Рекомендовано к публикации

Издательским советом

Русской Православной Церкви

ИС Р16-622-3380

Святитель Симеон Солунский

Текст с незначительными изменениями приводится по изданию: Писания святых отцов и учителей Церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения. Т. III. Сочинения блаженного Симеона, архиепископа Фессалоникийского. СПб., 1857.

Что касается священнейшего Символа истинной и единой христианской веры нашей, то каждому верующему необходимо и спасительно больше, чем что-либо другое, содержимое нами, соблюдать его неприкосновенно, не повреждая ни одного слова и ударения, исповедовать его всей душой, а иногда и давать отчет в понимании его по мере сил. Но те, которые имеют ведение и получили учительское достоинство, должны исполнять это преимущественно перед другими и располагать свою душу так, чтобы она чувствовала в этом потребность. Вот почему и мы, хотя по разуму и учению ниже всех самых меньших чад Церкви, будучи удостоены величайших дарований Церкви и призваны по благодати Человеколюбивого Бога в сан учительства и архиерейства, сочли правильным для пользы приступающих к вере и требующих научения, а также совращенных нечестивым учением или еретическими мыслями исповедать письменно то, чему веруем и что содержим душой, что проповедуем и чему учим словами, и для изображения нашего истинного и единого благочестия истолковать по мере сил на основании Божественных Писаний, чтобы верные получили через это большую радость и утверждение, а неверные и иномыслящие – обличение и укоризну.

Да будет нам даровано от Бога послушание отцам и их чистота и твердость исповедания. Итак, основываясь не на чем другом, но на словах тех отцов, будем соблюдать и исповедовать вполне неизменно всей душой, словом и делом их исповедание – священный Символ, то есть знамение веры, составленное ими в приличном изложении и свойственных словах, так, как проповедуем его каждый день в церкви. А Символом веры я называю тот, который составили и, довершив, утвердили Соборы – первый в Никее из 318 отцов при благочестивом царе Константине, а второй – при христолюбивом царе Феодосии в царствующем городе Константинополе из 150 святых отцов. Его-то приняли пять Божественных Вселенских Соборов, бывших после этих первых двух, никак его не изменив и ничего в него не добавив и ничего не убавив, и сохранили для нас неповрежденным христианское вероучение. И он есть основание Церкви, исповедание благочестивых, знамение истинной и православной веры, столп и гора твердая и непоколебимая. Против этого исповедания издавна вооружается наш исконный враг. Подобно тому как в древности он старался отвратить человека от воли Божией, так и теперь, восставая против нее в безбожниках и множестве иноверных, опять усиливается отвратить человека от истинного знания. Но нам должно хранить веру, потому что, хотя мы все и не совершенно чисты от греха, но имеем надежду на спасение через покаяние и веру. Именно поэтому должно исповедовать доброе исповедание и разъяснять его смысл, насколько это только возможно. Ты же, Троица и Единица, Боже наш, един всегда сущий, превечный, преестественный, непостижимый, Отец благой и не имеющий причины Своего бытия, Сын Единородный и Слово Божие, и Дух Святой, исходящий от Отца, едина Сила, единое Начало всего, создавший все из небытия и содержащий все, просвещающий и научающий разумные существа! Даруй нам силу истолковать, сколько вместить возможно, Твою Божественную истину, по Твоему могуществу и благосердию. Итак, освятившись и запечатлев себя призыванием Троицы, начнем и Символ самого исповедания.

Как дивно богословие отцов! Самое начало уже напрямую направлено с обильной силой против всех нечестивых. Они поставили наперед «верую» – для обозначения твердости веры – и потом «во единаго Бога Отца, Вседержителя» – потому что Бог один, и Он – Отец, источник происходящих от Него Слова и Духа, и Вседержитель – поскольку вместе со Словом и Духом Он есть Творец всех тварей.

Согласно учению Моисея – учению истиннейшему и древнейшему, однако не имеющему еще полноты Божественного Евангелия, а потому примрачному и несовершенному, – есть лишь один Бог, то есть Отец. Это учение содержит лишь неясное свидетельство о Слове и Духе – так, написано, что небо, земля и все, что в них, сотворены из ничего Словом и Духом Божиим. В то же время множество людей впало в заблуждение: одни из них, истинно безумные, говорили, что нет Бога, объясняя все случаем и судьбою; другие, выдумав себе множество богов и их могущество, установили безумие и нечестие идолопоклонства; третьи же, наблюдая движение и течение звезд по небосклону, пришли к выводу, что мир вечен и неразрушим, и стали поклонниками и демонов, и всего остального творения.

Исправляет все эти заблуждения Церковь Христова, которая следует учению Самого Слова Божия, Единородного Сына, ипостасной и живой Мудрости. Она, свидетельствуя об истине, отвергает неисповедующих Бога вместе с Давидом, который говорит: Сказал безумец в сердце своем: «нет Бога» (Пс. 13, 1). Отвергает она заблуждения многобожия не только вместе с Давидом, который сказал: Вси бози язык бесове (Пс. 95, 5), но и вместе с Павлом, который так выражается: Служили твари вместо Творца (Рим. 1, 25), не сущим по естеству богам; называя себя мудрыми, обезумели (Рим. 1,22). А недостаток закона, неясно учившего о Сыне и Духе, она восполняет, торжественно и богобоязненно возглашая: «Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя».

Она говорит «верую» для обозначения того, что исповедание Бога возвещается от сердца, по слову Павла: Сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению (Рим. 10,10); а «во единаго Бога» – для ниспровержения безбожников, как вовсе не признающих Бога, так и допускающих много богов. Потом говорит «Отца, Вседержителя», называя Его Отцом ради Его Единородного Слова и исходящего от Него Духа, Которых отвергали даже и многие из тех, кто верует в Бога, например иудеи и вместе с ними другие. Таким образом они становятся совершенными безбожниками, потому что если предположить, что Бог – без Слова и Духа, то тогда Он не совершенен, а если не совершенен, то не истинен, поэтому верующие таким образом, как мы и сказали, становятся безбожниками. Если и в нас, разумных существах, и в Ангелах, и в людях есть слово и дух, то как же не быть им в Том, Кто сотворил все, и особенно разумных существ, по мере сил познающих Его?

Изумимся же этому нечестию тех, кто отвергает Слово и Дух Бога. Собственным словом, рождающимся в них, они стараются уничтожить (о, сколь это ужасно!) пребезначальное рождение живого и сущего Слова во Отце. Так созданный образ, свидетельствующий о своем Первообразе и Создателе, неразумно и безрассудно восстает против Него, тварь отвергает Творца, создание – Бога. Однако и те, кто утверждает, что Бог имеет неипостасные Слово и Дух так же, как и человек, то и он впадает в сильнейшее нечестие, потому что Божественное Писание свидетельствует, что Слово Божие живо и пребывает на небе, что Оно есть мудрость живая, в которой есть живой и разумный Дух и Сам животворящий и живой Всесвятой Дух Божий. Итак, безбожно отвергающий живое Слово Божие и Духа впадает в нечестие, не видя, что сам он, будучи тварью, если и подобен несколько Творцу, однако ж то, что в нем есть, – это тень, а не истина. Потому что Бог, как Присносущий, имеет и Присносущее Слово, и Животворящего Духа Святого, между тем как Ангел и человек, поскольку появились из ничего, не всегда были способны к изменению и слово имеют не ипостасное, но изменяемое. Именно поэтому есть лишь один Отец – Бог истинный, присносущий Отец. Он называется так не потому, что Он – наш Отец, так как мы явились уже впоследствии (если бы это было так, в таком случае было бы время, с которого Он стал Отцом). Поэтому если Он и называется иногда нашим Отцом, то это по благодати, потому что Он сотворил нас, а не по естеству. А если это так, то, значит, Он нам не всецелый Отец, потому что мы произошли не из Него по естеству, а из ничего. Но поскольку Бог всесовершенен, Он всегда есть Отец соестественного Ему и живого Собезначального Слова и Животворящего Духа. Вот почему прекрасно говорит Церковь: «Верую во единаго Бога Отца».

Вседержителем она называет Бога потому, что Он все содержит, ибо не случаем и не по природе все делается, но Его Промыслом, потому что, одно соизволяя, а другое попуская, неизреченными способами домостроительства Он управляет всем и промышляет прилично. Также она называет Бога Вседержителем и потому, что все – Его и из Него посредством Слова и Духа: потому что Он все сохраняет и, премудро управляя, содержит все в Своей воле. Именно поэтому священный Символ говорит также и о том, что все составляет Его творение, называя Его Творцом «небу и земли, видимым же всем и невидимым».

Начало этого выражения заимствовано у Моисея, а конец – у Павла.

Этими словами ниспровергаются все изобретения безбожия и одновременно изобличается безумие тех, кто верит в вечность неба и безначальность материи, а также допускает и некоторые идеи в Боге, и заблуждение тех, кто боготворит звезды, и тех, кто считает богами земные предметы, самую землю и другие стихии или заблуждается о прочих созданиях. Потому что Символ называет одного Творца всего существующего – неба и того, что на небе, земли и того, что на земле, – «видимым же всем», то есть воздуха и того, что в нем, моря и того, что в нем, огня и всего в отдельности, но вместе «и невидимым» – Ангелов и демонов и человеческих душ. Эти невидимые творения по преимуществу нам известны, и Творцом их всех Символ проповедует Бога, по всей истине и справедливости свидетельствуя, что Бог есть Творец и невидимых, и это на самом деле так: ничто не произошло без Него.

Эти слова вставлены в Символ и затем, дабы вразумить нас, чтобы мы, имеющие свободную душу, не впали в заблуждение и не помыслили о себе что-нибудь выше себя. Такой опасности подверглись многие безумцы, совращенные с пути долга или хитрыми внушениями демонов, или собственными заблуждениями, так как приятно для демонов коварными представлениями мало-помалу уловлять и растлевать многих. Эти слова служат также тому, чтобы мы не почитали за богов ангельские и пренебесные силы, потому что, хотя они и находятся близко к Богу и исполнены славы и Божественного света, но вместе с тем они – твари и нуждаются в озарении от Бога. Приняв столько, сколько приняли, они имеют нужду в еще большем и никаким образом не получат совершенства, не вмещая, как созданные, всего, что свойственно несозданному, потому что это беспредельно. Они вмещают сколько могут и при этом остаются всегда ограниченными, потому что полноту совершенства имеет лишь славимый ими в Троице Бог.

Есть много и других невидимых существ, имена которых, как мы научены, будут открыты нам в будущем веке. Однако у всех этих невидимых творений, так же как и видимых, Творец один – Бог. На Него указывает Церковь – на Бога, Отца живого Слова, нерожденного, не имеющего причины Своего существования, пребезначального, бесконечного, вечного, причины всего, всегда существующего, одного по естеству благого. От Него предвечно и неизреченно, невещественно, бесплотно и бесстрастно рождено соестественное и единородное Ему и нераздельное с Ним Слово – Единородный Сын, истинный Свет, живая Мудрость, Которой Он все сотворил во Святом Духе. Об этом-то Слове богословствует она, свидетельствуя так: «И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго».

Она говорит это не от себя, но опирается, как на своего учителя, на Павла, который говорит: У нас один Бог Отец, из Которого все… и один Господь Иисус Христос, Которым все (1 Кор. 8, 6). Поэтому и Церковь сводит в одно имена божества и господства. Так, сначала она изрекла: «Верую во единаго Бога Отца», называя не многих, но одного Бога, и притом Отца. Чьего же Отца? Очевидно, что не нашего: мы – твари и произошли от Бога не по природе, а как создания, но Отца Светов, как пишет брат Божий, то есть Слова и Духа, Которые Первое прежде век от Него рождается, а Второй – исходит. Именно поэтому, называя Отца Богом, именует Его вслед за Писанием и Господом, равно как, называя Сына Господом, именует Его одновременно и Богом, как свидетельствует Писание. Как Отец есть и Бог, и Господь, и Творец, так равно и Сын, и Святой Дух; Отец со Словом и Духом есть один Бог и вместе Господь всего и Создатель всей твари. Об этом свидетельствует и Давид, говоря: Словом Господним небеса утвердишася, и Духом уст его вся сила их (Пс. 32, 6); есть и другие места, где подобное говорит о Сыне и Духе Божественное Писание.

Поэтому как нечестиво и безбожно говорить, что нет Бога, так же безумно и исповедовать Бога, но представлять Его непричастным Слову, Его живой мудрости, Его ипостасной силе, истинному образу и отпечатку, Его сиянию и животворящему Духу, Его ипостасной силе, освящающей и животворящей все. Как говорит святой Кирилл, плодоносимое по естеству бесплотно находится в Боге, соприсутствуя Ему невещественно; и Божественный Дионисий говорит, что Богорожденное пребывает в Отце, и, значит, безрассудно отделяющий одно от другого отказывает Богу в совершенстве. То же свидетельствует и тварь, изображающая сколько может Творца: духовным образом – разумная, а неразумная и чувственная грубее – истечением, отделением, чувствованием. Итак, если все направляется к тому, чтобы производить плоды, подобные себе, и разумные существа более духовным образом рождают из себя мудрость в живом духе, а чувственные, как сказано, – чувственно, и если все это происходит от Бога, то неужели Создавший все творения меньше их всех?

Поэтому Отец, будучи единым, имеет и нераздельного с Собою Сына, Который единороден от Него и всегда есть Сын Его, бесплотно рожденный. Потому хорошо говорит Церковь: «И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго».

Необходимо снова повторить это слово. «Во единаго» сказано потому, что не многие, но один Сын Божий, а «Господа» – и потому, что Он Господь всему, и потому, что Он одного естества с Отцом. И как Отец называется Господом, потому что Отец всегда есть Бог и именуется Богом, так же и Сын называется Богом и есть Бог: Слово было Бог, говорит Евангелие (Ин. 1, 1). Тем самым возлюбленный ученик говорит о Сыне, что Он есть истинный Бог, но не так, чтобы были два Бога, – нет, но так, что один Бог Отец с Сыном и Духом, нераздельно в Нем пребывающими и одной силой и действием содержащими все, как сказано. А Иисусом Христом называет Церковь Единородного Сына Божия потому, что Слово Божие истинно воплотилось от Девы, и наречено Иисусом, и провозвещено Христом, так как, вочеловечившись, Оно пребыло нераздельно от плоти. Итак, Единородным Сыном Божиим она называет Иисуса Христа потому, что Он есть Бог и стал человеком, а Единородным потому, что Он один произошел от одного Отца посредством рождения. Объясняя это, она говорит так: «Иже от Отца рожденнаго прежде всех век».

Не от кого другого Он произошел, но от Отца, и не от матерей-богинь, как у безбожников, и не от жен безбожных, как это внушали демоны заблудшим и принимавшим каких-либо ложных богов, отвергавшим Единородного и отрицавшим Его домостроительства, но от вечно живущего и одного Бога Отца – один Сын.

Не впоследствии, то есть, Он родился от Отца, чтобы не подумал кто-либо, что Отец когда-либо не был Отцом и потому несовершенен или что Сын не был когда-либо всецелым Сыном и также лишен совершенства, – но как Отец совершен, будучи всегда Отцом, так и Сын совершен, будучи всегда Сыном.

Поэтому-то и сказано «прежде всех век», так как Он и веки сотворил (Евр. 1, 2). Но чтобы кто-либо не подумал, что Он, будучи Сыном и называясь так, родился по действию страсти, Церковь говорит: «Света от Света».

Ибо если луч происходит от солнца нераздельно и бесстрастно, так же как и блеск от огня и внутреннее слово из нашего ума, то тем более Бог ума и солнца, Бог Слово, происходит от Бога Отца нераздельно и бесстрастно. Поэтому святой Символ называет Его Светом от Света и далее – Богом истинным от Бога истинного.

В начале было Слово Божие, и Оно было у Бога и было Бог. Оно было в начале у Бога и имеет одно и то же существо, и славу, и силу со Отцом и неразлучно с Ним. Оно не само по Себе действует, но пребывает в Отце, и пребывает всегда и с Ним действует, и ничего не делает без Него, но делает все, что захочет Отец. И вот, поскольку у Отца и Сына одно хотение, одно у них Божество и одна сила, отсюда и слова: «Рожденна, несотворена».

Так как Слово не создано, подобно твари, но родилось совершенным со-естественным Словом и не только не является тварью, но есть Творец всего со Отцом и Духом, потому и сказано: Сотворивший все Словом Твоим (Прем. 9,1), и также: Без него ничто не начало быть, что начало быстъ (Ин. 1, 3). И Павел говорит: Чрез Которого и веки сотворил (Евр. 1, 2).

Потом прибавлено в Символе: «Единосущна Отцу», и одним этим выражением ниспровергается все богохульство и нечестие не только Ария, но и всех нечестивцев. Слова эти полагает Церковь, заимствуя их из Писаний: Отец есть свет, и Сын называется в них светом, и сиянием славы, и Сыном истинным, а все это свидетельствует о единосущии, потому что не различное естество у света и света, или сияния и света, или у Отца и Сына.

Итак, если Бог един и Он – Отец, то очевидно, что Он Отец Сына единосущного и единого, ибо Он Единороден.

Поэтому справедливо Сын называется единосущным и истинным Богом. Он – не из другой сущности. И действительно, как же Он был бы Сыном, если бы был из другой ипостаси, или сущности? И если Бог есть совершенный Отец и бесстрастно рождает из Себя – рождает сие Слово, живую Мудрость свою, – то как же Сын не единосущен родившему Отцу? Итак, поистине Он единосущен. Так говорят и отцы. Далее следует: «Имже вся быша».

«Имже», то есть Создателем и живым Словом, потому что если Он (Сын) имеет одно естество с Отцом и всегда пребывает в Отце, то поистине, все получило бытие через Него. Поэтому Давид говорит: Вся премудростию сотворил ecu (Пс. 103, 24), и Приточник: Бог премудростью основал землю (Притч. 3, 19); а в Книге Премудрость Соломон опять говорит, как и в предыдущем месте: Сотворивший все Словом Твоим и премудростию Твоею устроивший человека (Прем. 9,1–2). Так же и евангелист говорит: Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1, 3), и Павел: Чрез Которого и веки сотворил (Евр. 1, 2). В пользу этого есть очень много и других мест Божественного Писания.

Таким образом, в рассмотренных словах заключается учение о предвечном рождении Слова. Правильно изложив это учение, Церковь говорит затем о Его домостроительстве и вочеловечении. Но заметь истинное предание и тайну благочестия: Церковь исповедует предвечное рождение Слова без какой-либо сторонней причины, потому что Сын рождается от Отца по естеству, а не ради чего-либо внешнего, почему и написано: В начале было Слово, также: Оно было в начале (Ин. 1, 1–2), и еще: Сияние славы и образ ипостаси Его (Евр. 1, 3).

Что же касается вочеловечения Слова, то, поскольку оно было впоследствии, имело и время, совершившись в последние веки, и внешнюю цель – наше спасение, о нем так учит и божественный Символ, говоря: «Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес».

Смотри на дивное таинство! Впрочем, и не дивное – для беспредельной Божественной силы. Столь великое снисхождение Бога Слова – даже до соединения Его с естеством и душой человеческой – превыше всякого разума, однако что Он мог совершить такое дело, в этом нет ничего удивительного и невозможного, ибо Он всемогущ. И Он не изменился по Божеству и не подвергся какому-либо бесчестию, соединившись с человеком, но освятил человека. А человек в этом видимом мире есть существо совершеннейшее, животное словесное, получившее разумную душу, имеющее ум, чтобы познавать, и слово, чтобы славословить Бога. Он являет в себе образ Божественного совершенства, для него и мир получил бытие, как все возвещает это.

Итак, если говорится, что Бог обитает на небе, что Он во всем пребывает и все наполняет, то удивительно ли, если Он принял и человеческое тело вместе с душой и живет в нем, если Он, неописуемый, нераздельно Сам в Себе имеет его как свое собственное, как сказал некто из богопроповедников: «Он соделал его [тело] храмом Себе и нераздельным жилищем». В самом деле, говорится, что Бог почивает во святых, ибо написано: Вселюсь в них и буду ходить в них (2 Кор. 6, 16), – во святых людях, тленных и греховных по природе, но только очищенных несколько какими-либо добродетелями. Но если рукотворенные и бездушные сооружения подзаконной веры называются возлюбленными жилищами Бога и святыми святых, а также и храм, построенный при Соломоне, называется святым домом и храмом Господу, то тем более тело Господне, созданное и соединенное с Ним Духом Божественным и не имевшее греха. Это тело, обожившись в соединении с Ним, само все освящает и служит Ему святым, одушевленным и неразлучным храмом.

Впрочем, не ради величия неба говорится, что Бог обитает на небе, так как небо есть тело, а Бог бестелесен. Но если Бог выше всего и был прежде бытия неба и того, что под небом, то Он существовал предвечно. Поэтому есть ли разум у тех, которые говорят: «Как Бог воплотился?» или: «Как Он пребывает с телом?» Потому что, даже и явившись воплощенным, Он сохраняет свою невещественность и, обитая телом в определенном месте, Божеством Своим объемлет все и обретается превыше всего, а посредством всесвятого Своего тела, которое Он принял, как посредством источника, все освящает действиями и дарованиями Своего Божества.

И вот, на Кого прежде не могли взирать Ангелы – ибо как бы они смотрели на Того, Кто выше их природы? – Того ныне они видят в Божественном теле, теснее сообщаются с Его невещественной и Божественной душой и делаются причастниками Его дарований.

То же произошло и с нами, людьми. Тот, Кого прежде желали видеть пророки, и желали непрестанно хотя сколько-нибудь узреть Его в сновидениях или каких-нибудь образах и об этом молились и этим утешались, как это видно на примере Моисея, молящегося и просящего об этом, а также Иезекииля, Исаии, Даниила и многих других пророков, почитавших великим делом удостоиться некоторого видения Бога посредством каких-либо примрачных гаданий, – Его-то (о великое человеколюбие и чрезвычайная благость!) мы удостоились познать, видеть непосредственным образом и наслаждаться общением с Ним, когда Он стал подобным нам совершенным человеком, пребывая вместе и совершенным Богом.

Но если мы и видим Его во плоти, то Божество Его все-таки для нас незримо. Нисхождение это, чудесное и в других отношениях, удивительно также и потому, что мы можем по плоти видеть Невидимого. Бога не видел никто никогда (Ин. 1, 18), но посредством воспринятого Им Божественного и всесвятого тела мы ныне находимся весьма близко к Нему. Мы видели Его своими очами, как говорит возлюбленный ученик (1 Ин. 1, 1), и можем быть причастниками Его и приобщаться Его, когда бы ни захотели. И мы поистине видим Его, так как Он явился на земле и жил вместе с людьми. В будущем мы надеемся опять собственными глазами увидеть Его сидящим горе вместе с воспринятой Им плотью, быть с Ним едиными и приобщаться Его славе, по милости Его, как Он молился за нас Своему Отцу (см.: Ии. 17,21–24).

Утверждая это, и божественный Символ, после предвечного рождения Слова, говорит и о воплощении Его, бывшем в последние времена: «Нас ради человек».

Ибо нас, падших, пришел он восставить, а не Ангелов. Если некоторые из них пали, то это падение для них неизлечимо, потому что они лежат в нем добровольно, намеренно стремятся делать зло и при этом служат и для нас виновниками зла. Но Ангелы, получив и для себя величайшую пользу от домостроительства о нас Слова, обретя для себя путь к высшему восхождению в любви Божией и единении с Богом, радуются о нашем спасении, поэтому и свое служение нам совершают с усердием и радостью. Всецело же спасены и восставлены мы одни, поэтому Символ и говорит: «Нашего ради спасения».

Так как мы были погибшими, то нуждались и в спасении, чтобы нам, отверженным и умерщвленным, снова быть возведенными к Богу, воспринять в себя жизнь Божию и через нее обновиться и ожить. Поэтому и снизошла к нам Жизнь, как и Церковь проповедует, говоря: «Сшедшаго с небес».

Он сделал это не переменой места, но снисхождением, потому что, как бестелесный, Он не привязан к месту и, как Творец всего, все наполняет Собой, как написано. Снисхождением же обозначается то, что Он восхотел и благоволил, а также что Он столь смирил Себя, сделался Сыном Человеческим по плоти и жил в мире весьма скудно и бедно.

Поистине Он принял все наше естество, за исключением только греха, таким же, каким и в начале Он образовал это естество – безгрешным и без участия мужа, так как древле создал Он Адама из земли. «Воплотившагося», говорит Символ, а не призрачно явившегося, как говорят некоторые нечестивцы. Ибо если Христос явился призрачно, то все дело домостроительства тщетно, и нет воссоздания ни душам, ни телам нашим. Если это так, то Он и не был зачат Девой, не родился, не страдал за нас и не восстал по смерти. Если Он воплотился призрачно, то как бы ожили через Него мы, принявшие смерть за первое преслушание?

Но да погибнут мыслящие таким образом! Став сынами исконного врага лжи, они бредят ложными и совершенно небывалыми призраками. Слово же Божие, будучи Истиной, делает все истинно и, подобно тому как Оно сотворило из ничего небо и земли – и они существуют действительно или создало в начале человека – и он также существует действительно, подобно этому Оно действовало и воссозидая человека. Оно само истинно воплотилось, истинно зачато было без семени Девой и вполне истинно родилось, между тем как Она пребыла Девой (ибо как прежде она была истинно Девой, точно так же и осталась Девой). Истинно пребывало Оно с людьми и, будучи истинным Богом, явилось ради нас истинным человеком, в единой ипостаси и в двух естествах познаваемое, со всеми естественными свойствами Божества и человечества, имеющее две воли и два действования, не противоречащих друг другу, потому что то, что относится к Его человечеству, покоряется Его Божеству. Поэтому-то и все, что Он соделал ради нас, соделал истинно и во спасение.

Все это показывает особенное Его человеколюбие и составляет Его преимущественную славу. Ибо если небеса, как Его дело, проповедуют славу Божию (We. 18,1), то какую же должно воздать славу Богу, воплотившемуся для спасения собственного создания и давшему тело Свое на страдание за людей, чтобы, как написано, ранами Его мы исцелились (Ис. 53, 6)!

Затем Символ говорит: «И воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы».

Отец соизволил и вместе с Словом Своим создал Ему тело, а Дух содействовал, ибо одно действие и одна сила у Троицы. Воплотилось же одно только Слово, а не Отец или Дух. Это произошло для того, как говорит Афанасий Великий, чтобы Сын пребыл Сыном, и как Он есть Сын, бесстрастно родившийся от Отца, так пребыл бы истинно Сыном и родившись от Девы, истинно пребывая и называясь Сыном.

Причина же воплощения – кровь Девы. Ибо как в начале Бог и из другого какого-либо вещества мог создать человека, но не восхотел, и это справедливо, потому что человек, оставаясь непричастным всему созданию, не мог бы жить в нем и иметь с ним общение, – так и, совершая воссоздания человека, Он восхотел принять на Себя не другое какое-либо вещество, чтобы падшее естество наше не осталось в своем падении. И в самом деле, если бы Он принял плоть не от крови Девы, происходящей от Адама, то как бы Он был сроден людям, или как мы получили бы освящение от Бога, или как ожили бы мы, умерщвленные, когда бы не пришла к нам Жизнь?

Сказано: «И воплотившегося от Духа Свята» – потому что и по плоти Он родился бессеменно и бесстрастно, действием Божественного Духа; «и Марии Девы» – поскольку от Нее Он истинно и воплотился, и родился, как предсказал Исаия и другие пророки, и принял тело, подобное нашему и имеющее с ним одно и то же естество, а не чуждое.

Это сказано для обозначения того, что Он стал совершенным человеком, явился в утробе истинным младенцем, естественно питался и родился совершенным младенцем. Не упразднял Он природу, но исправлял ее свойства, как говорит Афанасий Великий, возрастая, питаясь и спя и повинуясь как истинной Матери, так и мнимому отцу. Итак, хотя были в Нем и вышеестественные свойства, но вместе с тем Он не отвергал, сколько это было возможно, и того, что безгрешно по естеству. И оно было в Нем совершенно как по телу, так и по душе, которая была в Нем разумная и словесная, самовластная и свободная.

Вот что означает слово «вочеловечшася», направленное против тех богохульников, которые говорят, что Господь не воспринял души, и пустословят, что вместо души Ему достаточно Божества. Они безумно почитали всесвятое Его тело бездушным и думали, что Он не по свободному самовластию души повинуется Отцу, что Слово приняло и принесло Отцу не совершенного человека за совершенного падшего человека, но несовершенного, так что, по учению этих нечестивцев, остается вовсе неисцеленной лучшая часть нашего существа. Драгоценнейшая часть человека – это душа, потому что она разумная и словесная, и через нее главным образом мы совершили преслушание, так как ею управлялось тело. Поэтому если воплотившееся Слово не приняло вместе с телом разумной души, то мы опять не исцелены, не получили нетления, не всецело обновлены; лучше же сказать, не освятились мы и самим телом, если от нас воспринято Им тело без души. Поэтому должно избегать пустословящих таким образом. Как в начале мы созданы были Словом двусоставными, так же и воссозданы тем же Словом, воспринявшим совершенного человека – тело и вместе с ним душу.

Вот великое таинство, и многие впадают о нем в великое недоумение, даже в большее, чем о том, что Слово, будучи Богом, восприняло плоть. «Это последнее, – говорят они, – нужно было для того, чтобы соединением освятить естество, как уже сказано, и устроить все для его исправления, что Господь и сделал, ибо Он родился от Жены, возрастал постепенно, ходил пешком, очищая Своим смирением возгордившегося человека, и не имел, как написано, где приклонить голову (Мф. 8, 20). Все это было совершено для того, чтобы воссоздать естество, и Он действительно дивно исправлял его делами, которые совершал, и словами, которые изрекал. Но так страдать, – говорят они в большом недоумении, – и потерпеть такое мучение – через крест – унизительно!»

Тем не менее таковы подлинные дела Божии, и недоумевать о них неудивительно, потому что дела Божии дивны и неисследимы пути Его (Рим. 11, 33). И мы принимаем это верой, не тщеславясь словами человеческой мудрости, чтобы не упразднить креста Христова, как написано (1 Кор. 1, 17). Однако ж есть небесные причины этого уничижения, свидетельствующие об истине сверхъестественных деяний воплотившегося и распятого Бога. Эллины безумно смеются над крестом, а иудеи богохульствуют, как и многие другие безбожники (см.: 1 Кор. 1, 23). Но да постыдятся беззаконнующие втуне (Пс. 24, 3)! В кресте Христовом, в язве и смерти Его особенно обнаруживается величие Его силы и Божества.

Смотри, что совершил Распятый. Не рассеял ли Он крестом все заблуждение неразумных эллинов? Не изгнал ли все безбожие? Кто теперь недугует многобожием? Кто воздает Божескую честь бездушным светилам и зверям? Не обнаружил ли Он безумие мудрости внешних мудрецов? Не заставил ли умолкнуть бредни философов? Ибо рыбари, апостолы Распятого, всех убедили этого самого Распятого исповедовать Богом. Где ныне идольское капище? Где проклятый идол? Где прорицалище? Где заклания зверей и людей – нечистые служения демонам? Где теперь в мире какое-либо другое служение диаволу и поклонение ему? Все это Распятый разрушил. Один вид креста прогоняет демонов, прежде почитавшихся у эллинов богами. И в этом-то особенно удивительно могущество Распятого, что Он, явившийся в такой бедности, облекшийся таким убожеством плоти, явившийся подобным нам и подверженным нужде, осужденный на крестное страдание и смерть и именно Распятым исповедуемым и называемый учениками, имел столько силы, что привлек к Себе мир без меча, без войны, без помощи власти, богатства и без других средств, с помощью которых преуспевают люди.

При этом не Свой только род привлек Он в Свою любовь, но весь мир. Моисей оказал пользу людям одного с ним рода, и притом небольшой части их, потому что Моисей был человеком и служил только образом Спасителя, да и закон, ему данный, был примрачен и несовершенен и не мог устроить даже всех чад Иакова. А Христос, будучи Сыном Божиим и Богом всяческих, привел к Себе все народы и весь род человеческий, всякий язык и всякое племя, и теперь всякий от своего места и своим языком славит Бога и Отца, Которого прежде не знал, но Которого узнал через единородное Слово, распятое по плоти. Ибо всесвятое тело Слова Божия, нераздельно и неслиянно соединенное с Ним, всецело Божественное и единое безгрешное и святое, быв осуждено людьми на смерть, по изволению Самого принявшего его Слова, принесено было Отцу и стало единой чистой Жертвой за всех.

Добровольно пострадал Господь, и злые люди обнаружили при этом свой нрав, подвергая Его оскорблениям, ранам и смерти, а Сам Спаситель претерпевал это ради нас. Поэтому-то на кресте излилась кровь Его и освятила и землю, и воздух, и всю тварь, как всесвятая кровь тела вездесущего Слова. И здесь человек, будучи омыт, преобразился. Христос, источивший из раны кровь и воду, воссоздает водой и животворит кровью всякого притекающего к Нему. Вся земля и каждый народ исповедует теперь Господа. Вот что совершил на кресте Творящий великая дивная!

Он истинно пострадал плотью, пребывая бесстрастным, как Слово. Истинно, а не призрачно, как говорят некоторые нечестивцы, был распят и изъязвлен бичеванием (потому что имел истинное тело), был связан узами и, взойдя на крест, стал на высоте, распростер руки, в которые, так же как и в ноги Его, вонзены были гвозди. Он вкусил горечь оцта и скорбел, ибо, явившись совершенным человеком, так же, как был совершенным Богом, подлежал беспорочным свойствам человеческим и претерпел даже нечто большее, воздавая долг всех, как говорит один из боголюбивых учителей.

Правда, после страдания и смерти Он не разлучался Божеством от всесвятого Своего тела и обоженной души Своей, однако ж душа Его отделилась от тела. Таким образом телом Он был умерщвлен, пронзен в ребро и источил жизнь, душой же нисходил во ад и, разрушив его и упразднив смерть, явился освободителем душ, заключенных во аде. Тело же Свое, обвитое, покрытое смирной и погребенное, но не потерпевшее нетления, Он, как Бог, воскресил в третий день, когда, по пророчествам, Божественная душа Его соединилась с телом.

Вот конечная цель совершённого ради нас таинства – оживление нашего естества, восстание и общение с Богом. Так как мы сотворены не для смерти и созданы не затем, чтобы обращаться в небытие, но для того, чтобы пребывать и существовать, подобно тому как и Сотворивший нас всегда существует, хотя мы произошли и приведены в бытие из ничего. Для этого Бессмертный, восприяв смертных людей, восставил их. Приняв смертное тело и обессмертив его Собственным Божеством, Он сделал их всецело бессмертными. Поэтому, когда воплощенное Слово воскресло телом – и мы воскресли через Него, и потому, когда повсюду в мире низложено будет смертное, то есть тление, – и мы, ожившие, будем тогда вместе с живым Христом.

В воскресении Христа открывается таинство Троицы, потому что воскресение Его было тридневное, как Сам Он предсказал и потом явил на деле, в третий день воскреснув и явившись и преподав нам через Свое дуновение Божественную благодать. Таким образом Он сообщил нам три величайшие дара в тридневном воскресении: самое воскресение за нас, явление и дарование мира и преподание нам благодати Духа.

Итак, подобало быть тридневным воскресению Спасителя потому, что оно знаменует Троицу, так как через Троицу приходят к нам все блага, в том числе и самое воплощение и воскресение Христа. Хотя только Слово стало плотью (Ин. 1, 14), однако ж и Отец благоволил, и Дух содействовал воплощению. Так бывало и в других таинствах: Отец благоволил и Дух содействовал. Но воскресение было тридневным также и потому, что через него оказана польза троякому миру: духовному, то есть Ангелам, чувственному, то есть видимым тварям, и составленному из двух этих миров человеку, который притом через воскресение Спасителя получил познание Троицы. Таким образом человек, получивший в воскресении Спасителя залоги нетления, при конце мира изменится вместе с видимым миром и наследует нетление. И сама тварь, – сказано, – освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих (Рим. 8, 21).

Всем возвещают отцы, что не от себя, но на основании Писаний говорят они об этом и что свидетели тому – пророки и апостолы. Одни из них делами, а другие Писаниями возвестили о пришествии Христа, Его жизни, смерти и воскресении.

И здесь есть великое и удивительное, ибо земное естество возведено в горнюю страну; в самом деле, Нисшедший к нам и пребывающий в Отце, Он же есть и восшедший (Еф. 4,10). Он сначала был видим нами во плоти и жил на земле, потом вознес то, что принял от нас, поставил превыше всякого начальства и власти небесной и посадил рядом с Отцом. Таким образом, будучи Само в лоне Божием, Слово и тело Свое восприняло в Себя и, соединив с Собою теснейшим образом, сообщило ему равную с Собою честь, как нераздельному с Собой, сделало его Своим собственным телом, так что Христос – один и тот же ипостасью, хотя и имеет два естества, один Сын Единородный, один Христос Господь, познаваемый в двух естествах и двух естественных действиях и волях.

Облекшийся в тело, Он не предстоит вместе с Ангелами и не служит Отцу, но приемлет вместе с Отцом и Духом еще большее поклонение, как Сын Божий и как Воплощенный. Не прибавляется через это к Троице совершенно ничего, потому что Воплощенный – не другое, но то же самое Слово, до воплощения пребывавшее во Отце и остающееся тем же и по воплощении.

Когда Он пришел, воплотившись от Девы, то являлся в крайней бедности и смирении и не только людям, но даже Ангелам не всем был ведом. Так было даже до восшествия Его на небо, по совершении Им домостроительства, ибо тогда пренебесные силы, не зная Его, говорили: Кто сей Царь славы? (Пс. 23, 8). Когда же опять придет Он, то явится со славою многою, оставаясь тем же облеченным плотью, но озаряя тварь блистанием Божества, ибо тогда будут присутствовать Ангелы, воскресать люди, будут низлагаемы и отсылаемы в вечный огонь демоны, нечестивые и грешники будут навсегда осуждаемы, а благочестивые и праведники навеки увенчиваемы.

Поэтому справедливо сказано, что Он придет со славой: как Господь славы, Он всех и создал, и призвал для прославления славой Своей; впрочем, не восхотевшие славы Его и не прославившие Его, будут ли они ангельского или человеческого естества, справедливо по осуждении будут изгнаны. Потому еще Он придет со славой, что, явив славу Свою избранным Своим, Он не скроет уже ее от них никогда, но будет, как написано, Бог… в сонме богов, Им осияваемых (Пс. 81, 1).

То есть всем людям: поскольку тогда не будет ни умерших, ни продолжающих жить так, как мы живем теперь, ни таких, которые будут живы душами, но мертвы телами. Не будет не воскресшего телом, ибо все будут пробуждены, и не будет тогда человека, который бы не умер и не воскрес. Ибо если и Господь, даровавший нам воскресение, подъял смерть по плоти, то тем более мы, подлежащие закону смерти. И поистине это так: все мы – потомки Адама и, как происходящие от него, смертны – и потому умрем, но, как улучившие от Спасителя воскресение, – воскреснем.

«Живым и мертвым» сказано потому, что не только воскреснут издревле и от начала умершие, но и живущие тогда, в час воскресения умерши, вдруг, во мгновение ока изменившись, как говорит божественный Павел (1 Кор. 15, 52), восстанут.

Он будет судить всех, как единый и истинный Судия, как живое Слово Отца, все сотворившее и все ведущее, как могущее судить помышления и намерения сердечные… Оно проникает до разделения… составов и мозгов, по слову Писания (Евр. 4, 12); как единый Владыка всего, знающий все во всем и могущий воздать каждому по его намерению, действию и хотению. Это в особенности, как мы выше сказали, свидетельствует о Нем как о Боге истинном, как о Сыне Божием по естеству. И в самом деле, Он есть единый Судия, праведный, истинный, Судия рабов Своих, знающий все об этих рабах и могущий воздать, – Владыка всего.

В настоящее время, хотя и осудил Он грех в Своей плоти (см.: Рим. 8,3), явившись единственным безгрешным Человеком, хотя, по распятии и воскресении, стал Он Владыкой смерти и связал лукавого узами, хотя притом Он есть Царь, как Бог, однако ж поистине царствует Он только над познавшими и слушающими Его. Над неверными же и иномыслящими и живущими беззаконно Он, хотя и является их Творцом и Промыслителем, не царствует как спасающий Царь, так как они самовластно не хотят этого и покоряются лучше лукавому. Не царствует Он также и над самим диаволом, которому попущено совершать по собственному хотению грех для испытания и искушения добрых, доколе стоит еще этот тленный и тлеющий мир.

Но, когда сойдет с неба Владыка, когда мир обновится, как написано (см.: 2 Пет. 3, 13), и началовождь злобы будет связан окончательно, тогда уничтожится грех, и Он [Владыка] положит всех врагов Своих под ноги Свои (Пс. 109, 1). Тогда все злые извержены будут вон вместе с диаволом, и будет единый Свет истинный, Христос, вместе с Ангелами и святыми по откровении вечной жизни. Поэтому-то сказано: «Егоже Царствию не будет конца». Об этом же говорит и Даниил, видевший Его, Сына Человеческого, грядущего с облаками небесными. Он дошел до Ветхого днями, собственно Отца, и Ему дана, даже по человечеству, власть, то есть начальство над всем, – начальство, которое Он, как Слово, имеет вечно со Отцом (Дан. 7,13–14). Тогда все исповедают Его Господом: Преклонилось всякое колено… и всякий язык исповедал, по слову Павла, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца (Флп. 2,10–11). В тот день не будет сопротивляющихся Ему.

Составленное в Никее тремястами восемнадцатью святыми отцами изложение веры, доселе проповедуя Троицу, со своей стороны не сделало никакого опущения, ибо, во-первых, возвестило Бога и Отца, а вслед за тем и Сына, прежде век рожденного и единосущного Отцу. Оно изъяснило и Его воплощение, совершившееся впоследствии для нашего воссоздания и совершённое Духом Святым от Всенепорочной Девы Богородицы. Исповедало оно также и Духа Святого, хотя, по отсутствию нужды, и не столь пространно изложило учение о Нем. Таким образом, тем божественным сонмом отцов возвещена была вся полнота Божества: показано, что Бог наш есть Троица и Единица, что есть Отец Безначальный, Сын Единосущный, воплотившийся в последние дни, как сказано, ради нас, и Святой Дух Божий, что едино Божество и сила Трех, что один Бог – сии Три и нет другого Бога.

Впрочем, о Сыне никейский Символ сказал пространнее, ибо не было тогда отвергавших Духа, но лишь против Сына богохульствовал нечестивейший Арий. Поскольку же и против Святого Духа объявился впоследствии Македоний, движимый лукавым духом, то управляемые Божественным Духом отцы низлагают и его. Местом той борьбы был город Константина, поэтому он есть страна Духа; подвизаясь и доныне за Духа, он переносит всякое озлобление. Он – исповедник Божественного Духа, изгонитель восстающих против Духа, покровитель и началовождь приемлющих и могущих подавать Духа.

Итак, на Втором составившемся в этом городе Соборе иерархами, бывшими на нем и движимыми Духом Святым, восполняется священный Символ и излагается пространнее касательно Божественного Духа. Эти слова добавлены против нечестивых Аполлинария и Македония, из которых первый богохульно учил о вочеловечении Слова, а второй о Святом Духе.

Святые отцы пророчественно составили этот Символ, сокрушающий и посрамляющий не только бывшие до них и при них, но и все после них имевшие явиться ереси. Его, как имеющий Божественное происхождение, приняли и все прочие священнейшие Соборы и покорялись ему, отнюдь не дерзая ничего прибавить к нему или убавить от него. Хотя и после являвшимися по временам еретиками вводимо было в Церковь много соблазнов, при рассеянии которых Божественным Духом собиравшиеся по этому поводу отцы Церкви запечатлевали свою истину другими определениями, но это определение, как начало всякого определения, они соблюли неприкосновенным до слова и всем заповедали соблюдать его так, не изменяя нововведениями. Они подвергли анафеме дерзающих поколебать его, потому что изложившие этот Символ были не кто попало, но преемники преемников апостольских, даже до крови подвизавшиеся за Христа и носящие язвы Его, увенчанные трудами исповедничества и сияющие Божественными дарованиями.

Так сказано потому, что Дух есть Господь и восполняет Собою Троицу, ибо Господь наш послал учеников крестить во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мф. 28, 19). Притом и Дух Святой, так же как Сын, возвещен был пророками.

«Господа» – так как Он одной сущности с Отцом и Сыном, ибо как Отец есть Господь и Сын – Господь, так и о Духе написано, что Он Господь. Не три Господа, но един Господь, потому что едино Божество, и естество, и господство, и сила, и действие, и воля у Трех.

Мы Им живем и движемся и существуем (Деян. 17, 28), быв созданы и приемля жизнь от Отца через Сына во Святом Духе, потому что все пребывает единым хотением, и изволением, и действием единого в Троице Божества. Итак, от Духа все мы имеем жизнь и движение, потому что и Ангелы, и все живущие духи происходят от животворящего все Духа Святого, и души через Него становятся живыми духами. Потому и написано, что вдунул Бог в лице Адама дыхание жизни, и стал человек душею живою (Быт. 2, 7). Этими словами Писание свидетельствует о том, что Дух Божий – Животворящий.

Потому что Он не из другой какой-либо сущности, или ипостаси, так же как и Сын. Но Сын от Отца происходит через рождение, почему и называется Единородным, а Святой Дух – через исхождение, другим некоторым образом, и притом столь же неизреченным, поскольку и образ, и значение рождения Слова так же неизреченны, равно как и природа Отца неизъяснима. Как познать Бога и Отца можно только через разумение верой, хотя о Нем и тварь свидетельствует, или как Сына и Слово можно принять только верой, хотя о Нем учит и тварь, утвержденная и украшенная Словом, – таким же точно образом и Духа Святого должно принимать только верой, хотя и вся тварь возвещает действенную и животворящую Его силу.

Отцы богословствуют так, как изрек Бог Слово. Они не позволяют себе какой-либо дерзости, или самовластия, или высокомерия помыслов; не выдумывают от себя, но говорят только то, что наперед узнали от Учителя. Слово Отчее говорит: Дух не от Меня, но от Отца исходит (Ин. 15,26). А ты, нововводитель, дерзаешь усвоять Ему то, чего Он не говорит о Себе! И кто бы, ты или Он, лучше мог знать безначальное исхождение Божественного Духа? Но, конечно, и ты мог бы знать это, если бы имел в целости ум, знал бы то, что знало касательно Духа собезначальное Духу Слово, рожденное от безначального Отца. Оно учит яснее и вернее тебя. А ты, не последуя Спасителю, являешься Его противником – говоришь, что не истину глаголет сущая Истина, и становишься иным толкователем слов Его, вводя новое в противность отцам. Ибо если они не дерзают говорить противного тому, что Он сказал, и, почитая слова Его, обратили их в определение, если и преемники их не составляли другого определения, противного этому, то смотри, до какой дерзости дошел ты, человек, говоря о Непостижимом то, чего Он Сам не открывал, и отвергая Его таинников и богословов.

Если же ты думаешь основать свое нововведение на каких-то речениях из Божественных и отеческих писаний, то знай, что этого вовсе нет, ибо отцы не говорили противного себе самим и не могли одно исповедовать в Символе, в котором приняли и крещение, и священство, и конец жизни, а другое говорить в своих сочинениях. Но их ум не кривил в отношении к Символу, который есть основа благочестия. Ты же, напротив, говоришь одно при другом. Таким образом ты свидетельствуешь о своем высокомерии, а также и лжесвидетельствуешь против святых, преступая вечные пределы, положенные твоими отцами. Ибо если бы знали они, что Символ искажает их веру, то, конечно, внесли бы в определение истину, не желая быть лжесвидетелями. Но если они соблюли Символ, который предали нам, и, соблюдая его, спаслись и прославлены Божественным Духом, то явно, что и все написанное ими сообразно с изложенным определением.

И смотри, как много зла ты делаешь: ты низвращаешь своим прибавлением общее определение благочестия, Символ веры, печать отеческого богословия; ты отчуждаешь себя от согласия со священными Соборами, превозносишься над многими божественными мужами, покушаешься разрушить богословие Спасителя о Духе, поправляешь духоносных отцов в том, что они истолковали и постановили, ниспровергаешь непрерывное учение богословия от апостолов до нас и древнее предание веры. Ты дерзнул нарушить мир Церкви, завещанный нам Спасителем, сделался виновником соблазнов и ересей для Церквей. Ты восстаешь против Духа, Который по твоим нововведениям и в твоих словах является меньшим Сына и Отца, омрачаешь таинство Троицы, вводя в Нее два начала. Ты ставишь самого себя единственным судьей всего, тогда как этого не допускали отцы, ибо они в рассуждении предметов Божественных постановляли решения сообща.

Ты думаешь иметь власть над всем, что принадлежит только одному Спасителю. А Петр говорит о себе как о рабе, равном Корнилию (см.: Деян. 10, 26), и рассуждает вместе с Иаковом и прочими апостолами (см.: Деян. 15, 7-11). Павел также страшится изменить благовестив (см.: Гал. 2, 2); точно так же и другие, ибо они узнали от Спасителя и соблюдали слово Его: Кто хочет быть большим между вами, да будем вам слугою (Мк. 10,43). То же открывается и в поведении блаженных архиереев самого Рима во времена Соборов, ибо они, смиряясь, как истинные рабы и ученики Христа, не на себя полагались в делах благочестия, но на общее суждение братий, – и они вместе с другими запечатлевали определения, последуя согласию Церкви, потому что они знали слово Спасителя: Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18,20).

Но ты, идущий наперекор всему, ты восстал не только против Символа, но и против Крещения и других обычаев Церкви, ибо совершаешь Крещение отдельно от Миропомазания и Миропомазание даруешь не вовремя, так что многие из крещаемых умирают без помазания и без причастия Таин. Не так пишет равноапостольный Дионисий, не так – не на опресноках заповедует священнодействовать, не так – не елеем помазания хиротонисать епископов и священников и не одному епископу рукополагать епископа, но так, как предписывает апостольский канон через Климента, как сохраняет это доныне, приняв свыше, Церковь и как свидетельствуют об этом вместе с Церковью богопоставленные ее пастыри, и в особенности Дионисий и Максим. Один из них – преемник апостолов, свидетельствовавший на Западе и писавший об обычаях и таинствах Церкви, другой – великий во исповедниках и богомудрый, обращавшийся более в Риме, изъясняющий и описывающий в особенности таинства Церкви и священнодействия так, как они совершаются у нас, с удивлением притом превозносящий книгу божественного Дионисия.

Не служит ли это также величайшим обвинением против вас, изменяющих принятые от начала Божественные предания? Держите, – говорит апостол, – предания, которым вы научены или словом или посланием нашим (2 Фес. 2, 15). О вере и священных преданиях так говорит он: Кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема (Гал. 1, 9). Не к вам ли относится это страшное слово об изменяющих нововведениями веру и обычаи Церкви? Против вас также направлены и определения святых Соборов, как Первого и Второго, изложивших Символ, так и пяти, бывших после них, которые последовали первым и предали анафеме всех, покушавшихся что-либо прибавить к Символу или убавить от него. И ты не краснеешь при этом, не закрываешь свое лицо?

Знай же, что Троица предвечна и что один Отец есть неточное Божество, как говорит Дионисий, и что Он есть Отец светов, как говорит брат Божий (см.: Иак. 1, 17). А Светы – это Сын и Дух, извечно происходящие от Него по естеству. Если же Дух был собезначально в Отце и есть от Отца, то Он соединен был с Сыном и неразлучен от Него, потому что Троица нераздельна, и, значит, исхождение Его безначально. А выражения от Моего возьмет (Ин. 16,14), «Дух Христов» (см.: Рим. 8, 9), «Дух Сына» (Гал. 4, 6), дунул (Ин. 20, 22), вдунул (Быт. 2, 7), «изливает», «преизливает» и подобные означают нечто совершившееся впоследствии ради нас, но Сам Дух ничего не приемлет впоследствии и есть совершенный от начала.

Эти дары, временно нам сообщаемые, суть дарования единой Троицы, подаваемые от Отца через Сына в Духе, подобно тому как небо и земля утверждены Словом Божиим и Духом – единой зиждительной силой, ибо едино действие в Троице. Один Отец есть виновник Слова и Духа по естеству; вместе со Словом и Духом Он, по творению, есть причина бытия тварей. Подобным образом сообщаются и другие дары, так что Исаия говорит о числе дарований Духа (см.: Ис. 11, 2), равно как и Павел (см.: 1 Кор. 12, 8-12), который притом свидетельствует о Христе: В Нем обитает вся полнота Божества телесно (Кол. 2,9), – говоря здесь не только об ипостаси Слова, но и о тех естественных Божиих дарованиях, которые, имея от Отца, Он дает вместе с Духом.

Потому-то Дух и явился нисходящим на Него и пребыл на Нем: это не значит, что Сам Дух воплотился или ипостасно вселился в этом Божественном теле, но что все, какие имеет, дарования Он принес в этот Божественный храм, как и Отец, благоволивший о Нем таким же точно образом и именовавший Его Возлюбленным Сыном, как говорит пророк: Избранный Мой, к которому благоволит душа Моя. Положу дух Мой на Него (Ис. 42, 1).

Итак, Слово ипостасно соединено с телом Божественным восприятием, но не ипостасно пребывают в Нем Отец и Дух, ибо воплотилось одно Слово. Поэтому если сказано, что в Нем обитает вся полнота Божества телесно и что Дух снизошел на Него и пребыл на Нем, то это значит, что Дух пребыл действиями и дарами, Своим содействием Сыну. Следовательно, Он исходит от Сына не по ипостаси. И то, что мы получаем, как дарование получаем, ибо сказано: И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать (Ин. 1, 16). Много нас, и различные получаем мы дарования. Но святые отцы предложили также объяснение и следующим местам Писания: От Моего возьмет и возвестит вам (Ин. 16, 14), то есть от Моих слов и Моей мудрости. Дунул, и говорит им: примите Духа Святаго (Ин. 20, 22), – сказав это об одном только даровании решить и вязать. Кто Духа Христова не имеет (Рим. 8, 9) сказано потому, что Он обитает во Христе дарованиями и телесно. Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего (Гал. 4, 6) говорится потому, что Дух – в Нем, как одного с Ним естества, и пребывает нераздельно от Него; говорится здесь также о ниспослании даров. Вот те изречения, которые, по твоим словам, свидетельствуют об исхождении Духа и от Сына.

Я пошлю вам от Отца, – говорит Христос (Ин. 15, 26), показывая тем самым, что Дух исходит от Отца и приходит ради нас как по Его, так и по собственному хотению, для сообщения нам благодати и мудрости, превосходящей ум, к постижению Отца, Сына и Самого Духа и к общению с Ними, насколько это возможно для нас. Это и произошло, когда все народы в мире уверовали и приобщились благодати Троицы. Ясно это из Крещения, совершаемого во имя Троицы, и из других священных таинств.

Итак, Дух есть безначальный от Отца, как и Сын. Он неразделен от Отца и от Сына, как имеющий одно естество с Ними, и по временам является Ангелам и нам. Но от Сына Он не имеет происхождения, как пишет и божественный Дамаскин, ибо один Отец есть Виновник происходящих от Него. В самом деле, если Спаситель признавал, что Дух и в Нем имеет причину бытия, то не умолчал бы об этом Он, благой, Который на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать о истине (Ин. 18, 37). Итак, Дух есть от Отца, как сказало Слово, рожденное от Отца, потому что Отец есть единый Виновник и Начало вечных от Него происходящих Единородного Сына и Духа. Однако для тварей Он, уже вместе со Словом и Духом, есть Владыка и зиждительная причина всего, составившая все из ничего, – Отец со Словом и Духом.

Поэтому Дух и не бывает когда-либо разлучен от Сына, но как безначально существует Отец, так же безначально по естеству происходят от Него Сын и Дух. И так как Они – от Него, то пребывают в Нем естественно, ибо Отец, как бесстрастный, бестелесный и совершенный, есть также Источник совершенных. Именно поэтому если Сын и Дух, как сказано, по естеству происходят от Него собезначально, то Они также нераздельно пребывают и Один в Другом и познаются в одной силе, изволении и действии. Так же говорит об этом божественный Максим: Отец есть в Сыне и Духе, Сын в Отце и Духе, а Дух Святой во Отце и Сыне. Хорошо и богомудро богословствуют отцы, последуя Христу!

Символ говорит это, свидетельствуя, что Виновник есть Отец. И «Иже со Отцем и Сыном спокланяема и селавима» – показывается единоестественность и нераздельность Духа с Отцом и Сыном. Богословствуя таким образом, отцы отсюда с еще с большей ясностью показывают, что Дух – от Отца. Да постыдятся же вводящие новое! Ибо сначала отцы сказали «Иже от Отца исходящаго», отнюдь не прибавив «и от Сына», а потом – «со Отцем и Сыном спокланяема и сславима». Очевидно всякому, что выражение учит о Духе как имеющем причину в Отце, свидетельствуя, что Дух от Отца, как и Сын. А слова «со Отцем и Сыном спокланяема и сславима» показывают нераздельность Троицы и единство в Ней воли и силы.

Поэтому никто да не богохульствует и не дерзает говорить того, чего не изрек, уча о Боге, вочеловечившийся Бог Слово! Да не находит также себе нововводитель предлогов к богохульству в словах Я пошлю (Ин. 15,26), от Моего возьмет (Ин. 16, 14) и подобных. Это принадлежит последующему времени и сказано в отношении к нам. Дух был от века, а мы произошли, и воссозданы, и облагодатствованы впоследствии и, получив Духа, получили не ипостась Духа, не естество Божества, но благодать и дар, да и то сообразно с нашей силой и достоинством в Церкви, так что один делается пророком Христовым, другой – апостолом, третий – учителем, четвертый говорит на различных языках или совершает исцеления. Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания… иному пророчество, иному различение духов…

Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (1 Кор. 12, 8-11). Однако получающий Духа получает только дарование, а не естество Духа. Также и дуновение и слова Примите Духа Святаго (Ин. 20,22) не означают, что тогда изшел Дух, ибо Он безначален; не ипостасно преподается им Дух, но только благодать Духа вязать и решить, как этому научают следующие слова: Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20, 23). Ту же мысль заключают, как сказано, и прочие библейские и отеческие речения, в которых говорится о дарованиях Духа, сообщенных нам впоследствии.

Зная и свидетельствуя это, отцы так положили и в Символе веры, который все бывшие после них единодушно приняли. Все они, приняв в этом исповедании веры Крещение, в нем получив священство, в нем предали души свои Богу и прославлены от Бога силами чудотворений и многими другими дарованиями. Поэтому никто да не дерзает перетолковывать богоглаголивые слова их и вводить что-либо другое в написанное ими без понимания того, что они сказали, и без представления об их цели. Но да стоит каждый верный непоколебимо в неповрежденном отеческом исповедании веры, которое отцы все вместе изложили и вместе соблюли. И таким образом да удалятся от нас всякие споры, и разделения, и смятения, а мир, насажденный Христом, да воссияет в Церквах. Ибо за спорами по пятам идет раздор, от раздора же происходит брань, а от брани какого зла не произойдет? Рабу же Господа не должно ссориться (2 Тим. 2, 24). Поэтому если хочешь сохранить себя в безопасности, то не преступай вечных пределов, положенных твоими отцами.

Это значит, что одно служение и одна честь воздается от твари Троице, потому что все твари – это создания Троицы.

Дух познается в единой силе и славе Божества со Отцом и Сыном. Он промышляет о тварях и животворит все и потому равно со Отцом и Словом славится.

Он не в апостолах только явился в последние дни, но был и в пророках. Хотя Он и открывался в них примрачно, но ни один из них не говорил без Духа. Поэтому и Моисей имел Духа, и семьдесят мужей прияли Духа, Давид также искал и имел Духа, и прочие праведники и пророки получали каждый в известной мере от дарований Духа. В создании всех тварей Он также содействовал Отцу и Слову, как свидетельствует Давид, говоря: Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его – все воинство их (Пс. 32, 6). В древности, во времена закона, Он посвящал Аарона, сообщал помазание и совершал священнодействия; Дух Божий исполнил и Веселиила. Также и лик пророков предвидел будущее и чудодействовал Духом Божиим.

Однако яснейшим и торжественнейшим образом приняли Духа ученики Христа Спасителя, когда Дух сошел на них в виде огненных языков. И это еще убедительнее показывает, что, хотя Он яснейшим образом явился и преподал апостолам и через них – всем верным, однако же преподана не ипостась Его, ибо каким образом бесчастное явилось бы многочастным, а безвидное и невещественное – как бы в вещественном и видимом образе? Но тогда были преподаны дарования Духа, которые раскрылись в учениках Христовых обильнее, чем в пророках, потому что они посланы были не к одному, но ко всем народам. И для этого им было сообщено совершенно достаточное дарование: они начали, как сказано, говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать (Деян. 2, 4). Поэтому через них, по движению Духом, обновлена была тварь, познавшая истинного Бога в Троице, и соединилась с Богом, приняв благодать Духа.

«Глаголавшаго пророки». Пророки также были провозвестниками Христа, движимыми, как уже сказано, Божественным Духом. Почему и говорится: «Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь».

«Во едину» – это означает, что Бог закона и благодати – один и тот же, что единой стала Церковь Ангелов и человеков, утвержденная на основании Апостолов и пророков (Еф. 2,20), и что одна вера, одно крещение и един собравший ее Христос – ее краеугольный камень и основание (Еф. 4, 5)

«Святую» – то есть освященную Духом и соединенную со Христом через Крещение и Миропомазание, Священство, Причащение и прочие таинства, непорочную и обрученную Христу.

«Соборную» – так она называется, потому что собрана Христу от всех народов и обилует истинным ведением, а также потому, что, предоснованная на пророках, воздвигнутая на апостолах, украшенная, утвержденная и возведенная к совершенству трудами и кровью мучеников, иерархов и подвижников, она в чистоте содержит ведение Троицы и исповедует вместе с Петром предвозвещенного пророками Христа как Сына Божия, единого от Троицы воплотившегося.

«Апостольскую» – так называется Церковь потому, что она по преимуществу собрана, составлена и утверждена апостолами, которые после Христа были ее основателями и строителями, ибо все вместе апостолы собрали от всех язык и всех народов стадо Господу всяческих и великому Пастырю. Именно поэтому истинная Церковь есть совокупность благочестивых в целом мире, так же как и соборная Церковь есть собрание православных, исповедующих веру. Правда, и некоторые Поместные Церкви называются соборными кафолическими по данной им от отцов чести. Но и они приобрели эту честь за правомыслие, а не за лжеучение, потому что и Сам Спаситель назвал камнем не отречение Петра, но его исповедание: Ты – Христос, Сын Бога Живаго (Мф. 16, 16) – и об исповедании этом сказал: На сем камне Я создам Церковь Мою (Мф. 16,18). Таким образом, Соборную Церковь составляют все право исповедующие Христа вместе с Петром и прочими апостолами.

«Церковь» называется так потому, что собрана от всех народов[1], утверждена на краеугольном камне – Христе, всецело соединена с Ним и соблюдает Его веру.

Вот величайшее из дарований! Это не подзаконное омовение, не чувственное служение или жертвы, которые – бессловесные, приносимые за словесных, – даже если совершались часто, не могли очищать тех, за кого приносились. В самом деле, пока не явилась истина – безгрешный Христос и не вознесена была на кресте живая Жертва тела Его, не было ни совершенного очищения, ни обновления. Но после того, как это совершилось, как Христос принесен был за нас в жертву и из ребра Его излилась для нас кровь и вода, – мы преобразуемся ими. Кровью мы живем, а водой, соединенной с Духом, очищаемся через троекратное погружение и призывание вседетельной Троицы. После этого тотчас воссозидаемые, мы становимся сынами света и чадами Божиими по благодати, облекшись в истинного Сына Его – Христа Бога нашего.

Когда это происходит, вместе с нами находится в воде Крестившийся за нас и полагает на нас образ Своего нетления и святыни. Это возглашает и Павел, говоря: Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал. 3,27). За тем Христос и крестился, чтобы вложить в воду благодать Духа и образ Своей святыни. Таким образом, каждый крестящийся водой Духа через призывание Троицы получает образ явившейся во плоти чистоты, безгрешности и светозарности Христа. Вот каково значение Крещения: человек, невидимо облекаясь во Христа, становится всецело безгрешным и исполненным Духа, и если соблюдет благодать, то делается пророком, апостолом и Ангелом, как сказал некто из облагодатствованных. И это не удивительно: если, усыновленный по благодати, он становится сообразным Христу, то тем более может сделаться сообразным Ангелам.

Вот какой дар дал нам Христос, Слово Божие, создавшее нас в начале и ныне воссоздавшее на лучшее. Онто, бесстрастно воплотившись от Девы и бесстрастно родившись, бесстрастно и нас духовно рождает из ребра Своего, напояет, питает и живородит Духом. С того самого времени, когда из ребра Его истекли вода и кровь, водой вместе с Духом Он возрождает нас, как сказано, а кровью животворит. И без этого невозможно спасение.

Именно поэтому многие еретики, возбуждаемые демонами, безумно восстают вместе с нечестивыми особенно против этих священных и спасительных Христовых таинств, то есть против божественного Крещения и священного Причащения. Не принимая их, они становятся отчужденными от вечной жизни, ибо страшные изречены определения против не принявших Крещения и не принимающих животворящего Причастия: Если кто не родится, – сказано, – от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие (Ин. 3,5); и еще: Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни (Ин. 6, 53).

Итак, едино Божественное Крещение, потому что един Господь, заповедавший его, единожды притом распятый за нас, единожды изливший кровь Свою и давший Себя Отцу в жертву за нас. То же говорит и Павел: Один Господь, одна вера, одно крещение (Еф. 4,5). Поэтому кроме него нет другого Крещения, равно как нет ни другого отпущения по благодати, ни возрождения, ни воссоздания, ни другого искупления от греха. Если же и говорится о втором крещении, то так называется действие покаяния. Оно достигается многими трудами, потому что для получения его нужны бывают исповедь и смирение, слезы и сокрушение, посильные подвиги и дела милосердия и, сверх того, непрестанные молитвы. Есть и другое отпущение, достигаемое исповеданием и свидетельством о Христе. Оно также достигается трудом и только по временам возможно. Именно поэтому говорится: «Едино крещение во оставление грехов».

Множество людей задается об этом множеством вопросов, потому что как неверные, так и верные недоумевают о воскресении. И это недоумение весьма странно, особенно когда его высказывают верные, – после того как Господь и словами учил о воскресении, и на деле засвидетельствовал его, воскреснув из мертвых, ибо Он воскрес для нас, чтобы мы воскресли. Поэтому высказывающий подобные недоумения отвергает воскресение Христово. Однако о том, что Христос воистину воскрес, свидетельствует вера в Него, посеянная и укоренившаяся во всем мире.

Воскреснут и мертвые силой Христовой, как это ясными словами засвидетельствовали многие из воскресших прежде мертвецов. Об этом же возвещает вся природа: воссияванием и действием света, изменением всего по частям, рождением людей и животных, свойством плодов и бросаемых в землю семян, как учил и Павел (1 Кор. 15, 35–38). Притом нет никакого сомнения, что настанет конец тлению. В самом деле, если мир есть творение Нетленного и все вообще – дело Присносущего, то некогда тление прекратится, как засвидетельствовал и Павел, и обновится тварь, как написано.

Тогда совершеннейшее из всех существ – человек, единственный удостоенный получить тело, служащее орудием словесной и живой души, и с ним вместе действовать душой, получит обратно это орудие – или для славы, или для наказания. Так как именно из-за этого существа явилось тление, то, когда будут новое небо и новая земля, измененные на лучшее, тогда и человек будет так же совершен, то есть с душой и телом, изменившись на лучшее. Потому-то и Церковь, следуя своему Учителю Иисусу Христу, сказавшему: Бог не есть Богмертвых, но Бог живых (Мк. 12,27), возвещает воскресение мертвых, говоря в Символе: «Чаю воскресения мертвых». Этим она выражает, что наши, а не другие тела соединятся с нашими душами.

А следом за тем она прибавляет: «И жизни будущаго века, аминь».

Та жизнь будет безграничная и нескончаемая. Так как жизнь будет вечной, то и жребий каждого – славы или мучения – будет безграничный и нескончаемый. Впрочем, и об этом многие нечестивцы пустословят во вред себе, дерзая отвергать вечность будущего мучения. Такая дерзость внушена им обольщениями и коварством лукавого для того, чтобы, надеясь на конечность мучения, они не оставили несовершённым ни одного дела злобы. И действительно, если некогда будет конец мучению, то всякий грех будет некогда прощен и отвергающие Бога, нечествующие и беззаконные, будут некогда прославлены вместе с благочестивыми и святыми.

Какое слово может быть нечестивее этого? Если будет конец мучению, то будет конец и Царствию, и, значит, нет правды у Бога, между тем Господь праведен, любит правду (Пс. 10, 7). Посему справедливо также изрекает Он, говоря о шуей части, что пойдут сии в муку вечную – а не временную (Мф. 25,46), о десной же: А праведники в жизнь вечную', и опять о грешниках: Червь их не умирает и огонь не угасает (Мк. 9,44). И это справедливо, так как здесь у нас – время для исправления своих проступков, пока мы имеем свободу выбора, а тогда будет другое время – разлучения и воздаяния по заслугам того, что каждый избрал себе.

Никто из одержимых грехами или какими-либо заблуждениями в оправдание или услаждение себе да не обманывает себя подобными обольщениями: мучение нераскаянных – вечно. Для того-то и открыто нам покаяние до последнего издыхания. В самом деле, если бы там от него была польза, то оно вовсе не было бы дано здесь. Да и что удивительного сделало бы домостроительство Спасителя, если бы там было покаяние или конец мучений?

Видишь ли безумие нечестивцев? Но так как Бог явился между людьми и дал нам таинства Божии, так как есть слова исповедания, ведущие к страданиям за Христа, есть возможность подвизаться до крови, наконец, есть покаяние, то да будет исповедуемо то, что предано нам от Спасителя нашего, от апостолов и от отцов, сказавших: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века», то есть вечной. Они прибавили: «Аминь», что составляет утверждение и печать всего священного Символа, как бы некий ключ, заграждающий вход для внешних и охраняющий сокровище веры как бы в некоторой изящнейшей сокровищнице – Церкви, чтобы кто-либо не унес чего из нее или не внес в нее чего-либо ей чуждого.

С сердечной любовью примем самое Божественное, священнейшее и во всем совершенное знамение благочестия, исповедание отцов – определение истинной веры. Исповедуя его душами, языком и устами, до конца сохраним его невредимым, чистым и нерушимым во всем, как священный залог, данный богоносными, богопрославленными и богодвижными отцами. Молитвами изложивших и соблюдших его святых, а также их предшественников, от которых они прияли учение Символа, и всех вообще святых, ходатайством святых Ангелов и приснодевственной Матери Спасителя и Бога нашего Иисуса Христа, единой Пресвятой и воистину Богородицы, принеся и от себя Троице, как чистый дар, это доброе исповедание, не только избавимся от вечного мучения, но и вместе со Христом удостоимся вечного Божественного Царства Христова, славы и наслаждения, вечно славя Самого Христа, Единородного Сына живого Бога, с предвечным Его Отцом и со Святым Духом. Аминь.

Полезно изъяснить и то, на каких основаниях составлен божественными отцами священнейший Символ. Необходимо знать, что они не сами от себя, но из Божественных Писаний заимствовав выражения и мысли, составили его в духе благочестия. Таким образом, почти все речения божественного Символа взяты из Святых Писаний. Здесь мы покажем это по отношению к каждому отдельному выражению.

Против эллинов, иудеев и язычников и всех прочих нечестивцев, которые или вовсе не исповедают Бога, или если и признают Его, то не исповедуют Отцом Единородного Слова и Изводителем Святого Духа:

В Евангелии говорится: Ты веруешь ли в Сына Божия? (Ин. 9,35); веруйте в Бога, и в Меня веруйте (Ин. 14, 1). Апостол: Веруй в Господа Иисуса (Деян. 16,31).

В Евангелии: Да знают Тебя, единого истинного Бога (Ин. 17,3). Брат Божий: Ты веруешь, что Бог един (Иак. 2,19). Павел: но у нас один Бог Отец, из Которого все, и мы для Него, и один Господь Иисус Христос, Которым все (1 Кор. 8, 6).

В Евангелии: Восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему (Ин. 20,17); Отче праведный! и мир Тебя не познал (Ин. 17,25); Я иду к Отцу Моему (Пн. 16, 10), Я умолю Отца (Ин. 14,16); или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего? (Мф. 26,53); Отче! в руки Твои предаю дух Мой (Лк. 23,46). Петр говорит: Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа (1 Пет. 1, 3). Павел: Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа (2 Кор. 11, 31).

Захария: Так говорит Господь Саваоф (Зах. 1, 3); основании дома Господа Саваофа (Зах. 8,9); слово Господа Саваофа (Зах. 7, 4 и многие другие). Иезекииль: Адонаи Господь (Иез. 2, 4 и другие), что значит «Вседержитель». «Вседержитель» означает и имя Саваоф, которое Исаия усвояет всей Святой Троице, говоря: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! (Ис. 6, 3). В Евангелии: Отче, Господи неба и земли (Мф. 11,25). Давид: Вруце его ecu концы земли (Пс. 94, 4). Наперсник Христов Иоанн: Вседержитель, Который ecu и был и грядешь (Откр. 11, 17).

Против эллинов, которые не признают, что Бог сотворил все из ничего и промышляет обо всем:

Моисей: В начале сотворил Бог небо и землю (Быт. 1, 1). В Евангелии: Отче, Господи неба и земли (Мф. 11, 25).

Павел: Видимое и невидимое… все Им и для Него создано (Кол. 1, 16), то есть Отцом через Христа. Давид: Ибо Он сказал, – и сделалось; Он повелел, – и явилось (Пс. 32, 9).

Против эллинов и иудеев, отвергающих Христа:

Павел: Но у нас один Бог Отец… и один Господь Иисус Христос (1 Кор. 8, 6).

В Евангелии: Да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа (Ин. 17, 3); Ты – Христос, Сын Бога Живаго (Мф. 16,16); и я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий (Ин. 1, 34); ты веруешь ли в Сына Божия? (Ин. 9,35); сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий (Ин. 20,31); Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил (Ин. 1, 18); так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного (Ин. 3,16). Возлюбленный ученик Христов: Дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную (1 Ин. 5, 13).

Против Ария, называвшего Сына тварью:

В Евангелии: Я исшел от Отца и пришел в мир (Ин. 16, 28). Иоанн: Всякий, любящий Родившего, любит и Рожденного от Него (1 Ин. 5,1). В Евангелии: И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира (Ин. 17, 5); в начале было Слово (Ин. 1,1); Сущий в недре Отчем (Ин. 1,18); Оно было в начале (Ин. 1,2). Апостол Павел: В последние дни сии говорил нам в Сыне… чрез Которого и веки сотворил (Евр. 1, 2). В Притчах: От века я помазана, от начала, прежде бытия земли… Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов (Притч. 8, 23, 25).

Против тех, которые нечестиво богохульствуют о бесстрастном рождении Единородного Сына:

В Евангелии: Чтобы свидетельствовать о Свете. Был Свет истинный, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир (Ин. 1,8–9). Давид: Во свете Твоем мы видим свет (Пс. 35, 10). Павел: Сей, будучи сияние славы (Евр. 1, 3).

Возлюбленный ученик Христов: Да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная (1 Ин. 5, 20). В Евангелии: Яесмъ… истина (Ин. 14, 6). Павел: Ожидая… явления славы великого Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа (Тит. 2, 13).

В Притчах: Я родилась… прежде холмов (Притч. 8,25). В Евангелии: Я на то родился и на то пришел (Ин. 18,37). Возлюбленный: Любящий Родившего, любит и Рожденного от Него (1 Ин. 5, 1).

Против Ария и Евномия:

Он родился, а не сотворен вместе с тварями, так как Он Сам – Творец всего. Павел: Чрез Которого и веки сотворил (Евр. 1, 2). В Книге Премудрости: Сотворивший все словом Твоим (Прем. 9, 1).

Против Ария, Евдоксия и их нечестивых единомышленников:

В Евангелии: Я и Отец – одно (Ин. 10, 30); разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? (Ин. 14, 10); Видевший Меня видел Отца (Ин. 14,9). Павел: Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Флп. 2, 6).

Павел: Чрез Которого и веки сотворил (Евр. 1, 2); все Им и для Него создано (Кол. 1, 16); Он есть прежде всего, и все Им стоит (Кол. 1,17). В Евангелии: Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1,3). В Притчах: От века я помазана, от начала (Притч. 8,23). Эти последние слова означают предвечное и недвижное во Отце основание Его живой Премудрости, равно как слова Господь созда Мя начало путий Своих, в дела Своя (Притч. 8, 22) предзнаменуют вочеловечение, посредством которого Христос совершил великие дела нашего спасения. А выражения: Господь премудростью основал землю (Притч. 3,19); вся премудростию сотворил ecu (Пс. 103, 24); сотворивший все Словом Твоим (Прем. 9,1) – указывают на дела Его от начала. Впрочем, Господь созда Мя сказано также вместо «благоволил через Меня, свою Премудрость, созидать и творить дела Свои». Об этом же свидетельствует и Давид, говоря: Словом Господа сотворены небеса (Пс. 32, 6). Однако самым ясным образом о явлении Его во плоти учат, как сказали мы, слова: Господь созда Мя.

Против манихеев и других нечестивцев, отвергающих домостроительство Слова:

Павел: Ибо всё для вас (2 Кор. 4, 16); если Бог за нас, кто против нас? (Рим. 8,31);

Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас (Рим. 8, 32); а как дети причастны плоти и крови, то и Он также воспринял оные (Евр. 2, 14).

Исаия: Не ходатай, ниже Ангел, но сам Господь спасе их (Ис. 63, 9). Петр: К сему-то спасению относились изыскания и исследования пророков (1 Пет. 1, 10). В Евангелии: Я пришел не судить мир, но спасти мир (Ин. 12,47); чтобы мир спасен был чрез Него (Ин. 3,17); ибо спасение от Иудеев (Ин. 4, 22); Спаситель мира, Который есть Христос (Лк. 2,11).

Пророчественно против Нестория и других нечестивцев, не исповедающих воплощения Бога Слова и богохульно говорящих, что Он явился призрачно:

Апостол: Нисшедший, Он же есть и восшедший (Еф. 4, 10). В Евангелии: Ибо Я сошел с небес (Ин. 6, 38). Павел: Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной (Рим. 8, 3).

Против еретиков, пустословящих, что Слово восприняло иное, а не одинаковое с нами тело:

Исаия: Се, Дева во чреве приимет и родит Сына (Ис. 7, 14). В Евангелии:

Как будет это, когда Я мужа не знаю? (Лк. 1, 34); не бойся, Мария… Зачнешь во чреве, и родишь Сына… Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя (Лк. 1, 30–31, 35). Ангел говорит Иосифу: Родившееся в Ней есть от Духа Святаго (Мф. 1, 20). И не знал Ее, как наконец Она родила Сына Своего первенца (Мф. 1, 25). Павел: Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены (Гал. 4, 4). В Евангелии: И Слово стало плотию, и обитало с нами (Ин. 1,14).

Против Аполлинария, называвшего человеческое естество Христа чуждым ума; против Евтихия, Диоскора, а также Севера и прочих безумцев, пустословивших, что Слово Божие и по воплощении имеет одно естество, а так же против Пирра и других монофелитов:

Павел: Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам (Флп. 2, 6); один Бог и Отец всех (Еф. 4, 6); един… посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус (1 Тим. 2,5). В Евангелии: Потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь сему (Ин. 5,27–28); когда же приидет Сын Человеческий… тогда сядет на престоле славы Своей (Мф. 25, 21).

Против нечестивцев, безумно утверждавших, что Господь не страдал плотью, но призрачно казался страждущим:

Павел: Пред Богом, все животворящим, и пред Христом Иисусом, Который засвидетельствовал пред Понтием Пилатом доброе исповедание, завещеваю тебе (1 Тим. 6,13). В Евангелии: Иисуса ищете Назарянина, распятого (Мк. 16, 6). Павел: Я… преподал вам… что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию (1 Кор. 15, 3–4).

Против иудеев, эллинов и всех прочих нечестивцев:

В Евангелии: Воскреснув рано в первый день недели, Иисус… (Мк. 16, 9); уже третий день ныне, как это произошло (Лк. 24,27). Когда Иисус воскрес из мертвых, Он стал посреди учеников и говорит им: мир вам! (Ин. 20,19). Вспомните, как Он говорил вам, когда был еще в Галилее, сказывая, что Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки человеков грешников, и быть распяту, и в третий день воскреснуть (Лк. 24, 6–7).

В Евангелии: И так Господь, после беседования с ними, вознесся на небо и воссел одесную Бога (Мк. 16,19); и, когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо (Лк. 24, 51). В Деяниях: Сказав сие, Он поднялся в глазах их, и облако взяло Его из вида их (Деян. 1, 9).

В Деяниях: Мужи Галилейские! что вы стоите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо (Деян. 1, 11). В Евангелии: И тогда у видят Сына Человеческого, грядущего на облаке с силою и славою великою (Лк. 21,27); тогда Сын Человеческий сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы (Мф. 21, 31–32). В Деяниях: Нам, которые с Ним ели и пили, по воскресении Его из мертвых. И Он повелел нам проповедовать людям и свидетельствовать, что Он есть определенный от Бога Судия живых и мертвых (Деян. 10,41–42). Даниил: Видел я, наконец, что поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями… вот, с облаками небесными шел как бы Сын человеческий… И Ему дана власть, слава (Дан. 7, 9,13–14).

Даниил: Которого царство – царство вечное, и все властители будут служить и повиноваться Ему (Дан. 7, 27). В Евангелии: И будет царствовать над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца (Лк. 1, 33).

Против Македония-духоборца:

В Евангелии: Крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28, 19); Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое (Ин. 14, 26). Давид: И Духа Твоего Святаго не отними от меня (Пс. 50, 13).

Павел: Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода (2 Кор. 3, 17). Петр: Для чего ты допустил… солгать Духу Святому? Ты солгал не человекам, а Богу (Деян. 5, 3–4).

В Евангелии: Дух животворит; плоть не пользует нимало (Ин. 6, 63). Давид: Пошлешь дух Твой – созидаются, и Ты обновляешь лице земли (Пс. 103, 30). Моисей: И вдунул в лице его дыхание жизни (Быт. 2, 7). Иезекииль: Изреки пророчество Духу, изреки пророчество, сын человеческий… и вошел в них дух, и они ожили (Иез. 37, 9-10).

Пророчественно против нововведения латинян:

В Евангелии: Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит (Ин. 15,26); и когда выходил из воды, тотчас увидел Иоанн разверзающиеся небеса и Духа, как голубя, сходящего на Него (Мк. 1, 10).

Павел: Но мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога (1 Кор. 2, 12). Давид: Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его – все воинство их (Пс. 32, 6).

О том, что одна слава и поклонение Троице и что один Отец есть единая причина бытия как Единородного, так и Духа.

Этому весьма ясно учит Символ тем, что, сказав сначала: «Иже от Отца исходящего», потом говорит: «Иже со Отцем и Сыном спокланяема».

В Евангелии: Крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28,19). Павел: Ибо кто из человеков знает, что в человеке… Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия (1 Кор. 2, 11). У Исаии и Иезекииля Ангелы взывают: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его! (Ис. 6, 3), то есть Отца и Сына и Святого Духа, единого в Троице Бога.

Против еретиков, отвергающих закон и пророков:

Захария: Как возвестил устами бывших от века святых пророков Своих, что спасет нас от врагов наших (Лк. 1,70–71). Богородица: Как говорил отцам нашим и прочее (Лк. 1, 55). В Деяниях: О Нем все пророки свидетельствуют, что всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его (Деян. 10,43). Также: Которого небо должно было принять до времен совершения всего, что говорил Бог устами всех святых Своих пророков от века (Деян. 3,21). В Евангелии: Ибо сам Давид сказал Духом Святым: сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня (Мк. 12, 36). В Деяниях: И, по молитве их, поколебалось место, где они были собраны, и исполнились все Духа Святаго, и говорили слово Божие с дерзновением (Деян. 4,31). В Книге Чисел: Иногда почил на них Дух, они стали пророчествовать… в стане (Чис. 11, 25–26).

Против говорящих, что ветхозаветное противно евангельскому, и не принимающих пророческих видений:

Павел: Соделавший из обоих одно (Еф. 2, 14); один Господь, одна вера, одно крещение (Еф. 4, 5); братия святые (Евр. 3, 1); быв утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем (Еф. 2,20); и вы – тело Христово, а порознь – члены (1 Кор. 12, 27); и иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями (1 Кор. 12, 28); да Церковь созидание приемлет (1 Кор. 14, 5); вы храм Божий (1 Кор. 3, 16); яже к созиданию Церкве просите (1 Кор. 14, 12); имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем… на котором и вы устрояетесь (Еф. 2,20,22); и Он есть глава тела Церкви (Кол. 1,18). Так же как семь соборных Посланий названы так потому, что были написаны ко всем верным, так и совокупность всех православных названа в Символе Соборной Церковью.

Против богомилов и всех нечестивцев, не принимающих или не уважающих крещения:

Павел: Ты исповедал доброе исповедание (1 Тим. 6,12); потому что сердцем веруют к праведности, а устами исповедуют ко спасению (Рим. 10, 10); один Господь, одна вера, одно крещение (Еф. 4,5); да крестится каждый из вас… для прощения грехов (Деян. 2,38). В Евангелии: Крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28, 19).

Против эллинов и оригенистов, отвергавших воскресение мертвых, а потому также и воскресение Спасителя нашего Иисуса Христа:

В Деяниях: За чаяние воскресения мертвых меня судят (Деян. 23,6). Исаия: Оживут мертвецы Твои, восстанут мертвые тела! (Ис. 26, 19). Павел: Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих (Рим. 8, 19). В Евангелии: Когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут (Ин. 5, 25).

Против Оригена, безумно допускавшего изменение состояний в будущем веке и верившего в то, что наказания будут иметь конец:

В Евангелии: Ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную (Ин. 12, 25). В Деяниях: Он говорил о правде, о воздержании и о будущем суде (Деян. 24, 25). Исаия: Отец будущего века (Ис. 9, 6). В Евангелии: Я живу… и ядущий Меня жить будет Мною (Ин. 6, 57). Я есмъ воскресение и жизнь (Ин. И, 25). И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную (Мф. 25,46).

Истинная и единая христианская вера наша превосходит ум и слово, потому что она – правая и единая вера, истиннейшее исповедание превосходящего разум единого Бога в Троице. Она, хотя и не ограничена, однако же кратко объемлется в этих главах, которые должно исповедовать всякому христианину, право верующему и желающему спастись. Эти главы некоторые называют и членами веры, или началами и основаниями. Их насчитывается двенадцать, по числу апостолов Христа, невечернего Солнца, и они приводят право верующего к нескончаемому веку славы Его. Из них три главы – о Святой Троице, в честь Самой Троицы, Которая, будучи вечной, есть причина всего; шесть – о воплощении Слова, и это также удивительно: в самом деле, это Слово, будучи Одним от Святой Троицы и единым, стало двусоставным ради нас и потому-то имеет двойную троицу глав; последние три главы – о совершении домостроительства, также в честь Безначальной Троицы, Которая, сотворив все из ничего, все благо содержит и всем мудро управляет.

Первая глава – о том, что Божество – едино по естеству, а не множественно, что Оно едино по силе, власти, вседержительству и господству.

Вторая – о том, что это Божество имеет три Лица, а не одно, хотя они едины и нераздельны по Божеству, и что всецело должно исповедовать три Лица, или ипостаси, или свойства, – не более. Из этих же Трех Одно – нерожденное, ибо Оно не имеет причины Своего бытия и не происходит из чего-либо, будучи единой Причиной происходящих из Него довременно и бесстрастно. Другое – рожденное от Того нерожденного. Третье – исходящее также от Того, Кто не имеет причины Своего существования, и нерожденного. Нерожденное и не имеющее причины Своего бытия называется Отцом, рожденное – Сыном, а исходящее – Духом Святым. Они нераздельны, довременны и вечны. Но Троица – не три Бога или три Господа, но один Бог, един Господь, как воспевают и Ангелы: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! (Нс. 6, 3).

Поскольку едино и нераздельно естество Трех: одно существо, одна сила, одна слава, одно хотение, одно изволение, – то и эти Три суть един Триипостасный Бог, одно начало и действенная сила всего, подобно тому как одно сияние солнца, луча и света, или один блеск и теплота огня, отражения и света, или одно изволение ума, слова и духа.

Третья глава – о том, что эта Троица есть Создательница всего, сотворившая все, как духовное, так и чувственное, видимое и невидимое, из ничего, произведшая все во времени, когда восхотела, между тем как прежде совершенно ничего не существовало – ни вида, ни материи, но все произведено из ничего. Этот Бог в Троице, будучи Творцом, есть вместе и Промыслитель всего существующего, то есть Отец с Словом и Духом, как говорят пророки и учит Евангелие.

Четвертая – о том, что ради промышления о нас Бога в Троице, благоволением Отца и содействием Духа, Слово, пребывая неизменным и непреложным по Божеству, бесстрастно и неистечно сделалось ради нас плотью. Оно приняло от Святой Девы совершенное естество наше – одушевленное тело, соединенное с разумной и желательной душой, для освящения всецелого человека. Таким образом, единый стал двусоставным и остался единым – совершенным в двух естествах.

Пятая – о том, что Слово бессеменно родилось от Девы, не познавшей мужа, сохранив Ее до рождения, в рождении и по рождении Девой.

Шестая – о том, что Оно пострадало за нас плотью, было распято и умерло добровольно (впрочем, не Божеством, так как оно бесстрастно). Затем душой, как Освободитель души, Оно снизошло в ад, а телом было погребено, между тем как Божество не разлучалось от святой Его души, равно как и от тела.

Седьмая – о том, что Оно своей властью тридневно воскресло и много раз являлось ученикам.

Восьмая – о том, что через сорок дней после восстания Оно вознеслось на небеса на глазах у учеников и воссело одесную Отца, явив Свое собственное неразлучное с Собой тело единославным и споклоняемым.

Девятая – о том, что Оно опять придет с неба на землю со славой Отчей и откроет рабам Своим Царство Свое, а для нечестивых и грешников – праведное осуждение и наказание.

Десятая – о том, что Оно воскресит все естество наше, так что души соединятся с прежними телами, в которых жили, а не с другими, для воздаяния за те дела, которые делали при жизни, и о том, что тела наши будут нетленными.

Одиннадцатая – о том, что Христос будет судить живых и мертвых по своим Божественным законам и что неверных и неправедных Он осудит, а благочестивых и праведных прославит.

Двенадцатая – о том, что жизнь, которая затем наступит, будет вечной, так как естество освобождено будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих, как говорит апостол (Рим. 8,21), и потом уже не будет изменения. Потому неправедным и нечестивым, вместе с демонами, будет вечное наказание, как говорит Господь (см.: Мф. 25, 41), а благочестивым и праведным – вечная и бесконечная жизнь, и наслаждение, и царствование со Христом, которое и да получим, по милости Самого Иисуса Христа, Сына Бога Живого и Бога нашего, мы, православно верующие во имя Его, и почтенные этим именем, и содержащие веру Его до конца неповрежденной и непоколебимой, молитвами Богородицы и всех Ангелов и святых Его.

Эти-то изложенные теперь двенадцать глав веры, называемые также членами (потому что они как бы начала и основания веры и объемлют собой, как сказали мы, все вероучение), содержат в себе священный и божественный Символ. Изложенный прежде тремястами восемнадцатью отцами в Никее и потом, спустя немного времени, законченный ста пятьюдесятью святыми отцами в Константинополе, он запечатлен и возвещен и прочими пятью Вселенскими святыми Соборами и яснейшим образом исповедан также просиявшими среди этих священных Соборов святыми отцами. Его-то вместе с ними и мы исповедуем по благодати Христа.

Содержит он первую главу, где прямо говорит, что един Бог, един Господь – Отец с Сыном и Духом, ибо и Отца называет Богом, и Сына – Богом от Бога, и Духа Святого – Господом, именует Троицу – единосущной, Отца – единославным Сыну и Духу и Их вместе – и Вечным, и Вседержителем, и единым Творцом, равно как и пророки называют Богом Отца со Словом и Духом, и Ангелы в тройной священной песни воспевают одного Господа.

Потом с особенной ясностью возвещает он вторую главу, что этот единый Бог, будучи Троицей в Лицах и единицей в Божестве, есть Отец, и Сын, и Святой Дух и что Отец не рожден и не имеет причины Своего бытия, но есть единая Причина происходящих от Него. Он говорит также, что Сын рожден прежде веков от Отца и есть единосущный, Свет от Света, Бог от Бога, и Дух Святой – Господь Животворящий, от Отца исходящий. Едино естество и предвечная слава Их, одна сила и поклонение трех, ибо Символ говорит о Духе: «Иже со Отцом и Сыном спокланяема и сславима».

Излагает он учение и третьей главы, что Троица есть Создательница, осуществившая и сотворившая из ничего все видимое и невидимое. Поэтому Отца он называет Творцом неба и земли и всего, о Сыне говорит: «Имже вся быша», а Духа именует Животворящим, так как Он совершил, и животворит, и содержит все.

Потом же, возвещая относящееся к воплощению Слова, Символ в четвертой главе подтверждает истину, что Слово воплотилось от Духа Святого и Богородицы Марии.

Называет также Ее Девой, утверждая в пятой главе, что Слово и прежде, и во время, и после рождения сохранило Ее Девой. Он называет также Слово воплотившимся и вочеловечившимся, так как Оно, будучи единым Словом, стало двусоставным ради нас, приняв тело, одушевленное душой разумной и желательной, и сделалось единым в двух совершенных естествах.

Проповедует в шестой главе о том, что Оно плотью распялось за нас и пострадало, а затем умерло и было погребено, а в седьмой – что Оно тридневно воскресло. В восьмой главе он говорит, что Оно вознеслось на небеса и село одесную Отца. Девятой главой он свидетельствует, что по совершении домостроительства Оно снова с неба на землю придет со славой. В десятой главе он возвещает, что Оно будет судить живых и мертвых. Потом говорит: «Чаю воскресения мертвых», утверждая одиннадцатую главу о воскресении наших собственных, а не других тел по соединении их с нашими душами. В двенадцатой главе он излагает учение о вечном наказании и Царстве, говоря: «И жизни будущаго века, аминь».

Такие члены содержит божественный Символ. Они относятся к умозрительному любомудрию по Христе, но Символ любомудрствует и о деятельном во Христе любомудрии, представляя из себя превосходное нравственное учение, наставляющее нас и ведущее ко спасению. Так, он говорит о нисшествии Господа, совершенном нашего ради спасения, чтобы мы подражали Его жизни и спаслись. Он возвещает Его страдание и смерть за нас, чтобы мы подражали Ему, говорит о Его воскресении и жизни для внушения нам истинной надежды на Него. Свидетельствует он и о том, что Он имеет прийти судить все, – для возбуждения в нас ожидания Господа, готовности и внимательности в здешней жизни, и о том, что будет вечная жизнь, – в надежду блаженства и страх наказания.

Через это Символ очищает весь трехчастный состав нашей души. Во-первых, ее мыслящее начало – благочестивым исповеданием Троицы и воплощения Слова и преданием крещения. Во-вторых, раздражительное начало – напоминанием вочеловечения и спасительного страдания Слова, уча нас тем самым смирению, а также кротости и терпению. Наконец, желательное – провозвестием Воскресения и Вознесения Его, а также пришествия со славой и вечной жизни, с той целью говоря об этом, для того, чтобы мы, возбуждаемые желанием этих благ, старались право ходить для получения их.

Так как семь главных добродетелей: смирение, нетщеславие, нестяжательность, пост, целомудрие, терпение и долготерпение – и семь противоположных им грехов: гордость, тщеславие, сребролюбие, чревоугодие, блуд, нерадение и гневливость, – то священнейший Символ отвергает грехи и возбуждает нас к добродетелям. Так, он побуждает нас к смирению исповеданием сошествия с небес и воплощения Бога Слова, к нетщеславию – говоря о Его вочеловечении. Тем же самым он побуждает нас и к нестяжательности, посту и целомудрию, ибо Вочеловечившийся не имел, где главу приклонить, и постился, и был девственником, и вел целомудренную жизнь, и родился от Девы, и учил девству. К терпению Он побуждает нас тем, что был кроток и смирен сердцем и перенес поношения. Наконец, к долготерпению – тем, что Он был и предан, и распят, и умер за распинателей, и во время страдания молился за них.

Всеми перечисленными добродетелями Спаситель низложил всякий грех: смирением – гордость, от которой происходят неверие и богохульство; уничижением – тщеславие, от которого рождаются неистовство, зависть и убийство; нестяжательностью – сребролюбие, от которого рождаются воровство, коварство, ложь, неверие и предательство Бога и братьев; постом – чревонеистовство, от которого происходят пьянство и все злые страсти; девственностью – блуд, от которого бывает всякая скверна и удаление от Святого Бога; терпением – беспечность и малодушие, откуда безнадежность, неблагодарность, омрачение ума и отчаяние души; наконец, Своим долготерпением Он сокрушает гневливость и демонское неистовство против братьев, откуда берут начало всякая злоба, вражда, ненависть, убийство и уничтожение трех высоких и главнейших добродетелей. Эти добродетели, числом в честь Троицы – надежда, вера и любовь, – всецело соединяют приобретшего их с Самим Богом Троицей и возводят его к обожению.

Поэтому, братья, будем очищать правой верой наше мыслящее начало и, вместе с ним освящая добродетелями также и раздражительное, и желательное начала, приведем их к бесстрастию. Особенно это касается благородных добродетелей – мужества, благоразумия, справедливости и рассудительности, в которых заключаются и все остальные, как главнейшие, так и все вообще добродетели. Возделывая их, будем жить всецело во Христе, содержа в себе истинную веру и жизнь Христа. Да возлюбим Христа и помышляем о Христе; да будем храмами Христа, благовонием Христу и освященными во Христе, чтобы навеки удостоиться бессмертной жизни, славы и Царствия Самого Христа! Ибо Ему, Христу, Сыну Живого Бога, подобает всякая слава, честь и поклонение со Безначальным Его Отцом и Животворящим Духом во веки веков. Аминь.

Греческое слово εκκλησία (Церковь) имело первоначальное значение «народное собрание».