В этом году академия приняла аж восемь новых групп курсантов первого года обучения. В прошлом году, если Андрею не изменяла память, их было шесть — академия расширялась. Ректор не обманул матриарха, приняв на первый курс пятнадцать курсантов из клана Лерой, разбросав, правда, их по трём группам по пять человек. Андрей проследил только, чтобы оба его сэмпай попали в одну группу — им и так трудно придётся, так пусть хоть будут иметь возможность помогать друг другу. Занятия у курсантов, занятия боевым искусством с учениками, индивидуальные занятия с преподавателями и инструкторами академии — Андрей делился своим опытом, беседы с ректором, разбор академической литературы и наброски новых учебников, — занимали всё его время, оставляя на семью совсем чуть-чуть. Сын подрос и, перешагнув этап активного ползания, начал понемногу ходить. Когда Ошима стал не только уверенно ходить, но и начал активно познавать мир, залезая во все мыслимые и немыслимые уголки весьма немаленького дома и постоянно сбегая в окружающий жилище лес, Силлана сплавила сына в клановые ясли — никак иначе этот детский инкубатор, где специально обученные женщины воспитывали сразу толпу детворы, Андрей называть не мог, — и уехала в свою очередную экспедицию, продолжать научную работу. Андрей был рад за неё, вот только отъезд любимой жены сопровождался неожиданным мероприятием…

Накануне отъезда Андрей был вызван к матриарху. Явившись в кабинет, он был несколько удивлён, когда увидел, что просторное, можно сказать — огромное помещение, способное вместить добрую сотню народа, было почти наполовину заполнено девушками с лицами фотомоделей и фигурами… Фигуры тоже были ничего — стройные, грудастые, длинноногие.

Матриарх, посмотрев на вошедшего Андрея, произнесла коротко:

— Тан Рур, выбирайте!

Сбитый с толку, Андрей переспросил:

— Уважаемая госпожа матриарх! Я не совсем понимаю цели данного собрания?

Подпустив на лицо тень неудовольствия, которая, по идее, должна была означать степень непонятливости Андрея, матриарх сказала:

— Выбирайте тех, которые вам понравятся.

— Всё же я прошу прощения за свою непонятливость, уважаемая госпожа матриарх, и вынужден попросить разъяснить мне цель данного выбора.

— Ваша жена уезжает. Надолго. Вам нужны ещё жёны, которые будут о вас заботиться. Выбирайте — они все с радостью выйдут за вас замуж.

— Это обязательно, госпожа?

— Да. Танья Силлана лично обратилась ко мне с этой просьбой. Я сама отобрала наиболее достойных для вас претенденток в строгом соответствии с вашими вкусами и предпочтениями. С учётом, разумеется, всех пожеланий таньи Силланы — она очень подробно рассказала мне о вас рассказала. Вы доверяете мнению своей жены, тан Рур?

— Упс… То есть это инициатива моей жены?

— Да, это её желание, полностью одобренное мной. Игнорируя желание жены в таком интимном вопросе, вы унижаете её и обижаете меня, ведь я лично рассмотрела и одобрила каждую кандидатуру. Их родословная безупречна. Однако помимо выбранных для вас вашей женой претенденток вы дополнительно можете взять ещё жён. Единственное условие — согласуйте выбор со мной.

— А если я захочу взять их всех?

— Значит, они все будут вашими жёнами.

— Вот засада… Ох, простите, госпожа матриарх. Это была шутка, весьма неуместная с моей стороны. Сказать по правде, мне было бы достаточно одной Силланы, брать вторую жену я не рассчитывал. Но если это совместное решение вас и моей жены, то я конечно же выберу себе ещё одну… Или, как я понимаю по вашему недовольному взгляду, раз вы сказали не «жена» а «жён», то одна выбранная жена вас не устроит? Какое минимальное количество вы считаете приемлемым?

— С учётом ваших способностей, о которых мне подробно рассказала танья Силлана, я рекомендовала бы остановиться на пятерых. Это оптимально для такого здорового и активного мужчины.

— Она что, обсуждала с вами интимные подробности нашей семейной жизни?

— А что вы удивляетесь? В этом нет ничего тайного или постыдного. Я же должна знать, как часто вам требуется женщина. Предоставляя вам необходимое количество жён из числа клановых девушек, я могу рассчитывать на то, что вы не начнёте искать возможность сексуальной разрядки на стороне. Вы, тан Рур, оказались весьма активным мужчиной, танья Силлана с трудом справлялась с вашим напором.

— Да, вас, женщин, не понять… Лана, то есть танья Силлана, говорила, что ей всё нравится.

— А ей действительно всё нравится, хотя она совсем не против, если моменты близости будут происходить несколько пореже. Собственно, поэтому я и предлагаю вам выбрать пятерых жён — именно это количество мы с ней и определили исходя из вашего темперамента.

— Может, двух будет достаточно?

— С учётом того, что одна жена у вас уже есть — думаю, можно остановиться и на четырёх.

— Госпожа матриарх, три жены — очень хорошее число!

— Хорошо, я согласна с вашим решением. Выберите троих из присутствующих.

— Госпожа, я имел ввиду общее количество жён… Мне и трёх-то будет многовато… Что я с ними буду делать?

— Что с ними делать — вам отлично объяснит танья Силлана, если вы не в курсе. Но сейчас, тан Рур, мы обсуждали не вашу жену, которой, кстати, здесь нет, а присутствующих здесь девушек. И остановились на троих кандидатурах. Вы сообщите мне имена тех, которых вы выбрали? Выбирайте, они все перед вами.

— Госпожа матриарх, — загнанный в угол и припёртый к стене Андрей понимал, что сейчас его действительно женят и отказаться, не разгневав матриарха, невозможно, — я хотел бы или поговорить с каждой из претенденток с глазу на глаз, или иметь право в дальнейшем в любое время в одностороннем порядке расторгнуть брак без объяснения причин. Я не оспариваю ни желания своей жены, ни вашего решения, однако брать кота в мешке я не буду.

— Кот в мешке… Оригинальное выражение, надо будет запомнить. Я признаю законность ваших требований. Сейчас вас проводят в отдельную комнату и принесут личные дела всех претенденток. Вам будут приводить их по одной — общайтесь сколько хотите. Из комнаты вы вынесете три личных дела — тех девушек, которых возьмёте себе в жёны.

«Признаёт она законность моих требований…» — размышлял Андрей, сидя в кресле за столом и листая досье на красавиц… Ишь, как повернула… Из клетки выпустит только в комплекте. И не отвертишься — явно дала понять, что невыполнение подобной «просьбы» воспримет как оскорбление… Андрей, листая папки с фотографиями, про себя жаловался на произвол матриарха, хотя в душе сам себе признавался — если уж сама Силлана согласна — то и ему грех жаловаться. Так-то Андрей был совсем не против — девушки были одна краше другой, он был бы, наверное, даже счастлив, если бы ещё этот цветник вручили ему не в таком ультимативном порядке. Решение матриарха логично и понятно — в обществе с преобладающим женским населением наличие сразу четырёх жён отобьёт всякую охоту смотреть по сторонам. А то, что все четыре жены принадлежат клану Лерой — ещё больше привяжет его к этому клану. Матриарх, за несколько проведённых Андреем в клане лет, хорошо успела его изучить и явно имела на вольнолюбивого новичка свои планы, незаметно опутывая невидимыми сетями — так, чтобы он всю свою жизнь связывал именно с её кланом. А когда и от новых жён у него пойдут дети… Кстати, о детях — детей здесь рожают очень редко. Сначала женщины стараются укрепиться в иерархии клана и обеспечить себя материальным достатком. Потом задумываются о карьере. Иногда проходит несколько циклов омоложения, пока женщина решит, что она готова для материнства. Потом долго растит ребёнка. Правда, растит — это громко сказано. Дети растут в клановых яслях, мама только следит за их развитием и иногда общается. И только когда дети не только вырастут, но и сами, пройдя несколько циклов, решат завести ребёнка — только тогда женщина начинает задумываться о рождении ещё одного. При средней продолжительности жизни в пятьсот — тысячу лет количество детей у среднестатистической женщины редко превышает цифру два. У внеклановых ситуация ещё хуже — из-за значительно меньшей продолжительности жизни, как правило, ребёнок у женщины только один. Неважная в империи демографическая ситуация… А не сыграть ли мне на этом? Сделать основным условием для моих новых жён — никаких противозачаточных средств. Хотят замуж — пусть забудут, как предохраняться. Они у меня вообще забудут, как порожняком ходить… И при муже будут, и работу чисто женскую себе по дому найдут. Любящая красивая жена, вечно беременная и на кухне! Как здорово придумано! Даёшь женщинам чисто женскую работу! А что они умеют делать такого, что не умеют мужчины? Рожать мужчины точно не умеют. Вот пусть мои жёны и занимаются чисто женским делом — увеличивают население клана!

С такими весёлыми мыслями Андрей закончил перелистывать анкеты, похожие друг на друга, как зеркальные отображения. У всех девушек была безупречная репутация и идеальный геном, у их ближайших предков отсутствовали генетические заболевания. Эти же предки, только более отдалённые, без накопления генетических аномалий пережили уже по нескольку десятков циклов омоложения, так что все претендентки имели вполне реальные шансы прожить не менее пятисот лет, а, возможно, намного больше. Девушки уже прошли один (у всех один!) цикл омоложения и идеально подходили для материнства. У всех хорошее образование. У всех мать не имела постоянного мужа… Блин, инкубатор какой-то, а не клан. Взять, что ли, не трёх, а четырёх? Или пять, как настаивала матриарх? Нет, не стоит быть жадным, и втроём они меня достанут, никаких сил на них не хватит, заездят. Поляжешь с ними на любовном фронте… Интересно, какая у них тут иерархия? Силлана что-то говорила про первую жену… То есть она по любому в семье будет старшей. Ну-ну, тогда понятно её желание посадить ему на шею ещё несколько клановых жён — и муж под присмотром, налево не убежит, и она в семье остаётся старшей… Ладно, месть Силлане оставим на потом — блюдо мести нужно подавать холодным. Сейчас начнём собеседование…

Собеседование, как и предполагал Андрей, отсеяло большую часть претенденток. Белые от страха перед гневом матриарха, они всё же, запинаясь, отказались от карьеры русской крестьянки образца девятнадцатого — начала двадцатого века. Оставшихся девушек всё равно оставалось слишком много — целых семнадцать штук. Чем бы их ещё напугать? В голову совсем ничего не приходило. Может, заставить их заниматься единоборствами? А что, вот у японских самураев даже женщины умели владеть мечом и луком. Впрочем, идея не слишком хорошая — если они будут постоянно беременны — бить их по животу нельзя… Гимнастикой заниматься, правда, можно. На Земле даже специальная гимнастика была для беременных. Решено, размышлял Андрей — одним из условий поставлю обязательные ежедневные тренировки. По моей собственной, мною же утверждённой программе…

Задумка с гимнастикой не прошла — все девушки безропотно согласились на ежедневную гимнастику, даже не спрашивая, зачем она нужна. Андрей перелистывал оставшиеся семнадцать анкет, и не находил, к чему бы ещё придраться. На просмотр анкет, собеседование и раздумья у него ушла вся ночь. За окном наступало утро и Андрею сильно хотелось спать — с женитьбой пора было заканчивать. Итак, Зарина, Джамиля, Гюзель, Саида, Хафиза, Зухра, Лейла, Зульфия… Ах, да, Гюльчатай… Тьфу ты, Эридайна, Лайлана, Омико, Таша, Улла… — имена другие, но ситуация похожая. Может, пусть сами разберутся?

Идея пришлась Андрею по вкусу, и, собрав всех семнадцать клюющих носом — тоже не спали — претенденток, Андрей предложил им самим определить, кто, по их мнению, лучше всего подходит на роль его жены.

Получив задачу, девушки упорхнули в свои комнаты — договариваться. Андрей даже вздремнуть успел, но недолго — женское совещание, вопреки расхожему мнению о скорости женских сборов, закончилось быстро и, прервав его дрёму, девушки разбудили его, ввалившись в его комнату всей гурьбой. Одна из самых активных с порога заявила:

— Тан Рур, мы посовещались и выбрали для вас пятерых самых достойных.

— Мы договаривались о трёх, красавицы.

— Меньше пятерых нельзя, тан Рур, мы с девушками уже обсудили этот вопрос. Трёх нам отобрать не получилось. Вы желаете, чтобы мы сообщили имена этих пятерых госпоже матриарху?

— Сообщите мне. Я отберу из них трёх.

— Нет, господин тан Рур. Эти девушки отлично подходят друг к другу, когда их пятеро. Имена мы сообщим или матриарху, или вам, в случае, если вы согласитесь на них жениться. Троих вы можете выбрать сами из присутствующих здесь семнадцати невест.

— А если я пожалуюсь на вас матриарху?

— Это ваше право, тан Рур.

Девушки разошлись по своим комнатам, скорее всего — отсыпаться, а невыспавшийся и раздражённый Андрей записался в секретариате на приём к матриарху. Попасть на приём к самому матриарху было достаточно сложным делом, но, бурля в душе от злости, вызванной решением матриарха обеспечить ему счастливую семейную жизнь, он сказал секретарю, что дело очень срочное и касается безопасности клана, причём явно не покривил душой — уже сейчас ему хотелось кого-нибудь убить, а что будет ближе к обеду — именно на это время была назначена аудиенция, Андрей даже боялся загадывать.

Немного поспав до обеда, ко времени встречи с матриархом Андрей успокоился и сумел взять себя в руки, поэтому сама встреча прошла достаточно спокойно. Матриарх, выслушав претензии Андрея и ни словом не обмолвившись о перенесённой на более поздний период важной встрече, спросила Андрея:

— Ну и в чём же суть ваших претензий, тан Рур?

— Мы договорились на цифре три, а девушки выбрали пятерых.

— Вы могли выбрать троих самостоятельно, но отдали право выбора самим девушкам. Они воспользовались данным вами правом. Чем же вы недовольны?

— О, создатель! Да как же вы не понимаете! Они же предлагают пятерых! Не трёх, а целых пятерых! Я и с тремя не знаю, что делать.

— Ну что делать с женщинами, как мне кажется, вы отлично знаете. Или у таньи Силланы ребёнок не от вас?

— Силлана — одна! А их — пятеро! Такое количество — слишком даже для меня, пусть моя жена и расхваливала мою активность. Организм нормального мужчины не рассчитан на такой сексуальный марафон.

Матриарх внимательно слушала Андрея, и на её спокойном лице начинало проступать выражение недоумения. Потом, видно, придя к какому-то для себя решению, матриарх вернула на лицо маску невозмутимости и спросила:

— Тан Рур, я слышала, что до Силланы у вас была жена и двое детей.

— Да, они погибли, госпожа матриарх.

— Сожалею. Но я не о том. Скажите, а до того, как вы женились, у вас были связи с женщинами?

— Да, госпожа матриарх. У нас это считается нормальным.

— У нас тоже, но я не об этом. Скажите, а бывало так, что вы занимались сексом не с одной, а с несколькими женщинами сразу?

— Бывало несколько раз. Молодой был, горячий, неженатый.

Лицо матриарха начинало принимать хитрое выражение:

— А скажите, тан Рур, сколько женщин одновременно вы укладывали в свою постель? Мне важно знать максимальное количество.

— Трёх, госпожа матриарх.

— А почему не больше?

— Извините, госпожа матриарх, меня и на трёх едва хватило — полночи с ними кувыркался, пока всех не удовлетворил. К утру как выжатый лимон был, извините за подробности.

Хитрое выражение лица женщины дополнилось улыбкой:

— Так именно поэтому вы, тан Рур, так настаивали максимум на трёх жёнах?

— Ну, были, конечно, и другие причины, но в целом как-то так, госпожа матриарх…

Улыбка на лице женщины стала расползаться всё шире и шире:

— Так вы, тан Рур, решили, что вам придётся спать со всеми своими жёнами одновременно?

— Ну, не всегда, но примерно так и есть… Я же не знаю, что им может в голову взбрести… Женщины же… Существа загадочные…

Широкая улыбка на лице матриарха переросла в смешки, почти сразу же сменившиеся полноценным хохотом. Женщина смеялась, не стесняясь — до слезинок, появившихся в уголках глаз.

Отсмеявшись, она вытерла пальцами уголки глаз, после чего продолжила:

— Извините, тан Рур, возникло недопонимание. Поверьте, никто не мог даже предположить, что вы имели в виду ОДНОВРЕМЕННОЕ занятие сексом со всеми вашими жёнами. Если вы будете уделять им одну — две ночи в кун — этого будет вполне достаточно, танье Силлане вы уделяли значительно больше времени. Брак для женщины в клане — это, в первую очередь, вопрос статуса. Даже если вы будете уделять каждой жене всего по нескольку ночей в сол — никто не скажет, что вы пренебрегаете своими супружескими обязанностями. Брак с вами повысит статус любой из предоставленных вам невест. Причём достаточно сильно — вы, тан Рур, сумели занять достаточно высокое место в клане Лерой, выбившись как минимум в первый десяток и став завидным женихом. Девушки об этом знают.

— Я хотел бы, чтобы жена меня любила.

— А они вас любят.

— Что, все?

— Все, тан Рур.

— И за что же они меня так быстро полюбили, кроме, разумеется, моего статуса в клане?

— Вы зря принижаете значимость статуса. Многие женщины выходят замуж именно по этой причине. В вашем случае вы ещё и достаточно привлекательный, физически и генетически здоровый мужчина, у вас уже было трое детей. Как я понимаю — все здоровые. Ваш ребёнок от Силланы даже несколько опережает в развитии среднестатистические показатели. Для женщины этих причин более чем достаточно, поверьте. Кстати, я уже в курсе, что из всех претенденток вы оставили только семнадцать. Остальные не подошли? Удовлетворите моё любопытство, по какому критерию вы их отбирали?

— Это не секрет. Я выдвинул всего одно условие, и основная часть претенденток отказалась сама.

— Не может быть! Ума не приложу — что такого вы от них могли потребовать? Отбор проводился из большого числа девушек, не прошедшие отбор были сильно огорчены, а все представленные вам — должны были приложить максимум усилий, чтобы заинтересовать вас. И чего же они так испугались?

— Да я и сам не пойму, — улыбнулся Андрей, — я решил позаботиться о здоровье своих жён и сказал, что питаться они будут исключительно здоровой и натуральной пищей, исключив из рациона приём всяких вредных химических препаратов.

— Разумное требование… А перечень продуктов питания и химических препаратов озвучили? Может, им не подошло меню?

— Нет, в меню я никого ограничивать не буду, пусть едят что хотят, лишь бы было натуральным и полезным. А вот из химических препаратов я запретил приём противозачаточных средств. По моему мнению, эти препараты крайне отрицательно влияют на женский организм.

— Что??? Вы запретили своим будущим жёнам принимать противозачаточное?

— А что вы так удивляетесь? На моей родине половина женщин не пользуется противозачаточными средствами, а из них половина даже не знает, что это такое.

— Кхм… Тан Рур, а вы представляете, к чему приведёт отказ женщины от приёма противозачаточных средств?

— Догадываюсь…

— Тан Рур, скажите, а ваша мать тоже не принимала противозачаточных средств?

— Моя мать принимала. А вот бабушка — нет. У неё было четверо детей. Кстати, сама бабушка была седьмым ребёнком в семье.

— И что, все ваши семьи такие многодетные?

— Не все, и не везде. Зависит от страны. В некоторых странах и сейчас многодетные семьи — не редкость. В нашей стране ещё сто-двести сол назад не редкостью были семьи с десятью — пятнадцатью детьми.

— За один цикл?

— За жизнь, вернее, за время детородного периода — у нас неизвестна процедура омоложения. Если под циклом вы подразумеваете время между процедурами омоложения — то да, примерно за цикл.

— Они что, рожали каждый сол?

— Примерно так.

— И что, все семнадцать девушек, ожидающих сейчас вашего выбора, согласились на это? Провести полжизни беременными?

— А чему вы удивляетесь? Ещё на моей памяти в наших родильных домах — это такие медицинские учреждения, где женщинам помогают рожать — висели плакаты с лозунгами «Беременность — естественное состояние советских женщин». Не вижу, чем женщины клана Лерой отличаются от женщин на моей исторической родине. Физиологически вроде похожи…

— А вы шутник, тан Рур. Теперь я понимаю, почему остальные отказались. Я только не пойму, что в вас нашли оставшиеся семнадцать, если они согласились на роль ходячих инкубаторов, поставив, фактически, крест на своей будущей карьере. А ведь все они подавали неплохие надежды — вы же смотрели их анкеты. Для вас отбирали не только генетически идеальных, но и образованных партнёрш. Впрочем, задумка с инкубатором не лишена смысла, особенно с учётом сложившейся демографической ситуации в клане… Так, тан Рур, предлагаю вопрос с вашей женитьбой отложить на некоторое время, я хочу лично поговорить с каждой из семнадцати претенденток, а также узнать мнение вашей первой жены. Предлагаю встретиться через… — матриарх активировала терминал и полистала ежедневник, — одиннадцать ло, о точном времени аудиенции вас известят. Ответьте мне сейчас только на один вопрос — у вас есть принципиальные возражения против какой-нибудь конкретной девушки из оставшихся семнадцати?

— Принципиальных возражений нет, госпожа матриарх. Все они очень милы.

— Тогда можете быть свободны, тан Рур. Идите, о точном времени приёма вас известят.

Уже когда за ушедшим мужчиной закрылась дверь, матриарх позволила себе откинуться в кресле и улыбнуться, тихо бормоча:

— Нет, ну каков — додуматься до такого предложения… И как они все от него не сбежали. Ситуация неожиданная, надо попробовать её использовать…

Ровно через одиннадцать дней Андрей опять стоял перед внимательно рассматривающим его матриархом. Удовлетворившись осмотром, женщина сказала:

— Тан Рур, я поговорила с каждой из семнадцати претенденток, и пришла к определённому выводу. Более того, с моим выводом согласна и ваша первая жена. Прежде чем я озвучу своё решение, скажите — вас устроит делить постель с одной из своих жён два-три раза в кун?

— Можно и чаще…

— Это уж как вы сами захотите. Хоть каждый ло. До этого вы сообщили мне, что ни одну из представленных семнадцати претенденток вы не отказались бы назвать своей женой — все они вам понравились. Девушки также согласны — вы в свою очередь понравились им. Повторю вопрос — периодичность секса с одной — особо подчёркиваю — с одной, а не со всеми сразу, вашей женой два-три раза в кун вас устраивает?

— Вполне, госпожа матриарх.

— Тогда, выслушав мнения каждой из претенденток, оказавшиеся одинаковыми, и такое же мнение вашей первой жены, я согласилась с их решением. Прежде чем озвучить его, я скажу, что сделает для вас клан. За счёт клана вам будет построен дом на клановых землях в пригороде Када. Стационарный телепорт до самого Када — в шаговой доступности, не более десяти нун пешком. Плата за пользование порталом — за счёт клана. Это живописное место — светлый лиственный лес с участками хвойных, рядом несколько клановых домов. Из вашего дома их не будет видно, но при необходимости до них могут быть проложены тропинки — при желании ни вы, ни ваши жёны не будете одиноки. Также шаговая доступность — не более двадцати нун пешком. При желании рядом с домом можете разместить ангар для своего челнока, хотя я бы этого не советовала — будет портить вид из окна, да и обслуживать челнок легче в клановом ангаре. По территории клановых земель протекает живописная река, на берегах которой вы всегда сможете отдохнуть. Далее. В доме у каждой вашей жены будут свои комнаты, будет также спортзал для них и для вас — вы же хотели заниматься с вашими жёнами спортом. Ваши личные апартаменты и общая спальня на двоих, смежная с вашей отдельной спальней. В центре дома — большая светлая детская и детские игровые площадки. Само собой разумеется — кухня, столовая, санузлы с ванной — индивидуальные у каждого, бассейн — общий.

— Простите, госпожа матриарх, а отдельная детская зачем?

— Девушки очень серьёзно восприняли требование отказаться от приёма противозачаточных препаратов, так что в ближайшем будущем ждите резкого прибавления детей.

— Вообще-то я пошутил, выдвигая подобное условие…

— Какие шутки, тан Рур? Девушки восприняли ваши слова серьёзно. Противозачаточные препараты принимать они не будут. Так что дети у вас в ближайшее время гарантированы, через восемь кун ждите первенца.

— Да? Так быстро? Но я слышал, что для беременности одного раза обычно недостаточно. Семейные пары иногда годами живут вместе, совершая для подобного все необходимые интимные ритуалы, пока женщина наконец не забеременеет…

— Здоровая женщина, вступив в интимную связь со здоровым мужчиной в наиболее благоприятное для зачатия время, забеременеет с первого раза. Если, конечно, она здорова. Беременности действительно могут помешать различные факторы — стресс, болезнь, плохие еда и сон, тяжёлые физические нагрузки и приём химических препаратов. Если исключить все неблагоприятные факторы, то здоровая женщина понесёт сразу. Все отобранные нами женщины здоровы. Вы, как мы знаем, тоже здоровы. Так что на отсутствие детей не рассчитывайте.

— Спасибо, вы меня успокоили, госпожа матриарх… Если не сказать хлеще…

— Я рада, что вы спокойны. Но мы прервались, я рассказывала вам о доме. Вот проект, ознакомьтесь, он предварительный, в течение ближайших десяти-двенадцати ло вам будет представлен на утверждение окончательный. А пока вы рассматриваете проект, я продолжу. Все родившиеся у вас дети будут взяты на содержание кланом. О деньгах на их воспитание и учёбу вам заботиться не придётся. Также мы возьмём на себя расходы по содержанию ваших жён, в том числе и расходы на процедуру их омоложения. Обратите внимание — так как ваши жёны будут рожать достаточно часто, сами себе заработать на омоложение они не смогут. Вашей зарплаты на это тоже не хватит, несмотря на то, что она, даже по клановым меркам, достаточно высока. Вашей семье будет предоставлено ещё ряд льгот за счёт клана…

— Простите что перебиваю, уважаемая госпожа матриарх, но у меня вопросы по поводу проекта. Очень красивый, не спорю. Но вот тут написано: апартаменты жены, апартаменты жены… практически весь второй и третий этаж — это апартаменты моих жён. У них что — у каждой будет по десять комнат? А у меня только четыре?

— У каждой из ваших жён будет по две комнаты и санузел. У первой жены — три. У вас — четыре, что вам не нравится? Всё рассчитано исходя из сложившихся традиций. Считаете неправильным — обоснуйте, изменим.

— Да нет, достаточно… Но тут их полсотни!

— Меньше. Давайте посчитаем вместе, тан Рур. Семнадцать на две — тридцать шесть. И три комнаты для первой жены…

— Как — семнадцать? Почему семнадцать?

— Семнадцать вторых жён, тан Рур. Вы же сами выдвинули требование отказаться от приёма противозачаточных. Секс с женой один раз в десять — пятнадцать ло вас также устраивает. Через три-четыре, максимум пять кун в вашей постели вообще никого не окажется. А при вашей половой гиперактивности этот период наступит, как мне кажется, значительно раньше. По поводу секса на стороне — мы, кажется, это уже обсудили. Вы заверили меня, что на стороне у вас никого не будет, предлагаемых вам жён для вас вполне достаточно.

— А… Ну… А с уже беременными — что, нельзя?

— Обычно беременная женщина отказывается от секса — считается, что это может навредить ребёнку. Впрочем, тут уже вам с жёнами решать, но имейте ввиду, что они имеют право отказать вам в близости, будучи беременными. Это их право.

— А третью или гражданскую жену?

— Статус третьей жены значительно ниже второй, а гражданский муж вообще никак не влияет на статус. Далеко не каждая клановая девушка пойдёт третьей женой. По крайней мере из получивших отказ претенденток не согласится ни одна.

— Так что же мне, теперь вообще без женщин обходиться? Я вообще-то здоровый мужчина!

— Тан Рур, вы лично пообещали мне не искать приключений на стороне. Вам предложен громадный выбор клановых девушек. Что вам не нравится? Или вы отказываетесь от своих слов?

— Я не отказываюсь от своих слов, госпожа матриарх. Но ваше предложение… Моя женитьба открылась мне с весьма неожиданной стороны. Я в растерянности и недоумении.

— Если, тан Рур, вы ничего не имеете против семнадцати жён и их размещения в предлагаемом вам доме, я могу предложить вам простое решение ваших сексуальных потребностей в то время, когда ваши жёны будут, так сказать, не в состоянии исполнять супружеские функции. Решение, удовлетворяющее, как мне кажется, все стороны, в том числе и вашу.

— Если оно действительно будет приемлемым — бог с ними, согласен на ваш гарем…

— Тан Рур, гарем не наш, а ваш. Именно вы его выбрали. А моё предложение состоит в следующем. Вы забраковали более тридцати девушек, так как они отказались бросить свою карьеру в угоду рождению детей. Однако поставьте более мягкое условие — ночевать непременно в вашем доме, разрешив приём противозачаточных. Уверена — согласится больше половины — тех, чья работа не связана с частыми и долгими командировками, как у Силланы. Из них отберёте ещё троих - четверых. Они будут спать с вами, пока остальные ваши жёны будут… Хм… Ходить с пузом. Все ваши двадцать жён будут довольны. Ну или двадцать одна — как посчитаете необходимым. В любом случае насильно укладывать вас с ними в постель никто не собирается — дело сугубо добровольное.

— Хорошо, остановимся ещё на троих. Пусть число будет круглым, чего уж там… Одной больше, одной меньше…

— Договорились, тан Рур. Окончательный проект дома вам будет представлен в ближайшее время. Оставшихся трёх жён отберёте сами?

— Нет, госпожа матриарх, полностью полагаюсь на ваш ум. С учётом предыдущих семнадцати — какая уж теперь разница…

— Не переживайте, вам понравятся ещё трое отобранных девушек. Они все — милые, заботливые девушки, и все влюблены в вас. Подозреваю, что именно за эти три места разгорится самая настоящая драка…

Вот так и оказалось, что менее чем через кун Андрей поселился в собственном доме вместе с двадцатью очаровательными девушками. Матриарх оказалась права — в его жизни практически ничего не изменилось. Андрей так же тренировался и работал, посвящая преподаванию в академии и тренировкам с учениками основную часть своего времени. В своём доме он оказывался ближе к ночи, чтобы отдохнуть и поужинать в компании нескольких жён — всё время разных. В общей, супружеской спальне, смежной с его личной, на большой двуспальной кровати каждую ночь спала одна из его жён. Вначале Андрей пытался сам определить, с кем будет спать, связываясь с избранницей по головизору. Избранницы в разные ночи были разные, но все они говорили практически одно и то же:

— Тан Рур, я счастлива, что вы выбрали меня и обязательно приду к вам. Через восемь или девять ло. Сейчас, извините, не могу — женские дни. Но не переживайте — ваша жена танья Омико (Эридайна, Таша…) скрасит ваше одиночество этой ночью. Вы не останетесь один, мы внимательно следим за вашим здоровьем, уважаемый тан Рур. Мы вас любим…

Имена назывались разные, но суть, похоже, была одна — все посещения его спальни были давно рассчитаны, график неукоснительно соблюдался. С ним никто не спорил, жёны были ласковы и предупредительны, заботясь о нём и выполняя все его пожелания. Ну прямо идеальные японские женщины… Однако его мнение, похоже, никто не только не учитывал, но даже не собирался. Его жёны жили своей жизнью, изредка пересекаясь со своим мужем за завтраком, ужином и в постели. В постели жёны также не задерживались дольше, чем на три-пять ночей, постоянно меняясь. И это с учётом того, что Андрей не стремился к ежедневному сексу, всецело полагаясь на свои желания и возможности. Иногда очередная жена исчезала из постели в следующую же ночь после бурного секса. Такое положение вещей Андрея сначала несколько напрягало, а потом он плюнул, расслабился и стал получать от происходящего удовольствие. Тем более что не прошло и пяти кун, как в его постели осталось всего три периодически меняющихся жены, из чего Андрей сделал логичный вывод, что вскоре он станет счастливым отцом.

Его ожидания оправдались — через восемь кун одна из его вторых жён, Эридайна, принесла ему мальчика, а практически сразу же за ней Омико — очаровательную девочку. Мальчика назвали Аруми, а девочку — Ярината. Вместе с Ошимой Андрей стал счастливым отцом троих детей — с Ошимой он постоянно встречался в яслях, да и на выходные его первые жёны забирали старшего сына из яслей домой, а Аруми и Яринату он видел ежедневно, утром и вечером — процесс их кормления проходил на кухне одновременно с завтраками и ужинами Андрея. Идиллия продлилась недолго — за Аруми с Яринатой, как из рога изобилия, посыпались остальные, и по прошествии пяти кун Андрей оказался счастливым отцом семнадцати карапузов — девяти девочек и восьми мальчиков. Жёны устроили в его доме своеобразный клуб по интересам, встречаясь по утрам после завтрака на детской площадке с детьми и обсуждая в весёлой кампании достоинства своих детей и методы их воспитания. Завтрак Андрея проходил в тёплой семейной обстановке — жёны традиционно кормили его одновременно с детьми. Ему — нормальную еду, детям — грудь. Груди у всех его жён были великолепными, что он им и высказал, услышав ответ, что необходимо ещё немного подождать. Что подождать — он понял через шесть кун, когда в уже привычный конвейер из трёх жён, посвятивших себя карьере и рожать пока не собирающихся, вклинились Омико, родившая ему Яринату. Женщина, похоже, ещё продолжала кормить грудью — полные тяжёлые груди с набухшими сосками, слегка сочащимися молоком, вызвали в нём дикую, чуть ли не животную страсть — ночью он превзошёл сам себя, доведя жену до нескольких оргазмов, заставив их полночи стонать и кричать. Утром, невыспавшаяся, с кругами под глазами, она отловила его на кухне, чтобы обнять, поцеловать и сообщить, что прошедшая ночь была бесподобна и она запомнит её на всю жизнь. Судя по тому, что на следующую ночь, равно как и в последующие, осчастливленная женщина в его постели больше не появлялась, результаты бурного секса имели вполне прогнозируемые последствия. В течение последующих шести кун сначала Эридайна, а потом и каждая из его разродившихся жён появлялась в его постели по одному — два, реже — по три раза, чтобы опять надолго исчезнуть, из чего Андрей сделал вывод, что его жёны действительно абсолютно здоровы и прекрасно себя чувствуют — слова матриарха о том, что здоровой женщине, как правило, достаточно одного раза, оказались воистину пророческими. Андрей опять делил супружеское ложе с тремя регулярными жёнами, а его семнадцать стахановок ходили с пузиками разной степени величины. Старшие дети уже начали ползать, в результате чего детская площадка стала напоминать ясельную группу на прогулке.

Вернувшаяся с очередной экспедиции Силлана с умилением осмотрела этот питомник, освоила свои комнаты и даже провела с Андреем несколько ночей, после чего, построив и перезнакомившись со всеми вторыми жёнами, выказавшими ей необходимые по статусу знаки почтения, осталась очень довольна и укатила в очередную экспедицию — у неё назревал какой-то прорыв в исследованиях, которые нельзя было прерывать ни на ло, она и так, по её утверждению, сильно задержалась. Но чего только не сделаешь ради любимого мужа… Короче, все двадцать одна его жена сложившейся ситуацией были довольны и текущее положение дел их вполне устраивало, так что Андрей, поначалу воспринявший вторую свадьбу как крупный попадос, постепенно успокоился и вошёл в прежний режим жизни.

С ректором академии у Андрея сложились неплохие отношения. Вечерами, после занятий, они разбирали теорию и практику изложенных в методической литературе боёв, их стратегию и тактику, с жаром отстаивали казавшиеся им правильными решения. Не придя к компромиссу, опробовали на тренажёрах-симуляторах различные варианты боёв. Иногда прав оказывался ректор, иногда ошибались оба, но значительно чаще прав оказывался Андрей, что принесло ему заслуженное уважение тана Камакато.

В индивидуальных боях лидерство Андрея было столь неоспоримым, что, сражаясь с ним, даже инструкторы спорили только на то, сколько очередной пилот продержится против бойцового кота, прежде чем быть разбитым в пух и прах.

Своих клановых курсантов Андрей уже подготавливал по новой, пусть и до конца не проверенной, методике. Остальные курсанты получали информацию дозировано — как только ректор, господин Камакато, запускал в процесс обучения переработанные учебники и методички. К тому же Андрей считал, что истинному воину нет разницы, чем сражаться — голыми руками, стальным мечом или в космическом истребителе. Побеждает не оружие, а дух воина. Возможно, он был прав — его пятнадцать клановых курсантов были лучшими на своём потоке. За ними тянулись принятые на следующий год в академию восемь курсантов второго и одиннадцать первого потока — ректор сдержал своё обещание и выделял каждый год несколько мест для абитуриентов клана Лерой, пообещав на следующий год зарезервировать не менее десяти мест. Много времени посвящая переработке методической литературы под руководством ректора, Андрей выбил для себя некоторые послабления, вечернюю тренировку по боевым искусствам проводя прямо на территории академии. Естественно, на ней присутствовали все его ученики, числившиеся курсантами, а также ещё почти два десятка клановых, для которых Андрей выбил у ректора разрешение на доступ в спортзал. Тренировки проходили за закрытыми дверями, однако для ректора было сделано исключение — он мог наблюдать за процессом. Андрей не стал пояснять тану Камакато, что без его личного контроля и ряда пояснений, которые он давал вне пределов академии, в клановом спортзале, который с его лёгкой руки был переименован в додзё, бездумное копирование посторонними техники, отрабатываемой его учениками, не столько поможет, сколько навредит организму. Его же ребята, гармонично развивая тело и дух, не только отлично учились, но и щеголяли перед своими одногруппницами своим атлетическим видом, пусть их мускулатура пока не достигала объёмов сэнсэя, приближаясь по формам к мускулатуре земного спортсмена-гимнаста, чему в немалой степени способствовала физуха в конце каждой тренировки — кольца, брусья, турник…

Превосходство сильного духа, подкреплённого таким же сильным телом, вскоре усвоили все курсанты академии — стычки между курсантами, хоть и запрещённые официально, в реальности были в академии достаточно распространены. А вот что было разрешено официально — так это дуэли. Без оружия разрешались схватки кого угодно с кем угодно, необходимо было только заявление от двоих участников и согласие ректора. Причём если подобное заявление курсанты приносили уже подписанным, а одним из дуэлянтов был клановый, то разрешение на дуэль являлось чистой формальностью — в случае запрета ректор фактически наносил оскорбление клану.

Ученики Андрея старались не участвовать в незаконных выяснениях отношений, иногда переходящих в драки, зато широко пользовались правом дуэлей. И если на дуэлях девушек не били — пользуясь превосходством в силе и знанием приёмов дзюдо ученики Андрея, проведя приём, уводили девушек на болевой и вежливо просили признать поражение и извиниться, то вот с ребятами отрывались по полной — синяки, ссадины и разбитые носы были только малой частью получаемых противниками увечий. Постепенно учеников Андрея перестали задирать, как бы признав, что клан Лерой в академии лучше не трогать — себе дороже. Подобная ситуация Андрея устраивала как нельзя лучше — его задачей было довести всех своих учеников без потерь до выпускных экзаменов. Выдающиеся успехи позволяли им не только закончить академию с отличием, но и рассчитывать в дальнейшем на неплохую карьеру, значительно упрочив в имперской армии влияние клана Лерой. Жизнь Андрея катилась по накатанной колее — дом, семья, работа, тренировки, дом. Причём казалось, что так будет вечно…

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Ну и каково ваше мнение о нашем новом клановом, тан Тувилани?

— Вы о тане Руре, госпожа?

— Именно.

— Ну, в целом для клана приобретение данного человека считаю удачным. Тан Рур несомненно умён, у него высокий коэффициент интеллекта и нестандартное мышление. Чрезвычайно работоспособен — он много учится, причём легко и быстро усваивает всё новое. Необычайно быстро адаптировался в незнакомой для себя обстановке и занял в ней достаточно высокое положение, причём абсолютно без поддержки со стороны, исключительно рассчитывая на собственные силы. Разбирается во многих отраслях — где-то лучше, где-то хуже. В вопросах экономики и промышленности империи не выглядит дилетантом, хотя до уровня профессионала ему ещё очень далеко. Смел, но не безрассуден. Сам в драку не лезет, но всегда отвечает ударом на удар, причём ответный удар нередко приводит к фатальным последствиям для обидчика. Предпочитает силовое решение проблемы, но если видит, что ситуацию можно решить без драки — в бой не лезет, если, конечно же, не задета его пресловутая честь и чувство собственного достоинства. Сам он, похоже, смерти не боится, поэтому легко относится к чужим смертям и убийству себе подобных — возможно, когда-то это качество и спасало ему жизнь, но в дальнейшем может стать серьёзной проблемой — эпоха клановых войн давно закончилась и сейчас в империи подобное поведение не принято и не поощряется, несмотря на то, что если соблюдены формальные процедуры, как правило, не преследуется. Тану Руру не откажешь в стратегическом мышлении и адекватной оценке складывающейся ситуации — если он ввязывается в бой, то выходит из него победителем, однако мне известно несколько случаев, когда тан Рур деликатно ушёл от зарождающегося конфликта, причём сделал это изящно и практически незаметно. Так сказать, отступил, не уронив своей чести. Анализ ситуации, проведённый клановыми аналитиками, показал, что силовое решение тех конфликтов грозило тану Руру серьёзными неприятностями. Идеальный солдат и почти идеальный офицер, хоть и утверждает, что в душе он сугубо мирный человек. Сильно развит физически, владеет эффективными приёмами борьбы без оружия, которые сам он считает боевым искусством и утверждает, что это сложившаяся боевая школа, носящая название Бусидо. Да, ещё, по косвенным данным, владеет зачатками паранормальных способностей. Информация нуждается в проверке — за всё время наблюдения никаких необычных способностей за объектом не наблюдалось…

— Это всё прекрасно, но…?

— Вы правы, госпожа, есть одно «но» — при всех своих положительных качествах тан Рур — не политик. Он слишком прямолинеен, не лжёт сам и не терпит подобного от других. В принципе, он достаточно дипломатичен, но настоящей дипломатии никогда не бывает без некоторого искажения фактов, а тан Рур играть фактами или не хочет, или, что скорее всего, не умеет, в результате чего его так легко обмануть опытному профессионалу. И иногда он слишком наивен… Как ребёнок.

— Ну это не страшно. Проследите, чтобы подобных опытных профессионалов на его пути было как можно меньше, а те, кто есть — были подконтрольны вам. Люди, подобные тану Руру, нужны клану — они приносят много пользы и одновременно ими легко управлять, только делать это надо незаметно, аккуратно подводя их к мысли, что все принимаемые ими решения продиктованы исключительно ими самими. Клан уже предпринял для этого ряд шагов.

— Вы имеете ввиду жён тана Рура?

— Не только, тан Тувилани, не только…

— И что вы планируете делать с таном Руром дальше?

— Ничего. Только следить и незаметно направлять в нужное клану русло. У мальчика большое будущее — он прирождённый лидер. А наивность… Ну что ж, наивность — это такое качество, которое отлично лечится временем. Посмотрим, как наш мальчик покажет себя в дальнейшем — возможно, через сотню-другую сол я начну готовить из него своего заместителя. К тому времени им, скорее всего, будет уже невозможно управлять, и если он, не растеряв своих нынешних качеств, научится в необходимых для клана случаях идти на некоторые компромиссы со своей совестью и обзаведётся большей гибкостью в принимаемых решениях — сейчас он слишком прямолинеен — у него будут все шансы в будущем занять моё место…

— Госпожа матриарх, получены первые предварительные результаты по третьему этапу программы, — тан Сил, представляющий Айлинэри очередной отчёт научной группы, фактически, уже являющейся отдельным научным институтом, не скрывал удовлетворения на лучащемся гордостью за проделанную работу лице, — все образцы второго поколения благополучно выжили и развиваются в соответствии с заданной программой. У всех образцов в большей или меньшей степени выявлены необычайно развитые нервные узлы вдоль позвоночника и перед ним, а также увеличенные вегетативные нервные узлы за пищеварительным трактом, примерно в районе живота, как вы и предсказывали. Все вышеназванные нервные узлы соединяются сетью нейронов в единое целое со спинным и головным мозгом, от этого сплетения нервных узлов в разные стороны отходят многочисленные нервные волокна, величина и степень развитости которых значительно превышают среднестатистический показатель человеческого тела, однако сильно не дотягивает до уровня образца номер один. Степень возбудимости и проводимости нервной ткани в районе исследуемых нервных узлов также повышена. Механизм функционирования данного нервного образования в целом соответствует описанному в хрестоматийной литературе, что однозначно свидетельствует, что подобные образования не являются чужеродными элементами, а присущи каждой человеческой особи. Деградировали ли эти образования в современном человеке или получили необычайно сильное развитие в образце номер один под влиянием неизвестных факторов — нам неизвестно, но не подлежит сомнению тот факт, что подобные изменения могут быть сохранены в генетическом коде и передаваться по наследству от поколения к поколению.

Прокашлявшись, тан Сил взглянул не равнодушно-невозмутимое лицо матриарха, на котором не отражалось ни единой эмоции, и продолжил:

— Нами были также проведены опыты по направленной мутации генома 173БК, выявившие ухудшение уровня развития расположенного в районе солнечного сплетения нервного узла. Таким образом, ваше предсказание, что именно геном 173БК ответственен за появление у человека паранормальных способностей, получил научное подтверждение. Однако вынужден отметить, что у исследуемых образцов второй партии мы имеем скорее не способность, а генетическую возможность, точнее даже сказать — предрасположенность к проявлению сверхспособностей. Для явного проявления паранормальных способностей образцы второй партии, вероятно, непригодны, так как их нервные узлы явно не дотягивают до соответствующего образования образца номер один. Несомненно, генетическая линия первого образца накапливала подобные изменения постепенно, от поколения к поколению, под влиянием неизвестного фактора…

— Бусидо… — тихо проговорила матриарх.

— Простите, что вы сказали? Я не расслышал…

— Изменения в генетическом коде накапливаются в процессе специальных тренировок, носящих название бусидо. Название, впрочем, неважно, важен сам факт наличия определённой системы тренировок. Это древняя система подготовки воинов, давно известная на родине образца номер один. Накопленные изменения частично сохраняются геномом — это нормальный процесс эволюции, и передаются от поколения к поколению.

— Это предположение не лишено смысла…

— Это не предположение, а реальные факты. Образец номер один много времени посвящал тренировкам своего тела, включая тренировки грудного нервного узла, называемого им солнечным сплетением — вам, как учёному, отлично известно, что ткани человека могут претерпевать значительные изменения, подстраиваясь под изменяющиеся природные факторы. Образец номер один, равно как и многочисленные его предки, подобные факторы создавал для тела искусственно, направляя эволюцию по необходимому ему пути. Это факт, но я рекомендую вам рассматривать его как ещё одну рабочую гипотезу и проработать возможность исследования подобного варианта направленной эволюции совместно с уже разрабатываемыми с целью скорейшего получения необходимого нам результата. Выделите на эти исследования часть образцов второй партии.

— Будет исполнено, госпожа матриарх. Однако хотелось бы ознакомиться с методикой названных вами тренировок — как я понимаю, для вас они не новость. Осмелюсь попросить вас сообщить о бусидо всё, что вам известно.

— Известно мне, тан Сил, к сожалению, немного. Образец номер один, как вы знаете, погиб. Осталось немного видео и аудиозаписей, несколько пояснений образца номер один, сделанных им лично. Все эти материалы вам будут переданы в ближайшее время. Что мне удастся вспомнить дополнительно — я сообщу. В идеале хорошо было бы воссоздать практикуемую образцом номер один методику тренировки своего тела, но, скорее всего, без участия самого носителя методики это нереально… О полученных результатах докладывайте незамедлительно. Это не отменяет плановых докладов, как вы понимаете. Можете быть свободны…

Только по прошествии нескольких лет Андрей заметил, что его дом, иногда напоминающий ему филиал ясли-сада, прекратил радовать его мужское эго увеличением детского населения. Нет, дети у него по-прежнему рождались, причём с завидной регулярностью, но вот их общее количество как будто застопорилось на одном месте. Оказалось, что его старшие дети уже достаточно выросли и, задержавшись ненадолго в клановых яслях, пошли учиться в клановую школу — обучение там велось с четырёх лет. Андрей попытался было возмутиться — как же так, детей лишают детства, но жёны его успокоили, попытавшись объяснить, что детям в школе хорошо, за ними присматривают, и вообще, если он хочет для своих детей хорошего будущего, то обучать их надо начинать как можно раньше. Сошлись на том, что Андрей взял со своих жён обещание свозить его на экскурсию в клановые учебные заведения. Жёны подобное обещание с радостью дали — пусть посмотрит и успокоится…

Со школой боевого искусства Андрей развернулся по-крупному — в доме, выкупленном кланом недалеко от академии и перестроенном по эскизам Андрея, был развёрнут настоящий учебный центр, включающий в себя шесть больших и один малый тренировочные залы, два тренажёрных зала, душ, сауну. Шесть залов клановому архитектору Андрей заказал по числу подготовленных им шести старших учеников, которым он доверил самостоятельно вести шесть вновь набранных групп новичков. Более того — одного ученика он специально готовил для руководства детской группой — раз его дети уже пошли в школу, значит, они готовы для занятий спортом. Именно здесь хорошо работает принцип «чем раньше, тем лучше». Работа с детьми имела свои особенности, и с выбранным учеником Андрей занимался отдельно, вдалбливая в его голову основы педагогики и лозунг «не навреди», необходимый для работы с детьми. Польщённый оказанным доверием, «детский» тренер тренировался не за страх, а за совесть, обещая в будущем стать неплохим учителем. Для него Андрей писал отдельный учебник — детский. С названием для школы боевых искусств, которую Андрей по праву считал своим детищем, он не заморачивался, назвав её дла своих — «до», а для чужих — просто школой, слив в неё всё самое лучшее из дзю-до, каратэ-до, айки-до русского самбо, объединив разрозненные боевые искусства идеей буси-до. Для старшей группы Андрей добавил кэн-до — бой с оружием.

Неожиданно тренировки посетила сама матриарх. Посмотрев на несколько показательных поединков, женщина достоинству оценила созданную Андреем школу, вызвав к себе на приём на следующий же день после посещения школы.

— Вчера я была поражена, тан Рур, увидев показательные бои между вашими учениками, — Литэйла выдала Андрею заслуженную порцию вознаграждения, — схватки были достаточно зрелищными. Скажите, умения ваших бойцов также эффективны, как и красивы?

— Госпожа матриарх, я не стану хвалить своих учеников, но в оканийской лётной академии они — лучшие. Связываться с ними не хочет никто.

— И об этом я наслышана, тан Рур. Более того — именно поэтому я специально накануне сходила и посмотрела на проводимую вами тренировку, после чего вызвала вас на приём. Хочу задать вам один, но очень важный вопрос — зачем они избили курсантов клана Камэни?

— Простите, госпожа матриарх, но ни мне, ни господину ректору академии ничего об этом не известно. А как вы знаете, подобные случаи никак не могут пройти мимо тана Камакато.

— Курсанты клана Лерой избили курсантов клана Камэни. Это доказанный факт.

— Госпожа матриарх, человек, который сказал вам это, намеренно исказил факты. Я бы выразился ещё жёстче — солгал вам. Никакого избиения не было. А вот несколько официальных дуэлей представителей клана Лерой с представителями клана Камэни действительно имели место. Как вы знаете, официальная дуэль проводится под надзором руководства академии. Полученные на ней травмы не являются избиением, даже если один из дуэлянтов получил травмы, несовместимые с жизнью. За дуэлями представителей клана Лерой с представителями клана Камэни наблюдал лично ректор. Нарушений дуэльного кодекса не зафиксировано.

— Я не зря, тан Рур, повторюсь, посетила вчера вашу тренировку. Накануне ко мне на приём обратился тан Тассо, глава службы безопасности клана Камэни, где в достаточно жёстких, на грани оскорбления, словах выразил своё неодобрение полученными курсантами клана Камэни травмами. Ни одного слова про дуэль не прозвучало, зато прозвучали обвинения в избиении с требованиями выдать виновников клану Камэни для их наказания согласно их же клановым законам. Фактически это смертная казнь, так как чужак для любого клана стоит в самом низу иерархической лестницы. Я не хочу ссориться с кланом Камэни.

— Я готов обратиться к ректору с просьбой о предоставлении видеозаписи всех дуэлей с представителями клана Лерой. В сложившейся ситуации тан Камакато не откажет мне в подобной просьбе.

— Хорошо, предположим, я изучу видеоматериалы и увижу, что вы правы. Вы что, предлагаете мне начать войну с кланом Камэни? Вы вообще представляете себе реальную раскладку сил? В империи Камэни занимают верхушку клановой пирамиды, находясь не только в «золотой тысяче», но в первой сотне кланов империи. Мы же лишь мечтаем о вхождении даже в первые десять тысяч. Мы — муравьи на фоне таких гигантов, как Камэни — они могут стереть наш клан в порошок, и даже не заметят предпринятых усилий.

— Зачем войну? Госпожа матриарх, у вас появилась прекрасная возможность щёлкнуть по носу матриарха клана Камэни. Обратитесь к матриарху Камэни с жалобой на действия её главы службы безопасности. Представьте видеоматериалы вашего разговора с ним и видеоматериалы дуэлей. Представьте всё это, как намеренное и безосновательное оскорбление представителем клана Камэни матриарха клана Лерой. Поставьте матриарха Камэни в безвыходное положение — когда она или должна будет признать факт немотивированной агрессии относительно вашего клана, или отдать вам на растерзание главу своей службы безопасности, как лицо, опорочившее и скомпрометировавшее свой клан.

— Вы представляете, чем мне это может грозить? Это война!

— Напротив, госпожа матриарх. В этой ситуации клану Камэни войну начинать крайне невыгодно — если о происшествии узнает совет кланов, то во всей империи их заклеймят как агрессоров, против них ополчатся все кланы. Камэни — колосс на глиняных ногах, кроме больших денег, у них за душой нет реальной военной мощи. Случись серьёзная заварушка — Камэни будут изрядно потрепаны другими кланами, давно с завистью косящимися на их богатства. Я уверен — раздувать конфликт сейчас Камэни не будут — они только что начали создание собственных вооружённых сил, отправив своих людей во множество военных учебных заведений империи, в том числе и в мою академию. Возможно, они решат отыграться впоследствии, сол через десять-двадцать. Возможно, позже. К этому времени клан Лерой достаточно окрепнет, чтобы противостоять агрессии. Курсанты клана Лерой поступили правильно — ученики Камэни слишком нагло и вызывающе себя ведут, пытаясь занять в академии лидирующее положение и сместить с первого места учеников Лерой. Это обычная борьба за власть, в которой любые средства хороши. Однако мои ученики добиваются превосходства исключительно законными методами, чего нельзя сказать о Камэни. Решайте, госпожа матриарх. Конфликт с Камэни неизбежен — мы заняли ту нишу, которую они хотели оставить для себя. Или мы будем маленьким, но сильным и гордым кланом, или склонимся и отступим, и о клан Лерой все будут вытирать ноги.

— Тан Рур, вы гарантируете, что войны с кланом Камэни не будет?

— Гарантии в таком вопросе не может дать даже сам создатель. Однако я убеждён, что Камэни на это не пойдут — повторюсь, по закону они неправы, и этот случай может быть использован другим могущественным кланом против них, а уж подобную возможность Лерой всегда могут предоставить. Камени это невыгодно сейчас и грозит большими неприятностями в будущем. Политика, госпожа. Находясь в первой сотне ведущих кланов и ввязываясь в этот конфликт, Камэни рискуют значительно больше, чем мы — с вершины падать больнее.

— Я выслушала вас, тан Рур. Можете быть свободны…

После разговора с матриархом Андрей, пользуясь своим правом преподавателя академии, собрал всех курсантов клана Лерой после занятий и разъяснил текущую обстановку, сложившуюся с кланом Камэни:

— Противостояние вас и Камэни явилось закономерным итогом ваших успехов в учёбе и заслуженного первого места в академии, которое вы занимаете по праву. Однако клан Камэни — очень сильный и могущественный клан, война с ним закономерно приведёт к исчезновению Лерой. Однако помните, что я говорил вам на тренировках: сильный дуб ломается под ураганным ветром, а гибкая ива склоняется и выживает. Иногда отступить — это признак силы, а не слабости.

— И что же нам делать, сэнсэй? Курсанты Камэни откровенно оскорбляют нас, провоцируя на драку. Мы едва сдерживаемся, чтобы не поколотить обидчиков прямо в коридорах академии.

— Поддаваться на провокации нельзя ни в коем случае. Если вокруг нет посторонних, а только вы и Камэни — всеми силами старайтесь уйти от конфликта. Иногда в прямом смысле уйти — в данном случае это будет не бегство с поля боя, а стратегическое отступление. А вот если конфликт возник при свидетелях — очень аккуратно, без малейшего намёка на оскорбления, объясните вашим обидчикам, что они сильно неправы, пытаясь оскорбить клан Лерой, и очень вежливо, повторюсь — предельно вежливо предложите им подтвердить свои слова на дуэли. А там — чем сильнее оскорбление, тем больше побои. На дуэли можете прилюдно унижать их, нанося удары по щекам, спине, филейной части тела. Погонять в дуэльном круге своего противника пинками по заднице по всей площадке, заставив в конце боя признать свою неправоту, будет более унизительно, чем нанести ему серьёзное увечье. Вы неплохо знаете и умеете применять различные болевые приёмы — не бойтесь пускать их в ход. По академии в одиночку старайтесь не передвигаться, сводите возможность провокаций к минимуму. И помните — честь дороже жизни. В первую очередь думайте о чести клана. Все свободны. Через полтора ри вечерняя тренировка, прошу не опаздывать…

— Тан Тувилани, что заставило вас потревожить меня в столь неурочный час? — голос матриарха клана Лерой выражал явное неудовольствие, несмотря на то, что выражение её лица традиционно хранило печать спокойствия и безмятежности.

— Госпожа матриарх, данные, полученные аналитиками, показались мне настолько важными, что я осмелился вызвать ваш гнев, доложив о них.

— Докладывайте.

— Информация касается тана Рура…

— Что неудивительно, — съязвила матриарх, — в последние сол вся мало-мальски важная информация касается тана Рура.

— Точнее, его детей.

— А дети-то что успели натворить? Старшему недавно исполнилось четыре сол…

— Простите, госпожа, я, наверное, неправильно выразился. Дети ещё ничего натворить не успели…

— Ещё? Вы даже не представляете, как это дополнение меня успокаивает.

— Сами дети ни при чём, госпожа, но вот количество мальчиков и девочек…

— Согласна, количество детей у тана Рура скоро перевалит за сотню и явно имеет тенденцию к последующему росту аналогичными темпами. Впрочем, продолжайте. Пока всё, что вы сказали, не является тайной для меня.

— Госпожа матриарх, я имею ввиду пропорции между родившимися мальчиками и девочками — как вы знаете, в первый раз семнадцать жён тана Рура родили ему семнадцать детей — девять девочек и восемь мальчиков. Девочек, естественно, больше.

— Это нормально. Девочек всегда больше.

— Действительно, госпожа матриарх. Девочек родилось традиционно больше, на пропорции никто не обратил внимание. Как вы уже знаете, жёны Андрея родили уже по два-три ребёнка каждая и некоторые уже благополучно беременны четвёртым.

— Похвальная плодовитость. Они сами согласились на это, так что и здесь ничего нового. Клан будет заботиться о каждом ребёнке тана Рура. Хоть кто-то задумался о пополнении наших рядов. А то все озабочены только собственной карьерой и собственным местом в иерархии…

— Вы правы, госпожа. Однако детей у тана Рура уже настолько много, что можно говорить о статистике. Так вот, на четыре рождённые девочки приходится примерно три мальчика. Даже чуть больше. И нет оснований предполагать, что в дальнейшем эта демографическая ситуация изменится. От тана Рура наши женщины рожают почти столько же мальчиков, сколько девочек.

— Хм… Интересная статистика… Действительно, никто никогда об этом не задумывался и не обращал внимания. Но сила клана — в его женщинах. Только они способны рожать. Мужчины к рождению не способны и население клана увеличить никак не могут.

— Тан Рур, наоборот, утверждает, что сила клана — в его мужчинах. В своей школе тан Рур обучает исключительно мужчин, утверждая, что женщина должна заниматься продолжением рода. Его жёны полностью подтверждают его слова.

— Вы видите в его словах смысл?

— Тан Рур — умный человек. Безосновательно утверждать что-либо он не будет.

— В чём выгода для клана? — матриарх мгновенно уловила суть информации.

— Тан Рур небезосновательно утверждает, что в отдельных областях мужчина может добиться значительно больших успехов и значительно большей производительности труда, чем женщина. В первую очередь тем, что изначально мужчина более сильный, быстрый и ловкий — так определено эволюцией. Женщине в противовес мужчине дана большая выносливость и способность к долгой кропотливой работе — природа уготовила женщине роль матери. Забирая у мужчин их работу, женщины не только выполняют её хуже, но и не выполняют своего прямого предназначения — материнства. Надо думать, как заставить наших женщин больше рожать. Виноват, не заставить — заинтересовать.

— Тан Рур не в состоянии прокормить ни своих жён, ни своих детей. Точнее, прокормить сможет — еда достаточно дешёвая, но вот всего остального они были бы лишены, если бы не поддержка клана. И, в первую очередь, его жёны будут лишены возможности пройти своевременную процедуру омоложения.

— Вы правы, тан Тувилани, самые большие затраты клан несёт на процедурах омоложения. Сделать тут ничего нельзя — Камэни являются монополистами в этом сегменте и держат стабильно высокие цены. Медицинские услуги, предоставляемые другими кланами, не идут с ними ни в какое сравнение.

— То есть увеличение численности клана тормозят только высокие цены на омоложение?

— Не совсем так, госпожа. Большинству женщин хватает средств на своевременные процедуры. Однако рождение и воспитание ребёнка отбирает у женщины несколько сол биологически активного возраста и сильно влияет на её карьеру. Иными словами — или карьера, или дети, то есть рождение детей женщине невыгодно, так как ухудшает её материальное положение — тан Рур оказался полностью прав. Жёны тана Рура будут рожать до тех пор, пока такая ситуация будет выгодна для них — вы лично пообещали для них омоложение за счёт клана. И смею предположить — никто из них не будет дожидаться сорокалетнего биологического возраста, а пройдёт процедуру значительно раньше, мотивируя усталостью организма от частых родов. Такая ситуация с рождаемостью, кстати, не только у нас, но и во всей империи.

— Ваши предложения, тан Тувилани?

— Предложения какого плана, госпожа матриарх?

— Увеличения рождаемости в клане, разумеется. Получив в распоряжение несколько десятков профессиональных военных пилотов и появившись на рынке милитари, наш до этого сугубо мирный клан вступит на чужую территорию, наступив на пятки нескольким крупным кланам, работающим на военных. С одной стороны — заманчивые перспективы, с другой — конфронтация с сильными кланами, которые не потерпят дробления рынка. Пилотов Лерой, конечно же, можно использовать и в гражданских перевозках, но прибыль от этого будет значительно ниже. Для противодействия возможной угрозе клану нужно наращивать свою численность. Больше людей — больше бойцов, а набирать неклановых я бы не хотела, чтобы не ухудшать клановую генетическую линию. Подумайте, как можно относительно безболезненно увеличить численность клана как минимум вдвое. Срок — пятьдесят-шестьдесят сол, максимум — хоро…

— Сейчас у меня нет ответа на ваш вопрос — это достаточно большой объём работы для наших аналитиков. Пока не могу сказать ничего определённого, кроме того, что для расширения нашего бизнеса мы однозначно будем вступать в конфликты с другими кланами. Возможны локальные войны за передел сфер влияния.

— Тан Рур со своими учениками может сформировать несколько охранных групп? Хотя бы для сопровождения первых лиц клана?

— Его ученики являются клановыми. Вам достаточно приказать, госпожа матриарх.

— Очень скользкий вопрос, тан Тувилани. Методика преподавания Руром своего воинского искусства подразумевает отказ учащихся от любых авторитетов и замена клановых принципов служению одному человеку. Для учеников таким человеком являюсь я, а вот для тана Рура… Не уверена… Говоря простым языком — приказать могу, и они даже безоговорочно меня послушаются, но, скорее всего, неизбежен конфликт с таном Руром. А я этого допустить не хочу. По крайней мере сейчас.

— Прикажите тану Руру. Он клановый, обязан выполнить ваш приказ.

— И тут всё далеко не так гладко, тан Тувилани. Фактически, Рур — свободная птица, для него нет авторитетов и в клане его держит только семья. Он подчиняется мне, но лишь до тех пор, пока сам считает необходимым подчиняться. Если мы перегнём палку — он просто покинет клан. Поверьте, многие значительно более сильные кланы примут его с распростёртыми объятиями. Как преподаватель академии, ценимый лично ректором, таном Надином Камакато, и как основатель школы боевых искусств, Рур для нашего клана — весьма значимая фигура, несмотря на то, что не занимает официального поста.

— Так дайте ему этот пост.

— Вы уверены?

— Пост должен быть завязан на его школу и работу в академии. Создайте клановые вооружённые силы — мы всё равно, получив несколько десятков профессиональных военных пилотов, к этому рано или поздно придём. Определите два главных направления — военно-космические и десантно-штурмовые. Отдельно выделите подразделение внутренней клановой охраны. И назначьте главнокомандующим клановыми войсками тана Рура. Подчините его напрямую себе — он сразу войдёт в круг первых лиц клана наряду с советниками по экономике, транспорту, науке, сельскому хозяйству, внешней политике, мною, как главой службы безопасности клана. Глава вооружённых сил клана — решение многих вопросов, в том числе и озвученных вами. Тан Рур не бросит свою школу — завязав её на должность главнокомандующего и сделав ядром для подготовки клановых бойцов, вы привяжете тана Рура к клану значительно сильнее, чем его сейчас держит семья.

— Я подумаю над вашим предложением.

— И не забывайте, тан Тувилани, что вопрос увеличения рождаемости в клане остаётся открытым. Посоветуйтесь с казначеем и определитесь с возможностью максимального увеличения рождаемости в минимально возможные сроки с наименьшими финансовыми потерями для клана. Большинство членов клана — женщины, если все они станут рожать, то работать будет некому. Ищите золотую середину, но долго не задерживайтесь — через несколько сол клан получит первых пилотов, и начнётся грызня за передел рынков влияния, а, возможно — и за передел собственности. К этому времени клан Лерой должен или стать намного сильнее, или как минимум выработать стратегию, как не быть раздавленным и поглощённым более могущественными кланами — нас пока слишком мало… Ступайте, тан Тувилани. В скором времени жду вашего доклада…

Посещение Андреем кланового детского учебного заведения оставило у него двоякие впечатления — с одной стороны, начальная школа для самых маленьких была очень похожа на земные институты — также в просторных ярких комнатах-аудиториях, наполненных различной зеленью, произрастающей в горшках, кадках и прямо из пола, частично земляного, частично покрытого лакированными дощатыми плахами, серьёзные преподавательницы, степенно вышагивая перед голографическими экранами, обучали таких же серьёзных детей, внимательно слушающих лекции преподавателей. Всё происходило чинно и благородно. Ни весёлой беготни, ни смеха или восторженных воплей. Здесь молодое поколение будущих клановых планомерно лишали детства — смотреть на серьёзные детские лица было грустно.

Андрей, встретившись с директором школы — молодой, вернее, очень молодо выглядевшей красивой женщиной с длинными светло-пепельными волосами, стянутыми на затылке в пучок, договорился о дополнительных занятиях для своих детей — совсем немного утром, перед занятиями, не более тридцати нун, и семидесяти-ста нун после обеда, в период свободного времени. Один ри в день — минимум для гармоничного развития ребёнка. Получив заверения Андрея, что подобное изменение расписания согласовано с матриархом и не повредит остальным занятиям, женщина распрощалась с ним — свободного времени у неё было слишком мало для долгих бесед.

Ещё несколько ло ушло у Андрея на передачу одному из своих старших учеников, специально готовившемуся к обучению боевым искусствам детей, написанных Андреем программ и методик детских тренировок, а также знакомство будущего главы детской школы боевых искусств со своими детьми, уже ожидавшими его в школе после занятий. Андрей объяснил детям, что он всех любит и хочет, чтобы они выросли умными, сильными и здоровыми, для чего, помимо стандартной программы обучения, с ними отдельно будет заниматься «вот этот дядя» — Андрей представил восхищённо взирающим девочкам и мальчикам смущающегося старшего ученика, атлетически развитую фигуру которого совершенно не скрывал обтягивающий светло-зелёный комбинезон. Завершив дело представления своих детей их будущему тренеру, Андрей улетел в академию, чтобы заняться там своей непосредственной работой. Однако с середины лекций был вызван в кабинет ректора — его срочно разыскивала матриарх Лерой. Поблагодарив тана Камакато за предоставленную информацию и проследив, чтобы часы его занятий взял на себя другой преподаватель, Андрей срочно вылетел в резиденцию клана.

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Тан Рур, через ри с небольшим мы с вами вылетаем на встречу со старшим матриархом клана Камэни. Я беру вас с собой. Вместе со мной на встрече будет присутствовать глава службы безопасности клана, тан Тувилани. Обсуждаться будут дуэли курсантов клана Лерой с курсантами клана Камэни и полученные травмы. Видеозаписи я просмотрела, мои курсанты полностью правы. Однако, как я уже говорила, клан Камэни необычайно могуществен, чтобы мы сейчас шли с ними на конфликт. К тому же за последние несколько ло от рук курсанта клана Лерой пострадал ещё один курсант Камэни.

— Я в курсе, госпожа матриарх. Видеозапись дуэли я уже предоставил тану Тувилани. Более того — я специально предупредил курсантов Лерой о возможных провокациях со стороны Камэни. Наши ребята были предельно корректны, вежливы и осторожны, а Камэни восприняли это как признак слабости. За что и получили.

— Разве нельзя было обойтись менее жестокими методами? Человека Камэни изувечили так, что пришлось проводить процедуру полной регенерации, совмещённую с омоложением. Сейчас он находится в клинике и пока неизвестно, вернётся ли он к обучению — курсант помимо тяжёлых увечий получил тяжёлую психическую травму, связанную, по-видимому, с болевым шоком.

— Раз курсант клана Лерой так поступил с курсантом клана Камэни, значит, на это у него были веские основания. Я полностью доверяю своим людям.

— Моим людям, тан Рур.

— Вы полностью правы, госпожа матриарх. Разумеется, вашим людям, прошу прощения за оговорку. Но из всех ваших людей я доверяю только тем, кого учу лично.

— А мне? Мне вы доверяете?

— Вы матриарх, госпожа.

— Так доверяете или нет?

— Повторюсь, госпожа. Вы матриарх. Этим всё сказано.

— То есть не доверяете…

— Вы матриарх. Другого ответа не будет.

— Вы интересный человек, тан Рур.

— Мне приятно внести в вашу жизнь что-то интересное, госпожа.

— Не ёрничайте, тан Рур, вам это не идёт. Кстати, вы летите со мной как официальное лицо клана.

— А я об этом знаю, госпожа матриарх?

— Считайте, что уже знаете. Вы назначены главнокомандующим войсками клана Лерой. Приказ о вашем назначении уже подписан, по возвращению ознакомитесь. Какими будут войска — рассказывать не буду, за меня это значительно лучше сделает тан Тувилани. Считайте, что вы становитесь практически вторым лицом в клане, моей правой рукой, наравне с такими лицами, как клановый казначей, глава торговой и производственной службы, начальник департамента сельского хозяйства и глава службы безопасности.

— А моё мнение вас не интересует, госпожа матриарх?

— Интересует, но постольку поскольку… Решение принято, отступать назад и менять что-либо я не буду. Вы, в конце концов, член клана, и клан оказывает вам доверие, поручая практически с нуля создать вооружённые силы клана. Основу вы уже создали — это ваша школа. Курсанты академии — тоже практически единоличная ваша заслуга. Вот и формируйте военно-космические и десантно-штурмовые войска клана. Возможно, клан займётся также охраной и сопровождением грузов. Нам будут нужны и пилоты, и охранники, и обученные бойцы по аналогии с имперскими десантниками.

— После встречи поговорю с таном Тувилани, госпожа матриарх. На встречу мы летим втроём?

— Втроём. Камэни настаивали на том, чтобы мы привезли с собой курсантов Лерой, участвующих в дуэлях, но я решила их не брать — незачем дразнить рурха.

— Не согласен с вашим решением, госпожа матриарх. Рекомендую взять хотя бы троих, их имена я вам назову.

— Поясните ваше предложение, тан Рур.

— Предчувствие, госпожа, интуиция. Ребята — хорошие бойцы, им вряд ли смогут сделать что-то плохое. Одновременно предлагаю дать задание нашей службе безопасности на подготовку передачи в совет кланов и средства массовой информации имеющегося у нас компромата на клан Камэни по происшедшим в стенах академии дуэлях и последующей за ними реакции руководства клана Камэни. Подготовку начать прямо сейчас, а передачу осуществить сразу же после условного сигнала, если не сумеем договориться. Мы пойдём безоружными — тогда, согласно обычаев клана, нам не смогут ничего сделать, за исключением вызова на дуэль, где мы порвём их, как тузик грелку. На нарушение неписанных клановых законов, как я уже говорил, Камэни не пойдут — по ним это ударит значительно больнее нас. В любом случае, чем нас придёт больше — тем лучше.

— Хорошо, положимся на вашу интуицию, тан Рур, хотя мне это сильно не нравится. Как скоро вы сможете вызвать сюда своих курсантов?

— Сейчас свяжусь с ректором. Думаю, нун тридцать-сорок, не больше.

— Вызывайте…

Старший матриарх клана Камэни заставила руководство клана Лерой долго ожидать в приёмной, пропустив перед ними несколько рядовых посетителей — почти открытое оскорбление. Некоторые посетители уже явно ухмылялись, откровенно разглядывая сохранявших каменную невозмутимость шестерых представителей клана Лерой. Андрей также невозмутимо глядел на входную дверь, не обращая внимания ни на смешки, ни на ухмылки, внутри закипая от ярости. Наконец, решив прекратить этот балаган, он обратился к своему матриарху:

— Уважаемая госпожа матриарх, разрешите обратиться к вам с просьбой?

— Разрешаю, уважаемый тан Рур.

— Назначенное нам для аудиенции время истекло. Разрешите идти? Курсантам также нужно заниматься, они не могут тратить своё время непонятно на что.

Наступившую гробовую тишину нарушил голос сидевшей около двери в приёмную матриарха женщины:

— Ты считаешь, что вызов уважаемой старшей госпожи матриарха — непонятно что?

Андрей не стал уходить от назревающего конфликта, с облегчением понимая, что сейчас он явно отведёт душу:

— Я не давал вам права называть меня на «ты» и не планирую давать такое право в будущем — на «ты» меня называют только мои жёны, а вас я даже под угрозой казни не возьму к себе в койку. А по поводу вызова — так он не состоялся, назначенное время давно прошло, следовательно, матриарху Камэни мы не нужны. Поэтому я ухожу.

— Уважаемой госпоже старшему матриарху, облезлый потомок енги!

— Это для вас она, возможно, уважаемая, а для меня она — никто. Я не её клановый и всегда, в отличие от неё, держу своё слово. А вот за енги придётся ответить — это открытое оскорбление, что могут подтвердить все присутствующие. Я вызываю вас на дуэль. Без оружия, разумеется — мы пришли безоружными, к тому же дуэли с оружием в империи запрещены.

Андрей сознательно нарывался, поймав кураж, понимая, что их специально привели сюда, чтобы унизить, и рассчитывал серьёзно поломать игру Камэни. Похоже, помещение просматривалось и прослушивалось, так как через боковые двери сразу же вошло несколько вооружённых мужчин и женщин в доспехах.

— О, я вижу, к Камэни подошло подкрепление — сильно же вас испугала предстоящая дуэль. Может, орбитальный крейсер вызовете? А то у меня из вооружения — только личный детородный орган, который даже жалко на вас тратить… — продолжал развлекаться Андрей.

— Люди клана Лерой не имеют чести — они напали на курсантов Камэни и подло избили их, пользуясь численным преимуществом, — заявила одна из вошедших вооружённых женщин.

— И кто же это вам сказал? — спросил Андрей.

— Это сказала госпожа старшая матриарх!

— Внимание! Внимание всем!! — громкий голос Андрея мгновенно пресёк зарождающийся в помещении гул, — сейчас при всех вот эта женщина, — Андрей ткнул в неё пальцем, — официально заявила следующее: старший матриарх клана Камэни сказала, будто курсанты клана Лерой подло избили курсантов Камэни, пользуясь численным превосходством. Я, как представитель клана Лерой, официально заявляю — это ложь!

Слова Андрея громом прозвучали в помещении, заставив некоторых присутствующих втянуть головы в плечи, а некоторых — опустить глаза в пол. Но, не довольствуясь достигнутым результатом, Андрей продолжил:

— Курсанты Камэни намеренно и при свидетелях оскорбили клан Лерой, за что были вызваны на дуэль. Все травмы получены вашими курсантами на официальной дуэли, голозапись дуэлей с оскорблениями клана Камэни в отношении клана Лерой уже направлена в совет кланов и средства массовой информации и скоро будет доступна к ознакомлению всеми клановыми. Вы тоже сможете убедиться, что всё сказанное сейчас против клана Лерой — гнусная ложь, ставящая своей целью замаскировать попытку ничем не мотивированного нападения представителей клана Камэни на представителей моего клана. Правду вы увидите сами — нам скрывать нечего. Всё сейчас сказанное нами записано и будет при необходимости предоставлено в совет кланов, суд или другую инстанцию по необходимости. А сейчас мы уходим. Дань уважения клану Камэни мы отдали, просидев перед закрытой дверью приёмной более ри. Да, — Андрей обратился к оскорбившей его женщине, — на дуэль вы должны прийти не позднее чем через три ло, иначе я буду думать, что клан Камэни — клан лжецов и трусов, не способных отвечать за свои слова.

За всё время, пока Андрей строил людей Камэни, пятеро членов клана Лерой во главе с матриархом молча стояли, смотрели и слушали, поэтому пропустили момент, когда дверь приёмной тихо открылась и в проходе появилась невысокая, красивая, просто, но дорого одетая и молодо выглядевшая женщина — матриарх Камэни.

— Прошу простить меня, госпожа матриарх Лерой, и — женщина оценивающе оглядела Андрея, — если не ошибаюсь, Рур Лерой, и примите мои извинения.

— Не ошибаетесь, танья матриарх, извинения не принимаются, — обращение к матриарху без приставки «госпожа» ещё не было оскорблением, но показывало, что говорящий как бы ставит себя на одну ступеньку с матриархом. В случае с Андреем он завуалировано показал, что к матриарху Камэни у него нет уважения. Ещё не оскорбление, но уже на грани.

— Мальчик, а не слишком ли много ты на себя берёшь? Ты уже стал патриархом? Я что-то упустила? — матриарх явно намеревалась осадить Андрея, но явно не на того нарвалась.

— У меня уже есть один матриарх, которую я уважаю. Вы же не мой матриарх, более того — юридически, согласно имперскому законодательству, вы для меня вообще никто. Что вы сможете мне сделать? Тихо убить? Это будет началом конца клана Камэни. Или, может быть, вызовете на дуэль? Так давайте, я готов!

— Лицо матриарха Камэни слегка дрогнуло — она молча проглотила пилюлю, но при свидетелях ответить так, как ей хотелось, не могла — формально незнакомец из клана Лерой был прав и явно чувствовал за собой силу, нарываясь на дуэль в присутствии множества свидетелей.

— Именно по поводу дуэлей я и хотела поговорить с матриархом клана Лерой. Не с вами! — маска невозмутимости матриарха Камэни опять дрогнула, явно не справляясь с бушующей под ней бурей эмоций — давно ей не давали такого отпора. С неудовольствием она подумала, что этот мужчина был бы достойной парой Айлинэри, если бы состоял в клане Камэни. Но он своей фразой прервал мысли матриарха:

— Можете говорить со мной, матриарх Камэни. Не стоит понапрасну беспокоить уважаемую госпожу матриарха клана Лерой, — сокращение титула матриарха Камэни при полном наименовании титула собственного матриарха ставило клан Лерой выше клана Камэни, что ещё не дотягивало до оскорбления, но было опять-таки очень близко к нему, являясь, по сути, очень утончённой и не наказуемой формой издевательства, что отлично понимали все окружающие. — Только что вот эта женщина сказала слова лжи в отношении моего клана. Также она сказала, что эту информацию она получила от вас. Прежде чем уйти, мне, как и глубоко мною уважаемой госпожи матриарха клана Лерой, хотелось бы узнать правду — лгала она или лгали вы?

В наступившей тишине отчётливо было слышно дыхание десятков людей, в испуге ждущих ответа матриарха Камэни. Сама же старшая матриарх лихорадочно прокручивала в голове варианты выхода из щекотливой ситуации — она слышала весь разговор называвшегося Руром незнакомца, для чего, собственно, и держала посетителей клана Лерой в помещении перед приёмной. Рур легко мог доказать свою правоту, предъявив в доказательство видеозапись. Слова прозвучали. Оставалось только решить, кто говорит неправду, причём матриарх этого заведомо сделать не мог, не потеряв лица. Сдать своего человека, а женщина являлась заместителем главы службы безопасности и исполняла в его отсутствие обязанности главы, так неосторожно подставившись, — тоже недопустимо. Всё же надо попытаться договориться, решилась она, глубоким бархатистым голосом обратившись к матриарху Лерой:

— Уважаемая госпожа матриарх Лерой, произошло досадное недоразумение, на которое не стоит обращать внимание. Я приношу за своих людей извинение, они будут наказаны, подобного больше не повторится. Прошу, пройдите в мой кабинет, обсудим возникшие вопросы — женщина с улыбкой сделала приглашающий жест в сторону открытой двери своей приёмной.

— Уважаемая госпожа матриарх клана Лерой, — как будто не замечая матриарха Камэни, обратился к своему матриарху Андрей, — время аудиенции давно истекло, матриарху Камэни не было никакого дела как до потраченного вами времени, так и до безобразного поведения курсантов собственного клана. Сейчас же я устал и хочу есть, к тому же дома мне уже согревают постель мои очаровательные жёны. Не вижу смысла тратить время на общение с теми, кто не имеет ни малейшего понятия о нормах приличия при обращении с матриархами.

— Вы считаете, что я не имею понятий о нормах приличия? — голосом матриарха Камэни можно было бы замораживать лёд.

— Я ни слова не сказал о вас, матриарх Камэни. Однако как я могу возразить вам, если вы сами отнесли на свой счёт мои слова?

Андрей продолжал тонко издеваться над матриархом Камэни, и все присутствующие это понимали. Причём ни одно его слово, проходя на грани фола, нельзя было признать оскорблением. Матриарх Лерой с удовлетворением отметила, что госпожа старшая матриарх Камэни за время разговора уже несколько раз теряла маску невозмутимости — явление редчайшее, за последние тысячи сол ни разу никем не наблюдаемое. Даже если никто из Лерой не выйдет из этого помещения — этот позор навсегда останется тёмным пятном на репутации стальной госпожи клана Камэни, возможно, даже опустив их в негласной иерархии кланов на несколько позиций. Осознав это, матриарх Лерой несколько успокоилась — щёлкнуть по носу один из сильнейших кланов империи дорогого стоило, жизнь была прожита не зря! Решившись всё же побеседовать с матриархом Камэни, она обратилась к Андрею:

— Уважаемый тан Рур, уважаемая госпожа старший матриарх клана Камэни предлагает нам поговорить, несмотря на возникшие незначительные недоразумения, возникшие по вине отдельных недобросовестных сотрудников клана Камэни. Давайте проявим к госпоже соответствующее её статусу уважение и всё же поговорим.

— Подчиняюсь вашей просьбе, уважаемая госпожа матриарх клана Лерой, — Андрей изящно поклонился матриарху, и, замыкая колонну из пяти человек клана Лерой, возглавляемых матриархом, зашёл в кабинет.

Увиденное в кабинете Андрею не понравилось — в дальней части кабинета был сооружён подиум, на котором величественно возвышалось роскошное кресло, а перед ним, как перед троном, стояло шесть низких неудобных стульев без спинок, практически — табуретов. Справедливо полагая, что стулья предназначены для них, Андрей, видя уверенно направившуюся к подиуму матриарха Камэни и замешательство своего матриарха, ошарашено разглядывающую стулья, резко ускорился, практически запрыгнув в кресло перед матриархом Камэни и с широкой улыбкой на дебильно-простодушном лице обозревая обстановку кабинета и вставшую перед ним в растерянности матриарха Камэни. Полюбовавшись на выражение её лица, Андрей, не убирая дебильной улыбки, произнёс:

— Да вы присаживайтесь, госпожа старший матриарх, не стойте, в ногах правды нет! Ребята, коробочка! — Андрей сделал быстрый жест рукой, и трое курсантов мгновенно окружили кресло с развалившимся в нём Андреем — один занял позицию справа, другой — слева, третий встал в обманчиво-расслабленной стойке за спинкой кресла. Тан Тувилани остался рядом с госпожой. Однако Андрей продолжил свою речь:

— Ну что, матриарх Камэни, неожиданности не случилось? Ничего, я не гордый, могу и здесь посидеть. Так что вы хотели обсудить с уважаемой госпожой матриархом клана Лерой? Возмутительную наглость и хамство ваших людей? Или предстоящую дуэль? Да вы присаживайтесь, не стесняйтесь, смотрите какие удобные стульчики, берите любой из шести. Они достойны самого матриарха! Не так ли, госпожа? — последнее слово Андрей как будто выплюнул с издёвкой.

— Вы понимаете, что вам это даром не пройдёт? У меня хватит власти и ресурсов уничтожить весь ваш клан!

— Попробуйте. Возможно, что это у вас даже получится. Только кровью умоетесь. Вы скатитесь даже не в третью сотню — возможно, вообще не удержитесь в «золотой тысяче». И тут уже будет не наша заслуга — стервятников в империи полно, ваш клан раздерут, как только почувствуют слабость. Только дайте повод, матриарх.

— Хорошо, чего вы хотите?

— Вы будете удивлены, но ничего! Клан Лерой не хочет от клана Камэни ничего. Мы пришли по просьбе матриарха Камэни, чтобы выслушать от неё слова искреннего извинения за хамство своих учеников и неприкрытые оскорбления клана Лерой, высказанные кланом Камэни. Все слова задокументированы. И что же мы видим? — Андрей театрально развёл руки, — нам не только не принесли законных извинений — над нами издевались, не пустив самого матриарха! Вдумайтесь! Не пустив самого матриарха клана даже на порог приёмной!!!

В лице Андрея явно погибал актёр-трагик. Однако матриархи явно почувствовали неуместность комедии в данное время и в данном месте: матриарх Лерой, посмотрев на матриарха Камэни, стоявшей рядом с ней перед сидящим в кресле Руром, как проситель перед начальником, обратилась к нему:

— Уважаемый тан Рур, может быть, вы уступите матриарху кресло?

— Ну разумеется! Как же я сразу не догадался! Уважаемая госпожа матриарх клана Лерой, не будете ли столь любезны занять это недостойное вас кресло? Матриарху Камэни не предлагаю — она приготовила для себя отличные стулья. Кстати, мужчины могут и постоять, пока дамы сидят, — Андрей сделал приглашающий жест рукой.

— Прошу ещё раз меня извинить, госпожа матриарх Лерой — матриарху Камэни удалось восстановить равнодушие на лице, но голос продолжал сочиться ядом, — произошла ещё одна досадная ошибка, кресла не успели заменить. Предлагаю перейти в другую комнату…

Матриарх подошла к незаметной нише в стене и открыла такую же незаметную дверь, сливающуюся своей окраской с драпировкой стен. За дверью скрывалась небольшая комната со стоящим посередине большим круглым столом с расставленными по его периметру креслами. Кресел было больше десятка — похоже, в этом кабинете проходили внутренние клановые совещания. Одно из кресел также выделялось роскошью и стилем, но Андрей не стал его занимать — игру пора было заканчивать, если они хотели хоть о чём-то договориться.

Рассевшись по креслам и подождав, пока матриарх Камэни займёт своё место, Андрей, опять взяв инициативу в свои руки, задал вопрос:

— И что вы хотите сказать в своё оправдание, матриарх Камэни?

Женщина задумчиво посмотрела на Андрея, затем, взвесив, похоже, все прокручиваемые в голове доводы и аргументы и выстроив новую модель разговора, ответила, обращаясь к сидевшей напротив главе клана Лерой:

— Уважаемая госпожа матриарх Лерой, я приглашала на разговор вас, а не Рура. Мы будем говорить с вами или предоставим право на издевательства вашему человеку?

— Уважаемая госпожа старший матриарх Камэни, смею заметить, что уважаемый тан Рур не издевался, хотя имеет на это полные основания. Вы несомненно вели запись всех разговоров — просмотрите их на досуге. Если считаете, что вы правы — передайте запись в совет кланов. Мы же со своей стороны распространим аналогичную запись среди других кланов, пусть они тоже выскажут своё мнение. В совет кланов, разумеется, свой экземпляр видеозаписи тоже передадим.

— Вы мне угрожаете, уважаемая госпожа матриарх Лерой?

— Ни в коем случае, уважаемая госпожа старший матриарх Камэни. С обоих сторон прозвучало немало слов, которые я не хотела бы слышать. Предлагаю начать разговор с чистого листа. Право вести переговоры я доверяю уважаемому тану Руру — он занимает достаточно высокий пост в иерархии клана.

— И какой же? Ранее я ничего о нём не слышала.

— Вы, возможно, знаете, что клан Лерой планирует создать собственные клановые войска, как космические, так и наземного базирования. В империи неспокойно, мы вынуждены тратить большие деньги на охрану своих торговых караванов. Тан Рур занимает пост главнокомандующего, ему будут подчиняться все клановые войска.

— Даже так? И что вам даёт основания полагать, что другие кланы пустят вас на свою территорию?

— Во-первых, мы не претендуем на территории и зоны влияния других кланов, как, впрочем, и клан Камэни, регулярно отправляющий своих людей на обучение как в различные военные учебные заведения, так и в Оканийскую имперскую лётную академию, где имеет честь преподавать уважаемый тан Рур. Во-вторых, мы не без оснований полагаем, что наши войска будут весьма немногочисленными, но отлично обученными и вооружёнными — лучшими в империи. Уже сейчас курсанты Лерой по праву занимают первое место в академии. Кстати, все курсанты академии обучаются по программам, в разработке которых принимает активное участие тан Рур, причём курсанты Лерой — по индивидуальным программам, разработанным таном Руром лично, — женщина поклонилась Андрею, получив ответный поклон.

— Вот даже как… Не знала, не знала… А что вы можете сказать по поводу моих людей, обучающихся у вас, уважаемый тан Рур? — матриарх Камэни обратилась уже к Андрею.

— Ну что вам сказать, уважаемая госпожа старший матриарх Камэни… Ваши курсанты несомненно талантливы. Если из них выбить наглость, заносчивость и спесь, то, приложив определённые усилия, из них может получиться толк. Они смогут занять второе место в академии. После Лерой, разумеется.

— И вы прилагаете к их обучению определённые усилия?

— Зачем, уважаемая госпожа старший матриарх Камэни? Вы так наивны, полагая, что я, получив от ваших людей плевок в душу, буду прикладывать усилия, чтобы дать им хоть крохи сверх необходимого? Они получат от меня только то, что положено по имеющейся программе обучения. Причём ректор академии, тан Камакато, меня поддержит — мы разрабатываем новые методики в соавторстве. Все новые современные методики, ещё не прошедшие апробацию и не изданные официально, но дающие моему клану преимущество, получат только курсанты моего клана. Ну и некоторые другие курсанты, которых я сочту достаточно перспективными, чтобы тратить на них своё личное время, которое для меня бесценно. Ваши люди в этот список, как вы понимаете, не входят — они получают от меня лишь то, что положено, наравне со всеми остальными, не входящими в клан Лерой.

— Что же вы хотите за возможность обучения моих людей по вашим методикам?

— Для начала предлагаю урегулировать возникшие между нашими кланами разногласия.

— Не возражаю. Озвучьте их.

— Ваши люди, я имею ввиду курсантов, оскорбили людей клана Лерой. Тому имеются документальные подтверждения. Вы будете знакомиться с ними?

— Не надо, я вам верю.

— Значит, факт нанесения ничем не мотивированного оскорбления клану Лерой от клана Камэни вы признаёте. Это хорошо. Далее. За свои оскорбления ваши курсанты были вызваны на официальные дуэли, где благополучно проиграли, получив при этом травмы различной степени тяжести. За ходом поединков лично наблюдал ректор академии, тан Камакато. Поединки были честными. Вам предоставить доказательства?

— Не надо. Я вам верю.

— Вы признаёте честность проведённых дуэлей и снимаете все обвинения с клана Лерой?

— Да. Признаю и снимаю.

— И это хорошо. Тогда считаю, что вам, как старшему матриарху клана Камэни, надлежит принести свои извинения матриарху клана Лерой за недостойное поведение своих клановых. С наказанием своих людей разбирайтесь сами — мы вмешиваться не будем. На этом инцидент предлагаю считать закрытым, однако больше на своих уроках этих людей я видеть не желаю. Убирайте их куда хотите, можете перевести в другую академию, но появление на моих уроках лиц, оскорбляющих мой клан, буду считать своим личным оскорблением. Мой предмет они мне сдать не смогут — я найду, на каком вопросе завалить их на экзаменах.

— Принимается… Уважаемая госпожа матриарх Лерой, за неподобающие действия своих соклановцев приношу вам свои извинения. Виновные будут наказаны.

— Извинения принимаются. Инцидент исчерпан, вопрос закрыт, — матриарх Лерой уважительно кивнула. Слово опять взял Андрей:

— Все возникшие вопросы и недопонимания между нашими кланами улажены, как я понимаю. На этом наше совещание, полагаю, закрыто? — Андрей обратился к матриарху Камэни.

— Да. У клана Камэни нет претензий к клану Лерой. Полагаю, как и у вашего клана к нам. Осталось одно небольшое недоразумение, которое мы забыли обсудить…

— Какое? — переспросил Андрей.

— Ваша дуэль с заместительницей моего главы службы безопасности.

— Недоразумения нет, всё предельно ясно. Дуэль состоится самое позднее через несколько ло. Действующие лица и сроки определены. Обсуждению не подлежит.

— Вы так уверены в победе?

— Если бой будет честным — то да.

— И каков будет результат?

— Сожалею, но вашему главе службы безопасности придётся искать нового заместителя.

— Вы убьёте её?

— Она погибнет на дуэли. Никакого убийства, спаси меня создатель!

— Она мне нужна.

— Назовите хоть одну причину, по которой я пожелал бы пересмотреть своё решение. Предупреждаю — причина должна быть очень веской, чтобы оправдать вашего человека.

— А если она действовала не сама, а ей приказали?

— Приказать может только тот, кто старше её. Назовите мне этого человека, и я вызову его на дуэль. Тогда дуэль с заместителем главы службы безопасности будет аннулирована — в связи со вновь открывшимися обстоятельствами.

— А если это приказала сделать матриарх клана?

— Уважаемая госпожа старший матриарх Камэни, вы сейчас хотите открыто признаться, что провоцировали матриарха чужого клана, нанося ей оскорбления через вторых лиц? Или я неправильно понял ваши слова? Хотелось бы услышать чёткий ответ, не позволяющий двоякого толкования — да или нет?

«Создатель, какой мужчина!» — поражённо рассматривала его матриарх Камэни. Жёсткий, волевой, уверенный взгляд, повадки хищника — настоящий боец. Он был бы отличной парой Айлинэри. Словесный поединок мужчина вёл, как сражение, постоянно загоняя её в угол и заставляя оправдываться, теряя позиции одна за другой. Давно, ещё, наверное, со времён своей юности, матриарх Камэни не была так предельно корректно и аккуратно, но показательно высечена. В довершение всего мужчина благородно отказался от всех претензий. Он бы и так не смог их реализовать — кланы находились в разных весовых категориях, но важен сам факт проявления снисхождения. Как сытый кот отпускает мышь… Хорошо, что они уединились в этом кабинете и её позора не видел никто из клановых. Видеозапись необходимо уничтожить…

— Уважаемый тан Рур, прежде, чем завершить нашу беседу, не слишком хорошо начавшуюся, но, благодаря обоюдным усилиям сторон, вошедшую в деловое русло, я хотела бы обсудить два вопроса. Вопрос первый — что вы хотите за то, чтобы курсанты клана Камэни не только продолжали спокойно, без препятствий, учиться, но и стали первыми в академии? Вопрос второй — что вы хотите за жизнь моего человека, с которым у вас назначена дуэль?

— По первому вопросу я вам уже ответил. Если обучающиеся в академии курсанты Камэни при всех принесут мне, как представителю клана Лерой, личные извинения за своё недостойное поведение, то они могут продолжать обучение и дальше, никто мешать им не будет. Что касается первого места — курсанты клана Лерой занимаются по специальной методике с первого года обучения. Догнать их невозможно, да я и не буду этого делать. Открою небольшую тайну, да простит меня моя госпожа, — Андрей сделал низкий поклон матриарху Лерой, — я занимаюсь с курсантами Лерой по индивидуальным программам в своё личное время. Занятия очень сложные, их интенсивность смогут выдержать только мужчины, да и то не все. В мои группы были отобраны лучшие из лучших, и то навязанного темпа тренировок не выдержал каждый второй. У вас же обучаются преимущественно женщины. Ну чему я могу их научить? Женщина — слабое создание, самой природой предназначенное для продолжения рода. Заранее прошу на правду не обижаться — к матриархам это не относится, для них совершенно другие требования. Однако если вы наберёте в группу курсантов мужчин, то вопрос решаемый — можно попытаться побороться за второе место в академии. Согласитесь — это тоже неплохо. Цену вопроса можете обсудить с госпожой матриархом Лерой, но утверждать её буду всё равно я — ведь именно мне тратить на ваш клан своё драгоценное время, которого у меня, поверьте, не просто нет, а даже ещё меньше. По второму вопросу — жизнь человека бесценна. Я хочу забрать жизнь человека, оскорбившего меня. По всем законам я имею на это право — отказ вашего человека от дуэли позволит нам просто её убить. А на дуэли она умрёт. Во сколько вы оцените оскорбление второго лица в клане, как недавно пыталась меня обозвать уважаемая госпожа матриарх клана Лерой, и жизнь вашего человека?

«О, создатель! Если бы я не видела перед собой этого мужчину, я подумала бы, что со мной разговаривает Айлинэри! Её интонации, её слова, даже её умение загонять в угол и заставлять противника самого принимать невыгодные для себя решения. Так Айлинэри разговаривала с императором, так этот мужчина разговаривает со мной» — старшая матриарх Камэни начинала понимать, что чувствовал император, выслушивая условия Айлинэри. Создатель, как только он не сорвался…

— Уважаемый тан Рур, назовите цену, которую вы считаете справедливой.

— Деньги клану Лерой не нужны, у нас достаточно своих. Однако раз меня обозвали правой рукой, то я вынужден оценить себя в половину клана. Лерой, разумеется. Оценить себя в половину клана Камэни было бы слишком накладно для вашего клана. В клане Лерой чуть менее двадцати тысяч людей, округлим в меньшую сторону — до десяти тысяч. Половина — пять тысяч. Итак, пять тысяч операций по омоложению, бесплатно предоставляемых кланом Камэни клану Лерой. Стандартных операций в лучших клиниках клана класса «премиум». Или операций повышенной сложности в клиниках попроще, но тоже не ниже класса «люкс». Так сказать, жизнь в обмен за жизнь. Вы оцените жизнь своего человека в пять тысяч подаренных жизней? Или хотите предложить больше? А то мне кажется, что я где-то сильно продешевил…

— Принимается. Матриарх клана Лерой получит пять тысяч сертификатов на операции омоложения в лучших клиниках клана. Теперь что по обучению моих курсантов?

— Отношение к вашим людям на уровне остальных курсантов я гарантирую уже сейчас, при условии, что из них исчезнет наглость и спесь, они извинятся и поймут, что ничем не отличаются от остальных. А вот за дополнительные преференции надо платить. Причём оплата будет не ниже выкупленной жизни. Опять-таки не деньгами, а бартером, то есть сертификатами на омоложение. Почему так дорого? Ну так моё свободное время бесценно. Впрочем, вы можете договориться о дополнительных занятиях с любым другим преподавателем на ту сумму, которую считаете достаточной. Препятствовать не буду, мне своих забот хватает.

— А если о ваших проделках узнает господин ректор?

— Помилуй создатель, о каких проделках? Что я во внерабочее время занимаюсь с некоторыми учениками дополнительно? Так он или его служба безопасности и так наверняка об этом знают, раз знает ректор — подобное не возбраняется. Я же вам сказал — можете привлекать к обучению в свободное время любого преподавателя, да хоть сами с ними занимайтесь — уставом академии это не запрещено. Более того, если вдруг, случайно, мы с вами договоримся — тан Камакато будет незамедлительно поставлен в известность.

— И какую же цену вы считаете справедливой?

— Сертификат за занятие.

— Что?

— Вы считаете, что мало? Думаете, продешевил? Возможно, вы правы, не умею я торговаться… Занятия будет проводить правая рука матриарха, второе лицо в клане… С рядовыми бойцами клана… Наверное, каждое занятие необходимо оценивать в два сертификата. Или в три…

— Сертификат за занятие — слишком много.

— Хорошо, остановимся на одном сертификате за два занятия, такой вариант вас устроит?

— Хорошо, я согласна на оплате одним сертификатом за каждые два занятия.

— Подтверждаю. Один сертификат за каждые два занятия с курсанта. Принято.

— Как с курсанта? Мы говорили о группе!

— Про группу не было сказано ни одного слова. Вы сами начали торговаться, в итоге мы сошлись на одном сертификате за два занятия с курсанта.

— В группе двадцать пять курсантов. Получается — более двенадцати сертификатов с группы за занятие!

— Ну вы же не захотели остановиться на трёх сертификатах. Хотя торги начинались с одного. В итоге мы договорились на двенадцати сертификатах с группы.

— Я согласна на один сертификат с группы.

— Поздно, уважаемая госпожа старший матриарх Камэни. Даже моё предложение о трёх сертификатах кануло в лету.

— Четыре за занятие с группой!

— Вы полагаете? Всё же чувствую, что вы меня где-то в чём-то недооцениваете… Но хорошо, если госпожа матриарх Лерой примет это предложение, то я ничего не смогу возразить против её авторитета и подчинюсь принятому ей решению.

— Думаю, мы договорились, уважаемая госпожа старший матриарх Камэни, — вежливо произнесла матриарх Лерой.

— Уважаемый тан Рур, хотелось бы уточнить некоторые нюансы достигнутого договора, — обратилась к Андрею матриарх Камэни.

— Спрашивайте. Попытаюсь ответить на ваши вопросы.

— Надо полагать, что обучать вы будете только наших мужчин?

— Вы поразительно догадливы, госпожа матриарх.

— За что же вы так не любите женщин?

— Вы неправы, госпожа матриарх. Женщин я люблю. Сильно и много. Причём в прямом смысле этого слова. Если вы не знаете, то раскрою часть информации о себе — думаю, она всё равно в ближайшем будущем перестанет быть для вас тайной. У меня двадцать одна жена, причём семнадцать из них занимаются своими прямыми обязанностями — тем, чем и должны заниматься женщины. То есть рожают мне детей. Именно это, по моему глубокому убеждению, у женщин получается лучше всего, и именно поэтому у меня сейчас полсотни детей. Во всём остальном женщина уступает мужчине. Бывают, конечно, исключения, но они только подтверждают правило. Так что в группе — только мужчины. Впрочем, вы можете поступать так, как считаете нужным — кто я такой, чтобы давать свои советы самой госпоже старшему матриарху клана Камэни! Но иначе я не гарантирую результата.

— Спасибо, я приму к сведению ваши пожелания. До свидания, господа. Вас проводят…

Ещё долго после ухода представительства клана Лерой матриарх Камэни сидела в кресле, прокручивая варианты беседы, и понимала, что ничего лучшего она добиться не могла — вся встреча прошла под диктовку таинственного мужчины клана Лерой, о котором ещё несколько кун назад ничего не было слышно. Надо напрячь свою службу безопасности — пусть соберут про него всю информацию. Однако какого самородка откопала в своём мелком заштатном клане матриарх Лерой — буквально сол назад об этом клане вообще никто не знал… Возможно, пройдёт десять — двадцать сол, и клановое имя Лерой появится на слуху. Ещё одно задание для службы безопасности — целесообразность создания коалиции. Лерой явно милитаризируется, и из них, похоже, могут в ближайшие сотни сол выйти неплохие бойцы. Военному клану не нужно быть большим, чтобы контролировать определённую нишу рынка милитари. Свои внутренние клановые войска, как планировала Айлинэри, конечно же, нужны. Но коалиция — неплохое подспорье на первых порах. Наши деньги, их бойцы. С Айлинэри надо посоветоваться…

Начало десятого года своего пребывания на Окане Андрей встретил в кругу семьи, устроив небольшой праздник с шашлыком, пирогами и домашним вином, изготовленным Андреем собственноручно по старинной русской технологии (а какой же русский не может получить спиртосодержащих напитков из практически любого имеющегося под рукой органического сырья!) и припрятанном в подвале до лучших времён. Собрались почти все его жёны, половина из которых традиционно щеголяла увеличившимися пузиками. Силлана не пришла, улетев в очередную командировку — его старшая жена получила под своё командование целый отдел, отвечающий за селекцию новых и развитие уже имеющихся перспективных видов животных — производство натуральных продуктов питания было одной из основных статей дохода клана. Не было одной из его вторых жён — та прочно завязла в бизнесе клана и сейчас выполняла какой-то срочный заказ по производству и доставке продуктов питания, обещавший принести клану неплохую прибыль, однако к ночи обещала вернуться. Остальные две бизнес-леди второго брака присутствовали на семейном празднике, причём одна из них, вдохновлённая примером семнадцати полностью посвятивших себя семье и крутившихся тут же родственниц-подружек, любовно оглаживала своё изрядно раздутый живот — врачи говорили, что будет мальчик. Мальчиков у Андрея было уже сорок два, и этим числом он очень гордился — их было немногим меньше, чем девочек, которых, несмотря на имперскую статистику, родилось пятьдесят четыре, и большинство из них сейчас присутствовало на семейном торжестве, наполняя дом и окрестностями многоголосным шумом и весёлым детским смехом.

Разгрызая сочное дымящееся мясо на шампуре, запивая его вином и периодически целуя одну из жён — ту, что в этот момент оказывалась ближе всего, Андрей подводил итоги своей жизни на Окане. В академии, после её очередного расширения, случившегося несколько лет назад, Андрей занял пост заместителя ректора, взвалив на себя кучу административной работы, не прекратив, впрочем, преподавания — он по-прежнему вёл занятия с отдельными перспективными группами учеников. Надо ли говорить, что эти группы он выбирал сам и в них, за редким исключением, учились лишь курсанты Камэни и Лерой. Исключение Андрей предоставлял особо одарённым курсантам, которых он отбирал из других групп. Причём в этом случае Андрей не делал различия между клановым и неклановым, считая, что талантливому человеку надо дать шанс выбиться в люди. Неклановые в академии тоже учились, хотя явление некланового в академии было событием чрезвычайно редким — собрать необходимую сумму на обучение было очень непросто, обычно за курсантов платили кланы. Самостоятельно заработать на обучение неклановому можно было за несколько циклов, как обычно называли промежутки между операциями омоложения, причём экономя на всём, вплоть до еды. Бывали также направленцы от богатых семей или групп неклановых, скопивших необходимую сумму и направивших своего представителя на обучение в расчете на то, что получивший сертификат пилота человек сможет помочь семье подняться. Ожидания, как правило, не соответствовали результату — без поддержки клана, незнакомый с клановой дисциплиной и не привыкший работать на износ, такой одиночка или не выдерживал академических нагрузок и отчислялся из академии за неуспеваемость, или со скрипом доживал до выпускных экзаменов, но крайне низкие оценки в сертификате закрывали ему дорогу к продвижению по службе. Тем ценнее были для Андрея талантливые и целеустремлённые единицы, которых он не только выделял, опекал и защищал, но и, заметив их упорство и жажду знаний, помноженные на трудолюбие и сообразительность, принимал в клан Лерой. С испытательным сроком и с согласия матриарха, разумеется. Андрей искренне считал, что талант и упорство в достижении цели должны поощряться, а клану никогда не помешает некоторая доля свежей крови. За семь лет Андрей перетянул в клан целых пятерых мужчин и одну женщину — несмотря на его предубеждения против женского пола в армии и во флоте женщина оказалась настоящим талантом, ни в чём, кроме физических данных, не уступая мужчинам. Эта женщина, кстати, оказалась единственной, кого Андрей допустил в чисто мужской коллектив своей школы, отменив для неё только жёсткие спарринги и прогнав через полноценный курс молодого бойца, который проходили все, желающие обучаться в его школе. И пусть на лекциях и практических занятиях в академии женщина нередко появлялась в синяках и ссадинах, зато остальные женщины завидовали её гордой спортивной осанке, уверенному взгляду и железным кулакам, силу и тяжесть которых некоторые успели испытать на себе. Правда, задирать в академии клан Лерой курсанты опасались ввиду незамедлительного жёсткого отпора с их стороны. Начало господства клана Лерой в академии положила ещё первая группа из пятнадцати курсантов Лерой, в настоящее время обучающаяся на последнем курсе и активно готовившаяся к выпускным экзаменам. Всей группе предрекали отличные выпускные баллы и привилегированные дипломы, сулившие неплохой карьерный рост и высокие посты в частных космических флотах и имперских космических войсках — клан Лерой планировал не только создать свой космический флот, но и серьёзно закрепиться на рынке поставщиков высокопрофессиональных пилотов. Второе место в академии, не без помощи Андрея, уверенно занимал клан Камэни — Андрей честно выполнял достигнутые договорённости.

Выстраданная, взлелеенная и взращенная практически с нуля до серьёзной военно-спортивной организации, в которой одновременно обучалось несколько сотен учеников, клановая школа боевых искусств стала поставщиком высокопрофессиональных кадров для небольшого, но постоянно расширяющегося мобильного десантно-штурмового кланового подразделения и для активно развивающегося отделения профессиональных охранников.

У десантников, помимо самого современно ручного вооружения и брони, имелось несколько приобретённых и взятых в аренду космических транспортов — орбитальных и суборбитальных челноков, а также роботы-дроны и большой транспортный десантный корабль, способный выполнять дальние межзвёздные перелёты. Космический транспорт обошёлся клану очень дорого, пришлось экономить практически на всём, Андрею даже пришлось отдать клану, вернее, сдать в аренду за символическую, смехотворную сумму, свой орбитальный челнок, но затраты того стоили — некоторые караваны с клановым товаром уже сопровождались собственными вооружёнными силами, и вложения обещали окупиться уже в ближайшие несколько лет. Пилоты, правда, пока были не свои, а наёмные, но уже через год эта проблема обещала быть решённой за счёт выпускающихся курсантов Оканийской лётной академии. Андрей теоретически мог пилотировать любой космический лайнер, от грузового транспорта до имперского военного крейсера, но не мог отрываться на такие мелочи от выполнения своих основных обязанностей — работы в академии, руководстве в школе и командования быстро увеличивающимися клановыми войсками.

Помимо солдат и охранников, школа являлась также кузницей для подготовки кадров профессиональных телохранителей — после трёх-четырёх лет обучения курсанты, изучив основы рукопашного боя, отдельно готовились по специальной программе, осваивая методики боя с различными видами вооружения открытого и скрытого ношения, а также охране и сопровождению живых объектов, под которыми подразумевались люди, способные оплатить весьма недешёвые услуги профессиональной охраны. Услуги телохранителей клана Лерой оказались неожиданно востребованы, получив известность благодаря нескольким нашумевшим в империи случаям их участия в охране высокопоставленных лиц руководства кланов в период клановых разборок. Не обошлось, правда, без жертв — погибло и было ранено несколько бойцов Лерой, и даже легко ранен заказчик, но самоотверженность и профессионализм охранников были по достоинству оценены в других кланах, тем более что обидчики были вызваны на дуэль и покинули мир живых, причём сделали это весьма болезненным способом. Телохранители Лерой, а вместе с ними охранники и десантники Лерой получили широкую известность в империи, неожиданно для Андрея и особенно неожиданно для матриарха Лерой, чему немало способствовали видеозаписи схваток с участием клановых телохранителей. Буквально за несколько сол среди ведущих кланов сложилось мнение, что если необходимо иметь незаметную охрану не более чем из двух-трёх человек, то лучше бойцов Лерой не найти — они без проблем справлялись с противником, численно превосходящим их как минимум в несколько раз. А больше охранников, как правило, не требовалось — от нападения нескольких десятков или, более того — сотен вооружённых бойцов мог спасти только бронированный военный десантный челнок, а боевые действия такого масштаба между кланами в империи случались крайне редко — за законом о запрещении открытого применения оружия служба имперской безопасности следила очень строго.

Широкий резонанс в клане вызвали жёны Андрея, за семь лет принёсшие ему более ста детей. И пусть интерес женщин был на виду и всем понятен — вопросы их собственного содержания и оплаты операции омоложения решал за них муж, к тому же высокое положение Андрея в клане резко повышало статус самих жён, заявление матриарха Лерой о том, что клан оплатит омоложение любой женщине, родившей в течение цикла не менее пяти детей, вызвало неожиданный резонанс. Пример Андрея оказался заразительным, и к матриарху уже начали поступать заявления от женщин, выражающих согласие на то, чтобы, оставив карьеру в клане, полностью посвятить себя семье. Дело оставалось за малым — найти для этих женщин мужа, причём не простого, а достаточно значимого — бросить работу и карьеру ради мужа, занимающего низшие ступени клановой иерархической лестницы, женщины не хотели, причём вариант гражданского брака даже не рассматривался — только официальный, причём не ниже второй жены. Неожиданным для Андрея оказалось, что списки потенциальных женихов уже существуют и активно курсируют среди женщин клана — об этом в доверительной беседе Андрею поведал тан Тувилани, глава клановой службы безопасности, которому по должности полагалось знать всё. Список, оказывается, возглавляли его пятнадцать курсантов-выпускников, что неудивительно — буквально через год они становились профессиональными пилотами с перспективным будущим, тем более что все они были неженаты, и как минимум каждая вторая женщина в клане мечтала стать их первой женой. Вторым, вернее, шестнадцатым, в списке оказался сам Андрей — его высокое положение в клане примиряло кандидаток в жёны со значительно менее статусным званием третьей жены. В этом же списке числились преподаватели в его школе боевых искусств, курсанты младших курсов оканийской лётной академии, его заместители и младшие командиры в десантных клановых войсках и охранных подразделениях, слегка разбавленные знакомыми и незнакомыми ему именами других клановых мужчин, занимающих в клане высокие и не очень посты. Андрей сделал себе пометку на будущее — в скором времени проблему необходимо было решать, так как, пущенная на самотёк, она могла закончиться весьма непредсказуемо — Андрей ещё помнил планомерную осаду своего собственного тела женщинами-техниками во времена начала его работы в академии. Кажется, своих ребят, попавших в этот список — а своими Андрей называл всех курсантов Лерой, обучающихся в академии, занимающихся в школе и служащих в клановых войсках или телохранителями — пора женить. Во избежание возможных в будущем осложнений, так сказать… И если не заняться этим вопросом сейчас и самому, то в ближайшем будущем за него это сделает матриарх, причём сделает это традиционно административным способом исходя из предполагаемой выгоды клану — Андрей на себе ощутил, как в клане решались вопросы брака…

С кланом Камэни у клана Лерой также сложились прочные взаимовыгодные отношения — Камэни хорошо платили за охрану и за курсантов, тем более что Камэни всё же умудрились перейти дорогу сразу нескольким серьёзным милитари-кланам. На несколько первых лиц клана Камэни уже совершались попытки покушений, пока, правда, без жертв ни со стороны Камэни, ни со стороны Лерой. Конфликт произошёл по вине Камэни — они умудрились вторгнуться на чужую территорию, отобрав кусок пирога у другого клана. И над этой проблемой Андрей, размышлял в последнее время всё чаще — Камэни могли подставить малочисленный и пока ещё не окрепший клан Лерой под удар сильного клана, и итог противостояния предсказать не решался никто, тем более что некоторые военизированные кланы, посвящённые в проблемы Камэни, отказали им в найме своих бойцов. Эту ситуацию Андрею, как главе вооруженных сил клана Лерой, подробно рассказала старшая матриарх Камэни на личной встрече…

Немного времени спустя в кабинете главы клана Камэни за небольшим круглым столом с одиноко стоящим чайником, вазочками с печеньями и мелко нарезанными кусочками засахаренных фруктов и двумя чашками сидели мужчина и женщина. Вид у обоих был усталый и опустошённый, и оба они не скрывали этого друг перед другом. Разговор продолжался уже некоторое время и напоминал не деловую встречу, а дружескую беседу:

— Скажите, тан Рур, всё случившееся являлось случайностью или было вами спланировано?

— Истина, госпожа, как всегда, где-то рядом. И можете не называть меня таном, в узком кругу общения достаточно просто Рура. Будем считать, что мне повезло: почти вся встреча, как вы, наверное, догадались, прошла под мою диктовку по одному из заранее спланированных мною же сценариев, причём сложившийся вариант встречи практически полностью повторил один из них. Как вы понимаете, ситуация была не просто тяжёлой, а критической — мирными переговорами ничего добиться было нельзя, Ойхо предприняли попытку надавить на Камэни, и по результатам этой попытки было бы ясно, что произойдёт с вашим кланом в ближайшее время. Как вы понимаете, Ойхо действовали не самостоятельно, а от лица целой группы заинтересованных милитари-кланов, которым Камэни наступили на любимый мозоль, поэтому единственным решением был только жёсткий, агрессивный стиль переговоров, что вы и смогли наблюдать. Моей задачей на этих переговорах было сразу взять инициативу в свои руки и вести свою, выгодную нам линию переговоров, не дав диктовать Ойхо свои условия. В течение всего разговора я подводил его к тому, чтобы заставить матриарха Ойхо вызвать наших бойцов на поединок, сведя спор на уровень дуэлей, где мы традиционно сильны. Вооружённое столкновение я тоже учитывал, правда, вероятность его была крайне мала, так как подобный вариант был крайне невыгоден ни Ойхо, ни нам — причём если Ойхо в случае вооружённого противостояния могли незначительно пострадать, то клан Лерой мог вообще прекратить своё существование… Именно для этого был провёрнут трюк с боевым челноком, успешно сводящий практически к нулю смысл применения бойцами Ойхо оружия. Все мои словесные трюки и жонглирования фактами, такими, например, как манипулирование суммами контракта под предлогом того, что наши бойцы в пять раз лучше и дороже Ойхо, планомерно подводили матриарха Ойхо к необходимости оспорить это обидное для её бойцов утверждение и, в конце концов, заставили её принять мои условия. О чём матриарх, по всей видимости, начала догадываться только к концу дуэлей. Во всех других случаях мы бы проиграли. Потому действовать приходилось быстро, жёстко, даже жестоко, решительно, почти на уровне наглости, но достаточно корректно, чтобы нас не обвинили в оскорблении противной стороны. Нам необходимо было показать свою силу и правоту и убедить Ойхо, что, во-первых, мы пришли к ним не оправдываться, а отстаивать свою правду и право на бизнес, а во-вторых — что конфликт с нами выйдет для них большими потерями. И в защите своих законных прав мы пойдём до конца. Что мы наглядно Ойхо и показали. Они нас поняли и отступили. Жертвы, к сожалению, были неизбежны, и хорошо, что все жертвы были минимальны и не с нашей стороны. Первый раунд противостояния мы выиграли. Теперь готовьтесь ко второму раунду. Кстати, считайте, что нам повезло — в одном из сценариев мы все должны были погибнуть, а от анклава Ойхо должна была остаться только выжженная радиоактивная пустыня. А так даже дополнительные силы не понадобились — тридцать шесть моих бойцов так и просидели спокойно в брюхе челнока, не дождавшись команды.

— Вы считаете, что это был первый раунд? Будут ещё?

— Такая вероятность есть. Я вместе с клановыми аналитиками её прорабатываю, но дальнейшее развитие вашего клана зависит только от вас.

— И что бы вы сделали на моём месте?

— На вашем месте сейчас я бы плюнул на работу и хоть один вечер спокойно провёл в кругу семьи.

— Хороший совет, жаль, что неосуществимый.

— Но если вы имели ввиду не то, что нужно сделать сейчас, а как повести себя на переговорах с Ойхо — то я бы советовал сдать назад, предложив сделать вид, как будто ничего не случилось. Договориться, что видео от нас никуда не уйдёт, отказавшись, впрочем, и от его уничтожения, разумеется, под очень благовидным предлогом, но в качестве компенсации клан Ойхо поспособствует нашему незначительному — особо подчеркну — незначительному вхождению на рынок милитари. Исключительно для обкатки и набора опыта для своих бойцов. Подчеркнув, что других целей нет, хороших бойцов нам самим не хватает.

— Вы говорите «нам», подразумевая вас?

— Я говорю «нам», подразумевая, что я говорю от имени матриарха Камэни — вы же сами об этом попросили.

— А вы интересный человек, Рур. Не догадываетесь, почему я попросила вас провести переговоры самому, от моего имени?

— Мысли матриарха неисповедимы, но вы правы, догадываюсь. Скорее всего, у вас хорошая память и вы вспомнили эпизод нашего знакомства.

— Верно… Особо меня изумил, помнится, поступок с занятием моего кресла.

— Другого варианта не было. Или тогда мы прогибались под Камэни, или изначально налаживали диалог равных. Поверьте, госпожа, я крайне не люблю насилия и, если есть возможность, тщательно его избегаю.

— Ваша выходка стояла на грани наглости и оскорбления.

— Но всё же до оскорбления не дотягивала, согласитесь. Для того, чтобы вы посчитали мою выходку оскорблением, я официально должен был признать, что в иерархии я занимаю значительно более низкую ступень, чем вы. Без точного знания этой информации выдавать мой поступок за оскорбление вы не имели права. Я прав?

— В общем, именно так и было. Сказать по правде, я рассчитывала, что с Ойхо вы проделаете примерно то же самое. Мои ожидания оправдались. И даже более. Однако ваша жестокость поразила даже меня. Вам не жалко было убивать женщин?

— Там не было женщин, одни солдаты. Женщины у меня дома сидят, детей рожают. А у противника, желающего вас убить, нет и не может быть пола.

— Интересная философия… Кстати, вы как-то говорили мне, что у вас очень большая семья — двадцать одна жена и куча детей, хотелось бы на них посмотреть.

— Семья действительно большая. А взглянуть — нет ничего проще. Примерно через два куна в академии заканчиваются занятия и начинается сдача экзаменов. У меня появится немного свободного времени. Не хотите пообщаться с моей семьёй в неформальной обстановке? Обещаю вкусную национальную еду и тихий семейный ужин. Расслабитесь и отдохнёте. В лицо вас практически никто из моих не знает, можете отдохнуть инкогнито.

— А вы не боитесь последствий?

— Каких? От кого? Дом будут охранять мои ученики и никого из чужих не пропустят. На мнение остальных, будь то хоть сам император, мне глубоко нас… ох, простите, чуть было не сказал плохо… Короче, мнение других меня мало волнует. От вас лично мне вообще ничего не нужно, я не ищу ни благ, ни расположения — и того, и другого у меня более чем достаточно, хватит на десять жизней.

— Вас действительно всё в жизни устраивает?

— Почти всё. У меня есть всё, что мне нужно — еда и кров над головой, дружная семья и хорошая работа, дети и друзья. Что ещё нужно для счастливой жизни? Власть? Власть и счастье несовместимы, придётся выбрать что-нибудь одно. Если не сейчас, то позже, но обязательно. Рано или поздно, так или иначе…

— Вы хорошо разбираетесь в жизни. Говорите, как умудрённый годами муж. Не раскроете тайну — сколько вам на самом деле лет?

— Это не секрет, никакой тайны. Мне около пятидесяти. Сейчас у меня второй цикл, после операции омоложения я вернулся к своим двадцати годам, вернее, к двадцати двум.

— И за это время успели набраться мудрости…

— Мудрость не зависит от прожитых лет. Жизнь меня в своё время побила…

— Не расскажете?

— Возможно, когда-нибудь. Позже… Так как, принимаете моё предложение?

— Я подумаю… Скиньте в мою канцелярию дни, когда вы сможете освободиться. Я посмотрю свой рабочий график, может, что-нибудь получится…

Через два месяца, или почти два куна по оканийскому летоисчислению, Андрей принимал у себя в гостях старшего матриарха клана Камэни, стальную госпожу Иллэри… Принимал инкогнито, представив своей семье, как хорошую знакомую из клана Камэни, благо в лицо матриарха действительно никто из его домочадцев не знал — из клана она выбиралась только на закрытые клановые совещания, в имперских новостях не светилась, вела достаточно замкнутый образ жизни, чему очень способствовал напряжённый график работы. В последнее время, правда, стало полегче — многие вопросы на себя взяла младший матриарх, госпожа Айлинэри.

Андрей предупредил домочадцев, что незнакомку надо звать госпожа, без имени — раскрывать его она не хочет. Сначала жёны несколько ревниво косились на молодую красивую женщину, но потом успокоились и оттаяли, поняв, что дальнейшего увеличения семьи их муж не планирует.

Для охраны матриарха Андрей отозвал с занятий в академии двух своих лучших выпускников, благо у них предстоял экзамен, который он сам же и должен был принимать. Пообещав, что экзамен у них будет проставлен автоматом и с наилучшими баллами, Андрей утянул курсантов к себе, вроде как в качестве поощрения. Также под видом поощрения, а фактически — в качестве дополнительной охраны, Андрей вызвал из клановой школы боевых искусств трёх лучших старших учеников, отменив у них занятия, благо они уже подготовили себе достойную смену и уверенно шли к тому, чтобы самим стать сэнсэями — Андрею катастрофически не хватало времени на преподавание в клановой школе, пора было искать себе замену. В результате в его доме, помимо самого хозяина, присутствовало пятеро высококлассных бойцов, которые могли справиться почти с любой неприятностью. А то, с чем не могли справиться они — не справился бы и батальон спецназа, тем более что недалеко от его дома в стелс-режиме парил его челнок, полностью вооружённый и имевший на борту две полностью экипированные сотни бойцов-десантников клана Лерой, получившие личное указание от Андрея не подпускать без приказа к дому никого на расстояние прицельного выстрела, а при попытке прорваться — открывать огонь на поражение. Руководство Лерой тоже получило запрет на воздушные сообщения в этом районе — как главнокомандующий Андрей имел на это право. Короче, всё было сделано для того, чтобы их спокойному отдыху никто не мешал — в кои-то веки Андрей воспользовался дарованной ему властью в личных целях…

Вечеринка плавно началась после обеда и продлилась до глубокой ночи. Было всё — богатый стол и кавказский шашлык из вымоченного в домашнем вине мяса. Это же вино было на столе, обычное и креплёное, а также наливки и настойки из чачи — водки собственного изготовления, полученной из этого же вина.

Матриарх сначала пыталась быть вежливой и корректной, одев очередную маску, но постепенно, видя естественное поведение всей многолюдной компании, оттаяла и расслабилась, чему немало способствовал шашлык, щедро запитый вином и наливками. Андрей умел руководить застольем, постоянно рассказывая смешные истории и анекдоты, которые с лёту переводил на оканийский. Периодически, прося одну из жён налить в бокалы, Андрей вставал, поднимал свой и толкал очередной тост:

— Дорогие жёны и не менее дорогие гости! Поднимаю бокал за здоровье присутствующих. По древнему поверью моей родины, у вас прибавится столько здоровья, сколько вина выпьет хозяин, произнёсший этот тост. И напротив — у хозяина прибавится столько здоровья, сколько за него выпьют гости. Поэтому я выпью этот бокал до дна! — и Андрей, допив бокал до дна, переворачивал его вверх ногами, показывая, что на дне ничего нет. Чтобы не обидеть хозяина, присутствующие тоже вынуждены были пить до дна. Исключение составляли жёны Андрея — традиционно почти половина из них была беременна, и вместо вина они пили фруктовые соки.

Стемнело, и в сгустившихся сумерках Андрей переместил всю собравшуюся компанию на лужайку перед домом, где заблаговременно, как и в холле дома, были расставлены столы и удобные кресла, горел костёр и над толстым слоем багрово тлеющих углей жарились на решётке куски мяса. Изрядно захмелевшая матриарх блаженствовала, развалившись в удобном кресле перед прогорающим костром в окружении Андрея, одной из его жён и двух молодых мужчин клана Лерой. Мужчин матриарх смутно помнила по недавним переговорам — оба они находились в числе пятидесяти бойцов, участвовавших в дуэлях. Потрескивающие угли, взметающие вверх, в ночь, догорающие точки искр, горячее, пропахшее дымом и истекающее соком ароматное мясо на маленькой тарелочке, вино, весёлые рассказы и смех, песни…

Жёны Андрея хорошо пели, особенно хором, когда их собиралась небольшая стайка. Тогда им пытался подпевать Андрей и мужчины. К этому времени матриарх заметила, что как-то незаметно она перебралась с кресла на колени одного из мужчин Лерой, отзывавшегося на имя Мидо, и свернулась калачиком на его мощной мускулистой груди. Убаюканная тёплой домашней обстановкой, она незаметно задремала, в полусне слушая песню на незнакомом языке, которую густым, сочным, низким голосом вёл Рур:

— Ой, то не вечер, то не вечер, мне малым мало спалось…

Иногда она выныривала из сладкой полудрёмы, чтобы послушать очередную песню в исполнении жён Рура или в его собственном исполнении, красивом и мелодичном, жаль, что на незнакомом языке:

— … выгнали казаки сорок тысяч лошадей, и покрылось поле, и покрылся берег…

В стальных, но ласковых и нежных объятьях Мидо было так уютно, что матриарх, не дождавшись окончания вечеринки, заснула.

Проснулась она утром, от ласковых лучей солнца, заглядывающих в окно и пробивающихся сквозь опущенные ресницы. Матриарх оказалась лежащей в кровати и укрытой лёгким пуховым одеялом. Заглянув под одеяло, она обнаружила, что на ней ничего нет — она спала голой. Осмотревшись, на стоящей рядом с кроватью вешалке она обнаружила всю свою одежду, чистую и выглаженную. Там же, на вешалке, висел халат и записка: «Вторая дверь — ванная и санузел. Завтрак — в столовой на первом этаже».

Посетив санузел, умывшись и приняв душ, матриарх оделась и, выйдя в коридор, дошла до лестницы, по которой спустилась на первый этаж и почти сразу же наткнулась на открытую дверь в столовую. В столовой было тихо — кроме Андрея и двух его жён там никого не было. Вчерашний стол, ломящийся от еды, исчез, и сейчас ничто не напоминало о прошедшем семейном празднике — всё было чисто и стерильно, только один из столов был занят Руром и его женой. Вторая жена что-то колдовала около кухонного комбайна. Судя по тому, что стол был накрыт на четыре персоны — к столу ждали матриарха.

Андрей увидел входящую в столовую женщину и, улыбнувшись, сказал:

— Вижу, госпожа проснулась. Проходите, ждём только вас. Сейчас будем завтракать.

Матриарх, улыбнувшись, села на свободное место за столом. Без традиционной равнодушной маски на лице сидеть было непривычно, но приятно. Андрей, дождавшись, когда женщина усядется, спросил:

— Что будем есть? Диетическое, стандартное, или что приготовила моя жена?

— А что будете есть вы?

— Я — то, что приготовила моя жена. В вопросе приготовления пищи я полностью ей доверяю.

— Тогда и мне то же самое.

— Хорошо, тогда всем — одинаково. Лэй, сделай, пожалуйста, четыре порции и присаживайся за стол. Будем завтракать.

— А ты представишь мне своих жён, — матриарх перешла на ты, как бы подчёркивая уровень сложившегося доверия между ними. Андрей тоже перешёл на ты, не желая игнорировать предложение матриарха войти в ближний, внутренний круг.

— О, извини, не сделал этого сразу. Вот эта — Дана, или Эридайна. Но она не любит полного имени. Она у меня жутко занятый человек — руководит целым отделом по сбыту готовой продукции. Что и куда она сбывает — не знаю, это её тайна и я туда не лезу. А у комбайна Лэй, но лучше звать Лайла. Она привыкла, что я сокращаю её имя, но услышав сокращение от других, обижается. Она подарила мне пятерых очаровательных детей.

— Шестерых, дорогой.

— Извини, любимая, ошибся. Виноват, исправлюсь…

— И как тебе верить? Ты всегда ошибаешься! — с улыбкой поддела его Лайла.

— Зато я вас всех сильно люблю!

— Так никто и не спорит…

Слушая милую семейную перепалку, матриарх наслаждалась царившим уютом и вкусным завтраком. Неспешно поглощая его, матриарх обратилась к Андрею:

— Подскажи, а где весь остальной народ? Вчера здесь было значительно более людно.

— Жёны — где им и положено, с детьми. Или на прогулке, или на детской площадке. Завтрак у детей уже был. А ребята — на работе. У двоих — выпускные экзамены в академии, а у остальных — напряжённые тренировки. Отдохнули, расслабились — и за работу.

— А вчера на вечеринке такой был… кажется, Мидо его зовут. Он кто?

— Что, понравился? Мидо — моя гордость. Лучший ученик академии. В выпуске этого года — точно. Матриарх прочит ему большое будущее, зарезервировав за ним должность моего заместителя в создаваемом кланом флоте. Однако я считаю, что матриарх занижает его способности — парню надо делать карьеру в имперском флоте, в нём пропадает талант стратега. Если не до адмирала, то уж как минимум до командующего эскадрой со временем должен дослужиться. Или я перестану уважать имперские войска. Более того, если бы не диплом пилота с привилегированным сертификатом экстра-класса, который мальчик, почитай, уже получил, я бы назначил его одним из старших инструкторов в охранную школу — его уровень боевой подготовки выше всяких похвал. Парень — настоящий воин и способен в одиночку выйти против рурха. Причём в подобной схватке я бы на рурха не поставил.

— Что, настолько хорош?

— Мидо — моё лучшее творение. Можно сказать, что я вложил в него душу. Он мне ближе моих собственных детей.

— А почему мальчик? Он настолько молод? Ещё не проходил омоложения?

— Проходил, кажется. То ли три, то ли шесть циклов, не знаю точно. Мне неважно, сколько лет ему в действительности. Для себя я воспринимаю его мальчиком.

— А если я попрошу матриарха отдать его мне?

С лица Андрея исчезло расслабленное выражение, он подобрался, на лице прорезались хищные черты, голос обрёл твёрдость со стальным оттенком:

— Зачем он тебе?

— Я могла бы обеспечить ему неплохое будущее в клане, мы планируем создать мощный флот, не хуже имперского. У нас будут не только транспортные, но и боевые корабли. У него будут и деньги, и власть.

— Деньги и власть у него будут и в имперском флоте, не говоря уже о том, что мне не нравится распространённая в кланах практика контроля за чистотой генной линии, когда решение о вступлении в брак принимает матриарх клана, даже не поинтересовавшись мнением самих молодых. Но это же не основная причина? Не так ли?

— Ты прав, не основная. Он мне понравился. Понравился как мужчина. Никогда в жизни, а я живу очень, очень долго, я не ощущала того чувства покоя и защищённости в мужских объятьях. Ощущения волнующие и приятные. И да, объятья этого мужчины я хочу ощущать ещё и ещё.

— А его самого ты спрашивала?

— Нет.

— Ну так спроси, чего ты боишься?

— Я — матриарх могущественного клана, а он…

— Поверь, ему глубоко плевать, будь ты матриарх или девушка без клана. Он настоящий мужчина, а не ваши нежные избалованные особи мужского типа. И он в вашем союзе будет доминировать. Всегда. Только по той простой причине, что он — мужчина. Он может подчиняться матриарху, но не будет подчиняться своей жене. Ваш союз будет союзом льда и пламени. Оно тебе надо?

— Не знаю… Наверное, надо. Так как, поговорить с матриархом?

— Попробуй, но мой совет — сначала поговори с ним самим.

— Литэйла, наверное, многое потребует за такого человека. Как ты говоришь — он лучший в клане. Боюсь представить, сколько он будет стоить клану Камэни.

— Мидо — не раб и не продаётся. Если получишь его согласие — клану Камэни он не будет стоить ничего. Вопрос с Литэйлой я решу сам.

— Даже так?

— Видишь ли, в отдельных вопросах мой матриарх мне доверяет, и я стараюсь оправдывать её доверие. К тому же она боится перегнуть палку.

— Что значит — перегнуть?

— Если перегнуть палку — то она ломается. В моём мире есть такая поговорка.

— То есть ты сломаешься?

— Не я, а мои отношения с ней как с матриархом.

— И что может грозить вашим отношениям? Она может изгнать тебя из клана? Ты этого боишься?

— Как раз этого я и не боюсь. Я не всегда был в клане Лерой. Раньше жил без клана, смогу прожить и в будущем. Литэйла боится, что я уйду сам, если она попытается заставить меня сделать то, что идёт вразрез с моими понятиями о чести и достоинстве. Продажа людей — одно из таких понятий. Люди от рождения свободны и только сами имеют право определять, кому служить и кому подчиняться. Поэтому и рекомендую поговорить сначала с Мидо.

— Спасибо за совет, с Мидо я поговорю обязательно. Но всё же, что ты будешь делать, если решишь уйти из клана?

— Чтобы уйти, мне нужны будут крайне веские основания — я привязан к клану своей семьёй. Тут госпожа Литэйла неплохо постаралась…

— А всё же?

— Скорее всего, для меня почти ничего не изменится. Продолжу преподавать в академии. Придётся построить новый дом для моей семьи и новую школу — существующая принадлежит клану.

— А дом со школой тебе зачем? Жёны — клановые. А в школе — кого тебе учить?

— Не знаю, как по поводу, моих жён, но я почти уверен, что вместе со мной клан покинут практически все мои ученики. Лерой лишатся и пилотов, и охранников.

— Ты серьёзно?

— Такой вариант наиболее вероятен, хотя часть людей, возможно, останется. Скорее всего, те, которые в школе недавно и ещё не успели проникнуться её духом.

— То есть ты практически обескровишь клан Лерой?

— Не совсем так. Мои ученики составляют незначительную часть от общей численности клана. Менее одной десятой.

— Но самую боеспособную.

— Не могу отрицать очевидного.

— И они согласятся лишиться клана?

— Зачем лишаться? Они создадут новый клан. Процедура достаточно простая.

— И ты в нём будешь патриархом?

— Скорее всего. Я не стремлюсь к власти, но если меня попросят — отказываться не буду. Хотя у меня есть на примете несколько подходящих кандидатур. Кстати, Мидо вполне мог бы потянуть бремя патриарха — его бы чуть-чуть подучить и поднатаскать в клановых интригах.

— И Литэйла об этом знает?

— Догадывается — она очень умная женщина, в здравомыслии и проницательности ей не откажешь. Я в самом начале нашего знакомства предупредил её, что манипулировать моими учениками у неё не получится — для них не будет авторитетов, кроме собственной чести и пути воина. Воин не боится собственной смерти — с чего бы ему бояться гнева какого-то матриарха или императора? А я — их учитель. Так что получили то, что получили.

— Теперь становится понятным твоё поведение на переговорах. С матриархом Ойхо ты говорил на равных. Говорил с позиции силы. Так говорить можно только тогда, когда и чувствуешь себя на равных. Со мной ты тоже разговариваешь, как с равной. Но если твой ученик Мидо такой же, как ты — ничего страшного, если он будет говорить на равных с матриархом. Наверное, мы сможем с ним как-то ужиться.

— Если он так запал тебе в душу — поговори с ним. Попробуй сначала поговорить, не раскрывая своей должности. Пусть разглядит в тебе женщину. Встретьтесь несколько раз — прикрытие я обеспечу. По результатам встреч выясни — нравишься ли ты ему как женщина и готов ли он связать с тобой свою судьбу. По результатам встреч потом обговорим, что будем делать дальше. Как раз к тому времени Мидо закончит академию и получит своё первое распределение. Я попытаюсь выбить для него хорошее в плане карьеры место в имперском флоте — как заместитель ректора академии я имею право на аудиенцию у императора. С моим матриархом лучше о Мидо пока не говорить — поставим перед фактом. Возможно, преподнесём как укрепление союза Лерой и Камэни. Но это — отдалённая перспектива. Если Мидо не захочет связывать с тобой свою жизнь — вопрос будет закрыт. Давить на него я не буду и никому не позволю, будь то хоть матриарх, хоть сам император.

— Спасибо и на этом… И за завтрак спасибо. Доставишь меня в резиденцию?

— Флаер уже готов, водитель ждёт. Челнок вас проводит, обеспечив прикрытие, так что доберётесь без происшествий.

Здравствуй, внучка! — старший матриарх клана Камэни с улыбкой встретила вошедшую в кабинет Айлинэри, — проходи, садись. Будешь чаю?

— Спасибо, бабушка, не откажусь. Работа выматывает, как вы только справляетесь с этим потоком бумаг?

— С трудом, внучка, с трудом. Задача матриарха — не тянуть на себе весь груз работы, а подбирать себе грамотных помощников. Вот ты помогать мне стала, и мне сразу легче. Стара я стала, на покой, видно, пора.

— Бабушка, какой покой? Вы ещё такая молодая!

— Ты мне льстишь, внученька. Но всё равно спасибо.

Айлинэри налила себе и старшему матриарху в чашечки чай, затем, поставив на стол чайник, взяла свою чашку, отхлебнула глоток, после чего поставила чашку обратно на блюдце и сказала:

— Бабушка, ваш чай, как всегда, необычайно вкусный, но вы же не для этого меня к себе вызвали!

— Верно, внученька, не для этого. Посоветоваться с тобой хотела.

— Я слушаю вас, бабушка.

— Во-первых, хочу признаться тебе, что в вопросе использования клановых вооружённых сил ты оказалась права. Не следовало нам искать дополнительную прибыль, рискуя вступить в конфликт с другими кланами.

— Мы получили вызов от другого клана? — в голосе Айлинэри промелькнули тревожные нотки.

— Да, получили. От клана Ойхо.

— Это очень плохо… Что вы собираетесь предпринять? Клан Ойхо — очень сильный и хорошо вооружённый клан, у них много бойцов. Мы не выстоим против них, без поддержки со стороны нас сметут, растопчут. На текущем этапе развития наших вооружённых сил конфликт для нас смертельно опасен — наш клан может сильно пострадать, а другие кланы нас не поддержат, если мы дадим хотя бы намёк на захват их рынков.

— Я уже предприняла определённые шаги. Конфликт исчерпан. Дальнейших заказов мы брать не будем — негоже дразнить разъярённого рурха. В ближайшее время к нам прилетит матриарх Ойхо, чтобы принести официальные извинения и рассмотреть вопрос раздела рынка.

— Невероятно… Госпожа, я в восхищении. Отобрать у Ойхо кусок их пирога и заставить за это ещё и принести извинения? Как вам этого удалось достичь?

— О, моей заслуги тут нет. С кланом Ойхо поговорили наши союзники из клана Лерой, правда, от моего имени. Я лишь молча сидела и наблюдала, как пятьдесят мужчин клана Лерой голыми руками уничтожают отборных бойцов Ойхо.

— Интересное, наверное, зрелище.

— Поверь, ничего интересного. Горы трупов, верещавшие от ужаса люди Ойхо… Меня мутило от вида брызжущей крови…

— Я знала одного человека, который мог убивать голыми руками…

— О, теперь я знаю много таких людей! Более того, одного из них я хочу взять себе в мужья. Это, кстати, основная причина нашего сегодняшнего разговора.

— Из другого клана?

— Ну и что?

— А как же разница в уровнях? Матриарх и… Кстати, а кто он? Какую ступень занимает?

— Пока среднюю. Но он лучший ученик Оканийской имперской лётной академии этого года выпуска. У него будет привилегированный диплом с отличием и все пророчат ему головокружительную карьеру. Его преподаватель, потративший на него десять сол, утверждает, что Мидо — это лучшее, что ему удалось создать. К тому же он отличный боец, которому не будет равных в нашем клане.

— Настолько хорош?

— И даже больше. Ты его просто не видела. Высокий, красивый. Атлетическая фигура. Мощные, как у киборга, мышцы. Мечта, а не мужчина.

— Госпожа, да вы, никак, влюбились? Подождите, мощные, как у киборга, мышцы, говорите? А шрамов на теле не заметили?

— Кажется, есть несколько небольших на руках. Практически незаметные, только если приглядеться.

— А на лице шрамы есть? И его точно Мидо зовут? — было видно, что Айлинэри что-то взволновало. Волнение женщины не укрылось и от старшего матриарха:

— Что тебя взволновало, внученька? Ты его знаешь?

— Возможно, бабушка. Слишком много совпадений. Я могу взглянуть на его фото?

— Ты можешь просмотреть записи всех дуэлей, он где-то в нашем архиве. Сведения секретные, но допуск у тебя есть.

— А его родословную вы уже изучили? Кто он, откуда его родители?

— Обижаешь, внученька. Я это сделала сразу же. Мальчику всего четыре цикла, он никогда не был женат, у него хорошая генетическая линия. Мать и отец живы, правда, в браке они никогда не состояли. Мидо — единственный ребёнок. Я очень ответственно подошла к выбору своего будущего избранника. Я даже провела анализ его генетической карты — у нас получится здоровое потомство.

— Я рада за вас, бабушка…

— Что-то сейчас я слышу в твоём голосе разочарование, внученька.

— Всё хорошо, бабушка. Просто, похоже, я ошиблась. Бывает…

— Мидо, задержись немного, — Андрей обратился к одному из курсантов, выходивших из аудитории, — я хотел бы с тобой поговорить.

— Я вас слушаю, тан Рур.

— Как ты сдал экзамен?

— Как вы и предсказывали, тан Рур. Высший балл. Это оказалось значительно проще, чем я предполагал.

— Ты молодец, я рад за тебя.

— Спасибо, тан Рур.

— У тебя остался один экзамен. Практические экзамены сдавать не будешь — высшие баллы по ним тебе проставили автоматически, и ректор их уже утвердил. Что ты планируешь делать дальше?

— Я решил прислушаться к вашему совету и пойти служить в имперский флот.

— Я тоже считаю, что на службе императору ты сможешь наиболее ярко проявить свои таланты. Со своей стороны попробую тебе в этом посодействовать — возможно, даже удастся поговорить о твоей дальнейшей карьере в имперских космических войсках с императором. Но сейчас я хотел бы с тобой поговорить о другом. Скажи, Мидо, у тебя уже есть на примете девушка, с которой ты хотел бы связать свою судьбу?

— Нет, тан Рур. Я ещё не слишком многого достиг, и считаю, что о женитьбе думать пока преждевременно. У меня ещё всё впереди.

— Но если встретишь женщину, которая тебе понравится, ты женишься, или у тебя есть какие-то принципиальные возражения против женитьбы?

— У вас странные вопросы, сэнсэй. Вы кого-то для меня присмотрели?

— Я не могу за тебя выбрать твою жену, это ты должен сделать сам, ведь именно тебе с ней жить. Я не хочу и не буду указывать тебе, на ком ты должен жениться, как принято у нас в клане, и не разрешу делать этого кому-либо другому. Но своё мнение или совет я дать обязан — ведь твоя судьба мне небезразлична. Скажи, та женщина, которую ты так нежно обнимал, посадив к себе на колени на моей вечеринке, она тебе нравится?

— Она очень красивая. Но какая-то странная. То временами неприступная, то одинокая и беззащитная. И я не знаю, понравился ли ей я. К тому же она из другого клана. Согласится ли наш матриарх принять её в наш клан?

— Вопросы с Литэйлой я беру на себя. От тебя требуется только один ответ — она тебе нравится или нет?

— Нравится.

— А если выяснится, что ваши чувства взаимны — согласишься ли ты взять её в жёны?

— А если она не согласится?

— Она, скорее всего, согласится — она уже заинтересовалась тобой и попросила меня посодействовать вашим встречам. Сейчас всё зависит только от тебя. Понравится тебе — будете встречаться дальше, может быть, даже поженитесь. Не понравится — никто не неволит. Если не возражаешь, я устрою вам несколько свиданий. Погуляете, пообщаетесь. Сводишь её куда-нибудь. Чтобы не возникло недоразумений, я обеспечу тебе охрану из числа сотрудников нашей службы.

— Да я и сам смогу за себя постоять!

— Это не обсуждается. Во-первых, ты скоро получишь привилегированный диплом с отличием и станешь достаточно важной фигурой, пора привыкать к постоянной охране. Почему бы это не начать делать сейчас? Во-вторых, девушка занимает достаточно высокий пост в своём клане и охрана добавит тебе солидности, так что ты не будешь выглядеть человеком из низов иерархической лестницы. Хотя поверь, ты давно уже ближе к верху, чем к низам. Поэтому охрана будет — считай, что это моё решение, которое не обсуждается. Для начала предлагаю встречу в кафе и романтическую прогулку по вечернему парку. Согласен?

— Согласен, тан Рур.

— Хорошо, я договорюсь.

— Госпожа, тан Мидо согласен встретиться. Предлагаю нейтральный вариант — тихое кафе, лёгкий ужин в романтической обстановке, прогулка по ночному парку. Выясните всё, что хотите.

— Благодарю, тан Рур. Что я вам должна?

— Вы должны мне точную дату встречи. Несколько вариантов уже лежит у вашего секретаря с пометкой «конфиденциально». Определитесь и заранее меня известите, я обязан принять меры к обеспечению охраны.

— Охрана не нужна, я сама о ней позабочусь.

— Госпожа, не учите меня делать то, что я умею делать лучше вас. Я обеспечиваю охрану, и это не обсуждается. Выберите дату и скажите секретарю, она свяжется со мной.

— Спасибо, тан Рур.

— Удачи, госпожа.

— Тан Рур, можно ещё один вопрос?

— Я к вашим услугам, госпожа.

— Скажите, я ему нравлюсь? Вы спрашивали его об этом?

— Спрашивал.

— И что?

— Нравитесь, госпожа. И не волнуйтесь. Если вы всё сделаете правильно — всё у вас будет хорошо.

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Тан Рур, я вызвала вас для того, чтобы обсудить одну только что возникшую в клане серьёзную проблему.

— Я внимательно вас слушаю, госпожа.

— Император выразил личную заинтересованность нашим кланом, для чего направил в клановую канцелярию приглашение на аудиенцию в императорский дворец. На имя тана Рура Лерой. Аудиенция состоится примерно через два куна.

— И чем же императора заинтересовал наш клан? Таких кланов в империи миллионы.

— Таких кланов в империи гораздо больше, и это внушает мне серьёзную тревогу. Управляя сотнями миллионов миров, император обычно не снисходит до простых имперцев, а при общении с кланами его интересы, как правило, не простираются дальше золотой тысячи. До этого мы благополучно существовали в тени, обретаясь где-то за десятой тысячей, если не дальше, и подобная известность меня, признаюсь, не радует. Чтобы вам было понятнее, скажите — сколько людей проживало в империи, где вы родились?

— У нас не империя, а республика, и правит не император, а избранный президент. А жителей у нас около ста пятидесяти миллионов, может быть, чуть больше.

— Так много… Большинство миров в империи заселены куда меньше, чем ваша страна. Впрочем, тем понятнее будет аналогия. Скажите, ваш президент общается, хоть иногда, с рядовыми жителями вашей страны? Не власть имущими, реально влияющими на политику и экономику страны, а с простыми людьми?

— Общается, и нередко. Выступает на различных конференциях, общается со студентами, врачами, учителями, рабочими… Потом эти встречи показывают по центральному телевидению всему народу.

— Вот и у нас в империи примерно так же. Теоретически пообщаться с императором может каждый житель империи, законом это не запрещено. Но можно подсчитать, сколько, например, времени понадобится вашему президенту, чтобы просто пожать руку каждому жителю вашей страны — кажется, так вы приветствуете друг друга. Пять — шесть дангов на одно пожатие… Всей жизни вашего президента не хватит, чтобы просто поприветствовать каждого жителя своей страны, если он будет отводить на приветствия всё своё рабочее время. А теперь представьте, какова вероятность того, что ваш президент решит не просто пожать руку, а лично поговорить именно с вами?

— Лично со мной — действительно вероятность исчезающее мала, но, возможно, клан Лерой чем-то заинтересовал императора? Вы же говорите, что император находит время для общения с представителями кланов из золотой тысячи, а мы всё же союзники Камэни — возможно, причина именно в этом?

— Вот эта заинтересованность меня и пугает. Хорошо, если император хочет просто познакомиться с союзниками Камэни. Клан Камэни — действительно один из старейших и богатейших кланов империи, насчитывает десятки миллионов членов и входит в сотню влиятельнейших кланов империи. Камэни на протяжении эонов находятся под пристальным вниманием как императора, так и имперских спецслужб. Однако в сотню древнейших и влиятельных кланов империи входят и Ойхо, с которыми у Камэни недавно возник известный вам конфликт. Если вспомнить, кто в этом конфликте принял самое непосредственное участие, то вызов в имперскую резиденцию именно представителя клана Лерой становится вполне понятным. Мои предчувствия говорят мне, что ничего хорошего от этой встречи ждать не следует. Я почти уверена в этом, хотя доказать свои слова не могу.

— Возможно, вы и правы, госпожа. Вашим предчувствиям я привык доверять. И что же вы предлагаете мне делать? Может, не пойти на аудиенцию?

— Не пойти нельзя — это будет прямым оскорблением императора. Однако не всё так страшно. Аудиенция может представлять как опасность, так и новые возможности для нашего клана и вас лично, поэтому попытайтесь аккуратно выяснить намерения императора и, по возможности, заинтересовать его. Но будьте осторожны и следите за каждым своим словом — если ваши слова смогут расценить как оскорбление или угрозу императору, вас не спасёт сам создатель — в рамках закона императорская власть безгранична.

— А за рамками закона?

— За рамками закона — тоже, но при условии, что это не затронет интересов клана. И, знаете, у меня возникла одна идея — на аудиенцию допускают только без оружия, но наличие у посетителя бытовой технической аппаратуры не возбраняется. Я дам указание клановой службе безопасности — в ваш костюм вмонтируют помехозащищённое следящее видеоустройство — запись этой аудиенции будет передаваться в резиденцию клана в реальном масштабе времени. Устройство, вне сомнения, обнаружат на входе в императорский дворец, но изымать не будут, так как оно не представляет угрозы. В худшем случае — доложат о его наличии императору. Предупреждённый император, вполне возможно, попытается спровоцировать вас на незаконные действия или высказывания, но, если вы будете осторожны — дальше завуалированных угроз дело не пойдёт. Вероятно…

— То есть после аудиенции я, вероятно, выживу… Что ж, госпожа, вы меня успокоили. С учётом того, что я и так планировал в ближайшем будущем попытаться добиться аудиенции у императора, всё сложилось как нельзя лучше — кто предупреждён, тот вооружён…

Багряное солнце бросало последние лучи уходящего дня на вершины древних деревьев густого леса и прозрачные купола скрывающихся в них зданий, играло бликами на протекающей спокойной неширокой речке и подсвечивало жёлто-оранжевым светом редкие облака на западе. На востоке быстро синеющий небосвод стремительно покрывался густой сетью звёзд. Природа, провожая уходящий день, замерла в ожидании новой, ночной жизни — даже ветер утих, не шелестя листьями замерших в тишине деревьев. Густой неподвижный воздух был наполнен ароматами свежести, прелой листвы и разнотравья — обычными в летнем вечернем лесу.

В наступающих сумерках приветливыми огоньками в густоте леса зажглась подсветка дорожек, проложенных между разбросанными по лесу зданиями. При более внимательном рассмотрении можно было заметить, что лес был настолько ухоженным, что больше походил на парк — не было ни больных деревьев, ни бурелома или сухостоя. Подлесок преимущественно окружал небольшие поляны, планово-хаотично распределённые по всей территории, и не препятствовал желающим сойти с ровных нешироких дорожек, дабы насладиться густой травой, сплошным ковром укрывающей землю. И пусть высокие густые деревья скрывали многочисленные выстроенные в этом лесопарке здания, заблудиться было нереально — на каждом перекрёстке многочисленных дорожек стояли указатели направления до ближайшего телепорта с привязкой к координатной сетке.

Старшая матриарх клана Камэни задумчиво вышагивала по извилистой, но ухоженной, выложенной плоским природным камнем тропинке под руку с высоким представительным мужчиной. После ужина в элитном ресторане они решили прогуляться, наслаждаясь свежим лесным воздухом, и продолжить начатый ещё в ресторане разговор:

— И что ты планируешь делать после академии?

— Пойду в имперский флот, мой сэнсэй советовал мне именно это.

— Сэнсэй — это тан Рур?

— Да, он не только заместитель ректора и мой преподаватель в академии, но и мой учитель по воинскому искусству. Сэнсэй — это учитель на языке тана Рура.

— Про твои успехи в академии я наслышана. А каков ты в бою?

— Не знаю, но тан Рур назначил меня одним из своих старших учеников. Он называет нас сэмпаями.

— Это высокое звание?

— Достаточно высокое. Оно означает, что я не только хорошо усваиваю воинское искусство, но и могу преподавать его другим ученикам. Фактически, тан Рур признал меня одним из своих заместителей в обучении учеников — я могу заменять его в его отсутствие.

— А набрать своих учеников и обучать их самостоятельно ты не хочешь?

— Я здраво оцениваю свои успехи. Хорошо я смотрюсь на фоне новичков, к которым отношу всех, кто не занимается в школе тана Рура. Неплохо я выгляжу также на фоне его бойцов, прозанимавшихся несколько сол. Однако для тана Рура я — такой же новичок, как и все остальные. До его уровня мне ещё расти и расти, если я вообще хоть когда-нибудь смогу сравняться с ним в воинском искусстве.

— Что, настолько хорош?

— Не то слово. Иногда мне кажется, что он вовсе не человек. Он рождён для войны и живёт в ней. Он готов к бою десять ри в ло, даже к спящему к нему невозможно подойти — он чувствует, когда к нему кто-то приближается, даже если делать это совершенно бесшумно. Врасплох его не застать — мы пробовали подкрадываться и со спины, и к спящему. Тан Рур говорит, что это чувство называется чувством опасности и постепенно, со временем вырабатывается у каждого воина, и что рано или поздно в процессе тренировок оно появится у всех нас. Тан Рур никогда нас не обманывал, но верится слабо. В общем, он настоящий воин, а мы пока — не слишком качественные копии с него.

— Возможно, вы просто ещё слишком мало занимаетесь?

— Я занимаюсь боевыми искусствами почти десять сол. Таких, как я, тан Рур подготовил около полусотни. Более нескольких тысяч бойцов клана прошли подготовку по его методике, осилив разные ступени сложности. Тан Рур называет их поясами.

— И какая ступень у тебя?

— Тан Рур говорит, что у себя на родине он смело присвоил бы мне чёрный пояс второй ступени, или второй дан, как он говорит.

— Присвоил у себя на родине? Я слышала, что тан Рур не оканиец по рождению. У себя на родине он тоже преподавал боевые искусства? И где его родина?

— Тоже преподавал. Рассказывал, что в молодости вёл несколько групп одарённых учеников и ещё какие-то курсы для сотрудников правительственных служб. Как я понял — он консультировал и тренировал бойцов какого-то государственного секретного подразделения. А где родина — не говорит.

— Серьёзный человек, смотрю, твой учитель. Он не рассказывал, откуда у него такие навыки? Ведь, насколько я знаю, он достаточно молодой — ему чуть больше пятидесяти сол.

— Я знаю… Но взгляд его говорит об обратном. Его взгляд, когда он не следит за своим выражением лица, напоминает взгляд старика, на плечи которого давят эоны прожитых сол. А когда в гневе — в его взгляде живёт сама смерть.

— Мы несколько увлеклись обсуждением твоего учителя и ты так и не рассказал, почему именно имперский флот?

— Оказалось, что я не только хороший пилот, но и неплохо разбираюсь в стратегии и тактике космических боёв — в имперской академии по этому предмету у меня наивысшие баллы. В имперском флоте, по заверениям тана Рура, у меня неплохие перспективы на высокие руководящие должности.

— В имперском космофлоте очень много талантливых людей.

— Не спорю. И не хочу ставить себя выше других, несмотря на то, что тан Рур считает иначе.

— Даже если ты действительно талантливее большинства флотских командоров, где гарантии, что они допустят тебя к вершинам власти?

— Тан Рур сказал, что он обсудит этот вопрос с императором.

— Он вхож к императору? Это хорошая новость.

— Не совсем так. Он от имени клана недавно получил право на аудиенцию, как заместитель ректора одной из самых лучших академий лётного состава империи.

— Император не приемлет протекции, к тому же, многое в распределении мест в имперской армии решает мнение кланов.

— Протекции не будет. Зная, как тан Рур умеет вести переговоры, скорее всего, он хотел что-то императору предложить…

— Даже так? И чем же твой учитель так интересен самому императору?

— Об этом вам лучше спросить самого тана Рура. Что же касается меня, то тан Рур, разговаривая со мной о моём будущем, говорил, что в любом случае государственная служба пойдёт мне на пользу. Минимальный срок службы — десять сол. По совету тана Рура не буду подписывать долгосрочный контракт. За десять сол, находясь на любой должности, даже самой низкой — помощником командира самого захудалого крейсера, я досконально изучу все нюансы организации и функционирования имперского флота, его достоинства и недостатки. Если мои таланты не будут оценены в имперском флоте по достоинству — я покину государственную службу и займу один из командных постов кланового флота.

— У вашего клана есть флот? Не знала, что вы настолько богаты. Создание мощной космической группировки стоит больших денег, подобные затраты могут себе позволить только кланы из первой сотни, да и то не все.

— Наша госпожа матриарх планирует в течение десяти сол создать неплохую группировку. До армии она, конечно же, не дотянет, но будет достаточно мощной, чтобы о ней заговорили, воспринимая всерьёз, даже в первой тысяче кланов.

— И на чём базируется такая уверенность?

— На том, что через десять сол мы сравняемся с лучшими клановыми космическими войсками по числу высококлассных пилотов. Нам пока не нужны армады мощных крейсеров — их с успехом заменят сотни небольших, но мощных и юрких истребителей, перевозимых десантными кораблями. Подобные сценарии космических сражений тан Рур неоднократно прогонял через симулятор и доказал их чрезвычайную эффективность. Фактически, пять-шесть истребителей, отрабатывая разработанные таном Руром алгоритмы, в большинстве случаев уничтожают боевой крейсер противника первого класса. А по стоимости производства — в тысячи раз его дешевле.

— И что, до твоего учителя об этом раньше никто не догадался?

— Возможно, догадывались. Но в академических учебниках все хрестоматийные разборки подобных боёв показывают безоговорочную победу крейсеров. Имперская военная машина считает, что против крейсера должен сражаться такой же крейсер. До тана Рура выходить на бой с истребителями против тяжеловооружённых крейсеров считалось самоубийством.

— Так если ваш клан всё равно создаёт свой космофлот, то почему ты идёшь в имперский? Не лучше ли идти сразу в клановый, тем более что тебе там гарантирована высокая должность?

— Не лучше. Наш флот будет боеспособен через десять сол, не раньше. К тому же основной ударной силой нашего флота будут истребители, крейсеров будет немного — они слишком дорогие для бюджета нашего клана. А за десять сол я досконально изучу имперские войска, что при любом раскладе будет для меня не лишним.

— Восемь крейсеров, ты считаешь, немного?

— Подожди, а откуда ты знаешь, что мы планируем построить восемь крейсеров? Это же секретные сведения! Кроме матриарха, об этом никто не знает!

— Ну, не такие уж и секретные… Руководство обоих кланов наверняка в курсе… В курсе, скорее всего, ближайшее окружение матриархов — те люди, которые отвечают за разработку внешней политики и стратегии развития кланов. Я предполагала, что данная информация тебе известна, раз ты посвящён в планы матриарха по созданию кланового флота.

— Нет, матриарх сказала, что эта информация строго секретная. А ты, значит, находишься в ближайшем окружении матриарха?

— Можно и так сказать. Прости, что не сказала об этом раньше — не хотела огорчать.

— Почему огорчать? Твоя должность в клане — тоже секрет, как и имя?

— Вообще-то нет… Ладно, всё равно рано или поздно этот разговор должен был произойти, так почему бы не сейчас? Мидо, скажи, как ты ко мне относишься?

— Ты мне нравишься. Нравишься настолько, что хочется познакомиться поближе. Даже этот налёт тайны, не позволяющий тебе открыть своё имя, тоже добавляет тебе романтичности.

— Мы выяснили, что я тебе нравлюсь. И каковы твои дальнейшие действия?

— Видишь ли, у меня не слишком большой опыт общения с женщинами. Скажу честно — такого опыта у меня нет вообще. В нашем клане достаточно строгие отношения между мужчиной и женщиной, любая подобная связь — с одобрения матриарха… Правда тан Рур пообещал мне, что я буду сам решать, кто будет моей избранницей.

— И? Что ты будешь делать дальше, раз у тебя есть право решать самому?

— Я признаюсь девушке, что она мне нравится…

— Уже признался. Дальше?

— Наверное, попытаюсь узнать, нравлюсь ли я ей…

— Попытайся.

— Что — попытайся?

— Ты сказал, что попытаешься узнать у девушки, нравишься ли ты ей.

— А как это узнать?

— Спросить не пробовал?

— Ох, извини… Действительно… Скажи, я тебе нравлюсь?

— Нравишься.

— Сильно?

— Сильно.

— Настолько сильно, чтобы выйти за меня замуж?

— Ну, в общем, я не против того, чтобы мы поженились. Предложения только не слышала.

— Госпожа незнакомка, не согласитесь ли вы выйти за меня замуж?

— Я не возражаю взять тебя своим мужем. Однако у меня будут несколько условий, которые тебе не понравятся.

— Ты озвучишь их, чтобы мы вместе обсудили и решили, что говорить твоему и моему матриарху?

— Матриархов я беру на себя. Проблем не будет.

— Даже так? Ты настолько приближена к матриарху, что она ни в чём тебе не отказывает?

— Истина, как обычно бывает, где-то рядом, просто прими к сведению, что с этой стороны препятствий не будет ни с моей, ни с твоей стороны.

— А мой учитель в курсе?

— По крайней мере, он предполагал подобное развитие событий.

— И что он говорил?

— То же, что и я — всё будем решать только ты и я, ни с его стороны, ни со стороны матриархов препятствий не будет.

— Тогда озвучь свои условия. Надеюсь, они выполнимы и не нанесут вреда моему клану?

— Условия выполнимы и значительного вреда твоему клану не нанесут, а если и нанесут — то польза перевесит наносимый ущерб. Основное условие — это твой переход в клан Камэни.

— И матриарх Лерой это одобрит?

— Да. Как я уже сказала, польза от этого перехода перевесит потерю кланом Лерой перспективного бойца. Причём значительно.

— Какую же пользу получит клан Лерой?

— О, дорогой Мидо, ты уже начинаешь торговаться! Мне это нравится! Но — к делу. В первую очередь Камэни берут на себя оплату всех расходов по строительству космического флота Лерой. Фактически Камэни дарят клану Лерой флот в обмен на тебя. Как ты считаешь — выгодное предложение?

— Предложение действительно настолько выгодное, что матриарха Лерой даже не надо спрашивать. Она отдаст за флот сотню таких, как я…

— Сотню — не отдаст. Таких, как ты — больше нет.

— Не льсти мне. Хотя всё равно спасибо. Осталось договориться с матриархом Камэни. Неужели она согласна поменять целый флот на одного бойца клана Лерой? У Камэни своих пилотов на подходе сотни, если не тысячи.

— Будем считать, что с матриархом я договорилась.

— Ты так легко об этом говоришь, как будто вы с матриархом близкие друзья и ты видишь её каждый день.

— Твоя догадка во многом верна. Так ты согласишься перейти в клан Камэни на таких условиях?

— На таких условиях моего согласия даже не потребуется — тебе достаточно предложить их матриарху Лерой, и она преподнесёт меня Камэни на блюдечке. Ещё и в красочную обёртку завернёт.

— Забудь о матриархе. Мне важно услышать твоё собственное мнение. Ты согласен стать моим мужем на подобных условиях?

— Согласен. Но это, как я понимаю, ещё не все условия?

— Из серьёзных — только ещё одно. Ты возьмёшь клановую фамилию Камэни.

— Почему я не могу остаться Лерой, женившись на женщине из клана Камэни? Я и так ухожу в клан жены, а не наоборот. Можно же оставить мою клановую фамилию.

— Нельзя. Это второе условие, которое не обсуждается. Все остальные — мелочи и не стоят того, чтобы ради них ссориться, не успев пожениться. Так как, принимаешь оба условия? С одним ты уже согласился.

— Иначе — никак?

— Никак…

— А что по этому поводу скажет учитель? И матриарх Лерой? Не расценят ли они мой поступок как предательство?

— Не расценят. И полностью согласятся с этими условиями. Со временем ты и сам поймёшь, что иначе — нельзя.

— Ну, если иначе — нельзя, то я принимаю оба этих условия. Но после того, как посоветуюсь с учителем.

— Не возражаю. Скажи тану Руру, чтобы он готовился к нашей свадьбе. Пусть поставит в известность Литэйлу. А, впрочем, я сама с ней поговорю…

— Даже так? Ты занимаешь настолько высокое положение в клане, что разговариваешь с матриархом Лерой лично?

— А, не забивай голову… У нас с матриархом Лерой давние дружеские отношения. Ты же уже догадался, что в клане Камэни я занимаю достаточно высокий пост? И именно с этим связано моё инкогнито — не хочу, чтобы меня узнали. Однако, чтобы для тебя моя должность не была неожиданностью, перед свадьбой мы встретимся ещё раз — мы с тобой и матриархи Лерой и Камэни. Там и открою тебе своё имя и должность. Своё согласие на брак я уже дала. Твоё слово будет решающим. Согласишься — мы поженимся и уйдём в мой клан. Не согласишься — останемся хорошими друзьями. Да, хочу сразу предупредить — и тан Рур, и твой матриарх — в курсе, кто я, но спрашивать их тебе не стоит — всё равно не расскажут. В своё время сам узнаешь.

— Что, так высоко сидишь?

— Достаточно… И это, поверь, создаёт мне много проблем, в том числе и в личной жизни.

— Не волнуйся, я от тебя не откажусь, кем бы ты в своём клане не была. Ни о чём не беспокойся.

— Спасибо…

Айлинэри сидела в мягком уютном кресле за небольшим чайным столиком и, полуприкрыв глаза, молчала и потягивала из маленькой чашечки горячий ароматный чай. Уютная комната, мягкие пастельные тона, приглушённый свет — всё располагало к неспешным личным переговорам. Сидящая напротив молодая, точнее — молодо выглядевшая женщина также сохраняла молчание наслаждаясь чаем. Или делая вид, что наслаждается. Обычно вопросам наслаждения при переговорах между матриархами уделялось меньше всего значения — показать, что тебе приятны обстановка и угощение было всего лишь данью вежливости. Хотя чай был действительно великолепен, и в другом месте женщины с удовольствием насладились бы его вкусом и ароматом.

Допив половину чашечки, Айлинэри медленно поставила её на стол, рядом с блюдцем, и, глубоко вздохнув, подняла на матриарха Лерой — а сидящая напротив женщина тоже была матриархом — свои большие васильковые глаза в обрамлении пушистых ресниц. Пора было начинать неприятный разговор.

— Госпожа матриарх Лерой, спасибо за чай. Он был превосходен.

— Я рада, что вам понравилось, госпожа матриарх Камэни.

— Младший, госпожа.

— Какая разница? Матриарх — всегда матриарх.

— Что ж, я действительно хотела поговорить с вами как матриарх с матриархом.

— Я внимательно вас слушаю.

— Наши кланы уже достаточно долго взаимодействуют друг с другом к всеобщей выгоде, наши связи каждый сол крепчают.

— И это не может не радовать.

— Спасибо, что вы положительно относитесь к этому союзу. Поверьте, он выгоден вам не меньше, чем нам.

— Я знаю. Наши экономисты и аналитики полностью разделяют ваше мнение.

— Да, наши кланы очень удачно дополняют друг друга, позволив каждому заниматься своим делом. Мы — медициной и исследованиями в области генетики и здравоохранения, вы — производством и продажей продовольствия. И, с недавнего времени — предоставлением услуг по охране и сопровождению людей и грузов, для чего даже создали свою школу охраны и стремительно вооружаетесь. Вы даже создаёте свой космический флот, направляя на обучение в академию своих людей. В ближайшее время у вас появится много опытных пилотов.

— Пилоты появились и у Камэни.

— Вы правы, мы тоже создаём свой флот и обучаем пилотов. Но у нас разные цели — вы строите военную эскадру, мы — торгово-транспортную. И только в незначительной части — боевые корабли для охраны. Конкурировать друг с другом мы не планируем.

— Что ж, это приятно сознавать.

— Мы и в дальнейшем не хотим конкурировать с вами в областях охраны и милитари, рассчитывая на то, что синдикат, созданный из наших двух кланов, будет решать подобные задачи совместно.

— Если не касаться вопросов по слиянию кланов, то создание полноценного синдиката из Камэни и Лерой — процесс пусть и долгий, но, считаю, взаимовыгодный для обоих кланов.

— Не хотите ли начать процесс укрепления связи между нашими кланами уже сейчас? Как первый шаг — предлагаю не препятствовать взаимным бракам.

— Не связано ли данное предложение с предстоящим браком между нашим человеком и вашим старшим матриархом?

— Отчасти, отчасти… Сказать по правде, предстоящую свадьбу я хотела использовать как повод для налаживания более тесных связей и укрепления отношений между нашими кланами. И, раз уж зашёл об этом разговор, клану Камэни очень интересна ваша школа обучения клановых бойцов.

— Вы хотите тоже создать подобную школу?

— Ни в коем случае! Как я уже говорила, клан Камэни не желает создавать конкуренцию или в чём-либо препятствовать нашим союзникам. Раз вы уже создали вполне успешную школу, для нас выгоднее, причём во всех отношениях, использовать уже обученных ваших бойцов, чем создавать у себя аналогичную структуру. А вот с медицинской точки зрения методика обучения ваших бойцов и влияние этой методики на человеческий организм нас очень интересует.

— К сожалению, методика обучения является клановым секретом и разглашению не подлежит.

— Госпожа, клан Камэни пошёл на многое ради Лерой, и, я уверена, сделает для него ещё больше. Мы уже согласились полностью оплатить ваши затраты по закупке космических судов — средства немалые даже для нашего клана. Согласитесь, без нас вам самим создать подобный флот было бы просто нереально. Мы же просим совсем немногого — обычные научные исследования в области медицины. Клан Лерой никогда не занимался медициной, мы никак не сможем создать вам конкуренцию в этом направлении. Зато результатами исследований в полной мере смогут воспользоваться оба клана. Думаю, ваш клан не меньше нашего заинтересован в этих исследованиях.

— Формально вы правы… Однако вы не владеете всей полнотой информации по внутриклановым взаимоотношениям Лерой. Школа боевых искусств — это, как бы поточнее выразиться… Ну, что-то вроде клана внутри клана. Формально все ученики школы подчинены мне, но в действительности я сильно сомневаюсь, что хоть один ученик этой школы выполнит приказ, напрямую противоречащий указаниям начальника школы. У них там своя иерархия. Кстати, начальник школы, ученики ещё называют его учителем, или сэнсэй, ещё и заместитель ректора Оканийской имперской лётной академии. Все пилоты клана Лерой прошли через школу боевых искусств — фактически, кандидатуры на обучение в академии отбирались исключительно из лучших учеников школы. То есть все мои пилоты также будут выполнять то, что прикажет им их сэнсэй. Сам сэнсэй, его, кстати, зовут Рур — личность неоднозначная. С одной стороны, он мой подчинённый и отстаивает клановые интересы. Причём достаточно жёстко — именно благодаря ему наш клан в последние несколько сол резко набирает рейтинг и репутацию. Подозреваю, что такими темпами буквально через сто — двести сол мы уверенно войдём в первую тысячу кланов, даже несмотря на свою малочисленность. С другой стороны, Рур — очень жёсткий и волевой человек. Давить на него нельзя — он, как пружина, может при сильном давлении в любой момент разогнуться и сильно ударить…

— И вы боитесь на него давить? Вы? Матриарх клана?

— Да. Боюсь. Рур — прирождённый лидер, за ним идут люди.

— И вы боитесь, что он сместит вас с должности матриарха? Ему этого никто не позволит!

— Зачем ему смещать меня? Ему достаточно просто уйти из клана…

— И вы потерпите его уход? А как же присяга клану?

— А Рур не приносил клану обычной присяги. Он, вступая в клан, принёс свою, которую я, после некоторых раздумий, приняла.

— То есть в его присяге есть подводные камни?

— К сожалению, есть. Он присягнул на верность клану до тех пор, пока клан не потребует от него действий, идущих вразрез с его внутренним кодексом чести.

— Его кодекс чести так сильно отличается от клановых законов?

— Честно говоря, не знаю…

— Как — не знаете?

— Да вот так… Его кодекс чести — это что-то из морально-этических установок, которые сложились у него в голове и которые никто не может увидеть и прочесть — можно только прочувствовать. Я как-то просила тана Рура объяснить мне эти установки, но в результате получила лекцию на несколько ри о пути, которым должен следовать каждый воин, которая только ещё больше всё запутала. Если говорить проще — то в голове у тана Рура содержится ответ, что можно делать, а что нельзя, причём эти действия могут быть диаметрально противоположными в зависимости от сложившихся внешних обстоятельств. Как он мне сам говорил — этот кодекс нельзя написать, его надо прочувствовать и им жить. Написанный, он сохранит форму, но потеряет дух. Он называл свой кодекс странным именем бусидо. То есть если что-то не соответствует этому его бусидо, то он этого делать не будет или результат его действий будет отличным от ожидаемого, зато в духе бусидо. Вот такая странная философия…

— И как вы с ним при такой философии уживаетесь в одном клане?

— Вы будете удивлены, но неплохо. В последнее время я начала замечать за собой интересное свойство — я начинаю угадывать его действия. А когда мне что-то непонятно — я вызываю его к себе и спрашиваю его мнение. Практически всегда его мнение после детального рассмотрения оказывается самым оптимальным для клана. Повторюсь — тан Рур — прирождённый лидер. Потенциальный патриарх.

— Вы же говорили, что он не претендует на ваше место?

— Я ещё говорила, что ему достаточно уйти из клана…

— И что же будет делать потенциальный патриарх без клана?

— Почему без клана? Я боюсь, что после его ухода из клана выйдет вся силовая прослойка. Охранники, бойцы, пилоты.

— Неужели вы не сможете их удержать?

— Удержать несколько тысяч высокопрофессиональных бойцов, способных убивать голыми руками? А ведь у них ещё и оружие есть. Вы можете себе представить их уровень подготовки?

— Могу… Я смотрела их дуэли с бойцами Ойхо.

— Кстати, эти дуэли были инициативой тана Рура. Мне об потом рассказала госпожа Иллэри, у нас с ней сложились неплохие отношения. Вы можете представить себе человека, хладнокровно спланировавшего кровавые убийства нескольких сотен человек?

— Как я понимаю, это были не убийства, а дуэли?

— Дуэль рурха с данхои? Не смешите меня. Это были не дуэли, а казни. Нашим бойцам для убийства противника было достаточно, как правило, одного удара, являющегося смертельным. Иногда, крайне редко, требовался ещё один удар. Третьего удара не было почти ни у кого. Сам же тан Рур вышел на дуэль один против одиннадцати бойцов клана Ойхо. Результат вы тоже видели?

— Нет, к сожалению, не досмотрела… Зрелище — не для слабонервных…

— Тану Руру для убийства всех одиннадцати потребовалось менее нуны. Он не сражался, а просто подходил и сворачивал своим противникам шеи, причём у последнего — главнокомандующего клановыми войсками Ойхо, он вырвал сердце. Спокойно. Одним ударом. Честно говоря, я не жалею, что не присутствовала на этом побоище. Профессиональных военных, участвовавших во многих битвах и не понаслышке знающих, что такое смерть, рвало прямо на поляне перед матриархом. Матриарху Ойхо едва удалось сохранить относительно приличное выражение лица, на остальных же явно читался ужас. Вы серьёзно считаете, что мы сможем удержать несколько тысяч подобных бойцов, когда всего пятьдесят из них заставили ужаснуться Ойхо? Пока тан Рур делает всё возможное и даже сверх возможного, чтобы с кланом Лерой считались в империи, я ничего не сделаю против него. Ради клана я даже уступлю ему кресло, на котором сижу…

— И тан Рур отлично об этом осведомлён, конечно?

— Полагаю, догадывается, несмотря на то, что я ничего подобного не говорила. Мне просто повезло, что, по-видимому, борьба за власть не соотносится с его кодексом чести. Так что мою позицию вы поняли — я не буду давить на тана Рура сама и не соглашусь, чтобы это делали вы. Он нужен для клана больше, чем мы нужны для него.

— Даже так? Интересно… Но просто поговорить с ним вы мне позволите? Поверьте, сильно давить на него я не буду, попытаюсь склонить к сотрудничеству клановыми преференциями. Если ему так важно благополучие собственного клана, то, надеюсь, мы договоримся. В генетических исследованиях и биологических разработках заинтересованы, поверьте, не только мы. Клан Камэни не зря на протяжении эонов удерживает безоговорочное лидерство в улучшении генетического кода человечества. Благодаря нам человек может жить долго, а в перспективе — практически вечно!

— Пока у этого человека есть деньги для оплаты ваших услуг, разумеется…

— Разумеется. Бесплатно мы не делаем ничего. Впрочем, как и вы. Не так ли? Так мы договорились по поводу тана Рура?

— Хорошо, если вы просто поговорите с ним, то, думаю, на это я смогу пойти. И очень прошу вас — не пытайтесь на него давить. Я не хотела бы осложнений между нашими кланами. Пока существующее положение меня вполне устраивает.

— Если мы с таном Руром договоримся, оно устроит вас ещё больше.

— Согласие на разговор я дала. Постарайтесь не превышать отпущенных на эту встречу полномочий. Есть ли ещё какие-нибудь вопросы, требующие нашего личного вмешательства?

— Нет, спасибо. Текущими делами займутся наши заместители. Сейчас я не отказалась бы от ещё одной порции вашего восхитительного чая. Вы не возражаете?

— Ну разумеется! Сейчас распоряжусь…

Где-то в резиденции клана Камэни…

— Внученька, я рада тебя видеть. Ты прекрасно выглядишь.

— Спасибо, бабушка. Но вы ведь вызвали меня к себе совсем не для того, чтобы справиться о моём здоровье?

— Ну почему же? Одно другому не мешает… Но ты права, у меня есть новость, касающаяся меня лично. Я нашла для себя мужа, и у нас скоро свадьба.

— Поздравляю вас, бабушка. И кто же этот избранник? Сказать по правде, я не вижу в вашем окружении ни одного достойного вас мужчины. Или вы решили приглядеться к среднему звену клана?

— Нет, мой избранник не из нашего клана.

— Даже так? Вы решили пойти на нарушение клановых традиций?

— Решила. Несмотря на то, что традиции, как таковые, не нарушены. Прямого запрета на браки между кланами и браки кланового с внеклановым не существует. Такой брак может быть заключен с разрешения матриарха клана. Будем считать, что подобное разрешение я сама себе дала. Имею я право хоть раз в жизни воспользоваться служебным положением?

— Действительно… А матриарх вашего избранника?

— Матриарх Лерой? Я с ней уже переговорила — она не против.

— Ваш избранник настолько бесполезен для Лерой?

— Наоборот. Очень перспективный молодой человек. Лучший выпускник академии. Надежда клана, способен в перспективе занять очень высокие командные посты в имперском космическом флоте. Один из лучших учеников профессиональной школы боевых искусств клана Лерой. Создатель и директор этой школы, тан Рур, назначил его одним из своих заместителей с правом преподавания в этой школе. Тан Мидо — один из лучших представителей клана Лерой. Торг за него был очень тяжёлым. Однако приобретение того стоит. Мидо — талантливый и многообещающий человек. Он умеет руководить и принимать решения. Он лучше любого из наших пилотов — это не моё мнение, а мнение заместителя ректора академии, в которой он обучался. Если он не займёт высокий пост в имперском военном флоте — он займет пост командующего флотом Камэни.

— Командующий Лерой во главе флота Камэни?

— Мидо после свадьбы возьмёт клановую фамилию Камэни.

— Вижу, бабушка, вы уже всё решили.

— Я действительно уже всё решила. А вызвала тебя для того, чтобы сообщить, что на должность командующего клановым флотом уже есть кандидатура. Возможно, для нашего флота он даже слишком хорош. Возможно, он также сможет подтянуть наших штурмовиков — аналогичные нашим десантно-штурмовые войска создаёт и клан Лерой, и они не хуже их охранников. То есть намного лучше имперских. Кстати, подумай — неплохо бы заманить в наш клан ещё несколько бойцов Лерой, прошедших клановую школу. Нужно попробовать организовать смешанные браки, подыскав для мужчин Лерой достойных женщин из нашего клана. Большинство женщин останется у Лерой, но нескольких мужчин, возможно, удастся перетянуть к нам. В конце концов, потерю одного-двух десятков женщин наш клан переживёт, если в результате в наш клан перейдёт хотя бы один-два опытных бойца Лерой. Инструкторы нашим войскам нужны, а у Лерой они сейчас — лучшие в империи. Посмотри на досуге, что бойцы Лерой сделали с лучшими профессиональными солдатами Ойхо — я до сих пор не могу отойти от шока. Кстати, Мидо — один из тех бойцов…

Результаты недавно полученных лабораторных исследований порадовали Айлинэри не сильно. Окончание четвёртого этапа исследований выявило, что необходимые им признаки действительно можно запрограммировать и передавать по наследству последующим особям. Дальше, как и предполагала Айлинэри, учёные продвинулись в вопросе наделения человека способностями к телепатии и ориентации в пространстве без применения обычных органов чувств — зрения, слуха, осязания. Развитая, генетически изменённая нервная система по образу и подобию образца номер один предоставляла возможность человеку использовать её как маломощный биолокатор. Осталось обучить мозг использовать дополнительный прибор. Это уже оказалось не столь быстрым делом, но в ближайшие несколько сотен сол учёные должны были с этим справиться. Первые же успехи Айлинэри прогнозировала получить ещё раньше — через пятьдесят-шестьдесят сол, широко развёрнутые масштабные исследования вполне позволяли на это надеяться. А вот группа, развернувшая исследования по модернизации физических характеристик человеческого тела, похоже, пошла не по тому пути. Некоторые подвижки у неё, конечно же, были, но, оказывается, в империи существовал уже разработанный способ достижения подобных результатов, и Айлинэри натолкнулась на него совершенно случайно — если бы госпожа старший матриарх не собралась замуж и не рассказала о своём избраннике, информация так и осталась бы похороненной в спецархивах клана. Подумать только, сколько ещё важной информации скрывают архивы… Информации неизвестной только потому, что никто не знает, по каким критериям её там искать. Вот и сейчас очень важная для научных исследований информация находилась в архиве торгово-экономических переговоров с другими кланами, да ещё и под грифом «особо секретно». Айлинэри просмотрела только начало видеозаписи — на большее её не хватило. Крепкие, спортивные, с огромными мускулами, почти полностью обнажённые мужчины как автоматы, с периодичностью в несколько нун убивали с одного, реже — с двух ударов очередного солдата Ойхо. Как эту бойню вытерпела до конца госпожа старший матриарх — непонятно, саму Айлинэри стошнило уже после двадцати нун просмотра, как она ни крепилась… Прополоскав рот и горло, женщина выключила экран — смотреть дальше было выше её сил. Однако Айлинэри обратила внимание на главное — все бойцы клана Лерой имели мощное, мускулистое, накачанное тело — совсем как у покойного Дэрия. Следовательно, есть технология, развивающая тело без вмешательства в генетический код. Скорее всего — специальные химические препараты, не вызывающие привыкания и вредных последствий применения как минимум в ближайшем обозримом будущем. Технология Камэни незнакома — тревожный признак, возможно, какой-то клан, если не сама империя, ведут секретные разработки, в будущем способные составить конкуренцию разработкам Камэни. Кстати, надо предупредить госпожу старшего матриарха — если её избранник, как там его — Мидо, кажется, принимает химические препараты, то хорошо бы ему пройти полное исследование организма на предмет мутагенности — абсолютно безвредных веществ не бывает, как учёный-медик, она это, в отличие от старшего матриарха, очень хорошо знает… А, может быть, привлечь к исследованиям самого Мидо? Нет, госпожа не позволит… Хотя, там же ещё полсотни таких же красавцев. Вот этим вопросом и надо заняться в ближайшее будущее…

— Уважаемый тан Рур, я хотела бы обсудить с вами один деликатный вопрос.

— Я весь внимание, госпожа матриарх.

— С вами хотела бы встретиться госпожа младший матриарх клана Камэни.

— Айлинэри? Она озвучила причину?

— Причину она озвучила, но у меня сложилось ощущение, что она явно что-то недоговаривает. На словах она выразила заинтересованность вашей школой, но явно это предлог для личной встречи. Впрочем, на встрече она попытается уговорить вас поделиться знаниями о вашей школе. Её будет интересовать всё — от методики преподавания до пищи и препаратов, которые вы принимаете. Я знаю, что эту информацию вы считаете секретной и даже мне сообщаете далеко не всё.

— Вам я сообщаю не всё потому, что информация о методике преподавания должна передаваться целиком. Будучи переданной частично, разрозненными кусками, без увязки в единое целое, она может сильно навредить адепту, примерившему её на себя. Также не хочу передавать методику на сторону по причине её крайней травмоопасности для окружающих. Без должного воспитания, без прививки определённых моральных ценностей эта информация опасна. Древние традиции моей родины передают данную систему обучения напрямую от учителя к ученику. Я не знаю другого варианта передачи информации и не хочу экспериментировать. Именно поэтому я не посвящаю в тонкости преподавания даже вас, госпожа.

— То есть вы отказываетесь от встречи с госпожой младшим матриархом Камэни?

— Нет, от разговора с ней я не отказываюсь. Не вижу смысла. Она уже знает об этой системе достаточно, чтобы не наделать ошибок.

— Знает больше меня?

— Намного, госпожа.

— И откуда она смогла узнать информацию, которую даже я считаю секретной?

— Некоторое время с госпожой младшим матриархом Камэни мы были близки.

— Даже так? И насколько близки?

— У нас с ней общий ребёнок.

— Вы мне об этом ничего не говорили! В моём клане, оказывается, долгое время находился отец ребёнка матриарха другого клана! Вы понимаете, что это в корне меняет расстановку политических сил в наших кланах?

— Это ничего не меняет. Это моё личное дело, и прошу ни сейчас, ни в дальнейшем мои отношения с младшим матриархом клана Камэни нигде не использовать и не афишировать. Если я узнаю, что эта информация уйдёт от вас — я сильно обижусь.

— Вы могли бы использовать данный факт для упрочения связи между нашими кланами.

— Я не буду этого делать. Это противоречит моим принципам.

— Даже если принесёт прибыль клану?

— Повторяю — я этого делать не буду и прошу, чтобы данная информация не использовалась вами.

— Но с младшим матриархом Камэни поговорить вы не отказываетесь?

— Нет, не отказываюсь.

— Тогда я хотела бы попросить вас, тан Рур, чтобы при этом разговоре вы не забывали, что вы член клана Лерой.

— У меня хорошая память, госпожа…

— Тан Рур? Проходите, садитесь. Берите чай, печенье, фрукты.

— Благодарю, госпожа младший матриарх клана Камэни.

— Тан Рур, я пригласила вас, чтобы поговорить о будущем наших кланов. Вы занимаете в клане Лерой высокий пост, госпожа матриарх Лерой очень лестно отзывается о ваших усилиях по развитию клана. Благодаря вам клан…

Айлинэри замолчала, пристально вглядываясь в лицо Андрея, как будто пытаясь разглядеть на нём какие-то только ей известные черты.

— Тан Рур… Тан… Дэрий?

— Да, Лина, это я.

— Дэрий… Действительно, Дэрий… Ты живой… Я думала, что ты погиб!

— Меня очень сложно убить.

— Я видела твою старую голографию — лицо страшно изуродовано шрамами…

— Я давно уже избавился от них.

— Дэрий… Как я по тебе скучала! Даже думая, что ты погиб, я продолжала искать тебя!

— Спасибо, Лина.

— Дарий… Создатель, как ты смог выжить? Тебя же ранили, после чего долго искали в лесу… Ты так и не вышел. Все решили, что ты заблудился и погиб от ран.

— Как видишь, не погиб, а вполне жив и здоров. Погибнуть в лесу для меня — то же самое, что для тебя — заблудиться и погибнуть в собственном кабинете.

— И шрамы у тебя исчезли, и выглядишь ты значительно моложе….

— Омоложение, Лина. Совместил, так сказать, приятное с полезным. И солы назад отмотал, и от шрамов избавился. Очень уж меня тогда в заповеднике сильно рурх потрепал. Едва в живых остался.

— На тебя напал рурх? И как ты от него спасся? Один, раненый, без оружия…

— С трудом, признаюсь. Пришлось убивать. Хотя зверя было жалко — красив был, зараза. Вернее — красива. Кошкой оказалась.

— Убил рурха? Невероятно! Подожди, у тебя же не было оружия?

— Не было. Руками убил. Вернее — ногой. Ну и повезло, честно сказать. Не был бы зверь настолько голодным — неизвестно, кто бы победил. А так я ещё и шкуру с кошки содрал, она мне замёрзнуть не дала. Холода наступили, снег пошёл. Я тогда вообще едва до научной станции добрался — той, которая в заповеднике. Спасибо, вовремя нашли, выходили. Кстати, женщина, которая меня тогда нашла и выходила — теперь моя жена.

— Ну, про твоих жён я наслышана. У тебя их действительно двадцать одна?

— Истинная правда.

— И как?

— Что — как?

— Справляешься с ними со всеми?

— А что с ними справляться? Девочки заняты своими прямыми женскими обязанностями — обеспечивают мне наследников исходя из своих сил и возможностей. За домом следят, за детьми, обеды готовят…

— Как же, наслышана, наслышана… — губы женщины изогнулись в лёгкой ироничной улыбке, — детей то у тебя под сотню уже, наверное?

— Больше. Что-то около ста двадцати. Кажется, сто двадцать четыре. Хотя могу и ошибаться…

— Уже и не помнишь, сколько у тебя детей?

— Главное — что они меня помнят. А если понадобится узнать точное количество — у жён спрошу, они в этих делах лучше меня разбираются.

— Да, хорошо устроился… Сначала, слышала, простым техником был, а потом в преподаватели выбился. Ректор своим заместителем взял… Клан помог?

— Будешь удивлена, но нет. Техником меня Лана устроила, это моя первая жена. Я же у себя на Земле инженером по разработке летательных аппаратов был. А то, что можешь сам создать — неужели не сможешь научиться ремонтировать? Литературу изучил и стал неплохим техником. Летать — тоже у себя на родине начал, я с детства о небе мечтал. У нас в институте народ любил и на планерах, и на дельтапланах полетать. С парашютом прыгал… Аэродинамику на собственной шкуре изучил. Короче — небо я ещё с Земли любил, а когда вы меня похитили, на корабле подключил к терминалу обучающую программу, которую капитан в искин закачал. Ну, ту, которая на звездолётах учит летать. Там и теория, и практика, и сдача зачётов. Помнишь, я перед сном постоянно в ней зависал?

— Помню…

— А в академии мне разрешили использовать виртуальные тренажёры. Разрешил лично ректор. На них я свои умения отшлифовал. Пересекался с ректором в нескольких виртуальных боях, он по достоинству оценил мои способности. Так я стал сначала преподавателем, а затем и его заместителем. Клан ни при чём.

— А твоя школа?

— Матриарх Лерой сама предложила мне обучать боевым искусствам будущих воинов клана Лерой. Она, правда, ничего в них не понимает и наивно полагает, что моя школа — это что-то наподобие имперских десантных академий.

— Поверь, она уже давно догадывается, что на самом дела твоя школа — это нечто совершенно другое.

— Что ж, никогда не отказывал ей в наблюдательности и умении анализировать факты.

— Да, факты — упрямая вещь… Твои ученики постепенно становятся похожими на тебя. И фигурой, и по духу.

— Верно. Они все идут по пути воина. Буси-до.

— И со временем все станут такими же, как ты?

— Не знаю, может, станут, а может, и нет. Может, даже будут лучше меня — я, поверь, далеко не идеал. В пути ведь главное — не результат, а движение. Это сложно объяснить. В школе мы совершенствуем дух, а дух и тело неразрывно связаны. Совершенствуя тело, воин совершенствует дух. И наоборот, совершенствование духа приводит к совершенству тела. И этот процесс бесконечен. Любая покорённая на этом пути вершина открывает дорогу к следующей.

— Как раз именно это объяснить достаточно просто. Помнишь, на корабле мы проводили ряд тестов? Я зафиксировала вполне реальные и доступные для измерения приборами последствия использования тобой силы духа — как ты её называешь. В действительности сила духа — есть не что иное, как возможность использования мозгом некоторых способностей человеческого тела. Твоя методика тренировок, похоже, ставит своей целью раскрытие этих спящих способностей путём тренировки отдельных органов, преимущественно — нервной системы. Тело человека — достаточно гибкий и пластичный конструкт и подстраивается под изменяющиеся условия внешней среды. Впоследствии часть накопленных изменений передаётся потомству. Накопленные твоим телом изменения уже закреплены на генном уровне… Дэрий, а ведь я к тебе с просьбой — помоги нам! Начатые мною на звездолёте работы очень важны для моего клана. Однако в связи с определёнными трагическими событиями они сильно замедлились. Для продолжения исследований нужен ты лично. Мы не будем отнимать слишком много твоего времени — я отлично понимаю твою роль в клане Лерой. Однако затраченное на участие в опытах время клан Камэни готов компенсировать. Причём величина компенсации будет как минимум сравнима с нашей помощью в создании космического флота Лерой. Мы согласны дать клану Лерой много, очень много. От тебя требуется только назвать свою цену. Мы также крайне заинтересованы, чтобы в проводимых нами генетических исследованиях участвовал не только ты, но и твои дети — некоторые из них явно унаследовали твои способности.

— Что, эти исследования действительно так важны для вас?

— Ты даже не догадываешься, как. Мы нащупали принципиальную возможность управления мозгом многими функциями человеческого тела. Ты в состоянии ощущать присутствие рядом с тобой живых организмов, и даже чувствовать их эмоции. Нечто вроде локации с обратной связью Способность задокументирована и мы даже приблизительно разобрались, как это работает. Таких способностей у тебя много. Их изучение и использование — настоящий прорыв в биоинженерии.

— Выгода для вас мне понятна. А для клана Лерой?

— Назови свою цену.

— Цену назову, и она, поверь, будет немалой, хотя выражаться будет не в деньгах. Клан Лерой тоже кровно заинтересован в подобных исследованиях. Минимальные требования — это Лерой на равных с Камэни правах будет допущен к новейшим вашим разработкам, как экспериментальным, так и уже выпущенным на рынок. К тому же мы знаем, что для клана Камэни медицинские услуги обходятся в несколько раз дешевле, чем для остальных жителей империи. Мы хотим иметь в этой области равные права с Камэни, то есть платить столько же, сколько и вы. Возможно, появятся и другие условия, пока я не могу сказать — какие, нужно думать, считать, анализировать. Фактически, наши требования не столь уж и обременительны для клана Камэни — просто связь двух кланов станет гораздо крепче, чем сейчас, и можно будет говорить не о простом союзе, а о синдикате. Но это всё — потом, сейчас считай, что в целом я не вижу принципиальной невозможности собственного участия в ваших программах, осталось договориться об условиях сотрудничества. Цена, повторюсь, будет немалой и наши требования ещё увеличатся — будьте к этому готовы. Про моих детей забудь — участвовать в генетических исследованиях они не будут, и это даже не обсуждается. А теперь, когда все намеченные вопросы обсуждены и стратегия дальнейшего развития определена, позволишь мне один личный вопрос?

— Говори. Постараюсь ответить.

— Как поживает мой сын?

— А нет никакого сына…

— Как нет? Подожди… Ты же была беременна, когда мы прилетели на Окану?

— Нет у нас сына, Дэрий… Император убил его…

Явившись по вызову матриарха, Мидо застал свою невесту мирно беседующей с таном Руром и госпожой Литэйлой. Троица непринуждённо сидела за низеньким чайным столиком, заставленном разнообразными закусками и посудой, в уютных мягких креслах, и вела разговор о политике и возможном вступлении империи в войну с таурийцами. Кресел вокруг столика было четыре, и одно явно предназначалось для Мидо — увидев его, тан Рур кивком предложил ему занять пустующее кресло и вернулся к разговору. Мужчина прошёл к столу, заняв пустующее кресло, и, увидев стоявшую перед ним пустую чашку, налил в неё чаю из небольшого чайника, справедливо рассудив, что раз чашка поставлена — значит, заполнение её чаем само собой подразумевается. Налив чай и отхлебнув несколько глотков ароматного напитка, Мидо аккуратно поставил чашку на столик и стал прислушиваться к разговору. Троица, между тем, похоже, пришла к какому-то решению, так как разговор плавно свернулся, и Литэйла с улыбкой сказала:

— А вот и наш жених подошёл. И, судя по всему, уже освоился в нашей небольшой компании.

— Я только налил себе чаю, предположив, что раз для меня поставлена чашка — значит, логично подразумевается, что я в неё должен что-то налить.

— А почему именно чай? За столом множество других напитков, — слово взял уже Рур.

— Не знаю… Решил налить именно чай.

— Совсем застесняли нашего мальчика, — опять с улыбкой сказала матриарх Лерой, — а мы, между прочим, собрались по очень важному поводу. Мидо, хочу тебе представить твою невесту. Если ты согласишься взять её в жёны, то именовать её будешь не госпожа, а Иллэри Камэни.

На лице Иллэри блуждала загадочная улыбка, женщина явно витала в облаках, думая о чём-то своём. Посмотрев на счастливое лицо избранницы, Мидо сказал:

— А почему на встречу не явилась госпожа матриарх Камэни? Как я понял, мы сегодня планировали обсудить мою свадьбу с Иллэри с обоими матриархами.

— Мидо, наши планы не изменились, — объяснил Рур, — мы как раз и обсуждаем твою свадьбу с матриархами Камэни и Лерой. Это я тут в некотором роде лишний… Однако по взаимному согласию выступаю на переговорах в качестве третьей стороны, отстаивающей интересы обоих кланов.

— Так где же матриарх Камэни?

— Мидо, ты так до сих пор ничего и не понял? — на лице Рура также, как и на лице Иллэри, появилась улыбка, — госпожа Иллэри и есть матриарх клана Камэни. Точнее — старший матриарх.

Иллэри с лукавой улыбкой посмотрела на смутившегося Мидо, после чего пояснила:

— Дорогой, а почему ты так сильно удивлён? Ты же знал, что я занимаю в клане достаточно высокий пост — я говорила тебе об этом. А в клане обычно очень мало людей, чьи имена не называют, обходясь в разговоре только одной должностью. В нашем клане таких людей двое — я и младший матриарх госпожа Айлинэри. Впрочем, пройдёт совсем немного сол, и её имя забудут так же, как и моё, называя просто «госпожа младший матриарх». Потом и слово «младший» исчезнет…

— Так вот почему ты говорила, что и тан Рур, и моя матриарх согласятся на то, что я уйду в ваш клан и возьму фамилию Камэни…

— Совершенно верно. Было бы странно, если бы я ушла в клан Лерой. Не менее странным выглядел бы вариант, когда муж матриарха носил бы другую фамилию. Так что эти условия — жизненная необходимость. Кстати, ты на них согласился.

— Я не отказываюсь от своих слов… Просто всё это как-то неожиданно… И как мы будем жить вместе?

— Как живут все семейные пары, как же ещё? Ты до сих пор не знаешь, как живут мужчина с женщиной?

— Нет, этот аспект семейной жизни мне как раз понятен и не вызывает вопросов. Интересует другое — как мне относиться к тому, что моя жена — матриарх?

— А что тебя смущает? Должность ты займёшь в соответствии со своими способностями, никаких поблажек. Тан Рур вообще предлагает тебе для начала попробовать свои силы на службе империи. А в клане для тебя всегда будет место главнокомандующего клановым флотом, который мы вскоре создадим. Опять-таки тан Рур утверждает, что с этой должностью ты справишься лучше многих выпускников академии. Кстати, с некоторыми пилотами будущего флота Камэни ты знаком — вы вместе учились в академии. По службе относиться ко мне будешь как к непосредственному начальнику — это если останешься служить в клане. А в семье — я никогда не смешиваю работу с семейной жизнью. Дома у нас, как я надеюсь, будет равноправие. Как такой вариант?

— Полностью согласен. Остался нерешённым вопрос с детьми…

— Сразу предупреждаю — уподобляться жёнам тана Рура я не буду. И это даже не обсуждается. Ребёнка, если считаешь необходимым — рожу. Одного. Я всё же матриарх, а не передвижной инкубатор, на мне целый клан, сидеть дома с детьми мне некогда.

— Вообще одного? И второй даже не обсуждается?

— Почему не обсуждается? Вырастим первого, поставим на ноги, посмотрим, как будет складываться его работа и личная жизнь. Если первый ребёнок, повзрослев, не будет требовать нашей опеки — можно будет говорить о втором. А до тех пор — извини, и у меня, и у тебя будет слишком мало свободного времени, чтобы его хватило даже на одного.

— Согласен. С первым ребёнком — затягивать не будем. Второй — по обстоятельствам, когда вырастет первый.

— И последнее. Я человек занятой, свободного времени у меня меньше, чем нет совсем. Возможно, тебе не будет хватать женской ласки. Если почувствуешь потребность — можешь найти себе женщину. Мне, конечно же, будет неприятно, но я пойму. Условие — никаких официальных отношений. Брак не оформляй, я всё же матриарх, и у моего мужа может быть только одна официальная жена. Это касается также гражданских браков. Со своей стороны приложу все усилия для того, чтобы ты был у меня единственным. Хотя здесь как раз нравы более свободные — матриарх может иметь столько мужей, сколько захочет. Постараюсь этим правом не злоупотреблять.

— Я ценю подобное решение. Спасибо.

— Вопросы нашей предстоящей личной жизни мы, вроде бы, обсудили и пришли к взаимовыгодному итогу?

— Основные вопросы — да, обсудили. Мелочи обсудим потом, да и не важны они по большей части.

— И это очень хорошо. С неофициальной частью наших переговоров покончено, переходим к официальной. Теперь хотелось бы услышать ответ матриарха Лерой, что она хотела бы получить для своего клана, передавая в клан Камэни тана Мидо Лерой. С позицией тана Рура я уже знакома и, признаться, считаю его требования несколько чрезмерными…

Последнее время Андрей постоянно чувствовал на задворках сознания какую-то тревогу и никак не мог понять её причины — как будто над ним нависла какая-то опасность, и в то же время никакой опасности не было. Всё было не просто хорошо, а прекрасно — жизнь текла неспешным размеренным потоком, не принося никаких сюрпризов. Мидо, сменивший фамилию с Лерой на Камэни, активно втягивался и в супружескую, и в клановую жизнь, в ожидании решения о приёме в имперский космический флот создавая основу кланового космического флота Камэни. Клан Лерой успешно развивался по разработанному матриархом плану, принося в клановую казну всё больше и больше денег — бойцы и охранники Лерой начали пользоваться в империи популярностью, иметь в охране хотя бы одного телохранителя Лерой считалось престижным. И работа, и школа, и семья также не приносили Андрею никаких сюрпризов, за исключением рождения очередной дочки. Однако чувство гнетущего ожидания, что вот-вот что-то должно случиться, периодически волнами накатывало на Андрея, выводя его из равновесия. Дни шли за днями, а гнетущее чувство не только не исчезало, но, казалось, даже увеличивалось.

Наконец чувство тревоги стало настолько осязаемым, что Андрею даже показалось, что у этого чувства возникло направление — его явно тянуло куда-то на север. Привычка доверять своим чувствам заставила Андрея в один из дней, вернувшись домой после лекций в академии, вместо ужина запрыгнуть в лёгкий флаер и рвануть из окрестностей Када, в которых располагался клановый посёлок Лерой, на северо-восток, в сторону Шарой — по ближайшей магистрали. В Шарой чувство тревоги усилилось, смешавшись с желанием продолжать путь на север, в сторону заповедника. Пролетев от Шарой на восток в сторону Рины, Андрей убедился, что зов слабеет. Уже догадываясь о причинах, он рванул на клановую базу, чтобы забрать свой десантный челнок — благо совершенно случайно он уже несколько дней стоял в ангаре на профилактике.

И вот, как и более десяти лет назад, Андрей опять проделывал путь через заповедник, правда, теперь не пешком, а по воздуху. Сотни километров над густыми лесами, сменившимися горными массивами с высокогорными лугами и поросшими лесом ущельями, и Андрей вдруг понял — здесь. Источник тревоги находился где-то здесь, в неглубоком каменистом ущелье между двух скалистых вершин. Выбрав относительно ровную площадку вдали от разбросанных по склону небольших зелёных рощиц, окружающих сбегающие с горы в неглубокую порожистую речку ручейки, Андрей аккуратно посадил челнок и, заглушив турбины, по откинутому трапу спустился в высокую, выше колена, густую сочную траву. Пульсирующий в голове последние ри тревожный зов сменился узнаванием, и от небольшой группы едва различимых на противоположном склоне деревьев огромными прыжками к нему стала приближаться светло-серая пятнистая тень. Рурх.

Наблюдая, как кот добегает до речки, грациозными прыжками с валуна на валун форсирует водную преграду и продолжает бег к нему, Андрей уже не сомневался, кого видит. Ещё несколько нун гигантских прыжков кота вверх по склону — и Андрея чуть не сбил живой танк из почти тонны мышц, костей и пушистого меха. Барсик… Почёсывание подбородка, потрёпывание ушей, лизание носа — недолгий обмен любезностями закончился, и голову Андрея разорвал поток чужих мыслеобразов — картинки сменялись калейдоскопом, в них присутствовали горы, данхои, кагиры, шарсы, даже умботы — по-видимому, у Баси была активная жизнь. В картинках появлялись и другие рурхи, что не могло не радовать — его Барсик не был изгоем в животном мире. Но вот все картинки сошлись на изображении молодого рурха — похоже, ещё котёнка. Котёнок лежал между базальтовых валунов, опустив голову на одну переднюю лапу и неестественно подвернув другую, скорее всего, травмированную. И его изображение сопровождалось смесью боли, отчаяния, и вместе с тем надежды и ожидания чего-то. Похоже, рурх оказался значительно более разумным животным, чем считалось на Окане — не в силах помочь котёнку самостоятельно, он попытался вызвать того, в кого верил и кому доверял.

— Ну что ж, морда ушастая, — ласково проговорил Андрей, залезая на спину рурха, — поехали, покажешь, зачем ты меня вызвал.

Кот, дождавшись, пока Андрей прочно усядется на его спине, плавными прыжками понёсся в сторону небольшой рощицы на противоположном склоне ущелья. Недолгая поездка закончилась перед выросшим как из-под земли ещё одним рурхом, преградившим им дорогу, утробно рыча. Второй рурх был несколько крупнее Баси и явно старше его — в позе и поведении зверя, оскаленной морде с несколькими мелкими шрамами и надорванным ухом, читалась матёрость взрослого зверя. Рурхи, как помнил Андрей, живут лет сто-сто пятьдесят, а иногда и больше.

— Бася, ты что, помоложе себе жену не нашёл? — спросил Андрей у кота. Второй рурх явно был самкой, и то, что его Бася обзавёлся парой, объясняло, откуда в мыслях у кота появился маленький рурх.

Похоже, что кот отлично понял слова Андрея, ибо на его вопрос коротко тявкнул, сразу же переведя взгляд на самку. Та вовсе не хотела знакомиться с Андреем ближе, ещё раз рыкнув и встопорщив на затылке шерсть. Бася, воспитанный человеком, привык доверять людям. Кошка же, умудрённая опытом всей своей нелёгкой жизни, вовсе не разделяла оптимизма своего избранника. Понимая, что отношения рано или поздно придётся выяснять, Андрей, глядя в глаза кошки, представил себя громадным рурхом, по величине раза в два больше её. Представил, как медленно подходит к ней и, несмотря на оскаленные клыки и вздыбившийся шерстью загривок, кладёт свою гигантскую лапу на её шею и придавливает к земле. Андрею даже показалось, что его лапа встретила сопротивление кошки… Но не остановилась, а продолжала вдавливать голову в каменистую землю до тех пор, пока самка не прекратила рычать, закрыв пасть и прижав к затылку уши. Не отрывая взгляда от самки, Андрей увидел, что она действительно признала его старшинство и смирилась, опустив взгляд и попятившись назад… Всё же рурхи, пусть и разумные, но звери — слишком уж в них силён инстинкт хищника. Возможно, оканийцы в чём-то правы, говоря, что хищник никогда не сможет развить свой разум до того уровня, который достаточен для зарождения цивилизации.

Не обращая больше внимания на только что одержанную ментальную победу, Андрей проследовал за Басей в глубину небольшой рощицы, выросшей среди осыпавшихся со склонов горы камней. Как и было в видениях Баси, около одного из камней лежал молодой рурх — совсем ещё маленький котёнок, ненамного больше самого Баси, когда он встретился с Андреем. И котёнок умирал — это было явно видно по его исхудавшему виду, частому прерывистому дыханию и облезшей, сползающей клочьями шерсти.

Котёнок где-то повредил лапу. Повредил давно. Возможно, неудачно прыгнул, возможно — выбрал слишком крупную для себя дичь. Результатом явилась рваная загнивающая рана с белёсым осколком раздробленной кости. Видимо, после перелома зверь ещё пытался отползти в убежище, только усугубляя травму. Осмотрев и самого кота, и рану, Андрей констатировал как запущенное состояние самой раны, так и общую слабость и обезвоживание тела животного. К тому же в рану явно попала грязь и началось заражение — об этом свидетельствовал неприятный запах и побелевшие от сочащегося гноя края раны. Жить зверю оставалось совсем недолго.

Переведя взгляд с умирающего котёнка на жалобно смотрящего на него Басю, Андрей уже знал, что просто встать и уйти он не сможет. Опять взгромоздившись на пушистую спину, он представил в голове площадку перед своим челноком, мысленно отправив картинку Басе. Рурх, как будто получив словесную команду, сорвался в обратный путь, за несколько нун доставив Андрея обратно до корабля. Внутрь челнока зверь не пошёл, оставшись дожидаться своего человеческого друга на заросшей травой лужайке у входа.

Андрей же, поднявшись на борт челнока, выгреб все запасы корабельной аптечки, пытаясь решить, что же предпринять в качестве экстренной помощи. То, что может подойти и человеку, и зверю. Остановившись на стандартном комплекте для обработки ран, наборе противовоспалительных внутривенных препаратов, по своему действию схожих с земными антибиотиками, и укрепляющий физраствор, он покидал всё выбранное в небольшую сумку и, не мешкая, спустился обратно к рурху. Повторный путь не отличался от первого, и уже через несколько нун Андрей обрабатывал рану, накладывал на неё повязку и шину, сбрив часть шерсти на шее вколол все взятые с собой противовоспалительные препараты. Однако капельницу с физраствором, после недолгих поисков не найдя подходящей вены, просто использовал как поилку, засунув трубку от капельницы котёнку в пасть. Судя по вялым редким глоткам, целительная жидкость всё же попадала котёнку в желудок. Скормив таким образом две капельницы, Андрей положил пустые оболочки в сумку и сел на ближайший валун, задумавшись.

Если выбранные средства помогут, то скорая смерть отодвинется, дав животному ещё несколько ло жизни. Однако хотелось вылечить зверя, а не продлять его агонию. И вот тут Андрей ничем помочь не мог — он не врач, а подобные раны могли вылечить только профессионалы. А где можно взять профессионалов? Лететь со зверем в столицу?

И тут Андрея осенило — зачем лететь в Окаану, когда совсем рядом, на территории заповедника, есть целый отряд высококвалифицированных специалистов? Здесь же недалеко — научно-исследовательская база, битком набитая учёными-генетиками. И пусть учёные — это не совсем врачи, но из них каждый второй как минимум не уступит врачу-профессионалу, а каждый третий — даст солидную фору. Дело осталось за малым — во-первых, перетащить котёнка на корабль, что, учитывая его вес, было достаточно нетривиальной задачей, и, во-вторых — уговорить учёных вылечить рурха.

Вернувшись верхом на Басе на корабль, Андрей связался со службой безопасности Лерой и канцелярией академии и предупредил, что будет отсутствовать несколько дней, сообщив свои примерные координаты, после чего спустился в хозяйственный отсек и начал поиски средства транспортировки. Такое средство обнаружилось практически сразу — небольшая переносная антигравитационная платформа для доставки мелких грузов — ей часто пользовались десантники для переноски своих вещей и боекомплекта в случаях, когда использование десантных платформ или танков было нецелесообразным.

Вытащив платформу и переведя её из режима консервации в рабочий режим, Андрей активировал генераторы платформы и потащил зависшую в воздухе на уровне коленей серебристую прямоугольную плиту с низкими бортиками за выступающие с боков ручки. Зелёная полоска на приборной панели генераторов показывала почти полный заряд батарей. Насколько рассчитан этот заряд, на день, час или минуту — Андрей не знал, но вряд ли на поле боя использовались антигравитационные платформы с ёмкостью батарей менее нескольких часов, так что заряда теоретически должно было хватить с запасом. Что всё равно не давало повода расслабляться, и Андрей, сопровождаемый Басей, достаточно быстро спустился по склону к речке, перебрался через неё, аккуратно обходя водовороты и выступающие из воды мокрые скользкие валуны. Бурное течение норовило сбить с ног и утащить тело вниз, особенно в самом глубоком месте, где вода доходила Андрею почти по пояс. Переход осложнялся ещё и необходимостью аккуратной переноски платформы — сильного удара о камни она могла и не выдержать.

Наконец речка была преодолена, и промокший усталый человек, сопровождаемый рурхом, добрался до цели своего путешествия — лежащему под деревом около большого камня котёнку. Пока Андрей с Басей ходили за транспортным средством, самка перебралась к котёнку и теперь тщательно вылизывала языком начинающий приходить в себя и жалобно поскуливающий светло-серый пятнистый комочек. Она опять попыталась не подпустить человека к своему малышу, и Андрею пришлось ментально повторить своё право альфа-самца — без этого кошка не отдала бы своего котёнка. Отошедшая мать с поникшей головой и прижатыми ушами выглядела такой одинокой и печальной, что Андрей, невзирая на начинающуюся головную боль, попытался мысленно представить и передать, как грузит котёнка на платформу, перевозит в корабль и улетает к хорошим людям, которые вылечат его. Заключительные картинки, которые Андрей нарисовал в своей голове — это как котёнок весело прыгает по зелёной травке, гоняясь за бабочкой. Судя по успокоившейся мамаше, улёгшейся в тени деревьев и положившей голову с закрывшимися глазами на переднюю лапу, как минимум часть послания она поняла.

Дальнейшие действия Андрея заняли совсем немного времени — платформа с отключенными генераторами улеглась рядом с котёнком, которого Андрей с Басей быстро перекатили на неё через откинутый борт. Поднятый борт зафиксировал котёнка, не позволяя ему свалиться с платформы при её транспортировке. Включённые генераторы подняли платформу всего на ладонь — вес маленького рурха оказался весьма значительным, и Андрею пришлось вывести мощность генераторов на максимум. Зелёная полоска на приборной шкале дрогнула и медленно поползла вниз, как бы говоря, что особо задерживаться не стоит — заряд батарей не вечен.

На спуск к речке, переправу и подъём к челноку хватило примерно трети заряда батарей, несмотря на то, что обратная дорога заняла почти вдвое больше времени — тяжёлая платформа пусть и парила в воздухе, но обладала весьма чувствительной инерцией. Подъём платформы на корабль прошёл в штатном режиме, с использованием бортового грузового лифта. Неожиданностью для Андрея оказалось то, что Бася не остался на земле, а также запрыгнул в лифт, по-видимому, решив сопровождать своего котёнка, раз мать побоялась довериться людям. На собственном опыте зная о том, что дальность действия ментальной связи у рурхов весьма значительна — даже ему удалось услышать Басю на расстоянии в десятки ши, Андрей ещё раз отметил степень разумности рурхов — наверняка кошак будет передавать своей избраннице информацию о состоянии их потомка.

Разместив раненого котёнка в десантном отсеке под присмотром папаши, Андрей плавно поднял челнок в небо, взяв курс на биологическую станцию Оканийского заповедника. Перелёт прошёл штатно и занял совсем немного времени — буквально через несколько нун Андрей уже сажал свой корабль на знакомой посадочной площадке рядом со станцией.

Сама станция за прошедшие одиннадцать лет ни грамма не изменилась — собранные Андреем домики стояли на прежних местах, и из них уже стали выходить люди, заинтересованные незапланированным прибытием незнакомого транспортного средства. Посадив корабль и заглушив турбины, Андрей сделал короткое внушение Басе, чтобы он вёл себя тихо, из отсека не выходил и следил за котёнком. Посчитав необходимые мероприятия по соблюдению техники безопасности исполненными, Андрей покинул челнок, направившись к домику администрации, надеясь, что начальство на месте и с ним удастся договориться.

Андрею повезло — начальство не только было на месте, но и эту должность занимала хорошо знакомая ему танья Рикарола — традиционно молодо выглядевшая роскошно-красивая женщина, талантом, общительностью и невероятной работоспособностью пробившая себе дорогу к руководящим должностям в обход клановых коллег. Ещё помня состоявшийся одиннадцать лет назад урок знакомства с молодым рурхом, женщина очень быстро вникла в суть проблемы и пообещала помочь, сразу же развив бурную деятельность. Наказав Андрею доставить раненое животное в один из домиков, оснащённый необходимым медицинским оборудованием, и обеспечить безопасность персонала станции, в большинстве своём не видящего рурхов иначе как на картинках, она, казалось, потеряла к мужчине всякий интерес, тут же связавшись с кем-то по головизору и начав раздавать указания. Не желая мешать, Андрей быстро вернулся на корабль и, задействовав грузовой лифт, выгрузил Басю и гравиплатформу с котёнком.

Хорошо, что Андрей предусмотрительно нашёл кусок верёвки и накинул один конец, свёрнутый виде петли, на шею Баси, а второй закрепил на своём левом запястье на манер ошейника с поводком — пока он выгружал платформу с котёнком, на улицу из домиков высыпала неплохая толпа зрителей. Страшно подумать, что могло случиться, посчитай они Басю прорвавшимся на станцию диким зверем — вид идущего на привязи рядом с платформой взрослого рурха для многих, не бывших одиннадцать лет назад на станции, стал настоящим шоком. К тому же Бася, недовольный собравшейся поглазеть толпой зрителей, повернул к ним голову и, оскалив пасть, угрожающе рыкнул. Зрителей сразу резко поубавилось, а оставшиеся на всякий случай отступили подальше. Получив от кошака эмоциональную картинку в виде шутливой улыбки, Андрей также мысленно показал Басе кулак перед его розовым носом и на всякий случай обратился к оставшимся зрителям:

— Всё под контролем. Не делайте резких движений и не доставайте оружие. Если не будете проявлять агрессии — рурх вас не тронет.

Видимо, комментария было достаточно — всю дорогу до указанного домика Андрей с грузом и сопровождением проделал под молчаливым прицелом десятков заинтересовано-испуганных глаз.

В сам домик Андрея с Басей не пустили, сказав, что нежное медицинское оборудование не выдержит их нашествия. Помня, как плотно утрамбовано в домиках медицинское и научное оборудование, Андрей, скрепя сердце, согласился с таньей Рикаролой, взявшей процесс под свой контроль. Оказалось, что рана действительно очень плохая и сильно запущенная — котёнок находился при смерти и должен был умереть с минуты на минуту. Помещённый в регенерационную капсулу и напичканный препаратами, он находился под пристальным вниманием целой толпы учёных — кто-то подключил зверя к аппарату искусственного дыхания, кто-то — к аппарату по переливанию крови, кто-то занимался раной… Андрей с Басей всё это время сидели на улице под дверью, тревожно ожидая предварительного диагноза, и только услышав, что непосредственной опасности нет и пациент жить будет, расслабленно вздохнули, одновременно подумав, что давно ничего не ели.

Только подумав о еде, Андрей ощутил, как рот заполняется вязкой густой слюной — сильно хотелось есть. Сочное, яркое ощущение подступающего голода подсказало Андрею, что он не одинок — у его друга точно такие же мысли. Решив, что голодный рурх в человеческом посёлке — не самый лучший способ знакомства с персоналом базы, Андрей, ласково потрепав кота за ухо, сказал:

— Ну что, папаша, похоже, твой неразумный отпрыск будет жить. И чтобы мы вместо него не умерли с голоду, предлагаю пойти перекусить — в челноке у меня только сухпай, ты его даже с голодухи жрать не будешь…

То ли кот согласился с тем, что сухпай для рурхов несъедобен, то ли был твёрдо уверен, что старший брат всегда найдёт, чем полакомиться, но тут же вскочил, преданно заглядывая Андрею в глаза. Путь до столовой также проходил под пристальным наблюдением любопытного персонала, и это было хорошо — Андрей быстренько отловил ближайшую зазевавшуюся девушку и отправил её на кухню с указанием приготовить два обеда — нормальный ему, и кусок свежего мяса — рурху. На вопрос — какой величины кусок — Андрей не сдержался и ответил «примерно с вас», затем уточнив, что «вы, впрочем, тоже подойдёте»… Последовавшей за этой фразой скорости перемещения девушки в пространстве станция, наверное, не видела если не вечность, то как минимум — со времён последнего посещения станции Басей. Андрею даже стало немножко стыдно — девушка не сделала ему ничего плохого, чтобы так по-хулигански заставить её бегать.

Подавив угрызения совести, Андрей с Басей спокойно дошли до столовой, где выяснилась пренеприятная новость — обед для Андрея нашёлся, а вот рурха кормить было нечем, свежего мяса на станции не было. Заведя рурха в столовую, причём кошак едва протиснулся в дверь и устроил в небольшом обеденном зале настоящий переполох, плавно перешедший в панику, разлёгшись на полу у входа и перегородив выход из столовой, Андрей плотно поел, дав Басе вылизать полную остывшего отварного мяса тарелку. Вытащив голодного недовольного рурха на улицу, Андрей опять отловил ближайшую сотрудницу, не успевшую скрыться с дороги, и в приказном порядке потребовал или доставить ему охотничье оружие, или человека, который это оружие может ему принести. А вот если оружие ему доставлено не будет, тогда рурх будет охотиться самостоятельно, причём ему для охоты даже не нужно будет далеко уходить…

После подобного заявления охотничье ружьё, точно такое же, с каким он охотился с Басей во времена зимовки на станции, а также нож и портативный коммуникатор ему были выданы буквально через несколько нун. Поблагодарив запыхавшуюся девушку и сказав, что если охота будет удачной, она имеет возможность попробовать настоящего мяса, приготовленного на открытом огне по древней технологии, Андрей одним незаметным движением освободил кота от верёвки, кинув её рядом с дверью, и, сопровождаемый гордо вышагивающим рурхом, покинул станцию и направился к теряющимся на склоне соседней горы рощицам, за которыми, по воспоминаниям Андрея, был небольшой каменистый луг со стекающей с ледника речкой — излюбленное место водопоя данхоев.

Вернулся на станцию Андрей уже глубокой ночью, когда всё население станции давно и крепко спало. Восседая на спине лениво перебирающего лапами обожравшегося до отрыжки кота, Андрей крепко прижимал к себе заднюю ляжку крупного данхоя — всего остального барана сожрал Барсик. Проследовав сквозь всю станцию, Андрей добрался до своего корабля и на грузовом лифте поднялся в десантный отсек. Положив мясо в холодильник, он проследил, как кот, недовольно покрутившись в огромном полупустом ангаре, выбрал себе удобное место и, свернувшись калачиком, улёгся на голый металлический пол. Не желая, чтобы его четвероногий друг испытывал чувство одиночества, Андрей, оттащив лапу в сторону, улёгся на мягком пушистом кошачьем боку, прикрывшись хвостом, и, немного покрутившись для удобства, заснул. Последним его ощущением было чувство мокрого шершавого языка, лизнувшего его в ухо…

— Мидо, скажи пожалуйста, тан Рур ничего тебе не говорил о том, что планирует устроить тебя в имперский космический флот?

— Лера, дорогая, я считал, что наши с таном Руром планы касаются только нас двоих.

— К сожалению, дорогой, теперь, когда ты стал моим мужем, эти планы касаются не только вас двоих, и даже не меня, но всего клана Камэни.

— В принципе ты права, соглашусь. Тан Рур сообщил, что переменил своё мнение — он больше не считает мою службу империи столь необходимой.

— Настолько радикально изменил своё мнение, что не будет говорить о тебе с императором?

— Тебе и об этом известно?

— Мне известно многое, и сейчас мне хотелось бы услышать от тебя мотивы данного решения.

— Ты хочешь перенести обсуждения дел клана в нашу супружескую постель? А как же твои планы не смешивать семью и работу?

— Я не отказываюсь от своих слов, но сегодня — исключение. С утра у меня очень важная встреча, отменить которую я не могу. А потом не будет тебя — я знаю о твоих планах. Кстати, свои планы на завтра, вернее, уже на сегодня, ты тоже отменить не сможешь. Так что давай потратим несколько нун на обмен информацией во внерабочее время — обещаю, что не буду злоупотреблять этой возможностью.

— Вот так пойдёшь у тебя на поводу один раз, другой — и не успеешь оглянуться, как в кровати мы вместо супружеского долга будем обсуждать клановую политику.

— Не уходи от темы, дорогой. Супружеский долг у нас исполняется своевременно и качественно. Не хотела тебе сообщать раньше времени, но раз уж возник вопрос о супружеском долге, то у тебя в скором времени появится сын. Поздравления можешь высказать несколько позже, а сейчас скажи мне — что случилось? Почему ты не хочешь начать карьеру в имперском космофлоте?

— Я советовался с таном Руром. Против самого флота у него возражений нет, но он переменил своё мнение относительно императора — не знаю, что произошло, но тан Рур не желает иметь с ним никаких отношений. А без одобрения императора карьерная лестница станет для меня необычайно длинной — во флоте необычайно развит протекционизм. Как сказал тан Рур — со временем я бы всё равно добился во флоте определённых высот, но без помощи императора и самого тана Рура восхождение по этой лестницы займёт у меня десятки, если не сотни сол. Согласись, потратить несколько хоро на то, чего можно добиться в клане значительно быстрее, бессмысленно.

— То есть тан Рур отказался разговаривать о тебе с императором?

— Да.

— Почему?

— Он не доверяет императору.

— Раньше доверял, а теперь нет? Причём его мнение изменилось настолько, что он даже отозвал своё прошение?

— Я не интересовался, но у меня сложилось ощущение, что тан Рур узнал про императора какую-то не очень хорошую информацию.

— Какую — ты не знаешь?

— Не знаю и не хочу знать. И не буду узнавать, если ты вдруг об этом попросишь.

— Не попрошу, раз ты не хочешь этого делать. Тем более что узнать об этом несложно — достаточно отследить, с кем встречался тан Рур незадолго до того, как переменил своё мнение о твоей дальнейшей карьере…

Утро встретило Андрея шершавым языком Баси, вылизывающим его ухо. Потянувшись, Андрей не спеша поднялся, под присмотром кота сделал несколько упражнений на разогрев и растяжку, после чего посетил туалет с душем, умылся и позавтракал сухпаем, покормив кота мясом, для чего пришлось разморозить часть принесённого вчера мяса. Ощутив, что жизнь хороша, он в сопровождении рурха покинул челнок и решил прогуляться по окрестностям базы, заодно посетив домики с больным котёнком и администрации с начальником базы — вчера Андрей так и не договорился с Рикаролой о компенсации за доставленные им неудобства.

Прогулка вышла не такой спокойной, как вчера — учёные на станции уже узнали про больного котёнка и ручного (настоящего ручного!) рурха и в нетерпении ждали его выхода, чтобы полюбоваться на живую легенду. Андрею с трудом удалось заставить женщин — и именно из них состояло почти всё население базы — отойти от зверя. Увещевания Андрея, пытавшегося отогнать любопытную толпу подальше от хищника, возымели своё действие только после того, как он демонстративно, под довольный кошачий рык, снял с шеи Баси верёвку, сказав при этом, что любой, подошедший к коту на расстояние менее пяти шагов, будет считаться законной добычей рурха, раз у кого-то не хватает мозгов понимать простую человеческую речь. Женщины на всякий случай отошли на безопасное расстояние, но бесплатного аттракциона не покинули, сопровождая Андрея с котом сначала до домика с больным котёнком, где Андрея запустили внутрь на несколько минут, показав спящего зверя и заверив, что примерно через двадцать пять-тридцать ло он будет абсолютно здоров, а потом и до домика администрации, где Андрей задержался значительно дольше.

В администрации Андрей провёл почти ри, или около двух часов — танья Рикарола никак не хотела его отпускать, усадив за стол и налив душистого чая. В неспешной беседе они вспомнили события одиннадцатилетней давности, когда Андрей появился на станции в сопровождении маленького Баси. Рикарола похвалила Андрея, сказав, что не ожидала от него такого стремительного взлёта от рядового бескланового до заместителя директора академии и одного из первых лиц клана Лерой. Андрей понимал подоплёку разговора — женщина пыталась наладить связи с человеком, неожиданно выбившимся в достаточно высокопоставленные чиновники. Не желая как обнадёживать, так и разочаровывать симпатичную ему женщину, Андрей отделывался преимущественно вежливыми дежурными фразами, настояв на щедрой оплате оказанных услуг и взяв с Рикаролы обещание всемерно заботиться о больном вплоть до момента его выздоровления — пока Андрей лично не прилетит и не заберёт маленького рурха с собой. Рикарола также с пониманием отнеслась к отказу Андрея от возможности проведения над котёнком серии опытов — Андрею пришлось достаточно убедительно объяснить ей, что рурхи всё же разумны, и проведение опытов над разумными существами без их на то согласия запрещено законом империи.

Завершив беседу, Андрей ещё раз поблагодарил несколько разочарованную результатами переговоров женщину и на прощание немного поднял ей настроение, сказав, что в случае крайней необходимости, если у неё возникнет сложная ситуация и уже не останется другого выхода, она может обратиться с просьбой лично к нему — он постарается помочь, хотя не советует злоупотреблять этой возможностью. Подарив повеселевшей женщине такой бонус, который на самом деле был значительно ценнее любых денег, Андрей вышел из домика администрации, щурясь от яркого солнца, и не сразу заметил стоящую в тени дома девушку, явно дожидающуюся его. Присмотревшись, Андрей даже узнал её — именно эту девушку он гонял вчера за ружьём.

Девушка, заметив заинтересованный взгляд Андрея, постояла в сторонке ещё несколько мгновений, видно, набираясь смелости, а затем, собравшись, решительно подошла к нему, одновременно опасливо кося глазами на разлёгшегося рядом на солнышке рурха.

— Господин тан Лерой, можно задать вам один вопрос?

— Задавайте, раз уж нашли в себе смелость подойти! — с улыбкой ответил Андрей.

— Господин тан Лерой, вчера вы пообещали, что угостите меня настоящим мясом, приготовленным по древнему рецепту. Ваше обещание ещё в силе?

— Конечно в силе… — смущённо проговорил Андрей. Сказать по правде, в суматохе дел он уже забыл о данном обещании.

— И когда можно попробовать этот деликатес?

— Хм… А давай прямо сейчас! Кстати, как тебя зовут, красавица?

— Ликана!

— Просто Ликана?

— Да, господин тан Лерой, я не клановая, извините…

— Да брось, не забивай голову, мы не на официальном приёме. Зови меня просто Руром, без всяких танов и Лерой.

— Тогда я — Лика!

— Вот что, Лика, а скажи, на станции ещё осталась моя спортплощадка?

— Это та, что вниз по склону, со странными снарядами? А это разве ваша площадка?

— Ну, относительно… Когда-то я делал её для себя. Это было давно, более десяти сол назад. Тогда я зимовал на этой станции вместе со своей женой и вот этим малолетним оболтусом, — Андрей указал на лежащего рядом рурха.

— Здорово! А я и не знала, что вы жили на станции. Площадка сохранилась. А зачем вам она?

— В углу площадки есть специально приготовленное место для костра.

— Знаю, мы тоже иногда там разжигаем костёр.

— Так вот, твоя задача — принести туда пару стульев и бутылку воды. Да, большую плоскую тарелку на кухне захвати. Не будет тарелки — возьми блюдо. Выбирай по принципу — чем больше, тем лучше. Всё остальное я принесу из корабля, а дрова мы нарубим в ближайшей роще.

— А зачем вода? И два стула? А корабль ваш личный?

— Какая ты любопытная, Лика! Отвечаю по порядку. Вода — для приготовления шашлыка — это такое древнее блюдо. Два стула — чтобы нам на них сидеть. Но если ты хочешь стоять, то можешь принести один — для меня. И корабль действительно мой личный. Кстати, собрал я его своими руками из разбитого челнока, ранее принадлежащего вашей базе. Подробности ты можешь узнать у таньи Рикаролы, правда, я не уверен, что она согласится отвечать на твои вопросы.

— А правда, что раньше вы были неклановым?

— Так, егоза, давай бегом за стульями, а я пока дров для костра нарублю. Времени впереди, пока костёр прогорит и шашлык прожарится, ещё много, успеем наговориться.

Радостная девушка убежала за стульями, а Андрей, взяв Басю, сходил в челнок за шампурами, плазменным резаком и нарезал дров в ближайшей роще, благо постоянные оползни способствовали образованию большого количества сушняка и поваленных деревьев.

Притащив топливо на площадку, Андрей застал там подпрыгивающую от нетерпения Лику в окружении двух стульев и трёх подружек — похоже, она уже успела растрепать своим товаркам, что приглашена на обед с самим таном Руром Лерой. Судя по смущённо-виноватому выражению лица Лики, девушка тоже понимала, что предложение касалось её одной и она несколько превысила свои полномочия — и теперь ждала, что скажет великий господин тан Лерой…

Усмехнувшись, Андрей обратился к девушке, демонстративно не замечая её подружек:

— Ну, раз, госпожа Лика, вы решили самостоятельно расширить количество участников нашего скромного пиршества, тогда небольшой уютный вечер на двоих меняет формат и преобразовывается в коллективные посиделки. Поэтому, будьте добры, во-первых, обеспечьте всех присутствующих стульями, во-вторых, организуйте рядом с костром стол с лёгкими закусками и напитками, и, в-третьих, постарайтесь сделать так, чтобы у нашего костра не собрался весь научный коллектив станции — вы всё-таки сюда работать прибыли, а сейчас, если не ошибаюсь, самый разгар рабочего дня. А я пока займусь костром — это чисто мужское дело, женщин к этой процедуре допускать нельзя, всё испортят. Кстати, а почему вы до сих пор ещё здесь? Задание понятно? Бегом исполнять!

И, с улыбкой проследив за убежавшей девушкой, Андрей спокойно приступил к резке дров для костра — понятие топора в империи, похоже, отсутствовало вместе с самими топорами.

К тому моменту, когда Ликана вместе со своими подружками притащили стол, стулья и закуски с напитками, костёр уже весело потрескивал, унося в безоблачное голубое небо лёгкий дымок и бледные искры. Андрей, раздевшись до пояса под жарким летним солнышком, прикрыв глаза, отдыхал, привалившись к спине кота, тоже не отказавшего себе в возможности полежать на солнышке вместе со старым другом.

Расставив стулья и сервировав стол, Ликана продолжила пытать Рура вопросами:

— А можно потрогать вашего рурха?

— Рурх не мой. Он сам по себе. У него и спрашивай.

— Ой, а как я у него спрошу? Он что, понимает человеческий язык?

— Наверное, понимает, я специально не задавался подобными вопросами. Но попробуй мысленно представить, как ты гладишь его, сопровождая поглаживание выражением максимального дружелюбия.

— Что, просто представить?

— Не просто. Свои мыслеобразы попытайся направить на рурха. Он телепат, должен понять. Рурхи общаются преимущественно мыслеобразами. Голосовой аппарат у них для неразумных зверей вроде нас.

— Это что, мы, получается, неразумные?

— Для рурхов — да. Для некоторых людей, думаю, тоже.

— Это для каких таких людей?

— Ну, для таньи Рикаролы, например. Думаете, она не заметила, что в самый разгар рабочего дня вы сбежали, устроив себе отдых на лоне природы?

— А мы скажем, что вы нас пригласили на беседу. И на обед с древним блюдом.

— Обманывать нехорошо. Я пригласил только тебя, в благодарность за вовремя принесённое ружьё. Твои подружки пришли сами.

— Но вы же можете сказать, что пригласили и их?

— Могу. Но не буду. Это было всецело ваше решение, вам же за него и отвечать.

Видя, как резко погрустнели лица девушек, Андрей поспешил их успокоить:

— Не переживайте. Ничего страшного, думаю, не случилось. В конце концов, не съест же вас танья Рикарола. А на будущее — привыкайте заранее учитывать все возможные последствия ваших решений и совершаемых вами поступков. Это очень пригодится вам в жизни. Но вы же хотели пообщаться с рурхом — вот и общайтесь. Кстати, имейте ввиду — это не домашнее животное, а самый настоящий дикий хищник. Ещё вчера он бегал по горам в нескольких десятках ши отсюда, охотясь на данхоев. Сюсюканья он не потерпит, хотя любит, когда его чешут за ухом…

Костёр постепенно прогорел, и Андрей, разворошив угли и расстелив их ровным слоем, соорудил из стальных прутьев подобие мангала и разложил шампура с нанизанным на них замаринованным мясом — Андрей надеялся, что, пока он готовил угли, мясо данхоя достаточно промариновалось. Сосредоточившись на процессе жарки, переворачивая шампура и своевременно поливая их маринадом, чтобы мясо не подгорело, Андрей сосредоточился на процессе, оставив девушек разговаривать между собой. Над площадкой поплыл одуряющее вкусный аромат жарящегося мяса — даже рурх очнулся от дневной дрёмы и открыл глаза, в предвкушении втягивая носом воздух. Наконец, первая партия шашлыков поспела, Андрей переложил сочащееся соком нежное мясо на большое плоское блюдо и водрузил его прямо в середину стола, предусмотрительно оставленную пустой.

— Девочки, угощайтесь, — Андрей сделал приглашающий жест, — именно так питались наши предки сотни эонов назад.

Девушки по примеру Андрея расхватали каждая по шампуру с дымящимся мясом, один шампур опорожнили в миску и поставили перед рурхом — тот, не спеша обнюхав лакомство, слизнул его языком и, зажмурившись, проглотил. Похоже, мясо коту понравилось, так как он благодушно вздохнул и опять уронил голову на лапу, закрыв глаза.

— Тан Рур, а вы откуда знаете этот рецепт? — осмелев, спросила Андрея одна из подружек Ликаны.

— Просто Рур, без тана. По крайней мере сегодня — мы же не на официальном приёме. А рецепт передаётся у моего народа из поколения в поколение. Сразу предупреждаю ваш вопрос — я родом не с Оканы, мой дом очень далеко отсюда.

— И у вас все такие сильные, как и вы? — уже другая девушка указала на увитое пластами мышц тренированное тело.

— Не все, но многие. На моей родине распространён культ красивого тела и здорового образа жизни.

— И мы сможем быть такими же сильными?

— Вы — нет. Сильными могут быть мужчины. Женщины должны быть красивыми. Такими нас создала природа.

— Это несправедливо!

— Почему? Все мы прекрасны по-своему. Разве кагир жалеет, что родился кагиром, а не рурхом? Умбот не хочет быть шарсом, а шарс — данхоем. Женщиной быть прекрасно — пусть от природы она менее сильная, чем мужчина, зато она красивая, более выносливая и дольше живёт. Вот скажите, что для вас лучше — меньше уставать на работе или иметь возможность самостоятельно, без помощи техники, перетащить тяжёлые приборы из одного помещения в другое?

Видя, как заулыбались девушки, Андрей продолжил:

— Рурх никогда не будет парить в небесной синеве. Обидно? А вы спросите у самого рурха. Если бы он умел говорить, наверняка бы ответил — нет! Зачем ему небо, когда на земле его ждёт любящая жена и весёлый малыш. Мы те, кто мы есть, кем нас создала природа. Надо стремиться к лучшему и не мечтать о несбыточном. Наслаждайтесь жизнью. Она даётся человеку всего один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы — это не мои слова, а слова одного великого человека с моей родины. Кстати, о наслаждении. Как вам шашлык? Вкусно? Добавки хотите?

Где-то в недрах императорского дворца…

— Тан Рур, вы не догадываетесь, зачем я пригласил вас к себе? — одетый в строгий светло-серый костюм высокий подтянутый мужчина суровым голосом обратился к окружённому кольцом стражи стоящему напротив человеку, не уступающему ему в росте и значительно выигрывавшему в комплекции.

Мужчину же ни строгий голос вопрошающего, ни многочисленная стража, казалось, ничуть не волновали. Он сохранял отрешённо-спокойное выражение лица, как будто задумался о чём-то своём и не собирается обращать внимания на мелкие неудобства в виде задаваемых ему вопросов. Наконец, когда пауза затянулась настолько, что грозила выйти за грани приличий, мужчина спокойно ответил:

— Свои догадки предпочитаю оставить при себе. Думаю, что ответ я услышу от вас, ведь именно для этого вы меня вызвали. Господин император…

— Я предпочитаю, чтобы меня называли «мой император».

— Сказанное мною является оскорблением? Или оно противоречит законам империи?

— Нет, подобное обращение к императору допустимо и не противоречит законам. Однако мне было бы приятно, если бы вы называли меня «мой император».

— Я не являюсь вашей женой, чтобы делать вам приятно. Если моё обращение не является оскорблением и не противоречит законам империи, то я буду обращаться к императору так, как сочту нужным. Естественно, в пределах дозволенного законом и нормами приличий. И вежливости, разумеется. В том объёме, которой император заслуживает.

— Сказанное вами сейчас я могу расценить как оскорбление императора.

— Не можете. Нет оснований. Император не имеет права заставить меня говорить то, чего я не хочу. А я имею право говорить всё, что угодно, если это, повторюсь, не нарушает закона и не выходит за рамки приличий. Обращение «господин император» не выходит за рамки приличий и не является оскорблением. Именно это я и сказал. Да и с каких это пор оскорблением для императора стало напоминание о законе?

— Что ж, в чём-то вы правы… Однако нежелание выполнить мою просьбу говорит о многом.

— …

— Вы промолчали… Ничего не хотите сказать?

— Нет.

— Почему вы не хотите выполнить мою просьбу?

— Просьба — не приказ. Я не обязан её выполнять.

— А если я дам вам такой приказ?

— Сошлитесь на нормы и пункты закона, в которых вы имеете право отдавать мне подобные приказы.

— То есть вы будете исполнять только те приказы, которые предусмотрены законом?

— Да.

— А если я издам новый закон?

— Издавайте. И не забудьте, что сначала проект закона должен быть рассмотрен и утверждён советом кланов. Также не забудьте, что закон обратной силы не имеет.

— А вы неплохо осведомлены об имперских законах. И это за какие-то десять сол…

— …

— Опять молчите?

— А какого ответа вы от меня ждали? Что я действительно знаю законы? Ну так это говорит вовсе не в мою пользу, а лишь о том, что для того, чтобы выжить в империи, просто жизненно необходимо ознакомиться с имперским законодательством. Слишком многие в империи пытаются его обойти.

— Вы намекаете на меня?

— Заметьте, не я это сказал.

— За что вы так не любите империю?

— А за что мне её любить?

— Ну как за что? У вас хорошая должность, доходы, вы занимаете в клане высокий пост.

— Империя палец о палец не ударила для того, чтобы я получил хоть мизерную часть от того, что имею. Напротив, я достаточно сильно пострадал от неправомерных действий имперских войск. Более того — едва не погиб. Компенсации за это, кстати, так и не получил. Не понесли наказание также исполнители и организаторы.

— В отношении вас действительно была допущена ошибка, но она объяснялась роковым стечением обстоятельств. Основные виновные погибли, а наказывать исполнителей, просто выполняющих приказ, считаю несправедливым.

— Кто отдал приказ на моё убийство?

— Отдавший приказ понёс заслуженное наказание.

— Я даже не спрашиваю — какое, так как я это уже выяснил самостоятельно. И личность этого человека тоже выяснил. Не подскажете, где он сейчас? Казнён? Или, может быть, сослан на принудительные работы с пожизненным лишением гражданских прав? Или отделался лёгким выговором и продолжил работать, выполняя дальнейшие поручения своего начальника?

— Как я понимаю, мне можно не отвечать, так как вы прекрасно обо всём осведомлены.

— Ну почему же? Можете ответить, он сам принимал решение или выполнял приказ своего начальника?

— Вы правы, тан Рур, пусть я и не отдавал приказа о вашей ликвидации, но частично вина действительно лежит на мне, так как именно я отдал нечёткий приказ. Поверьте, на тот момент приказ казался мне правильным и предельно ясным.

— Умение признавать свои ошибки — ценное качество для любого руководителя. Однако это не отменяет совершённого и не снимает с вас вины.

— И что же вы предлагаете мне сделать?

— Ничего. Кто я такой, чтобы предлагать самому императору?

— Это вопрос или скрытое издевательство?

— Без комментариев.

— Вы, тан Рур, или слишком храбрый, или слишком глупый, если разговариваете с императором в таком тоне. Вы не боитесь?

— Чего? Смерти? Нет, не боюсь. Тогда какой смысл бояться чего-то ещё?

— Глупостью вы не страдаете. Об этом я уже проинформирован. Пусть ваша речь будет признаком храбрости. Я не возражаю. Давайте поговорим как равный с равным. Я слышал, что вы создали в клане Лерой какую-то особую школу, о которой в империи уже ходят легенды.

— Ваш слух вас не обманул.

— Ваши бойцы настолько хороши?

— Вы наверняка осведомлены о проведённых дуэлях между бойцами Лерой и бойцами Ойхо.

— Я только слышал, что вы устроили в резиденции Ойхо бойню и голыми руками перебили сотни бойцов Ойхо. Как и в день своего прибытия на Окану.

— В день своего прибытия на Окану меня пытались убить, и вам отлично об этом известно. Защищая свою жизнь, я имел право отправить к создателю всё население космопорта, так что возблагодарите мой гуманизм, что жертв оказалось так мало. А у Ойхо были вполне законные дуэли. И из сотен убитых бойцов Ойхо на моей совести всего одиннадцать. Остальных голыми руками, как вы только что выразились, перебил не я, а мои ученики.

— То есть вы научили бойцов Лерой своему искусству убивать голыми руками, и для этого создали школу?

— Я научил бойцов Лерой в первую очередь поступать так, как велит им собственная совесть. Уважать себя и считаться с мнением других. Защищать свою жизнь и защищать жизни тех, кто нам дорог и кто нам доверился. Умение убивать пришло к ним в качестве дополнения. Я не ставлю целью убийство, я вообще поклонник мирного разрешения конфликтов, но привык ударом отвечать на удар.

— А если этот удар вам нанесёт император?

— Без комментариев.

— Не слишком приятный для меня ответ.

— Этот ответ не нарушает закона и не оскорбляет императора.

— И не угрожает?

— В моём ответе нет ни слова угрозы в чей-либо адрес.

— Хорошо, не будем показывать друг другу своё умение жонглировать словами. Охотно верю, что вы владеете им в совершенстве. Скажите, вы не хотели бы работать на империю?

— Нет.

— Нет? Почему?

— В первую очередь, я не хочу служить тому, кому не доверяю.

— То есть вы не доверяете своему императору?

— Как я могу доверять человеку, хладнокровно разрешающему собственным подчинённым пытки беззащитной женщины?

— Я не припомню подобных случаев…

— Мне искренне жаль, что ныне здравствующий император, оказывается, страдает амнезией, и при этом ещё умудряется руководить империей.

— Если вы не приведёте факты, то я сочту это оскорблением.

— Вы хотите факты? Вам известна такая женщина, как матриарх клана Камэни, госпожа Айлинэри?

— Известна… Действительно, в отношении этой женщины было допущены некоторые нарушения законов, но я урегулировал с ней все вопросы. Госпожа Айлинэри Камэни не имеет претензий ни к империи, ни к своему императору.

— Чего нельзя сказать обо мне.

— А вы-то тут при чём?

— Ах, так ваша служба безопасности не всё вам про меня сообщила? Это огромное упущение с её стороны. А между тем у меня остались претензии и к империи, и к императору лично. Они до сих пор не урегулированы.

— Мы уже принесли вам свои извинения по поводу допущенной в отношении вас ошибки. Да, мы были неправы, пытаясь вас ликвидировать, но и вы несколько перестарались, отстаивая свою свободу и жизнь. Мы простили вам горы трупов, вы, думаю, сможете простить действия имперских служб, тем более что они ни в чём не виноваты, а просто выполняли свой долг, подчиняясь приказу. На тот момент, исходя из имеющейся у нас информации, действия бойцов считались правильными и стрельба — оправданной.

— Я готов признать, что рядовые бойцы ни в чём не виноваты и просто выполняли приказ. В конце концов — я тоже солдат и нередко выполнял подобные приказы. Я готов понять и их командиров, принявших непростое, но казавшееся им на тот момент правильным решение. Я только хочу спросить у вас — вы не забыли, что фактически по вашей вине и с вашего одобрения у госпожи Айлинэри Камэни убили ребёнка?

— Я искренне сожалею об этой ошибке, но повторюсь — с Айлинэри Камэни этот вопрос мы урегулировали, она не имеет к империи никаких претензий.

— А со мной?

— А что с вами?

— Ребёнок Айлинэри был моим сыном. Вы, господин император, убили моего сына. И вы ещё думаете, что имеете хоть какое-то право говорить, что ни в чём передо мной не виноваты?

— Даже так…

— Именно так. Я не имею претензий к людям, пытавшимся меня убить, равно как и к их командирам, отдавшим такой приказ. Они выполняли свою работу, пусть и были по сути неправы, я защищался, на что имел полное право. Недоразумение урегулировано, конфликт исчерпан. Господин император… А вот убийство моего сына не оправдывается ничем. Нет, понять действия вашего подчинённого я могу — применённый им способ получения информации, возможно, был более быстрый, чем альтернативные законные способы. Возможно, даже ваш подчинённый посчитал, что принесённая им в жертву одна невинная человеческая жизнь сможет спасти сотни и тысячи других жизней. Цель оправдывает средства — так говорили некоторые люди на моей родине… Понять — могу. Понять, но не простить. Жестокое хладнокровное убийство останется убийством, в какие бы благородные одежды его не рядили, какими бы благородными целями ни прикрывались. Вы мне предлагаете простить убийство собственного сына? А если я не собираюсь прощать, а потребую наказания и заказчика, и исполнителя? Что там говорят по этому поводу законы империи?

— Законы империи позволяли и заказчику, и исполнителю преступать эти законы в исключительных случаях!

— Не было никакого исключительного случая, и вы отлично это знаете. Необходимости в пытках и убийстве не было. Необходимого результата можно было достигнуть многими способами, не прибегая к столь радикальным. Ваш подчинённый поступил так, как ему было проще. Если вам так интересно, я смогу предоставить в канцелярию как минимум три способа альтернативного решения той проблемы, дающих максимальный эффект с минимальными потерями. Можно было бы вообще обойтись без убийств. Ситуация стандартная, я неоднократно моделировал её на искине. Но неужели вам так хочется убедиться в вопиющей некомпетентности собственных служб, за счёт убийств прикрывающих свою бездарность? Итак, вы хотели поговорить со мной о законе и его соблюдении? Хорошо, я вас слушаю. Говорите. С учётом только что сказанного мною, разумеется. И да, всё мною сказанное я готов представить совету кланов — не вы, а именно он будет определять законность предпринятых вами действий.

— Что вы хотите?..

— Вы не поверите — ничего… Господин император… Требовать от вас соблюдения закона, как я понимаю, бессмысленно.

— Вы хоть представляете, к чему в данном случае приведёт формальное соблюдение закона?

— Представляю — скорее всего, к вероятной смене правящей династии. Или вы посчитали, что стоите над законом и ему не подчиняетесь? Решили плевать на закон?

— Неужели вы не понимаете, что играете с огнём? Я могу отдать приказ, и вас уничтожат. И все скажут, что это вы напали на меня.

— Приказывайте. Вам же не впервой убивать невиновных. Безнаказанность развращает, знаете ли… Господин император… Впрочем, моё убийство вам не поможет.

— Ну почему же? Всё пройдёт тихо и незаметно. Я тоже умею извлекать уроки из прошлых ошибок. Сейчас вам не удастся так легко уйти от моих людей, как в космопорту. Они предупреждены, и вы на прицеле, оружие у них бьёт по площадям, ваша ловкость вас не спасёт. Не в данном случае. Среди моих людей, конечно, будут жертвы, даже я могу пострадать, но вам не уйти. А голозапись мы подправим… Так, что будет видно, что вы попытались меня убить. Как вам такой вариант?

— Неплохой вариант. Признаю, что к этому убийству вы подготовились значительно лучше, чем к прошлому. Однако повторюсь — моё убийство вам не поможет. Я предполагал, что вы захотите поступить именно так, и предпринял соответствующие меры.

— Вы так уверены, что победите и на этот раз? Не считайте себя неуязвимым, вы не бог, и даже не дрон.

— О, создатель… Ничего не меняется в мире твоём… Люди также глупы и самонадеянны… Нет, это не к вам, господин император. Это я сам с собой разговариваю… Вы, господин император, посчитали, что умнее всех, и поставили себя над законом, посчитав, что если вам сошло с рук одно убийство, сойдёт и другое. Что ж, не вы первый, не вы последний. Однако не считайте остальных глупее себя. Всё, что вы сейчас говорите — записывается на головидео. Запись достаточно сложная, чтобы её подделать. Я не столь наивен, чтобы бездумно совать голову в пасть рурха. Причём защита вашего дворца не будет препятствием для передачи записи, об этом я тоже позаботился. Запись дублируется не только в службе безопасности клана, но и в архивах различных искинов, отследить пути вы не сможете — клан позаботился и об этом. В случае моей смерти и совет кланов, и миллиарды жителей империи получат эту запись вместе с архивами давностью в одиннадцать сол. Вы можете догадаться, что содержится в этих архивах. Если вы ещё не забыли — вы заняли этот трон по решению совета кланов и обязаны если не соблюдать имперские законы, то хотя бы демонстрировать видимость их соблюдения. Стоит императору хоть раз нарушить законы так, чтобы это напрямую затронуло интересы топ-кланов, и вынесение на повестку дня совета кланов решения о смене династии станет лишь вопросом времени. Так что вы меня не убьёте — побоитесь.

— Про то, что вы пронесли на нашу встречу записывающую аппаратуру я осведомлён от своей службы безопасности — она уже подключилась к вашему передающему каналу и снимает с него информацию, следя за нашим разговором. Я учитываю возможность наличия у клана Лерой этой видеозаписи. Но меня интересует не это — помимо жизни вашего сына на вас лежит ответственность за жизни сотни ваших живых детей. Вы не боитесь, что они повторят его судьбу?

— О, вы уже считаете приемлемым убийство сотен детей ради спасения собственной жизни? Даже я во время попытки моего убийства в космопорту одиннадцать сол назад, защищаясь, не трогал женщин и детей — лишь мужчин, солдат и охранников. Вы падаете в моих глазах всё ниже и ниже, господин император!

— Вы неправильно поняли мои слова, тан Рур, жизни ваших близких ничего не угрожает. Если же в моих словах вам почудилась угроза — что ж, я прошу прощения. Я обещаю — вы выйдете из моего дворца живым и невредимым, если мы с вами сумеем договориться. Я пригласил вас не для того, чтобы угрожать, а хотел обсудить предложения по вашей работе на империю. Предлагаю забыть про взаимные угрозы и спокойно поговорить, невзирая на ваш первоначальный отказ — возможно, вам империя и не нужна, но вы со своими знаниями нужны империи. Я даже готов обсудить вопросы компенсации, как до этого сделал с госпожой Айлинэри Камэни. Ошибку имперских спецслужб я признаю, но давайте не будем опускаться до банальной мести и попытаемся договориться.

— Хорошо, я выслушаю вас.

— Империи нужна созданная вами школа и разработанные вами методики подготовки пилотов, которые вы начали внедрять для своего клана в лётной академии. Сложилась непростая политическая ситуация — последний раз империя воевала десятки эонов назад, и сейчас аналитики выдают высокую вероятность начала новой войны уже в ближайшие несколько сотен сол. Случаи проникновения таурийских лазутчиков на нашу территорию фиксируются с каждым солом всё чаще и чаще — наш потенциальный противник активно собирает о нас информацию. Ваше появление в империи, кстати, вначале было принято именно за такое проникновение, что и привело к досадным последствиям. Скажите, насколько подготовленные лично вами выпускники Оканийской лётной академии лучше остальных?

— Намного. Уровень их подготовки значительно выше уровня среднестатистического выпускника. Помимо боевых рефлексов, дающих тактическое преимущество в бою, у них развитое аналитическое и пространственное мышление, не зажатое узкими рамками академической хрестоматийной литературы. Ваши оканийские учебники слишком догматичны, стары и давно требуют кардинального пересмотра. По большому счёту, они практически не менялись со времён последней войны, память о которой уже погребена под грузом прожитых эонов.

— А у остальных выпускников Оканийской академии? Вы же ведёте занятия у всех групп?

— Вы неплохо осведомлены. Действительно, я веду занятия у всех групп. И методика моих занятий отличается от общепринятой в империи, благодаря чему все ученики Оканийской академии намного лучше подготовлены по сравнению с другими имперскими школами.

— Но лучшими являются ученики кланов Лерой и Камэни! Как вы это объясните?

— А вы неплохо подготовились к этой аудиенции, господин император… С учениками Камэни, как и с учениками моего клана, я занимаюсь дополнительно в свободное от занятий время. Это не запрещено. Факультативы под моим руководством академией не оплачиваются, поэтому я провожу их с теми, с кем считаю нужным их проводить. Всё в рамках закона. Так уж сложилось, что мои факультативы посещают преимущественно Камэни и Лерой. Раскрою часть информации о себе, тем более что она не составляет клановой тайны — там, откуда я прилетел, войны ведутся постоянно, моя родина накопила богатый опыт сотен, тысяч сражений. У себя на родине я получил высшее, по нашим меркам, образование. Пусть у меня и другая, техническая, специальность, но историей я увлекался и помню множество исторических фактов. К тому же в своё время я читал книги многих исторических полководцев, так что теоретическая база у меня хорошая. И пусть по меркам моего мира я посредственный стратег, мне далеко до талантов Жукова или Сунь-Цзы, но в вашей империи, десятки эонов не ведущей войн, не знают и этого.

— А почему не занимаетесь с другими?

— А я обязан с ними заниматься?

— Нет, не обязаны, но согласитесь, искусственное вытягивание учеников всего от двух кланов, одним из которых является ваш собственный, выглядит несколько подозрительно.

— Да пусть выглядит, мне всё равно. Пока я не нарушаю законы, я могу заниматься где угодно, чем угодно и с теми, с кем считаю нужным. И своё личное время я буду тратить только на Камэни и на Лерой. На Камэни — потому что у нас с ними союз. Плюс ко всему Камэни щедро платят за дополнительные занятия с каждым из своих бойцов. А на Лерой — потому, что, как вы правильно заметили, это мой клан, и в ближайшем будущем клан Лерой обзаведётся собственным космическим флотом. Я, как главнокомандующий вооружёнными силами Лерой, кровно заинтересован, чтобы эти вооружённые силы были лучшими в империи.

— Лучше Камэни? Ведь они тоже стали создавать собственные вооружённые силы, в том числе боевой космический флот.

— Пилоты Лерой по умолчанию всегда будут лучше остальных пилотов империи, включая и Камэни. И намного лучше имперских вооружённых сил. У них другая база обучения.

— Поясните, пожалуйста. Они занимаются по отличной от академической программе?

— Нет, программа та же, пусть и расширенная факультативными занятиями. Однако до начала обучения в академии каждый курсант клана Лерой прошёл как минимум базовый курс обучения в моей школе боевых искусств и уже является неплохим бойцом. То есть академическая информация ложится на уже подготовленную почву и осмысливается курсантами Лерой с позиции боевого применения. Считайте, что у них по-другому работают мозги, поэтому преподаваемый в академии материал у курсантов Лерой и остальных усваивается по-разному. Результат вы можете увидеть на выпускных экзаменах — выпускники Лерой не только сразу с ученической парты готовы управлять боевыми кораблями вплоть до эсминцев и крейсеров, но и быть неплохими командирами, принимать достаточно здравые и оптимальные тактические решения. Отдельные курсанты уже умеют мыслить стратегически. Пройдёт пять-десять сол, и у клана Лерой появятся опытные флотоводцы, на голову превосходящие имперских адмиралов. К тому времени клан Лерой обзаведётся небольшим, но неплохо вооружённым современным флотом. Возможно, это будет объединённый с Камэни флот.

— Тан Рур, на пороге предстоящей войны империи нужна сильная армия и сильный флот. Нам нужны ваша школа и ваши люди. Я знаю, что вы фактически создали клан внутри клана, и если вы уйдёте из клана, то ваши люди уйдут за вами. Я готов обсудить с вами условия вашего выхода из клана Лерой. Вы сможете создать свой клан, в котором будете патриархом, и империя вам в этом поможет. Ваш клан будет одним из сильнейших в империи, сосредоточившись только на подготовке имперских бойцов. Фактически, вы станете поставщиком кадров для армейской элиты империи, войдёте в золотую тысячу, о чём многие кланы могут только мечтать. Взамен я потребую безоговорочной преданности правящей семье. Как вам такое предложение? К тому же, если вы откажетесь, кто мешает попробовать мне сделать подобное предложение вашим ученикам?

— Очень интересное предложение. Заманчивое… Теперь я понимаю, почему Айлинэри продала вам жизнь своего ребёнка… Клан превыше всего — как мне это знакомо… Но, к сожалению, ни меня, ни бойцов моей школы вы купить не сможете. Ваше предложение бесчестно и попахивает предательством. А честь — она, знаете ли, дороже жизни. Пока матриарх Лерой не предаст меня и моих учеников — я не выйду из клана. Из клана не выйдет также ни один из моих людей. Хотя за всех не ручаюсь — ошибки в обучении могут быть у каждого, и я не исключение. Но поверьте — предать собственные идеалы и уйти из клана, прельстившись предлагаемыми вами благами, способны единицы, худшие из моих учеников. Вы согласны удовлетвориться худшими, зная, на что способны лучшие? В моей школе ученики не учатся драться, они совершенствуют свой дух, постигают другую идеологию. Буси-до. Они учатся не драться, стрелять или пилотировать корабль, они учатся быть воинами, сами становясь оружием. И изучают путь воина. Без постижения этого пути человек не сможет стать настоящим воином. А постигнув, не сможет стать на путь предательства. Надеюсь, вы поняли мои объяснения, пусть они и были несколько сумбурными?

— Понял. Если мне удастся сманить вашего ученика — значит, он не воин и не постиг вашего пути. И как боец он будет слабым. А если постиг — то сманить мне его не удастся. Так?

— Суть вы действительно поняли. Как, надеюсь, уже догадались, что все перечисленные вами блага для меня не имеют абсолютно никакого значения. Всему перечисленному вами нет места в буси-до.

— Разве? А почему же вы тогда согласились занять столь высокий пост в клане Лерой? Фактически, ваша власть в клане ненамного меньше матриарха, а в некоторых вопросах вы вообще распоряжаетесь единолично! Что вы на это скажете?

— Я не стремился к этой власти. И принял её вынужденно. Считайте это выражением моей благодарности клану.

— То есть если я договорюсь с матриархом Лерой, то вы обязаны будете принять мои предложения?

— Вы хотите проделать то же, что и с кланом Камэни?

— Как вы знаете, с Камэни мы пришли к взаимовыгодному соглашению.

— В принципе, можете попробовать. Возможно, у вас даже это может получиться.

— По вашему ответу я подозреваю, что разговор с матриархом Лерой может пройти не так гладко, как мне бы хотелось?

— Совершенно верно. Как вы уже знаете, я вступил в клан Лерой немногим более десяти сол назад и в нём меня держит чувство благодарности матриарху и собственные понятия о чести. Стоит матриарху разрушить эту нить, и я ничем не стану обязанным клану. Матриарх Лерой — умная женщина и отлично это понимает. Без моего одобрения она не примет ни одного предложения от вас. Причём если клану Камэни вы могли чем-то пригрозить, то клану Лерой вам грозить нечем. Клан никогда не занимал верхние ступени клановых рейтингов, не входит в золотую тысячу и ему фактически нечего терять. Вы можете даже уничтожить клан — сами люди это переживут, а клан возродится под другим именем. Надеюсь, правда, что вы этого не сделаете, так как отлично представляете себе последствия столь непродуманного решения.

— И чем же мне может грозить клан Лерой? Вы правильно заметили — рычаги воздействия на Лерой у меня есть вплоть до права на его расформирование — руководство клана в своё время допустило несколько весьма опрометчивых шагов. Впрочем, это не вина именно вашего клана — у меня в моей службе безопасности достаточно компромата, чтобы расформировать практически любой клан.

— Я знаю это и даже успел предпринять некоторые превентивные меры. Заранее предупреждаю вас от необдуманных поступков — если вы попытаетесь прибегнуть к шантажу, любые переговоры прервутся в тот же момент. Если вы уничтожите клан, а в вашей власти это сделать — клан рано или поздно возродится, но под другим именем, начав жизнь с чистого листа. Уничтожить вы сможете сам клан, но не людей. Уничтожение флагмана не означает уничтожения флота. Клановые аналитики уже предусмотрели этот шаг с вашей стороны, и я даже знаю имя нового возрождённого клана. Решившись уничтожить Лерой, вы со временем вы получите новый молодой клан, включающий десятки тысяч опытных воинов, с неплохой ресурсной базой. Враждебный императору клан, но с девственно чистой клановой историей и абсолютным отсутствием компромата. Матриарх нового клана будет основное внимание уделять отсутствию подобного компромата и в дальнейшем, так что официально прикрыть возродившийся под другим именем клан Лерой вам уже не удастся, а незаконное уничтожение клана приведёт к новой войне кланов. Хотите попробовать?

— Нет, тан Рур. Угрожать клану Лерой империя не будет. Однако взамен я хотел бы ответных шагов с вашей стороны. Я попытаюсь убедить матриарха Лерой, что клану лучше сотрудничать с империей. Это и в ваших интересах.

— Ну что ж, попытайтесь. Помогать вам я не собираюсь, однако мешать не буду.

— И вы примете решение матриарха Лерой?

— Если оно не будет противоречить кодексу буси-до.

— А она знает, какое из её решений может противоречить этому вашему бусидо?

— Нет, не знает. Она же не воин.

— И как же она будет принимать решения? Не зная, что получится в результате?

— Она посоветуется со мной, а мой ответ вы уже знаете. Это именно то, о чём я вам и говорил — Лерой не Камэни, лёгких переговоров у вас не получится.

— Я всё же надеюсь на успешные переговоры и прошу вас если не помочь, так хотя бы не мешать. Империя на пороге войны с таурийцами, если я не добьюсь значительного перевеса в вооружении — две империи могут взаимно уничтожить друг друга. Ставки слишком высоки, речь идёт о выживании цивилизации. Империи нужна и ваша школа, и ваши люди. За любую цену. В разумных пределах, конечно же.

— Империи или вам?

— А вы видите разницу?

— Да, и она весьма ощутима.

— Вы правы, будет лучше, если мы договоримся обо всём вдвоём, не впутывая в переговоры ни имперские службы, ни матриарха Лерой. Повторюсь — за личную преданность мне я готов предоставить вам многое. Что нам мешает?

— Кровь. Мешает — кровь.

— Какая кровь?

— Кровь моего убитого сына.

— И как вы хотите получить этот долг?

— Я уже говорил. По закону.

— А если я сейчас лично предложу вам взять этот долг? Дам вам в руки оружие и заставлю выйти охрану? Вы сможете убить меня? Зная, что в результате убийства клан Лерой потеряет прекрасные возможности для своего развития? Или просто передадите на суд кланов имеющуюся у вас информацию? Поверьте — одного этого случая, к тому же давностью в одиннадцать сол, недостаточно, чтобы сместить меня, формально я невиновен. Максимум, чего вы добьётесь — это казни нескольких моих подчинённых, как вы правильно отметили. Вашего обращения в совет кланов, однако, хватит, чтобы трон подо мной зашатался. А ведь империи сейчас крайне невыгодна смена власти — при смене императора наступит период передела сфер влияния, и на долгие солы вместо укрепления обороноспособности империи кланы будут заняты дележом портфелей. Примете ли вы в качестве уплаты долга моё отречение? Тогда на трон взойдёт моя дочь. Или вы хотите сами стать императором? Хотите, я назначу своим преемником вас? Я могу это сделать — только подпишите несколько документов.

— Я настоятельно рекомендую этого не делать.

— Вы разве не считаете себя достойным трона императора?

— Нет. Я никогда не учился управлять империей — это работа профессионалов. К тому же меня не утвердит совет кланов, да и в ваших словах я явственно слышу фальшь — уступать трон вы явно не собираетесь и ведёте свою игру. Однако для начала диалога мне будет достаточно письменного отречения вас от престола по первому моему требованию — я пущу документ в ход, если вы попытаетесь избавить виновных от заслуженного наказания или решитесь угрожать мне или моему клану.

— Хорошо, давайте продолжим наш разговор в моём рабочем кабинете, вдвоём, без охраны. Кроме нас и двух моих советников в кабинете никого не будет, нам никто не помешает.

— Вы так мне доверяете?

— Вам — да.

— И считаете это разумным?

— У меня нет выхода…

— Выход есть всегда. Но раз вы считаете нужным продолжить разговор вдвоём — пойдёмте, поговорим…

Где-то в резиденции клана Лерой:

— Тан Мидо, что случилось? Почему вы настояли на такой срочности? Мне пришлось прервать важную встречу…

— Уважаемая матриарх Лерой, скажите, вы знаете, что тан Рур сейчас встречается с императором?

— Да, я в курсе этой аудиенции. Вызов пришёл ещё несколько кун назад из имперской канцелярии, все действия согласованы с таном Руром.

— Тан Рур не хотел встречаться с императором. Он мне сам об этом говорил.

— Император лично вызвал к себе тана Рура, его желание уже не имело значения. Отказывать императору опасно, тан Мидо. Так что встреча, от которой пытался отказаться тан Рур, всё же состоялась.

— Что встреча состоялась — я, повторюсь, уже знаю, так как сам подвозил тана Рура к императорскому дворцу: по пути мы обсуждали некоторые важные вопросы касательно приобретения вооружения и кораблей для кланового флота. Скажите, вы в курсе, что хотел узнать у тана Рура император?

— Нет, но догадываюсь. Я хорошо знаю, о чём хотел говорить тан Рур с императором, но вряд ли эти вопросы они будут сейчас обсуждать.

— А о чём вы не знаете, но догадываетесь?

— Мальчик мой, а не слишком ли рано ты пытаешься влезть в большую политику?

— Извините, госпожа, тогда спрошу прямо — император будет пытаться забрать у клана Лерой школу тана Рура?

— Вероятно.

— Насколько вероятно?

— Очень вероятно — всю империю всколыхнули дуэли с бойцами клана Ойхо. Императору сложно пропустить столь лакомый кусок, не попытавшись прибрать его к своим рукам.

— Тогда готовьтесь к войне. Войска клана Камэни уже более десяти нун находятся в состоянии повышенной боевой готовности, если тан Рур не выйдет из императорского дворца через двадцать нун — во всём клане Камэни будет объявлено военное положение.

— Не волнуйтесь, тан Мидо, молодости свойственна горячность. Тан Рур умеет вести переговоры — я не сомневаюсь, что он и император договорятся. Лерой, скорее всего, потеряют свою школу, зато приобретут много больше — император умеет быть щедрым. Вряд ли тан Рур откажется от выгодного предложения, а в том, что оно будет выгодным, я не сомневаюсь. Купить можно любого — главное, предложить хорошую цену.

— Вы так хорошо знаете тана Рура?

— Неплохо, мой мальчик.

— Что ж, решать вам. Только имейте ввиду, тан Рур в первую очередь не политик, а воин, и руководствуется сначала честью, а потом уже прибылью. Если он посчитает, что затронуты вопросы чести — договариваться он не будет, а заставить его не сможет даже смерть. С императором тан Рур договариваться не будет. Если император попытается надавить — возможен негативный сценарий развития событий.

— У вас есть основания подозревать негативный сценарий?

— Есть, и немалые. Во-первых, я тоже ученик его школы, как вы хорошо знаете. Я неплохо представляю, как будет действовать тан Рур в той или иной ситуации — в конце концов, он мой учитель. Тан Рур не будет договариваться с императором, чтобы тот ему ни предложил — затронуты вопросы чести. Что может случиться, если тан Рур категорически откажется выполнить пожелание императора, а тот попробует на него надавить — результат будет предсказуем, и я вам его уже озвучил. И, самое главное, во-вторых — похоже, именно это и происходит: к императорскому дворцу стягиваются имперские войска. Подходы к резиденции блокированы…

— Тан Рур, я передаю вам документы, в которых я признаюсь в допущенной мною одиннадцать сол назад ошибке и отдаю жизнь моих подчинённых в ваши руки. Также я даю своё согласие на отречение от престола в пользу своей дочери, если вы потребуете этого в суде и суд признает мои действия неправомерными. Как минимум в течение ближайших сол документ не потеряет своей актуальности. Надеюсь, однако, что вы будете благоразумны и до суда и отречения дело не дойдёт — первого документа вполне достаточно для установления виновных, а моя дочь пока слишком молода для трона. Простите, что при нашем разговоре присутствовало ещё двое посторонних, но иначе эти документы могли оспорить и посчитать недействительными, написанными мною под давлением. Оба этих человека — мои доверенные лица, можете полагаться на них, как на самого себя, они преданы империи всей душой. Теперь, после того, как вы получили на руки эти документы, надеюсь, что на этом наши разногласия урегулированы и мы всё же сможем договориться?

— Да, мой император, теперь разговор между нами возможен, хотя я не могу понять одного — ведь менее ри назад вы утверждали, что жизнь ваших подчинённых неприкосновенна и нужна империи. Сейчас ваше мнение поменялось на диаметрально противоположное. Прошу ответить всего на один вопрос — почему?

— Именно на этот вопрос ответить тяжелее всего, тан Рур… Вы уже давно попали в поле зрения спецслужб империи. Империя, да и что скрывать — мой клан тоже, — имели на вас определённые планы. Сказать по правде, я знал, что вы собираетесь проталкивать на руководящие посты своих людей и планировал их с пользой использовать. На всех ваших протеже в имперской службе безопасности уже имеются подробные досье, со всеми их сильными и слабыми сторонами и направлениями, в которых их работа была бы наиболее эффективна. Более того — планы развития вооружённых сил империи уже давно скорректированы с учётом потенциала ваших людей. Мы рассчитывали внедрить ваши разработки в имперские войска уже в ближайшие тридцать-сорок сол. Военные учебники переписываются по образцу новых разработок вашей академии. Через сто — сто пятьдесят сол только за счёт переучивания личного состава эффективность наших космических вооружённых сил повысилась бы как минимум вдвое — и это самые осторожные прогнозы. Успехи ваших учеников превзошли даже самые смелые прогнозы моих аналитиков — и это не только разборки с кланом Ойхо и золотые сертификаты ваших выпускников. Своим отказом в сотрудничестве вы ставили крест на этих планах. И в этих условиях жизнь моих людей для империи стоит меньше, чем ваше желание сотрудничать — ничего личного, простая арифметика. А заставить вас применить свои знания на благо империи без всяких договоров с матриархом Лерой я могу только одним способом — когда вы сами вынуждены будете передать империи эти знания. Надеюсь, что вы окажетесь достаточно благоразумным человеком и не пустите переданные вам документы в ход — это будет означать начало войны между кланом Лерой и империей. Возможно, в результате я и потеряю свой трон — на него взойдёт другой представитель моего клана, но для Торуга это не смертельно, в отличие от Лерой. К тому же я сильно надеялся, что вы примете моё предложение о создании своего клана и принесении мне личной присяги…

Император устало обвёл взглядом троих окружающих его людей — одного, сидящего за столом напротив, и двух других, неподвижно замерших рядом с его креслом. Ещё немного помолчав, император перевёл дух, собираясь с силами, и, дойдя до выхода из кабинета, открыл дверь…

Где-то в резиденции клана Лерой:

— Госпожа матриарх, войска клана приведены в полную боевую готовность, в клане объявлено военное положение.

— Готовьте эвакуацию клана. На Окане оставляем наблюдателей и гражданское население с небольшой охраной, основные силы разбиваем на несколько групп и выводим с планеты на запасные базы. Спецгуппа действует по варианту «красная угроза» уровня «альфа».

— Госпожа, но это же…

— Я знаю! Считайте, что этих людей в клане уже нет. Если случится худшее — они составят ядро нового клана. Да, что слышно о Камэни?

— Почти весь флот Камэни ушёл в глубокий космос, госпожа.

— Тоже боятся… Неплохая каша заварилась, как бы съесть и не обжечься. Кстати, что с императорским дворцом?

— Блокирован имперскими войсками. Имперская безопасность буквально стоит на ушах, столица похожа на потревоженный муравейник…

— Господа! — вид стоящий в дверном проёме император имел уставший, под глазами залегли тени, — я должен сделать официальное заявление…

Император коротко взвыл и пошатнулся, закатывая глаза и оседая. Никто не видел пальцев другого человека, стоящего за спиной императора — эти пальцы с силой вонзились в сгиб локтевого сустава, заставив императора вздрогнуть и пошатнуться от прострелившей руку боли. Пошатнувшийся император сделал шаг назад и, оступившись, упал. Стоящий сзади человек попытался подхватить падающее тело императора, но, не удержав, уронил на пол. И опять никто не заметил, что упал император не случайно — ему помогли, и рука императора при падении неожиданно оказалась на колене пытавшегося его удержать человека. Тихий хруст ломающейся кости тоже никто не услышал. Человек же, подхватив безвольное тело императора, вынес его из кабинета, жёстким командирским голосом произнеся собравшейся толпе:

— Срочно вызывайте врачей. Под императором развалилось кресло, повредив ему руку, ему необходима экстренная медицинская помощь!

В суете испуганных чиновников и появившихся врачей никто не обратил внимания на человека, отдавшего этот приказ. Человек же, передав тело потерявшего от болевого шока сознание императора в надёжные руки врачей, вернулся обратно в кабинет и, глядя на продолжавших неподвижно стоять двоих людей, закрыл за собой дверь, тихо, но чётко проговорив:

— А теперь слушайте приказ — считайте, что моими устами говорит сам император. Эти документы я забираю с собой — на память, так сказать, и уничтожу лично, как только в них отпадёт надобность. Все остальные копии должны уничтожить вы. Запись нашего разговора также необходимо уничтожить. Информацию о состоявшемся здесь разговоре не передавать ни в каком виде ни при каких условиях, за исключением личного указания императора. Если хоть где-то всплывёт хоть одна не уничтоженная копия или малейший отрывок записи — вам лучше покончить жизнь самоубийством. Если будут вопросы по тому, что император хотел объявить — скажете, что он планировал объявить о подписании договора между империей и кланом Лерой. Официальному подписанию договора воспрепятствовало неудачное падение императора из развалившегося под ним кресла — он случайно сломал руку. Фиктивного поставщика мебели желательно найти и строго наказать. Люди пострадать не должны, но по документам всё должно выглядеть идеально. До момента выздоровления императора — никаких дел с его участием, пусть лечится. Да, и кресло сломайте — пусть всё выглядит относительно правдоподобно…

Где-то в резиденции клана Лерой:

— Госпожа матриарх, тан Рур свободно покинул дворец императора, его никто не задерживал. Сейчас, похоже, он направляется к вам. Однако к самому дворцу подойти до сих пор нельзя — все подступы к нему по-прежнему перекрыты имперскими войсками. Во дворец прошло несколько групп медиков с реанимационной капсулой — без драки, похоже, не обошлось.

— Узнаю тана Рура — он не меняется. Хотя я надеялась, что он видит разницу между Ойхо и императором. Военное положение пока не отменять, но уровень угрозы понизьте до оранжевого. И оповестите Камэни: если их интересуют результаты переговоров — пусть присылают своего представителя. Лучше, если приедет матриарх — похоже, рассказ тана Рура будет чрезвычайно интересным…

Там же, но несколько ри спустя:

— Уважаемый тан Рур, мы просмотрели видеозапись вашей беседы с императором. Скажите — неужели стоило так рисковать?

— Простите, госпожа старший матриарх Камэни, но у меня не было выхода — стоило мне поддаться и показать слабость, как инициатива в переговорах перешла бы к императору. Тогда за мою жизнь не дали бы и одного лу.

— А если бы император всё же решил вас убрать?

— Наверняка император подготовился и к такому повороту событий, однако обошлось — как видите, я остался жив. Мне в некотором роде повезло — мне сохранили жизнь в связи с тем, что реальной угрозой обладаю не я, а имеющаяся у меня информация, которая была бы пущена в ход после моей смерти. В немалой степени я остался жив в результате собственной наглости, переоценки императором моей значимости и тяжести имеющегося у меня компромата, нежеланием императора связываться с моим убийством и изрядной долей везения. Я был слишком в себе уверен и вёл диалог с позиции сильного, а у императора было слишком мало времени на анализ ситуации и принятие взвешенного решения. В результате император решил, что для него будет значительно спокойнее спустить ситуацию на тормозах, откупившись исполнителями. Ему, правда, пришлось дать ещё один документ, но этот документ вряд ли когда увидит свет и мешает только самому императору, не угрожая правящей династии. Сам документ имеет ограниченный срок действия — уже через несколько сол он потеряет свою актуальность, превратившись в обычный кусок пластика, интересный разве что историкам. К тому же в ближайшее время я ожидаю следующего этапа торгов, которыми император попытается сей документ выкупить. Да и моя смерть не решала главной задачи, которую император себе наметил.

— Какой же?

— Прибрать к рукам мою школу, разумеется — ей сильно заинтересовались имперские спецслужбы, преданные императору лично. Правда, в нашей беседе явственно прослеживался корыстный интерес — поставив разработки моей школы себе на вооружение, император хотел неплохо поднять благосостояние собственного клана. Поэтому он попытался надавить на меня, намекнув на угрозу как моей жизни, так и жизни моих детей и даже существованию всего клана.

— Думаете, у него это не получилось бы?

— А сейчас проверим… Госпожа матриарх Лерой, вы, случайно, не объявляли «красную угрозу» уровня «альфа»?

— Объявила. И не случайно.

— Спецгруппа ушла в отрыв?

— Да.

— Не отзывали?

— Нет, решила дождаться окончания переговоров и вашего совета.

— Правильное решение. Спецгруппу отзывать пока не надо, пусть действует автономно, мы продолжим её финансирование. Поручите службе безопасности — пусть продумают варианты создания нового клана, но так, чтобы официально следы вели не к нам, хотя от службы Нирэна Шихои спрятать их всё равно не удастся. Новый клан будет ширмой, под которой мы продолжим подготовку своих бойцов. Тайной для императора это не станет — имперцы готовы к подобному развитию событий, перемещения всех наших бойцов отслеживаются, к тому же я предупредил императора, что в случае угрозы существованию клана со стороны имперских спецслужб он возродится с чистого листа под другим именем, но на лояльность нового клана рассчитывать империи уже не стоит. Если конфликта с императором не будет — максимум через пару сол бойцы вернутся в клан. В случае конфликта новый клан не позволит имперским спецслужбам уничтожить основную ценность клана Лерой — наших людей, мы покажем, что готовы к подобному развитию событий. Клану Камэни волноваться не стоит — они имперским спецслужбам неинтересны. Так что император просто получит дополнительный намёк, что трогать наш клан не надо.

— Мидо объявил в клане Камэни военное положение, клановый флот ушёл в глубокий космос.

— Госпожа старший матриарх Камэни, тан Мидо ещё молод и несколько импульсивен. Решение о введении военного положения в клане было верным, как и объявление полной боевой готовности, а вот военный флот он увёл зря — с тактической точки зрения он поступил правильно, а стратегически — нет. Мидо пока мыслит как военный, а не как политик. Попытка спасти флот в случае начала военных действий не сильно помогла бы клану — у вас он ещё слишком маленький, даже полная потеря флота незначительно ослабила бы клан. А вот исчезновение флота Камэни в случае обострения обстановки сразу показало, на чьей вы стороне. Даже если бы император начал против вас военные действия — надо было бы дать ему возможность уничтожить ваш флот. Впоследствии вы бы стрясли с империи не только стоимость уничтоженных кораблей, но и компенсацию морального ущерба — её величина была бы ограничена только размерами вашей фантазии. Впрочем, что сделано, то сделано. Не буду вмешиваться в ваши дела, но хотелось бы дать два совета. Первый — не возвращайте те корабли, которые уже увели, создайте ещё одну базу где-нибудь в другой галактике — у вас же есть клановые территории практически в каждом уголке империи. Второй — приставьте к Мидо грамотного советника — пусть учится решать политические вопросы перед военными, в будущем ему это очень пригодится. Да, госпожа — император, скорее всего, сейчас находится в одной из лучших клиник Камэни на Окане. Я был бы очень вам признателен, если бы вы не только поставили меня в известность — где, но и в режиме реального времени информировали о его самочувствии. Как только он сможет нормально говорить — было бы идеальным, чтобы ему передали о моём желании поговорить с ним. Передать несколько слов может любой из обслуживающего персонала, а если император прикажет привести к нему меня — ослушаться не осмелится никто. Вам это ничем не будет грозить, а я буду признателен — мы с императором ещё не закончили разговор…

— Тан Рур, ответьте ещё на один вопрос… Императора доставили в наш медицинский центр со сломанной рукой. Я не поверю, если вы сейчас скажете, будто он сломал себе руку сам и случайно. Не хотите пояснить — это-то вам зачем?

— Да, госпожа, случайности не было… А зачем? Вариантов ответа множество, и все они будут верными — от банальной мести до врождённого садизма. Однако в тот момент у меня на руках было два документа. Один — об отречении действующего императора. Второй являлся фактически смертным приговором для ряда приближённых к императору исполнителей. Император хотел слить своих людей, тем самым лишив меня второго документа, являющегося мощным компроматом против ныне действующих имперских спецслужб. Своим поступком я не позволил императору этого сделать, а теперь избавляться от замаранных в компромате исполнителей уже поздно — они, скорее всего, продолжат работать и дальше, а у меня на руках останутся горячие документы…

— И последний вопрос, тан Рур. Император предложил вам трон — почему вы отказались? Вы сослались на то, что не умеете управлять империей, но ведь не это было главной причиной?

— Верно, госпожа, не это. Вы, наверное, обратили внимание на то, что я отметил фальшь в словах императора. Я несколько смягчил свой ответ — в его словах была не фальшь, а ложь — император не собирался расставаться с троном, а хотел заманить меня в какую-то ловушку.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Я чувствую, когда человек говорит ложь.

— Ах да… Вы же телепат и читаете мысли окружающих.

— Нет, читать мысли я не умею — мне кажется, это невозможно. Однако ложь я чувствую. В средние века на моей родине про меня сказали бы, что я читаю человеческие души… Это сложно объяснить, но то, как человек пытается сказать не то, что думает, я вижу отчётливо.

— Интересное явление. И давно оно у вас?

— Я бы покривил душой, если бы сказал, что оно у меня с самого рождения. Однако я всегда умел хорошо разбираться в людях. Возможно, это умение просто усиливается с возрастом и накопленным жизненным опытом.

— Весьма полезное умение, тан Рур. И хорошо, что вы об этом сказали — возможно, когда-нибудь придётся им воспользоваться…

Где-то в медицинском центре Окааны…

— Мой император, будем считать, что диалог между нами возможен и в ближайшем будущем мы обязательно придём к взаимовыгодному соглашению. Однако мне всё же хотелось бы услышать ответ на мой вопрос — почему? Ваш прошлый ответ был хорош, но несколько неполон, и не содержит главного — почему вы пошли на этот шаг?

— Вас удивило моё решение, тан Рур?

— Да, мой император. Напомню, что сказав вам про долг крови, я не требовал с вас исполнения этого долга. Более того — если бы я захотел взять вашу жизнь, то вы бы уже давно были мертвы — ваша охрана для меня не помеха. Я просто отошёл в сторону, не желая иметь дел с убийцей своего сына. Вы бы по-прежнему спокойно правили империей. Я не поверю, что в вас вдруг проснулось чувство справедливости. Должность императора — это должность политика, а политика — грязное дело. Некоторые политические решения, выгодные для империи, значительно легче решаются незаконными методами. Цель, как говорится, оправдывает средства. Иногда проще убрать человека, чем действовать по закону. История моего мира насчитывает массу примеров, когда благосостояние страны строилось на костях невинных жертв, причём главные злодеи убивали, руководствуясь, как ни странно, благими намерениями. В вашей долгой карьере также наверняка были случаи, когда вам приходилось отдавать приказы на устранение мешающих вам ни в чём не повинных людей. Поэтому я хочу услышать полный и правдивый ответ — почему? Документ о вашем отречении лично вам ничем не грозит, пока вы не трогаете клан Лерой, да и со временем он просто потеряет свою актуальность и станет обычным клочком пластика. А вот зачем вы согласились разменять жизнь своих подчинённых на жизнь рядового гражданина империи? Ведь соблюдение закона в вашем решении было вовсе не основной причиной, если вообще принималось во внимание. Я прав, мой император?

— Вы удивительно прозорливы, тан Рур. Мне действительно плевать на закон, если буквальное следование его канонам может угрожать интересам империи, интересам моего клана или меня лично. Закон нужен для рядовых граждан, чтобы создать у них иллюзию защищённости от сильных мира сего. Закон работает и будет работать для простых обывателей, но не для лиц, от решений которых зависит будущее империи. К сожалению, вы, тан Рур, с вашими наработками оказались одной из ключевых фигур в нарисованном моими аналитиками сценарии, расписанном на сотни сол вперёд, а мнению своих аналитиков я привык доверять. Возможно, вы даже не подозреваете, насколько вы важны. Клан Лерой при поддержке клана Камэни усиленно милитаризируется, расходуя на это все имеющиеся средства, вместо того, чтобы купаться в роскоши, как это делают все остальные кланы империи. Камэни не отстают от вас, строя свой собственный боевой космический флот и создавая наземные десантные войска. Если бы не было вас, через несколько сотен сол, возможно, через эон, империя получила бы ещё один могущественный милитаризованный клан. Ничего страшного, сотни подобных кланов в империи уже есть, одним больше, одним меньше — для империи несущественно. Суммарная военная мощь этих кланов сравнима и даже несколько превышает имперскую военную машину, но существованию империи такая ситуация не угрожает — за всю историю существования империи ещё не было случая, чтобы все кланы сумели договориться между собой. А в одиночку ни один здравомыслящий клан не пойдёт против империи — наглеца тут же растерзают конкуренты. Вы оказались мощным дестабилизирующим фактором — оснащённый по последнему слову техники объединённый флот Лерой и Камэни, по численности в несколько раз меньше имперского флота, с вашими пилотами и солдатами будет сильнее любых клановых войск. Вашим кланам станет вполне по силам привлечь на свою сторону ряд недовольных моим правлением кланов и попытаться осуществить смену династии. Аналитики подтвердили достаточно высокую вероятность подобного прогноза. Я разговаривал со старшим матриархом Камэни — она заверила меня, что армия и флот нужны клану только для охраны собственного имущества и людей клана, а также для сопровождения их торговых караванов, но кто даст гарантию, что в будущем ситуация не изменится? Камэни уже пробуют свои силы на рынке предоставления милитари услуг. Пока осторожно, ведь их силы ещё невелики. А что будет дальше? Процесс передела рынка милитари уже запущен, и вы приняли в нём самое непосредственное участие, жестоко разобравшись с кланом Ойхо. Урок всколыхнул всю империю. Хотите знать, что будет дальше? Примерно через двести пятьдесят — пятьсот сол синдикат Камэни и Лерой будет удерживать примерно треть рынка милитари — имперские аналитики выдали именно этот прогноз. Оставшиеся две трети поделят все остальные кланы империи, включая государственный сектор. Вы, кстати, ещё не договорились о создании синдиката? Можете не отвечать, финансовые вливания Камэни в клан Лерой говорят лучше ваших слов. Думаете, моя служба безопасности не вычислила баснословно низких сумм за проводимые в клиниках Камэни операции по омоложению членов клана Лерой? А лучший ученик Оканийской лётной академии за последние десятки сол? Выпускник вашей личной боевой школы, член клана Лерой? Он теперь носит фамилию Камэни, более того, стал третьим лицом клана, женившись на матриархе Камэни. Складывать два плюс два мы умеем. Де-факто синдикат уже существует. Даже если юридически создание синдиката ещё не оформлено — это дело ближайшего будущего, фактически — простая формальность. Идеальным в сложившейся ситуации было бы ваше устранение, но мы упустили время. Убивать вас нужно было ещё десять сол назад. Но тогда угрозу посчитали минимальной — что может сделать против империи один человек? Вы же необычайно быстро поднялись в иерархии клана Лерой, став, по сути, вторым человеком в клане. Меня даже терзают смутные подозрения — не являетесь ли вы первым, действуя из тени? Не озвучивает ли матриарх Лерой не свои, а ваши решения? Сейчас устранять вас не только бессмысленно, но даже вредно. Вы успели подготовить себе замену, создав школу и обучив людей. Устранив вас, империя не только не получит жизненно необходимых ей знаний, тщательно скрываемых вами, но и обзаведётся враждебно настроенным милитаризованным синдикатом Камэни-Лерой. До нашего разговора я действительно не знал, что являюсь причиной гибели вашего сына, но мне необходимо было разобраться со столь мощным дестабилизирующим фактором, для чего я и вызвал вас во дворец. Как я вам уже сказал, через несколько сотен сол с вашей помощью синдикат станет представлять для империи серьёзную угрозу, и мне необходимо было обеспечить вашу лояльность. Любыми средствами. Вариантов было всего два — или подчинить вас и вашу школу себе, или уничтожить, несмотря на крайне негативный эффект от подобного решения. Так получилось, что подписанные мною документы оказались самым бескровным и самым выгодным и для империи, и для меня лично вариантом. Я мог их и не подписывать, но тогда через сто — двести сол этот случай всё равно всплыл бы на свет, а вы бы стали достаточно сильны, чтобы повлиять на совет кланов и склонить их к выгодным для себя действиям. Если сейчас, решив вы озвучить случившееся, трон подо мной просто пошатнулся бы, то через пару сотен сол я вполне мог бы его лишиться, а императорский трон могли бы занять и вы — у вас есть все задатки лидера, чтобы склонить на свою сторону большинство кланов. К тому же императорская власть на самом деле — власть чисто номинальная, я сижу на троне лишь до тех пор, пока устраиваю большинство кланов. Повторюсь — устранять вас, к сожалению, надо было раньше — сейчас клан уверенно набирает силу и силовые методы могли стоить трона всей правящей династии, поэтому я всё же попытался с вами договориться. Если бы вы согласились на компенсацию, как поступила госпожа Айлинэри Камэни, моя щедрость не знала бы границ, и то, что получили Камэни, показалось бы вам жалкой подачкой. Мне нужен ваш клан в числе моих сторонников, а не врагов — мои аналитики выдали мне именно эту рекомендацию. Документы с признанием допущенной ошибки и заявление об отречении я дал вам лишь потому, что через сто сол они бы вам уже не потребовались — будучи в стане моих врагов и имея за плечами силовую поддержку клановых войск, вы и так получали реальную возможность меня сместить. Я просто убрал зарождающийся очаг очередной интриги против меня, надеясь, что вы будете достаточно благоразумны, чтобы не дать этим документам ход. Политика, и ничего больше. Сейчас же разногласия между нами устранены, вы в состоянии вести переговоры, и, думаю, что мы с вами всё же сможем договориться к взаимной выгоде. Теперь я ответил на ваш вопрос, тан Рур?

— Да, мой император… Теперь — да. И, знаете, вы оказались правы — не предоставь вы этих документов, я бы рано или поздно использовал имеющийся компромат, представься удачный момент. Сильный и красивый политический ход с вашей стороны, уважаю.

— Тогда, раз все претензии сняты, мы пришли ко взаимопониманию и планируем в дальнейшем наладить взаимовыгодное сотрудничество, у меня к вам вопрос, тан Рур. Руку ломать было обязательно?

— Что, больно?

— Я бы даже сказал — слишком…

— Вот точно такую же боль испытывала госпожа Айлинэри Камэни. Я хочу, чтобы вы никогда об этом не забывали — этот урок для вас был необходим. К тому же вы, кажется, хотели что-то тогда объявить?

— Я хотел отстранить виновных от занимаемых должностей…

— Не надо. Вы были правы — пусть работают. Они всего лишь исполнители. Несправедливо наказывать исполнителей, договорившись с их начальником. Выздоравливайте. Матриарх Лерой будет ждать вашего вызова для проведения интересующих вас переговоров.

— А вы, тан Рур? Вас приглашать?

— А спросите у ваших аналитиков, мой император!

Ясное небо, чистый воздух, густая зелёная трава, каменистая горная речка внизу по склону между двумя горами… Андрей стоял на том же самом месте, откуда более двух месяцев назад забрал больного котёнка. Сейчас маленький рурх полностью поправился, разжирел на обильной кормёжке, и весело нарезал круги вокруг Андрея, Баси и стоящего неподалёку челнока, гоняясь за порхающими вокруг разноцветными бабочками. Бася разлёгся в тени челнока, и идущие от него волны счастья и умиротворения, казалось, можно было увидеть и пощупать — настолько сильно рурх излучал в ментал свою радость. Не прошло и десяти минут, как в мыслеобразах Барсика появилось лёгкое эхо — его услышала самка, которая, по видимости, со всех лап стремилась на встречу со своим сыном. Ещё немного времени — и едва заметная на склоне горы серая точка увеличилась, явив собой громадную кошку, из всех сил несущуюся к челноку.

Подбежав, кошка остановилась, загнанно дыша, высунув розовый язык и обмахивая длинным пушистым хвостом тяжело вздувавшиеся бока, и стала настороженно обозревать всю собравшуюся возле корабля компанию. Котёнок, заметив мать, бросил гоняться за бабочками и лёгкими прыжками подбежал к ней, обнюхав и лизнув её в нос. Нежный шлепок материнской лапы сбил котёнка на землю, заставив его перекувырнуться через голову, но это только добавило малышу веселья — он отлично понял, что с ним играют…

Видя такую идиллическую картину, Андрей расслабился и примостился на Басиной лапе, облокотившись на тёплый кошачий бок. Вот так, ничего не делая, а только наблюдая за играющим котёнком, Андрей планировал завершить этот день, чтобы ближе к вечеру скормить троим рурхам остатки сырого мяса из корабельного холодильника и вернуться в Окаану — зверям предстояло жить дальше, идя своим путём — бегать по горам, охотиться и растить своего сына. А его ждал императорский дворец и тяжёлый разговор с императором в присутствии матриарха Лерой, проводить который не хотелось, а отменить не было никакой возможности…

Небольшой кабинет в самом сердце императорского дворца был выдержан в строгих спокойных тонах. Минимум мебели подчёркивал его аскетичность и настраивал на долгую неспешную беседу. За круглым низким столом, на благородной, инкрустированной дарнийским грабом и фемской лиственницей полированной столешнице сиротливо стояли чайник, вазочка с печеньем и три чашки на небольших блюдцах. Три мягких роскошных кресла занимали трое людей — двое мужчин и женщина, оживлённо о чём-то спорящих. Вернее, спорили мужчина и женщина, второй мужчина молча потягивал чай из небольшой чашечки, с лёгкой рассеянной улыбкой наблюдая за разговаривающей парой.

— Я полагаю, что у вас больше нет пожеланий, госпожа матриарх Лерой?

— Нет, мой император.

— Вы согласны подписать договор с империей на оговоренных нами условиях?

— Согласна, мой император.

— А ваш подчинённый, тан Рур? Как вы сказали, отдельные вопросы нашего договора требуют его личного согласия.

— В этих вопросах я не влияю на тана Рура, в определённых вопросах он обладает равными со мной правами и лично принимает касающиеся его решения. Вы не забыли, что в нашей беседе я специально акцентировала на этом ваше внимание, мой император?

— Не забыл. Но я предполагал, что вы, как матриарх, прикажете тану Руру одобрить достигнутые нами договорённости.

— Вы напрасно это предполагали — я не давала вам повода делать подобные предположения. Все договорённости, касающиеся лично меня, можно подписать в любое время. Касательно договорённостей, затрагивающих сферу влияния тана Рура, мы с вами не пришли к окончательному решению, отметив только принципиальную возможность достижения подобных соглашений. Но вы можете уточнить условия у тана Рура — ведь не зря вы вызвали его на эту беседу вместе со мной.

— Тан Рур, а вы что можете сказать мне по поводу планирующегося подписания договора между империей и кланом Лерой? Надеюсь, вы внимательно слушали наш разговор и имеете представление о том, что выгодно вашему клану и требуется империи.

— Я внимательно вас слушал, мой император, и у меня сложилось вполне чёткое понимание того, что хотела бы получить империя от клана Лерой. Со своей стороны хочу отметить, что принципиально не вижу ничего невозможного — мы сможем дать империи всё, что вы хотите. Здесь я полностью солидарен со своим матриархом и подтверждаю все её слова.

— Это радует. Осталось обговорить условия.

— Полностью с вами согласен, мой император.

— Тогда прошу озвучить ваши пожелания.

— Хорошо, воля ваша, мой император. Я не буду касаться договорённостей, касающихся только империи и матриарха Лерой — это ваше личное дело. А вот касательно прозвучавших здесь условий, затрагивающих меня — можете смело наплевать и забыть. Обсуждение предлагаю начать с нуля. Сейчас я озвучу минимальные требования, в дальнейшем они могут возрасти, но не сильно. Особо акцентирую — без выполнения минимальных требований, которые я сейчас озвучу, договора Клана Лерой с империей касательно военной тематики, и в особенности передачи информации по способу клановой подготовки пилотов и бойцов не будет. Не будет также клан Лерой обучать в своих школах имперских курсантов. Итак, для начала вы предоставите аналитикам клана Лерой подробные карты всей исследованной части вселенной — я знаю, такие карты есть, пусть и проходят они под грифом «совершенно секретно». На этих картах я выбираю три компактно расположенные звёздные системы с планетами водно-кислородного типа, необжитыми, но годными к колонизации с минимальным уровнем терраформирования. Рядом с этими звёздными системами должны располагаться системы или звёздные скопления, богатые полезными ископаемыми. Системы могут находиться на периферии, вне материнской галактики Оканийской империи, но обязательно вблизи удобных космических маршрутов. Одну звёздную систему мы назовём Лерой, другую — Камэни. Название третьей системы я ещё не придумал, да это и не важно — она всё равно предназначена служить продовольственным придатком вышеназванных двух систем. Помимо этих трёх систем мне нужны будут ещё четыре, имеющие хотя бы одну планету, пригодную для жизни. Месторасположение этих систем должно быть таким, чтобы образовывалась примерно равносторонняя пирамида, в центре которого были бы три первые звёздные системы. Эти семь систем должны быть переданы в единоличное владение клану Лерой — на них будет заложен центр подготовки будущих имперских войсковых соединений. Империя также поможет клану Лерой заложить на планетах этих звёздных систем основы для комплексного развития промышленности, сельского хозяйства и инфраструктуры — мне нужны космопорты, современные заводы по производству оружия и техники, включая звездолёты, города, в которых будут жить люди, дороги, связывающие узловые точки промышленного и сельскохозяйственного производства. На четырёх внешних звёздных системах я планирую создать защитный комплекс по обороне внутренних систем. Защита — максимально возможная исходя из современных научных разработок. Оружие — также самое мощное, самое дальнобойное и самое современное. Плюс эти же три системы должны служить базой для размещения кланового космического флота. Помочь в постройке этих оборонительных сооружений также должна империя — синдикат не потянет подобных затрат. Условия можно обговорить отдельно. Возможно, это будет беспроцентный кредит, возможно — совместное финансирование проекта. Не знаю, надо считать. Если клан будет брать кредит — то однозначно освобождение от налогов до тех пор, пока кредит не будет полностью погашен. Без создания собственной базы давать свои знания в руки имперских адмиралов я не буду. Да, и про мораторий империи на закупки кланами современной военной техники и использование передовых военных разработок… В отношении клана Лерой мораторий должен быть снят, мы должны получить полный доступ к самым современным военным технологиям. Пока — всё. Возможно, что-то я и забыл — аналитики подскажут. Ваше слово, мой император.

— Это неприемлемо.

— Почему?

— Таких баз нет даже у имперских войск. Если мы передадим вам такую базу, клан Лерой фактически станет независимым анклавом и будет настолько сильным, что империя не сможет его уничтожить. А это подрыв безопасности империи.

— Вы заранее, ещё на этапе обсуждения, думаете, как нас уничтожить? Зачем? База будет носить чисто оборонительный характер, и ваша служба безопасности сможет в этом убедиться ещё на этапе её проектирования. Да, уничтожить её будет практически невозможно — на подступах к ней поляжет весь имперский флот, но и как атакующее средство она бесполезна. Угрозы империи она не несёт. А вот от удара в спину от императора, которому вдруг покажется более выгодным разорвать достигнутые договорённости, она отлично защитит. База, повторюсь — не угроза империи, а защита от предательства. И вы это прекрасно понимаете. Какие ещё возражения у вас имеются? Мой император… Повторюсь ещё раз — эти требования минимальные и обсуждению не подлежат. Они напрямую касаются безопасности клана и без их выполнения не будет дальнейшего разговора. Каждый останется при своём.

— Что ж, я обязан был предусмотреть подобный вариант защиты с вашей стороны, как и предусмотреть для себя возможность не допустить создания в пределах империи этого анклава независимости. Я отлично понимаю ваше желание защититься от моего возможного вероломства… Как я понимаю, моих искренних уверений, что империя никогда не нарушит заключенный договор и не развяжет войны против вашего клана, вам недостаточно?

— Вы правильно понимаете, мой император. Вы знаете меня, я знаю вас. Физическое уничтожение клана Лерой после передачи нами в империю всех имеющихся знаний и методик подготовки бойцов было бы идеальным вариантом для империи и лично для вас избавиться от одного из сильных в будущем кланов и упрочить свою власть. Слишком лакомый кусок, чтобы не ввести вас в искушение. Простите, мой император, но в свете возможных негативных последствий я не имею права страдать излишней доверчивостью. Если вы не согласитесь на мои условия, то клан Лерой просто продолжит своё медленное развитие. Возможно, пройдут сотни сол, возможно — эоны, но мы всё равно рано или поздно достигнем намеченных целей. Империя сможет просто нанимать клановые подразделения Лерой, как, впрочем, поступает и сейчас — более половины имперских вооружённых сил, если мне не изменяет память, составляют наёмники милитари-кланов. Вы же хотите не просто нанимать нас, а получить в свои руки наше оружие. Как я подозреваю, империя вообще в будущем планирует избавиться от необходимости найма клановых войск, что ещё больше усилит имперские войска и ослабит клановые. В подобной ситуации мы вынуждены обезопасить себя от возможности негативных действий с вашей стороны. Согласитесь, вполне справедливое желание.

— Желание справедливое и вполне понятное. Но зачем вам три кислородных планеты? Достаточно, по моему мнению, одной…

— Три, мой император. Не меньше. Одна — для Лерой. Там будет база клана, центр подготовки преподавательского состава и клановые школы по обучению солдат и пилотов. Первоначально мы планируем взять на себя часть процесса обучения солдат имперской армии — сразу передавать вам технологию и методики обучения считаю преждевременным. Обеспечить секретность возможно только на отдельно взятой планете отдельно взятой звёздной системы. Вторая — для Камэни. Не говоря уже о том, что мы — синдикат, Камэни расположат на этой планете всё своё самое современное медицинское оборудование и научные центры. Планета — медицинский центр. Сосредоточенные в одном месте, научные изыскания в области медицины получат новый толчок в развитии. Стоимость медицинских услуг уменьшится. Ну и так далее… Точнее вам смогут обосновать сами Камэни.

— А третья?

— Продовольственная база, мой император. В случае осады триумвират планет должен в течение длительного времени обеспечивать своё автономное существование. В идеале — эти три звёздные системы могут вообще неограниченно долго прожить в изоляции под защитой четырёх внешних звёздных крепостей.

— И насколько долго?

— Как минимум — эоны. Как максимум — они смогут стать ядром для возрождения новой цивилизации.

— А зачем вам целых четыре звёздные крепости?

— Осторожность, помноженная на безопасность, мой император. Каждая из крепостей может уничтожить любую цель как на подступах, так и внутри охраняемой зоны — дальность действия оружейных систем крепостей будет перекрывать сектора обстрела любой из соседних, осуществляя поддержку в случае атаки на одну из крепостей. В случае захвата одной крепости — я прорабатывал даже возможность предательства — оставшиеся крепости смогут уничтожить отступников и продолжать контролировать внутреннее пространство — три материнских планеты останутся под защитой. Анклав сможет уцелеть, даже если в качестве защиты останется всего одна космическая крепость — безопасность, безопасность и ещё раз безопасность, мой император.

— А вы хорошо продумали перспективу развития клана Лерой. Кстати, повторю своё предложение — не хотели бы создать свой собственный клан?

— Нет, не хотел. Я в первую очередь воин, а не чиновник. На должности руководителя клана Лерой меня вполне устраивает мой матриарх, а на должности императора — вы. И, кстати, мы с матриархом уже обсуждали этот вопрос — она достаточно умная женщина, чтобы не понимать, в чьих руках оказалась значительная доля власти в клане. Я взял ровно столько власти, сколько мне нужно для дела — не больше, но и не меньше. Я не люблю власть, но вынужден ею пользоваться как руководитель.

— Спасибо за откровенность, я ценю подобное доверие. Итак, вы хотели бы получить одну планету для себя, одну — для клана Камэни…

— Три планеты для Лерой. В комплекте со звёздными системами и прилегающим к ним межзвёздным пространством. И ещё четыре звёздные системы для создания защитного пояса.

— Но вы всё равно планируете одну планету передать Камэни!

— Кому, что и на каких условиях мы передадим — это наши внутренние проблемы. Давайте не будем обсуждать внутреннюю политику нашего союза, а сосредоточимся на первоначальных договорённостях.

— Хорошо, по поводу трёх звёздных систем мне всё понятно. А по поводу систем-крепостей? Вы сказали, что их сектора обстрела перекрывают друг друга. Какую дальность орудийных систем крепостей вы планируете заложить? И на каком расстоянии от ядра вашего анклава вы планируете разместить оборонительный пояс?

— Чуть менее максимального расстояния, контролируемого каждой крепостью — так, чтобы каждая крепость могла, при необходимости, прикрыть фланг другой в случае нападения. При современном уровне развития оканийской военной техники это примерно двадцать четыре — двадцать шесть лучей[1]. С небольшим разбросом в большую или меньшую сторону — в зависимости от реального расположения звездных систем в пространстве. После получения звёздных карт реальные расстояния будут уточняться исходя из сложившейся обстановки.

— То есть вы планируете контролировать область пространства примерно в семьдесят лучей? Но это же как минимум сотни, если не тысячи звёздных систем, которые вы таким образом сможете контролировать!

— Ну и что? Пространство империи в миллиарды раз больше. Империя раскинулась на десятки галактик, а создаваемый нами анклав — песчинка даже в сравнении с отдельно взятым звёздным скоплением. Мы в принципе не сможем создать угрозу существованию империи, даже если анклав по каким-либо непонятным обстоятельствам захочет отделиться и стать независимым. Лично я не могу представить себе подобной ситуации — с экономической точки зрения более крупное государственное образование всегда будет более устойчивым, чем более мелкое. В конце концов, можно предусмотреть такие условия, когда разрыв с метрополией и образование автономии будут экономически невыгодны. В ближайшем обозримом будущем я, повторюсь, не вижу смысла в отделении от империи и образовании автономного анклава — создаваемая структура будет полноценной частью империи и подчиняться имперским законам, за исключением того, что находиться там будут только члены кланов Лерой и Камэни. В конце концов, даже на Окане существуют клановые земли, доступ на которые ограничен только членами клана.

— Вы правы, но лишь отчасти. Клановые территории на Окане контролируются орбитальными спутниками слежения, полёты в воздушном пространстве клановых территорий регулируются Оканийским центром контроля за воздушными перемещениями. Можно привести ещё массу примеров, показывающих, что автономия клановых территорий вовсе не такая уж автономная…

— То есть весь вопрос в том, что на Окане вы сможете следить за тем, что делают кланы, а в нашем анклаве нет? А зачем вы вообще следите за кланами? Пытаетесь поймать их на чем-то незаконном? Несмотря на то, что сама подобная слежка не совсем законна, в нашем анклаве она просто потеряет смысл — за соблюдением законности на своей территории мы будем следить сами. Юридически и сейчас всё, что совершается на территории клановых земель Оканийской империи, попадает под юрисдикцию самого клана, на этих территориях действуют клановые законы. По большому счёту ничего не изменится, только масштабы территорий станут больше. Преступники нам не нужны так же, как и империи. А если наказание за преступление в клане и империи различается — так и сейчас в империи клановые судят своих людей по законам кланов. Даже на Окане, не говоря уж о других планетах империи. И чем дальше от столицы, тем власть кланов сильнее. Вам, кстати, это отлично известно. Тем более что я готов финансировать службы охраны правопорядка из клановых средств. Равно как и прочие имперские службы на территории создающегося анклава.

— А подчиняться эти службы будут, разумеется, вам?

— Разумеется, эти службы будут подчиняться матриарху клана, который будет подотчётен напрямую вам. А сейчас в кланах разве по-другому? Служба безопасности есть практически в каждом клане. Она фактически дублирует имперскую судебную систему и службу охраны правопорядка, причём работает значительно более эффективно. В кланах нет тюрем — наказание определяется исходя из позиции здравого смысла. За незначительные нарушения налагается штраф или понижение в должности. За серьёзные проступки существуют исправительные работы. Смертную казнь также никто не отменял. В любом клане также существует финансовая служба и служба аналитиков. Это аналог ваших советников и министерства финансов с налоговой службой. Причём также значительно более эффективный — матриарх очень быстро вычисляет людей, которые не хотят или не умеют работать. Далее — аналоги министерств созданы в каждом клане в зависимости от рода их деятельности. Клан Лерой, как вы знаете, специализируется на производстве и доставке натуральных продуктов питания, поэтому в клане создано специальное подразделение — аналог министерства сельского хозяйства и министерства транспорта. Подразделение курирует всё, связанное с данными направлениями. Ему подчиняются даже созданные специализированные клановые школы, университеты и научно-исследовательские институты, обучающие специалистов по сельскому хозяйству и ведущие исследования в области создания новых продуктов питания. Есть даже специализированные заводы по производству сельскохозяйственной техники, строительные заводы и заводы по производству и укладке дорожного полотна. Я не специалист в данной области, но всё, что производить клану более выгодно, чем закупать на стороне — клан производит сам. Клан производит также часть стратегической продукции, даже если её себестоимость оказывается выше покупной. В отдельно взятой области промышленного производства клан полностью самодостаточен. Для производства кланового товара ему не требуется ни одна единица произведённой вне клана промышленной продукции и ни один имперский чиновник. Даже налоги клан может посчитать, собрать и заплатить сам. Фактически империя со своим аппаратом чиновников клану не нужна — имперские чиновники нужны внеклановым. Вся масса имперских чиновников, считающих и собирающих с клановых налоги, делает двойную работу — всё уже давно посчитано. Сначала сводка о доходах, расходах и налогах ложится на стол матриарха клана, и лишь потом, значительно позже, имперские чиновники получают такие же бумаги и начинают собирать налоги. Вам ли, мой император, этого не знать? Поэтому не вижу смысла создавать в анклаве дублирующие структуры — клановых служб будет вполне достаточно.

— А кто будет контролировать сбор налогов?

— То есть по остальным вопросам, мой император, у вас возражений больше нет? Осталось определить механизмы, препятствующие сокрытию налогов?

— С вами тяжело вести диалог, тан Рур, вы всё норовите загрести под себя.

— Отчего же, мой император, для себя лично я не попросил практически ничего. Зато империи мои предложения будут очень выгодны. Единственный неприятный для вас момент — ваши спецслужбы не смогут сунуть свой любопытный нос в наши клановые дела. Но, согласитесь, это небольшая цена за резкое увеличение военной мощи имперских войск!

— Пожалуй, я действительно соглашусь. Тем более что в принципиальных вопросах вы не уступите? Ведь так, тан Рур?

— Именно так, мой император…

— Хорошо, тан Рур, я готов подписать договор о выделении клану указанных вами звёздных систем со всеми входящими в эти системы объектами с матриархом Лерой.

— Со мной, мой император. Договор будет подписан со мной. С матриархом Лерой вы подпишете только то, что обсуждали лично с ней.

— Но планеты ведь нужны клану?

— Истинно так, мой император.

— А договор…

— Будет подписан со мной. И все вопросы касательно исполнения договора вы, мой император, будете обсуждать со мной и только со мной. Только я и вы сможем при необходимости внести в этот договор изменения и после исполнения закрыть его.

— А какая разница — вы или матриарх?

— Разница есть, мой император. Пусть вы её сейчас и не видите, но она есть…

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Тан Рур, я, конечно же, восхищена вниманием императора и столь неожиданно свалившимися на нас благами, но скажите — так ли всё это было необходимо? Я же не слепая — в процессе переговоров император едва сдерживался от того, чтобы не прекратить переговоры и не выгнать нас вон, с весьма предсказуемыми последствиями такого шага.

— О, госпожа матриарх, император не сделал бы этого. Возможно, если бы эти переговоры состоялись несколько позже, когда из головы императора выветрилось обещание осыпать нас всевозможными благами, результат действительно мог бы быть иным, но на моей родине не зря говорят, что ковать железо нужно не только пока оно ещё горячо, но и не отходя от кассы. Но главное — я недавно понял одну простую истину… Я жив до сих пор лишь по причине удачного стечения обстоятельств, собственной наглости, некоторого количества имеющегося у меня компромата, а также потому, что в результате моей кипучей деятельности на протяжении последних десяти сол императору показалось дешевле договориться. В противном случае меня бы уже устранили. Закон в империи исполняется всего в трёх случаях — когда это выгодно императору, когда это выгодно совету кланов и когда от исполнения закона никто из власть имущих не пострадает.

— И, узнав это, вы решили дополнительно позлить императора?

— Нет, госпожа. Я решил сделать так, чтобы идея убрать меня с дороги как раздражающий фактор больше не приходила императору в голову. Я выяснил, что у меня действительно имеется некоторая теоретическая возможность сменить правящую династию, дал понять это императору, и в дальнейшем постараюсь сделать всё от меня возможное, чтобы эта возможность переросла в уверенность, пусть и не планирую никогда её применять. А для этого клан Лерой должен стать не просто сильным, а как минимум войти в первую тысячу рейтинга — тогда, войдя в совет кланов и имея право голоса, нас просто невозможно будет уничтожить без развязывания очередной войны кланов, на что в текущей сложной политической обстановке никто не пойдёт. Здесь, на Окане, сделать это невозможно. А значит — клану нужен плацдарм, где мы можем развернуться, а это возможно только в случае отсутствия рядом конкурентов, стремящихся подгрести всё под себя, особенно на этапе становления производства. К сожалению, обратного пути не стало уже тогда, когда вы дали добро на создание клановой школы боевых искусств и клан постепенно начал свою милитаризацию. До этого о Лерой никто не знал и мы никому не были нужны — только это спасало нас от пристального внимания имперских служб. Однако сидеть тихо, как енги, мы не стали, засветившись в самых верхах — теперь мы или достигнем вершин, войдя в совет кланов, или будем долго и очень больно падать. Император, кстати, это отлично понимает, пойдя на переговоры. Результат этих переговоров вы недавно слышали — плацдарм, полностью соответствующий моим требованиям, у нас скоро появится. Дальнейшее зависит только от нас — у нас получится всё, если мы будем много работать. Тем более что нам помогут наши союзники Камэни.

— Время покажет, тан Рур. Возможно, вы правы…

— Время покажет, госпожа…

— Сэнсэй, попрошу вас задержаться.

— Это необходимо?

— Для вас — не знаю, но для меня это очень важно!

Андрей внимательно оглядел одного из своих лучших учеников, которому в ближайшие годы планировал передать занятия с продвинутыми учениками и преподавателями, назначив сэнсэем вместо себя. Самому уже пора было отходить от постоянных занятий — административная работа в клане и академии съедала всё больше и больше времени, не оставляя практически ничего не то что на преподавание в школе боевых искусств, а даже на личную жизнь. Вникнув в суть вопроса и выяснив, что в школе впервые в этом году проводится экзамен на сдачу всей школьной программы и остались только ученики, претендующие на получение чёрного пояса — Андрей по аналогии с земными школами ввёл градацию уровня подготовки бойцов цветными поясами — он решил задержаться немного. Всё же личное присутствие на экзаменах основателя школы должно поднять боевой дух учеников и повысить в их глазах важность экзамена.

Сами экзамены, оказывается, начались задолго до появления Андрея в школе и уже почти закончились — осталось всего несколько учеников, являющихся претендентами на столь почётное звание. Андрей оглядел жиденькую шеренгу уставших бойцов в пропитанных потом кимоно с кровавыми пятнами — похоже, при проведении спаррингов им неплохо досталось. Выцветшие коричневые пояса показывали, что путь к чёрному поясу был для мужчин достаточно долгим. Хотя мужчин — слишком сильно сказано, на вид бойцам можно было дать лет двадцать-двадцать пять, а один вообще выглядел лет на десять, не старше. Однако линялый потрёпанный коричневый пояс также выдавал в нём далеко не новичка.

Выяснилось также, что и для этой группы экзамены практически закончились — принимающий экзамен старший ученик не смог найти в технике претендентов даже незначительных ошибок, вся обязательная программа — кихон, ката, кумитэ, тамешивари и физподготовка были уже сданы, и от Андрея требовалось всего лишь почётно вручить ребятам заслуженные пояса. Явно написанное на лицах бойцов облегчение от успешно сданных экзаменов затронуло в душе Андрея какую-то струну, и последующие его слова заставили бойцов несколько напрячься:

— Вы все успешно сдали экзамены — в словах вашего учителя я не сомневаюсь, но мне хотелось бы лично оценить ваше мастерство. Претендентов на получение чёрного пояса попрошу показать мне по два ката — одно произвольное, какое пожелаете сами, второе — определю я после выполнения первого. Начинайте…

Смотря на чёткие, мощные, уверенные движения, Андрей подумал, что не зря он создал школу — даже на Земле у него не было столь умелых учеников. Больше всего его порадовал самый молодой боец — мальчик с подозрительно знакомым лицом… Пусть он был ещё не так силён, как остальные, но техника его была безупречна. Просмотрев все показательные выступления, Андрей подозвал к себе сэмпая и тих спросил:

— А кто этот малыш? Очень на моего сына похож…

— Действительно, это ваш сын от госпожи Эридайны, вашей второй жены.

— Точно, Аруми. Стриженого и в кимоно сразу и не узнаешь. Совсем я собственных детей запустил, вижу от случая к случаю, при встрече не узнаю… Десять сол ему как раз недавно исполнилось. Ну и как он тебе?

— Талантливый мальчик, сэнсэй. Весь в вас. Пройдёт совсем немного сол, он подрастёт и будет непобедимым бойцом. Уже сейчас он побеждает практически во всех поединках с бойцами намного старше его. Для полной и окончательной победы мальчику просто не хватает веса, хотя он очень развит для своих лет. А кихон, как вы видите, у него безупречен. Впрочем, удивляться не приходится — он начал заниматься с четырёх сол, да и сейчас тренируется значительно больше остальных, посвящая занятиям практически всё свободное время.

— Вот даже как? Любопытно… А как ты сам оцениваешь причину его успехов?

— В первую очередь, конечно, это его потрясающая работоспособность и целеустремлённость. Вы сами меня учили, что в воинском искусстве ничего не добьёшься, пока не прольёшь реки пота. Так вот, ваш сын проливает не реки, а моря пота, занимаясь больше и увлечённее остальных. Плюс ко всему у него поразительное чутьё на противника. Мне даже иногда кажется, что он наперёд знает, что противник будет делать в следующее мгновение. Я думаю, что ваш сын в спаррингах достигает состояния сатори — того состояния просветления, о котором вы рассказывали.

— Ты уверен?

— Как в этом можно быть уверенным, сэнсэй? Я неплохо освоил преподаваемую вами науку и иногда на тренировках мне самому кажется, что я приближаюсь к подобному состоянию, но уверенно утверждать этого не могу. А раз я не испытал сатори сам — как я могу узнать его у другого?

— Нет ничего проще… Сейчас проверим.

Подойдя к ученикам, закончившим демонстрацию ката и построившимся в шеренгу, Андрей сказал:

— Бойцы, я горжусь вами. Сегодня вы доказали, что вами достойно преодолён первый этап бесконечного пути к вершинам воинского искусства. Всем вам я торжественно вручаю чёрные пояса — признание того, что основы, или базовую школу, вы закончили. Молодцы! Вручаю всем, кроме собственного сына. Ваш учитель считает, и небезосновательно, что он лучший среди вас. Но с лучшего и спрос другой. Он должен прыгать выше, бегать быстрее, если вы подтягиваетесь пятьдесят раз — он должен подтянуться сто. Если вы отжимаетесь сто раз — он должен отжаться двести. Если кумитэ вы проводили с вами и со своим учителем, то мой сын должен выйти на бой со мной. Чтобы подтвердить своё право на чёрный пояс, он должен попытаться победить не вас, а меня. Но и награда в этом случае будет выше — он не просто получит чёрный пояс, а будет готовиться стать вашим учителем, а в будущем — сэнсэем. Сын, ты готов рискнуть своим честно заслуженным чёрным поясом и провести несколько схваток со мной? Свою силу я буду сдерживать примерно до твоего уровня, так что покалечиться тебе не грозит, но во всём остальном я сдерживаться не буду. Победишь меня хотя бы в одном поединке, пусть даже по очкам — получишь и пояс, и право преподавания наравне с другими старшими учениками с перспективой вручения звания сэнсэя. Не победишь — лишишься чёрного пояса и продолжишь тренироваться дальше — ведь путь воина не зависит от наличия каких-либо отличительных знаков твоего мастерства. Пояс — условность, важен дух. Так как — рискнёшь?

— Да, отец.

— Тогда отдохни немного, я сейчас переоденусь…

Проведённые с собственным сыном поединки показали именно то, что и подозревал Андрей — сын интуитивно чувствовал, что планирует сделать его противник, и к моменту начала атаки уже знал, как этому противодействовать. Похоже, у мальчика рано проснулся эмпатический, а, возможно, даже телепатический дар. Это было одновременно и хорошо, и плохо. Хорошо тем, что дар эмпата позволял ему предсказывать рисунок боя, считывая излучаемые мозгом противника биотоки, плохо — тем, что имея такую подсказку, сын слишком легко стал побеждать в поединках, остановившись в своём развитии. И если он наталкивался на такого же опытного бойца — то отсутствие практики схваток на равных могло сыграть с ним злую шутку, что и показал наглядно Андрей.

Андрей поступил просто — мысленно, как в диалогах с рурхами, громко представлял, какой приём он будет проводить, в реальности поступая совсем иначе. Иногда он направленно транслировал свои мысли, так, как будто он разговаривает с рурхом. Сын, сбитый с толку и ошарашенный тем, что его умение, ранее не дающее сбоев, вдруг стало бесполезным и даже вредным, в растерянности метался по татами, представляя собой жалкое зрелище — молотил в пустоту руками и ногами, как молодой желторотый боец, одновременно пропуская удары, которые вполне мог бы отбить любой из его товарищей, только что получивших чёрные пояса и не обладающих эмпатическим даром. Наконец, выдохнувшись, сын остановился и, поклонившись, сказал:

— Прости, папа, я действительно недостоин ни чёрного пояса, ни звания твоего сына… Я позорно проиграл — так, как будто не занимался вообще…

— Тебе незачем извиняться, сын. Пусть ты сейчас не получишь чёрного пояса, ты действительно неплохой боец. Просто ты слишком рано перепрыгнул через несколько ступеней в воинском искусстве, и теперь ты растерян и дезориентирован. Твой учитель ещё не сталкивался с такими бойцами, поэтому я забираю тебя в свою группу и буду тренировать индивидуально. А свой чёрный пояс ты обязательно получишь, просто это случится чуть-чуть позже, когда ты пройдёшь те ступени, которые пропустил…

Ласково потрепав сына по голове, он проводил его до раздевалки и вернулся к поджидающему его старшему ученику.

— Сэнсэй, вы забираете от меня своего сына?

— Да, ты не сможешь его правильно обучить.

— Почему? Разве я плохо его учил? Что я делал неправильно, учитель?

— Не переживай, ты всё делал правильно. Просто мой сын случайно перепрыгнул через несколько ступеней воинского искусства, начав изучать последующие, не закрепив предыдущие. Он начал учиться предугадывать рисунок боя, не вбив в подсознательные навыки тела умение действовать автоматически, без контроля сознания, не предугадывать, а отвечать на удар, причём отвечать верно. Умение противодействия уже совершаемым противником действиям и умение предугадывать возможные действия противника — на самом деле разные умения. В будущем он станет великим бойцом, но сейчас ему необходимо вернуться к началу и пройти те ступени, которые он пропустил. А про процесс обучения — это моя недоработка, со временем я её устраню.

— Но почему же так получилось, сэнсэй? Ваш сын показывал такие великолепные результаты…

— Всё просто. Просто и очевидно. Мой сын оказался эмпатом…

Где-то в резиденции матриарха Камэни…

— Госпожа Лерой, что заставило вас прервать ваши дела и попросить о срочной встрече?

— Госпожа Камэни, дело действительно важное и не терпит отлагательств. Как вы, наверное, уже знаете, я с таном Руром недавно была на приёме у императора…

— Это после того, как он прямо со встречи с вашим таном Руром загремел в больницу? Да вся империя на ушах стояла! Я уже стала опасаться, что начнутся военные действия — слухи разные ходили. В одном только слухи сходятся — в больнице император оказался по вине тана Рура, члена клан Лерой, кстати. Вы могли подставить наш клан, а мы ведь с вами союзники — конфронтация с императором для нас смертельно опасна.

— Никто не собирался подставлять клан Камэни. Кстати, вы неплохо подставились и сами — император сильно недоволен проводимой кланом Камэни политикой усиленного наращивания клановых вооружений. Он отдельно подчеркнул своё недовольство вашими попытками передела рынка милитари и конфликтом с кланом Ойхо — так что вы и без нашего союза на заметке у имперских спецслужб.

— Госпожа Лерой, я приношу свои извинения за свои слова — они были слишком резкими. Действительно, наш клан допустил ряд ошибок в планировании своего развития, в результате которых попал под пристальное внимание имперских спецслужб. И именно в этой обстановке любые негативные высказывания в адрес клана Камэни для нас особенно опасны. А Камэни в последние сол нередко связывают с Лерой. Давайте оставим позади взаимные обвинения и перейдём к вопросу, ради которого вы сюда прилетели.

— Вопрос очень серьёзный. Но прежде чем к нему перейти, хотелось бы узнать ваше мнение по поводу создания полноценного синдиката. Время пришло. Мы фактически уже являемся синдикатом, осталось только оформить наши отношения официально. От вашего решения зависит то, что я хотела бы довести до вашего сведения.

— Информация серьёзная?

— Более чем.

— Может, сначала обсудим её?

— Нет, узнав эту информацию, вы будете пристрастны. Я хочу получить непредвзятый ответ — пойдём ли мы дальше вместе или каждый будет отстаивать свои интересы.

— На несколько вопросов, не раскрывающих эту информацию, ответить сможете?

— Если сочту, что ответы не повлияют на вашу беспристрастность.

— Моё решение о создании синдиката повлияет на то, что вы хотите мне сообщить?

— Напрямую.

— Это хорошо для моего клана?

— На этот вопрос отвечать не буду — он повлияет на ваше решение.

— Лучше или хуже для клана?

— Без комментариев.

— Планы наших кланов изменятся?

— Я не слишком хорошо представляю планов клана Камэни, но планы Лерой изменятся кардинально. Возможно, планы Камэни изменятся не меньше.

— В какую сторону? Клан поменяет специализацию? Мне надо знать, что изменится!

— Без комментариев.

— Госпожа Лерой, так переговоры не ведутся! Я должна владеть полной информацией! Я не знаю, что случилось на приёме у императора и почему столица до сих пор наводнена войсками! А если, образовав синдикат, я поставлю под угрозу свой клан? Я не собираюсь воевать с империей!

— Хорошо, на этот вопрос отвечу, тем более что ваши опасения мне понятны и вполне обоснованы. Войны с империей не будет, по крайней мере, не по причине того, что я хотела вам сообщить. Если и возникнет конфликт клана Камэни с государством, то не по вине Лерой и не по причине предлагаемой вам информации.

— Сколько времени у меня на раздумья?

— Его нет совсем. Решение мы должны принять здесь и сейчас. Выйдя из этого кабинета, мы должны окончательно решить — либо мы синдикат, либо мы простые союзники.

— А вы за что, госпожа Лерой?

— Я заинтересована в синдикате.

— И какому из наших кланов создание синдиката выгоднее?

— Если скажу — Камэни, вы поверите?

— Что, действительно Камэни?

— Ответа на этот вопрос я дать не могу.

— Но ваш клан выиграет от создания синдиката?

— Да.

— А мой?

— Без комментариев.

— Вы определённо что-то знаете.

— Да. Я уже сказала, что информация настолько важная, что я бросила все свои срочные дела и прилетела к вам.

— Хорошо, пусть я потом пожалею, но сейчас я даю своё согласие на создание синдиката из двух кланов — Камэни и Лерой.

— Вызывайте своих людей — пусть наше соглашение оформляют документально.

— Вы не доверяете моему слову?

— Ваше слово нерушимо, как скала, но есть порядок — соглашение юридически считается заключенным с того момента, когда оформлены соответствующие документы…

Почти ри ушёл у обоих матриархов на оформление и регистрацию в секретариате совета кланов и имперской канцелярии необходимых документов. Только дождавшись официального подтверждения из имперской канцелярии о регистрации синдиката, матриарх Лерой устало откинулась на спинку кресла и с лёгкой улыбкой сказала:

— Уважаемая госпожа старший матриарх клана Камэни! Настоятельно рекомендую вам опереться на спинку своего кресла, чтобы не свалиться с него, когда вы услышите от меня часть информации. В полном объёме, к сожалению, я ей не обладаю — вам придётся беседовать не только со мной, но и с таном Руром. Я думала, вы будете догадливей и пригласите на встречу нас обоих, тем более я предлагала прилететь вдвоём. Кстати, как у вас с сердцем? Не шалит?

— Госпожа Лерой! Вы со своим таном Руром скоро сведёте меня в могилу — так переживать за последний эон меня ещё никто не заставлял. Говорите!

— Сейчас тан Рур вместе с советниками клана Лерой роется в закрытых секретных архивах имперских фондов на предмет подбора подходящих для колонизации в пределах империи свободных планет. Император выделяет в монопольное владение клану Лерой три звёздные системы с планетами водно-кислородного типа. Одну планету тан Рур планирует назвать Лерой, вторую — Камэни. Названия для третьей планеты он ещё не придумал, но это, в принципе, неважно — она всё равно рассчитана под сельскохозяйственное производство.

— Подождите, дайте подумать… То есть у вас будут три собственные планеты?

— У нас, госпожа Камэни, у нас! Мы же синдикат. Одна планета полностью уйдёт под нужды клана Лерой — тан Рур планирует создать планету — базу для обучения клановых и имперских вооружённых сил. Школы, академии, казармы, полигоны — всё необходимое для подготовки идеальных солдат, пилотов и командиров. Вторая планета — полностью в вашем распоряжении. Делайте что хотите — но, подозреваю, вы сосредоточите на ней все свои медицинские центры, учебные и научно-исследовательские заведения. Продовольствием нас будет обеспечивать третья планета. Императорских служб на планетах не будет — всё будет исключительно под нашим контролем.

— Невероятно… Фактически — это будут государства в государстве. Неужели император на это согласился?

— Оказывается, согласился. Не знаю, как тан Рур смог его убедить — похоже, войска в столицу были стянуты не зря, переговоры были жаркими… Зато результат этих переговоров более чем весом — у нас в собственности будут не просто отдельные участки земли, а целые планеты.

— А расстояние до этих планет? Как до них добираться?

— Тан Рур выберет планеты ближе к периферии, но не слишком далеко от метрополии и вблизи от надёжных и безопасных космических трасс. Подозреваю, что это будет соседняя галактика — в нашей уже не найти приличных и одновременно свободных для колонизации планет, все более-менее пригодные освоены. Дополнительно, как я поняла, император разрешает прибрать к рукам ещё четыре звёздные системы с целью создания летающих крепостей для защиты этих планет от внешней угрозы.

— Звучит заманчиво. Но это не просто большие, а огромные деньги. Даже наш синдикат не потянет широкомасштабное строительство хотя бы на одной планете, а здесь их — три. Откуда деньги?

— Деньги даст империя. Но и самим, естественно, придётся потратиться — государство профинансирует только те объекты, в которых само заинтересовано. Точной информацией я не обладаю, но тан Рур рассчитывает заложить основы для широкомасштабного переселения уже в ближайшие десять сол.

— Империя не даёт деньги просто так. Это или ловушка, или император рассчитывает получить много больше.

— Верно скорее второе, хотя мы и не исключаем первого. Причём император для достижения своих целей пошёл на беспрецедентные уступки — как я уже говорила, он не только отдаёт нам эти звёздные системы, но и оставляет на них только клановые органы управления и поддержания правопорядка. Людей императора на них не будет. Более того, закладываемые в оборонительный пояс мощности, со слов тана Рура, будут способны сдержать даже объединённый имперский флот. Фактически внутри этого небольшого анклава будет одна власть — власть матриарха. Формально, конечно же, мы будем считаться частью империи и платить налоги, но шпионов у нас не будет. Взамен император потребовал школу тана Рура.

— Непонятно, а при чём тут школа?

— Император посчитал, что он производит взаимовыгодный обмен: у нас с вами будет свой маленький анклав, а у правящего клана появятся наземные войска из солдат, выучку которых вы имели возможность лицезреть на дуэлях в клане Ойхо, и космический флот, пилоты которого по своему уровню будут сравнимы с вашим мужем, госпожа. Не меняя техники и вооружения, только за счёт замены и переобучения личного состава император как минимум в полтора раза повысит боеспособность своей армии. Реально мощь имперских вооружённых сил, преданных лично императору, увеличится примерно в два раза — это по данным имперских аналитиков. Так что уже через несколько сотен сол империя откажется от найма клановых вооружённых сил — учтите это в своих планах. Император, госпожа Камэни, отлично умеет считать — обустроить для нас три планеты будет значительно дешевле, чем вдвое увеличить имперские войска. А ведь их ещё и кормить надо. И зарплаты в армии немаленькие. Тем более что часть расходов по колонизации империя планирует взвалить на нас. Так что империя чувствует себя в выигрыше. Клан Лерой — тоже. Как считаете — пригодится клану Камэни собственная планетка?

— Вам действительно удалось меня удивить… И вы правы — если бы вы сразу озвучили эту информацию, договор о создании синдиката я подписала бы даже не раздумывая. Собственная планета… Невероятно! До сих пор не могу поверить. Сколько существует империя — ни у одного синдиката не было собственной планеты. Это слишком невероятно, чтобы быть правдой. Вы точно не шутите? Это не розыгрыш? Если это шутка — то очень обидная…

— Я уже относительно успокоилась, но вначале тоже не могла поверить. Предлагаю пока об этой информации особо не распространяться — до момента оформления необходимых документов пусть всё будет тайной. Я тоже до конца поверю в услышанное только тогда, когда подержу документы и увижу свою планету. Да, чуть не забыла — император ещё не вызывал вас, но уже знает, для кого предназначена одна из трёх планет. Вполне возможно, он вызовет вас и будет пытаться выжать из ситуации дополнительные бонусы. Соглашаться или нет — ваше право. Возможно, вы получите от императора дополнительный кусок пирога. Но вам надо помнить — одна планета, одна звёздная система из трёх — ваша. Что бы ни случилось. Нам надо держаться вместе — тан Рур хороший воин и отличный стратег, но плохой политик, он сам в этом признаётся. Он сможет создать непобедимую армию и выиграть любую войну, но его погубит политика — для неё он слишком честен. Не дайте императору вбить клин между нашими кланами — мы сильны, пока мы вместе. Поодиночке нас легко разбить.

— Я услышала вас, госпожа Лерой, и приму ваше пожелание к сведению. А сейчас — не хотите ли чаю? Или желаете чего-нибудь посерьёзнее? Я могу приказать принести нам поесть — обед мы, кажется, уже пропустили. Похоже, ужин пропустили тоже…

— Аруми, подойди ко мне.

— Да, учитель.

— Твой отец забирает тебя из моей группы и будет лично с тобой заниматься.

— Я не оправдал вашего доверия? Я плохо тренировался?

— Нет, Аруми, всё совсем не так. Это я оказался не готов обучать тебя. Ты, оказывается, слишком быстро всё схватываешь. Но быстро — не всегда хорошо. Твой отец, ещё на заре становления нашей школы, говорил мне, что для того, чтобы в совершенстве освоить приём, необходимо правильно проделать его десять тысяч раз. То есть вне зависимости от твоего таланта для правильного усвоения материала тебе было нужно время. А вот времени как раз тебе и не хватило — у тебя открылся удивительный дар, присущий, насколько я знаю, только твоему отцу. Ты можешь слышать других, причём не глазами, а напрямую мозгом. Или душой, как говорил твой отец. Он — великий учитель и учил всех нас видеть не глазами, а свой душой. Твой отец был способен с завязанными глазами вести бой с любым количеством противников — скоро на подобное будешь способен и ты. Однако открывшийся в тебе дар должен был упасть на хорошо подготовленную почву, чего, к моему великому стыду, не произошло. Ты пропустил эту ступень — до момента открытия дара ты должен был научиться сражаться с противником, используя исключительно рефлексы собственного тела. А у тебя их нет — ты не успел их наработать. И открывшийся дар уже не позволит тебе пройти пропущенную ступень — ты подсознательно будешь использовать его, так тебе проще. Тут я бессилен — я не умею обманывать твой дар и ничему уже не смогу научить тебя…

— Что же мне делать, учитель?

— Тренироваться дальше. Нарабатывать рефлексы. А в спаррингах тренировать тебя будет твой отец — он сможет заблокировать твой дар. Или обмануть его — так, как он проделал в спаррингах с тобой. Ты будешь учиться побеждать, не используя свой дар. Когда научишься — сможешь биться на равных с собственным отцом, базовая техника у тебя великолепная. И запомни — из любого поражения нужно извлекать пользу. Тебе слишком легко всё давалось, и, в первый раз столкнувшись с серьёзными трудностями, ты потерялся. Для настоящего воина это неприемлемо. Воин не должен думать о победе или поражении — он должен всегда быть готовым к битве и использовать по максимуму свои умения. Твой отец, вступая в схватку с противником, не планирует, выиграет он или проиграет — он или уходит от схватки, если не видит в ней смысла, или вступает в неё, если того требует его честь. Это и есть буси-до — путь воина. Он не ищет смерти, но и не боится её, так как всегда готов к ней. И поэтому он всегда выигрывает, даже если другим кажется, что твой отец проиграл. Запомни, мой мальчик — честь дороже жизни…

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Уважаемый тан Рур! Я, признаться, была сильно удивлена, когда услышала от вас просьбу как можно быстрее прибыть в резиденцию Лерой. Обычно подобные встречи обговаривают заранее. Мне пришлось отменить несколько важных совещаний и перенести крайне необходимую клану встречу. Если вам так необходимо было со мной встретиться, вы могли бы прилететь в резиденцию Камэни — я попыталась бы выкроить для вас несколько нун.

— Уважаемая госпожа старший матриарх клана Камэни! Я сразу же предупредил, что встреча нужна в первую очередь клану Камэни. Если бы встреча нужна была мне — я бы приехал к вам. Если вам будет от этого легче — могу также сообщить, что совсем недавно я почти то же самое сказал императору, пожелавшему срочно, без согласования с секретариатом, меня увидеть — предложил или лично приехать ко мне, или подождать несколько ри, пока я освобожусь. У меня слишком мало времени, чтобы бегать по чужим резиденциям — через ри я должен вернуть карту в имперские архивы. Вынос секретной карты за пределы закрытой территории — и так не слишком законное дело, чтобы я вдобавок ко всему мотался с этой картой по всей Окане. Вы будете смотреть свою планету или нет? Пока есть возможность выбора…

— Разумеется, буду, уважаемый тан Рур. Извините некоторую резкость — у меня действительно очень мало времени.

— У меня его совсем нет, уже на сне начинаю экономить… Ладно, проехали. Смотрите…

Андрей развернул перед собравшимися в кабинете матриарха Лерой главами обоих кланов, а также несколькими особо доверенными лицами голографическую карту исследованной части вселенной. Двадцать восемь галактик были окрашены зелёным цветом — их занимала Оканийская империя, сбоку прилепилось три красные галактики — таурийцы. Яркой зелёной точкой почти в самой середине облака горела Окана — столица и центр империи. Сместив рукой зелёное облако в сторону, Андрей привычным жестом приблизил одну из зелёных галактик, находящихся на противоположной от таурийцев стороне, на некотором удалении от метрополии, но и далеко не на краю карты. Увеличив галактику таким образом, чтобы Окана горела в самом низу панорамной картины, Андрей начал свой рассказ:

— Я остановил свой выбор на соседней с нами галактике. Далековато от центра, но и не совсем периферия. Эта область галактики достаточно хорошо исследована, но практически не заселена. Имеются несколько развитых ареалов, но не в этом крыле галактики. К сожалению, в метрополии удобных мест для создания анклава не нашлось — колонизированы все мало-мальски пригодные для проживания планеты. Однако всё далеко не так плохо. Недалеко от выбранного сектора проходит оживлённая транспортная межгалактическая магистраль из метрополии на окраинные галактики, нам достаточно будет построить две, максимум три перевалочные базы с космопортами, чтобы с Оканы до нашего анклава могли добираться даже прогулочные яхты. Стоимость транспортных расходов великовата, но вполне приемлема, тем более что есть великолепная возможность построить недалеко от перевалочных баз заводы по производству топливных элементов. После ввода в строй этих заводов транспортные расходы для наших кланов будут достаточно низкими, чтобы наладить коммерчески выгодный экспорт продукции из анклава в метрополию. Далее — по самим планетам. Есть группа из пяти звёздных систем, три из которых имеют водно-кислородные планеты. Одна из них хоть сейчас готова к заселению, две других требуют незначительного терраформирования. Расстояние между самыми удалёнными планетами — менее трёх лучей. В радиусе ещё примерно пяти лучей располагается более десятка пригодных для колонизации звёздных систем. Если выбранные мною три звёздные системы поместить в центре, то на расстоянии примерно двадцати одного-двадцати двух лучей от этого центра расположены ещё четыре звёздные системы, имеющие планетный пояс, причём одна система также имеет планету водно-кислородного типа, пригодную для колонизации после терраформирования. В этих звёздных системах мы разместим защитный пояс из четырёх оборонительных космических станций-крепостей. В зону действия этих станций, образующих почти равностороннюю пирамиду, попадает более тысячи звёздных систем. Сразу предупреждаю — аналитиками клана перелопачены горы информации по миллиардам звёзд. Этот вариант — наилучший. Найти одну подходящую систему — просто. Две — значительно сложнее. Три, да ещё компактно расположенные, неосвоенные, но вблизи от богатых источников сырья и доступных транспортных магистралей — практически нереально. Да, совсем забыл — наш сектор галактики не только слабо обжит, но ещё и богат полезными ископаемыми. Император обещал помочь со строительством заводов, так что сырьё для развития промышленности и создания собственного флота у нас будет. Кстати, в перспективе будет развиваться не только наша галактика, но и соседняя — тогда мы станем транзитным узлом. Пусть это произойдёт нескоро, но направление чрезвычайно перспективное. У меня даже есть неплохие задумки по созданию трансгалактической магистрали через наш анклав — придётся построить около полутора сотен перевалочных баз, как минимум три из которых — узловые, но мы получим почти прямой путь до Оканы, а в будущем — неплохой доход от транзитных перевозок и продажи топливных элементов. Основная проблема — не подавиться, пытаясь оттяпать такой жирный кусок.

Все, затаив дыхание, слушали, как Андрей излагает перспективы развития синдиката — ни одна из матриархов ранее даже не задумывалась о столь кардинальной экспансии собственного клана. Андрей между тем, откашлявшись и промочив стаканом воды пересохшее горло, продолжил:

— Теперь по самим планетам. Их три. Одна из них вращается вокруг относительно молодой и более горячей звезды, на планете жаркий влажный субтропический климат, много земли, воды, солнца и ультрафиолета. Она наиболее подходит для производства продовольствия и реквизируется мною именно для этих нужд. Две других тоже неплохи — на одной климат чуть потеплее, чем на Окане, на другой — чуть похолоднее. В крайнем случае орбиты планет можно немного сдвинуть. Конфигурация материков и океанов тоже близка к оптимальной, но при желании её можно и поменять. Вот эти планеты, — Андрей увеличил голографическую карту, выбранный им сектор галактики заполнил собой всю комнату, над столом появилось семь зелёных огоньков звёздных систем. Поочерёдно раскрыв две из них, Андрей увеличил два небольших голубых шарика до размера мяча, и стало сразу видно, что это живые планеты — голографические изображения были сделаны автоматическими исследовательскими зондами. Дав собравшимся полюбоваться увиденным, Андрей продолжил ознакомительную лекцию:

— Госпожа матриарх Камэни, предлагаю вам первой выбрать себе планету по душе.

— А слайды пейзажей есть?

— Для вас, госпожа, есть всё! — Андрей немного покопался в настройках аппаратуры и жестом фокусника вывел рядом с вращающимися в воздухе шарами планет всплывающие голографические изображения с пейзажами — горы, долины, леса, реки, моря и океаны, летние и зимние пейзажи… Животный мир, мир растений… Просмотр затянулся надолго, после чего матриарх Камэни, указав рукой на один из шаров, сказала:

— Пожалуй, этот…

— Что ж, прекрасный выбор, госпожа. Ко всему уже просмотренному вами хочу добавить, что выбранная вами планета несколько горячее Оканы, поэтому лето там чуть пожарче, а зима — помягче. Планета богата водой. Большую часть суши можно было бы с успехом пустить под курорты. Всю информацию по выбранной вами планете я сегодня же предоставлю вашим аналитикам — можете заниматься планированием её обустройства. Смею отметить, что и другая планета не хуже. Климат там более сухой и холодный, но на моей родине были места значительно суровей, и люди там прекрасно жили. Опять-таки, для солдат чем суровей природа — тем лучше. Вот, вроде бы, и вся ознакомительная информация. Дальше — работа специалистов. Остался последний вопрос: госпожи матриархи, мы покупку обмывать будем или нет? А то в ближайшее время мне будет не до этого, мне бы ещё битву с императором выдержать — ряд финансовых вопросов намечен только на словах, а империя очень уж не хочет расставаться с собственными деньгами. Да, и особо не расслабляйтесь — в ближайшее время, после того, как я поработаю с аналитиками обоих кланов и обработаю с вашими людьми первичный пакет информации, мы соберёмся ещё раз, но уже расширенным составом, с привлечением клановых финансистов, аналитиков, хозяйственников и безопасников — нужно будет обсудить множество вопросов. Где будем собираться — пока не знаю, но скорее всего я соберу всех здесь же, в резиденции Лерой…

— Тан Лерой, из канцелярии императора пришёл странный документ — я извещён о том, что в скором времени планируется открытие филиала Оканийской лётной академии, причём под вывеской вашего клана. Вы можете просветить меня по этому вопросу?

— Могу, тан Камакато. Что конкретно вас интересует?

— Тан Рур, судя по тому, что ректором филиала назначены вы, инициатива, насколько я понимаю, исходила именно от вас?

— Вы поразительно проницательны, тан Надин. Я действительно планирую создать собственную клановую школу подготовки начального и высшего командного лётного состава. Вопрос, как вы уже поняли, согласован лично с императором и прошёл все необходимые процедуры согласования в имперской канцелярии — новая академия будет числиться филиалом действующей Оканийской имперской лётной академии. Обучать буду по собственным, индивидуально разработанным методикам. Не буду скрывать, так как вы мне глубоко симпатичны — выпускники моей школы будут на голову выше выпускников руководимой вами Оканийской лётной академии. Я основательно перетряхнул замшелые академические программы и выкинул из них множество устаревшей, ненужной и откровенно вредной информации. Взамен я ввёл не только свежую информацию, но и ряд новых дисциплин. Обучение в моей школе будет кардинально отличаться от обучения в Оканийской академии.

— А что же мешало вам сделать то же самое в академии? Вы же занимаете в ней очень высокий пост, являясь моим заместителем — фактически, вы — второе лицо в академии. Почему же вы не создаёте всего этого здесь?

— Прошу без обид, тан Надин, но тому есть несколько причин. Одной из немаловажных причин является то, что я долгое время пытался внедрить в академии новые, прогрессивные методы обучения, отлично зарекомендовавшие себя на моей родине, и вы отлично об этом знаете. Но оказалось, что написать программу с нуля значительно легче, чем перестроить уже существующую. Так нередко здание легче снести и построить заново, чем ремонтировать и перестраивать. За то время, что я работаю в академии, я столкнулся как со скрытым, так и с явным противодействием преподавательского состава, привыкшего работать по старинке и не желающего переучиваться, сложностью изменения уже отлаженного и утверждённого учебного процесса, наличием массы ненужных и отсутствием нужных тренажёров и симуляторов. Причём больше всего времени у меня уходило не на внедрение новых разработок, а на то, чтобы заставить преподавателей обучать студентов по новым методикам. Дело доходило до того, что курсанты не могли сдать экзамен, если отвечали в соответствии с новой учебной базой — ваши преподаватели по-прежнему требовали от них ответов в соответствии со старыми учебниками. Мне приходилось вмешиваться лично и лично принимать у таких курсантов экзамены. Наказания для этих преподавателей, насколько я в курсе, так и не последовало — а ведь я неоднократно докладывал вам о подобных возмутительных случаях. Более того — курсанты, активно изучающие новые методики, столкнулись с негативным к себе отношением со стороны большинства преподавательского состава. Так как вы, тан Надин, так и не предприняли кардинальных мер к исправлению сложившейся ситуации, я стал считать, что вы также не заинтересованы в резком изменении учебного процесса. То есть мне проще начать с нуля, чем бороться с системой.

— Я прошу прощения за свои действия, тан Рур, но, к сожалению, я тоже ограничен в рычагах влияния на преподавательский состав. Тысячи, десятки тысяч сол они обучали курсантов по неизменным программам, которые успели выучить наизусть — многие преподаватели работают в академии как минимум по нескольку хоро, и вдруг вы даёте им методическую литературу, переворачивающую их мировоззрение с ног на голову. Они постепенно перестроятся, просто надо немного подождать.

— Сколько? Сто сол? Двести? Пятьсот? А если я не хочу ждать? Я хочу обучать своих клановых курсантов по нормальной программе, и чтобы мне не ставили палки в колёса покрывшиеся плесенью от старости замшелые пни из вашего преподавательского состава. Тем более что простого и понятного общечеловеческого языка они не понимают, уткнувшись лбом в свои древние, покрытые пылью и прогнившие фолианты и не желая видеть ничего вокруг. Но самое главное даже не это — я озвучу вам и другую причину создания академии. Наилучших результатов в вашей академии, как вы знаете, достигли курсанты клана Лерой. А ведь я занимался с ними наравне с курсантами Камэни — вы знаете, что мы союзники, поэтому я не делал разницы в обучении между курсантами этих кланов. Но Лерой всё равно лучше — не задавались мыслью, почему?

— Задавался. Курсанты Лерой сильнее и выносливее. У них физически очень развитое тело. Я также слышал от них поговорку, что в здоровом теле — здоровый дух. Возможно, это как-то связано?

— Отчасти, тан Надин. Отличия вы увидели, но это не причина, а следствие. У моих курсантов действительно атлетически развитые тела, но такое физическое развитие они получили, занимаясь в клановой боевой школе воинских искусств. Именно эта школа закладывает в них основу, которая и объясняет их поразительные успехи в академии. Школа эта закрытая, обучаются в ней только ученики клана Лерой. Методика преподавания в этой школе составляет тайну клана. Поэтому, после долгих и мучительных размышлений, я принял решение о совмещении обоих школ — клановой школы боевых искусств и академии подготовки лётного состава. Новая лётная академия будет клановой, её создание одобрил император. Конкуренции Оканийской лётной академии она не составит — моя академия, как я уже сказал, будет закрытой, кроме курсантов кланов Лерой и Камэни в ней будут обучаться только курсанты имперского военно-космического флота. Подробнее вам сможет рассказать император, если посчитает это нужным.

— Значит, мою академию вы бросаете?

— Ну зачем же так категорично? Считайте, что я остаюсь вашим заместителем и просто перехожу на руководство филиалом. Тем более что я не отказываюсь от своей помощи этому заведению — методическую базу здесь всё равно придётся кардинально менять, и я буду, с вашего позволения, принимать активное участие в разработке новой, современной учебно-методической литературы. Но заставлять ваших преподавателей изучить её и начать в конце концов преподавать по-новому я больше не буду — это оказалось выше моих сил.

— А для своей школы где вы возьмёте преподавателей?

— А выпускники вашей академии на что? Почти все выпускники клана Лерой после небольшой переподготовки пойдут в преподавательский состав. Причём я не позволю им зарастать мхом — каждый сол они будут обязаны проходить переаттестацию. Кто будет справляться — останется преподавать. Кто не справится — пойдёт работать на космических кораблях флота Лерой или Камэни. Возможно, я разрешу некоторым служить в имперских войсках — император просил матриарха учесть такую возможность.

— А учебно-методическая литература? Что вы будете использовать? Возьмёте за основу наши разработки?

— Нет, я уже начал подготовку образовательной программы с чистого листа. В новую академию я не хочу тащить пережитки старого и неэффективного обучения. Часть моих наработок вы уже видели в виде учебников и методичек. Часть я ещё не вычитал и они находятся в стадии черновиков. Симуляторы и тренажёры тоже надо менять — основные требования к ним я уже набросал. В общем, основа у меня уже готова, примерно сол мне понадобится на подготовку базового пакета учебной литературы, изготовление методической базы, тренажёров и наглядных пособий и натаскивание преподавателей — всё же учиться и преподавать самому — разные вещи. Через сол первые абитуриенты переступят порог лётной академии Лерой.

— Я поражён вашему трудолюбию и оптимизму. И где же будет располагаться ваша клановая академия?

— Пока здесь, на Окане, в пригородах Када, на клановых землях. В дальнейшем, скорее всего, академия переедет. Куда — закрытая клановая информация.

— Я рад за вас, тан Рур, и рассчитываю, что вы не бросите нашу академию.

— Если вы серьёзно настроены на реформы, тан Надин, то я с удовольствием помогу вам в этом нелёгком деле. В конце концов, мы оба работаем на благо империи…

И снова резиденция клана Лерой:

— Господа, я собрал вас на это совещание для того, чтобы согласовать ключевые моменты предстоящего глобального переселения. Предлагаю перейти на неофициальный формат встречи — нас здесь собралось слишком много, чтобы мы тратили время на обмен званиями, должностями и любезностями.

— Кто будет вести совещание, тан Рур?

— Госпожа старший матриарх Камэни, совещание буду вести я — не только потому, что именно я вас всех здесь собрал, но и потому, что на текущий момент только я обладаю максимумом оперативной информации по обсуждаемому вопросу, следовательно, могу координировать совещание. Очень удачно, госпожа, что вы приехали на совещание с госпожой младшим матриархом. Айлинэри, пересядь, пожалуйста, поближе, по твоему направлению будет наибольшее количество вопросов… Госпожа матриарх Лерой, сядьте напротив госпожи старшего матриарха Камэни и посадите рядом с собой аналитиков обоих кланов — вам удобнее будет общаться. Военные, представители служб безопасности — пересядьте компактной группой с противоположной стороны стола — и меня услышите, и внутренние вопросы обсудите…

Когда все расселись на новых местах, Андрей продолжил:

— Итак, сначала информация. Мною совместно с выделенными под моё начало людьми от обоих кланов была проделана определённая подготовительная работа по предстоящему переселению. Как вы все уже знаете, в нашу зону ответственности попадают более тысячи звёздных систем, имеющих планетные пояса, однако пока под нашу полную юрисдикцию передано семь систем. Три из них мы колонизируем, переселив на них основные людские ресурсы обоих кланов, оставив в империи менее половины людей клана Лерой и менее четверти — Камэни. Это те, кто привязан к клановым учреждениям и предприятиям на других планетах империи, а также снабженцы, управленцы, менеджеры, обслуживающий персонал. Все, кто может быть переселённым — будут переселены. Начало переселения планируется примерно через шесть сол. К тому времени будет реализован самый масштабный и самый дорогостоящий проект — межгалактический портал. Одна точка выхода будет располагаться на Окане, недалеко от столицы, в пригородах Рины, на клановых землях Камэни. Вторая точка выхода будет построена на планете Лерой. Таким образом ни один из кланов синдиката не получит монопольного права владения порталом. Для всех членов синдиката пользование порталом — бесплатное, но только с разрешения матриарха или уполномоченного им лица — межгалактические перемещения достаточно энергозатратны. Расходы по обслуживанию портала на Окане будут нести Камэни, на планете Лерой — наш клан. Финансирование строительства будут вести империя и синдикат, причём синдикат профинансирует более половины проекта. Только на этих условиях мы будем являться единоличными владельцами портала. Данный проект не обсуждается — вопросы безопасности важнее экономической выгоды. Деньги большие, поэтому империя предоставляет нам беспроцентный кредит. Выплатить его будет тяжело, но посильно, тем более что на период выплат кланы освобождаются от уплаты девяноста процентов всех налогов. То есть налоги для нас уменьшатся в десять раз. Кредит долгосрочный — рассчитан на три хоро, но можно будет выплатить досрочно. Сказать по правде, мне стоило больших трудов уговорить советников императора на такой длительный кредит. А вот про снижение налогов они не знали — это личный подарок императора лично мне. Так как в условиях предоставления кредита предусмотрена возможность его продления на тот же срок, но не более двух раз, фактически мы можем выплачивать кредит на протяжении эона. С учётом того, что на протяжении всего этого периода мы десятикратно уменьшим собственные налоги, с погашением кредита я бы не торопился, более того — по максимуму использовал бы обе возможности его продления… Императорские советники пока даже не представляют, какую свинью император им подложил. Тщательно изучив налоговые отчисления обоих кланов, я пришёл к выводу, что за счёт уменьшения налогов фактически все наши затраты по переселению и строительству инфраструктуры окажутся профинансированы империей…

Переждав всплеск шума — собравшиеся начали оживлённо переговариваться между собой, обсуждая услышанную новость, Андрей продолжил:

— Далее. От межгалактического портала на планете Лерой уйдут межзвёздные порталы к планетам Камэни и Флора. Межзвёздные порталы будут иметь по три фиксированные точки выхода на каждой из этих планет. Таким образом, мы сможем свободно перемещаться между своими планетами. Помимо вышеназванных порталов на планете Лерой, в стратегически защищённой точке будет построен ещё один портал с четырьмя точками выхода — на планетах-крепостях защитного пояса. Это портал оборонного комплекса, центром управления которым будет планета Лерой. Так как приоритетным направлением развития клана Лерой на ближайшие хоро будет направление милитари, точка установки оборонного портала и основные силы самообороны синдиката будут размещаться на нашей планете и курироваться кланом Лерой. Все поставки энергии для функционирования порталов будут осуществляться с завода, построенного в наиболее близко расположенной к Лерой звёздной системы — завод один из самых современных и мощных в галактике, его мощности с избытком хватит на все порталы, включая портал на Окане. Более того, энергетический канал портала можно будет задействовать для поставок энергии в расположенный около Рины клановый поселок Камэни — я в курсе, что на Окане энергия достаточно дорогая. Камэни смогут даже продавать на Окане часть избыточной энергии — деньги никогда не бывают лишними. Как делить между кланами этот дополнительный источник дохода — обговорим отдельно. Чтобы не было злоупотреблений со стороны нашего клана, Камэни смогут ввести своих наблюдателей и советников во все ключевые руководящие структуры обороны, частности мы обсудим потом. Хочу особо отметить — мы синдикат из равноправных кланов и ни у кого не может быть ни возможностей, ни желания получить какое-либо преимущество. За выполнением этого условия я буду следить очень строго. Итак, мы свяжем все планеты своего анклава и метрополию порталами, так что люди практически не будут чувствовать своей удалённости от столицы. С грузами сложнее — всё, что не удастся доставить порталом, имеющим ограниченную пропускную способность, придётся переправлять звездолётами. Примерно в ста лучах от нашего анклава проходит достаточно оживлённая межгалактическая имперская транспортная магистраль, мы построим два — три транспортных узла, или перевалочные базы, вблизи подходящих для последующей колонизации звёздных систем, создав надёжное транспортное ответвление к нашему анклаву. Точное количество перевалочных баз определим несколько позже. Эти транспортные узлы образуют почти прямую линию до ближайшей перевалочной базы межгалактической имперской магистрали. Выбор звёздных систем для строительства перевалочных баз был обусловлен практически идеальными пространственными координатами и возможностью постройки двух заводов по производству топливных элементов — этим строительством мы решаем сразу и вопросы снабжения наших звездолётов топливом, и будем поставлять это же топливо на ближайшие имперские транспортные узлы — я уже узнал, что в ближайшем от нашего анклава космосе заводов по производству топлива для звездолётов нет. Половину стоимости этих заводов оплатит империя, но с условием, что в течение пятидесяти сол имперские корабли будут заправляться нашим топливом по себестоимости. В принципе, я считаю необходимым обеспечивать имперские войска топливом по себестоимости и в дальнейшем — мы всё же являемся жителями империи и должны понимать, что это в том числе и наша безопасность. Транспортные перевалочные узлы будут практически полными копиями современных имперских баз и представлять собой космопорты с грузовыми и пассажирскими терминалами, топливозаправочные пункты, гостиницы, складские и логистические узлы с необходимой ифраструктурой, а также малые телепорты на одну из планет звёздной системы перевалочной базы, на которой будут устроены склады. Каждая из звёздных систем транспортных узлов имеет по нескольку планет земного типа, пригодных для создания стандартных наземных сооружений — сила тяжести на них незначительно отличается от оптимальной для человека. Транспортные узлы вместе с инфраструктурой и заводом по производству топлива будут готовы уже через три с небольшим сол — соответствующие договоры с компаниями-производителями заключены, аванс, необходимый для производства работ, проплачен. Также через пять сол будут построены все телепорты — и местные, и межгалактический, а также четыре космические станции-крепости, входящие в оборонный пояс. Крепости мы строим за свои деньги. Единственное послабление — к проектированию оборонного комплекса, включая вышеназванные четыре крепости, привлечены имперские военные разработчики. Мощности крепостей достаточны для отражения атаки объёдинённого флота империи и синдикатов — на них будут установлены самые современные, самые мощные и дальнобойные орудийные платформы из имеющихся в империи. Император первоначально был против создания столь мощных оборонительных сооружений, но мне удалось, пусть и с большим трудом, его переубедить. Однако пришлось пойти на уступки — расплачиваться за столь дорогостоящие сооружения нам придётся самим. Кредит под эти нужды империя предоставить синдикату отказалась, и я отлично понимаю их мотивы — они не хотят такого значительного увеличения военной мощи анклава. Я выношу на суд матриархов принятое мною решение — несмотря на явное противодействие империи предлагаю строить оборонительный пояс максимальной мощности. Это один из важнейших и принципиальных вопросов, касающихся будущего нашего синдиката. Предлагаю сделать перерыв на пятнадцать-двадцать нун, в течение которых вы пообщаетесь и примете окончательное решение. Я всё же надеюсь, что вы поддержите меня…

Почти полчаса, прошедших в жарких дебатах, проскочили как одно мгновение. За время обсуждения была принесена, выпита и съедена масса чая, соков и закусок. Дебаты могли продолжаться до бесконечности, однако Андрей звучным голосом прервал обсуждение:

— Господа, время вышло. Каждый из вас, думаю, уже определился со своей позицией. Прошу поднять руки тех, кто за строительство максимально мощных и максимально укреплённых крепостей защитного пояса… Теперь те, кто против… Большинством голосов принимается создание защитного пояса вокруг анклава синдиката с максимальной защитой и боевой мощью. Следующий вопрос — создание собственной межгалактической транспортной магистрали. Предварительные расчёты показали, что для её создания потребуется создание как минимум полутора сотен новых транспортных узлов. Подобное строительство в перспективе позволит значительно сократить время и стоимость доставки грузов из метрополии в нашу галактику. В будущем возможно материальное снабжение не только анклава, но и всего нашего рукава галактики через созданную нами транспортную магистраль. Аналитиками рассчитана вероятная прибыль и ориентировочные сроки окупаемости данного проекта. В перспективе целесообразность проекта несомненна, однако на первоначальном этапе затраты очень велики и сравнимы со всеми остальными затратами синдиката по планируемому переселению. Лично я считаю данный проект весьма перспективным, но его реализацию в настоящее время считаю преждевременной. Экономия на сокращении времени и издержек для наших кланов при доставке грузов из метрополии окупит данный проект через десятки эонов, основную прибыль от функционировании магистрали должен приносить транзит грузов в наше крыло галактики и в соседнюю галактику, которая в настоящее время не столь сильно заселена, как метрополия. Более дальние галактики внесут ещё меньший вклад в товарооборот, осуществляемый через эту магистраль. Предлагаю решить — отвлекать силы и средства синдиката на строительство прямой магистрали с галактикой метрополии или отложить проект на более благоприятный период. Время обсуждения — десять нун…

Прямую магистраль с метрополией, как и ожидал Андрей, пока решили не строить, используя на первых порах существующую межгалактическую транспортную ветку, пусть более длинную и проходящую несколько в стороне от анклава. Не желая затягивать совещание — на нём предполагалось обсудить ещё массу текущих вопросов, Андрей снова взял слово:

— И последний из глобальных вопросов — по планируемым объёмам переселения, от этого будет зависеть количество минимально необходимых для жизнедеятельности синдиката объектов инфраструктуры. Клан Лерой планирует переселиться на планету Лерой почти в полном составе, оставив в столице и остальных планетах империи минимально необходимый обслуживающий персонал — менее четверти численности клана. Всё равно у нас останется много людей — обширные сельскохозяйственные угодья клана и работающий на них наёмный персонал требуют постоянного контроля. К моменту начала переселения на планете Лерой кланом будут созданы сельскохозяйственные предприятия по производству растительного и животного сырья основной номенклатуры. Количество обрабатываемой земли и объём перерабатываемой продукции мы определим на этом совещании исходя из количества планируемой численности населения анклава. Строительство учебных заведений и тренировочных полигонов начнётся уже сейчас, вместе с созданием предприятий сельскохозяйственного сектора и транспортно-логистической инфраструктуры. Таким образом, к моменту начала работы порталов клан Лерой не только построит на своей планете полноценную базу для обучения клановых и имперских воинских подразделений, но и небольшую академию по обучению лётного состава. Академия будет состоять из двух ступеней — начальной и высшей. В начальной ступени будут обучаться будущие пилоты и командиры кораблей. Высшая ступень будет обучать тех выпускников начальной ступени, которые, получив базовое высшее лётно-космическое образование, решат повысить свою квалификацию с возможностью занять в будущем руководящие посты, то есть учиться не просто управлять космическим кораблём, а руководить космическими флотами. Основное направление обучения — военное, но будет изучаться и руководство торговым флотом, и сопровождение караванов. Срок обучения в начальной ступени — шесть сол. Обучение в высшей ступени займёт ещё пять сол. Черновик методических материалов я уже сформировал. Таким образом, полный цикл обучения в нашей клановой академии будет составлять одиннадцать сол, что больше, чем в имперских академиях, зато и уровень специалистов будет значительно выше. Для простого же пилотирования звездолёта вполне достаточно будет периода обучения в шесть сол. Школа боевых искусств Лерой и школы подготовки воинов десантно-штурмовых наземных подразделений, охраны грузов и телохранителей также будут к моменту открытия порталов функционировать в полном объёме. Все объекты инфраструктуры, включая планетарный космопорт на орбите планеты Лерой, будут построены за счёт клана Лерой — для этих целей клан берёт коммерческий кредит, расплачиваться за который он будет самостоятельно. Клан Лерой также гарантирует клану Камэни предоставление военной помощи в любых объёмах, какие только возможны. Подобную помощь мы планируем предоставлять бесплатно — расходы по содержанию собственных воинских подразделений клан берёт на себя. Также, зная, что клан Камэни создаёт свои клановые вооружённые силы и клановый космический флот, мы готовы бесплатно обучать в своих школах некоторое количество людей клана Камэни — в разумных пределах, конечно. Не стоит забывать, что основную часть курсантов в школах Лерой займут имперские солдаты и офицеры. Их обучение мы будем проводить по себестоимости — империя и так пошла на колоссальные траты для создания нашего анклава, чтобы мы получали прибыль с обучения их бойцов. В свете предстоящих трат я от своего имени хочу лично попросить уважаемых матриархов Камэни пойти нам навстречу и осуществлять бесплатное медицинское обслуживание людей клана Лерой, включая операции по омоложению. Зная, каковы масштабы подобной финансовой помощи, дополнительно к бесплатному обучению курсантов Камэни я даю согласие на собственное участие в генетических исследованиях, проводимых Камэни, если эти исследования будут производиться в анклаве синдиката — на планетах Камэни или Лерой. Также я не буду возражать против участия в подобных исследованиях собственных детей — в случае, если и они, и мои жёны также выразят своё согласие. С ними вам уже придётся договариваться отдельно. Я надеюсь, что и клан Камэни к моменту открытия порталов уже создаст на своей планете необходимую инфраструктуру и начнёт перемещать в анклав свои медицинские центры и научно-исследовательские институты. Впрочем, о планах клана Камэни, думаю, мы сейчас услышим из уст уважаемых матриархов Камэни, слово которым будет дано после небольшого перерыва, за время которого можно перекусить и пообщаться. Перерыв сорок нун…

Солнце на ярко-голубом небе, на котором от закрывающих горизонт горных вершин до нависших над головой ветвей опушки небольшой рощицы не было ни единого облака, заливало горную долину яркими лучами. Было по-летнему жарко, и о наступлении осени говорила лишь выгоревшая на солнце и начинающая засыхать трава, да раскрашенные разноцветьем листья деревьев.

В тени рощи, замерев в неподвижности и устремив взгляд на противоположный склон долины, пряталось четверо — два человека и два зверя. Все четверо сливались с окружающей обстановкой — на людях была маскирующая их одежда, а светло-серая пятнистая шкура зверей и так ничем не отличалась от россыпей разномастных камней, усыпавших склон горы.

Рурхи, а никем иным пятнистые звери быть не могли, вышли на охоту. Громадный матёрый самец обучал малыша искусству охоты на данхоев — небольшое их стадо паслось на противоположном склоне, примерно в четырёх с половиной километрах, или почти в половине ши от них. Андрей — никого другого из людей рурхи к себе бы не подпустили — также принимал участие в этой охоте, но не из-за мяса — ему давно уже не требовалось лично добывать себе пропитание. Всё было одновременно и проще, и сложнее — совместная охота с рурхами потребовалось потому, что они были телепатами, как и его сын, Аруми. Чтобы научить сына пользоваться внезапно раскрывшимся даром, Андрей не только ежедневно занимался с ним индивидуальными занятиями, но и был вынужден постоянно возить его сюда, в заповедник. Индивидуальные занятия состояли в том, что Аруми заново учился сражаться, не используя свой дар — Андрей проводил спарринги попеременно — в одних блокировал свои мысли, не позволяя сыну их читать, а в других — внушал ему ложные мысли, не соответствующие производимым действиям и совершаемым приёмам. Поначалу Аруми терялся, но постепенно полученные ранее навыки стали вспоминаться, и мальчик стал нарабатывать моторику — механически заученные действия. Только отшлифовав и закрепив память тела, можно было переходить к использованию способностей эмпата. В индивидуальных поединках с Андреем мальчик также учился не читать чужие мысли и закрывать от прочтения свои — в будущем это могло ему сильно пригодиться. А вот развитие и совершенствование эмпатии, а также обучение телепатии — передаче собственных мыслей, лучше всего получалось при общении с рурхами — они были сильными природными телепатами. И именно поэтому сейчас, как и неоднократно на протяжении последних месяцев, Аруми охотился вместе с Басей — взрослым котом, воспитанником Андрея, и Фаней — молодым котом, сломанная нога которого под присмотром учёных с научной станции прекрасно срослась и совершенно не мешала ему целыми днями носиться по склонам гор, гоняясь за всем бегающим, прыгающим или летающим.

Имя Фан, или Фаня, кот получил после того, как во время мучительного поиска Андреем прозвища для пушистого хвостатого сорванца он, как угорелый, носился вокруг, умудряясь засунуть свой любопытный нос в самые невообразимые места. Наконец кот решил, погнавшись за бабочкой, залезть носом в только что распустившийся цветок, и, к моменту кульминации раздумий Андрея, улёгся рядом с ним, постоянно чихая от набившейся в нос цветочной пыльцы. В фырчании котёнка явственно слышался звук «Фа», поэтому, послушав, Андрей сказал:

— Хорошо, мелочь пузатая, ты сам выбрал. Будешь зваться Фа. Точнее, Фаней. Подрастёшь — будешь Фаном.

Котёнок скоро прочихался, но на имя Фаня откликаться продолжил — имя ему понравилось.

Сейчас Фаня активно общался телепатически с Аруми — они вдвоём должны были отбить от стада данхоя и обеспечить группу охотников свежим мясом. Аруми мыслеречь давалась намного легче, чем в своё время Андрею — всё же многие вещи в детстве воспринимаются намного проще. Пройдёт год, максимум — два, и общаться телепатически для его сына станет так же естественно, как дышать, и Андрей планировал во что бы то ни стало обеспечить ему эту возможность. Тем более что обучающий Аруми мастер по секрету передал Андрею, что, похоже, зачатками подобных способностей обладает не только Аруми, но и ещё два его сына и, как ни странно, дочь. Так что в будущем нужно или заниматься со своими детьми самостоятельно, или подключать к этому делу Аруми — мальчик действительно оказался на редкость талантлив.

Размышления Андрея прервали две смазанные тени, метнувшиеся в разные стороны — Аруми с Фаней наконец пришли к единому плану и начали приводить его в исполнение. Охота началась. Намётанный глаз Андрея явственно различал две серые фигуры, скрытно, прячась за камнями и надолго замирая в неподвижности на открытых местах, перемещающиеся вверх по склону и берущие в клещи мирно пасущееся стадо. Прошло достаточно много времени с тех пор, как опасно приблизившееся к стаду кошачье тело исчезло из поля зрения — Фаня спрятался в засаде между усыпавшими склон камнями. Аруми продолжал обходить стадо, приближаясь к нему с противоположной стороны, но и его было почти незаметно. Горячий, пропитанный запахами травы, каменистой земли и воды воздух, казалось, был неподвижен, однако рурх и человек явно, выбирая место для засады, уловили незначительные потоки воздуха и учли их направление — до Аруми было ещё далеко, а стадо уже почуяло присутствие человека, прекратив есть и настороженно вглядываясь в усеянный валунами склон горы. Наконец вожак данхоев, старый крупный баран, приняв решение, что-то проблеял, потрясая громадными витыми рогами, и стадо неспешно снялось с пастбища и побрело вниз по склону, в сторону журчащей меж камней речушки.

Неспешно бредущее стадо почти поравнялось с валунами, за которыми прятался молодой рурх, и вдруг старый вожак остановился — то ли почуял засаду, то ли решил, что достаточно увёл стадо от опасности. Мгновение — и на склоне показалась голова Аруми — мальчик явно мысленно связался с Фаней и сейчас кот глазами человека рассматривал всю картину — стадо было как на ладони. Для хорошего, уверенного броска рурха необходимо было пододвинуть стадо к засаде совсем немного, буквально на десяток шагов, и Аруми поднялся на ноги и спокойно пошёл по направлению к стаду. Он не бежал, чтобы не спугнуть стадо — испуганные данхои скачут быстро, размахивая рогами и хаотично перепрыгивая с камня на камень, перемещаясь так, что вероятность успешного броска сильно снижалась — всё же Фаня был ещё молодым и неопытным котом. Спокойно идущий человек, по видимому, не представлял для баранов серьёзной угрозы, и замерший ненадолго старый вожак опять повёл стадо вниз по склону.

Дальнейшего следовало ожидать — спокойно проходящий мимо засады баран не ожидал вылетевшего на него кота и был в мгновение ока сбит с ног, повален на камни и растерзан — громадные клыки рурха пропороли горло данхоя, вырвав из него клок и обнажив порванную, хлещущую алой кровью артерию. Испуганное стадо мгновенно сорвалось вниз по склону и уже через несколько минут исчезло в небольшой рощице около реки, а задравший данхоя молодой кот издал победный рык — в нём можно было различить и чувство гордости успешно проведённой охотой, и благодарность участвующему в охоте человеку, и приглашение разделить с ним трапезу отца, мать и друзей из числа двуногих…

— Здравствуй, Дэрий, благодарю, что откликнулся на мою просьбу и согласился принять участие в проводимых нашим кланом исследованиях.

— Лина, и я рад тебя видеть. Ты день ото дня всё хорошеешь. Такое ощущение, что время над тобой не властно — ты прекрасна, как и четырнадцать сол назад.

— Спасибо, Дэрий, мне приятно услышать от тебя такие слова, тем более что в последнее время это такая редкость. Большинство людей меня откровенно боится, некоторые уважают, но никто не любит. Во мне все видят не женщину, а матриарха.

— Лина, к сожалению, ты сама выбрала свой путь — счастье и власть несовместимы, как несовместимы день и ночь, лёд и пламя, зима и лето, и исключения лишь подтверждают правило. Но ты не отчаивайся и не теряй веры в людей — возможно, тогда тебе и удастся встретить свою любовь.

— Буду надеяться. А сейчас давай поговорим о тебе. Когда ты можешь освободиться? Подъедешь к институту, мои люди дадут тебе график, когда они смогут с тобой работать.

— Никогда. У меня совсем нет времени. Выходных у меня тоже нет, впрочем, как и у тебя. Поэтому поступим по-другому. Примерно один раз в девять ло я попытаюсь выделить в своём графике окна по два-три ри, преимущественно вечером — один ри я планирую урвать у сна. Если исследования будут построены так, что мне удастся на них выспаться — эти окна могут увеличиться ещё примерно на один-два ри. График этих окон я передам тебе лично, предварительно информируя назначенное тобою лицо о том, где я буду находиться. Вы организуете мою доставку из этого места в твой институт для исследований, а по окончанию — отвозите меня туда, куда я скажу. Подстраивать ваш график научных исследований под меня — не моя прихоть, а насущная необходимость.

— Предложенный тобой вариант крайне неудобен для исследований. Некоторые процедуры очень короткие, буквально по десять-двадцать нун, а некоторые могут длиться до четырёх-пяти ри и даже больше — до нескольких ло, в предложенные тобой окна проведение таких этапов не укладывается. Давай подумаем, что можно сделать в этой ситуации. Может быть, ты сможешь уделять научным экспериментам хотя бы по три-четыре ло в кун?

— Лина, моё время — один из самых ценных ресурсов клана. Во многих вопросах я фактически заменяю матриарха, да ты и сама это прекрасно знаешь. Представь, если ради научных исследований на несколько ло будут отвлекать тебя или Иллэри? Давай всё же подходить к вопросу о моём участии в ваших экспериментах более реально. Начнём с окон в пару ри, а дальше — будет видно по ходу развития экспериментов. Я же не отказываюсь совсем — просто длительные эксперименты придётся планировать заранее. Я буду выделять окно, и на это окно не планировать срочных дел. Тем временем твои люди тщательно подготовятся к указанной дате и используют моё свободное время с максимальной эффективностью. Да, работа твоих людей сильно осложнится, но иначе, поверь, не получится. Так что, пробуем?

— Хорошо, давай попробуем. Когда ты сможешь выделить первое окно для исследований?

— Встречный вопрос — а твои люди готовы?

— Они готовы начать хоть сейчас — программы и методики уже давно разработаны, приборы и препараты в наличии и ждут своих пациентов.

— Завтра вечером, после семи ри, тебя устроит? Я к этому времени буду дома. Мой дом — в пригороде Када, в клановом посёлке Лерой.

— К семи около твоего дома будет ждать флаер, его регистрационную карточку твоя служба безопасности получит уже сегодня. Оформи на него разрешение.

— Договорились. Завтра начинаем исследования.

— Дэрий, подожди, ещё один вопрос.

— Да?

— Ты обещал дать разрешение на участие в исследованиях твоих детей. Твоё обещание в силе?

— В силе, если вы гарантируете, что их жизни и здоровью ничто не будет угрожать. Запрет я накладываю только на двух — Аруми и Яринату.

— Причины не пояснишь?

— Пообещай, что они не будут участвовать в исследованиях, даже если выразят своё согласие.

— Даже так? Ты явно что-то скрываешь.

— Конечно, скрываю. Но в ваших экспериментах эти дети участвовать не будут.

— Похоже, именно эти дети для нас наиболее ценны.

— Айлинэри, эти дети не будут участвовать в ваших генетических экспериментах в качестве подопытных образцов ни при каких условиях. Если не хочешь ухудшения наших с тобой отношений — забудь о них.

— Хорошо, зная тебя, я уверена, что ты не отступишься. Я даю обещание — твои дети Аруми и Ярината в курируемых мной генетических исследованиях моего клана участвовать не будут. Но я не могу отвечать за других лиц, которых не контролирую, и тем более за другие кланы. Такая клятва тебя устроит?

— Нет. Ты, как матриарх клана, имеешь право издать приказ по своему клану. Мне требуются гарантии, что ни один человек Камэни не использует названных мною детей в экспериментах и не будет способствовать подобным исследованиям в других кланах. Любые действия, будь то даже простая передача информации, должны быть пресечены. Айлин, я знаю учёных — для достижения результатов у них запретов не существует — они могут проводить опыты даже на себе, а уж чужие люди для них вообще не люди, а подопытные образцы. Я знаю, что не смогу уберечь от вас всех своих детей — вы найдёте способы использовать их как необходимый вам биоматериал. Детей у меня больше сотни, и все они для меня очень дороги, они — часть меня. Прошу только за двоих.

— Хорошо, обещаю. Твоих детей Аруми и Яринату не тронут.

— На процедурах омоложения изменения в их геном также вноситься не будут.

— Хорошо, принимается. А вдруг они сами захотят?

— После четырёх-пяти стандартных циклов и не менее трёх детей от каждого.

— Принимается. В конце концов, несколько хоро можно и подождать…

— Айлинэри!!!

— Что? Ты же сам сказал, что если они сами захотят — то не возражаешь.

— Ладно, если уговорите. Но не ранее, чем через несколько циклов. И пусть обзаведутся потомством до момента вашего генетического вмешательства.

— Ты всё же боишься, что мы можем навредить твоим детям. Зря боишься. Десятки эонов мы ведём научные исследования в области улучшения человеческого генома. То, на что в естественных условиях эволюции происходит за сотни эонов, мы можем осуществить буквально на протяжении одного цикла. Не зря люди империи красивы, гармонично развиты и живут значительно дольше, чем на твоей родине.

— И вам, таким идеальным, вдруг зачем-то понадобились мы, такие дикие, первобытные и несовершенные?

— Человеку свойственно ошибаться. Когда-то давно мы ошиблись, убрав из человека нужные ему свойства. Теперь мы хотим устранить допущенную ошибку. Но это не отменяет ту массу полезных свойств, которые мы привнесли в человеческий геном.

— Лина, вот я и хочу, чтобы вы опять не допустили типичной ошибки. У этих двоих — хороший набор генов. Пусть он сохранится в первоначальном состоянии и закрепится в их детях.

— Хорошо, я тебе уже пообещала. Может, теперь раскроешь тайну — что в этих детях такого особенного, что ты их так оберегаешь?

— Они оба — активные и достаточно мощные телепаты с полностью проявившимся даром. Подозреваю, что они даже сильнее меня. То, чего вы хотели добиться своими направленными мутациями, природа уже сотворила сама…

Где-то в резиденции клана Лерой:

— Тан Рур, благодарю, что нашли для меня время пообщаться. Я не задержу вас надолго, однако мне необходимо прояснить для себя несколько ключевых моментов вашей деятельности, касающихся безопасности империи.

— И каким же образом моя деятельность могла затронуть безопасность империи, уважаемый тан Хорукайяни?

— Имперскую контрразведку сильно обеспокоил ваш последний заказ, касающийся строительства космических крепостей. Я в курсе, что вы в этом вопросе заручились поддержкой императора, но, как глава этой службы, я обязан уточнить, зачем вам столь мощные защитные сооружения.

— Даже так? Обязаны уточнить? А позвольте вас спросить, уважаемый тан Хорукайяни, почему имперская контрразведка вдруг обеспокоилась нашей защитой? Я бы ещё понял ваш визит, если бы мы занялись строительством ударных эсминцев и авианосцев, подкреплённых флотом десантно-штурмовых челноков. Но мы ни на кого не собираемся нападать, мы только защищаемся от возможного агрессора. Кстати, на аналогичной встрече глава службы имперской госбезопасности полностью согласился с моими доводами. Или вы вынашиваете тайные планы нападения на наш синдикат?

— Нет, тан Рур, мы не планируем нападения, но вдруг вы что-то замышляете протии империи?

— И у вас есть такие сведения?

— Пока нет, но всё возможно. И мы просто обязаны предусмотреть такую возможность и меры по противодействию.

— Даже так… Хорошо, у вас есть доказательства, что империя не планирует вероломно напасть на наш синдикат, чтобы ограбить нас и украсть наши секреты?

— Тан Рур, подобные заявления я могу классифицировать как враждебные действия против империи!

— Не можете, уважаемый тан Тинитаро. Истории известно немало случаев вероломного нападения империи против ни в чём не повинных кланов, когда политическая ситуация складывалась таким образом, что империи такое вопиющее беззаконие было выгодно и сходило с рук. Вот, хотя бы, достаточно свежий пример, касающийся близкого предка ныне здравствующего императора. Один очень известный клан, занимающийся техническими разработками систем вооружений, совершил революционный прорыв в области развития технологий, создав прототип гравитационного оружия. Империя выдвинула клану ультиматум — передать государству все научные разработки. Клан отказался и был уничтожен, много людей погибло, а империя получила в свои руки секретные клановые архивы. Я тут на досуге немного покопался в архивах, и у меня есть подборка материалов по этому конфликту — не желаете ли ознакомиться?

— В случившемся был виноват сам клан. Они нарушили ряд имперских законов, начиная от убийства имперских чиновников, и заканчивая прямым неповиновением имперским войскам. И вообще, если бы они пошли на соглашение с империей, то сейчас были бы живы и вполне успешно развивались. Так что в конфликте виноваты они сами.

— Позвольте с вами не согласиться. Вот тут у меня доказательства, что все ваши так называемые нарушения закона были сфальсифицированы имперскими государственными службами. Возможно, и ваша служба приложила свою грязную руку к этой фальсификации. Да, я вижу ваш взгляд — сейчас вы попытаетесь обвинить меня, что эти сведения секретны и я получил их незаконно. Не получится. Даже если некоторые из этих сведений сейчас засекречены, они получены мною из вполне официальных источников, и в суде, если он вдруг будет, я приведу доказательства своих утверждений. К тому же затронуты интересы не одного человека, а целого клана — следовательно, решать будет не имперский суд, а совет кланов. Итак, я имею полное основание утверждать — известны случаи фальсификации империей компромата против неугодных ей кланов и на основании этого компромата незаконного применения армии и флота для достижения своих корыстных интересов. Я вполне могу понять действия имперских служб — возможно, на их месте я действовал бы точно так же. Ведь вы действуете, как всегда, во благо империи, а цель, как говорится, оправдывает средства. Однако я понимаю, что подобные агрессивные действия вы можете применить и к моему клану, не так ли? Я подозреваю, что вы уже начали клепать компрометирующие нас фальшивки, и хотел бы иметь эффективный рычаг противодействия незаконным методам, если вдруг у вас возникнет искушение их применить.

— То есть вы допускаете, что ваше оружие может стрелять по имперским войскам?

— Я вполне допускаю, что имперские войска могут вероломно, без наличия правовых оснований, предпринять враждебные действия по отношению к нашему синдикату. Повторюсь — примеры таких незаконных действий у меня имеются, и мне нет оснований им не доверять. Дайте мне гарантию, что империя не нападёт на наш синдикат, если он не будет выступать против империи, и я лично сокращу вооружение оборонного комплекса.

— Имперские войска в приведённом вами для примера случае действовали по прямому приказу императора! Клан был виноват уже в том, что пошёл против императора!

— Надо ли вам объяснять, что император тогда действовал незаконно? У меня есть доказательства моих слов. Не желаете ли взглянуть?

— Что, слово императора для вас не является законом?

— Нет, уважаемый тан Тинитаро, не является. Вы плохо в своё время изучали имперское законодательство. А вот я был вынужден его изучить, и нашёл там массу интересного. В случае, когда обвинения в государственной измене выносятся в отношении целого клана, вопрос должен решаться через совет кланов, с привлечением в качестве свидетелей заинтересованных представителей других кланов. На совете кланов имперские службы обязаны доказать факт противоправных действий, направленных против государства. И прецеденты тоже есть — империя неоднократно судилась с кланами, у меня есть подборки по подобным делам. Если вы не в курсе, могу дать ознакомиться — весьма познавательное чтиво.

— Не надо, я неплохо представляю подобные судебные процессы. Они затягиваются на десятки сол, а некоторые — значительно дольше. За редким исключением, ни одно подобное дело империей не было выиграно — у кланов необычайно развита круговая порука. Малейшие отклонения от положенной процедуры ведения дела дают кланам основание не признавать результатов следствия, и суд вынужден считаться с мнением кланов.

— Всё вами сказанное свидетельствует как раз не в пользу кланов, а против государства — вы слишком привыкли грязно работать, подтасовывая факты и выбивая из свидетелей ложные показания. Возможно, суды выносили решения в пользу кланов не потому, что у них круговая порука, а потому, что в конфликтной ситуации кланы были правы, а империя, наоборот, неправа?

— Вы хотите противопоставить себя империи?

— Не надо играть словами и передёргивать факты, я этого не люблю. Я официально заявляю — синдикат не является противником империи, не предпринимает и не будет предпринимать в отношении империи незаконных действий при условии, если империя по отношению к синдикату всегда будет действовать с позиции закона.

— А если вдруг возникнет государственная необходимость?

— Необходимость незаконно что-то отнять? А вы на что? Работайте лучше, чтобы ни у кого не возникло соблазна использовать незаконные методы.

— Но вы же понимаете — в случае, если синдикат окажется слишком могущественным, чтобы составлять угрозу империи…

— Наличие возможности вовсе не означает желания её применить. Превентивное устранение слишком сильных кланов, не присягнувших на верность правящей династии, я считаю величайшей ошибкой имперских спецслужб. Вы настолько запятнали себя бесчестными действиями и грязными технологиями, что кланы ищут подвох в любом вашем действии. И я не изменю своего решения — либо вы предоставляете гарантии, что со стороны имперских войск на наш синдикат не будет совершено вероломного нападения, либо я строю оборонительный комплекс так, как считаю нужным.

— Тан Рур, ваше желание во что бы то ни стало защититься от возможной агрессии со стороны империи выглядит слишком уж подозрительно. У меня даже складывается впечатление, что вы её ждёте.

— Ваше впечатление вас не обманывает. Я вполне допускаю, что ваши службы уже прорабатывают возможность силового захвата анклава, и пустят свои наработки в ход сразу же, как только будут уверены, что им это сойдёт с рук.

— У вас есть на это основания?

— Да, есть. Как и в примере с уничтоженным кланом, считаю, что нападение империи нередко оправдывается чисто экономическими выгодами. В первом случае империя бесплатно получила технологию производства гравитационного оружия. В случае нападения на наш синдикат империя бесплатно получает целый анклав с развитой инфраструктурой, включая транспортные магистрали и базы по подготовке солдат и пилотов. Мои аналитики уже подготовили экономические выкладки по данному вопросу. Так вот, чтобы вы тоже были в курсе — империя в случае нападения на наш анклав и его силового захвата после завершения нами полноценной колонизации получит прибыль, в несколько раз перекрывающую прибыль, которую она получила от уничтожения клана-разработчика гравитационного оружия. Как вы думаете, если ради значительно меньшей прибыли империя уже уничтожила целый клан, то на что она пойдёт в нашем случае? Что вы замолчали? Или моя информация явилась для вас неожиданностью? Так вот, мои аналитики, используя все известные случаи конфликта империи с кланами, рассчитали примерную цену вопроса, после которой империя плюёт на какие-либо нормы морали и соблюдение законности. Через несколько ло, завершив строительство анклава и развернув на нём клановую школу, наш синдикат станет обладателем солидной ресурсной базы и значительно превысит рассчитанный аналитиками порог, так что у нас есть основания опасаться. Повторюсь — история существования империи имеет массу примеров, когда она не гнушается нападением на кланы, как только у неё появляется возможность безнаказанно отобрать у них что-то ценное. Через несколько ло эта ценность у нас появится. Один из сценариев развития событий для моего синдиката слишком негативен, и я буду строить оборонительный пояс максимальной мощности, чтобы не дать этому сценарию воплотиться в жизнь. Если у вас есть другие способы решения проблемы — озвучьте их, я рассмотрю альтернативу. Пока альтернативы мощной защите, способной сдержать даже объединённые имперские войска, я не вижу.

— Ваши доводы мне понятны, понятны и ваши опасения. Я не буду доказывать, что империя вам не враг и пытаться вас переубедить — в свете приведённых вами логических выводов, боюсь, это невозможно. Однако в моих силах не позволить вам установку на космических крепостях современного вооружения. Самые мощные, самые дальнобойные системы вам будут недоступны. Я знаю, что император дал вам разрешение на приобретение и установку подобных систем. Но император не всесилен — его разрешения мало, необходимо одобрение ещё нескольких служб, в том числе и нашей, и согласие заводов на производство подобных вооружений. Поверьте, заводы откажутся поставлять вам эти системы — мы не дадим разрешения, и согласия императора будет недостаточно.

— Это шантаж.

— Да, это шантаж. Крепость, какую вы хотите, я вам построить не дам.

— Вы забываете, что шантаж может быть двусторонним. Я договорился с императором на вполне определённых условиях, в которые входит строительство защитного пояса максимальной мощности. Не будет защиты у синдиката — не будет передачи технологий империи. Не в ваших интересах затягивать исполнение договорённостей.

— Технологию вы обязаны передать. Я читал ваш договор с императором.

— Обязан, не спорю. Как и император, в свою очередь, обязан разрешить нам строительство защитных сооружений.

— Так он и разрешил. Просто от нас вы разрешения не получите, и современных систем вооружения вам не поставят — я это официально вам сообщаю. Договор формально будет исполнен в полном объёме.

— Вы хотите поймать меня на формальном исполнении договора? Да будет так. Пока у анклава нашего синдиката не будет максимальной защиты от вероломного нападения извне, будем работать формально — не в соответствии с духом, а в соответствии с буквой договора. Можете передать это императору — думаю, он будет счастлив это услышать. А сейчас можете быть свободны — время аудиенции истекло…

Небольшой кабинет в императорском дворце…

— Уважаемый тан Рур Лерой, я рад приветствовать вас в моей скромной резиденции, выбирайте любое кресло, присаживайтесь, наливайте чай. Он бесподобен — мне недавно привезли эксклюзивные сорта.

Устроившись в кресле поудобнее, налив в небольшую чашечку из прозрачно-тонкого фарфора горячего ароматного напитка и отхлебнув несколько глотков, Андрей несколько мгновений наслаждался послевкусием, после чего поставил чашку на стоящее на краю стола блюдце и ответил:

— Мой император, чай действительно бесподобен, и я с удовольствием выпью не только эту, но и множество других чашечек, если вы действительно пригласили меня только на дегустацию этого божественного напитка.

— Тан Рур, у вас, как всегда, абсолютно отсутствует такт. Ну кто же заговаривает с императором сразу о делах, не насладившись вкусом императорского чая?

— Наверное, это я, мой император. Только у меня хватает мужества признаться, что моё время не менее ценно, чем время императора, и предложить объединить приятное с полезным. Давайте, я буду наслаждаться чаем, а вы расскажете мне, зачем хотели со мной встретиться.

— Тан Рур, вы бесподобны! Так непосредственно сказать императору, чтобы он прекратил лить воду и побыстрее сказал всё, что нужно, можете только вы.

— Зато со мной все вопросы решаются быстро — я не люблю лить воду.

— Хорошо, перейдём к делу. Когда вы планируете начать подготовку людей имперских вооружённых сил? Чай, кстати, наливайте — вы же хотели одновременно обсуждать дела и наслаждаться напитком.

— Спасибо! Печенье, кстати, тоже пододвиньте — оно у вас необычайно вкусное. Подготовку планирую начать в ближайшее время — на клановых землях Лерой в окрестностях Када уже построены учебные корпуса, установлены тренажёры и симуляторы, подготовлена учебно-методическая литература, преподаватели прошли первичный инструктаж и готовы к обучению.

— И сколько курсантов вы сможете принять?

— Немного. У меня всего двенадцать преподавателей.

— Я могу помочь вам с преподавательским составом.

— Не можете. Необходимые мне преподаватели могут быть только из числа Лерой. И, чтобы пресечь дальнейшие уговоры, сообщу, что обычные преподаватели мне не подходят — можете на эту тему поговорить с ректором Оканийской имперской лётной академии, господином Надином Камакато. Я, кстати, уже объяснял ему причины, по которым имперские преподаватели не способны правильно обучать курсантов по моей методике.

— Что, всё так сложно?

— И даже ещё сложнее. Все преподаватели — выпускники моей школы боевых искусств. В них с самого детства закладывались другие жизненные основы, без которых нельзя эффективно обучать по моей методике. Чтобы вам было понятнее — на обучение имеющихся у меня двенадцати преподавателей я потратил около пятнадцати сол, причём занимался с ними лично — не менее ри ежедневно. Все эти люди имеют дипломы с отличием об окончании Оканийской имперской лётной академии. В следующем сол я рассчитываю увеличить число обучающихся ещё на пять групп. Через шесть сол в академии будут одновременно обучаться не менее сорока групп, возможно, до пятидесяти. Общее количество курсантов — до тысячи человек. Каждый сол империя будет получать до ста пятидесяти высококлассных пилотов, не считая первого выпуска — он будет самым большим.

— Капля в море… Сто человек на десятки миллиардов обитаемых миров империи…

— Один золотой ценнее сотни серебряников, и ценнее мешка меди — так, кажется, говорили в империи в древности. Я предоставляю вам золотые — выпускники моей академии не рядовые бойцы, они, выпустившись прямо с академической скамьи, смогут занимать высокие должности, успешно командовать крупными войсковыми соединениями и целыми флотами. Они, конечно же, смогут быть и простыми пилотами или капитанами кораблей имперского военного флота, но стоит ли использовать их в качестве медной разменной монеты? Решать, конечно же, вам, мой император.

— И всё же для империи предпочтительнее была бы передача методик подготовки пилотов — тогда мы могли бы создать в империи единый стандарт обучения, взяв ваши разработки за основу. Не забывайте также про подготовку имперских десантно-штурмовых войск по методикам подготовки ваших клановых десантников.

— Разработки не мои — это тысячелетний опыт моей родины. А сами методики достаточно сложные, включают в себя не только информационную составляющую, но и психологическую обработку преподавательского состава. Как я уже сказал, на своих преподавателей я потратил пятнадцать сол, и это только преподаватели начального уровня, им ещё расти и расти. Думаю, что ещё десять-пятнадцать сол подготовки, и я смело смогу доверить своим преподавателям подготовку высшего звена своей школы. Хотя по-настоящему высококлассными специалистами они будут сол через тридцать-сорок, не раньше.

— Так долго?

— А вы видели результат?

— Вы про своих выпускников?

— Совершенно верно. Даже в обстановке открытого противодействия преподавателей Оканийской лётной академии обучающиеся по моей методике курсанты получили преимущественно золотые привилегированные выпускные сертификаты, причём курсанты Лерой — все, а курсанты Камэни — более трети личного состава. Если бы им не мешали, курсанты Камэни получили бы не менее половины золотых сертификатов. Но и те, кто таких сертификатов не получил, по своему уровню значительно превосходят остальных выпускников академии. Уровень подготовки в клановой лётной академии Лерой будет ещё выше. Про уровень подготовки десантников Лерой мне, надеюсь, рассказывать не надо.

— И всё же что вы скажете на то, что я попрошу вас поделиться технологией уже сейчас?

— Я думаю, что ещё не время, мой император.

— А когда наступит это время?

— Оно обязательно наступит, как только будут выполнены все договорённости между нами и синдикат переселится в свои новые владения. Вы же сами подписывали договор, мой император. Я не вижу смысла обсуждать этот вопрос ещё раз.

— Я слышал, что у вас возникло незначительное недопонимание отдельных нюансов строительства анклава с главой имперской контрразведки?

— О, недопонимание действительно незначительное. Мы с господином Хорукайяни сошлись в главном — подписанный договор должен быть исполнен. Однако незначительные расхождения появились в процедуре реализации договорённостей. Господин Хорукайяни заверил меня, что империя исполнит договор формально, в полном соответствии с буквой достигнутых договорённостей. Так как сам господин Хорукайяни не мог не отметить, что между буквой и духом нашего договора наблюдается небольшая разница, я, в свою очередь, заверил главу имперской контрразведки, что буква закона будет соблюдена и с нашей стороны. То есть формально мы исполним всё, что обещали.

— И передадите империи технологии?

— Непременно, мой император, мы же чтим закон. Договор будет исполнен.

— И когда?

— Как только строительство будет закончено и произойдёт окончательное переселение синдиката на новое место.

— Я хотел бы услышать точные сроки.

— Это не в моей власти, мой император. Точные сроки в договоре не прописаны. Если не ошибаюсь, фраза в договоре звучит так «технологии будут незамедлительно переданы ПОСЛЕ исполнения империей своих обязательств по договору». То есть утром деньги, а вечером стулья.

— Какие стулья? О стульях в договоре нет ни слова!

— Ой, простите, оговорился… Сначала вы исполняете договор в полном объёме, а потом это же делаем мы. Причём если вы это делаете в соответствии не с духом, а с буквой закона — мы поступим точно так же.

— Искусственное затягивание сроков строительства и переселение недопустимо. Этот пункт специально прописан в договоре.

— Искусственного затягивания сроков не будет. Как только все намеченные в концепции строительства анклава объекты будут построены, технология будет передана империи. Незамедлительно передана. Да, чуть не забыл — характеристики создаваемых нами в анклаве объектов также задекларированы в концепции, и на ней стоит ваша, мой император, подпись.

— Вы как будто готовились к нашему разговору…

— Не только готовился — я был почти уверен, что он рано или поздно произойдёт. И предварительно подстраховался — заручился вашей подписью.

— То есть всё, что сказал вам тан Хорукайяни…

— Я подозревал в договоре подвох, мой император. И, как видите, оказался прав. Извините, но работать по-другому, видимо, ваши чиновники не умеют. Я предполагал, что империя не станет делать столь дорогих подарков и рано или поздно оставит себе лазейку для попытки вернуть всё подаренное обратно, да ещё и с процентами, для чего на долгое время закопался в имперские хроники, чтобы или подтвердить, или рассеять свои подозрения. Я оказался прав — ваш глава контрразведки практически открытым текстом выдвинул мне ультиматум, заявив, что не позволит нам построить оборонительные крепости. Именно поэтому мне будет закрыт доступ к современным вооружениям, несмотря на то, что вы, мой император, приобретение этих вооружений мне разрешили. Я не знал, что в имперском законодательстве есть подобная лазейка — оказывается, разрешения императора на приобретение кланами современных вооружений недостаточно, необходимо также согласование с имперскими службами безопасности, формально не подчиняющимися императору в этом вопросе. А также согласие на продажу военной продукции заводом — военные заводы, оказывается, также подписывают определённые соглашения с имперскими спецслужбами. Впрочем, моё незнание простительно — подобная информация закрытая, она отсутствует в свободном доступе, не столкнувшись с этими ограничениями напрямую, не узнаешь о них. Но я предполагал, что подобные лазейки в империи имеются и создаются искусственно, поэтому в утверждённой вами концепции прописал тактико-технические характеристики защитного пояса, в том числе и космических крепостей. А это тип вооружения, его мощность и дальность, количество единиц и так далее — я всё это подробно описал, и вы, ознакомившись, поставили свою подпись. Договор в полном объёме с вашей стороны будет исполнен только в случае поставки соответствующего вооружения на наши оборонительные крепости. Всё сейчас зависит от вас, мой император. Мы можем вечно поставлять империи пилотов, став на эоны самыми преданными и высокооплачиваемыми учителями — ведь практически бесплатное, по себестоимости, обучение продлится лишь до тех пор, пока синдикат полностью не расплатится с долгами. А затем мы начнём брать деньги, и суммы будут значительно превышать те, которые берёт Оканийская имперская лётная академия, на что имеем полное право — мы лучшие. Мы будем получать за обучение неплохие деньги и ждать, пока наши крепости будут достроены — и это не будет нарушением договора. Кстати, в том же, подписанном вами документе, в примечаниях указано, что если на момент реализации проекта в империи будут разработаны более современные вооружения, то мы имеем право внести в проект соответствующие изменения без вашего согласования. Я действительно неплохо подготовился и к подписанию договора, и к сегодняшнему разговору. Теперь я выпью ещё чашечку и послушаю вас, мой император. Кстати, вы помните одну из наших встреч, после которой вы случайно упали с кресла и оказались ненадолго в больнице?

— Постоянно вспоминаю, тан Рур, и эти воспоминания не доставляют мне удовольствия. А почему вы вдруг вспомнили об этой встрече?

— Да вот чисто случайно обнаружил у себя подписанные вами тогда документы…

— А планировали уничтожить все. Не уничтожили, значит…

— Хотел бы, да не получается — слишком недружественно относятся ваши подчинённые к моему клану. Впрочем, не переживайте — с каждым ло их актуальность для совета кланов уменьшается, а через несколько сол они заинтересуют разве что историков — вам прекрасно об этом известно. Шантажировать вас я не собираюсь, однако надеюсь, что с вашей помощью защитный пояс вокруг анклава синдиката будет построен в срок и оснащён самым современным, самым мощным и дальнобойным оружием. Вы согласны со мной, мой император?

— Тан Рур, вы думаете только о себе и своём клане. А вы подумали о том, что станет с империей, если на неё нападут таурийцы? Нам как воздух нужны высокопрофессиональные пилоты и командиры. Да и боеспособность десантных войск тоже хотелось бы увеличить — бойцы вашего уровня очень пригодились бы империи.

— Я только об этом и думаю, мой император. И поэтому хочу максимально защитить свой клан и клан союзников, чего упорно не хотят понимать ваши подчинённые. Похоже, ваш глава контрразведки играет на стороне таурийцев, если хочет оставить нас без надёжной защиты перед лицом опасного врага. Такое ощущение, что ему за каждым углом мерещятся таурийские шпионы, и самое большое их количество он пытается обнаружить почему-то именно в нашем синдикате. Даже глава имперской безопасности был более сдержан в выражениях, хотя смысл его речи был примерно таким же. Вы бы разобрались в собственных ведомствах, мой император, а то как-то неудобно — делаем вроде бы одно дело, а относятся к нам, как к врагам Оканийского народа. А я со своей стороны вместе с синдикатом внесу посильный вклад в укрепление обороноспособности империи.

— Я поговорю с контрразведкой и с имперской безопасностью. Думаю, они пойдут вам навстречу.

— Я искренне надеюсь на это, мой император. И хочу заверить вас — мы не враги ни империи, ни императору, вполне довольны вами, проводимой вами политикой и не хотим ни вашего свержения, ни смены династии, хотя при желании могли бы осуществить подобную процедуру — вы сами предоставили нам такую возможность. Мы такие же граждане империи, как и все остальные оканийцы. Мы тоже хотим спокойно жить и работать, растить детей и платить налоги. Дайте нам эту возможность — и более преданных империи людей, чем синдикат Камэни-Лерой, вы не найдёте…

Окрестности Када, клановые земли Лерой…

— Господа курсанты, я рад приветствовать вас в стенах нашей клановой лётной военно-космической академии. Вы первые курсанты школы, и вас всего двенадцать групп. Причём только три группы из них составляет набор от кланов Лерой и Камэни, остальные же прибыли в школу по направлению имперских служб. Некоторые из вас, я знаю, уже успели окончить аналогичные учебные заведения и даже послужить в имперских войсках. Таким курсантам я настоятельно советую забыть всё то, чему их учили ранее — наша методика преподавания кардинально отличается от принятой в империи. В первую очередь тем, что она жёстче и насыщеннее. Обучаться вы будете шесть сол, но за это время узнаете больше, чем за восемь сол, проведённых в Оканийской имперской лётной академии. Вижу смешки отдельных лиц, и смею заметить, что вы усмехаетесь зря — я знаю, о чём говорю, ведь долгое время я преподавал в Оканийской академии и даже работал там на должности заместителя ректора. Вижу, что улыбок поубавилось… И это правильно — самые выдающиеся выпускники академии за последние несколько сол, обладатели золотых сертификатов, вышли именно из моих групп. Именно эти выпускники будут обучать вас, и, надеюсь, сделают это значительно лучше, чем имперские преподаватели.

Переждав лёгкий гул взволнованных голосов, Андрей продолжил:

— Теперь несколько слов о режиме. Он казарменный — проживать будете здесь, за всё время обучения, а оно, как я уже говорил, составляет шесть сол, вы не покинете пределов учебной базы академии. Кто самовольно покинет огороженную территорию — будет немедленно отчислен. Здесь, в пределах академии, любое слово преподавателей — закон. Моё — тоже, ведь, как ректор академии, я являюсь старшим преподавателем. Драки на территории академии запрещены, однако разрешены дуэли. Всё как в империи. Однако я не думаю, что у вас достанет сил на драки — у вас будет интересная и насыщенная программа, включающая в себя многочисленные ежедневные физические тренировки. Посещение всех занятий — обязательно. За прогулы существует только одно наказание — отчисление. Отчисление последует также за неповиновение приказам преподавателей, какими бы дикими они вам ни казались. Увечье или смерть не являются уважительными причинами для неисполнения приказа. У вас будет казённое обмундирование, питаться будете в столовой академии. Продукты — исключительно натуральные, выращены на полях и фермах клана Лерой. Никакой синтетики или заменителей — за вашим здоровьем регулярно будут следить медики Камэни. Они же вас будут лечить — от травм в процессе обучения никто не застрахован. В еде вас никто ущемлять не будет — при тяжёлых физических нагрузках приходится очень много есть. По результатам обучения вам будут выданы сертификаты об окончании нашей академии. Или не выданы, если экзаменационная комиссия посчитает вас недостойными. Уровень вашей подготовки, как я уже говорил, будет значительно выше, чем в имперских учебных заведениях, но и требования на экзаменах, соответственно, выше, поэтому те, кто уже имеет дипломы имперского образца, могут не рассчитывать на лёгкое обучение. Более того, им наоборот будет тяжелее — придётся переучиваться, избавляясь от старых имперских стереотипов. Не знаю, получит ли кто-нибудь из вас золотой сертификат, но заранее предупреждаю — чтобы получить подобный документ, необходимо как минимум сравняться со своими учителями. В принципе, в этом нет ничего невозможного — ведь ещё вчера они были такими же курсантами, как и вы. Сейчас вас разведут по казармам, определят места и выдадут методическую литературу. Занятия начнутся завтра. Сейчас вопросы есть?

— Есть! — прозвучал голос из рядов имперских курсантов. Курсанты Лерой и Камэни благоразумно молчали.

— Задавайте свои вопросы, — Андрей внимательно посмотрел на рослого молодо выглядевшего имперца — тот явно привык быть лидером, и сейчас зарабатывал очки в своей будущей команде.

— А можно ли вызывать на дуэли преподавателей?

Смешки в рядах усилились, и курсант победно улыбнулся — он явно чувствовал себя в родной стихии.

Внимательно рассмотрев его, Андрей сказал:

— Я отвечу на ваш вопрос. Но перед этим попрошу вас выйти из строя на пять шагов и повернуться лицом к курсантам — ваши коллеги должны видеть своего героя.

Когда имперец вышел перед строем, не прекращая улыбаться, Андрей продолжил свою речь:

— Преподавателей на дуэли вызывать не только можно, но и нужно. По двум причинам. Причина первая — они не умеют драться…

Переждав взрыв смеха со стороны имперских курсантов, заглушивший окончание фразы, Андрей сказал:

— А причина вторая, как некоторые уже успели заметить, — нечётное количество курсантов в имперских группах. В клановых группах — а это группа Лерой и две группы Камэни, по двадцать четыре курсанта. Это число выбрано не случайно — на практических занятиях, при отработке лётных заданий, вам придётся летать на симуляторах в одиночках, двойках, тройках, а также в группах по шесть, восемь и двенадцать человек. И именно исходя из этого было выбрано оптимальное число курсантов в группе. В имперских же группах двадцать пять человек — на одного курсанта больше. Дополнительный курсант, вот, например, как этот, стоящий перед вами, присутствует в группе потому, что надо же будет кого-то из вас отчислить. Сейчас предлагаю внимательно рассмотреть лицо стоящего перед вами курсанта — возможно, от него самого вам запомнится только его лицо, ведь у него уже появились мысли вызвать на дуэль своих преподавателей. Именно в расчёте на подобных курсантов и предусмотрены лишние места в имперских группах. Полностью пояснив вторую причину, я всё же повторю пояснение первой, окончание которой вы не услышали, так весело и заразительно засмеявшись. Повторюсь — ваши учителя не умеют драться, они умеют только убивать. Причём умеют хорошо — все двенадцать ваших учителей принимали непосредственное участие в нашумевших недавно в империи дуэлях с бойцами клана Ойхо. У каждого из ваших преподавателей за спиной не менее шести дуэлей. Вам надо напоминать, что выживших из проигравших в тех дуэлях не было? Что же вы теперь не смеётесь? Уже не смешно? И это правильно — хорошо смеётся тот, кто смеётся без последствий. Ещё будут вопросы? О, господин курсант, у вас ещё вопрос, одного вопроса про дуэли с преподавателями недостаточно? Сегодня я настроен удовлетворить ваше любопытство, ведь жить вам осталось всего до первой дуэли. Говорите, что ещё вы хотите узнать?

— Господин ректор тан Лерой, я приношу преподавателям свои искренние извинения, я всё понял и не собираюсь вызывать их на дуэли, но где можно научиться драться так, как они? И кто их учитель?

— Научиться так драться вы не сможете — ваши учителя проходили обучение в закрытой клановой школе боевых искусств, информация по этой школе секретная, разглашению не подлежит. А их учитель — я…

Где-то в резиденции императора.

— Господин Тинитаро Хорукайяни, господин Нирэн Шихои, — император долгим тяжёлым взглядом обвёл стоящих перед ним навытяжку глав имперской контрразведки и имперской государственной безопасности, — я вызвал вас для того, чтобы обсудить одно весьма деликатное дело.

— Да, мой император! — оба стоящих навытяжку мужчины сделали низкий поклон, их ответ прозвучал почти синхронно.

— Вы разговаривали с таном Руром Лерой по поводу планируемого им строительства оборонительного кольца вокруг анклава синдиката?

— Да, мой император! — ответ опять прозвучал почти синхронно.

— Говорите кто-нибудь один, хором отвечать не надо. Если необходимо — второй дополнит. Итак, что вам ответил тан Рур?

— Он сказал, что оборонительное кольцо должно быть построено, чтобы защитить синдикат от нападения имперских войск.

— Он так уверен, что нападение будет?

— Он не только уверен, что оно будет, но и доходчиво и подробно объяснил нам, почему империя нападёт на синдикат.

— А мы действительно планировали напасть на них?

— Подобная возможность действительно рассматривалась, мой император. Такой сильный анклав нельзя оставлять без присмотра — он будет являться потенциальной угрозой империи, а контролировать его мы не сможем.

— Уточните — угрозой империи или угрозой императору лично?

— Вы очень хорошо разбираетесь в нюансах, мой император. Угрозой не столько империи, сколько лично вам — такой укреплённый независимый анклав может стать ядром государственного переворота.

— А вы в курсе, что тан Рур уже неплохо подготовился к нашему нападению?

— Пока у синдиката не будет тяжёлых дальнобойных оборонительных платформ, противопоставить имперским войскам он ничего не сможет. Мы сомнём их на дальних дистанциях за счёт большей дальности наших корабельных орудийных установок, расстреляем издалека, как в тире. И мы почти дожали тана Рура на переговорах, загнали его в угол, поставили в безвыходную ситуацию — ему просто не останется выхода, кроме как принять наши условия. Нужно только немного подождать.

— Господа, как вы думаете, тан Рур дурак?

— Нет, мой император!

— И вы думаете, что он не понимает этого? Не понимает, что без дальнобойных орудий у него нет шансов?

— Он отлично понимает это, мой император!

— Ну так почему же вы, жалкое отродье облезлых енги, думаете, что тан Рур не предусмотрел подобной возможности?! Почему все спорные вопросы вы пытаетесь решить с позиции силы? Думаете, что эта тактика будет срабатывать всегда и везде? У вас нет других рычагов воздействия? Почему вы не могли провернуть всё тихо, заставив тана Рура поверить, что империя готова полностью исполнить свои обязательства по договору? В ваши безмозглые пустые головы не закралась мысль, что если тан Рур так уверенно ведёт себя на переговорах, значит, у него есть для нас камень за пазухой, что он уже продумал, что нам противопоставить? Да он ещё до момента вашего с ним разговора уже предполагал, что империя попытается забрать все его секреты вместе с созданным анклавом силой, и вы лично его в этом убедили! Сейчас синдикат основные усилия направит на то, чтобы в случае нашей агрессии нам ничего не досталось, и собирает на нас компромат, готовясь к своей защите, в том числе и на совете кланов. Я даю голову на отсечение — все ваши разговоры с ним были записаны. В этих голозаписях вы наверняка выглядели далеко не самым приглядным образом. Я, не зная ваших с ним разговоров, могу нарисовать сценарий этой беседы — сначала тан Рур проинформировал вас о имеющихся у него подозрениях, что империя якобы не собирается выполнять своих договорённостей и планирует при первом же удобном случае напасть на синдикат Камэни-Лерой, потом он объяснил вам, как она это сделает и почему, причём он должен был доказать вам эти действия, последовательно разложив всё по полочкам… Вы же, скорее всего, подтвердили, что империя действительно рассматривала возможность нападения на синдикат после того, как он закончит строительство, и предложили сразу же передать свои секреты империи, чтобы избежать ненужных жертв. Тогда тан Рур сказал вам, что если империя не собирается выполнять подписанных договорённостей, то и от него не стоит ждать подобных шагов — в договоре таном Руром специально для таких случаев оставлено несколько лазеек. Да-да, не вы одни оказались такими умными, некоторые тоже умеют играть словами. А в случае нападения у него есть чем защитить свой синдикат. Вы наивно полагали, что это оружие. Ну так я спешу огорчить вас — это у вас оружие, а у тана Рура на руках значительно более весомые аргументы. У него на руках не только официальное, подписанное мною разрешение, что пока защитный комплекс в том объёме, который запланирован, не будет построен — технологий империи не видать, у тана Рура на руках компромат. Я бы даже сказал — Компромат с большой буквы. Империя в ближайшее время не сможет открыто напасть на тот клан, членом которого является тан Рур — подобные действия станут прямой угрозой правящей династии. Со временем, конечно же, имеющийся у тана Рура документ потеряет свою актуальность и станет для него практически бесполезен. Впрочем, и без этого документа синдикат обладает слишком взрывоопасной информацией. Поэтому мой приказ — синдикат Камэни-Лерой не трогать, препятствий им не чинить, пусть строят что хотят. Хотят построить в империи отдельно взятый анклав независимости — пусть строят, и вы лично обеспечите их всем необходимым. С анклавом разберёмся потом, когда настороженность по отношению к империи у них утихнет, а имеющиеся на руках тана Рура документы станут обычным куском пластика. Империя умеет ждать…

— Но, мой император, а как же угроза государственного переворота?

— Переворота не будет. Если бы тан Рур захотел — попытка переворота уже бы состоялась, и не факт, что неудачная — я сам вынужден был дать ему в руки такую возможность. Впрочем, на тот момент это казалось мне наилучшим решением… Можете быть свободны. Оба.

Уходящие офицеры уже не слышали, как сгорбившийся император пробормотал себе под нос:

— О, создатель, и с этими людьми мне приходится работать. И ведь они — одни из самых лучших… Идиоты…

После памятного разговора с императором прошло более двух месяцев — или почти два кун, как принято считать на Окане. Каждый месяц, да что месяц — каждый день, каждая минута были забиты под завязку текущими делами — встречами, переговорами, подписаниями контрактов. Андрей и не подозревал, что торгово-хозяйственные дела — это так сложно. Успех сделки зависел от многих мелочей, и деньги там были далеко не самым главным фактором. Важно было всё — могущество и социальный статус клана, лицо, представляющее клан во время сделки, даже то, во что Андрей одевался, идя на переговоры, и каким тоном разговаривал. Оденешься слишком просто — проявишь неуважение, слишком богато — подумают, что желаешь поставить себя выше партнёра. Будешь лебезить и заискивать — посчитают слабым и или вообще не будут вести с тобой переговоров, будешь жёстким и властным — решат, что давишь на партнера с целью выбить слишком мягкие условия. Андрей совсем потерялся бы в этих дипломатических хитросплетениях, если бы не помощники из профессионалов, любезно предоставленные Андрею в помощь матриархом, за что он уже неоднократно в мыслях выражал ей глубокую признательность. Более того — Андрей сильно подозревал, что на самом деле основные переговоры вели именно хозяйственники Лерой, а Андрей используется ими для придания переговорам статусной солидности.

Вот и сейчас Андрей, усталый и невыспавшийся, окружённый безмолвной охраной, возвращался домой на личном флаере с очередных переговоров, выдавшихся необычайно тяжёлыми. Переговоры велись с одним из производственных кланов, специализирующихся на изготовлении транспортных средств и производящих помимо обычных звездолётов различные виды порталов. Андрею было необходимо заключить контракт на производство межгалактического портала, и вот здесь оказалось, что его поджидают неожиданные проблемы — всякий раз, как только речь заходила о его строительстве, Андрею вежливо, деликатно и под разными предлогами отказывали. Причём по обычным межзвёздным порталам, связывающим планеты Лерой, Камэни и Флору, а также Лерой с космическими крепостями оборонного пояса, переговоры с руководством одного из промышленных кланов прошли довольно быстро и вполне успешно — цена порталов оказалась значительно ниже планируемой и сроки их изготовления и монтажа не превышали одного года, причём основную часть — проектирование и изготовление порталов — компания обязалась осуществить не более чем за семь кун. Ещё почти два куна требовалось на их транспортировку до места сборки, и кун — на монтаж. Внутрипланетные порталы эта же фирма вообще пообещала поставить в любом количестве — они пользовались популярностью, и большой запас внутрипланетных порталов различной мощности всегда лежал на складе. Таким образом, у Андрея было более полугода для того, чтобы подготовить площадки под строительство порталов на всех трёх планетах. Ещё накануне с одной из строительных фирм небольшого промышленного клана была достигнута договорённость о строительстве на геостационарной орбите около планеты Камэни временного космопорта с его последующей модернизацией до стационарного — в течение ближайших нескольких лет грузы в анклав придётся доставлять грузовыми космическими кораблями. Достаточно дорогостоящее мероприятие… Удешевить которое удалось созданием в синдикате современного торгово-грузового флота, состоящего из нескольких десятков космических транспортных кораблей и барж различной вместимости, грузоподъёмности и дальности. Самые большие и специально оборудованные транспортники вполне могли осуществить даже беспосадочный межгалактический перелёт от Оканы до анклава, правда, их скорость и расход топлива оставляли желать лучшего — рассчитывая на громадные объёмы перевозимого груза, приходилось чем-то жертвовать. Проект космопорта, разработанный имперскими проектировщиками, у Андрея на руках уже был, и фирма обещала построить первую его очередь менее чем за полгода — к моменту окончания работ по изготовлению порталов корабли с комплектующими уже будут разгружаться в стационарных доках. Вопрос о строительстве космопорта для планеты Лерой оставался пока открытым, а ведь такой же космопорт в скором времени потребует и Флора — мощности заказанных порталов велики, но не безграничны, крупные грузовые терминалы необходимо предусматривать уже сейчас, а не потом, когда с планеты пойдёт вал готовой продукции…

А вот межгалактический портал клан, обязавшийся поставить все другие порталы, изготавливать категорически отказался, сославшись на нехватку производственных площадей и отсутствие опыта изготовления таких крупных промышленных объектов — клан действительно специализировался на массовом производстве недорогих внутрипланетных порталов, изредка подрабатывая изготовлением межпланетных и межзвёздных. Долгие поиски других фирм, согласившихся бы изготовить межгалактический портал, ничего не дали — везде Андрей получал вежливый отказ. Причины назывались разные, но у Андрея сложилось ощущение, что на самом деле единственной причиной отказа послужили имперские спецслужбы — промышленники решили перестраховаться и не связываться с делом, в котором замешана имперская госбезопасность.

Разобравшись в подоплёке отказов, Андрей решил зайти с другого бока — он поднял архивы и узнал, где и какие порталы империя строила за последнюю сотню лет. Объектов оказалось удручающе мало — за последующий век межгалактический портал был построен всего один, и тот более сорока лет назад. По-видимому, ввиду крайне высокой стоимости строительства подобных объектов в империи на них вечно не хватало денег. Однако выяснилось и приятное обстоятельство — портал строила фирма, с которой Андрей встречался совсем недавно — менее десяти дней назад. Тогда на встрече он получил от руководства клана вежливый, но категорический отказ. Полистав записную книжку искина, Андрей нашёл запись по этому визиту — всё правильно, клан Тарома, один из ведущих промышленных кланов империи, подмявший под себя многие сферы производства промышленного оборудования. Ссориться с подобным кланом не хотелось, однако, похоже, придётся поговорить серьёзно, возможно, даже надавить… Встречался Андрей с доверенным человеком матриарха, курирующим производство средств транспорта. Андрей мысленно прокрутил детали прошедших переговоров — женщина, представляющая клан Тарома, ему понравилась — твёрдый взгляд, отсутствие агрессии, и в то же время каких-либо намёков на лесть или подобострастие… Спокойный деловой тон переговоров, минимум необходимой информации, ответы краткие, чёткие и все по делу… Встречаться с куратором ещё раз было, похоже, бессмысленно — Андрей опять получит вежливый отказ без объяснения главных причин. Вообще-то, отказывать просто так в империи не принято — отказ должен быть обоснованным и аргументированным, иначе клану придётся объяснять мотивы отказа в имперской промышленно-торговой палате. На этом можно попытаться сыграть… Значит, придётся встречаться с матриархом Тарома лично. Не завтра — на завтра намечено заседание всех заинтересованных лиц синдиката, включая матриархов, на котором необходимо будет определить места строительства одного из заводов по производству топливных элементов — так, чтобы он был недалеко от обживаемых планет анклава, находился под защитой как минимум двух оборонительных крепостей защитного пояса, и в то же время находился за пределами самого пояса. Вариантов было не менее десятка, так что споры разгорятся жаркие. К тому же на том же заседании нужно будет определить звёздные системы, в которых будут построены космопорты с перевалочными базами — Иллэри настаивала на двух базах, её поддерживала Литэйла, в то время как Андрей чувствовал — строить нужно было не две, а три базы — экономия сейчас обойдётся в будущем большими неудобствами. Но ощущения к делу не пришьёшь, а матриархи любят оперировать цифрами и конкретными данными, так что и этот вопрос завтра будет обсуждаться весьма бурно. А послезавтра у Андрея уже намечена встреча с главой департамента промышленности и строительства империи, господином Тьяни Тумиоши — одним из первых людей клана Тумиоши, входящего в десятку сильнейших кланов империи, захватившего многие административные имперские посты. Взяточником, служакой, протекционистом и безумно преданным империи и императору лично человеком. Взятку возьмёт, но если проект будет империи невыгоден — успешно его завалит. Хотелось бы повесить на империю финансирование как можно большего объёма работ, не являющихся ключевыми, поэтому придётся играть на патриотических чувствах и прикрываться императором. Так что на послезавтра тоже ничего планировать нельзя — оба дня будут для него слишком тяжёлыми… А вот на третий день можно и навестить матриарха Тарома — поговорить по душам, возможно и надавить — сделать вид, что оскорблён отказом… Предварительно узнав всё, что известно службам безопасности синдиката об этом клане. Да, ещё надо выделить время и на проработку договоров на строительство перевалочных баз и завода по производству топливных элементов — как раз на завтрашнем совещании будут расставлены все точки над «и», будет известно где строить и сколько, а договариваться всегда лучше лично, по головизору не всегда получается учесть различные незначительные нюансы, глядишь — может получится сэкономить… Андрей уже получил принципиальное согласие от нескольких крупных клановых заводов с коммерческими предложениями и уже их проанализировал, наметив пару наиболее предпочтительных — пусть и не с самой низкой ценой, зато специализирующихся именно на этой продукции и готовых, за небольшую дополнительную плату, значительно сократить стандартные сроки строительства…

Пока Андрей мысленно планировал свои аргументы к каждой из планируемых на ближайшие дни встреч, флаер уже подлетал к дому. Плавно посадив транспортное средство на выделенную под него площадку, Андрей по подсвеченной небольшими желтоватыми светильниками дорожке, выложенной ровными плитками природного камня, дошёл до дома, постоял немного на пороге, вдыхая чистый, свежий, напоенный ароматами летнего леса воздух, бросил короткий взгляд на усыпанное яркими звёздами безоблачное ночное небо, и, решительно открыв дверь, вошёл в дом…

Очередное рабочее заседание рабочей группы не сильно отличалось от предыдущих — тот же большой круглый стол в виде широкого кольца с пустым пространством посередине и рядом кресел по периметру, та же рабочая обстановка, те же лица… Андрей, традиционно возложивший на себя обязанности секретаря-куратора, убедившись, что все собравшиеся готовы к обсуждению, открыл заседание:

— Итак, на этом заседании мы должны решить два вопроса: обеспечение анклава энергией и его транспортную доступность. Вначале предлагаю решить вопрос транспорта, энергетический вопрос считаю необходимым перенести на вторую часть заседания. Как мне уже доложили, клан Камэни завершил детальный анализ доступных анклаву природных ресурсов и провёл предварительную подготовку по определению наиболее благоприятных реперных точек для привязки объектов к инфраструктуре. Предварительные координаты объектов готовы?

— Да.

— А технико-коммерческие обоснования?

— В черновиках. Но их достаточно для начала строительства.

— Альтернативные варианты проработаны?

— Крайне поверхностно. Было недостаточно времени для детальной проработки.

— Это пока неважно, давайте рассмотрим предварительный проект. Можете продемонстрировать карту?

Некоторое время ушло на развёртывание в центре стола объёмной голографической карты звёздного неба с семью яркими точками практически в центре карты — тремя зелёными — звёздными системами с планетами Камэни, Лерой и Флора, и четырьмя красными, почти ровной пирамидой окружающими зелёные точки. По границе карты бледной пульсирующей голубой чертой, соединяя такие же слегка пульсирующие голубые точки, проходила слегка изломанная линия — имперская межгалактическая транспортная магистраль.

Развернув карту и убедившись, что всем она хорошо видна, докладчица от клана Камэни продолжила:

— На карте мы видим три планеты синдиката, планируемые к заселению — Камэни, Лерой и Флора, они помечены зелёным, и четыре звёздные системы, предназначенные для строительства звёздных крепостей защитного пояса, условно назовём их северной, южной восточной и верхней крепостями — они помечены красным. Все семь систем имеют планетарные пояса, и в дальнейшем они также могут быть заселены. Голубым цветом отмечена межгалактическая транспортная магистраль. Как мы видим — от границы анклава до неё более ста лучей. Если быть точным, то до северной крепости — ровно сто лучей, до южной — около ста семи, а до Флоры, ближайшей из колонизируемых планет — более ста десяти. Таким образом, при строительстве двух перевалочных баз мы сможем обеспечить доступность баз на уровне тридцати восьми — сорока лучей. В принципе, этого достаточно для большинства транспортных кораблей и для пассажирских лайнеров среднего класса и выше. При недостатке средств нами проработан проект строительства одной базы, но он крайне нежелателен — транспортная доступность анклава в этом случае резко ухудшится. Все аналитические материалы по данному проекту, а также альтернативные варианты переданы тану Руру Лерой.

Женщина села на своё место, закончив доклад, и слово взял Андрей:

— Коллеги, вы услышали один из предлагаемых вам вариантов присоединения нашего анклава к межгалактической транспортной магистрали. За этот вариант голосует большинство присутствующих, в том числе и наши уважаемые матриархи. Хочу сразу же высказать своё мнение — вариант строительства одной перевалочной базы не нежелателен, а абсолютно неприемлем. Далее. В империи существует признанный стандарт на дальность космических перемещений — это тридцать пять лучей, именно под этот стандарт проектируется большинство лёгких космических кораблей. Да, средние и тяжёлые корабли могут осуществлять и прыжки значительно большей дальности, но это, как вы все знаете, приводит к повышенному расходу топлива — энергия на подобные перемещения растёт в геометрической прогрессии. К тому же ни транспортные, ни пассажирские корабли не оснащаются дорогостоящими системами по сбору космической пыли, которая также может быть использована в качестве топлива — подобными системами оснащаются лишь исследовательские звездолёты, предназначенные для эксплуатации в пространстве дальнего неосвоенного космоса, где невозможно пополнить запасы топлива, а также отдельные военные звездолёты. Поэтому предлагаю вашему вниманию альтернативный вариант, также проработанный аналитиками. Итак, промежуточных перевалочных баз будет не две, а три, — Андрей нажал на несколько кнопок, и в пространстве голографической карты зажглось три ярко-оранжевые точки, — ближайшая будет располагаться вне пределов охраняемого крепостями пояса, но в пределах охраняемого пространства — до северной крепости расстояние составит четырнадцать лучей, а до южной — не более двадцати трёх. Также до любой из трёх внутренних планет расстояние не превысит двадцати шести — двадцати восьми лучей. Флора окажется в самом выгодном положении — расстояние до неё составит чуть более двадцати лучей, но это не принципиально — имперские стандарты выполняются для всех. Оставшиеся две перевалочные базы будут расположены на расстояниях двадцать семь и двадцать девять лучей одна от другой соответственно. Чего мы добьёмся таким расположением баз? Наша транспортная ветка, пусть и тупиковая, будет полностью соответствовать всем имперским стандартам, и до нас сможет добраться любая прогулочная яхта — её двигатели это позволят, были бы у капитана деньги на топливо. Итак, я не могу настаивать, но настоятельно рекомендую принять мой вариант. В дополнение к этому хочу проинформировать заседание — завтра я встречаюсь с главой департамента промышленности и строительства империи, господином Тьяни Тумиоши. Если мы строим транспортную ветку в соответствии с принятыми в империи стандартами, то есть закладываем не менее трёх перевалочных баз, то я планирую построить на планете Лерой ряд дорогостоящих объектов за государственный счёт. Стоимость объектов многократно превысит стоимость одной перевалочной базы, даже если на ней будет построен космопорт, удовлетворяющий самым требовательным имперским стандартам. Предлагаю принять решение сейчас — строим две базы или три. Я настаиваю на трёх.

— Тан Рур, вы можете гарантировать, что империя вложит деньги в наш проект? — в обсуждение вступила Иллэри, старшая матриарх Камэни.

— Гарантии не может дать даже император, но я попытаюсь завтра выбить эти деньги, и для этого мне нужен козырь — в процессе торга с господином Тумиоши я хочу предложить транспортную ветку, построенную за наш счёт. Сорок лучей империю не устроят — половина наёмных транспортников не сможет доставить грузы на стройку.

— Если Тьяни Тумиоши не поддастся на ваши уговоры, и строительство придётся строить за свои деньги? — вопрос задала матриарх Лерой.

— Тогда третья перевалочная база почти окупит себя за счёт экономии на транспортных расходах наших кланов. Я знаю, что у нас на вооружении самые современные суда, для которых и сотня лучей не предел, а отдельные корабли вообще рассчитаны на межгалактический беспосадочный перелёт, но вряд ли нам хватит собственных судов — придётся нанимать. Самые дешёвые транспортники не преодолеют расстояние более тридцати пяти лучей, на это они просто не рассчитаны.

— Тан Рур, когда вам нужен ответ?

— Желательно сейчас. Точнее — до завтрашнего утра, но сейчас решение принять удобнее всего — все заинтересованные лица на месте.

— Тогда предлагаю прерваться на десять-пятнадцать нун, необходимо посоветоваться…

Через пятнадцать минут решение, удовлетворяющее Андрея, было принято — синдикат будет строить три перевалочные базы. С удовлетворением отметив, что теперь у него есть что предложить господину Тумиоши, Андрей продолжил:

— Анклаву также будет необходим минимум один завод по производству топливных элементов — это экономическая безопасность анклава. Всем понятно, что в пределах анклава наши корабли должны заправляться собственным топливом. Затраты на его производство минимальны, но сам завод — достаточно дорогостоящее предприятие. Деньги на его строительство нам придётся искать самим. От себя хочу добавить, что попытаюсь получить от государства льготный кредит на его строительство. Не обещаю, что это получится, но в случае неудачи завод придётся строить за собственные средства.

— Тан Рур, завод по производству топливных элементов — чрезвычайно дорогостоящий проект, по стоимости значительно превышающий строительство всех трёх перевалочных баз. Денег на него в нашем бюджете не хватит — нам же ещё предстоит строительство другого, не менее важного и дорогостоящего объекта — строительство планетарного энергетического комплекса. В идеале нужна одна мощная гелиостанция или три менее мощных — запитывать энергией нужно все три планеты, а, в дальнейшем — ещё и крепости защитного пояса анклава. На первое время мы вполне можем обеспечить доставку в анклав топлива из империи, — опять взяла слово Иллэри.

— Госпожа матриарх, а если я попытаюсь решить вопрос со строительством гелиостанции?

— И каким же образом?

— Попытаюсь спихнуть его на широкие плечи империи. В конце концов, гелиостанция нужна для функционирования инфраструктуры планеты Лерой, а в ближайшие десятки сол вся эта инфраструктура в подавляющем большинстве будет работать на империю. То есть формально именно империя должна обеспечить энергией большинство объектов Лерой.

— Но помимо Лерой у нас ещё две планеты и три крепости. О них вы не забыли?

— Госпожа матриарх, я не делаю различий между Лерой и Камэни. У нас общие цели и, надеюсь, общие деньги. Попытаюсь склонить империю к обеспечению энергией всего синдиката.

— Думаете, у вас получится?

— У меня припрятано в карманах несколько козырей, один из которых вы только что мне вручили — я имею ввиду транспортную ветку имперских стандартов. Я не зря настаивал на трёх базах, и этот аргумент будет представлен в числе прочих. Что получится — узнаем в скором времени.

— В таком случае, если вам удастся в вопросе строительства гелиостанции заручиться поддержкой государства — деньги на завод по производству топливных элементов мы найдём.

— Спасибо, госпожа матриарх. Прежде, чем перейти к обсуждению текущих вопросов, давайте всё же выслушаем людей, разработавших проект этого завода — в случае положительного решения с гелиостанцией нам не придётся вновь собираться по этому вопросу.

На карте, чуть выше и левее северной крепости, ярко вспыхнула жёлтая пульсирующая точка, к которой устремили взгляд все присутствующие. Пока рабочая группа рассматривала предполагаемый участок пространства, заговорила ещё одна женщина из технической группы:

— Вы видите на карте место предполагаемого размещения завода по производству топливных элементов. Завод планируется разместить примерно в одиннадцати лучах к северо-западу от северной крепости. Именно эта область пространства богата молодыми горячими звёздами и звёздной пылью. Напряжённость светового потока от нескольких горячих голубых гигантов достаточно высока, чтобы обеспечить производство топливных элементов практически в неограниченном количестве с минимальной себестоимостью. По предварительным расчётам, стоимость топлива будет как минимум в несколько раз ниже среднеимперской, даже с учётом налогов и амортизационных отчислений. Есть ещё одна не менее удобная для строительства подобного завода область пространства, но до неё более шестидесяти лучей. Возможно, когда-нибудь в будущем мы построим завод и там. Завод, как и перевалочные базы, будет располагаться за пределами оборонительного комплекса анклава, но в пределах дальности одной из крепостей — северной. Таким образом, завод, как и первая перевалочная база, будет находиться под защитой крепостных орудийных платформ. Необходимо также отметить, что от завода до любой из внутренних планет менее тридцати лучей, что позволит беспрепятственно снабжать Флору, Камэни и Лерой, а также все три наших перевалочных базы топливными элементами.

Женщина окончила краткий обзорный доклад, и слово опять взял Андрей:

— Специально для присутствующих здесь матриархов и руководства служб безопасности кланов особо акцентирую внимание на том, что собственное топливо — один из столпов обеспечения политики безопасности синдиката. Думаю, что безопасность нашего анклава не менее важна, чем экономика. Если вопросов к докладчику нет, предлагаю перейти к обсуждению деталей, а сейчас перерыв — тридцать нун…

— Уважаемая госпожа Иллэри, мне необходимо срочно с вами поговорить. Дело очень важное…

— Тан Рур, а оно не может подождать до завтра? Сейчас уже глубокая ночь, к тому же, я не в офисе…

— Не может, время и так поджимает. Госпожа Иллэри, я буду рад, если вы решите сейчас одну мою большую проблему. Проблема серьёзная, но её решение займёт у вас всего несколько дангов.

— Мидо меня убьёт… Хорошо, что вам нужно?

— Мне нужно, чтобы вы сейчас дали своим хозяйственникам приказ о расторжении заключенных контрактов на постройку на верфях Тарома четырнадцати ваших крейсеров.

— Невозможно! Контракт уже заключен, постройка звездолётов уже начата. В случае расторжения контракта по нашей вине мы платим огромные неустойки. Да и звездолёты у Тарома одни из самых дешёвых в империи. Плюс Тарома обещали договориться с имперскими надзорными органами касательно оснащения наших боевых кораблей некоторыми современными средствами вооружений, продажа которых частным лицам ограничена. Я очень много сил и времени потратила на этот контракт. У вас есть ещё вопросы?

— Госпожа старший матриарх Камэни, тогда буду обращаться официально. Мне жизненно необходимо, чтобы этот контракт был расторгнут. Немедленно. Невзирая на последствия. Убытки потом посчитаете и озвучите, сочтёмся.

— Это так важно?

— Это не просто важно, это архиважно. Я мог бы, при вашем желании, посвятить вас в подробности, но это займёт минимум ри, а, возможно, и больше.

— А вкратце?

— Если коротко — за исключением имперских казённых предприятий, Тарома единственные, которые могут в настоящее время построить нам межгалактический портал, но от его постройки они отказались. Без портала создание нашего анклава теряет смысл — добираться в другую галактику на транспортных звездолётах мы будем слишком долго.

— То есть вы хотите на них надавить?

— Совершенно верно, причём надавить так сильно, чтобы у них даже мысли не возникло попытаться качать свои права. Тарома вполне могут построить портал — у них есть и технологии, и документация, и пустующие мощности. Отказать нам в постройке портала без объяснения причин — потеря лица для Тарома, ведь в империи подобное не принято. Мы можем припугнуть их аналогичными санкциями со своей стороны — разорвать любые связи между их кланом и нашим синдикатом. Самое главное — это не показать, что они нам нужны значительно больше, чем мы им. В конце концов, потерянная прибыль за разрыв контракта на четырнадцать кораблей не уничтожит клан Тарома, хоть и достаточно сильно ударит по их бюджету. А вот мы без портала окажемся зависимы от империи. Тогда вообще нет смысла огород… в смысле анклав городить, проще оставить всё как было раньше. Как один из крайних вариантов я рассматриваю случай, если даже под давлением Тарома откажутся строить портал — тогда придётся идти на поклон к имперцам, строить портал на имперских казённых заводах под контролем спецслужб и выводить его не на планету Лерой, а на близлежащую к анклаву звёздную систему. Чем плох этот план? Тем, что деньги за портал мы потратим те же, а контролировать наши перемещения и потоки грузов будут спецслужбы — они обязательно встроят туда неизвлекаемые устройства слежения. Да и запрограммированный имперцами искин сможет передать им управление порталом в любой момент. Ко всему сказанному мною необходимо добавить, что строительство межгалактических порталов — дело очень сложное и дорогостоящее, опыт подобного строительства, за исключением госпредприятий, работающих на оборону, имеют всего несколько промышленных кланов. За последние сорок с лишним сол только один клан строил подобные порталы, и этот клан — Тарома. Так что у меня нет альтернативы — или идти на поклон к правительственным организациям, получив средство связи, контролируемое имперскими спецслужбами, или заставить сделать этот портал Тарома. Пригрозив, повторюсь, аналогичными санкциями.

— А если шантаж не поможет?

— Отключим газ…

— Какой газ?

— А, это идиома с моей родины… Означает, что если Тарома могут предоставить нам свои услуги, но не хотят, то мы тоже можем не захотеть предоставлять свои услуги, хотя могли бы. Не слишком путано я объяснил?

— Действительно оригинально объяснили, но я поняла. Если Тарома не захотят поставить нам портал, то мы разорвём с ними контракт.

— Не совсем так, я имел ввиду несколько другое. Контракт мы рвём уже сейчас. Тарома производят промышленные товары, Камэни производят медицинские услуги. Тарома могут поставить нам портал, но не хотят. Тогда Камэни могут предоставить Тарома услуги по омоложению, но не хотят… Как-то так.

— Но так делать нельзя! Мы никому и никогда не отказываем в предоставлении медицинских услуг!

— Почему нельзя? Медицинские услуги — это такой же товар. Вы не обязаны его продавать. Как и Тарома — порталы.

— Клан Камэни никогда не отказывал в медицинской помощи…

— Законодательно это не прописано. Речь, госпожа матриарх, идёт уже не о жизни и смерти отдельных людей, а о безопасности клана. Безопасности синдиката двух кланов. Контролировать портал должен только синдикат, имперцев к нему подпускать нельзя. Поэтому портал должна строить частная фирма. Клан Тарома оказался единственным кандидатом — остальные слишком давно не занимались подобными проектами. Решайте сами, госпожа. Это решение будет одним из важнейших, которые вы примете за последние несколько сол.

— Ваши предложения?

— Я их уже озвучил. Контракт на строительство четырнадцати боевых звездолётов надо разрывать сейчас. Срочно. Если не поможет — прекратить оказание медицинской помощи. Возможные убытки на фоне портала будут выглядеть слишком мелко.

— Хорошо, я поддержу ваше предложение. Контракт отзовут в течение ближайшего ри.

— Спасибо, вы, как всегда, выручили наш молодой синдикат. Спокойной ночи…

— Издеваетесь? Полночи уже прошло! Скоро утро!

— Тогда с наступающим добрым утром, госпожа!.. Просыпайтесь, нас ждут великие дела!

— Да я ещё как бы и не ложилась…

— Я тоже…

Разговор по головизору, состоявшийся буквально через несколько ри…

— …мне нужно срочно встретиться с госпожой матриархом Камэни.

— Простите, а с кем я разговариваю?

— Госпожа матриарх Тарома.

— Так… Тарома, Тарома, Тарома… Нет, госпожа, вы не записаны на приём к госпоже матриарху Камэни.

— Я сама знаю, что не записана. Мне необходимо с ней поговорить.

— Без записи — не положено.

— Ну так запишите!

— Хорошо, сейчас запишу. У вас обычный разговор или срочный?

— Срочный. Дело касается ваших контрактов на громадные суммы.

— Я простой секретарь, госпожа матриарх, мне не нужно знать, каких вопросов касается ваше дело к госпоже матриарху… Вот, нашла. Ближайшее окно на приём через восемь ло. Время вечернее, на семь ри двадцать пять нун. Вас записывать?

— Вы что, издеваетесь?

— Простите, госпожа, я не имею права издеваться, я простой секретарь. Так вас записывать?

— Нет, не надо. Соедините меня с вашим человеком, курирующим договоры на строительство.

— Её сейчас нет на рабочем месте, будет не ранее завтрашнего вечера.

— Соедините с её заместителем.

— Соединяю…

— Здравствуйте, я матриарх клана Тарома. С кем я могу поговорить по поводу нашего договора с кланом Камэни.

— Поговорить можете со мной, уважаемая госпожа матриарх Тарома. О чём договор, можете уточнить?

— Договор на поставку четырнадцати боевых крейсеров клану Камэни.

— Да, я знаю этот договор. С сегодняшнего ло договор аннулирован.

— Но почему?

— Договор аннулирован по инициативе Заказчика, то есть инициатором был клан Камэни. В соответствии с условиями договора вы можете направить своих юристов, мы обсудим условия штрафных санкций с нашей стороны за расторжение контракта.

— Скажите, а причина расторжения? С кем я могу её обсудить? Может быть, нам удастся договориться? Мы готовы предоставить вам скидки…

— Причина — личное распоряжение госпожи старшего матриарха Камэни. Обсудить вы сможете с ней лично.

— И когда я могу с ней поговорить?

— Этого я вам сказать не могу, вам надо связаться с секретариатом и записаться на приём.

— Скажите, а вы решили вообще отказаться от строительства флота?

— С чего вы это взяли? У нас несколько действующих контрактов на строительство космических судов, и уже прорабатываются варианты, кому отдать заказы на строительство четырнадцати судов, которые были в вашем контракте.

— Но если эти суда вам нужны, почему вы разорвали контракт?

— Повторюсь, уважаемая госпожа матриарх. Так распорядилась госпожа старший матриарх Камэни.

— Но не могла же она просто так прийти сегодня утром на работу и разорвать контракт!

— Вы совершенно правы, госпожа матриарх. Контракт с вами был разорван не утром, а ночью. После ночного звонка госпожи старшего матриарха Камэни я была вынуждена работать над закрытием вашего договора всю вторую половину ночи, поэтому не выспалась и сейчас немного не в форме. Причина разрыва договора мне неизвестна, но, думаю, она должна быть очень веской, чтобы поднять из постели старшего матриарха Камэни глубокой ночью. Думаю, вы всё же должны знать причину, госпожа матриарх. На моей памяти это первый случай подобного разрыва контакта, а я работаю на этой должности очень долго.

— Я о ней даже не догадываюсь. Хотелось бы уточнить у вашего матриарха, но меня не хотят соединять, предлагают записаться на приём.

— Правильно предлагают, все приёмы должны заранее согласовываться. Наша матриарх также заранее согласовывает свои визиты — это нормальная практика.

— Что же мне делать?

— Даже не знаю, что вам посоветовать. Всё же запишитесь на приём к матриарху, как только у неё появится свободное окно. Да, и если вам чем-то поможет дополнительная информация — ночью, перед тем, как расторгнуть контракт, госпожа старший матриарх Камэни о чём-то долго разговаривала с таном Руром.

— Каким таном Руром?

— Таном Руром Лерой, госпожа матриарх…

Где-то в резиденции клана Лерой…

— Тан Рур, с вами хочет поговорить госпожа матриарх Тарома. Вас соединить?

— Нет, можете передать, что в настоящее время я занят, но через два ло смогу выкроить для неё ближе к вечеру несколько нун, пусть запишется на приём.

— Может, примете сейчас? Всё же матриарх…

— Вы хотите объяснить мне, что я должен делать?

— Нет, простите, господин тан Рур… Ещё раз извините, я запишу госпожу на послезавтра на вечер…

Вернувшись домой засветло, Андрей поразился царившей в доме тишине. Пробравшись на кухню, Андрей начал шарить в ящиках в попытках найти что-нибудь съестное — он уже отвык от самостоятельного приготовления еды и не помнил, где на кухне что хранится. Холодильник, конечно, был полон полуфабрикатов, но хотелось найти что-нибудь уже готовое, чтобы быстро разогреть.

Возможно, стук дверей на кухне всё же был услышан, ибо через пару нун в дверях появилась заспанная Омико. Увидев Андрея, она всплеснула руками, усадила его за стол и стала готовить еду, достав предварительно из холодильника несколько тарелок с холодными закусками и упаковку сока, которую перелила в высокий фарфоровый стакан.

На вопрос Андрея, где все остальные, Омико ответила:

— А нет никого. В доме только я и Таша. Дана недавно была, но ушла. А мы с Ташей прошлую ночь дежурили, и сейчас прилегли поспать. А остальные с детьми гуляют, скоро придут, сейчас темнеть начнёт, — и в доказательство своих слов указала на садящееся за кромку леса вечернее солнце.

— А Лана где?

— А тоже со всеми гуляет. Детей много, за ними пригляд нужен. Да и пообщаться ей нужно, редко она с нами бывает. Тем более что завтра с утра она улететь хотела, у неё работа простаивает.

— А вы, значит, с ней не наговорились?

— Да когда же мы с ней наговоримся? Её по несколько кун дома не бывает, потом прилетит на ночь, и опять улетает на свою работу.

— Не завидуешь ей?

— Есть немного…

— И чему же, если не секрет?

— Ну, Лана часто путешествует. Видит разные города, природу разную. Работа, опять же, интересная. А мы всё с детьми… Нет, ты не подумай, с детьми тоже очень интересно. Но как-то всё уже известно вокруг — мы тут каждое дерево, каждую травинку знаем. И каждый день одно и то же…

— Но вы же можете каждый день бывать в Окаане — телепорт рядом, да и на флаере можно долететь.

— Да как-то особо и не хочется… Продукты нам доставляют прямо на дом, одежду, если понадобится, тоже. Ну вот приедем мы в Окаану — и что мы там будем делать? В кафе пойдём? В ресторан? Хорошо, сходим один раз, другой, третий… Ничем еда в этих кафе не лучше нашей домашней. Одно слово — столица, а так ничего интересного. Все где-то работают, куда-то спешат, что-то постоянно носят, возят, доставляют, сообщают, уносят, приносят, выносят… Суматошный город. А здесь у нас весело, вокруг все свои…

Потом на кухню, явно услышав разговор, спустилась Таша, и они вдвоём с Омико стали развлекать Андрея разговорами и кормить подоспевшим ужином. Тем временем на улице стемнело, и в доме захлопали двери — многочисленное Андреево семейство явилось с прогулки. Где-то в коридоре зазвучали звонкие детские голоса — кого-то заставляли мыть руки, а делать этого ребёнку явно не хотелось. Но вот дверь на кухню приоткрылась, в дверном проёме появилась чумазая мордашка девочки лет трёх, и дом пронзил детский вопль:

— Папа! Папа плисол!

Пищащее детское тельце было тут же перехвачено и утащено с кухни — умываться, а сама кухня стала быстро заполняться молодыми женщинами, с радостными возгласами обнимающими и целующими Андрея. Скоро на кухне было не протолкнуться — два десятка женщин заполнили почти всё свободное пространство. Заметив в толпе Силлану, Андрей, осторожно обняв и расцеловав очередную свою жену — судя по размеру живота, она явно должна была осчастливить его очередным ребёнком, сказал:

— Девочки, я всех вас очень люблю и рад вас видеть. Садитесь, вместе поужинаем. Силлана, подойди ко мне.

Дождавшись подошедшей и вставшей рядом с ним опустившей взгляд в пол женщины, Андрей продолжил:

— Лана, ты, как я слышал, собиралась завтра улетать?

— Да, мой рейс завтра утром…

— Твои планы поменялись. Завтра ты никуда не летишь…

— Но я должна! Рейс на завтра забронирован!

— Дорогая, во-первых, дослушай, не перебивая. Во-вторых, завтра ты никуда не летишь, потому что весь день будешь со мной в клановой резиденции. Я буду заниматься документами, а ты получишь в своё распоряжение клановых аналитиков и инженеров. Твоя задача — выдать исходные данные для проекта животноводческой фермы, которая будет построена таким образом, чтобы полностью скрыть в себе вашу научно-исследовательскую лабораторию. Я не знаю ни площади вашей лаборатории, ни количества используемого вами оборудования, ни потребности в энергии — всё это ты должна будешь завтра предоставить. Если что-то забудешь — свои опыты будешь проводить на лоне природы. Помещений и ресурсов можешь закладывать сколько угодно, но одно условие — пока не появилось оборудование, любой самый требовательный, самый придирчивый чиновник должен увидеть в проекте ферму и только ферму. Естественно, она будет работать и по своему прямому назначению, то есть выращивать скотину на мясо — на новой планете первое время будет острая нехватка свежих продуктов питания. Задача понятна?

— То есть я лечу на новую планету?!

— Если проект твоей лаборатории будет грамотно замаскирован под животноводческую ферму — то да. Можешь запроектировать хоть целый животноводческий комплекс на миллион голов — предельная мощность комплекса ограничена производством мяса для трёхсот тысяч человек. К сожалению, придётся мириться с возможным запахом животных и издаваемым ими шумом. Однако, если подобные трудности ваш коллектив не смущают — возможно, что менее чем через сол вы получите в полное своё распоряжение этот объект. А если ещё и организуете бесперебойные поставки мяса — я лично тебя расцелую.

— Здорово! Рур, дай лучше я тебя расцелую! Вот только для крупной фермы надо много людей, а если будет построен целый комплекс — людей потребуется ещё больше…

— Заявляй, сколько нужно. Людей найдём…

— Точно найдёшь? Для крупной фермы нужен обслуживающий персонал как минимум человек десять-пятнадцать, а лучше двадцать-тридцать. Животноводческий комплекс потребует ещё больше людей, плюс техника… Ну, с техникой мне могут помочь мои знакомые, что-то можно заказать на клановых заводах, что-то придётся докупать на стороне…

— Список, Лана, список. Составляешь список всего самого необходимого. Людей — по минимуму, но так, чтобы рабочих рук хватило. Про технику не забудь — там, где нехватка людей, многое смогут сделать автоматы. Не наглей — денег мало, но и не пропусти ничего более-менее важного. Про запчасти не забудь. Комплекс будет создаваться в другой галактике, пока пришлют вам что-то из метрополии — несколько кун пройдёт, легче будет на месте из подручных средств сделать. Да, чуть не забыл, завтра попроси нашу службу безопасности посмотреть данные по планете Лерой — скажи, что я разрешил. Выберешь себе клочок земли по душе, какой больше понравится, и планируй творить на нём всё, что душе угодно. Выбор пока есть, поэтому смотри исходя из возможности расширения как самого комплекса, так и вашего научно-исследовательского центра. Если комплекс будет слишком далеко от планетарного центра, куда планируется переносить академию и учебные корпуса — придётся ставить телепорт. В этом случае предупредишь или меня, или Литэйлу — дополнительный телепорт необходимо сразу же включить в заявку. Цели и задачи понятны?

— Понятны. Выбрать участок земли для постройки научно-исследовательской лаборатории.

— Это задача. А цель?

— А разве есть разница?

— Конечно, разница есть, дорогая. Задача — действительно строительство, но не только лаборатории, которая нужна тебе, но и крупного животноводческого комплекса. Только на этих условиях я соглашусь на строительство. Будешь мириться с размещением твоих приборов рядом с животными?

— Как будто сейчас у нас животных в лаборатории нет. Правда, количество несколько иное…

— Вот и хорошо. Задача тебе понятна. А цель — это не выведение новых гибридов и пород животных, как ты наивно можешь предполагать, а обеспечение бесперебойных поставок мяса. Мы не собираемся кормить клан синтетикой, а значит, натуральных, экологически чистых продуктов должно быть много — продавать тоже что-то надо. То есть ты со своей лабораторией займёшься вполне осязаемым и весьма прибыльным для клана делом — будешь контролировать не только ход научных изысканий, но и производство мясной продукции. Сразу определись, кого из твоих знакомых животноводов возьмёшь себе в помощь — одна ты не справишься, дело для тебя новое. Назначь талантливого администратора из числа молодёжи… Короче, тебе лучше знать, кто в нашем клане занимается животноводством.

— А если я не справлюсь?

— «Если» быть не может. Должна справиться. Завтра тебя вызовет матриарх, назначит директором комплекса. Она пока об этом не знает, но я успею до обеда с ней поговорить. В твоём подчинении будут два отдела — научно-исследовательский и промышленно-производственный. Курировать будешь оба, так что подыскивай себе грамотных заместителей — сама справляться со всем не будешь, просто не хватит времени. Поначалу будет тяжело, но постепенно привыкнешь. Самое главное — выше нос, любимая. Всё будет хорошо, ты станешь самым главным зоологом на планете. Или самым большим директором — не знаю, как правильно говорить…

— Дорогой, я так счастлива! У меня будет целый новый мир! Кстати, а денег в клане на строительство хватит? Я могла бы добавить из собственных запасов…

— Любимая, всех твоих запасов не хватит даже на одну стену будущей стройки, не говоря уж обо всём комплексе. Но не переживай, я попытаюсь решить этот вопрос — за все твои проекты будет платить империя…

Ранним утром в приёмном покое матриарха Лерой:

— Тан Рур, в последнее время начинаю замечать, что моё утро начинается с вас, и вами же заканчивается мой рабочий день! С вашим появлением в клане моя жизнь стала настолько насыщенной, что уже не знаю, радоваться мне этому или огорчаться!

— Конечно радоваться, госпожа матриарх, ведь только с моим приходом у вас наконец-то появилась достойная цель в жизни! А если серьёзно, у меня к вам достаточно важное и срочное дело…

— Ни грамма в этом не сомневаюсь! Других дел у вас просто нет. Давайте уж, выкладывайте, с чем пришли, всё равно же не отвяжетесь…

— Недавно я имел счастливую возможность разговаривать с матриархом Камэни…

— Со старшей или младшей?

— Хвала создателю, с Иллэри — с ней хотя бы можно поговорить о серьёзных вещах. Айлин же вообще не может говорить ни о чём, кроме своих исследований. Какой-то фанатик генной инженерии…

Действительно, младший матриарх — на редкость упорная и целеустремлённая женщина, если уж чем-то занялась — вцепится и не бросит, пока не доведёт до конца. Часто она вас достаёт?

— Да почти что каждый ло. Я несколько опрометчиво пообещал ей своё личное участие в её экспериментах в обмен на бесплатную медицину для нашего клана, так теперь она с меня живого не слезет, пока не переделает меня под свои стандарты, словно подопытного енги. Едва успеваю отбиваться.

— И часто приходится выступать лабораторным образцом?

— Три-четыре раза в кун минимум. Обещания надо выполнять, приходится жертвовать единственным оставшимся свободным временем — ночами…

— Ничего, вылепит из вас госпожа младший матриарх идеального человека, и будет в клане Лерой самый идеальный в галактике мужчина. Нет, даже не в галактике — во всей империи. Так что не сильно расстраивайте её, а то вдруг что-то не так сделает… Но давайте вернёмся к госпоже старшему матриарху Камэни.

— Так вот, посоветовала мне недавно госпожа Иллэри пристроить мою первую жену со своей лабораторией на планету Лерой, чтобы она наладила там производство мяса для всего анклава.

— А вы сами как считаете?

— После долгих и тяжких раздумий вынужден с ней согласиться.

— Тогда и я не против. Как я догадываюсь, от меня что-то нужно?

— Совершенно верно. Скоро Силлана появится здесь — она должна выбрать место под свой объект. Да, объект планируется построить следующий: крупный животноводческий комплекс, в который отдельной структурой будет встроена научно-исследовательская лаборатория. Задач у комплекса две — производство экологически чистого мяса и научные изыскания в области выведения новых пород скота. Директором комплекса я хотел бы назначить Силлану, и именно это прошу вас сегодня озвучить ей. Всё остальное решат ваши заместители — господин Тувилани уже в курсе, выдаст моей жене карты планеты и поможет определиться с местом размещения комплекса.

— Это всё?

— От вас — всё. Остальное решу сам. Да, ещё один деликатный момент — я столкнулся с острой нехваткой людей в клане, так что необходимость привлечения рабочих со стороны очевидна. Это и обслуживающий персонал учебного центра, и операторы и техники объектов инфраструктуры, и рабочие на животноводческий комплекс. Разнорабочих тоже много понадобится — при каждой из трёх перевалочных баз будут гостиницы, столовые, технические центры, заправочные терминалы, небольшие магазины, и везде нужны люди. На самой планете потребность в обслуживающем персонале окажется ещё выше — я даже боюсь пока представить, сколько людей может потребоваться для полноценного обслуживания трёхсот тысяч курсантов…

— И сколько людей вам понадобится в ближайшее время?

— По самым минимальным оценкам — несколько тысяч. Возможно, я даже слишком оптимистичен, и понадобится более десяти тысяч людей. Сейчас я собираю заявки от всех кураторов, предварительные данные по людям будут у меня примерно через два-три ло, а точные — предсказать пока никто не может. Одно, правда, уже ясно — большинство людей придётся обучать, готовых специалистов нанять будет или значительно дороже, или вообще нецелесообразно — за имеющееся у нас в запасе время, а это от сола до пяти, когда военный учебный центр на Лерой заработает в полную силу, — вполне можно подготовить грамотные кадры. Учёба, конечно же, тоже стоит денег, но в будущем мы сможем сэкономить на оплате.

— И как вы планируете сэкономить, если не секрет?

— Не секрет, и этот вопрос я тоже хотел бы обсудить. Хотел посоветоваться с вами по этому вопросу через несколько ло, когда получу от наших кураторов предварительную оценку потребного количества наёмных работников, но, в принципе, поговорить можно и сейчас. Я хочу нанять внеклановых, причём пообещать нанимаемым работникам возможность вступления в клан. Что вы думаете по этому вопросу?

— Хмм… Предложение действительно неожиданное. Долгие эоны клан жил достаточно замкнуто, тщательно контролируя наследственность всех своих людей. Результатом этой политики стал высокий наследственный коэффициент качества генома клана Лерой — в среднем он превышает показатель в девятьсот пятьдесят единиц[2]. С показателем менее девятисот единиц мы не рекомендуем клановым заводить детей. Рекомендую, если вы в будущем рассчитываете принимать людей в клан, брать у них анализы биоматериала на предмет определения наследственности, и не принимать на работу людей с коэффициентом генома, скажем, ниже девятисот.

— Среди внеклановых такой высокий коэффициент встречается?

— Не знаю, посоветуйтесь с Камэни. Это как раз их область деятельности, и информации у них однозначно больше, чем у меня.

— А если таких людей у внеклановых нет, может, снизить порог приёма?

— И насколько вы планируете его снизить?

— Ну, скажем, до шестисот-семисот единиц…

— Однозначно неприемлемо. Будучи принятыми в клан, эти люди начнут вступать в браки с клановыми, в результате чего коэффициент генома резко упадёт, что приведёт к уменьшению максимальной продолжительности жизни членов клана. Эоны усилий клана по планированию рождаемости и совершенствованию кланового генома будут уничтожены.

— Какой минимальный коэффициент вы считаете возможным?

— Сейчас мы не рекомендуем рождение детей тем клановым, у которых коэффициент генома ниже девятисот. Эту границу я считаю минимальной. В крайнем случае её можно понизить до восьмисот пятидесяти — восьмисот шестидесяти, но не ниже.

— Но Камэни же разработали методики генной чистки наследственного кода, так что этот показатель со временем можно повысить…

— На десять-пятнадцать единиц за один цикл омоложения, не выше. При более интенсивных генетических изменениях возможны негативные последствия, вплоть до летального исхода.

— Ничего не понимаю… Айлинэри говорила, что мой геном планируется изменить более чем на сотню единиц, и ничего не говорила о последствиях.

— Возможно, у вас особый случай. Камэни редко ошибаются, по крайней мере, я за свою долгую жизнь таких случаев не припомню. Раз не говорила о последствиях — значит, для вас они незначительны. Однако при проведении обычных процедур омоложения в контракте особо оговаривается, что улучшение генома за один сеанс не должно превышать десяти-пятнадцати единиц, в противном случае не гарантируется успешность проводимой операции.

— То есть за десять циклов, или приблизительно за двести пятьдесят-триста сол, наследственность можно улучшить на сто-сто пятьдесят пунктов?

— Если пациент доживёт до этого времени… Ведь низкий коэффициент генома говорит о том, что вероятность успешного проведения процедуры по омоложению значительно снижается.

— Но такой вариант возможен?

— Да, возможен, несмотря на то, что омоложение с коррекцией генного кода обойдётся значительно дороже стандартной операции омоложения.

— А раз такой вариант возможен, значит, при необходимости нижняя граница может быть ещё снижена.

— Насколько вы хотите её снизить и зачем это вам, тан Рур?

— Видите ли в чём дело, обещание членства в клане — настолько сильный козырь, что заманить им можно практически любого некланового. Я хотел бы иметь этот козырь при отборе кандидатов и не вступать с вами в конфликт по поводу тех людей, которым уже дал обещание.

— Что ж, вполне разумно… Тогда оставляю право выбора вам, но хочу предупредить об ответственности — непродуманными действиями в этой области вы можете разрушить то, что создавалось кланом десятки тысяч сол. Если коэффициент генома ниже восьмисот — даже дорогостоящими операциями по генной коррекции ситуацию не выправить, а достижение истинного долголетия возможно лишь при коэффициенте выше девятьсот пятидесяти. Прошу иметь это ввиду и понимать всю меру ответственности.

— Хорошо, госпожа матриарх, я понимаю ответственность, которую беру на себя, и обещаю не слишком ею злоупотреблять…

— Следующий вопрос, тан Рур…

— Спасибо, госпожа, у меня больше нет вопросов, разрешите откланяться?

— Идите уже, работайте… И не забывайте спать хотя бы иногда — вы плоховато выглядите в последнее время, тан Рур…

Там же, но несколько позже…

— Лана, девочка, проходи, садись. Хочешь чаю?

— Нет, госпожа матриарх, спасибо.

— Не пугайся, я совсем не страшная. Я просто хотела с тобой поговорить.

— Да, госпожа матриарх.

— Танья Силлана, твой муж считает, что ты достойна повышения и в состоянии возглавить в анклаве два направления: селекцию и выведение новых пород скота и промышленное производство мясной продукции. Под это клан готов выделить значительные средства, к тому же твой муж пообещал выбить у правительства неплохие средства под строительство объектов сельскохозяйственной инфраструктуры. То есть у тебя под началом будет два заместителя — по науке и по производству. Дело сложное, но перспективное. Как, готова принять на себя эту ответственность?

— Госпожа матриарх, а вдруг я не справлюсь?

— А ты работай так, чтобы справиться, все задатки для этого у тебя есть. В определённых пределах необходимую помощь мы тебе окажем. Научное направление тебе знакомо, ты и так неплохо руководишь своим коллективом. Если работа в нём построена правильно, то грамотного заместителя по науке ты в своём коллективе себе подберёшь. Промышленными сельхозпредприятиями ты никогда не руководила, но я подберу тебе грамотного заместителя, уже имеющего опыт руководящей работы на крупном животноводческом комплексе. Подбором персонала занимайся сама, оплату согласуешь со мной. С этого момента ты полностью отвечаешь за животноводческий сектор на планете Лерой. Твоя основная задача — максимум высококачественной продукции при минимальной себестоимости. Покажешь себя с положительной стороны — подумаем над твоим дальнейшим ростом, возможно, под твоё начало отдадим и Флору. Подчиняться в клане будешь всего двум людям — мне и моему заместителю по промышленности и сельскому хозяйству. Вопросы есть?

— Сколько у меня времени?

— Тан Рур сказал, что максимум — сол. Через этот срок объекты будут построены и готовы к заселению. Кстати, открою небольшой секрет — часть временных объектов Рур хочет построить уже сейчас, оснастив их автономными источниками энергии. Экспедиция планируется менее чем через кун. Количество груза жёстко лимитировано, но поговори со своим мужем — быть может, он найдёт возможность выделить для вас немного места и построить несколько домиков, запитав их от солнечных элементов и ветрогенератора. Экспедиция комплектуется также мобильными термоядерными генераторами, но на них можешь не рассчитывать — места мало, генераторы будут использованы на критически важных объектах.

— Это было бы великолепно — тогда я переместила бы на планету всю свою научную группу, чтобы не прерывать научных экспериментов. Но согласится ли на это Рур?

— Девочка, ты плохо представляешь, на что способна уговорить мужа хорошая жена. Всё в твоих руках, только заранее продумай, что тебе нужно на новой планете — твой муж, как и все мужчины, любит, когда ему всё объясняют подробно и в цифрах, тогда он видит неизбежное и соглашается с мнением женщины. Неужели, прожив с таном Руром столько времени под одной крышей, ты так его и не изучила? При всей своей внешней суровости в душе он крайне нежный, ранимый и легко управляемый. Попробуй, только деликатно, аргументировано настоять на своём мнении, и ты наглядно увидишь правоту моих слов.

— Вы так в этом уверены, госпожа матриарх?

— Девочка моя, тебе сколько лет? Чуть больше ста? А твоему мужу? И того меньше! Поживи с моё, и души людские будут у тебя как на ладони. Твой муж прямолинеен, как клинок — если не трогать его пресловутую честь, то во всём остальном из него можно верёвки вить. Поверь, я не одну сотню сол пожила на свете, и пусть я не так мудра, как старший матриарх Камэни, но за свою жизнь тоже повидала немало и научилась понимать людей. Твой муж — не исключение, поэтому мы с ним так хорошо ладим. Так что всё в твоих руках — если правильно поставишь разговор, то твой муж сделает для тебя всё, что попросишь. В крайнем случае скажешь, что заручилась моей поддержкой…

Несколько ри спустя, в резиденции клана Камэни:

— Тан Мидо, именно вас я и искал. Мне нужно организовать межгалактическую экспедицию в анклав. Срочно. В идеале — через пятнадцать-двадцать ло.

— Сколько людей полетит, тан Рур? На сколько? Какие грузы берёте с собой, какие задачи ставятся перед экспедицией, матриарх в курсе? И почему такая спешка?

— Отвечаю по порядку. Своего матриарха я известил вчера, Иллэри проинформируй сам — у неё срочное совещание, не хочу мешать, а потом я уже улечу — времени в обрез, дождаться не удастся. Почему так срочно — а потому что максимум через двенадцать ло у меня будут готова первая партия груза — модульные строения, техника, в том числе строительная, транспорт, оружие, промышленное оборудование, в том числе холодильное, продовольствие, средства связи и автономные источники энергии для строительства временного поселения на планете Лерой. Плюс послезавтра будут поставлены три внутрипланетных и один межзвёздный порталы — энергии для их функционирования пока нет, но две компактные термоядерные энергостанции на клановом складе уже лежат, их осталось только смонтировать. Пора начинать создание основы базы на анклаве.

— Межзвёздный портал зачем?

— А вот ты сегодня у Леры и узнаешь, нужен вам межзвёздный портал или нет. Возможно, твой матриарх тоже решит начать колонизацию своей планеты, тогда обе звёздные системы можно связать порталами. Подпространственные передатчики мы уже приготовили, связь будет. Мощности мобильной термоядерной станции, правда, маловато будет для межзвёздного портала, но можно установить накопительные конденсаторы — раз в несколько ло открытие портала обеспечить автономными источниками энергии вполне возможно. А внутрипланетные порталы вообще смогут работать почти беспрерывно, если сильно их не нагружать. Рассказываю далее, не перебивай. Пробыть в анклаве планирую ровно столько, сколько времени потребуется на разгрузку груза. Людей от Лерой планирую взять человек сто двадцать-сто тридцать, конкретнее — десантно-штурмовую роту воинов Лерой и около двадцати пяти гражданских — инженеры, техники, строители. Те, кто сможет собрать посёлок и энергостанцию, а также обеспечить связь анклава с метрополией и проложить временные коммуникации. Воины будут нести охрану стройки и гражданских, проводить аэрофотосъёмку территории планеты и оказывать посильную помощь в строительстве в качестве бесплатной рабочей силы. Через несколько кун я рассчитываю получить полностью готовый к приёму поселенцев посёлок — дома, склады, столовую, гостиницу, энергостанцию и коммуникации. При необходимости готов принять участие в строительстве аналогичного посёлка на планете Камэни.

— А Флора?

— Портал для Флоры будет готов через пару кун. Не спеши, и до неё руки дойдут. Сейчас планируем активную колонизацию планет Лерой и Камэни, продукты на первое время всё равно будем завозить из метрополии.

— По транспортным кораблям прикидки делал?

— Делал, нужно как минимум три больших транспортника. Очень много строительной техники, разобранные модульные дома тоже занимают много места — по моим прикидкам, двух больших транспортных корабля. Оборудование для двух термоядерных компактных энергостанций займёт ещё один борт. Люди могут разместиться в военном корабле — сопровождение каравану нужно обязательно, на межгалактических трассах неспокойно.

— Оружие? Военный транспорт?

— Распихаем по этим трём, всё, что не влезет — полетит второй партией, когда построим перевалочные базы.

— А они скоро будут?

— Менее через пять кун заработают все три, плюс ещё примерно двадцать ло потребуется на доставку на эти базы персонала, продовольствия, горючего и охраны.

— Ну, так может, подождём пять кун и отправим караван из обычных транспортников — это обойдётся минимум в полтора раза дешевле.

— Сэкономив несколько тысяч нол, мы потеряем пять кун. Время сейчас дороже денег.

— А если к экспедиции пристроятся Камэни?

— Умножайте потребности в транспорте минимум на два — меньше нельзя, слишком маленький десант на дикую планету выгружать опасно, мало ли что — хищники, болезни, природа неизвестная… Если решитесь — роту бойцов Лерой возьмите обязательно, плюс оружие и техника в комплекте… Картографирование на них повесите, естественно, всё равно им там больше заняться нечем будет.

— Дороговато полёт обойдётся…

— А куда деваться? Потеря времени выйдет ещё дороже.

— Как разгрузитесь, сразу назад?

— Нет, немного помотаюсь по галактике, надо нанять людей.

— Может, нужна помощь? У нас много людей.

— У вас есть грамотные операторы по обслуживанию термоядерных установок? Или техники по эксплуатации заправочных комплексов на перевалочные базы? Я отлично знаю, что ни у вас, ни у нас подобных специалистов нет. Поэтому нам придётся этих людей нанимать, а вы — решайте сами, может быть, наймёте, как мы, а, может быть, станете обучать своих. Но времени мало, решать нужно быстро. Вообще-то, для нашего синдиката это непрофильные специальности. Предлагаю не заострять на этом внимание, разберёмся по ходу дела. Сейчас я прорабатываю подбор персонала по обслуживанию энергетических установок для всего анклава, в том числе и для вашей планеты. Структуру персонала перевалочной базы я уже выяснил — таких коллективов нам тоже нужно три. Не стоит также забывать, что через пять сол у нас появится мощная гелиостанция, которая будет запитывать не только три жилых планеты анклава, но и четыре звёздные крепости. А это как минимум несколько сотен работающих на ней людей. Создадим структуру с нуля, наберём и обучим сотрудников, подчиним структуру напрямую триумвирату матриархов.

— Хорошо, понял. Через пятнадцать ло три больших транспортника и один военный крейсер сопровождения для вас будут готовы, сколько кораблей будет от Камэни — станет ясно после моего разговора с Иллэри.

— Ну вот и чудненько, передавай жене привет, а я побежал — меня ещё ваш младший матриарх ждёт, с утра пыталась отловить, опять, наверное, будет на мне свои эксперименты ставить…

Где-то в резиденции клана Камэни…

— Тан Сил, глядя на ваше радостное лицо, я подозреваю, что вы принесли мне хорошие новости, касающиеся исследования феномена образца номер один?

— Да, госпожа Айлинэри. Мы, кажется, нашли причину отклонения результатов запланированных у исследуемого образца мутаций. Это — мощное ментальное воздействие на исследуемый образец во время прохождения эксперимента, вызвавшее сбои в генном программировании.

— И кто подверг объект этому воздействию?

— Он сам, госпожа матриарх. Как вы уже знаете, некоторые ментальные способности у объекта были с самого начала — вы их зафиксировали ещё в ходе вашего космического исследования. С тех пор объект значительно продвинулся в своих способностях, вероятно, с помощью секретных методик, одну из которых он называет медитацией. Используя эту методику, объект погружает сам себя в транс и в этом состоянии начинает напрямую воздействовать на свой организм. Мы зафиксировали это явление случайно — один из этапов эксперимента сильно затянулся, и объект вынужден был провести ночь в нашем научно-исследовательском институте. Перед тем, как лечь спать, объект немного времени посвятил физическим занятиям, после чего принял душ, прошёл в отведённые ему жилые помещения и погрузился в медитацию. Вживлённые в его тело датчики и контрольную аппаратуру мы не снимали — планировали сделать это утром, когда из крови образца исчезнут введённые в неё в процессе эксперимента биологически активные мутагенные вещества. Именно эти датчики и зафиксировали сбой в ходе эксперимента по очередной генной коррекции образца в процессе медитации — практически не вызывает сомнений, что, используя наличие в теле специального мутагенного препарата, путём ментального воздействия объект изменил ход мутации вместо запланированного нами на необходимый ему.

— Ошибки быть не может?

— Теоретически — может, однако то, что мутация пошла по другому пути именно во время транса, в который объект сознательно себя ввёл, не подлежит сомнению, ибо этот момент зафиксирован приборами. Скорее всего, предыдущие случаи были аналогичными — объект возвращался домой и проводил над собой ежедневные сеансы медитации, или не зная, или не придавая значения тому, что в его крови ещё присутствует мутаген.

— То есть вы утверждаете, что объект специально вмешивался в ход эксперимента, подгоняя его результаты под себя?

— Я этого не говорил, госпожа. Скорее всего, воздействие объекта было неосознанным — вроде того, как в детстве мы чего-то очень сильно хотим и закрываем глаза, в красках представляя себе желаемое и надеясь на чудо… Что как только глаза откроются — чудо свершится. И только повзрослев, мы понимаем, что чудес не бывает. Что, если наш объект в процессе медитации погружает себя в вымышленный мир, где есть что-то, в чём он абсолютно уверен? Вот эта абсолютная уверенность, подкреплённая мощным ментальным воздействием и наличием в организме объекта мутагена, и приводит к непредсказуемому результату. Точнее, непредсказуемому для нас. У объекта, скорее всего, результат именно таков, какого он бессознательно хотел.

— А раз хотел он этого результата бессознательно, то о конечной фазе эксперимента у объекта спрашивать бессмысленно?

— Совершенно верно, госпожа. Причём пока сохраняется возможность воздействия объекта на ход проведения эксперимента, говорить о каком-либо планировании конечного результата также бессмысленно.

— Исключить вмешательство объекта в ход проведения эксперимента можно?

— Только если весь эксперимент будет проходить под нашим контролем, госпожа.

— Хорошо, тан Сил, я попытаюсь договориться с нашим объектом на увеличение продолжительности его участия в наших экспериментах, хотя ничего конкретного обещать, как вы понимаете, не могу — объект мне неподконтролен.

— Буду признателен за любую помощь, госпожа…

Чуть более куна спустя Андрей стоял на вершине небольшого холма, поросшего густой, по пояс, светло-зелёной травой, под прохладным солнцем планеты Лерой. Стояла или поздняя весна, или ранняя осень — прохладное утро, заставляющее зябко поёживаться и вспоминать о тёплой каюте с горячим чаем, встречало свежим ветерком, волнами перекатывающимся по травяному полю. С одной стороны холмистая равнина упиралась в опушку густого леса, с другой заканчивалась поросшими лесом предгорьями наподобие земных альп — горы были невысокие, сплошь покрытые густой растительностью и вполне пригодные для жизни. Холм вполне был пригоден для закладки небольшого посёлка — удачное географическое положение почти в самом центре материка, широкая полноводная река менее чем в половине ши от холма, есть место и под площадку для суборбитальных челноков, и под космодром, и под учебный центр. Опять-таки — горы недалеко, есть где устроить полигон. Решено — первый городок будет заложен именно здесь, а последующие — когда метеозонды наберут приличную статистику по динамике атмосферных процессов, а разбросанные по планете сейсмодатчики снимут сейсмическую карту планеты. Не хотелось бы впоследствии страдать от тайфунов, смерчей, землетрясений и подобных прелестей…

Андрей дал команду на разгрузку, и между зависшими на околопланетной орбите транспортами начали сновать грузовые суборбитальные челноки, перевозящие людей и грузы. В скором времени десантировавшаяся на планету одной из первых десантно-штурмовая рота развернулась в боевой порядок и, окружив место разгрузки кольцом из вооружённых солдат, приступила к боевому дежурству. В отдалении, почти на линии горизонта, начали расти армейские палатки и небольшие сборно-щитовые домики — кухня, столовая, склады, баня с санузлами, узел связи и командный пункт. Разгрузка транспортных кораблей шла ещё полным ходом, а возведение военных объектов уже закончилось, рядом с командным пунктом засеребрились элементы солнечной энергостанции, закрутились лопасти ветряка, на вершине высокой мачты из ажурных металлических ферм зажглись короткие оранжевые проблески маяка, взмыли в воздух и исчезли за горизонтом десятки малых летающих дронов — сбор информации и подробное картографирование планеты началось. Военные, как всегда, отработали программу развёртывания мобильного армейского подразделения в условиях автономной работы в тылу противника на пять баллов, строго по графику — можно было даже время не засекать. Наверняка уложились досрочно — сказывались многолетние упорные тренировки. Над одним из домиков закурился лёгкий дымок — похоже, приём пищи у военных тоже будет строго по графику… Решение первыми на планету высадить военных оказалось верным — наученные постоянными тренировками, они сразу же начали обживаться на новом месте, обеспечив и себя, и гражданских необходимыми для выживания в первые дни, до момента постройки капитальных строений, удобствами.

Связавшись по мобильному коммуникатору с ротной кухней и напомнив, что обед необходимо подготовить не только на сотню бойцов, но и на пятьдесят одного гражданского — на двадцать восемь гражданских рабочих-специалистов, которые будут монтировать привезённые строения и оборудование, плюс двадцать три учёных во главе с Силланой — она всё-таки настояла на включении своего научного коллектива в эту экспедицию. В палатках наличие свободного места для их ночлега на ближайшие несколько дней также нужно будет проконтролировать — палаток было взято с запасом на всех, но у бойцов уже до автоматизма отработаны навыки обеспечения лишь самих себя, про других отцы-командиры вполне могли и забыть, несмотря на проведённый инструктаж… А вот, кстати, и сами гражданские — прибыли с очередным челноком. Растерянно и даже несколько испуганно озираются вокруг — ещё бы, дикая планета, другая галактика… Учёных вырвали из привычного уютного мирка, где их кормили, обували, одевали, то есть полностью обслуживали, требуя от них только одного — работайте, творите… Пока нежные научные кадры не ударились в панику, их необходимо поддержать, показав, что всё под контролем.

Подойдя к группе учёных, Андрей спокойно обратился к Лане, так, как будто она была не его женой, а сотрудником по совместной работе:

— Госпожа Силлана, я счастлив поздравить вас с прибытием на планету Лерой — собственность клана Лерой. Сейчас я попрошу вас проверить своих людей — все ли хорошо добрались и каково их самочувствие, и не разбегаться — через несколько нун будет организован транспорт для доставки научного коллектива в столовую для приёма пищи. После приёма пищи вам необходимо будет организовать работу по складированию и инвентаризации научного груза. Жильё для вас будет собрано в течение ближайших нескольких ло, пока же вас временно приютят военные — не волнуйтесь, никто под открытым небом ночевать не останется.

Заметив явно видимое облегчение на лицах учёных, Андрей про себя усмехнулся — ничего в этом мире не меняется: что здесь, что в другой галактике — люди везде одинаковы. Он вспомнил долгий разговор с Силланой накануне отлёта — женщина так рвалась на новое место, что в порыве энтузиазма чуть было не забыла взять с собой половину необходимого для работы научного коллектива имущества. Хорошо что Андрей был не настолько наивен и не стал доверять жене столь важную миссию по снаряжению научной экспедиции, взяв эту заботу на себя, а точнее — переложив её на нескольких грамотных хозяйственников из числа тех же сотрудников научного коллектива Силланы и службы материально-технического обеспечения научной лаборатории. Отнимая своё драгоценное время, которого и так катастрофически не хватало, на сборы научной экспедиции жены, Андрей неоднократно, пока рядом никого не было, вспоминал разными нехорошими словами матриарха Литэйлу — та не только полностью поддержала затею жены, в чём Андрей ни капли не сомневался, но и дала добро на перебазирование на новое место всего научного коллектива Силланы, вместе с оборудованием и подопытными образцами животных, что явно не добавило Андрею хорошего настроения — на перевозку целого стада подопытных животных размером с земного бизона он не рассчитывал, пришлось поступиться частью не слишком необходимого оборудования и техники. Этот груз придётся отправить вторым эшелоном или вообще дождаться начала функционирования собственной ветки до межгалактической магистрали…

Возможно, Андрей увеличил бы состав экспедиции ещё на один корабль, но в процесс сборов вмешались Камэни — они приняли предложение Андрея присоединиться к экспедиции, забрав под себя все остальные транспортные суда, способные на дальние межзвёздные прыжки. Таким образом, экспедиция состояла из одиннадцати транспортных судов — трёх судов с грузом для Лерой и восьми для Камэни — амбиции партнёров оказались значительно больше, соответственно, масштабы начала колонизации значительно обширнее, а также трёх военных эсминцев сопровождения. Андрей настоял, чтобы в сопровождение Камэни были выделены три полных роты военных. Батальон, укомплектованный военной техникой, занял трюмы сразу двух боевых кораблей. Таким грозным караваном из четырнадцати звездолётов экспедиция без приключений добралась до границ анклава, где разделилась — восемь транспортников под охраной двух эсминцев направились к планете Камэни, а три корабля вышли на орбиту планеты Лерой и сейчас активно освобождались от груза — штабеля контейнеров у подножия холма росли прямо на глазах.

Часть контейнеров уже стояла в стороне полуразобранными, и из них активно извлекалась строительная техника и сборные конструкции будущих домов. Окрестности холма постепенно обживались, обрастая маркерами, столбами, вешками, невысокими сетчатыми заборами — местность уже размечалась согласно генеральному плану застройки.

Пока Андрей обозревал кипучую деятельность, один из пассажирских флаеров был распакован и приведён в рабочее состояние, после чего, помигав габаритными огнями, поднялся в воздух и плавно опустился перед группой учёных во главе с Андреем.

Даже не дослушав до конца команды на посадку, женский учёный коллектив, едва завидев услужливо распахнувшиеся перед ними двери, весело запрыгнул во флаер, рассевшись по креслам вдоль иллюминаторов. Улыбнувшись про себя подобной детской непосредственности, Андрей спокойно поднялся на борт флаера и дал пилоту указание следовать к военному палаточному городку.

Приземлившись недалеко от большой палатки с вившимся над крышей лёгким сизыватым дымком — это действительно оказалась кухня со столовой, Андрей запустил женщин внутрь, кивнув стоящему у входа часовому — это для учёных всё происходящее воспринималось как увлекательная экскурсия, в которой после осмотра достопримечательностей их должны были покормить, а для солдата-часового это была войсковая операция на неизвестной территории, где, расслабившись и потеряв бдительность, можно не только получить нагоняй от начальства, но и лишиться жизни. Вон, и оружие — Андрей подметил — не просто висит на плече, а переведено в боевой режим и снято с предохранителя, так, чтобы в случае опасности провернуть его на ремне и открыть огонь можно было в течение одного мгновения…

Внутри столовой за расставленными ровными рядами столами обедало двадцать бойцов — два отделения. Командиры отделений, увидев Андрея, подскочили было на доклад, но Андрей жестом отправил их обратно, рассадил весело гомонящих учёных за свободные столы, и зашёл за перегородку, отделяющую кухню от столовой. Договорившись о выдаче двадцати четырёх порций, Андрей сделал себе в голове отметку на будущее — вынести ротному благодарность, так как обед для гражданских был уже готов, его даже не понадобилось разогревать. Организовав выдачу и проконтролировав, чтобы ни одна из женщин не осталась без своей порции, Андрей сел обедать вместе с учёными.

Быстро покончив с обедом — женщины, пусть и сильно проголодавшиеся, ели значительно медленнее, Андрей вышел из столовой, где его уже дожидался с докладом ротный. Похвалив офицера за хорошую организацию службы, Андрей выслушал, что рота развёрнута согласно штатному расписанию и приступила к боевому дежурству. Дроны заняты картографированием прилегающей местности, часть личного состава занята возведением укрытий и рубежа обороны вокруг лагеря, часть находится в боевом охранении, часть отдыхает, а остальные переданы в подчинение строителям и заняты на разгрузке прибывающих челноков и возведении домов.

Пока длился доклад, женщины поели и стали потихоньку выходить из столовой, оживлённо между собой о чём-то общаясь. Попросив офицера проводить гражданских до палатки, в которой они будут спать до тех пор, пока не будут построены капитальные дома, и вообще познакомить их с лагерем, чтобы впоследствии женщины не плутали в незнакомом месте и не пытались зайти туда, куда не нужно, Андрей проследил за утекающей вслед за военным и растянувшейся чуть ли не по всему лагерю неровной цепочке женщин, убедился, что никто не отстал, не свернул за другую палатку и вообще не потерялся, и медленно, полной грудью, блаженствуя, вдохнул терпкий, наполненный запахом земли и свежей травы прохладный воздух нового мира — колонизация началась…

Разгрузка трёх транспортных кораблей заняла чуть более четырёх суток — не так быстро, как хотелось бы Андрею, но значительно быстрее, чем уверяли его пессимисты-капитаны звездолётов. Наверное, они в чём-то были правы и ориентировались на собственный богатый опыт, ведь у их соседей — Камэни всё обстояло далеко не так радужно — там разгрузка кораблей не была закончена даже наполовину. Военные у Камэни, правда, показали ту же выучку, что и на планете Лерой — батальон полностью развернулся уже через несколько часов и, выставив охранение, направив на разведку дронов и осуществив ряд первоочередных мероприятий, в том числе приготовление пищи для всей оравы гражданских, связался с развёрнутой на планете Лерой ротой по подпространственной связи, на краткое время забрав себе всю энергию автономных генераторов. А вот многочисленная и достаточно слабо организованная толпа гражданских, погребённая валом различного рода техники и оборудования, грозилась провозиться на разгрузке ещё как минимум десять ло, и это по самым оптимистичным прогнозам. А ведь Андрей предупреждал — не надо брать столько много оборудования, в первые месяцы оно вообще может не понадобиться…

Убедившись, что у соседей пока всё нормально и работы идут полным ходом в соответствии с графиком, Андрей распрощался с женой, пожелав ей удачи, поговорил с офицером, напомнив, что несколько кун, до момента, пока не будут построены перевалочные базы и не заработает ветка до межгалактической транспортной магистрали, их экспедиция будет жить автономно без возможности связи с метрополией — мощности небольших мобильных подпространственных генераторов не хватит для связи на расстояние более нескольких лучей, а если бы даже хватило — на планете у людей пока не было мощных источников энергии, способных запитать энергоёмкие межгалактические гиперпространственные передатчики, обе привезённые на планету термоядерные станции будут смонтированы не ранее чем через три куна. К тому времени мощный межгалактический подпространственный передатчик на планету, скорее всего, уже доставят. Ещё раз проверив ход строительства и убедившись, что всё идёт по плану, неожиданностей не предвидится и проблем не возникает, Андрей, сев в челнок, покинул планету, и, обговорив по прибытии на крейсер предстоящий маршрут с капитаном, увёл маленький караван из трёх звездолётов в подпространство.

Маршрут каравана пролегал по самым развитым промышленным кластерам галактики — сотни миллионов освоенных планетных систем могли предоставить клану богатый выбор наёмных рабочих. Правда, Иллэри в своё время скептически отнеслась к идее Андрея нанять работников на стороне — по её объяснению, опытных профессионалов в незнакомом месте чужой галактики найти так же сложно, как песчинку на побережье океана, а искать среди отбросов общества генетически идеальных людей — ещё бессмысленнее. У Андрея как раз сейчас появилась возможность оценить, насколько тысячелетний опыт матриарха соответствует действительности.

Посещение первой же промышленной звёздной системы наглядно показало Андрею правоту слов матриарха — да, это была далеко не метрополия. Различия были настолько кардинальными, что привыкшему за десятилетия жизни в столице определённому уровню комфорта Андрею показалось, что сейчас он попал если не в каменный век, то как минимум в средневековье. Между рабочими и власть имущими в этой галактике разрыв был даже больше, чем на матушке-Земле между аборигенами Амазонки и добропорядочными гражданами Соединённых штатов. Потратив на систему более десяти дней, Андрей разочарованно увёл караван к следующей — подобрать хотя бы одного человека ему за всё это время так и не удалось. Неудача постигла его и в третьей, и в четвёртой системе — во всех было одно и то же: обнаглевшие, зажравшиеся мелкие местечковые кланы, даже не кланы, а жалкие пародии на них у власти и влачащая нищее, убогое, полуголодное существование серая неразумная масса, то ли по ошибке природы, то ли по прихоти судьбы именующаяся людьми. Самого Андрея власти боялись, перед ним лебезили — возможно, до галактики дошли слухи из метрополии про небольшой, но до зубов вооружённый и весьма агрессивный милитари-клан, а возможно, свою роль играло несколько увешанных оружием бойцов за спиной и висящий в воздухе военный челнок прикрытия, держащий постоянную связь с боевым крейсером на орбите.

В одной из таких звёздных систем, на планете, носящей жёсткое и шершавое, как наждачная бумага, название Терх, застроенной промышленными предприятиями и спальными районами-трущобами, Андрей, сопровождаемый молчаливой охраной, брёл в сгущающихся сумерках между серыми, унылыми коробками безликих жилых высоток по грязной, заваленной мусором и нечистотами улице спального района для бедноты, внимательно смотря под ноги, чтобы не наступить на снующих тут и там грызунов-падальщиков или не вляпаться в какую-нибудь кучку отходов человеческой жизнедеятельности. Над головой иногда пролетали серые тени, оглашая окрестности громким пронзительным писком — местная разновидность то ли птиц, то ли летучих мышей. Вдруг воздух пронзил ещё один пронзительный крик. Андрей поначалу не обратил на него внимания, посчитав очередной местной летающей пакостью, но затем крик повторился, и к нему примешались звуки человеческой речи — стало ясно, что кричит человек, причём голос явно женский. Андрей прибавил шагу — несмотря на то, что ввязываться в местные разборки он явно не планировал, без причины женщина так кричать бы не стала.

Завернув за угол, Андрей обнаружил лежащее на мостовой скрюченное небольшое человеческое тело без признаков жизни и несколько вполне живых представителей рода людей — четырёх мужчин и одну женщину, вернее даже сказать — девочку, так как на вид ей было никак не более двенадцати-тринадцати лет. Похоже, кричала именно она, но сейчас, распятая на земле и удерживаемая четырьмя здоровыми мужиками, она могла только мычать и беспомощно извиваться — рот её был заткнут какой-то грязной тряпкой. В действиях мужчин не было ничего непонятного — им явно понадобилась женщина для удовлетворения естественных мужских потребностей, но, так как эта самая женщина, похоже, добровольно удовлетворять их отказалась, герои-любовники решили взять потребное сами, воспользовавшись правом сильного. Дело двигалось к логичному финалу — вся одежда ниже пояса на девушке уже отсутствовала, выставляя на всеобщее обозрение длинные худые подростковые ноги с тёмным треугольничком волос между ними, а всё, что выше пояса, было задрано почти до шеи, обнажая маленькие недоразвитые груди. Похоже, если пленнице и удалось некоторое время побыть девушкой, то этот период её жизни грозил закончиться в ближайшее время. Скорее всего, изнасилования в городе были обычным явлением — редкие встречающиеся им до этого прохожие, при виде нескольких до зубов вооружённых людей испуганно жавшиеся к стенам и прятавшиеся по подворотням, были преимущественно мужского пола. И сейчас Андрей совсем уж было намеревался пройти стороной, но заметившая его девушка ещё сильнее забилась в крепких мужских руках, умоляюще глядя на Андрея и издавая приглушённые всхлипы из-под забившей рот грязной тряпки, вынудив Андрея вмешаться. Посмотрев на творившееся чуть ли не у самых его ног непотребство, Андрей спокойным голосом произнёс:

— Так, герои-любовники, а ну-ка отпустили женщину, весело подскочили и очень быстро убежали, покуда я добрый…

То, что Андрей услышал в ответ, заставило бы покраснеть привыкшего к трёхэтажному мату слесаря дядю Васю из соседского подъезда ещё из земной Андреевой жизни. Отвыкнув за годы жизни в империи от столь неприкрытого хамства, Андрей вначале даже потерял дар речи, но потом, опомнившись, коротко взмахнул ладонью левой руки, вытянутыми пальцами указав на удерживающих девушку мужчин и произнёс всего одно короткое слово:

— Убить!

Последовавшие за этим короткие разряды плазмомётов заставили четыре тела разлететься по улице кровавыми ошмётками, залив кровью мостовую и яркими брызгами испортив новый деловой костюм Андрея. Спасённая девушка скорчилась тут же, на мостовой — её залитое с ног до головы кровью и заляпанное кусками парящего в прохладном вечернем воздухе окровавленного мяса тело содрогалось в рвотных спазмах — девушка едва успела дрожащими руками вырвать изо рта кляп и сейчас усиленно освобождалась от недопереваренных остатков обеда. Не желая прерывать столь важного процесса, Андрей дождался, пока спазмы у спасённой девушки если не прекратятся, то хотя бы станут значительно реже, и спросил у неё:

— Оклемалась? Сама идти сможешь?

Дождавшись утвердительного кивка — говорить, похоже, девушка ещё не могла, Андрей помог ей подняться, и, посмотрев, как она стыдливо спускает с шеи на грудь остатки разорванной одежды, доходящие ей в лучшем случае до пояса, снял с себя китель и надел его на девушку — тот закрыл её до колен, даже чуть ниже. Рукава, правда, болтались, похоронив в своих недрах тощие девичьи руки, но Андрей, самостоятельно застегнув пуговицы, посчитал, что на первое время одежды для девушки достаточно — не замёрзнет, даже несмотря на опускающуюся на город ночную зябкую прохладу. Взяв у одного из бойцов охраны фляжку, отмыв девушке лицо и дав прополоскать рот, Андрей посчитал минимальную задачу по спасению девичьей чести выполненной — это, конечно же, если ещё есть, что спасать… Видя, что девушка уже несколько успокоилась и может достаточно адекватно реагировать на происходящее в округе, Андрей продолжил свои вопросы:

— Далеко живёшь? Сама дойти до дома сможешь? Отец, мать где?

— Нет у меня дома… И отца тоже нет… А мать меня продала вот этим, — девушка указала на разбросанные вокруг куски мяса, — ей есть нечего, и братика с сестрёнкой нечем кормить…

— А у вас в семье что, никто не работает?

— Отец работал, но он погиб. А старший брат в местную банду ушёл, стал таким же, как они, — девушка опять показала на остатки погибших, — а маму никто на работу не принимает, с маленькими детьми. У нас вообще тяжело с работой…

Видя, что окружившие её вооружённые люди внимательно слушают и вроде не предпринимают никаких враждебных действий, девушка вдруг отчаянно затараторила:

— Дяденьки, а возьмите меня с собой! Я работать могу, я много чего могу делать, меня мама научила! А домой мне нельзя — меня в банду продали, теперь я их собственность. Они как узнают, что вы четверых их бойцов убили, меня всей бандой пользовать будут, пока не помру под ними. Они не люди — звери. Зачем было меня спасать, если потом всё равно умру? Возьмите с собой, пожалуйста!

Поддавшись минутному порыву и уже понимая, что, возможно, в будущем пожалеет о принятом сейчас под давлением эмоций решении, Андрей сказал:

— Иди за нами. Не отставай, ждать тебя никто не будет…

Уже на борту военного крейсера, вращающегося на удалённой от планеты орбите, Андрей пригласил к себе для беседы умытую, одетую, накормленную и отдохнувшую девушку в свой кабинет:

— Здравствуй, давай знакомиться. Меня зовут тан Рур.

— Ой, что, ты клановый? Настоящий? А как зовётся твой клан?

— Моё полное имя — Рур Лерой. Но на мой вопрос ты не ответила, что крайне невежливо с твоей стороны. Итак, я жду.

— Простите, господин тан Рур Лерой… Меня зовут Шисса…

— Просто Шисса?

— Просто Шисса, господин.

— Расскажи о себе, Шисса.

— Мне двенадцать лет, господин. Отец у меня погиб, я живу с матерью, братиком и сестрёнкой. Был ещё старший брат, но он ушёл в банду и с нами больше не живёт.

— Ты работаешь?

— Я помогаю матери — выношу мусор, убираю, мою полы. За это меня иногда кормят.

— Мать, значит, тоже уборщица?

— Нет, на работу уборщицы её не берут — у нас нет денег на вступительный взнос. За постоянную работу надо платить. Мама выполняет различную разовую работу — всё, что удастся найти. Иногда она продаёт себя мужчинам, и у нас появляется немного денег, чтобы купить еду, вот только мужчины обычно, получив желаемое, предпочитают не платить — в такие моменты мама бывает счастлива, что её хотя бы не побили, однако так бывает не всегда.

— Значит, специальностью ты, как и твоя мать, не владеешь… Скажи, а школу ты закончила?

— Господин, у нас нет школы… Никто из тех, кого я знаю, не ходил в школу. Всё, что нужно, нам объясняют на месте, когда удастся найти работу.

— А те, кто работает на заводах?

— Всё, что нужно, им объясняют на заводе. Но я слышала, что там тоже нет никаких школ — рабочим говорят, что им делать, и они это делают, большого ума это не требует. Там, где нужно сделать что-то сложное — везде работают машины, которые обслуживают специальные люди, нас туда не допускают.

— Зарабатывают на заводе много?

— Много! Хватает не только купить еду, но и снять отдельную небольшую комнатку в ночлежке.

— А если уговорить их уйти с завода?

— Не получится — каждый, устроившийся на работу, будет держаться за своё рабочее место, даже если работает только за еду. Иначе умрёт с голода.

— Так что, даже работа за еду у вас так высоко ценится?

— Работа, которой хватает на еду — это очень хорошая работа, господин. Не все, работающие на заводе, способны заработать столько, чтобы питаться каждый день, не говоря уже об отдельном жилье. А если нет своего жилья — тогда приходится идти на поклон к одной из местных банд. Они предоставят койку в углу общего барака, но за это ты будешь вынужден отдавать им часть своего заработка.

— А ты откуда это знаешь?

— Отец мой работал на заводе, господин. Долго работал, пока там не произошёл несчастный случай. Начальник сказал, что отец сам виноват, но я ему не верю — до отца на том же месте тоже погиб рабочий. И до него тоже погиб… Этот завод — опасное место, но мой отец думал, что он будет очень осторожным и не погибнет. Сейчас на его месте работает человек из нашего дома, но и он погибнет — на заводе часто погибают…

— А сколько всего на заводе работает людей?

— Господин, я плохо умею считать — до ста меня отец научил, а дальше не было необходимости.

— Объясни, как умеешь.

— Ну, значительно больше ста… Может быть, сто раз по сто, а может — больше.

— Понятно… Тысяч десять… С кем-нибудь из них можешь устроить встречу?

— Могу показать, где они живут, но только если меня не будут видеть — сейчас меня ищут, как бы не пострадали моя мама и братик с сестрёнкой…

— А почему ты о ней так волнуешься? Она же тебя продала.

— У неё не было выхода, господин — мои мама и братик с сестрёнкой уже давно ничего не ели, и сроки оплаты за комнату давно прошли, их могли выкинуть на улицу. А на улице мужчины маме ничего не заплатят…

— Завтра полетим на планету, покажешь. За себя не волнуйся — никто тебя не тронет, пока ты под моей защитой. Защиту твоей матери обещать не могу — у меня не так уж много людей, но если у неё есть отдельное жильё — могу поставить охрану из своих бойцов.

— Господин, снимать отдельное жильё могут позволить себе только те, кто работает на заводе или состоит в одной из банд — у остальных на это просто нет денег. Но если вы возьмёте моих на корабль, то они тоже смогут работать. Правда, сестрёнка пока маленькая, но её можно пока обучить делать что-то не слишком сложное — например, мыть полы или посуду, выносить мусор… А стирать могу я — я уже большая.

— А ухаживать за животными согласна? Носить им воду и еду, мыть их, убирать за ними навоз…

— Господин, я на всё согласна! Только я не умею, меня кто-нибудь сможет научить?

— Это как раз не проблема, тут научиться несложно, главное, животных любить.

— Я люблю животных! Они людей не обижают. А можно и братик с сестрёнкой тоже будут за животными ухаживать? Они тоже животных любят, будут ухаживать, как вы скажете. Только кормить иногда нужно…

— Животных нужно кормить не иногда, а регулярно, в строго отведённое время!

— Я не про животных, я про братика с сестрёнкой…

— Иногда, говоришь, братика с сестрёнкой кормить…

— Ну да, им же тоже надо кушать.

Чувствуя, что ещё немного, и он сорвётся кормить всё голодное население планеты, Андрей поспешил сменить тему:

— Скажи, Шисса, а много у вас в городе таких, как ты — достаточно взрослых, чтобы выполнять тяжёлую работу, но не работающих на заводе и перебивающихся случайными заработками?

— Да почти все, господин. На заводе работает очень мало людей, большинство или сбиваются в банды, или ищут хоть какую-то возможность заработать.

Чувствуя, что, кажется, он нащупал золотое дно, Андрей поспешил уточнить:

— Шисса, а многих мальчиков твоего возраста или чуть постарше, которые ещё не вступили в банду, но не работающих на заводе и согласных на работу в другом месте, ты знаешь?

— Господин, а вы можете дать им работу? А почему только мальчикам? Я знаю многих девочек, которые тоже хотели бы устроиться на работу.

— Так, Шисса, давай я тебе объясню подробнее. У меня есть несколько предприятий, на которые нужны рабочие руки. Скажи, какие минимальные условия я должен предложить людям, чтобы они без раздумий согласились на меня работать? Сразу говорю — работа тяжёлая, придётся работать весь ло с утра и до вечера, возможно, что и по ночам, выходных в первое время, скорее всего, тоже не будет.

— Если вы пообещаете кормить их каждый ло — согласятся практически все. А если вы выделите каждому койку в бараке — люди будут умолять вас взять их на работу.

— Да, девочка, я и не предполагал, что в империи так всё запущено… Скажи, а если я пообещаю кормить людей три раза в ло — утром, днём и вечером, и у каждого будет отдельная комната в общем доме?

— Господин, на этих условиях люди продадут вам свои души — я не знаю никого, кто бы, имея высокооплачиваемую работу на заводе, мог бы позволить себе снимать отдельную комнату и есть три раза в ло.

— А если я скажу, что самых лучших смогу принять в клан?

— Этой шутке никто не поверит — с тем же успехом вы можете предложить людям стать императором или его наместником в нашей галактике. Даже к предложению занять место стражника в местной полиции народ прислушается с большим доверием.

— А если я скажу, что это не шутка?

— Господин, вам всё равно никто не поверит. В клан может принять только матриарх — за особые заслуги, и заслуги эти должны быть столь велики, что я даже не могу представить их размеров. Клановые — это люди из другого мира. Они живут вечно. Никакие богатства не заставят клановые медицинские центры омолодить некланового, поэтому за вступление в клан наши боссы готовы отдать всё, что у них есть. Я как-то слышала, что хозяин нашего завода хотел подарить какому-то клану одно из своих предприятий только за то, что его приняли бы в клан. Ему не только отказали, но ещё и посмеялись, и он ничего не смог сделать. Так что, господин, вам никто не поверит просто потому, что это невозмож… Господин? Вы действительно можете принять в клан? Вы кто, господин?!

— Шисса, успокойся. Я действительно наделён полномочиями принимать в клан новых людей, но теперь и сам вижу, что про это право лучше никому не говорить. К тому же твои сведения не совсем верны — клановые живут долго, но вовсе не вечно. Так, одна из моих знакомых матриархов прожила чуть более двух тысяч сол, что, конечно же, много, но с вечностью имеет крайне мало общего. Император вообще в несколько раз моложе…

— Господин, каждый дополнительно прожитый сол люди согласны купить за любые деньги, а вы называете цифры, о каких я даже не слышала…

— Шисса, не перебивай, многие клановые за подобный проступок могут и убить…

— Простите, господин, я не знала, я больше никогда не буду, простите…

— А, ладно, горбатого могила исправит, со мной говори, как хочешь, а при других лучше молчи — целее будешь. Так вот, основное условие для вступления в клан — хорошая кровь. Или безупречная наследственность, если тебе это хоть о чём-то говорит. То есть принимая на работу, я буду брать у кандидатов образцы их тканей для исследования генома.

— А это не больно, господин?

— Нет, достаточно немного уколоть палец. Хочешь попробовать?

— Конечно хочу, господин!

Андрей встал, достал из шкафчика портативный прибор-анализатор, включил питание, протестировав его работоспособность, затем взял левую руку девушки, развернув ладонью вверх, и, протерев один из пальцев спиртом из маленького пузырька, нанёс небольшой укол. В месте укола выступила красная бусинка крови, которую девушка быстро слизала языком, а экран анализатора ожил, засветившись сине-зелёным светом, дрожащим от постоянно всплывающей на него графической и текстовой информации. Через некоторое время анализ закончился, и Андрей про себя пробормотал:

— Шестьсот восемьдесят четыре балла… В принципе, неплохо…

— Господин, что показал прибор? Я подхожу?

— Как тебе сказать… Вообще-то результаты неплохие, ты здорова и теоретически имеешь возможность прожить долгую жизнь. Серьёзных генетических аномалий, препятствующих воспроизводству, не выявлено.

— А в клан? В клан я подхожу?

— К сожалению, нет. Это слишком низкий показатель для клана. В клане он значительно превышает эту цифру и почти приближается к идеалу. Максимальным считается показатель в тысячу единиц, средний по клану — около девятисот пятидесяти. Если эта цифра менее девятисот, такому клановому не рекомендуют заводить потомство. С показателем ниже восьмисот пятидесяти в клан обычно не принимают, чтобы не ухудшить наследственность клана.

— Господин, а вам так важно набрать рабочих с хорошей наследственностью?

— Да, Шисса, важно. Самым старательным и добросовестным я действительно хочу дать шанс вступить в клан — некоторая струя свежей крови никогда не помешает.

— Господин, но ведь можно проверить большое количество людей — из них наверняка хоть кто-нибудь, да будет удовлетворять вашим условиям. А основную причину не называть, придумав что-нибудь более-менее правдоподобное. Вот как-то нужна была какому-то начальнику новая почка — так у нас у всех взяли пробы крови и ещё чего-то, выявляли, чья почка лучше всего подойдёт.

— И что, счастливый владелец самой подходящей почки так просто с ней расстался?

— А кто его спрашивал? Пришли бойцы из банды, и человек сам написал, что от него потребовали. Он даже денег за свою почку не видел — всё забрала банда. А вы, например, можете сказать, что кому-то потребовался редкий вид крови, и никаких органов отдавать не надо. А потом уже, когда вы вывезете их с планеты, можете предлагать работу. Впрочем, если всё, что вы мне рассказали про условия работы, правда — вам даже не придётся никого упрашивать, на вас будут молиться, как на самого создателя. И даже ещё больше — создатель в милости своей подарил нам жизнь, но про то, что живому человеку ещё нужно что-то есть, благополучно забыл…

Следующие несколько дней у Андрея прошли в напряжённой работе — через прибор-анализатор проходили тысячи кандидатов различного пола и возраста. Сначала Андрей хотел отобрать только молодых мужчин лет двадцати-двадцати пяти, не старше, но потом бросил эту идею как бесперспективную — за несколько дней среди взрослых людей не нашлось ни одного человека с коэффициентом генома хотя бы приближающимся к восьмистам. Зато среди детей этот показатель был значительно выше — примерно каждый тысячный получал заветную цифру восемьсот плюс и счастливый билет на звездолёт. Было даже несколько детей с коэффициентом свыше восемьсот пятидесяти, а одна девочка получила даже восемьсот семьдесят два балла… Если бы не предварительный разговор с матриархом, Андрей не смог бы отобрать ни одного человека — заветной цифры в девятьсот баллов, похоже, не имел ни один человек на этой планете. Счастливые единичные исключения, похоже, имели среди своих родственников кого-то из клановых — проституция на планете была широко распространённым способом получения заработка.

Отбирая по десять-двадцать человек в день, Андрей сумел протестировать всех желающих в ближайших городах за пару с небольшим недель. Улов в триста восемьдесят одного человека, ни один из которых не был старше пятнадцати лет, причём почти три четверти из них составляли девочки — не то, на что Андрей рассчитывал… Отбор явно грозился затянуться надолго. Впрочем, городов на планете было ещё много, и Андрей начал скрупулёзно просеивать их рабочие кварталы один за одним, отправляя прошедших отбор на транспортные корабли. Такая бурная деятельность неизвестных людей не могла пройти мимо внимания хозяев планеты, и на Андрея попытались наехать в стиле лихих российских девяностых… Однако просчитались. Мутные предложения непонятных лиц были с ходу отвергнуты Андреем, а сами лица — посланы далеко и надолго. Попытки физического наезда встретили решительный отпор — бойцы Андрея отлично умели махать кулаками. На некоторое время от людей Андрея отстали, и он подумал, что инцидент исчерпан, но это было ошибкой — о нём просто собирали сведения, отслеживая все его перемещения.

Первый тревожный звонок прозвучал, когда на связь не вышло двое его бойцов, отправившихся на встречу с желающими сдать кровь. Поиск по радиометкам привёл его в местное полицейское управление — его люди явно были там. Попытавшись узнать, в чём дело, Андрей едва не попал под перекрёстный огонь полицейских — по нему открыли стрельбу, даже не соизволив поговорить. Разъярённый Андрей вызвал со звездолёта подкрепление, и взвод его бойцов при поддержке трёх боевых десантных челноков сравнял полицейское отделение с землёй, отправив всех полицейских на встречу с создателем. К сожалению, спасти своих людей Андрею не удалось — их нашли в подвалах управления мёртвыми, со следами пыток. Понимая, что полицейские явно действовали не сами, а по указанию свыше, Андрей был вынужден опять связываться со звездолётом, чтобы ему прислали грамотных специалистов, способных взломать полицейский искин.

Специалисты прибыли с ещё одним взводом подкрепления, оставив в глубоком космосе всего один взвод — оставлять без защиты транспорты с незнакомыми людьми было нельзя. Ночь ушла на взлом и выгрузку информации, но уже к утру картина была в целом ясна — местный босс, стригущий шерсть со вверенной ему планеты, зажравшийся и обнаглевший от безнаказанности, решил заставить прибывших на его планету неизвестных людей поделиться. То ли Андрей был слишком вежлив, то ли информация об обретающемся на орбите военном крейсере, способном стереть всю планету в порошок, до чиновника не дошла, то ли, ошалев от вседозволенности, местный царёк, являющийся по совместительству официальным имперским управляющим, не придал этому факту значения, но в полицию был отдан приказ — захватить чужаков и выпытать у них всю информацию, после чего убить.

Скинув все полученные сведения в свою базу данных, чтобы по прилёте на Окану передать их в имперскую службу безопасности, Андрей разработал план захвата дворца управляющего, который успешно реализовал в молниеносные сроки — костоломы царька даже не успели поднять тревоги. Сам управляющий, будучи сонным вытащенный за яйца из тёплой постели, валялся в ногах и, плача, причитал, что он случайно ошибся и вовсе не хотел убивать людей такого уважаемого господина. Записав на видео чистосердечное признание чиновника в отданных им приказах по убийству своих людей, а заодно и признания во взятках и присвоении государственного имущества, а также в массе других противоправных действий, Андрей милосердно пристрелил валяющееся у него в ногах, скулящее и обмочившееся жалкое подобие человека, после чего почти полчаса общался с искином чиновника на предмет наличия в канцелярии планеты подходящего управленца. Понимая, что нормальных людей в этом заведении не может быть по определению, Андрей отобрал какую-то женщину, являющуюся вторым помощником отдела по расчёту налогов — именно её фамилия стояла на большинстве отчётных налоговых документов, что уже говорило как минимум о том, что женщина была в курсе экономической ситуации на планете. Связавшись по искину с начальником ближайшего полицейского управления, Андрей сообщил, что предыдущий имперский управляющий оказался преступником и казнокрадом, поэтому до выбора нового управляющего он взял власть в свои руки, после чего потребовал в срочном порядке доставить в бывшую резиденцию управляющего необходимую ему женщину.

Не прошло и получаса, как в дверь кабинета управляющего, в котором за удобным широким креслом вольготно устроился Андрей, робко постучали и попросили войти. После того, как это разрешение было предоставлено, дверь слегка приоткрылась, и в образовавшуюся щель тихо просочилась испуганная женщина средних лет, невзрачного вида, одетая в какую-то серую мешкообразную робу, с коротко обрезанными прилизанными волосами — ну вылитая канцелярская серая мышка. Её испуганный лепет полностью соответствовал жалкому внешнему виду:

— Господин, мне передали, что вы желали меня видеть, господин…

— Желал. Как тебя зовут?

— Гана, господин.

— Просто Гана?

— Да, господин, у нас в департаменте нет клановых.

— Департаменте, говоришь? Слишком громко сказано… Меня зовут тан Рур Лерой, но можешь продолжать обращаться как и раньше, мне всё равно. Твой начальник оказался убийцей и казнокрадом, поэтому сейчас место управляющего этой заштатной планеткой свободно. Ты владеешь информацией по имперским правилам управления планетой?

— Да, господин, в последнее время именно я вела всю документацию и занималась расчётом имперских налогов.

— Мне известно, что предыдущий управляющий занимался махинациями с налогами, в результате чего империя недосчиталась солидной суммы. Тебе что-нибудь известно об этом?

— Да, господин. Мой начальник действительно воровал, но я ничего не могла сделать — мне приказывали, я была вынуждена подчиняться.

— То есть о количестве уворованного и куда всё это делось — ты отлично осведомлена?

— В большей части, господин. Некоторые операции управляющий проводил лично, о них неизвестно никому, кроме него.

— Тогда поступим следующим образом. Я передаю все материалы о налоговых махинациях, проводимых твоим бывшим начальником, в имперскую службу безопасности — расследование хищений будут проводить они. Ты же принимай дела — до момента окончания расследования и назначения нового управляющего отвечать за налоги будешь лично. Настоятельно также рекомендую заново пересчитать налоги и вернуть в казну недостачу, изыскав для этого средства. Имущество казнокрада продать, вырученные средства перечислить в имперскую казну. Организуйте аукционы, за бесценок продавать не стоит, иначе оставшиеся деньги ваша канцелярия будет платить из своего кармана, и не факт, что у вас хватит на это средств. Государственные службы на этой планете я предупрежу, так что неожиданностью занимаемая тобой должность для них не будет. Если за время нахождения на этом посту покажешь себя с хорошей стороны — есть реальная вероятность, что на этом же посту и останешься. Слишком большого рвения, впрочем, проявлять тоже не советую — действуй строго в рамках имперского законодательства, беззакония на вашей планете и так более чем достаточно. Задача понятна? Ну раз понятна — то не уходи, проходи к столу и садись, теперь и это кресло, и этот стол надолго займут твоё внимание…

И, встав с кресла, Андрей быстрым шагом покинул резиденцию управляющего, по пути созваниваясь с полицией, администрацией, другими государственными службами — будучи оповещёнными, Андрей надеялся, что местечковые чиновники не будут чинить особо сильных препятствий госпоже Гане — новому временному имперскому управляющему, а там, глядишь, и проверка из метрополии нагрянет…

Прошли ещё одни сутки, а план по набору будущих рабочих был ещё очень и очень далёк от завершения — Андрей планировал нанять как минимум несколько тысяч, и менее четырёхсот набранных им человек составляли в лучшем случае десятую часть потребности. Впереди были месяцы упорного труда по просеиванию рабочего дна убогой планетки в надежде найти на дне выгребной ямы несколько если не бриллиантов, то хотя бы жемчужин…

Минуло почти два месяца, пока Андрей не решил покинуть выбранную им планету, увозя с неё чуть более четырёх тысяч детей и подростков — тех, кто с радостью был согласен работать за еду и кров чуть ли не круглые сутки. Самому младшему из детей было чуть более девяти лет, а самому старшему едва исполнилось пятнадцать — отравленная промышленными выбросами атмосфера планеты начинала убивать своих жителей с рождения, ядовитая синтетическая пища вызывала в неокрепших детских организмах различные отклонения и мутации, постепенно накапливающиеся и непоправимо разрушающие человеческий геном. Так что Андрею ещё повезло — чтобы найти своих работников, забивших, как сельди в бочке, наспех приспособленные для перевозки людей трюмы трёх транспортных кораблей, понадобилось перетряхнуть более десяти миллионов человек, подключив к поискам всю команду звездолёта, включая собственных охранников. Работа по отсеву кандидатов продолжалась круглыми сутками, и Андрей уже начинал опасаться, что подобной нагрузки не выдержат диагностические приборы, однако всё обошлось как нельзя лучше. К тому же, попав на корабли и узнав, что никто кровь забирать не собирается, а всем будет предложена работа, дети находились в приподнятом настроении, тем более что всех обеспечили трёхразовым питанием и спальным местом — матрасом, подушкой и одеялом. Мальчиков и девочек пришлось разделить — в первые дни возникло несколько конфликтов на половой почве, что было неудивительно, если не забывать, откуда они родом. Виновные — а это было несколько крепких парней из первой партии, были строго предупреждены, что ещё один подобный случай — и они отправятся обратно, после чего дебоширы стали тише воды и ниже травы, однако конфликты легче предупреждать, чем потом успешно разрешать. Вот так и получилось, что примерно тысяча мальчишек и юношей летела в одном корабле, а три с лишним тысячи девочек и девушек — в двух других. Исключение составлял малолетний братик Шиссы — девушка всё же уговорила Андрея забрать с планеты своих братика и сестрёнку. Сестрёнка, кстати, почти прошла по баллам — коэффициент генома у неё почти равнялся восьмистам. Мальчик не дотянул и до семисот, но это было всё равно больше, чем у самой Шиссы. Возможно, столь большую разницу в качестве генетического материала матери предоставили разные отцы — чем зарабатывала на жизнь мать Шиссы, Андрей знал со слов самой девушки.

Направляясь в столицу метрополии, ведомый Андреем маленький караван из трёх звездолётов пролетал недалеко от анклава, и у Андрея даже появилось желание сделать небольшой крюк и совершить там посадку — проведать колонистов и узнать, как у них обстоят дела, однако задушил в себе подобное желание и не стал менять намеченный курс. Ещё месяц с небольшим, и звездолёты вернулись домой, вынырнув из глубокого космоса в окрестностях Оканийского космопорта. Вот и чужую планету в далёкой галактике Андрей стал не только называть, но и подсознательно воспринимать своим домом, проведя на Окане фактически ещё одну жизнь. Возможно, совсем скоро, лет через двадцать, а может быть, и ещё быстрее, у него появится ещё один дом, за строительство которого он столь рьяно принялся…

Строительство анклава продолжалось уже более четырёх месяцев и шло полным ходом — менее чем через месяц должны были заработать три перевалочные базы, соединив анклав с межгалактической магистралью. Две базы были уже практически построены, и на первую из них даже начались поставки топлива, правда, пока только для своих кораблей — его приходилось везти из соседней галактики, где оно было почти в полтора раза дешевле. Четыре громадных, но тихоходных транспортника забили склады базы почти на треть, обеспечив топливом тысячи потенциальных клиентов. Разгрузившись, транспортники под охраной военного крейсера Камэни легли на обратный курс, чтобы через три с небольшим месяца доставить на базы ещё одну партию топлива — этих двух партий должно было хватить минимум на несколько лет. Через месяц по построенной ветке пойдут потоки грузов, и в первую очередь для строительства объектов, которые курировал господин Тумиоши — космопорта около планеты Лерой, мощной гелиостанции около одноимённой звезды и учебного центра по подготовке имперских солдат и пилотов. Примерно полгода напряжённой работы, массы потраченных нервов и бессчётного количества бессонных ночей — и самые важные после телепорта объекты будут построены. Андрей уже наведывался с дружеским визитом в департамент промышленности и строительства и получил от тана Тьяни Тумиоши заверения, что производство необходимого оборудования идёт строго по графику и от синдиката требуется только бесперебойно функционирующая ветка космической магистрали — всё остальное сделают имперские строители. Ещё примерно год потребуется на строительство завода по производству топливных элементов, который для анклава изготавливает клан Тарома. Примерно через два с половиной — три года в звёздной системе Лерой заработает завод по производству малых внутрипланетных и средних межзвёздных порталов — без простых и надёжных средств доставки грузов планета не сможет быстро развиваться. Самый сложный и самый дорогостоящий проект — межгалактический портал, — будет построен лишь через пять лет, и эта дата станет началом крупномасштабной колонизации планет анклава.

Такие мысли крутились в голове Андрея, пока он стоял перед неровным строем из нескольких тысяч одетых в одинаковую серо-зелёную защитную униформу мальчишек и девчонок — кланового пополнения, которое Андрей недавно привёз на Окану. За несколько дней после прилёта детей и подростков отмыли, одели, привили, постригли и причесали — короче, сделали всё возможное, чтобы неорганизованная толпа нищих оборванцев, едва успевших хоть немного отъесться за недолгий период перелёта, стала похожей на приличных людей. Убедившись, что все внимательно на него смотрят, Андрей неторопливо начал свою речь:

— Вы сейчас находитесь на Окане, планете-столице Оканийской империи, в клановых землях Лерой. Находитесь здесь вы все потому, что вам выпал уникальный шанс быть принятыми на работу в один из достаточно известных в империи кланов. Однако не считайте, что это будет так легко — этот шанс ещё необходимо заслужить. Клану не нужны лентяи и уголовники, люди, не желающие работать и не уважающие законы, как имперские, так и клановые. Каждый, кто будет уличён в нарушении законов, будет отправлен обратно на родину. Те же, кто будет принят на работу, получат от клана крышу над головой, одежду и трёхразовое питание — не хуже того, что вы ели на пути сюда. Вам также будет гарантирован необходимый минимум медицинского обслуживания — достаточный для поддержания вашего здоровья. От вас требуется только одно — хорошо работать и чётко и беспрекословно выполнять приказы вашего начальства. В начале, до момента принятия на работу, все вы пройдёте курс молодого бойца, который в обязательном порядке проходят все клановые, стремящиеся к карьере военных. Не надо думать, что это что-то особенное — любой клановый с лёгкостью проходит подобный курс. Для кого-то он, возможно, покажется слишком тяжёлым — такие люди всегда смогут отказаться, их никто не будет заставлять, а просто вернут обратно домой, на вашу планету. Я знаю — в том месте, откуда вы все родом, каждый выживал как мог, каждый стоял только сам за себя. В клане это неприемлемо. Если вы видите, что ваш сосед не справляется — помогите ему, даже если вам самим тяжело. Чувство братства и чувство взаимовыручки, как и чувство преданности клану и готовность отдать за клан свою жизнь — самые ценимые в клане качества. Запомните эти мои слова — в будущем они вам сильно пригодятся. А сейчас вас разобьют на небольшие группы отцы-командиры и на ближайшие несколько кун они для вас будут теми, кого вы должны будете слушаться беспрекословно. Если, конечно, хотите остаться работать в клане. Успехов всем вам. И запомните — сильный всего добивается сам, а слабому не поможет стать сильным никто, кроме него самого. Будьте сильными, преданными клану душой и телом — и тогда сбудется всё, о чём вы мечтали…

Прибытие на Окану Андрея с четырьмя тысячами мальчишек и девчонок вызвало в клане целую бурю споров, нашлись как сторонники, так и противники принятого Андреем решения. В конце концов руководство пришло к мнению, что приспособить к работе детей всё же можно — многим из них было уже по тринадцать-четырнадцать лет, но перед началом обучения детей желательно прогнать через армейский полигон — посмотреть, что же из себя они представляют. Так для новобранцев из другой галактики был введён курс молодого бойца, который, по предварительным оценкам, должен был продлиться не менее трёх месяцев, а в идеале — до года. Постепенно самых подготовленных можно будет забирать на обучение — нехватка рабочих рук, особенно неквалифицированного обслуживающего персонала, в анклаве ощущалась уже сейчас, а в будущем грозила стать серьёзной проблемой. Именно с такими мыслями Андрей явился к Литэйле на совещание…

— Госпожа матриарх…

— Садись, Рур, и давай без церемоний, мы одни.

— Хорошо, как скажете. Итак, что вас так сильно взволновало?

— Да вот хотела бы услышать из первых уст — зачем вы привезли сюда этот детский сад?

— Половина сверстников этого детского сада уже работает — люди на окраине взрослеют значительно быстрее.

— Так они же ничего не умеют! Ни читать, ни считать… Хорошо, что хоть разговаривают.

— В этом есть и положительные моменты — не придётся переучивать. Научим тому, что нужно.

— И сколько вы собираетесь их учить?

— Как вы думаете, сколько времени нужно потратить, чтобы обучить никогда не видящего животных человека, как пользоваться лопатой для уборки навоза? Знаете, я вас несколько разочарую — подавляющее большинство этих неграмотных мальчишек и девчонок освоит эту премудрость максимум за пару нун! А умение мыть полы в них заложено, кажется, с самого рождения!

— Полы у нас чистят не люди, а дроны. Впрочем, как и стены, и мебель. Мыть полы — каменный век. Люди же нам нужны не только для уборки навоза! А тяжёлую работу детям доверять пока нельзя — им ещё расти и расти.

— И тут вы будете опять сильно удивлены — многие из этих мальчишек и девчонок уже давно занимаются подобным трудом, причём физически тяжёлой работы, насколько я в курсе, у нас будет не так много. Нам нужны разнорабочие на животноводческий комплекс и обслуживающий персонал в столовые, гостиницы и другие объекты соцкультбыта на планете, в космопорту и на перевалочных базах. Почти половина привезённых мною детей может выполнять эту работу уже сейчас, причём после недолгого, не более нескольких ло, обучения, эти дети будут работать не хуже, чем наёмные оканийские работники. Среди этих детей находится одна девушка, Шисса, которая полжизни зарабатывает себе на жизнь мытьём полов, уборкой мусора и другими подобными непрестижными работами. Ей тринадцать лет. Можете представить, с какого возраста она начала работать? У неё есть младшие братик и сестрёнка, и они тоже хоть сейчас готовы работать. Я практически уверен, что более прилежных и работоспособных работников мы не найдём. Физически тяжёлых работ, как я говорил, у нас совсем немного, для качественного выполнения остальных работ достаточно трудолюбия и прилежания, чего у этих людей в избытке. Да, знаний у них немного, но нам же и нужны в основном неквалифицированные рабочие. Кстати, вы ещё не спрашивали меня про оплату этих людей. Вам неинтересно?

— Почему же неинтересно? Очень интересно, я как раз хотела узнать у вас, на какие бюджетные расходы вы рассчитывали, нанимая этих детей?

— Прежде чем ответить, давайте закроем первый вопрос. Вы согласны с тем, что после очень непродолжительного обучения все эти люди смогут выполнять необходимую работу с надлежащим качеством? Я имею ввиду, конечно же, неквалифицированную работу. Со временем, через пару-тройку сол, они научатся и читать, и считать — достаточно ввести ежедневные уроки по двадцать-тридцать нун. Первые результаты вообще будут видны уже через несколько кун. Но об этом я расскажу чуть попозже. Сейчас хотелось бы внести ясность по первому вопросу.

— Возможно, я соглашусь с вами — большую часть неквалифицированной работы эти дети смогут выполнять уже сейчас.

— И более того — примерно через кун я уже заберу часть этих детей, а точнее — четыре группы. Выберу самых старших. Три группы пойдут на перевалочные базы — там сейчас полностью отсутствует обслуживающий персонал, а одна группа — на планету Лерой. Там функции обслуживающего персонала в настоящее время выполняют сами колонисты с помощью солдат, да и учёным для ухода за их животными нужны люди, не всё можно доверить дронам, я уж не говорю о том, что использование людских ресурсов вместо машин обойдётся нам сейчас значительно дешевле. Кстати, нескольких человек можете взять в обслугу этого административного здания — заодно и посмотрите, как они будут работать.

— Так и сделаю. Посмотрим, какие из них работники.

— Теперь перейдём ко второму вопросу — по оплате. На текущий момент расходы по их содержанию невелики — это покупка форменной одежды и продовольствие исходя из армейских норм положенности. Плюс с ними пока занимаются люди из числа младшего офицерского состава, поэтому зарплату офицеров тоже можно считать расходами, несмотря на то, что эта графа проходит по строке «расходы на содержание военнослужащих». Продовольствие у нас дешёвое, так как производим мы его сами, используя подножный корм, одежда тоже не слишком дорогая — четыре тысячи детей я смог бы одеть даже со своей зарплаты, пусть и сам бы тогда остался без штанов. Вы согласны с тем, что текущие расходы на их содержание весьма и весьма невелики?

— Это действительно так, но что будет дальше?

— А дальше, по крайней мере, в течение ближайших двадцати сол, будет то же самое — то есть расходы не увеличатся.

— ?..

— Не делайте такое удивлённое лицо, оно вам не идёт. Вы знаете, что попросила, — заметьте, не потребовала, а попросила первая девушка, которую я решил нанять? Не буду говорить загадками — она просила, чтобы её иногда кормили! Верхом её желаний была ежедневная кормёжка! Для всех этих четырёх тысяч человек достойной оплатой за их работу была бы кормёжка хотя бы один раз в день — многие не получали и этого. Для них было шоком, что есть, оказывается, можно по нескольку раз в день — когда на кораблях их кормили по три раза в день, я был вынужден отдать приказ об уменьшении стандартных порций — их организмы, привыкшие к редкому нерегулярному питанию, не были способны усвоить стандартный рацион. Именно поэтому сейчас они под руководством опытных инструкторов проходят курс молодого бойца, где под влиянием тяжёлых физических нагрузок их тела окрепнут, перестроятся, благо, время ещё не упущено. То есть уже сейчас клан платит этим детям в три раза больше, чем они рассчитывали. Через месяц я планирую заключить с ними контракты продолжительностью в двадцать пять сол, по которым клан обязуется кормить их и обеспечивать одеждой и предметами личной гигиены согласно армейским нормам положенности. Плюс крыша над головой, о которой большинство этих детей только мечтало. Проживание в общей казарме, в тепле и сухости, на собственной кровати и под собственным одеялом, пусть даже одеяло казённое, а кровать двухэтажная, для них то же самое, что для вас — проживание в личном пятиэтажном отдельном коттедже с бассейном, зимним садом и полусотней слуг. То есть в ближайшие двадцать пять сол расходы клана на этих людей не увеличатся. Причём эти условия для них настолько заманчивы, что они как огня боятся одного из пунктов контракта — того, где клан может в любое время без объяснения причин разорвать с ними контракт. Дополнительно я всё же хочу предусмотреть в контракте возможность проживания каждого человека в собственной отдельной комнате и выплаты самым трудолюбивым незначительных денежных премий — не более нескольких десятков лу. Для них и эти деньги являются верхом роскоши, ведь на своей родине самые богатые не получали более нескольких лу, которые тут же уходили на еду, а для клана — не превысят расходов на их нынешнее питание, которое для нас, повторюсь, практически бесплатно. Теперь задавайте вопросы, я попытаюсь на них ответить.

— Но это же дети! Заставлять детей работать…

— Не надо их заставлять! Они сами согласны работать наравне со взрослыми на вышеозвученных мною условиях.

— Если всё так, как вы описываете…

— Скорее всего, ситуация даже ещё лучше — попробуйте поговорить с некоторыми из этих детей, только инкогнито, не показывайте свой должности. Прикиньтесь кем-нибудь из младшего обслуживающего персонала. Будет лучше, если вы вообще скажете, что неклановая — например, вас наняли для какой-то мелкой разовой работы. Думаю, что вы будете приятно удивлены. По моим сведениям, дети искренне считают, что попали в рай, и готовы уже сейчас работать по десять ри в ло. Составьте своё впечатление, а потом поделимся совместным опытом.

— Возможно, я так и сделаю. В начале нашей беседы вы грозились, что расскажете мне о том, как собираетесь обучать этих детей.

— Тут нет ничего сложного. Пока детские организмы ещё пластичны, я хочу вылепить из них если не идеальных, то достаточно сильных и выносливых потенциальных членов клана. Поэтому на ближайшие три-пять сол — интенсивные физические нагрузки. Даже для тех, кого мы в скором времени отправим на работу, эти нагрузки не должны быть менее одного ри в день. Для этих целей я забираю со своей школы боевых искусств нескольких опытных преподавателей. Боевым аспектам они детей учить не будут, но вот гармонично развить тело вполне смогут. Помимо этого к каждой группе будет приставлен преподаватель, который должен научить детей читать, писать и считать. Плюс привить стандартные нормы поведения в обществе и клане, а также основы юридической и правовой грамотности. Небольшие лекции по истории империи, географии, возможно, частично физику, химию — что получится из расчёта двадцать — тридцать нун в день. То есть примерно через пять сол мы получим физически здоровых и достаточно грамотных людей, способных выполнять любую работу вплоть до среднего уровня квалификации — управление простыми промышленными или бытовыми роботами они будут в состоянии освоить, если для них будет написана инструкция. На конечных этапах обучения они будут проходить специализацию, углубленно изучая то направление, по которому мы планируем их использовать. Раз в несколько кун мы будем устраивать экзамены, чтобы оценить уровень грамотности наших новобранцев — по результатам экзаменов продумаем, как поощрить самых способных. Для отстающих — дополнительные занятия… Политику кнута и пряника ещё никто не смог улучшить… Кстати, через кун, как я говорил, я заберу первые четыре партии, и они начнут полноценно работать, проходя необходимую учёбы в свободное от работы время. По результатам их работы буду думать, что делать дальше.

— А вы ещё не думали?

— Думал. И даже наметил план дальнейших действий, но мне необходимо подтверждение моих задумок.

— И каковы же ваши задумки?

— Если обучение детей окажется эффективным, а я в этом практически не сомневаюсь, то я продолжу набор детей, снизив планку максимального возраста лет до десяти-одиннадцати, и подняв минимальный проходной коэффициент генома до восемьсот двадцати — восемьсот сорока единиц.

— И сколько детей вы хотите таким образом привлечь?

— Если условия будут прежними — то не менее полумиллиона. Возможно — миллион.

— Сколько?!

— Давайте считать. Примерно через пару сол, а скорее всего, и ещё быстрее, моя жена обеспечит анклав поставками мяса на миллион человек. Посадить на Флоре зерновые для прокорма ещё такого же количества людей можно за один сол, причём уже через пару кун мы сможем начать монтаж с планеты Лерой на Флору межзвёздного портала, а через сол мы запитаем все наши телепорты от новой мощной гелиостанции, наладив устойчивый канал связи всех трёх планет друг с другом и с продовольственной базой, в которую мы превратим Флору. То есть через два, максимум через два с половиной сола анклав сможет обеспечить продовольствием до трёх миллионов человек. Причём затраты на производство продовольствия — это, в основном, затраты на людей, занятых на этом производстве. Технику тоже придётся приобрести, но это уже не столь большие расходы. Энергия для техники после запуска гелиостанции будет практически бесплатной. Да, забыл сказать — основной контингент сельскохозяйственных рабочих — это люди из числа вот этих самых детей. То есть обойдутся нам практически бесплатно, так как есть они будут то, что вырастили сами. Из вышеназванных трёх миллионов человек отнимем до трёхсот тысяч имперских курсантов, которых в первые сол по факту будет значительно меньше, плюс несколько десятков тысяч клановых — я имею ввиду Камэни и Лерой. Пусть даже число клановых возрастёт до ста тысяч — всё равно останутся излишки продовольствия для более чем двух с половиной миллионов человек. Полмиллиона — для дополнительно нанятых мною детей, а остальные два миллиона условных порций — на продажу. Этих денег с лихвой должно хватить на дополнительные расходы — одежду, бытовую и промышленную технику, разные непредвиденные мелочи типа посуды, предметов личной гигиены и подобного. То есть проект вполне реален — через пару сол можно начать лепить из сырого природного материала до полумиллиона будущих идеальных рядовых членов Лерой. Бойцов из них за пять-семь сол я вылеплю гарантированно, а вот если будут нужны гражданские профессии — тут будет необходима ваша помощь.

— Значит, полмиллиона?

— Пока — да. Возможно, эту цифру по результатам набора я подниму до миллиона. Честно говоря, я на самом деле перестраховался — первоначально я рассчитывал на полтора-два миллиона, но потом решил поумерить амбиции и ограничиться полумиллионом. Всё будет ясно после обучения этой партии детей — четыре тысячи вполне достаточно для достоверной статистики. Что скажете, госпожа матриарх Лерой?

— Скажу честно — сколько я вас знаю, столько не перестаю удивляться. Самое удивительное — что у вас вполне может получиться. Вы были бы неплохим патриархом, господин Рур.

— Упаси меня создатель от этой участи! На этой должности меня вполне устраиваете вы.

— Скажите, Рур, а вы, планируя такое широкомасштабное увеличение численности клана, не заглядывали в его будущее? Хотя бы сол на тридцать-пятьдесят?

— Заглядывал. Но только с военной точки зрения. Дело в том, что для того, чтобы считаться в империи сильным милитари-кланом, мы должны увеличить численность собственных десантно-штурмовых войск как минимум до ста тысяч человек, а лучше — до миллиона. Тогда мы имеем реальный шанс войти в золотую тысячу кланов и получить право голоса в совете кланов. А если мы вооружим этот миллион не хуже, чем имперских десантников, то место в золотой тысяче нам гарантированно. Увеличив численность наших войск до нескольких миллионов, при соответствующем их вооружении мы даже можем сравняться с такими милитари-кланами, как Ойхо и попытаться побороться за место в первой сотне. Но на этом пути я вижу сразу несколько трудностей.

— Озвучьте.

— Первая, она же основная — техническое вооружение включает в себя не только обмундирование бойцов и их индивидуальную броню, лёгкое и тяжёлое ручное стрелковое вооружение — я вообще планирую наладить собственное его производство в клане, но и множество различных видов дорогостоящей тяжёлой техники — боевых дронов, малых и больших десантных челноков, танков с платформами огневой поддержки, боевых космических крейсеров и множества иного весьма и весьма дорогостоящего вооружения и амуниции. Такие траты будут непосильны для нашего клана. И если солдаты, которых мы сами вырастим из числа голодных бездомных мальчишек, нам обойдутся практически бесплатно, то технику придётся откуда-то брать. Следовательно, если мы захотим приобретать на стороне тяжёлую технику и боевые космические корабли для своей армии, то уже обученных солдат придётся сдавать внаём, чтобы заработать на эту технику. Поскольку техника баснословно дорогая, мы будем вынуждены брать большой объём заказов на рынке милитари-услуг. И тут сразу вылезает вторая причина — мы перейдём дорогу другим милитари-кланам, отобрав у них жирную долю финансового пирога. Возникнут взаимные претензии, перерастающие в тлеющие или активные вооружённые конфликты. Конфликты приведут к следующей, третьей проблеме, которая по своим последствиям может быть серьёзнее всех предыдущих, вместе взятых. Не догадываетесь, какой?

— Даже не собираюсь. Говорите дальше, я внимательно слушаю.

— А проблема в том, что если мы вступим в активный вооружённый конфликт с другими милитари-кланами, то их поддержит империя.

— Доказательства?

— Интуиция. Но я даю девять шансов из десяти, что в подобном конфликте, если мы его допустим, император примет не нашу сторону. Сейчас его полностью устраивает сложившийся баланс сил — в империи долгое время существует примерно пара десятков приблизительно равных по силе Ойхо милитари-кланов и несколько тысяч более мелких, причём все эти кланы значительно сильнее нашего — военизированные кланы слабее нас я даже не рассматриваю, их миллионы. Они уже притёрлись друг к другу, распределили между собой рынки услуг и находятся в относительно стабильном равновесии. Мы же будем выступать как возмутители спокойствия, что плохо в первую очередь для империи. К тому же императора активно поддержат имперская безопасность и в особенности имперская контрразведка — наш клан у них давно уже как кость в горле. Вердикт — высовываться нам никак нельзя, максимум, что мы можем себе позволить, не выходя со своей армией на рынки милитари-услуг — до полумиллиона, максимум — миллион отлично обученных бойцов-десантников с минимумом тяжёлой техники. То есть то, о чём я сказал с самого начала.

— Полмиллиона легко экипированных, но прекрасно обученных десантников не вызовут настороженности имперских спецслужб?

— Практически наверняка — нет, хотя гарантии, как понимаете, дать не могу.

— И для их содержания у нас хватит средств?

— Да, хватит. Через несколько сол мы сможем сами обеспечить их и бронёй, и вооружением собственного изготовления. Контракты на строительство этих заводов уже подписаны, деньги заплачены, а себестоимость производства оружия и брони смехотворна, если техника будет производиться из сырья, добываемого нашими клановыми предприятиями на космических рудниках анклава. Бойцы, как я уже говорил, будут служить практически за еду, а еда тоже у нас своя. Если забыть про уже вложенные в производство немалые деньги, то содержание полумиллионной армии обойдётся нам в содержание нескольких сотен клановых, занятых обслуживанием техники для обеспечения производства и функционирования инфраструктуры. В эту численность войдёт также старший командный состав армии, то есть более полусотни старших офицеров. Их зарплата, естественно, будет значительно выше рядового работника клана, но мы это потянем.

— И с полумиллионом легко вооружённых десантников без тяжёлой техники мы войдём в первую тысячу кланов империи?

— Что, честолюбие проснулось? Да не смущайтесь, мне тоже было бы приятно чувствовать себя в синдикате не бедным родственником, а равноправным партнёром. И таки да, должны войти. По моим прикидкам, с полумиллионной армией хорошо обученных профессиональных бойцов мы займём примерно восьмисотое — девятисотое место. Плюс-минус сотню ступенек. Но в первую тысячу, скорее всего, попадём — рейтинг будет зависеть от того, какое количество тяжёлого вооружения для своей армии мы будем в состоянии купить.

— Вы знаете, уважаемый тан Рур, я почему-то сильно хочу вам верить. Если вы считаете, что подобный вариант развития клана возможен, даст нам реальный шанс войти в золотую тысячу и не будет грозить нам неприятностями со стороны имперских спецслужб — я даю вам своё разрешение… Нет, не так — я даю вам указание проработать этот вопрос как можно тщательнее и при положительном результате приступить к его реализации. Согласовывать с Тувилани нужно?

— Обязательно. Проекту необходимо присвоить уровень «совершенно секретно». Даже наши союзники не должны о нём узнать ранее, чем через два сол, когда основная часть наших войск уже будет более-менее боеспособна, примерно на уровне имперских штурмовиков. А там случайно проговоримся — мол, мы начали подготовку ограниченного воинского контингента для четырёх крепостей анклава. Только привлекать к перевозке нужно не Камэни, а сторонних перевозчиков, причём охрану обеспечить своими силами.

— Но у нас всего один боевой крейсер…

— Вот его и будем использовать. Он может сопровождать до пяти пассажирских транспортников — меньше можно, больше — опасно, за один рейс можно перевезти двадцать — тридцать тысяч детей и подростков. Чтобы отобрать такое количество детей, придётся прошерстить сотни миллионов кандидатов — фактически, всю выбранную планету. Несколько десятков мобильных групп с портативными анализаторами смогут выполнить эту задачу менее чем за кун. Пусть даже не уложатся в кун и потратят в два-три раза больше времени — не страшно, не на пожаре. Солом быстрее, солом позже — не принципиально.

— Этих детей вы привезли в грузовых кораблях, аренда которых в несколько раз дешевле пассажирских…

— Пассажирские лайнеры, действительно, обойдутся нам дороже, чем грузовые, но первый опыт перевозки людей в грузовых трюмах был, на мой взгляд, неудачным — дети спали прямо на полу, забив всё пространство трюмов. Там даже негде было повернуться, не говоря уж о том, чтобы их нормально покормить. Так что лучше немного переплатить. Так что если деньги на аренду будут выделены, то уже через несколько кун я начну подготовку к операции.

— Начинайте операцию прямо сейчас. Деньги найдём.

— Я хотел выждать пару кун — посмотреть, как адаптируется первая партия детей.

— Вы же сказали, что отличных бойцов сможете вырастить из любых, проверка вам не требуется.

— Перестраховываюсь… Хорошо, начинаю сейчас. Предупредите Тувилани о начале операции, а я пойду договариваться об аренде переносных анализаторов — в клане столько, сколько нам нужно, просто нет. Транспорт наймём на месте.

— Подождите, последний вопрос. Где планируете размещать учебный центр?

— В анклаве, разумеется. На планете Лерой. Пламя свечи легче всего прятать в костре. Там, где уже планируется обучение сотен тысяч имперских курсантов, отлично спрячутся и наши будущие воины. Тем более что для первого этапа обучения кроме казарм, полигонов, обмундирования и продовольствия им больше ничего и не надо. Инструкторов в анклаве скоро будет столько, что не протолкнуться. Свою школу боевых искусств, кстати, я тоже планирую туда переселить, оставив на Окане только небольшой филиал…

— Действуйте, тан Рур…

Вернувшись домой поздним вечером, практически ночью, Андрей механически, не ощущая вкуса, поглощал разогретый сонной женой ужин и отмечал в голове дела, которые уже сделал, дела, которые ещё не сделаны, а также задачи, которые ещё предстояло решить. А решить надо было многое: проконтролировать ход строительства объектов анклава, найти людей для работы на уже построенных объектах, договориться с кланами о проектировании и строительстве новых, найти на всё это деньги, найти тех, кто эти деньги сможет дать, причём желательно под небольшие проценты, найти время для Айлинэри — обещание поучаствовать в серии генетических экспериментов ещё никто не отменял, найти преподавателей в академию и учебный центр, зайти в школу боевых искусств и принять участие в проведении экзаменов — там подросла хорошая смена, сильные ребята, и заодно проверить успехи собственных детей — если Аруми был уже сложившимся бойцом, то Яринате, несмотря на свою талантливость, ещё многому нужно было научиться… Кстати, вот из них и нужно набрать инструкторов в учебный центр — один инструктор в состоянии обеспечить физподготовку роты курсантов, значит, сейчас потребуется пятьсот инструкторов… Многовато — школьный преподавательский состав придётся изрядно оголить, да и нет у него столько преподавателей… Впрочем, если задействовать одного опытного преподавателя, прикрепив к нему пять-шесть продвинутых учеников, то людей должно хватить. А если полностью перевести на планету Лерой почти все старшие ученические школьные группы вместе с ведущими в них занятия преподавателями, как он и планировал, то задача почти решена — в анклаве создаётся филиал школы боевых искусств численностью около пятисот-шестисот учеников, которые днём работают в учебном центе, преподают курсантам физическую подготовку, основы рукопашного боя и основы выживания, а по вечерам пусть продолжают учёбу в школе. Действия мобильных боевых групп для курсантов будут преподавать сержанты клановых десантных войск — придётся на время оголить младший командный состав, оставив отделения на попечении заместителей. Конечно, для обучения имперских солдат придётся подготовить дополнительных преподавателей, но вопрос тоже решаемый — среди клановых армейских кадров можно найти грамотных людей.

С обучением курсантов лётной академии дела обстояли значительно сложнее — высокие требования к квалификации преподавателей не позволяли быстро обучить требуемые кадры. Сейчас в клановой академии преподавали бывшие выпускники Оканийской лётной имперской академии, обучающие курсантов по разработанным Андреем методикам. Сами курсанты обучались восемь лет и прекрасно разбирались во всех тонкостях преподавания. Новых же взять было неоткуда — выпуск в Оканийской академии состоится только через несколько кун, да и дипломы об окончании получат всего девять курсантов, а для полного комплектования штата преподавателей необходимо было ещё человек пятнадцать-двадцать. Можно меньше, но тогда нагрузки на каждого уже имеющегося преподавателя сильно возрастут, что не может долго продолжаться — резервы человеческого организма не беспредельны, люди просто устанут… Обучить кого-то из клана? Достаточно долго, да и резервов в клане нет — каждый человек на счету. Нанимать со стороны? И чем тогда лётная академия клана Лерой будет отличаться от любой другой академии в империи?

Вот, наконец, поздний ужин был съеден, и, сопровождаемый Уллой, прижавшейся мягкой тёплой грудью к его боку, Андрей побрёл в спальню — время выспаться перед очередным суматошным днём пока было, при условии, что жене сегодня ночью ничего не обломится… Да, печальная какая-то у него в последнее время стала личная жизнь — вроде и женщины каждую ночь под боком — красивые, ласковые, неглупые… Кстати, о неглупых — Силлана говорила, что все они получили прекрасное образование, аналогичное высшему на Земле. То есть как минимум учиться и усваивать большие объёмы знаний они умеют, а, следовательно, в состоянии за весьма короткие сроки освоить отдельные теоретические разделы академической программы, сняв часть работы с остальных преподавателей. Андрей, покрепче обняв свою жену, уже протянувшую руку к двери спальни, задал провокационный вопрос:

— Любимая, если не ошибаюсь, ты получила хорошее образование?

— Да, дорогой.

— И все вы получили подобное образование?

— Да, госпожа матриарх специально отбирала для тебя девушек с хорошим образованием и высоким коэффициентом интеллекта, — Улла, разговаривая, завела Андрея в спальню и стала раздеваться, собираясь лечь в кровать.

— Замечательно! А скажи, если часть из вас я попрошу поработать в академии, остальные смогут справиться с детьми? Или даже не так — если вы все будете работать, а детьми заниматься по очереди, например, половина занимается с детьми, а половина — работает, причём работающие постоянно меняются?

— В принципе, попробовать можно, свободное время мы сможем найти. Но что ты хочешь от нас? В академии мы никогда не работали и не знаем, что там делать. К тому же мы не привыкли к тяжёлым физическим нагрузкам, как курсанты, — женщина, отвечая, успела раздеться и лечь, и теперь с интересом наблюдала, как то же самое проделывает Андрей.

— Нагрузок не будет. Вы будете преподавать теорию — читать лекции, то есть передавать курсантам определённую информацию.

— Но мы же не знаем лекционной программы.

— Я сильно подозреваю, что, неплохо освоив программу того заведения, которое вы закончили, вы сможете выучить и в дальнейшем преподавать курсантам программу из теоретического курса академии. Это примерно то же самое, как преподавание естественных наук в оканийских гуманитарных высших заведениях. Ты какие предметы изучала?

— Ну, стандартные, как все. Историю, географию, космографию, физику, химию, биологию…

— Всё, дальше не надо. Курс астронавигации не сильно отличается от космографии, аэродинамику тоже изучить несложно, физику ты и так знаешь… Короче, как минимум ряд теоретических предметов — тех, где от тебя не потребуется показывать на практике начитанный материал, ты сможешь преподавать уже после незначительной переподготовки. Подозреваю, что у всех моих жён примерно такое же, как у тебя, образование?

— Примерно такое же.

— Значит, вы все можете быть преподавателями в академии. Согласна?

— Тан Рур, а насколько это важно для клана?

— Тан?? Вопрос из разряда официальных? Тогда отвечу, что очень важно. Проект курирует лично император. Мне необходимы высококвалифицированные преподаватели, на которых я могу положиться и в которых всегда смогу быть уверен. Таких людей у меня слишком мало, что создаст в обучении определённые трудности. Новых преподавателей подготовить можно, но на это уйдёт время. Да и обучать в клановой академии должны только люди клана Лерой, а у нас сейчас каждый клановый на счету. Если хочешь — это же предложение может озвучить матриарх.

— Значит, важно… Хорошо, мы согласны.

— Ты так уверенно отвечаешь за всех?

— Да, в подобных вопросах каждая из нас имеет право решать за всех. Это же в первую очередь необходимо клану.

— А сама ты как хочешь? То, что это необходимо клану — само собой. Но понравится ли работа тебе лично?

— Дорогой, честно говоря, мы все уже несколько устали проводить всё время с детьми. Дети — это, конечно, хорошо, но в меру, от того, что из сола в сол не видишь ничего, кроме детей, тоже постепенно устаёшь, хочется, как ты, заниматься ещё какой-нибудь важной работой, приходить домой уставшим, ругать и работу, и подчинённых и говорить, что если бы не необходимость, то никогда бы на эту работу не пошла… В действительности именно это делает нашу жизнь интересной и насыщенной, а здесь, в этом доме, мы все живём отблесками твоей работы. Пока ты ежедневно приходил с работы вовремя и по вечерам развлекал нас рассказами — мы не чувствовали своей оторванности от жизни клана. Сейчас же, когда тебя постоянно нет, а когда ты есть, то приходишь поздно, уставший, поешь и сразу ложишься спать, чтобы затемно встать и, не поев, улететь пораньше, мы устаём от одиночества…

— Даже так… А что же вы раньше об этом не говорили? Неужели я не нашёл бы вам в клане нужной и полезной работы?

— Ты стал слишком большой фигурой в клане, дорогой. Ты на равных разговариваешь с матриархами, тебя даже император принимает. Даже многие заместители матриарха со своими вопросами идут не к ней, а к тебе — все знают, что большинство вопросов давно уже решаешь ты, а не она. Попросить у тебя — всё равно, что попросить у матриарха. Мы просто боялись к тебе подойти…

— Но вы же мои жёны!

— Ну и что? Мы не люди, что ли? Статус твоей жены резко поднимает нас в иерархии клана, но не ставит на одну ступень с тобой.

— Упс… Под таким углом я ситуацию ещё никогда не рассматривал… Видишь ли в чём проблема — у меня на родине муж и жена имеют одинаковые права и дома могут говорить о чём угодно. Если информация секретная и разглашению не подлежит — достаточно просто сказать об этом. До этого разговора я искренне полагал, что при необходимости вы выскажете мне всё, что вас не устраивает.

— Ну вот, можно считать, что мы высказали. А сейчас предлагаю заняться более интересным делом, чем разговоры — и так много времени упустили, а тебе ещё рано вставать…

— Девочка, ты не поможешь донести мне этот контейнер до склада? Одной мне тяжеловато…

— Госпожа, а зачем вы сами тащите этот контейнер? Приказали бы любому из нас — мы бы отнесли, куда нужно.

— Да как-то неудобно… Вы все так сильно заняты. Кстати, а почему ты решила, что я госпожа?

— Протяните руку, госпожа. Любую. Нет, не так, открытой ладонью вверх…

Девочка, вернее, молодая девушка пристроила рядом с открытой ладонью свою ладошку и продолжила объяснение:

— Посмотрите, госпожа. Вот ваша ладонь, а вот моя. Я работаю с раннего детства, за это время кожа огрубела, обветрилась, на ней появились мозоли. Узор линий на ладони грубее. Такое не подделаешь, изменения накапливаются с годами. У моей мамы даже суставы на пальцах выглядят как узелки… Ваша же ладонь чистая и ухоженная — вы никогда не работали руками. Плюс вас выдаёт походка — она плавная и уверенная, плечи гордо расправлены, вы даже этот контейнер несли с достоинством. К тому же у вас очень уверенный и спокойный взгляд, который не вяжется с вашим юным и прекрасным лицом. Отсюда я делаю вывод, что вы значительно старше, чем выглядите. Значит, вы уже проходили процедуру омоложения. Так как подобная процедура стоит баснословно дорого и проводится только над клановыми, я делаю вывод, что вы — клановая, и вам от меня что-то нужно, а контейнер вы взяли для вида, чтобы была причина со мной заговорить.

— Омоложение могут заказать себе и неклановые, если у них достаточно на это средств… Но ты абсолютно права, девочка — я действительно клановая, и действительно хотела с тобой поговорить, не привлекая излишнего внимания. Только скажи — неужели отличия клановых настолько хорошо видны? И все вы можете нас с первого взгляда отличить?

— Отличий даже больше, чем вам кажется, госпожа. Клановые вежливы, предупредительны, никогда не накричат или обругают зря, они абсолютно спокойны, но это спокойствие бездушной машины. Машина же не будет на вас кричать или ругаться, что вы стоите у неё на дороге, но если вы ей мешаете проехать, она переедет вас и даже не заметит. Вы страшные люди, мы все вас боимся…

— Не надо нас бояться, мы вовсе не страшные, просто мы другие. Мы действительно редко выражаем на людях свои эмоции, поэтому кажемся вам бездушными, но внутри мы точно такие же, как и вы, с такими же чувствами, как и у вас. Просто мы не выставляем их наружу. Постепенно вы к этому привыкнете. Это ведь не так сложно?

— Это очень сложно, госпожа. Иногда кажется, что лучше бы вы нас обругали. Бывает, что сделаешь что-нибудь не так, а на тебя посмотрят таким вот пустым взглядом, что начинаешь прощаться с жизнью. А потом этот человек молча разворачивается и уходит, и ты опять радуешься тому, что остался жив.

— Никогда не думала, что простым взглядом можно так напугать… Дитя, не стоит бояться простого взгляда. Опасаться стоит только собственных действий — именно за них в клане может последовать наказание. На самом деле в клане очень мало правил — спокойно и честно работать, не вредить словом или делом членам клана и наёмным клановым работникам, чётко и без возражений выполнять приказы начальства. И всё. Если будешь следовать этим правилам — за свою жизнь можешь не опасаться. Клановые — не убийцы, а такие же люди, как и вы.

— Вы так уверенно об этом говорите, госпожа… А вот я видела совершенно другое — как четверо взрослых мужчин были убиты всего за одну оскорбительную фразу.

— За оскорбление кланового действительно полагается смерть, это очень серьёзный проступок. Если клановый стерпит оскорбление в свой адрес — к нему потеряют уважение. А если не будут уважать клановых — не будут уважать и сам клан. Бывали случаи, что целые кланы были втянуты в кровопролитные войны из-за одного неосторожно брошенного слова. Надеюсь, это тебе должно быть понятно? Кстати, а где это ты успела увидеть убийство четверых мужчин?

— Ещё дома, на моей планете, госпожа, когда меня случайно нашёл господин тан Рур. Его оскорбили четверо бойцов одной из наших банд. Господин тан Рур даже не стал им ничего отвечать — он просто приказал их убить. Мне тогда было так страшно — я думала, что меня тоже убьют…

— Да, Рур иногда бывает излишне жестоким.

— Нет, нет, уважаемая госпожа, он самый добрый клановый, которого я видела. Он отдал мне свою одежду, потому что на улице было холодно и я замёрзла… И потом он накормил меня, одел, и согласился забрать к вам моего братика и сестрёнку. Я только потом узнала, что они не проходили по тестам — у них были слишком низкие тесты. А ещё он посадил мою сестрёнку к себе на колени и поил её молоком, и развлекал, а она ему чуть пальцем глаз не попала. Ненарочно, правда…

— Всё равно — с таном Руром веди себя поаккуратнее. Его в клане все уважают и слегка побаиваются. Даже я его иногда опасаюсь. К клановым порядкам ты пока ещё не привыкла, вдруг скажешь что-нибудь не то. На самом деле тан Рур — грозный воин, способный убить взрослого мужчину одним ударом. И убивал, кстати. Многих убил. Детей, правда, Рур вроде бы не трогает… В-общем, на первых порах слушайте наставников, а потом сами разберётесь. Ты мне лучше вот что скажи — вы все хотите остаться в клане работать, или есть такие, кто чувствует себя недовольным? Имён не называй — я не собираюсь причинять кому-то зла, мне просто интересно — чем же прельстила вас работа в клане?

— Госпожа, на моей родине ни у кого не было таких условий, как здесь. Мы ещё не работаем, а только учимся, а получаем даже больше, чем нам обещали. Я счастлива. Я даже ещё не представляю, какую работу мне дадут, но заранее согласна на самую плохую и самую тяжёлую — такая щедрая оплата никому из нас даже не снилась! Жаль, что вы не сможете принять на работу нашу маму…

— Вашу маму мы действительно принять на работу не сможем… А скажи — сколько вам пообещали платы за работу?

— А вы разве не знаете, госпожа?

— Что-то слышала, но хотелось бы узнать из первых уст — это самая верная информация, правда ведь?

— Целых три раза в день, госпожа! И ещё одежда. И ещё собственная кровать, подушка, одеяло. Ни у кого на моей родине не было столь щедрой оплаты. И еда такая вкусная, какую я никогда не ела! Наверное, это какой-то очень дорогой автомат…

— Какой автомат?

— Ну, автомат, который готовит нам еду.

— Никакой автомат вам еду не готовит, это натуральные продукты. Мясо, которое вы едите, ещё недавно паслось на лугу и ело травку, а гарниры колосились под тёплым летним солнышком. Кстати, из твоего ответа я так и не поняла про три раза оплаты…

— Ой, я не могу поверить, госпожа. Мы что, действительно едим самые настоящие натуральные продукты? Они ведь очень дорогие! У нас даже начальники не могли покупать натуральные продукты! Даже главари банд пробовали эти деликатесы исключительно по праздникам, которых у них никогда не было! А мы ежедневно, по три раза в день, едим натуральную еду! Обязательно расскажу своим — да ведь не поверят… Да, а оплата три раза — это еда три раза в день.

— Вы работаете за еду?

— Да, а что в этом такого? Плюс нам ещё дают одежду и жильё — а что ещё человеку нужно для полного счастья? Честно говоря, соглашаясь на работу, я вообще думала, что кормить меня будут один раз, да и то не каждый день.

— Полноценная здоровая еда три раза в день — обязательное условие для долгой здоровой жизни. Клан заботится о том, чтобы вы были здоровы и прожили подольше. Кормить вас со временем будут столько, чтобы вы не чувствовали себя голодными. Сейчас, скорее всего, вас искусственно ограничивают — сразу переводить на полноценный паёк вас опасно, может не выдержать неокрепший организм.

— То есть впоследствии мы сможем есть столько, сколько захотим?

— В клане все едят столько, сколько захотят.

— Но мы же не в клане.

— Вы работаете в клане, значит, подчиняетесь клановым законам. И этому в том числе.

— Госпожа, а можно задать несколько вопросов?

— Задавай. Если смогу — отвечу.

— Скажите, а коэффициент генома в шестьсот восемьдесят четыре балла — это много или мало?

— Смотря для чего, девочка.

— Для здоровья много?

— Достаточно. Такой коэффициент говорит, что у человека нет серьёзных генетических отклонений или заболеваний и он имеет все шансы прожить долгую жизнь.

— А для вступления в клан? Много или мало?

— Для вступления в клан этого слишком мало, девочка. Нужно как минимум девятьсот.

— А если восемьсот?

— В качестве исключения — можно. Но каждый подобный случай будет рассматриваться отдельно матриархом.

— Вот и господин тан Рур говорил то же самое. Он, кстати, говорил, что имеет право принимать в клан. Это правда?

— Это правда, девочка, тан Рур действительно наделён таким правом.

— И ещё господин тан Рур говорил, что самым достойным из нас он хочет дать шанс вступить в клан. Это же поэтому он набирал детей с коэффициентом генома свыше восьмисот?

— Ты поразительно догадлива, девочка. Тан Рур рассматривал подобную возможность.

— Значит, я никогда не попаду в клан…

— Почему же, дитя?

— Потому, что сам господин тан Рур сказал, что я не подхожу, у меня слишком низкий коэффициент…

— И ты расстроилась?

— Конечно расстроилась, госпожа. Всего у трёх человек из четырёх тысяч этот коэффициент ниже восьмисот — и это я и мои брат с сестрой. У всех будет шанс со временем вступить в клан, а у нас не будет. Вы бы не огорчились?

— Давай посмотрим на ситуацию с другой стороны, дитя. Только трёх человек со всей вашей планеты… Как, кстати, её зовут?

— Терх, госпожа…

— Значит, всего трёх человек с Терха, имеющих коэффициент ниже восьмисот, тан Рур взял на работу. А остальные миллионы, миллиарды людей, которых он не взял? Многие из них имеют коэффициент значительно выше твоего…

— Я всё это понимаю, госпожа, и очень признательна тану Руру. Просто иногда очень обидно осознавать, что чего-то лишена навсегда не потому, что ты такая плохая, а потому, что не там и не от того родилась…

— Все мы, дитя, от рождения в неравных условиях. Кто-то рождается в семье императора, а кто-то — в семье простого рабочего. Но родителей не выбирают, и с этим надо смириться. С рождения тебе досталось то, что досталось — не больше, но и не меньше. И не огорчайся — в жизни нет места невозможному. Шанс на осуществление твоей мечты есть всегда. Не всё так печально в жизни, как иногда кажется.

— Спасибо, госпожа. Я буду стараться сделаться лучше — может, и у меня будет шанс на исполнение моей мечты. Скажите — я могу хотя бы надеяться?

— Надеяться ты можешь всегда. А на что ты надеешься?

— Я надеюсь когда-нибудь всё же попасть в клан. Скажите, это возможно?

— Теоретически — да, возможно. Но не хочу тебя обнадёживать — сделать это тебе будет чрезвычайно сложно. Для этого недостаточно будет просто хорошо работать — надо сделать что-то выдающееся для клана, чтобы тебя не просто заметили, а признали необходимым для клана.

— И что я должна сделать, госпожа?

— Не знаю, дитя, не знаю…

— Спасибо и на этом, госпожа… Но если когда-нибудь я потребуюсь клану — вы же не забудете про меня, госпожа?

— Не забуду.

— Обещаете?

— Гмм… Хорошо, обещаю.

— Спасибо, госпожа. Можно мне идти? Обед давно закончился, меня могут искать.

— Конечно, иди. Хотя подожди, постой ещё пару нун, ответь мне ещё на один вопрос.

— Слушаю, госпожа.

— Ты попросила меня дать тебе обещание. Почему?

— Потому что я очень хочу вступить в клан, госпожа.

— Нет, ты меня не поняла. То, что ты желаешь вступить в клан, я уже и так вижу. Я хотела бы узнать, почему ты захотела получить это обещание именно от меня?

— Госпожа, возможно я и ошибаюсь, поэтому прошу простить меня, но вы не та, за кого пытаетесь себя выдать.

— Вот как? Поясни, мне становится интересно. Я же призналась, что клановая.

— Госпожа, то, что вы клановая — видно и так, тут вы сказали правду. Но вы не сказали, кем вы являетесь в клане. И вы не назвали своего имени…

— Продолжай, мне интересен ход твоих мыслей.

— Госпожа, господин тан Рур явно занимает очень высокий пост в клане. Его беспрекословно слушались все, включая капитанов звездолётов. Он наделён правом приёма в клан. Рискну предположить, что господин тан Рур является приближённым лицом матриарха, возможно, даже её заместителем. Рискну даже предположить, что выше матриарха над господином таном Руром никого нет…

— Пока все твои рассуждения вполне логичны для маленькой девочки.

— Прошу простить меня, уважаемая госпожа, но в нашем с вами разговоре вы непроизвольно оговорились — сказали, что даже вы иногда опасаетесь господина тана Рура, помните?

— Да, я действительно это сказала. И из одной этой фразы ты построила свои выводы?

— Не только из одной фразы, госпожа, прошу ещё раз простить меня, но весь клан, по вашему выражению, боится, а вы — только опасаетесь. Плюс ещё несколько незначительных оговорок. Плюс вы явно очень хорошо знаете господина тана Рура. Как своего ближайшего подчинённого, которому можете приказать, но действий которого всё же опасаетесь…

— И когда ты сделала подобные выводы?

— Почти в самом начале нашего разговора, госпожа, а примерно к середине разговора я была уже почти уверена. Но так как вы не раскрывали себя — я продолжала называть вас госпожой, вдруг вам зачем-то необходимо было считаться неузнанной…

— Молодец, дитя. Ты только что показала мне, что не надо считать других глупее себя. Иди и ничего не бойся — всё у тебя сложится хорошо. А про обещание тебе я не забуду…

Где-то в резиденции клана Лерой:

— Госпожа, как у нас в клане обстоит ситуация со свободными кадрами?

— Тяжело, тан Рур. Впрочем, вы же и сами знаете, что свободных кадров в клане нет — все должности расписаны на десятки сол вперёд, каждый человек посчитан и место под него определено практически с самого рождения. Если интересно — я могу показать заявки от руководителей клановых подразделений — всем нужны люди. Причём наёмными специалистами я могу заполнить лишь небольшую часть этих заявок. На большинство вакантных должностей чужих людей лучше не принимать.

— А как же мои жёны?

— Кандидаты для вступления в брак числятся в отдельной группе. А вы что, планируете набрать себе третьих жён?

— Упаси меня создатель, госпожа, мне и с этими-то тяжело справляться. Я просто хотел узнать у вас — как вы посмотрите на то, что я отправлю своих жён работать?

— Это было бы прекрасно! Кстати, большинство вакансий, которые были под них предусмотрены, до сих пор свободны.

— Э… Я, вообще-то, хотел задействовать их под свои нужды.

— Жаль… А я уже было подумала, что у меня неожиданно появилось сразу семнадцать высококвалифицированных служащих. Но это ваши жёны, если вы решили задействовать их для своих нужд — я не могу возразить. Хотя не отказалась бы и сама дать им работу. Кстати, а чем вы хотели их загрузить?

— Хочу дать им работу преподавателей в академии. Работа ответственная, а сторонних специалистов пускать туда нельзя.

— Сторонних — действительно нельзя. А что, ученики вашей школы эту работу выполнить не смогут? У вас там, насколько я в курсе, собралась небольшая армия. Вы пополняете выпускниками вашей школы ряды охранников и телохранителей, часть учеников идёт обучаться в Оканийскую имперскую лётную академию, но общее количество обучаемых у вас людей постоянно растёт, и конкурс в вашу школу выше, чем в академию — я уже начинаю завидовать подобной популярности.

— Учеников своей школы я и так буду привлекать к обучению — я вообще хочу основную часть школы перевести в анклав, оставив на Окане только филиал. Но эти ученики — опытные бойцы, воины, а не профессиональные пилоты и преподаватели, вести лекции в академии они не смогут.

— Ваши жёны тоже не профессиональные пилоты.

— Зато они получили очень хорошее образование, и вполне могут, после небольшого дополнительного обучения, читать курс теоретических лекций.

— Теорию, наверное, преподавать они действительно смогут. Я сама когда-то обучалась по сходной программе и приблизительно представляю уровень их образования.

— Но моих жён мне мало. Может быть, в клане есть ещё хотя бы человек десять, а лучше — пятнадцать с хорошим образованием, которых я смог бы привлечь к себе в академию?

— Нет, людей у меня нет. Тем более с хорошим образованием — на этих людей большая очередь, и ваш проект, на мой взгляд, далеко не самый важный. Обходитесь своими силами. Обучайте людей сами — и у вас, и у ваших жён хорошее образование, вы знаете всё, чему нужно научить будущих учителей. Не хотите учить сами — можете оставить в департаменте по кадрам заявку, и её внесут в общую очередь.

— Которая растянется на десять сол?

— Почему же на десять? Больше, намного больше. Десять, вернее, пятнадцать сол — это только обучение, сама же очередь составляет десятки сол.

— Я как-то упустил из виду — мои жёны что, учились пятнадцать сол? В клановой школе, вроде, продолжительность обучения составляет восемь сол? Или я ошибаюсь?

— Нет, не ошибаетесь. Но после клановой школы все ваши жёны закончили сначала обычную, общую имперскую академию, а затем, после её окончания, ещё и высшую имперскую академию. В обычной академии они учились четыре сола, а в высшей — ещё три. Если учесть, что просто так в высшую академию не поступить — надо окончить обычную академию с весьма неплохими результатами, то сейчас вы, тан Рур, сосредоточили в своих руках, а, вернее, в своей спальне, неплохой кусок интеллектуального потенциала клана.

— А зачем же вы тогда отдали мне этот жирный кусок?

— О, создатель! Тан Рур, вы иногда бываете так наивны… Вначале, если вы не забыли, разговор шёл о пяти жёнах, и о том, что все они будут сидеть у вас дома и исправно рожать вам детей, никто не думал. Рабочие места под ваших будущих жён были давно расписаны. Но когда я узнала, что вы поставили такое оригинальное условие для вступления в брак, то просто не смогла удержаться, чтобы не всучить вам всех согласившихся кандидаток — демографическая ситуация в клане оставляла желать лучшего, а вы своими оригинальными воззрениями на идеальную семейную жизнь заставили рожать солидный пласт молодой элиты клана. Вы ещё так молоды, тан Рур, и с высоты неполной сотни прожитых сол не можете видеть того, что увидела я.

— И что же вы увидели?

— То, что сейчас видите и вы. Почти две сотни детей, старшие из которых совсем скоро повторят путь своих мам, получив прекрасное образование. У вашего потомства большое будущее. Пожертвовав на время семнадцатью своими людьми, я получила в десять раз больше. И это только пока. Кстати, жёны ваши тоже не навсегда ушли в дом и семью — как видите, они всё равно будут работать. Так что я получила именно то, что планировала, причём всех этот результат вполне устроил — и меня, и вас, и ваших жён, и клан. Скажите, по большому счёту — я права?

— Вот что значит быть матриархом… С точки зрения клана — вы абсолютно правы. Только вот чувствуешь себя при этом так, как будто тобой нагло и бесцеремонно попользовались, как последней дешёвой… А, ладно, людей, как я понял, вы мне не дадите?

— Не дам. Их просто нет. Ищите сами. Воспитывайте подрастающее поколение — вон их сколько у вас в школе боевых искусств занимается. Можете не всех в телохранители или клановые войска направлять, часть обучите навыкам пилотирования и используйте как преподавателей — вы же вели занятия в имперской лётной академии, значит, сможете обучить клановых пилотов не хуже имперских.

— Спасибо и на этом, госпожа.

— Ой, Рур, да не обижайтесь вы так, а то вдруг подумаю, что разговариваю с маленьким мальчиком, а не серьёзным мужчиной. Воспринимайте сложившуюся ситуацию с другой стороны — вы хотите всего и сразу, но нельзя объять необъятное. Кстати, не надо всё делать самому — у вас на это просто не хватит времени. Готовьте грамотных заместителей — не может быть, чтобы у вас их не было. А преподавателей для своей академии вам всё же придётся выбирать и учить самому — я верю, у вас хватит на это и сил, и времени. И в дальнейшем меньше полагайтесь на меня и активнее используйте собственные ресурсы — знаний, опыта и власти у вас для этого достаточно. Ко мне у вас есть ещё вопросы?

— Нет, спасибо.

— Это хорошо. Идите. Да, и не забудьте своевременно информировать меня о том, как продвигается строительство в анклаве клановой академии и подготовка кадров для неё — мне тоже хочется быть в курсе, всё же я пока матриарх клана…

И вот опять Андрей, наблюдая за неторопливо плывущими по ярко-голубому небу редкими барашками облаков, стоял на заросшем густой травой невысоком холме под ласковым летним солнышком планеты Лерой. Со времени начала колонизации прошёл почти год, и на планете многое изменилось. В первую очередь — заработали все три перевалочные базы, и через новое ответвление на межгалактической транспортной магистрали потекли караваны с грузами. Штат рабочих на станциях почти полностью был укомплектован подростками с планеты Терх — они оправдали все возложенные на них ожидания, безукоризненно справляясь с обязанностями официантов, горничных, уборщиц, разнорабочих. Несколько особо подающих надежды юношей и девушек проходили обучение на техников по обслуживанию оборудования станции. И пусть основные, ключевые должности, требующие специальной технической квалификации, и руководящие посты были заняты клановыми или наёмными профессиональными рабочими, решение отдать места со средней и низкой квалификацией привезённой с Терха молодёжи даже матриарх клана признала идеальным.

Учебный центр для имперских курсантов, строительство которого курировал лично глава департамента промышленности и строительства империи господин Тьяни Тумиоши, был почти полностью построен и через несколько нун, когда на планете наступит осень, ожидал первого наплыва курсантов — пусть не планируемые в ближайшее время триста тысяч, но около пятидесяти тысяч курсантов-десантников и тысячу курсантов-пилотов центр собирался принять, тем более что инфраструктура центра была полностью готова — казармы, полигоны, учебные классы с методическими пособиями, кухни со столовыми и складами, пусть пока пустыми, но уже с работающим оборудованием. Животноводческий комплекс, в недрах которого спряталась Силлана со своим научно-исследовательским коллективом, также был полностью построен и уже начал заполняться растущим поголовьем скота — на него Андрей не только выделил взвод бойцов Лерой для охраны, но и установил стационарный телепорт из рабочего посёлка при учебном центре — ему, кстати, давно пора было давать собственное название. В стихийно сложившихся на планете названиях — полигон, посёлок, первая и вторая энергостанции, комендатура, торговый центр, порт, плантации, ферма, курорт (да, да — до побережья мелководного залива местного тропического моря был проложен телепорт и установлено несколько лёгких домиков для отдыха) — легко разбирались местные, но терялись постоянно прибывающие на планету новые колонисты. Карту, кстати, пора бы уже выпустить — обжился, особенно благодаря усилиям Силланы, весьма солидный кусок планеты.

Порт, кстати, переименовывать скорее всего не будут, или если и будут, то просто добавят приставку «космо» — на геостационарной орбите планеты заканчивалось строительство огромного космопорта, и туда уже был проложен с одной из термоядерных энергостанций подпространственный энерговод и смонтирован стационарный телепорт. Телепортами были связаны также все крупные объекты планеты, а сама планета имела межзвёздную связь с Флорой и Камэни — двумя другими планетами анклава.

Клан Камэни также успешно обживал свою планету, темпы их строительства даже превышали строительство у Лерой, что не могло с одной стороны не радовать, а с другой заставляло вспомнить, что клан Лерой взял на себя обязанность по прокорму этой быстро растущей колонии. И если с мясной продукцией всё обстояло хорошо, то колонизация Флоры, в тёплом климате которой и планировалось выращивать основную часть сельхозпродукции, затягивалась, в первую очередь по причине отсутствия мощных источников энергии для работы межзвёздного телепорта. Пока не заработала гелиостанция, строительство которой также велось полным ходом, телепорт на Флору включался изредка, не чаще одного раза в несколько ло, только для того, чтобы отправить туда небольшую группу исследователей и оборудования — там полным ходом шло картографирование поверхности и разбивка площадей под сельхозугодья.

Впрочем, и колонизация Флоры была не за горами — господин Тумиоши уже успел заверить императора, что до полного выполнения взятых им обязательств империи по договору осталось менее двух кун — именно такой срок отводился для окончательной сдачи в эксплуатацию сверхмощной гелиостанции, монтируемой на околосолнечной орбите и связываемой с колонизируемыми планетами анклава, а также крепостями защитного пояса мощными подпространственными энерговодами…

Где-то в резиденции клана Лерой…

— …у нашего мальчика прорезались зубки, госпожа, и он уверенно прогрызает ими путь к вершинам клановой иерархии. Уже сейчас, по расчётам клановых аналитиков, тан Рур занимает уверенное второе место в клане, а в некоторых вопросах — даже первое, потеснив вас. Вы, впрочем, сами позволили тану Руру перехватить у вас часть рычагов власти, дав ему слишком много свободы. Появились и первые тревожные симптомы — часть членов клана предана тану Руру даже больше, чем самому клану. И это, между прочим, самые боеспособные члены клана! Если вдруг тан Рур захочет осуществить силовую смену власти в клане, с большой долей вероятности у него это получится. А если мы промедлим ещё два-три сола, то число преданных тану Руру лично клановых превысит точку невозврата — с этого времени власть в клане фактически будет принадлежать не вам, а ему.

— В принципе, я это и предполагала, тан Тувилани. Но что же вы предлагаете мне сделать? Ведь не зря же вы затеяли этот разговор именно сейчас?

— Я предлагаю устранить возможного претендента на ваше место, госпожа, пока не стало слишком поздно. Сейчас это ещё можно сделать без серьёзных последствий для клана.

— А такие последствия, как я понимаю, будут?

— Несомненно, госпожа. Стремительное развитие клана, которое мы наблюдаем в течение последних сол, естественно, остановится. Скорее всего, клан даже будет отброшен в клановом рейтинге на ряд ступеней, пусть и удержав большую часть достигнутого. Однако структура власти в клане сохранится, равно как и сохранится за вами место матриарха. Да и потеряем мы, по большому счёту, не так уж и много — тан Рур неплохо организовал вверенные ему сектора клановой хозяйственной деятельности, и, в первую очередь, милитари-направление. Сейчас подконтрольный ему сектор может неплохо функционировать и без него — подросло новое поколение обученных таном Руром руководителей. К тому же исчезнет напряжённость во взаимоотношениях нашего клана с имперскими службами, и в первую очередь с министерствами разведки и госбезопасности — вы отлично знаете, что для них тан Рур — что шило в заднице. Вечный источник раздражения…

— Но у вас точно получится устранить тана Рура?

— С большой долей вероятности, госпожа, если всё тщательно продумать и организовать покушение на клановой территории. Тан Рур необычайно, я бы даже сказал — параноидально осторожен, но удара изнутри он не ожидает и, следовательно, к нему не готов.

— Верно, тан Рур слишком честен и прямолинеен, чтобы ожидать удара в спину, и в этом его основная слабость — он привык слишком доверять своему близкому окружению. А верить нельзя никому — это знает любой выросший в империи человек. Даже удивительно, что он до сих пор жив — с его привычками решать проблемы в дуэльных поединках, заканчивающихся, как правило, смертельным исходом. В империи не любят таких умельцев и обычно устраняют их традиционными методами…

— Верно, госпожа. Искусство боя голыми руками не прижилось в империи, хотя, согласно легендам, в древности существовали настоящие мастера рукопашного боя, не хуже тана Рура. Однако до недавнего времени это умение считалось бесполезным — стоило только кому-нибудь достичь в искусстве боя голыми руками определённых высот и начать применять его для решения собственных вопросов в дуэльных поединках, как такой человек очень быстро оказывался ликвидированным с помощью обычного оружия — против обычного армейского штурмового ружья всё искусство этих мастеров оказалось бесполезным.

— Что-то я не наблюдаю, чтобы тана Рура пытались устранить с помощью обычного оружия…

— Простите, госпожа, это моя вина. Вы не слишком охотно вникали в вопросы подразделения клановых телохранителей — это направление курирует лично тан Рур, и вся информация стекается лишь к нему. Между тем попытки убрать тана Рура до некоторого времени происходили достаточно регулярно. Правда, постепенно их количество сначала резко уменьшилось, а потом и вовсе прекратилось — за последние несколько сол на него не было совершено ни одного покушения.

— Неужели кланы решили оставить нашего мальчика в покое?

— У них не было другого выхода, госпожа. Тан Рур, оказывается, не только неплохой боец — за годы тренировок у него развилось фантастическое, я бы даже сказал — сверхъестественное чутьё на опасность. Скорее всего, это просто одна из его паранормальных способностей, хотя у меня есть информация, что эта способность вовсе не уникальна — подобное чутьё в результате специальных тренировок по введённой в клановой школе боевых искусств методике может развить практически любой человек. По крайней мере, подобными умениями в клане, помимо тана Рура, обладают по меньшей мере ещё несколько человек. Именно это умение позволяло тану Руру уходить с линии огня во время атак на него.

— Но вечно убегать от стрелков нельзя — рано или поздно кто-то да попадёт…

— Оказывается, вечно и не надо — действия своих подразделений тан Рур особо не афиширует, но каждое покушение на него не осталось без последствий. В большинстве случаев покушавшиеся на жизнь тана Рура были задержаны сразу же на месте покушения клановыми телохранителями — они, оказывается, обучены не только грудью защищать клиента, но и нейтрализовывать нападающих, даже если те вооружены дальнобойным стрелковым оружием. В тех случаях, когда стрелки не были задержаны сразу — в действие вступала аналитическая служба клана и технические средства поддержки — одной из стандартных функций службы телохранителей является сканирование окружающей территории с фиксацией всех живых существ на весьма обширной территории вокруг охраняемого объекта. Совокупность действий телохранителей и аналитиков оказалась крайне эффективной — с помощью технических средств были выявлены исполнители всех покушений.

— Хорошо, выявили. И что?

— А дальше совершался акт возмездия — в клане, осуществившем покушение, в течение нескольких ло методично выбивались ведущие лица клана — аналитики, хозяйственники, заместители матриархов. Я не обладаю полной информацией — это направление, повторюсь, ведёт тан Рур, но по имеющимся у меня данным, за каждое покушение клан-агрессор расплачивался сотнями жизней самых ценных своих людей. После чего матриарх клана-агрессора, как правило, вызывался на переговоры таном Руром лично. В отличие от сложившейся в империи практики, переговоры происходили не в клановых резиденциях, а на нейтральной почве — в дорогом ресторане, загородном парке, увеселительном центре… Что там происходило — я не знаю, но, как правило, после этой встречи на счёте клана Лерой появлялась весьма внушительная сумма денег и клан, вызванный на переговоры, больше не совершал на тана Рура покушений. Подозреваю, что информация об этих кланах-неудачниках каким-то образом распространялась среди других кланов, так как подобных покушений становилось всё меньше и меньше, пока они не прекратились совсем…

— Что автоматически добавляет нашему мальчику как очки популярности в клане, так и моё к нему уважение — он не только смог завоевать часть имперского рынка милитари, но и успешно сохранить завоёванное. А как вы думаете, тан Тувилани, что будет, если мы устраним тана Рура? Удержит клан Лерой завоёванный им сектор рынка?

— Боюсь, что нет, госпожа. Конечно же, несколько его учеников, и, в первую очередь, его дети — Аруми и Ярината, теоретически смогут продолжить дело своего отца, но им катастрофически не хватает опыта. Так что рейтингом клана всё же придётся пожертвовать… Зато вы сохраните своё кресло.

— Значит, вы видите всего два сценария развития, тан Тувилани? Или тан Рур становится патриархом клана, устранив меня, или мне придётся его устранить, причём в кратчайшие сроки, пока не стало слишком поздно?

— Сценариев развития для нашего клана на самом деле значительно больше, но именно эти два самые вероятные.

— Что ж, я вас услышала…

— И какое вы примете решение, госпожа?

— Тана Рура — не трогать. Пусть всё идёт своим чередом. Пока наш мальчик весьма неплохо справляется с возложенными на него задачами, пусть он и не всегда в курсе о них. А если он станет настолько опытен в политике, что я буду ему только мешать — ну что ж, значит, мне пора будет на покой. Я буду знать, что клан Лерой в надёжных руках.

— И вы так легко уступите пришельцу кресло матриарха?

— Вы забываете, тан Тувилани, что для меня важнее всего не кресло, а клан. Клан — превыше всего! А кто стоит во главе — я, вы, тан Рур — по сути дела не имеет значения. За то, что клан выбьется в золотую тысячу и войдёт в совет кланов — я готова отдать свою жизнь. Равно как и вашу, и тана Рура, и множества рядовых клановых… Прошу в дальнейшем иметь это ввиду — если для дальнейшего возвышения клана мне понадобится устранить тана Рура — я первая отдам подобный приказ. Но пока клану он нужен исключительно живым. Мальчик тянет вверх на своём горбу весь клан — ну так и пусть тянет. Ради этого я готова, повторюсь, даже отдать ему своё кресло. Однако и в ваших словах есть доля здравого смысла… Знаете, мы, наверное, поступим следующим образом… Сформируйте под своим началом отдельную группу бойцов, скажем, человек десять-пятнадцать. Промойте им мозги, вбив личную преданность клану и персонально вам. На подобные мероприятия отведите два-три куна, после чего целенаправленно натаскивайте их на ликвидацию заданных целей. Для отработки практических навыков разрешаю брать заказы на устранение отдельных лиц на стороне, но не слишком значимых и не входящих в элиту кланов — нам сейчас ни к чему проблемы с другими кланами. Через два, максимум — три сола у вас должна быть сплочённая команда профессионалов, умеющих работать группой, подчиняющихся только мне и способных устранить любого, будь то хоть тан Рур, хоть сам император. От одновременного залпа полутора десятка армейских ружей, нанесённого по площади, не спасёт никакое чутьё. А там посмотрим — жить ли тану Руру патриархом или всё же я побуду ещё немного на своём месте. Впрочем, возможен и третий вариант, о котором вы, тан Тувилани, ничего мне не сказали. А он, мне кажется, будет наиболее вероятным.

— Возможно, госпожа, вы знаете то, что не знаю я?

— Возможно, тан Тувилани. Возможно, привыкнув никому не доверять и во всех словах ища подвох, я уже не верю, что люди когда-нибудь могут говорить правду. А ведь тан Рур уверял меня, что он не ищет власти и она ему не нужна. Может быть, достаточно просто ему поверить?

— А если это очередная уловка?

— Вы так часто слышали их от тана Рура?

— Нет, госпожа, но всё когда-нибудь случается в первый раз.

— Верно, тан Тувилани… Всё когда-нибудь случается в первый раз… Может быть, попробуем в первый раз кому-то поверить на слово? Тем более что этот кто-то — тан Рур…

— Тан Рур Лерой, во вверенном мне подразделении происшествий не случилось, занятия проходят в штатном режиме. Рота находится на полигоне, отрабатывает навыки взаимодействия войсковых подразделений в условиях наземного боя на пересечённой местности. Командир третьей учебной роты первого батальона третьего полка двадцать четвёртой десантно-штурмовой дивизии старший лейтенант Тамиро Лерой…

— Вольно, старший лейтенант. Расскажи, как успехи твоих подопечных?

Пока офицер рассказывал о жизни и успехах вверенных ему подростков, Андрей, специально прилетевший в анклав с инспекторской проверкой хода строительства и совсем недавно, посетив планеты Флора и Камэни, прибыл на Лерой, сейчас внимательным взглядом рассматривал территорию учебного центра. Центр раскинулся на громадной площади, занимающей сотни гектаров, или, как указывалось в документах на строительство — более четырнадцати квадратных ши. Казармы, разбросанные небольшими компактными группами по территории центра, сейчас, в разгар рабочего дня, пустовали — все курсанты были на занятиях. Общее количество курсантов давно уже перевалило за сотню тысяч, причём имперцев пока было не более десяти — основную часть составляли дети и подростки, вывезенные людьми Андрея с различных планет империи. И новые призывники всё продолжали прибывать — группы вербовщиков тщательно прочёсывали галактику в поисках подходящих кандидатов. Даже с учётом того, что минимальный порог коэффициента генома для мальчиков был повышен с восьмисот до восьмисот двадцати, а для девочек — до восьмисот тридцати пяти, общее количество отобранных с каждой планеты детей достигало пятнадцати-двадцати тысяч. Все они, за исключением нескольких человек, не выдержавших тяжёлых тренировок, отказавшихся подписать контракты и отправленных попутными кораблями на те планеты, откуда были вывезены, после прохождения курса молодого бойца подписали двадцатипятилетние контракты на согласие поступить на службу в клан Лерой в качестве бойцов — выдержав первый месяц изнурительных тренировок и немного вжившись в тяжёлый распорядок дня, подростки резонно рассудили, что изматывающие ежедневные физические нагрузки вполне компенсируются отличным питанием и гарантированной крышей над головой. Андрей специально не стал объяснять им, да и своим инструкторам запретил говорить, что на самом деле выматывающая, доводящая до потери сознания тяжесть тренировок ощущается таковой только в первые месяцы, пока организм не адаптируется к высоким физическим нагрузкам, а потом привыкший организм сам будет просить ежедневных упражнений. Впрочем, подростки и сами, пробыв в учебном центре несколько месяцев, ощутили это — они ожили и повеселели, всё чаще в казармах стал звучать детский смех и выявляться лёгкие, необидные проказы. Пока их число было невелико, но это только выявленных — тех, которые смогли заметить отцы-командиры. Жизнь у курсантов однозначно налаживалась. Вот и офицер, докладывая об успехах своих десяти-четырнадцатилетних подопечных, не мог не сдержать гордости — было видно, что он доволен их успехами. Детьми их тоже скоро перестанут называть — пройдёт буквально два-три года, и самых старших из них, тех, кому исполнится по шестнадцать-семнадцать лет, можно будет привлекать к боевым операциям. А за эти годы население учебного центра анклава пополнится миллионом новых призывников. Всё же решение воспитывать солдат из набранных неклановых детей виделось Андрею правильным — если они покажут себя с лучшей стороны, а Андрей в этом не сомневался, — большинство из них можно будет принять в клан, даже в ущерб резкому понижению кланового геномного кода. Понижение это, к слову, значительное для клана, для остальных жителей империи таковым не являлось. Средний коэффициент генома для мальчиков, количество которых с учётом выбранного геномного порога составляло почти половину, был около восьмиста двадцати восьми, а девочек — восьмиста сорока одного. И это с учётом того, что небольшая часть подростков имела коэффициент генома на десять-пятнадцать единиц меньше разрешённого порога — Андрей специально разрешил вербовочным командам принимать незначительное, не более нескольких процентов, количество детей с более низким коэффициентом, при условии, что этот ребёнок будет выделяться из общей массы кандидатов чем-то особенным. Критерии вербовщиков оказались ожидаемыми — получившие дополнительные билеты на космический корабль девочки отличались завидной красотой и пропорциональным телосложением, а мальчики — ростом и физическими данными. Неудивительно… Впрочем, Андрей не ругал вербовщиков, а даже похвалил их — ведь от девушек мужчины в первую очередь ожидают внешней красоты, а парням, которым в будущем предстояло стать клановыми солдатами, требовались физическая сила и выносливость. Так что за эту часть своего плана по строительству анклава и синдиката Лерой, который должен был занять в анклаве и в империи достойное место, Андрей был спокоен — все работы двигались в полном соответствии с намеченными графиками. Но сейчас это было не главное…

За окном небольшого уютного кабинета, расположившегося на третьем этаже личной резиденции клана Лерой в Окаане, столице Оканийской империи, давно разлилась чернильная тьма, усыпанная яркими точками звёзд — была глубокая ночь, столица спала. Андрею тоже давно пора было лететь домой, но он, потирая покрасневшие от постоянного недосыпа глаза, уже который час разбирался с ворохом документов — их вал, кажется, постоянно увеличивался день ото дня, нарастая, как снежный ком. И это при том, что все второстепенные дела Андрей давно сплавил своим подчинённым, оставив под своим личным контролем только наиболее важные. Понимая, что и сегодня с массой текущих документов покончить никак не удастся, он уже собирался отключить терминал искина и лететь домой, как ночную тишину разорвал звонок селектора — его вызывала секретарша. Едва сдержав желание послать всех в долгое пешее эротическое путешествие, Андрей включил терминал. Появившаяся на экране секретарша с такими же, как у Андрея, заспанными глазами, вызвала у него чувство лёгкого стыда за недостойные мысли, а её сообщение грозило окончательно испортить настроение:

— Господин Рур, к вам на приём просится глава службы имперской государственной безопасности, господин Нирэн Шихои.

— И где он сейчас?

— Ожидает в приёмной.

— Он записывался на приём?

— Нет, господин Рур, и не извещал о своём приходе. Что мне делать?

— Впускайте, раз уж пришёл. И сделайте нам чайку…

Не прошло и минуты, как в кабинет вошёл стройный подтянутый мужчина с короткой стрижкой и выправкой отставного военного, одетый в классическую форму офицера Оканийской армии. Без знаков различия, разумеется — находясь на государственной службе, занимать какой-либо официальный армейский пост мужчина не имел права. Впрочем, армейская форма ему очень шла, идеально сидя на стройной подтянутой фигуре с гордо расправленными плечами. Сухощавое лицо с классическим профилем и немного тяжёлым подбородком излучало спокойствие и уверенность.

Переместившись за небольшой овальный столик в углу кабинета и усадив гостя на одно из трёх низких, но чрезвычайно удобных мягких кресел, стоящих вокруг стола, Андрей присел на другое кресло, не спеша разлил чай по чашкам, предложив одну гостю, а вторую оставив себе, и, выждав небольшую паузу, начал разговор:

— Что привело вас ко мне в столь неурочный час, тан Шихои?

— Если не возражаете, давайте перейдём на неофициальный стиль, можете звать меня просто Нирэн. Честно говоря, за день я уже устал от официоза.

— Не возражаю, тан Нирэн. Можете звать меня Руром.

— Спасибо, тан Рур. А привело меня к вам вот какое дело. До меня дошли сведения, что вы заключили с рядом военных кланов договоры на строительство в вашем анклаве заводов по производству вооружения. Причём только один завод по производству лёгкого стрелкового вооружения, остальные — тяжёлого. Также вы планируете выпускать бронеконструкции, бронетехнику, бронеэкипировку для своих солдат. Меня, как главу имперской государственной безопасности, взволновали причины столь масштабной милитаризации ваших людей, тан Рур. С учётом будущего наличия у вас практически неподконтрольного нам анклава для империи ситуация достаточно тревожная и нарушающая исторически сложившийся баланс сил. Я не стал пока докладывать императору о своих опасениях — решил, что встречусь сначала с вами, тан Рур.

— Это правильное решение, тан Нирэн. Прежде всего хотелось бы заверить и вас, и императора, что ни у меня, ни у руководства синдиката нет никакого желания ни угрожать империи, ни, тем более, предпринимать против неё какие-либо враждебные действия. Ни к чему хорошему это не приведёт. Мы действительно планируем организовать в синдикате производство отдельных видов вооружений. Но давайте я расскажу всё по порядку, так вам будет понятнее.

— Я внимательно вас слушаю, тан Рур.

— Вам, наверное, уже известно, что мы подготавливаем клановых и имперских бойцов по совершенно другой, отличной от принятой в империи, методике. Кстати, если вам будет интересно — мы не делаем различий между обучением своих воинов и бойцов империи, все занимаются в общих аудиториях и на общих полигонах. Основой наших войск является группа численностью в десять бойцов, вернее, девять бойцов и командир. Назовем её отделением. Из этих бойцов семеро — десантники с тяжёлым ручным стрелковым вооружением, обычным или снайперским, и два десантника-водителя лёгких мобильных роботов-дронов. Отделение группируется примерно так: командир отделения, носящий воинское звание сержанта[3], ему напрямую подчинен один из десантников, дополнительно к своим обязанностям являющийся заместителем командира отделения и носящий звание младший сержант. Он же отвечает за связь отделения с вышестоящей группировкой. Оставшиеся восемь человек разделены на две группы по четыре человека. В одной группе два обычных десантника, один снайпер и один десантник-водитель лёгкого мобильного робота-дрона. То есть основной ударной силой подразделения является мобильная группа из четырёх бойцов, обученных работать автономной командой, в числе которых есть и снайпер, и лёгкая бронированная техника. При необходимости командование одной группой берёт на себя командир отделения, а другой — его заместитель. Группа может вести бой в полной изоляции и способна выйти победителем из сражений с многократно превосходящим её по численности противником, оснащённым по образцу имперской армии. Реально за счёт комплектования низшего армейского звена боевыми роботами и тяжёлым ручным вооружением боеспособность наших войск в три-четыре раза выше боеспособности аналогичных имперских войсковых частей, то есть тысяча наших бойцов выйдет победителем из реального боевого столкновения с регулярными имперскими войсками численностью до четырёх тысяч человек. Мои бойцы смогут разгромить и значительно большие имперские войсковые соединения, но в этом случае безвозвратные потери многократно возрастут, что, как вы понимаете, неприемлемо. Для простоты считайте, что мои бойцы в четыре раза лучше имперских — такой перевес, кстати, возможен лишь при наличии соответствующего тяжёлого вооружения, одной выучки солдат недостаточно. А теперь поднимите численность имперских войск, коих по моим данным десятки миллиардов, и численность наших клановых войск — вы увидите, что ни о какой угрозе и речи быть не может, нас слишком мало, чтобы представлять для империи сколько-нибудь реальную опасность. Более того, с каждым сол количество имперских бойцов, обученных по нашей методике, будет возрастать, что сгладит ситуацию — через пять-шесть сол при реальном боестолкновении размен будет примерно один к одному. Ну и о какой угрозе может идти речь? Так и передайте императору.

— Но ваша структура воинских формирований в корне отличается от имперской! Вы ориентируете своих бойцов под своё оружие, которое в имперских войсках не используется. Пройдя у вас обучение и вернувшись в имперские вооружённые силы, наши бойцы окажутся не у дел — их нечем будет вооружать.

— Это ваши проблемы. Приобрести необходимое вооружение для империи значительно проще, чем для клана — вам ли этого не знать… Мы же не зря приняли именно такой тип базовых основных вооружённых формирований — многочисленное моделирование искином различных боевых ситуаций показало наибольшую эффективность именно такой группировки. Тип вооружения также выбран не случайно. Необходимо отметить, что основной вид вооружения десантника — тяжёлое ручное полуавтоматическое ружьё плазменно-кинетического действия. Дополнительно каждый боец имеет мобильный плазменный полуавтоматический пистолет двойного действия с возможностью перевода в ручной лучевой режим. Но пистолеты — индивидуальное оружие ограниченного действия, обладают малой мощностью и применяются бойцами только в исключительных ситуациях. Основой тип оружия, как я уже сказал — тяжёлые плазменные ружья. Выбор типа не случаен — в условиях сильного тумана или запылённости лучевое оружие резко теряет эффективность. Другие типы вооружения — такие, например, как гравитационное, слишком тяжелы, чтобы их мог носить пехотинец.

— А зачем вашим бойцам такое тяжёлое вооружение? Оно слишком мощное даже для тяжелобронированных имперских десантников.

— Сейчас расскажу. Подготовка наших бойцов разноплановая и вовсе не направлена только на противостояние таким же человеческим войсковым соединениям. Основной противник наших десантников — инсектоиды таурийской расы. Именно против них направлен выбор вооружения — выбрасываемый ружьём сгусток активного вещества, разогретый до температуры плазмы, движется пусть и медленнее скорости света, как в лучевом оружии, но значительно быстрее скорости звука. На расстоянии примерно ши траектория полёта заряда представляет собой почти идеальную прямую при минимальном рассеянии, а дистанция уверенного поражения цели составляет не менее тридцати ши. Сталкиваясь с препятствием, плазменный заряд взрывается, разрывая на осколки не только сверхпрочную броню имперских десантников, но и бронированный хитиновый панцирь таурийцев, против которых принятые на вооружение имперской армией лучевые ружья практически бесполезны. Эффективность слаженной мобильной группы из четырёх десантников, один из которых — водитель оснащённого тяжёлым вооружением робота-дрона, против одиночного бойца-таурийца достигает девяноста девяти процентов. Стрельба из ружей, которыми оснащены наши десантники, эффективна также против низколетящих целей — атмосферных, стратосферных и суборбитальных судов, а также лёгкой бронированной техники. Кстати, ружья настолько мощные, что от выстрела, произведённого практически в упор, может пострадать и сам боец, вследствие чего все наши десантники в обязательном порядке одеты в броню среднего класса защиты — она же защитит их не только от осколков, но и от лёгкого стрелкового вооружения различного типа. Именно для производства этих ружей, а также лёгкого стрелкового вооружения и брони для десантников нами приобретены специализированные заводы — производить оружие самим оказалось значительно выгоднее, чем покупать его на стороне, тем более что в сырье наш клан недостатка не испытывает. Вопросы экономии, не более.

— А завод по производству роботов-дронов?

— Лёгких мобильных роботов-дронов, если быть более точным. Вы же слышали, что в составе отделения их целых два. Они жизненно необходимы для ведения боевых действий против таурийцев. Причём роботы могут нести значительно более тяжёлое вооружение, чем пехотинцы. Соответственно, их цели — более солидные. Это тяжёлая бронетехника противника и большие десантные челноки, то есть десантно-штурмовая техника вероятного противника. Роботы вооружены сдвоенными плазменно-кинетическими орудиями большой дальности и лучевой пушкой средней мощности. Для небольших целей у робота имеется скорострельная плазменно-кинетическая пушка примерно той же мощности, что и у десантников. Основное же вооружение роботов позволяет уничтожать среднебронированные летающие цели и тяжелобронированные наземные цели на расстоянии до пятнадцати ши. Конечно, лучевая пушка может добить и до значительно более удалённых целей, но точность попадания и эффективная мощность поражения будут невелики. По основной ударной единице наших десантно-штурмовых войск вам всё понятно?

— В целом — да. Отделение в составе десяти человек состоит из двух практически автономных групп по пять человек — командир или заместитель, два бойца-десантника, один боец-снайпер, один водитель лёгкого мобильного робота-дрона. Вооружение — ручное тяжёлое и лёгкое, на роботе — лёгкое стационарное по имперской классификации. Автономно может работать любая из двух групп. Должен признать — достаточно грамотно продумано, действительно, против таурийцев может оказаться эффективным. Против имперских войск — возможно, вы правы — даже если не учитывать выучку солдат, то только за счёт вооружения ваши войска в несколько раз более эффективны.

— На самом деле они более эффективны как раз за счёт своей выучки, оружие лишь дополняет их индивидуальное мастерство, но не суть дело. Рассказываю дальше. Из трёх отделений формируется взвод. Командир взвода имеет звание старшины. К взводу приписан лёгкий десантный челнок, рассчитанный под его перевозку и управляемый двумя пилотами — командиром и заместителем, выполняющим также обязанности стрелка, плюс взвод бронетехники, в который входят экипажи семи машин — трёх средних танков, трёх легкобронированных истребителей-штурмовиков, одного тяжёлого штурмовика-бомбардировщика а также одного человека, отвечающего за интендантскую службу. На нём обязанности по обеспечению взвода продовольствием, боеприпасами, обмундированием. Он также следит за исправностью вверенной ему военной техники и осуществляет связь с вышестоящими интендантскими службами клана, а при необходимости — выходит напрямую на руководство клана. Несмотря на то, что у каждого бойца-десантника есть необходимый минимум боекомплекта и продовольствия на автономные действия в течение двух-трёх ло, взвод позволяет вести боевые действия автономно, в глубоком тылу противника, в течение примерно семи ло — именно на такой срок рассчитаны запасы продовольствия и боеприпасов. Вооружение взвода бронетехники описывать не буду — оно стандартное для империи и предназначено для уничтожения наземной и летающей тяжелобронированной техники вплоть до суборбитальных высот.

— Вооружённость ваших клановых войск значительно превосходит имперские…

— А что делать? Людей у нас мало, приходится ценить жизнь каждого бойца.

— Похвальное стремление. Но и это, как я понимаю, ещё не всё?

— Правильно понимаете. Три взвода составляют роту. Командует ротой старший лейтенант, у которого есть заместитель-лейтенант. К роте уже приписан тяжёлый орбитальный десантный челнок и взвод тяжёлой бронетехники с батареей огневой поддержки. Вооружение роты десантников-штурмовиков позволяет стереть с лица земли крупный город размером с Окаану. Если численность взвода — сорок человек, то численность роты — около ста пятидесяти. Три роты образуют батальон, в котором около пятисот человек, а три батальона — полк, численность которого чуть более тысячи восьмисот бойцов, но может доходить до двух тысяч, если к полку приписаны дополнительные подразделения. Батальоном командует майор, его заместитель — капитан. Полком командует полковник. Заместитель — подполковник. Сейчас в клане три полноценных полка, или около шести тысяч бойцов. Это регулярные клановые войска. Всё, что свыше этого количества — за штатом. Или обучаются, или тренируются, или заняты на непрофильных работах — в клане слишком мало людей, приходится к отдельным работам привлекать армейцев. К тому же на всех не хватает вооружения — с ним ситуация исправится, когда заработают клановые заводы. Как вы понимаете, сравнивать несколько тысяч бойцов клана Лерой с десятками миллиардов бойцов имперской армии просто смешно — ни о какой угрозе не может быть и речи, даже если численность наших войск увеличится в сотни раз.

— А военно-космические войска?

— С этим вопросом обращайтесь к Камэни. Я, конечно же, полностью в курсе всего происходящего в клане наших союзников, но выкладывать чужую информацию считаю некрасивым. Военно-космические войска есть и у нас, но это жалкие единицы техники, предназначенные в первую очередь для охраны наших торговых караванов и перевозки наших десантно-штурмовых войск. Основная ударная сила космических войск синдиката — у союзников. Кстати, хочу заметить, что Камэни также имеют незначительные группировки десантно-штурмовых войск, организованные по принципу войск Лерой. Но их у Камэни значительно меньше, чем у нас. Мы как-то разделились — космический флот подготавливают Камэни, десантные войска — Лерой. Впрочем, на принадлежность к конкретному клану синдикат внимания особо не обращает — нередко в охране грузов Камэни принимают участие бойцы Лерой, и наоборот. Военно-космический флот Камэни, как и десантники Лерой, также не представляет угрозы для империи ввиду своей малочисленности. Пилоты Камэни значительно более опытны, чем имперские, и способны нанести поражение группировке противника, по численности в несколько раз превышающей их собственную. Но массой можно задавить любого талантливого пилота — вам ли этого не знать.

— Знаю. И доверяю суждениям того, кто лично обучал пилотов Камэни…

— Сейчас я лично обучаю имперских пилотов, и они обещают быть весьма неплохими — даже если не сравняются в мастерстве с Камэни, то сильно приблизятся к этому уровню.

— Тан Рур, остался последний вопрос. Чтобы развеять последние сомнения, не могли бы вы разрешить моей делегации ознакомиться с процессом тренировок имперских солдат на вашей базе? Это сильно улучшило бы наши отношения. То, что вы мне рассказали, очень красиво, но это лишь слова. Мне хотелось бы своими глазами увидеть доказательства правдивости ваших слов.

— Если хотелось вам, тан Нирэн, то зачем делегация? К тому же у нас с императором достигнута договорённость о том, что данная информация будет передана империи после выполнения ей определённых мероприятий. Эти мероприятия, как вы знаете, пока не выполнены. Кстати, почему? Вы наверняка приложили свою руку к процессу замораживания строительства крепостей орбитального защитного комплекса.

— Буду честен с вами, тан Рур. Свою руку к приостановке строительства крепостей, а именно — к оснащению их тяжёлыми орудийными платформами, приложил руку господин Тинитаро Хорукайяни.

— Всё-таки надо было вызвать его на дуэль… Возможно, новый глава имперской контрразведки был бы более здравомыслящим.

— Вы слишком кровожадны, тан Рур. Я уже начинаю опасаться, что в словах господина Хорукайяни есть смысл.

— Делегацию на базу я не пущу. Это прописано в договоре и не обсуждается. Но я могу организовать поездку лично вам. Единственное условие — летите инкогнито, у вас не должно быть никаких записывающих устройств. По прилёте вы будете досмотрены, все личные вещи у вас будут изъяты и выдана стандартная форма офицера-десантника. Я, кстати, буду в такой же. Если согласитесь — оповестите мою канцелярию, я организую полёт и лично провожу вас по всем интересующим вас местам — я имею доступ в любой уголок анклава.

— Зачем оповещать канцелярию? Я принимаю ваши условия и даю согласие на поездку инкогнито. Надеюсь, вы сможете обеспечить мою безопасность?

— Абсолютных гарантий дать не могу — от случайностей не застрахован даже создатель, но защищать вас будут не хуже, чем императора. Когда планируете поездку?

— Да хоть сейчас, только канцелярию извещу, чтобы не волновались.

— Сейчас не получится — надо подготовить звездолёт к вылету, заправить топливными элементами, проинструктировать экипаж. Завтра… Так, завтра тоже не получится — у меня уже весь день распланирован по дангам, назначенных встреч уже не отменить. Послезавтра… Придётся отменять ряд встреч, но это уже допустимо. Завтра свяжусь со всеми, извинюсь и попрошу перенести встречи. Итак, послезавтра утром, нет, ближе к обеду — вас устроит?

— Вполне устроит, тан Рур.

— Хорошо, тогда послезавтра примерно в пять ри жду вас в этом кабинете, корабль будет готов.

— Спасибо за взаимопонимание, тан Рур. И спокойной ночи.

— И вам спокойной ночи, тан Нирэн. Хотя какая уж тут ночь, утро скоро…

— Сэнсэй, все собрались, ждут только вас!

Андрей внимательно осмотрел почтительно склонившегося молодого мускулистого мужчину в белом кимоно с чёрным, украшенным вязью серебристых иероглифов, поясе. Сэмпай — один из старших учеников, ведущий занятия в группе таких же, как он сам, чёрных поясов. Как будто что-то решив для себя, Андрей вышел из состояния задумчивости и проследовал за сопровождающим в зал.

Тренировочный зал был забит почти до отказа — за эти годы школа солидно разрослась. Причём в зале присутствовали одни чёрные пояса — для остальных места не хватило, им расскажут о том, что будет сейчас произнесено, их старшие товарищи. Окинув долгим взглядом внимательно смотрящих на него молчаливых людей, Андрей заговорил:

— Наша школа разрослась и окрепла, ей уже тесно на Окане. Я принял решение создать филиал клановой школы боевых искусств в анклаве, на планете Лерой. Там сейчас тяжело — места дикие, ещё необжитые, но когда воины боялись трудностей? Тем более что от вас мне нужна помощь — в ближайшее время клан примет на обучение десятки, сотни тысяч имперских солдат, и перед кланом стоит задача сделать из них настоящих воинов. Поэтому те, кого я возьму с собой в анклав, будут заниматься боевыми искусствами только по утрам и вечерам, а днём они будут работать инструкторами по боевой подготовке в клановом учебном центре. Учить будете как имперцев, так и своих бойцов. Сложного там ничего не будет — уже несколько десятков ваших друзей там работает. Всем инструкторам будут присвоены воинские звания, то есть улетающие со мной в анклав поступают на военную службу. Брать буду самых достойных — ведь только самые достойные имеют право учить других. Также со мной полетит несколько старших учеников — ваши занятия должны продолжаться, предела на пути изучения боевых искусств не существует, эта дорога длиной в целую жизнь. Полетят со мной пока немногие, но остальным впоследствии тоже найдётся в анклаве место — строительство идёт полным ходом, анклав будет расширяться. Всем отобранным перед вылетом необходимо пройти инструктаж в отделе тана Тувилани — пока в анклаве действует режим секретности и вам придётся подписать документ о неразглашении полученной информации. Бояться этого документа не стоит — через несколько сол гриф секретности с анклава будет снят, хотя распространяться об увиденном всё равно нежелательно, чтобы случайно не нанести ущерба клану. Раньше все вы были моим резервом, из которого я брал людей в Оканийскую лётную академию, службу телохранителей и в клановые вооружённые силы. Теперь добавилась ещё одна, не менее почётная специальность — армейские инструкторы, то есть не просто те, кто служит в войсках, а те, кто этих военнослужащих обучает. Также продолжится отбор в лётную академию, но уже не в Оканийскую имперскую, а в нашу, клановую, которая является её филиалом, а я, как вы все уже знаете, ректором. Клану нужна сильная, боеспособная армия, и вы будете её основой, её костяком. Калан превыше всего! Клан — это мы, а мы — это клан!!

Глава службы имперской государственной безопасности, господин Нирэн Шихои не спеша покинул пределы транспортного челнока, доставившего его из расположившегося на геостационарной орбите планеты Лерой космопорта в самый центр небольшого городка, привольно раскинувшегося среди густых лиственных деревьев местного леса, простирающегося до самого горизонта. Тут же к нему подскочил молодой парень, почти подросток, и, несильно, но вежливо поклонившись, произнёс:

— Рад приветствовать вас в Лере, столице планеты Лерой, господин. Тан Рур дал указание проводить вас в ваши покои.

— Скажите, а прогуляться по Лере мы можем? Я в первый раз на вашей планете, хотелось бы посмотреть на достопримечательности.

— Такое разрешение вам было дано таном Руром, можем прогуляться. Скажите, как вас называть?

— Мы с таном Руром решили не афишировать моё имя, но можешь называть меня Рэшем.

— Как скажете, тан Рэш. Скажите, с чего бы вы хотели начать осмотр Леры?

— Полностью полагаюсь на ваш вкус. Ведите.

Так свой первый день на планете Нирэн Шихои начал с осмотра столицы. Она оказалась небольшой, но вполне функциональной. Находиться в ней было легко и уютно, как будто попал на окраину Окааны, где не было суеты офисных учреждений, зато было всё для жизни людей, не имеющих возможности приобрести собственный земельный участок с отдельным строением в пригороде. Итак, Лера начиналась с центральной площади, которую окружали здания администрации, резиденции кланов Лерой и Камэни и большой торговый центр с портальной площадкой. Причём, по ощущениям Нирэна, портальная площадка только носила название площадки, по сути являясь портальным комплексом. Зайдя туда, мужчина увидел залы с межзвёздными порталами, ведущими, по-видимому, на другие планеты анклава, и отдельные ветки коридоров, в которых были сосредоточены внутрипланетные порталы. Они также были разбиты на несколько групп с отдельными входами, чтобы легко найти нужный, не запутаться и не создавать помех потоку людей, если вдруг данная транспортная магистраль окажется сильно загруженной. В отдельном вытянутом зале располагались сотни индивидуальных портальных кабинок, соединённых локальными телепортами с узловыми станциями — зайдя в такую кабинку, можно было вручную выбрать пункт назначения, чтобы, переместившись, выйти уже в другом месте из точно такой же кабинки. Большинство кабинок были свободны — над ними горели зелёные огоньки, но иногда в некоторые заходили люди, и тогда зелёный цвет над закрывшимися дверями ненадолго сменялся на красный. Доступ в залы с телепортами, кстати, контролировался одетыми в камуфляж вооружёнными охранниками, но сопровождающий Нирэна паренёк что-то показал охране, и их пропустили. Осмотрев залы, Нирэн спросил своего сопровождающего:

— А сейчас переместиться куда-нибудь мы сможем?

— Куда-нибудь, конечно же, сможем. Но сначала желательно чётко определиться — куда. А для этого желательно сначала узнать, что вы хотите посмотреть. То есть я посоветовал бы вам сначала погулять по столице, потом устроиться в гостинице, поесть, полистать путеводитель, после чего посоветоваться с таном Руром — он наверняка сможет дать дельный совет, что лучше посмотреть в первую очередь. К тому же, если не знаешь, куда перемещаться, можешь случайно попасть на режимный объект. И без специального пропуска вас вполне могут упрятать в карантин на несколько ло, а то и дольше.

— А что, есть тут и такие объекты?

— Да полно. Например, стоит вам сунуться без специального пропуска и справки о прививках и отсутствии болезней на территорию животноводческой фермы, как вы надолго застрянете в карантине, и даже сам тан Рур не сможет вас оттуда вытащить — пока вам не сделают всех необходимых прививок и не возьмут необходимые анализы, вас оттуда просто не отпустят — мало ли какую заразу вы могли принести или подхватить. Все же постоянно проживающие на территории комплекса рабочие и служащие подобные прививки уже сделали, необходимые анализы сдали и ходят туда-сюда свободно.

— Логично… На ферму мы пока не полетим — животных я и дома видел, к тому же предпочитаю лицезреть их преимущественно на обеденном столе в готовом виде. Какие в Лере ещё достопримечательности?

— Как таковых их здесь нет, тан Рэш. Лучами от центральной площади отходят транспортные магистрали, по которым вы можете передвигаться как пешком, так и на флаере. К тому же по центру магистрали через равные промежутки расположены транспортные станции подземной транспортной ветки — спустившись по ним под землю, вы попадёте в первое подземное транспортное кольцо, связавшее все основные административные центры Леры. В какое-нибудь маленькое уютное кафе на окраине Леры удобнее попасть по подземке, чем лететь на флаере. А телепорты в Лере связывают только крупные спальные районы. С выходом на центральной площади, разумеется.

— А развлекательные центры на Лере есть?

— Есть несколько небольших, но они практически пустуют. Мы сюда не развлекаться прибыли, а работать. Зато постоянным спросом пользуются различные обучающие центры — там можно повысить своё образование или получить дополнительную специальность. Все мои знакомые ребята планируют в будущем получить права водителя флаера, а некоторые даже учатся на водителя лёгкого боевого робота-дрона. Получив эту специальность, можно даже попробовать обучиться на пилота истребителя или десантного штурмовика, но это очень сложно…

Нирэн поражённо смотрел на подростка, который с воодушевлением рассказывал незнакомому человеку, как он мечтает чему-нибудь научиться. Причём, похоже, на учёбу тратит всё свободное время, которого, по-видимому, у него явно немного. В империи ситуация была несколько другая, и если все люди тана Рура, как утверждает этот юноша, больше всего озабочены собственной учёбой — тогда клану Лерой несказанно повезло… Эти и множество подобных мыслей весь остаток дня роились в голове чиновника, когда он осматривал город, поразивший его свой продуманностью и функциональностью. В нём было всё, что необходимо для жизни и работы. Не меньше, но и не больше. Причём жителей столицы подобная ситуация, кажется, вообще не напрягала — на планете Лерой, похоже, собрались одни трудоголики, озабоченные только своей работой. Муравейник, да и только…

Поняв, что основные достопримечательности осмотрены и ничего нового в Лере он больше не увидит, Нирэн направил свои стопы к дожидающемуся его номеру в гостинице — уже вечерело, да и есть сильно хотелось, несмотря на поглощённый им изумительный обед в одном из небольших кафе. Меню в кафе было коротким и незамысловатым, выбор составлял всего три-четыре блюда, из напитков — вода, молоко и соки, зато, попробовав свою порцию, Нирэн с удовольствием съел всё и чуть было не заказал ещё одну порцию — являясь истинным гурманом, мужчина сразу же определил, что еда была приготовлена исключительно из натуральных продуктов. Так не кормили даже в лучших ресторанах Окааны — в меню любого, даже самого престижного столичного ресторана всегда в небольшом ассортименте присутствовали более дешёвые блюда из синтетической пищи.

Номер в гостинице практически ничем не отличался от стандартного гостиничного номера в любой среднестатистической имперской гостинице — две комнаты, одна из которых — спальня, а другая — кабинет с рабочим столом и коммуникатором, санузел, небольшая гардеробная. На первом этаже гостиницы — традиционно столовая, ужин в которой также ничем не отличался от съеденного ранее обеда — такой же простой, сытный, и вкусный. Возможно, через несколько сол, а может быть и скорее — через пару кун, Нирэну наскучил бы однообразный выбор блюд, но окружающих, по-видимому, подобная ситуация вполне устраивала. Плотно поев, господин Шихои поднялся в номер и завалился спать. Сон пришёл к нему практически мгновенно — переполненный впечатлениями мозг не выдержал огромного потока информации и отключился от действительности.

Прибытие Андрея на Леру не осталось незамеченным — не успел он, вылетев из своего столичного дома, добраться до личного кабинета в резиденции Лерой, как предупредительная симпатичная секретарша с традиционно идеальной фигурой, принёсшая в кабинет чай с печеньями на маленьком подносе, положила перед ним заполненный до отказа график рабочих встреч — похоже, с ним хотел встретиться весь анклав…

Не спеша допив чай, Андрей выбрал из плотного списка посещение учебного центра — все остальные встречи он недавно проводил и приблизительно представлял, что на них увидит. Полёт на флаере до центра занял не более десятка нун, а тщательная инспекция хода процесса обучения — почти два ри. Андрей зашёл почти во все корпуса академии, в которых шли занятия, побывал на теоретических лекциях и практических занятиях — кстати, некоторые лекции вели его жёны — и посетил полигон, где тренировались десантники. Имперцы традиционно занимались вместе с бойцами Лерой, но вот вдалеке, на отдельном полигоне, который Андрей сразу же заметил с воздуха при подлёте к учебному центру, происходило явно что-то отличное от обычных тренировок. Долетев до полигона и посадив флаер на площадку перед командным центром, Андрей, едва успев откинуть прозрачную дверь челнока и спуститься на землю, был вынужден выслушать доклад оперативно подскочившего к нему молодого незнакомого полковника. Оказалось, что недавно построенный завод по производству лёгких боевых дронов уже начал поставлять свою продукцию в клановые войска, и теперь бойцы были обеспечены не только ручным оружием и бронёй собственного изготовления, но и лёгкой техникой. А, следовательно, клан получал полностью укомплектованные отделения и на полигоне уже начались тренировки по взаимодействию на поле боя пехоты с лёгкой бронированной техникой. На дополнительные вопросы Андрея полковник ответил, что полностью укомплектовано около девятисот шестидесяти отделений, а это почти десять тысяч бойцов. Причём в дальнейшем производство лёгких роботов-дронов будет только увеличиваться, и буквально через несколько месяцев, а точнее — через четыре с половиной куна, в клане будет до десяти тысяч полностью укомплектованных отделений. То есть в ближайшем будущем клан получит почти стотысячную хорошо обученную наземную армию — весьма неплохо в дополнение к трём клановым полкам и к миллиону подростков-новобранцев, тоже уже неплохо научившихся бегать и стрелять. С учётом тех наёмников, кто постигал в клановом учебном центре воинскую науку более полугода — а в бытность Андрея на действительной воинской службе в рядах Советской армии боец после полугода службы уже считался достаточно опытным, чтобы участвовать в боевых действиях, — армия Лерой уже превышала миллион бойцов. Да, пока эти отделения состоят преимущественно из подростков шестнадцати-семнадцати лет и их невозможно доукомплектовать полноценной техникой хотя бы до взвода — ни танков, ни истребителей-штурмовиков, ни бомбардировщиков, ни десантных челноков клан самостоятельно ещё не производил — слишком дорогим было строительство заводов, а закупать готовую технику также не было денег… Впрочем, отсутствием техники проблемы укомплектования клановой армии не ограничивались — на сложную летающую технику необходимо было сажать высокопрофессиональных пилотов, которых в клане ощущалась жёсткая нехватка. Кстати, а кто управляет почти двумя тысячами дронов? Ведь если простыми десантниками были наёмники, то водить дронов должны были обученные люди, получившие свидетельство водителя! Задав этот вопрос полковнику, Андрей был немало удивлён ответом — оказывается, у него уже было более пяти тысяч водителей лёгких роботов-дронов из числа наёмников, самостоятельно прошедших курсы и получивших необходимые свидетельства! Более того, незначительная часть этих водителей уже получила дипломы пилотов первого уровня, то есть вполне способных пилотировать если не малый десантный челнок, то как минимум истребитель или штурмовик. Неожиданный результат, открывающий перед Андреем возможность формирования пусть не полноценного четвёртого полка, то нескольких боеспособных взводов, и даже рот — была бы техника. И если для боевых действий в глубоком космосе основной ударной силой являлся полк, то для сражения на поверхности планеты было вполне достаточно полностью укомплектованных рот и даже взводов.

Обрадованный неожиданным подарком, Андрей за день успел посетить ещё животноводческий комплекс, выросший из бывшей фермы, и занятия в клановой школе боевых искусств — после окончания занятий в ней было достаточно многолюдно. В животноводческом комплексе пообщался с Силланой, поблагодарившей мужа за трёх новых сотрудников, прибывших недавно из научной станции Оканийского природного заповедника, и выложившей ему кучу информации по имеющимся у неё грандиозным планам расширения производства, а в школе позанимался с Аруми и Яринатой — после того, как они стали активно общаться с рурхами, их способности стали резко прогрессировать. Аруми также стал выводить на совместные прогулки с котами по одному-два своих брата, и, в виде исключения, сестры — как он объяснил Андрею, у многих их них также выявились способности по телепатическому общению, вот только практически у всех они находились или в латентном состоянии, или были настолько слабыми, что достучаться до них кроме рурхов никому не удавалось.

Оставив на совести Аруми обучение своих братьев и сестёр, Андрей, закончив инспекцию хода колонизации планеты, по межзвёздному порталу переместился на планету Камэни и навестил там обеих матриархов — у них как раз было раннее утро.

Утро на Каме, столице планеты Камэни, не слишком отличалось от такого же на Лере, столице планеты Лерой, где Андрей провёл последние сутки — та же утренняя рабочая толчея, те же вечно занятые рабочие в городе и служащие в администрации. Та же масштабная экспансия по планете, в которой Камэни достигли значительно больших успехов, чем Лерой, и этому обстоятельству не стоило удивляться — их финансовые возможности были несоизмеримо выше. Камэни заложили на своей планете уже несколько крупных городов, основой которых стали передовые научно-исследовательские медицинские центры с многочисленными лабораториями — исследователи не стали дожидаться открытия портала, а сразу же после того, как на планете была создана необходимая инфраструктура, начали в массовом порядке перевозить во вновь построенные лаборатории научное оборудование и переселяться сами, целыми коллективами, благо с жильём и питанием в анклаве проблем не было, а помешанным на науке исследователям, готовым сутками напролёт не вылезать из своих лабораторий, по большому счёту ничего более и не было нужно.

Недолго пообщавшись со старшим матриархом Камэни, госпожой Иллэри, обсудив с ней все текущие и стратегические вопросы по дальнейшему развитию анклава, Андрей надолго задержался в цепких ручках Айлинэри — научного гения и, по совместительству, младшего матриарха Камэни, с недавних пор курирующей все сколько-нибудь значимые научные разработки клана. Согласно данному ранее обещанию — в качестве исследуемого образца под символическим первым номером принимать участие в генетических исследованиях учёных (для себя Андрей именовал свою роль подопытным кроликом), Андрей на несколько дней отдался в руки жадных до продолжения эксперимента фанатиков от науки. Лина, правда, опять намекала на то, что личное участие Андрея в исследованиях можно было бы значительно сократить, если в качестве альтернативы на замену появятся его дети — Аруми и Ярината, но Андрей категорически отмёл эту возможность — вмешивать в медицинские эксперименты своих детей он не хотел.

Вырвавшись от учёных и ещё раз навестив госпожу Иллэри, Андрей прямо от Камэни телепортом переместился на Флору, чтобы на месте определить достаточность производимых для анклава продуктов питания и возможность расширения экспорта. Покончив с текучкой и удовлетворившись увиденным, Андрей вернулся на планету Лерой и, практически не задерживаясь, первым же звездолётом отбыл в столицу империи — налаживать каналы сбыта сельскохозяйственной продукции анклава и контролировать производство и поставку промышленного оборудования. Неплохо было бы прикупить пару заводов по производству средней и тяжёлой военной техники для собственных клановых войск, чтобы иметь возможность самостоятельно комплектовать клановые десантно-штурмовые войска до уровня полноценных взводов и, возможно, рот, но эти планы зависели от возможности получения дополнительной прибыли от поставок продовольствия. Да и строительство защитного пояса анклава, включающее в себя четыре звёздные крепости, шло слишком медленно — похоже, к затягиванию сроков строительства опять приложили руки имперские спецслужбы…

Впрочем, спокойно заняться своими делами у Андрея не получилось — буквально на следующее утро после прилёта на Окану он, заявившись в резиденцию Лерой в Окаане и, усевшись в кресло своего кабинета, только приступил к изучению вороха накопившихся в недрах искина и требующих его личного участия документов, как был прерван докладом секретарши:

— Господин Рур, к вам на приём записана госпожа матриарх клана Тарома, она прибыла и ожидает приёма.

— Почему мне не доложили о том, что она записалась?

— Господин Рур, информация о приёме лежит на вашем столе. Она была доставлена вам заблаговременно, господин. Извините…

Пролистав кучу срочных и не особо срочных сообщений, Андрей нашёл вкладку с пометкой «важно» — она затерялась среди массы подобных закладок и была помечена как прочитанная — похоже, Андрей вчера, явившись сразу с космопорта в кабинет, в спешке прочитал это сообщение в бесконечной череде многих подобных, но, с головой погруженный в текущие проблемы, машинально отметил маркером сообщение как «прочитанное», даже не отложив его смысл в голове… Да, пора прекращать работать на износ — иначе и процедура омоложения не поможет, можно сдохнуть от переутомления прямо на рабочем столе. Осознав, что секретарь не виновата, Андрей поспешил извиниться:

— Да, действительно сообщение было доставлено своевременно, моя вина, что я его не заметил… Приглашайте матриарха — незачем заставлять её ждать. И сообразите нам чайку…

Андрей проследил за спокойно вошедшей в кабинет женщиной и, встав из-за стола, предложил ей мягкое кресло в углу перед небольшим круглым столиком, окружённым кадками с декоративными жёлто-зелёными небольшими пальмами — одно из трёх, окружавших стол по периметру. Сам же сел в другое кресло, стоящее рядом, но по своему виду точно такое же, как уже занятое женщиной. Подчеркнув своими действиями, что воспринимает матриарха не как просителя, а как равного, и не возражает против неформальной процедуры разговора — а именно об этом говорило предложение пересесть из-за монументального и слишком официального приёмного стола за уютный журнальный столик с мягкими креслами, Андрей дождался, пока стройная секретарша сервирует столик, переставив на него с подноса несколько вазочек с печеньями и сладостями, чайничек с парящим из носика ароматным чаем, и две небольшие фарфоровые чашки на миниатюрных расписных блюдцах и уйдёт из помещения, разлив по чашкам горячий напиток, взял в руки свою чашку, отпил небольшой глоток и, поставив чашку обратно на блюдце, задал вопрос:

— И что же привело уважаемую госпожу в наш забытый создателем уголок?

— Тан Рур, мне необходима ваша помощь. Ведь мы с вами давние партнёры и я всегда шла вам навстречу в любых вопросах. Тем более что наш недавний инцидент с межгалактическим порталом уже устранён и все детали с заложенными в них по требованию имперских спецслужб неучтёнными функциями заменены на аналогичные без возможности внешнего контроля. График строительства сорван не будет. Материальную компенсацию наш клан также получил в полном объёме.

— Мне приятно с вами работать, госпожа, и клан Лерой никогда не откажет надёжным деловым партнёрам в посильной помощи.

— Звучит несколько обтекаемо, тан Рур.

— Зато правда, госпожа. Мне действительно приятно с вами работать и клан готов вам помочь, если интересы синдиката не будут затронуты.

— А если будут?

— Давайте лучше начнём с начала, а не будем говорить загадками. Вам нужна помощь от синдиката, клана Лерой или лично от меня? И будет лучше, если вы подробно изложите суть проблемы.

— Я действительно пришла к вам как к официальному лицу, и мне нужна помощь клана. Помните, с чего несколько сол назад начался наш с вами договор на строительство межгалактического портала?

— Отлично помню, госпожа. Мы тогда столкнулись с некоторым недопониманием по отдельным вопросам безопасности, но очень быстро их разрешили ко взаимной выгоде. Кстати, если не ошибаюсь, вы должны сдать его в эксплуатацию через сол?

— Чуть больше, тан Рур, примерно через полтора сола. Я тоже внимательно слежу за ходом строительства, и, поверьте, ни на данг не задержу сдачу объекта. Вопрос в другом — помните, что первоначально вы приняли посильное участие в разрыве контракта с Камэни на строительство для них нескольких боевых крейсеров, а потом поспособствовали восстановлению этого контракта?

— Помню, госпожа, как же не помнить — у меня отличная память. Но вы с Камэни, если не ошибаюсь, достигли полного взаимопонимания в этом вопросе, более того — ваше сотрудничество вышло на новый уровень и вы подписали с ними ещё несколько контрактов на постройку аналогичных боевых кораблей. Так что в результате ваш клан только выиграл, получив несколько долговременных перспективных контрактов.

— Совершенно верно, тан Рур. И вот из-за этих дополнительных контрактов у нас возникли некоторые разногласия с кланом Милим. Они каким-то образом пронюхали про условия контрактов и оговорённые в них цены, и теперь пытаются заставить нас уменьшить цену на аналогичные боевые корабли по заключаемым с ними контрактам.

— Вы умудрились схлестнуться с имперцами? Контракты с первым кланом империи — это фактически госзаказ. И насколько они просят уменьшить стоимость договоров?

— Почти на двадцать процентов, практически до стоимости заказа с вами. Для нас это неприемлемо — слишком сильно падает прибыль от заказа.

— Почему сильно? В контрактах с кланом Камэни, насколько я в курсе, вы имеете более пятнадцати процентов чистой прибыли! Это весьма и весьма неплохо, лично я был бы счастлив, если бы все мои проекты имели прибыль не менее этой цифры.

— Вы не учитываете суммы благодарности различным чиновникам, которая всегда присутствует при госзаказах. В случае с заказом Камэни никакой благодарности мы никому не выплачиваем.

— Под словом благодарность вы имеете ввиду взятки? Давайте просто называть эти суммы откатом, как принято на моей родине. К благодарности эти платежи имеют весьма опосредованное отношение.

— Хорошо, пусть будет откат, хотя я не улавливаю смысла слова…

— Смысл предельно ясен — в оплату государственного заказа империя в лице конкретных чиновников направила в ваш адрес поезд, гружёный деньгами. Один вагон оторвался от поезда и, отцепившись, откатился назад — в то место и тому чиновнику, который и направил вам этот поезд. Поэтому откат…

— Интересное название, надо будет ввести в оборот. Так вот, про откаты — они в случае госзаказов составляют от десяти до тридцати и более процентов — в зависимости от прибыльности заказа. В нашем случае откат превышает восемнадцать процентов, то есть, с учётом предлагаемой двадцатипроцентной скидки, практически полностью съедает нашу прибыль. Согласитесь — работать практически без прибыли клану невыгодно, а потерять крупный госзаказ было бы для клана очень печально.

— То есть с учётом отката ваша текущая прибыль от госзаказа как раз и составляет около двадцати процентов?

— Немного больше, но это несущественно. Ситуацию вы поняли правильно — требуемая кланом Милим скидка составляет почти всю реальную прибыль клана Тарома от выполнения госзаказа.

— А почему Милим требуют скидку от вас? Вернее, не так — я понимаю, что скидку они потребовали потому, что узнали суммы ваших контрактов с Камэни — для них вы изготавливаете аналогичную технику дешевле, чем для Милим. Мне неясно другое — почему Милим не закажут те же корабли в другом клане? Свет клином сошёлся на Тарома? Разве вы монополисты?

— Тут есть небольшая тонкость, тан Рур. Нельзя всё производство рассматривать только с точки зрения прибыли от заказа. На самом деле у всех кланов себестоимость производства разная. Она зависит от многих факторов, но одним из основных является объём заказа. То есть чем крупнее заказ, тем дешевле получаются изделия. При массовом производстве однотипных изделий их себестоимость снижается. Поэтому сейчас мы фактически производим самые дешёвые корабли в империи — благодаря госзакупкам и нескольким крупным долговременным коммерческим контрактам, в том числе контракту с кланом Камэни, мы добились значительного удешевления производства.

— То есть вы и раньше предлагали чиновникам контракты по демпинговой цене?

— А разве это незаконно? Если у нас есть возможность производить продукцию дешевле, чем конкуренты — почему бы этой возможностью не воспользоваться?

— И что же ответили на такой ход ваши конкуренты?

— А что они могли ответить? Мы же фактически подпадали под защиту Милим и Норитани — сросшихся с имперской канцелярией милитаристских кланов.

— Сейчас, как я понимаю, вы этой защиты лишились.

— Пока нет, но если откажемся предоставлять скидку, то лишимся.

— И чем это для вас грозит?

— Войну нам клан Милим, скорее всего, не объявит — император не любит клановых войн и подавит любой вооружённый конфликт в зародыше. Но они могут сильно осложнить нам жизнь, угрожая и запугивая наших людей — мы же мирный клан. К тому же Милим в хороших отношениях с небезызвестным вам кланом Ойхо. Мне уже доложили о том, что нескольким моим людям, занимающим ключевые посты на производстве и в администрации, угрожали, двоих вызвали на дуэли, где их могут серьёзно покалечить. Нашему клану нужна защита. Мы готовы нанять ваших телохранителей, но только одна охрана, боюсь, не решит конфликта — слишком большие деньги замешаны.

— А если вы откажетесь от госзаказа? Да, немного потеряете, но не последние же это деньги для клана! В конце концов, стоимость телепорта для нашего анклава обеспечит безбедную жизнь вашего клана как минимум ещё на несколько сол.

— На самом деле всё не так радужно, тан Рур. Скидку, о которой я вам говорила, клан Милим хочет получить в виде увеличения отката своим чиновникам в министерстве. В случае разрыва контракта этим же чиновникам придётся заключать аналогичные, но уже с другими кланами. Так как другие кланы не смогут опустить цену ниже своей себестоимости, то конечная цена аналогичной продукции других кланов будет даже выше, чем в контракте с нами. Император будет сильно недоволен, если об этом узнает. То есть контракт с нами чиновники рвать не будут, но цену его попытаются уменьшить.

— Они, наверное, не знают поговорки, что нельзя резать курицу, несущую золотые яйца… Неужели им непонятно, что нельзя продавать товар ниже себестоимости? Предприятие просто обанкротится.

— Интересная поговорка, хоть раньше я её никогда не слышала… Но всё осложняется тем, что, во-первых, прибыль всё же будет, пусть и мизерная, всего в несколько процентов, во-вторых, эта мизерная прибыль будет маскироваться прибылью от других контрактов, в первую очередь коммерческих — а чиновники имеют доступ к налоговой отчётности всех кланов, в том числе и нашего, и, в-третьих, никто не верит, что в контактах с вашим синдикатом мы не используем откатов. То есть сейчас мы загнаны в угол — и госконтракт не разорвать, и предоставить скидку мы не можем.

— По поводу разрыва контракта я понял — сделать этого вам не позволят имперские чиновники. Но почему бы не согласиться на скидку? Всё же пусть практически без прибыли, но ведь не в убыток же будете работать!

— А как жить дальше, если согласимся? Продавать по себестоимости можно некоторое время, пока эти контракты будут перекрываться другими, более прибыльными. Но ведь такая ситуация будет не всегда! Контракт с кланом Лерой на строительство портала истекает через полтора сол, контракт с Камэни тоже когда-нибудь закончится. Уменьшение объёмов производства повлечёт за собой увеличение себестоимости продукции. То есть через несколько сол, когда контракт с Камэни закроется, госконтракт станет для нас убыточным. Мы, конечно же, сможем обезопасить себя, оговорив продолжительность госконтракта как раз в пределах комфортных для нас условий, но что будет дальше? Скидку от нас требуют в размере двадцати процентов. Плюс примерно на пять-шесть процентов из-за сокращения объёмов производства вырастет себестоимость продукции. Представляете, что будет, когда императору на стол положат сводку о том, что цена кораблей для империи выросла сразу на четверть?

— Не представляю, но смысл мне понятен. Соглашаясь на эти кабальные условия сейчас, вы закладываете себе бомбу на будущее.

— Совершенно верно. Согласие — это не решение вопроса, а лишь его сдвиг на более поздний период. Я же в первых словах нашей беседы объяснила — соглашаться с предложением Милим нам нельзя.

— Да, теперь я и сам вижу, что с ультиматумом Милим вам соглашаться никак нельзя.

— Поэтому я и попросила о помощи, тан Рур. Зная, что вы умеете решать конфликтные ситуации и у вас за плечами есть необходимая для этого сила.

— Решать конфликт с помощью оружия мне бы не хотелось. Давайте поступим следующим образом. На те предприятия, в адрес служащих которых поступили угрозы, я направлю телохранителей — к примеру, по четыре бойца на предприятие. Перед ними будет задача охранять руководителя предприятия и, при необходимости, отдельных людей, список которых определит этот руководитель. Также мы приставим телохранителей к каждому вашему человеку, который получил вызов на дуэль. Кстати, из какого клана эти смелые дуэлянты?

— Из Милим, тан Рур.

— Ожидаемо. А имперские чиновники, которым вы должны будете перевести откат, они откуда?

— Милим, Норитани.

— Красавцы. Прямо государственная мафия. Коррупция пронизала всю структуру имперской власти, чему я, впрочем, не удивлён. И когда состоятся первые дуэли?

— Через несколько ло, тан Рур.

— Значит, договор между нашими кланами должен быть подписан уже сегодня, крайний срок — завтра. И с завтрашнего дня выставляем охрану ваших людей. Имейте ввиду, клан Лерой работает на рынке предоставления услуг телохранителей, охрана имущества находится в зоне действия интересов других кланов. В это неспокойное время перераспределять зоны влияния мне бы не хотелось, поэтому охрану имущества вы должны осуществлять или своими силами, или с привлечением бойцов других кланов.

— У нас есть свои охранники, но они не имеют необходимой квалификации и обучены только следить за соблюдением порядка на предприятиях.

— Ничего страшного. Вооружите их получше, так, чтобы они смогли в случае чего отбить не слишком большое нападение на объект. А мои охранники проследят, чтобы этих людей никто не обидел — как раз уничтожить человека, напавшего на его подопечного, мой боец не только имеет право, но и это его прямая обязанность.

— То есть в этом случае наши охранники смогут стрелять по нападающим, а они по ним — нет?

— Немного не так. Ваши охранники не только смогут, но и должны стрелять по нападающим, как вы правильно заметили, а вот мои бойцы вступят в бой только тогда, когда по вашим людям откроют ответный огонь. Телохранитель не защищает имущество, он защищает человека, на охрану которого у него контракт.

— Отличная идея, и она может даже сработать. Вот только будут ли об этом знать нападающие?

— А это уже моя забота, госпожа.

— И как вы этого добьётесь? Дадите каждому нападающему экземпляр контракта или решите зачитать его лично?

— Госпожа, зачем такие сложности? Я просто доведу эту информацию до сведения матриарха Милим.

Нажав на кнопку вызова, Андрей сказал появившейся секретарше:

— Срочно свяжитесь с резиденцией Милим и запишите меня на приём к матриарху. Настаивайте на завтрашнем дне, сообщите, что у меня срочное сообщение для матриарха, в противном случае, если на завтра приём невозможен, вместо встречи я направлю в клан официальное извещение. И ещё чаю, пожалуйста…

— Тан Рур Лерой, вы просили о срочной встрече, и мне пришлось отменить очень важный для клана разговор. Надеюсь, я не пожалею о потраченном времени.

— Постараюсь вас не разочаровать, уважаемая госпожа матриарх Милим. Я прилетел к вам лично, чтобы сделать официальное заявление от клана Лерой. Вчера я подписал очень выгодный для нас контракт с кланом Тарома на обеспечение охраны некоторых членов этого клана. Кто именно будет подлежать охране — клановая тайна, но любой, напавший на охраняемого моими телохранителями человека будет немедленно уничтожен. В случае, если акт агрессии будет направлен на кого-нибудь из моих телохранителей, к наказанию агрессора будет подключен весь клан Лерой.

— Вы пришли мне угрожать, тан Рур?

— Ни в коем случае, уважаемая госпожа. Напротив, я очень уважаю ваш клан, поэтому специально выделил время, которое у меня на вес золота, чтобы предупредить вас — вдруг ваши исполнители, не посоветовавшись с вами, проявят лишнюю инициативу и решат пощупать на прочность моих людей? Я бы очень не рекомендовал действовать столь неосмотрительно и повторять судьбу клана Ойхо. Впрочем, вашему клану это не грозит — вы же не собираетесь нападать на людей клана Лерой?

— Мы — не Ойхо, и в случае конфликта не побоимся применить оружие, после чего от вашего клана останется только мокрое место, тан Рур! Ваши кулаки вам не помогут. Ваши жалкие клановые войска будут уничтожены одним ударом клановых войск Милим!

— Какие неосмотрительные и весьма обидные для меня слова, госпожа. Пока конфликт не выйдет за рамки невооружённой стычки, мои телохранители будут соблюдать определённые правила и постараются не убивать без лишней необходимости, но стоит только прозвучать первому выстрелу, как сам император не сможет изменить ситуацию. Подумайте, прежде чем действовать. А я вас предупредил.

— Можете быть свободны, тан Рур Лерой. Аудиенция окончена.

— Прощайте, госпожа матриарх. Но вынужден вас предупредить — так как с вашей стороны прозвучало официальное обещание применить против клана Лерой оружие, то часть войск клана Лерой будет приведена в повышенную боевую готовность. Думаю, ста тысяч клановых десантников на первое время будет достаточно для отражения агрессии, но если вы вдруг решите развязать против нашего клана полномасштабную войну — ещё миллион тяжеловооружённых и неплохо обученных бойцов при поддержке пары тысяч боевых дронов клан вполне сможет наскрести…

Оставив за собой последнее слово, Андрей вышел за дверь и, покинув резиденцию клана Милим, быстрым шагом прошёл до стоянки флаеров, после чего, спокойно усевшись в уютное водительское кресло своего челнока, резко взмыл в небо, набрав необходимую высоту — на день было запланировано ещё несколько встреч, которые никак нельзя было отложить. Он не знал, да и не мог знать, что застывшая в неподвижности на несколько секунд от прощальной фразы Андрея матриарх Милим вдруг бросилась к головизору и долго общалась там с какими-то людьми из имперской канцелярии, после чего обессилено откинулась на кресло, пробормотав:

— Миллион… У Лерой миллион солдат — ну как же мы это пропустили…

Посидев в раздумьях ещё некоторое время, женщина решительно набрала на головизоре номер и уверенно отдала приказание появившемуся на экране лицу:

— Акцию против Тарома прекратить. Немедленно. Завтра с утра ко мне на совещание вместе со всеми разработчиками операции.

Отключив связь, женщина опять откинулась в кресло, обхватив голову руками и тихо пробормотав:

— Миллион…

Где-то в императорской резиденции:

— Тан Рур Лерой, в последнее время мы стали с вами слишком рано встречаться. Мне кажется, это не слишком хорошо для спокойствия вашего клана.

— Я не жаждал встречи с вами, мой император, напротив, это вы хотели поговорить со мной. Если я вам не нужен — я могу уйти, у меня слишком много дел и слишком мало свободного времени.

— До меня дошла информация, что вы, тан Лерой, недавно пытались угрожать матриарху клана Милим. Как вы можете это прокомментировать?

— Могу прокомментировать, что вас неправильно проинформировали. Я действительно встречался недавно с матриархом Милим, но лишь затем, чтобы засвидетельствовать ей своё почтение и донести определённую информацию. А вот госпожа матриарх Милим, напротив, угрожала применением оружия как по отношению к моему клану, так и ко мне лично. И только после её опрометчивых слов я был вынужден сказать, что на применение кланом Милим оружия мы будем вынуждены ответить тем же, хотя нам очень бы этого не хотелось. Если вы сомневаетесь в моих словах — потребуйте у матриарха полную видеозапись нашего с ней разговора — я не верю, что подобная запись в личном кабинете матриарха не велась.

— Хорошо, возможно, я так и сделаю. А какую информацию вы довели до матриарха Милим?

— Клан Лерой заключил с кланом Тарома контракт на предоставление услуг телохранителей. То есть мы будем защищать от нападения людей клана Тарома. Именно эта информация, мой император, взбесила госпожу матриарха Милим — видимо, невозможность причинить вред сугубо мирным по профессии людям Тарома она восприняла как личное оскорбление. У меня даже закрались подозрения — не рассчитывал ли клан Милим совершить вооружённое нападение на другой клан? Вы бы поговорили по душам с матриархами этих кланов, мой император, и не впутывали в чужие клановые разборки мирных телохранителей клана Лерой.

— Поговорю с обоими, тан Лерой. Ещё какая-нибудь информация по этим двум кланам у вас есть? Факты, догадки?

— Есть, мой император, как не быть. Сейчас я озвучу то, что давно уже знает каждый человек в империи, но боится высказать вслух. Империя путём шантажа и угроз с помощью имперских чиновников незаконно доит с кланов деньги, отдельные милитаристские кланы успешно срослись с имперской администрацией, коррупция проникла во все уголки имперской администрации. Клан Милим, как вы знаете, является не только милитари-кланом, прочно и надолго занявшим первую строчку кланового рейтинга, но и кланом имперских чиновников, а клан Тарома выполняет государственные заказы на астрономические суммы. Благосостояние нескольких приближённых кланов, как и императорской семьи, в немалой степени зиждется на взятках, которые в империи обтекаемо называют благодарностью. Только не говорите, мой император, что я открыл для вас эту новость — каждый человек в вашем клане не только знает об этом, но и активно пользуется в личных целях правами, которыми наделяет империя чиновников. Иногда, в погоне за личным обогащением, имперские чиновники переходят допустимые границы, используя такие незаконные методы выколачивания денег, как угрозы, шантаж, вымогательство, террор. Если вы вдруг случайно об этом не знали, мой император, а вам об этом просто обязаны были докладывать — то вашу службу безопасности в комплекте со службой контрразведки нужно уволить в полном составе. Если же вы прекрасно осведомлены о сложившейся в империи государственно-бюрократической власти и ещё спрашиваете меня о том, имеются ли у меня по этому поводу факты и догадки, то ваш вопрос является верхом цинизма. Не слишком ли я прямо ответил на ваш вопрос, мой император? Может быть, мне следовало замаскировать жестокую правду скользкими и витиеватыми словами об имеющих место отдельных незначительных случаях злоупотребления служебным положением некоторых неизвестных имперских чиновников, повлекших ничем не обоснованную обеспокоенность матриарха одного из ведущих кланов империи за жизнь членов собственного клана?

— Действительно, тан Рур, ваши слова правдивы, хоть и прямолинейны до жестокости. Но что же всё-таки вам известно о клане Тарома?

— Матриарх Тарома была вынуждена обратиться за защитой ко мне, так как один из приближённых к власти кланов, чиновники которого давно проникли во все важнейшие службы имперской администрации, захотел получить от Тарома дополнительное вознаграждение, для чего прибег к шантажу и угрозе убийства членов клана. Называть имена я не буду — это внутренняя клановая информация, которая разглашению на подлежит. Однако я ненавижу мздоимцев, и если они решат перейти от угроз к действиям, уничтожу их без сожаления. Так как мои действия будут только ответом на агрессию, то под судебное преследование я не подпадаю. Если же кто-то будет столь безрассудным, что решится на вооружённый конфликт с нашим кланом — Лерой будут сражаться до последнего бойца.

— И именно это вы сказали матриарху Милим?

— Вы поразительно догадливы, мой император.

— Значит ли это, что именно Милим шантажировали и угрожали людям Тарома?

— Без комментариев. Этот вопрос вы можете задать госпоже матриарху Тарома — она знает людей, которые угрожали клану.

— И она может назвать этих людей?

— Не уверен. Тарома вложили большие деньги в выполнение государственных контрактов.

— Хорошо. Я разберусь с этим. Надобность в охране людей Тарома вашим кланом отпадает.

— Я разве просил вас со всем этим разобраться? Да и, насколько я в курсе, Тарома уже не один десяток сол исполняют крупные имперские контракты, то есть у вас было время со всем этим разобраться. Если империя за десятки сол не выполнила своей прямой обязанности по защите своих граждан от рэкета и вымогательства имперских чиновников, почему я должен поверить, что за одни ло ситуация изменится?

— Почему вы считаете, что я должен решить все проблемы за одни ло?

— А потому, что первая дуэль, на которую вызвали человека Тарома, состоится уже завтра. И если человеку Тарома будет на ней нанесён хоть малейший урон, то второй участник этой дуэли будет наказан.

— То есть вы его убьёте?

— Нет, мой император. Я знаю закон — никаких убийств. Он будет вызван на дуэль телохранителем человека Тарома.

— А если телохранителя на этой дуэли убьют?

— Значит, убьют. Однако это маловероятно — телохранителем будет один из людей Лерой, участвовавший в дуэлях с Ойхо.

— Хорошо, я не буду вмешиваться в ваши взаимоотношения с кланом Тарома, но прошу быть осторожнее с кланами, имеющими связи в имперской администрации — они могут сильно осложнить вашу жизнь и жизнь вашего клана.

— Я приму вашу угрозу к сведению, мой император.

— Какую угрозу, тан Лерой? Это простое предостережение. Мне не хотелось бы гражданской войны внутри империи, и я буду всеми силами препятствовать попыткам её развязать.

— Тут я с вами солидарен, мой император. Я тоже не хотел бы войны в империи, и буду жёстко пресекать все попытки её против нас развязать. Любой, применивший оружие против члена клана Лерой, получит адекватный ответ. А первыми, как вы знаете, мы не нападаем.

— Тан Лерой, я всё же хотел бы обойтись без кровопролития.

— Я тоже, мой император.

— Мне кажется, тан Лерой, вы не хотите меня понять.

— Напротив, мой император, я вас прекрасно понимаю. И спешу заверить вас, что клан Лерой не применит оружия ни к кому первым. Вас такой ответ устраивает?

— Не совсем, тан Рур. Мне хотелось бы услышать от вас, что клан Лерой будет очень осторожно предпринимать ответные меры в случае возможных недоразумений с представителями кланов, входящих в правящую верхушку империи.

— То есть если представитель правящего клана решит убить члена клана Лерой, вы предлагаете мне утереться и простить? Может быть, я униженно должен умолять их о милости никого больше не убивать?

— Ну зачем же? Можно ведь обсудить вопросы компенсации…

— Компенсацией за убийство любого члена клана Лерой будет смерть всех виновных. Согласно клановым законам я имею на это право. Прошу довести мою позицию до сведения всех заинтересованных кланов, которые вы, видно, решили защищать, поставив над законом, забыв видно, что перед законом все равны.

— Вижу, вы не готовы к конструктивному диалогу и не хотите меня понять…

— Если под готовностью к диалогу вы хотите, чтобы я спустил с рук убийство членов собственного клана — тогда действительно я не готов к такому диалогу.

— Вы не боитесь противопоставить себя империи?

— Империи? Ни в коем случае — я же не самоубийца. С империей я воевать не собираюсь. А вот с наглой кучкой зарвавшихся шантажистов и вымогателей, поддерживаемой продажными имперскими чиновниками, я вполне готов встретиться на узкой дорожке, угроз с их стороны не потерплю и на силу отвечу силой. Я всегда готов ответить ударом на удар — прошу запомнить это, мой император.

— Я вас услышал, тан Лерой. Можете быть свободны, я больше вас не задерживаю…

Где-то в недрах императорского дворца:

— Тан Хорукайяни, не подскажете мне, в чём разногласия у клана Тарома с имперской канцелярией?

— Никаких разногласий, мой император. Ситуация полностью под моим контролем.

— Вы в этом уверены? Не хотите изложить мне подробности?

— Да, мой император, уверен. А подробности такие — клан Тарома хочет нажиться на имперских заказах, продавая империи свою продукцию почти на четверть дороже, чем клану Камэни. Мы всего-то предложили матриарху поделиться с нами частью сверхприбылей. Возможно, где-то рядовые исполнители проявили слишком большое рвение и несколько превысили закон, но это частные случаи, в целом ситуация достаточно рядовая и находится у нас под полным контролем. Мы отслеживаем все сколько-нибудь значимые контракты в империи, и при выявлении излишних доходов производим их перераспределение. Мой император, повторюсь — ситуация стандартная, в ней нет ничего необычного. Механизм снижения стоимости изделий, поставляемых по госконтрактам, уже отлажен и на протяжении эонов ещё не давал сбоев. Тарома заплатят. В конце концов, мы не требуем с них невозможного — лишь продавать свою продукцию по той же цене, что они уже реализуют по коммерческим контрактам.

— То есть вы утверждаете, что Тарома получит за свой товар от империи столько же, сколько и от Камэни? То есть прибыль от сделки с империей и с Камэни для Тарома будет одинаковой?

— Можно сказать и так, мой император. На самом деле Тарома действительно получит от нас ровно столько же, сколько и от Камэни, но вот по поводу прибыли я вам не смогу ответить точно. Реальная прибыль будет несколько отличаться.

— Вы имеете ввиду благодарность чиновникам?

— Совершенно верно, мой император. Благодарность имперским чиновникам по госконтрактам может составлять до трети стоимости сделки. Возможно, часть из этих денег оседает в карманах чиновников, но куда идёт основная часть — вы отлично знаете. Многие имперские проекты крайне нежелательно светить официально, а расходы по ним составляют значительную часть бюджета. Дополнительные деньги с Тарома уже учтены и расписаны под эти проекты.

— А что вам мешает разорвать контракт с Тарома и заключить его с другим кланом?

— Те же деньги, мой император. Тарома — самые дешёвые из поставщиков, остальные дороже.

— Я вас понял. Разрывать контракт с Тарома нежелательно — империя может понести убытки. А если они не согласятся снизить цену?

— Придётся немного на них надавить.

— Насколько сильно вы хотите на них надавить?

— Не очень сильно. Немного попугаем. Максимум — несколько несчастных случаев. И не таких ломали.

— Ситуация понятна. Скажите, тан Хорукайяни, а вы в курсе, что Тарома наняла телохранителей Лерой для охраны своих людей?

— И что смогут сделать несколько безоружных охранников против небольшой армии?

— Какой армии, тан Хорукайяни?

— Армии Милим, мой император.

— Вы что же, собираетесь применить против безоружных охранников оружие?

— В исключительных случаях, для блага империи я пойду на небольшое нарушение закона, мой император! К тому же в случае вооружённого столкновения несколько тысяч бойцов Лерой ничего не смогут противопоставить тяжеловооружённой армии Милим!

— Вы полагаете? А когда вы в последний раз встречались с господином Нирэном Шихои, возглавляющем службу ваших закадычных соседей?

— Я в курсе всех событий, происходящих в департаменте имперской государственной безопасности, мой император.

— И тогда вы, наверное, в курсе, что этот достойный господин недавно инспектировал планеты анклава синдиката?

— Лерой же никого туда не пускают, мой император!

— Значит, не в курсе… Тогда поделюсь с вами секретной информацией — у Лерой не несколько тысяч, а около миллиона тяжеловооружённых бойцов при поддержке нескольких тысяч роботов-дронов. Вы по-прежнему собираетесь с ними воевать?

— Мой император, а эта информация точно верна? По моим данным, Лерой обладает превосходно вооружённой и экипированной группировкой войск численностью около шести тысяч человек.

— Ваши данные устарели, тан Хорукайяни. В анклаве ежедневно тренируется около миллиона бойцов Лерой. Поэтому в случае вооружённого столкновения они размажут клан Милим тонким кровавым слоем. Матриарх Милим, кстати, уже дала указание прекратить активные действия против клана Тарома.

— Простите, мой император… Разрешите покинуть вас — мне необходимо сделать несколько указаний.

— Вы тоже замешаны в деле Тарома? Смотрите — развязывать войну я вам не позволю. Если начнутся боевые действия — ответите лично. Выгораживать вас я не буду.

— Да, мой император…

— Господин Рур Лерой, хочу сообщить вам, что один мой человек убит, а двое находятся в больнице в тяжёлом положении.

— Уважаемая госпожа матриарх Тарома, я знаю об этом. К сожалению, предотвратить смерть вашего человека без нарушения закона я не мог — он был официально вызван на дуэль.

— Вы обещали мне, что решите этот вопрос!

— К сожалению, я ошибся. Я не создатель и я не всесилен — я лично предупредил матриарха Милим о нежелательности проведения активных действий с их стороны, но я не мог предположить, что Милим будут действовать в союзе с Хорукайяни.

— Теперь вы об этом знаете. Что вы собираетесь предпринять?

— Я уже предпринял, госпожа матриарх. Все бойцы Хорукайяни, участвовавшие в дуэлях, мертвы, как и взрослые члены их семей. Сейчас мои люди вызвали на дуэли несколько десятков людей Хорукайяни. За каждого избитого человека Тарома Хорукайяни заплатят десятком жизней своих людей, а за каждого убитого — сотней. Это в случае, если не будет применено оружие. Если прозвучат выстрелы — клан Лерой развяжет за клан Тарома полномасштабную войну с кланом Хорукайяни. Такие действия с нашей стороны вас устроят?

— Вы безумец… Воевать с приближённым к императору кланом?

— Я исполняю договор с кланом Тарома, госпожа. Если для исполнения договора потребуется лично взять в руки оружие и умереть — я это сделаю. Повторяю свой вопрос — вас устраивают действия клана Лерой по исполнению контракта с кланом Тарома?

— Спасибо, тан Рур Лерой… Выживите, и клан Тарома будет вечно у вас в долгу!

— Вечность — это слишком долго, госпожа! Давайте сначала доживём до завтра…

— Мой император! Я требую, чтобы империя объявила клан Лерой вне закона и начала против него войну!

— Смелое заявление, господин Тинитаро. Скажите, а какие у вас для этого основания?

— Люди Лерой подло убили больше сотни людей клана Хорукайяни, и убийства всё продолжаются! Моего заместителя прямо на рабочем месте в здании министерства раздели, вымазали в дерьме и избили на глазах у тысяч посетителей! Женщину, попытавшуюся за него заступиться, тоже раздели, связали за спиной руки, написали на груди, животе, ягодицах ругательства в адрес клана Хорукайяни и гоняли по всему министерству, а после этих издевательств выгнали на улицу! У женщины сильнейшее нервное расстройство, врачи не могут прекратить истерику…

— Женщина тоже из вашего клана?

— Да, она тоже Хорукайяни, но что это меняет?

— А скажите мне, господин Тинитаро, каким оружием были убиты ваши люди?

— Какое значение имеет оружие, мой император, когда счёт убитых перевалил за сотню?! Давно пора было каждого головореза Лерой законодательно приравнять к оружию и убивать, стоит только ему поднять руку на добропорядочного гражданина империи!!

— Из вашего эмоционального ответа я понял, что оружие бойцы Лерой не применяли, а действовали исключительно голыми руками, как в случае дуэлей с Ойхо? И убийства тоже, как в случае с Ойхо, происходили на дуэлях, то есть согласно закону убийствами не являлись? По вашему молчанию вижу, что я прав… И какие же у меня основания наказывать клан Лерой? Можете мне ответить, господин Хорукайяни?!

— Мой император, бойцы Лерой обладают тайными знаниями, позволяющими им убивать голыми руками! Это заведомо ставит наших людей в неравное положение! Если формально, согласно закону, смерть на дуэли без оружия убийством не являются, то на деле людей Хорукайяни сейчас жестоко и хладнокровно, а самое главное — безнаказанно убивают!

— Ещё один вопрос, господин Хорукайяни. Скажите, а до момента первого убийства… Нет, всё же буду говорить правильно — до момента первой смерти на дуэли представителя клана Хорукайяни не было ли травм или смертей представителей клана Лерой или Тарома?

— Мы действительно немного жестковато обошлись с несколькими людьми Тарома. Один человек, кажется, умер, а двое попали в больницу. Но людей Лерой мы не трогали! И всё произошло честно, на дуэлях без оружия!

— То есть вы убили на дуэли одного человека Тарома и покалечили двоих, отправив их в больницу, и всё это произошло до момента вашего конфликта с кланом Лерой? Я правильно интерпретирую события, господин Хорукайяни?

— Да, мой император. Хронология именно такая. Но один человек Тарома и более сотни Хорукайяни!!

— То есть законность мести со стороны Лерой вы в душе признаёте, но вас не устраивают пропорции? А вы не забыли, что вас предупреждали: тронете Тарома — получите конфликт с Лерой, так как между этими кланами заключен контракт на предоставление услуг телохранителей?

— Да, мой император. Я в курсе этого контракта. Но ведь можно было бы как-то договориться!

— Мне всё понятно, господин Хорукайяни. Разрешения на применение оружия против клана Лерой я не дам. Более того — если вы примените оружие первыми, то я не буду преследовать Лерой — они защищаются, и они в своём праве. Вы не забыли про то, что численность клановых войск Лерой несколько больше, чем вы предполагали, и итог вооружённого столкновения будет явно не в вашу пользу? А без оружия, только голыми руками, Лерой раздавят вас, как тараканов — у них как минимум несколько тысяч бойцов, способных убить голыми руками. Остальной миллион, похоже, тоже тренируется по аналогичной методике и вряд ли проиграет дуэли. Вы хотите повторить урок, преподанный клану Ойхо?

— Мой император, но надо же что-то делать! Убивают моих людей!

— Договаривайтесь, господин Хорукайяни, создатель вам для этого дал язык и обучил человеческой речи.

— То есть вы не поможете клану Хорукайяни?

— Я не буду наказывать клан Хорукайяни за попытку разжечь в империи вооружённый конфликт между кланами. Это уже большой шаг навстречу с моей стороны. Постарайтесь оценить его по достоинству. Меньше всего сейчас мне нужна новая война кланов… Можете быть свободны, я вас больше не задерживаю. Да, имейте ввиду — клан Хорукайяни не единственный клан в империи. Незаменимых нет. Постарайтесь меня не разочаровать…

— Тан Рур, с вами хотела бы поговорить госпожа матриарх Тарома.

— Соедини и выведи селектор на мой монитор в кабинете…

В течение нескольких секунд, требуемых секретарше на коммутацию линии связи между резиденциями Тарома и Лерой, Андрей прокрутил в голове события нескольких прошедших часов — а они были весьма насыщенными. Во-первых, за трёх человек Тарома клан Хорукайяни ответил ста двадцатью трупами — по десять за каждого покалеченного Тарома, и сотню — за убитого. Появившегося на пороге резиденции Лерой начальника департамента имперской контрразведки господина Тинитаро Хорукайяни Андрей выгнал на х… в смысле — послал в долгое пешее эротическое путешествие, перед этим подробно объяснив, за что умерли сто с лишним человек Хорукайяни, добавив напоследок, что от полного истребления клан спасло отсутствие смертей в клане Лерой и прекращение нападок на Тарома, и разговаривать он будет только с матриархом Хорукайяни, причём в обязательном присутствии матриарха Тарома, как главной пострадавшей стороны. Судя по тому, что матриарх Тарома пыталась срочно с ним связаться — предложение о встрече к ней уже поступило…

Пока Андрей размышлял о прошедших событиях, экран головизора в его кабинете загорелся бледно-голубоватым светом и на нём показалось объёмное изображение красивой женщины, устало откинувшейся на высокую спинку роскошного мягкого кресла.

— Приветствую госпожу матриарха Тарома, — Андрей решил первым разбавить молчание.

— И вам того же, господин Рур Лерой.

— Что заставило вас отвлечься от повседневных дел и потратить время на меня, госпожа?

— На меня вышла матриарх Хорукайяни с предложением о личной встрече. Она хочет уладить возникший между нами конфликт, но почему-то только в вашем присутствии.

— Хорошо, госпожа. Обязательно прибуду. Когда вы договорились о встрече?

— Госпожа Хорукайяни готова прибыть немедленно.

— Свяжитесь с ней — пусть прибывает, я тоже вылетаю к вам. На десантном челноке через стратосферу лететь до вас не более нескольких нун. Плюс пара нун на сборы. Считайте, что через пятнадцать нун я буду у вас — предупредите охрану, чтобы не волновалась, я прибуду вооружённым и в сопровождении роты клановых бойцов.

— Буду ждать, господин Рур Лерой…

— Итак, госпожа матриарх Хорукайяни, озвучьте причину, по которой вы решили прилететь в резиденцию клана Тарома.

— Господин Рур Лерой, я хотела поговорить не с вами, а с госпожой матриархом Тарома, наши дела вас не касаются.

— Извиняюсь и умолкаю. Разговаривайте между собой…

— Госпожа матриарх Тарома, я хотела бы обсудить с вами вопросы компенсации за смерти ста двадцати моих людей.

— Тарома не убили ни одного человека Хорукайяни, напротив — ваши люди убили человека Тарома и покалечили двоих. Так что я жду от вас не только извинений, но и компенсации.

— А не слишком ли много вы себе позволяете, госпожа матриарх Тарома? Вы решили объявить войну клану Хорукайяни?

Андрей, видя, что разговор начал переходить в стадию угроз, решил вмешаться:

— Уважаемая госпожа матриарх Хорукайяни! Вынужден попросить вас извиниться перед госпожой матриархом Тарома, причём сделать это предельно вежливо. Если ваши извинения покажутся мне недостаточно вежливыми и почтительными, я, как лицо, связанное контрактом с кланом Тарома, буду вынужден вызвать вас на дуэль — занимаемая мною должность заместителя матриарха даёт мне такое право. Результаты дуэли весьма предсказуемы — этих дуэлей с людьми Хорукайяни за последний ло было проведено ровно сто двадцать. Впрочем, вы можете и отказаться — если не боитесь сомнительного удовольствия бегать голой и вымазанной в дерьме по всей Окаане, подгоняемой палками моих бойцов. Одна женщина из вашего клана уже решила отказаться от дуэли — результаты вам известны. Какая-то особь мужского пола решила повторить её подвиг, также отказавшись от дуэли — последствия его отказа вам тоже наверняка доложили. Так что, будем сражаться или побегаем голой? Или, может быть, вы решите принести госпоже матриарху Тарома свои извинения? Только настоятельно рекомендую сразу предлагать внушительную сумму извинений, а то ведь она может и обидеться…

— Даже так, господин Лерой? Теперь я знаю, кто стоит за убийствами и издевательствами надо моими людьми!

— Побойтесь создателя, госпожа! Какие убийства? Всё было предельно честно и законно, как с Ойхо — исключительно дуэли и ничего более. Вас же предупреждали — стоит вам тронуть Тарома, как получите в ответ то же самое. Мы никогда не нападаем первыми, запомните это. Но в случае нападения всегда отвечаем ударом на удар, причём соразмерность этого удара буду определять я лично. Сейчас я определил десять человек Хорукайяни за каждого избитого Тарома, а за каждого убитого — сотню. Со стороны Тарома трое пострадавших, Лерой ответили ста двадцатью Хорукайяни. Ваш ход следующий. Что вы намерены предпринять?

— Сто за одного… Пусть даже Хорукайяни были неправы, но вы не находите несоразмерным масштабы вашего ответа?

— Соразмерность ответа я определяю сам. Сейчас она сто за одного. Если вы решите продолжать нападки в адрес Тарома — пропорции могут возрасти.

— Скажите, тан Лерой, а вы не боитесь, что мы применим против вас нашу армию?

— Боюсь. Честно скажу — очень боюсь. И знаете, почему? Не знаете? Да потому, что стоит вам применить против нас оружие, мы будем вынуждены ответить адекватно, и ни одна сила в империи не заставит нас это оружие сложить, пока от клана Хорукайяни останется в живых хоть один человек. Это будет вендетта.

— Простите, что будет? Я не поняла…

— Вендетта. Так на моей родине называется кровная месть, война на уничтожение. Когда между родами объявляется вендетта — это значит, что война будет закончена со смертью последнего представителя одного из кланов. Клан Лерой к этому готов. Готовы ли вы, госпожа?

— Но это… Это же дикость, варварство!

— Напротив — это закон эволюции. Выживает сильнейший. Или более умный. Если вы умны — вы признаете, что были неправы и сами спровоцировали эту ситуацию. Если глупы — ну так в процессе эволюции вымирало множество идиотов, не способных трезво оценить сложившуюся ситуацию и найти оптимальный выход из создавшегося положения. Вы напали на клан Тарома, попытавшись ограбить его на громадную сумму. А когда матриарх не согласилась отдавать вам эти деньги — вы начали убивать людей Тарома. На моей родине в таком случае обычно говорят — что посеешь, то и пожнёшь. Вы получили то, что несли клану Тарома. Теперь матриарх Тарома ждёт от вас извинений.

— Вы не понимаете… Клан Тарома должен внести в канцелярию империи определённую сумму сверх оговоренной ранее за подписанный контракт…

— Клан Тарома ничего не должен вносить и вносить ничего не будет. Если вас не устраивают условия контакта — расторгайте его.

— Мы не можем расторгнуть — условия, предлагаемые кланом Тарома, одни из самых привлекательных в империи.

— Не прикидывайтесь дурой, госпожа матриарх. Тарома предложили цену за свой товар. Империя может или купить товар по этой цене, или найти другого продавца. Всё остальное — вымогательство. Или соглашайтесь на условия Тарома, или разрывайте контракт.

— Но Тарома продают свои корабли Камэни почти на четверть дешевле, чем империи!

— Совершенно верно. И с продаж имеют прибыль около двенадцати процентов. Правильно я говорю, госпожа матриарх Тарома?

— Чуть больше, господин Рур. Около тринадцати.

— Причём, госпожа матриарх Хорукайяни, клан Тарома ни единого лу никому не заплатил в качестве благодарности. А сколько они заплатили имперским чиновникам, госпожа Хорукайяни? Не молчите, мы все хотим услышать официальный ответ на этот вопрос!

— Почти пятнадцать процентов от стоимости контракта, тан Рур Лерой.

— А сколько вы захотели получить дополнительно?

— Ещё двадцать процентов от стоимости контракта.

— То есть треть от стоимости контракта, верно?

— Да, но это нормальная сумма благодарности! Более того — у чиновников останется только незначительная часть, все деньги пойдут в специальный фонд империи. Так заведено на протяжении эонов, и не в моей власти это поменять.

— Видимо, вы плохо слушали меня, госпожа. Сейчас Тарома имеют тринадцать процентов прибыли с контракта Камэни. Если они продадут империи корабли по той же цене, что и Камэни, то, отдав в качестве взятки ещё треть, со временем окажутся в глубоком минусе. То есть фактически клан Хорукайяни объявил экономическую войну клану Тарома. Вы, госпожа матриарх, решили уничтожить клан Тарома. Причём сначала экономически, пытаясь разорить клан, а потом, когда у вас это не получилось — физически, начав уничтожать людей клана. Вот я, как хороший знакомый глубоко уважаемой мною госпожи матриарха Тарома, пытаюсь узнать у вас причины нападения клана Хорукайяни на клан Тарома. Озвучьте, пожалуйста, мы ждём.

— А вы разве не получаете от Тарома благодарностей?

— Получаю. В сумме приятной улыбки, доброго отношения и иногда чашечки горячего дорогого чая. И всё — на большее я не претендую.

— Госпожа матриарх Тарома, слова тана Рура полностью отражают сложившуюся ситуацию?

— Абсолютно, госпожа матриарх Хорукайяни. Даже я не смогла бы сказать лучше, чем тан Рур Лерой — вы действительно объявили нам сначала экономическую войну, а потом войну на уничтожение, начав убивать наших людей. Если вам не нравятся условия контракта — вы могли бы их расторгнуть и найти другой клан, который согласился бы на ваши условия. Принуждая нас работать в убыток, вы нарушили закон. И имперский, и клановый. Вина за случившееся лежит полностью на клане Хорукайяни.

— Но мы не знали, что ситуация выглядит именно так, как вы говорите! Мы предполагали, что Камэни тоже имеют от вас некоторую сумму благодарности…

— Незнание закона, как говорят на моей родине, не освобождает от ответственности, — взял слово Андрей, — теперь давайте думать, как вы будете выходить из той ситуации, в которую опрометчиво втянули сразу три клана.

— У вас есть предложения?

— В предложения, которые озвучит вам госпожа матриарх Тарома, я вмешиваться не буду, но вы должны как минимум принести им свои извинения и полностью компенсировать как моральные, так и материальные потери от ваших действий. По поводу государственного контракта — или оставляйте так, как есть, или расторгайте его. Неустойка, само собой, будет оплачена вами.

— Для клана Хорукайяни это приемлемо. А с кланом Лерой?

— Во-первых — официальных извинений от вас за совершённые вами противоправные действия по отношению к клану Тарома…

— А вы тут при чём? Конфликт произошёл между Тарома и Хорукайяни.

— Мы с Тарома связаны контрактом на предоставление услуг телохранителей. Экономические вопросы нас не касаются, но, напав на людей Тарома, вы фактически напали на нас. Поэтому повторюсь — вы приносите нам свои извинения за произошедший инцидент и признаёте, что действия бойцов клана Лерой были правильными и абсолютно законными. Денег от вас нам не надо — мы не нищие.

— То есть вы убили больше сотни моих людей, и за это я должна принести извинения?

— Совершенно верно, госпожа. Причём извинения должны быть настолько искренними, что я удовлетворюсь ими и посчитаю нанесённое вами клану Лерой оскорбление исчерпанным.

— Какое оскорбление? Наш клан…

— Ваш клан оскорбил клан Лерой и меня лично, посмев вызвать на дуэль и убить человека, с которым мы подписали контракт на охрану. Причём попытались придать убийству видимость законности, вызвав этого человека на дуэль, когда телохранитель не в состоянии его защитить. Вам мало доказательств вашей ошибки? Мне продолжить вызывать на дуэли людей клана Хорукайяни? Что молчите? Отвечайте! Я вас спрашиваю!!

— Мои люди могли не знать про контракт…

— Это ваши проблемы! Я потратил массу своего драгоценного времени, чтобы лично донести до матриарха Милим условия этого контракта. Только не говорите, что вы не имеете с ними контактов — о нашем с Милим разговоре узнала вся империя, включая императора. Милим — ваши союзники, любая информация, получаемая кланом Милим, тут же становится известной вам. Если вы не способны навести порядок в собственном клане — как вы можете следить за порядком в империи?

— Не вам, тан Лерой, судить о порядках в империи и в нашем клане!

— Да ради создателя! Я не собираюсь лезть ни в ваш клан, ни в имперскую канцелярию. Я только хочу услышать от вас ответ — как мы будем решать возникший между нами конфликт? Возникший по вашей вине, о чём я только что вам очень подробно рассказал.

— Меня не поймут в клане, если я прощу смерть сотни своих людей…

— Не надо прощать! Надо примерно наказать тех людей из клана Хорукайяни, которые и явились настоящими инициаторами этих смертей — тех, которые развязали войну против Тарома. Скажите — кто отправил людей Хорукайяни на дуэли с Тарома? Убиты исполнители, а заказчики? Далее — разберитесь, они сами приняли решение начать террор против Тарома, или у них был общий организатор? Причём я совсем не удивлюсь, если за смертью человека Тарома торчат длинные уши господина Тинитаро — очень уж знакомый стиль общения с непокорными кланами. Итак, ваше решение, госпожа?

— Я приношу свои извинения клану Лерой, господин Рур Лерой. Можете передать мои слова матриарху Лерой.

— Не стоит тревожить матриарха, госпожа. Я давно уже имею в клане те же полномочия, что и госпожа Литэйла. Надеюсь, ваши извинения искренние и подобных инцидентов с нашими кланами больше не повторится?

— Нет, тан Лерой. Или патриарх?

— Просто тан, госпожа. Я не люблю официоза и не стремлюсь к показной власти.

— Надеюсь, на этом наш конфликт исчерпан?

— Я тоже на это надеюсь. Если люди Хорукайяни или Милим не будут пытаться каким-то образом задеть моих людей — смертей больше не будет. Мы даже готовы стиснуть зубы и не отвечать на не слишком обидные слова в наш адрес. Самое главное — не перегните палку, пытаясь вывести воинов Лерой из себя. Лучше всего или обращаться к воинам Лерой предельно уважительно, или вообще не обращаться. Последнее — наиболее предпочтительно для достижения хороших отношений между нашими кланами.

— А как же отличить воина Лерой от обычного члена клана Лерой?

— Легко, госпожа. Из ста человек Лерой примерно двое являются сугубо гражданскими, остальные — воины. То есть считайте воином любого члена нашего клана — не ошибётесь.

— Скажите, а вас действительно миллион?

— Больше, госпожа. А разве господин Нирэн Шихои ещё не слил эту информацию? Он видел тренировки бойцов Лерой собственными глазами.

— Клану Хорукайяни не хотелось бы ссориться с таким могущественным кланом. Скажите — мы могли бы обговорить условия сотрудничества?

— Начало отношений между нашими кланами оказалось не слишком приятным и было подорвано враждебными действиями вашего клана. Но если все возникшие недоразумения исчерпаны и претензии друг к другу отсутствуют — почему бы и нет? Однако испортить отношения быстро, наладить их — очень и очень долго и весьма непросто. Мы с вами сделали первый шаг к сближению, урегулировав взаимные претензии. Предлагаю спокойно подумать, каким мы хотели бы увидеть следующий шаг. Можно отвести на раздумья несколько кун, после чего встретиться в спокойной обстановке. Можно даже на нейтральной территории. Да, и не забывайте — клан Лерой не самостоятелен, мы являемся частью синдиката, в который также входят Камэни. Поэтому без матрираха Камэни совместную встречу проводить бессмысленно.

— Какого матриарха? Младшего?

— Нет, Айлинэри не будет заниматься политикой, ей это не интересно. Она учёный-фанатик в самом хорошем смысле этого слова. На встречу нужно пригласить Иллэри.

— Стальную госпожу?

— Совершенно верно. А чему вы так удивлены?

— Просто, тан Рур Лерой, вы — первый человек на моей памяти, который знает имя этой легенды из плеяды выдающихся матриархов. Все остальные обращаются к ней исключительно как к госпоже матриарху.

— Понял, госпожа… Буду следить за языком… При вас — буду величать исключительно госпожой старшим матриархом.

— А в резиденции Камэни как называете?

— Когда как… Когда Иллэри, когда госпожа матриарх, когда просто госпожа… Мы особо не заморачиваемся с титулами, при общении в синдикате для нас важнее дело, а не словесная шелуха.

— Поразительно… И это я слышу про матриарха, которого вот уже больше эона в империи называют не иначе, как стальной госпожой…

— Насчёт стальной — не знаю, но если не затрагивать производственные вопросы, то в быту госпожа Иллэри — очень милая и обаятельная женщина, с ней приятно поговорить на отвлечённые темы — у матриарха Камэни отличная память и весьма широкий кругозор.

— Вы интересный человек, тан Рур Лерой, мне жаль, что мы с вами не были знакомы раньше — возможно, этого конфликта удалось бы избежать.

— Любой конфликт губителен для обоих сторон, случаев, когда оба участника оказались проигравшими, я знаю массу, а вот выигравших — очень и очень мало.

— Я рада, что вы придерживаетесь подобных взглядов. А сейчас не окажите ли мне любезность — я хотела бы переговорить с уважаемой матриархом Тарома наедине?

— Абсолютно не возражаю. Госпожа Тарома — я вам ещё нужен?

— Нет, тан Рур, спасибо за приятную беседу.

— Удачных переговоров, дамы, я вас покидаю. Госпожа Хорукайяни — прошу не забывать, что, несмотря на начинающее зарождаться между нами взаимопонимание, между кланами Лерой и Тарома до сих пор действует контракт…

Где-то в недрах императорского дворца:

— Госпожа матриарх, господин Тинитаро, проходите, садитесь поудобнее. Можете налить себе чаю — разговор у нас будет долгим…

Дождавшись, когда вошедшая в кабинет невысокая красивая властная женщина в сопровождении стройного поджарого мужчины с армейской выправкой сядет на один из стульев, расположенных на противоположном конце монументального овального стола, и, налив в небольшую чашечку горячего чая из стоящего рядом чайника, поставит на блюдце полную чашку, не сделав ни одного глотка, император, занимающий роскошное кожаное кресло на противоположной стороне стола, начал задавать свои вопросы:

— Итак, госпожа, самый главный вопрос — ваш конфликт с кланом Лерой урегулирован?

— Да, мой император. У кланов отсутствуют претензии друг к другу.

— А ситуация с кланом Тарома?

— С Тарома та же ситуация, что и с Лерой — войны не будет. Но вас, мой император, наверное, больше всего интересует коммерческая сторона вопроса?

— Вы поразительно догадливы, госпожа.

— С коммерческой стороной значительно сложнее. Нам выставлен ультиматум — или мы сохраняем те же условия контракта, что и ранее, или Тарома разрывают с нами контракт. Дополнительных денег, как мы планировали, империя не получит. Более того — размер благодарности даже уменьшится на несколько процентов — это компенсация за смерть ценного работника из клана Лерой.

— Я не буду спрашивать у вас, госпожа, зачем понадобилось убивать нужного клану Тарома человека, ведь можно было бы для устрашения обойтись ликвидацией нескольких второстепенных людей. Меня интересует, почему империя вместо дополнительных поступлений в бюджет понесёт убытки.

— Мой император, это наша вина. Тарома не смогли бы заплатить — с учётом всех выплат рентабельность государственного контакта была менее двадцати процентов. Нас смутила низкая цена аналогичного контракта с Камэни, но недавно выяснилось, что Камэни не потребовали с Тарома ни одного лу в качестве личной благодарности — ситуация настолько уникальная, что за многие хоро я сталкиваюсь с ней впервые.

— Вы хотите сказать, что бухгалтерия Камэни абсолютно легальная и теневые обороты в клане отсутствуют?

— Я не берусь этого утверждать, но не исключаю подобной возможности.

— А вы, господин Тинитаро, что думаете по этому поводу?

— Я не силён в бухгалтерии, мой император, но дам задание налоговым службам тщательно проверить финансовую деятельность синдиката.

— Жду доклада о результатах проверки. Госпожа, как вы урегулировали с Лерой потерю ста двадцати людей своего клана?

— Я принесла тану Руру Лерой свои искренние извинения в допущенной нами ошибке и пообещала, что с нашей стороны претензии к клану Лерой отсутствуют.

— Даже так? Клан Хорукайяни спустит Лерой с рук убийство сотни своих людей?

— Мой император, а вы согласны поддержать клан Хорукайяни имперскими войсками, если мы вступим в войну с Лерой?

— Нет, война невыгодна империи.

— Вы сами ответили на свой вопрос, мой император.

— Что, клан Хорукайяни не в состоянии справиться с каким-то заштатным кланом, который всего-то несколько сол как появился на рынке милитари?

— Мой император, глава Лерой сказал мне, что его клан в случае вооружённого конфликта готов идти до конца и будет сражаться до последнего своего бойца. С учётом реальной военной силы Лерой в результате подобного боестолкновения, если нам не будет предоставлена военная помощь, клан Хорукайяни прекратит своё существование.

— Вы уверены?

— Да, мой император. Клан Хорукайяни занимает семьдесят вторую строчку рейтинга кланов, а Лерой, по стандартным подсчётом, уже занимает примерно восьмисотую позицию. Скорее всего, уже через сол это место за кланом Лерой будет закреплено официально на очередном собрании совета кланов. Однако стандартные формулы рейтинга не учитывают уровня подготовки бойцов Лерой — они владеют неизвестными нам методиками, резко увеличивающими эффективность их солдат. Анализируя наши потери, достаточно вспомнить дуэли с Ойхо — сотни схваток, и ни одной потери со стороны бойцов Лерой. Коэффициент пересчёта, учитывающий боевую выучку Лерой, нам неизвестен, но даже по некоторым прикидкам клан вполне может занимать примерно пятидесятую строчку рейтинга милитари-кланов. Возможно, что для победы над Лерой во внутриклановых войнах понадобится союз как минимум нескольких топ-кланов из первой сотни, а, возможно, не хватит и этого.

— То есть вы считаете, что клан Лерой становится реальной угрозой империи?

— Я этого не говорила, мой император. Лерой нечего противопоставить имперским вооружённым силам, они могут нести угрозу только для кланов — у них сильные наземные войска. Скорее всего, продолжив своё развитие, Лерой остановятся на уровне примерно двадцатого — тридцатого места рейтинга милитари-кланов — руководство клана показалось мне достаточно здравомыслящим и не будет лезть на первые места. А в масштабах империи армия клана — просто песчинка, которую легко сметёт с лица земли волна имперских войск. Клан, скорее всего, будет проводить достаточно мирную политику и ни в коем случае не нападать первым, но за спиной у него будут миллионы отлично обученных солдат, готовых максимально жёстко ответить на проявленную в отношении клана агрессию.

— А что насчёт передела сфер влияния на рынке милитари?

— Глава заверил меня, что он не планирует сильно вторгаться в эту сферу, однако незначительная часть рынка кланом будет занята — войска необходимо тренировать. Однако основным источником дохода для Лерой по-прежнему останутся продукты питания. Если данная информация правдива, а у меня нет оснований подозревать обратное, то клану Лерой действительно нет смысла вторгаться на милитари-рынок и серьёзно что-то на нём менять.

— Вы уже несколько раз употребили имя матриарха Лерой в мужском роде, госпожа. Просветите меня — разве у них сменился матриарх? И почему я об этом ничего не знаю?

— Матриархом там осталась госпожа Литэйла, мой император. Однако реальная власть в клане давно уже принадлежит господину Руру Лерой — он обладает теми же правами, что и матриарх, однако не любит светиться, предпочитая руководить из тени. Незнание этого факта уже многим стоило массы потраченных нервов, а некоторым — здоровья и жизни. Более того — именно господин Рур является негласным лидером синдиката и руководителем анклава, и у меня есть документальные подтверждения этому. Кстати, некоторые документы контракта Камэни и Тарома заверены подписью и печатью господина Рура, членом клана Камэни, как вы знаете, не являющимся. Так как все положенные платежи в бюджет империи уплачивались вовремя, на этот факт никто бы и не обратил внимания. Несоответствие случайно выявил человек Тумиоши в канцелярии налогового департамента, получивший от нас указание тщательно проверить все контракты между Тарома и Камэни. И знаете, что ответила стальная госпожа Камэни на это несоответствие?

— Похоже, вы хотите меня удивить?

— А уж как я была удивлена, мой император! Госпожа старший матриарх Камэни ответила, что это внутренние дела синдиката и нас они не касаются. А ещё она подтвердила право тана Рура Лерой визировать коммерческие документы Камэни. Как вам эта информация?

— Данная информация очень важна и полностью меняет расстановку сил в клановой иерархии. То, что вы сейчас рассказали, фактически означает, что кланов Лерой и Камэни уже нет, а есть один клан с единой системой власти и финансирования. Любые действия против Лерой встретят яростные ответные действия Камэни, и наоборот. Если эти кланы фактически объединились — то мы имеем единый клан, однозначно попадающий в первую десятку рейтинга. Причём клан, имеющий собственный участок космоса, единолично владеющий тремя планетами и буквально через сол получающий свободный выход через межгалактический телепорт в столицу империи. Господин Тинитаро, что вы думаете по этому поводу?

— С учётом вновь открывшихся обстоятельств необходимо сделать как минимум две вещи, мой император. Первое — ни в коем случае не поставлять в анклав орудийные платформы большой дальности, как это предусмотрено в договоре. Империя должна иметь возможность уничтожить анклав в случае непредвиденных обстоятельств, а с проводимым синдикатом курсом на милитаризацию появление таких обстоятельств теоретически возможно. Второе — обязательно внедрить в межгалактический телепорт следящее устройство с возможностью блокировки. Эти два условия необходимо выполнить любыми путями, мой император — от этого зависит безопасность империи.

— Это всё?

— Нет, мой император. Ещё желательно внедрить в обслуживающий персонал анклава своих наблюдателей от имперской государственной безопасности и от нашей службы, а также по возможности максимально оборудовать все сколько-нибудь значимые объекты анклава следящими устройствами — мы должны иметь информацию о текущих делах анклава. Но вышеназванные мною два условия должны быть выполнены обязательно.

— Хорошо, я вас понял, господин Тинитаро. Но как вы собираетесь внедрять следящие устройства в телепорт? Ведь он уже почти готов, и все ранее внедрённые вами закладки уничтожены. Да и объекты на планетах почти все построены.

— Остался искин телепорта, мой император. Управляющую программу ещё возможно внедрить в него. А на объекты можно попасть, внедрившись в клановые войска Лерой. У меня уже разрабатывается программа по внедрению своих людей в клан.

— Поделитесь секретом?

— В общих чертах, мой император. Часть людей Хорукайяни, прошедших специальную подготовку и инструктаж, подростками будет тайно переправлена на планеты, с которых вербовщики Лерой наберут рекрутов для своей армии. Слившись с остальными новобранцами, через несколько сол мы получим глубоко законспирированных агентов в армии синдиката. Люди у нас есть, тяжелее отобрать подростков с низким коэффициентом генома — даже самый низкий коэффициент людей Хорукайяни будет резко выделяться на уровне остальных неклановых отбросов. Придётся забрасывать не более двух-трёх человек на планету и снабжать их правдоподобными легендами про родственные связи между ними и имеющихся когда-то общих предков из числа клановых.

— Действуйте, господин Тинитаро. Я даю добро на проведение этой операции. Постарайтесь только не провалить это дело, как вы сделали в прошлый раз.

— Больше я ошибок не допущу, мой император.

— Аудиенция окончена. Жду подробных докладов о полученных результатах…

Возвращаясь с очередной деловой встречи, Андрей неожиданно почувствовал себя плохо — как-то резко закружилась голова, вспотели и затряслись руки, перед глазами помутилось, по телу разлилась предательская слабость… Пришлось сбросить скорость и посадить флаер на обочине, пережидая приступ. Самое отвратительное, что этот приступ был не единственный — за последние несколько месяцев их уже было более десятка. Возможно, приступы случались и раньше, но Андрей списывал их на обычное недомогание в результате хронической усталости и недосыпа — последние несколько лет он работал буквально на износ. Однако с каждым разом приступы становились всё чаще, их сила возрастала, а интервалы между приступами уменьшались. Этот же был такой силы, что Андрей даже не смог вести флаер и был вынужден остановиться…

Болезнь никогда не приходит вовремя, но в этот раз её пришествие случилось как нельзя некстати — строительство анклава шло полным ходом, большинство объектов было уже построено и успешно функционировало, планеты Камэни и Лерой ускоренными темпами застраивались, на них появлялись новые города и посёлки, Флора успешно снабжала растущий анклав натуральным, экологически чистым продовольствием. Космические порты были построены на всех планетах треугольника, а не только на планете Лерой, причём если на Лерой космопорт строила империя, то два остальных были построены на клановые деньги. Порталы связали все космические объекты анклава — три планеты анклава, четыре звёздные крепости, завод по производству топливных элементов. Энергию для их функционирования давала мощная гелиостанция, на которую также вёл отдельный телепорт. Про количество постоянно действующих внутрипланетных порталов даже не стоило упоминать — после ввода в эксплуатацию собственного завода по производству порталов малой и средней дальности оно уже исчислялось сотнями, а скоро счёт пойдёт на тысячи.

Материалов для строительства также хватало с избытком — их поставляли многочисленные заводы, разбросанные по внутрипланетному пространству анклава. Для нужд стремительными темпами расширяющегося производства уже строился завод по производству межпланетных и межзвёздных грузовозов, рудовозов и контейнеровозов средней и большой вместимости — верфи по их сборке из готовых узлов в анклаве уже имелись, недавно был построен завод по производству космических тяговых двигателей. На очереди было подписание контракта на строительство собственных верфей по сборке космических боевых истребителей — с собственными двигателями они будут обходиться синдикату почти вдвое дешевле. Хорошо ещё было бы освоить собственный выпуск лучевого и термоядерного оружия, а гравитационное — было бы пределом его мечтаний… Однако возможности синдиката не успевали за его желаниями — денег катастрофически не хватало даже с учётом уже набранных кредитов, по которым ещё предстояло расплачиваться. Конечно же, все понимали, что собственное производство обойдётся синдикату в несколько раз дешевле, чем уже готовые покупные изделия, ведь и сырьё, и энергия у синдиката уже были, причём практически бесплатные. Но для того, чтобы заработало производство, нужно сначала купить и построить завод — а для этого нужны деньги… Синдикат начал резко увеличивать производство продовольствия, снижая цены и перераспределяя под себя традиционно сложившиеся рынки сбыта в прилегающих к анклаву областях галактики, но увеличившегося потока прибыли от сельхозпроизводства явно не хватало быстро растущим запросам Андрея. Ситуацию должен был изменить межгалактический портал, строительство которого шло полным ходом и начало эксплуатации которого должно было случиться менее чем через сол. Прямой канал в метрополию позволит синдикату не только направить на Окану по межгалактическому подпространственному каналу поток практически бесплатной энергии с гелиостанции анклава, но и уменьшит до нуля транспортные расходы на доставку в столицу империи продовольствия, что в будущем сулит клану Лерой, да и всему синдикату в целом, хороший доход.

И вот в эту круговерть важных, особо важных и просто неотложных дел стремительным вихрем ворвалась болезнь, ломающая до предела заполненный график рабочих встреч. Однозначно необходимо проконсультироваться с врачами по поводу собственного состояния — возможно, приступы появились не сами по себе, а являются следствием реакции тела на проводимые над ним опыты. Наука, конечно же, дело хорошее, но только не в ущерб собственному здоровью. Впрочем, возможно, что профессора Камэни ни при чём, а Андрей умудрился подхватить какой-нибудь редкий космический вирус — всё же в империи он человек новый, Земля долгие тысячелетия жила изолировано от метрополии, нормального иммунитета к имперским болезням ни у земных предков Андрея, ни у него самого не было. А пока не решён вопрос с лечением — следует сажать за штурвал водителя, а не летать самому, иначе так и разбиться можно…

Переждав на обочине приступ, Андрей вытер ладонью покрывшую лоб испарину, пригладил короткий ёжик мокрых волос, и осторожно поднял флаер в воздух — болезнь болезнью, но график рабочих встреч никто не отменял…

Консилиум врачей, собравшихся на обследование, только удивлённо качал головами — с подобным случаем они сталкивались впервые. Организм пациента, до этого достаточно пластично поддававшийся всем проводимым учёными процедурам по коррекции генного кода, вдруг начал постепенно отторгать вносимые учёными изменения, возвращая геном в первоначальное состояние. Весь богатый жизненный опыт врачей отказывался это признавать — как правило, вносимые в геном изменения оставались в нём раз и навсегда, а единичные сбои в отлаженной машине генной инженерии были вызваны стохастическими флуктуациями второстепенных параметров и легко устранялись повторным генным программированием. Подобную процедуру, после долгого совещания, и было решено провести с пациентом — консилиум учёных-медиков постановил, что в тысячелетиями отлаженный процесс проведения исследований по генной коррекции и вереницу процедур по модификации генома вмешался какой-то неучтённый параметр, который являлся столь незначительным, что на него просто не обратили внимания. Именно этот параметр, по мнению учёных, нарушил ход программирования, и, чтобы его исключить, необходимо просто повторно прописать в геном пациента данные предыдущего успешного эксперимента. Объяснения пациента, что подобные приступы уже несколько раз случались, были отброшены как несостоятельные — ведь, по его же утверждению, приступы случались до предыдущей процедуры по коррекции генома, а этого просто не могло быть — после проведения очередной процедуры приступы, даже если бы имели место, исчезли бы без последствий, ведь повлиявший на ход эксперимента неучтённый фактор не может проявиться два раза подряд, повторным программированием он будет уничтожен…

Медики, похоже, оказались правы — после того, как, посовещавшись, они в очередной раз поколдовали над его телом, Андрей вышел из Оканийского научно-исследовательского центра клана Камэни в прекрасном расположении духа — казалось, что каждая клеточка его тела была под завязку залита энергией, хотелось смеяться, плясать, бежать куда-то. Тело просило действий, а приходилось в очередной раз садиться за штурвал флаера и лететь на очередную скучную встречу… Может, плюнуть на всё, вернуться в анклав, загрузив на Окане работой нескольких своих заместителей, устроить себе пару недель отдыха, наведаться к Басе, посмотреть, как они вместе охотятся с Аруми?

Аруми же продолжал радовать Андрея своими успехами. Решение свести его с рурхами, чтобы он смог развить свои способности в телепатии, оказалось верным. Рурхи, переехав на постоянное жительство в анклав, неплохо в нём освоились и совсем не отказывались общаться с людьми — сложившееся за тысячелетия совместного существования на Окане недоверие между двумя столь разными видами разумных начало потихоньку уходить в прошлое. Сын, постоянно общаясь с прайдом хищников, стал свободно общаться мыслеречью, не прибегая к выражению своих мыслей голосом. Это выразилось в первую очередь тем, что в спаррингах его стало очень сложно обмануть — впервые за последние десятилетия Андрей сражался на татами в полную силу. Конечно же, пока он одерживал победы — ведь у его сына не было столько опыта, как у отца, но по своему мастерству Аруми вплотную приблизился к Андрею — теперь его было очень сложно поймать на ложных мыслях, а выстраивать в голове структуру боя стало просто бесполезным — Аруми не только свободно читал предстоящий рисунок схватки, считывая ещё не оформившиеся мысли из подкорки мозга Андрея, но и научился различать, когда эти мысли верные, а когда — обманный финт. Единственным эффективным вариантом защиты оставалось полное блокирование реальных мыслеобразов и подмена их фантомными проекциями, но в этом случае бой сводился к выяснению уровня владения техникой и опыту проведённых схваток, которых у Андрея было больше. Сын, проигрывая, расстраивался, но несильно — Андрей уже пояснил ему, что недостающие ступени в его обучении уже пройдены, и ему просто нужно набрать побольше опыта реальных схваток. Тем более что у Аруми начал открываться так называемый «третий глаз» — способность чувствовать противника на расстоянии. Ещё эту способность на Земле иногда называли «дыхание смерти», но Андрей не любил это название, считая слишком вычурным и патетичным.

Тренировки и спарринги Аруми теперь проводил с завязанными глазами, и с каждым разом проводил их всё лучше и лучше — не было сомнений, что в будущем сын превзойдёт своего отца, если продолжит упорно тренироваться. Памятуя, что поощрение — один из самых эффективных стимулов развития собственных способностей, в одно из своих посещений клановой школы боевых искусств в анклаве Андрей, дождавшись, когда Аруми закончит тренировку со старшими учениками, собрал на татами большого зала все старшие группы вместе с преподавателями. Глядя на стройные ряды сидящих на пятках бойцов, плотно забивших весь зал, Андрей негромко заговорил. Его слова тяжёлыми звонкими каплями дождя падали в замолкший зал, звеня и эхом отражаясь от гладких, обшитых деревом стен:

— Я собрал вас в этом зале для того, чтобы сообщить радостную новость. Много, много сол я учу вас буси-до, глядя, как вы, мои ученики, постигаете сложную науку выбранного вами пути воина. Среди вас уже много опытных, сложившихся бойцов. Многие получили чёрные пояса, некоторые из вас стали достойны обучать этому искусству других учеников. Но сейчас я хочу, чтобы вы знали — среди нас появился ещё один сэнсэй — человек, прошедший по пути воина дальше, чем все вы, и догнавший меня. Пока у него ещё мало опыта, но скоро, очень скоро мы будем идти с ним вместе, рука об руку, постигая глубины воинского искусства. Аруми, подойди ко мне…

Глядя, как сын уверенно подходит к нему, словно танцуя, обходя сидящих на полу бойцов, Андрей про себя порадовался тому, что у него есть такой прекрасный сын… А ведь подрастала ещё и дочь, Ярината, талант которой обещал раскрыться не меньше, чем у Аруми. Возможно, дар телепатии разовьют и другие его дети, и если найдутся одарённые с пробудившимся даром, то необходимо обучать их отдельно, а не в общей группе, где все они сейчас занимались. Выкроить бы только для этого время, которого всегда катастрофически не хватало… Впрочем, этим теперь может заняться его сын — со временем можно будет передать ему под начало всю школу, сосредоточившись на административных функциях.

Пока Андрей в мечтах планировал будущее своих детей, Аруми уже прошёл сквозь плотные ряды учеников и встал перед учителем. Короткие, мокрые от пота волосы прилипли ко лбу, подчеркнув мужественный овал красивого лица с ярко выраженными материнскими чертами — внешностью сын пошёл в свою мать, которую специально подбирали для Андрея среди сотен прекрасных претенденток… Впрочем, внешность в мужчине не главное — по духу Аруми обещал стать копией своего отца — справедливый, храбрый, честный, правдивый, несгибаемый — настоящий воин. Он достоин чёрного пояса и звания учителя. Поглядев на упрямо сжатые губы над волевым подбородком, смелый прямой взгляд из-под больших, слегка прищуренных глаз, окаймлённых длинными пушистыми ресницами, Андрей продолжил:

— Сегодня я передаю свой личный пояс тану Аруми Лерой, сыну Рура Лерой, как воину, достигшему своим трудом всего, что мог дать ему учитель. Сын, мне больше нечему тебя учить — дальше ты пойдёшь один, и у тебя будет своя дорога. Я не отказываюсь от тебя, буду всегда стоять за твоим плечом, помогая советом и делом, но у тебя больше нет сэнсэя. Отныне ты — сам сэнсэй…

С этими словами Андрей снял с сына затёртый и полинялый коричневый пояс и повязал свой, такой же полинялый и затёртый, но чёрный, украшенный золотой вязью иероглифов. Аккуратно свернув и отложив в сторону коричневый пояс, за долгие годы впитавший в себя такое количество пота, которым можно было бы наполнить приличного размера ванну, Андрей развернул Аруми лицом к залу и сказал:

— Я присваиваю тану Аруми Лерой пятый дан — именно такая ступень мастерства у меня. Я увёл основную часть школы в новый дом клана — на планету Лерой, оставив на Окане небольшой её филиал под руководством одного из старших учеников, и тан Аруми будет сэнсэем расположенной в анклаве школы боевых искусств. Он будет руководить вами и наставлять вас на трудном пути постижения воинского искусства. Сэнсэй Аруми — рэй!

Глядя на почтительно склонившихся в традиционном поклоне учеников, Андрей подумал, что ещё одна веха в его жизни позади — он вырастил сына, теперь нужно было достраивать дом… Анклав — его новый дом — манил его свежим запахом луговых трав, ярко-голубого неба и неизвестности…

— Мой император, у меня важное известие! — стоящий навытяжку стройный, спортивного вида мужчина в неброском сером армейском кителе прямо-таки излучал радость и оптимизм.

— Я слушаю вас, господин Тинитаро!

— Мой император, в руки контрразведки попал интересный документ, по результатам которого мы накрыли глубоко законспирированную группу лиц, занимающихся контрабандой, воровством, грабежами и вымогательством. Банда долгие солы терроризировала межзвёздные магистрали империи, на вооружении у них были как транспортные звездолёты, так и боевые крейсеры, в своё время списанные из имперской армии. Как к пиратам попала военная техника — мы ещё будем разбираться, сейчас же спецслужбы больше всего интересуют входившие в эту группировку люди. Большинство из них было задержано при попытке сбыта награбленного и сейчас уже даёт показания против своих подельников в кабинетах ведомства господина Нирэна Шихои. Часть людей попыталась оказать имперским войскам вооружённое сопротивление и была уничтожена, части, к моему великому сожалению, удалось уйти. Так вот, среди тех, кому удалось скрыться, фигурирует один очень интересный человек. Он опытный пилот, явно долгое время был капитаном какого-то космического судна и отлично ориентируется в межгалактических звёздных магистралях. Более того, при их отсутствии этот капитан не боится прокладывать новые пути, как будто это умение является для него чем-то обычным. Этого человека в банде звали господин Род. Полное имя — Родарин.

— Мне это имя ничего не гворит, тан Тинитаро!

— А имя Родарин Тэй, мой император?

— Постойте, не тот ли это капитан исследовательского звездолёта, на котором прибыл на Окану наш господин Рур Лерой?

— Именно, мой император! Если предположить, что таинственный капитан Род и есть исчезнувший почти двадцать сол назад командир звездолёта Омега, то мы получаем уникальную возможность узнать, откуда же на самом деле родом Рур Лерой — ведь из памяти искина звездолёта эту информацию мы получить, благодаря усилиям капитана, так и не смогли.

— Господин Хорукайяни, всё сказанное вами чрезвычайно интересно, но какую пользу нам могут дать эти координаты?

— Мой император, господин Рур Лерой сам признавался, что у себя на родине он такой далеко не единственный — есть множество бойцов и посильнее его. Также он говорил, что его планета чрезвычайно воинственная, и многие мужчины на ней — воины, с детства посвятившие себя этой профессии. То есть господин Рур, с которым мы носимся в империи, как с великой драгоценностью, вовсе не уникален — его секретное боевое искусство известно на его родине миллионам людей, общее количество которых на планете, если не ошибаюсь, то ли шесть, то ли десять миллиардов — нам будет, из кого выбрать.

— И что вы предлагаете?

— Я предлагаю разорвать договор с синдикатом и найти на планете тана Рура Лерой других бойцов, которые согласятся обучать секретам воинского искусства солдат имперской армии. Для этого необходимо всего-навсего отыскать бывшего капитана Омеги и захватить его живым — кстати, не обязательно здоровым. Достаточно, чтобы он смог ответить на наши вопросы, а уж спрашивать мои люди умеют хорошо.

— А что вы против него хотите предъявить? Ведь, насколько я помню, обвинения со всех участников нашумевшего Оканийского побоища были сняты — и с капитана звездолёта в том числе.

— Был бы человек, мой император, а что предъявить — всегда найдётся. Как говорит наш общий знакомый господин Нирэн Шихои — если человек ещё на свободе, то это не его заслуга, а просто недоработка ведомства господина Нирэна. Капитан далеко не безгрешен — я не знаю, сколько времени он скрывался от нас после прибытия на Окану, да и когда он покинул нашу планету — нам тоже неизвестно, но вот командиром пиратского корабля он стал уже достаточно давно, и на его совести десятки, если не сотни убийств и грабежей торговых космических караванов.

— Вижу, вам не даёт покоя свободный анклав синдиката, тан Хорукайяни?

— Если бы у меня была возможность, мой император, я собственными руками уничтожил бы этот анклав — несмотря на возможные блага, в будущем он обязательно станет для империи костью в горле. Сейчас каждый житель империи знает, что за его действиями может следить или имперская государственная безопасность, или имперская контрразведка. А если у кого-то перед глазами будет пример того, как избавиться от этой слежки? А там и до вольнодумства недалеко…

— В чём-то я склонен с вами согласиться. Но поиск капитана Рода может сильно затянуться. Да и получив координаты Новы, мы потратим на поиск планеты не менее сола, а скорее всего намного больше. Но ведь необходимо ещё и найти на чужой планете нужного человека… К тому времени анклав будет уже полностью обжит, межгалактический телепорт построен и космические крепости защитного пояса анклава введены в эксплуатацию и надёжно перекроют чужим звездолётам доступ в анклав.

— Не всё так мрачно, мой император. В искин телепорта нам удалось внедрить специальную программу, способную в любое время переподчинить его нашему управлению. Правда, сопутствующие устройства в телепорт установить мы уже не успели, поэтому, чтобы освободиться от контроля, синдикату достаточно будет просто заменить искин. Но это только в том случае, если они об этом узнают.

— А они не узнают?

— Нет, мой император. Техник Тарома, осуществляющий программирование искина, погиб. Несчастный случай. Мы тут ни при чём — так совпали обстоятельства.

— А ваше управление совершенно случайно оказалось причастно к этим обстоятельствам?

— Ну не пускать же их на самотёк, мой император!

— Хорошо. Я доволен. Но очень важно, чтобы смерть человека Тарома никто не смог связать с имперскими спецслужбами. Теперь по крепостям. Что вы предприняли по ним?

— Крепости уже почти построены, и вооружение на них в основной части уже установлено. Осталась незначительная часть орудийных платформ средней дальности и все орудийные платформы большой дальности. Поставку дальнобойных орудийных платформ мы сознательно тормозим — наши учёные в срочном порядке разрабатывают дальнобойные орудия с вложенным в них механизмом отложенного самоуничтожения. Эти механизмы будет неизвлекаемыми, то есть платформа самоуничтожится или после нескольких выстрелов, или в результате попыток разборки орудий.

— И сколько выстрелов сможет сделать платформа?

— После тщательного анализа мы решили заложить ресурс дальнобойных орудийных платформ в тридцать пять выстрелов с максимальной мощностью.

— Не много?

— Были опасения, что даже слишком мало. Господин Рур Лерой параноидально подозрителен, и после установки орудийных платформ на крепости они непременно будут опробованы в деле по удалённым мишеням. Плюс неизбежные тренировки орудийного расчёта… Да, возможна ситуация, когда часть нашего флота при штурме будет поражена этими платформами, но, во-первых, сил имперского космического флота достаточно даже для уничтожения анклава с полным, на тридцать пять выстрелов, ресурсом орудийных платформ, а во-вторых, зная, что ресурс орудий ограничен, мы пустим в первых рядах пустышки — старые списанные суда, которые анклав будет уничтожать в первую очередь. Собрать несколько десятков тысяч единиц старой космической рухляди для империи — не проблема.

— То есть и этот вариант вы уже продумали?

— Да, мой император. Анклав в случае начала вооружённого конфликта получит неработающие крепости и неисправный телепорт, а мы просто расстреляем издалека сначала сами крепости, а потом и анклав. Хотя скорее всего до уничтожения планет не дойдёт — стоит только империи разбить защитный пояс, как синдикат попробует договориться. Мы, конечно же, простим их, но уже на наших условиях. Клан Камэни станет работать на империю, и мы навсегда забудем о тех громадных деньгах за оказанные медицинские услуги, которые идут в карманы матриарха Камэни вместо бюджета империи. А клан Лерой империи, по большому счёту, не нужен — от них нам с самого начала нужен был один лишь секрет подготовки клановых солдат и пилотов. Причём как правильно готовить пилотов — господин Рур Лерой уже издал ряд методических пособий, с успехом применяемых в Оканийской имперской лётной академии. И пусть подготовленные таном Руром лично пилоты пока превосходят имперских, но разница уже далеко не так значительна и со временем ещё больше уменьшится.

— Вы меня убедили, господин Тинитаро. Действуйте…

Где-то в недрах резиденции Камэни…

— Тан Рур, я хотела бы поговорить с вами о строительстве анклава.

— У вас какая-то дополнительная информация для меня, госпожа?

— Нет, ничего нового, что вам было бы неизвестно, я вам не сообщу. Скажите, как, на ваш взгляд, идёт колонизация выделенной нам территории? Меня особенно интересует последний сол, и очень подробно — последние несколько кун.

— Вы знаете — на редкость хорошо. Скоро будет запущен межгалактический телепорт, и мы сможем появляться в анклаве прямо с Оканы. Колонизация всех трёх планет практически завершена. Клан Лерой почти полностью перебрался на планету анклава, а на Флоре развернул широкомасштабное производство продовольствия — как только заработает телепорт, мы завалим Окану дешёвым натуральными продуктами. Станем практически монополистами. Строительство крепостей защитного пояса тоже почти завершено, команды набраны и проходят обучение, начат монтаж дальнобойных орудийных платформ. Насколько я в курсе, Камэни в вопросе освоения собственной планеты не отстают от нас, переместив в анклав практически все свои научно-исследовательские институты, лаборатории и клановые учебные центры, оставив в империи лишь развитую сеть медицинских клиник. Думаю, что в течение ближайшего сола все намеченные работы будут завершены и договор с императором закрыт. Необходимые документы по методикам обучения солдат и пилотов я уже подготовил — впрочем, по этим методикам уже занимаются имперские солдаты и пилоты, осталось передать документы официально. Я даже поражён, что после нескольких сол упорного противодействия имперских спецслужб реализация нашего проекта сейчас всё идёт на редкость гладко.

— Значит, вы тоже это почувствовали…

— Что я должен был почувствовать, госпожа?

— Последние куны строительство анклава идёт на редкость гладко — у нас не было ни одной конфликтной ситуации с имперскими спецслужбами, в особенности с господином Тинитаро Хорукайяни. Такое ощущение, что этот человек исчез из империи. А ведь это не так. Я слишком хорошо его знаю — он не оставит в покое анклав.

— И в чём же конкретно заключаются ваши подозрения, госпожа?

— Не знаю… Но мне тревожно, и я никак не могу найти причину этой тревоги. Империя явно имела какой-то план против нашего анклава, и этот план, скорее всего, успешно реализовался — поэтому и отпала нужда в затягивании сроков и иных попытках противодействия.

— И что же могла предпринять против нас империя?

— Не знаю, тан Рур. Но что-то они явно сделали для получения информации о нашем анклаве и установлении над ним контроля.

— Все попытки скрытой закладки следящих устройств нами пресечены.

— Все выявленные попытки, вы хотите сказать.

— Мы тщательно осматривали каждую прибывающую в анклав деталь.

— А кто осматривал сами приборы, с помощью которых вы осматривали эти детали? Да и насколько надёжны люди, осматривающие прибывающее оборудование?

— Осматривали исключительно люди Лерой, они не могли работать против клана.

— О, создатель, какая наивность… Тан Рур, за те эоны, которые я руковожу кланом, на моей памяти было столько предательств, что я уже не верю практически никому. Любого человека можно заставить предать, слышите? Любого! Просто для одного нужны угрозы или шантаж, другому достаточно денег или власти… В крайнем случае — этого человека можно поставить в безвыходное положение, когда у него останется всего две возможности — или согласиться с предложением, или умереть.

— Не любого, госпожа. Предательство — бесчестный поступок, а честь дороже жизни.

— Хорошо, вас не трогаем. Тогда моя фраза будет звучать иначе — не любого, а почти любого. Согласитесь — итог не сильно отличается…

— То есть вы подозреваете, что как только договор будет закрыт — император попытается установить контроль над нашим анклавом?

— Этот вариант его действий напрашивается сам собой.

— И какими последствиями нам это может грозить?

— В принципе — не так уж и страшны эти последствия. В худшем случае мы потеряем свою независимость, если император отменит своё решение о выделении нашему синдикату этих планет.

— Защититься от такого шага со стороны империи мы можем?

— Только частично. Согласно имперскому закону, ни один клан не может иметь в собственности на колонизированной планете более половины площади земель. Остальной половиной распоряжается империя.

— То есть у нас могут забрать половину территории?

— Если исчезнет наша независимость — то да.

— А больше могут?

— Заберут всё, что захотят, если мы не успеем обжить остальную территорию и своевременно не подадим в канцелярию империи заявку на обжитую землю.

— Уже проще… То есть для того, чтобы сохранить за синдикатом хотя бы половину территории, мы должны успеть обжить её и подготовить необходимые документы?

— Совершенно верно, тан Рур.

— Госпожа, я понял ваши опасения. В течение нескольких кун на планетах Флора и Лерой будут отобраны самые лучшие земли и произведена их колонизация, клан направит на это все имеющиеся ресурсы. Для империи, в случае отмены нашей независимости, останутся только неугодья — горы, пустыни, неудобья.

— Но это по самому худшему прогнозу. Возможно, что мои опасения беспочвенны.

— Я привык доверять вашим опасениям, госпожа.

— Мы поняли друг друга, тан Рур. И последнее — возможно, вы будете находиться под впечатлением полной нашей неуязвимости под прикрытием дальнобойных орудий защитного пояса, но я не верю, что империя передала в собственность синдикату такое грозное оружие — там наверняка спрятан какой-то подвох. Какой — не знаю, но ни одно орудие не должно выстрелить по кораблям имперского флота. Иначе наши кланы просто уничтожат, сотрут с лица земли. Сейчас это особенно легко сделать — мы сосредоточили основные свои силы на трёх компактно расположенных планетах, и у империи появилась уникальная возможность разобраться с синдикатом одним ударом дальнобойных орудий. Прошу вас — не дайте императору, а, в особенности, господину Тинитаро Хорукайяни, такой возможности.

— Я услышал вас, госпожа, и со всей серьёзностью отнесусь к вашим подозрениям.

— Вы сняли с моей души часть груза, тан Рур. Спасибо…

Где-то в недрах императорского дворца:

— Мой император! Эта старая лиса, матриарх Камэни, перехитрила нас!

— Господин Тинитаро, я уже не говорю о том, что вы гарантировали мне устраивающее империю решение проблемы с анклавом, так теперь вы говорите о том, что вас перехитрили! Изложите, в чём суть проблемы!

— Кланы Камэни и Лерой подали в имперскую канцелярию заявки на признание за этими кланами новых земель на всех трёх планетах анклава, мотивируя это тем, что земли уже обжиты. К заявкам приложены все необходимые документы.

— И какую территорию они хотят за собой застолбить?

— По половине от каждой планеты. Самые лакомые куски. Империи останутся лишь неугодья и бросовые земли. Помимо этих трёх планет заявки поданы ещё почти на два десятка планет в окружающем анклав участке космоса — участки расположены на всех планетах, мало-мальски пригодных для колонизации.

— И на этих планетах они захватили половину территории?

— Нет, там их запросы значительно скромнее — от пяти до тридцати процентов территории планет, зато куски самые лучшие. И на эти территории уже проложены телепорты и создана инфраструктура.

— Откажите им в регистрации. Найдите какой-нибудь предлог.

— Не получится, мой император. Аналогичные документы разосланы ещё в несколько мест, в том числе и в совет кланов. В случае судебных споров решение однозначно будет за синдикатом — документы в полном порядке, меня об этом уже проинформировали из канцелярии.

— И чем это будет грозить империи?

— Как чем? Синдикат получит самые лакомые куски уже обжитых планет.

— Хм… Верно… Скажите, а что мешало империи самой обжить эти планеты? Скажем, эдак пять-десять эонов назад? Я уже не говорю о более ранних сроках.

— В империи просто на это не было денег, мой император.

— И вы решили, что пусть клан вложит свои собственные деньги, а мы потом у них эти земли отберём?

— Ну не совсем так, мой император…

— Давайте называть вещи своими именами, господин Тинитаро. Почему, если эти планеты столь важны для империи, они до сих пор не были колонизированы — я спрошу с вас лично, но несколько позднее. Сейчас ответьте мне на один простой вопрос: если у империи будет в собственности половина планеты — империя сможет наладить слежку за проживающим на второй половине планеты кланом? Вы же больше всего плакались, что Лерой не разрешают вам посещать планеты анклава, а в этом случае вы сможете абсолютно легально появляться на каждой планете, запускать в околопланетный космос свои спутники-шпионы, вести прослушку и вообще делать всё то же самое, что и на любой другой планете империи.

— Да, мой император, но у империи на этих планетах нет ни одного объекта!

— А кто мешает вам их построить?

— Нет денег, мой император.

— Так вы что, решили, что Лерой сами построят для вас объекты для слежки за ними?

— Но вы могли бы надавить на синдикат, чтобы они эти объекты там для нас построили. В конце концов — не так уж и много они стоят.

— Я вас понял, господин Тинитаро. В случае разрыва договора и лишения синдиката Камэни-Лерой единоличного права владения планетами анклава препятствий для ведения спецслужбами империи в анклаве своей деятельности не будет. Соответственно, требовать от синдиката чего-нибудь помимо предусмотренного Оканийским законом я не вправе. Ищите деньги сами — это ваши проблемы.

— Да, мой император…

Айлинэри, матриарх клана Камэни, удобно устроившись в мягком кресле с высокой спинкой и удобными подлокотниками за массивным овальным столом с тёмной столешницей из полированного базальта, задумчиво рассматривала стоявшего напротив молодо выглядевшего мужчину, в смущении нервно теребящего пальцы на собственных руках. Выговорившись, мужчина замолк и уткнулся взглядом в пол, как будто ожидая заслуженного наказания. Отвечать женщина не торопилась, и с каждым мгновением повисшая в кабинете тишина казалась всё более угрожающей, как затишье перед бурей, как штиль в центре урагана…

Наконец, когда повисшая в кабинете тишина стала осязаемо угрожающей, женщина спокойно заговорила, но от её спокойствия стыла кровь в жилах:

— Итак, тан Сил, вы осознаёте последствия того, о чём вы сейчас мне сказали?

— Да, госпожа матриарх! Мы всё исправим! Мы уже разработали отдельную программу для образца номер один, по которой его исходный геном будет полностью восстановлен в первоначальном виде. Мы также определили необходимые процедуры, которые будут проведены в отношении образца в течение ближайших кун.

— По всем процедурам в отношении образца номер один информировать меня немедленно в любое время дня и ночи. Тан Сил, я же предупреждала вас, чтобы все эксперименты с участием первого были неоднократно перепроверены и проводились с максимальной осторожностью! Как же вы допустили подобное?

— Госпожа матриарх! Ничто поначалу не предвещало каких-либо неожиданностей, все опыты проходили в штатном режиме. Более того, мы действовали с максимальной осторожностью, многократно моделируя ход экспериментов на искине и живых подопытных образцах. Все результаты лежали в пределах допустимых погрешностей, физическое состояние первого также не вызывало опасений. Необходимые генетические изменения накладывались на исходную матрицу в полном соответствии с разработанной программой. Госпожа, мы занимаемся генным моделированием десятки эонов, подобных сбоев не было ещё никогда!

— Даже так… И в чём причина, как вы думаете?

— Госпожа, по-видимому, у первого необычайно сильная иммунная система. Как только процесс изменений превысил критический уровень — включились защитные функции организма и клетки с изменённым геномом начали отторгаться организмом и замещаться на новые. Поначалу нам удавалось успешно маскировать внесённые изменения так, чтобы иммунная система не распознавала изменённого генома. Мы провели десятки направленных коррекций генного кода в перспективных направлениях и даже достигли неплохих результатов. Возможно, вносимые в организм первого изменения были слишком существенными или скорость изменения слишком большой… Возможно, повлияли какие-то сторонние, неизвестные нам, и поэтому неучтённые факторы, однако организм первого как будто взбесился — все наши попытки стабилизировать ситуацию путём направленной мутации генома, в том числе попытки вернуться к первоначальной матрице, организмом отторгаются, в его теле стремительно развиваются неизвестные новообразования, влияющие на жизнедеятельность организма. Объект вначале испытывал слабость, тошноту, головную боль, потом его состояние начало резко ухудшаться. Интенсивная терапия, искусственно замещающая поражённые мутировавшим геномом клетки, позволяет ненадолго вернуть организму полную функциональность, но состояние организма после проведённой терапии нестабильно, коррекция устойчива не более семи-восьми ло, и этот период продолжает уменьшаться. Нами принято решение поместить образец номер один в стационарный бокс, чтобы искусственно поддерживать его жизнедеятельность до момента, когда мы разберёмся с причинами, породившими столь нетипичную иммунную реакцию. Повторюсь, госпожа — я не снимаю с себя ответственности и готов понести заслуженное наказание, но сталкиваюсь с подобным явлением в первый раз.

— Заглушить или перепрограммировать иммунную систему не пробовали?

— Полностью заглушить — нельзя, вы об этом прекрасно знаете. Без иммунной системы образец проживёт ненамного дольше и умрёт от любой из самых безобидных болезней. Частично — пробовали, не помогает. Организм первого частично принял внесённые нами изменения, а частично — отторгает, поэтому возврат к первоначальной матрице, к сожалению, уже невозможен. И процесс этот ещё идёт — изменения в организме первого нарастают, на какие-то мутации генома он не реагирует, какие-то пытается ликвидировать. С его ускоренной регенерацией стабилизировать процесс возможно только в стационарном медицинском боксе, до помещения в который с образцом номер один может случиться что угодно в любой момент. Именно поэтому бессмысленно заниматься перепрограммированием иммунной системы — то, что сейчас не оценивается ею как чужеродные элементы, в следующий момент может быть атаковано со всей беспощадностью, с привлечением всех ресурсов организма.

— Других вариантов, кроме стационарного бокса, нет?

— Нет, госпожа матриарх!

— И надолго?

— Госпожа матриарх, простите меня, но я не знаю… Ситуация нестандартная, с подобной мы никогда не сталкивались. По самым оптимистичным сценариям, мы справимся с ситуацией в течение нескольких кун.

— А пессимистичный прогноз?

— Возможно, нам не удастся стабилизировать идущий в организме образца номер один процесс. Тогда образец прекратит своё функционирование.

— Убрать второе, а реально — первое лицо клана, в больницу на неопределённый срок… Причём возможно, что это лицо оттуда уже никогда не выйдет… Вы понимаете, что ситуацию можно представить, как убийство патриарха клана, которым, по существу, уже давно является образец номер один?!! Вы вообще представляете, в какой обстановке вы живёте? В нашем синдикате Камэни являются мозгом, а Лерой — силой. У Лерой — миллионы профессиональных воинов, которые смогут растереть в пыль клан намного могущественнее нашего.

— Госпожа матриарх, я готов понести наказание, однако осмелюсь сказать — никакое наказание не позволит спасти жизнь образца номер один, если в ближайший кун он не даст своё согласие на стационар в нашем исследовательском центре. Пройдёт совсем немного времени, и очищающие процедуры перестанут помогать — они устраняют последствия, а не причину.

— Хорошо, я лично поговорю с образцом номер один. Сейчас можете быть свободны. Идите.

— Как прикажете, госпожа матриарх…

Где-то в медицинском центре Камэни в анклаве синдиката…

— Дэрий, мне нужно с тобой поговорить, это очень важно!

— Лина, я тоже рад тебя видеть. Как я понял, разговор пойдёт обо мне?

— Ты, как всегда, прав. О тебе. Точнее, о медицинском эксперименте, в котором ты принимаешь непосредственное участие.

— И что же ты хочешь мне сообщить? Что твои коллеги ошиблись и я умру?

— Ну не всё так страшно. Ситуация достаточно сложная, но не смертельная, если принять срочные меры. Мы сможем тебе помочь, но только в стационарном медицинском центре.

— Я подумаю. Не можешь рассказать мне, что со мной случилось?

— Это достаточно сложный медицинский процесс, неподготовленному человеку объяснить его проблематично.

— А ты попробуй объяснить попроще, возможно, мне удастся понять.

— Попробую проще. Всё в человеке — его рост, вес, фигура, даже черты характера определены набором генных цепочек — геномов…

— Лина, я всё же не совсем древнее пещерное ископаемое, и имею некоторое понятие о наследственности.

— Тогда мне будет проще. Десятки эонов наш клан занимается исследованием человеческого генома, периодически внося в него отдельные изменения — мутации. Как правило, этот процесс абсолютно безопасен — технология отлажена настолько хорошо, что сбои единичны и вызваны не самим процессом, а неучтёнными факторами, непредсказуемо влияющими на результат. К тому же ещё десятки эонов назад уже существовала отлаженная система создания индивидуальной исходной матрицы человеческого генома, к которой всегда была возможность вернуться в случае неудачно проведённой мутации. Твой случай оказался уникальным — в результате проведения исследований с созданием направленных мутаций непредсказуемо друг на друга наложилось сразу несколько неблагоприятных факторов, вмешавшихся в запланированный процесс изменения генома, и твоё тело как бы зависло посередине процесса — от начала оно уже ушло, а к конечному результату так и не пришло. Твоё тело уже сильно отличается от первоначального — у тебя стала почти идеальной память, резко ускорилась регенерация, повысились сила, ловкость, сократилось время реакции, значительно усилились ментальные способности. У нас имеются просчитанные матрицы финальной мутации, в результате которой ты стал бы совершенным человеком, но ни завершить эксперимент, ни вернуться к первоначальной матрице генома мы уже не можем — во все наши действия активно вмешивается твоя иммунная система. Такое ощущение, что именно она сейчас определяет, каким тебе стать в будущем. Твоё тело начало мутировать самостоятельно, а вносимые нами коррекции генома в большинстве своём отторгаются. Положение осложняется тем, что пустить процесс мутации на самотёк мы тоже уже не можем — твой организм, несмотря на его выносливость и тренированность, не переживёт столь глобальных и масштабных изменений, ему просто не хватит ресурсов. Итак, у нас три варианта не допустить твоей гибели — вернуть исходный геном, закончить процесс направленной мутации до конца в соответствии с ранее утверждённой программой исследований, и позволить твоему организму самому определить, каким ты будешь после того, как все изменения в твоём организме будут завершены.

— И какой из этих вариантов вы мне предлагаете?

— На мой взгляд, предпочтительнее выглядит второй вариант — завершить программу исследований. Она наиболее предсказуема — все заложенные в неё генные мутации проанализированы, просчитаны и обоснованы. Большинство мутаций не только теоретически просчитано искином, но уже опробовано на живых образцах, а часть уже успешно реализована в тебе… Хорошо, не на образцах, а на людях — не надо кривиться, это стандартная фраза среди учёных-исследователей, тебя, кстати, в отчётах называют так же… То есть мы в целом представляем конечный продукт — с моей точки зрения он идеален. Это даже не шаг, а гигантский прыжок в будущее человечества. Большинство паранормальных свойств твоего организма получат в новом теле своё дальнейшее развитие. Уникальные свойства твоего организма, ранее проявляющиеся спонтанно, усилятся и разовьются, теоретически став подвластными осознанному управлению. Однако как поведёт себя в этом случае иммунная система — нам неизвестно, и для её перепрограммирования на новый геном понадобится время, причём значительное. Вариант номер один — наименее предпочтителен. Мы фактически откатываемся к началу исследований, получив одновременно непредсказуемую иммунную систему, которую, вполне вероятно, также придётся перепрограммировать. Третий вариант по своей привлекательности стоит на втором месте — как минимум часть запрограммированных мутаций в тебе всё же сохранится, плюс мы полностью устраняем конфликт с иммунной системой. Но, какой бы из этих вариантов ты ни выбрал, все процедуры должны проводиться только в стационаре — тело должно быть постоянно подключено к системам жизнеобеспечения. Только в этом случае велика вероятность сохранить тебе жизнь. Иначе ты не выживешь — уже сейчас проводимых учёными процедур по интенсивному очищению твоего организма от мутировавшего генного шлака хватает максимум на несколько ло, после чего их приходится начинать сначала. Продолжительность интервалов между процедурами уменьшается, и тебе всё равно рано или поздно придётся лечь в стационар — больше куна ты не протянешь. Извини…

— Какую-то печальную картину ты мне нарисовала…

— Дэрий, я искренне сожалею, но, поверь, никто не рассчитывал на подобный результат — напротив, у моих коллег были весьма и весьма радужные настроения. Одну процедуру омоложения ты перенёс нормально, также абсолютно предсказуемо прошёл ряд направленных генных мутаций. Мы до сих пор не понимаем, что случилось — иммунная система человека не должна так себя вести. Ты оказался аномалией. Редкой аномалией. Предсказать подобный исход событий не мог никто. Мои подчинённые, разработавшие программу исследований и курирующие данный проект, будут наказаны, но, по большому счёту, они не виноваты — это даже не ошибка или халатность, а непредсказуемый, неучтённый фактор, о котором ранее никто не задумывался. Сейчас, по прошествии сол исследований, я понимаю, что, возможно, не нужно было проводить изменения с такой интенсивностью, а дать учёным время на поэтапные исследования внесённых в геном изменений, позволив твоему телу привыкнуть к уже внесённым мутациям. Возможно, это помогло бы. А возможно, и нет — исследуя новое и неизведанное, наука иногда делает не только шаг вперёд, но и несколько шагов назад. Мы не застрахованы от неудач, и особенно тяжело, когда эти неудачи приводят к человеческим жертвам. Я прошу тебя — давай не будем искать, а, вернее, назначать виновных, а попытаемся спасти твою жизнь. Если ты будешь настаивать — я первая согласна понести наказание, но сейчас скажи — ты согласишься лечь в медицинский бокс в нашем институте? В анклаве мы построили под это направление исследований ряд научных центров со множеством лабораторий, оснащённых по последнему слову имперской науки.

— Хорошо, Лина, я лягу в ваш медицинский центр, тем более что вариантов у меня немного. И я не буду предъявлять к вам никаких претензий, несмотря на то, что именно вы настояли на моём участии в данном эксперименте.

— Спасибо, Дэрий.

— Когда и куда я должен прибыть? Попрощаться с семьёй успею?

— Успеешь. У тебя будет как минимум ещё два ло до тех пор, пока накапливающиеся в твоём организме деструктивные изменения не потребуют очередного медицинского вмешательства. Через два ло за тобой прилетит флаер, он доставит тебя до нашего медицинского центра…

Прощание с семьёй прошло как-то буднично и немного грустно… Андрей сказал, что для восстановления здоровья вынужден надолго лечь в медицинский центр, и попросил особо о себе не волноваться. Жёны спокойно восприняли возможность его долгой отлучки — в последнее время Андрей и так появлялся дома нечасто. Многочисленные дети были заняты в основном сами собой, практически не обратив внимания на планируемое исчезновение отца. Андрей даже ощутил непонятное и слегка пугающее чувство одиночества — и это в собственном доме, в окружении почти двадцати жён и нескольких десятков детей. Неожиданно оказалось, что за время его частых и продолжительных отлучек, слегка разбавленных редкими встречами, его семья привыкла вполне неплохо жить без него — каждый его домочадец знал, чем ему заняться в ближайшее время, и Андрею в этих планах отводилось слишком мало места. Нет, при его появлении все планы корректировались таким образом, чтобы обеспечить ему максимально больший уют, ласку и комфорт, но основным, самым важным было понимание того, что изначально все эти планы под него не были рассчитаны. Многочисленные улыбки, ласки, поцелуи сейчас казались Андрею плохо приклеенными масками, что только ухудшало его настроение. Приготовленные на костре из вымоченного в вине домашнего мяса шашлыки казались пресными, а само вино — безвкусным. Многочисленные документы, завалившие рабочий стол, были аккуратно разложены по папкам и ящикам, а их виртуальные аналоги — помещены в отдельный раздел искина.

Ночь прошла сумбурно и беспорядочно — немного времени традиционно было уделено одной из жён — сегодня ей оказалась Омико, затем Андрей безуспешно пытался уснуть, ворочаясь с бока на бок. Потом он вставал, чтобы попить — после вина и шашлыков во рту пересохло, затем среди ночи ему вдруг сильно захотелось есть, и он, пошарив на кухне среди многочисленных полок, соорудил себе травяной чай с кексами и печеньями, и лишь под утро забылся коротким тревожным сном.

Встал Андрей хмурым, усталым и невыспавшимся. Умывшись, спустившись на кухню и пожелав всем присутствующим там жёнам доброго утра, он не спеша позавтракал и, поднявшись в свой кабинет, связался с матриархом Камэни:

— Лина, доброе утро. Я не разбудил тебя?

— Нет, Дэрий, я давно уже встала, у нас время уже ближе к обеду. Что случилось?

— Лин, я не хочу ждать до завтра. Пришли сейчас за мной транспорт к телепорту — я ложусь в ваш рурхов медицинский центр…

Где-то в недрах императорского дворца:

— Мой император, сейчас — наилучшее время, чтобы навсегда решить наболевшую проблему синдиката во главе с Лерой.

— Почему вы так считаете, господин Тинитаро?

— Удачно сложилось сразу несколько обстоятельств. Во-первых, заработал межгалактический портал. Во-вторых, в течение ближайших нескольких ло будет закончен монтаж дальнобойных орудийных платформ в крепостях защитного пояса анклава, следовательно, обязанности империи по договору можно считать выполненными. И, самое главное, в-третьих — тан Рур Лерой лежит в медицинском боксе больницы Камэни в анклаве, и неизвестно когда он оттуда выйдет. Пока этого события не произошло, желательно провести намеченную нами операцию — лучшего момента может и не быть.

— Ваше ведомство и ведомство господина Нирэна Шихои готовы?

— Да, мой император.

— А имперские войска?

— Тоже, мой император.

— Хорошо, начинайте…

Луч — среднее расстояние между звёздными системами в условной среднестатистической галактике. Примерно равно четырём световым годам и чуть больше земного парсека (3,2 световых года).

Идеалом считается 1000 единиц — теоретически идеальный по мнению оканийских учёных геном человека, в жизни практически недостижимый по причине имеющихся у каждого человека незначительных генетических отклонений

Андрей ввёл в клановых войсках привычные ему звания