные военные потери. В 311 году империя Ахеменидов, которой в это время управлял Дарий III, потерпела полное поражение. В это же время Александр Македонский, без всякого сопротивления со стороны жителей, захватил Вавилон, став его единовластным хозяином.

Великий полководец не причинил городу никакого вреда. Наоборот, он отдал распоряжение восстановить здания и улучшить внешний облик столицы. То же касалось и храма Мардука. Стройка продолжалась десять лет и даже еще два года после кончины Александра Македонского, который умер в 325 году до н. э. И, можно сказать, что со смертью великого полководца закончилась и история Вавилона.

После кончины Александра Македонского между его близкими товарищами и родственниками началась борьба за остатки империи, в том числе и за обладание Вавилоном. В конце концов, город достался полководцу Селевку Никатору. Новый правитель города одно время даже предполагал превратить его во вторую столицу Среднего Востока. Но в 305 году до н. э. Селевк осознал, что воплотить в жизнь свою идею он не сможет, и поэтому решил основать новый город, назвав его своим именем.

Селевкию возвели на берегу Тигра, в сорока милях к северу от Вавилона. Чтобы окончательно покончить с пережившим свой век Вавилоном, Селевк приказал всем крупным чиновникам покинуть город и переселиться в Селевкию. Естественно, за ними последовали купцы и торговцы.

Апостол Иаков, ослепленный фаворским светом. Деталь мозаики «Преображение» в монастыре Св. Екатерины на Синае. VI в.

И тем не менее дряхлеющий город продолжал сохранять свое величие. Не зря любой предводитель небольшого отряда, на несколько дней овладевший городом, называл себя «царем Вавилона»…

Но время, в конце концов, превратило Вавилон в песок. И как тут не вспомнить пророчество Иеремии: «И не возьмут из тебя камня для углов, и камня для основания, но вечно будешь запустением, говорит Господь… Города его сделались пустыми, землею сухою, степью, землею, где не живет ни один человек, и где не проходит сын человеческий» (Иер. 51: 26, 43).

И все-таки: почему ушел в небытие Вавилон? Ведь такие новозаветные города, как нынешняя столица Сирии – Дамаск и столица Ливана – Бейрут, а также крупнейший ливанский город Сайда (в прошлом Сидон) живут и процветают по настоящее время. Может, и впрямь виновато проклятие израильского пророка Иеремии?

Ветхий Завет сообщает, что царь Соломон, помимо своей удивительной мудрости, прославился ещё и как великий строитель. «Вот распоряжение о подати, которую наложил царь Соломон, чтобы построить храм Господень и дом свой, и Милло, и стену Иерусалимскую, Гацор, и Мегиддо, и Газер» (3 Цар. 9: 15).

Итак, среди городов, построенных на государственные налоги, упоминается и Мегиддо – город Апокалипсиса, место, где, согласно легенде, состоялась первая битва между ангелами и демонами, и здесь же, по Апокалипсису, должна произойти и последняя битва в истории нашей планеты – последний Армагеддон, символ «конца света» (Откр. 16: 16).

Что же это за город, ставший центром осуществления последнего из апокалипсических пророчеств, хотя его название и переводится как «город счастья». И хотя на современной карте Израиля его нет, тем не менее археологам известно, что находился Мегиддо в живописном месте, на зелёной равнине, называемой «долиной Изреельской». Сама же она располагается в своеобразном треугольнике, вершинами которого являются гора Кармил, голубые Галилейские холмы и гора Табор. В центре этого треугольника возвышается холм Телль-Эль-Мутеселиме.

Раскопки именно этого холма в 1903 году и начала немецкая экспедиция во главе с инженером-топографом Г. Шумахером. В ходе двухлетних работ было установлено, что в недрах этой возвышенности скрыт легендарный библейский Мегиддо – город с многовековой историей.

После Первой мировой войны раскопки Мегиддо продолжились, но на этот раз здесь обосновались американские археологи. В течение десяти лет в этом месте были раскопаны более 20 культурных пластов, старейший из которых датируется серединой IV тысячелетия до н. э.

В результате этих исследований ученые установили немало любопытных фактов из истории Мегиддо. Например, что в период правления царя Соломона город являлся центром одного из 12 округов, на которые была поделена страна, а также хорошо укрепленной крепостью с конюшнями и хранилищами для колесниц.

В ходе этих работ было сделано и немало других интересных открытий. Так, ученые установили, что Мегиддо был хананейским городом-государством, которым управлял свой царь. Правда, владения его были очень малы и ограничивались лишь самим городом и прилегающими поселениями.

Но, в отличие от многих других городов, Мегиддо занимал весьма выгодное стратегическое положение, поскольку через него проходил древний путь, соединявший Египет с Сирией, Анатолией и Месопотамией. По этой причине Мегиддо всегда привлекал внимание завоевателей, и у его стен порой разворачивались грандиозные битвы, жертвой которых нередко становился и сам город. Хотя на пике своего могущества, будучи одним из крупнейших городов Ханаана и Израиля, город имел и мощную систему укреплений, и хорошо продуманную структуру водоснабжения, а также выделялся своими великолепными дворцами и храмами.

Пророк Илия вызывает огонь с неба на пятидесятника. Гравюра Г. Доре. 1860-е гг.

Возвращаясь к военной истории Мегиддо, отметим, что здесь около 1500 года до н. э. произошла битва между армией египетского фараона Тутмоса III и войсками сиро-палестинских царей. Семь месяцев продолжалось сражение. Наконец, обессилевшие от голода защитники Мегиддо сдались и были угнаны в Египет. А их имущество фараон присвоил себе.

В этой же долине примерно в средине XIII века до н. э. судья Варак разгромил войска ханаанского полководца Сисары (Суд. 4: 14–16; Суд. 5: 19–21). А еще спустя непродолжительное время израильский судья Гедеон всего с тремястами воинами одержал победу над мадианитянами (Суд. 7: 19–22). Здесь же около 1000 года до н. э. на расположенной рядом горе Гелвуй в битве с филистимлянами погибли царь Саул и его сын Ионафан (1 Цар. 31: 1–7). И в этом же месте встретил смерть царь Охозия от Ииуя (4 Цар. 9: 27). Спустя ещё четыре столетия в этих же местах был убит египтянами царь Иудеи – Иосия. Таким образом, судя по приведенным выше данным, в Библии Мегиддо является местом гибели многих царей.

Вообще же, согласно исследованиям американского археолога Эрика Клайна, в течение последних 4000 лет на Мегиддонских равнинах произошло как минимум 34 кровавых конфликта.

Безусловно, в ходе этих битв город подвергался значительным разрушениям. Так, в 920 году до н. э. он был захвачен и разрушен египтянами, но вновь был отстроен в период правления царей Омри и Ахава. В VII веке до н. э. город был превращен в руины ассирийским царем Тиглатпаласаром III, но теми же ассирийцами был восстановлен и превращен в столицу их провинции. Упадок же Мегиддо начался после разрушения Первого Храма…

Выгодное стратегическое положение Мегиддо и частые сражения в этом месте отразились и в библейском названии «Армагеддон», что означает «Холм Мегиддо», или «Гора Мегиддо». Согласно Откровению Иоанна, именно здесь произойдет решающее сражение между силами Бога и Сатаны.

«И видел я выходящих из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам. Это – бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на брань в оный великий день Бога Вседержителя… И он собрал их на место, называемое по-еврейски Армагеддон» (Откр. 16: 13–14, 16).

Легко предположить, что упоминание «Горы Мегиддо» означает, что именно в этом месте и произойдет последнее в истории человечества сражение. Но, во-первых, такой горы на самом деле не существует: на месте древнего города Мегиддо находится лишь холм высотой около 20 метров. И, во-вторых, сама долина очень мала, чтобы там могли вместиться все «цари земные с воинствами их» (Откр. 19: 19). Таким образом, Армагеддон выступает лишь в качестве символа великой битвы…

Некоторые толкователи утверждают, что во время Армагеддона будут уничтожены все жители земли в результате применения оружия массового поражения или же столкновения с небесным телом. Однако сомнительно, что Бог допустит гибель Земли и всего человечества, поскольку Он ясно говорит, что «не напрасно сотворил ее», но «образовал ее для жительства» (Ис. 45: 18; Пс. 95: 10). Во время Армагеддона Господь не уничтожит весь земной шар в планетарной катастрофе, а лишь «погубит губящих землю» (Откр. 11: 18).

Чтение Нового Завета как бы наполняет человека невидимым внутренним сиянием, которое, проникая в самые отдаленные уголки сознания и души, изгоняет из них тьму грехов и злых помыслов. И связано это, скорее всего, с тем, что в Евангелиях и Посланиях апостолов очень часто употребляется слово «свет». Толкователи Библии подсчитали, что всего в Новом Завете оно упоминается 60 раз. А в начальных девяти стихах первой главы Евангелия от Иоанна выражение «свет» приводится шесть раз.

Причем свет неразрывно связан с Иисусом Христом, поскольку Спаситель сам говорит: «Я есмь свет миру» (Ин. 8: 12). А все те, кто не желает более находиться во тьме, в Священном Писании названы «детьми света» (Еф. 5: 8).

Впервые же свет озаряет Иисуса при Его крещении в Иордане. Д. Мережковский в книге «Иисус Неизвестный» об этом повествует следующее: «Когда же выходил (Иисус) из воды, то нисшел на Него весь источник Духа Святого, и почил на Нем. И сказал Ему (Дух): Сын Мой, во всех пророках Я ожидал Тебя, да приидешь, и почию на Тебе; ибо Ты мир Мой, Ты Сын Мой единородный, царящий во веки веков».

Хотя явление Света выпало из этого отрывка, но то, что оно здесь было, можно заключить из того, что оно сохранилось, и почерпнутое, вероятно, отсюда же, в двух очень древних, латинских кодексах Евангелия от Матфея, Vercellensis (Верчельском) и Sangermanensis (Сен-Жерменском), как будто составители их поняли, вопреки Канону, что нельзя быть Крещению темным.

В первом кодексе: «Свет великий из воды озарил все окрест, так что все бывшие там устрашились». То же почти во втором: «Великий свет заблистал из воды».

Весьма вероятно, что в уцелевшем отрывке Эбионитского Евангелия, «“источник Духа” – огонь, нисходящий на Иисуса – падает с неба водопадом огненным».

Очень активную, можно сказать, творческую роль играет свет небесный в преображении Савла – гонителя христиан – в апостола Павла – ярого проповедника учения Христа: «Когда же он шел и приближался к Дамаску, внезапно осиял его свет с неба» (Деян. 9: 1–8).

«Свет» очень часто встречается в посланиях Павла. «Посему не судите никак прежде времени, пока не приидет Господь, Который и осветит скрытое во мраке» (1 Кор. 4: 5). В Послании к римлянам и ефесянам Павел призывает «облечься в оружия света», напоминая, что «ночь» уже прошла (Рим. 13: 12). И, несмотря на то, что язычники «были некогда тьма, но теперь – свет в Господе» (Еф. 5: 8), так как Христос имеет силу освещать: «Посему сказано: встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос» (Еф. 5: 14).

Еще одно явление небесного света описано в Евангелиях от Матфея, Марка и Луки. «Когда же он говорил это, явилось облако и осенило их; и устрашились, когда вошли в облако» (Лк. 9: 34). Случилось это событие на горе Фавор в Галилее. Более того, когда Иисус молился, то «преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф. 17: 2).

В Новом Завете имеются также и другие «световые» образы. Например, евангелисты утверждают, что явление Сына Человеческого будет похоже на молнию, озаряющую половину небосвода, или на яркую зарницу, разгоняющую тьму. При этом «праведники воссияют, как солнце, в царстве Отца их» (Мф. 13: 43).

Очень важное место занимают световые эффекты и среди образов, употребляемых Иоанном Богословом в его Евангелии, соборных посланиях и Апокалипсисе. В целом же можно считать, что «по библейскому представлению, Бог является источником любого света».

Рассматривая тему «света» в Новом Завете, следует знать, что этот образ очень часто используется и в ветхозаветном Писании.

Так, уже в первой главе книги Бытие говорится о сотворении Господом света: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью» (Быт. 1: 3–5). При этом легко заметить, что в книге Бытие тьма предшествовала свету. Это хорошо помнит и напоминает об этом коринфянам апостол Павел: «Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца…» (2 Кор. 4: 6) Поэтому Бог является «Отцом светов» (Иак. 1: 17).

Впрочем, немало световых явлений имеется и в книге пророка Иезекииля. «И я видел, и вот, бурный ветер шел от севера, великое облако и клубящийся огонь, и сияние вокруг него, а из средины его как бы свет пламени из средины огня» (Иез. 1: 4–5). Немного дальше в этой же главе: «Огонь ходил между животными, и сияние от огня и молния исходила из огня» (Иез. 1: 13); «И сияние было вокруг него» (Иез. 1: 27).

Вообще же «свет» выполняет в Библии много функций. Так, он является носителем Божественного свидетельства в мире: «Господь есть свет мой» (Пс. 26: 1) и «Ибо у Тебя источник жизни; во свете Твоем мы видим свет» (Пс. 35: 10). Назван же Бог светом потому, что обладает наивысшей истиной и всеведением: «Он открывает глубокое и сокровенное, знает, что во мраке, и свет обитает с Ним» (Дан. 2: 22).

Средневековая Библия, созданная в Ираке. Около 1000 г.

Свет также символизирует Божественную сущность. И именно об этом говорит апостол Иоанн, утверждая, что «Бог есть свет» (1 Ин. 1: 5). Поэтому, когда Иисус Христос свидетельствует о Себе, он называет Себя «светом мира», и тем, кто последует за Ним, обещает «свет жизни» (Ин. 8: 12). Иисус призывает обратиться к Свету для того, чтобы стать «сынами света» (Ин. 12: 36).

Также светом названа и Церковь Христа: «Вы были некогда тьма, а теперь – свет в Господе: поступайте, как чада света» (Еф. 5: 8).

Помимо света олицетворением Божества в Библии является также и огонь. В библейском словаре констатируется, что в Священном Писании огонь упоминается около 400 раз, причем почти все эти упоминания связаны с религиозным контекстом. Огонь наличествует в большинстве эпизодов Библии, в которых он указывает на присутствие Бога или исполнение Его воли. Например, огонь появляется уже в первых стихах Бытия: «И изгнал Адама, поставил на востоке у сада Едемского херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (Быт. 3: 24).

Также в пламени впервые явил себя Моисею Ангел Господен. «И явился ему Ангел Господен в пламени огня из среды тернового куста» (Исх. 3: 2).

Когда же во время исхода из Египта израильтяне вышли из Сокхофа, шел перед ними Господь «днем в столпе облачном, показывая им путь, а ночью в столпе огненном, светя им, чтобы идти им днем и ночью. Не отлучался столп облачный днем и столп огненный ночью, дабы идти им и днем и ночью» (Исх. 13: 21–22).

Бог также говорил из огня, когда объявлял евреям Закон. «И вывел Моисей народ из стана в сретение Богу, и стали у подошвы горы. Гора же Синай вся дымилась от того, что Господь сошел на нее в огне; и восходил от нее дым, как дым из печи, и вся гора сильно колебалась» (Исх. 19: 17–18).

На огненной колеснице уносится на небо пророк Илия: «Когда они шли и дорогою разговаривали, вдруг явилась колесница огненная и кони огненные, и разлучили их обоих, и понесся Илья в вихре на небо» (4 Цар. 2: 11).

В видениях многих пророков явление Божественной сущности также связано с огнем. Например, пророк Даниил при появлении перед ним Бога видел «престол Его – как пламя огня, колеса Его – пылающий огонь. Огненная река выходила и проходила перед Ним» (Дан. 7: 9—10).

А пророк Иезекииль увидел «подобие мужа, как бы огненное, и от чресл его и ниже – огонь, и от чресл его и выше – как бы сияние, как бы свет пламени» (Иез. 8: 2). Иоанн в Откровении видит очи Сына Человеческого, «как пламень огненный» (Откр. 1: 14).

Но огонь в Библии не только является воплощением Бога, который, например, помогает евреям определить правильное направление в их блужданиях по пустыне. Во многих местах Ветхого Завета повествуется также об огне гнева Божьего. «Ибо Господь, Бог твой, есть огнь поедающий, Бог ревнитель» (Втор. 4: 12).

Так, в наказание за грехи «пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба» (Быт. 19: 24), в результате чего эти города были уничтожены. В одной из казней египетских Бог также явил огонь: «И Господь произвел гром, и огонь разливался по земле… и был град и огонь между градом» (Исх. 9: 23–24).

Огнем карает Бог сыновей Аарона за использование ими в богослужении неалтарного огня. «Надав и Авиуд, сыны Аароновы, взяли каждый свою кадильницу, и положили в них огня, и вложили в него курений, и принесли пред Господа огонь чуждый, которого Он не велел им; и вышел огонь от Господа и сжег их, и умерли они пред лицем Господним» (Лев. 10: 1–2).

Однажды, когда во время странствий по пустыне израильтяне возроптали на Бога, многих из них Он сжег карающим огнем. «Народ стал роптать вслух Господа; и Господь услышал, и воспламенился гнев Его, и возгорелся у них огонь Господень, и начал истреблять край стана» (Чис. 11: 1–2). Такая же участь постигла и 250 мужей, восставших против Моисея. «И вышел огонь из Господа, и пожрал тех двести пятьдесят мужей, которые принесли курение» (Чис. 16: 35). Небесное пламя, которое вызвал пророк Илия, сжигает воинов, пришедших его арестовать (4 Цар. 1: 10–14).

В Библии нередко и само слово уподобляется огню. Слова Бога, вложенные в уста пророка Иеремии, становятся всепожирающим пламенем. «Посему так говорит Господь Бог Саваоф: за то, что вы говорите такие слова, вот, Я сделаю слова Мои в устах твоих огнем, а этот народ – дровами, и этот огонь пожрет их» (Иер. 5: 14). В другом месте Бог произносит: «Слово Мое не подобно ли огню» (Иер. 23: 29).

В целом же в Библии говорится, что суд Божий над грешным миром будет явлен в истребляющем пламени: «А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков» (2 Пет. 3: 7). В Новом Завете Христос также предупреждает грешников: «Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Мф. 3: 10).

Впрочем, огонь в Библии очень часто выступает не только в роли Божьего орудия наказания за грехи, но и защитника верующих. Причем нередко эти функции огня практически неразличимы. Например, огонь, зажигающий жертву Илии, оказывается смертельным для жрецов Ваала (3 Цар. 18: 38). Стена огня, служащая защитой Израилю, уничтожает его врагов (Зах. 2: 5). Огонь Судного Дня жесток и беспощаден, но только для грешников. И тем не менее огонь в Священном Писании в качестве карающего орудия Бога выступает чаще, чем в роли носителя добра: 53 случая против 26.

В Ветхом Завете важное место занимают жертвоприношения, при помощи которых человек общается с Богом. Делались же жертвоприношения в Ветхом Завете исключительно при помощи огня. Причем приносимые в жертву животные сжигались полностью. И только в том случае, когда жертва в пламени возносилась к небу, она выполняла предназначенную ей роль. При этом во время принесения жертвы огонь обычно возжигали священнослужители. Но не всегда. В Ветхом Завете описываются также случаи, когда огонь сам сходил с неба на жертвенник. Такое событие произошло во время торжественного жертвоприношения, которое описано в главе 9 Левита: «Вышел огонь от Господа и сжег на жертвеннике всесожжение и тук; и видел весь народ, и воскликнул от радости, и пал на лице свое» (Лев. 9: 24).

Сходит огонь Небесный и при освящении храма Соломона: «Когда окончил Соломон молитву, сошел огонь с неба и поглотил всесожжение и жертвы, и слава Господня наполнила дом» (2 Пар. 7: 1).

Участвует небесный огонь и в эпизоде, когда Илия показал всему израильскому народу, кто является истинным Богом: Ваал или Бог Авраама, Исаака и Иакова. Для этого было произведено испытание: на чью жертву сойдет огонь. «И ниспал огонь Господень и пожрал всесожжение, и дрова, и камни, и прах, и поглотил воду, которая во рве» (2 Цар. 18: 38).

Для христиан огонь имеет еще одну очень важную особенность, которая неизвестна в Ветхом Завете: он символизирует крещение Духом Святым. «При наступлении дня… явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них» (Деян. 2: 1–4). И с этого момента деяния апостолов приобрели совершенно иное качество: силой, которую в тот миг дал им Бог, они стали совершать чудеса и знамения.

В последние годы, после издания американским журналистом Майклом Дрознином книги «Библейский код», тема зашифрованной истории человечества в Пятикнижии Моисея (Торе) стала довольно популярной. И это неудивительно. Ведь автор на многих примерах пытается доказать, что в Библии и впрямь содержится некий универсальный для судеб людей и Земли код, который ему удалось расшифровать. Дрознин, например, утверждает, что в книгах Моисея зашифрованы убийства египетского президента Анвара Садата, американского президента Джона Кеннеди, убийство израильского премьер-министра Ицхака Рабина, президентство Билла Клинтона, дата начала войны в Персидском заливе и т. д.

О том, что в Священном Писании может находиться некая зашифрованная информация глобального характера, наиболее пытливые умы человечества догадывались уже давно. Так, поисками кода в Библии занимался знаменитый Исаак Ньютон. О «библейском коде» во второй половине XVIII века писал знаменитый еврейский мудрец Виленский Гаон: «Вот несомненная истина: все, что было, есть и будет до конца времен, содержится в Торе между первым ее словом и последним словом, – утверждал он. – И не только в главном, но и в подробностях всех родов и каждого человека в отдельности, и подробности подробностей всего, что случилось с ним со дня его рождения и до кончины».

Первые же обнадеживающие открытия в этом направлении в начале прошлого века сделал пражский раввин Вейсмандель, исследовавший равноудаленные буквенные последовательности. Он установил, что если от начала книги Бытие отсчитывать буквы с шагом 49, а затем из каждой пятидесятой складывать слова, то в результате получится выражение «Тора». При аналогичном алгоритме выборки букв тот же результат получится и в книге Исход. А в книге Левит с интервалом 7 прочитывается четырехбуквенное имя Всевышнего.

Поиском «библейского кода» занимался и американец русского происхождения Панин Иван Николаевич (1855–1942), посвятивший этим исследованиям более 50 лет своей жизни. Наиболее же полно разработал «библейский код» израильский математик Элиягу Рипс – всемирно известный специалист по теории групп.

Поиск предсказанных в Пятикнижии событий производится в соответствии со следующей методикой. Весь текст первых пяти книг Библии, состоящий из 304 805 букв, «вытягивается» в одну непрерывную строку без промежутков между словами. В ней компьютер и осуществляет поиск закодированных слов, имен и фраз. Для этого из цепочки через определенные промежутки выбираются соответствующие буквы: например, с интервалом в два, четыре, семь, семнадцать, пятьсот и т. д. шагов. В результате этой операции можно постоянно получать все новые и новые последовательности букв.

Затем компьютер проводит очередной поиск, но уже начиная со второй буквы. Потом делается новая выборка, которая начинается с третьей буквы. Далее – по порядку: с четвертой, пятой и так до тех пор, пока компьютер в своем поиске не дойдет до последней буквы.

Когда заданное слово найдено, компьютер начинает отыскивать связанную с ним информацию: имена, даты, названия местностей, которые зашифрованы так, что при завершении они уже располагаются недалеко одно от другого.

Для того чтобы оценить степень «тематической» согласованности полученных слов, компьютер использует два критерия. Во-первых, в итоговой матрице эти слова должны располагаться достаточно близко друг от друга, и, во-вторых, расстояние между буквами ключевого слова должно быть наименьшим из всех возможных.

Чтобы проверить, насколько широк спектр зашифрованной в Священном Писании информации, Рипс с коллегами с помощью компьютера провели в Библии поиски 32 знаменитых еврейских мудрецов. И, как выяснилось, имена этих людей в Пятикнижии есть. Более того, оказалось зашифрованным и время смерти этих великих раввинов, а в некоторых случаях – даже названия городов, где они проживали.

Конечно, можно предположить, что эти совпадения – простая случайность. Правда, ее вероятность ничтожная – одна десятимиллионная.

С другой стороны, если Рипс все-таки прав и «библейский код» на самом деле существует, то объяснить его с позиций современной науки практически невозможно. Поэтому многие ученые идею «библейского кода» попросту не принимают.

Так, австралийский специалист в области теории вероятности Аврахам Хазофер утверждает, что в «больших базах данных неизбежно возникают определенные совпадения. Так же как невозможно облако, не имеющее формы, так же и невозможен большой массив чисел или букв без совпадений. В любом случае применение статистических критериев к вопросам веры вызывает серьезные сомнения».

Веским аргументом в пользу этого утверждения Хазофера являются исследования австралийского математика Брендона Мак-Кэя. Этот ученый с помощью «библейского кода» подверг «расшифровке» английскую версию романа Г. Мелвилла «Моби Дик». В результате в тексте этого произведения Брендону удалось «обнаружить» убийство Индиры Ганди, Мартина Лютера Кинга и смерть в автомобильной катастрофе принцессы Дианы.

Таким образом, Мак-Кэй показал, что, кроме Библии, и в других источниках с достаточно большим количеством букв можно найти практически любую информацию. Тем более что в поисках подходящих по смыслу сочетаний разрешается читать то или иное слово по горизонтали, вертикали, диагонали, справа налево и наоборот, а также сверху вниз и наоборот.

Да и сам древнееврейский язык способствует применению в Библии «кода», в котором не пишутся определенные гласные. А так как их можно свободно вставлять после любой буквы, количество извлеченной информации с помощью этого метода из Священного Писания намного больше, чем с немецко– или англоязычных текстов.

Есть и другие не менее веские аргументы, заставляющие сомневаться в существовании «библейского кода». Так, американский специалист по древним языкам Майкл С. Хайзер в книге «Библейский код – это миф» заявляет, что тексты Торы, которые использовал в своих исследованиях Рипс, не самые древние. Да и кумранские рукописи, найденным в 1948 году в районе Мертвого моря, являются копиями еще более древних текстов. К тому же переписчики нередко умышленно вносили изменения в текст или просто делали случайные ошибки. Поэтому вряд ли следует предполагать наличие некой зашифрованной информации в современных изданиях Пятикнижия.

Впрочем, возможно, в первоначальных текстах Библии и была зашифрована определенная информация о настоящем и будущем. Но эти тексты отсутствуют.

К тому же, даже если и находятся в Библии вроде бы понятные в смысловом отношении сочетания, понять их и грамотно интерпретировать – очень сложно.

Как же относятся к библейскому коду представители христианской Церкви? Большинство из них считают, что смысл христианства не в поисках зашифрованного в Библии Божьего Промысла, поскольку он все равно останется тайной, а в благовещении спасения.

Кифа – это Петр (сирийское слово, означающее «камень», «скала»).