Это необычная история:

- Сейджи-сан! Сейджи-сан! Ты дома? Я снова здесь! О, боже, ты опять случайно оставил дверь закрытой? Теперь я не могу войти!

Опасность, опасность. Сталкер вторгся в мой дом. Она барабанит в мою дверь, даже не может воспользоваться звонком. О чём, чёрт возьми, она думает?

- Дверь закрыта! Сейджи-сан, ты ведь не спишь, да? Ах, я в первый раз пришла к спящему парню. Я такая смелая!

Внимание, внимание… Всё было в порядке ещё неделю назад. На прошлой неделе я спас двух девушек от преследовавшего их хулигана. Оказалось, что они шли в ту же самую школу, куда поступил я, и будут учиться в том же самом первом классе. Но я никак не ожидал, что всё так обернётся. Другая девушка была вежливой маленькой ханжой, но эта…

- Знаешь… на самом деле я… Мне всегда нравился Сейджи-сан! Ты помнишь? Во время вступительного экзамена я сидела прямо около Сейджи-сана. У парня, сидящего справа, было такое удивительное имя – Рюгаминэ Микадо[1], и я захотела узнать имя человека, сидящего слева, поэтому я повернулась, и… это была любовь с первого взгляда! С того дня я навсегда запомнила имя Сейджи-сана! Хотя у меня не было смелости признаться тебе в тот же день… но на прошлой неделе Сейджи-сан спас меня, и в тот момент я подумала… Ах, это должно быть судьба! Знаешь ли ты, сколько мужества это мне придало? Так что позволь посмотреть на тебя снова. Сейджи-сан, я действительно хочу взглянуть на твоё сильное и энергичное лицо! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, милый Сейджи-сан!

Осторожно, осторожно. После того как я спас этого ребёнка, она тайно преследовала меня до самого дома. И после этого, она делала так каждый день. Даже после того как я много раз просил её отвалить от меня. Это дерьмо что она сейчас кричала, я слышал это две тысячи раз.

-Только не говори мне, что ты болен, Сейджи-сан?! Ты настолько болен, что не можешь ответить мне? Это плохо! Поторопись и открывай дверь, Сейджи-сан! С самого вступительного экзамена, я искала информацию о тебе! Я знаю день твоего рождения, знаю о твоей семье… всё о тебе!

Полиция. Полиция. Она ушла только после того, как я сказал ей, что вызвал полицию.

♂♀

Спустя три часа после вторжения, я предположил, что девчонка уже пошла домой, и мне можно выйти купить кое-что в мини-маркете внизу. Пока я стоял в очереди с зубной пастой и ежедневником в руке, образ этой сумасшедшей девочки возник у меня в голове.

Моё первое впечатление от неё было – довольно симпатичная девушка, изысканная и достаточно зрелая. Возможно, лучше бы подошло “настоящая леди”. Но почему у такой милой девушки нет парня? То, что я только что испытал, было прекрасным ответом на этот вопрос. Независимо от того, насколько мила эта девочка, я бы всё равно вежливо отклонил её привязанность. Если бы вместо меня был кто-то, кто действительно хотел подружку, ему не надо было б думать дважды, чтобы принять её любовь. Что касается меня, мне не интересно. Ни капельки. Потому что у меня уже есть “подружка”.

Но что насчёт школьной вступительной церемонии завтра? Пока я шёл по узкому коридору к моей квартире, я продолжал думать об этом.

Если я пойду завтра в школу, то обязательно встречу эту девчонку. Я бы лучше не пошёл. А… не важно. У меня уже есть девушка. Она тиха и красива, в отличие от этой девчонки. Пока я с нею, не имеет значения, иду я в школу или нет. Возможно, я просто должен работать в офисе моей сестры, и быть одним из тех студентов, работающих на полставки, или что-то типа того.

А, вспомнил! Я наконец вспомнил почему я спас тех девочек. Хоть это совершенно ничего не значит, но та девчонка действительно похожа на мою девушку, поэтому я её и спас. Теперь, когда я думаю об этом, это кажется совсем глупым поступком. Я спас её только потому, что она похожа на НЕЁ, но как я мог знать, что она такой человек.

Я продолжал думать об этом, просовывая в замок ключи от квартиры.

А? Странно.

Дверь открыта.

Опасность! Опасность! Всё моё тело пронзило чувство тревоги.

Тревожные сирены не умолкали, и я открыл дверь, чтобы увидеть пару женской обуви.

-Се… Сейджи-сан…

Зайдя в квартиру, я увидел девушку-сталкера, стоявшую там. Просто тихо стоит на месте.

Тогда я подумал о том, что глядя на девчонку, ворвавшуюся в мой дом, я был странно спокоен. Возможно, это потому, что я следил за выражением её лица всё это время.

Когда я заговорил, мои слова прозвучали странно спокойно. Спокойней, чем я ожидал. Настолько спокойно, что я даже удивился.

-Так, ты это видела?

-Э… это… я… ух…

Выражение её лица кардинально изменилось. Оно наполнилось смятением и страхом.

…Хм, так даже она способна на такие эмоции.

Теперь я был уверен. Я был уверен – этот ребёнок видел то, что ей видеть не следовало.

-Ну… это… Сейджи-сан… я… м-м… я никому не скажу! Даже если тебя это привлекает, мне всё равно нравится Сейджи-сан! Хм… ну… так… не волнуйся! Независимо от того, какое у тебя хобби, я поддержу тебя в этом… так что… это… это…

Карты открыты. Теперь она уже ничего не могла сделать.

- Всё в порядке.

- Сейджи-сан!

После моих слов, сталкер, казалось, снова преисполнилась надеждой.

- Всё в порядке.

- Се… Сейджи-сан!

Она заметила холод в моём тоне. В этот момент, беспокойство расползлось по её лицу. Я же хотел видеть выражение полного отчаяния, поэтому я повторил:

- Всё в порядке.

- Сейджи!

♂♀

Когда сестра привела домой двух своих подчинённых, я сидел в гостиной, поедая чашку лапши. Эти двое вынесли тело сталкера из квартиры. Сестра обвела комнату взглядом, заметила пятна крови на стене, а затем сильно меня обняла:

- Всё в порядке, не волнуйся об этом.

Её объятия были тёплыми, но они мешали мне есть.

- Сейджи, тебе не нужно ни о чём беспокоится. Твоя сестра обо всём позаботится.

- Мне плевать на эту девчонку. Я беспокоюсь только о НЕЙ.

- Так это ты был тем, кто украл её. Не важно, просто  доверься мне. Это не проблема. Пока я здесь, с Сейджи ничего не случится. Я никогда не позволю этим отвратительным полицейским забрать тебя! Никогда-никогда! Можешь быть уверен.

После этих слов, сестра отдала ещё пару приказаний подчинённым и уехала.

Не стоит мне всё-таки идти работать к сестре в офис. Похоже, у неё есть связи с подпольем, о которых в компании не знают. Эти шестёрки, например. Не сказали ни слова, увидев труп, и просто выполняли инструкции. Это плохо.

Я не буду работать с такими людьми. Если я это сделаю, то не стану ли я таким же как они?

Если стану и меня арестуют, то она останется одна… Я не позволю этому случится. Никогда не оставлю её в одиночестве.

Глядя, как подчиненные сестры стоически оттирают кровь со стен, я доел размякшую лапшу.

Да, лапша отвратительна.

Это очень необычная история.

Необычная история… любви.

Чат (вечер выходного дня).

Канра: Вот я и говорю, что самая сильная банда в Икебукуро это Доллары.

Сэттон: Хоть я никогда не встречал никого из Долларов, но много слышал о них.

Канра: Наверно это потому, что им не нравится быть в центре внимания. К тому же, все в интернете только о них и говорят.

Танака Таро: О, понятно… хм… кажется Канра-сан много знает об Икебукуро.

Канра: Ха… Не это главное.

Канра: Ах… эй, эй, эй… Вы слышали об инциденте с Чёрным Мотоциклистом?

Танака Таро: Чёрным Мотоциклистом?

Сэттон: Вау…

Канра: Это вызвало большую шумиху в Синдзюки и Икебукуро. Вчера даже в новостях показывали.

♂♀

Токио, где-то в районе Бунко (обычный день, полночь).

- Ты… ты монстр! А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Юноша пронзительно крикнул, поднял металлическую трубу и побежал. Была полночь, и молодой человек бешено нёсся по многоэтажной парковке. Он настолько сильно сжимал в правой руке металлическую трубу, что та стала почти такой же температуры, как и его тело. Его руки онемели, холодный пот просачивался сквозь ладони.

Вокруг не было ни души, только несколько автомобилей, одиноко ждущие своих хозяев.

Кроме звука его собственных тяжёлых шагов, сбившегося дыхания, и ускоряющегося сердцебиения, на парковке стояла абсолютная тишина. Каждый звук резонировал в его ушах.

Пробегая между огромных столбов, парень  бормотал: «Ч-чёрт! Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо! Я… я… меня… убьют! К чёрту всё это!»

Хотя глаза юноши сверкали гневом, в его словах был ясно слышен страх.

До этого момента, татуировка на его шее была средством запугивания врагов. Сегодня же, она исказилась до неузнаваемости его собственным страхом. Секунду спустя, татуировка цвета индиго была помечена отпечатком чёрных ботинок.

♂♀

Канра: Фактически, это – слух, который распространялся в течение долгого времени. Так как сейчас у большинства телефонов есть функция "Камера", многим людям удалось снять Чёрного Всадника, и это был хит!

Сэттон: Да, я знаю об этом. Но ведь это не настоящая городская легенда, или что-то экзотическое и причудливое, не так ли? Я думаю, что скорей всего это Босодзоку[2]. Но, с другой стороны, у них не было гонок в последнее время...

Канра: Достаточно факта, что у этого не горят фары!

Канра: Если это не человек, то…

Танака Таро: Я не понимаю тебя.

Канра: Ах, это… говоря прямо, это, вероятно, монстр!

♂♀

Ботинки встретили плоть с мягким трескающимся звуком. Юноша, воспарив в воздушное пространство, полетел вверх в искажённой дуге.

И хотя к тому времени, как его тело коснулось земли, он уже был парализован, его конечности всё ещё дёргались в панике. Его тело оцепенело настолько, что он едва чувствовал холод бетона. Это было похоже на ночной кошмар. Он повернулся, осознав, что источник его страха отдаётся жаром на его пятках.

То, что он увидел, казалось, было тенью. Да, это явно была “тень”.

Она была одета в чёрный, без каких-либо легкомысленных эмблем, костюм мотоциклиста. Это существо было таким тёмным, что создавалось ощущение, будто оно сначала было чёрным, как смоль, а позже его ещё раз окрасили чернилами, дабы усугубить цвет. Если бы не люминесцентные лампы автостоянки, возможно, он и не заметил бы, что там кто-то был.

Но самой зловещей частью “тени” был специфический шлем, который она носила выше шеи. Вместе с чистой чернотой трико, форма шлема и узоры на нём составляли вместе некое абстрактное искусство.

Щиток шлема был так же тёмен, как тонированное стекло автомобиля класса люкс. Всё, что было видно, это постоянное мерцание люминесцентных ламп, и ничего из того, что под шлемом.

- …

“Тень” не излучала ничего, кроме спокойствия, и даже отдалённо не походила на живое существо.

- Я… я-я-я-я… Я не помню, чтобы оскорблял Терминатора!

В обычной ситуации, это сошло бы за шутку, но юноша явно был не в настроении шутить.

- С… с… скажи что-нибудь! Кто ты? Что, чёрт возьми, ты?

Для юноши, само существование этой “тени” было невообразимым. Он занимался тем, чем должен был. Тем, чем обычно занимался на нижнем этаже парковки. Он просто выполнял некое поручение. Этим поручением было передача кое-какого товара клиенту и получение кое-чего взамен. И всё. Он делал всё как обычно. Какого чёрта он сделал не так? Какого чёрта он сделал, чтобы привлечь внимание этого… монстра?

Юноша и его “коллеги” всего-то хотели нормального рабочего дня, однако, сегодня их обычная рутина была прервана без единого предупреждения.

Они ждали на стоянке прибытия последнего из них, когда появилась “тень”. Мотоцикл бесшумно подъехал на расстояние приблизительно десяти метров от них.

Когда это произошло, парень и его напарники заметили много странностей:

Во-первых, подъезжая, этот мотоцикл не издал ни единого звука. Возможно, был небольшой шорох от трения резиновых шин об дорогу, но, что более важно, двигатель был абсолютно тих. Конечно, водитель мог просто выключить его и позволить импульсу катить мотоцикл мимо входа. Но, даже если так и было, двигатель должен был издать хоть какой-то шум, прежде чем его выключили. Однако никто ничего не слышал.

Во-вторых, странным было то, что и мотоцикл, и его водитель были абсолютно чёрными. Машинная коробка, трансмиссионный вал, и даже оправа колёс были чёрными. Не было никаких фар, там, где предполагался номерной знак, виднелась лишь чёрная металлическая мемориальная доска. Парням удалось различить это только потому, что “тень” была слабо освещена уличными лампами и лунным светом.

В-третьих, ещё более специфическим фактом было то, что “тень” держала в руке некий большой объект, более узким концом вниз. С него на асфальт капала какая-то непрозрачная жидкость.

- Коджи?..

Один из парней попытался разобрать, что это за рваный объект. Тогда всадник, по-прежнему сидя на своём мотоцикле, небрежно бросил объект – нет, “его” на асфальт.

Это был человек, которого они ждали - “коллега”, который опаздывал. Его раздутое лицо было безжалостно избито, кровь текла из разбитых носа и рта.

- Этого не может быть…

- Да кто он такой, чёрт возьми?

Молодые люди чувствовали себя весьма странно, но никто не ощущал страха. И даже гнева за зверски избитого товарища. Вероятно потому, что они были всего лишь “коллегами”, и ничего больше.

- Твою мать, да чего он хочет?

Парень в куртке на меху, выглядевший наименее интеллектуальным из всей компании, выступил ближе к мотоциклу. Противник был один, а их пять. Числовое превосходство только добавило ему высокомерия. Но, к тому времени, как юноша достиг мотоцикла, они уже были один на один. И единственным, кто это понял, была чёрная “тень”, сидящая на мотоцикле.

- …

Хрясь.

Неприятный звук. Раздался чрезвычайно, чрезвычайно неприятный звук. Он породил чувство, намного превышающее простое беспокойство, и вызывающее в инстинктах каждого желание убежать.

В то же время парень в меховой куртке опустился на колени, а затем шлёпнулся лицом на асфальтовое покрытие.

- Чт... ?..

Как и ожидалось, молодые люди моментально напряглись и начали озираться, как всегда делали на работе. Окончательным открытием стало то, что их противником был только этот мотоцикл перед ними, и больше никого. А также то, что “тень”, сидящая на мотоцикле, медленно опускала ногу на землю.

Они определённо видели это движение.  То, что нога опускалась, означало, что она была поднята в воздух. Кроме того, парни с более острым зрением заметили ещё кое-что.

В нижней части ботинок, стоявших уже на земле, красовались очки того парня в меховой кутке.

Исходя из этой информации, они немедленно поняли что произошло.

“Тень”, извернувшись на мотоцикле, уложила парня в куртке с одного удара.

Если бы они увидели лицо того парня, то обнаружили б, что у него сломан нос. То есть “тень”, сидя на мотоцикле, развернула его таким образом, что бы ногой отправить человека в полёт, используя углубление в подошве ботинка для захвата носа юноши и с силой крутанув его.

Но, так как они стояли в стороне, у них не было возможности узнать об этом. Половина из парней в этой компании удивились только тому, что пострадавший упал вперёд, хотя его пнули. В то время как остальные двое, не задумываясь вообще, достали полицейскую дубинку и электрошокер, висевшие на их поясах.

- Только что… Что происходит? Э-э… а? Я имею в виду… Как он это сделал?

Обойдя смущённого юношу, двое из его “коллег” с сердитым рёвом набросились на мотоцикл.

- А… эй!

Как раз в тот момент, когда молодой человек собирался что-то сказать, он увидел, как “тень” тихо соскользнула с мотоцикла. Поскольку очки хрустели под её ногой, это делало лёгкие, быстрые шаги не совсем беззвучными. Её движения были по-настоящему изящны, создавая образ тени, принявшей форму человека.

То, что случилось потом, надолго отпечаталось в памяти молодого человека, как будто он просматривал фильм в замедленном режиме. Возможно, это потому, что сцена, представшая его глазам, была слишком невероятной, или потому, что чувство опасности обострило все рефлексы.

Один из его приятелей ткнул в “тень” электрошоком.

«Ха, электричество проходит сквозь кожаные жакеты?»

Пока он раздумывал над этим вопросом, тело “тени” задрожало. Похоже что всё-таки проходит. Всё кончено.

Расслабившись, парень снова и снова прижимал электрошокер к дрожащему телу, но, в следующую секунду, его спокойствие рухнуло.

“Тень”, всё ещё дрожа, схватила рядом стоящего парня с полицейской дубинкой за запястье.

- Арггх!

В отличие от "тени", которая тряслась, будто находясь на электрическом стуле, владелец дубинки, отскочив от тока, содрогнулся и повалился на землю.

- Ублюдок!

Человек с электрошокером, увидев, что теперь рука “тени” тянется к нему, быстро выключил ток. Однако, его положение ничуть не улучшилось - рука плотно обхватила шею молодого человека.

"Тень" не ослабляла свою хватку, хотя парень отбивался руками и ногами. Даже когда он попадал “тени” между ног или по голени, единственным, что исходило из шлема, были тишина и темнота.

- Кху… Кха…

Владельца электрошока душили, пока его глаза не закатились, и он не рухнул на землю, принимая эстафету у парня с дубинкой.

«Дерьмо, я действительно не понимаю что происходит, но твою мать… Я не сдвинулся ни на дюйм, и, если считать Коджи, четверых из шести наших уже сделали». Вместо того, чтобы чувствовать жалость к павшим напарникам, юноша пытался понять что это за странное существо, посеявшее в нём семена страха.

- Похоже, он знает парочку рукопашных приёмов.

В отличие от юноши, человек справа спокойно что-то бормотал.

- Джа-сан.

Услышав его бормотание, юноша, полным надежды голосом, позвал его по имени. Тот, кто был ближе всего к роли лидера “коллег”, мужчина, названный как “Джа-сан”, смотрел на “тень” не двигая ни единим мускулом. В его глазах не было паники, но, в то же время, он не был полностью собран.

Джа-сан вытащил небольшой нож из своего жакета и медленно побрёл к “тени”. Затем, оставаясь начеку, сказал:

- Я не знаю, чем ты там баловался, но… в общем, ты умрёшь, если получишь удар ножом.

Мужчина вертел нож в руке. Его оружие не было ни маленьким, как фруктовый ножик, ни большим, как те что появляются в мангах. Его рукоять точно соответствовала размеру ладони, и холодно блестевшее лезвие было примерно такой же длины.

- В любом случае, не смотря на то, что произошло, думаю, одними голыми кулаками не… А-а?

Говоривший был резко остановлен действиями “тени”.

“Тень” немного наклонилась и подняла с земли две вещи. Это были специальная полицейская дубинка и электрошокер, ранее  принадлежавшие парням.

- …

- …

Электрошокер в правой руке, дубинка - в левой. Это было крайне необычной формой ниторю[3].

Первоначально тихая автостоянка погрузилась в ещё более жуткую, давящую тишину.

Внезапно, тишину разорвал вопрос лидера компании:

- А?.. Ты прикалываешься надо мной? Это же странно, да? Разве не ты собирался биться врукопашную?

Его слова могли показаться шуткой, но беспокойство в его голосе было ясным как день. «Надо было напасть на него сразу вчетвером». Хоть он и думал так, но всё же волновался о том, что будет выглядеть паршиво, если отступит.

Парень позади не сделал ни единого шага со своего места. Если бы противник был частью какой-нибудь банды или же состоял в полиции, он без сомнений уже присоединился бы к нападавшему. Нет, все четверо напали бы с самого начала.

Однако, существо, стоявшее перед ними, было слишком странным. Из-за этого они и среагировали не так, как обычно. То, что стояло перед ними, должно было быть обычным человеком, носившим костюм мотоциклиста. Но аура, которая от него исходила, заставляла чувствовать себя как-то неловко, словно заблудившись в неком диковинном мире.

Возможно, лидер был в курсе переживаний своего напарника, а может, и нет. Он продолжал бормотать сквозь сжатые зубы:

- Вот мразь! У меня ведь только один нож! А ты же вроде девушка, ты, чёртова сука?

По-прежнему молча, несмотря на его неблагоразумные выпады, “тень” повернулась лицом к главарю.

В следующую секунду он увидел “это”.

♂♀

Канра: Тот, кто ездит на чёрном мотоцикле – не человек.

Танака Таро: Тогда что это?

Сэттон: Просто сумасшедший.

Канра: Дотатин сказал, что это может быть сама Смерть.

Танака Таро: Дотатин?

Канра: Действительно, мне посчастливилось это видеть. Чёрный Мотоциклист кого-то преследовал.

Танака Таро: Кто такой Дотатин?

Сэттон: Ты звонила в полицию или ещё куда-нибудь?

Канра: Как бы сказать… Это не нормально - делать нечто подобное.

Танака Таро: … Ты игнорируешь меня? Кто такой Дотатин?

Канра: Сначала, ничего понятно не было, но позже выяснилось, что “это” шло из его тела…

Танака Таро: …

Танака Таро: ?

Танака Таро: Канра-сан, в чём дело?

Сэттон: Похоже, она отключилась.

Танака Таро: А? Не может быть, она ведь только подошла к самому интересному. Что вышло из его тела?

Танака Таро: И кто, в конце концов, этот Дотатин?!

♂♀

- ?..

“Тень” сделала странное движение перед молодым человеком и его начальником.

Она осторожно положила предметы, добытые непосильным трудом, на сиденье мотоцикла.

«Так, использовать два оружия всё-таки слишком утомительно?»

Вот что подумал в этот момент юноша, но в следующую секунду “тень” взяла полицейскую дубинку в обе руки… И согнула её, будто бы та была сделана из пластилина.

- Что!..

Как и ожидалось, два лица приняли ошеломлённое выражение, и на мгновение стали совершенно одинаковыми. Что за трюк оно использовало, чтобы согнуть полицейскую дубинку? Телосложение у “тени” было стройное, парни и не думали, что она могла обладать такой нечеловеческой силой.

Как бы то ни было, “тень” избавилась от оружия, которое получила, и этот факт, шутка ли, ещё больше увеличил дискомфорт парней, постепенно лишая их ощущения реальности происходящего.

Глядя на “тень”, которая вновь была безоружна, юноша поднял металлическую трубу, лежавшую возле стены. Увидев это краем глаза, главарь снова поднял свой нож.

Пот стекал по их щекам. Только это неприятное ощущение доказывало всю реальность происходящего.

- Какого… Ты пытаешься испугать нас?

«Вероятно, это просто подделка» - подумал лидер, взглянув на изогнутый жезл, и, когда капля пота, стекая, попала ему в рот, он неосознанно проглотил её. Что касается юноши, тот не стал озираться вокруг, а уставился на металлическую трубу, которую держал в руках. Дыхание его участилось, и вскоре молодой человек осознал, что его ноги, спина и зубы дрожали. Кажется, этот невероятный поступок сделал прекрасную работу по “устрашению” двух парней.

Будто бы желая поближе взглянуть на ужас, испытываемый молодыми людьми, “тень” молча шагнула в их сторону.

«Так значит, ты всё же будешь драться голыми руками. А у тебя кишка не тонка, дам тебе шанс».

В отличие от юноши, у главаря явно имелась боевая закалка для таких случаев. С блеском в глазах, он перехватил нож в руке и направился к “тени”.

Расстояние между ними сократилось до трёх метров. Ещё два шага до диапазона действия его ножа.

«Джа-сан выглядит как человек, который сможет сделать это в подходящий момент».

Зная об этом, юноша последовал за главарём, сжимая в руках металлическую трубу для поддержки.

Человек с ножом сделал ещё один шаг, и враждебность в его взгляде превратилась в намерение убить. Поскольку юноша знал, что их главарь относится к такому типу людей, которые в поножовщине спокойно смогли бы заколоть человека, он без раздумий обеспечил ему поддержку. Он не чувствовал ни капли отвращения к убийству. Кроме того, их противник был чем-то нереальным, “тенью”, и, возможно поэтому, юноша не думал об этом, как об убийстве человека.

Увидев шанс на победу в стремлении своего напарника убить, молодой человек крепче сжал трубу.

Однако, в следующую секунду все их стремления и шансы сдулись.

То, что, как они думали, было тенью этого существа, вдруг начало расширятся.

Это выглядело так, словно чёрный дым хлестал из “тени”, контролируемый её разумом. В обтянутых перчатками ладонях черная масса извивалась как змея.

Будто кто-то невидимый, опущенной в чернила кистью, рисовал в воздухе необычайные узоры. Так возникали всё новые и новые струи дыма. Через мгновение, его движение стабилизировалось, принимая чёрную как смоль форму.

Глаза парней чуть не вылезли из орбит. Эти два молодых человека, стоявшие в свете уличных фонарей на многоэтажной парковке, наконец, поняли, что их противник не человек. На самом деле, не человек.

В этот момент, чёрная масса отделилась от тела “тени”, и, словно чёрный пар, окутала её тело. Это выглядело так, будто кожаный костюм байкера растворялся в воздухе - всё, кроме шлема, расплывалось под светом уличных фонарей.

Бандиты остолбенели. Ситуация, в которой они оказались, давно ушла за рамки привычной реальности. Сбежать уже не получится, так что им пришлось вернуться к старому плану. С леденящим кровь выражением на лице, главарь направил свой нож на “тень”. Секундой позже, он сделал выпад, стремясь куда-то в область живота “тени”, но…

Прежде, чем нож достиг “тени”, рука, державшая его, была поражена сильным ударом. И, хотя нож он и не уронил, он потерял равновесие, тем самым открыв себя противнику.

- ?!

Острая чёрная масса, которой был нанесён удар, стала смутно различимой в темноте.

“Это” было чисто чёрного цвета. Более чёрного, чем самая глубокая тьма. Оно впитывало весь окружающий свет и двигалось как живое существо. Этот объект, созданный из чёрного дыма, был страшно неуместен на улицах современной Японии.

Однако, оно в своеобразной манере гармонировало с чёрным байкером и его аурой.

Объект в руке “тени” имел более глубокий оттенок, чем темнота глубокой ночи, и у каждого зрителя вызывал ассоциации с самой “Смертью”.

Оно было примерно такой же высоты, как сама “тень” – огромная обоюдоострая коса.

♂♀

-Канра вошёл в чат-

Канра: Меня разъединили. Честно говоря, сегодня довольна плохая связь, так что я ухожу спать.

Сэттон: Спокойной.

Танака Таро: А что насчёт остальной части истории? Что за Дотатин…

Канра: Это подождёт до следующего раза. Хе-хе-хе, но я оставлю вас с одной последней деталью.

♂♀

Затем, юноша был загнан в угол.

На парковке просто не существовало места, где он мог бы скрыться.

Он понятия не имел, что случилось с их главарём. У него не настолько смелая душа, чтобы заботиться об этом, после увиденной невероятной сцены. Нет, той огромной косы не было. Идея, что она была лишь иллюзией, действительно пришла ему в голову. Однако, он понимал, что, независимо от того, что он подумает, это не изменит его текущего плачевного положения, и постарался выкинуть эти мысли из головы.

Сильный удар в шею. Казалось, был какой-то трескающийся звук, но, похоже, позвоночник в порядке. Только в области плеча пульсировала боль такой силы, словно вся боль его тела сконцентрировались в одном месте.

Однако, сейчас, она была самой незначительной из его проблем.

- Эм, эм-м, пожалуйста держись, пож… пожалуйста… пожалуйста д-д-д-ержись.

То, что сейчас вышло из его собственного рта, было трогательно вежливым нытьём проигравшей собаки.

Прямо сейчас, он осознал, в какой ситуации оказался. Если быть точнее, он чувствовал, что теряет сознание. Однако, страх заставлял его прийти в себя.

Юноша всё ещё хотел понять, что это за “тень” такая, и почему ему пришлось столкнуться с такого рода проблемами.

Наибольшая вероятность заключалась в том, что всё это связано с его работой. Действительно, его работа связана с риском, и существовала возможность нажить врагов. Однако, этими врагами обычно были полиция или бандиты. Ну, или, собственно, сами жертвы: нелегальные иммигранты и дети, сбежавшие из дома.

Он был подготовлен к такой возможности, и делал свою работу с большой осторожностью, чтобы избежать таких неприятностей. Однако, “тень” в чёрном костюме байкера была чем-то, о существовании чего он даже не подозревал, и понятия не имел, как с ней справиться. Лучшая тактика, которую он придумал – дать дёру, но и она провалилась, и теперь он был окружён со всех четырёх сторон.

Сейчас, у него было два варианта смерти: благородная и капитуляция, но юноша не мог ничего решить, пока не знал мотивов противника. И, так как уже не имело значения, какой из способов он выберет, молодой человек постарался придать своему голосу самое льстивое звучание и подобострастную манеру. Он чувствовал, что если не заговорит, то его собственный страх поглотит его.

- Стой… Ты смотришь не на того человека, я ничего не буду делать… Пожалуйста, прости меня, мне так жаль, так жаль.

Хулигана била крупная дрожь, гусиная кожа покрывала всё его тело.

Наблюдая за тем, как юноша в корне меняет своё поведение, “тень” продолжала молча стоять на месте. Она оглянулась по сторонам, будто что-то искала, затем, внезапно, повернулась спиной к молодому человеку и направилась к одному из фургонов.

Этот тип транспортного средства нередко замечают ночью, возле станции Икебукуро. За тонированными стёклами невозможно было понять, что находится внутри.

По тому, как тень всё уверенней приближалась к фургону, можно было подумать, что она в состоянии видеть сквозь чёрную блестящую поверхность.

- … А? … Что? Чёрт!

Это точно был тот самый автомобиль, который бандиты использовали во время работы. Хоть юноша всё ещё не знал мотивов “тени”, совершенно ясно одно - её целью были именно они. Кроме того, из всех машин на парковке, она без колебаний направилась прямо к этой.

- Эй, подожди секунду, это плохо, это действительно плохо!

Действия “тени” словно послали толчок в спину юноше. До этого он был преисполнен ужасом перед невероятным существом, но из глубин подсознания хлынул страх чего-то совершенно другого.

-А-а-а-а-а, а-а-а-а-а-а-ах, а-а-а-агх, подожди секунду, стой, уйди оттуда, уйди оттуда! Если… Если узнают, что там в фургоне, мы пропали! Ой, это плохо, серьёзно, что же мне делать? Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо… Что за чёрт? Да кто ты такой, чёрт возьми?

Два страха боролись внутри хулигана.

Один из них был страхом перед чем-то нереальным, другой – перед слишком реальной действительностью.

Если то, что находится в том фургоне, выплывет наружу, полиция – ничто, по сравнению с пустой и глупой смертью.

Воображая, как его труп хоронят в лесах горы Фудзияма, юноша яростно вскочил с колен.

«Думай, думай, что может убить этого всадника в маске».

Преодолевая страх перед “тенью”, хулиган ломал себе голову, пытаясь найти выход из этой ситуации.

И тут в глазах юноши отразился его собственный кабриолет, на котором он приехал на встречу.

Токио, округ Тошима, станция Икебукуро, линия Тоубу-Тоудзю (ворота центрального входа).

- Я хочу домой… - пробормотал себе под нос стоявший там подросток.

Линия Тоубу-Тоудзю была слишком короткой и простой, по сравнению с бурными и сложными мыслями, крутившимися в его голове. Однако, ничто не могло лучше выразить обуревавшие его чувства, чем эта решительная линия.

Всё, что он видел перед глазами, было заполнено людьми. Люди, люди, люди. И люди. Короче говоря, люди. Их было столько, что невозможно сосчитать. Часы показывали шесть часов вечера - то время, когда поток возвращающихся с работы или из школы людей постепенно расширялся. Он ещё не достиг своего пика, но уже был достаточно велик для того, чтобы люди перестали быть людьми, и стали толпой.

В подземном, заполненном жизнью пространстве, у центрального входа станции Икебукуро, юноша чуть не забыл свою цель, среди подавляющего вида людей.

Человек, похожий на офисного работника, толкнул подростка в плечо. Юноша инстинктивно хотел извиниться, но человек не обратил на него абсолютно никакого внимания и ушел. Опустив голову, подросток неуверенно промямлил «П-простите» и отошёл к столбу в паре метров от выхода.

Подросток – Рюгаминэ Микадо, почувствовал своеобразный трепет в животе, и списал его на стресс. В отличие от своего громкого имени, лицо его выражало лишь неуверенность и беспокойство.

По просьбе старого друга, он впервые приехал в Икебукуро. А точнее, забудем Икебукуро, это был первый приезд в Токио за все шестнадцать лет его жизни.

Он никогда не покидал родной город, а на экскурсионных поездках, что проводились в начальной и средней школе, всегда отсутствовал. Как раз тогда, когда он сам почувствовал, что так больше продолжаться не может, он получил место в частной школе округа Тошима. Эта новая школа, построенная всего несколько лет назад, имела рейтинг “выше среднего”, и могла похвастаться положением одной из лучших в столице. Конечно, он мог бы учиться в старшей школе и дома, но ему всегда хотелось жить в городе. К тому же его хороший друг, который перевёлся в Токио ещё в начальной школе, пригласил его к себе.

Хоть они и разъехались ещё в младших классах, дома у Микадо уже тогда был Интернет. Благодаря ему, двое друзей смогли не потерять связь друг с другом. Они были настолько дружны, что болтали онлайн практически каждый день, даже после перехода в среднюю школу. Родители Микадо не использовали интернет и, так как друзья не виделись уже довольно долгое время, не могли понять эту дружбу. Поэтому, когда они узнали, что их сын хочет в столицу потому что “позвал друг, которого не видел целую вечность”, они не могли согласиться. К тому же, хоть об этом вслух и не говорили, они хотели, чтобы юноша учился в школе подешевле. В общем, родители были против. Однако, он сумел их успокоить, предложив покрывать свои расходы на учёбу и проживание, устроившись работать на полставки. Вот таким образом он планировал начать новую жизнь, но…

- Может, я сделал неправильный выбор?..

Столкнувшись с толпой людей, проигнорировавших его существование, Микадо чувствовал себя совершенно подавленным. Хотя он знал, что это недоразумение родилось в его собственном воображении, тревога о том, сможет ли он приспособиться к этому миру, грызла его изнутри.

Тяжело вздохнув пятый раз за день, он услышал незнакомый голос:

- Йо, Микадо!

- ?!

Он поспешно поднял свой взгляд, чтобы увидеть молодого человека с окрашенными в коричневый цвет волосами. Его лицо всё ещё сохранило некоторое ребячество, создавая контраст с причёской и пирсингом.

В первое мгновение, Микадо вздрогнул от страха, подумав что столкнулся с вымогателем или мошенником, но когда понял, что его позвали по имени, пригляделся внимательнее. Тогда Микадо, наконец, нашёл в этом лице следы своего старого друга.

- Эм, а?.. Кида-кун?

- Ты серьёзно спрашиваешь? Тогда позволь мне ответить на этот вопрос. Выбери один из трёх вариантов: 1) Масаоми Кида; 2) Масаоми Кида; 3) Масаоми Кида.

Услышав это, Микадо в первый раз, с момента прибытия в Икебукуро, улыбнулся.

- Ва-а-а, Кида-кун! Ты действительно Кида-кун?

- И вот так он проигнорировал шутку, которую я продумывал три года… Давно не виделись, чувак!

- Мы на самом деле только вчера болтали в чате?.. Во всяком случае, я удивилён – ты полностью изменился! Никогда бы не подумал, что ты покрасишь волосы! И та шутка была действительно неудачной.

Хотя они и болтали почти каждодневно, у Микадо не было возможности узнать, насколько его друг изменился внешне. Голос у Кида также стал ниже, поэтому, неудивительно, что Микадо его не узнал.

Масаоми Кида неловко улыбнулся:

- Это потому что прошло целых четыре года. Кроме того, Микадо, ты совсем не изменился, такой же, как и в начальной школе… Эй, подожди, не называй мои шутки неудачными!

Во время разговора, Масаоми потрепал всё ещё сохранившего детские черты лица Микадо по голове.

- Э-э-э-эй, прекрати! Кроме того, ты всегда отпускал неудачные шуточки, когда мы переписывались.

Микадо попытался убрать его руку, однако, было не похоже, что ему так уж не нравится такое обращение. Что в начальной школе, что в чате, Масаоми всегда брал всю инициативу на себя, и таскал за собой Микадо, которому это не доставляло никаких проблем.

Осуществив свою месть, Масаоми стал продираться сквозь окружавшую их толпу.

- Ну что ж, пошли. Пора уже выбираться отсюда. Я хочу пойти на запад. Хотя на самом деле, мы идём в сторону Сейбу. Я ведь очень хитрый экскурсовод, правда?

- Да, вижу. Так какая разница между западным выходом и выходом к Сейбу?

- … Я пошутил.

Шагая рядом с Масаоми, страх толпы у Микадо заметно ослаб. Просто следуя за своим старым другом, который хорошо знал эти места, Микадо увидел город в совершенно ином свете.

- Ну, в Икебукуро, универмаг Тоубу находится у западного выхода, а универмаг Сейбу – у восточного…[5] А-а-а, чёрт, и чего это я объясняю собственную шутку?

- Потому что дурак.

- А у тебя довольно острый язычок.

Масаоми было нахмурился, но потом сокрушённо вздохнул и пробормотал:

- Неважно, так как я – хороший парень, на этот раз спущу тебе это. Так, куда бы ты хотел пойти?

- Э-эм, я упоминал об этом в чате, может Саншайн…

- Прямо сейчас?.. Нет, я конечно не против, но туда лучше ходить с девушкой.

Саншайн 60 был известен как самый высокий небоскрёб в Японии. Хотя он и уступил этот титул зданию токийского правительства и башне Ландмарк, с её аквариумом и луна-парком, его окрестности оставались популярной среди студентов и их семей зоной отдыха.

Микадо чувствовал себя одним из тех туристов, которые гонятся за новейшими причудами, но ничего не мог с собой поделать. Было ещё одно популярное место, о котором он знал из телевизионного сериала, но…

- Ну, есть ещё Парк Западных Ворот.

- О, я тоже смотрел этот сериал. У меня даже есть полный комплект романов и манги.

- Ах, нет, я не о сериале. Я о настоящем Парке Западных Ворот.

Услышав это, Масаоми обескуражено застыл на секунду, а затем с понимающим лицом рассмеялся.

- Нет, мы его называем Парком Западного Выхода.

- А, но… все икебукуровцы так его называют?

- Что это ещё за “икебукуровцы”? Так ты хочешь туда пойти?

Увидев, что Масаоми остановился, Микадо яростно затряс головой.

- З-забудь! Уже почти ночь! Нас могут убить те цветные банды![6]

- Эй, чувак, мне аж плохо становится, когда слышу, что ты говоришь это так серьёзно. Ещё ведь и шести нет, так? Блин, твоя трусость тоже не изменилась.

Масаоми улыбнулся и продолжил вести Микадо сквозь толпу.

Здесь было не так многолюдно, как у выхода из станции, но Микадо не привык к толпам, и с трудом уклонялся, чтобы не врезаться в людей.

- В последнее время цветных банд в округе немного. В прошлом году их было больше, но они что-то не поделили с бандой Сайтамы, и многих из них посадили. С тех пор всех, кто, собираясь вместе, надевают одежду одного цвета, арестовывает полиция. Хотя некоторые из них всё ещё выходят по ночам, они не будут делать что-либо вызывающее. А вот сходки байкеров – другое дело. В Икебукуро их ещё не видно, но мы часто слышим в новостях или читаем в журналах об их столкновениях с полицией.

- Байкеры?

- Ну, я же сказал, они не будут ошиваться возле вокзала в такое время.

Услышав это, Микадо облегчённо вздохнул.

- Значит, сейчас в Икебукуро безопасно?

- Не совсем. Я не знаю всего, так что не могу сказать тебе точную ситуацию. Количество этих организаций довольно внушительное, и среди них есть более опасные, чем цветные банды и байкеры. Даже среди обычных людей есть личности, с которыми лучше не связываться… С другой стороны, ты не похож на парня, который полез бы в драку. В общем, пока ты будешь следить, чтоб тебя не обокрали всякие жулики и подозрительные торговцы, избегать цветных банд и байкеров, все с тобой будет в порядке.

- Понятно.

Хотя ему было любопытно, что это за люди, “с которыми лучше не связываться”, Микадо оставил эту тему.

Двое парней вошли в узкий подземный переход и направились к ведущему на поверхность эскалатору.

Микадо оглянулся вокруг и увидел целый ряд огромных плакатов, расположенных на одной из стен. Они были самые разнообразные: начиная с рекламы ювелирных магазинов и вышедших в кино фильмов, и заканчивая плакатами, с изображёнными на них симпатичными аниме-девочками.

Когда они достигли поверхности, толпа осталась такой же тесной, а вот окружающие достопримечательности разительным образом изменились.

В неизменном человеческом потоке выделялись люди в ветровках, раздающие прохожим рекламные буклеты. Некоторые из них подходили только к женщинам, другие не делали половых различий. Были и такие, которые подходили только к мужчинам, причём тщательным образом отобранным (Микадо они полностью проигнорировали).

Среди движущейся толпы, можно было встретить самых разнообразных людей: бизнесмены и подростки, работающие на полставки, школьники и даже иностранцы – все виды людей превращались в один поток. Однако, они не просто смешивались вместе, каждый старался держаться возле людей своего типа, тем самым, словно бронируя свою территорию. Время от времени, люди выбивались из своих территорий и примыкали к другим. Таким образом и тёк этот нескончаемый человеческий поток.

Это было привычным зрелищем для Масаоми, в отличие от Микадо, для которого всё было свежо и ново. Даже главный торговый район в его городе не был таким переполненным, как этот. Мир, до этого виденный только на просторах интернета или манги, во всём своём великолепии развернулся перед его глазами.

Микадо правдиво рассказал Масаоми о своих чувствах, на что тот, усмехнувшись, сказал:

- Ааа, тогда в следующий раз мы пойдём в Синдзюки или Сибуя. Хотя даже Харадзюку вызовет у тебя культурный шок. Акиба, опять же… Если ты так не можешь привыкнуть к толпе, может взять тебя на скачки?

- Ни за что.

Пока Микадо отклонял предложения Масаоми, они, не замечая, дошли до широкой улицы. Автомобили молниями проносились взад и вперёд по многополосной проезжей части, а над ней, закрывая небо, простиралось огромное шоссе.

- Дорога сверху – скоростная столичная магистраль. Кстати, улицу, с которой мы только что вышли, называют 60-этажной.[7] Есть ещё одна улица Саншайн, но кинотеатр Саншайн находится на 60-этажной, не перепутай. Что ж, раз мы уже тут, покажу тебе окрестности.

- Да ладно, может в другой раз.

Вот что сказал на это Микадо, хотя во время прогулки он настолько увлёкся людьми, что практически полностью утратил чувство направления, и уже вряд ли самостоятельно нашёл бы дорогу от станции до Саншайн.

Пока они ждали зелёного сигнала светофора, Масаоми, оглядываясь назад, бормотал:

- Саймона и Шизуо, похоже, в округе нет. А Юмасаки-сан и Карисава-сан, вероятно, в игровом центре.

- Кто?

Хотя Масаоми, видимо, говорил сам с собой, названный список людей побудил Микадо спросить о них прежде, чем он смог себя остановить.

- Э, хм, Юмасаки-сан и Карисава-сан – мои знакомые. Что касается Саймона и Шизуо, они – те, с кем лучше не связываться, как я и говорил. Ну, хотя Хейвадзима Шизуо даже не заговорит с тобой, всё же лучше сразу бежать как только его увидишь.

Судя по его словам, Микадо предположил, что Масаоми действительно опасался этого “Шизуо”. Кида не вдавался в подробности, поэтому Микадо решил не углубляться в эту тему. Однако, было ещё кое-что, о чём он хотел узнать, поэтому он смело спросил:

- Ты упоминал людей, с которыми лучше не связываться. Честно говоря, звучит как что-то из манги. Так что это за люди?

Этот невинный вопрос, заданный подростком с ребяческим лицом, заставил Масаоми пристально взглянуть на небо, словно в глубокой задумчивости. Наконец, он решительно ответил:

- Во-первых, это – я!

- … Корень из 3.

- Корень?! Что это ещё за корень?! Ты бы выражался как-нибудь попроще. Минус двадцать, например. Подожди… Ты имеешь в виду, что мои шутки не поняли бы даже первоклашки, которые не знают о квадратных корнях? Чёрт возьми, ты сделал меня своим врагом с того момента, как эти слова слетели с твоих губ. С каких пор ты стал таким идиотом? Может это недостаток воспитания? Это недостаток воспитания в государственной системе образования так изменил тебя?

- Удар ниже пояса, а?

Микадо равнодушно согласился с бессмысленной тирадой Масаоми. Возможно, почувствовав, что его шутки становятся всё более плоскими, Масаоми ответил уже серьёзно:

- Хм… Их довольно много. Думаю, не нужно напоминать тебе о таких парнях как якудза или гангстеры… Если мы говорим о людях, с которыми ты, Микадо, можешь столкнуться, то, пожалуй, это те двое, о которых я упоминал ранее. И ещё Орихара Изая. Знаешь, этот парень действительно опасен, так что никогда, ни при каких обстоятельствах с ним не связывайся. Ну, он чаще всего ошивается в Синдзюки, поэтому ты не должен с ним столкнуться.

 - Орихара Изая… Какое странное имя.

- Кто бы говорил.

Эта фраза, сказанная со смехом, не оставила Микадо и шанса достойно ответить. У него была фамилия Рюгаминэ – “пик дракона”, вдобавок к этому ещё и имя Микадо – “император”. Конечно, его предки были, своего рода, выдающейся семьёй, однако, родители Микадо – простые рабочие. Он сомневался, что они оставят ему большое наследство, ведь если бы что-то было, они не показали бы такого неодобрения к поступлению Микадо в частную школу.

Вероятно, ему выбрали такое имя для того, чтобы в будущем он добился уважения и признательности, но Микадо помнил лишь постоянные насмешки в школе.  Тем не менее, возможно потому, что позже все к нему привыкли, эти насмешки не прогрессировали до стадии запугивания.

Однако, в отличие от его родного города, где был один класс на всю школу, это его первая встреча с таким большим количеством людей в этом незнакомом месте. В такой ситуации, надо ли ему показать себя как человека, не стесняющегося собственного имени?

«Ну, вряд ли для меня это возможно».

Словно прочитав его мысли, Масаоми с воодушевлением продолжил:

- Не волнуйся об этом. У тебя не плохое, а очень эффектное имя. Микадо, ты только должен вести себя немного увереннее, соответствуя своему имени, и никто к тебе не пристанет.

- … Да. Спасибо.

Как только Микадо это сказал, светофор загорелся зелёным.

- Ах да, возвращаясь к людям, с которыми нельзя иметь ничего общего… Наверное, будет лучше, если ты не попадёшь в историю, связанную с этими “Долларами”.

- … Доллары?

- Да, Доллары. Как один доллар.

- Снова эти странные примеры… Так, кто это такие?

Микадо, бывший до этого довольно нерешительным в разговоре, встрепенулся и начал выспрашивать детали.

- Ну, я не знаю подробностей, но кажется, что у них куча людей, и все с боевым характером. Они похожи на цветную банду, но никто не знает, какой у них цвет. В любом случае, я говорил об этом, цветные банды больше не могут собираться так спокойно, как раньше, так что, думаю, и Доллары скоро распадутся.

- Понятно…

После этого, между ними повисла неловкая пауза.

В наступившей тишине, они шли по улице, параллельно зданию с резким дизайном. Внутри него стояли стильные автомобили, хорошо дополняя форму этого дома.

Микадо на короткий миг уставился на здание с автомобилями, и, внезапно, услышал необычный звук.

В первый момент, он подумал, что это рёв дикого зверя. Однако, когда он прислушался, оказалось, что звук  идёт с противоположной линии шоссе. Он прозвучал ещё раз, и Микадо идентифицировал его как звук двигателя. Это действительно смахивало на рёв животного, но, учитывая что звук шёл с проезжей части, это должно было исходить из машины или мотоцикла.

Посмотрев на Микадо, который автоматически замер, Масаоми спокойно сказал:

- А ты везунчик, Микадо.

- А?

- В первый же день в Токио увидишь городскую легенду собственными глазами.

Хотя Масаоми и сделал невозмутимое лицо, глаза его взволнованно блестели.

«Если подумать...»

Несколько раз, в прошлом, Микадо уже видел такое выражение лица у Масаоми. Например, когда тот увидел самолёт, летевший прямо над школой, или когда нашёл лисицу, заблудившуюся на школьном дворе. Всякий раз, когда он обнаруживал что-либо необычное, его глаза загорались этим блеском.

Пока Микадо раздумывал, сказать ли об этом Масаоми…

Автострада № 254 (Шоссе Кавагое).

«С меня хватит».

Мотоцикл съезжал вниз по шоссе, в глубину ночи. Его владелица – безголовая всадница была заметно раздражена.

«Работа обещала быть не сложной. Однако, когда я решила проявить немного милосердия, оказалась сбита машиной. Надо было заставить его замолчать с самого начала».

Безголовая всадница думала о своей сегодняшней “работе”, постепенно сбавляя скорость мотоцикла.

Используя ручные сигналы вместо левой фары, она направила мотоцикл в узкий переулок. Словно собираясь припарковать его прямо перед гаражом многоквартирного дома, стоявшего около шоссе, она спешилась, поглаживая ручку мотоцикла.

Тогда, газанув двигателем, мотоцикл сам заехал в гараж.

Убедившись, что он припаркован, безголовая всадница зашагала ко входу в здание.

- Эй, ты наверно устала?

У входа в квартиру на самом последнем этаже, приветствуя её, стоял молодой человек лет двадцати – двадцати пяти, одетый в белый лабораторный халат. Но, несмотря на его одежду, в квартире не было видно никакого специализированного медицинского оборудования. Этот молодой человек, стоя посреди шикарной мебели и электроники, казался здесь чрезвычайно неуместным.

Неуместной была и “тень”, раздражённо последовавшая в квартиру.

- Боже, ты выглядишь немного раздражённой. Так не пойдёт, тебе надо употреблять больше кальция.

Сказав это, человек в лабораторном халате вытащил стул и сел у компьютерного стола в углу комнаты. Пока он садился, неподалёку раздался стук клавиатуры.

В это же время, текст появился на экране перед человеком в лабораторном халате. Выглядело так, словно они использовали какую-то сетевую систему, чтобы соединить два компьютера.

[Ты хочешь, чтобы я ела яичную скорлупу?]

- Ах, интересно, это сработает? С другой стороны, я, знаешь ли, не большой эксперт по части пищи, и поэтому не могу точно сказать, сколько кальция содержит яичная скорлупа и сколько требуется его тебе. Кроме того, мы всё ещё не знаем где твой мозг, и полезен ли тебе кальций. И вообще, как ты ешь?

Человек в халате не печатал свои слова на клавиатуре, а обращался непосредственно к безголовой всаднице. Она не посчитала это странным, и опять застучала клавишами.

[Заткнись.]

Используя такой способ общения, человек в лабораторном халате и безголовая всадница начали свою “беседу”.

- Хорошо, я замолчу. Вот только у людей устают глаза, и портится зрение, если они долго сидят, уставившись на монитор, а что на счёт тебя?

[Какая разница?]

- Эй, Селти. Мне действительно интересно, как ты видишь мир, не имея глазных яблок. Я много раз уже спрашивал об этом, но, может, ты мне всё-таки расскажешь?

[Я не могу рассказать тебе того, чего сама не понимаю.]

Тень, это существо под именем Селти, была безголовая. Это означало, что она не имела сенсорных органов чувств.

Тем не менее, образы, звуки, и даже запахи действительно существовали в мире Селти. Она могла чётко прочитать слова на компьютере, и замечала малейшие различия в оттенках цвета. Но поле зрения Селти было лишь немногим больше, чем у обычного человека. Если бы она могла видеть во всех направлениях сразу, то не была бы сбита машиной бандита.

Хотя линия зрения Селти начиналась где-то в той области, где должна была быть голова, она могла свободно переместить его в любую часть своего тела. Естественно, смотреть на вещи с воздуха для неё было невозможно, так что Селти не могла увидеть своё тело целиком.

Никто понятия не имел о структуре и внутренних процессах тела Селти. Для начала, Селти не знала, как выглядит мир глазами человека, и даже если бы захотела рассказать о разнице в их восприятии, то не поняла бы как это сделать.

Видя молчание Селти на экране, Шинра вновь заговорил, словно пытаясь помочь:

- Это только моя теория, но ключом ко всему, скорей всего, является научно-фантастическая теневая субстанция, которая выходит из твоего тела. Я не могу сказать наверняка, так как сам этого не знаю, но ты используешь частицы из этой субстанции, выпуская их в окружающую среду, а они, вместо того чтобы отражать свет, поглощают его, и таким образом ты получаешь информацию о своём окружении. Эти тени несут информацию, включая звуки и запахи, обратно к тебе. Как радар, правда? Конечно, чем объект ближе к тебе, тем информация о нём чётче. В общем, тень, что тебя окутывает, выполняет функции сенсорных органов, принимая свет, звук и запах.

[Разговор о таких сложных вещах только раздражает меня, и вообще мне это не интересно. Я в порядке, пока могу видеть и слышать.]

Увидев такой равнодушный ответ, человек в белом халате обиженно пожал плечами:

- Селти, вот всегда ты так. Мне просто любопытно, ты знаешь… как отличается мир, который видишь ты, от мира, который знаю я? Это не только вопрос о твоём зрении, но и о жизненных ценностях. Однако не о тех, что популярны у людей…

На мгновение, человек в лабораторном халате сделал паузу, а затем продолжил:

Академия Райра находилась в южной части Икебукуро, и относилась к частным школам с совместным обучением.

Школьная территория была не слишком обширной, но благодаря продуманному дизайну ученики не считали её маленькой. Так как школа находилась рядом со станцией Икебукуро, что было удобно для студентов из пригорода Токио, в последнее время количество абитуриентов неуклонно возрастало. Кроме того, поскольку количество желающих поступить с каждым годом медленно росло, попасть в школу становилось всё труднее, так что Микадо и остальные вовремя успели.

Высокое здание школы открывало великолепный вид на простирающиеся внизу пейзажи, но, конечно, не такой потрясающий, как с шестидесятиэтажного дома, стоящего напротив. Позади школы находилось огромное кладбище Зошигая, которое хоть и располагалось в центре города, всё ещё сохранило мрачную атмосферу.

После окончания школьной вступительной церемонии, Микадо и Масаоми разошлись по своим кабинетам на классный час.

- Меня зовут Рюгаминэ Микадо, приятно с вами познакомиться.

Поскольку знакомство с классом было в самом разгаре, Микадо волновался, не высмеют ли люди его имя. Но даже после того, как он представился, всем, казалось, было всё равно. Похоже, молодёжь одного с ним возраста не очень интересовалась именами людей.

Микадо же, напротив, был довольно любопытен в отношении других, и внимательно слушал представления своих одноклассников. Некоторые из них отпускали шуточки, другие, назвав своё имя, сразу садились. Были и такие, которые уже спали на своих партах. Среди них всех, человеком, привлёкшим внимание Микадо, являлась симпатичная девушка по имени Сонохара Анри. Она носила очки, была светлокожей и более миниатюрной, чем другие девочки. Однако, аура, исходящая от неё, словно отклоняла все попытки сблизится от этих жестоких и ветреных людей.

- Меня зовут Сонохара Анри.

Её голос был мягок и почти неслышим, но для Микадо он прозвучал ясно как колокольчик. Она произвела большое впечатление на него, вероятно, из-за своей чистой и свежей ауры. Всех остальных можно было назвать “обычными старшеклассниками”. Среди них не было никого, похожего на модель, как и не было “плохих парней”.

Помимо Сонохары, ещё одной вещью, пробудившей его любопытство, был факт того, что кто-то отсутствовал. Это была девушка по имени Харима Мика. Но затем, Микадо подумал, что это, должно быть, из-за простуды или чего-то такого, и оставил этот вопрос.

Однако когда учитель упомянул о её отсутствии, Микадо заметил, как Сонохара Анри повернула голову, чтобы посмотреть на пустовавшее место, при этом на её лице промелькнуло выражение тревоги.

Классный час закончился без происшествий, и Микадо встретился с Масаоми, который попал в соседний класс.

Даже вызывающие серьги Кида не сильно выделялись в толпе. Возможно то, что Академия Райра позволяла свободный стиль одежды, являлось тому причиной. Или же это Микадо был здесь неуместен. На сегодняшнюю вступительную церемонию они оба надели школьные пиджаки. Но даже в этом случае, глядя на них, трудно было сказать, что эти парни из одной школы.

- Вчера я впустую потратил целый день, помогая тебе настроить свой модем. А сегодня мы идём веселиться, так что ты угощаешь!

У Микадо не было причин отказываться от предложения Масаоми, и он покорно последовал за ним. Ещё не подошло время для презентаций кружков, в которые всегда пытались затянуть новых учеников, поэтому они спокойно покинули школу.

Пройдя мимо Саншайн Сити 60, они направились в центр города.

Для Микадо Икебукуро был удивительным местом. Две одинаково больших  магистрали, разделённые только одной улицей, казались совершенно не похожими. Факт, что у каждой дороги была своя уникальная атмосфера, только путал чувства Микадо, заставлял теряться всякий раз, когда тот шёл по новой, незнакомой улице.

- Хочешь куда-нибудь сходить?

- Эм, думаю… где у вас книжный магазин?

Микадо спросил об этом, стоя у входа в один фаст-фуд на 60-Стори Стрит. Немного подумав, Масаоми ответил:

- Хм, книжный магазин? Тогда тебе надо в Дзюнкудо. Это недалеко… а какие книги тебе нужны?

- Эм, какая-нибудь манга, чтобы скоротать время, сидя дома.

Услышав ответ Микадо, Масаоми притормозил.

- В таком случае, давай зайдём в магазин позади. У них потрясающая коллекция манги!

Масаоми направился к перекрёстку возле игрового центра, а затем, повернув направо, вышел на незнакомую улицу. Она абсолютно отличалась от 60-Стори Стрит, и Микадо подумал, что может потеряться.

Он действительно чувствовал, что если забредёт в какие-нибудь переулки, то никогда не сможет выбраться оттуда в одиночку. Для Микадо сложно было даже найти дорогу от станции до своей квартиры.

- А ещё они там продают додзинси[9].

Хоть Микадо и провёл много времени в Интернете, он понятия не имел что такое додзинси, и никогда их не покупал. Он вспомнил, что ещё в средней школе видел одноклассниц, с энтузиазмом их обсуждающих. Прибавив к этому информацию из Интернета, он приравнивал додзинси к вещам “18+”.

- Но тогда… разве я могу туда пойти? Меня не выгонят?

- А?

Пока Масаоми размышлял о нелогичных и смешных вещах, сказанных Микадо, кто-то сзади окликнул его.

- Это случайно не Кида-кун?

- Ия-я-я, давно не виделись.

- Ааа, это же Карисава-сан и Юмасаки-сан! Сколько лет, сколько зим.

Микадо обернулся и увидел пару – девушку и парня. Очевидно, они бродили по городу целый день, но их кожа, на удивление, оставалась светлой. Молодой человек был худым, с раскосыми глазами. Он нёс тяжёлый на вид туристический рюкзак, но, судя по одежде, в поход он не собирался.

Увидев, что Микадо разглядывает их, девушка спросила:

- Это… твой друг?

- Да, это мой друг детства. И с сегодняшнего дня мы учимся в одной школе.

- О, так ты теперь старшеклассник! Поздравляю!

После того, как эти двое закончили свою пустую болтовню, Масаоми представил их Микадо.

- Эта девушка – Карисава-сан, а парень – Юмасаки-сан.

- … А, это, я… Меня зовут Рюгаминэ Микадо.

Услышав имя Микадо, парень по имени Юмасаки задумчиво склонил голову. Выглядело это слишком неестественно, из-за чего Микадо почувствовал себя немного неловко. А затем Юмасаки спросил у Карисавы:

- Это псевдоним?

- Зачем старшекласснику использовать псевдоним? А… ага! Ты используешь его в журналах и радио-шоу, да?

- М-м… это… вообще-то, это моё настоящее имя.

Микадо поправил их совсем тихим голосом, заставив изумлённо уставиться на себя широко открытыми глазами.

- Правда? Твоё настоящее имя?

- Ия-я-я, это здорово! Это так круто! Ия-я-я-я, как имя главного героя манги!

Увидев реакцию Юмасаки и Карисавы, Масаоми сказал:

- Не говорите так… как неловко.

- Кида-кун, ты не должен смущаться.

Очевидно было, что Микадо стал главной темой разговора, однако он не проронил ни слова. Он действительно не знал, что делать, и просто молча стоял. Через некоторое время Юмасаки, наконец, почувствовал, что что-то не так. Потому он вытащил свой сотовый, чтобы посмотреть на время, и пробормотал:

- Ия-я-я, извините, что задержали вас. Вы, парни, чем-то заняты?

- Нет вообще-то, ничего серьёзного, – поспешно покачал головой Микадо, ошеломлённый их беспокойством.

- Ия-я-я, это замечательно. Идите вперёд и делайте что хотели. Нам действительно жаль, что так вас задержали.

- Мы идём в торговый центр. Вы, ребята, хотели что-нибудь купить?

- Да, какую-нибудь мангу.

Когда Кида замолчал, Юмасаки поднял руку и погладил рюкзак, который несколько раз до этого поправлял.

- Ия-я-я, мы только оттуда. Дэнгэки Бунко[10] недавно выпустил несколько книг, и мы немного прикупили. Всего около тридцати.

Микадо слышал об этом и раньше. Дэнгэки Бунко в основном выпускали лайт-новеллы, и, если он не ошибался, они также издали некоторые романы по голливудским фильмам. Микадо покупал кое-какие их книги ещё в средней школе, но их количество и близко не равнялось тридцати.

- Дэнгэки Бунко выпустили так много книг за месяц?

Услышав вопрос, Карисава рассмеялась и ответила:

- Конечно, нет! Мы выбрали около десяти книг. Одну - для меня, одну - для него, одну – использовать сегодня вечером. Десять книг каждому – итого тридцать книг.

- Там был даже “Моэру Кейсан Мондейшу”[11], или просто “Моэ-сан”, с автографом самой Джуби Шимамото!

Не поняв ни слова из сказанного Юмасаки, Микадо умоляюще посмотрел на Масаоми.

- … Представь, что они повторяют заклинания, и просто слушай. Этот парень из тех людей, которые, зная о чем-нибудь, думают, что и остальные должны это знать.

Так как Масаоми прошептал всё это на ухо Микадо, Юмасаки всё говорил и говорил на эту непонятную тему. Карисава, заметив всю неловкость ситуации, легонько похлопала по рюкзаку своего спутника.

- Зачем ты им всё это рассказываешь? Ну, нам пора идти. Пока-пока.

Микадо, изумлённо глядя вслед уходящей парочке, пробормотал:

- Дэнгэки Бунко… использовать вечером…?

Ему действительно было любопытно, как они собираются это использовать. Однако, спрашивать он не стал, так как парочка ушла уже довольно далеко. Микадо и Масаоми, наконец, направились в книжный магазин.

- Ух ты! Посмотри на все эти манги! Супер круто! Этот магазин называется Тораноана… да здесь больше манги, чем всех книг в магазинах моего города! И это только манги!

- Да, здесь много мест, продающих большое количество манги. Как Анимейт, Комик Плаза и так далее. Если же хочешь купить обычные книги, тебе надо в Дзюнкудо. Это огромное девятиэтажное здание, продающее только книги.

Купив что хотели, двое парней шли по 60-Стори Стрит в направлении Саншайн Сити.

- Я и предположить не мог, что Кида-кун знаком с такими людьми.

- Ты о Карисаве-сан и остальных? Ну, ты же не думаешь, что я знаю только людей с крашеными волосами, пирсингом и нюхающих клей? Честно говоря, они немного странные, но если будешь с ними дружить, поймёшь, что они хорошие люди.

- Да? Понятно…

Хоть Микадо и считал это немного странным, расспрашивать Масаоми он не хотел, и только отмахнулся.

- О, да. Я много гуляю, поэтому могу показать тебе кучу магазинов типа секонд-хенд. И даже ночные клубы или отели. А если ты захочешь поторговаться с владельцами придорожных киосков со всякими безделушками, я весь твой.

- Ты и правда всё знаешь.

- Просто если я буду знать обо всём понемногу, то смогу свободно разговаривать с девушками!

- Какие зловещие мотивы…

Микадо не мог не сказать это Масаоми. Тот кивнул, выглядя очень довольным собой.

Пытаясь запомнить дорогу, которой они шли, Микадо в полной мере оценивал вид на окрестности.

Самой поразительной вещью на 60-Стори Стрит должен был быть гигантский электронный рекламный щит, установленный на здании кинотеатра Саншайн. Стены этого кинотеатра были заклеены киноафишами. Сначала, Микадо думал, что плакаты были печатными, но он слышал, что их тщательно, вручную рисовали с цветных фотографий, и он не мог не восхищаться этим.

С интересом осматривая окрестности, Микадо решил поискать вокруг ещё какие-нибудь забавные магазины. Но кое-что захватило его внимание больше, чем громадные здания.

- А?

Микадо увидел темнокожего мужчину, рекламирующего что-то на улице. Его внешность смотрелась весьма странно на 60-Стори Стрит. У этого темнокожего мужчины были двухметровый рост и мышцы профессионального бойца. Но самой поразительной особенностью была его одежда. Он был одет как японский шеф-повар суши.

Пока Микадо смотрел на него разинув рот, большой мужчина неожиданно повернулся к нему.

- Давно не виделись, молодой господин.

- А?!?!?!

Микадо первый раз видел этого человека, но тот вёл себя так, словно они знали друг друга уже очень давно. Юноша не знал, как реагировать. Означало ли это, что его тихая и спокойная жизнь в Токио подошла к концу? Микадо только начал беспокоиться, как вдруг:

- Саймон, давно не виделись! Как поживаешь?

Слова Масаоми ослабили страхи Микадо, и внимание мужчины обратилось к другому юноше.

- Йо, Кида, съешь суши? Я дам скидку, съешь суши, хорошо?

- О, сейчас у меня нет денег. Я ещё школьник, поэтому подожди, пока я устроюсь на работу. Но ты можешь меня угостить!

- О, нет. Если я позволю тебе есть бесплатно, то превращусь в водоросли на равнинах России.

- Водоросли на земле, а?

Эти двое весело разговаривали друг с другом, а когда их беседа закончилась, Масаоми помахал мужчине на прощание и пошёл дальше. Микадо поспешно последовал за ним, оглянувшись на ходу. Сильный мужчина по имени Саймон махал не только Масаоми, но и ему тоже. Это привело Микадо в замешательство, поэтому он только виновато кивнул и продолжил идти дальше.

- Этот парень твой друг?

- Да. Его зовут Саймон, он чёрный русский. Работает зазывалой в место под названием “Русские суши”.

«Чёрный русский?»

- Извини, здесь я должен засмеяться?

- Нет, я не шучу. На самом деле его зовут Семён, но все называют его Саймон, на английский манер. Я слышал, его родители иммигрировали в Россию из Америки, но деталей не знаю. А затем его друг открыл здесь суши-бар и Саймон решил помочь ему с клиентами.

Это больше смахивало на выдумки, однако не похоже было, что Масаоми врал, так что, вероятно, это чистая правда. Поскольку Микадо заинтригованно слушал, Масаоми добавил:

- Он не тот человек, с которым ты можешь общаться. Был момент, когда он остановил драку, растянув двух парней размером с себя голыми руками. И есть люди, утверждающие, что видели как он сломал телеграфный столб вдвое больше себя.

Услышав это, Микадо подумал о теле Саймона, которое напоминало танк, и его прошиб холодный пот.

Когда они шагали вниз по небольшой дороге, Микадо неожиданно произнёс:

- Поразительно…

- А? Что поразительно?

- Нет, просто, Кида-кун так популярен…

Похвала Микадо для Масаоми прозвучала как шутка, и он глухо засмеялся. А затем зевнул и равнодушно сказал:

- Лесть не везде сработает.

- Это правда!

Микадо на самом деле уважал Масаоми. Если бы он один приехал в Икебукуро, то не знал бы, что делать, и мог бы только бесцельно блуждать по улицам. Но Микадо не думал, что это окружение Масаоми сделало его таким, как сейчас. Ещё с начальной школы у Масаоми был особый шарм, который делал его привлекательным для многих людей. А в сочетании с бесстрашием, он мог практически всё.

Микадо находился здесь лишь несколько дней, но он уже был покорён Масаоми и этим городом. И, раздумывая над этим, Микадо захотел однажды стать похожим на него.

На самом деле, основной причиной его приезда в Токио, являлось желание избавиться от нормальной жизни. Микадо всегда искал “нового себя” в своей душе. Возможно, раньше, он не уделял этому много внимания. Но здесь могли произойти те “экстраординарные” вещи из манги или сериалов, и он мог бы даже поучаствовать в них.

Однако Микадо не хотел быть просто кем-то известным и знаменитым, а хотел узнать, каково это - жить по-другому. В момент, когда он ступил на эту землю, вместе с беспокойством, его охватило чувство трепетной радости. Эти эмоции бурлили в нём, смешиваясь друг с другом.

И сегодня, его глазам предстал кто-то, кто нежился в этой радости, этом прекрасном и естественном месте. Масаоми было всего шестнадцать, но он легко приспособился к этому городу.

Всё, чего он так желал, Микадо видел в своём друге, и волнение от пребывания в таком месте начало потихоньку исчезать, как и должно.

А затем, в следующую секунду…

Все его решения и эмоции снова погрузились в хаос, и новая волна предчувствий и ожиданий накатила на Микадо.

- Привет.

Довольно добродушное приветствие. Голос звучал ясно и бодро, как если бы небо поздоровалось.

Это было такое яркое приветствие, но в момент, когда Масаоми его услышал, выражение его лица разительно изменилось, словно тысячи стрел разом вонзились в его спину. Его моментально прошиб холодный липкий пот. Масаоми осторожно повернулся в ту сторону, откуда донёсся голос.

Заметив реакцию своего друга, Микадо тоже повернулся. Он увидел энергичного молодого человека. У него были тонкие черты лица, но аура, шедшая от него, излучала зрелость и компетентность. Иными словами, он казался “достойным” человеком. Его красивое лицо, казалось, способно было передать любую эмоцию. В сочетании с одеждой, он выглядел как личность, не вызывающая особых тревог. Но всё же, от него исходила какая-то неопределённость.

По его внешности, трудно было угадать его возраст. Микадо мог только предположить, что ему чуть более двадцати, но точно сказать он не мог.

- Давно не виделись, Кида Масаоми-кун.

Стоя перед человеком, назвавшим его полное имя, у Масаоми возникло такое выражение лица, какое Микадо никогда прежде у него не видел. Он нервно сглотнул.

- А… да… привет.

Вид запинающегося Масаоми на мгновение смутил мысли Микадо.

«Я первый раз вижу Кида-куна таким…»

Страх и отвращение читались в его глазах, но он всеми силами пытался не показывать этих эмоций.

- Это форма Райры? Так ты поступил. Первый школьный день? Поздравляю.

Поздравление этого человека было относительно равнодушным, но не совсем лишённым эмоций. Словно в своём тоне он использовал минимум возможных эмоций. Как-то так.

- А, да. Спасибо.

- Не за что.

- Ты редко появляешься в Икебукуро…

- Да, у меня встреча с кое-какими друзьями. А это?

Сказав это, он посмотрел на Микадо, и в этот момент их глаза встретились. Обычно, Микадо бы уже отвёл взгляд, но сейчас он не мог этого сделать. Ему казалось, что если он это сделает, этот человек не признает его. Микадо не знал, откуда у него возникли такие мысли, и мог только неподвижно стоять под устрашающе проницательным взглядом этого человека.

- А, это просто мой друг.

Обычно, Масаоми бы представил его по имени, но сейчас, очевидно, не собирался этого делать. Молодой человек, обращаясь к Микадо, небрежно сказал:

- Я Орихара Изая, приятно познакомиться.

Услышав это имя, Микадо всё понял. Один из тех людей, с которыми нельзя иметь ничего общего, кого нельзя делать своим врагом. Но человек перед ним вовсе не казался опасным, по крайней мере, как он себе представлял. Не беря во внимание его острые глаза и красивое лицо, он выглядел как обычный юноша. Возможно, за исключением его блестящих тёмных волос. Он выделялся в окружающей толпе, полной людей с окрашенными волосами. Он больше смахивал на интеллектуала, проходившего обучение где-нибудь за границей.

«Этот человек выглядит более нормально, чем я себе представлял».

Раздумывая над этим, Микадо сказал ему своё имя.

- Звучит как модель кондиционера[12].

Изая прямо так и сказал, услышав имя Микадо. Не было никакой насмешки или удивления в его словах, он просто сказал, что думает.

Пока Микадо раздумывал, что бы такое сказать, Изая медленно поднял руку и помахал, не дожидаясь его ответа.

- Мне пора на встречу с друзьями, так что увидимся.

После этого Изая поспешил прочь. Наблюдая, как он уходит, Масаоми выпятил грудь и глубоко вздохнул.

- Пора и нам идти… ах да, а куда мы шли?

- Этот человек действительно такой опасный?

- Интересно, почему ты сказал, что он опасен… но… я довольно много чего натворил ещё в средней школе… поэтому я встретил однажды этого человека, и он действительно меня напугал. Ну, как сказать… этот страх на другом уровне, чем от обычных хулиганов. Он скорее “нестабилен”. Или непредсказуем. Это как если бы каждые пять секунд, образ его мышления резко менялся. Не думаю, что можно назвать его опасным, скорее “тошнотворным”. Такое чувство, что он медленно просачивается в твоё сознание.…  В любом случае, я никогда не вернусь на эту “сторону”. Так что не ищи меня, если захочешь покурить марихуану.

Марихуана. Внезапно услышав это слово, Микадо покачал головой. Он никогда не видел марихуану раньше, хотя знал что это такое из Интернета.

- Я пошутил. Ты так послушен, что попробуешь сигареты и пиво только когда тебе стукнет двадцать. Тем не менее, помни о том, что ты не должен связываться ни с этим парнем, ни с Хейвадзимой Шизуо.

Казалось, что Масаоми больше не собирается говорить об Изае, так как он беззвучно повернулся к толпе.

Это первый раз, когда Микадо видел Масаоми таким. Он решил, что спокойствие его друга важнее, поэтому задвинул Изаю в дальние уголки своего разума.

«Это место никогда не прекратит вмешиваться в мою нормальную жизнь».

У Микадо не было причин задумываться над этим, но чем больше он думал, тем больше ожидал от этого города и жизни, которую он собирался здесь вести.

Он провёл здесь всего несколько дней, но слова “Я хочу домой” больше не входили в его лексикон.

Холодная, равнодушная толпа, каковой ещё недавно она являлась для Микадо, сегодня смахивала на святых, идущих перед ним.

«Что-то захватывающее скоро произойдёт. Это определённо будет. Приключения, которые я искал, как в сериалах и манге. Это без сомнений произойдёт здесь».

Такие витиеватые мысли заставили глаза Микадо блестеть, и зажгли надежду на будущую жизнь.

- Что ж, давайте поговорим о том, что вы, ребята, хотите сделать перед смертью.

Орихара Изая задал этот болезненный вопрос, сидя в кабине для караоке. Его ровный голос прозвучал достаточно громко в тишине закрытого помещения. В руках Изая держал какой-то напиток.

Две женщины, сидящие с ним, только покачали головами в ответ на его вопрос.

- Понятно. Вы действительно хотите умереть с кем-то, вроде меня? Наверняка есть много других парней получше, которые могли бы сделать это с вами.

- Никого нет. Вот почему мы здесь.

- Да.

Изая кивнул с довольно беззаботным видом, и начал молча изучать двух женщин. Они не выглядели особо угнетающе, и незнающий человек никогда не смог бы предположить, что они хотели покончить с собой.

Поводом прийти сюда для них стало приглашение “Давай умрём вместе!”, которое Изая разместил на веб-сайте для самоубийц.

Содержание его приглашения казалось странно весёлым и позитивным. Но если вы посмотрите другие его объявления, то заметите, что большинство из них звучат так же оптимистично.

Сообщения были внятными и только по существу. Они подробно объясняли различные способы самоубийства, и даже поощряли эту мысль (убить себя). А ещё там присутствовали написанные формальным языком сообщения, похожие на официальные документы для каких-нибудь известных предприятий. Изае нравилось перечитывать эти свои внушительные “Приглашения на Суицид”.

Две женщины, сидящие перед ним, решили умереть. Одна - потому что не могла найти работу, другая была не в состоянии пережить разрыв в отношениях. Обе девушки уже отчаялись.

На первый взгляд, казалось бы, незачем кончать с жизнью по таким причинам. Но со времён экономического спада, число людей, совершивших суицид из-за своей неудавшейся карьеры, каждый год неуклонно возрастало. Если классифицировать этих самоубийц по состоянию их занятости, обнаружится, что большинство из них на самом деле были безработными. Кроме того, если рассматривать их относительно возраста, можно заметить, что количество самоубийц младше двадцати гораздо меньше, чем в других возрастных группах. Недавно, после освещённых в СМИ случаев самоубийств школьников, у людей сложилось впечатление, что большинство суицидов совершаются среди молодёжи. На самом же деле, в большей степени это были так называемые “взрослые”.

Как и эти две женщины перед Изаей. Обеим было около двадцати пяти – двадцати шести лет.

Изая организовывал встречи с самоубийцами уже более двадцати раз. В ходе таких встреч он заметил, что большинство из этих людей не имеют ничего общего друг с другом. Их отношение к смерти могло кардинально различаться. Например, были такие, которые всё воспринимали с улыбкой. А некоторые из них, даже при сильном желании умереть, всё же оставляли видео-послание, перед тем как исчезнуть.

Однако, ни один человек из тех, с кем встречался Изая, в итоге не покончил жизнь самоубийством на самом деле. Это заставляло его чувствовать себя скорее разочарованным.

В новостях нередко освещали инциденты массовых самоубийств, происходящие в последнее время, при которых люди, познакомившись друг с другом на интернет-сайтах, договаривались о совместном суициде. Средства массовой информации, однако, не особо распространялись об одиночных случаях самоубийства, которых за последние несколько лет было свыше тридцати тысяч.

О чём они думали, когда решили умереть? На самом ли деле не было другого пути? Или, может, они хотели умереть ради кого-то? Когда люди решались на это, какой глубины отчаяние они хранили в своих сердцах?

Орихара Изая больше всего на свете любил людей, поэтому очень сильно хотел узнать ответы на эти вопросы.

Но он встречался с ними не для того, чтобы отговорить от самоубийства. Причиной, почему эти люди не кончали с собой, являлось то, что желание умереть не стояло у них на первом месте, и на встречу они приходили лишь для забавы. А когда доходило до дела, пасовали.

Истинный характер Изаи медленно проявлялся в его спокойном облике.

Выслушав их причины для самоубийства, Изая, наконец, подал голос, и беззаботно задал другой вопрос:

- Так, что вы будете делать после смерти?

Услышав этот неожиданный вопрос, две женщины замерли и тупо уставились на Изаю.

- Мм… вы имеете ввиду попав на небо?

«Она решила покончить с собой, но всё ещё хочет попасть на небеса? Насколько же она дерзкая? Но, конечно, именно такие вещи делают людей ещё более интересными».

- Разве Накура-сан верит в загробную жизнь? – спросила у Изаи другая женщина.

Накура – поддельный псевдоним Изаи, случайно им придуманный. В ответ на их вопрос, Изая только улыбнулся и покачал головой, а затем задал ответный:

- Значит, вы двое в неё верите?

- Я верю. Но вместо загробного мира, думаю, люди становятся блуждающими по этой земле духами…

- А я нет. Смерть – это пространство небытия, просто кусок темноты… но это лучше, чем моя нынешняя жизнь.

Услышав их ответы, Изая пришёл к таким умозаключениям:

«Ой, какое разочарование. Это действительно очень разочаровывает. Пустая трата времени. Они всего лишь на уровне стандартной средней школы. Атеисты в последний раз были гораздо интересней. Эти двое заботятся только о себе».

Изая сделал вывод, что эти две женщины несерьёзно относились к смерти. Или, возможно, они представляли её по-своему.

Он прищурился и насмешливо улыбнулся.

- Это плохо. Как могут люди, желающие умереть, думать о жизни после смерти?

- А?..

Две женщины были совершенно сбиты с толку, смотря на него как на нечто нелогичное. Изая же продолжал:

- Думать о загробной жизни – право только для живых. Хотя если вы бесконечно об этом размышляли и тщательно всё изучили, то мне нечего сказать. Будучи брошенными в бездну отчаяния, продав свои сбережения ломбардам… люди, попавшие в безвыходные ситуации под воздействием внешних факторов, только тогда они имеют право на это.

Продолжая улыбаться, Изая шутливо сказал:

- Вы же сами создали себе проблемы, так? Вы решили идти по пути безнадёжности, но всё ещё надеетесь на загробную жизнь. Не думаю, что это хорошая идея.

Две женщины кое-что заметили. Всё это время, только они рассказывали о своих мотивах к самоубийству. Человек перед ними ни разу не упоминал о себе.

- Хм… а Накура-сан… хочет умереть?..

В ответ на этот прямой и несдержанный вопрос, Изая спокойно ответил:

- Нет.

В этот момент, единственным звуком, слышимым в этой комнате, были шаги посетителей других кабин. Немного спустя, одна из женщин, казалось, очнулась и закричала:

- Это подло! Как вы могли нам врать?

- Думаю… вы зашли слишком далеко!

В ответ на эту женскую истерику, кто-нибудь другой уже начал бы огрызаться. Изая же оставался невозмутим.

- Ах, это так и закончится…

Изая много раз уже видел подобную ситуацию. И все люди реагировали на это по-разному. Одни и глазом не моргнули, другие теряли дар речи. Но он ещё не видел никого, кто бы остался совершенно спокоен. Если бы кто-нибудь отреагировал спокойным “О, понятно”, ему, вероятно не нужен был бы компаньон для смерти. Но Изая не видел всего, что могло предложить человечество, поэтому он чувствовал, что всё это не могло базировать его суждения о психологии. Он не был в этом уверен, но всё же продолжал так думать. Если бы существовали такие люди, которые остались бы спокойными в такой ситуации, и это было бы не для забавы, то, скорей всего, они просто втайне надеялись бы, что их отговорят от самоубийства или помешают им это сделать. А возможно даже, они были бы “такими как он”.

- Дрянь! Остановите этого ублюдка! Да кем ты себя возомнил? Ты зашёл слишком далеко!

- А? Почему?

Выражение лица Изаи словно говорило: “Понятия не имею о чём вы”. Обведя двух женщин невинным взглядом, он закрыл глаза…

Прошла секунда, и когда Изая вновь их открыл, весёлое выражение его лица исчезло напрочь, а заменила его совершенно иного вида улыбка.

- А?..

Увидев его лицо, та женщина, которая верила в жизнь после смерти, издала звук, очень похожий на крик.

Улыбка действительно задержалась на лице Изаи. Вот только она была не такой, как прежде. Только увидев это выражение, две женщины поняли смысл фразы “улыбка бывает разной”.

Несмотря на то, что Изая действительно улыбался, его лицо было жёстким, словно маска, а от улыбки веяло холодом. И, именно потому, что это была улыбка, люди, увидев её, испытывали невыразимый ужас.

 Изначально, две женщины хотели обрушить на Изаю бесчисленное множество колких слов, но сейчас они мгновенно словно онемели, не в силах произнести ни звука. Будто перед ними стоял не человек.

Изая, сохраняя на лице эту ужасную улыбку, задал тот же вопрос:

- Что? Что вы имеете ввиду, говоря что я зашёл слишком далеко? Не понимаю.

- Это потому…

- Ты…

Женщин прервал уверенный ответ Изаи:

- Разве вы не хотели умереть? Так какая разница, что я вам говорю? Даже если вам лгали и хамили… так или иначе, вы всё равно скоро исчезнете. Если вы так мучаетесь из-за моей лжи, так почему бы вам буквально не прикусить свои языки? Знаете ли вы, что сделав это с намерением суицида, вы не умрёте от потери крови, но мгновенный шок заставит остальную часть языка пережать трахею и это приведёт к удушью. Таким образом, не будет больше ничего, что бы вы сочли неприятным. Вы больше не будете существовать. Это очень просто, а вы ещё говорите, что я зашёл слишком далеко. Думаю, это вы зашли слишком далеко.

- Я это понимаю, но…

- Ты ничего не понимаешь.

На этот раз Изая разговаривал с женщиной, которая говорила, что смерть – пространство небытия, в ещё более сильном тоне и… с той же улыбкой на лице.

- Ты – именно та, кто не понимает. Ты не понимаешь ничего вообще. Ты только что говорила, что смерть – это большой кусок из ничего, верно? Но это не так. Думаю, ты хотела сказать, что у вас не будет больше никаких забот. Но фактически, смерть – это исчезновение. Однако ваши проблемы не исчезнут, только само ваше существование.

Женщины не отвечали. Их поразила улыбка Изаи. Она становилась всё более отвратительной, и двум слушавшим женщинам казалось, что едва ли она похожа на человеческую.

- Ситуацию, когда ничего нет, нельзя назвать “ничем”. Но и противоположным “чем-то” тоже. Ничто, о котором ты говоришь, не такое, где действительно есть одна лишь вечная темнота. Это понятие основано на “существовании темноты”, так как оно может быть ничем? Если вы хотите избавится от своих печалей, умирая, необходимо точно знать, что вы сбежите от своих проблем. Разве это не так? Так что, как я сказал, вы не знаете, о чём думаете, и о том, что ничего не знаете. Поэтому вы даже не можете представить себе нечто подобное. Ваш способ мышления не отличается от большинства людей. Такие мнения находятся на уровне учеников младшей школы, которые не верят в жизнь после смерти, не могут её понять, поэтому беспокоятся и боятся её, так ведь?

На самом деле, две женщины видели множество лазеек для опровержения теории Изаи. Но они думали, что даже если бы они возразили, всё равно не смогли бы общаться с человеком перед ними с помощью одних лишь пустых слов. Такие мысли были вызваны не сомнением, а страхом.

- Но… это… это ведь только твоё мнение?

Женщина собрала всё своё мужество, чтобы выдавить эти слова. Её голос слегка задрожал, когда она взглянула на улыбку Изаи.

- Верно. Я понятия об этом не имею. Я просто сам для себя решил, что не верю в загробную жизнь. Но было бы хорошо, если бы что-то было. Хотя я могу только предполагать.

Ха-ха. Изая выпустил два слога холодного сухого смеха, и продолжил свежим голосом:

- Но у вас всё по-другому. Вы сомневаетесь в загробной жизни, но всё ещё хотите умереть. Не говорите мне, что ваша религия учит суициду, и даже поощряет убийство самого себя из-за проблем в отношениях или неспособности найти работу. Если это так, то мне нечего сказать. Я даже думаю, что вы удивительны. Если же нет – просто заткнитесь.

Наконец, словно ожидая их согласия, Изая склонил голову и медленно вынес своё заключение:

- Если вы только случайные верующие в загробную жизнь, не надо её обсуждать, хорошо? Это – оскорбление потусторонней жизни. Но ещё больше вы оскорбляете людей, которые не хотят умирать, но вынуждены в силу обстоятельств.

Прошло несколько секунд. Хотя это был маленький отрезок времени, двум женщинам казалось, что прошла целая вечность.

За это короткое время Изая снова закрыл глаза. Когда же он опять их открыл, его улыбка вновь стала нежной и расслабляющей.

Воздух вокруг них, казалось, снова пришёл в движение, но две женщины не смели сдвинуться ни на дюйм. А Изая начал говорить вещи, абсолютно отличающиеся от недавнего разговора.

- А, ха-ха-ха, когда я спрашивал о том, что вы собираетесь делать после смерти… на самом деле, я говорил о деньгах!

- А?..

- Я ненавижу бедность. Поэтому, могу ли я попросить вас взять столько денег, сколько сможете, принести мне, а затем умереть? Просто возится со страховкой действительно хлопотно, да и наверно не прокатит, так что лучше всего взять кредит. Следовательно, когда вы умрёте, деньги, которые вы позаимствовали, по крайней мере, не пропадут даром. Если же я к тому же продам ваши тела, смогу заработать хорошую сумму. Кроме того, у меня есть кое-какие связи, которые специализируются на таких вещах.

Нынешняя, действительно человеческая улыбка Изаи абсолютно отличалась от злонамеренной усмешки до этого. А его слова оставались лояльны к людским желаниям.

Женщины хотели что-то сказать, но Изая был громче:

- Позвольте мне проверить вас. Вопрос первый. Почему я сижу ближе всего к двери?

Две женщины заметили, что Изая сидел таким образом, словно сознательно блокировал дверь. Это открытие заставило их испытать страх, совершенно отличающийся от того, что был ранее. Если до этого улыбка Изаи напоминала улыбку дьявола, то сейчас, казалось, она была скоплением злого умысла всего человечества.

- Вопрос второй. Для чего эти передвижные чемоданы под столом?

Только после замечания Изаи, женщины заметили два больших чемодана под столом, размещённые напротив их мест, и используемые для перевозки багажа на каникулы.

- Первая подсказка. Чемоданы пусты.

Услышав это, женщины одновременно почувствовали всё возрастающую тревогу. Хоть сегодня они первый раз встретились, обе чувствовали одно и то же по отношению к Изае.

- Вторая подсказка. Эти два чемодана соответствуют размеру ваших тел.

Тошнотворное ощущение, развившееся из отвращения перед этим человеком, пронзило их. Тем не менее, было что-то ещё, что заставило мир перед ними начать вращаться.

- ?! Что… это…

Когда они поняли, в какую неблагоприятную ситуацию попали, было уже слишком поздно, и у них едва ли хватало сил встать на ноги.

- Вопрос третий. Если бы вы одновременно на меня набросились, то смогли бы победить. Так почему вы не можете это сделать? Подсказка. Ваши напитки принесли заранее, и именно я их вам вручил.

Мир не переставал вращаться. Голос Изаи проплывал мимо в их размытом сознании. Этот нежный голос походил на колыбельную, засасывая двух женщин в темноту.

- Это любовь! В вас нет ни капли любви к смерти. Ведь вы должны принимать смерть с любовью. И у вас слишком мало уважения к небытию. Если это так, как я могу с готовностью умереть с вами?

Собрав последние силы, одна из женщин ядовито взглянула на Изаю.

- Я никогда… не прощу тебя! Я… убью тебя!..

Услышав это, Изая нежно погладил её по щеке.

- Отлично. Если у тебя всё ещё остались силы для ненависти, то ты можешь жить. Я удивлён. Я спас твою жизнь. Ты должна благодарить меня, ведь так?

Убедившись, что женщина потеряла сознание, Изая погладил её по голове и ненадолго задумался.

- Ах, но я не люблю, когда люди меня ненавидят. Думаю, я просто тебя убью.

♂♀

День уже подошёл к своему концу, и настала полночь. В углу Парка Южного Икебукуро виднелась пара вертикальных человеческих силуэтов. Одним из них был Орихара Изая, а другой – абсолютно чёрная тень.

[Так, я должна положить их на скамейку в парке и всё?]

Держа в руках продвинутое электронное устройство, Селти впечатала туда эти слова и задержала его перед лицом Изаи. Тот усмехнулся и ответил коротким весёлым “да”.

Стоя перед чернильно-чёрной тенью, Изая весело рассмеялся, пересчитывая пачку денег.

- На самом деле, я хотел перетащить их в какую-нибудь ссудно-кредитную компанию, но, если честно, мне это надоело.

[Рассказывай это кому-нибудь другому.]

Работа Селти, на этот раз, состояла в том, чтобы перевезти двух человек. Когда она, надев шлем, вошла в караоке-бар, персонал молча провёл её в кабину Изаи. Зайдя в купе, она увидела Изаю, пытавшегося запихнуть двух бессознательных женщин в чемоданы. Когда она собиралась спросить, что здесь происходит, Изая только улыбнулся и попросил помочь ему.

В конце концов, Селти помогла ему перевезти их в парк, всё ещё ничего не понимая.

- Я устал от этого. И это не работа, а всего лишь хобби. Ах да, спасибо за сегодня. Люди, которые обычно мне с этим помогают, были все заняты. Я бы отправил женщин домой, как обычно, но, думаю, твой мотоцикл и так уже на пределе после поездки в парк.

Людей, которые помогали в таких делах, вероятно, нельзя было назвать приличными. Хотя, помогавшую ему Селти можно было считать одной из них, но она уже более ли менее к этому привыкла.

Такая быстрая работа, не была особенно неприятной, но ей всё это жутко не нравилось.

[Это не привлечёт внимание полиции? Не втягивай меня в это.]

- Не волнуйся. Я же не просил тебя перевозить трупы. Я только попросил перевезти двух пьяных женщин на скамейку в парке.

[Для этого не нужны чемоданы.]

Изае не удалось обнаружить в этом сарказма, и он только многозначительно смотрел на её шлем. Затем, он внезапно спросил:

- Скажи, курьер, ты веришь в жизнь после смерти?

[С чего это такой неожиданный вопрос?]

- Не важно. Воспринимай это как часть своей работы и просто ответь мне.

[Узнаешь, когда умрёшь.]

Очень спокойно Селти напечатала этот ответ на своём КПК, после чего набрала свой вопрос и показала Изае:

[Что на счёт тебя?]

- На самом деле, я не верю в загробную жизнь. Честно говоря, я очень боюсь смерти, и хочу прожить немного дольше.

[Ты – тот, кто накачивает женщин наркотиками и зарабатывает на жизнь продажей информации, всё ещё хочешь долго жить?]

Прочитав этот спонтанный вопрос, Изая застенчиво засмеялся. Глядя на его выражение лица, сложно было предположить, что этот человек полностью погряз в преступном мире.

- Просто если я умру, то исчезну. Так что если я не воспользуюсь своей жизнью для того, чтобы сделать всё, что хотел, не буду ли я об этом сожалеть?

Селти добавила ещё одну строку – “отвратительный ублюдок”, и удалила её до того, как Изая увидит.

Орихара Изая - обычный человек.

Даже будучи преступником, он не был особенно жестоким, при этом, он не был совершенно бездушным, и даже близко не походил на того, кто смог бы убить, не моргнув глазом.

Все смертные желания нормальных людей, у него они тоже были. Сомнительные поступки, совершающиеся людьми в порыве чувств, он тоже их делал. Так же как и обычные люди. Изая не являлся каким-то экстраординарным тайным преступным лидером, а просто был чрезмерно поглощён собственными интересами. А поскольку его “интерес” становился всё сильнее и сильнее, ему удавалось узнавать много чего интересного в своих изысканиях, и в итоге он стал таким человеком, который зарабатывал на продаже этой информации преступным организациям и полиции.

Имя Изаи было достаточно известно во многих кругах, и он знал об этом. Однако вслух о нём обычно не говорили.

Его имя происходит из сочетания имени библейского пророка Исайи и японского “тот, кто смотрит на толпу”. Однако его путь по жизни сильно отличался от библейского. Возможно, именно это противоречие позволило Изае быть более квалифицированным в различных ситуациях, чем обычные люди. И именно это привело к такому образу жизни. Он ценил жизнь так же, как и любой нормальный человек. Изая знал свой собственный предел, и избегал риска без необходимости. Вероятно, это его отношение и позволяло ему всё глубже погружаться в собственные интересы. Изае даже удалось избежать гнева преступного общества, и таким образом уберечься от “исчезновения”.

После отъезда Селти, Изая вдохнул несвежий воздух Икебукуро, который, казалось, держался уже несколько недель, и решил уйти.

Что делало двух женщин, с которыми он встретился, похожими? Как они были одеты? Они симпатичные или уродины? Был ли модным их макияж, или же он был в беспорядке? Как звучали их голоса? Почему они хотели умереть? И даже вопрос, было ли у них намерение умереть, - всё это отошло на задний план.

Орихара Изая – атеист. Он не верил ни в духов, ни в загробную жизнь. Именно поэтому он так отчаянно хотел понять людей, и это же являлось причиной легко возникающего интереса к Изае, а также его желанию растоптать их, как он это и сделал.

Что же касается людей, не нуждающихся в понимании, они его абсолютно не интересовали.

Изая отошёл всего-лишь приблизительно на каких-то десять метров, но уже совсем забыл имена двух женщин, хотевших покончить с жизнью.

Он был информатором, а ненужная информация будет только стоять на его пути.

Сейчас, он больше всего интересовался двумя вещами.

Первая – истинная личность курьера, всегда носящего шлем и никогда не произносившего ни звука. Именно существование лица, бесшумно разъезжавшего на мотоцикле и владевшего чёрной косой как у самой Смерти.

И вторая – группа людей, бродивших по Икебукуро и называемых “долларами”.

- Я так волнуюсь! Так волнуюсь! Так волнуюсь! Даже при том, что я – информатор, есть ещё очень много чего в этом городе, о чём я не знаю. И они всё продолжают и продолжают появляться и исчезать. Именно поэтому я не могу покинуть город, в котором собираются столько людей. ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ЛЮБОВЬ! Я люблю людей! Я люблю вас всех! И именно поэтому вы все должны полюбить меня.

Провозгласив всё это, Изая сунул руку в нагрудный карман и вытащил свой КПК.

Включив его, он зашёл на свой почтовый ящик. Его взгляд упал на информацию об одном конкретном человеке.

Данные показывали, что имя этого субъекта состояло из довольно впечатляющих символов.

Оно читалось как “Рюгаминэ Микадо”, и это имя принадлежало юноше, которого он сегодня встретил.

Где-то между Икебукуро и Синдзюки, кое-какими дорогами в районе Мейдзиро, спокойно стоял научно-исследовательский центр. Хотя он и находился далеко от станции, в отношении Токио, количество земли, занимаемой этим трёхэтажным зданием в окружении деревьев и забора, было далеко не шуточным.

Фармацевтика Ягири являлась одной из ведущих фармацевтических компаний в регионе Канто, и это место было её новой лабораторией. Однако высокая репутация компании осталась в прошлом. Её престиж в настоящее время вряд ли сравним с тем, что был в период её расцвета. А причина этому – её весьма скользкая квалификация.

И как раз в то время, когда цены на акции Ягири начали падать, американская компания захотела выкупить их бизнес. Организация под названием “Небула” владела совместными предприятиями уже около ста лет. Она занималась транспортом, издательским делом, биотехнологическими исследованиями и так далее, в очень крупных масштабах. Но за её надёжной репутацией ходило много слухов. О сделках с правительством, например. Однако эти слухи никак не подтверждались, а их распространители подвергались юридическим преследованиям.

Продукция Ягири не продавалась, но пока они окончательно не сдались, массовых сокращений работников не было. Несмотря на это, некоторые сотрудники, особенно директор из семьи Ягири, не могли согласиться с таким положением вещей.

Наиболее сильно возражала женщина по имени Ягири Намие - племянница председателя компании, в двадцать пять лет ставшая директором шестого центра по научно-исследовательской работе.

Намие смогла так быстро взлететь по карьерной лестнице не только благодаря своей принадлежности к семье Ягири. Важную роль в этом сыграли её исключительный талант и профессиональность. Однако, ситуация, с которой Намие сейчас столкнулась, имела непосредственное отношение к её семье. И проблема была не в её положении, а в отделе, в котором она работала.

А всё потому, что внутри семьи Ягири ходил слух, будто бы Небула заинтересовалась исследованиями именно в отделе Намие, что и послужило главной причиной предложения о выкупе бизнеса.

На самом деле, шестой научно-исследовательский центр не занимался медициной. Представители отдела утверждали, что они разрабатывают новый препарат  для укрепления иммунной системы, и в ближайшем будущем будут готовы к клиническим испытаниям…

В действительности, они занимались чем-то “не от мира сего”.

Двадцать лет назад дяде Намие удалось за рубежом раздобыть один экземпляр, напоминающий человеческую голову. Она была красивой, словно живая, только спящая. Имея лицо прекрасной девушки, на первый взгляд она выглядела довольно жутко. Но в действительности, голова не казалась ужасной, а была скорее больше похожа на полноценное живое существо.

Намие, которой на тот момент исполнилось только пять лет, не могла знать, что голова была ввезена контрабандным путём.

В конце концов, если бы они попытались ввезти её легально, то наверняка были бы остановлены таможней.

Дядя Намие понятия не имел, какая магия могла вызвать такие вещи. Поэтому, он начал рассматривать голову как реликвию семьи Ягири, и всячески осыпал её заботой. В свободное время он запирался у себя в кабинете, чтобы полюбоваться головой, а иногда даже разговаривал с ней.

Намие часто приезжала к ним играть со своими кузенами, и, впервые застав дядю за этим занятием, почувствовала небольшую неловкость, но спустя некоторое время привыкла.

Однако Намие очень сильно расстраивало то, что её младший брат, Ягири Сейджи, казалось, был околдован головой, и ещё более безнадёжно и страстно влюблён в неё, чем дядя.

Когда ему было десять лет, Сейджи впервые увидел голову. Без разрешения дяди, Намие взяла своего брата, и они тайно прокрались в кабинет посмотреть на это. Она до сих пор сожалела о том поступке.

Потому что с тех пор, Сейджи стал вести себя очень странно.

Он искал любые причины, чтобы пойти к дяде домой, и когда оказывался там, без ведома дяди пробирался в его кабинет посмотреть на голову.

И когда он вырос, эта навязчивая одержимость ничуть не уменьшилась. Три года назад, когда Намие только начала работать в фармацевтической компании, брат признался ей:

- Сестра, мне кое-кто нравится.

У девушки, которая нравилась её брату, не было ни имени, ни тела.

И чувства, выросшие в душе Намие, были не заботой о ненормальном пристрастии своего брата. Без сомнений, это была тёмная ржавая ревность.

Родители Намие являлись прямыми наследниками фармацевтической компании Ягири. Но после рождения её брата, они совершили ужасную ошибку в одной сделке, за что их выгнали из компании и лишили прав наследования. В итоге они разошлись, и стали постепенно отдаляться от своих детей.

Тем не менее, её дядя все ещё расценивал их с братом как “родственных пешек”, и продолжал заботиться о них. Но опека, предложенная им, была скорее такой, какую начальство оказывает подчинённым, полностью лишённая родственных чувств.

В конце концов, Намие направила всю свою нерастраченную нежность на брата, который оказался в такой же ситуации. Постепенно, эти чувства превысили обычную сестринскую привязанность, и переросли в некую форму извращённой любви.

Намие не нравилась влюблённость её брата в “голову”, потому что брат никогда не ответит взаимностью на её любовь. И он даже влюбился в то, что никогда не ответит взаимностью ему – в вещь, которая была, по сути, просто головой.

Хотя Намие и думала, что довольно глупо с её стороны ревновать к голове, которая всё ещё хранилась у дяди, она решила тайно избавиться от неё.

Намие хотела достать голову из её стеклянной банки и выбросить, но когда она дотронулась до неё, поняла, что что-то не так.

Она поняла, что ни у одного экземпляра не было такой мягкой и нежной кожи, и даже сейчас, голова всё ещё сохраняла тепло. Это говорило о том, что голова “живая”.

А затем, через некоторое время, Намие удалось убедить дядю разрешить компании исследовать голову, и, выслушав полный отчет о проделанном, узнала, что на самом деле голова принадлежала фее под названием “даллахан”.

Что это за ерунда? Фея – маленькое существо с крыльями, похожее на человека. Так с каких пор голова может считаться феей? В любом случае, существо, которое обошло саму смерть, находилось сейчас здесь. Как она могла упустить такую возможность?

Помня об этом, Намие продолжала проводить над головой всевозможные эксперименты. Возможно, она, так или иначе, примешивала сюда свою ревность, испытываемую из-за брата, однако Намие всегда, не задумываясь, расценивала голову как “подопытный объект”. Сначала она думала, что пока голова находилась в научно-исследовательской лаборатории, Сейджи, не являющийся одним из уполномоченного персонала компании, не сможет до неё добраться…

Но сразу же возникла проблема. Исследования только начались, а Небула уже начала налаживать с ними контакты. Научно-исследовательской работой в этом отделе занимались лишь несколько конкретных сотрудников. Тем не менее, обязательным условием, выставленным второй стороной, было «передача данного лабораторного исследования, включая всего его содержимого». Совершенно очевидно, что они заинтересовались именно головой.

И, поскольку Намие опасалась возможного шпионства, её подозрительность в отношении остальных сотрудников усилилась. Вторая проблема возникла вскоре после первой. Так как Намие никому не доверяла, она всегда забирала домой свою карточку-ключ. А затем, та вдруг исчезла.

В день, когда пропала её карточка, произошёл один инцидент. Кто-то проник в научно-исследовательский центр, вырубил трёх охранников электрошоком, забрал голову и скрылся.

Как такое могло произойти? Здесь она была бессильна. И как раз, когда Намие почти потеряла всю надежду, она подумала о ком-то, кто мог сделать нечто подобное. Один человек, который знал о существовании головы, хотел обладать ею, и даже располагал возможностью украсть её ключ-карту.

Пока она рассматривала эту версию, “преступник” позвонил ей из своего дома:

«Сестра, думаю, я убил человека. Что мне делать?»

Брат позвонил ей с просьбой о помощи за день до школьной вступительной церемонии. Звучало это так: глупая девчонка, преследовавшая её брата, ворвалась в его дом, увидела “голову”, а Сейджи ударил её лбом об стену.

Чувством, возникшим в сердце Намие в тот момент, был не страх из-за того, что брат, возможно, на самом деле кого-то убил, и не гнев за то, что он украл голову, а безграничная радость.

Несмотря ни на что, мой брат теперь зависит от меня. Мой брат нуждается во мне. Когда Намие поняла, что этот момент принёс ей такое счастье, какого она никогда не испытывала, она приняла решение.

Её не волновало как, но она собиралась собственноручно защищать своего брата.

♂♀

Танака Таро: Сэттон-сан знает что-нибудь о Долларах?

Сэттон: Да, но я только кое-что слышал. Кстати, разве Канра не упоминала об этом раньше?

Танака Таро: А, ну да. Я забыл. Простите.

Сэттон: Ничего страшного.

Танака Таро: Я кое-что слышал о них от друга. Они кажутся действительно крутыми.

Сэттон: Вау, но я их никогда не видел. Они на самом деле существуют?

Танака Таро: Думаешь, это просто веб-слухи?

Сэттон: Не совсем, я правда не знаю. Кроме того, даже если они и существуют, нормальные законопослушные граждане как мы, вероятно, никогда с ними не столкнутся.

Танака Таро: Ты прав…

Сэттон: С такими людьми лучше не связываться.

 -Канра вошёл в чат-

Канра: Всем привет! Канра-тян здесь!

Танака Таро: Добрый вечер.

Сэттон: Добрый.

Канра: Боже, боже, вы, ребята, болтаете о Долларах?

Канра: Они действительно существуют, потому что у них даже есть свой эксклюзивный веб-сайт.

Канра: Но если вы захотите зайти на него, нужны будут логин и пароль.

Танака Таро: Понятно…

Сэттон: Всё равно я не собираюсь на него заходить, так что без разницы.

Танака Таро: …Уверен, Канра-сан много чего знает.

Канра: В конце концов, это единственное в чём я хороша.

Время в Икебукуро только перевалило за полночь. Недалеко от города стоял припаркованный фургон. Из-за односторонних задних стёкол, не было никакой возможности увидеть, находился ли кто-нибудь внутри.

Из этого загадочного места неожиданно, одновременно с криком молодого человека, раздался звук удара.

- Говорю же, я не знаю! Пожалуйста, прекратите… умоляю вас!

Хулиган с опухшим лицом умолял в самом почтительном тоне, на который только был способен.

Это был тот самый юноша, который примерно двадцать четыре часа назад капотом своей машины отправил Селти в полёт, а затем столкнулся с гневом её косы. Очнувшись, он обнаружил себя лежащим в кузове незнакомого фургона, связанным и обездвиженным. В этой части автомобиля не было сидений, а пол покрывал серый ковёр. И человек перед ним допрашивал его с того момента, как пришёл.

- Живей. Просто… Кто… Твой… Босс? А?

Если он не ответит через три секунды, получит по лицу. И даже если ответит, что не знает, всё равно получит.

А после избиения всё снова повториться. Это продолжалось уже три часа.

Пока его били, хулиган хладнокровно обдумывал ситуацию, в которой оказался.

«Хоть я и не знаю, кто этот парень, по крайней мере “тени” здесь нет. Но с другой стороны, так я не узнаю, заодно ли она с этими людьми».

В фургоне находились только человек перед ним и какой-то парень в шляпе, сидящий за рулём и жевавший мятную жвачку. В машине, на средней громкости, играла классическая музыка. Так, чтобы его крики не смогли вызвать подозрение у прохожих.

«Мне конец, если та “тень” где-то здесь. Я, наверно, всё бы разболтал. А этот парень, судя по виду, просто обычный человек. По крайней мере, я не чувствую тех странных вчерашних вещей. И находиться среди этих парней всё-таки намного лучше, чем если бы обо мне позаботились “птицы более высокого полёта”. Да я вообще счастливчик, что не попался в руки полиции. Хоть я и не знаю, кто такой, чёрт возьми, этот парень, пока не скажу на кого работаю, всё со мной будет в порядке. Всё будет хорошо. Мне просто нужно продолжать принимать его удары, и он действительно подумает, что я ничего не знаю. Кроме того, скорей всего он не настолько неосмотрителен, чтобы убить меня здесь».

Пока хулиган всё это обдумывал, человек перед ним вздохнул.

- Ты бы лучше рассказал всё сейчас. Я ведь такой же, как и ты. Просто выполняю приказ вышестоящего. Это не нужно объяснять, ты ведь понимаешь, да? Вышестоящие попросили меня кое-что у тебя разузнать. Они сказали, ты не связался с ними, и просто стал проблемой.

«Похоже, у этого парня есть какие-то связи в подпольном мире. Чёрт, если он хочет работать на чужой территории, то для начала должен, хотя бы, сказать “привет” местным главарям!»

- А так как ты уже довольно сильно избит, но всё ещё не хочешь ничего говорить, наверное, это значит что ты не какой-нибудь там гангстер. Если бы ты был им, то должен был уже связаться со своим боссом и начать какие-нибудь переговоры, тогда бы мы оставили все эти проблемы нашим начальникам. Но, поскольку ты этого не сделал, это значит, что ты не сотрудничаешь с такими людьми, как мы, так ведь?

Парень схватил хулигана за подбородок так, словно хотел перевоспитать нашкодившего мальчишку. Если этот хулиган действительно имел поддержку и защиту со стороны преступного мира, то с ним надо быть осторожнее. Но, так как он ничего не говорил, скорей всего никакой защиты от подпольных организаций или триад у него не было, если конечно он не хотел показаться ответственным перед своим начальством.

- Эх, это для твоего же блага! Скажи это! Слушай внимательно, я не буду тебя мучить. Лучше поторопись…

Парень ещё не успел закончить фразу, как дверь фургона внезапно распахнулась.

- Кья-яй, сегодня так жарко!

- Мы заставили вас ждать! Как дела, Шимада? Он сказал что-нибудь?

Парень с девушкой, даже толком не поздоровавшись, залезли в заднюю часть фургона. Девушка с головы до ног была одета в дизайнерские вещи. Парень тоже, но, что странно, в руках он держал походный рюкзак.

Увидев их, человек по имени Шимада помрачнел и вздохнул.

- Время вышло, вот твоя награда. Хоть мне его и жалко, он ваш, Юмасаки.

Шимада сочувственно посмотрел на хулигана и покинул фургон.

Парень с девушкой закрыли за ним дверь и с довольным видом повернулись к хулигану.

- Эй-эй! Ну и зачем было делать такую глупость? Из всех возможных людей, вы похитили именно Кастано.

Девушка, покачав головой, погладила хулигана по плечу.

«Кастано? Кто это? Думаю, я слышал это имя раньше…»

Немного подумав, он наконец вспомнил. Нелегального иммигранта среднего возраста, которого он похитил, звали Кастано.

«Понятно. Значит, эти люди – друзья того парня… эй, подождите, разве они не японцы? Как? Как они с ним связаны? Только не говорите мне, что они встретились за чаепитием или чем-то подобным…»

Поскольку хулиган выглядел растерянным, проницательный парень положил перед ним свой рюкзак и расстегнул застёжку-молнию.

- Кья-яй, раз ты не хочешь ничего говорить, мне жаль, но нам придётся тебя немного помучить.

Сказав это, парень вытащил несколько книг от Бунко.

- Кья-яй, наступила одиннадцатая годовщина Дэнгэки Бунко, так что всё для тебя! В общем, просто выбери любую книгу, а мы будем психически пытать тебя в соответствии с её содержанием. Обычно, мы даём людям выбрать что-нибудь из комиксов про Супермена, но сегодня мы купили стопку книг Дэнгэки Бунко… ха-ха-ха.

- А?

Возможно, это и был их план, но хулиган понятия не имел о чём парень только что сказал, и просто ошеломлённо на них смотрел.

Они разложили перед ним несколько книг: это были лайт-новеллы с красивыми иллюстрациями на обложках. Хулиган раньше читал только мангу, поэтому, увидев эти книжки, подумал, что это она и есть.

«О чём это он, чёрт возьми? Психические пытки? Не смешите меня! Он даже просит выбрать книгу. Да чего, твою мать, он от меня хочет? Чёрт побери, это вам не школьная экскурсия с парком аттракционов!»

- Кья-яй, если не выберешь хоть одну - умрёшь.

В глазах парня плясали весёлые огоньки, но в остальном он был абсолютно серьёзен. И, словно в поддержку этих слов, в его руках каким-то образом появился серебристый молоток.

Когда хулиган понял, что парень не шутит, он начал лихорадочно искать книги, казавшиеся наименее опасными.

«Чёрт! И почему я оказался в подобной ситуации? Интересно, что сделал бы Джа-сан? Чёрт побери, все, что нужно сделать, это выбрать книгу… определённо не “Убойный ангел Докуро-тян”. Несмотря на то, что на обложке девушка, из названия можно догадаться, что они со мной сделают… “Двойной брод”?.. Это ещё что за книга? Нет, стоп, у этого ребёнка повязка на голове. Я же не собираюсь помереть?! Дерьмо, что же выбрать…»

- Я бы порекомендовала “Инуками!”! – громко воскликнула девушка, и парень, соглашаясь с ней,  кивнул.

- Оу, неплохо! Ты хочешь использовать Дай-Дзяэн или Сюкути?[13]

- Будет очень интересно использовать Сюкути. О, Докуро-тян тоже неплохо.

- Нет, нет, нет. Будет проблематично подготовить Эскалиболг[14].

«??? Что это за названия такие?!»

Хулиган был в полном замешательстве. Ему казалось, что эти двое с самого начала разговаривают на каком-то странном, непонятном языке. И не ему одному. Парень с острым, как у убийцы, взглядом, сидящий на водительском кресле, жевал свою жвачку с мученическим выражением на лице. Но…

- Эй, Юмасаки, Карисава. Слушайте сюда. Я не так умён и не читаю книг, поэтому я не понимаю что вы там, ребята, говорите. Но я хочу кое о чём вам напомнить…

Человек за рулём внезапно заговорил, словно вспомнив о чём-то:

- Делайте что хотите, мне плевать, только чтоб никакого бензина в машине, как в прошлый раз.

- Эх, Тогуса такой некомпанейский человек!

После замечания Тогусы, парень позади неохотно убрал пару книг.

«Бе-бензина?!»

Хулиган понял, что недооценил этих ребят, и выбрать книгу теперь стало ещё труднее. Глядя на немногие оставшиеся томики, он не мог определить, какой из них позволит ему подвергнуться наименее болезненному методу психических пыток. Тщательно обдумав ситуацию, хулиган пришёл к выводу, что независимо от содержания книги, эти два человека перед ним, несомненно, найдут какой-нибудь безумный способ пытки.

- Я… я могу задать вопрос?

- А? Какой? Мы не расскажем тебе как будет проходить наша психическая пытка! Это – секретная информация.

- Если… если бы здесь была книга про Золушку, и я выбрал её, что бы вы сделали?

Услышав вопрос, парень ненадолго задумался, а затем хлопнул кулаком по ладони и ответил:

- Эта? Скорей всего, я бы взял долото и высекал твои ноги, пока они не влезут в хрустальные туфельки.

«Ааа, я обречён независимо от того, что выберу. Дерьмо!»

Помрачневший хулиган закрыл глаза и наугад схватил книжку. Взглянув на свой выбор, он увидел английское название и японский подзаголовок, добавленный в стороне. Иллюстрация на обложке была весьма детальной.

- Что ж, решено!

- Кья-яй, а ты смел, раз выбираешь именно это!

Моментально эти двое начали проявлять поразительную ловкость. Девушка достала из сумочки зеркальце и передала его парню, который сразу разбил его молотком. Затем он положил осколок разбитого зеркала на свою ладонь.

- Кья-яй, интересно, сколько кусков мы должны всунуть, пока не увидим то, что обычно видеть не можем?.. Начнём эксперимент!

Тогда девушка схватила ошеломлённого хулигана за голову и распахнула его левое веко. В тот момент, хулиган мог только примерно предполагать, что с ним собираются сделать.

- Погодите! Стойте, стойте, стоп! Это… не смешно! Ай! Погодите! Остановитесь аааааааааааааа!

- Детки, не повторяйте это в домашних условиях… но… всё равно так никто и не делал бы.

Выражение лица Юмасаки стало более серьёзным, и Карисава беззаботно спросила его:

- Тогда что на счёт тех людей, которые убивают, находясь под влиянием аниме или манги?

- Нет, нет, нет. Ты должна говорить об этом чётко и ясно, чтобы господин Хулиган нас правильно понял. Ничего плохого в манге и лайт-новеллах нет. Просто они не могут за себя постоять, и всю вину скидывают на самую молчаливую сторону. Это словно воруешь в храме, а обвиняешь в этом статуи божеств.

Пока эти двое были заняты бессмысленным спором, хулиган всё ещё кричал что-то наподобие “Пожалуйста, остановитесь” и “Спасите меня”. Однако парень полностью игнорировал его просьбы и медленно, но верно, подносил осколок зеркала к глазному яблоку несчастного.

- У всех наших действий нет ничего общего с мангой или лайт-новеллами, фильмами или аниме, родителями или школой. Грубо говоря, это просто мы ненормальные. Если бы не было никакой манги и лайт-новел, мы моли бы использовать какие-нибудь драмы, или же книги Нацумэ Сосэки[15], ну или те престижные образовательные материалы, продвигаемые властями… интересно было бы посмотреть на реакцию правительства!

- Стойте уугггхххаааааааа!!!

- И к тому же, того, кто обвиняет в своих поступках влияние манги, нельзя назвать её фанатом.

Как раз тогда, когда осколок стекла уже готов был пронзить глазное яблоко, надежда хулигана на спасение резко возросла.

- Эй. Прекратите.

Задняя дверь фургона внезапно открылась, и прозвучал низкий мужской баритон.

- Дотатин!

- Ка-Кадота!

Они тут же выпрямились со смиренными выражениями на лицах. Судя по такой реакции, новичок был выше этих двоих по положению. Человек по имени Кадота посмотрел на хулигана, а затем, повернувшись к парню с девушкой, сказал:

- И это вы называете психической пыткой? Да когда кровь будет хлестать ручьями, она замажет все ваши книги, идиоты.

- Из… извини.

Закончив разговор, Кадота схватил хулигана за воротник и поднял перед собой. Тот только тяжело задышал, и слёзы, сопли и слюна из его глаз, носа и рта, сливаясь вместе, капали на пол. Когда хулигану, наконец, удалось успокоиться, Кадота добавил:

- Твои приятели раскололись.

- Э… а… а?!

Сначала, хулиган едва ли понял то, что услышал. Но, как только до него дошёл смысл сказанного, выражение его лица моментально изменилось.

«Предатель?! Кто?! Джа-сан? Нет, не может быть. Тогда кто же ещё? Вот дерьмо, это плохо. Я труп. Что, чёрт возьми, вообще происходит?»

- Только половина из них заговорили, но нам и этого результата достаточно. Так что ты нам больше не нужен.

«Не нужен? Так что, я свободен? Пожалуйста, пусть это будет так! Всё равно “персонал компании” позаботится о внесении моего имени в чёрный список, поэтому я даже могу куда-нибудь уехать.»

Предыдущие слова Кадоты давали обезумевшему хулигану маленький лучик надежды, однако то, что он сказал далее, низвергло его в бушующие глубины ада.

- В общем, покойся с миром.

В этот момент, хулиган просто взмолился:

- Подождите! Нет, пожалуйста, стойте! Я… я скажу! Я скажу вам что угодно! Я расскажу вам то, о чём они не говорили! Только пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не убивайте меня!

- Ясно. Так вас, ребята, несмотря на неплохие шмотки, всё ещё считают частью рабочего класса, я прав?

Хулиган подтвердил, что они работали в небольшой компании по предоставлению рабочей силы. Эта организация, получив несколько заказов на разнообразную работу, отправляла своих сотрудников выполнять её, так что тех можно было назвать разнорабочими. Однако, сказать по правде, всё это было лишь на поверхности. А если копнуть глубже, обнаружиться, что эта компания заключила контракт с одной крупной организацией.

И эта организация – фармацевтическая компания на грани банкротства, являющаяся частью семейного бизнеса и владевшая научно-исследовательским центром вблизи Икебукуро.

Выслушав сдавшегося хулигана, Кадота улыбнулся.

- Так вы похищаете людей, чтобы они смогли проводить на них свои эксперименты? Что за бредовая история?

Несмотря на свои слова, Кадота не сомневался в правдивости хулигана. В конце концов, находящийся на грани смерти человек, вероятно, не будет врать. Да и вокруг Фармацевтики Ягири ходило немало слухов в последнее время.

Приказав остальным найти подходящее место, где можно оставить этого парня, Кадота собрался выходить из фургона.

Тогда он услышал слабый голос хулигана:

- Вы… вы… кто… вы такие?..

Кадота замер, и, не поворачивая головы, ответил:

- Доллары. Слышал о таких?

После того, как Кадота вышел из машины, Шимада, всё это время находившийся снаружи, спросил его:

- Эй, Кадота. Думаешь, то, что сказали остальные – враньё?

Впервые посмотрев Кадоте в лицо, он улыбнулся, словно, наконец, всё понял.

- У них не было денег, да? Ладно, это гораздо лучше, чем позволить Юмасаки приложить руки ко всему. Мне много чего нравится из Дэнгэки Бунко, поэтому довольно неприятно видеть их слоняющимися по округе со своими книгами.

- А, кстати, мы ведь первый раз сделали нечто подобное с момента вступления в доллары, да? Хоть это всё ради Кастано, без Долларов мы ничего бы не узнали.

Кадота, Шимада, Юмасаки и Карисава всегда были довольно жестоки.

В самом начале это были просто встречи хороших друзей, но вскоре другие, такие же опасные люди, как Юмасаки, тоже начали к ним присоединяться. Хотя они никогда не знали, что именно пошло не так в середине всего этого, так как они уже были здесь, нужно было всё это контролировать.

Так сначала думал Кадота, однако позже всё стало таким естественным, что он даже помог им найти работу и осесть. В этой группе, помимо него, все работали.

На самом деле, Кадота знал несколько человек из преступного мира, но не был связан ни с какими группировками, и никогда не делал ничего выдающегося. В один прекрасный день, кто-то захотел завербовать эту группу и прислал их лидеру – Кадоте, электронное письмо. Его содержание было очень простым: один лишь вопрос, хотят ли они присоединиться к Долларам.

Не было никаких ограничений или правил, только одно странное условие – они должны были всем говорить, что принадлежат к Долларам. Никакой выгоды из этого для обеих сторон не предвиделось, но Доллары были довольно известной группой в Икебукуро, и если бы они смогли назвать себя их частью, это было бы действительно интересно. Самого Кадоту это всё не сильно заинтересовало, но, заметив энтузиазм остальных, он, наконец, принял приглашение.

«Проблема в том, что я слишком мягкий. Чёрт возьми, даже Хэйвадзима Шизуо получил подходящую работу».

Сначала Кадота думал что кто-то, знающий адрес его электронной почты, просто пошутил над ним. Он никак не ожидал, что спустя день после принятия приглашения, он найдёт себя на сайте Долларов.

- Так что же об этом думает глава Долларов?

- Не знаю.

- А?

- Ну, честно говоря, я никогда не видел лидера этой группировки. Есть несколько небольших главенствующих организаций, но человек, стоящий на абсолютной вершине, никогда не появлялся.

Кто же мог создать такую организацию? Кадоту очень интересовал этот вопрос. Довольно тревожно было находиться в подчинении у кого-то, не зная ни его адреса, ни того, как он выглядит. Но если бы не было никого наверху, то не было б и ощущения чьего-то “покровительства”.

Если вы хотите знать, кто мог провернуть нечто подобное, тут только один вариант – Орихара Изая.

«Мы несколько раз сталкивались в Икебукуро. Это грубый ублюдок, который дал мне это глупое прозвище Дотатин. Теперь даже Карисава меня так называет».

Поскольку мысли Кадоты внезапно отклонились к этому имени, он понял, что размышления о, казалось бы, несуществующем “начальнике” ни к чему хорошему не приведут, и он должен перестать об этом думать.

Так что сильными людьми здесь по-прежнему должны быть банды и триады, а также полиция. Даже пресловутые Доллары не могли сравниться с ними.

Независимо от того, что мы делаем, количество и власть этой группы людей всё ещё будут бессмысленны. Мы всего лишь мимолётное виденье в этом постоянно меняющемся городе.

И именно поэтому мы ещё больше хотим доказать существование этого “явления”.

Даже Кадота понял что-то вроде этого…

Были ли Доллары иллюзией, или же нет, это то, в чём никто не может быть уверен до его исчезновения…

Микадо и остальные уже пережили несколько дней из жизни старшеклассников, и только что прошли медицинский осмотр. На следующий день, наконец-таки, начинались уроки. В академии Райра существовала традиция устраивать школьные туры и презентации кружков на второй день после вступительной церемонии, третий же день отводился для школьного медосмотра и заседания классного совета.

 Шёл уже третий день, начался классный час, и пришло время выбрать представителя класса, но…

- Ладно, давайте возьмём кого-нибудь из девочек!

Масаоми двумя руками хлопнул учебником, закрыв книгу, как он видел в какой-то рекламе.

Это был класс Микадо – 1А, однако Масаоми, из класса 1Б, тоже сидел внутри. В кабинете, где большинство людей были одеты в школьную форму, Масаоми, который уже начал носить повседневную одежду, выделялся ещё больше.

- Почему ты здесь…

Микадо давно уже заметил присутствие Масаоми, но до сих пор ничего не говорил. Учителя в классе не было, так что вступительную речь взял на себя студент №1.

- Э-м-м, представители комитета поддержки – Ямазаки-сан и Нишизаки-сан. Представители комитета по благосостоянию – Ягири-сан и Асакура-сан. Представители комитета по дисциплине – Кузухара-сан и Канемура-сан, и представители избирательного комитета это…

В этой школе представители комитетов избирались по системе: один парень – одна девушка. Студент, возглавляющий заседание, прочитал записанные на доске результаты и задумался о том, что же он должен делать дальше.

- Пришло время выбрать представителей класса, так, кто хочет занять это место?

- Я…

Микадо с молниеносной скоростью схватил руку Масаоми, чтобы помешать тому поднять её, но сразу же пожалел об этом.

«Представитель класса, да? Забавно звучит, но также это может быть одной сплошной головной болью».

Микадо хотел отдохнуть от повседневной мирской жизни. Он оставил родную землю – всё, что знал до этого, и пришёл в этот новый мир, который никогда не видел раньше. Проведя в новых условиях несколько самых счастливых дней в своей жизни, его решимость только окрепла.

Испытав необъяснимое волнение, Микадо отчётливо понял, что это довольно таки опасно, но всё же не мог удержаться от всплеска эмоций:

«Я хочу больше азарта! Хочу необычной жизни! Больше перемен!»

Сейчас, если бы Микадо встретил каких-нибудь вымогателей или мошенников, или даже религиозную секту, то вполне мог бы купиться на их обман.

По приглашению Масаоми он мог бы даже пойти на сходку Босодзоку.

Часть сознания Микадо была переполнена опасениями, но другая его часть ужасно хотела оказаться в особом положении представителя класса. Но, опять же, он боялся, что появившиеся обязанности помешают поиску приключений и азарта.

В таком случае, сначала он должен рассмотреть эту ситуацию со всех сторон, но пока он об этом думал…

- …

Одна девушка, немного опустив голову, подняла руку.

Это была девочка с чистой кожей и в очках – Сонохара Анри. Красивая, освежающе изысканная девушка с отталкивающей аурой.

- О, вы… Сонохара… Анри-сан? Тогда остальные, пожалуйста, поаплодируйте, чтобы признать её назначение.

Классная комната огласилась относительно невосторженными аплодисментами. Так как не было других кандидатов на пост представителя класса, то, естественно, не было и заинтересованных в том, кто же им станет.

- Что ж, остальное оставляю на вас.

Временно возглавляющий заседание студент написал имя Анри на доске и с облегчённым видом вернулся на своё место.

- Эмм, кто-нибудь из мальчиков хочет стать представителем класса?

Голос Анри прозвучал тонко, но очень ясно. А так как добровольцев не было, в классе повисла глубокая тишина.

«Что мне делать?»

Неспособный решить, он пристально смотрел на стоящую впереди Анри.

Внезапно, взгляд Сонохары остановился на одном студенте.

Повернувшись, чтобы узнать на кого же она смотрит, Микадо увидел довольно высокого парня. Он был вторым по высоте в классе - недавно избранный представитель комитета по благосостоянию.

Ягири Сейджи. Это имя было написано под четырьмя словами: “Глава комитета по благосостоянию”. Помимо роста, он казался обычным подростком. Однако на его лице не было ни единого следа ребячества. Поэтому, даже если бы он представился как взрослый, ему бы это спустили.

Но ведь он уже вступил в другой комитет, почему же Анри всё ещё смотрела на него? Может, она в него влюблена? Пока он думал об этих, не касающихся его, вещах…

Взгляд Анри переместился в направлении Микадо.

«А?»

Под очками на её лице возникло весьма непростое выражение, заставившее Микадо почувствовать себя довольно неловко.

- Я такой грешник…

В тот момент, когда взгляд Анри оставил их, Масаоми, сидевший позади – у стены, снова начал болтать глупости.

- Эта девчонка запала на меня. Ты видел это неловкое выражение на её лице, когда она думала обо всех dangerous[16] и  risky days[17], которые она проведёт со мной в ближайшем будущем?

В ответ на адресованный ему шёпот Масаоми, Микадо небрежно ответил:

- Извини, ты не мог бы говорить по-японски? Это – Япония, если ты не в курсе.

- Эх!.. Иногда ты бываешь таким подлым, и при этом совершенно спокойным! Никогда не думал, что первым препятствием на моём пути станешь ты… Но опять же, я живу в любви, поэтому не буду думать дважды, даже если для достижения своих целей мне придётся убить моего лучшего друга!

- Хм, в любом случае, это необходимо.

Если задуматься, Анри вполне могла смотреть на Масаоми, которого вообще ничего не волновало, кроме себя самого. Тогда это объяснило бы её неловкость. Когда Микадо подумал об этом, он тайно спохватился про себя: «И почему этот идиот сидит здесь?»

И тут Микадо понял, что Анри на самом деле смотрит туда.

Место, на котором сидел Масаоми, принадлежало студентке, которая не пришла на вступительную церемонию, и отсутствовала уже три дня подряд. В то же время, он вспомнил, что Анри была обеспокоена её отсутствием с самого начала.

Всё думая и думая об этом, Микадо спокойно поднял руку. Хотя он совершенно не догадывался о мыслях Анри, так как никто ничего не делал, это сделает он. Только потому, что он думал об этом, он и решил поднять руку.

- Э-м-м… ты…

- Рюгаминэ Микадо! Рюгаминэ! Микадо!

Вздрогнув от взрыва эмоций со стороны Масаоми, Анри торопливо записала имя Микадо на доске. И только тогда некоторые студенты заметили присутствие Масаоми, но они всё ещё не обращали особого внимания на него. Никто не хотел проблем, и так как они не знали даже имени Масаоми, ни один из них не хотел связываться с парнем, уже перешедшем на обычную одежду, с проколотым ухом и крашеными волосами.

Простой, выглядевший довольно послушно Микадо, казалось, хорошо соответствовал образу представителя класса, поэтому никто не возражал. Таким образом, заседание прошло как по маслу, без сучка и задоринки.

- И на этой ноте, мы избрали членов всех комитетов. Главы комитетов, пожалуйста, не забудьте завтра посетить студенческое заседание совета. Время и место заседания написано на доске перед главным управлением.

Прочитав уведомление, лежащее на учительском столе, новоизбранная представительница класса спокойно завершила встречу.

- Прежде чем уйти, нам нужно навести здесь порядок, так что, пожалуйста, не могли бы вы мне помочь?

Несмотря на то, что Микадо теперь являлся одним из представителей класса, у него не было возможности поговорить с ней, поэтому он мог только уныло прибираться.

Пока Микадо тащил швабру по коридору, Масаоми стоял, прислонившись к окну, и жевал жвачку на кончике своего языка.

- Ха-ха… так вот оно как… ха…

- Что?

- Я тебя недооценил. В начальной школе ты сразу начинал плакать, когда люди распространяли слухи о тебе и твоём старом друге. Но теперь ты стал человеком, который по собственной инициативе назначает rendezvous полное love, как hunter схвативший свой chance[18].

- Да-да, кто бы говорил, - хладнокровно ответил Микадо на непонятную насмешку Масаоми, – Ах да, Кида-кун вступил в какой-нибудь комитет?

- О, в комитет по дисциплине.

Поскольку Микадо думал, что его друг совсем не выглядел соблюдающим дисциплину, он прямо высказал своё сомнение по этому вопросу:

- Оу…

- Что это ещё за “оу”? На самом деле я хотел стать представителем класса, но проиграл в конкурсе Джанкен[19], проведённом среди пятнадцати парней-кандидатов.

- Пятнадцать человек? Джанкен? Да, это интересней, чем в моём классе!

Увидев неприкрытое удивление Микадо, на лице Масаоми появилась самодовольная улыбка.

- Всего шесть человек боролись за место главы комитета по дисциплине. Ах да, представитель по дисциплине из вашего класса выглядит так, будто собирается серьёзно подойти к своему делу. Так что я подумал, что если получу это место, смогу делать с правилами всё что захочу.

- … Что ты сказал?

- Забудь. Раз уж я – глава по дисциплине, я не собираюсь никому позволять приносить в школу тяжёлое вооружение.

- А как же тогда быть с лёгким вооружением…

После того, как Микадо вновь стал использовать свои ледяные замечания, Масаоми мог только мятежно топать по полу.

Он некоторое время смотрел в окно, а затем, наконец, повторил своё более раннее предложение:

- Я знаю, пошли клеить девчонок!

- Разве мы сможем это сделать?

Наблюдая за своим другом, который, казалось, с каждым днём становился всё более легковозбудимым, Микадо, наконец, закончил свою часть работы по уборке.

Как раз, когда Микадо убрал швабру в шкаф, поднял свою сумку, и уже собирался уходить с Масаоми…

Они увидели разговаривающих у главного выхода Сонохару Анри и высокого парня – Ягири Сейджи. Задавая ему вопросы, Анри была совершенно серьёзна. С другой стороны, Сейджи отвечал на них с выражением полного отвращения на лице.

- Потому, что… после этого… правда?

- Сказал же, я не знаю. Всё, что мне известно, это то, что в один прекрасный день она перестала мне надоедать.

Они не могли услышать голос Анри, только нетерпеливый ответ Сейджи. Тогда он просто отодвинул её и зашагал в направлении двоих парней. Скорей всего, он уже закончил уборку у главного выхода и возвращался в класс за своей сумкой.

Анри продолжала смотреть на его удаляющуюся спину, а когда поняла, что Микадо с Масаоми тоже наблюдают, поспешно убежала.

- Так-так, это всего лишь третий день в школе, а ты уже отшил поклонницу. Ха, неплохо.

Микадо обернулся и только заметил, что Масаоми уже стоит напротив Сейджи и провоцирует его. Останавливать Кида было слишком поздно.

Сейчас, Масаоми определённо выглядел плохим парнем.

- … Ты кто? Всё совсем не так.

- Эм, вы – Ягири-кун, да? Я из вашего класса. Меня зовут Рюгаминэ Микадо, приятно познакомиться.

- А… да, твоё имя легко запоминается.

Увидев стоящего рядом старосту своего класса, Сейджи удалось немного расслабиться.

Микадо решил вмешаться, чтобы ослабить напряжение между ними. Однако Масаоми отодвинул его и шагнул вперёд.

- Эй… Кида-кун!

- А ты жесток, ха. Погнали клеить девчонок!

- А? -

Бессмысленный возглас Масаоми заставил Микадо и Сейджи недоверчиво вздохнуть.

- Подожди, Кида-кун! Ты что такое говоришь?

- Слушай внимательно. Если идёшь кадрить девчонок, ты должен взять с собой вот такого высокого парня. Если там будем только мы двое, твой мягкий внешний вид подавит всю мою привлекательность, и на нас никто не клюнет!

- Это гнусно! Почему бы тебе не взять с собой кого-нибудь из своих одноклассников?

- Ты идиот. Если мои одноклассники об этом узнают, в том числе и девчонки, наберётся около двадцати желающих пойти!

«Девчонки пойдут клеить девчонок?» Пока Микадо собирался упомянуть об этом, Сейджи сказал что-то им обоим. Он ни на ком не задерживал взгляд, просто смотрел вперёд.

- Извините, но у меня уже есть девушка.

Глядя на него, можно было сказать, что это самый твёрдый вид отказа. Но Масаоми так легко не сдавался.

- Для охоты на девчонок это не имеет значения!

- Эй-эй, как это может не иметь начения? – попытался остановить его Микадо, но Масаоми не слушал.

- Без разницы, мы просто будем разговаривать с ними, не подключая его, так что это не считается обманом.

- П… правда?

Достойный аргумент со стороны Масаоми как наводнение поглотил возражения Микадо.

Но Сейджи не казался переубеждённым, и теперь его пристальный взгляд был направлен на Масаоми. Он слегка покачал головой.

- Нет, если я обращаю внимание на других девушек, это считается предательством.

- Ну что за честный парень. Не можешь предать свою девушку, да?

- Я предал бы не свою девушку.

- Что? Тогда кого?

В ответ на вопрос Масаоми, Сейджи поднял голову. Его пристальный взгляд был твёрд, и он уверенно ответил:

- Это была бы любовь.

- А?

- Сделав это, я предам свою любовь к ней. И даже если бы я смог заставить себя предать свою девушку, я никогда не смогу предать любовь.

Тишина.

- О… понятно…

Атмосфера становилась довольно неловкой, но Сейджи был уверен, как никогда. Уверенность сияла, переполняясь до краёв в его глазах.

- … Э-э… ну тогда удачи!

Масаоми, наполовину сбитый с толку, протянул кулак. Сейджи, улыбаясь, протянул свой, и они столкнулись.

- Хех, спасибо!

После этого Сейджи продолжил свой путь в класс.

Масаоми наблюдал за его, полной уверенности в себе, фигурой. Когда та исчезла в классе, он, понизив голос, сказал:

- В вашем классе есть действительно влюблённый парень.

- Э-э… думаю, да.

♂♀

- Это вообще не работает.

Двое парней находились в Парке Западного Выхода. Хотя он был довольно известным местом, часто появлявшимся на телевидении, в обычные дни здесь никто не гулял. У Микадо не было абсолютно никакого интереса к охоте на девчонок, он приехал только для того, чтобы увидеть место, которое часто видел по телевизору.

Стоя здесь, Микадо понимал, что это - то самое место. Но находится здесь, и видеть его по телевизору – совершенно разные вещи. Он также думал о том, как это место, появляясь в новостях, сериалах, разнообразных ток-шоу, в каждом выглядело по-разному.

Скорей всего, различные техники изображения создавали такую огромную разницу, Микадо мог только смириться с этим. Наблюдая за Масаоми, он вздохнул.

Так как вокруг не было гуляющих девушек одного с ними возраста, Масаоми попытался закадрить работающих женщин, у которых был обеденный перерыв. Естественно, эти представительницы трудового населения не были заинтересованы в общении со старшеклассником (тем более во время своего драгоценного перерыва). Наблюдая за неустанными усилиями Масаоми, направленными на такие бесполезные вещи, Микадо чувствовал себя довольно жалко.

Когда Масаоми, наконец, вернулся к Микадо и услышал его негативные комментарии, он засмеялся и ответил:

- А? Ты о чём? Если я не найду девушку, это не важно. Главное в этом деле – разговаривать с ними! И, кроме того, послушай, когда ищешь девушку, ты не должен допускать мыслей, таких как “невозможно” или “я не могу это сделать”… типа таких! С красивыми девушками, если думаешь, что это невозможно, это и будет невозможно. И если будешь думать, что не сможешь сделать это, то на самом деле не сможешь. Понятно?

- Совершенно не понимаю, - ответил Микадо вполголоса. Он потянулся.

На самом деле он больше не хотел здесь оставаться. Микадо передумал и хотел идти в другое место, куда всегда хотел попасть.

- Ну, хорошо, тогда я просто один пойду на 60-этажную улицу.

- Что? Ты же не думаешь цеплять девушек без меня?

- И не собирался.

Но Масаоми не поверил опровержению Микадо, и на его лице расцвела широкая вызывающая улыбка. Указав на своего друга, он закричал:

- Даже если захочешь, сможешь только плакать, как ребёнок, перед лицом моих сил! Хе-хе, в итоге получишь только кого-нибудь из этих немодных девушек гангуро[20], или какая-нибудь шлюха с помойки попользуется тобой и бросит!

- А причём здесь твои силы?

- О-о-о… ну что за геморрой, ты ещё больше раздражаешь, чем мухи в мае. Давай устроим состязание! Посмотрим, кто сможет зацепить больше девчонок!

- Но разве мы не должны будем взять девушек, которых уже подцепили, на охоту за другими девчонками?

Масаоми, даже не подозревая о саркастичности Микадо, побежал в сторону станции. Микадо же, смирившись с предстоящим зрелищем, наблюдал, как его друг подходит к домохозяйке с ребёнком, только что окончившей свои покупки.

У Микадо вырвался глубокий вздох, сильнее всех предыдущих за день, и он один направился к восточному входу станции.

И хотя Микадо ещё немного терялся по пути, ему всё же удалось найти дорогу к 60-этажной улице, следуя по наиболее знакомому маршруту. Отсюда было недалеко до его квартиры, и Микадо мог прогуляться до наступления ночи, а затем сразу же пойти домой. Что касается Масаоми, если он всё ещё делал так, как в начальной школе, он, вероятно, забудет о соревновании и пойдёт домой один.

Однажды, когда обоим было по семь лет, они играли в прятки, и Масаоми водил. Однако, в разгар игры, он вдруг убежал. Микадо ждал, пока не стемнело, а когда, плача, пришёл домой, обнаружил у себя Масаоми, с довольным видом уплетавшего его же ужин. Посмотрев на Микадо, он сказал: “Я тебя нашёл”.

«Если подумать, мой родной город был наполнен приключениями во время моего детства. Когда всё так изменилось?»

После перехода в среднюю школу ничего нового больше не происходило, и дни становились всё более приземлёнными.

Несмотря на желание повидать мир, причин уезжать у него не было. Поэтому, он мог только принять тот факт, что не в состоянии изменить свою жизнь, и спокойно жить дальше. До того дня, когда в его доме появился Интернет, и весь его мир изменился.

Интернет был переполнен разными “мирами”. “Миры” сталкивались с такой информацией, которую вы никогда не получите в реальном мире. Это словно внешний мир того мира, в котором жил Микадо, к тому же гораздо больший. И в этом мире не было ограничений в расстоянии.

Постепенно, Микадо всё глубже и глубже погружался в онлайн мир, пока все остальные думали, что он превращается в какого-нибудь хикикомори[21]. И вот однажды, Микадо вдруг понял, что жизнь, в которой он только пассивно воспринимал информацию из Сети, была довольно скучной. Однако он не знал что делать, чтобы стать тем, кто эту информацию распространял.

И когда Микадо это понял, в нём начал развиваться такой жгучий интерес к внешнему миру, какого он никогда раньше не испытывал. А услышав о том, какой Токио удивительный и привлекательный город, его интерес ещё больше возрос.

И сегодня он находился в центре этого сияющего блеска. Масаоми как-то сказал, что “деревня сейчас намного интереснее”. Но Микадо никогда так не думал. Он понимал причину сказанного Масаоми, и никогда даже не думал отказываться от своего родного города. Просто мысли о возвращении к старой жизни и отказе от всего этого и близко в его голову не приходили.

Прямо сейчас Микадо хотел испытать все звуки и запахи этого города, и как можно дольше задержать их в своём теле. Словно он хотел стать частью этого места.

Для того, чтобы впитать как можно больше этого города, микадо выпрямился и поднял голову, осматривая окрестности.

Повсюду на 60-этажной улице мелькала форма Райры, и его зрение окрасилось в цвет этих униформ.

- Прямо как цветная банда.

Пробормотав это себе под нос, он, внезапно, заметил знакомое лицо.

- Сонохара-сан…

Микадо уже хотел было подойти и поздороваться, но увидел, что Анри была окружена группой девушек в такой же форме, а окружающая атмосфера не казалась дружелюбной. В небольшом горизонтальном переулке три студентки приближались к ней, пока Анри не упёрлась в стену, и, казалось, что-то кричали.

Микадо захотел узнать что, и осторожно шагнул к переулку. Четыре девушки, в том числе и Анри, не заметили его приближения, и содержание беседы теперь было ясно слышно.

Но это нельзя было назвать беседой. Скорей допрос с пристрастием.

- Ты, маленькая сучка! Харима Мика пропала без вести, а ты всё ещё строишь из себя сильную мира сего?

- …

- Я слышала, ты стала старостой класса? Брось притворяться честной студенткой!

- Всё равно, ты ведь была собачонкой Мики в средней школе, правда? Так что там со старостой?

Три девушки по очереди оскорбляли Анри, но она продолжала молчать.

«Ва-а-а, они её запугивают? Так такое всё ещё существует в Японии! Хотя на самом деле выглядит это очень банально. Как будто они разыгрывают сцену из какой-нибудь старой манги».

Такое типичное запугивание в действительности не было таким уж пугающим, но как представитель класса, он обязан был что-нибудь сделать. Несмотря на эти мысли, Микадо понятия не имел, как в этом случае разумней всего поступить. Сейчас он уже не мог притвориться, что ничего не видел, но всё ещё боялся спровоцировать этих девушек…

«Знаю. Я просто притворюсь, будто не видел, что они запугивали Сонохару-сан, подойду и с улыбкой скажу что-то вроде: “Ах, какое совпадение, Сонохара-сан!” Вот так будет хорошо. Так и сделаю. А если те девчонки соберутся что-нибудь сказать, буду действовать по обстоятельствам».

Придумав такую неоднозначную идею, Микадо осторожно сделал шаг вперёд… и почувствовал, как чья-то рука приземлилась на его плечо.

- ?!

Микадо резко вздохнул, повернулся, и увидел знакомое лицо.

- Они её запугивают? А ты собирался их остановить? Как благородно.

Орихара Изая сказал это в относительно восхищённом тоне. А затем рукой, которой держал плечо Микадо, грубо его толкнул.

- Ст… стой?!

Вскрик Микадо заставил четырёх девушек заметить, что здесь есть кто-то ещё.

- А-ха-ха-ха, какое совпадение, Сонохара-са-а-а-а-а-а-а-н… э-э-э-э-э-э-й… погоди!

Дотолкав Микадо до четырёх девушек, человек позади него, наконец, остановился.

- Что… что за чёрт?

В голосе хулиганки присутствовал намёк на страх. Конечно, она разговаривала не с Микадо, а с Изаей, стоящим у него за спиной.

- О, боже… это не хорошо. Вы угрожаете людям средь бела дня? Даже если бог простит вас, полиция вам это с рук не спустит.

Сказав это в полушутливом тоне, Изая сделал несколько шагов к девушкам.

- Запугивание – это низко. Это не хорошо. Так не годится.

- Это не твоё дело, старый хрыч!

Возможно, показав своё истинное лицо, или же блефуя, но эти три девушки впились зверскими взглядами в Изаю, с намерением запугать его.

- Да, это не моё дело.

Изая улыбнулся, и высказал этим троим своё мнение:

- Именно потому, что это не моё дело, мне плевать, если вас просто побьют, или же вы умрёте насильственной смертью. Даже если тем, кто вас изобьёт, буду я. Меня также не волнует даже то, что вы называете двадцати трёх летнего человека старым хрычом. Потому что наши отношения, или их отсутствие, никогда не изменятся. Все люди связаны между собой, но в то же время не имеют никакого отношения друг к другу.

- А?

- Люди такие энергичные, правда?

Сказав нечто такое, что нормальные люди понять не смогут, он сделал ещё один шаг в направлении девушек.

- Но избиение девчонок не является моим хобби…

В следующую секунду Изая уже держал в правой руке женскую сумочку.

- Что? Э?

Увидев эту, вроде как фирменную сумочку, одна из девушек закричала. Сумочка, висевшая у неё на плече, каким-то образом оказался у этого парня.

Ремень, всё ещё свисающий с её плеча, был гладко срезан где-то в районе талии.

В отличие от растерянных девушек, Микадо, стоявший позади Изаи, чувствовал страх.

Потому что в левой руке Орихары, которую он только что спрятал за спину, был маленький острый нож. Проблема в том, что, хотя микадо наблюдал за каждым шагом Изаи, он не заметил ни того, откуда взялся нож, ни того, как он порезал ремень.

Очень ловко, всё ещё держа руку за спиной, он спрятал выдвижное лезвие ножа и молниеносно засунул его в рукав куртки. Этот, сделанный без посторонней помощи манёвр, в глазах Микадо был больше похож на магию.

Изая, всё ещё улыбаясь, вытащил из сумочки мобильник.

- Так что моим новым хобби будет топтание девчачьих телефонов.

Как только эти слова слетели с его губ, Изая подбросил мобильник вверх. Покрытый наклейками телефон упал на землю, и послышался чёткий звук приземления.

- Угх! Ты, сволочь…

Когда девушка поспешно протянула руку, чтобы его поднять…

Она увидела ногу Изаи, которая мелькнула мимо её лица и приземлилась на телефон.

Послышался характерный хруст, будто кто-то откусил печенье, и отломанные пластиковые детали полетели из-под ноги. Изая игнорировал крики “А-а-а-а-а-а-а!”, которые девушка издавала всякий раз, когда его правая нога снова и снова обрушалась на телефон. Наступая на одно и то же место, его движения были точны, как у робота. Его неоднократный смех тоже звучал механически:

- А-ха-ха! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

- Этот парень псих? Да он в реале сумасшедший!

- Неважно! Давайте убираться отсюда!

Девушка, чей мобильный топтал Изая, могла только тупо на это смотреть, и ей пришлось тащиться за остальными двумя.

Когда Изая увидел, что они скрылись с места происшествия, его движения и смех резко остановились. Как будто бы ничего и не было, он повернулся к Микадо. Анри не убегала, а только нервно смотрела на них.

- Надоело. Это больше не моё хобби.

Пробормотав это себе под нос, он мягко улыбнулся Микадо.

- Ты такой смелый! Хотел помочь попавшей в беду девочке. Не многие дети смогли бы такое сделать.

- А?

Услышав комплимент Изаи, Анри встревожено взглянула на Микадо. Но помог то ей Изая, а идея Микадо была довольно бесполезной, поэтому он почувствовал себя весьма неловко.

Однако Изая, игнорируя его неуверенность, снова заговорил:

- Рюгаминэ Микадо, то, что мы здесь встретились – не совпадение. Я искал тебя.

- Э?

Только Микадо хотел спросить, что он имел в виду, как из дальнего переулка вылетел мусорный бак и врезался прямо в Изаю.

Мусорный контейнер с внушительным грохотом рухнул на землю и откатился к остановке.

- Угх! - застонал Изая, и, потеряв равновесие, упал на колени. Поразивший его мусорный бак был сделан из металла, однако в месте столкновения не было острых углов, поэтому удар вышел шумным, но сильного ущерба не нанёс.

Изая медленно встал на ноги и посмотрел в ту сторону, откуда вылетел контейнер.

- Ши… Шизу-тян?

- И-и-и-з-а-а-а-я-я-я-к-у-у-у-н!

Услышав это сознательное растяжение слогов, Микадо и Анри медленно повернули головы в том же направлении.

Там стоял молодой человек в солнцезащитных очках. Его одежда состояла из униформы бармена, в комплекте с галстуком-бабочкой. В целом, он был одет как какой-нибудь сутенёр из прошлого века, работающий в отелях или ночных клубах.

Он был не такого огромного роста, как Саймон, но всё же считался довольно высоким. Глядя на его долговязую фигуру, никто не сказал бы, что этот человек может швырнуть мусорный контейнер.

- Разве я не говорил тебе больше не показывать свою рожу в Икебукуро, а? И-и-и-з-а-а-а-я-я-я-к-у-у-у-н йо!

Лицо Изаи озарило понимание. И впервые, Микадо увидел, что его улыбка дрогнула.

- Шизу-тян, ты разве не у западного входа работаешь?

- Давным-давно уволили! И, кроме того, разве я не говорил не называть меня так! Сколько раз я тебя предупреждал, а, И-и-и-з-а-а-а-я-я-я? У меня есть имя – Хейвадзима Шизуо!

Когда он, понизив голоc, озвучивал это предупреждение, жилка на его виске лихорадочно пульсировала. В нём не было ничего особенного, и если бы он не делал ничего необычного, легко мог сойти за простого бармена. Но его тело, казалось, выделяло в воздух какой-то невидимый гнев. Ауру чистого “террора”, который далеко превышал пределы страха, читаемого в глазах Микадо.

«Его пульсирующие вены… Я первый раз вижу того, у кого это на самом деле получается…»

Такие невинные мысли всё ещё появлялись в голове у Микадо, но в следующий момент один лишь первобытный ужас вступил во владение телом подростка.

Хейвадзима Шизуо – человек, о котором упоминал Масаоми, которого ни в коем случае нельзя делать своим врагом. Тогда, после этих слов, он ещё добавил: “Хотя, в отличие от цветных банд и Босодзоку, этого парня всё ещё можно назвать обычным членом нашего общества”. Однако Микадо был уверен, что если и существовал кто-то, кто в общении с людьми опирался на насилие, то это определённо этот парень.

Это не трудно понять. Любой человек, живущий в Японии, увидев кого-то вроде него, старался бы держаться  подальше от этого парня. Это больше, чем если бы человек просто выглядел устрашающе. Ещё труднее решить, как взаимодействовать с человеком, само появление которого сложно заметить.

- Ты действительно проблематичен, Шизу-тян. Всё ещё злишься, что я повесил на тебя то дельце?

- Нет, не злюсь. Я просто хочу выбить из тебя всё дерьмо.

- Ох, у меня сейчас проблемы… Так что просто отпусти меня.

Несмотря на просьбу о пощаде, Изая вытащил из рукава свой нож.

- Столкнувшись с грубостью Шизу-тян… мне трудно с тобой общаться, потому что ты не слушаешь ни логики, ни разума.

- Ах… - вздохнула Анри при виде серебряного блеска лезвия ножа. Микадо, ощутив её страх, начал дико жестикулировать, пытаясь сказать “Давай убираться отсюда!”.

Девушка, прижимаясь к стене, безумно кивнула, и, крепко обняв свою сумку, сорвалась с места. Микадо бежал за ней, пока они не добрались до главной дороги. Там он обернулся назад посмотреть.

Сделав это, он услышал только бешеные вопли Шизуо, доносящиеся из покинутого ими переулка, и увидел толпу, притянутую переполохом и собравшуюся там.

Затем, огромный человек по имени Саймон, стоявший не более чем в двух метрах, протянул руки, чтобы раздвинуть толпу, и шагнул в переулок. После этого у Микадо не хватило духу смотреть дальше.

Сейчас, необычайно мощный страх циркулировал в его груди. В этом новом месте, где столкнулись обыкновенное и необычное, как именно можно было назвать произошедший инцидент? По крайней мере, он точно знал, что не должен в это вмешиваться.

В то же время, Микадо полностью осознал, что значит “человек, которого нельзя делать своим врагом”.

«Обычный человек, вроде него, уже такой жуткий. Тогда что на счёт триад и китайской мафии?»

Весь тот насильственный материал, который он видел в сети… Микадо всегда думал, что он преувеличен. Но испытав всё на себе, он понял, что это действительно страшно.

Пока Микадо думал обо всём этом, он почувствовал, что они, вероятно, убежали уже достаточно далеко, и крикнул Анри:

- Эй, подожди… стой… я не могу… дышать…

Он влаживал все свои силы, но, что печально, не мог бежать быстрее, чем Анри.

И этот факт вошёл в юношескую реальность Рюгаминэ Микадо.

♂♀

- Ты в порядке?

Микадо привёл Анри в ближайшее кафе, надеясь, что это поможет ей немного успокоиться.

Усевшись за столик, он заказал два мороженого, но позже понял, что это выглядело скорее по-детски, и пожалел об этом.

- Эм… спасибо… за то, что спас меня.

- А, не за что на самом деле! И кроме того, человеком, который тебя действительно спас, был тот парень – Изая!

- Но…

«А-а-а-а, что мне сказать? Если бы только Масаоми был здесь…»

Хотя он сильно нервничал, было бы довольно странно, если бы он ничего не говорил. Поэтому Микадо открыл рот, чтобы начать разговор:

- Эти девушки были из твоей средней школы?

Анри кивнула в ответ на его вопрос.

- Понятно… значит, эти девчонки всегда доставали тебя в средней школе, но там была эта удивительная девушка по имени Мика, которая защищала тебя. А теперь, когда Мики нет, они вернулись, чтобы снова тебя преследовать?

Выслушав предположения Микадо, Анри на мгновение замерла:

- Откуда… откуда ты всё это узнал?!

- А… не волнуйся, я просто предположил, основываясь на том, о чём вы там говорили… но это не важно. Эта девушка – Мика, это та самая Харима Мика из нашего класса?

Слушая вопрос Микадо, самообладание Анри к ней вернулось, и она начала объяснять:

- М-м… да, это Харима Мика. Харима-сан отсутствовала эти несколько дней, не так ли? Ну, это потому, что она не была дома со дня перед вступительной церемонией.

- … Почему?

Разве полиция не должна этим заняться? Глаза Микадо расширились, пока он думал. Анри, казалось, догадалась о его мыслях, и мягко покачала головой:

- Если точнее, она не совсем пропала. Потому что Харима-сан всегда оставляла сообщения для меня и своей семьи, в которых писала что-то, типа “Я уехала, чтобы залечить своё разбитое сердце. Не волнуйтесь обо мне”. Или же что-нибудь с описанием поезда, на котором ехала…

- Разбитое сердце? С ней что-то случилось?

- Это…

Вопрос Микадо только заставил Анри нервно заёрзать.

Так или иначе, она неуверенно опустила голову.

- Не волнуйся, я никому не скажу. Единственный человек, которому я мог бы рассказать, сейчас занят, пытаясь закрутить с женщиной, имеющей детей.

Микадо только что сказал, что будет молчать, но потом повернул всё так, словно позже он сможет преспокойно об этом болтать. Но Анри не почувствовала ничего противоречивого в его словах, и, немного подумав, предупредила:

 - Только пообещай мне, что не будешь слишком потрясён, если скажу…

 - После всего, что я сегодня увидел, не думаю, что что-то сможет удивить меня больше.

Микадо ярко улыбнулся, чтобы она успокоилась. Пока он дружил с Масаоми в начальной школе, он развил талант утешать людей.

Возможно, улыбка Микадо действительно её успокоила, но она просто взяла, и выпалила всю правду:

- Харима-сан – сталкер.

Пф-ф!

Устойчивая улыбка Микадо осталась, но подтаявшее мороженое вылетело из его рта.

Выслушав всю историю, Микадо попытался вернуть самообладание и перестроить мысли.

- Понятно… значит Харима-сан преследовала… эм, я хотел сказать ухаживала за главой комитета по благосостоянию – Ягири-куном, он ей отказал, и она уехала, чтобы залечить своё разбитое сердце?

Из того, что сказала Анри, можно предположить, что Харима Мика делала эти странные вещи ещё с начала средней школы. Влюбившись с первого взгляда, она взламывала замок на двери объекта своей любви, и проникала в его дом. Или узнавала куда он идёт, когда вышел, и нежданно заявлялась к нему со словами “Спасибо что пригласил!”. Она, очевидно, изменяла реальные факты в своей голове.

Несмотря на такие поступки, она получала хорошие оценки, и была из богатой семьи. Поступив в академию Райра, она сняла квартиру, чтобы жить одной, и арендная плата составляла более чем сто тысяч йен. При академии было студенческое общежитие, но оно находилось довольно далеко от школы, поэтому многие студенты остались в своих домах. Некоторые, несмотря на свой молодой возраст, решили жить сами по себе. Микадо служил этому хорошим примером. И Анри тоже сняла дешёвую квартиру недалеко от школы.

«Харима-сан определённо смутьянка».

И после встречи с Сейджи, она решила, что нашла родственную душу. Затем, она появлялась в его доме каждый день. Но в день вступительной церемонии, она не появилась в школе. По словам Сейджи, он решительно отверг её домогательства, и даже угрожал вызвать полицию. После этого, Мика прекратила преследование.

Микадо, слушавшего рассказ Анри, периодически прошибал холодный пот. Из её слов выходило, что Мика сидела между ним и Сейджи во время вступительных экзаменов. Микадо думал, что по какому-нибудь странному повороту событий “незваная гостья” могла бы появиться у него самого, и он втайне радовался, что не он спас эту девушку. Но с другой стороны, даже если бы он и захотел её спасти, всё равно бы не смог.

Микадо собрался с мыслями, подумав, что никто не знает наверняка, как он поступил бы, и сделал Анри искреннее предложение:

- Думаю, тебе надо ей позвонить.

- Я не могу до неё дозвониться... Наверное, она выключила телефон сразу после отправки сообщения… и когда я отправила ей смс с вопросом, почему она не включает телефон, она ответила, что если услышит знакомый голос, захочет домой…

- Понятно… э-э… думаю, сначала нужно проанализировать ситуацию. Нет, всё-таки для её же безопасности, мы должны послать ей сообщение с намёком на то, что если она не включит телефон, мы позвоним в полицию или ещё что-нибудь такое. Что думаешь?

Микадо начал придумывать много идей, но все они казались хромыми и нецелесообразными. Так пролетели несколько часов.

- Итак, вы с Харимой-сан были лучшими друзьями?

- … Думаю, да, но точно не знаю… мы всегда были вместе. Я многое делаю неправильно, плохо лажу с людьми, но Харима-сан помогала мне, и всегда была рядом…

Услышав ответ Анри, Микадо подумал, что их отношения не так просты. Он читал о таких ситуациях раньше, когда блуждал по просторам Интернета. И в отношении темноты, скрывающейся за такими вещами, было удивительное множество подробных описаний.

- И, хотя такая как Харима-сан могла выбрать школу получше, она всё же выбрала ту же, что и я… Я чувствовала себя действительно плохо…

«Скорей всего, это потому, что она не хотела терять выгоду наличия такого удобного лакея, как ты».

Микадо пришлось проглотить эти слова, которые стояли комом в горле. В глубине души, он был доволен, что здесь нет Масаоми. Тот бы просто всё ей высказал.

«Но, возможно, будет лучше, если я ей скажу?»

Задумавшись об этом, Микадо начал бороться со своей совестью. Наблюдая за ним, подсознательно прячущим глаза, рот Анри изогнулся в улыбке:

- Всё хорошо, я знаю.

Будучи раскрытым, Микадо отчаянно спросил:

- З-знаешь что?

- Я знаю, что она просто использовала меня, чтобы выглядеть лучше. Так же, как я использовала её. Я думала, что жизнь возле неё будет легче, что не могу жить без этой зависимости. Единственная причина, по которой я решила стать старостой класса, в том, что Харима-сан хотела им стать, и я решила сделать это вместо неё, прежде чем она вернётся.

Слова Анри прояснили все сомнения Микадо. Так что в тот момент, в классе, когда она повернулась в его сторону, она действительно смотрела не на кого-то, а на свободный стол Мики. А там сидел Масаоми.

Пока Микадо всё это осознавал, Анри продолжала высказывать свои мысли:

- Но в основном, это для собственного удовольствия. Я подумала, что если стану представителем класса, то смогу превзойти её… я ужасна, правда?

Микадо, не дав ей договорить, выдал своё ледяное замечание:

- На мой взгляд, ужасно всё это рассказывать людям.

- …

- Звучит так, словно ты пытаешься заставить кого-то простить тебя. На мой взгляд, это хорошо, что ты хочешь превзойти Хариму-сан, так что тебе нужно держать голову выше и быть более уверенной в себе.

Выложив всё, что было у него на уме, Микадо тут же об этом пожалел. Он чувствовал, что сказал слишком много. Возможно, это потому, что они нашли общий язык, но по мере их разговора, он всё больше напрягался, и таким образом не смог сдержаться и излил все мысли, которые обычно держал в себе.

Он боялся, что Анри рассердится, поэтому опустил голову и нервно на неё взглянул. Но она не казалась сердитой или расстроенной.

- Ты прав… спасибо.

Увидев её слегка растерянную улыбку, Микадо серьёзно задумался:

«Принижать такого человека до роли лакея… как же красива эта Харима?»

Конечно, она совсем не проста, потому что использовала в своих интересах такую личность, как Анри.

Микадо не мог не удивляться.

- Это… большое спасибо за сегодня.

Когда они расходились, Анри несколько раз склонила голову и поблагодарила его. Микадо предложил заплатить по счёту за них обоих, но Анри отказалась, и каждый заплатил за себя. Потоки тёмных теней склонялись к 60-этажной улице, окутывая небо над ними тёмно-синим цветом.

- Без проблем, не волнуйся об этом. Хоть сегодня мы разговаривали впервые, мы ведь старосты класса, так что, я надеюсь, мы сработаемся.

После того, как Микадо договорил, нежная улыбка появилась на лице Анри, и она кивнула:

- Вообще-то, я давно о тебе знала, Рюгаминэ-кун.

- А?

- Когда я подавала заявление о поступлении, на столе в приёмной лежал перечень студентов. Я увидела в нём твоё имя, и подумала, что оно классное… а потом кто-то пришёл и отметил его…

Что за странный поворот событий? Нехорошее предчувствие повисло в груди у Микадо, и он постарался непринуждённо спросить:

- Правда?

- И… сегодня, этот человек спас меня…

- Подо… подожди минутку.

Микадо запнулся. Разве это не похоже на то, что произошло между Харимой Микой и Ягири Сейджи? У девушки перед ним на лице появилась непонятная улыбка.

«А? Не может быть! Это плохо… я не хочу иметь сталкера… хотя, думаю, всё нормально, ведь она такая милая. Нет, стойте, как это может быть нормальным? Что если она кинется на меня с ножом?! Она же может поджечь мой дом или взять моих родителей в заложники… Хотя она вроде хороший человек, поэтому всё нормально, правда? Стоп, стоп, нет, сталкеры не могут быть хорошими людьми… ну, не то, чтобы это было вообще невозможно…»

Обдумывая это в своём мозгу снова и снова в течение нескольких секунд, Микадо всё ещё не знал, что сказать стоящей перед ним однокласснице.

Увидев напряжение на его лице, Анри улыбнулась:

- Я пошутила!

- Э…

- Не волнуйся, я не сталкер. Если бы кто-то, вроде меня, следовал за тобой, это причиняло бы одни лишь неприятности.

Когда он понял, что Анри просто дразнит его, Микадо начал терзаться чувством вины, которое значительно превышало обычное смущение.

- … Извини.

- А? Ах, всё нормально! Это же я дразнила тебя, так что тебе не за что просить прощения!

Анри и не думала, что Микадо перед ней извиниться, и выглядела она очень встревоженной под этими своими очками.

Микадо растерялся, не зная, что же теперь делать, поэтому смог выдавить только:

- Тогда, увидимся завтра, да?

- Эм-м, надеюсь, что мы хорошо сработаемся с завтрашнего дня.

«Сонохара-сан иногда может быть довольно коварной… но она хороший человек».

Разойдясь с ней в разные стороны, Микадо размышлял об этом по пути домой.

Значит она не такая таинственная, как он раньше думал, а просто не умеет общаться с людьми.

«Масаоми и я вполне можем стать такими, как они, если я не буду осторожен. Потому что только при помощи Масаоми мне удалось приехать в этот новый мир».

Микадо энергично покачал головой и сказал себе, что не должен так думать.

Затем, он подумал о Хариме-сан, отвергнутой человеком, который ей нравился, и пробормотал про себя:

- Похоже, бросили её довольно жестоко. Если это так, возможно, она не такой уж сумасшедший сталкер…

Но, основываясь на словах Анри, она взломала замок в квартире парня, который ей просто нравился, и сделала это ещё в средней школе. Неужели кто-то, настолько влюблённый, откажется от своей “родственной души” только из-за угрозы вызвать полицию?

Когда он понял, что становится серьёзно озабоченным девочкой сталкером, которую никогда раньше даже не видел, Микадо поднял голову и глубоко вздохнул.

«Ух. Хоть я и с нетерпением жду необычных событий, с чем-то таким связываться не хочется».

Микадо, впавший в небольшой приступ депрессии, решил найти способ поднять своё настроение. Поэтому он надумал зайти в магазин сотни йен, перед тем, как идти домой.

А затем он услышал звук, не имеющий ничего общего с логикой и реальностью.

Это был гул мотора, который звучал как рёв животного. Этот низкий прерывистый рёв сегодня казался особенно нетерпеливым.

- Это чёрный мотоцикл!

Он не думал, что может услышать звук его двигателя даже около этой маленькой станции. Микадо не мог удержаться от любопытства. Бездумно, он побежал в сторону звука.

Судя по громкости звука, Микадо надо было пересечь ещё один поворот, и он сможет всё увидеть. Неспособный подавить собственные эмоции, он резко свернул в переулок.

И на этом, Микадо начал разыгрывать финальную сцену из старой манги.

♂♀

- … Стоп, стоп, так ты говоришь, что красивая девушка столкнулась с тобой на углу, за ней гнался плохой парень на мотоцикле и ты её спас, она даже потеряла память и теперь ты ждешь, что я поверю в эту твою мечту, которую и мечтой то назвать нельзя?

- Но это правда!

- Кое-что не сходится… почему она врезалась в тебя, а не в меня?

Микадо и Масаоми серьёзно это обсуждали в комнате, размером едва ли трёх квадратных метров.

Это была квартира Микадо, и из электроприборов тут были только персональный компьютер со встроенными телевизором и радио, и электрическая плита для риса.

Помещение, арендованное Микадо было довольно дешёвым. Самой дешёвой конечно была комната по соседству, всего в полтора метра. Но она была уже занята, и Микадо ничего не оставалось, кроме как арендовать эту, чуть более дорогую. Человек, живущий по соседству, был фотографом, поэтому он всегда спешил на разные интервью и не был дома большую часть времени.

Сначала Микадо думал, что если сосед в основном отсутствовал, то он должен отдать ему ту квартирку. Но теперь он понял, что его комната, в чуть более двух квадратных метров, была совсем крошечной. Слава богу, что он не получил ту, в полтора. А столкнувшись с такой ситуацией, Микадо был этому особенно благодарен.

В отличие от Микадо, который был в смятении из-за этой “ситуации”, Масаоми спокойно сказал:

- Было бы лучше, если бы это произошло когда вы опаздывали в школу утром. И было бы marvellous[22], будь она студенткой по обмену. А если бы она была принцессой какой-нибудь страны или возлюбленной твоего детства, это было бы вообще perfect[23]!

Микадо не понимал, о чём говорит Масаоми, поэтому он, взявшись за подбородок, погрузился в глубокие мысли.

«Мне очень нравятся необычные вещи, но если им удаётся перерасти в такую ситуацию, то, возможно, я просто сплю».

Точнее, он хотел, чтобы всё это оказалось сном.

Масаоми же продолжал нести околесицу задумавшемуся Микадо:

- Ты заметил, что всё, что я только что сказал, звучало довольно саркастично?

- Думаю, ещё хуже, если тебе нужно на это указывать.

Микадо, размышляя о словах, сказанных некоторое время назад, посмотрел на девушку, лежащую перед ними. Хотя он не был уверен в её возрасте, Микадо предполагал, что она, вероятно, немного старше его.

Она мирно спала. Одетая в простую пижаму, она выглядела сбежавшей из больницы, или что-то типа того. В тот раз, когда Микадо с ней столкнулся, она произнесла: “Помоги мне!”. Находясь в смятении, дезориентированный, он увидел чёрный мотоцикл, направляющийся прямо на них.

А что произошло после этого, Микадо было не совсем понятно. Он смутно помнил, как схватил девушку и безумно рванул на станцию. Они спустились в подземный переход, а когда показалось, что мотоцикл перестал их преследовать, вышли из другого выхода и побежали к квартире Микадо. Но…

- Мало того, что она потеряла память, она ещё и запрещает мне звонить в полицию… Я на самом деле не знаю, что делать.

- Ну… давай просто сделаем, что сможем. – Закончил Масаоми.

Он посмотрел на спящую девушку и сказал:

- Эй, а она действительно великолепна. Она не похожа на японку, хотя… о да, она и правда из Японии?

- Ну, она может говорить по-японски…

Двое парней решили подождать до завтра, а там посмотреть, что они могут сделать со всем этим. То, что надо было сделать – это позвонить в полицию, хоть и против её воли. Но Микадо не хотел этого делать.

Это немного старомодно, но этот поступок был бы слишком правоверный для манги или фильма. Микадо считал, что всё это – то самое необычное, которого он так ждал.

Единственное, что беспокоило Микадо, это вероятность того, что Чёрный мотоциклист мог его запомнить. Он был так занят, мчась домой, что даже не подумал о том, почему Чёрный мотоциклист так стремился угнаться за девушкой. Что, если ему придётся прожить остаток своей жизни, имея врага в лице находящейся вне реальности “городской легенды” – Чёрного мотоциклиста?

Устав от мирской нормальности, хотят перемен. Это, вероятно, и являлось причиной утаивать эту девушку, чьё происхождение всё ещё оставалось загадкой.

Но, если он хочет оставить “нормальность”, то может подвергнуть себя опасности.

«Опасность, с которой я столкнулся сейчас, это Чёрный мотоциклист?»

Проводив Масаоми, он всё ежё дрожал от таких мыслей.

И было кое-что, что Микадо скрыл от своего друга.

У девушки была повязка вокруг шеи. Сначала казалось, что там ничего нет, но, отведя её домой и рассмотрев поближе, он подумал, что это слишком заметно. И, прежде чем приехал Масаоми, он наложил эту повязку.

У неё был шрам от операции, окружавший всю шею.

Словно её голову отпилили, а затем пришили обратно.

Давайте вернёмся в недалёкое прошлое.

В то время, когда Микадо и Анри шли в кафе, одна из “шахматных фигур” начала своё движение по улицам.

Фармацевтика Ягири. Исследовательский центр. 

В конференц-зале шестого научно-исследовательского центра послышался звук сильного удара.

- Говоришь, она убежала… объяснись!

Кулак Ягири Намие врезался в стол, опрокинув кружку с кофе. Напиток тут же начал растекаться по поверхности стола. Свежесваренный кофе оставлял ожоги на руках Намие, но она даже не вздрогнула, и только её кулак дрожал от ярости и тревоги.

- Если полиция узнает об “этом”, нам конец!

Она обвела пламенным и беспокойным взглядом своих подчинённых.

- Значит, она только притворялась хорошей. А на самом деле, всё это время просто искала возможность для побега…

Она крепко закусила губу, пытаясь подавить свой гнев, в результате чего губы окрасились в красный цвет - более тёмный, чем её помада.

- … Забудь, направь всех свободных людей на её поиски. И не нужно сейчас сдерживаться, просто сделайте всё, чтобы её найти. Если возникнут проблемы, сами о них позаботитесь.

- Нужно ли избегать ранения цели? – спокойно спросил один из подчинённых, стоящий рядом с Намие.

Немного подумав, она ответила чистым и ясным голосом:

- Жаль… но раз уж до этого дошло, меня не волнует, если она умрёт. Просто верни её сюда.

♂♀

Взглянув на вертикальное здание исследовательского центра своей сестры, Ягири Сейджи глубоко вздохнул.

«А, так это любовь… любовь заставляет терять контроль».

Пять лет назад, Сейджи впервые встретил “её”. Будучи только десятилетним ребёнком, под “руководством” своей сестры, он был посвящён в дядину “тайну”.

“Она” находилась в стеклянной банке, и выглядела как нечто из тех сказок, которые ему в детстве читали. Словно спящая красавица, в мечтах тоскующая о своём принце. Пусть она и была головой, Сейджи не чувствовал к ней ни малейшего страха или отвращения. Вместо этого, он был полностью околдован её изящным очарованием.

Поскольку Сейджи рос с каждым днём, он начал развивать чувство сознательности. Но эта, так называемая сознательность, полностью определялась “ею”, и его психика постепенно подчинялась мыслям о “ней”.

Однако голова не имела никаких порабощающих намерений, и не испускала в воздух какие-нибудь странные электромагнитные волны или феромоны. Просто она была живая. Юноша - Ягири Сейджи, всего лишь делал всё, что хотел, и, в конце концов, по уши в неё влюбился.

Точно так же, как Ягири Намие гналась за любовью своего брата, её брат искал любви тихой и молчаливой головы.

Именно любовь спровоцировала все его действия.

Когда сестра забрала “её” для исследований, Сейджи подумал: «Я должен позволить ей покинуть эту стеклянную банку. Я собираюсь освободить её. Хочу, чтобы у неё был весь мир».

Сейджи полагал, что это было “её” желанием, и затем, однажды, появилась долгожданная возможность. Он украл карту безопасности своей сестры, ознакомился с маршрутом патрулирования охранников и позаботился о них с помощью электрошока. Сейджи не верил в то, что он делает что-то неправильное. В своём сердце, он только хотел увидеть радость на “её” лице.

Но, даже когда он успешно вынес “её” оттуда, “она” всё ещё не открывала глаз.

Голова не отвечала ему взаимностью. Но, по мнению Сейджи, это происходило потому что его любовь недостаточно сильна. Он твердил это самому себе, и свято верил в то, что его односторонняя любовь к ней сможет связать их вместе навечно.

«Любовь находят и теряют. Но как можно оставить кого-то, вроде неё?»

Когда он заметил, что его мысли всё больше смахивают на дешевый роман, написанный школьником, Сейджи решительно зашагал в сторону исследовательского центра.

«Сестра сказала оставить всё ей… но как я могу позволить своей “девушке” быть одной? И более того, даже если это было ради исследований, ей, возможно, вскрывали и рассматривали мозг… бедняжка».

Сейджи ворчал об этом, не понимая весь фокус сложившейся ситуации. Он вышел на дорогу, ведущую ко входу в исследовательский центр.

«Знал бы раньше, не дал бы её сестре. Я бы возразил. Я должен сказать сестре и дяде, насколько сильно мы любим друг друга, и когда-нибудь они это поймут. А если не поймут, я просто сбегу вместе с ней».

Его позиция была весьма сомнительной, как если бы аристократ влюбился в бедную девушку. Для всех, кто его знал, он казался обычным старшеклассником, живущим своей жизнью. Но если бы они узнали, что его девушкой была голова, погрузившаяся в глубокий сон, они немедленно решили бы, что его поведение бросалось в глаза как довольно необычное.

И, что страшнее, вплоть до сегодняшнего дня, мысли типа “Харима Мика” полностью стёрлись из головы Сейджи. Он убил её, но уже совершенно забыл, как она выглядит, или как звучит её голос. Для него, всё, что он сделал, это избавился от препятствия на пути его любви. Как может парень, живущий ради любви, помнить о каждом устранённом препятствии?

«Всё, что мне нужно сделать, это снова украсть карту сестры и ворваться в научно-исследовательский центр».

Пока Сейджи обдумывал эти опасные вещи, фургон одной компании по очистке выехал из исследовательского центра.

Но Сейджи знал, что они не были сотрудниками компании по очистке. На самом деле они являлись “подчинёнными” научно-исследовательского центра, группа “похищающих” парней. Людей, которых они похищали, использовали в качестве подопытных в незаконных экспериментах.

И ещё Сейджи знал, что центр нанимал этих подчинённых похищать людей, чтобы проводить исследования над “ней”. После похищения, они экспериментировали на них с её клетками, ДНК, телесной жидкостью. Почему они должны делать все эти экстремальные вещи, которые продолжали разноситься слухами по городу, только из-за самого существования “головы”? Сначала, Сейджи ничего не понимал, но потом он предположил, что это, вероятно, из-за давления компании “Небула”, которая пыталась поглотить Фармацевтику Ягири.

Хоть это и называлось экспериментами над людьми, жестоких действий или убийств там не было. Подопытным лишь вводили дозу анестетиков и поддерживали объект в состоянии искусственной смерти, после чего проводили на нём различные эксперименты для сбора данных. А затем, сделав всё необходимое, бросали объект в парке. Целями похищений были строго те люди, исчезновения которых никто не заметит, даже если они пропадут без вести. К счастью, у нелегалов не было защиты преступного мира или триад. Но ходили слухи, что некоторые из “подчинённых” других подчинённых для достижения своих целей похитили нескольких сбежавших из дома девушек, и торговали ими.

«Они действительно безнравственные ублюдки. На сколько они оценивают человеческую жизнь?»

Сейджи, казалось, забыл о том, что сделал, и с негодованием взглянул на отъезжающий фургон. Затем он увидел, как кто-то карабкается по задней части фургона.

У отчаянно цепляющегося за машину человека был шрам вокруг шеи…

А выше шеи находилась его возлюбленная – дорогая подруга.

♂♀

По главной дороге перед вокзалом беззвучно проехал мотоцикл без фар.

Он ускорился, проезжая мимо отделения полиции, но находящиеся внутри сотрудники не заметили мотоцикл, не издающий ни звука. И даже на улице только несколько человек его увидели и оглянулись, посчитав странным факт отсутствия урчания мотора. Мотоцикл миновал станцию и ускорился, сохраняя дистанцию и без каких-либо препятствий. Его владелица была полностью сосредоточена на одном – не допустить того, чтобы её лошадь без фар стала причиной дорожно-транспортного происшествия. Поэтому, собираясь ускориться, она убедилась, что “двигатель ревел”, предупреждая всех вокруг о её присутствии.

Звериный рёв безголовой лошади – Коист Бодхар, был действительно пугающим, и даже сейчас, в форме мотоцикла, он всё ещё оставался таковым. Но иногда встречались странные люди, которым он нравился, и они группировались вместе, чтобы поглазеть на неё. Даллахан всё ещё было немного неудобно от того факта, что в этом месте столько странных людей. Но с течением лет, она в конечном счёте привыкла свободно перемещаться в этом городе. Незаметно для неё, это сделало её живой “городской легендой”.

Когда у неё не было работы, Селти просто бродила по улицам, как сейчас, в поисках своей головы. Хоть это и было невозможно – найти голову, просто случайно появляясь на улицах. Поэтому, на самом деле она только бессмысленно кружила по городу. Селти очень хорошо это понимала, но просто не могла сидеть, сложа руки, поэтому и бродила по улицам, как сейчас.

После приезда в Японию, сильней всего её удивило то, что она больше не могла чувствовать около себя присутствие демонов, духов и тому подобного. Когда она прогуливалась в парке или у выхода к 60-Стори Стрит, она время от времени ощущала присутствие “чего-то” в деревьях, растущих на обочине, но никогда не встречала ничего такого в физической форме. На своей родине – в Ирландии, она могла ощущать много этих “приятелей”. Попав в такую, как сейчас, ситуацию, она должна была бы обратиться к своему сородичу даллахан за помощью в поисках головы. Но сейчас это было бесполезно. Иммиграционные проверки теперь были намного более строгие, чем двадцать лет назад, и чрезвычайно трудно было бы проникнуть за границу. Сейчас, уехать из Японии без головы невозможно.

Так или иначе, она больше не чувствовала в окружающей среде никаких “сверхъестественных явлений”.

«Это то, что называют человеческим миром? Интересно, в Нью-Йорке и Париже так же? Возможно, в следующий раз мне придётся съездить к лесам в Хатиодзи… нет, может просто поискать в Хоккайдо или Окинаве…»

Хоть она и думала так, но безголовый человек, вроде неё, не сможет пойти куда угодно, тем более без сопровождающего её Шинры. Мест, где люди не относились бы с подозрением к человеку, постоянно носящему шлем, было мучительно мало.

Более того, даже если она захочет покинуть Токио, сначала ей надо будет найти свою голову. Что, если она куда-то уедет, а потом вернётся и обнаружит, что ощущение присутствия её головы исчезло. Это как ставить телегу перед лошадью.

Использовав карту для установления области, в которой она могла чувствовать присутствие головы, она обнаружила, что главным образом зона поиска базировалась в Икебукуро. Но, поскольку возможности изучить этот район более подробно не было, она могла только шаг за шагом его обыскивать.

Во время своих поисков, лучшее, что она могла сделать – это разъезжать кругом на мотоцикле, как сейчас. Находя что-нибудь подозрительное, она искала материал об этом в Интернете. Получив больше информации, она просили Шинру или Изаю проверить её.

И, что очевидно, за все эти двадцать лет, которые она здесь провела, достоверных сведений она так и не нашла.

В глубине души, Селти понимала, что сегодняшний день скорей всего будет таким же бесплодным. Тогда она вспомнила о тех словах Шинры:

“Брось это”.

Однако она просто не могла этого сделать. На самом деле, она была довольна своей теперешней жизнью, но, чтобы подавить те корчащиеся чувства внутри неё, чтобы действительно достигнуть душевного спокойствия, она должна была вернуть голову.

Светофор показал красный, и мотоцикл бесшумно остановился. И тут она услышала, что кто-то её позвал:

- О, это ты, Селти.

Селти переключила своё внимание и зрение в направлении голоса, где стоял человек в костюме бармена.

Это был мужчина, которого Шинра окрестил как “Самая Нелепо Названная Личность” – Хейвадзима Шизуо[24].

- Составишь мне компанию ненадолго?

Селти провела двадцать лет в Икебукуро, и знала Шизуо уже довольно давно. Конечно, он понятия не имел о её истинной сущности, и даже её пола не знал, но его это особо и не волновало. Как только вспыхнул зелёный свет, Селти свернула налево – в переулок, и припарковалась.

Рубашка Шизуо в нескольких местах была исполосована ножом, как будто он только что с кем-то подрался.

К сожалению, единственным человеком, который мог оставить столько ножевых отметин на его рубашке, был Орихара Изая. И позже Шизуо подтвердил этот факт:

- Этот ублюдок Изая снова показался в Икебукуро… я почти его уделал, но вмешался Саймон.

Судя по тому, как он с ней разговаривал, можно было ошибочно предположить, что этот человек был верен своему имени, и жил нормальной жизнью. Но это только потому, что Селти не могла говорить.

Шизуо всегда злился в ответ на самые примитивные вопросы. Он легко раздражался от того, что говорили другие, а иногда даже приходил в ярость. Чем больше его путали словами, тем более неблагоразумным он становился. Селти видела однажды, как Шизуо разговаривает с Шинрой. Это было похоже на динамитную шашку на грани взрыва.

Шизуо больше всего ненавидел людей каверзного типа, и его отношения с Орихара Изаей всегда были как у кошки с собакой. Точно так же и Изае не нравились люди, не прислушивающиеся к голосу разума, поэтому они были в состоянии взаимной неприязни.

До переезда Изаи в Синдзюки, эти двое ежедневно устраивали драки на 60-Стори Стрит. Но Саймон всегда их разнимал и тянул в магазин суши, в котором работал, и где заставлял их мириться.

И, непосредственно перед самым переездом в Синдзюки, Изая натворил неприятностей и повесил всё на Шизуо, как прощальный подарок. Очевидно, Изая не допускал промахов, которые могли бы привести полицию к нему.

И с тех пор, соперничество между ними стало таким, в котором нет места для компромисса, и если один из них появлялся на территории другого, столкновение было неизбежно. Но их стычки, как правило, ограничивались только драками, и ничего слишком экстремального, особенно с любезного посредничества Изаи, не случалось. Это просто…

- Я не такой, как Кадота, Юмасаки и остальные. Я всегда один, независимо от того, что делаю. Думаю, Изая такой же. У этого ублюдка, вероятно, нет никого, кого он может назвать другом. Но не то, чтобы я хотел быть всё время один. Вообще-то, я действительно хочу общаться с людьми, даже если это всего лишь формальность или что-то ещё.

В то время как Шизуо продолжал ворчать, Селти, которая просто покачивала шлемом, внезапно энергично кивнула.

Бармен в тёмных очках и “тень” в шлеме. В глазах постороннего эта пара показалась бы довольно странной. Но люди на улицах, просто посмотрев на них, проходили мимо, не выказывая никакого особого интереса.

Похоже, Шизуо немного выпил, наверное в суши-баре у Саймона.

Селти подумала, что будет некрасиво оставить его сейчас одного, и решила послушать его ворчание. Тогда, Шизуо внезапно спросил:

- Но… эта блоха, Изая. С чего это он вдруг решил сюда наведаться?

Селти знала ответ. Причиной появления Изаи в Икебукуро являлось его ненормальное хобби. Но, даже зная об этом, у Селти возникал собственный вопрос.

«Всё произошедшее вчера и сегодня было довольно странным».

Информационный посредник из Синдзюки не мог целый день ничего не делать. Он даже был готов рискнуть встретиться с Шизуо. Вероятно, у него был другой мотив.

«Это мне напомнило…  думаю, я видела этого ублюдка, разговаривающего с каким-то мальчишкой из Райры…»

Внезапно Шизуо оборвал себя на полуслове и повернулся, чтобы посмотреть на возникшее в толпе волнение.

- Что происходит?

Услышав вопрос Шизуо, Селти обратила своё внимание в ту сторону. Несколько шедших по улице человек пристально за кем-то наблюдали. И объектом их любопытства была девочка.

На главной дороге прямо перед ними находилась девочка в пижаме. На вид ей было чуть больше десяти, и она, покачиваясь, шла по скрытой сумраком улице.

Выглядела она как раненая, только что сбежавшая из тяжёлого заключения.

В её нынешнем положении, Селти не хотела привлекать к себе слишком много внимания. Но она волновалась о том, что человеческая жизнь может быть под угрозой, поэтому решила временно отодвинуть свои принципы в сторонку и сосредоточила внимание на состоянии девочки.

В следующий момент увиденное её полностью поразило.

Она всё ещё сохранила смутные воспоминания о лице, отражённом в озере и стёклах домов сельских жителей.

Такие же тёмные волосы, как и полночь, слегка покрывавшая её глаза. То самое, сохранившееся в её сердце лицо, находилось на шее одетой в пижаму девушки.

Эмоции Селти внезапно вспыхнули, и, казалось, они рвались наружу. Видевшему всё это Шизуо стало интересно, что же всё-таки происходит, и он направился к девушке.

Селти бросилась в сторону хромающей девочки, схватила её за руку и потянула к себе. Девушка задохнулась от дикого ужаса. Она истерически вскрикнула и попыталась отпихнуть от себя руку Селти.

- А… А-А-А-А! Не-е-е-ет! А-А-А-А-А!

Внимание прохожих остановилось на них двоих, но Селти была слишком перегружена эмоциями, чтобы волноваться ещё и об этом. Она только хотела сказать девушке, что всё, что ей нужно – это хорошенько рассмотреть её лицо. Но в такой ситуации она не могла даже вынуть свой КПК, чтобы ей это объяснить.

- Эй, успокойся. Мы не плохие люди.

Шизуо шагнул в их сторону, пытаясь помочь Селти прояснить недоразумение. Чтобы успокоить девочку, он хотел положить руку ей на плечо. Подумав…

Удар.

Мгновенно что-то пронеслось сквозь его талию. Появилось сильное чувство дискомфорта в области ниже ягодиц и вокруг бедра. В то же время он почувствовал, как смесь прохлады и теплоты просачивается сквозь его брюки.

- Э?..

Шизуо обернулся и увидел юношу в пиджаке, который, нагнувшись, вонзил что-то в его бедро.

Это была одна из тех шариковых ручек, которую можно найти и купить практически везде. При более тщательном изучении он увидел, что сумка подростка была наполовину открыта. Ручка, которой был нанесён удар, вероятно, взята оттуда.

- Э?..

- Пусти её!

Крик подростка заставил Селти развернуться, и когда она заметила произошедший между ними кровавый инцидент, почувствовала себя немного ошарашенной.

Воспользовавшись этой возможностью, девочка в пижаме дёрнулась из рук Селти и отчаянно метнулась в небольшой переулок.

Сначала Селти намеревалась погнаться за ней, но она заставила себя остановиться и повернулась к Шизуо, чьи бёдра были проткнуты двумя шариковыми ручками. Не стоит забывать про юношу в пиджаке позади него, который держал третью ручку.

Окружающие зрители начали шептаться друг с другом, а некоторые из них поспешно отступили. Были люди, которые совершенно не боялись сложившейся ситуации; некоторые делали вид, что ничего не видели и просто проходили мимо; другие даже и не замечали ничего; были и такие, которые выхватывали свои мобильные телефоны, чтобы сделать снимок. Поблизости было два отделения полиции, и все это происходило прямо между ними, на расстоянии приблизительно в триста метров от каждого.

Юноша в пиджаке, всё ещё сжимая в руке третью ручку, краем глаза взглянул на толпу, а затем посмотрел в ту сторону, куда убежала девочка в пижаме, и добавил:

- Хорошо…

Селти это показалось подозрительным, и она уже собиралась допросить его, когда Шизуо вдруг вытянул руку.

Его ладонь остановилась прямо перед её шлемом, и он улыбнулся так, словно ничего и не произошло:

- А, я в порядке. К счастью, я ещё не совсем протрезвел, поэтому мне не так уж и больно. Иди вперёд, всё нормально. Я не понимаю, что происходит, но тебе нужно идти за той девушкой, так?

Затем Шизуо хлопнул себя по щеке и сложил руки в карманы.

- Хе-хе, всегда хотел это сказать: “Иди вперёд, остальное оставь мне!”

Обычно, так говорили когда сталкивались с сильным врагом, но в данном случае более вероятно, что тем, кто может потерять свою жизнь, был этот студент. Несмотря на такие мысли, Селти решила принять помощь Шизуо. Кроме того, что если их схватит полиция? По крайней мере, Шизуо мог быть идентифицирован как жертва, тогда как она понятия не имела, каким образом себя с ними вести.

Селти, сложив вместе ладони, кивнула ему в знак благодарности. После чего уселась на свой мотоцикл и приготовилась последовать за девушкой. В это время из толпы вырывались крики вроде: “Это чёрный мотоциклист!”, “Ты серьёзно?”. И её любимый конь взревел в окутавшей землю ночи, словно с намерением запугать толпу.

- Стой!

Юноша в пиджаке попытался кинуться за ней.

- Нет, ты стой.

Шизуо схватил юношу за шиворот и поднял вверх.

- Та девушка – твоя подружка?

- Да! Она моя родственная душа! – С полной уверенностью ответил подросток – Ягири Сейджи, яростно пытаясь освободиться.

- … Почему она в таком виде?

Шизуо оставался равнодушным, желая услышать ответ.

- Я не знаю!

- Тогда как её зовут?

- Откуда мне знать!

В этот момент толпа, наблюдавшая с расстояния, почувствовала внезапный озноб. Пульсирующий нерв вдруг появился на лице бармена, которое изначально было относительно спокойным. Это заставило температуру окружающей среды упасть до нуля.

В момент, когда все зрители почувствовали внезапный холод, всё тепло в окрестностях было поглощено его яростью – вулкан Хейвадзима собирался извергаться.

- ЧТО-О-О Э-Э-ЭТО-О-О А-А-А-А!

И тело юноши полетело в воздух.

- Не может быть! – воскликнула наблюдавшая со стороны толпа.

Потому что Шизуо без малейшего колебания швырнул тело Сейджи в сторону главной дороги.

Оно врезалось в автофургон, остановившийся на красный свет. Был бы там зелёный, Сейджи, возможно, уже покинул бы этот мир. Ещё одним поразительным фактом являлось то, что расстояние, которое он пролетел, трудно было назвать небольшим. По толпе прокатился резкий вздох.

- Я спросил у тебя имя твоей любимой девушки, и ты говоришь, что не знаешь? А это не безответственно немного? А?

После того, как Сейджи врезался в тот грузовик и упал на землю, Шизуо протянул руку, и, ещё раз схватив его за рубашку, поднял напротив собственной груди.

Даже при том, что его оцепеневшее тело сильно болело, Сейджи устойчиво и бесстрашно, со звериным выражением на лице, впивался взглядом в Шизуо.

- Любовь к кому-либо… не имеет ничего общего с именем!

- А?

Глаза Шизуо сверкнули, но Сейджи не дрогнул.

- Позволь спросить, на каком основании ты утверждаешь, что девушка, чьё имя ты даже не знаешь, является твоей родственной душой?

- Потому что я люблю её! Нет никаких других причин, кроме этой! Любовь невозможно описать словами.

Сейджи высоко занёс руку, с зажатой в ней шариковой ручкой, над Шизуо, который пристально на него смотрел, и, казалось, о чём-то размышлял.

 - И я собираюсь доказать это своими действиями. Я защищу её, вот и всё!

Ручка стремительно опускалась к лицу Шизуо, но тот остановил её свободной рукой. И хотя его налитые кровью глаза были переполнены гневом, слова, слетевшие с его губ, звучали довольно мягко:

- Ты мне нравишься намного больше Изаи.

Шизуо выдернул из рук Сейджи шариковую ручку и медленно отодвинул юношу от себя.

- Поэтому я просто преподам тебе небольшой урок и отпущу.

Сказав это, он резко дёрнул Сейджи к себе, нанеся жёсткий удар по его лбу собственной головой.

После гулкого столкновения черепов, подросток упал на землю. Снова.

Шизуо оставил Сейджи там и повернулся, чтобы уйти.

- Эх, если вытащу её, пойдёт кровь… Может сначала попробовать Суперклеем? Нет, думаю, клей будет… - бормотал про себя Шизуо, идя от главной дороги к переулку. Толпа наблюдающих расступилась, все старались его избегать и отступали всё дальше. Затем, все зрители один за другим исчезали в бесконечно растущей толпе. Наконец, всё вернулось на круги своя, как будто вообще ничего не произошло, оставив позади шатающегося Сейджи и несколько отставших, которые продолжали осторожно наблюдать за ним из отдалённых углов.

- Чёрт возьми…

Терпя мучительную боль в голове, Сейджи медленно шагал дальше.

- Я должен найти её... должен спасти её...

Сейджи рванулся вперёд, и тут к нему подъехали двое полицейских.

- Вы в порядке?

- Идти можете?

Полицейские помчались сюда, как только пришло сообщение о разразившейся здесь борьбе. Но, когда они прибыли на место происшествия, обнаружили тут одного лишь Сейджи, и больше никаких свидетельств произошедшего. Ведь Шизуо так и не вытащил ручки из своих ног, и кровь только просачивалась в штаны, не попадая на землю.

- Я в порядке. Просто упал и всё.

- Мне очень жаль, но вы должны пройти с нами в участок.

- Мы просто зададим вам пару вопросов. И к тому же, вам сейчас очень опасно бродить по улицам.

Даже если два офицера действовали из лучших побуждений, у юноши не было на них времени.

Как только Сейджи начал напрягать мозги, чтобы найти способ спасти девушку, он услышал рёв чёрного мотоцикла.

Юноша стремительно поднял голову и посмотрел в том направлении, откуда шёл звук. В его глазах отразился чёрный мотоцикл, подъезжающий к подземному переходу, и она, в пижаме.

- Яма-сан, там тот мотоцикл!

- Это не наша проблема, и мы ничего не можем сделать. Оставь это дорожной полиции.

Полностью игнорируя беседу двух офицеров, Сейджи в отчаянии уставился на девушку.

Казалось, что кто-то держит её за руку и вместе ней бежит в метро. И этим человеком был…

- Рюгаминэ… Микадо?

Когда он понял, что человек, державший её за руку – староста его собственного класса, Сейджи рванул вперёд.

- А, подожди! Не двигайся!

- Эй, держи его!

Двое офицеров сдерживали отчаянно вырывающегося Сейджи. Был бы он полон сил, возможно, даже сумел бы отпихнуть их подальше от себя. Но, после того как Шизуо чуть не проломил череп юноши, силы покидали его, и тело не слушалось.

- Пустите меня! Я сказал, пустите меня! Она прямо тут! Прямо перед глазами! Пусти, пусти меня! Чёрт возьми, ну почему все мешают моей любви?! Что я сделал не так?! Что она сделала не так?! Пусти, пусти, пусти меня!..

♂♀

- Так, говоришь, твоя голова была прикреплена к другому, шедшему по улице, телу. И когда ты попыталась её схватить, вмешался какой-то старшеклассник. А как только ты начала её преследовать, появился другой старшеклассник и убежал вместе с этим телом. И ты ждёшь, что я в это поверю?

В квартире у Шинры, одетый в белое хозяин размахивал вокруг руками, усиленно жестикулируя. Не подозревая о его намеренном драматизме, Селти слабо водила пальцами по клавиатуре.

[Я не заставляю тебя мне верить.]

- Нет, я верю тебе, ведь раньше ты никогда не лгала.

Голос Шинры, доносящийся из другой комнаты, словно пытался облегчить несчастье Селти.

- Хе-хе, Конфуций сказал: есть три вида полезных друзей[25]. Так вот, ты – мой единственный полезный друг! Видеть тебя, такую прямую, искреннюю и так много знающую, в качестве партнёра по жизни будет моей самой большой гордостью.

[Кто говорил что-то о партнёрах по жизни?]

Хоть Селти и написала протест, в её действиях не было никакого отвращения к Шинре.

- Может, нужно поменять эти три полезных свойства на трудолюбие, дружелюбность и успешность?

[Слушай, когда разговариваешь со мной, хотя бы читай то, что я пишу внизу экрана.]

Селти, казалось, была раздражена, но врач продолжал нести околесицу самому себе:

- Тогда, в соответствии с твоими пожеланиями, я приложу все возможные усилия, чтобы победить в этом соревновании за совместную с тобой жизнь!

[Что там насчёт друзей?]

- Просто добавь “начавшуюся с друзей”.

У Селти не было намерения продолжать этот разговор, поэтому она слегка пожала плечами и начала планировать свои завтрашние действия:

[В любом случае, я не могу просто сдаться. Я много времени потратила, разыскивая свою голову. Судя по форме, эти старшеклассники, вероятно, студенты академии Райра. Завтра мне нужно поехать к школьным воротам и посмотреть там, может смогу найти того мальчика.]

Прочитав на экране длинную строчку, Шинра в недоумении спросил:

- И что ты будешь делать, после того как найдёшь его?

[Это нужно объяснять? Конечно же, я спрошу о своей голове.]

- А после того, как спросишь, что будешь делать?

[Что ты имеешь в виду?]

Уже начав печатать, Селти вдруг поняла, что он под этим подразумевал.

- Я имею в виду, что ты будешь делать со своей головой? Сейчас, у неё новое тело. А увидев тебя, она только закричала.

Селти не смогла ответить, и её пальцы замерли на клавиатуре.

- Похоже, что твоя голова теперь целый человек. Она даже подружилась со старшеклассником. Что ты можешь сделать с ней в такой ситуации? Или ты планируешь отделить свою голову от её нынешнего тела? Не будет ли это немного жестоко?

После некоторого периода тишины, Селти поняла, что дрожит. Всё было так, как и сказал Шинра. Как будто они с головой и вовсе не знакомы. Хотя, возможно, это потому, что Селти носила костюм мотоциклиста. Но даже в таком случае, это означало, что голова проявила индивидуальность, абсолютно отличавшуюся от её собственной “индивидуальности”.

Если она хочет вернуть назад свою голову, то должна будет отделить её от того тела. Но ведь сейчас, когда её голова получила собственное тело, она стала полноценным существом. Действительно ли Селти хочет вот так их разделить? Что если она могла бы просто убедить голову вернуться? Но, скорей всего, ничего такого она делать не будет. Кроме того, хоть у тела Селти и не было признаков старения, будет ли её голова выглядеть также? Сохранит ли она по-прежнему свою молодость, по прошествии более чем десяти лет? Даже если самостоятельно голова не старела, что изменится, если она сейчас её вернёт?

Прежде, чем делать окончательные выводы, Селти задала самый главный вопрос:

[Но почему моя голова прикреплена к чужому телу?]

- Видишь ли, кому-то вроде меня, не видевшему это собственными глазами, что-то утверждать совершенно бесполезно. Другими словами, я могу лишь догадываться. Если хочешь услышать мои предположения, буду рад тебе их рассказать.

Немного подумав, Шинра высказал своё леденящее кровь заключение:

- Возможно, ей нашли подходящего по комплекции человека, и просто присоединили к нему.

На самом деле Селти уже думала об этом раньше, но, услышав такое от кого-то ещё, погрузилась в молчание. Тогда Шинра продолжил высказывать ей, всё ещё находившейся в глубоких раздумьях, свои умозаключения:

- Или, возможно, это могло происходить даже в национальном масштабе. Это преувеличенно звучит, но, может быть, какие-нибудь секретные воинские подразделения завладели твоей головой для исследований. И, проделав над ней различные эксперименты, им удалось создать армию солдат-мертвецов. Таким образом, только за счёт использования клеток твоей головы, они смогли создать твой клон, а чтобы сохранить все воспоминания даллахан они приделали к этому клону голову. Как думаешь, это возможно?

[Ты мог бы получить за это Золотую Малину.[26]]

Селти решила игнорировать большинство предположений Шинры, заявив о том, что его сценарий способен достойно конкурировать на церемонии награждения за худший фильм. Но кое-что из всего этого было вполне реально – часть о научно-исследовательском подразделении.

- Раз ты думаешь, что клонирование это уже слишком, то ладно, может они просто нашли тело и приделали к нему голову. Или похитили живого человека и прикрепили её к нему сразу после того, как убили. Такое точно возможно. По правде говоря, всё это ерунда. Проблема заключается в том, что ты не в ладах с нынешним телом своей головы. Есть даже вероятность того, что она может управлять трупами.

[Отвратительно. Так или иначе, все эти способы уже перебор.]

- Действительно, нормальный человек на такое не способен. Но, как известно, пока есть мотив, люди пойдут на что угодно. Например, у кого-нибудь могла умереть дочь, и этот человек хотел, чтобы её тело жило вечно. Или даже такой вариант: “Я случайно кого-то убил, и чтобы это скрыть, использовал тело для исследований”.

В каком-то смысле, всё это казалось ещё более сомнительным, чем эксперименты над людьми, но Шинра продолжал беззаботно высказывать свои неприятные предположения. Слушать дальше Селти не хотела, поэтому торопливо застучала пальцами по клавиатуре:

[Несмотря ни на что, мне надо хорошенько поговорить с “головой”, прежде чем что-то решать. Всё остальное подождёт.]

Прежде чем Селти допечатала, Шинра обрушил на неё непростой вопрос:

- Ты намереваешься и дальше продолжать избегать собственных выводов?

Его тон стал чрезвычайно серьёзным, и атмосферы беззаботности больше не было.

«Я понимаю, я всё прекрасно понимаю. Раз уж дела обстоят таким образом, я могу только отпустить свою голову».

Пальцы перегруженной такими мыслями Селти начали медленно двигаться:

[Просто я не хочу это признавать. Я не хочу признавать, что все мои усилия за последние двадцать лет были напрасными.]

С болью в сердце прочитав эти строки, Шинра, который разговаривал с Селти сидя перед компьютером в гостиной, встал и вышел в соседнюю комнату. Войдя туда, он сел рядом с Селти, непосредственно перед экраном её компьютера.

- Как они могли быть напрасными? Двадцать лет, проведённые здесь, не были напрасными. Если всё, что ты делала в прошлом, может изменить будущее в лучшую сторону, то они определённо не были напрасными.

[Тогда скажи мне, что же изменилось в лучшую сторону?]

- Например, ты могла бы выйти за меня замуж, и можно будет считать, что все эти двадцать лет не были напрасной тратой времени!

Выслушав как Шинра без тени стыда говорил такие смущающие вещи, Селти оказалась неспособна мгновенно среагировать.

Если бы всё это было нормальной повседневной беседой, она бы немедленно отклонила это предложение как шутку и вообще не относилась бы к ней серьёзно. Но Селти внезапно осознала, что в последнее время Шинра был необычайно озабочен этим вопросом.

[Могу я у тебя кое-что спросить?]

- Конечно.

Сначала Селти не знала, как задать этот вопрос, но, в конце концов, решившись, бодро застучала пальцами по клавиатуре:

[Шинра, я действительно так сильно тебе нравлюсь?]

Прочитав это, тот склонил голову.

- Ты всё ещё не веришь мне? Э-эх, “когда приходит горе, глаза плачут”. Это выражение здесь более чем подходит. Я оплакиваю не твоё недоверие ко всему тому, что я для тебя сделал, а то, что ты абсолютно не обращала внимания на мою к тебе любовь!

[Но у меня нет головы.]

- Это твоя индивидуальность, и она меня привлекает. Разве мудрый человек не сказал, никогда не судить о людях по тому, как они выглядят?

[Но я не человек.]

«Независимо от того, как выразиться, я не человек. Я только монстр, похожий на человека. И после того, как мои воспоминания исчезли вместе с головой, я понятия не имею что я такое, какая у меня цель в жизни, или почему я вообще существую».

Такие сбивающие с толку эмоции и чувства, которые невозможно выразить словами… бесчисленные мысли кружились в голове и сердце Селти, но лишь несколько ничтожных слов появилось на мониторе:

[Ты не боишься меня? Как тебе может нравится то, что даже человеком не является - монстр, не подчиняющийся человеческим научным законам? Как ты можешь такое говорить?]

Скорость появления строк увеличилась. И одновременно с этим, тон Шинры тоже окреп и даже слегка поразил своей уверенностью:

- Мы двадцать лет прожили вместе, а ты всё ещё такое говоришь… меня это действительно не волнует. Пока наши сердца соединены, и чувства взаимны, остальное не имеет значения. Конечно, если ты ненавидишь меня, то мне нечего сказать… но я не верю, что мы сможем обойтись друг без друга… это ведь обычные отношения, любовь и ненависть, правда? Так что ты должна больше доверять мне.

Шинра, похоже, приходил в себя. Из-за того, что он до сих пор использовал некоторые сложные слова, казалось, что он не был так уж встревожен всем этим.

[Тебе я полностью доверяю. Но я не доверяю самой себе.]

Она должна воспользоваться тем, что Шинра ещё может выносить всё это. Подумав так, Селти решительно выплеснула ему свои проблемы:

[Я не верю в себя. Если я буду любить тебя, или даже кого-нибудь ещё, будут ли одинаковыми наши взгляды на любовь? Да, думаю, ты мне действительно нравишься. Но я всё ещё не знаю, похожи ли мои чувства к тебе на вашу человеческую любовь.]

- В молодости все испытывают такие дилеммы. И кроме того, у двоих людей не обязательно должны быть одинаковые идеалы. Моё определение “симпатии” к кому-либо явно не такое, как у Дадзай Осаму[27], и будет лучше, если так оно и останется… как бы то ни было, я осмелился признаться в своей любви к тебе, и ты сказала, что я тебе нравлюсь, поэтому не вижу здесь абсолютно никаких проблем.

Шинра, казалось, разговаривал с ней как учитель с учеником, что заставило пальцы безголовой всадницы полностью остановиться. 

- Вчера я сказал, что хочу узнать, в чём заключаются жизненные ценности даллахан. Но независимо от того, какие они, это никогда не изменит моих чувств к тебе.

Лицо Шинры говорило обо всём, а его слова не были ни неловкими, ни абстрактными.

Пальцы Селти остановились, и она молча его слушала. Задумавшись об этом на некоторое время, она набрала несколько слов:

[Дай мне немного времени хорошенько об этом подумать.]

- Хорошо, я буду ждать твоего ответа.

Шинра снова ясно улыбнулся, и Селти решила задать вопрос, который крутился у неё на уме:

[Даже если я тебе нравлюсь, я всё ещё не уверена, достаточно ли хороша для тебя. В этом мире так много разных женщин, так почему тебе нравится кто-то без головы… кто-то вроде меня, не человек? Почему?]

- Ха-ха, когда-нибудь слышала поговорку: червь не будет против, даже если спорыш горький[28]?

[Никто не говорит так о себе. Так или иначе, ты думаешь, я червь или спорыш?]

Несмотря на написанное Селти, волна неудобного тепла пронеслась сквозь её грудь. Она посчитала это знаком своих чувств к Шинре.

«Ах, уверена, если бы у меня было сердце, сейчас, я могла бы услышать, как оно бьётся».

Эти мысли заставили Селти чувствовать себя ещё более несчастной. Ведь Шинра был человеком, и между ними всегда будет непреодолимое расстояние.

У даллахан не было сердца. Отец Шинры сразу после вскрытия рассказал Селти, что хотя её тело и было построено так же, как у людей, её внутренние органы вообще не использовались. У неё были кровеносные сосуды, но кровь по ним не текла. Её внутренности не были окрашены оттенком крови, лишь мышцы первоначального цвета – как модель человеческой анатомии. Её тело могло двигаться по неизвестному принципу, и никто не знал, что она использует в качестве энергии для перемещения. Это была одна лишь пустая оболочка, но раны, нанесённые её телу, заживали необычайно быстро.

Думая о вскрытии, Селти вспомнила вопрос отца Шинры: “Как ты умрёшь?”

И спустя десять лет после этого, однажды, Шинра ей сказал: “Ты точно тень. Определённо, ты – тень головы или реальной личности, оставленной в другом мире, в общем – живая тень. И поскольку ты – тень, тебе не нужно задумываться о том, откуда ты получаешь энергию для жизни и передвижений”.

Если мыслить логически, тени не могли самостоятельно перемещаться. Но так как она была существом, не поддающимся логике, она просто решила придерживаться сказанного Шинрой и больше об этом не думать.

В любом случае, важней всего в эти дни было сосредоточиться на поиске своей головы.

Только тогда, когда достигну каких-нибудь результатов, я буду искать смысл моей жизни.

Собравшись с мыслями, Селти подумала о двух студентах, которых сегодня встретила.

Оба лица показывали свои истинные чувства. Первый студент столкнулся с Селти и Шизуо без единого намёка на страх и нерешительность, от начала и до конца сохранив устойчивый и сверкающий взгляд. Другой же показал очевидный страх к Селти, но даже в этом случае, даже перед самой Селти, он “улыбался”. Выражение его лица словно говорило, что демоны и явления, которых он боялся глубоко в сердце, появились прямо перед ним.

Подумав об этом, она снова себя одёрнула, решив что это может быть только её личным мнением.

Хотя она могла судить об эмоциях по глазам и выражению лица, Селти не думала, что имеет на это право. Поскольку у неё не было глаз, которые могли сообщить её мысли, и не было лица, чтобы улыбнуться или показать гнев. У неё даже не было мозга как у людей, чтобы контролировать эмоции. Она не знала, о чём думала раньше, или что тогда чувствовала. Как может кто-то, вроде неё, судить чужие эмоции?

Сердитый взгляд или огорчённый. Люди соединялись друг с другом – это всё, что она знала, приехав сюда впервые. Познавать мир ей помогали телевидение, манга, фильмы и так далее… книги в доме Шинры были слегка предвзяты, но она исправляла это посредством новостей или фактического контакта с людьми. Однако всё это пришло из чужого сознания, и если она хочет знать что-либо абсолютно точно, ей нужно быть человеком.

Она только что сказала Шинре, что он захватил её сердце – вот это её сильно волновало. Неужели у неё всё ещё есть чувства? Именно это беспокоило её больше всего.

В прошлом Селти никогда не задумывалась об этом. Она была полностью сосредоточена на поиске своей головы – задаче, которая не оставляла ей времени думать ни о чём другом. Это появилось в последнее время, после того, как она начала исследовать просторы Интернета и получила больше возможностей взаимодействовать с “народом”, что заставило её начать серьёзно рассматривать вопрос о том, насколько её эмоции и ценности отличались от людских.

Когда Шинра начал учить Селти пользоваться компьютером, она отнеслась к этому довольно неохотно и подозрительно. Теперь же, помимо работы и поисков своей головы, она проводила почти всё свободное время перед монитором. А когда она подключила встроенный DVD-плеер, телевизор и радио, с помощью чего могла сразу посмотреть любые фильмы или драмы, время, проводимое у компьютера, резко увеличилось.

Осваивая Интернет, Селти постепенно начала взаимодействовать с людьми. Она совершенно не представляла, как выглядит человек по ту сторону экрана, не знала о его жизненном опыте. Тем не менее, люди по-прежнему строят отношения через Интернет. Неосведомлённость о внешнем виде собеседника очень важна для такой, как Селти, у которой даже лица не было. В нормальном обществе она взаимодействовала лишь с теми немногими людьми, с которыми её познакомил Шинра. Но лишь он и его отец знали об истинной личности Селти. Конечно, о безголовом всаднике ходило множество слухов, однако их было недостаточно, чтобы узнать, что Селти – женщина, не говоря уж об идентификации её как даллахан.

Скрывать этот факт она не собиралась, но и выставлять его на всеобщее обозрение тоже не хотела.

«Несмотря на сказанное Шинрой, я предпочла бы иметь такие же, как у людей, ценности. Если моя личность теперь уже “человеческая”, я должна крепко держаться за свою человечность».

Селти не была человеком, и это её сильно беспокоило.

Должна ли она найти свою голову и вернуть воспоминания? Какие эмоции она испытала бы в такой ситуации, будь Селти человеком?

Даже если ответ лежал на поверхности, она не могла найти его самостоятельно.

Фармацевтика Ягири. Исследовательский центр.

Сейджи сидел на кресле в углу конференц-зала шестого научно-исследовательского центра. Сжав руки в кулаки, он что-то бессвязно про себя бормотал. Сестра юноши – Намие, нежно обняла своего брата, пытаясь его успокоить.

- Всё будет хорошо, обещаю. Мы обязательно найдём её для тебя… так что не беспокойся.

После стычки с Шизуо, Сейджи доставили в полицейский участок. Поскольку раны юноши оказались несерьёзными, а других жертв не было, никто не мог быть уверен в произошедшем. Поэтому, некоторое время спустя, его освободили, не предъявляя никаких обвинений.

«Сестра очень быстро приехала, чтобы меня забрать, поэтому, возможно, она дёрнула за кое-какие ниточки».

Подумав об этом, Сейджи решил, что, так или иначе, он ничего не мог с этим поделать.

«Я знаю об искажённых чувствах сестры. Любовь, которую она ко мне испытывает, вероятно произошла из чувства собственничества. Но это не имеет значения. Я буду заботиться только о своей собственной любви, и жить только ради неё».

«Чтобы преуспеть в своей любви, я готов использовать всех, кто любит меня, как трамплин, ведь если этот человек может пожертвовать чем-то и посвятить себя любимому, он будет по-настоящему счастлив».

Стоявшая радом с Сейджи Намие уже давным-давно поняла его образ мышления. Но это не имело значения. Так или иначе, пока “голова” находится в её руках, Сейджи будет в ней нуждаться. Это же и являлось причиной её ревности к “голове”. Такое ироническое завихрение судьбы заставило Намие улыбнуться самой себе.

Казалось, она не замечает присутствия своих подчинённых. Люди, наблюдавшие за тем, как Намие балует своего брата, чувствовали, что в их сердцах медленно нарастает страх.

Одному из них, ещё не отошедшему от увиденного, Намие приказала выйти.

- Ты не должен ни о чём волноваться… оставь всё это своей сестре.

Закончив, сестра Сейджи тихо покинула конференц-зал.

- Итак, вы нашли его?

- Да. Человек, которого Сейджи-сан назвал Рюгаминэ, живёт в захудалой квартирке возле станции Икебукуро.

Намие слушала отчёт подчинённого, стоя в узком коридоре подальше от конференц-зала. Судя по тому, что работники даже её брата называли “Сейджи-сан”, было очевидно, что власть семьи Ягири над компанией действительно ужасающая.

Сейчас Намие абсолютно отличалась от того человека, каким была в конференц-зале, отдавая приказы с ледяным выражением на лице.

- Так как вы уже нашли её, поторопись и заставь тех “наёмников” вернуть её сюда.

- Сейчас середина дня, мы привлечём слишком много внимания…

- Не важно, - резко оборвала подчинённого Намие, не дав тому выразить свою озабоченность.

«Если буду ждать до вечера, Сейджи определённо пойдёт искать этого Рюгаминэ самостоятельно».

Намие больше беспокоила безопасность её брата, чем маловероятный риск с нею связанный. Но пока Сейджи нет рядом, она никому не покажет эту свою сторону. Поэтому она быстро проинструктировала подчинённого:

- Слушай внимательно, немедленно свяжись со всеми “наёмниками”. Меня не волнует, кто они, не волнует живые они или мёртвые. Если ситуация того требует, просто заставь их сделать всё.

Стоявший перед ней подчинённый не смог найти даже крупицы милосердия в глазах Намие, и его прошиб холодный пот.

♂♀

Надлежащие уроки в академии Райра начинались с сегодняшнего дня. По крайней мере, так должно было быть. Большая часть первого урока была потрачена на рассмотрение того, что они собирались изучать в текущем году, учительское введение, простые вещи, вроде обзора учебной программы, и так далее. Планомерно протекли лишь арифметика и всемирная история.

День прошёл без происшествий. Вот так и миновал предположительно незабываемый день.

Единственной вещью, обеспокоившей сегодня Микадо, помимо отсутствия Харимы Мики, был тот факт, что глава комитета по благосостоянию – Ягири Сейджи, тоже отсутствовал. Узнав вчера от Анри об их отношениях, Микадо чувствовал себя немного неловко. Он задался вопросом, не связаны ли между собой прогулы этих двоих.

Но не только это. Девушка, потерявшая память и оставшаяся одна у него дома, была для Микадо ещё одним источником беспокойства.

Даже с наступлением утра её память не вернулась, а идти в больницу или полицию она отказалась. Казалось, особенно её напугало упоминание о больнице.

- Это… я в порядке! Я просто терпеливо подожду здесь твоего возвращения.

Убеждая его в этом факте, она казалась намного более спокойной, чем вчера, и с такой относительной умственной стабильностью не особо смахивала на потерявшую память.

Увидев, что её состояние улучшилось, Микадо со спокойной душой пошёл в школу. Однако он абсолютно не представлял, что же делать дальше. Если он не сможет установить её личность в течение нескольких последующих дней, ему, вероятно, придётся отвести девушку в полицию. Микадо подумывал о том, чтобы оставить её у Масаоми, но ведь тот жил со своими родственниками.

Всё это время, Микадо искал лучший выход из этой ситуации. И пока он всё думал и думал, школьные занятия закончились прежде, чем он это понял.

Совещание представителей класса прошло без помех, и когда Микадо с Анри вместе вышли из школы, он решил спросить её о Хариме Мике:

- Она не связывалась с тобой?

Больше говорить им было не о чём, что довольно неловко, поэтому Микадо и спросил у неё о ситуации с Микой.

- Вообще-то, я ничего не слышала от неё со вчерашнего дня…

- Понятно…

Похоже, всё это имело неприятные последствия. Если так, то отношения между пропавшей Микой и Сейджи, которого тоже сегодня не было, ещё более подозрительны. Может, они вместе покончили жизнь самоубийством или что-то вроде того? Хоть Микадо и волновался об этом, он определённо не мог рассказать Анри о своих мыслях.

Именно в такие моменты он сожалел, что с ними не было Масаоми, но он слышал, что заседание комитета по дисциплине займёт некоторое время.

Видимо, Масаоми начал страстные дебаты со вторым главой по дисциплине, и никто не удосужился его остановить.

Поэтому, Микадо решил первым пойти домой. Он намеревался расстаться с Анри сразу после того, как они выйдут за школьные ворота, но когда они до них дошли, кто-то крикнул:

- А! Такаши! Это он!

Девушка, стоявшая у ворот, указывала на них с Анри.

Она была похожа на ту, чей телефон растоптал Изая, и в этот раз она даже привела с собой мускулистого парня.

Странное предчувствие пронзило всё тело Микадо. В этот момент, мускулистый парень схватил его за шиворот.

- Братишка, тот ублюдок, который растоптал телефон моей подруги – твой дружок, так?

- Я бы не сказал “дружок”…

«С чем-то таким ты должна была идти в полицию, а не к своему парню».

Микадо хотел сказать это той девушке-хулиганке, но сейчас его держали за шею и разговаривать было бы довольно трудно.

- Быстро выкладывай! Где тот вчерашний ублюдок?

Прямо в точку. Мускулистый парень не давал Микадо говорить, но всё же хотел узнать об Изае.

Загадочное возникновение. Позади парня беззвучно появился чёрный мотоцикл.

Со скоростью молнии. Похожая на человека “тень”, сидя на мотоцикле, сбила Такаши с ног.

Естественный отбор. Орихара Изая, появившись из ниоткуда, запрыгнул на спину мускулистого парня.

Беспощадно. Изая, стоя на спине молодого человека, несколько раз подпрыгнул.

В мгновение ока. Всё это пронеслось перед глазами Микадо за короткий промежуток времени в десять секунд.

- Всем спасибо…

Изая почтительно поклонился перед Анри и другими девушками, а также перед остальными студентами. Такаши, всё ещё лежавший под его ногами, вероятно, потерял сознание.

- Ты знала, что избиение девушек меня не интересует, и вместо этого привела своего друга! Какая замечательная девочка. Я бы сделал тебя своей подругой, но увы, ты не в моём вкусе, поэтому просто вали домой!

Его слова были довольно обидными, но девушка, даже не дослушав, уже бежала прочь, совершенно забыв о Такаши, который всё ещё валялся под ногами Изаи. Даже Микадо, никогда раньше не видевший этого мускулистого парня, немного ему сожалел.

Изая немедленно забыл об убегающей девушке и обратился к ошарашенному Микадо:

- Эх, случившееся вчера – такая жалость. Нас прервали, и я не смог с тобой нормально поговорить. Хорошо, что Шизу-тян сюда, вероятно, не придёт. Сначала я хотел узнать, где ты живёшь, и непосредственно приехать туда, но подумал, что это может показаться немного навязчивым. Поэтому я решил спрятаться за школьными воротами и подождать тебя тут.

Изая улыбнулся Микадо, но тот не знал ни сути его улыбки, ни его причин искать школьника.

Нет, если по правде, одна причина для его поиска была, но Микадо не хотел в этом признаваться и только сжал кулаки.

Возможно, Изая ощутил эмоции Микадо и насмешливо склонил голову:

- Кстати, почему здесь чёрный мотоцикл?

«Я должна спросить у тебя то же самое», - вот внутренняя реакция Селти на его вопрос.

Студент перед ней был явно тем парнем, который сбежал вместе с её “головой”. Как только Селти  увидела, что кто-то собирается его избить, тут же бросилась на помощь. Почему же вдруг появился Изая, она понятия не имела.

У информатора, вероятно, не должно было быть никаких связей с обычным старшеклассником.

Может быть, этот ребёнок – сын какого-нибудь политика? Или, возможно, он специализировался на продаже наркотиков учащимся младших и средних классов – этакий убер-злодей, способствующий распространению запрещённых препаратов по всей школе?

Однако сейчас Селти не собиралась выяснять, кем был этот мальчик.

Для неё самое главное – выяснить знает ли он, где находится её голова.

Глядя на Анри, которая казалась ещё более растерянной, чем он сам, Микадо поспешно пришёл в себя:

- Уви… увидимся, Сонохара-сан! Мне надо идти!

- Э… ну, да, увидимся.

Поспешно попрощавшись, Микадо поторопился скрыться с места происшествия. Не ощущая ничего неправильного, “тень” и “плохой человек” следовали позади. Когда они были уже довольно далеко от школы, Микадо, нервно обернувшись, сделал Изае, который несомненно знал, что он имел в виду, предложение:

- Насчёт… этого… хотя я не уверен в том, что происходит… в любом случае, давайте зайдём ко мне домой.

В середине своей речи Микадо глубоко вздохнул. Если он приведёт их домой, не увидит ли девушка чёрного мотоциклиста? Но опять же, чёрный мотоциклист скорей всего, так или иначе, искал его из-за неё.

- И… это… эм… я хотел бы кое-что спросить у чёрного мотоциклиста.

Услышав его, Селти достала из кармана своего костюма КПК и постучала по клавиатуре. На экране появились слова: “Что именно?”.

Похоже, он понимал человеческий язык. Микадо испустил вздох облегчения, и внезапно осознал, в какой странной ситуации он оказался.

«Эх, как же мне хочется сейчас закричать».

♂♀

Немыслимо старое здание, в нескольких минутах ходьбы от железнодорожной станции, было полностью покрыто мелкими трещинами и извивающимся плющом.

Приблизившись к старой квартире, Микадо замедлил шаги:

- Эм, мы пришли, я живу на первом этаже… так, вы можете сказать мне, что происходит? Кто вы такие?

Селти ничего не сказала о “голове” или своей истинной личности, а изложила случайно придуманную версию: “Девушка – мой давно потерянный друг, и когда она нашлась – почему-то убежала”.

Но Микадо не был настолько глуп, чтобы верить этому наспех придуманному оправданию. И поэтому Селти решила раскрыть ему своё истинное лицо, так как другого выбора у неё больше не было.

Попросив Изаю ненадолго их покинуть, Селти подвела Микадо к задней части его дома.

Решившись, она начала набирать текст на своём КПК:

[Как много ты обо мне знаешь?]

Посмотрев на небольшой ЖК-дисплей, Микадо немного подумал и начал выкладывать всё, что знал:

- … Ну… вы – городская легенда, ездите на чёрном мотоцикле без фар, не издающем ни звука, и…

Здесь Микадо помедлил, и глубоко вздохнув, голосом, полным страха, но с оттенком нетерпения, сказал:

- И ещё… у вас нет головы.

Выслушав его ответ, Селти продолжила печатать:

[Ты в это веришь?]

Показав эту строчку Микадо, Селти начала проклинать себя за свою глупость. Да кто в это поверит? Пока она об этом думала, юноша, стоявший перед ней, слегка кивнул.

«А?»

Вслед за изумлением Селти, Микадо тихо ей сказал:

- Эм… вы не позволите мне увидеть, что под вашим шлемом?

Услышав этот довольно глупый вопрос, Селти пристально посмотрела ему в лицо.

«А, то же самое выражение, что и вчера».

Весьма непростое и странное выражение, в котором напряжение и нетерпение смешиваются с отчаянием и радостью. Подросток перед нею попросил раскрыть себя с таким интригующим выражением в его глазах. Немного подумав над этой просьбой, Селти напечатала следующие слова:

[Обещаешь не кричать?]

Селти снова почувствовала, что задала глупый вопрос, но она просто хотела удостовериться. За все эти двадцать лет, она ни перед кем, кроме Шинры, не снимала свой шлем. Несколько раз его сбивали в драке, и реакцией всех, кто это видел, был чистый ужас.

Но юноша, по имени Микадо, был готов испытать этот ужас. Мало того, что он не отверг слова Селти как ложь или шутку, он даже хотел это увидеть. Просить кого-то, вроде него, “не кричать” было глупостью само по себе.

Пока она об этом размышляла, Микадо дал ожидаемый ответ.

Увидев, что он энергично кивнул, Селти медленно подняла закрывающий лицо щиток её шлема.

Тьма. Словно пространство небытия. Конечно, по логике, там всё равно должен быть воздух, но для Микадо это было не важно. Вещи, которая должна была заполнять это пространство, там не было, а всё остальное бессмысленно.

«Ох, её нет. Её действительно там нет. Это определённо не какая-нибудь уловка. А даже если и так, было бы очень интересно изучить нечто подобное».

Щепотка страха мелькнула в глазах Микадо, но он не заставил юношу кричать. Вместо этого, шок превратился в приятный сюрприз для его сердца, и слёзы начали собираться в его глазах.

- Спасибо… большое спасибо.

Микадо не знал, как выразить свою благодарность. Его взгляд походил на взгляд маленького ребёнка.

Когда Селти смотрела на выражение его лица, она всё больше недоумевала. В прошлом, не было практически никого, кто бы мог переварить факт отсутствия у неё головы, и ещё меньше тех, кто бы её за это благодарил. Что же касается сегодняшней ситуации – Селти едва ли могла её понять, но это не было плохим чувством.

После этого, Селти рассказала Микадо всё о себе, и тот с готовность принял её просьбу увидеть “голову девушки”.

Юноша также рассказал о том, что девушка потеряла память. Селти посчитала это немного странным, но, так или иначе, она должна была её увидеть, и поэтому умоляла Микадо помочь ей с этим недоразумением.

Они позвали Изаю назад. Но тот лишь сказал: “Моё дело подождёт”, и продолжил стоять в углу, наблюдая за ними.

- Ладно… пожалуйста, подождите меня здесь, я ей всё объясню. Не хочу, чтобы она, вдруг увидев вас, подумала, что я её предал.

[Понятно.]

Наблюдавший за ними Изая сказал подразнивающим тоном:

- А этот паренёк довольно осторожен. Неплохо.

Эти двое решили подождать возвращения Микадо на дороге возле дома. Пока они стояли, Изая сказал Селти:

- Я впервые услышал твоё имя, курьер. Не знал, что ты не отсюда.

Изая ухмылялся. Выражение его лица говорило о том, что он всё прекрасно знал. А сказал он это из-за того, что Селти отказалась рассказывать ему раньше, и таким образом хотел её высмеять.

Догадавшись об этом, Селти решила его проигнорировать. Этот парень, вероятно, знает даже об её истинной сущности. Хотя с другой стороны, информации от очевидцев скорей всего не достаточно для детального распознания её личности.

И к тому же, нормальные люди не должны даже догадываться, что чёрный мотоциклист – “не человек”. Однако Изая нормальным не был, поэтому она не позволяла своей бдительности ослабнуть.

- Кстати говоря, он там не слишком долго?

И правда. Прошло больше чем пять минут. Даже если он не сумел её убедить, то должен был хотя бы вернуться.

- Пойду проверю.

Стоя перед устрашающе тихой квартирой, Селти ощутила приступ зловещего предчувствия.

Припаркованный рядом с домом фургон компании по очистке только добавил ей беспокойства.

«Зачем такой захудалой квартирке понадобилась компания по очистке? Не может этого быть…»

Предчувствие Селти не обмануло.

- Живо рассказывай… мы всего-то хотим узнать, где девушка, которая здесь пряталась?

- На твоём одеяле есть её волосы. Они короткие, но точно подлинней твоих.

Когда Микадо вернулся домой, эти двое мужчин уже ждали его внутри. Оба носили рабочую одежду, и имели явно не доброжелательную внешность. Не успевшего даже пискнуть Микадо тут же прижали к земле и начали допрашивать низкими голосами.

Они здесь, чтобы найти ту “девушку с головой”, но Микадо действительно не знал, куда она ушла. Возможно, её схватил кто-то ещё, или же она сама убежала…

- Я… я не знаю! Пу… пустите меня!

- Ой, ты же видел наши лица. Лучше мы избавимся от тебя прямо здесь.

Услышав эту шаблонную бандитскую фразу, Микадо захотелось плакать от страха. Встретившись ранее со сверхъестественным существом, он безошибочно был переполнен радостью, но когда столкнулся с этими преступниками, которые несомненно были такими же, как и он, людьми, в его сердце поселился один лишь страх. Что с ним было не так?

Подобно тому, как он хотел закричать от собственной беспомощности, один из бандитов воскликнул:

- Кто-то идёт!

После этого возгласа, преступники бросились на улицу. Недолго спустя послышался звук отъезжающего автомобиля.

- Я… я-я-я… я спасён…

Микадо сдержал слёзы страха, но всё равно разрыдался из-за последовавшего чувства огромного облегчения.

Селти, уже было бросившаяся ко входной двери, колебалась, стоит ли преследовать фургон. Однако Изая сказал, что это не нужно.

- Те люди из Фармацевтики Ягири. Я уже видел этот фургон.

Наблюдая как автомобиль уноситься прочь, информатор бесплатно раскрыл кое-какую информацию.

- Фармацевтика… Ягири?..

«Эй, это же та компания на грани банкротства, которую вроде собираются выкупить».

Убедившись, что не ослышался, Микадо расширил полные слёз глаза. Во-первых, название компании совпадало с фамилией его одноклассника, а во-вторых, он уже слышал это название кое-где ещё.

Слёзы высохли.

Пропавшая вместе с головой девушка. Даллахан. Ягири. Фармацевтика. Исчезновения. Харима Мика. История Сонохары Анри. Ягири Сейджи. Торговля людьми. Доллары.

Между всеми этими частями в сознании Микадо внезапно появилась связь, и так же внезапно исчезла, а затем, наконец, в его голове сформировалась целая куча выводов.

В тишине своей комнаты, Микадо стремительно включил компьютер.

Ожидая его загрузки, подросток достал свой мобильный, выключенный на время занятий, и быстро проверил сообщения.

Селти в шоке наблюдала за Микадо, не понимая, что тот делает. Стоявший рядом Изая блеснул глазами, словно охотник, случайно наткнувшийся на редкое животное.

- Честно говоря, я догадывался, что он…

Изая прервался на полуслове, в то время как компьютер Микадо загрузился. Юноша тут же зашёл в Интернет и с необычайной скоростью ввел какой-то пароль. Получив доступ к некому сайту, он схватил мышь и задвигал ею со своеобразным ритмом.

Быстро изучив монитор, Микадо повернулся лицом к остальным.

Селти была поражена. Глаза Микадо больше не выражали то юношеское изумление, как прежде. Теперь он больше походил на ястреба, приметившего свою жертву, и выражение его лица было непостижимым и откровенным одновременно. Затем Микадо опустил голову.

Человек перед ней и трусливый школьник до этого были словно два разных человека, и это заставило Селти немного запутаться.

- Вы двое, пожалуйста, на это время сотрудничайте со мной, - сказал Микадо таким уверенным тоном, что отказать ему было бы довольно трудно.

- Все части “в моих руках”.

Изая, будто хвастаясь новой игрушкой, погладил Селти по плечу и сказал:

- Бинго.

Селти, которая не имела ни малейшего понятия, о чём он говорил, могла только в замешательстве уставиться на этих двоих.

И хотя она не понимала происходящего, она точно знала, что никогда раньше не видела Изаю таким радостным.

Но самым счастливим, среди них троих, был Рюгаминэ Микадо.

Со своим, по-прежнему детским лицом, Микадо был похож на ребёнка, только что получившего игрушку, и его глаза искрились от радости. Трудно было представить, что недавно он чуть не плакал от страха. Подросток выглядел так, словно изо всех сил пытался подавить свою безграничную радость.

За эти несколько прошедших дней… с тех пор, как он приехал в Икебукуро, он столкнулся с множеством непостижимых ситуаций. И эти ситуации связывались вместе, чтобы образовать нечто целое прямо на его глазах.

Микадо ещё раз прокрутил в голове собранные вместе кусочки, после чего счастливо и глубоко вздохнул.

Его скучная повседневная жизнь. Никогда не меняющийся пейзаж. Самый обычный человек.

Он хотел освободиться от всего этого, и поэтому приехал сюда.

Теперь он, наконец, действительно чувствовал себя свободным.

Рюгаминэ Микадо заметил, что в этот самый момент он поднялся до уровня кого-то вроде “главного героя”.

И ещё он понял, что у него появился “враг”, который угрожал его образу жизни, или даже, возможно, самому его существованию.

Поскольку Микадо уже наполнялся волнением, он не испытывал ни малейшего колебания или страха, даже при мысли об устранении этого самого “врага”.

Затем он начал говорить. Он рассказал им всё о себе…

♂♀

В подземной лаборатории шестого научно-исследовательского центра Фармацевтики Ягири холодный голос пронзил воздух:

- Не было… что это значит?

- Ну… когда наши люди добрались до места, дверь, похоже, уже была взломана… и девчонки там не было.

- Думаешь, кто-то мог добраться до неё первым?

- Больше незачем взламывать такую захудалую квартирку.

Выслушав отчёт своего подчинённого, Намие нахмурилась.

Школьник, приютивший “её”, вероятно, не стал бы взламывать собственную дверь. Но с другой стороны, помимо самой Намие, кому ещё “она” могла понадобиться?

- А мальчишка, живущий там?

- Ну… сначала мы хотели подождать его возвращения, допросить, и, возможно, привезти сюда… но похоже, он был не один.

- Надо было привезти их всех. Бестолковые…

Намие раздражённо цокнула языком, и в этот момент зазвонил её мобильный телефон. Номер был ей не знаком, но она, подумав что это может быть что-то важное, нажала кнопку “Ответ”.

- Алло?

- Это Ягири Намие-сан?

Голос звонившего был совсем молодой, как у школьника младших классов.

- Да, а вы?

- Меня зовут Рюгаминэ Микадо.

- !..

Сердцебиение Намие начало ускоряться. Это же тот парень – одноклассник Сейджи, который убежал вместе с “ней”. Она не ожидала, что он позвонит ей как раз, когда они его обсуждали. Но ещё более она была озадачена тем, откуда он узнал её номер.

Не подозревая обо всех сомнениях, крутящихся в голове у Намие, мальчик с другого конца провода спокойно сказал:

- Эм, вообще-то, у нас тут прячется одна девушка…

После короткой паузы мальчик добавил нечто невероятное.

В его голосе не было ни намёка на беспокойство. Он говорил так, будто приглашал Намие на обед.

- Не хотели бы вы заключить сделку?

♂♀

Тот же день. 23:00. Икебукуро.

Тьма уже давно поглотила 60-этажную улицу Икебукуро. Кроме таких мест, как бары и тому подобное, большинство магазинов уже были закрыты опущенными вниз металлическими ставнями. Автомобили уже начали ездить по обычно переполненным пешеходами улицам. Сливаясь вместе, они образовывали атмосферу, абсолютно отличавшуюся от дневной.

Молодой человек в униформе бармена, прислонившись к фонарному столбу, ворчал крупному темнокожему мужчине:

- Что такое жизнь? Для чего люди живут? Кто-то спросил меня об этом, а я избил его до полусмерти. Если бы это была какая-нибудь школьница, изображающая из себя поэта, то я бы ещё понял. Но там был какой-то парень, явно старше двадцати, который хотел присоединиться к преступному миру, а потом просто убежал, потому что ему не нравилось делать чёрную работу. Это же преступление, правда?

- Определённо!

- Нет, каждый имеет право свободно размышлять о смысле своей жизни. Я ничего не могу на это возразить. Но как можно спрашивать у совершенно постороннего человека о возможных достижениях своей собственной жизни? Так вот, пока его зрачки медленно расширяются, говорю ему: “Это – твоя жизнь, раз не можешь так жить, может, просто умрёшь?”. Но с другой стороны, он был владельцем магазина, поэтому я, возможно, слегка погорячился…

- Определённо!

- … Скажи, Саймон, ты ведь не слушаешь ничего из того, что я говорю, да?

- Определённо!

Хейвадзима Шизуо с яростным воплем подбросил вверх стоявший рядом с ним велосипед, который Саймон поймал одной рукой.

Даже нечто подобное с лёгкостью вписывалось в городской пейзаж.

Ночная атмосфера в Икебукуро полностью отличалась от дневной. Тьма постепенно поглотила относительно неорганизованную окружающую среду, и на мгновение могло показаться, что мир повернул в обратную сторону. В последнее время, люди всё чаще обращаются за ночлегом в более дешёвые, чем гостиницы, манга-кафе, и поэтому всё меньше народа ездит домой на последнем поезде.

На улице около вокзала собирались работники караоке-баров, пытаясь затянуть клиентов в свои заведения. Они становились ещё более настойчивыми, завидев группу студентов или рабочих, собирающихся отметить появление нового сотрудника в их офисе. Однако большинство из этих людей уже решили, куда пойдут, и вместе со своей компанией исчезали с улицы.

Люди, только что закончившие свою попойку, не спеша тащились по улице, как и молодёжь, собиравшаяся гулять всю ночь, а также группы иностранцев и прочие. Немало народа пересекало ночью эту улицу, хотя с дневным потоком конечно не сравнить.

И…

Перед универсальным магазином “Tokyu Hands”, расположенным возле главного дорожного перекрёстка, стояли два человека, которые выглядели совершенно неуместными в окружавшей толпе.

Один из них – студент в школьном пиджаке, другая – женщина в деловом костюме.

Женщина – Ягири Намие, приехавшая к месту назначения, спросила рядом стоящего юношу:

 - Так ты – Микадо-кун? Выглядишь намного более … послушным, чем я себе представляла. Или, может, ты из тех детей, которые пропадают в последнее время?

Это было сказано ровным голосом. В этой пугающей уравновешенности чувствовался бесконечный холод.

Она ни к чему не прислонялась, просто ровно стояла перед высоким зданием. Казалось, от неё исходила ледяная аура, да и выглядела она слегка встревоженной, поэтому ребята из караоке-баров и всевозможных клубов держались на расстоянии, как и те парни, которые надеялись подцепить девчонок.

Микадо, одетый в школьный пиджак академии Райра, напротив, выглядел совершенно обычным подростком.

Конечно, те зазывалы не будут приставать к школьнику, одиноко бродившему по округе. В разы выше был шанс наткнуться на полицейского, который, увидев слоняющегося без дела подростка в школьной форме, отвёз бы его обратно к станции.

Два человека, абсолютно разного типа, были здесь столь же неуместны. Между ними появилось молчаливое напряжение.

- Так, что это за сделка, о которой ты говорил?

Он заставил её приехать сюда. Должно быть, он знает большую часть из того, что происходит. В конце концов, “она”, вероятно, вчера ночью всё ему рассказала.

- Всё просто. Хм, я уже говорил об этом, когда звонил вам… человек, которого вы ищете, сейчас у меня.

Услышав эти его слова, Намие не потеряла самообладания. «Даже узнав обо всём, он всё равно хочет заключить со мной сделку. В конце концов, он просто ребёнок. Глупый своевольный ребёнок».

«Он хочет провести эту сделку здесь, на 60-этажной улице. Наверное, он думает, что если заставил нас приехать в такое людное место, то мы ничего не посмеем ему сделать».

Естественно, Намие пришла не одна. Для того, чтобы её подчинённые сливались с толпой, она приказала им одеться как обычные представители рабочего класса. Это были люди из службы безопасности компании, которые изначально отвечали за безопасность исследовательских лабораторий. Около десяти вооружённых оглушающим оружием человек. Все они полностью контролировались компанией, и не могли проявлять лояльность. Кроме того, в качестве дополнительной меры предосторожности, около двадцати других подчинённых и нанятых головорезов размещались в переулках, и даже среди автомобилей, на 60-этажной улице.

И она не ослабит свою охрану только потому, что он оказался обычным ребёнком. Ведь этот мальчишка осмелился вызвать её сюда для заключения сделки, и скорей всего он взял с собой каких-нибудь ребят. Естественно она хотела быть тщательно подготовленной.

Так как у него хватило смелости проявить себя, Намие подумала, что было бы хорошо, если б он просто хотел денег или что-то типа того. Это можно понять.

Как только она получит “её” назад, то, что сделал Сейджи, уже не будет иметь значения – она располагает средствами, чтобы с этим разобраться.

- Итак, сколько ты хочешь?

Очень простой вопрос. Не было никаких причин делать что-то экстремальное в такой глупой сделке. Если она допустит какую-то оплошность, и это заметят, у неё появятся серьёзные проблемы.

Так она думала поначалу…

- Нет, мне не нужны деньги.

- Тогда как же ты хочешь заключить эту сделку?

- Неужели вы не понимаете? Я хочу правду.

«Что он говорит?»

Поняв, что Намие действительно не понимает, куда он клонит, Микадо медленно высказал ей своё окончательное условие:

- Пожалуйста, признайте ту ошибку, совершённую вашим братом – Ягири Сейджи.

- !!!

Атмосфера тёплой середины весны вокруг них моментально сменилась на суровую зиму. После недолгого молчания, Намие бросила на него свой взгляд, способный заморозить того, на кого он направлен, и сказала пугающе высоким голосом:

- Ты… что ты только что сказал?

- Я хочу, чтобы вы признали то, что ваш брат сделал с Харимой Микой, а также то, что вы сделали с её телом. К сожалению, у меня есть только косвенные доказательства, так что, прямо говоря, я хочу, чтобы вы сами во всём признались.

Микадо говорил спокойно и сдержанно, только пот градом тёк сквозь его ладони. На мгновение, его соперница показалась ещё более убийственной, чем раньше. Он боялся что, немного расслабившись, может попросту разрыдаться.

- Эм, я уверен, что явление с повинной приведёт к наименьшим потерям для вашей компании.

- Так вот оно что… финансы никогда не были твоей целью. Твоя цель… свергнуть наш научно-исследовательский центр.

- Это всё ради свободы той девушки “с головой”… к тому же вы ворвались в мой дом, и чтобы гарантировать свою собственную безопасность, у меня нет иного выбора, кроме как сделать это. Уверен, что если вы сейчас добровольно сдадитесь, скорей всего, ваша компания всё ещё останется на плаву.

С равнодушным лицом объясняя ситуацию, Микадо заметил, что с Намие происходит нечто странное:

- А… жаль, конечно… но происходящее в компании меня не волнует.

В его глазах отразилось выражение лица Намие, по которому нельзя было понять, смеётся она или плачет.

Микадо изо всех сил старался терпеть её взгляд, и, стиснув зубы, ждал, чтобы продолжить. С тяжёлым сердцем и торчащими дыбом волосами он чувствовал себя заключённым, ожидающим смертного приговора.

Хоть и не так спокойно, как раньше, Намие говорила необычайно холодным тоном:

- Меня не волнует, хочешь ли ты пошатнуть нашу компанию, или даже полностью её уничтожить… но ты не должен был этого делать… любой, кто стоит на пути моего брата, не достоин жить в этом мире.

Её ответ был предельно прост. Услышав это, Микадо закрыл глаза, словно только сейчас кое-что понял.

«Понятно, так вот что она за человек. Неудивительно… что она делала все те вещи, которые никакой пользы компании не приносили».

Руки женщины начали движение, и Микадо сделал то же самое. Его рука нырнула в карман и задела кнопку “отправить” на мобильном телефоне.

«Всё только ради этого…»

Микадо был почти подавлен необычайно страстной преданностью Намие к брату, но ему удалось взять себя в руки и начать контратаку.

«Она виновата в чьей-то смерти, предоставила трупу новую “личность” по эгоистичным причинам, а теперь ещё и меня убить хочет. А, так вот что действует мне на нервы больше всего. Значит я такой человек, который больше всего заботиться о себе. Ради себя я сделаю что угодно. Именно из-за своей схожести с ними, я совершенно не выношу таких людей, как она, которые используют других в качестве оправдания собственных эгоистичных поступков! Особенно если они используют причину, вроде этой, чтобы испортить жизни людей! Я просто не могу это выдержать!»

В сердце юноши медленно нарастал гнев. Он всё ещё жаждал необычной жизни, но если она будет такой возмутительной, то это уже совсем другая история.

Тогда он начал провоцировать Намие:

- … Не слишком ли вы далеко зашли? Ради собственного счастья вы лишили счастья Ягири-сан.

- … Не знаешь, что бы ещё такого сказать? Ты уже дорос до того, чтобы такое творить, но можешь сказать только эту банальность? Раз ты всё ещё на этом уровне, просто заткнись и не пытайся на меня давить!

Намие, крича так, словно хотела проклясть Микадо, шагнула в его сторону.

Но Микадо не собирался проигрывать.

- Да, я могу сказать только это. И что? Вы убили человека и должны покаяться. Как человек, не понимающий даже такого простого понятия, может чему-то меня учить?

Словно пытаясь заставить Намие отступить, Микадо тоже сделал шаг вперёд.

- Ты пересмотрел слишком много сериалов для стариков с натянутым счастливым концом! Зачем тебе… этот город? Это реальность! Это не то, что можно увидеть в телевизоре или журналах, и ты не герой. Знай своё место!

Они сделали ещё по шагу друг к другу. Голос Намие дрожал от холодного гнева, но Микадо не проявлял никаких признаков отступления. Всегда общаясь с Масаоми, Микадо с трудом понимал, о чём тот говорит. Опровергнуть аргументы Намие было значительно легче, даже при том, что тема разговора совершенно отличалась.

- И что с того, что мне нравятся все эти хорошие вещи? Я жду счастливого конца, обожаю банальность и стереотипное развитие событий. Что в этом плохого?.. И что плохого в попытке достичь такого окончания в действительности? Я не говорю, что это ради кого-то ещё, потому что, в конце концов, это все ради себя самого. Вот почему я это делаю! Да, этот образ мышления стар как мир, но поскольку он стар, разве это не означает, что так думает каждый?

Аргументы, даже те, в которые он сам не верил, легко полились из уст Микадо.

Он намеренно её провоцировал, но не для того, чтобы повысить свою самооценку или что-то в этом роде, а только для того, чтобы она сосредоточила своё внимание на нём пока не “пришло время”.

Заметив, что время уже почти пришло, палец Микадо, лежащий на кнопке его мобильного телефона, начал движение.

«Если я нажму эту кнопку, пути назад уже не будет. Ступив на эту дорогу, я не смогу повернуть. Хотелось бы любой ценой избежать этого. Но судя по действиям противника, это неизбежно. У меня нет ни способностей, ни знаний, чтобы меряться силами с такой, как она, не прислушивающейся к доводам разума. И нет времени, чтобы пробовать, поэтому я могу лишь решить эту проблему прямо сейчас».

Микадо, набравшись мужества, сделал глубокий вздох, и вместе с выдохом нажал кнопку “Отправить”.

«Поэтому я  “положусь на численность”».

- Пришло время положить конец этим жалким доводам.

Немного подождав, Намие медленно подняла руку.

- Привёл ли ты с собой каких-нибудь людей, или же собираешься использовать сыворотку правды - всё это не имеет значения.

Подняв руку до наивысшей точки, она уверенно улыбнулась.

«Я устраню врагов моего брата. Ах, не думала, что это так легко меня удовлетворит».

По сигналу Намие, её подчинённые начали действовать…

- О, пора выдвигаться. Нам только нужно похитить того мальчишку.

- Погоди… стой. Если тот парень привёл с собой копов, мы трупы…

- Не время беспокоится об этом. Директора ничего не волнует, даже полиция. Просто сделаем это, а если что-то всплывёт – свалим всю вину на эту женщину.

Мужчина под прикрытием пьяницы толкнул своего колеблющегося партнёра в сторону и ещё раз осмотрел окрестности. Тогда…

- А?..

Внезапно что-то осознав, он спросил у своего нерешительного партнёра:

- Это… уже ведь около одиннадцати, да?

- Да.

Убедившись во времени, он почувствовал необъяснимый холод.

- … Люди вокруг, не думаешь… что их многовато?

Первый наёмник выскочил из толпы и направился к Микадо, стараясь идти как можно естественней.

Пип-пип-пип! Пип-пип-пип!

Это был звуковой сигнал входящего сообщения на мобильном телефоне.

Сначала наёмник подумал, что это исходит из его собственного мобильного, но потом понял, что даже не брал его с собой. Звук, который он услышал, доносился с чужого телефона.

Он посмотрел в направлении звука, и увидел темнокожего человека более чем двухметрового роста – Саймона.

Это был “гигант”, довольно известный на этой улице. Наёмник отвёл взгляд и продолжил идти вперёд, не смея оглянуться.

В это время, сразу после первого сообщения, прозвучала ещё одна мелодия.

Наёмник повернулся в ту сторону и заметил бармена в тёмных очках – Хайвадзиму Шизуо.

Почему он, известный как боевая машина Икебукуро, появился здесь?

Снова повернув голову, глядя в других направлениях, он увидел ещё более разных людей, и все они читали сообщения.

- ?!..

И тогда “они” поняли, что ещё до того, как первые сигналы закончатся, начнётся очередная волна мелодий, образующая кривую гармонию.

Пип-пип-пип-пип! Пип-пип-пип-пип!

Оповещения о входящих сообщениях прозвучали снова, и на этот раз звуки буквально шли со всех сторон.

- ?!

Именно тогда Намие и её подчинённые поняли, что происходит нечто странное.

 Первоначально редкая толпа людей почему-то вдруг превратилась в “массы”. Люди, у которых телефон находился в вибро-режиме, доставали их из карманов, не понимая, почему они вибрируют. Число тех, чьи телефоны звонили и излучали мелодии, намного превышало тех, у кого они молчали.

И затем…

Когда они поняли это, было уже слишком поздно. Волны музыки из мобильных телефонов полностью их поглотили.

Звук, звук, звук. Мелодия, музыка. Музыкальные аккорды создавали гармонию. Звук Звук Звук Звук Звук Мелодия Мелодия Электроника Электроника Аккорд Аккорд Звук Звук Гармония Гармония Гармония Гармония Звук Звук Звук Звук Звук Мелодия Мелодия Мелодия Электроника Электроника Звук Звук Гармония Гармония Гармония звука Аккорд Аккорд Мелодия Звук Звук Электроника Электроника Мелодия Аккорд Аккорд Звук Электроника Мелодия Аккорд Электроника Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук Звук …

Затем их, окружённых начинавшими постепенно затихать сигналами о входящих сообщениях, поглотили взгляды.

Взгляды. Бесчисленные взгляды со всех сторон.

Их окружали десятки, возможно даже сотни, людей. Все они просто смотрели на них. Иногда кто-нибудь заводил светскую беседу с рядом стоящим человеком, но их взгляды все ёще главным образом сосредотачивались на них, словно они, изолированные из их среды, находились на сцене.

- Что… происходит?.. Они… что они а-а-а-а-а-а?

Перед лицом того, чего она не ожидала, бросившего вызов всему, что она когда-либо знала, Намие закричала от ужаса.

Но даже это не остановило взгляды, и в их сознание медленно вторгалась иллюзия того, что весь мир ополчился против них.

Намие и её приспешники совершенно не заметили, как юноша, хотевший заключить с ней сделку, только что растворился в толпе, исчезая среди взглядов.

Лидер Долларов, не узнанный ни одним человеком, смешался с толпой.

♂♀

- А? Странно! Изая и Шизуо находятся на одной улице и даже не дерутся! – В шоке воскликнула Карисава, сидя в припаркованном у дороги фургоне.

- Ия-я, наверное, это потому что Шизуо его не заметил. Ия-я-я, но это всё действительно круто… выглядит так, словно в толпу затесались старшеклассники. Только никто из них не надел форму…

Одним из транспортных средств, припаркованных вдоль 60-этажной улицы, был фургон Кадоты и Юмасаки. В нём находились сам Кадота со своей бандой и девушка, найденная этим утром, которая тревожно следила за окрестностями.

Кадота и компания решили похитить эту девушку из квартиры возле станции Икебукуро, прежде чем кто-либо ещё это сделал.

Допросив тех хулиганов, они узнали, что ситуацией тайно руководит кто-то из научно-исследовательского учреждения Фармацевтики Ягири. Пока они готовились к противостоянию, на мобильный телефон лидера хулиганов пришло зашифрованное сообщение.

Вынудив того парня расшифровать его, они узнали что сообщение содержало адрес, упоминание о девушке со шрамом на шее, а также символы ЖИМ. В нём была даже картинка – довольно гротескное изображение бестелесной женской головы. Её кожа и голова в целом выглядели очень живо, но имя файла говорило о том, что это был лишь муляж.

Кадота, спросив у хулигана, что означает ЖИМ, получил ответ – “Живым Или Мёртвым”.

После этого, Кадота со своей бандой приехали в ту квартиру, взломали дверь и спасли девушку.

Возможно, у них всё получилось благодаря тому, что люди, которых эти бандиты хотели использовать для захвата, припарковали свои машины за пределами округа Тошима, в то время как автомобиль Кадоты и его банды уже находился в Икебукуро, что позволило им добраться до места первыми.

Хоть они и не знали, кем была эта дрожащая девушка в задней части фургона, Кадота, как всегда, заполнил кое-какую форму “отчёта” на сайте Долларов. Эта форма должна была останавливать споры между другими членами Долларов, правда они практически никогда не встречались на улицах.

Сделав это, можно рассчитывать на дружеское отношение, как с Карисавой или нелегальным иммигрантом Кастано; только сегодня они узнали, что состоят в одной группе с Саймоном и Шизуо.

Сначала они думали, что нелегальные иммигранты имели доступ в Интернет, и благодаря этому смогли присоединиться к Долларам. Но позже узнали, что их пригласили в реальной жизни посредством “сарафанного радио”. По видимому, организация Доллары вышла за границы Интернета и использовала всевозможные методы для “размножения”.

«Результат этого распространения можно увидеть на сегодняшней “первой встрече”».

- Ия-я-я, сколько там людей? Разве эта сходка одной банды не больше, чем крупномасштабная встреча форума BBS[29]? Все выглядят вполне нормально.

- Это потому что Доллары сами по себе вовсе не цветная банда! Наверное, лучше назвать их “бесцветными”.

- О да, интересно, как же выглядит их лидер.

- Кто знает…

Кадота, который не мог разделить волнение Юмасаки и Карисавы, сидел на месте водителя и бормотал себе под нос:

 - А… так это и есть Доллары… не плохо, в общем-то, не плохо…

«Эта группа, к которой я присоединился, превзошла все мои ожидания» - изрёк про себя Кадота. В то же время, он был полностью поглощён открывшимся перед ним видом. Потому что количество собравшихся здесь человек уже давно превысило число людей на встречах цветных банд.

♂♀

На первый взгляд, вовсе не кажется, что эти люди пришли на одну встречу. Все они были по-разному одеты и не выделяли какой-то конкретной ауры. Каждый стоял там, где ему нравится, возможно с людьми, источающими аналогичную с ним атмосферу.

Там были люди из рабочего класса, школьницы в школьной форме, обычные студенты, иностранцы, люди, выглядевшие так, словно они из какой-то банды, домохозяйки, и прочие, и прочие, и прочие…

Вот такая вот группа только что здесь собралась. Хоть большинством из них являлась молодёжь, зритель всё равно будет поражён огромным количеством людей, собравшихся на дороге.

Даже если бы вдруг приехала полиция, они смогли бы выйти сухими из воды. Если они захотят, то могут с лёгкостью смешаться с улицами, что и являлось целью в формировании этой группы.

Немного спустя было отослано другое похожее сообщение.

Микадо отправил всем его контактам - фактически всем, кто сюда пришёл, такое сообщение:

Тот, кто сейчас не смотрит на свой телефон, является врагом. Вам не нужно ничего делать, просто молча смотрите.

♂♀

Намие и ей приспешники замерли, полностью отрезанные от окружающего мира коллективными взглядами.

Одинокая даллахан стояла высоко над ними, недоуменно глядя на их маленькое государство.

Для того чтобы различить, кто был другом, а кто врагом.

Те, кто был окружён “их” взглядами, всё ещё держались за оружие и по-прежнему группировались для защиты Намие. Это и были её враги, и враги Долларов.

В обмен на её поддержу, Селти уже встречалась с девушкой, которая могла быть её “головой”.

У девушки был довольно шокирующий шрам вокруг шеи. Когда Селти её встретила, то просто спросила: «Как тебя зовут?».

Из-за потери памяти она, вероятно, не сможет ответить. Селти надеялась на нечто подобное, но вместо этого получила самый ужасный ответ.

Пустыми глазами смотря на её шлем, девушка произнесла:

- Селти.

«Дело закрыто».

Кроме чувства глубокого отчаяния, она также почувствовала прилив облегчения, словно её сердце и разум полностью освободились.

Глядя на выделявшуюся из толпы свиту Намие, чёрный мотоцикл – Коист Бодхар, издал громкий терзающий слух рёв, словно гордясь собственным существованием.

Люди, стоявшие перед Намие и её подчинёнными, все посмотрели туда, где находилась Селти – на крышу большого высотного здания.

Словно удовлетворившись реакцией толпы, Селти распростёрла руки.

И сиганула вертикально вниз с крыши здания.

Поскольку на земле начали кричать, она расширила “тень”, окружавшую её тело, настолько, насколько могла. Это выглядело так, словно туман, более глубокий, чем сама полночь, материализовался в темноте ночи.

Немного спустя, “тень” охватила мотоцикл, извиваясь вокруг колёс и стены здания, будто притягивая их друг к другу, что позволяло ей ехать перпендикулярно стене.

Члены Долларов и окружение Намие, собравшиеся вместе на 60-этажной улице, стали свидетелями того, что бросило вызов всем законам физики.

Селти спрыгнула со стены и приземлилась между свитой Намие и Долларами.

Перед сценой, похожей на сцену из фильма, стояли люди, пристально за всем наблюдавшие, были и дрожавшие от страха, а некоторые даже разрыдались.

Затем, игнорируя их взгляды, Селти без колебаний вытащила виток “теней” из-за своей спины и придала им форму огромной косы.

Один из подчинённых Намие, сильно дрожа, поднял полицейскую дубинку и  ударил её по шее из-за спины.

Шлем слетел с её шеи, открывая пустое пространство на котором явно чего-то не хватало.

На мгновение раздались крики шока и ужаса, и те, кто стоял позади, встревожились тем, что вся группа по какой-то причине вдруг впала в состояние паники.

Но Селти не показала никаких признаков колебания.

Да, у меня нет головы. Я монстр. У меня нет рта, которым можно говорить, и нет глаз, чтобы показать всю мою страсть.

Ну и что с того?

Что не так?

Я прямо здесь. Я определённо существую. А те, кто не верит, пусть откроют глаза пошире и внимательно наблюдают. Прочистите уши и слушайте крики разочаровавшегося монстра.

Я здесь. Слушайте, я прямо здесь.

Слушайте, сейчас я плачу.

Я появилась здесь и сейчас чтобы впечатать моё существование в это место…

И они “услышали”. Зрелище, открывавшееся их глазам, переходило в несдержанные вопли в их душах.

Крики даллахан, которые невозможно было услышать, окрашивали улицу в цвета битвы.

Первоначально Доллары были не более чем шуткой.

Идея принадлежала Микадо, а несколько человек, с которыми он познакомился в интернете, сочли её очень хорошей и согласились ему помочь.

Они начали везде распространять информацию о группе, основавшейся в Икебукуро. Позже они зашли ещё дальше, и всякий раз, когда что-либо случалось, они пускали слухи, что это сделали Доллары. Они никогда не утверждали, что сами из Долларов, а всегда говорили, будто слышали это от кого-то ещё. А если кто-нибудь интересовался источником, они просто его игнорировали. Чтобы обмануть людей, они даже сделали поддельный сайт.

Когда слухи начали выходить из-под контроля, Микадо и его друзья решили, что раз уж они это начали, то должны идти до конца, и создали сайт Долларов. Этот сайт требовал пароль для входа. Затем они начали распространять адрес  сайта. Если кто-нибудь хотел узнать пароль, они говорили что-то вроде “один мой знакомый из Долларов сказал мне его по секрету” и отправляли ему этот пароль.

Вот так они создали эту организацию. Что касается их цели, она была написана на главной странице: “Всем рады”. Никаких правил или ограничений.

Конечно, много людей сначала утверждали что-то вроде “В Икебукуро нет такой группы”. Позже нашлись люди, которые начали говорить что-то типа “Кое-кто озадачен, ха!” или “Почему это говорит какой-то мальчишка, который даже не был в Икебукуро?”. Настоящие создатели всё отрицали. Что и говорить, люде, которые не являлись создателями, начали защищать Долларов.

Сначала, всех их восторгала создавшаяся ситуация, но затем они начали медленно осознавать, что что-то не так.

Действительно, первоначально это была лишь шутка. Они собирались сначала создать волнения, а потом просто их проигнорировать. Они всего лишь хотели немного поиграть, но затем всё это начало двигаться в странном направлении.

Сначала, это была просто вымышленная организация, но прежде, чем они это осознали, она начала оказывать кое-какое влияние в реальном мире.

Они понятия не имели, кто это делал. Но видимо кто-то вышел из онлайн-мира в реальность, и продолжал распространять это уже в действительности, приглашая разных людей присоединиться к Долларам.

Шутка зашла слишком далеко, и они потеряли над ней контроль. Положение вещей привело к тому, что они уже не могли просто сознаться. Поэтому Микадо и его друзья медленно исчезли из всего этого. Они считали, что самым лучшим выходом будет просто оставить Долларов, позволить им исчезнуть самим по себе.

И всё же, Микадо был единственным, кто отчаянно цеплялся за эту “шутку”.

Сегодня, группа действительно обладала реальной властью. И Микадо чувствовал, что если никто не будет держать всех этих людей в узде, это определённо будет слишком опасно. В глубине души он, конечно, чувствовал некое ложное превосходство от этой власти. Но он продолжал скрывать эти чувства в своём сердце. А когда Микадо, наконец, понял это, он уже стал лидером Долларов.

Прежде, никто не видел главу Долларов. Абсолютно никому и в голову не приходило, что в то время как группа расширялась, он только учился в средней школе.

Сегодня вечером группа, которая была лишь выдумкой, нашла своё воплощение в реальном мире.

- Это на самом деле удивительно. – Медленно сказал Изая, наблюдая за достигшей апогея ситуацией.

Селти избила около десятка человек менее чем за три минуты, после чего погналась за сбежавшей в неизвестном направлении Намие.

А собравшаяся толпа, словно очнувшись от иллюзии, разбилась на группы и начала расходиться по домам. Как будто их встреча была сном и, проснувшись, толпа полностью исчезла.

Теми, кто остались, были лишь несколько припаркованных на обочине автомобилей и люди, составлявшие повседневную ночную сцену.

- Только что … там действительно было так много людей? – Спросил Кадота у Орихара Изаи, выйдя из припаркованного на обочине дороги фургона.

- О, давно не виделись, Дотатин. А, в этих двадцати трёх районах Токио живёт поразительное количество людей, и чувствуется поразительная нехватки земли. Это место одно из самых густонаселённых в мире. Люди могут появляться везде, где захотят, и неудивительно, что исчезают они тоже куда угодно.

Когда эти двое замолчали, Селти уже вернулась обратно к дороге.

- И, Изая … что это было? Я видел это раньше, но … это ведь не человек, да?

- Ты сам это сейчас видел, так? Она монстр, не забудь разговаривать с ней уважительно.

В шутливом тоне сказав это Кадоте, Изая направился к Селти.

- Похоже, ты их потеряла.

Даже притом, что он только что видел её в бою, он продолжал разговаривать с ней как обычно.

Побег Намие немного её смутил, и Селти опустошённо прислонилась к своему мотоциклу.

- Может, ты, наконец, решила сдаться?

Изая как всегда расслабленно разговаривал с Селти, у которой ничего не прикрывало поперечное сечение шеи.

«Презренный. Этот ублюдок всё это время знал, что у меня нет головы».

Даже перед истинной формой Селти, Изая сохранял полное спокойствие. Напротив, волнение Юмасаки и остальных ещё не совсем утихло, и они всё ещё кричали что-то вроде “Кья-я, а? Как странно! Это реально? Я это действительно вижу? Только не говорите мне, что это … CG[30]?”. Стоящая поодаль пара с восторгом за ними наблюдала.

Селти почувствовала раздражение от того, что люди так на неё пялились, поэтому она подняла свой упавший рядом с ней шлем.

 - Эй! Ты знаешь, что призраков боятся потому, что они сначала летают невидимые вокруг, а потом внезапно выпрыгивают, чтобы напугать людей. Но ты так роскошно выступила … Думаю, скорей всего, люди, находящиеся здесь, больше не будут тебя бояться.

Подразнив Селти, он сразу перешёл к тому, что посчитал странным:

- Кстати, в конце концов, ты не убила ни одного человека, да? Что-то не так с твоей косой? Слишком тупая?

Селти полностью проигнорировала вопрос Изаи, и только спокойно смахнула пыль со своего шлема.

Коса, которую она сегодня использовала, отличалась от обычной, так как она добавила ножны с обеих сторон лезвия. Даже не совсем ножны, она только заставила обе стороны лезвия принять форму задней стороны ножа.

«Я всё ещё хочу продолжать жить в этом месте, поэтому не хочу, чтобы моя репутация упала слишком низко».

Она никому и никогда не рассказала бы эту ребяческую причину. Поэтому она просто застенчиво пожала плечами и поместила свой шлем туда, где должна была быть голова.

♂♀

Перед отъездом, Изая подошёл к Микадо:

- Честно говоря, я в шоке! – Сказал он с полным радости лицом, по которому не текло ни единой капли пота. Кстати, где он был во время встречи? В этом вопросе Микадо был полностью невежественен.

Не обращая внимания на его сомнения, Изая начал откровенно хвалить Микадо:

- Я знал, что много людей в Интернете называют себя Долларами, но никогда не думал, что состоится их реальная встреча … нет, сборище. Предложение поступило в последнюю минуту, и всё же столько народа на ней  появилось. Ах, люди действительно превзошли все мои ожидания.

Сказав это, он слегка покачал головой.

- Но, Микадо-кун … Ты приехал сюда только потому, что мечтал о возможности избежать обычной повседневной жизни, так ведь? Но пройдёт год или больше, и жизнь в Токио станет такой же привычной для тебя. Если хочешь и дальше преследовать необыкновенную жизнь, то я предлагаю искать в другом месте. Может быть, ты мог бы заниматься такими вещами, как наркотики или проституция, и погрязнуть в преступном мире.

Только когда Изая это упомянул, Микадо кое-что осознал. Что он должен делать? Повториться ли то волнение, которое он только что испытал, если он действительно станет главой Долларов? Если прошлая жизнь его не удовлетворяла, сможет ли он продлить свой новый образ жизни на всю оставшуюся жизнь?

- Для членов преступного мира такие вещи совершенно нормальны. Как только ты туда вступишь, это в течение трёх дней станет “нормальным” и для тебя. Кто-то такой, как ты, действительно способен мириться с подобной ситуацией?

То, куда клонит Изая, Микадо сильно не нравилось. Но этот человек – почему он обсуждает это с ним? Микадо подозревал что Изая, вероятно, что-то задумал, но так как юноша понятия не имел, что именно, то и сказать пока ничего не мог.

- Если действительно хочешь распрощаться с нормальной жизнью – у тебя нет другого выбора, кроме как продолжать развиваться. Без разницы, захочешь ли ты подняться выше, или глубже упасть. Это одно и то же.

Наконец, он похлопал Микадо по плечу:

- Наслаждайся своей нормальной жизнью, пока можешь. Но, из уважения, я ничего не возьму за номер Ягири Намие, и никому не продам информацию о том, что ты создатель Долларов. Это твоя банда, используй её как хочешь.

Сказав это, Изая молча направился к Селти.

Микадо по-прежнему чувствовал себя довольно неловко, но всё равно поклонился в спину удаляющемуся Изае.

Тогда, Изая вдруг, словно что-то вспомнив, остановился как вкопанный, повернул голову и сказал:

- Вообще-то, всё это время я наблюдал за тобой в сети… Ах… Я хотел узнать, что за человек создал эту удивительную группу под названием Доллары. Ну ладно, удачи, Танака Таро-кун!

- ?!

Как он узнал? Этот ник Микадо использовал в городском чате. Кстати говоря, он назвал Кадоту “Дотатин”.

Тогда он подумал о том, о чём Изая только что сказал. Всё это время он знал, что Микадо является создателем Долларов, и наблюдал за ним в сети.

Затем Микадо вспомнил одного человека. Человека, который и пригласил его в этот чат. Человека, который много знал об Икебукуро и о Долларах.

«Нет… Не может… Не может быть…»

♂ ♀

После всего этого, на 60-этажную улицу прибыли полицейские, патрулировавшие район. На это время, пока они не уехали, Микадо, одетый в школьный пиджак, и Селти спрятались в тенях тёмного переулка. Если бы офицеры увидели человека в школьной форме в такое время, без внимания они бы его точно не оставили.

Люди на улицах, не имевшие никакого отношения к Долларам, а также зазывалы и прочие, должны были быть свидетелями произошедших здесь недавно нарушений. Но ни один из них ни о чём не сообщил полиции. Старая поговорка гласит: “Не буди лихо, пока оно тихо”. Кроме того, никто не хотел иметь ничего общего с таким необычным происшествием, и были даже такие люди, которые думали, что им это почудилось.

Но даже после того, как полиция уехала, сердце молодого человека почему-то оставалось неспокойным.

Такое чувство, будто он о чём-то забыл. Пока Микадо об этом думал, Селти, снова надевшая свой шлем, направилась к фургону, в котором находилась её “голова”.

У Селти больше не было никаких чувств к “голове”, а к фургону она шла только ради того, чтобы окончательно с ней распрощаться. И тогда…

Удар.

Она только что открыла дверь фургона, когда почувствовала непонятное воздействие на собственную спину. И ещё раз то же самое немного выше.

«Странно. Разве вчера с Шизуо не произошло нечто подобное?..»

Это воздействие немедленно превратилось в боль, которая заставила Селти тут же осесть на колени.

Повернувшись, она увидела стоящего за ней высокого юношу в школьном пиджаке.

Он держал в руке большой скальпель, вероятно взятый из научно-исследовательского центра.

После непродолжительной тишины, раны Селти начали заживать и боль постепенно утихала. Увидев это, юноша сказал:

- Думаю, обычное ножевое ранение тебя не убьёт…

Убедившись, что на лезвии ножа не было пятен крови, Ягири Сейджи спокойно шагнул в фургон.

«Эй-эй-эй!»

Селти понятия не имела, как реагировать на этого нежданного гостя, и уже почти забыла, что её дважды ударили ножом в спину. Вспомнив рассказ Микадо, она предположила, что это тот парень, по имени Ягири Сейджи, который преследовал её голову. Он же – младший брат только что сбежавшей женщины. Как и тогда, когда он столкнулся с Шизуо, способ, которым он наносил удары, выглядел слишком простым, и поэтому его действия было трудно заметить. Вот какой он парень.

Затем, Ягири Сейджи просто залез в фургон и забрал оттуда главную героиню.

- Э?..

Наблюдавший издалека Микадо не смог точно разглядеть, что там произошло, и его челюсть отвисла.

Он увидел, как подросток в школьном пиджаке залез в фургон, и немного погодя, вывел оттуда девушку со шрамом на шее.

Сейджи взял её за руку и восторженно улыбнулся. Сохраняя свой, как обычно твёрдый, взгляд, он направился прочь от фургона.

Наблюдавшие за ним Карисава и Селти не сделали ничего, чтобы его остановить. Возможно, они просто не могли это сделать. Потому что действия Сейджи были такими невинными, и одновременно переполненными достоинством.

Увидев его, Карисава сначала подумала, что он друг Микадо. Он носил такую же школьную форму, и в его глазах не было и следа таких чувств, как вина или опасение.

В фургоне, он пристально, предельно честным взглядом посмотрел на девушку и протянул руку:

- Я здесь, чтобы забрать тебя. Вот, пойдём.

Услышав только эти слова, возможно, Селти с Карисавой ещё могли бы его остановить. Но в следующую секунду, события приняли совершенно неожиданный оборот.

- … Хорошо.

Они и подумать не могли, что девушка тут же примет его предложение и безо всяких колебаний ухватиться за протянутую руку.

Как будто именно такой ответ он и ожидал, Сейджи энергично кивнул и помог ей выбраться из фургона.

Всё это выглядело так, словно здесь встретились две судьбы, и ночная улица стала путём, на котором они воссоединились…

- Э? Что?

Увидев такой неестественный сценарий, Микадо ощутил некое замешательство, но всё же продолжал пристально наблюдать.

Когда Кадота и Юмасаки заметили форму Сейджи, они также предположили, что парень с Микадо, и поэтому продолжали небрежно наблюдать, не обращая на него особого внимания. Изая, казалось, почувствовал что-то не то. Но, как бы то ни было, останавливать юношу он не собирался, продолжая со счастливой улыбкой наблюдать за ходом событий.

Немного спустя, когда Сейджи вместе с девушкой уже собирался покинуть улицу, он заметил Микадо и сам к нему подошёл.

- Эй.

Приветствие Сейджи было совершенно обычным, и всё же оно казалось таким чуждым. Микадо ничего не смог на это ответить.

Не обращая внимания на его реакцию, Сейджи продолжал говорить:

- Наверно, я должен поблагодарить тебя и сестру. Без сестры, я бы не знал где она; а если бы не ты, сестра, скорей всего, продолжала бы держать её взаперти в той тесной лаборатории.

Скупо его поблагодарив, Сейджи уже собирался было пройти мимо Микадо, когда тот поспешно выбросил руку в попытке их остановить. Он сумел взглянуть девушке в лицо, после чего она растерянно посмотрела в сторону. Такая реакция означала, что она чего-то боится.

Тогда Микадо, взглянув на Сейджи, задал самый главный вопрос:

- Надеюсь, ты сможешь мне ответить… это то, чем я только что пытался запугать твою сестру…

- Имеешь ввиду, убил ли я кого-то? Да, это правда.

Услышав его слова, только взглянув на этого человека, Микадо почувствовал, как по его телу пробежался лёгкий озноб.

Сохраняя своё обычное выражение лица, Сейджи поднял скальпель над преградившим ему путь Микадо.

- Так что уйди с дороги. Поскольку речь зашла об убийстве мною той девчонки-сталкера, мы должны убежать прежде, чем прибудет полиция.

Глаза Сейджи отнюдь не горели безумием, в них не было ни капли жестокости.

- Пусть ты и говоришь…

- Да что ты знаешь? Я с ранних лет за ней наблюдал. С самого начала, когда она была в ловушке в этой стеклянной банке, я всегда хотел её освободить. Я хотел видеть её свободной в этом огромном мире, хотел жить вместе с ней. Я всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда, всегда думал только об этом.

Его глаза как обычно сохраняли спокойствие, хотя они, можно сказать, были переполнены своего рода убеждением. Или это была реальность, которую он выбрал. Но остальные видели в них лишь нечто непонятное и пугающее.

- Ты что делаешь?

Что-то не так. Изая, Кадота, Юмасаки и остальные постепенно окружили школьников.

Увидев группу агрессивно настроенных людей, Сейджи мягко покачал головой:

- Вы, ребята, так раздражаете. Никто не может остановить силу любви.

Даже оказавшись в такой ситуации, он всё ещё разговаривал с абсолютно каменным лицом. Сейджи перехватил поудобней поднятый в руке скальпель и, обратившись к Микадо, твёрдо сказал:

- Кстати, ты не чувствуешь собственную никчёмность? Тогда или же сейчас, возле тебя всегда есть кучка дружков, рвущихся тебе на помощь… Никогда не совершая ничего самолично, ты похож на самую мелкую шестёрку. Ты, наверно, никогда раньше ни в кого не влюблялся, так ведь?

- Тот, кто не знает, как трудно собирать людей, не дотягивает даже до уровня шестёрки.

Услышав насмешку Микадо, Сейджи только болезненно улыбнулся и замахнулся скальпелем, целясь прямо в него.

И в этот момент, сзади в тело Сейджи яростно врезалась чёрная тень.

«!»

Нападение совершила Селти, до этого ждущая своего часа. Ручкой косы она поразила левую руку Сейджи, пытаясь заставить его отпустить скальпель. Но, несмотря на такой жёсткий удар, скальпеля он не выронил. Более того, он по-прежнему намеревался напасть на Микадо.

- Эта жалкая атака не сможет разрушить мою любовь!

Выпалив эти, явно неуместные в данной ситуации слова, он подумал о том, как бы ему передвигаться среди них вместе с девушкой.

Словно желая запугать всех своих противников, Сейджи сильнее сжал в руке нож и сделал резкий выпад вперёд и вбок. Увидев это, Селти запаниковала и набросилась второй раз, но…

- Это не сработает!

- Эй, что это за парень?..

Кадота недоверчиво смотрел на Сейджи, но глаза юноши сохраняли свою устойчивость, и даже боль не заставила его дрогнуть.

- Ничего не выйдет! Это больно, но я могу игнорировать эту боль. Селти и я… нам не нужны ни боль, ни печали в нашей жизни. Именно поэтому я не думаю, что боль, которую я сейчас чувствую, вообще можно назвать болью!

- О чём ты говоришь?

Услышав вспышку Микадо, Селти подняла косу, решив разорвать сухожилия на запястье соперника.

«Что случилось с этим парнем? Я должна быстрее его остановить, или это будет опасно… так это и есть его так называемое проявление любви? Что случилось с его ценностями? Или людские ценности отличаются от моих? Я не понимаю, не понимаю, не понимаю, не понимаю…»

Словно пытаясь рассеять собственные страхи, Селти немного подняла свою косу. И безо всякого предупреждения, обе стороны косы стали невероятно острыми, как будто их тщательно наточили. Увидев это, Микадо и все остальные сделали большой шаг назад.

В то мгновение, когда Селти уже сбиралась опустить косу на запястье Сейджи…

- Подожди-и-и-и-и а-а-а-а-а-а-а-а!

Резкий крик заставил всех вокруг замереть.

Всех, кроме двоих – Сейджи и “её”.

Прежде, чем девушка со шрамом смогла закрыть собой Сейджи, тот уже предугадал её движение и вместо этого рванулся вперёд, чтобы её защитить. Коса остановилась прямо перед телом Сейджи, в итоге никого не поранив.

После чего все повернулись и посмотрели в сторону девушки. Любопытство и удивление отразилось на их лицах.

Когда Селти подняла косу и направила её на Сейджи, той, кто рискнула своей жизнью ради его защиты, была девушка, которая выглядела как её “голова”, и которая называла себя Селти. То, как она кричала, пытаясь спасти Сейджи, абсолютно отличалось от её послушного поведения до этого.

- Пожалуйста, остановись! Сейджи-сан, Сейджи-сан просто немного строгий, немного жестокий, и он отличается от других людей, но он спас меня! Он меня спас, меня и Анри, и, кроме того … у него есть кто-то, кого он любит. Так что … так что … ты не можешь … убить … его…

Её голос медленно задрожал, по лицу потекли слёзы, и она упала в объятия Сейджи.

«Неужели … может ли быть, может ли…»

Теперь, Даллахан поняла.

«Всё не так. Это не моя “голова”».

Практически в это же время, Микадо понял, кто она на самом деле.

«Эта девушка вовсе не голова Даллахан. Это…»

- Харима… Мика?..

В ответ на вопрос Микадо, сказанный скорей для себя, она отвела взгляд и начала неудержимо дрожать.

- Я прав? Ты та девушка, которую, как мы думали, убил Ягири-кун – Харима Мика, верно?

- Невозможно.

Это последнее слово вылетело изо рта Ягири Сейджи. Когда он услышал её голос и имя, много воспоминаний пришло ему на ум. Эта девочка-сталкер была так на неё похожа. Человек … чью голову он разбил о стену, предположительно убив.

- Эй, он лжёт, да?

- … Прости! Прости! Мне так… жаль… Вообще-то… я действительно не умерла! Я была ещё жива… а потом сестра Сейджи-сан спросила меня… спросила хочу ли я, чтобы Сейджи-сан полюбил меня!.. Я… хоть Сейджи-сан меня чуть не убил, мне всё равно до сих пор очень нравится Сейджи-сан!.. Потом… потом они позвали доктора… и он сказал, что с помощью пластической хирургии и макияжа… я смогу выглядеть так же, как та голова… голова, которую любит Сейджи-сан!

Тело Селти внезапно затряслось.

- А… потом, доктор сказал: “Тебя будут звать Селти, это имя головы”… так что я хотела стать Селти ради Сейджи-сан… но, Намие-сан сказала, что этого недостаточно… она сказала, что мне… что я должна буду перенести операцию по удалению моих эмоций и воспоминаний!.. Но я… я не хотела забывать мои чувства к Сейджи-сан… я так хотела ему сказать, как сильно его люблю! Поэтому я… я сбежала из лаборатории!

Сестра Сейджи, очевидно, хотела использовать живого человека, выдав его за “голову”, чтобы разлучить своего брата с настоящей “головой”. Всё это могло дать Сейджи возможность быть нормальным человеком, но, к сожалению, даже сама Намие, ослеплённая собственной жгучей ревностью, этого не понимала.

Многочисленные осколки в сердце Селти начали соединяться воедино, образуя цельную картину. Всего несколько человек знали имя Селти, и только один из них знал, что она была даллахан – Кишитани Шинра. Человек, с которым Селти жила, “подпольный доктор”, посвящённый в её тайну.

Селти начала думать о том, как всё начиналось, и внезапно вспомнила, что когда она хотела исследовать фармацевтические и университетские исследовательские учреждения в поисках своей головы, Шинра сам вызвался ей с этим помочь: “Я знаю кое-каких людей в Фармацевтике Ягири, так что могу для тебя поискать там. Будет не очень-то умно с твоей стороны остаться в долгу перед Орихара Изаей, когда ты можешь использовать меня в такого рода вещах”.

Позже, проведя собственное расследование, он сообщил, что ничего сомнительного не нашёл. Но возможно, он с самого начала знал, что “голова” была у компании Ягири. Скрыв от неё этот факт, он даже предложил свою помощь…

Сжав кулаки, Селти просто поклонилась Микадо и прыгнула на свой мотоцикл, даже не взглянув на Мику и Сейджи.

Затем, под покровом ночи, двигатель мотоцикла издал оглушительный рёв, словно объявляя о завершении спектакля.

Это был самый страстный призыв, прозвучавший в ту ночь.

- Ты… лжёшь. Как это возможно… Тогда я… я…

Намереваясь окончательно раздавить ошеломлённого Сейджи, к нему подошёл плохой парень:

- В конце концов, ты даже не смог понять, какая из них настоящая. Говоря прямо, твоя любовь к этой “голове” ничего не стоит. Болван.

Слова Изаи окончательно сломили Сейджи, и тот упал на колени.

- Сейджи-сан!

Человеком, тут же бросившимся к нему, была девушка со шрамом на шее, его одноклассница – Харима Мика.

Микадо казалось, что происходящее смахивает на неплохую комедию, вот только смеяться над этим он точно не мог.

Немного подумав, Микадо подошёл к ним и робко заговорил:

- Эм… пусть ты и не знал, что она подделка, это не отменяет того, что ты рисковал своей жизнью, ради её защиты. Думаю, это действительно здорово.

Слегка успокоив Сейджи, Микадо продолжил:

- Впервые услышав о проделках Харимы-сан, думаю, я что-то неправильно понял. У неё есть кое-какие проблемы с индивидуальностью, но она определённо не сталкер.

Следующие слова были сказаны таким тоном, словно он разговаривал сам с собой:

- Э… в конце концов, она до сих пор тебя преследовала. И, подобно сталкерам, показывала своё собственничество. Но она охотно рискнула своей жизнью ради Ягири-куна. Не думаю, что она сделала бы нечто такое из-за простого эгоистичного чувства собственничества. А с другой стороны, это замечательно, что она всё ещё может любить человека, который её чуть не убил…

На этом Микадо покинул улицу, бросив напоследок одну фразу:

- Думаю, Харима-сан… очень похожа на Ягири-кун.

♂♀

Квартира около шоссе Кавагое. Поздняя ночь.

Отперев замок, Селти ударом ноги распахнула дверь в квартиру Шинры.

- О, ты вернулась.

Сам Шинра, который что-то печатал на компьютере в гостиной, приветствовал её своей обычной улыбкой.

Селти и не собиралась снимать сапоги, сделанные из “теней”, а сразу же подлетела к одетому в белое молодому человеку. Затем, безо всяких объяснений, она схватила его за воротник.

Селти не хотела сейчас что-либо печатать, и думала, что просто избив его, от своего гнева она не избавится. Пока она размышляла о том, что с ним сделать…

- Ты, наверное, хочешь сказать: “Что, чёрт возьми, ты делаешь?”, так ведь?

В самом спокойнейшем тоне, Шинра сказал именно то, о чём думала Селти.

- А потом ты бы сказала: “Ты всё это время знал, да? Ты, наверное, все эти двадцать лет знал, что моя голова находится в том научно-экспериментальном центре? Ты и твой отец с самого начала сговорились с Фармацевтикой Ягири! И теперь, когда я об этом задумалась, вы оба были странно спокойны, встретив меня впервые! Возможно даже, что это твой отец украл у меня голову?! Ты всё это знал и скрывал от меня, начал работать подпольным доктором, сделал операцию той умирающей девушке! Может, я и монстр, но настоящим чудовищем, пожирающим людские жизни безо всяких сомнений, являешься ты”… как-то так, верно?

- !..

- Верно, позволь мне объяснить, чтобы ты поняла… Я не знаю, мой ли отец украл у тебя голову, и эта информация мне не интересна. А девушка сама хотела ту незначительную хирургическую операцию. Возможно, люди из Фармацевтики Ягири уговорили её принять такое решение, меня это особо не волнует.

Выслушав его, Селти ослабила захват на воротнике Шинры.

Её кулаки задрожали, и время будто остановилось.

«Если бы я могла говорить, я бы, наверно, сказала именно это».

Глядя на задумавшуюся Селти, Шинра слегка по-мазахистски улыбнулся и сказал:

- Хочешь спросить: “Как ты узнал о том, что я хотела сказать?”, так? Не очень-то хорошо об этом спрашивать.

Уверенный, что угадал мысли Селти, Шинра не стал ждать ответа и продолжил:

- Да, я знаю. В конце концов, я любил тебя двадцать лет, поэтому, конечно, я знаю.

- …

- Если говорить о том, как я это узнал… ну, я бы сказал, что люди, оценивая чувства других, слишком полагаются на мимику. Более тонкие вещи, такие как звук шагов или изменения в мышечном напряжении, тоже могут рассказывать о чувствах. Особенно мне, ведь я так долго за тобой наблюдал…

«Зачем ты мне всё это говоришь? Даже если и так, почему ты никогда не говорил мне, где моя голова?»

Словно прочитав её мысли, Шинра ответил:

- Потому что я люблю тебя. Именно поэтому я и не говорил, где была твоя голова.

- ?..

- Потому что как только ты найдёшь голову, ты исчезнешь из моей жизни. Я не смогу это принять.

Это был эгоизм, но всё же его слова светились так чисто.

- Я не скажу что-то вроде “Я отпущу тебя, если ты будешь счастлива”. Я буду бороться до конца ради нашей любви. Я и раньше тебе это говорил, так ведь? Я сделаю всё возможное, чтобы добиться победы в игре с судьбой, которая нас объединяет. Именно поэтому я использовал ту бедную девочку. Её зовут Мика-тян, да? Я использовал её, чтобы заставить тебя отказаться от своей головы. Я никогда не позволю тебе покинуть меня. И меня не волнует, если для достижения своей цели мне придётся воспользоваться чувствами или смертью других людей, даже собственными. Это может показаться противоречивым, но твои чувства я тоже использую.

Сначала эти слова показались довольно грубыми и неприятными, но в его глазах не было и намёка на неискренность или вину.

Выслушав всё это, Селти почувствовала себя слегка обескураженной. Первоначально, она думала, что Шинра начнёт разыгрывать из себя идиота и мямлить слабые оправдания. Тогда она бы его избила так, чтобы надолго запомнил, убежала бы из квартиры и никогда больше к нему не вернулась. Но он объяснил всё так чётко и понятно, что Селти не могла подобрать слов.

Предварительно подведя Шинру к компьютеру, она яростно застучала по клавиатуре, словно перенося на неё весь свой гнев.

[Даже если я верну голову, я тебя не покину.]

- Это твоё мнение, но голова может с этим не согласиться. – Серьёзно ответил Шинра, и в его тоне не было ни намёка на свою обычную дразнящую манеру.

- Я всегда задавался вопросом, почему в этом огромном мире только ты появилась перед людьми? Чем ты отличаешься от других даллахан? И я подумал, что скорей всего это из-за головы. Именно потому, что у тебя нет головы, ты способна материализоваться и существовать в этом мире. Вот что я думаю.

Словно читая написанный собственноручно трагический роман, Шинра заканчивал свою повесть с меланхоличным выражением на лице:

- Если это правда… когда ты найдёшь голову и вернёшь воспоминания… что если ты просто исчезнешь, как туман в утреннем солнце, как будто всё это было лишь мечтой? Вот чего я боюсь.

Селти тихо подошла к ближайшему стулу и села. Мгновение она сидела неподвижно.

В следующее мгновение раздался стук клавиатуры.

[Поверишь ли ты в то, что я собираюсь сказать?]

- Я верю тебе. Или, точнее, ты единственная кому я верю.

После его ответа, Селти начала печатать слова, не дающие покоя её сердцу:

[Я… тоже боюсь.]

[Я боюсь… боюсь умереть.]

[Я знаю, что меня не победить. Знаю, что сейчас никто не сможет меня убить. Я не хвастаюсь, это факт, который я должна принять. И этот факт не доставляет мне ни счастья, ни удовольствия. Но… нет, именно потому, что я непобедима, я боюсь. Моё тело не содержит ядро, которое является моей “смертью”. Поэтому есть только одна возможность, а именно – этим ядром является моя голова. Если кто-то в любое время и в любом месте, без моего ведома уничтожит голову… то, независимо от того, о чём я сейчас думаю или в какой ситуации нахожусь, я…]

Селти не смогла закончить последнее предложение, и, в конце концов, её пальцы начали выводить новые строки:

[Ты мне поверишь? Даже без глаз и мозга я могу видеть сны. Ты веришь, что ночные кошмары заставляют меня дрожать в страхе? Я боюсь, и поэтому хочу сама управлять своей смертью, и из-за этого я продолжу искать мою голову. Ты веришь мне?]

Глаза Шинры не пропустили ни слова из этого монолога, который даллахан вела на экране.

Он подождал, пока её пальцы полностью не остановились, после чего незамедлительно ответил:

- Я только что это говорил: ты единственный человек, которому я верю.

Сказав это, Шинра бодро улыбнулся, и с видом, будто сейчас заплачет, рассмеялся:

- Это всё так удивительно. Фактически мы… были так заняты нашими собственными предположениями.

[Мы идиоты, да?]

Даллахан медленно встала и одной рукой напечатала несколько коротких предложений:

[Эй, Шинра.]

- Что?

[Позволь мне тебя ударить.]

- Ладно.

Шинра ответил без единого колебания. Селти тоже не колебалась, и её кулак врезался прямо ему в лицо.

Громкий треск, и молодой человек в белом халате тяжело рухнул на пол.

Шинра лежал на полу, из уголка его рта сочилась кровь. Через некоторое время он вдруг резко встал, и, повернувшись к Селти, сказал:

- А теперь, позволь и ты мне тоже тебя ударить.

Он никогда раньше такого не просил, но всё же Селти согласилась.

Убедившись, что перед ним пустой шлем…

Шинра сбил его лёгким ударом.

Шлем с глухим стуком упал и покатился по полу.

«?»

Селти не могла понять смысл этого жеста и погрузилась в молчание. А что касается подпольного доктора, он потёр ноющую руку и улыбнулся:

- Видишь, Селти красивее всех, когда честна сама с собой.

Глядя на место, на котором точно чего-то не хватало, Шинра продолжил:

- Давай считать этот удар нашим свадебным поцелуем.

Услышав… это, Селти резко ударила его в живот.

- Оогх!

Затем она прижалась к телу Шинры.

В это время её левая рука напечатала на клавиатуре:

[Ты действительно идиот.]

Момент не нуждался в словах. Шинра осторожно обнял Селти.

Почувствовав, что её тело периодически содрогается, Шинра понял, что она плачет.

♂♀

Синдзюки. Раннее утро.

Всё, что она сделала, было ради её брата.

Но, если уж быть точным, ничего из всего этого не принесло Сейджи никакой пользы. По правде сказать, она делала это ради собственного счастья и желания увидеть улыбку своего брата. Но сама она об этом и не догадывалась.

После той шумихи, Ягири Намие забрала “голову” и покинула научно-исследовательский центр. Вскоре после её ухода, как она и ожидала, её ушей достигла новость о том, что чёрная мотоциклистка – тело даллахан, совершила набег на лабораторию. Но голова уже была в её руках. Если бы она позволила даллахан получить назад свою голову, её брат мог впасть в глубокую депрессию, или даже принять то “тело” за свою вторую половинку.

В любом случае, ничего из этого Намие не хотела.

Она должна постоянно контролировать “голову”. Она хотела, чтобы её брат смотрел только на неё. Это было её единственным желанием.

И когда Намие позвонила своему дяде, чтобы попросить о помощи, она услышала невероятную новость.

Её дядя рассказал, что этой ночью состоялось экстренное совещание совета директоров компании, в ходе которого было подтверждено присоединение к Небуле. Возможно, Небула внимательно наблюдала не только за ночными волнениями, но и за всеми спорами, в которых фигурировал научно-исследовательский центр. Не совсем ясно, кто это предложил, но в любом случае, обе стороны пришли к соглашению о слиянии, прежде чем возникли более серьёзные проблемы.

Естественно, Небула кое-что попросила, и это кое-что – голова даллахан.

Намие закончила разговор, так что телефон хрустнул, и развернула машину.

Но возвращаться в офис она не собиралась, ей нужно найти организацию, которая помогла бы спрятать “голову”.

Если она обратится за помощью к преступному миру, скорей всего, у неё ничего не получится, так как “голова” не принесёт им никакой пользы. А если она пойдёт в другой научно-исследовательский центр, вероятно, там ей любезно помогут из-за данных, которые она с собой принесёт. Но тогда ей придётся смириться с фактом, что голова больше не будет в её руках.

Она исчерпала все варианты. Наконец, Намие решилась искать убежища у одного человека…

- Мы впервые встретились лицом к лицу, да? Тот список нелегальных иммигрантов пригодился?

Так, сбежавшая Намие, прихватив с собой голову, пришла в дом Орихара Изаи.

- Ты столько глупостей наделала. Ты отказалась от всего ради извращённой любви твоего брата. Или, я должен сказать, ради твоей извращённой любви к брату?

Изая негромко её высмеивал, перемещая фишки по игровому полю Реверси[31]. Хоть его внимание и слова предназначались сидевшей перед ним Намие, его взгляд не отрывался от игровой доски.

- Твоё начальство не могло просто сидеть, сложа руки, так ведь? Небула – крупномасштабная международная компания. Нет, это мега-корпорация с огромным влиянием даже в Америке.

Он поставил ещё одну фишку реверси, и теперь две чёрные фишки стояли по обе стороны от шахматной пешки.

- Хорошо, пешка продвигается.

Сказав это, он тут же пододвинул пешку и, как ни в чём ни бывало, взял короля. Посторонний наблюдатель, вероятно, не понял бы, что он делает. Но для него, по-видимому, во всём этом имелся смысл.

- Итак, сейчас ты находишься в очень тяжёлом положении. Возможно, мафия попытается тебя выследить, или ты можешь получить пулю меж глаз от какого-нибудь снайпера, нанятого швейцарским банком. Так: “Бах”, шах и мат.

Король в руке Изаи передвинулся вперёд и захватил короля с противоположной стороны.

- Интересно, что бы было, если б существовало правило, по которому короли сражались бы один на один.

Тогда Изая, наконец, посмотрел на Намие. Та тоже быстро и нетерпеливо на него взглянула. У неё не было намерения отвечать на его бессмысленные заявления.

Изая открыл специализированный портфель, стоящий рядом с игровой доской, и уставился на лежащую внутри голову.

Затем он завёл с Намие странный разговор:

- Думаю, я похож на твоего дядю. Он меньше всех верит в загробный мир, больше всех боится умереть, и очень хочет попасть в рай.

Слушая рассуждения Изаи, Намие начала представлять лицо дяди. Как только она захотела поразмышлять о его образе мыслей, она с изумлением поняла, что, кроме брата, совершенно не интересовалась другими членами семьи. Хоть она всячески пыталась вспомнить личность своего дяди, у неё это не получалось.

- Но теперь я уверен. Определённо, загробный мир существует. Давай просто с этим согласимся.

Он пристально смотрел на красивое лицо Селти. Играя пальцами с её волосами, Изая лукаво сказал:

- Говорят, по преданиям, среди даллахан были одни женщины. Знаешь почему?

- … Нет, не знаю. Некоторые мои люди изучали эти легенды, но я всегда считала, что это лишь пустая трата времени.

- Ты рационалист. Ладно, это неважно… Существует множество мифов и легенд, у которых есть много общего друг с другом, а иногда они даже связаны между собой. В скандинавской мифологии существуют небеса, называемые Вальхалла… на самом деле, это не совсем небеса. Так или иначе, просто есть такое место. Подобное понятие существует и в кельтской мифологии, где души умерших покоились в месте, называемом Иной Мир. Вернёмся к скандинавскому фольклору, который верит в существование ангелов-женщин в доспехах, называемых валькириями, которые ищут души храбрых воинов и направляют их в Вальхаллу. Женщины в доспехах, ищущие мёртвых, разве ты не слышала это раньше?

«И что?»

Намие понятия не имела, о чём пытался сказать Изая. Она только видела, как улыбка медленно наползала на его лицо, всё шире и шире, становясь всё более и более похотливой.

- Это объясняет, что валькирии, блуждающие в человеческом мире, на самом деле являются даллахан. Именно поэтому даллахан – женщины, большинство из которых, как сообщается, носили броню. Если это действительно так, то “голова”, вероятно, ждёт. Ждёт войны, чтобы препроводить святых воинов в Вальхаллу.

Даже притом, что всё это были лишь его предположения, Изая продолжал говорить так, словно констатировал общеизвестные факты:

- Причиной, почему голова жива, но всё ещё в глубоком сне, является то, что здесь не поле битвы. Если это возможно, я хотел бы стать избранным воином. Но если я возьму голову в зону боевых действий на Ближнем Востоке, то я не смогу выжить на поле боя.

Затем его голос внезапно изменился, стал более молодым и нетерпеливым. А его улыбка утратила всякую связь с человечностью.

- Если действительно возможно после смерти попасть в место, под названием Вальхалла, что я должен сделать, чтобы там оказаться? Кроме начала войны… единственный путь – пойти туда, где она уже началась. Но если я уеду на Ближний Восток, то ничего там сделать не смогу. Вот почему мне придётся развязать войну, которой я смогу управлять, и в которой только я смогу победить, не правда ли?

Закончив, Изая придавил пальцем один из углов игровой доски и с силой её крутанул, словно хотел передать собственное счастье. Фишки и шахматные фигуры разлетелись в разные стороны, осталась лишь передвинутая в центр игрового поля пешка.

- Если… прямо здесь, в Токио… начнётся “война”, не имеющая никакого отношения к армии или правительству… уверен, я смогу дожить до конца. Боже, мне так повезло! Я не верил в небеса, и выбрал жизнь, в которой никогда не смог бы туда попасть… и такому, как я, повезло повстречать падшего ангела!

Улыбка Изаи теперь выражала чистую радость. Его смех и счастье не оставляли места для кого-то ещё. Поэтому Намие, первоначально намеревавшаяся что-то возразить, смогла выдавить только:

- Это… всего лишь твои предположения.

- Те, кто верит, никогда не погибнут. И я уже говорил, это просто страховка. Поэтому… я сделаю всё возможное, ради того, чтобы получить свою “жизнь после смерти”. Даже если я попаду в ад… даже если после смерти будет только боль… пока я продолжаю существовать в загробной жизни, это прекрасно. Но, если это возможно, я бы лучше предпочёл небеса.

Затем Изая небрежно, словно приглашая пообедать, спросил кое-что у Намие:

- Вот так, Намие-сан. Давай вместе отправимся на небеса.

Глядя на улыбку Изаи, больше похожую на маску, только тогда Намие поняла, что отдала “ангела” последнему человеку, у которого она должна быть.

Тогда Изая слегка улыбнулся задумавшейся Намие и сказал:

- Как один из Долларов, я лучше всего подхожу для охраны этой головы. Как говорится: “Маяк светит далеко, а под ним всегда темно”[32]. Селти никогда и не подумает, что её голова у одного из банды, частью которой она является.

«Доллары? Селти одна из Долларов?»

Информация, о которой Намие никогда даже не догадывалась, волнами вторглась в её чувства. И пока она находилась в замешательстве, Изая возбуждённым голосом сделал её дьявольское предложение:

- Ты тоже присоединяйся к Долларам. В конце концов, наш девиз: “Всем рады”. Хотя… позже и я этому поспособствовал, приглашая к нам людей.

Казалось, он её дразнил, но всё же, это смахивало на то, словно он был в неё влюблён и желал ей добра.

- Давай поможем этому падшему ангелу расправить крылья и полететь, ладно?

♂♀

Южный парк Икебукуро. Утро.

Это необычная история.

- Я не люблю тебя.

Под непрерывно бледнеющим небом, обнявшись, на скамейке в парке сидели парень с девушкой.

- Но когда я на тебя смотрю, я вспоминаю свою “любовь” к ней, и я никогда не забуду о своём стремлении. Так что я приму твою любовь. До того дня, пока не найду её.

Сейджи сказал это едва слышным шёпотом, осторожно держа Мику на своей груди.

Мика спокойно улыбнулась в его объятиях. Эта улыбка означала молчаливое согласие.

«Чтобы Сейджи меня искренне полюбил, я должна стать той “головой”. Я всё равно буду любить его, даже если мне придётся пожертвовать всем остальным. Я не буду возражать, и сделаю всё, чтобы помочь ему найти голову. И когда я её найду, на глазах у Сейджи я разрежу её на куски, разотру в порошок и съем, так, что она станет моей плотью и кровью. Я сделаю это только ради него, ради него, ради него…»

Это всё выглядело так, словно настал тот момент, когда их любовь, наконец, получила шанс на существование.

Эта любовь была так невинна, но в то же время бесконечно извращённа.

Их силуэты казались такими плавными и красивыми, но в то же время безнадёжно ненормальными.

На лице Масаоми расцветала невинная улыбка. Он был похож на маленького мальчика, рассказывающего о вчерашнем аниме:

- Эй, Микадо, я в интернете видел… похоже, что у Долларов вчера была встреча! Оказывается, Саймон и Шизуо тоже из Долларов! И у чёрного мотоциклиста действительно нет головы, он проехал вниз по стене, и у него была эта огромная коса, которая так “ВЖЖУУ”, и всё это супер потрясно!

- Понятия не имею, о чём ты.

Вчера произошло нечто грандиозное, но, естественно, школа из-за этого не исчезнет. Школьный звонок всё ещё звенел, как ни в чём ни бывало, и уроки продолжались как обычно.

В тот день, во время обеда, Микадо поднялся на крышу школы. Почти все в академии Райра обедали в школьной столовой, которая по уровню не уступала частному университету, или же ходили в какое-нибудь кафе. Но некоторые студенты отличались от них, предпочитая поедать свои бэнто[33] на крыше.

И с крыши, и с улицы, небо выглядело одинаковым. Микадо понял, что в его родном городе небо было точно такое же. Это совершенно естественно. Странно только, что он испытал так много необычных вещей, но чувства в его сердце оставались необъяснимо приземлёнными. Он чувствовал себя так, словно это был день после долгожданной школьной поездки.

На следующий день после этого случая, Микадо, протирая слипающиеся глаза, пошёл в школу, где увидел Ягири Сейджи, как ни в чём ни бывало сидевшего на своём месте. Во время урока он ни разу не посмотрел на Микадо. А когда прозвенел звонок, подошёл к нему и сказал: “Сожалею о том, что доставил тебе столько проблем”.

После чего он вернулся на своё место.

И ещё более поразительно то, что Харима Мика совершенно спокойно появилась в школе. Анри была слегка в шоке, увидев что лицо Мики отличалось от того, которое она помнила. Но другие ученики видели её первый раз, и они проявляли к ней, а также к её повязке на шее, вполне понятное любопытство.

Мика, сидевшая рядом с Микадо, после урока сказала ему “спасибо” и убежала к Сейджи.

- Козёл. Так она девушка Сейджи! Вот оно что! Такая горячая девушка, неудивительно, что он говорит, будто живёт ради любви! – Начал жаловаться заметивший их Масаоми. Но Микадо, знавший об их проблемах, только горько усмехнулся и согласился.

Теперь, Анри больше не будет держаться Мики. Каждый раз, когда заканчивался урок, Анри сидела одна в углу класса. Микадо всегда со странным чувством за ней наблюдал.

К лучшему это, или к худшему, знала только она.

«Действительно ли это так? Нет ли для меня какого-нибудь способа узнать? Может, люди на самом деле не могут чувствовать мысли других?»

“У тебя нет другого выбора, кроме как продолжать развиваться”.

Слова Изаи эхом отдавались в его голове.

«Правильно, я обязательно буду развиваться. Я хочу увидеть, насколько я смогу вырасти в этой повседневной жизни, в этом мире, где я живу. И однажды, я позволю этому человеку увидеть, что я могу на самом деле».

Было ли его целью подняться выше, или же глубже упасть, остаётся неизвестным. Но он определённо двигался к своей цели. Только теперь в нём было немного больше места для осмотрительности.

Микадо посмотрел в окно, увидел огромное шестидесятиэтажное здание и начал думать о своих чувствах.

Пережив нечто, бросившее вызов здравому смыслу, он чувствовал лишь удовлетворение и пустоту.

«Теперь, я определённо смогу столкнуться с реальностью и принять её».

Но прежде, чем он столкнётся с самим собой, ему надо сделать кое-что ещё.

Он пошёл на крышу, потому что видел, как она ходит туда каждый день.

Он думал, что если осмелится сделать такое, то уже ничто и никогда не сможет ему помешать. Он думал, что больше ничего не будет бояться…

Но он не думал, что просто оцепенеет в этот момент.

В Интернете, ему было так легко говорить о чём угодно…

Но он не ожидал, что будет так трудно выполнить одно крошечное желание в своей повседневной жизни.

«Не думал, что мне нужно столько мужества, чтобы пригласить девушку из класса».

Через тридцать секунд юноша увидит Анри.

Через тридцать пять секунд юноша заметит Масаоми, пристающего к Анри.

Через сорок пять секунд юноша ударом отправит Масаоми в полёт.

Через пятьдесят секунд юноша получит удар с разворота от Масаоми.

Через семьдесят три секунды юноша пригласит Анри на чай.

Через семьдесят четыре секунды Анри отклонит его приглашение.

Через семьдесят восемь секунд юноша примет приглашение Анри пообедать вместе с ней на крыше.

Через сколько времени юноша влюбится в Анри…

Через сколько времени юноша признается Анри…

Чёрная тень съехала вниз по национальному шоссе № 254.

Это был чёрный мотоцикл без фар. А далеко впереди, несколько патрульных машин освещали темноту ночи красным огнём.

И перед этими машинами раздался глухой взрыв.

Услышав этот звук, первоначально тихий мотоцикл издал в ночи неистовый рёв.

♂♀

- Эй, это же даллахан!

- Ия-я, это так круто! Она точно голограмма!

Юмасаки с Карисавой счастливо обсуждали промчавшуюся мимо фургона Селти.

Несмотря на то, что они своими глазами видели истинную сущность Селти, похоже, понять всю серьёзность сложившейся ситуации всё равно не могли. Но не только они - все, кто видел тогда её бой, не могли просто принять её существование.

Возможно, несмотря на её достойное появление, чувство нереальности происходящего заставляло людей отрицать очевидное, и взамен думать, что всё это сон. Или, быть может, она просто уже давно стала частью этого города.

Некоторые люди рассказывали о произошедшем в интернете, но в итоге их всех высмеивали.

Таким образом, начали ходить слухи, что встреча той ночью – на самом деле просто какой-то обман. В конце концов, всё реже можно было встретить упоминание о Долларах. Но такая развязка, вероятно, намного лучше, чем излишнее внимание полиции или преступного мира.

И всё же, события той ночи оставили глубокий отпечаток в сердцах тех, кто там был.

- Но почему она появилась на этой встрече?

Кадота, сидевший на переднем пассажирском сиденье, не поворачивая головы сказал:

- Вы знаете, что чёрная мотоциклистка… тоже одна из Долларов.

- А? Правда?!

- Впервые об этом слышу! Так вот почему она выложилась там по полной.

- Это просто потрясающе! Имея такого союзника, Доллары будут непобедимы!

Не обращая внимания на восторги Карисавы, Кадота спокойно закрыл глаза.

Он вспомнил, что сказал ему в ту ночь Изая:

- Дотатин, я виделся с главой Долларов. Хочешь узнать, откуда произошло название нашей банды?

- Что-то вроде: “Гоните свои доллары”?

- Неа. У нашей банды нет цели, и её название выбрано довольно точно. Всё верно, они ничего не делают. Все они просто собираются и ходят, бездельничают[34]. Вот так.

И действительно, у этой банды не было никакой внутренней структуры. Доллары чем-то напоминали крепостную стену, позволяя всем вошедшим внутрь изменять эту крепость по своему желанию. Только от них зависело, прекрасной или пугающей она станет.

«Даже если у них нет своей сущности, они просто слоняются по округе, соответствуя своему имени… это так похоже на людей».

Кадота посмотрел в сторону шума, доносившегося как будто с карнавала, и улыбнулся, словно насмехаясь над самим собой:

- Как и чёрная мотоциклистка.

♂♀

Использовав боковую сторону грузовика вместо объезда, она перескочила через патрульные машины, повергнув всех в глубокий шок. Около офицера с выпученными глазами стоял сильно взволнованный человек с камерой в руках. Похоже, он получил кадры для одной из программ, показывающих разыскиваемых преступников, которые часто транслируются по телевидению.

Даже заметив камеру, ни секунды не колеблясь, Селти продолжала формировать косу из “теней”.

Держа в руках как никогда раньше длинную трёхметровую косу, Селти закричала в темноту ночи.

«Хотите фильм? Будет вам фильм. Хотите посмотреть? Смотрите же. Выжгите на земле образ этого монстра! Что с того?»

«Это моя жизнь. Эти отметины я оставила спустя столько лет. Мне нечего стыдиться».

Вместо того чтобы скрываться в темноте, теперь она ярко в ней блистала. Она выберет свой собственный путь, не слишком заботясь о том, что правильно, а что нет.

Обычные дни, без особых надежд или печалей. Даже осознав, что ничего не измениться, всё равно появилось восхитительное чувство удовлетворения.

Направив свою огромную косу на чёрные пуленепробиваемые автомобили, Селти поняла.

С той ночи, когда она явила себя этому городу, она привязалась к нему. Сильнее, чем когда-либо раньше.

Возможно даже сильнее, чем к своей голове, чьё местонахождение всё ещё оставалось неизвестным…

Автомобильные окна открылись, и человек изнутри выстрелил в Селти.

Пуля, разбив щиток, вошла в шлем.

В пустоте этого пространства тень явно улыбалась.

Всем привет, приятно с вами познакомится, а если я уже встречал вас раньше, то давно не виделись! Я – Нарита.

Огромное спасибо за покупку книги “Durarara!!”!

Разве вы не чувствуете небольшую растерянность только глядя на название? Но если вы закончили читать историю, то… всё равно не видите в нём смысла, так? Это произошло когда я редактировал уже готовый проект книги, мой редактор позвонил и сказал: “Не пора ли подать официальные права в Департамент по связям с общественностью?”

Тогда я просто случайно придумал название: “Du… Durarara?”

В ответ на этот набор слогов, редактор сказал: “Неплохо. Отчасти, мне нравятся неоднозначные названия. Используем его… но как оно пишется по-английски?”

Этого я совершенно не ожидал, поэтому пока я пребывал в состоянии ошеломления, редактор спросил: “Хотите ли вы сзади добавить «!», как в “Baccano!” и “Bow Wow!”?”[35]

Я никогда и не думал, что с этим согласятся, да и мысли мои слишком запутались, поэтому я просто небрежно ответил: “Редко выпадает такой шанс, так что давайте добавим два восклицательных знака”.

Тишина, с того конца провода я слышал лишь звук что-то пишущей ручки. Затем, внезапно, тишину разорвал взрыв смеха моего редактора: “Уахахахаха, на бумаге оно выглядит ещё глупее! Да, такой шанс и впрямь редко выпадает, пойдём с этим”.

Вот так родилось название “Durarara!!”, хотя я до сих пор не уверен, что оно должно означать.

В качестве места, где развивалась моя история, я выбрал Икебукуро. Но это не потому, что я хочу использовать его нынешнюю популярность, а потому, что с этим районом я знаком больше других.

В этой работе, я довольно субъективно изобразил Икебукуро и Синдзюки. А ещё добавил вымышленные элементы, поэтому те, кто не был в этих местах: пожалуйста, не принимайте их всерьёз. Что касается тех, кто там был, я буду невероятно счастлив, если вы спокойно прочитаете мои работы с отношением вроде “Да этот парень врёт!” Ну а насчёт цветных банд и преступного мира - то же самое, пожалуйста, просто потерпите это… ой, я рад, что прояснил ситуацию, так что люди с претензиями вроде “Этот автор пишет, будто всё знает”, “Думаешь, это забавно – высмеивать наши банды?”, “Если кишка не тонка, приезжай ночью в Икебукуро” смогут смотреть на это сквозь пальцы.

В Дэнгэки Бунко эту книгу можно считать немного необычной. Наличие главной героини, у которой нет ничего выше шеи, уже достаточно странно. Редактору, который принял мою сумасшедшую идею, а также Ясуда-сенсею, который делал иллюстрации, моё огромнейшее спасибо.

На этот раз, я пытался поместить в историю столько шуток, сколько мог. Правда, я немного переборщил в кое-каких местах, и уже мысленно подготовился к своему наказанию. Но эти шутки… думаю, довольно интересные, поэтому, пожалуйста, прочтите их без предубеждения.

С давних пор, существует множество историй о безголовых существах, ищущих свою голову. Например, недавно снятое кино – “Сонная лощина”. Так или иначе, использование безголовых существ в качестве основной темы для триллеров, как правило, действительно впечатляет. Однако, хоть многие люди считают, что призрак из Сонной лощины – тот самый призрак из всех тех слухов, я так не думаю.

Надо сказать, что даллахан на самом деле не главная тема. Если вы углубитесь в подробности этой истории, то найдёте источники, которые говорят, что двухколёсный экипаж на самом деле состоит из костей умерших, и что даллахан на самом деле произошла от Бадб[36] – одной из трио воинственных богинь. В общем всё, что я не включил в своё повествование. Поэтому, я надеюсь, каждый смог понять, что в “Durarara!!” – Селти это Селти, а не даллахан из других произведений.

Если у меня будет шанс продолжать писать серию “Durarara!!”, я бы сказал, что в этой истории могут быть ещё более экстремальные события. Например такие, как “Даллахан против Жёлтых платков” или “Даллахан против Охотника за головами”. Хотя, когда я поднял эти идеи, меня отругали.

Хочу поблагодарить моего редактора Сузуки, которого я всегда беспокою, а также редактора двух моих предыдущих работ – Вада-сама.

Также хочу поблагодарить корректоров, у которых частенько задерживалась работа из-за моего медленного прогресса, а также художников, разрабатывавших дизайн обложки этой книги. И, конечно, людей из Департамента по связям с общественностью, издательского и маркетингового отдела ASCII Media Works.

Я всё ещё хочу поблагодарить мою семью и друзей, которые меня поддерживали, особенно S-shi[37] :З

Хочу поблагодарить писателей и иллюстраторов из Дэнгэки Бунко, которые всегда ко мне прислушивались. Особенно: Арисава Мамизу-сама, Имада Такафуми-сама, Окаю Масаки-сама, Накамура Эрика-сама, которые позволили мне добавить кое-какие “вещи”[38], а также Кёда Какуто-сама, который в ответ на мои добавленные наиболее острые шутки, сказал “Решать тебе”.

"Рюгаминэ Микадо" с японского означает “Император горы дракона”. (здесь и далее - примечание переводчика)

Босодзоку - японские байкеры. Подробнее

Ниторю – боевые искусства с использованием двух мечей.

РМ - private message, личные сообщения, которые может прочитать только получатель.

Тоу с японского означает “восток”, а Сей – “запад”. Но в Икебукуро, эти здания находятся в противоречащих их названиям сторонах.

Цветные банды - уличные банды, участники которых носят вещи одного цвета. После выхода японского сериала “Парк Западных Ворот”, они собираются возле Парка Западного Выхода.

60-этажная улица  - полное название 60-этажная улица Саншайн.

Додзё - место, где проходят тренировки, соревнования и аттестации в японских боевых искусствах, таких, как айкидо, дзюдо, дзю-дютсу, кэндо, каратэ и т. д. Подробнее

Додзинси - некоммерческая манга, самостоятельно издаваемая её авторами. Подробнее

Дэнгэки Бунко ( Dengeki Bunko) — марка в Японии, под которой издаются книги формата «лайт-новел» для мужской аудитории. Подробнее

“Моэру Кейсан Мондейшу” - пародия на Moeru Eitango/Moetan (“Словарь Моэ”), книга для отаку.

“Киригамине” – модель кондиционера от Митсубиши.

Дай-Дзяэн (огромное змеиное пламя) – одна из способностей главной героини Ёко серии лайт-новел “Инуками!” издательства Дэнгэки Бунко. Сюкути (телепортация) – вторая способность той же героини.

Эскалиболг – оружие (волшебная дубинка) главной героини Докуро Мицукаи лайт-новел “Убойный ангел Докуро-тян” издательства Дэнгэки Бунко.

Нацумэ Сосэки - выдающийся японский писатель, один из основоположников современной японской литературы.

Dangerous - опасных (англ.).

Risky days - рискованных днях (англ.).

*Rendezvous - свидание (англ.).

**Love - любовь (англ.).

***Hunter - охотник (англ.).

****Сhance - шанс (англ.).

Всё это Масаоми говорит на английском.

Джанкен – японская игра, сродни нашей “Камень, ножницы, бумага”.

Гангуро - направление в моде гяру (японской субкультуре). Подробнее

Хикикомори - японский термин, обозначающий подростков и молодёжь, отказывающихся от социальной жизни и зачастую стремящихся к крайней степени изоляции и уединения вследствие разных личных и социальных факторов. Подробнее

Marvellous - чудесно (англ.).

Рerfect - превосходно (англ.).

Хейвадзима Шизуо - с яп. "Мирный Остров, Безмятежный Человек".

Полезные друзья - это друг прямой, друг искренний и друг много слышавший. Вредные друзья - это друг лицемерный, друг неискренний и друг болтливый. Конфуций

Золотая Малина - антинаграда, отмечающая худшие актёрские работы, сценарий, режиссуру, кинопесню и фильм года. Подробнее

Дадзай Осаму -  японский прозаик начала XX века, известный чрезмерно пессимистическим и искривлённым стилем письма. Подробнее

Означает “Каждому своё”.

BBS - способ общения пользователей компьютеров через коммутируемые телефонные сети. Подробнее

CG - Computer Graphics, компьютерная графика (предполагает переводчик).

Реверси (другое название — отелло) — настольная игра для двух человек на доске 8 на 8 клеток. Подробнее

Комбинация из японской пословицы (букв.) “Десятифутовый маяк светит далеко, но не рядом”, и русской “Под маяком всегда темно”.

Бэнто — японский термин для однопорционной упакованной еды. Подробнее

На японском звучит как “дара-дара”. Доллары же звучат как “даразу”. Отсюда и название.

“Baccano!” и “Bow Wow! Two Dog Night” – другие работы автора. Гуглим, ребята, гуглим.

Бадб («Ворона») — богиня войны в ирландской мифологии. Подробнее

S-shi – что-то вроде “Мистер S”, кто это – история умалчивает.

Догадались мы об этих “вещах”: ОкаЮ МАСАКИ-сама, АРИСАВА Мамизу-сама + Накамура ЭРИКА-сама = понятно, да?