Наш мир сложен и прост, но некоторым вещам в нём нет места, а бывает и так, что не находится места даже людям, живущим в нём. И они исчезают, растворяясь в нигде и никогда. Просто выйдя на балкон покурить, выскочив до магазина в халате и тапочках. Ежедневно пропадают из мира люди…

Некоторых находят замерзших в подворотнях, или через десяток лет, ничего не помнящих в других городах и странах, а порой не находят никогда. Для меня исчезновение из мира произошло безболезненно и почти незаметно.

Мой собственный дом, моя крепость, родовое гнёздышко Бергов, где я жила со своими родителями, стало местом моего переноса в мир, который позже я не называла иначе как: миром за поворотом.

Темнота окутывала меня, убаюкивала сознание. Так приятно порой поваляться немного в постели, в выходной день когда, проснувшись, знаешь, что ещё не никуда не надо идти идиллия. Мягкие шелковые простыни, так приятно касались тела. Но эта идиллия была грубо нарушена.

Из-за окна, на четвёртом этаже раздалось урчание, грозный немного приглушенный рокот. Такой звук можно услышать, если опустить голову в воду на морском берегу, мощный и спокойный, даже ленивый звук перекатываемой волнами гальки.

В первое мгновение я даже не испугалась, страх пришёл чуть позже, когда я выглянула из-за края одеяла и увидела их. Два зелёных глаза, буравили меня плотоядным взглядом, за окном, вцепившись, когтями в раму висел кот. Обычный дворовый кот, разве что резко увеличенный в размерах, до габаритов доброго тигра.

Первым, что я почувствовала, было удивление, а страха всё ещё не было, но вот когда эта тварь, полезла ко мне в окно, просто игнорируя стекла, был ступор. По ушам словно ударили колотушкой, окно просто взорвались тысячей осколочков, в лицо полетела кровь и несколько небольших стёкол.

Боль и, возможно, залившая с ног до головы кровь, отрезвила меня. Кровать была утыкана осколками стекла, а в окне торчала впившаяся в подоконник жуткого вида когтями оторванная кошачья лапа.

И только сейчас пришёл страх. На улице кто-то стрелял, там шёл натуральный бой, а я могла только сидеть на кровати и мелко дрожать, размазывая по лицу кровь и слёзы. Страшно, никогда в жизни мне не было так страшно.

На улице стало тихо, после нескольких не слишком громких выстрелов, всё затихло. Тишина оглушала, не было слышно не привычного звука машин, ни лая собак, ни полицейских сирен. Город после непродолжительного боя словно вымер. И тем громче был звук звонка входной двери.

Открывать дверь не было никакого желания, но страшный самодельный агрегат всё звонил и звонил, наполняя квартиру требовательными мелодичными звуками. В конце — концов, я сдалась и, осторожно выбравшись из постели, пробравшись среди осколков стекла, в одной лёгкой ночнушке двинулась к двери.

Родителей не было ни в спальне, ни на кухне, квартира была абсолютно пуста. Правда складывалось впечатление, что они вышли буквально пять минут назад. Работал телевизор, на кровати лежали наушники, в которых, чтобы не мешать дочери, смотрела сериалы мама. На столе стояла ещё горячая чашка кофе, дымилась над пепельницей сигарета.

Почему то вдруг захотелось плакать, прямо тут на кухне сесть на пол, и разреветься в голос. Но звонок всё звонил, требуя к себе внимания. Видеодомофон не работал, точнее экран показывал только белый шум, глазка не было…

Замок как то подозрительно легко щелкнул, открывая дверь. А за дверью стоял он, в первое мгновение я едва там и не померла от страха. В дверях стоял, возвышаясь надо мной, высокий детина, не бритый, с автоматом в руке с рукава куртки медленно капала кровь. Он был весь в крови, с ног и до головы, кровь и кусочки плоти в волосах и на куртке. Он, наконец, отпустил чёртову кнопку звонка, и сфокусировал взгляд на мне и улыбнулся.

От этой желтозубой улыбки душа окончательно ушла в пятки, в голове пронеслись мысли о расчленении и изнасиловании, причём именно в таком порядке.

Его зелёные с золотым отливом глаза внимательно обшарили мою фигуру. Он пошатнулся, схватившись за косяк двери, поморщился, глухо выругался и заговорил.

— Слишком долго спим, красавица — тихо прошипел он, заваливаясь вперёд. В какой-то момент я подумала, что он бросится на меня, но вместо этого он упал, едва перевалившись через порог…

Дорога сама стелилась под колёса, абсолютно пустая трасса, да и кто тут может ездить. Замшелый военный городок, даже не городок, а довесок к военной базе. Даже своего поселения и то не имеет, а вот оружия тут должно быть много, хотя я подметил это скорее по инерции.

У одиночек, отмечать такие вещи, принято за хороший тон. Просто порой, такие мелочи помогают выжить. Да и встреча с людьми, это не всегда хорошо, для этих самых людей.

Оружие меня не интересовало, ну что необычного можно найти на заурядной провинциальной военной базе. Пару сотен Калашниковых производства девятьсот лохматого года. Людей здесь нет, некому взаимодействовать со средой, вот, и лежит куча хлама ни кому не нужная. Такого добра везде хватает, зачем тащиться в такую-то даль.

Я на секунду отвлёкся от курсового монитора моего БТРа, окинув взглядом другие экраны, вокруг всё также был лес. Странный город, посреди леса. Хотя это Россия ничего удивительного.

Что же думаю, надо представиться, я Хотник, спасатель, курьер, наёмник, в общем, житель этого странного мирка. Почему я решил вести этот блог, не знаю, наверное, что бы ни сойти с ума. Интернет одно из немногих средств общения с реальным миром доступных нам.

Почему реальный мир спросите вы? Не знаю, надо же называть то место где живут все остальные люди, то есть место отличное от этого дурдома.

Ну, я отвлекся, мой БТР гнал на всех парах, безжалостно присосавшись к навесному походному баку. Именно в этот момент я почувствовал, что-то странное. Такое гнетущее и одновременно сосущее, где то внутри ощущение, рот наполнился тёплой слюной.

Когда броневик пересёк границу городка, я не сразу понял, что-то тут не так. Только на третьей или четвёртой минуте до меня дошло, что город пуст. Нет, людей я и не ожидал здесь увидеть, но живность, спутники любого населённого пункта уже должна была броситься в глаза. Чутьё, интуиция и просто жопное чувство, заставили меня напрячься, не люблю всякие странности.

Остановил машину, щёлкнул кнопками на ноутбуке, запуская тарелку на крыше моего броневика на поиск спутника. Коннект образовался довольно быстро, что ещё больше меня насторожило, да и спутник был не очень плохим.

Подключившись к интернету, я запустил поиск без вести пропавших, поэтому мухосранску, и нашёл причину моих странных ощущений. Мария Ильинична Берг, 1991 года рождения, на вид шестнадцать лет, худощавого телосложения, волосы русые, глаза карие (некогда не мог понять, что это за цвет такой), нос прямой с курносинкой, подбородок прямой, лоб высокий вытянутый. Особые приметы: Родинка под левой грудью. Фотографии, тем более родинки, конечно, не было, оно и понятно девочка пропала чуть больше трёх дней назад. Да и бред в описании особо помочь не мог. Последний раз видели по месту проживания, а вот это уже, что то.

Холодное и мокрое ткнулось мне в шею, ох чуть богу душу не отдал. Закидываю руку себе за ухо, натыкаюсь на волосатую шею, погладить, почесать за ухом, оглушительно мурлыкнули прямо в затылок.

— Ну что барс, пойдём спасать девочку?

— Мррр — басовито промурлыкало рыжее нахальное животное.

— Нет, есть тебе её будет нельзя?

— Мррр… мяу? — из темноты, на меня ошарашено уставились два больших светящихся глаза.

— Я тоже не собираюсь её есть.

— …

— Как тебе не стыдно матерится Крыс, мы добрые, должны помогать попавшим в беду, красивым девушкам.

— Мррр.

— Да, я понимаю, что красивые девушки мосластые, но что подделать. И вообще отстань от меня рыжая морда, сначала спасём, а потом уже будем думать, что же с ней всё же делать. — Наглая рыжая морда уткнулась мне в щёку, и потерлась мордочкой, чуть не опрокинув меня на руль. Смеётесь? А вы попробуйте пережить ластящегося к вам котика в четыре с лишним сотни килограммов живого веса, и после этого уже смейтесь.

Воспользовавшись изобретением коварных америкосов, я забил адрес в систему навигации, и уже ни на, что, не отвлекаясь, двинулся по маршруту. Навигатор отправил меня каким-то уж очень замысловатым зигзагообразным маршрутом, отчего тарелка, некоторое время пытавшаяся держать спутник на ходу сдалась и умная электроника перевела её в походное положение.

Позади недовольно заскреблись в броню, котик захотел наружу, эх потерпи пушистый ещё немного, скоро приедем. Чем ближе четырёхосный монстр приближался к цели, тем чаше попадалась всякая живность.

Вот проскочила небольшая стая собак, огромные чёрные точки ворон, нахохлившись, расселись на ветках. Кое-где можно было заметить проскользнувшего косого, вразвалочку из-за поворота вышел мишка, проводив бронированный бок моей машины задумчивым взглядом.

За пятьсот метров, живность снова пропала, неприятное предчувствие заскреблось, где то в районе копчика. Когда я вывернул к дому, зуд стал нестерпимым. Перед подъездом, на травке лениво разлеглись кошки.

Два десятка трёхметровых в длину чёрных, белых, полосатых туш вальяжно разлегшихся на травке под солнышком. Их шерсть слегка лоснилась, казалось через броню, они смотрят прямо на меня. Вальяжно смотрят, с осознанием своей силы. Они непуганые, ещё одна волна холодка пробежалась по спине. Несколько кошек поднялось с травки, и обошли мой БТР по кругу. Кошки, это плохо…

Сзади недовольно заурчали. И тут я заметил огромного, полосато коричневого кота, лезущего по стене пятиэтажки. Вот он добрался до окна четвёртого этажа, застыл на секунду, принюхиваясь, я буквально почувствовал, как напрягаются мышцы живой смерти готовящейся к прыжку.

Ухватившись за рычаг управления огнём, обычный игровой штурвал, вмонтированный в приборную панель напротив места пассажира соединенный с компьютером управляющим приводами орудия. Когда то тут был полноценный пульт управления огнём, но его ваш покорный слуга его сломал. Совместив два маркера на кошке, я послал вдогонку уже лезущему в окно коту короткую экономную очередь.

Бойня, начатая мной и крупнокалиберным пулемётом моего БТРа, была больше похожа на видеоигру. Я наводил прицел на очередного кота, маркеры совмещались, а хлесткая очередь довершала дело.

Минут через пятнадцать, перед домом не осталось ни единой живой зверушки. От инфракрасного прицела не спрягаться даже в высокой траве. Откинувшись на сидение, мельком бросив взгляд на счетчики расхода боеприпасов, ещё одно изделие местных умельцев, как и вся электронная начинка моего корабля одиночного плаванья. Чуть меньше двух сотен боеприпасов к спаренному с КПВТ пулемёту забрала у меня эта своеобразная охота.

Я протиснулся в десантное отделение, переделанное под грузовой отсек по совместительству жилой бокс, открыл задние двери, выпустив своего питомца погулять. Тот не подавая признаков беспокойства, вальяжно спустился на землю, подошел к тельцу дворового кошака, потянул ноздрями воздух, недовольно заурчал и направился к ближайшим кустам.

Достав набор для потрошения, быстро лишил убиенных мной пушистиков когтей и клыков, было бы время, я занялся бы тушами более основательно, доставая селезёнку и печень, всё это высоко ценилось на рынках различных поселений, но стоило поторопиться и вспомнить о том, зачем я тут.

Забросив пакет с когтями и зубами зверей в машину, захлопнув двери десантного отделения, я не очень горю желанием вернувшись найти внутри какую-нибудь зубастую тварь. Подъезд был вполне стандартным, разве что оборудованный видеофоном, быстро подобрав к нему ключ, из универсальной связки, я дёрнул за ручку двери.

Дверью ударило меня как тараном, отбрасывая назад, на секунду в глазах всё померкло, а левую руку ожгла дикая боль, меня перевернуло в воздухе и смачно приложило об асфальт. Спасло меня только то, что дедушка Калашников (а что делать, приходится довольствоваться стандартным армейским вариантом, за неимением лучшего) свалившийся с плеча ударившись об землю прикладом, самопроизвольно выстрелил. Выстрел спугнул уже прицеливающуюся как по удобней перекусить мне шею чёрную кошку.

Перевернувшись на показавшемся мне горячим асфальте, я потянул из поясной кобуры пистолет одновременно попытавшись опереться на левую руку. И ни чего у меня не получилось, левая рука не слушалась, похоже кошечка хорошенько зацепила меня коготками. Чёрт не успеваю, я видел, как под чёрной шкурой медленно набухают мышцы, готовясь к решающему прыжку. Видел, как сузились зрачки кошки, видел, как она переступила лапами. А я безнадежно опаздывал, пистолет был только на полпути из кобуры на волю.

Она прыгнула, а я отчаянно дёрнулся, закусив губы до крови. Сам не знаю как, но я успел выстрелить, да ещё и попасть. Меня с ног до головы обдало горячей кровью и смрадным дыханием. И тут чёрную молнию сбила рыжая, мой котик подоспел, и сбил кошечку в прыжке, подмяв под себя безжалостно добивая лапами.

С большим трудом, я сел, наблюдая, как издыхает в зубах моего кота его законная жертва. Здоровой рукой утёр кровь со лба, пули моей Ттешки, детище одного светлого русского гения. Ну не совсем светлого, но гения. Пули полые, и заполнены щелочным металлом, первая пуля в обойме с цезием остальные рубидий. Именно такую пулю, и получила зверушка, пожалуй, тут даже знаменитый сорок четвёртый усиленный спасовал бы. А тут простые девять миллиметров, но какой эффект.

Так и что мы имеем, левую руку не чувствуем это минус, то что пока жив несомненный плюс, пуля с цезием это минус, полный пакет когтей и зубов это плюс. Что же всё не так плохо как могло быть.

С трудом поднявшись на ноги, подобрав АКа, даже не пытаясь закинуть его обратно на плечо.

Лестница, ведущая в ад, именно так я воспринял восемь пролётов, меня шатало, я с трудом заставлял ноги поднять себя на очередную ступеньку. Почему я не воспользовался лифтом, объяснить не смогу, сошлёмся на временное помутнение сознания. Наконец я добрался до нужной мне двери. Нажал на звонок, и нечего не произошло. Я облокотился на дверь здоровым плечом, прислушиваясь, либо с той стороны ни кого не было, либо звукоизоляция на высоте. В нетерпении я ещё раз надавил на звонок, и через некоторое время, замок оглушительно щелкнул, я отскочил от двери, почувствовав ощутимое головокружение.

И о чудо, да… да… именно так, чудо, стояло на пороге в одной лёгкой полупрозрачной ночнушке. Может быть от потери крови, может быть от лицезрения эдакой прелести в виде Марии Ильиничны собственной персоной, голова окончательно пошла кругом. Что-то, сказав, показавшееся мне очень смешным и улетел в беспамятство…

Можете вы представить себя мирно спящим у себя в кровати, а потом вас будит тигр, лезущий к вам в окно с целью сожрать вас. Потом окатывает кровью и стеклом, потом вы нервно слушаете звуки боя за окном. А затем на вашем пороге заявляется детина, с автоматом в руке и нахально с вами фамильярничает, после чего падает в обмороке на вашем пороге. И что вы скажете, что после этого у вас будет хорошее настроение?

Не сильно пнув тело ногой, в бесполезной попытке привести последнее в чувство. Я задумалась, по-хорошему надо было столкнуть парня с порога и закрыть дверь, кто только по подъездам нынче не ходит. Но на это простое решение совесть резонно возразила, а вдруг на улице гуляют ещё такие вот кисы, как та, что украшает теперь мой подоконник.

Как я хрупкая и беззащитная девушка, дотащила эту детину в сто с лишним килограммов живого веса до ванной, а самое главное уложила его в эмалированный гроб, не знаю, спишем это на шок.

Парню досталось изрядно но, похоже, не в первый раз, даже в бессознательном состоянии он продолжал сжимать автомат, впившись в него мёртвой хваткой. Сейчас измазанный с ног до головы в крови, с истерзанной курткой, смотрелся он откровенно жалко.

Снять разгрузку, особого труда не составило, благо отец был охотником, хотя скорее алкотником и мне не раз приходилось его разоружать. А вот с курткой пришлось повозиться, молния была разодрана, и когда мне, наконец, удалось стянуть её через голову, предварительно отняв автомат, для чего пришлось воспользоваться мылом, куртка оказалась неожиданно тяжелой. С интересом разглядывая этот модный аксессуар, я обнаружила, что в дырах оставленных когтями кошки, под тонким слоем кожи и необычно плотной серебристой ткани, видны разорванный кольца кольчуги.

— А ты оказывается ещё тот фрукт парень — проговорила сама для себя я. Ходить в куртке с кольчугой под прокладкой, даже после знакомства с кошачьими мне казалось странным.

Под курткой обнаружилась защитного цвета рубашка, а уже под ней оказалась белая майка, измазанная кровавыми потёками на шее, и слева вся буквально пропитавшаяся кровью. Я включила тёплою воду и промыла раны, смыв кровь с волос и лица, так чисто за компанию мне стало любопытно, как выглядит мой нежданчик.

Пепельные волосы, довольно длинные, лицо бледное, похоже из-за потери крови, довольно щекастый, с квадратным подбородком, прямым носом. Не слишком красивое, лицо, но вполне симпатичное. Я обтерла его полотенцем, стараясь, сосредоточится только на процессе. В разгрузке была и аптечка, на уроках самообороны старый вояка, преподававший нам этот предмет, почти буквально вбил в нерадивых учеников, что и для чего в ней нужно, да и медсестра после четырёх лет обучения должна знать, что там к чему.

Обработав рану стрептоцидом, обколов по краям шприц тюбиком, вкатив в вену противошоковое средство, я наложила повязку. Парню, сильно повезло, куртка буквально спасла ему жизнь. Пускай рана и была неприятной, и, похоже, когти задели ключицу, пользоваться левой рукой некоторое время он не сможет, но чуть глубже и это было бы не тельце в обмороке, а свеженький трупик.

Когда я, наконец, закончила, устало прислонилась спиной к холодному кафелю в ванной, позволив себе, немного, отдохнуть, услышала странные шорохи из квартиры. Насторожившись, я уже было, потянула руку к автомату, но тут до меня дошло, что совершенно не представляю, как им пользоваться, а вот большой нож на бедре незнакомца был более знакомым кухонным орудием.

Стараясь не шуметь, проделала путь по коридору от ванной к открытой двери. Шум шёл из кухни, из-за двери холодильника торчал большой рыжий кошачий зад с хвостом. Хвост слегка подрагивал, а зад самым натуральным образом дрожал, было видно, что этот мерзкий кошак жрёт что-то в моём холодильнике. Нет не так… В МОЁМ ХОЛОДИЛЬНИКЕ!

Из мойки торчала ручка сковороды. Стараясь не шуметь я, вытащила своё второе оружие, но сделать это тихо не получилось, и зад кошки на мгновение застыл, а затем попятился назад.

Секунда, и на меня смотрели зелёные глаза, на большой рыжей и наглой морде. Кошак посмотрел сначала на меня, потом на сковороду в моих руках, и на секунду мне показалась, что умей кошки смеяться, сейчас бы этот отдельный экземпляр валялся и дрыгал в конвульсиях лапками, но вместо этого кот оглушительно мявкнул и вопросительно посмотрел на меня.

— Ну и что дальше? — почему-то почудилось мне в этом мявке.

Я заорала.

— Брысь — и замахнулась сковородкой. Наверное, больше от неожиданности, чем от испуга, рыжий кошак прыгнул на стол, ножки с жалостным скрипом подломились, и вот котик уже на полу. Но в место того что бы метнутся в открытую дверь в подъезд, эта зверюга почему то устремилась в глубь квартиры. Испугавшись за своего пациента, я последовала за кошаком. Сделав первый круг по квартире, и не обнаружив нигде рыжую зверюгу размером с доброго тигра, Я начала второй круг, уже сделав его более основательным заглядывая в различные труднодоступные места.

Кот обнаружился под кроватью родителей, из темноты на меня уставились две зловеще отливающие зеленцой плошки. Вооружившись шваброй, я принялась тыкать в морду зверю ручкой своего орудия труда и обороны. Наверное, находясь в более вменяемом состоянии, я бы так ни когда не поступила. Кот же басовито мяукал, урчал, и примеривался укусить ручку, бил по ней лапой чуть не вырывая швабру из моих рук.

От этого увлекательнейшего занятия меня отвлёк дикий и необузданный ржач. Резко обернувшись, зажав в одной руке швабру, в другой нож, приготовившись отражать нападение с тыла, я к своему разочарованию увидела моего гостя. Он успел снова натянуть на себя рубашку и держал в руках большой чёрный пистолет. Стоя на пороге комнаты, он окинул меня взглядом. На этот раз приступ смеха согнул его в бараний рог, он сполз по стеночке на пол, ткань на левом плече заметно пропиталась кровью.

— Что смешного? — Зло буркнула я, разгибаясь из интересной позы.

— Шваброй… из-под кровати… рыжика — с трудом прошептал мой гость.

Я уперла руки в бока, и попыталась изобразить холодное презрение, вот только рот предательски растягивался в улыбку.

— Влад, по прозвищу Хотник — представился гость, протягивая навстречу мне здоровую руку, предварительно вложив пистолет в кобуру.

Примерно через полчаса, я стояла у плиты и жарила оладушки, под ненасытными взглядами двух пар голодных глаз. Периодически одна рыжая морда получала лопаткой по носу, вот только её, эту морду это мало останавливало.

— Так куда же я попала? — Перевернув очередную порцию оладушков, задала особо волнующий меня вопрос. Мой собеседник, вначале макнул блинчик в чудом оставшуюся нетронутой после набега на холодильник сметану, отправил в рот, прожевал и только потом ответил.

— А чёрт его знает, кто называет этот мир изнанкой, кто-то зазеркальем, а мне больше нравится мир за поворотом?

— Почему? — я одарила Хотника недовольным взором, последние несколько минут, я ощущала блуждающие по моей пятой точке взгляды, странно вроде бы Влад, до этого не проявлял столь навязчивый интерес. Да и была у него возможность всё там разглядеть, отчего моё недовольство только росло.

— Попал я сюда на повороте, маршрутный пазик, повернул и хлоп — Влад хлопнул в ладоши — и я уже здесь.

— Еду я еду, на секунду прикрыл глаза, проснулся от резкого толчка, открываю глаза, а маршрутка пустая, водителя тоже нет. Этот мир чем-то похож на отражения нашего, вот только люди в нём не отражаются. Ты можешь находиться в одной комнате с другим человеком и не видеть его и не слышать и не чувствовать. Ты только можешь оставить этому человеку сообщение через интернет или смс.

— То есть я смогу сейчас позвонить маме? — Для меня это было как удар, возможность звякнуть родителям, которые сейчас точно сходят сума от беспокойства.

— Позвонить-то да. — Он скривился, подбирая слова. — Поговорить ты не сможешь, видишь ли, тут то ли время течёт иначе. Может быть, ещё какая-то причина, но голос без специального оборудования передать по телефону не получится, позвонить с одного телефона этого мира на другой без проблем, а вот в реальный мир ты будешь слышать голос, а на другом конце сплошная тарабарщина. — Он виновато развёл руками. — Возможно именно так родилась легенда о звонках с того света.

От неожиданного прикосновения пониже спины я чуть не подпрыгнула, первым желанием было огреть Хотника по голове, желательно чем-то тяжелым, например сковородкой, но потом до меня дошло, что трётся об меня нечто очень волосатое и пушистое. Когда к вам ластика кот, даже немного превосходящий по размерам тигра это… необычно.

— Скажи своему зверю прекратить? — я замахнулась на Крыса тряпкой, большого рыжего кота звали Король Крыс, почему не знаю, но этой наглой морде, это звание весьма подходило.

— Ну, так скажи ему сама, и угости блинчиком, он у тебя их уже давно выпрашивает — Усмехнулся Влад.

— А он меня послушает?

— Насчёт, послушает, не знаю, особенно если не дашь блинчик, но этот парень всё понимает только не говорит, он разумный кот Мария. Разумный, если тебе, что ни будь, говорит это слово! — Он усмехнулся, отправляя последний блинчик с тарелки себе в рот, бросив на опустевший полумисок грустный взгляд. Я же мстительно поставила все вновь нажаренные блинчики на пол.

— И так что же мы будем делать? — поинтересовалась я, пропуская слова о чьей-то мнимой разумности мимо ушей. — Или за тебя думает твой кот?

— Я ничего, это тебе надо собирать манатки, и готовится к отбытию, а я подброшу тебя к ближайшему поселению. И да если бы кот думал за меня, неприятностей было бы гораздо меньше. — Он улыбнулся, как-то странно, мечтательно.

— Ты меня бросишь?

— Ну а зачем ты мне нужна? Стрелять ты не умеешь, водить тоже, а педофилией я не страдаю.

— Мне девятнадцать — воспылала я праведным гневом, но мой испепеляющий взгляд наткнулся его самодовольную улыбку, которая тут, же превратилась в гримасу.

— Болит? — участливо спросила я.

— Да. — То, что он не стал строить из себя терминатора, меня несколько удивило, обычно парни в моей компании стараются показать себя железобетонными, что у них не часто получается. — Знаешь до ближайшего поселения больше восьми сотен километров ходу это минимум три дня пути, шанс наткнуться на патруль практически нереален, если я свалюсь с лихорадкой на полдороги, тебе придётся меня бросить.

— Нельзя позвать на помощь? — На эти слова он как-то грустно улыбнулся.

— Меня ни кто не будет спасать, а тебя тем более, в этом мире и так перебор женщин. Так что нам надо добраться до посёлка как можно быстрее, там врачи, там помощь, хоть меня и не любят, но мои деньги возьмут с радостью.

Он как-то неожиданно осунулся, плечи поникли. Это продолжалось лишь пару мгновений, по его лицу словно пробежала тень, а потом он выпрямился, вздохнул полной грудью, поправил перевязь, в которой покоился его левая рука.

— Давай собирайся, отправляй весточку маме, и поехали, пока местных хищников держит на расстоянии запах кошек, но на кровь сюда сбежится половина этого небольшого серпентария, и к тому моменту, я хочу быть как можно дальше отсюда.

От вида трёх моих огромных сумок, Влад слегка нахмурился, я думала, что сейчас он откроет и повыбрасывает половину моих вещей, поэтому я взяла всего по максимуму, даже фен положила, что бы спасти от репрессий несколько дорогих мне штучек.

Но то, что произошло дальше, я ну ни как не ожидала, он примерился здоровой рукой к ручкам самой объемной спортивной сумки, приподнял и, подозвав Крыса, всучил её прямо в зубастую пасть. Для немаленькой кошки, мой неподъемный баул, думаю, был как пёрышко. Вторую сумку он закинул на плечо, а затем, ухмыльнувшись во все тридцать два зуба, сказал.

— Извините ваше величество, но эту сумочку придется вам тащить самим. — К его чести, несмотря на ехидные нотки в голосе, оставил он мне самую маленькую сумку. Спустились вниз на лифте и молча, в лифте он вытащил из кобуры большой чёрный пистолет и заметно напрягся.

Когда двери открылись, наружу он ткнул сначала стволом, затем заметно морщась, вышел сам. У открытой двери подъезда, нас уже ждал рыжик, с сумкой в зубах, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, ему бедняжке пришлось спускаться по лестнице.

— Закрой глаза. — Став в проходе сказал он, протягивая мне руку не разжимая пальцев на рукояти пистолета.

— Я не маленькая! — в ответ он лишь пожал плечами и пошел за своим котом, который протрусил вперёд, сумка забавно раскачивалась в его зубах.

Но вот уже снаружи я пожалела, что не вняла совету. Во дворе словно прошёл кровавый дождь, взгляд в этой кровавой какофонии выхватывали только детали. Даже для бывшей медсестры, если считать четыре года в училища, это было слишком. Кишки, весящие на бельевых веревках, лапа, торочащая из песочницы, окровавленная стена дома. А в подъезде, будто кого-то порвали на части, красные брызги на потолке козырька, и свисающие с фонаря на глазном нерве глаз… И эпицентром этого ужаса оказалась большая зелёная машина.

Всё что я смогла вычленить из мои хиленьких познаний в бронетехнике это то, что у машины есть пушка, и большая бочка прикрученная к крыше позади. Это, наверное, бак. Весь корпус машины усеивали маленькие прозрачные полусферы, с объективами камер внутри.

Влад открыл задние двери, пропустил кота и меня перед собой, пристегнул сумки к лавкам по бокам машины. Я, наконец-то смогла перевести дух. Он указал мне на сидение, рядом с водительским, перед большим (сейчас выключенным) монитором…

Лихорадка нагнала его на второй день путешествия, в один момент, он просто упал на руль. Правда, каким то, чудом успев остановить тяжелую машину. Кот ткнулся носом в хозяйскую спину, до этого я не знала, что кошки умеют плакать. Настоящие слезы, катящиеся из больших золотисто зеленоватых глаз, не были галлюцинацией, кот жалостливо мяукнул, и как-то просительно посмотрел на меня.

А я остолбенела, абсолютно ни зная, что мне теперь делать, мой попутчик оказался не очень разговорчивым и на протяжении всего пути мы в основном молчали и слушали музыку. Я капалась в его компьютере, оказалась, что броневик выездная выставка хайте-ка, столько электроники была втиснуто него, не знаю, правда, куда это всё упрятано, но вокруг я не наблюдала ни одного системного блока.

Первые неприятные звоночки, я заметила ещё вчера, у него резко поднялась температура, и пот полил с лица градом. Он сделал себе, какой-то укол, и одарил меня очень тяжёлым пронзительным взглядом. От чего мне, почему то стало очень не по себе. А сегодня он упал. Несмотря на все попытки разговорить его, я о нём почти ничего не знала, кроме пожалуй того как он попал в этот мир.

Каких усилий мне стоило переложить его из-за водительского сидения на лавку позади, я умолчу. Если бы не помощь Крыса, наверное, не справилась бы, один момент мне даже показалось, что ворчание кота было приглушенным матом. Может быть, я схожу с ума?

Он пришёл в себя только ночью.

— Долго я спал? — я задремала и услышала его слова сквозь сон. Храпящего, некрасивого голоса смертельно уставшего человека вполне хватило, что бы проснуться.

— Часов шесть может больше. — Он попытался встать, но не смог.

— Помоги подняться… нам надо ехать дальше.

— Тебе нельзя — я подошла к нему и просто навалилась на грудь, припечатывая его к лавке. В этом здоровом мужике силы было как в котенке, хотя в обычном своем состоянии он бы с лёгкость завязал бы меня хрупкую девочку в узел. Ну да вы скажите, какая же я хрупкая, таскаю на закорках этого вот детину, так что я не хрупкая девушка после этого.

— Есть такое слово, надо, чёрт, но если я тут сдохну, зачем всё это тогда было, с тем же успехом я мог бы просто бросить тебя там, в городе — он снова попытался встать, только получилось у него это как-то вяло.

До того как он снова свалился мы проехали ещё часа четыре. Я вновь ценой большого труда переместила его в лежачее положение, но на этот раз, оставив его на полу, подстелив под тело матрас, сил забрасывать его на лавку попросту не было, вколов ему, смесь из антибиотиков и жаропонижающего я отправилась спать. А под утро у него начался бред.

— Чёрт, умирать не больно, я умирал, сколько же я умирал, больше сотни раз. Умирать ведь не страшно, господи, но почему мне вновь страшно. Как в тот дождливый день под Манчжурией, как тогда, суровой русской зимой, когда сапоги вмерзают в снег на старой московской дороге — И тут он заговорил по-французски, на моём школьном уровне я понимала его через фразу.

— Снег показался таким тёплым, и мягким, стало так легко — и вновь на русском. — В котле сорок третьем под бомбами гореть в танке, было почти также больно, почти также больно, когда подковы германских рыцарей втоптали в лёд мою передовую дружину.

Он выгнулся дугой и страшно заскрежетал зубами. Я, навалившись на него всем весом, всё равно не удержала бы, но мне неожиданно пришёл на помощь Крыс, положив свои большие лапы ему на грудь и жалобно мяукнув, и смачно лизнув меня в нос.

— Пулю мне пулю, пуля это почти не больно, тогда под Крымом укрываясь в форте от обстрела вражеской эскадры, я даже не успел ничего понять, только удар в голову и всё. Это так легко раз и нет ничего.

И тут заговорил третий, и я узнала в этом голосе, который до этого менялся с каждой фразой, того парня, что спас меня вот только его голос звучал, как-то иначе.

— Успокойтесь вы сотня кусочков меня, сейчас умираю я, а не вы, вы уже прошли через это, а мне ещё рано умирать, у меня ещё есть долг. Вы погибшие под мечами самураи, вы ведь знаете что такое долг, ты французский солдат, замёрзший насмерть выполняя свой долг, ты тоже знаешь. И вы русские погибшие в горниле доброй сотни войн вы тоже помните. Долг, который превыше даже смерти. Я должен довести эту девочку до города. Иначе я спас её только ради забавы, а когда доберёмся тогда может быть можно будет умирать. А сейчас заткнитесь и дайте спокойно поспать, мне надо набраться сил.

Он затих, в какой-то момент я даже подумал что умер.

— Ну и что мне с тобой делать, странный спаситель? Вот почему мне достаются какие-то неправильные рыцари, вместо того что бы одной левой прибить толпу гоблинов, лучезарно улыбнутся в процессе, а потом упорно затаскивать в постель. А это ходячее недоразумение промолчало всю дорогу, сосредоточено крутя баранку, а потом свалилось с температурой. Ну что же, будем спасать тебя рыцарь ты мой. — Выдав эту фразу я, принялась стягивать с него уже знакомую куртку, обзаведшуюся приметной такой латкой на плече. Майка под курткой оказалась вся насквозь промокшей от пота. Повязка, которую он накладывал уже сам, кстати, в полнее профессионально, сползла, открывая края подсохшей и покрасневшей раны, гной.

Плечо сильно опухло, три полосы раны сочились гноем, ещё больше гноя было внутри. Я тихо выпадала в осадок, и с этим он ещё был в сознании, да он должен был выть от боли и бегать по потолку, но самым неприятным оказался запах, запах гниющей плоти. Вздохнув и выдохнув для храбрости, я полезла за аптечкой.

Большой металлический ящик с крестом на борту. Количество медицинского инструмента и препаратов наводило на мысль что у хозяина паранойя, вот зачем, к примеру, целая батарея пузырьков с различными противоядиями от ядов тропических змей, но вот если у хозяина нет, обостренной формы паранойи, то это очень тревожно.

С тяжелым сердцем взяв в руки скальпель, я собралась с духом, рану надо было почистить, от анестезии пришлось отказаться, побоялась, что сердце не выдержит. Похоже, кошке был известен принцип, что хорошо закрепленный пациент в анестезии не нуждается, поскольку он сильнее навалился на своего хозяина.

Никогда не могла подумать, что в человеке может быть столько гноя. Истратив половину перевязочных материалов, только что бы снять его, я осторожно наложила повязку, обильно смазав рану очень вонючей мазью.

Вот почему вы мужики, так упорно молчите о своих болячках, ведь скажи ты мне раньше, что рана загноилась. Хотя я тоже хороша, давно могла бы сказать, что училась на медсестру, и предложить помощь.

Глубоко вздохнув, я добралась до краника с горячей водой и хорошенько вымыла руки, наверное, стоило это сделать до операции. Мне эта мысль, показалась неожиданно смешной, нервной хихикнув, я начала озираться. Удивительно в этой машине в минимуме объема было почти все, что нужно для жизни. Запас воды и пиши, небольшая кухонька, даже туалет был, а вот душа, к сожалению не было. Конечно, понимаю, что привередничаю, но от моего спутника пусть он и пользовался, влажными салфетками начало расходится такое неприятное амбре, эх, а стоит ли врать себе, сама уже вся чешусь.

Я разложила соседнюю лавку, приведя её в положение кровати, призывно похлопав по краю, подзывая котяру. Знаете спать с эдакой огромной пушистой грелкой, казалось очень приятно. Хотя коту это доставляло некоторый дискомфорт, он буквально боялся лишний раз пошевелиться. Король Крыс, не пошел, свернувшись калачиком в ногах у хозяина.

Утром меня разбудило дыхание. Я открыла глаза, и чуть не закричала, прямо напротив моего лица, было небритая морда Влада, складывалось впечатление, что он собирался меня поцеловать, я покраснела немного для порядка, отметив своим медицинским, левым полушарием, что бледность с моего спасителя сошла, и выглядел он уже вполне ничего.

Вот только этот гад, целовать меня, оказывается, не собирался.

— Что за чудная ты зверушка… аль букашка, аль лягушка — задумчиво промычал он скорее про себя, чем для меня, похоже, он даже и не заметил, что я проснулась.

— Ты что делаешь? — прошипела, пряча нос под одеяло я.

— Смотрю… ты в моих глазах нечего необычного не видишь?

— Глаза твои бесстыжие, а так ничего необычного, и взгляд у тебя странный плотоядный какой то, эй, перестань облизываться. — Он оторвался от моего созерцания, как-то недоумённо пожал плечами.

— Крыс сказал, что я бредил. — На этот раз я посмотрела на Влада с профессиональным интересом, не сошел ли ты с ума друг мой болезный.

— Я должен был умереть вчера ночью, раны нанесенные кошками без посторонней помощи, это верная смерть. — Он вновь окинул меня странным взглядом, явно наблюдая за моей реакцией.

— От загноившихся ран, при современной медицине не умирают — Он посмотрел на меня как на дуру, нет, не так как на ДУРУ. Потом его глаза расширились, он с силой хлопнул себя по лбу, отчего его глаза съехались в кучу, помотал головой и сказал.

— Я и забыл, что ты третий день в этом мире, что же, я и не собирался тебе ни чего объяснять думал, что в городе просветят. Раз я обязан тебе жизнью, наверное, стоит в вести тебя в курс дела.

— Ты веришь в Бога? — Как-то очень серьёзно сказал он.

— Я Атеистка… — вопрос для меня был полной неожиданность.

— Что же, наверное, придётся тебе пересматривать свои взгляды, как насчет Бога точно о его существовании я не знаю, но это не мешает мне в него верить, но душа у человека точно есть.

— А где доказательства.

Он расстегнул ворот куртки, доставая из-под футболки цепочку из очень мелких звеньев. На неё был подвешен крестик и маленький черный шарик в золотой оправе. С трудом поверив своим глазам, поскольку прекрасно помнила, что когда дважды его раздевала, ни какого шнурка на его шее не было. Несколько звеньев цепочки блестели, выбиваясь из тёмного матового ряда. Уловив мой взгляд, он пояснил.

— Это визуальное отображение моей сущности, проще говоря, души, собственно цепочка она и есть, крестик обычно называют частичкой бога. Как видишь, несколько звеньев блестят это визуальное отражение заживших повреждений в ткани моей сущности, оставленных кошкой. Они ещё есть, но сейчас уже не смертельны. — Влад слегка улыбнулся, указав пальцем на рану. — Так что теперь это просто царапина.

— Но как можно нанести урон душе, она, же бессмертна? — ошарашено проговорила я, даже не понимаю, что говорю это вслух.

— Душа бессмертна и неразрушима, даже если душу порвут на части, что просто невозможно, она со временем восстановится. Только это не значит, что душе нельзя нанести урон. Кошки могут царапать по-разному. Обычная царапина, всего лишь повреждение тела, а вот когда они бьют всерьёз, то целят именно в душу. Конечно, повреждение души со временем… затянется, вот только понесенный урон душой отражается и на теле, у человека открываются болезненные незаживающие раны, от которых он собственно и умирает. Такие как я могут пережить удар по конечностям, или даже в живот, но вот в верхнюю половину туловища, увы, это смертельно, даже для нас.

— Для вас?

— Угу, у нас маленькая организация для тех, кто прожил множество жизней, душа ведь бессмертна, и ни что не мешает ей реинкарнировать множество раз, и память и опыт из тех жизней потихоньку возвращается, думаю, ты сама ощутишь это, две или три жизни норма. — Почему-то это он сказал как-то очень грустно. — Тебя спокойно примут в поселение.

— Когда бредил, ты сказал сотня, и ты не останешься в поселении?

— Сто тридцать четыре, если быть точным, самое раннее на данный момент воспоминание датируется примерно трехсотым годом до нашей эры. — Он поморщился, а потом продолжил — Армия Александра Великого, или Македонского как сейчас его называют. Воин его армии, мне отбили живот бивнем в одном из последних сражений, знаешь это не очень приятная смерть. А остаться, мне не позволят, обычные люди опасаются таких как я. Так что, забросив тебя в посёлок, я возьму кое какие вещички и продолжу свой путь. — Он ещё раз грустно вздохнул. — Надеюсь это все вопросы, теперь мы ни куда, не спешим, и я хотел бы помыться.

— Ещё один, ты сказал сто тридцать четыре раз, но не кажется тебе, что на две тысячи лет это несколько мало.

— Ни одно из моих воплощений не прожило больше двадцати трёх лет, так что ещё год, и я поставлю рекорд. Я Хотник из Извечных, с памятью и опытам сотни воинов различных эпох и народов. А теперь заканчиваем демагогию, и пошли искать, где помыться.

На проклятом экране появился очередной компьютерный урод, ловлю его в перекрестие, жду пока круг наводки совместится с перекрестием прицела, жму на кнопку, полоса коротких чёрточек, и всё нету монстра, я устала, откинулась в кресле. В этой бронемашине были установлены обычные автомобильные кресла. Третий час пути я упражнялась на тренажёре по стрельбе из главного калибра нашего корабля…

Да именно нашего корабля, не как иначе я его не воспринимала. Несмотря на желание некоторых обязанных мне своей дорогой шкуркой личностей сбагрить меня в ближайшем поселении. А как член команды я должна уметь этот корабль охранять, вот и попросила своего «спасителя» научить пользоваться пушкой. Но вместо учебных стрельб, он запустил на мониторе пассажира какую-то нудную видео игру, и заставил меня битый час заниматься монотонным и абсолютно бессмысленным трудом.

Никогда не любила видео игры, интересно может в реальности будет интереснее. Хотя ни знаю, смогла бы я стрелять, во что ни будь живое. Машина начал замедлятся и медленно встала. Я посмотрела на курсовые мониторы, но в мешанине оттенков красного без должного навыка разобрать, что-то было очень сложно.

— Почему мы стали?

— Мы въехали в ночной город. — Он как-то странно улыбнулся и, перегнувшись, открыл мой люк в крыше, затем свой. Указав пальцем наверх, первым подавая пример, выбираясь наружу.

Ночь, десятки звёзд раскинулись над головой. А вокруг играл огнями абсолютно пустой город. Настолько тихо в городе не бывает, пожалуй, ни когда, тишина и только свет фар БТРа. Это было жутко и необычайно красиво, кое-где подсвечивались витрины, но в основном город был тёмен. И это смотрелось жутко, но в этом страхе было своё очарование, я вскинула голову к небу, увидела необычайно звездное небо, захотелось, смеется.

— Держись — Я едва успела ухватиться за край люка, как броневик тихо шурша колесами, покатил вперёд, Влад снова взялся за рулевое колесо. Однажды я видела, как проходит военная колона таких машин, и меня до сих пор удивляло, как наш кораблик может двигаться настолько тихо.

Мы медленно катились по пустой дороге, среди леса фонарей, и зева мёртвых окон. Я едва успевала дышать. За поворотом, моему взору открылась огромная и очень уродливая вывеска, которая портила всё впечатление от ночного города. Большие мерцающие буквы, налепленные над изображением дороги, гласили «Приют Бабушки КАРЛО — даст роздых усталым путникам на дорогах пустоши».

— Ну, вот в этом городе мы и сможем нормально поспать и помыться, а то эти леса мне уже надоели — Раздался голос Влада, и согласный ему мявк Крыса. Три дня пути, проделанные в пылу лихорадки, прошли по лесам и полям, красиво конечно, но надоело хуже зубной боли.

— Влад посмотри, какая тут чудовищная вывеска!

— Какая к чёрту… эээ — Видно мой друг переключился на дневной режим камер, и сейчас тихо выпадал в осадок.

— Тут не должно быть ни какой вывески, тем более рассчитанной на нас. — В ответ на мой недоуменный взгляд, который я обратила на него снизу в верх, через открытый люк он пояснил. — Путники пустоши, так негласно называют тех, кто занимается путешествиями поэтом миру, я проезжал по этой дороге меньше месяца назад, и ни какого щита не видел. Да и кто будет делать постоялый двор всего в дне пути до поселения!

Здание приюта Карло оказалось трёх этажным особнячком, будто не откуда выросшего посреди раскинувшихся поблизости девятиэтажных зданий. Нашли мы его легко, если учитывать, что это был единственный дом, в котором светились окна.

Стоило нам подъехать, как у дома распахнулись ворота, позволяя броневику проехать во внутренний дворик. Я была вся в предвкушении, а вот Влад отчего-то мрачней с каждой секундой.

— Влад ты чего такой надутый? — Он недовольно сверкнул на меня глазами, на секунду мне показалась, что он примеривается, как бы получше меня прикончить, что бы уж точно не доставала, но всё же ответил.

— Я только слышал об этом, и вообще считал сказкой, Приют Бабушки Карло, дом появляющейся на пути из ниоткуда, предлагающий ночлег. Некоторые говорят, что в нём обитает великая ведьма. — Он недовольно взглянул на открытый люк над моей головой и добавил. — Задраивай люк выйдем через десантное отделение.

— Что?

— Через задние двери — раздельно и по слогам произнёс он.

Когда мы выходили, он ухватился рукой за неприметный выступ, откинул небольшой лючок, и извлёк из открывшейся ниши длинный чуть изогнутый меч — катану. Да, да иногда я смотрю аниме? и могу отличить бакен от сенбона, правда, иногда их путаю. В ответ на мой недоумений взгляд, вздохнув он сказал.

— Оружие лишним не бывает. — Приподняв бровь, я прошлась задумчивым взглядом по фигуре своего спутника. Поскольку я видела, как он снаряжается, пистолет на правой лодыжке, два пистолета в поясных кобурах, два ножа, две гранаты в разгрузке, металлическая струна под воротом куртки, и чуть ни забыла, небольшой автомат со складным прикладом, на ремне за спиной. И такую сбрую мой спутник носил постоянно.

— Да у тебя разыгралась паранойя.

— У паранойи есть одно хорошее качество! — слегка презрительно сказал Влад.

— И какое же? — Уперев руки в бока, спросила у него я.

— Параноики дольше живут — улыбнувшись, ответил он, пристёгивая ножны, для этого на поясе имелось специальное кольцо.

Из броневика недовольно урча, выбрался Крыс, он спал и то, что его эти неугомонные двуногие так бесцеремонно разбудили его, не прибавляла большому коту настроения. Дверь нас встретила приветливо открытой, на пороге в большом лоскутном халате, стояла женщина восточной наружности, нет не цыганка, скорее индианка, этакая зажиточная матрона.

— Добрый вечер красавица — А когда её взгляд переместился на Влада. — И ты здравствуй чудовище.

— Он не чудовище! Ты старая клуша. — Не знаю, почему я так рассердилась, но Влад на прозвище только хмыкнул.

— Ладно, я могу называть его Монстром или Уродом. — Пожала плечами женщина, отчего все складки на её халате ожили. А в карих глазах мелькнули искорки смеха. На вид она была приятной чуть полноватой женщиной, с красной точкой между густых бровей. Волосы были черные, собранные в длинную косу, ниспадающую почти до пола.

— Остановимся на чудовище. — Задавил на корню грозящий разразиться скандал Влад.

— А ты умён, всё-таки ты монстр, чудовища сонма разума. Пойдёмте к столу, целительница и воин, разделите со старой женщиной её скромную трапезу.

После долгого позднего и весьма плотного ужина мы с Владом сыто отвалились на спинки кресел. После трёх дней походного питания домашняя еда нас несколько раздобрила. Если учесть, что Владу пришлось питаться всякой гадостью гораздо дольше трёх дней, его благодушие было обеспечено.

Беседа тянулась неспешно и вальяжно, Влад рассказывал о перемещении местной живности и поведал свежие новости. Которые для меня были просто пустой информацией, в местных реалиях я пока не ориентировалась. Успел продать несколько когтей кошки за мешочек, какой-то пыли, и был этим торгом, похоже, очень доволен, если судить по лицу хозяйки условия сделки её тоже устроили.

— Путник я бы хотела просить тебя, о праве одной просьбы? — почему то от этих слов, обычно спокойный Влад, расплескал чай, так и не донеся его до рта.

— А тебя это по карману Ведьма? — прошипел Влад. Они изменились, мне показалась на секунду, что рядом со мной сидит напружиненный кот, а напротив него старая, но мудрая соколиха.

— Услуга за услугу… — от этой фразы глаза Влада расширились, он был удивлен, нет, скорее ошарашен.

— И что же хочет величайшая Ведьма, вестница бури, способная путешествовать, не выходя из своего дома? Но предупреждаю, просьба должна быть выполнима, и не посягать на мою душу и свободу.

— То есть, на жизнь я могу и посягнуть? — с лёгким удивлением приподняла бровь ведьма.

— Смерть меня давно не страшит, а за предложенную награду я готов рискнуть наверное даже большим — Я в недоумении переводила взгляды, с хозяйки на своего друга. На мгновение мне показалось, что я сморгнула какое-то наваждение, радушная хозяйка словно прибавила в росте. А от Влада потянуло не прикрытой угрозой, да так, что я вжалась в кресло, а спину прошиб вязкий холодный пот.

— Моя услуга в таком случае будет на тех же условиях.

— Обещаю исполнить просьбу сидящего передо мной существа, если она не будет противоречить поставленным выше условиям. — Пророкотал Влад, почему то от его голоса мне захотелось стать маленькой и как можно более незаметной.

— Тёртый мальчик — Ухмыльнулась ведьма. — Обещаю по исполнении моей просьбы, исполнить любую просьбу Хотника, что сидит передо мной на тех же условиях.

— Ну и какая твоя просьба? — Уже расслабившись, спросил Влад. Вернув себе на лицо маску лености и довольства, его слегка выдавал напряжённый взгляд.

— Позже Хотник, а сейчас иди отдыхать, твоя комната наверху давно готова, а девочка пускай останется, я хотела бы с ней поговорить.

— Нечего её не обещай, ни в коем случае! — Наградив меня тяжелым взглядом, он вышел из-за обеденного стола, а через секунду, в комнату проскользнул Крыс. Сыто потянулся протрусив в угол, где разлёгшись на подушках, начал усиленно делать вид что спит, и ни куда от сюда без посторонний помощи не уйдёт. Но вот его ушки слегка нервно подёргивались.

— У тебя предусмотрительный спутник!

— Скажи девочка, ведь ты хочешь с ним остаться?

— Да, хотя он и хочет избавиться от меня в ближайшем поселении.

— Девочка, воспользуйся его добротой, останься в посёлке, тут не так плохо как кажется, посёлок, это обычный микрорайон, обнесенный бетонным забором, куда более безопасное место, чем рядом с этим монстром.

— Он не Монстр, и я всё равно с ним останусь. — Я даже топнула ножкой, что бы показать степень своей решительности. Хотя и почему то чувствовала, что женщина не лукавит, и действительно желает мне добра.

— Девочка, ты понимаешь, что он не сможет тебе отказать? На нём долг, по отношению к тебе, и если ты потребуешь, он будет вынужден оставить тебя при себе вот только ты готова путешествовать с монстром? — Она внимательно следила за моей реакцией и, не давая мне возразить, на очередного монстра.

— Он именно Монстр, человек прошедший горнило войны уже не совсем человек. А в его случае, сотни войн превратили его в морального урода, ты общалась всё это время с его доминантой личность, а если быть точным последним из воплощений. — Она достала кальян, откуда-то из ниши в стене, приготовив пахучую смесь, раскурила кальян, затянулась, выпустила из ноздрей пару струек дыма. И всё это не прекращая говорить.

— Как думаешь, зачем ему меч?

— Сказал что лишним оружие никогда не бывает — неуверенно ответила я.

— Нет то, что я удостоилась меча, мне весьма лестно обычно он носит только свои пистолеты. А меч, он ведь самурай, а самурай переносил часть своей сущности в свой меч. И для твоего, и для этого мира это не пустой звук. Важен не сам меч, меч просто символ, в руках кого-то другого, это будет просто бутафорская поделка, но в руках твоего спутника, это оружие способное убить любого.

— Даже вас — попыталась я задеть старуху.

— Даже меня. — Выдохнула очередную порцию душистого дыма прямо мне в лицо, протягивая мне мундштук. — Знаешь, для чего ему моя помощь? Знаю, что не знаешь, он тебе показывал отражение своей души? — Дождавшись моего кивка, она продолжила. — У него на душе, камень, чёрный и в золотой оправе, ведь так. Это душа, душа его единственного друга, той, что дала ему прозвище, опекала до тех пор, пока он не научился жить в этом мире.

— Ты не боишься смерти, твоя рука не дрожит стреляя в спину, твоей жертве не уйти живым, ты нечего не чувствуешь когда лишаешь жизни, для тебя это всё равно, что дышать. Ты Хотник. Вот что она сказала ему перед смертью, он сам убил её, своего единственного друга и заточил её душу в своей. В бесплодной попытке спасти. — Я закашлялась, затянувшись сладковатым дымом слишком глубоко.

— Он хочет потратить, своё желание, что бы выбросить душу своей подруги обратно в реальный мир, а зачем ему это спроси у него самого, если захочет, скажет.

— Так, что ты до сих пор хочешь с ним путешествовать.

— Да. — Постаравшись предать твёрдость голосу, ответила я.

Если бы я знала, ЧТО меня ждёт после этих слов, ни за чтобы не произнесла этого, в присутствии одной нахальной рыжей морды. В путь мы отправились с утра, хозяйка, пожелав доброго пути и сказав, что когда придёт время сама найдёт нас, вежливо отправила на все четыре стороны.

Первым пунктом была ближайшая заправка, где Влад при помощи ломика, и некоторых других подручных средств молодого вандала заправил бак броневика, а я, наконец, узнала, как называется наш кораблик. Следующим пунктом был продуктовый магазин, а точнее его холодильники с мясом. Пополнив запасы провианта, мы выдвинулись к ближайшей военной базе, на которой Влад пополнил потраченные пули к пулемёту БТРа. Также притащил, зачем то запасной ствол к нему же, пояснив это тем, что менять весь пулемёт в походных условиях ему лень, а ствол заменить дело не долгое.

Почувствовала я неладное, когда он, подозвав к себе кота, навьючил на него с несколько десятков автоматов, от чего бедный кот, едва доковылял до машины. Сам же он шёл следом, неся в руке большой зелёный ящик.

БТР стоял посреди главной улицы, Влад, позвякивая карабинами, крепил на крышу какую-то сбрую, а я с интересом изучала Автомат, один из позаимствованных у военных. В общем-то, ничего особенного в этой деревянно-металлической штуковине я не увидала. Один конец направляешь на врага и жмёшь на курок, всё проще пареной репы так сказал Влад. Правда царапина на прикладе мне не понравилась, и я решила поменять автомат, выбрав из общей кучи, сваленной в грузовом отсеке броневика другой.

— Залазь — крикнул Хотник, закончив возиться на крыше.

— Зачем?

— Ты хочешь учиться стрелять или нет? Я не смогу взять с собой человека, который при виде Калашникова будет путать цевьё с прикладом, так что залазь.

Пришлось отрывать свою пятую точку, залазить на БТР, наверху Влад одел на меня сбрую с множеством кармашков, но все они были пустыми, сейчас на поясе весели только два магазина к автомату. Приладил к разгрузке замысловатую систему из ремешков, которые удерживали меня на крыше БТРа, и придавали устойчивости.

— Ну и куда мне стрелять?

— Стрелять? — непонимающе посмотрел на меня Влад. — Нет, сегодня мы стрелять не будем, спешить нам теперь не куда, поедем медленно и печально. А сейчас я буду учить тебя правильно заряжать автомат. — Он как-то, очень недобро улыбнулся.

— Так я умею, что я фильмов, что ли не смотрела, вот сейчас покажу.

Я с трудом выщелкнула обойму автомата, уперев приклад себе в бедро, приставила обойму обратно, ухватилась за ручку с боку и передёргивая затвор. Тихо звякнул об крышу БТРа, выщелкнутый патрон. Подняв голову желая продемонстрировать победную улыбку, но Влада, почему-то рядом со мной уже не было. Хотник нашелся внизу, он спрятался за бронированный бок машины.

— Где тот автомат, который я тебе дал? — осторожно выглянув из-за борта спросил он.

— В десантном отделении, — решила блеснуть я эрудицией.

Влад забрался, бесцеремонно отобрал у меня автомат и зачем-то проверил магазины в мешочке на моём поясе, сказав при этом, что правильно называть его подсумком. Затем слегка поморщившись, взял автомат двумя руками. Выщелкнул магазин, в нутрии я увидела матово блестящие патроны. Проворчав, что-то невразумительное об инициативе, выщелкнул их все себе в карман и приладил магазин на место.

— Что бы жить тут, очень важно уметь быстро менять отстрелянные обоймы, смотри внимательно, первый раз покажу медленно.

Он приставил автомат к плечу, делая вид что стреляет, затем отпустив руку от спускового крючка снова при этом, поморщившись, плечо всё ещё доставляло ему дискомфорт, выщелкнул магазин.

— Весь секрет тут в том, что бы как можно крепче прижимать приклад к плечу, а теперь быстро.

Щелчок затвора, и звук упавшей на крышу БТР обоймы прозвучал одновременно. Он вручил мне автомат в руки, сам сел прямо на броню.

— Начинай, будешь практиковаться до тех пор, пока на замену магазина у тебя не будет уходить не больше трёх секунд.

Следующие четыре часа были адом, но все, же я это сделала, конечно, повторить трюк Влад, мне не удалось, но сменить магазин за две секунды я смогла, хотя это и стоило мне стёртой правой руки, и нескольких прищемленных пальцев. Мой дорогой друг явно не ожидал, что я так быстро освоюсь, и погонял меня ещё полчаса, так чисто для порядка. Мы перешли к пистолету, учились выхватывать его из кобуры, конечно до результатов Влада опять же мне было далеко, но моим быстрым прогрессом, он всё равно был удивлён.

— Ты на кого училась? — ближе к вечеру спросил он.

— Медсестра, а что не так?

— Слишком быстро учишься, в своё время мне потребовалось даже немного, больше времени, что бы достичь таких же результатов.

— Ну, может вы просто такой туго обучаемый? — вставила свою шпильку я. На что Влад только пожал плечами.

Он сказал это слишком рано, думала я, потирая ушибленное прикладом плечо. Скорее всего, на этом месте образовался один сплошной синяк. Я отстреливалась короткими очередями по окнам ближайших зданий, успела сменить четыре автомата, а пули упорно не хотели ложиться в цель.

Менять автоматы, так проинструктировал меня Влада, после отстрела сотни рожков я выбрасывала старый автомат на дорогу и шла брать новый. Как сказал сам Влад, чистить и ухаживать за обычными заводскими Калашами он не видит ни какого смысла, этого добра навалом. Несмотря на обильную практику, короткие очереди оказывались то слишком длинные и задирали ствол вверх, то наоборот очередь превращалась в одиночный выстрел. В очередной раз, набивая опустевшие обоймы, шипя от тугости пружины и стёртых пальцев, я заметила, что Влада вышел из БТРа.

На нём не было уже ставшего привычным для меня оружия, только меч на поясе. Его походка изменилась, осанка тоже, он шел, согнувшись, выставив плечи сильно вперёд. Замер, становясь в стойку, беря меч в руки. Одной за ножны, вторая едва касалась рукояти меча.

Неожиданно дорога пропала, дома растворились, у меня дыхание над миром вставали тени. Набежал туман, дождь зарядил как из ведра, но этот дождь был сухим. Мы оказались посреди поля, и этим оказалось поле брани. Влад теперь был ниже, и одет в странную синюю броню.

Он застыл, и тяжело дышал, напротив него был воин, только не в синем, а красном доспехе. Один удар сердце отделял момент, когда они сошлись. Меч война в красном пробил Влада насквозь, удар же Влада разрубил врага напополам. Когда наваждение пропало, я заметила что Хотник, стоит и недовольно на меня смотрит.

— Я разве объявлял перерыв?

— Влад у меня всё равно ничего не получается, это чёртов автомат меня не слушает. — Мой спутник слегка помрачнел, потом, как-то внимательно на меня посмотрел.

— Хочешь стать моим напарником? Я всё равно подыскивал себе компаньона, как ты, наверное, заметила, мой броневик рассчитан на двух человек экипажа?

— И что пока смерть не разлучит нас? — пошутила я.

— Почему, смерть? Смерть нас не разлучит — совершенно серьёзно ответил он. — Вот только если захочешь уйти, ты не сможешь этого сделать, а предавши, умрёшь, с моей стороны такие условия.

Рот предательски пересох, мне пришлось постараться, что бы выдавить из себя хоть слово в ответ. Но я всё же ответила ему, а почему ответила именно так, не знаю. Хотя знаю, но никогда не признаюсь.

— Хорошо, я согласна. — Он посмотрел на меня удивлённо, как будто смотрят на меня в первый раз, выглядел он не слишком радостно, и даже немного раздосадовано.

— Точно? — явно не удержавшись, переспросил он. Так это он меня так пугал, и представление было нужно, только что бы я отказалась. Эта мысль придала мне решимости, не удостоив его ответом я кивнула.

— Я Влад Хотник, беру себе в напарники и союзники Марию, обязуюсь защищать и помогать ей, делить с ней свою добычу и прислушиваться к её мнению. — Я нервно хихикнула от того что клятва больно похожа на свадебную.

— Я Мария, беру себе в напарники и союзники Влада Хотника, обязуюсь защищать и помогать ему, делится с ним свою добычу и прислушиваться к его мнению. — Хотелось ещё добавить пока про смерть, которая нас не разлучит. Но видя очень серьёзного и нахмурившегося Влада, я передумала шутить.

Хотник зацепился за скобу, и поднялся ко мне, положил одну руку мне на талию вторую на плечо, я почувствовала жар, идущий от его тела. Нет, это был действительно жар, воздух даже немножко плыл над ним.

— Подними автомат, расслабься. — Осторожно взяв меня за локоток, при этом его вторая рука соскользнула с плеча мне на талию. Приблизив своё лицо к моему, так что бы видеть, прицель автомата, он зашептал мне на ухо.

— Почувствуй своё оружие, вдохни в него жизнь — от его рук меня словно обдало жаром, он, чуть задержавшись в груди, легко соскользнув в автомат, мои щёки предательски запылали.

— Придай своему оружию волю, и сломи её, сделай его часть себя. — Его рот ещё ближе приблизился к моему уху, я почувствовала на коже его дыхание.

— Почувствуй каждую пулю, пожелай, что бы она поразила цель, а теперь наведи своё оружие и стреляй.

Автомат перестал быть неуклюжей железкой, я ощутила каждую его трещинку в дереве приклада, каждую детальку, когда я спускала курок, удар бойка по патрон мне показался интимным, ход затвора, дыхание пороховых газов.

Из-за темпа стрельбы, множество коротких очередей, слились в одну длинную, а весь пяты этаж хрущёвки лишился окон, рука сама заменила опустевший магазин. Стрелять оказалось неожиданно оказалось очень легко и упоительно, каждый выстрел словно глоток маленького счастья, при этом я почти не чувствовала отдачи, и смогла опомниться только тога когда рука спустившаяся за очередным магазином наткнулась на пустоту.

Первое, что я ощутила, это то, что Влада рядом нет, хотя тепло его рук всё ещё ощупалось на коже. Хотник сидел на броне и тяжело дышал, пот с него лился ручьём, я дёрнулась уже, чтобы, чем-нибудь помочь ему, но он остановил меня жестом.

— Всё нормально, дай мне пять минут, отдышатся, запомнила ощущение именно его тебе и надо добиться. — Он откашлялся в руку, я успела заметить кровь, которую он пытался спрятать в кулаке.

— Что с тобой? — На этот раз я не удержалась, и присела рядом.

— Знаешь, пуля в лёгкое, это довольно больно хоть и быстро. — Он ещё раз прокашлялся — надо тебе найти винтовку. Мне удалось выяснить твоё прошлое воплощение, ты снайпер, погибла, похоже, конце сорок четвёртого года.

— Я? — моему удивлению не было придела.

— Да ты, я думал, что ты была санитаром, или врачом ан нет, странно, если честно, почему между твоими жизнями такой большой промежуток времени, очень странно. — Он потёр грудь, скривился. — Когда у тебя беспричинно заболит в груди грудь, днём ли, ночью ли, насколько бы я не был уставшим, скажи мне об этом, обязательно это очень важно.

— Зачем, от лёгкой боли ни кто не умирал.

— Моё предыдущее воплощение был девятнадцатилетний парень, погиб в Афганистане в восемьдесят восьмом году, его колонна угадила в засаду, а БТР подбили, взрывом ему оторвала ногу, он получил две пули в живот, умирал он долго. — По его телу прошла дрожь, похоже, это воспоминание было не из приятных. — Я едва не помер, когда эти воспоминания вернулись ко мне.

Дело сдвинулось с мёртвой точки, броневик неспешно катился вперёд, а я расстреливала окна всех встречных на пути зданий. Теперь от стрельбы я начала даже получать своеобразное удовольствие, несмотря на подрагивающие от усталости руки, отбитое плечо и лёгкую глухоту.

Конечно до тех результатов, которых достигла под контролем Влада, было пока далеко, но пули хотя бы не летели куда зря. А если учесть, что стреляла я в первый раз в жизни, то результат был вообще отличны.

Эти дни слились в один, я стреляла, машина ехала, Влад останавливался только что бы поесть, или, когда я валилась от усталости. На то что бы преодолеть небольшой городок у нас ушла почти неделя, на привалах Влад что-то мастерил, но на предложения показать только улыбался. Никогда ни думала, что на плече может образоваться самая настоящая мозоль, да ещё и вторая, на указательном пальце.

Звук мотора, несмотря на выстрелы, первой услышала я. Из-за отсутствия зданий в округе, поскольку город мы покинула, стрелять приходилось по траве, иногда по деревьям, поэтому оценивать свои успехи стало сложнее. Закончив стрельбу растянув карабин страховочной упряжи, я свесилась в открытый люк. Проорав излишнее громко.

— Там что-то едет?

— Залазь — нахмурившись, буркнул Влад. — И люк закрой.

Удобно разместившись в пассажирском кресле, я посмотрела на курсовой монитор. К нам приближался мотоциклист, если судить по шлему. Вот только вместо мотоцикла его транспортом, оказалось четырёхколёсное чудовище.

— Странно это, явно кто-то из наших. — Буркнул больше для себя Хотник — но какого… она тут забыла. — Это был первый раз, когда я услышала, как он матерится.

— Ты её знаешь? — То как это было мной сказано, мне самой не понравилось, мой мелодичный и обычно красивый голос, в звуки скрежетания метала по стеклу. Что это со мной? Хотник тоже удивился, на мгновение, отводя взгляд от мониторов. Похоже, что бы убедиться, я ли это.

— Это Рыжая Лиса, Ольга из Извечных. Взбалмошная и своевольная особа. Странно она, похоже, выдвинулась встретить именно меня, до снабженческих групп поселения ещё рано. Может это и случайность, и она едет по своим делам.

Влад остановил броневик, поджидая наездницу у небольшой рощицы, удобной для привала. Всё же броня, несмотря на то, что солнце ещё не очень сильно грело, нагревалась довольно сильно, если бы не система кондиционирования в салоне пришлось бы весьма туго.

Монструозный мотоцикл, двигался шустрее, чем наш БТР и вскоре был уже достаточно близко, что бы рассмотреть сей агрегат. Светлая голова инженера самоучки соединила два мотоцикла в один, под одной рамой. Отличительной чертой этого агрегата был очень объемный бак и далеко разнесённые передних колеса. В целом конструкция не отличалась красотой, но внушительности у неё было в достатке.

С этого агрегата спрыгнула стройная девушка в обтягивающем мотоциклетном костюме, сняла шлем, по спине заструилась копна рыжих волос. Она явно красовалась, перед видеокамерами нашего БТРа, зрелище явно предназначалось Владу, но он лишь сильнее нахмурился.

— Всё это она, можно выходить. — Он откинул крышку люка, высунулся на половину, а у меня было большое желание взять ручку управления огнём пушки в свои руки и отогнать эту рыжую подальше от нашего броневика. Она мне заранее не понравилась.

— Привет Рыжая, какими судьбами? — весело крикнул из люка Влад.

— Тебя вот ищу, задержался ты сильно, вот и поехала тебе навстречу, тем более слышала, что ты ищешь компаньона, вот и пройти у тебя собеседование. — Она качнула бёдрами, стрельнула глазками, явно вкладывая в слова двойные смыслы, стерва!

— Извини Лиса, но я уже занят, совсем чуть опоздала.

— Привет, я Мария — открыла и вылезла из своего люка я.

— Здравствуй, Ольга Лиса из извечных, разреши переговорить с твоим компаньоном? — Странно, но как только, она меня увидела, её поведение изменилось, голос стал деловым, из него ушли томные нотки.

— Хорошо разрешаю.

Влад разложил маленький столик, натянул тент позади броневика от солнца, поставил чайник, достал печенья и конфеты, разложил в небольшую металлическую мисочку. Я заняла раскладной стульчик рядом с Владом, гостья напротив.

Она была вся одета в кожу, на её бёдрах в кобурах поблёскивали рукояти пистолетов, за спиной в петле болтался автомат. У девушки было несколько простоватое по деревенски лицо, веснушчатое с большими голубыми глазами. И у неё была лиса, настоящая рыжая лиса, которую она извлекла, откуда-то из своего байка. И сейчас эта рыжая и Крыс настороженно друг друга обнюхивали, знакомились.

Вскоре чай был заварен, зверюшки получили по банке тушенки, чем были достаточно довольны. Хотя крыс слегка ворчал, одной банки ему было мало. Я, прихлёбывая чай, отплёвываясь чаинками, бросала недовольные взгляды на неожиданную гостью поверх своей кружки.

— И так, зачем я понадобился Лиса? — спросил Влад.

— А с чего ты решил, что ты мне понадобился Кот? — приподняла бровь гостья, говоря слегка насмешливым тоном.

— Если я тебе, зачем то не был нужен, ты бы меня не искала Оля.

— Ты прав, мне нужна твоя помощь как Хотника. — Дальше она говорила скороговоркой, как будто боялась, что Влад её перебьёт. — Скоро начнётся война, север и юг в конец разругались, они собираются устроить друг дружке кровавую баню. Хотник ты можешь остановить их, сделай это, тебе ведь это по силам, против тебя не пойдёт, даже совет Изгоев.

— Мы не Изгои, мы извечные… — недовольно проворчал Влад, потирая лоб, о чём-то размышляя.

— Опят эти идиоты… не могу поделить центр города? — Влад схватился за голову, было явно видно, что он чем то раздосадован.

— Война, опять война, ты не представляешь, как я от неё устал, все мои воспоминания это война. Череда десятков, сотен войн, я даже научился получать удовольствие от войны, от грязи и смерти. Я устал! — Он поднял на неё взгляд, Ольга от этого слегка заёрзала на стуле, значит, она нервничает. — Сейчас мне достаточно дороги, мне не нужна чужая война, кончено я могу вмешаться попытаться её остановить, но цена этого вмешательства может быть хуже, самой войны. Если я вмешаюсь, погибнут все.

— Они настолько озлобились, что не внемлют моему предупреждению, а ты сама знаешь, что это мир не терпит пустых слов, и я буду вынужден выполнить все свои угрозы, ты этого хочешь? — Влад специально выделил голосом окончание фразы.

А что по этому поводу говорит Совет? — Было видно, что он постепенно успокаивается.

— Совет против вмешательства, но ты ведь можешь их остановить? — В голосе Ольги была слышна неприкрытая надежда.

Хотник как-то особенно тяжело вздохнул, уперев взгляд в свою чашку, как будто решая говорить ему или нет. Было видно, что у него внутри идёт борьба. Его тихий вкрадчивый голос, зазвучал жутко от него, потянуло могильным холодом.

— Я спасаю людей, стараюсь спасти всех кого могу, от зверей, в том числе зверей в человеческом обличии. Эта машина была создана, для спасения вновь попавших в этот мир. Ты это знаешь, когда-то давно одна из таких машин и тебя вытащила из лап смерти. Я не могу спасти людей от Войны, я не буду вмешиваться.

Обстановка за столом резко напряглась, Влад сидел задумчивый и осунувшийся, Ольга же напоминала перегревшийся котёл. Ещё минута, и она зашипит, из ушей повалят клубы пара, она резка вскочила на ноги расплескав чай.

— Не хочу быть рядом с таким ничтожеством — прошипела Лисица прямо в лицо Владу.

— Удачи тебе Лиса. — Словно бы очнувшись от раздумий, крикнул Влад уже в спину Лисице.

Ночь, спит кот между нашими полками в броневике, отделяя нас, друг от друга. Уже поздно, мы в пути третий день, после того как встретили знакомую Влада. День был тяжёлый, весь в тренировках и заботах у Влада вновь открылись раны, пришлось их зашить. Несмотря на дикую усталость, мне не спалось, и я лежала, открыв глаза уставившись в зелёный потолок.

— Влад… Влад ты спишь? — наверное, глупый вопрос, но ничего более разумного я не придумала.

В ответ слышатся только его мерное дыхание, наверное, это одна из его способностей спать, где и когда придётся. И засыпать сразу без сновидений. Влад заворочался и всхлипнул во сне. А мне всё также не спалось.

— Влад… — на полу недовольно заурчал Крыс.

— Ну, проснись же ты? — Я метко метнула свой носок в нос Хотнику, похоже, попала. Он вскинулся, хлопая глазами, как разбуженная сова, и насторожено оглядываясь по сторонам. Поднял предмет, что попал ему в лицо, понюхал, чихнул. Да кто спорить даже девушка третий день без воды не пахнет фиалками.

— Что тебе? — в его голосе были слышны недовольные нотки.

— Влад, почему ты сказал, что если вмешаешься, погибнут все? — Я хотела спросить о другом, но у меня не хватило духу.

— Нельзя было спросить об этом утром? — Недовольно проворчал Хотник, переворачиваясь на спину и закидывая руки за голову.

— Ну, Влад — включила конючилку я.

— Эх, не отстанешь теперь ведь, до утра, слушай. В этом мире каждый обязан держать свои обещания, тот, кто их не держит, долго тут не живёт, тоже относится к угрозам, нельзя лгать по крупному. — Влад улыбнулся. — В целом этот мир рай для честного человека, каждый в ответе за свои слова, каждый не может обмануть или кинуть, все в этом равны.

— Как это лгать по крупному? — Заинтересовалась я, переворачиваясь на живот.

— Тут границы размыты, и лгать можно только на свой страх и риск, но в некоторых вещах я бы не советовал лгать никому. — Ухмыльнулся Влад, эта ухмылка получилась очень зловещей, я даже в темноте заметила блеск оскала, он, о чём-то явно задумал.

— Попробуй признаться мне в любви.

Я, не раздумывая, решила поддаться на провокацию, вот только слова застряли у меня в горле. Всё тело сковало непонятным страхом. Казалось сказать так просто, но все чувства, всё буквально кричало, не делай этого.

— Не можешь, то-то, по крайний мере в этом мире можно не опасаться в таких вещах обмана — А затем он вдохнул в грудь побольше воздух и выпалил на одном духу. — Ты мне нравишься, я благодарен тебе, что ты спасла мне жизнь, и просто, что ты есть, что мне не приходится снова быть одному, что кто-то посреди ночи может разбудить меня, кинув грязным носком в лицо.

Он перевернулся на другой бок, и стал усиленно делать вид, что спит. Странно я не ожидало от него такой тирады, а уж этого смущения, тем более. Отворачиваясь к стенке, уже засыпая, я прошептала.

— Я тоже. — А затем кто-то сказал уже моими губами, и голос был более грубый и низкий — И я тоже Хотник…

По зелени на обочине играло солнышко, плыли облака, а я упражнялась в стрельбе, из этого гребного автомата, на этом гребанем броневике. Стрелять было интересно, первые десять нет пятнадцать автоматов к ряду.

А сейчас уже основательно оглохшая я всё больше злилась от каждого выстрела, на моём плече теперь красовалась кожаная латка, недавно прикладом протёрла себе в рукаве дыру. Хотник очень мастерски орудовал ниткой и иголкой.

Мы въехали в деревню. Хотник выглянул из люка, крикнув при этом, что бы я ни вздумала стрелять по окнам домов, что, кстати, я уже примеривалась сделать. Расцепив сбрую, связывающую меня и броневик, я залезла внутрь.

— В чём дело?

— Ну, во-первых мы в ста километрах от поселения. И всё разрушенное тут уже не восстановится. А во-вторых я не хотел бы ссориться с человеком, который и был целью моего путешествия сюда и является хозяином этого хутора. — Ответил Влад.

Небольшой двух этажный кирпичный домик, с решётками на окнах и массивными ставнями, он выбивался из ряда деревянных изб. Влад уверенно повернул к нему. Броневик встал. А у входа нас уже ждал негр.

Это был настоящий негр, очень морщинистый с седой шевелюрой, и с невероятно белоснежной улыбкой, такая улыбка, которая может быть только у негра. Он махал нам рукой, стоя у закрытых ворот. Позади в одной из створок ворот, была открыта входная дверь, через которую можно было разглядеть небольшой кусочек двора.

Влад выбрался из люка, подошел к негру пожал протянутую руку, и заграбастал в объятья. Повернувшись, он улыбался едва ли не шире самого негра.

— Знакомься это Джо мой хороший друг, Джо, а это Мария, мой компаньон. — Представил он нас друг другу. А я, наконец, смогла слезть с броневика, и пожала протянутую руку. На ощупь она оказалась совершенно обычной разве только чуть суховатой. До этого момента мне ни приходилось видеть негров вживую. Не то что бы я видела их в мёртвую, но только по телевизору.

— Здравствуйте мисс Мари. — На совершенном русском, чистом без следа акцента Джо. У него был мягкий и достаточно мелодичный голос, переплетя пальцы, он держал руки сомкнутыми перед собой. Казалось, его пальцы живут отдельной жизнью, они постоянно двигались, как будто перебирая, что-то невидимое глазу.

Меня отвлекла дверь в воротах, оттуда выглядывало любопытное курносое личико, немного бледное, кареглазое и улыбающееся. От этой улыбки хотелось улыбнуться в ответ.

— Выходи Наташа, познакомься не надо прятаться. — Проследив за моим взглядом, сказал Джо.

На свет божий вышла девочка подросток. Хрупкая как цветочек, неуверенно улыбаясь, она, подошла к Джо и взяла его под руку. Её тёмно-русые волосы были заплетены в две массивных косы, аккуратный слегка вздёрнутый носик.

Одета Наташа была в лёгкое белоснежное платьице, до колен хорошо сочеталось с загорелой, но не как, ни чёрной кожей, от вида этого платья на вполне сформировавшейся фигуре, мне стало стыдно, за свои потёртые джинсы пропахший порохом джемпер, и сбрую.

— Здравствуйте — неуверенно улыбнувшись, поприветствовала нас она. Хотник подошёл к ней и потрепал своей лапищей по голове. Его рука почти полностью закрыла её голову.

— А ты подросла. — В его словах было много удивления. Она была ниже его, но при этом почти одного роста со мной, а когда под его взглядом у неё чуть порозовели щёчки, нет ревновать к эдакому невинному чуду, я просто не могла, хотелось прижать к груди и затискать как минимум до обморока.

Кухня встретила нас самоваром, странно в этом мире все пьют чай, не знаю почему, но я, к примеру, предпочитаю кофе. Но кофе нам, ни кто, не предлагал, да и Влад разрешал пить его только утром, очень тщательно отмеряя дозу мерной ложечкой, сама баночка хранилась у него под замком. В БТР для чая и кофе, был предусмотрен специальный бак, с постоянно горячей водой.

Мы все расселись у стола, Джо сноровисто приготовил чай. Кухня была вполне обычной городского типа, плита, раковина, немного бытовой техники. Честно говоря, быт в российских деревнях я знала по-другому.

— Ну как мой заказ готов? — Поинтересовался Хотник шумно прихлёбывая из своей кружки с чаем.

— Да всё готово. — В голосе Джо явно слышалась гордость.

— Отлично как договаривались — Влад выложил на стол, объемный мешочек с кошачьими когтями. Кошки были достаточно распространённым и самое главное опасным хищником. К тому же когти было невозможно подделать, по этому, они стали единственной твёрдой волютой этого мира.

— Оставь себе, я попрошу услугу, и ещё и доплачу… ты знаешь тут, скоро начнётся война. — Джо тяжело вздохнув, посмотрев на Наташу, похоже он боролся с желанием выгнать её из-за стола.

— Только не проси меня, её остановить! — с кислым лицом перебил Хотник, похоже, он уже попрощался с тем, что был намерен тут купить.

— Эх, я достаточно стар, что бы понимать, что от тебя тут уже ничего не зависит, нет, я попрошу гораздо меньше. Возьми мою дочь, под свою защиту и опеку, увези её отсюда. И чем дальше, тем лучше. — Если учитывать что сегодня мне впервые удалось встретить негра, то мне повезло в двойне, мне довелось увидеть, как негры бледнеют, а если точнее сереют.

— Каждая из противоборствующих сторон захочет иметь тебя только на своей стороне, и наиболее простым и понятным методом давления на тебя будет Наташа, я правильно понял. — Помешивая чай менторским тоном сказал Хотник.

— Да.

— Но ведь она уже под моей защитой! — слегка нахмурился Влад.

— Это их может не остановить — тихо прошептал Джо, осунувшись сильнее, хотя, казалось бы, куда уж больше.

— Ну что Мария, берём девочку под нашу опеку и защиту? — Вопрос Хотника стал для меня полной неожиданность, до этого я присутствовала на всех переговорах в качестве пассивного наблюдателя.

— Почему ты меня спрашиваешь?

— Потому что ответственность за её жизнь ляжет на наши с тобой плечи.

— Хорошо я согласна. — Только одна мысль о том, что эту девочку могут похитить, вызывала желание защитить её, может у меня разыгрались материнские инстинкты.

— Тогда эти когти будут не платой, а подарком, и я с удовольствием приму ответный дар.

— Дочка иди, собирайся, вам надо уезжать, тогда как можно раньше, пойдемте в мастерскую ваши вещи там.

Мастерская была большая, и занимала почти весь второй этаж, верстак, станки, куча инструментов, и разобранного или не до конца собранного оружия, соседствовали со швейными машинами циклопического вида.

На единственном свободном столе лежали два автомата, отдаленно очертаниями напоминающих те из которых всё это время я тренировалась.

— Да Оружейник, ты превзошел самого себя. — Похвала Джо явно была приятна.

Джо взял один из автоматов и протянул Хотнику, второй взял в руки.

— За основу я взял АК-47, но, по сути, с этим автоматом его теперь связывает только патрон и принцип работы. Все деревянные детали заменены на пластиковые, приклад пластиковый, регулируемой длины со встроенным активным подавителем отдачи. Детали механизма с алмазным напылением для повышения износостойкости. Стандартный прицел, заменён на универсальную планку Пикотини, набор прицелов прилагается. Новый дульный тормоз с резьбой для глушителя. Три режима стрельбы: одиночный, очередь по два патрона, автоматический. Предохранитель перенесён для удобства, под спусковую скобу. — Даже для меня, человека довольно далекого от оружия эта речь внушала уважение к проделанной мастером работе. Да и лежащий на столе, большой чёрный автомат, имел весьма внушительный вид.

— Жаль Блеки, этого уже не увидит, это ведь был её заказ. Он указал на маленькую серебреную табличку на прикладе, на который был выбит стилизованный под резьбу кот. Она хотела сделать тебе сюрприз, тот автомат, что ты держишь в руках с теми же доработками, только за основу взят автомат Калашникова семьдесят четыре под калибр пять сорок пять. — На прикладе на такой же серебряной табличке был выбит ворон.

Ещё последовательно были извлечены комбез защитного цвета и уже знакомая мне курточка моего размера, и разгрузка к ней, всё это было сразу подогнано под мою фигуру. Ещё моё вооружение пополнилось кроме автомата, таким же, как и у Влада, большим чёрным пистолетом с маленькой серебреной табличкой на рукояти с моим именем. Плюс около сотни специальных патронов к нему. Оказывается Влад заказал его ещё до того как я согласилась стать его напарницей вот же хитрец. Так же на пояс мне повесили большой штык нож к автомату и не откладывая дело в долгий ящик приклад моего автомата был подогнан под мой рост. Установлен обычный стандартный прицел.

В комплекте к Автомату в небольшом пенале лежали набор из колиматорного и штурмового прицела, глушитель, подствольный гранатомет, фонарик и ещё с десяток неизвестных мне приспособлений.

Когда меня, наконец, прекратили мучить, подтягивая многочисленные ремешки и дали взглянуть в зеркало. Себя я узнала с трудом, на меня из зазеркалья смотрел некто в кепке цвета хаки, под которую были убраны волосы. Такого же защитного цвета штанах, высоких ботинка типа берцы на шнуровке, кожаной курточке сероватого цвета, и при этом эта особа из зеркала была по уши обвешена оружием. В целом на мне это смотрелось весьма внушительно, не хватало только боевой раскраски.

— Ну, вот теперь ты на хоть на человека похожа — сказал Влад, тоже получивший новую курточку взамен испорченной котом. А меня нагрузили ещё и набором броне пластин в увесистом чемоданчике, которые можно было вставить в специальные кармашки в курточке и штанах. Набор весил куда больше автомата на моём плече.

Джо скептически осмотрел результаты проведенных им манипуляций над моей внешностью, поправил ремень автомата, отошел, любуясь полученным результатом, а потом выдал фразу, заставившую меня покраснеть, и разозлится одновременно.

— А хороша стерва.

— Да ты прав, костюмчик ей и в правду к лицу, это стандартный комбез? — После моего долгого рассматривания прокомментировал Хотник.

— Ну да, общий крой выполнен из воздухопроницаемой армированной ткани, не рвётся, не протирается дополнительно усилена специально пропиткой и тканью СНВ (Прим Ткань СНВ — отечественный аналог кевлара, превосходящий его по некоторым характеристикам). Локти и колени прикрыты дополнительными слоями ткани СНВ и пластиковыми наколенниками, на руках дополнительно усилены наручи тканью СНВ, голень прикрыта сегментированным щитком. На животе и груди защита тканью СНВ усилена. В целом комбез нельзя ни разрезать, ни проткнуть. Выдержит хоть удар ножа, хоть мелкокалиберную пулю, осколки, да и пулю Калаша на излёте удержит. От укуса тоже защитит, подошва ботинок усилена сегментированными стальными вставками. — Эта лекция была явно предназначена именно для моих ушей. Я оценила, но не удержалась от комментария.

— А я в этой форме то не изжарюсь на солнышке?

— В моём снаряжении зимой не холодно, летом не жарко. В комплект к курточке идёт меховая подстёжка на зиму, к тому же броне пластины, которые превращают и так усиленную кольчужной вставкой и тканью СНВ крутку в бронежилет шестой степени защиты (прим. Выдерживает попадание пули СВД со стальным сердечником). А комбез сам по себе бронежилет до второй степени защиты (прим. Защита от колющее-режущего оружия, и мелкокалиберные пули и дробь). При этом по площади защищенности моему изделию могут составить конкуренцию только штурмовые костюмы спец подразделений, а по комфортности ношения ему вообще нет равных.

Похоже, я невзначай задела мастера за живое, а если точнее за его профессиональную гордость и похоже гордился он собой не безосновательно. Поскольку во всём этом снаряжении, я не чувствовала стесненности движений лишь ощущение как будто бы на двадцать килограмм резко стала тяжелее.

— Хорошо, вы меня убедили — сдаваясь и подняв руки, поспешила успокоить я Мастера, всю обиженную тираду Влад старательно прятал улыбку.

— Ну, что же теперь перейдём к подаркам — подмигнув мне, сказал Джо, подошел к солидно выглядящему металлическому шкафу.

То, что было извлечено из шкафа, с большой натяжкой можно было назвать снайперской винтовкой, может быть и без натяжки, но имело сие произведение очень уж футуристический вид. Первое что бросалось в глаза, это обойма, которая торчала из приклада, а ещё две сложенные металлические ножки вдоль ствола.

— СВУ полностью переделанная мной, фактически это новая винтовка, более длинная, чем оригинальная СВУ, но зато имеет ствол в 720 мм, что на 100 мм больше чем у СВД и на 200 мм, чем у СВУ. За счёт этого, выше начальная скорость полёта пули, точность. К сожалению, сделать винтовку легче при сохранении тактических характеристик мне не удалось. Патроны стандартные СВД калибр семь и шестьдесят две. Прицельная дальность с оптическим прицелом 1600, с открытым прицелом 1300 метров. Дальность прямого выстрела по ростовой фигуре, стандартным патроном около 800 м. Два режима стрельбы, одиночный и очередями по три патрона. Обоймы двух типов, стандартные на десять патронов, и большой ёмкости на тридцать патронов. Возможно установка винтовки на станину или с разложением опорных сошек.

— Ты все-таки её закончил — заворожено прошептал Хотник, его руки сами собой потянулись к оружию.

— И сколько же это чудо вместе с ногами и обоймой на тридцать патронов весит. — Слегка удивленно сказал Влад, с нежность, поглаживая винтовку.

— Ровно пять килограмм.

— Удивительно. — А мне почему-то очень захотелось взять эту винтовку в руки, просто очень захотелось аж до зубной боли.

— Ничего удивительного, ты держишь в руках почти год кропотливого труда и точных расчётов. — Как-то медово-довольно пророкотал Джо.

— Можно — робко попросила я, протягивая ручки к винтовке. Оба мужчины уставились на меня как на табуретку, которая вдруг соизволила, начать доказывать теорему Виета.

Когда мои руки коснулись приклада, пробежались по слегка ребристой рукояти, палец нащупал шероховатую поверхность спускового крючка. Ни когда не думала, что прикосновение к оружию может вызывать у меня такое удовольствие и восхищение. Винтовка была тяжёлой, но в руках становилось продолжением пальцев, а не бревном. Удивительное оружие. Я поймала себя на том, что чуть не замурлыкала от удовольствия, с большим трудом я вернула винтовку Владу.

Хотник, почему то смотрел на меня и понимающе улыбался. А где то внутри, ехидный и грубоватый даже немножко мужской, но всё же принадлежащий женщине проскрежетал, всё равно ты мне эту красавицу сам потом отдашь.

Из мастерской Хотник, вышел, пригибаясь от тяжести двух объемных сумок, кроме патронов производства мастера Джо, там были наборы для ухода за оружием запчасти и запасные стволы для автоматов и винтовки, прицелы, глушители. И ещё довольно много разных нужных мелочей.

В прихожей нас уже поджидала Наташа, теперь она была не в домашнем платьице, а в таком же костюмчике что и я. В общем-то, единственное различие у неё автомат на плече был явно короче моего. В форме, девочка перестала, смотрится совсем уж маленькой девочкой и стала мальчиком с острым подбородком. Вот только немного оттопыренная вперёд курточка могла навести на мысль, что это вовсе не мальчик.

У её ног лежали две небольшие сумки, похоже, Джо нас давно поджидал и решение оставить дочку нам на попечение, было не спонтанным. Вообще меня уже некоторое время мучил закономерный вопрос, как у Негра могла появиться абсолютно белая дочка, к тому же совершенно на Джо не похожая.

— Эх, ну, Наташа пора прощается. — Обняв дочь, произнес Джо.

Я услышала тихий всхлип, так всхлипывает человек, сдерживающийся, чтобы не заплакать.

— До свидания, Папа, я люблю тебя, дождись… я ещё вернусь. — Я отвернулась и вышла во двор, мне стало неудобно подслушивать чужие прощания.

— Не люблю долгие прощания, хотя нет, я вообще их не люблю. — Проговорил Хотник, выходя со мной на крыльцо.

— Кто она и он?

— Эх они такие же как и мы, попаданцы в этот мир, Джо усыновил, Натащу четыре года назад, — усмехнувшись чему-то своему проговорил Хотник.

— А тут есть разве коренное население? — сама не зная, почему спросила я.

— Есть и довольно много, но с большей частью я предпочёл бы не встречаться, миром наша встреча не кончится. — Немного улыбнувшись ответил Влад, присаживаясь на деревянное крыльцо.

— Они опасны? — Насторожилась я.

— Опасны, но не так как ты думаешь. Это не объяснить словами.

— Значит, есть и те, с которыми можно встретиться? — Поинтересовалась я.

— Есть. — Не стал отрицать Хотник. Мне очень захотелось его ударить, ну или слега придушить. Я уже успела привыкнуть, что каждое слово из него приходиться вытаскивать клещами.

— И как их найти? — раздраженно спросила я.

— Первых, знаю, но не скажу, вторые, сами, когда захотят тогда и найдутся — пожав плечами, ответил Хотник.

В этот момент, из двери вышла Наташа, утирая рукавом текущие из глаз слёзы. И Влад, избегая продолжения допроса, бросился помогать донести ей сумки до броневика. Ну не чего в следующий раз ты так просто не отделаешься.

Влад сидел на самом кончике бронированного носа нашей машины, броневик тихо шуршал колёсами, отмеривая километры. Вокруг был ночной город, тихо горели фонари. У Влада в руках была потёртая гитара, на грифе было несколько подозрительных отметин, похожих на следы пуль.

Я лежала на крыше, на броне, и слушала, как Влад играет, он играл переборами удивительно знакомую мелодию, Наташа сейчас была за рулём и я думаю, так же как и я прислушивалась к этим переливам струн. Влад играл так, что фонари, мимо которых мы проезжали, тухли и загорались вновь позади. И тут он запел, а фонари резко вспыхнули, засветившись ярче.

Он яростно ударил по струнам продолжая вести свою песню, а вокруг начинали сгущаться тени. Удивительно сильный голос, не очень мелодичный, но при этом исполненный такой тоски и боли, что реви он раненым медведем всё рано бы не смог испортить песню

Когда его песня до этих строк, по загривку побежали мурашки, а тени вокруг обзавелись видимыми силуэтами. А фонари наоборот почти погасли. Вокруг кружились призраки, именно призраки мужчины и женщины, в старомодных костюмах. Я с удивлением поняла, что они вальсируют под музыку Влада.

Песня подходила к концу, теперь он играл боем, а фигуры, налились красками, полупрозрачные мужчины во фраках, и женщины в воздушных прозрачных, как и они сами платьях. Мужчины подбрасывали своих партнёрш в воздух.

Когда песня закончилась, фонари вспыхнули и взорвались, фантомы исчезли, а пространство разразилось рукоплесканием. Влад дышал как загнанная лошадь, далеко впереди светили уцелевшие лампы фонарей.

— Что это было — поинтересовалась я у Влада, всё же я не замечала за ним большой любви к пению.

— Я платил, за проезд, дань призракам, духу города. — С трудом проговорил, Влад, его рука всё продолжала перебирать лады.

— Духам города?

— Духу, он тут один, призрак этого города, сложно объяснить словами. Ты сейчас ничего не чувствуешь.

— Мне немного не по себе — призналась я.

— Это тебе немного, а меня колотит уже добрые полчаса, сейчас вроде опустило, когда он получил, плату и успокоился — тяжело выдохнул из себя эту фразу Влад.

— Ты боишься призраков? — Удивлённо проговорила я. А из люка броневика показалась любопытная мордашка, Наташи, кепка защитного цвета смотрелась на её голове очень комично, и я не сдержалась от смешка.

— Нет, просто предпочитаю решать дела по возможности миром — устало откинувшись на броню, проговорил Хотник, потихоньку его голос приходил в норму.

Когда прозвучал первый выстрел, Хотника уже не было на броне, в то место где он только что лежал с тихим воем, ударили пули, а любопытная головка скрылась обратно под прикрытие брони. Одна я оставалась на крыше, но ненадолго. Меня за ногу буквально стащили на ходу с крыши. Если бы не костюмчик, одними синяками после падения с броневика на ходу, благо он ехал не быстро, я не отделалась бы. Меня подняли на ноги, и заставили бежать сбоку от броневика, при этом очень не очень лицеприятно высказавшись о моих умственных способностях.

— Что это было? — Ошарашено спросила я у бегущего рядом Влада, который осторожно высматривал через броню, что-то на крышах домов.

— В меня только что стреляли — сказал Влад и почему то хихикнул. — И при этом чуть не попали. Он указал на свой левый рукав, где в коже курточки красовалась маленькая овальная дырочка, чуть ниже сгиба локтя. Я встревожено пригляделась, но оказалась с куртки, пулей всего лишь оторвало кусок кожи.

— С крыши того дома стреляли — указал он на одиноко стоящую в окружении двух и пяти этажных домов девятиэтажку. Будто повинуясь мановению его руки, ствол пушки БТРа, повернулся в указанную сторону.

А затем, я оглохла, из ствола вырывалось пламя и чёрточки пуль соприкасались с парапетом крыши указанного здания. Влад пытался мне, что-то кричать. Но я видела только его открывающийся и закрывающийся рот. Вдруг он понял, что я его не слышу.

Он схватил меня за нос, притянул лицо к своему, его губы нашли мои, я тихо сомлела. Но вместо поцелуя, он зажал мне нос, и сильно дунул в рот. Мир вновь наполнился звуками. Громыхало громко, но даже сквозь канонаду пушки хлопок пощечины оказался очень громким.

— За что? — спросил Хотник, потирая щёку. В этот момент Броневик встал, и я от неожиданности уткнулась в грудь Владу. Не забыв с силой ткнуть его кулачками.

— Что бы держал свои губы подальше? — Зло прошипела я… испортить такой момент для поцелуя под канонадой. Это ж надо было ухитриться, я не знала, на что мне больше злиться, на сам факт поцелуя, или на то, что это всё-таки был не поцелуй.

— Но ты же теперь меня слышишь? — Слегка недоумённо пожал он плечами.

— Слышу — удивлённо сказала я. БТР прекратил в этот момент свою стрельбу.

Даже ночью, я видела большие дыры в бетонной стене здания, откуда по Владу стреляли, да если там кто то был, то уже сбежал, или мёртв.

— Ну, что пошли, посмотрим, кто по тебя стрелял? — высунувшись из люка, бодренько спросила Наташа, м-да в тихом омуте…

— Тот, кто там был, думаю, уже давно сбежал. Да я и так знаю, кто это был. — Покряхтывая и держась за отбитую поясницу, ответил Влад. Похоже, его падения с брони было куда более жестким.

— И кто же это был? — поинтересовалась я. А как же должна же я знать, кого следует прибить при случае.

— Скорее всего, кто-то из патруля города, решил стрельнуть, так сказать попугать. Нас и так не очень-то любят, а меня и подавно, попади и убей, плакать бы ни кто не стал. Чёрт ну я им устрою, захотели цирка будет вам цирк. — Зло ощерился Хотник, от его улыбки, скорее уж оскала мне стало слегка не по себе.

— И что ты собрался делать?

— Увидишь.

Когда мы подъехали к поселению нас уже встречали. Перед массивными воротами, в свете двух мощных прожекторов с вышек, что возвышались над бетонным забором, стояли трое. Вполне обычный серый бетонный забор, две кое как сколоченные вышки с пулемётами и прожектерами вот и всё что представляла из себя внешняя часть поселения.

Признаюсь, я была несколько разочарована открывшимся видом, если не сказать больше. А вот и трое встречающих, при оружии в бронежилетах и касках, вот только глядя на них, я впервые поняла выражение, смотрится как на корове седло. Встречали нас девушки, это было явно видно по тому, как мешковато на них сидела форма. В отличие от нас с Наташей их снаряжение было стандартного армейского образца.

Единственное, что во всём этом балагане смотрелось внушительно, это очень большие пулемёты на вышках, держащие на прицеле наш БТР. Машина остановилась метрах в двадцати от встречающих, ни кто не спешил открывать нам ворота.

— Что бы ни случилось, не вздумайте стрелять. — Спрыгивая с брони, проговорил Хотник.

Он, пошел не спеша, вразвалочку к встречающим, те в свою очередь заметно напряглись. Впереди стояла рыжеватая девушка, вцепившись в автомат, будто от этого зависла её жизнь, но смотрела на Хотника с каким, то вызовом. Слева стояла черноволосая, с длинным шрамом поперёк лица. Она тоже слегка нервничала. А справа стоял единственный парень в этой компании, даже не парень, парнишка лет четырнадцати. Если на его спутницах форма смотрелась мешком, то на нём одежда была подогнута по фигуре. И вообще он смотрелся наиболее боеспособным, если не считать пулемёты.

— Ближе не подходи! — срывающимся на визг голосом приказала рыжая скидывая автомат наизготовку. Она заметно трусила. Влад остановился метрах в пяти от встречающих.

— Это ты в меня стреляла… — это не был вопрос, Хотник утверждал, каким-то странно ласковым голосом.

— Жаль что не попа…

Я не успела ничего понять, Хотник просто растворился, мгновение и мёртвое тело рыжей падает на асфальт с перерезанным горлом, теперь чёрная, она даже не дёрнуться, когда рукоять ножа врезается ей в висок, я услышала противный сухой хруст. Две короткие очереди тушат прожектеры, мир погружается во тьму, но ненадолго, два громогласных взрыва разносят вышки на части.

Во вспышке взрыва я вижу Влада и паренька смотревшего в дуло автомата, понимающим и немного грустным взглядом. В наступившей после взрыва тишине спокойный голос парня кажется жутко громким.

— Прими наши извинения Хотник, не держи зала, урон твоей чести мы компенсируем. — А затем, я сморгнула.

Влад стоял всё там же, в свете прожекторов, а парень помогал подняться с земли удивлённым и испуганным девушкам, вся бравада с них слетела. Я заметила, что в вышках с пола начали подниматься едва различимые темные силуэты.

— Извинения приняты, только в следующий раз, пусть твои горе солдаты, три раза думают, прежде чем нажать на курок. — Процедил сквозь зубы Хотник. Похоже, это представление имело под собой, какие-то цели.

— Спасибо за урок Влад. — А этот парнишка не так прост, как кажется, похоже, он был готов к чему-то подобному.

— Обращайся Перец, только, пожалуйста, если в следующий раз твои дамочки, чего ни будь, отчебучат, сними ремень и всыпь по первое число, я тебе не педагогический инструмент. — С лёгкой усмешкой ответил Хотник, похоже, он был доволен произведенным эффектом.

Влад загрузился обратно на броневик, усевшись на его нос. Дамочки пока не как не могли прийти в себя, да не хотела бы я оказаться на их месте. Похоже, букет ощущений они получили самый полный.

— Ну, открывая, что ли. — Недовольно обратился Влад к некому Перцу.

— Сейчас, работниц посекло взрывом ещё в себя не пришли. Сам виноват, мог и без гранат обойтись. — Буркнул Перец, подходя к нам прижимая к уху небольшой наушник. Его «Бойцы» уже успели скрыться в маленькой калитке в воротах.

— Как, это без гранат! Без гранат никак, было бы нереалистично.

— Нереалистично, а мне теперь, думать надо, если такое смог провернуть ты, то кто ни будь другой, тоже сможет. — Пока он это говорил, ворота медленно разъехались, Наташа завела БТР, и он медленно покатился в открытый створ.

— Ты, правда, думаешь, что кто-то кроме меня в одиночку сможет захватить ворота? — Неподдельно удивился Влад.

— В одиночку, нет, ты у нас один такой… псих. — Хмыкнул Перец.

— Слушайте мальчики, а что это было? — Влезла я в разговор, не смогла больше терпеть.

— А это вообще кто? — Спросил у Влада Перец, так он меня даже и не заметил, такую красивую и неотразимую, обижусь.

— Мой Компаньон.

— Ах, компаньон — с какой-то страной интонацией протянул Перец, и ухмыльнулся, нет, точно обижусь. — Знаете милочка, дорогой Хотник продемонстрировал нам, что могло бы быть, вздумай он захватить наши ворота. А проще говоря, это была вариативная реальность.

— Какая-какая реальность? — в недоумении переспросила я.

— Слушай Перец, выруби ты своего профессора, не надо насиловать девственные мозги. — Обратился Хотник к медленно идущему рядом с БТРом парню. Всё я обиделась. А Влад, даже не заметя этого, обратился уже ко мне.

— Вариативная реальность, содержит в себе все варианты, не случившегося будущего вот кусочек его та я и выдернул, только вот теперь жрать просто зверски охота… — Он почесал свой живот, переведя взгляд на Перца.

— Эй, Серёга бар ещё стоит?

— Что ему сделается — пожал плечами Перец, которого, оказалось, зовут Серёгой.

— Отлично, думаю, тот серьезный разговор, из-за которого ты тащишься рядом с моим броневиком, можно перенести туда? — слегка нетерпеливо проговорил Влад. Похоже, в это заведение он и вправду спешил попасть.

За забором не оказалось чего-то сверх необычного, нечем не примечательные пяти и девяти этажные здания, похоже своим представлением мы разбудили весь этот маленький город, и сейчас разномастные жители этого поселения высыпались на улицу.

Не больше полутысячи человек, но после двух недель гордого одиночества нашей группы, эта толпа казалась огромной, большую часть жителей составляли женщины и девушки, и только относительно небольшая группка мужчин и подростков держалась каким-то особняком. Вся эта толпа провожала нас сонными и злыми взглядами, причём толпа поголовно была вооружена. Мне и раньше под взглядом чужого человека становилось не по себе, а теперь, когда этих людей много, да к тому же весьма недружелюбно настроены. Я чувствовал себя мишенью в тире.

Что такое бар в обычном понимании, это место где люди собираются выпить. Так вот то место, куда мы пришли, больше походило на полуфентезийный трактир, помесь столовой с гостиницей. Бар располагался в здании местной школы, фае святилища знаний было переделано под общий зал, а пустующие классы под сдаваемые комнаты.

Броневик, нагло оставив у входа, мы пошли внутрь, котик увязался с нами. Посетителей было не много, точнее их не было вообще, видимо никто не горел желанием пить или есть столь ранним утром. Идущий с нами Перец пояснил, что скоро придёт столоваться ночная смена охраны, то есть наши хорошие знакомые.

— Жрааааачки — Усевшись за свободный стол, прямо посередине обширного зала потребовал Хотник, жестом указывая нам на места за столом, Крыс благоразумно юркнул под стол, отчего тот, слегка покачнулся.

Дверь за импровизированной барной стойкой, бывшей когда-то, видимо трибуной для выступления всяких деятелей от правительства, открылась. Из двери выскочила помидорно красная толстушка, с черными, всклоченными на манер одуванчика волосами, похоже рёв Влада её разбудил. Толстушка уже собиралась разразиться бранной тирадой, но тут её взгляд наткнулся на Хотника, у неё заметно дёрнулось веко, а лицо расплылось в приторно сладкой улыбке, в общем, то эта улыбка делала её даже немного симпатичной.

— Дорогой должничок, ты ли это или у меня галлюцинации на почве нервного истощения вызванного недостатком сна? — приторно сладко проговорила пышка.

— Ну, я это. — Насупившись, буркнул Влад. — У меня есть, чем с тобой расплатится, так что не волнуйся с долгами, я покончу. — Его слова не предвещали барменше ничего хорошего, но она их просто проигнорировала.

— Да какие долги, киса, когда у меня гости голодные, что будете кушать? — Неожиданно сменила тему Толстушка.

— Нам усиленную пайку на каждого, пива Перцу, молока и мороженного дамам, и один коктейль «Прощай молодость» — Быстро заказал на всех нас Влад.

— И как ты пьешь эту гадость? — Почему то спросила Наташа, за что и была удостоена подозрительного взгляда всей честной компании.

— Папа иногда его пьёт, у него запах в прочем сами сейчас поймёте. — На этот раз взгляд Перца сменился с подозрительного на понимающий.

— Да штука сильная, нам надо бы успеть покушать до того, как Хотнику принесут его пойло.

Еду доставили почти сразу, в общем-то, ничего особенного, но вкусно, очень наваристая луковая похлёбка с просто невероятным количеством мяса, картошка, пожаренная с салом, какой-то салат. Всё по максимум сытно, раньше я бы ни съела и четверти, но сейчас, приняла самое активное участие в расчистке съестных завалов.

Всё было хорошо, мы пили своё молоко, потихоньку дощипывали салат Перец, потягивая пиво, Влад сыто отвалился и тут, ему принесли его коктейльчик. Если честно я думала, что они шутили, но запах я почувствовала ещё от двери. Вы когда-нибудь пробовали нюхать ацетон, смещенный с бензином? Так вот после благоухания этого с позволения сказать коктейля, эти прекрасные ароматы я буду воспринимать как запах фиалки.

Он не пах, и не вонял, просто по всей площади столовой начали расходиться ужасающие миазмы, я быстренько зажала нос пальцем, и с удивлением посмотрела на наоборот оживившегося Влада. Да мой приятель извращенец. Он принял мутную белую жидкость в гранёном стакане, заткнул нос пальцем и большими торопливыми глотками осушил сосуд. Он выдохнул, а затем, натолкнувшись, на мой взгляд, пояснил — На вкус и цвет… — протянул он, уткнувшись снова в тарелку. — Так перец хватит жрать, о чём ты хотел поговорить?

Перец пропустил его слова мимо ушей, старательно дожевал, вычистил миску куском хлеба. И только потом поднял глаза на Алекса, уперев в него не по возрасту серьезный и тяжелый взгляд.

— Влад скоро, грохнет, тебе надо уезжать отсюда, завтра же, война разразится со дня на день, если ты не хочешь принимать в ней участие уезжай, утром. — Похоже, он знал о том, что Хотник не собирается вмешиваться.

— Ну, это я и без тебя знаю, не поверю, что ты тащился за нами столько времени, лишь бы предложить убираться поскорее. — Усмехнулся Хотник.

— И ещё на западе видели макак — на этот раз тяжелого взгляда удостоился Перец. А я снова была пассивным участником этого разговора, признаю мне это начало весьма сильно надоедать.

— Макаки? это что такое? — Поинтересовалась, обращаясь к Владу я.

— Коренные… а увидишь ещё, всё равно мне с этим придётся разбираться, к сожалению это моя работа.

В этот момент в зал вошли, группка девушек. Среди них были и старые знакомцы. Блондинка и брюнетка, что встречали нас у ворот, они зло покосились на нашу компанию, и о чём-то начали тихо переговариваться сидя за своим столом. Мне это не очень понравилось, да и Наташа смотрела на эту группку с опаской, а вот наши спутники не обратили на них никакого внимания. Какими беспечными бывают эти мужчины.

После ужина, мы отправились в комнату, класс был переделан в номер на четыре человека, Влад и Крыс заняли кровати у одной из стен, мы с Наташей у другой. Влад сказал, что надо как следует выспаться, и день завтрашний будет весьма тяжелым, собственно Влад и его кот уже спали.

Наташа, наверное, тоже, а я всё не могла заснуть, почему то мне не давал покоя Влад, что спал, по ту строну комнаты. Вроде бы мы пробыли вместе уже довольно длительное время, причём в стесненных условиях, спали на расстоянии вытянутой руки друг от друга.

Однако ночевать в месте в одной комнате, стало как-то более интимно, что ли. И даже присутствие здесь Наташи не меняло дела.

Я всерьёз подумывала, что бы тихонечко перебраться на ту сторону комнаты под бочок Владу, но вот только где-то в нутрии, кто-то холодный и расчётливый говорил, что в этом случаи Влад прогонит нас.

Скорее всего, из-за того, что он слишком привык быть один. Всё же, больше года в полном одиночестве скитаний по просторам этого не очень дружелюбного мира, оставили на нём свой отпечаток. Интересно, почему почти год его мотало как сорванный с якоря парусник.

Хотя он и упоминал о своём затворничестве вскользь, и не любил говорить о делах минувших предпочитая, отшучивается. Однако я чувствовала, что когда он под моими вопросами начинает вспоминать, его лицо делается очень грустным. А иногда он меня пугает. Размышляя, я сама не заметила, как уснула.

Первое ощущение, это была сила я летела по улице, словно метеор, перескакивая через все возникшие на пути препятствия. Сила и уверенность, именно так я даже не сразу поняла, в чём странность моего сна.

А это именно был сон, во-первых я была немного выше, во вторых, под кожей руки придерживающей автомат буквально перекатывались валики мышц. В один момент в поле зрения попала левая рука, и небольшой шрамик у основания большого пальца.

Такой знакомый, я часто видела, как Влад трёт его пальцем. Это движения стало ассоциироваться у меня с ним. Я в теле Влада отстраненно промелькнуло в мыслях. А по телу разливалась спокойная уверенная мощь, я чувствовала, вздумай я сейчас, с ходу перемахнуть через небольшое двухэтажное здание впереди у меня это без труда получится.

Неужели Влад постоянно так себя чувствует, удивительно, и немного страшно. Человек ли он, а рядом бежал друг. Большой рыжий кот, не очень на себя похожий, он был значительно меньше. И чем-то неуловимо напоминал котёнка-подростка, хотя недавно я его видела, здоровым и матёрым котярой.

Похоже, я каким-то образом попала в сон Влада, если честно я не очень этому удивилась, гораздо сильнее меня удивил голос на грани сознания.

— Конечно девочка, ты ведь хотела оказаться к нему как можно ближе, вот и получи, ближе просто быть не может.

— Кто ты? — прошипела я. Удивительно, но я говорила, сейчас находясь не просто во сне Влада, а буквально у него в голове.

— Я, ты увидишь меня скоро, скажем так, я та кому Влад очень многим обязан, а сейчас, он бежит меня спасать. Точнее пытается спасти.

Вдруг картинка поменялась, теперь я парила чуть выше и правее над Владом, а он всё также бежал удивительно быстро в компании своего кота. Это было странно, сейчас Хотник вызывал у меня ужас. Его по-звериному мягки шаги, длинные чёрные волосы, собранные в хвост. Это был не Влад.

— Так кто же ты? — поинтересовалась я у голоса незнакомки.

— Я тот камень, что своей цепью растёр всю его шею.

Я чуть не пропустила сказанную фразу мимо ушей, потому что Влад остановился, после столь дикого бега, он не выглядел ни уставшим, ни даже запыхавшимся. Он сбросил с плеча автомат, упёрся прикладом в землю, присаживаясь, около настороженно замершего Крыса.

— Извини друг, но мне нужен весь я.

— Я понимаю — почему то расшифровала басовитый мявк моё подсознание. Крыс ткнулся мордой в подставленную руку, не когда не думала, что кошки могут падать в обморок, но именно так это выглядело. Секунда и тело кота, опрокидывается на бок, безвольным кулем, его лапы задёргались в эпилептическом припадке.

Он встал, на первый взгляд не чего не изменилось, вот только теперь он не бежал, а шёл неторопливой походкой.

— Почему он не бежит? почему идёт, и не спешит.

— Ему уже ни куда спешить, да и его враг за поворотом.

Он свернул в неприметный проулок, и картинка сменилась. Их было четверо, это были мужчины, и одна девушка в похожем на мой защитном костюме. А ещё, там была ворона, с неестественно вывернутой шеей.

— Прочь — голос Хотника заставил людей обернуться, а вот был ли он сам сейчас человеком. Даже мне, находясь с ним рядом лишь иллюзорно, стало страшно, а уж тех четверых явно сдали нервы.

Струя огня, полыхнула из маленькой трубы, что держал самый нервный, а потом картинка сменилась, Влад стаял рядом с обезглавленным телом с баком за спиной, а с его руки тихо капала кровь. Влад горел, горела одежда, его волосы, у него не осталось ни бровей, ни ресниц, но он не обращал на покрывающие его свежие ожоги, ни какого внимания.

— Может, пропустим, ничего интересного не произведет, просто на три трупа станет больше. Запомни девочка, он страшен только в бою. А по сути, он двадцатилетний юнец, не доживший за всю свою бесконечную череду смертей до зрелости.

— Нет, я хочу это видеть.

Они начали стрелять одновременно, вот только Влада на том месте уже не было, один попал под огонь своих же соратников, что провожали размывшуюся фигуру Хотника очередями. У второго из носа неожиданно пошла кровь, его глаза остекленели, он упал на асфальт и забился в предсмертных судорогах. Третьему мужику с большим шрамом повезло больше, он достал Влада буквально последними патронами в магазине, пули превратили автомат на плече Хотника в бесполезную палку. Вот только этому человеку, это мало помогло, я не успела увидеть, как Влад вытащил пистолет и выстрелил, но грудь мужчины буквально взорвалась, разбрасывая ошметки куртки во все стороны.

Ещё сжимая пистолет в руке, Влад медленно поднялся с асфальта, мотнул головой, его волосы ещё дымились, и бросился к девушке.

Его руки заскользили над её телом с чудовищной скоростью, на секунду мне даже показалось, что от его пальцев разлетаются слегка светящиеся полосы.

— Что он делает?

— Пытается меня спасти.

— Но что с тобой? — Никаких видимых повреждений на её теле я не заметила, если сравнивать с Хотником. Вот он выглядел как настоящий зомби, чёрное обожженное лицо, красные покрытые волдырями руки, сожженные волосы.

— Моя Ворона, якорь удерживающая моё сознание от распада, была убита животорговцами, а он пытается привязать моё сознание к своему, вот только я не дам ему это сделать. Он сам чуть живой. Поймать две пули, обгореть под пламенем пускай кустарного, но огнемёта. Вообще я сейчас откажусь, может быть, я ошиблась, но в тот момент, как я открою глаза и увижу его лицо. Да лицо, не лицо, а сожженная чёрная маска, с двумя щелями на месте носа. Глаза и зубы, единственное, что не пострадало.

Он закончил размахивать над девушкой руками, положив на грудь девушки руки, словно собирается делать массаж сердца. Воздух задрожал, и тут она открыла глаза. Хлопок. Влада подкинула метра на три в воздух, и приложило спиной об стену.

— Это я рву связь…

Хотник вскочил на ноги, рывком расстегнул куртку, в его пальцы сошлись на уже знакомой мне цепочке. На выдохе он сорвал с себя цепь, сдёрнул вместе с кожей с шеи. Брызнула кровь, шатаясь, он поднялся.

Цепочку он обмотал вокруг рукояти ножа, встал на колени над девушкой, мгновение и нож по рукоять точит из её груди, а он начинает разматывать цепочку с рукояти, но теперь на конце цепи болтается маленький чёрный шарик в золотой оправе….

От пребывания в городке у меня остались смешенные чувства. С одной стороны более чем холодная встреча, открытая враждебность по отношению к Хотнику. А вот провожали нас с какой-то затаенной надеждой во взгляде. Да и Влад смотрел назад с грустью, впереди нас ждала Москва, и почти тысяча километров дорог. Влад сказал, что мы идём на запад, в погоню за солнцем.

Если судить по его карте, нас ожидали ещё два поселения, мёртвый город, авиаторы, и ещё какая-то непонятная загогулина, почти в самом центре Москвы. Хотя меня всё это уже не волновало, наверное, человек привыкает ко всем, вот и я привыкла к Владу и его коту, даже вступившая в наши ряды позже Наташа начала становится родной. Да и мир этот, хоть и был страшен, но оказался куда менее подлым, чем тот в котором я жила раньше.

Может быть, возможность не боятся быть обманутой или преданной, стоило всего того, что я потеряла. За время нашего путешествия я связывалась с родителями трижды. Тому, что было написано в первом письме, они явно не поверили, а солгать я не могла, каждый раз, когда я хотела изменить события, что-то внутри меня боязливо сжималось, пришлось писать правду и ничего кроме правды, ну разве что я кое-что немного приукрасила.

Конечно, они мне не поверили, тогда мне пришлось тайком щёлкнуть Влада на фотоаппарат. Вид Хотника рассеяно поглаживающего своего кота, стоя на крыше бронетранспортера под ночным небом, наверное, он их и убедил. И ответы изобилующие просьбами вернутся, каждый раз заставляющие меня плакать прекратились. Отец стал больше, интересовался моими делами, с каждым письмом его интересовали всё новые детали. Он даже попросил прислать ему фотографию моего новенького автомата и амуниции, желательно с пояснениями.

Вообще я стала больше фотографировать этот удивительный безлюдный мир. Абсолютно пустые ночные города, лисов и медведей на центральных улицах, темные силуэты сов на крышах зданий.

Похоже, родители смерились, что больше никогда не увидят дочь, а вот я до сих пор иногда рыдала в подушку, из тёплой спины Крыса вспоминая дом. Умный кот, в такие моменты, замирает и начинает тихо мурлыкать. Иногда мне даже мерещатся, в его мурлыканье тихие утешения.

Почему-то я не когда не видела, что бы Влад или Наташа отправляли письма домой. Хотя нет, Наташа регулярно звонит, своему отцу, Джо. А вот Влад ведёт живой журнал, и даже выкладывает там фотографии. Вот только почитать свой блог он мне не даёт, гад.

Сейчас лёжа на подстилке, на крыше БТРа, в одном очень мини купальнике, подставив тело лучам солнышка. Я рассеяно, вполглаза наблюдала за сторожащим меня Владом и его котом, что прикорнул рядом, отбрасывая сейчас тень на мою левую ногу.

Хотя у меня под боком и был нож и автоматом с накинутым на руку ремнём, Влад всё равно настоял на том, что бы охранять меня во время принятия солнечных ванн. Вначале мне было очень лестно такое внимания, и я даже приготовилась ловить его восторженные взгляды, однако этот истукан на меня даже и ни смотрел. Его куда больше занимало осматривание окрестностей, вон даже его кот, проявлял ко мне больше внимания, хотя я подозревала, что с чисто гастрономической точки зрения.

Конечно, умом то я понимала, что он оберегает меня от всяческих опасностей, и огородить от них он может куда лучше кого бы то ни было. Вот только всё равно невнимание к моему новому (реквизированному в одном из многочисленных магазинов) купальнику, одетому специально, для него, несколько раздражало, да что там откровенно бесило.

— Влад… — крикнула я, но не удостоилась, ни какой реакции, он, сидя на броне в моих ногах, всё также вертел головой на все триста шестьдесят градусов и прижимая к животу, словно баюкая свой новый автомат. Неожиданно для себя я поняла, что мне немножко завидно его оружию. Помотав головой я, отогнала наваждение.

— Влад… — я примерилась и стукнула его пяткой, куда-то пониже спины. За что удостоилась рассеянного взгляда, начиная с ног и заканчивая, в общем, от взгляда я слегка покраснела.

— Что такое? — как-то отстранённо спросил он, вернувшись к обозрению окрестностей, похоже, мой друг витал сейчас в облаках.

— Почему ты ни разу не отправлял письма своим родным? — задала я вопрос, что бы хоть чем-то привлечь его внимание.

— Он и считают, что я умер, и пусть это так и остаётся. Тот пазик, в котором я ехал, попал в аварию, и загорелся, выгорев почти полностью. Всё что осталось от тех, кто был внутри, можно было собрать веником в совочек. — В его голосе не чувствовалось ни каких эмоций, казалось я говорю с роботом.

— Но как, же это, твои родные будут рады, если узнаю, что ты жив.

— Когда я смог добраться до компьютера, прошло уже две недели, как я попал сюда, они успели похоронить, то, что от меня осталось, если быть точным хоронили они пустой гроб. У моей мамы не такое крепкое здоровье, что бы прижить потерю сына дважды. — Я увидела, как белеют фаланги пальцев сжимающие, автомат, и приклад жалобно скрипит. Опомнившись, Влад ослабил хватку.

Я перевернулась на живот, почувствовав, что с одной стороны, я пропеклась в достаточной мере. Запустив пальчики в шерстку на голове крыса, я начала их перебирать, за что тут же была вознаграждена басовитым мурчанием.

— Послушай Влад, а с чего это ты вдруг решил меня охранять? Думаешь, меня могут украсть? — потянувшись всем телом, спросила я.

— Ты что не чувствуешь? — Его удивлению не было придела, Влад даже опустил взгляд на мою бренную тушку.

— Нет… — как-то неуверенно сказала я. Именно сейчас, когда он сказал, я начала ощущать на себе чужие, и не очень добрые взгляды.

— Всё-таки почувствовала — убеждённо сказал Хотник, — похоже, Макаки, где то рядом, только теперь надо ждать пока они покажутся, удивительно, что они подошли так близко к поселению, мы и на двадцать километров отъехать не успели.

— И может, ты всё-таки пойдешь, оденешься? — Сейчас я была с Владом полностью согласная, но женская натура требовала отмщения за столь длительное пренебрежение к моей скромной персоне с его стороны.

— Знаешь, ты первый мужчина, который, хочет меня не раздеть, а одеть? — Влад одарил меня тяжелым не предвещающим ничего хорошего взглядом.

— Если ты сейчас же не оденешься в броню, я стану первым мужчиной, который тебя связал и запихнул в БТР, причём связывать тебя я буду своими носками.

Одевшись, перекинувшись парой слов с Наташей о грубости мужской натуры, я высунула свой нос из люка. Влад стоял на броне и нервно сжимал автомат, переводя взгляд от здания к зданию с чудовищной скоростью. Отчего волосы на его голове развивались как в рекламе дешевого шампуня. Мне это очень не понравилось, он не был так напряжен под прицелом пулеметов в городе, а здесь от него на полметра так и несло беспокойством. Я выползла на броню, и тоже стала озираться, стараясь ухватить по удобнее автомат.

Появление орангутанга я пропустила, сначала даже не поняв, что это не человек. Всему виновата была одежда. Джинсы сильно расширенные к низу, черная кожаная косуха, белые перчатки на мосластых руках, с излишне длинными пальцами. Если не приглядываться обычный человек, просто очень широкоплечий и немного сгорбленный. Вот только если взгляд перевести выше, приплюснутый нос, мощные надбровные дуги, на орангутанга это существо сильно не походило.

Его морду за вычетом волосатости и характерного для приматов носа и губастости больше напоминало человеческое лицо, только фигура, что называется поперёк себя шире, внушала уважение. В руках этот представитель человекообразных сжимал автомат.

— Человек и кошка плачут у окошка — голос орангутанга заставил меня вздрогнуть, интересно, почему их зовут орангутангами, фигурой и мордой он куда больше походил на обезьяну. Да и сам голос был примечательный, я однажды слышала горловое пение, орангутанг пел очень похоже, вот только как он мог пропеть слова горлом, понятия не имею.

— Сильвер!? Ты ли это старая макака, с какого перепугу ты стал сухопутной крысой? — спрыгивая на асфальт, пророкотал Хотник. — И какого чёрта, ты так близко забыл у человеческого поселения, облезлый ты половичок? — Хотник и Обезьян обнялись, чем вызвали у меня когнитивный диссонанс.

— У нас беда, Хотник, мы шли, зная, что вы люди умеете больше нас, — тихо проговорил Обезьян.

— Что за беда? — нахмурившись, спросил Хотник.

— Я не могу сказать, пойдём к Вожаку.

— К этому напыщенному мешку… — Дальнейшая тирада, заставила меня покраснеть до кончиков ушей.

— Тем не мнение, он наш Вожак — мне показалась или в словах обезьяна послышалась лёгкая угроза.

— Хорошо, только как понимаю, надо будет идти на своих двоих? — поинтересовался Хотник.

Закрыв броневик, и основательно вооружившись, наш маленький отряд, выдвинулся к убежищу макак. Они обосновались в обычном девятиэтажном доме, предварительно повыбивав все закрытые двери. Наблюдать двух макак в зелёненьких армейских касках и с автоматами, что исполняли роль часовых, у подъезда было достаточно потешно.

Обезьяны с трудом удерживали неподвижное положение, было видно что стоять хоть сколько ни будь, не двигаясь для них, было высшим мучением. А когда часовой отдал нам честь, мы с Наташкой дружно прыснули, с трудом сдерживая рвущийся наружу смех. За что были одарены Владом очень и очень неприятным и тяжелым взглядом, ему было явно не до шуток.

В лучших традициях всех вождей обезьян, здешний голова расположился на последнем этаже в большой и светлой трёхкомнатной квартире. Зал был переоборудован, и прямо по центру стоял аляповатый трон, фасоном больше напоминающий эдакий гигантский унитаз. Хотя это я ошиблась, это он и был, унитаз циклопических размеров возможно в заблуждения меня ввели подлокотники, данного устройства, да и разукрашен он был до неузнаваемости.

Но вот личность что восседала на «троне» это была не обезьяна, точнее обезьяна размером с гориллу. На голове у него красовалась корона, сделанная, как кажется из ведра с оторванным днищем, а вместо посоха он использовал настоящий гранатомет. У Влада в БТРе есть один такой, я как-то пробовала его подержать, тяжелый он жутко, а этот павиан, оперяясь на свой посох, иногда отрывал его от пола одной рукой и даже не морщился.

— Влад Хотник приветствую тебя, человек друг наш. Нихао — от этих слов я впала в лёгкий ступор.

— И я приветствую тебе вождь, обезьян пусть тебя всегда сопутствует удача на охоте. Нихао — Потом Влад тихонечко наклонился к моему уху и прошептал. — Похоже наш человекообразный друг на этот раз решил поиграть в вождя краснокожих. Не обращай внимания, скорее всего, посмотрел фильм про дикий запад, тебе ещё повезло я как-то был у него в гостях после терминатора. — Влад картинно закатил глаза.

— Наташа дочь Оружейника приветствует тебя вождь — наморщив свой прелестный носки, представилась она.

— Мария — Снайпер, приветствую тебя вождь обезьян, желаю, что бы нас ни когда не разделило перекрестие прицела — Губы сами растянулись в безумной улыбке, о господи что я делаю, Влад посмотрел на меня будто на автомат неожиданно вместо звуков выстрелов начавшего играть Шопена. Да что же это некогда не замечала таких замашек за собой, в ужасе подумала я. Это же почти неприкрытая угроза. Разредил обстановку «король» неожиданно не естественно громко рассмеявшись.

— Наш род обезьян, уважает стрелков — отсмеявшись, смог выдавить из себя вождь и затем уже обратился к Владу. — В печальный час, дух предков послал тебя нам Хотник.

Тихо подал голос кот, что всё это время лежал, развалившись позади нас. Почему-то в его мявке мне почудились слова, точнее вопрошающий вопль «Ну почему всем от меня, что-то нужно?!».

— Мою дочь, разговаривающую с духами Ш'ену порвал кот. — В голосе этого большого и самодовольного примата, послышались болезненные нотки.

— Как давно это случилось? — Влад заметно напрягся.

— Два рассвета назад…

— Так какого хрена, ты вонючий мешок с дерьмом! Мы, понимаешь ли, тут обмениваемся любезностями, а девочка сейчас загибается! Веди вождь, пока я ещё контролирую себя. — Мне не доводилось видеть Влада настолько разъяренным. И самое интересно вождь очень спокойно воспринял все оскорбления. Молча, поднялся и повёл нас в соседнюю комнату, в той же квартире.

Порога макак не переступил, пропуская меня и Влада в дверь, едва Хотник переступил порог, он застыл как вкопанный. Развернувшись, он жестом указал Наташе уйти прочь, его лицо не сильно отличалось по цвету от светлых обоев, поклеенных в коридоре.

— Наташ, побудь на кухне. — Видя её удивлённый взгляд, сказал он ей, затем он обратился к Сильверу, что всё это время сопровождал нас незримой тенью. — Сделай ей чаю, угости гостью, да и кота моего надо бы покормить.

— Что там? — с замиранием сердца спросила я.

Влад ничего мне не ответил, просто отступил с прохода, позволяя мне войти. На кровати, поверх белых простыней лежало нечто, только формой напоминающие человека. Да это была человеческая девушка, вот только она словно попала в мясорубку. Изломанное тело, изодранное когтями, неестественно вывернутые руки, но самое страшное было лицо, его просто не было.

— Господи как же это… — сами собой прошептали губы.

Влад подошел к кровати. Коснулся руки девушки, провел вверху к лицу, коснулся места, где должны были быть глаза. Казалось за его пальцем, следует светящаяся линия. Его голос показался мне чужим и холодным.

— Она отбилась от группы, не знаю куда вы шли, но на неё напал кот, он был один. Он играл с ней до тех пор пока игра ему не наскучила, первыми он сломал ей руки, чтобы она не могла, сопротивляться, затем чтобы не могла бежать перегрыз сухожилия на ногах. Старый и матёрый кот, ещё живую он начал её жрать, вот только закончить трапезу ему не дали.

— Его спугнула поисковая группа, к сожалению, не убила, ты сможешь помочь ей Хотник? — В голосе вождя обезьян явно слышались просительные нотки.

— Знаешь, кого другого я послал бы с такой просьбой куда подальше, она уже должна была умереть ещё там под зубами ненасытного зверя, но её душу удерживает здесь незавершенное дело, другому я посоветовал бы оборвать эту нить, избавить девочку от страданий, ей ещё долго страдать после. Но думаю самое время моей компаньонке усвоить новый урок. Да и ты вождь, будешь мне должен больше чем жизнь, если она сейчас умрёт, за гранью её ждут ещё большие мучения, до тех пор, пока душа не исцелит себя сама.

— Я уплачу любую цену, только спаси её, проси что хочешь.

— Равноценный обмен… услугу, которая бы была равна тому, что я собираюсь сделать. — Усмехнулся Хотник.

— Не одна услуга не покроит твоих усилий, раздели просьбу на части.

— Думаю, она будет состоять из трёх частей, первая часть, вы сожжете центр этого города, разрушите его до основания, что бы ещё лет сто там не чего не могло восстановиться. Знаю вы это можете, вторая это относится к жрице, пускай она нагонит страх на оба местных поселения, такой ужас, что бы они, бросив всё, бежали отсюда и желательно в разные стороны.

— А третье? — после того как Хотник замолк, и начал водить руками над телом девушки, в нетерпении спросил Вождь.

— Третье, вы придёте мне на помощь по первому моему зову или по зову моего компаньона. — Влад закрыл глаза, и сосредоточенно ощупывал то, что осталось от лица девушки.

— Ты слишком многого просишь Хотник. — Влад открыл глаза и очень внимательно посмотрел в глаза Вождя.

— По сравнению с чудом, которое ты вождь от меня требуешь, эта плата ничто. — Хотник буквально прошипел это, и, не дождавшись ответа, добавил. — Принимай решение быстрее…

— Хорошо я согласен. — Большой обезьян вдруг стала маленьким, его плечи опустились, а взгляд потух.

— Тогда распорядись принести хирургический набор, бинты, вату, накипятите воды, нужны лекарства антибиотики, антисептики короче спроси у Наташи какие лекарства нужны для сложной операции и прошу, удались отсюда, то, что тут будет происходить, не для твоих глаз, можешь помешать, и всё испортить.

— Хорошо через полчаса у вас будет всё, максиму через час, но если она умрёт Хотки…

— Знаю, ты порвешь меня на части, иди уже. — Отмахнулся от него Влад, полностью сосредоточившись на девушке. Я уселась в кресло единственны предмет мебели кроме большого письменного стола, на котором можно было сидеть.

— Ты правда бы оставил её умирать, откажи тебе Вождь? — после того как вождь ушел, спросила я Влада мучавший меня всё это время вопрос.

— К сожалению, нет, я не могу пройти мимо такого! — он кивнул головой на кровать. — Но вождю незачем знать всей правды, я ведь ему не соврал и не угрожал, просто сказал не всё что мог бы. И ты думаешь, он бы согласился, выполнят мои просьбы, зная, что его проблемы я решу в любом случае, в независимости от его ответа. — Влад посмотрел на меня и грустно улыбнулся. — Конечно, он бы не отказал мне в помощи, но втянуть себя в межчеловеческие распри не позволил бы.

— Ты только что предотвратил войну, походя, не прилагая ни каких усилий — В удивлении сама для себя прошептала я.

— Об затраченных усилиях, поговорим через два дня. А насчет войны, мне выпала возможность предотвратить бессмысленную резню и я ею воспользовался. Правда то, что я причастен, к происшествию из-за которого целая туча народу лишилась своего крова, станет скоро известно, и нам придётся бежать отсюда в очень большой спешке, да и Наташе с оружейником я сделал этим медвежью услугу. Не влезь я, через месяц два она смогла бы уже вернуться, теперь ей придётся путешествовать с нами несколько дольше.

— Хорошо оставим, ну и как ты собрался её лечить? — я решила сменить тему разговора, видя, что Владу она неприятна.

Почти неуловимое движение пальцев, и комната озарилась янтарной вспышкой, Влад проделал это с какой-то нарочитой лёгкостью. Вот только я уже достаточно пробыла с ним рядом, что бы заметить как его пальцы начали слегка подрагивать, а дыхание почти незаметно участилось.

— В этом мире, возможно, многое, вопрос только в цене. — Он улыбнулся, его улыбка показалась мне какой-то странной, натянутой, будто он прятал от меня истинные эмоции. — А мне есть чем платить.

На кухне было жарко, обезьяны спали. Эти два дня прошли как в тумане — я срезала бинты, обрабатывала сотни ран, а потом за них брался Хотник. Казалось ему стоит только провести ладонью над раной, как кровотечение прекращалось и ранка покрывалась корочкой. Вот только рана не куда не девалась. Все те раны, даже поджившие, непременно убьют её.

Я и Наташа пили чай, Влад прогнал меня ещё вечером, а сейчас уже начало светать, мы обработали все раны, но хуже всего было лицо, когда я сняла повязки, в голове промелькнула мысль, лучше бы он умерла.

У неё больше нет глаз, носа, губ и щёк, удивительно как уцелела часть зубов и нижняя челюсть, и у неё осталось только одно ухо, волосы держатся на одном лоскуте кожи, едва держащимся на черепе.

— Не бойся он её вылечит, и с ним не произойдет ничего не поправимого — подала голос Наташа.

— Откуда ты знаешь? — Честно говоря, мы в первый раз разговаривали с ней так наедине, обезьяны спали, они дневные создания, ночью они спят.

— Три года назад, когда я попала в этот мир, я выглядела иначе, совсем иначе. — Она достала откуда-то из кармашка фотографию и подола мне, со снимка на меня смотрела белокурая девочка, не имеющая ничего общего с той, что сидела напротив меня. По-мальчишечьи грубые черты лица, короткие белые волосы, шортики и футболка, а ещё сбитые коленки.

— Так я выглядела до того, как попала в этот мир. Кошки как-то чуют место, где появится новый человек, это бывает не так часто, но случается, что первым, что видит человек, попавший сюда, медленно приближающую к нему стаю кошек. — Из её левого глаза упала на грудь одна единственная слезинка, а веко задёргалось в нервном тике.

— Три года назад, Влад и Блеки, спасли меня, а потом Блеки сделал меня такой, какая я сейчас есть. Я помню, Крыса ещё котенком, который умещался у Влада в одной ладони.

— Если тебе тяжело говорить об этом.

— Нет, всё нормально Мария, честно говоря, я рада, что попала сюда. Там за гранью у меня не было ни чего, здесь же есть люди, для которых я что-то значу. И все в этом мире за гранью знают, что если Наташу Оружейницу кто-то тронет хоть пальцем за ним придёт Хотник — Она вздохнула, очень внимательно и по взрослому посмотрела мне в глаза.

— Влад сделал из себя пугало для целого мира, его ненавидят, его именем пугают детей. — Всегда этот мир подчинялся праву сильного. Но теперь каждый знает, что есть тот, кто сильней. И стоит ему перестать быть человеком за ним придёт Хотник.

— Но он же не бог, и он не всемогущ, если его ранить потечёт такая же красная кровь. — Ужаснулась я.

— Да ты права, вот только все убеждены в обратном, он создал вокруг себя это образ неутомимой гончей и использует его на всю катушку. Знаешь, иногда я боюсь, что в один ужасный момент его не станет, и те, кого держит только страх, сорвутся с его цепей.

В этот момент в кухню буквально ввалился Сильвер, а за ним по пятам следовал Крыс, большой кот явно играл, примеряясь как получше зацепить эту большую мохнатую обезьяну лапой. Вот только того, что Сильвер резко остановится, похоже, кот не ожидал. Потому как он воткнулся в его спину, и кошачье обезьяний клубок покатился по полу. Будь на месте обезьяна человек, мало бы ему от этого столкновения не показалось, а Сильвер поднялся, как ни в чём не бывало, вытаращил безумные глаза на меня и Наташу, заставив внутренне сжаться.

— Он смог, пойдёмте скорее, он говорит, что сейчас она очнётся.

В комнате не считая Хотника было трое, Наташа, изрядно поседевший Вождь обезьян, и я. А ещё белая и безжизненная девушка, у неё было совершенно чистое и здоровое лицо. Вот только его черты. На кровати лежала девушка очень похожая на Хотника. Похожая как дочь или сестра, та же линя подбородка, тот же нос. Только всё это более тонкое и изящное, девушка была без сомнения красива.

Влад стоял спиной к нам, до ушей натянув капюшон. Смотрел в стену, и именно в этот момент у меня зародились не очень хорошее предчувствие. Влад дрожал, всем телом, будто ему было жутко больно, или холодно.

— Когда она очнётся? — подал голос вождь.

В место ответа, Влад приложил руку к своему рту, послышался звук натужного выдоха, а затем он коснулся лба девушки, пальцами, облаченными в чёрную кожаную перчатку. Эта перчатка стала вторым тревожным звоночкам, а в этот момент девушка открыла глаза, и окинув комнату растерянным взглядом.

И тут я с ужасом поняла, что девушка смотрит на меня такими родными и знакомыми глазами — иногда грустными, весёлыми и озорными, смешливыми, а иногда страшными. Глаза человека, что спас меня, глаза того с кем я решила идти бок обок по этому миру, глазами Влада.

Дикая злость поднялась от куда-то из живота, и пробежала по жилам, я подошла к Владу, и положила руку ему на плечо, и он вздрогнул от этого прикосновения. Я почувствовала, что его слегка шатает.

— Повернись и посмотри мне в глаза.

Он повернулся, вот только ни глаз, ни лица у него нее было, не очень умелая, наложенная явно второпях маска из бинтов открывало одну сплошную рану.

— Зачем? — сказал я, ударяя кулачком ему в грудь, чувствуя как от этого лёгонького прикосновения, по его телу снова проходит волна дрожи. Но он молчал.

— Зачем Влад? ответь же — голос сорвался.

Его левая рука поднялась, он шевельнул пальцами и коснулся моих губ, на левой руке у него не было перчатки, его кожа была сухой и холодной, а затем его пальцы заскользили выше, вытерли выступившие вдруг слёзы. «Так было нужно, мне сейчас трудно говорить, помоги дойти до БТРа».

Первый момент я подумала, что мне показалась, но когда Хотник пошатнулся, я поспешила ухватить его за руку…

Не знаю почему, но укрывшись бронёй ставшего таким родным БТРа, мне стало холодно. А может причиной тому стали новые раны, которые, теперь обильно покрывали Хотника, в дополнении к уже зарубцевавшемуся следу когтей добавилось, почти полное отсутствие кожи на спине, нескольких серьёзных ран на груди, большая дыра в шее, на месте кадыка. Влад стал человеком без лица, кожу и мясо с костей как будто аккуратно сняли скальпелем, из-под повязки белели кости, и немногие оставшиеся мышцы.

Влад лежал на лавке на животе, БТР снова вела Наташа, а я сидела рядом, и всё пыталась понять спит Влад или нет. Теперь стало затруднительно это определить.

«Я не сплю, во тьме тяжело спать, хотя я уже однажды был слеп» — Голос прозвучал у неё прямо в голове, и её несколько насторожило.

— Влад это ты только что сказал.

«Мой кот сейчас как раз спит, так что это точно я, а может быть проявления шизофрении» — В его голосе послышалась насмешка. Это было странно, прежде чем Влад начинал говорить в голове появлялся странный зуд, обычно чешется, что-то снаружи, а тут чесалось, что то внутри черепа.

— Ты что телепат?

«Нет, конечно, просто я транслирую вибрацию своего голоса в маленький микрофон, что незаметно ввёл тебе в среднее ухо».

— Что? — Вскинулась я, представляя, как Влад огромной иглой….

«Спокойней, мы с тобой заключили контракт, и между нами образовалась связующая нить, именно ей я пользуюсь, что бы общаться с тобой».

— Скажи почему, почему ты это сделал? — я чувствовала, что срываюсь на истерику, но ничего не могла с собой подделать. Все те раны, нанесённые Владом фактически самому себе выбили меня из колеи.

«Я делаю то, что считаю нужным, я заключил договор, а это много, мне надо было вернуть её в жизнеспособное состояние, душевные раны я залечил, но раны физические, ни куда не делись, или ты мне предлагала оставить её без глаз и лица».

— Зато теперь без глаз и лица остался ты! — Вырвалось у меня, если честно мне было плевать на незнакомую мне девочку, мне было плевать, что тут разразится война. Но сейчас глядя на дрожащего, на своей лавке Влада, мне хотелось плакать.

«Так это не навсегда, уже через две недели я буду как новенький, а через два месяца снова смогу видеть» — в его голосе проскользнули понимающие нотки. Хотя какой голос может быть в голове.

— Как не навсегда? — С недоверием переспросила я, все мои медицинские знания противопоставлялись той надежде, которую дарили слова Влада.

«Я старшая душа, это звучит странно, но даже убить меня весьма не простая задача. В идеале надо отделить голову от тела, или нанести серьезный вред душе.

— Как Дункан Маклауд, что ли? — не удержалась я от улыбки.

«Ты обо мне слишком хорошего мнения» — а ведь такое сравнение ему явно польстило! — «Кровью я истечь все-таки могу. Да и если в моих жизненно важных органах наделать дыр я загнусь быстрее, чем они восстановятся… Да и память выпивать я не умею» — попытался он отвлечь меня от мрачных мыслей, — «Другое дело, что те раны, которые оставили бы простого человека калекой, на мне заживают как… Хм, как на мне. Рука, например, у меня отрастёт за пол года»

— Почему ты не сказал мне раньше — Я злилась на него, он заставит меня волноваться, хотя всё ещё где то внутри было некоторое не доверие.

«А ты бы поверила? посмотришь на меня через две недели».

— Хорошо, тогда давай без сказок про магию, что ты делал? — Постаралась успокоиться я.

«Знаешь Мария, ты должна была за это время уже понять, что этом мире, возможно, многое. Может быть, возможно, всё. Так вот тут магия может существовать, хотя я ей не владею. Всё, что я делаю просто способности старшей души, но я знаю людей которых можно назвать магами».

— Ты впервые назвал меня по имени!

«Правда» — мне показалось, что Влад смутился, и он тут же сменил тему. «У меня есть теория, что мир, в который мы попали это промежуток между двумя параллельными мирами, уже не наш мир, но ещё и не другой. В поселении ты не заметила ничего странного?».

— Если делать скидку, на то место, в котором мы находимся, только полное отсутствие маленьких детей при таком количестве девушек и женщин. — Усмехнувшись, ответила я.

«В этом мире, невозможно иметь детей, если быть точным дети рождаются, но такой ребенок, ни когда не закричит, ни когда не будет ходить, ни когда не заговорит, дети этого мира не имеют самого главного, души»

Следующие две недели прошли спокойно, мы продолжали отдаляться от поселения всё дальше и дальше. Влад почти не вставал, хотя основной трудностью для него в этот период его жизни был приём пищи, не буду рассказывать, как ест человек, у которого нет щёк.

С каждой перевязкой я с удавлением наблюдала, как на почти голую кость нарастает мясо и хрящи, и постепенно к Владу возвращается его внешность. Через неделю он смог говорить, три дня назад он решил в первый раз самостоятельно выйти наружу. А сегодня о его ранах напоминает только неестественно розовая кожа на лице.

Я сидела, на броне, сжимала автомат, и цепко оглядывала окрестности, охраняя Влада. Влад же теперь лежал на том месте, где когда то загорала я, подставив лицо солнцу, он дремал, сжимая в одной руке рукоять катаны.

Не думала, что мы так быстро поменяемся местами, от автомата Владу пришлось отказаться. Пускай он мог, как-то ориентироваться даже не имея глаз. Но первые пробные стрельбы показали, что если мишень дальше двадцати метров Влад начинал нещадно мазать. И вот теперь Влад дремал, а я его охраняла.

Если честно я не очень понимала, от чего его собираюсь охранять. Наверное, эти два часа мне хотелось, просто побыть с ним наедине, и только сейчас, когда из бескрайнего поля, мы въезжали в город, моя охрана становилась целесообразной.

Хотя это был не город, скорее посёлок городского типа. В этот момент Влад подхватился, наверное, если бы на его глазах не было повязки, я бы увидела, как он удивлен. Он сказал одно единственное слово.

— Одиннадцатый, — это звучало удивленно и как-то недоверчиво. Он сорвался с брони, и невероятно быстро побежал в сторону города, обгоняя несущийся добрые, пятьдесят километров в час броневик.

То, что я попал в другое место, отличное от того в котором был, я понял сразу. Новые запахи шибанули в нос посильнее, чем шестопер рыцаря. Я попытался зажать нос пальцами, но это не очень помогло.

Когда я открыл глаза, первой мыслью было, лучше бы я их не открывал. Солнце раскольной сковородкой ударило в них, отозвавшись жуткой головной болью. Я приподнялся и увидел что лежу на чём-то чёрном и твёрдом, похоже материал покрывал дорогу. Вот только таких дорог я ещё не видел, чёрное полотно с нанесенными по центру белыми прерывающимися линиями.

Странные квадратные коробки, видимо дома, а по кругу меня обступали три кота-душегуба. Само по себе это было не страшно, если бы ни размер обступивших меня тварей, они были раз в десять больше тех, что обитали у меня на родине.

Я проворно вскочил на ноги, потянулся к луку за спиной. Лук рассыпался у меня в пальцах древесной стружкой. Вот теперь точно конец, остался только короткий кинжал на поясе, пригодный разве что зарезаться.

Медленно поднявшись и встав на ноги, сделал два шага назад и побежал, уже понимаю всю честность этой попытки. А кошки азартно прыгнули за мной, одна походя, зацепила лапой, не выпуская когтей. Потеряв равновесие, я разодрал колени об это странное покрытие местной дороги, однако всё же не упал.

Выбиваясь из сил, я побежал, что было мочи, вот только даже эльф, не сможет убежать от кошки. Боль в спине от удара, пришла не сразу, а когда пришла, я смог сделать только ещё два шага. То, что сделал кошка всего одним ударом лапой, не могли сделать лучшие носители смерти. Почти не поправимый урон душе, теперь я уже понял, что являюсь ходячим трупом.

Пошатываясь и роняя кровь, прикоснулся к кинжалу, мысленно моля всех богов, что бы его, не постигла участь лука. Пальцы сомкнулись на рукояти. Сейчас я молодой эльф, готовился продать свою жизнь подороже. Лопатки жгло бешеным огнём, а коты не спешили заканчивать, они собирались поиграть с новой дичью, чёртовы душегубы.

Сердце пропустило удар, дикая боль в груди, кошки повернулись в сторону здания, и ощерились, их шерсть поднялась дыбом. Из-за угла, вышел человек с длинным чуть изогнутым мечом, на его глазах была повязка. Похоже, человек был слеп, но той безумной мощи и опасности, что исходила от него, мог позавидовать демон.

Кошки потеряли ко мне всякий интерес, а я стоял как пришибленный и не мог поветь глазам. От человека весело седой древностью, казалось он старшей меня раз в двадцать и при этом неимоверно молод.

Человек что-то крикнул мне, поднимая свой меч, его оружие как-то странно блеснуло на солнце. И я к своему ужасу заметил, что меч не заточен, в этот момент кошки бросились в атаку. Сейчас они сожрут его, а потом примутся за меня. Одна из кошек прыгнула, а человек рубанул мечом и эта тупая железка развалила кота надвое.

Он сделал ещё один шаг, замаха и удара я не увидел, но второй кот лишился головы. Две оставшиеся кошки, не сговариваясь, кинулись бежать, вот только человек им этого не позволил, два хлопка неприятно ударили по ушам, и шкуры котов на спине буквально разрывает в клочья, какая странная магия.

Некогда я ещё не видел, что бы душегубы бежали от кого то, но этот человек, методично добивающий уже вторую раненую кошку, был куда страшнее.

Человек выпрямился, мотнул головой, будто отгоняя наваждение, из-под повязки закрывающей ему глаза текли две ровные струйки крови. Опят я не успел увидеть его движение, просто он возник рядом со мной. Боль поверженной души обожгла сознание, я пошатнулся и упал бы, если бы этот странный человек, одетый в странную одежду и с игрушечным мечом, который даже заточен не был, не поддержал меня.

Он осторожно уложил меня на землю, на живот, достал бинт, начал рвать на мне куртку. Удивительно, но лунный шелк, лента из этого материала способно выдержать весь десятка человек, рвался в его руках как старая ветошь.

— Оставь меня мне уже не помочь, добей. — Поняв, что человек меня не понимает, я указал на меч, потом на себя.

— Влад Хотника — ударив себя кулаком в грудь, сказал глупый человек. Почему то от его прозвища мне стало не по себе.

— Сайрес Сцатынник, меня уже не спасти человек. — Вот только человек об этом не знал, и делал своё дело. Его руки с бешеной скоростью, заскользили по моей спине. И я с удивлением понял, что боль отступает. Этот человек делал невозможное, он штопал мою душу…

Я и Наташа не успели сильно поволноваться, Влад вернулся так же неожиданно, как и исчез. И прибежал он не один, а с телом, перекинутым через плечо. С трудом положив свою ношу, в открытый мной заранее десантный люк он распрямился. А когда распрямился сразу же получил по морде.

— За что? — ухватившись за пострадавшую щёку, недоуменно воскликнул Влад.

— Знаешь я волновалась! — кипя праведным гневом, сказал ему я.

— Ты лучше глянь, что у меня за фрукт сегодня на ужин, не поверишь это эльф, как в каком ни будь фентезийном рассказе.

— И где ты видел узкоглазых эльфов.

— Это он просто прищурился, зато взгляни на волосы и на уши! — Влад напоминал сейчас пятилетнего ребёнка, который нашел большого рогатого жука, и теперь чуть не прыгает от счастья.

Хотя справедливости ради, уши спасенного Владом были очень длинные. В ладонь Влада длиной, или в две мои ладошки. Золотистые волосы доходили ему, чуть ли не до ягодиц, довольно смазливые черты лица, длинные и заострённые к кончикам уши, подкачали только глаза, не большие и миндалевидные, скорее монголоидные. А в остальном типичный эльф, эльф которого Наташа буквально пожирала глазами из-за открытого люка.

— Ну, хорошо, ты меня убедил, это Эльф и что нам с ним делать? — от этих слов Влад заметно сник, его энтузиазм, будто выбили из груди тяжёлым кулаком реальности.

— Вот об этом я пока ещё не думал, извини, что так себя вёл, когда использую меч, всегда немного не в себе потом. Для начало надо его вылечить у него там не спина, а одна сплошная рана. А вот дальше будут проблемы, он не согласиться обкорнать себе уши.

— Зачем ему, что то делать с ушами? — удивилась я.

— Таким его не в одном поселении не примут. Разве что к нам его, к Извечным, так он из этого дурдома на следующий день сбежит. Однако задал я себе задачку. Ладно, поехали дальше, там видно буде… — Влад застыл на полуслове, его лицо побелело, а потом наполнилось кровью.

— Что с тобой? — Я не на шутку перепугалась.

— Свершилась, она зовёт. Нам надо ехать, быстро.

Этот дом не ожидала я его увидеть так скоро. Дом ведьмы тот с чего начиналось моё путешествие по просторам этого мира. Однако теперь он встречал меня как-то иначе. Дом изменился, обрёл больше восточный стиль, бумажные стены и двери, витая крыша, он словно попал сюда из старого японского кино.

На пороге нас встречала девушка с длинными чёрными волосами и в кимоно с рисунком цветущей вишни во всю спину. Невероятно хрупкая, её внешность и платье отдавала явными восточными мотивами.

— Наша встреча была неизбежна ведь так ведьма измерений?

— Ты уже догадался Мальчик, но вот насчёт встречи, я нашла тебя, когда вы все оказались в сборе. Пойдём в магазин. Я расскажу тебе, что от тебя я хочу.

Внутри это был магазин, самый настоящий магазин, с множеством безделушек на полках, однако мы прошли мимо выставочного зала, и направились вглубь, поднявшись по лестнице, очутились в небольшой гостевой комнатке.

Наш эльф был уложен на кушетку, мы же сели прямо на пол, по-восточному. Кот предпочёл занять место у очага в углу, на специально, будто для него постеленном коврике. А может для него он и был тут постелен.

— Итак, Хотник пришло время моей просьбы, вот только сначала я должна кое-что тебе объяснить?

— То, на каких условиях мы будем продавать души? — усмехнувшись, спросила я. Честно сама не ожидала от себя такого ехидства.

— Нет, но ведь вы все связаны нитью с Хотником, вы кусочки одного целого, в том числе ново приобретенный остроухий друг. — Ведьма указало на лежащего без сознания эльфа — Он заключительная часть этой мозаики.

— Так что же от нас требуется? — Резче чем обычно спросил Влад.

— Не спеши Хотник, здесь время не имеет значения. Сначала я расскажу кто вы и что это за место. Этот мир нигде и не здесь, этот момент ни сейчас и ни когда. Этот мир и это место вне реальности и вне времени. Здесь нет ни жизни, ни смерти.

На Влада и его кота, эти слова подействовали как удар молнией. Они застыли и стали в этот момент невероятно похожи. Влад, что-то понял, и даже прошептал.

— Как же это возможно?

— И что это значит? — подала голос, всё это время скучавшая Наташа. — И что это даёт нам, и кто вы вообще такая?

— Я джин, волшебница, ведьма, связующая реальности, меня называют по-разному. Важно кто вы. — Её голос звучал глухо и зловеще.

— Ну и кто мы? — сварливо спросила Наташа, но ответил ей Влад.

— Мы выпавшие из реальности. — Ведьма кивнула его словам.

— Да. Что то, или кто то, выбил вас из круговорота времени, вы нигде и ни когда. Вас просто больше нет в ткани мироздания.

— Ха, ха, ха, ха… никогда не думал, что я живой мертвец — Неожиданно рассмеявшись, проговорил Влад.

— Нет. Тебя и всех кто присутствует в этой комнате, просто нет.

— Этот магазин, создан что бы исполнять желания, я существую, что бы их воплощать, когда ты вошёл в магазин, я стала обязана выполнить любое твоё желание. — Пламя в очаге задрожало в такт её голос, отбрасывая на стены причудливые тени.

— Но ведь не всё так просто Ведьма? — ухмыльнулся Влад.

— Да Хотник, твоё желание, ты хочешь что бы та которой нет, снова была, вот только я обязана взимать плату за каждое желание. И моя просьба будет проста, я хочу, что бы ты расплатился со мной за это желание.

Влад встал, и начал нервно бродить по комнате, его кот бегал рядом, почему то сейчас мне неожиданно вспомнился лев, заключенный в клетку.

— Ты обманула меня, Ведьма. — Влад почти проорал это.

— Нет Хотник, я обязана поддерживать равновесие, между желанием и взимаемой платой.

— Так возьми мою жизнь, это будет равноценно.

— Ты хочешь расплатиться тем, чего у тебя нет, да и одна жизнь за то что бы той которой нет, была, это слишком мало. — слегка удивлённо ответила ему женщина, похоже её удивило то, что Влад сам этого не понимает.

— И что же я должен сделать? — В голосе Влада преобладало беспокойство.

— Затушить несколько звёзд, возможно, этого хватит. — Слегка улыбнувшись ответила Ведьма.

— Господи… — прошептал Хотник.

— Не волнуйся, я не требую с тебя всю плату сразу, моя просьба, даёт возможность расплатиться постепенно. Это не даст погибнуть вселенной в случае исполнения твоего желания, или если ты не внесешь плату или умрешь, идя к цели.

— Ты знаешь, что случится, если я умру. — Впервые я услышала в голосе Влада страх.

— Нет, я не могу знать, ты ведь даже не живёшь. — Пожала плечами Ведьма.

— Ладно, ведьма, или как тебя там, что мы должны делать? — Не вытерпела и спросила я, вклиниваясь в их разговор.

— Отсюда можно попасть в миры которые есть, и вы там должны будете всё сделать….

— Что сделать? — насторожилась я.

— А мне, откуда знать, это должны будете сделать вы, а не я. — Снова в голосе ведьмы было слышно удивление.

— И куда ты нас отправишь в самом начале? — Спросила Наташа, её глаза полыхали каким-то странным блеском, гори они чуть, ярче они бы начали освещать комнату.

— Я ни знаю, куда и зачем вы попадете. Отсюда можно попасть в сотни, если не тысячи миров, вот только в совершено произвольном порядке. Вы всегда сможете вернуться обратно, а вот снова попасть в тот мир, в котором уже побывали, только случайно или с моей помощью. Я б советовала вам, не торопится, а тщательно подготовится. Мало ли в каком мире вы можете очутиться…

Мы сидели в комнате, что выдела нам хозяйка, на маленьких тростниковых подстилках. Эльф всё ещё спал, уткнувшись лицом в густую шерсть согревающего его Крыса. Влад сидел недовольный и насупленный, чем то, напоминая своей позой, Будду, такой же надутый и важный.

Наташа подле него, злая как растревоженный осиный рой. Влад не хотел её брать собой, и собирался оставить тут, на попечении Ведьмы, а вот бедного эльфа спрашивать ни кто не собирался.

— Чёрт с тобой… — махнул рукой Влад. — Только, что бы без фокусов. — От этих слова Наташа чуть не подпрыгнула на месте.

— Влад, а Эльфа мы с собой потащим? — Спросила Наташа… уняв порыв к неудержимому веселью.

— Нет, я порежу его на кусочки и скормлю Крысу. — Уши мирно дремлющего кота заметно навострились — конечно возьмём его, да ему некоторое время придётся терпеть моё общество, если я окажусь от него слишком далеко, повреждения нанесенные его душе могут снова открыться.

— А как же та девушка, дочь вождя обезьян? — Ужаснувшись, спросила я.

— После лечения эльфа я ведь не валяюсь пластом — пожал плечами Влад.

— Знаете, пошли-ка спать, завтра надо будет серьёзно и долго готовится, не хочу я ездить по чужим мирам, без цинка другого патронов в запасе, хотя откровенно я вообще не хочу ездить по чужим мирам.

— Тогда почему ты так легко согласился? — Удивилась я.

— Она меня поймала, на моём обещании, я должен выполнить её просьбу, если я не сдержу своего слова, то я с большой вероятностью умру. А знаешь я еще, и пожить хочу.

Утро началось с забот, Наташа осталась с эльфом, который всё спал аки спящая красавица. А мы с Владом смотались до ближайшей военной базы, где я под чутким руководством Влада превратилась в грузчика.

Почти все ящики мне пришлось перетащить в одиночку, Влад помогал только с теми, которые мне было не поднять. Остальное время он шёл рядом, исполняя роль обеспокоенного охранника, хотя пожалуй лучше него с этой ролью мало кто мог справиться, даже несмотря на его слепоту. Всем тем, что я перетащила под броню, можно было вооружить несколько отрядов, или взорвать пару зданий.

Потом была провизия и топливо. Мы залили полный походный бак — большую бочку на крыше, если верить бензоколонке то влезло туда без малого тысяча литров, Влад сказал, что это нам добавит лишние три — четыре тысячи километров ходу, а в случае неприятностей его недолго сбросить. Назад в магазин мы возвращались уже под вечер.

БТР заметно отяжелел, мы заняли всё десантное отделение различными полезными вещами. От противопехотных мин до сухого пайка на пару месяц, плюс заполнили все встроенные баки для воды, и добавили к этому большую такую канистру в десантное отделение. Мышцы всего тела гудели, мне ещё ни разу ни доводилось быть грузчицей, хотя всё бывает впервые.

Припарковав броневик перед входом, я снова очутилась в магазинчике. Эльф спал, его переправили вниз, казалось, что его перенесли вместе с котом, поскольку их позы абсолютно не изменились. А Наташа о чём-то беседовала с Ведьмой, и когда мы зашли она быстро одним решительным движением, что-то Ведьме отдала. И когда она увидела нас, почему то опустила глаза.

— И так всё же что мы должны сделать? — Спросил Влад у Ведьмы прямо с порога.

— Я же уже говорила, затуши пару — тройку звёзд, этого должно хватить для того что бы компенсировать изменения в мироздании от исполнения твоего желания. — Пожав плечами рассеянно ответила та?

— И как ты нам предлагаешь тушить звёзды? — Воскликнула я, эта её напускная загадочность меня откровенно начала бесить. Она глубоко вздохнула и посмотрела на меня с лёгкой укоризной, но всё же ответила.

— У вас есть три пути, первый я назвала, второй привести мир, в который вы попадёте кардинальным изменением…

— То есть рушить королевства, создавать государства? — Влад прибывал в состоянии лёгкого офигевания.

— Мелко, это должно быть полное изменение в уклад жизни его населения, свержение местных богов, изменение мировоззрений, создание новых культов, что угодно полностью меняющее души проживающих там людей.

— А третье? — загробным голосом спросил Хотник.

— Притащить в этот мир огромное количество энергии. — Пожав плечами, ответила Ведьма.

— Пойди туда не знаю куда, принеси то не знаю что — буркнул себе под нос Влад. — И как нам путешествовать по этим мирам.

— Просто, собраться всем четверым вместе в БТРе, а затем ты кто-то из вас должен собраться со всем своими силами и духом, и нажать на большую красную кнопку, и вы перенесётесь в один из бесчисленного множества миров. Захотите вернуться назад, нажмите кнопку дважды.

— Что за кнопка — удивился Влад, но наткнувшись взглядом, на ведьму передумал спрашивать. — А если мы захотим вернуться назад в тот мир в котором уже побывали?

— Только случайно, или с моей поморью, за которую мне с вам придётся взимать плату.

— Что же хорошо, нас здесь ничего не задерживает, думаю нам пора и честь знать. — Улыбнувшись, сказал Хотник.

— Только запомни Влад, в чужом вам мире вы можете пробыть не больше двух месяцев, иначе этот мир вас отторгнет, даже я не знаю что тогда произойдет с вами.

В БТРе было тесно, из-за кучи припасов в десантном отделении, пришлось всем кое как размешаться в кабине. Эльф так и не пришёл в себя, каких трудов стоило пропихнуть его внутрь броневика через люк в крыше. Всё из-за полностью заблокированной вещами дверей десантного отделения.

Взгляды так и притягивала большая красная кнопка, на приборной доске рядом с кнопкой запуска двигателя.

— Ну что может ты ее, наконец, нажмёшь? — ёрзая от нетерпении на сидении спросила Наташа.

— Все готовы? — задал глупейший вопрос Хотник.

— Как пионеры, давай жми… раньше начнем быстрее закончим.

Кнопка легонько щёлкнула при нажатии и пейзаж на обзорных экранах сменился. Я ожидала, что перемещение будет каким-то более красочным что ли. А тут раз и всё, и город превратился в зелёное бескрайнее поле, кормовые экраны показывали кромку начинающегося леса. Где то в дали едва виднелась дорога. Влад ухватился за ручку открытия люка, вскрикнул и отдёрнул руку.

— Чёрт горячая! Похоже, корпус нагрелся, надо подождать пока остынет. — Дуя на обожженную руку, проговорил Влад.

Когда броня, наконец, остыла мы выбрались из машины я смогла оглядеться, впереди, насколько хватало глаз раскинулось лазурное море бесконечного зелёного поля. А позади шумел вековой лес. Влад выбрался на борт, его заметно штормило.

— Чёрт… — Влад оступился и буквально свалился с брони, в свежую траву. Помотал головой, выплюнул несколько травинок, незряча принюхиваясь огляделся.

— Чёрт грёбанный эрегор это перемещение чуть меня не убило.

К Владу подскочила Наташа, помогая ему подняться, ноги его не слушались, а руки дрожали. Из правой ноздри потекла алая струйка крови. — Что с тобой? — Голос Наташи звучал крайне обеспокоенно.

— Путешествие, а теперь этот лес, у него есть сущность, Мария гитару быстро, ещё пять минут и я сорвусь.

Соскользнув в люк рыбкой, спешно перебирая вещи в поисках такой бесполезной, но такой нужно в данный момент гитары.

— Быстрее… — это голос принадлежал Наташе и то, как она это крикнула, мне очень не понравилось.

— Да где же она! — И тут я её почувствовала, это было как озарение, маленький тихий шепот, среди десятков и сотен таких нужных и абсолютно бесполезных сейчас вещей. Я схватила торчащий гриф, и выдернула гитару, не замечая, что другой рукой отодвигаю с места неподъемную бадью с водой.

Влад вцепился в инструмент, как в спасательный плот, его пальцы с непостижимой скоростью забегали по струнам. Полилась тихая и спокойная мелодия, и тут же оборвалась.

— Песня чёрт, нужна песня… — Влад откинулся на колесо БТРа, думаю, если бы его глаза не скрывала чёрная повязка, мы бы увидели, что они у него закрыты. Он начал петь робко и не уверено, пробуя каждое слово на вкус. С каждое новым спетым звуком, с каждой сыгранной нотой его голос креп.

Гитара заискрилась, струны, будто взбивали невидимым ритмом воздух, земля у нас под ногами начала слегка потряхивало в такт боя гитары. Что-то было, нет так…

— Влад… — но мои слова потонули, и ударил гром.

Влада сдёрнуло с земли, как будто невидимый рыбак, захлестнул его за жабры своим крючком. Его голос ударил взрывной волною, нас отбросило назад, и немного протащило по ещё по рассветному мокрой, от росы траве.

Воздух вокруг Влада осветился, свечение будто бы окружала его фигуру, из-за рта вырывались маленькие светящиеся облачка. Его гитара начал выдавать совершенно невозможные для обычного деревянного инструмента звуки.

На его шее проявилась полупрозрачная цепь, только вот это была не та невесомая цепочка, что я видела раннее. Огромные звенья в мою руку размером, заканчивались серебряным ошейником, им Влад был прикован к цепи, а другой конец уходил в большой чёрный круглый валун, стянутый золотыми канатами. Этот валуну, лежал на земле, а цепь не давала Владу подняться выше, она скрипела, натягиваясь, а ошейник до крови врезался в шею.

— Что происходи? — перекрикивая дикий шум, сопровождающейся удивительно красиво звучащей песней.

— Резонанс… — пробилось всего одно слово, а дальше ударил ветер, и строки словно отпечатывались в черепе в такт пропетым словам.

Ветер ударил по макушкам деревьев векового леса, ломая сучья и срывая листву. Повязку с лица сорвало ветром, открывая широко раскрытые багряные провалы там, где должны быть веки. С каждой пропетой буквой, я видела самурая, солдата в серой форме, солдата в синем шинели с белыми полосами крест на крест через всю грудь, я видела солдата в большой мохнатой шапке, я видела война в кольчуге, и легионера в медном нагруднике, с коротким мечем. Разные фигуры и лица, сменяли друг друга, чередой заставляя рябить в глазах.

— Нельзя дать ему допеть! — Кричала Наташа, пригибаясь к земле, вжимаясь в траву, спасаясь от буйства стихии. Облака появились внезапно, вслед за ветром, ударил косой злой дождь. Громыхнула молния, порыв ветра с жутким треском вырвал с корнем дерево, что стояло на отшибе леса.

— Что будет, если он допоёт?

— Цепь посмотри на цепь, реальность меняется скорее! — Кричала, перекрикивая ветер Наташа — Это надо прекратить!

Только Влад оставался неизменным в этом диком разгуле стихии. А вот цепь, что приковывала его к камню, да и сам камень с ошейником, переставали быть плоскими и прозрачными, они на глазах менялись, приобретая оббьем и яркость.

Наташка закричала, протяжно и отчаянно, когда от валуна отделилась полупрозрачная цепь и коснулась её шеи.

Её крик, словно придал мне сил. И я поползла, так быстро я не ползала ещё ни разу в жизни. Да и вообще ползала, я до этого только в младенчестве, и ползти в эпицентр урагана, что кружиться прямо над головой Влада мне уж точно ещё не доводилось. Я была уже близко, когда эти чертовы строчки зазвучали вновь, и цепь настигла меня.

БТР начало медленно тащить в бок. В голове словно взорвалось солнце, я до крови стиснула зубы. Ветром меня вжало в землю, так что мягкий грунт промялся под навалившимся весом. Жалобно хрустнули рёбра, в глазах на этот раз потемнело.

— Скорее… — дикий переходящий в писк крик Наташи привёл меня в себя, с трудом превозмогая боль в голове и порывы ветра, я оторвалась от земли, в траве явно угадывался выдавленный моим телом след.

Песня подходила к концу, и к своему апофеозу. Влад пел, не замечая, что струны сбили пальцы в кровь, из красных провалов глазниц и из ушей текла кровь. Я подняла автомат, на секунду порыв ветра чуть не стащил меня обратно на землю, но всё же удержалась и обрушила приклад на затылок Владу.

Он упал как подкошенный, будто игрушка, у которой кончился завод, дождь прекратился, ветер стих, во всём теле, разыгралась какая-то странная лёгкость, а через секунду на плечи словно упала бетонная балка.

Земля рядом с Владом показалось мягкой, прямо носом в мокрую траву, сил даже не хватило на то что бы подставить руки. Дико захотелось спать, в борьбе со сном, я даже не заметила, как морфей тихо унёс меня в страну сновидений.

Проснулся я от того, что свалился с полки, на которой спал. Хотя нет, скорее меня разбудил большой и очень тяжелый ящик, который придавил мне ногу. Порывисто я попробовал вскочить на ноги. Перед глазами заплясали разноцветные звёздочки. Не стоило мне делать резких, движений по телу разлилась приторная слабость, проклиная всё и вся, я осмотрелся. Я находился в большом и без сомнения металлическом доме. Внутри почти не было свободного места, всё занимали коробки и ящички. Склад догадался я.

Вот только дверь из этого склада была какой-то страной, мало того что круглой, так ещё и в потолке, из которой кстати немало натекло на пол.

Поднявшись с пола, я с трудом протиснулся к открытой двери, и осторожно выглянул наружу. И в ужасе отпрянул назад, не в силах поверить своим глазам.

Эти места были мне знакомы, да что там, я недалеко отсюда вырос. Луга на границе с вечным лесом. Моя деревня была всего в полуднях неспешного пешего пути. А если пойти вдоль кромки леса, можно наткнуться на распаханные нами поля. Мне захотелось смеяться, но я не дал сделать себе столь опрометчивый шаг, рядом был кто то.

Это была девочка, необычно красивая девушка, даже если не делать скидку, на то, что она была человеком. Я залюбовался, осиная талия, шелковые волосы, её даже не портил мужской костюм. Да многие принцессы, отдали бы полжизни только за частицу этой красоты. Вот только глаза её немного портили, не было той эльфиской изюминки, аристократичной раскосости, у меня у самого этой изюминки, к сожалению, не было, хотя я и был эльфом.

Она сидела на корточках, над телами своих товарищей, которые похоже были без сознания.

Залюбовавшись, я забыл о всякой бдительности, и девочка меня заметила. Я ожидал любую реакцию, но только не ту что последовала. Молниеносно, она сорвала с плеча весивший на ремне странный железный предмет.

С начало я удивился, почему у неё такое странное и неудобное оружие, только вот то чувство опасности, и неизбежной гибели посетившее меня, когда тупой конец этой кривой металлической палки уставился на меня тёмным провалом, заставил меня нервно сглотнуть.

Чувство было такое, что стоит мне сделать одно неверное движения, и эта палка разразится десятком маленьких смертей. Я поднял руки над головой, показывая, что настроен мирно.

— Я не причиню тебе зла… — однако девочка меня не поняла. Ответила, что-то на не очень мелодичном шипящем языке. Она говорила, возможно, даже ругалась, вот только понять ничего я не могу, мой спаситель, что сейчас лежал возле довольно рослой девушки, тоже говорил на похожем языке.

— «Я не причиню тебе вреда» — сконцентрировавшись, послал я отголосок своих мыслей, одновременно прислушиваясь к мыслям девушки. Однако в ответ получил туже тарабарщину, чёрт я совсем забыл, что думает она тоже на своём языке. Ситуация была тупиковой, девочка явно мне не доверяла, хотя какая то симпатия у неё и проскакивала. Вот только я видел, что жизненный опыт, говорит ей разрядить своё оружие в меня и уже после этого думать, что с моим ушастым трупиком делать, однако это было не в моих интересов.

Мысли забегали в черепе, тростниковыми ростками. Она не могла понять мой язык, я не мог понять её. Но ведь животные тоже не говорят, они мыслят образами, и образами мы с ними и общаемся. Так почему бы не попробовать послать ей образ?

Вот только как выразить образом одну единственную фразу, с животными мы транслируем им образ спаривания это их успокаивает, я очень густо покрасней, и похоже что то из невольно сформировавшихся в моей дурной голове образов и мыслей, долетела и до девушки.

Потому что на этот раз ко мне подошли поближе и больно ткнули концом оружия и что-то прокричали. А в её разуме родился такой жуткий и правдоподобный отзвук образа, палки выплёвывающий огонь и мои гениталии, превращающиеся в одну большую дырку. От этого в глазах потемнело, и я потерял сознание.

Лежа в траве, кто-то брызгал мне на лицо водой. Первое, что я сделал, это провёл ревизию своих конечностей, и только убедившись в их полном наличии, открыл глаза. Надо мной стояла всё та же девочка, и брызгала мне на лицо водой, из большой железной емкости-с со спиральной крышкой, полированный бок фляги призывно блестел на солнце.

Вдумайтесь только, железная ёмкость для воды, какое расточительство драгоценного метала. У меня в колчане, было только три стрелы с железным наконечником, десяток медных, остальные костяные. А тут вокруг была, целая уйма такого дорогого метала. Даже застежки на курточке девочки были железными. Причём из очень хорошего железа, такого чистого и блестящего я ещё ни когда не видел.

Я уловил образ женщины в очень пышном платье и тонкой талией, с веером, падающей в обморок. Фыркнул — послал в ответ, образ полуголой амазонки, хотя ожерелье из мужских членов я всё же ваять не стал, так что образ был не закончен, но похоже девочка всё поняла, и залилась весёлым смехом. Смеялась она очень заразительно и звонко, так что и я тоже не сдержал эмоций и улыбнулся.

Зато время пока я был без сознания, полянка сильно преобразилась, теперь тут стояли два очень не обычных треугольных шатра. Было разложено кострище, с подвощенным на крючке даже не медным, а железным котелком, в котелке бодро булькала кипящая вода. А самое интересное мы стали гораздо ближе к лесу, точнее лагерь был разбит в его тени. Как девочка перетащила большую железную коробку, в которой я с трудом узнал очень уродливую повозку, что закрывала нас от ветра с луга, я не мог даже представить.

Двух спутников деточки, я почувствовал в одном из шатров, но что мне больше всего не понравилось, что все мы были связаны неразрывной ментальной нитью, даже не нитью, а цепью. Волосы стали дыбом, при одной мысли, что нужно для образования такой прочной связи. Что же мы навсегда теперь буквально привязаны друг дружке.

Я уловил новый образ, солнце заходящие за горизонт, и мою бренную тушку под ним. Да понимаю, я слегка разлежался. Я ударил себя кулаком в грудь и сказал — Сайрес Сцатынник — уточнять образами, что моё прозвище значит недотёпа, я не стал, звучит красиво, да и ладно.

— Наташа Оружейница — глупо хихикнув, ответила девочка, отчего удостоилась моего подозрительного взгляда.

Полог одного из шатров открылся, и от туда, покачиваясь, выполз мой спаситель. От него всё также несло древностью, вот только в его ауре появились новые звуки и запахи. Я с ужасом понял, что он, входил в противоборства с вечным лесом, а лес отметил его как равного.

Он повернулся ко мне и что-то с угрозой спросил, за меня ответила Наташа. Он нахмурился, а я вслушался в его мысли. В первое мгновение мне показалось, что меня огрели дубиной по голове, со мной сразу заговорили сотни голосов. А в следующий момент из металлической повозки выбрался душегуб, он взглянул на меня, в душе закрался дикий страх, покалеченная спина сразу заныла… во рту появился противный железный привкус. Похоже, это было последней каплей, и я вновь отключился.

— Ох… — пробуждение было не из приятных, да и в палатке было невыносимо жарко. Палатке? Я тупо уставилась на брезентовый потолок палатки. Интересно, как долго я провалялась без сознания, если судить о том, как сильно затекли мышцы, несколько часов как минимум.

С трудом выползая из палатки, я застала при любопытнейшую картину. Эльф лежал на травке навзничь, закатив глаза и выгнувшись дугой, его били судороги, а Наташа и Влад прыгали вокруг него в каком-то кабалистическом танце. Дополнял картину Крыс, сидящий на макушке большого напоминающего дуб дерева, он протяжно и очень жалобно мяукал.

— Чё у вас тут происходит? — Задала с порога заинтересовавший меня вопрос.

— Наш эльф увидел Крыса и у него случился припадок — ответил Влад, и я понимала бедного эльфа, сама, когда в первый раз увидела кота, повела себя не слишком адекватно.

— Ну, а с Крысом что? — От этого вопроса, Наташа опустила глаза и ответила, так что полностью вогнала меня в ступор.

— Это я его напугала… — Напугать кота в четыре сотни килограммов весом, так что загнать его на дерево… однако. Увидев мой дикий взгляд, Наташа пояснила.

— Я нечаянно… — Ум критически зашёл за разум, и я села на пятую точку там же где и стоял, меня пробил дикий истерический хохот.

Вскоре мы сидели возле не очень большого, но жаркого временного очага сложенного из обтесанных речной водой камней, речушка обнаружилась неподалёку от лагеря, разбитого Наташей. Эльф сидел рядом с Оружейницей и рассеяно хлопал длинными ресницами, силясь понять, что у него спрашивают.

Да именно так, пока мы спали. Наташа наладила, какой ни какой контакт с эльфом, эльф умел слушать и передавать свои мысли. По крайней мери так сказала Наташа, когда на неё набросился Влад с расспросами.

Эльф не мог, вслушивается в мысли ни мои, ни Влада, если он вслушивался в мои мысли, я могла увидеть посылаемые им образы, точнее как бы отзвук образов, это сложно объяснить, я слышала именно звук в голове который перерождался в образ, а вот он ничего не мог понять вслушиваясь в мои мысли, а если он пробовал проделать тот же фокус с Владом, то это заканчивалось одинаково, очередным обмороком. На мой взгляд, этот эльф слишком часто отключался.

Поэтому пришлось Наташе подрабатывать этаким переводчиком.

— Спроси у него, где здесь ближайшее поселение. — Сказал Наташе Влад. Она в свою очередь поворачивалась к эльфу и молча, смотрела ему в глаза, а у эльфа при этом забавно навострилась уши. Они пытались понять друг друга, посылая образы, это был медленный и не очень точный способ общения, поэтому мы с Владом тем временем переговаривались полушепотом.

— Посмотри на его глаза… и уши. — Прошептал Влад, вертя в руках монетку. А уши у него были действительно примечательный, очень подвижные, каждое ухо непрерывно двигалось, при этом совершено независимо друг от друга, например одно ухо, прислушивалось к нашему разговору, второе постоянно двигалось развёрнутое в сторону леса, как будто сканируя его. Только когда эльф общался с Наташей его уши были направлены только на неё. А ещё уши эльфа оказались страшно волосатыми внутри. Тысячи, а может и десятки тысяч белёсых волосков, которые торчали из уха во все стороны, как две очень пушистые кисточки.

Кстати выглядели они достаточно забавно, эти волосатые ушки, я даже пару раз назвала Эльфа мохноухом. Глаза же его, будто прикрывала тёмная серебристая плёнка. Влад закончил вертеть монетку в руке, и с силой швырнул её в ближайшее дерево.

С протяжным свистом, она врубилось в кару. Уши, внимательно вслушивающиеся в Наташу, навострились сфокусировавшись на летящей монетке и проводили её полет, словно следя за ней. При этом все волоски заполняющие внутреннее пространство уха неожиданно прилегли, открываю большую ушную впадину.

— Ух ты… только и смогла сказать я увидев такие метаморфозы происходящие с эльфом.

— У нашего друга бинокулярный слух на подобие совиного, а эти волоски защищают уши от громких звуков, являясь своеобразным глушителем. Кстати зрачок у него прикрыт вторым веком, которое защищает глаз от ярких солнечных лучей. — Наташа сейчас, тоже явно прислушивалась к нашему разговору, бросив все попытки мысленного общения.

— И что это значит, у меня всё же нет такого опыта общения с представителями других рас. — Недовольно сказала я.

— Наш друг ночной хищник, сова тоже прислушиваются к пространству похожим образом, только вращая головой, когда обнаруживают дичь, они фокусируются на ней свой слух, а наш друг направляет на неё оба своих больших уха, и убирает защищающие ухо волоски. Днём кстати совы подслеповаты.

— То есть наш эльф близорукий? — Хмыкнула я.

— Ну да, наверное, правда, только днём. Обрати внимания на то, как сужены его зрачки, ночью думаю, они занимают всё пространство его глаза. К тому же он может вообще ориентироваться только на слух. — Тут голос подала Наташа, прервав нашу беседу.

— Я не до конца всё поняла, но похоже тут рядом его родная деревня, или поселение… они живут на опушке этого леса.

— Ну конечно где ещё жить эльфам, эх значит, броневик придётся временно оставить. Спроси у него… — Влад замялся, похоже, он не знал, что именно хочет знать.

— Хотя нет лучше скажи ты, зачем тебе понадобился родной мир этого Эльфа, и чем ты уплатила за возможность перемещения сюда, и не надо делать невинные глаза, шанс сюда попасть слишком мал, что бы это было случайность. — Строго посмотрел Влад на Наташу.

— Кулон… — потупив глаз, ответила Наташа.

— Кулон? — поднял бровь Хотник.

— Мамин кулон… — шмыгнула носом Наташа.

— Эх… и зачем тебе это только понадобилось? — Влад начал ковырять палочкой землю, было видно, что ему некуда деть руки.

— Мне захотелось вернуть его в родной мир! — Гордо вздёрнув очаровательную головку, отчего её волосы сделали волну на плечах, ответила Наташа.

— Он всё равно уже не сможет здесь остаться, мне надо было быть осторожней при выборе репертуара. — На этот раз Влад опустил взгляд в землю.

— А причём тут твоя песня? — Удивилась я.

— Связанные одной целью, скованные одной целью. Мы будем вынуждены терпеть общество друг друга до тех пор, пока не достигнем цели. Возможно, безгранично долго — Ответил Влад, бросая веточку в огонь.

— Но это… — Наташа не могла подобрать слова, и было видно, что ей страшно.

— Это ужасно — закончил за неё Влад. — И это полностью моя вина, хотя если честно я, даже для меня быть вечным скитальцем в одиночку, было бы слишком страшно.

— Я не думала, что ты такой! — воскликнула Наташа.

— Я не идеален… — Пожал плечами Влад, и грустно улыбнулся, от уголков губ по лицу побежали морщинки. Ему было больно, я чувствовала это почти физически. С удивлением ловя изменение в его лице.

Он стал старше, чуть более грубые очертания подбородка, лёгкая седина оттеняющая его чёрную шевелюру. Несколько новых морщинок. Ему уже не было двадцать два года, мужчина под тридцать. Даже его руки изменились ладони стали более тёмные и грубые…

Подыскали Эльфу новую одежду, теперь он красовался в военной форме защитного цвета, которая была ему слишком велика, на изящной фигуре эльфа, запасная форма Влада висела мешком, слишком узкие плечи. А зелёненький берет на подобие того, что носила Наташа, пряча под него волосы, вообще смотрелся потешно.

Продираясь по густому дикому лесу, уши эльфа находились в постоянном движении, он ступал тихо почти безумно, иногда второе веко поднималось, открывая большие чёрные зрачки, отливающие зеленцой, в полумраке леса, похоже, он чувствовал себя намного комфортнее. Наташа шла прямо за Эльфом, я за ней. А позади бесшумным призраком двигался Влад, хотя призрак был шикающий. Он периодически на нас шипел, обзывал неуклюжими лосихами.

— Вы можете идти тише… — раздался шепот прямо над ухом, меня обдало дыханием Влада, оно заскользило по коже, заставив нервно вдохнуть. Я не разу не видела что бы Влад чистил зубы. Однако у него из-за рта пахло приятно, теплом и ещё чем-то пряным. Его дыхание было очень горячим, от него по загривку проскользнула стая мурашек.

— Нет — грозно прошипела в ответ я. Конечно, доводилось бывать пару раз в лесу, даже один раз на охоте, однако грибы не отличаются хорошим слухом. Вдруг кто-то внутри хмыкнул. И мои движения изменились, ноги слегка напряглись и согнулись в коленях, я слегка покачнулась, чуть не упав. Моё тело само заскользило лесной тропкой, ноги перестали ломать сухие ветки и шуршат листвой, одежда перестала, цепляется за каждый сучок.

— Можешь же когда захочешь — довольно прошипели позади.

— Это не я, это как-то само… — Рука, ухватившая меня за плечо показалась железобетонно, меня развернули и бесцеремонно облапили, а затем с силой притянули. Я оказалась в объятиях Влад, сердце забилось быстрее. Однако всё на этом и кончилось, Влад крепко держал меня и смотрел в глаза. Мне захотелось податься в перёд, прижаться к его груди.

— Ты что делаешь, озабоченный — Прошипела я, упираясь в его грудь кулачками.

— Грудь, как грудь? — я даже задохнулась от возмущения, и отвесила Владу звонкую пощечину. Это был первый звук, достигший наших спутников, всё происходило в мёртвой тишине. Если конечно дремучий дневной лес можно назвать тихим местом. Наташа и Эльф оглянулась, обменялись взглядами, похоже, перекинулись парой образов, они довольно, неплохо научились понимать друг друга.

— Дура… — абсолютно беззлобно обозвал меня Влад. Хватая меня за грудь и начиная беззастенчиво лапать. — Больно?

— Да… — неожиданно растеряно сказала я, сначала я хотела съязвить, но сейчас действительно почувствовала постепенно нарастающую боль в левой груди.

— Дура — на это раз он так выругался, подсечка, секунда и земля поменялась местами с небом. Я лежала на спине, под большим раскидистым дубом. — Давно? — В ответ я кивнула, грудь болела всё сильнее. Лёгкий дискомфорт я ощущала уже на протяжении нескольких часов.

— Я же говорил… — Он начал растягивать куртку, затем пуговки защитной рубашки, дойдя до майки которую он безжалостно порвал. Лифчик он трогать не стал, а мне в голову лезла сейчас всякая ерунда, на пример о том, что сейчас на мне абсолютно простой лифчик. Но вот когда Влад вынул с пояса свой нож, большой такой тесак с замысловатым узором на лезвии, Влад называл его современной дамасской сталью. Я испугалась.

— Ты что наменян делать — Он кровожадно ухмыльнулся, занёс нож надо мной, и резко опустил, вгоняя его в землю. В ту же секунду грудь разодрала дикая боль, я резко выдохнула, с губ сорвались кровавые капельки, а боль тут же отошла.

— Ну, вот и всё, гляди какой подарок из прошлого. — Он протянул перепачканную в крови руку, в его пальцах была зажата большая позеленевшая от времени пуля.

Я приподнялась на локте, самый верх живота был весь перепачкан в крови. Однако ни ранки, ни пулевого отверстия, откуда натекла эта кровь, я не заметила.

— Ну, всё поднимайся… — хватит разлеживаться. Наташа взирала на всё это представление с явной скукой, а вот эльф направил на меня вставшие торчком уши и даже убрал волоски, защищающие его тонкий слух.

— Что это? — спросила я, вертя покрытую зеленоватой коррозией пулю.

— Материальное воплощение смерти… могу тебя поздравить, ты только что пережила собственную смерть. Точнее воспоминания о смерти твоего предыдущего воплощения.

Влад покопался в кармане, и извлёк маленький кусочек рваного метала, покрашенного в зелёный цвет. Потёр его в пальцах, показывая мне.

— Это мой подарок из прошлого, этот маленький осколок перерубил паховую вену. Собственно это кровотечение и стало причиной смерти, в твоём случае это пуля. Зато теперь со временем к тебе вернутся все умения и навыки из прошлой жизни. — Ответил Влад, возвращай осколок обратно в карман.

— И что так будет каждый раз? — ужаснулась я.

— Нет, конечно, дальше будет легче. Чем больше времени разделяет воплощения тем легче. Так что не беспокойся, так плохо бывает только в первый раз, считай это потерей девственности. — Оскалился Влад, за что тут же получило кулачком в грудь.

Поднявшись с земли, я ощутила в теле необычную лёгкость, меня словно расперла из нутрии маленький воздушный шарик наполненный гелием. Я даже попрыгала немножко на месте, привыкая к новым ощущениям, да и автомат показался непривычно лёгким.

Выйти к деревне незамеченными нам не удалось, первым эльфов заметил Влад, он поднял руку, заставив наш маленький отряд, остановится. И очень тих будто боясь что нас подслушают, прошипел.

— Стоим и не шевелимся, мы окружены и на прицеле, пятнадцать нет восемнадцать гребных луков. Наташ толкни эльфа, что бы поздоровался со своими родичами. — На лице Влада ясно выступили капельки пота.

— Вирьмеет — неожиданно громкий голос эльфа, показался здесь чем то противоестественным, похоже, для него новость, что мы окружены, оказалась неожиданной.

Эльфы появились сразу, как будто кто-то неожиданно включил изображения. Они окружали нас плотным кольцом, каждый держал в руках лук кончики стрел слегка подрагивали, словно в нетерпении.

— Без глупостей, подчиняемся, будут отнимать оружие отдаём. — Прошептал Влад.

К нашему эльфу направился его сородич, он был выше, а лицо слегка портил небольшой шрам на скуле. Сайрес начал, что-то говорить своему сородичу указывая на Влада, пришлый Эльф скосил глаза в нашем направлении, и я с удивлением поняла что он…

— Да он косой — ошарашено выдохнул Влад. Эльф был косоглазый, то левый, то правый глаз неожиданно начинал смотреть не прямо, а куда-то в сторону. И ведь большинство эльфов страдали той или иной формой косоглазия. У одного глаза смотрели в кучу хотя такой был всего один, уставившись на кончик носа, у большинства всё же косил то один то другой глаз. Только несколько из этой мохноухой братии отличались здоровым прямым взглядом.

— И в правду косые… — подтвердила Наташа.

Тем временем Сайрес перешёл на крик, эти два эльфа были очень похожи, только, что новый был немного выше. Хотя, откровенно говоря, для меня все эльфы были на одно лицо, разве что сильно отличались цветом волос, двое были рыжими, около десятка тёмноволосыми, и только трое блондинами как наш эльф. Но самое интересное волоски в ушах тоже были под стать волосам на голове, рыжими и чёрными.

Ссору остановил громкий хлопок с этим звуком Сайрес получил по морде, и с удивлением уже с земли смотрел на этого высокого эльфа. Влад вначале дёрнулся, его остановила стрела, что воткнулась в опасной близости с ногами.

Нам связали руки, отобрали ножи и катану Влада. Когда клинок был извлечён из ножен, он вызвал к себе бурю внимания. Всё же меч был не настоящим, я как-то разглядывала его, обычный бутафорный меч, даже не острый, да и лёгкий словно пластиковый.

Катана, шла по рукам до тех пор, пока не достигла пальчиков одного белобрысого эльфа ударившего Сайреса. Кстати Сайреса тоже связали, этот высокий эльф презрительно осмотрел лезвие, а затем сломал его об колено. Влад болезненно скривился, наблюдая как переламывается напополам лезвие его меча.

— Ну это я тебе ещё припомню, белобрысая мразь. — Прошипел Влад, буквально вперив горящие ненавистью глаза в эльфа. Тот явно не понял, что ему сказали, но что-то он всё же уловил. Подошёл к Владу сказал, что-то, столпившиеся вокруг эльфы заржали.

— Ну давай ближе, сволочь. — Растягивая губы в улыбке, почти ласково говорил Влад.

— Влад успокойся, это всего лишь игрушка. — Попыталась я образумить Влада.

— Игрушка? — В его голос зазвенел, в нём послышались отдаленные раскаты грома. — С этой игрушкой, я прошёл половину мира, этот меч стал частью меня, один кусочком мозаики моей души, и тут заявляется треклятый эльф, и ломает его — Шипел Влад, а златовласый эльф продолжая тирады вызывающие у зелёной братии взрывы хохота приближаться к Владу. И это было его ошибкой.

Когда до Влада оставалось буквально несколько шагов, Хотник резко дернулся, клацнув зубами, ошарашенный эльф с поразительной скоростью отскочил, его нога запнулась об корягу, и он упал на подстилку из старой листвы, Влад же довольно оскалился. Но только через секунду его лицо, скривилось, эльф вскочил и с силой ударил Хотника в грудь, одновременно плюнув прямо в лицо.

Эльфы затихли, смешки сразу прекратились, очень быстро они сформировали живой круг, оставив Влада и оскорбленного эльфа в центре. Один из чёрноволосых начал снимать с пояса длинный и тонкий клинок.

— Он вызвал тебя на поединок. — Слова Наташи прозвучали неожиданно громко, в притихшем лесу.

— Поединок говоришь, ну что же… — Влад снова ухмыльнулся, он не стал спрашивать откуда эта знает Наташа.

— Его нельзя убивать, этот поединок не до смерти, убивший своего противника тоже будет убит — В подтверждение её слов, два чёрноволосых эльфа подняли луки, один прицелился во Влада, второй навёл стрелу в грудь Эльфу. Хотя тетивы были не натянуты, но я не сомневалась, что на это у лучников не уйдёт много времени.

— Влад ты же его победишь? — Это прозвучало банально, мне даже немного стало стыдно. А Влад провернулся ко мне, и ответил.

— Победить нет, убить легко… — Эльф наконец-то снял меч с пояса, было видно, что ему очень не хочется расставаться со своим оружием. Он развязал, стянутые за спиной руки Влада, протянул клинок. Влад как-то неуклюже взял незнакомое оружие. Если не считать фильмы, это был второй раз когда я видела настоящий меч, в отличии от казацкой сабли, что висела на стене нашего краеведческого музея или катаны что носил Влад, он был немного короче и не изогнутый а прямой как палка с массивным листообразным щитком защищающем пальцы, к тому же обоюдоострым.

Влад снял кожаную куртку, и рубашку оставшись в штанах и футболке. Покрутил, немного меч, а затем взглянул на спокойно стоящего в центре импровизированного круга эльфа. И просто исчез, в мгновение ока, оказавшись перед своим соперником нанося рубящий удар. Вот только эльф даже не шелохнулся. С выражением смертельно скуки он играючись отвел удар в сторону.

Меч эльфа словно запорхал в руках, заставляя Влада отступать, оба двигались с чудовищной скорость, клинки превратились в серебряные полосы, вот только Влада отступал, а эльф не меня скучающего выражения лица, теснил его заставляя пятиться шаг за шагом, всё ближе к живой границе кольца.

Взмах, и грудь Владу, крест на крест расчертила полоса, он охнул, припадая на одну ногу, брызнула кровь, заскрежетали зубы Хотник рванул на эльфа, нанося удар с верху в низ, Эльф подставил меч, и с тихим вздохом отлетел назад.

Сайрес, что-то прокричал его голос подрагивал от страха, но его тут же заткнул один из конвоиров.

Поднялся Эльф злой, с лопнувшими губами, по подбородку стекала кровь. Влад улыбнулся и похоже это для эльфа это стало последней каплей. Он словно бы весь вспыхнул серебряными всполохами, так быстро заплясал в его руках меч. Короткий обмен ударами, и падает уже Влад, зажимая глубокую рану на левой руке, кровь хлестанула из разреза буквально фонтаном. Артерия с ужасом пронеслось в мозгу.

— Чёрт, я его убью. — его голос звучал обреченно. Он подобрал ножны, вставил в них клинок. Эта поза, даже мне была знакома, классическая поза поединка на самурайских мечах, одна нога согнута в колене, вторая далеко отведена назад, меч на поясе в ножнах, туловище перекручено.

Эльф рванулся в перёд, но тут же отскочил, удара я не успела увидеть, секунда и Влад уже снова вкладывает меч в ножны, эльф, ошарашено уставившись на рукоять, его меч был срезан у самого основания, а зеленоватая курточка оказалась рассечена на груди. А Влад прыгнул, снова выдёргивая меч из ножен с чудовищной скоростью. Его меч издав протяжный толи стон толи вздох, остановился саамы кончиком у перевшись в грудь эльфа. Неожиданно раздался неестественно громкий крик. Влад сказал, что-то в лицо удивленного и испуганного светловолосого, а затем покачнулся и упал… Кровь из раны текла слегка пульсирующим потоком. Я дёрнулась подскочить помочь ему, но сильные руки меня удержали.

Из леса к нам вышел, седой старик в чёрной облегающей одежде и с таким же чёрным посохом, навершие которого слабо светилось в сумраке векового леса…

Мы шли по вековому лесу, и лес, что самое неожиданное был этому не против, своим внутренним слухом я ощущал, что дух великого леса чуть ли не ластится к человеку, который спас меня. Странный человек, по имени Влад, двигался по лесу как призрак. Я не слышал ни его шагов, ни дыхания, что бы как-то понять, движется ли он за нами, приходилось прислушиваться, его выдавали только мерные удары сердца.

Удивительный человек, мы народ Эльфов всегда были более чувствительны, чем люди. Мы слышим и видим лучше. Правда видим, только ночью, или под сенью вековых деревьев, на открытом пространстве приходится закрывать глаза веками, и что уж говорить, на ярком солнышке мы подслеповаты.

За мной шаг в шаг, шла Наташа и хоть она тоже для человека шла поразительно тихо, от неё хотя бы разносился скрип проседающей под её сапожками почвы. Хотя это всё было неважно, поскольку вторая девушка по имени Мария, ломилась разъяренным медведем.

Пожалуй, её можно услышать особо не напрягся за два, а то и три полёта стрелы. Вот так мы и шли, приближаясь потихоньку к моей деревне. Хотя я и знал, что вести чужаков без приглашения старейшин, равносильно предательству, но отказать Наташе я не мог.

Я верил этим людям, почему, не знаю, но во время всех их разговоров, я не уловил, ни капельки лжи, хотя нет Влад иногда, что не договаривал, но не более того. Это было странно, люди лгут всегда, некоторые из нашего народа, даже считают, что человек физически не может говорить правду.

Пускай я не понимаю, что говорят эти люди, но ложь от правды могу отличить, даже не понимая слов. Ложь имеет не с чем несравнимый звук. Всё просто, я Слышащий, калека.

Способность слышать, чужие мысли и чувства, и озвучивать свои, изначально присуще моему народу, правда, только женской его части. Это великий дар, наших женщин, но иногда с этим даром рождается мужчина, и для него он становится проклятием.

Мужчина слышащий, даже не считается мужчиной. Слышащий не может нанести вред другому живому существу, точнее может вот только он почувствует всё тоже самое, что и его жертва. Меч для меня бесполезен, именно поэтому я его не имел, обходясь коротким кинжалом. Даже если стреляешь из лука, муки жертвы нестерпимо бьют по слышащему.

Слышавшему мужчине нельзя женится, иметь детей, меня вообще не подпускали к женской половине деревни, где жили незамужние девушки, вошедшие в возраст. Обычно таких как я, отдают духам леса ещё во младенчестве, как и любых детей родившихся неполноценными. Собственно во младенчестве со мной так и поступили, оставив в чаше леса совершенно одного.

Вот только дух не принял меня, и звери не растерзали, через два дня меня полумёртвого и истощённого наши под тем же деревом. Старейшины посчитали, что это знак свыше и оставили мне жизнь.

Наверное, теперь они пожалеют о своём решении. Ведь я сейчас предаю свой народ, ведя чужаков по обители леса.

Первая остановка на нашем пути была неожиданной. Влад повалил свою эрстееле я не знаю, как это назвать по Русски, подруга может, но это будет не совсем точное определение. Честно говоря, в начале я подумал нечто непотребное, но потом понял, что с девушкой приключилась какая, то хворь.

Когда Влад засунул руку в живот Марии по локоть, честно говоря, я не поверил своим глазам. Он извлёк из её нутра, небольшой позеленевший кусок метала. По скучающему выражению лица Наташи я понял, что в этом нет ничего необычного, и решил воздержаться от вопросов. Уже через пять минут, мы снова двигались по тропе, но на этот раз Мария шла подозрительно тихо.

Наверное, прислушиваясь к её шагам, я и прошляпил приближение своих сородичей. А вот Влад к моему неудовольствию заметил их сразу.

Он остановил отряд, а из леса призрачными тенями, вышли лучники. Если вас взяли на прицел полный отряд эльфиских лучников, бузить, это самый простой способ самоубийства. Передо мной буквально материализовался мой старший брат. Умелый охотник и воин, гордость своего народа, не такое недоразумение как я.

— Что это значит — От гнева у него даже прошла аристократическая раскосость.

— Брат… Шееймус… они спасали меня — договорить он мне не дал, молча ударил, в глазах потемнело.

— Тебя спасли люди, ничтожество, и ты ещё после этого считаешь себя эльфом. — Зло процедил он, смотря на меня сверху.

— Связать их, пускай старейшие разбираются, и этого слизняка свяжите, будут рыпаться, что ж лишним мясо в лесу не бывает.

Влад не стал сопротивляется, он позволил разоружить себя, и показал своим спутникам, что бы тоже отдали оружие. При виде ножей из очень хорошей стали, эльфы навострили уши. А вот меч, Влада вызвал смех. Мало того, что он тупее некоторых палок, так к тому же выглядит совершено игрушечным. Меч путешествовал по рукам, бывалые охотники и войны смеялись над этой игрушкой, пока двое вязали нам руки.

Девушек и меня связали плохо, а вот Влада скрутили основательно, руки за спиной, да ещё и на уровне локтей. Похоже, даже мои не очень чувствительные сородичи, ощущали отголоски той спокойной мощи, что исходили от этого странного человека.

Мечом Влада завладел мой брат, презрительно осмотрев лезвие, он резким ударом сломал тупой клинок об колено. Волна боли, прокатившаяся от Влада по всему лесу. Заставила его обитателей замолчать, а меня чуть не выбило в обморок. Это боль была уже мне знакома, такое испытываешь, когда наносят вред душе.

Лес словно умер, тишина, даже деревья перестали шуметь. Ветер стих, а причиной был гнев, я услышал, как напрягаются мышцы человека, как натужно начинает трещать шнурок, стягивающий его локти. Мне вспомнилась моя курточка, порванная этим человеком. На секунду Хотник скосил глаза, его взгляд прошёлся по держащих нас на прицеле лучников, остановился на моём брате.

Ни я ни кто из других эльфов не понял что сказал Влад, вот только в этой короткой фразе звучало столько ненависти и призрения, что её содержание понял бы, наверное, даже тупой.

— Что сказал этот человек, я конечно слышал что люди падки до таких развлечений, но ещё не когда не становился объектом их вожделение — Эльфы отряда засмеялись, а их предводитель мой брат, начал приближаться к Владу. Мне хотелось остановить его, окликнуть, но недавний удар и унижение заставили язык прирасти к горлу. Он подошёл к нему почти вплотную, заглянул в глаза и процедил.

— Ну что человек, ты так сильно меня желаешь? — по отряду снова побежали смешки. А в следующий момент Влад прыгнул. Его прыжок не смогли остановить, ни двое державших его эльфов, ни нацеленные на него луки. Эльфов он просто утащил с собой, лучники на секунду заколебались с выстрелом боясь попасть в своих.

Влад клацнул зубами, лишь чуть-чуть не дотянувшись до шеи отшатнувшегося брата, тот дёрнулся слишком резко, оступился и упал. А Влад довольно оскалился, не зная, что нанёс Шеймусу, смертельное оскорблений. Брат буквально взлетел с прошлогодней листвы, побелев от гнева.

Возможно, Хотник и не собирался его убивать просто пугал, хотя я чувствовал, что сомкнись его зубы на шее Шеймуса, разорвал бы глотку не хуже лесного кота. Щеймус оскалился и смачно плюнул Владу в лицо.

Не удар, а плевок формальный вызов на поединок. Одно то что, брат воспользовался ритуальным способом вызова на поединок, а тем более по отношению к человеку само собой говорило о том, в какой тот ярости. Вот только шансов выжить в таком поединке у человека нет. Человек не может убить эльфа, а вот эльф может убить человека.

Попытался донести это до Наташи, надеюсь, она меня поняла, те лихорадочные образы, что послал ей я. Наверное, она всё же догадалась, потому, что Влад после её фразы неожиданно расслабился. Позволил вытолкать себя в центр круга, который образовали эльфы, Шереса и Влада взяли на прицел. Хотя это показуха, случишь, что обе стрелы достанутся именно Владу.

Руки Хотнику развязали, он снял с себя курточку и рубашку, оставшись только в нательнике, черноволосый незнакомый мне эльф вручил ему палаш, Влад принял его, на первый взгляд взял он его не очень умело. Впрочем, неуклюжими его движения были лишь на первый взгляд даже я, отвратный, мягко говоря, фехтовальщик, понял, что Хотник просто приноравливается к непривычному клинку.

Кажется, я моргнул и вот Влад уже наносит удар, он сократил разделявшее их расстояние в мгновение ока, вот только что бы победить моего брата, этого мало. Они сошлись, Хотник был сильнее и быстрее, а мой брат просто фехтовал куда лучше.

Брат стал теснить Влада, он наступал, его клинок, словно раздвоился, мой спаситель едва выдерживал заданный темп, всё больше проступало несовершенство его умения, он словно нахватался приёмов из сотни фехтовальных школ. Это не могло продолжаться долго, и Шеймус нанёс удар, ему уже начало наскучивать игра с этим хоть и сильным, но не равным ему соперником.

Клинок коснулся Влада, рассекая кожу на груди, и чуть цепляя ногу. Хотник покачнулся, но тут же выровнялся, и ударил сверху в низ, мой брат, скучая, отбил удар, и тут же улетел спиной назад в траву. Всё что я успел заметить это улыбку рассекшее побелевшее лицо Хотнка.

А в следующий момент брат взорвался серебряным вихрем, протяжный свист, звон, удар из левой руки Влада бьёт кровавый фонтан, он падает, но тут же вскакивает.

— Чёрт, я его убью. — Его многоголосый разум, сформировался одной единственной мыслью, по спине побежали мурашки. Мне хотелось закричать, что бы посмотрели ему в глаза, остановили. Я всё его однажды видел такие глаза, с такими глазами уходил умирать мой единственный друг, с такими точно глазами.

Он подобрал ножны, вложил в них меч, принял какую-то странную позу, перекрутив тело, мышцы взбухли, кровь из раны на руке потекла сильнее. Глаза брат сузились сильнее, и он подался вперед, что закончить начатое.

Жалобно запел, метал, время остановилось, я видел как его тело резко развернулось, как меч серебряной молнией выскользнул из ножен, оставляя за собой слегка светящейся след, будто не встречая сопротивления, клинок Влада срезал клинок Шеймус у самого основания, чуть коснувшись кончиком груди моего брата. Я выдохнул, а меч, вновь вложенный в ножны, запел свою заунывную песнею. Но он не закончил удар, изуродованный словно пролежавший несколько сотен лет в земле палаш, весь ржавый и выщербленный, застыл, уткнувшись в грудь моему брату. Я видел как Влад что то прошептал, видел, как расширяются в ужасе глаза Шеймус.

— Прекратить — Громовым раскатом, прокатился от горизонта до горизонта сухой дребезжащей голос.

Из леса вышел старший, Асманте.

При виде старца призраком вышедшего из леса, разно-волосатая братия эльфов нервно забегали вокруг него, силясь что то доказать, особенно сильно нарезал круги, тот белобрысый, что ранил Влада.

Правда, этот седой эльф, их даже не слушал, молча раздавая оплеухи рукоятью чем-то сильно смахивающим на пистолет, самых настырных перетягивая поперёк спины посохом, он добрался до Влада. Присел рядом, с неподвижно лежавшим Хотником, осмотрел руку, под Владом натекла уже изрядная лужа крови.

Из складок мантии, был извлечён самый газовый баллончик белого цвета, раздался звук разбрызгиваемой жидкости. Эльф от души залил рану Влада на руке, какой-то белёсой пеной. Кровотечение прекратилось, спрятав баллончик, эльф достал пневматический инъектор, приставил его к шее Влада и нажал на спуск.

— Ты что делаешь косоглазый! — Звук сопровождавший укол словно вывел меня из ступора.

Эльф выглядел молодо, и одновременно старо как сама жизнь, наверное, потому, что он был слеп. А может седые волосы, на молодом лице, делал его старым, хотя кто знает, как стареют эльфы. Одет он был абсолютно чёрный комбез, поверху плащ с множеством карманов.

— Я тебе понимаю? — У него был ужасный акцент, просто акцентище. Он удивился ничуть не меньше, меня. Абсолютно на автомате я ответила.

— Да.

— Точно? — переспросил ошеломлённый эльф.

— Точно.

— Удивительно. — А затем он сказал, какую-то фразу, на своём немного звенящем языке, меня отпустили, и стали смотреть гораздо дружелюбнее, а вот Сайрес начал открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба.

— Ну, так что вы сделали? — повторила свой вопрос я.

— Обработал рану, обычный регенерин, и противовоспалительное — Пожал плечами эльф — Ваш друг скоро проснётся, удивительно сильный организм, кстати, меня зовут Асманте.

— Мария.

— Древнее имя, говорите на мёртвом языке, вы ведь не отсюда?

— Да — В начале я хотела, соврать, вот только, жутко неприятное липкое чувство страха посетившее меня, заставило передумать.

— Не согласитесь, ли быть моим гостем мисс Мария, я приглашаю вас и ваших друзей в наше поселение и к себе в дом. Не надо слов просто кивните — Мне показалась, что эльф в чём то, хитрит, но решила за благо, принять предложения этого странного слепого эльфа.

— Отлично… — опять последовала тирада, смысл, который я не могла понять, но в ответ на сказанное, от собравшихся на поляне эльфов, послышался недовольный ропот. Но когда, Асманте нахмурил брови, ропот мгновенно сник.

— А что, это… — спросила я указывая на, кобуру с чем то крайне похожим на пистолет.

— Излучатель — пожал плечами, старик. Точно старик, несмотря на то, как он выглядит.

— Ох хорошо же меня приложил, этот белобрысый махноухий ускоглазый…. - дальнейшее было глубоко нецензурно, и непечатно, хотя и привело седого эльфа в непонятный мне восторг.

— Ты кто? — Заметив сидящего над собой эльфа Влад.

— Асманте — Ответил, протягивая руку, Хотнику эльф.

— Влад — больше от удивления чем, от желания знакомится, ответил Хотник, руку он всё же не пожал, кряхтя, поднялся сам.

— Ещё один махноухий, откуда вас столько набежало? — вопрос походе был риторический, однако, к удивлению Влад, на него прозвучал внятный ответ.

— Из деревни конечно, гражданин Влад — Хотник вылупился на заговорившего вдруг эльфа, совершенно круглыми от удивления глазами.

— У меня галлюцинации или этот эльф только что говорил понашему? — В ответ я кивнула.

— И так многоуважаемый Асманте, я правильно к вам обращаюсь? — Дождавшись кивка, Влад продолжил. — Не просините вы такой вопрос, какого хера, эти грёбанные эльфы на нас тут напали?

— Пограничные скауты… — пожал плечами как само разумеющееся Асманте. — У нас с людьми вооружённое перемирие.

— Ясно… все претензии к нашему касатику.

— Какому касатику? — Заинтересовался Асманте.

— Не важно, и что с нами теперь будет? — Я заметила, как Влад подобрался.

— Ну, в первую очередь я хотел бы поблагодарить вас, за то, что не пролили крови, ну а во вторых пригласить к нам в деревню, в качестве своих гостей.

— А разве мы не пленники? — Спросила Наташа, похоже, старый эльф не обратил внимания, на такую мелочь, что его гости всё ещё связаны.

— Если я сказал гости, значит, вы гости — насупился Эльф.

До деревни эльфов нас сопровождала до ужаса недовольная пограничная стража. Как оказалось причина такой «тёплой» встречи была проста. Нас проворонили, остановив чуть меньше чем в двух километрах от поселения. Притом, что могли вообще не остановить, пограничный отряд наткнулся на нас чисто случайно. К сожалению главой этого отряда оказался брат, нашего эльфа.

В гробу я видела такие случайности, в него эти же случайности нас легко могли загнать. Нарушение границ леса, человеком само по себе пятно на репутации отряда, а если учесть, как глубоко мы продвинулись, и то, что предводителем отрада оказался «придатель», нас вполне могли утыкать стрелами без всяких разговоров.

Когда инцидент был исчерпан, эльфы оказались не такими уж дикими созданиями. Они поглядывали на нас с явным интересом, чем вызывали у Влада бесконтрольные приступы раздражения. Большая часть эльфов двигалась в кроне деревьев, как им это удавалось делать абсолютно бесшумно, я не знаю. С нами рядом шёл только Сайрес, Асманте, и предводитель отряда брат нашего эльфа Шеймус.

Из крон, к нам спускался то один то другой эльф, с подарками. Похоже, когда Асманте назвал нас гостями, наш статус изменился, и эльфы этого отряда, к недовольству их предводителя решили подбить к нам клинья.

Наташе достался цветок, маленький изящный кинжальчик, небольшой флакон с серебристой жидкостю, до бела отполированный клык на ниточке, ещё несколько приятных мелочей. Моим же первым уловом оказалась шишка, честно говоря, я сначала едва не удержалась, что бы швырнуть подарок в наглое лицо дарителю, остановил меня только размер шишки. Шишка была большой, больше моей головы и очень тяжёлой. И вскоре я обнаружила, что упомянутая шишка, полна меленьких, но очень вкусных орешков, только формой похожих на кедровые. Вкусом больше напоминающих грецкий орех.

С каждым подарком Наташе, Сайрес всё сильнее шипел, и каждый подарок заставлял Влада слегка хмуриться. В конце концов, ему это надоело, и он начал шипеть и плеваться, причём плеваться исключительно метко. Это несколько охладило пыл дарителей они просто стали действовать осторожнее, стараясь не попадаться Владу на глаза. Спрыгнуть с ветки, ткнуть в руки подарок, улыбнутся и прыгнуть назад, прежде чем злой человек плюнет тебе в спину.

Плевок, у эльфов был ритуальным вызовом на поединок, и у эльфов из патруля не было ни какого желания сражаться с этим человеком, похоже авторитет Асманте охладил пыл обидчивых эльфов, и они предпочли игнорировать множественные вызовы. В такой весёлой обстановке мы и достигли границ деревни.

Деревня оказалась не совсем деревней, первое, что бросалось в глаза, это дома. Дома были спиральными, каждый дом как бы обвивал собой одно из деревьев, и чем больше было дерево, тем больше у такого дома было витков. Самые большие дома, насчитывали по десять, а то и по двенадцать витков. В отличие от остального леса, здесь деревья стояли на большем расстоянии друг от друга, однако тут был такой же полумрак как и в чаше. Кроны деревьев были очень широки, и казалось, смыкались над головой в бескрайний зелёный потолок.

Под домами, стряпали еду, на небольших печах эльфийки. Похоже, под каждым домом, была оборудовано, что-то вроде летней кухоньки. Небольшая печь, котлы, шкафчики. Тут же не подалёку резвились, махноухие детишки. Между рядом стоящими деревьями была оборудована небольшая изгородь, в которой и копошились голопузые карапузы, а уже подросшие и очень серьёзные эльфята. Следили за порядком в каждом из этих импровизированных яслей по молоденькому эльфу и эльфике, пожалуй, будь они людьми, их можно было назвать подростками. Надсмотрщики были явно не довольны свалившимися на их головы обязанностями.

А ещё поселение было невероятно большим, услышав слово деревня, я думала увидеть, пару десятков, ну максимум пару сотен домов. Однако тут их было куда больше тысячи, между каждым домом была изрядная свободная площадка, но всё равно они вставали вокруг сплошной стеной без промежутков.

— Не обращайте внимания, что тут так убого, это всё же пограничная деревня, а вот столичная деревня. — Не правильно истолковал наши круглые глаза Асманте.

Влад произвёл в деревне настоящий фурор среди женской части населения. Девушки и Женщины провожали его, каким то очень ошарашено слега пришибленным взглядом. Эльфийки замирали, некоторые роняли то, что у них было в руках, кое где падали в обморок. Неожиданно на пути отряда оказалась маленькая, но очёнь серьёзная эльфийка. Я уже обошла её, но неожиданно под взглядом не по-детски взрослых глаз остановился Хотник, он опустился на корточки перед ней, взъерошил ей волосы. От куда то из кармана он извлёк большую шоколадную конфету.

— Что тебе маленькая? — И показалась что девочка его поняла, она, молча, взяла сласть. Немного повозилась с обёрткой.

— Сколько миров, тебе надо будет перевернуть, может, отступишь Хотник, пока окончательно не увяз в звездном лабиринте… ты не найдешь здесь счастья, только смерть, но не свою.

— Чёрт, только предсказаний мне не хватало — выругался Хотник распрямляясь, похоже его не каплю не удивило, что девочка говорила с ним на русском. Он обошёл её, торопясь уйти вперед, похоже, ему было не особо важно куда идти, лишь бы подальше от это страной девочки. И уже в спину ему прозвучало.

— Так или иначе, это будет весело, удачи тебе дитё войны, в погоне за недостижимой целью, ни ты первый Охотник, и не твоя первая жертва.

Дом Асманте, отличался от всего того, что было построено в деревне, во первых он был на земле, а не обвивал дерево спиралью. А во вторых этот дом не был из дерева, камень стекло и метал. Это здание похожее больше на самолетный ангар. Привет из другого мира.

Возможно, гостиная Асманте не отличалось обилием мебели, точнее мебели здесь было много, вот только что бы освободить стол и стулья, пришлось перетаскать несколько довольно громоздких металлических агрегатов. Когда, в конце концов, мы расселись, первым слово взял Асманте.

— Итак, вы прибыли, из какой префектуры Метрополии? — мы удивлёно переглянулись.

— Нет — лицо Асманте неожиданно поскучнело. — Тогда откуда вы?

Рассказ занял весь остаток утро и половину дня, потихоньку подступал вечер. Влад начал елозить, явно нервничая, его беспокойство было понятно. В лагере остался голодный кот, конечно рядом был лес, и пропитания он мог себе добыть, но вот только не закусил бы он парочкой эльфов…В конце концов, я и Наташа закончили своё повествование о наших нехитрых злоключениях.

— Значит вы не из метрополии, а знаете на секунду у меня появилась надежда, я потерял её тысячелетии на втором своего существования, наверное, может быть и раньше. Мы все выходцы из цивилизации достигших в своём развития невероятных высот. Это было больше трёх тысяч лет назад, с тех пор эта история переродилась в легенду о людях с неба и звёздных вратах. — Он начал рассказа, как-то сутулясь, его тихий голос отражался от серебристого потолка, и каменных стен.

— Как это? три тысячи лет? — Удивился Хотник.

— Не надо перебивать меня молодой старик. Мне тяжело даётся крушение последних надежд. Наш звёздный челнок, двигался к созвездию где имелись звезды группы Б, как солнце моего родного мира. Я лингвист и историк знаю больше сотни различных языков, в том числе и мёртвых, к коему относится и ваше наречие. Всего на борту было шестьдесят человек. Три народа, нашей родины. — Эльф вздохнул, буду то не желая что то вспоминать.

— Эльфы самые долгоживущие мы учёные, философы и учителя, теоретики, многие поэты вышли из моего народа. Гномы, живущие лишь за малым меньше эльфов, прирожденные инженеры и механики, более скрупулёзные в складе ума, более прагматичные вот и всё чем они отличались от нас. А ещё были люди, хотя тогда их звали Б`айци, более сильные и выносливые, легко приспособляющиеся к любым условиям, быстро взрослеющие и легко обучаемые, вот только плата за это была в десять раз более короткая жизнь. Как сказал один из великих умов этого народа «мы просто живём в десять раз быстрее» — На этом он прервался, достав из кармана мешочек, выкопал немного порошка на палец, и растер по дёснам.

— И что было дальше? — не утерпев, спросила я.

— Терпение барышня, у меня давно не было слушателей, которые бы поверили в мою полубезумную историю. — Он усмехнулся, а у Влада в глазах проскользнуло понимание.

— Все эти три народа, были одного вида, когда были только люди, но потом по средствам генной инженерии появились эльфы и гномы, наиболее близкий народ к перво расе это Б`айци. Всем Хомо, у нас могут быть общие дети, полукровки. — Он вздохнул, снова достав из мешочка порошок и растёр его о дёсна. Его взгляд был устремлён куда то в даль.

— Через пятнадцать лет после высадки, первые транспортные врата были построены, к тому времени были возведены, временные бараки, пищевые синтезаторы, некоторые производственные мощности. Мы с нетерпением ждали открытия канала, первых колонистов, и оборудования, а также метала, это планета оказалась крайне бедна на металлы в первую очередь на железо и меди. Нам даже пришлось разобрать наш транспорт для получения некоторых недостающих металлов. И вот врата заработали, запитанные от главной энергетической установки корабля, они могли работать практически вечно. Однако из врат ни кто не пришёл, врата на той стороне не были открыты. И звездный путь превратился в звёздную дыру, отряд из Б`айци стал жертвой первыми, их затянуло в нестабильный прокол пространства. — Глаза Асманте заволокло мутной плёнкой, он прикрыл их вторым веком.

— Ещё два года, мы пытались стабилизировать проход. Работая как в каменном веке, при свете свечей и слабой индикации приборов. Почти вся остающаяся энергия уходила на синтез пищи, и работу некоторых приборов, львиная же доля шла на подержания врат открытыми. А потом мы сдались, решили, что выживания важнее связи, и занялись таким приятным делом как размножение, мы вознамерились сохранить все три расы, не допуская смешенных браков, детей полукровок утилизировали.

— Генная инженерия, помогла справиться с проблемами изолированной малой группы. Мы быстро размножились, и что бы сохранить чистоту крови, разделились как можно дальше друга от друга, оставив злополучные врата далеко за спиной, и это было первой ошибкой.

— Как я понимаю первыми были Б`айци? — Спросил Влад.

— Да ты прав юноша, уже через четыре поколения они забыли что мы все являемся людьми, забыли что такое народ Б`айци, а всех остальные народы стали звать, нелюдью. Они сплотились в желании уничтожить всех не похожих на себя. Разразилась война, поглотившая под собой остатки былой цивилизации, и тысячу лет мир заливали кровью. За это время, подлинная история забылась, или была переписана.

— Однажды мы собрались в месте, без малого двадцать шесть людей, двенадцать эльфов, тринадцать гномов, и один неизвестно как выжавший Б`айци. Мы взяли за покрывшиеся пылью остатки былых времён, что всё ещё были нетронуты вокруг звёздных врат. — Он тяжело вздохнул.

— Я не знаю, что сделали наши учёные, но это как-то связано с вратами, но у трёх народов, появился враг, объединивший их, перед лицом обшей опасности. С тех пор у нас относительный мир, а я возможно последнее дитя иных звёзд.

— И зачем ты нам это поведал Асманте? — нахмурившись, спросил Влад.

— Потому, именно там может быть то что вы ищете, по крайней мере самый мощный источник энергии на этой планете там.

— Слушай старик, я не верю в благотворительность, скажи, что тебе нужно?

— Время не пощадило врата, ходят слухи о огромной мигающем глазе на севере. Хотя раньше это были серебряные врата. Контуры врат повреждены, пространственный прокол нестабилен, его надо закрыть. Если извлечь источник энергии врата закроються сами.

— И как же мы будем его выключать? — брови Влада двинулись навстречу с шевелюрой, настолько он удивился просьбе старца.

— Всё же таких узко профильных специалистов среди нас нет.

— Достаточно просто отключить центральный компьютер корабля… — видимо слепец почувствовал направленные на него недоуменные взгляды. — Я нарисую схему, надо ввести код и дёрнуть рубильник, уж с этим вы должны справиться. — В голосе явно чувствовалось недовольство.

— Если это так просто, почему мы? — Наташка озвучила, интересующий всех нас вопрос.

— Это не просто, очень даже не просто, путь лежит через земли людей, а как вы понимаете ни одному эльфу, хода вглубь границ нет… — в голосе начали проскакивать нотки нетерпения.

— Я почему то уверен, что это не основная причина.

— Ни кто кроме вас не сможет отключить центральный компьютер. — С явной неохотой ответил Асманте.

— Почему, его охраняют какие-то жуткие монстры? — недоуменно спросила я.

— Предохранитель, в своё время, мятежные колонии закрывали свои врата, выражая тем своё недовольство, поэтому метрополия ввела ДНК предохранитель, не один из потомков колонистов не имеет права отключать главный компьютер, а также не имеет доступа к источникам питания. Это может сделать только человек с отличной ДНК структурой, то есть прибывший из вне.

— Зашибись — выразил наше общее мнение Влад. — И чем грозят, не закрытые врата?

— Они грозят схлопнутся, а последствие, могут быть весьма различны, от взрыва мошность в несколько гигатон, до исчезновения естественного магнитного поля планеты, или наоборот его резкого усиления, вариантов множество, но не один из них меня не устраивает. — Асманте нахмурился, а затем зашипел разъяренным питоном. — Так, что не советую тебе отказываться странник, и если тебя не будет мучить совесть от гибели целого мира, то угроза получить заряд плазмы в грудь, неплохой стимул, не так ли, странник.

Старик держал в руках, предмет чем-то отдалёно напоминающий пистолет, нацелив тупорылый конец Владу прямо в грудь. Я заметила как, Хотник напрягся, готовясь в любой момент отпрыгнуть в сторону.

— Не советую, я наделаю в тебе дырок ещё в полёте.

— Ты слепой старик, не думаешь ведь, что тебе стоит со мной тягаться в меткости. — В грудь старику уставился пистолетный ствол.

Губы Асманте растянулись в усмешке, воздух будто сгустился, напряжение в комнате достигло своего апогея.

«От слепца слышу, но ведь для тебя это не помеха, я слышащий эмпато-телепат, как и ваш друг, выросший в этой деревне, а у нас есть свои способы видеть» На осознание того, что голос звучит, прямо у меня в черепной коробке ушло несколько мгновений.

Влад глухо рассмеялся.

— Знаешь, старик у меня чешутся руки, проверить твою меткость, запомни есть люди, которые ненавидят, когда их к чему-то принуждают, и могут решить, что шанс получить заряд плазмы в грудь более привлекательно, чем делать, что-то не по своей воле. Но, похоже, наши цели, совпадают, хотя цену за свою помощь я все же возьму.

— И чего же ты хочешь?

— Его — он указал на нашего эльфа, — и оружие взамен того что ваши осталопы сломали.

— Лишнего плазмера у меня нет. — Нахмурился Асманте.

— Ага, значит по-нашему ушастому друг вопросов нет, а оружие, хватит пары хороших мечей. — Усмехнувшись, ответил Хотник.

Весёлый перезвон клинков, Влад кружился почти как в танце, небольшая песчаная полянка, четыре раскрасневшихся смеющихся эльфа, работая сообща гоняли Влада меж деревьев и, похоже, получали от этого занятия истинное удовольствие. Волосы Влада прилипли от пота к лицу, уходя от очередного выпада его длинные волосы, вздымались чёрной волной, иногда эльфиская сабля срезала несколько волосков из его шевелюры. Он улыбался, открыто и радостно.

— А у Влада отрасли волосы… — прихлебнув из древесной кружки, сказала Наташка. Мы устроили небольшой пикник, пока Хотник развлекается, я, Наташа, и Крыс. Кота пришлось привести в деревню, он срочно понадобился Хотнику. Хотя не обошлось без неприятностей, в виде трёх чуть ли ни насмерть перепуганных эльфов. Не мудрено, здешние кошки считаются крайне опасными, а если учесть, что они в среднем вдвое меньше нашего Крыса.

— И в правду, роскошная чёрная копна, ещё немного и я начну ему завидовать…

Глухой удар, и вот Влад катится кубарем нам под ноги, что же неужели моя фраза виновата. А нет, вон как улыбается в небо. Его плечи слегка запылились, он прикрыл глаза. К нему подбежал Крыс, и начал вылизывать лицо, Хотник пытался от него отбиться, но получалось у него это крайне плохо. И вот они уже возятся в пыли, а эльфы стоят на другом конце полянки, старательно пряча улыбки.

— С вами обрастешь и на луну взвоешь. — Ворчал Влад, наконец, отогнав от себя наглого кота — Похоже, манера французских фехтовальщиков тут совершено не подходит, чёрт.

— И чьи умения ты заимствовал? — У Наташки глаза загорелись, каким-то странным, предвкушающим блеском.

— Господина Де Ла Шатеньре, самовлюбленный дурак и придворный фаворит, хлыщ и ловелас, хотя один из лучших фехтовальщиков того времени. Погиб, чисто по своей собственной дурости, недооценил противника… — недовольно поморщившись, ответил Хотник.

— И чем же его умения тебе не угодили? — я перевернулась на спину, подставляя солнышку лицо, приятно, в лесу всегда сумерки, и я немного устала от полутьмы, а тут похоже специально оставлена опушка.

— Мне не угодила французская школа фехтования, не подходит к здешним мечам. Там использовали шпаги и даги, здешний меч тяжелее и толще чем-то напоминает бастард, но лезвие тоньше и сам меч намного легче…. — Влад задумался.

— Может, тогда какого ни будь рыцаря? — Наташка даже подалась вперед, спрашивая это.

— Да… тут каждый второй, ходит в доспехах — в этих словах была изрядная доля сарказма. — Из средств защиты у здешних есть только, кожа и дерево, метал слишком дорог. — Отмахнулся от неё Влад.

— Да и их школа фехтования, в современном мире мало полезна. — Добил, предложение Наташи, Влад на корню.

— А почему именно меч? — мне стало любопытно.

Влад резко вскинулся, и ошеломительно мне улыбнулся, отчего я слегка поплыла, похоже у меня на щеках заиграл румянец, так как улыбка стала ещё шире.

— Маша да ты просто умница — растягивая слова, проговорил он, одним тягучи движением поднимаясь с земли, направившись к большому ящику с разнообразным режуще колющим барахлом.

— И что это будет? — Куколка возле меня перевернулась, подставляя для пропиканния филейную часть. Вызвав тем самым сдавленный вздох у эльфийской братии, и мой недовольный взгляд. На мой вкус, купальник Наташи мог быть и более, скромным что ли.

— Сейчас, сейчас, где то я здесь видел, что-то похожее… — приговаривал Влад в такт позвякиванию, клинков и мечей. — Ага, вот оно, почти Гладий, ну немного длиннее конечно, где то тут был второй.

В руках Хотника, оказался короткий, но довольно широкий клинок, с прямоугольной гардой, и, с толстой рукоятью с увесистым набалдашником на конце.

— Гладий? Это что-то римское. — Решила я блеснуть эрудицией, наблюдая, как Влад достаёт второй такой же клинок. Удивляюсь, как он умудряется обходиться без зрения, и в деревья не врезается, и об ножечки не режется.

— Да, короткий римский меч, ситуация тогда была примерно та же, хорошего железа мало, обработка железа трудна и требует много времени, вот и приходилось выкручиваться. Крыс ко мне! — кот, недовольно поднялся с травки и потрусил к Владу, который уже нашёл второй меч.

— Какой ни будь, легионер? — Скучающим тоном спросила Наташа, похоже в отличии от рыцарей, данная тема ей была мало интересна.

— Нет, лучше. — Влад опустился на одно колено, притяну Крыса за голову к себе, уставившись повязкой в глаз большого кошака. Секунда и из зрачков кошки выскользнула небольшая ели заметная искра.

Поднялся с земли он уже иначе, сменилась пластика и походка, шаги стали тягучими и плавными, его слегка покачивало из стороны в сторону… Это движение чем то напоминало покачивание кобры, или любой другой змеи под мелодией дудочки укротителя. Мне уже доводилось наблюдать, как он выуживает нужные ему навыки, но такое сильное изменение было неожиданным.

На ходу, практически не останавливаясь, он подхватил с земли короткие клинки, уверено крутанул их вокруг кисти. Губы тронула лёгкая улыбка, и он направил свой слепой взор на резко притихших эльфов.

И без задержки, напал, эльфам пришлось тяжко, вначале его движение были скованными и не слишком уверенными, но даже так, его оппонентам пришлось уйти в глубокую оборону. Постепенно его выпады стали резче и точнее, шаги плавными и опасными, пластика ещё раз изменилось.

До этого эльфиским бойцам не приходилось напрягать много сил, что бы противостоять Владу, но сейчас всё стало иначе. Четверо молча, отражали его колющие выпады, и уже не смеялись. Их лица были напряжены, а Хотник всё наращивал темп, кружась в этом хаотичном, но красивом танце. Влад их теснил, они отступали словно под напором сильного ветра, и в конце концов эльфы резко разорвали дистанцию, склонив головы признавая поражение.

Он смог остановится, только сделав ещё два шага, грудь Хотника надрывно вздымалась, воздух из лёгких вырывался с тихим сипом. Лошадь, пожалуй, в таком состоянии уже бы давно откинула копыта. На лбу Влада выступил кровавый пот, а из-под повязки отчетливо виднелись кровавые подтёки.

— Если я ещё раз, вздумаю отплясывать в таком состоянии, пожалуйста оглушите меня прикладом ещё раз. — пожаловался нам Влад, усаживаясь на песок прямо там где стоял и начиная стаскивать с себя майку.

— Ну и кто же это был? — мне стало любопытно, в школе мне всегда нравилась история, и все римские войны в моём воображении представлялись несколько иначе, щиты в рост человека, копья, ну и ровные ощетинившиеся квадраты, сформированные этими щитами и копьями.

— Арканит времён первой римской республики Квантиус Мафенас. — чуть задумавшись, ответил Влад.

— Арканит? — Мы с Наташей спросили одновременно, похоже, она тоже не знала кто это такой.

— Элитный войн, в отличие от легионеров они сражались разбитым строем, не имели щитов. Засады, диверсии, неожиданные удары с тыла, в общем, в современном мире их бы назвали диверсантами. В бою использовали два коротких меча, носили чёрные маски, броня тоже в тёмных тонах, эксплуатировали свой зловещий образ. — Влад вздохнул, опускаясь на песок, махнув эльфам рукой давая понять, что они больше не нужны. Те спешно похватали свои вещички, взяли ящик с оружием и поволокли, куда-то в сторону деревни. Проводив взглядом немного хмурых эльфов, было видно, что они не привыкли проигрывать, Влад продолжил. — Да и ситуация схожа, твёрдых металлов мало, броня медь дерево кожа, всё добываемое железо идёт в основном на мечи, которые имеют аристократы и личная гвардия этих аристократов. Средний воин это бронзовый или медный меч, копьё и палица. — Его голос на последнем слове как-то неожиданно повеселел.

— Слабо догадаться из чего делают набалдашники к местным дубинам? — Его глаза лукаво блеснули.

— Камень? — Наташка меня опередила, и мне пришлось ненадолго задуматься, подбирая варианты.

— Они деревянные? — Ляпнула первое, что пришло в голову я.

— Они Золотые! — и замолк, наслаждаясь произведённым эффектом.

— Но ведь золото мягкое! — недоуменно воскликнула Наташка.

— Для большой колотушки твёрдость не нужна, но, да они используют не чистое золото, а с небольшое примесью, меди, наверное, эх было бы золото у нас в цене… — он только досадно махнул рукой.

— А как вы думаете что это? — Влад показал нам небольшую квадратную железную пластинку со значком по центру чем-то напоминавшим стилизованную английскую букву С.

— Это монета? — поспешила предположить я.

— Умница!!! Да это самая весомая из ходовых местных монет, за пару десятков таких можно купить неплохую лошадь, а если добавить пару сотен, то и паршивенький железный меч. А вот это местная мелочь — он вынул из кармана небольшие круглее и жёлтенькие монетки. — Между ними есть ещё медные треугольники…

— Откуда такая осведомлённость о местных реалиях? — подозрительно прищурилась Наташа. Влад, почему то начал прятать глаза, и неожиданно как-то засуетился, стараясь отодвинуться от нас подальше.

— Ну, пока вы спали, я немного поговорил с Асманте, и выменял на парочку безделушек.

— Что ты сделал? — Нас возмутили не его разговоры, а то, что он осуществлял торговлю, да ещё и без нас!

— Ну, выменял штык нож на карту и небольшую кучку местных денег, два зеркальца, на лук со стрелами для эльфа и целебную мазью, представляете, стоит помазать ею ранку или ожог как он перестает болеть и тут же начинает заживать. — Восторженно произнес Хотник при этом активно жестикулируя, было видно, что он очень доволен приобретениями.

— А откуда у тебя зеркала? — закрались у меня нехорошие подозрения. И я подтянула к себе свой рюкзак, принявшись в нём копаться.

— Ну, там у вас была парочка… — промямлил он, снимая с ветвей одежду, и начал медленно отступать к деревьям.

— Моя пудреница! Моё зеркальце! Влаааааад…. — Взревела не своим голосом Наташка, вскакивая со свое места, её волосы разметало в разные стороны и немного всклочились… ну натуральная ведьма.

— Ну что, Влад, чуть, что сразу Влад… — он активней стал пятиться и оглядываться, явно в поисках путей отступления.

— Влаааад… — это уже был мой рёв, я не обнаружила у себя косметичку.

— Крыыыс убивают, насилуют, спасай! — Видя перед собой, две неотвратимо надвигающиеся на него фигуры проорал Хотник. Правда пригревшийся на солнышке кот, лишь дёрнул задней лапой и раздражёно ударил по песку хвостом, как будто говоря «Отстань, я и так уставший».

— И как это понимать…

— И что же это такое… — на два голоса начали мы…

— Девушки, девушки, прежде чем начать меня убивать, дайте сказать последнее слово.

— Нууу… — угрожающе прошипела я.

— Сначала поймайте…

С огромным энтузиазмом мы бросились его ловить, но Влад неуловимым боковым движением ускользнул, отскочив на несколько метров и начал ждать. Переглянувшись с Наташей и кивнув друг другу, мы, не сговариваясь, стали заходить на Влада с разных сторон, она с лева я справа.

— Двое на одного, это не честно! — вскрикнул Влад и дал стрекоча.

Ещё некоторое время мы гоняли Хотника по всей поляне, однако поймать его оказалось той ещё задачкой. И постепенно основная причина погони как-то забылась, мы увлеклись процессом, в конце концов, мы загнали Влада на высокое раскидистое дерево. Он практически с ходу, взлетел на самую вершину дерева, прячась в густой кроне. Пожалуй его скорости вертикального подъёма могла позавидовать любая обезьяна.

Утро выдалось прохладным, похоже тут начиналась осень, мы вышли к оставленной нами стоянке только вечером того же дня, с нашего ухода почти ничего не изменилось. Эльфы проводили, нас до границы своей территории, Влад не хотел задерживаться дольше, чем это было необходимо. Всё же наше время пребывания в этом мире было сильно ограниченно.

Наш Эльф хвостиком бродил за Наташей, как единственной способной кое-как его понимать, пытался разговаривать на русском, пока получалось у него откровенно плохо. При этом, судя по его лицо, он казался слегка пришибленным, потому, что постоянно улыбался, с непривычки это слегка раздражало. В общем-то, Сайрес оказался довольно забавным, немного наивным, сейчас почувствовав мой взгляд, он поднял свои очи, прикрытые чуть серебристым вторым веком, и в очередной раз улыбнулся. В ответ я громко фыркнула, заставив его слегка смутиться, он всё же он был забавным.

А вот Влад мрачнел, ворчал и шипел, периодически прикрикивая то на меня, то на Наташку, окидывая лес обеспокоенным взором, было видно, что он хочет поскорее оказаться от него как можно дальше.

Крыс, же был его противоположностью, вольготно спал, хотя он почти постоянно спал, вот же ленивое животное. Он морально готовился к предстоящему забегу. Ехать мы должны были не быстро, но все, же бежать ему явно не хотелось. На него банально не хватало места, всё было загружено припасами, в основном провизией и водой, до ближайшего города, оказалась почти неделя пешего пути. Более точного расстояния добиться от эльфов не удалось. К тому же хоть это и был всего лишь прикрепостное поселение, показываться там и вызывать нездоровый ажиотаж у местных, не было в наших планах. Хотя я если честно, я бы ничего не имела бы против, небольшой экскурсии, но у Хотника было иное на сей счёт мнение.

— Влад… — окликнула я, очередной раз оглянувшегося на лес Хотника, но тот поглощенный созерцанием меня не услышал.

— Влад… — ноль внимания.

— Да Влад же!

— Что? — на меня, наконец, обратили внимание.

— Чего такой напряжённый?

— Лес, на нас кто-то смотрит, причём не могу понять, с какой целью, толи провожают, что бы мы точно убрались, толи… — Влад махнул рукой — не знаю, но я хочу поскорее, отсюда уехать.

Мы свернули лагерь, погрузились на броню, я и Влад расположились на крыше, Наташка с эльфом в броне…. Было жарко, я скинула курточку, оставшись в одной майке, Влад взглянул на меня как-то неодобрительно, усевшись напротив спиной к лесу.

— Накинула бы ты куртку?

— А что я тебя смущаю — В воздухе на солнце что-то блеснуло и с глухим стуком ударило Влада в спину. Тот только поморщился, неспешно поднял с брони автомат, уперев его прикладом в пол, в этот момент ещё один глухой удар, судя по тому, как Хотник дёрнулся, куда то под левое плечо.

— Да надень ты, наконец, куртку — сквозь зубы прошипел Хотник. Как-то лько куртка оказалась на мне, Влад развернулся и дал длинную очередь, куда-то в сторону леса.

— Мстительная сука — шипел Влад, перехватывая автомат, за рукоять, укладывая в подствольник гранату. Броневик начал набирать скорость, всё дальше уезжая от леса. Из люка появилась любопытная голова эльфа, но Влад одним коротким окриком заставил его скрыться обратно.

Глухо ухнул подствольник, громко хлопнуло в лесу, раздался шум падающего дерева и крики, судя по интонации, кто-то очень не лестно отзывался о Владе. А затем Хотник уселся на броню, его руки уже успели сменить магазин, и было видно, что это действие вбито на уровне инстинктов. Лицо Влада исказила гримаса боли.

— Что же ты тормознутая то такая, ой как больно… — Влад зашипел, а затем выдал такую тираду о моих умственных способностях, что я в первое мгновение зависла, не зная толи обижаться, то ли краснеть от стыда.

— Что застыла, давай лечи меня, по твоей милости, я инвалид у меня спина болит. — Укладываясь животом на броню пропел Влад, было видно, что тревога постепенно отступала и он мог наконец расслабиться.

— Ты почему не увернулся?

— А ты бы лучше смотрелась со стрелой в животе? — притворно удивился Хотник, но тут, же посерьёзнел. — Первую стрелу я пропустил, вторую смог почувствовать, но ничего не мог сделать, я не настолько крут, что бы останавливать стрелы усилием воли.

— Но как же, тогда когда нас обстреляли с крыши? — опять из люка показалась любопытная голова, на этот раз Наташи, кто сейчас рулит бронёй думать почему-то, не очень хотелось, надеюсь тут иметься круиз контроль, на мгновение я представила эльфа за баранкой и мне это не понравилось. — Притащи Аптечку. — попросила её я.

— Видишь, какое дело, человек обычно не может хладнокровно убить. Обязательно чувствует, какие либо эмоции: злость, радость, предвкушение, страх, печаль. Список можно продолжать бесконечно, и если подобные чувства направлены на меня, я ощущаю само намеренье человека, это очень многое даёт… — он замолк, о чём задумавшись…

— И…?

— Если я не почувствовал, значит стрелявший совершенно ничего не испытывал во время выстрела. А вот вторая стрела, была приправлена злостью… Иногда, среди нас Извечных, их называют идеальными убийцами.

— И что же надо сделать, что бы стать таким… — в этот момент Наташка, как раз вытянула из люка аптечку.

— Сделать? — Влад хмыкнул — ничего тут не сделаешь, с этим надо родиться.

— Ладно, снимай куртку… — Влад с подозрением посмотрел на всё отдаляющийся лес, но куртку снял, только когда о нём напоминала лишь тёмная полоска на горизонте. В коже куртке на спине, виднелись две аккуратные дырочки от стрел которые, не пробив бронеткань отскочили куда то в траву.

— Вот и не будешь, после этого параноиком, обе в сердце, меткий собака. — Проворчал Влад, рассматривая прорехи. Сквозь разрезанный материал, была видна плотная ткань с вмятинами от попаданий стрел.

Броня медленно покачивалась, мощные колеса, оставляя широкую колею в траве, Влад как будто уснул, я втирала в его спину, резко пахнувшую ментолом мазь, а он, похоже, бессовестно уснул, только, что, не мурча от удовольствия. На спине потихоньку, прорисовывались два больших синяка, заставляя меня чувствовать себя виноватой.

— Сегодня прибудем под стены города, станем чуть южнее, а завтра будешь учиться снайперскому делу.

— А я думала тебя совсем, разморило? Сейчас ластится, начнешь? — беззлобно поддела я Хотника, вытирая руки куском марли.

— Что поделаешь природа, берёт своё… — Надевая майку назад, ответил Влад.

— Какая природа?

— Кошачья, Маш, кошачья, что-то передаётся от Крыса мне, что-то ему от меня. — Хотник перекинул лямку автомата через плечо, поморщился, когда ремень задел синяки.

— Крыс? Почему… — честно говоря давно интересовал вопрос.

— Он мой якорь…

— Якорь?

— Не важно, тебе слишком рано об этом знать…

Оставшийся на сегодня путь мы проделали молча, каждый думал о своём, на меня снова напал приступ грусти по дому, усугублялось всё тем, что отправить весточку домой не было теперь ни какой возможности. Влад же, обозревал окрестности, иногда прихлёбывая воду из фляги.

Хотя обозревать было особо нечего, насколько хватало глаз, стелилась бескрайняя зелённая равнина, и охотник заскучал. Развалившись на своей подстилке, без этих плотных кусков ткани броня изрядно припекала пятую точку, нагревшись на солнышке, да и просто сидеть на жёстком было не слишком удобно.

Примерно к середине дня мы наткнулись на дорогу, хорошо утоптанный каменистый тракт, с небольшими крашеными столбиками. Решив не пугать аборигенов, Влад направил броневик вдоль тракта, но в некотором отдалении.

К вечеру мы смогли наблюдать город, хотя термин приграничная крепость больше подходил, этому населённому пункту. Небольшое коричневое пятно, в бескрайнем зелёном море, которое пересекала голубая полоска реки. Не слишком высокие стены, метров пять-шесть, похоже, сложенные из обожженных глиняных блоков. Чуть более высокие башенки, с едва различимыми точками лучников, прячущиеся от солнца под деревянными навесами. И высокий, чёрный замок в центре, который на проверку со слов Влада оказался фортом.

— Стена сложена сравнительно недавно, довольно запушенная, хотя видны следы подновления… А вот форт… Интересный, от него так и несёт древностью… — сказал Влад на пригорке рассматривая город в бинокль.

— И что? Будем заходить? — своим звонким голосом спросила Наташа…

— Нет, не чего там нам делать, завтра с утра обойдём его большим кругом и двинем дальше?

— Пора устраиваться на ночлег, первым вахту будет нести эльф, потом Мария, затем ты Наташ, а я возьму на себя собачий час.

— А может, просто Крыса оставим сторожить… — заикнулась, было, Наташа, но напоролась взглядом, на уже заснувшего, вымотавшегося от длительного забега кота… — Да не вариант.

Темнело здесь очень быстро, и почти сразу, солнце словно выключалось, неожиданно прячась за горизонтом, а до того как выплывет местный аналог луны было далеко. Уже почти в полной темноте мы разбили лагерь, эльф остался нести первую вахту, а мы завалились спать.

Слепому тяжело понять, когда он проснулся, это стало для меня неприятным открытием. Вокруг тьма, мир окрашен лишь запахом и звуком. Вдобавок именно сегодня был очередная благословенная ночь, когда меня не мучили кошмары, и теперь только ночная прохлада и отступившая сонливость напоминали, что я вообще спал.

Тихо, вот где то запилил свою песню местный сверчок. Ветер колышет крышу палатки, мерное дыхание эльфа под боком. Интересно снится ли ему что, судя по тому, как трещат сухожилия, заставляя кулаки, сжимаются до хруста, сон не очень приятный. Я забыл, когда последний раз видел мирные сны, научился не замечать сновидения, не будить своих спутников криками.

По коже пробежал холодным ключиком лепесток ветра, что то, я слишком сентиментален сегодня… Странно, тихо. Не слышно скрипа ботинок, ночного дежурного. Странно, может быть, все спят, не то, что я бы баялся нападения. Ещё нет человека, которого я бы не смог почувствовать… Проснулись голоса, что то шепчущие из глубин сознания, другие орущие насмехающиеся над моей самонадеянностью.

Стоп, я приподнялся на локтях, прислушался, нет, не показалась, вечную тьму взрывали всего три ярких облачка, чужого дыхания. Эльф, Крыс, Наташа, где Мария, подозрение и понимание пришли одновременно, её нет. Где то внутри, глубоко внутри проснулся и шевельнулся зверь, приоткрывая одно из множества глаз, собрав в себе все голоса, шёпот и крик. Спокойней нельзя терять самообладания, это смерти подобно, в моём случае не только для меня и окружающих.

Где то во тьме шевельнулся Крыс, почувствовал отголоски моего настроения, сонно рыкнул, засучил во сне лапами, вспарывая страшными когтями зелёную шкуру луга. Спокойней друг, я уже в порядке, она жива, я это чувствую, и это главное, пока она жива, ещё ничего не кончено. Ну что же будем вас спасать из самой высокой башни, моя принцесса.

Я улыбаюсь своим мыслям, как хорошо, когда мир прост, есть те, кто украл у меня, и есть то, что я доложен вернуть. Мне это нравится, наверное, странно говорить о себе в третьем лице. Стоит показаться врачу, проскользнула в голове озорная мысль. Интересно, на какой минуте сеанса от меня бы в ужасе убежал психолог.

Неожиданно вспомнилась стрела, я ведь не почувствовал ту стрелу. А если предположить невероятное, что это было тот же человек, мог ли я его не почувствовать? Стоило бы выругаться, ну или по орать немного на луну, интересно луна взошла. Что то я отвлекаюсь, нет это правда нормально испытывать такие чувства, или их не испытывать, я запутался. Бесшумно выскальзываю из палатки, не потревожив лесного эльфа, ода я крут.

Усилие воли, и тьма расступается, вновь отвоевываю свой кусочек мира. Бывают моменты, когда меня берёт страх, что тьма не отступит по моей воле. И я останусь в вечном мраке, по спине пробежали мурашки, отбросить эти мысли.

Итак, что у нас тут, две палатки, бронированный тускло зелёный бок БТРа, затухающий костёр это всегда странно видеть огонь, который совершенно не светит, притоптанная трава, рядом с БТРом тоже трава явно притоптана, тут кто-то ходил. А вот башенки с пулеметом, я уже не вижу, мой отдельный мирок, чуть больше одиннадцати метров, а дальше тьма. Стараюсь, не приглядываться к ней, если долго вглядывается во тьму, тьма начнет вглядывается в тебя, ох человек, сказавший это, даже не понимал, насколько близок к истине.

Запах, едва уловимый запах кожи, она совсем недавно была тут… минут десять, может чуть больше. Ещё один запах, пот… господи как к ней смог подобраться некто настолько смердящий потом. Хотя это только у меня нюх как у собаки, а глаз, ну о глазах я пока промолчу.

Медленно обхожу лагерь, примечая каждую мелочь. Вот тут должен был сидеть часовой, в броне уставившись в мониторы, в режиме ночного виденья, за каким чёртом её понесло наружу! Так дальше, вот она шла к костру, похоже, намериваясь разбудить следующего на очереди. И в этот момент, когда она проходила мимо затухающего костра, чёрт надо было запретить разводить костёр ночью, на неё прыгнули. Трава примята, она боролась, но не долго, несколько капелек крови на травинке, её ударили, похоже дубинкой по голове, и утащили.

Пройдя по периметру лагеря, я нашел, откуда пришёл неизвестный визитёр, прямиком из крепости… вот только, настораживают два факта, две растяжки были сорваны, а мины, не сработали. Я могу предположить, что одна МОНка с заводским браком, но сразу две, это из разряда фантастики.

Видно необычный визитёр, приходил к нам на полянку, от досады я хлопнул себя по лбу, второй раз этот мир меня удивил, но её надо спасать, в этот момент до моего чуткого уха долетел звук скрипа, открывающийся двери, прилетевший откуда-то из крепости.

Ну вот и всё, она в нутрии, до рассвета ещё часа два, надо понять отчего мины не взорвались, сейчас от них не веет ни какой угрозой, так что разберу и всё встанет на свои места.

С разборкой провозился почти час, можно было и быстрее, но это мина, тем более не сработавшая, надо быть осторожным. И понял, то, что ничего не понял, взрыватель сработал штатно, запал выгорел полностью, есть следы взрывного воздействия на взрывчатку в мине, а эффекта ноль. Я предпочитаю более надёжные взрыватели МД — 2, к электромеханическим у меня нет большого доверия… Но с таким поведением мины встречаюсь в первые.

Проснулся эльф, выскользнул из моей, палатки… осмотрелся, потянулся, подставил лицо солнышку, да солнце уже взошло, я чувствую давление его лучей на свою щёку. А затем взглядом нашёл меня, сидящего подле разобранной мины. А вторую, не разобранную я небрежно вертел в руках. Его глаза наполнились диким первобытным ужасом, глаза закатились, и он бахнулся в обморок.

Чёрт, в своё время я бросил ему своё воспоминание об эффектах сработавшей мины, что бы у длинноухого не было желания шастать вокруг стоянки ночью. Похоже, переборщил с эффектами. Поднялся, похлопал по щекам, кое-как привёл в чувства, пришлось ходить до бака споласкивать впечатлительного водичкой, только тогда он соизволил придти в себя.

Очнувшись, и смешно хлопая глазами, тот снова уставился на мину, она его, что загипнотизировала? Перевёл взгляд на меня, потом с нова на мину… И залопотал что то на своём, с примесью русских слов, указывая пальцем на ещё не разобранный агрегат смертоубийства.

Чёрт ну ничего же не понятно, а судя по тонну, это важно, крайне важно… Будить Наташу? Нет, это не дело, мне нужен напарник, человек знакомый с местными реалиями, кто то, кто сможет разъяснить, что к чему, отчего и зачем.

Почему то под моим изучающим взглядом, эльфённок как-то сжался, и приуныл. Эх, сочувствую я тебе, сам не люблю, такие процедуры, а надо. Мне просто необходим компаньон, который к тому же будет понимать, что я ему говорю.

Вдох, мир сужается, нужно оторвать частичку себя от целого, это не больно, не много щекотно. Я внутри, как лоскутное одеяло, крепкое в своей целостности, но выдернуть один лоскуток, не составляет труда. Теперь самое сложно это удержать его, не дать сбежать кусочку меня.

Эльф попытался удрать, похоже, почувствовал, что-то не ладное, но мои цепкие руки поймали его за зелёную курточку, и притянули к себе.

— Знай мне так же неприятно, как и тебе… — пусть он меня не понимает, но это для очистки совести.

Преодолевая сопротивление и посильнее вздохнув, я начал поднимать его с земли, притягивая к себе. Он упёрся в меня руками, затрещала курточка, начал рваться шнуровка, я перехватил его за шею…

Мышцы на спине взбухли от напряжения, а он очень сильный, краям сознания заметил я, не отрываясь от своего занятия.

— Закрой глаза так будет легче… — да он не понимает, но я говорю это для себя, а не для него.

Почти сломил его сопротивления, на лбу выступила, испарена, эльф кричит и умоляет, из уголков глаз текут слёзы, пытается отвернуть голову, бесполезно, я не приклонен, рывком притягиваю к себе его голову и наши губы соприкасаются.

Выдох, мир взрывается, тысячей разноцветных искр, по голове словно шарахнули дубиной… А и в правду шарахнули, правда не дубиной, а прикладом, Наташа что то орёт, и пытается расцепить мои руки, бесполезно, они одеревенели. Господи, как же хорошо, что я практически ничего не чувствую, а эльфа жаль, ну да ладно…

Ещё немного, и часть моей сущности отрывается, и перетекает в эльфа. В этот момент возвращается чувство осязания и вкуса… о нет… Я наконец позволяю расцепить свои руки, и отпихиваю от себя эльфа.

— Ты что творишь… — и затем такое количество отборного, и такого родного мата, что я даже прекратил отплевываться, и удивлённо уставился на эльфа.

— Ты меня понимаешь? — задал, в общем-то глупый вопрос я, конечно понимает, если после всех процедур он не будет меня понимать, я убью его прямо тут на месте…

— Понимаю… — неуверенно сказал эльф.

— Отлично, жаль, что это не на долго, хотя можно повторить процедуру после — от этих слов эльф побледнел, и очень энергично замотал головой.

— Что ты сделал? — эльф был ошарашен, и пожалуй, слегка дезориентирован, это нормально.

— Вопрос, сложный… — я посмотрел на Наташу, нет знать тебе это точно не обязательно. — Да и не к месту и времени… нам надо готовиться.

— К чему? — вопрос прозвучал одновременно с двух сторон, и я был награжден двумя подозрительными взглядами. Эх не доверяют мне здесь, не доверяют, а я к ним можно сказать со всей душой.

Что то, меня снова заносит. Помотал головой, помогло не сильно, только взболтало и так разрозненные мысли.

— В общем, пока вы спали, у нас кое-что пропало, и я собираюсь это кое что вернуть. — Привычно открыв десантные двери броневика, проговаривал я.

— Что украли? — это вопрос я проигнорировал.

— Не забыл ещё… — Удивился я, пальцы сами нашарили нужные заклёпки, и нажали. С тихим щелчком откинулось потайное отделение. Видимо есть такие вещи, которые забыть невозможно. В открывшемся отверстии был вставлен не большой чёрный кейс.

— А где Маша?

— Ну, наконец, спохватились… чёрт, я уж думал вы олухи, никогда, не догадаетесь, думаете, мне нравится по утрам целовать заспанных эльфов. — Плохо я срываюсь, успокойся… Таращатся, хлопая глазами как заспавшиеся совы. Я подхватил чемоданчик, чёрная кожаная ручка обожгла пальцы холодом.

— Влад… — в голосе Наташи, проскользнули плаксивые нотки.

— Всё в порядке, извини, что сорвался…

— Эльф, сейчас быстро приводишь себя в порядок, берёшь лук, и пойдём осматривать крепость, минут через пятнадцать, я как раз успею разобраться с делами. Только не задавая глупых вопросов, например, зачем нам смотреть на крепость вдвоём. — Сказал я, указывая пальцем на свою повязку.

Разворачиваюсь и бегу прочь от лагеря, дальше, и дальше, отбежав, где то на пол километра, останавливаюсь и усаживаюсь на траву. Сердце бешено стучит в груди, дыхание чуть не срывается на хрип, интересно побил я мировой рекорд на пятисот метровке.

Кейс лёг на траву, пальцы всё так же без участия мозга набрали комбинацию нужных цифр на кодовом замке, хотя эти цифры я не смогу забыть даже если захочу. Кейс был в нутрии красный, обшитый бархатной тканью, несколько небольших свёртков занимала почти всё место в нутрии.

Маленькая чёрная коробочка, с красным пятнышком на одной из граней. Пальцы осторожно подевают её бок, положив её в карман, я выдохнул сквозь зубы. Обратного пути уже не было, меч сломан, мосты сожжены.

— Чёртов эльф…

В лагере не успело ничего поменяться, да и отсутвовал я не больше чем пять минут. Хотя эльф успел придать себе боевой вид, на поясе меч, в руках лук, за спиной колчан, юный скаут, я даже немного улыбнулся.

— Пошли… — махнул ему рукой, что же охота началась…

Мы подошли близко к крепости, оставив Наташу одну приглядывать за лагерем, если честно я немного опасался за тех, кто мог случайно набрести на нашу стоянку, но в этом случае это была их злая судьба.

Я решил особо, не таясь, приблизится к стенам, пока мы ещё не сделали ничего плохого, и смысла прятаться просто для того, что бы осмотреться не было.

Наконец мне удалось рассмотреть стены и ворота, смотреть на мир чужими глазами было необычно, складывалось впечатление, что мои глаза сместились на полтора метра в сторону. Да и ощущение было крайне неприятным.

— Ты уже видишь крепость? — хотя я её прекрасно знал ответ. Но спросить надо было, не гоже что бы мой посредник заподозрил, насколько много я сейчас могу узнать. Не знаю, как он отреагирует на данный факт.

— Да… она какая то странная. — в его голосе мне послышались удивлённые нотки.

— В чём странная? — лично я, не видел в данном архитектурном сооружении ничего необычного, пожалуй, столь унылой, и ни чем не примечательной крепости серого камня стоило ещё поискать.

— Нет ни дозорных, ни стражи на вышках, а у ворот лежат два стражника. — Во время перечисления он, поочерёдно рассматривал крепостные башни, стены, ворота, и изображение, как-то лько он фокусировал взгляд, изображение словно прыгало ему навстречу. Если бы я не видел, что в руках у него ничего нет, предположил бы, что Сайрес раздобыл, где то четырёх кратный бинокль и периодически прикладывает его к глазам.

— То, что нет стражи, это ненормально? — конечно я и сам понимал, что это совсем не нормально, но может быть здесь свои понятия о несении караульной службы.

— Дозорный должен быть на каждой башне, а стену обязана патрулировать стража. Это ведь пограничье, здесь всегда усиленная дозорная служба. — Он даже выделил голосом слово всегда.

— Плохо… пошли, возвращаемся — сказал я, с трудом поборов желание взъерошить себе, необычно отросшие волосы. Иногда ускоренный метаболизм, может сыграть с тобой злую шутку.

— Почему плохо? — в его голосе так и играло удивление.

— Это плохо, потому, что необычно. — Направляясь к лагерю, ответил я, отчего мой угол зрение причудливо вывернулся до глаз на затылке. — По опыту знаю, что любая неожиданность, не правильность, а самое главное не известность, несёт за собой большие неприятности. Не люблю я всякие непонятные странности.

Эльф лишь пожал плечами в ответ, похоже, мои доводы его не убедили, а я решил идти туда прямо сейчас, не дожидаясь вечера, мало ли, что там могло произойти, Сайрес был прав, крепость была словно мертва.

— Скажи Влад, что ты такое? — этот вопрос, ударил в меня словно кирпич. На мгновение мир, захлестнула тьма, а когда она расступилась, я уже держал, эльфа за грудки, приблизив своё лицо почти в платную к его лицу.

— Я человек Сайрес, ч е л о в е к — Прямо по буквам, проговорил ему в лицо я.

— Возможно, я молод и не опытен, возможно, я даже слаб, но я эмпат Хотник, а сейчас наша с тобой ментальная связь сильнее, чем когда либо. Ты иногда начинаешь даже мыслить как-то иначе. Кто ты Влад? — Его слова, заставили меня нервно сглотнуть, в мозгу, почему то вспыхнула фраза, ещё не когда Штирлиц не был так близок к провалу.

— Я бы мог ответить, тебе какой ни будь банальностью, типа того, что сам хочу это знать, но знаешь, почему то мне захотелось сказать тебе правду. Я чудовище Сайрес, самое настоящее, не придуманное чудовище, и знаешь, Сайрес мне это нравится. — Я оттолкнул эльфа, и молча, пошёл в сторону лагеря, на душе было погано, даже постоянный шёпот внутри затих, сволочь, перебудоражил душу.

В лагере нас уже встречал кот, уткнувшись своей большой и мягкой мордой мне руку, лизнул ладонь, видимо почувствовал мой настроение, и пытается утешить, как может. За что получил свою порцию ласки, и довольный ушёл, куда то в сторону броневика, досыпать.

— Наташ, вооружай своего рыцаря, нормально, Калашниковым и сбрую под него подгони, гранат не давать, конечно, хотелось бы оттянуть этот момент на более спокойное время, но мы в город пойдём, а там похоже какая-то чертовщина творится. — Специально очень громко и ехидно проорал я на пол лагеря, моя маленькая месть. Отчего Наташка, отчаянно покраснев, бросилась в глубь броневика, подбирая оружие для своего кавалера.

— Стой… — остановил я эльфа, уже намеренного, тоже углубится в поиск ценных кладов в куче наших вещей. — Скажи, когда ты увидел мины, что ты хотел мне сказать?

— От них слышаться магия. — пожав плечами, ответил эльф.

— Магия, удивительно!

— Что?

— Да так ничего, иди, собирайся.

Наблюдая как вокруг эльфа кружиться, Наташка, подгоняя под его нестандартную фигуру одну из запасных разгрузок, навешивая на него, патроны и рюкзачок с небольшим запасом всего необходимого, я понял, что мне тоже стоит подготовиться.

Первым делом, уложив на место чёрный чемоданчик, я надел разгрузку, навесил гранаты, проверил свой второй пистолет ТТ в плечевой кобуре, в отличи от своего брат, этот был под патрон семь шестьдесят две и обычную оболочную пулю, на людей. К поясу пристегнул ножны с короткими мечами, которые удалось получить у эльфов, взамен катаны. Не много повертев в руках увесистую сумку с комплектов бронещитков, отложил их в сторону. На удар меча, они не рассчитаны, а ничего мощнее арбалета тут всё равно нет. А со стрелой, судя по опыту, и арамид прекрасно справляется. Коробочка из кармана, перекочевала в одно из отделений разгрузки.

— Грозно выглядишь — осмотрев меня с ног до головы, поставила диагноз Наташа. — На войну собрался?

— Мало ли, что нас там ждёт, лучше перестраховаться, а я смотрю с Сейрысом, ты тоже закончила?

— Да, вот только, грозным он точно не выглядит — со вздохом ответила она, заставив мордашку эльфа покраснеть, толи от смущения, а может от злости. Что подделать, грозно он точно не выглядел, мило вполне, но не грозно.

Зелёная мешковатая на нём курточка, такие же зелененькие штанишки, поверх этого коричневая разгрузка, автомат на плече, большие, но раскосые глаз, уши торчком, обиженное выражение лица, поруганная невинность в глазах. Ох какого труда мне стоило, сдержатся и не расхохотаться в голос.

— Почему же, в полнее себе боец… — уши обиженного эльфа встали торчком, отчего он явно напомнил мне зайца, даже волоски в ушах прилегли, что бы слышать меня лучше.

— Ладно, пошли махноухий…

Ворота были открыты, нараспашку, а подле валялось пара тел стражников, чьи копья были аккуратно приставлены к крепостной стене. Я сбросил сплеча автомат, готовясь к неожиданностям, откровенно говоря, в этой ситуации я мало, что понимал, и это ещё больше напрягало.

— Они мертвы? — дрогнувшим голосом спросил эльф, он довольно сноровисто держал автомат, хотя наверно даже не понимал, откуда знает, за кокой конец надо держат это оружие. Несколько умений, передалось вместе с сущностью десантника.

— Принюхайся…. Чем пахнет? — надеюсь, моё обоняние дало сбой.

— Ничем… — после моего взгляда как на идиота эльф поправился. — Травой, известь, конским дерьмом, соломой…

— Хватит, эти двое просто пьяны, то, что перегаром не пахнет это хреново, для такого эффекта их надо было накачивать ректально… — Я оглядел ворота, хм которые выглядели весьма впечатляющие, сбитые из толстых брусьев сантиметров по сорок в обхвате, к тому же окованные металлическими полосами, видно, что делалось на совесть. Кстати ворота были с виду свежими, похоже, крепость периодически пытались взять штурмом, и даже возможно успешно?

— Ректально, это как? — вышел из ступора эльф.

— Через задницу, всё блин в этой жизни делается только через задницу, в общем пошли.

Не дожидаясь эльфа, я вошёл в ворота, и тут же заметил ещё с десяток валяющихся то тут, то там тел, как человеческих так и лошадиных. Тела равномерно распределялись вокруг гружёный какими то тюками повозки. Рядом в обнимку с пухлым дядькой, похоже, купцом, спал ещё один стражник, правда, в отличи от превратной стражи, у этого на его поясе висел небольшой короткий меч.

— А теперь, что ни будь, чуешь? — мысленно я молился, что бы у меня был банальный насморк, ненавижу всякие неожиданности и непонятности на своём пути.

— Нет… — эльф даже помотал головой для большей убедительности. — Что с лошадьми? — интересно, почему это его волнует, хотя да он же дитя природы.

— Тоже, что и с купцом, стражниками, кучерами, и вон теми двумя непонятыми оборванцами в лохмотьях, все здесь мертвецки пьяны. И если честно, мне даже страшно предположить, каким способом можно было достичь подобного эффекта. — Я подошёл, к стражнику, лежавшему в обнимку с купцом. Пинками оторвал эту парочку друг от друга, похоже, было на то, что сон настиг людей неожиданно. Собственно они попадали там, где стояли, ну или сидели, как-то т похрапывающий стражник в караулке, не ужели опять магия.

— А как ты понял, что они пьяны? — От эльфа так и пёрло ни чем неприкрытое любопытство, он даже уши навострил.

— Будешь смеяться, но по запаху, пьяный в стельку человек пахнет по особому, понимаешь при отравлении алкоголем. Да и вообще любым ядом, организм стремиться этот яд как можно быстрее из себя вывести, поэтому человек обильно потеет, и пот такого человека весьма специфически пахнет… — до этого я, ни разу не видел взгляда, который можно было охарактеризовать пословицей, уставился как баран на новые ворота.

— Что из сказанного ты понял?

— То, что они пахнут иначе — пожал плечами эльф.

— Ну, что же смысл ты уловил верно, пошли дальше, судя по ощущениям, Мария, где то ближе к центру города.

А город был пустынен, спали горожане, собаки, дети. Это хорошо, что погода была тёплая, зимой бы, это место, стало бы мёртвым городом. Моё внимание привлёк, небольшой человек, в одежде из множества ярких лоскутков, лежавший у открытого прилавка, заваленного какой-то снедью, в обнимку с копченым бараньим окороком.

— Это гном?

— Ну да! — равнодушно подтвердил мою догадку эльф.

Подойдя к валяющемуся на тротуаре человеку я, немного посомневавшись, слегка пихнул его в бок, поворачивая к себе лицом. Гном был толстогуб, носат и скуласт, с короткой чёрной щетиной, росту в нём было немного больше полутора метров. Пожалуй, он бы легко затесался в компанию наших таджиков.

— И это гном?

— Ну да? — пожал плечами эльф.

Толи в красивой истории рассказанной Асманте, было, что-то не досказано, или я чего-то не понимаю. Если эльфы, внешним видом, весьма сильно ушли от человека, то гномы, те же люди, разве, что немного менее рослые, я бы сказал даже щуплые, несмотря на пузико имеющиеся у данного индивида.

— И как ты определил, что он гном? — этот вопрос меня довольно сильно волновал.

— Ну, по одежде. — Собственно этот цветастый кафтан, или тулуп и привлёк моё внимание, в одежде местного населения преобладали больше серые цвета, некоторые насилии однотонные, оранжевые или красные рубахи, подпоясанные синими поясами. Всё указывало на то, что цветная ткань, дорогая и не каждый может себе позволить носить такую одежду повседневно.

— Значит, ни чем кроме одежды они от людей не отличаются?

— Ну, живут дольше — всё так же не придавая этому никакого значения, ответил эльф. А вот у меня, внутри всё так и кричало, что-то не клеилось, картина мира не как не складывалась.

Чем ближе мы подходили к центру города, тем выше были дома. Вообще улицы, как бы опоясывали центр города, в котором возвышался форт, или замок, ни когда не разбирался в средневековой архитектуре. И чем ближе мы были к его центру, тем сильнее я ощущал, присутствие Ольги, я не мог точно сказать, находиться ли она в сознании, тут мои ощущения путались, но, то, что она жива и невредима это было точно.

— Ушастый, то, что ты говорил о магии, это серьёзно? — Не заговорил бы я о такой глупости, если бы целый город, наполненный до бесчувствия пьяными жителями.

— Конечно, все умеют колдовать, кто лучше, кто хуже, ты, кстати, тоже умеешь, тогда когда заживил мои раны, нанесённые душегубцем, что это было как ни магия?

— Кем-кем нанесённые раны? — Удивился я.

— Ну, душегубцем, большой кошкой? — Сайрес развёл руки в стороны, показывая размер этого кота. — И сейчас научил меня языку, значит ты маг.

— Это была не магия, мне не доступны манипуляции с материей или с энергией, я не умею лечить, и не могу обучить языку, сейчас ты как не знал язык так и не знаешь, просто уплотнив нашу связь до предела тебе стало доступно понимания смысла сказанного. — попытался облачить в слова элементарный на мой взгляд вещи, не раскрывая при этом каким именно образом осуществляется эта связь. Да и лучше тебе не знать способ, которым я воспользовался для уплотнения этой связи.

— Но этого, просто не может быть, только очень сильные маги, способны заживить раны оставленные душегубцем — Удивлённо уставился на меня Эльф.

— Ты ещё, скажи, что сейчас два раза пукнеш, три раза хрюкнешь, разведешь руки в стороны и прольётся золотой дождь? — Меня эта ситуация начинала злить.

— Ну, золотой дождь мне не по силам — скромно потупился Эльф не поняв насмешки, но коечто и я могу.

Сейрос вытянул руку, перед собой, ладонью вверху, крякнул, пальцы сложились причудливым образом, и быстро выплюнул из себя, одно слово, состоявшее практически из одних согласных, и ничего не произошло.

— Вот видишь? — довольный собой указал, на раскрытую ладонь сказал эльф.

— Ну и что я должен увидеть? — спросил я, добавив в голос побольше желчи.

— Как что?! — В удивлении уставился на меня эльф. — Заклинание Света! — именно так, слово свет он проговорил с большой буквы. Пожалуй, будь у меня такая возможность, я бы посмотрел на эльфа как на идиота, но поскольку такой возможности у меня не было, я выразился вербально.

— Скажи Сайрес ты идиот? — От переполнившего, меня возмущения я даже обозвал его по имени.

Несколько мгновений, он ошарашено на меня пялился, а потом до него похоже дошло, за что я обозвал его идиотом. Сейчас мне была не доступен взгляд через его галаз, слишком высока вероятность, что эльф что-то почувствует.

— Извини, я иногда забываю, что ты слеп, ты так хорошо держишься, что мне порой кажется, что ты зрячий. Но ты можешь его почувствовать, оно тёплое. — Чуть посомневавшись, я провёл над его рукой ладонью, это можно было сравнить, с солнечным светом, через стекло, греет, но, ни какого потока воздуха.

— Удивительно… — само собой сорвалось с моих губ.

— Ничего удивительного, ты тоже так можешь! — возмутился эльф.

— Так, точно нет, зато могу, вот так. — Я протянул руку, к самому, его носу, и над моими пальцами, зажёгся маленький, рыжий шарик. Эльф же отшатнулся от него, как в своё время шарахался от мины. Это белый шарик, тоже был частью моей сущности, отражением светлой части меня. Только в отличии от цепи, это было материальное воплощение части, а не всего целого.

— Как ты это делаешь? — испуганным голосом спросил мня Сайрес.

— А чёрт его знает, беру и делаю, можешь, кстати, потрогать, он не горячий. — Осторожно, по дуге он приблизился ко мне, прикоснулся к шарику, самыми кончиками пальцев, а через мгновение, осмелев, аккуратно погладил. От его прикосновений, ожидаемо по спине пробежали мурашки, и стало немного щекотно, захотелось улыбаться, но я сдержался. Хотя удивлённое лицо эльфа, было весьма забавным.

— Он холодный, и мягкий, научишь? — Он весь буквально, излучал нетерпение.

— Я же сказал, не знаю, как это делаю, да и ты не сможешь, научит меня, этой твоей магии.

— Как это не смогу, смогу, это даже дети умеют, давай научу! — Встрепенулся, уже вроде бы скисший эльф.

— А может не надо, у нас другие дела!? — взмолился я, а где то в нутрии зарождалось нехорошее предчувствие.

— Ну, заклинание света это совсем не сложно, ему и учиться совсем, ну почти не надо, вот смотри, вот так вот сгибаешь пальцы, а потом проговариваешь слово Кхтриль, толкая силу от пупка в руку.

— Вот так да? — показал я эльфу скрюченные пальцы, за что был удостоен улыбки и ободряющего кивка.

— Теперь заклинание, только направь руку на всякий случай в небо! — С неуёмным пафосом в голосе провозгласил Сейрус.

— Как там было? Эээ Кхтриль… — Уши заложило, от невероятно громкого хлопка, рукав вспыхнул, словно облитый бензином, я вскрикнул, чувствуя, как начинает плавиться кожа. Пространство заполнил невыносимо удушливый запах горелой плоти.

— Твою мать… — пожалуй, если ещё кто то, или что-то в этом городе, не знало о нашем приближении, теперь благодаря моему крику, точно было об этом осведомлёно.

— Прости, это просто безобидное заклинание света, я не думал… — я остановил его излияние, взмахом опаленной конечности. Однако это какая температура нужна, что бы ни горючий, в общем-то, материал перчатки, вспыхнул как спичка. Хорошо хоть рука не сильно пострадала, а ведь будь взрыв чуть сильнее, кисть просто бы оторвало.

— Успокойся, всё в порядке, рука заживёт, хотя эксперименты с этой вашей магией я предпочту отложить. — Морщась от запаха, я уверено повёл нас в небольшой, но очень богатого вида трактир, расположенный на центральной площади этого города. По пути я достал бинт, и замотал пострадавшую конечность.

— Слушай, внимательно, это очень важно — Остановившись у двери трактира, сказал я. Доставая из кармана кольцо. Собственно совершенно обычное металлическое кольцо, из стальной проволоки, на такие часто вешают ключи, или используют в качестве чеки для гранаты, собственно чекой от гранаты оно когда то и являлось.

— Если я достану это кольцо, и одену его на палец, хватай Ольгу, и беги, беги, словно от лесного пожара, ты меня понял? — Эльф смотрел на меня большими испуганными глазами, и лишь кивнул в ответ. Не хотел бы я, что бы они попали под взрыв, а если мне придётся ещё и одеть то кольцо, то не хотелось что бы видели, что будет дальше.

В нутрии трактира было светло, а ещё там сидело три человека и одна свинья. Черт, мы тут, понимаешь ли, сходим с ума, а она тут нажерается в компании каких-то подозрительных личностей.

За массивным дубовым столом, помимо Ольги сидело трое, эльф, гном, и человек они безбожно пили и ели… Причём Мария практически наклюкалась до полностью невменяемого состояния. Эльф, в котором я к своей неожиданности узнал братца нашего Сайреса… однако я уже начинаю привыкать, к его роже, да, что этому товарищу вообще от меня надо!

— Ооо, а вот и за мной пришли мальчики, с вами, конечно, было хорошо, но пора мне до дому до хаты… — икнув, и указав на меня бараньей нагой, проговорила девушка. Это сколько же надо было выпить, что бы надраться до такого состояния? А вот ребята, что составляли ей компанию, всё больше мрачнели и налегали на выпивку, хотя при этом ни капельки не пьянели.

— Это не мой брат… — как-то подозрительно тихо пролепетал Сайрес, а его уши довольно таки забавно поникли. Да я вот тоже, чувствовал, что эти ребята отнюдь не то, чем выглядят. Будь у меня с собой моя катана, мне было как-то спокойнее, к сожалению, она погибла. От этих троих так и довило силой…

— Ты собственно кто? — нарушил повисшие молчание брат, который сейчас был вовсе и не братом Сайреса, парадокс, однако.

— Я собственно Хотник, а ты кто? — задал я животрепещущий вопрос.

— Я МЕЛЬХОР повелитель эльфов! — Судя по тому, как выпучил глаза мой эльф, этот какой-то крайне важный перец.

— Небожитель… — вот это слово поставило меня в тупик.

— Небожитель, это в смысле Бог? — меня медленно начинал бить кондратик, в отличии от магии это мне было вполне понятно, и знакомо, вот только ни хрена меня не радовало!

— Не в том смысле, что вы вкладываете в это слово, но в прицепе можно и так сказать… — и эльф самым натуральным образом хлопнулся в обморок, закатив перед этим свои ясные очи.

Нащупал пальцами в кармане кольцо, сжал его по сильнее, маловероятно, что оно мне сможет тут помочь, а вот второе кольцо, пока ещё вставленное в гранату вполне. Чёртовы эльфы как мне сейчас не хватает, моей катаны, эти ножечки у меня на бёдрах, просто бесполезные куски метала.

— Какой то нынче впечатлительный у тебя народ пошёл Мельхор, мельчает, парода, ох мельчает… А ты чего стоишь каланчой чужак, садись за стол выпьем потолкуем. — Голос у гнома был бархатистый очень приятный, таким бы петь баллады, а не приглашать выпить.

— Почему бы не выпить… — моё второе я медленно и практически незаметно перетянуло автомат, вовремя эльф потерял сознание, есть шанс положить этих троих одной очень длинной очередью, не подведи меня лейтенант, всего пара шагов, сбить с ног Ольгу, и постараться упасть самому, а там будь, что будет.

— Не стоит делать то, о чём потом пожалеешь, мы не причиним тебе вреда первыми даю слово… Прости за столь странное приглашение в этот город, просто произошло маленькое недоразумение. — Я буквально почувствовал, что этим словам можно верить, похоже, они тоже не могут врать впрямую это хорошо, можно позволить себе слегка расслабиться, однако с прицела эту троицу снимать не стоит.

— Вот только ты за нас чего решаешь, я вот ещё не решил, что с чужаком делать буду, может и отпустить, а может в расщелину какую уронить случайно… это уже мне за себя решать… — Насупившись, прогрохотал гном, добавляя мне поводов для нападения. Но я все, же сел к ним за стол, постаравшись поближе примоститься к своей пьяной спутнице. Она не замедлила, прижаться ко мне, какая сообразительная девочка, всё делает, что бы мне было проще прыгать вместе с ней в сторону.

— Ты на моей территории Сид, у себя в горах будешь устанавливать правила… — Начинающуюся сору, прервала Мария.

— Хотник, а ты меня любишь, а? — этим вопросом девушка выбила из меня весь боевой задор, да переоценил, я возможности заложницы… Она так вцепилась в мою руку, что невольно лишила всей возможности для манёвра.

— Очень… — на мне скрестились два понимающих и один злорадный взгляд эльфа, ну да я не уточняю что, а что подделать.

— А как ты меня любишь!? — я с трудом удержался, что бы не треснуться головой об стол…

— До смерти! — причем, похоже, до моей, теперь взгляды собравшихся были понимающими. Ухватил стоящий на столе полный кубок, кстати, еды и выпивки тут было преизрядное количество, я осушил его. В первое мгновение мне показалось, что у меня над ухом взорвали гранату, во второй момент, что с дурру хлебнул серной кислоты. Выпучив глаза, я глотал ртом воздух, в голове ощутимо зашумело, досталось, даже лейтенанту, что сейчас изображал контуженого эльфа.

— Что это!!! — с трудом совладав с голосом, проговорил я.

— Чистейшая Амброзия друг… — надувшись от гордости, проговорил гном.

— Крепкая штука… — чёрт у меня сбились все шаблоны поведения, от нелепости и нереальности происходящего. Лежащий на полу эльф пьяно икнул, однако… На него наконец обратили внимания, но мой протеже так старательно изображал обморок, что похоже небожители поверили.

— И так мы собственно, пригласили вас сюда, что бы разрешить некоторое недоразумение, положим изначально товарищ Мельхор, расценил ваши действия как враждебные в отношении его особы. Но поскольку выяснились новые фанты, которые мы успели узнать у вашей протеже, нам бы хотелось уладить недоразумение с похищением вашей спутницей, и заодно узнать, что вам, чёрт возьми, понадобилось в НАШЕМ! Мире… — Медленно и степенно проговорил человек, однако тут надо бы сказать о внешнем виде этого товарища. За столом он смотрелся как неандерталец особо крупных размеров, детина метра два с гаком, с квадратным подбородком, и массивными надбровными дугами, по всему виду лицо, не опечаленное разумом.

— Ну, положим, меня ни кто не приглашал. — Осторожно начал я готовый при первом признаке опасности прыгать в сторону.

— Чужак, мы пригласили тебя за один с нами стол, чего тебе ещё надо!!! — вскочил со своего места Мельхор.

— Успокойся, Мель, он не может знать о наших обычаях… — начал человек.

— Не знание закона, от отрубания головы не спасает, Инги… ответил за Эльфа гном.

— Ну Законов он пока и не нарушил, а то что и нарушил так в порядке самообороны Сид. — ответил ему Инги.

— Ну так, зачем припёрся то чужак… — прервал их спор Эльф… однако милая у них компания, и как они только ладят то.

— Ну, можете звать меня Хотником, или Владом… — почему то при звуке моего имени, эти товарищи явно сбледнули с лица. А Эльф едва не повторил судьбину своего брата, то есть, чуть не потерял сознание.

— Владыка! Над чем? — три удивлённых слегка испуганных возгласа слились в один.

— На сколько знаю, ничем не повелеваю… — это что такие трудности сурдо перевода. Хотя мы вроде бы на русском с ними общаемся…

— Неважно, Хотник, так зачем ты тут? — первым более имение пришел в себя человек.

— Вообще пытаюсь найти способ разобраться с этим… — говорю я, материализуя цепочку и хватаясь за камушек на ней. На этот раз небожители от меня отпрыгнули, лучшие прыжковые качества показал гном, с места оттолкнувшись от лавки, отлетел от меня метров на пять, и приземлился на края соседнего стола.

— Не подходи… — пресекая мои попытки подняться, опять хором сказали небожители, а я досадовал о том, что они рассредоточились.

— Проси, что хочешь и убирайся из этого мира… — следующее слово я не понял. Самое близкое по смыслу, было бы проклятый, но не совсем в слове присутствовали и другие смысловые оттенки.

— Ну, я держу путь к старым вратам, я уже взял плату за то, что бы их закрыть, так что убраться немедленно не могу… — гном выругался очень грязно и витиевато в сторону эльфа, и что самое странное эльф ему ничего не ответил, а только виновато, опустил голову.

— Хорошо, твой путь к вратам будет прост, но у них тебя ожидает дракон, и разум старый, над ними у нас нет власти, так что не смей умирать в этом мире… — хором заговорили все трое, странно, сейчас они словно были одним целым.

— Хорошо, я постараюсь… — надо держаться подальше от этих сумасшедших, и лучше им не перечить. В первую очередь надо по удобнее ухватить заснувшую на мне Ольгу, и сваливать из этого города. Желание тащить на руках ещё и эльфа не было, по этому, не долга думая, я разрешил десантнику подняться.

Вид поднимающегося с пола, явно находящегося в обмороке, да ещё и пьяного эльфа заставил товарищей небожителей напрячься ещё сильнее. Хотя, что уж там говорить, меня тоже, всё же по шарам ему дало сильнее, чем мне, или же он просто был боле восприимчив к алкоголю, но что бы просто держать его тушку ровно, приходилось прикладывать значительные усилия.

— Так что ты хочешь…

— За что… — недоумённо спросил я. Уже взваливая Ольгу на руки. Похоже, убивать меня ни кто не собирается.

— За то, что призвали тебя столь бесцеремонно и за похищения спутницы… — меня этот хор уже начинает нервировать.

— Пожизненный запас амброзии… — Ага проняло троицу, вот как с лица спали. Жалко им ценный продукт.

— Может всё же поменьше объём… — немного смущённо проговорил гном.

— Ладно, столетний… — сжалился я над небожителями, выходя из таверны…За мной по пятам, следовал слегка пошатываясь эльф.

Кровь стучит в жилах, снег хрустит под ногами, дыхание вырывается изо рта ледяным облачком и повисает в воздухе уносимое жёстким ветром. Утро выдалось морозным, выпал первый снег, как не хочется умирать.

Но мне не уйти, каждым шагом крашу снег своей кровью, в спине дрожит стрела, принося муки, и мне не уйти от погони. В глазах рябит, я словно бы наблюдаю за собой со стороны, мне не страшно. Почти…

Меня уже давно не пугает смерть, из нас выжгли этот страх коленным железом, я боюсь умирать так, уходя от бессмысленной погони. Как глупо, было попасться, но от ошибок, ни кто не застрахован, похоже это просто не удачный день. В глазах темнеет, что же, похоже, это всё, мне пора.

Руки сами нашаривают мечи на поясе, ноги привычно делают разворот, за мной бегут трое, оторвавшись вперёд от общей группы, этот забег для них теперь последний. Три шага, три смерти, всё как учили. Первый ещё совсем молодой парень, даже младше меня, сильный и глупый, с лицом в предвкушении награды, что же смерть это тоже дар. Он так рвался меня догнать, что я успел увидеть как его лицо озаряться радостью и предвкушением, прежде чем мой клинок слегка подрубил его шею сзади. Второй, тоже мало что успел понять, мужчина примерно моего возраста, расчётливый и сильный, с легким хрустом мой тяжёлый меч проломил ему череп.

А вот третий, самый опытный, но ещё не старый, он мог бы бежать быстрее, но специально держался чуть позади… опытный, но одного опыта мало когда играешь с тем, кто уже за гранью. Удар его короткого меча, вспорол мне бок уверенно и хватко, а я лишил его обеих рук и ослепил.

Малец закончил свой бег, врезавшись в дерево, наверное, это страшно, вдруг осознать, что твоё тело тебе не подвластно. Они выступили из леса, беря меня в полу кольцо, если бы я мог, мы бы ещё поиграли с вами в догонялки со смертью.

Танцуй Арканить, с тихим хрустом натягивались луки, я был хорош, отбив две стелы, и ещё две поймав плечом и грудью. Снег принял меня мягко, и даже тепло, я так и не разжал на мечах ладоней.

Тихо захрустел предательский снежок под чьим-то сапогом. Тебе бы стоило бы добить меня копьем и с трёх шагов. Теперь же мой клинок, поставил в твоей жизни точку. Я уже почти не чувствовал как в тело вошли стрелы, мрак поглощал меня…

— Вставай… — упала тень этого человека, он в очередной раз ударил меня ментально, и я даже не знаю, что хуже удар мечом или же это его видение. Я уже мог понимать отдельные слова, но весь язык для меня был слишком сложен, и из его тирад, мог понять едва ли одну из десяти.

— Вставай же…. - дальше было не разборчиво, я попытался вздохнуть, однако как человек может представить смерть столь ярко, я до сих пор как будто чувствую, пронзивший мою плоть клинок, и стрелы. А этот страшный человек, нависает, поигрывая в руках клинками.

С трудом поднимаюсь с травы, мы остановились на ночевку, и Влад предложил мне по фехтовать, а Наташа захотела понаблюдать за этим. Знал бы я во, что выльется обычная на первый взгляд тренировка. Хотя у нас было не так много поединков, но я чувства, что этот человек взялся меня неумеху, обучать воинскому мастерству. И не понимал зачем, ведь всё равно в бою от меня не будет проку….

Ну, кто мог предположить, что он возьмётся приучать меня к чувству чужоё боли и смерти, и я бы не сказал, что бы его метод, не был действенным…

— Наконец! — он уже чуть ли не пританцовывал от не терпения, когда я, поднялся.

— Готов? — нет, его фразы были, куда боле длинными, но я смог понять только общий смысл. Дождавшись моего кивка, он атаковал…

Его уровень мастерства поражал, думаю, задайся целью мня убить, одним эльфом на свете стало бы меньше, но сейчас он держал вполне приемлемый темп, постепенно усиливая нажим. Стиль его боя, этими котороткими мечами был очень интересным, он наносил в основном колющие удары с совершено неожиданных направлений, периодически заставляя меня уйти в глухую оборону, а вот режущие выпады были редкими, но чрезвычайно опасными. Основной целью для них были шея, пах и кисти рук…

Неожиданно Влад разорвал дистанцию…. резко отпрыгнув назад, а я собрал свою волю в кулак, пытаясь морально подготовиться к ощущениям чужой смерти. Особенно меня злило, то что просто так нельзя устроить такую ментальную атаку, все неприятные ощущения надо испытать самому, и ведь Хотник как-то выдерживал это, не падая в обморок.

Кровь… древко копья скользит от крови, я устал, дыхание с рваным сипом вырывалось изо рта, отрывая последние силы, а битва всё не кончалось, солнце уже было высоко. Похоже на этот раз для меня не наступит заката. Мой враг на коне, я пеший, ни каких шансов, я потерял своего коня ещё час тому назад… В бумажном доспехе застряло несколько стрел, небрежным движением древка обламываю их что бы не мешали движениям.

Бой вокруг словно застыл, обе стороны ждут этого поединка, генерал обязан сразить генерала, вот только он на коне, я без…

Он улыбается из-под лёгкого забрала, для него уже всё решено… Поудобнее перехватываю древко, не подведи меня копьё. Его конь свеж и норовист, красив. Нетерпеливо переступает лихой поступью, в бешеной жажде сорваться в галоп, хороший конь.

Чёрной молнией скакун срываться вперед…. Что же, я генерал, и до конца выполню свой долг, прости, но я не могу проиграть. Одно лишь движение ногой, один лишь шаг навстречу смерти, превращает моё тело в придаток к моему оружью. Учитель назвал его шагом бога, и сейчас бы похвалил своего нерадивого ученика, сбежавшего от него на войну.

Широкое лезвие моего коротко копья, пронзает горло скакуну и пробивает вражеского генерала насквозь, а в следующий момент лошадь сбивает меня, втаптывая в желто — красную грязь. Слышу, как ломаются мои кости, тело, что таким трудом и любовью выпестованное мной и моим учитель, превращается в сломанную игрушку. Лошадь наваливаться на меня сверху, придавливая к земле всей своей тушей, и бьётся в предсмертных конвульсиях. Прости меня, я не смог убить тебя мгновенно, мне было ещё далеко до совершенства.

Вечерело, когда вновь пришёл в сознание от боли, с меня стаскивали лошадь… Зачем, я хочу умереть именно так… Но меня водрузили на шит, и по несли куда то… боль, боль, боль… каждый их шаг, каждое их движение превращалось в извращенную пытку.

Меня положили на ворох из сухого дерева и соломы, в поле зрения развивалась мой боевой стяг, а в руку вложили такое знакомое древко копья. Значит мы победили? А затем, я почувствовал жар на спине и запах дыма.

Я всё ещё жив! Не надо, добейте… нет… Я чувствовал как меня лизали языки пламени, я хотел закричать, но не мог. Лишь слегка пошевелить рукой, а затем… Был огонь, был запаха горящей плоти, был ад…

Воздух врывался в лёгкие с сипением. Какая жуткая смерть, я не сразу понял, что всё ещё стою… А Влад стоит напротив меня, и улыбаться… Господи я всё ещё чувствую запах, но я устоял, вся эта картина промелькнула в мгновение ока, я не потерял сознания.

Занести меч, и нанести удар, но ноги предательски подогнулись, и я упал, навстречу тьме…

Махноухий наконец упал… и похоже больше сегодня не поднимется. А он крепче чем я думал, наконец то можно перестать изображать из себя крутого, и сесть… Как же больно, однако.

— А это было обязательно, так себя мучить? — спросила сидящая на крыше БТРа Наташка… Она наблюдала за всем этим поединком, слава богу не вмешалась, похоже я недооценивал то насколько она мне доверяет.

— Другого способа повысить сопротивляемость Эмпата я не знаю. В своё время так же учили и меня. Притащи лучше ту мазь, и помоги снять куртку… больно… — не выдержав, пожаловался я.

— Да я уже всё приготовила… — спрыгивая на травку ответила девушка, в её руках откуда-то взялся большой кейс со всякими медицинскими принадлежностями. — Я не знала, что ты эмпат.

— Я эмпат инвалид, утратил большую часть способностей, могу почувствовать лишь направленные на меня эмоции или сильные переживания и чувства. Но ты даже не представляешь, что такое полноценный эмпат, для группы. — Стягивая с себя куртку, и поминутно морщась от боли, ответил я.

— Господи… — невольно вырвалось у девушки при взгляде на мою спину. Да наверное это выглядит ужасно, ожоги и пластами слезающая кожа… А ещё три или четыре глубоких колотых раны.

— Это не так страшно как выглядит, к утру буду как новенький, такие стигматы всегда заживают быстро. — Попытался я успокоить девушку… Правда вышло у меня не очень хорошо, всё таки говорить утешение когда от тебя заживо сдирают куски кожи, несколько сложно.

— Значит ты его тренируешь, потому, что он Эмпат? — её нежные ручки, осторожно начали втирать крем от ожогов мне в спину. А я чуть не закатил глаза от наслаждения, как же это приятно.

— Не только по этому… — я на секунду задумался, боль потихоньку отступала, а прикосновения дарили наслаждение. Настраивая на откровенность, ну люблю я, когда меня вот так гладят, ничего с собой не могу подделать.

— Скажи, что ты знаешь о кошках? — указывая на развалившегося, на травке Крыса спрашиваю я. Тот усилено делал вид, что спит, однако ушки его работали как локаторы, и похоже для вон той мелкой птички, это закончиться печально.

— Ну они большие, и очень опасные — да непосредственности в голосе Наташи сейчас бы хватило на целый детский садик… А я чуть натуральным образом не замурчал, с большим трудом, я сдерживал желание поластиться.

— Прежде всего, они стайные животные, живут прайдами как львы… Так что вы мой прайд-улыбнувшись ответил я. — А он и ты котята, за которых надо защищать, оберегать и учить — задрав голову и подставляя лицо солнечным лучам.

— Ты знаешь, что ты псих? — возмущённо проговорила Наташа, похоже, быть котёнком ей, почему то не нравилось, интересно, какие сейчас у неё глаз, скорее бы избавиться от этой повязки.

— Псих, возможно…. я просто спишу, мы ведь бессмертны только в теории! — немного подумав, решил честно ответить я.

— Ты не как помирать собрался? — За шутливым тоном, скрывалось крайне беспокойство, она даже сжала мои плечи, немного сильнее, чем это было нужно, заставив поморщиться.

— Полегче, больно. Собираюсь жить вечно, пока получается… Вот только у мира похоже другие планы… Ты кстати подготовила, что я просил?

— Естественно, правда «Иглы» у нас всего две, со сроком годности всё в порядке, а вот баллистический вычислитель следует погонять в тестовом режиме. — Ответила девушка, явно возмущённая моим недоверием.

— Завтра и займешься, от этого могут зависеть наши жизни. Что с плащами? — вот это бы по настоящему животрепещущий вопрос, я давно не использовал свой плащ, а два других вообще не вынимал из ящика.

— Один в полном порядке, на втором слега осыпалась подкладка, но со щитками и внешним покрытием всё в порядке, а вот последний, разбито несколько пластин и пара глубоких прорех, но думаю, к сроку я его починю. — Это хорошие новости, три плаща, хоть какая-то защита от огня. Надеюсь, мои предчувствия на этот раз не ложны.

— Ты действительно собираешься использовать их, от огня дракона?

— Нет, я бы предпочёл договориться, но если договориться не удастся надо быть готовым, а ущербная зашита, лучше, чем никакая. — Пожав плечами, ответил я.

— Хотник, а ты и правда собираешься стрелять в дракона «Иглой»? — и девушка хихикнула, мило прикрыв ротик ладошкой.

— Ну, у нас ещё есть два ПТУРСа на БТРе… — без всякой задней мысли ответил я. А Наташка не переставая меня гладить, звонко и заливисто рассмеялась.

— И что тут смешного то? — недоумевая поинтересовался я.

— Ну, ты собираешься стрелять в настоящего дракона ракетой… — кое-как, отсмеявшись, ответила девушка…

— Ну да, и у стрел тепловое наведение должно в теории захватить и дракона… — непонимающе пояснил я, чем вызвал у Наташки ещё один приступ неконтролируемого веселья.

— Нет, Влад, ты не подражаем, сказали, предстоит встреча с драконом, а ты…. А ты. — Задыхаясь от смеха, пыталась объяснить мне, что-то девушка. — Бедная ящерица, мне её уже жалко… — продолжала веселиться девушка, и что же её так развеселило.

— Ладно, надо готовится к ночлегу, помоги перенести нашего Махноухого, а то ещё простынет на голой земле…

Меня разбудила тряска и выстрелы, пробуждение было крайне неприятным, мало того, что тело затекло, от лежания на неудобной лежанке, к тому же ремни натёрли ноги. Стоп ремни… я была притянута к лежанке несколькими широкими ремнями, они не мешали мне двигаться, но при этом не давали упасть.

— Голова… — невольно вырвалось у меня, когда я оторвала её от подушки, однако больше ни кода не буду пить. Тем более пить с незнакомыми эльфами и гномами. Из водительского отделения показалась лицо Наташки…

— Доброе утро…. - дальнейшую фразу поглотила длинная автоматная очередь. А также приступ жесточайшей головной боли, блин Хотник я же выберусь из броневика и прибью, тебя лопатой. Организм требовал влаги, моя голова. Взгляд девушки стал понимающим и она, улыбнувшись, и не пытаясь перекричать выстрелы, указала мне взглядом на стену.

К стене была примотана скотчем фляжка и записка, оторвав, фляжку от стены и потрусив её, услышав плеск живительной влаги внутри, я одним движением открутила крышечку и прильнула к сосуду с живительной влагой.

Какого же было моё разочарование, когда вода так и не попала мне в рот, горлышко было заткнуто пробкой. Чуть не взвыв от досады, и собираясь открутить одному шутнику голову, я всё же обратила внимание на записку.

На записке было крупными буквами написано… «Прочитай», и тем же скотчем был примотан штопор, и небольшая прозрачная упаковка с двумя таблетками. «если ты это читаешь, значит наконец проснулась. Не спиши пить воду, сначала разжуй эти две таблетки, и только потом запей».

Таблетки были жутко горькие, пробка была ужасно тугая, расправа была неотвратима, но стоило мне сделать один единственный глоток, как головная боль начала отступать, сознание прояснилось. В блаженстве я откинулась обратно на лежак, похоже неизбежная кара откладывается.

А на верху стрельба всё продолжалась, интересно это Влад стреляет или эльф. Вообще ему бы уже пора начинать обучение махноухого, однако я уже и про себя его так называю. На секунду задумавшись, и хмыкнув своим мыслям, я начала выбираться из бод ремней.

Однако пока я спала, меня успели переодеть, если мне помниться, в город меня притащили в полевой форме. А тут во всём домашнем. Наконец выбравшись, я опустила ноги на холодный пол, поморщилась, от холода, а в следующий момент заметила ботинки, аккуратно примотанные скотчем к полу.

Кое-как натянув ботинки, я выползла через люк на свет божий, скажу я вам на ходу, да ещё и когда саму тебя штормит это та ещё задачка, но я справилась. Сначала мне по глазам ударило солнце, потом по ушам врезало молотом автоматной очереди. Слегка испугавшись, да что том, я чуть не обкакалась от страха. Потому как очередь прошла аккурат, над моею головой, хотя и значительно выше.

— О Маш да ты смотрю, проснулась… — всё таки я смогла расслышать ехидный голос Хотника, хотя в ушах стоял очень неприятный звон.

— Вашими стараниями… и мёртвого разбудите… — мрачно ответила я, наблюдая, странно, что-то я не припомню, что бы у Валада были розовые щёчки. Выглядело это забавно…

— Ну, знаете, барышня, горазды вы всё таки спать третий день давеча пошёл… — ехидно улыбнувшись парировал Влад, в руках он перебирал мелкие камушки гальки, задумчиво уставишься своей повязкой на эльфа.

Эльф стоял на том же месте, и был пристёгнут теми же ремнями, что и недавно я. В его руках был автомат, который он, кстати, он весьма умело держал, периодически бросая выжидательные взгляды на Хотника, было видно, что он чего то ждёт.

— А что вы тут делаете? — с любопытством поинтересовалась я, конечно на первый взгляд вопрос был глупый. Поскольку эльф был одет в разгрузку, подправленную под его фигуру, которая на его зелёной курточке всё равно смотрелась комично, ну и автомат, говорили сам за себя. Но вот это странное ожидание, интриговало.

— Мы тут развенчиваем миф о эльфийской меткости. — Улыбнулся Влад в ответ.

— И как успехи…

— Нормально… — пожалуй, если бы заговорил наш БТР, я бы меньше удивилась, но это голос подал наш Эльф, и обескураживающее мне улыбнулся. Хорош засранец, уши торчком, хвост пистолетом, на каком ни будь аниме слёте, порвали бы на сувениры, с бешеным криком «КАВАЙ!!!»

— Вот смотри…. - с этими словами Влад швырнул один из камушков, тот вылетел у него из руки словно пуля. А в следующее мгновение грохнул выстрел, и камушек в полёте разлетелся на кусочки.

— Ахренеть… — поставила я диагноз.

— Вот и я о том же, никогда не думал, что такое, возможно, я например, так не смогу… — Признался Влад, запуская очередной камушек в полёт. Выстрел, и очередная каменная мишень словно взрывается в воздухе.

— Может ему, тренироваться на снайпера, а не мне? — удивлённо и слегка ошарашено прошептала я.

— Нет — покачал головой Хотник… — Я уже выяснил, что зона его сверх меткости ограничена четырьмя сотнями метров, оптикой он не может пользоваться в принципе, особенности зрения, так что снайпером быть тебе. Хотя винторез с диоптром я ему раздобуду обязательно. — От много обещающего взгляда, Сайрес слегка покачнулся.

— Сколько же я спала?

— Почти трое суток, я же уже говорил! — ответил мне Влад, повернувшись ко мне лицом, из носа на губы текла тонкая струйка крови.

— Влад, у тебя кровь.

— Где? — удивился Хотник.

— Из носа…

Он провел рукой, вытирая тонкую струйку, которая уже начала подсыхать по краям. Не верше уставился на руку повязкой, на лице отразилось крайнее удивление. А затем проскочила тень страха. Ни разу ещё мне не доводилось видеть на его лице даже тени страха.

— СТОП МАШИНА — его крик был громогласен, словно бы ударом ветра меня чуть было не сбросило с крыши броневика. Броневик встал как вкопанный, меня бросило в перёд, Влад даже не глядя поймал меня, и усадил рядом с собой. Всё его внимание было приковано, куда-то вперёд и за горизонт…

— Какой ужас — прошептал Влад. — Так разбиваем лагерь, нам надо подготовиться — сказал он вылезшей из люка мехавода Наташе.

— Ох… — непроизвольно вырвалось у меня, когда мне, наконец, удалось водрузить себе на спину эту чёртову шайтан трубу. Рядом со мной с такой же трубой стоял эльф, только с ним была Наташка, ей предстояла тяжёлая работа разъяснить и научить ушастого пользоваться этим Стингиром.

— И куда на этом Стингере нажимать? — поинтересовалась я у Влада отвлекая его от увлечённого созерцания чего то за горизонтом, он поразительно часто отвлекался на любования, застывая на месте и внимательно высматривая, что то вдали. А если учесть, что глаза его глаза по-прежнему были закрыты повязкой, смотрелось это жутко.

— Это не Стингер, это ПЗРК Игла — С. - ответил мне Влад, не отвлекаясь от своего занятия.

— Хорошо, но, что он такой тяжёлый то…. - выдохнула я, пытаясь по удобнее расположить трубу на плече.

— Ну, всего пятнадцать килограмм, для ручного ПЗРК весьма неплохо. — Влад заткнулся, почувствовав мой взгляд. — Ладно, не важно, смотри. Сначала нужно вставить баллон хим. батареи в паз, затем подсоединяем пусковой блок. — Он вставился с характерным щелчком. — Теперь снимаем заглушки, ну или в данном случае делаем вид, открываем рукоятку рычага наведение, наводишь на цель, слегка зажимаешь пусковой крючок — он слегка отступил от меня, словно любясь получившейся картиной.

— Так теперь повтори эти действия. Да вставляем батарею, спокойной в комплекте ещё четыре элемента питания. — Я осторожно повторила все действия, слега нажала спусковой крючок.

— Отлично, правильно, теперь, когда заголиться вот эта лампочка и раздастся звуковой сигнал, закрываешь глаза и выжимаешь спусковой крючок до упора. — Влад улыбнулся, наблюдая за моими неуверенными действиями.

— Всё правильно делаю? — решила уточнить на всякий случай я. — Что-то я не уверена, что смогу всё это быстро подсоединить в бою — озвучила я свои опасения.

— Ну, положим, всё будет уже подключено заранее, так что останется, только навести оружие и выжать спусковой крючок. — Слегка успокоил меня Влад.

— Теперь повтори несколько раз последовательность действий, желательно как можно больше, только прошу, не стрельни, запасных ракет у нас нет. — Хмуро сказал Влад, отходя от меня, и направляясь в сторону БТРа.

— А ты чем заниматься будешь? — возмутилась я, мне стоять с этой тяжеленной трубой, а он будет бездельничать.

— Надо разбить лагерь, убрать всё лишние из десантного отсека БТРа, а ещё снять с него бак с топливом, если хочешь, можем поменяться, ты будешь снимать бак, а я буду с Иглой тренироваться. — Насмешливо предложил мне Влад. В первое мгновение я даже хотела согласиться из вредности, но размеры бака, внушали большое уважение.

Мне было любопытно, как же всё-таки он будет снимать эту дуру с крыши, хотя бак и был уже полупустой, но оставался, большим громоздким и тяжёлым. Бак располагался частично на подвеске над десантными дверьми, жёстко закрепленный стальными тросами к корпусу.

С начало Влад натянул большой брезентовый тент, и протащил туда большую часть вещей. Затем с тоской посмотрел на бак… вздохнул тяжко, вначале он отсоединил топливную систему скрутил и спрятал под тентом шланги. А вот затем начались фокусы, из корпуса были, выдвину прямоугольные балки, которые после недолгих манипуляций превратились в сходни. А затем Влад спустил бак, просто отпуская удерживающие его тросы. В конце концов, этот немаленького размера бочка, была надёжно укрыта тентом.

— Удивительно! — подвела итог всем этим манипуляциям я.

— А то этот агрегат проектировали и строили умные люди, при желании из него даже двигатель можно извлечь в одиночку, а при необходимости и вообще заменить, для этого есть встроенная лебёдка. А в днище гидравлические домкраты. — Почему, по мере своего рассказа, улыбка с лица Влада, сползла.

— А кто? — мне было любопытно, так как эта машина была связана с прошлым Хотника.

— Энтузиасты, идеалисты и мечтатели — вздохнув, ответил Влад. — В своё время, по СССР ездило больше двух десятков вот таких вот броне автомобилей. Хотя в то время спутниковой тарелки ещё не было, на машине стояла мощная радиостанция.

— И что же случилось?

— Случился 91 год… на сколько я знаю… и всё стало плохо как в реальном мире, так и за поворотом. Неожиданно выяснилось, что служба спасения не нужна, да и пришли молодые да резвые. — Влад задумался, будто решая говорить или нет — Это последний из машин данного типа, машина жизни, призванная приходить на помощь там, где это нужно. Смутное время закончилось относительно недавно… с исчезновением всех смутьянов… — Каждая фраза, сопровождалась долгим перерывом, Хотник говорил, пересиливая себя.

— Если тебе тяжёло, об это рассказывать, не надо бередить старые раны — подала голос Наташа высунувшись из люка БТРа, она, что то делала с пушкой в башне, что то настраивала. А Эльф был полностью поглощен занятием с «Иглой».

— Наташ, это не столь важно, если бы я хотел забыть об этом, я бы нашёл бы способ можешь мне поверить… — повернувшись к ней ответил Влад. В это время он занимался тем, что откручивал от борта БТРа спутниковую тарелку, причём справился он с этим занятием очень быстро, и вот уже, тарелка заняла своё место под тентом.

— Организация Извечных, решила затаиться и переждать, они избавились от всех машин, чистоплюи, осталась только эта, на которой продолжала свою работу моя учительница и первый компаньон, та от кого в наследство мне и достался этот БТР. — Вздохнув, рассказал Влад, отворачиваясь к горизонту, что-то упорно привлекало его внимание, а так же он явно хотел скрыть свои эмоции.

С весёлым щелчком очередной патрон занял своё место в магазине. Я отложил полную обойму в сторону, взял следующую, на мир давно опустилось ночь, но мне не спиться, если сейчас меня спросить, зачем я набиваю рожок за рожком трассирующими патронами, не ответил бы, не знаю.

— Опять ты, Мельхиор призрак Лувра… — тихо проговорил я во тьму, чтобы не потревожить своих спутников, которые давно спали. Благодаря бодрствующему Крысу, на этот раз я не проморгал ночного визитёра, всё же кошачьи уши и нос, велика вещ.

— Да это я… Только Я МЕЛЬХОР! — постарался не очень громко, но при этом громогласно поправить меня небожитель.

— Тихо, не ори так, всех перебудишь заживо съедят. — прошипел на него я… поворачиваясь к ночному визитёру, это опять был многострадальный братец, нашего эльфа, его имени к сожалению я не помнил.

— Хорошо — затравленно осмотревшись, прошептал эльф… Уши встали торчком, он явно насторожился, пытаясь обнаружить источник опасности. Однако выглядело это всё премило и презабавно, я даже не удержался от фырка. Удобная внешность для сексуального маньяка, правда в данном случае, насиловать будет не он, а его.

— Опять попортил мне все минные заграждения, у меня, знаешь ли, мин не безграничный запас. Кстати, как ты, тогда обезвредил мину, это была магия? — интересно заметит ли он ловушку.

— Мины, а те взрывчатые штуки, в этот раз я не повторил прошлой ошибки. Мага, они убили бы с гарантией, крайне устойчивый к воздействию механизм. Даже удивительно, безотказный, только временным изменением физических законов, мне удалось предотвратить взрыв. — Значит, в лагерь всё же проник именно ты, эльфийская морда, и попыталась предотвратить взрыв игрой вероятностей, вот почему я люблю химические взрыватели.

— А вот скажи, чью кровь, я нашёл в лагере, после твоего прошлого посещения… — прищурившись, спросил я, напрягая ноги, готовый сразу после ответа, наградить Мельхора, парой тумаков.

— Моя, эта…. - это слово я не понял, но судя по выражению, явно какое, то ругательство. — Укусила меня. — Глядя на эту обиженную на весь свет физиономию, мне расхотелось его бить, и вообще злость, куда-то ушла, какой то он слишком наивный, или это общая черта всех эльфов.

— Ну и зачем пришёл — решил узнать я цель визита.

— В первую очередь, отдать обещанное. — И Мельхор, протянул мне небольшой, где то на два литра бочонок, из дерева, которое выглядело и пахло как дуб. Ну а раз, что то выглядит и пахнет как дуб, значит им и являться.

— Амброзия? — весьма оживился я. Мне этот напиток пришелся по вкусу, а если учитывать его побочные действия, это прекрасный тактический инструмент.

— Но мы о другом, объеме договаривались… — в ответ на его кивок, высказал я свои претензии.

Под моим испытывающим взглядом, эльф достал ещё один такой же бочонок. — Говорил я Сидхе, что он заметит. — Видимо эта тирада не предназначалась для моих ушей, но благодаря, неслышно прислушивающемуся к разговору Крысу, я все, же её различил. Однако, похоже, меня собирались нагреть, вот только не там, где я думал.

— А второе? — принимая почти не весомые бочонки, поинтересовался я.

— Второе? — раскрыл, широко раскрыл удивленные глаза эльф. Либо он, так мастерски играет, либо действительно дурак. Насчёт первого предположения у меня уже были сомнения.

— Ну, если есть первое, значит и второе есть… — начала было разжёвывать элементарные вещи я, но был остановлен.

— А ты об этом… — Махнул рукой эльф, и вдруг посерьёзнел. Похоже, слава Богу, это просто трудности перевода.

— Ты, правда решил убить дракона? — вопрос прозвучал, для меня не ожиданно.

— Да вначале я хотел, просто договориться с ним либо избегнуть встречи, на крайней случай ранить и сбежать, но это существо просто не должно существовать. — Он повернулся в ту сторону где сейчас располагалась тварь, да, похоже, он тоже его чувствует. Я не выдержал и прислушался к миру, снова ощутил эту всепоглощающую злобу и ненависть. Ненависть в абсолюте, ко всему, не когда не верил, что какое-то существо может быть самим воплощением зла. Квинтэссенцией желания разрушения, смерть ради смерти, хаос ради хаоса, без цели. По спине пробежали мурашки, сделав усилие над собой, мне удалось оторвать от него своё внимание.

— Убить, изначально бессмертное существо задача не лёгкая. — Задумчиво протянул эльф, сейчас из-под его маской, на меня дыхнуло древностью.

— Сложности меня не пугают.

— Если тебе это удастся, ты нарушишь одно очень древнее пророчество.

— Замечательно, теперь появилась ещё одна причина, что бы все-таки это сделать.

— Хорошо я помогу тебе… — склонив на бок голову, сказал эльф.

— Почему, мне казалось, с нашей встречи у тебя на меня зуб, ты даже пытался убить меня, там, у леса — честно говоря, предложение помощи от него для меня было неожиданным.

— Уж прости, ты нанёс мне оскорбление своей выходкой с песней — пожал плечами Мельхор.

— Так всё же, почему ты хочешь мне помочь?

— Пророчество, которое ты собираешься разрушить, убив этого грёбаного дракона оно об Армагеддоне этого мира. А я ещё хочу спокойно пару тысяч лет пожить так, что это в моих интересах… — Улыбнулся Эльф, подняв взгляд к звёздам, его лицо приобрело мечтательное выражение.

— Моя магия, сможет ненадолго защитить твою машину от огня дракона, это всё чем я могу помочь, но поверь мне это очень не мало. — Взгляд, которым одарил меня эльф, мне очень не понравился, такой, много обещающий взгляд.

— И сколько продержится твоя защита?

— Пол минуты, и это будем мне стоит двух трёх десятилетий полного развоплощения. — пожав плечами, ответил эльф, а у меня в нутрии всё буквально сжалось, похоже, огонь дракона, имеет мало общего с обычным пламенем.

— Ты можешь защитить ещё две вещи… — мои мысли были о Маше и эльфе, надо было обеспечить их хоть какой-то зашитой.

— Он, нет, но мы можем — из темноты почти бесшумно выскользнули человек и гном. Заставив меня изрядно напрячься, поскольку их, то я так и не засёк…

— Каждый из нас может защитить, всего одну вещ, выбирай правильно Хотник…

Двигатель гудел, не очень громко и казалось, что он звучит как-то иначе, бронированная машина шла по полю ходко, и даже не сильно подпрыгивая на небольших рытвинах. Вот только в боевом отделении была весьма напряжённая атмосфера.

Во-первых, из-за полностью задраенных люков, во вторых на мне сейчас был нахлобучен огромный и очень тяжёлый броне плащ, из толстой и самое главное негорючей ткани. Из-за клапана с респиратором дышать было практически нечем, не спасал даже мощный кондиционер в броневике.

Эльф и я сидели в десантном отделении, баюкая на коленях полностью снаряженные и готовые к бою иглы. Наташка управляла машиной, и у неё под рукой к тому же был рычаг управления огнём. Который они с Владом перемонтировали на новое место. Влад сидел рядом, на месте пассажира, придерживая на пузе автомат. У нас с Сайрасем была довольно простая задача, сбить дракона ракетами.

Откровенно говоря, я несколько сомневалась, что ракетой можно этого дракона сбить. И сейчас я, изрядно нервничая, внимательно наблюдала за обзорными экранами, внутреннее молясь о том, что бы это крылатая тварь так и не появилась.

Хотя, пожалуй, Влад нервничал больше, от него просто пёрло напряжением, словно натянутая до предела струна. И в отличии от нас, он был лишен возможности наблюдать за небом через обзорные экраны. Но опасность, он все, же заметил первым.

— ВЛЕВА, ДАВАЙ!!! — и броневик, словно повинуясь его команде, резко дёрнулся в указанном направлении.

Взрыв, уши заложило, мир вдруг потерял все звуки, если бы мы не были жёстко пристёгнуты, всё бы закончилось плачевно. Броневик словно взлетел в воздух, меня дёрнуло вверх, и только ремни спасли от столкновения с потолком, секунда невесомости, и падение. Позвоночник чуть не просыпался в трусы, от сильного удара пятой точкой о лавку.

В броневике, что-то натужно грохнуло, двигатель на секунду заглох, потеряв обороты, а затем взревел раненым зверем. Машина резко рванула, сходу набирая скорость, ремни вжались в бок, настолько скачёк вперёд, был резким.

— Пушку назад, эта тварь сзади! — Перекрикивая рёв двигателя, заорал Влад. Каким чудом Наташке удалось, развернуть пулемёт при этом, не замедляя скорости, я не знаю. И тут я заметила дракона.

На фоне голубого неба, среди редких облаков, парила небольшая чёрная точка. Ничем особым сейчас меня эта, тварь не впечатлила. Птица, неспешно машущая крыльями, разве, что очень длинный хвост, выдавал в летуне принадлежность к рептилиям.

— Стреляй… — скомандовал Влад. — Стреляй же…

— Не могу, баллистический вычислитель накрылся. — С явно нарастающей паникой выкрикнула Наташа.

— Б…дь — ёмко охарактеризовал ситуацию Влад, а благодаря гарнитурам мы слышали это даже слишком чётко.

— Корректирую огонь по пулемету…

Над головой затянул свою песню пулемёт, длинная лента из трасов выстрелов потянулась к парящему дракону, но неожиданно на верху, что-то лязгнула, и пулемёт резко затих. Влад сорвался со своего места как ужаленный, одним движением отстегнув ремень, он переместился под башенку и открыл небольшой люк, ведущий к пулемётам и механизмам стрельбы, засунул туда голову.

— Сука, пулёмёту крышка, затворную раму, вырвало к такой-то матери — не очень громко выругался Влад, однако, через гарнитуру, его было прекрасно слышно. — Линза лазера дальномера, треснула от удара, систему видео наведения, похоже, переклинило… Чёрт не хило однако нас об землю приложило. Осталось только ручная наводка… — Влад снова грязно и непечатно выругался.

— Что делать? Стрелять на глазок? — Спросила Наташа…

— Нет, у нас всего пятьсот патронов, и не известно работает ли система перезарядки… А если ствол накроется от перегрева… Я пойду наверх, буду стрелять из автомата, наводи по трассерам.

— Ты спятил? — Воскликнула я.

— Маш, у тебя есть другие варианты? — зло ощерился Хотник, выскальзывая из люка, и снимая с крюка подсумок с магазинами, похоже, заготовленными им заранее.

Сбросив только мешающий ему плащ, Влад, задвинул свой автомат в стойку, взяв совершенно обычный Калашников, и выскользнул через люк на крышу. Жаль обзорные экраны, не позволяли видеть, его на броне, но зато точка дракона стала намного массивней.

— Приготовься… — пришла сухая команда через гарнитуру.

В небо взметнулась длинная полоска трассеров, выстрелов практически не было слышно за рёвом двигателей. Очередь извернулась пунктирной линией, и самым краем хлестанула по чёрной точке, и в это мгновение ударила пушка.

Бум, бум, бум, бум… словно по черепу били кувалдой, крупные белые точки, полетели на встречу, дракону. К сожалению ни одна из них так и не повстречалась с ним.

— Ещё раз… — и снова в небо взметнулась полоска, на этот раз уверенно перечертив дракона крест на крест. Опять, в зубах отдались звуки выстрела крупно калиберного пулемёта, и опять очередь ушла в молоко.

Дракон уже был близко, не знаю насколько, но теперь прекрасно можно было рассмотреть крылья, длинную гибкую шею, пасть, мошны передние лапы, и длинные с лопастью на конце хвост. Дракон был серо — зелёного цвета, и обладал не слишком внушительными размерами, быть может, чуть больше, нашего БТРа.

— Упреждение бери больше… — в этот раз Влад почти всю очередь, буквально вбил в дракона, хотя, похоже, это не нанесло ему ни какого урона.

Пушка плюнула четыре раза, попала три, отчего ящер будто бы споткнулся в полёте, а затем дыхнул огнём. Струя синего пламени, стремительно преодолев разделявшие нас метры, ударила в борт БТРа. В тоже мгновение, когда камеры, закрыло пламя, в БТР ввалился Влад.

Едва успев захлопнуть люк, чтобы не пустить смерть внутрь, Хотник с размаху грохнулся на пол, его шевелюра слегка дымилась, хотя больше ни каких видимых повреждений, слава богу, я не заметила.

— Чёрт, только дыр в крыльях наделали… — с трудом переворачиваясь на спину, прошипел Хотник. У меня на лбу, выступила испарена, воздух начал стремительно нагреваться.

— Наташа, отстреливай первую партию дымовых гранат, если не спустим его с небес на землю, он зажарит нас, прежде чем мы его расстреляем.

Экраны, не дававшие из-за огня, какой либо чёткой картинки, теперь показывали лишь, молочно белый дым, однако мы довольно быстро выскочили из искусственного облака. Дышать стало значительно легче.

— Приготовьтесь… — почти прошептал из гарнитуры Хотник.

— Пошли, дракон с права, сделайте всё как учили… — Напутствовал нам Влад, а мы, заученным движением открыв двери, выскользнули наружу, тяжелые ботинки коснулись травы. Земля почти прыгнула под ноги, мне с трудом удалось удержаться, вокруг всё было затянуто дымом.

Я с трудом различала Эльфа, что стоял чуть сзади и правее, его плащ весел на нём кулём, похоже, тот, кто его носил раньше, был значительно массивнее. Из-за дымовой завесы, мы не видели не, то, что дракона, даже рванувшего, куда-то вперёд броневика уже не было видно.

— Отвлекаем его…. — Где то впереди и правее даже сквозь дым стали видны всполохи автоматных выстрелов, а затем уверенно и веско ударил тяжёлый пулемет. Проследив за полоской трассеров мне удалось заметить дракона.

— Не спешите, стрелять дождитесь уверенного захвата цели… — словно прочитав мои мысли раздался голос Влада в наушниках, когда я уже собралась пустить в дракона ракету.

Мысленно молясь всем богам, я вжала рычажок примерно до половины, тихонько запиликал зуммер, и потекли томительные секунды ожидания. Господи не подведи, пожалуйста, не подведи…

Дракон развернулся, дым успел слегка рассеяться, и было прекрасно видно, что выстрелы хоть и вызывают у него неудобства, но не приносят, ни какого значительного ущерба… Тварь неспешно догоняла, броневик, при этом на этот раз не снижаясь, а выдерживая высоту.

— Быстрее ну быстрее же… — шептали губы, умоляя…

Трель захвата цели, стала для меня просто божественной музыкой, а в следующий момент тварь плюнула огнём, сгусток синего пламени, понёся на встречу БТРу. Я выжала гашетку до упора, и закрыла глаза, лёгкий толчок в плече, дикий рёв уходящей в небо ракеты, а потом сразу второй, это выстрелил Эльф.

Дракон, огромная и ужасно злая тварь, гнев и разрушение, если бы я не заблокировал способности эльфа к эмпатии перед боем, уже бы имел в команде, сумасшедшего. Несмотря на слепоту, его я вижу даже слишком отчетливо. Метров десять в длину, окрашенный от ненависти в красный ящер…

Десяток снарядов из КПВТ, эту тварь даже не поцарапали, несколько дыр в перепончатых крыльях не в счёт. Вся надежда теперь, на Машу и Эльфа, если эта тварь так же спокойно проглотит ракеты. Неважно, даже не думать…

— Наташ, нам надо их прикрыть, огонь, если нужно до железки. — И переключившись на общий канал — Отвлекаем его…

Расстояние больше километра, почти придельное расстояние для Калаша, но мне и не нужна особая точность, лишь бы маркер патронов подсказывал Наташе упреждение. Однако теша свою самолюбие, я отмечаю с пяток попаданий в дракона, и в этот момент меня оглушает очередь из пулемета.

Тварь игнорирует попадания, летит параллельным курсом, неумолимо нагоняя нас. Лишь бы у ребят не сдали нервы, не знаю, сможет ли ракета распознать цель в режиме автоматического наведения.

— Не спешите, стрелять дождитесь уверенного захвата цели… — решив предупредить случайности, говорю по общему каналу я, меня очередной отстреленный магазин, краем сознания понимая, что это последний. Так или иначе, сейчас всё закончиться.

Экономными очередями, расстреливаю последний рожок, я практически оглох на оба уха, выстрелы моего автомата слышны как слабенькие щелчки, зато КПВТ бьёт кувалдой по черепной коробке. Дракон всё сокращает расстояния, его слегка светящееся в абсолютной тьме тело, начинает буквально пульсировать светом.

— Влево!!!! — Машина резко дёрнулась в указанное направление, если меня спросить, почему именно влево, я под дулом пистолета не смогу сказать, отчего именно так. От дракона отделился сгусток чистой смерти и стремительно набирая скорость понёся в низ… Уже соскальзывая за бронированный борт машины и открывая рот, я успел заметить две дымные полосы устремившиеся на встречу с драконом. Заметил только по тому, что эти полосы тоже несли в себе смерть.

Бабах!!! Дух перехватило, броневик словно живой конь брыкнул меня в грудь, пытаясь скинуть с себя. Уши заложило, машину подкинуло взрывом метра на полтора, и только виртуозное умение водителя смогло удержать её от опрокидывания.

Я успел придти в себя, как раз в тот момент, когда две огненные стрелы, наконец, настигли дракона. Самого разрыва я не увидел, но дракон резко завалился сначала на одно крыло, а когда и второе крыло превратилось в изодранную тряпку, он, кувыркаясь в воздухе начал падать.

— Готовь ПТУР Наташка, у меня стойкое ощущение, что падение эту гадость не убьёт. — Нажав на кнопочку бортового канала, скомандовал я, внимательно наблюдая за летящей на встречу с землёй тушкой.

— Механизм подачи заклинило, во время второго удара, у нас только одна ракета. — Что за день сегодня такой, хотелось громко ругаться, топать ногами, и возможно слегка постучаться головой об твёрдую поверхность.

Особо не задумываясь, я просочился в боевое отделение БТРа. Подхватил своё плащ, накинул на плечи, застигнул все застёжки, тяжёлая броне ткань да ещё подбитая композитными бронепластинами, приятной тяжестью навалилась на плечи. Нужный ящик мне не нужно было искать. Он был уже готов, вот только пользоваться его содержимым, я бы не хотел.

По БТРу прошла лёгкая дрожь, и свист оповестил меня о том, что ракета ушла. Ну не подведите меня советские оружейники, вы уже доказали, что ваши изделия хороши, не подведите и сейчас.

— Он сжёг… Он сжёг ракету на подлёте… сука! — раздался обиженный голос Наташи из машинного отделения.

Что же если не везёт, то не везёт, по крупному. Я выдернул деревянную крышку вместе с гвоздями, не время для аккуратности. РПГ — 7 и выстрелы в подсумках по два к нему. Всего десять подсумков, целый арсенал. Хорошо знакомое потёртое дерево привычно легло в руки, давно я не доставал старичка из загашника.

Немного посомневавшись, я выбрал подсумок с бронебойно-осколочными зарядами. Всё таки то, как крупнокалиберные пули отскакивают от шкурки этой твари я различил прекрасно. Выдернув первую болванку, я принялся прикручивать к ней пороховой ускоритель, в бою времени на это не будет. Над головой веско заработал КПВТ похоже Наташа решила внести свою лепту, и судя по злым комментариям, без особого успеха. Вторым зарядом я выбрал кумулятивный, если уж его 600 мм паспортной бронебойности не проймут дракона, то тогда я просто не знаю, немного подумав, подготовил ещё два заряда, но брать собой не стал. Уже собираясь уходить, я всё же добавил себе в арсенал ещё один выстрел без маркировки и стандартного подсумка. Больше взять без потери подвижности я физически взять не мог.

— Наташ, постарайся высадить меня как можно ближе, к этой твари. — Нажав на кнопку, на переговорном устройстве приказал — попросил я.

— Ты собрался добивать его из гранатомёта, ты сума сошёл Влад! — в голосе явно слышались нотки беспокойства и страха…

— Да… — не став ничего пояснять ответил я, думаю, она сама понимает, что других вариантов нет. Меня сейчас больше волновало, распределение двух выстрелов у себя за спиной, благо у плаща были предусмотрены на такие случае специальные петли. Бронебойно осколочный заряд был снаряжен к стрельбе.

В это мгновение броневик встал как вкопанный, я нажал на ручку десантных дверей, но они оказались заблокированы из кабины. Тихо выругавшись, и ещё пару раз дёрнув за ручку, я нажал на кнопку гарнитуры.

— В чём дело Наташ. Почему двери заблокированы? — К моему голосу в изрядной доле примешалось раздражение.

— У меня плохое предчувствие Влад — очень тихий голос Наташи из динамика заставил меня напрячься.

— Не волнуйся, со мной ничего плохого не случиться, ты же знаешь я сильный — попытался я утешить своего водителя, однако не всё было так просто.

— Влад, если я открою эти двери, ты умрёшь. — Эти слова, мурашками пробежали по спине, в животе неприятно затянуло, коленки слегка задрожали… Секундная слабость, хорошо, что её ни кто не видит.

— Я не умру. — В моём голосе было больше уверенности, чем я чувствовал.

— Ты обещаешь?

— Да. — Мы не можем врать, надеюсь, мне это поможет, а если не поможет, значит, это будет уже не важно.

С тяжёлом сердцем я спрыгивал на слегка пожухлую траву, броневик выглядел изрядно потрепанным, но следов огня не было. По моим подсчётам у нас ещё оставалось, около двадцати секунд защиты от пламени дракона.

Эта тварь, копошилась в полукилометре от меня… Дракон был сильно побит, но даже с изломанными крыльями, весь измазанный грязью он был по-своему красив, своей ужасающей красотой.

Можно было уже стрелять и от сюда, дальность позволяла, и я бы возможно даже не промахнусь. Вот только памятуя о тех, взрывающихся сгустках чистой смерти, я решил, что соревноваться с живой артиллерийской батареей глупо.

Трава стелилась под ноги, РПГ слегка стучало в бок прижатое к животу. Я надеялся, что дракон подпустить меня поближе, но этого не случилась. Меня заметали, до цели оставалось не больше трёх сотен метров. С тихим шипением, мимо меня, пронёся сгусток чистой смерти, обдав неистовым жаром. Ужасающая температура, шар прошёл в полу метре, но даже на таком расстоянии у меня снова задымились волосы, а несгораемая ткань плаща ощутимо нагрелась.

Дракон смотрел на меня, не отводя взгляда, он похоже понимал, кто виновен в его увечьях, и теперь всем своим существом желал моей смерти. Мне, наконец, удалось разглядеть его в деталях. Длинное продолговатое тело, двумя массивными лапами опиралось на землю, лапка оканчивалась тремя крючковатыми пальцами с мощными загнутыми внутрь когтями, четвертый палец был противопоставлен и смотрел назад, ну прямо куриная лапка циклопических размеров.

Его вытянутая пасть с рядом коротких треугольных зубов была оскалена, а из щелей, которые заменяли этому существу нос, текли струйки зеленоватой крови, которые он периодически слизывал мясистым языком.

Однако в первый момент, уже вскидывая гранатомёт, я едва не поперхнулся от горького смешка. Вытянутая пасть, длинная шея, Обрубки крыльев, дракон сейчас напоминал ощипанного цыпленка.

Не сильный удар в плечо, со свистом тупорылая граната срывается в полёт. Дракон оказался не так уж прост, с неожиданным проворством отскочил в сторону, пропустив ракету мимо себя. А затем не мудрствуя лукава окатил меня струёй из своего встроенного в пасть огнемета.

Три сотни метров оказался не придел, для драконьего дыхания, и струя, расширившись метров до пяти, слизнув по пути траву и верхний слой почвы, докатилась до меня. Мне стоило огромного труда, чтобы уйти от этого пламени, оно даже чиркнуло по краешку плаща, в мгновение ока, оплавив его край.

Ещё в полёте-прыжке, уходя от пламени, я ухитрился достать гранату, снарядить РПГ, выдернуть предохранительную чеку с конуса кумулятивного боеприпаса. И остановился, застыв в нерешительности, если я сейчас выстрелю, дракон снова увернётся, и что тогда дальше? А эта куцекрылая тварь, застыла, внимательно наблюдая за мной, похоже, он далеко не глуп, и ожидает очередной ракеты.

Мысли метались в голове разъяренными осами. Я выстрелю, он увернется, или сожжет гранату на подлёте. Его пламя, да оно заслуживает моего уважение, верхний слой почвы просто испарился, достаточно лишь прикоснуться этому чуду первозданного огня. Бронированный, мобильный, да ещё с возможностями испепелить практически всё, чудовище…

Губы непроизвольно искривились, чудовище убивает чудовище, все, что нужно лишить его возможности уклоняться. Левая рука вытянулась вперёд, как там Сайрес показывал, заклинание света, как раз то, что нужно.

Пальцы не без труда сложились в довольно сложный жест, я буквально почувствовал, как по коже кисти побежали, словно бы песчаные струи. Сила перетекала в пальцы, я чувствовал, как нечто незримое начинает формироваться, кончики пальцев слегка покалывало.

Выдох, толкнуть силу от живота к руке, струи песка превратились в огненные реки, а рука наоборот занемела, словно на сильно морозе. Меня слегка качнуло, на мгновение показалось, что я с дурру со всей дури толкнул гору, и она на сантиметр сдвинулась, перед глазами всё поплыло.

— Кхтль… — Вспышка, пожалуй, она была гораздо, гораздо ярче солнца, даже сквозь повязку нестерпимо яркий свет, почти полностью заполнил весь мир. Яркость этого света, можно было бы сравнить с вспышкой атомного взрыва, на мгновение я обрадовался, что маски плащей имеют светофильтр, берегущий глаза моих компаньонов.

Боль пришла внезапно, как и осознание того, что руки больше нет. Из разорванной культи бил фонтан венозной крови, а передо мной разъяренно танцевал дракон, мотая головой, его глаза были закрыты веками, из-под которых текли то ли слёзы, толи кровь. Вскинув к плечу гранатомет, я выжал спуск, теряя с каждым мгновением драгоценные граммы крови.

Граната ударила под правую лапу, взрыв, и фонтан зелёный крови выбило из спины чудовища, а под лапой появилась чёрная обугленная воронка. Тело налилось свинцом, затянуть встроенные в куртку жгуты дело пары секунд, чудовищно много, тварь была ещё жива.

Игнорируя кровь и презирая слабость, одной рукой, я кое-как снарядил моё оружье, выдернул предохранительную чеку, чуть не поломав при этом зубы. Прицел плясал, весь мир шатался, раскачивался словно бы под морской болезнью.

Дракон ещё жив, и отмеряя последние секунды, я выстрелил, меня шатнула, отдачей валя в траву. Взрыв боли в руке, расстегнуть клапаны плаща, нащупать металлическое колечко, вытянуть за него ленту, перетягивающие руку выше локтя.

В этот момент громыхнуло, термобарический не уставной заряд достиг своей цели. Дракон был жив, несмотря на оторванную с мясом конечность, несмотря на обломанные крылья, несмотря на дыру в груди, он всё ещё был жив…

С трудом, мне удалось подняться с земли, на негнущихся ногах я заковылял дракону, с ужасом наблюдая, начинающие восстанавливаться уцелевшие крыло. Чудовище, абсолютное чудовище, сгусток из ненависти и жажды разращения, но разумное.

Дракон смотрел, на меня, смотрел на то как я, превозмогая всё, преодолевая эти метры. Он пылал ненавистью и злобой, а ещё, он понимал, что сейчас он в моей власти. Разум, пусть извращенный до неузнаваемости, но разум.

На ходу я снимаю, с пояса свой меч, чувствуя, как частичка моей сущности отрываться и прячется в лезвии и ещё столько же соскальзывает во второй, бесполезно весящий на поясе. Решено, ты в моей руке, будешь Парве, а ты на поясе, Реликта.

Дракон лежал в воронке на земле, среди валяющихся кусков чешуи и плоти. На боку, в бессильной злобе, взрыхляя землю единственной лапой, но не в силах поднять с земли хоты бы голову. Глаз дракона, с обычным круглым зрачком смотрел на меня, он не желал моего сострадания, а я не испытывал к нему жалости. Меч с необычной лёгкостью вошёл за ушной впадиной, зрачки дракона на мгновение расширились, он конвульсивно дёрнулся, и всё закончилось.

— Дракон мёртв, да здравствует дракон… — прошептали мои губы, а на меня накатывала слабость. Какой неудачный день, промелькнула в гаснущем сознании мысль, заставив улыбнуться, и тьма прыгнула на меня.

Мне этот бой не забыть нипочем, бой, мой первый настоящий бой, пускай я в основном наблюдала его с приличного расстояния. Но каждая секунда этого скоротечного ужаса навсегда отпечатается в моей памяти.

Навсегда, запомню бешеный вой пламени, визг летящих ракет, момент когда огненная игла наконец достигла дракона, взрыв, что чуть не опрокинул броневик, сожженную прямо в полёте ракету. Вспышку, что ярче тысяча солнц, и падающего на поверженного врагом Влад.

Пожалуй, я скорее почувствовала, чем поняла, что, что-то не ладно. Поскольку я была ближе всех к месту сражения Хотника с драконом, я оказалась там первой.

С трудом перевернув его тяжелое тело, я застыла от ужаса… Его лицо всё покрытое мелкими точками ожогов, посинело, глаза закатились. В чувство меня привёла боль, моя рука без моего участия с силой ударила меня по бедру. Всё ещё дрожа от навалившегося страха, я сняла с пояса нож, поднялась полированную поверхность к губам Влада.

Он не дышал, очередную вспышку паники прервало понимание, что если сейчас, я ничего не сделаю, Влад умрёт. Неожиданно ярко вспомнились лекции по реаниматологии, и старый преподаватель с грустными водянистыми глазами, паника ушла на второй план, уступив место холодной ярости. Нет Хотник, ты так от нас просто не отделишься.

Пульса не было, скинув свой плащ и взглянуть на часы засекая время, с трудом освободив от плаща Влада, я краем сознания отметила культю на месте левой руки ниже локтя. Рассудок заменили программы, вложенные в меня моим преподавателем, стоит связаться с ним и сказать спасибо. Жутковатое зрелище, окровавленной культи сейчас не вызывало ни каких чувств. Лишь необходимость, убедиться, что встроенный в куртку жгут затянут, а колечко надёжно зафиксировано крючком.

Запрокинула голову, подложив под неё свёрнутый рукав плаща. Пальцами очистила ротовую полость, запавший язык не на мгновение, не сомневаясь, вытащила и приколола булавкой к щеке. Ещё раз проверила дыхание и пульс, не только на шее, но и в паху…

Полминуты. Короткий удар, в середину, чуть выше живота, ребром ладони, проверить пульс, пульса нет. Тихо выругаться, Прильнуть ко рту, его губы холодные и саленные от пота, выдохнуть. Пять нажатий, тихий хруст рёбер, снова выдохнуть в рот. Проверить пульс, пульса нет, повторить.

Минута. Пот застилает глаза, воздуха отчаянно не хватает, время утекает сквозь пальцы, Влад Слёзы текут из глаза, задавить рвущийся наружу вопль, ещё не кончено. Влад сволочь, ты же сильный, не умирай.

— Сука, я не отпущу тебя, ты слышишь меня Хотник, ты только попробуй умереть… только попробуй, открой глаза, ну пожалуйста, Влад… — Тихо шепчут перед очередным выдохом губы.

Три минуты. Позади с диким скрежетом останавливается БТР переезжая по пути крыло поверженного дракона. ИБП я дурра, какая же я дурра. Пальцы нащупывают коробочку на поясе, зубы вскрывают пластик, расстегнув куртку, всаживаю шприц-тюбик с адреналином через грудину прямо в сердце. Тихо шипит поршень. Пульс есть? Пульса нет, захотелось выть.

Три с половиной минуты. Наташка выскакивает из десантного отделения, вытаскивая две больших для неё сумки, с медикаментами и дефибриллятором. Закушенная от натуги губа, серой лицо, дорожки от слёз, и упорство, всё это я замечаю, буквально вырывая у неё из рук сумки.

Делаю всё в невероятном темпе, поставить капельницу, плазма, всучить это всё в руки Наташе, что бы держала, хорошо, что всё военного образца. Надеть кислородную подушку, несколько раз качнуть, прокачивая воздух через лёгкие Хотника. Запустить иностранную машину ожидания чуда, прицепить датчики пульса и давления… Дикий писк, понаблюдать, за ровной линией осциллографа… выругаться.

Четыре минуты. Разряд… Тело Влада выгибается дугой. Наташка дрожит, но держит капельницы, нажать на мешок с кислородной полушкой. Осциллограф бешено скачет, а затем с ужасными писком снова превращаться в ровную линию. Крантики капельниц открыты до предела, ну почему жидкость не может течь быстрее. Немного крутануть ручку, добавить напряжения, помолиться разряд.

Четыре минуты и сорок восемь секунд… Напряжений триста шестьдесят… практически безопасная граница… Наташка ревёт в голос, к ней бежит эльф. Круглые электроды касаются груди Влада.

— Разряд!!! — я кричу, пытаясь удержать выгребающегося дугой Влада. Бешеный скачёк линии, и ритмичный писк становится для мня лучшей музыкой. Грудь Влада вздыматься, он делает ровный, и даже мощный глубокий вдох. А я падаю на спину, и начинаю истерически смеяться.

— Я СМОГЛА, Я СДЕЛАЛА ЭТО — кричу небу и до боли стискиваю зубы. Ещё рано радоваться, надо провести иммобилизацию. Но теперь у меня есть самое главное, у меня есть время!

Сознание включилось резко, словно бы кто-то дёрнул рубильник. Перед моим взором предстал потолок БТРа, к которому были подвешены две большие капельницы. В первое мгновение я даже не понял, что вижу. Но когда осознал… На глазах не было повязки, я вижу своими глазами… Хотелось закричать от радости, но вышел только сиплый хрип.

Грудь словно стянуло тисками, очень тугая повязка на рёбрах, левая рука почти не ощущалась, и к радости от вновь обретенного зрения прибавилось нехорошее предчувствие. Однако сильно меня потрепало, вот только что случилась с моими ребрами?

С трудом приняв вертикальное положение, я осмотрелся, благо десантные двери были открыты, и через них можно было видеть наш небольшой лагерь. Зелёный луг почти до горизонта, правда чуть в отдалении и правее можно было разглядеть небольшую рощицу. Определить, что это за деревья, мне не удалось, но смотрелась она весьма привлекательно… Интересно, отчего меня потянуло на деревья?

Как же тут красиво, зелёный до горизонта луг, золотистые солнечные лучи, пробивающиеся сквозь открытые двери, как же мне этого всего не хватало. Налюбовавшись всласть, я принялся осматривать своё несчастное тельце. И осмотр, однако, меня несколько озадачил.

Одет я был только в трусы и майку, под которой и была тугая давящая повязка. Ожоги на ногах были заклеены широким пластырем, левая рука отсутствовала. Чуть ниже локтя обнаружилась аккуратная культя. Странно я помнил, что в результате моего магического эксперимента, я лишился только кисти. Похоже, мне отняли ещё кусок плоти, пока я был без сознания.

Вдруг перекрывая доступ солнечному свету, что в достатке просачивался сквозь открытые верхние люки, в БТР спрыгнула вся перемазанная машинным маслом Наташка. Коротко осмотревшись, она увидела меня сидящего на лежанке, и бросилась обниматься.

— Ох… — невольно вырвалось у меня, покалеченные рёбра жалобно взвыли. — Осто… — хотел попросить я у девочки пощады, но увидев на лице тонкие дорожки слез, передумал, подумаешь рёбра.

— Ты… ты же обещал…. что не умрешь…. а сам…. а сам… — уткнувшись мне в плечо, рыдала девочка, а я не знал, куда себя деть. Оставалось только гладить её по волосам, и стараться не шевелиться.

— Что случилось? — когда Наташа хоть немного успокоилась, попытался выяснить я, но получил в ответ только новую порцию рыданий.

— Ты едва не умер Влад… — прозвучавший голос принадлежал Маше. Обернувшись, я увидел её, полностью одетую в камуфляж, с броне курточкой поверх расстегнутой на груди, картину довершала сбруя разгрузки, с парой гранат в кармашках. В руках девушка сжимала автомат.

— У нас какие-то неприятности? — Указав взглядом на всё вооружение спросил я… А ещё мне очень не понравился взгляд Марии. Колючий, и спокойный всё понимающий взгляд, спугнул на спине стайку мурашек.

— Нет просто, организовали охранение. — Пожала плечами девушка. — Ты был мёртв почти пять минут, и мне пришлось ампутировать тебе руку… — никаких эмоций в голосе, только вот в глазах полыхает огонь.

— Однако… — я не знал, что мне сказать, за свою бытность Хотником, мне не раз приходилось, ходить по лезвию бритвы, и оставаться от смерти лишь на волосок, но похоже, подступаться к костлявой ближе, мне ещё не доводилось.

— Однако…! Ты бесчувственная скотина! Ты почти пять минут был мёртв! Ты знаешь, что я чувствовала, когда пыталась вернуть тебя к жизни, но у меня ничего не получалось, когда видела твоё синеющее лицо… когда… когда. — Девушка подбежала ко мне и отвесила мне звонкую пощечину. Вот только силу она явно не рассчитала, голова мотнулась назад, макушка встретилась с металлической стенкой, искры из глаз.

Топот ног, кто-то выбегает из БТРа, я сижу, держась за щёку и макушку, и ни чего не понимаю, что вообще происходит. Перевожу взгляд на лицо Наташки, что сейчас уткнулась мне в грудь и тихо всхлипывает.

— Всё было, правда, так плохо? — тихонечко, не прекращая гладить девочку по голове, спрашиваю я. На мгновение, забывшись, я попробовал обнять её левой рукой, но вовремя опомнился.

— Мы уже думали, что ты умер… ты потерял очень много крови. — Наконец начала успокаиваться девочка. В БТР заглянул эльф, тоже в разгрузке и при автомате, своё оружие он удерживал уверенно. Его глаза тоже изменились, теперь он взирал на мир со спокойной уверенностью, да что же, чёрт возьми, тут происходит? На секунду он поймал мой взгляд, коротко кивнул. На мгновение на меня словно взглянул другой человек, вот так же приветствовавший меня коротким кивком. Но вот эльф улыбнулся, немного виновато словно бы невзначай подглядел в минуту слабости, и это наваждение схлынуло.

— Ну, теперь, то уже всё в порядке… — сделал последнею попытку успокоить девушку, а затем уже обращаясь к эльфу. — Помоги подняться…

С трудом выбравшись из броневика, я аккуратно вразвалочку, словно утка спустился в лагерь. Тут ничего особенного не изменилось, разве только ещё один тент прибавился, натянутый над телом дракона. Если судить по следам вспоротой травы луга тащили его сюда волоком…

— Зачем он здесь? — Спрашиваю у Наташки, которая поддерживает меня под правую руку под левую пыхтя и упираясь, держит эльф. Однако я почти вишу на своих компаньонах, похоже в этот раз меня прижало действительно сильно.

— Я снимаю с него чешую, давай мы тебя тут усадим и я покажу, кое-что интересное… — предложила Наташа. Меня усадили на деревянный ящик, в руки всучили термос с чаем и булку, пока ожидал бесплатное представление чай, и булка, куда-то вдруг пропали.

Машка, сидела на броне, и делала вид, что не замечает меня, хотя я и ловил на себе обеспокоенные взгляды. Но большую часть её внимания отнимал горизонт. Лагерь я уже осмотрел, основательный, похоже, укрепились тут не больше двух дней назад. Потому, что снятый дёрн не успел ещё прижиться.

Судя по небольшим холмикам под дёрном. Нашу стоянку окружили минным полем, да и кое где он был недостаточно аккуратно сдёрнуть. Хотя для тех, кто бы шёл с наружи, мины бы стали неприятным сюрпризом.

Ради интереса, я начал высматривать в траве мины. Насчитал восемь штук, похоже, ещё две от меня закрыты тушей дракона, я явное чувство затаенной опасности указывало на это… Основательно, однако они тут укрепились, похоже собираются остаться надолго, интересно зачем. Ещё я заметил, две лежки для пулемётчика, и приготовленный для этого ПК.

А ещё чуть в отдалении, на небольшом холмике была устроена снайперская лежка, однако, нас что кто то штурмовать вздумал. Борт БТРа был прикрыт земляным валом, похоже использовали ковш самоокапывания. Всё равно объемы проделанной работы поражали.

Эльф занял место в одной из пулемётных лежек, Наташки всё не было, интересно, куда она запропастилась. Из-под второго тента выполз крыс, смотрелся он несколько помятым со сна, потянулся, увидел меня, и не спеша затрусил в мою сторону.

— Привет, старина… — Улыбнулся я своему давнему спутнику, взгляд у кота был слегка насмешливый…

— Мрряв… — подал он свой басовитый голос. Немного прислушавшись мне, удалось уловить, смысл.

— Да меня потрепало нам ведь не в первой. — Кот уткнулся в подставленную ладонь, и я почувствовал, как ко мне начали возвращаться силы. От поглаживания крыс увернулся, и лизнул меня в нос, из его пасти пахло травой и свежим мясом.

— Ну, вот всего обслюнявил. — Немного отплевавшись, укоризненно уставился я на шкодника. Кот сделал вид, что он тут не причём, и я сам себя обслюнявил. А поймав мой взгляд, ещё раз басовито, мявкнул и недовольно заурчал.

— Хорошо, хорошо, в следующий раз на разборки с драконом я тебя с собой возьму. — Слегка рассмеявшись, ответил на немой упрёк я, обхватывая рукой шею кошки, сейчас, когда я сидел, его голова как раз была на одном уровне с моей. А он ещё немного подрос, мой вечный спутник.

— Помоги мне…

Ухватившись за длинную шерсть на загривке, я напряг руку, поднимаясь на ноги, и опираясь на кота, похромал к броневику. С каждым шагом мне слабость уходила, то ли причина была в чае и булочке, то ли в коте, не знаю, но вернуться к БТРу мне стоило значительно меньших усилий.

— Маша… — позвал я девушку, которая всё ещё обижалась на меня, и делал вид, что меня тут нет.

— Мария… — снова позвал я… — Мурррр — басовито подержал меня кот.

Меня игнорировали, похоже, продеться сделать какую-нибудь глупость, что бы на меня, наконец, обратили внимание. Прикинув высоту броневика, я напряг ноги, слегка присел, грудь обожгла вспышка боли, толчок. Всё же я немного переоценил свои сил. Приземлившись на самый краюшек ската бортовой брани, пошатнулся и начал заваливаться назад.

Однако встретиться с землёй, мне было не суждено, меня ухватило за грудки и буквально втянули на броню. Изящные, но сильные ручки, быстро прошлись по моему бренному телу, и не найдя серьезных повреждений усадили на подстилку на крыше брони.

— Скажи Влад ты дурак? — возмущённо воскликнула Маша.

— А если я соглашусь, что дурак, я буду прощён… — коварно поинтересовался я.

— Нет, ты точно дурак, ты зачем прыгаешь как сидоров козёл, у тебя рёбра сломаны! — В общем, то вполне справедливо возмутилась девушка.

— Ну, ты же меня игнорируешь, я подумал, что ты меня не слышишь. — И ведь не вру, же. Совсем не вру, да ты меня не слышала, потому, что не хотела меня слышать.

— Да слышала я тебя прекрасно — нахмурилась Маша, однако, как приятно видеть её лицо, своими глазами, я даже не смог удержать улыбки.

— Ну ты же на меня обижаешься, а это делает меня несчастным. — Подпустив побольше трагедии в голос, печально произношу я, опуская при этом взгляд в землю, и делаю тяжелый вздох.

— Актёр, ну актёр… — смеётся, девушка, похоже, меня раскусили, не видать мне Оскара.

— Ты на меня больше не сердишься? — смотрю с надеждой на девушку.

— Не сержусь… — отмахиваться она. — Но учти, ещё раз будешь так рисковать, я тебя оживлю, а потом лично придушу. — Вот и думай теперь какая тут доля шутки.

— Я постараюсь больше так не подставляться. Что тут подделать у меня последнее время работа стала очень травма опасная. — Я замолкаю, и начинаю думать, действительно за последние несколько месяцев, смерть мне угрожала чаще, чем за два года, бытности Хотником. Странная и весьма неприятная тенденция. Двадцать два года, однако, у меня ведь скоро день рождения, меня пугает эта дата. А если учесть, что до двадцати пятилетия ни кто из моих воплощений не дожил, очень настораживает.

— Скажи Влад… — меня отвлёк от моих размышлений оклик Маши.

— Что?

— Чем тебе так измочалило руку? — Взгляд, которым меня одарила девушка, мне не понравился, что ей сказать…

— Это я неудачно применил магию — с этими словами, словно бы вернулась часть воспоминаний, слегка заболела рука, а по кожи побежали песчаный струйки. От дальнейших расспросов меня спасла Наташа, которая, наконец, выбралась из-под тента, рядом с тушкой дракона. Теперь она была перемазана не только машинным маслом, но и зелёной кровью.

— Влад… — позвала меня Наташка, не найдя на том месте где оставила.

— Тут я… — Крикнула, девушке, не отводя вопросительного взгляда от Маши…

— Ладно, иди уже… — ответила Мария на немой вопрос. Получив разрешение я соскользнул с брони, и прихрамывая, направился к девочке. В руках она сжимала чешуйку, со среднюю сковороду размером.

— Однако, я решил просто убить бедного дракона, но я не предлагал его ощипывать. — В полном офигении от поведения рыжеволосой девочки выдал я. Возможно из за степени шока, я вполне нормально спустился с борта броневика, и слегка прихрамывая направился к Наташе. Однако, в монтажном комбинезоне, вся перемазанная машинным маслом, и зелёной гадостью, с чешуйкой в одной руку и монтировкой другой, она очень напоминал одного хвостатого персонажа, только ушек не хватало, для полного образа.

— Это пока ты не узнал, о свойствах драконьей чешуи на вот держи. — Я принял из рук девушки с взглядом горящим чешуйку, оказавшуюся неожиданно лёгкой для такого размера. Очень лёгкой, и шершавой на ощупь.

— А теперь попробуй её сломать. — Пожав плечами, я напряг пальцы, пальцы захрустели, однако на чешуйке это ни как не отразилось, однако. Зажав чешуйку под мышкой левой руки, я попытался сломать её, но не тут, то было, она гнулась, слегка потрескивала, но ломаться отказывалась. За всем этим представлением Наташка следила с неподдельным интересом естествоиспытателя.

— Крепкая… — подвёл итог я.

— Не просто крепкая, а феноменально крепкая, если судить по результатам экспериментов, одна такая чешуйка, заменяет собой минимум 220 миллиметров сплошной гомогенной брони. — однако не хилую, она работу провела, мышка. От таких мыслей меня разобрал смех, который я попытался скрыть за кашлем.

— Да что ты смеёшься, я сама проверяла серией взрывов, свойства чешуйки очень похожи на металлокерамику — однако быстро она переключилась с одного, на другое, продолжая сжимать чешуйку под мышкой, я положил на её голову руку. Захотелось, взлохматить её рыжие волосы, и я пошёл на поводу у своих желаний.

— Ну, вот почему ты меня дразнишь? — надула губки девушка, умилительное зрелище. Вот эльф во все глаза смотрит.

— Ну, я не специально тебя дразню, ладно показывая свою вотчину.

Под тентом располагалась тушка невинно убиенного мной дракона, однако хорошо так располагалась, качественно по частям. Сама тушка, оторванная лапка, и крыло, голова, заботливо отделённая от туловища и завёрнутая в большой полиэтиленовый пакет, от которого стойко несло гуталином. Большая часть тушки уже лишилась всех своих зеленых чешуек, которые бели аккуратными стопочками сложены возле деревянных ящиков, готовые к упаковыванию. На растерянном брезенте валялись различные инструменты, небольшая болгарка, молотки и долото, газовые резак.

— Однако сколько же я проспал? — Не слишком громко озвучил я свои мысли.

— Ну… — начала было Наташка, потом принялась копаться в каком то большом ящике, в поисках чего то, на его дне.

— Ты был без сознания почти неделю… — раздался голов от столбика, на котором держался натянутый тент, он принадлежал Маше, которая решила покинуть свой пост. Похоже, она всё же решила сменить гнев на милость.

— Вот! — воскликнула Наташка, наконец, извлекая, что-то из своего ящика. И этот предмет в мгновение ока завладел всем моим вниманием. На нитке, были нанизаны три длинных изогнутых клыка, разделенными зеленоватыми осколками чешуйки дракона.

В мгновение ока, я оказался рядом с девушкой и выхватил трофей из её рук. Рассмотрел, ожерелье, каждый осколок и зуб, были покрытый покрыт бесцветным лаком. А дырочки, сквозь которые, были почти не видны.

— Я знала, что тебе понравиться? — довольно проговорила Наташа. А я решив не мелочиться, чмокнул довольную девочку в щёку, заставив её слегка покраснеть.

— Помоги надеть… — повернувшись к Маше, попросил я, протягивая свой трофей, словно это была самая ценная на свете медаль. Та молча отобрала у меня ожерелье и усмехнувшись слегка, начала завязывать обвив мою шею своими руками, я бы сказал слишком сильно обвив. Поверх майки теперь красовалось ожерелье на зависть любому Ирокезу.

— Здорово, знала же чем угодить… — ещё раз поблагодарил я довольную эффектом Наташку. Мне было не жалко, а девочке приятно.

— А голову, вы забальзамировать решили? — указав на большой свёрток спросил я.

— Ну, узнав о твоём пристрастии. — Машка язва, ткнула мне в грудь пальчиком. — Я решила, что тебе она понадобиться, за вместо той, которую я собираюсь оторвать. — В глазах девушки снова разгорелся нехороший огонёк.

Вдох, надо чувствовать вкус воздуха, ощущать, как ветер слегка щекочет ноздри, позволять ему наполнять грудь, постепенно вытесняя всё постороннее из нутрии, но при это не давая сбиться точно выверенному прицелу. Выдох, картинка смазываться, ложе винтовки удобно лежит в руках, прицел почти не дергается, в висках стучит сердце. Удар, удар, удар, ровно и мерно, словно метроном отсчитывает секунды. Поймать, мгновение между двумя ударами, выжать спуск, выстрел.

Мысленно досчитать до двух, на втором счёте выбранный мишенью камень подпрыгивает от удара пули, раскалываясь на множество мелких частей, и улетает, куда-то в сторону. Лицо само собой недовольно морщиться, выстрел слегка смазан, пуля вошла в камень не точно по центру, а ударила в левый его край. Не лучший выстрел, это чужие мысли, хотя они кажутся такими далекими, но с ними мне теперь навсегда предстоит жить.

Немного подумав, беру винтовку на изготовку, поднимаясь с земли, и сажусь на попу, плечо слегка зудит от отдачи. Винтовка лежит в руках почти как, влитая, словно для меня была и сделана знакомым мне мастером. Очень, хорошая винтовка, приходят мне удовлетворенные мысли, осторожно поглаживаю пластиковый приклад. Не когда не думала, что буду использовать такие интимные чувства к оружию, вообще никогда не думала, что продеться держать в руках, что-то более грозное, чем охотничье ружьё.

Осторожно извлекаю отстрелянный магазин, беру новый, большим пальцем сковыриваю пластиковую противопылевую крышечку, снаряжаю винтовку, изготавливая её к стрельбе. За моим правым плечом молча, стоит Влад, разглядывая импровизированной стрельбище в Бинокль.

Что же он так долго гад молчит, не видит, что ли я тут вся извелась в ожидании его оценки. Хоть винтовка немного скрашивает моё ожидания, поглаживая шершавую поверхность затворной рамы, думаю я. Пальчики осторожно пробежали к стволу, проводя по сгибу газоотводной трубки. Где то там на крыше БТРа, сходные моим чувства испытывал эльф, хотя его манией стали автоматы. Сейчас он временно получил в пользование мой Калашников, и сейчас автомат метафизически лишали невинности.

Видеть эльфа, любовно прижимающего Калашников к груди, особенно с перемазанным машинным маслом личиком, было порой очень весело. Очень ему нравиться, разбирать и собирать свой личный Автомат, а сейчас, когда в его руки попало изделие Наташкиного отца. Если уж он смог девочку превратить в практически гениального механика, то, что говорить о самом Джеке.

Ну, что же Влад тянет, я же сейчас вся изойду от нетерпения, да или вспомню, что всё ещё обиженна на него. Он, наконец опускает бинокль, давая ему свободно повиснуть на ремешке, и начинает теребить зуб дракона на шее, похоже у него появилась ещё одна привычка.

— Ну, что же уже весьма неплохо… — выдал своё мнение Влад, а потом, немного подумав… — Но могло быть и лучше. — Ну, хоть что то, в первый раз он моими стрелковыми успехами только посмеялся, а потом на мой здравый аргумент, что стрелять из снайперской винтовки меня некто не учил, разродился трехчасовым экспресс ликбезом по снайперскому делу.

Оказалось, что работа снайпера, это не только совместить перекрестие прицела, с головой ничего не подозревающей цели. Чем больше расстояния, тем больше различных поправок надо учитывать. Мало того, что пулю сносит ветром, так ещё и этот маленький кусок метала, имеет противное свойство постепенно падать, по этому, сейчас я стрелял гораздо правее и выше цели. А правильно определить расстояния, это вообще почти искусство, благо пока, Влад эту часть работы брал на себя.

— Не думаю, что я смогу лучше… — озвучила я свои сомнения. Влад одарил меня таким уничижительным взглядом, что я невольно сжалась, в своей небольшой ямке позиции.

— Держи бинокль, и брысь с рубежа, будем тебе мастер класс. — Поборов неожиданный приступ ревности, Влада к МОЕЙ винтовке, я разложила для него сошки, и установила винтовку на рубеж, и только после этого приняла бинокль.

Очередной десяток камней был довольно сложно расположен на разном от стрелка расстоянии, от шестисот до почти тысячи метров. Сложная последовательность, но Влада, похоже, она не особа смущала, посильнее прижав приклад к плечу, он в первое мгновение потянулся левой рукой к цевью, но выругавшись, положил её на землю.

— А теперь смотри… — короткий выдох… Влад прильнул к прицелу, и выжал курок, он стрелял почти в автоматическом режиме, не тратя время на высчитывание расстояния и определения поправок, но каждый его выстрел дробил свой камень. И то что его кирпичики не куда не прыгали и не летели говорило о том, что пуля бьёт точно в центр булыжника… Десять выстрелов десять маленьких взрывов.

— В прошлой жизни был снайпером. — Немного недовольно проговорила я, неприятно когда калека так легко утирает тебе нос.

— В отличие от тебя нет, это чисто моё умение — ответил Влад, поднимаясь из-за рубежа, и потирая культю, насколько я знала, это увечье причиняло ему немало неудобств. — В своё время, меня не слабо гоняли с различными винтовками, так что в отличие от меня тебе везёт, не продеться проходить тот же ад.

— Но как ты тогда, удерживаешь такой темп стрельбы? — Это было любопытно не только мне, но и матёрому снайперу, которая сейчас навострила ушки, где-то внутри. Обычно, я её почти не ощущала, но сейчас, похоже, Владу удалось её изрядно удивить. Самозарядные винтовки не были, для неё чем-то необычным, но вот мастерство Хотника порождало уважение.

— Тут есть один маленький трюк, вот скажи мне, как я давал тебе дальность до цели? — Загадочно улыбнувшись, спросил Влад.

— С лева на право. — Не понимая к чёму Влад ведет, ответила я.

— А в каком порядке я выбивал мишени? — слегка улыбнувшись, спросил Хотник.

— С лева… — неожиданно до меня дошло.

— Именно, всё что нужно, это запомнить дальность до цели в каком ни будь произвольном порядке. Я, например, запоминаю от крайне левой цели, до крайне правой цели. — Влад немного подумал, а затем продолжил. — Человек, который меня учил, от цента крест накрест… — Хотник вздохнул, но тут же было, заскучав приободрился.

— Хочешь попробовать?

— Конечно… — не знаю, было ли это полностью моим ответом. Или проснувшаяся внезапно во мне вторая личность тоже поучаствовала.

Следующая серия выстрелов получилась лучше, и быстрее, но к сожалению у меня закончились патроны. Извлекая пустой магазин, я вставила специальную пластиковую заглушку, другой заткнула ствол. Винтовку предстояло еще, и почистить, но все, же как говорил Влад, уже сейчас стоило привыкать к порядку пользования этим оружием.

Если Калашников, можно было безбоязненно бросать в грязь, то этот тонкий инструмент не терпел к себе небрежного обращения, хоть он и был столь же надёжным. Вот только надёжность и точность боя, это разные вещи, и лишая песчинка в отлаженном механизме, может стоить жизни.

— Скажи Влад, если ты так хорошо стреляешь, почему взялся тренировать меня в снайперском деле? — укладывая винтовку, в специальную сумку спросила я.

— Ну тут всё просто, во-первых, у тебя предрасположенность, а во-вторых снайперы работают парами, ну и эта винтовочка, для меня немного маловата. — Пожав плечами, ответил Хотник, усаживаясь там где стоял, продолжая теребить клык на ожерелье.

— Маловата? — искренне удивилась я, моя винтовка была длиной чуть больше метра, и весом в четыре с лишним килограмма и это маловато…

— На расстоянии от тысячи ста метров, до двух тысяч, я царь и бог, знаешь приятно осознавать, что лично я чего-то могу. — А затем, слегка улыбнувшись, Влад продолжил. — Видела бы ты мою фузею, вот это действительно большая пушка.

— А что с ней произошло… — Взгляд Влада неожиданно стал колючим.

— Вот видишь этот шрамик? Это след от затвора, мне пришлось сыграть с хорошим человеком в интересную игру, я оказался боле удачлив. — Не очень громко проговорил Влад.

— Почему же у тебя он остался, насколько я знаю, на тебе всё регенерирует без шрамов.

— Потому, что этот шрам стал, воплощением душевной раны. — Пожав плечами, ответил Хотник и расстегнув куртку, показав следы от когтей кошки, четыре длинных продолговатых шрама. — Как и сердечные раны, так просто они не затягиваются.

— Прости… — мне стало стыдно, за то, что, похоже, невольно наступила на больную мозоль Влада.

— Да ничего, пошли, научу тебя ухаживать за твоей прелестью. — Улыбнулся парень, а я была готова испепелить его взглядом. — И не надо на меня так, смотреть, совсем недавно мне было страшно за невинность твоей винтовки.

— Ах ты…! — Вскочила с земли я, но Влад уже был на приличном расстоянии.

Сайрес, он же вечный часовой.

Ночь, в нашем мире, ночь наступает быстро, это связано с почти нулевым угловым наклоном оси нашей планеты. Его планете, он уже познакомился с иным миром, вкусил его иных знаний, он некогда не станет прежним.

Те изменение, что произошли с ним за последнее время, ему нравились. Сидеть на броне поглаживая смертоносное оружие, та власть, которое давало это оружие, слегка кружило голову. Лук давно был заброшен и забыт, зачем нужна стрела, если пуля быстрее, точнее и смертоноснее.

К тому же под влиянием Влада, он сам потихоньку начал меняться, почти пока не заметно. Это страшный человек, с усердием достойным мастера по работе с камнем, превращал его Сайреса, в нечто другое, а ещё была Наташа. Но, к сожалению, он видел, что её сердце уже занято, хотя и она оказывала ему долю симпатии.

Во сне заворочался кот, этот добродушный любимец Влада, периодически любил пугать меня. Неслышно подкрасться сзади, и громко мяукнуть, а при его размерах, пару раз со мной чуть не случился конфуз. Из своей палатки осторожной тенью выскользнул Влад. Тьма ночи не была помехой для эльфа, поэтому я прекрасно увидел распрямившегося на фоне звёздного неба Влада.

— Как дежурство… — приблизившись, спросил Хотник, приглушив голос.

— Хорошо… — выудил я из своего небогатого словарного запаса, однако понимаю я теперь, гораздо больше чем могу сказать.

— На прогулку? — Влад тихо хмыкнул, над моими куцыми познаниями в языке.

— Да… Сегодня такая ночь… — и он мечтательно улыбнувшись, поднял лицо к звёздам, позволяя сиянию далеких светил обласкать его лицо.

Влад бесшумно, словно тень проскальзил к небольшой полянке за прикрытым земляным валом бортом БТРа. Позади послышались короткие торопливые, шажки, кто то осторожно запрыгнул на броню примостившись рядом со мной, невзначай подарив мне, прикосновение от которого перебило дыхание.

Меня обдало чувством предвкушение, затаенной радости, и чего, чего я бы предпочёл чувствовать в своём отношении. По этому, я постарался отстраниться от потока эмоций идущих от Наташи.

— Ещё не началось? — честно говоря, Наташу я понимал практически на интуитивном уровне. Если быть точным, на эмоциональном, в отличие от наглухо закрытой Ольги, от которой иногда прилетали только отголоски эмоций.

Влад был отдельной темой, всего один раз мне на мгновение удалось прикоснуться к истинным эмоциям этого человека, и это едва не стояло мне разума. Сотник одновременно молчавших голов, хотя некоторые из них причитали или кричали, но самое страшное было, где-то в глубине, тогда на мгновение мне показалось, что у непроглядной тьмы, вдруг открылся глаз.

— Нет… — шёпотом ответил я, будто боясь спугнуть Влада, который тихо стоял на полутёмной поляне, освещаемый только светом звёзд.

Мы затихли, девушка прижалась ко мне плечом, вновь перешибая дыхание в моём чедущном теле. В своей деревне я не был избалован вниманием противоположного пола, да что там от меня сторонились как от прокаженного. И в общем-то сейчас до сих пор не мог привыкнуть, что меня не чураются.

Звёзды мерцали этой ночью необычно ярко, Хотник стоял расслабленно на небольшой полянке его глаза были закрыты. Где то неспешно завёл свою песню полуночный сверчок. Это послужило словно бы командой для Влада.

Он словно бы перетёк и закружился в причудливом ломаном танце, медленное неспешное движение уцелевшей руки, плавный переход с ноги на ногу, и после неожиданно резкий бросок в сторону. Он кружил по поляне, тихо шуршала трава, качаясь словно бы в такт его движениям, в этот момент вдруг налетел ветер, и у Влада над плечом зажглась первая искорка.

Вот уже их две, танцующих в темноте светлячка, кружащиеся, словно в такте. А затем огоньки начинают загораться один за другим, включаясь в этот, причудливый танец. И вот фигура Влада покрыта уже сотнями сверкающих светящихся точек.

Огоньку кружат, откатывая фигур светящимся покрывалом. Глаза Хотника закрыты, он кружиться, нанося удары ногами, взбивая светлячки словно перину. В этот момент с БТРа соскальзывает Наташа…

— Пожалуй, я присоединюсь… — тихо шепчет в темноту, и с ходу вклинивается в танец.

Её движения другие, в отличии от плавных Влада, резкие и напористые, она атакует его пытаясь словно бы поймать. Хотник, слегка улыбаясь пресекает эти попытки, каждый раз, когда, кажется, что вот она уже сейчас настигнет его, уходя в самый последний момент.

Меня колет в сердце иголкой ревности, но вдруг, вокруг Наташи начинают кружиться с полсотни маленьких, красноватых искорок, её движения меняются. Её огненные светлячки, вливаются в хоровод белых Влада.

Она ловит его, он ловит её, захватывая под талию, она обвивает его шею. Огоньки танцуют вокруг них, пара делает оборот, и размыкаться, их словно бы отбрасывает друг от друга. Но Влад держит её за руку. И мир меняется…

Изменения почти незаметны, просто их силуэты вдруг начинают светиться, Наташа делает шаг, наступая на Влада, он же в унисон делает шаг назад, а потом наоборот. Они кружат, пытаясь друг друга догнать, но не догоняют.

Танец закончился неожиданно, светлячки вспыхнули неожиданно ярко, на мгновение мне показалось, что на голове Влада, появилась широкополая шляпа, и отсутствующая рука снова на месте. Мгновение, и Хотник валиться навзничь, теряя сознание.

Наташа дышит как загнанная лошадь, её щёки раскраснелись, а по лицу, блуждает счастливая улыбка. Жаль, что эта улыбка предназначена не мне. Я соскальзываю с брони, надо поднять и привести в чувство Хотника.

Снова дорога, мы опять в пути, честно говоря, я уже слегка устал от постоянной жизни в разъездах, иногда так хочется, остановиться, где-нибудь. Неважно где, прекратить эту бесконечную погоню, но, похоже, не в этой жизни.

Под бронёй прохладно, кондиционер работает на полную мощность, солнце изрядно припекает. Мы выехали из бесконечного луга, и оказались на жёлтой выжженной земле, ветра тут почти не было, и солнце палило нещадно.

Машину слегка подбрасывает на кочках, я внимательно слежу за обзорными экранами, иногда краем обзора, замечаю Маши и Сайреса на крыше. Вот бедный Крыс, бежит параллельно нашему маршруту. Надо будет остановиться, налить водички бедной кошке.

— Вы это видите? — прозвучал потрясенный голос Маши в селекторе.

— Видим что? — решил уточнить я, на обзорных экранах, кроме желтоватой пустоши, смотреть особо было не на что.

— Это… — похоже, сейчас она пытается изъясняться жестами.

И в это мгновения я увидел, что она имела в виду, просто потому, что они на броне сидели выше, они и увидели эту фиговину первыми. Из-за горизонта, медленно поднималась огромная арка. Чёрный овал в бесконечном поле, медленно вздымался, открываясь нам во всём своём мрачном велеколепии.

— …. себе. — Нецензурно выразила наше общее мнение Наташа. А я осторожно подвёл под арку, маркер прицела, включая починенный дальномер. Прибор показал расстояния чуть большее сорока километров, однако, какой же высоты, эта исполинская дверь.

Проход в арке, был покрыт слегка мерцающей серебристой дымкой, похоже, это и есть, межзвёздный портал. Неожиданно, марево, мигнуло и пропало, в арку на мгновение заполнило небо, а потом, БТР слегка тряхнула, и серебристая дымка вернулась на своё место.

— И как нам его выключать? — слегка озадаченно спросила Наташа.

— Не как, подъедем, заложим ядерный фугас и рванём эту конструкцию к чёртовой матери, я лично к рычагам управления лезть, не намерен. С меня дракона, за глаза хватило. — Озвучил я свои планы.

— А у нас есть ядерный фугас? — подозрительно тихо спросила Наташа.

— Есть, в качестве встроенной системы самоуничтожения, мощностью в 200 килотонн. — Без всякой задней мысли пояснил я.

— Что!!! — это был почти хор, даже Эльф подал голос, хотя он скорее за компанию.

— А я не говорил? Странно, наверное, вылетело из головы. — Надо срочно, что то придумывать… — Ай… — удар был подлым, мне отвесила подзатыльник Наташа.

— Откуда у тебя ядерная бомба — одарив меня суровым взглядом, спросила спустившаяся к нам Маша.

— А я разве говорил, что она у меня одна? — подняв бровь, поинтересовался я.

— А у тебя она не одна? — осторожно начала Наташ, подозрительно подвигаясь поближе.

— У меня лично четыре, но в данном конкретном случае, всего одна. И вообще, что вам не нравиться, я просто предлагаю, подъехать, демонтировать атомный фугас, заложить и насладиться незабываемым зрелищем атмосферного атомного взрыва. — Совершенно честно и с некоторой долей недоумения отвечаю я.

— И почему мы узнаём, об этом только сейчас? — прищурившись с обвинительными нотками в голосе говорит Наталья.

— А зачем вам собственно было об этом знать? И мы в полнее можем продолжать движение. — С изрядной долей раздражения отвечаю я.

Дальше мы ехали молча, честно говоря, не понимаю, что так не понравилось моим компаньонам, ну ядерная бомба в качестве системы самоуничтожения, ну и что? Раз они так отреагировали на безопасный в обращении фугас, в отличии от его традиционных собратьев. Именно соображения безопасности, заставили меня заменить, имеющийся тротиловый заряд, на это небольшое чудо мирного атома.

Сколько в своё время взорвалось складов с боеприпасами? Или сколько трагедий случается на учениях при обращении с оружием, а теперь, сколько было самопроизвольных взрывов атомного оружия. Ответ прост, ни одного, ну и в случае если мне всё же придется прибегнуть к системе самоуничтожения, это будет, прощальным сюрпризом, для тех, кто вынудит меня на этот шаг.

Конструкция на горизонте мне не нравилась, от неё тянуло древностью и неизвестность, а по моему опыту, и то и другое привлекает к себе слишком много неприятностей. Сейчас я надеялся только на одно, что творения советских инженеров, будет достаточно для решения данного вопроса.

Огромная арка, занимала уже пол неба, когда мы подъехали к окаринам заброшенного города, серые и чёрные коробки задний, развалины, кучи мусора, а ещё тут было холодно. Я с удивлением заметила, что у меня из рта у меня идее пар. А щёки прилично защекотало холодным воздухом.

Казалось, что мы неожиданно въехали в осень, постепенно перестающую в зиму. Холодно, я застегнула курточку, но без пристёгнутой подкладке, броне ткань практически не греет. Рядом кое-как пытался согреться эльф, похоже, холод он переносил ещё хуже, вон как посинели губы.

Броневик стоял на окраине, и Влад пока не решался двигаться дальше, мы же с эльфом играли роль дозора стараясь высмотреть, хоть что-то необычное. Из броневика с трудом выбрался Влад, удерживая культёй объемный свёрток. В свёртке были два тёплых свитера и термос с чаем, этим он практически заслужил моего прощения за бомбу. Всё же в чём-чём, а в предусмотрительности, ему не откажешь. Влад уселся рядом на броню, разлил чай, посмотрев на посиневшего эльфа, молча, сграбастал его левой культёй в объятия, заставив слегка покраснеть, интересно с чего бы это.

Игнорируя сопротивления, он принялся растирать какой-то мазью его уши и лицо. Эльфу пришлось смериться со своей участью, и вытерпеть процесс намазывания всех открытых участков кожи, после чего ему были выданы перчатки и чёрная шапочка маска, и куртка в дополнении к свитеру, и только после этого он был отпущен.

— Лови — кидая небольшую баночку с белой мазью сказал мне Влад. — Намажь все открытые участки тела.

— Что это? — посмотрев на обнюхивавшего себя эльфа, спросила я. Сайрес стал после всех этих процедур, розовощёк и красно ух, в чёрной шапочке он смотрелся забавно.

— Мазь от обморожения. Предупреждаю, может жечься. Похоже там весьма холодно. — Просто ответил Влад, прихлёбывая чай из своей кружки, жаль Наташка не могла составить нам тут компанию, паранойя Влада последнее время требовала, что бы кто-то постоянно был у руля.

Немного подумав, я открыла крышёчку и понюхала, мазь пахла перцем и спиртом, и ещё чем то терпким, в общем и целом вполнее приятно пахла. И после не долгих сомнений я принялась втереть её в лицо.

— Это не крем, больше наноси… — немного понаблюдав, как я аккуратно кончиками пальцев беру пахучую мазь и наношу её на лицо, сказал Влад.

— Да не так! — Ещё немного понаблюдав, воскликнул Хотник.

Рывок, и уже я оказываюсь в его объятьях, однако это необычное чувство, когда тебя вот так, словно котенка не особо напрягаясь, переставляют с одного на другое место. При моём не маленьком росте, и не совсем миниатюрной комплекции, а ещё в куртке, разгрузке и при автомате, пожалуй, не один из моих бывших молодых людей не смог бы повторить этот трюк. Иногда это приятно чувствовать себя слабой.

Влад зачерпнул из отнятой у меня баночки крема и размашистым движением плюхнул его мне на щеку. Это больше напоминало пощёчину, после чего, он с приличным усилием начал втирать мне эту грёбанную мазь в лицо. Ну не сказала бы, что это было совсем неприятно.

— Можешь немного нежнее? — взмолилась я о пощаде, когда лицо начало изрядно гореть. А тёр, Влад мои щёки и особенно уши нещадно покрывая их толстым слоем мази.

— Не могу, вот тебе доводилось бывать в Сибири? — Слегка насупившись, проворчал Влад, и, дождавшись моего отрицательного ответа, продолжил. — Вот и терпи, судя по тому, что я вижу, ближе к центру, где расположены эти врата, температура упадёт до минус сорока. А при такой влажности, лучше потерпеть мазь, чем потом возиться с обморожениями.

— А ты бывал в Сибири? — поинтересовалась я, от чего мне в рот попала немного мази, на вкус она была острой, и довольно вкусной.

— Бывал, хотя делать там особо нечего, места дикие, народ предпочитает селиться южнее, но, то, что холоду надо относиться с уважением это путешествие меня научило. — Ответил Влад, критически рассматривая результат своей работы, и найдя его приемлемым закупорил баночку.

— С уважением?

— Обморозился я там, сильно, да вообще едва насмерть не замёрз. — Ответил мне Хотник, а немного подумав, добавил. — Всех пальцев тогда я на ногах лишился, ужасное зрелище, когда снимаешь носки, а мясо и кожа снимаются вместе с ними.

Он слегка содрогнулся, похоже эти воспоминания были не слишком приятными, однако должный эффект произвели. Когда я представила себе эту картину, по спине явственно поползли мурашки.

— Но у тебя вроде, все пальцы на месте? — похоже меня просто пугают.

— Ну, это давно было, больше года уже прошло, давно успели отрасти… — как само разумеющееся ответил мне Хотник, наградив немного недоумённым взглядом.

— Как отрасли? — я даже немного отодвинулась от Хотника, что бы взглянуть в его бесстыжие глаза.

— Я же тебе вроде говорил о живучести… — слегка нахмурился Влад, да говорил, однако верилось мне в эти сказки слабо. Весь опыт из прошлой жизни говорил об обратно. Даже несмотря на вернувшиеся к Владу зрение.

— Ну, вот смотри — он развязал рукав, закатал, освобождая замотанную бинтом культю, если бы я сама не проводила ампутацию, я бы не заметила, что культяпка от сустава слегка удлинилась. — Вот видишь, думаю, такими темпами через пару месяцев снова смогу играть на гитаре.

— Значит, твоя регенерация на конечности тоже распространяться. — Неподдельно обкрадывалась я.

— Ну, это не совсем регенерация, но да, ты что всё это время думала, что я останусь теперь инвалидом? — В его голосе чувствовалось удивление и понимание.

— Ну да.

— Однако, хотя я как-то упустил этот момент, мало у меня опыта в обучении новичков. — В его голосе явно слышалась досада. — Среди тех, кто выпал из мира, не бывает инвалидов, если ты выжил, то травма обычно зарастает без следа. Есть несколько теорий, но я считаю, что наша душа, сильнее влияет на физическое тело… — Но его грубо перебили, из люка высунулась голова Наташки в танковом шлеме и блестящими от мази щеками.

— Не слушай его, это его собственная ничем, не подтверждённая теория, до подлинно известно, что этот процесс вообще не как не связан с процессом регенерации, ткани словно появляются из неоткуда. — Достаточно ехидным голосом проговорила Наташка.

— Если бы не мои, ненаучные теории, кто-то был бы мёртв. — Огрызнулся Хотник.

— Ну, сама обиженная невинность — поцокала языком Наташа. — И вообще нам пора ехать, полезай в кузов.

— Нет, там душно — коротко ответил Влад, откупоривая мазь, и принявшись намазывать своё лицо. Демонстративно отворачиваясь от Наташи.

Как-то неловко девушка скрылась в люке БТРа, машина медленно покатилась к одному из ближайших проёмов в сплошной стене зданий. Машина словно бы пересекла невидимую границу, открывая вид на город целиком.

Полис располагался в низменности в самой низкой точке, и находились огромный сверкающие и периодически мерцающие врата. Сам город раскидывался вокруг почти идеальной окружностью, опутанной сетью дорого словно паутиной.

Это место, похоже, никогда не было красивым, серые ангары, чёрные здания с зияющими проломами в стенах.

— Смотри это грузовой порт, только на суше… — Влад указывал на строения, подле врат, возвышающихся практически над нашими головами. Немного в стороне, располагались большие плоские площадки с уложенными на них конструкциями, очень похожими на наши контейнеры. К каждой площадке подходила дорога, рассмотреть, что-то большее мне не удалось, слишком далеко.

— Странно… — очень тихо проговорил Влад, в этот момент он рассматривал здания словно бы разорванное из нутрии на части. — Наташ нам по северной дороге, нам нужно к вратам, как понимаю вон та большая конструкция это остов космического корабля. — В непосредственной близости от врат, располагалась длинная сигарообразная конструкция, поправка, наполовину разобранная конструкция, было видно, что когда то этот корабль был значительно больше, но даже то, что осталось, по размерам можно было сравнить разве что со стадионом на несколько сот тысяч человек.

По мере того как мы приближались к центру становилось холоднее. Изо рта уже валили просто клубы пара, а Влад посильнее закутался в свою куртку. Город производил удручающее впечатление, чем ближе мы приближались к центру, тем больше было следов разрушения. Некоторые здания были словно бы срезаны гигантским ножом, другие оплавились, на некоторые словно бы наступили.

Примерно на полпути, мы наткнулись на натуральную баррикаду, собранную из различного мусора, поверх неё лежал белый снежок, у обочины стоял сгнивший остов какого то автомобиля.

— Этот чёртов Асманте, явно, рассказал не всё, ты только посмотри, как расположена это баррикада, жители пытались задержать кого-то из нутрии, от портала. И этот кто-то отвечал на эти попытки, тяжёлой артиллерией. Как считаешь Наташ? — спросил Влад, через гарнитуру.

— Не знаю, попробую протиснуться между теми зданиями, судя по размеру воронки, там грохнулся фугас, держитесь крепче. — Ответила Наташа.

— Посмотри, земля не взрыта, а оправлена. Чем-то напоминает плевок Дракона, уж не его они пытались остановить, но тогда зачем баррикада… — Размышлял Влад в слух. — Ладно, поехали дальше.

Машина дёрнулась, и мы, с трудом перемахнув через воронку, двинулись дальше, примерно через полкилометра, местность стала напоминать документальные военные кадры, от домов сплошные остовы, не одного целого здания, следы выбоин на уцелевших стенах.

— Похоже, из меня сделали дурака, чёрт. Отвык я иметь дело с теми, кто может и приврать. — Злость в голосе Хотника в равной толике перемешалась с раздражением.

— Почему ты думаешь, что нас солгали? — я не видела пока повода сомневаться в словах Асманте.

— Потому, что тут люди убивали людей… Это моя теория, хорошо так думаю я, наши души способны напрямую взаимодействовать с реальность, именно по этому, любая душевная рана, отражается на физическом теле. — Глаза Влада слабо засветились, он говорил тихо, но я прекрасно его слышала, налетел холодный порыв ветра, взлохматив ему волосы. — Я видел, как отверженный юноша покрывается незаживающими язвами. Мне доводилось, как отец умирает вслед за сыном. Наше тело, это отражение души, и только воздействие на тело, способно нанести душе раны. Но душа гораздо больше, она истекает из тела.

— А теперь смотри. — Влад закрыл глаза, и мы вдруг оказались в эпицентре сражения. Люди в белой броне, шли из цента, практически непрерывно поливая пространство перед собой зелёными лучами. Им противостояли другие в красно-желтых комбинезонах, отстреливаясь из домов, баррикад, и машин.

Белые двигались короткими перебежками, укрываясь за преградами, и поливали огнём почти беспрерывно, иногда, что-то падало, сверху превращая задние или баррикаду в огненный ад. Красные отстреливались, но явно проигрывали этот бой. Белых было больше, и казалось, что смерть белого бойца совершенно не волнует. Они сноровисто и деловито, уничтожали, сопротивляющихся им красных, словно бы выполняя знакомую работу, и могу сказать, что делали они это хорошо.

— Это было бойня, правительственные войска шли от врат, все, пребывая, а поселенцы пытались их остановить, классическая борьба за независимость, чёртовы предатели… — Картинка вокруг, потихоньку меркла, пропали пожары и запах дыма, снова стало невыносимо холодно, теперь я по-другому смотрела на силуэты припорошенные снегом.

Влад слегка покачивался из стороны в сторону, как на ветру, а потом открыл глаза, в них плясала жуткая тоска. Мгновение и в глазах заплясали яростные огоньки, вокруг стало словно бы ещё холоднее.

— Успокойся, Влад, нам надо выполнить работу, и проваливать из этого чертового мира, и поспокойней, ты пугаешь Сайреса. — Раздался в наушниках голос Наташи.

— Я решил, мы не будем взрывать этот город, держи курс к остову корабля. — Каким-то странным голосом проговорил Влад.

— И что мы будем делать? — поинтересовалась Наташа.

— Выполнять задание.

Становилось всё холоднее, БТР из-за гор мусора и покореженной техники двигался крайне медленно, в одном месте нам даже пришлось ехать в объезд. Дорогу напрочь перегородила огромная боевая машина, похоже, когда то этот агрегат шагал, на четырех массивных ногах, которые были словно бы подрезаны под коленом.

Корабль оказался огромен, то, что на первый взгляд показалось сигарой, оказалось лишь носовой частью когда-то гигантского треугольника. Сейчас о былом размере напоминали только остатки каркаса, от носовой части к арке тянулись кабели огромного диаметра, каждый от земли был выше нашего БТРа в несколько раз.

— Вот это дурра, даже не вериться, что когда то, эта штука смогла приземлиться, ведь не меньше пяти километров в длину был кораблик. — В голосе Влада чувствовалось, какое-то странное восхищение.

Сейчас мы ехали вдоль корабля, проезжая мимо огромных уходящих в небо рёбер, этот зрелище напомнила мне фотографию скелета кита, и сейчас мы медленно приближались к его голове. Он действительно был похож на гигантского исполина, выброшенного на землю в среду к которой он совершенно не предназначен.

— Холодно, Наташ сколько там, на градуснике? — спросила я, стуча зубами, мысленно благодаря Влада за предусмотрительность, если бы не его мазь, наверное, с лицом можно было распрощаться, пусть ехали мы не очень быстро, но даже такой ветерок не слабо обжигал кожу.

— Минус сорок, и продолжает понижаться, похоже, это от Врат, чем мы к ним ближе, тем холоднее. — Порадовала меня «хорошими» новостями Наташка.

Машина, наконец, добралась до уцелевшего корпуса корабля, и чуть серебристый борт поплыл по левую руку. Удар, меня рвануло вперёд словно пушинку, бронемашина застыла, как вкопана, мгновение полёта, а затем меня поймал Влад. Прямо на лету, подхватив, мир перевернулся с ног на голову, и вот я уже стою в его объятьях на бронированном носу БТРа.

Многотонная машина, бессильно вращая колёсами перемешивая снег и землю в серую грязь, но сдвинуться с места так и не могла. Мы словно бы напоролись на невидимую стену, если слегка приглядеться воздух вокруг во круг слегка рябил, словно бы на асфальте в жару.

— Стой, сцепление спалишь. — Не очень громко проговорил Влад, опуская меня так, что бы ноги могли нашарить опору. — Кажется у нас проблемы. — Ещё тише проговорил он, наблюдая как словно в клетке мечется крыс, пытаясь найти выход, но похоже наша западня была полностью непроницаема.

Кот прыгал, на это воздух, но каждый раз пружинисто отбрасывала назад. Влад, наконец, отпустил меня, и, соскользнув с брони, осторожно ладонью прикоснулся к барьеру, не сильно ударил кулаком, нахмурился.

— Поправка, у нас большие проблемы.

С момента нашего заточения прошли сутки, Влад был хмур, это непонятное поле, окружало нас со всех сторон. Лишь борт космического корабля был доступен, но выстрел из РПГ даже не оставил на нём опалены, после этого Хотник, молча начал разбивать лагерь.

Никогда в жизни я не могла подумать, что может быть так холодно, вездесущий все проникающий холод. Тихо урчал двигатель БТРа, Электропечь работала на полную катушку, Влад даже достал небольшой обогреватель, но всего этого хватало лишь на то что бы не замёрзнуть.

Даже после того как БТРе заделали все щели, как сверху накрыли брезентом, оставив наружи только выхлопную трубу, всё равно, он оставался большоё промороженной железной коробкой. Хотник был мрачен, он сидел на освободившейся от вещей койке, гладил кота который положил голову на его колени и думал.

— Наташ ты не спишь? — его голос был тих и мрачен, от него у меня по спине побежали мурашки.

— Нет… — последовал короткий ответ.

— На сколько, у нас топлива?

— Если будем так же жечь, на два дня, при желании могу растянуть на четыре, но будет очень холодно… — также тихо проговорила девушка.

— Делай… то, что нужно. Влад вылез из-под своего одеяла и стал копаться в вещах, найдя двухместную палатку он начал разбивать её прямо в нутрии БТРа. Тихо мурлыча себе под нос, какой-то незамысловатый, но мрачный мотивчик.

Наташка в это время что-то сделала с двигателем, и его мерный гул практически прекратился, а лампочка под потолком стала светить тускло. Хотник, наконец, закончил, свою возню с палаткой.

— Просыпайся… — он тихонько потрусил меня за плечо и направился к эльфу.

Разбудить Эльфа оказалось той ещё задачей, несмотря на холод, он был единственный, кому всё же удалось уснуть, хотя выглядел он не очень хорошо. Холод переносил он хуже всех.

— Возьмите свои одеяла и забирайтесь в палатку, буду учить вас особенностям арктического выживания. — Оскалившись, проговорил Хотник, Наташка при этом слегка покраснела.

— Ну что все разместились. — Шёпотом спросил Влад.

Ответом ему было утвердительное мычание, в палатке было тесно, особенно после того как сюда заполз кот, хотя он теперь играл роль большой и мягкой грелки. Вообще вместе стало слегка теплее, но всё ещё было очень холодно, и Влад решил это исправить.

— А теперь раздеваемся…

— Ты сума сошел? — спросила у Влада я.

— Нет, раздеваемся, я сказал, как минимум до нательного белья.

После недолгой возни, с раздеванием в тесных условиях палатки, со взаимным смущением. Мне всё же удалось расположиться обняв мягкий и пушистый бок Крыса. Ещё немного повозившись, и ощутив на себе лёгкий объятия. Немного поворчав для порядка, вызвав недовольное урчание у передремавшего кота, я наконец заснула.

Утром меня разбудила скрип, и удар метала об метал. Недолго было тихо, а потом скрип повторился, сопровождаясь натужным сопением и тихой руганью Влада. По спине пробежал холодный ветерок, заставив тело покрыться мурашками, похоже, кто-то открыл двери десантного отделения. И этот кто-то сейчас будет зверски бит, и возможно даже ногами.

С трудом отыскав, что то из своего гардероба, я выбралась из палатки, Наташа и Эльф преспокойно спали в обнимку и похоже посторонние шумы их несколько не трогали. Везёт же им иметь такой крепкий и здоровый сон.

За пределами палатки было холодно, а снаружи, просто зверски холодно. Влад возился с какой то большой штукой, в данный момент он копался в небольшом лючке, что то набирая на маленькой цифровой клавиатуре, периодически сверяясь с объемной книжкой. Хотник учёл вчерашние ошибки и значительно утеплился, от чего его не маленькая фигура смотрелась ещё больше.

Увидев меня, Влад нахмурился, и отправил назад одеваться, а после того как я выползла повторно, ещё и обильно смазал мазью от обморожений. У меня не было причин, когда либо, так тепло одеваться, и сейчас, под всеми этими слоями одежды я чувствовал себя колобком. Да у нас бывали морозы, но не до такой же степени.

— Что ты делаешь? — наконец решила я поинтересоваться у Влада?

— Трахаюсь, не видно что ли! — раздражённо ответил мне Влад, похоже, пребывал он в примерзлом настроении.

— Если мне не изменяет память, трахаються несколько иначе — с толикой сарказма в голосе проговорила я.

— Ну почему же, трахаться можно поразному. — Задумчиво протянул Влад… — Вот ты сейчас трахаеш мне мозг! — для иллюстрации он даже указал на орган, о котором идёт речь.

— Ну почему же сразу трахаю? — я добавляю в голос побольше удивления и делаю круглые глаза. — Это только прелюдия, вот если ты мне сейчас не скажешь, что ты все-таки делаешь, вот тогда всё и начнется. — Подпускаю угрозы в голос.

— Что делаю, что делаю, боеголовку перенастраиваю… — несколько повеселевшим голосом отвечает мне Влад, и подмигнув мне хватает молоток и со всей его немаленькой дури обрушивает заострённый но бомбы.

Звук удара разноситься по всей округе, унося мою душу, куда-то поближе к пяткам. Так вот, что это так стучало, примерно через пять секунд я смогла выдохнуть, и немного отойти от шока.

— А ты уверен, что её надо именно так настраивать? — стараясь не делать резких движений, и бочком, бочком пододвигаясь к оружейной пирамиде, спрашиваю я. Похоже Влад сошел сума, это очень прискорбно.

— Не в чём я не уверен, правый, раз занимаюсь перепрограммированием боевой части. — Отвечает мне Влад, внимательно при это вглядываясь в книжку, похоже, нашёл там для себя, что то интересное.

— Ну я не думаю, что удары молотком, в этом поспособствуют. — Уже почти добралась до оружейного шкафа, и вдруг замираю, я что действительно собираюсь стрелять во Влада? Или что же я собралась делать когда, наконец, раздобуду оружие?

— Нет, но эта штука спроектирована так, что бы выдерживать нагрузки во время запуска и удар об поверхность земли, так что от простого молотка ей точно ничего не будет, а мне это как бальзам на душу. — Немного развеивает мои опасения Влад, и отодвигает необходимость ответа на заданные мной себе вопросы.

В этот момент из БТРа выползает Наташка, и начинает потешно прыгать на морозе, спешно отправляться назад и повторно выползает уже приодевшись. Необходимость намазаться мазью её не минула, поэтому теперь её мордашка ещё и блестела на утреннем солнце.

— Это то, что я думаю? — задумчиво протянула рыжеволосая за соня.

— Ну, да…. Это именно то! — похоже, в этот саамы момент Влад вычитал, что-то полезное в своей папке. И после ввода непродолжительно комбинации символов он закрывает небольшой лючок, под который и была спрятана панелька.

— Влад, а куда это ты собрался? — Вдруг неожиданно спросила Наташа, действительно бомба стояла на подобии саней волокуш, а у ног Хотника лежал объемистый рюкзак.

— Туда — ткнул Влад пальцем в сторону корабля.

Наверное, это можно назвать верхом не наблюдательности, но теперь в гладком борте, появилось незамеченное нами вчера отверстие. Большое и круглой формы, первой моей мыслю, была то, что это жопа, ну очень уж было похоже, это отверстие на анус с гипертрофированным геморроем. А если учесть, что там в этом отверстии была непроглядная тьма, это точно было анусом Негра.

В серебристом борту корабля, что уходил перед нами в небо стеной, появилось узловатое утолщение с дырой. Явно непредусмотренное конструкцией корабля, хотя я могла и ошибаться.

— И зачем тебе туда надо? — задала я, в общем-то, довольно глупый вопрос, наверное, из-за шока.

— А больше тут больше не куда идти… — просто ответил Влад, он закружился в попытке накинуть рюкзак на плечи, одной рукой это было крайне неудобно.

— Хорошо, сейчас мы оденемся и пойдём…

— Нет, пойду только я. — Перебил Влад Наташу.

— А что будем делать мы? — меня начинало это злить.

— Вы, подождёте меня два дня, и если я не вернусь, нажмёте на кнопку и свалите из этого мира. — Поразила, с какой лёгкостью сказал это Хотник, как будто, ему приходилось каждый день уходить с вероятностью не вернуться.

— Мы уйдём все вместе! — Влад бросил на меня короткий взгляд, похоже, что-то в моих глазах, его заставило пояснить причины своих действий.

— Я не могу, я должен сдержать своё слово… — Его голос неожиданно сорвался в конце фразы…

Меня прошиб холодный пот, Влад же рассказывал про слово, и теперь попал в ловушку своего собственного обещания, и не хочет, что бы мы пострадали из-за его глупости. Чёртов эгоист, мы с ним столько прошли, а он готов вот так просто… Сука!

— Мы идём с тобой, туда…

— Но…Ладно. — Похоже, что-то заставило его переменить решение, возможно, это была моя и Наташина решимость, без него никуда не уходить. — Тогда идите, собирайтесь, у нас мало топлива, и я не уверен, что если мы заглушаем двигатель на таком морозе мы снова сможем его завести.

Массивная створка герма люка, что успел вырасти за одну единственную ночь, была гостеприимно раскрыта. Темнота сколько не вглядывайся непроглядная темнота, я прикрыл глаза, позволяя своей сути раздаться, темнота отступила, внутри было пусто, всего лишь небольшой предбанник.

— Ни кто не передумал? — последняя попытка отговорить, своих друзей от этой глупой затеи. Да за это время они успели стать мне друзьями.

— Нет! — слегка сердито отвечает Наташа, и отворачивается, она сейчас от меня по правую руку, Маша просто качает головой, а Эльфа и Крыса никто не спрашивает, одних в лагере, на таком морозе их не оставлю.

— Хорошо. — С лёгким шелком включается мой налобный фонарь, немного подумав, с права и с лева, от меня девочки включают под ствольные фонари на автоматах. Что же мне тоже следует вооружиться.

Три ярких луча света вспарывают тьму, освещая ещё не до конца открытую дверь выхода из шлюза, если некто на корабле захлопнет обе створки, мы окажемся в ловушке. Только то, что мы уже в ловушке, давала Надежду на приглашение войти.

Поздно было сомневаться, да и выбора особого не было, так что, сделав глубокий вдох, я перешагнул через низкий порожек люка, небеса не разверзлись, и вообще ничего не произошло, поэтому, немного осмелев, я втянул за собой два больших баула, с едой и взрывчаткой.

Мои спутницы довольно сносно изображали из себя боковое охранение. У Наташи, явно получалось лучше, хотя обеим не хватало опыта, как в обращении с оружием, так и в действие малыми группами.

Замыкали наш отряд эльф с тигром, оставлять, кого-то из них на таком морозе в лагере, было бы просто преступлением. Осторожно приблизившись к противоположному люку, я на мгновение высунулся. Огляделся, небольшая комнатка с двумя лежанками у стен и чем-то отдалённо напоминающим письменный стол, со стеклянным шаром вмонтированным прямо в столешницу.

— Похоже, тут явно раньше кто, то жил, но уже довольно давно. — Тихо пробормотал я проходя в помещение, и давая своим компаньонками взять на прицел раскрытую настежь дверь этой комнаты.

Стоило Эльфу и Крысу попасть в помещение, как люк за их спиной с тихим шипением закрылся. Этот звук, эхом отразившись от металлических стен, ушел, куда-то вглубь корабля, заставив меня, нервно поёжится. Не нравилось мне это приглашение, мы как будто зашли в большую мышеловку. Вот только в этой мышеловке сыром даже и не пахло.

Здесь вообще практически ни чем не пахло что было странно, от Наташи и Маши пахло с лёгкой примесью страха, от Эльфа морозом и сеном, от кота несло кошатиной, и к этому всему изрядно примешался запах перца, но само помещение, ни как не пахло. Впервые я попал туда, где нет запахов, и от этого становилось ещё более неуютно.

— Похоже, тут и сейчас кто то живёт. — Немного осмотревшись, озвучила бредовое предположение Маша, заставив меня слегка поморщиться.

— Почему ты так решила? — спросила у неё Наташа, бросив короткий взгляд на каюту, но всё её внимание было сосредоточено на единственном выходе. А я опустившись на колени, и принялся навешивать пакеты на крюки на упряжь одетую поверх курточки на Крысе, пуская холода он не боялся, но к сожалению щеголял сейчас летней шубкой, по этому его пришлось одеть. Для трёхсот килограммовой кошки, все эти тюки, были не слишком тяжелы.

— Пыли практически нет. — Вполнее логично умозаключила Маша.

— Ни кто тут не живёт. — Решил повторить своё умозаключение.

— Но пыль…

— Что пыль? Корабль герметичен, не откуда тут пыли взяться.

Мне, наконец удалось, навьючить все сумки на спину Крыса. Одной рукой это было не слишком удобно. Даже несложные действия теперь приходилось делать в два раза дольше. Корабль в это время словно бы оживал, по полу пробегала едва заметная дрожь, и я чувствовал, что где то внутри просыпаются от сна механизмы этого древнего чудовища.

— Тигры и Эльфы в середину, Маша за мной, Наташа замыкает. — Перефразировав я Наполеона, от тяжело груженой кошки будет мало толку, в случае чего, а в боевых качествах эльфа я пока сманивался.

— Раз, раз, раз. — прошептал в ларингофон, — проверка связи.

— Слышу громко и чётко — первой среагировала Наташа, чуть запоздав, ответила Маша, Эльф тоже подтвердил. Значит, связь тут всё-таки работает, это было первой радостной новостью, хотя ещё было, не известно пропускают ли переборки этого корабля радиосигнал.

Осторожно, приблизившись к выходу из каюты, а помещение, в котором мы находились, похоже, и было одной из кают экипажа, я осторожно выглянул наружу. Более ни чем не примечательного коридора я ещё не видел, вдаль уходил длинный ряд похожих друг на друга как две капли воды, дверей.

— Мы в кубрике. — Озвучил я свои мысли.

— Почему в Кубрике? — переспросила Наташа.

— Здесь жил экипаж, этого корабля, значит это кубрик? — пояснил я свою логику.

— Кубрик, или не кубрик, какая разница, всё рано, куда идти, мы не знаем. — Маша была права, как это было не печально, но показывать этого не стоило.

— Нам нужен Мостик… — подпустил в голос побольше уверенности, и решительно зашагал по коридору, в направлении единственного открытого прохода. Двери в боковые помещение были закрыты, и я, почему то был уверен, что ничего кроме кают экипажа, и быть может, старых всеми забытых носков, мы тут не найдём.

— А ты думаешь, тут есть мостик? — любопытство в Наташином голосе было абсолютно неподдельным, разве что проскакивали ехидные нотки.

— Если это корабль, то и мостик у него быть обязан.

— Если только это именно корабль, кто ни будь, тут в космических кораблях разбирается? — внимательно осмотре нас, озвучила очередной разумный вопрос Маша.

Именно этот момент, я как-то упустил из виду, ведь ни кто не говорил, нам, что это именно космический корабль. Хотя в нашей ситуации хоть космический корабль, хоть рефрижератор, результат один, ничего подделать мы не в состоянии.

— Не важно, у нас обратного пути уже нет, и думаю, нам стоит посмотреть, что за следующей открытой настежь дверью.

По прорезиненному полу, тихо клацали подбитые железом ботинки, немного стучали когти крыса, нагруженный кот не мог быть бесшумен, и его упряжь явно ему мешал. Отряд пришлось изрядно нагрузить, но при всей моей запасливости, запас воды у нас был только на три дня. По этому, если мы не управимся за три дня, начнутся уже серьёзные проблемы.

Следующее помещение я бы мог назвать столовой, несколько длинных столов, поставленных параллельно друг другу, под стол были задвинуты небольшие кубы, похоже выполнявшие роль табуретов. Стол был сервирован, стояли тарелки, и миски, небольшие противни, кое где осталась даже наполовину высохшая и снигнивщая еда.

— Там труп… — его я заметил сразу, он лежал в углу, человек в белом доспехе, кираса на его груди в нескольких местах почернела и оплавилось, но причиной смерти стало не это. Что бы не било в его доспех, этому не удалось его ни прожечь, ни пробить. Шлем был искорежен и вмят, казалось, этому солдату, заехали по голове кувалдой, раскроив череп.

— Его добивали… — в голосе Наташи явно слышался ужас.

— Что же здесь произошло? — прижав ко рту руку и тихо всхлипнув, произнесла маша, странная реакция, она же врач, и не привычна к трупам, да это и не труп, скорее старый скелет. Тут внутри было значительно теплее, и темпиратура была явно плюсовой.

— Война, революция, кто-то захотел власти… ничего нового, а вот это уже интересно. — Моё взимание привлёк предмет, что сжимал, умерщвленный столетья назад воин. Нечто очень похожее на пистолет, и при этом от оружия явно несло смертью, похоже парень успел изрядно повоевать, прежде чем был убит.

Наклонившись, я осторожно извлёк оружие из ослабевших пальцев, это только в фильмах, скелеты способны крепко сжимать рукояти мечей. Пистолет чем-то напоминал Наган, ребристая круглая рукоять, небольшой магазин прямо под стволом, и сам ствол длинный. Оканчивающийся круглым раструбом, с непонятного назначение кольцом поверх всей конструкции, спусковую скобу заменяла небольшая кнопка.

— Осторожно… — вняв предупреждению Натащи, я направил пистолет на дальнею стену и нажал на кнопку. Рукоять легонько толкнул мне руку, оружие издало словно бы стон, и полыхнуло огнём, и в стену полетел, короткий красноватый луч, взорвавшийся с лёгким хлопком слегка оплавив стену.

— Ты дурак, а если бы тебе руку оторвало! — Набросилась на меня с кулаками Маша, однако бить она меня была не настроена, поэтому я легко уклонился.

— Это было бы в высшей степени не справедливо. — Ответил я, повторно нажимая на кнопку, но на этот раз ничего не произошло.

— Блин батарейки сели… — огорчился я, похоже, местная техника хоть и долговечна, но тысячу лет аккумулятор заряд не держит. Думал я, вешая свою находку, за колечко на рукояти к крючку на разгрузке. Интересно сможет Наташа смастерить к нему, какое ни будь зарядное устройство, этот бластер мне приглянулся. Никакой отдачи, практически бесшумен, разве что вспышка от выстрела, но это уже мелочи.

— Эх, нет в жизни счастья… да солдат? — обратился я к бойцу, что сейчас вечным часовым, остался у этой стены, присаживаясь на корточки и извлекая из ножен штык нож. Что бы снять с него помяты шлем, пришлось потрудиться, лезвие из углеродистой стали не оставляло на этом белом материале даже царапин. Под шлемом, мне не открылась ничего интересного, плоть давно истлела, расколотый череп, немного подумав, я ухватился за нижнюю челюсть и оторвал её от скелета.

— Зачем… — Маша была явно в шоке.

— Похороню, не стоит людям покоится в таком месте, тем более таким людям. Посмотрите на стены, видите, эти следы, тут бы бой, а он остался…. — Я говорил это, а перед глазами вставали, картины чужих жизней, я мог понять этого человека, и той малости, что мог ему дать, он бы достоин. Спасибо тебе за оружие неизвестный воин.

— Пошли дальше — мрачное настроение, вновь подступало, неприятно это чувствовать себя обманутым, неприятно, когда тобой пользуются. Ненавижу предателей. Многое не люблю, но все мои воплощения, каждая частичка моей сущности, просто вопила от злобы.

Каждый из них расстался с жизни, исполняя свой долг, они служили разным странам, верили в разных богов, но при этом основались, верны себе и своему отечеству. И в этом я их не вольно понимал, и одобрял.

Следующая открытая дверь, похоже, нас ведут куда-то, что-то или кто-то. Ряды открытых лифтовых кабин, по крайней мере, ни чем другим, эти небольшие помещения быть не могли. Осторожно приблизившись к одному из лифтов, окинул кабинку взглядом, и решив не испытывать судьбу, выбрать дальнюю единственную встретившуюся на нашем пути дверь, распахнутую настежь.

Дверь была массивной, с толстым воротом гермозатвора, она вела на небольшую лестничную площадку, похоже ею пользовались, если лифты выходили из строя.

— Мы пойдём по лестнице? — вопрос Наташи, догнал меня в спину, заставив остановиться и выругаться про себя, её голос дрожал, как я мог забыть.

— Да мы пойдём по лестнице… — обернувшись, сказал я девочке, расширенные зрачки, учащенное дыхание, бледность, она просто в ужасе. Этот страх сильнее её, этот страх с которым не справиться не один психотерапевт, не одержимый иррациональный страх перед казалось бы совершенно не примечательной вещью.

Одним быстрым движением я запихнул пистолет в кобуру, и подхватил девочку, отрывая от земли, и поднимая на руку. Будь у меня обе руки целы, пистолет можно было бы не прятать.

— Закрой глаза и уткнись мне в плечо, всё хорошо. — Немного скрипнув зубами, привыкая к её весу, сказал я. В броне с рюкзаком, и автоматом, человек, даже самый миниатюрный не может быть лёгким.

По удобнее пристроив её на руке, я зашагал к двери, и чем ближе становилась лестница, тем сильнее дрожала Наташа, заставив меня ещё раз скрипнуть зубами, в приступе бессильной злобы. Ненавижу бессилье, ступени мягко пружинили под ногами, рука начала неметь.

— Влад, что с ней? — голос Маши, был удавленными и немного испуганным.

— Она боится лестниц… — мне не хотелось вдаваться в подробности, а тем временем по спине потекли ручейки пота.

— Почему? — я не успел ответить, не отрывая головы от моего плеча, Наташа, тихо всхлипнув, зашептала едва слышно, заставив меня ступать тише, что бы Мария, могла услышать её историю.

— Она напала на меня, когда я спускалась по лестнице, из своей квартиры… она убивала меня, в трёх шагах от моего дама. — Девочка всхлипнула, а я поёжился, от воспоминаний. Они заставили меня пошатнуться, и только сильнее стиснуть зубы.

Мир потёк перед глазами, металлическая лестница, исчезла, уступая место, бетонной, но залитой на два пролёта кровью. И кошку, что играла, с ещё живой игрушкой, непонятно как ещё живой.

— Но Влад, спас меня… — Вывел меня из транса тихий голос.

— Я почти опоздал…

— Но ты, все же успел.

Тихий шёпот, в котором девочка выплёскивает свою боль и ужас, свой страх, я слушал эту незамысловатую историю, когда она вдруг обнаружила себя в пустой квартире, как плакала, и звала маму, как вышла на улицу, когда кончились продукты. Как на неё напал кот, как её было больно и страшно, и у меня в нутрии всё обрывалось, мне было стыдно. Она не знает, что я мог бы придти раньше, и я никогда об этом ей не скажу, я сволочь.

Гнетущая атмосфера, эльф нагнал меня и молча, положил руку на плечо, чёртов эмпат. Короткая вспышка злости застилает глаза, а эльф позади, пошатнулся, едва не падая в обморок, однако стоит, молодец. Невольно улыбаюсь, приятно, когда твои труды, приносят результат, но вот лестница уже почти закончилась, мы прошли как минимум четырнадцать или пятнадцать пролётов, когда обнаружили первую открытую дверь.

— Вот мы и пришли… — тихо прошептал я, перешагивая через массивный порог гермодвери. В плечо тихо всхлипнули, и я, расслабив руку позволяя девушке соскользнуть на землю, руку обдало холодом и по конечности растеклись неприятные колики, последствия онемения.

— Спасибо… — и меня коротко клюнули в небритую щёку, бедняжка обкололась теперь. С водой у нас были некоторые проблемы, и я уже второй день ходил не бритый.

Короткий коридор, и мы вошли в просторный полукруглый зал, помещение занимало как минимум три этажа, и здесь мигали какие-то лампочки, горели индикаторы, кое-где шумели какие то приборы.

Войдя в помещение, я не успел почувствовать опасность, но один из массивных, шкафоподобнных приборов, вдруг выстреле клешнёй хватая в свой железный захват культю оставшуюся от левой руки. Выхватил пистолет, культю дёрнуло, затягивая в нутро дьявольского агрегата, но я, не успел выстрелить, боль пронзила тело от руки и до самого позвоночника. Раздался звук как будто заработала гигантская бор машина, запахло палёной костью.

До хруста сжал зубы, что бы ни завыть в полный голос. Наташа встала в ступор, а Маша, стояла, открывая и закрывая рот как выбраненная на сушу рыба. Первым, сориентировался эльф, длинная автоматная очередь ударила в шкаф, отдаваясь в барабанных перепонках глухими ударами и взвизгом рикошетов.

— Стой! — от моего рыка эльф вновь едва не пошатнулся, но стрельбу прекратил. Аппарат обзавёлся несколькими аккуратными дырочками, но без видимых последствий. — Не стреляй, это опасно.

Ещё визжали рикошеты, пистолет поднимался медленно, словно через воду, а тварь, затянувшая мою руку в своё методическое нутро начала будто бы жевать свой трофей. Но прежде чем я успел нажать на курок, машина совершенно неожиданно выплюнула мою руку.

— Восстание машин б…ть — матово серебрился в неровном свете скелетообразный протез, пахло горелой плотью. Ещё находясь в шоке, я сжал новую руку в кулак и впечатал получившийся железную чушку в этот грёбанный холодильник. Ящик на небольших колёсиках накренился и с диким писком опрокинулся навзничь.

— Маша взгляни… — окликнул всё ещё находящуюся в ступоре и шоке спутницу я, продолжив разглядывать руку, от локтя теперь отходило две металлические кости, заканчивающиеся такой же костлявой кистью. Непонятно, почему рука выгладила серебряным скелетом, либо машина не закончила свою работу, либо тут такой экстравагантный дизайн протезов.

— Эм… — были мне ответом не слишком членораздельный звуки. Как зачарованная она смотрела на мою новую конечность. Отодвинув Наташу в сторону, я приблизился к Маше, игнорируя фыркающего кота, похоже, запах горелой плоти ему не был по вкусу.

— Ну, так что скажешь? — повторно спросил я, поднося свою новую конечность ей к лицу, и даже слегка помахал.

— Похоже, это протез…

— Я без тебя знаю, что это протез, посмотри сочленение, как думаешь не загноиться, или его лучше оторвать? — наконец-то её взгляд стал осмысленным, и она обратило внимание, на место крепление протеза к руке.

— Нет… не — но закончить её не дали.

Зал вдруг запылал множеством яркий огней, на мгновение полностью ослепив, откуда-то из невидимых динамиков заиграла помпезная музыка, чем-то напоминающая военный марш. Зажглось множество экранов, показывая развитие вселенной вплоть от большого взрыва и до разлёта образования множества галактик.

— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ СМЕРТНЫЕ, КАК ВАМ МОЙ ДАР. — Зазвучал громогласный голос, пробежав мягкой волной от пола, по всему телу, и заставив поёжиться.

— Напугал гад, и без даров бы обошлись, ты вообще кто?

— Я ЭЙБИЭМ232, Я ТОТ, КТО УПРАВЛЯЕТ ЭТОЙ НЕБЕСНОЙ ЛОДКОЙ, Я…

— Короче ты борт компьютер этого корабля? — отмахнулся я от назойливого голоса.

— Да — в голосе были лёгкие оттенки удивление и шока. — Я БЕССМЕРТНЫЙ — словно бы опомнился обладатель громогласного голоса.

— Ну я тоже, пока не убьют, слушай БЕССМЕРТНЫЙ ты зачем нас пленил?

— Согласно протоколу защиты Си314 любой техногенный объект, должен быть задержан и изучен с целью выяснения уровня развития цивилизации после упадка технического уровня. — Вот это говорил человек, и похоже это была старая запись.

— Ну, так ты оценил наш уровень. — Немного прикрыв один глаз спросил я?

— ДА ЦИВИЛИЗАЦИЯ ТРЕТЬЕГО ПОРЯДКА, УРОВЕНЬ РАЗВИТИЯ 4.

— ТАК ПОЧЕМУ ТЫ, ГОВОРИШ С НАМИ КАК СНЕМЫТЫМИ ДИКОРЯМИ! — Подражая его манере говорить, проорал я.

— Ошибка 342, модель поведения не подключена или не может быть подключена — проговорили тихим женским голосом.

— Перезагрузить, система поиска и устранения ошибок есть?

— ЕСТЬ.

— ТАК ЗАПУСКАЙ!

— Требуется разращение второго порядка. — Т от же мелодичный голос.

— Так я его даю!

— Перезагрузка займёт несколько минут, пожалуйста, подождите — однако есть, что-то знакомое в этих системных предупреждениях, вот только что?

В зале неожиданно погасло освещение, оставив нам лишь наши фонари, лучи света медленно поползли по стенам в поисках возможной опасности. А я, вплотную занялся своей новой металлической рукой, немного пошевелив пальцами, конечность слушалась идеально. Тонкая моторика этих металлических пальцев не на много уступала моей природной конечности, а подвижностью даже превосходила.

— Откуда у тебя разрешение второго порядка? — отвлёк от моего занятие меня несколько ошарашенный голос Наташи.

— А я почем знаю… — совершенно честно ответил я, до хруста сжимая в кулак вновь приобретённую конечность. — Давайте дождемся, когда он выйдет, из перезагрузки и спросим?

— Не думаю, что это хорошая идея? — подала голос, наконец отошедшая от шока Маша. И в общем то, я был с ней согласен, мало ли, что придёт в голову, сошедшему сума агрегату.

Обернулся к своим спутникам, внимательно рассмотрев всю компанию. Они держались, в общем-то, неплохо, хотя было видно, что эльф изрядно нервничает, и вообще нахождение в закрытом помещении доставляет ему изрядные неудобства. Он часто озирался, и нервно поглядывал на потолок.

— Сайрес, отдай мне свой автомат… — протянул вновь обретенную конечность я. На мгновение эльф вцепился в приклад так что костяшки пальцев побелели. На мгновение мне показалось, что он не вернёт мне моё оружие. А у него в руках был именно мой, автомат. Эльф всё же совладал с собой, и сняв с плеча ремень автомата протянул его мне.

— Спасибо — принимая оружие, поблагодарил я Сайреса. Хорошо, что мне оторвало именно левую руку. Доверять спусковой крючок не до конца освоенной конечности, не решился бы. Все эти дни без автомата я чувствовал себя голым. Жизнь приучила не расставаться с оружием ни на миг. И с одним пистолетом, больше орудием последнего шанса, мне было откровенно не уютно.

Стальные пальцы обхватили пластиковую накладку на стволе, правой рукой пощелкав предохранительной скобой, переведя автомат на боевой взвод и обратно, я закинул ремень на плечо, привычно позволяя Калашникову уткнуться себе в живот.

Раздосадованный эльф, выглядел достаточно комично, его взгляд потух, а уши обвисли, сдержав непрошеный смешок, я отстегнул плечевую кобуру, и протянул сбрую и «грач» Сайресу. Конечно, в бою от него всё равно будет мало проку, но может быть эта игрушка заставит его понервничать, а может ему его подарить, всё равно этот пистолет мне никогда не нравился?

— Держи это подарок…

— Мне… — как-то очень нерешительно и робко с лёгким шипящим акцентом спросил эльф.

— Тебе, других махноухих я тут не вижу. — Улыбнувшись ответил я, в одно движением отстёгивая подсумок с магазинами, вторым прилаживая на своё место кобуру с вложенным в неё пистолетом. — Хороший пистолет, проверенный боевой, с накладками на рукоять из красного дерева, да не сандаловая, но тоже очень неплохо. — Тихо приговаривая подтягивал я ремни по фигуре, утягивать пришлось практически в половину, пожалуй даже надо будет проковырять пару новых отверстий в ремнях. Худосочный, какой-то у нас эльф, срочно надо откармливать.

— ВНИМАНИЕ БИОЛОГИЧЕСКОЕ УСТРОЙСТВО НЕ ОБНАРУЖЕННО ИЛИ НЕ ПОДКЛЮЧЕНО, ПОЖАЛУЙСТА ПОВТОРИТЕТ ПОПЫТКУ ИЛИ ОБРАТИТЕСЬ К ИТ СПЕЦИАЛИСТУ. — Проорал не слишком мелодичный голос.

— Ну, так повтори… — раздражённо крикнула Наташа.

— ПЕРЕЗАГРУЗКА ЗАЙМЁТ НЕСКОЛЬКО МИНУТ, ПОЖАЛУЙСТА, ПОДОЖДИТЕ.

— Похоже тебя он тоже слушается, мне теперь точно любопытно почему. — Отворачивайся от эльфа проговорил я.

— А ты думал, что это ты тут один такой особенный? — лёгонько съязвила Маша.

— Естественно, и теперь меня беспокоит, причина, по которой оно нас слушается. А ещё то, что если эта машина не включиться, мы может тут застрять очень надолго. Хорошо, что тут гораздо теплее, чем наружи.

В голове неожиданно зашумело, мир покачнулся, словно бы корабль сдвинулся с места. Голова пошла кругом, чтобы не упасть пришлось приложить значительные усилия. Похоже грёбанный аппарат вколол мне какой то наркотической дряни. Очень ощущения похожи, я сел на пол, дополнительно отперевшись на приклад автомата.

— Что с тобой? — голос Маши звучал, словно бы из бочки, в глазах потемнело.

— Всё в порядке сейчас пройдет. — Соврал я, усилием воли отгоняя нахлынувшую сонливость. Мне нельзя сейчас отрубаться, ну ни как нельзя. Вдох, прохладный воздух бежит по лёгким, выдох, заставить кровь насытиться кислородом, не засыпать. Потрусив головой, сбрасываю с себя остатки наркотического оцепенения.

Освещение включилось сразу, причём и позади в коридоре и впереди в зале вспыхнули десятки ламп, непривычно яркий свет больно ударил по глазам, брызнули слёзы, я поспешил нацепить на нос солнце защитные очки.

Зажглось с десяток экранов, некоторые так и остались чёрными, на нижнем ярусе начал тускло светиться и с каждой секундой разгораться всё ярче хрустальный шар.

— Заработало… — подымаясь с пола, прошипел я, всё ещё борясь с введённой мне в кровь дранью. Вокруг защелкало, загудело, откуда-то снопами ударили искры, запахло палёным. Тут же со звенящим звуком по полу побежали тысячи маленьких паучков, не обращая на нас никакого внимания, обтекая незваных гостей, деловито спеша на место поломки. Паучки были не совсем маленькие, примерно с хорошо, откормленную немецкую овчарку размером.

В следующее мгновение со всех сторон ударила громкая музыка, а затем не слишком мелодичный голос женщины, что мы слышали ранние, донёс нам радостную новость.

— ВНИМАНИЕ СИСТЕМА ВОСТАНОВЛЕННА ПОСЛЕ АВАРИЙНОГО ЗАВЕРШЕНИЯ И НАРУЩЕНИЯ ПРОЦЕСА РАБОТЫ.

— Мы очень рады… — держась за уши, прошипела Маша, хуже всего пришлось эльфу, звуковая волна чуть не вышибла из него дух, волосы всклочились встав торчком, практически превратив его в подобие гигантского одуванчика, однако интересная защитная реакция организма.

— Кто посмел прервать мой сон! — Зловещим но, слава Богу, не слишком громким голосом завыл некто.

— Чёрт и тут любитель дешевых трюков… — не сдержался я.

— Как это дешевых трюков!! — возмущенный голос буквально оглушал, уже начавшие принимать свой обычный вид волосы эльфа, снова вздыбились, а сам он слегка пошатнулся.

— Тише! — вдруг взвыл бедный эльф пронзительно на одной единственной высокой ноте.

— Слушай меня внимательно, у нас тут с собою атомная бомба, в полсотни килотонн мощностью, и может быть мы всё таки начнём конструктивный диалог, хотя конечно можно ещё поиграть в былинных героев.

— Внимание обнаружено потенциально опасное вещество — тихо пропел всё тот же не мелодичный женский голос, придавая весомости моим словам.

— И чего же вы хотите варвары, я вам благодарен за реактивацию системы, впервые за множество сотен лет мои мысли ясны, но это не даёт вам права мне приказывать. Реактивировать меня мог бы практически кто угодно. — Голос поменялся, вкрадчивый интеллигентный, немного злорадный, но в отличие от всего услышанного раннее вполне себе живой.

— В вот только, что-то этих практически, я не наблюдаю, что, или кто ты? — мне было действительно любопытно.

— Я Виртуальная интегрированная личность универсального управляющее строительного модуля… сердце и мозг этого корабля, и в данный момент благодаря вам, я просыпаюсь. — Тень усмешки в конце, странно, не когда не думал, что компьютеры способны на эмоции.

— Ты компьютер, искусственный интеллект? — повисший в воздухе вопрос, озвучила Наташа.

— Смотря, что считать компьютером и интеллектом, я больше чем машина и человек, я сплав плоти и технологии, но не только, мои создатели наделили меня тем, что вы бы назвали душой. Всё относительно, по сравнению со мной, вы не более разумны, чем обезьяны. — По комнате бегали жуки, открывали панели, что-то там сверлили, что-то резали.

И с каждой секундой в помещении становилось светлее, потому что не работающие источники света заменялись на новые, этими небольшими паукообразными роботами. Хотя у них была своя градация по размерам, некоторые практически сравнивались в габаритах с Крысом, но были и совсем крошки.

Ремонт происходил любопытно, стоило одному из паучков обнаружить поломку, с которой один он не мог справиться, он поднимал лапки. На этот сигнал сбегались все свободные роботы, буквально облепляя со всех сторон место поломки. Сломанный агрегат растаскивался на запчасти, и собирался вновь с такой скоростью, что глаз не всегда мог уследить за манипуляциями роботов.

— Что здесь произошло? — игнорируя явную провокацию ИИ, и опередив возглас возмущения Наташи, спрашиваю я.

— Здесь ничего не происходит, ничего вот уже тысячу лет, хотя я не уверен, большую часть этого времени я был не в себе. Да и кто бы остался в здравом уме, если бы провёл в одиночестве почти тысячу лет, и ни разу за это время не спал.

— Уточняю, что случилось, что за трупы валяются на подступах к рубке, отчего был разрушен город? — не скрывая нахлынувшего раздражения, проговорил я.

— Восстание, революция, предательство, борьба за независимость… Небольшая кучка колонистов, решила, что нет смысла быть преданными империи. Тем более кого под твоими ногами настоящее сокровище.

— Сокровище?

— Элемент ноль, проматерия, идеальное сырьё.

— Значит всему виной жадность… — у меня перехватило дыхания, я на мгновение даже потерял концентрацию, от чего мир вновь поплыл.

— Люди забавные существа, и на что только не способны, для воплощения своих низменных наклонностей, что для них честь и долг, когда ты топчешь ногами золотые слитки, но не твои! — В голосе прорезались лёгкие лекторские нотки. — Колония 3207 ничем не примечательная планета у звезды класса G в галактике таких миллионы, на отшибе целой… — в этом мгновение ВИЛУУС запнулся. Молчал он долго, экраны лихорадочно замигали, тучи паукообразных роботов замельтешили ещё активнее.

— В чём дело? — на мой вопрос ни кто не ответил, где то с права ударил сноп искр, запахло палённой проводкой. Ох, что-то не нравиться мне это, если этот болванчик сейчас сломается, что же мы будет делать?

— ВНИМАНИЕ ЗАПРОШЕНЫЙ ФАЙЛЫ НЕ ОБНАРУЖЕННЫ… — проорал уже изрядно надоевший женский голос.

— Железный дровосек? — ты там живой, не слишком уверено спросила Наташа, придерживая за руку, явно нервничающего эльфа, множество пробегающих чуть ли не по ногам роботов его сильно пугало. Хотя пока он держался, хоть и краснел, бледнел, но падать в обморок явно не собирался, молодец эльфятина.

— Мои банки данных были подтёрты, все, что касается истории галактической….. - следующее слово было не разборчиво. — Не удаётся обнаружить, все более ранние периоды сохранились, чёртовы повстанцы.

— Что случилось с вратами, телепорта, и почему тут так холодно? — Маша задала свой вопрос.

— Холод, это просто побочный эффект, работы врат. Функциональность врат я сейчас устанавливаю, однако параметры звёздного неба мне не известны, и не обнаруживаются тестовые сигналы наводящих маяков. Параметры звёздного неба мне не известны, если удастся восстановить последние потерянные карты галактики, быть может, мне бы удасться, восстановит исторические записи и файлы относящиеся к раннему периоду…

— Не важно, то, что здесь произошло, ответь лучше на вопрос, почему ты нас пленил? — по тому, что было уже сказано, мне и так стало ясно, кто такие эти три расы живущее на планете.

— Сработала система захвата потенциально опасного объекта, после анализа цепочек ДНК трём человеческих особям присвоен императив чистой генетической линии, выдан доступ второго порядка. Проведены действия, для получения доступа к объекту, не прерывая периметр изоляции потенциально опасного объекта.

— То есть мы не пленники? — переспросила Наташа.

— Нет. — Последовал лаконичный ответ.

— Поскольку ваши цепочки ДНКа не имеют генетического маркера, система распознала вас как младший командный состав, и выдала соответствующие права доступа.

— Странная дыра в системе безопасности? — озвучил я свои сомнения.

— Мне тоже кажется странным, попадание на судно трёх представителей прямой генетической линии, капитан этого корабля обладал менее чистым ДНКа чем вы. Судя по языку, на котором вы общайтесь, вы либо чокнутые фанаты древнейшей истории, либо путешественники во времени, что совершенно не возможно, и уже вызвало зацикливание двух логических схем. Будь я обычным искусственным интеллектом, был бы выведен из строя одним вашим присутствием. — ВИЛУУС скопировал мою интонацию.

— А кто же жители этой планеты? Они второсортны потому, что у них другое ДНКа? — Наташа кричала, высказывая свои вопрос, похоже, ИИ задел какой-то пунктик, которого я, до этого момента не замечал.

— Колонисты, измененные катаклизмом… Устав, требует наличия чистой генетической линии, во избежание генетического программирования и корректирования личности, разрешены только механические манипуляции, не многие готовы отказаться от возможностей которые даёт генная инженерия. Все люди так алчны… — лёгкий смешок в голосе Вилууса показал его отношение ко всему человеческом виду.

— Что за катаклизм? — насторожился я, надеюсь, мы не в радиоактивной зоне, хотя счетчик Гейгера вроде бы молчит. Но мало ли сколько успели открыть новых видов излучений, осторожно, стараясь незаметно потрогал кончики ушей, однако, вроде бы пока не растут. К несчастью мои движения заметил ИИ, разразившись бурным смехом, не думал, что он и смеяться умет.

— Не волнуйся, боец, твои уши останутся нормального размера. Катаклизм явился результатом неудачной попытки перенастройки врат без помощи управляющего иксина. Когда мятежникам удалось захватить мостик, они отстранили меня от управления, повредив управляющие модули, банки памяти новейшей истории, и центры логики. Таким образом, им удалось получить доступ к ручному управлению системой врат. После перенастройки врат и произошел катаклизм. У меня нет логического объяснения природе катаклизма, эта солнечная система оказалась в неизвестной мне галактике, а колонисты изменились, эволюционировав на основе изменений их ДНК в практически новые виды, правда не объяснимым образом не утратив возможности скрещиваться. — Вилуус вновь засмеялся, и в голосе проскочили озорные нотки. — жизни способные гибриды не редкость.

— Значит, всё было изначально ложью — ошарашено выдохнул я, неприятно чувствовать себя обманутым, отвык от этого, отвык, надо привыкать снова, что нельзя доверять людям. Но теперь у всех есть переданной преимущество, они могут меня обмануть, я их нет.

— А может быть это ты лжёшь? — Неожиданно яростно воскликнула Маша. Похоже, она наконец поняла в какой ситуации я оказался.

— Нет, он не лжёт, скажи ИИ, эльфы это потомки колонистов, а байци, это потомки усмирявших их войск? — это было логично, и объясняло вражду между эльфами и Байцами, только вот кто такие гномы.

— Да, а гномы, потомки технического персонала врат и корабля. — Подтвердил мои догадки Вилуус.

— Остается, только один вопрос, как нам выключить врата?

— Никак, закрытие врат не предусмотрено их конструкцией. При разрушении защитных контуров произведет схлопывание пространства, что будет эквивалентно аннигиляции двух килограммов анти материи.

Как хорошо, однако, что я не стал взрывать, эти чёртовы врата, похоже, это бы окончилось весьма плачевно.

— Сколько это в тротиловом эквиваленте? — мне стало любопытно, насколько я бы просчитался с расстоянием, на которое надо отъехать от места взрыва.

— Тротиловый эквивалент, как архаично, примерно 127 миллионов тон.

— И как же нам их отключить… — находясь в лёгком шоке, прошептала себе под нос Наташа.

— Просто, оставим бомбу, выставим таймер, и прощая этот не слишком гостеприимный мир. — похоже, та дрянь, что вколол мне местный вивисектор, расслабляющее действовала на язык, иначе, я бы не за что, не озвучил свои планы.

— У вас ничего не получиться… — громогласный голос, зазвучавший со всех сторон, едва не прижал нас к полу. На мгновение множество копошащихся паукообразных роботов застыли, и подняли свои передние манипуляторы, будто бы салютуя своему хозяину, после продолжили работу как не в чём ни бывало.

— Ты же искусственный интеллект, какая тебе разница, жив ты или мёртв…? — я поспешил захлопнуть рот, и даже прикрыл его ладонь, в голове вновь зашумело, чёрт, не дай бог, ляпнуть ещё что ни будь.

— Я ЖИВОЙ, в полном смысле этого слова, и умирать у меня нет ни какого желания.

— А если отключить питание врат? Не может быть такого, что бы их вообще нельзя было отключить! — Озвучила вполне резонные мысли Наташа, придерживая слегка шатающегося эльфа, роботы его сильно нервировали, так к тому же его не слабо приложило громогласным голосом, всё же через чур чувствительный слух, может быть проблемой.

— Раньше такой механизм иметься, но согласно протоколу безопасности, сейчас к нему имеет доступ только капитан корабля, и комендант колонии. Отключение питания вызовет схлопывания пространственного канала. — В голосе иксина слышались лёгкие злорадные нотки.

Не в силах больше бороться с мутностью в сознании и ватность ног, я вновь сел на пол, оказавшийся довольно тёплым, к тому же шершавым. Без контроля сознания глаза всё же разбежались в разные стороны.

Тупик, мы не можем закрыть ворота, не убив компьютер, которые не хочет умирать, и по этому, просто не выпустит нас из комплекса. Надо было отправить компаньона из этого мира, пока была на то возможность. К сожалению, для меня этот путь закрыт, чувство того, что попытка покинуть этот мир, до полной уверенности в закрытии врат закончиться для меня плачевно, нахлынуло с новой силой.

— А можно ли тебя демонтировать? — вопрос Наташи вывел меня из ступора. С трудом заставив сойтись глаза обратно в кучу, я внимательно взглянул на девушку, похоже в её прелестную головку, закралась какая-то идея. Она словно бы засветилась из нутрии, хотя может быть, это меня окончательно накрыло.

— Это предусмотрено моими функциями. — Мне показалось, или в голосе Вилууса проскользнула растерянность?

— Значит, мы можем тебя демонтировать, а затем спокойно взрывать ворота! — радостно воскликнула Наташа.

— Да, только на что меня устанавливать, по близости нет подходящих транспортных средств. — На это раз, растерянность Вилууса, слышалась отчётливо.

— Броневик… — с трудом прошептал я, в голове шумело всё сильнее.

— Точно!!! — запрыгала на одном месте Наташа, не скрывая своего нетерпения и любопытства.

— Влад, что с тобой? — Похоже Маша справилась с шоком, и заметила моё состояние.

— С ним всё в порядке, странно, что он ещё в сознании, те препараты, что ввёл ему авто доктор, должны были гарантированно его усыпить, может быть они испортились, но это в принципе не возможно… — Ответил за меня Вилуус, подтверждая мои догадки, о причине, столь паршивого своего самочувствия. — Что за броневик?

— Машина, на которой мы приехали, БТР — 80 он подойдет в качестве транспорта? — Прекратив, наконец, подпрыгивать, учитывая, что сейчас на неё было навешено добрых тридцать кило снаряжения, несколько удивительна была сама способность девочки столь резво прыгать.

— Я не знаю… — совсем растерянно прошептал иксин, — но я сейчас посмотрю, понадобиться некоторое время, пока Усэбки обследуют ваш транспорт.

— Усэбки? — заинтересовалась Наташа, да ей только дай узнать, что ни будь новенькое, о любых железках, ну если быть до конца честным, мне тоже было интересно.

— Универсальный строительный эргономичный бот, в простонародье усэбка, под моим управлением при наличии материала и неограниченного запаса времени способны построить, что угодно. — В голосе явно слышались нотки превосходства, однако будь у меня такие возможности, я бы тоже собой гордился.

— И много у тебя таких роботов?

— Нет, рабочие боты остались только в нутрии корабля, и в техническом отсеке врат, поэтому часть усэбок, сейчас создают себе подобных, остальные восстанавливают функциональность врат, за прошедшую тысячу лет, арка изрядно поизносилась.

Тем временем боты, закончили ремонт помещения рубки, придав ему былой, когда то вид. Все экраны работали, в низу над шаром зажглась небольшая проекция звёздной системы. На множество плоских экранов вспыхивали и гасли десятки графиков и столбиков с цифрами. Вспыхнула голограмма справа, закружилось вокруг своей оси изображения корабля. Большая часть конструкции подсвечивалась красным, зелёная очень небольшая, продолговатая горошина на пирамидальном шпиле.

Похоже, мы находились в единственной уцелевшей от корабля части и судя по размерам, это был настоящий исполин, несколько десятков километров длинною. Если только одна его небольшая часть, огромна.

Роботы как-то неожиданно, одной единой волной, покинули помещение, отправившись по своим ремонтным делам. Вилуус похоже плотно занялся исследованием БТРа, наверное это на долго. Немного подумав, я всё же снова поднялся на ноги, и осторожно спустившись вниз к голограмме, уселся в большое на вид кожаное кресло. В подлокотнике этого сиденья, дани любви к комфорту, были встроены несколько пультов. И так же ещё один небольшой шарик, уменьшенная копия, того, что сейчас транслировал, голограмму звёздной системы.

Кота распрягли, избавив его от тяжёлой ноши, и он улёгся мне под ноги, положив косматую, и очень тяжёлую голову мне на колени. Наташа и Маша, тоже заняли кресла по левую и правую руку от моего соответственно. Только эльф немного мялся, похоже, искусственная обивка сидений его немного смущала. Подойдя к оставшемуся свободным сидению, он принялся ковырять спинку пальцем, пробил дырку, изрядно отросшим ногтем, смутился, покраснел и, стараясь своим телом прикрыть следы своего вандализма, занял, наконец, своё место.

Немного понажимав кнопки на пультах, я ненадолго утратил концентрацию и одурманивающее действие той драни, что плескалась сейчас в моих венах, хорошенько приложила меня по голове. И я мгновенно уснул. Мне даже, что-то снилось, я бежал куда-то, снова кого-то спасал, и не успевал. Мой личный кошмар.

— … возможно, конечно доступные ресурсы придётся урезать, но это лучше чем жизнь здесь, знаете как это скучно, день за днём просматривать старые данные? Не знаете, вот и я не знаю? И честно говоря, не хочу узнать! — вырвал меня из лап Морфея, неожиданно тихий голос Вилууса. Судя по затёкшему телу, поспал я пару часов, но сон явно пошёл мне на пользу. В голове прояснилось, тело ощущалось лёгким и сильным, меня буквально переполняла энергия.

— Доброе утро!? — громко оповестил о своём пробуждении всех собравшихся, вставая на ноги, и тут же запрыгал, на одной ноге. Левая нога, на которой спал крыс, затекла.

— Если быть точным, сейчас уже глубокая ночь, анализ и расчёт внесения конструкционных изменений занял несколько больше времени, чем я рассчитывал. Мы уже заканчиваем обсуждения изменений в конструкцию, вашей машины. Довольно примитивный скажу я вам агрегат, но конструкция не лишена красоты инженерной мысли. — В голосе Иксина был слышен энтузиазм и предвкушение.

— Кстати ваша подруга Наташа, показывает удивительный уровень знаний в технике — от похвалы названная густо покраснела.

— У меня возникло только один вопрос, каким образом происходит ваше перемещение между мирами. Обнаруженная мной большая красная кнопка, на приборной доске БТРа, ни к чему не подключена. — В голосе слышались явные растерянные нотки. — Глубокий анализ, показал, что в кнопке нет ни каких электронных деталей, только метал, пластик и дерево.

— Я не знаю. — Немного подумав, решил ответить честно.

— Как это не знаешь! — голос у Вилууса слегка подрагивал, похоже, мне удалось его шокировать.

— Нет.

— Вы путешествуете по мирам и даже не представляете механизма вашего перемещения. Варвары! — возмущению Вилууса, похоже, не было придела.

— В магию я тоже, не верил, но это не мешает, магии существовать. — Ногу, наконец, отпустило, и чувствительность вернулась к конечности.

— Но, верить кому, то на слово, и даже не проверить принципов перемещения…

— Стоп, сделка проходила в нашем мире, с жителем того мира так что обмана быть не может… — к горлу подступил тошнотворный ком, вернуться бы в тот лес. Да спросить за обман, уж я то бы выставил, им справедливый счёт.

— Почему?

— Мы не может лгать… — но может не договаривать, и искажать правду, впрямую лгать не можем, добавил про себя я.

— Удивительное явление, не терпится приступить к изучению причины возникновения такого феномена. — Мне послышалось или я действительно услышал предвкушение, он хочет, нет жаждет отправиться с нами.

— Хорошо, пожалуй, стоит нам обсудить условия…

— Какие условия? — удивлённо спрашивает ИИ, Наташа тоже смотрит удивлённо, Маша понимающе.

— Если ты согласишься, мы возьмём тебя с собой.

— Я слушаю.

— Условие только одно, ты будешь подчиняться мне и моим приказам. — Порой выживание зависит от одного слова, и мне не нужен неучтенный фактор.

— Это-то приемлемо…

— Если ты… — запнулся на полу слове. — Что!? — Мне показалось, что я ослышался.

— Я согласен…

— Внимание, идентификатор объекта под псевдонимом Хотник изменен, присвоено ограниченный управляющие императивы, с условием на активацию.

— Есть ещё условия? — любопытный и немного ехидный голос Вилууса.

— Что за ограниченнее? Что за условие? — хмуро буркнул я, не ожидая что, железка так быстро согласиться. Немного подумал, расстегнул куртку, а то на лбу уже вступил пот, девушки сидели только в маячках, тут и так было не очень холодно. А теперь, похоже Вилуус включил систему отопления.

— Ты не можешь приказать мне уничтожить себя, условие, ты получишь возможность мне приказывать, как-то лько я окажусь, установлен на борт вашего БТРа.

Однако грамотно, и придраться не к чему, и избавиться, от него не получиться, хотя думаю в таком соседстве плюсов больше чем минусов. Тяжело вздохнув, скинув с плеч курку, принял неизбежное, похоже, завтра ожидается тот ещё денёк.

Ночь мы решили скоротать прямо тут в рубке, и ничего особенного за это время не произошло, разве что, крыс поймал, и попытался съесть, одну из Усэбок, но опалил усы, и долго недовольно ворчал. Компания снова хотела улечься спать всем в месте, но волевым усилием я разогнал их по своим спальным мешкам.

В родстве с котами есть одно преимущество, возможность при наличии времени и желания, спать по восемнадцать часов в день. По этому, несмотря на то, что успел хорошо выспаться, заснуть удалось без особых проблем.

Снежинка предательски ударила меня прямо в глаз, заставив захлопнуть рот и перестать пускать в небо облачка из пара. Я сидел на деревянном ящике из-под РПГ и с грустным видом наблюдал как крочат мой БТР.

Множество Усэбок, со скоростью саранчи, и трудолюбием муравьев, раздевали грозную боевую машину по винтикам, работая за целую бригаду сварщиков экстра-класса. Было немного грустно наблюдать, хотя действие и было завораживающим, роботы работали столь спорно и быстро.

Чем-то их движения напоминали танец, я даже начал отбивать ритм на своём колене. Отчего недовольно завозился Крыс, мельтешение металлических и несъедобных жуков, было для него гораздо мнение важно послеобеденного сна. Похоже, по зарождающейся привычке, мои колени он решил использовать в качестве подушки.

— Ну и сколько осталось у нас топлива? — поинтересовался я у Наташи, когда внутренние и внешние баки были демонтированы, а содержимое перелито в одну, не очень большую бочку из-подводы, на восемьдесят литров. Да я думал, что у нас останется больше, но, похоже, мне удалось изрядно износить двигательную установку.

— Меньше чем на пятьдесят километров ходу, если ехать на одном двигателе, может быть, вытянем на семьдесят пять, но это если по максимум облегчить машину. — В полный голос прокричала Наташа, перекрикивая шум сварочного аппарата.

— Песец… — ёмко охарактеризовала ситуацию Маша, и я, в общем-то был с ней согласен. Это была не просто проблема, а очень большая проблема. Мы побоялись заглушать двигатель, на таком морозе, и похоже, это стало фатальной ошибкой, топливо в ледяной пустыне, взять было негде.

— В чём дело? — я едва не подпрыгнул, когда голос Вилууса прозвучал, где-то в районе моей пятой точке. Это был всего лишь один из ботов, транслирующий его голос.

— У нас недостаточно топлива, что бы покинуть опасную зону… — эльф, сидящий рядом со мной, изрядно побледнел, интересно, что из сказанного он понял?

— Влад… ты, говорить… — эльф сделал неопределенные жесты руками. Значит, он понимает, больше чем говорит, это хорошо.

— Да, знаю, что я сказал, похоже, встреча с драконом, поломало, что-то в двигателе. — Отчего расход топлива вырос в полтора раза, хреново, уже мысленно добавил я.

— Это не проблема…

— Ты же сам говорил, что не можешь установить на БТР, это твой генератор фрактальных энергий. — Жалко не получиться заиметь эту уникальную штуку, моих познаний хватило, что бы понять, что эта штука, удваивает направленную в неё энергию. В нашем «древнем» языке просто не было нужных понятий.

— Естественно нет, демонтировать генераторы корабля невозможно, они синхронизированы с системой питания врат, и исключать любой из цепи, может привести к непредсказуемым последствиям. — Голос Вилууса, был таким, словно он объясняет совершенно элементарные вещи. К тому же нашими мощностями, на первичную накачку уйдёт без малого триста девяносто четыре дня восемнадцать часов, тридцать шесть секунд.

— И это возвращает нас к вопросу с топливом. — Отмахнулся я от железяки, уже изрядно жалея о заключенном соглашении. — Или ты всё же нашёл способ?

— Нет… — в голосе было слышно явное сожаление, — Но зато мною будет смонтирован утилизатор мусора. — От проскочивших ноток гордости в голосе у меня в нервном тике забилась жилка на лбу.

— Вилуус! Тебе снова нужна перезагрузка? — Маша быстрее меня справилась с шоком.

— Нет!? Все системы работают нормально, с отклонением от эталона в одну десятитысячную процента, столь большие перебои связаны с подготовкой к демонтажу системы.

— Зачем, нам утилизатор для мусора! — едва не прорычал я, готовясь изловить, и зверски изувечить жука, в приступе немотивированной агрессии.

— Он будет питать силовую установку двигателя и все системы броневика.

— Как? — Наташа, несмотря на то, что не слышала большую часть разговора. Успела вникнуть в суть проблемы. Технический гений, что тут ещё скажешь.

— Аннигилятор материи раньше использовался для получения энергии, после открытия эффекта фрактальных потоков, стал использоваться для утилизации мусора.

— Почему перестал использоваться? — заинтересовался я, чувствуя какой-то подвох.

— Установки, основанные на аннигиляции материи, непригодны для использования в межзвездных перелётах. Поскольку масса топлива, которое необходимо взять, стремиться к бесконечности. — Однако, старая проблема, больших морских судов и тут всплыла.

В этот момент роботы, наконец, растащили БТР по винтикам, все детали были уложены в несколько десятков не очень аккуратных кучек. Больше похожих на кучи металлолома, чем на составные части грозной бронемашины.

— А ты собираешься собирать БТР обратно? — Поинтересовалась Наташа, широко открытыми глазами наблюдая за разбегающимися в разные стороны тараканами, как всегда сделали своё чёрное дело и бежать.

— Нет, конструкция БТРа не слишком подходит для моего вместилища, поэтому взяв её за основу я рещил собрать машину с нуля, с внесением некоторых доработок… — увидев наше лёгкое замешательства, Вилуус уточнил. — Кнопочный блок, будет перенесён без изменений, хотя я не понимаю, по каким принципам он будет работать.

— А куда разбежались все тараканы? — собственно на разборе машины, трудилось не такое большое количество этих ремонтников, в рубке их было минимум в десять раз больше.

— К сожалению это единственные свободные строительный блоки, по этому, они отправились за материалами… Кстати, для брони, планирую использовать материал из грузового отсека вшей машины. Удивительно лёгкое и прочный композит, при этом не известный моим банкам данных, что это?

— Это шкура дракона. — Пожав плечами, ответил я.

— Шкура? — переспросил Вилуус, строительный бот, транслирующий его голос, щёлкнул манипуляторами.

— Ну да, очень скажу я тебе, неприятная тварь — подтвердил я, похлопывая рукой по ножнам своего меча.

— Удивительно! Что это вещество, было частью тела живого существа, я бы хотел бы взглянуть на столь занятный экземпляр. — Моё мнение было противоположным, моя бы воля, я бы никогда с подобной тварью больше не встречался.

— А как ты собираешься закрепить чешуйки? — В голосе Наташи чувствовалось непомерное любопытство. Помню, как она мучилась, с отделением чешуи от трупа, и если бы я не разрешил использовать пластид, мы бы ещё неделю просидели на той полянке.

— Просто приклею, внешним слоем, пластинок хватит даже с излишком. — И это хорошо, как-то лько будет возможность, я свяжусь с отцом Наташи, с целью использования этих пластинок в бронежилете.

Наташа принялась обсуждать с Вилуусом, какие-то технические вопросы, а я не стал слушать. На душе было тревожно, слева от меня, согнав предварительно крыса осторожно села Маша. Молча, не говоря ни слова обняла, отчего было удостоена короткого взгляда от Наташи. Девочки, вы сговорились, что ли, но выскальзывать из объятий я не стал.

Объятия были крепкие, постоянное ношение тяжёлой брони и автомата, стрелковая подготовка, кое какие добавки, что подсыпались мною в пищу, сделали своё дело. Маша прибавила добрых десять килограмм в весе, без ущерба фигуре, и стала значительно крепче и сильнее. Куда делась та миниатюрная девушка, хотя миниатюрная это если со мной сравнивать, Амазонка. Интересно она понимает, насколько сильно изменилась, скорее всего, нет, с лёгкостью таская на себе снаряги, на добрых сорок килограммов веса. Не удивительно, что первое время, она старалась избавить от бронекуртки при первой же возможности. А сейчас ничего обвыклась вроде.

— Скажи Влад, ты веришь, что мы скоро вернёмся домой? — тихо прошептала мне на ухо девушка, обдав мимоходом жарким дыханием.

— Нет, честно говоря, не вериться. — Так же тихо ответил я, покосившись на навострившего уши эльфа. Для меня тот мир, давно стал домом, но когда он успел стать родным для тебя Маша?

— Вот и мне, не вериться, что мы, наконец, возвращаемся, не очень гостеприимный мирок? — тихо вздохнула, она, осторожно беря мою искусственную руку, и осматривая место сочленения. На металлические кости уже начала нарастать плоть. И это приносила мне изрядный дискомфорт, потому, что место шрама немилостиво чесалось.

— Не знаю, это второй мир, в котором я побывал, так что мне пока не с чем сравнивать… — Уклонившись от ответа, на не слишком удобный вопрос, мирок как мирок, со своими страстями, не лучше не хуже других. Только нам приходиться с ним играть, не на равных условиях.

Шурша на снегу, со всей округи бежали маленькие трудолюбивые роботы, таща за собой куски, метала, неизвестные механизмы и откровенный мусор. Стаскивая груды обломков в одну большую кучу, серди маленьких кучек, оставшихся от БТРа.

— Мусоросжигатель, работающий на мусоре и собранный из мусора, японцы обзавидуются уровнем использования втор сырья. — Тихо прошептала мне на уха Маша.

— Жаль БТР, такая бесславная сметь…. - слегка улыбнувшись, ответил я.

Гора мусора всё увеличивалась, большая куча вторичных отходов не первой свежести, благо я видел, что многие детали, оторваны тут же от обшивки корабля, или куски притащенных из нутра звездолета, хотя кое-что было позаимствовано и в разрушенном городе.

— Эта машина была мне домом, так что в этом мире я потерял очень многое, этого вполне достаточно, что бы его ненавидеть… — слова повисли в воздухе, как это нестранно, но сейчас я сказал чистую правду, но как всегда не всю, пожалуй, это уже вошло у меня в привычку.

Когда куча мусора, язык не поворачиваться сказать, что это запчасти, выросла примерно до трёх метровой высоты, роботы приступили к сборке. Однако ни когда не думал, что можно работать настолько быстро. Сборка нового БТРа заняла не больше получаса, машина буквально вырастала от колёс, которые остались в наследство от старой машины, до орудийной башенки.

Каркас появился прямо на наших глазах, три робота из кучи металлического вида мусора наделали несущие балки, из которых собрали шасси машины, после чего был собран и установлен на место двигатель, причём собран он был прямо в нутрии каркаса. Очередь дошла до обшивки, бронеплитами занималось целых восемь роботов. Результатом их работы стали большие листы метала. Из созданных пластин пять на пять метров размеров вырезались и на месте гнулись необходимые детали. Когда все бронеплиты были сварены, а они были значительно толще старых, на глаз миллиметров по двадцать каждая, сверху, пластинка к пластинке была уложена чешуя дракона. Получившийся чешуйчатый корпус, был залит веществом, напоминающим жидкий пластик. Отчего все линии сгладились, открывая классические обводы кузова. Неплохое увеличение броневой защиты получается, однако не зароемся ли мы в грунт с такой-то массой.

На полянке, посреди значительно уменьшившихся куч мусора стояла на первый взгляд почти точная копия моего БТРа, разве что машина из-за наросшей брони получилась по габаритам чуть больше, и заимела абсолютно отвратительный камуфляж натовского образца. А так даже спутниковая тарелка оказалась на своём месте, вот только теперь она больше напоминала решетку радара и, судя по всему, была способна держать спутник в движении.

Рядом с длинным стволом КПВТ, обнаружилась небольшая короткоствольная пушка внушительного при этом калибра.

— И какой у этого гиппопотама броня и масса? — озвучил я свой вопрос, замечая, что роботы закончили, а один спешно перебирая лапками, бежит к нам.

— Броня круговая сорок миллиметров, вес 13.8 десятых тонны, чуть больше чем у старой модели, к сожалению дальнейшее облегчение без отхода от старой конструкции не возможно, так что летать машина уже не сможет. — В голосе Вилууса явно проскакивали печальные нотки, похоже перспектива пересаживать с межзвёздного крейсера, на маленький броневичок его не радовала.

— Как тринадцать тон, броня же сорок миллиметров, тут в два раза больше должно быть, раньше БТР и не летал. — Степень моего удивление была сложно измерима.

— За основу были взята обшивка планетарного корвета, обломки которого лежали в семистах метрах от бывшей метеостанции, его броня гораздо легче и прочнее вашей примитивной гомогенной. — Нотки превосходства, наслаждайся моментом, чёртова железка. — В сочетании, с чешуёй совершенно варварски убитого вами дракона, соответствует примерно трёмстам пятидесяти миллиметрам сплошной гомогенной брони.

— Это теперь не БТР, это танк натуральный, получается — восхитилась Маша, и с ней я был полностью солидарен.

— Нет, до танка не дотягивает, от лёгкого корвета достался один рабочий генератор антигравитации, полноценного полёта он не обеспечит, но может спасти от падения с высоты, или использоваться для перепрыгивания препятствий до восьми метров в высоты и около сотни метров в длину.

— Неплохо… — однако, слово вездеход заиграла новыми красками. — А плавать оно может? Что с топливом?

— Машина не потеряла эту возможность, в мусоросжигатель… Аннигилятор — поправился Вилуус, услышав, как я скрипнул зубами — загружены три свинцовых и два урановых стержня по килограмму каждый, этого достаточно на три года четыре месяца интенсивного расхода энергии. В принципе может работать на любом веществе, но КПД будет разным.

Роботы бегали вокруг пятнистой машины, надо будет заставить Вилууса перекрасить её в другой цвет, наводя последний лоск, как вдруг, в борте машины откинулась брони плита, открывая лючок, Усэбки, как по команде, заспешили к этому люку, и к моему удивлению туда поместилась половина наличествующих роботов. Вторая половина, исчезла с другой стороны, в невидимый сейчас нам второй люк.

— Впечатляет да? Мы везём с собой до тридцати универсальных строительных эргономичных бота. — Да похоже без своих трудолюбивых братьев, этот робот никуда.

— Но как они все там поместили?

— Установлено четыре стандартных грузовой контейнер, вместимость до тонны каждый. — Развёл лапками, оставшийся с нами бот, будто показывая, что не видит в этом ничего не обычного.

Немного потоптавшись на месте, я направился осматривать внутреннее убранство машины. В место нескольких смотровых экранов, теперь наличествовал большой панорамный. Приборная доска, с несколькими циферблатами и двумя вполне узнаваемым клавиатурам.

Руль отсутствовал как класс, вместо него был установлена сложная конструкция напоминающая штурвал, в машине теперь было четыре посадочных кресла. У каждого имелась на подлокотнике небольшая ручка, по типу игровой рукояти, которой раньше осуществлялось управление огнём. Десантное отделение изменилось меньше всего, разве что лежанки стали шире, и обзавелись серьёзными престижными ремнями вместо моих самоделок.

— Ну что же осталось самое главное — зазвучал лёгкий баритон из невидимых динамиков в БТРе.

— Что? — заинтересовалась Наташа.

— Мой демонтаж и перенос! — Голос Вилууса зазвучал торжественно.

На этот раз в космический корабль пошёл я один, не далеко от рубки, где мы уже были, располагалось небольшое помещение, где и обитал искусственный разум, небольшая коморка, с ящиком на постаменте посередине, ничего примечательного, разве что два закрытых бокса, меня нервировали.

— Так давай повторим… — прозвучал в наушнике голос Вилууса.

— Мы уже в третий раз повторяем! — огрызнулся я, на нервного робота.

— Да в третий, но для меня это первый подобный опыт, да и умирать, пусть и по нарошку я не привык. — Запричитал Вилуус.

— Чёрт с тобой, вначале ты эмитирую свою критическую поломку, после чего система переходит в автономный режим, освещение меняется на красный, затем я выдергиваю тебя с постамента, разбираюсь с боевыми роботами в боксах, тащу в БТР, что бы воткнуть в квадратный паз! — избавляя себя от очередной лекции я.

— Да но, ты сильно упростил порядок действий. — Недовольно воскликнул Вилуус.

— Да но, тут мозг! — Воскликнул уже я, наблюдая сквозь прозрачную крышку куба, хорошо узнаваемую серую массу с большим количеством извилин.

— Да мой мозг, будь осторожен… — свет мигнул, завыла сирена, свет пропал полностью, и через мгновение зажглись лампы аварийного освещения.

Думать о мозгах в коробке, было некогда, у меня было не так много времени, что бы извлечь Вилууса из разъема. Ухватившись руками за кроя коробки, я что есть силы, рванул её на себя, в глазах потемнело, спина жалобно хрустнула, пол под ногами слегка промялся. Ещё пару мгновений я приходил в себя.

А затем костеря свою память, на чём свет стоит, нащупал две небольшие ручки, на боках коробки, замок щелкнул, освобождая блок из зажима. В следующий момент взвыла сирена, от неожиданно громкого звука я едва не выронил оказавшуюся неожиданно тяжёлой коробку с мозгами.

С тихим шипением, бронестворки на боксах с боевыми роботами пошли вверх. Точнее попытались пойти, левая створка с диким скрипом застряла на середине, правая застряла, не дойдя до верхнего положения.

Боевой дройд шагнул из своего бокса, и со всего маха долбонулся об неожиданно низкую притолку. Толстая бронированная дверь, слегка погнулась, но выдержала, а вот голова робота с тихим протяжным скрипом запрокинулась назад, из обломка у основания шеи. Полетели искры, но грозная машина словно не замечая повреждения начала медленно поднимать своё оружие. В этот момент второй бокс наконец открылся, первый робот решил поступить иначе, он поднял манипулятор беря меня сразу на прицел, но в этот момент, крепления двери бокса не выдержали, и конечность отрубило упавшей плитой, окончательно замуровав робота внутри.

Раздумав куда то прыгать, я просто добил свернувшего себе шею робота из инопланетного пистолет. Больше препятствий мне никто не чинил, по этом уже через пол часа я был наружи.

— Ну как прошло? — спросила первая увидавшая меня Наташа, опуская мешок с продовольствием, девочки успели погрузить в БТР, практически все наши пожитки, как раз приступили к погрузке провианта.

— Как в цирке… покажи мне, куда этот го красавца ставить — похлопал я по боку чёрный квадрат с прозрачной крышкой. Девушка открыла небольшой лючок в полу обновлённого БТРа, куда я, соблюдая максимум осторожности, и опустил Вилууса.

Включенные лампы освещение на мгновение мигнули, по мониторам побежали столбцы непонятных символов, что-то загудело. БТР задрожал, решив не искушать судьбу, я покинул машину, не забыв вытащить за собой практически за шкирку любопытную Наташу.

Я остановился, лихорадочно нащупывая рукоять пистолета, в проходе находилось то, чего здесь быть не могло. Не могло быть потому, что не могло быть никогда. В этой чертовой галактике, на этой чёртовой планете, под этим чертовым солнцем.

Наташа, наконец, обратила внимание, на то куда я её тащу, и тоже застыла соленым столпом. Правда, не совсем неподвижным потому, что я всё продолжал её буксировать. В этот момент по корпусу машины прошлась особенно сильная волна дрожи, чуть не сбросившая нас на землю. Маша с двумя мешками в руках и открытым ртом, тоже смотрела на это, значит, это вижу не один я.

— Ты это тоже видишь. — Почему то шёпотом поинтересовался я у Маши, хотя она меня прекрасно услышала и кивнула в ответ.

— Я ВЕРНУЛСЯ — раздалось невероятно пафосное восклицание из БТРа и моего наушника, а затем уже тише. — На что вы там смотрите?

— Ты разве не видишь? — слегка раздражённо спросил я.

— Нет… — ответ меня обескуражил.

— Здравствуйте я Тинки — представилось первое нечто, и присело в киснете, слегка приподняв полы жёлтенькой длиной и очень пышной юбки, показав беленький насосчик и аккуратненькую туфельку.

— Здравствуйте я Бинки — представилось второе не что, только её юбка была нежно голубого цвета, два больших жёлтых банта на голове при этом слегка покачнулись. У первого нечто, банты были голубыми.

Две светловолосые девочки лет двенадцати, одетые в пышные платьица, в белых чулочках в маленьких аккуратных туфельках, стояли, взявшись за руки и сверлил меня своими голубыми глазами. Куколки, а не живые девочки, в идеально чистых летних наглаженных платьицах посреди снежной пустыни.

— Не вижу, но слышу… — в голосе Вилууса преобладал шок.

— Пчхи… — сказала Бинки будто подтверждая свою материальность и одновременно выводя меня из ступора. Взревев раненым лосем, я рванул к оставшийся на земле груде вещей, два тёплых одеяла ещё не успели упаковать. А затем, невзирая на лёгкое сопротивление, укутал девочек и, подхватив на руки, затащил внутрь машины.

Всякие Эльфы и Девушки тоже отошли от шока, и уже через минуту, две куколки сидели на разложенной лежанке, укутанные в одеяла до самого носа, грея руки об чашки с горячим чаем. Все собрались в БТРе, даже любопытный Крыс пришёл посмотреть, вначале я хотел на него шикнуть, что бы ушёл и не пугал близняшек, но они не обратили на кота совершенно никакого внимания.

— Вы кто такие будете? — попаданки, мысленно закончил фразу я.

— Я Бинки… — одарив меня, слегка раздражённым взглядом, ответила правая девочка, и слегка качнула головой, покачав жёлтыми бантами, вплетённый в длинные ухоженные локоны.

— Я Тинки…мы же вам уже сказали. — Слегка расстроено пожала плечиками её сестра. А мне удалось разобраться в своих ощущениях, на загривке медленно вставали волосы. Моя звериная часть заворчала и зашевелилась, ощеряясь и легонько рыкнув. Девочки несли в себе опасность? Две маленькие лет двенадцати — тринадцати девчушки?

Я слегка изменил положение тела, так, что бы выхватить оружие мгновенно, на поясе висели мечи, одно неуловимое движение, и Праве, будет выхвачен из ножен.

— Нет, кто вы? Как вы сюда оказались? — Спросила Маша, подсаживаясь к девочкам на полку.

— Мы… — девочки на мгновение задумались, словно подбирая слова. — Я их слышу, но не вижу, все мои сенсоры говорят, что их тут нет, это просто удивительно… — зазвучал крайне возбуждённый голос Вилууса в гарнитуре. А я слегка расслабился, опасность несли не девочки, опасность была везде.

В этом не было чего-то необычного, просто сейчас опасность чувствовалась острее, чем обычно, она обволакивала со всех сторон. Притупляя чувства, и окутывая разум лёгкой пеленой. Быть может это из-за того, что сейчас подготовка к закрытию врат достигла своего апогея.

— Мы посланницы… — заговорила, наконец, Бинки, посмотрев на сестру, будто ища одобрения.

— Да нас послала Госпожа, что бы предупредить вас. — Продолжила за сестру Тинки.

— Кто ваша госпожа? — спросила Наташа.

— Госпожа Асет, вы её знаете как ведьму измерений. — Хором заговорили девочки, кивая своими головками, словно от этого их словам добавиться значительность.

— Говорите? — с выдохом сказал я, отчего мой голос стал похож на рык, а девочки вжались друг в друга.

— Ты их пуг… — попыталась вразумить меня Маша.

— Тихо, так что… — не отрывая глаз от девочек, напомнил я. Я ожидал, что они начнут отвечать, но им удалось начать говорить неожиданно, совершенно не человеческим, чуждым голосом.

— Ты переусердствовал Охотник, слишком резво начал своё путешествии страж уже идёт за тобой, беги охотник, скачи по мирам, и путай следы. Мироздание напугано, и оно придёт за тобой, беги Охотник… — голосом, той проклятой женщины заговорили девочки, и начали истаивать.

Они становились всё прозрачные, пока одеяло, наконец, не опали, они исчезли, словно бы их тут и не было. Но перед самым исчезновением, тем же голосом добавили.

— Спасибо тебе, что позаботился о девочках, Охотник…

— Вилуус, машина готова? — Липкое чувство страха, и неотвратимой гибели, чуть не прижало меня к полу.

— Да хозяин? — слега насмешливые нотки…

— Готовь отключение врат, мы уходим, Крыс внутрь и не отсвечивать, Наташа за баранку, Маша пушка на тебе? Что не погружено? — Принялся я раздавать указания.

— Почти весь провиант остался наружи Вилуус сказал, что его надо грузить в последнею очередь. — Уже кричали мне в спину, а я быстро выскочил из десантного отделения, и помчался к сваленным на земле мишкам. Ухватил два первых попавшихся.

Рык, ударил меня в загривок и обдал жарким дыханием. Медленно я поднял глаза, не отпуская при этом подхваченных мешков, это был Песец.

Северный пушной зверёк, нависал надо мной и тихо довольно урчал. Его белая шкурка искрилась, чёрный нос, ткнулся мне в лоб, и силой втянул воздух. Песец, заурчал довольно, оскалился, его рык заставил душу уйти в пятки.

Огромный метров пять в холке песец, попытался ухватить меня зубами, разум ещё не отошел от шока и ужаса, но тело слишком сильно дорожила своей жопой. И жуткого размера и набора зубов пасть не перекусила меня пополам, а сомкнулась уже на пустом месте.

— Гони! — крикнул я, закидывая мешки в десантное отделение и заскакивая сам, позади раздался недовольный рык. Вскочив на подножку, я одним движением взлетел на крышу машины, ремней упряжи на месте не было, поэтому уцепившись кое-как за скобу, мне с трудом удалось удержаться, когда машина прыгнула с места в карьер.

Бронемашина неслась по улочкам разрушенного города, иногда перепрыгивая небольшие выбоины и препятствия. Однако машина шла заметно значительно более плавно, и с большей скоростью, километров шестьдесят, по не слишком хорошей дороге. Но северный пушной зверёк, растерявшийся в первое мгновение, радостно тявкнул, пища захотела поиграть, и ринулся в погоню.

— Он догоняет, быстрее… — приказал я Вилуусу или Наташе, не знаю, кто сейчас ведёт БТР.

— Вижу, быстрее не могу — последовал лаконичный ответ. Я вскинул автомат, прицелился, и дал короткую очередь, на мгновение песец потерял темп и начал отставать, но радость была не долгой. Заливисто тявкнув, зверёк продолжил погоню, на кого шкурке от очереди не осталась даже и следа.

— Что с вратами? — между автоматными очередями спросил я у Вилууса, однако, хорошо, что очередь хотя бы сбивает его с темпа, но белая тварь всё равно продолжала догонять.

— Как-то лько гарантированно выйдем из зоны поражения, я отключу питание врат! — ответил мне в ответ Вилуус.

— Хорошо…. — БТР уже выскакивал из окрестностей разрушенного городка, мы ехали другой дорогой, и покинули город быстрее…

— Что же все здесь такие живучие… — прошипел себе под нос я, вынимая очередной магазин из-подсумка. Нащупав маркировку, слегка хмыкнул зажигательные, страх почти ушёл, подумаешь, пришёл песец, ну большой песец, и судя по его комплекции полный песец, но это не повод отчаиваться.

Автомат упруго толкнул в плечо, но короткая очередь ушла выше и левее, броневик, наконец, выскочил из относительно ровной дороги. Выехав на бескрайнее поле, стало заметно теплее, машина ускорилась, песец начал отставать.

Прицелившись получше я выдал длину очередь на пол магазина, упругой плетью пули хлестнули по носу, бегущего монстра. Но на этот раз темп тварь не сбросила, густая шерсть на морде слегка задымилась, но, не обращая на это внимания. Пули просто прошли насквозь, выбив фонтанчики земли позади твари.

— Скоро мы выйдем из зоны поражения? — прокричал я в гарнитуру. Всё же пули замедляли эту тварь, но теперь не сильно, похоже хреновая это идея сражаться самим отражением реальности.

— Ещё пятнадцать минут, для выхода в минимально безопасную зону. — И словно услышав его слова Вилууса песец жалобно тявкнув, прибавил ходу, снова начав сокращать расстояние.

— Ты можешь по нему, чем ни будь жахнуть? — вся надежда была на новую, пушечку, что прилепил Вилуус, жаль её ттх я так и не узнал.

— Нет… — неожиданно лаконично, но все, же последовало объяснение… — Он слишком близко, а для вашего оружия вообще в мёртвой зоне.

— Сам знаю, что в мёртвой, жми во всю железку — проворчал я, добивая остатки магазина, неожиданно шерсть на морде песца вспыхнула, животное затормозило всеми четырьмя лапами, оставляя в снегу глубокие борозды. Затрясло мордой, сбивая пламя. Но радовался я не долго, как-то лько огонь потух, зверь припустил за нами с удвоенным рвением.

— Быстрее не могу, подвеска может не выдержать…

— Если ты не ускоришься, тогда можем не выдержать мы! — чуть ли, не прорычал я, меняя магазин. Под ногами, что-то скрипнуло, но машина всё же ускорилась, теперь расстояние сокращалось не так быстро.

— Отключай врата!!!

— Но!

— Отключай, и уходим из этого мира!!!

— Есть… — обречённо прошептали в наушнике, да договор уже действует.

Песцу оставалось преодолеть каких-то жалких, десять метров, я уже слышал довольное урчание твари. В этот момент серебристая поверхность внутри врат мигнула и исчезала, но в следующее мгновение появилась вновь.

— Какого….ера — Взвопил я, наблюдая всё ещё работающие врата!

— Включилась резервная схема питания врат… — пролепетал Вилуус, голос у него был растерянным и обескураженным. — Она не значиться в моих банках данных, это… мне нужно время, что бы отключить и её!

— У нас нет этого времени! — Хотелось ругаться в голос, чёртова отрыжка Майкрософта.

Песец догонял, неумолимо сокращая дистанцию, в корпусе БТРа опять, что-то щёлкнула, и мы медленно начали отрывать от погони. Но песец радостно тявкнул и поднажал, и всё вернулось в прежнее русло.

— Всё быстрее ни как… — слегка обескуражено прошептал Вилуус… — я тоже понял, что дальше уже ни как, машина всё это время ехавшая плавно по не слишком ровной местности, неожиданно затряслось, подвеска, даже улучшенная инопланетными технологиями не справлялась. Чтобы не упасть, пришлось зацепиться за скобу.

— Что с вратами? — Я орал, пытаясь в этой жуткой тряске хоть как-то прицелиться в морду, полярной лисицы.

— Не могу отключить, система не под моим контролем, включились неизвестные мне протоколы защиты, управляющие сигналы не проходят! — паника, некогда не думал, что машина может паниковать, хотя если за тобой гонится, пятиметровый песец, думаю это серьёзная причина для паниники.

— Хочешь что-то сделать, сделай это сам, слышишь бесполезная железка, как ты относился к эми?

— К какой Эми?

— Электра магнитному излучений? — раздражённо пояснил я.

— Я был спроектирован с учётом…

— Тебе оно не повредит да или нет? — прервал я говорливый агрегат.

— Нет, не повредит….

Отбросив автомат, я достал небольшой пульт дистанционного управления, рычажок, похожий на степлер с антенной. Выдернул предохранительный штифт.

— Учись, как надо ломать вещи — весело проорал я, выжимая рычажки, и плотно зажмуривая веки, и постаравшись сжаться в клубок, спрятав глаза внутрии тела.

Полыхнуло, ярче тысячи солнц, по глазам ударил нестерпимый свет, даже сквозь крепко сжатые веки, даже сквозь ладонь и перчатку. От песца послышался жалобный визг, вызвав у меня улыбку, неприятно тебе да?

— Какого… ты же говорил о двухстах килотоннах! — нелицеприятно в мою сторону выразилась Наташа. А позади медленно поднимался гриб атомного взрыва! В секунды вырастая, выше врат и продолжая расти! Земля дрогнула, ударная волна, ударила в арку, закручивая врата спиралью, серебристая дымка секунду держалась, а потом, резко сжавшись, в точку лопнула.

БТР будто удалили снизу, я почувствовал, как ломаются зубы. Песца сбило с ног, и за нами теперь гналось нечто куда более страшное, волной накатывала ужасающая ударная волна. Солнце померкло, песец вскочил, вновь припустив за нами ещё быстрее…

— УХОДИМ!!! ЖИМИ НА КНОПКУ ЧЕГО ТЫ ЖДЁШЬ…. - последняя картина, что навсегда отпечатается у меня в мозгу, это момент, когда ударная волна, словно пушинку подхватывает песца и поднимает в воздух, неожиданно бросая вперёд, и тут всё исчезло…

Секунда абсолютно тьмы, и по глазам ударило нестерпимо яркое солнце, от БТРа пыхнула жаром, и через мгновение он продолжил свой путь, но уже по песчаным барханам, нас выбросило в пустыню.

Сухой ветер, упруго ударило мене в спину, я вдохнул, жаркий и пряный воздух, захотелось смеяться, а в следующий момент, из ничего вывалился наполовину лысый песец. Я беззвучно открыл рот, хватая воздух, как выброшенная на сушу рыба. Тварь комично села на лысую задницу и принялась крутить башкой и принюхиваться, похоже он был оглушён.

— Удивительно, мы все-таки переместились… — раздался в гарнитуре удивленный возглас Вилууса, и песец словно услышал его, уставился на меня своими красными буркалами. Сосуды в его глазах полопались, он зарычал, и ничего в этом рыке игривого уже не было слышно. Волосы на затылке у меня вновь встали дыбом!

— Езжай, какого х… ты встал… — проорал я, машина рванула вперёд, разбрасывая из-под всех восьми колёс песок, но всё же выбравшись из рукотворной ямы, медленно покатила по бархану. Если бы песца не шатало, и не беги он зигзагом, догнал бы нас сразу.

— Он всё равно догоняет! — в голосе Наташи слышалась паника.

— Жми на кнопку ещё раз! — Наблюдая как приходящая в себя тварь, стремительно сокращает расстояния, прокричал я.

Мир снова мигнул, на мгновение, оставив меня в абсолютной тьме… а затем мы выполи на кладбище, с глухими ударами снося на своём пути гранитные памятники. На небе плыла огромная не естественно большая луна. Освещая мрачный костёл, в готическом стиле. БТР несся практически, не ощущая на пути препятствий, а впереди солеными столпами застыло сборище сектантов.

Полукругом, обступив прикованного к кресту подростка лет четырнадцати, возглавлял это шествие, какой-то сифилитик, жуткий урод. Урод стоял прямо на нашем пути, и даже не думал уступать дорогу, направив на нас какую-то палку. И в этот момент позади, материализовался песец…

— ЖМИИИ — вызывал я!!!

— Кнопка не нажимается! — Пришел в ответ ошарашенный голос Маши.

— Он не уступает нам дорогу!!! — сектанты начали разбегаться, а это-то даун всё стоит на месте, направив на нас свою палку.

— Дави его! — от моего крика сборище сектантов, отчего-то начало разбегаться активнее! А их глава, приняв какую-то очень необычную позу. Его палочка оказалась фонариком, он зачем то подсветил БТР зеленоватым лучом света, прежде чем быть ему подмятым бронированным корпусом машины, и раздавленным, на мгновение мне показалась, что я чувствую, как машина слегка подпрыгивает.

Поймав взгляд парня на кресте, я подмигнул ему. В ответ, получив торжествующею ухмылку, эх жаль, похоже, у него, что-то не так с головой. Такой молодой, а уже с текущей крышей, и в этот момент мир мигнул, отправляя меня на новый сеанс с тьмой.

Выпали в реальность мы удачно, прямо посреди дороги, раздвоив какую-то легковушку в лепёшку, благо машина была брошена на дороге пустой, среди ещё десятка брошенных то тут то там автомобилей.

Этот звук я бы узнал где угодно, далёкая артиллерийская канонада, причём стреляли явно из крупных калибров. Над головой гремели винты вертолётов, где то высоко небе на сверхзвуке шёл самолёт. Две винтокрылые машины, чуть не сбив меня потоком воздуха, на бреющем полёте, пролетели над броневиком, направившись, куда-то в сторону города. Песца пока видно не было, и это внушало некоторый оптимизм.

— Похоже, мы попали прямиком на войну! — перекрикивая вертолётный стрекот, прокричал в гарнитуру я.

— Тебе это не нравиться? — как-то странно спросила Маша.

— Почему, это мне должно не нравиться? — удивился я.

— Ну как же, это твоя реплика по сценарию!!! — и девушка заливисто рассмеялась, вот до чего людей нервы доводят…

— Против войны я ничего не имею, главное это держаться от неё подальше! — изрёк я философскую мудрость, пытаясь нащупать на гладкой броне, ручку для открытия люка. Однако, верхних люков не наблюдалось как класс, странно.

— Капитан! — я на мгновение завис, с каких это пор Вилуус стал звать меня капитаном? Да ещё с явными оттенками смеха в голосе.

— Что тебе, жестянка? — немного насторожившись, спросил я у нашего друга в банке, ну или в кубе.

— Вас вызывают?

— Меня!?

— Да, точнее то чокнутое лицо, нетрадиционной сексуальной ориентации с явными отклонениями в умственном развитии….

— Короче? — я слегка разозлился на балагурящий компьютер. Хотя сама фраза заставила меня задуматься.

— Вызывают БТР, в квадрате два двенадцать, о нас доложили с вертолётов, похоже, вызывают именно нас… говорят на архаичном русском матерном языке, сурдоперевод этого архаичного наречия и произвёл ваш покорный слуга….

— Короче, железка соединяй!

— Полковник Головко, вызывает неопознанный БТР, назовитесь… — зазвучал сухой довольно напряжённый голос, от которого мне захотелось вытянуться в струнку.

— Командир бората шестьсот тринадцать слушает — ответил я полковнику.

— Из второй мотто бригады? Вас же всех там накрыла, эта чёртова инопланетная херня! — я просто промолчал, а полковник принял моё молчание за знак согласия.

— Как ты…. вы там выжили… — в остальной фразе приличными были только междометия.

— Мы не выжили… — прошептал я, и это уж была чистая правда.

— Слушай, понимаю, ты только из ада, но у меня там две вертушки, накрылось в городе, у второй экипаж ещё жив, я не имею право тебе приказать боец… — Что то, в голосе этого человека, заставило мои руки слегка подрагивать.

— Я их вытащу?

— Спасибо, боец, ты… как твоя фамилия? — но я уже обрубил связь, жестом показывая Вилуусу прекратить передачу.

— Зачем? — Вопрос задала Наташа, и он был вполне справедлив? Зачем? Как ей ответить, честно, то, что я думаю…. Что такое гореть под обстрелом, что такое не ждать помощи. Но я предпочёл сказать лишь половину правды.

— Кнопка, прошлый раз заработала, когда мы повлияли на мир, в который попали…. Попробуй её нажать, уверен, что у тебя ничего не получиться, поэтому мы едем их спасать, трогай.

У меня внутри всё сжалось, в ожидании рывка и новой порции тьмы, как приговора, но мы ехали, и ничего не происходило. Что же пора использовать машину по назначению.

— Наташа, за руль, Маша берёшь на себя управление огнём, Вилуус контролируешь, в управление к Наташе не лезь, ты там только помешаешь, понятно? — под конец я подбавил в голос немного угрозы.

— Есть — отрапортовали они по очереди, мне даже показалось, что кот утвердительно мяукнул.

Машина дёрнулась ускоряясь, стремительно набирая обороты, мы ехали по очень ровной дороге, судя по качеству покрытия это не Россия, вдоль небольшого холма закрывающего обзор справа. А слева, по ушам бил звук артелерийских залпов. Дорога слегка изгибалась, огибая холм, ведя в том направлении, куда стреляли большие пушки.

И вот это уже мне совершенно не нравилось. Машина практически летела, ветер развивал мне волосы, надеюсь, мы их найдём? Почему то я чувствовал, что наше время ограниченно, и с каждым мгновением оно утекает сквозь пальцы.

— Наташа, быстрее!

— Не могу, итак жму на всю железку… — слегка огорченно ответила мне девушка. И в этот момент машина ещё ускорилась, словно ей под зад дали хорошего пинка. Что бы ни свалиться, я зацепился за выступ протезом, металлические пальцы, держали крепко.

— Я снял минимальное ограничение для безопасного движения! — прежде чем я успел спросить, пришёл ответ от Вилууса. — Но если мы разобьёмся, я в этом не виноват. Лопни мой мозжечок, что это! — Однако какие любопытные у Виллуса ругательства, думал я ровно до того момента, пока не заметил это!

— Эээ… — на память мне пришли только матерные эпитеты. Наш путь лежал в огромный город, мегаполис, с множеством высоченных башенноподобных зданий, на которых, какой-то чокнутый гений расположил артиллерийские батареи. Вот только удивительно было не это, город был на половину разрушен, и вторую часть азартно доламывал два монстра.

— Это что за Годзиллы такие? — Совершенно ошарашенным голосом, похоже, вслух спросила Маша. В это время один монстр, увлеченно размазывал второго по всей поверхности блестящего стеклом и сталью мегаполиса.

— Я не знаю, хотя тот пятнистый, что скачет как кузнечик и палит из автомата, похоже, наш… — тихо проговорил я, зрелище двух сражающихся монстров, было для меня в новинку.

— Почему ты решил, что он наш? — С интересом спросил Вилуус.

— Потому что в камуфляже и с винтовкой… да и полковник упоминал инопланетную хрень… А ничем другим ЭТО быть не может… — указал я рукой на парящее над землёй продолговатое тело, чем то смахивающего на жука, гиганта.

— Я туда не поеду! — С нотками паники воскликнул Вилуус, от трусливый агрегат.

— Слава богу, нам туда и не надо, нам туда… — указал я рукой чуть в сторону от сражающихся монстров, на оттененную скобкой часть города.

— Ну, тогда ладно — согласился Вилуус, похоже, даже не осознавая, что мы всё это время только приближались к причине его беспокойства.

Город был построен необычно, располагаясь в ложбине, его словно бы строили по квадратам, дороги делили его на ровные квадраты. А зданий было удивительно мало, зато наличествовали прорехи, в виде бетонных площадок.

— Что это за город такой странный? — в отличии от дороге по которой мы ехали, тут не было ни одного брошенного автомобиля, хотя и дорога, кое где была завалина осколками.

— Меня больше волнует, что за безумие тут твориться…

— Кто бы говорил. — На гране слышимости, разобрал я слова в наушнике.

— Налево! — неожиданно сам для себя воскликнул я, и БТР, едва не пойдя юзом, заложил стремительный манёвр, а позади, рушилось здание. Я наблюдал за догоняющей нас волной обломков. Однако в этом городе надо быть начеку…

— Как ты узнал? — слегка ошарашено спросил Вилуус.

— А чёрт его знает… — совершенно честно ответил я.

— С кем я связался… — грустно протянул в наушнике Вилуус…

— Стой… — машина застыла как вкопанная, меня рвануло вперёд, едва не отрывая вновь обретённую руку, а прямо перед нами, упал солидных размеров кусок бетона. — Осторожно объезжай его, нам прямо, затем на право, и мы должны будем уже увидеть остов первого вертолёта. — На этот раз глупых вопросов не последовало.

— Нас опять вызывают! — доложил мне Вилуус.

— Соединяй… — разрешил я.

— Какого…. - нецензурная брань, как мне её не хватала, сто лет бы ещё не слышал. — Зачем вы сунулись в город? — совладал с собой Полковник, а это был именно он.

— По-другому мне не успеть…. Ой… вас плохо… шшшш слышно вы прерываетесь… ну поехали дальше!

— Да я тебе под трибунал пущу, боец!!!

— Отрубай ты уже его! — воскликнул я, Вилуус явно наслаждался моментом.

Странный город, нас окружали в основном монолитные здания не имеющие окон, которые стойко ассоциировались у меня с орудийными башнями. Этот город, гораздо больше напоминал военный корабль, чем поселение людей.

Остов сгоревшего вертолёта я заметил первым, здесь лежала только половина винтокрылой машины, складывалось впечатление, что вертолёт разрезали ровнёхонько пополам. Не оставляя пилотам никаких шансов выжить.

— У магазина на лево, там, в небольшом парке, в пруду второй вертолёт. — Обломки вертолёта ещё горели, чуть дальше я разглядел кусок хвоста. Это была, какая-то неизвестная мне модификация ми-28. А бой в городе всё разгорался, звук ударов, разрывов снарядов то приближался, то удалялся.

— Какой магазин? — с любопытством спросила Наташа.

— Вон тот! — Небольшое одноэтажное здание, у входа в парк, рядом под шатром несколько десятков небольших столиков. — Ну или кафе… — я моргнул, и снова увидели небольшой магазинчик похоже продающий журналы и книги, а через мгновение это снова было кафе.

— Но это ларёк проката, там написано прокат роликовых коньков…. - удивлённо проговорил Вилуус. Теперь я его тоже видел, небольшое приземистое здание с вывеской, на вывеске было написано несколько столбцов иероглифов.

— Это плохо… — озвучил я своё мнение о том, что видел.

— Что плохо? — Заинтересовалось Наташа…

— Та чертовщина, что твориться с этим зданием, это плохо… мне это не нравиться! — благополучно миновав прокат — кафе, мы свернули в парк. И практически сразу я увидел вертолёт.

Винтокрылая машина лежала на боку, сильно искореженная, и обугленная, наполовину уйдя в воду неглубокого озера. Кабина пилота быстро заполнялась водой, через трещины в бронестеклах.

Стрелок, был без сознания, обессилено повиснув на ремнях, вода доходила ему до самой шеи. От погружения в грязную воду, его удерживал пилот, ухватившись руками за шлем стрелка. Губы пилота были плотно сжаты, с подбородка стекала струйка крови.

Он увидел выруливающий БТР, его губы исказила улыбка, и силы покинули его, он, не удерживаемый ремнями, рыбкой упал в низ, соскользнув в тёмную жижу…

— Они утонут!.. — воскликнула Наташа, в её голосу были слышны слегка плаксивые нотки.

— Буксировочный трос живо! — отдал приказ я, прерывая панику в зародыше, соскальзывая с бронированного борта. Толстый трёхжильный трос, как по заказу уже лежал на полу десантного отделения.

— Молодец железка. — Похвалил я Вилууса.

Самым сложным, оказалось, найти, за что зацепить трос на повреждённой машине, немного подумав, я захлестнул его вокруг хвоста. БТР немного по буксовав, выволок искорёженный вертолёт из декоративного озера.

— Твою мать… — выдал я, когда вода стекла, но пилоты, похоже, успели наглотаться и не подавали признаков жизни. Колпак кабины намертво заклинило… Маша бессильно переминалась с ноги на ногу подле машины держа под мышкой реанимационную сумку, но не в силах, что либо сделать. Ей оставалось только кусать губы, и бросать на меня умаляющие взгляды.

— Вытащи их Влад! — жалобно попросила Наташа.

Мысли метались в голове разгневанным ульем, мой взгляд зацепился за разбитое бронестекло, скол был у самой рамы кабины. Не говоря ни слова я, отцепил крюк, петлю с крюком от хвоста самолёта, попытавшись просунуть его и зацепить его за раму.

— Эх, завтра будет болеть… — крюк не как не хотел пролезать в скол, и немного поморщившись, я с силой вбил его в расщелину самым кончиком, здорово поранив при этом руку, но все, же зацепив фонарь кабины.

— Вилус, слушай, ты сейчас должен сделать как можно более резкий рывок, если не выдернуть кабину одним движением, осколки гарантированно убьют пилотов? — прошипел я в гарнитуру.

— Но подвеска не рассчитана на быстрый набор скорости…

— Плевать, бери разгон больше, сдай назад, тупя железка!!! — БТР отъехал, взревел, забуксовав слегка, сложенный кольцами трос размотался и выдернул кабину из корпуса вертолёта с мясом.

Пилот, был осторожно вынесен мною и уложен на траву, он практически не пострадал, только скула была рассечена, а вот стрелку досталось. Ремни пришлось резать, они оплавились и застёжки покоробились, стрелок сильно обгорел.

— Как они? — Маша, быстро осмотрев пилота, и найдя его состояние удовлетворительным, занялась стрелком.

— У пилота обе руки сломаны, и, похоже, проблема с рёбрами, но жить он будет, со стрелком хуже, он сильно обгорел, до сих пор жив только по тому, что кабину быстро заполнила вода. — Я вколола ему противошоковое и обезболивающие… — Маша к концу своей речи стала говорить тише.

— Он выживет?

Маша наградила меня долгим пронзительным взглядом, а потом коротко качнула головой. А я смотрел в лицо пилоту, оно почти не пострадало, разве что на скуле, медленно набухал след ожога. Молодое лицо парня лет двадцати пяти, если он даже выживет, руки… я взглянул на обугленные перчатки. Тихо вздохнул, присаживаясь подле стрелка.

— Влад…. - окликнула меня Наташа, привлекая моё внимание. Она стаяла, закусив губу, и что то решала для себя, а потом, решив, кивнула своим мыслям. — Не время и не место… — тихо прошептала она.

— Как будто, я сам не знаю… — Также тихо проворчал я, касаясь правой живой рукой лица Стрелка.

Руки, спина, поясница, все, что ниже нестерпимо зачесалось, он обгорел даже сильнее чем, Маша думала, жить парню осталось от силы несколько часов.

— Сайрес… меня придется нести… — тихо окликнул я Эльфа, в ответ он только пожал плечами, будто показывая, что не удивлён.

Вдох, в этот момент, где то в нутрии БТРа замирает крыс, через мои пальцы, в это изломанное и обожженное тело медленно втекает мой дух. Медленно обволакивая хозяина, отстраняя его от тела. Боль, пронзает раскалённым клинком, даже, несмотря на вколотые Машей обезболивающие.

Я чувствую, как на лбу выступает испарена, моя составляющая не хочет, занимать это испорченное тело, но я заставляю, и когда хозяин полностью отстранен от своей оболочки, он приходил в себя.

Стрелок открывает глаза, у него голубые глаза, и я неожиданно понимаю, что это не он, а она… И что их двое, спазм… Боль пронзает меня от ног, до копчика, нестерпимая боль. Он и она, она стрелок, он пилот, в нутрии неё они вместе.

— Ты дурра… — срываться у меня с губ, я знаю она меня слышит, надеюсь, поймёт. — Почему ты не сказала ему? — шиплю сквозь зубы. Я выхожу из неё, через руку моя суть втягивается, оставляя за собой чистую кожу, здоровые мышцы.

— Какая же ты дурра… — выдыхаю я, чувствуя как, вскипает кожа, оголяются мышцы, спина горит огнём, болит всё, всё тело, на щёку наползает ожог.

— Ты кто? — какой глупый вопрос, и у меня нет сил, что бы на него ответить. Мне не дают упасть, подхватывая под руки… Сознание путается, боль вытесняет разум, боль… Эту боль нельзя проигнорировать, эту боль нельзя заглушать, это боль плата.

Кто то кричит, слышу стрельбу, крики… Мы, куда то едем. БТР прыгает, меня трясет в кресле, в которое меня усадили… За нами кто-то гоняться, мы убегаем, каждый резкий рывок, причиняет всё новые страдания.

— Что случилась? Что с пилотами? — прохрипел я. Боль слегка отступила, мои раны успели поджить, но теперь просто болели.

— Песец… — ответила Наташа, сначала я подумал, что она ругается, но потом взглянул на обзорный экран. За нами гнался уже ставший привычным песец, вот только выглядел он не важно, весь потрепанный и побитый, с лезущей клоками шерстью, да ещё и полупрозрачный.

— Одно перемещение и он от нас отстанет! — с трудом прошипел я, глотка тоже была обожжена.

— Если бы кто то, не кинулся спасть девку, он бы от нас уже отстал… — Буркнула Наташа…

— Почему ты так думаешь, откуда в тебе столько ненависти? — прошептал я. Она повернулась, и я увидел в её глазах страх, так вот оно в чём дело…

— Я тоже его боюсь… — прошептал я, девушка удивлённо хмыкнула.

— Кто на верху? — спросил я.

— Сайрес, он его пока сдерживает… — ответил мне из-за спины голос Маши. Повернув, голову я смог её увидеть, она удерживала в руке, капельницу. Интересно когда она её успела поставить.

— В следующий раз, когда решишь лечить, кого-то с такими ожогами, скажи мне, ты чуть не помер, если бы ни Вилуус. — Девушка смотрела на меня грозно, но при этом мой поступок явно одобряла.

— Всё дело в твоей ускоренно регенерации, хотя этот термин в твоём отношении не точен, но лавинообразное заживление тканей вызвало попадание большого количества продуктов распада в кровь.

— Однако… почему мы ещё не покинули этот сумасшедший мирок? — прервал я поток информации от Вилууса. — И кто не будь, мне скажет, где пилоты?

— Кнопка не нажимается, с пилотами, да всё в порядке с пилотами, пока ты был в отключке. Мы их смогли высадить, их забрал транспортный ми 8, пилот был в шоке, когда мы выехали к месту его посадки, а за нами по пятам гнался Песец, как выяснилось, его интересуем только мы… — слегка ворчливо ответила Наташа.

— На долго же я выпал…

— Да нет, минут пятнадцать прошло, кстати, наш робот, успел схлопотать по морде, улететь в тот холм, с которого мы выехали в город, подняться и продолжить бой… — однако, сколько всяких событий.

Взглянув на обзорные экран я почувствовал, что у меня начало дергается веко.

— Ты куда нас завезла? — в состоянии полного ахренения выдал я. Мы находились как раз под брюшком, этого инопланетного нечто, нечто, тем временем успело пробить щупальцем, живот нашего парня. Наш робот, пытался достать врага, какой-то заточкой, что вызвало у меня повторный приступ нервного тика.

— Я не виновата, это всё Вилуус! — неожиданно начала оправдываться девушка.

— Вилуус, а давай искупишь свою вину? — неожиданно созрела у меня безумная идея.

— Как? — похоже, Вилуус, был удавлен, что у него есть вина, которую надо искуплять.

— Дадим гаду прикурить, стрельни ему в брюхо, он как раз подставился. — Наверное, я всё ещё был не совсем в своём уме…

— Да но, оно покрыто защитным полем неизвестной природы, для её пробития надо сжечь 99 процентов твёрдого топлива. — Похоже, Вилуус был не в восторге от моей идеи, вообще все находящиеся в этот момент в БТРе, посмотрели на меня как на психа.

— Ну, так стреляй, топлива то хватает! — пошутил я, пожав плечами. Совершенно забыв, что ИИ подчиняется мне беспрекословно.

И Вилуус выстрелил… На брюхе твари выросли три гигантские воронки. Внеземная хрень, на мгновение застыла, и наш Годзилла, наконец, смог насадить инопланетного урода на свою заточку.

— Мне кажется или оно падает? — выдал я, внимательно наблюдая за пришельцем… Мои спутники, почему то побледнели…

— Нет, она точно падает!!! — воскликнула Наташа…

— Аааа — послышался крик, подозрительно знакомый, похоже, кричал Сайрес.

— Влад…. Ты идиот! — совершенен не заслуженно закричала мне на ухо Маша, выбивая кулаком кнопка хрустнула, но соизволила нажаться…