Вашему вниманию предлагается сборник стихов замечательного поэта Александра Рослякова. Неуловимо и тонко автор совмещает красоту и непредсказуемость природы с чувствами и переживаниями человеческой души.
v 1.0 – создание FB2 – (nvcvet)
– Скучно мне в нашем царстве, батюшка, – пожаловалась как-то красавица Пси-функция царю Евклиду.
– Как же тебе может быть скучно, радость моя, когда от поклонников отбоя нет? – удивился царь.
– Все они сухие эгоисты. Любят лишь собственную аксиоматику и дальше своего представления ничего видеть не хотят.
– Ну, а отчего ты не коррелируешь с придворными функциями?
– C дамами мне и вовсе не интересно. Хочу в Архимедово царство.
– Что ж… ступай! – подумав, ответил царь и в напутствие сказал, – у входа в Архимедово царство ты увидишь Гамильтониана, пожилого, но энергичного оператора. Скажи ему, что ты от Евклида, евклидова дочка…
Прошло немного времени, и напутственные слова царевне говорил уже Гамильтониан.
– Бесконечномерная Матрица будет твоей проводницей по здешним местам. Многое она ведает об элементах нашего царства, но еще больше может рассказать о любом из них, – после чего предостерегающе добавил, – только будь осторожна.
Мы враждуем с королевством Лагранжиана, где живут по принципу наименьшего действия. Лагранжевы слуги похищают наших юношей и девушек и раскладывают их по базису собственных функций.
Поблагодарив Гамильтониана, Пси-функция, в сопровождении Матрицы, вошла в царство.
– Ах, какие смелые наряды у ваших барышень, бабуля! – молвила царевна, смутившись.
– Нынче законодательницей мод в царстве – Голая сингулярность. И она взывает к нам в деяниях наших, формах и представлениях выражать только то, что есть в природе, а демагогии и предрассудки оставить в Черной дыре.
А в это время навстречу им из Квазиклассики по дискретным уровням ковыляла Постоянная Планка и что-то невнятно бормотала.
– Какая смешная! – воскликнула Пси-функция. – Откуда ты такая?
– Из сферы обслуживания. Энергии порцию выдаю, – едва успела произнести Постоянная Планка, и речь ее снова перешла в бормотанье, в котором принцесса уже ничего не смогла разобрать. Да и внимание ее привлек откуда-то доносившийся плеск воды.
– Мне кажется, Матрица, что невдалеке кто-то моется.
– Ты не ошиблась, дитя. Это Псевдовектор смывает свои отрицательные свойства. С тех пор, как он прослышал о вакансиях в соседнем векторном поле, стал в векторы метить.
– Все сплетничаешь, старая? – послышался сзади ехидный голосок.
Путницы обернулись и увидели перед собой Динамическую инвариантность, даму, которая на вопрос, сколько ей лет, обычно отвечала «двадцать пять», хотя другие давали ей пятьдесят только из уважения к старости.
– А ты все одна гуляешь?
– Настоящие мужчины нынче перевелись, – бросила она со знанием толка в настоящих мужчинах, после чего удалилась так же неожиданно, как и появилась.
– Она предпочитает не завидовать чужому счастью, – пояснила Матрица, показывая в сторону влюбленной парочки. – Это молодой Изоспин со своей подругой Сигма-частицей. После того, как у нее обнаружилось очарование, их слабые взаимодействия переросли в сильные.
– Но чего они так испугались?
– Лагранжевы слуги!.. Спасайся!
«Как страшно! Что же делать?» – только и успела подумать Пси-функции, как вдруг появился бесстрашный юноша и победил злых набежчиков.
– Вы настоящий рыцарь! – восхищенно произнесла благодарная принцесса. – Может, вы еще и волшебник, и знаете об этом удивительном царстве больше, чем старая Матрица?
– Я – здешний принц Вектор Состояния, – отвечал юноша, – и если моя прекрасная гостья станет моей женой, то никто другой не сможет так же полно описывать состояния жителей нашего царства, как я и она.
Царевна была хорошо воспитана и в своей жизни старалась никогда не огорчать и не огорчаться.
И она стала функцией Состояния.